Владыка демонов – святой. Священная Империя

Глава 1. Канун Нового года

Яркие солнечные лучи проникали сквозь витражи главного собора столицы Священной Империи и освещали две фигуры в церковных одеяниях. Несмотря на величественную и торжественную атмосферу этого места, лицо одного из них выглядело обеспокоенным, а второго, наоборот, как будто содержало в себе всю добродетель этого мира, но глаза… Глаза были словно два куска льда, готовые заморозить любого, кто осмелиться в них взглянуть.

– Значит, у него был сын… – Голос старшего из них прозвучал спокойно и размеренно, но в нём было что-то такое, от чего младшего пробила дрожь.

– Понимаете… – Он слегка запинался.­

– А ещё ходят слухи, что он знает кто и почему убил его отца. – Голос старшего стал холоднее льда. – Не зря начал налаживать связи с ривенгтольской принцессой.

– Это просто слухи… – Младший начал сильно потеть, а потом быстро-быстро затараторил:

– Когда мы узнали о том, что его дед завёл семью в Ривенгтоле, и то, что на свет родился он, то мы попросили Его… – Он на мгновенье замолчал, как будто опасался произносить имя человека, к которому обратился с просьбой.

– Вы понимаете… Его! Чтобы он наложил на Максимилиана Санктитаса проклятье и сделал его бесплодным! Поэтому понимаете, у него просто не могло появиться сына…

– Проклятье? – Старший с силой ударил об мраморный пол собора своим богато украшенным посохом.

– На мага света?! Ты совсем идиот! – Младший съёжился как будто получил удар по голове. А взгляд старшего стал похож на острый нож.

– У тебя есть только одна попытка исправить свою ошибку. Если не сможешь… – Голос старшего прозвучал холодно, как будто шёпот самой смерти. – То пеняй на себя.

***

Вокруг звучала музыка, а улицы Ривенгтола были заполнены улыбающимися людьми. Сегодня город праздновал начало Нового года и устраивал проводы старому.

В Ривенгтоле – этот день связан также ещё с одной памятной датой. Почти сотню лет назад, произошёл прорыв Мировых врат, находящихся на территории этой страны. Тогда многие посёлки были стёрты с лица земли, и почти все пограничные города понесли огромные потери.

В тот день собрались сильнейшие воины и маги страны, чтобы не дать пройти Скайрам дальше Аркса. Те, кто видел тот бой своими глазами, говорили, что тогда сами небеса разверзлись, чтобы покарать людей за их грехи, а раненая земля истекала магмой. Ту битву прозвали Аркской бойней. Тогда погибло больше миллиона живых существ, а на десятки километров вокруг стала простираться выжженная пустошь, созданная дедушкой Петра, он был магистром пламени. А в пьяном состоянии фактически маэстро. В том сражении он отдал жизнь ради победы.

Если бы люди проиграли ту битву, то боюсь Ривенгтола бы больше не существовало, ни как страны, ни как земли подвластной людям. Поэтому ривенгтольцы в этот день празднуют не только начало Нового года и конец старого, но и то, что благодаря мужеству и отваге своих предков, они всё ещё могут ходить по этой земле.

После того случая с бароном Продигиусом прошло два месяца и все члены нашей группы находились на пике четвёртого ранга, каждый из нас уже готовился к переходу на пятый.

Когда мы вернулись в столицу, то рассказали о произошедшем ректору, а Виола своему отцу.

Что они сделали с этими сведениями? Не знаю.

Правда, предпринять что-то должны, ведь на появление кого-то на уровне магистра нельзя просто взять и закрыть глаза. Ну, это не моё дело, так что всё равно.

Главное, что мой план начал действовать.

Когда я недавно на выходных прогуливался по городу, то заметил несколько подозрительных личностей, втайне наблюдающих за мной.

Внешне они идеально сливались с толпой, но вот взгляд… Слишком много я таких взглядов видел в Инферно, пристальных и постоянно ищущих твои слабости.

Они скорее всего из той части ордена ассасинов, которая перешла на сторону Священной Империи. Поэтому мне действовать ещё рано, вряд ли они знают почему с моим отцом произошёл несчастный случай.

Также на меня пару раз пытались совершить покушение. Один раз в городе. Тогда я сделал вид, что споткнулся, тем самым избежав зачарованной пули, направленной мне прямо в сердце. Второй, в общежитие. Когда я почувствовал чужое присутствие где-то в пяти метрах за окном, то сразу проснулся. А когда голова посланного за мной убийцы оказалась на уровне оконной рамы, я со всей силы открыл его, сделав вид, что просто хочу подышать свежим воздухом.

Так что они должны думать, что мне два раза просто повезло.

Ну ещё один раз меня по пути в библиотеку попытался пырнуть ножом старый мужчина.

Я его вырубил, потеряв равновесие и ударив головой в его висок. Так как после того, как он пришёл в себя, то ничего не помнил, я предполагаю, что он просто был не в себе.

За два дня до этого у меня с Виолой состоялся разговор, он и стал основной причиной, почему я вышел на улицы города, а не провёл весь день в библиотеке.

За эти два месяца я смог побывать там только десять раз. Я печально вздохнул. К сожалению, книги оттуда выносить запрещено.

Я улыбнулся, вспоминая её смущённое лицо два дня назад.

***

Тогда мы с ней как обычно прогуливались по парку, освещённому лунным светом. Листья с деревьев уже упали, но их место занял белый снег. Он подобно покрывалу окутывал весь лес.

В тот раз под конец прогулки, когда мы уже должны были разойтись. Она слегка покраснела и немного смущённо спросила:

– Стас, ты свободен тридцать первого декабря?

Взглянув на её очаровательное лицо, я слегка улыбнулся и ответил:

– Да, особых планов у меня нет. Ведь Петя со своим клубом ценителей выпивки решили в этот день собраться вместе. Надеюсь, столица после этого останется целой!

– Ага! – Она звонко рассмеялась. – Тогда ты прогуляешься в этот день по городу со мной?

– С радостью! – Я улыбнулся и на прощание поцеловал её в щёку.

***

Встретится мы договорились у северного входа в Южный район в восемь часов. Я ждал её, распивая чай в уличной кафешке.

На мне сегодня был мой обычный выходной костюм. Состоящий из белой рубашки, чёрных брюк и жакета. В руках у меня была серебряная трость, а на голове классический чёрный цилиндр.

В этом мире джентльмен должен быть всегда при полном параде.

Я достал золотые карманные часы, доставшиеся мне от моего пропавшего отца. На их крышке искусным кузнецом было выполнено изображение солнца, а стрелки часов отдавали древностью и величием. Не знаю, как могут производить такое впечатление обычные стрелки часов. Когда я спрашивал отца об этом, он обычно просто говорил, что они наша семейная реликвия, поэтому логично, что они производят на меня такое впечатление. Ну, а потом быстро менял тему.

Когда их часовая стрелка оказалась ровно на восьми часах, а минутная сделала полный оборот, у кафе остановилась красивая карета.

Двери её открыл статный кучер, перед этим злобно на меня зыркнув.

«Эх… Как тяжело быть таким прекрасным».

Когда дверь открылась, я подал руку очаровательной даме, ступившей на эту грязную землю.

На ней был тоже выходной костюм. Мы не планировали сегодня привлекать лишнего внимания.

Шикарное чёрное платье из плотной ткани, идеально подчёркивало её стройную фигуру. А тёмно-красные оборки делали её похожей на распустившийся бутон розы. Её серебряные локоны каскадом опускались до плеч, а голову украшала маленькая чёрная шляпка с красной ленточкой. Образ дополнял чёрный зонтик, перекинутый через плечо на тот случай, если пойдёт снег.

Её глаза похожие на два сапфира, сейчас выражали радость… и, пожалуй, ожидание.

– Ты сегодня прекрасно выглядишь, Виола. – С этими словами я поцеловал её руку. Она очаровательно улыбнулась.

– А ты, как всегда, красив, Стас! – Сказав это она звонко рассмеялась. Ну, а я просто пожал плечами. Она сказала очевидную вещь.

Хотя мы оба и были одеты относительно легко, так как были воинами на пике четвёртого ранга, то замёрзнуть сейчас просто не могли.

Я взял свою спутницу под руку, и мы неспешно отправились прогуливаться по людным улицам Южного района.

Наверное, сейчас мы были похожи на пару отпрысков зажиточных купцов или дворян низкого сословия.

Повсюду играла музыка, а часть народа, напившись, начала танцевать.

Когда нам на пути встретился ларёк с яблоками в карамели и орехами глаза Виолы загорелись, но потом она смущённо отвела взгляд.

Подойдя к продавцу, я произнёс:

– Два, пожалуйста. – Сказав это, я положил на прилавок одну серебряную монету, номиналом десять.

В этом мире денежная система примерно такая же, как и в моём прошлом. Она была международной и базировалась на ценности металла. Номинал определял вес, обычно он был равен десяти граммам. Сотня медных монет номиналом десять равнялись одной серебряной монете такого же номинала, а сто пятьдесят серебряных равнялись одной золотой «десятке». Конечно, в разных странах чеканили разные монеты, но стоимость у всех была одинаковая.

Я протянул одно Виоле. А второе надкусил сам.

«Вкусно!»

Она сначала пыталась держаться достойно, но после первого укуса, стала похожа на ребёнка, получившего любимое угощение.

Когда мы их доели она произнесла:

– Спасибо тебе, Стас. Я всегда хотела их попробовать, но обычно принцессе такое есть нельзя.

– Поэтому мы сегодня и инкогнито. Так что можешь попробовать всё, что захочешь! – Я улыбнулся. А Виола смущённо отвела взгляд.

«Милашка!»

После этого мы посетили ещё множество прилавков с различными угощениями. Всё это время счастливая улыбка не сходила с лица Виолы.

Рядом с нами пробежала группа детей с бенгальскими огнями. Они весело смеялись.

Чем мы были ближе к центру Южного района, тем многолюднее становилось на улицах. А на место лавкам с закусками стали приходить различные аттракционы. Например, тир, в который мы с Виолой и зашли.

– Приветствую вас, дама и господин. – Сказал хозяин этого аттракциона, снимая шляпу. Он был довольно молод, а его лицо украшали длинные усы и бакенбарды.

– Одна попытка, десять выстрелов, всего за один серебряный! И только сегодня! Если сможете поразить все десять мишеней, то получите главный приз! Чудесный новогодний фонарь! – Он показал двумя руками себе за спину, как заправский торгаш, демонстрирующий свой товар.

Там на стене висел прекрасный ярко красный небесный фонарь с узорами в виде сердца.

– Он прибыл к нам прямо с Восточного континента и говорят, если в канун Нового года пара влюблённых запустит его в небо, то они будут вместе всю оставшуюся жизнь. – Произнёс он шёпотом, как будто раскрывал нам великую тайну.

Глаза Виолы загорелись.

В этом мире существует традиция, связанная с кануном Нового года. Говорят, что как ты проведёшь этот день, таким и будет весть следующий год. Поэтому кто-то проводит его со своей семьёй, кто-то в гулянках и пьянках. А богачи в этот день занимаются благотворительностью и проводят различные праздники для простых людей, чтобы богатство и удача от них не отвернулись.

Также есть одно поверье, что если признаться кому-то в любви в этот день и получить положительный ответ, то вы будете вместе всю оставшуюся жизнь. Правда, если тебя отошьют, то это тоже навсегда.

– Хорошо, тогда нам одну попытку. – Сказав это, я протянул хозяину тира одну серебряную. Взамен он вручил нам охотничье ружьё с десятью патронами.

Так как я раньше никогда не стрелял я спросил Виолу:

– Ты умеешь обращаться с ним?

Она на мгновенье задумалась, но потом ответила:

– Да. Так как один из моих братьев ими увлекается, то в детстве какое-то время даже пытался меня привлечь, поэтому умею.

После этих слов она отложила сложенный зонт в сторону, взяла в руки охотничье ружьё и отвела ногу назад, прицеливаясь.

Сам тир представлял из себя несколько движущихся с помощью магии мишеней в виде снежинок. Они располагались примерно в десяти метрах от Виолы.

Прицелившись, она сделала выстрел попав в первую мишень. На её место пришла новая снежинка с более сложным узором, которая двигалась на процентов двадцать быстрее предыдущей.

«Понятно, почему никто ещё не забрал главный приз».

Перезарядив ружьё, Виола произвела второй выстрел и снова попала в яблочко. Сейчас её глаза пристально следили за мишенями, а на лице играла улыбка.

Третий, четвёртый… Мишени исчезали одна за другой, а взгляд Виолы стал похож на лезвие ножа.

«Неужели ей так сильно нужен этот приз?»

Шестой, седьмой… Владелец тира начал нервничать, а на девятый его лицо сильно вспотело.

Виола вновь перезарядила ружьё и встала в стойку. Последняя снежинка была примерно в шесть раз быстрее первых.

Она сделал глубокий вдох, а её волосы затрепетали на ветру, проникшем через окно. Собравшаяся вокруг толпа зевак затаила дыхание. И… Выстрел!

С тихим звоном последняя снежинка разбилась вдребезги, а из толпы раздались аплодисменты. Владелец тира был бледным как мел. Подозреваю этот фонарь и, правда, ему дорого обошёлся.

– Я выиграла. – Сказав это, Виола протянула в сторону владельца тира свою руку.

– Дада! Конечно! Вот ваш приз! – Отдав его, он поспешно выпроводил нас прочь.

Взглянув на фонарь, Виола счастливо улыбнулась.

– Стас, давай его зажжём сегодня вместе. – Сказав это, она посмотрела мне прямо в глаза.

– Хорошо. – После этих слов я наклонился к её губам, а она прикрыла свои глаза и слегка поддалась вперёд. Но в последний момент я поцеловал её в щёку.

Лицо Виолы покраснела от смущения, когда она поняла, что я её дразню, и она произнесла:

– Дурак!

После чего мне пришлось убегать, от моей разгневанной спутницы, пытавшейся меня понарошку ударить.

Я весело смеялся.

После того как я извинился перед Виолой, и она перестала дуться, мы посетили ещё несколько аттракционов, но ничего запоминающегося там не произошло, просто весело провели время.

Постепенно мы приблизились к главной площади Южного района. На ней была установлена огромная ёлка, высотой под тридцать метров. Она вся была украшена различными новогодними украшениями от ёлочных игрушек, до свеч, горящих разноцветными огнями.

Вокруг елки было полно людей. Кто-то сидел на лавочке о чём-то общаясь с друзьями, а кто-то смотрел на звёздное небо в компании близких ему людей.

Я взглянул на свои карманные часы, их стрелка показывала без десяти двенадцать.

Скоро пробьют городские куранты ознаменовав, конец старого и начало Нового года. Кто-то сейчас поднимает дома тост, кто-то гуляет с друзьями как мой друг, кто-то вместе с товарищами смотрит в заснеженную даль с городской стены, охраняя наш покой. А я стою на главной площади Южного района, вместе с девушкой, в которую успел влюбиться.

«Именно такую жизнь ты хотел прожить Илай?» – Спросил меня Рик.

«Пожалуй…». – Ответил я ему.

– Стас, у тебя есть чем зажечь фонарь? – Вдруг обеспокоенно спросила Виола. В ответ я усмехнулся, любуясь её взволнованным выражением лица.

– Конечно. – С этими словами я достал серебряную зажигалку, доставшуюся мне от отца также как и часы. В отличие от меня он любил курить.

С лёгким щелчком она выдала искру и подожгла фитиль. Я поднёс её к фонарю, зажигая его.

Народа вокруг было много, и у большинства из них в руках тоже были небесные фонарики.

«Понятно, почему Виола так сильно хотела выиграть главный приз в тире».

Я улыбнулся.

Стрелки часов на часовой башне Южного района приблизились к двенадцати.

Я взглянул прямо в сапфировые глаза Виолы. Её белые волосы слегка развевались на ветру, а алые губы были слегка приоткрыты.

– Виола, ты мне нравишься. – Улыбнувшись, произнёс я.

– И ты мне тоже, Стас. – Улыбнулась она мне в ответ. Наши сердца, казалось, бились в унисон.

После этих слов мы запустили в небо свой фонарик с узорами в виде сердца, а куранты начали бить двенадцать раз.

Справа от нас в воздухе раздался ослепительный салют, и я поцеловал Виолу в губы.

«Пожалуй, этот день я никогда не забуду».

***

«Сегодня был прекрасный день. Я не думала, что всё сложится так удачно. И Стас сегодня был просто неотразим, а поцелуй…» – Виола улыбнулась лёжа в своих покоях.

«Как же я счастлива!» – Подумала она, засыпая.

***

«Новый день, Новый год, а что-то всё также остаётся прежним…» – С этими мыслями я вошёл в комнату друга. Константин остался в моей комнате, ещё не проснулся.

«Удивительно! Хотя он тоже является самим совершенством, но в отличие от меня встаёт и ложиться поздно. Говорит, что ему нравится смотреть на звёзды ночью, ведь в подземелье он их не видел. Может он просто сова, хотя вроде попугай…»

«Эх! Звёзды! Они по-настоящему прекрасны!» – В Рике проснулась романтическая натура.

«Ведь это столько миров, которые можно захватить!!!» – Хотя может я и ошибся.

После того как я открыл дверь в комнату Пети, передо мной предстала любопытная картина.

Мой дорогой друг в этот раз оказался не в своей постели, а прямо на полу. Его вид, честно говоря, даже для него был не очень.

«Сколько он вчера выпил?!»

– Ну ничего, мы сейчас быстро тебя поставим на ноги! Я даже для этого специально подготовился! – Услышав мой добрый голос, он на подсознательном уровне вздрогнул.

Я как обычно раздел его и потащил в ванну.

На всякий случай я включил холодный душ и поливал его около минуты, но даже это не произвело особо эффекта. Петя лишь скукожился в позе эмбриона.

«Эх! Честно не хотел!»

С этими мыслями я взял в руки ведро, специально заготовленное на утро сегодняшнего дня. Моим рукам стало холодно, просто от одного прикосновения к нему.

– С добрым утром! – Радостно закричав, я обрушил на спящего друга целое ведро измельченного льда.

Спустя десять секунд, он вскочил как ошпаренный.

– Стас! – Следующие десять минут он всячески пытался меня достать, а я уклонялся от его неуклюжих попыток. Всё это время я весело смеялся, а мой друг тихо матерился.

Потом он остановился, чтобы отдышаться.

– Ну, что? Пришёл в себя? – Спросил я у него, улыбаясь.

– Ага… Напомни мне пожалуйста в следующий раз на Новый год столько не пить. – Тихо произнёс мой друг.

– Хорошо. Только сомневаюсь, что это поможет. – Сказал я, хмыкнув и с сочувствием похлопав его по плечу.

Ещё в тот раз, когда он мне сообщил, что в канун Нового года пойдёт выпивать вместе со своим клубом, Петр попросил меня любыми средствами разбудить его в девять часов утра.

Новогодние каникулы в Королевской академии Искателей начинаются только с тридцать первого декабря и длятся неделю с небольшим. Связанно это с тем, что Искатели не должны расслабляться даже в преддверии праздников. Ведь для Скайров их не существует, и подземелье может появиться в любой момент. Поэтому все ученики, у кого родственники проживают за пределами столицы, могут с ними увидится только после тридцать первого декабря.

Поэтому Петр и попросил меня разбудить его любым возможным способом. Ведь поезд из Ривингтола в Аркс отбывает ровно в десять часов. Ведь довольно много студентов оттуда.

Одевшись и позавтракав, мы с другом покинули Королевскую академию Искателей. Константин гордо сидел у меня на плече.

Улицы Лусента были окутаны приятной темнотой, разгоняемой светлячками. Крыши домов подобно чудесным шапкам укрывал снег.

Сейчас здесь было практически безлюдно, лишь изредка встречались прохожие, спешащие по своим важным делам. Ну, ещё встречались подростки, носившие форму академии и идущие, как и мы в сторону вокзала.

Я полной грудью вдохнул чистый зимний воздух и улыбнулся.

«Как же я люблю жизнь!»

Глава 2. Неожиданная встреча и дом

Когда мы с Петром подошли к вокзалу и взяли билеты, они для Искателей бесплатны (одна из многих льгот), мои карманные часы показали ровно без десяти десять.

Ещё Искатели спокойно могут провозить магических существ, с которыми у них заключён контракт. Поэтому Константин всё так же величественно сидел на моём плече.

Я и мой друг отправились к предпоследнему вагону поезда, всего их десять. Но когда зашли внутрь, заметили среди других пассажиров несколько знакомых лиц.

Я удивлённо вскинул бровь, а Петя принялся протирать глаза, мол не померещилось ли ему с похмелья. Но сколько бы он их ни тёр, троица никуда не планировала исчезать.

У окна сидел молчаливый Михалыч, рядом с ним, о чём-то задумавшись, расположился Виктор, а напротив них находилась Виола, всем своим видом источая благородство.

– Привет, какими судьбами! – Спросил я их, радостно улыбнувшись и махнув рукой. При этом взглянув на Виолу с теплотой, она ответила мне тем же.

Пётр к этому времени закончил протирать глаза и видимо смерился с реальностью.

Виктор в ответ мне также махнул рукой и, прокашлявшись, начал говорить:

– Дело в том, что ситуация обострилась, а мои бывшие братья при поддержке, сам знаешь кого, приступили к более радикальным действиям. И поэтому было принято решение переместиться нам. – Он кивнул на Виолу. – Из Лусента в Аркс.

Так как Аркс был пограничным городом и основным щитом Ривенгтола перед вторжением из Мировых врат, то он официально был признан территорией Искателей. Во время набега Скайров даже слово правителя Ривенгтола было вторым после слова коменданта Аркса. Также там с недоверием относятся ко всем пришлым, даже к Искателям.

Скажем так были прецеденты, когда люди, верящие в то, что Скайры это божья кара, которая очистит эту грешную землю, пытались подорвать оборону города изнутри. Поэтому Виолу там достать будет сложнее даже чем во дворце. Тем более, как я понимаю, она сейчас инкогнито – на ней был довольно простой наряд.

Почему её не переметили в Аркс с помощью магии пространства? Потому что при перемещении на большие расстояния её довольно просто отследить, а в день Нового года даже Искатели редко пользуются порталами. Ну, а то, что целая Принцесса, поедет в обычном поезде никто не заподозрит. Тем более, если профессионалы подчистят за ней следы.

– Мы присядем? – Спросил я у них. Лавки в вагоне были рассчитаны на троих человек.

– Конечно. – Ответила мне Виола, отодвигаясь к окну.

Я сел рядом с ней, а Пётр рядом со мной. За окном начал раздаваться методичный стук колёс о рельсы, а где-то впереди послышался гудок. Поезд отправлялся в путь.

– Как понимаю вы сейчас скрываете свои личности?

Виктор утвердительно кивнул.

– С местом проживания определились?

– Нет. Мы планировали остановиться у знакомых, но сейчас не понятно, кто предаст. Сам понимаешь влияние Священной Империи велико. – Спокойно произнёс Виктор.

Я вопросительно взглянул на Петю, он отрицательно мотнул головой и произнёс:

– Мать.

Да уж. Гостей у него она принимать не любила… Возможно это из-за его отца, приведшего пару раз свою пьяную компашку в дом.

«Можно, конечно, попытаться её уговорить, но, учитывая, как выглядят Виктор с Михалычем…» – Один мрачный в очках и с нездорово бледной кожей, а второй больше на бандита похож чем на студента.

«Эх…»

– Тогда можете на каникулах погостить у меня. Дом у нас большой, да и мама гостям будет только рада. – Я улыбнулся, вспоминая её.

Виола на миг покраснела и слегка смущённо произнесла:

– Тогда представишь меня ей?

Виктор хмыкнул, Михалыч, как всегда, молчал, а Петя опохмелялся как будто в последний раз. Да… скоро он встретится с мамой.

Я залюбовался смущённым лицом своей девушки и произнёс:

– Хорошо.

«Хотя в ближайшее время я не планирую жениться на Виоле, но с мамой познакомить её уже можно».

После моего ответа она прильнула к моему плечу, а я стал нежно гладить её по голове. Константин на другом моём плече досыпал положенное, отправлялся в царство Морфея он обычно в два часа ночи. Михалыч смотрел в окно, а Виктор что-то читал, а Петя, кажется, просто спал.

«Интересно, во сколько он вчера лёг?»

***

Виктор

«Не знаю случайно ли или нет, но после конца старого года предавшие орден братья стали действовать».

«Возможно, Священная Империя потребовала от них результатов, ведь Эрни провалился, а может они просто захотели больше власти».

«В один миг были совершенны покушения на влиятельных в сфере торговли и верных Его Величеству представителей знати. А наследного Принца в его покоях попыталась зарезать личная служанка…»

«К радости, будущий глава предвидел, что на влиятельных в сфере торговли и верных королю дворян будут совершенны покушения. Поэтому жертв удалось избежать, но служанка наследного Принца… Когда её схватили и допросили, она сказала, что ничего не помнит, после того как вчера поговорила с очаровательной леди. Скорее всего, это дело Крысолова, четвёртого в Призрачной труппе».

Пока они все вместе ехали в поезде Виктор читал доклад, написанный на языке их ордена.

Несколько дней назад его посетило дурное предчувствие, поэтому он вместе со своим спутником стал готовить экстренный путь отхода для Принцессы.

Сразу после того, как произошло покушение на наследного Принца, его люди вывели Принцессу через тайный ход. А потом они вместе сели на поезд в Аркс.

«Почти сразу после того, как Принцесса покинула дворец в её покоях раздался взрыв. Подозреваю это дело Подрывника, третьего в Призрачной труппе.»

Виктор закончил читать доклад.

«Почему они стали действовать агрессивнее? Что их заставило отправить в столицу третьего и четвёртого из Призрачной Труппы?»

Он на некоторое время задумался.

«Помню Стас просил пустить слух о том, что у его отца был сын, и он знает, кто и почему убил Максимилиана Санктитаса… Нет. Вряд ли из-за этого бы Священная Империя начала действовать агрессивнее… Разве что в том инциденте была замешана не только церковь».

***

Магический поезд стал постепенно замедлять свой ход, а за окном показались стены родного города.

Стены Аркса подобно горам опоясывали его, надёжно защищая от набегов Скайров и жителей подземелий.

Ворота города-крепости открылись, пропуская внутрь пыхтящий паровоз. Последнее облачко дыма покинуло его трубу, а колёса сделали свой прощальный оборот, перед тем как впасть в спячку.

Двери вагонов открылись, движимые рунами. И толпа юных Искателей ринулась на улицы города в объятия своих семей. Нас с Петром также вышли встречать.

Его отец был крепким рыжеволосым великаном. При виде сына его лицо расплылось в белозубой улыбке, после чего он приветственно махнул рукой с кувшином вина. За что получил удар локтём под рёбра и склонился пополам, держась рукой за пострадавшее место.

Рядом с ним стояла смуглая черноволосая женщина, по внешнему виду которой можно было сказать, что она разбила множество мужских сердец. Её глаза были похожи на два изумруда, а лёгкая улыбка манила и очаровывала. В отличие от отца Петра его мать была воином шести мечей. Звали её Алайя Александровна. Она была знакома с моей матерью ещё до того, как они с отцом поженились.

Рядом с ними стояла она… Моя мама. Её чёрные локоны спускались до плеч, а на лице сияла добрая улыбка. Глаза же… Её карие глаза напоминали мне о тепле домашнего очага и вкусе детства. На ней было неброское, но качественное платье. После смерти отца мы жили хотя и не богато, но денег, заработанных им за карьеру Искателя, хватало.

Пётр подошёл к отцу и начал с ним о чём-то весело болтать, избегая маминого сурового взгляда. А я ему говорил, что у неё в столице связи, А пьяную компанию, разгуливающую по академии, тяжело не заметить. За прошедших два месяца мне, наверное, раз десять пришлось будить моего друга.

– Давно не виделись. – Сказав это, я с улыбкой обнял мать.

– Я рада, что ты приехал. А это кто? Твои друзья и фамильяр? – Спросила она, с теплом взглянув на меня, а потом указав на Витора, Михалыча и Виолу. Увидев последнюю, она озорно улыбнулась, а после взгляда на меня с Константином её улыбка стала ещё шире.

«Да, мы великолепны».

– Да. Я писал тебе о них. Позволь мне вас представить друг другу. Это моя мать, Анастасия Васильевна…, а это мои товарищи по отряду, Виктор и Михалыч. Последний не очень многословен. – Виктор поздоровался с ней, а Михалыч поцеловал её руку, как настоящий джентльмен.

– Константин, мой фамильяр. – После моих слов он изобразил приветственный поклон. Лучи солнца играли на его золотых перьях, делая его похожим на драгоценную статуэтку.

– Это лидер нашего отряда, а также моя девушка, Виола. – Она сделала приветственный реверанс, моя мать в ответ кивнула, озорно улыбаясь. Я ей ещё не рассказывал, что Виола – Принцесса Меча.

Боюсь, если она об этом узнает, то в каждом письме будет спрашивать про свадьбу и внуков.

Просто, она с детства мне говорила, что моя невеста должна быть сильной и воспитанной женщиной. Возможно, это потому, что моя мать сама бывшая дворянка, отрёкшаяся от своего рода ради отца.

Когда я закончил их представлять друг другу, то произнёс:

– Они приехали в Аркс, чтобы вживую по наблюдать за отражением набега Скайров (Большинство иногородцев здесь за этим). Но сама понимаешь, насколько сложно приезжим найти жильё в нашем городе, у нас здесь даже гостиниц и постоялых дворов нет. Поэтому могут они на время каникул пожить у нас?

Она на некоторое время задумалась, а потому спокойно спросила:

– Вы обещаете, проживая в нашем доме, не доставлять мне и моему сыну неудобств?

– Да. – Ответили Виктор и Виола, а Михалыч утвердительно кивнул.

Во время их ответа моя мать внимательно наблюдала за каждым изменением их лиц, а также тембром голосов. После чего она с улыбкой произнесла:

– Хорошо. Можете эту неделю пожить у нас.

Моя мама очень хорошо разбирается в людях.

Примерно пять лет назад, когда отец был ещё с нами, она встретила на рынке одного прохожего и обменялась с ним парой слов. Придя домой, она сказала отцу, что он показался ей подозрительным, хотя с виду был милейшим человеком. Тогда отец сообщил об этом командиру городской стражи. А на следующий день выяснилось, что тот человек был фанатиком и хотел проделать в стене брешь с помощью взрывчатки. Его после этого отправили в столичную тюрьму.

***

Где-то в тёмном подвале под Арксом.

– У вас всё готово? – Хриплым голосом спросил человек в белом балахоне с перевёрнутым чёрным веером из крестов на спине у трёх других, одетых в тоже самое.

– Да! Можем хоть сегодня начать! – Произнёс в ответ первый, а второй и третий энергично закивали.

– Хорошо, тогда через два дня приступим. Да очистит господь эту грешную землю! – Произнёс старик, сложив руки в молитве.

– Да очистит! – Хором ответили ему оставшихся трое.

***

В нашем доме было много комнат, в которые и заселили Виктора, Михалыча и Виолу.

Дни проходили спокойно. Михалыч помогал маме с готовкой, а Витор ходил на рынок за покупками. Я с Виолой тренировался на мечах во дворе, а после она читала книги в библиотеке. Так как я с детства их любил, отец часто привозил домой различные литературные произведения. Начиная с рассказов для детей, заканчивая различными энциклопедиями.

Виола сильно сдружилась с моей матерью, и по вечерам они часто болтали о чём-то вдвоём.

Такая тихая и размеренная жизнь, к сожалению, длилась недолго.

Когда я проснулся утром третьего января, меня посетило нехорошее предчувствие.

После того как сделал утренею зарядку и умылся, то сразу же вышел на улицу. Моя тревога стала возрастать.

Как только я задумался над тем, в чём может быть причина, над городом вспыхнул красный огонь и раздался вой, признак того, что на Аркс движется волна Скайров.

Сигнал прозвучал пять раз, обозначая максимальный уровень угрозы. Видимо прорыв был из мировых врат.

Такое случается примерно раз в десять лет. Скайры собирают небольшие войска и прорываются в наш мир.

Зачем они это делают? Возможно, чтобы люди не расслаблялись, а может для того, чтобы сильнее разрушить границу между нашими мирами и открыть новые мировые врата.

Хотя такое вторжение и несёт угрозу, но стены города, создающие вокруг него магический барьер, должны его остановить. А потом Искатели постепенно их уничтожат, как и семь лет назад.

«Нет, тут дело в чём-то другом…»

– Стас, что тут происходит? – Спросила выбежавшая во двор Виола. Она уже была в полном боевом облачение, а её волосы были завязаны в аккуратный хвост. Хотя слегка заспанное лицо показывало, что она лишь недавно проснулась.

За ней в дверях показались Виктор с Михалыч, они также уже были собраны. А за их спинами была моя мать.

– Можешь за меня не беспокоиться. Я сама доберусь до укрытия, ты же отправляйся на стену. – Сказала она с улыбкой, заметив мой взгляд.

– Хорошо. Береги себя. – Произнеся это, я поцеловал мать на прощание в щёку.

– И ты. – С этими словами она крепко обняла меня и, заперев дом, отправилась в укрытие.

Я взглянул на Виолу, Виктора и Михалыча.

– Мы с тобой! – Воскликнула она, заметив сомнение в моём взгляде.

– Королевская семья Ривенгтола ни за что не будет стоять в стороне, когда стране угрожает опасность. – Голос Виолы был наполнен решительностью. А Виктор с Михалычем молча кивнули.

«Да, пожалуй, с самого основания этой страны, для её королевского рода позор был хуже смерти. А сто лет назад, когда случился прорыв Мировых врат, отец Его Величества, вместе с братом стояли на стенах Аркса вместе с простыми солдатами».

«Возможно, только благодаря их семейному лозунгу: «Честь дороже жизни!» Ривенгтол тогда не пал, а нынешний Император потерял своего дядю, магистра меча того времени».

– Хорошо. – Сказал я, поняв, что её не переубедить.

После чего мы все отправились к крепостным стенам Аркса.

***

Городская стена... Она была огромной, метров сорок в высоту, а её поверхность была однородна, словно высечена из скалы.

Историки предполагают, что её возвели ещё в Золотую эпоху волшебства. Возможно, тогда здесь тоже была крепость, но, к сожалению, когда первые поселенцы прибыли в Аркс, то обнаружили только стену, пустое поле внутри неё и проход на месте нынешних ворот. В Арксе были только восточные ворота.

Сама она была сделана из неизвестного материала, который не смог пробить даже мастер меча уровня магистра. Поэтому Аркс можно было бы назвать по реальности непреступной крепостью, если бы не Талпы. Скайры внешне похожие на кротов переростков, метра три в высоту. В отличие от своих земных аналогов они в основном передвигались над землёй, скорее всего, потому что их тела слишком массивны и бронированы. Но в случае крайней необходимости они могли прорыть тоннель. Например, чтобы напасть. Также их тела покрыты особой слизью, которая, попадая на поверхность, скрепляет её подобно цементу. Благодаря этому, их туннелями могут воспользоваться и другие Скайры.

Наверное, в своём мире они жили под землёй, выбираясь наружу только ради охоты.

Во время кровопролитной столетней битвы, эти твари показали пугающую эффективность, создав множество тоннелей, ведущих прямо в город. Поэтому после той битвы на стены Аркса были наложены мощные руны стихии земли и воздуха, не позволяющие попасть в город ни с воздуха, ни из-под земли.

На стене мы встретились с Петром и его отцом, они оба дружно прикладывались к спиртному. Разница была лишь в том, что Пётр пил из бутылки, а его отец опустошал целый кувшин.

Приветственно махнув им рукой, я обратил свой взор за стены. Там примерно в пяти километрах от Аркса виднелись тысячи Скайров. Среди них были как самые примитивные, наподобие бегунов, так и особи, встречающиеся только во вратах первого и второго рангов.

В центре восседая на огромной твари, похожей на смесь лягушки и крокодила, свирепо смотрел в сторону города-крепости Скайр-командир. Он был похож на огромного двуного ящера, закованного в чёрную броню, в руках у него была огромная двуручная трёхметровая чёрная секира.

Когда я пытался рассмотреть его получше, его взгляд резко пересёкся с моим. Я почувствовал сильное давление и чудовищную жажду крови, в отличие от взгляда других Скайров в его не было страха.

«Интересно».

Хотя меня и заинтересовал их командир, но причиной моего беспокойства был не он. Я ещё раз внимательно осмотрел их войско.

– Антон, а разве Скайры хотя бы раз после того, как город был экранирован от вторжения из-под земли, приводили Талпов? – Обратился я к отцу Петра, а моя тревога продолжала становиться лишь сильнее. Отец Петра терпеть не мог формальное обращение, а так как я с ним давно знаком, то обращался просто по имени.

– Хм… – Он на некоторое время задумался, оторвавшись от кувшина с вином. – Пожалуй не припомню. Хотя Талпы довольно сильные и быстрые твари, но очень уязвимые, если находятся не под землёй. Довольно странно, что в этот раз они здесь.

Во время нашего разговора в войске Скайров начались подвижки. Часть из них отправилась к стенам, как всегда в самоубийственно атаке, а вот вторая разбилась на несколько колон и принялась чего-то ждать. Талпы начали копать…

Большинство защитников Аркса не обратили на это внимания, сфокусировавшись на Скайрах, атакующих стены. Но я и отец Петра заметили это.

– Я доложу об этом коменданту, а ты со своей группой проверь руны! – Крикнул он, в ответ я кивнул. К сожалению, во время вторжения Скайры каким-то образом блокируют любую телепатическую связь (магия стихии тьмы и школы иллюзий).

Пётр на некоторое время замешкался, решая с кем идти, но, увидев суровый взгляд отца, присоединился к нам.

– Доверяю его тебе. – Серьёзно произнёс Антон Фёдорович.

– Хорошо. Тогда… Если что-то будет не так он запустит сигнальный огонь. – Произнёс я после, чего ринулся вместе со своей группой к угловой настенной башне, они были построены уже после Аркской бойни.

Противоздушный и подземный экраны являются по своей сути сложным рунным массивом, основными частями, которого являются четыре угловых башни. Чтобы полностью уничтожить массив нужно одновременно разрушить их. В ином же случае в нём лишь появится брешь, а башни восстановятся со временем.

В обычное время их конечно охраняли, но вот во время вторжения Скайров, особенно такого массивного… Вряд ли сейчас там хоть кто-нибудь был.

Поэтому мы отправились к ближайшей к нам, северо-западной башне. Моя тревога стала бить набатом.

Когда мы приблизились к северо-западной башне, битва на стенах началась. Всюду стали мелькать разноцветные вспышки заклинаний, а магические щиты вспыхивали от дальнобойных атак Скайров. Часть же из них начала взбираться по абсолютно гладким стенам, непонятно как за них цепляясь. Когда они забирались на них, некоторые вообще делали это прыжком, в бой вступали мастера меча, и стены окрашивались в багряный.

Не обращая внимания на происходящий на стенах бой, я отворил дверь, ведущую внутрь башни, остальные последовали за мной. Как только дверь за нами закрылась, шум битвы исчез.

Внутри башни был полумрак, её освещал лишь слабый свет рун. В центре основания башни стояла фигура, закутанная в белый плащ, и с чёрным перевёрнутым веером из крестов на спине. Когда мы приблизились к ней, она резко повернулась к нам. Под капюшоном сверкнули глаза, наполненные безумием. Я почуял терпкий горький запах с нотками серы. Моё чувство опасности кричало: «Беги отсюда!», а Константин уже устремился наружу, открывая для нас проход.

– Уходим, срочно! – Сказав это, я что есть сил рванул к дверям, схватив по дороге Петра. Виола, Виктор и Михалыч почти сразу же последовали за мной.

– Да очистит господь эту грешную землю! – Сказал культист, а потом у меня от грохота заложило уши. А башня за нашими спинами красочно сложилась внутрь.

Глава 3. Неприятности

Меня в спину ударило взрывной волной, из-за чего я пошатнулся. Виктор и Михалыч, как только поняли, что что-то не так сразу же прикрыли Виолу. Мастер парных клинков валялся на земле, постепенно приходя в себя. Его верный спутник стоял подобно каменному исполину, ни грохот взрыва, ни ударная волна не смогли поколебать его. А Виола защищённая такой надёжной охранной вообще не пострадала.

– Можешь меня уже отпустить… – Сказал Пётр, постепенно приходя в себя.

Константин незапятнанный ни взрывом, ни пылью с королевским достоинством приземлился мне на плечо.

Как только я отпустил своего друга на землю, он некоторое время постоял на месте, сделал пару пробных шагов, во время них его шатало из стороны в сторону. Замер на некоторое время. Подумал… Приложился к бутылке спиртного и слегка шатаясь начал плести заклинание третьего круга.

«Ну… Ему не привыкать».

С рук слегка пьяного Петрухи сорвался и устремился вверх искрящийся ярко красный огонь, после чего с громким хлопком взорвался в небесах. В бою это заклинание почти бесполезно, но вот для оповещения в самый раз.

С чувством выполненного долга Пётр снова приложился к бутылке и шатающиеся походкой направился к стене. Четыре башни были внутренними сооружениями.

После того как Виктор пришёл в себя, мы все вместе отправились догонять ушедшего вперёд моего друга.

На стене сражение было в самом разгаре, а вспышки магии, казалось, не прекращались ни на миг. Где-то валялись разрубленные, раздавленные и обгоревшие части тел Скайров, а где-то лежали мёртвые защитники крепости… К сожалению, и с нашей стороны были потери.

Сама стена была очень просторной, метров десять в ширину. Зубья были под три метра в высоту и больше походили на клыки гигантского зверя, чем на защитное сооружение.

Мы отправились к центру западной стены. Там должен был находиться комендант города-крепости, а также отец Петра.

Пока мы бежали, изредка избавляясь от особо назойливых Скайров, или помогая в критических ситуациях, внутри Аркса стали появляться Талпы.

Сначала земля слегка вспучивалась, а потом с громким грохотом, оттуда выпрыгивал сам Талп, удивительная для такой туши подвижность. Следом за ними из туннелей стали постепенно выбираться другие Скайры. Часть из них отделившись от основной группы пошла громить город, но так как с начала вторжения все мирные жители закрылись в бункере, то вряд ли они кого-либо найдут. Да и сам бункер даже магистр будет вскрывать несколько часов, а его ещё найти надо!

Вторая часть Скайров стала объединяться в небольшие группы и штурмовать стену Аркса изнутри.

«Как понимаю забраться на стены с восточной стороны города, а потом зажать его защитников с четырёх сторон, они не додумались. Хотя ситуация и без того скверная».

Малая часть защитников успела перегруппироваться, увидев, услышать в какофонии боя что-либо решительно невозможно, разрушение башен. Другая часть, видимо, получив команду из центра, стала быстро менять построение, для видения боя на два фронта. Чем мы были ближе к командному пункту, тем больше было таких, а чем дальше от центра находилась боевая звезда, тем позже она реагировала. Кто-то вообще был настолько погружён в битву, что до них попросту не смог дойти приказ.

Как только мы с товарищами добрались до командного пункта. Битва уже успела перейти во вторую фазу.

Так как сами стены были очень высокими и практически однородными, тем более не разрушимыми, при основании Аркса было решено построить с помощью магии земли две большие лестницы, идущие от углов западной стены к её центру. Хотя камень, из которого она сделана невозможно деформировать даже с помощью магии земли, но почему-то другие объекты, созданные этой стихией, приращивались к ней прекрасно.

По ним кто-то молча, кто-то громко крича, лезли Скайры. Группы людей, которые успели перегруппироваться поливали их сверху магией.

«Странно… Среди них почему-то не было их руководителя, хотя это такой шанс воспользоваться неожиданностью и тем, что не все защитники успели перегруппироваться…»

Я пристально взглянул за стены. Там посреди поля, с несколькими сотнями подчинённых чего-то ждал Скайр командир, или кого-то… В его взгляде я почему-то прочитал страх, а моя тревога снова забила набатом.

В центре стены посреди горы из трупов Скайров стоял мужчина лет пятидесяти. Одет он был в чёрный военный мундир с золотыми погонами на плечах, а из-под чёрной военной фуражки пронзительно глядели на всех вокруг карие глаза. Его взгляд был как у хищной птицы, а слегка седые длинные усы лишь добавляли ему суровости и благородства. Это был комендант города-крепости Владимир Голицын, а рядом лежала отрубленная голова Мавра. Кажется ему хватило лишь одного удара.

«Потрясающе! Вот это мастерство!» – Восхищённо пробормотал Рик, и я был с ним полностью согласен. Срез шеи был абсолютно ровным, простой грубой силой такого не добиться, вдобавок на нём самом не было ни капли крови, несмотря на обилие разрезанных на части тел вокруг.

По рассказам отца я знал, что Владимир Голицын практикует только искусство меча. Вроде бы у него с детства оказался посредственный магический талант, из-за чего его род и сослал его сюда. Но несмотря на отсутствие таланта к волшебству он стал магистром меча, а также официально сильнейшим мечником в мире после вечного стража Священной Империи.

«Ты же тоже это почувствовал? Что-то интересное грядёт!» – Воскликнул Рик. Я его радости не разделял. Ведь Арскс мой родной город, здесь я вырос и с многими его жителями знаком. Людей здесь проживает всего несколько тысяч. Поэтому я не хочу, чтобы многие из них погибли.

«Эх… Какой ты скучный! Хотя, пожалуй, благодаря этому вашему желанию защитить других людей, Империя Человечества и смогла победить демонов». – Я усмехнулся, услышав его слова.

– Стас! – Приветственно махнул рукой отец Петра, с лёгкими подозрением посмотрев на своего сына. Того сейчас шатало из стороны в сторону, а его лицо было слегка красным.

– Я… Икк. В порядке! Всего лишь три бутылки вина выпил! Икк… – Смущённо икнул Пётр.

– Эх, ты! От трёх бутылок тебя так развезло! Настоящий мужик бы и четыре бы спокойно осилил бы! – Сказал Антон Фёдорович, опустошая неизвестно какой уже по счёту кувшин вина.

– Да! – Серьёзно воскликнул Пётр, тут же собравшись и придя в себя. – Я настоящий мужик!

– Ага! Я в тебе и не сомневаюсь, ты же мой сын! Хахаха!!! – Они дружно рассмеялись посреди кровавой битвы.

«Ох! Как приятно найти родственных душ!» – Мысленно произнёс я.

«Ага! Любопытно почему этот мир ещё цел? А ему же уже крышка, скоро и сам умрёт! Пожалуй, это не удивительно». – Произнёс Рик.

«Только демон может с такой холодной отстранённостью говорить о смерти мира».

«Эй, ты чего! Даже у меня есть сердце! Например, когда я сочиняю стихи…» – Дальше я его старался не слушать.

– Антон, а вы не знаете почему командир Скайров не стал нападать? – Спокойно спросил я.

– Хм… Да это странно. – Он задумчиво взглянул за стену.

– Просто как я это увидел меня посетило чувство тревоги. – После моих слов, Антон Фёдорович нахмурился. У моего отца, по его словам, тоже была хорошая интуиция.

– Ты уверен парень? – Вопросительно взглянул на меня Владимир Голицын. В ответ я кивнул. Он на миг взглянул на Виолу, потому хмыкнул и вновь посмотрел на меня.

– Меня тоже сначала боя не покидало чувство беспокойства, а когда увидел бездействие их командира оно лишь возросло. Да, ситуация сейчас тяжёлая, но даже с учётом Талпов оборона Аркса выдержит. – Задумчиво произнёс комендант.

– Может он ждёт пока мы не запросим подкрепление у столицы… – Спокойно произнёс я.

– Мне кажется, что он не главный. – Спокойно добавил Константин. Я кивнул, соглашаясь с ним.

Услышав мои слова, Владимир Голицын на некоторое время задумался, а потом на миг в его глазах мелькнул страх, но потом сразу же исчез.

«Железная выдержка».

– Не будь ты сыном Максимилиана Санктитаса, я может быть пропустил бы твои слова мимо ушей. Но восемь лет назад за день до вторжения твой отец начал возводить над жилым кварталом города купол из света, а когда я его спросил: «Зачем?». Он ответил, что завтра будет сильный дождь. На следующий день Скайры впервые использовали в бою свою артиллерию и первый удар нанесли они по жилым кварталам… – Владимир Голицын на некоторое время замолчал.

– Поэтому бери свой отряд и начинай эвакуацию гражданских. В убежище есть тайный туннель, ведущий прямо в мэрию. Там же находится круг телепортации в Лусент. – Сурово произнёс комендант Аркса. – Антон, ты тоже иди с ними, приглядишь за молодняком, а я тут и без тебя справлюсь.

– Владимир, ты… – Отец Петра мрачно на него взглянул.

– Это приказ! – На миг комендант крепости повысил голос.

– Сам знаешь нынешний командир Скайров находится на ранге магистра, а подчиняться такой будет только кому-то гораздо сильнее. – Владимир Голицын грустно усмехнулся. – Поэтому позаботься о молодняке, Антон.

– Хорошо. – Произнёс отец Петра и отдал честь.

После этого мы все вместе отправились к убежищу. Настроение в группе было мрачным.

Как только мы добрались до убежища, то разделись. Я с Петром пошёл в мэрию, активировать круг телепортации. Его отец задержался, чтобы перед уходом помочь защитникам стен. Виктор, Михалыч и Виола занялись эвакуацией. Владимир Голицын одолжил ей свою печать, чтобы жители Аркса послушались нас.

Мы с другом вошли в комнату с кругом телепортации. Это было просторное цилиндрическое помещение, метров десять в диаметре. Так как в случае особо сильных вторжений сюда перебрасывали войска из столицы, круг мог перенести за раз до ста человек.

«Какая искусная работа!» – Подумал я, изучая сложный рунный массив, являющийся кругом телепортации.

– Стас, с Владимиром всё же будет хорошо? Он мне как дедушка. Помню, как он выпивал вместе со мной и отцом, а потом рассказывал истории из своей жизни. Когда мне было грустно он внимательно выслушивал все мои детские переживания, а потом лохматил мои волосы и говорил, что я большой молодец, и что с ним притворяться сильным не обязательно… – Пётр хлюпнул носом.

– Не волнуйся с ним всё будет в порядке. – Я ободряюще улыбнулся другу.

– Обещаешь? – Спросил он меня со слегка влажными глазами.

– Обещаю. – Сказал я и протянул другу носовой платок.

После чего стал вливать в определённые руны свою ману, активируя, а потом и настраивая круг телепортации. Когда я стал изучать рунную магию этого мира, больше всего меня заинтересовала магия пространства. Поэтому о кругах телепортации я знаю почти всё, правда сделать свой пока что мне сил не хватит.

Магические накопители засветились, передавая это свечение в сложные линии, начерченные на полу.

Круг телепортации был готов к работе!

***

Когда группа юнцов покинула его Владимир Голицын направил свой взор на командира Скайров.

– Думаю я могу доверить Её Высочество вам, Антон и потомок солнца. – После этих слов комендант города-крепости Аркса обнажил свой двуручный меч.

Два часа спустя.

Крепостная стена была почти полностью залита кровью людей и Скайров, а остатки защитников собрались вокруг коменданта. Из Скайров же остались лишь небольшие группы, праздно шатающиеся по городу.

Владимир почувствовал своим восприятием мощный всплеск маны, а потом зияющую пустоту со стороны мэрии. Круг телепортации закончил свою работу.

Командир Скайров нахмурился, если так можно сказать про его обезображенное лицо, а потом приказал оставшимся войскам пойти в атаку.

Искатели, сплотившиеся вокруг коменданта, приготовились к последнему бою.

Когда до стен им оставалось метров пятьсот, в их рядах вспыхнул пламенный бутон, а потом расцвёл красивым алым цветком сжигая всё на своём пути и отправляя свои лепестки в полёт, продолжая пиршество огня. Это была магия за пределами седьмого круга. В мгновение ока от сотни Скайров остались лишь считанные единицы и их командир.

– Зачем ты вернулся? – Хмуро спросил комендант мужчину, стоящего рядом и прикладывающегося к кувшину вина.

– Зачем? Пётр уже взрослый сможет о себе позаботиться, тем более его родословная пробудилась больше, чем у меня. Также я передал ему нашу семейную реликвию. А я ни хочу отдавать свой родной город этим тварям без боя… Да и вдобавок одного друга я уже потерял. – Произнёс Антон Фёдорович, разбивая глиняный кувшин вина об каменную стену.

– Понятно… Кажется, начинается. – Командир Скайров преклонил перед кем-то колени, а перед крепостью начали сгущаться тучи.

– Бесполезные! – В воздухе раздался громкий наполненный гневом хрипящий голос, говоривший на непонятном языке.

Командир Скайров съёжился в страхе, а из ударившей в землю молнии вышло существо.

Оно чем-то отдалённо напоминало человека, только его кожа была покрыта чёрным хитином, а волосы извивались подобно живым змеям. По его телу пробежал зелёный разряд молнии, а потом ударил в коленопреклоннёного командира Скайров. Он взвыл в мучительной агонии.

– Ничтожество. – В этот раз голос существа был похож на шипение змеи.

Спустя несколько секунд он прекратил свою мучительную пытку, а командир Скайров остался лежать на земле без движения. Не ясно было, жив он или мёртв.

В одно мгновенье существо оказалось над стенной. По его телу бегали зелёные разряды, а изо рта показался длинный раздвоенный язык.

Оно протянуло в сторону защитников крепости руку, и с неё сорвался такой же зелёный разряд, которым секунду назад существо пытало командира Скайров.

Как только оно появилось, все защитники крепости кроме отца Петра и коменданта Аркса потеряли сознания.

За миг до того, как существо закончило расправу над своим подчинённым, Антон мгновенно сплёл плетение и отправил оставшихся в живых Искателей внутрь города.

«Может, он их не убьёт… Хотя это и маловероятно». – Подумал он.

Как только зелёная молния устремилась к ним, Владимир взмахнул своим двуручным мечом, принимая удар на себя. Его тело задрожало от напряжения, а изо рта полилась кровь. Он почти потерял сознание.

– Хм… Недостаточная мощность? – Задумчиво проквакало существо.

С рук Антона сорвался маленький пылающий лепесток. Но коснувшись тела существа он расцвёл целым букетом огненных роз.

– И это всё? – Хмыкнул Скайр, а потом по его телу прошли зелёные разряды, уничтожая все цветы на его туловище.

Зелёные молнии снова вспыхнули на его теле, собираясь на этот раз в кулаке. На мгновенье силуэт Скайра размылся, после чего Антон с Владимиром отправились в полёт. Комендант Аркса в последний момент успел прикрыть собой друга.

Их тела с грохотом вошли в город, пройдя насквозь через несколько зданий, разрушая их. Антон от этого удара потерял сознание, а коменданта города-крепости рвало кровью.

«Вот и всё… Жаль, что я вас больше не увижу». – Подумал Владимир Голицын, смотря на фотографию в золотом кулоне. Там на плечах у сурового коменданта Аркса сидела маленькая девочка с чёрными хвостиками и задорно улыбалась. Рядом с Владимиров на изображение стояла женщина лет тридцати с чёрными волосами и зелёными глазами. Девочка как две капли воды была похожа на неё, но глаза у неё были карими.

«К сожалению, я слишком поздно завёл семью. И слишком поздно осознал, насколько это ценно». – Комендант взглянул на чёрного Скайра. В его руке собиралось копьё из зелёных молний, он готовился их добить.

Владимир Голицын закрыл свои глаза в ожидании смерти, а по его суровому лицу покатилась одинокая слеза.

«Как же много я хотел ещё успеть в этой жизни».

Вспышка. Он зажмурился в ожидании жуткой боли, и приготовился сжечь свою кровь, ради последнего удара, но одну секунду сменяла вторая, а вторую третья. Боли не было.

Тогда Владимир открыл глаза.

Перед ним стоял высокий статный мужчина с чёрными крыльями за спиной и золотой сияющей птицей на плече. Лица его было не видно, но сам его вид на подсознательном уровне внушал страх. Но вместе с тем он, казалось, обладал величием и достоинством, которых Голицын не видел даже у Императора.

– Ты хорошо держался, можешь отдохнуть. – Произнёс его спаситель, после чего на него медленно опустилось чёрное перо, и он погрузился в пучину сна.

Глава 4. Бой

Когда началась эвакуация гражданских Виктор отправил вперёд Виолу и Михалыча, убедив её тем, что она лучше всего сможет организовать приём с той стороны, а своего товарища, думаю, для защиты.

Когда на круге телепортации оказалась моя мама, она взглянула в мои глаза и грустно произнесла:

– Ты такой же, как и твой отец… Береги себя.

В результате, когда последняя партия гражданских была отправлена в Лусент, в здании мэрии остались мы трое. На боку у моего друга висела тыквенная бутыль вина, переданная ему отцом.

– Ты идёшь? – Спросил меня Петя, стоя на круге телепортации вместе с Виктором.

– Прости, но у меня остались тут ещё неоконченные дела. Я потом вас догоню! – С улыбкой ответил я Петру.

– Ты обещаешь? – Спросил меня друг, видимо почувствовав дежавю. Хотя в тот раз он был в отключке.

– Обещаю! – На прощанье я помахал своему другу детства рукой.

Вспышка и в мэрии остались только я и Константин. Я взглянул на него.

– Я знаю, что ты гораздо сильнее меня. Понял ещё при первой нашей встрече, но настоящий воин никогда не бросит своего товарища в беде… Даже если ему это будет стоить жизни. – Взгляд Константина встретился с моим.

– Хорошо. – Думаю он не будет мне обузой. Да и вдобавок, так как он мой фамильяр, то и ужас моего истинного облика на него не должен подействовать.

«Ну что ж пришло время сдержать своё прошлое обещание».

Расправив свои демонические крылья, я пробил крышу мэрии и взмыл в небеса.

***

– А ты не плох. – Произнёс я на ломаном языке Скайров, разрезав его молнию своим мечом. Учёные всю ближайшую сотню лет пытались его понять, но так как говорили на нём только Скайры командиры и выше, то и изучить его было не просто. Большая часть книг на эту тему изобиловала предположениями и догадками, к тому же и произношение у всех Скайров было разным. Поэтому моя фраза для него должна была звучать примерно так: «Молодец!». Ну… По крайней мере, я на это надеюсь.

Скайр… пусть будет генерал. Да! Генерал Скайров возмущённо что-то рыкнул. «Значит я со смыслом фразы не ошибся!» А потом метнул сразу два копья из молний.

Я же, сконцентрировав, свою демоническую силу в мече нанёс горизонтальный удар. Большая часть зелёных молний была уничтожена, но часть из них проникла в моё тело…

«Неприятно».

«А он силён!» – Радостно воскликнул в моей голове Рик.

«Пожалуй». – Согласился я с ним. А ведь у меня ещё за спиной балласт…

Сконцентрировавшись, я начал чертить в воздухе демоническую руну Скорби. Генерал же Скайров решил, что в дальнем бою ему ничего не светит, и, собрав зелёные молнии в своих руках, стал стремительно сокращать дистанцию.

Когда я нанёс своим мечом в воздухе последнюю черту, до генерала оставалось десять метров. Руна вспыхнула чёрным пламенем, а Скайр осознал, что ошибся, и попытался отступить, но было уже поздно. Вспышка! И на генерала с небес сошла чёрная Скорбь.

Два вида молний вступили в схватку за тело, одна пыталась его спасти, а вторая разрушить.

«Как символично!» – В Рике проснулась поэтичная натура. Я же стал создавать в воздухе демоническую пелену, аналог магического барьера. И, закончив, укрыл ей двоих у себя за спиной.

«Обидно будет если они в разгар боя погибнут, да и Скорбь не различает своих и чужих».

Когда пелена укрыла Антона и Владимира, Константин сорвался с моего плеча, входя с ней в контакт. Его перья засветились очень ярким светом, и он нырнул в неё. После чего моя пелена покрылась золотыми прожилками, став ещё прочнее.

«Ну, теперь можно точно не беспокоиться за их жизнь».

Данный приём получился у Константина, потому что он и я магически связанны контрактом. Благодаря этому он может влиять на мои заклинания, а я на его, правда вмешательство максимально примитивно. Например, он может влить свою ману в моё заклинание или как сейчас наделить его своим атрибутом. У Константина это свет и золото.

Генерал взревел, а его тело начало преображаться. Зелёные молнии жгутами вонзались в его чёрный хитин, выжигая Скорбь. В тех местах куда они били хитин лопался, обнажая розовые связки мышц, последним штрихом стало открытое бьющиеся сердце и костяные шипы, проросшие по всему телу.

Все молнии собрались в его биологическом двигатели, делая его похожим на зелёную сверкающую звезду.

Скайр снова взревел, возможно частично утратив разум, его налитые кровью глаза смотрели в мою сторону.

Я взмахнул крыльями, взлетая и пытаясь отвлечь его внимание от пелены. «Хотя, пожалуй, сегодня на целый день только я у него в фаворитах!» Генерал, доказывая это, прыгнул в мою сторону, пелена его вообще не интересовала.

Укрытый шипами и покрытый зелёными молниями кулак устремился ко мне. Я взмахнул мечом, принимая удар на жёсткий блок. На мгновенье вспыхнули искры, сталь столкнулась с костью, а зелёные молнии с чёрным пламенем.

Вспышка! И меня с противником отбросило в разные стороны.

«Кажется, моё чёрное пламя неплохо ладит с его молниями!»

Я сплюнул кровь: «Какое же это тело слабое».

«Кровь?!» – Граница между мной и Риком стала постепенно размываться.

«Какое-то ничтожество заставило меня сплюнуть кровь?!» – Моё чёрное пламя стало разгораться всё сильнее. А генерал Скайров постепенно приходить в себя.

В какой-то момент у меня как будто что-то щёлкнуло в мозгу и весь гнев ушёл. Сработали натренированные за тысячу лет рефлексы, вырезанные прямо у меня в душе.

Чёрное пламя гнева разгорелось ещё сильнее, но мой разум оставался спокоен. Сейчас Рик стал моим сердцем, и все свои эмоции я передал ему. Ведь с самого моего рождения мы были двумя частями одного целого.

Генерал Скайров с рёвом бросился ко мне, зелёные молнии заструились по всему его телу, делая его похожим на комету. Земля, где он пробегал сначала плавилась, а потом с шипением начинала испаряться. Я слегка приподнял меч над головой, принимая стойку, а моё демоническое пламя стало постепенно перетекать в него. В какой-то момент его рукоятка стала сотканной как будто из самой ночи, а лезвие похожим на чёрное солнце, сжигающее сам свет.

«О этот меч!» – В моей голове пронеслась одновременно моя и в тоже время не моя мысль.

До генерала оставалась какая-то сотня метров.

Я сделал глубокий вздох. Мой разум вошёл в предельную концентрацию, а огонь в сердце, наоборот, стал гореть ещё сильнее.

Скайр приблизился в плотную, кажется, я мог разглядеть мельчайшие полоски мышц его лица.

Глаза генерала пылали жаждой крови, а его разум полностью утонул в безумие.

– Прощай. – Одними губами произнёс я, и опустил свой меч на Скайра, сумевшего вызвать мой гнев.

