Власть беспризорная II

Глава 1

Тяжелая артиллерия работала четко и слаженно. С каждым разом все точнее и точнее нанося удары по территории промзоны, в которой закрепилась моя группа. Оглушающие взрывы не смолкали уже порядком получаса, с того самого момента, как мы засветились перед дроном-разведчиком имперской армии.

— Лоукик! Ну где ты там со своими головорезами? Нас сейчас по бетону размажут! — кричу я в рацию.

— Не очкуй Батя! Мы уже на подходе! — раздается в ответ.

— Малой! Малой! Ахтямов, мать твою! Запускай уже наконец своих птичек!

— Стараюсь, Ваше Высочество! — кричит из динамика молодой Ахтямов — Ветер сильный, сложно поднимать аппараты в воздух!

Очередной прилет грохнул непростительно близко от нашего укрытия. Я увидел как мимо меня пробегает молодой лекарь, устремляясь к бойцу с оторванной по локоть рукой.

— Батя, ответь Мажору! Батя, ответь Мажору. — звучит их рации, под очередной разрыв снаряда.

— Батя на связи! Что у тебя, Мажор? — отвечаю я, прижимаясь к бетонной колонне изо всех сил.

— Мохнатый взял на себя пехоту противника. Ведут бой. Потери несут обе стороны! — прошипел из динамика Кирилл.

— И ты меня вызвал, чтобы сообщить еще одни хреновые новости?!

— Нет! Поздравь меня Бать! У меня сын родился!

— Поздравляю, братишка! Теперь, ты просто обязан вернуться домой живым!

— Никак иначе, Ваше Высочество!

Краем глаза я заметил, спешащего ко мне Стаса. Брату посекло осколками ноги, но он отказался от помощи лекарей. Мотивируя это тем, что у них и без него работы хватает.

— Ты какого хрена до сих пор не ушел?! Я же сказал, забирай своих парней и дуйте через канализацию! — кричу я ему, а сам затыкаю уши, так как от частых разрывов начинала болеть голова.

— Я отправил парней вместе с Кречетом! Или ты думал, что я брошу тебя без присмотра?! А вот хрен тебе! — перекрикивая свист рикошетов, заявил Стас. — Зачем ты вообще полез сюда?! У тебя бойцов мало для таких вылазок?!

— Ради обычных бойцов, Львов не станет светить драгоценную артиллерию! А нам жизненно необходимо, лишить его этого преимущества!

— Батя! Возрадуйся! Сегодня, я буду пировать с предками! — раздается ликующий голос Лоукика из рации.

К многочисленным разрывам снарядов откуда-то издалека подключаются трели автоматных очередей. Канонада выстрелов набирает темп, а частота прилетов наоборот сходит на нет. Я услышал, как над нами прожужжал рой дронов, начиненных приличным количеством взрывчатки. Это молодой Ахтямов устремляется навстречу броневикам, что должны с минуты на минуту выехать из своего подземного бункера, чтобы спасти имперских артиллеристов, от атаковавших их головорезов Северян.

Я достал из кармана сигарету и сползая по бетонной колонне, закурил, кладя короткий автомат на колени. Артиллерия больше не бьет, это несомненно хороший знак. Значит, все пошло по плану. Значит, мы еще повоюем.

Годом ранее. Резиденция Императора Российской Империи.

Император сидел за своим столом и увлеченно вырезал древние символы на лице своего помощника. Убитого им собственноручно буквально пару минут назад. Тело Морока еще не остыло и погибающий мозг заставлял ритмично подергиваться левую руку, что не на шутку нервировало Императора, так как подобные содрогания мешали ровно выводить правильные линии. Дверь кабинета распахнулась и в помещение вошел сильно подвыпивший молодой парень, с неопрятно торчащими в разные стороны светлыми волосами.

— Развлекаешься? — довольно улыбнулся парень и завалился в кресло напротив, с тяжелым выдохом закидывая ноги на невысокий журнальный столик.

— Хотя бы перед встречей с родным отцом, ты мог бы привести себя в порядок. — прорычал Император, брезгливо сбрасывая со стола тело Морока.

— А что со мной не так? Все говорят, что я и так неотразим. — обнюхав свои подмышки, заявил Львов младший.

— Кто так говорит? Твои шлюхи, что облизывают тебя ежедневно с головы до ног за мои деньги?

— Ну вот давай не начинай. Неужели, ты позвал меня для того, чтобы в очередной раз читать нотации?

— Не для этого. — фыркнул Император, прикуривая толстую сигару — И именно поэтому, я так зол на тебя. Впереди важный день, а ты с трудом на ногах стоишь.

— И для кого же он важный?

— Для меня, для тебя, для всех тех, кто кормится из наших рук.

— Я весь во внимании. — внезапно протрезвев, заинтересовано выдал парень.

— На утро у нас назначена инициация молодого графа Бессонова, наследника того жалкого святоши, что мешал мне прийти к власти долгие годы.

— Так, а разве вы с Коршуновым не истребили всех тех, кто принадлежал к их роду?

— Как видишь. — Император встал из-за стола и обойдя его, присел на самый край — Я хочу, чтобы ты убил его. Завтра, прямо на глаза у всей столичной знати.

— Слушай, папаня, что ты такое куришь? Дай мне тоже попробовать. Не может же от обычной сигары так штырить.

— Я говорю абсолютно серьезно. Завтра ты вызовешь его на дуэль, сразу после того, как я инициирую его в статусе Князя. Таким образом, мы убиваем двух зайцев. Решаем проблему с наследником, устраняя его на законных условиях, а также присваиваем его земли. Которые долгие годы остаются неприкосновенны и находятся под юрисдикцией Верховной Палаты.

Следующее утро. Поместье рода Ахтямовых.

— Твою мать! До сих пор поверить не могу. Мой дорогой брат, наследник княжеского рода! — отпивая горячий кофе, выдал Стас.

— Станислав Евгеньевич, хотел бы вас попросить, немного подбирать выражения. — косо поглядывая в сторону Рамзи, заявил Игорь Франкович.

— Ваше Сиятельство. — обратился к графу появившийся в дверях дворецкий — Прибыла Елена Игоревна. Желает видеть вас в своей комнате.

— Что за вздор? Почему бы ей не спуститься к нам и не разделить с нами этот прекрасный завтрак? — возмутился Ахтямов, нервно сдергивая с воротника салфетку.

— Елена Игоревна очень стесняется. Ее смущает большое количество аристократов, что ожидают встречи с молодым Князем в главном зале.

— Ох уж эти детки. — заворчал Ахтямов, вставая из-за стола — Прошу меня простить, господа. Мне нужно переговорить с дочерью.

Ахтямов вышел из столовой и в ту же секунду из-за двери донеслось огромное количество разносортных голосов, видимо интересующихся, когда же выйдет молодой Князь. А Князь бессовестная скотина. Сидит и уплетает за обе щеки сочный, пышный омлет.

— У Графа есть дочь? Красивая наверное? — с набитым ртом, обратился ко мне Док.

— Наверное. — без малейшего интереса, пожал я плечами.

— Красивая или нет, а таким как мы один черт не видать благородных титек. — думая, что остроумно пошутил, выдал Стас.

— Ну вообще-то, вы скоро станете членами княжеской семьи. А для аристократов, это не пустой звук. — поддевая вилкой ароматный кусок колбасы, пояснил я.

— С чем боролись, тем и упоролись. — ехидно ухмыльнулся Кротов.

Дверь столовой распахнулась и внутрь вошел молодой парень, лет так шестнадцати на вид. Парнишка довольно улыбнулся, поклонился и протянув для рукопожатия руку, устремился в мою сторону.

— Рад познакомиться с вами, Ваше Высочество. — энергично тряся меня за руку, представился он.

— Вы должно быть Егор Игоревич. Я правильно понимаю? — спросил я его, отпивая кофе из чашки.

— Абсолютно верно. Виконт Егор Игоревич Ахтямов, собственной персоной.

— Малой, не мельтеши перед глазами. Сядь за стол, покушай, пока эти троглодиты все не съели. — предложил Стас, усаживая молодого Ахтямова рядом со мной.

— Большое спасибо…. — делая вид, что вспоминает имя, поблагодарил тот.

— Станислав. Но можешь звать меня просто, Стас. Ну или Рамзи, если по погонялу будет проще.

— Я все смотрю на тебя и не пойму. С каких пор ты стал ботать по фени или это на тебе так последние события сказываются? — грозно посмотрел я на брата.

— Нервы все это. С вам не только на жаргоне заговоришь, с вами пустырник жрать начнешь, с поля, прямо с корнем.

— Егор Игоревич, граф Лихачев говорил, что вы помогали ему в моем освобождении. Хотел бы вас сердечно поблагодарить. — обратился я к молодому Ахтямову.

— Ой, да ладно вам. Я всего лишь управлял дроном. Меня так-то и поблизости не было. — смущенно покраснел он. — Это все Юрий, он у нас самый настоящий синоби. Кстати, где он? Я не нашел его среди гостей?

Мы с братьями переглянулись, хотя и так было понятно, что на этот вопрос придется отвечать мне.

— Юрий погиб. — внезапно влез в разговор побагровевший Кротов.

— Как погиб? — вытаращился на него Ахтямов младший.

— Лосевы… Юрий попросил их о помощи, не подозревая, что на тот момент они уже получили задание от Императора.

— От Императора? — удивился я. — Вы же говорили, что они просто больные на голову фанатики.

— До недавних пор, я именно так и думал. Но переписка в манофоне Дмитрия Лосева открыла мне глаза на происходящее. Кстати, в манофоне Сазонова мы обнаружили аналогичную.

— Видимо, у Императора имеется обширная шпионская сеть среди аристократии. — протянул я, вставая из-за стола и прикуривая сигарету.

— Само собой, он же Император. — поделился своим умозаключением Кирилл. — Даже у моего покойного батюшки были свои шестерки, а что уж тут говорить про монарха.

— Кирилл Викторович прав. Подобное, неотъемлемая часть взаимодействия между знатью. Командует всегда тот, кто сильнее. — согласился Кротов.

— Если так, то кто нам даст гарантию, что за дверью нас не поджидает очередной агент Императора? — вмешался в разговор Док.

— Никто. Будем держать ухо востро.

За дверью вновь загомонили, а спустя несколько секунд в помещение вбежал Ахтямов старший. Он окинул взглядом наши похмуревшие лица и натянув гримасу задумчивости, произнес:

— Господа, у нас осталось чуть меньше двух часов до начала инициации. Советую поспешить. В гостевой комнате вас ожидают ваши наряды. Егор Игоревич выбирал их на свой вкус.

Речь Ахтямова прервал громкий скрежет стула, издаваемый встающим из-за стола безопасником. Он аккуратно поставил чашку из под кофе в идеально вычищенную хлебом тарелку, окинул нас взглядом, едва заметно вздохнул.

— Давайте за мной. — махнул рукой Кротов, направляясь к дверям кухни. — Через главный зал не пройти, там знать уже все пороги оббила. Поэтому пойдем через запасной ход.

Мы прошли через кухню, поднялись на второй этаж по откидной лестнице, вошли в гостевую комнату. По быстрому натянув на себя неудобный, классический костюм я слегка намочил водой волосы, зачесал их назад и подошел к окну, окидывая взглядом бесконечную вереницу припаркованных вдоль дороги машин.

Резиденция Императора Российской Империи.

Князь Коршунов стоял у двери кабинета Императора, не находя в себе смелости, чтобы войти внутрь. Сердце молотило на пределе своих возможностей, а по крепкому и некогда сильному телу, предательски пробегала нервная дрожь. Он хотел было уже развернуться и трусливо сбежать, но внезапно дверь отворилась и на него уставился недовольный взгляд Императора.

— Ваше Величество. — преклонил колено Коршунов.

— Прекрати трястись, Виктор Дмитриевич. Не заставляй меня жалеть о своем выборе. Входи.

Под давящим и властным взглядом Императора, Коршунов вошел внутрь. В кабинете стоял ярко выраженный аромат свежего перегара, а под потолком повисло облако табачного дыма.

— Привет, Дядь Вить. — раздался веселый голос Львова младшего.

— Ваше Высочество, мое почтение. — слегка поклонился Коршунов.

— Присаживайся, Виктор Дмитриевич. У нас с тобой будет серьезный разговор. — властно приказал Император, проворачивая ключ в двери.

Трясущимися руками Коршунов нащупал под собой кресло и не делая резких движений, уселся так тихо, словно опасаясь навлечь на себя кару небесную.

— Что тебе известно о неком Батаеве Семене Евгеньевиче? Мне сказали, что у тебя к нему нездоровый интерес. Если верить моим источникам, он работал на Князя Орлова, который к слову, не являлся на службу уже несколько дней. — заваливаясь в свое кресло, спросил Император.

— Я-я-я — начал заикаться Коршунов.

— Соберись! — Император ударил по столу.

— Ваше Величество, этот Батаев, самый настоящий отморозок. Он обезглавил одного из моих агентов, а потом и вовсе устроил резню между двумя главенствующими в столице бандами. Я пытался его остановить, но каждый раз ему удавалось выскользнуть.

— Ты уже слышал о том, что объявился наследник рода Бессоновых?

— Признаюсь честно, Ваше Величество. Слышал, но до последнего надеялся, что это всего лишь слухи.

— Слухи… Хм, как же. — Император достал из стола сигару и закурил. — Эти слухи, прибудут сюда с минуты на минуту. Дабы инициировать молодого наследника в статус Князя.

— Но это не возможно. Мы вырезали всех подчистую. Ни один младенец находившийся в поместье Бессоновых, не пережил ту ночь! А Граф Кротов, пойманный моими людьми в Московских трущобах, признался, что своими руками придушил гаденыша и выбросил его тело в сточную яму.

— И ты поверил ему наслово? Без доказательств?

Коршунов виновато опустил глаза, изо всех сил стараясь не обмочиться, от тяжелого взгляда Императора.

— Расскажи ему всю соль происходящего, отец. — с оскалом безумца, захихикал Львов младший.

— Не стоит. Я уже вижу, что это не тот человек, который мне нужен. — холодно прорычал Император.

Дрожь проняла Князя с новой силой. Он зажмурил глаза, едва сдерживая рвущиеся наружу слезы и внезапно ощутил, как по штанам побежала теплая струя мочи. Император брезгливо фыркнул, отворачиваясь спиной к своему собеседнику. В этот же момент, в шею Коршунова вонзилось что-то острое. Кровь хлынула из артерии, пульсирующим фантаном заливая все, до чего смогла дотянуться. Коршунов схватился за шею, но в ту же секунду получил новый тычок, нанесенный молодым Львовым, который приплясывал и визжал от радости, словно обезумевший демон. Хрипы заменившие слова, донеслись из уст Князя, вызывая у Императора своеобразный приступ удовлетворения, почти оргазма. Булькающее кровью тело внезапно обмякло, вздрогнуло в последний раз и завалилось на пол.

— Как же здорово ощущать эту силу, отец! — ликовал молодой Львов.

Император встал с кресла, подошел к окну и увидел вдалеке приближающийся кортеж. Сотни разносортных машин тянулись к Императорской резиденции нескончаемой колонной. Дорогие, дешевые, седаны и внедорожники, спорткары и броневики. Все они ехали вслед за своим Князем. Вслед за тем, чье появление стало для Императора болючим ударом под дых.

— Приведи себя в порядок. Гости будут с минуты на минуту. — обратился Император, к перепачканному в крови Львову младшему.

За час до инициации. Поместье рода Ахтямовых.

Мы вышли из дома под ликующие возгласы разносортных дворян. Бароны, Виконты, Графы и Князья. Все они провели эту ночь в ожидании, то и дело бродя по длинным коридорам особняка и хрустя снегом под окнами гостевой комнаты.

— Было бы неплохо произнести речь. Ваши подданные вымотались и угнетены длительным ожиданием. Самое время приподнять их боевой дух. — подтолкнул меня в спину Игорь Франкович.

— А что я должен им сказать? — удивленно вытаращился на него я.

— То, что велит ваше сердце. Прислушайтесь к нему. Кровь отца, что течет в ваших венах, подскажет вам нужные слова.

Я посмотрел в старые и мудрые глаза Ахтямова, перевел взгляд на одобрительно кивающих братьев, на прижавшего кулак к груди Кротова. Сердце застучало боевой ритм, а кровь в венах забурлила, насыщая кислородом уставший от бесконечного напряжения мозг. Собрав всю волю в кулак, я вышел вперед и толпа гомонящих дворян мгновенно затихла.

— Я не знаю, что должен говорить Князь, чья Империя лежит в руинах и покрыта пеплом! Я не знаю, что говорить тем из вас, кто покорно склонил головы и тем самым, обрек на свои дома гнев самого Императора! Я не знаю, какие трудности предстоят нам и какие лишения готовит судьба! Я не знаю, кто из вас будет предан мне до самого конца, а кто предаст при малейшей возможности! Но одно я знаю точно. Если мой отец доверил вашим домам свою жизнь и жизни своих близких, то у меня попросту нет права сомневаться в вашем благородии и чести. С сегодняшнего дня, я не просто ваш новый Князь. Я ваш друг, ваш брат, ваш боевой товарищ для всех, кто осознает, что деградацию и саморазложение Империи пора остановить! Для всех, кому не безразлична судьба его детей и внуков! Для всех, кто против несправедливости и нищеты, в которые были загнаны обычные люди без рода и статуса. Для всех, кто поклялся быть со мной рядом, когда землю покроют морозы.

“Твою ж за ногу! Что за херню я только что сморозил?” — пронеслось в моей голове.

Но видимо, так казалось только мне. Сотни возбужденных возгласов разорвали тишину, сливаясь в один полноценный боевой клич. Главы домов зазвенели родовыми клинками, материализуя их и поднимая высоко над головами.

— Князь! Князь! Князь! Князь! — хором пронеслось по двору поместья.

Я стоял ошарашенный происходящим, ощущая, как от волнения меня начинает потряхивать. Видимо заметив мой шок, ко мне подошел Граф Кротов. Он слегка толкнул меня плечом и резко выбросив в сторону руку, призвал родовой меч, в ту же секунду поднимая его над головой.

— Не тормози, Ваше Высочество. Поддержи своих людей. — сквозь зубы процедил он, пытаясь замаскировать это под радостную улыбку.

Взяв себя в руки, я сделал резкий взмах в стороны и в ту же секунду мои ладони ощутили, леденящие кожу рукояти парных клинков. Окинув взглядом ликующую толпу, я задрал клинки над головой, точно так же, как это делали остальные.

— Князь! Князь! Князь! Князь! — раздалось с новой силой.

— Ну вот и все. — проговорил подошедший со спины Ахтямов — Теперь, куда бы не завела вас судьба, эти люди последуют за вами, не прося ничего взамен. Таковы те, кто остался верен роду Бессоновых.

Далее во дворе поместья воцарился полный хаос. Каждый глава рода видимо считал своим долгом, пожать мне руку и высказать свои мысли и планы на грядущее будущее. Крепкие, щуплые, мягкие и твердые как камень. Руки разных возрастов и размеров, то и дело сжимали мне кисть, из-за чего та в скором времени начала побаливать. Я и не знаю, сколько еще рук мне пришлось бы пожать, если бы не подоспевший на выручку Ахтямов. Энергичный старик растолкал представителей знатных родов и отчитав их словно пацанов разбивших мячом окно, потащил меня к машине.

Переполненные эмоциями, мы погрузились в бронированный внедорожник и выдвинулись в сторону резиденции Императора, где в скором времени должна состояться моя инициация. Сидя в машине и бросая частые взгляды на бесконечную колонну, я никак не мог успокоиться, выкуривая одну сигарету за другой. Братья всячески меня подкалывали, подбадривали, травили анекдоты на тему дворянства, в общем делали все, чтобы я хоть немного расслабился.

Выбрасывая очередной окурок в окно, мой взгляд остановился на группе волков, что стояла у самого леса и смотрела на медленно двигающуюся колонну. Каково же было мое удивление, когда среди десятка взрослых особей я увидел знакомого, молодого волка.

— Останови машину. — попросил я Кротова.

— Зачем? — удивленно посмотрел на меня тот.

— Останови я говорю!

— Внимание колонна! Останавливаемся! — прошипел в рацию безопасник.

Внедорожник остановился. Под удивленные возгласы братьев я вылез с переднего сиденья и направился к лесу, игнорируя проваливающиеся в снег ноги. Молодой волк обошел по кругу свою стаю, несколько раз утробно прорычал, властно взвыл, явно показывая свое превосходство. Несколько секунд и стая, возглавляемая одной из волчиц, направляется в лес, скрываясь в заснеженных зарослях.

— Валера! — кричу я, бегущему навстречу волку.

Молодой волк сбивает меня с ног, довольно рыча и кувыркаясь в снегу. Его пушистый хвост игриво бросает снег мне в лицо, а шершавый язык то и дело щекочет мою щеку, оставляя на коже теплую, пахнущую свежей кровью слюну.

— Ваше Высочество! Не шевелитесь! Я его застрелю! — выпрыгнув из машины и пытаясь нащупать оружие в пустой кобуре, прокричал Кротов.

— Только попробуй. — сказал Стас, приставив к его затылку пистолет, незаметно позаимствованный из той самой кобуры.

— Ваше Высочество! Нам пора ехать! Потом поиграетесь со своим питомцем. — прокричал из головной машины Ахтямов старший.

— Одну минуту, Игорь Франкович. — прокричал я и обратился к волку — Валера, сегодня у меня инициация в Княжеский титул. Поедешь с нами?

— Уууууу. — кивая проурчал волк.

— Отлично. Только прошу тебя, не пугай парней своими выходками, они даже не подозревают, кто ты есть на самом деле.

Волк бросил взгляд на заросли, в которых скрылась его стая и одобрительно кивнув, направился к внедорожнику. Я же поднялся с мягкого снега, отряхнулся, заправил выскочившую рубашку в штаны и побрел следом.

— Ну-ка парни, двигаемся. — сказал я, открывая пассажирские двери.

— Ты сейчас шутишь? — испуганными глазами вытаращился на волка Кирилл.

— Мажор прав. Не думаю, что это хорошая идея. — согласился с ним Стас, возвращая Кротову пистолет.

— Мне одному кажется или у него странные глаза? Не такие, как у остальных волков. — без малейшего страха, потрепал волка за ухо Док.

— Сразу видно, профессионал. — улыбнулся я. — Двигайтесь давайте.

Обреченные на опасное соседство, парни начали двигаться, освобождая немного места для Валеры. Волк довольно фыркнул, обстучал лапы от налипшего снега и запрыгнул внутрь. Могу дать голову на отсечение, но я отчетливо слышал, как в тот момент, от увиденного у всех четверых щелкнула отвисающая челюсть.

— Внимание колонна! Начинаем движение! — отдал приказ в рацию, опасливо косящийся на волка Кротов.

Глава 2

— Видели когда нибудь курящего волка? — довольно улыбнулся я, глядя на перепуганные лица Стаса и Мажора.

— Не видели и видеть не хотим. Табачный дым очень вреден для здоровья этих благородных животных. — всматриваясь в глаза волка, высказал Док.

— Слышал Валера? Док заботится о твоем здоровье.

— Уррр. — довольно прорычал волк.

— Валера? Серьезно? Ты назвал своего ручного волка, именем нашего покойного брата? — краснея на глазах, набычился Стас.

— Это не просто ручной волк. Это лесной дух. — внезапно для всех заявил Док.

— Ты уверен? — оживился хмурый до этого момента Кротов.

— Абсолютно.

— Даже если так. Называть духа именем покойного брата, не стоило. — недовольно насупился Стас.

— Ыррр. — оскалился на него Валера.

— Че это он? Семен, прошу тебя, убери его! — вжался в угол Кирилл.

— Не Семен, а Ярослав Петрович. Зарубите уже это себе на носу! — поправил его Кротов.

Я лишь громко расхохотался, особенно когда увидел довольный оскал волка и лицо едва сдерживающего смех Дока. Понял значит. Молодец Пашка, читает животных как открытую книгу. Вот, что значит настоящий профессионал своего дела.

Всю оставшуюся дорогу мы шутили над испуганными физиономиями Стаса и Кирилла. Под конец к нам даже присоединился Кротов, впервые выпуская наружу свою настоящую личность. Кто же знал, что некогда дерзкий, жадный до денег и власти начальник патрульной службы, станет мне близким соратником и откроется с другой, более человечной и правильной стороны. Мда, судьба чертовка. Как же ты изменчива и непостоянна.

По прибытию в резиденцию Императора, у нас начались первые трудности. Количество автомобилей в моей колонне, превышало все лимиты доступных на парковке мест. Из-за этого, многим пришлось расползаться по близлежащим территориям и бросать свои машины на быстро занимаемых, свободных парковках. Благо, среди многочисленных молодых аристократов нашлись такие, кто сразу же взял дело в свои руки и организовал подвоз дворян, вынужденных парковаться на немалом отдалении от резиденции. Одним из таких оказался Граф Иосиф Георгиевич Гугунава.

— Кукушкин, где тебя черти носят?! Граф Серафимов уже все яйца себе отморозил! — ругался в один из нескольких манофонов в своей руке Гугунава. — Шустрей давай! Я не хочу, чтобы тебя потом обвинили в том, что ты оставил его род без наследников!

Граф нервно сплюнул, отвечая на звонок другого манофона, который трезвонил уже минуты две:

— Да! Как ускакал? На чем ускакал? Гонишь? Где он нашел лошадь? Зима ведь на дворе! Хорошо, погоди орать, заедь, забери хотя бы Филина. Он где-то неподалеку припарковался, набери ему, пусть скажет куда подъехать.

Еще один из манофонов завибрировал, но у Гугунавы даже глаз не дрогнул.

— Да! Едет он, едет. Выходите пока на главную дорогу, так у вас больше шансов быть подобранным раньше всех. Хорошо. Не стоит благодарности.

— Поражаюсь его выдержке. Я бы на его месте уже людей убивать начал. — заявил Стас, заметив, как я наблюдаю за молодым Графом, явно грузинского происхождения.

— И не говори. — закуривая предложенную сигарету, согласился я.

— Слушай, ты прости, что я наговорил сегодня всяких глупостей. Не мне решать, как тебе называть своих питомцев.

— Ты до сих пор так ничего и не понял? Он не мой питомец. Это наш брат. Тот самый Валера, с которым мы делили один кусок хлеба на всех. Или ты его не узнал?

— Если это шутка, то она не самая смешная. — краснея на глазах, шмыгнул носом Стас.

— Это не шутка. Сам убедись. — кивнул я в сторону Кирилла, возле которого пыхтя сигаретой, сидел молодой волк.

— Драть меня в дышло… — с отвисающей челюстью выдал брат.

Я хотел было кинуть в его сторону очередную шутку, но в этот момент к нам подошел Граф Ахтямов в сопровождении двух немолодых, крепких, бородатых мужчин.

— Ваше Высочество, позвольте вам представить Графа Ковтунова и Барона Селиверстова. — делано представил своих спутников Игорь Франкович.

— Рад знакомству, Ярослав Петрович. — протянул руку Селиверстов.

— Рад знакомству. — повторил за ним Ковтунов.

— Взаимно джентльмены. — поочередно пожал я руки в ответ.

— Николай Дмитриевич, — указал Ахтямов на Графа Ковтунова — Любезно предложил свою помощь в восстановлении вашего родового поместья.

— Очень благородно с вашей стороны. — коротко кивнул я.

— Не стоит благодарности, Ваше Высочество. Все, что принадлежит моему роду, заслуга вашего покойного отца. Мой дом в неоплатном долгу перед Петром Алексеевичем.

— Что же касается Вячеслава Федоровича… — Ахтямов перевел взгляд на Селиверстова — То он и его компаньоны вызвались помочь вам в оснащении вашей гвардии самыми передовыми образцами вооружения.

— Это будет, как нельзя кстати. Правда, у меня пока еще нет той самой гвардии. — улыбнулся я.

— Ошибаетесь, Ваше Высочество. — выдал, подошедший к нам крепкий мужчина лет шестидесяти на вид. — Позвольте представиться. Граф Архипов Венедикт Викторович, основатель частной военной компании “Амадей”. В прошлом, полководец объединенных сил Империи на службе рода Бессоновых.

— Рад знакомству… — с отвисшей челюстью выдал я, протягивая руку и осознавая какой это ценный кадр.

Архипов пожал мне руку в ответ, да так, что мне показалось, будто моя кисть едва слышно хрустнула. Хотя что-то мне подсказывает, что его рукопожатие было весьма щадящим.

— Кукушкин! Какое нахрен Строгино? Ты совсем дурак что-ли? Ты все это время ехал не в ту сторону получается?! — раздался раздраженный крик, вышедшего из себя графа Гугунавы.

— Инициатива е**т инициатора. — выдал подошедший к нам Кротов, глядя на разъяренного грузина.

— Сергей Николаевич! — грозно рыкнул на него Ахтямов. — Разве подобает аристократу, выражаться такими грязными словечками в культурном обществе!

— Будет вам, Игорь Франкович. Здесь все взрослые люди. Я порой сам не брезгую броситься парой крепких словечек. — вступился за Кротова Селиверстов.

— Уважаемые гости! — привлек внимание к себе молодой парнишка в длинном фраке и до ужаса уродливым шарфом на шее. — Прошу наследника и его соратников, проследовать в тронный зал, для проведения обряда инициации.

Толпа дворян тут же забурлила, человеческим морем направляясь к центральному зданию резиденции. Ахтямов одобрительно похлопал меня по плечу, крепко обнял и пустив одиночную, скупую слезу, пригласительным жестом указал на отдельную дорожку, устланную красным ковром.

— Ступайте крепко, Ваше Высочество и помните. Трон, что стоит в этом зале, по праву наследства принадлежал вашему роду. И несмотря на то, что сейчас на нем восседает узурпатор, вы по прежнему имеете на него право. — низким, рычащим голосом произнес Архипов.

Я внимательно осмотрел окружающих меня людей. Стукнулся кулаками с братьями, подмигнул пыхтящему сигаретой волку и кивнув самому себе, направился ко входу в тронных зал.

Красный ковер оказался для меня длиннее всей моей жизни. Я шел по нему не спеша, то и дело прокручивая в голове сотни воспоминаний из своего не самого легкого, но однозначно богатого на события детства. Вот мы бредем по улице с монтировкой в руках, в надежде скрутить очередное колесо от дорогой, зарубежной машины. А здесь мы залезаем в открытую форточку особняка, сговорившись с сыном дворецкого, рассказавшего нам о том, что молодой Барон хранит деньги в шкафу без присмотра. Тут мы убегаем от патрульной машины, что так не вовремя остановилась у ларька, который мы грабили уже не в первый раз.

В голове появляются воспоминания из уже более взрослого возраста. Например здесь, я ломаю пальцы одному шелеру, что нашел себе кормовое место в баре, который платил нашей банде за охрану. А вот мы подвешиваем вверх ногами барыгу, поселившегося в нашем районе и открыто притарговывающего дешевой барбитурой. Ахах, а здесь вообще забавный случай. Мы две недели готовили налет на инкассаторов. Все ломали голову, чем же вскрыть злополучную бронекапсулу. Но по итогу, инкассаторы настолько перепугались, что сами повыбрасывали сумки с деньгами из машины, видя как мы, прилепляем взрывчатку к дверям их грузовичка.

Уже у самой двери, мне вспомнились теплые, шероховатые руки деда и его хриплый, но такой родной, старческий голос. Вспомнились прекрасные, смеющиеся глаза Севары и басистый, раскатистый смех моего дорогого брата Чифира. А потом, словно гром среди ясного неба, в голове прозвучал отвратительно самодовольный голос. Голос, что мне довелось услышать в пыточной. Голос, который явно принадлежал самому Императору.

— Соберись! Сегодня, ты попросту не имеешь права проявить слабость! Сегодня, ты сотрешь самодовольную улыбку с лица этого мерзкого ублюдка! — стоя у самой двери, наставлял я самого себя.

Титанических размеров двери распахнулись и моему взору открылся просторный, украшенный золотом и драгоценными камнями тронный зал. Я сжал от нервного напряжения зубы, настраивая себя и отгоняя поселившуюся в теле дрожь.

Пробежавшись взглядом по многочисленным представителям знати, я отыскал среди толпы своих братьев, подмигнул им и устремился в сторону трона, на котором горделиво восседал Император.

— Бессонов Ярослав Петрович. Я искренне рад, что ваш благородный дом возродится спустя столькие годы. — вставая с трона и ехидно скалясь, произнес Император. — Готовы ли вы пройти испытание родовой силы?

По ехидному и одновременно недовольному выражению лица Львова старшего было видно, что он торопиться завершить обряд, как можно быстрее. А потом устроить мне какую-нибудь пакость. Пф.. Дворяне… Как же легко читаются намерения некоторых из них.

— Готов. — останавливаясь у ступеней ведущих к трону, ответил я.

— Предъявите свое родовое оружие! — прохрипел человек в белой мантии, стоящий позади Императора.

Я коротко поклонился и выбросил руки в стороны, материализуя ледяные клинки, от которых исходила голубоватая дымка.

— Родовая предрасположенность стихии. — констатировал человек в мантии.

Дверь в углу зала распахнулась и из нее вышли двое горбунов в черных мантиях с длинными капюшонами и рукавами до самого пола. Катя небольшую тележку укрытую плотной тканью, они подошли ко мне. Пробурчав слова на неизвестном мне языке, сдернули покрывало, оголяя большой хрустальный шар, что трещал разрядами электричества и переливался всеми цветами радуги.

— Приложите правую руку к элементалиуму. — прохрипел человек в белой мантии.

Перешептывающаяся толпа моментально затихла. Я бросил короткий взгляд на ехидно скалящегося Императора и собрав всю волю в кулак, приложил ладонь к шару. Холодный хрусталь завибрировал от моего прикосновения. Разноцветные лучи заплясали красками, в считанные секунды изменяя свечение на бледно голубое. В толпе пронеслись вопросительные нотки, а лицо Императора начало быстро бледнеть. Я ощутил как по моей руке пробежал холодок, молниеносно устремляясь к шару. Треск! Звон! И шар разлетается на части, обдавая окружающих тысячами мелких осколков.

Взвизгнувшая от неожиданности толпа знати загомонила, а я пребывая в шоке, смотрел на свою окровавленную руку, покрываемую приятным, прохладным инеем.

— Вердикт Верховной Палаты! — выходя вперед, начал говорить человек в белой мантии. — Этот человек, истинный потомок рода Бессоновых! Ранг Ультима!

— Ультима? Ультима? Ультима? — многоголосо раздалось вопросительное перешептывание в толпе знати.

— Ультима? Старик! Что за бред ты несешь? — почти прокричал Император, нервно постукивая по подлокотнику трона.

— Вы сомневаетесь в словах Владыки Снов? — вышел из толпы мужчина, больше походивший на гориллу, нежели на обычного человека.

— Конечно же нет. — внезапно изменился в лице Львов и подозвал к себе одного из горбунов.

В зале повисла неловкая тишина. Гориллообразный воин вернулся на свое место, а ошарашенная увиденным знать, едва заметно перешептывалась, видимо боясь попасть под гневную руку Императора.

— Вы готовы произнести клятву, Ярослав Петрович? — подойдя ко мне, спросил человек в белой мантии. — Как будете готовы, кивните и я засвидетельствую вашу клятву.

Я внимательно всмотрелся в лицо старика. Сморщенный от немалого возраста, он смотрел на меня глазами юнца и улыбался абсолютно белыми, непривычно здоровыми для такого возраста зубами. Его кожа была сморщена, но в руке, что держала мою кисть, чувствовалась сила матерого воина. Ощутимое тепло исходящее от старика было настолько явным, что кожа под моей одеждой начала обильно покрываться проступившим, холодным потом.

— Ваше Высочество. Ваше Высочество. — прошипел из толпы Ахтямов, вырывая меня из размышлений.

— Прошу прощения. — извинился я перед стариком за заминку. — Я готов произнести клятву.

— В таком случае, преклоните колено и произнесите клятву.

Я опустился на одно колено, не отводя глаз от ехидной и в то же время покрасневшей от злобы физиономии Императора. Рука старика в мантии легла на мое плечо и я внезапно ощутил прилив сил и какую-то необъяснимую, безграничную уверенность.

— Я, Князь Бессонов Ярослав Петрович, сын своего отца, находясь в сознании, в трезвом уме и полном здравии, клянусь в верности Российской Империи и ее народу. Я клянусь, что буду свято соблюдать законы империи, что косвенно или умышленно не направленные ей во вред. — своими губами, но словами отца заговорил я.

— Что это? Это не та клятва! Остановите его! — начал паниковать Император.

Гвардейцы Императора двинулись в мою сторону, но их путь преградил гориллообразный воин, материализуя гигантский двуручный топор.

— Я клянусь, что буду следовать идеалам чести, как следовали им наши славные предки. Я клянусь, что мой клинок будет разить каждого, кто преследует свои алчные цели, нанося вред Отечеству и его народу. Я клянусь, что не наврежу и не опорочу имени нашей славной Империи. Я клянусь, что моя жизнь, мой клинок, моя сила и мое войско с этого момента принадлежат Империи и ее народу. Я клянусь, что в день когда морозы укроют землю, буду стоять во главе тех, кто возьмет на себя удар. Так было, так есть и так будет. Такова моя клятва.

Застывшие в удивлении лица дворян, перекошенная от злобы и ненависти физиономия Императора, замедляющийся скрежет зубов имперской стражи и гулкий выдох гориллообразного воина. Это все то, что я увидел после произнесенных мною слов, прежде чем осознал, что время вокруг меня почти остановилось.

— Это было мощно, но глупо. — заявил старик в белой мантии.

— Что… Что произошло? — ощущая приближающийся выброс адреналина в кровь, обращаюсь я к нему.

— Я остановил время, чтобы у нас с вами была минутка на уточнение некоторых тонкостей происходящего. Вы своей выходкой не на шутку разозлили Императора. Дав клятву Империи и ее народу, вы поставили под сомнение его легитимность и практически в открытую объявили войну действующему режиму. Думаете вам хватит для этого сил?

— Так или иначе, но Император не успокоится, пока не избавиться от меня. Ему жизненно необходимо завершить это незаконченное дело. Вариантов было не так уж и много. Смириться и подставить голову под топор палача, либо сражаться и пытаться изменить Империю к лучшему. — развел я руками, вывалив всю правду.

Глупо? Может быть. Но что-то глубоко внутри, убедило меня в том, что старик и его орден будут на моей стороне. Да, звучит весьма сомнительно. Но мой богатый опыт поиска приключений на пятую точку, говорит о том, что не стоит игнорировать кричащую в голосину интуицию.

— Так уж и быть. Орден окажет вам поддержку. Благо, дело вашего покойного батюшки живет. И адепты нашего ордена до сих пор чтят его мудрость и милосердие. — кивнул старик и время тут же вернуло прежний ход.

— Измена! — завопил во весь голос Император. — Стража! Взять этого изменника и казнить немедля!

Многочисленные двери в стенах распахнулись и из них вывалило несколько десятков гвардейцев. Бойцы сразу же защелкали рычагами предохранителей на своих автоматах, готовя оружие к стрельбе на поражение. Многоголосое возмущение знати и испуганные взвизги нескольких особ женского пола, распространились по залу, эхом отражаясь от дорого украшенных стен. Горилообразный воин обернулся, глядя на старика кивнул, отбросил топор в сторону, материализуя в руках два водяных шара.

— Прекратить! — неожиданно властным и низким басом приказал человек в белой мантии. — С этого момента, Князь Ярослав Петрович Бессонов находится под защитой Ордена Снов!

— Что ты такое несешь старик?! Он же изменник. — прячась за спинами десятка гвардейцев выпалил Император.

— Вы так думаете? В чем же его измена? Князь Бессонов дал клятву и с того момента, является единственным, законным главой своего рода. — закрыв меня спиной, возразил старик в белой мантии.

— Клятву?! Он произнес клятву, которую я запретил еще полтора десятка лет назад! Этой клятвой пользовались изменники и предатели Империи!

— Этой клятве более тысячи лет. И ни один Император не вправе менять ее содержание. — внезапно вступился Ахтямов.

— Я не инициирую его статус, пока он не произнесет клятву, которая меня устроит! — не успокаивался Львов.

— Таким образом вы нарушите многовековые законы Империи. Хотя это уже неважно. Орден возьмет на себя ответственность и инициирует Ярослава Петровича самостоятельно. — безразлично произнес старик в белой мантии.

Сказать, что я не ожидал такого поворота событий, это ничего не сказать. Император еще долго выкрикивал гневные речи, клеймил всех предателями, сыпал на наши головы проклятья. Но его никто уже не слушал. Не до этого было знати. Их мысли были куда важнее и глубже. Перед ними стоял вопрос, чью сторону выбрать и как не прогадать с этим самым выбором.

Старик взял меня под руку и повел к выходу, а его нечеловечески крупный телохранитель, прикрывал наши спины. Вслед за нами, тронный зал начали покидать дворяне.

Оказавшись под открытым небом, я заметил резко изменившуюся картину. Забитая парковка практически опустела, а колонна машин вдоль дороги изрядно поредела.

Меня трясло словно умалишенного. Не знаю, был ли это резкий выброс гормонов в кровь или на мне так сказалась ощутимая, властная аура старика. Но все мои попытки собраться с силами и перестать дрожать, потерпели неудачу.

Старик довел меня до бронированного внедорожника, на котором мы приехали вместе с братьями и вложив в мою руку потрепанный, треугольный амулет, сказал:

— Императору потребуется время, чтобы нанести первый удар исподтишка. Поэтому, сегодня же я направлю к вашему родовому поместью бригаду лучших в империи строителей и специалиста по фортификациям.

— Большое спасибо конечно. Но я ведь даже не знаю вашего имени. — напрягая заторможенный от шока мозг, выдал я.

— Ты знаешь меня лучше, чем многие из тех, кто был сегодня в тронном зале.

После этих слов, старик улыбнулся и отойдя от меня на несколько шагов, растворился в толпе бурно гомонящей знати.

— Брат, это что за херня только что была? — запыхаясь выдал подбежавший ко мне Стас.

— Кто нибудь мне ответит? Это я тупой или одно из двух? — подбежал вслед за ним Мажор.

— Я думаю, что у Ярослава были для этого свои причины. — задумчиво произнес Док, ведущий под руку Графа Ахтямова.

— Признаюсь честно, я сам в шоке от произошедшего. Но моя интуиция подсказывает, что я все сделал правильно. — ответил я, облокачиваясь на внедорожник и закуривая сигарету.

— По крайней мере, ваш поступок сделал за нас непростую и кропотливую работу. Отделил зерна от плевел, так сказать. — заявил Игорь Франкович, кивая в сторону быстро покидающих территорию дворян. — Мда уж, не тот аристократ нынче пошел. Бегут, словно крысы с тонущего корабля.

— Оно и к лучшему. — довольно выдал, подошедший к нам Граф Гугунава. — Позвольте представиться. Граф Гугунава Иосиф Георгиевич, личный помощник Князя Артемова.

— Очень приятно. — пожал я ему руку и спросил — А где сам Князь? Или его не было с вами?

— Артем Артемович в дальней командировке, инспектирует африканский гарнизон.

— О! И Гугунава тут! — оскалился Граф Архипов, появившийся будто из ниоткуда.

— Здорова Венедикт Викторович, рад видеть тебя в здравии. — улыбчиво поприветствовал его Гугунава и пожал протянутую руку.

— Какие вы все дружные, аж блевать тянет. — покосился на них Стас.

— Ну что ребятушки?! Пора делать ноги, пока головорезы Его Императорского Величества нам их не повырывали. — заявил Селиверстов, подъезжая к нам и выглядывая из окна своего внедорожника.

— Вячеслав Федорович дело говорит. В открытую нападать никто не будет, а вот нагадить могут запросто. — согласился подошедший к нам Кротов. — Пока вы там грелись в тронном зале, мне удалось пробраться на задворки и обнаружить несколько интересностей.

— Например? — заинтересованно посмотрел на него Гугунава.

— Например то, что на территории резиденции стоит целая рота бойцов, экипированных по последнему слову техники. И судя по тому, что их боевые машины запущены и молотят двигателями. Смею предположить, что спокойной дороги нам не видать.

— Вы думаете, что Император попытается устранить Ярослава Петровича, не опасаясь всеобщей огласки? — кивнул на подъехавший к воротам микроавтобус журналистов, спросил Ахтямов.

— Кто ж его знает, Игорь Франкович, кто ж его знает. — протянул Кротов.

— Мои бойцы ждут у ближайшей развилки. Садитесь в машины и следуйте за мной. Я возглавлю колонну, Иосиф замыкающий. Рацию настройте на частоту 434.071. — проговорил Архипов.

Все как-то быстро засуетились, подоставали рации, выставили нужную частоту. Кротов подошел к внедорожнику, открыл багажник, откинул фанерный пол и достал оттуда два коротких автомата с барабанами вместо обычных магазинов.

— Умеете ли стрелять, спрашивать не буду. Садитесь в машину и уберите оружие в ноги. — закрывая багажник процедил Кротов.

— По машинам! — отдал приказ в рацию Архипов.

— По машинам! — прокричал в голос Гугунава.

— Ну че стоишь, глазами хлопаешь? По машинам, х*ли нет-то. — буркнул глядя на меня, недовольный происходящим Стас.

Глава 3

Спустя некоторое время. Резиденция Императора Российской Империи.

Император шел по коридору в свой кабинет, вынимая из штанов широкий кожаный ремень. С силой врезав в дверь кабинета ногой, он вошел внутрь и увидел своего сына, лежащего на полу и пускающего слюну в наркотическом экстазе.

— Вставай паршивец! — ударив его по ребрам ногой, закричал Император. — Вставай сучонок, я тебе говорю!

Он схватил Львова младшего за волосы и немного приподняв, с силой бросил сторону двери. Молодой цесаревич что-то невнятно пробубнил и попытался встать на ноги, но тут же рухнул на пол от очередного удара отца.

— Я доверил тебе плевое дело, а ты в очередной раз подвел меня! Неужели так сложно потерпеть несколько часов?! — впадая в исступление, продолжал наносить удары Император. — Тебе всего-то нужно было вызвать его на дуэль!

Томное кряхтение Львова младшего от ударов отца, только распаляло животную ярость, поселившуюся в груди Императора. Удар, удар, еще удар, снова удар. Львов старший теряет над собой контроль, под беспомощное бульканье наследника, выбивая глухой ритм своими ногами, о хрустящие, ломающиеся ребра сына.

— Вашче Вефлифчефтво. — возвращает Императора в реальность голос горбуна, без стука вошедшего в кабинет.

Горбун коротко бросает взгляд, на лежащего на полу, истекающего кровью Львова младшего, вздрагивает и словно ничего не произошло продолжает:

— Вафч отфряд фдет укафаний.

— Пусть выдвигаются. Скажи им, что я жду голову Бессонова сегодня к ужину. Иначе, своих голов лишатся их семьи. — задыхаясь от ярости, рычит Император.

— Ефть, Вашче Вефлифчефтво! — корявой рукой делает салют горбун и хромая на одну ногу, удаляется из кабинета.

Львов старший подходит к полке с алкоголем, хватает бутылку коньяка, отпивает из нее больше половины. Томно выдохнув, он поливает коньяк на взмокшие от пота волосы и отбросив бутылку в сторону, подходит к сыну, толкая его ногой.

— Вставай ублюдок. Надеюсь, что этот урок ты запомнишь надолго. — рычит он, обессиленно пошатываясь.

Но не тут-то было. Молодой львов лежал в растекающейся луже крови, не подавая ни малейших признаков жизни. Его грудь оставалась неподвижной, а на лице замер ужас вперемешку с наркотическим экстазом. Рука Императора потянувшаяся за новой бутылкой дрогнула, из-за пришедшего в затуманенный яростью мозг осознания.

— Мальчик мой… — взревел Император, бросаясь к бездыханному телу наследника и поднимая его на руки. — Алекс! Алекс! Алексей! Лешенька!

Но все было тщетно. Обмякшее тело единственного наследника рода Львовых испустило дух. Оставляя после себя изувеченную, переломанную оболочку, словно напоминание для того, кто лишил его долгой и беззаботной жизни.

— Я клянусь всеми богами и демонами, я отомщу за тебя сын мой. — прошипел Львов старший и рыдаючи, уткнулся в окровавленную грудь сына.

В это же время. В километре от загородной резиденции Императора.

— Архипов, все как ты и говорил, у нас на хвосте гости! — прошипел из рации голос Гугунавы.

— Пропусти их вперед, мои парни уже наготове! — ответил ему Граф Архипов.

— Сидим не рыпаемся, стекла не опускать. Архипов знает, что делает. Надеюсь, что знает. — выдал Кротов, нервно барабаня по мягкой обшивке руля.

Я оглянулся назад и увидел как машины Гугунавы и Ахтямова, обгоняют несколько армейских внедорожников. Монструозные автомобили имели довольно серьезную броню, а из люков на крыше выглядывали бойцы, наводящие в нашу сторону стволы крупнокалиберных пулеметов.

— Улыбочку сука! Сейчас вылетит птичка! — прокричал в рацию Архипов.

В ту же секунду мимо нас пронеслось нечто, громко шипя и оставляя за собой облако дыма. Взрыв! Первый броневик задирает морду и его тут же выбрасывает с дороги, заставляя кувыркаться по обочине и разбрасывать во все стороны элементы обшивки.

— Хорошо зашла! — радостно восклицает Гугунава.

Мимо нас пролетел очередной снаряд. Правда, цели он своей не достиг. Угодил ровно под колеса, из-за чего контуженный пулеметчик пришел в ярость и стал бессознательно палить во все стороны. Вжавшись в кресло изо всех сил, я посмотрел в зеркало бокового вида и к своему ужасу увидел отстающий от колонны, полыхающий пламенем внедорожник Ахтямова.

— У нас одна машина минус! Граф Ахтямов выпрыгнул на ходу. Скорее всего ему требуется помощь лекаря. — прошипел в рацию Гугунава.

— Игорь Франкович тертый калач, но я отправлю к нему одного из своих парней. Есть с ним связь? — сквозь помехи проговорил Архипов.

— Знаешь братец, мне как-то перехотелось быть членом княжеского рода. — вжимаясь в сиденье, процедил сквозь зубы Стас.

— Значит будешь не членом, а пи**ой! — опьяненный адреналином прокричал Кротов.

— Я не понял, ты давно в чужих руках не обсерался? — вступился за брата Мажор.

Раздалась длинная очередь выстрелов, высекающих искры по асфальту прямо перед нашим автомобилем. Нечто урчащее, не такое как в прошлый раз, промелькнуло за окном и ведущий по нам огонь внедорожник, раздуло изнутри, разрывая его на мелкие части.

— Беглец один, я Стена два. Как меня слышно? — прошипел незнакомый голос в динамике рации.

— Стена два, я Беглец один. Слышу тебя четко и ясно. — ответил голос Архипова.

— Стена два, я Беглец шесть. В километре позади, остался наш человек, Граф Ахтямов. Ему нужна помощь лекаря! — заговорила рация голосом Гугунавы.

— Беглец шесть, принял. Высылаю группу эвакуации.

— Да кто они черт побери такие? — выругался Док, разглядывая настигающий нас очередной броневик.

По кузову автомобиля забарабанили множественные попадания. Наша машина подернулась и на несколько секунд пошла юзом, но Кротов справился с управлением.

— Почему они именно по нам херачат? — зажимая уши руками, прокричал Мажор.

— А ты как думаешь? — с бешеными от адреналина глазами пробасил Кротов.

— Стена два, это Стена один. Беглец четыре под огнем. Я пустой, высылай птичку.

— Стена один, я Стена два. Птичка вылетела, ожидайте.

Броневик противника замолотил вновь, покрывая боковые стекла паутиной трещин от точных и частых попаданий.

— Ай сука! — вскрикнул Кротов, хватаясь за кровоточащую щеку.

— У него сейчас стекло развалится! — прокричал Док, заметив крошащийся бронепакет у водительской двери.

Взрыв. Нашу машину подкинуло вверх, с безжалостной силой бросая на крышу.

— Беглец один, Беглец четыре подбит! — прошипело в рации.

Это было последнее, что мне довелось услышать. Отвратительный писк поселился в ушах, а глаза рисовали размытые, бесцветные контуры, шевелящихся в салоне людей. В машину ударил очередной снаряд, а вслед за ним, ощутились и множественные удары чего-то потяжелее. Я почувствовал приятный холодок в области живота и ставшую уже привычной, расслабляющую темноту, что стремительно застилала мое сознание.

В глубинах своего подсознания, я сижу на холодном и сыром полу, глядя в зеркало. Отражение морщится, улыбается мне, изображая издевательскую рожицу.

— Тебе еще не надоело? — ехидно спрашивает двойник.

— Надоело что? — слышится откуда-то справа.

Я поворачиваю голову в сторону говорящего и нахожу там еще одного двойника. Он довольно лыбится, сидя на стуле и держа ноги с закатанными по колено штанами, в тазике с парящей водой.

— Издеваться над ним. Он ведь тупой. Разве этого не видно? — тычет пальцем в мою сторону отражение.

— А мне так даже интересней. Наблюдать за тем, как он корчится, пытаясь выдавить из себя дворянские манеры. — отвечает двойник.

— Вы ничего не перепутали? Я вообще-то вас слышу. — переводя озадаченный взгляд с одного на другого, говорю я.

— Ого, он еще и разговаривает! — будто бы искренне удивляется отражение.

— Не поверишь, он еще и зад вытирает самостоятельно, но это ненадолго. — хихикнул двойник.

— Вы чего суки, совсем страх потеряли!

— Скучный ты, над собой смеяться не умеешь. Проваливай. — говорит отражение и рядом со мной появляется еще один двойник, грубо толкая меня в грудь ногой.

Я проваливаюсь в непроглядную тьму. Пытаясь нащупать руками хоть что-то, отчетливо улавливаю звук льющейся воды и частые, звонкие всплески капель.

— Давай! — призывно звучит знакомый голос, но я не могу вспомнить кому он принадлежит.

— Давай же! — раздается уже более четко.

— Давай сучара, поднимайся!

С глубоким, истерическим вдохом я открываю глаза, часто хватая губами воздух, словно выброшенная на берег рыба.

— Киндзадзава или как тебя там! Он очнулся! — выдает перемазанный грязью Док, сидя надо мной.

— Идти можешь? — спрашивает меня подбежавший Гугунава, а я отрицательно мотаю головой, так как абсолютно не чувствую своих ног.

Сознание снова проваливается в бездну, безжалостно бросая меня о пропитанную влагой землю, рядом с разоренной мародерами могилой. Прижав к груди травмированную руку, я встаю и нахожу себя рядом с расколотой надвое, надгробной плитой.

— Безымянный изменник….— вслух читаю надпись на ней.

— Эта тьма, станет твоей тюрьмой! — доносится со спины.

Я резко оборачиваюсь, но никого не нахожу поблизости. Только резкие порывы ветра разгоняют и без того сильный, косой ливень. До моих ушей доносится странный шорох. То тут, то там начинают трещать корни. Будто нечто страшное и опасное, пытается выбраться на поверхность из земных недр.

— Давай же сука! Давай! Дыши, мать твою! — эхом звучит в голове.

В это же время. Резиденция Императора Российской Империи.

Львов старший сидел на троне и глазами полными злобы и ненависти смотрел в одну точку. На руках он держал бездыханное тело Алексея и нежно, по отечески поглаживал светлые, растрепанные и окровавленные волосы на его голове.

— Я тебе не рассказывал, но ты не просто начал ходить в десять месяцев, ты сразу побежал. Я еще тогда хвастался перед остальными. Смотрите мол какой у меня шустрый малый. Ваши еще в подгузники гадят, а мой уже во всю по дому бегает. — улыбаясь своим словам, говорил Император. — А еще, ты раньше всех заговорил. Мое сердце дрогнуло, когда я впервые услышал, как ты называешь меня папой. Папа, папа, папа. Это было твое первое слово. Ты мог повторять его часами напролет, из-за чего твоя мать сильно обижалась. Говорит мол, носишь его девять месяцев, растишь , поишь, кормишь, а он первым делом папу зовет. Хм… Она была прекрасной женщиной и хорошей матерью. Жаль, что судьба забрала слишком рано.

