Владыка клинков

Глава 1 Магические основы

Окончательный уход одной из тяжелейших зим ознаменовался прекрасным солнечным днём. С восходом солнца день начала лета стал шумно отмечаться на всём Альдмирском острове, где столетия назад была основана небольшая деревушка. Уже долгие десятилетия никто не смеет называть этот центр мировой торговли деревушкой, а сам он приобрёл гордое название Альдмир, в честь своего первого бургомистра.

Шум, создаваемый множеством радостных людей, не пропускал никаких звуков внешнего мира в город. Все жители и путешественники принимали активное участие в этом празднике, ставшем давней традицией почти во всех городах нового мира. Никто не хотел и не мог работать в единственный день, когда радость передавалась от человека к человеку. Казалось, что даже стражники были на волоске от того, чтобы бросить свои обязанности, присоединившись к радостным хороводам близ алтарей Великих или же найти своё место в очереди, напротив огромных дубовых бочек, награждавших присутствующих лучшим элем.

Всеобщая радость и веселье царили на улицах мирового порта до поздней ночи, пока поспешно принятый указ о введении комендантского часа бургомистром не позволил восстановить порядок на большинстве улиц. Охватившая всех радость ни на секунду не отпускала жителей, и даже далёкий грохот, что был слышен всё утро со стороны гор, где располагалась обитель трактовщиков, не привлёк внимания ни одного из пребывающих в Альдмире.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------

– П-по-помогите... – слышался шёпот недалеко от того места, где ещё секунду назад стоял обаятельный и гордый Филипп, сын Альдмирский.

Дуэль, развернувшаяся на предназначенной для заклинаний арене, была хорошо видна с парящей рядом магической платформы. Но сейчас, когда непредсказуемый бой подошёл к концу, с трудом можно было разглядеть даже очертания ландшафта, а увидеть бойцов и вовсе не представлялось возможным. Виной тому был сильнейший дождь, вызванный силой сражавшихся. Очертания площадки, были видны лишь благодаря синему пламени, исходившему от не потухших магических сфер, предусмотрительно сотворённых перед битвой.

Наблюдавшие за боем мастера магии не сразу расслышали слова волшебника. Непрекращающийся ливень и страх не позволяли ни единой душе сдвинуться с места. Наблюдатели боялись стать свидетелями непоправимого исхода этой дуэли, но продолжали надеяться на то, что ужасного развития событий удалось избежать.

Но вскоре все наблюдавшие за дуэлью отчётливо услышали голос Филиппа. Пара колдунов взмахнули руками и перенеслись к котловине, из которой, как им казалось, и доносились слова.

Дождь и молнии заглушали все звуки, но для всех переместившихся отчетливо послышался плеск луж недалеко от источника мольбы. Вскоре на освещённое пространство вышел человек. Не обращая внимания на стоны поверженного, доносившиеся из-за его спины, в сторону парящей площадки, медленно хромая, шёл Карл Каен. Чёрные волосы, некогда походившие на вороньи перья, полностью сменились сединой, через которую с трудом проглядывало несколько чёрных прядей. Множество ран покрывали тело волшебника, а от изящного боевого наряда, изрядно изменившегося с момента выдачи, осталось лишь несколько клочков, через которые отчётливо проглядывались очертания амулета в форме креста. Правая половина его лица была сожжена до такой степени, что локоны, ещё недавно закрывавшие его правый глаз, оказались выжжены и слиплись с обгоревшей кожей.

Несколько колдунов вышли из оцепенения и с трудом сравняли площадку с ареной, чтобы помочь пострадавшим. Несколько из них пытались привести в чувство толпу.

-Неужели Филипп обучал их и этому…. – Недоумённо пробормотал Эрл из Полесья, удивлённо вглядываясь в окружавшую поля боя ауру, но никто из оставшихся на платформе уже не был в состоянии услышать слова Мастера Магии.

Ручейки воды старательно заполняли колею, что следовала за Карлом, медленно идущим навстречу толпе и из последних сил сопротивляющемуся ветру. Но, несмотря на своё состояние, он лишь громко смеялся. Большая часть наблюдавших всё ещё находилась в плену страха, не обращая никакого внимания на попытки опомнившихся товарищей привести их в чувство.