На миг зелёные молнии вспыхнули с удвоенной мощью, пытаясь дать отпор чёрному пламени, принявшему форму плазмы, но тщетно. Генерал Скайров, потеряв даже подобие рациональности, в гневе продолжал двигаться на встречу своей смерти.

Мой клинок коснулся его лица, обращая всю голову в пепел, потом торса, а когда мой меч достиг земли от Скайра не осталось и следа.

– Покойся с миром. Это был хороший бой. – Произнёс я, сложив руки в молитвенном жесте и смотря в небо, на котором начало восходить солнце.

***

Беженцам из Аркса в кратчайшие сроки организовали временное жильё в пригороде Лусента. Возможно, потому что сама Принцесса следила за этим, а может, потому что почти все жители Аркса были семьями Искателей и военных. А в Ривенгтоле все относятся к ним хорошо, даже часть аристократии. Ведь семьи тех, кто каждый день защищает эти земли от Скайров, заслуживают хорошего отношения.

Ну а когда стало известно, что вторжение Скайров в Аркс было отбито, а их генерала убил, цитирую: «Тёмный ангел, спустившийся с небес, с птицей из света на плече», большая часть беженцев решила вернуться обратно в Аркс. В том числе моя мать и родители Петра. Использовался для этого единственный поезд на путях, ведущих в город, поэтому возвращение в Аркс всех жителей заняло несколько дней. Виола же осталась в столице.

К радости, наши дома не пострадали, но вот торговому району и всем постройкам у стены сильно досталось. Так что оставшуюся часть каникул, мы с другом помогали с отстройкой Аркса.

Когда до конца каникул оставался один день нас с Петром срочно вызвали в Лусент. Даже воспользовались кругом телепортации. Как сказал гонец, дело срочное, да и учитывая сколько средств Ривенгтол потратил на эвакуацию горожан Аркса, одним телепортом больше, одним меньше… Не имеет значения.

После исследования полученного городом ущерба, было выявлено, что одно из убежищ обрушилось, в землю над ним попала молния генерала Скайров. Если бы не своевременная эвакуации пострадали бы сотни человек, а так только карман правительства. Пожалуй, такое отношение к жизням своих граждан является одной из причин, почему ривенгтольские Искатели готовы отдать жизнь за свою страну.

Когда вспышка телепорта развеялась, мы с другом оказались в портальном зале Имперской академии Искателей. Гонец сказал нам прибыть в кабинет ректора. Ну, учитывая кем является Александр Васильевич, его кабинет является самым защищённым местом в стране после императорских покоев.

Встреча была назначена на четыре часа, а золотая стрелка моих показывала только три с небольшим. Поэтому мы с Петей решили немного прогуляться.

Коридоры академии выглядели пустынно и заброшенно, большинство учителей отправились к своим родным и семьям на Новогодних каникулах, поэтому здесь сейчас были только ректор, его заместитель, и ещё парочка человек.

Я выглянул в окно. Крыши корпусов были покрыты снегом, а в окнах не горел свет и не учились люди. Казалось, что всё здание академии погрузилось в глубокий сон, укутанное снежным одеялом. Мы с Петром долгое время любовались этой картиной.

«Признаю красиво». – Согласился со мной Рик.

«Но в Инферно лучше!» – После чего наши мнения снова разошлись.

Когда до назначенного времени оставалось десять минут мы с другом отправились к кабинету Александра Васильевича.

Когда я открыл дверь, стрелки на моих часах показывали ровно четыре часа.

В кабинете кроме ректора находились ещё Виктор с Виолой. Он сидел на стуле рядом со столом, а она на диване напротив рабочего места ректора. Значит ему что-то нужно от нашей звезды.

Зайдя внутрь, я первым делом поприветствовал Александра Васильевича. Потом пожал руку Виктору и, слегка поклонившись Виоле, произнёс:

– Привет, ты сегодня хорошо выглядишь!

На мои слова она с улыбкой кивнула.

После приветствия я сел рядом с Виолой.

– Вы встречаетесь? – спросил Александр Васильевич, смотря нам в глаза.

– Да. – Слегка смущённо, но довольно уверенно ответила Виола.

– Хорошо. Тогда с нетерпеньем жду появления юных моряков! – С улыбкой произнёс ректор. Виола очень сильно покраснела, а я слегка закашлялся. Всё же отцовство – это моя слабость. Никогда не думал, как я буду воспитывать своих детей и чему учить.

«Изучению мира, путём его захвата?» – Невинно спросил меня Рика.

«Ага. Изучению мира, путём его… Стоп никакого захвата мира!» – Ответил я своему внутреннему демону.

«Эх! А я надеялся!» – Слегка обиженно произнёс Рик. А я лишь мысленно вздохнул.

– Я вас всех здесь собрал по просьбе своего друга Василия (Императора Ривенгтола). После недавних обстоятельств политическая ситуация изменилась и было принято решение заключить временный мир между Ривенгтолом и Священной Империей. – Произнёс Александр Васильевич, сделав затяжку.

Видимо всех взбудоражило появление Скайра по силе равного воину ранга маэстро. Оно и неудивительно, ведь хотя этого я и убил, но появиться в других Мировых Вратах, например, под боком у Священной Империи такому же ничто не мешает.

– По этой причине было принято решение организовать временное обучение Виолы за границей… – С лёгким раздражением произнёс Александр Васильевич.

– Так! Всё! Хватит с меня этих речей на змеином языке! – Он ударил своим посохом по полу.

Даже я не успел заметить, когда тот появился у него в руке.

– Всё просто! из-за угрозы появления Скайров ранга маэстро, Ривенгтол и Священная Империя решили заключить временный мир. А Виола и второй принц Священной Империи, которого отправят учиться к нам, выступают в роли гаранта мирного договора! – Он подошёл к открытому окну и чуть ли не прокричал:

– Почему им недостаточно одного слова?! Неужели сейчас оно ничего не стоит?!

Закончив свою возмущённую речь, он опять повернулся к нам.

– Так как Виола уже является полноправным Искателем, да и сомневаюсь, что эти неженки смогут её чему-нибудь научить… (Видимо он имел в виду Священную академию Искателей). Вместе с ней за границу отправитесь и вы, чтобы продолжать вместе нарабатывать практический опыт! (Это он о подземельях. Да… для наших учителей смертельно опасные подземелья – это всего лишь Практика!) Также с вами поедет в качестве сопровождающего один из наших преподавателей. – Серьёзно закончил Александр Васильевич.

«Видимо наше мнение его особо не интересовало. Оно и неудивительно, я Виолу не брошу, а Пётр…»

– А можно в качестве награды… – Мой друг начал говорить.

– Кхм… Забыл упомянуть, в качестве сопровождающего учителя я планирую выбрать Анжелику. – Ректор хитро улыбнулся, а Пётр сразу же замолчал.

«А он хорош, смог сохранить свои запасы выпивки. Хотя Петруха ром не пьёт, но подозреваю у Александра Васильевича и редкое вино есть».

– Конечно я буду вам очень признателен за сопровождение Виолы и если что-то случится в будущем, то окажу вам посильную помощь! – Весело рассмеялся Александр Васильевич.

«Учитывая, что он был ректором Имперской академии Искателей, а также сильнейшим магом Империи, то услуга от него звучит слишком щедро, для простой поездки за границу. Эх… Видимо несмотря на мир Виолу в Священной Империи будут пытаться убить. Оно и не удивительно, у неё есть все шансы в будущем стать маэстро».

– Хорошо! Можете на нас положиться. Я сделаю всё чтобы защитить Её Высочество. – Сказал я с серьёзным выражением лица

После моих слов Виола слегка покраснела, а Александр Васильевич звонко рассмеялся.

– Ты же знаешь, что делать с теми, кто попытается ей навредить? – Его взгляд встретился с моим.

– Знаю. – Спокойно произнёс я.

Мы оба очень мило улыбнулись! А Пётр, увидев наши прекрасные улыбки, поёжился.

«Интересно почему?»

«Даже я не знаю. В инферно все так улыбаются». – Задумчиво произнёс Рик.

«Ага. Странно». – Согласился я с ним.

***

В богато обставленной комнате, пол её устилал красный ковёр, а на стенах висели искусные картины, было два человека.

Один из них сидел в бархатном кресле с бокалом вина и молча смотрел на пламя, горящее в камине. Его лицо было молодым и точёным, кожа белой, как снег, а волосы цвета серебра. Он являлся тем типом мужчин, чья улыбка могла очаровать всех окружающих женщин и может быть, даже часть мужчин. Глаза… Глаза его выражали какую-то только ему понятную печаль. Печаль об утраченном счастье. На его поясе висел меч. Его рукоять и ножны были потрёпаны, как будто прошли с его владельцем через множество битв.

Второй стоял чуть в стороне. Его силуэт был окутан мраком ночи, а ветер, пришедший с балкона, развевал полы шёлкового чёрного плаща. На лице ночного гостя была чёрно-белая маска… Одна её половина смеялась, а другая плакала.

Человек в маске уважительно поклонился, приветствуя хозяина комнаты. В ответ он просто кивнул и всё также продолжил молча смотреть на пламя, бушующее в камине.

– Я смог найти только тело Эрнеста, Отец… От Билли, к сожалению, не осталось и следа. – С лёгкой грустью произнёс Андерсон.

После этих слов Владыка Кошмаров поставил на пол чёрный гроб, в котором лежало холодное тело Эрнеста.

– Понятно… – Взгляд Михаила, Отца Призрачной труппы и хозяина этой комнаты, был всё также наполнен печалью. Но при взгляде на мёртвое тело того, кого он назвал своим сыном на его лице появилась едва читаемая горечь.

– Глупый слишком гордый сын… Ты мог просто отступить… Тебе было не обязательно жертвовать всем ради выполнения моего приказа. – Хозяин этой комнаты вздохнул с печалью, а потом добавил:

– Похорони Эрнеста, в его родных краях, рядом с прахом Анабель Роуз, ставшей ему второй матерью. А Билли… Поставь ему надгробие рядом с могилой Эрни, которому он был верен до самого конца.

– Я вас понял. – Андерсон отвесил поклон, а гроб развеялся в вихре лепестков чёрных роз.

Он взглянул в глаза Отца и спросил:

– Вы больше не планируете развязывать войну?

– Нет… – Михаил улыбнулся, что он делал довольно редко, и произнёс с ностальгией:

– Я недавно почувствовал всплеск силы человека, которого я уважаю всем сердцем…

После глотка вина Отец спросил у своего сына:

– Что случилось с Арксом?

– Аркс не пал… В последний момент там появился никому не известный маэстро и уничтожил генерала Скайров. Говорят, он был похож на ангела с чёрными крыльями. – Тон Андерсона был абсолютно спокоен.

Услышав последнюю часть фразы, хозяин комнаты ещё ярче улыбнулся.

– Да. Этот мир по реальности непредсказуем. Бывший герой и владыка демонов на одной сцене… – Михаил усмехнулся, сделал глоток вина, а потом добавил:

– Теперь точно придётся менять мой план… Твоя задача помочь ему, чем сможешь, Андерсон.

На несколько секунд печаль покинула глаза мужчины.

– Хорошо… Отец. – Произнеся эти слова, Андерсон растворился без следа.

– Не терпится тебя снова увидеть… Илай. – Произнёс Михаил с грустью смотря на далёкое звёздное небо.

***

Вечер седьмого января. Четверг.

Мы всей командой сели на поезд, едущий из Ривенгтола в Священную Империю. Хотя отношения между этими двумя государствами всегда были напряжёнными, но торговле это не мешало. Ривенгтол был центром рунной инженерии, и большинство магических артефактов материка создавалось в нём. Священная Империя была крупнейшим экспортёром сельскохозяйственной продукции (в основном кукурузы), а также современной техники, например, удивительных самодвижущихся повозок, называемых автомобилями.

Эта машина смогла появиться на свет, благодаря уменьшенной версии парового двигателя. Внутри неё располагался укреплённый резервуар с водой, а нагревался он с помощью огненных рун. Благодаря чему пар создавал возвратно-поступательные движения поршня, а он в свою очередь заставлял вращаться вал этой повозки.

Такое разделение промышленных отраслей произошло скорее всего из-за того, что в Ривенгтоле обученных магов гораздо больше, чем в Священной Империи, и проще зачаровать обычную повозку для придачи ей ускорения, нежели создавать частично не магическое устройство по типу автомобиля.

В Священной Империи, наоборот, из-за того, что магия считается благословлением свыше, доступным только избранным, гораздо проще изобрести частично не магический механизм как автомобиль, нежели зачаровывать такое же количество повозок.

Дорога от Лусента до Иллиции, столицы Священной Империи, занимала чуть больше дня, поэтому при посадке нам сразу показали наше купе. Наши с Виолой комнаты были рядом, Пётр расположился справа от меня, а Виктор с Михалычем слева от Принцессы.

По плану, с утра в Иллиций должен был отправиться элитный Имперский поезд вместе с охраной Принцессы. Они выступал в роли обманки, а мы в четыре часа сели на обычный пассажирский, взяв билеты бизнес-класса.

Как только я открыл дверь своей комнаты, передо мной предстало просторное купе. Стены его были бежевого цвета. А у левой из них стояла широкая белая кровать, на правой висела картина, а под ней располагался небольшой стол. На произведении искусства была изображена битва между войском людей, вооружённых зачарованными мушкетами, и волной Скайров. Вторженцы были изображены особо уродливо, а людское войско, наоборот, как будто бы окутано ореолом из света.

Это произведение скорее всего было нарисовано художником из Священной Империи. В этой стране любят демонизировать Скайров, даже не пытаясь выйти с ними на контакт, по крайней мере официально.

Либэрум Арбитриум воспользовались вторжением Скайров, чтобы укрепить свою веру и ослабить веру в Валорес Этерни и старых богов. Эта религия зародилась как раз примерно два века назад, а как только появились первые врата, то назвала их испытанием ниспосланным богом на грешную землю.

Константин сразу занял подоконник и с любопытством уставился в окно, наблюдая за быстро меняющимся пейзажем. Поезд проходил через горную и лесную местность, а также на пути встречались просторные луга и широкие озёра, поэтому Константину было на что посмотреть.

До ужина оставалось несколько часов, поэтому я достал свою тетрадь.

***

После того как я вернулся с задания вместе с караваном Радомира и доложил о появление культистов в северных районах Империи, мне выделили одну неделю на отдых.

Половину из неё я потратил на чтение книг, другую на тренировки с наставником.

После возвращения с миссии он встретил меня суровым взглядом, но на его лице была заметна слабая улыбка.

За то время, которое я провёл на задании, и неделю моего отдыха на фронте произошли серьёзные изменения. Жители демонических планов Гнева, Алчности и Похоти перешли в стремительное наступление на позиции людей. Обычно в осаде крепости участвуют демоны только одного круга, изредка двух. Связанно это с тем, что если их больше, то они скорее будут друг другу мешать, чем помогать, пытаясь урвать себе кусок побольше и пожирнее. Поэтому нападение жителей сразу трёх кругов Инферно происходит в четвёртый раз за всю историю этой двухсотлетней войны. И во всех прошлых случаях на поле боя появлялся минимум один из Владык Инферно.

Под главной крепостью, Ангуисом, названной так в честь Змеиного перевала, велись ожесточённые бои. Хотя демонам и не удалось нанести серьёзный вред самой крепости, но ходил слух, что у них в этот раз есть мощное магическое оружие для уничтожения крепостных стен Ангуиса и окружающего его барьера, созданного священниками Церкви Святого Солнца.

Недавно разведка нашего Ордена вычислила одно из предполагаемых мест, где это оружие могло бы находиться. Всего их по информации, добытой из пленённых демонов, было четыре. Созданий Инферно сложно назвать преданными, тем более, когда они попадают в руки инквизиторов Церкви Святого Солца.

Поэтому наш Орден Охотников на демонов сформировал отряд с целью добыть это оружие и отдать его магам Империи Человечества.

В этот отряд включили и меня. Всего в нём было пять человек.

Двое из них были заклинателями по силе равными, а может даже превосходящими меня. Звали их Сигурд и Зикфрид. Нас включили в этот отряд на тот случай, если оружие демонов не удастся доставить в Империю, тогда мы должны максимально проанализировать его на месте, после чего уничтожить.

Четвёртым шёл сильный метаморф, ещё новичком я видел его в бою. Превратившись в огромное чудовище, являющиеся смесью ящера и волка, метров пять в высоту, он голыми руками порвал на части двух центурионов Владыки Алчности. Правда, в том бою он и сам был очень серьёзно ранен и только чудом остался в живых. Звали его Борислав.

Пятым, а также нашим командиром назначили моего наставника.

«Почему?! Он же ветеран войны и давно не способен сражаться как в старые годы…»

– Переживаешь сосунок? – С лёгкой усмешкой спросил меня мастер, видимо заметив мой обеспокоенный взгляд.

– Хотя я давно уже не в лучшей форме, но опытнее меня никого нет. Тем более для нашей миссии. – На его лице появилась слабая грустная улыбка.

– Тем более я старею и не уверен, что лет через десять уже смогу поднять меч, поэтому хочу в последний раз послужить своему Ордену, своей стране. – После этого он с теплотой посмотрел на меня, как любящий отец смотрит на своего ребёнка и произнёс:

– Не волнуйся, я не умру.

После этих слов мы отправились в путь.

***

Отложив в сторону перо, я грустно усмехнулся и отправился в вагон-ресторан, Константин сидел у меня на левом плече.

Там я встретил Михалыча и хмурого Виктора. Пётр с Виолой ещё не пришли. Моя девушка не хочет лишний раз светить лицом и подвергать нашу группу риску, поэтому питается едой, заранее приготовленной во дворце и сохранённой с помощью пространственного кольца. А мой друг… Он перед отъездом зачем-то накупил разного рода мясных закусок, так что надеюсь, что завтра он сможет сам проснутся.

Остальные пассажиры в вагоне почему-то были чем-то взволнованны. Я сел рядом с Виктором и заказал сочный хрустящий шницель, в качестве гарнира выбрал рис. Он идеально впитывает мясной сок, а также является очень питательным и полезным. Не зря его называют хлебом Востока. Запивал я всё это молоком, правда тут оно оказалось хуже, чем в Имперской академии Искателей. Ну… Оно и не удивительно, там оно свежее.

Для Константина я выбрал стейк со слабой прожаркой. Хотя он спокойно ест зерно, но больше предпочитает сочное мясо. Наверное, это потому, что он магический зверь.

Как только я закончил с трапезой, Виктор тихо произнёс:

– Поезд, идущий перед нами, подорвали. Официально виноваты в этом горные племена. К счастью, убитых нет, только раненые. И что удивительно железная дорога вообще не пострадала… Так что Священная Империя заявила, что это проблема целиком и полностью Ривенгтола, что они вообще тут не причём и помогать с поимкой “горных разбойников” они не будут. Самое забавное, что “разбойники” ничего не украли. – Закончил свою речь Виктор, после чего допил свой виски и отправился в купе. Я последовал его примеру, перед этим пожелав спокойной ночи Виоле. Она была занята чтением исторического романа.

«Думаю, в Священной Империи будет весело!»

«Ага!» – Радостно согласилась со мной моя персональная шиза.

Глава 5. Иллиция

Проснулся я в полвосьмого, с улыбкой встретив редкие лучи восходящего солнца. Константин спал на подоконнике, наверное, допоздна смотрел на ночное небо. Вчера оно было покрыто лиловыми прожилками. Одновременно чарующее и печальное зрелище – кровь умирающего мира, его мана.

Оставшееся до приезда время я потратил на прочтение путеводителя по Священной Империи, выделив для себя несколько особо привлекательных мест. Одним из которых, само собой разумеется, была главная библиотека Иллиции. Доступ в неё был более ограниченным, чем в храм знаний Лусента, но так как мы официально являемся студентами по обмену, то проблем возникнуть не должно.

Также после завтрака я решил навестить свою девушку и узнать, как у неё дела. Весь день сидеть в одиночестве может быть довольно скучно… Правда, мне это не грозит, спасибо Рику.

«У меня появилась гениальная идея! Давай ты захватишь Священную Империю, женишься на Виоле, а потом поработишь весь мир!» – Выдал гениальную мысль Рик.

«Хотя, да, в этот раз план был более реалистичным. Ведь после захвата мира, им надо ещё как-то управлять».

Когда я открыл дверь в купе Виолы, передо мной предстала очаровательная картина. За столом перед картиной, в этот раз изображающей процесс появления подземелья, моя девушка читала исторический роман. Её волосы цвета серебра были убраны в аккуратный хвост, а лицо было серьёзным и задумчивым. Когда она над чем-то серьёзно думала её щёки слегка надувались, делая Виолу похожей на хомячка. Мои губы посетила лёгкая улыбка.

Заметив моё присутствие, она отложила исторический роман в сторону и очаровательно улыбнулась.

– Привет миледи. Хотел узнать не одиноко ли тебе одной и предложить тебе компанию своей скромной персоны, моя Принцесса. – Сказал я, отвесив полупоклон.

Улыбка на губах Виолы стала ещё очаровательнее, и она произнесла:

– Буду признательна, если вы скрасите моё одиночество, мой рыцарь.

После чего она протянула мне свою белоснежную руку и я, наклонившись, её поцеловал.

После чего мы провели время до обеда беседуя на различные темы. За исключением нашего заграничного обучения.

Почти сразу после того, как мы отрядом решили ехать в Священную Империю, то собрались вместе, чтобы обсудить, что мы там будем делать. На том собрании было принято решение полностью игнорировать уроки Священной академии Искателей, и сконцентрироваться на зачистке подземелий. Нам как раз немного оставалось до взятия пятого ранга. Энергии было уже достаточно, поэтому нужна была боевая практика для укрепления своих основ.

Закончив беседовать с Виолой и пообедав ривенгтольским борщом со сметаной, я вернулся к изучению путеводителя по Священной Империи, а также заучиванию основных её законов. Так как все современные странны когда-то были частью единой Империи, объединяющей весь Западный континент, основные законы у них были общими. Отличались лишь их трактование и влияние на них политической обстановки. Например, если в Ривенгтоле аристократ убьёт простолюдина, ему за это будет назначен уголовный срок. Ведь правящая элита этого государства в большинстве своём происходит из родов великих воинов и рыцарей, поэтому они должны подавать пример для остальных. А если простолюдина, не являющегося Искателем, дворянин убьёт в Священной Империи, он отделается просто большим штрафом и выплатами семье погибшего.

Когда я закончил изучение основных видоизменений, внесённых Священной Империей в главные законы стран Западного континента, поезд стал замедлять свой ход. Даже Империя прошлого ограничивалась только западным материком.

Вид за окном из размытой полосы чудесных природных видов стал постепенно превращаться в городской пейзаж.

Железная дорога огибала огромное озеро больше похожее на море и, сделав этот крюк, останавливалась в Священном Вокзале Иллиции.

В этой стране из-за подавляющего влияния церкви на все сферы государственной деятельности большая часть объектов, имеющих большое значение для Священной Империи, назывались священными. Поэтому в Иллиции можно было встретить и Священный вокзал, являющийся сердцем всех железнодорожных путей страны, и Священную площадь, на которой когда-то был коронован первый правитель этого государства, а потом и его первый император, предок в десятом поколение для нынешнего.

Сейчас поезд проезжал рыбацкие деревушки, расположенные на противоположной Иллиции стороне озера. Они состояли в странном симбиозе с курортными зданиями, такими как отели, бары и причалы для больших яхт.

Рыбацкие дома выглядели бедно и потрёпанно, а курортные постройки и частная собственность аристократов, наоборот, сверкала роскошью и богатством.

«Прям картина современного мира!» – Радостно произнёс Рик.

«К сожалению, он был прав. Сейчас, когда этот мир находился на грани катастрофы, для многих людей нормы морали медленно, но верно утрачивали своё значение. Сильные пожирали слабых, чтобы стать сильнее, богатые эксплуатировали бедных, чтобы приумножить своё богатство. Но какая ирония через лет пятьдесят, а может быть и через несколько десятилетий умрут все не взирая на пол и возраст. Пожалуй, в этом есть своё какое-то холодное безжалостное равноправие, которое не щадит никого».

«Ответь мне Рик… Какой смысл захватывать этот мир, если его скоро не станет?» – Спросил я с лёгкой тоской в мыслях. Мой вечный товарищ на некоторое время задумался, а потом ответил:

«Знаешь. Пусть этот мир скоро и умрёт… Но людей, то спасти можно!» – Рик на секунду замешкался, поняв смысл своих слов.

«Не пойми неправильно! Спасти твоих людей… Да! Спасти твоих людей, чтобы потом их жутко эксплуатировать! Я ведь демон и поэтому всем сердцем призираю ваш человеческий род!» – В спешке произнёс мой вечный спутник.

Я звонко рассмеялся, как не смеялся очень-очень давно. Константин, сидящей на окне, на секунду посмотрел на меня, а потом вновь продолжил наблюдать за стремительно меняющемся пейзажем.

«Да, уж! Как во мне навсегда осталась часть тебя Рик, сделав меня отчасти демоном, так и в тебе осталась часть меня, сделав отчасти человеком!» – Подумал я после того, как закончил смеяться.

«Недаром мы близнецы». – После этой мысли я вновь посмотрел в окно.

***

За окном уже виднелся Священный Вокзал Империи, в которую мы прибыли, а колёса поезда сделали свой последний оборот, прежде чем впасть в сон на долгое время. После поездок на особо длинные дистанции магические поезда проходят длительное тех обслуживание. Связанно это с тем, что магические руны, насколько бы они не были искусно сделаны, со временем начинают терять энергию, а иногда и свои очертания. Если вдруг одна из них перестанет работать или вообще сработает не так как должна, а с размытым контуром это возможно, человеческие жертвы будут исчисляться десятками, если не сотнями. Происходящий в таких случаях взрыв должен быть довольно большим.

После прибытия на Священный Вокзал Империи мы все вместе покинули свои купе и пошли на выход. Так как на пути в Империю мы пытались скрыть свои личности, то встречающей процессии на платформе не было. Из интересного могу отметить разве что своего друга. У Петра почему-то был не очень здоровый вид и его шатало из стороны в сторону.

– Как себя чувствуешь? – Спокойно поинтересовался я у него.

– Отвратительно… Один из моих клубных… приятелей посоветовал мне попробовать коктейль из бурбона, лимонного сока, сахарного сиропа и красного вина! Сказал, что это будет очень весело! Дома как понимаешь я не смог. Поэтому решил попробовать в дороге… – Он на секунду замолчал, пытаясь сдержать рвотный позыв.

– Нет вкус-то у него неплох, но вот по сравнению с вином его можно выпить меньше, значительно меньше. – Пётр с какой-то странной грустью вздохнул.

– И сколько ты вчера выпил? – С любопытством спросил я. Его довольно редко так пробирает.

– Ну… Понимаешь с закуской хорошо пошло… – Он старательно пытался отвести взгляд в сторону. Я вздохнул.

– Литр? – Полувопросительно-полуутвердительно произнёс я.

– Как ты узнал?! – Пётр с лёгким ужасом посмотрел на меня, наверное, подумал, что я за ним следил.

– Просто угадал. Число красивое. – Ответил я с лёгкой улыбкой. Петя, такой Петя.

Мы всей группой отправились по городской центральной улице к посольству Ривенгтола, оно было недалеко от вокзала. Наверное, это связанно с тем, что их начали строить примерно в одно и тоже время. Вооружённые конфликты между Ривенгтолом и Священной Империей длительное время продолжались даже после начала вторжения Скайров.

Что ривенгтольское посольство, что Священный вокзал, оба располагались на стыке двух половин Иллиции, двух совершенно разных половин.

Так как Священная Империя – это религиозное королевство, влияния церкви на его жизнь просто невозможно описать. Но дело в том, что примерно двести лет назад от основной церкви Священной Империи Валорес Этерни и старых богов откололась небольшая группа радикально настроенных людей. Они жаждали перемен и считали, что должны отказаться от устаревших традиций и создать новые более соответствующие нынешней эпохе, эпохе перемен.

До них было несколько таких же групп. После того, как боги покинули этот мир, большинство старых традиций и обрядов утратили свой смысл, но для Валорес Этерни они были её сутью, её сердцем, она не могла отказаться от них.

Высшие церковные чины тогда не испытывали сильного беспокойства и поэтому не предпринимали никаких серьёзных действий, чтобы остановить Либэрум Арбитриум. Они думали, что она сама собой распадётся, как и все отделившиеся группы до неё. И так бы всё и было, если бы не случилось вторжения Скайров, разрушившего все планы человечества.

Для последователей Валорес Этерни, которые верили в то, что башня, построенная сильнейшими магами нынешней эпохи и благословлённая богами, по словам священников, поможет им спастись, это было сильнейшим потрясением. Валорес Этерни начала терять свою паству. Либэрум Арбитриум наоборот, воспользовались этой возможностью и назвали Скайров испытанием посланным людям богами, а также признаком того, что нужны перемены, в том числе и религиозные. Поэтому тот, кто должен был стоять ещё целые века, пошатнулся, а тот, кто должен был упасть, встал и окреп.

В результате Иллиция столица Священной Империи разделилась на две половины: половину Валорес Этерни и старых богов и половину под влиянием Либэрум Арбитриум.

Слева от нас в вечернем сумраке сверкали магическими огнями вывески различных развлекательных заведений, от баров до казино. Там даже встречались такие заведения как хост-клубы. Это места, где пришедших дам обслуживали кавалеры (хосты), тем самым давая женщинам возможность почувствовать себя принцессами. Справа же от нас наоборот все здания выглядели скромно и ухоженно. Большая их часть состояла из театров, ресторанов, модных бутиков и музеев. Одна половина находилась под влиянием церкви Либэрум Арбитриум, а вторая придерживалась старых традиций и поддерживала Валорес Этерни.

По улицам прогуливалось множество людей, но несколько из них особо сильно выбивались из толпы. На них были яркие пёстрые радужные одежды, а уши и нос были проколоты странной бижутерией, также части их тел украшали различные татуировки. Весь их внешний вид кричал о бунте против традиционных ценностей, а сами они были ярыми приверженцами Либэрум Арбитриум, можно даже сказать радикалами или фанатиками. Большинство из них были аристократами.

Вдалеке показалось здание ривенгтольского посольства, оно было справа. Белые мраморные колоны сверкали в лучах уходящего солнца, синяя черепица украшала крышу здания. В его широких окнах горел свет. Ривенгтольские дипломаты были предупреждены о нашем прибытие.

***

Три дня спустя мы стояли на портальном круге Священной академии Искателей.

После нашего прибытия состоялась встреча с приветственной делегацией Священной Империи. Они были рады тому, что мы смогли в порядке добраться до их страны, и жутко извинялись за то, что не приструнили горных бандитов раньше. Правда, их улыбки были фальшивыми, а слова пропитаны сладкой ложью.

«Эх… Именно поэтому я и не люблю политику».

Потом мы встретились с ректором Священной академии Искателей, в которую нас перевели. Хотя она и обладала своими собственными общежитиями и считалась неприкосновенной территорией, находясь под протекторатом Валорес Этерни, но навредить нам, а потом показательно казнить козла отпущения никто им не мешает. Тем более в Священной Империи полно фанатиков, готовых пожертвовать собой ради церкви.

Ректором Священной академии Искателей оказалась женщина на вид лет пятидесяти, Джульетта Иннокентиевна. Её белоснежные волосы были убраны в аккуратный пучок, а на носу находились небольшие круглые очки. Едва заметные морщины придавали ей вид доброй заботливой тётушки.

Так как она была давней подругой Александра Васильевича, то разговор прошёл гладко и дружелюбно. После того как она дала нам добро на замену посещения занятий зачисткой подземелий, мы в течение двух часов говорили на многие сторонние темы. Много раз разговор заходил об Александре Васильевиче, и она рассказывала множество забавных историй о нём.

Хотя она была уроженкой Священной Империи, но обучалась в Имперской академии Искателей Ривенгтола, где и познакомилась с Александром Васильевичем. По ноткам лёгкой грусти, а также улыбке, возникающей на её лице при упоминании его, можно была предположить, что он был её любовью, возможно даже первой.

После этого с началом новой недели в Священную Империю приехала Анжелика. Официально она взяла отпуск и прибыла сюда, чтобы насладиться достопримечательностями Иллиции. Отель, в котором она поселилась находился между Священной академией Искателей и ривенгтольским посольством.

К глубокому сожалению моего друга, мы из-за её легенды не могли в ближайшее время с ней встретится.

Портальный круг вспыхнул лазурным светом и переместил нас. Врата, которые мы выбрали ещё не успели сформироваться и были четвёртого ранга, а так как ближе всех к портальному кругу были мы, то нам их и поручили закрыть. Ведь подземелье вокруг них могло сформироваться в любую минуту.

Скорость, с которой пространственные разломы, ведущие в мир Скайров, становятся вратами варьируется от случая к случаю. Обычно на это уходит от десяти до двадцати часов. Бывали и случаи, когда формирование врат и подземелья вокруг них занимало примерно два дня, но это редкость. Основными факторами, влияющими на скорость создания врат, являлись их удаление от мировых артерий, являющихся кровеносными сосудами мира (кровь мира – это его мана), а также стабильность пространства в области формирования врат.

Хотя удалённость от мировых артерий вычислить довольно легко, но вот пространственную стабильность может определить только маг пространства седьмого круга и выше, да и то находясь на месте формирования врат. Разлом обнаружили часов пять назад, поэтому у нас было от десяти до пятнадцати на то, чтобы его закрыть и не позволить подземелью сформироваться.

Лазурный свет стал постепенно рассеиваться и перед нами предстала оживлённая городская площадь.

Заметив нас, к нам подошёл молодой мужчина, лет двадцати на вид. Он радостно махал нам шляпой в знак приветствия.

– Приветствую! Вы, наверное, ривенгтольские Искатели пришедшие закрыть разлом и уничтожить этих поганых Скайров! – Произнёс он, тараторя.

– А кто вы такой? – Спокойно спросила Виола, но в её голосе послышалась настороженность, а по напряжению мышц можно было понять, что она была готова выхватить меч в любую секунду.

– Ой! Простите мне мои манеры, Ваше Высочество! – Он отвесил Виоле глубокий поклон, а в его голосе звучало уважение. – Меня зовут Стив! Я слуга хозяина этих земель, графа Альфонсо!

Заметив холодный взгляд Виолы, он поспешно затараторил:

– Меня просто послали отвести господ Искателей к разлому, когда они прибудут, а узнал вас, Ваше Высочество, по вашему неповторимому внешнему виду! Как и говорилось в слухах ваши волосы неповторимого серебряного цвета, а взгляд холодный как сталь! Ваше спутники такие же, как и говорили в столице! Один из них молчаливый громила, второй тщедушный очкарик, похожий на змею, третий алкоголик с карими глазами, а четвёртый смуглый красавец с золотыми глазами!

«Понятно, значит кто-то в Иллиции решил пустить слухи о нашей группе. Ну, оно и не удивительно, ведь если не знать куда отравился наш отряд, то проще всего найти нас с помощью самого народа. Ведь слухи иногда распространяются как пожар, а зачистка подземелья может занимать несколько дней. Ректор Священной академии сторонница Валорес Этерни, а они за мир с Ривенгтолом, поэтому Либэрум Арбитриум не должны располагать информацией о наших перемещениях. По крайней, пока что. Ведь практически нет дверей, которые бы не могли открыть деньги, связи и власть».

Стив проводил нас в роскошную повозку, после чего, заняв место кучера, ударил вожжами, и мы двинулись в путь.

По дороге к разлому, находящемуся за пределами города, перед нами мелькали множество рекламных вывесок, обещающих внеземные удовольствие и счастье за небольшую цену. Городские улицы были чистыми и ухоженными, а люди, гуляющие по ним, имели довольно добротную и опрятную одежду. На улице тут и там, встречались магазины, продававшие товары с рекламных щитков.

– А насколько правдивы эти вывески? – С любопытством спросил я Стива.

– Вывески? А вы о рекламе! – Он чему-то улыбнулся. – Девяносто процентов правды и ровно десять процентов лжи, так надёжнее всего, и да! Забыл сказать… Добро пожаловать в город Мендачиум! Город лжи и обмана!

После его слов повозка выехала за пределы города и отправилась к пространственному разлому.

Глава 6. Скайры и Город лжи и обмана

Приблизившись к пространственному разлому, повозка резко затормозила. Рапты зарычали, увидев проход, ведущий в мир Скайров, а их когти оставили широкие борозды при торможении. Я вышел из повозки и подал руку Виоле.

Вокруг нас была тихая степь. Солнце светило ярко, а под ногами был чернозём. Рядом с разломом виднелся одинокий куст, а где-то вдали раздался птичий крик. Мы были на юго-западе Священной Империи.

Когда мы все вышли из повозки, Стив махнул нам рукой и отвёл её подальше от разлома, чтобы, если вдруг начнёт формироваться подземелье, она не пострадала.

Я сделал глубокий вдох и спокойно произнёс:

– Вперёд.

***

Как только мы вошли в пространственный разлом, перед нами раскинулась широкая и бесконечная степь. Она была похожа на ту, что осталась в нашем мире, но солнце здесь светило гораздо ярче… Вернее их было целых два.

Никто не знает почему, но в мире Скайров не было ночи. День и вечер были, но как только должна была наступить ночь, на небо поднималось третье солнце. Из-за этого природа этого мира, как, впрочем, и сами его обитатели, была гораздо более живучей, чем в мире людей. Это также было одной из причин, почему люди не пытались перебраться на эту планету.

Сразу после того, как мы приняли боевое построение. Я, Виктор, Виола и Михалыч встали по краям, а Пётр расположился в центре.

Первые три волны состояли из гигантских муравьёв бежевого цвета. Они обладали мощными жвалами, а их хитин было сложно пробить. Хотя с каждой волной росла их численность, в третьей их было двадцать, но сами они были довольно примитивными противниками и двигались довольно предсказуемо, поэтому разобраться с ними не составило труда.

В четвёртой волне к ним добавились горбуны. Это такие невысокие, около метра в высоту, Скайры. Сами по себе они довольно медленные и выносливые, поэтому в битвах они обычно выступают в роли мясного щита. Их уничтожения не вызвало у нас особых трудностей, но дело в том, что в обществе Скайров они обычно выступают в роли рабов… А где слуги, там и их хозяин.

Как будто отвечая на мои мысли, вдалеке раздался рёв, а потом, сотрясая землю своей тяжёлой поступью, перед нами появился пятиметровый великан. Его тело было обвешано шкурами разного рода зверей. В руках у него был массивный кожаный кнут. В глазах, наполненных необъяснимым ужасом, горела искра разума. Я улыбнулся.

«Будет весело!» – Рассмеялась моя персональная шиза.

Как только наши со Скайром взгляды встретились, он свирепо зарычал, а потом ударил своим хлыстом по земле. Из неё стали быстро вылезать множество бежевых муравьёв. После чего их голодные глаза уставились на нас.

Их было около сорока.

– Пётр готовь огненный вихрь. – Спокойно произнёс я и начал чертить на земли руны территории и света.

Скайр дрессировщик вновь ударил своим хлыстом по земле, и орда гигантских муравьёв двинулась в атаку, взяв нас в кольцо.

Оценив внешний вид Скайра и подумав о том, что эти муравьи являются рабами в его руках, я проникся самой искренней жалостью к этим несовершенным и поистине бедным существам.

– Святая территория. – После этих слов, вокруг нас вспыхнул барьер, сотканный из ослепительного света.

Муравьи нахлынули волной и попытались прогрызть купол своими мощными жвалами. Виола, Виктор и Михалыч наносили удары из-под купола, калеча и убивая их. Тем самым ослабляя напор этой живой волны.

Одна секунда сменяла другую, а вокруг барьера появилось множество трупов и раненных муравьёв. Но их поток не ослабевал, наоборот они как будто стали ещё злее из-за смерти своих сородичей. На моё куполе стали появляться тонкие трещины, а во рту появился железный привкус.

Когда я уже стал раздумывать, не отменить ли мне барьер и перейти в яростную контратаку – это должно было выиграть ещё несколько секунд. Пётр закончил плести заклинание четвёртого круга: «Огненный вихрь». Но в этот раз в его руках плетение было большего масштаба, поэтому заклинание по мощи приблизилось к пятому кругу.

– Танцуй! – Выкрикнул Пётр и отпустил плетение вверх.

Нити заклинания засияли ярким красным светом, и оно вспыхнуло в яростной вспышке пламени, создавая вокруг нас настоящий огненный торнадо.

Все муравьи сгорели в ненасытном пламени, а моё лицо побледнело. Хотя центр торнадо и является более безопасным местом, но из-за жара его стен, трещины в барьере из света стали шире.

Пламя стало постепенно развеиваться, оставив после себя чёрные ожоги на земле. Я отменил святую территорию и выплюнул кровь, наполнившую мой рот.

Скайр взревел и, ударив хлыстом об землю, попытался напасть на нас, но его заблокировали Виола и Михалыч.

Его кулак врезался в молот Михалыча, заставив того проскользить несколько метров, а хлыст столкнулся с мечом Виолы и подобно змее оплёл одну из её рук.

С ликующим рёвом дрессировщик взмахнул кнутом и отправил её в полёт. Её тело врезалось в Михалыча. К радости, он успел среагировать и вовремя убрал молот, так что Принцесса не пострадала.

Воспользовавшись открывшийся брешью Скайр метнулся к нам. Я приходил в себя после отмены святой территории, а Пётр не успевал сплести чары…

Дрессировщик вдруг стал постепенно замедляться. Шаг, потом ещё шаг. До нас ему оставались считанные метры. Он замахнулся своим кнутом, а я принял стойку и, собрав последние силы, готовился блокировать его удар. Моё тело прочнее, чем у Пети. Константин раскрыл свои крылья.

В глазах дрессировщика появился безумный огонёк, а его хлыст стал набирать скорость. Удар! Кнут ударил в метре от меня, а из горла Скайра раздался ужасающий хрип. Потом из его рта пошла белая пена, постепенно принимая неестественный зелёный оттенок. С булькующим звуком дрессировщик упал на землю. Его глаза закатились, а из спины торчали два небольших клинка…

Из раны, нанесённой ими, сочилась чёрно-зелёная кровь. Виктор отлично сработал.

По моей просьбе он использовал яд, убивающий без боли. Не хочу, чтобы мои враги страдали больше, чем необходимо. Также благодаря этому Скайр не заметил, что он отравлен.

– Покойтесь с миром. – Тихо произнёс я, сложив руки в молитвенном жесте.

«Хотя он и был моим врагом, но грусть, мелькнувшая в его глазах после того, как все муравьи сгорели, была настоящей».

После победы над последней волной мы покинули разлом.

Когда мы вышли, палящее солнце приветствовало нас, а портал за нашей спиной стал постепенно закрываться. Осколки зеркала стали осыпаться на землю, по пути превращаясь в ослепительные вспышки. Энергия наполняла наши тела. Разгорячённые во время боя мышцы с радостью впитывали её, как и магические каналы. Я понял, что в любой момент могу совершить прорыв на пятый ранг.

Переход на новый ранг может занимать от нескольких часов до одного дня, и всё это время ты будешь беззащитен. Маги улучшают свои энергоканалы и ядро маны, а воины закаляют своё тело. Я бы сравнил этот процесс с эволюцией.

Так как мы находились в не сказать, что безопасном месте, то решили совершить переход на следующий ранг в ривенгтольском посольстве. Оно было достаточно укреплено, чтобы сдержать магистра на несколько дней.

Заметив, что разлом закрылся, Стив на повозке подъехал к нам. После чего мы отправились обратно в город.

Мендачиум приветствовал нас всё теми же рекламными вывесками, обещавшими неземные удовольствия, а все питейные заведения города были забиты до отказа. Когда мы уже приближались к портальной площади, вдруг раздался звук фанфар, а люди, стоящие по бокам от повозки, стали бросать в воздух лепестки рост.

Мы напряглись, только Пётр, уже захмелевший, с любопытством осматривался вокруг.

– Приветствую наших героев, спасших наш город от вторжения Скайров! – Громко произнёс мужчина лет сорока на вид, с гордой осанкой, и аккуратной чёрной бородкой.

На его лице были круглые с серебренной оправой очки, а сам он был облачён в чёрный фрак. Завершали образ цилиндр на голове и трость из чёрного дерева, окованная серебром. Её рукоятка изображала голову грифона. Также у него на поясе висел тыквенный кувшин для вина. Это был знак последователя одно из старых богов, Диониса.

Видимо это был хозяин этих земель, граф Альфонсо.

Когда повозка остановилась и мы вышли из неё. Мужчина лет сорока произнёс:

– Позвольте мне представиться, я хозяин этих земель, граф Альфонсо! И я от всего сердца вас благодарю за то, что вы не позволили Скайрам вторгнуться на мои земли, а также сформироваться тут подземелью. – Его голос звучал искренне и в знак благодарности он слегка поклонился. Наверное, потому что перед ним была Принцесса.

– Также в благодарность я хочу вам предложить отобедать в моём особняке! – Радостно произнёс он.

Так как это было жестом доброй воли, да и к тому же благодарностью за защиту его города, наш отказ нанёс бы удар по его достоинству и чести и считался бы оскорблением. Поэтому Виола спокойно произнесла:

– Хорошо.

На ровном месте сориться с графом Священной Империи довольно глупо, тем более Альфонсо последователь старых богов и дворянин старого порядка, видно по осанке и взгляду. Такой скорее вызовет Виолу на дуэль, нежели опустится до подмешивания яда в еду своих гостей.

Мы отправились к роскошному особняку, похожему больше на крепость и расположенному на севере города.

Несмотря на то, что вокруг города была степь, а погода в этих краях была довольно жаркой и сухой, вокруг особняка раскинулся прекрасный сад. На фруктовых деревьях зрели сочные плоды, а благоухающие цветы создавали разноцветный ковёр. Слева протекал искусственный ручей. А вдали слышалось пение птиц. Это место было похоже на рай посреди жаркой степи.

Заметив наши изумлённые взгляды, Альфонсо произнёс:

– Это моя гордость! Вечный сад! Я попросил знакомого мага жизни помочь мне создать его!

«Видимо тот маг был минимум седьмого круга, раз смог создать островок живой природы в таком месте».

Дальше мы последовали за графом внутрь особняка. Его внешнее и внутреннее убранство было выполнено в стиле барокко.

На полу лежали красные ковры, потолки были высокими и освещались шикарными люстрами из серебра. На стенах висели различные картины, а пол был сделан из чёрной и белой мраморной плитки.

Посередине холла была широкая лестница, ведущая на второй этаж. Она была украшена серебром, а прямо над ней висел семейный герб – красно-серебряный грифон. Серебро обозначало сталь, а красный цвет скорее всего вино и кровь. Видимо два этих цвета считались для семьи графа Альфонсо родовыми.

В Священной Империи золото считалось священным металлом, благословлённым богом солнца, которому поклонялся первый Император. Использовать его позволялось только правящей династии и высшим церковным чинам. Даже герцоги не имели права прилюдно носить украшения из золота.

Мы прошли в коридор, расположенный слева от лестницы, и попали в просторную столовую. У её стен стояли вазы с цветами, а свет, проникающий внутрь через окно, озарял всё помещение.

На потолке висела хрустальная люстра, а стол уже был накрыт. Как только мы за него сели, слуги сразу же подали еду.

Обед был роскошным!

Суп был из красной рыбы с добавлением жирных сливок. Он обладал нежным и насыщенным вкусом. На второе подали стейк из мраморной говядины. Мясо просто таяло во рту, а соус из лесных ягод наполнял рот вкусом. В качестве десерта на сегодняшнем обеде было разноцветное желе из тех же лесных ягод. Запивали эти прекрасные блюда красным вином, а тем, кто не пьёт алкоголь, в данном случае мне и Виктору, налили виноградного сока. Константин с удовольствием съел говяжий стейк, заев отборным зерном.

После трапезы граф Альфонсо попросил нас задержаться ещё на несколько часов и осмотреть его особняк.

Виктор и Виола отправились прогуливаться по прекрасному саду, их сопровождал дворецкий. Пётр остался в столовой, с намерением продегустировать все доступные сорта вин, а Михалыч остался присматривать за ним. Я отправился в картинную галерею. К моему удивлению, показывал дорогу мне не слуга, а сэр Альфонсо.

Картинная галерея находилась на втором этаже справа от главной лестницы, слева же располагались спальные покои.

Когда мы вошли в комнату, перед нами предстал просторный зал. Серебряная люстра под потолком была украшена хрусталём, а её рожки были выполнены в форме изящных грифонов, держащие в клювах свечи подобно факелам. Стены были сделаны из белого мрамора, а пол состоял из разноцветной мозаики, изображающей четыре сцены создания этой планеты.

На первой в безграничной звёздной пустоте космоса, бог прародитель отломил кусочек своего тела и создал солнце. Потом он подумал, что одному солнцу будет одиноко, и создал ему брата-планету, являющуюся этим миром. На второй, поняв, что брат солнца не способен выдержать его жар, бог пролил на него свою кровь. Она впиталась в землю, а потом влилась в артерии этого мира, так на этой планете и появилась магия.

На третей сцене было изображено создание других богов, его детей. Он взял пролетавшие мимо осколки звезды, окропил их своей кровью, отдал им часть своей плоти и вдохнул в них жизнь. Так и появились старые боги.

На четвёртой бог-отец прощался с созданным им миром, доверяя его своим детям. Когда он уходил, с его лица скатилась одинокая слеза, упав на землю она образовала океаны и реки. Откуда сначала в виде зверей потом постепенно меняясь вышли первые люди. В Священной Империи считают, что искра разума в людях – это последнее благословление творца, появившееся из его крови и слезы. Ведь в этом мире человечество обрело разум, научившись колдовать. Правда, я считаю, что обретение разума стало скорее причиной, а не следствием овладения тайнами волшебства.

– Правда, завораживает! – С улыбкой произнёс граф.

– Именно в тот день появился Дионис, которому поклоняется мой род славных воинов! Уверен, нынешние беды – это просто испытание, которое должно выдержать человечество! Ведь хотя старые боги и покинули нас, но их потомки остались. – Голос сэра Адольфа излучал непоколебимую веру.

В этом мире вино было связано не только с проведением празднеств, но также с чествованием героев и достойных воинов, погибших и оставшихся в живых. Поэтому Дионис был богом не только праздников и веселья, но также покровителем храбрых людей, готовых отдать свою жизнь за страну, семью, мечту и идеалы.

Хотя у войны и был свой бог, являющийся также богом военной хитрости, пламени и метала. Ведь какая война без оружия, уловок и выжженной земли? Чествуя достойных и доблестных воинов, поднимали кубок вина и возносили молитву Дионису, чтобы он запомнил их подвиг. Эта традиция сохранилась в этом мире до сих пор.

Закончив осматривать мозаику, я перевёл свой взгляд на картины, висящие на мраморной стене. В основном они изображали грандиозные битвы, а также сражения с древними магическими существами, такими как драконы.

Меня особо сильно заинтересовала одна из них.

На ней была изображена битва между Скайрами и людьми. Потому насколько свирепо и ужасающе были изображены вторженцы, можно было понять, что эту картину нарисовал последователь Либэрум Арбитриум. Небо на ней было окутано тучами, а сквозь них пробивались лучи солнца. В центре была изображена гора трупов, на которой стоял раненый герой с мечом в руке, солнечные лучи освещали его. Напротив него был раненый Скайр, окутанный тьмой, они оба готовились к последнему бою. А под горой трупов из Скайров и людей, было озеро из крови одна половина его была зелёной, а вторая красной. Пожалуй, различие в цвете крови послужило ещё одной причиной почему всех Скайров считали монстрами.

– Прекрасная картина! Не правда ли. – Его голос был наполнен лёгкой печалью.

– Хотя Скайры и пытаются захватить наш умирающий мир, но и среди них есть достойные войны. Да и кровь у всех одна и таже. – Вздохнув, произнёс сэр Альфонса.

– А каково цвета по вашему их кровь? – С любопытством и слегка задумчиво спросил я его.

– Что за вопрос? Красного конечно! – С недоумением ответил мне граф.

– Прям как вино? – С улыбкой уточнил я.

– Прям как вино. – Серьёзно ответил мне сэр Альфонсо. И произнеся молитву, сделал глоток вина из своего кувшина.

«Странно. Неужели граф дальтоник, раз не различает зелёное и красное?» – Подумал я.

После того как я закончил осматривать картинную галерею, мы с графом обсудили ещё пару произведений, затем я отправился в столовую за Петром и Михалычем. Мой друг на удивление оказался в сознании, поэтому я взял их с собой, и мы вместе пошли в сад.

После того как наша команда вновь встретилась, мы бросили последний взгляд на особняк, стоящий посреди островка зелени в сухой степи, и, поблагодарив сэра Альфонсо за проявленное гостеприимство, отправились к портальной площади.

Как только мы приблизились к воротам, отделяющим сад от города. В воздухе раздался тихий звон и знакомый голос произнёс:

– Внимание! Внимание! Меня хорошо слышно?

Спустя секунду, даже не давая времени ответить возможному собеседнику, он продолжил:

– Ну! Думаю хорошо! Позвольте вас поздравить многоуважаемые жители города Мендачиума вы стали участниками игры фокусника и артиста Андерсона! То есть меня!

Голос на мгновение замолк, как будто давая время осознать выпавшую нам честь, а потом радостно продолжил:

– Правила этой игры просты! Я бы даже назвал её скорее не игрой, а социальном экспериментом! Так вот, я хочу узнать, насколько лживо современное общество, поэтому сейчас двое из вас, самый честный человек в этом городе и самый лживый станут детективом и преступником!

В воздухе снова прозвучал колокольчик, а Виола нахмурилась.

– Я назвал игру «Правда и ложь», и длится она два дня! До завтрашней полночи, если быть точным! Человеку, названному детективом, надо поймать лжеца, а лжецу в свою очередь надо обмануть детектива! Всё просто, не правда ли?!

Андерсон сделал паузу, а я нахмурился, ожидая продолжения.

– Но если бы всё было так просто, то какой это социальный эксперимент… – С лёгкой грустью произнёс он.

– Поэтому я введу дополнительные правила! Их будет всего три! – Его голос наполнился радостью.

– Первое! Если лжец обманет простого человека, то тот перейдёт на его сторону, а сам станет обманутым, но не будет об этом знать! Ведь если ложь раскроют, то какой это обман? И да, жертва обязательно должна поверить в эту ложь. Если в какой-то момент времени лжецов и обманутых в городе станет больше, чем честных людей… Все честные люди умрут, а лжецы и обманутые выживут! – В экстазе произнёс Андерсон, а потом грустно вздохнул, оплакивая честных людей.

– Второе! Если вы вдруг во время игры соврёте, то автоматически станете лжецом, и у вас на спине появится красивая татуировка чёрного бутона, прямо на против сердца! Гениально! Не правда ли?! – Серьёзно произнёс Андерсон.

– Ну, и третье правило! Если вдруг простой честный человек обманет детектива или первого лжеца, то он займёт его место, а его жертва не будет об этом знать! Конечно, такой “честный” человек не будет награждён чёрным бутоном, он у него сразу исчезнет. И да, и первый детектив, и первый лжец могут на протяжение всей игры говорить как правду, так и ложь. – Он сделал короткую паузу.

– Конечно, можно подумать, что ситуация для детектива невыгодная! Поэтому он получит волшебный, потрясающий бонус! В конце этого дня он сможет увидеть список всех обманутых людей! Правда, обманувший детектива и занявший его место не получит этого бонуса… Этот бонус останется у самого первого детектива! – Раздались одиночные аплодисменты.

– Да… и конечно все, кто попытается отказаться от участия в этой игре, будут принудительно усыплены до её конца! Все средства связи с внешнем миром я тоже заблокировал! – Он сделал паузу, как будто давал нам время осознать происходящее. – Да, начнётся игра! Покажите мне каким завтра будет этот город.

Взглянув на портальную площадь, мы увидели несколько тел, опутанных чёрными венами, похожими на извивающихся червей. Видимо они попытались воспользоваться телепортом.

«Если тезисно подвести правила игры, то получается, что лжец должен обмануть половину простых людей или детектива, причём так чтобы ему поверили, а сыщик в свою очередь его поймать. При этом если ты соврёшь, то перейдёшь на сторону лжеца, и если обмануть либо главного лжеца, либо детектива, то ты займёшь его место. Так?» – Спросил меня Рик.

«Примерно, да» – Ответил я ему.

«Хорошо… А как тогда победить… Нет, нет, не в игре… Как обыграть самого Андерсона?» – Серьёзно произнёс мой вечный спутник. Ведь демоны ненавидят кому-нибудь проигрывать и тем более плясать под дудку того, кто слабее их.

«Хм… Конечно, можно в самом начале поймать лжеца, и тогда умрёт только он. Но в таком случае это будет победа по “правилам”. …А значит надо просто одновременно обмануть и лжеца, и детектива, забрав их роли себе, а после сломать систему, разом обманув всех людей в городе!» – Мои мысли были наполнены предвкушением и волнением.

«Хахаха!!! Это будет не просто… но от этого только интереснее, Илай!» – Радостно воскликнул Рик, и в этот раз я был с ним полностью согласен.

«Знаешь я кажется понял, почему мне нравятся твои идеалы и глупое почти невыполнимое желание спасти всех…» – Задумчиво добавил Рик.

«Почему?» – С лёгким любопытством спросил я у него.

«Потому что из-за этого желания и идеалов ты редко, когда играешь по “правилам” и действуешь так, как того от тебя хотят другие… Наверное, ты гораздо свободнее любого демона, да и человека тоже…» – Рика потянуло на лирику.

«Может быть и так». – Усмехнулся я.

Глава 7. Правда и ложь

Виола нахмурилась и, убедившись, что рядом никого нет, произнесла:

– Мне выпала роль детектива.

Виктор с Михалычем нахмурились, а потом кивнули. Пётр прибывал в алкогольном трансе, а я с улыбкой произнёс:

– Понятно.

Посовещавшись, мы решили сначала встретится с графом Альфонсо и попытаться согласовать наши последующие действия. Ведь пока лжец не начнёт свою игру, его будет практически невозможно обнаружить.

Когда мы подошли к дверям особняка, к нам на встречу вышел дворецкий, мужчина лет шестидесяти на вид и с седыми волосами, и произнёс:

– Господин тоже хочет с вами встретится.

***

После того как мы вошли внутрь особняка, слуги закрыли за нами двери, а дворецкий повёл нас в столовую, в которой мы недавно были.

День уже постепенно приближался к трём часам, и холодный дневной свет освещал столовую. В его освещении цветы, стоящие в вазах, казались застывшими на век в своей холодной красоте. Небо за окном было покрыто облаками.

Мы все снова уселись за стол, но на этот раз атмосфера была мрачной и серьёзной. Альфонсо, сидящий во главе стола, выглядел особо хмуро. Дворецкий стоял у него за спиной.

Виола первая взяла слово.

– У вас есть планы как найти лжеца или как остановить игру? – Её лицо выглядело предельно серьёзным. Хотя жители этого города подданые другой страны, но они всё равно люди. И такой человек как Виола вряд ли может позволить им спокойно умереть прямо на её глазах.

Правда она всё ещё была слишком невинной. Ведь лжец может прямо сейчас находиться среди нас.

«Ты тоже чувствуешь этот аромат сладкой лжи и предательского притворства!» – Радостно воскликнул Рик.

«Ага. Правда, ещё не понял от кого он исходит» – Ответил я ему. За тысячу лет, проведённую в аду, я прекрасно научился различать все возможные ароматы лжи и предательства. Только вот если ложь и обман направленны не на тебя, довольно сложно определить их источник. Ведь как говорил Стив рецепт идеального обмана, девяносто процентов правды и лишь десять процентов лжи.

– Не знаю! – Граф Альфонсо ударил кулаком по столу, а его лицо выражало гнев вперемешку с беспокойством.

– Невозможно найти самого лживого человека в городе лжи и обмана! А остановить игру… – Он сделал глубокий вдох.

– Андерсон второй в Призрачной Труппе, и, учитывая, кто их Отец, Священный Император не станет вмешиваться, как и ни одна из церквей. Тем боле это не его первая игра и вряд ли последняя. А победить Андерсона… В этом городе нет никого, кто бы смог дать бой магистру тёмной магии. – В голосе графа Альфонсо звучало смирение.

– Поэтому сейчас мы можем только ждать пока лжец не сделает свой ход. Отыскать в этом городе самого честного человека тоже довольно тяжело. Ведь среди рождённых в городе лжи и обмана, есть те, кто призирают его всей душой. И никогда не опустятся до произнесения неправды. Правда, таких людей здесь немного и одним из них был мой отец… Как видите ему не удалось изменить этот город! – На лице сэра Альфонсо возникла грустная улыбка.

– И раз вы были вынуждены остаться в Мендачиуме на ещё один день, буду рад предложить вам снова стать моими гостями! – Граф улыбнулся, явно пытаясь отогнать мрачные мысли. Ведь к концу завтрашнего дня в этом городе разразится резня. А то, что он не мог ничего сделать, являлось позором для наследника семьи славных воинов, поклоняющихся Дионису. Сам сэр Альфонсо по моим ощущениям обладал силой мага пятого круга.

Также мы пришли к выводу, что попросить всех жителей города остаться в своих домах нерационально. Граф Альфонсо хотя и был хозяином этих земель, но из-за того, что большую часть своих обязательств он делегировал различным чиновником, его влияние в городе было не сильно большим. Люди в лучшем случае прислушаются к его словам, а крупные городские предприятия точно не обрадуются даже дню простоя. Правда, самой главной причиной из-за которой мы отказались от этой идеи – это то, что не способность графа удержать ситуацию в руках вызовет панику среди горожан. Тем более если всплывёт кем является Андерсон.

После разговора в столовой мы все разошлись заниматься своими делами до ужина. Петя, воспользовавшись гостеприимством хозяина поместья, решил ещё раз “продегустировать” понравившиеся ему сорта вина. Виола и Виктор решили снова посетить сад. Видимо им там в прошлый раз сильно понравилось. Михалыч присоединился к ним, а я решил пройтись по особняку и пообщаться с прислугой, в основном с горничными.

«Удивительно сколько можно узнать, просто улыбнувшись и произнеся пару правильно подобранных слов. Красота страшная сила!»

Так я узнал, например, любимые блюда сэра Альфонсо, когда он просыпается и то, что дворецкий достался ему от его отца. Его батюшка, несмотря на веру в Диониса, имел связи с церковью Либэрум Арбитриум и дворецкого взял из числа приверженцев этой религии. Хотя как служанки говорят, они с сэром Альфонсо довольно дружны и хорошо ладят. Говорят, что граф доверяет вкусу своего дворецкого при выборе наряда.

Также я поинтересовался у служанок каким образом в их городе работает реклама. Оказывается, рекламные щитки, развешанные по всему городу, связанны в единую сеть! А загружается туда реклама из специального помещения в центре города. Практически все жители Мендачиума знали об этом.

Ну, а самой дорогой рекламой является та, что показывается примерно в шесть часов. В это время большинство людей заканчивают свою работу и возвращаются домой. Сами же рекламные щитки являются плодом рунной магии света и воды.