Дверь тронного зала распахнулась и в нее забежал покрасневший, запыхавшийся гвардеец. Он рухнул на колени у ступеней ведущих к трону и склонив голову к полу, выпалил.

— Ваше высочество, пришли вести от командира спецгруппы. Карательный батальон полностью уничтожен. Беспилотная авиация собрала данные, помимо наших машин, среди подбитых обнаружено еще три чужих внедорожника. Один из которых тот, что перевозил в себе Бессонова.

— Мне нужна его голова. — прорычал Император.

— Разведгруппа уже выдвинулась на место. Ожидаем радиообмена в ближайшие минуты.

— Так зачем тогда ты попусту тратишь мое время? Разве не видишь? Я с сыном разговариваю!

— Прошу прощения, Ваше Величество. Я лишь выполняю приказ своего командира. — покраснел гвардеец, глядя на бездыханное тело Львова младшего.

— Тогда выполни приказ своего Императора. Вставь пистолет себе в рот и спусти курок. — взглядом безумца, посмотрел на него Император.

— Воробей на связи? — прошипело в рации гвардейца.

— Так точно. — опасливо и не отводя взгляда от Императора, отвечает тот.

— Короче, передай этому старому уроду, что у нас абзац полный. Отряд расфигачили, а эти аристократишки скрылись хер пойми в каком направлении. — голос в рации на секунду замялся — Ну ты тока это. Помягче преподнеси. По умному в общем, как ты умеешь.

Побледневший гвардеец вздрогнул, отложил в сторону рацию и открыл кобуру, извлекая из нее небольшой пистолет. Его руки крепко сжали рукоять, направив смертоносное оружие к подбородку, чтобы исполнить волю его господина.

— Отставить боец! — остановил Император исполнение своего же приказа. — Достаточно на сегодня смертей.

Гвардеец облегченно выдохнул, а на его глазах засияли искорки подступающих слез. Громко шмыгнув носом, он поставил пистолет на предохранитель, убрал его обратно в кобуру.

— Я назначаю тебя своим помощником. — пронизывая бойца взглядом, властно произнес Император. — Сходи к казначею и расскажи о своем назначении. Пусть выдаст тебе средства на новый костюм и парикмахера. Не хватало еще, чтобы мой помощник светил плешью на весь тронный зал.

Спустя два часа. Госпиталь в тренировочной лагере ЧВК “Амадей”

— Что скажете, Олег Михайлович? — обратился к вышедшему из палаты главврачу госпиталя, Граф Архипов.

— Тревожно мне, Венедикт Викторович. Состояние молодого Князя хоть и стабильно удовлетворительное, но вызывает много вопросов. — делая какие-то заметки в журнал посещений, ответил тот.

— Что все это значит? — подскочил со стула Стас.

— Это значит, молодой человек, что вам, как минимум не стоит его тревожить какое-то время. Особенно, пока он пребывает в медикаментозной коме.

— Очень надеюсь на вас, Олег Михайлович. От жизни этого парня, зависит слишком много судеб. — вмешался в разговор Ахтямов, сидя в инвалидной коляске, с запечатанной в гипс левой ногой.

— В таком случае, рекомендую начинать молится тому, в кого веруете. Ибо без настоящего чуда или божественной помощи, тут вряд ли дело обойдется. — кивнул главврач и слегка поклонившись, удалился по длинному коридору реанимационного отделения.

Лица присутствующих окрасились красным.

— Я отомщу этому уроду за нашего брата! — сорвался с места Мажор, но на его пути встал Гугунава

— Угомонитесь, Кирилл Викторович. Своими глупыми и необдуманными действиями, вы только навредите нашему общему делу. — проговорил Архипов, ища чей-то номер в своем манофоне.

— Мы тоже не пальцем деланы и знаем, когда нужно действовать, а когда стоит залечь на дно. — вступился за Кирилла Стас.

— Что вы можете знать, щенки?! — разозлился Венедикт Викторович. — Это вам не уличные разборки, против нас сейчас целая армия! Армия мать вашу!

— Венедикт Викторович, не стоит так грубо общаться с ребятами. Они еще молоды и по юношески эмоциональны. — залепетал Ахтямов.

— Ты кого щенком назвал, петух косомордый?! — выпалил Стас и резко сократив дистанцию, врезал Архипову головой в нос.

Немолодой граф покачнулся и тут же, будто отпружиненный, нанес ответный удар. Отправляя Стаса в глубокий нокаут.

— Ах ты сука! — прокричал Кирилл, ударяя скалящегося графа ногой в пах.

— Сволочи…. — протянул тот, оседая на пол и держась за ушибленный орган.

Гугунава, видя такое дело, видимо решил не оставаться в стороне и прописал Кириллу мощный удар в челюсть. Из-за чего тот, словно подкошенный, рухнул рядом со Стасом и скулящим от боли Архиповым. Глаза Ахтямова полезли наверх, а спокойный до этого момента Павел, решил внести изюминку в кульминацию творящегося хаоса. Он молча подлетел к грузину со спины, резко обхватил его руками и подпрыгнув словно профессиональный борец, бросил Гугунаву через себя.

Двумя часами позднее. Родовое поместье Быковых.

— Ваша выходка была крайне неуместна. — ворчал Ахтямов, принимая чашку кофе из рук молодой кухарки. — И вообще, вы теперь являетесь представителями дворянского сословия и должны вести себя соответствующе. А не махать кулаками при малейшей возможности.

— Игорь, как тебя там? Не мог бы ты хоть на минутку закрыть свой рот? И без тебя голова трещит. — прикладывая полотенце со льдом к голове, пробубнил Стас.

— А что нам оставалось делать? Разве можно было позволить, чтобы с нами общались словно с малолетними пацанами? — запротестовал Кирилл.

— Вы и есть малолетние пацаны! Особенно на фоне Графа Гугунавы, а про Архипова я вообще молчу.

— Прошу прощения господа. — прервал перепалку Феофан Антипович, держа в руках манофон Мажора. — Кирилл Викторович, вам звонит Екатерина Владимировна.

Стас с Кириллом переглянулись. Мажор, трясущимися от нервного напряжения руками взял манофон и бегло глянув на экран, приложил его к уху.

— Внимательно. — произнес он, слегка дрогнувшим голосом.

— Привет Кир,увидела трансляцию в сети и решила набрать вам. — проговорил взволнованный голос Катрин из динамика манофона.

— А до этого ты где была? Неужели так сложно было выйти на связь?

— Мне нужно было убедиться, что вас не отслеживает Имперская Безопасность, после сам знаешь каких событий.

— Ясно. Что дальше?

— Я могу вернуться в поместье? Семён на меня не в обиде? Или вы его теперь называете Ярослав Петрович? — повеселевшим голосом, спросила Катрин.

— Ярослав Петрович. Именно так. — сдерживая подступивший к горлу ком, ответил Кирилл.

— Что случилось? Ты будто бы не рад за него?

— Приезжай. На месте все обсудим.

Кирилл нажал кнопку сброса, посмотрел на вопросительно смотрящего Стаса, достал из кармана смятую пачку сигарет.

— Ну чего там? — спросил Стас.

Но Мажор не ответил. Молча пожав плечами, он прикурил сигарету и направился к выходу, едва заметно прихрамывая на правую ногу. Как только дверь главного зала хлопнула, из кармана Ахтямова донесся жужжащий звук входящего звонка.

— Ахтямов. — ответил старик на вызов. — Да…. Да…. Ага…. Само собой…. Нет конечно…. Добро…. Пусть делают так, как считают правильным…. Да…. Ага…. Поблагодарите его от меня и лично от лица Его Высочества…. Да… Да … Ага. Спасибо, Николай Дмитриевич.

Ахтямов повесил трубку и гулко выдохнув, набрал номер Кротова.

— Сергей Николаевич, строители Николая Дмитриевича и фортификационный инженер Ордена Снов прибыли на территорию поместья Ярослава Петровича.

— Хорошо, Игорь Франкович. Граф Ковтунов профессионал своего дела, я ему полностью доверяю. — ответил в динамике Кротов. — С вашего позволения, я бы хотел остаться рядом с Его Высочеством. Хотя бы до того момента, пока его приведут в сознание.

— Сергей Николаевич, вы же сами слышали, что сказал доктор….

— И тем не менее. Я поклялся защищать его, во что бы то ни стало.

— Я вас услышал, Сергей Николаевич. — понимая, что спорить с Кротовым бесполезно, сказал Ахтямов и повесил трубку.

Стас посмотрел на нервно закуривающего старика, отложил в сторону полотенце, накинул на плечи теплую куртку и направился к двери ведущей во двор.

Погода на улице стояла не по зимнему теплая, даже несмотря на противную, прохладную морось. Снежный покров постепенно сходил на нет, растворяясь и убегая прочь, мелкими жучащими ручейками.

Поскользнувшись на скользких ступеньках и едва удержав равновесие, Стас громко выругался, достал из кармана сигарету и закурив ее, направился в сторону псарни, у которой о чем-то беседовали братья.

— Вашей псине стоило бы поменьше курить. — глядя на пыхтящего сигаретой волка, заявил подошедший Стас.

— Во первых, это не псина, а волк. Во вторых, за такие слова на месте Валеры я бы тебе морду набил. — раскладывая кровящее мясо по мисками, выдал Павел.

— А вдруг Ярослав прав? — щелкнув окурком в кусты, почесал затылок Кирилл.

— Ты о том, что этот волк и не волк вовсе, а наш покойный брат Валера?

— Именно об этом.

— Чушь. У Семё…. То есть у Ярослава, всегда была больная фантазия. Помнишь, как он лягушку поймал и долго рассказывал всем, что это не просто лягушка, а Лизка из дома напротив?

— Не помню, а когда такое было? — удивился Кирилл.

— Нам было лет по пять тогда. Ты в это время еще у мамкиной сиськи грелся. — ответил Павел. — Но соглашусь, случай похожий.

— Ыррр. — недовольно рыча, оскалился Валера.

— Но как тогда объяснить все остальное? Ручной волк курильщик с повадками человека и взглядом, которым подозрительно похож на взгляд Валеры. Слишком много совпадений, тебе не кажется?

Спор братьев прервал скрежет открываемых ворот, которые до сих пор толком так никто и не отремонтировал. Стас недовольно сложил руки на груди, глядя в сторону остановившегося такси, а Кирилл и Павел едва слышно захихикали.

— Чего ржете придурки? — удивился Стас.

— Да так, анекдот вспомнили. — прыснул со смеху Кирилл, глядя на волка, справляющего свою нужду прямо на ботинки Стаса.

— Ах ты ж сука! А ну иди сюда сыкун мохнатый! — разразился руганью Рамзи, пытаясь пнуть убегающего Валеру.

— А этот какого черта тут делает? — внезапно изменившись в лице прорычал Павел, увидев Катрин и плетущегося позади нее Патча.

Глава 4

Госпиталь в тренировочной лагере ЧВК “Амадей”

Белый потолок, белые стены, такой же стерильно белый свет ламп. От моей руки идут многочисленные шланги капельниц, а к груди прилеплено не менее десятка всевозможных датчиков и присосок. Монотонное пиканье, то и дело отдает эхом в голове, заставляя слегка морщится и время от времени, бессознательно вздрагивать. Откуда-то слева доносится легкое сопение, но повернуть голову и посмотреть, мне никак не удается. Тело будто сковало льдом.

— Кто здесь? — хриплым, пересохшим голосом спрашиваю я у невидимого посетителя.

— Ваше Высочество?! — появляется в поле моего зрения Граф Кротов, глядя на меня заспанными, опухшими глазами.

— Дай воды, Сергей Николаевич.

— Одну минуту, Ярослав Петрович.

Кротов исчез из поля зрения, загремел чем-то в другом конце палаты, недовольно выругался, звякнул стеклом и спустя несколько секунд появился вновь, протягивая мне стеклянную бутылку воды.

— Сергей Николаевич…. — прохрипел я.

— Да, Ваше Высочество? — направил ухо в мою сторону Кротов.

— Ты совсем дурак или притворяешься? У меня руки не двигаются….

Моментально покраснев, Кротов ловко свинтил металлическую крышку с бутылки и подхватив меня под шею, стал медленно, по капельке вливать прохладную жидкость мне в рот.

— Пейте, Ваше Высочество, пейте на здоровье. — причитал безопасник.

— Достаточно. — прокряхтел я, пытаясь продрать горло.

— Как вы себя чувствуете, Ярослав Петрович? — раздалось из динамика над моей головой.

— Как будто меня пожевали и выплюнули.

— Олег Михайлович уже оповещен о вашем пробуждении и подойдет с минуты на минуту. Советую не делать резких движений.

— Кто бы ты ни был, но ты хорош. В юмористы не пробовал податься? — обратился я к голосу в динамике и тут же закашлялся, давясь отошедшей из горла мокротой.

Видя, что я начинаю задыхаться, Кротов резко подхватил меня, согнул в три погибели и несколькими мощными хлопками по спине выбил из меня нечто более походящее на смолу, нежели на мокроту. Абсолютно бесформенная, черная субстанция, с громким шлепком шмякнулась об пол и внезапно для нас обоих, зашевелилась.

— Что это за дрянь? — скрипя, словно расстроенная скрипка спросил я у Кротова.

— Зародыш филактерии. — медленно приближаясь к трясущему в конвульсиях сгустку, прошептал он.

— Что еще за филактерия?

— Это очень, очень плохой знак, Ваше Высочество.

Кротов взял со стола пакет и резко прыгнув в сторону сгустка, накрыл его им, быстро подхватывая и завязывая импровизированный сосуд крепким узлом.

— Это будет нашей общей тайной, Ваше Высочество. — бледнея на глазах заявил он, запихивая пакет в карман своей куртки.

Дверь палаты распахнулась и в нее вошел немолодой, но крепкий, скорее всего даже жилистый мужчина в белом врачебном халате. Он коротко взглянул на продолжающего бледнеть Кротова, подошел к нему и бесцеремонно сунул руку в карман его куртки. В ту же секунду, доктора словно током ударило. Он резко отскочил в сторону, пошатнулся, прошептал синеющими губами какие-то слова и рухнул замертво, изсыхая в мумию на наших глазах.

— Кротов, ну-ка выбрось эту штуку. — ощущая невероятный прилив сил, приказал я безопаснику.

Сергей Николаевич медленно достал пакет из кармана, держа его самыми кончиками пальцев, и осторожно, словно готовую взорваться мину, уложил на стол. Субстанция в пакете снова зашевелилась, издавая едва уловимый хлюпающий звук.

— Что это за херовина такая, Кротов? — прошептал я, глядя на начавшего вновь розоветь безопасника.

— Если я не ошибаюсь, подобные штуки зарождаются в теле некроманта в случае, если его жизни угрожает опасность. — трясущимися губами, ответил он.

— Господа, должен вас попросить, немедленно покинуть палату. — раздался явно взволнованный голос из динамика.

Не долго думая, Кротов отцепил провода и капельницы, подхватил меня на руки и чуть ли не бегом, вылетел из палаты. Интересно, а мне стоит стоит сообщить ему, что после инцидента с превратившимся в мумию доктором, я стал чувствовать себя гораздо лучше? Нет, наверное не стоит. Пусть побегает немного со мной на руках. Тем более пол явно холодный, а у меня на ногах даже носков нет.

Дверь в конце коридора резко распахнулась, вышибая железной ручкой стекло на двери самой крайней палаты. Под изысканный мат доносящийся неизвестно откуда, в коридор вбежала группа людей в оранжевых костюмах и масках химической защиты. Добежав до нашей палаты, они с силой врезали по двери и взяв автоматы на изготовку, вошли внутрь один за другим.

Произошедшее далее, было для нас полной неожиданностью. Из палаты донеслись истошные крики, множество выстрелов, грохот и звон бьющегося стекла. Дверь ведущая в палату сорвалась с петель, а в открывшийся проход, тут же вылетел один из бойцов разорванный пополам. С громким чавканьем, он врезался в стену, оставляя после себя алое кровавое пятно.

— Валим, Ваше Высочество! — прокричал Кротов, срываясь с места с такой скоростью, что я ощутил, как хрустнули позвонки на моей шее.

Уже у самых дверей ведущих наружу, я увидел нечто, выползающее из моей палаты. Антрацитово-черная субстанция, достигла размеров взрослого человека и обзавелась двумя полноценными конечностями в виде длинных изгибающихся щупалец. Завидев нас, тварь резко сменила курс, направляясь в нашу сторону.

— Ложись! — прокричал появившийся из дверей боец с необычным оружием в руках, больше походившим на огнемет.

В это же время. Родовое поместье Быковых.

Избитый до неузнаваемости, в луже собственной крови стонал Денис. Разъяренный Стас, словно дикий зверь ходил вокруг него кругами, будто ища малейший повод, чтобы нанести очередной удар.

— Ой мамочки! — провизжала Катрин, закрывая лицо руками.

— Чего разнылся? Сказать нечего? — с отвращением спросил Павел, схватив Патча за окровавленные волосы и задирая его голову вверх.

— Эфэ фыл не фя… — разбитыми губами, попытался произнести тот.

— Из-за тебя нас могли вздернуть! — ударяя по ребрам ногой, озлобленно прошипел Кирилл.

— Ребята хватит! — пытаясь оттолкнуть парней от Дениса, не сдержалась Катя.

— Тревога! Тревога! — донесся из соседней комнаты крик Ахтямова старшего.

Дверь из столовой с грохотом отворилась и из нее на полном ходу вылетела коляска пожилого графа, правда без самого графа внутри. Павел отпустил волосы Дениса, вытер о его куртку перепачканные кровью руки и с удивлением заглянул в распахнутые двери. Также поступили и остальные, даже избитый до полусмерти Патч и тот приподнял голову, чтобы увидеть то, на что так удивленно смотрят остальные.

— Ну чего уставились бандиты малолетние? Помогите лучше встать! — заворчал ползущий по полу Граф Ахтямов.

— Решили молодость вспомнить? — прыснул Стас, направляясь в сторону уткнувшейся в стену коляски.

— Мне позвонил Кротов. Несколько минут назад, Ярослав самостоятельно вышел из комы. — подхватываемый Кириллом и Павлом, прокряхтел старик.

— Так это же отличная новость. — радостно выдохнул Стас, будто сбрасывая со своих плеч огромный камень.

— Новость несомненно отличная. Но в тренировочном лагере ЧП. Какая-то тварь атаковала госпиталь и разносит там все в пух и прах!

В это же время. Орден Святой Инквизиции.

Никодим Варфоломеевич сидел над священными текстами и размеренно раскачиваясь, начитывал их нараспев. Дверь старой кельи распахнулась, громко скрежеща, нарушая умиротворенную тишину царившую в соборе.

— Рассказывай, сын мой. Что заставило тебя потревожить меня во время чтения свитков? — не оборачиваясь, обратился к незваному гостю старик.

— Достопочтенный, нам поступили тревожные вести. Информатор заявляет, что в эту минуту, в двух десятках километров отсюда ведется бой между людьми и прорвавшейся в наш мир филактерией. Как и стоило ожидать, люди несут огромные потери. — выдал взволнованный, молодой инквизитор.

— Готовьте передовой отряд, немедленно. Я лично возглавлю группу инквизиторов. — резко изменившись в лице, заявил Никодим Варфоломеевич, сворачивая древние свитки и убирая их в ящик стола.

Тренировочный лагерь ЧВК “Амадей”

— Давайте за мной! — прокричал один из бойцов, указывая на монолитную, бетонную плиту в земле.

Сзади грохнул взрыв, осыпавшийся на наши головы, кучей перепаханной земли и частями человеческих тел. Кротов рванул к плите, а подбежавший к ней боец, замер на месте, разводя руками воздух. С виду выглядит конечно странно, но бетонная плита тут же затряслась и начала раздвигаться, открывая нам длинный спуск с многочисленными ступеньками, ведущими явно куда-то в подземелье.

Стоило нам немного спуститься вниз, как плита с оглушающим грохотом захлопнулась, размазывая помогавшего нам бойца по бетонной стене.

— Етишь твою мать! — выругался я, видя эту картину.

— Вот что означает поговорка, поспешишь - людей насмешишь. — буркнул Кротов, усаживая меня на каменный пол.

— Тут больше подойдет поговорка, поспешишь - себя распида**сишь.

— Ну да и то верно.

Кротов снял с себя пиджак и не на минуту не задумавшись, накинул его мне на плечи. Это было, как нельзя кстати. Ведь он утащил меня из палаты в одном больничном халате и даже тапок не прихватил. Зараза. А ведь на улице зима, да и вообще, хрен его знает сколько нам придется здесь сидеть, пока суета снаружи не уляжется.

Пока я терзал себя размышлениями на эту тему. Сергей Николаевич подошел к закрывшемуся за нами проходу и начал активно водить руками по стенам. Видимо пытаясь отыскать какую-нибудь кнопку или даже рычаг, приводящий механизм плиты в действие.

— Нужно искать выход, Ваше Высочество. В подземелье достаточно холодно, а ваш ослабленные организм вряд ли выдержит низкие температуры. — попытавшись толкнуть плиту, заявил Кротов.

— Думаешь, что никто не додумается искать нас здесь?

— Додуматься-то додумаются, а вот когда это будет, лишь одному Богу известно.

— И что ты предлагаешь?

— Спустимся в подземелье, а там посмотрим.

Кротов подошел ко мне, сунул руку в карман пиджака, висящего на моих плечах и достал оттуда запечатанную пачку сигарет и коробку спичек. Ехидно улыбнувшись, он распечатал пачку, достал оттуда сигарету, прикурил и протянул мне.

— Хотел сделать вам подарок, когда вы выйдете из комы. — возвращая пачку обратно в карман, предугадал мой вопрос безопасник.

— Удивил так удивил, товарищ Кротов. — выпуская густое облако дыма, протянул я.

— Ладно, надо идти. — попытался приподнять меня он, но я его остановил.

— Погоди, Сергей Николаевич, я сам пойду. Хватит меня на руках таскать.

Кряхтя и хрустя переохлажденными суставами коленей, я аккуратно встал и облокотившись на стену, посмотрел на свои босые ноги.

— Ну как подержи-ка. — извлекая сигареты из кармана пиджака, сказал я.

Сбросив шерстяной пиджак с плеч, я резко рванул его по швам, разделяя две половины. От проделанного мною, глаза Кротова полезли на лоб. Не, ну а чего он хотел? Мой дед всегда говорил: держи ноги в тепле, а голову в холоде. Ловко обмотав ткань вокруг стоп и затянув узлы на голенище, я немного потопал ногами, убеждаясь в прочности изобретенной мною обуви.

— Радикально, но действенно. — констатировал безопасник.

— Папиросы верни. — подмигнул ему я, протягивая руку.

Кротов ухмыльнулся, вернул мне пачку сигарет со спичками и бросив взгляд на злосчастную бетонную плиту, направился вниз по ступенькам.

Спустившись в подземелье, я сделал для себя два вывода. Во первых, было чертовски сыро, во вторых, здесь стоит абсолютная темень. Благо, у безопасника с собой оказался манофон, а некогда невостребованная функция фонарика, пригодилась как нельзя кстати.

У ворот тренировочного лагеря ЧВК “Амадей”

Бронированный Феникс подъехал к воротам тренировочного лагеря. Из-за высокого забора доносились вопли раненых солдат, а многочисленные клубы дыма устремляющиеся в небо, говорили о серьезности произошедшего здесь сражения.

— Проезд на территорию запрещен. Работает Орден Святой Инквизиции. — выдал подошедший к машине боец.

— Никодим Варфоломеевич здесь? — спросил у бойца Стас и тут же вздрогнул от очередного взрыва.

— Не могу знать. — холодно ответил тот.

Из-за стены устремился поток многочисленных трассеров вперемешку с изредка вылетающими сгустками света в виде шаров. Нечто бесформенное, абсолютно черное, словно ночь, перепрыгнуло бетонное ограждение и оказавшись на земле, рвануло в лес, ломая на своем пути вековые сосны. Бойцы стоявшие у ворот тут же вскинули руки в сторону беглеца, выпуская из ладоней лучи первородного света. За стеной снова грохнуло, а в небо взлетела пышущая пламенем многотонная цистерна из под горючего.

— Это что еще за хрень была? — неожиданно выругался Ахтямов, выглядывая из пассажирского окна и глядя в сторону, куда умчалось черное нечто.

— Кротов давно выходил на связь? — закуривая сигарету, спросил Кирилл.

— После того звонка, мы с ним больше не созванивались.

— Думаю, что вам стоит ему позвонить. — достав пистолет из бардачка, предложил Стас.

Ахтямов полез в карман, достал манофон, накинул очки на нос и найдя в записной книжке номер безопасника, нажал на вызов. В динамике раздались частые короткие гудки.

— Ерунда какая-то. — хмыкнул Ахтямов.

— Вот сейчас и узнаем, ерунда или нет. — увидев выходящего с территории лагеря Никодима Варфоломеевича, сказал Павел выбираясь из машины.

Перепачканный в саже, грязи и крови, Верховный Инквизитор принял из рук бойца цветастый платок и уселся на поваленное дерево, кладя на колени свою молитвенную книгу. Бросив усталый взгляд на приближающихся братьев, он снял с пояса флягу с монастырским вином, свинтил крышку, приложился к горлышку слегка трясущимися от упадка сил губами.

— Нелегкий денек у вас выдался, Никодим Варфоломеевич. Мне ранее не доводилось видеть, чтобы вы лично участвовали в операции. — проговорил Павел, протягивая пожилому инквизитору раскрытую пачку сигарет.

— И не говори Паш, денёк сегодня воистину нелёгкий. — вставляя в зубы сигарету и прикуривая ее от протянутой зажигалки, согласился он.

— Ребята, ребята! Помогите мне выбраться. — прокричал из машины Граф Ахтямов, пытаясь нащупать опору единственной здоровой ногой.

— Стас, Кирилл, помогите старику. Мы тут сами побеседуем. — кивнул в сторону машины Павел.

Братья переглянулись, пожали плечами и вернулись к машине, чтобы посадить Ахтямова в коляску. Павел же, угрожающе посмотрел на подслушивающих их беседу бойцов. Из-за чего у молодых инквизиторов внезапно возникло острое желание отойти по нужде.

— Вы там Семена не видели? — глядя в уставшие глаза инквизитора, спросил Павел.

— Ярослава Петровича вы имеете ввиду? Нет, не видел. И слава Богу. Значит есть еще надежда, что ему удалось спастись. — вытирая платком проступивший пот, заявил Никодим Варфоломеевич.

— Все настолько плохо?

— Не то слово. Впервые за свою долгую жизнь, я не знаю, как бороться с подобной тварью. Ее не взяли ни пули, ни божье слово. Это что-то необычное, что за гранью нашего понимания.

Павел похлопал старика по плечу, закурил сигарету и перевел взгляд в сторону лесной развилки, откуда доносился бешеный рев моторов.

— Этого еще не хватало. — заметив выехавшую из-за поворота колонну черных внедорожников, тяжело вздохнул пожилой инквизитор.

Два десятка бронированных машин быстро приблизились к воротам лагеря, организованно и слаженно паркуясь на заснеженной обочине. Словно по команде, из внедорожников повыпрыгивали вооруженные бойцы. Внимательно осмотревшись по сторонам, они выстроились возле своих машин, замирая, словно истуканы.

— Артемов пожаловал. — прокряхтел, подкатившийся на коляске Ахтямов.

— Вы как всегда правы. — произнес молодой мужчина в черном пальто, внезапно появившийся позади.

— Ух ты ж еб твою мать! — выругался от испуга Стас.

Напугавший всех Князь Артемов Артем Артемович, как-то по доброму улыбнулся, но завидев спешащего к нему офицера, резко изменился в лице. Он молча пожал руку Игорю Франковичу, поцеловал перст Никодима Варфоломеевича и не проронив ни слова, подхватил вояку под руку, отводя того в сторону.

Двадцать минут, все пятеро с интересом наблюдали, как на повышенных тонах общаются высокородный князь и представитель низшего дворянского сословия. Особенно их поражало изобилие крепкого, отборного мата. Применяемого то одним, то другим спорщиком. По итогу, весь диалог практически был близок к тому, чтобы между ними завязалась полноценная драка, но благо у Ахтямова хватило смелости и слов, чтобы остановить назревающую бойню.

— Господа, давайте все немного успокоимся. — поставив свою коляску между пылающими от ярости аристократами, предложил Игорь Франкович.

— Вам легко говорить, а у меня люди погибли! — не унимался человек в форме.

— Тебя только личный состав беспокоит! Ты только представь сколько я денег потерял из-за вашей халатности! — кричал ему наперекор Артемов.

— Да ты только о деньгах думаешь! Человеческие жизни для тебя ничто!

— Каждый потерянный боец, это огромный минус с моего счета, переданный семье погибшего!

— Эу! Неуважаемые! — окликнул спорщиков Стас — Может все таки пустите нас на территорию, чтобы мы могли отыскать брата? А потом сритесь сколько душе угодно!

— Да пожалуйста. Ищите, хоть обыщитесь. — демонстративно сплевывая себе под ноги, выдал вояка.

Несколько часов ушло на то, чтобы перевернуть развороченный тренировочный лагерь вверх дном. Десятки убитых, сотни покалеченных. Братья осмотрели всех, но найти Ярослава так и не удалось. Хотя, можно еще было дождаться разбора завалов, но на подобное предложение, пожилой Ахтямов ответил отрицательно.

— Нет, дальнейшие поиски считаю бессмысленными. Нет смысла тратить драгоценное время на поиски того, кого здесь уже давно нет. — отмахнулся Ахтямов, отпивая горячий чай из армейской металлической кружки.

— Ну не могли же они сквозь землю провалиться? — рухнул на подгоревшую лавку Стас.

— Не могли. — протянул Артемов, глядя на бегающих туда-сюда спасателей.

— Вообще-то…. — почесал затылок вояка.

— Мы не знаем чего-то, о чем знаешь ты? — насупился Князь.

— Можно и так сказать.

— Тогда какого рожна вы все это время молчали? — возмутился Ахтямов.

— Это место не было предназначено для посторонних. Ценность подземелья и его тайны, имеют стратегическое значение для нашей организации. — с нотками раздражения и явно сожалея о начатом разговоре, скрежетнул сквозь зубы офицер.

— Мои деньги! Вот что имеет для вас стратегическое значение! — разгневался Артемов.

— Мне с твоих денег ни копейки не перепадает. Я получаю свою зарплату, заработанную кровью и потом, ни больше, ни меньше!

— Да без моих денег, ты бы до сих пор промедол из аптечек воровал и продавал его в подворотнях!

— Прекратить ругань! — раздался властный голос Графа Архипова.

Все присутствующие перевели взгляд на подошедшего Графа и одновременно присвистнули.

— Венедикт Викторович, кто это вас так приголубил? — не скрывая издевки на лице спросил Артемов, глядя на опухший нос Графа.

— Да вот тут, нашел один мастер боевых искусств. — косясь на улыбающегося Стаса, прорычал Архипов и тут же продолжил. — Я слышал ваш спор. На территории тренировочного лагеря и вправду есть подземелье. Вот только открыть его мог лишь один человек. Майор обладавший даром геоманта.

— Подождите-ка. — перебил его Ахтямов — Я правильно вас расслышал? Вы сказали мог?

— Все верно. Я нашел его тело среди тел погибших. Точнее сказать, нашел то, что от него осталось. Судя по всему, майора разорвало пополам и мой опыт мне подсказывает, что это вряд ли дело лап того существа. Тело будто скальпелем отсекли. Скорее всего, геомант спрятал Князя в том самом подземелье, но не рассчитал сил и стал жертвой своего же дара.

— Ну так найдите еще одного геоманта. В чем проблема? — влез в разговор Док.

— Не все так просто. Дар геоманта очень редкий. Во всей Империи вряд ли наберется больше двух десятков одаренных этой силой. — пояснил Ахтямов, бледнее на глазах.

— Как же у вас аристократов все сложно. — почесывая затылок, подключился Стас. — Разхерачить проход взрывчаткой и дело с концом.

— Если бы все было так просто. — ухмыльнулся вояка. — Плиту защищает мощное заклятье. Сбрось на нее хоть с десяток ФАБов, результат будет одни. Точнее полное его отсутствие.

— Постойте. А что если сделать подкоп в обход плиты и подорвать ведущую в подземелье стену? — предложил Кирилл.

— А это мысль! Может сработать. — оживился Архипов и дождавшись одобрительного кивка Артемова, продолжил. — Да, точно сработает. Молодец, Кирилл Викторович. Голова.

Глава 5

Где-то в подземелье.

Третий час мы блуждаем по бесконечным коридорам сырого подземелья. Манофон Кротова отрубился, а кроме него подсвечивать путь в непроглядной тьме было нечем. Благо, со временем зрение немного адаптировалось к отсутствию света, вырисовывая едва заметные контуры сырой кирпичной кладки стен. Да, сырость тут стояла дикая. Мои импровизированные бахилы давно промокли, как впринципе и вся остальная одежда.

— Странное это место. Обычно в таких хотя бы крысы бегают. — шурша ладонью по стене, заметил Кротов.

— Обычно? Можно подумать ты часто бывал в подземельях. — ухмыльнулся я в ответ.

— Бывал и не раз. Я не всегда просиживал штаны в кабинете. Иногда приходилось и поработать.

— Сергей Николаевич, я тебя умоляю. Ты же был начальником патрульной службы.

— Это вы на что намекаете?

— Кротов, давай будем честны. Весь город прекрасно знает, что своей должностью ты обязан своему отцу. Без его связей, тебе вряд ли удалось подняться выше обычного патрульного.

— Пф, отцу, как же. — хмыкнул безопасник — Да я свое повышение выгрызал зубами. А мой хваленый папаша только и делал, что пытался приткнуть меня поближе к сытной государственной кормушке.

— И тем не менее, ему это удалось. Ты стал начальником и без малейшего стеснения громко чавкал, отхлебывая с той самой кормушке.

— При всем уважении, Ваше Высочество….

— Да брось, Кротов. Ты действительно думаешь, что я и вправду поверил в твое ко мне уважение?

— Если я правильно понял, то вы хотите разговора на чистоту? — резко остановившись, повернулся ко мне Граф Кротов.

— Именно. — прикуривая сигарету, ответил я.

Блеклый огонек тлеющей сигареты, слегка осветил недовольную и явно раздраженную физиономию безопасника.

— Ты прав, Ваше Высочество. Я не сильно-то тебя и уважаю. — прорычал он.

— Вот, уже интереснее. А то все на Вы, да на Вы.

— Я не буду врать нам обоим. Я не просто тебя не уважаю, я тебя ненавижу. Особенно, после того, как ты опозорил меня на всю Империю.

— Ну началось, срал в штаны ты, а виноват почему-то я. Других примеров привести не мог? — достав очередную сигарету и прикурив ее от окурка, всплеснул руками я.

— Других примеров? Да их полно! Хотя бы тот случай с Графом Зариповым. Вы обчистили его поместье, перерезали глотку дворецкому, до смерти забили его наследника. Такой пример тебя устраивает?!

— У нас были на то свои причины.

— Причины?! Какие же? Хорошую отмазку ты себе придумал! Грабь, убивай, воруй! Ведь на все это найдется своя причина!

— Твой благороднейший Зарипов, похищал малолетних девочек, насиловал их до смерти, а потом выбрасывал на помойку их обезображенные тела. Или ты об этом не знал? Как же, не знал! Ты же лично руководил задержанием бездомных, на которых ваша контора повесила все эти убийства!

Я услышал как заскрежетали от злости зубы Кротова, но не стал останавливаться.

— Или ты мне расскажешь про Барона Рыжова? Которого ты лично отмазывал от виселицы? Да! Я знаю, что это ты помог ему избежать наказания. И ты же потом, сдал его нам! Когда осознал, кому перешел дорогу!

— Рыжов был честным предпринимателем! Если бы не он, то у обычных граждан не было бы доступа к нормальной медицине!

— У них и так его не было! Барон Рыжов был черным трансплантологом! В его клиниках разбирали людей на запчасти, чтобы старые пердуны вроде твоего папаши могли прожить еще несколько годков!

— Да откуда тебе…. — хотел парировать Кротов, но внезапно замолчал.

Откуда-то из другого конца коридора доносился едва различимый треск, больше походивший на жужжание высоковольтных линий электропередач. Мы стояли на месте не шевелясь, пытаясь уловить направление, в котором двигался звук. И судя по всему, двигался он именно в нашу сторону. Ну конечно же, куда ж без этого. Мало нам отмороженных пальцев на ногах, давайте, пусть нас еще и электричеством жахнет.

— Валим! — срываясь с места, прокричал Кротов.

Но убежать далеко ему так и не удалось. Я услышал несколько быстрых шагов, глухой удар о стену и звук заваливающегося на пол тела. Мда, приплыли называется.

Пытаясь нащупать в темноте спринтера неудачника, я ощутил как волосы на моем теле встают дыбом. Звук из-за которого и началась вся паника, усилился. А спустя считанные секунды, в меня врезалось нечто, не имеющее очертания и ощутимой плотности.

Тренировочный лагерь ЧВК “Амадей”

— Взрыв! — прокричал сапер и все находившиеся поблизости, спрятались за насыпью мешков, затыкая пальцами уши.

Грохнул мощный раскат взрыва, заставляя трястись не только людей, но и землю на которой они стояли. Из-за укрытия тут же выбежал парнишка с длинным пожарным рукавом и дождавшись команды, начал заливать пеной место подрыва.

— Без толку все это. — недовольно прорычал Архипов, глядя на абсолютно невредимую стену подземелья.

— Нужно пробовать, рано или поздно стена рухнет. — предложил, подошедший к нему Стас.

— Тут я посмею согласиться с Венедиктом Викторовичем. — подкатившись на коляске к глубокой яме, заявил Ахтямов.

— А я говорю, надо пробовать дальше!

— Ишь ты какой! А взрывчатку на склад мне кто купит? Ты что ли? — возмущенно фыркнул офицер лагеря.

— А у тебя есть другие предложения? — набычился Стас.

— Стас! — привлек его внимание Док. — Они правы. Саперы уже седьмой заряд подорвали, а результата нет. Дальше пробовать бессмысленно.

— И что ты предлагаешь? Оставить брата взаперти?

Зарождающийся спор резко прекратился, когда в кармане Артемова неожиданно громко зазвонил манофон. Князь суетливо достал его из кармана пальто и изменившимся металлическим голосом, ответил на вызов.

Несколько минут все молча наблюдали беседу Князя на никому неизвестном языке. Даже пожилой Ахтямов, всю жизнь увлекавшийся изучением языковых групп и тот, не имел ни малейшего понятия, на чьем наречии идет беседа.

— А мы чего на него все так таращимся? — шепотом спросил Ахтямова Кирилл.

— Князь Артемов попросил своих людей, отыскать кого-нибудь обладающего даром геомантии. — также шепотом ответил тот.

— И вы думаете, что его людям удалось найти такого одаренного? — подключился к перешептыванию Архипов.

— Сейчас и посмотрим. — шепнул старик, заметив, что Артемов убрал манофон в карман.

— Хорошие новости, господа. Моим людям удалось найти нужного нам человека. Завтра утром он уже будет в Москве. — вдохновленно заявил Князь.

— Завтра утром, то бишь сегодня? — глядя на наручные часы, показывающие половину пятого утра, спросил Ахтямов.

— То бишь, завтра утром. — передразнил его Артемов.

— Не ребятки… Вы походу угараете…. Мой брат заперт в холодном подземелье, без еды и воды. А вы предлагаете, целые сутки дожидаться какого-то там генаманта? — вновь набычился Стас.

— Геоманта. — поправил его Кирилл.

— Да какая нахер разница! Суть в том, что наш брат может не прожить эти сутки!

— Если он хоть немного похож на своего отца, то продержится даже больше. — тоном полным уверенности заявил Архипов. — А сейчас, нам всем нужно немного согреться и отдохнуть.

— Было бы не лишним. Иначе, мои старые кости долго будут напоминать мне о этой ночи. — согласился Ахтямов.

— Вынужден с вами согласиться. — глядя на братьев, буркнул Павел.

Где-то.

Летя по бесконечной мгле, я орал так, как наверное орали вымирающие мамонты. Я падал, падал, падал, падал. В какой-то момент мне даже удалось расслабиться и уснуть, но мой внеплановый отдых прервал жесткий удар о неожиданно мягкую поверхность.

Уткнувшись лицом во что-то мягкое и пахнущее землей, я пошевелил сначала руками, затем ногами. Хм, вроде бы все шевелится. По крайней мере, мне посчастливилось ничего не сломать. Задержав и без того сбитое дыхание, я постарался прислушаться к окружавшей меня среде, но кроме шелеста листвы и скрипа деревьев ничего не услышал.

Собравшись с силами, я немного приподнялся на руки, но тут же был придавлен к земле, свалившимся на меня Кротовым.

— Су-у-у-ка. — протянул он, сползая с меня.

— Сам такой. — буркнул я, вновь упираясь в землю руками.

Приподнявшись с земли, я полной грудью вдохнул свежий воздух, обводя взглядом окружающий нас пейзаж. А посмотреть и вправду было на что. Бескрайнее зеленое поле усеивали тысячи разноцветных луговых цветов. Чистое, нереально синее небо несло на себе редкие белые тучи, а бесконечная синева на горизонте плавно перетекала в массивные заснеженные горы.

— Соболиный хер мне вместо пилюли… — выдал от удивления Кротов, поднимаясь с земли. — Где это мы?

— Понятия не имею. — ответил я и улыбнулся. — Но слышать про соболиный хер, было весьма забавно.

— Ага, забавно, как же. Еще забавнее будет разбираться, в какую жопу нас занесло.

— Верни-ка пожалуйста прежнего Кротова. Ну того самого , что присягал мне на верность. А то твоя настоящая личность вызывает у меня неотвратимое желание, вспороть тебе брюхо.

— А если я не хочу? — с вызовом встал на ноги Кротов и угрожающе посмотрел на меня.

— Значит, я буду вынужден вправить тебе мозги. — поднимаясь на ноги и сжимая кулаки, ответил я.

Кротов атаковал первым, выбрасывая левую ногу в пах и одновременно сокращая дистанцию. Но я знаю его грязные штучки. Не раз доводилось видеть, как он избивает беззащитных простолюдинов. Ой, о чем это я? У меня же драка!

Врезав встречным ударом колена во внутреннюю часть бедра, я резко выбросил локоть на уровень головы и встретил им удивленную физиономию безопасника. Хрустнул вывихнутый сустав, чавкнула поцеловавшись с локтем челюсть, рухнуло на землю тело, издавая истошный вой поверженного безопасника.

— Эх, Сергей Николаевич. Да тебя в такой форме любой пацан из трущоб отмудохает. — ухмыльнулся я.

Кротов попытался встать, но его организм сдался раньше. Поверженное тело обмякло и бесчувственно завалилось обратно на землю.

Достав из кармана больничного халата пачку сигарет, я закурил и присел рядом, пальцами нащупывая пульс на шее неудавшегося гладиатора. И тут же замер, обнаружив маленький кристаллообразный шип у него на затылке.

Осторожно ткнув пальцем в шип, я заметил как он слегка шевельнулся и даже немного углубился.

— Твою мать! Это еще что такое? — буркнул я себе под нос и покрепче ухватив за острие шипа, потянул его на себя.

Небольшой с виду шип оказался не таким уж и небольшим. Точнее сама его верхушка в размерах не изменилась, но вот то, что вылезло из под кожи, вызывало немало вопросов. Желеобразные щупальца с присосками, словно у осьминога, в длину оказались не менее полуметра. Странно вообще, как эта дрянь прицепилась к его коже и успела пустить такие корни. Хм, стоп. А откуда я вообще знаю, что это именно корни? Ответа в моей голове не нашлось.

Отбросив паразита в сторону, я в очередной раз заозирался по сторонам, в надежде найти чего нибудь из подножного корма. И как оказалось не зря. Буквально метрах в десяти от меня, соблазнительно потряхивала своими спелыми плодами небольшая яблонька.

Резиденция Императора Российской Империи.

Император лежал на полу своего кабинета и не моргая, смотрел в потолок. Ему явно подсыпали какое-то успокоительное или даже наркотик, так как боль от утраты родного человека стихла, а злоба на наследника Бессонова внезапно испарилась. Да, это однозначно был наркотик. Ибо ничто другое не могло иметь подобного эффекта.

— Разрешите войти? — предварительно постучав в дверь, спросил его новый личный помощник.

— Валяй… — буркнул Львов и влил себе в рот остатки коньяка из бутылки.

— Во первых, хотел бы вам выразить свою безмерную благодарность за то, что доверили мне быть вашей правой рукой. Во вторых….

— Постой, постой. Давай без вот этих вот благородных замашек. Да, я назначил тебя своей правой рукой, но этой же рукой я обычно вытираю задницу и поверь, это самое безобидное, что тебе предстоит. — срываясь на безумное хихиканье, прервал помощника Император.

— Как скажете, Ваше Величество. Любая ваша воля, для меня закон. — голосом полным уверенности и настойчивости, начал говорить тот. — На самом деле я пришел к вам с новостями. Мне удалось узнать, где сейчас находиться Бессонов.

— А, Бессонов. Знаешь? На самом деле он неплохой парнишка. Скажу даже больше, его взгляды на жизнь и манера решать проблемы, напоминают мне самого себя в молодости. Так-то я не имею к нему претензий, парню просто не повезло родиться в семье моего заклятого врага.

— Я предполагал, что вы можете быть не в себе какое-то время. Поэтому попросил своего родственника добыть более точную информацию. С вашего позволения, я загляну к вам позже, по первому же вашему зову.

— Иди, иди. И прикажи прислуге, чтобы привели ко мне одну из моих наложниц. От ваших успокоительных препаратов у меня появилось дикое желание, засадить кому нибудь по самые помидоры. — проговорил Император, заливаясь истерическим смехом.

Где-то.

Пока отправленный мной в нокаут Кротов приходил в себя, я успел собрать немного фруктов, разжечь костер и даже отыскал ручей с питьевой водой. Ну как питьевой? По крайней мере на вид она казалась чистой, а изводившая меня жажда, не оставляла другого выбора.

— У-у-у-у бля. — протянул Кротов, вернувшись в сознание.

— Ну как самочувствие? Дурь из головы вся вылетела? — ухмыльнулся я, сидя у костра и поедая сочное яблоко.

— Где я? Кто ты мать твою такой? — удивленно вытаращился на меня безопасник.

Упс. Кажется, я ударил его слишком сильно. Не, не, не. Так дело не пойдет! Мне еще его амнезии не хватало! Мало того, что мы находимся хрен пойми где, так еще и Кротов решил потерять память? Серьезно?

— Да расслабьтесь вы, Ваше Высочество. Пошутил я. — захихикал Кротов и тут же схватился за челюсть.

— Шутник еб твою мать! — выругался я, бросая целое яблоко ему в руки.

Безопасник удивленно посмотрел на меня, затем на яблоко и бережно протер его о свою рубашку.

— А если серьезно, то я бы хотел попросить у вас прощения. Не знаю, что на меня нашло, но там в подземелье в меня будто бес вселился. — откусывая яблоко, виновато выдал Кротов.

— Знаю. Не знаю правда почему, но знаю. Когда ты отрубился, я снял с твоей шеи странного паразита. Хотел было тебе его показать и спросить, что это за тварь. Но он был такой мерзкий и страшный, что я решил его просто выбросить.

— Что за паразит и как выглядел?

— Какой-то живой кристалл бордового цвета. — ответил я, прикуривая предпоследнюю сигарету из пачки.

— У этого кристалла были корни? Ну щупальца такие, как у морских гадов? — напрягся безопасник.

— Ага, я вообще до сих пор понять не могу, как ты мог не заметить, что на тебе поселилась подобная мерзость.

— Вы бы тоже не заметили. Этот кристалл называется - Фобус. Его использую те, кто одарен ментальной силой. Фобус накладывается с помощью заклинания и абсолютно незаметно для жертвы, начинает прорастать внутрь, постепенно заменяя нервную систему и превращая человека в послушную марионетку.

— Надеюсь, удалив его с твоего затылка, я не совершил роковую ошибку и ты не откинешь копыта в ближайшем времени?

— Не должен. Если верить тому, чему нас учили в академии, то пока зерно фобуса не скрылось под кожей полностью, его можно извлечь без особых усилий. Сложнее, когда фобус обнаруживают уже скрывшимся. В таком случае, даже самые лучшие лекари не дают никаких гарантий. Так что по факту, я вам теперь жизнью обязан.

— Твоя жизнь и так принадлежит мне. — ухмыльнулся я. — Есть какие-нибудь предположения, кто мог наложить на тебя заклятье?

— Абсолютно никаких. — развел руками Кротов.

— Ладно. Выясним это позже. Первым делом нам следует выяснить, куда и каким образом нас занесло.

— Выясним. Но для начала, нам нужно организовать безопасный ночлег. — указывая на солнце движущееся к горизонту, сказал безопасник.

Ох, как же права оказалась интуиция Кротова. Я даже представить себе не могу, что бы с нами было, если бы я не послушал его и решил бы отправиться на поиски людей. Ведь стоило нам завершить обустройство лагеря с разведенными по периметру кострами, как мгновенно, будто по щелчку электрического рубильника, наступила темная, беззвездная ночь.

Успокаивающий треск горящих веток и прохладный ночной воздух, создавали иллюзию безопасности, заставляя встревоженный событиями мозг, хоть ненадолго обрести покой. Покой… Который был нагло нарушен, появившимися из непроглядной темноты, незваными гостями.

Сначала мы услышали треск, затем увидели контуры, а после, когда твари подобрались ближе к первому костру, мы смогли рассмотреть их полностью. Крысоподобные, облезлые, с торчащими во все стороны клоками редкой шерсти, чудища смотрели на нас, опасаясь приближаться к огню. Твари утробно урчали, вскапывали когтями землю, скалились, демонстрируя нам свои мощные клыкастые челюсти.

— У тебя ствол при себе. — не отрывая взгляда от незваных гостей, спросил я у Кротова.

— В госпитале остался, на тумбочке. — дрожащим от напряжения голосом, ответил тот.

— И чем воевать будем?

— У нас есть родовые клинки.

Безопасник вскинул руку и резко выбросил ее в сторону. Но ожидаемой магии не произошло. Из-за чего глаза Кротова полезли на лоб и он, как-то странно на меня посмотрел.

— Блядство… — выдал Граф, видимо не найдя более подходящих слов для данной ситуации.

— Это как вообще? Такое разве возможно? — начал ворчать я, тряся руками и пытаясь призвать свои ледяные клинки.

Твари довольно оскалились видя наше замешательство и судя по всему, даже поверили в свои силы. Медленно, но верно пробираясь между кострами.

— Факел, Ваше Высочество. — пялясь на крадущуюся к нам тварь, сказал Кротов.

Недолго думая, я подхватил из костра горящую палку и протянул ее безопаснику. В ту же секунду тварь сорвалась с места. Мощным прыжком он взмыла над костром и когда до лица Кротова ей оставалось менее полуметра, тело твари разорвало в клочья, обдавая нас смердящими потрохами.

Оставшиеся чудища резко изменили курс и рванули куда-то во тьму, утробно урча и лая, словно взбешенные псы. Метрах в трехста от нас засверкали яркие вспышки, на долю секунды освещая силуэт человека, ведущего огонь по тварям. Выстрелы были странными, мы отчетливо видели вспышки, но звука самого выстрела не было. Будто огонь вели из чего-то нереально тихого, но в то же время невероятно мощного. Так как от прыгнувшей на нас твари, не осталось ничего, кроме мелких ошметков плоти и кровавой лужи, затушившей один из костров.

Спустя несколько секунд, вспышки выстрелов прекратились, а утробный рев тварей полностью затих. Мы стояли на месте, глядя то друг на друга, то переводя взгляд в темноту.

Внезапно, я увидел, как в шею Кротова воткнулся необычный дротик, после чего безопасник резко дернулся и свалился, словно из него выдернули стержень. Я хотел было отскочить в сторону и уйти с линии огня невидимого стрелка, но в ту же секунду, ощутил неприятный укол в шею и свалился на землю, постепенно теряя сознание.

Резиденция Императора Российской Империи.

Император сидел в своем кресле, вертя в руке фотографию сына, сделанную на его пятилетие. Улыбчивый мальчишка на деревянном коне-качалке, держит в руках тренировочный меч и слишком большой для его возраста медный щит. Позади, его прекрасная мать, улыбается, зажигая свечи на праздничном торте.

Львов провел пальцем по стеклу, будто касаясь их нежных щек и в ту же секунду, его глаза заполнила влага. Горькие слезы обильным ручьем хлынули наружу, а сильные и широкие плечи, затряслись как осиновый лист.

В дверь коротко постучали и не дожидаясь ответа, в нее вошел Воробьев, назначенный Императором своим новым помощником.

— Примите мои глубочайшие соболезнования, Мой Государь. Я полностью разделяю боль вашей утраты. — искренне, но без намека на жалость произнес помощник.

— Ты уже заходил ко мне ночью. Разве я вызывал тебя вновь? — хрипя скопившейся в горле мокротой, раздраженно произнес Император.

— Не вызывали, Государь. Но я решил, что вам будет интересна добытая мной информация.

— Информация?! Какая информация стоит того, чтобы мешать мне оплакивать сына?!

— Информация о том, что молодой Бессонов угодил в ловушку своей собственной самоуверенности. — ухмыльнувшись, произнес Воробьев.

— Что ты имеешь ввиду? — внезапно заинтересовался Львов.

— Молодой Бессонов получил серьезные ранения в той погоне. С позволения Графа Архипова, его госпитализировали в некий полевой госпиталь, что располагается на территории тренировочного лагеря частной военной компании “Амадей”.

— Надеюсь, тебе хватило ума, чтобы подкупить врачей этого госпиталя?

— Лучше, Мой Государь. Всю работу за нас сделал сам Бессонов. У них на территории случилась некая заварушка. Из-за чего молодой Граф решил скрыться в подземелье.

— Судя по твоему довольному лицу, подземелье обрушилось и похоронило Бессонова. — ухмыльнулся Император.

— Не совсем. Вход в подземелье, который является также и выходом, запечатан неким геомантом. Который к нашей большой удаче погиб в тот самый вечер. Само же подземелье является ничем иным, как древней гробницей одного из проклятых императоров.

— Ты намекаешь, что Бессонов заперт там навечно? Насколько я помню, в древних летописях говорится о том, что стены и полы этих гробниц неприступны. На них не действует магия, точно так же, как не может им навредить ни одно орудие.

— Ваша прекрасная память вас не подводит. Проникнуть в гробницу можно только через вход, но для этого им потребуется сильный геомант. К счастью, мой человек имеющий влияние в том лагере, уже сообщил мне о том, что в ближайшее время в Москву прибудет как раз такой специалист. Я подал запрос в Имперский банк и получил интересную информацию.

Воробьев достал из папки бумагу и протянул ее Императору, а после продолжил:

— Билет, а также гонорар в размере десяти миллионов рублей оплачен самим Князем Артемовым, который является основным спонсором и по совместительству совладельцем ЧВК “Амадей”. Смею предположить, что прибывающий в Москву геомант, вызван для того, чтобы помочь отступникам, вызволить их ненаглядного Князя из той самой гробницы.

Император внимательно ознакомился с бумагой, ухмыльнулся, отложил ее в сторону и достав из стола сигару, прикурил ее от почти догоревшей свечи.