– И вот я, Карл из дома Каенов, доказал, что имею право уйти в Большой мир, без принесения идиотской клятвы! – он старался кричать так, чтобы все зрители их поединка услышали его, но с каждым словом это становилось всё труднее. – Но лучше вам сейчас же опомниться и оказать помощь нашему дорогому заместителю! Пусть расскажет о погибели той деревни! Я не хочу стать причиной гибели даже такого волшебника, как этот…

Никто из бежавших на помощь Филиппу не услышал последних слов победителя. А внезапно наступившая тишина вывела из оцепенения всех колдунов на площадке, а вскоре к рухнувшему Карлу перемистились волшебники. Лишь несколько мастеров, среди которых был забытый Эрл, смотрели на Карла Каена, лицо которого уже не выражало никаких эмоций, а глаза не проявляли никакого интереса к миру.

– Посмотрите на него! Быстрей возьмите его и обработайте раны! – отдал приказ пришедший в себя после его падения Мейстер Эмануэль сразу же после перемещения.. – Мы не вправе дать умереть двум трактовщикам из-за глупых стремлений ученика!

Несколько человек отделились от толпы, чтобы помочь обезображенному и опустошённому Карлу. Но большая часть наблюдавших, вместе с мейстером, отправились в направлении волшебного света, исходившего со дна заполнявшегося водой котлована.

Немного времени прошло, прежде чем им удалось добраться до звавшего на помощь со дна котлована волшебника. Взору мейстера и дюжины мастеров магии представился обезображенный Филипп, лежащий в луже собственной крови. Вид его был ужасен. Некогда известный чародей не отделался потерей левой руки до плеча. Кровавое месиво вместо правой ноги и отсутствие левого колена были наглядной демонстрацией колдовской мощи, применённой к человеческой материи. Множество мелких ран полностью покрывало тело колдуна, но лицо его осталось неизменным: острые черты лица и волевой подбородок никоим образом не пострадали и всем своим видом напоминали о временах, когда таких как он, не называли подобно уличным фокусникам волшебниками.

Вода не прекращала прибывать и скоро обещала заполнить весь котлован. Поток воды уже изрядно подмывал раны павшему магу, но тот уже потерял сознание и совсем не обращал внимание на подбежавших трактовщиков.

– Используйте все магические формулы, которые знаете! У нас ещё есть шанс... – отдавал приказы Мейстер, спешно выуживающий из своей памяти мощнейшие заклинания. Страх и ужас были отпечатаны на лице, закрытом отсыревшими седыми волосами. Сама его кровь молила о спасении волшебников.

– Ну же! Карл... Филипп... Вы выживете и объясните всё это, я клянусь!

-----------------------------------------------------------

Шёл третий век со времён конца кровопролитных войн, развязанных первыми людскими королями. Немногие из живущих знали сказания о тех временах и вряд ли кто-то смог бы вспомнить имена тех, кто некогда основал великие города близ Ричварда.

Некогда спящие растения наконец-то до конца пробудились и полностью расцвели. Богатым урожаем в сельских землях ознаменовалось начало лета. Множество птиц оповещали мир о том, что отголоски зимы окончательно утратили власть над землей.

Но ни зимой, ни летом, в Университете волшебства и Различных родов магии ничто не предвещало каких-либо изменений в распорядке. Волшебники, что гордо именовали себя трактовщиками, подобно величайшим своим прародителям из древности, долгие годы не меняли своего жизненного уклада и продолжали привычную им жизнь в пределах Альдмирского острова, где и располагался университет, лишь по распоряжению мейстера покидая его застенки.

Но в жаркий летний день, в который даже у надоедливых комаров отсутствовала всякая охота докучать людям, для многих учеников, которым не повезло обучаться на раскалённой половине университета. По злой иронии судьбы, именно в этом аду и проходили все занятия по теоретической магии и для многих в этот день стала неожиданной лекция по Теории Магии, столь внезапно возникшая в привычном распорядке и столь же неожиданная для памяти любого бывшего ученика.

Никто из послушников не знал, что это будет за лекция и кто её будет вести. Но не было среди них никого, кто бы осмелился не явиться на столь “интригующее” занятие. Вот уже поколение успело пройти через Альдмирский университет, но новых учителей до сих пор не было на горизонте.