Ещё я узнал, что у хозяина особняка есть дочка лет пятнадцати, и что она учится в Священной академии на придворного мага. Его жена пять лет назад скончалась, когда вместе со своим мужем защищала этот город от вторжения Скайров из врат второго уровня.

В то время по всей стране появлялось множество прорывов, поэтому Искатели Священной Империи не успели им помочь, а Имперская гвардия защищала более крупные города.

Когда мои карманные часы показали без десяти семь, я направился в сторону столовой. Пришло время ужина. Ведь не даром говорят: «Война войной, а обед по расписанию!»

Помещение в этот раз уже не освещали солнечные лучи, а свечи в хрустальной люстре горели ярким жёлтым пламенем. Альфонсо, как и Пётр, был магом огня.

Хозяин поместья как обычно сидел во главе стола, а за его спиной был дворецкий. Также рядом с ним сидели угрюмые важные городские чины. В этот раз на графе был нарядный костюм зелёного цвета, одного из цветов символизирующих Либэрум Арбитриум.

Эта церковь провозгласила себя последователями жизни, а выбрали этот цвет как один из основных, возможно увидев кровь Скайров, чтобы разжечь ещё большую ненависть к ним. Я задумался.

«Разве граф не приверженец Валорес Этерни и старых богов? Странно ведь они на дух не переносят отколовшуюся от них группу. Хотя Альфонсо вроде бы дальтоник и мог просто поверить, что костюм зелёного цвета, якобы красный…» – Я очень мило улыбнулся.

«Значит его обманули, а это выгодно делать только первому лжецу» – Улыбка на моём лице стала шире.

«Мало кто обладает таким доверием у графа, а выбирает ему одежду только один человек…»

Слуги стали приносить еду. Главным блюдом сегодняшнего ужина был огромный рыбный пудинг, блюдо, распространённое на западе материка. Как сказал граф в нём было использовано два различных вида рыбы. Закуской служили различные рыбные и мясные паштеты. В этот раз мне также налили бокал красного виноградного сока.

После того как принесли блюда, за столом царила довольно тяжёлая угрюмая атмосфера. Ведь за всё это время лжец никак не проявил себя, и никто не знал сколько людей уже было обмануто. Заметив это, я решил разрядить обстановку.

Взяв бокал в руки, я поднялся, намереваясь произнести тост. Перед тем как начать, я взглянул на сэра Альфонсо, он молча мне кивнул, давая понять, что он не против. После этого я произнёс:

– Как вы все прекрасно понимаете ситуация сейчас сложная… Но я хочу сказать одно. – Я сделал небольшую паузу. – Я человек! И мы все люди! А значит какой бы сложной не была ситуация мы её преодолеем!

После этих слов я опустился на своё место, а на лицах людей, сидящих за столом, появились улыбки. Казалось, что даже у слуг поднялось настроение.

«Хахаха! Человек! Да, ты и интриган Илай!» – Рассмеялась моя шиза, а на моей спине мелькнула чёрная татуировка, а потом сразу же исчезла.

Я в ответ усмехнулся, технически я правда просто человек. Хотя душой и плотью отчасти демон. После возвращения моей памяти сила моей тёмной сути стала постепенно видоизменять моё тело.

Генетически демоны и люди это два разных вида. Среди властителей Инферно довольно много различных родословных, но основные отличия демонических тел от человеческих сводятся, к чудовищной невосприимчивости к пламени и холоду (зависит от плана, к которому принадлежит демон), а также к непотребности в обычных источниках пищи.

Обычно демоны питаются различными источниками внешней энергии: будь то энергия мира, мана, тёмные желания и мысли смертных и даже внешние оболочки души. Поэтому большинство сильных демонов прекрасно чувствуют чужие злые помыслы, а также прекрасно умеют скрывать свои. Так что боюсь если бы я не был на половину демоном, то на должности Владыки Инферно не протянул бы и года.

«Эх… Инферно!» – Мечтательно произнёс Рик, а лишь тяжело вздохнул.

После моего тоста все приступили к трапезе. Намазав свежеиспечённый хлеб рыбным паштетом, я сделал укус. Мягкая и свежая булка просто таяла во рту, а вкус рыбного паштета напоминал мне о глубинах океана, в которых я давно не был.

На должности Владыки демонов я раз в год в случайный день брал выходной и посещал мир людей. Так вот как-то раз я решил узнать на сколько океан глубокий. В прошлом моём мире он был один и назывался Единым океаном. На старых человеческих картах там было отмечено одно место, называемое Оком дьявола, и по словам морского народа оно было самым глубоким местом в Едином океане. Они были единственными из мифических существ моего мира, пережившими вторжение демонов, в той войне пали даже драконы, забрав с собой двух Повелителей преисподней.

Там я встретил повелителя глубин из легенд, Кракена.

«Эх! Хорошая была тогда битва!» – Мы с Риком оба с ностальгией вздохнули. Кракена я победил, но оставил в живых, ведь он морская редкость, я бы сказал даже достопримечательность! По крайней мере для меня.

После закуски мы преступили к главному блюду. Вкус красной и белой рыбы идеально гармонировал друг с другом. Другие ингредиенты создавали прекрасную текстуру пудинга, а также дополняли вкус рыбы.

Когда мы уже почти покончили с главным блюдом слуги принесли десерт – мороженное с клубникой. Оно было просто восхитительным на вкус.

Закончив с ужином, мы отправились в выделенные нам покои. Где я и заснул.

***

В изыскано обставленной комнате стоял мужчина в возрасте и в костюме дворецкого. Он смотрел через окно на тёмное небо.

– Завтра всё решится. – Произнёс он с ноткой безумия.

На секунду он переместил свой взгляд на портрет, висящий над кроватью.

– Считать Скайров равными людям?! – Его глаза наполнились безумным фанатичным огнём.

– Это тяжкий грех!

***

Ласковые солнечные лучи восходящего солнца проникали сквозь окно, освещая мои покои. Их интерьер был также как и у всего особняка выполнен в стиле барокко.

После того как я сделал зарядку и принял душ, то отправился в сад на прогулку. До завтрака оставался ещё час, поэтому я решил насладиться природой в лучах рассвета.

Там у искусственного пруда на скамейке сидела Виола, а её выражение лица было мрачным. Я молча сел рядом. Где-то среди деревьев красиво пели птицы.

– Лорд Альфонсо и почти все слуги в списке тех, кого обманули, который я получила в полночь. Ложь не затронула только дворецкого и ещё нескольких человек в особняке за исключением нашего отряда. Также пострадали ещё несколько десятков людей в городе, преимущественно продавцы. – Голос Виолы был наполнен печалью.

«Ну, да… Так как она получила должность детектива, то ради своего и нашего выживания не сможет спасти графа Альфонсо, дружелюбных слуг этого особняка и простых горожан».

Видимо лжец решил не трогать Принцессу и воспользоваться Андерсоном, чтобы убить её.

– Как думаешь, кто из них лжец? – С любопытством спросил я Виолу.

– Не знаю… Существует ещё вероятность, что это начальник городской стражи бывший вчера на ужине. Но вряд ли он бы смог обмануть так много слуг этого особняка и тем более графа. – Произнесла моя девушка задумчиво.

– Сэр Альфонсо был управляющим этого города. А учитывая, что Мендачиум город лжи и обмана, слабо верится, что граф окажется доверчивым глупцом. Поэтому обмануть его мог только тот, кто был довольно близок к нему. Хотя не стоит исключать капитана городской стражи, ведь мы не знаем в каких они с графом отношениях. – Спокойно произнёс я, а Виола молча кивнула, соглашаясь со мной. – Тогда я после завтрака прогуляюсь по городу и загляну в магазины, на которые повлиял лжец.

– Хорошо. А я тогда займусь слугами и дворецким. – Лицо Виолы приняло серьёзный вид.

– Береги себя, Стас. – Сказав это, она поцеловала меня в губы.

– Не волнуйся во лжи я хорошо разбираюсь, так что меня так просто не обманешь! – Ярко улыбнулся я.

«Пожалуй, даже слишком хорошо».

После завтрака, на котором мы ели манную кашу с ягодами и орехами, я отправился в город. Виктор, Михалыч, Виола и не совсем трезвый Пётр остались в особняке.

***

Пока я занимался делами в городе, мои товарищи опрашивали прислугу.

Так как Виола была лидером Искателей защитившим Мендачиум от угрозы прорыва, да и вдобавок Принцессой Ривенгтола, то слуги с ней охотно шли на контакт.

После обеда, состоявшего из рыбного супа и бутербродов с красной икрой, мы обменялись полученными сведениями. Первым начал я.

– Большинство продавцов, с которыми я разговаривал, держались настороженно. Пожалуй, обмануть их мог тот, кто вызывает у них сильное доверие. Например, постоянный клиент. В целом у них много таких, да и узнать о том, кто именно является их постоянными клиентами я смог только у продавщиц. – «Эх, красота страшная сила».

– Сравнив постоянных клиентов, во всех лавках и магазинах, я нашёл только троих общих. Первый, это епископ собора Либэрум Арбитриум, второй это епископ собора Валорес Этерни и старых богов, а третьим являлся граф Альфонсо, точнее слуги, приходившие за товарами для особняка. Большинство из пострадавших магазинов являются продуктовыми лавками и кондитерскими, а также один из них – это продавец роскоши и антиквариата, он совсем недавно получил новую партию товара. – Я сделал небольшую паузу, взглянув на искусственный пруд, на против которого мы сидели.

– Также одна из владелец кондитерской сказала, что вчера к ней заходил слуга из особняка, покупал праздничный торт. Якобы для поздравления нас с закрытием разлома… – Я вздохнул.

– Но вчера никакого торта не было. – Спокойно произнесла Виола. Я кивнул.

– Также слуги из особняка вчера не посещали все магазины, поэтому либо лжец сменил свою одежду и посетил их сам, что, учитывая их расположение довольно глупо, слишком большое расстояние – мне пришлось потратить несколько часов на обход, а я посетил далеко не все. Либо он связан с одной из церквей и действовал через неё. – Задумчиво произнёс я.

Сегодня с утра Виола получила список детектива, обещанный Андерсоном, только первому сыщику. В нём была только приблизительная информация о пострадавших, имя, пол, возраст и то, где они находились в двенадцать часов ночи, поэтому выяснить, какая из церквей в этом замешана наверняка, было сложно. Виола кивнула, начиная рассказывать о полученных ими сведениях.

– Как мы узнали капитан городской стражи находится в довольно недружелюбных с графом Альфонсо отношениях, потому что он является приверженцем Либерум Арбитриум. Также часть не обманутых слуг занимались своими бытовыми обязанностями, и хотя, возможно, они бы и смогли обмануть хозяина особняка, но дотянуться до стольких магазинов вряд ли… – Виола выглядела серьёзной.

– Дворецкий… Большинство из слуг не в курсе чем он вчера занимался, а главное с утра он отправился по делам в город. – Виола нахмурилась.

«Учитывая, что на обеде его не было и то, что ни у кого другого не было возможности обмануть столько людей разом, то можно с уверенностью сказать, что лжец – это он».

Виола вздохнула и произнесла:

– Слуги сказали, что он отправился в городское имение капитана стражи.

Я улыбнулся, это звучало как приглашение! А в моей голове раздался смех Рика, наполненный предвкушением.

– Тогда, чего ждём? Вперёд! Правда, не стоит принимать эту информацию на веру, просто проверим есть он там или нет! – Бодрым голосом произнёс я.

Вряд ли удастся обойтись без боя, поэтому командование звездой перешло ко мне.

***

Спустя час езды на повозке, запряжённой Раптами, перед нами предстала громада особняка капитана городской стражи. Это было трёхэтажное здание с матово чёрной черепицей, выполненное в готическом стиле и обнесённое забором из железных прутьев.

Когда мы отворили врата и ступили на территорию особняка, небо закрыли тучи, а на небольшом дереве рядом с нами раздался птичий крик. Ворота за нами медленно со скрипом закрылись.

«Какая чудесная атмосфера!» – Обрадовался мой внутренний демон, а Константин горделиво расправил крылья и взлетел в небо над особняком. Спустя десять секунд осмотра, он опустился мне на плечо.

«Видимо засады на внешней территории особняка нет. Ну, в принципе логично. Ведь мы всё равно зайдём внутрь».

Когда мы зашли внутрь особняка, двери за нами закрылись. Помещение, в которое мы попали представляло собой просторный холл, окутанный мраком. На потолке слабо светилась люстра с зажжёнными факелами.

После того как мы приблизились к лестнице, ведущей на второй этаж, из темноты послышались шаги.

– Поздравляю! Вы нашли меня. – Фигура с чёрной маской на лице медленно аплодировала, а её голос показался мне смутно знакомым.

После её появления из тёмных проходов особняка стали выходить люди, их были десятки. И преимущественно они были простыми горожанами, держащими в руках ножи и кухонную утварь.

Виола сразу попыталась добраться до человека в маске, но он мгновенно ушёл на второй этаж, а путь заблокировали гражданские. Пусть среди них большинство было магами и войнами первого-второго уровня, но из-за их количества они представляли угрозу.

– Простите… – Заикаясь, произнёс один из гражданских. – Господин в маске обманул меня и мою семью, но я не хочу умирать!

После этих слов он бросился на Виолу с ножом. После чего сразу получил плоской стороной меча по голове.

– В строй! Мы не знаем, кто ещё находится на втором этаже особняка. Смертельную магию не используем, стараемся оглушать! – Произнёс я команду.

Хотя людей и было много и их нельзя было убивать, с ними мы разобрались за минут десять. Координация у них была никакая, да и воины из них так себе…

После того как мы вырубили их, а Михалыч с помощью магии земли их обездвижил, мы поднялись на второй этаж.

Перед нами предстало несколько тёмных коридоров, в одном из которых виднелась лестница, ведущая на третий этаж. Прислушавшись к своей интуиции, я произнёс:

– Идём на третий.

На протяжение всего пути, нам никто не встретился. Лишь пару раз пришлось задержаться, чтобы Виктор с Михалычем обезвредили, замеченные ими ловушки. Вряд ли бы они нас убили, но вот ранить и травмировать могли.

Мы осторожно поднимались по деревянной винтовой лестнице, ступеньки под нашими ногами скрипели. Зачем делать отдельно лестницу со второго на третий этаж я не знаю, но может у капитана стражи такой архитектурный вкус.

После того как мы поднялись на верх, перед нами предстала просторная комната, украшенная различными картинами. В её четырёх углах стояли канделябры с горящими свечами.

Прямо в центре комнаты стоял мужчина в чёрной маске, а его волосы были покрыты сединой.

– Поздравляю! Вы поймали меня! – Радостно произнёс джентльмен в возрасте и снял маску. – К сожалению, вы ошиблись. Дворецкий уже ушёл.

Под театральной чёрной маской оказался капитан городской стражи, владелец этого особняка. На всякий случай Виола коснулась его, но потом отрицательно покачала головой подтверждая, что он не лжец. Её лицо выглядело хмурым. Значит мы ошиблись.

– Городская площадь. – Спокойно произнёс я вслух. В конечном итоге нет лучшей сцены для последнего аккорда.

– Хахаха! Вы умны не по года юный джентльмен. – С горькой улыбкой произнёс капитан стражи. Конечно, он мог врать, или могли обмануть его самого, но всё равно других вариантов не было. А сейчас делать хоть что-то гораздо лучше, чем не делать ничего.

Мы отправились на городскую площадь. Даже несмотря на то, что извозчика мы поймали сразу, дорога заняла целый час.

Я усмехнулся.

«Настало время для финальной сцены».

Когда повозка остановилась, мы расплатились с извозчиком и покинули её. Перед нами предстала просторная городская площадь. На ней было около сотни мирных граждан. Население Мендачиума примерно равнялось сотне тысяч людей, поэтому это была лишь капля в море.

На небольшой трибуне произносил речь граф Альфонсо, на нём снова был наряд зелёного цвета, а лицо его носило выражение уверенности.

Граф говорил о том, что людям нечего бояться и ситуация находится под контролем. Приближался конец этой “игры”, и на лицах граждан читалась тревога. Некоторые даже меняли сторону, выкрикивая всем очевидную ложь. Дворецкий стоял за спиной графа, прямо на трибуне, как будто его правая рука.

Увидев его, наш отряд быстро двинулся вперёд. Толпа не была плотной, да и к тому же, увидев Виолу, люди почтительно расступались.

«Вот она сила статуса».

Как только мы добрались до трибуны, путь нам преградили слуги особняка и городская стража. А на лице графа появилось выражение удивления и непонимания. Разразилась битва.

Противниками они оказались слабыми, но так как сейчас роль играло время, Виола и Виктор применили магию.

Вдруг поднялся сильный ветер и разбросал в стороны несколько стоящих у нас на пути стражников, следом упала прислуга судорожно задыхаясь. Увидев мой взгляд, Виктор жестом показал, что это не смертельно.

Среди людей на площади поднялась паника, они не понимали, что происходит. Да и к тому же первыми атаковала прислуга, поэтому инициаторами конфликта были не мы.

Когда мы забрались на трибуну, вперёд выступил граф, попытавшись понять, что происходит, а дворецкий спрятался за его спиной. Также рядом с сэром Альфонсо стояло три стража особняка. Все воины на пике четвёртого ранга, и на их лицах выступала решимость. Мы приготовились к битве.

– Великолепно! – Из-за спины графа раздались громкие хлопки, а Пётр продолжил плести заклинание пятого круга.

***

С того самого момента как Виола получила должность детектива, её смутно одолевала тревога, как будто противник был всегда на несколько шагов впереди.

Даже идя по следам дворецкого, она всегда была на шаг позади, а после того, как их отряд прибыл на площадь это чувство лишь усилилось.

«Почему он выбрал это место? Ради толпы?» – Мысль быстро пронеслась в голове Виолы и сразу сменилась другой.

«Нет. Даже сотня мирных граждан – это лишь капля в море, по сравнению с населением Мендачиума». – Подумала Виола, раскидывая ветром стражников.

«Если лжец не сможет обмануть детектива, то он должен сделать своими сторонниками половину населения города, пятьдесят тысяч человек… Для этого нужно, что-то грандиозное, масштабное… Чему поверит каждый второй житель Мендачиума?» – После этой мысли внутри Виолы всё похолодело.

***

– Вы смогли найти меня… Как жаль, что уже слишком поздно. – Произнёс дворецкий, городские часы ударили шесть раз, а за его спиной зажегся огромный экран, покрытый рунами света и воды. Наступило время вечерней рекламы.

Городская стража остановилась, слуги особняка встали на месте, а отряд Искателей застыл с обречённым выражением лица, Пётр не успевал закончить магию пятого круга, а без неё прорваться к дворецкому было невозможно. Граф Альфонсо выглядел удручённо, а на лице его главного слуги застыло ликующее выражение.

Спустя секунду, на экранном щите перед нами, да и на всех рекламных щитах в городе появилось цветное изображение. Перед нами появилась богато уставленная комната и стол из красного дерева, на нём стоял пустой бокал.

– Виноградный сок фирмы Гуар! – В кадре появилась смуглая мужская рука, держащая алую бутылку виноградного сока из прозрачного стекла.

– Абсолютно натуральный, без красителей и консервантов! Полезен для здоровья и обладает стопроцентным содержанием сока! – Продолжил говорить голос, наполняя стеклянный бокал алым виноградным соком.

«Но ведь даже один процент другой жидкости в бутылке сделает это высказывание ложью, а покупатели вряд ли заметят разницу, если там будет на десять процентов воды больше, чем должно. Особенно, если и аналоги будут такими же, ведь кто станет отрицать, что в виноградном соке есть вода?»

– Виноградный сок фирмы Гуар! Недорого! – Закончил произносить мужской голос заранее подготовленную речь.

Торжество на лице дворецкого достигло пика. Ведь реклама для жителей Мендачиума является частью их жизни и вопрос считанных секунда, когда больше половины жителей этого города примут её на веру.

Экран на мгновенье мигнул чёрным и вдруг стал неспешно отдаляться, бокал уже был в смуглой руке.

– Ах, да! Чуть не забыл. – Экран уже стал показывать вид от окна, а лицо дворецкого стало постепенно чернеть.

В центре комнаты, обставленной разным антиквариатом, на роскошном кресле, стоящем поверх красного ковра с золотыми нитями, сидел юноша… или мужчина, может быть, кому-то он покажется даже стариком. Черты лица его были размыты. В своей смуглой руке он держал бокал, доверху наполненный алым виноградным соком. На нём был идеально подогнанный чёрный фрак и девственно белая рубашка. На поясе висел изящный клинок, свет вокруг которого как будто поглощался им. На голове у этой персоны было два аккуратных чёрных рога, а глаза его были цвета обагренного кровью золота, а за спиной раскинулись два роскошных чёрных крыла.

«Кто он такой?» – Подумала Виола. Ей казалась, что она очень хорошо знает этого таинственного мужчину, но вместе с тем всё её естество кричало ей: «Беги!».

На лицах всех смотрящих на рекламные щиты застыло выражение первобытного ужаса того, который испытывали первобытные люди столкнувшись с темнотой безлунной ночи, того, который заставлял их дрожать от страха и холода в темноте своих пещер в ожидание свой гибели. Да… это был страх неотвратимого конца, который обычный человек не в силах предотвратить, страх неминуемой смерти. Смерти не только тела, но и души.

Да, мужчина на рекламном баннере не мог уничтожить душу навсегда, в конечном итоге он не был богом. Но даже возможность её серьёзно ранить была способна вызвать такой страх.

Единственным человеком, сохранявшем на улице спокойствие был Станислав в прошлом – Владыка демонов, ныне – просто человек.

Мужчина поднял алый бокал виноградного сока и, сделав небольшой глоток, на весь город произнёс:

– Я демон!

Эта фраза пронеслась по всему Мендачиуму подобно ветру, достигнув каждого уголка этого города. Те, кто сейчас спал, те, кто сейчас возвращался с работы, кто с кем-то говорил или был занят трапезой… услышали все. А спустя мгновенье город накрыла чудовищная тёмная аура, чтобы сомневающихся не осталось.

Эта фраза была ложью. Ведь мужчина, заявивший о том, что он демон, был полукровкой, поэтому не являлся ни человеком, ни демоном. Можно сказать был белой вороной как для Инферно, так и для человеческого общества.

Вот так Мендачиум из города лжи стал городом обманутых людей.

***

– Хахаха!!! – Лёжа на вершине часовой башне, хохотал Андерсон, держась за живот и умирая со смеху.

– Подумать только! Я проиграл! Ты смог спасти их всех! – После этих слов фигура снова разразилась диким хохотом.

– И правда! “Тёмный ангел, спустившийся с небес”! – Андерсон на секунду задумался.

– Или лучше Владыка демонов – святой?

Глава 8. Записка и прошлое

К счастью, это происшествие закончилось благополучно. После моей речи, заснятой на камеру, Андерсон объявил об окончании игры и поздравил с тем, что Мендачиум можно переименовать в Дэчепет, а из его жителей никто не лишился жизни. Дворецкого граф понизил до чернорабочего. Не зря говорят: «Держи друзей близко, а врагов ещё ближе».

Стража же оправдалась перед хозяином этих земель тем, что не могла позволить ему умереть. Хотя зелёный цвет одеяний графа во время речи поставил под удар его связи с Валорес Этерни, но он смог не позволить им оборваться.

Благодаря его отцу в прошлом открыто продвигающего интересы Либерум Арбитриум они были очень хрупки. Даже удивительно как сэр Альфонсо смог их восстановить после правления своего отца.

Граф сердечно перед нами извинился и в качестве подарка передал нам одну из своих драгоценных картин, это был оригинал известного художника древности. Петру он выдал пять бутылок вина столетней давности. Также он попросил остаться нас на ужин, но Виола сослалась на то, что в посольстве нас уже заждались, а пользоваться гостеприимством графа и дальше было бы уже грубостью.

Пока мы прощались с графом, среди людей, оставшихся на площади, поползли слухи, что спас город, обманув всех, “ Тёмный ангел, спустившийся с небес”! Пока мы шли к портальному кругу в толпе мелькнула фраза: «Нет, это был Владыка демонов – святой!»

Я усмехнулся.

«Надо же, совпадения случаются»

Такое прозвище у меня было в прошлом мире. Правда, учитывая, что спустя столетия после перемирия, против меня стали посылать “героев” (настоящий среди них был только один), это прозвище звучало как ирония, а в человеческих летописях приняло форму сарказма.

Ну, хотя бы спасибо за то, что помнят о том, кто остановил войну. Правда, благодаря демонизации моего и Ордена охотников на демонов образов, эта слава носит скорее устрашающий, чем героический характер.

Пока мы шли к портальному кругу, мимо меня быстро промелькнул джентльмен лет сорока. После чего я почувствовал движение с его стороны, а потом в моём кармане оказался странный листок бумаги.

Ну опасности я от него не почувствовал, скорее наоборот, поэтому послание принял.

После того как мы достигли портального круга, лазурный свет окутал нас, и с громким хлопком мы исчезли во вспышке переноса.

***

Прибыв, в посольство мы занялись заслуженным отдыхом.

Ужин был роскошным. Он состоял из баранины под чесночным соусом и десерта в виде фруктового пудинга, запивал я всё это горячим чёрным чаем. После трапезы каждому из нас выделили отдельную комнату для медитации и последующего прорыва. Медитация была нужна, чтобы успокоить сознание.

Записку, переданную мне на площади, я решил прочитать после перехода на пятый ранг. Мне с моим опытом это не составит особого труда. Правда, из-за того, что во время поднятия ранга моя магия света вступает в конфликт с моей демонической природой, мне придётся полностью сконцентрироваться на процессе.

Усевшись посреди выделенной мне комнаты, я начал постепенно погружаться вглубь своего сознания и души. Комната была почти полностью пустой, лишь разного рода растения, расставленные по её углам, добавляли ей жизни. Я полностью погрузился внутрь себя.

Как всегда, чёрный омут демонической части моей души с радостью принял меня с головой. Так как в последнее время у меня было множество сражений, одно из них даже с генералом Скайров – сильным противником, мои демонические инстинкты не особо сильно пытались поглотить меня.

Я вздохнул и нырнул ещё глубже, на самое дно. Там, в кромешной тьме, которая является не отсутствием света, а его противоположностью, ждало ядро моей демонической сути. Один из семи смертных грехов, доставшийся мне от прапрадеда.

Я дотронулся до него, пытаясь не подавить, а наоборот поглотить и направить в нужное мне русло. Ведь с самого моего рождения он был моей частью.

После этого я начал переход на пятый уровень.

Мана, накопленная в моём теле стала резко вливаться внутрь.

Сначала она пропитала кости, обновляя их и делая крепче. Боль была адской.

Потом она перешла в мои внутренние органы, и стала их улучшать, переводя на новый уровень. Мне показалось, что мой желудок, сердце, лёгкие и другие внутренние органы сначала силой вытряхнули из меня, а потом перемолов вернули. Я крепко стиснул зубы.

Следом накопленная природная мана пошла в мои мышцы и связки, перестраивая их и делая более плотными, сильными и гибкими. Ощущения были просто не забываемые…

Я, сплюнув чёрную кровь, вывел отходы из своего организма. После чего сделал глубокий вдох.

«Сейчас начнётся самое “интересное”».

Мана перешла в мои энергоканалы и затронуло моё магическое ядро, после чего по моим жилам разлилась магия света. Это было похоже на жидкий огонь, правда не очень сильный, ведь в первую очередь я развиваю тело, а не ману, поэтому и природной энергии, полученной благодаря закрытию разломов, уже осталось не так много.

После того как солнечное пламя разлилось по всем моим сосудам, началось самое “весёлое”. Моя демоническая суть попыталось его подавить, а потом уничтожить.

«Хахаха! Какая-то жалкая тёмная энергия хочет пойти против моей ВОЛИ?!» – Пронеслась в моей голове мысль, а потом она была мгновенно подавлена и загнана обратно. Переход завершился.

«Поздравляю, Илай! Теперь мы захватим этот мир?!» – Радостно произнёс мой слабый брат-близнец.

«Захватить мир?» – Я задумался, взглянув в окно.

Там на улице копошились, занятые своими нелепыми делами, сотни смертных. Они были такими ЖАЛКИМИ, я вдруг почувствовал, что должен взять ответственность за этих убогих существ.

«Эй! Илай, мне, конечно, лестно, что ты серьёзно вознамерился захватить этот мир, но не позволяй своему греху взять над тобой контроль! Помни, ты не бог и не дьявол! Ты просто человек!» – Слова Рика были словно ковш холодной воды, обрушившийся на мою разгорячённую голову.

«Да, я просто человек, и не обязан брать ответственность за этих людей… Но они такие слабые, а я сильный…» – Я сделал глубокий вдох и силой изгнал эти мысли, вновь запечатав свой смертный грех в глубине своей души.

Вокруг меня снова была просторная почти пустая комната для медитаций.

Я посмотрел на свои карманные часы они показывали девять.

«Значит на прорыв у меня ушло ровно два часа. Эх, если бы не вмешательство Рика, я бы вряд ли так скоро смог бы снова запечатать свой грех».

Нет, я бы и без вмешательства своего вечного спутника смог бы подавить свою демоническую часть, но на это бы ушли дни, а то и недели… Даже не хочу знать, на каком этапе захвата мира я бы находился к тому времени.

Покинув комнату, я поинтересовался у слуг, на каком этапе прорыва находятся остальные.

Виола, Виктор и Михалыч всё ещё прорывались на пятый ранг, а вот мой друг завершил переход минут десять назад и находился в столовой, наслаждаясь подарком графа Альфонсо. Прежде чем идти к нему, я решил прочитать послание, переданное мне на площади.

«Многоуважаемая команда Фортисимус, приглашаю вас на следующую мою игру, которая будет проходить в городе Эрос через два дня! Если пройдёте оставшиеся три игры, то обещаю, что Призрачная труппа не будет вмешиваться в конфликт между Империей Ривенгтол и Священной Империей!»

Внизу была подпись: «Искренне ваш, Андерсон».

Я усмехнулся.

«Видимо ближайшие дни будут весёлыми! Сомневаюсь, что Виола упустит этот шанс вывести Призрачную труппу из конфликта. Хотя… В прошлой игре дворецкий почти победил, так что может и не рискнёт».

После прочтения записки, я отправился проведать Петю. Он в целом оказался в порядке и уже находился в алкогольном трансе. Поэтому, подождав час и поцеловав в щёку уставшую милую и пожелав ей спокойной ночи, Виктор и Михалыч всё ещё были в процессе перехода, я отправился спать.

***

Следующий день встретил меня ласковыми лучами солнца и лёгким снегом, выпавшим за прошлую ночь.

На завтрак была овсяная каша с орехами и ягодами. Пётр хотя и жаловался на головную боль, но выглядел более-менее, значит вчера выпил не больше двух бутылок вина. Виктор и Михалыч потратили на прорыв пять часов и четыре часа соответственно.

Наш ассасин скорее всего пробуждал свою наследственную магию, а молчаливый здоровяк модифицировал своё тело с помощью зелий.

По словам Виктора – это было одной из причин почему Михалыч не может говорить. Такие усиления редко проходят без последствий и зачастую требуют индивидуального подхода, поэтому и не особо распространены.

После завтрака я показал послание остальным участникам группы.

Прочитав его, Виола слегка нахмурилась и сначала решила обратиться за помощью к ректору Священной академии Искателей, так как она поддерживала мирную фракцию проблем возникнуть было не должно.

Ректор находилась в своём кабинете, поэтому приняла она нас практически сразу, но, как и ожидалось, лишь развела руками.

По её словам, пока Андерсон не пересечёт черту, Священный Император и церковь не станут вмешиваться, да и, учитывая личность Отца, они скорее всего ограничатся лишением свободы на пару лет. Правда, Джульетта Иннокентиевна разрешила воспользоваться портальным кругом академии в случае нашего участия.

– Кем является Отец Призрачной Труппы? – Нахмурившись, спросила Виола.

Скорее всего она уже догадалась, как и я. Виктор и Михалыч скорее всего давно знали, а Пётр с любопытством уставился на Джульетту Иннокентиевну.

– Единственный маэстро Священной Империи, её вечный страж. – Произнесла ректор с уважением в голосе. После чего мы, попрощавшись, покинули её.

После возвращения в посольство я и Пётр выразили свою готовность принять участие в игре, Виктор и Михалыч тоже были готовы, ведь выигрыш для Ривенгтола был существенным. Виола спустя несколько минут раздумий кивнула, соглашаясь участвовать в игре Андерсона.

Выступить мы решили завтра с утра, поэтому после сытного обеда, состоявшего из борща со сметаной и бутербродов с копчённой говядиной, я отправился в свою комнату.

Сначала я написал своей матери письмо, в котором рассказал о том, как добрался до Иллиции и о том, что произошло в Мендачиуме. Правда, слегка преуменьшив степень опасности, чтобы она не волновалась.

После достал свою тетрадь. На моём лице появилось слегка грустное выражение, а в глазах мелькнула ностальгия по прошлой жизни и товарищам, которых уже не вернуть.

***

Для проникновения на территорию демонов мы воспользовались одной из горных троп. Их и раньше было довольно много, но со временем войны стало ещё больше, поэтому большинство из них не контролировалось.

Координаты цели, полученные разведкой, располагались к северо-западу от Змеиного перевала. Мы вышли чуть восточнее этих координат и углубились в лес. Это была территория, захваченная демонами.

Сам лес ничем не отличался от обычного: в нём пели птички, а где-то в кустах пробежал заяц. Обычные животные не особо интересовали демонов.

Мой мастер поднял руку, приказывая нам остановиться, после чего стал внимательно рассматривать землю вокруг.

– Следы демонов… Они были тут две недели назад. – Произнёс он. После чего мы двинулись дальше.

Спустя пять часов ходьбы лес перед нами резко оборвался, сменившись выжженной землёй. Перед нами оказалась деревня, в которой побывали демоны.

От домов, в которых некогда жили разумные существа остались только обгорелые руины, в центре которых лежала гора из черепов. Вокруг неё была разложена пиктограмма из человеческих костей, а несколько безголовых скелетов были повешены на окружающих пепелище деревьях.

Плоть скорее всего демоны съели, а кости использовали как подношение своему Владыки. Учитывая пиктограмму, можно было сделать вывод, что это был Владыка Гнева.

– Пойдёмте. Им уже не помочь. – Произнёс мой наставник. Разрушать алтарь мы не стали, так как это почти наверняка привлечёт к нам внимание демонов.

Покинув разрушенную деревню, мы углубились в лес. Нашей целью было найти магическое оружие, способное разрушить барьер вокруг Ангуиса.

Спустя полчаса мастер снова остановился, присматриваясь к земле. После этого мы отправились дальше, слегка изменив маршрут. Двигались мы молча, избегая столковения с группами демонов.

В результате спустя пять часов ходьбы по вражеской территории, привалов мы не делали, мы достигли цели.

Перед нами предстал небольшой лагерь демонов, их там было всего штук десять, плюс несколько часовых расположенных в лесу.

Наш план был рассчитан на быстрый захват лагеря, чтобы никто из демонов не успел подать сигнал. Метаморф должен был за десять минут устранить всех дозорных в лесу. Так как его боевая форма была гибридом волка и ящерицы это не должно было стать проблемой. Я же и два других заклинателя должны были сплести демоническую руну: «Парализующего облака» и накрыть им всех демонов в лагере.

Спустя десять минут мы закончили создание демонической руны: «Парализующего облака», а рядом с нами появилась чёрная тень. Борислав справился со своей задачей.

После команды мастера чёрно-зелёное облако сорвалось с наших рук и, постепенно расширяясь, накрыло весь вражеский лагерь. Демоны, положившиеся на дозорных, оказались не готовы к нападению, а когда спохватились, то было уже слишком поздно. Магический газ проник в их лёгкие и парализовал их нервную систему. Магия повлияла даже на мозг, замедляя мысли и не позволяя сконцентрироваться на чём-то конкретном.

Мы успешно проникли во вражеский лагерь.

Я и два заклинателя направились к ящикам, лежащим в центре, а мастер и метаморф были заняты полным обезвреживанием парализованных демонов.

Мы вскрыли ящики, внутри них оказались чертежи магического оружия и несколько его запчастей.

Я стал пристально изучать магическую схему…

Выходило, что это пушка, использующая демоническую энергию для выстрела, а также сложную магическую формулу для поиска уязвимости в барьере.

Чем больше я читал, тем больше поражался мастерству того, кто создал это орудие и тем больше во мне нарастало беспокойство.

Я спрятал в рюкзак чертежи демонической пушки и, не обращая внимания на готовые части этого оружия в ящике, произнёс:

– Мастер, с самого начала прибытия в лагерь демонов меня посетило дурное предчувствие. И с каждой секундой оно становится лишь сильнее. К тому же зачем демонам хранить здесь полные чертежи орудия.

– Предчувствие… Охотник на демонов должен всегда доверять своему предчувствию. – Произнёс мастер, внимательно осматривая лагерь.

– Но если мы изучим части этого оружия, то сможем лучше понять его устройство! Ведь чертежи неполные! – Воскликнул Сигурд. Мужчина лет сорока на вид и с слегка седыми волосами.

Мастер нахмурился.

– Неполные? Зачем демонам хранить неполные чертежи? – Спросил он. А потом его голос стал мрачным. – Следы вокруг лагеря двухнедельной давности. Именно тогда наши разведчики смогли получить секретную информацию… Уходим.

– Но! – Воскликнул Зигфрид. Он не был бесстрашным, такие долго не живут. Но, только изучив полученные чертежи, будет сложно в кратчайшие сроки разработать противодействие демонической пушке.

– Целых две недели никто не посещал и не покидал лагерь. Лагерь с запчастями и припасами. Также зачем вообще в этом лагере целых десять демонов. Это ловушка. – Произнёс мой мастер, а лица заклинателей побледнели.

«Если это ловушка то, демоны должны как-то узнать о нашем проникновение… Следящих чар тут не было, а значит…»

– Не убивай! – Крикнул я Бориславу. Он собирался обезглавить парализованных демонов. – Их смерть и станет сигналом о захвате лагеря!

Сами по себе демоны являются магическими созданиями, а целых десять за две недели сформировали довольно сильный фон тёмной энергии. Если они все умрут… Тёмная энергия, собранная здесь, вспыхнет подобно дому, пропитанному маслом. Такое пламя в магическом фоне можно заметить за сотни километров, если знать, куда смотреть.

Услышав мой крик, метаморф остановился. Хотя он и был старше и опытнее меня, но Охотники привыкли доверять друг-другу.

Мы уже покидали лагерь, углубляясь в лес, когда магический фон за нашей спиной засиял тёмным пламенем. Видимо демоны покончили с собой, поняв, что мы убивать их не планируем. К сожалению, у демонических воинов слишком много методов самоубийства, часть из них работает даже в бессознательном состоянии. Например, демоническая печать, которая, как только кто-то вмешивается в сознание воина или он просто его теряет, мгновенно убивает своего носителя.

Пока душа демона цела, его Владыка способен создать ему новое тело. Правда, такой привилегией обладают только элита или особо отличившиеся демоны.

Сразу после того, как тёмная энергия за нашими спинами взбушевалась, на всю округу раздался звук боевого рога.

Мы всей группой отступали через лес.

Мастер пару раз останавливался, осматривая землю и пытаясь сбить преследователей со следа, но кольцо всё сжималось.

– Если так и продолжится, то нас просто загонят в угол и забьют как крыс. Позвольте мне отвлечь их! – Хотя благодаря трансформации лицо Борислава носило звериный оскал, но голос его был серьёзным.

«Да… До горных троп было часов десять быстрой ходьбы или часа два бега на моей полной скорости, но в таком случае о конспирации стоит забыть, да и никто кроме метаморфа в нашем отряде не потянет такую скорость. Тело мастера уже не такое как раньше».

– Хорошо… – Наш командир кивнул, давая добро Бориславу. Зная, что после выполнения этого приказа он вряд ли вернётся живым.

Тело Борислава стало уменьшаться, хетинновые чешуйки стали прилегать друг к другу ещё плотнее, а волчья шерсть обрела отлив настоящей стали. Метаморф принял полную трансформацию, после которой уже нет обратного пути.

Борислав взревел, а его глаза были наполнены чудовищной жаждой крови. После чего его силуэт исчез, растворившись в лесной чаще.

«Удачной охоты, брат».

Жертва Борислава смогла выиграть нам немного времени, благодаря чему мы вышли из сужающегося кольца.

Спустя полчаса мастер остановился, прислушиваясь к звукам леса. После чего произнёс:

– Они продолжают преследование.

«Почему?! Мы же уже должны были оторваться?!» – В моей голове судорожно забегали мысли.

«Найти нас по следам благодаря навыкам мастера практически невозможно. Магический след, я, Сигурд и Зигфрид, затираем после себя… Единственный способ отследить наше местоположение – это маяк…»

– Вы что-нибудь брали помимо чертежей из лагеря демонов?! – Обратился я к двум заклинателям. Сами чертежи не опасны, так как выгравированная на них формула демонической пушки не имеет ничего общего со слежкой. Если же попытаться нанести две печать на один лист бумаги, то они пойдут в разнос и хорошо, если не рванут.

Зигфрид отрицательно покачал головой, а Сигурд, слегка смутившись, достал из своей сумки одну из запчастей демонической пушки.

Я быстро создал сканирующую руну. Внутри запчасти, взятой Сигурдом были переплетены сотни магических линий. Часть из которых вполне могла создавать маяк.

Мастер нахмурился, догадавшись о том, о чём и я, и произнёс:

– Выбрось. Скорее всего с помощью него демоны и отслеживают наше передвижение.

Сигурд нахмурился, осознав свою ошибку, а потом с помощью демонической руны полёта отправил эту запчасть в сторону от нашего пути. Это должно выиграть нам ещё минут десять.

Наш отряд продолжил двигаться вперёд. Пару раз мастер менял маршрут, чтобы избежать встречи со случайными группами демонов. Лес о многом может тебе рассказать, если ты умеешь слушать.

В течение часа всё было спокойно, и казалось, что трюк с летающей запчастью помог нам достаточно оторваться. …Хотя тогда я просто выдавал желаемое за действительное.

– Они выпустили теневых гончих… Ещё час, максимум два и они нас догонят. Илай, ты должен двигаться вперёд… без нас. – Голос мастера был наполнен сталью и лёгкой печалью. Сигурд же и Зигфрид молча кивнули.

Я хотел что-то ответить, как-то возразить, но не успел. Мои инстинкты взвыли, крича мне: «Беги!». Я посмотрел вверх.

Там, прямо с безоблачного неба падала мне наголову чёрная молния.

Она приближалась с огромной скоростью, а я, даже приняв демоническую форму, не успевал увернуться. Мои глазные веки закрылись в ожидание удара, а я почувствовал сильный толчок.

Я силой открыл глаза.

На моём месте стоял мастер, а чёрная молния рассыпалась сотней икр, разрубленная мечом. Командир всем своим видом показывал небрежность, но я видел, что его рука дрожала.

Спустя секунду, вокруг нас зажглись десятки чёрных вспышек пространственных переходов. Мы оказались в окружении.

«Как? Нас просто не могли настолько обогнать, а подготовка телепорта такого уровня требует много времени…» – В критической ситуации мой разум стал предельно спокоен, а страх ушёл на второй план. Его вытеснила какая-то другая незнакомая мне эмоция.

– Браво, браво! Даже спустя столько лет ты всё ещё чего-то стоишь! Жаль, что ты уже мне неровня, время самый страшный враг для смертных существ. – В воздухе раздался звонкий мужской голос, а спустя мгновенье в десяти метрах над землёй появился молодой мужчина. У него были золотые волосы и глаза похожие на два сапфира, а кожа его была насыщенного бежевого цвета. Голову украшали два чёрных аккуратных рога, а тело окутывало подобно мантии чёрное пламя… Это был Владыка Гнева.

Лицо мастера стало чёрным как ночь.

Сигурд и Зигфрид выпустили заранее подготовленную демоническую руну в это существо, но это стало их ошибкой.

Синее пламя сорвалось с рук двух моих товарищей и, приняв форму демонического дракона, ударило молодого мужчину в грудь. Оно взорвалось в лазурной вспышке, а на лицах моих братьев появилась надежда, но через секунду она обратилась в пыль.

Молодой мужчина всё также висел в воздухе, а лазурное пламя развеивалось не в силах ему навредить. Только один его золотой локон медленно тлел.

– Вы повредили мою причёску… – Голос Владыки Гнева звучал обманчиво спокойно. Лица двоих моих братьев побледнели.

Чёрное пламя вокруг молодого мужчины стало постепенно усиливаться, а спустя мгновение оно было похоже на дикого зверя, изголодавшегося по человеческой плоти и крови. Глаза Владыки Гнева были наполнены чистой злобой.

– Умрите мусор! – Произнёс с яростью и ничем неприкрытой жаждой крови один из Повелителей Инферно.

После его слов чёрное пламя, обратившись диким зверем, накинулось на двух моих братьев и стало рвать их плоть на куски. Я попытался им помочь, но мне просто не хватило сил.

Незнакомая эмоция у меня в груди стала сильнее.

Мастер был занят третьим демоническим зверем, пытавшимся перегрызть ему глотку.

Следующие секунды лес был наполнен криками моих братьев и рёвом демонических зверей. Мастер разрубил своего пополам, но к тому времени было уже поздно. Мои братья уже были мертвы.

Взгляд мастера, наполненный злобой, устремился к Владыке Гнева.

– Хахаха!!! Эти глупцы поплатились за свою наглость! – Лицо молодого мужчины было похоже на звериный оскал.

– Теперь настала твоя очередь… Выживший… – Он как будто выплюнул прозвище мастера. Но потом его глаза расширились, а взгляд наполнился ненавистью.

– Грязная кровь?! Почему здесь грязная кровь… Как?! Как ты пробудился?! Почему один из семи смертных грехов служит человеку?! – Владыка Гнева брызжал слюной, но потом успокоился. Мастер встал рядом со мной.

– Неважно, я просто уничтожу неудавшийся эксперимент… Вот и всё. – После этих слов копьё, сотканное из чёрного пламени, устремилось ко мне. Я понимал, что увернуться просто не успею, и попытался выставить перед ним свой меч. Он двигался медленно как будто сквозь кисель. Я понял, что даже просто выставить меч не смогу. Незнакомая мне эмоция стала сильнее разгораться у меня в груди.

В последней момент перед ударом, мастер шагнул вперёд, заслоняя меня собой. Сверкнул его меч и чёрное копьё распалось на две части.

«Ну, да! Ведь мастер наверняка сможет дать этому демону бой! Он же Мастер!»

Спустя мгновенье мои радостные надежды разбились вдребезги, а мой мастер сплюнул кровь. Хотя он и разрезал копьё на две половины, оно успело ранить его в грудь.

Дыхание мастера изменилось, став чаще. А по его жилам стали течь огромные потоки магической энергии. Мои глаза расширились, не хотя признавать правду.

– Это единственный выход мой ученик… – Грустно произнёс мой наставник, ставший для меня вторым отцом.

Владыка Гнева со злорадством наблюдал за этой сценой, явно упиваясь своей силой. Лет сто назад, мой мастер один на один победил одного из Владык. Правда, добить тогда не смог.

– Пообещай мне одно… – Мастер закашлялся, сплёвывая кровь, и всеми силами изображая слабость, чтобы Владыка Гнева расслабился.

– Ты должен бороться до самого конца за свою жизнь и свои идеалы... А главное… – Голос моего наставника стал предельно серьёзным.

– Я верю, что ты станешь героем этой эпохи, человеческим идеалом этого тёмного времени, а также тем, кто закончит эту двухсотлетнюю войну.

После этих слов тело моего мастера вспыхнуло серебряным пламенем. Его мышцы налились силой молодости, а плечи расправились, делая его похожим на гиганта. Его меч засиял чистым серебром, похожим на свет далёких звёзд.

Лицо Владыки Гнева резко изменилось, на нём показался страх. Он судорожно попытался создать защиту из чёрного пламени, но было уже поздно.

Силуэт моего мастера на мгновенье расплылся, став похожим на вспышку света, а спустя мгновенье его меч вонзился в одно из двух сердец Владыки Гнева.

– Ты! Как ты посмел! – Лицо молодого мужчины было искаженно одновременно злобой и страхом. Серебряный свет медленно распространялся по его телу, уничтожая чёрное пламя и нанося тяжелые раны.

– Даже старик может, вспомнить молодость. – Произнёс мой мастер, бросив на меня прощальный взгляд. Его тело рассыпалось тысячей серебряных искр, а на лице играла улыбка.

– Не-е-е-т! – Из моих уст раздался чудовищный крик, а в груди появилась пустота.

«Почему? Почему он должен был умереть?»

Мою грудь стала жечь неизвестная мне эмоция – это был гнев.

«Уничтожь их! Разорви!» – Мою голову наполнили чужие мысли, а чёрное пламя вокруг моего тела стало живым и разгорелось с удвоенной силой.

Мой наполненный кровью взгляд устремился на Владыку Гнева.

«Если я пожертвую своей жизнью, то смогу его убить!» – В мой голове мелькнула мысль. Я направил на молодого мужчину свой меч.

«Разве ради этого твой мастер отдал свою жизнь?» – В моей голове мелькнула чужая мысль, но она была другой, непохожей на прошлые… более знакомой. Спустя мгновенье я понял, что это был Рик.

«Мастер…» – После этой мысли в моей груди поселилась боль, а гнев вспыхнул с новой силой.

«Понятно. Ты не можешь контролировать его ведь это не твой грех… Хорошо! Тогда я стану твоим сердцем!» – После этой мысли. Гнев куда-то исчез, а мой разум стал предельно чист.

«Я хотел, пожертвовав собой убить Владыку Гнева? Но, тогда зачем мастер умирал?» – На мгновенье я разочаровался в себе, но спустя секунду мой разум снова стал чист.

«Значит я должен отступить. Владыка Гнева был серьёзно ранен, и не сможет преследовать меня, а его свита сейчас мне не ровня».

Взглянув на выжженное поле боя, я собрал с помощью пламени землю с прахом мастера и двух других своих братьев и, взмахнув крыльями, покинул его.

В моей голове засела одна навязчивая мысль, обещание данное мастеру.

В тот день я поклялся стать человеческим совершенством и закончить эту двухсотлетнюю войну.

Глава 9. Эрос

Следующее утро встретило меня ласковым полусумраком.

Я проснулся и взглянул на золотые карманные часы. Часов было семь, поэтому на улице только-только начало светать.

Я занялся своими обычными утренними процедурами: зарядкой и душем. После них я решил проведать своего друга, вчера он довольно много выпил.

Для приличия я попробовал постучать, но в ответ раздалась гробовая тишина. Подумав несколько секунд, я потянул за ручку двери, комната Петра оказалась незапертой.

«Ну, да… Кого ему в посольстве бояться? А запереть дверь в потёмках, да ещё и в пьяном угаре довольно непросто. Вот мой друг решил и не заморачиваться…»

Я вздохнул и вошёл внутрь комнаты.

Внутри была изображена картина маслом – потомственный алкаш. По полу комнаты были разбросаны бутылки вина, а в воздухе летал лёгкий запах перегара.

Я быстро открыл окно, чтобы избавиться от неприятного запаха, после чего посмотрел в центр.

Там в позе лотоса сидел Пётр, а прямо напротив стояла наполовину пустая и наполовину полная бутылка алкогольного содержания. Видимо, вчера перед сном мой друг очень тщательно размышлял над одним из извечных вопросов человечества: «Пить или не пить?».

То ли в нём победила сила воли, и он решил не допивать бутылку вина, оставив её на потом, то ли усталость взяла своё, и мой друг отправился в царство Морфея, так и не найдя ответа на один из извечных вопросов.

С лёгкой улыбкой я подошёл к моему дорогому другу детства. Сегодня в моём рукаве был припрятан козырь!

Встав напротив Пети, познавшего алкогольный дзен, я откупорил волшебную бутылочку. Спустя мгновенье она оказалась у друга прямо под носом, после чего он вдохнул испарения спирта.

Глаза моего друга резко распахнулись, и он стал судорожно вдыхать воздух, постепенно приходя в себя.

– Я не допил! Хотел… Но я смог! – Петя энергично оправдывался, ища меня по комнате слегка рассеянным взглядом.

«Вот на что способен спирт животворящий! Правда, стоит учитывать, что как раз таки из-за него Петя оказался в таком состоянии».

– Всё в порядке. Я верю тебе. Ты большой молодец! – С улыбкой на лице я потрепал Петра по голове.

Хотя мы примерно и одного возраста, но он для меня как младший брат.

– Да… Я молодец! Прямо настоящий мужик… С добрым утром Стас. Спасибо, что разбудил. – Произнёс Пётр, окончательно приходя в себя. Улыбка на его лице была наполнена сильным раздражением.

– Ненавижу похмелье!

После этих слов мой друг сделал утренею зарядку и отправился принимать холодный душ. Как только он закончил, мы вдвоём отправились в столовую.

В ней к моменту нашего прихода находились уже Виктор с Михалычем. Виолы ещё не было.

Слуги уже накрывали на стол, а еду должны были подать через минут-двадцать.

– Как вчера прошёл прорыв? Проблем не было? – Спросил я у Виктора с Михалычем.

Наш ассасин на секунду задумался, а потом произнёс.

– В целом всё прошло как обычно… Правда, пробуждение родословной было особо болезненным. – Сказал Виктор слегка поморщившись.

«Ну, да. Все уровни до пятого человек развивает свои физические возможности до предела, данного природой. Но лишь после пятого воин или волшебник ломает его, превосходя человеческие возможности».

На восточном континенте только с пятого ранга или круга людей начинают считать мастерами.

Правда, ситуация у них с вратами сложнее чем на западном континенте. Они у них только одни, но учёные считают, что врата восточного континента ведут в столицу одного из государств, расположенных на землях Скайров.

Среди захватчиков есть много различных племён и фракций. Правда, так как мало кто выходил с ними на контакт, информации об этом мало и люди всё также продолжают называть их всех Скайрами.

Из-за более суровых условий люди, рождённые в странах Восточного континента, проходят через естественный отбор. Поэтому население Ангусты в два разы меньше, чем население Латуса. Но в свою очередь там гораздо больше высокоранговых воинов и волшебников. Только официальных маэстро там тоже два: Великая Нефритовая Императрица и Таинственный заклинатель Востока, прозванный омёдзи.

Виктор продолжил.

– Михалычу же пришлось пройти через гораздо большую боль чем мне. Хотя я ему и говорил, что ему не обязательно заходить так далеко, чтобы быть рядом со мной. – Произнёс Виктор, с грустью взглянув на своего спутника. В ответ тот отвёл взгляд в сторону, но всем своим видом показывал, что продолжит в том же духе. Виктор печально вздохнул.

«Да… Усиливающая тело алхимия использует гены магических существ. А боль, через которую должен пройти человек, меняющий свою суть, должна быть просто чудовищной».

«Достойный муж». – С уважением в голосе произнёс Рик. Он довольно редко кого-то хвалит, кроме себя и бывает меня.

«Это потому, что все остальные редкостные слабаки! Физически и чуть реже духовно». – Сказала моя персональная шиза, после чего тяжело вздохнула.

Примерно за пять минут до завтрака в столовую пришла Виола. На ней было лёгкое домашнее платье алого цвета, а в глазах плескались озорные огоньки. Я сделал вид, что не заметил её появления и продолжил говорить с Виктором. Мы с ним обсуждали различные философские книги на тему жизни и смерти.

Виола на мгновенье остановилась, прислушиваясь к нашему разговору, но потом резко шагнула в мою сторону. Две мягкие женские ладони опустились на мои глаза, а ласковый нежный голос произнёс:

– Угадай кто!

Я сделал секундную паузу, делая вид, что думаю, после чего серьёзно произнёс:

– Прекрасная девушка из моего сна!

Виктор с покерфейсом изучал стену напротив, Михалыч помогал ему в этом нелёгком деле, а на лице моего друга застыло задумчивое выражение.

– Дурак. – Смутившись, милая отстранилась, а потом села напротив меня. На её щеках играл лёгкий румянец. Ну, да. Ведь содержание сна бывает разным, а я и она молодые люди в юношеском возрасте.

Виола мне по реальности сегодня снилась. Правда, никакой интимной близости. Мы с ней гуляли по летнему парку, я качал её на качелях, а закончился сон нежным поцелуем. На моих устах появилась лёгкая улыбка.

Ели мы молча, отдавая дань уважения еде и поварам, приготовившим её.

На завтрак была перловая каша со сгущёнкой. А в роли закуски выступали бутерброды с рыбным паштетом. В качестве напитков на столе стояли кувшины с яблочным, апельсиновым и вишнёвым соками.

После завтрака мы собрали вещи и отправились в Священную академию Искателей. Там нам буднично повысили ранг до золотого. Возможно, будь мы в Ривенгтоле это было бы чуть более торжественно.

Так как Джульетта Иннокентиевна дала своё слово о сохранение конфиденциальности нашей информации, Либерум Арбитриум и Священная семья должны узнать о ней минимум по прошествии одного месяца, а то и двух. Зависит о степени их заинтересованности нами.

Спустя сорок минут мы стояли на портальном круге, а через мгновенье нас окутала лазурная вспышка пространственного перехода.

***

В просторном зале сквозь ажурные окна свет падал на мраморный пол. Рядом с алтарём стоял мужчина лет пятидесяти на вид. Его волосы были цвета вороного крыла, а в руках были три золотых креста соединённых в форме веера, символизирующего свободу.

Это был символ веры церкви Либерум Арбитриум.

Его руки были сложены в молитве, а взгляд был направлен к небесам.

За его спиной стоял мужчина лет двадцати на вид в чёрной рясе священника. На его спине был изображён веер из трёх золотых крестов. Они символизировали три испытания ниспосланных человечеству богом. Первое, это смерть мира, второе, это вторжение Скайров, а, третье, это слабость человеческой плоти.

По религиозным убеждениям Либерум Арбитриум человек должен преодолеть первых два испытания, пройдя через страшные муки, после чего выковать в горне войны трансцендентное тело и освободиться от бремени человеческой плоти. После чего святой вознесётся прямо к богу и станет его апостолом, даровав людям спасение.

Молодой произнёс с дрожью в голосе:

– Его дитя пока живо. Мы ещё не смогли его убить…

Лицо старшего не изменилось, он всё также одухотворённо читал молитву, чтобы Священная Империя и её народ смогли пережить эти испытания. Но атмосфера в зале стала на несколько градусов холоднее.

– Н-но! – Заикаясь, произнёс младший. – За дело взялся Он! Мы попросили, и Владыка Кошмаров ответил!

Атмосфера в зале заметно потеплела.

Патриарх Либериум Арбитриум произнёс мягким голосом:

– Молодец. Надеюсь, наша проблема исчезнет сама собой… Всё же дитя Михаила довольно эксцентричная личность.

Младший слегка вздрогнул, услышав это имя. Здесь, на его территории, имя защитника Священной Империи обладало особой силой. Возможно даже, если сильно постараться, он тебя услышит. Поэтому в таких разговорах редко упоминали маэстро.

– Ступай и проследи, чтобы это дитя погибло и не смогло взойти на престол.

***

Когда лазурный свет рассеялся, мы стояли на портальной площади Эроса. Нас ждала роскошная карета, запряжённая тройкой вороных жеребцов.

Джульетта Иннокентиевна написала хозяину Эроса, маркизу Де-Фонтейну. Его слуги должны были встретить нас, а сам он обещал оказать полное содействие для победы в игре Андерсона. Хотя он и был верующим Либерум Арбитриум, но, во-первых, из-за игры Андерсона могут пострадать его владения, а, во-вторых, ректор Священной академии Искателей когда-то давно спасла ему жизнь. А дворяне старого порядка такого не забывают.

Его род был довольно древним, появился спустя сто лет после основания Империи. Статус Маркиза был присвоен его семье за выдающийся вклад в развитие магии того времени.

Хотя сейчас род Де-Фонтейна претерпевал магический упадок – сам маркиз был магом четвёртого круга, несмотря на возраст в сорок лет. Но благодаря успешной торговле и магическим изобретениям семья Де-Фонтейна могла посоперничать богатством с герцогскими родами.

На вожжах сидел слуга маркиза Де-Фонтейна. Заметив нас, он спустился с кареты и отвесил приветственный поклон.

– Здравствуйте, уважаемые гости. Меня зовут Артур. – Голос кучера был наполнен уважением.

Сам Артур выглядел на лет пятьдесят. Лёгкая седина украшала его волосы, зачёсанные назад. Одет он был в чёрный костюм дворецкого, а на лице у него было серебряное пенсне.

Виола на его приветствие ответила лёгким кивком головы, как и положено Принцессе. После чего мы проследовали за ним в карету.

Артур ударил вожжами и повозка, запряжённая тройкой вороных, двинулась в путь.

Хотя сейчас был день, но по мощённым мостовым прогуливалось немного народа.

Лужи, оставленные вчерашнем дождём, блестели в лучах утреннего солнца.

Повозка прибыла к поместью маркиза Де-Фонтейна, расположенному в центре города. В двух километрах от портальной площади.

Это был роскошный особняк, сделанный из белого мрамора. Он обладал готической архитектурой.

К матовым чёрным дверям, сделанным из эбонитового дерева, вела широкая лестница из белого мрамора. По бокам от неё стояли восемь высоких тонких колон, на вершине которых сидели горгульи из чистого серебра.

– Это стражники нашего особняка. Раньше они обладали пятым рангом. Правда, сейчас они ослабли до третьего. – Голос дворецкого был наполнен печалью.

«Да… В роду маркиза давно не было магов, способных починить этих серебряных горгулий».

Для этого нужен маг минимум седьмого круга. Ну, а посторонних допускать до защиты своего особняка просто глупо.

Как только мы вошли внутрь поместья, перед нами предстал просторный холл. Пол был сделан из чёрного и цвета беж мрамора. На потолке висела масивная люстра с ещё незажжёнными свечами.

Хотя на улице было ещё утро, в холле был лёгкий сумрак. Солнечный свет проникал сквозь два ажурных окна.

На второй этаж вела лестница из чёрного мрамора, укрытая красным ковром. На её вершине сидели две серебряные горгулье с рубинами вместо глаз.

Я почувствовал исходящую от них силу четвёртого ранга. Раньше на пике своей мощи они, наверное, могли дать бой войнам шестого ранга и служили символом богатства рода Де-Фонтейн.

– Господин, наверное, находится в своих покоях. Я вас провожу. – Произнёс Артур с лёгкой печалью в голосе.

После этого мы поднялись на второй этаж особняка и направились к покоям маркиза.

Перед нами предстала просторная комната, заканчивающаяся мраморным балконом. На полу из красного дерева, лежал широкий красный ковёр цвета вина. По углам помещения стояли кусты с прекрасными чёрными розами. В центре была расположена огромная кровать с серебряным балдахином. Там в окружении четырёх обнажённых любовниц в одних штанах лежал хозяин этих земель, маркиз Де-Фонтейн. Это был широкоплечий смуглый мужчина с чёрными волосами и без бороды. Внешне я бы ему дал лет тридцать.

В воздухе витал аромат различных дурманов.