— Отличная работа, помощник. Уберите геоманта и не позвольте отступникам распечатать гробницу. Сделаешь это и я гарантирую тебе княжеский титул и достойное поместье в Серебряном Бору. — довольно проговорил Император, встав из-за стола и похлопав помощника по плечу.

Глава 6

Поток холодной воды в лицо и последовавшая за этим пощечина, практически моментально привели меня в чувства. Я с трудом поднял потяжелевшие веки и увидел перед собой странного человека в не менее странном доспехе. Или это одежда такая? Ай ладно, хрен с ним. Суть вы поняли.

— Ким эр? — низким басом произнес незнакомец.

— Чего? — не поняв произнесенных им слов, переспросил я, за что тут же получил по лицу очередную пощечину.

— Ким эр? — уже более настойчиво спросил человек.

— Бьешь ты конечно, как баба. Но я один хер тебя не понимаю.

Последовавший удар оказался сильнее и к моему удивлению довольно жгучий, будто мне врезали не рукой, а влепили широким ремнем по щеке.

— Ким эр?!

— Кулюм булюм еб твою мать! Не понимаю я тебя, полудурок! — прокричал я, делая откровенно агрессивное выражение лица.

Незнакомец покачал головой, посмотрел куда-то в сторону двери, махнул на меня рукой и отойдя в угол помещения, уселся на деревянную табуретку. Вокруг нас повисла немая тишина и только капли воды стекающее с моей одежды, изредка напоминали о существовании звуков, звонко плюхаясь в образовавшуюся подо мной лужу.

Воспользовавшись образовавшейся паузой, я решил осмотреть помещение пыточной. И пришел к выводу, что это и не пыточная вовсе, а скорее всего какая-то душевая комната, ну или бойня на крайний случай. В подтверждение второго варианта, указывали мясницкие крючья над потолком и искусно вырубленный в каменном полу канал. Который вероятно использовался для отвода крови, вытекающей в процессе разделки туши.

Внезапно, дверь на которую смотрел незнакомец отворилась и в нее вошла девушка, в точно такой же броне, как и у моего неудавшегося собеседника. Эх, жаль лица не видно из-за маски, с такой фигурой небось и личико симпатичное должно быть.

— Ук мане? — спросила девушка у сидящего в углу человека.

— Быскарс. — пожал плечами тот.

— Эр ё бур? — подойдя ко мне и ухватив меня за подбородок, произнесла она.

— Прумто. — развел руками он.

— Знаю, что вы меня не поймете, но у вас нереально сногсшибательная фигура. — не удержался я, чтобы влезть в их непонятную беседу.

— Так ты у нас бабник? — на абсолютно чистом русском языке, внезапно выдала девушка.

— Нет. Но увидев вас, не смог сдержаться, чтобы не сделать комплимент. — покраснев словно рак, попытался оправдаться я. — Постойте, так вы говорите по русски?

— По русски? Не знаю, что это. Я говорю с тобой на языке предков.

— Языке предков?

— Много вопросов задаешь для пленника? Лучше расскажи нам, откуда вы и кто ваш хозяин? — усаживаясь напротив на предложенную мужчиной табуретку, спросила она.

— Хозяин? Нет у нас хозяина. Я вольный человек из Российской Империи, точно также, как тот мужчина, что был со мной.

— Российской Империи? Отступничьих книг перечитал или просто услышал где-то и нафантазировал себе всякой ереси?

Я хотел было возразить, но забившая тревогу интуиция меня остановила. Интересно, что будет если я расскажу им всю правду о том, как мы попали сюда. И не лишат ли меня головы за то, что я говорю не на их языке. Нет, это конечно крайне маловероятно. Но прецеденты в истории были. Правда это была история далекой восточно-европейской страны.

— Где мой друг? — добавив металла в голос, спросил я.

— Вносит вклад в улучшение генофонда общины. — многозначительно хмыкнув, ответила она.

— Генофонд? Погодите-ка, он что делает?

— Наша Мать выбрала его для ритуального обряда зачатия. Воины с подобным наследием послужат отправной точкой в рывке эволюции нашего племени.

— Так, стоп. Либо я вас не понимаю, либо вы несете какой-то бред. Быть может вы меня развяжете и тогда уже поговорим по человечески?

— Развяжем? С какой это стати?

— Ну например хотя бы по той причине, что я вам не враг и не имею против вас агрессивных намерений.

— Я разве похожа на идиотку? Твой воин поверг моих лучших воителей голыми руками. А ведь мои воители самые сильные и самые искусные среди вольных племен. Откуда мне знать, что ты не воспользуешься моим доверием и не устроишь в поселении кровавую баню?

— Пфф, ха-ха-ха! — прыснул я со смеху — Кротов? Поверг ваших лучших воителей? Ха-ха-ха! Ну насмешила подруга! Ха-ха-ха!

— Я не пойму, что в моих словах тебя рассмешило? — глядя на овладевшую мною истерику, удивилась девушка.

— Да так, ничего. Аха-ха-ха-ха! — ответил я, не в силах рвущийся из меня смех.

Скрежетнувший зубами мужчина, отодвинул девушку в сторону и наотмашь влепил мне очередную пощечину. Удар был хлесткий и жгучий, но в нем абсолютно не было силы. Нет, надо конечно отдать должное, пощечина хоть и слабая, но возымела эффект, мой истерических смех тут же куда-то пропал.

— Твой воин сделал выбор. Сделай его и ты. — горделиво задрав подбородок, выдала девушка.

— Какой выбор? Вы же толком ничего и не рассказали? О каком вообще выборе идет речь?

— Глядя на то, как ты держишь сокрушительные удары моего воителя, я пришла к выводу, что ты тоже великий воин и обладаешь немалой силой. Такие гены нужны нашему племени.

— Ты предлагаешь мне зачать вам ребенка? Просто так? Без всяких чувств и ответственности?

— Именно так. Наши живородящие женщины выносливы и славятся своей красотой. Даруй им свое семя и быть может тогда, наша Мать сохранит тебе жизнь.

Я услышал, как глухо сглотнул воин в доспехе и это не очень походило на ту эмоцию, которая сопровождала зависть или что-то тому подобное.

— А если я откажусь? — пытаясь разглядеть глаза девушки за стеклышками маски, спросил я.

— Тогда мы сделаем это насильно. А после, ты станешь кормом для наших ездовых псов.

Мда уж, выбор конечно же очевиден. Нет, я никогда не был святошей и довольно часто пользовался доступностью хорошо подвыпивших девушек. Но такое мне предлагали впервые. А может оно и к лучшему? Процесс это весьма приятный, да и пар выпускать нужно время от времени. А то я со всеми этими дворянскими разборками, совершенно себя запустил. Даже соблазнительную и весьма аппетитную кухарку Юлю, которая фактически обнажилась передо мной и была готова отдаться…. Эх, дурак, дурак. А ведь мог бы тогда…. Ух!

— Я согласен. — буркнул я и посмотрел на девушку. — Надеюсь, ваши живородящие матери не уступают вам в красоте?

— Хах, поверь, они гораздо лучше обычных воительниц вроде меня. — усмехнулась девушка.

— Могу я узнать ваше имя?

— Меня зовут Кирин. Но тебе это знать не обязательно.

— Кирин. — повторил я. — Красивое имя, а меня можете называть Ярослав. Ну или Яр, если так будет проще.

Внезапно, девушка и стоящий рядом мужчина, взорвались оглушающим хохотом. Я смотрел на ржущую во весь голос парочку и не понимал, что так сильно рассмешило их в моей фразе.

— Не повезло тебе с именем. — продолжая хохотать, выдала Кирин.

— Яр! — хохоча и тыча в меня пальцем, произнес мужчина.

— Да чего вы ржете суки?! — не сдержался, вызвав этим еще больший приступ смеха.

Заливаясь истерическим смехом и хлопая друг друга по плечу, парочка вышла из помещения, оставив меня сидеть привязанным к стулу. Я конечно попытался выбраться из окутывающих мое тело веревок, но увы, ничего хорошего из этого не вышло.

Поезд Берлин-Москва.

Фридрих Ниц сидел за столом в своем купе и читал интересную книгу, подаренную ему накануне любимой супругой. Литература была для него самой настоящей зависимостью. Не проходило и дня, чтобы он не купил новую книгу. Буквально за несколько часов любое литературное произведение вычитывалось от корки до корки. Иногда даже по нескольку раз.

В стену его купе постучали и в отъехавшую дверь, вошел мужчина в длинном дорогом пальто и довольно интересной высокой шляпе. Незнакомец приветливо поклонился снимая шляпу, уложил свой портфель на противоположную койку, достал из кармана пальто флягу, жадно прикладываясь с узенькому горлышку.

— Выпьете? Это весьма неплохой кубинский ром. — тряся флягой, предложил незнакомец.

— Оу, спасибо конечно, но я в завязке. — с ярко выраженным акцентом ответил Ниц.

— Ну как хотите. Точно не будете? Потом не говорите, что я вам не предлагал. — улыбнулся попутчик.

— Мне нельзя. С момента, как я завязал с алкоголем, прошло уже больше двух лет.

— Сильно.

— Не то слово. Первый год был сущим кошмаром, но потом мне по…. кх.. кх

Договорить Фридрих не смог. Полоснувшее по его горлу лезвие перерубило трахею, заставляя поток горячей крови хлынуть на книгу, окрашивая белоснежные страницы в ярко алый цвет.

Человек в пальто довольно оскалился, вынул из сумки брикет взрывчатки с часовым механизмом и выставив таймер на два часа, уложил ее под койку убитого немца.

— Счастливого пути, Барон Ниц. — выходя из купе, произнес человек в пальто.

Где-то.

Прошло наверное не менее часа, прежде чем за мной пришли. Две симпатичные девушки в облегающих одеждах, нежно освободили меня от пут, ласково растерли посиневшие от веревок руки и игриво подмигивая, вывели меня из пыточной.

Увиденное после, будет довольно сложно описать словами. Вроде бы и деревня, но дома какие-то странные. Абсолютно безвкусные бетонные коробки жилищ беспорядочно расставлены не чем-то вроде скальной породы. Метрах в пяти над землей, перепутаны хаотичной паутиной, расположены линии проводов, от которых судя по всему запитывалось все поселение. По так называемым улицам бегала щуплая, перепачканная сажей детвора, дубася друг друга чем-то, с виду напоминающим мохнатый детородный орган какого-то зверя.

Мы остановились у одного из домов, над дверьми которого слабо мерцала необычная неоновая вывеска. Девушки нежно потянули меня за руки, соблазнительно приглашая внутрь.

Здание оказалось ничем иным, как душевой общественного пользования. В довольно просторном помещении, абсолютно не стесняясь моего присутствия, принимали душ обнаженные, довольно фигуристые и по спортивному подтянутые девушки. С отвисшей до пола челюстью, я проследовал за моими спутницами в одну из дверей в стене, оказываясь в комнате с огромной душевой во весь потолок.

Девушки поставили меня в центре душевой комнаты, медленно стащили с моих плеч больничный халат, под которым к слову больше ничего не было и осознание этого, пришло ко мне именно сейчас. Неудобно конечно, ну да ладно, пусть смотрят. Мне не жалко.

Произошедшее далее, вызвало в моей голове кучу вопросов. Включив приятно теплую воду, девушки прямо в своих одеждах принялись растирать меня чем-то вроде грубой мочалки. Нет, спорить не буду, мне конечно было приятно, не скрою. Но как оказалось потом, продолжение всего бесстыдства, не входило в планы фигуристых красавиц.

Меня помыли, обтерли странными полотенцами, надухарили, натянули мне на пояс странный передник и вывели на улицу, где меня уже ожидали еще более фигуристые и нереально красивые девушки. Они нежно взяли меня под руки и под ликующие возгласы столпившихся воительниц, отвели в высокий дом напротив.

Импровизированная комната любви выглядела интересно. Вся обстановка в ней буквально кричала о сексе. Слегка подавленный свет, просторная мягкая кровать с мягкими шкурами вместо покрывала, ароматные благовония горящие на прикроватной тумбочке. Если уж говорить простыми словами. Девчонки неслабо так заморочились.

Соблазнительные красотки усадили меня на кровать, по очереди лизнули мне уши и видя, что я уже вошел в состояние боевой готовности, мило хихикнулы, покидая комнату.

Мда облом. А я уж думал, что сейчас весь процесс и начнется. Эх. Если уж те, кто меня провожал настолько красивы, представляю насколько красивы те, кого мне сегодня предстоит оплодотворить. Хм, так, стоп. Я че? Вообще уже куку? У меня же там решается судьба Империи, а я тут сижу на мягкой кроватке в ожидании неоднократного незащищенного секса. А, ну да. Уйти-то я отсюда никуда не могу.

Дверь тихонько скрипнула и я в предвкушении продолжения прикрыл глаза. Приятный аромат роз ударил мне в нос, а спустя несколько секунд, меня нежно коснулись теплые женские руки. Лицо ощутило чье-то дыхание, на что детородный орган тут же откликнулся, принимая боевую стойку. Не в силах больше сдерживаться я открыл глаза и тут же замер.

На коленях напротив меня стояла обнаженная, нереально огромная, шарообразная женщина и тянула свои руки к моему достоинству.

Обреченный крик ужаса и безысходности произвольно вырвался из моих уст, когда я увидел, что она тут такая не одна.

— Успокойся малыш. Мы сделаем все нежно и приятно, ты обязательно запомнишь этот день на всю жизнь. — басовито милым голосом выдала та, в чьих руках находился мой …..

Резиденция Императора Российской Империи.

Помощник осторожно постучал в дверь кабинета и мысленно досчитав до трех, потянул отделанную золотом ручку на себя, входя внутрь.

— По твоему довольному выражению лица я догадываюсь, что ты пришел ко мне с хорошими новостями. — увидев своего помощника в дверях, произнес Император.

— Вы как всегда правы, Мой Государь. — поклонившись, ответил тот.

— Я уже читал сводку новостей. Сработали конечно громко, но зато чисто. А подобный подход к делу я уважаю.

— Все на благо Империи, Мой Государь.

— Необычное обращение ко мне ты выбрал, но мне оно даже нравится. — протягивая помощнику бокал с коньяком, начал говорить Император. — Буквально за сутки ты выполнил больше, чем мой прошлый помощник успевал сделать за месяц. Это несомненно похвально. Поэтому, я тоже не останусь в долгу. С этой минуты тебе присваивается статус Князя, со всеми вытекающими из этого привилегиями. Все необходимые бумаги уже переданы в Верховную Палату. Тебе осталось только зайти в Имперскую канцелярию и получить там грамоту.

— Мой Государь, но разве по закону вы не обязаны провести обряд инициации и прочие необходимые процедуры? — пытаясь скрыть рвущееся наружу ликование, спросил Воробьев.

— Я ничего никому не обязан! Это моя Империя и я в ней решаю, что мне стоит делать, а что нет. Смирись с этим. Давай лучше выпьем за твое повышение.

Новоиспеченный Князь стукнулся бокалами с Императором и глубоко втянув носом аромат коньяка, медленно пригубил емкость, чтобы как можно дольше насладиться этим моментом.

— А теперь обговорим дальнейшие наши действия. — опустошив бокал, продолжил Император. — Сторонники Бессонова вероятно продолжат попытки спасти своего Князя. Поэтому важно создать им как можно больше хлопот. Сколько там человек может прожить без воды?

— От трех до семи дней, Мой Государь.

— Ух ты какой умный чертяка, похвально. Кхм, кхм. Ну так вот. Приложи все усилия, чтобы они не смогли вызволить Князя в течении недели уж точно. Если получится задержать их на дольше, то будет вообще прекрасно.

— Будет сделано, Мой Государь. — кивнул Воробьев.

— Я буду ждать от тебя ежедневного отчета. Да и еще одно! Пусть антикоррупционная служба возьмет себе на карандашик Князя Артемова. Для нашего плана, он представляет немалую угрозу в первую очередь.

Поместье рода Быковых.

— Приплыли. — выдал Кирилл, только что отключившийся от манофонного разговора с Графом Архиповым.

— Чего там? — напрягшись, спросил Стас.

— Ур, ур, ур. — прорычал Валера, тыкая своей мордой в ногу Мажора.

— Вызванный Артемовым геомант, погиб сегодня при крушении железнодорожного состава под Москвой.

— Погиб или его завалили? — прищурился Павел.

— Да ясен хрен, что завалили. — буркнул Стас.

— Скорее всего. — согласно кивнул Кирилл и продолжил. — Вот только, как Львов старший мог узнать о нашем плане?

— Ну, так он все таки Император, дураку понятно, что у него повсюду свои люди. — влезла в разговор Катрин, спустившись со второго этажа.

— Повсюду, но не в компании Артемова! — нервно туша окурок в пепельнице, рыкнул Паша.

— Не факт. Я бы предложила отследить контакты тех, кто присутствовал тем вечером на базе.

— Твоих навыков для этого хватит? — закуривая, спросил Стас.

— Пф, обижаешь.

— Тогда так и поступим. Катрин возьмет на себя вычисление крота, а мы сейчас же поедем на базу и попытаемся найти другое решение нашей проблемы.

Парни суетливо повставали из-за стола и накинув на плечи куртки, направились к выходу.

— Кирилл Викторович, Кирилл Викторович. — окликнул Мажора дворецкий.

— Да, Феофан Антипович. В чем дело? — остановился у дверей Кирилл.

— Я могу вызвать лекаря для вашего брата? Его состояние меня не на шутку тревожит.

— Вызовите и хорошо ему заплатите, чтобы держал язык за зубами. Не хватало нам снова из-за него загреметь в тюрьму.

Где-то.

Шесть часов непрерывной пытки, шесть часов боли, унижения, частых обмороков и сдерживания рвотных рефлексов. Такую цену мне пришлось заплатить за свою свободу.

Мы сидели с Кротовым за столом и пытались забыть сегодняшний день, заливаясь крепкий алкоголем. Что любезно принесли нам в комнату милые, невероятно красивые девушки-воительницы. Да, нас освободили. Да, нам выделили место для ночлега. Да, нам приготовили ужин и принесли алкоголь. Но! Травмированная психика и пережитое унижение, слишком высокая цена, даже за свободу и безопасность.

— Произошедшее сегодня, должно остаться между нами. — пристально смотря на меня измученными и пьяными глазами, сказал Кротов.

— Ты за кого меня держишь? — возмутился я и тут же согнулся в очередном рвотном позыве.

— Опять все мимо тазика! У тебя что? Прицел сбит? — подталкивая деревянный таз, выругался безопасник.

— Бляха. А ведь так все хорошо начиналось… — утирая рвоту полотенцем со стола, прохрипел я.

— И не говори. Странный тут народ. Красивых баб под меч ставят, а уродливых жирух…. укх буэ…буэ…. —начал говорить собеседник, но тоже не смог удержать содержимое желудка.

Налив себе очередную порцию алкоголя, я влил ее внутрь себя и по привычке начал шарить по карманам в поисках пачки сигарет.

— Кротов, а у тебя папирос больше нигде не припрятано?

— Нет, Ваше Высочество. — пытаясь отдышаться, ответил он. — Но я видел, как их воительницы пыхтят чем-то подобным. Правда запах от дыма довольно странный. Не похож он на обычный табак.

Недолго думая, я встал из-за стола на абсолютно ватные ноги и направился к дверям, за которыми несли дозор две молодые и красивые воительницы.

— Девушки, у вас не будет сигаретки случаем? — обратился я к ним, выйдя из дома.

— Кхе? — издала одна из девушек.

— Будь здорова.

— Кхе? — издала другая.

— Тьфу елки-палки и ты будь здорова. — пошатываясь, сказал я.

— Кхе? — раздалось вновь, но уже от обеих одновременно.

— Бляха-муха девчата, вам бы потеплей одеться, совсем заболеете так.

— Они не чихают, а спрашивают тебя. — раздался за спиной знакомый голос Кирин.

— Спрашивают? — обернувшись, переспросил я.

— Кхе на нашем языке равносильно древнему “Что нужно”. Так ответь мне. Что тебе нужно? Хочешь забрать себе одну из них?

— А можно?

— Нет. Воительницы не сношаются с мужчинами. Но если очень хочешь, они могут удовлетворить тебя нежными касаниями рук.

— Так! Стоп! Погоди! Наш разговор зашел не в то русло!

— Тогда говори прямо. Что тебе надо?

— Мой друг сказал мне, что видел, как курят ваши воительницы. Вот я и хотел стрельнуть у них сигарету. — еле улавливая равновесие, от ударившего в голову алкоголя, пояснил я.

Кирин оценивающе на меня посмотрела и переведя взгляд на одну из воительниц, произнесла что-то на своем языке. Симпатичная девушка виновато опустила глаза и сунув руку в свой бронелифчик, достала оттуда полноценную самокрутку.

— Прими из ее рук. — приказным тоном, кивнула мне Кирин.

Я обернулся к воительнице и принял из ее рук самодельную сигарету. Мимо моего внимания не прошло то, что девушка в момент передачи нежно погладила меня по руке. Это могло говорить об лишь одном, обычные людские чувства им не чужды. Они просто заложницы своих правил и своих же обычаев. Мда, прав был конечно Кротов. Странная у них тут политика.

— А теперь возвращайся в дом. Осеменителям нельзя покидать жилище последи ночи. — кивнув на дверь, приказала Кирин.

— Ты же сказала, что я и мой друг свободны. — удивленно уставился я на нее.

— Будете свободны, когда живородящие матери понесут от вас потомство.

Глава 7

— Прям так и сказала? — задумчиво посмотрел на меня Кротов.

— Угу. — закуривая сигарету со странным запахом, кивнул я.

— И что будем делать? Есть какие-нибудь соображения?

— Надо валить отсюда и побыстрее. Еще один такой сеанс любви и у меня напрочь поедет крыша.

— И не поспоришь ведь. Вот только, как это сделать?

— Эх, не зря говорят, что в такие моменты нужно думать головой и желательно не той, что между ног.

— Это вы о чем?

— Да все о том. У меня ведь был такой шанс, чтобы запомнить расположение домов и выставленную вдоль улиц охрану. — осознавая свое упущение, схватился я за голову.

Кротов многозначительно хмыкнул, ткнул пальцем в тарелку, где лежала истекающая жиром крысиная голова размером с полноценную курицу. А затем, этим же пальцем стал выводить ровные линии на лакированной поверхности стола.

— Само поселение окружено бетонными стенами, но перелезть через них не составит труда. — начал рассказывать безопасник. — Вот здесь центральная улица, а вот здесь находимся мы. Если удастся обезвредить воительниц, то под покровом ночи мы сможем добраться до стены через вот этот проулок.

— Сергей Николаевич, а ты не такой лопух каким кажешься. — удивленно проговорил я, глядя на импровизированную карту на столе.

— Сочту это за комплимент.

— Ты видел провода над головой? Какова вероятность, что у них есть камеры видеонаблюдения?

— Вероятность весьма немалая. Даже если у них есть камеры, то мы вряд ли сможем их отключить. Лучше действовать наверняка, вырубать воительниц и рвать когти изо всех сил.

— У тебя действительно поднимется рука на женщину? — ухмыльнулся я, ощущая как от выкуренной сигареты, начинает плыть картинка в глазах.

— Я думал, что этим займетесь вы. — вытаращился на меня Кротов.

— Мда, Сергей Николаевич. Не того ты мнения о своем Князе.

— Ой, да ладно вам заливать. Думаете я не в курсе, сколько раз вы со своими братцами прессовали Дездемону.

— Не оскорбляй слабый пол, Сергей Николаевич. Назвать Дездемону женщиной, у меня даже язык не повернется.

Наш зарождающийся спор прервал едва уловимый шорох за дверью. Несколько секунд что-то или кто-то скребся по земле, а затем звуки стихли. Кротов осторожно взял со стола глиняную бутылку и медленно подкрался к двери, которая в ту же секунду распахнулась, ударяя его в висок и отправляя неудавшегося диверсанта в глубокий нокаут.

— Я надеялась, что у вас двоих хватит ума, чтобы не напиваться до потери сознания. — зашипела на меня, ворвавшаяся к нам Кирин.

Девушка была не на шутку встревожена. Особенно это было заметно, по сильно запотевающим стеклышками на ее маске и часто вздымающейся объемной груди. Она стояла в проходе двери, держа в руках короткую дубинку, а позади нее на земле пускали пузыри изо рта две воительницы. В довольно тусклом, холодном свечении луны, фигура Кирин облаченная в облегающий костюм, смотрелась весьма возбуждающе и будто бы манила меня к себе. Хм, надо бы к мозгоправу сходить, уж очень тревожно то, что мою голову стали посещать внезапные эротические фантазии. Не замечал за собой подобного ранее.

— Хватай своего воина и побежали. У нас не так много времени. — прошипела Кирин, вырывая меня из секундных раздумий.

Я сделал шаг в сторону Кротова, но мои и без того ватные ноги, зацепились за ножку стула и я с диким грохотом полетел на пол. То ли от неудачного падения, то ли от выкуренной подозрительной сигареты, мое тело категорически отказывалось меня слушаться. Я хотел было встать на ноги, но вместо того, чтобы опереться на руки и подняться. Мой организм почему-то решил, что мне нужно высунуть изо рта язык и начать трясти им, словно козел перед кормежкой. Не понял, а как это работает?

Увидев, что я нахожусь в состоянии овоща, Кирин звонко ударила себя в лоб ладошкой, а затем осела на пол, откладывая оружие в сторону и задирая руки высоко над головой.

— Уркхем хару! — раздалось откуда-то с улицы.

— Юр Кирин! Хима кузра факоль! — закричала девушка, словно оправдываясь.

— Факоль? Кхо, Кирин? Кузра изро фир факоль? — раздалось уже более грозно и я увидел, как на руках девушки защелкнулось что-то отдаленно напоминающее наручники.

Падающая на пол скованная Кирин, было последним, что я успел увидеть. Что-то больно кольнуло в шею и мое сознание тут же провалилось в мрак.

Залы Ордена Снов.

— Достопочтенный Владыка Снов, наши шептуны принесли тревожные вести. — пролепетал молодой адепт, войдя в покои своего господина.

— Какие времена, такие и вести. — тяжело выдохнул Владыка, лежа в вырубленной в полу купели. — Я так полагаю, слухи которые ты принес, касаются молодого Князя Бессонова?

— Вы абсолютно правы, Владыка. Шептуны говорят, что молодой Князь был заперт в неком необычном подземелье и уже несколько дней, его пытаются вызволить оттуда, но все безрезультатно.

— Необычном подземелье? И что же в нем такого необычного? — выбираясь из купели и обтирая свое не по старчески жилистое тело, спросил Владыка.

— Я сверил местоположение из слухов с нашим оккультным атласом. Судя по всему, молодой Князь застрял в одной из гробниц проклятого императора. Видимо, поэтому его так долго не могут вызволить. — расстилая карту на стол, пояснил адепт, тыча пальцем в один из многочисленных символов на выцветшей от времени бумаге.

Владыка Снов накинул на себя мантию, подошел к столу, наполнил серебряный бокал вином до краев и влив в себя все до последней капли, заинтересованно уставился на карту. Несколько секунд он молча водил пальцем по бумаге, будто выстраивая какой-то маршрут, а затем перевел взгляд на адепта и довольно улыбнулся.

— Князь Бессонов именно там, где он должен быть в данный момент. Отправь Изерекиля в поместье Графа Ахтямова. Пусть немедленно прекратят раскопки или чем там они занимаются. Молодой Князь явится нескоро, но его свита должна подготовиться к его возвращению.

— Будет сделано, Владыка Снов. — откланялся молодой адепт и устремился к выходу из покоев.

— Архуз. — окликнул его старик. — Передай Игорю Франковичу, что я навещу его сегодня в полночь. Пусть достанет из погребов свое лучшее вино и мой любимый плесневелый сыр. У нас будет очень долгий и очень важный разговор.

Несколько часов спустя.

— Ярослав Петрович! Ярослав Петрович! — тряс меня за плечи Кротов.

— Дай поспать, собака сутулая. — пробубнил я, кутаясь в теплое одеяло.

— Вставайте немедленно! Вы должны это видеть!

— Что видеть, Сергей Николаевич?

— Девушка, что общалась с вами на русском. Её собираются казнить!

— Кирин? Как казнить? С чего ты это взял? — мгновенно просыпаясь, вскочил с лежанки я.

— Сами посмотрите. Плаху для казни установили прямо перед нашим домом.

Я выбежал из дома, но путь мне преградила одна из воительниц, уткнув в мою грудь нечто похожее на пистолет. Следом из двери появился ошарашенный Кротов и в его затылок тут же уставился ствол второй воительницы.

Прямо напротив нас, в пяти метрах от нашей двери стояла деревянная плаха, изрядно перепачканная коркой, засохшей человеческой крови. Рядом же, абсолютно обнаженная, избитая до фиолетовых гематом на теле, стояла на коленях Кирин. Девушка судорожно трясла плечами, заливаясь слезами и вздрагивала от каждого громкого звука.

Зритель у сего безобразия тоже имелся. Несколько воительниц в своих странных обтягивающих одеяниях и столько же примерно воителей, держащих в руках полутораметровые копья с зазубренными наконечниками. Венцом сей картины выступала пятерка тучных шарообразных женщин, сидящих в своеобразных паланкинах, что лежали на плечах мужчин, безобразно разукрашенных женским макияжем.

Тучные дамы по очереди произносили речь на неизвестном мне языке, время от времени направляя свои веера в сторону Кирин. А та лишь обреченно всхлипывала и кивала головой, будто соглашаясь с выносимым ей вердиктом.

— Отпустите ее суки! Она ни в чем не виновата! — скалясь, будто загнанный в угол зверь, прокричал я.

Пухлые женщины увидев меня заулыбались, залились румянцем и прикрыли свои лица цветастыми веерами, будто стесняясь моего присутствия.

— Уруч! — толкнула меня в грудь воительница.

— Слышишь, подруга! Еще раз тыкнешь в меня своей пукалкой, я тебе сиськи на спину натяну!. — чувствуя как меня накрывает неконтролируемая ярость, пригрозил я.

— Уруч! — проигнорировала она мое предупреждение.

— Ярослав Петрович, я не думаю что нам стоит …. — попытался остановить меня Кротов, но было уже поздно.

Резко боднув воительницу в нос, я выхватил у нее пистолет и одним точным выстрелом снес половину головы той, что держала на мушке Кротова. Безопасник не стал долго думать, подхватил пистолет и открыл огонь по воителям с копьями. Началась суета. Десяток мужчин и женщин рванули в нашу сторону, осыпая на нас град ударов. Правда, все их отточенные приемы не наносили нам особого урона. Наоборот, воители и воительницы уходили в глубокий нокаут даже от легчайшего тычка. Будто мы и не люди вовсе, а какие-то пришельцы обладающие сверхсилой.

В пользу моей догадки, выступило то, что я внезапно для самого себя поймал грудью с десяток выстрелов из автомата в упор, но даже боли не почувствовал. Пули, словно конфетти из новогодней хлопушки врезались в мое тело и тут же осыпались наземь, не оставляя на коже ни малейшего следа. Судя по всему, Кротов осознал свое преимущество над ними немного раньше и буквально за считанные секунды, отправил к праотцам не менее дюжины низкосортных воинов.

— Кротов! Мы с тобой походу терминаторы! — прокричал я, мордуя в кровь одного из воителей.

— Всех не перебьем! Нужно хватать девчонку и убегать, пока не поздно! — танцуя свой кровавый танец с двумя копьями в руках, ответил Кротов.

Закончив избивать очередного недомужчину, я подхватил с земли оброненный кем-то автомат и всадил весь боекомплект в сторону обступивших меня воителей.

— Бежим! — прокричал безопасник, срываясь с места.

Я отбросил опустошенный автомат, подбежал к забившейся в угол Кирин и подхватив девушку на руки, рванул что есть сил, сквозь толпу суетливо разбегающихся людей.

— Сюда! — прокричал Кротов, бегущий впереди и расчищающий нам путь, словно герой из низкобюджетных боевиков.

Незнакомые узкие улочки, испуганно визжащие тетки с детьми, трясущаяся от страха и побоев Кирин, летящие в спину и отскакивающие от меня пули. Все происходящее больше напоминало какой-то бред и уж точно не походило на реальные события. Я бежал босыми ногами по скалистой породе, замечая, как из под моих пяток валят искры. Будто бы у меня вместо ног копыта, которые только что подковал незримый кузнец. Так! Стоп! Что за херня тут вообще происходит?! Какие искры?! Какие копыта?!

— В ворота. — охрипшим голосом закричал Кротов, пробегая сквозь створки, непонятно откуда взявшихся ворот.

Я рванул следом и ровно в ту же секунду, как моя нога перешагнула границу поселения, проход захлопнулся, превращаясь в монолитную бетонную стену.

— Николаевич! Ты сам-то понял, что сейчас произошло? — нагнав Кротова, спросил я на бегу.

— Херня какая-то! Слишком бредово все выглядело, словно спектакль с плохими актерами! — задыхаясь, ответил он.

— Куда прятаться будем? — глядя вперед на бесконечно расстилающееся до горизонта поле, прокричал я.

— Пока бежим туда, куда ноги несут! Нужно, как можно дальше убраться от поселения этих маньячек!

Я услышал, как за спиной раздался звук трубящего горна. Который судя по всему, не сулил нам ничего хорошего. Твою ж мать, как же я прав оказался в тот момент!

Буквально несколько секунд спустя, мы обнаружили, что за нами началась погоня. Два десятка вооруженных воителей, верхом на огромных мохнатых псах мчались на бешеной скорости в нашу сторону.

— Нужно принять бой! Иначе они нас догонят! — прокричал я, ощущая, что мои силы почти на исходе.

— Нельзя! У них есть эти долбанные дротики со снотворным!

— Но мы же не сможем бежать так вечно….

Внезапно, время вокруг будто замерло на долю секунды, вытесняя из пространства зеленое поле и сопровождающие погоню звуки. Звонкий щелчок пальцев в голове и мы на полном ходу врезаемся в скальную стену, непонятным образом оказавшись внутри какой-то пещеры.

Больно, было очень больно. Я лежал на холодном камне, ощущая затылком частые удары сердца. Ушибленное тело окутало чувство онемения, будто мне под кожу вогнали огромное количество анестетика. Пропавшие звуки снова вернулись и я услышал, как рядом закряхтел, приходящий в сознание Кротов.

— Что это было? — прохрипел он, пытаясь встать на содранные в кровь ноги.

— Не знаю. Чертовщина какая-то. — ответил я, глядя на свисающие с потолка сталактиты.

— Неужто это происки самого дьявола? — ощупывая себя на предмет травм, выдал безопасник.

Услышав от него столь набожную фразу, я не смог сдержать смеха, который резко оборвался, застряв комом посреди горла.

— Кирин! — закричал я, увидев, что выпавшая из моих рук девушка лежит без сознания, а по ее щеке стекает тонкая струйка крови.

Родовое поместье Ахтямовых.

Павел сидел в тонированном Фениксе и нервно барабанил пальцами по рукояти пистолета. Сегодня ночью им позвонил Архипов, сообщая о том, что все работы по спасению Ярослава, временно приостановлены. На вопрос: почему? Венедикт Викторович отвечать не стал, ссылаясь на запрет со стороны Графа Ахтямова. Собственно по этой самой причине братья решили наведаться к старику, чтобы лично задать ему этот вопрос. Правда, резко ухудшившееся состояние избитого ими Дениса, внесло свои коррективы. Кириллу и Стасу пришлось остаться дома. Им предстояло провести воспитательную беседу с лекарем, что с каждым новым сеансом лечения увеличивал их стоимость в два, а иногда и в три раза. Мало того, когда Феофан Антипович ему возразил, тот начал шантажировать его тем, что обратиться в полицию и расскажет полицейским о избитом до полусмерти Денисе.

Закурив очередную сигарету, Док накрутил на ствол пистолета глушитель, натянул на руки тонкие хирургические перчатки и спустив на лицо черную маску, вышел из машины.

Пройдя по заснеженному лесу порядком полукилометра, Павел ловко перемахнул через стену и тут же рухнул в сугроб, заметив, как буквально в нескольких метрах от него патрулирует территорию один из гвардейцев Ахтямова. Фигура явно бывшего вояки прошла мимо и спустя несколько секунд, скрылась за поворотом. Док облегченно выдохнул.

Осторожно, мелкими перебежками он пробирался к дому старика, прячась от гвардейцев за многочисленными родовыми монументами. И вот, когда до входа в усадьбу оставался последний рывок, двери дома внезапно распахнулись, выпуская из себя скрюченного старика в белой мантии и бледного, словно сама смерть Ахтямова.

С интересом наблюдая за тем, как уважаемый всеми Граф Ахтямов целует руки скрюченного старца и кланяется ему словно холоп. Павел потерял бдительность и только в самый последний момент заметил, бесшумно подкравшегося к нему со спины гвардейца, но предпринимать что либо было уже слишком поздно. Резкий удар в затылок, удивленные лица стариков и застилающая сознание тьма.

Где-то.

Я сидел на каменном выступе, держа на своих коленях голову Кирин. То ли из удара о стену, то ли из-за жесткого падения, на лбу девушки образовалась кровоточащая ссадина, которая к счастью не несла особой угрозы для ее жизни.

В полумраке пещеры, мне впервые удалось рассмотреть ее лицо. Нежная бархатистая кожа, густые черные брови, заостренный аккуратный носик и плоские, но оттого не менее красивые губы. Едрить твою налево! Да она же вылитая Княгиня Бессонова, правда гораздо моложе. Или мне кажется? Да нет, я абсолютно уверен в этом. Лежащая у меня на коленях Кирин, чертовски похожа на мою покойную мать!

— Я нашел выход. — сообщил вернувшийся Кротов.

— И куда он ведет? — спросил я, прикрывая обнаженное тело девушки легкой рубашкой, что выдали нам в поселении после обряда.

— Ярослав Петрович, вы сейчас серьезно или это очередная тупая шутка? — уставился на меня безопасник.

— Да какие уж тут шутки.

— Ваша регенерация здесь не работает?

— Теперь твоя очередь задавать глупые вопросы? Конечно же не работает. — ответил я с усмешкой, глядя на разодранные ноги.

Внезапно, Кирин открыла глаза и резким, почти молниеносным движением ухватила меня за кадык. Отскочивший от неожиданности Кротов, на рефлексах выбросил кулак в ее сторону, но я вовремя его остановил.

— Тихо, Сергей Николаевич. Мы не для того ее спасли. — прохрипел я и перевел взгляд на девушку — Может быть, ты будешь так любезна и перестанешь меня душить?

— Куда вы притащили меня? — не ослабляя хватку, прошипела она.

— Мы тебя спасли курица! Отпусти Князя или я тебе сейчас башку проломлю. — подняв с пола обломок скальной породы, рявкнул Кротов.

— Кирин, не заставляй меня делать тебе больно. Я этого не хочу. — обхватив девушку за голову одной рукой, проскрипел я.

Кирин оценивающе посмотрела мне в глаза и убрала руку с моего кадыка. Кротов и я одновременно облегченно выдохнули. Видимо поняв, что она лежит у меня на коленях, девушка резко подскочила с места, сбрасывая с себя импровизированное покрывало из рубашки и оголяя свои весьма аппетитные формы.

— Где моя одежда?! — почти на ультразвуке пропищала она, хватая с пола слетевшую рубашку и в спешке натягивая ее на свое соблазнительное тело.

— А это ты не у нас спрашивай истеричка! Мы тебя уже голожопую спасали! — резко отвернувшись и покраснев словно рак, ответил Кротов.

— Сергей Николаевич прав. На тебе из одежды был только передник и вот этот странный кулон. — протягивая ей треугольный кулон на цепочке, подтвердил я.

Кирин как-то по хищному выхватила из моих рук безделушку и трясущимися руками, застегнула цепочку на своей шее.

— Где мы? — настороженно заозиралась она.

— Мы сами не знаем. —всплеснул руками я.

— Нас больше беспокоит другой вопрос: как мы здесь оказались? — прохрипел Кротов, снимая с себя рубашку и протягивая ее девушке.

Девушка недоумевающе посмотрела на безопасника и обмотала предложенную рубашку вокруг пояса, скрывая за тонкой тканью аппетитные упругие ягодицы.

— Ярослав Петрович, вы тоже слышали этот звук?

— Ты говоришь про щелчок, похожий на щелчок пальцев? — спросил я, вставая на ноги и загораживая рукой возбужденный от любования девушкой орган.

— Именно. Мне показалось, будто он прозвучал не снаружи, а где-то в глубине сознания.

— Щелчок? Я тоже слышала нечто подобное. — влезла в разговор Кирин, щелкая пальцами и переводя взгляд то на меня, то на Кротова.

— Что бы это могло значить? — задался вопросом безопасник.

— Что бы оно не значило, но нас сюда перенесло сразу после этого щелчка. — не в силах отвести взгляда от девушки, сказал я.

Кирин явно заметила мой нездоровый интерес и мгновенно залилась краской. Хм, интересно, а когда на ней была маска, она так же краснела от моих комплиментов? Кстати об этом. В бою с воителями и воительницами ее племени, я абсолютно не чувствовал боли, но когда Кирин ухватила меня за кадык, я отчетливо ощущал боль и довольно сильное давление ее рук.

Кротов посмотрел на меня каким-то странным и в то же время недовольным взглядом, махнул рукой, словно на непутевого юнца и направился к выходу.

— Судя по всему мы тут надолго, пойду поищу чего нибудь перекусить. Днем же здесь безопасно? Так ведь, Кирин?

— Днем безопасно. — кивнула она в ответ.

— Ну а мы с Кирин пожалуй наберем дров для костра. — подойдя к девушке, заявил я.

— Дров говоришь? — с прищуром посмотрел на меня безопасник и ухмыльнулся. — Хм, ну что ж. Не опозорьте род Бессоновых короткими палочками, Ваше Высочество.

Я сначала не понял к чему это было сказано, а когда понял, захотел врезать Кротову звонкого подзатыльника. Но увы, хитрожопый безопасник к тому времени уже свинтил из пещеры. Вот паскуда, я ему это еще припомню.

Посмотрев на неловко замершую девушку, я взял ее за руку и пригласительным жестом указал в сторону выхода из пещеры. Кирин мгновенно залилась краской, несмело улыбнулась, но с места не двинулась. Пришлось мне брать инициативу в свои руки. Подхватив не ожидающую того девушку на руки, я понес ее к выходу, ощущая кожей, нарастающий жар ее тела.

Выйдя из пещеры, мы оказались в густом лесу. Высокие деревья потревоженные ветром, громко потрескивали, кивая пышными верхушками из стороны в сторону. В воздухе стоял приятный, немного сладковатый запах хвои. Кирин спрыгнула с моих рук и завороженно разглядывая красоту леса, направилась вглубь зарослей какого-то кустарника.

Я довольно проводил девушку взглядом, глубоко вдохнул свежий хвойный воздух и подвернув до колен явно великоватые мне штаны, направился следом.

— О каких палках он говорил? Я не совсем поняла его фразу. — удивленным тоном спросила меня Кирин, собирая мелкие ветки с земли.

— Не обращай на него внимания, он у нас немного с придурью. — отмахнулся я, делая вид, что увлечен процессом собирания дров, а сам в это время косился на оголяющиеся части тела девушки.

— Он назвал тебя Ваше Высочество?

— Да назвал.

— Почему не по имени?

— Потому что я его господин. В месте откуда мы родом, принято так обращаться к своему Императору.

— Так ты Император? — случайно врезавшись в меня, замерев спросила Кирин.

— Нет, пока что нет, но планирую им стать в скором времени. — ухмыльнулся я, глядя ей в глаза и ощущая, как между нами разряжается воздух. — И что-то мне подсказывает, что я только что нашел свою Императрицу.

А дальше все случилось внезапно. Одномоментно мы бросились друг на друга и наши пересохшие от жажды губы слились воедино в страстном, сладком словно мед поцелуе. Я глубоко вдохнул аромат ее тела, повалил на мягкую, покрытую листьями землю, впиваясь в ее нежную шею своими губами. Девушка томно задышала, задрожала от охватившего ее возбуждения и резко перевернула меня, оказываясь сверху….

— Я очень этого хочу, но у меня до тебя никого не было. — прошептала она мне на ухо, задыхаясь от страсти.

Глава 8

Родовое поместье Ахтямовых.

Придя в сознание, Павел обнаружил себя лежащим на мягкой кровати. Его руки не были связаны, а комната в которой он находился, ни капельки не была похожа на пыточную и уж тем более не походила на тюрьму.

— Мне всегда было интересно, почему в ваших документах, в графе “отчество” стоит прочерк? — раздался неожиданно голос Ахтямова, что сидел в углу комнаты, слившись с общей обстановкой.

— Где ваш гипс? Неужели нога так быстро срослась? — проигнорировав заданный ему вопрос, спросил Павел.

— Я быть может и стар, но до сих пор являюсь одним из сильнейших одаренных Империи. Раны у подобных мне, затягиваются очень быстро. Тем более, мой новый лекарь творит самые настоящие чудеса.

— Что за странный уродец в мантии был у вас в гостях?

— Окститесь, Павел. Этот уважаемый старец никто иной, как Владыка Снов.

— Это тот, что заступился за Ярослава во время инициации?

— Именно он. — кивнул Ахтямов и звонко брякнув дорогой зажигалкой, закурил сигарету.

— Почему вы остановили работы по спасению брата? — напрягшись и готовясь в любой момент атаковать старика, спросил Павел.

— Потому что этого требуют сны. — коротко ответил старик и пожал плечами.

— Что это значит?

— Это значит, что Ярослав сейчас в большей безопасности, чем когда либо. И мешать ему категорически не стоит.

— Я вас не понимаю. Как он может быть в безопасности, если он заперт в холодной древней гробнице без еды, без воды и без теплой одежды?

— Эх Павел, Павел. А ведь я возлагаю на вас большие надежды. Из всех названных братьев Ярослава Петровича, вы показались мне самым разумным и наиболее сдержанным. — закашлявшись прокряхтел Ахтямов, протягивая Павлу сигарету. — Поймите, мой дорогой друг, гробница это всего лишь ширма. За ней скрывается то, от чего простому одаренному лучше держаться подальше.

— И вы хотите сказать, что Ярослав….

— Именно. Ярослав больше, чем просто одаренный. В его жилах течет кровь тех, кто правил этим миром еще до зарождения человеческих империй….

Где-то.

Мы лежали на прохладной земле. Обессиленные, взмокшие от пота, но ужасно довольные. Я сжимал нежную руку Кирин, а она не отрывала от меня взгляда, позволяя любоваться своими прекрасными глазами цвета неба.

— Ты самая великолепная из всех женщин, которых мне доводилось встречать в своей жизни. — прошептал я, проводя ладонью по ее нежной щеке.

— Звучит, как весьма сомнительный комплимент. — улыбнулась она и чмокнула меня в губы.

— Могу я задать тебе один вопрос? Только ответь на него честно.

— Задавайте, Ваше Высочество. — дразня поцелуями в шею, прохихикала Кирин.

— Это ведь не твоя родина и ты не говоришь на языке древних? Ты русская, просто подстроилась под местный уклад жизни. — вдыхая аромат ее волос и одновременно готовясь к непредсказуемым последствиям, произнес я.

Услышав это, девушка замерла и как-то странно напряглась всем телом, будто готовясь к внезапному смертоносному удару.

— Не стоит, Кирин. Я тебе не враг и уж тем более не желаю тебе зла.

— Как ты понял? — спросила она, едва дыша от волнения.

— Не знаю, слишком уж ты необычная для этих мест. Плюс, у меня неплохо развита интуиция и я всегда ей доверяю. Может расскажешь мне, как оказалась здесь?

Девушка уложила голову мне на грудь, задержала дыхание, будто прислушиваясь к биению моего сердца, с силой стиснула меня в объятьях и глубоко вздохнув, заговорила:

— Своей прошлой жизни я не помню. В памяти лишь проблески несвязных воспоминаний и этот странный язык, на котором я вижу сны. — девушка снова всхлипнула. — Воительницы нашли меня недалеко от их поселения, обезвоженной и умирающей от ядовитого укуса. Они выходили меня, обучили своему языку, научили сражаться и даже назначили глашатаем. Чтобы я могла нести слово их Великих Матерей не только устами, а еще огнем и мечом.

— Ты поэтому пыталась помочь нам сбежать, потому что мы такие же как ты?

— Я хотела, чтобы вы забрали меня с собой, в ту страну из которой пришли. Ты же меня заберешь с собой? — девушка приподняла голову и со взглядом полным надежды, посмотрела мне в глаза.

— Заберу конечно, глупышка. — улыбнулся я и крепко прижал ее к себе.

С наступлением сумерек, мы вернулись в пещеру. Довольно и недвусмысленно скалящийся Кротов, сидел у костра и поедал нечто, внешне напоминающее арбуз. Правда его мякоть была не красная, а зеленая и семена его были по необычному крупные, словно у персика.

— Ну что, голубки? Проголодались небось? — ухмыльнулся безопасник и протянул нам по дольке странного фрукта. — Вот держите. Калорий хоть и не много, но это лучше, чем вообще ничего.

Кирин слегка прикрыв лицо ладошкой захихикала и приподнявшись на цыпочки, шепнула мне на ухо:

— Это плод сорняка по названию музба. Его скармливают самкам ездовых псов, когда у тех не хватает молока, чтобы прокормить свой выводок.

— А что будет, если его съест человек? — спросил я так же шепотом, косясь в сторону довольно чавкающего Кротова.

— Не знаю. Но думаю, что мы узнаем это в ближайшее время.

— Ах ты коварная проказница….

— Вы чего там шепчетесь? Ешьте пока я добрый. — одернул нас безопасник.

— Спасибо конечно, Сергей Николаевич, но мы больше по яблочкам. — улыбнулся я, выкладывая на каменный выступ полтора десятка яблок, собранных нами по дороге в пещеру.

— Ну как знаете, мне же больше достанется. — пожал плечами Кротов.

Соорудив себе лежанку из веток и слегка пожухлой травы, мы с Кирин улеглись спать, прижимаясь к друг другу так сильно, что меня начали посещать очередные коварные мысли. Но увы, воплотить их в реальность не удалось. И причиной тому стал неспящий Кротов, что полночи расчесывал себе зудящие соски.

— У-ху-хух, сука! Как же чешется. — скулил безопасник, прикладываясь грудью к холодным стенам пещеры.

— Ибо нехер всякую гадость в рот пихать! Спи уже давай! — выругался я, ныряя носом в густые волосы Кирин.

— Неспроста вы вдвоем отказались от угощения. Вы знали об этом, Ярослав Петрович. Но почему-то не стали мне сообщать.

— Не говори глупостей, мы с Кирин просто не любим арбузы, вот и все.

— У-ху-хух-хух зараза. — скользя по стенам словно аквариумный сомик, продолжил скулить Кротов.

Родовое поместье Быковых.

— Значит, ты решил нас шантажировать? — ходя кругами, вокруг подвешенного за ноги лекаря, прорычал Стас.

— У-у-у уг-у-у. — промычал тот.

— Стас, хватит. Я думаю, что он готов говорить. — остановил брата Кирилл, крутя в руках короткий выкидной нож.

— Ты ошибаешься брат. Посмотри на него, он ведь даже еще и слезинки не проронил. А если нет слез, то не будет и правды.

В подвальное помещение где проводился допрос, вошел Павел. Он коротко кивнул братьям, подошел к висящему вверх ногами лекарю и сорвал с его губ скотч. От неожиданности тощий врачеватель взвизгнул, за что мгновенно получил ощутимый тычок в нос.

— Оставьте нас. — прошипел Док, переводя взгляд на озадаченных братьев.

— Паш, мы сами разберемся. — хотел было возразить Кирилл, но осекся, заметив грозный и по настоящему властный взгляд брата.

— Слушай, Док. — положив руку на плечо Павла, начал говорит Стас. — Мажор прав, мы тут сами разберемся. Нечего тебе марать руки об эту мразь.

— Я сказал, оставьте нас! — лязгнуло металлом в голосе Дока.

Кирилл и Стас озадаченно переглянулись, но спорить не стали. Молча покинули пыточную и закрыв за собой дверь, расположились в коридоре.

— Ты обратил внимание на его взгляд? — протягивая зажженную зажигалку брату, спросил Кирилл.

— Обратил. Видимо разговор с Ахтямовым пошел не по плану. — прикуривая, ответил Стас.

— Думаешь, он его того? — проведя рукой по горлу, тоже прикурил Кирилл.

— Похоже на то.

— Мда, вот тебе и беззаботная дворянская жизнь.

— Можно подумать, что живя в трущобах у нас было меньше хлопот.

— Не меньше, но они хотя бы были разрешимые. А тут, словно….

Договорить Кирилл не успел. Из комнаты пыточной донесся истошный вопль Лекаря, частые глухие удары и отчетливый хруст ломающихся костей.

— Во дает. — кивнул в сторону двери Стас.

— Слушай, мне это совсем не нравится. Это как-то не похоже на Дока. — побледнел Кирилл.

— Да ладно тебе гнать. У нас у всех уже едет крыша от этих бесконечных сюрпризов судьбы.

Вопль внезапно затих, а спустя несколько секунд из комнаты вышел Павел, перепачканный в крови до самых ушей. Молча пройдя мимо замерших в ужасе братьев, он сплюнул на пол и скрылся на лестнице, ведущей к черному входу усадьбы.

— Какого хера? — протянул Стас, открывая дверь пыточной и заглядывая внутрь.

— Мать моя женщина…. — глядя на комок из плоти, костей, мяса и дерьма, выдал Кирилл.

Родовое поместье Бессоновых.

Граф Ковтунов Николай Дмитриевич любовался процессом строительства. Лучшие мастера со всей Империи, были наняты им и оплачены, чтобы в максимально короткие сроки привести разрушенное поместье в удовлетворительный вид.

Ковтунов не просто так проявил инициативу. Он желал доказать всем, что достоин быть как можно ближе к молодому Князю, который безусловно рано или поздно займет свое место на троне Империи. Особенно после того, как Львов старший в порыве ярости убил своего наследника.

— Рад видеть вас в здравии, Николай Дмитриевич. — подошел к Графу пожилой прораб, который отвечал за возведение основного здания.

— Петр Якимович, мое почтение. Как успехи? Вижу, что работа не прекращается ни днем, ни ночью. — пожал ему руку Ковтунов.

— Не то слово, Николай Дмитриевич. Еще пару недель и реставрация основного здания будет завершена.

— Фортификатор уже приезжал?

— Само собой. Буквально пару дней назад он предоставил мне свои чертежи. Гениальный человек, без преувеличений.

— Да уж. Сновидцы умеют вербовать талантливых людей.

— И не говорите. — согласно кивнул прораб и внезапно побледнел.

Резкое изменение выражения лица Петра Якимовича, не прошло мимо внимания Графа Ковтунова. Николай Дмитриевич, удивленно насупился и пощелкал перед глазами, замершего в ужасе прораба.

— Вызывайте Инквизицию. — прохрипел старик и рухнул на землю замертво.

Родовое поместье Ахтямовых.

Проведя достаточно длительную беседу с Павлом, Игорь Франкович проводил юношу до ворот. Постучав в будку охраны, он вошел внутрь, а спустя несколько секунд вышел, держа в руках небольшую картонную коробку.

— Здесь, конфискованные у вас вещи. Надеюсь, что вы не держите зла из-за методов работы моих гвардейцев. Парни настоящие профессионалы. Вам можно сказать сказочно повезло, что Ринат решил вас взять живым. Обычно он сразу пускает пулю в голову. — протягивая коробку Павлу, выдал Ахтямов.

— Мда уж. Неудобно вышло. — виновато хмыкнул Док.

— Павел, поймите. Вы уже вышли из того мира, к которому привыкли с самого детства. В нашем мире все проблемы решаются умом, хитростью, связями и прямым диалогом. Поэтому впредь, если у вас возникнут какие-то вопросы, не стесняйтесь мне просто позвонить.

— Спасибо, Игорь Франкович. Еще раз, приношу свои извинения.