К назначенному времени в искусно отделанной аудитории собрались все ученики, причисляемые к этой части университета из-за своих способностей. Среди синих мантий с вышитыми на них символами университета мелькали немногочисленные зелёные мантии со множеством изображений Триединого. На фоне учеников в синих и зелёных мантиях заметно выделялись послушники в красных мантиях, с трудом пытающиеся скрыть свою заинтересованность предстоящим занятием, вместе с этим небрежно испытывая заклинания на стульях и стенах. Даже несколько учеников в серых мантиях с прикреплёнными к ним магическими свитками, что в будущем должны были присоединиться к хранителям знаний, оставили пыльные полки с фолиантами и против своей воли явились разузнать, что же стало причиной изменения обычного распорядка.

Считанные секунды проходили между полным уничтожением части интерьера и его восстановлением. Между учениками в зелёных и красных мантиях всё отчетливее нависал клинок напряжения. Казалось, что конфликт вот-вот наступит.

Когда оставались считанные минуты до назначенного времени, гул множества голосов стал нарастать. Несколько учеников начали беспокоиться, что в момент появления затеявшего эту лекцию преподавателя дисциплина окажется непоправимо нарушена, за что они и подвергнутся наказанию.

– Нельзя ли потише, уважаемые? – послышался робкий голос худощавого ученика в зелёной мантии, без ошибки определяемого как адепта мирных искусств, число которых с каждым годом становилось всё меньше и меньше в пределах университета, равно как и других застав трактовщиков.

– Замолчите вы уже все наконец! – крикнул коренастый волшебник в красной мантии, подобно типичным адептам боевых искусств, предпочитавший самый прямой метод действий и в это время восстановивший каменную стену, потеряв изрядную часть камней. Но возникшее было молчание продержалось недолго, и споры возобновились с большей силой.

Казалось бы, ничто не могло прервать эти споры и крики, такова уж была природа некогда великих трактовщиков, что отличались своим даром от обычных людей, хоть и не теми качествами, которые бы нравились обычным людям.

Но в назначенное время яркая синяя вспышка озарила всех собравшихся в аудитории. Из горящего синим пламенем портала вышел Филипп Альдмирский.

Студенты недоумённо смотрели на пришельца, и лишь несколько из них водили с ним знакомство или знали его в лицо, но и они удивились его появлению на занятии не меньше, чем незнакомые с ним ученики. Никто не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь заместитель Мейстера проводил занятия или хотя бы появлялся на территории теории.

Те, кто был знаком с ним больше года, с грустью отметили седые пряди, ставшие частыми гостями в некогда полностью имбирных локонах волшебника. Лоб его был испещрён морщинами. Вокруг глаз уже начала проявляться сетка морщин. Но никаких шрамов и ожогов на его теле после выпускной дуэли не было видно, благодаря магическому лечению, что некогда вернуло его назад, во власть жизни. Лишь немногие из собравшихся знали о том, что стоявший перед ними чародей был в разы старше, чем он выглядел. Но те же, кто знал об этом, не могли забыть о том, чего могло бы стоить такое продление жизни.

Слухи нескольких малознакомых с пришельцем волшебников о невозможности восстановления отсутствующих конечностей были полностью опровергнуты видневшимися из-под рукавов мантии руками в перчатках.

"Годы и побочное действие магического лечения всё же берут своё", – заметили про себя несколько учеников, годами водивших с ним дружбу или сотрудничество, не без грусти глядя на возникшие после прошломесячной дуэли седые пряди.

– Что такое магия? – задал он странный и необычный для собравшихся вопрос, через пару секунд после своего неожиданного появления.

Большинство учеников пытались вспомнить имя чародея. Некоторые, заметив морщины на лбу и вокруг глаз, пытались угадать его возраст, но эти затеи изначально были обречены на провал. Немногие из послушников представляли себе хотя бы часть благотворных возможностей магии.

Прошла минута тишины. Никто из собравшихся не смог ответить на заданный вопрос. Незнакомые с ним лично ученики, не смогли даже мысленно ответить на вопрос о том, кто же стоит перед ними.

Такой поворот событий удивил чародея, но он не показал ни одной эмоции на своём лице.

Сразу же маг прервал возникшую тишину. К удивлению студентов и студенток, он достал из-под мантии кинжал и выставил его перед собой, держа на расстоянии согнутой руки.