– Мессир, прибыли гости, которые должны помочь с победой в игре Андерсона. – Произнёс дворецкий с лёгким укором в голосе.

Сначала маркиз слушал его довольно вяло, явно раздумывая, не продолжить ли ему развлекаться со своим гаремом, но, услышав имя Владыки Кошмаров, встрепенулся, а его лицо посетил страх.

– Приветствую, вас дорогие гости… – Его взгляд на миг с вожделением задержался на теле Виолы, но после моей милой и очень дружелюбной улыбки вожделение исчезло с его лица. – Я очень вам благодарен, что вы решили помочь моему дорогому городу!

Маркиз уже накинул на себя просторный халат, а обнажённые девицы с тоской проводили его взглядом, поняв, что продолжения ближайшее время точно не будет.

В официальной версии, переданной маркизу Джульеттой Иннокентиевной, мы прибыли сюда с искренне благородными побуждениями. Так как Виола была Принцессой Ривенгтола, её семье присуще рыцарское благородство, поверить в это было не тяжело.

После короткого разговора, маркиз приказал показать нам наши покои, а сам отправился по делам в город. Девушки, лежащие в его постели, оказались тремя младшими жёнами и одной старшей. Это было одним из новаторств церкви Либерум Арбитриум.

После ознакомления с нашими покоями, мы всей группой отправились на прогулку по городу. Сегодня с утра на послание, полученном мной два дня назад, появилось ещё несколько строчек.

«Время начала шоу – одиннадцать часов утра!»

«Конечно настоящий фокусник не раскрывает всех карт, но вы мои почётные гости, поэтому считайте это подарком!»

***

На улицах города прогуливалось мало людей. Большинство были либо на работе, либо дома. Правда, расположенный рядом с особняком квартал удовольствий работал несмотря на утренние время суток.

Мои часы показывали десять двадцать, поэтому мы не особо сильно спешили к городской площади. Виола с детским любопытством заглядывал в различные кондитерские и изредка покупала там особо понравившийся ей десерт. Только это происходила нечасто, так как она, как и любая другая девушка, следила за своей фигурой. Правда, ей было гораздо легче делать это, так как Принцесса, как воин пятого уровня, во время боевых действий сжигала много калорий.

В этом мире дородность не считалась признаком женской красоты, впрочем, как и недостатком.

В моём мире дородных женщин считали хранительницами домашнего очага. Правда, иконами красоты их тоже не считали. Фигура у Владыки Похоти была в форме песочных часов. Я улыбнулся, вспоминая эту тигрицу.

«Эх! Хороша была демоница!» – Вздохнул в моей голове Рик. Хотя он и не получает тактильные ощущения моего тела, но мой эмоциональный фон передаётся ему.

Заметив мою улыбку, Виола подозрительно на меня уставилась, после чего я ласково произнёс:

– Всё в порядке, милая?

– Ничего! – Слегка смутившись, она ушла вперёд к очередной пекарне. Хотя она и заходила редко, но в пространственном кольце уже было два мешка различных хлебобулочных изделий.

Без пяти одиннадцать мы прибыли на портальную площадь. На ней степенно расхаживало человек двадцать. Время близилось к обеду, поэтому у рабочих появился перерыв.

Вдруг как гром среди ясного неба на площади прозвучали фанфары. А потом под торжественную музыку на городском фонтане, расположенном в центре, распустился прекрасный чёрный бутон, метров пять в диаметре. В центре него стоял мужчина в чёрно-белой маске. Одна её половина смеялась, а вторая плакала чёрными слезами.

Торжественная музыка зазвучала по всему Эросу, и Андерсон произнёс:

– Доброго вам времени суток уважаемые дамы и господа!

Вдруг земля слегка затряслась, как вовремя землетрясения.

– Прошу прощения за беспокойство, просто ваш город готовится к увлекательной игре! – Абсолютно серьёзно произнёс Андерсон.

– Её правила просты, так что можете не волноваться, поймёт даже ребёнок! Тем более сегодня здесь также приглашённые лично мной гости! – Воскликнул Владыка Кошмаров, после чего раздался гром аплодисментов. Небо закрыли внезапно набежавшие тучи.

– В городе помимо городской площади появилось ещё четверо моих творений! На севере, западе, востоке и юге. После того как вы уничтожить их, вас будет ждать финальная битва на городской площади! – После слов Андерсона в воздухе раздался хохот. А Эрос всё сильнее стал погружаться во тьму.

– Правда, есть маленькая деталь! Четверо моих творений распускают по всему городу сильнодействующий афродизиак! И с каждым часом он будет становиться всё сильнее. Но не беспокойтесь! Даже, если вы сможете за сегодня уничтожить все четыре моих творения, финальная битва начнётся завтра, с лучами рассветного солнца! Так что вы сможете отдохнуть… – Андерсон слегка усмехнулся.

– Если же вы вдруг поддадитесь своему низменному желанию и займётесь сексом во время игры… Нет, что вы! Вы не умрёте! Как я могу быть настолько жесток?! – Сказал Андерсон с лёгкой фальшей в голосе.

– Вы просто уснёте… Может быть на веки, а может быть до конца игры… Всё зависит от того, победят ли люди в финальной битве или нет! Так что можете спокойно поддаться похоти и переложить всю ответственность на других… – Он сделал эффектную паузу.

– Да, начнётся игра, призванная показать мне весь порок человеческой похоти и слабости! – Воскликнул Андерсон, а фанфары прозвучали в воздухе в последний раз. После этого он исчез в вихре чёрных лепестков, а на город опустилась тишина.

Услышав правила игры, Виола нахмурилась. Пётр с невозмутимым видом сделал глоток вина… Виктор с Михалычем выглядели предельно спокойно, хотя в глазах первого читалось лёгкое беспокойство. Константин спал.

«Сова, а не попугай...»

Часть людей, находящихся на площади, начала паниковать, а самые богатые из них попытались воспользоваться телепортом. Ожидаемо ничего у них не получилось, а они свалились на портальную площадь. В их телах уютно обустраивались чёрные червячки. Часть людей не поддалась панике и спокойно отправилась по своим делам, передав всю ответственность другим.

– Вы сможете создать противоядие, нивелирующее эффект афродизиака? – Спросил я у Виктора с Михалычем. Виктор несколько секунд помолчал, серьёзно задумавшись.

– Будь это обычный афродизиак…, то да. Но вот против вещества, созданного магистром, ни я, ни Михалыч ничего не сможем сделать… – Виктор на секунду замолчал. – Разве что тонизирующее вещество, которое сможет очистить разум. Правда, оно создаст сильную нагрузку на мозг и при длительном использование может привести к потере сознания…

– Хорошо. Тогда пусть Михалыч сделает сколько сможет, примем в крайнем случае. – После моих слов наш алхимик кивнул и, достав алхимические принадлежности, приступил к работе. Перед этим он показал один палец, а Виктор перевёл, что готовиться тоник будет один час. Всё это время Михалыч не сможет оторваться от алхимического котла. Я кивнул.

– Тогда сейчас мы отправимся к творению Андерсона, расположенному на юге. Так как там находится офис городской стражи, они должны будут попытаться уничтожить его. Заодно поймём с чем мы имеем дело. – На мои слова мои товарищи кивнули, после чего мы отправились на юг.

Хотя в городе и наступила чрезвычайная ситуация, так как афродизиак ещё не распространился по всему Эросу, извозчики до сих пор работали.

Спустя пять минут мы поймали одного, после чего он за две серебряные отвёз нас до границы распространения афродизиака. Суммарно на это ушло полчаса.

Если посмотреть сверху на город, то он будет похож на овал, вытянутый в стороны запада и востока и приплюснутый в северной и южной частях.

Хотя вещество, распространяемое творениями Андерсона, было полностью прозрачным, но из-за своей явно тёмной магической природы заставляло колебаться воздух на свету. Поэтому зону, поражённую афродизиаком, мог заметить даже слабый маг… По крайней мере утром и днём.

У самой границы, поражённой зоны стоял стражник, заметив нас он произнёс:

– Там опасно, поэтому вам следует убраться отсюда поближе к центру Эроса…

Потом он увидел наше снаряжение и тут же поправился:

– Если вы хотите оказать содействие с победой в Его игре, то городская стража с радостью примет вашу помощь. – Произнёс стражник. При упоминании Андерсона его голос был наполнен лёгким страхом. Это отнюдь не первая игра, проведённая Владыкой Кошмаров в Священной Империи, и не все из них заканчивались хорошо. Иногда небольшие города превращались в безжизненные пустышки, правда, даже в таких случаях большую часть жителей удавалось спасти вовремя подоспевшим магам света.

Если бы Андерсон хотел их убить, думаю спасённых бы не было. Поэтому мне, кажется, что в своих играх он преследует какую-то другую цель, гораздо более глубокую чем просто изучение человеческих пороков. Возможно, он устраивает искусственный отбор. Для чего? Непонятно…

После того как мы ступили на область, поражённую афродизиаком, в мой нос ударил слегка приторный аромат. Рассудок попытался слегка помутиться, но я усилием воли подавил навязанное мне желании, а потом усмехнулся.

«Какой-то жалкий афродизиак… Никто и ничто не сможет навязать мне свою волю!» – После этой мысли воздействие афродизиака на мой организм было полностью уничтожено.

Остальные мои товарищи были относительно в порядке. Щёки Виолы слегка покраснели, но не сильно. Виктор сохранял холодной выражение лица. На Константина газ не действовал. А Пётр… Пётр бухал. Подозреваю, если бы его заставили выбирать алкоголь или женщин, он бы выбрал алкоголь. А так как поддавшись похоти, он больше не сможет сегодня выпить своего любимого вина… То какому-то афродизиаку не сломить его. Тем более как говорил его отец: «Настоящий мужик должен заниматься любовью из-за чувств! Или хотя бы по взаимному согласию. А главное всегда должен брать ответственность за свои поступки!»

Учитывая, что Петя бесповоротно влюблён в Анжелику, то сомневаюсь, что он сделает это с кем-то ещё.

Спустя десять минут быстрого хода, перед нами предстали южные ворота. Прямо перед ними цвёл и пах красивый алый цветок. Десятки стражников держали его в кольце и обстреливали заклинаниями. Часть из них на мгновенье теряли концентрацию, из-за чего их заклинания распадались на сотни сверкающих искр. Никто из них не рисковал приблизиться к цветку.

У его корней лежала пара индивидов. Они валялись в обнимку, но, к радости, одетые. Рядом с ними на одном из корней цветка постепенно затягивалась широкая рана, оставленная мечом. Рядом с ней воздух колебался особо сильно. Кажется, они просто потеряли сознание из-за передозировки.

Оценив размеры цветка, а также его магическую силу, я произнёс:

– Пётр, уничтожь его заклинанием шестого круга. – После моих слов произошло сразу несколько событий.

Во-первых, Петруха начал плести заклятие шестого круга, оно было у него одно и его создание в пьяном состояние занимало секунд двадцать. Во-вторых, стражники, услышав фразу: «Заклинание шестого круга», сразу бросились в рассыпную. И не зря. Такое волшебство при прямом попадание в землю может создать небольшое озерцо. В-третьих, заметив сильные магические колебания, алый цветок резко запустил корни в нашу сторону. Я улыбнулся.

«Как предсказуемо».

– Виола! Священная территория. – Произнёс я, вонзив клинок в землю, на четвёртом уровне магии света я мог выгравировать руны на своём мече для мгновенной активации заклинаний на круг ниже моего максимума.

«Какой прекрасный алый цветок… Но даже так он всего лишь растение, не способное увидеть этот мир. Какая жалость». – После этой мысли из моего меча вырвался яркий солнечный свет, сформировав купол.

Корни цветка почти достигли барьера, и они имели все шансы его пробить. Алый бутон был существом шестого ранга.

Я слегка напрягся в ожидании удара.

– Пой ветер, пой. – Раздался нежный и ласковый голос Виолы, а спустя мгновенье мой барьер окутал мягкий для тех, кто внутри, и острый как бритва для тех, кто снаружи, ветер. Это было усиливающее заклинание пятого круга.

Так как оно не было самостоятельным волшебством, то его сотворение требовало несколько секунд. Маг ближнего боя, также может наложить его на свой меч. Но максимальной мощи оно достигает при синергии с другими стихиями.

Корни, устремившиеся к Петру, попытались прорваться свозь ветер. Слегка золотистые потоки воздуха резали и рвали их на части, но нескольким из них это удалось.

Корни алого цветка ударили в барьер из света. Он содрогнулся и пошёл лёгкими трещинами.

Я стиснул зубы.

Спустя мгновенье корни впились в эти прорехи и начали постепенно выкачивать энергию из купола. Так как щит был сделан из света, а алый бутон обладал элементом тьмы, его корни начали гореть золотым пламенем, а часть ран на его основном теле открылась вновь, источая пары афродизиака. Моё лицо побледнело.

– Виктор. – С лёгкой хрипотой в голосе произнёс я.

Услышав мой приказ, наш ассасин метнул свои кинжалы, пропитанные ядом. Пока они летели казалось, что сам воздух плавится вокруг них. Такой эффект создавало разрушение стихийной магии, наполняющей этот мир.

Два клинка, окутанные зелёным сиянием, врезались в два самых крупных корня алого бутона. Они вошли по рукоять.

Сначала цветок на них особо не обращал внимания, продолжая выкачивать энергию из барьера, но спустя мгновенье на его корнях появилось два тёмно-зелёных пятна. Спустя несколько секунд они уже плавно распространились до его основания.

Творение Андерсона заметило неладное и заставило поражённые ядом корни увянуть, но часть магии Виктора успела попасть в основное тело цветка. Его раны начали сочиться зелёным гноем, а атаки слегка замедлились. Правда, умирать он не планировал. Уничтожить существо шестого ранга не так просто.

Атаки корней продолжались, но они больше не пытались присосаться к трещинам. Видимо цветок не хотел снова подставиться под ответный удар.

Спустя пятнадцать секунд боя, из ран цветка перестал сочиться зелёный гной. Яд был только четвёртого круга. А спустя двадцать повреждения алого бутона стали постепенно затягиваться.

Я улыбнулся.

Цветок, что-то почувствовав, резко убрал свои корни обратно, окутав ими бутон на подобие кокона.

– Пылай, слеза неба. – Произнёс печальным голосом Пётр, а в десяти метрах над цветком сформировалась маленькая красная капля. Спустя мгновенье она обманчиво медленно отправилась вниз. Цветок ещё сильнее сжал свои корни вокруг бутона.

С лёгким «дзынь!» капля разбилась об кокон из корней, а спустя мгновенье на месте цветка разразился огненный ад.

Пламя подобно воде медленно окутало цветок. Сначала оно было ласкового рыжего цвета, но с каждой секундой его температура росла, словно в горниле божественной печи.

Спустя четыре секунды «слеза» полностью окутала цветок частично перебравшись на мостовую, а цвет пламени стал синим. Камень плавился, местами даже испарялся, настолько было горячо.

Изначально это было заклинание, созданное магистром, волшебник этого ранга мог одновременно создать сотни таких капель. Потом оно было приспособлено для магов седьмого круга, они могли создать несколько десятков. А лет сто назад, какой-то умелец переделал его для магов шестого круга. Правда, такое заклинание способно создать не более пяти. Маэстро же магии огня сможет таким дождём спокойно накрыть стотысячный город.

После «слезы» от корней цветка остались лишь обугленные головешки, а сам бутон утратил свой первоначальный алый цвет. Некогда яркие лепестки скукожились и почернели, часть из них осыпались пеплом. Из пяти его тычинок осталось только одна, да и та слегка обгоревшая…

Цветок был жив.

– Виола, Виктор! – Сказал я, не ослабляя барьера из света. После заклинания шестого круга Пётр находился в ослабленном состоянии и ближайшую минуту не мог применять заклинания выше первого. Двигаться он сможет спустя секунд десять.

После моих слов Виола с Виктором рванули к обгоревшему цветку со скоростью равной скорости гепарда. Он попытался их задержать оставшимися целыми корнями. Но так как «слезу» пережили только очень тонкие корни, не участвующие в защите бутона, остановить Виолу с Виктором они не смогли.

Ассасин по дороге подобрал свои парные клинки. А спустя мгновенье они и меч Виолы вонзились в некогда алый бутон, разрубая его на куски.

Спустя секунду он обратился тысячей чёрных лепестков и вернулся к своему родителю.

В воздухе прозвучали фанфары, а взволнованный голос произнёс:

– Южный цветок уничтожен! Осталось ещё три!

Тучи на небе продолжали сгущаться.

Глава 10. Ночь и финал

Когда началась игра на востоке города распустился один из четырёх красных цветков, а, услышав правила, рабочие собрались рядом с ним.

Их возглавлял главный подрядчик сталелитейного завода.

Это был мужчина лет пятидесяти на вид, у него была чёрная борода и длинные усы. При этом он имел суровый взгляд и крепкое телосложение. Его звали Джек.

Хотя он и был строгим начальником, но рабочие уважали его за честный и прямой характер.

– Джек, ты уверен, что нам следует в это вмешиваться? – Спросил директор сталелитейного завода. Это был толстый мужчина лет сорока на вид и с блестящей лысиной на голове, по которой каплями стекал пот.

– Может не надо… Владыка кошмаров же сказал, что мы можем просто оставить всё на других! – Ноги директора тряслись.

– Нет, это будет неправильно. – С силой ответил ему Джек, взглянув на него своим суровым взглядом.

Хотя директор и был важнее главного подрядчика, но Джек был лучшим специалистом в своём деле, и почти каждый рабочий советовался с ним. А некоторых он знал ещё практически детьми. Поэтому не будет ошибкой сказать, что он был самым влиятельным на этом заводе.

– Хорошо, хорошо. – Ответил директор, нервно потирая руки. Он очень сильно боялся красного цветка, но бросить своих рабочих не мог, ведь в таком случае его репутация упала бы ниже некуда.

– Тогда отвлеките его! – Пытаясь выглядеть мужественным, выкрикнул директор, но из-за трясущихся ног и рук у него это слабо получалось.

По плану Джека пока первый отряд рабочих отвлекает внимание цветка на себя, второй должен был сбросить на монстра острые стальные сваи, изготовленные на заводе, тем самым ранив, а возможно и убив его.

После команды с рук рабочих сорвалась разного рода магия. Множество ослепительных вспышек устремились к растению. Правда, так как самым высокоуровневым заклинанием там было волшебство третьего круга, цветку навредить они не смогли. Но зато отвлекли его внимание на себя, после чего люди бросились в рассыпную.

Как только монстр сфокусировался на поимке убегающей от него добычи, Джек прокричал:

– Кидайте!

И с высоты пятиэтажного здания, стоящего перед растением, на цветок полетели десятки заострённых стальных свай, направленных остриями вниз.

Так как за эту часть плана отвечали самые сильные рабочие сталелитейного завода, то смертоносных металлических копий было очень много.

Но красная роза успела вовремя отреагировать на опасность, поймав все стальные сваи своими корнями.

После этого растение яростно нанесло удар по зданию, с которого к нему прилетели опасные для жизни гостинцы.

Первый удар кирпичная кладка выдержала, под вторым задрожала, но вот от третьего уже разлетелась в дребезги.

Рабочие с криком полетели вниз.

Джек грустно вздохнул и печально произнёс:

– Тогда придётся использовать план “Б”.

– План “Б”? – Удивлённо переспросил директор, съёжившийся от ужаса. Он уже начал думать, что они проиграли.

– Ага, план “Б”… – С этими словами Джек запустил огненный шар в окно здания позади цветка.

– Там же! – В шоке закричал директор, а главный подрядчик сделал глубокую затяжку из самодельной папиросы.

После чего раздался оглушительный взрыв, поглотивший бутон красной розы. Так как своими корнями она держала пойманные ранее стальные балки, то защититься попросту не успевала.

Здание позади неё было пороховым складом.

***

Где-то в примерно это же время на западный цветок совершалось нападение под предводительством капитан городской стражи.

Защитники города подкатили к растению пушки и, выявив безопасную дистанцию, при этом потеряв несколько орудий, приготовились вести огонь.

– Стрелять после моего заклинания! – Произнёс командным голосом капитан городской стражи, после чего стал плести магию на пике пятого круга стихии земли, но растение даже с такого расстояния заметило изменения в движении магических потоков.

– Что?! – Это единственное, что успел выкрикнуть капитан городской стражи, перед тем как отправиться в длительный полёт.

Первая попытка полноценного нападения на западный цветок провалилась.

***

После того как мы разобрались с южным цветком, мы вернулись на портальную площадь. Михалыч сделал ровно четыре флакона прозрачное жидкости, прочищающей мозги. Эффект у неё временный, работает всего час, поэтому мы решили использовать его завтра, с утра, перед финальной битвой.

Затем мы забрали тонизирующее средство у нашего алхимика, и всей звездой отправились уничтожать оставшиеся цветки.

После того как мы разобрались с северным, благодаря Михалычу это вышло гораздо легче, часть ударов он принял на себя, в воздухе также прозвучало оповещение о победе над восточным цветком.

Так как я слышал взрыв, а на востоке в Эросе располагался пороховой склад, думаю, что местные умельцы просто подорвали цветок. Даже магическому существу шестого уровня, нечего будет противопоставить против тонны пороха.

Я взглянул на карманные часы, они показывали пол пятого. Наступило время обеда. Как говорят: «Война войной, а обед по расписанию».

Трапезничали мы в особняке маркиза Де-Фонтейна. Сам хозяин этих земель, почему-то выглядел слегка печально.

Главным блюдом был сырный крем-суп с клёцками, а роль второго на себя взял рыбный салат, “селёдка под шубой”. В качестве десерта выступали свежеиспечённые плюшки. Запивал я всё это великолепие чёрным чаем.

После еды мы всем отрядом отправились к западным воротам. Там также собирались все остатки стражи те, кто смог сдержать себя в руках. К этому времени аромат цветов накрыл весь Эрос и уже почти добрался до его центра. Если бы мы не уничтожили три бутона из четырёх, боюсь уже весь город был бы заполнен возбуждающим запахом.

Западный цветок ничем особо не отличался от своих прошлых собратьев. Разве что был раза в полтора больше и находился на середине шестого ранга.

Городская стража подкатила к цветку пушки, специально разработанные для ведения боёв в городской среде. На тот случай, если Скайры прорвут стену и бои будут вестись уже на улицах.

Мы отрядом выступали в роли наблюдателей.

– Готовьсь! – Выкрикнул широкоплечий бородатый мужчина лет сорока на вид. Он был заместителем капитана городской стражи, а осанка выдавала в нём военного.

В этом мире примерно двести лет назад звание городского стражника стало синонимом слова военный. Потому что большинству из них хотя бы раз за свою службу приходилось сдерживать осаду города от прорвавшихся монстров или Скайров. Также на должность капитана городской стражи назначали только после десяти лет воинской службы. Для кого-то это звание было почётной пенсией.

– Заряжай! –Поднял руку зам капитана.

– Пли! – Пять пушек, достаточно мобильных для ведения городских боёв, извергли чёрный пар. А пять тяжёлых ядер пронзили алый бутон цветка.

Стреляли с расстояния в сотню метров. Эту дистанцию выявили экспериментальным путём, потеряв при этом несколько орудий. На таком расстоянии западный цветок не видел пушки и стрелков. Правда, если начать подготавливать заклинание минимум пятого круга, то он среагирует. Капитан стражи проверил, поэтому сейчас он в больнице.

Спустя мгновенье пушечные ядра взорвались, на них были руны земли и огня. Первая не позволяла пороху внутри взорваться раньше времени, укрепляя снаряд. А вторая, впитав силу выстрела, спустя несколько секунд нагревала снаряд, поджигая порох. По этой причине такими ядрами невозможно стрелять дальше нескольких сотен метров. Из-за этого они идеально подходили для ведения боёв на средней дистанции, прямо как сейчас.

Алый бутон вспучился, а потом разлетелся на куски. Чугунные осколки пропахали землю под цветком, разорвав корни на части.

Городская стража ликовала, праздновав победу, над твореньем Владыки Кошмаров.

Меня посетило дурное предчувствие.

«Странно, если восточный цветок тоже взорвали, то почему та часть города заполнена возбуждающими парами…»

Потом я вспомнил, что этот афродизиак магического происхождения и по моей спине прошёл холодок. Ведь этот бутон был в целых полтора раза больше своих собратьев.

– Тоник! – Выкрикнул я, доставая пробку из стеклянного флакона и выпивая его за один глоток. Больше одного слова я просто сказать не успевал.

Как только ледяная жидкость попала в мой желудок, то сразу растеклась по всему организму. В основном сконцентрировавшись в моём мозгу. Мысли стали необычайно чёткими и ясными, а спустя мгновенье в мой нос ударил сильный приторный аромат. Цветочный газ также поступал в мой организм через поры.

Спустя секунду на меня нахлынуло дикое желание, а глаза налились кровью, но несмотря на это мой разум оставался предельно чист, и я смог удержать себя в руках.

«Какой-то газ хочет повлиять на это тело!» – Пронеслась в моей голове чужая мысль, а в моём сердце вспыхнул гнев, выжигая весь афродизиак, попавший в моё тело.

Желание ушло.

Я оглянулся, осматривая улицу. Все стражники валялись без сознания, видимо вырубились из-за перевозбуждения. Пётр, стоявший слева от меня, не успел принять тоник лишь наполовину. Он посмотрел налитыми кровью глазами на окружающих его людей, на секунду его взгляд задержался на Виоле, а его глаза наполнились жгучим желанием. Потом его взгляд сместился на бутылку вина, и после мгновенья раздумий он допил оставшуюся половину тоника.

Когда я отворачивался, Петя допивал бутылку своего драгоценного спиртного.

Справа от меня стояла троица.

Виола успела выпить тоник до конца и сейчас постепенно приходила в себя. Виктор среагировал слишком поздно и успел лишь откупорить флакон с тонизирующим средством. Правда, он что-то сделал со своим телом и сейчас допивал жидкость из флакона. Михалыч среагировал быстрее всех и поэтому уже сейчас находился в невозбуждённом состоянии.

Я глубоко вздохнул.

– Идём в особняк. Нам надо отдохнуть перед финальной битвой… – Мои слова прозвучали в тишине городского проспекта.

***

В доме маркиза был вкусный ужин, состоявший из слоённого пирога со свининой и грибами, а также макарун. Пил я парное молоко.

Хотя часть слуг особняка впала в сон, поддавшись своей похоти, но большая их часть осталась в сознание. Ведь они не могут выбыть из игры пока их господин бодрствует.

Сам маркиз Де-Фонтейн после ужина обнаружился на мраморном балконе своего особняка. Он курил трубку из слоновой кости.

Виола отправилась в свои покои. Пётр принимал холодную ванну, так как из-за действия афродизиака вкупе с алкоголем слишком сильно поднялась температура его тела. Виктор и Михалыч готовились к завтрашней битве, готовя различные зелья и яды. Константин парил в ночном небе… Настоящая сова.

Он вроде бы обещал сегодня лечь пораньше, чтобы проснуться к завтрашней финальной битве.

Маркиз выпустил кольцо дыма и медленно произнёс:

– Ты знаешь каково на вкус одиночество?

Я кивнул в ответ на его вопрос, а он удивлённо посмотрел на меня. Встретившись со мной взглядом, он рассмеялся.

– Ты понимаешь меня! – Он на секунду замолчал. – Но я тебя, к сожалению, понять не могу…

– Ты должен радоваться, что не способен, а не грустить. – Произнёс я усмехнувшись.

– Пожалуй. – Маркиз вновь закурил.

– Знаешь… Я ведь, узнав правила игры, сразу захотел поддаться своей похоти, переложив свою ответственность на вас. Но не смог… – Он грустно улыбнулся.

– Я всё же управляющий этого города, и должен был позаботиться о его жителях. Пока плотская любовь не приносит никому серьёзного вреда это просто удовольствие, но вот если она кому-то принесёт страдание, то это уже порок. А я как Де-Фонтейн не могу позволить Эросу из города похоти стать городом порока! Наш род испокон веков поклонялся Эросу, и я не могу позволить опорочить его имя! – С силой произнёс маркиз Де-Фонтейн, а потом с грустью произнёс: – Только мои жёны меня не дождались…

Маркиз выглядел уставшим. Видимо его жёны не смогли сдержать свою похоть и дождаться своего мужа, поэтому само удовлетворились и выбыли из игры. А Де-Фонтейн не может податься похоти ни с кем другим, ведь для дворянина старого порядка измена – это позор.

– Хочешь? – Спросил маркиз, предлагая мне вторую, запасную трубку.

Я кивнул и взял её в руки. Барон поджёг её серебряной зажигалкой.

Обычно я не курю, так как это вредит здоровью, но маркизу сейчас нужна была компания, поэтому я решил не отказываться.

Так мы и стояли в течение получаса, смотря на чёрное затянутое тучами небо, через которое изредка проглядывали звёзды.

– Можешь считать трубку подарком за то, что составил мне компанию и выслушал меня! – Произнёс маркиз, а на его лице появилась лёгкая улыбка, наполненная облегчением.

Спустя секунду он потерял сознания из-за преизбытка возбуждающего вещества в крови, а также никотина.

Дворецкий, всё это время, стоящий в тени, поймал его обмякшее тело и, поклонившись, понёс его в покои маркиза.

Я отправился спать.

***

Лучи рассвета пробились сквозь ажурные белоснежные шторы и упали мне на лицо. Я встал с постели и сладко потянулся. После чего сделал зарядку и принял душ.

В воздухе ещё со вчерашней ночи летал приторный аромат, а все слуги особняка и, наверное, жители города погрузились в блаженный сон.

Закончить игру могли только мы.

Я постучался в комнату друга, но не получил ответа. Ключ он отдал мне вчера.

Когда дверь передо мной открылась мне предстала печальная и в тоже время заслуживающая уважения картина. На полу в позе лотоса сидел Петя, а рядом валялось несколько пустых кувшинов вина.

Чёрные черви ползали по ауре моего друга детства, но не могли проникнуть в его тело.

Он не поддался пороку!

Перед Петром на полу была написана красной жидкостью надпись: «Я настоящий мужик! И я не сдамся!»

Надпись была всё ещё влажной, видимо он написал её несколько часов назад.

– Ты не проиграл. – Сказал я с ласковой улыбкой, слегка потрепав его по волосам. – Остальное можешь доверить мне.

Следующими я посетил комнату Виктора и Михалыча. Они спали в одних покоях. Видимо верный спутник не может оставить своего босса.

В их комнате стоял особо сильный приторный аромат. Окно было раскрыто на распашку.

На полу стояли алхимические принадлежности. Михалыч лежал на постели, потеряв сознание, а в его теле спали чёрные черви.

Виктор был всё ещё в сознание и, заметив меня, дрожащей рукой протянул мне записку.

– Прости, что наша воля оказалась настолько слаба. – После этих слов он погрузился в блаженную темноту.

Я взял записку. В ней оказались различные алхимические формулы, направленные на подавление эффекта афродизиака. По небольшим заметкам я смог примерно понять принцип работы этих зелий, а благодаря паре предложений в конце восстановить картину происходящего.

Видимо ещё вчера Виктор и Михалыч поняли, что даже, если выдержат воздействие афродизиака до завтрашнего утра, то будут не боеспособны. Виктор пострадал от того, что не успел вовремя выпить тоник и ему пришлось прочищать свой организм ядом, а психика Михалыча в детстве была ослаблена различного рода химией. Наверное, благодаря тому, что Виктор его спас, он так предан ему. Хотя это просто моя догадка, основанная на их привычках и манере поведения, которую я запомнил за время, проведённое вместе.

Благодаря записке я понял, что хотя они не смогли создать противоядие против возбуждающего газа, но смогли сделать настой, временно ослабляющий его действие. Учитывая, что афродизиак витающий в воздухе, создал магистр чёрной магии это было внушительное достижение.

Поискав под столом, я достал ровно три флакона янтарной жидкости.

– Спасибо вам. Мои… товарищи. – Произнёс я, поклонившись. А от слова, которое я давно не произносил, в груди разлилось тепло.

«Какой ты сентиментальный сегодня, Илай!» – Воскликнул в моей голове Рик.

«Хотя я, пожалуй, тебя понимаю. Тяжело, когда тебе не на кого положиться». – С грустью произнёс мой демон.

«Как это не на кого? Разве я не могу всегда положиться на тебя, мой вечный спутник?» – С улыбкой спросил я.

«Конечно можешь! Обращайся в любое время суток, и я всегда помогу тебе захватить этот бренный мир!» – Радостно произнёс Рик, а я по-доброму усмехнулся от того, что моя старая добрая шиза вернулась.

Через несколько секунд после того, как я постучал в двери покоев Виолы, они отворились.

Передо мной предстала прекрасная картина. Виола была облачена в полный рыцарский наряд, её серебряные волосы были связаны в хвост и свисали через правое плечо. Щёки моей девушки были красными, а в глазах читалось вожделение.

Из-за того, что я залюбовался своей девушкой, всё, что я успел сделать, это откупорить флакон и залить себе в рот янтарную жидкость.

Спустя мгновенье Виола меня страстно поцеловала. Её язык соприкоснулся с моим, а губы у неё по вкусу были похожи на персик. Возможно, за поцелуем последовало бы что-то ещё, в более горизонтальной плоскости, но я держал во рту янтарную жидкость. Спустя несколько мгновений Виола пришла в себя, а спустя ещё минуту мы разомкнули наши объятья.

– Спасибо тебе, Стас. – Произнесла Виола с томным выражением лица.

Дальше мы отправились в комнату моего друга. Одного флакона янтарной жидкости оказалось достаточно, чтобы он пришёл в себя.

И так. Наша группа на данный момент состояла из меня, Виолы, слегка трезвого Петра и попугая, не спавшего всю ночь. Так как Константин не был на сто процентов уверен, что сможет проснуться в семь часов утра, то решил просто не ложиться. Для магического существа, находящегося в полушаге от шестого ранга, несколько дней без сна не были проблемой.

Благодаря нашей с ним связи, мой рост как мечника и мага света также сказывается на нём. Поэтому, как только я достигну середины пятого ранга, укрепив своё тело боевыми тренировками и напитав свою ауру манной, то Константин скорее всего сможет совершить прорыв и станет магическим существом шестого уровня.

Вот такой группой мы покинули особняк маркиза Де-Фонтейна и отправились прямо к городской площади. Константин сидел у меня на плече, Пётр держал в руках открытую бутылку вина, а Виола шагала справа от меня. Лучи утреннего солнца светили нам в лицо, а лёгкий ветерок дул в спину.

Когда мы пришли на портальную площадь нас встретил Андерсон.

Он был в своём излюбленном чёрном фраке и плачуще-смеющейся маске. В руках у него была трость, а за спиной в такт ударам громадного сердца пульсировал чёрный бутон.

– Приветствую, вас финалисты моей увлекательной игры! Вижу эту ночь выдержали только четверо! – Весело произнёс Андерсон, после чего отвесил нам поклон в знак уважения.

– Перед вами моё самое лучшее творение, а также монстр, которого вы должны победить для победы в моей игре! – В воздухе вдруг раздался гром аплодисментов, а спустя мгновенье зазвучала напряжённая музыка.

Под оркестр из невидимых инструментов чёрный бутон стал медленно распускаться. Спустя секунду корни, пущенные им в землю, вырвали из площади огромные куски камня. Перед нами предстал огромный голем с цветком вместо головы.

– Да, начнётся финальная битва! – Воскликнул Андерсон, а спустя мгновенье исчез в вихре чёрных лепестков под дружный смех, раздавшийся в воздухе.

Голем, заметив нас, стал медленно двигаться в нашу сторону, постепенно ускоряясь. Создавалось впечатление, что он ещё не до конца освоился со своим новым телом. Магический фон вокруг него указывал на то, что это существо на пике шестого уровня.

– Виола, на тебе его ноги! Константин, попытайся повредить цветок! Пётр жди пока он упадёт, а потом бей всем, что есть! – Произнёс я, готовясь столкнуться с големом лоб в лоб. Так как с ростом ранга растёт и скорость восприятия, то произнёс я всё это за считанные секунды.

Голем был уже в десяти метрах от нас. Виола обходила его со спины, а Константин набирал скорость, готовясь к удару. Пётр отошёл подальше и стал стремительно пьянеть.

На меня упала тень, каменная громада заслонила собой солнце. В высоту голем был метров десять. Учитывая его ручищи, опускающиеся практически до самой земли, пока он на ногах до головы вряд ли достанем, заблокирует.

Когда между мной и каменной громадой осталось ровно пять метров, я на одних инстинктах отпрыгнул назад. Грохот! На месте, где мгновенье назад стоял я, виднелась огромная правая каменная рука, на полметра ушедшая в мостовую. Мой разум стал кристально чист.

«Так как прямой блок я вряд ли переживу, то мне остаётся только уворачиваться». – С этой мыслью я резко рванул вперёд и, оттолкнувшись от застрявшей в мостовой руки, взмыл на пять с половиной метров в высоту. Вторая рука голема по горизонтали вспахала землю, где я находился секунду назад.

Мой клинок, окутанный светом, устремился к цветку голема, из-за наклона я мог его достать. Сердце наполнила жалость к этому созданию, не имеющему своей собственной воли. Свет вокруг меча стал гораздо ярче...

В последнее мгновенье я заметил лёгкое движение, и быстро перегруппировавшись в воздухе выставил свой клинок вперёд. Бам! Корпус голема врезался в меня.

Я отправился в длительный полёт, а мой меч, окутанный светом, остался вонзённым в тело врага на один метр ниже цветка.

Я улыбнулся.

Пока я летел, Константин и Виола воспользовались шансом.

Так как из-за толчка голем был вынужден удерживать своё равновесие, обе его руки сейчас были заняты. Меч, объятый бритвенно острыми потоками воздуха, врезался в левую ногу голема, но, к сожалению, прорубил лишь её половину.

Он начал постепенно подниматься, его обе руки освободились от камня мостовой, поэтому Виола прекратила свою атаку.

Я завершал полёт, перегруппировавшись, чтобы приземлиться на ноги.

Вдруг в воздухе мелькнула золотая молния, врезавшись в чёрный бутон голема. Это был Константин, разогнавшийся до пятиста километров в час.

Чёрный цветок вздрогнул, закрыв свой бутон, а золотая молния, нанеся удар, устремилась вверх.

Сердце голема лишилось пары лепестков, а одна из его тычинок была вырвана. Но в целом цветок не сильно от этого пострадал.

На моих устах появилась лёгкая улыбка.

Каменный исполин слегка наклонился назад из-за силы удара. Его левая нога начала трещать. Если бы Виола её не повредила, то голем, может быть, выстоял…

С громким хрустом его левая нога сломалась, и гигантское тело стало падать назад. Его левая рука попыталась удержать вес тела, но не успела. Её движение было слегка замедленно светом, исходящим из меча в груди голема. Всё же он конструкт тьмы…

С громким грохотом каменный исполин упал на городскую площадь, подняв при этом облако пыли.

– Сейчас! – Крикнул я. В пьяном состоянии Пётр может создать магию пятого круга за несколько секунд, а бой длился целых семь.

– Пылай! – Плетение пятого круга сорвалось с рук Петра. – Танцуй!

Красные нити стали быстро расплетаться, полосуя тело голема. Чёрный бутон опять закрылся. Огненные нити обжигали его лепестки, не в силах достать до сердцевины.

Спустя секунду ядро заклинания добралось до бутона и взорвалось вспышкой пламени, достигшей сердца цветка.

Когда вспышка рассеялась, перед нами предстал слегка обугленный бутон. У него не хватало половины лепестков, а из пяти тычинок осталось только две. Голем начал подниматься. Так как одна из его ног была сломана, он пытался принять сидячее положение.

– Виола! Константин! – Крикнул я, после чего рванул к своему мечу.

Золотой попугай, заняв позицию над големом и слегка западнее его, с силой взмахнул своими крыльями. Град золотых перьев обрушился на чёрный бутон. Он снова закрылся.

Золотые лезвия продолжали впиваться в чёрный цветок, но голем всё также продолжал подниматься. Пока он не сядет его руки будут практически бесполезны.

Пара лепестков бутона опала, увяв, а одно из золотых перьев прошло в образовавшеюся щель, уничтожив ещё одну тычинку.

Виола снова окутала свой меч бритвенно острым ветром и, совершив прыжок, нанесла быстрый удар в основание бутона. Вдруг правая рука голема резко метнулась назад, и смертельная атака Виолы прервалась, сменившись вынужденной защитой. Раздался едва слышный хруст, и милая отправилась в полёт слегка держась за грудь. На моём лице появилась мрачная улыбка, а в глазах полыхнуло чёрное пламя.

Сделав глубокий вдох, я успокоил себя и, воспользовавшись тем, что правая рука голема была за его спиной, прыгнул, хватая свой меч за рукоять.

В моей голове пронеслась мысль.

«Как жалко это существо, ведь оно вынужденно причинять боль другим по чужой указке. Я хочу его спасти!»

После этого свет моего клинка засиял с удвоенной силой, и я полностью вонзил его в грудь голема. Его тело покрылось трещинами, из которых исходил свет, а чёрный бутон стал постепенно увядать.

Спустя мгновенье голем рассыпался во вспышке света, а чёрный бутон, завяв, рассыпался сотней чёрных лепестков и растворился в воздухе.

– Возвращайся в лоно своей стихии… – Произнёс я с лёгкой улыбкой.

Данный цветок являлся сосудом для духовной сущности с плана тьмы. Сами по себе духи похожи на чистый лист. Что им прикажет призыватель, то они и будут делать. Они с одинаковой радостью будут как спасать людей, так и давить их как насекомых. Я бы сравнил их с мечом или с ребёнком, которого кем воспитает его родитель, тем он и вырастет.

Хотя что среди духов, что среди детей есть исключения. Например, духа жизни как ни пытайся, но заставить кого-то убить даже косвенно не получиться. А духи смерти и крови, наоборот даже без приказа могут кого-нибудь убить за милую душу.

Духи тьмы самые спокойные, любимым их занятием является сон, поэтому для создания стражников, большинство магов используют именно их.

Пока я над всем этим размышлял, то стремительно приближался к раненной Виоле. В воздухе раздались фанфары, поздравляя нас с победой, а мне в руку упало очередное письмо. Я машинально убрал его в карман, слегка порванного костюма. Голем во время боя задел меня, но никаких серьёзных ран я не получил, в отличие от моей девушки.

После того как я приблизился к Виоле, то внимательно осмотрел её тело, пытаясь понять степень полученных ею повреждений.

Правая рука у неё была частично вывернута, а несколько её рёбер с правой стороны были сломаны. Видимо они пробили лёгкое, так как Принцесса дышала тяжело, с лёгким хрипом, то и дело откашливая кровь. Её лицо выглядело бледным. Я поднёс обе свои руки к повреждённому участку её груди.

Моё сердце наполнили тёплые чувства по отношению к милой, потом они сменились болью от осознания того, в каком состоянии она сейчас находится. После этого боль сменилась искренним и чистым желанием ей помочь.

Мои руки наполнил ласковый солнечный свет, пробившийся свозь постепенно рассеивающиеся тучи. После чего я, использовав свою кровь начертил на своей ладони сложную руну. Она обладала двумя значениями: света и жизни.

Закончив с этим, я произнёс на распев:

– О ласковый и нежный свет, прошу излечи раненое дитя передо мной и освободи его от страданий!

После того как слова ритуальной песни отзвучали в воздухе, солнечный свет, окутавший мои руки, плавно перетёк в руну на левой ладони, наполняя её. Я почувствовал, как моя рука нагревается от магической силы, сконцентрированной в ней. Моя кожа на месте руны слегка покраснела, а в воздухе разнёсся запах палённого мяса. Место, на которое нанесена высокоуровневая руна, подвергается огромной магической нагрузке.

Я слегка сжал зубы, боль была терпимой, я бы даже сказал детской.

Спустя ровно секунду, руна вспыхнула ярким чистым солнечным светом. Рана на моей руке мгновенно исцелилась, а свет продолжил изливаться на повреждённый участок груди Виолы.

Спустя несколько мгновений она перестала откашливать свою кровь, а рёбра с лёгким хрустом встали на место. На лице Виолы всё это время было умиротворённое выражение. Свет действовал успокаивающе и нежно, заменяя собой обезболивающее.

Спустя четыре секунды лицо милой приняло здоровый цвет, а мой резерв был полностью исчерпан. Мои ноги подкосились, и я стал медленно падать назад.

Вдруг я почувствовал две крепкие мужские руки, поддержавшие меня. Мой друг стоял рядом.

– Спасибо… Видимо тренировки пошли тебе на пользу, глядишь с таким телом сможешь соблазнить Анжелику! – Весело произнёс я голосом полным внутренней силы. Всё же я бывал в ситуациях гораздо-гораздо хуже.

Пётр стремительно покраснел как рак и отпустил меня. Виола блаженно спала. Константин наматывал круги в небесах над нами, радуясь безоблачному небу…

«Мы победили».

Глава 11. Новая игра и подземелье третьего ранга

После того как мы победили в финальной битве. Жители города стали постепенно просыпаться.

Когда мы забирали Виктора с Михалычем, на их лицах не было удивления, как будто наша победа для них была само собой разумеющейся. Видимо они полностью доверяли нам… или мне. После парка аттракционов отношения Виктора ко мне стало более уважительным.

Прощание с маркизом Де-Фонтейном, тоже было самым обыкновенным. Разве что его жёны выглядели слегка пристыженными из-за того, что не дождались своего мужа.

Маркиз сказал, что мы можем заглядывать к нему в любое время. Только не советовал появляться в Эросе весной. Потому что в это время они особо сильно славили своего ушедшего бога, и не посвящённые могут посчитать улицы города слишком вульгарными.

Лазурная вспышка телепорта поглотила нас. После чего мы отправились в посольство.

***

Сейчас был вечер.

После возвращения в ривенгтолькое посольство мы пообедали борщом из говядины, роль второго на себя взял тарт с курицей и сыром. Запил я всё это чаем с молоком и двумя ложками сахара.

После этого мы собрались в гостиной и прочитали записку, оставленную Андерсом.

«Дорогие мои гости из Ривенгтола, спешу вас поздравить с третьей победой подряд в моей игре! К сожалению, я не смог засвидетельствовать её из-за возникших неотложных дел. Но не волнуйтесь мы скоро увидимся!»

«Следующая игра начнётся через три дня, ровно в четыре часа, в небольшом городке Десидия! Его жители уж слишком ленивы».

«В этот раз об участии в игре будете знать только вы, а если вы кому-нибудь расскажете о ней или её правилах, то все жители города Десидия умрут, а вы проиграете!»

«P.S. Правила узнаете на месте! Ваш дорогой Андерсон».

После победы в трёх играх в мою голову закрались подозрения, уж больно их правила похожи на испытания Избранного. Его в моём мире должен был пройти император, чтобы взойти на престол или герой, чтобы получить право обладать священным мечом.

Первое испытание – это испытание на доброту и отзывчивость. Будущий правитель должен ценить свой народ, а герой всё человечество.

Второе, проверяет проницательность и интеллект. Будущего императора и героя никто не должен суметь обмануть.

Третье, испытание на волю. Что будущий правитель, что герой должны не поддаваться низменным желаниям, навязанным им из вне. Это проверка стала особо актуальна после вступления в войну войск Владыки Похоти.

Четвёртое, харизма или способность манипулировать другими. Человек, ставший героем или владыкой, должен уметь вести людей за собой и управлять ими.

Пятое, проверяет силу духа. Даже если герою и императору хватит воли вести человечество сквозь эпоху войны, то он должен обладать достаточный силой духа, чтобы не сломаться сам.

После этого Пётр, Виктор и Михалыч разошлись по своим делам.

Я вместе с Виолой отправился в музыкальный зал.

Она как Принцесса была обучена музыки, а так как у неё был красивый голос, то учили её пению.

В прошлом мире я несколько десятилетий потратил на изучение игры на фортепиано. Мне просто нечем было заняться в Инферно, а от чтения литературы я решил немного передохнуть, поэтому и занялся музыкой.

Несколько часов в музыкальном зале раздавался звук фортепиано вместе с прекрасным женским пением.

***

Утро следующего дня встретило меня ласковыми лучами солнца.

Во время этой ночи я специально попросил Рика помолчать, просто у демонов немного другие музыкальные предпочтения, а едкие комментарии со стороны не очень способствуют наслаждению музыкой. Поэтому тот момент был лишь для нас двоих.

К счастью или, к сожалению, мой внутренний демон согласился, а потом произнёс, что это принесло ему вдохновения. Так что в ближайшее время меня ждало придуманное им четверостишье.

После того как я вспомнил о вчерашнем музыкальном вечере, на моих губах появилась тёплая улыбка, и я отправился на задний двор посольства, выполненный в виде зимнего парка. На небольшой площади метров двадцать в ширину были посажены вечнозелёные деревья.

Закончив с утренней зарядкой, мой друг присоединился в середине, видимо вчера не так много выпил, я принял холодный душ.

Переодевшись в домашнюю одежду, я отправился в столовую. Завтрак должны были подать через минут двадцать. Там уже были Виктор с Михалычем. Последний был слегка недоспавшим, видимо вчера допоздна экспериментировал с алхимией. Константин вчера всю ночь провёл на крыше, любуясь звёздным небом, поэтому сейчас спал…

«Сова, а не попугай!»

За десять минут до начала завтрака подошли Пётр с Виолой. Я нежно поцеловал милую в лоб, в знак приветствия, и получил в ответ поцелуй в щёку. В глазах Принцессы больше не читалось смущения, вместо этого там было какое-то другое нежное и тёплое чувство.

«Может это и есть любовь?»

Мой внутренний демон пожал плечами. Ведь что он, что я мало кого любили. Пожалуй, единственный человек, который вызывал у меня такие тёплые чувства, был моим мастером.

Я улыбнулся слегка грустной улыбкой. Он не хотел бы, чтобы его ученики плакали по нему.

Завтрак был отличным.

На нём главным блюдом были оладьи со сметаной, а в качестве десерта заварные булочки. Запивал я всё это парным молоком.

Магия пространства творит чудеса, позволяя сохранять девственную свежесть продукта в течение одного двух месяце. Что позволяет наслаждаться некоторыми яствами в несезон.

Ели мы как всегда молча, с уважением к еде и поварам, приготовившим её.

После трапезы мы отправились в Священную академию Искателей с целью выяснить нет ли рядом с городом Десидия подземелья, которое мы можем попытаться закрыть.

Когда мы спустились в зал с десятками разноцветных огоньков, оказалось, что рядом с городом Десидия в окрестностях небольшого посёлка, во владениях безызвестного барона, недавно открылись врата третьего ранга.

Возможно, они принесут его землям упадок или наоборот приведут к процветанию. Всё зависит от существ, обитающих в этом подземелье.

Виола как наш лидер оставила метку, что наш отряд, Фортисимус, берётся за зачистку этого подземелья, в окрестностях посёлка Ламбер.

Выступать мы решили после обеда, заранее собрав припасы в пространственное кольцо Виолы. Хотя хозяин земель близ портала и должен предоставить Искателям всю необходимую провизию, но посёлок Ланграндж был помечен как бедствующий. Поэтому сомневаюсь, что барон сможет выделить много провианта.

После сытного обеда из грибного супа и румяного пирога с капустой, мы отправились в путь.

В портальном зале Священной академии Искателей нас окутал лазурный свет…

***

Портальный круг находился по среди небольшой, метров десять в диаметре, площади.

Жизнь вокруг медленно текла. По одной из дорог скрипя деревянным колёсами ехала повозка, запряжённая старым Раптом. Где-то в дали раздался петушиный крик какого-то неправильного петуха. По бокам от площади стояли одноэтажные слегка потрёпанные, но весьма добротные дома.

«Ещё и сто лет простоят…»

Мы пешком отправились к большому двухэтажному дому. Где должен был жить управляющий этим поселением.

У ворот не было никакой охраны, ни слуг. Лишь когда мы постучали в дверь нас встретил молодой мужчина в пусть и роскошной, но явно давно изношенной одежде. Это был барон этих земель.

Он был лет двадцати восьми на вид. Взгляд у него был слегка печальный, но наполненный внутренней силой. Образ дополняли лихо завитые усы и лёгкая русая бородка. В общем он имел вид учёного мужа, умудрённого жизнью.

Он сначала растерялся, увидев незнакомых гостей, но после того, как заметил наше снаряжение, расплылся в приветливой улыбке.

– Проходите, проходите дорогие Искатели. Будете чай или кофе?

Мы все выбрали чай, ведь весь день сегодня будем на ногах.

Холл был не особо большим, а из украшений – только большой красный ковёр, эхо прошлого богатства.

При получении титула семья барона была довольно богатой, но предки нынешнего властителя земель всё растеряли. По крайней мере так написано в хрониках старого дворянства Священной Империи, которые я читал на досуге.

Выслушав нас, он крикнул в глубь дома:

– Джон, приготовь чай и принеси какой-нибудь выпечки к столу.

Отказ от проявленного бароном гостеприимства сейчас, просто был бы ударом по его гордости и достоинству.

Барон нас всех повёл в довольно просторную столовую с широкими окнами. По середине неё стоял крепкий дубовый стол, а на полу лежал старый мех кого-то зверя. Я бы назвал его смесью медведя и тигра, по крайней по цветам был похож. Большой плотный мех коричневого цвета, принадлежащий явно бурому медведю, дополнялся чёрными полосами разной ширины.

Хотя в столовой не было изысканных украшений, но широкий каменный камин, стоящий у северной стены, создавал ощущение уюта.

– Это шкура саблезубого бурого медведя, пойманного моим прадедом! – С гордостью произнёс барон. Я в ответ кивнул.

По общенародному бестиарию западного континента саблезубый бурый медведь считался магическим зверем шестого ранга. Старая же особь, которой лежащая на полу шкура принадлежала, обычно была раза в полтора крупнее обычных и считалась существом на грани между шестым и седьмым рангом. Поэтому прадед барона явно был сильным воином, с его сына как раз и начался упадок их рода.

На столе уже стояли фарфоровые чашки с ароматным чёрным чаем, а старый слуга постепенно выносил блюдца с различными сластями. В основном это была самодельная выпечка: пахлава, булочки с маком и корицей, также было несколько блюд с цукатами и изюмом.

За чашечкой чая и праздной беседой мы провели полчаса, после чего барон отрядил ещё одного своего слугу, парня лет шестнадцати, сына Джона, показать нам место появления подземелья. Оно было в минутах тридцати ходьбы от поселения, что изрядно беспокоило барона. Ведь в случае прорыва от его поселения вряд ли что-то останется, подмога из города Десидия просто не успеет прийти.

Старший слуга собрал несколько мешков провианта. Но как мы предсказывали он был довольно скуден: штук пять батонов свежего хлеба и несколько банок различных солений.

Настроение отряда в подземелье залог успеха, поэтому хорошо, что перед отбытием мы взяли с собой десять килограммов свежей говядины и несколько мешочков со специями.

Спустя минут тридцать хода мы достигли врат, ведущих в подземелье. Они стояли посреди степи слегка покрытой травой. Так как поселение барона находилось на юге Священной Империи северо-восточнее Миндачиума, то даже в январе температура не опускалась ниже пяти градусов.

Сын Джона попрощался с нами и стремительно ушёл. Громада входа в подземелье была похожа на врата в подземный мир, поэтому у простых жителей этого мира она вызывала инстинктивный страх.

После того как фигурка Джона скрылась за горизонтом мы зашли внутрь тёмной бездны.

***

Над нашей головой светило палящее лже-солнце, а вокруг раскинулись просторы бескрайней степи. Температура воздуха по ощущениям была градусов двадцать.

После того как ранг подземелий опускается ниже четырёх, этажи становятся всё больше похожи на отдельный мир. В записях Имперской академии Искателей писалось, что этажи подземелья нулевого ранга, Северных Мировых Врат, простираются на сотню километров в ширину и зачастую имеют несколько не связанных между собой экосистем.

Где-то в стороне прокатилось перекати поле, сделанное из сухих веток, а в метрах двадцати от нас из земли показался кролик. У него были красные глазки и рог на голове, правда в отличие от обычного кролика его передние лапы были похожи на лопаты крота. Это был кротокролик, существо второго ранга, довольно миролюбивое. Только если дать ему как следует расплодиться, то эта милаха уничтожит всю растительности на десятки километров вокруг от своего места обитания, а потом вымрет из-за голода. Я бы сказал он чем-то похож на саранчу, только подземную и крупную.

Повертев своими длинными ушами из стороны в сторону, белый кротокроль, тут же ушёл под землю. Я нахмурился, эти существа довольно доверчивые и реагируют так лишь на определённую опасность, например, хищника. Тем более мы ещё находились рядом с пеленой туннеля, она на подсознательном уровне отводила внимание всех существ от себя.

Вдали раздался волчий вой, а спустя мгновенье на том месте, где секунду назад был кротокролик оказался степной волк. Его шерсть была бежевого цвета, а изо рта, усеянного полметровыми клыками, капала слюна. Сам он был метра три в высоту.

В отличие от обычных волков степные не охотились стаями. Лишь изредка можно было встретить пару этих созданий, и то в их брачный период. Правда, в подземелье это событие происходило от случая к случаю из-за хаотичных погодных условий и постоянного, одного времени года. Сам степной волк был существом пятого ранга, а к старости мог достигнуть шестого.

Мы подождали пока охотник удалится в поисках, сбежавшей дичи, и покинули чёрную пелену входа. Хотя степные волки и не стайные создания, но в случае серьёзной угрозы способны объединяться в большие группы и обладают неким подобием разума.

Целый час наш путь был спокоен, лишь изредка из земли выглядывали кротокролики, а потом тут же исчезали, забавно шевеля ушками. Наша группа была на стороже.

Вдруг вдалеке раздался волчий вой и в нашу сторону направилось два степных волка. Один из них был старым и матёрым, а его шерсть была слегка белой. На вид он был самцом. Второй, вернее вторая была самкой.

Я усмехнулся, от самца веяло аурой шестого ранга. Животные скрывают её только сидя в засаде, да и то не всегда.

Самка взвыла и с жаждой крови в глазах бросилась на нас, а вожак попытался зайти к нам в тыл.

Полуметровые зубы с лёгким скрежетом столкнулись с железной рукояткой молота, а потом самка, получив пинок отлетела в сторону. Клинок, пропитанный ядом, вонзился ей в бок и заставил скулить.

Самец, заметив это, с рёвом полным гнева бросился на нас. Так как обойти нашу звезду он не успел, то столкнулся с клинком Виолы. Огромные клыки медленно сжимались, продавливая ветер, окутавший меч милой.

Ещё бы секунда и возможно клыки зверя раздробили бы её меч, а потом сомкнулись на её горле, но в бок степного волка вонзилось огненное копьё, а спустя мгновенье второй ядовитый кинжал полоснул по нему слева. Я стоял спокойно, не двигаясь и наблюдая со стороны. В моей голове мелькнула мысль.

– Не убивайте их! Виктор, дай самке и самцу противоядия. – Сказал я. Моя группа посмотрела на меня странным взглядом, но приказ исполнила.

– Дело в том, что они являются скорее всего самой сильной парой в окрестностях. – Произнёс я, объясняя. На лице Виолы и Виктора мелькнуло понимание. Пётр и Михалыч всё ещё недоумевали.

– Степные волки способны ощутить смерть их сородичей. Так как даже в драках за территорию они не убивают друг друга, то по смерти этой пары они поймут, что враг сильный. – Я сделал лёгкую паузу, а на лицах Михалыча и Петра стало постепенно появляться понимание.

– Убив их, мы покажем свои враждебные намерения и заставим степных волков объединиться. А если мы их пощадим, то по праву сильного сможем пройти к следующим вратам. Так как от нас пахнет кровью сильнейшей пары степных волков одиночки нас не тронут, а причины для объединения в группу у них просто не будет. – После моих слов на лицах Петра и Михалыча мелькнуло озарение.

Перед уходом я слегка подлатал раны зверей, а Михалыч дал им сильнодействующее снотворное. Его эффекта должно было хватить на полчаса, организмы зверей пятого и шестого рангов гораздо крепче обычных.

Как я и думал больше на нас никто не нападал. Изредка впереди показывались пары голодных степных волков, но, учуяв кровь зверя шестого ранга, отправлялись в бегство. Так мы и достигли врат, ведущих на второй уровень подземелья.

Так как путешествие по этому уровню вышло без особых происшествий и заняло чуть меньше трёх часов, мы решили отправится дальше.

Когда мы пересекли чёрную дымку границы второго уровня, нам в лицо ударил яркий солнечный свет. Вокруг был песок, а воздух как будто плавился от жара искусственного солнца.

Я глубоко вдохнул, определяя примерную температуру воздуха. Здесь было около тридцати пяти – сорока градусов.

– Идём вперёд! Михалыч и Пётр следите за окружающим нас песком. – Приказал я, после чего мы двинулись к виднеющейся далеко впереди черноте.

Так как я, Виола, Виктор и Михалыч были войнами пятого ранга, то такую жару мы бы смогли перенести в течение дня. Петру было вообще пофиг, так как он маг огня и земли.

Что Михалыч, что Пётр благодаря своему родству со стихией земли могут лучше других людей чувствовать, что происходит у них под ногами.

В течение часа ничего не происходило. Всё также сияло палящее солнце, а запасы нашей воды продолжали постепенно уменьшаться.

Тёмное пятно хотя и постепенно приближалось, но делало это настолько медленно, что если бы не мой глазомер, то я бы начал считать его миражом.

Спустя десять минут быстрой ходьбы Михалыч и Пётр резко остановились.

– Там впереди я чувствую воду! – Воскликнул мой друг, а Михалыч кивнул в знак подтверждения.

Хотя они и не были магами воды, но так как она находилась под землёй, то смогли её почувствовать. Также Пётр как сильный маг огня может ощутить, где его стихия слаба.

Спустя минут десять вдалеке стали виднеться небольшие зелёные кусты, а спустя ещё десять в метрах тридцати перед нами раскинулся оазис. Хотя здесь и был песок, но пустыня в целом была искусственной, поэтому барханы здесь встречались редко. Обходили их мы на всякий случай стороной, пусть моя интуиция и молчала.

Как только мы прибыли к оазису, Михалыч подошёл к водоёму и, зачерпнув оттуда воды, провёл над ней несколько анализов. После чего её выпил.

Так как внешне озерцо было небольшим, метров двадцать в диаметре, а в глубину и того меньше, самая глубокая точка метра четыре, так сообщили Михалыч с Петром, то можно было быть уверенными в том, что никакой чудовищной твари внутри него не обитает.

Мы решили сделать лёгкий привал и отдохнуть у озера.

«Да… Хорошее тут место!» – Поделился Рик, видимо забыв о своём четверостишье, что было не похоже на него.

Я нахмурился, и прислушался к своей интуиции. Вдруг по моей спине пробежался холодок, а она взвыла раненым зверем, о котором почему-то забыли.

Я резко оглянулся, вокруг стал образовываться странный сумрак, хотя солнце всё ещё было в зените. Мои товарищи, испив чудесной воды, весело развались на песочке и постепенно проваливались в сон.