— Ступай с Богом, Павел. Я не держу на вас обиды. — Ахтямов внезапно обнял Павла и несколько раз похлопал его по спине. — Нам всем остается только ждать. Но уж поверьте мне на слово, когда Ярослав Петрович вернется, баланс сил радикально измениться в нашу сторону.

Павел кивнул, пожал старику руку и вышел из ворот, направляясь вдоль бетонной стены к припаркованному в перелеске фениксу.

На поясе Ахтямова зашипела рация.

— Игорь Франкович, спуститесь в хранилище. Вы должны это увидеть. — раздался взволнованный голос из динамика.

— Что там у вас? — спросил Игорь Франкович, но ему никто не ответил, хотя это было и не удивительно, ведь в хранилище довольно паршиво ловит сигнал.

Старик достал из кармана портсигар, вынул из него сигарету, звонко щелкнул замком зажигалки прикуривая и не спеша направился к дому. Когда до усадьбы оставалось буквально несколько шагов, он краем глаза засек, стоящий за одним из монументов силуэт.

Резко повернувшись, Ахтямов выхватил из-за пояса пистолет и высадил несколько пуль в бесформенное нечто. Тварь с утробным рычанием сорвалась с места, за доли секунды оказавшись у стены и перепрыгивая ее.

— Внимание всем! Стрельба во дворе, повторяю, стрельба во дворе! — раздалось из рации.

— Отставить тревогу! Это я отгонял птиц. — проговорил в рацию Ахтямов, убирая пистолет в кобуру.

Затушив сгоревшую до фильтра сигарету в карманной пепельнице, старый граф вошел в дом и тут же направился в хранилище, откуда его вызывали по рации. Уже у самого входа в подземелье Ахтямов ощутил присутствие знакомой силы. Точнее даже сказать не присутствие, а следы от этого присутствия. Скорее всего этот след был оставлен тем фантомом, что сбежал через стену после полученной порции свинца.

— Движение во дво…. — раздалось из рации и динами тут же затих.

Трель автоматных очередей взорвала тишину. Динамик рации активно зашипел, но голоса говоривших мгновенно обрывались, оставляя после себя лишь помехи в эфире. Растерявшийся Ахтямов хотел было рвануть обратно наверх и разобраться в том, что происходит снаружи. Но забежавший в подземелье гвардеец, перегородил ему путь, трясущимся голосом настаивая, чтобы граф укрылся в одном из сейфов.

Что-то снаружи мощно грохнуло. Гвардеец рванул Ахтямова на себя, заваливая его на каменный пол и падая сверху. Деревянная дверь разлетелась в щепки, обдавая гвардейца градом многочисленных осколков, пронизывающих его тело практически насквозь. Безжалостная ударная волна пронеслась по коридору, а за ней рокоча и урча словно бешеный зверь, ворвалось пламя….

Где-то.

— Бессонов! Просыпайся! — разбудил меня заигрывающий незнакомый голос.

Я открыл глаза и не обнаружил рядом с собой Кирин. Медленно приподнявшись, обвел сонным взглядом пещеру и тут же замер. Кротов и Кирин стояли на коленях возле прогоревшего за ночь костра не двигаясь, словно находясь в оцепенении.

Я хотел было встать, но внезапно ощутил, как моего горла коснулось острое лезвие.

— Упс. — издевательски прошипел тот же голос.

— Кто ты и что тебе нужно? — ощущая постороннее присутствие за спиной, спросил я.

— А разве тебе не знаком этот нож? — ответил вопросом на вопрос незримый, играючи крутя складной нож у моего лица.

— Это мой нож. Мне его подарил брат. — ответил я, пытаясь не выдать удивления.

— Не-е-е-т. — прошипело в ухо. — Это не твой нож, он наш, общий.

Я незаметно подвел правую руку поближе к телу, чтобы выбросить ее вверх и схватить за запястье незваного гостя.

— Дай угадаю. — вновь заговорил голос. — Ты специально подвел руку, чтобы ухватить меня за запястье? Фига! Прикинь, какие мы с тобой прохаванные типы!

А вот это меня уже не на шутку насторожило. Этот голос, манера речи и то, как он держит нож. Все это напоминало мне самого себя.

— Ты это я? — спросил я у незримого.

— Ну наконец-то! Не прошло и полугода!

Абсолютная копия меня, в кожаной косухе, брюках карго и начищенных до блеска берцах, вышла из-за спины, убирая короткое лезвие от моего горла. Безумно хихикнув, он пнул ногой упавшее с выступа яблоко, которое с поразительной точностью прилетело ровно в затылок Кротова.

— Ема я снайпер. — хрюкнул от смеха двойник и тут же залился в истерике, видимо развеселенный случайно вырвавшимся из него звуком.

Пару минут я смотрел, как покрасневший от смеха двойник пытается отдышаться. Он то успокаивался, то снова срывался на смех. А потом и вовсе перешел все границы. Подойдя в одурманенной чем-то Кирин, он сдернул с нее рубашку и грубо ухватил девушку за грудь, тут же запуская вторую руку себе в штаны.

— Убери от нее руки тварь! — вскочил я, чтобы его остановить, но двойник в ту же секунду оказался за моей спиной и вновь приставил лезвие к моему горлу.

— За мясо впрягаешься, Князь? Разве этому тебя улица учила? Нужно уметь делиться. Трахнул телочку, подгони ее пацанам, пусть тоже попробуют. Или ты закрысил?

Не в силах сдержать ярость, я резко откинулся назад, ощущая, как острое лезвие вскользь проходит по моей груди, рассекая ничем не прикрытую кожу. Захват, хруст сустава, резкий рывок на себя и вот уже мой двойник лежит на полу.

— А-а-а сука! — держать за вывихнутую руку, простонал двойник.

Я выбросил ногу вперед, целя пяткой прямо в его нос, но в итоге просто ударил со всей силы по камню.

— Наебал! — игриво взвизгнул двойник, выбрасывая локоть навстречу моему лицо.

Удар. Я пошатываюсь, на доли секунды теряя связь с реальностью, но нахожу в себе силы устоять на ногах. Краем зрения засекаю смещающегося за спину двойника и с обратным разворотом выстреливаю ногой ему на встречу. Хрустнуло. Пятка попала ровно в цель.

— Не упал. — игриво оскалился двойник, демонстрируя окровавленные зубы.

Рывок в мою сторону. Двойник в прыжке выбрасывает колено, но я вовремя уклоняюсь, метя кулаком его в печень. Падла! Удар проходит вскользь и не наносит нужного ущерба.

— Ну что Бессонов, не по зубам тебе с Батаевым бодаться? — продолжал издеваться надо мной двойник.

До хруста сжав кулаки, я делаю вид что атакую ударом правой руки, а сам заметив, что противник защищается, провожу проход в ноги и со слегка закрученным прыжком, жестко впечатываю двойника в каменный пол. На уровне звука улавливаю хруст позвоночника, утробное клокотание смещенной гортани и тяжелое, едва уловимое дыхание поверженного противника.

— Мы никогда не любили борьбу. — прохрипел двойник, неподвижно валяясь на полу.

Я поднял с земли оброненный им нож и всем весом навалился сверху, упирая свое колено в грудь двойника.

— Учись, адаптируйся, подстраивайся. — прорычал я, склоняясь к двойнику и вгоняя ему в подбородок нож.

Его тело слегка затряслось, а вытаращенные в удивлении и ужасе глаза уставились на меня, словно заглядывая мне прямо в душу.

— Ты кх-кх-кх, не обманешь кх-кх-кх самого кх-эхых себя. — булькая изо рта кровью, произнес двойник.

— Ошибаешься. — прошипел я, вынимая нож и вгоняя его в висок противника.

Буквально в эту же секунду, мне послышался испуганный вздох Кирин и озадаченное, протяжное кряхтение Кротова.

— Ярослав! — хотела броситься ко мне девушка, но резко остановилась, видимо боясь того, что победу в рукопашном сражении мог одержать не тот.

— Ярослав Петрович! Скажите мне то, чего не знают другие! — требовательно заявил Кротов, наводя на меня пистолет, который достался ему во время побега.

— Кротов, еб твою мать! Я же сражался с самим собой! С чего ты решил, что он не может знать того, что знаю я? — вытирая окровавленные руки о скальный пол, выругался я.

— Ваше высочество, я должен убедиться, что вы это вы.

— Ой бля-я-я. — протянул я от отчаяния. — Ну ты хотя бы посмотри и немного подумай. Он в косухе и сапогах, а я в одних штанах на босу ногу.

Кротов недоверчиво подошел ко мне, пнул труп моего двойника и переведя взгляд на Кирин, коротко пожал плечами.

А девушке большего было и не надо. Она рванула с места, бросаясь мне на шею и впиваясь в губы страстным поцелуем. Нет, мне конечно это дико приятно, но есть небольшой нюанс. Узел ее рубашки, что связывал ее на манер бюстгальтера, больно уткнулся мне в глубокую кровоточащую рану на груди.

— Кирин, у него вся грудь в крови. Отпусти Князя, ты сейчас только делаешь ему хуже. — отругал ее безопасник.

Я ощутил, как будто на долю секунды, мое сознание вышло из тела и тут же вернулось обратно, но уже более…. Хм…. Какое же слово сюда будет правильней подобрать? Полноценное? Сильное? Закаленное? Нет, это все не подходит. Тут нечто иное, что-то большее.

— Ярослав Петрович, ваша грудь. — ошарашено уставился на меня Кротов.

— Да подумаешь, царапина. — отмахнулся я, обнимая Кирин и вдыхая аромат ее волос.

— Вы меня не поняли. Ваша грудь, она регенерирует!

Мы с Кирин переглянулись и одновременно уставились на мою рану. Идеально ровный, довольно глубокий разрез постепенно покрывался инеем, заставляя края раны тянуться к друг другу и слипаться в единое целое.

Глава 9

Родовое поместье Бессоновых.

— Рад, что вы смогли приехать так быстро. — уважительно кланяясь Верховному Инквизитору, произнес Граф Ковтунов.

— По другому и быть не могло, Николай Дмитриевич. Когда дело касается моих друзей, я откладываю все дела и незамедлительно мчу им на помощь. — улыбнулся Никодим Варфоломеевич, похлопав Графа по плечу. — Мои люди осмотрят тело усопшего и проведут анализ местности. Если здесь поселилась какая-нибудь потусторонняя нечисть, то мы ее без труда вычислим и уничтожим.

— Очень на это надеюсь. Сами понимаете, этому поместью много сотен лет и мне очень бы хотелось, чтобы молодой Князь Бессонов не испытывал здесь дискомфорта.

— Кстати, каково было продолжение той истории с частной военной базой? Князю Артемову и его подопечным удалось выяснить куда делся Ярослав Петрович? — спросил Инквизитор, присаживаясь на каменную кладку возводимой стены.

— Никодим Варфоломеевич, я бы с радостью поделился с вами сплетнями и своими догадками на эту тему, но боюсь, что могу запросто лишиться головы, если ляпну чего-нибудь лишнего. — покраснев щеками, ответил Ковтунов.

— Понимаю, Николай Дмитриевич, понимаю.

Верховный Инквизитор и Граф еще долго беседовали на разные темы. Обсуждался и раздел власти, и убийство молодого Львова своим же отцом, и скорбящие Графини Лихачевы оставшиеся без защиты главы рода. Тем для разговора было многое множество. Но увы обсудить их все, не позволила резко изменившаяся обстановка на стройке.

Инквизиторы проводившие в это время анализ, оперативно свернули оборудование, загрузили его в микроавтобус и вооружившись освященными огнестрелами, стали озираться по сторонам.

— Фирс! — подозвал Верховный инквизитор одного из своих подопечных. — Что за несогласованная акция? Вы что-то нашли?

Фирс, к которому обращался Варфоломей Никодимович, что-то приказал остальным и быстрым шагом направился к Верховному Инквизитору.

— Ваша милость, наши приборы засекли некротическую эманацию. — выдал Фирс, вонзая меч в землю и вставая на колено словно рыцарь.

— Мать твою! — не сдержался Ковтунов. — Этого нам еще не хватало.

— Насколько мощно ее излучение? — обратился к подопечному Никодим Варфоломеевич.

— Зашкаливает, Ваша Милость.

Верховный Инквизитор задрал голову, глядя в небо. Его и без того светлое старческое лицо побледнело, а на руках поселилась едва уловимая дрожь. Гулко выдохнув, он посмотрел на Фирса, перевел взгляд на опасливо озирающихся инквизиторов, хлопнул по плечу Графа Ковтунова, вставая с места.

— Продолжайте стройку, Николай Дмитриевич. Я оставлю вам пару своих лучших инквизиторов.

— Ну как же так, Никодим Варфоломеевич? А если тварь, что убила Петра Якимовича вернется? — начал причитать перепуганный Граф.

— Прекратите истерику! Пока здесь дежурят мои люди, ваша жизнь и жизнь ваших работников в полной безопасности.

Старик холодно кивнул графу и торопливо удалился, скрываясь в раздвижных дверях своего микроавтобуса.

Где-то.

— Сергей Николаевич, у тебя есть соображения о том, как вообще такое возможно? — спросил я, выволакивая из пещеры труп двойника.

— Не знаю, Ваше Высочество. Может быть это как-то связано с вашим рангом? — предположил безопасник.

Мы остановились и на счет: раз, два, три. Выбросили тело в глубокий овраг.

— Рангом?

— Ну да. Помните, как все удивились когда Владыка Снов сказал, что ваш ранг соответствует рангу ультима?

— Конечно помню. — кивнул я, усаживаясь на плоскую поверхность большого валуна.

— Так вот, рангом ультима принято считать такой объем силы, который не поддается измерению. Никто до конца не знает, на что способны те, кто обладает этим рангом.

— Ты хочешь сказать, что моя родовая сила превосходит обычных одаренных?

— И да, и нет одновременно. Видите ли, я не сильно разбираюсь в этом. Все мои знания это то, что сохранилось со времен обучения в академии. — вставив в зубы сорванную с дерева ветку, начал объяснять безопасник. — Уже прошло немало времени с момента пробуждения, а ваша магическая предрасположенность так и не дала о себе знать. Регенерация не счет. Ей обладают большинство одаренных. Хотя должен признать, что скорости вашей регенерации можно только позавидовать.

— Чего-то я совсем запутался. Как это связано с тем, что меня пытался убить собственный двойник?

— А вдруг, вы обладаете даром призыва и появившийся сегодня двойник, лишь плод вашей не проявившейся силы?

— Такое возможно?

— Честно говоря, я не знаю. — покраснел Кротов.

— Тьфу ты еб твою мать, Сергей Николаевич! — выругался я, вставая с валуна. — Сам нихера не разбираешься, а мне мозг засераешь!

Кротов недовольно насупился, но спустя пару секунд я увидел, как его глаза полезли на лоб от удивления. Рука безопасника легла на пояс в попытке выхватить пистолет, но не тут-то было. Ствол остался в пещере.

— Бегите. — прошептал он.

Я медленно обернулся и грязно выругался. Из леса на нас смотрел еще один мой двойник. Правда на этот раз, он был одет в костюм, который я надевал в день своей инициации в князи. В его руках пылали ледяные клинки, а земля вокруг него постепенно покрывалась инеем.

— Иди к Кирин. Я сам с ним разберусь. — приказал я Кротову.

— Но, Ярослав Петрович…. — попытался возразить тот.

— Никаких но, это приказ!

Кротов побледнел еще сильнее, но не стал продолжать спор. Осторожно поднявшись на ноги и не делая резких движений, он направился к пещере, не отводя глаз от моего двойника.

— Откуда у тебя столько терпения, чтобы выносить присутствие этого продажного полицая? — улыбнулся двойник, приближаясь ко мне вальяжными шажками.

— Кто ты и почему обнажил свои клинки? — спросил я, выбрасывая руки в стороны, в надежде призвать оружие.

— Ой! — ухмыльнулся противник. — Не вышло, но не переживай у мужчин такое случается. Нужно потрясти посильнее.

— Ты не ответил на мой вопрос. — рычу, приготовившись к рукопашной схватке.

— А зачем мне на него отвечать, если ответ очевиден?

— Тоже будешь ссать мне в уши бредом, что ты это я?

— Именно. Ты абсолютно прав. Мы неотъемлемая часть друг друга.

— Тогда объясни мне, для чего ты хочешь убить меня? — отщелкнув выкидной нож, спросил я.

— Тот же вопрос я могу задать и тебе. — ехидно скалясь, прошипел двойник.

Буквально за секунду до его выпада я ощутил порыв ледяного ветра и сразу же сместился в сторону, уходя с линии удара. Взмах, уклонение, взмах, уклонение. Двойник размахивал клинками, но я был быстрее. Спаренный выпад в область моей груди и я тут же выбрасываю колено, выбивая из легких оппонента весь воздух. Клинки падают из его рук, но я успею подхватить их раньше, чем они начнут осыпаться прахом.

— Ты прав, так будет куда интереснее. Без них, схватка получилась бы весьма скучной. — кивая на клинки в моих руках и призывая новые, захихикал двойник.

Я начал смещаться с линии атаки, но вместо того, чтобы пытаться дотянуться до меня клинками, противник призвал ледяной дождь, осыпающий меня крохотными жгучими кристаллами льда. Момента моей растерянности хватило двойнику, чтобы совершить подлый и практически незаметный тычок острием кинжала в левую почку.

Охватившая тело боль, оглушительным раскатом отразилась в голове. Словно мне на голову натянули медный чан и со всей дури врезали по нему гигантской поварешкой.

— Ярослав Петрович, ложись! — прокричал из-за спины Кротов, целясь из пистолета в моего двойника.

Я не стал долго думать и рванул в сторону, уходя с линии огня. Грохнуло подряд шесть выстрелов, а затем раздался щелчок опустошенного пистолета.

— Блядство! — выругался Кротов, глядя на абсолютно невредимого двойника.

— Какая жалкая пародия на своего отца. — хмыкнул тот и мгновенно оказавшись за спиной безопасника, молниеносным движением снес его голову с плеч.

— Сергей! — закричал я, поддаваясь застилающей сознание ярости.

— Оу, неужели ты разозлился? — ехидно заулыбался двойник.

Совершаю рывок в его сторону, выпад, выброс локтя в голову. Уворачивается сука! Снова выпад, клинок, спаренный удар, колено, локоть, опять клинок. Настроение двойника резко меняется. Он сжимает одной рукой глубокую рану на шее, а второй направляет на меня острие кинжала. Выпад, колено, колено, удар в пах, локоть. Заметив, что противник теряет контроль над боем, я решаю сменить тактику. Отбрасываю кинжалы, они только мешают мне, лишая драгоценного простора для маневров. Подставляясь под его удар, ловлю клинок открытой ладонью, бью противника коленом, сбивая ему и без того тяжелое дыхание. Двойник, неожиданной подсечкой вышибает из под меня опору, но я успеваю ухватить его за руку. Падая на землю, резко тяну на себя и обхватываю ногами его шею, замыкая на ней удушающий замок.

— Слишком благородно сражаешься, Батаев! — хохочет стискиваемый мной противник и тут же кусает меня за ногу.

Сжимаю зубы до скрежета, изо всех сил стараясь сжать захват как можно крепче. Но похоже, что моему двойнику это даже нравится. Он хохочет во весь голос и раз за разом вгрызается зубами все глубже и глубже.

— Да чего ж ты такой неубиваемый, сука?! — кричу я, глядя на довольно скалящуюся физиономию, сквозь заливающие глаза слезы.

— Ты слаб, Батаев! Не в твоих силах сражаться с чистокровным аристократом! — лязгнуло металлом в голосе двойника.

Он напрягается всем телом и будто не ощущая моего веса, встает на колени, поднимая меня и тут же с силой впечатывая в землю. Глухой удар, в глазах темнеет. Глухой удар, в ушах поселяется звон. Глухой удар и я ощущаю, как начинают хрустеть мои ребра. Глухой удар, ноги самопроизвольно выпускают двойника из захвата.

— А ты… кхм…кхм…. Не так слаб, как я думал, Батаев. — уставше кряхтит двойник, призывая родовой клинок.

— Я Бессонов, сучий ты выродок. — хриплю я, еле различая его силует из-за помутневшего зрения.

— Аха-ха-ха-ха, насмешил. — наигранно смеется противник. — Для аристократа ты слишком слаб и туп. Тобой вертят как хотят, а ты этого даже не замечаешь. А я ведь говорил тебе, что ты словно загнанный зверь добровольно бежишь в ловушку.

— Так это был ты? В тех наркотических кошмарах.

— Ну а кто же еще? Пора бы уже понять, что ты, кроме самого себя, никому не нужен.

— Что тебе даст моя смерть?

— Многое. Власть, влияние, статус, огромное количество подданных. Дальше перечислять или сам додумаешь?

— Но если умру я, то умрешь и ты.

— Э нет, приятель. — протянул двойник. — Это так не работает. Все как раз таки наоборот. Ты сдохнешь здесь словно бездомная псина, а я вернусь в твой мир и займу твое место. Все просто.

— Ну тогда, чего ты ждешь? — прохрипел я, глядя на силуэт.

— И вправду, чего это я? — наигранно хмыкнул тот.

Колено двойника придавило меня к земле. Одна его рука ухватилась за волосы, а вторая устремилась к шее, дабы перерезать мне горло. Но не тут-то было. Резким кувырком я вырвался из под оппонента, отбрасывая его в сторону и параллельно хватаю с земли складной нож.

— Ах-ха-ха-ха! — разразился смехом двойник, прыжком вскакивая на ноги. — Обожаю неожиданности!

— Тогда лови еще одну! — прокричал я, бросая ему в лицо горсть земли.

Не ожидая такой подлости, двойник на автоматизме прикрылся рукой, от летящей в его сторону грязи, а я в это время резко сократил дистанцию, сбивая его с ног и вонзая ему в печень короткий нож. Провернув лезвие несколько раз, ощутил как, тело двойника слегка затрясло, а из довольно ухмыляющейся пасти вырвались струйки крови. Резко выдернув нож, я занес его для удара в сердце, но мою атаку блокировала рука оппонента. Навалившись на нее всем своим весом, мне удалось подвести острие к его ребрам, а затем несколькими сильными ударами по рукояти, вогнать нож прямо в грудь, ощущая как клинок с хрустом скользит по костям.

— Глупец. — прохрипел двойник, исподтишка вонзая мне в спину ледяной клинок….

Родовое поместье Быковых.

После случившегося в пыточной, Кирилл вместе волком отправились в лес на прогулку, а встревоженный необычным поведением брата Стас бродил по дому, в надежде отыскать виновника его беспокойства. Обойдя все комнаты, все душевые, кухню и даже крыло для прислуги, Стасу так и не удалось отыскать Дока. Хотя кухарка Юлия утверждала, что видела, как он стоял посреди гостиной буквально пару минут назад.

— Юль, а он на улицу не выходил случайно? — прокричал Стас, в сторону кухни.

— Не видела, Станислав Евгеньевич! Может и выходил! — прокричала в ответ кухарка.

Злобно рыкнув от раздражения, Стас достал из кармана сигарету, прикурил и направился к выходу, по пути набирая номер Павла.

— На связи. — ответил на вызов Док.

— Ты куда свинтил? Я тебя уже полчаса по дому ищу! — раздраженно, начал с претензий Рамзи.

— Стас, ты дурак? Ты же сам мне ворота открывал, потому что их снова заклинило. — удивился Павел.

— Всмысле?

— В коромысле! Едрить твою налево, вы там чего белены объелись?! То Мажор несет какую-то херню, а теперь и ты туда же! Если я сейчас вернусь и узнаю, что вы обдолбались какой-нибудь барбитурой, обещаю, запру вас в вольере с волками! — выругался Док и повесил трубку.

Стас замер на месте, по его спине пробежал какой-то странный, почти могильный холодок. Одновременно оборачиваясь и доставая из-за пояса пистолет, он отточенным движение взвел курок и направил ствол пистолета в голову подкравшегося сзади.

— Да ты че? Вообще охерел что ли? — удивленно и испуганно пялясь на оружие у своего лба, запищала Катрин.

Гулко выдохнув от напряжения, Стас задрал ствол пистолета вверх и щелкнул переключателем предохранителя, убирая оружие обратно за пояс. Ошарашенная такой выходкой Катрин недовольно скрестила руки на груди и сделав стервозно вопросительную мордашку, уставилась на Стаса, спрашивая:

— Ты чего такой дерганный? Случилось чего?

— А? — озираясь по сторонам переспросил Стас.

— Чего такой дерганый? — почти прокричала ему на ухо девушка.

— Да не. Ничего. Усталость видимо сказывается. Пойду подышу свежим воздухом.

Стас накинул куртку на плечи, закурил сигарету и озираясь словно умалишенный, вышел из дома.

Резиденция Императора Российской Империи.

Смакуя необычный вкус крепкого кофе с добавление коньяка, Император сидел за своим столом и с довольной улыбкой ознакамливался с письменным отчетом своего помощника. Да, отчетом это было назвать весьма сложно, так как сему документу больше подходил статус произведения искусства. Ровный каллиграфический почерк, идеально выбеленная бумага, десятки закладок со ссылками и сносками. Объем работы проделанной Воробьевым, поражал. Столько подробной информации с указанием деталей и мелочей, Императору не доводилось получать даже от самых прожженных и опытных чинушей.

— Ваше Величество, прибыл Князь Артемов. — раздался голос секретаря из настольного телефона.

— Пусть ожидает меня в приемной, я спущусь через пять минут. — зажав кнопку, произнес Император.

— Хорошо, Ваше Высочество.

Встав из-за стола и убрав отчет в тяжелый напольный сейф. Император застегнул верхнюю пуговицу на рубашке, поправил покосившиеся запонки, посмотрелся в зеркало.

— Ты готов? — обратился он к своему отражению.

— Я всегда готов, Мой Государь. — прозвучало из зеркала в ответ….

Где-то.

— Яр! Яр, умоляю тебя очнись, Яр! Пожалуйста! — доносится до моих ушей сквозь темноту. — Яр! Не оставляй меня! Яр!

Я открываю глаза и вижу нависающую надо мной Кирин. Девушка исходится горькими слезами, трясет меня, а потом замирает, увидев, что я пришел в сознание.

— Яр! — кричит она и бросается меня обнимать, беспрерывно и часто расцеловывая мне лицо.

— Кирин, ты делаешь мне больно. — хриплю я, ощущая, как ее нога давит мне на яйца.

— Ой, прости, прости пожалуйста. — залепетала девушка, убирая ногу и помогая мне встать.

С трудом поднявшись на ноги и ощущая сильную боль по всему телу, я осмотрелся. Тело двойника лежало лицом кверху, а из его груди торчал складной нож. А вот тела Кротова мне обнаружить не удалось, также, как и следов его крови.

— Меня ищите, Ваше Высочество? — неожиданно раздался голос из-за спины.

— Сергей? Ты же… Погоди… А как это? — не в силах отыскать подходящих слов, запричитал я.

— Я ж говорил: у каждого дворянина всегда должен быть козырь в рукаве. — довольно улыбнулся Кротов.

— Сука, Серега Николаевич! Я думал, что он тебе башку к херам снес!

— Ну, так-то оно и было. Правда не мне, а моей иллюзорной копии. Но да, спорить не буду, голова до сих пор раскалывается.

Я подошел к Кротову и изо всех сил врезал ему по морде. От чего тот, тут же отправился в глубокий нокаут.

— Мог бы сразу предупредить, иллюзионист хуев. — выругался я, пнув нокаутированного безопасника по почкам.

— Яр. — обхватила меня Кирин, начиная снова рыдать. — Прости меня, Яр, я подвела тебя, я должна была быть рядом. Сражаться вместе с тобой, бок о бок. Прости меня пожалуйста.

— Эй, эй, эй. Ты чего, глупышка? — повернулся я к девушке, целуя ее в губы. — Ты все правильно сделала.

— Я же воительница, меня тренировали, я такая же сильная, как и вы. — продолжала реветь она.

— Успокойся. Я бы себе не простил, если бы с тобой что-то случилось.

Но судя по всему, мои слова не сильно ее успокоили. Девушка уткнулась в мою перепачканную кровью грудь и заревела еще сильнее.

— Уууу сука! — протянул очнувшийся Кротов.

— Вставай давай, Кашпировский. Никто не гарантирует нам, что в скором времени сюда не явятся еще один двойник.

— Я гарантирую. — раздалось из-за спины.

Все моментально замерли и затихли. По спине пробежали нездоровые мурашки. Этот голос принадлежал явно не мне и уж подавно не был голосом одного из моих двойников. Этот голос другой, он старше, он мудрее. На доли секунды, мне даже показалось, что я его раньше слышал. Но вспомнить, кому он принадлежит, мне так и не удалось.

Резко развернувшись и спрятав за свою спину Кирин. Я выбросил руку в сторону, без малейшего труда призывая родовой клинок. Холодная ледяная рукоять приятной прохладой обожгла руку, бодря и наделяя меня какой-то незнакомой, но весьма ощутимой силой.

— Кто ты? — спросил я, обращаясь к странному человеку в серой мантии.

Незнакомец, как-то странно захихикал, обошел нашу тройку по кругу, остановился у тела двойника. Пнув бездыханный труп ногой, он пробубнил что-то себе под нос и выдернув из его груди складной нож, уселся сверху.

— Я в ваши игры играть не собираюсь! — угрожающе произнес я.

— Игры? А разве вы здесь играли в игры? Странные какие-то у вас у молодых игры. — уставились на меня старческие глаза незнакомца. — Я думал, что вы прибыли сюда, чтобы обрести силу. Тем более, первые два этапа вы уже успешно прошли.

— О чем ты говоришь, старик? — обратился к нему Кротов, поднимаясь на ноги.

— Дождь собирается. — переведя взгляд в небо, сказал незнакомец. — Я приглашаю вас к себе на ужин. В моем скромном жилище, как раз найдется время и место для полноценной беседы.

— Ты не ответил на мой вопрос. — прошипел я, готовясь атаковать.

— Всему свое время, молодой Князь, всему свое время.

Кротов хотел было что-то возразить, но не успел. Незнакомый старец щелкнул пальцами и в ту же секунду мы оказались в просторной комнате, украшенной на восточный манер.

— Добро пожаловать, дорогие гости, чувствуйте себя как дома. — скидывая капюшон со своей головы, пролепетал старик.

В этот момент я смог разглядеть незнакомца получше. Седые длинные волосы собранные в мощный хвост, достаточно широкая мускулистая шея, мощные плечи и грудь. Хм, старик явно в хорошей форме. Не каждый молодой атлет может похвастаться такими объемами мускулатуры.

— Ярослав Петрович, мне это старикан совсем не нравится. — шепнул мне на ухо Кротов.

— Сам ты старикан! Я еще молодой, мне всего-то двести четырнадцать лет! — запротестовал незнакомец, разливая по глиняным кружкам ароматный чай. — Между прочим, раньше в вашем мире люди жили гораздо дольше. Но после нескольких сопряжений, ваш мир утратил эту благодать. Хотя, если смотреть под призмой времен, то эта утрата пошла вам только на пользу. Иначе бы вы уже давно друг друга истребили.

Незнакомец кивнул нам на массивный стол, окруженный четырьмя стульями и уставленный всевозможными яствами.

— Эй, ты как это сделал? — удивленно взвизгнул Кротов, отскакивая от стола, на котором секунду назад ничего не было.

— Коля так и не научил тебя манерам и уважительному отношению к старшим? — зло посмотрел на него Старик.

— Коля? Вы знали моего отца? — моментально побледнел безопасник.

— Я знаю всех ваших отцов. И даже отца этой прекрасной особы. — кивнул в сторону Кирин незнакомец.

Старик подошел к столу, по очереди отодвинул стулья, поставил напротив каждого по чашке с чаем. Бросив взгляд на нашу ошарашенную компанию, он едва заметно улыбнулся и буркнул что-то себе под нос.

— Не стойте над душой, присаживайтесь. — приглашающим жестом подозвал он нас к себе.

— Вы так и не ответили нам. Кто вы такой и что вам от нас нужно? — добавляя металла в голос, спросил я.

— Эх, молодежь. Вечно торопитесь жить. — вздохнул старик и выпрямился по стойке смирно, отточенным движением прикладывая руку к виску. — Позвольте представиться! Генерал-Фельдмаршал Бессонов Владимир Олегович, но вы меня можете называть просто, Дядя Вова.

Глава 10

— Погодите-ка, я не ослышался? Бессонов? — вытаращив глаза на старика, переспросил Кротов.

— Не ослышался, не ослышался. Сядьте уже наконец. Не люблю, когда надо мной нависают два здоровых мужика. — проворчал тот, закидывая в рот крупную виноградину.

Я приобнял Кирин за талию, направляя девушку к столу и отодвигая ей один из стульев.

— Получается, что вы мой родственник? — присаживаясь на соседний с Кирин стул, спросил я.

— Ага, очень дальний родственник.

— Могу я поинтересоваться, что вы делаете в этом странном месте?

— А разве не видно? Живу конечно же. — уставился на меня словно на дурака Дядя Вова.

— Живете? Здесь? — присаживаясь напротив старика, удивленно выдал Кротов. — Как здесь можно жить? Тут что ни день, так новое приключение. — он начал загибать пальцы. — Сначала нас чуть не сожрали, потом жирные бабищи нас отодрали, а после и вовсе пытались убить двойники Ярослава Петровича.

— Ах-ха-ха-ха… — закатился истерическим смехом Дядя Вова. — Это да. Мои любимые амазонки с годами немного поднабрали в весе.

— Любимые амазонки? — отпивая самый вкусный в своей жизни чай, переспросил я.

— Ну да. Айкарийки, созданы мной по подобию женщин из одного заморского журнала. Между прочим, мне этот журнал подарил ваш прадед. — улыбаясь, старик указал пальцем на безопасника. — Хе-хе-хе. Он по молодости был еще тот развратник.

Услышав это, Кротов сразу же покраснел от стыда.

— Вы создали этих женщин? Разве такое возможно? — удивился я.

— В этом измерении все возможно. Собственно, проклятые императоры для этого его и создали.

— Для чего? Чтобы создавать себе баб для перепихона? — злобно прорычал Кротов.

— Чтобы управлять этим миром и развивать в себе то, на что в обычном мире ты не способен. — постучав костяшками по столу, ответил Дядя Вова.

— Ничего не понял. — помотал головой я, отламывая ломтик ржаного хлеба.

— Ну чего тут непонятного? Разве ваши отцы вам не объяснили все моменты, перед тем, как отправить сюда?

— Мой отец умер не так давно. — опередил меня ответом Кротов. — А Ярослав Петрович и вовсе не видел своих родителей в живых. Их убили спустя несколько дней после его рождения.

Глаза старика удивленно полезли на лоб, но спустя мгновение, вернулись обратно, словно бы ничего и не произошло.

— Значит доигрался Петька со своими придворными интригами. А ведь я его предупреждал. Мирный договор между двумя наследными родами, хуже сделки с дьяволом.

Старик оценивающе посмотрел на меня, встал из-за стола, подошел к деревянному шкафчику и открыв скрипучую дверцу, достал оттуда пачку сигарет.

— Держи, кури не стесняйся. А то я смотрю, ты скоро заварку в самокрутки крутить начнешь. — сказал он, бросая мне в руки запечатанную пачку.

— Спасибо. — кивнул я и стал энергично распечатывать упаковку.

Трясущимися от предвкушения руками, я достал одну сигарету из пачки и тут же прикурил ее, от протянутого стариком горящего пальца.

Отравляющий дым моментально заполнил легкие, ударяя по мозгам, заставляя голову идти немного кругом. Я сделал несколько глубоких затяжек и обнаружил, что сигарета практически закончилась. Хотя буквально секунду назад, она была наполовину целой.

— Не смотри так на меня. — демонстрируя растопыренные пальцы, поднял руки старик, увидев мой удивленный взгляд.

— Вы сказали, что наши отцы были здесь еще будучи молодыми. Получается, что у них была возможность, посещать это измерение и беспрепятственно покидать его? — спросил я, закуривая снова.

— Ну так эта возможность и у вас есть. Вы просто еще не научились ею пользоваться.

— Для чего наши отцы приходили сюда?

— А для чего сюда пришли вы? — с прищуром посмотрел на меня старик.

— Мы… — хотел было ответить я, но Кротов меня перебил.

— Мы пришли сюда, чтобы обрести силу. — сказал он, пнув меня ногой под столом.

— Силу говоришь? А зачем тебе эта сила?

— Чтобы стать достойным главой своего рода.

— Хм. — нахмурился Дядя Вова. — Ваши папаши приходили сюда учиться мудрости магии, а вам сразу силу подавай.

— Я прошу прощения, возможно мой товарищ неправильно выразился. — теперь уже я пнул Кротова под столом. — Мы пришли сюда за тем же, зачем приходили наши отцы. Пользоваться силой без ее понимания, все равно, что пытаться вырастить дерево в мертвой почве.

— Какая интересная, не по годам мудрая мысль. — покачал головой старик. — Вот только я вам не верю.

Заметив, как мы с Кротовым переглянулись, Дядя Вова звонко захохотал и принялся молотить ладошкой по столу, из-за чего наш чай стал выплескиваться из чашек. Ну и силища у этого старпера.

— Ладно, нерадивые вы мои. Научу я вас всему, чему следует. Правда для этого потребуется время. — заявил старик и постучал по наручным часам, на которых к слову даже не было стрелок.

— Время. — озадаченно вздохнул я и посмотрел на Кротова — Именно его, нам категорически не хватает. Мы не знаем, какие планы крутятся в голове у Императора после моей инициации.

— Ой, да брось ты. Как нибудь без тебя разберуться. — ухмыльнулся Дядя Вова. — Твой отец тоже возлагал на свои плечи неподъемную ношу, а что в итоге?

— Ярослав Петрович прав. У нас очень непростая ситуация с действующей властью. Фактически, против сторонников Князя в любой момент могут начать полноценную войну. — согласился со мной Кротов.

— Да прекратите вы. Не уж то на вас весь мир держится?

— Нет конечно. Но у меня есть обязательства перед теми, кто присягнул мне на верность. — разглядывая сизый сигаретный дым, ответил я.

— Пф, я вас умоляю. Вы видимо не осознаете, в чем скрывается настоящая власть.

— И в чем же?

— В силе конечно! А в чем же еще? — ответил старик и в его руках материализовалась длинная курительная трубка.

— Я походу опять запутался. — помотал я головой.

— Дядя Вова прав. Обретя контроль над своей силой, вы сможете принести гораздо больше пользы, чем без нее. — вмешалась в разговор Кирин, нежно проведя ладошкой по моему плечу.

— Во, видишь? — указал на нее старик своей курительной трубкой. — Слушай свою женщину, она искренне желает для тебя самого лучшего.

— Мы согласны. — кивнул Кротов. — Когда можем приступать?

— Приступать? — наигранно задумался Дядя Вова. — Да вот прямо сейчас и приступайте.

Старик весело захихикал, встал из-за стола, подошел к стене и звонко щелкнув пальцами, испарился.

— И куда это он? — вопросительно посмотрела на меня Кирин.

— Не знаю, но мне это как-то не нравится.

— Смею предположить, что у нас нет причин для беспокойства. Как никак, он все таки ваш дальний родственник. Не станет же он, вредить своему потомку? — откинувшись на спинку стула, предположил Кротов.

Но все оказалось точно, да наоборот. Буквально спустя несколько секунд, я ощутил жгучую боль внутри своего живота, а вырвавшийся из легких кашель, принес с собой кровавую рвоту. Чувствуя, как жизнь начинает покидать мое тело, я рухнул на четвереньки и к своему ужасу заметил, что Кирин и Кротов уже лежат на полу, а из их ртов потоком хлещет черная жижа.

— Итак, урок первый! — раздался в моей голове голос старика. — Пища и чай, которые вам так сильно понравились, содержали в себе высокоэффективный токсин. Вывести его можно с помощью своей силы, направив регенерационный потенциал в кровеносную и нервную систему. На это у вас есть двести сорок секунд, после чего, последствия для вашего организма станут необратимыми и вы скорее всего умрете в ужасных муках. Удачи….

Родовое поместье Ахтямовых.

Павел, Кирилл, Стас и волк Валера подъехали к раскуроченным воротам поместья, у которых уже было припарковано с десяток автомобилей, всевозможных спасательных служб.

— Твою мать! — выругался Кирилл, выбираясь из феникса и глядя на разрушенную до основания усадьбу.

— Док, скажи мне, что это не твоих рук дело. — пробубнил Стас.

— Говорю. — кивнул ошарашенный Павел. — Я тут не причем.

— Ыр-р-р — оскалился волк, глядя куда-то в сторону леса.

— Валера? Что там? — обратился к нему Кирилл, пытаясь разглядеть в лесу то, что вызвало беспокойство лесного духа.

— Ой не нравится мне это все парни, ой не нравится. — протянул Стас, заметив, вальяжно идущего в их сторону Графа Гугунаву.

— Приветствую господа. Хотел бы я сказать вам: добрый день. Но увы, этот день таким не является. — своим привычным тоном поприветствовал всех Иосиф Георгиевич.

— Что здесь произошло? — спросил Павел, крепко пожимая руку Графу.

— Эксперты говорят, что произошла детонация топливных запасов.

— И ты в это веришь? — поинтересовался Стас, рассматривая изуродованные стальные двери.

— Нет конечно. — ухмыльнулся Гугунава. — Склад с горючим располагается на цокольном этаже. Если судить по тому, в какую сторону сложилась основная конструкция усадьбы, то можно понять, что взрыв произошел снаружи, похоронив под завалами то самое хранилище.

— Ахтямов?

— Среди погибших его нет. Будем надеяться, что в скором времени найдем его живым и невредимым.

— На сколько мне известно, вы служили в армии. — обратился к графу, Кирилл.

— Да, служил. — кивнул тот.

— Вам известен хоть один снаряд, способный устроить подобное?

— Разве что тактическое ядерное оружие.

— Не. — несогласно помотал головой Стас — Это точно не оно.

— С каких пор ты у нас заделался в эксперты? — удивленно посмотрел на него Павел.

— Тут не нужно быть экспертом. — ответил вместо Стаса, Граф Гугунава. — Ваш брат прав. Тактическое ядерное оружие имеет большую вариацию способов доставки, но при любом из этих способов на земле остается воронка от попадания боеголовки. В нашем же случае, подобный след отсутствует.

— А что на счет одаренных? Мог ли высококлассный боевой маг такое устроить? — закуривая, спросил Кирилл.

— Нет. По крайней мере, способных совершить подобное в одиночку, я не встречал.

— Получается, что мы в полной жопе?

— Именно так. — согласно кивнул Гугунава.

— Погодите-ка, а что если здесь побывала та же тварь, что на днях разнесла тренировочный лагерь? — высказал свою теорию Стас.

Все на минуту замолчали, будто задумавшись.

— Вы попали в самую точку, Станислав Евгеньевич. — раздался из-за их спин хрипящий голос Игоря Франковича….

Другое измерение.

Я лежал в луже собственной крови, вглядываясь в прекрасные, но испуганные и измученные болью, глаза Кирин. Рядом монотонно кряхтел Кротов, хватая воздух губами, словно рыба выброшенная волной на сухой, песчаный берег.

— Разве ты не этого хотел? Разве не мечтал, умереть с ней в один день? — раздался в моей голове знакомый голос двойника.

— Сдайся, сдайся. Смерть принесет облегчение. — заговорил другой, уже более противный голос.

— Не дождетесь, суки! — прошипел я, напрягаясь всем телом и разумом.

Поток силы отозвался мгновенно. Я ощутил, как по моим жилам проносится приятная прохлада. Поселяется в животе, в голове, в руках и ногах, в мышцах. Леденящие мурашки пробегают по телу, снимая боль в скованных нервных окончаниях.

— Опачки! Опачки! — начинает радостно причитать голос старика в моей голове. — Вот что значит, кровь! Вот что значит, порода Бессоновых!

Ощущая долгожданное облегчение, я подползаю к Кирин и впиваюсь в ее губы поцелуем, направляя потоки своей силы, сквозь ее умирающее тело.Ее вены, артерии, сосуды прорисовываются голубым свечением, маркируя таким образом всю кровеносную систему. Кожа девушки начинает розоветь, губы теплеют, а ее дыхание становится глубоким и уравновешенным.

— Кирин. — шепчу я, целуя ее в лоб.

— Я в норме, в норме. — отозвалась Кирин, часто дыша. — Помоги Сергею. Видишь? Он не справляется.

Я аккуратно опустил голову девушки на пол и подполз к Кротову, в глазах которого поселился такой ужас, которого я давно не встречал в глазах людей.

— Только не говори, что ты сейчас его будешь целовать! — захохотал голос старика в моей голове.

Не обращая внимания на издевки старика, я приложил свою ладонь ко лбу безопасника и усилиями воли направил целебный поток сквозь его тело. Посиневшее от удушья лицо Кротова, приобрело слегка розоватый оттенок, а его глаза судорожно забегали из стороны в сторону.

— Та как, Сергей Николаевич? — спросил я безопасника, ощущая нахлынувшую слабость.

— Спасибо, Ваше Высочество, уже получше. — прохрипел он, пытаясь отдышаться.

— Яр, у тебя кровь. — неуверенно перебирая ногами и руками, подползла к нам Кирин.

Я утираю нос от кровавых соплей и облокачиваюсь на стену, онемевшими до боли руками пытаясь достать из пачки сигарету. Сигарета падает, предательски катится по полу, удаляясь от меня на добрых пару метров. Ну и хрен с ней, потом подниму. Достаю новую, вставляю в зубы, щелкаю пальцем, высекая из него голубоватое пламя, с облегчением закуриваю.

— Ярослав Петрович, вы как это только что сделали? — удивленно смотрит на меня Кротов.

— Сделал что? — разминая затекшие ноги, спросил я.

— Яр, ты только что прикурил сигарету от пальца. — ответила вместо Кротова, Кирин.

Я вопросительно посмотрел на Кротова, затем на Кирин, вытянул перед собой руку и повторил щелчок. Синее пламя вспыхнуло на самом кончике пальца, звонко треща крохотными искорками.

Из-за спин соратников, раздались частые, одиночные аплодисменты. Мы одновременно посмотрели в одно и то же место. Где довольно сияя румянцем на старческих щеках, приплясывал от радости Дядя Вова.

— Получилось, получилось, получилось. — повторял он нараспев, продолжая хлопать в ладоши в унисон своими напевам.

— Нихера не получилось! — грозно огрызнулся Кротов. — Если бы не Ярослав Петрович, мы с Кирин, могли бы уже умереть!

— А оно так и задумано. — продолжая танцевать, пропел старик.

— Всмысле?

— В самом, что ни на есть прямом. Урок был не для вас, а для молодого Князя.

— То есть ты намеренно умолчал о том, что только я способен вывести яд из их организмов? — щелчком отправляя окурок в сторону старика, поинтересовался я.

— Не попал. — отскакивая в сторону словно хулиганистый мальчишка, увернулся от окурка тот. — В остальном, ты абсолютно прав. Ни у кого кроме тебя, нет такого мощного дара исцеления.

— Ярослав Петрович, а это точно ваш дальний родственник? Слишком уж он припизднутый на голову. — вопросительно посмотрел на меня Кротов.

— А мне то почем знать. — пожимая плечами, ответил я.

Старик, наконец прекратил пританцовывать и с разбега запрыгнул на стол, полностью игнорируя, падающую на пол посуду с едой.

— Орлы мои! — закричал он, театрально задирая руки вверх. — На сегодня испытания окончены! Отправляйтесь в свои комнаты и набирайтесь сил для следующего урока.

— Старик, ты вообще кукухой поехал на старости лет? — попытался стащить его со стола Кротов, но тут же со звуком “Хлюп” испарился, оставив после себя только влажные отпечатки ног на полу.

— Не переживайте ребятушки! Ваш друг в полной безопасности. Я отправил его в свою комнату, где его уже дожидаются две прекрасные распутницы. — довольно захихикал Дядя Вова, закурил свою длиннющую трубку и снова обратился к нам. — Как желаете отдохнуть? Девушке могу предложить незабываемую ночь со мной, а тебе внучек предложил бы воссоздать самых красивых и грудастых женщин из тех, которых ты когда либо видел.

— Нет уж спасибо. — недовольно насупилась Кирин.

— Ну раз такая пьянка, то мы закажем люкс на двоих для влюбленных парочек. — подмигнув девушке, ответил я на вопрос старика.

— Фу, как отвратительно романтично! Ну да ладно. Кто я такой, чтобы отказывать долгожданным гостям?

Старик похотливо подмигнул Кирин, перевел взгляд на меня, изображая грязный жест, стуча ладонью о сжатый кулак и заметив мое недовольство, звонко щелкнул пальцами. Тьма, свет.

Мы оказались в полноценном гостиничном номере класса люкс. Дорогая, но минималистичная обстановка, зеркало во весь потолок над кроватью, панорамные окна с видом на бесконечную водную гладь, слегка приглушенный свет и мелодичная, расслабляющая музыка.

— В вашем мире все так живут? — проводя пальчиками по бархатистой обшивке большой кровати, спросила Кирин.

— В нашем, подобная роскошь доступна немногим. — ответил я, открывая единственную дверь, которая как оказалось вела в ванную комнату с огромным джакузи.

— Это чаша для купания? — заглянула в приоткрывшуюся дверь девушка.

— И не только. — улыбнулся я, подхватывая ее на руки.

Родовое поместье Ахтямовых.

— Как вам удалось выбраться? — спросил Гугунава, протягивая Ахтямову крышку-стакан от термоса наполненную горячим чаем.

— Уф. — трясясь от холода, выдал Игорь Франкович, отпивая парящий напиток — Мой дорогой сын, не так давно убедил меня, сделать запасной выход из хранилища. Только то, что я прислушался к его совету, спасло мне жизнь.

— Вы видели нападавшего? Он был один или это был полноценный отряд. — нервно стряхивая пепел с сигареты, спросил Павел.

— Видел. — кивнул Ахтямов — Вот только это был не человек. Точнее, он когда-то давно был им, это несомненно, но теперь его будет правильней называть другим словом. Фантом.

— Фантом? — переспросил Гугунава. — Но ведь этого не может быть. Все фантомы были истреблены еще до падения Первой Империи. Как ему удалось скрываться от взора Святой Инквизиции столь продолжительное время?

— Я читал о фантомах в детстве, в одном из отцовский бестиариев. — заявил Кирилл — Там говорилось, что фантомы невероятно живучи и могут принимать облик обычного человека, копируя его память и даже манеру поведения.

— Что за бред? Как можно скопировать память? — фыркнул Стас.

— Ответ на этот вопрос, кроется внутри каждого из нас. Фантому достаточно образца вашего ДНК, будь то волос или даже неосторожный плевок на землю. Собственно, именно поэтому их и истребили. Подобная сила представляла колоссальную угрозу для всего человечества.

— Что-то не сходится. — отрицательно помотал головой Гугунава. — Фантомы хоть и сильны, но не один из них не мог похвастаться успехами в управлении стихиями. Даже если им удавалось копировать дар, его сила была посредственной и как правило, считалась практически бесполезной.

— Тут вы правы, Иосиф Георгиевич. — развел руками в сторону Ахтямов.

— И что это значит? Мы опять в тупике? — спросил Стас, обведя всех взглядом.

— Получается, что так. — кивнул Гугунава.

— Пока разбирают завалы, я бы хотел вас всех попросить. — достав из кармана портсигар, начал говорить Игорь Франкович — Помогите мне вернуться обратно в хранилище. Быть может там, мы найдем хоть какие-то ответы.

— А хранилище тут причем? — протягивая старику зажженную зажигалку, спросил Стас.

— Буквально сразу, после того, как я проводил Павла до ворот. Меня вызвал по рации один из гвардейцев. Он что-то хотел показать мне в хранилище, но когда я спросил: в чем дело? Мне уже никто не ответил. Думается мне, что хранилище и было основной причиной визита этого незваного гостя.

Другое измерение.

Обессиленные от страстных ласк, мы сидели у окна и любовались, утопающим в водной глади солнцем. Кирин нежно целовала меня в шею, прижимая ко мне своей прекрасной, упругой, молодой грудью.

— Я люблю тебя, Кирин. — сказал я, вдыхая аромат ее волос.

— Я тоже люблю тебя. — прошептала она , соблазнительно кусая меня за мочку уха.

— Я долго думал о нас с тобой. Мне кажется, что ты именно та, которую я так долго ждал.

— И я ждала тебя. — опуская свою руку к моему паху, простонала девушка.

Я ощутил, как она начала двигать бедрами, явно провоцируя меня к ответным действиям.

— Будь моей навсегда.

— Я буду твоей навсегда.

Впившись в медовые губы любимой, я ухватил ее одной рукой за грудь, а второй придвинул к себе за бедра, давая ей то, на что она так напрашивалась. Глаза девушки закатились от удовольствия, а из ее уст вырвался мелодичный стон наслаждения. Наши тела слились воедино, постепенно увеличивая темп.

— Не спите?! — внезапно, непонятно откуда раздался ликующий старческий голос. — Настало время для второго урока!

— Старик, ты сейчас блядь прикалываешься? — выругался я.

— У вас еще будет вся жизнь, для того, чтобы натрахаться друг с другом до тошноты! А сейчас, будьте так добры, учитесь и внемлите каждому моему слову!....

Глава 11

Звонкий щелчок пальцев, словно предупреждение о грядущем пи….. кхм-кхм. Ну в общем вы поняли. Если уж первый урок старика едва не отправил нас к праотцам, то я даже боюсь предположить, чего от него ожидать дальше. И как оказалось, опасения мои были небезосновательны. Тьма, свет.

Мы очутились посреди безлюдной площади какого-то странного, разрушенного города. Кирин громко взвизгнула и на автоматизме начала прикрывать руками обнаженные части тела, правда нужды в этом особо не было. Так как на нас тут же материализовались боевые костюмы, наподобие тех, что носили воители из поселения айкарийцев.

Я бегло осмотрел окружающие нас руины. Старые, почерневшие от сажи и гари дома, развороченные взрывами дороги, высохшие мертвые деревья. На затянутом свинцовыми тучами небе, кружила стая странных птиц, издали напоминавших смесь коршуна и вороны. Мда, картина угнетающая.

Спустя буквально пару минут, рядом с нами появился Кротов, громко покрывающий старика семиэтажным матом.

— Чтоб у тебя падла хер по утру не встал, блядина ты трухлявая! Да разве можно такой процесс прерывать?! Выблядок седоволосый! — продолжал кричать куда-то вверх безопасник.

— Угомонись, Сергей Николаевич! — окликнул его я и Кротов тут же прикрыл руками пах, видимо пытаясь спрятать то, что уже спрятал за него боевой костюм.

— Дети мои! — театрально воскликнул старик, появившийся на крыше полуразрушенного здания. — Сегодня начнется ваше настоящее обучение!

— Настоящее обучение? — удивился Кротов. — А до этого все было понарошку что ли?

— Не перебивай старших! — рявкнул Дядя Вова. — Сегодня вы отправитесь навстречу к своему могуществу! Кто-то из вас выживет, кто-то нет.

После этих слов, я ощутил, как пространство вокруг нас задрожало, а земля под нашими ногами начала слегка ходить ходуном.

— Мне это уже не нравится. — буркнул безопасник, вопросительно глядя на меня и Кирин.

Внезапно, напротив каждого из нас материализовались порталы, ярко светящиеся люминесцентной дымкой.

— Узрите! Эти врата зовут вас! Внемлите им и войдите, в созданную для вас реальность!

— Это не похоже на обучение магии! — вновь перебил старика, Кротов.

— Не перебивай меня! — истерически заверещал тот и в ту же секунду безопасник резко дернулся, будто кто-то незримый отвесил ему неплохого подсрачника. — Итак, о чем это я?

— О вратах в созданную реальность. — напомнил я ему.