По всей аудитории послышались перешёптывания учеников, пытавшихся найти наиболее подходящий ответ. Но едва слышимый голос остановил шёпот прочих волшебников, непривычно громко отозвавшись в голове.

– Магия – суть то же самое, что и колдовство, это равнозначные понятия. Это хлеб и соль нашего собрата! – на грани слышимости продекламировал ученик в синем одеянии, относившем его к адептам обоих искусств. Он сидел на последнем ряду и покрывался потом.

Возникшая после столь неуверенного ответа тишина становилась всё более осязаемой. Лишь дыхание послушников пыталось справиться с возникшей ситуацией.

Но, к удивлению присутствующих, Филипп никоим образом не изменил облик студента, как того ожидали те, кто догадывался о правильном ответе. Чародей всего лишь тяжко и с грустью вздохнул.

– Послушник Ринсвинд, ваш ответ, бесспорно, достоин того, чтобы быть использованным во время споров со смердами, в кабаке, – с усмешкой сказал он. На его лице появилась тень улыбки, но в сочетании с остротой черт его лица это напугало многих студентов. – Я не желаю слушать от вас то, что и так понимает каждый держатель корчмы. Для многих из вас, к моему великому сожалению, станет открытием даже моё имя. Не так ли, Рейхард? – неожиданно обратился он к нерадивому ученику в красной мантии, отчаянно пытавшемуся подсунуть обрывок бумаги под подолы синей мантии ближайшего к нему послушника.

Аудиторию охватили перешёптывани и всюду был слышались отчаянные попытки передать то правильный ответ, то имя волшебника.

– Как вам уже стало известно, я являюсь заместителем Мейстера нашего бесподобного университета колдовства и различных родов магии, Филиппом из вечно сияющего Альдмира, – представился чародей, не упустивший возможности насмешливо поклониться присутствующим, не выпуская кинжал из руки. – Я всё ещё ожидаю увидеть среди вас тех, кто сможет мне рассказать, что он узнал за последние десять лет обучения, – улыбка его стала ещё неприятнее, нервируя своей натяностью.

Тишина, возникшая после насмешливого требования, внезапно переросла в шум. Один за другим студенты в разных одеяниях выкрикивали свои ответы.

– Магия – это различные заклинания, которые способны творить те, кто был посвящён в это искусство! – выкрикнул ученик в красной мантии, занявший удобное место в середине зала.

– Магия – это чудеса и заклинания, которые способны сотворить те, кто обладает даром колдовства… – низким басом проговорил послушник в серой мантии, которая связывала его с учениками Хранителей знаний, нашедших своё место в левой части аудитории.

И хотя ответы звучали всё чаще, ни один из них не мог подобраться и близко к правильному.

Улыбка Филиппа очень быстро сменилась маской безразличия, а затем и едва скрываемой грусти, после чего все, кто пытался приблизиться к правильному ответу, предпочли замолчать: многие из них не понаслышке знали о резком нраве выходцев из Альдмира, а некоторые даже видели проявления этого нрава у колдунов, что прибывали оттуда на обучение ещё во младенчестве.

Филипп поймал себя на неприятной мысли, что он получает удовольствие от повисшего в воздухе страха, и хотя он так и не получил правильного и точного ответа на свой вопрос, маска грусти за считанные секунды сошла с его лица, когда за спинами учеников он увидел пролом в стине. Его тяжкий вздох заменила грустная улыбка.

– Признаюсь вам, я удивлён, что вы все смогли попасть ко мне, когда вы даже не помните элементарных фактов о нашей деятельности и не до конца осознаёте суть вещей, и явно не преуспевали в изучении теории.– с усмешкой произнёс Заместитель и к последнему слову придал себе серьёзный вид, без намёка на грусть и улыбку.

В момент, когда все ученики пристально следили за ним, он сделал на своей правой ладони глубокий порез кинжалом, на рукояти которого проявился герб Университета – треугольник, переходящий в шар абсолютно незаметным для любого наблюдателя образом, по давней традиции являющийся атрибутом всех трактовщиков. Через минуту пол в аудитории стал покрываться кровью заместителя, но тот, к удивлению студентов, не обратил на это никакого внимания.