«Дело точно не в воде… Я проверил в ней нету магической силы, а анализы Михалыча показали, что никаких посторонних веществ там не содержится».

Я огляделся вокруг, на небе не было ни облачка, а справа от меня находился большой песчаный бархан.

«Странно… Раньше его там не было».

Я отвёл взгляд строну, делая вид, что ничего подозрительного не заметил.

Неспешной расслабленной походкой я отправился к своему другу и произнёс:

– Солнце ещё в зените! Подумай сколько ты не сможешь выпить, если уснёшь навсегда?! – Сказал я с беспокойством.

Пётр посмотрел на меня, посмотрел на солнце, после чего взглянул на несколько бутылок вина, лежащих рядом. А потом его сонливость как рукой сняло! В глазах читался ужас, как будто чуть было не произошло самой страшное в его жизни… Нет, не смерть, а не возможность выпить бутылочку красного, а также принудительная отправка ко сну в трезвом состоянии. Ужас на лице моего друга сменился гневным выражением, а потом холодной злобой. Он быстро взял себя в руки, так как был трезв.

– Видишь, как там летают птички! – Произнёс я, указывая на точку в метрах десяти над подозрительным барханом. Конечно, никаких птичек там не было.

– Ага! Красивые… – Произнёс мой друг, поняв меня с полуслова.

– Как раз не хватает фейерверков! – С слегка злобной улыбкой произнёс Пётр и залпом осушил бутылку вина.

– Да! Так красиво бы было! – Поддержал я его игру.

Пётр неспешно и старательно стал плести фейерверк шестого уровня, а бархан этого не замечал. Лишь медленно к нам приближался.

Так как это существо воздействовало на наш разум, вернее сказать, на подсознание, то само по себе оно обладало не очень сильным телом. По крайней мере, если не являлось существом седьмого ранга, но в таком случае мне бы было гораздо сложнее очнуться, не говоря уже о Петре.

Мой друг закончил «Фейерверк».

– Пылай, слеза неба. – Грустным голосом произнёс Пётр, а «фейерверк» упал на голову бархану.

Вспышка! За мгновенье песок, окутанный пламенем, обратился жидкостью, а по окрестностям разнесся пронзительный визг, радующий душу. Ненавижу тех, кто копается в моём сознание.

Спустя секунду из бархана выскочила огромная белая сколопендра. На её голове в дополнение к двум стандартным был один дополнительный, по центру, зашитый глаз.

Стремительно выбежав из кипящего бархана, она попыталась сбить пламя, катаясь по земле. Оно уже постепенно изменило свой цвет на синий и не хотело покидать свою жертву, держась за неё словно живое. Это было особенностью магии шестого круга и выше. Если заклинание ранга магистра будет исполнено в подходящей среде, то автоматически привлечёт духа своей стихии и будет обладать зачатками разума.

Спустя пять секунд сколопендра затихла, а через десять её прах унёс ветер…

«Ветер?»

– Быстрее! Нам нужно убираться отсюда! – Крикнул я, подгоняя своих недавно проснувшихся товарищей. Хотя сколопендра и была неизвестным людям магическим зверем шестого ранга, а её останки были довольно ценны, но деньги мёртвым не нужны.

Вдалеке около входа поднималась песчаная буря. Видимо, потеряв своего главного и скорее всего единственного защитника этого этажа, подземелье решило провести глобальную чистку. Мы побежали.

Ветер позади нас набирал обороты, а Константин сидел у меня на плече, нервно вцепившись в мою куртку. Прямого попадания в данную песчаную бурю ему не пережить.

Среди небес, окутанных песком, сверкнула молния, и мы ускорились ещё сильнее.

Грохот!

Донёсся до нас раскат грома, но мы были практически у цели, и спустя ещё минут десять гонки со смертью достигли чёрный пелены.

Я выдохнул.

«Успели!»

Пустыня за спиной медленно превращалась в ад.

Так как этажи подземелья по своей сути являются замкнутой системой, за исключением посетителей, то вся энергия, задействованная на них подземельем, будет им же и поглощена.

Глава 12. Природа, лёд и лягушка

После незабываемого побега мы отужинали. Трапеза была на редкость восхитительной. Михалыч первоклассный повар.

В качестве основного блюда была говядина, томлённая на медленном огне, свежие овощи и хлеб служили идеальным дополнением. Также в качестве закуски выступали рыбные пирожки, приготовленные нашим алхимиком заранее.

Вкуснее всего был чёрный чай! Он, сваренный на костре, включал в себя множество различных добавок и трав, как Михалыч сказал: для расслабления и отдыха. Сушёные ягоды клюквы добавили ему приятный, слегка кислый, привкус.

Перед сном я и мой отряд решили взглянуть на следующий, третий, уровень подземелье.

Как только мы пересекли тёмный туман, то перед нами предстали жаркие южные тропики.

Среди душного леса всюду цвели и пахли различные разноцветные цветы четвёртого уровня. Мне в нос ударил слегка сладкий аромат, а в голове немного помутилось. Мир как будто бы стал ярче, а чувство страха как рукой сняло. Казалось, словно я могу хоть сейчас без подготовки сунутся в этот лес и… сдохнуть. Криво улыбнулся я, а моя воля подавила воздействие дурмана.

Я взглянул на моих товарищей. Михалыч выглядел вполне нормально, Виктор слегка скривился, но выдержал, Виола окутала себя ветром, но по приподнятому и расслабленному состоянию можно было понять, что она успела немного вдохнуть дурмана. А Пётр спокойно пил, алкоголь в его крови методично выжигало все другие токсичные вещества, в том числе и магической природы. Особенность его рода, так сказать.

– Лависы… – Мрачно произнёс Виктор. Я в ответ с пониманием кивнул.

Довольно опасные и отнюдь не травоядные цветы.

Какая-то неосторожная ящерица, примерно метр в длину, подползла к одному из цветов, очарованная его красками.

Потом, видимо что-то почувствовав сквозь дурман, она попыталась сбежать, но тонкие корни Лависа впились в её плоть. Спустя секунд десять на землю упало высушенное тело ящерицы второго ранга.

«Милое местечко».

«Не! Инферно лучше! Оцени два четверостишья!» – Произнёс Рик, а я лишь тяжело вздохнул.

Мой внутренний демон закашлялся, как будто прочищал горло. К сожалению, это не поможет так как понятие о правильной интонации у Рика полностью отличается от людского. Да и у других демонов я такого не встречал, хотя среди них просто очень мало творческих натур.

«Владыка Демонов жесток!

Инферно правит он своей рукою!

Но вот раздался женский вздох…

И сердцу более нет покоя!»

«Спустился он с мрачных небес,

Иль из-под земли восстал подобно духу!

Теперь на сердце тяжкий крест,

Любовью он окутан!»

Для демонов любовь подобна проклятью, а любить в Инферно может лишь тот, кого даже вонзённый в спину нож не убьёт. Такое у демонов общество.

В этот раз читал Рик лучше, хотя пару раз и были не уместные восклицания и паузы, но в целом было гораздо лучше.

Хотя я этого и не видел, но, кажется, Рик обрадовался от моей похвалы. На моих губах мелькнула тёплая улыбка.

Мы все легли спать…

***

Завтрашнее утро встретило меня мраком тоннеля.

Когда я заканчивал с утренней зарядкой, в воздухе раздался приятный запах говядины гриль, а рядом обнаружился Михалыч, готовящий это яство на мангале. Почуяв запах, остальные члены звезды тоже начали просыпаться.

После вкусной и богатой белком трапезы, говядина просто таяла во рту, мы отправились на третий этаж подземелья.

Перед завтраком по моей просьбе Михалыч изготовил противоядие против дурмана Лависов. Он был магического происхождения и воздействовал на ауру, через неё уже попадая внутрь организма, поэтому обычные средства защиты от него не помогут.

Эффекта противоядия по словам Виктора хватит на пять часов.

Как только мы переступили чёрный полог, окутывающий вход, в нос ударил слегка сладкий аромат Лависов. Благодаря тому, что мы до этого приняли противоядие, дурман на нас не подействовал.

Мы продвигались сквозь удушливые тропики осторожно, обходя цветы. Хотя мы бы с ними с лёгкостью разобрались, но возможный бой может привлечь к нам внимание и кого-то более опасного.

В зачистке подземелья – главное скорость, ведь чем дольше врата активны, тем сильнее станет это место. Как следствие вероятность прорыва увеличится.

Пока мы осторожно продвигались сквозь душные тропики, я почувствовал лёгкое движение чуть в стороне и сзади.

Поняв, что предупредить с помощью голоса я не успею, я с силой потянул друга на себя и выставил меч в сторону звука.

Спустя мгновенье из кустов выпрыгнула небольшая змея. Не ожидая от меня такой реакции, она полетела в сторону моего меча.

Её тело извернулось, попытавшись избежать столкновения с клинком, но я взмахнул рукой и тело змеи с лёгким шипением распалось на две половины. Кровь, вытекающая из неё, медленно разъедала окружающие труп растения, особенно хорошо она справлялась с побегами Лависов. Видимо это змея травоядная! Я усмехнулся.

После этого инцидента мы продолжили путь.

По дороге к чёрной пелене прохода на четвёртый уровень нам встречались различные творения матушки природы.

Где-то с деревьев свисал ядовитый плющ, медленно пожиравший попавшую в него птицу. Где-то красивые одурманенные метровые бабочки с сочным чавкающим звуком вгрызались в плоть Лависа, а цветок неспеша выкачивал из них кровь, поглощая.

«Мда… Обоюдное пожирание».

Также из примечательного нам встретились небольшие жуки, которые плодились на трупе ещё живого удава. Он пытался из последних сил сопротивляться, но ничего сделать не мог.

Я попросил Петра его сжечь, благо в тропиках огонь не распространяется, а запах палённой плоти за всем букетом ароматов этого места будет незаметен. Отчасти моя просьба была из милосердия, а отчасти для того, чтобы эти дряни не расплодились.

Хотя сами жучки были небольшие, примерно сантиметров пять в длину, да и ранг у них был лишь второй. Но проблема была в их способе размножения…

Он довольно специфический, я бы сказал, что для кого-то пугающий…

Я о нём узнал из книги «Чудеса и опасности дикой природы подземелий. Том второй» профессора Лоренса из Священной академии Искателей.

«Они выбрасывают в воздух свои личинки. Сами по себе они очень маленькие, на подобии пыльцы. Большинство из них не могут даже пробудиться, выживает примерно один из десяти.

Потом эту «пыльцу» уносит с собой ветер, а проходящее мимо живое существо вдыхает воздух с ней.

После того как «пыльца» попадает внутрь организма, она оказывается в благоприятной для себя среде. Личинки начинают пробуждаться.

Первые несколько дней носитель может чувствовать лёгкую слабость и затруднённое дыхание. На третий, у него появится лёгкое головокружение. Отходы личинок попадают в кровь, вызывая интоксикацию организма. У них обнаружен лёгкий дурманящий эффект. Больной может быть немного не в себе. Четвёртый сопровождается сильной болью в грудной клетке и кровавым кашлем. На пятый, личинки жуков, разнесённые по всему организму кровью, начинают вылупляться и с этого момента больной обречён. Единственным способом его спасти признано истинное исцеление, в народе носящее названия «чудо», заклинание магии света ранга магистра.

Новорождённые жуки-паразиты испытывают жуткий голод, и поэтому, пробудившись, заживо съедают своего носителя. Весь процесс занимает часов двадцать, а до сердца или мозга они добираются лишь десять часов спустя после начала.

Лекарств, способных остановить их в инкубационный период, не обнаружено, поэтому в таком случае милосерднее убить больного, избавив от страданий. В начальный период поможет магия исцеления четвёртого круга и выше».

После полутора часов пути лес перед нами резко расступился, и нашим взорам открылся прекрасный пруд, метров сорок в диаметре.

Его поверхность была абсолютно спокойной, делая водоём похожим на небесное зеркало. В центре, притягивая взгляд, цвёл красивейший белый лотос, примерно метрового радиуса.

В мой нос ударил терпкий слегка горький аромат, а в горле появилась сильная жажда.

«Как же хочется испить воды из пруда!»

Я сделал глубокий вдох и силой взял свои инстинкты под контроль. Из всех моих товарищей желанию не поддался лишь Пётр и Константин. Хотя… Может он просто заменил воду алкоголем. Бутылка вина стремительно опустошалась.

Виктор и Михалыч сопротивлялись этому желанию, но было видно, как с каждым шагом они приближаются к пруду. Виола стояла у самой его поверхности и собиралась, наклонившись, выпить из него воду.

Я резко рванул вперёд и силой оттянул её от поверхности водоёма.

В глазах Виолы читалась мука испытываемой ей жажды.

– Вода – это сладкий яд, а цветок хочет убить тебя… – Произнёс я довольно очевидную вещь. На лице Виолы всё ещё читалась жуткая мука.

– Представь, что цветок захватит твоё тело, и сотни его маленьких побегов будут прорастать в твоей плоти. – Прошептал я ей на ушко.

На лице моей милой появилось сначала выражение страха, потом оно сменилось жутким гневом на цветок и пруд. Да… Для потомка имперской семьи Ривенгтола потеря своего тела и воли жуткий позор и считается даже хуже смерти.

Виктор снова сделал что-то с собой. Его лицо сначала слегка побледнело, а потом позеленело. Его вырвало немного зеленоватой слюной, но зато он полностью пришёл в себя. Михалыч достал пару флаконов странной чёрной жидкости и, опустошив их, опорожнил свой желудок.

Избавившись от наваждения, мы решили сделать широкий крюк, чтобы обойти пруд по длинной дуге.

Из-за этого, потратив лишний час, мы достигли чёрного туннеля. Весь путь занял четыре часа.

Войдя в уютный и безопасный мрак перехода, мы устало плюхнулись на землю, а трудолюбивый Михалыч стал готовить обед. Все остальные, в том числе и я, отдохнув несколько минут, принялись ему помогать.

Спустя минут тридцать над огнём, созданным Петром, весело побулькивал котелок. В нём был наваристый суп из редьки, говяжьих рёбрышек, фасолевых стручков и грибов мацутакэ.

Когда суп был готов, Михалыч снял с котелка крышку и разлил его по заранее подготовленным тарелкам. Заедали его мы свежим хлебом из посёлка Лангранджа. Роль напитка на себя взял чай каркаде.

После сытной трапезы мы выступили на четвёртый этаж.

***

Где-то в тёмной пещере яростно засверкали врата в другой мир, а спустя несколько мгновений из него вышла небольшая группа Скайров, существ десять. В руках нескольких из них были палки со светящимися синим цветом камнями. Они держали их наподобие факелов.

Их ноги были погружены по колено в воду, а на десятки метров вокруг простирался неглубокий водоём. По его краям рос светящийся камыш и плавали кувшинки.

Предводитель Скайров, явно разумный закованный в костяную броню человекоподобный ящер, осмотрелся вокруг. Рядом метрах в пяти он заметил торчащую кочку с немного мутной водой вокруг.

Когда иномирный отряд окружил кочку, вода вокруг неё окончательно стала зелёной, а сама «кочка» оказалась располовиненным трупом их сородича.

– Ква! – Раздалось в темноте пещеры, и синий свет погас.

***

Когда чёрная пелена оказалась у нас за спиной, в наши лица ударил пробирающий до костей холод.

Вокруг всё было усеяно снегом и льдом. Наш отряд оказался на огромной льдине, примерно метров десять в длину и двадцать в ширину.

В воздухе завывала лёгкая метель, а путь до врат на пятый этаж подземелья состоял из таких же льдин, земли не было видно.

Наш отряд окутал свои тела манной, чтобы сдержать тепло, а Виола из пространственного кольца извлекла тёплую меховую одежду. Температура была минус тридцать градусов, выдыхаемый нами воздух был похож на сгустки раскалённого пара.

После того как мы оделись за чёрной пеленой, то отправились в путь по ледяным островам.

Часть льдин находилась под неестественным небольшим наклоном, но благодаря недавно выпавшему снегу мы спокойно передвигались по ним.

Некоторые из льдин, как только мы на них ступали, норовили перевернуться или и вовсе медленно уходили под воду. Обычно мы успевали их пересечь до этого чудесного момента. Мокрая одежда при такой температуре до добра не доведёт, да и я сильно сомневаюсь в безопасности здешних водоёмов. В тех случаях, когда мы явно не успевали пересечь остров изо льда, нам приходилось менять маршрут.

Расстояние между некоторыми «островами» было под сотню метров, поэтому нам изредка приходилось возвращаться обратно и менять маршрут.

Под завывания ветра наш отряд двигался вперёд.

Спустя минут тридцати довольно напряжённого пути перед нами на одной из льдин предстал увесистый белый медведь.

Он был метров пять в холке, а своей массой казалось, мог снести целый каменный дом. На его массивных лапах виднелись полуметровые когти льдистого цвета. Сейчас он спал… У него был пиковый шестой ранг.

Так как он преграждал единственный путь вперёд, на ближайшие несколько километров справа и слева виднелась сплошная вода, то я проверил его магическим зрением.

Его аура была спокойного светло-синего оттенка, присущая всем существам стихии льда. По её колебаниям я понял, что его сон глубокий… Даже слишком. Спустя минуту наблюдений я понял, что северный медведь угасал.

В районе живота в его ауре присутствовал странный тёмно-фиолетовый оттенок, присущий стихии хаоса. Я нахмурился.

Сам по себе хаос присутствует в любом мире, где происходит хоть какое-то развитие и перемены. Магия, связанная с ним, довольно нестабильна и часто её результат абсолютно случаен и слабо привязан к кругу. Так, например, создавая простое лечебное снадобье, маг мог создать чудо эликсир, буквально возвращающий с того света, или «исцелить» простирающееся на десятки километров пространство, подняв всех мертвецов в виде различной нежити. По этой причине изучение магии хаоса было под запретом, а сильных магов в ней попросту не было из-за их довольно скоропостижной кончины в следствие магических ритуалов.

По-моему, в истории этого мира разделения континентов на восточный и западный произошло как раз из-за применения масштабной магии хаоса, которая по задумке должна была создать не проходимое ущелье…

Тогда во время войны командир одной из армий решил создать каменный каньон, разделивший бы поле боя, тем самым выиграв своей стране недели, а может быть месяцы на подготовку.

Маг ответственный за это заклинание не нашёл достаточное количество волшебников земли и решил, что заменить недостающих магией хаоса – хорошая идея… Всё же заклинание этой «стихии» всегда выполняют заданную цель. В том или ином её понимании.

Ну, океан по реальности довольно сложно пересечь, тем более перейти вообще практически нереально, поэтому со своей задачей маг справился.

Правда, справедливости ради в пятидесяти процентах случаев магия хаоса работала как надо, а чудесные или чудовищные изменения происходили лишь в одной тысячной процента случаев. Только даже и этого небольшой вероятности некоторым мирам хватает с головой на многие тысячилетия. В сорока девяти целых и девятьсот девяносто девяти тысячных процентов заклинание приобретает различные необычные эффекты. Например, вызванный дождь может оказаться кислотным, а заклинание для выращивания волос на голове вырастит их по всему телу.

Как можно уже понять из выше сказанного, существа данной стихии очень непредсказуемы и довольно опасны, так как никакой нормальной классификации не принадлежат. К радости, такие создания появляются довольно редко, потому что у этой «стихии» нет своей конкретной земли. Зато благодаря этому их появление всегда очень неожиданное и «приятное».

Наш отряд приблизился к умирающему медведю, а я, нахмурившись, стал осматривать его живот с помощью магического зрения. Сам мех его в том месте был абсолютно чёрным.

Спустя секунды две я облегчённо выдохнул. К радости, магический след хаоса был слабым и в большинстве своём там превалировал элемент тьмы. Это значит, что существо, смертельно ранящее белого медведя, будет обладать странной не подающейся логике формой и строением, но зато магических способностей, связанных с этой чудесной стихией, у него не будет. Так что маленький или не очень Армагеддон в этом мире откладывается на несколько десятилетий, больше эта планета не протянет.

Хотя магия хаоса может наоборот «залатать» пространственную брешь и спасти этот мир, но такой вариант срабатывания заклинания крайне маловероятен, так как хаосу пофиг на всё. Он приветствует любые изменения и плохие, и хорошие, ненавидит только статичный безжизненный и никак не меняющийся «порядок».

Дождавшись, пока северный медведь умрёт своей смертью, мы разделали его тушу. Так как она полностью не помещалась в пространственное кольцо Виолы, то часть мы упаковали в большие рюкзаки. Пока мы разделывали его, я рассказал другим о присутствие существа хаоса.

Спустя минут двадцать мы двинулись дальше в путь…

Ветер выл, а снег пытался застлать нам обзор. Мы были в пути уже почти два часа. За всё это время помимо встречи с белым медведем не произошло ничего не обычного. Правда, Пётр один раз поскользнулся и чуть было не упал в воду, благо я вовремя поймал его за руку. Из-за этого его ноги слегка промокли, но так как он маг огня пятого круга, то мой друг спокойно их высушил посреди метели.

«Я надеюсь, что путь будет всё таким же пусть и изматывающим, но без сюрпризов». – Как только в моей голове пронеслась эта мысль, рядом с льдиной, на которой мы стояли, раздался плеск…

«Сглазил».

Медленно, как в замедленной съёмке, из воды появлялось розовое щупальце. Увидев его, наш отряд замер на месте, стараясь не издавать и звука, а по бокам от льдины появилось ещё несколько.

Они заметались из стороны в сторону как будто кого-то искали. Потом они замерли, а спустя мгновенье их плоть раздвинулась, образуя десятки странных век. Внутри были зелёные глаза.

Заметив нас, щупальца стремительно рванули в нашу сторону, а из-под воды раздался нечеловеческий рёв.

Мы побежали.

Спустя мгновенье льдина за нашими спинами разбилась вдребезги, а щупальца рванули за нами. Чёрная пелена виднелась примерно в пяти километрах впереди, но мы не успевали.

Будь мы не на шатких льдинах посреди моря, то может быть и смогли бы одолеть существо хаоса шестого ранга. Хотя некоторые их характеристики были сильно завышены для его уровня, но взамен они имели сильные недостатки, слабости. Правда, выяснять их было не время и не место.

Мы дружно сделали прыжок, Петра я за руку тащил за собой. Константин с силой махнул крыльями, и десятки золотых перьев, окутанных солнечным сиянием, воткнулись в щупальца. Льдина за нашей спиной разбилась вдребезги, а чудовище хаоса взвыло от полученных ран.

Я обернулся. Из порезов, оставленных перьями Константина, текла чёрная как смоль кровь, но прямо на глазах она стала сгущаться, а кожа вокруг ран медленно стягиваться.

«Ещё и регенерация, просто прекрасно!»

«Прикольный осьминог!» – Воскликнул Рик, заметив, что глаза на щупальцах моргали в разнобой. Слабонервным это бы зрелище снилось в кошмарах.

– Бросайте мясо! – Крикнул я, с силой кидая рюкзак с медвежатенной в воду.

Существо хаоса, даже с такой его маленькой частичкой как у этого осьминога, не поддавалось контролю, поэтому желание убить вторженцев, распространяемое подземельем, на него не действовало. А источником его жажды крови скорее всего служил голод. Все поглощающий голод, порождение смеси тьмы и хаоса.

Спустя мгновенье нам за спину полетело ещё четыре рюкзака, а из кольца Виолы вывалились остатки туши белого медведя. Добыча досталась охотнику.

Щупальца, покрытые десятками глаз, устремились к кускам мяса. Спустя мгновенье куски медвежатины были опутаны ими и стали медленно обращаться кровавым паром. Он впитывался в щели, появившиеся на щупальцах осьминога, они были похожи на беззубые рты.

Благодаря тому, что существо хаоса было занято трапезой, мы успели оторваться вперёд. Спустя шестнадцать минут бега по шатким льдам мы оказались под защитой чёрной пелены. Истинное существо хаоса она бы не остановила, но на того, у кого лишь одна десятая крови с этой «стихией», пелена способна повлиять.

Мы стояли в тёмном тоннеле, а по нашим лицам стекал холодный пот. Сейчас звезда Фортисимус была на грани уничтожения. Я усмехнулся. Если бы я не использовал свою демоническую силу или Виктор, спрятанный у него артефакт, в прямом бою мы бы не смогли победить. Насколько тот силён не знаю, но после того, как мы отправились в Священную Империю, в его магической ауре появился новый не естественный оттенок тёмно-зелёного цвета.

Мы решили отдохнуть в течение получаса, а потом отправится на пятый этаж.

***

В тёмной пещере стоял израненный Скайр в костяной броне. У него отсутствовала левая рука, а вокруг него были разбросаны части тел его товарищей, разорванных на куски.

– Ты… Чудовище! Тебя не должно быть здесь! – Крикнул бывший командир Скайров. Перед ним стояла четырёхметровая лягушка с тремя глазами и огромным языком, свисающим вниз. Казалось, он жил своей собственной не зависимой от основного тела жизнью.

– Ква! – Раздалось в темноте, и на озерцо опустилась тишина.

***

После отдыха мы собрались с силами и приготовились к последнему рывку.

Когда мы пересекли тёмную пелену, ведущую на последний пятый этаж подземелья, нам в нос ударило трупное зловоние, а перед глазами предстало неглубокое озерцо. По его краям рос светящийся камыш, а вдалеке виднелось множество странных кочек. На всём водоёме их было, наверное, штук двадцать.

«Нежить?» – Задумался я, но увидев, что вода у одной из них имеет зеленоватый цвет, нахмурился.

– Виола, проверь жетон отряда. – Сказал я. Наша звезда стояла на месте, не двигаясь. Пусть в темноте и не было света врат, но в неактивном состоянии они просто похожи на разбитое зеркало. Конечно, при таком освещении их невозможно заметить.

Жетон отряда засветился в руках Виолы нежным лазурным светом, подтверждая, что готов к работе. Значит все Скайры покинули врата, после чего они закрылись…

Вдруг моя интуиция завопила о грядущей опасности, я почувствовал, что через секунду наш отряд умрёт.

На одних инстинктах я рванул вперёд и чуть влево, выставив меч перед собой. На нём не спеша разгоралось чёрное пламя, а моя тень стала значительно глубже, как будто поглощала сам свет.

– Не двигайтесь! – Произнёс я своему отряду, а из темноты на меня уставились три огромных лягушачьих глаза. Длинный розовый язык рванул ко мне, но почувствовав чёрный огонь замер на месте. Константин, сидящий на моём плече, приготовился к бою.

Язык розового цвета как будто раздумывал нападать или нет, спустя мгновенье в лягушачьих глазах мелькнул страх.

Создание передо мной излучало гнетущую удушливую ауру тьмы и хаоса. Крови изменчивой «стихии» в нём было около четверти.

Мои товарищи, почувствовав присутствие лягушки, задрожали от страха – это был инстинкт. Но несмотря на ужас Пётр глубокими глотками осушал винный кувшин, переданный ему его отцом, магическая аура вокруг моего друга стала постепенно достигать пика шестого ранга. Михалыч достал странного вида препараты, содержащиеся в серебряных шприцах, и, обнажив вену, приготовился их вколоть. Виола просто выставила меч перед собой, а ветер стал играть вокруг неё странную мелодию. Виктор же просто положил руку себе на грудь, крепко сжав что-то.

Я заметил всё это с помощью магического зрения. Оно в отличие от обычного не использует глаза и при должной практики способно давать обзор сразу всего окружающего пространства. Я бы сказал, что это сферическое зрение.

Лягушка переминалась с ноги на ногу. Хотя у неё и был только пиковый шестой ранг, но угроза от неё была как от существа начального, а может и среднего седьмого ранга.

«Уходи!» – Мысленно произнёс я, а у тени за моей спиной появились крылья. Моя команда вздрогнула от усиливавшегося чувства ужаса, но списала его на ауру демонической лягушки.

Существо хаоса и тьмы замешкалось и неуверенно попятилось назад. Так как тьмы в нём было примерно три четверти, я как бывший Владыка Демонов мог влиять на его волю. Хотя это власть и распространялась только на подсознание.

К счастью, эта лягушка оказалось лишь относительно разумной и, внемля своим инстинктам, скрылась в темноте.

Существам хаоса гораздо сложнее обрести разум чем другим. А если это даже произойдёт, то такой разум будет непостоянным и изменчивым, я бы сравнил его с разумом человека, имеющего несколько серьёзных психических заболеваний. Всё же хаос не терпит никого порядка даже в головах своих детей.

– Уходим, пока она не вернулась. – Произнёс я. Виола кивнула в ответ.

Аура ужаса демонической лягушки исчезла, а моя тень вернулась в свою изначальную форму, чёрное пламя на мече давно погасло.

Нашу группу окутал нежный лазурный свет, а спустя пять секунд мы во вспышке оказались перед входом в подземелье.

Мои товарищи упали на землю, а на их лицах читалось облегчение от того, что они живые.

Я вздохнул свежий степной воздух полной грудью и громко заливисто рассмеялся.

«Вот она жизнь полная приключений!»

Глава 13. Да начнётся игра!

После того как мы выбрались из подземелья, то после сытного ужина на природе из говяжей похлёбки со свежим белым хлебом, отправились в посёлок Лангранж. Там мы сообщили барону о закрытие врат, после чего отправили письмо в Священную академию Искателей прямо её ректору, Джульетте Иннокентиевне. В нём мы описали все этажи подземелья, а также сообщили о существах хаоса на четвёртом и пятом.

Пусть мы и из разных государств, но Искатель в любой стране Искатель. Поэтому если несколько команд из разных стран вдруг будут работать вместе – такое случается при открытии на пограничной территории врат первой и второй категорий, то Искатели будут помогать друг-другу, несмотря на национальные разногласия.

Таков наш долг, утверждённый законом о взаимопомощи и неприкосновенности иностранных Искателей, заключённый сто лет назад. Правда, тут всё, как и всегда… Не пойман – не вор. На заднем фоне у меня раздался смех Рика. Его забавляло человеческое лицемерие и людской эгоизм.

После отправки письма мы наняли извозчика за восемь серебряных монет и на повозке, запряжённой двумя Раптами, отправились в город Десидия. Дорога заняла два часа, а по приезде мы решили снять пять номеров в гостинице, попутно осмотрев город.

Его улицы были серыми, а лица жителей навевали тоску и уныние. Нет, они не были печальными. Просто их физиономии выражали индифферентное ко всему отношение и лень. Фасады домов были такими же серыми и унылыми, как и сами улицы, хотя их каркас выглядел добротно. Наверное, они простоят ещё не одну сотню лет…

Ну, да… Если они разрушатся, их придётся ремонтировать, а я подозреваю, что жильцам этих домов это будет попросту лень.

Гостиница, в которой мы сняли номера, была второй по известности в городе, по крайней мере, по словам извозчика. Он бывал в городе Десидия раз в неделю, продавал продукты из близлежащих поселений, после чего возвращался назад с товарами искусства.

Да, в городе Десидия оно было довольно развито, наверное, потому что у творческих профессий ненормированный график и, создав что-то по-настоящему стоящее, они могли не работать всю оставшуюся жизнь… или по крайней мере ближайшее лет десять.

Внутреннее убранство в гостинице было довольно ярким по сравнению с улицами города Десидия. Наверное, это было сделано для того, чтобы привлечь внимание приезжих.

С такими пейзажами, это место было родиной многих известных драм, а также мрачных картин популярных во всей Священной Империи. Часть из них вообще стали общепризнаны всем западным континентом.

Номера мы сняли на несколько дней с возможностью продления. Постояльцев в гостинице, названной Серым Рассветом, было немного, поэтому нам удалось занять пять соседних номеров на втором этаже трёхэтажного здания.

Цена была пять серебряных монеты в день, а убранство номеров было соответствующим. В комнате была крепкая дубовая кровать с чистым практически белым постельным бельём. Рядом с кроватью стоял небольшой рабочий столик с зеркалом на нём. Слева от двери была вешалка для одежды, а справа душевая с умывальником. Благодаря рунной магии жить гораздо удобнее.

Жаль, что часть её была утрачена после катаклизма. По сохранившимся записям, можно было сделать вывод, что у магов прошлого были сложные вычислительные камни, позволяющие им разрабатывать высокоуровневую магию. А пространственные руны создавали микро-окна, чтобы ты мог общаться с родными или сразу передавать им небольшие предметы, минуя десятки, а то и сотни километров пространства.

Напротив, двери было большое окно с чистыми стёклами и белыми шторами, колеблющимися на ветру.

После осмотра номера, я спустился вниз.

Я и Виктор решили осмотреть ночные улицы города. Пётр сразу по приходу в свой номер лёг спать, передав перед этим мне ключ, а Виола и Михалыч обустраивались в своих номерах.

Принцесса, как и любая другая девушка приводила себя в порядок после путешествия, а Михалыч судя по спорам с владельцем гостинице и обещаниям Виктора о том, что его товарищ ничего не взорвёт, собирался заняться алхимией. В конце концов наш ассасин заплатил ещё две серебряные монеты, и спор сам собой иссяк. Ведь лицензированные алхимики в этом мире очень редко, что-то взрывали, а Михалыч был одним из них.

Улицы города нас встретили ночной прохладой, а на безоблачном небе сияла зелёная луна в окружение звёзд.

Прохожих на улице практически не было, а вывески ночных заведений ярко горели. Правда, в отличие от Эроса их было значительно меньше.

Сам город Десидия по форме своей напоминал полукруг, он был расположен на берегу небольшого озера. Имя ему было Туманное. Так как на его дне были расположены ключи горячей воды, то в любое время года от озёрной поверхности поднимался белый пар, похожий на туман.

Благодаря такому количеству испарений от рядом расположенного озера, в городе Десидия довольно часто бывали ливни и дожди. Поэтому в этом месте была повышенная влажность, а на улицах бывал тёплый туман, а иногда прохладный дождь.

Хотя воздух был в этом месте прям как в тропиках, а сам город обладал сыростью, но у горячих ключей Туманного озера было минеральное происхождение. По этой причине на его берегу рядом с городом Десидия работало несколько оздоровительных санаториев. Особенно они были популярны летом, когда дождей практически не было и влажность городского воздуха понижалась.

Во время прогулки с Виктором по городу, я не встретил ни одного криминального элемента, даже в самых тёмных улочках. Что вызвало у моего спутника сильное удивление, в нынешнюю эпоху разбой и убийства обычное дело.

Наверное, такой порядок в городе соблюдался, потому что пусть грабёж и убийства и были лёгким способом заработать, но пойманных на этом людей отправляли в исправительные колонии, где им приходилось долго и тяжело трудится. А тяжёлый и долгий труд ленивые жители города Десидия ненавидели больше всего. Тем более извозчик рассказывал, что, когда в этом месте начинала появляться организованная преступность, полиция тут же задействовала все свои силы и уничтожала её на корню, чтобы в будущем спокойно ничего не делать.

Также в этом городе было создано много изобретений для оптимизации, а ещё лучше полной автоматизации процесса.

Например, автоматический подъёмник, использующий грузы и руны земли. Когда платформе надо было подняться на верх руны земли увеличивали вес её противовеса, и он опускался вниз, поднимая её. А когда ей надо было опуститься вниз руны земли переставали получать энергию, выключаясь, в следствие чего платформа опускалась вниз, поднимая противовес.

Когда мы вернулись с прогулки, мои часы показывали десять часов вечера. Пётр и Виола уже спали, а Михалыч по словам Виктора заканчивал важный для него эксперимент.

Попрощавшись со своими товарищами, я отправился спать.

***

В одном из домов города Десидия на роскошном диване сидел мужчина в чёрно белой маске, он пил чай.

– Интересно, сможет ли бывший Владыка Демонов убедить людей этого города? – Улыбнулся мужчина. Его маска была слегка приподнята, обнажая молодое лицо. Он слегка отхлебнул чёрного чая.

– По любому будет очень весело! – Мужчина засмеялся.

– Надеюсь Отец не переоценивает тебя… Илай!

***

Когда я проснулся, нежный лёгкий ветерок проникал сквозь слегка приоткрытое окно, на нём были специальные руны ветра, чтобы не пропускать пар, идущий с Туманного озера. Я распахнул белые шторы, и мне в лицо ударил ласковый солнечный луч, редкий гость этого города.

Мои товарищи постепенно просыпались, а я после зарядки и душа пошёл будить друга детства.

Он лежал на своей постели в лёгкой полудрёме, а после того, как я его притащил в душевую и облил холодной водой, начал постепенно просыпаться. Я достал один из магических кристаллов, на который потратил целый час, вырезая руны.

Я влил свою ману в него и отошёл чуть в сторону. Из кристалла появилось размытое изображение рыжей белки.

Мой друг открыл глаза и увидел перед собой небольшого грызуна.

– Ты кто? – Растерянно спросил иллюзию из преломлённых солнечных лучей Петя.

– Я белочка! – Радостно пропищал тоненький голос, а изображение медленно слегка рвано зашевелило ртом в такт моему голосу.

– А почему я тебя вижу? – Спросил с ещё большим недоумением в голосе Петруха.

– Потому что я алкогольная белочка, и трезвенник меня увидеть не способен! Я прихожу только к тем, кто страдает от похмелья! – Гордо произнёс грызун.

– Странно… Вроде раньше такого не было… – Мой друг нахмурился, а потом как будто о чём-то догадался осмотрел душевую. Его взгляд задержался на мне.

– Стас! – Раздался возмущённый голос Петра, а я щёлкнул пальцами и изображение исчезло.

Я уже собирался извиниться перед своим другом за розыгрыш, как вдруг он произнёс:

– А можешь мне несколько таких сделать? Просто, собеседник из неё хороший!

Я лишь тяжело вздохнул, приложив руку к лицу, но как только всё закончится пообещал сделать другу несколько.

Эту я оставил ему. Правда, из-за огненной стихии маны Петра, белка у него появилась особо свирепой, а пол вокруг камня стал слегка нагреваться. Казалось, что вот-вот и у разъярённой белки пойдёт пар из ушей. Петру она понравилась ещё больше.

При обычном использование кристалла бы маны хватило на сотню часов работы, но так как Пётр напитывал руны света магией огня, то больше десяти вряд ли он продержится.

После этого Петя сделал лёгкую зарядку и, приняв душ, отправился в столовую.

Там нас уже ждали Виктор с Михалычем. Спустя минут пять после того, как мы сделали заказ, спустилась Виолла. Она выглядела как всегда прекрасно. Так как милая была мечником пятого ранга, то её красота была естественной, косметикой Принцесса не пользовалась.

Сегодня Константин сидел у меня на плече и ждал пока принесут его мясо. Я забрал своего фамильяра из комнаты после того, как разбудил друга.

Так как в этом городе из-за частых туч в небе ночью не видно звёзд, Константин лёг спать нормально и нормально же встал. Может быть, в Десидии он перестанет быть совой…

«Еда!» – Радостно воскликнул Рик.

Сегодня на завтрак тут подавали говяжий стейк слабой прожарки с гарниром из овощей. Моему внутреннему демону как раз нравилась такая слабо прожаренная с кровью пища. Отличительный признак демонической кулинарии.

Да, я её ел… Ведь как иначе понять, когда и кто тебя пытается отравить? Анализов у меня там никаких не было, организм у меня крепкий, а у демонов есть слишком много ядов, действующих только на людей, поэтому и назначать кому-то проверять еду мне было просто бессмысленно.

Десертом был фруктовый салат, а напитком чай каркаде, прекрасно подходящий к стейку.

Так как до начала игры оставалось часов семь, Виола, Виктор и Пётр решили прогуляться по городу. Подозреваю, что она снова накупит всякого сладкого. На моих губах расцвела улыбка, когда я представил Виолу, с удовольствием уплетающую кондитерские изделия. Хотя она и делала это по всем правилам этикета, но в тот момент у неё щёки были как у хомячка и серьёзный взгляд. Моя улыбка стала ещё шире.

Я, Константин и Михалыч решили остаться в гостинице. Алхимик продолжил свой эксперимент, попугай загорал на крыше, а я, придя в свой номер, сел за стол и достал тетрадь для записей.

***

После того как я вернулся в цитадель ордена, то доложил о провале миссии.

Чертежи, которые я принёс с собой, сразу отдали магам Империи. Вряд ли они смогут создать защиту против демонических пушек к началу осады, но всё равно попытаются.

Сейчас я стоял вместе со своими братьями на берегу реки Стикс. Рядом пришвартованные к берегу были четыре лодки. На них лежали цветы, а в центре находились фотографии, погибших. У Охотников на демонов не могло быть жён или мужей, также мы не могли иметь детей, поэтому единственной семьёй для нас был наш Орден и наши братья.

У самого берега реки стоял наш глава. В абсолютной тишине он достал книгу жизни и смерти, после чего перенёс имена павших братьев на чёрные страницы. За всё время этой войны тысячи наших братьев погибли.

Глава Ордена отвесил каждой лодке молчаливый поклон полный благодарности и уважения. Дольше всего он простоял перед лодкой мастера, на его лице была грустная улыбка.

– Значит ты первым ушёл старик… – Одними губами произнёс он. Я стоял рядом, как тот, кто видел последние мгновенья их жизни.

После того как братья закончили отдавать им дань уважения, глава взмахнул своим мечом, перерубив верёвки, привязывающие лодки к берегу. Могилы павших братьев отчалили и стали стремительно уносится течением Стикса.

Охотники молча наблюдали за лодками с прахом павших товарищей, положив руку на сердце.

Кто-то грустно улыбался, кто-то плакал, а кто-то молча поднимал винный кубок, чествуя павших героев.

***

Я глубоко вдохнул, прогоняя грустные воспоминания. Мой мастер не хотел, чтобы я по нему грустил. В моей голове мелькнула сцена того, как он отчитывал юных охотников на демонов за то, что они были не осторожны. Его лицо тогда было суровым, а в глазах читалось тепло. Я рассмеялся, а на моих губах появилась яркая улыбка.

«Да, мастер хотел, чтобы я его вспоминал таким. Довольно суровым, иногда строгим, но заботливым отцом».

После той церемонии меня отправили на защиту Ангуиса, но об этом я решил написать чуть позже. Сейчас я хотел взглянуть на Туманное озеро вблизи. Ведь тучи в небе рассеялись и вид должен быть чарующим.

Дорога до его берега у меня заняла около часа. Константин сидел на моём правом плече, а Михалыч остался в своём номере. Когда я заходил к нему в последний раз, то там всё было окутано слегка голубоватым холодным дымом, с немного сладким ароматом. Поэтому я решил ему не мешать.

Берег Туманного озера, на котором был построен город Десидия, возвышался над водоёмом, на метров десять.

Когда мы забрались на него перед нашим, с Константином, взглядом предстало чудесное зрелище.

Поверхность озера сверкала в лучах утреннего солнца, а облака пара, поднимающиеся над горячими ключами, были похожи на гигантские белые пальцы, которые как будто хотели схватить само небо.

Я улыбнулся.

«Не удивительно, что в таком месте родилось столько выдающихся произведений».

Я простоял на берегу озера минут двадцать, любуясь его чудесной красотой. Из-за лёгких порывов ветра, казалось, что гигантские пальцы движутся, как будто гигант что-то хочет найти на ощупь.

Наверное, при сильном юго-восточном ветре, облака пара сдуваются в сторону города Десидия. И с берега кажется, что гигант хочет раздавить его своими пальцами.

Я усмехнулся, возможно узнав, источник вдохновения, позволивший создать некоторые апокалиптически-драматичные картины из этого города.

После того как Константин сделал один круг вокруг Туманного озера, «пальцев» он старался не касаться, я отправился обратно в гостиницу Серый Рассвет.

Я вернулся как раз к обеду. На нём присутствовали все члены нашей группы. По довольному лицу Виолы можно было понять, что их прогулка прошла весьма успешно.

На обед был грибной суп и бутерброды с рыбным паштетом, я специально доплатил повару, чтобы мне дали ещё банку паштета. Константин её с большим удовольствием съел. Напитком сейчас был клюквенный морс.

После трапезы мы отправились в город, прогуливаясь по его улицам в ожидание времени начала игры.

Когда мои часы показывали ровно четыре, мы стояли на портальной площади Десидии, а на письме, переданном Андерсоном, с лёгким шипением появились новые строчки.

«Правила игры “Ленивый и ещё ленивее”!»

«Всё просто! Вы должны… Заставить жителей этого города работать!»

Мне показалось, что в этот момент должны были прозвучать фанфары.

«На западе Десидии сейчас появится огромная куча камней!»

Вдали раздался приглушённый грохот.

«Каждый второй житель этого прекрасного города искусств должен своими руками принести один булыжник на главную площадь и положить его там! На это вам отведена целая неделя!»

«Представляю это зрелище! Хахаха!!! Конечно, если вы расскажите кому-нибудь о самой игре или о её правилах, жители этого города скоропостижно скончаются, а вы проиграете!»

Как только я дочитал последнюю строчку из письма до конца, оно вспыхнуло и рассыпалось букетом чёрных лепестков.

Опасаясь говорить об этом на площади, я сказал, что сообщу своим товарищам обо всём в трактире. Но перед этим я попросил Виолу телепортироваться из города. Так как в письме ничего не было написано про наказание за выход с территории города Десидия, то поражение присуждаться за это не должно.

Значок отряда вспыхнул лазурным светом в руках Виолы, а потом потух. Ничего не произошло… Видимо Андерсон заблокировал все пути из города и возможно в. Для подтверждения надо ещё попытаться выйти из Десидии, но сомневаюсь, что получится. Ведь, сделав это, мы могли бы попросить помощи кого-то влиятельного, и уже с помощью его авторитета убедить жителей этого города притащить камни на городскую площадь…

А так из авторитетных людей в этом городе есть только граф, управляющий этими землями. Правда, сомневаюсь, что его влияния будет достаточно, чтобы заставить горожан делать что-то настолько иррациональное как таскание булыжников на центральную городскую площадь, тем более без объяснений.

Когда мы зашли в ближайшее приличное питейное заведение, то заняли один из угловых столов.

После того как к нам подошла официантка, миловидная барышня лет двадцати с короткой белой юбкой, Пётр дружелюбно улыбнулся и с видом завсегдатая, не конкретно этой, а вообще всех трактиров и питейных заведений в мире, заказал несколько кувшинов вина и тарелку закуски к нему. Все остальные, в том числе и я, попросили принести по стакану молока.

После того как официантка ушла, я рассказал своим товарищам о правилах игры.

Так как сейчас в трактире было достаточно народу, это время у жителей этого города считается временем полуденного перекуса, мы могли разговаривать, не боясь, что нас услышат. Повсюду раздавались удары кружек, а в воздухе звучали весёлые голоса людей. Так как им ещё до шести часов работать, никто особо не налегал на спиртное.

Кроме полуденного перекуса у жителей этого города есть ещё и утренний перерыв. Он начинается где-то часов в одиннадцать.

Официальный рабочий график в этом мире составляет шесть дней труда по десять часов в каждом и один выходной, поэтому жители города Десидия официально и ввели себе два получасовых перерыва. Учитывая обеденный час, у горожан этого места было только восемь часов рабочего времени.

После того как официантка принесла нам еду и напитки, мы замолчали, думая, а Пётр стал пить. Я притронулся к холодному стакану коровьего молока, его вкус оказался неплох. Не такой как в Имперской академии Искателей, но тоже довольно приятный.

Спустя несколько минут раздумий Виола произнесла:

– Я не специалист в манипуляциях людьми, но как-то отец говорил, что самым простым методом заставить человека сделать то, что тебе нужно, это метод кнута и пряника. – Серьёзно размышляя, Виола приложила палец к подбородку.

«Милашка!»

После того как она заметила, что никто другие идеи не спешит предлагать, она продолжила:

– Тогда надо, чтобы кто-то из нас занялся роспуском слухов о том, что если не положить камень на городскую площадь, то тебя настигнет жуткое проклятье, а если ты сделаешь это, то наоборот будешь благословлён… – серьёзно произнесла Принцесса.

Я улыбнулся.

«Любопытно, а она предложила распространять слухи о проклятье и благословление не известного характера специально или случайно? Просто, если говорить о чём-то таком достаточно размыто, трудно будет убедить людей, но зато из плюсов, если такой слух зародится, то фантазия людей выполнит всю остальную работу за нас. Ведь фантазия человека – страшная сила, не зря некоторые видят ужасные кошмары, а кто-то, наоборот, чудесные сны далёкие от реальности».

Я решил по крайней мере в начале не особо вмешиваться, предоставив всё милой. Возможно, этот опыт ей пригодится в будущем, да и такие задачи просто полезны для мозга.

– Тогда предлагаю, чтобы люди складывали камни не просто на площадь, а в виде башни. Это будет более символично. – Произнёс я, делая глоток из глиняной чаши с молоком.

Чем больше в фантазии символов, тем легче в неё поверить. Плюс, благодаря ним люди могут почувствовать ощущения общности и причастности. Не зря их используют различные секты, культы и религиозные организации.

На моё предложение остальные молча кивнули, соглашаясь.

Тучи за окном стали постепенно сгущаться, а на мостовую падали небольшие капли грядущего дождя.

– Тогда можно сказать, что эта башня является даром небесам и призвана их успокоить. Ведь если Андерсон не захочет, чтобы кто-то сильный из вне вмешался в его игру, то он воздвигнет тут свою территорию. – Произнесла уверенно Виола.

«Молодчина! Схватывает прямо налету».

Каждый маг ранга магистра обладает настолько сильной причастностью к своей стихии, что способен создавать территорию. Это такая зона, где мана определённого элемента становится гораздо сильнее, а всех остальных стихий слабее.

После того, как мы обсудили предварительный план, то разошлись по делам. Пётр пошёл проставляться в различных трактирах и распространять слухи. Для обычных жителей мы были отчасти чужаками из-за нашей одежды Искателей, но из-за того, что люди нашей профессии защищают этот мир, отношение было к нам довольно хорошее, а кружечка спиртного вообще способна соседа сделать, если не братом, то хотя бы закадычным другом.

Благодаря своему опыту Пётр способен даже не в трезвом состоянии сохранять более-менее чистый разум, поэтому это задание мы поручили ему. Правда, так как сейчас ещё не прекратился рабочий день, а полуденный перекус заканчивался, мой друг стал общаться с трактирщиком.

Спустя десять минут можно было наблюдать странную картину. Пётр, сидя перед стойкой, пил прямо из кувшина вино и что-то увлечённо рассказывал, а трактирщик, до этого смотревший на него равнодушно, сейчас слушал его с искренним интересом. В глазах у мужчины лет пятидесяти плескалось тепло, как будто он встретился с сыном, с которым давно не виделся.

Я улыбнулся.

Да… Мой друг умеет располагать к себе особенно тех, кто старше его. Есть в нём какая-то незамутнённая простота и искренность, которая подкупает других людей, поэтому я был уверен в успешности распространении слухов. Ведь то, что если граждане Десидии не положат камень на центральную городскую площадь, то они будут прокляты, правда. А так как проклятие и благословение мы придумали сами, Андерсон писал просто о смерти, то посчитать это проигрышем он не должен.

Виктор с Михалычем отправились создавать дурные знамения. Это оказалось идеей нашего ассасина и подозреваю, что он был довольно опытен в этом. Просто, гильдии убийц в Ривенгтоле иногда приходилось запугивать, а не убивать своих жертв. Это происходило тогда, когда на аморальные поступки шёл влиятельный аристократ, устранение которого нанесёт огромный ущерб государству, или когда человек не переступил черту, а находился на грани. Например, если честный торговец, вынужденный торговать наркотиками из-за угроз его семье, после спасения оной не решится разорвать связи с подпольным миром, его сначала предупредят, а потом лишь устранят.

Хотя в Ривенгтоле и были различные преступные группировки, но в большинстве своём они использовались для не официальных стычек между аристократами и крупными купцами. Если они вдруг пересекали черту и опускались до убийств, притеснения граждан Империи, продажи наркотиков или не дай бог похищений, то гильдия убийц бралась за них и устраняла.

Наверное, основной причиной для наказания переступивших грань по мимо верности своей стране для гильдии убийц служила гордость. Да, испокон веков с самого основания члены этого ордена считали убийство делом благородным, служащим для сохранения порядка в стране, а также средством борьбы против тех, над кем закон не властен. Поэтому они не позволят каким-то преступникам запятнать его жаждой наживы и удовлетворения своих низменных потребностей.

Пожалуй, именно благодаря тому, что вся организованная преступность боялась клинка, окутанного ночью, это символ гильдии убийц Ривенгтола, то даже трущобы в Империи были довольно безопасным местом. Хотя драки и потасовки там случались часто.

Виола решила воспользоваться своим статусом и попытаться поговорить с графом, а я отправился к городским вратам, попытаться покинуть город Десидия своим ходом.

Глава 14. Начало бури и тренировка

Спустя час неспешной прогулки я приблизился к городским воротам. Стражников рядом с ними почему-то не было, а я решил некоторое время просто понаблюдать, прислонившись спиной к стене и смотря на затянутое тучами небо.

Через минут десять мне на глаза попался мужчина с повозкой, по виду купец. Когда он приблизился к воротам, в воздухе мелькнула чёрная вспышка, и он как ни в чём не бывало повёл Раптов обратно в город.

– Здравствуйте! – Подошёл я к купцу с самой искренней улыбкой, на которую был способен.

Сначала он нахмурился, жители этого города не особо дружелюбны к приезжим. Потом, после того как он заметил моё снаряжение, его лицо потеплело, а спустя мгновенье он с лёгкой улыбкой ответил:

– И тебе не хворать парень. Чего хотел?

– Просто я заметил, что вы планировали выехать из города и вдруг развернулись! Вот мне и стало интересно почему? – С юношеским задором спросил я. Лицо моё выражало детскую невинность и простоту.

За тысячу лет правления Адом мне пришлось создать довольно много масок.

– А так это, парень… – Слабо улыбнулся мужчина, а потом, немного задумавшись, произнёс голосом взрослого, отвечающего на вопрос любопытного ребёнка: – Дело в том, что я сначала хотел уехать из города и посетить несколько деревень, продав свой товар, но потом вдруг подумал, что неплохо бы здесь и задержаться на недельку. Да… Воздух тут душный, но какой вид с рассветом открывается на Туманное озеро!

– А вас что ли никто не ждёт дома? – Серьёзно спросил я.

– А ведь ты прав, моя жена и дети наверняка будут скучать… – Произнёс он печально, а потом мужика на несколько секунд заклинило.

– Дык всё с ними будет нормально. Я ж только на недельку! – Произнёс торговец, глупо улыбаясь.

Попрощавшись с мужиком, я тяжело вздохнул и попытался сам покинуть город.

Как только я пересёк ворота чёрная молния метнулась ко мне, но вместо ожидаемого воздействия ментальной магии у меня перед глазами появилась чёрная надпись: «Покинешь город – проиграешь».

Я усмехнулся и, развернувшись на пятках, пошёл назад. Значит надо будет построить башню из пяти тысяч каменных булыжников за ближайшие несколько дней, а то боюсь, что семьи в отсутствие своих кормильцев могут пострадать.

Я отправился в гостиницу Серый Рассвет. Время близилось к ужину.

***

Массивные двери графского особняка, стоящего в черте города, медленно распахнулись, и внутрь него в сопровождении дворецкого вошла леди с серебряными волосами. Плотная белая рубашка и чёрные брюки подчёркивали её молодую фигуру, а маленькая чёрная шляпка с красной ленточкой добавляли шарма.

Несмотря на свой юный возраст она держалась довольно зрело.

После того как дворецкий открыл перед нею дверь, Принцесса вошла в богато обставленную столовую.

За большим дубовым столом сидело несколько человек в дорогой парадной одежде – это были важные городские чиновники. Взгляды, бросаемые ими на Виолу, были наполнены восхищением и отчасти уважением. Похоти в них не было, ведь они понимали, что сидит перед ними как минимум будущий магистр. Слава о гении Принцессы распространилась далеко за пределы Ривенгтола, особенно после того, как она стала Искательницой.

Как только Виола уселась на один из двух концов стола, в помещение вошёл хозяин особняка. Это был плотный мужчина лет пятидесяти на вид. У него были длинные серые усы, за которыми он тщательно следил. На глазах виднелись небольшие очки, а из-под бордового камзола, с белой рубашкой под ним, слегка выпирал живот.

Он не был толстым, а на его крупных руках виднелись накаченные мышцы. Скорее всего в прошлом он был воином.

Как только хозяин особняка сел на главный стул, перед этим поклонившись Принцессе, все разговоры в столовой разом стихли.

– Благодарю, всех тех, кто пришёл в мой особняк на сегодняшний ужин. Хочу вам представить сегодняшнего уникального гостя, Принцессу Вайолет Ривенгтольскую! – Под гром аплодисментов граф поднял бокал с вином, после чего в след за ним повторили остальные гости, а слуги начали накрывать на стол.

Как только слуги графа заметили в городе Десидии Принцессу Вайолет, то сразу сообщили своему господину. Ну, а он не упустил возможности пригласить её на вечерний ужин, чтобы поднять свой авторитет в глазах городских чиновников и возможно похвастаться перед своими друзьями.

Дальше все принялись есть и болтать между собой, а беседа за столом приняла праздный характер.

***

В гостиной собрались все кроме Виолы. Она налаживала контакт с местным графом, чтобы потом её появление не связали с распространением слухов.

«Не ревнуешь?» – Спросил меня Рик.

«Нет, ведь ревность без доказательств – это признак неуверенности в себе. А у меня и характер хороший и внешность чуть ли не самая лучшая во всём мире, поэтому зачем мне ревновать?» – Спокойно произнёс я.

«И то верно». – Согласился со мной мой вечный спутник.

А я принялся есть сегодняшний ужин, с лёгкой благодарностью улыбнувшись официантке за то, что она быстро принесла нам еду.

Молодая девушка, взглянув на меня, слегка покраснела и чуть не упала, зазевавшись. Я лишь тяжело вздохнул, а Пётр приложил ладонь к своему лицу. Красота – страшная сила!

Ужин был из тушёной говядины с грибами, запивал я его кислым яблочным компотом.

Спустя час Виола пришла уставшая и вымотанная.

На мой немой вопрос она ответила:

– Весь тот ужин сплошная показуха и пускание пыли в глаза. У меня создалось такое впечатление, что городским чиновникам вообще нет никакого дела до Десидии!

В глазах моей девушки читалась печаль и разочарование. Прошлые дворяне Священной Империи, встречаемые нами, были достойными людьми, но такие скорее исключение нежели правило.

Я с улыбкой потрепал Виолу по голове, а потом нежно поцеловал в лоб. Она крепко обняла меня, и мы так простояли минут десять. После чего Принцесса с любовью поцеловала меня в губы.

***

Следующее утро встретило меня хмурым небом и лёгкими нежным дуновением ветра. Покинув комнату милой, я принялся делать зарядку, а потом включил холодный душ.

«Лепота!»

После этого я разбудил друга, используя для этого новую белочку, она была слегка крупнее прошлой. На моём лице сияла улыбка, пока выражение Петра сначала показывало недоумение с лёгким испугом, а потом сменилось радостью от нового товарища для бесед под градусом.

Спустя полчаса весь наш отряд собрался в столовой за одним столом. На завтрак сегодня была манная каша с изюмом и грецким орехом, а также тост с сыром. Запивал я всё это молоком, а на моём лице появилась улыбка. Вкусная еда в любое время и в любом мире согревает сердце и радует душу, особенно, если у тебя есть с кем разделить трапезу.

После завтрака Пётр, Виктор и Михалыч отправились разносить по городу слухи и дурные предзнаменования. Виола осталась у себя в комнате заниматься своими делами, а я поднялся к себе в номер и достал тетрадь.

***

Рассветное солнце ярко светило мне в лицо, а прохладный ветер развевал мои отросшие волосы, заплетённые в чёрный хвост.

В воздухе раздавался скрип деревянных колёс и изредка мелодичное ржание тройки лошадей.

Я вместе ещё с двумя попутчиками направлялся в сторону Ангуиса.

Слева от меня сидел взмыленный мужчина с небольшим пузом и в очках. На его лысеющей голове виднелись рыжие волосы, а на крупном теле свободно висела синяя мантия со звёздами. Это был один из Ордена мудрости, одной из четырёх башен магии в Империи.

Маги оттуда обычно не владеют боевым волшебством, но зато очень хорошо разбираются в рунах и защитных чарах.

Напротив меня сидел высокий, метра два с небольшим ростом, мужчина. Черты его лица были похожи на ястребиные, а венец из косматых чёрных волос и бакенбард добавлял ему звериные черты.

На его тощем теле виднелась серебряная кольчуга, поверх которой была одета белая накидка с изображением золотой раскрытой книги. От её страниц как будто исходило священное сияние, а рисунок был выткан настолько искусно, что на раскрытых страницах можно было прочитать священные заповеди. На поясе у косматого мужчины висел длинный меч и книга в золотой окантовке с сакральным символом солнца на обложке.

Это был инквизитор единственной пережившей вторжения демонов церкви. Религии священного солнца, разогнавшего истинную тьму и создавшего своими лучами этот мир.

Он всё время пытался отвести взгляд в сторону, чтобы не смотреть на презренную помесь человека и демона.

Я горько усмехнулся.

– Прекрасная сегодня погодка! – Воскликнул маг по имени Мирослав, вытирая пот со лба. Я улыбнулся его дружелюбности и разговорчивости. Мой спутник пытался в третий раз разбавить гнетущую атмосферу.

Он представился сразу при нашей встрече, заодно это было единственным моментом, когда инквизитор заговорил со мной, назвав своё имя. Олаф.

– Пожалуй. – С лёгкой улыбкой ответил я, а инквизитор промолчал. Разговор в который раз сам собой захлебнулся, и мы всё также продолжили ехать в тишине.

Я подставил своё лицо встречному ветру и ласковым солнечным лучам, наслаждаясь последними мгновениями покоя. До Ангуиса оставалось часа три пути.

***

Ворота главной крепости стали виднеться в дали, а огромная каменная стена, метров сорок в высоту, нависала над горной равниной.

Наша повозка въехала в Ангуис. Вокруг всюду сновали люди в преддверии грядущей битвы.

После того как я сошёл с повозки и попрощался со своими попутчиками, то отправился отчитаться о прибытие перед старшим из своего ордена, перед заместителем главы, его правой рукой, отцом Дрейком.

Он был бывшим священником Повелителя Бурь и Штормов. Эта церковь пала в начале воины, после того как демоны выпустили своих тварей в океан и убили главного апостола бога, морского дракона. Правда, тогда погиб прошлый Владыка Чревоугодия и если бы люди успели объединиться, то океаны бы всё ещё были за нами.

После этого Дрейк, поняв, что отомстить своими человеческими силами не сможет, вступил в наш орден и своим потом и кровью дорос до позиции заместителя главы.

Как мне известно он был пользователем демонических рун, и хотя я не видел его в бою, но слышал, что где ступает он то там ступает море, чтобы это не значило.

Передо мной отворилась крепкая дубовая дверь, и я зашёл внутрь просторной комнаты.

На полу был ковёр из красного бархата, а стены выкрашены в нежный бежевый цвет. За большим столом из эбонитового дерева сидел задумчивый мужчина лет пятидесяти на вид. На нём был чёрный балахон с вышивкой лазурных волн.

Члены Ордена охотников на демонов были свободны в вероисповедании.