— Ах, да точно. — кивнул он и продолжил — Ваша задача проста. Вы должны выжить и заполучить ключи от врат, которые позволят вам вернуться обратно. Будет сложно, но не стоит беспокоиться. Уровень сложности вашего мира, зависит от уровня вашей силы. Главное, верить в себя и трезво оценивать риски.

— А как же обучение мудростям магии, управлению собственной силой и прочее? — спросил я, прижимая к себе Кирин.

— Вы сами сказали, что вас время поджимает, вот я и решил ускорить процесс.

— А если кто из нас погибнет? — потирая пятую точку, спросил Кротов.

— Для этого, нужно очень сильно постараться. — ухмыльнулся старик и спрыгнул с крыши на манер супергеройских фильмов, оставляя на земле после себя приличную такую вмятину.

— Из ваших слов я понял, что нам придется с кем-то или с чем-то сражаться. Разве для этого нам не понадобиться какое-нибудь оружие? — спросил я, у подошедшего ко мне старика.

— Ты и есть оружие. — маниакальным оскалом улыбнулся он и резким движением руки, закинул меня в портал….

Подземное хранилище родового поместья Ахтямовых.

— Все двери заперты, Игорь Франкович, следов чужака не видать. — бродя по длинным коридорам хранилища, сообщил Гугунава.

— Нет, нет, нет. — несогласно помотал головой Ахтямов — Я определенно что-то чувствую, правда пока не могу понять что именно.

— Быть может у вас шок или контузия? Удивительно, как вы вообще выжили. Парнишку-то вон как осколками порвало. — сказал Кирилл, кивнув в сторону трупа гвардейца утыканного деревянными щепками.

— Именно благодаря ему, мне удалось выжить. — присаживаясь у бездыханного тела, прокряхтел Игорь Франкович. — А ведь у него семья осталась. Жена молодая, да младенец новорожденный. Ему бы еще жить да жить, а она вон как судьба повернулась.

— Пацаны! — раздался голос Стаса из дальнего коридора. — Я кажется что-то нашел.

— Идем! — прокричал Павел в ответ, помогая пожилому графу подняться.

Спустя несколько минут блужданий и перекрикиваний, компания все же нашла Стаса и оказавшись на месте, ахнула, ужасаясь открывшейся их взору картине.

Стальная, тяжелобронированная дверь с маголитовым цифровым замком, была вывернута наизнанку, словно фольгированная обертка от шоколадной плитки. Внутри же самого помещения, творился самый настоящий хаос. Многочисленные картотеки были смяты до неузнаваемости, книги разбросаны, пол под ногами усеян сотнями папок с документами, а старая антикварная мебель уничтожена и явно не подлежит реставрации.

— Это что за тварь на такое способна? — прошептал себе под нос Гугунава, осматривая смятую нечеловеческой силой сейфовую дверь.

— Плохи наши дела, мальчики, очень плохи. — хватаясь за сердце и сползая по стене, прошипел Игорь Франкович.

— Что случилось? Вам плохо? — подскочил к нему Павел.

— Сейф. — указал старик, на раскуроченный сейф у самой дальней стены комнаты.

— Ну? Сейф. — кивнул Стас, подойдя к нему и заглянув внутрь изуродованного корпуса. — Но внутри пусто. Совсем пусто.

— Конечно пусто. — фыркнул Кирилл. — Именно для этого его и вскрыли, чтобы опустошить.

— Это какой-то бред. — буркнул Гугунава. — Уничтожить поместье, убить столько ни в чем неповинных людей, чтобы что? Чтобы просто ограбить старый, никому не нужный сейф?

— Этот старый, как вы говорите, не нужны сейф, принадлежал покойному Петру Алексеевичу Бессонову. — прокряхтел Ахтямов, поднимаясь.

Старик хотел продолжить свое объяснение, но в кармане Графа Гугунавы зазвонил манофон.

— Слушаю. — ответил он на вызов. — Что случилось? Давно? Закройте все двери и не покидайте усадьбу. Я скоро буду.

Гугунава повесил трубку и встревоженным, сильно дрожащим голосом заявил:

— Звонила Ярослава Лихачева. Похоже, что наш клиент наведался к ним в гости.

— Чего же мы тогда ждем?! — возмутился Игорь Франкович и ухватив Павла за рукав, засеменил к запасному выходу.

Немного ранее. Резиденция Императора Российской Империи.

Князь Артемов сидел в кожаном кресле и с удовольствием потягивал крепкий кофе, которым его любезно угостила улыбчивая и довольно сексуальная секретарша Его Величества.

В приемную вошел Император.

— Ваше Величество. — преклонился, вскочивший от неожиданности Князь. — Я несказанно рад, что мне выпала честь, встретиться с вами лично вновь.

— Довольно, Артем Артемович. — осек его Император, садясь за свой стол. — Неужели вы думаете, что я не узнаю о том, что вы присягнули молодому Бессонову в верности? И это после того, как я вытащил вашу задницу из Сиамской тюрьмы, тем самым спасая вас от виселицы?

— Ваше Величество, я бы не посмел….

— Не ври мне! — врезал по столу Руслан Всеволодович. — Не твои ли головорезы первыми вызвались вступить в его армию?

— Ваше Величество, компания наемников принадлежит Графу Архипову. Я в этом деле выступаю лишь в роли инвестора. — начал оправдываться Артемов. — Я бы в жизни не подумал идти против вас. Особенно из-за какого-то выскочки, который унаследовал отцовский титул.

— Ты меня очень разочаровал, Артем Артемович. — прорычал Император. — Дам тебе последний совет, по старой дружбе. Беги из страны, беги пока есть время. Ибо с этой минуты, все налоговые специалисты, Антимонопольная Служба, Служба Внутренней Разведки и еще два десятка различных ведомств, будут заниматься одной единственной задницей. Твой задницей!

— Ваше Величество… — попытался возразить Артемов.

— Что?! Будешь рассказывать мне о своей безграничной верности, а потом снова побежишь к своему Князю на поклон?!

— Ваше Величество, помилуйте. Я сделаю все о чем вы попросите. — взмолился Князь, падая на колени. — Хотите голову Бессонова? Я ее принесу. Желаете, чтобы я вырезал всех кто ему дорог? И это для меня не проблема. Только скажите и я тут же брошу все силы на то, чтобы выполнить вашу волю, тем самым доказав свою преданность престолу и вам лично.

— Молишь меня о милости? — язвительно хмыкнул Император.

— Молю, Ваше Величество.

— Ну что ж. Я дам тебе еще один шанс, но учти. С этого момента, твоя жизнь и все твое влияние принадлежат мне.

— Как скажете, Ваше Величество.

Император встал с кресла, закурил сигару, медленно подошел к стоящему на коленях Князю и довольно осклабившись, наступил на его плечо своим ботинком.

— Целуй. — указывая на свое превосходство, приказал Император.

Глаза Князя Артемова наполнились слезами. Невыносимая боль унижения и презрения к самому себе, поселились у него в груди. Безысходность, обреченность, пресмыкание. Эти три слова промелькнули в его мыслях, оставляя глубокую рану на самооценке высокородного потомка, некогда великого рода Артемовых.

— Как прикажете, Ваше Величество. — дрожащим от напряжения голосом, произнес Князь, смиренно целуя ботинок Императора.

Львов довольно хмыкнул, оттолкнул Князя ногой словно дворового пса и вернувшись на свое место, взял в руки хрустальный графин, наполняя бокал ароматным коньяком.

— Что ты можешь рассказать мне о пропаже молодого Князя Бессонова? — осушая бокал одним глотком, спросил Император, глядя на побледневшего Князя.

— Молодой Князь заточен в древнем подземелье. Мы пытались пробиться внутрь и спасти его, но все наши попытки оказались тщетны. — сглатывая, застывший в горле ком, ответил Артемов. — Несколько часов назад Граф Ахтямов настоял на том, чтобы раскопки приостановили.

— Это я и без тебя знаю! — хлопнул по столу Львов.

— Но, Ваше Величество, это вся информация которой я владею на данный момент. Мне самому неясно, почему старик принял столь неожиданное решение.

— Значит выясни! — вскочил со стула разгневанный Император.

— Руслан Всеволодович. — обратился к нему, появившийся из ниоткуда Воробьев. — Словам Артема Артемовича слишком мало веры. Предавший единожды, предаст вновь.

— У тебя есть другие предложения?

Помощник с нескрываемым презрением посмотрел на Артемова, обошел его по кругу и подойдя к Императору почти вплотную, что-то шепнул тому на ухо.

— Ты уверен? — спросил Император у своего помощника.

— Абсолютно, Мой Государь. — кивнул тот.

— Хорошо. Тогда он полностью в твоем распоряжении.

Довольный самим собой Воробьев, хищно осклабился, перевел взгляд на испуганного Князя и резко рванув в его сторону, растворился черной дымкой, которая сразу же устремилась, в открытый от ужаса рот Артемова…

Родовое поместье Лихачевых.

Отряд бойцов возглавляемый Графом Гугунавой, медленно продвигался к территории поместья Лихачевых, бесшумно пробираясь через густые заросли подлеска. Хорошо экипированные и вооруженные новейшими, бесшумными, короткоствольными автоматами, они постепенно рассредоточились, занимая огневые точки, в удобных для ведения боя местах.

Добравшись до ближайшего к усадьбе забора, Граф Гугунава подключил наушники к своему манофону и набрал номер Ярославы Михайловны Лихачевой.

— Любимый, ты уже здесь? — раздалось в динамике.

— Ярослава Михайловна, мои люди взяли периметр под огневой контроль. — официальным тоном, ответил Гугунава. — Если вдруг начнется стрельба, вам необходимо будет спрятаться подальше от окон. Ваш гость до сих пор во дворе?

— Я не знаю, Йося. Он сломал двери в мастерскую отца и вошел внутрь. С тех пор мы его не видели.

— Хорошо. Я направлю в дом троих парней. Не пугайся их, это люди Князя Бессонова.

— Бессонова? — почти взвизгнула Ярослава. — Он с вами?

Гугунава отвернулся от братьев и прикрыв глаза от злости, скрежетнул зубами, пытаясь удержать эмоции.

— Люди князя выдвигаются. Будьте готовы их встречать.

— Йось, несмотря ни на что, я все равно люблю тебя. — прошептала девушка в трубку.

— И я тебя. — ответил Гугунава.

— Ля те на те, а нашему Графу оказывается не чужды простые человеческие чувства. — хохотнул Стас, поправляя в паху неудобную и непривычную для него экипировку.

— Не чужды, но в частности тебя это абсолютно не касается. — ткнув пальцем в легкий бронежилет Стаса, прорычал Граф.

— Ладно вам собачиться. — шикнул на них Павел. — Мы сюда не отношения выяснять пришли.

— Засекли тепловую сигнатуру, объект неподвижен. — прошипело в наушнике, подклеченному к рации.

— Характер объекта известен?

— Это однозначно не человек, по объему излучаемого тепла, объект больше похож на медведя, правда очень крупного.

— Принял. — коротко сказал Гугунава и посмотрел на троих братьев. — Еще раз повторим наш план.

— Да, да. — перебил его Стас. — По тихому проникаем на территорию, заходим в усадьбу, прячем жильцов в подпол и охраняем их, пока вы доблестно уничтожаете тварь.

— А что делать, если тварь обнаружит нас раньше? — спросил Кирилл, поправляя закрепленный на груди автомат.

— Бежать, куда глаза глядят и ни в коем случае не ввязываться в бой. Наша птичка уже в небе и через несколько секунд зависнет над мастерской с двумя сбросами. Так что у вас будет время, чтобы унести ноги в случае чего.

— Ну с Богом. — выдал Павел и перекрестился.

— Удачи парни. — кивнул в ответ Гугунава.

Три тени устремились вверх по отвесной стене, ловко забираясь по выступам крупной, каменной кладки. Пару мгновений и они уже перемахнули стену и бегут по пожухлому, прошлогоднему газону. Спустя еще миг, тени забираются в дом, быстро и профессионально вскрыв замок двери черного входа.

— Господин Гугунава, вы где взяли этих трюкачей? — звучит в наушнике восторженный голос оператора дрона. — Неужто спецура в наши ряды пожаловала?

— Спецура, спецура. — ответил в микрофон наушника Гугунава и отпустив кнопку, буркнул себе под нос. — Ворье безродное, а не спецура.

Другое измерение.

Первым из своего мира вернулся Кротов. Его бронекостюм был изрядно потрепан, костяшки на кулаках сбиты в кровь, а на кровоточащем от множественных порезов лице, сияла фиолетовая гематома.

— С возвращением! — радостно воскликнул старик, сидя в позе лотоса на голове какого-то лысого памятника. — Похвально, похвально. Тебе удалось, пройти свое обучение раньше всех.

— Обучение? — озлобленно прохрипел Кротов, зажимая кровоточащую рану на руке. — Да ты сука нас на убой отправил. Еще немного и меня бы порвали, как Тузик грелку.

— Но ведь не порвали же? — ухмыльнулся Дядя Вова. — Зато ты теперь научился призывать иллюзии совсем другого уровня. Не так ли?

— Не только иллюзии. — осклабился безопасник и призвал за спину старика своего клона.

Полноценная копия Кротова достала из-за пояса изогнутый клинок и резко опустила его на шею старика. Отсеченная голова свалилась с плеч Дяди Вовы и покатилась к ногам Кротова, фонтанируя кровью во все стороны.

— Вот ты бестолочь. — фыркнула голова, уставившись на безопасника, выпученными из орбит глазами.

— Сука! — отпрыгнул в сторону перепуганный Кротов.

Голова занялась истерическим смехом, продолжая заливать кровью все, до чего только могла дотянуться алая струя. Крови из нее лилось столько, сколько при всем желании не удалось бы выдавить даже из слона. Да и напор с которым брызжела эта самая кровь, вызывал немало вопросом.

Внезапно, из своего портала вывалилась Кирин. Одежда девушки была полностью покрыта инеем, а ее волосы превратились в сплошную монолитную льдину. Плавно переходящую в массивный ледяной нарост, поселившийся на ее плечах.

Кровоточащая голова старика увидев такое дело, резко замолчала, отрастила из обрубка шеи паучьи лапки и быстро засеменила к своему телу, ловко запрыгивая на него и мгновенно приживаясь, будто ничего и не было.

— Где Ярослав? — было первым, что спросила девушка, немного отдышавшись.

— Он еще не вернулся. — буркнул Кротов, со злобой глядя на старика.

— Солнце мое! Краса моя ясная! — в своем постоянном репертуаре ликующе выдал Дядя Вова. — Ты прошла свое обучение! Мои поздравления!

— Где Ярослав? — полностью проигнорировав старика, вновь спросила девушка.

Кротов посмотрел на нее с удивление и перевел вопросительный взгляд на старика.

— Не обращай внимания. У нее от мороза слух отказал, ну или мозг, такое часто бывает в условиях крайнего севера. Отогреется чуток, а там уже и регенерация сделает свое дело. — пояснил Дядя Вова.

Старик ловко спрыгнул с головы памятника, подошел к своим ученикам и театрально взмахнув руками на манер фокусников из телевизора, призвал рядом с собой костер, на деревянном вертеле которого запекалась ароматная тушка ягненка.

— Отогрейтесь и перекусите. — уселся возле костра Дядя Вова, материализуя перед собой расписной самовар и три деревянных кружки. — Судя по всему, ждать нам придется очень долго.

Немногим ранее.

Влетев в портал на приличной скорости, я не смог удержать равновесие и пробежав по инерции еще несколько метров, рухнул на жесткий каменный пол.

Встал, отряхнулся, прислушался к царящей здесь тишине. Хм, странно. Тишина и вправду какая-то неестественная, будто звуков и вовсе нет. Так, стоп, а где это я вообще оказался?

Это место однозначно мне незнакомо, но почему-то в глубине своего сознания я ощущал, будто нахожусь здесь не в первый раз. Антрацитово черные стены украшенные резными, люминесцирующими рунами, уходили вверх, образовывая над моей головой острый, пирамидообразный потолок. Освещения, как такового не наблюдалось, а окружающее меня легкое свечение, было заслугой, изредка мерцающих символов под моими ногами.

— Добро пожаловать, ученик. — реверберацией в моей голове отразился басистый, властный голос.

— Кто ты? — спросил я, мгновенно призывая родовые клинки.

— Меня зовут Артей.

— Ясно, Артей. Ты мне друг или враг?

— Ни то, ни другое. Я просто наблюдатель.

— Наблюдатель? И за кем же ты наблюдаешь? — озираясь по сторонам, поинтересовался я.

— Не за кем, а за чем. Я Артей Семиглазый! — грозовым раскатом прогремел голос. — Я хранитель этого места и его же погибель в день суда.

— Звучит интересно.

— Спасибо. Я рад, что мои ученики разделяют вкусы моего создателя. — басовито захохотал Артей, но резко прервал смех, продолжил — Итак, ученик! Ты готов начать путь, полный боли и отчаяния?

— А без боли и отчаяния никак? Мне вот как-то уже надоело болеть и отчаиваться за последнее то время.

— Увы, такова цена за силу.

Я задумчиво почесал подбородок, пытаясь не выдать, одолевающего меня ужаса. Но не тут-то было. Предательски пробежавшие по спине мурашки, не остались незамеченными моим незримым собеседником.

— Не бойся, молодой Князь. Ты не первый из своего рода, кто приходит сюда за силой. — громогласно сказал Артей.

— Что мне предстоит делать?

— А ты как думаешь?

— Надеюсь, что до жертвоприношений деревенских девствениц и новорожденных младенцев дело не дойдет?

— Ах-хах-хах. — засмеялся собеседник — Нет, молодой Князь. В подобных дарах я не нуждаюсь. Хотя….

Артей сделал театральную паузу, на которую я тут же среагировал.

— Не надо никаких “хотя”. Я не собираюсь участвовать в ваших языческих ритуалах.

— Эх, Бессоновы, Бессоновы. Вы единственные на моей памяти, кто обладает даром некромантии, но в то же время свято верит в законы высших сил.

— Некромантии? — удивился я.

— Ну да. — с вполне искренним удивлением, ответил Артей.

— Не, не, не. — отрицательно замахал я руками. — Ты наверное что-то перепутал. Мой родовой дар не связан с некромантией.

— Да что ты говоришь?

— Я серьезно. Мой дар связан с магией льда и чуток с магией исцеления.

— Хм. — многострадально хмыкнул Артей. — Позволь я тебе кое-что покажу.

Передо мной засияло нечто, походившее на голограмму из современных фантастических фильмов.

Молодой, широкоплечий мужчина с уложенными назад волосами, несет на руках тело девушки. Их лиц не видно, только контуры. Но и без этого я узнаю в мужчине своего отца.

— Это мой отец? — спрашиваю я, обращаясь к Артею за подтверждением своей догадки.

— Смотри дальше. — отвечает он.

Картинка немного изменилась. Теперь мужчина стоит у ветвистого дерева и укладывает на его корни, ту самую девушку, которую до этого нес на руках. Ветви древа начинают шевелиться, издавая звенящий звук, ударяющимися друг о друга многочисленными родовыми перстнями, что висели на его ветвях словно грозди винограда. В этот момент, я замечаю, как отец прикладывает к шее девушки два пальца, видимо пытается нащупать пульс.

— Она мертва? — вновь обращаюсь я к Артею.

— Да. — отвечает он, а я продолжаю наблюдать за происходящем на голограмме.

Ветвистое древо укрывает тело девушки, а спустя несколько секунд, отстраняет свои ветви, утробно урча. В этот момент из статной, уверенной фигуры отца, будто вынимают стержень. Его плечи опускаются вниз и начинают часто дрожать.

— В тот день, древо оказалось бессильно. — пробасил Артей.

— Он хотел воскресить ее?

— Смотри дальше, молодой Князь. — ответил незримый собеседник и я вновь уставился на картинку.

Отец призывает свой родовой клинок и с силой вонзает его в корень древа, из-за чего земля вокруг него начинает дрожать и вздыматься дыбом. Провернув меч несколько раз, он дождался пока тряска утихнет, а затем вынул клинок, жадно припадая губами, к брызжещему соком корню.

— В тот день, молодой Бессонов осознал многое. Но самое главное, что он принял свою силу, не как проклятье, а как самый настоящий дар свыше.

— А что это он делает? — спросил я, заметив, как отец схватил на руки тело девушки и зачерпнув рукой сок из корня древа, влил его ей в рот.

— Хм, он спасает тебе жизнь и жизнь твоей матери. Конечно же, если это можно так назвать.

— Что ты имеешь ввиду?

— То и имею, молодой Князь. — как-то грустно ответил Артей. — Княгиня Бессонова, умерла от сильного яда, добавленного ей в пищу одним из шпионов Князя Львова. На тот момент, вы были в ее утробе в виде крохотного сгустка крови.

— Ты хочешь сказать?... — ужасаясь своей догадке, хотел спросить я, но Артей ответил не дождавшись окончания моего вопроса.

— Вы не просто потомственный некромант, Ярослав Петрович. Вы наполовину нежить. Высшая нежить….

Глава 12

Родовое поместье Лихачевых.

— Иосиф Георгиевич, мы нашли графинь и прислугу. Ведем из в подвал. — проговорил Кирилл в рацию.

— Отличная работа, Кирилл Викторович. — прошипело из динамика — Две минуты и мы начинаем.

— Добро. Конец связи.

— А правда, что вы те самые братья молодого Князя Бессонова. — спросила у Кирилла одна из девиц.

— Ну приехали. — возмущенно всплеснул руками Стас. — Раньше нас называли Кланом Теней, а теперь будут называть Братья Князя.

— Не говори глупостей. — шикнул на него Павел и взяв оружие на изготовку, проскользнул в двери подвала вслед за Кириллом.

— Ну мальчики, я же серьезно спросила. — надула губки молодая графиня.

— Да братья мы, братья. Уймись только. — рыкнул на нее Стас.

— Вообще-то, в аристократическом обществе, так себя не ведут. — сделала ему замечание вторая девица.

— Чисто! — донеслось из подвала.

— Чеши давай, аристократка херова. — буркнул Стас, указывая на дверь.

Девушка покраснела и хотела было уже высказать ему в лицо пару неприятных фраз, но в этот момент на улице что-то сильно грохнуло.

— Внутрь, бегом! — закричал распахнувший двери Павел.

Графини рванули в дверь, расталкивая всех, столкнулись плечами в проеме и с протяжным визгом, полетели на пол, одновременно спотыкаясь о деревянный порожек.

Воцарился полный хаос.

— А-а-а-а, меня кто-то схватил! А-а-а-а!— закричала та, что в падении успела сбить с ног Кирилла.

— Да прекрати ты меня дубасить! Дура! — прокричал Мажор, закрываясь от хлестких шлепков графини.

— Ну хули вы встали! Быстро внутрь! — рявкнул Стас, на застывшую в проходе прислугу.

— Пашка! Сними эту истеричку с меня! — продолжал кричать Кирилл.

— Уберите руки от моей сестры, животные! — сбивая с ног, спешащего на помощь брату Павла, заверещала вторая графиня.

— Ой батюшки! Что ж это творится такое?! — схватившись за голову, прокричала одна из слуг, что судя по одежде и пышному телосложению, служила в этом поместье кухаркой.

— Убери руки от моего брата! — прорычал Стас, оттаскивая за волосу графиню, что уже успела оседлать Павла и пыталась расцарапать ему лицо своими длинными наманикюренными ноготками.

— А-а-а-а! — продолжала верещать та, что лежала сверху Кирилла. — Он меня за грудь мацает!

— Да не мацал я тебя! Тут даже не за что мацать, плоская, как доска! — возразил Кирилл, пытаясь скинуть с себя впавшую в истерику графиню.

После этих слов, в молодую графиню словно бес вселился. Она резко прекратила орать, впилась в Кирилла ненавистным взглядом, схватила его руки и положила ее себе на грудь. От чего к слову, глаза Мажора тут же полезли на лоб, а предательская рука сама по себе несколько раз совершила сжимательные действия.

— Плоская говоришь? — прорычала она, чувствуя, как ей овладевает возбуждение.

— Блядь! Да отпусти ты меня, зараза ты болотная! — продолжал кряхтеть Стас, пытаясь отцепить от своей руки, впившуюся в нее зубами графиню.

Громкий выстрел в паре метров от дерущихся, мгновенно прекратил, творящуюся в подвале вакханалию.

— Вы что тут устроили? — со взглядом полным вопросов, прокричал Гугунава.

Все одновременно замерли и уставились на него.

— Слышь, Биджо, скажи своему крокодилу, чтобы пасть разжала и с брата моего слезла! — кивнув на свою кисть, сжимаемую зубами графини, рявкнул Стас.

— Как ты ее назвал? — напрягся, явно оскорбленный Граф.

— Если позволите, мы продолжим наши забавы позже. Мне видите ли, нужно брата спасать. — сжав в очередной раз молодую грудь, обратился Кирилл к молодой Графине, что уже сидела на нем и не позволяла ему встать.

Девушка внезапно сменила ярость на милость и немного наклонившись к нему, соблазнительно прошептала:

— Поймала вас на слове.

Кирилл аккуратно вылез из под графини и в ту же секунду рванул вперед, вклиниваясь между двумя, набыченными парнями.

— Как ты посмел, оскорбить мою женщину?! — взревел Гугунава, пытаясь оттолкнуть, сдерживающего его Кирилла.

— А я не виноват, что она у тебя с ебенцой! Понял? — парировал Стас, удерживаемый Павлом.

— Ваше Благородие! — окликнул Гугунаву, появившийся у спуска боец, но был всеми проигнорирован.

— Я вызываю тебя на дуэль! — продолжал кричать Иосиф Георгиевич.

— В очко себе свою дуэль запихни, я не владею магией. — отвечал Стас.

— Тогда будем сражаться на мечах!

— Ваше Благородие! — сделал еще одну попытку боец.

— К черту мечи, я тебя и голыми руками порву на британский флаг! — закатил рукава Рамзи.

— Ваше Благородие!

— Мальчики успокойтесь! — принялась успокаивать их одна из графинь.

— Уйди, Ярослава. — отодвинул её Гугунава. — Он оскорбил тебя и теперь поплатится за свои слова.

— Ваше Благородие!

— Иосиф Георгиевич, кажется это вас зовут. — вмешалась кухарка.

— Ваше Благородие!

— Да говори уже. — рявкнул Граф, поворачиваясь в сторону бойца.

— Ваше Благородие, труп убитой нами твари, внезапно исчез. — промямлил тот.

— Как исчез?

— Вот так. Вроде бы лежал на земле и истекал черной жижей, а потом хоп и нет его. Словно и не было никогда.

В этот момент, с улицы раздались многочисленные выстрелы. Что-то вновь рвануло, заставляя стены дрожать. Перепуганные графини завизжали и прижались к толстой кухарке. Хотя та была напугана не меньше.

— Вызывай подкрепление! — прокричал Гугунава.

Молодой боец хотел было достать рацию, но его тут же снесло, отвалившейся с потолка балкой. Громыхнуло с новой силой.

— Бегите в подвал, как можно глубже! — прокричал Павел, заталкивая всех вперед себя.

Новый взрыв пророкотал по зданию. Укрывшиеся в подвале прижались к стенам и в ту же секунду из дверей первого этажа, ворвалось нечто.

Тварь, не имеющая четкого очертания, рванула в сторону Графини Ксении, но путь ей преградил Кирилл, заняв боевую стойку и держа родовые клинки наготове.

Все замерли. Бесформенное нечто осторожно приблизилось к Мажору, словно принюхиваясь к его запаху.

— Ложись! — прокричал Гугунава и не дожидаясь реакции Кирилла, высадил в сторону твари весь автоматный рожок.

Пули, ярко искря рикошетами от стен, не нанесли твари никакого урона. Но зато умудрились зацепить Кирилла, который рухнул на Ксению и закрыл ее собой, защищая от летящего во все стороны свинца.

Утробно зарычав, бесформенное нечто рвануло обратно на первый этаж, на ходу срывая с петель подвальные двери. В ту же секунду, Граф Гугунава помчался следом, но сразу же после того, как он пересек порог подвала. Его голова отделилась от тела и с сумасшедшей силой влетела в стену, разлетаясь на части, словно перезревший арбуз.

Обитель Артея.

— Высшая нежить говоришь? — сидя на полу и держась за разваливающуюся от боли голову, обратился я к Артею.

— Зря печалишься, Князь. Ты даже не можешь себе представить, как глубока пропасть между тобой и всем остальным человечеством. Твой дар уникален, тело совершенно, регенерация позволяющая залечивать раны за считанные секунды. — успокаивающим голосом, сказал Артей.

— Артей, у тебя не будет случаем сигаретки? Иначе я боюсь, что у меня сейчас поедет крыша от подобных новостей.

— Ах-хах-хах. — разразился смехом собеседник. — Ну старик, ну садист.

— Старик? А он здесь причем?

— Молодой Князь, вы находитесь в мире, где все окружающее вас, подчиняется вашему желанию. Хотите женщину? Просто представьте ее образ мысленно. Желаете отведать диковинное блюдо? Всего лишь стоит загадать. Мечтаете об артефактом оружии, вообразите его в своей руке.

— Все настолько просто? — спросил я, представляя, как у меня в руке появляется пачка сигарет.

Пространство у моих пальцев задрожало и в эту же секунду, буквально из воздуха, в моей руке оказалась пачка дорогих импортных сигарет.

— Быстро учитесь. — насмешливо произнес Артей.

— Видимо, у меня хороший учитель. — буркнул я себе под нос, доставая сигарету и прикуривая ее от высеченного из пальца ледяного пламени.

— Хотел бы я побеседовать с вами подальше и рассказать многое из того, чего узнать вам больше не от кого. — хмыкнул собеседник — Но увы. Нам пора приступать к обучению.

— Ты куда-то торопишься? — смакуя ароматный дым, поинтересовался я.

— Мне некуда торопиться, Молодой Князь. Я обречен жить, пока жив хоть один потомок рода Бессоновых.

— То есть если я умру, то умрешь и ты?

— Так бы было, до вчерашнего дня. Ведь уже несколько часов, в утробе вашей названной супруги, развивается новая жизнь.

От его слов, по моей спине пробежали мурашки, заставляя волосы на теле встать дыбом.

— Пусть это знание наделит вас силой и поможет одержать верх в сегодняшних сражениях. — продолжил Артей.

— Сражениях? — туша окурок об пол, переспросил я.

— Вы уже одержали верх над своими слабостями и внутренними разногласиями, повергнув тех, кто претендовал на ваше место.

— Ты говоришь о тех клонах?

— Именно, Молодой Князь. — согласился Артей и продолжил. — Осталось лишь доказать своим предкам, что вы достойны той силы, за которой сюда пришли. Приготовьтесь, Молодой Князь, битва вот вот начнется.

Центр комнаты осветился красным. Руны на стенах и полу вспыхнули, загудели, затряслись, от чего я тут же подскочил с пола и вновь призвал родовые клинки. И не зря.

С потолка, на тонкой паутине спустилось нечто, напоминающее с виду кровавый кокон, плотно обтянутый тонкой, просвечивающейся на свету кожей. Он медленно коснулся пола, затрясся, начал активно бурлить изнутри.

Я хотел было ринуться в атаку и не дать находящемуся внутри, выбраться. Но было уже слишком поздно. С противным хрустом кожа на коконе разорвалась, брызнула кровью и осыпалась на пол, выпуская из себя окровавленного, обнаженного человека.

— Ингвар Неспящий. Родоначальник вашего дома. — представил незнакомца Артей — Ингвар был обычным берсерком и часто участвовал в набегах на русскую землю. Но все резко изменилось после того, как его тяжело ранили в одном из сражений. Отряд Ярла Ульфрика трусливо бежал, когда увидел, спешащую на подмогу селянам дружину. Оставив Ингвара умирать на поле боя, как и было положено истинному воину. Они еще не догадывались, что некогда глупый, необразованный берсерк. Выживет и в скором времени образует свое княжество, собрав под свои знамена одичавшие, языческие племена древних Русов.

Пока Артей выдавал свою историческую справку, на теле Ингвара появились короткие штаны и кольчуга, а в его руках поселился огромный, двуручный топор, полностью покрытый древними скандинавскими рунами.

— Между прочим. Некромантия, которую вы приняли за магию льда, изначально была проклятием Ингвара, которое на него наложила одна старая ведьма. После того, как он зарубил ее мужа.

— Мне предстоит с ним сражаться? — спросил я, ощущая, как от напряжения сводит мышцы.

— Само собой. — ответил Артей — Чтобы заполучить его силу в полной мере, вы должны доказать Ингвару Неспящему, что достойны обладать ей.

Я хотел было задать еще один вопрос, но увы, сделать это, мне не удалось.

— Рааа! — прокричал Ингвар и сорвался с места, замахиваясь своим огромным топором.

Битва началась стремительно.

Мне удавалось уходить от его размашистых ударов берсерка, но достать его своими кинжалами, не представлялось никакой возможности.

— Артей! Что мне делать? Я никак не могу к нему подобраться. — прокричал я, уходя от очередного удара топором, но пропуская выброшенную мне на встречу ногу.

— Помните о чем я вам говорил. Стоит лишь пожелать. — ответил тот.

Совершив резкий кувырок, я едва не угодил под очередной удар Ингвара. Мышцы сковала боль усталости, а удары сердца постепенно учащались, не давая мне хоть немного отдышаться.

Удар, мимо, удар, уворот. Я скакал вокруг берсерка словно попрыгун, на достать его кинжалами, мне по прежнему не удавалось. Сука! Да сколько же в тебе выносливости!

Неудачно уйдя от очередного взмаха топора, я на полном ходу влетел лицом в колено Ингвара, ощущая как хрустнул хрящ в моем носу. Было адски больно, но терять такую возможность, мне не хотелось. Наконец оказавшись вплотную к противнику, я смог несколько раз вонзить клинок ему в правый бок, надеясь, что мне удастся повредить его печень и вызвать тем самым обильное кровотечение. Но эффекта это не возымело. Ингвар схватил меня за шкирку, словно нашкодившего котенка и с силой запулил об стену, при ударе о которую, я ощутил, как хрустнули мои кости.

— Хера с два я сдамся! — прокричал я, представляя, как мои родовые клинки преобразуются в длинное, древковое копье.

— Браво, Молодой Князь. Наконец-то вы вняли моему совету. — раздался довольный голос Артея, когда в моей руке засияло ледяное древко с зазубренным наконечником.

Превозмогая боль, я поднялся на ноги и рванул в сторону стремительно надвигающегося берсерка. Выброшенное вперед копье, с визгом проходит вскользь по кольчуге и разлетается в щепки у самых моих рук, разрубленное сильным ударом топора по древку. Я отпрыгиваю в сторону, призывая заместо копья алепарду, надеясь на то, что массивное лезвие сможет пробиться сквозь вязаную сталь. Но не тут-то было. Массивный топор вновь ударяет по моему оружию, выбивая его из моих рук и роняя меня на пол.

Желая воспользоваться моим падением, озверевший берсерк заносит топор для очередного удара и с нечеловеческой силой обрушивает его в моем направлении. Буквально в последний момент, мне удается выскользнуть из под мчащегося на меня лезвия и кубарем откатиться в сторону. Резко подскочив на ноги, оказываюсь по правую руку от Ингвара, призываю двуручный клеймор и вложив в удар всю свою силу и инерцию тела, с разворота роняю его на шею противника. Хрустнуло.

Клинок рассыпается на мелкие осколки, прямо на моих глазах. Я стою в ступоре, ошарашенный произошедшим и не понимающий, что же мне делать дальше.

К моему удивлению, Ингвар не стал более атаковать. А наоборот, одобрительно кивнул и пройдя несколько шагов от центра, стал у стены, гулким басом произнося:

— Вёрдиг!

— Чего? — дрожа от обилия адреналина в крови, словно осиновый лист, переспрашиваю я.

— Вёрдиг! — кивает в мою сторону берсерк.

— Великий Князь Ингвар Неспящий признает вас достойным. — пояснил Артей. — Примите мои поздравления.

— Ага, спасибо. — буркнул я, ощущая, как сознание покидает мое тело.

Родовое поместье Лихачевых.

Выстрелы стихли еще пару часов назад, но ни у кого из присутствующих не было особого желания подниматься наверх. Стас молча курил, сидя на каменном полу. Павел дремал, облокотившись на плечо молодой девицы в костюме горничной. Кирилл усадил рядом с собой Ксению, и нежно поглаживая ее по волосам, пытаясь успокоить ревущую горькими слезами девушку. Нет, она не плакала от испуга или из-за того, что родительскому поместью неслабо досталось. Она не боялась того, что их ожидает сверху. Она просто оплакивала сестру, которая все это время сидела у обезглавленного трупа своего возлюбленного и просто молчала, не выказывая абсолютно никаких эмоций.

— Есть кто живой? — раздался окрик с первого этажа.

Пухлая кухарка хотела было отозваться, но резко передумала, сразу после того, как на нее угрожающе шикнул Стас.

— Пашка, Паш. Док еб твою мать! — разбудил он брата.

— А? Чего тебе, уже утро да? — потирая глаза, спросил не до конца проснувшийся Павел.

— Ага, утро. Пора зубки чистить и попу подмывать. — шутливо прошептал Стас и перевел свой взгляд на Кирилла. — Хорош девку тискать. Вставай давай, пошли на разведку.

— У меня вообще-то нога прострелена. — возразил Мажор.

— Ну не яйца ведь. Вставай давай.

— Эгегей! Есть кто живой?! — раздалось вновь.

Братья взяли на изготовку оружие и направились на первый этаж, аккуратно обойдя обезглавленного Гугунаву и застывшую у его тела Ярославу Лихачеву.

— Ау! Есть кто-нибудь в доме живой?!

— Ты чего так орешь дубина?! — послышался знакомый голос Графа Ахтямова. — Если они живы, то небось уже держат тебя на мушке.

Как же он оказался прав. Держащий в прицеле двери первого этажа Стас, удивленно обернулся и вопросительным взглядом посмотрел на братьев.

— Игорь Франкович! Мы в подвале! — не дожидаясь кивка брата, отозвался Павел.

Сверху донеслись частые, шаркающие шаги и пыхтящее дыхание пожилого Графа.

— Мальчики мои! — воскликнул Игорь Франкович, открыв двери подвала и увидев напряженно смотрящих на него братьев с автоматами в руках. — Хвала Творцу, что вы все живы!

Немногим позднее.

— Я уверен, что если бы не героическая смерть Иосифа Георгиевича, то все могло бы закончиться куда хуже. — сквозь зубы процедил Ахтямов, глядя на то, как тело графа Гугунавы упаковывают в черный мешок.

— Знаю, что о покойных либо по доброму, либо никак. Но Гугунава погиб по своей же глупости. Тварь развела его словно лоха, а он ведомый своей самоуверенностью, рванул следом. Вот и пораскинул мозгами, так сказать. — разглядывая сизый сигаретный дым, констатировал Стас.

— Как вы можете говорить такое о нем? Неужели в вас нет ни капли человечности? — накричала на него, Ксения Лихачева.

— Станислав Евгеньевич, Ксения Михайловна права. — встал на сторону девушки Игорь Франкович — Нельзя так говорить об усопшем. Если бы не он…

— Если бы не он, если бы не он. — начал кривляться Стас. — Любите же вы повыгораживать свои аристократические задницы.

— Стас, успокойся. — цыкнул на него Павел. — Игорь Франкович прав. Подобные слова сейчас неуместны.

— А когда они уместны? Когда мой братишка пропадает без следа или когда криворукий грузин стреляет по ногам Мажора, в надежде впечатлить свою дворянскую подстилку?!

— Стас! — рявкнул на него Кирилл, над ногами которого орудовал лекарь.

— Что Стас? Разве я не прав? Мы только и делаем, что обслуживаем их интересы. Нам брата спасать надо! А мы тут время зря теряем.

— Стас, ты же знаешь… — начал говорить Павел, но его прервала, внезапно заговорившая Ярослава Лихачева.

— Вы правы. — холодно сказала она. — Я не более, чем дворянская подстилка.

— Сестренка, ну ты чего такое говоришь? — подлетела к ней Ксения.

— Он прав Ксю. Я опозорила наш род, отступив от данной нашим отцом клятвы. Клятвы в вечной любви и верности Княжичу Бессонову.

— Непонял? — вопросительно посмотрел на Ахтямова Кирилл.

— Понимаете ли в чем дело. — начал объяснять Игорь Францович — Когда родился Ярослав Петрович, глава семейства Лихачевых явился к Петру Алексеевичу с предложением брачного союза между их домами. Ярослава Михайловна, также, как и Ксения Михайловна по наступлению половозрелого возраста, должны были стать женами молодого наследника дома Бессоновых.

— В смысле, женами? — удивился Павел.

— Видите ли, в те времена в Российской Империи дозволялось многоженство. Собственно оно не запрещено и сейчас. Но с годами встречается все реже и реже.

— Получается, что графиня водила шашни с Гугунавой, зная о том, что в скором времени пойдет под венец с моим братом? — злобно сплюнув на пол, выдал Стас.

— Слышишь? Угомонись. Что на тебя сегодня нашло? — встав с кресла и взяв за грудки брата, рявкнул на него Павел.

— То и нашло! — грубо оттолкнув Дока, ответил Рамзи. — Меня тошнит от всего вашего аристократического лицемерия и лизоблюдства.

— Стас прекрати! За тебя говорят эмоции! — попытался осадить его Кирилл.

— За меня говорит моя совесть. Нравится вам, лизать жопы этим благородным выблядкам? Так снимайте с них штаны и высовывайте свои языки. А я пойду искать способ, как мне вызволить брата.

— Станислав Евгеньевич, вы не знаете о чем говорите…. — влез в перепалку трех братьев Ахтямов.

— Не знаю и знать не хочу. Идите вы на хуй со своими знаниями, гондоны благородные.

Стас нервно рванул на себя входную дверь и демонстративно плюнув на мешок с покойным Гугунавой, вышел из дома.

— Что это на него нашло? — спросил Кирилл, ошарашено глядя на Павла.

— Не знаю, братишка, не знаю. — помотал головой тот и устало закрыл руками лицо.

Глава 13

Обитель Артея.

Придя в сознание, я обнаружил себя, лежащем на полу. Собственно, чего я ожидал? Очнуться, загорая под жарким солнышком на курорте Османской Империи? Хм, да. Пожалуй, я бы не отказался от подобного. Но увы, моим курортом по прежнему оставалась эта странная пирамидообразная комната. Кстати, нужно спросить у Артея: что это вообще за место такое и как оно собственно называется?

— Это место называется Некрополь, Молодой Князь. — явно прочитав мои мысли, ответил Артей.

— Некрополь? Я почему-то всегда думал, что так называю кладбище. — удивился я ответу.

— Вы все правильно думали, Молодой Князь.

— Но если это так, то где могилы, гробы, ну или на крайний случай саркофаги?

— Этот некрополь хранит не тела. В нем нашли свое упокоение сотни душ.

— И все из рода Бессоновых?

— Абсолютно верно.

Опять двадцать пять. Вот тебе и новые подробности моего наследства. Не достаточно мне было того, что я нежить некромант у которого через девять месяцев родится ребенок, так еще у меня вместо тренировочного лагеря имеется целый некрополь с душами умерших предком. Мдааа. Кому расскажи, обзовут дураком и закроют в психушку, выкинув ключи от камеры в самую глубокую бездну.

— Как вам ощущается новая сила? — вырвал меня из размышлений Артей.

Я прислушался к своим ощущения, но почему-то, не заметил каких либо изменений. Разве что кости болят, хотя это не удивительно. Добрый прадедушка Ингвар впечатал меня в стену, словно лизун в дверь шкафа. Как я вообще выжил после такого?

— А ты уверен, что она у меня есть? Я вот почему-то не ощущаю никаких изменений. — ответил я вопросом на вопрос.

— Уверен. Вам лишь нужно раскрыть свой потенциал. Советую разобраться с этим, пока не началось следующее сражение.

— И когда же оно начнется?

— Уже совсем скоро. — явно лукавя, ответил Артей.

Потенциал ему раскрой. А как я это должен сделать? Кто нибудь мне это подскажет? Я перевел взгляд на стоящего у стены Ингвара. Берсерк держал топор на плече и с выражением лица не отягощенным интеллектом, смотрел в одну точку, медленно что-то пережевывая массивными челюстями. Мда уж. Этот мне точно ничего не подскажет. Остается рассчитывать только на себя.

Я закрыл глаза и внимательно прислушался к своему внутреннему миру. Поначалу была просто темнота, но затем, перед глазами проступили потоки энергии, струящиеся по венам голубоватым вкраплением. Проявился и так называемый энергетический сосуд, подозрительно похожий на второе сердце. Так-с! Минуточку. А это у нас, что такое?

Среди многочисленный сплетений энергии, я обнаружил сгусток тьмы. Поселившийся на самом кончике одного из энергетических потоков. Тьма постепенно поглощала его, едва заметно увеличиваясь в размере.

— Приготовьтесь, Молодой Князь! — прервал мою медитацию Артей.

Ну вот блин! На самом интересном месте!

Я открыл глаза и увидел уже знакомый кокон. Из которого аналогично Ингвару вывалился очередной противник. Хм, правда в этот раз, он был какой-то слишком мелкий.

— Руди Недремлющий! — начал представлять моего противника Артей — Первый из рода Бессоновых, кто смог обуздать родовое проклятье и использовать его себе во благо. После того, как поселение его рода было безжалостно уничтожено, а родители повешены по приказу Хазарского Хана, юному Руди пришлось заботится о себе самостоятельно. Раненный отравленной хазарской стрелой , он несколько часов скрывался в лесу, от преследовавших его ищеек Хана. Но по итогу, яд распространился по телу молодого Руди и его парализовало....

— А можно сразу к тому месту, где он успешно обретает силу и все такое? — перебил я Артея, закуривая сигарету.

Вы конечно можете спросить: зачем мол ты сейчас решил покурить, ведь через несколько секунд тебе предстоит тяжело сражаться? А я вам отвечу. Мне трындец, как сыкотно. Аж поджилки трясуться. Запомните, если кто-то убеждает вас в том, что не испытывает страха, то он либо знатный балабол, либо дурак без инстинкта самосохранения.

Мда. Если уж первый противник по меркам Артея был самым легким, то чего же тогда ожидать от второго и последующих за ним.

Додумать свои мысли, я не успел, как собственно и дослушать продолжение исторической справки Артея. Мелкий, слегка пузатый Руди рванул ко мне на такой скорости, что мне едва ли удалось увернуться. Свист! Мимо моего лица проносится ледяная глыба, оставляя за собой трескучий инверсирующий след. Я призываю родовые клинки, но в ту же секунду в мою правую руку впивается кристаллический шип, моментально покрывая льдом все до самого локтя.

— В отличии от вашего первого противника, Руди Недремлющий обладает сильно развитой ловкостью и прекрасной реакцией, а также он невероятно быстр. — пробасил Артей, в момент когда я с трудом увернулся от очередной атаки.

— Спасибо конечно, капитан очевидность, но я бы хотел услышать от тебя другую информацию. — быстро проговорил я, перекатом уходя, от летящего в мою сторону ледяного кристалла.

— Если я буду постоянно вам помогать, это может стать вашей вредной привычкой.

Я лишь иронично ухмыльнулся.

— Набирайся опыта, молодой потомок. — внезапно для меня, заговорил Руди — Никогда не полагайся на свои рефлексы, ибо они могут сыграть с тобой злую шутку.

Из рук рыжеволосого коротышки вылетел очередной кристалл и с противным урчанием устремился в мою сторону. Рефлексы сработали на опережение. Я рванул вправо, уходя с линии атаки. Но тут же рухнул, снесенный кристаллом, который в последний момент изменил траекторию своего полета. Нога начала неметь и покрываться тонкой коркой льда, а все остальное тело отозвалось нестерпимой болью.

— Сука! — выкрикнул я, пытаясь встать на пробитую кристаллом конечность.

— Смирись с тем кто ты есть, молодой потомок. — обходя меня по кругу, произнес Руди.

Смирись. Да я как бы и не сильно сопротивляюсь. Легко говорить конечно, когда у тебя за плечами многолетний опыт использования своего дара. А мне что прикажете делать?

Я посмотрел на своего противника. В уставших глазах рыжебородого Руди поселилось разочарование. Он, будто завороженный продолжал накручивать круги по комнате, довольно ловко жонглируя призванными кристаллами.

— Мать твою за ногу! — буркнул я себе под нос, вспоминая отрывок из своего сна, где мой отец так же ловко перебрасывал с руки в руку призванную ледяную сферу..

По пробитой ноге пронеслась волна целительной прохлады, а покрывавшая ее корка льда, с треском начала осыпаться на пол, позволяя мне встать на ноги.

— Отлично! — уважительно кивнул Руди.

Не дожидаясь, когда мой противник начнет вновь атаковать, я направил потоки энергии в свои ладони, материализуя в них обжигающе холодные, морозные сферы. Взмах! Одна из сфер устремляется к моему оппоненту, разрываясь на мелкие кусочки и обдавая его сотней крохотных, остроконечных кристаллов.

— Отлично, молодой потомок! — ликующе взвизгивает Руди, а я замечаю на его лице многочисленные порезы.

Предок довольно оскаливается и вновь приходит в движение, выпуская из своих рук десятки кристаллических лезвий. Я ухожу перекатом и осыпаю противника сразу несколькими сферами, заставляя его замешкаться и потерять меня из виду. Резко сокращаю дистанцию, на ходу призываю родовой клинок в правую руку, а из левой выпускаю еще несколько сфер, окутывая Руди ледяным туманом из осколков. Выброс колена в прыжке, сбитый противник падает на спину и тут же пытается встать на ноги. Но не тут-то было. Я перехватываю рукоять клинка обратным хватом и вгоняю его на всю длину в шею предка. Приложив немалое усилие, проворачиваю лезвие несколько раз и резко вынимаю его так, чтобы по пути клинка перерубить гортань.

Мой противник начинает хрипеть, обдавая меня фонтаном горячей крови. Воздух стремительно обретает запах смерти, а во рту поселяется до боли знакомый привкус металла.

— Кхр, кхр. — пытается произнести Руди, но перерубленная гортань не дает ему это сделать.

— Молодой Князь, Руди изъявляет волю, стать вашим верным спутником. — раздается громогласный голос Артея — На долгие раздумья времени нет. Отвечайте, да или нет.

Верным спутником? Этот злобный коротышка? Хотя нет, стойте-ка, он ведь не такой уж и злобный. Особенно по сравнению с тем же Ингваром. А что значит спутник? Он же вроде как дух. Или я чего-то не понимаю?

— Кхр! Кхр-р-р! — хватает меня за грудки, впадающий в агонию Руди.

— Я согласен! — говорю я и в ту же секунду, залитое кровью тело предка осыпается инеем на пол.

По стенам некрополя проносится дрожь, плавно перерастая в полноценный рокот гигантского горна. Я резко подскочил на ноги и занял боевую стойку, но как оказалось зря. Появившийся в метре от меня Руди, приветливо улыбнулся и протянул мне руку для рукопожатия.

— Что-то мне подсказывает, что служить под вашим началом будет весьма нескучно. — произнес коротышка, накрывая мою руку своей ладошкой.

— Уж поверь, заскучать тебе точно не удастся. — улыбнулся я, пытаясь отдышаться и материализуя в руках полупустую пачку сигарет.

— Позволите? — улыбнулся Руди и дождавшись моего кивка, запустил свои короткие пухлые пальцы в пачку.

Мы отошли к стене, где стоял двухметровый Ингвар и уселись на пол, обильно застилая пространство табачным дымом.

— Интересная шутка эти ваши табачные палочки. — хмыкнул Руди, явно наслаждаясь процессом.

— Интересная, но она убивает. — кивнул я, закатывая рукав, чтобы проверить, как затянулась рана.

А рана затянулась отлично, не оставив даже крохотного шрама. Хм, интересно. А вот если мне снесут голову с плеч, она тоже отрастет или я просто умру? Мда, скорее всего второй вариант. Иначе бы мой отец не погиб в той войне и мне сейчас не пришлось бы расхлебывать заваренную им кашу.

— Молодой Князь, вам не стоит расслабляться. Впереди еще немало битв, а время отведенное вам в некрополе сильно ограничено. — пробасил голос Артея, эхом отражаясь от стен.

Российская Империя. Кабак “Промеж телятины”

Вечерело. На улицах трущоб закипала привычная, ночная жизнь. Вот шайка малолетних форточников выдвигается на промысел, пряча за поясами короткие ломики. Из дома напротив вываливает свора пьяных маргиналов, торопящихся за пузырем паленой водки, пока не закрылся единственный на районе ларек. Тут же по улицам проходят местные фифы, спешащие занять прикормленное место на панели при выезде из города.

Сидя в машине и наблюдая за всем происходящим в родных трущобах, Стас медленно покуривал сигарету, изредка бросая взгляд на вывеску своего кабака.

Мда, вроде бы отсутствовал чуть больше месяца, а уже такая разруха. Неужели Лилит не справляется? Или оно так и было? Может взгляд замылился со всей этой аристократической роскошью?

Рядом закопошился Валера, спавший всю дорогу на соседнем сидении. Волк довольно потянулся, зевнул, перевел взгляд на курящего Стаса и требовательно стукнул его лапой по руке, кивая мордой на дымящую сигарету.

— Ты не дофига ли куришь для лесного духа? — недовольно спросил Стас, прикуривая новую сигарету и вставляя ее в пасть волку.

— Ыр-р-р-р. — обиженно прорычал тот.

— Ты мне еще порычи давай. Я тебе не Док. Сразу в ветеринарню отвезу и заплачу там хорошую сумму , чтобы тебя кастрировали без анестезии.

В этот момент Стас заметил, как из дверей кабака вышла Лилит в сопровождении какого-то незнакомого парня. Девушка прошмыгнула за угол, заигрывающе облокотилось спиной на стену задирая ногу, подтянула спутника к себе и впилась в его губы до ужаса вульгарным поцелуем.

— Ыр-р-р-р. — вновь зарычал Валера, глядя на происходящее.

— И не говори. — нервно сплюнул в открытое окно Стас — Странно, что я ожидал от нее другого. Хм дурак, какой же я дурак.

Стас помотал головой и уперевшись лбом в руль, тяжело выдохнул. Немного посидев так, он молча достал из-за пояса пистолет, взвел курок и вышел из машины, направляясь быстрым шагом в сторону целующейся парочки.

— Значит говоришь, что любовь наша бессмертна? — сказал он, чтобы привлечь внимание, уже стонущей в экстазе Лилит.

— Стасик? — испуганно пискнула она, отталкивая от себя парня — Ты все не так понял. Мы просто….

— Просто что? Ебетесь у всех на виду у порога моего кабака?

Перепуганный кавалер Лилит нервно сглотнул и принялся натягивать на себя приспущенные штаны.

Выстрел. Кровавое месиво из мозгов и костей брызнуло в лицо Лилит, а тело неудавшегося ухажера с глухим звуком завалилось на сваленные в кучу деревянные ящики.

Перепуганная Лилит хотела было заорать во все горло от ужаса, но ее крик застрял, так и не успев вырваться наружу. Еще один выстрел и стена кабака окрашивается красным, тело девушки падает, заваливаясь на своего несбывшегося любовника.

Убрав пистолет за пояс, Стас вернулся к машине, подогнал ее как можно ближе к трупам и хотел было уже загрузить тела в багажник, но заметил, что двери кабака слегка приоткрылись. Из дверного проема появилась залитая алкоголем, опухшая физиономия одного из завсегдатаев заведения.

— Рамзи, мое почтение. — кивнул завсегдатай, делая вид, что не замечает валяющихся неподалеку покойников.

— Он самый.

— Так мне же сказали, что ты помер от цирроза.

— Вруть, уважаемый. Как есть вруть. Я еще их всех переживу. — скалясь беззубым ртом ответил Цибуля.

— Работа нужна? — кивнул Стас на остывающие тела. — Надо бы запрятать эту дрянь куда подальше.