– Колдовство – вещь комплексная. – растягивая последнее слово, он поднял правую ладонь перед студентами и ещё более низким и глухим голосом продолжил: – Магия – это субстанция, которая наполняет каждый объект в нашем мире, будь то птица или, скажем, послушник Грекхем, что сейчас спит на последнем ряду, – Филипп с грустью и лёгкой злобой на лице показал в сторону пролома, где несколько послушников расталкивали нерадивого студента в синей мантии, но вскоре продолжил свою речь обычным, обаятельным голосом: – Обычные люди не способны заметить течения магии ни при каких условиях, но мы, Волшебники… – Филипп остановился, и на лице его отчётливо проявилось удивление. Но, оглядев собравшихся послушников, он продолжил. – Но мы, трактовщики, наделены талантом ощущать течения магии в каждом предмете и каждом существе. Это во многом и отличает нас от обычных волшебников…

На мгновение он прервался, когда заметил, что лужа крови на коврах, некогда привезённых с далёких Рассветных островов, привлекает слишком большое внимание студентов. Он улыбнулся и пожал плечами чем немало удивил учеников и самого себя – улыбка была искренней, а вскоре и продолжил речь.

– Университет был создан с целью обучить вас и направить ваши внутренние таланты на пользу людям. Но это возможно лишь при условии, что вам удастся осознать то, что магия подобна течению реки и способность правильно обращаться с этим течением и будет залогом вашего успеха, – начавшие было скучать студенты с удивлением увидели, что порез на руке Альдмирца начал быстро затягиваться. Довольный эффектом, он продолжил: – Мысленно проникнув в эти течения, вы способны подчерпнуть в них силу и соткать различные заклинания, но помните, что границы дозволенного зависят от уровня вашей ментальной и физической подготовки. Опустошив источник своих сил, вы скорее всего заслужите себе не самое лучшее место на кладбище города. Только тот, кто множество раз практиковался и внимательно изучал суть различных вещей, будет способен хотя бы поднять перо в воздух. – Филипп замолчал и ещё раз взглянув на пролом в стене добавил: - Ладно, думаю, что я уже насмотрелся на текущее поколении и лишь порекомендую потратить оставшиеся три четверти занятия на поиск запыленных книг по Теории Магии, так как в этом году Мастер Эрлбудет дополнительно спрашивать вас по пройденному материалу. Ну а теперь, все свобо….

-Простите, Заместитель Мейстера, но как же стихии?!- Прервал Филиппа Грекхем, успевший перекочевать на средний ряд, изрядно потеснив сидевших там.

-Стихии? Тут всё очень просто! Если для заклинаний вам хватит магической формулы и себя, то для контроля стихий хватит природной энергии вокруг и сосредоточенности.- Закончил Филипп, но забыв важную вещь, ударил себя по лбу и сообщил: - Небольшой секрет для успешного отсутствия ваших могил на любом из кладбищ! Если вы чувствуете напряжение когда ткёте заклинание, то можете определять вашу энергию по головной боли. Когда начинаются удары наковальни, то лучше бы притвориться мёртвым, если вы не знаете об ещё одном небольшом секрете. Суть в…

-Что же это?!- громко вопрошали студенты, но всех перекрикивал послушник Рейхард, от усердия изрядно покрасневший. Заместитель Мейстера мысленно обязал себя заставить Эрла серьёзно заняться дисциплиной среди учащихся.

-Замолчали!- Звонко раздался в головах послушников, хотя Филипп всё также молча улыбался. Тишина возникшая мгновениями раньше вновь прервалась магом. – Просто выберете для себя безделушки, которые можно напитать энергией и потом сможете зачерпнуть недостающее из них. Это и будет вашим заданием на ближайшую неделю, так как нужен навык для перемещения энергии. Слишком уж это очевидно для тех, кто десятки лет занимается магией. Легко забывается это, скажу я вам! - Закончил улыбкой Филипп, оглядывая послушников, открывших рты от удивления.

“Кто вообще обучал ваше поколение?”- Мысленно спросил маг и покачал головой, возвращаясь к небольшому успокоению от факта, что Карл Каен не узнал таинственного незнакомца в маске, которого оба встретили перед выпускной дуэлью.

Филипп пошёл к арке, которая предназначалась для преподавательского состава, но кое-что вспомнив обернулся.

-Ах да, наименее способным из вас лучше бы восстановить стену, пока не началось занятие у другой группы. Если я узнаю о том, что вы не успели, то зимой практика будет без утепления. У вас час!