Дрейк поднял свои пронзительные яркие сапфировые глаза, отрывая взгляд от карты боевых действий, разложенной на столе. С его головы свисали длинные чёрные волосы, придавая ему слегка неопрятный дикий вид.

Роль охотников на демонов в этой войне заключалась в поиске и устранение сильных противников, а также в разведке. Поэтому наш Орден выступал в роли независимого боевого крыла, имеющего свои собственные задачи.

– Приветствую вас, отец Дрейк. – Произнёс я, поклонившись. В ответ он мне кивнул, улыбнувшись как старому приятелю.

Хотя в нашем Ордене мы все считали друг друга братьями и сёстрами, но на войне нужно было соблюдать субординацию. Ведь Ангуис сейчас был осаждён. Несмотря на то, что основные боевые столкновения ещё не начались.

По данным разведки демоны готовили свои орудия, а следил за этим сам Владыка Алчности, поэтому уничтожить их не было возможным.

Архимаги Империи изучили чертежи, но за такой короткий срок смогли только слегка подправить защиту крепости, убрав самые опасные слабости. По их словам, это должно уменьшить эффективность демонических пушек на сорок процентов. Так что мои братья не погибли напрасно.

При мысли о наставнике моих губ коснулась грустная улыбка, а при воспоминании о Владыке Гнева в голове пронеслась лишь одна мысль: «Убью».

– Ты же знаешь для чего Магистр отправил тебя ко мне? – Скрестив руки перед лицом, произнёс Дрейк.

– Да. – Кивнул я, глядя ему прямо в глаза, а улыбка на устах правой руки Магистра нашего Ордена стала шире.

– Тогда пойдём! – Весело произнёс Дрейк и, слегка потянувшись, добавил:

– Как хорошо, что я уже закончил с делами. Не хочешь рома?

Я отрицательно мотнул головой, а он, приняв мой отказ, приложился прямо к бутылке, стоящей у него на столе.

– Эх! Хороша эта жизнь! – Сказал он, сначала достав, а потом сделав крепкую затяжку из своей серебряной трубки.

После этого мы отправились в тренировочный зал.

Это было широкое просторное место – переоборудованные бывшие подземные казематы.

На крепких каменных стенах виднелись плотные ряды рун, светившиеся тусклым лазурным светом.

– Магистр сказал мне, что ты у нас одарённый парень, наделённый невероятной силой! – Произнёс Дрейк, улыбаясь. Было непонятно смеётся он или говорит всерьёз.

– Но, как и любому одарённому таланту из нашего Ордена тебе надо научиться контролировать свою силу. – Сказал он уже без улыбки, а я в ответ кивнул. Именно для этого я был здесь. Только став сильнее, я смогу отомстить за наставника и закончить эту двухсотлетнюю войну.

– Тогда начнём. Попробуй вызвать свой гнев и обуздать его, а я буду твоим противником. – Произнёс Дрейк и, сделав глубокую затяжку, быстро создал демоническую руну.

Я метнулся в сторону, стараясь выйти из зоны удара и одновременно вызвать свой гнев.

Я представил, что на месте заместителя Магистра стоит убийца моего мастера. В глубине меня стала шевелится знакомая эмоция.

Руна, напитанная демонической силой, засветилась тёмно-синим пламенем, и спустя мгновение из неё в мою сторону хлынула мутная волна.

Я попытался отскочить, но не успел. Как только вода коснулась моих ног, тело как будто налилось свинцом, а потом волна ударила меня в лицо, закрытое руками. Меня отнесло в сторону, а потом с силой приложило о стену.

Спустя секунду мутная вода отступила, а я судорожно вдыхал ртом воздух. Как хорошо, что я вовремя закрыл лицо и не нахлебался этой жидкости. Мои ноги всё ещё были деревянными.

– И это всё чему тебя научил Мастер? Видимо подрастерял хватку старик. – С насмешкой произнёс мне Дрейк, а в моей груди заклокотал гнев.

«Не позволю оскорблять моего мастера!»

– Убью… – Вырвалось из моего рта, а моё тело полыхнуло чёрным пламенем. Образ Владыки Гнева наложился на Дрейка.

Туман стал застилать мои глаза, а Дрейк был для меня как красная тряпка для быка.

Я рванул к нему, а мой объятый чёрным пламенем меч устремился к горлу заместителя Магистра Ордена.

Дрейк слегка усмехнулся, а потом махнул рукой.

Сложная демоническая руна засветилась тёмно-синим светом, а спустя мгновенье мои ноги провалились вниз, погружаясь под воду. Я рухнул во вдруг появившийся пруд.

– Гнев предсказуем, Илай, а холодная ярость нет.

Вода забрала меня в свою пучину. Чёрное пламя частично обращало её в пар, но вокруг было ещё слишком много.

Я задыхался и вот-вот должен был открыть рот, чтобы мутная вода заполнила его.

Эта мысль подействовала на меня отрезвляюще и гнев стал постепенно сменяться холодной яростью.

«Рик… Пожалуйста стань моим сердцем». – Мысленно произнёс я.

«А я думал не попросишь». – Раздалось в моей голове, а спустя мгновенье мой гнев окончательно остыл.

По словам Рика для вмешательства в моё сознание ему обычно нужно разрешение, будь то мысленная просьба или просто намерение. В тот раз он смог поглотить мой гнев, лишь потому что мой разум находился в ослабленном состояние. А я хочу брать свою ярость под контроль до трагических ситуаций, а не после.

Я расправил под водой свои крылья, как будто налитые свинцом, и создал простенькую демоническую руну пламени под собой.

Спустя мгновенье она засияла чёрным светом, а вода вокруг стала стремительно нагреваться и подниматься вверх. Используя свои чёрные крылья как планер, я взмыл вверх на горячем потоке жидкости.

– Поздравляю! – После громкого всплеска раздались аплодисменты Дрейка. Потом он щёлкнул пальцами и рукотворное озерцо исчезло, став каменной кладкой тренировочного зала.

– А теперь главное, отмени свою боевую форму. – Произнёс заместитель главы Ордена.

Я сел на пол в позе лотоса и стал погружаться внутрь себя. В прошлый раз я вышел из боевой формы, от усталости потеряв сознание, что в бою недопустимо.

«Это твой гнев, поэтому я не смогу его полностью поглотить». – Произнёс мой вечный спутник.

Я глубоко вдохнул и нырнул внутрь себя.

Вокруг меня оказалось чёрное море, а его поверхность горела. У этого пламени были десятки очагов разного размера.

Какие-то представляли из себя мелкие неудачи на заданиях, а другие смерти моих братьев, произошедшие из-за моей слабости. В центре горел костёр с воспоминаниями о последних мгновениях жизни моего Мастера.

Я вздохнул и коснулся этого костра.

Моё сердце переполнила жгучая злоба и ярость, а из глаз потекли чёрные слёзы. Боль от потери того, кого я считал своим отцом вонзилась раскалённым прутом прямо в сердце.

Я закричал.

Не знаю сколько это длилось, для меня мгновенья слились в вечность. Вечность, которую хотелось бы забыть… Но я не мог. По крайней мере пока не отомщу той твари!

Я открыл глаза и оказался в тренировочном зале, рядом со мной стоял Дрейк, протягивая стеклянный стакан с ромом. По моему телу струился холодный пот. Я нахмурился, но отказываться не стал.

Мы чокнулись, а потом я сделал глоток. Забористая огненная жидкость попала мне в желудок, и растеклась теплом по телу.

– Хороший напиток. – Произнёс я, а Дрейк кивнул, припадая уже прямо к бутылке.

– Прошло десять секунд. – Любезно произнёс заместитель нашего Магистра, видимо прочитав немой вопрос в моих глазах.

После этого тренировки повторялись каждый день, и через пять я уже мог почти сразу взять себя в руки. Гнев по отношению к одному из Владык Инферно постепенно сменялся холодной ненавистью и яростью.

Я этому, пожалуй, был рад. Ведь месть – это блюдо, которое надо подавать холодным, а насладится им можно всего один раз.

Да, некоторые говорят, что после мести в груди остаётся лишь пустота, но, по-моему, пустота гораздо лучше, чем боль от осознания того, что тварь, убившая твоего отца, всё ещё жива.

Тренировки продолжались в течение недели, а на восьмой день я проснулся от боевого горна…

***

Я сладко потянулся, поставив точку и отложив перо в сторону. Взглянув на свои часы, с грустью вздохнул.

«Опять пропустил обед!»

Мои золотые карманные часы показывали пять часов. Когда я пишу о прошлом, то слишком увлекаюсь своими воспоминаниями.

Эх! Золотая пора юности! Правда, сомневаюсь, что юноши этого мира прошли через то, что прошёл я. На моих губах заиграла улыбка, а потом я заразительно рассмеялся.

Константин, сидящий в это время на подоконнике, как-то странно посмотрел на меня и от этого мне стало ещё смешнее.

«Хорошо быть живым и не в Инферно». – Подумал я.

«Да… Живым быть хорошо! Правда, в Иферно забавнее!» – Усмехнулся Рик.

«Что весело наблюдать как меня пытаются прикончить?» – Спросил я друга.

«Отчасти… Скорее забавно смотреть, как это у них не получается и что они придумают ещё». – Произнёс в моей голове Рик.

«А то, что я весь день там как на иголках?» – Уточнил я у своего вечного спутника.

«Ну… Так ты же сам ради человечества туда полез!» – Воскликнул Рик, а я лишь тяжело вздохнул.

«И то правда».

Глава 15. Шоу начинается

На ужин наш отряд собрался в столовой, а главным блюдом сегодня было кари. Оно вышло очень пряным, а кусочки мяса с соусом прямо таяли во рту. Запивал я эту вкуснотищу чёрным чаем с ломтиком лимона. А Пётр, как всегда, вином. Виктор с Михалычем пили кофе, а Виола зелёный чай, являющийся её любимым напитком.

Принцесса ела изящно, как и подобает королевской особе, но во время еды у неё появлялись ямочки на щеках и слегка надувались щёки, делая её похожей на хомячка.

Я на несколько секунд засмотрелся.

Виола повернулась в мою сторону и спросила взглядом, что такое?

– Просто когда ты ешь, то очень милая. – Ответил я от всего сердца, а Принцесса, слегка смутившись, отвернулась.

После того, как официантка ушла, мы принялись обсуждать результаты и дальнейшие планы. Ведь из семи дней прошло уже два.

Я улыбнулся. На завтра у меня была запланирована одна задумка. Осталось только подобрать ещё одного актёра.

«Михалыч не подойдёт – слишком молчаливый. Виктор… слишком малоэмоциональный. Виола – Принцесса. Пётр… Да! Пётр, идеальный вариант».

Пока я размышлял над завтрашним днём, за столом начался разговор.

– Как успехи с распространением слухов? – Спросила Виола.

– Я поговорил примерно с пятьюдесятью людьми… – Пётр на несколько секунд задумался, а потом продолжил. – Учитывая коллег по работе, друзей, знакомых и родственников, а также то, что некоторые из них были особенно болтливы, к завтрашнему дню о слухах должно будет знать несколько сотен людей.

Пётр сделал глубокий глоток из бокала с вином. Виола сначала восхитилась такой эффективности, но потом поняла, что такими темпами половину города с населением в десять тысяч человек не охватить. На её лице появилось хмурое выражение.

– Да, видел на городской площади несколько десятков булыжников. – Кивнул Виктор, признавая усилия Петра.

– Дурные знамения… – На его лице появилось выражение лёгкого сомнения.

– Дело в том, что в этом городе и так довольно много легенд и историй, одна краше другой. Видимо местные любят страшилки. Например, я слышал, что если поздно ночью подойти к Туманному озеру и трижды прокричать своё имя, то на следующий день прийдёт призрак плачущей девы, утонувший там десять лет назад, и заберёт твою жизнь. – Виктор сделал глоток горького кофе, смачивая горло, после чего продолжил.

– Так что различные дурные предзнаменования, которые мы с Михалычем создали, легли на благодатную почву, но проблема в том, что они могут пойти на благо не нашим слухам, а чужим. – Виктор сделал второй глоток.

– Я планирую завтра, поговорить на тему слухов с графом. – Произнесла Виола, а я задумчиво кивнул.

«Просто идеально!»

– А стражники не пытались убрать булыжники с центральной площади? – С любопытством спросил я у Виктора. Хотя для победы в игре и не обязательно, чтобы камни оставались на мостовой, но если на главной площади будет башня из булыжников, то это благоприятно скажется на вере в слухи.

– Кстати да… Я видел то, что камни, положенные с утра, к вечеру почему-то не убрали. – Виктор задумался, а Михалыч что-то показал ему с помощью языка жестов. – Да, Михалыч прав, один из тех, кто сегодня утром строил основу башни из булыжников был одет в форму капитана городской стражи…

– Ага! Стефан Джонсон, хороший мужик, душевный… – Со вздохом произнёс Пётр, после чего приложился к бутылке алкоголя вместо бокала.

– То есть ты споил капитана городской стражи? – С удивлением и улыбкой я спросил своего друга.

– Почему сразу споил! – Возмутился он.

– Просто он оказался тоже ценителем вина… Ик-к! – Ещё глоток, а нос Петра уже слегка покраснел.

– Вот мы и поболтали с ним по-дружески. Он пожаловался на балбесов подчинённых и на то, что в этом городе ему практически нечего делать. Ведь преступников нет. Я же рассказал ему о дивных слухах. Мол, что как я приехал в ваш город так меня стало преследовать несчастье, то голова с утра болит, то выпивка таинственным образом кончается. Вот я и решил положить булыжник из кучи за стенами, появившейся недавно, на городскую площадь, потому что один очень мудрый человек однажды сказал мне, что таким образом можно избавиться от проклятья несчастья, а если этого не сделать то, оно лишь станет сильнее и может быть, ты даже умрёшь. А башня, построенная из таких камней, защитит жителей всего города от несчастья. – Закончил свой рассказ Пётр.

– И он тебе поверил? – Спросила Виола.

– Ага. – Кивнул мой друг. – Сказал, что ему как раз вчера стали мерещиться странные тени, а потом вечером пришёл и сообщил, что как только положил камень на городскую площадь в фундамент башни, то ему сразу полегчало как будто и правда проклятье упало с плеч.

Я вопросительно взглянул на Виктора с Михалычем.

В ответ они переглянулись, а потом произнесли:

– Да, может тени, которые он видел это наших рук дело, хотя не точно, город здесь немаленький, но вот за чувство облегчения от снятия проклятия ответственны не мы.

– Значит скорее всего это воздействие домена Андерсона. – Задумчиво сказал я.

– Ага… Только любопытно, такое его воздействие заметно всем или только таким сильным людям как капитан городской стражи. – Добавила Виола. Начальник городского порядка этого города был воином пятого уровня.

– Узнаю… – Произнёс Пётр, после чего сделал очередной глоток. На столе уже валялась пустая бутылка.

После этого разговор сам собой закончился, и мы решили разойтись по комнатам.

Перед сном я навестил своего друга.

Когда я вошёл в его комнату, то увидел красивый мужественный силуэт на подоконнике с бокалом красной жидкости в руке. После того как дверь захлопнулась за мной, Пётр обернулся.

– Приветствую тебя, о ночная супермодель с бокалом вина. – Произнёс я, сделав лёгкий поклон.

– Да иди ты. – Беззлобно произнёс мой друг и слез с окна. Я улыбнулся.

– Если что ты сейчас серьёзно выглядел очень романтично. Увидь тебя Анжелика, то была бы поражена с одного взгляда. – Серьёзно сказал я, а Пётр кивнул, принимая похвалу.

– Зачем пришёл? – Со слегка замутнённым взглядом произнёс мой друг.

Я присел на застеленную кровать и взглянул на Петю, сидящего на подоконнике перед окном.

– Я хочу завтра устроить одно представление. Ты в деле? – Мои губы посетила озорная улыбка. Взгляд моего друга мгновенно протрезвел, а сам он задумался.

– Будет весело? – Спросил он.

– Очень! – Воскликнул я, а спустя секунду на его лице появилась такая же озорная улыбка.

Стоит упомянуть, что за одну половину детских проказ был ответственен я, а за другую мой друг. Правда, миссии, которыми он занимался, зачастую проваливались, и мама его отчитывала, а вот из приключений, за которые в ответе был я, мы зачастую выходили сухими из воды. Возможно, как раз таки из-за похожих озорных характеров, у которых постоянно шило в заднице, мы так с Петром и сблизились. Ведь если семьи дружат – это отнюдь не значит, что их дети будут продолжать традицию.

– Хорошо! – Радостно произнёс мой друг.

– Тогда будь готов к завтрашнему вечеру. Находись где-то в полу кондиции, только без запаха перегара. – Мой друг кивнул, а я скрепил наши завтрашние планы рукопожатиям.

«Надо будет подготовить маски».

***

В столовой одного из многочисленных домов города Десидия за столом собралась семья. Муж, жена и дочь.

– Знаешь, я тут на работе слышал один слух… Что можно взять один из камней, лежащий в куче за городом, и положить его в основание башни на городской площади и все несчастья вдруг уйдут. Несколько моих коллег попробовали и сказали, что помогло… – Задумчиво сказал мужчина своей жене, а пятилетняя дочь слушала, навострив уши.

– Можно попробовать, а то я с утра видела какие-то странные тени, а потом надо мной пролетело несколько воронов, хотя раньше их не было… – Жена взглянула на своего мужа. – Кстати, а разве за городом несколько дней назад была куча камней?

И в комнате сидело уже два задумчивых лица, а маленькая пятилетняя девочка поняла, что завтра расскажет своим друзьям.

***

Утро следующего дня встретило меня сильным ветром и карканьем воронов, неизвестно откуда вообще здесь взявшихся.

Я открыл окно нараспашку и вдохнул полной грудью штормовой воздух. Небо было затянуто тучами, и повсюду был разлит запах озона. Я улыбнулся.

«Весь мир приветствует меня и поощряет меня на великие свершения!»

«Интересно, а если бы сейчас был ливень, то ты бы подумал, что погода хочет, чтобы ты остался дома?» – Ехидно поинтересовался Рик.

«Нет. Я бы решил, что дождь нужен, чтобы смыть мою усталость, а ливень, чтобы скрыть мои подвиги. Ведь я не ищу славы». – На полном серьёзе ответил я своему спутнику, а тот почему-то радостно рассмеялся.

«Всё же по утрам ты непробиваемый оптимист!» – Воскликнул он.

«Нет. Просто, те кто жалуются на плохое утро и на плохую погоду, не понимают, что всё может быть гораздо хуже. А так воздух свежий? Свежий. Солнце в небе есть, пусть и за тучами? Есть. И даже постель, в которой я спал, не пыталась меня сожрать. Чем не праздник? Плюс, бурю я по-настоящему люблю» – Ответил я Рику. Есть в свисте ветра, ливни и звуках молнии, что-то волнительное и романтичное.

После утренний зарядки и душа, я вместе со своим другом спустился в столовую. Он сегодня встал пораньше, чтобы пообщаться со своими белочками. Правда, скорее высказаться.

Завтрак состоял сегодня из гречневой каши с кусочками тушёной говядины. На столе специально для Константина по моей просьбе стояла банка мясного паштета. Он ему очень понравился.

После трапезы мы все разошлись по своим делам. Я пошёл на рынок искать маски: улыбающуюся и плачущую. Спустя два часа я смог найти один экземпляр.

Они были сделаны из дерева и покрашены одна в чёрный, другая в белый.

Отдав старику, их продававшему, четыре серебряные монеты, я пошёл обратно в гостиницу.

После сытного обеда из овощного супа с наваристым мясным бульоном, я отправился к себе. К сожалению, на трапезе был не весь наш отряд.

Пётр поделился с нами тем, что большая часть тех, с кем он говорил, видели странные тени с утра и испытывали лёгкое давление, а после того, как положили камень из кучи за городом в основание башни на главной городской площади, то им сразу полегчало. После чего ушёл дальше распространять слухи. Виктор и Михалыч просто не возвращались в гостиницу до ужина.

Как только я поднялся к себе в комнату, то стал наносить на маски руны преломления света, чтобы они создали иллюзию смены внешнего облика. Перестраховка лишней не бывает. Получившийся рисунок при активации вряд ли продержится дольше часа, но и этого хватит.

Магия иллюзий бывает двух типов. Первый, это преломление света, любой маг стихии солнца владеет ею в той или иной степени. Такие иллюзии хороши для обмана зрения, но вот запахи и звуки они не скроют.

Второй, это галлюцинация, основанная на стихии тьмы. Такая иллюзия внушает цели то, что он должен увидеть. Чем реалистичнее галлюцинация, тем больше шансов на успех. Из минусов, против противников с защищённым сознанием или стальной силой воли, она не сработает.

Также есть иллюзии основанные на магии воды, но обычно они похожи скорее на наваждение и мираж. Их довольно легко распознать, поэтому используют такие иллюзии для запугивания, вместе с магией кошмаров.

Оставшееся до ужина время я провёл, ещё раз продумывая свой план в голове.

«Если всё удастся, то завтра граф Десидии сам положит камень в основания башни, а если нет… То, пожалуй, надо будет придумать что-то ещё».

«Эх… Только бы с психотипом Андерсона не просчитаться. Ведь встречался я с ним не так часто, а с времён моей бытности Владыкой Инферно прошло шестнадцать лет. Немного отвык видеть в окружающих второе и третье дно».

***

В просторной столовой графа города Десидия снова собралось множество гостей. В этот раз обстановка была менее торжественной чем в прошлый, а за столом присутствовали только близкие друзья графа. Конечно, узнав о том, что Принцесса Ривенгтола решила задержаться в Десидии, хозяин этих земель не преминул пригласить её на сегодняшний вечер.

Неторопливая беседа звучала за столом, в основном говорили о моде и современном искусстве.

Кто-то из гостей считал, что нынешняя живопись и пьесы не чета образцам старой эпохи и что Десидия раньше была лучше. В те времена не было столько приезжих, а пьесы, созданные в этом городе, ставили в самой столице Священной Империи, в Иллиции.

Другие считали, что современное искусство идеально отображает упадок этой эпохи, а не так популярно оно из-за более приземлённых развлечений, в которых нет души, пропагандируемых церковью Либерум Арбитриум. А то, что Десидия стала туристическим городом не плохо, потому что, во-первых, это приносит солидный доход, а, во-вторых, знакомство с новыми людьми способствует творческому вдохновению.

С последним высказыванием согласился и граф, и все остальные его гости. Потом один из городских чиновников зачитал своё стихотворение, о розах увядающих в тумане. Посвятил он его сегодняшней гостье, Виоле. Видимо впечатлённый её красотой. Он хотел что-то сказать ещё, наверняка трогательное и романтичное, но получив тычок локтем под рёбра от своей ненаглядной супруги умолк. А после, заметив её суровый взгляд, быстро переобулся и сказал, что розы, о которых был стих, это его прекрасная супруга.

Неспешная беседа длилась после этого случая ещё полчаса, после чего Виола решила взять слово.

Она изящно поднесла бокал с вином к губам, после чего сделала глоток и произнесла:

– Граф, пока я гостила в Десидии, то услышала странный слух. Некоторые жители вашего города испытывали необычный недуг, у них портилось настроение, а с рассветом они видели неестественные тени. После того, как они отнесли камень из кучи за городом на главную городскую площадь, то им сразу полегчало.

Как только в столовой зазвучал её голос все умолкли. Он у неё был мягкий плавный, а тон не был громким, но несмотря на это в нём чувствовалась сила императорской крови. Его хотелось слушать и внимать на инстинктивном уровне.

Виола сделала ещё один глоток и задумчиво добавила:

– Некоторые, из знакомых моих товарищей вообще сказали, что как будто избавились от угрозы неминуемой смерти. Может быть тут замешена чёрная магия?

После вопроса Виолы в зале наступила тишина, а потом начались перешёптывание.

– Чёрная магия! – Вскрикнула жена городского чиновника, которой недавно посвятили стих.

В этом мире магия тьмы и проклятия, связанные с ней, отнюдь не редкость.

– Знаете, а я ведь тоже видел сегодня с утра странные тени, и давление… Сначала я подумал, что это опять поднялся туман и в городе стало душно, но может быть это… – Раздались перешёптывания.

– Хватит! – Рявкнул граф, ударив кулаком по столу. В столовой мгновенно воцарилась тишина.

– Я сам схожу завтра на площадь и узнаю, что происходит. Если это просто слухи… То боюсь тому, кто их распустил и тем, кто нагло вам соврал Принцессе, сильно не поздоровится.

– Премного вас благодарю, граф. – Произнесла с лёгкой улыбкой Виола.

«Надеюсь Пётр не попадётся». – Подумала она.

«Виктор с Михалычем... Ну, они профессионалы своего дела»

***

На ужине собрались все за исключением Виолы.

Главным блюдом была тушёная баранина с грибами, а роль закуски взял на себя простенький, но зато полезный салатик из помидоров, огурцов, майонеза и капусты.

После ужина Михалыч отправился к себе, Виктор в город, а мы с Петром стали готовиться к исполнению моего плана.

Спустя два часа мы стояли напротив особняка графа Десидии, на нас развевались чёрные плащи, подготовленные Петром, а на лицах были зачарованные мной маски.

С лёгким плеском покинула окрестности особняка последняя карета. Её колёса веером разбрызгали воду из лужи, а Рапты тихо взревели, уведомляя ближайшие окрестности о своём присутствие.

Под покровом ночи мы проникли внутрь особняка графа. Руны смены внешнего облика на масках могут не только менять твою внешность, но и работать вместо камуфляжа, особенно если вокруг темнота.

Собак, к радости, граф не использовал, я проверил заранее. Да и охрана у его особняка оказалось довольно посредственной. Наверное, это, потому что Десидия довольно мирный город, и вряд ли кому-то в голову взбредёт проникать в поместье графа.

Да, там довольно много произведений искусства, но основное своё состояние хозяин этого города хранит в Священном банке, а также примерно две трети шедевров, собранных его родом, он пожертвовал городскому музею Десидии. Вот там охрана должна быть, что надо.

Проникнув внутрь особняка, мы с Петром на цыпочках отправились в сторону спальни графа. Так как он был воином пятого ранга, то жизненная и магическая энергия, излучаемые им легко заметны с помощью волшебного зрения. Благодаря ему, мы спокойно добрались до покоев графа, избегая всех ещё не спящих слуг.

В комнате ещё горел свет, а хозяин особняка сидел за рабочим столом и над чем-то думал, уставившись в окно.

***

Граф Герберт раздумывал над причиной возникновения слухов в Десидии, а также над странным чувством беспокойства, поселившимся у него в груди два дня назад.

– Интересно, откуда появилась куча камней за городскими стенами… Кто их туда принёс. – Как обычно, когда он оставался наедине, Герберт озвучивал свои мысли вслух.

Вдруг стремительный поток ветра ударил ему в лицо, а за спиной вежливый мужской голос произнёс:

– Доброго вам времени суток, граф Герберт.

Когда хозяин особняка неожиданно обернулся, перед ним предстала странная картина.

Из мрака коридора неторопливо выходили два тёмных мужских силуэта в масках. У одного из них она была белой и улыбающейся, а у второго чёрной и плачущей белыми слезами.

Два ночных гостя были одеты в строгие чёрные костюмы с галстуками красного цвета. Тот который был в белой маске обладал большим ростом, а тот который в чёрной был наоборот пониже и формой своей похож на сферу.

– Кто вы?! – Испуганно воскликнул граф. Пусть он уже давно не держал в руках меч, но его чувство опасности взвыло, как при встрече с противником гораздо сильнее его.

– Мы… Мы просто ночные гости и хотели бы сыграть с вами в небольшую игру. – Задумчиво произнёс мужчина в улыбающейся маске, а человек в чёрной согласно закивал.

– Игру? – Голос графа был наполнен смятением.

– Да! Нам с моим товарищем интересно проверить вашу проницательность! – Голос мужчины в белой маске вдруг стал жизнерадостном, а лицо хозяина особняка нахмурилось.

– Целый граф города искусств Десидии должен обладать прозорливым умом, чтобы отличить пустышку от шедевра! Не так ли? – Слегка склонив голову на бок, спросил улыбающийся мужчина. Граф согласно закивал.

Ведь хозяин этого особняка отделяет зёрна от плевел и отправляет их на выставки в столицу. Поэтому граф Десидии не может быть не проницательным, иначе позор всему их роду, древних ценителей искусства.

– Замечательно! – Воскликнул человек в белой маске, а мужчина в чёрной радостно запрыгал на месте.

– Кстати, забыл вам представиться! Я помощник номер один, а это помощник номер два! – Взмах рукой в сторону мужчины в чёрном. – Мы проводим эксперименты… Скажем так не достойные прямого вмешательства нашего господина!

После этих слов лицо графа стало на несколько секунд задумчивым, а потом на него резко снизошло озарение, после чего последовал животный страх.

– Вы помощники Владыки Кошмаров? – С дрожью в голосе спросил граф Герберт. В ответ человек в белой маске загадочно промолчал.

– Правила игры просты! Вы либо должны завтра положить камень на площадь в основание башни, либо наоборот его не класть! – Голос улыбающегося мужчины лучился позитивом.

– Если вы ошибётесь и сделаете выбор не достойный рода Герберта, то будете наказаны и скорее всего умрёте… – Печально произнёс человек в чёрной маске, а по его щеке скатилась одинокая мужская слеза.

– Прощайте, уважаемый граф Герберт! – С этими словами два ночных гостя отвесили глубокий поклон, после чего растворились во тьме.

Спустя секунду ставни окна резко распахнулись и ветер, пахнущий грозой, пронёсся по спальне графа. В это же мгновение дверь в комнату тихо закрылась.

«Какие странные ночные гости…» – Подумал граф.

«Класть камень или не класть? Если я его положу, то поощрю строительство каменной башни на главной площади… А если нет, то не поддержу жителей города в распространение слухов». – Хозяин особняка подошёл к окну и вдохнул полной грудью ночной воздух.

«Хотя каменные башни и можно отнести к древнему зодчеству, но назвать искусством построенное из-за слухов здание… Нет как потомок рода Гербертов я не могу этого сделать».

Когда граф уверился в том, что ему следует делать завтра с утра, его голову посетила ещё одна мысль.

– Постойте, каменной кучи за городом до этого не было. Раньше я думал, что её принесли рабочие люди, но ведь граждане этого города не за что не будут тратить время на что-то настолько бессмысленное. Значит камни туда принесли помощники Владыки Кошмаров! – Воскликнул граф.

«Или даже он сам…» – Не решился произнести в слух хозяин особняка.

«Тогда, что, если в распространение слухов замешен он? Неужели вся Десидия стала его игровой площадкой?» – Граф Герберт нахмурился.

«Получается от моего решения будет зависеть не только моя жизнь, но и возможно жизни граждан моего родного города… Тогда Принцесса Ривенгтола сказала, что люди видели с утра странные пугающие тени, а ещё чувство давления…» – Он захотел вновь начать размышлять в слух по привычке, но тут же заткнул себе руками рот. Побоялся, что его услышат.

«А ещё моё чувство тревоги… Если предположить, что жители всего города стали участниками Его игры, то всё это объяснимо. Вроде бы граждане Десидии, которые положили камень на главную площадь города, почувствовали облегчение, как будто избежали неминуемой гибели. Но тогда причём здесь вообще искусство?!» – Граф начал стучать себе по лбу пальцем, а потом его настигло озарение.

«Точно слухи!» – Хозяин особняка победно вскинул руку в воздух.

«Ведь разного рода страшилки и легенды о проклятиях, издавна считались частью фольклора Десидии! А что можно считать шедевром, если не страшилку, основанную на реальных фактах, и возможно даже воплощающуюся в жизнь!» – Лицо хозяина особняка наполнилось радостью, как у ребёнка, нашедшего ответ на сложную задачу.

– Да, как потомок рода Гербертов, нет, как граф этого города и Почётный оценщик искусства (Люди с этим титулом могут давать художественным произведениям звёзды) я должен поддержать создание такой прекрасной легенды о проклятье и благословление! – Радостно воскликнул граф Герберт.

***

После маленького шоу мы покинули особняк и направились в гостиницу Серый Рассвет.

«Интересно как Он отреагирует?»

***

-Хахаха!!! – Лёжа на полу во весь голос хохотал мужчина в плачущей и одновременно смеющейся маске.

– Мои помощники! Они представились моими помощниками! – Он вытер чёрной перчаткой проступившую слезу, а потом снова засмеялся во весь голос.

– Да. Правила они не нарушили. Ведь ни об игре, ни о самих её правилах они не сказали… Проверка проницательности надо же, довольно интересная идея, может быть, позже попробую… – Задумчиво произнёс Андерсон, а где-то в это же время кто-то чихнул.

– Как же раздражает… – Мужчина в маске глубоко вздохнул.

– Я ведь мог наказать его за то, что они представились моими помощниками! Но не сделаю этого, потому что настоящий фокусник не будет наказывать за блестяще выполненный трюк, а лишь молча похлопает или отвесит поклон в знак уважения. – Серьёзно произнёс Андерсон.

– Либо он полностью отбитый псих, либо гений, понявший мой психотип за несколько встреч. Либо всё разом… Кто же ты такой Илай? – Тихо произнёс Владыка Кошмаров, взглянув сквозь окно на ночное небо, затянутое грозовыми тучами.

Глава 16. Последствия и осада

Следующее утро встретило меня ласковыми солнечными лучами. На улице пахло прошедшим дождём.

После вкусного завтрака из овсянки со сгущёнкой и бутербродов с колбасой, мои товарищи снова разошлись по своим делам, а мы с Виолой решили отправиться к берегу Туманного озера полюбоваться открывающимся оттуда видом.

Прогулка выдалась прекрасной. Ветер нежно дул мне в лицо, солнце освещало улицы города, а волосы Виолы сияли под его лучами. Когда мы посещали новую пекарню и брали там какую-нибудь вкусность, на лице милой появлялась такая искрения улыбка, что мне сразу становилось тепло на душе.

Когда мы дошли до берега, мои часы показывали одиннадцать.

Перед нами предстала удивительная картина, освящённая солнечными лучами.

Огромные толстые столбы пара, в количестве пяти штук, не тянулись в сторону неба, пытаясь его схватить, как в прошлый раз, а наоборот их вершины медленно двигались в сторону Десидии. Гигант как будто хотел забрать этот город со всеми его жителями себе.

«Потрясающее зрелище!»

Хотя я и понимал, что пальцы это просто столбы пара и движутся они из-за ветра, но даже несмотря на это картина подавляла и пробирала до самой глубины души.

«Знаешь… А в нашем мире возможно когда-то существовали гиганты с такими же пальцами». – Задумчиво произнёс Рик.

«Ты о первородных?» – Уточнил я у него.

«Ага» – Мысленно кивнул мой спутник.

В моём прошлом мире легенда о его создании сильно отличалась от этого.

В старинных преданиях говорилось, что мир создал древний титан, разделив себя на части. Тело стало землёй, кровь – водой, сердце – солнцем, дыхание – воздухом, а его мана – раскалённой магмой, кровью планеты. Также в некоторых древних легендах говорится, что его разум стал тьмой. Ведь вся магия снов и ментала относится к этой стихии.

Первородные титаны – это маленькие частички основного тела, их задачей был контроль погодных условий, создание жизни, а также наделение получившихся существ маной. Можно сказать, они были древними зодчими моего прошлого мира.

Несмотря на то, что открывшаяся перед нами картина вызывала дрожь, Виола улыбалась, прямо, как и я.

«Интересно может быть мы были созданы друг для друга?» – Подумал я.

«А может вы просто два отважных психа!» – Предложил свою версию Рик.

«Тоже вариант». – Легко согласился я. Ведь если нам хорошо друг с другом, то какая разница, от провидения это или от нашего собственного безумия.

На обед мы решили не возвращаться в гостиницу, а поесть в кафе с террасой. Там подавали отличный рыбный суп со сливками.

***

На главной площади собралось множество зевак, а по направлению к основанию башни, состоящему из двух сотен камней, двигался граф Герберт. В руках у него был булыжник.

В абсолютной тишине он подошёл к башне и, встав в её центр, положил камень.

Его лицо вдруг посетило выражение облегчения, как будто с плеч упал тяжёлый груз. Граф выпрямился и расправил плечи после чего произнёс:

– Реально чудо!

***

После сытной трапезы, мы сделали широкий крюк, решив сходить в музей Искусств Десидии, затем вернулись в гостиницу.

За этот день я увидел множество прекрасных картин, и пробирающее до глубины души Туманное озеро, и прекрасное лицо улыбающейся Виолы с развевающимися на ветру серебряными волосами, и картинная галерея Десидии с мрачными и драматичными шедеврами прошлого и настоящего. Не зря этот город называют родиной драмы.

Когда мы вернулись в Серый Рассвет, мои часы показывали шесть часов. До ужина оставался ещё час, поэтому мы разошлись по своим комнатам.

Я решил заняться тренировкой и размять свои мышцы.

Как только капли холодной воды упали мне на спину, я сладостно потянулся.

«Лепота!»

Спустя час весь наш отряд собрался в столовой, а после того, как официантка принесла поднос с едой, мы принялись за трапезу. Главным блюдом был сегодня румяный пирог с капустой, а на десерт песочное печенье. Для Константина на отдельном блюде лежал говяжий стейк.

После еды за столом начался разговор.

– Сегодня на площадь с булыжником пришёл граф и положил камень в основание башни. – Спокойно произнёс Виктор.

У Виолы появилось радостное выражение лица, а мы с Петром молча улыбнулись, как дети чья маленькая шалость удалась и осталась незамеченной.

– Да, я тоже слышал об этом слухи в тавернах. Наверное, после этого количество людей, участвующих в строительстве башни, должно увеличиться в разы! – Воскликнул мой друг, а Виктор согласно кивнул.

– Видимо старания нашей Принцессы окупились. – С улыбкой произнёс я.

После моих слов Виола на несколько секунд задумалась, а потом с сомнением произнесла:

– Наверное, да. Но вряд ли только мои слова могли заставить графа самолично поучаствовать в строительстве каменной башни…

– Ну, по любому, давайте выпьем за то, что граф тоже поверил в наши слухи! – Воскликнул Пётр, поднимая кружку с вином. Мы торжественно стукнулись нашими напитками, после чего разговор за столом плавно перетёк в обсуждение искусства этого города, а также его жителей.

Я украдкой подмигнул Петру, на что он радостно улыбнулся. Идеальная шалость, эта та шалость, которая осталась не замеченной для окружающих людей. А то если все узнают о том, кто на самом деле за неё в ответе, то вся таинственность и загадочность случившегося исчезнут в один миг. Тем более у нашего выступления и так наверняка был один знающий зритель.

Благо он вряд ли будет об этом болтать, а то получилось бы как в поговорке, что знают трое, то знают все.

Спустя час после трапезы, Пётр успел заказать ещё кувшин пряного вина, мы отправились по комнатам.

Придя в свой номер, я некоторое время полюбовался на небо, затянутое грозовыми тучами, после чего лёг спать. А Константин остался сидеть на подоконнике, смотря на молнии, сверкающие в облаках.

***

Следующее утро встретило меня проливным дождём и запахом озона.

После сытного завтрака из гречневой каши с свиными сосисками, мои товарищи отправились по делам. Хотя после вмешательства графа число верящих в слухи людей начало стремительно расти, но перестраховка никогда не бывает лишней.

Пётр, ругаясь сквозь зубы, ступил на мокрую мостовую. После того как он сотворил простенькое плетение, все капли дождя, попадающие на его одежду, стали стремительно испаряться.

Правда, один из минусов этого плетения, что в момент испарения воды пользователь чувствует жар. При разовом испарении жидкости это просто как на несколько секунд войти в сауну, а вот при многократном, тем более под таким ливнем, это как сидеть в ривенгтольской бане в одежде. Ощущения не очень приятные. К радости, мой друг сильный маг огня, поэтому перегрев ему не грозит, а то обычный человек скорее всего заживо сварился бы.

Виктор с Михалычем, надели дождевики и похлюпали по лужам города.

Жаль, что у Петра не было специального плаща. Просто, обычной дождевик скорее всего сгорел бы за несколько минут использования плетения. Да и под таким дождём даже под плащами Виктор и Михалыч слегка промокнут.

Виола осталась у себя в комнате, наверное, читать книгу. Видел у неё на столе несколько популярных нынче исторических романов. Я, поднявшись к себе, достал тетрадь.

***

Когда звуки боевого горна достигли моих ушей, я вскочил со своей кровати и осмотрелся. Моя комната в крепости была небольшой, сродни монашеской келье. У маленького окна стояла тумбочка с цветами, наполняющими помещение успокаивающим ароматом. Для воина главное это глубокий сон, ведь после суровых тренировок телу требуется отдых.

Я взял с тумбочки кувшин с холодной водой и вылил себе на голову, чтобы окончательно проснуться.

После этого я взял в руки меч, лежавший рядом с моей кроватью, и, накинув огнеупорный плащ, вышел наружу.

На моём теле уже была броня охотников на демонов. Снаряжение для нашего брата делается самыми искусными кожевниками и портными Империи, поэтому она очень прочная, а благодаря зачарованиям в ней довольно удобно спать.

На территории крепости тут и там расторопно сновали люди, большая их часть отправлялась на стены или шла к воротам. Я отправился к заместителю Магистра, отцу Дрейку.

Когда я вошёл в его апартаменты, он с тревожным выражением лица вышагивал от одного конца комнаты к другому. На столе лежала карта, на которой были расположены силы противника.

Помимо основных сил демонов там также были изображены проекции двух Владык демонов: Повелителя Алчности и Владычицы Похоти. Они стояли рядом с Ангуисом.

– Почему сейчас? – Повторял вопрос отец Дрейк. Заметив меня, он спросил:

– Как думаешь почему они напали сейчас, пока Владыка Гнева залечивает свои раны?

Я на несколько секунд задумался, а потом произнёс:

– Может из-за жадности?

– Жадности… Да, возможно, Владыка Алчности и был мотивирован этим, но вот Владычица Похоти вряд ли… – Задумчиво произнёс Дрейк.

– Возможно, он попытается зайти с тыла Ангуиса… – Предположил я.

– С тыла? Ну, конечно же с тыла! Я недавно слышал, что в собор Святого Сонца привезли меч гнева, полученный от одного из потомков Владыки Гнева. Надо будет отправить им весточку… – Облегчённо сказал заместитель Магистра. Видимо его мыслительной деятельности был просто нужен толчок со стороны.

Я глубоко вздохнул, наполняя лёгкие воздухом, а потом спросил:

– Куда мне отправляться отец Дрейк?

– Тебе? – Он задумчиво взглянул на меня.

– Пожалуй, просто следуй за мной, а то убьёшься об кого-нибудь ненароком. Ну, а просто наблюдать за битвой с одним из Владык уже будет для тебя испытанием. – Сказал Дрейк, а я в ответ согласно кивнул.

Хотя столкновение с Повелителем Гнева длилось не долго, но даже того короткого промежутка времени мне хватило, чтобы осознать всю опасность нахождения рядом с битвой такого уровня.

– Только слышишь, без особых геройств! Я тебя с собой беру, чтобы ты опыта набирался, а не бесславно сдох. – Сурово произнёс Дрейк, а я ещё раз кивнул.

После этого мы с ним направились к одной из угловых башен. Дрейк создал демоническую руну, а потом на потоке воды взмыл вверх. Я открыл свои чёрные крылья и последовал за ним.

Как только мы оказались на вершине башни, перед нами предстало поле боя.

Массивные демонические пушки с грохотом выпускали свои осквернённые снаряды.

Окутанные ядовито зелёным пламенем шары из зачарованной стали врезались в защитный барьер Ангуиса. И с лёгким шипением распадались на куски, оставляя в нём прорехи, заметные невооружённым глазом.

Внизу шла ожесточённая битва. Полчища демонических существ лезли к стенам, с собой они тащили различные осадные орудия. В основном это были лестницы и ручные тараны.

После того как осадные башни в прошлых вторжениях радостно сжигали огненные маги, устраивая маленький армагеддон, демоны перешли на более дешёвые осадные орудия.

Земля под стенами была залита кровью различных цветов, а также усеяна телами демонических тварей. Особо большие кучи сейчас пылали синим пламенем. Видимо огненные маги или алхимики постарались, чтобы по ним было невозможно залезть на стены.

Всё это создавало яркую сюрреалистичную картину бойни, написанную художником экспрессионистом.

Демонические твари выступали в роли пушечного мяса, чтобы прощупать наши ряды и не дать приблизиться к демоническим орудиям.

Спустя минуту боя вдруг зазвучало церковное песнопение, а спустя секунду, разрывая окутавшие небо тучи, на одну из демонических пушек спустился столб ослепительно яркого и чистого света. Примерно, метров десять в диаметре.

Демоны, попавшие под него, с жуткими криками обращались в пепел, но вокруг демонической пушки и её расчёта образовался барьер насыщенного золотого цвета.

Спустя несколько секунд раздался лёгкий звон монет, слышный по всему полю боя, и луч солнечного света был разорван в клочья. Хор священников прервался, сменившись кровавым кашлем. За стенной засверкали вспышки магии исцеления, но в ближайший час вряд ли те священники будут боеспособны.

Демонические твари, услышав звон монет, как будто обезумили и с удвоенной силой, не обращая внимания на боль рванули к стенам Ангуиса. В их глазах горела жадность.

Тут раздался очередной выстрел демонической пушки и защитный купол крепости с лёгким звоном распался на сотни осколков света.

«Неужели, это и есть снижение эффективности вражеского оружия до шестидесяти процентов? Разве защитный барьер не должен был продержаться ещё несколько часов?»

Демонические воины доменов Похоти и Алчности ринулись в бой с ликующим рёвом, а небо было устлано крылатыми силуэтами. Защитники Ангуиса напряглись.

Я взглянул на Дрейка. Он выглядел уверенно и, я бы сказал, даже расслаблено.

– Знаешь, Илай, благодаря чертежам, добытым твоей группой, верховные Архимаги Империи сделали гораздо больше чем просто укрепление барьера. – Серьёзно произнёс отец Дрейк, а мои глаза расширились от удивления.

Сотни осколков света, оставшиеся от защитного купола, не рассеялись как должны были, а вместо этого стали раскаляться. Спустя секунду они сияли как звёзды на ночном небе. Только окружала их не безграничная чернота космоса, а серые тучи, закрывшие солнце.

Мгновение и сотни маленьких звёзд вспыхнули с удвоенной силой и устремились к крылатым силуэтам.

В воздухе снова раздался звон монет, но было уже поздно… От крылатого воинства осталось меньше трети существ, все остальные обратились в пепел.

Мой взгляд, направленный на отца Дрейка, был наполнен удивлением, и в нём читался немой вопрос: «Как?».

Заметив мой взгляд, правая рука Магистра нашего Ордена произнесла с улыбкой:

– Архимаги столицы сказали, что благодаря чертежам демонических орудий они поняли как с помощью их снарядов перегрузить барьер и направить его мощь в небо в виде расширяющегося кольца. Они там ещё говорили что-то про большое разрушающее воздействие зелёного пламени на магическую матрицу, а также на стихийное искажение формул, которое благодаря закону вероятностей можно направить в нужное русло, но я особо не вникал.

В ответ я задумчиво кивнул.

«Да, если ты знаешь какое воздействие будет оказывать вражеская атака на магическую формулу, а точнее каким образом будет происходить её разрушение, то сможешь изменить формулу барьера так, чтобы он с высокой долей вероятности свернулся как тебе нужно. В данном случае в виде кольцевого взрыва».

«Правда, мне самому едва хватило бы знаний и мозгов, чтобы просчитать, каким образом магическая формула свернётся, не то, что изменить её под данную ситуацию. Не зря они носят звания Архимагов Империи».

Несмотря на огромные потери в воздушных войсках демоны продолжили наступать. Некоторые из них были окутаны розовым туманом, и подгонялись наездницами с кнутами – дамами в кожаных стрингах и бронелифчиках, а также с крыльями, чёрными хвостами за спиной и рогами на голове. Войска Владыки Похоти вступили в бой.

При взгляде на суккубов, у многих слабых волей мужчин появилось очарованное выражение лица. Спустя секунду руны, начертанные на стенах крепости, загорелись золотым светом, и морок спал.

Кровавая битва продолжалась, а войска демонов пытались сломать ворота Ангуиса. Чудовища, на которых восседали суккубы с оглушительным грохотом врезались во врата, а потом обращались в пепел вместе со своими наездницами под вспышки магии огня. Порой вместо них к краеугольному камню этой битвы подступали гигантские демоны с ручными таранами, но и они становились лишь горкой пыли.

С виду ворота Ангуиса оставались такими же, как и до этого, непреступными и крепкими, но руны, укрепляющие их, с каждым ударом становились всё слабее и слабее. Вряд ли они продержаться больше часа.

Отец Дрейк казалось, будто бы вообще не обращал на это внимания. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль.

Я попытался понять, куда он смотрит. Сначала мой взгляд видел лишь пустынную равнину, где в агонии доживали свои последние мгновения летающие демоны.

Им «повезло» оказаться в прослойке, которая попала под защиту Владыки Алчности, но произошло это слишком поздно. Так что в отличие от своих мгновенно сгоревших собратьев им пришлось ещё помучиться.

Там среди умирающих от ожогов, оставленных святым пламенем, я заметил слабое золотое мерцание, а когда пригляделся, то увидел высокую человекоподобную фигуру.

У этого существа была тёмно-серая кожа, покрытая каменными наростами, на самом туловище красовался огромный живот, покрытый бледно-бежевым покровом с гнойными нарывами. На голове у этого демона были чёрные загнутые вперёд рога, а снизу жёлтых с чёрным вертикальным зрачком глаз красовалась ослепительная белозубая улыбка.

Когда мой взгляд встретился с глазами этого чудовищного существа, то в голове раздался звон монет, а сердце захватила подавляющая жадность.

Я буквально хотел всё! Хотел обладать этой крепостью, хотел обладать единственной в этом мире Империей, хотел обладать роскошью и славой! Все мои самые потаённые желания до этого ютившиеся на подкорке моего мозга выбрались наружу и захватили мой разум. Но спустя секунду у меня промелькнула мысль: «Почему Ангуист не принадлежит мне? Почему Империя не моя?" и наконец: «Почему этот мир не моя собственность?».

У любого другого эти мысли могли бы вызвать помешательство рассудка, начиная от чувства отчаяния и желания покончить с собой, заканчивая алчностью, смешанной с завистью и ведущей к предательству. Но у меня они вызвали лишь одну эмоцию – гнев.

Когда я осознал, что всё в этом мире просто физически не может принадлежать мне, в моём сердце зажглось бушующее чёрное пламя. Оно леденящим потоком ярости и ненависти распространилось по моим венам, дойдя до мозга.

В тот момент, когда на моей голове проросли чёрные демонические рога, а зрачки приняли вертикальную форму и стали похожи на две щели, ведущие в бездну, вся навязанная мне из вне алчность исчезла. Вместо неё мой гнев стала питать ярость на того, кто влез мне в мозги.

– А ты неплох. Довольно быстро оклемался. – Сделал глубокую затяжку отец Дрейк. – Думаю, тогда можно принять приглашение.

После его слов я заметил, что взгляд Владыки Алчности всё это время был направлен на него, по мне он видимо мелькнул ненароком, а может просто из-за любопытства.

Как только в моей голове промелькнула эта мысль, силуэт отца Дрейка превратился в мутную кляксу из морской воды, а спустя мгновенье она впиталась в камень башни, а сам заместитель Магистра оказался в сотне метрах от Ангуиса. Я последовал за ним.

Когда я направлялся к месту будущей дуэли Дрейка и Владыки Алчности, ко мне метнулась крылатая рогатая тварь. Я приготовился разрубить её своим мечом, но в воздухе раздался звон монет, а демон переключился с меня на других защитников крепости.

Видимо Владыка Алчности не хочет, чтобы кто-то посторонний вмешивался в эту битву. Да… Если мне не изменяет память, то после победы над сильным врагом демоны не только поглощают часть его силы, но также это событие служит регалией и своеобразным символом могущества. Поэтому Владыка Алчности не хочет, чтобы его победу другие Владыки могли оспорить из-за вмешательства третьей стороны.

Как только отец Дрейк оказался в пределах двух сотен метров, Владыка Алчности взмахнул рукой, и с неба на заместителя Магистра посыпался дождь из золотых монет. Там, где они касались земли, каменистая горная равнина покрывалась отвратительными гнойными наростами и золотыми язвами. Монеты проклинали землю.

Заметив неладное, отец Дрейк за долю секунды сотворил демоническую руну, и его окутал купол из тёмной морской воды.

Как только проклятое золото коснулось полусферы, то обратилось сотней золотых искр и рассеялось в окружающем пространстве.

Поняв, что его атака стала не эффективной Владыка Алчности вытянул вперёд обе руки и как будто собрался хлопнуть в ладоши, но вдруг резко отскочил на десятки метров назад.

В том месте, где до этого стоял демон, образовалась небольшая лужа, в которой виделась сама морская пучина.

Отступив, Владыка Алчности сделал громогласный хлопок, и в стороны от него понеслась окутанная тьмой золотая волна. Как только она достигла водяного барьера Дрейка, то с треском вонзилась в него. Из появившихся тоненьких щелей наружу хлынула морская мутная вода, а спустя секунду барьер с хлопком разлетелся на части.

Демон зашёлся хохотом, а отвратительные фурункулы на его животе стали омерзительно лопаться. На землю полился гной.

Сначала я не понимал, что он делает, но спустя несколько секунд из проклятой земли стали прорастать отвратительные скрюченные деревья, в кроне которых подобно спелым плодам блестели золотые монеты.

Отойдя от шока, вызванного разрушением барьера, заместитель Магистра начал в спешке готовить демоническую руну.

Казалось, что Дрейк не успевает. Хохот Владыки Алчности становился всё громче и злораднее, а спустя мгновенье золотые монеты с оглушительным звоном посыпались на землю.

Как только они соприкасались с проклятой поверхностью, то подобно бритвенно острым ножам устремлялись к заместителю Магистра. Я понимал, что попросту не успеваю ничего сделать. Всё, что я мог сейчас, это максимально скрыть своё присутствие и попытаться зайти демону в тыл для отчаянного последнего удара.

Рик молчал, понимая всю напряжённость данного момента.

Мгновенье и вот уже золотые монеты вонзаются в плоть отца Дрейка. С противным хлюпающим звуком они погружаются внутрь, а потом вырываются с другой стороны, вместе с кусками плоти.

На лице правой руки Магистра застыло выражение отчаяния и бессилия. Владыка Алчности зашёлся злорадным демоническим хохотом. А я готовился нанести свой возможно последний удар.

«Стоп… отчаяние? Охотник на демонов просто не может испытывать его!» – Эта мысль поразила меня подобно раскату грома.

Насколько бы не была плохой ситуация насколько бы противник напротив тебя не был сильнее, Охотники на демонов – мои братья, никогда не сдадутся и не отчаются. Это то, что нам вдалбливали в первую очередь. Ведь пока ты жив, у тебя всегда есть пусть и иллюзорный, но шанс.

Я остановился и застыл в ожидании.

Золотые монеты продолжали вонзаться в плоть отца Дрейка, разрывая её на куски, а Владыка Алчности хохотал всё сильнее.

Когда от тела правой руки Магистра Ордена Охотников на демонов осталась только половина, силуэт отца Дрейка разлетелся на сотни морских брызг. Демон перестал хохотать, и удивлённо вытаращил глаза, после его лицо накрыло выражение ужаса.

Спустя мгновенье Владыка Алчности зашёлся кровавым кашлем, а сзади него появился расплывчатый силуэт отца Дрейка. Остриё его освящённого меча торчало из груди демона.

Владыка Алчности резко развернулся, из последних сил борясь за свою жизнь, но с тихим шипением в его спину вонзился поток морской воды. Он допустил вторую ошибку.

Демон зашёлся ещё более сильным кашлем, а его тело стало стремительно раздуваться, подобно отвратительному фурункулу.

Лицо отца Дрейка переменилось, и он одними губами крикнул мне: «Беги!».

Тело Владыки Алчности становилось всё больше и больше, а под его плотью подобно стае отвратительных личинок шевелился гной. Я взмахнул своими крыльями и попытался улететь, вложив все свои демонические силы в них.

Взмах, другой, за несколько секунд я преодолел один километр, но даже так моя интуиция вопила мне о неминуемой смерти. Как вдруг с небес сошёл ослепительный золотой свет, а в воздухе раздался чистый мужской голос:

– Во имя господа нашего, Вечно Сияющего Солнца! Изгоняю нечестивую сущность, ступившую на святую землю, благословлённую тобою и охраняемую наместником твоим, Императором Соларисом Третьим. Прошу даруй мне свой ослепительный свет и очисти этот мир от скверны. Да будет так!

Спустя мгновенье во вспышке ослепительного света рядом с раздувшимся в десять раз демоном появился крупный мужчина, закованный в латы. За его спиной развевался красный плащ, а голова была лысой с золотым обручем вокруг неё. В левой руке он держал раскрытое увесистое священное писание, в правой занесённый над головой молот из освященной стали. Сейчас вокруг него струился яркий солнечный свет, а на груди мужчины подобно солнцу сияла золотая эмблема раскрытой книги. Это был глава инквизиторов церкви Святого Солнца.

Как только слова молитвы отзвучали в воздухе, молот подобно молнии опустился на шар гноя.

Я зажмурился в ожидании отвратительного взрыва, но моя интуиция молчала.

Как только молот вонзился в тело Владыки Алчности, ослепительный свет перекинулся на его плоть.

С громким шипением он стал выжигать её. В воздухе раздался крик полный боли, а также разнёсся отвратительный запах палённой гнилой плоти.

От Владыки Алчности остался только пепел.

Глава 17. Падение и зеркало

– Приветствую вас мальчики! – Раздался томный женский голос, а из розового тумана вышла Владыка Похоти.

Её фигура была в форме песочных часов, а аппетитные формы могли свести с ума любого мужчину.

Кусочки ткани, которые лишь по ошибке можно было назвать одеждой, едва прикрывали её выпуклости и будоражили воображения.

Как только она появилась, в воздухе разнёсся сладковатый аромат, а мой рассудок слегка помутился из-за похоти.

Одна из Владык очаровательно улыбнулась мне.

– А это, что здесь за малыш? – Прозвучал её томный голос, и я инстинктивно захотел припасть к её ногам.

«Очнись идиот! Она хочет тебя поработить!» – Раздалось у меня в голове.

«Поработить? Кто-то хочет меня поработить?!» – После этой мысли чёрное пламя гнева выжгло чарующий аромат вокруг меня, а доселе мне неведомая сила разорвала наваждение в клочья.

– А ты интересный ребёнок… – Произнесла Владыка Похоти, соблазнительно облизав губы.

Отец Дрейк, попавший под влияние афродизиака, уже пришёл в себя, а глава инквизиторов читал молитву, готовясь к бою.

– Ох, мальчики, вы такие агрессивные! Хотя такое мне, пожалуй, даже нравиться… – Она испустила томный вздох, а лоб главного инквизитора покрылся испаренной. Молитва зазвучала ещё сильнее.

– Но я уже добилась всего чего хотела, поэтому поиграем в следующий раз, и надеюсь в более… горизонтальной плоскости. – Она очаровательно улыбнулась и, покачивая своими бёдрами, исчезла в розовом тумане.

Сначала мои товарищи хотели последовать за ней, но потом резко переменившись в лице рванули к Ангуису. Я последовал за ними.

Как только мы прибыли к крепости, то заметили, что главные ворота сломаны, а внутри происходило что-то странное.

Когда я присмотрелся получше, к моему горлу подступил тошнотворный глоток.

Внутри Ангуиста в чудовищном движении занимались любовью демоны и люди.

Безобразные твари насиловали друг друга, а граждане Империи, участвующие в этой оргии, были похожи на зверей.

– Наставник! – Воскликнул косматый мужчина, подбежав к нам. Он был одним из тех, кто не поддался своей похоти, а, приглядевшись к нему повнимательнее, я узнал в нём своего недавнего спутника, Олафа.

– Что здесь произошло! Это что такое?! – С едва сдерживаемым отвращением воскликнул верховный инквизитор.

– Владыка Похоти… Она, она как только вы покинули крепость, сломала главные ворота и провела здесь свой ритуал. – Дрожа произнёс Олаф. Его дыхание было тяжёлым как будто во время горячки.

– Она сделала что?! – Залился багрянцем главный инквизитор, после чего стал зачитывать молитвы, очищая людей, поддавшихся разврату, и уничтожая оставшихся в цитадели демонов.

Хотя он и смог снять с них наваждение, но земля, на которой стоял Ангуист, была принесена в жертву плану похоти. А значит спустя несколько часов суккубы и инкубы получат сюда свободный доступ, а также благословления своего плана.

Войска человечества спешно покидали цитадель.

Радовало лишь одно, что из-за битв за место нового Владыки Алчности демоны временно ослабят свои вторжения на земли людей.

Также, наверное, можно назвать ещё плюсом, что Ангуист достался Владыке Похоти, а не кому-то другому. Ведь войска других Повелителей Инферно не смогут пройти здесь… Их попросту выжмут до суха голодные суккубы и инкубы.

Я глубоко вздохнул, в последний раз взглянув на крепость, потерянную человечеством.

Хотя потери среди людей оказались небольшими, но Ангуист пал, в прямом и переносном смысле.

***

Я отложил в сторону перо и сладостно потянулся, разминаясь.

Потом взглянул на свои карманные часы, они показывали почти семь… Пришло время ужина, о чём мне возмущённо напомнил мне мой желудок, пропустивший обед.

После этого я спустился вниз.

В столовой, как всегда, звучало множество голосов, а мой отряд занял угловой столик.

Пётр выглядел слегка измученным и сразу попросил у разносчицы кувшин вина. Не удивительно ведь сегодня почти весь день шёл проливной дождь. Виктор с Михалычем были в своём обычном стиле, молчаливых и суровых мужчин. Виола с Константином обсуждали какой-то исторический роман, про отважных рыцарей сражающихся во имя короны где-то в Западных странах. В последнее время моему попугаю стала интересна история внешнего мира, а читать учебник ему показалось слишком скучно.

Главным блюдом сегодня была запечённая рыба под сырным соусом. Хотя Десидия и озёрный город, но из-за того, что Туманное озеро имеет множество горячих источников, то там водятся только магические создания, а поймать их гораздо сложнее. Вот и рыбные блюда тут не очень частое явление. Примерно, один или два раза в неделю.

– Как прошло? – С любопытством спросил я своего друга.

– Всё как обычно… – Друг с наслаждение сделал глоток вина, а потом зажмурился как будто к чему-то прислушиваясь.

– Правда, из-за дождя народа в тавернах стало чуть меньше, но не сильно. Ведь жители Десидии к нему привычны. Это нам повезло застать редкие солнечные дни… Жаль, что их так не много. – С грустью вздохнул Пётр, после чего сделал глоток и закусил рыбой.

– Слухи всё набирают обороты, думаю через день два можно будет считать задание выполненным. – Спокойно произнёс Виктор.