— Хм, так че ж это не нужна то? Нужна конечно. Скок платишь?

— Ящик марочной сгодится?

— Фю-фю-фю. — просвистел завсегдатай от предвкушения. — Да за ящик марочной, мы с мужиками хоть сотню таких попрячем! Ты ток успевай отстреливаться!

— Сотню мне не надо. Только этих двоих.

— Щас, погодите, уважаемый. Я мужиков позову.

Цибуля нырнул обратно в кабак, а спустя пару минут, вывалился на улицу в компании четверых пьянчуг. Стас с сомнением посмотрел на каждого из пятерки и неоднозначно хмыкнув, указал им на тела.

— Ууу. — протянул один из пьяниц — Это чего, барменша что ли?

— Барменша, барменша. — подтвердил второй. — Видишь сиськи какие огромные, у кого еще в трущобах ты такие видал?

— Кхех, а чем ей так морду расхерачило? С дробовика что ли стреляли? — подключился третий.

— Отставить разговоры! — скомандовал Цибуля, когда четвертый попытался открыть рот. — Пижона тащите к свинарникам, а девку ко мне домой. Ты ж не против, уважаемый? — он посмотрел на Стаса, глазами полными надежды.

— Делай с ними чего хочешь. — отмахнулся Стас, направляясь к дверям кабака. — Пусть один из вас останется тут. Я дам тряпки и ведро с водой, будет стены отмывать.

Обитель Артея.

Знал ли я когда либо, что буду сидеть рядом с одним из своих предков в родовом некрополе и курить с ним крепкие армянские сигареты? Нет конечно! Такое даже в бредовом сне не приснится. А тут тебе на, получите, распишитесь.

Нет. Руди оказался довольно интересным собеседником. Он рассказал мне свою историю, научил манипулировать силой, показал несколько новых приемов и даже поделился секретом призыва метательных кристаллов. Да что уж тут говорить, буквально за несколько минут нашего общения, мне удалось узнать столько нового о своем даре, что у меня от обилия возможностей пошла кругом голова.

— А какой он сейчас, твой мир? — спросил Руди, протянув ноги перед собой, вихляя ступнями из стороны в сторону.

— Разный. — ответил я, пожимая плечами. — Простыми словами и не описать всего. Чрезмерная роскошь с вопиющей нищетой вперемешку, это если говорить вкратце. Кто-то шикует не оглядываясь на растраты, а кто-то продает себя по частям, лишь бы его детям было чего поесть на обед.

— Получается, что мир не сильно то и изменился.

— Ну если зрить в корень, то скорее всего так и есть.

— Молодой Князь! — обратился ко мне Артей — Настало время для следующего поединка.

— Ну что ты за человек такой Артей? Мы же сидели, спокойно беседовали. А ты опять со своими поединками.

— Я не человек. Моя природа иная. Если выражаться более корректно…

— Это вообще-то был риторический вопрос. — перебивая его, я махнул рукой и встал с пола, готовясь к началу поединка.

— Удачи, молодой потомок. — кивнул мне Руди.

— В смысле, удачи? Разве ты не будешь мне помогать?

— Зачем? Ты и так неплохо справляешься.

— Ну да, ну да. Пошел я нахер. — буркнул я, глядя на спускающийся с потолка кокон.

Кстати о нем. В этот раз кокон имел антрацитово-черный цвет, а колебания силы испускаемые им, сильно отличались от двух первых.

Оболочка кокона треснула, издавая отвратительный звук рвущейся кожи. Бр-р-р, аж мурашки по телу пробежались. Из кокона вылез худощавый мужчина с нездоровым цветом кожи. Он был настолько тощий, что по нему без малейшего труда можно было изучить строение человеческого скелета. Кожа бледная и обвисшая, лоскутами свисала с его живота, а трухлявый отвисший подбородок плавно переходил в грудь.

— Аркадий Бессонов! Первый своего имени. — начал представлять его Артей.

Я заметил, как на моем противнике появляется до ужаса пугающая броня. Черная плотная ткань, явно сшитая не нитями, а чем-то вроде тонких, иссушенных жил. Человеческие зубы вдоль воротника и по концам рукавов. Нагрудные пластины из людских лопаточных костей, длинное ожерелье из черепов, явно принадлежащих то ли карликам, то ли детям.

— Он был первым из тех, кто подчинил себе магию смерти и первым, кто стал ее жертвой.

— Тебе уже доводилось сражаться с некромантами? — ехидно улыбаясь, спросил меня Руди.

— Нет. — призывая морозные сферы, ответил я. — Советом поделиться хочешь?

— Главное, не давай ему к тебе прикоснуться. Подсадит паразита и тогда пиши пропало.

В памяти всплыл момент с неконтролируемой агрессией Кротова. Ну да, там вроде как тоже был паразит. Стоп, но ведь подселять Фобус, могут только менталисты. Или не только они? Бр-р-р, как же от него веет мертвецким холодом и трупной вонью.

Внезапно, некромант пришел в движение, на ходу вынимая зубы из своих рукавов и разбрасывая их по кругу. Зачем? Ответ пришел моментально. Грохнуло! Ослепительно яркая вспышка, практически лишила меня зрения, оставляя полагаться только на слух и обоняние.

— Справа! — прокричал Руди и я тут же рванул в противоположную сторону, ощущая, как рядом со мной, нечто тяжелое и увесистое разрубило воздух.

— Многоуважаемый, нельзя вмешиваться в процесс обучения. — недовольно пророкотал Артей.

— Ну так, а как ему не помогать? Он же его ослепил!

— Даже если так, Молодой Князь должен сам принимать решения и учиться на своих ошибках.

— Эй дубина, в отличии от нас с тобой он не бессмертен!

Пока спорили эти двое, я тупо носился по комнате кругами, в надежде не столкнуться лбами с некромантом. Тактика работала, по крайней мере мне это дало немного времени, чтобы мое зрение более-менее вернулось в норму.

Как только я начал различать очертания и силуэты, в сторону некроманта устремился с десяток морозных сфер, осыпая его градом остроконечных осколков.

— Ты в него попал! Молодчина! — прокричал Руди.

Я призвал еще несколько сфер, а следом за ними отправил кристаллическое лезвие, которому меня обучил рыжебородый.

— Ур! Ур! Ур! — подбадривая меня, застучал топором берсерк Ингвар.

Отлично, мое зрение почти в норме и теперь я отчетливо вижу некроманта и его подозрительные движения руками. Что это он делает? Выглядит так, будто он собирается плавать.

Но плавать он не собирался. Буквально за доли секунды от очередной вспышки, я прикрыл глаза одной рукой, а второй призвал зазубренное, ледяное копье. Грохнуло! Прекрасно! Именно этого я и ждал.

Совершив резкий выпад, я вгоняю копье в брюхо некроманта и оно тут же развеивается темной дымкой, оставляя на моей ладони некротический след. Грязно выругавшись, замечаю краем глаза постороннее движение и снова выдаю порцию первоклассного мата. Твою ж мать! Этого мне еще не хватало.

В паре метров от меня, из огромного сгустка кровоточащей плоти прорастает массивное щупальце. Я хотел было запустить в него сферу, но у щупальца на этот счет были свои планы. Резко взмыв вверх, оно с силой устремилось в мою сторону, врезаясь в каменный пол и проделывая в нем воронку, метра два в диаметре. Я конечно увернулся, но можно сказать, что это было почти на грани.

Мимо меня промелькнула тень. Этой самой тенью оказался никто иной, как некромант. Он, с нечеловеческой прытью подлетел к щупальцу и достав из-за пояса серповидный клинок, перерубил его пополам.

Массивный отросток выпрямился словно ужаленный червь, а затем рухнул на пол, обдавая некроманта странной, неприятно пахнущей жижей.

— Ого. — удивился Руди.

— Чего, ого? — стрельнул я в его сторону взглядом.

— Он призвал своего фамильяра и убил его, чтобы зарядится от него некротикой.

— Это плохо?

— Еще как. — кивнул рыжебородый и внезапно изменившись в лице, заорал во все горло. — Берегись!

Среагировать на предупреждение, я не успел. Рокочущий сгусток темной энергии врезался в мою грудь, выбивая из меня душу. Тело, словно игрушка отлетело в сторону, а моя призрачная оболочка осталась стоять на месте и с удивлением наблюдала полет своего сосуда.

— Интересно. — прошипел некромант, оказываясь в полуметре от меня.

Я хотел было отскочить от него, тем самым увеличивая дистанцию, но не смог. Некромант ухватил меня за горло, приподнял над собой, обнюхал, сделал пас рукой притягивая мое обездушенное тело и силой впечатал меня в него.

Резкий вдох и я снова ощущаю себя единым целым. Жесть! Как это он так сделал? Сначала выбил душу из тела, а потом вернул ее обратно? Или погоди? Ну да! Все именно так и было.

— Недостоин. — обдавая меня смрадом гниющих зубом, прошипел мне в лицо некромант. — Но я все равно поделюсь с тобой силой.

В его руках материализовался сгусток темной энергии и в мгновении ока, устремился в мою грудь, пробивая себе путь, разрывая плоть и выворачивая наружу ребра.

Охваченный нестерпимой болью, я заорал так, что мой голос практически сразу сорвался и охрип. Тело затрясло в конвульсиях, а из носа и рта хлынула фонтаном кровь.

— Уважаемый, остановитесь! — взволнованно басанул Артей.

— Аркадий, мать твою! Остановись, ты же его угробишь. — вскрикнул Руди, пытаясь вскочить с места и помочь мне. Но не смог, так как призванные некромантом темные цепи сковали его, пристегивая к полу.

— Только рожденный смертью, избавит меня от проклятия. — прошипел мне в лицо некромант и в этот момент, я окончательно отключился.

Глава 14

Не могу сказать точно, сколько я провалялся в отключке, но судя по изумленному лицу Руди, довольной ухмылке некроманта и выпученным наружу от удивления глазам Ингвара, все произошло достаточно быстро.

Ребра на месте, грудь и кожа на ней целы, как собственно и все остальное тело. Нет, даже не так. Тело в прекрасном состоянии. Я ощущаю, как по моим венам струится сила, как она насыщает уставшие мышцы и укрепляет их. Зрение тоже стало в разы лучше. То ли мне кажется, то ли угол моего обзора заметно расширился. Ну да, все так и есть! Переведя взгляд в самую крайнюю точку, я без труда увидел, стоящего за моей спиной Ингвара, который до сих пор пребывал в глубоком шоке от увиденного им. Еще бы он удивился, я бы и сам на его месте впал в ступор, если бы еще вчера стал свидетелем подобной трансформации.

— Эй, молодой потомок, как ты? — шлепая меня по щеке, спросил взволнованный Руди.

— Если бы здесь не воняло мертвечиной, можно было бы сказать, что прекрасно. — ответил я, переводя взгляд на некроманта. — Что ты со мной сделал?

— Передал тебе все, чем владел. — присел напротив меня Аркадий. — Ты получил свою заветную силу, и теперь без труда одолеешь всех тех, кто будет после меня.

— Ты же вроде как сказал, что я недостоин.

— Все верно, ты не достоин этой силы. Будь ты обычным смертным, я бы убил тебя и поглотил бы твою душу. — некромант помотал головой — Но ты не так прост, как я предполагал. Если бы мне сказали, что подобное в принципе возможно. То скорее всего, я бы до сих пор ходил по земле и тискал распутных девок за отвисшие сиськи.

— Какой ужас! — возмутился Руди, морщась от зловония, которое источал полуразложившийся некромант.

— После всего этого, мне определенно потребуется помощь психотерапевта. — кивнул я сам себе и закрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Душевные лекари тут не помогут. — издевательски пробасил Артей. — Жизнь на грани безумия, привычное дело для представителей мужской линии рода Бессоновых. Именно безумие, помогает вам сдерживать, рвущихся наружу тьму.

Мда уж, звучит весьма обнадеживающе. Не знаю даже, чему мне больше удивляться. Новым подробностям о своем даре или тому, что сгусток тьмы обнаруженной мною ранее, заметно увеличился в размере и теперь с невероятной скоростью окутывает энергетические потоки, подбираясь все ближе к переполненному силой сосуду.

— Молодой потомок! — вернул меня в реальность Руди — С тобой все хорошо? Помощь нужна?

— Помощь? — переспросил я, глядя на него рассеянным взглядом.

— Ему не потребуется твоя помощь. — хищно оскалился некромант, отходя к стене и открывая моему взору очередной, пульсирующий кокон. — Его сосуд отозвался на зов родовой силы. Теперь, помощь нужна тем, кто стоит у него на пути.

— Проклятый. — прорычал Ингвар и с гулом опустил свой топор рядом со мной.

Рефлексы сработали великолепно. Я резко отскочил в сторону, поднялся на ноги и двумя быстрыми рывками оказался за спиной берсерка, приставляя к его горлу короткий складной нож.

— Дедуля, еще раз так сделаешь и я тебе снова задницу надеру. — сквозь зубы процедил я.

— О-о-о. — протянул Руди, осторожно отступая к стене — Все еще хуже, чем я предполагал.

— Все нормально. — оскалился некромант — Это лишь первичная агрессия, на вполне очевидную провокацию. Скоро его организм адаптируется.

— Проклятый. — пробубнил берсерк, ухватился за рукоять топора, сжимая ее до хруста костей и вырвав лезвие из каменного пола, растворился в пространстве.

— Эй! — окликнул я некроманта — А наш прадедушка Ингвар вообще в курсе, что это благодаря нему, мы обладаем некротическим даром? Или он так, ради прикола меня оскорбил и смылся в застенки.

— Его мышление сильно примитивно, в отличии от нашего. — ухмыльнулся гнилыми зубами тот. — Поэтому, не держи на него зла и вообще. Не принимай все происходящее здесь близко к сердцу. Ты теперь некромант, а для некроманта человеческие чувства непозволительная роскошь.

— Сейчас ты его научишь своей дурацкой философии. — влез в разговор Руди — Парень то он молодой. Ему ведь еще девчонок любить, да деток плодить. А ты тут со своими затворническими наставлениями. И вообще, ты сам просрал свои лучшие годы, пытаясь усилить и без того мощный дар. Разве я неправ?

— Говори, да не заговаривайся, Рыжик. — злобно прошипел некромант на ухо коротышке.

— Быть может я вас отвлекаю. — напомнил о себе Артей — Но ваш очередной оппонент ожидает начала сражения.

Мы одновременно перевели взгляд на центр зала. У разорвавшегося кокона, который постепенно растворялся в пространстве, стоял высокий, крепкий мужчина средних лет. Одет он был в кольчужный доспех, а на его голове сиял латный шлем с треугольным символом. Точно таким же, как и на моем родовом перстне.

— Владимир Бессонов. — начал очередное представление Артей — Князь Ростовский, именуемый Владимиром Завоевателем….

— Довольно, Артей. — прервал его повествование Князь. — Дальнейшие разглагольствования не имеют никакого смысла. У меня нет особого желания находится в компании этих полуразумных головорезов дольше, чем того требует обряд. А посему, я предлагаю сразу приступить к битве.

Князь Владимир материализовал из воздуха длинное ледяное копье, бросил на меня высокомерный взгляд, несколько раз крутанул перед собой оружие и занимая боевую стойку, вскинул вперед руку, словно призывая меня к участию в поединке. Ну что же, вызов принят.

Я заткнул за пояс складной нож, неожиданно громко хрустнул костяшками пальцев и резким взмахом руки призвал точную копию топора дедушки Ингвара. Но справиться с ним, оказалось не так уж и просто. Игнорируя все мои усилия, тяжеленное лезвие топора устремилось к полу, вонзаясь в него с душераздирающим лязганьем. Владимир надменно ухмыльнулся. Уловив издевательский смешок некроманта, я отозвал топор и призвал более привычное для себя оружие, а именно два коротких клинка. Знаю, спорный выбор для битвы с копейщиком, но ничего лучше мне в голову не пришло.

Взяв клинки обратным хватом, я рванул навстречу, к сорвавшемуся с места оппоненту. Лязг! Треск! Хруст! Глухой удар! Владимир, держа в руке обрубок древка копья, летит кубарем в другой конец зала. А я даже не запыхавшись, стою на месте и наблюдаю за его полетом. С удовольствием смакуя абсолютно непривычное себя чувство всевластия.

— Я убью тебя, некромантское отродье! — истошно кричит Князь, вскакивая с пола и выбрасывая в мою сторону руку.

В следующий миг, пространство передо мной расслоилось, тело Владимира неестественно скрючилось, а на его лице застыли ужас и нескрываемая боль. Хруст! И кожаный мешок, секунду назад именуемый Князем Владимиром Завоевателем, рухнул на пол, растекаясь кровавым пятном. В нос резко ударил запах крови и человеческого дерьма.

— Твою ж то матушку, да за гребень! — вскрикнул Руди, пятясь к стене подальше от трупа Князя.

— Да! Да! Да! — разразился ликованием некромант.

— Ты чему так радуешься, гниль болотная? — не отрывая взгляда от обезображенного трупа, поинтересовался я.

— Наконец-то настал тот день, когда я выполнил свое предназначение! — приплясывая словно умалишенный, ответил Аркадий и задрал голову вверх — Владыка смерти, я выполнил свою часть уговора. Выполни же и ты свою. Даруй мне вечную благодать!

После этих слов, тело некроманта замерло, а спустя секунду осыпалось, оставляя после себя лишь небольшую горстку черного праха.

— Это что еще за фокусы? — буркнул я себе под нос и перевел взгляд на Руди, который в свою очередь лишь ошарашено пожал плечами.

— Аркадий покинул Некрополь. — заявил Артей.

— Что это значит?

— Я не знаю.

— В смысле ты не знаешь? — возмутился Руди — Ты же хранитель Некрополя!

— Все верно, я хранитель Некрополя и отвечаю за сохранность доверенных мне душ. Тем не менее, душа Аркадия покинула чертоги добровольно, чему я ввиду своей природы помешать не в силах.

Российская Империя. Кабак “Промеж телятины”

Стас наводил порядок на кухне, когда запертая дверь кабака внезапно раскрылась и в нее вошли сначала два здоровенных амбала, а затем прихрамывая на одну ногу, появился сгорбленный силуэт невысокого человека.

— Здравствуй, Станислав. — уставшим, старческим голосом произнес он.

— Палыч? — от удивления Стас выронил тряпку из рук.

— Он самый?

— Ах ты ж старый прыщ! Где же ты пропадал все это время?!

Стас бросился было обнимать старика, но его путь преградил один из мордоворотов.

— Прости, Стас. Но пока нам лучше воздержаться от дружеских рукопожатий. — прокряхтел Демид Павлович и уселся на скрипучий стул у самого выхода.

Стас, молча отошел к барной стойке, уселся на высокий стул, закурил сигарету и так же молча, уставился на старика. В этот момент, видимо учуяв запах табачного дыма, из-за стойки появился Валера, довольно потягиваясь после длительного сна у разогретой печи. Он обвел всех присутствующих равнодушным взглядом, зевнул, требовательно ткнул Стаса лапой, а тот не став спорить, прикурил еще одну сигарету и сунул ее прямо в пасть волка. Валера довольно заурчал и запрыгнул на соседний со Стасом стул.

— Я сейчас вижу то, что вижу? — удивленно потер глаза Палыч.

— Не знаю, ты мне скажи, Демид Павлович. — ухмыльнулся Стас — Я так понял, мы теперь друг другу чужие люди. Так с чего бы мне рассказывать тебе о своих ….

— Кто тебе сказал такую глупость? — возмущенно оборвал его старик и закашлялся.

— А мне не надо говорить, у меня своя голова на плечах есть. Иначе бы ты не пришел ко мне в кабак посреди ночи в компании двух телохранителей. — Стас нервно затушил сигарету в пепельнице — Кого боишься, Демид Павлович? Меня? Человека, которого ты знаешь с самых пеленок?! Или ту мразь, которую вы с дедом из меня сделали?! А?! Отвечай!

Стас, посмотрел на стыдливо опустившего глаза гробовщика, фыркнул, демонстративно отвернулся к полночным гостям спиной и холодно произнес:

— Уходи, Демид Павлович. Семьи Батаевых больше нет. Как собственно и самих теней. Думаю, ты именно за этим сюда и пришел. Узнать правдивы ли слухи. Так вот, я отвечаю, правдивы.

Валера посмотрел на Стаса, перевел взгляд на незваных гостей и угрожающе оскалил клыки. В это же мгновение руки амбалов одновременно юркнули под пальто, видимо намереваясь достать оружие, но Демид Павлович их остановил.

— Уходим, мальчики. — прохрипел гробовщик и обратился к Стасу — Когда будешь готов, говорить как взрослый, найди меня в антикварной лавке Борова. Поверь, у нас есть моменты, которые стоит обсудить.

Старик встал со стула, бросил усталый взгляд на спину Стаса и добавил.

— И чтобы ты знал, работа этих парней состоит не в том, чтобы защищать меня от тебя. Все как раз таки наоборот.

Оборачиваться, Стас не стал. Просто дождался, когда хлопнет закрываясь дверь, закурил, гулко выпустил сигаретный дым и перевел взгляд на Валеру, озлобленно скалящегося в сторону выхода.

В этот момент, манофон в его кармане часто завибрировал. Стас достал жужжащий гаджет, посмотрел на дисплей, затушил недокуренную сигарету и ответил на вызов.

— Мне сказали, что ты меня искал. — раздался из трубки низкий, но в то же время звонкий голос.

— Дело есть, нужно бы поговорить с глазу на глаз.

— Дело? Я думал, что за переговоры у вас отвечает Батя. Кстати, как он там? Хотел еще раз его поблагодарить, за оказанную помощь в отбеливании столицы.

— Он уехал…. — Стас на секунду затих, сглатывая подступивший к горлу ком. — А пока его нет, обязанности главы лежат на мне.

— Значит слухи не врут. Батя и вправду решил залечь на дно. Ну что же, вполне предсказуемо. Особенно после того, как он разозлил самого батюшку Императора. — голос в трубке хмыкнул — Странно, как Львов вообще выпустил вас за пределы своей резиденции.

— Поговорим об этом при встрече. Назови место и время.

— В полночь, в твоем кабаке. Всегда мечтал отведать хваленые говяжьи стейки шефа Рамзи.

— Принято. Все организую.

Стас сбросил вызов, закурил очередную сигарету и набрал номер Катрин. Несколько длинных гудков, и в динамике послышался заспанный девичий голос:

— Ало.

— Как там Патч? — холодно спросил Стас.

— Стас? Что-то случилось? Ты на часы смотрел? Время полтретьего утра. — разразилась вопросами, явно еще не проснувшаяся Катрин.

— Ничего не случилось. Просто хочу узнать о его самочувствии.

— Да нормально все с ним. Хочешь, разбужу, трубку ему дам?

— Нет, не стоит. Лучше сделай вот что. — Стас на несколько секунд затих, словно задумываясь о правильности своего поступка. — Сходи сейчас в мою комнату и открой шкаф. Там лежит кожаная сумка, мне она нужна. Сразу как проснетесь, садитесь в машину и езжайте ко мне в кабак. Желательно, не привлекая внимания остальных братьев.

— А еще говоришь, что ничего не случилось. — вздохнула Картин. — Разве так сложно сказать правду?

— Не сложно, просто моя правда никому не нужна.

Обитель Артея.

Я лежал на залитом кровью полу и тяжело дышал, глядя в угловатый потолок Некрополя. У стены, сбившись в кучу, стояли полтора десятка мужчин разного возраста и на повышенных тонах обсуждали недавний поединок, который продлился буквально пару секунд.

Ну, что могу сказать. Сила переданная некромантом поражала. Мне было достаточно лишь сфокусироваться на противнике, как тело сразу же начинало действовать самостоятельно, причем довольно эффективно. По началу меня это даже пугало, но после шестого или седьмого поединка, я начал ощущать, что постепенно перехожу в режим ручного управления, без поддержки некротического автопилота. Ах да и вот еще одна особенность моего дара. Чем больше я вливал силы в свои атаки, тем больше это истощало меня изнутри. Физически, морально и эмоционально. Казалось, будто с каждым ударом во мне умирает частичка меня настоящего. Нет, вы конечно скажете, что это не особенность, а закономерность и быть может будете правы, но как по мне выглядит это весьма странно. Особенно с учетом того, что для восстановления мне не требуется поглощать души повергнутых врагов. Как это обычно делают некроманты. Хм, или они так не делают? Надо бы спросить об этом у кого-нибудь из своих многочисленных родственничков. А то чего они стоят у стенки и глазеют за бесплатно?

— Настал черед финального поединка. Приготовьтесь, молодой Князь. — пробасил Артей.

— Удачи, Ярослав Петрович. — произнес Руди, помогая мне подняться на ноги.

— Мне не нравится твое выражение лица. Сложный противник? — разлепляя слипшиеся от крови пальцы, спросил я.

— Скорее всего, да. — кивнул тот — Точно не могу сказать. Никому из нас не доводилось иметь с ним дело в его зрелом возрасте. Молодым, он был весьма искусным воином. О его мастерстве в фехтовании и рукопашном бою ходили самые настоящие легенды. Говорили, что однажды он в одиночку смог разбить целое войско, не получив при этом ни единой ссадины. За подобную мистическую славу, дворяне прозвали его Бесом.

— Бес? Не слышал никогда о таком дворянине.

— Не удивительно. Ведь наш род был предан забвению, после гибели вашего батюшки. Между прочим, именно Бес назначил Петра Алексеевича новым главой рода. А затем бесследно пропал. И объявился лишь тогда, когда его душа обрела покой в родовом Некрополе.

— Ну что же, давай попробуем изгнать этого Беса. — улыбнулся я и похлопал Руди по плечу. — Если увидишь, что я терплю поражение, просто отвернись. Не рискуй понапрасну своей новой жизнью.

— Боюсь, я буду вынужден с вами не согласиться. Ведь моя новая жизнь, полностью связана с вашей. Сгинете вы, сгину и я.

Коротышка отошел к гомонящей толпе Бессоновых и одобрительно кивнул, словно благословляя меня перед поединком. Я кивнул в ответ и повернулся к центру зала, где уже вибрировал антрацитово-черный, кожаный кокон.

— Михаил Бессонов, он же Бес. — начал свое уже изрядно надоевшее представление Артей. — Гроза всех врагов Российской Империи, сущий ужас нечестивых аристократов, истинный Император проклятого царства!

“Вот те на, мне еще проклятого царства не хватало. Кто же такой этот Бес, что даже Артей говорит о нем с едва уловимым трепетом в голосе? Не уж то, он на самом деле так силен? Эх мамочки, не надрали бы мне сейчас задницу по первое число. Не хотелось бы сгинуть тут, в этом темном и сыром месте. Да и на кого я оставлю Кирин? А братья? Я ведь совсем про них забыл, с тех самых пор, как попал сюда. Мда, как же много мыслей приходит в голову перед смертью. Так! Погоди, Бессонов! Перед какой такой смертью? Ты что? Помирать собрался? Ну-ка отставить эти пессимистические настроения! У тебя есть ради чего жить! Тебе есть ради кого бороться! Тебе есть за кого мстить!” — размышлял я, глядя как оболочка кокона расходится трещинами.

Антрацитово-черный кокон с жутким треском раскрылся, и передо мной предстал крепкий, хорошо сложенный мужчина лет пятидесяти на вид. На его теле бугрились мышцы, а по спине и груди расходились в разные стороны темные, почти бездонные, рунические узоры.

Мужчина раскрыл глаза, материализовал на себе вполне современный доспех, который обычно использовала имперская гвардия. Протер лицо платком, неожиданно появившимся в его руках и переведя на меня взгляд, по знакомому и настолько по родному улыбнулся.

— Ну здравствуй, Ярослав Петрович. — произнес он тепло и в то же время властно.

Я стоял на месте, не в силах шевельнуть губами. Шок овладел мной настолько, что я уже начал сомневаться в реальности происходящего. Все это стало похоже на выдумку, на жестокую шутку какого-нибудь маньяка-менталиста. Нет, нет, нет. Такого просто не может быть!

— Дед? — едва слышно выдавил я из себя.

— Я тоже рад тебя видеть, мой мальчик. — ответил тот.

То ли поддавшись эмоциям с детства, то ли гонимый болью утраты самого близкого в моей жизни человека. Я рванул к деду и со всей силы вжался лицом в его сильные плечи. Слезы, неконтролируемым потоком брызнули из глаз. Я разразился настолько истошным и неудержимым рыданием, что в какой-то момент, мне самому стало стыдно. Ну не должен взрослый мужчина, реветь так, как ревет пятилетний пацан, больно содравший коленку.

— Поплачь, мой мальчик. Ты столько на себя возложил. — крепко обняв, успокаивал меня он. — Нет ничего зазорного в том, чтобы выпустить наружу всю ту печаль, что накопилась в твоей груди.

— Дед, но как так? Как вообще такое может быть? — запричитал я сквозь нескончаемые слезы. — Почему ты здесь? Почему не говорил о своем происхождении? Почему не сказал мне о том, кто я на самом деле?

— Мальчик мой, если бы я мог это сделать. Если бы я мог….

— При все уважении, но я должен напомнить о том, что вам необходимо начать поединок. Иначе, мы можем попросту не успеть, завершить обряд обучения. — опасливо произнес Артей.

— Потерпи немного, железяка бездушная. — гаркнул на него Михаил Бессонов. — Не видишь, я с внуком общаюсь.

Артей тут же замолчал, а я перевел взгляд на деда и протерев лицо окровавленными руками, спросил:

— Если ты и вправду мой дед, то почему отчество моего отца Алексеевич?

— Да все просто. Лешка, отец твоего отца, мой родной брат. И между прочим, он до сих пор жив. Имитировал свою кончину и смотался куда-то в горы. С тех пор, я его больше не видел.

— Дед, я не хочу с тобой драться. Я не хочу причинять тебе боль.

— Придется, мой мальчик, придется. Другого не дано. Либо ты, либо тебя. Все, как я вас учил. Кстати. Как там мальчишки? Присматриваешь за ними?

Я виновато опустил взгляд в пол, из-за чего на сильном лице деда поселилась вселенская печаль. Он взял меня за подбородок, поднял голову, пристально посмотрел мне в слезящиеся глаза и спросил:

— Кто?

— Серёга, Валера, Севара. — к моему горлу подступил ком, а голос вновь задрожал. — Я…. Я не уберег их, дед. Они все погибли по моей вине….Они погибли, а я жив… Понимаешь? Из-за меня! Из-за меня, дед! Я не спас их! Не сумел уберечь! Какой же я старший брат, если не смог уберечь самых близких?!

— У каждого из нас свой жизненный путь и свое предназначение. — он прижал меня к себе. — И не важно, из-за тебя или нет. Если так написано в их книге судьбы, то так оно и будет. И ты ничего не сможешь с этим сделать.

Дед уткнулся лбом в мой лоб, крепко взял меня за руку, вложил в мою ладонь короткий стилет, посмотрел на меня по отечески, будто прощаясь и резким движением моей руки, всадил клинок себе в подбородок. Горячая кровь брызнула мне в лицо.

— Дед! — заорал я, срывая голос.

— Я дарую тебе свое наследие, мой мальчик. Пусть оно поможет тебе в темный час. — булькая кровавой слюной, произнес дед и спустя несколько секунд, обмяк.

— Ярослав Бессонов, истинный глава своего рода! — ликующе произнес Артей. — Свершилось! Вы прошли обряд обряд обучения и теперь по праву можете называть себя Главой рода….

— Артей! Артей! Да заткнись же ты наконец! — пытаясь перекричать смотрителя, заорал я. — Воскреси его так, как ты воскресил Руди! Он нужен мне!

В зале повисла гробовая тишина. Многочисленные предки, одновременно ударили себя в грудь и растворились без следа, оставив краснеющего Руди, стоять у стены в полном одиночестве.

Осознав, что помощи ждать не стоит, я медленно положил тело деда на пол, провел ладонью по его глазам, закрывая веки и материализовав из воздуха сигарету, часто закурил, мгновенно окутывая нас белым, табачным дымом.

— Я не смогу, помочь вам с его воскрешением. — виновато зазвучал голос Артея — Михаил Бессонов, только что лишил свою душу бессмертия, передав вам всю свою силу. Цените этот дар.

Глава 15

Российская Империя. Кабак “Промеж телятины”

Царящий в кабаке полумрак, рассеивала одиноко горящая восковая свеча, стоявшая на столе, за которым сидели трое.

— Мне не нравится твой план. — настороженно произнес Патч.

— Дениска, ты всегда был ссыклом, будь мужиком хоть сейчас. — рыкнул на него Стас.

— А то, что? Опять изобьете до полусмерти?

— Слышь, умник. Этого бы не было, если бы ты не сдал нас Коршунову и его прихвостням!

— Да не сдавал я вас! Сколько еще раз мне нужно это повторять?! — Патч вскочил на ноги и с силой ударил ладонью по столу.

— И в суде был не ты? — повторил его выходку Стас. — Хочешь сказать, что ты белый пушистый, а мы с парнями все придумали?!

— Я не знаю, кто был вместо меня в суде! Но это точно был не я!

— Прекратите! — взвизгнула Картин. — Что было, то было. Сделанного не исправишь. Давайте лучше думать о сегодняшнем деле.

— Вот, Дениска, смотри и учись. Видимо из вас двоих, яйца есть только у Катюхи. — Стас завалился обратно на стул и закурил очередную сигарету. — Катрин дело говорит, у нас слишком мало времени на подготовку.

— А я вам еще раз говорю, что вести переговоры с Северянами стоит дипломатически, а не методом силы.

— Тут я согласна с Денисом. Не обязательно бросаться в крайности. Быть может, Лоукик примет наше предложение вполне адекватно. Особенно с учетом того, какие преференции ему светят.

— Преференции… Какое умное слово. — ухмыльнулся Стас. — Думаю, стоит лишний раз вам двоим напомнить, кто такой Лоукик и кто такие мы. Несмотря на то, что Бати больше нет, мы должны продолжать его дело. Нельзя просто так отдать трущобы под влияние Роднороссов. Да, в данный момент у них больше бойцов. Да на сегодняшний день, их группировка является крупнейшей в столице. Да, Миша заручился крышей у самых знатных шишек Империи. Но разве этого достаточно, чтобы отобрать у нас то, ради чего мы так долго и усердно работали?

— Ты Стас, походу не те таблетки с утра выпил. — поправив свалившуюся на глаза челку, заявил Патч. — Мы просрали трущобы еще в тот день, как решили перебраться в поместье Мажора. Стоит ли тебе напоминать, чья это была идея?

— Батя хотел, как лучше. Не думаю, что нам стоит винить его за это. — вмешалась Катрин. — Я знала его недолго, а вы знали с самого детства. И мне кажется, что вы лучше меня понимаете, насколько важно для него было сохранить ваши жизни. Скорее всего, именно поэтому он и вывез вас за пределы трущоб. Чтобы вас в один день не шлепнули очередные залетные.

— Можно подумать, мы беззащитные слепые котята. — фыркнул Стас.

— Нет, вы не такие. Но Бате вы были очень дороги. Поэтому я тебя и прошу, откажись от идеи, подминать под себя Лоукика силой. Попробуй для начала, предложить ему нашу дружбу. Врагов завести мы всегда успеем.

— Катрин права. Семен…. То есть Ярослав, не хотел бы, чтобы мы шли на отчаянные меры. — кивнул Патч, выуживая сигарету из лежащей на столе пачки.

Стас нервно встал из-за стола, отошел в темный угол зала, уперся лбом в стену и несколько минут, молча стоял на месте не двигаясь.

— Хорошо. — произнес он, после длительных размышлений. — Мы попытаемся договориться по дружески. Но на всякий пожарный, все же устроим Лоукику несколько неожиданностей. Кто знает, какие тараканы водятся в его лысой, родноросской голове.

Руины неизвестного города.

Я сидел на крыше разрушенного здания и молча наблюдал за тройкой, ожидающей меня у костра. Кирин и Кротов держали над огнем длинные палочки с нанизанными на них кусочками мяса, а Дядя Вова в привычной для себя манере, весело пританцовывал, рассказывая очередную байку. Кирин заливисто смеялась, время от времени бросая в сторону Кротова, весьма неоднозначные взгляды.

— Это его женщина? — спросил, подсевший рядом Руди.

Я медленно перевел на него взгляд, но решил не отвечать на его вроде бы глупый, но до боли уместный вопрос.

— Почему Бес убил сам себя? Разве нельзя было поступить как-то иначе?

— Таковы правила. Либо претендент побеждает всех оппонентов, либо претендент недостоин называться главой рода. Судя по всему, Бес знал, что вы не сможете с ним сражаться, а посему решил взять инициативу в свои руки.

— Но зачем же он пожертвовал бессмертием своей души? Он ведь мог и дальше существовать в эфирном теле. Почему не захотел идти со мной, как это сделал ты?

— Не знаю, молодой потомок…. То есть, Ярослав Петрович. — замялся, но тут же исправился Руди. — Я думаю, что у него на то были свои веские причины.

Я материализовал уже прикуренную сигарету, перевел взгляд на свинцовые тучи, а затем посмотрел вниз. Дядя Володя куда-то исчез, а оставшиеся наедине Кротов и Кирин, сидели непозволительно близко к друг другу. Кротов что-то увлеченно рассказывал ей, а она смотрела на него таким взглядом, каким буквально недавно смотрела на меня.

— Сука… — прошипел я, едва не давясь подступившим к горлу комом.

— А… Эм…. Кхем… Кхем…. — попытался привлечь мое внимание коротышка.

— Говори, чего мямлишь? — спросил я, не оборачиваясь.

— Мне кажется, у нас намечаются крохотные проблемки.

Я удивленно обернулся и увидел Дядю Володю, который стоял позади Руди и держал у его горла коротенький якутский нож.

— Старый, тебе моча в голову ударила что-ли? Отпусти его. — угрожающе приказал я ему.

— И не подумаю. — фыркнул тот. — Духи Некрополя не должны покидать своих покоев. Таков закон!

— Я поклялся в вечной верности Князю Ярославу. Можешь спросить у Артея, он лично дал на это добро. — испуганно замямлил Руди.

— Владимир, отпусти его или я буду вынужден тебя убить!

— Ха, ты меня? Ничего не перепутал, щенок?! — рассмеялся Дядя Володя. — Сначала я убью его, а потом убью тебя. А следом займусь твоей нечестивой потаскухой и ее дружком. Видел, как они жмуться друг к дружке? Не прошло и месяца, как между ними вспыхнули взаимные чувства. Заметь, и ведь даже меня не стесняются.

Его слова пробудил во мне первобытную ярость. Я резко сорвался с места, на ходу извлекая из-за пояса короткий нож и всей силы вогнал его в правую глазницу старика. Сталь, с отвратительным скрежетом проломила черепные кости и вышла тонким жалом из затылка. Дядя Вова рухнул замертво. Следом за ним упал и Руди, из шеи которого торчал короткий якут.

— Твою мать! — выругался я, подхватывая коротышку и зажимая ладонью кровоточащую рану.

— Вокруг сплошной обман… — прохрипел коротышка, булькая кровью. — Не верь никому…. Особенно самым близким.

Я хотел было попробовать его исцелить, как делал это уже с Кирин и Кротовым, но внезапно ощутил, что тело коротышки обмякло, а его глаза замерли, глядя на меня остекленевшим взглядом.

— Отпусти меня! — раздался испуганный крик Кирин.

Я резко перевел взгляд на площадь с костром и ужаснулся. Обезглавленное тело Кротова лежало на земле, а рядом с ним в луже крови стоял Дядя Володя и держал за горло Кирин, живот которой был вспорот до самой груди. Девушка в очередной раз закричала, но это только усугубило ситуацию. Содержимое живота, кровавым месивом вывалилось на землю и в ту же секунду, Дядя Вова одним быстрым ударом, снес девушке голову, а затем отшвырнул тело в сторону словно игрушку.

— Ну что, некромант? Думал, я не замечу, что в тебе струится сила предателя. Однажды, я уже смиловался над твоим папашей и отпустил его. И каков итог?! Наше родовое древо осквернено порчей, а некогда великий род предан забвению. А твоя черноволосая шлюха?! Знаешь, как она извивалась на твоем друге, пока ты сражался в Некрополе. А ублюдок в ее животе?! Ха! Где это видано, чтобы благородное дитя было зачато в утробе какой-то немытой дикарки! — Владимир маниакально ухмыльнулся и направил лезвие родового меча в мою сторону. — Я защищал благополучие своего рода много лет. Защищу и сегодня. Даже если для этого мне придется убить последнего его представителя.

Его слова звучали фоном в моей голове, в то время, как застилающая разум ярость, разрасталась с такой силой, что вены на моих руках вздулись и почернели, наполняясь нечестивой энергией. В руках материализовались родовые клинки и тут же сменили синее, холодное свечение, на темную, как смоль дымку. Внутри что-то треснуло. Обороволось. Заколотилось. Остатки человечности забились в истерике, словно загнанный в ловушку зверь, что бьется и брыкается, не в силах смириться со своей неизбежной участью.

— Сука! — заорал я дурниной и рванул вниз, выпуская наружу, овладевшую мною ярость.

Поместье Ахтямовых.

Ксения Лихачева стояла у окна и смотрела на сестру, которая уже несколько часов молча сидит на скамейке напротив родового монумента дома Гугунава. В комнату вошел Кирилл и несколькими быстрыми шагами, оказался за ее спиной, впиваясь горячим поцелуем в шею Ксении.

— Кир, не сейчас. — отстранилась она, кивнув на сестру. — Она уже который день сидит так. Практически не ест и не пьет. Я очень переживаю нее, Кирилл.

— Игорь Франкович нашел хорошего менталиста. Он прибудет в Москву к завтрашнему утру. Мы надеемся, что он поможет Ярославе и облегчит ее душевную боль.

— Я тоже очень на это надеюсь. Все таки мы с ней двойняшки и ее боль, ощущается в моей душе не меньше. Кто знает, чтобы я делала и как пережила бы этот момент, если бы не ты.

— Глупышка, ты явно преувеличиваешь. — Кирилл уткнулся носом в ее волосы и глубоко вдохнул их аромат. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Прямо здесь и сейчас, без долгих раздумий.

— Я не могу, ты ведь знаешь. — закрыв от возбуждения глаза, простонала Ксения. — Мы обещаны Ярославу Петровичу в жены и неважно жил ли он или мертв, мы должны сдержать эту клятву во имя нашего рода.

— Что за глупости?! — нервно фыркнул Кирилл, отстранившись. — Мы же взрослые люди и прекрасно понимаем, что Ярослав скорее всего сгинул в том самом подземелье. И даже если это не так, то кто осудит вас за то, что вы следовали зову своего сердца?!

— Так нельзя, Кирилл! Посмотри на мою сестру. Она уже нарушила данную родителями клятву и что из этого вышло? Род Гугунава потерял единственного наследника и теперь винит в этом Ярославу и весь наш род. Не приведи Господь, они объявят нам претензию и потребуют виру! Да такую, что нам с сестрой придется распродать себя по органам, чтобы выплатить ее и спасти род от забвения!

— Я не допущу этого! — прикуривая от горящего в камине поленца, произнес Кирилл. — Это лишь еще одна причина, по который ты просто обязана стать моей женой. Если наши дома объединятся брачным договором, никто не посмеет смотреть в вашу сторону с упреком. Это я могу гарантировать!

Девушка отвела взгляд от Кирилла и вновь уставилась в окно. Глядя на колонну тяжелобронированных автомобилей, движущихся по дороге в сторону усадьбы.

— Похоже, что к нам в гости пожаловал Князь Артемов. — кивнула девушка, указывая во двор.

— Очередная бессмысленная встреча с зазнавшимся Князьком. — безразлично буркнул Кирилл.

Он быстро докурил сигарету, щелкнул окурок в пышущий жаром камин, подхватил девушку на руки и медленно, глядя ей прямо в глаза, уложил ее на широкую кровать. Их губы слились в жарком поцелуе, тела мгновенно вспыхнули страстью, а нахлынувшее возбуждение, придало каждому прикосновению невероятную яркость.

— Кирилл Викторович! Кирилл Викторович! Где вы? — донесся с первого этажа, взволнованный окрик Графа Ахтямова.

— Мажор! Мажор, еб твою мать! Быстро спускайся! — пронеслось по усадьбе голосом Дока.

— Тебя зовут. — задыхаясь от страсти, прошептала Ксения.

— Ничего, подождут. — отмахнулся Кирилл, запуская прохладную руку ей под блузку.

В дверь настойчиво затарабанили и тут же из коридора донесся голос Ахтямова младшего:

— Кирилл Викторович! Кирилл Викторович! Выходите скорее! Князь Артемов привез Ярослава Петровича! Кирилл Викторович!

Услышав эти слова, Кирилла пробрала едва ощутимая дрожь. Он резко отстранился от Ксении, накинул на себя рубашку, подошел к двери и медленно отворил замок.

— Где они? — спросил он, едва показываясь в открывшемся проеме.

— Внизу, в главном зале.

— Как он?

— Хуже, чем могло быть. — опустив глаза, ответил Егор.

Кирилл бросил на Ксению взволнованный взгляд, вышел из комнаты, поправил растрепанные волосы и поспешил следом за молодым Ахтямовым.

Спустившись вниз, они миновали утоптанную свежей грязью гостиную и без стука вошли в главный зал. Где уже собрались многочисленные обитатели и гости поместья Ахтямовых. Увиденное далее, повергло Кирилла в дикий ужас. На большом деревянном столе, укутанный в теплое одеяло, сидел человекоподобный сгусток застывшей крови и лишь два безразлично замерших глаза, выдавали в нем живое существо.

— Ты где сука шлялся, ловелас хуев?! — злобно схватил его за грудки Док.

— Что это? — проигнорировав вопрос брата, спросил Кирилл, не отводя взгляда от человекоподобного сгустка.

— Не что, а кто. Это наш брат. — Павел глубоко затянулся дымящей сигаретой и наклонился к Кириллу. — Правда, есть вероятность, что от нашего брата осталась лишь одна оболочка.

— В смысле?

— В коромысле. Разве ты не видишь, он на нас даже не реагирует. Просто смотрит в одну точку и молчит.

— Ярослав Петрович, голубчик, вы меня слышите? — подошел к сгустку Игорь Франкович.

— Не советую подходить близко. Для начала, позвольте моим людям вколоть ему успокоительное. — остановил его Князь Артемов.

— Артем Артемович, а вы точно хорошо себя чувствуете? — пристально посмотрел на него Граф Архипов. — Не помню, чтобы когда-либо видел вас настолько встревоженным.

— Вне нормально, Венедикт Викторович. Если вы забыли, я не так давно потерял своего единственного толкового помощника, а найти нового, да еще ответственного, в наше время очень непросто.

— Вы правы. Среди молодых, очень мало стоящих экземпляров.

— Я не понял, мы тут свои проблемы обсуждать собрались или для того, чтобы вернуть Ярослава в чувства. — рыкнул Док, глядя на беседующих аристократов.

— Во первых, не стоит благодарности. — съязвил Артемов. — Во вторых, мы ждем пока разогреется маголит в инъекционном препарате. Вы же не хотите, чтобы в тело наследника Империи вливали непонятную, низкосортную, фармацевтическую жижу?

— А ты только посмей. — оскалился Павел.

— Уважаемые! — окликнул всех Ахтямов старший. — Давайте все немного успокоимся. Предлагаю выпить. Благо, у нас для этого есть прекрасный повод. Оставим Ярослава Петровича в надежных руках профессионалов.

Присутствующие в зале согласно закивали и направились в гостиную, услужливо уступая друг другу дорогу. Зал не покинули четверо. ,Личный доктор Князя Артемова, Павел, Кирилл и Ахтямов младший, заинтересованно разглядывающий облепленного кровью Ярослава.

— Что скажешь? — обратился Кирилл к Павлу.

— Даже и не знаю. — пожал плечами тот. — С виду вроде бы наш брат, но веет от него каким-то могильным холодом.

— Они не сказали, почему он по уши перепачкан в крови?

— В том то и дело, что нет.

— Артемов сказал, что они нашли его, сидящего у мертвого родового древа. — пояснил Ахтямов младший. — Это древо, много лет оберегало родовое поместье Бессоновых. Но в какой-то момент, его корни поразила неизвестная болезнь и оно засохло.

— Хрень какая-то. — фыркнул Павел.

— Есть предположения, почему он молчит? — глядя в неподвижные глаза Ярослава, спросил Кирилл.

— Мальчики, вы бы не мешались тут, пока я работаю. — влез в разговор доктор, который настойчиво оттирал засохшую кровь спиртовой ваткой, для того, чтобы сделать инъекцию.

— Прошу прощения. — извинился Павел, оттаскивая Кирилла за руку. — Не знаю почему он молчит. Тут ведь проблема даже не в молчании. Он просто не воспринимает реальность таковой, какой она является на самом деле. Видишь? У него даже от укола глаз не дернулся.

— Ничего не понимаю. — удивился доктор и с прищуром посмотрел на место инъекции.

— Чего там, Панкрат Филимонович? — подошел к нему Ахтямов младший.

— Я ввел ему инъекционный препарат, но его организм будто вытолкнул все обратно.

— То есть, как это? — насупился Павел и подошел к доктору.

Он внимательно присмотрелся, разглядел место инъекции и не поверил своим глазам. Небольшой участок кожи очищенный от крови, пульсировал и с каждым таким импульсом выпускал из себя несколько капель переливающегося, магалитового препарата.

— Это ненормально? Да? — замотал головой Ахтямов младший, вглядываясь в реакцию окружающих.

— Это очень и очень ненормально. — пробубнил себе под нос доктор.

Кабак “Промеж телятины” Немного после полуночи.

— Это определенно самый вкусный стейк, что мне когда-либо доводилось пробовать. — с улыбкой до самых ушей, довольно промурлыкал Лоукик, доедая уже третий по счету кусок мяса.

— Приятно слышать это от истинного ценителя. — с наигранной вежливостью, произнес Стас.

— Ой да хорош тебе заливать. — отмахнулся собеседник. — Я ведь знаю, для чего ты меня сюда позвал. Хочешь территорию вернуть, да пожалуйста. При всем уважении конечно, но мне ваша помойка и даром не нужна.

— Все так просто?

— А как ты хотел? Чтобы я начал возникать, угрожать войной, а затем ты сообщил бы мне, что стул на котором я сижу, заминирован и тебе лишь стоит нажать на кнопку, как мои яйца разлетятся по всему кабаку, словно новогодние конфети?

От такой прямоты, Стас даже подавился.

— Не очкуй, Стасян. — успокоил его Лоукик. — Мы с твоим братцем давние кореша. И поскольку я у него в долгу, мне будет несложно помочь тебе в наведении порядка в трущобах. Мои парни пытались конечно запугать местных, но толку от этого вышло мало. Похоже, что они уважают только Батю.

— Так оно и есть. — согласно кивнул Стас. — Кроме Бати, им никто не авторитет.

— Даже ты?

— Даже я.

— Слушай, всегда хотел спросить. Как Бате удается держать столько головорезов на аутсорсе?

— Ты о чем это?

— Да все о том же. Мне, чтобы держать своих отморозков на привязи, приходится неплохо там вкладываться. Ну знаешь там, телки, тачки, качалочка и прочие прелести. И то! При таком подходе, чтобы собрать нормальную пачку, приходится немного поднапрячься. А у Бати, все всегда намази. Ни одного головореза в окружении, но стоит лишь кинуть клич, как сразу же собирается целая армия. Вот как так?

— Это да. — ухмыльнулся Стас. — Сам не знаю, как у него это выходит. Будто бы, он какой-то другой. Не такой как мы.

В кармане Стаса зазвонил манофон. Это был уже не первый звонок от Мажора за прошедший час и судя по всему не последний. До этого, ему так же настойчиво пытался дозвониться Док, но отвечать на вызов, Стас не решался. Слишком много было им сказано и слишком много затаенно обид.

— “Пусть варятся в своем аристократическом котле, а мы здесь, в привычной нам грязи побарахтаемся” — бродили мысли в голове Стаса.

— Ну ладно. — уперевшись руками в стол, произнес Лоукик. — Время уже позднее, а у меня режим сна. Я ведь и без того, позволил себе на ночь слишком многое.

— Добро. Спасибо, что не заставил идти на крайние меры. — пожал ему руку Стас и проводив до выхода, услужливо открыл дверь, за которой уже более часа мерзли полтора десятка крепких, по спортивному сложенных, молодых парней.

— Выдал какие вымахали? — указал на них Лоукик. — Это все чудеса Сиамской фармакологии. Пару уколов и растут, как на дрожжах. Хочешь, могу и вам несколько ампул отсыпать.

— Нет уж, спасибо. Мы лучше по старинке, на пиве и колбасах.

— Ну как знаешь. Если передумаешь, набери.

Стас, наигранно улыбаясь, помахал на прощание рукой, закрыл дверь кабака, облокотился на нее спиной и сполз на пол, гулко выпуская воздух из легких. Из двери кухни показались две вопрошающие физиономии, принадлежащие Денису и Катрин.

— Ну чего там? Договорились? — шепотом спросила девушка.

— Договорились. — жадно прикуривая сигарету, ответил Стас.

— И как оно? — спросил уже Патч.

— Сука…. Да я не знаю, как Батя это делает? У меня весь разговор очко было настолько сжато, что им смело можно было перекусывать маголитовый лом. Ох мля… Надо срочно чего-нибудь выпить.

— Не вставай, я принесу.

Катрин быстро юркнула к бару, сняла со стойки чистый стакан, достала из шкафчика недопитую бутылку рома и наполнила ею емкость. Крепкий и душистый аромат алкоголя пробудил в Стасе воспоминания совсем недавних пор. Когда они, всей семьей пили этот ром, шутили, веселились, травили байки и смеялись, отмечая совершеннолетие его любимого брата.

— Ты скучаешь по нему? — спросила Катрин, усаживаясь рядом и протягивая стакан.

— Ты даже не представляешь насколько. — пробубнил себе под нос Стас. — Мы ведь почти с самого рождения были вместе. Спали в одной люльке, кормились с одной сиськи, одежду друг друга носили, девчонок одних и тех же кадрили, да что уж там говорить, мы даже книги читали одни и те же.

— Но ведь вестей о его смерти до сих пор не было. Быть может не стоит хоронить его раньше времени?

— Поверь, я этого хочу меньше всего. Эх…. — Стас одним залпом осушил стакан. — Мне бы сейчас, да на его место.

— Брат, прекрати. Ты нужен семье не меньше, чем Батя. — уселся рядом с ними Патч, демонстрируя бутылку коньяка многолетней выдержки.

— Положь на место! Это бутылка лежит в баре специально на тот день, когда мой любимый брат вернется домой.

— Стас, ну не будь занудой. Это же всего лишь коньяк.

— А у тебя во рту всего лишь зубы. Не заставляй меня, тебе их повыбивать.

Недовольно насупившись, Патч встал с пола, подошел к барному шкафчику и вернул бутылку на место, взяв вместо нее крохотный резной пузырек с темно-красной жидкостью внутри.

— Ух ты, а это что за бутылочка такая? — заинтересованно спросила Катрин.

— Поверь, тебе это не надо. — шепотом ответил Стас, с ехидством наблюдая, как Денис одним залпом вливает в себя содержимое бутылька.

Произошедшее дальше, напоминало больше юмористическую комедию восьмидесятых годов. Лицо Дениса скрутило в удивленной гримасе, улыбка его разрослась до ушей, брови поползли на лоб, а и без того крупные зрачки расширились до такой степени, что казалось, будто на глазах они не остановятся и полезут дальше на веки и щеки.

— Фто фя фыпыффф? — сквозь улыбку, попытался спросить Патч.

— Чего? — без задней мысли переспросила Кирин.

— Фто фя фыпыффф. — уже более протяжно повторил он.

— Не понимаю я тебя. — Катрин встала на ноги подошла поближе, чтобы как следует прислушаться и понять, о чем ее спрашивает Патч.

— Фто?! Фя?! Фыпыффф?! — прокричал он почти на ухо девушке.

— Афганскую борзую ты выпил. — ответил на его вопрос, довольно скалящийся Стас.

— Фыфдефц. — выдал Патч и словно окоченев, рухнул на пол лицом вниз.

— Вот тебе и фыфдефц. — хихикнул Стас. — В следующий раз, будешь спрашивать, прежде чем лить в рот всякую гадость.

Глава 16

Некоторое время назад. Руины неизвестного города.

Рывок, удар, боль! Клинок старого безумца врезается мне в бедро, оставляя глубокий разрез, едва не разделяя мышцу пополам. Удар, удар,еще удар. Я валюсь наземь, не в силах удержаться на ногах. Кровь застилает мне глаза. Раскроенный череп, срубленная с него кожа… Черт! Я теряю слишком много крови… Пытаюсь встать, но боль сковывает конечности с новой силой. Падаю, стараюсь подтянуть под себя руку, но клинок старика врезается мне в плечо, проходя насквозь и приковывая меня к мертвой земле.

— Ну что, выблядок? Не так уж ты и силен, без подпитки Некрополя? — хохочет старик, занося свой клинок для очередного удара.

В голове пробегают мысли: “И зачем мне это все? Зачем сражаться? Ради чего? Я обрел так много и тут же все потерял. Глупец… Я в кои том веке доверил свое сердце женщине. Женщине, которая должна была стать моей женой, матерью для моего ребенка, княгиней моего рода… Нет… Все это были лишь мои фантазии… Все было лишь юношеской мечтой… Надеждой глупца, что верит в светлое в людях… Но я… Я не такой… Я не верю… Я не прошу… Я не боюсь…”

— Ну вставай уже наконец! Не буду же я лежачего добивать. — усмехается старик, пиная меня в раненую ногу.

“Почему не приходит облегчение? Почему не заживают раны? Где та сила, которая помогала мне в Некрополе? Где то всевластие, что овладевало мной в пылу сражений? Где дар, которым наделил меня некромант? Или это все было очередной злой шуткой старого безумца? Быть может, никакого Некрополя и не было? Быть может старик очень хороший менталист и внушил мне это все? Но зачем?”

— Зачем ты это делаешь? — прохрипел я, пытаясь сделать глубокий вдох.

— Зачем? Не делай из меня глупца, молодой Князь. Я хоть и старый, но не настолько, чтобы не разглядеть очевидные вещи. — Владимир отошел на пару шагов, достал из кармана фляжку и сделал из нее несколько мелких глотков. — Еще в первый день нашей встречи, меня стали терзать не утихающие сомнения. Но теперь, когда ты явился неся в себе личину тьмы, я все понял. Я понял для чего тебя отправили сюда именно сейчас. Ты не просто его сын, ты его со….

Маниакальные возгласы внезапно оборвались, голова старика разлетелась кровавыми ошметками, тело медленно опустилось на колени, а затем рухнуло, обдавая меня потоком горячей крови. В другое время, я бы может и испугался от неожиданности и попытался что-то предпринять, но не в этот раз. В данный момент, у меня нет сил даже для того, чтобы повернуть голову и осмотреться.

Лежа на пропитанной кровью земле, я ощутил, как мое тело наполняется некротической энергией. Поток силы устремляется по венам, затягивая раны, вправляя кости и сращивая разорванные сухожилия. Довольно быстро, надо заметить. Проходит буквально минута и я уже ощущаю себя вполне приемлемо. Неужели это смерть старика принесла мне такой подарок?

Собравшись с силами, я встал на ноги, протер глаза от крови, осмотрелся по сторонам, ища таинственного убийцу, но никого не увидел. Повсюду лишь разруха и руины пустые улицы мертвого города.

Я медленно подошел к трупу Владимира и пнул его ногой. Ну да, в этот раз он точно мертв. Смерть настигла его внезапно, не оставив и шанса, чтобы применить свою чертову магию.

Схлынувший адреналин слегка проясняет голову, руки постепенно перестают трястись, а боль окончательно стихает. Я обвожу взглядом залитую кровью площадь, остекленевшими глазами, останавливаюсь на лежащем неподалеку, обезображенном теле Кирин. Хочу сорваться с места и побежать к ней, но что-то не пускает меня. Словно кто-то незримый навесил на меня ментальные путы.

— Не двигайся, молодой Князь. — раздается из-за моей спины знакомый голос.

— Некромант…. — озлобленно рычу я, не отводя глаз от обезглавленного тела. — Не думал, что Владимир пустит тебя в свой мир. Руди он сразу убил. Тот даже не успел, как следует надышаться свежим воздухом.

— Владимир всего лишь пешка, а Руди не более, чем просто повод. Все гораздо сложнее, чем ты думаешь, молодой Князь. Теперь этот мир принадлежит мне, как и было обещано Владыкой. — шипит он, приставляя к моему затылку, нечто напоминающее ствол пистолета. — Ты получил все, что требовалось. Теперь же, тебе пора возвращаться в свой мир и строить там свою Империю. Не переживай, твои друзья останутся здесь. Так уж и быть, я воскрешу их и заложу им в головы новые воспоминания. Тебя в них не будет, как собственно и Владимира.

— Я не уйду без Кирин. — возражаю я, пытаясь обернуться, но ничего не выходит, шею будто сжало в тисках.

— Она предназначена не тебе, глупец. Но если так сильно хочешь, я могу оставить тебя здесь, сидеть рядом с ее обезглавленным телом. — некромант лукаво хихикает. — Либо можешь уйти и тогда она будет жить. Выбирай сам.

— Зачем она тебе? Для чего ты хочешь ее оставить?

— Такова воля моего Владыки…

— Если я соглашусь и покину этот мир, ты обещаешь мне, что с ней все будет в порядке?

— С головой на плечах, ей будет, как минимум комфортней, чем сейчас.

— Такой ответ меня не устраивает!

— Успокойся, молодой Князь. Я даю тебе слово, что она будет в целости и сохранности. Поверь, это лучшее предложение для вас обоих. Другого ждать не стоит.

— А Кротов? Что будет с ним?

— Я воскрешу его и поставлю во главе своего нового войска. У него тоже все будет хорошо. — некромант театрально закашлялся. — Если конечно, сможет держать своего дружка подальше от Елены. Вы двое и так ее изрядно попортили. Владыке это может ой как не понравиться.

— Елены? — вздрагиваю я, переспрашивая.

— Упс… Кажется я сказал немного лишнего. Прощай, молодой Князь. Увидимся в ближайшем будущем.

— Постой! — вскрикнул я, но уже было поздно.

Свет в глазах мигнул, сознание провалилось в бездну, а в груди начала закипать неконтролируемая, всеобъемлющая ярость.

Поместье Ахтямовых.

— Да, да. Я все прекрасно понимаю… — разговаривал по манофону Князь Артемов, отойдя в дальний угол гостиной. — Да, сегодня в течении дня мой бухгалтер переведет на ваш счет нужную сумму денег. Да, каждой семье… Нет, не стоит экономить в таких вопросах. Лишняя шумиха нам сейчас не к чему. Да, да. Отлично. И вам всего доброго, Николай Дмитриевич. Что? Нет, с Никодимом Варфоломеевичем я уже решил вопрос лично. Да, да. Еще раз, всего доброго.

Устало закатив глаза, Князь Артемов сунул манофон в карман и вернулся к камину, где велась ожесточенная дискуссия, на тему чудесного возвращения Князя.

— Вы сегодня крайне озабочены, Артем Артемович. — подметил Игорь Франкович. — Возвращение Князя вызвало у вас какие-то трудности?

— Иногда, непредвиденных трудностей просто не избежать. — вежливо улыбнулся Артемов.

— До меня дошел слух, что вы недавно были на аудиенции у батюшки Императора. — будто невзначай обронил Граф Архипов. — Это как-то связано с недавней инициацией Князя?

— Вы следили за мной, Венедикт Викторович?

— Это моя работа, Артем Артемович. — ухмыльнулся тот.

— Не припомню, чтобы нанимал вас на такую работу. Мне казалось, что наше сотрудничество построено на взаимном доверии.

— А разве я вас в чем-либо обвиняю? Всего лишь профессиональный интерес. — развел руками Архипов.

— Скажите мне, Артем Артемович. — перевел на себя внимание Игорь Франкович. — Что случилось в поместье Бессоновых? Почему Ярослав Петрович в таком ужасном состоянии?

Князь Артемов резко изменился в лице, пристально посмотрел в глаза Ахтямова, подхватил со стола начатую пачку крепких сигарет, демонстративно прикурил и усаживаясь на единственное свободное кресло, начал свой рассказ:

— Несколько часов назад, мне позвонил Граф Ковтунов. Он был дико напуган, что собственно и заставило меня ехать туда лично. — Князь стряхнул на пол, свисающий с сигареты пепел. — Николай Дмитриевич заявил, что собственными глазами видел, как молодой Князь Бессонов самолично сворачивает шею одному из инквизиторов, что дежурили там по приказу Никодима Варфоломеевича. Убив сначала одного, а затем второго и третьего, он набросился на обычных рабочих, которые в ужасе стали разбегаться в разные стороны. Когда мы приехали туда, Князь сидел возле родового древа в состоянии глубокого транса, а вокруг него лежало полтора десятка мумифицированных трупов. У всех у них, как вы понимаете, остались дома семьи. Собственно, с этим и связаны мои временные хлопоты.

— Если это правда, то как тогда удалось спастись Графу Ковтунову? Он ведь не обладает хорошими физическими данными, а с его весом далеко не убежишь. — поинтересовался Граф Архипов.

— Ему посчастливилось запереться в одной из комнат. Благо, нанятые им работники делали свою работу весьма быстро и успели восстановить приличную часть родовой усадьбы.

— Случай конечно ужасающий, ведь подобной жестокости со стороны Ярослава Петровича я честное слово даже не ожидал. С чем может быть связана подобная агрессия? — задумчиво постучал себя по подбородку Ахтямов.

— Даже и представить себе не могу. Быть может, сказываются старые привычки?

— Исключено. Даже являясь лидером преступной группировки, Ярослав Петрович славился своей сдержанностью и милосердием. Да, да, не удивляйтесь, мне пришлось навести справки. Кстати, вы уже сообщили Никодиму Варфоломеевичу о произошедшем?

— Сообщил. — кивнул Артемов. — Я сказал ему, что поместье подверглось нападению уже известного нам фантома. Он конечно сильно расстроился, так как потерял преданных ему адептов. Но услышав размер компенсации, которую я ему предложил, сразу же смирился с утратой и пообещал, захоронить тела, без привлечения постороннего внимания.

— Погодите-ка. — задумчиво прервал их диалог Архипов. — Вы сказали, что тела убитых были мумифицированны. Я правильно вас услышал?

— Правильно. Иссушены досуха.

— Это не может быть признаком склонности Князя к некромантии? Насколько мне известно, на момент инициации, Ярослав Петрович так и не проявил предрасположенности к какому-либо направлению магии.

— Дорогой Венедикт Викторович. — обратился к нему Ахтямов. — Некромантия, очень сложный и слабо изученный дар. Вопреки расхожему мнению, он не только позволяет своему владельцу поднимать мертвых и манипулировать некротическими потоками. Помимо невероятного потенциала в магии, некромант еще обладает запредельной физической силой. Скорость, реакция, плотность кожных покровов, ускоренная регенерация. Все это доступно ему, но лишь тогда, когда у некроманта имеется существенная энергетическая подпитка.

— Я не очень улавливаю суть в ваших словах. — помотал головой Архипов.

— Игорь Франкович ведет к тому, что иссушить трупы до мумифицированного состояния некроманту попросту нечем и незачем. — пояснил Артемов, вставая с кресла и подходя к камину. — Дар некромантии питается энергией смерти и не предполагает поглощения жизненной силы. Иначе бы, всех некромантов давно бы вырезали по приказу Императора.

— Тогда, какое объяснение произошедшему, вы находите логичным?

— В данный момент никакого. Надеюсь, что в скором времени молодой Князь придет в себя и сам нам все расскажет.

— И сколько же нам этого ждать? — закуривая и подходя к окну, спросил Архипов.

— Столько, сколько потребуется. — пожал плечами Князь Артемов.

В этот момент из-за двери показалась озадаченная физиономия Панкрата Филимоновича, семейного доктора рода Артемовых. Его лицо было бледным, а увеличенные линзой очков глаза, нервно бегали из стороны в сторону.

— Артем Артемович, можно вас на минуточку? — слегка взволнованным голосом обратился он к Князю.

— Прошу меня простить, господа. Светило медицины нуждается в моей помощи. — улыбчиво откланялся своим собеседниками тот и быстрым шагом направился в главный зал.

Войдя в зал, Князь Артемов не заметил существенных изменений в царящей здесь, гнетущей атмосфере. Кирилл и Егор что-то обсуждали, стоя в сторонке, Павел настойчиво оттирал застывшую кровь с кожи Ярослава, а пребывающий в глубокой озадаченности Панкрат Филимонович, с весьма задумчивым видом всматривался в содержимое своего чемоданчика.

— Что-то случилось, Панкрат Филимонович? — насторожившись, спросил Артемов.

— Случилось, Артем Артемович. — кивнул доктор, не оборачиваясь. — Боюсь, что современная медицина в данном случае бессильна.

— Что вы имеете в виду?

— Судя по показателям моих приборов, Князь Ярослав Петрович полностью здоров, как физически, так и ментально. Скажу даже больше. — Панкрат Филимонович подошел к Артемову и едва слышно прошептал ему на ухо. — Его организм отвергает любую вводимую инъекцию. Поэтому вколоть ему маголитовый блокиратор у меня не вышло.

— Даже так? — наигранно удивился Артемов.

— Именно так. — закивал доктор.

— Хорошо, Панкрат Филимонович. Вы можете быть свободны.

— А как же….

— Не стоит беспокоиться, дальше мы разберемся сами. — с доброжелательной улыбкой на лице, перебил его Артемов, а затем обратился к Ахтямову младшему. — Егор Игоревич, вы не могли бы проводить Панкрата Филимонович до машины?

— Да….Да, конечно. — слегка замялся Егор, но сразу же взял себя в руки и направился к выходу. — Прошу вас, следуйте за мной.

Оставшись наедине с тремя братьями, Артемов закрыл дверь зала на ключ, вальяжно прикурил сигарету, извлеченную из серебряного портсигара и подставив поближе стул, уселся напротив Ярослава, пристально всматриваясь в стеклянный взгляд парня.

— У него есть девушка или любимая женщина? — поинтересовался он у Павла.

— У Бати то? — усмехнулся Док и тут же погрустнел. — Нет, у Ярослава Петровича нет любимой женщины.

— Не понял? — Артемов перевел вопросительный взгляд на Кирилла.

— Нет в этом ничего непонятного. — развел руками тот. — Батя ни одну женщину не подпускает близко к телу. Так, чисто покувыркаться, это пожалуйста. Девок то у него навалом, но так, чтобы прям любовь. Кхм-хм. Нет, таких на моей памяти не было.

— Бедный мальчик…. — буркнул себе под нос Князь.

— Он не бедный и давно уже не мальчик. — возразил Павел. — Просто, жизнь у нас такая…. Приучает смотреть на вещи, с иной стороны.

— Ну, а как же вы? Разве вам не знакомо это прекраснейшее чувство влюбленности?

— Нет не знакомо. На этом точка! К чему вообще этот разговор? У вас есть соображения, как вернуть Ярослава в сознание?

— Ну во первых, он и так в сознании. Просто не показывает это. Во вторых, у меня действительно есть соображения, как вернуть ему интерес к этой жизни. Хотя для этого нам потребуется по настоящему близкий для него человек.

— По настоящему близкий? — удивился Кирилл. — А мы для него разве не близкие люди?

— Видимо не настолько. — пожал плечами Артемов.

— Близкий, это тот с кем связаны его самые яркие воспоминания? — уточнил Павел.

— Можно и так сказать. А что? Есть предположения?

— Есть. — кивнул Док, протирая руки о белоснежное полотенце. — Мажор, переодевайся и заводи машину. Нужно доставить сюда Стаса во что бы то ни стало. Думаю, он не станет сопротивляться, когда узнает, что Ярослава наконец нашли. Только без меня не уезжай. Не могу больше смотреть на брата, который больше походит на овощ.

Антикварная лавка Борова.

Сняв пистолет с предохранителя, Стас убрал его в карман куртки, медленно приоткрыл дверь, хватая рукой попытавшийся зазвонить колокольчик и вошел внутрь.

В лавке было по непривычному пусто. Ни тебе копошащегося за прилавком Борова, ни глазеющих на диковинные штуки покупателей. Казалось, будто Стас здесь и вовсе один, но увы. Звук взводящегося курка за его спиной, сообщил об обратном.

— Извини, Стас, меры предосторожности. — буркнул, появившийся из ниоткуда Демид Павлович.

— Ты сказал, чтобы я пришел сюда, когда буду готов говорить по взрослому.

— Да сказал. Поэтому и не убил тебя сразу. Ты ведь не просто так держишь в кармане взведенный пистолет?

— Меры предосторожности. — огрызнулся Стас.

— Отлично. — кивнул старик и убрал пистолет от его головы. — Я вижу, что сегодня мы найдем с тобой общий язык. Иди за мной, не мешай Борову кормить своих питомцев.

— Питомцев?

— Да, хобби у него новое появилось, мух разводит. Уж и не знаю, что на него нашло. — хищно оскалился Палыч, глядя куда-то под потолок.

Стас перевел взгляд туда, куда смотрел старик и увидел обезображенную человеческую руку, торчащую из самого верхнего ящика, высокого настенного стеллажа. Ее изрядно облепили мухи, а на чудом сохранившемся пальце, можно было рассмотреть золотой перстень, точно такой же, какой носил на руке Боров.

— Смею предположить, что вы с ним не договорились. — выдал Стас, следуя в подсобку за стариком.

— С кем? С Боровом? — ухмыльнулся тот. — Да не о чем нам было с ним договариваться. Все эти годы, я страстно желал его убить. И только покровительство Коршунова, мешало мне это сделать.

— Это тот самый Коршунов, что пытался нас засадить в тюрьму?

— Он самый.

Они вошли в подсобку и уселись в мягкие, кожаные кресла, друг напротив друга. Подсобкой же, назвать это было крайне сложно. Дорогостоящий интерьер, позолоченная лепнина на стенах и потолке, большой дубовый стол с инкрустированными в столешницу маголитовыми вставка. По итогу, так называемая подсобка, больше походила на кабинет высокопоставленного чиновника, который неплохо так прихлебывает из протекающего мимо него финансового потока.

Дверь позади Стаса скрипнула и из нее вышли двое охранников. Тех самых, что приезжали в кабак с Демидом Павловичем, не так давно.

— Итак... — начал старик, скрюченной рукой протягивая Стасу бокал с ароматным бурбоном.

— Итак. — повторил за ним Стас, принимая бокал.

— Я не открою тебе вселенскую тайну, если скажу, что вы с парнями дороги мне, словно родные дети. Ваш дед славно постарался, воспитав вас настоящими мужчинами и весьма неплохими бойцами. Но в одном он допустил фатальную ошибку. Привил вам ценности, которые не позволили вашей команде, стать самой сильной группировкой столицы.

— Мягко стелешь, Демид Палыч. Давай к сути.

Палычу такая манера общения явно пришлась не по душе, что не осталось не замечено его охраной. Один из мордоворотов злобно оскалился и сделал шаг в сторону Стаса, но старик его остановил, коротко махнув рукой в сторону двери из которой они появились. Верзилы одновременно недовольно фыркнули и вышли из комнаты, закрыв двери с такой силой, что со стен посыпалась дорогая венецианская штукатурка.

— Ну что же, раз мы говорим с глазу на глаз, то можно и к сути. — сказал Демид Павлович, закуривая папиросу без фильтра и глядя Стасу прямо в глаза. — Я предлагаю тебе, отринуть все те предрассудки, которые годами закладывались в ваши детские головы. Всего-то нужно изменить свое мировоззрение и дать почву для нового дела. Прибыльного дела. Дела, которое позволит вам занять небывалые высоты в криминальной иерархии столицы.

— Я так понимаю, что ты предлагаешь нам заняться наркотой? — закурив сигарету, предугадал, краснеющий от злобы Стас. — С каких пор старый гробовщик переквалифицировался в просроченного наркобарыгу?

— Времена меняются, Станислав. — похмурев словно от стыда, заявил старик. — Эта ниша предлагает слишком многое, чтобы бездумно пропускать ее мимо своих рук. Знаю! Ты сейчас начнешь мне рассказывать о том, какой вред несут наркотики обычным гражданам и о том, как вы долго вычищали трущобы от этой заразы. Но, Стас. Я не прошу тебя или кого-то из братьев приторговывать пакетиками с маголитовой пылью. Я прошу лишь о том, чтобы вы с братьями закрыли на это глаза и получали от этого соответствующие бонусы.

— Бонусы? Стоят ли эти бонусы того, что в нищих кварталах вновь начнутся убийства? Стоил ли оно того, что начнут рушиться семьи, а ненужные наркоманам дети вновь окажутся на улице, оставленные в одиночку на съедение голодным крысам? Если мы пустим эту дрянь на свои улицы, то рано или поздно, перед людьми или Богом, но нам придется за это ответить. И поверь, Демид Павлович, своими кровавыми деньгами в тот момент, откупиться, ты не сможешь.

На лице старика поселилась нескрываемая грусть. Он медленно встал с кресла, поправил на рукавах покосившиеся запонки, одним движением опрокинул в себя остатки бурбона, накинул на себя пальто сунув руки в карманы и холодно посмотрел на Стаса.

— Очень жаль, что спустя столько лет, мы оказались по разные стороны баррикад. — тяжело вздыхая, произнес Демид Павлович. — Честно говоря, я до последнего верил, что в твоей голове все же преобладает здравомыслие, а не фанатичная преданность глупым идеям вашего деда.

— Действительно, очень жаль. — вставая с кресла, кивнул Стас. — Жаль, что лучший друг моего деда, которого я считал вторым отцом, спустя годы скатывается до такого ничтожного уровня. Посмотри на себя, Палыч. Ты просто жалок.

Пробежавшись по Стасу озлобленным взглядом, старик несколько раз хлопнул в ладоши, а затем отвернулся лицом к окну, делая вид абсолютной непричастности к тому, что будет происходить дальше.

— Значит, вот оно как. — озлобленно прорычал Стас, глядя, как в подсобку возвращаются вооруженные битами бугаи.

— Прости, Станислав. Ты сам выбрал свою дальнейшую судьбу. — не оборачиваясь, дрожащим голосом произнес старик.

Глава 17

Где-то в глубинах сознания.

Находясь в иной реальности, я уже наверное в сотый раз пересматриваю одну и ту же сцену. Кирин, Кротов и зарождающиеся между ними чувства. А вообще, чувства ли это? Или быть может ими овладела обычная, животная страсть? Кто знает. Возможно Кротов не смог устоять перед ее непорочной красотой и решил воспользоваться подходящим моментом, осознавая, что я скорее всего уже не вернусь из своего портала? Кто ж теперь мне ответит? Некромант вышвырнул меня из того мира, оставив на прощание лишь короткий отрывок прошлого, который словно острый нож впивается в мое сердце раз за разом, все больнее и больнее.

— Не плачь, Кирин. — нежно проводит по ее волосам Кротов, пытаясь успокоить, ревущую навзрыд девушку. — Даже если Ярослав Петрович погиб, его участи можно позавидовать. Ведь там его ждут мать и отец, любви и ласки которых, он был лишен практически с самого рождения.

— Прошло так много времени. Он уже должен был вернуться. — не успокаивается девушка. — Он же не может оставить меня одну. Не может ведь? Верно?

— Ты же сама слышала, что сказал старик. Время в портале течет иначе. Для нас прошло уже почти три недели, а для него возможно не прошло и полноценного дня.

— Но мы же… Мы вернулись практически сразу, а он…. А его до сих пор нет….

Девушка утыкается в грудь Кротова, крепко обхватывает его руками и начинает реветь с новой силой:

— Почему так безжалостна судьба? Почему он оставил меня одну? Почему не смог вернуться?! Он ведь знал! Знал, что я его жду! Почему?!

— Ну-ну-ну, успокойся, глупышка. Ты не одна, у тебя есть я. — принялся вновь успокаивать ее Кротов. — Я с тобой. Я с тобой, слышишь? Не плачь, Кирин. Не плачь, молю. Я тебя не брошу, не оставлю одну, клянусь честью своего рода. Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я всегда буду рядом, что бы не случилось.

Девушка немного затихает, ее плечи перестают дрожать, руки медленно и несмело сползают вниз, по пути поглаживая крепкий, атлетичный торс безопасника. Кротов отвечает зеркально. Заплаканное и побледневшее лицо Кирин, тут же заливает яркий румянец. Слезные всхлипывания прекращаются, уступая место томному, возбужденному дыханию.

— Мрази. — фыркаю я, закрывая глаза, дабы в очередной раз не видеть их дальнейшего соития. — Вот и доверяй после этого женщинам, рано или поздно один хрен предадут или обманут. И Кирин еще одно тому доказательство. Не зря я всегда сторонился серьезных отношений, ой не зря. Будто чувствовал, что любовь лишь красивая выдумка, для слюнявых глупцов, напяливших на глаза розовые очки.

Слова в пустоту, словно лекарство для самоутешения. А чего я собственно на них злюсь? Сам же слышал, что меня не было почти три недели. И даже несмотря на это, они не переставали меня ждать. Изо дня в день возвращаясь на площадь и разводя костер. Мда уж, везет мне, больше нечего сказать.

— И долго ты будешь строить из себя безмозглого зомби? — раздается в моей голове подозрительно знакомый голос.

— Кто ты? — мысленно спрашиваю я. — Почему я слышу тебя в своей голове?

— Открой глаза и сам увидишь. Достаточно тебе прятаться в закоулках своего сознания. В этом мире еще остались люди, ради которых тебе стоит жить.

Внимательно прислушиваюсь к своим ощущениям. Концентрируюсь на голосе чужака, хочу медленно открыть глаза, но тут же понимаю, что они и без того открыты. Как следует промаргиваюсь, пока картинка не обретает четкие контуры.

Я лежу в мягкой кровати, а меня окружается смутно знакомый интерьер. Огромное количество старых книг на стеллажах вдоль стен, дорогая люстра под потолком, напротив кровати портрет какого-то мальчишки и огромный, пышущий жаром и потрескивающий дровами камин. Тут же краем глаза замечаю, сидящего в кресле слева Князя Артемова. Он улавливает мой озадаченный взгляд и одариваем меня вежливой, вполне естественной улыбкой.

— С возвращением в реальность. — довольно и без издевки произносит Князь. — Вы бы знали, насколько сильно заставили нас понервничать. Некоторые уже даже смирились с тем, что остаток своей жизни вы проведете, молча смотря в одну точку.

— Воды… — хриплю я пересохшими губами.

Князь Артемов будто предвидел мою просьбу и тут же протянул мне стакан с прохладной, кристально чистой водой. Приняв стакан из его рук, я с наслаждением сделал несколько больших глотков, буквально за доли секунды опустошая граненый сосуд. Живительная влага подействовала моментально, прогоняя жажду и наполняя собой каждую клетку моего тела. Прислушавшись к своим ощущениям, я с удивлением подметил, что мой организм, как никогда раньше полон сил, а бурлящая в энергетическом сосуде энергия, хлещет через край.

— Ну, как себя чувствуете? — спросил Артемов, наполняя водой очередной стакан.

— Почему все так ужасно чешется? — ощущая невыносимый зуд по всему телу, спрашиваю я.

— Молекулы крови, они закупорили поры в вашей коже, провоцируя тем самым обильное раздражение. Не стоит беспокоиться, всего каких-то пару дней и вся эта гадость начнет обильно выходить вместе с потом. Хотя на вашем месте, я бы не стал этого ждать и как следует попарился бы в баньке. Это самый действенный из известных мне методов.

— Почему вы здесь? И где в таком случае мои братья?

— Ваши братья немного заняты. — протягивая мне очередной стакан с водой, ответил Князь. — Они просили не вводить вас в курс дела, до тех пор, пока не вернутся и не расскажут вам все лично.

Князь Артемов подошел к камину и забросил в него несколько сухих поленьев. Огонь приятно затрещал, испуская из горящей древесины приятный аромат лесной хвои.

— Это комната. Она мне знакома, но в ней словно что-то изменилось. — вглядываясь в незнакомые детали, спрашиваю я.

— За время вашего отсутствия произошло многое. К несчастью, старое поместье сильно пострадало и практически не подлежит восстановлению в прежнем виде.

— Э-э-м-м-м. — в моей голове происходит короткое замыкание.

— Это поместье тоже принадлежит роду Ахтямовых. Точнее, оно принадлежит Егору Игоревичу, но в связи с недавними событиями, молодой Ахтямов был вынужден потесниться. Сразу отвечу на неминуемый вопрос. Да, это поместье точная копия основных родовых владений рода Ахтямовых. Весь проект, исключая не особо важные, мелкие детали, был полностью воссоздан в масштабе один к одному. Разве что материалы немного отличаются. Думаю, вы и сами со временем заметите незначительные различия.

— Что случилось со старым поместьем? Львов решил особо с нами не церемониться?

— Нет. — отрицательно помотал головой Артемов. — Император здесь не причем. Скажу честно, мы до конца сами не разобрались в том, что или кто уничтожил поместье Ахтямовых, а потом попытался повторить это, но уже с родовой усадьбой рода Лихачевых.

— Лихачевы, Лихачевы, что-то знакомое. — произнес я мысли вслух.

— Ну как же, Граф Юрий Михайлович Лихачев. Разве не помните такого?

— Теперь вспомнил. Он меня еще из плена спасал, а потом завез к этим маньякам… Как их там?

— К братьям Лосевым.

— Ага, точно к ним. — киваю я. — Погодите-ка, у него ведь оставались еще две сестры. Ксения и Ярослава, если меня память не подводит. Что с ними? Они живы?

— С девочками все в полном порядке. Ваши братья рискуя своими жизнями, пробрались внутрь усадьбы и увели графинь в глубокое подвальное помещение, тем самым спасая их от верной смерти.

— Мда уж. Без поллитра тут не разберешься. — озвучил я свои мысли, наигранно тяжело пытаясь встать с кровати.

— Позвольте, я вам помогу. — приблизился Артемов и желая помочь, протянул ко мне руки.

Быстро хватаю Князя за запястье и резко дергаю его к себе, направляя материализовавшийся в руке родовой клинок, четко в подбородок. Хрясь! Клинок, со скрежетом останавливается в нескольких миллиметрах от цели, блокированный стальной хваткой Князя. Ошарашено замераю, не понимая, что делать дальше. Ранее со мной не случалось подобных казусов. Ибо этот мой излюбленный финт, всегда заканчивался хрипами, кровавыми бульканьями и как итог, неминуемой смертью оппонента.

Князь медленно отпускает клинок, делает два шага назад и усаживается обратно в кресло, демонстрируя мне полное отсутствие какой-либо агрессии в ответ на мои действия.

— Признаюсь, не думал, что вы так скоро сумеете разглядеть мою истинную сущность. — ухмыляется Князь, извлекая из кармана серебряный портсигар. — Закурим?

— Не откажусь. — киваю я, настороженно принимая сигарету из его рук. — Кажется, у нас есть о чем поговорить.

— Нет, Ярослав Петрович, вам не кажется. — протягивает он мне зажженную зажигалку. — У нас определенно есть о чем поговорить.

Видя мое недоверие, Князь закатывает глаза, прикуривает сигарету, тушит зажигалку и передает ее мне, чтобы я прикурил самостоятельно. Такая выходка с моей стороны, в аристократическом обществе могла бы расцениваться, как серьезное оскорбление. Но судя по всему, сущность поселившаяся в теле Артемова, всячески старается избежать сценария, где между нами возникает кровопролитный конфликт.

— Смею предположить, что свое тело Князь Артемов отдал не по собственной воле. — говорю я, прикуривая сигарету.

— Вы правы, не по собственной. — ухмыляется собеседник.

— И кто же ты на самом деле? Фантом, демон, наемный убийца, менталист самоучка пожелавший сладкой аристократической жизни?

— Ни то, ни другое, ни третье. — он делает глубокую затяжку. — Хотел бы я ответить вам простыми словами, но боюсь, что простых слов здесь будет недостаточно. Как минимум, для осознания моей сути, вам потребуется какое-то время.

— А я разве сказал, что мне требуется осознание твоей сути? — глубоко затягиваюсь и демонстративно выпуская струю дыма в его сторону.

— Ах, ну да. Вас же волнует совсем другой вопрос. Друг я вам или враг?

— Зришь в корень. — подмечаю я. — Правда, в друзьях я особо не нуждаюсь, а врагов у меня и без тебя хватает.

— Не беспокойтесь, я здесь не для того, чтобы вам навредить. Как раз таки наоборот. Я здесь, чтобы помочь вам.

— Помочь? С чего это вдруг?

— Поверьте, на то есть свои причины.

Я оценивающе смотрю в глаза Лже Князя. Взгляд холодный и уверенный. На лице читается абсолютное спокойствие. Правая рука вальяжно стряхивает пепел с сигареты и зависает на месте, упираясь локтем в подлокотник кресла, демонстрируя полное отсутствие какой-либо нервной трясучки на пальцах. Внутренний голос подсказывает мне, что его словам можно верить. Как минимум, если бы он хотел меня убить, то сделал бы это, пока я лежал в отключке. Да и если хорошо подумать, ничего не мешает ему, сделать это прямо сейчас. Судя по тому, с какой легкостью он перехватил мой клинок, силы ему не занимать. А с учетом того, что он способен вселяться в чужие тела, то есть вероятность, что он гораздо сильнее, чем кажется.

— Допустим, что я тебе верю. — туша сигарету на ладони, говорю я, внимательно выискивая изменения в его мимике. — Что дальше?

— Для начала, я постараюсь выиграть для вас время. — уверенно отвечает он.

— Время для чего?

— Ярослав Петрович. — тяжело вздыхает Лже Князь. — Не стройте из себя глупца. Вы ведь прекрасно понимаете, каковы будут действия Императора, когда он узнает о вашем чудесном возвращении.

— Честно говоря, я не очень силен во всех этих аристократических интрижках. — встаю я с кровати и подхожу к журнальному столику, на котором лежит серебряный портсигар. — Я закурю?

— Да, конечно. — кивает собеседник.

— Так вот. — продолжаю, прикуривая извлеченную из портсигара сигарету. — Само собой, я понимаю, что Львов не оставит меня в покое также, как и не оставит тех, кто присягнул мне на верность. Но в то же время осознаю, что открытая война с наследным княжеским родом принесет Императору существенные репутационные потери.

— Стойте, стойте. — с усмешкой перебивает меня Лже Князь. — Вы действительно полагаете, что Императора заботит его репутация? Не смешите меня. Львов, бессердечный ублюдок окруживший себя самыми подлыми и бесчестными выродками со всей Империи. Если они решат, что ради сохранения своей власти, им потребуется развязать гражданскую войну, то поверьте, они развяжут ее в тот же день. Не оглядываясь на репутационные потери или несогласие горстки столичных домов. В данный момент, в их руках сконцентрирована такая власть, которая многим правителям мира может сниться только в ночных грезах.

— Хочешь сказать, что нам пора готовиться к полномасштабной войне?

— Это будет, несомненно не лишним. Все же, вы теперь глава наследного княжеского рода. А это, как вы понимаете, возлагает на вас определенные обязанности. Думаю, собрать хорошо обученную армию, будет не так уж и сложно. Многие из присягнувших вам дворян, имеют в своем распоряжении личных гвардейцев. Большинство из которых обладают весьма богатым военным опытом.

— Собрать армию из солдат, что когда-то воевали под знаменем Императора? Серьезно? Не кажется ли тебе, что это не самая лучшая идея? — говорю я, подходя к окну и с удивлением отмечаю, что лежавший на земле снег, давно растаял, уступая место, пробивающимся из под земли зеленым росткам травы.

А еще я увидел ее. Девушку, одиноко сидящую на резной скамье, напротив одного из родовых монументов. Вроде бы ничего необычного, но даже находясь на таком отдалении от нее, я ощущал сильную, практически нестерпимую боль утраты. Которая исходила сотнями ментальных волн от скорбящей в одиночестве девушки.

— Вы немного не понимает, как работает воинская верность. — раздался из-за спины голос Лже Князя. — Все эти бывшие солдаты, были использованы Империей в своих целях, а затем выброшены на свалку, словно списанные, непригодные для дальнейшего применения расходники. Если бы не благородные дома, набирающие таких солдат в свои гвардии, то страшно даже представить, какова была бы их дальнейшая участь.

— А ты не представляй. Просто заедь в трущобы и посмотри, как существуют по настоящему списанные солдаты. Поверь, они очень отличаются от ваших тыловых крыс. Узнать их будет несложно. Как правило, у них нет ноги или руки, а иногда и половины тела.

— Это лишь еще одно доказательство того, что нынешнюю правящую верхушку пора менять. А вместе с ней и античеловеческие порядки, установленные Львовым и его прихлебателями.

— Ну допустим… — я прикурил очередную сигарету. — Ты сказал, что попытаешься выиграть нам время. И сказал это так уверенно, будто твой план не имеет и шанса на провал. Нет, я конечно поддерживаю подобные благородные инициативы. Но что если твой гениальный план, сработает нам во вред.

— Не попробуем, не узнаем. — довольно оскалился он.

Твою мать! И в какой же момент своей жизни я повернул не туда? Нет, ну серьезно! Я возвращаюсь из параллельного мира, где теряю преданного соратника и…. Что уж тут греха таить. Любимую женщину. Даже не смотря на то, что она предала меня. А предала ли? Можно ли вообще такое считать предательством? А вдруг, я бы и вправду не вернулся? И что тогда? Ходить ей в одиночках до самой смерти? Ну бред же. Ох мать…. Теперь еще и тип этот. Вселился в тело Князя Артемова и утверждает, что желает помочь. Причем делает это сука предельно убедительно…

— Ярослав Петрович! Ярослав Петрович. — вырывает меня из размышлений Лже Князь.

— Да, извини, задумался. — говорю я, а взгляд сам направляется в окно и останавливается на девушке.

— Это Ярослава Михайловна Лихачёва. — заметив мой интерес, поясняет Артемов. — Девушка потеряла старшего брата, а спустя несколько дней, погиб и Граф Гугунава, долгое время ухаживающий за ней и планировавший, взять ее в жены.

— Юрий говорил, что его сестры обещаны мне чуть ли не с самого моего рождения. Дикость какая….

— К сожалению, Ярослава Михайловна не сдержала обещание, данное их отцом вашему роду. Собственно, как и ее сестра Ксения. В ваше отсутствие Игорь Франкович не стал предпринимать каких-либо правовых действий, так как требовать виру за подобный проступок, имеет право только глава обманутого рода.

— Правовых действий? Виру? Обманутый род? — косо посмотрел я на Лже Князя. — Вы дворяне, вообще охерели что ли? Девчонки виновны в том, что их папаша хотел выслужиться перед моим и подарил ему своих дочерей, словно каких-то кукол? И теперь, после того как они пережили смерть родителей и гибель единственного брата, я должен предъявить им правовые претензии? А хер на рыло вы не хотите?!

— Ярослав Петрович, прошу вас, держите себя в руках. Вы сейчас ведете себя, как несдержанный и невоспитанный, уличный мальчишка.

— Я и есть несдержанный и невоспитанный, уличный мальчишка. — с голосом наполненным металла, произнес я.

Из коридора донеслись частые, шаркающие шаги, а вслед за ними раздались и знакомые причитания:

— Ярослав Петрович, миленький! — влетев в распахнувшиеся двери комнаты, взревел Игорь Франкович. — Родненький вы наш! Очнулся! Очнулся наконец! Артем Артемович, что же вы сразу меня не позвали?! Ярослав Петрович, голубчик, я так за вас переживал!

Бросившись ко мне, Игорь Франкович вцепился в меня такими стальными объятиями, что казалось, нажми он еще немного и мои позвонки хрустнут, а я переломлюсь пополам.

Следом за ним, с лицом выражающим всеобщее безразличие, вошел Граф Архипов. Он коротко кивнул мне в знак приветствия и перевел вопросительный взгляд на Артемова, который в свою очередь лишь пожал плечами.

— Ярослав Петрович, родненький! — продолжал свою оперу Игорь Франкович. — Да как же это так? Как же вы нас всех перепугали!

— Ну все, Игорь Франкович, успокойтесь. У вас ведь давление. — принялся успокаивать его Артемов, пытаясь разомкнуть стальной захват.

Но старик был непреклонен. Почувствовав, что нас хотят разнять, он сжал меня еще крепче, вследствии чего мне стало тяжело дышать. А спустя несколько секунд в моих глазах игриво забегали разноцветные огоньки.

— Игорь Франкович… — прохрипел я, пытаясь отстранить от себя старика. — Вы меня задушите…

— Игорь Франкович, ну будет вам! Парень и вправду весь посинел. Прекратите, вы же ему сейчас все ребра переломаете. — пришел на выручку Граф Архипов.

Осознав, что крепкий не по годам старик так просто не сдастся, я был вынужден прибегнуть к категорически крайним мерам. Призвав в ладонь ледяной шар, ловко сунул его за шиворот Игорю Франковичу. Старик поначалу ничего не почувствовал, а затем резко отпрыгнул в сторону и с диким воплем начал пританцовывать, размахивая руками на манер первобытных африканских племен.

Немногим ранее. Кабак “Промеж телятины”

— Парни, вам не кажется, что Стас никогда не пропадал так надолго? — нервно постукивая ноготками по пустой бутылке из под лимонада, заявила Катрин. — Быть может, пора бить тревогу?

— Ты же сама сказала, а Денис подтвердил. Мол типо Стас и Лоукик обо все договорились, по мирному пожали руки и чуть ли не целуясь, распрощались. Или я что-то упустил? — пробормотал Док, разглядывая матерные надписи на деревянном столе, оставленные явно кем-то из залетных.

— А почему тогда манофон недоступен? — перекатывая по столу патрон от пистолета, заговорил скучающий Кирилл. — Я вот не припомню случая, чтобы Стас когда-либо забывал его зарядить.

— Бинго! — радостно воскликнул Патч. — Мне удалось засечь последнее местоположение его манофона.

— Ну и где он? — рыкнул Павел.

— Поправочка! Не где он, а где был он на момент, когда его телефон потерял сигнал с вышкой.

— Твою мать, Патч! Ты же прекрасно понял, о чем я спросил!

— Ладно, ладно! Не надо так агрессировать, сейчас скину координаты на твой девайс.

Секунда, и в кармане Павла звонко брякнуло, сигнализируя о входящем сообщении.

— Точка по центру экрана, это метка его манофона? — меняясь в лице, уточнил Док.

— Ага. — настороженно кивает Патч. — А что? Разве что-то не так?

— Если я не ошибаюсь, здесь находится лавка Борова. — вглядываясь в карту сообщает Мажор. — Можем съездить и проверить. Тут ехать-то минут пятнадцать.

— Так и поступим. — кивает Док.

Кирилл лениво достал из-за пояса пистолет, отвел затвор, закинул в него патрон и направился к выходу. Павел же наоборот, оставил свой пистолет Патчу, мотивируя это тем, что в трущобах сейчас царит полный хаос.

— Мальчики, так в чем собственно дело? Для чего вам так срочно понадобился Стас? — глядя на парней у двери, спрашивает Катрин.

Они синхронно останавливаются, смотрят на девушку, затем переглядываются. Док кивает Мажору в сторону машины и тот молча направляется к ней, занимая водительское место. Павел же, достает из кармана сигарету, прикуривает ее, делает глубокую затяжку и задержав дым в легких на несколько секунд, гулко выдыхает:

— Батя вернулся….

Глава 18

Поместье Ахтямовых.

Прислушавшись к совету Лже Артемова, я как следует пропарился в баньке, окунулся в прохладный бассейн, опрокинул в себя пару рюмок травяного ликера. Жить, сразу стало гораздо легче. Немного приглушилась душевная боль, заметно улучшилось настроение, а бесячий и непрекращающийся зуд по всему телу, словно рукой сняло.

Вернувшись в комнату, я обнаружил на своей кровати, аккуратно сложенный комплект чистых вещей. Да уж, к такому стилю одежды мне еще долго предстоит привыкать. Классический костюм тройка, белоснежная рубашка с запонками, начищенные до блеска черные туфли и бережно сложенный конвертом платок. Вещи явно изготовлены на заказ и судя по всему, точно по моим меркам. Стоп. Они что? Снимали с меня мерки, пока я был в отключке? Или сохранили те, которые использовал портной Ахтямова перед инициацией? Ладно, это не так уж и важно. Нужно бы попросить Ахтямова, чтобы тот связался с парнями и сообщил им о моей так сказать пробуждении. Мда уж, а манофон мой все таки жалко, даже и не помню, когда его видел в последний раз.

Одевшись по дворянски, я спустился в главный зал, но не обнаружил никого кроме прислуги. Симпатичная девчушка с пухлыми щечками и не менее пышным телом, ползала на четвереньках, протирая полы. При этом, ее внушительных размеров грудь, без стыда колыхалась в просторной, украшенной узорами, тонкой блузке.

— Кхм-кхм. — привлек я ее внимание, отчего пышечка чуть не опрокинула ведро с водой. — Я прошу прощения, вы не подскажете, где я могу отыскать Игоря Франковича.

— Ой, это вы меня простите, Ваше Благородие. Не услышала, как вы спустились. — покраснев, принялась тараторить девушка. — Игорь Франкович отъехал ненадолго по каким-то важным делам, вместе с Егором Игоревичем и Графом Архиповым.

— А Князь Артемов? Он тоже уехал?

— Ага, именно так.

Хм, странно. Чего это они все дружно сорвались, оставив меня одного без связи и курева.

— Милочка, а вы случаем не знаете, где Игорь Франкович хранит свои сигареты? Уж больно курить охота, а своих у меня с собой нет. — как можно мягче интересуюсь я, у залившейся краской девушки.

— Так это… — заминается она. — Игорь Франкович не одобрит, если я буду рыться в его кабинете.

— Не беспокойтесь. Вам этого делать и не придется. Просто скажите мне, в каком месте они там лежат, а дальше я найду их самостоятельно.

— Ваше Благородие, боюсь, у вас ничего не выйдет. Кабинет Игоря Франковича заперт на ключ. А ключ этот у него и он только один.

Да что ж за блядство то такое?! Ну вот, что за люди эти дворяне ей Богу? В собственном доме, закрывать на ключ дверь от кабинета! Это ж насколько надо не доверять своей прислуге, чтобы такое делать? Так! Отставить истерику, все еще можно исправить. Вновь смотрю на пухлую поломойщицу. В глазах девушки читается нескрываемый испуг. Ну вот те на! Еще и девчонку напугал, придурок.

— Ладно, давайте попробуем по другому. — максимально дружелюбно говорю я. — Быть может кто из прислуги не брезгует подымить табачком?

— Ну-у-у, как вам сказать, Ваше благородие. — мнется на месте девушка. — Ну, я покуриваю иногда. Правда боюсь, вам мои сигареты не понравятся. Они дешевые и не такие ароматные, как те, которые курят благородные господа.

— Надеюсь, вы мне не откажете и угостите одной сигареткой? А то я до приезда Игоря Франковича, точно опухну без курева.

Девушка удивленно смотрит на меня, коротко кивает, сует руку промеж пышных грудей и вытаскивает оттуда смятую пачку сигарет.

— Вот, Ваше Благородие. — протягивает она мне всю пачку. — Можете взять всю. Мне на сегодня хватит, я уже давно собираюсь бросить. А вам, лишним не будет. Кто знает, когда Игорь Франкович из города вернется.

— Спасибо. — киваю я. — Могу я поинтересоваться у вас, о вашем имени?

Глаза девушки округляются и она вновь заливается краской. Ее губы нервно подрагивают, а из уст доносится тихое:

— Фёкла я, Ваше Благородие.

— Спасибо, Фёкла. — подмигиваю ей, прикуривая. — Теперь, у вас есть благородный должник. Подумайте как следует над тем, чего вам хочется больше всего. А как определитесь, найдите меня и мы вместе попробуем что-нибудь сообразить.

Резиденция Императора Российской Империи.

Дверь, ведущая в рабочий кабинет Императора оказалась закрыта на ключ. Неудивительно, ведь сексопильная блондика секретарь встретившая Князя Артемова на первом этаже резиденции, сообщила о том, что у Руслана Всеволодовича в данный момент идут очень важные государственные переговоры. И продлятся они довольно долго. Именно поэтому, длинноногая чертовка решила, прогуляться на свежем воздухе, пригласив Артема Артемовича, составить ей компанию. Вот только планам коварной красотки было не суждено сбыться. Окинув ее брезгливым взглядом, высокий, богатый и красивый Князь отказался, сообщив, что будет ожидать Императора у его двери столько, сколько потребуется.

Важные государственные переговоры проходящие в кабинете, сопровождались громкими стонами, звонкими шлепками, игривыми взвизгиваниями и частым гортанным клокотанием.

Спустя около полутора часов, дверь кабинета наконец-таки отворилась и из нее вышла сильно растрепанная, симпатичная женщина лет пятидесяти на вид. Тушь на ее лице растеклась темными разводами, а на дорогой белоснежной блузке поселилось огромное бесцветное пятно, наспех размазанное по нежной, бархатистой ткани.

— Артем Артемович, дорогой! Сколько лет, сколько зим?! — театрально воскликнул Император.

— Доброго дня, Мой Государь. — резко изменился в лице Князь и вошел в кабинет.

— Ох уж эти государственные дела. Ничего без меня решить не могут. — Император похотливым взглядом проводил свою посетительницу и закрыл дверь кабинета на ключ. — Представляешь? На косметологическую фабрику Графини Евстигнеевой заявилась проверка. Понапридумывали кучу нарушений. Несоблюдение трудового кодекса, неисполнение государственных контрактов, отсутствие необходимых для работников условий, с выплатами тоже там какая-то беда.

— Как я понимаю, вам с Графиней все же удалось решить этот вопрос?

— А чего там решать? Вые…. Кхм, кхм, выслушал Графиню, как следует. Пригрозил дальнейшими санкциями, если не исправит ситуацию в ближайшее время. Ну и отпустил.

— Очень милосердно с вашей стороны.

— К черту милосердие! Давай лучше о делах. — застегивая ширинку и поправляя бумаги на своем столе, заявил Руслан Всеволодович. — Я слышал, что выродок Бессонова все же нашелся живым и здоровым. Почему ты его сразу не прикончил? У тебя же были для это все шансы.

— Мой Государь. — начал Артемов, присаживаясь в кресло. — Я считаю, что в данный момент мы не должны предпринимать каких-либо радикальных действий. Князь Бессонов заявил о себе на всю Империю. Обозначил себя чуть ли не мессией, желающим избавить простой народ от гнета аристократии. Если мы убьем его сейчас, то создадим народного мученика. Что в свою очередь, вызовет весьма опасную и труднопрогнозируемую ситуацию. Не лучше ли нам, дать ему немного времени? Чтобы он успел как следует замараться перед теми, кто возлагает на него большие надежды. Пусть люди увидят, что его слова не более, чем красивая ложь. Пусть увидят, как их благородный, выросший среди простолюдинов освободитель, забывает о них, обрастая аристократическим жирком.

— Что за бред ты несешь, Воробьев? Быть может, черепная коробка Артемова настолько передавила тебе мозг, что ты возомнил себя прекрасным стратегом, способным решать вопросы Империи?

— Мой Государь, я не… — хотел было возразил Лже Артемов, но его осек Император, взревев, словно дикий зверь охваченный яростью.

— Вот именно! Я твой Государь! Я! И никто больше! Ты будешь делать то, что я тебе говорю! Или отправишься вслед за Мороком! Тебе все ясно?!

— Ясно, Мой Государь!

— Что тебе ясно?! Что ясно, прыщ ты безродный?! — подлетел к Князю Император, хватая его за грудки. — Ты никто без меня! Никто! Понял?! Мне ничего не стоит, раздавить тебя и всех тех, кто тебе дорог. Ты меня слышишь?

— Слышу, Мой Государь. — закивал Лже Артемов.

— Вот и слушай! Ты сейчас же вернешься в поместье Ахтямова и вместе со своими головорезами убьешь всех, кто посмел дать присягу этому блядскому недокнязю. А затем принесешь мне и его голову. Понятно?!

— Да, Мой Государь.

— А теперь проваливай!

С невероятной силой Император отшвырнул Лже Князя к двери и бросив в его сторону презрительный взгляд, смачно плюнул себе под ноги.

— А теперь ты послушай меня. — неожиданно металлическим голосом заговорил Артемов.

— Слушать тебя? — опешил от такой выходки Император и с силой выбросил ногу, метя попасть точно в печень, поднимающемуся на ноги Князю.

Но все произошло не так, как на то рассчитывал Руслан Всеволодович. Его нога не достигнув своей цели, резко зависла на одном месте, ступня хрустнула, с дикой болью вывернулась из сустава и повисла, словно в ней от рождения абсолютно отсутствовали кости. Истошно заорав, Император рухнул на пол, сотрясаясь в охвативших его болевых судорогах.

— Как жаль, что я не могу прикончить тебя прямо здесь. — прошипел ему на ухо Лже Артемов. — Сам видишь, я до последнего надеялся, что в твоей пропитанной наркотиками голове, осталась хотя бы капля человечности и благоразумия. Неужели эта власть стоила того, чтобы лишать жизни своего единственного сына? Неужели она стоит того, чтобы терроризировать и угнетать свой народ? Пойми, Руслан, жизнь твоя не вечна. Видишь, как получается? Я достал тебя в собственной резиденции, в твоем кабинете, прямо у тебя дома.

— Ублюдок! Будь мужчиной и назови свое имя. — кривясь от боли и брызжа слюной, сквозь зубы процедил Император.

Лже Князь ухмыльнулся, наклонился к его уху и тихо, едва слышно, что-то прошептал. От услышанного, глаза Императора полезли на лоб. На его лице поселилась гримаса всепоглощающего ужаса, а трясущиеся от боли и страха губы, почти беззвучно залепетали:

— Этого не может быть…. Не может быть….

— Может, Мой Государь. Еще как может. — хищно оскалился Артемов.

— Убей меня… Убей меня… Молю… Убей….

— Прости, Руслан Всеволодович, но при всем желании я не могу этого сделать. Такова наша клятва. Помнишь?

— Такова клятва…. Такова клятва… Такова клятва… — словно обезумев, залепетал Император.

С коридора донеслись множественные крики, спешащих на помощь гвардейцев. Буквально несколько секунд, и они ворвутся в кабинет, открывая огонь по всем, кроме Императора. Именно так прописано в методичке, предписывающей действия Имперской гвардии в подобных случаях, когда в резиденции объявлен красный уровень угрозы. Всеобщая и полномасштабная зачистка, невзирая на статус, пол и возраст потенциальной угрозы.

— Не смей больше лезть к Ярославу. — держа за волосы и ударяя Императора головой об пол, прошипел Лже Князь. — Досиживай свои жалкие дни на холодном, костяном троне. Хочешь ты того или нет. Но эта Империя по праву принадлежит роду Бессоновых. И как только твое черное сердце совершит последний свой удар, костяной трон перейдет к истинному, законному наследнику престола.

Дверь кабинета с грохотом распахнулась. Десяток ярких лучей маголитовых фонарей уставились точно в грудь, выпрямившемуся в полный рост Князю Артемову. Молодые гвардейцы, совсем еще зеленые пацаны, растерянно замерли на месте, ища в себе смелость, спустить курок и выстрелить в высокородного Князя.

— Ну что вы стоите, выблядки?! Стреляйте в него! — внезапно прорезался голос Императора.