Константин внимательно смотрел мне в глаза, требуя рыбы. Видимо своей ему оказалось мало. Я с улыбкой отделил треть и отдал ему.

Мой спутник с королевским достоинством принял подношение и стал величественно есть.

– А сколько уже на площади камней? – С любопытством спросила Виола.

– Мы с Михалычем час назад насчитали порядка двух тысяч. Граф Герберт даже заявил, что как только башня будет достроена её можно будет объявить городским шедевром и национальным достоянием, потому что почти каждый житель этого города поучаствует в её строительстве. – С едва заметной улыбкой произнёс Виктор.

– Постойте… Получается, наш слух и игра общего нашего знакомого породили исторический монумент? – С удивлением спросил мой друг, после чего сделал ещё один глоток.

– Получается, что так. – С серьёзным видом произнёс Виктор. Правда, на его лице появилась лёгкая улыбка.

«Любопытно, это из-за тщеславия или из-за того, что никто нас не раскрыл?»

Орден ассасинов можно сказать рыцари, действующие в ночи, и совершенно нормально, если один из них будет упиваться тем, что его подвиги окутаны завесой мрака. Мы ведь, по сути, город спасаем.

После этого мы поговорили о разных вещах, например о том, какая тут интересная погода и есть ли в каких-нибудь известных им городах что-то подобное.

Оказывается, что да. Виктор сообщил, что слышал от своих братьев, что на востоке Западных королевств есть город ветров, где каждый день либо ураган, либо смерч рядом проходит.

«Весёлое, наверное, там место…»

«Ага…» – Мечтательно вторил мне Рик.

В одном мы с ним похожи: в неудержимой тяге к приключениям и чему-то новому. Некоторые, правда, это почему-то называют шилом в одном месте.

После ужина и разговора мы разошлись по своим комнатам, где я сразу вырубился.

«Мда… Пропущенный обед не очень сказывается на самочувствие. Пожалуй, учту на будущее… Наверное». – Подумал я, засыпая.

***

На следующий день где-то в людной таверне.

– А ты слышал, что на главной городской площади строят башню из булыжников… – Полушёпотом произнёс рабочий своему другу, делая при этом глоток из стакана пива.

– Ага. Вроде бы даже сам граф поставил один из камней. Ты сам будешь участвовать в этом? – С любопытством поинтересовался у своего приятеля рабочий.

– Спрашиваешь ещё! Конечно, буду. Ведь граф заявил, что это исторический объект города! А кто не захочет по участвовать в созданий, как его там… – Рабочий на несколько секунда задумался, вспоминая, а после довольно трезвым голосом радостно произнёс, подняв палец к верху:

– Исторического монумента! Во! О нём наверняка напишут в газете, да и может в учебнике истории!

***

Сегодня после обеда мы решили всем отрядом отправиться на спектакль в городе. А то как-то не очень побывать в городе драмы, а ни одной приличной драмы так и не увидеть.

В этот день ставили известный спектакль о короле рыцаре и герцогине из вражеской страны.

Вещь довольно известная и признанная даже на Восточном континенте, поэтому на неё пошли и Виктор с Михалычем.

Как только мы прибыли на место и купили билет, за две серебряные монеты номиналом в десять, занавес поднялся.

История была в меру драматичной и в меру трагичной.

Повествовала она об одном короле-рыцаре, влюбившемся в герцогиню из вражеского королевства. По воле судьбы она оказалась сильной волшебницей, а также сама испытывала сильные чувства к главному герою.

Из-за её выдающихся магических талантов её послали на поле боя. Её разрушающая магия огня несла смерть и погибель войскам королевства, и против неё был вынужден выйти король-рыцарь.

Там, задаваясь вопросом, что важнее любовь или королевство, он выбрал второе и своими собственными руками сразил свою возлюбленную.

После его удара на ложе из алых роз, она попросила исполнить её последнее желание. Король согласился.

Она попросила о последнем поцелуе.

Их губы сошлись вместе в первый и последний раз, после чего она обмякла на руках своего любимого, произнеся напоследок: «Пожалуйста, будь счастливым… Я хочу напоследок увидеть твою улыбку».

Король-рыцарь исполнил её просьбу, после чего отрёкся от своего престола, став странствующим рыцарем, ищущим счастья и искупления.

Так и появилась легенда о рыцаре, прячущем свою боль за улыбкой.

Как только занавес опустился, раздался гром аплодисментов. Многие зрители плакали, даже у невозмутимого Виктора и Михалыча было печальное выражение лица. Константин с Петром рыдали в три ручья, обнявшись по-братски, а Виола сдержанно вытирала проступившие слёзы своим белым кружевным платком. На моих устах застыла грустная улыбка. Я тоже пообещал однажды не показывать своих слёз.

После спектакля мы отправились в ближайший ресторан, где планировали поужинать. При мысли о вкусной еде печальные размышления сразу покинул мою голову.

«Как же хорошо за пределами Инферно!»

«А чем тебя не устраивали свежие сердца грешников… Как вспомню, аж слюнки начинают течь!» – Воскликнул Рик. А я в ужасе передёрнулся. Ведь даже если их хорошо приготовить, то останется отвратительный привкус серы, которым пропитано всё в Инферно.

У людей с демонами разные вкусовые предпочтения.

На ужин был тартар из говядины и фаршированные яйца на закуску. Вышло не дёшево, но в нашем отряде мало кого особо сильно волнуют деньги. Пётр таки умудрился выторговать за свою помощь у Александра Васильевича несколько бутылок пятидесятилетнего вина.

За столом Виктор поделился тем, что в каменной башне уже четыре тысячи булыжников. Так что завтрашний день должен стать последним.

После ужина мы ещё немного погуляли по Десидии, дождя на улице, к радости, не было, но небо всё равно хмурилось. Молнии сформировали причудливое изображение морщин.

Насладившись ночным городом, хотя светлячков в небе в отличие от Лусента не было, но газовые фонари исправно работали, мы направились на боковую.

***

В освящённом газовыми лампами кабинете сидел за столом мужчина лет сорока на вид. У него были серые волосы, небольшая аккуратная бородка и яркие карие глаза. На носу виднелись небольшие серебряные очки.

На столе лежал будущий выпуск «Мировых новостей!!! Ривенгтол!», а мужчина его старательно перечитывал, изредка что-то исправляя и подчёркивая своим пером.

Вдруг раздался стук в дверь, и мужчина произнёс:

– Войдите.

Дверь в помещение отворилась, а на пороге показался молодой юноша, лет восемнадцати на вид. На боку у него свисала серебряная чернильница, а чёрные волосы были небрежно зачёсаны на бок.

На смуглом лице появилась ослепительная улыбка.

– Вы звали главный редактор? – Спросил Дмитрий Алексеевич.

Мужчина постарше произнёс, нахмурившись:

– Да, и ты снова опоздал на пять минут!

На лице молодого журналиста появилось виноватое выражение.

– Простите…

– Эх, что есть, то есть. Видимо это у тебя врождённое. – Голос главного редактора звучал устало. Появление Скайра уровня маэстро свалило немало работы на ривенгтольский отдел «Мировых новостей!!!».

– Я тебя позвал за тем, чтобы передать тебе это. – Сказал мужчина, протягивая Дмитрию конверт.

Молодой журналист тут же его распечатал.

«Дмитрию Алексеевичу»

«Уведомляем вас о назначение на новую должность свободного журналиста в редакцию Священной Империи. Вы должны быть на новом месте не позднее чем через пять дней.

«Рассчитываю на Вас»

«Подпись: главный редактор «Мировых новостей!!! Священной Империи!»

– Меня назначают на новую должность и к тому же в Священную Империю! – Обрадовался молодой журналист, а потом задумался.

– Стоп, а почему в Священную Империю?! Я же уроженец Империи Ривенгтол. Да, и что значит должность свободного журналиста?! Это повышение или понижение? – На главного редактора ривенгтольского издания посыпался град вопросов.

– Это из-за того, что туда отправился отряд Принцессы Меча, а использовать своих журналистов тот отдел не может, потому что, как ты сам знаешь, у Империи Ривенгтол и Священной Империи довольно натянутые отношения. Вот и поступил приказ от руководства перевести кого-нибудь из нашего отдела туда, чтобы он смог взять интервью у отряда Её Высочества. Должность свободного журналиста, означает, что ты ни к какой территории не привязан и можешь свободно перемещать по всей Священной Империи. – По пунктам объяснил своему подчинённому главный редактор ривенгтольского издания «Мировых Новостей!!!».

– Здорово! Я тогда, как можно скорее, приступлю к выполнению новых обязанностей! – Радостно воскликнул Дмитрий Алексеевич, после чего быстро покинул кабинет.

Спустя несколько секунд он вернулся и отвесил главному редактору глубокий поклон.

– Спасибо Вам за всё, Иван Фёдорович! – После этих слов молодой журналист окончательно покинул кабинет.

– Пожалуй, мне будет не хватать твоей неугомонности… – Тихо произнёс главный редактор, оставшись в кабинете один.

***

Следующий день встретил меня ласковыми солнечными лучами и слабым ветерком. Я обрадовался редкому гостю этого города.

На завтрак была овсяная каша с изюмом и молоко. Когда Виктор, Пётр и Михалыч уже планировали отправляться по своим делам, у меня в кармане раздался странный звон.

Заметив необычный звук, мои товарищи не стали уходить, а я, проверив его, обнаружил новую записку и странный золотой ключ.

Я зачитал её содержимое вслух. Так как в столовой было довольно многолюдно, а мы сидели в укромном углу, то вряд ли бы кто-то стал нас подслушивать. Но на всякий случай Виола создала полог ветра, блокирующий все звуки.

Благодаря нему мы могли обсуждать такие вещи даже в людных местах. Правда, если вокруг будет не так много людей, внезапная тишина от нашей компании может привлечь не нужное внимание.

– Поздравляю вас с прохождением моего предпоследнего испытания! Надеюсь, оно вам понравилось! – Произнеся эти строчки, я прямо-таки представил торжественный голос Андерсона. Возможно, у него было бы и выражение лица радостным, но не зная, как он выглядит это довольно сложно представить. Скорее всего тот джентльмен лет сорока вряд ли его истинный облик.

– В награду дарую вам ключ от зеркального лабиринта! Он и послужит последним испытанием! Испытанием на силу духа!!! – После того как я прочитал эти строчки в слух, мне показалось, что в воздухе должны были прозвучать фанфары.

«Испытание на героя, значит…»

После войны в моём мире, императоры перестали его проходить, а из тех, кого я помню, преодолел его только один человек, в награду получив священный меч.

«Интересно».

– Я слышал, что зеркальный лабиринт находится в одном из городов Священной Империи и в прошлом принадлежал герцогскому роду, но после того, как они утратили ключ от него, то выставили в городском музее. – Задумчиво произнёс Виктор.

На пергаменте появилась ещё одна строчка, я её прочитал:

– Активация зеркального лабиринта не произведёт никакого визуального эффекта, а в сегодняшнюю ночь музей погрузиться во тьму и вас никто не заметит. У вас будет целых шесть часов!

– Значит на прохождение у нас будет только шесть часов… – Задумчиво произнесла Виола.

– А что из себя представляет зеркальный лабиринт? – Спросил мой друг. Виктор в ответ пожал плечами.

– В одной из книг я читал, что это место, где ты встречаешься со своим кошмаром. Если ты найдёшь из него выход, то выживешь, а твой разум станет гораздо сильнее. Если ты там потеряешься, то до скончания веков будешь скитаться по миру иллюзий. По-моему, там ещё говорилось, что герцогский род использовал лабиринт для определения будущего наследника. – Ответил я другу.

– Тогда собираем вещи и выдвигаемся после обеда. – Произнесла Виола. Её лицо было нахмурено.

«Да… Вряд ли кто-то будет рад встречи со своим кошмаром».

После сытного обеда из грибного супа со сметаной, наш отряд в удручённом настроение отправился в город Спекулум. Он славился своими издельями из хрусталя, а также безмятежным озером, гладь которого похожа на зеркало.

***

После того как лазурный свет окутал нашу группу, мы оказались на просторной городской площади. Вокруг сновали толпы прохожих и экипажей.

Выйдя из портальной зоны, мы отправились в ближайшую добротную гостиницу. Там мы сняли номер, чтобы в случае чего сказать, что приехали повидать здешние достопримечательности. Вряд ли кто-то посмеет обвинить в случившемся сегодня ночью Принцессу.

Тем более, жетон нашей группы и так оставил след в портальной сети, но без него пришлось бы добираться до сюда своим ходом, из-за чего мы попросту не успели бы.

Вообще, в этом мире интересная система контроля пространственных перемещений.

Из-за того, что на прыжок уходит просто прорва энергии, то использовать его для контрабанды или переноса войск просто не рационально. Поэтому никаких охранников на кругах телепортации нет. Вместо них используется система идентификации.

Если твой пропуск (разрешение для использования кругов телепортации) внесён в портальную сеть, то круг, созданный древними, работает как маяк и передаёт координаты нужной точки. Если его нет в реестре, то ты координаты не получаешь.

Да, зная их изначально, ты можешь попытаться прыгнуть самостоятельно, но портальные круги древних блокируют пространство в десятках километрах вокруг.

Поэтому никакой стражи и не стоит. Ведь если кто-то сможет проникнуть внутрь, используя круг телепортации как маяк, то этот кто-то вряд ли будет по зубам обычной страже.

Обосновавшись в гостинице Спекулума, мы решили отправиться посмотреть на местную достопримечательность Зеркальное озеро. Ведь надо оправдывать легенду.

Как только мы пришли на его берег, перед нами открылось завораживающее зрелище.

Солнце плавно уходило за горизонт, скрываясь за горной цепью. Красные лучи заката отражались в зеркальной глади озера, простирающейся на километры вокруг. Казалось, будто бы оно горит.

Мой отряд и я были очарованы этим завораживающим зрелищем.

«Ради этого стоило прибыть сюда!» – Воскликнул Рик. Он тоже оценил красоту природы.

После этого мы отправились в гостиницу, перед этим попробовав местные деликатесы на ужин. Главным блюдом была микижа в солнечном панцире. Рыба была очень вкусной и нежной, а нотки апельсина добавляли свежести блюду. В качестве закуски были фаршированные яйца и бутерброды с икрой.

Ради такого ужина я даже решил выпить бокал вина. Пусть это и слегка навредит моему организму.

В снятых номерах мы проводили время за различными досугами до одиннадцати часов вечера, Пётр наслаждался вином, Михалыч что-то химичил, а Виктор и Виола, как и я читали.

Как только мои часы показали одиннадцать ровно, мы выдвинулись в путь. До Зеркального музея в городе Спекулум было тридцать минут пешим ходом. Ещё полчаса мы оставили на всякий случай. Музей так назвали в честь артефакта, хранящегося там, и различных зеркал от тысячелетней давности, до более современных образцов, в том числе и магических. Раньше их использовали для связи и предсказаний.

Когда мы прибыли на место, перед нами предстал сам Зеркальный музей. Массивную крышу из синей черепицы поддерживали восемь белых колон. Несмотря на возраст этого сооружения, здание выглядело практически как новое, как будто его построили месяц назад.

«Да… Маги прошлого умели строить на тысячелетия вперёд» – Подумал я, рассматривая сложные рунные узоры, невидные простому взгляду.

Герцогский род, управляющий этим городом, по слухам происходил из Золотой эпохи волшебства, как и оба Императорских рода. Правда, со временем он растерял свои богатства, знания и силы, поэтому и поддержал Священного Императора при основании Империи, войдя в её состав.

Так что Зеркальный музей, судя по рунам, был построен ещё в Золотую эпоху волшебства.

Перед входом в здание стояла будка охраны, в ней горел свет. В отличие от самого музея, она хотя и выглядела презентабельно, но всё равно довольно потрёпанно. Наверное, её ремонтировали несколько лет назад.

Внутри музея судя по книгам, которые я читал, не было живой охраны. В прошлом предки для защиты своего имущества обычно использовали големов и сильные защитные чары. Каменные истуканы вряд ли дожили до наших дней, но вот обереги и руны скорее всего исправно работают.

Подозреваю ночью, когда они активированы, даже охраннику будет не безопасно находится внутри, поэтому и построили отдельную будку.

«Интересно, как Андерсон планирует их отключать. А то смотря на внешнее зачарование здания, я понимаю, что даже магу седьмого круга будет непросто попасть внутрь. А он хочет сделать это не заметно» – Подумал тогда я.

Полчаса мы потратили на изучение окрестностей. Виктор с Михалычем разрабатывали путь экстренного отступления на крайний случай. Я с Петром и Виолой просто наблюдал.

Когда на моих часах стало ровно ноль-ноль, на Зеркальный музей опустилась тьма.

В темноте ночи она была не особо заметной. Здание как будто накрыли чёрным покрывалом.

Свет в будке сторожа погас, и наш отряд ступил внутрь музея.

Общий план здания Виктор раздобыл через свои каналы, у него в городе оказался знакомый, которому он доверяет. Поэтому мы знали, что зеркальный лабиринт расположен в восточном крыле, на втором этаже.

Когда мы вошли в музей, перед нами предстало помещение, окутанное мраком. Михалыч заранее сделал нам капли ночного зрения, но даже с ними было видно с трудом.

Пётр на всякий случай держался за меня, а воины нашего отряда, помимо своего зрения, полагались на свою интуицию.

Когда мы поднимались по мраморной лестнице на второй этаж, руны под нашими ногами вспыхивали то тут, то там. К радости, тьма, созданная Андерсом, успешно их подавляла, а то боюсь от нас и мокрого места не осталось бы.

После того как наш отряд вошёл в Восточное крыло музея руны на полу вспыхнули с удвоенной силой. Я замер, не двигаясь, Виола крепко сжала свой клинок, а все остальные повторили за мной.

Свет разгорался всё сильнее, а мое сердце оставалось холодным. Беспокойство и волнение в боевой или критической ситуации подобны смерти.

Вокруг рун уже стали формироваться стихийные элементы. Как вдруг тьма нахлынула на них с удвоенной силой, и свет погас.

Мы продолжили двигаться к зеркальному лабиринту в полной тишине. Так как тьма стала здесь гораздо гуще, то приходилось передвигаться чуть ли не на ощупь. Пётр крепко вцепился в мою руку.

Спустя минут двадцать поисков мы наконец нашли вход в зеркальный лабиринт.

Древний артефакт внешне был похож на двухметровый металлический куб. Его поверхность была покрыта магическими узорами, которые светились ярким лазурным светом. Это свечение пробивалось сквозь тьму Андерсона. Значит зеркальный лабиринт был артефактом как минимум класса магистра, а может и повыше. Особенно учитывая, как хорошо он сохранился.

Я достал золотой ключ и приложил его к входу в зеркальный лабиринт.

Когда он коснулся рунного куба, то поверхность артефакта ожила, принимая форму замочной скважины.

Я вставил ключ внутрь, после чего провернул.

Раздался тихий щелчок и магический куб с лёгким скрежетом стал перестраиваться, принимая форму арки.

Когда процесс закончился, в появившемся проёме вспыхнул мягкий синий свет. В нём летали белые искорки, как будто зазывая внутрь. Видно, что вратами давно не пользовались.

Наш отряд шагнул под арку.

Глава 18. Видения и кошмары

На крыше Зеркального музея стоял мужчина в чёрном цилиндре, фраке и перчатках. На его лице была чёрно-белая маска.

– Интересно, какой у тебя будет кошмар… И смогут ли твои спутники преодолеть свои страшные сны. – Задумчиво произнёс Андерсон, смотря куда-то вниз. Где под толщей камня активировались врата в зеркальный лабиринт.

***

В чёрной комнате, у которой вместо стен была сплошная мгла, перед зеркалом стоял Пётр.

– Ну, что ж… Давно у меня не было гостей. Да, начнётся испытание! – Произнесло его отражение, после чего зеркало разбилось, а вместе с ним разлетелось на куски окружающее пространство.

Когда Пётр очнулся, вокруг него была выжженная пустошь. Стоя на коленях перед могилами славных воинов, рыдали их жёны и дети, а рядом с ними витали души, не сумевшие обрести покой.

– Твой кошмар – мир, который покинул бог. – Произнёс голос, а Пётр достал тыквенный кувшин, подаренный его отцом, и с какой-то внутренней горечью произнёс:

– Мир не падёт пока в нём остались те, в ком течёт его кровь…

После этих слов он сделал болезненный глоток, а сотни сцен вонзились в его мозг подобно раскалённым иглам.

***

В тёмной зале собрались десятки людей, разного возраста и пола. Начиная молодыми безответственными подростками и заканчивая хмурыми безжалостными стариками и старухами.

В центре этой мрачной комнаты стоял Виктор. С его парных мечей капала кровь, постепенно собираясь в лужу, а люди вокруг умирали. Кто-то задыхался от яда, кто-то от пронзённого сердца, а кому-то перерезали шею.

Сразу после того, как они падали, их тела вставали вновь, а раны заживали. Кошмар повторялся снова и снова.

– Твой кошмар – бесконечная резня. – Тихо произнёс голос.

Лужа крови под Виктором постепенно увеличивалась, а он шептал:

– Это было необходимо… Они сами выбрали этот путь…

После этих слов выражение лица ассасина становилось увереннее, но с новой смертью холодная маска снова трескалась. Да, часть из этих людей по реальности заслуживали смерти, но часть просто свернули с пути, одурманенные чужими голосами.

Некоторые из его жертв тянули к нему своим руки, а их губы шептали: «Пощади…»

В какой-то момент его схватила за ногу молодая девичья ручка, и юная девушка с перерезанной сонной артерией взглянула Виктору в глаза и спросила:

– Почему я должна была умереть?

А спустя несколько секунд десятки лиц с мёртвыми глазами обернулись в сторону молодого человека, а их губы прошептали:

– Почему мы должны были умереть?

В течение нескольких часов этот кошмар продолжался. Умирающие люди тянули к Виктору свои руки, кто-то из них умолял о пощаде, кто-то плакал, а некоторые лишь спрашивали: «Почему мы должны были умереть».

Виктор сжался на полу в комочек и всё продолжал шептать те слова, словно мантру:

– Это было необходимо… Они сами выбрали этот путь…

Но в какой-то момент его лицо переменилось.

Голоса, которые до этого резали его душу, та боль, которую они причиняли, как будто стали частью его самого.

Виктор встал и поднял свой взгляд на убитых им людей.

Он не пытался сбежать и не пытался оправдаться. Вместо этого он смотрел на них, не отводя своего взгляда ни на секунду.

– Я понял… Магистр говорил, что пусть мы своими клинками и спасаем сотни жизней, но это не смывает той крови, которая на них остаётся. Это наш крест и наша ноша.

***

– Твой кошмар воспоминания… – Произнёс голос.

В тёмной пещере, заставленной различными колбами и склянками, плакал ребёнок, над ним ставили эксперимент.

После того как ему в вену вели зелёную жидкость, его кожа покрылась волдырями. Толпа учёных вокруг него зашумела.

– Регенеративный раствор имеет побочные эффекты! – Воскликнул один из них.

– Да, но их можно нивелировать раствором здоровья! – Ответил ему второй.

– Но разве образец выдержит? – Спросил первый. Они оба посмотрели на третьего с фиолетовым шприцом в руке.

– Наверное… Если, что у нас есть ещё несколько таких! – Сначала задумался, а потом воскликнул он.

В тот день Михалыч лишился голоса.

Его лицо корчилось в гримасе боли и ужаса, но спустя час расслабилось.

«Это всё в прошлом. В конечном итоге он меня спас, за что я поклялся стать его щитом и опорой. Пора отпустить тени прошлого… Не хочу разочаровывать Виктора». – Пронеслась в голове у Михалыча мысль, после чего кошмар исчез.

***

Тёмная комната сменилась ярко освящённым бальным залом.

– Твой кошмар – это сладкий яд. – Произнёс голос.

Множество людей молодых и старых, женщин и мужчин, кружились в танце. В центре стояла маленькая сереброволосая девочка. Вокруг неё звучали шепотки.

– Видел… У неё серебряные волосы.

– Да, а ещё поговаривают, что она пользуется не водой, а ветром…

– Может она подкидыш?

– Да, нет. Скорее бастард.

После этого зазвучали голоса мужчин.

– Слышал, она хочет стать воином!

– Воином? Разве девушке знатного рода положено брать в руки меч? Тем более из императорского… Лучше бы она послушно вышла замуж и укрепила наши международные связи!

Лицо девочки было наполнено болью и разочарованием, а как только взрослые замечали её взгляд, то сразу менялись в лице. Их физиономии становились улыбчивыми, а их речи сладкими как мёд. Но девочка слышала их истинные мысли.

Виола не помнила сколько звучала музыка, но в какой-то момент она стихла. По огромной мраморной лестнице спускались её братья и отец.

– Если бы не ты, то она бы не заболела! – Кричали они.

– Из-за твоих родов она ослабла… Лучше бы ты не рождалась на свет. – Тихо произнёс её отец, а разум девочки наполнился болью.

– Она убила свою мать! Она убила свою маму! – Раздались десятки громких шёпотов со всех сторон.

Силуэты людей закружились вокруг в хороводе. Кто-то из них отвращением показывал на неё пальцем, а кто-то, наоборот, отворачивался в сторону, не желая с ней пересекаться даже взглядом. Они больше не пытались подлизываться льстить ей.

– Бастард! Поганый бастард! Наверное, её мать не выдержала измены мужа и покончила с собой! – Вокруг Виолы продолжали раздаваться шёпоты, а её отец вместе с братьями стали уходить. Они как будто не хотели иметь с ней ничего общего.

– Постойте! – Закричала Принцесса, изо всех сил пытаясь их догнать.

Но бальная зала вытянулась, превращаясь в бесконечный коридор, а тени её семьи продолжали от неё отдаляться.

В какой-то момент девочка осталась одна посреди, окруживших её дворян.

Виола бессил опустилась на пол и заплакала.

– Смотрите она плачет! Сребровласка плачет! – Тени продолжили над ней насмехаться.

«Кто-нибудь спасите меня!» – Пронеслось в её голове.

После чего в её сознании раздался щелчок и перед ней появился образ смуглого молодого человека. У него были волосы цвета вороньего крыла, глаза цвета расплавленного золота и яркая добрая улыбка иногда чем-то похожая на оскал, одновременно подавляющая и притягательная.

«Только не он…» – Подумала Виола и сжалась в ожидании холодных слов из уст того, кто ей нравился, и того, на кого она могла всегда положиться.

Образ перед Виолой сначала попытался произнести что-то плохое, но потом скривился как от зубной боли и с силой произнёс:

– Кто-то смеет навязывать мне свою волю?!

Пусть это и был всего лишь образ, но пространство вокруг слегка задрожало.

После этого Станислав спокойно обратился к Принцессе:

– Разве твой отец и братья произнесли бы подобные слова?

– Эх… Какая ты у меня всё-таки глупая. – С доброй улыбкой Станислав поцеловал её в лоб, а кошмар вокруг Виолы стал разрушаться.

«Да… Отец и братья никогда бы не сказали ничего подобного». – Подумала Виола, а на её губах появилась тёплая улыбка.

«Стас ни перед кем и не перед чем не прогнётся. Даже если против него или его близких будет весь мир, то он просто рассмеётся в ответ, а его улыбка превратится в хищный оскал»

Принцесса приложила свой пальчик к губам и тихим нежным голосом произнесла:

– Да… Именно таким я его запомнила. Именно такой человек, которого я люблю.

***

Когда зеркало передо мной разбилось, тёмная комната сменилась сосновым лесом, а голос зеркала произнёс:

– Твой кошмар – потери.

Передо мной снова пронеслась сцена того, как мастер пожертвовал собой, чтобы я смог спастись.

Потом сосновый лес сменился лугом с зелёной травой, а на моих окровавленных руках умирал мой первый друг.

– Живи… – Прошептали его губы.

Луг сменился горами, горы морем, а море выжженной пустошей. В каждой сцене я терял кого-то дорогого. С кем-то из них мы только успели познакомиться и подружиться, а с кем-то знали друг друга несколько лет. Я помню, как с ними говорил о разных вещах, как ел еду из одного котелка. Один из них сказал, что у него скоро родится дочка, и перед смертью попросил меня о ней позаботиться.

Она выросла красивой женщиной, а потом умерла от старости, а я продолжал жить.

На последней сцене среди выжженых руин стоял мой второй наставник, а в его груди зияла огромная дыра. Рядом валялся труп с чёрными крыльями.

– Мы победили? Мы смогли закончить эту войну? – Спросил он, кашляя кровью.

– Да… Отец Дрейк, мы победили, и я не позволю этой победе пропасть даром. – С грустью в голосе произнёс я.

– Тогда я смогу уйти спокойно. – Его глаза сфокусировались на моём лице.

– Знаешь, почему они отдали жизнь, чтобы ты выжил… Это было, не потому что ты был единственным кто способен навсегда закончить эту войну… – Он сплюнул кровь.

– Это, потому что твоя улыбка была лучом света в этом царстве вечной войны. Ты стал для них путеводной звездой, которая никогда не сдаётся и не отчаивается. Как бы тяжело тебе не было, ты продолжал улыбаться и смеяться. – Лицо Дрейка становилось всё бледнее, а голос тише. По моему лицу скатилась одинокая слеза, и я стёр её рукой.

– Пообещай мне одно… Улыбайся, продолжай сиять подобно солнцу в этой кромешной тьме. – Уже шёпотом произнёс мой второй наставник, а я, взяв его за руку, сказал:

– Хорошо.

С того дня я перестал плакать, а своих погибших товарищей вспоминал только с грустной улыбкой.

Ведь для меня лучше грустить о том, кто был тебе дорог. Нежели не испытывать грусти, потому что ты никого не впустил в своё сердце. Да и к тому же человеческая жизнь довольно коротка, и несмотря на боль расставания я рад, что смог стать частью этих коротких мгновений.

На моих губах появилась грустная улыбка.

– Зачем ты ворошишь моё прошлое? – Спросил я у зеркального образа, появившегося рядом. Моя тень стала глубже, а вокруг меня стало играть чёрное пламя. В его глазах появился страх.

– Я… Это просто испытание… – Заикаясь, произнёс образ. А я направил на него свой клинок.

– Испытание… – Сказал я, а меч остановился в дюйме от шеи существа.

– Прошлое, должно остаться в прошлом. – С этими словами я разрубил окружающее пространство своим мечом. На магическом кубе снаружи появилась маленькая трещина.

– Не убивай! – Взмолился хранитель Зеркального лабиринта.

– Хорошо. Не убью, но взамен помни о них. – И уже с грустью добавил. – Пусть об их подвигах и жизни будет помнить хоть кто-нибудь ещё.

Зеркальный образ серьёзно кивну, положив руку на грудь.

– Я никогда не забываю созданные лабиринтом кошмары. – После этих слов он исчез, а я очутился снаружи.

Тьма в помещение вдруг задрожала, и передо мной появился мужчина в маске.

– Поздравляю с прохождением Зеркального лабиринта. Как и было обещано Призрачная труппа перестанет вмешиваться в дела Империи Ривенгтол и Священной Империи. – Произнёс Андерсон, поклонившись.

– Доброта, проницательность, воля, харизма, сила духа… Герой? – С улыбкой спросил я. При упоминание этого слова, лицо владыки Кошмаров было сокрыто маской, но трость, которую он держал в своей руке слегка дрогнула.

«Значит герой… Либо Андерсон очень хороший актёр».

– Прощаюсь с вами многоуважаемый, Илай. – С поклоном он растворился в вихре чёрных лепестков.

Буду считать, что это да.

Я задумчиво уставился в темноту.

«Интересно, зачем кому-то столько сильных шахматных фигур на одной доске?» – С этой мыслью я слегка улыбнулся.

«Грядёт что-то грандиозное!» – Радостно воскликнул Рик.

«Ага, будет весело!» – Моя улыбка стала ещё шире, превратившись в оскал.

***

После разговора с Андерсоном я остался ждать у зеркального лабиринта своих товарищей. Последним его покинул на удивление Виктор. Думал, что он закончит первым после меня.

Когда все из нашего отряда покинули зеркальный лабиринт, то я передал им слова Андерсона о том, что Призрачная труппа перестанет вмешиваться в дела Империи Ривенгтол и Священной Империи.

Дальше мы отправились в гостиницу, по дороге в которую я купил свежий номер ежемесячных «Мировых новостей!!!».

По мимо разнообразных событий, не оказывающих сильного влияния на западный материк, там была одна очень интересная статья.

Её заголовок гласил: «Великая трагедия на востоке Священной Империи!»

В самой статье писали о том, что один из промышленных городов этого государства был полностью стёрт с лица земли, вместе с его десятитысячным населением.

Рядом с этим городом свершилось открытие врат первого ранга, и Скайры совершили из них прорыв до создания подземелья, поэтому Искатели запросили поддержку у государства и церквей.

Рядом с городом находился гарнизон Священных войск, но его мощи было недостаточно для подавления того вторжения. Ведь основная ударная мощь Священной Империи находится в руках церквей.

Также примерно в двух часах пути от города находилась обитель паладинов бога войны, которые запросто могли сдержать вторжение Скайров и сохранить город. Но проблема была в том, что жители той области преимущественно верили в Либерум Арбитриум. И руководство этой церкви вынесло предупреждение, чтобы последователи Валорес Этерни и Старых богов не вмешивались.

В результате священные воины и инквизиция успешно подавили вторжение Скайров, но, к сожалению, прибыли слишком поздно, чтобы спасти город и его мирных граждан. Выжило только несколько сотен человек из десятитысячного населения. Так как вторженцы очень быстрые и за стенами от них не убежишь, то люди спрятались в подвалы. А дожили до прихода помощи только те, до кого не успели добраться клыки и когти Скайров.

В статье Либерум Арбитриум буквально макали лицом в их ошибку, а жертвы среди граждан были описаны настолько красочно, что из-за них могла подняться паника по всей Священной Империи.

«Что же задумал глава «Мировых новостей!!!»? В чём его выгода?» – Подумал я.

***

В комнате, обставленной различным антиквариатом, сидели два мужчины.

Тот, который имел седую аккуратно подстриженную бородку и серебряный монокль на правом глазу, произнёс с ехидством в голосе:

– Вас устраивает новая статья?

Мужчина в чёрном плаще, сидящий напротив, с улыбкой ответил:

– Более чем. Надеюсь на наше дальнейшее плодотворное сотрудничество. В этот раз вам надо будет помочь нашим нескольким агентам.

После этого они пожали руки, а на лице седобородого мужчины на миг мелькнула коварная улыбка.

– Конечно! Ведь для меня главное выгода. Не хотите чаю?

***

После разговора с Сильвестром человек в чёрном плаще вышел на оживлённую городскую площадь города под названием Ларджитас – это столица одного из Западных королевств.

Петляя тёмными улочками и используя различные артефакты, чтобы избавиться от возможного хвоста, мужчина зашёл в ничем не примечательное здание. Поднялся на третий этаж и специальным ключом открыл пятую справа от лестницы комнату.

Зайдя внутрь, человек в плаще достал множество странных порошков и трав, а потом стал чертить на полу огромную ассиметричную руну. Один лишь её внешний вид вызвал бы у стороннего наблюдателя приступ отвращения и рвоты. А если бы её увидел кто-нибудь ранга магистра и выше, то назвал бы злобной и порочной.

Закончив со своим ритуалом, мужчина в чёрном капюшоне упал на колени и произнёс:

– Те инвоко, о деворетор мундуром.

После чего ассиметричная руна, начерченная на полу, засветилась гнилостно-зелёным светом. Перед мужчиной появился прозрачный круг, показывающий далёкие земли.

Там в небольшой комнате, обставленной благовониями, был молодой человек одетый в синее чаофу с изящно вышитыми серебряными узорами в виде тигров – это была парадная одежда чиновников и военных, распространённая на Ангусте, Восточном континенте.

Лицо у молодого человека было ничем не примечательным… Встретив такого в толпе, любой через несколько мгновений забудет, как он выглядел. Единственным запоминающимся признаком была чёрная родинка, расположенная ровно посередине лба.

– Господин, старший жрец, сейчас церковь Либэрум Арбитриум сильно ослабла… Прихожане негодуют говорят, что высшие церковные чины погрязли в гордыне… А кого-то просто обуял страх… Мне начать приводить наш план в действие?

Молодой человек на несколько секунд задумался, а потом кивнул:

– Хорошо… У тебя есть один год, чтобы занять место главы церкви Либэрум Арбитриум.

***

После нескольких дней, проведённых в Спекулуме, мы покинули его и направились в Иллицию.

Скоро должен был начаться Великий любовный фестиваль. Он проходил с десятого февраля по семнадцатое.

Появился на свет он в Священной Империи. По традиции бракосочетание в этой стране длилось в течение одной недели. В это время люди праздновали, а также дарили подарки молодожёнам. В особо крупных случаях, как например свадьба Императора, улицы городов украшали красными зимними розами. Эти цветы благодаря родству со стихией огня цвели даже зимой. Конечно, как и все магические растения они были жутко дорогими, поэтому на обычной зимней свадебной церемонии присутствовало два-три цветка.

Сам праздник появился примерно одну тысячу лет назад. В то время Императрица Элизабет влюбилась в одного простого пастуха. Многие люди пытались помешать этой любви, но не один из этой пары не сдался и не позволил помешать им быть вместе.

Императрица Элизабет вошла в историю как мудрая правительница, которая успешно реформировала страну, добившись невозможного. Её изменения получили поддержку как от дворян, так и от простолюдинов. При ней образование в Священной Империи получило сильный толчок.

Благодаря заработанной репутации Императрица Элизабет смогла объявить о браке с пастухом не благородных кровей.

По традиции двое будущих супругов должны были в течение недели посетить всех герцогов Священной Империи с визитом. Конечно, не все были рады такому браку и многие из них пытались убить её жениха.

Сам пастух хотя и был простого рода, но обладал талантом в магии света, а так как не любил мирскую суету, о его силе никто не знал.

В какой-то момент на процессию Императрицы напали, и во время битвы она получила смертельное ранение, защищая своего любимого.

Её слуги плакали, не желая расставаться с ней, даже наёмники, посланные одним из герцогов, раскаивались в содеянном, но жизнь стремительно покидала тело Элизабет.

Тогда её жених со слезами на глазах произнёс:

– Я спасу тебя, моя любовь, чего бы мне это не стоило.

С этими словами он вырвал из своей груди ещё бьющееся сердце и с помощью магии света и жизни передал его Императрице.

Элизабет отнюдь не была рада такому возрождению, ведь теперь ей приходилось смотреть на постепенно угасающего любимого.

Но ведь, если бы история не закончилась хорошо, вряд ли бы в честь неё каждый год организовывали целый праздник?

В тот день, смотря на плачущее лицо своей любимой, пустота в груди пастуха наполнилась нежеланием оставлять её одну. Эти сильные эмоции заставили ману в его теле бурлить и как в какой-нибудь сказке он смог сотворить заклинание уровня магистра: «Истинное исцеление», восстановив себе вырванное сердце.

Как я уже говорил, маги света в отчаянной ситуации способны творить чудеса.

Правда, редко после таких свершений обходится без последствий. Вот и пастух после того заклинания провалялся несколько лет в коме, но в результате у них с Императрицей было всё хорошо. А сам пастух стал магистром магии света, да и Элизабет была воином седьмого ранга, поэтому жили они с тех пор целых пятьсот лет. Магистры магии света, специализирующиеся на исцеление, способны значительно продлить жизненный срок и себе, и ближайшему окружению.

Для нынешнего Священного Императора они являются бабушкой и дедушкой, а ему самому примерно двести лет.

Для пикового магистра срок жизни обычно составляет около пятисот лет, а вот воин седьмого ранга проживёт обычно в районе трёхсот.

Моему отцу, например, исполнилось бы скоро триста, если бы он не покинул нас. Матери же… Думаю достаточно того, что она выглядит на все тридцать, а с отцом они познакомились сто лет назад.

А так как это был Великий любовный фестиваль, я и Виола с нетерпением его ждали. Даже Пётр слегка волновался.

«Интересно сможет ли он пригласить Анжелику?»

С таким взволнованным настроением мы проводили дни в ожидание десятого февраля. Из интересного, пожалуй, была только встреча с молодым журналистом, также Пётр пытался найти подход к Анжелике, но сам я этого не видел, а мой друг рассказывать отказался.

Журналист пришёл к нам в посольство двадцать третьего января, с утра.

***

Мы с товарищами как раз планировали расходится по своим делам после обеда. Как вдруг раздался энергичный стук в дверь, а после того, как дворецкий, которого перевели сюда вслед за Виолой, открыл её, на пороге показался молодой человек среднего роста с небрежно зачёсанными чёрными волосами.

Под нашими любопытными взглядами он представился:

– Здравствуйте, меня зовут Дмитрий Алексеевич!

Голос молодого журналиста был наполнен жизнерадостностью, а его глаза сияли энтузиазмом.

– Меня специально перевели в Священную Империю, чтобы я мог у вас взять интервью! – Бесхитростно произнёс Дмитрий.

Я с любопытством у него поинтересовался:

– А откуда такой интерес к нашим персонам?

– Как же! Сама Принцесса меча прибыла в Священную Империю! Многим будут интересны её приключения, как ривенгтольцам, так и жителям этого государства. А ещё я слышал, что ваш отряд Фортисимус участвовал в недавней осаде Аркса! – Голос журналиста сначала наполнился ещё большим энтузиазмом, а потом и вовсе нотками восхищения.

– Ещё я слышал, что ваш отряд, несмотря на свой юный возраст, зачищает подземелья третьего ранга! – Его лицо сияло, как будто он встретился со своими кумирами.

Услышав его слова, я нахмурился.

«Значит о нашей силе, возможно, уже стало всем известно…»

– Не беспокойтесь. Информация о вашем отряде строго засекречена, самим главой «Мировых новостей!!!». Поэтому её не за какие деньги не купишь! Мне рассказали её так как я должен был взять у вас интервью. – Заметив моё беспокойство, произнёс Дмитрий.

«А он проницательный малый… Но почему сам маэстро пространственной магии решил сохранить информацию о нас в секрете? Репутация у него прожжённого торгаша, который будет на той стороне, на которой ему выгоднее…» –Пронеслась мысль в моей голове.

– Поэтому прошу! Позвольте мне взять у вас интервью! – Как фанат у своего кумира просит взять автограф, так и Дмитрий попросил у нас интервью.

Виола внимательно посмотрела на нас и, получив согласие, стала сжато рассказывать информацию о наших приключениях. По крайней мере ту, которой можно было поделиться.

Пока Принцесса говорила о наших путешествиях, а Дмитрий задавал уточняющие вопросы, мысли продолжали мелькать в моей голове.

«Если глава «Мировых новостей!!!» решил, что наша сторона ему выгоднее, чем сторона Священной Империи, то почему?» – Я закрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться и волей отсёк все посторонние шумы.

«Из-за Принцессы? Вернее, из-за Империи Ривенгтола? Нет, вряд ли это принесёт ему хоть какую-либо выгоду. Ведь для маэстро пространственной магии всё равно, кто управляет континентом… Тогда что? Деньги? Нет, их у него и так очень много. Власть? Он маэстро… Жизнь?» – После этой мысли меня как будто током шибануло.

«Да… Жизнь. Пусть он и маэстро магии пространства и легко сможет пережить конец света, но в первую очередь он торговец… А какой торговец без клиентов? Тем более рынок информации построен на глубоком доверии, а Скайры вряд ли будут доверять вторженцу… Но причём здесь наш отряд? До уровня маэстро мы точно не успеем развиться, единственные кому под силу повлиять на конец света – это нынешние маэстро и те, кто сможет собрать вокруг себя множество магистров, лидеры тайных организации и правители Империй…»

«Но кто из нашего отряда хоть как-то связан с этим… Виола? Вряд ли… Она не наследная Принцесса, и хотя имеет влияние, но, чтобы достаточно его нарастить, ей надо стать магистром. Виктор и Михалыч… Тут уже сложнее. Если я не ошибаюсь, то наш ассасин занимает отнюдь не последнее место в Ордене Ассасинов и в будущем может стать его главой. Но наступит ли это будущее до смерти мира? Сомневаюсь. А делать такую спорную ставку, когда можно улучшить связи со Священной Империей – просто глупо и бессмысленно. Пётр… В целом, учитывая его родословную, возможно…, но сильно сомневаюсь, что кто-то кроме меня, его отца и матери в курсе этого… Значит методом исключения остаюсь только я»

Я глубоко вдохнул и открыл глаза, разговор вокруг меня перешёл в более увлечённое русло. Судя по движению губ, они обсуждали в каком свете лучше выставить наш отряд. Да, иметь благоволящего тебе журналиста довольно выгодно.

«Если я не ошибаюсь, то интересное, однако, меня ждёт будущее в этой стране!» – Подумал я, дотронувшись до золотых карманных часов, оставленных отцом, и до его амулета.

Спустя два часа оживлённый диалог стал подходить к концу. За это время Михалыч ушёл в свою алхимическую мастерскую, Пётр выпил несколько бокалов вина, а Виктор отправился в город по делам. Я и Константин величественно сидели и в пол уха слушали диалог Виолы и Дмитрия.

В конечном итоге порешили на том, что в газете напечатают о нашем участие в защите Аркса, умолчав об участие культистов, а также расскажут об участие в нескольких играх Андерсона. Конечно, наше появление в Эросе могут попытаться связать с зачисткой подземелья третьего уровня в посёлке Ламберте, но для этого надо ещё знать о существовании тех врат.

Из-за бюрократии информация о появление и зачистке подземелий обычно доходит до других служб в течение нескольких недель, а то и месяцев. Плюс, надо ещё, чтобы тот, к кому она попала, связал её с нами. Ведь еженедельно появляются и закрываются примерно пять-шесть врат разной сложности.

Также Дмитрий в своей будущей статье планировал нас выставить не очень сильными, но добрыми героями, готовыми прийти на помощь простым людям в трудную минуту.

Да… У такой репутации есть и свои минусы, но зато публично осудить любимых народом героев гораздо сложнее, чем простых Искателей. Тем более, когда на вашей стороне пресса.

В целом больше ничего не обычного в тот день не было, а я полностью погрузился в чтение современной прозы.

Перед этим написав письмо своей матери, где рассказал о произошедшем за эти дни. Снова преуменьшив опасность случившихся событий. Так как для человека, способного лишь ждать возвращения того, кто ему дорог, нет ничего страшнее этих самих ожиданий. Так мне сказал один из моих старых друзей в прошлом мире.

«Тем более мало кто способен меня убить в этом мире… Поэтому матушке не зачем за меня лишний раз переживать». – Пронеслось у меня в голове.

Время Великого любовного фестиваля было всё ближе…

***

В просторной и богато украшенной комнате спинной к входной двери стоял молодой мужчина с бокалом вина в руке.

На нём был роскошный наряд. Чёрный фрак был украшен позолотой, а бокал был сделан из чистого золота.

Внешне ему можно было дать лет двадцать, но в золотых глазах горели искры незаурядного ума вместе с тщеславием и гордыней.

Дверь отворилась, и внутрь вошла молодая женщина в полностью чёрном костюме и широкой шляпе с украшениями в виде крысиных черепов.

Она встала на одно колено и произнесла спокойным тихим голосом:

– Вы звали меня Ваше… Господин?

– Да… Звал… – Высокомерно произнёс молодой человек. Когда он напивался, то становился значительно агрессивнее и грубее.

– Мне надо, чтобы ты похитила одного человека… Его друга. Не волнуйся у него только пятый ранг, поэтому проблем он тебе не доставит! Правда, он из группы Ривенгтольской Принцессы… Но так даже будет лучше! – Мужчина сделал глоток вина. – Описание и портрет передам тебе через слуг.

– Но они заключили договор с Андерсоном! – Воскликнула девушка.

– И что?! – Мужчина с силой ударил кулаком по столу, а на его щеках начал проступать лёгкий румянец. – Ты верна ему или мне?!

– Вам… Мой господин. – Ответила ему тихим голосом девушка.

– Тогда пришло время тебе снять маску… Ведь сейчас игра стоит свеч… Жаль, что ты вряд ли сможешь убить его… Он оказался тебе не по зубам! – Молодой человек звонко рассмеялся понятной только ему шутке.

– Все мои куклы не справились… Ему как будто постоянно улыбается удача… или сам дьявол. – Тихонько добавила Крысолов.

– Не смей порочить своим языком благородную кровь! – Мужчина яростно вскрикнул, а потом со сталью в голосе добавил:

– У тебя неделя… Приведи ко мне того мага в течение Великого Любовного Фестиваля! И да, одна из твоих кукол скоро понадобится моим хорошим знакомым.

Глава 19. Месть Виктора и прошлое Крысолова

В темноте по мокрым после дождя улочкам двигались две тени. Они приближались к роскошному особняку на западе Иллиции.

Это было массивное трёхэтажное здание, в окнах которого до сих пор горел свет и звучала музыка.

Владелец этого особняка устраивал сегодня праздничный вечер в честь юбилея своей свадьбы.

Хозяин здания был графом и одним из ярых верующих Либэрум Арбитриум. Из-за чего на мероприятие прибыло немало влиятельных гостей, средней родовитости. В основном это были богатые потомственные купцы, и бароны. Также на вечер прибыло два графа, его близкие приятели, и целый маркиз. Правда, не очень богатый, это был брат графской жены.

Также, посчитав эту вечеринку безопасной, ведь мероприятие немаленькое и охрана тут соответствующая, прибыл сам бывший первый заместитель главы Ордена ассасинов, Адольф.

После того как он предал Империю Ривенгтол и своих братьев, то сразу перебрался под крыло церкви Либэрум Арбитриум. Они являются ярыми сторонниками войны в отличие от церкви Валорес Этерни и старых богов.

Своё место Адольф получил отнюдь не за силу, а за осторожность и хитрость. Если бы не двойной агент, попавший в ряды Либэрум Арбитриум двадцать лет назад, то Орден бы ни за что не узнал бы местонахождение предателя.

Поэтому когда Виктор получил информацию о том, что бывший первый заместитель будет присутствовать на этом вечере, то решил действовать.

Он с Михалычем прибыл к самому началу вечеринки.

Хотя из-за снежной погоды праздник проводился в здании, но благодаря огромным витражным окнам бальный зал прекрасно просматривался.

Гости постепенно прибывали и после поздравлений графа Либэртаса переходили к праздным разговорам.

Танцы должны были начаться через два часа.

Сам предатель прибыл спустя двадцать минут после начала праздника, прямо перед двумя графами и одним маркизом. Тем самым пытаясь показать свою важность.

Ещё до того, как Адольф нанёс вероломный удар Ордену ассасинов, Виктор начал его изучать: его характер, привычки, сильные и слабые стороны, какую еду он любит, как себя ведёт с другими людьми. Возможно, Виктор знал бывшего заместителя главы даже лучше, чем он сам.

Зачем ассасин собирал об Адольфе информацию?

Скажем так: привычка профессии и воспитания.

Виктора, как и других членов Ордена, взял из приюта и вырастил нынешний глава. Но молодой мальчик ничем не отличался от своих сверстников, можно сказать он был даже хуже них: слабее, медленнее, его запас маны и то был небольшим.

Как же он смог добиться таких высот в своё Ордене? Интеллектом и хитростью?

Можно сказать и так.

Хотя Виктор не обладал острым и гениальным умом, да и его способы убийства были отнюдь не креативны. Он с самого детства наблюдал за другими людьми, за теми, кто был в чём-то лучше его. Юный мальчишка смотрел как они тренируются, как едят, как разговаривают. Он запоминал, что у них получается, а что нет.

Так как Виктор не был сильным с рождения и не имел потенциала таким стать, то он думал, как ему победить того, кто гораздо сильнее и способнее его?

И в какой-то день он нашёл ответ.

«Если я во всём уступаю своим сверстникам, то могу их победить только в одном из ста случаев, а некоторых в одном из тысячи… Но разве это не значит, что я просто должен создать такую ситуацию, когда этот шанс будет сто процентным?» – Такая мысль когда-то посетила голову юного мальчика, и именно благодаря ей он взобрался на вершину Ордена ассасинов.

Поэтому для Виктора отмечать манеру поведения, сильные и слабые стороны, даже какие слова человек рядом использует, тоже самое, что и дышать.

Когда до начала танцев оставалось ровно полчаса Виктор с помощью Михалыча создал специальный яд, способный мгновенно убить даже война на середине шестого ранга, которым и был предатель.

К сожалению, этот яд довольно дорогой в изготовлении, а также работоспособен только один час после создания. По истечению этого времени структура заклинания, удерживающего его в жидком состоянии, развеивается, из-за чего он мгновенно улетучивается.

«Наконец-то я тебя убью…» – Пронеслась в голове у Виктора холодная мысль вместе с воспоминаниями о прошлом.

***

Это случилось за месяц до дня поступления в Имперскую академию Искателей.

В тот день шёл дождь, а Орден ассасинов собрался в своём главном здании, чтобы обсудить планы на будущее.

В просторной чёрной зале стояли десятки людей, одетых в чёрные плащи с капюшонами. Все они преклонили колено перед человеком, стоящим у большого алтаря, освещённого свечами.

Впереди, ближе всего к главе Ордена ассасинов стояли двое.

Один из них был его первым заместителем, Адольфом, а второй – наследником, который в будущем должен был занять его место… Это был Виктор.

В тот момент, глава Ордена ассасинов Ривенгтола, Владислав Трубецкий, человек на начальном уровне магистра, заканчивал молитву у алтаря.

Эта традиция была заложена вторым лидером Ордена, ярым последователем бога смерти и подземного царства – Аида.

Перед каждым общим собранием действующий глава Ордена, должен был поклясться перед алтарём в чистоте своих помыслов и попросить благословения у бога смерти.

Во время молитвы остальные члены должны были молча ждать, преклонив свои колени. Лишь первый заместитель главы и его наследник могли наблюдать за церемонией.

Когда Владислав Трубецкий заканчивал свою молитву, в здание вдруг прозвучали взрывы, а спустя мгновенье часть ассасинов набросилась на своих братьев.

Два клинка Адольфа устремились к шее и сердцу Виктора. Он никак не успевал отреагировать.

Клинок, направленный в шею, с лязгом отлетел в сторону, но второй вонзился в живую плоть. Виктор не почувствовал боли.

«Глава?! Зачем?!» – Раздался крик в голове молодого ассасина, но внешне он остался всё таким же холодным и безэмоциональным. Ведь лишние эмоции могут сильно помешать во время боя.

– Почему? – Раздался тихий, но спокойный голос Владислава Трубецкого.

– Почему?! – С усмешкой спросил Адольф, а потом с желчью ответил:

– Потому что ты выбрал его, а не меня! Ты сделал своим наследником какого-то жалкого мальчишку! Хотя я был рядом с тобой с самого начала…

– Понятно… – С грустью произнёс нынешний глава Ордена. Они с Адольфом знали друг друга ещё с ученичества, и не раз взаимно прикрывали спины.

Яд постепенно стал распространяться по телу Владислава. Он сплюнул свою кровь.

– Неужели ради своих амбиций ты готов предать своих братьев? – В последний раз спросил он своего давнего знакомого. Пока предатели проливали кровь в священном месте.

Благодаря неожиданной атаке им удалось потеснить оставшиеся силы Ордена.

– Братьев?! Для меня нет никого дороже себя самого! – В ответ рассмеялся тот, но через секунду почувствовал что-то неладное.

– Понятно… – Тихо, как будто змея прошипела, сказал Владислав.

Как только его слова прозвучали в зале, Адольф на одних инстинктах рванул к выходу, где его ждала женщина со шляпой, украшенной крысиными черепами, и с флейтой в руке. А спустя мгновенье от Владислава в стороны с безумной скоростью рванул чёрной туман, перед этим поглотив яд в его теле.

Предатели, которых он касался, мгновенно иссыхали и обращались в прах. Членов Ордена он, наоборот, никак не трогал, благодаря огромному мастерству Владислава Трубецкого.

Это была магия уровня магистра, способная мгновенно убить любого ниже седьмого уровня: “Зловоние мёртвой лощины”.

Часть предателей успела вовремя покинуть здание, но половина из них обратилась в прах.

Туман попытался последовать за сбежавшими, но был заблокирован стеной из крыс.

Когда сотни грызунов развеялись по ветру, от предателей и следа простыл, а глава зашёлся чудовищным кровавым кашлем.

Яд, проникший в его тело, успел серьёзно ранить его, и на полной восстановление могли уйти годы.

***

Как только часы пробили восемь раз, а вечер перешёл в фазу бальных танцев, с крыши особняка напротив незаметно соскользнула тень и бесшумно направилась к особняку, а спустя две минуты она растворилась в пустоте.

Виктор активировал специальный амулет, выданный его Орденом для защиты жизни Пренцессы в непредвиденных ситуациях.

Эта реликвия была сделана в виде красивого матово чёрного медальона в форме паука.

В нём было заключено единственное заклинание уровня маэстро, которым обладал Орден.

Только основатель этой организации достиг этого ранга, он и создал эту реликвию.

Заклинание называлось просто: «Теневой шаг».

Оно позволяло волшебнику на двадцать секунд как будто исчезнуть из этого мира.

Маг, применивший его, мог спокойно передвигаться через любые физические объекты, а также обнаружить его мог только кто-то уровня маэстро, да и то если полностью на этом сфокусируется.

Правда, у этого мощного амулета было несколько нюансов.

Во-первых, его можно было использовать только под лунным светом. Во-вторых, он имел лишь два заряда, после чего уходил в откат на трое суток. А в-третьих, его мог использовать только тот, у кого стальная воля и выдержка. Так как маг, применивший это заклинание попадал в мир теней, и лишался всех своих органов чувств. Он буквально должен был передвигаться полностью вслепую.

Когда гости начали танцевать Адольф, выбрав красивую брюнетку лет тридцати на вид, подошёл к ней и стал вести с ней оживлённую беседу, при этом встав рядом с тарелкой винограда, которого он так любил есть.

Под красивую изящную музыку среди плавно танцующих гостей двигалась никому не заметная чёрная фигура.

Виктор знал какие женщины во вкусе Адольфа и какую тот попытается пригласить на танец. Также он был в курсе, что тот встанет рядом с тарелкой так горячо любимого предателем винограда. Он знал какие блюда нравятся бывшему первому заместителю помимо винограда, и что, тот подсознательно встанет слева от стола, так как предатель правша. Виктор даже знал, что его противник примерно будет говорить и как жестикулировать, а также сколько продлиться беседа женщины и Адольфа до того, как его либо отошьют, либо согласятся на танец.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда разговор леди и Адольфа перешёл в самую увлекательную часть, за спиной предателя на одну секунду появился силуэт.

Спустя мгновенье бывший заместитель почувствовал лёгкий укол в шею, а, когда попытался пошевелится, понял, что парализован.

Глаза предателя расширились от ужаса.

– Это тебе за главу… – Тихо прошептал на ухо Адольфу Виктор, после чего резко перерезал тому горло.

Кровь брызнула фонтаном, испачкав женщину напротив.

Она закричала в ужасе, а среди остальных гостей стала нарастать паника. Граф Либертас, что-то прокричал стражникам.

Они в ответ стали судорожно пытаться найти убийцу… Элитные маги, приглашённые специально для защиты гостей, стали сбивать их в кучу, тщательно перед эти проверяя.

Но ни войны, ни волшебники, ни даже маркиз, являющийся магом седьмого круга, не в силах были заметить неспешно удаляющийся силуэт, растворённый в пустоте.

История Крысолова

Двадцать лет назад в столице Священной Империи, Иллиции, шёл снег. В тот год зима была гораздо холоднее, чем обычно. Люди кутались в шерстяные одеяла и боялись даже выйти на улицу.

Но несмотря на непогоду в трущобах города перебирала ножками маленькая девочка.

На ней была старая потрёпанная одежда, а лицо её стало бледным от холода.

Ребёнок двигался словно тень, а в руках девочки была костяная флейта, доставшаяся ей в наследство от бабушки.

Звали её Алиса.

Несмотря на то, что девочка и её мать обитала в бедном районе города и едва сводила концы с концами, они жили довольно неплохо до наступления этой недели.

Раньше у неё был отец, который работал сапожником и имел стабильный заработок, мать ребёнка была прачкой, а сама Алиса помогала ей.

Ещё десять лет назад у них также была бабушка, но та умерла, спустя месяц после третьего дня рождения девочки. Поэтому Алиса слабо её помнила. Единственное, что осталось в её памяти это большие тёплые глаза и голос, наполненный мудростью прожитых лет.

Последние слова, которые бабушка произнесла перед своей смертью были:

– Тебя ждёт нелёгкая судьба, но эта флейта поможет тебе… Бережно храни её – она наша семейная реликвия.

После этого её бабушка передала девочке костяную флейту и спустя минуту отошла в мир иной.

Когда Алисе исполнилось пять лет, её отца поразила тяжёлая болезнь и ему пришлось ампутировать ведущую руку.

Потеряв её, он не смог продолжать работать как раньше и начал пить. А спустя два месяца просто ушёл в город и не вернулся.

Девочка помнила, что её мать в ту ночь очень много плакала.

Так Алиса вместе со своей мамой едва сводили концы с концами последние пять лет.

Хотя у них было мало еды, а иногда приходилось работать даже пре температуре, но они были друг у друга… Это помогало им держаться.

Иногда в солнечные дни мать Алисы даже улыбалась… Эта улыбка грела сердце ребёнка и заставляла её верить в завтрашний день.

Пока не наступила эта зима.

В начале снега было не много, а мороз не сильно буйствовал… Дети даже весело играли в снежки во дворе и лепили снеговика… Но одну неделю назад природа как будто решила выместить всю свою ярость, всю свою злобу на людей, уничтожающих этот мир, и ниспослала мороз доселе невиданных масштабов.

У матери с дочерью не хватало средств, чтобы переждать зиму, и им приходилось работать даже в такую непогоду…

Как итог мать Алисы тяжело заболела.

Болезнь была довольно необычной, недавно появившейся в Иллиции. По слухам её завезли в город купцы, прибывшие с Восточного континента.

Девочка взяла их с матерью небольшие накопления, которые должны были пойти на обучение Алисы, и пошла искать лекарство от болезни мамы.

Все врачи и аптекари, к которым обратилась девочка, лишь разводили руками и говорили:

– Тут сможет помочь только высокоуровневый маг света.

Но денег, которые мать Алисы откладывала на школу для своей дочери, даже близко не хватало на оплату услуг высокоуровневого мага света.

«Где мне… Где мне достать ещё?» – Стала в отчаянье размышлять девочка.

А как может быстро заработать большую сумму денег ребёнок из трущоб? Правильно только криминалом.

Поэтому Алиса отправилась на главную торговую площадь Иллиции.

Несмотря на непогоду в этом месте было довольно тепло, а вьюга бессильно билась о магический барьер не в силах проникнуть внутрь.

Люди, находящиеся на главной торговой площади Иллиции, были одеты в роскошные тёплые шубы, а на их телах сверкали дорогие украшения.

Они веселились…

Богачи столицы решили устроить на этой неделе масштабный фестиваль прямо на улицах города и ради своей прихоти на время его проведения ослабили магический щит вокруг Иллиции. Тем самым, дав возможность вьюге на полную разгуляться в других районах… Больше всего пострадали конечно трущобы.