— Стреляйте, мальчики. — кивнул Князь. — Не убьете меня, он убьет ваши семьи. Не стоит рисковать своими близкими, ради какого-то самовлюбленного князя.

Гвардейцы одновременно побледнели. Единственный из них, который судя по всему был старше всех остальных, щелкнул переключателем режима стрельбы и выпустил длинную очередь в сторону улыбающегося Князя. Канонаду выстрелов поддержали остальные стволы. Изрешеченный, словно отбивная, Князь Артемов заваливается на пол, шипя напоследок слова, которые в скором времени, станут настоящим, непрекращающимся кошмаром для великого и всемогущего Императора Российской Империи:

— Такова наша клятва….

Поместье Ахтямовых.

Устав от бесконечных портретов, коими были увешаны без исключения все стены усадьбы, я решил выйти на улицу, дабы насладится весенним пением птиц и подышать свежим воздухом. Ну, как подышать? Докурить оставшиеся, вполне сносные, дешевые сигареты.

Побродив немного вокруг усадьбы, я в конце концов, отыскал ту самую лавочку. На которой, не отводя глаз от монумента с надписью “Графский дом Гугунава”, сидела Ярослава Лихачева. Девушка, чье лицо по женски молодо и прекрасно, смотрела в одну точку, абсолютно игнорируя происходящее вокруг.

— Доброго дня вам, сударыня. — поздоровался я, усаживаясь на лавку рядом с ней.

В ответ абсолютная тишина.

— Я смотрю, вы сегодня не сильно разговорчивы? Ха, забавно. Я часто слышу то же самое от своих братьев, а теперь, словно повторяю их слова.

Ноль реакции. Девушка будто меня не слышит.

— Послушайте, Ярослава Михайловна. Поверьте, я прекрасно понимаю ту боль, которая терзает вас в связи с утратой дорогого вам человека. И также прекрасно понимаю вашу сестру, которая уже несколько часов не отводит от вас пристального взгляда, стоя у окна гостевой спальни. — я улыбчиво помахал рукой, девушке у окна.

Заметив, что мой жест адресован именно ей, Ксения Лихачева тут же залилась краской, прикрывая лицо узорчатой занавеской, которую она все это время нервно теребила в руках.

— Признаюсь честно. Мне порой и самому хочется выть диким зверем, когда я вспоминаю улыбки и лица тех людей, которые мне были дороже собственной жизни. Но потом, что-то внутри щелкает. Словно автоматический рубильник, спасающий нервную систему от выгорания. И тогда… Тогда мне становится чуточку легче. — я тяжело вздыхаю. — Ненадолго конечно. Но все же, это лучше, чем терзать себя круглыми сутками.

Замечаю, как взгляд девушки на секунду перепрыгивает на меня, а затем возвращается в исходную точку. Ага, значит все таки у нее не психоз, а это уже хорошо. Значит со времен, девушка придет в норму. Конечно, если не сломает сама себе голову бесконечными терзаниями и всепоглощающим чувством вины.

Эх, а ведь она и вправду очень красива. Нежная кожа, чистые голубые глаза, слегка пухлые, посиневшие от весенней прохлады губки и аккуратный аристократический носик. Да уж, в этой девушке все таки прямо кричит о ее благородном происхождении. Хотя, есть один момент, который никак не сочетается с остальной внешностью. Ее руки. Да, да именно руки.

Помимо того, что на кончиках ее длинных пальцев нет ни малейшего намека на хоть какой-то маникюр. Костяшки благородных кулачков сбиты и имеют весьма внушительные мозоли. Она что, практикует единоборства? Или у дворян есть еще какая-нибудь особенность, о которой мне не доводилось слышать ранее. Мда уж, надо бы узнать у Ахтямова о ней поподробнее. Так или иначе, я пообещал их покойному брату, что позабочусь о девушках и возьму их под свое полное попечительство. А данное ему слово я намерен сдержать. Именно поэтому, сижу сейчас здесь и пытаюсь вывести Ярославу из ступора.

— Не знаю, довелось ли вам встречаться с моими братьями. — продолжаю я, наседать на нее своими монологами. — Ах, да. Конечно же довелось. Игорь Франкович рассказал мне, как они провели целую спецоперацию, чтобы спрятать вас от настигающего нечто. Так вот. Вам они могли показаться немного придурковатыми. И быть может, на самом деле такими и являются. Но поверьте, таких как они не сыскать и одного на миллион. Они все моя семья. Даже с учетом того, что в наших жилах течет абсолютно разная кровь. Они те, кто дорог мне и те, ради кого я готов спуститься даже в адское пекло. Точно так же, как и ваша сестра ради вас, готова сутками стоять у окна и молиться о том, чтобы высшие силы помогли вам, пережить эту страшную и невосполнимую утрату.

— В ваших словам много мудрой истины, но еще больше, в них грусти и бесконечной печали. — внезапно раздается из уст девушки. — Я знаю, что моя сестра безмерно дорожит мной. Но как я могу все забыть, когда мой непростительный проступок, принес окружающим меня людям, столько нестерпимой боли и горя?

— Ваш проступок? Это вы про обещание своего отца? — закуривая очередную сигарету, гляжу ей прямо в глаза. — Ваш отец и его клятва не имеют абсолютно никакого отношения к произошедшему. Это всего лишь пустые обещания, данные одним мертвецом, другому.

— Какой же вы дворянин, если так открыто презираете аристократические устои?

— Ну вот таким уродился. — развожу руками. — Честно говоря, мне не очень то и нравится сидеть в этой аристократической шкуре. По мне, так лучше бы я оставался Семеном Батаевым. Бандитом, рэкетиром, жадным до денег ублюдком с улицы. Но никак не благородным Князем, которого выворачивает наизнанку от всего этого высокородного лицемерия и лизоблюдства.

Девушка меняется в лице, ее глаза наполняются влагой, а щеки краснеют, сигнализируя о том, что сейчас мне предстоит лицезреть настоящую, слюнявую и сопливую девичью истерику.

Но нет. Мои ожидания бессовестно разрушены об острые грани, врожденного или искусно привитого, стального характера девушки. Слезы застывшие на ее глазах никуда не делись, но и реветь навзрыд, она явно не собирается. Сильная девочка, ничего не скажешь.

— Так значит, вы и есть Ярослав Бессонов? — спрашивает она, заметно оживившись.

— Собственной персоной. — киваю я, бесцеремонно щелкая окурком в живую изгородь из кустарника.

— Я представляла вас иначе. — ухмыляется девушка, смахивая все таки упавшие на щеки слезы.

— И каким же? Блондинистым принцем на белом коне, с мускулистым торсом и белоснежными зубами?

— Нет. Я представляла вас пухлым кабанчиком, со скверным и избалованным характером, с надменным выражением лица и крайне завышенной самооценкой.

— Же-е-е-е-сть. — протяжно выдаю я, заметив, как по лицу девушки пробегает улыбка. — Неужели я мог быть таким, если бы был воспитан в княжеской семье?

— Кто знает. Возможно, все могло быть гораздо хуже. — издевательски хихикает девушка.

— Да куда ж еще хуже? — вскакиваю с лавки, наигранно возмущаясь. — Что может быть хуже толстожопого, пухлощекого и истеричного княжича-нарцисса?

Психологический барьер девушки разлетается в щепки, обдавая меня звонким и заливистым девичьим смехом. Ее бледные щеки розовеют, синие от холода губы принимают естественный алый цвет, а прекрасные лисьи глазки загораются яркими искорками.

Ну вот и все. Одна цель на сегодня выполнена. На душе сразу становится легче. И девчонке помог и себе немного душу облегчил. Ну красота же. Впервые за долгое время, я чувствую себя вполне живым. Ощущаю всем телом и душой, как внутри загорается то, чего мне так сильно не хватало в последнии дни. Счастье. Странное оно конечно. Вроде и радоваться особо нечему, ну вразумил девчушки и что с того. А вроде бы и великое дело сделал, от этого и самому радостно.

Но вся радость сошла с моего лица, когда я увидел, как из черного феникса, что бесшумно подъехал к усадьбе, выгружают избитого до полусмерти Стаса.

Резиденция Императора Российской Империи.

Руслан Всеволодович сидел на полу своего кабинета, держась за голову двумя руками и покачиваясь из стороны в сторону, словно маятник, неустанно повторял одни и те же слова:

— Такова наша клятва…. Такова наша клятва…. Такова наша клятва…. Такова наша клятва….

Двое, Граф Собакин Николай Николаевич и Граф Набоков Валерий Дмитриевич стояли в стороне и с ужасом лицезрели, как их несменный и некогда отважный господин, постепенно сходит с ума, слезно пуская слюнявые пузыри из влажных от пота и слез, посиневших губ.

— Думается мне, что тут даже самый одаренный лекарь окажется бессилен. — нервно протирая платком, быстро потеющие ладони, заявил Набоков.

— Прикажи своим ищейкам, оставить нас с Императором наедине. — кивнул Собакин, на копошащихся в кабинете оперативников Имперской безопасности.

Голосом матерого полкана, который явно не соответствовал его внешности и типажу, Граф Набоков гаркнул на подопечных. Из-за чего те, словно по волшебству испарились из кабинета, осторожно, почти неслышно закрывая за собой дверь.

Взглядом голодного, хищного до добычи, охотничьего пса, Граф Собакин посмотрел, на продолжающего бредить Императора и обойдя его по кругу, плюхнулся в мягкое кресло Руслана Всеволодовича.

— Николай Николаевич! — испуганно взвыл Граф Набоков.

— Успокойся, Валерий Дмитриевич. — властно осадил его тот. — Заставь своих людей, а также придворного лекаря забыть о том, что они увидели сегодня в этом кабинете. На Императора совершено покушение, исполнитель покушения ликвидирован. Этой информации уже более, чем достаточно, чтобы бессовестные медиа начали мусолить этот сюжет по всем каналам.

— Что вы такое говорите, Николай Николаевич?

— То и говорю. — хлопнул ладонью по столу Собакин. — Знати, также как и простолюдинам не обязательно знать о том, что Император более не способен исполнять свои обязанности. Придумай для них какую-нибудь красивую сказку. Например, что их всемилостивый и мудрейший государь, дал обет молчания сроком на полгода, дабы отблагодарить высшие силы за свое чудесное спасение.

— Вы хотите узурпировать трон? — глаза Набокова полезли на лоб. — Вы хоть понимаете, чем может обернуться столь рисковый и необдуманный шаг?

— А ты предлагаешь, объявить о недееспособности Императора и преподнести трон недавно объявившемуся выродку Бессонова?

— Ну, ну, ну. Я не знаю….

— А я знаю! И говорю тебе с полной уверенностью! Скрыть недуг Императора и тайно взять бразды правления в свои руки, единственный приемлемый вариант для всех нас! Ты только представь, какой щедрый подарок преподнесла нам с тобой судьба. Сколько возможностей и дорог открываются перед нашими домами.

— Но рано или поздно, люди и аристократия могут начать, задавать вопросы.

— Скорее поздно, нежеле рано. — хищно оскалился Собакин. — И уж поверь, к этому времени мы успеем набить родовые хранилища золотом и вывести все эти богатства, в далекую высокоразвитую Европу.

— И все равно, меня терзают смутные сомнения. — глядя на затихшего Императора, почесал затылок Набоков.

— Делай, как я говорю, Валерий Дмитриевич. И тогда, тебе и твоему сынуле будет не нужно пресмыкаться перед очередным высокорожденным ублюдком. А твоей любимой дочурке, не придется вилять своим задом перед князьями, в надежде, что кто-нибудь из них ей присунет и заделает высокородного наследника княжеского рода.

Глава 19

Поместье Ахтямовых.

Сидя в комнате, у кровати избитого до неузнаваемости брата, я сжимал руку Стаса, ощущая, как жизнь постепенно покидает его изувеченное тело. Черт! Куда же ты влез, брат?! Кто сделал с тобой это? Кто допустил, чтобы подобное случилось с одним из вас? Мать твою! Если бы я вернулся чуточку раньше…. Я бы мог остановить тебя… Защитить тебя, как делал это уже сотню раз. Но нет, в этот раз я не успел. Не смог! Не справился! Не предугадал!

— Поговори со мной, брат. — процедил я сквозь зубы, но он мне не ответил.

— Дай нам время и мы найдем ублюдков, что сделали это с нашим братом. — положив руку на мое плечо, озлобленно прорычал Док.

— Патч сейчас проверяет находящиеся поблизости камеры. — стоя у окна, дрогнувшим голосом произнес Мажор. — Но ему нужно время.

— Время… — буркнул я себе под нос. — Времени для мести у нас предостаточно. Но боюсь, что у Стаса его почти не осталось.

Братья коротко переглянулись и лишь виновато опустили головы. Сказать им было больше нечего, да и толку теперь от этих слов. Еще один дорогой мне человек, стремится покинуть меня, поселяясь в голове очередным бестелесным призраком. Став еще одним доказательством безжалостности и непредсказуемости чертовки судьбы.

Дверь комнаты тихонько скрипнула. В нее, с глазами полными печали и неутолимой грусти вошел Валера. Волк коротко кивнул мне, будто приветствуя и запрыгнул на кровать, укладывая мохнатую голову, на едва вздымающуюся грудь Стаса.

— Прошу прощения, Ярослав Петрович. — из двери показалась пухлое личико Фёклы. — Прибыл личный лекарь Игоря Франковича, ожидает в гостиной.

— Покажи ему, где помыть руки и проводи к нам. — кивнул я девушке.

— Хорошо. — кивнула она в ответ и скрылась за дверью.

Поцеловав брата в лоб, я встал со стула, подошел к окну, вынул сигарету из протянутой Мажором пачки, закурил. Никотиновый яд в миг подарил краткосрочное успокоение и потребовал взамен несколько драгоценных минут моей жизни. Пф. Пускай забирает. Никогда не понимал тех, кто настойчиво пытается бросить, глотая сотни всевозможных таблеток и нанося тем самым своему организму далеко не меньший вред.

Деревянная дверь долгожданно скрипнула. В комнату вошел высокий, худощавый мужчина в черном, почти траурном костюме и без лишних разговоров направился к кровати Стаса, абсолютно игнорируя наше присутствие.

— Вы и есть тот самый хваленый лекарь? — пробубнил в его сторону Кирилл.

— Тот самый? Да. Хваленый? Не думаю. — безынтересно и по загробному холодно ответил тот, копошась в своем портфеле

Ох ты ж мать твою! Да это же не просто лекарь, от него прямо таки веет огромной, хлещущей через край, целительной силой. Хм, странно. Я почему-то думал, что могу различать только свои потоки магической энергии. Оказывается, не только свои.

— У вашего брата поразительно развиты энергетические каналы. — заявил лекарь. — Думаю, что недолог час, когда он пробудится в довольно сильного мага.

— Стас в мага? — удивился Кирилл. — Он же не благородных кровей?

— Ошибаетесь, сударь. В нем гораздо больше благородной крови, чем в тех, кого в наше время принято называть аристократами.

— Это сейчас не так важно. — туша сигарету в переполненной пепельнице, сказал я. — Лучше ответьте мне. Каковы шансы на его исцеление?

— В данный момент, этого я вам сказать не могу. — достав из кармана очки и накинув их на переносицу, ответил лекарь.

— Мы можем быть вам чем-то полезны? — закатывая рукава, поинтересовался у него Док. — Быть может принести что?

— Очень любезно с вашей стороны, но в этом нет необходимости. Если уж о том пошла речь, то я бы попросил вас, покинуть комнату и позволить мне сделать свою работу.

Одновременно переглянувшись, мы направились к выходу из комнаты. Валера, недовольно рыкнув спрыгнул с кровати, бесцеремонно обнюхал лекаря, фыркнул и вышел из комнаты.

— Вы останьтесь, Ярослав Петрович. — в последний момент остановил меня лекарь. — Ваш магический дар может в разы облегчить мне работу.

Коротко кивнув парням, я вернулся в комнату, закрыл за собой дверь и подошел к кровати, принимая из рук лекаря длинный резиновый жгут.

— Присядьте пожалуйста и затяните жгут выше локтя, мне потребуется немного вашей крови. — распечатывая свежий шприц, приказал он.

— Крови? Вы хотите влить ему мою кровь? — удивился я, затягивая жгут.

— Не кровь, а только некротику содержащуюся в ней. — нащупывая вену на моей руке, ответил Лекарь.

— Не совсем понимаю, о чем вы. — убираю руку от подведенной к коже иглы.

— Ярослав Петрович, давайте не будем усложнять друг другу жизнь. Неужели вы готовы пожертвовать жизнью брата, ради того, чтобы скрыть от меня дар, который мне удалось рассмотреть невооруженным взглядом? Думается мне, что Михаил Ярославович воспитал вас настоящим, бесстрашным лидером, а не жалким трусом, что опасается каких-то там слухов.

На мой резонный вопрос “Откуда тебе все это известно?”, лекарь лишь многозначительно ухмыльнулся и мастерски ввел иглу прямо в пульсирующую вену.

Набрав необходимое количество крови, лекарь перелил ее в стеклянный пузырек, извлек из своего чемоданчика какой-то странный, пульсирующий неизвестной мне энергией куб и поместил в него наполненную доверху емкость. Несколько минут загадочный артефакт надрывно завывал, а затем внезапно замолк, звонко щелкнув отворившейся крышкой. Далее, лекарь извлек из куба мензурку, кровь внутри которой приобрела светлый, слегка голубоватый цвет и распечатав очередной шприц, наполнил его содержимым сосуда.

— Вот и настал момент истины. — всматриваясь в голубоватую жидкость, произнес он.

— Звучит так, будто вы не уверены в том, что это сработает. — поражаюсь его не меняющейся мимике.

— Сработает. — кивнул мне лекарь и добавил, буркнув себе под нос. — Должно сработать.

Следующие сорок минут обернулись для меня и всех обитателей усадьбы сущим кошмаром. Буквально спустя несколько секунд после инъекции, тело Стаса забилось в ужасных конвульсиях. Мышцы стали каменными, внезапно открывшиеся глаза налились кровью, температура тела подскочила ввысь, изливая обильное количество почти ледяного пота. Я навалился на него всем своим весом, держа туловище и голову. Ноги же усердно старались вырваться из стального захвата лекаря. Стас кричал, исходился кровавыми слезами и пенной слюной изо рта, рвал постельное белье, до которого дотягивались сдерживаемые мной руки и так почти сорок минут. Сорок минут боли, слез, отчаяния и надежды. А потом все затихло.

Несмотря на то, что нужды в сдерживании брата больше не было, я продолжал прижимать его к кровати, боясь открыть зажмуренные от страха перед неизвестностью глаза. Внезапно, в исходящей от Стаса энергии что-то изменилось. Будто внутри него пробудился, спящий до сего момента, матерый и очень опасный дикий зверь.

Я собираюсь с силами и резко, словно рвущегося на свободу льва, отпускаю брата. Лекарь смотрит на меня неизменно холодным взглядом, а я не отвожу глаз от Стаса, будто опасаясь внезапной атаки с его стороны. Но ничего не происходит. Стас тихонько посапывает, внешних изменений никаких. Быть может мне почудилось или на фоне пережитого разыгралась больная фантазия?

— У нас получилось? — заметив, как буквально на глазах затягиваются раны брата, спрашиваю я.

— Получилось. — согласно кивает он.

Впервые я увидел, как на его безэмоциональном лице пробежала едва заметная улыбка. Он отпустил ноги Стаса, которые держал все это время, убрал кубический артефакт в портфель, аккуратно снял очки с глаз и вновь натянув на лицо холодную маску, протянул мне руку.

— Вашему брату вскоре станет лучше. Но для этого, ему необходим качественный и спокойный сон. Попытайтесь не тревожить его в ближайшие сутки. Когда его организм полностью исцелится, он сам вернется в сознание. — произнес он, намереваясь уйти.

— Погодите, останьтесь хотя бы на ужин. — не отпуская его руки, настойчиво попросил я. — Вы только что спасли дорогого мне человека, я не могу отпустить вас просто так.

— Моей заслуги в этом нет, Ярослав Петрович. За меня все сделала ваша кровь. А по поводу ужина, я бы с радостью, но увы. Возможно, получится в другой раз.

Отпустив его руку, я коротко кивнул ему в знак благодарности. Кивнув мне в ответ, лекарь схватил в одну руку свой портфель, а в другую собрал использованные в процессе шприцы.

— Уж убираться за собой, вам точно ни к чему. — ухмыльнулся я, его выходке.

— Таковы правила, Ярослав Петрович. — внезапно улыбнулся он в ответ. — В этих шприцах следы того, к чему этот мир еще явно не готов. Поэтому. — он подошел к камину и бросил шприцы в огонь. — Пусть это остается там, где ему и место.

— Могу я напоследок хотя бы узнать ваше имя?

— Зовите меня Изерекиль, Ваше Высочество.

Коротко кивнув, лекарь скрылся за дверью, оставляя меня наедине с братом. Ну, как наедине? В эту же минуту в комнату ворвалась гомонящая толпа народу. Бледные, словно мел братья сразу накинулись на меня с расспросами. Катрин вместе с Ксенией и Ярославой бросились к окнам, впуская в комнату свежий и по весеннему прохладный воздух. А вот семейство Ахтямовых замерло в дверях, глядя на меня встревоженным и обещающим серьезные проблемы взглядом.

— Ну как он? Что сказал лекарь? — подхватил меня за локоть Док.

— Почему он так кричал? Что вы с ним делали? — подключился к допросу Патч.

— Какие прогнозы? Как скоро он придет в себя? — не остался в стороне Мажор.

— Все будет нормально, парни. — облегченно улыбнулся я, сжимая всех троих в охапку. — Он будет жить! Будет жить! Слышите?!

— Ты с каких пор стал настолько сильным? Отпусти, а то я ощущаю себя тюбиком зубной пасты и мне вот-вот от сдавливания сорвет днище. — прохрипел Кирилл.

Поняв, что Мажор не шутит, а их посиневшие от недостатка кислорода лица, вряд ли являются признаком хорошего самочувствия. Я отпустил братьев из объятий, с удивлением подмечая, какая сила теперь скрывается в моем теле. Мда, надо бы проверить свои новые возможности при удобном случае. Да и при неудобном, это будет тоже не лишним.

— Если ему уже лучше, то почему он не приходит в сознание? — потирая ребра, спросил Патч.

— Процедура оказалась для него весьма болезненной. Поэтому думаю, нам стоит дать ему немного отдохнуть и набраться сил.

— Вы как хотите, а я его одного не оставлю. — буркнул Док, багровея на глазах.

— Я тоже. — кивнул Мажор

— И я. — согласился Патч.

— Тогда сидите здесь тише воды, ниже травы. — указываю им взглядом на диван возле стены. — А я пока пойду, побеседую с Игорем Франковичем. Уж очень не нравится мне то, как он на меня смотрит.

Пятнадцать минут спустя. Рабочий кабинет Игоря Франковича.

Усадив меня на мягкое кресло подле своего рабочего стола, Игорь Франкович принялся суетливо копошится в многочисленных шкафчиках, поочередно доставая оттуда все, чем были богаты стены этого кабинета. На столе тут же оказались два бокала с ароматным коньяком, плитка горького швейцарского шоколада и пачка дорогих армянских сигарет.

Закончив накрывать стол, Игорь Франкович плюхнулся в свое кресло, подхватил бокал коньяка, стукнулся со мной и опрокинул в себя все до единой капли. От подобной выходки даже мне стало не по себе. На щеках пожилого Графа тут же поселился румянец, а его уверенный и весьма сосредоточенный взгляд испарился, будто бы никогда его и не было. Сейчас на меня смотрел обычный, слегка окосевший от внезапного опьянения, добрый по своей натуре дядька.

— Кажется, вы махнули чутка лишнего. — прикуривая душистую сигарету, подмечаю я.

— Это вам только кажется. — откровенно заплетающимся языком, возражает Ахтямов. — Я могу перепить каждого в этой Империи и буду ни в одном глазу. Не верите?

— Верю, верю, Игорь Франкович. А теперь давайте поговорим о том, что вас так сильно тревожит. Судя по тому, что вы не стали говорить об этом в присутствии остальных, проблема и вправду серьезная.

— Проблема, еба-а-а-а…. — хотел выдать он, тяжело вздохнув, но вовремя поправился. — Проблема очень и очень серьезная.

— Настолько, что о ней нельзя было поговорить на трезвую голову? — шуточно язвлю я.

— Ой, ну давай вот не это…. Как его там?

Вижу, как глаза Графа стекленеют, а сам он потихоньку начинает кивать носом в стол. Ну вот те на! Поговорили, называется! Мда уж. И что мне теперь с ним делать? Раз уж дело серьезное, то надо будить.

— Игорь Франкович! — говорю я резко, но не сильно громко, чтобы ненароком не вызвать у старика сердечный приступ.

— А! Чего там? — пробуждается он на мгновение и опять засыпает.

Мда-а-а. Дела однако. И как мне теперь узнать, о чем он хотел со мной поговорить? Может его сын в курсе? Не зря же он стоял в дверях рядом с отцом и с филигранной точностью проецировал на себя его выражение всеобъемлющей отягощенности.

Аккуратно уложив старика поудобнее лицом на стол, я подхватил лежащую на столе пачку сигарет, сделал небольшой глоток коньяка, закинул в рот кусочек шоколада и направился к комнате брата, где и остался стоять молодой Ахтямов.

— Егор Игоревич! — подозвал я его, кивая на выход во двор.

Парень не глупый и сразу понимает, чего я от него хочу. Пока он накидывал на себя пальто, я уже успел покинуть усадьбу, закурить сигарету и в очередной раз для себя отметить: “насколько же отличаются импортные сигареты от нашей не имеющей аналогов гадости”.

— Ну, каковы будут ваши соображения? — едва показавшись на крыльце, спросил меня Ахтямов младший.

— Соображения насчет чего?

— Ну как же, насчет покушения конечно же.

— Покушения? — удивляюсь я искренне. — Ты сейчас по поводу Стаса говоришь? Об этом покушении идет речь?

— Нет, ну как же? Разве батюшка вам ничего об этом не рассказал? — удивляется уже Егор.

— Коньяк свалил вашего батюшку гораздо раньше, чем он успел завести разговор. Поэтому, я и решил найти тебя, чтобы выяснить, с чем связана его озабоченность.

— Мда уж, вполне в его стиле, честно говоря. — парень недовольно хмурится и проваливается в пучину своих мыслей.

— Так что за покушение? — вырываю его из раздумий.

— Ах да, покушение. — трясет головой он, будто отгоняя наваждение. — Сегодня на Его Величество Императора совершено покушение. Говорят, что ему неслабо досталось, но он все же выжил, а еще смог самостоятельно ликвидировать убийцу.

— Та-а-а-к. — протяжно произношу я, пытаясь уловить суть в его словах. — И каким боком это происшествие касается меня? Император то жив остался.

— Император жив, вы правы. Но проблема далеко не в нем.

— А в ком же? В убийце что-ли? Ахтямов, у вас на роду написано что-ли засирать людям голову своими бреднями?

— Убийца никто иной, как Князь Артемов!

Пиздец! Да, да, он самый. И поверьте мне на слово, это самое политкорректное и литературное описание данного происшествия. Уж можете быть уверены, эта новость отразилась в моей голове в многотонном тротиловом эквиваленте, подрывая пердак и разносясь грозовым раскатом по бесконечным закоулкам моего сознания. Нет, ну что за непруха?! Я ведь только обрел силу, благополучно спас от смерти брата, и уже был готов объявить о наборе в личную гвардию, как на тебе! Прилетает подобная новость! Ну не пиздец ли?

— Ярослав Петрович, ало! Ал-о-о-о! — машет перед моими глазами Ахтямов младший.

— Хером по лбу не дало? — фыркаю я, прикуривая очередную сигарету.

— Во первых, вам бы пора завязывать с этой дурной привычкой. — кивает он на сигарету. — Во вторых, приучайте себя не использовать подобных слов. Хотя бы в присутствии аристократов.

— Погоди жужжать. — грубо осекаю его. — Чем нам может грозить, непосредственное участие Артемова в покушении?

— Сложно сказать. Как минимум, ЧВК “Амадей” в данный момент отвечающая за безопасность вашего поместья, практически полностью лишится внешнего финансирования.

— А как максимум?

— Как максимум, Имперская безопасность может начать серьезное расследование и поверьте мне, они не упустят возможность, обвинить нас всех в государственной измене. В таком случае, единственным правильным решением с вашей стороны, будет объявление полноценной войны. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

— А из тебя получится отличный глава рода. — делаю комплимент парню, за его сообразительность.

— Спасибо. — кивает он. — Мне часто это говорят.

— Так, стоп. Ты сказал что Амадей охраняет мое поместье. А там разве есть что охранять? Мне говорили, что от него остались практически одни руины.

— Во первых, не такие уж это и руины. Во вторых, основная усадьба поместья полностью восстановлена усилиями Графа Ковтунова.

Я заметил, как по лицу парня пробежала тень сомнения. Он резко остановился, достал из кармана манофон, быстро застучал пальцами по сенсорному экрану и кивнув самому себе на полученное сообщение, вернул гаджет обратно в карман.

— Уточнил, когда можно будет заселяться в основную усадьбу. — пояснил он, видя мой недоумевающий взгляд.

— И когда же?

— Граф написал, что через пару дней, можно уже смело заселяться. Правда, на постройку гвардейский казарм уйдет еще где-то порядком полутора недель.

— Пару дней. — протяжно повторил я, задумчиво почесывая лоб.

— У вас есть с этим какие-то проблемы?

— Скажи мне, Егор Игоревич, тебе доводилось общаться с бойцами на КПП, что стоит при въезде в ваш крохотный столичный рай?

— Не часто, но бывало такое. А что?

— В то время, когда началась вся эта катавасия с наследством и прочими приколами, мне довелось познакомиться с отрядом некоего Кречета. Слыхал о таком? — щелкая окурком в живую изгородь, смотрю я на парня.

— Вы видимо имеете в виду Алексея Павловича?

— Я же и говорю, имени его не запомнил. Но мы с ним вроде как договорились, о дальнейшем сотрудничестве. Правда потом случилось похищение, а затем инициация, ну а дальше ты и сам знаешь. В общем, пообещал я им работу, но так и не вышел с ними на связь. Неудобно получается, данное ему слово сдержать надобно. Тем более люди военные, хорошо тренированные, да и боевой опыт имеют приличный. Нельзя разбрасываться такими кадрами.

— Хотите пригласить их в личную гвардию? Ну что же, это вполне оправдано. Я постараюсь узнать у отца контакты Алексея Павловича. — задумчиво кивнул Ахтямов младший.

— Буду очень признателен.

Остальная беседа была больше о жизни, нежели о делах. Егор поведал мне немало интересных историй. Рассказал о своем детстве, об учебе в магической академии, о том, как он устал от бесконечных попыток усмирить свой родовой дар, а также рассказал о своем увлечении дронами. Что показалось мне весьма несвойственно для благородного виконта. Так как дроны использовались в основном в научных целях, а также для съемки красивых видеороликов с высоты птичьего полета. А для дворян куда проще купить послушную и абсолютно бесшумную магическую птичку. Нежели потом наблюдать, как их драгоценное дитятко ковыряется в куче электронной начинки, пытаясь понять своим иссушенным мозгом, почему же эта странная игрушка не желает лететь так, как того хочется избалованному оператору.

Увлеченные интересной беседой, мы несколько раз обошли по кругу усадьбу и затем, когда Фёкла позвала нас к ужину, вернулись в дом.

Как оказалось, за столом ожидали только нас двоих. Быстро сполоснув руки, я уселся рядом с братьями. Отметил отсутствие Ахтямова старшего на ужине и тут же замер, утопая в чистых, голубых озерах глаз, сидящей напротив меня Ярославы Лихачевой.

“ — Ну нет, ну только не это! Пожалуйста, пощади!” — взвыл во мне реалист.

“ — А с другой стороны, почемы бы и нет? Девчонка то весьма симпатичная. Благородная как-никак, и грудь у нее поболее, чем у многих ее сверстниц. — высказал мне свое мнение мыслитель”

“ — Так млять! Ну-ка сдриснули из моей головы! — осадил я, внезапно проявившиеся личности. “

Мда уж, у меня конечно бывают диалоги со своим внутренним голосом, но чтобы такое….Хм-м-м. Такое на моей памяти впервые.

— Брат, с тобой все нормально? — толкнул меня плечом Док, глядя хихикающими глазками то на меня, то на Ярославу Михайловну.

— Да, конечно, все нормально. — закивал я.

— Не хочешь рассказать, как прошли твои зимние каникулы? — съязвил Мажор, не отрывая взгляд от Ксении.

— В другой раз, если ты не против. Не хочу портить остальным аппетит кровавыми подробностями.

— Кровавыми? — с набитым ртом переспросила Катрин.

— Ты не видела в каком состоянии отыскали Батю. — пояснил Док. — Я потратил несколько ведер горячей воды и перевел с десяток полотенец, прежде чем мне удалось смыть с него засохшую кровяную корку.

— Давайте не будем об этом, прошу вас. — негромко, но с металлом в голосе осекаю я свое семейство.

На минуту за столом повисает немая тишина. Все молча смотрят друг на друга, будто ожидая, кто окажется смелее и поведет вечернюю беседу в нужное русло.

— Яр. — неожиданно задрожавшим голосом, обращается ко мне Кирилл. — Я понимаю, ты не сильно веришь в любовь и все остальное, что связано с этим….

— Воу, воу, воу, тормозни, пацанчик. — шутливо перебиваю его, а сам не отвожу взгляд от Ярославы. — Не делай из меня бессердечного изверга, особенно в присутствии прекрасных дам.

Щеки девушки краснеют и она одаривает меня легкой улыбкой.

— И все же, дай мне сказать. — не унимается Мажор. — Мы с Ксенией хотим попросить твоего благословения.

Очередная неловкая пауза. Судя по внезапно округлившимся глазам Ксении, для нее самой это является не меньшим сюрпризом. Эх Кирюха, Кирюха. Опять в своем репертуаре. Хотя в этот раз, я более чем одобряю его выбор. Девушка действительно неплоха собой, образованная судя по всему, да и тем более, с неплохим таким прицепом в виде наследства. Ну ладно, ладно. Части наследства. Ведь как не крути, а девушек на выданье двое. Но, да это и не самое важное. Главное, чтобы Кирилл как и Ксения в дальнейшем не пожалели о своем выборе. Как говорится, поживем-увидим. Глядишь и выйдет чего толкового из этой парочки.

Замечаю, как глаза Ярославы заполняются влагой. Мда уж, кажется мне, что она вот-вот разревется и сбежит из-за стола. Но нет. Девушка глубоко вдыхает носом воздух и вливает в себя целый бокал красного вина. После чего, ей однозначно становится легче.

— Если вы оба этого желаете. — бросаю взгляд на покрасневших Кирилла и Ксению. — То мое благоволение у вас имеется. Не забудьте заручиться им у Ярославы Михайловны.

— Я тоже даю вам свое благословение. — кивает она.

— Спасибо, брат! Спасибо, Ярослава Михайловна! — вскакивает из-за стола Мажор, набрасываясь на меня и стискивая в крепких объятьях.

— Рад за тебя, братишка. — хлопаю его по спине. — А теперь давай выпьем за вас. Ксения Михайловна, прошу вас, присаживайтесь на мое место. Негоже невесте сидеть вдалеке от будущего супруга.

Краснеющая девушка обнимает сестру, встает из-за стола, занимает мое место рядом с Кириллом, а я же усаживаюсь рядом с не менее покрасневшей Ярославой.

— За Графа Быкова и его ненаглядную Графиню! — поднимаю я бокал.

— За Графа Быкова и его Графиню! — подхватывают остальные.

Глава 20

Время близилось к полуночи, когда я заметил, как из-за стола держа в руке манофон, выскочил Патч. Катрин сразу же рванула следом, а мгновенно побагровевшие лица Дока и Мажора, могли означать только одно. Причастные к избиению Стаса найдены.

— Прошу прощения, уважаемые друзья, но нас ждут неотложные дела. — вставая из-за стола и кивая парням в сторону двери, извинился я перед Графинями Лихачевыми и Виконтом Ахтямовым.

— Ярослав Петрович. — явно поняв к чему идет дело, остановил меня Егор. — В моем распоряжении имеется несколько хорошо обученных бойцов, могу выделить их вам в помощь.

— Спасибо за предложение, Егор Игоревич, но с нашими скелетами в шкафу мы предпочитаем, разбираться по старинке. — похлопал я его по плечу и добавил. — Скорее всего нам придется отъехать на какое-то время. Приглядите пожалуйста за Стасом, буду за это очень признателен.

— Само собой, Ярослав Петрович, само собой.

Кивнув напоследок Ярославе Михайловне, я вышел из усадьбы и устремился к двум черным Фениксам, где уже ожидала меня моя банда.

— Кто? — спрашиваю, подойдя к машине.

— Какие-то странные типы из центрального округа. — отвечает Патч, протягивая мне планшет с фотографией двух похожих друг на друга мордоворотов.

— Адрес у нас уже есть. Интернет дружки нашего тихони, оказались весьма толковыми персонажами. К нашему приезду они отрубят все камеры на районе, а также отведут подальше патрульные группы. — протягивая мне пистолет, поясняет Мажор.

— Патч, Катрин, в вашем прямом участии нет ни малейшей необходимости. Остановитесь двумя кварталами ниже и будете мониторить полицейские волны. — тыкая в карту на планшете, раздаю команды. — Док, вернись в усадьбу и присмотри за братом. В случае, если он придет в себя до нашего возвращения, не рассказывай ему ничего. Просто скажи, что мы отъехали в круглосуточный магазин за пивом.

— Бать, я не собираюсь отсиживаться. — возражает Павел. — Согласен ты или нет, но я поеду с вами.

— А я говорю, не поедешь и останешься с братом! Или ты мне перечить вздумал?!

— Док, пожалуйста не усложняй. — хлопает его по плечу Кирилл. — Мы с Батей сами достанет этих выродков. Не переживай, у тебя еще будет шанс с ними поквитаться. Не станем же мы их мочить в самом центре города. Хотя бы по той причине, что Цербер воспримет это, как нарушение установленных границ.

— Ловлю вас на слове. — согласно кивает Док.

— Батя! — окликивает меня Патч из первого Феникса. — Парни готовы вырубить камеры. Пора ехать!

— Отлично! — киваю я, садясь за руль второго автомобиля и вновь обращаюсь к Доку. — Держи манофон при себе и будь готов сорваться в любой момент.

— Валера очень расстроится, когда узнает, что вы поехали на дело без него. — ухмыляется Паша.

— Валера пусть меньше дрыхнет, набив до отвала мохнатое пузо. В данный момент мне нужен злой и голодный дикий зверь, а не откормленный до шарообразного состояния плюшевый волчонок.

— Хорошо, так ему и объясню. Быть может поумерит немного свой аппетит. Удачи.

— До скорой встречи, братец. Как следует разомнись перед началом развлекательной программы.

Железные ворота загудели лебедкой, фонари при выезде зажглись яркими огнями, а дежурящий у ворот боец, выбежал на улицу, убирая с проезда растянутую гармошку острейших металлических ежей. Ночную тишину взорвали громкие звуки, срывающихся с места Фениксов. Искря шипованной резиной по асфальтированной дороге, машины юзом вошли в поворот и скрылись из видимости, ныряя в густые заросли непроглядного серебряного бора.

Павелецкая набережная, Москва, Российская Империя.

— Старик сегодня был особенно не в духе. Злой сука, аж втащить ему, порой охота. — отпирая стальную дверь квартиры, жалуется Сава.

— А я тебе уже какой день твержу, валить его надо, пока он нас также, как того пацана не списал. — сбрасывая с ног перекошенные на один бок кроссовки, заявляет Митяй.

— Валить, валить. А силенок то хватит? Видел, как он того старого Барона наизнанку вывернул? То-то же.

— До сих пор не понимаю. Чего ему на своем месте не сиделось? Он же вроде, как вполне самодостаточным простолюдином был. Ну подумаешь, гробовщик. И что с того? Как по мне, так лучше бы он хоронил покойников, нежеле создавал новых.

— Не, Митяй, ты не улавливаешь фишку. Старик сказал, что за его наркотой будущее. Типа стоит оно также, как и остальная хмурь, а вот штырит в разы дольше и приход более яркий. — заваливаясь на засаленный диван, вещает Сава.

— Наркота она и африке наркота. Она всегда была и всегда будет, вот только дел с ней иметь я больше не хочу.

Митяй подходит к столику, уставленному десятком пивных бутылок, находит среди них недопитую, легонько взбалтывает содержимое и делает несколько больших глотков.

— Тьфу ты сука! — ревет он, выдавая обильный фонтан пива изо рта. — Опять тараканы в бухле плавают! Ты когда найдешь человека, который поставит нам в квартиру заслон от этих тварей?!

— Да с тем, как ты гадишь в этой квартире, не один заслон не поможет! — заливается истерическим смехом Сава, но его смех внезапно обрывается, сменяясь глухим бульканьем.

— Ты сначала хер изо рта вытащи, а потом уже умничай. — складывая пивные бутылки в мусорный пакет, недовольно бурчит Митяй и тут же ощущает, как ему под лопатку уперлось что-то острое.

Лоб здоровяка моментально покрылся холодным потом, а пакет наполненный бутылками, звонко брякнул, вывалившись из рук.

— Кто ты и что тебе нужно? — трясущимся голосом спросил Митяй, но ответа не последовало.

Точный удар под колено и здоровяк валится на пол, с ужасом ощущая, как холодная сталь обжигает его шею под сильно выступающим кадыком.

— На кого ты работаешь? — шипит на ухо незримый убийца.

— Не убивай! Я все скажу, только не убивай. — испуганно лепечет мордоворот. — Это все старик, это его приказы мы выполняем. Ничего личного, мы лишь делаем то, что он нам скажет.

— Кто он и где его можно найти?

Здоровяк взвизгивает, ощущая, как лезвие ножа слегка надрезает кожу у его горла.

— Он обычно представляет именем Герман, но на днях, я своими ушами слышал, как один молодой пацан называл его Палычем.

В комнате повисает немое молчание. Несколько секунд тишины, а затем раздается оглушительный хлопок. Деревянные половицы вздрагивают, пространство комнаты вздымается сплошным пыльным облаком, а находившийся за спиной Митяя убийца отлетает в другой конец комнаты, со всего маху ударяясь о бетонную стену. Митяй резко выпрямляется в полный рост. Руки бугая окутывают ветряные вихри, а сам он довольно скалится, наблюдая, как оглушенный внезапным ударом убийца пытается встать на ноги, но тут же обессилено падает.

— Ну ты и придурок конечно! — смеется здоровяк. — Прежде чем брать на меня заказ, надо было хоть немного изучить мои возможности.

Митяй смотрит на убитого Саву. Он сидит на диване с перерезанным горлом и вытаращенными от ужаса глазами.

— Ай-ай-ай. — озадаченно мотает он головой. — Эх, а ведь мне почти удалось сделать из него нормального, цивилизованного человека.

Заметив, что убийце все же удается встать на ноги, Митяй подходит к телу Савы, кладет руку на его плечо и одаривает своего оппонента маниакальным оскалом. В эту же секунду, труп убитого приобретает бесцветную, желеобразную форму, а затем, сплошным клокочущим потоком устремляется вверх по руке Митяя, окутывая его с ног до головы и впитываясь в кожу без остатка.

— Оставь его мне. — доносится из тени другой голос, не похожий на голос убийцы.

— Но он же….

— Я сказал, оставь его мне.

— Не беспокойтесь, девоньки. — скалится здоровяк. — Меня одного на вас двоих хватит.

— Серьезно? — наигранно удивляется тот, кто скрывается в тени.

— Не веришь? Выйди на свет и сам убедись.

— Может, лучше ты вступишь в тень? Или до сих пор темноты боишься?

Вихри на руках Митяя начинают вращаться с бешеным темпом, заставляя пространство квартиры вибрировать на низких частотах. Здоровяк ухмыляется, делает шаг в сторону тени, резким рывком сокращает дистанцию до незримого противника и тут же замирает, в ужасе глядя в непроглядный мрак.

— А ты был прав. — ухмыляется тень, выходя из мрака. — Тебя и вправду хватит на двоих. Но вот незадача, двое, это далеко не полный состав нашей банды. Будь так добр, поживи подольше, чтобы тебя хватило как минимум на троих, а в лучшем случае на четверых.

Митяй пошатывается, пытается выдавить из себя слово, но его парализованное тело не слушается и с грохотом валится на пол.

На какое-то мгновение в комнате повисает абсолютная тишина. Благодаря чему, можно без труда расслышать, как из соседней квартиры доносятся до ужаса омерзительные крики какой-то тетки. В данным момент, она без малейшей капли вежливости закатывает истерику оператору патрульной службы, жалуясь на вновь разбушевавшихся соседей.

— Это что еще за ху.ня? — выдает ошарашенный Мажор.

— Ловкость рук и никакого обмана. — улыбаюсь я, демонстрируя веером тонкие ледяные иглы. — Вяжи его, а я пока машину подгоню. И не забудь позвонить Доку. Пусть берет Валеру, алюминиевый тазик и канистру бензина. Встречаемся в нашем кабаке.

Час спустя. Кабак “Промеж телятины”

Придя в сознание, Митяй еще долго не решается открыть глаза. То ли из-за того, что боялся, вновь увидеть глаза пленившего его чудовища. То ли из-за таза с бензином, в который по самые икры были сейчас погружены его босые ноги.

— Мда уж, актер из тебя никудышный. — раздался уже знакомый голос. — Заканчивай спектакль. Чем быстрее ты дашь ответы на мои вопросы, тем гуманнее я отправлю тебя на встречу к предкам.

Но Митяй не торопился открывать глаза. Из-за чего тут же получил весьма ощутимыю тычку в поддых, а затем и хлесткую, обжигающую щеку оплеуху.

— Зачем тебе этот чертов тазик? — не поднимая головы, спросил Здоровяк трясущимся голосом.

— Знаешь, я хоть и вырос на улице, но до ужаса люблю читать умные книжки. И вот однажды, в мои руки попали мемуары какого-то древнего японского полководца. Так вот в них он рассказывал о войне, что вела их империя против тварей, которые умели изменять свое тело до неузнаваемости. А также, эти твари могли создавать себе двойников, точно так же, как это делаешь ты. Представляешь? Им потребовалось не менее полувека, чтобы понять одну простую истину. Оборотня нельзя убить ни клинком, ни пулей. Его можно только сжечь с помощью магии или любой легковоспламеняющейся жидкостью. К слову, в случаях когда у них не находилось пироманта, то подобную тварь сжигали, поместив ее в емкость с большим количеством горючего алкоголя.

— Но я ведь не оборотень. — удивленно басит Митяй, поднимая взгляд на собеседника.

На лице амбала тут же поселяется недоумевающая гримаса. Он медленно осматривает место, куда его привезли. А затем мотает головой, будто пытаясь разглядеть многочисленные веревки, коими его примотали к деревянной колонне.

— Значит это все из-за того парня. — обреченно мотает головой здоровяк, глядя на сидящего напротив него молодого парня.

— Сам догадался или кто подсказал? — издевательски ухмыляется тот.

— Слушай, мы ведь всего лишь делали свою работу, ничего личного. Да и парнишка сам виноват, он первым достал из кармана волыну и начал палить во все стороны.

— Именно поэтому я и веду сейчас с тобой диалог.

Парень встает, заходит Митяю за спину и звонко щелкает кремниевым колесиком зажигалки. Внутри здоровяка все обрывается. Его руки произвольно трясутся от страха, низ живота охватывает нестерпимая боль, содержимое желудка устремляется к самому горлу и застревает на полпути, из-за чего полноценно дышать становится практически невозможно.

— Мда уж, ты слишком труслив для такого верзилы. — дымя прикуренной сигаретой, заявляет парень, возвращаясь на стул. — Расскажи, где мне найти Палыча и тогда ты умрешь быстро.

— Можешь пытать меня сколько угодно, но я не скажу тебе, где находится его логово. — довольно честно отвечает здоровяк.

— Ну да, ну да. Ох уж эта фанатичная преданность, скольких же достойных людей она привела к мучительным мукам.

— К черту преданность! Я попросту не знаю, где искать этого чертового старика! Когда ему была нужна наша помощь, он звонил нам и назначал место, куда нужно подъехать.

— Значит вот как? — задумчиво кивает сам себе парень, щелкая зажигалкой. — В таком случае, мне не о чем с тобой больше говорить.

Глаза Митяя загорелись слезливым блеском, а на сморщенном лбу обильно проступили капельки пота.

— Постой! Не убивай меня, я все скажу! — взвыл он, в отчаянии. — Я знаю куда ходит старик по ночам. На кладбище! Слышишь меня? Он все ночи проводит на ваганьковском кладбище!

Парень встает со стула и подойдя поближе, впивается в глаза здоровяка прожигающим взглядом.

— Док. — обращается он к кому-то за спиной Митяя. — Будьте с ним предельно осторожны. Он не такой безобидный, каким хочет показаться.

— Погоди, но ты ведь обещал! — вновь ревет здоровяк.

— Валера. — игнорирует его стенания парень. — В древней Японии не всегда сжигали оборотней. Иногда их скармливали своим боевым фамильярам. С расчетом на то, что они поглотят их магический дар и смогут даровать его своим хозяевам. Подумай хорошенько над этим, пока Док утоляет свою жажду мести.

Под дикий скулеж Митяя, парень развернулся, подошел к двери и прежде чем покинуть помещение, холодно произнес, обращаясь к здоровяку:

— Надеюсь, что ты сказал мне правду. — в его глазах зажглась всепоглощающая тьма. — Иначе, муки ада покажутся тебе солнечным курортом, по сравнению с тем, что я сделаю с тобой, когда призову тебя к ответу за твою ложь.

Полчаса спустя. Парковка у кабака “Промеж телятины”

Откинув нижние полки багажника наших Фениксов, мы сидели под открытым небом, наслаждаясь свежестью весенней ночи. Патч привычно барабанил пальцами по клавишам своего манобука, изучая по снимкам, многочисленные склепы на ваганьковском кладбище. Катрин с довольной улыбкой уплетала привезенные Доком, остывшие пирожки с капустой. А мы с Мажором, хлебая горячий кофе из термоса, который к слову, тоже привез Док, думали над мотивами нашего старого, некогда уважаемого друга семьи.

Из кабака же, доносились душераздирающие, вполне привычные для ночных трущоб, мучительные крики и стоны.

— Мда уж. — качает головой Мажор. — Гляжу, пацаны разошлись там совсем не на шутку. Бедняга скулит уже полчаса, но все никак не сдохнет.

— Ничего. — прикуриваю я сигарету. — Пусть помучается напоследок. После таких истязаний ему одна дорога, в райские мученики.

— Пф. Тоже мне скажешь. Мученик мать его.

После этой фразы, предсмертные стенания Митяя внезапно прекращаются. Из открывшейся двери кабака, шатающейся походкой вываливается Док, держа в руке окровавленный мясницкий топор. Он, изнеможенный и перепачканный кровью по самые уши, плюхается на деревянное крыльцо кабака и закуривает сигарету, воткнув огромный топор в и без того, потрепанную жизнью ступеньку.

Я толкаю Мажора в плечо и спрыгиваю с полки багажника, направляясь к сидящему на крыльце Доку. Мажор, Катрин и Патч следуют моему примеру.

— Ну как ты? Полегчало? — спрашиваю я, усаживаясь рядом с Доком.

— Знаешь, по началу думал, что полегчало. — делая глубокую затяжку и гулко выпуская табачный дым, отвечает тот. — Но когда я в итоге снес ему голову с плеч, а затем разрубил грудную клетку и вырвал оттуда сердце. Я ужаснулся мысли о том, что весь этот кровавый шабаш мне нравится куда больше, нежели моя прежняя жизнь. Я будто ощутил себя заново родившимся.

— Не удивляйся братец. — хлопаю его, по перепачканному кровью плечу. — Это всего лишь адреналиновая эйфория. Она проходит довольно быстро.

— А где Валера? — заглядывая в щель приоткрытой двери, спрашивает Мажор.

— Пытается поглотить магический дар этого чертового оборотня. — фыркает Док.

— Как это? — удивленно спрашивает Катрин.

— Жрет он его. — поясняю, замечая, как лицо девушки сначала бледнеет, а затем принимает зеленый оттенок.

— Блевать туда, слева от крыльца. — подсказывает ей Мажор и она тут же следует его совету.

— Ты действительно веришь, что избиение Стаса дело рук Демида Павловича? — поворачивается Док и смотрит на меня слезящимися глазами.

— С такой жизнью, я уже не знаю чему верить. Вот только Митяю не было никакого смысла нас обманывать. Тем более, мы с Мажором стали свидетелями того, как он не подозревая о нашем присутствии, обсуждал старика со своим двойником.

— То есть, как с двойником? — вклинивается в разговор Патч.

— Ну видимо ему скучно было жить в одиночку и он создал себе брата близнеца. — поясняю я.

— А вообще странно. — почесывает затылок Мажор, глядя, как продолжает выворачивать бедняжку Катрин. — Я впервые встречаю одаренного неблагородных кровей, который в совершенстве владеет двумя магическими дарами.

— А разве такое возможно? — часто моргает Патч.

— Судя по всему, возможно всякое. — киваю, закуривая очередную сигарету.

— Вы уже обдумали дальнейший план наших действий? — растирая по ладони кровяные катышки, спрашивает Док.

— Скорее всего, узнав о смерти своих бугаев, Палыч заляжет на какое-то время. А мы за это время, как следует подготовимся. — протягивая трясущейся Катрин носовой платок, отвечает Мажор. — Как минимум, нам стоит дождаться того момента, когда Стас окончательно поправится и расскажет нам все в малейших деталях.

— Парни. — прерывает нас Патч. — Вы будете не против, если мы с Катрин вернемся в поместье? Гляжу, ей совсем плохо становится.

— Езжайте конечно. — пожимаю плечами я. — Но ты уверен, что это из-за кровавых подробностей нашего досуга? Не замечал раньше, чтобы ее пугали подобные вещи.

— К чему ты клонишь? — блымает глазами Денис.

— Да у нее токсикоз в чистом виде. — безразлично отвечает Док.

— Хобана! — издевательски хихикает Мажор. — Кто-то в порыве страсти забыл высунуть в самый ответственный момент. Пора задумываться, где будем размещать детскую комнату, папаня.

— Ой да идите вы в жопу, шутники. — злобно фыркнул Патч и взяв Катрин под руку, направился к одному из Фениксов.

Стальной зверь взревел двигателем, рванул с места, вздымая пыль и визжа резиной, скрылся за ближайшим поворотом.

Мы разразились громким хохотом, из-за которого в окнах ближайших человейников, начали загораться лампочки света. Мы смеялись так по настоящему и так искренне, как не смеялись уже долгие, долгие годы. Со стороны конечно могло показаться, будто мы все одновременно поехали кукухой. Но нет, это всего лишь последствия обильного всплеска адреналина в крови.

Просидев на крыльце почти до рассвета, мы уже готовились вернуться в кабак и как следует там прибраться, после ночного, весьма красочного шоу. Но в этот момент, дверь кабака за моей спиной скрипнули и я услышал позади себя откровенно человеческие шаги, а затем и замершее в удивлении лицо Мажора.

— Ебучий случай. — роняя сигарету изо рта, протяжно выдает Мажор.

Я резко отскакиваю в сторону и призываю родовые клинки, заставляя их струиться некротической энергией. Но в ту же секунду замираю, увидев того, кто вызвал всеобщее удивление.

На пороге кабака, абсолютно голый, бугрящийся вздутыми мышцами по всему телу, стоит, ехидно скалясь получеловек-полуволк.

— Валера? — не веря своим глазам, спрашиваю я.

— Нет млять, Дядя Вася Жопожуйкин. — рычащим басом отвечает оборотень. — Ну какого хера замерли? Дайте-ка я вас всех обниму.

Конец второй книги.