Да… Кого волнуют бедняки? Точно не тех, кто упивается своим собственным богатством и властью.

«Почему?» – Пронеслось в голове Алисы, когда она почувствовала, что магический барьер вокруг главной торговой площади поглощает энергию со всего города.

«Если бы вы не решили устроить свой праздник…» – Девочка взглянула на лица богачей и дворян, счастливо распивающих вино и хвастающихся своими обновками.

«То моя бы мама не заболела…» – По лицу ребёнка скатилась одинокая слеза, но она вытерла её и силой заставила себя перестать плакать. Сейчас на это не было времени.

Стоя за пределами купола, Алиса замёрзшими пальцами достала костяную флейту, доставшуюся ей в наследство от бабушки, и стала играть тоскливую мелодию.

В день, когда отец покинул их, а её мать всю ночь рыдала, Алиса вспомнила о музыкальном инструменте.

В тот день она впервые поднесла её к губам и сыграла на ней свою первую ноту.

Мана ребёнка постепенно проходила через музыкальный инструмент и вплеталась в печальную мелодию.

На людей эта музыка не имела никакого воздействия, но вот на крыс… На крыс звучание флейты производило гипнотический эффект. Они полностью следовали воле Алисы.

С тех пор девочка каждый день практиковалась и играла со своими новыми друзьями.

«Вперёд!» – Пронеслась мысль в голове ребёнка, когда она отдала приказ, вылезшему из канализации грызуну.

Хотя барьер и защищал от холода снаружи, но подземные стоки он не блокировал. Ведь куда-то надо девать пищевые отходы, полученные на фестивале?

Алиса выбрала своей целью довольно непримечательного человека на этом празднике жизни. У него были добротные, но неброские одежды, а на поясе болтался церемониальный меч.

Этот мужчина обладал синими волосами и карими глазами. При этом выглядел довольно расслаблено, а всё его внимание было сфокусировано на человеке перед ним… Возможно его господине. Поэтому его и выбрала своей целью Алиса.

Маленький и ловкий грызун, которого девочка назвала Шнырькой, быстро перебирая лапками, стал приближаться к синеволосому мужчине.

Когда тот в очередной раз отвлёкся на человека перед собой, грызун ловко взобрался по ногам незнакомца и за один раз перекусил ремешки, связывающие кошелёк с поясом.

Спустя несколько мгновений Шнырька уже утаскивал свою добычи в канализационные стоки, а Алиса с довольной улыбкой возвращалась домой.

В кошельке оказались десятки золотых монет, поэтому девочка решила сначала купить добротную одежду, чтобы её не приняли за бедняка. А только потом отправиться к высокоуровневому магу света.

Пока Алиса направлялась за покупками, незаметная выгравированная руна на кошельке подавала кому-то сигнал.

***

Когда синеволосый мужчина, захотел купить восточные сласти и потянулся за кошельком, то заметил его пропажу.

Человек, идущий впереди, обернулся и спросил:

– Альберт, чего застыл?

Синеволосый мужчина замер на месте, а потом нехотя произнёс:

– Господин, это… У меня кошелёк украли…

У человека, которого сопровождал Альберт, были золотые волосы и глаза, и кожа белой как снег. Услышав ответ своего слуги, мужчина заливисто рассмеялся на всю площадь.

Проходящие мимо аристократы оборачивались в его сторону, но увидев лицо джентльмена тут же меняли направление своего взгляда.

Человеком, который смеялся на всю торговую площадь, был Генрих Сол Луцэт Омнибус, наследный принц Священной Империи.

***

После того как Алиса купила опрятную одежду, она сразу направилась к высокоуровневому магу света за лекарством для матери.

Девочка перебирала своими маленькими ножками, а на её поясе под одеждой был кошелёк с золотыми монетами.

«Наконец-то я смогу спасти свою маму!» – Пронеслась мысль в её голове, но спустя мгновенье она почему-то почувствовала холод мостовой своим лицом.

Тело Алисы было прижато к земле, а над ней возвышался силуэт синеволосого мужчины.

– Значит ты украла мой кошелёк… – Девочка попыталась выбраться, но Альберт лишь увеличил давление.

– Постой, постой! Ты же её так убьёшь. – Генрих с улыбкой подошёл к ним и, взглянув в глаза Алисы, с любопытством спросил:

– Как ты смогла незаметно украсть у этого громилы кошелёк?

Альберт был под два с половиной метра ростом, а также имел суровое пугающее лицо.

Алиса закусила губу, решив им не отвечать. Генрих в ответ лишь с ещё большим интересом взглянул на неё.

Когда телохранитель принца стал раздумывать над тем, этично ли бить десятилетнюю девочку или нет, из канализационного люка выпрыгнула серая крыса и вцепилась зубами в руку Альберта.

– Шнырька, зачем?! – Вскрикнула Алиса, а телохранитель принца уже потянулся за своим мечом, чтобы избавиться от самоотверженного грызуна.

– Стой. – Раздался спокойный голос Генриха, и наклонившись к крысе тот произнёс:

– Можешь успокоиться маленький храбрец, мы не будем трогать твою хозяйку. Мне она понравилась.

– Но Ваше Высочество! – Возмутился Альберт, а Шнырька отцепился от его рукава.

– Отпусти её, это приказ. – Голос Генриха на миг стал ледяным.

– Хорошо… – Альберт молча отпустил Алису.

Девочка встала, отряхнулась от снега и с испугом взглянула на принца. На мгновенье он стал гораздо страшнее синеволосого мужчины.

– Зачем тебе нужны были деньги… дитя? – Генрих смотрел на Алису как на любопытную зверушку.

– Я… – Голос девочки дрожал, но потом она собрала всю свою храбрость в кулак и произнесла:

– Мне нужны были деньги, чтобы высокоуровневый целитель спас мою маму!

Маленькие кулачки Алисы дрожали от напряжения.

– Спасение матери – это благой поступок… Но ты же знаешь, что воровство – это плохо. – Принц пристально взглянул в глаза ребёнка.

Алиса задрожала ещё сильнее.

– Но ты мне нравишься… Поэтому станешь моей слугой! – Радостно сказал Генрих, а Альберт чуть не поперхнулся, но смог удержать язык за зубами.

– А вы спасёте мою маму? – Алиса взглянула на принца с надеждой.

– Конечно… Ведь она будет матерью моего дорогого слуги. – Серьёзно ответил ей Принц.

– Тогда я согласна служить вам… мой господин. – Алиса неуклюже опустилась на одно колено.

– Манерам, конечно, тебя стоит ещё подучить… Да и магии тоже… – Генрих серьёзно задумался, а потом радостно вскинул палец вверх:

– Есть очень уважаемый человек, который дал клятву защищать эту страну! Он станет твоим учителем.

– Принц вы уверены… Он не называет кого попало своими детьми… – Альберт с беспокойством взглянул на своего господина. А Алиса вообще не понимала о ком идёт речь.

– У меня есть план… Он как раз искал один артефакт, который есть у меня в коллекции… Да и мой новый слуга как раз соответствует его требованиям – она бедная снаружи и несчастная внутри. – Генрих улыбнулся, как будто, размышлял над новым развлечением.

– Так что, да… решено! Ты станешь новым членом Призрачной Труппы! – Принц заливисто рассмеялся.

– Господин… – А его слуга только и мог, что схватиться за свою голову.

Глава 20. Любовь и душевные разговоры

За неспешно текущими днями наступил долгожданный мной, Виолой и Петром Великий любовный фестиваль.

Не знаю как, но мой друг сумел убедить Анжелику сходить с ним на свидание.

Виктор и Михалыч тоже решили прогуляться по Иллиции во время праздника. Ведь в это время довольно много развлечений не только для влюблённых, но и для семей и друзей. Любовь бывает разной, и этот фестиваль проходит в честь всех её проявлений.

Проснувшись рано утром, я, как всегда, сделал зарядку, умылся, а потом оделся. Мы с Виолой договорились отправиться гулять по городу в одиннадцать часов утра, как раз чтобы нагулять себе обеденный аппетит. Этот праздник также славится своими зимними блюдами и закусками.

Как только я покинул двери своей комнаты, то встретился взглядом с другом.

Пётр был совершенно трезв и его вообще не мучило похмелье. Вчера за ужином он употребил только несколько бокалов красного. Одежда на нём была парадная и опрятная. Сидела прям как влитая, видно было, что костюм сшит на заказ. От тела его пахло приятными духами, а в карман фрака была аккуратно заткнута красная зимняя роза.

Напротив, его лицо было покрыто холодным потом, а по глазам можно было понять, что он нервничает.

Я подошёл к Пете и с силой хлопнул его по плечу.

– Думаешь Анжелике понравится нервничающий недо-мужик?

Пётр нахмурился, а потом со злобой ответил:

– Не какой я не недо-мужик! И не нервничаю вовсе!

Всю его нервозность как рукой сняло, а лицо пылало от праведного гнева. Да… Для моего друга звание настоящего мужика это святое.

Я с улыбкой ответил ему:

– Вот так гораздо лучше.

Слегка успокоившись и выдохнув, Петя тихо сказал:

– Спасибо…

После этого мы спустились вниз.

На завтрак сегодня был фуа-гра. Блюдо просто таяло во рту, а вкус его был восхитительным. Вместе с дворецким отец Виолы отправил одного из дворцовых шеф поваров. Пожалуй, если бы нам не пришлось добираться до Иллиции инкогнито, то они бы поехали сразу с нами.

После прекрасного завтрака мы все отправились на фестиваль. Виктор с Михалычем просто гулять, мы с Виолой планировали посетить район Элизабет и Георгия, имя её мужа.

Этот место в честь фестиваля специально обставляли так, чтобы вошедший туда мог почувствовать себя на месте Императрицы и её мужа во время их свадебного турне.

Пётр отправился на встречу с Анжеликой, а над планом свидания он корпел вчера весь день… Постоянно спрашивал меня какие места лучше посетить. В ответ я ему и посоветовал несколько путеводителей. Ведь Иллиция главный город Священной Империи и за один день, и даже неделю, все её достопримечательности не посетишь.

На Виоле был её парадный наряд из чёрного платья с красными оборками и аккуратной шляпки с красной розой на ней. Дополняли картину чёрные перчатки. Этот наряд был более лёгким, чем тот, который я видел на Новый год. На улице в Иллиции в это время температура редко опускается ниже одного-двух градусов. Этот город гораздо южнее Лусента.

– Ты выглядишь сегодня просто обворожительно. – Сказал я, целуя руку Принцессы.

– Спасибо. Ты тоже. – В ответ произнесла ласковым голосом ослепительно улыбающаяся Виола.

В этот день она была гораздо красивее чем обычно, и чтобы нас случайно не узнали, слуги поработали над косметикой и гримом полностью преобразив наши лица.

Как только мы вышли на улицу, нам в лицо ударил прохладный ветер, уходящей зимы. В этой стране теплеет гораздо раньше, чем в Ривенгтоле.

На улицах несмотря на относительно ранее время было довольно оживлённо. Начало и конец фестиваля во всей Священной Империи являлись официальными выходными.

Дорога до района Элизабет и Георгия заняла один час. Также это место являлось вотчиной всех лекарей и аптекарей этого государства.

По пути мы с Виолой заглянули в несколько праздничных лавок и купили там сладостей. Пусть она и Принцесса, но как она радуется простым, но вкусным угощениям! Таким как хворост и чичеркьята – сладость, появившаяся в одном из Западных королевств. Правда, может это как раз, потому что во дворце такую простую еду никто не будет готовить.

Когда мы прибыли к нашему месту назначения, перед нами предстали нарядные городские улицы района Элизабет и Георгия.

Дома были украшены красными зимними розами, а по дорогам прогуливались леди и джентльмены, держащиеся за руки.

Хотя наши лица и появились в «Мировых новостях!!!» благодаря интервью, взятым молодым журналистом, но там мы были изображены в боевой экипировке. Поэтому вряд ли кто-то узнает в улыбающейся молодой леди и в её кавалере, одетом в чёрный строгий костюм, Принцессу и члена её отряда. Тем более после усилий её слуг.

Специально для этого фестиваля за месяц до его начала над районом поработали лучшие маги иллюзий в Священной Империи. По этой причине часть улиц выглядела как главные дороги этой страны, по которым когда-то проезжали Императрица с будущим Императором.

В тех местах большая часть домов была скрыта, а на их месте виднелась зелёная травка, окружённая различными деревьями. Так как этот район был вотчиной аптекарей и лекарей, то тут было полно различной растительности, а вокруг радостно пели птицы в предвкушение грядущей весны.

Дома, которые не были замаскированы под лужайку, были стилизованы самими жителями под дорожные трактиры. Также там подавались традиционные блюда этой страны, которые могли испробовать Элизабет и Георгий на своём пути. Свадебная процессия должна была длится в течение недели, поэтому порталами пользовались лишь для сокращения самых больших отрезков пути, а остальные части преодолевали на карете. Герцогских родов в то время было только три, а за последнее тысячелетие появился ещё один, за прорыв в области медицины и спасение жизни нынешнего Священного Императора.

Остальные улицы этого района были изменены иллюзиями под стать улицам трёх герцогств того времени. Часть из них была покрыта снегом, изображая земли рода Маве. Он находился на самом северо-западе Священной Империи и получил свой титул примерно двести лет спустя после основания этого государства за то, что открыл и преподнёс Священному Императору того времени несколько крупных скальных островов богатых золотом и алмазами.

Также этот род славился своими мореходами и торговцами, а так как он находился в северных водах, то как и Империя Ривенгтол смог продолжать бороздить воды океана. Правда, не уверен, что в ближайшее время морские Скайры не приспособятся к холодным водам Океана Сломанных Клинков. Назвали его так в честь множество отдельных скал, выглядящих как разбитые мечи. Они встречались по всему океану без какой-либо особой закономерности, как будто в прошлом там вели бой несколько могущественных существ. Используя целый океан как поле боя.

Часть улиц мы уже с Виолой видели – это были улицы Спекулума, принадлежащего роду Вагус. Там продавали различные блюда из пещерных червей, деликатеса тех земель. С обычными дождевыми червями они не имеют ничего общего. Живут эти магические создания от пятидесяти до ста лет, а большую часть жизни проводят в спячке. Питаются они мясом и минералами, а так как их обычный размер примерно два метра в диаметре и двадцать в длине, то и для человека они довольно опасны.

По вкусу… Я бы сказал, что напоминают странную смесь говядины и лосося. Наверное, это произошло из-за обилия различных минералов в их рационе вперемешку с разнообразными белковыми добавками… Такими как мясо диких зверей по неосторожности, заглянувших на их территорию.

Улицы, изображающие главный город третьего герцогства, были украшены песком, а в воздухе несмотря на февраль чувствовалась жара. Род Эквэс, владеющий этим городом, получил свой титул, как и род Вагус за помощь в создании Священной Империи. Славился он своими специями, а также песчаными вивернами. Их использовала воздушная Священная гвардия. А одна эскадрилья могла сравнять целый город с землёй. Хотя эти создания значительно уступали драконам, но в руках умелых магов могли даже им доставить проблем.

Главные блюда того города – это жаренные хрустящие скорпионы, а также слегка сладковатый и приятный на вкус ликёр из плодов кактусов. Сам я его не пробовал, но вот Пётр о нём довольно лестно отзывался несмотря на то, что это не вино.

Учитывая, сколько новых блюд и сладостей мы с Виолой попробовали, есть нам в обеденное время не хотелось совсем, и мы решили заняться прогулкой на лошадях.

Императрица Элизабет была превосходной наездницей и несмотря на свой статус в путешествиях предпочитала своего верного коня, а не карету. Император Георгий отлично ладил с животными и по слухам передвигался на своём белоснежном баране, похожем на живое облако. Поэтому во время Великого любовного фестиваля богатым посетителям предлагалась прогулка на лошадях по Зимнему парку, который создал сам муж Императрицы Элизабет.

Виола превосходно держалась в седле, а её изящная фигура в готической одежде на гнедом жеребце обладала каким-то неуловимым и неповторимым шармом.

Подо мной вздымалась вверх, а потом опускалась вниз спина абсолютно белой лошади. Хотя у меня и были навыки наездника, но в основном они относились к различным Инфернальным тварям. Обычные лошади просто не переносили моей ауры. Но так как в этом мире моё тело гораздо слабее, да и к тому же я владею магией света, моя демоническая природа не пугает простых животных.

Прекрасно проведённый день мы решили завершить, посмотрев пьесу, о свадебном турне Императрицы Элизабет и Императора Георгия.

Актёры играли хорошо, да и история была глубокой и трогательной. На моменте, когда пастух передавал своё ещё бьющееся сердце любимой, на лице Виолы проступили слёзы. А когда всё закончилось хорошо, она искренне улыбнулась и обрадовалась. Правда, всё равно по сравнению с актёрами театра Десидии столичные играли хуже. Оно и не удивительно… Не зря тот город называют родиной драмы.

Ужинали мы уже в посольстве. Дворцовый повар приготовил пряное восхитительное рагу из утки. Нежная птица просто таяла во рту, а вкус овощей и приправ был очень насыщенным. Я даже подумал, где мне достать такого повара, но, поняв, что большую часть времени провожу в довольно опасных подземельях, отбросил эту мысль.

«Хотя… Если соберусь вдруг в масштабную экспедицию, надо будет озаботится этим вопросом». – Пронеслась в моей голове мысль.

Да, Михалыч прекрасно готовит, но всё же по сравнению с дворцовым поваром… Не дотягивает. Он в первую очередь алхимик, во вторую воин, а кулинар только в третью. Поэтому и не удивительно, что он не может сравниться с тем, кто посветил готовке всю свою жизнь.

На ужине присутствовали все члены нашего отряда кроме Петра. Мой друг заранее нас предупредил, что вернётся довольно поздно. Поэтому никто из нас особо сильно не переживал по поводу его отсутствия.

После сытного ужина мы разошлись по своим комнатам, а я, почитав книгу, лёг спать. Пётр вернулся только ближе к десяти часам вечера.

***

«Как же я хорошо провела день… А Стас хотя с виду строгий, но на самом деле такой чуткий и заботливый!» – Подумала Виола, засыпая с улыбкой на лице.

***

Когда Пётр покинул ривенгтольское посольство, то сразу направился к главному фонтану Иллиции, расположенном в Зимнем парке. Они договорились там встретится с Анжеликой в одиннадцать часов.

Пока он бежал туда его сердце билось как бешенное.

«Игривое выражение лица… Озорная улыбка её вишнёвых губ. Золотистые локоны и голубые глаза, в которых играло пламя… Почему меня к ней так влечёт?» – Пронеслось в голове у Петра, а его юношеский ум пытался понять впервые испытанное чувство влюблённости.

К главному фонтану Иллиции он прибыл за десять минут до встречи, а спустя пять появилась она.

Анжелика была одета в свободные чёрные брюки, а облегающая белая рубашка с рюшечками в области груди идеально подчёркивала её фигуру. На её лице было томное задумчивое выражение, а в глазах при этом играло яркое пламя. При ходьбе она изящно покачивала своими бёдрами, а все окружающее мужчины оборачивались ей вслед. За что получали локтём под рёбра от своих вторых половинок.

Сначала Петя, увидев её жутко смутился, и было открыл свой рот, чтобы что-то промямлить как последний девственник. Но потом в его голове пронеслось воспоминание о словах Стаса.

«Недо-мужчина?! Я не какой-то там недо-мужчина!» – Злость на своё поведение затопила его разум, а потом, проникнув в кровь, подобно огненной волне выжгла всю его неуверенность в себе.

– Ты сегодня просто прекрасна! – Произнёс Пётр, галантно поцеловав руку Анжелики.

Она была приятно удивлена и ответила, очаровательно улыбнувшись:

– Спасибо… Ну что веди меня мой сегодняшний кавалер!

После этого они оправились в прогулку на лошадях.

Анжелике выдали буйного по словам конюха коня, но несмотря на свой дикий нрав, жеребец вёл себя покладисто. Даже пытался ластится к своей наезднице… Можно сказать он оказался под каблуком… Довольно красивым каблуком.

Петру выдали довольно послушную кобылу, и он, успешно оседлав её, последовал вслед за своей спутницей, ускакавшей вперёд.

В какой-то момент Анжелика предложила Петру поскакать на перегонки. На что он согласился.

Ветер свистел в их ушах, а кони гнали во весь опор, по дорожке, специально отведённой для скоростных прогулок.

Лицо Петра обливалось потом, он всеми силами пытался не выпасть из седла, особенно на поворотах. Лик его спутницы, наоборот, был осенён улыбкой, а слегка румяные щёки и мелкие бисеринки пота придавали ему шарма.

Спустя двадцать минут безумной скачки по Зимнему парку кони остановились, а их наездники спешились и отвели своих скакунов в сторону от дорожки для скоростных прогулок. Мимо пронеслась ещё пара всадников.

На мгновенье забыв о манерах, Пётр сел на землю, а его грудная клетка судорожно сокращалась, пытаясь привести дыхание в порядок.

Дыхание Анжелики было наоборот спокойным. Несмотря на то, что она гнала своего жеребца во весь опор… На её лице сияла довольная улыбка. А, увидев неловкие, но упорные попытки Петра встать, она задорно рассмеялась, после чего подала ему руку.

Он сначала попытался отказаться, но спустя несколько мгновений сдался и принял помощь.

– Ты не плохо держался! Молодец. – С лучезарной улыбкой похвалила Петра Анжелика.

После этого они взяли своих лошадей под узды и повели их в конюшню. До неё было минут десять неспешной ходьбы.

Дыхание скакунов было сбито, а их тела несмотря на окружающую прохладу были разгорячены.

Если бы кони не были из специальной магической породы, то вряд ли бы смогли продержаться целых двадцать минут на скорости в восемьдесят километров в час. Тем более под конец ещё разогнаться до сотни.

После того как Анжелика и Пётр сдали своих скакунов в конюшню, то отправились на прогулку по улицам района Элизабет и Георгия.

Несмотря на разнообразие различных закусок и аттракционов Анжелика выглядела не особо заинтересованной. По сравнению с радостным выражением лица во время конной «прогулки» на её лике начала мелькать… скука.

Заметив это, Пётр начал беспокоиться и волноваться. В результате в его поведение стала чувствоваться нервозность. Прогулка стала ещё хуже.

В какой-то момент Анжелика стала зевать, настолько ей были не интересны окружающие их лотки с закусками и сладостями, а также аттракционы по типу стрельбы в тире.

Петя понял, что надо что-то срочно делать, а то иначе всё свидание может пойти коту под хвост, и, собравшись с мыслями и с духом, произнёс:

– Анжелика, не хочешь сходить в бар?

Лицо моего друга выглядело предельно серьёзным. Но несмотря на это лик его спутницы посетило лёгкое разочарование. И подумав, что так он пытается её споить, Анжелика уже собиралась потактичнее отказать ему, поставив точку в этом свидании.

Заметив это, Пётр в спешке добавил, поклонившись и собрав всё своё мужество и красноречие:

– Я хочу поговорить с тобой по душам и рассказать о своих чувствах! – Он на некоторое время сделал паузу, а потом распрямился и посмотрел Анжелике прямо в глаза. – А сделать это без стакана вина для храбрости, я не могу… Потому что схожу с ума и теряюсь от твоей ослепительной красоты и очаровательной улыбки.

Голос Петра звучал абсолютно серьёзно.

Щёки Анжелики на мгновенье покрылись лёгким румянцем, от такого неожиданного комплимента. Ведь мой друг почти всё свидание кроме его самого начала, вёл себя довольно скованно, а потом и вовсе начал нервничать.

Поэтому впечатление, которое произвели его слова на спутницу имели усиленный эффект.

– Хорошо… – Немного подумав и слегка смутившись от его честности и открытости, ответила Анжелика.

После этого они отправились в ближайший лучший бар известный Петру. За всё время, проведённое в Иллиции, Петя успел побывать практически в половине питейных заведений этого города.

Спустя полчаса двери в место под названием Красная Лагуна отворились, и внутрь вошла пара людей.

Несмотря на Великий любовный фестиваль в этом заведении было довольно много народу. Кто-то пил с другом, отмечая своё безбрачие. Кто-то тихонько в уголке запивал горечь разбитого сердца, изредка бросая печальный взгляд на остальных и снова притрагиваясь к бокалу. Кто-то просто говорил по душам со своим другом или второй половинкой.

Среди вторых были как женщины, так и мужчины. Бывало, когда взгляды двух разбитых сердец пересекались, они понимающе кивали друг-другу, а иногда даже садились за один стол.

В общем это было место, где люди говорили по душам или обсуждали наболевшее.

Когда Пётр подошёл к барной стойке, бармен приветственно кивнул ему, как старому знакомому. Хотя молодой человек посещал это заведение только два раза…

Пётр, как всегда, заказал бокал вина, а его спутница, немного подумав, выбрала виски со льдом.

Первые минут пять они пили молча. Анжелика наслаждалась алкоголем, а Петя закрыл глаза, собираясь с мыслями.

Как только привычные образы великих воинов прошлого и настоящего улеглись у него в голове, Пётр раскрыл рот.

– Знаешь с нашей первой встречи… Как только я увидел твоё лицо… твой взгляд. Моё сердце застучало как бешенное. – Молодой человек как будто говорил в пустоту не к кому конкретно не обращаясь.

– Потом когда я увидел тебя в роли учительницы… Когда я узнал о твоей игривой стороне, жар в груди стал становится всё сильнее. – Он сделал глоток вина.

– Твоя улыбка не выходила у меня из головы… А когда ты сегодня смеялась… У меня на душе стало так тепло и радостно! – Он сделал паузу и произнёс абсолютно трезвым голосом, глядя Анжелике прямо в глаза:

– Я люблю тебя!

Место, которое они выбрали в баре было в самом углу. И благодаря специальным рунам, нанесённым на стол, там создавалось ощущение уединённости. Звуки из вне проходили внутрь слегка приглушёнными, а изнутри блокировались полностью.

Анжелика сначала захотела ответить полушутя, как неразумному ребёнку, но потом, видимо разглядев что-то в его глазах, передумала.

Сделав глоток виски, она произнесла необычайно серьёзно и немного задумчиво:

– В целом ты интересный юноша… И возможно вырастишь в мужчину, который украдёт моё сердце…

Анжелика слегка прикусила свою губу. При этом сделала это так, что любому мужчине сразу кровь бы ударила в голову, тем более под градусом. Но молодой человек выстоял и не потерял самообладание.

На лице его спутницы появилась очаровательная улыбка.

– Да. Ты определённо в моём вкусе… – В голосе Анжелики на мгновенье мелькнула лёгкая печаль, а Петя нахмурился.

Петя не понимал почему, если он ей тоже нравится, то им не начать встречаться? Его юный мозг не находил, никаких проблем… Разве, что…

В голове Петра промелькнула мысль: «Анжелика же из графского рода! Хотя мой отец почти магистр… Так что не должно быть никаких проблем».

В Империи Ривенгтол, да и в принципе на всём Западном континенте маг седьмого круга, поклявшись в верности главе государства мог с лёгкостью получить титул барона, а магистр даже звание графа.

– Да… Это из-за моего происхождения. – С слегка грустной улыбкой произнесла Анжелика. Видимо заметила изменение выражение лица Пети. Ну, а пьяные собеседники понимают друг друга гораздо лучше… Ну, а может просто додумывают то, что им самим удобно. А второй под градусом просто молча кивает, не споря.

– Я происхожу из графского рода Онор… Хотя мы и обладаем довольно неплохим влиянием при дворе моему отцу этого показалось мало. Как только мне исполнилось шесть лет он попытался сосватать меня за герцогский род. – Анжелика грустно рассмеялась.

– В шесть лет… Моему жениху было под пятьдесят. К радости, законы Империи не позволили, и он отложил этот вопрос до моего совершеннолетия. – Она сделала ещё один глоток, чашка уже была практически пустой.

– Основателем нашего рода была женщина, и она оставила после себя одно правило. Если женщина из рода Онор не хочет по какой-то причине выходить замуж, то она имеет право объявить на всю Империю, что выйдет только за того, кто сильнее её… Тогда я так и поступила. – Анжелика усмехнулась.

– Я понимала, что отец не успокоится, а из-за моей ослепительной красоты было много желающих. Кто-то из них, может быть, был даже неплох, но тогда я не хотела ни за кого выходить замуж и пыталась стать сильной… Максимально сильной, насколько это было возможно… Сначала я превзошла всех своих ровесников, потом тех, кто был старше меня. Даже вступила в ряды Искателей… Радостно думала, что мне нет равных. – Анжелика грустно усмехнулась.

– Когда мне исполнилось сорок, я стала магом седьмого круга… А потом поняла, что даже если захочу, то выйти замуж уже не смогу… Ведь тех, кто был бы сильнее меня остались считанные единицы. И большинство из них не были заинтересованы ни в моей красоте, ни во мне… а остальные не интересовали уже меня… Ведь нарушить правило основательницы – тоже самое, что отречься от рода. – Она взглянула Петру прямо в глаза и произнесла:

– Так что даже, если ты мне и нравишься, то пока ты не станешь сильнее меня… Или хотя бы не проявишь достаточный для этого потенциал, я встречаться с тобой не буду.

Встретившись с её взглядом, Пётр абсолютно серьёзно произнёс:

– Я стану сильнее тебя… И сделаю тебя своей.

В глазах моего друга полыхнуло пламя.

Анжелика сначала захотела просто кивнуть – мол да, верю, жду. Как кивают, когда не особо верят. Но на краткий миг глаза Петра стали как два бездонных омута, содержащих в себе множество безумно ярких жизней, а также видевших множество смертей.

После этого она кивнула, но уже по-другому, и добавила:

– Я буду ждать.

***

Когда Пётр возвращался в ривенгтольское посольство рядом с ним мелькнула чёрная крысиная тень, но когда он обернулся она растворилась во мраке…

Глава 21. Турнир в честь дня основания Священной Империи и начало финала

После замечательного свидания с Виолой дни продолжали всё также спокойно течь. Виктор с Михалычем довольно хорошо отдохнули, а по лицу Петра можно было заметить, что с Анжеликой у него прошло всё хорошо… Они вроде бы даже договорились встретится пятнадцатого февраля.

Пятнадцатое февраля… Это довольно важная историческая дата для Священной Империи.

По летописям в этот день примерно две тысячи лет назад первый Священный Император Этельстан Сол Луцэт Омнибус основал Священную Империю.

Поэтому каждые десять лет в этой стране проводится турнир поклонения солнцу, где лучшие войны со всех земель Империи сражаются за титул война солнца – сильнейшего война в стране.

Победитель в награду получает солидный денежный приз, а также член Императорской семьи надевает на его голову золотой венок. Воину разрешается его носить прилюдно до следующего турнира, а потом либо он его передаёт новому победителю, либо оставляет себе.

В истории этой страны был только один десятикратный чемпион.

А сейчас был как раз тысяча девятьсот девяносто восьмой год с конца Золотого века и тысяча девятьсот девяностый с основания Священной Империи.

В ривенгтольском посольстве был оборудованный подвал, где мы с отрядом тренировались.

Это место было похоже на большой спортзал с разными тренировочными снарядами, но на самом деле являлось бункером на тот случай, если между Империей Ривенгтол и Священной случится конфликт, а послов вывести не удастся.

По сути, это место при осаде магистров продержится максимум один месяц, поэтому скорее будет отсрочкой неизбежного нежели решением проблемы…

В оставшееся свободное время я увлечённо читал исторические хроники Священной Империи.

Даже удивительно насколько могут быть интересными жизни людей, живших много лет назад… Плюс если мои подозрения окажутся верными, то мне эти знания могут ещё очень сильно пригодиться.

Двенадцатого февраля в ривенгтольское посольство пришло сообщение из Лусента. Оно было от отца Виолы. Сначала она прочитала его сама, а потом пересказала нам его основную суть. Просто, половина письма, по её словам, состояла из официоза вперемешку с отцовскими нежностями.

Правда, говорила она об этом с улыбкой. Так что думаю у них в семье всё хорошо.

Основная суть того послания заключалась в том, чтобы Виола обязательно присутствовала на грядущем турнире в качестве представителя правящей династии Ривенгтола. К письму было приложено приглашение от Священного Императора.

Это нужно было для укрепления союза между двумя Империями, а также проверка своего соседа… Ведь если он что-то будет пытаться сделать, то лучшего времени чем турнир и не придумать.

Специально для защиты своей дочери Император Ривенгтола отправил в Иллицию своего верного помощника, капитана Имперской гвардии, молодого магистра меча, Даниила Штрауса. У него мать была из Ривенгтола, а отец из опального рода Священной Империи.

В письме говорилось, что он не будет действовать открыто, а будет защищать Принцессу из тени. Официальными телохранителями Виолы будут слуги ривенгтольского посольства, а также Виктор с Михалычем.

Это должно послужить формой доверия со стороны Империи Ривенгтол.

Также отдельным пунктом шло то, что она до сих пор не познакомила его со мной… А также, что он даёт добро на наши с ней отношения и с нетерпением ждёт возможности назвать меня своим зятем.

Последнюю часть письма она рассказывала мне наедине.

«Видимо они с отцом и правда были близкими друзьями… Правда, отец Виолы также Император, а она Принцесса… Он оценил мой потенциал… или тут дело в чём-то другом?»

«В происхождение? Золотой кулон… золотые карманные часы… Интересно, если я прав, то отец знал о своей крови, и она стала причиной «несчастного» случая?»

«Наверное, я скоро об этом узнаю… Ведь моё послание в виде слухов уже давно должно было дойти до адресата… Кем бы он ни был».

После этого наступило пятнадцатое февраля. День основания Священной Империи!

***

На утро пятнадцатого февраля я проснулся как обычно.

Ласковые солнечные лучи светили мне в лицо, а свежий зимний ветер трепал мои волосы.

После утренней зарядки и душа я спустился вниз в столовую.

На завтрак была перловая каша со сгущёнкой. Идеальный баланс сладости и питательности.

После еды весь наш отряд стал собираться.

Я, Виола, Виктор и Михалыч отправлялись на Турнир в честь дня основания Священной Империи, он начинался ровно в одиннадцать часов и длился до двух. Отборочные и другие бои проходили в другие дни, поэтому сейчас там будут начинать с четверти финала.

Пётр, нарядно одевшись, отправился на встречу с Анжеликой. Я ему на прощание пожелал удачи, и он нам…

Надеюсь, турнир пройдёт сегодня спокойно.

Спустя час праздного ничего не делания и сборов, больше всего времени на них потратила Виола, мы отправились на главную арену Иллиции, Великий священный колизей.

У выхода из посольства стояла карета, запряжённая тройкой вороных магических коней. Они были породистыми, а своими размерами превышали своих собратьев в полтора раза. На вожжах сидел кучер, а на самой матово чёрной карете сверкал в лучах солнца серебряный герб.

На нём был изображён водопад, спускающийся в озеро. Из него маленькими струйками вода поднималась в верх, формируя тучи. Под ними на вершине водопада сидел лазурный дракон, а два его глаза были похожи на голубые сапфиры.

По легенде основатель Ривенгтола происходил из древнего рода потомков водяного дракона, но так как кровь была сильно разбавлена, это удивительное родство проявлялось только в близости с водной стихией.

За тысячелетия драконья кровь, даже если и текла по жилам правящей династии Ривенгтола, то настолько сильно разбавилась, что выявить её стало абсолютно невозможно. Поэтому эта история и считается легендой.

Кучер ударил вожжами, и карета отправилась в путь.

Впереди раздавался мерный цокот копыт, а за окном мелькали силуэты людей и зданий.

Спустя час мы прибыли к месту назначения.

Великий священный колизей располагался в западном районе Иллиции на территории Либэрум Арбитриум.

Когда карета остановилась, я вышел на улицу и галантно подал руку Принцессе.

Сегодня на ней был официальный наряд в цветах Ривенгтола.

Пышное платье цвета морской волны сужалось к верху, идеально подчёркивая её тонкую талию. Белые рюшечки на груди создавали ощущения воздушности и лёгкости.

По погоде на ней также была плотная синяя накидка, а также изящные чёрные перчатки. Завершала образ маленькая аккуратная тёмно синяя шляпка с вышивкой в виде лазурного дракона с двумя сапфирами на месте глаз.

Далее наша процессия проследовала внутрь колизея ко входу для элиты.

Виола шла впереди, а я шагал рядом с ней, но слегка отставая. За мной шли Михалыч с Виктором, а кучер повёл карету обратно в посольство.

Пока мы шли по роскошным мраморным залам, украшенным позолотой, это место считается священным, я с любопытством рассматривал проходящих мимо лакеев.

По плану глава Имперской гвардии должен был замаскироваться под одного из них. Ведь никто не заподозрит в обычной прислуге молодого магистра меча.

А так как он хоть и происходил из знатного рода, но воспитывался как простолюдин, маскировка под лакея не должна сильно ударить по его гордости.

Тем более я слышал, что он чуть ли не боготворит нынешнего Императора Ривенгтола. Ведь тот спас его во время одного из вторжений Скайров, а потом, заметив его талант, помог вылечить смертельную болезнь его матери.

Я об этом знаю, потому что для исцеления Император обратился к моему отцу, магистру магии света.

Также на единственной встрече с Василием третьим я видел мельком главу Имперской гвардии Даниила Штрауса.

Это был мужчина лет тридцати на вид, с белыми как снег волосами и такой же кожей. Радужка глаз у него была, по-моему, бледно-розовой, а также, по слухам, он плохо переносил солнечные лучи.

Один из лакеев, проходящих мимо, сильно заинтересовал меня. У него были чёрные волосы и синие глаза, но ресницы имели необычный белый цвет. Но самое главное моя интуиция кричала, что он чудовищно силён.

Когда наши взгляды пересеклись он приветственно кивнул мне. На краткий миг в его глазах мелькнуло глубокое чувство благодарности. Я с улыбкой кивнул ему в ответ и продолжил вместе с Виолой двигаться к почётным местам.

Нам выделили места рядом с Императорской ложей.

Она была лишь чуть меньше, но расположена на одном уровне с Императорской, показывая статус гостей.

При проектирование Великого священного колизея эту ложу специально разработали для именитых гостей со статусом близким или даже равным статусу Священного Императора.

Как только мы заняли места, лакеи принесли нам прохладительные напитки и закуски.

А спустя десять минут пришло время объявлять начало Священного турнира.

Второй Принц, представляющий Императорскую семью Священной Империи, поднялся со своего места и подошёл к краю Императорской ложи, благодаря чему я смог разглядеть его внешность.

У него были волосы пшеничного цвета, а лицо похоже на мраморную скульптуру, вырезанную умелым мастером.

В голубых глазах сверкали золотые прожилки. Признак Священного рода. Чем больше золота, тем ближе человек к стихии света.

Правда, золотые глаза могут встречаться и у людей, не принадлежащих к правящей династии Священной Империи, а просто одарённых стихией света.

Таких в Священной Империи принято называть детьми солнца… Император Георгий Сол Луцэт Омнибус тоже имел этот титул хотя и не происходил из Священной династии. Его изначальная фамилия была Пейн, но после женитьбы на Элизабет он взял фамилию Священной Императорской семьи.

Подняв бокал вина, Эдуард Сол Луцэт Омнибус произнёс глубоким баритоном, а на трибунах сразу воцарилась тишина:

– Среди хаоса и невежества первый Священный Император основал нашу страну… Его поддержали могущественные семьи, в последствие ставшие герцогскими родами нашей Священной Империи. С их помощью и благодаря своей силе он смог защитить наши земли в эпоху начала великих войн… Но знаете почему наша страна смогла пройти через ту эпоху, эпоху смуты, и переживёт наше неспокойное время?

На мгновенье тишина стала волнительной… Народ, затаив дыхание, ждал следующих слов принца, и он произнёс:

– Из-за силы Священного рода, из-за могущества церквей и герцогских родов… Да, такой ответ сразу приходит в голову, но это лишь половина правильного ответа.

Принц сделал эффектную паузу, а потом с силой произнёс:

– Второй половиной являетесь вы – народ нашей Священной Империи, а также сильнейшие из вас достойные того, чтобы биться за титул война солнца!

Толпа взорвалась ликующими криками. После чего Эдуард сделал глоток из бокала вина и продолжил:

– Я, Эдуард Сол Луцэт Омнибус, объявляю начало Великого священного турнира за звание сильнейшего война в нашей стране! А также с радостью заявляю, что на сегодняшнее событие прибыла посмотреть Принцесса Ривенгтольская! Надеюсь, союз между нашими странами будет крепким и долгим.

С Последней фразой он обратился к Виоле. На что она в ответ произнесла нежным, но громким голосом:

– Я тоже.

Народ снова взорвался криками ликования, после чего слово на себя взял уже герольд.

Первая схватка была между копейщиком из побочной ветви рода Вагус и мечником из простого народа.

Этот бой был довольно скучным. Копейщик почти с самого начала стал теснить мечника, а тот был не в силах ему противостоять.

Хотя герцогским родам и запрещено участвовать в этом турнире, но их побочным ветвям можно.

Второй бой проходил между магом льда и магом огня. Они оба были примерно седьмого круга и устроили настоящее шоу.

Наверное, если бы не барьер, поставленный вокруг арены, то зрители бы очень сильно пострадали. А все, кто был бы ниже, третьего ранга скорее всего погибли.

Победил маг льда. После чего был взят десятиминутный перерыв для восстановления арены.

В двух следующих боях победили выходцы из разных аристократических родов. Один из них маг воды, а второй мастер молота и маг земли пятого круга.

Все прошедшие в полуфинал были как минимум седьмого ранга.

Среди зрителей возникло два лагеря. Один состоял из знатных персон и тех, кто себя к ним причислял.

Этот лагерь считал, что победит копейщик из побочной ветки рода Вагус. Он был искуснее всех в ближнем бою.

Второй лагерь состоял почти полностью из простого народа… Вернее той его части, которой хватило связей и денег, чтобы иметь возможность наблюдать за проведением Великого священного турнира.

Этот лагерь считал, что победит маг льда… Отчасти, потому что он единственный простолюдин, дошедший до полуфинала. А отчасти, потому что как маг он был на пике седьмого круга и возможно лет через сорок смог бы стать магистром.

Спустя час, выделенный на обеденный перекус, а также в качестве отдыха, прошедшим в полуфинал претендентам, турнир продолжился.

***

После того как Пётр попрощался со своими товарищами, он отправился в Зимний парк.

Анжелике на их прошлом свидании там понравилось больше всего, поэтому сегодня они решили повторить прогулку на лошадях.

Поймав повозку, запряжённую Раптами, Пётр отправился в путь.

Когда он прибыл в Зимний парк, до встречи с его возлюбленной оставались ещё полчаса.

Взглянув на световые часы, расположенные рядом со входом, Петя решил немного прогуляться по Зимнему парку в ожидании своей спутницы.

Когда до встречи оставалось минут десять, он решил направиться к условленному месту, а оставшееся время прождать уже там.

Лёгкой походкой молодой человек шёл по дороге, слегка припорошенной снегом, вокруг пели магические птицы, а солнце светило ярко, прямо ему в лицо.

Правда, тени деревьев почему-то были особенно густыми, но кто во время прогулки по чудесному парку в ожидании своей возлюбленной, будет обращать на эту мелочь внимание? Вот и Петя не обратил.

Когда до времени встречи оставалась ровно одна минута, явилась нарядно одетая сегодняшняя спутница Петра, Анжелика.

Она была в этот раз в красном зимнем платье с коричневой меховой накидкой. На ногах у неё были чёрные тёплые башмаки, а завершал образ красный чепчик и веер такого же цвета в руках.

В этот раз её эротический шарм был слегка приглушен гардеробом, но взамен она производила впечатление скромной и благовоспитанной девушки… А также холодной недотроги.

Правда, мужчины всё равно оборачивались ей в след, взамен получая локтем под рёбра от свои спутниц.

Ну… Нас всегда сильно манит то, что очень трудно получить. Такие уж мы люди.

Увидев Анжелику в её новом наряде, Петя слегка остолбенел.

– Как тебе? – С искоркой в глазах спросила своего спутника Анжелика, а потом добавила:

– Удивлён?

Пётр помолчал ещё несколько секунд, но потом смог наконец подобрать правильные слова.

– Удивлён… Не ожидал увидеть тебя в таком образе… – Петя слегка замешкался, а Анжелика вопросительно подняла свою бровь… Это движение несмотря на свою безобидность выглядело довольно угрожающе.

Заметив это, молодой человек быстро сориентировался и выпалил с румянцем на щеках:

– Тебе очень идёт! А когда я увидел тебя в таком образе… У меня дыхание перехватило от твоей спокойной и холодной красоты!

Получив достойный ответ, Анжелика довольно улыбнулась и, взяв Петра под руку, с искрой в глазах потащила к конюху. Образ холодной дамы мгновенно сменился, её личностью озорного ребёнка…

На губах моего друга появилась тёплая нежная улыбка, а потом он неожиданно даже для самого себя произнёс, наклонившись к ушку Анжелики:

– Вот за это я тебя и люблю.

Осознав то, что он только что сказал, Петя тут же отпрянул, залившись румянцем. А Анжелика повернулась в сторону лошадей, выбирая на какой ей сегодня поехать… Её уши слегка покраснели.

После прогулки на лошадях, можно даже сказать скачке, Пётр с Анжеликой решили отправится в тот бар, где он убедил её в том, что сможет превзойти.

Когда они покинули Зимний парк, рядом с ними пробежала чёрная крыса.

«Странно… Вроде бы на улицах Иллиции не должно быть крыс… Тем более таких больших». – Подумал молодой человек по имени Петя, но через несколько минут снова погрузился в атмосферу праздника и забыл об этой странности.

Так как до того бара от Зимнего парка было примерно часа полтора ходьбы, Пётр и Анжелика решили поймать ближайшего возницу и уже на повозке доехать до памятного места.

Спустя пять минут они нашли подходящего и, сев в крытую повозку, отправились в путь.

Первые десять минут Анжелика и Пётр увлечённо болтали на разные темы: обсуждали моду, погоду, здешние нравы, а также сам город… Но потом спутница моего друга вдруг нахмурилась.

– Можете, пожалуйста, остановить повозку? – Томным голосом попросила Анжелика. Он был пропитан слабыми чарами очарования, но кучер даже не вздрогнул.

Лицо Анжелики стало ещё более пасмурным, и она уже с силой властной повелительницы произнесла:

– Остановите повозку.

Кучер вздрогнул, а потом как марионетка, у которой вдруг сменился кукловод, ударил вожжами, останавливая Раптов.

– Выходим… Быстро. – С нотками стали в голосе произнесла Анжелика.

Петя сначала хотел уточнить, что происходит, но заметив серьёзное выражение лица своей спутницы и вспомнив странную крысу, резко передумал и послушно вышел из кареты вслед за Анжеликой.

Улица, на которой они оказались, была празднично наряжена, но несмотря на практически середину дня никого на ней не было.

Анжелика выглядела настороженно, но, помолчав несколько секунд, оборвала подол своего платья и произнесла:

– За мной.

Пётр, поняв всю странность данной ситуации, достал бутылку из тыквы, подаренную его отцом.

Петляя по нарядным улицам города, Анжелика и мой друг потратили минут двадцать.

Городские часы давно уже пробили двенадцать раз, но вокруг всё также не было ни души.

Несмотря на дневное время тени домов почему-то становились всё гуще, а количество крыс увеличивалось.

Пётр и Анжелика добрались до входа в Зимний парк, но даже там теперь было пусто. Все люди как будто испарились, оставив молодого человека и его спутницу наедине. Правда, атмосфера вокруг была отнюдь не романтичной.

Спустя несколько минут, когда напряжение достигло своего пика, а Анжелика и Пётр приняли решение пешком добираться до ривенгтольского посольства, в воздухе зазвучала нежная мелодия флейты.

Под весёлую энергичную музыку на площади перед Зимним парком вышагивали крысы. Они делали это, весело пританцовывая, а их глаза были лишены блеска. Часть из них выглядели изголодавшимися и замёрзшими, а у части уже начинала гнить кожа… Но несмотря на это они продолжали весело танцевать.

Вдруг музыка ускорилась и на площади появились новые танцоры… Это были люди.

Среди них был конюх, который выдал Анжелике и Петру лошадей, кучер, который вёл повозку, и даже маленькие дети, вышедшие сегодня на улицу, чтобы просто поиграть.

Все они весело танцевали с глазами, лишёнными жизни и воли.

Тем временем музыка всё набирала обороты и бал марионеток также набирал темп. Нога одной из крыс надломилась, не выдержав нагрузки, но упавший грызун встал и продолжил танцевать, невзирая на сломанную ногу.

Вдруг посреди танцующих существ появилась идущая плавным шагом молодая женщина в чёрной шляпе, украшенной крысиными черепами.

Она играла на серебряной флейте.

Заметив её, Пётр начал готовить свои чары, как вдруг почувствовал приторно сладкий аромат и на секунду замешкался.

В какой-то момент мелодия прекратилась, а танцующие люди и крысы замерли как безжизненные куклы.

В тот же миг музыка зазвучала с удвоенной силой, но в этот раз она была более яростной и печальной.

Услышав её, заколдованные люди, всё также странно пританцовывая, направились к Петру с Анжеликой.

– Они гражданские, что же делать? – Растерянно произнёс молодой человек, а сладкий аромат в воздухе становился всё сильнее.

Танцующие марионетки приближались, но, когда до Петра с его спутницей оставалось всего метров пять, они вдруг замерли.

– Уйдите в парк и усните… – Томным чарующим голосом произнесла Анжелика, а в воздухе на мгновение появились иллюзорные лепестки роз.

Мужчины, услышав её голос, вздрогнули как будто сопротивляясь, но потом послушно отправились в Зимний парк и, пройдя сотню метров, легли в снег и счастливо захрапели.

За ними последовали дети, а спустя несколько секунд к спящим присоединились и женщины.

Дольше всего сопротивлялись чарам крысы, но спустя десять секунд и они сдались.

На лице Анжелике сначала появилась победная ухмылка, но потом она нахмурилась, взглянув на таинственную женщину с флейтой в руках.

Последние пять секунд мелодия не звучала.

Вдруг женщина стала пронзительно играть, инструмент в её руках как будто начал плакать.

Спустя мгновенье черепа с её шляпы начали падать на землю и с тихим хрустом разбиваться на кусочки.

Платье на женщине стало трепетать, а на лице Анжелики на мгновенье мелькнул страх.

– Беги! – Крикнула она и с силой оттолкнула Петра назад в Зимний парк.

Пролетев несколько десятков метров и ещё в половину меньше проскользив на снегу, Петя затормозил и замер, уставившись на площадь перед Зимним парком.

Мостовая вокруг женщины почему-то была чёрная как смоль. Присмотревшись внимательнее, Пётр понял, что это была никакая ни тьма, а десятки… сотни чёрных крупных крыс.

Флейта зазвучала ещё пронзительнее, и чёрная волна хлынула в сторону Анжелики.

Молодой человек испугался за судьбу своей любимой, но осознав своё бессилие остановился, сжав кулаки.

Его тело била инстинктивная дрожь при виде происходящего сражения магов седьмого круга.

– Милые крыски… Я люблю вас. – Тёплым нежным голосом произнесла Анжелика, и половина стаи впилась своими клыками и когтями в спины своих сородичей.

Крысы бились настолько яростно как будто сражались за жизнь своего матриарха.

Ожесточённая борьба продолжалась несколько минут. Мостовая празднично украшенной улицы была залита кровью десятков погибших крыс.

Это были довольно крупные магические крысы примерно полметра в длину.

Казалось, что между Крысоловом и Анжеликой установился хрупкий паритет, но в какой-то момент музыка флейты стала ещё печальнее. Крысы, которые сражались за Анжелику, как будто сошли с ума и стали рвать друг друга в клочья, а слуги Крысолова, оставшиеся в живых, бросились на беззащитную Анжелику.

Она усмехнулась и достала короткий клинок, спрятанный на голенище её сапога. После чего провела им по своей ладони.

На мостовую, покрытую тонким слоем снега, стали падать алые капли крови, источающие сладкий приторный аромат.

Учуяв её, крысы всей толпой рванули к пропитанному кровью снегу. Как только первая из оставшейся стаи добралась, то сразу лизнула приторно пахнущую алую субстанцию.

В тот момент, когда частички крови Анжелики, попали в рот грызуна, он в блаженстве закатил глаза и, потеряв сознание от переизбытка дофамина, упал на землю.

Оставшиеся крысы, ещё больше посходив с ума, стали рвать друг другу глотки за порцию чудесного наркотика.

Спустя всего одну минуту от стаи остались лишь потерявшие сознание от удовольствия крысы и трупы их товарищей, разорванные на куски.

Пётр смог взять себя в руки и начал пить вино из тыквенной бутылки, подаренной его отцом.

Какой-то момент Анжелика и Крысолов молча стояли напротив друг друга, а потом спутница Петра резко рванула к мастеру марионеток. Та же в ответ стала играть какую-то странную мелодию.

Музыка флейты то ускорялась, то замедлялась, то звучала грустно, то наоборот весело. В какой-то момент она как будто одновременно и плакала, и смеялась.

Когда Анжелике до Крысолова оставались считанные метры, флейта закричала.

Анжелика на одних инстинктах бросила свой клинок, выбивая флейту из рук Крысолова, и одновременно с этим отскакивая в сторону. Но было уже поздно…

Хотя музыкальный инструмент и покинул руки своего владельца, но при этом он не перестал кричать.

Тело Крысолова неестественно изогнулось дугой, после чего мантия на ней стала вспучиваться. Спустя мгновенье её силуэт увеличился в два раза, а рукава порвались, обнажая крупные руки, покрытые чёрным мехом.

Лицо женщины сильно исказилось, приняв звериную… крысиную форму. После чего Крысолов рванула к Анжелике.

Она попыталась, что-то быстро скастовать, но её движения на фоне звериных казались неуклюжими и медленными.

Спустя мгновенье огромный кулак врезался в тело Анжелики, и она отлетела подобно тряпичной кукле.

Крысолов на мгновенье замерла, задумавшись, добивать ли своего противника или сконцентрироваться на данной ей цели.

Заметив взгляд своей противницы, Анжелика обернулась и увидела Петра.

– Почему ты ещё здесь?! – Яростно, но с нотками печали в голосе спросила Анжелика.

– Почему… – Задумчиво произнёс мой друг, а Крысолов, определившись направилась прямо к нему.

– Потому что настоящий мужик никогда не бросит свою женщину в беде… Даже если это ему будет стоить жизни. – С улыбкой сказал мой друг, находясь в абсолютно пьяном состояний.

После чего он с решимостью сделал последний глоток.

***

В богато обставленной комнате, пол её устилал красный ковёр, а на стенах висели искусные картины, было два человека: Андерсон и Михаил.

– Отец… Она нас предала… – Произнёс Владыка Кошмаров, склонив голову. В его голосе читалась злость и разочарование на ту, кого он называл своей сестрой.

– Я знаю. – Спокойно ответил ему Михаил и, сделав глоток вина, добавил:

– Пусть она и никогда не была верна мне, но я до сих пор считаю её своим ребёнком… Так что не смей мстить ей.

– Тогда я убью того, кто заставил её это сделать. – Голос Андерсона был наполнен леденящим душу холодом.

Отец на несколько секунд задумался, но потом отрицательно покачал головой.

– Не трогай её покровителя. Пусть он и тщеславный эксцентричный юноша, но он полностью верен своей стране и своему народу. Так что в будущем ещё послужит этому миру.

Андерсон с силой сжал свои кулаки, но потом выдохнул и произнёс:

– Хорошо, Отец… Я сообщу об этом Илаю.

Михаил в ответ молча кивнул, давая своё добро.

Глава 22. Финал

Когда турнир вот-вот должен был продолжиться, гости уже занимали свои места, передо мной мелькнула странная тень, а спустя мгновенье в руках у меня уже был конверт с печатью в виде чёрно-белой маски.

Мои товарищи были заняты подготовкой к просмотру шоу, поэтому не обратили на это особого внимания. Только Виктор взглянул в мою сторону, но, получив мой кивок, продолжил следить за окружением.

Я распечатал конверт и приступил к прочтению.

«Приветствую тебя мой дорогой знакомый… Сие письмо к сожалению призвано передать плохую весть…»

Прочитав эту строку, я нахмурился, а моя интуиция стала сигнализировать о каком-то несчастье.

«Я дико извиняюсь, но один из членов Призрачной Труппы недавно покинул её и предал Отца. Это был Крысолов…»

«Хотя она больше не член Призрачной Труппы, но сообщу тебе как хорошему знакомому… Она напала на твоего друга с целью похитить его».

«Как бы я не хотел вмешаться и хотя бы раз побыть в роли прекрасного рыцаря на белом коне, но к сожалению Отец запретил мешать делам рода покровителя предательницы. Поэтому и сообщаю об этом тебе…»

«Они у входа в Зимний парк!»

«P.S. Надеюсь ты устроишь весёлое шоу!»

«Горячо любимый публикой Андерсон».

Закончив читать письмо, я сделал глубокий вдох, чтобы успокоить свой разум…

Проанализировав письмо ещё раз, я пришёл к выводу, что это не подделка. Магическая аура принадлежала Андерсону, да и та тень… Сомневаюсь, что незаметно проскользнуть в ложу для почётных гостей, сможет множество людей, а ещё от меньшего числа будет так сильно пахнуть тьмой и розами.

Спокойно взглянув на своих товарищей, я ровным голосом произнёс:

– Простите, но у Петра появились небольшие проблемы… Вот мой знакомый и сообщил мне об этом.

Лицо Виолы нахмурилось, а в глазах Михалыча появилось лёгкое беспокойство. Один лишь Виктор оставался абсолютно холодным, скрывая свои истинные эмоции. За проведённые вместе месяцы Пётр успел сблизиться со всеми членами нашего отряда.

– Не волнуйтесь, там ничего серьёзного! – Успокаивающе улыбнулся я.

Виола и Михалыч перестали волноваться, поверив моей игре. Только Виктор оставался всё таким же холодным.

– Поэтому спокойно досматривайте турнир, а я отправлюсь к своему другу. – Произнёс я с усмешкой, как будто дело было не очень срочным, махнул рукой на прощание и уже серьёзно добавил:

– Доверяю безопасность Виолы тебе…

Виктор уверенно кивнул в ответ, после чего я покинул гостевую ложу и бегом отправился на улицу.

Минут пять спустя уже стоял в безлюдном переулке.

Если добираться до Зимнего парка бегом или на повозке, то это займёт как минимум один час.

Поэтому прийдя к таким не утешительным выводам и беря в расчёт то, что каждая минута может быть на счету, я принял решение добраться туда по воздуху. Сделал глубокий вдох, высвободил процентов двадцать своей демонической силы и направил всю её в появившиеся за моей спиной чёрные крылья.

Вокруг разлилась подавляющая и вселяющая первобытный ужас аура. Но, к радости, сейчас рядом никого не было. Большая часть людей работала, часть была на свидании, а другие жители этого города смотрели по магическому камню прямую трансляцию Великого священного турнира. Кто побогаче, у себя дома, а те, кто победнее, на главной городской площади или в популярных кабаках.

Взмахнув крыльями, я взлетел в небо и, с силой ударив ими по воздуху полетел в направлении Зимнего парка.

На улице шёл слабый снег, поэтому моя фигура была не особо заметна… Тем более во время полета на скорости четыреста километров в час.

«Надеюсь успею». – Пронеслось у меня в голове, а Рик в ответ лишь промолчал.

Дурное предчувствие становилось всё сильнее.

***

Когда Пётр, находясь уже на пределе, сделал ещё один глоток, тыквенная бутылка выпала из его рук и с глухим стуком ударилась о мостовую, покрытую тонким слоем снега.

Петя взглянул на небо, с которого падали снежные хлопья.

«Прямо как тогда…» – Пронеслось в его голове, а звериный силуэт был всё ближе.

Но несмотря на огромную скорость Крысолова, она двигалась как в киселе. Время вокруг Петра будто замедлилось… Вернее сказать это его мозг ускорился в десятки раз и всё продолжал набирать обороты.

В голове молодого человека мелькнула картина из его детства.

***

На высокой каменной башне Аркса Пётр пришёл к отцу, чтобы передать обед от матери.

Тогда также как и сейчас шёл слабый снег, а ветер развевал их плащи.

– Папа, а почему когда ты пьёшь, то говоришь с незнакомыми людьми, которых никто кроме тебя не видит? Они почему-то постоянно сражаются и то и дело умирают… Твои знакомые говорят, что это из-за твоей болезни… – С невинностью, которая есть только у детей, Петя спросил своего отца.

– Болезнь? – рассмеялся Антон Фёдорович, а потом слегка грустно добавил:

– Может для кого-то это и болезнь, но для нашего рода это ноша, которую мы должны нести.

Ребёнок на некоторое время задумался, а потом неуверенно произнёс:

– Ноша?

Антон посмотрел в небо, усеянное снежными хлопьями, а потом ответил сыну:

– Когда тебе исполнится шестнадцать и ты испьёшь вина, то поймёшь… Возможно тебе будет тяжело и трудно, видеть смерти и отчаяние неизвестных людей. Но я считаю, что эти войны хотели, чтобы мы лицезрели их последние минуты жизни, видели… как они сражаются до самого конца, как они в последний раз обнажают своей меч, за семью, за товарищей, за других людей. Мне кажется, что они не хотели бы, чтобы мы их жалели…

Отец Петра ещё на несколько секунд задумался, а потом, сделав глоток из винного кувшина, с уверенностью и радостью произнёс:

– Они хотели, чтобы их помнили… помнили и славили!

– Славили? – Спросил Пётр со всей серьёзностью на которую был способен маленький мальчик.

А отец со смехом ему ответил:

– Да! Только мы способны проводить их последний путь… Только мы двое способны запомнить и восславить их подвиг!

Мальчик задумался, а потом спросил:

– А если мы не будем пить?

Его отец ответил ему с грустной улыбкой:

– Тогда их забудут.

***

Картина из детства рассеялась в голове у молодого человека, а из груди стал распространяться обжигающий жар.

Всё тело Петра горело, а в голове продолжали с удвоенной силой мелькать образы былых и нынешних битв.

Вино настолько сильно пропитало кровь, что казалось, что та сама стала алкоголем.

Мой друг наклонился и поднял винный кувшин… До Крысолова оставалось всего пять метров.

Влажные от пота губы моего друга открылись, и он с силой произнёс.

– Во имя моё, и имя своего божества прародителя, Диониса, я поднимаю сей винный кубок и прошу… Да наполнится моя душа вином!

После этого Пётр крепко сжал бутыль из тыквы, и та разлетелась на десятки осколков, орошая всё вокруг бесконечным водопадом вина. Петя рассмеялся, а в его глазах появился странный блеск.

– Пейте люди! Пейте братья! Давайте восславим славных воинов, которые пали в бою за свою землю! Давайте восславим матерей, которые сражались до самого конца за жизнь своего ребёнка! А также детей, которые боролись за свою семью!

Голос Петра прокатился по площади подобно раскату грома, а Алиса, которая подошла практически вплотную врезалась в барьер из вина.

Один удар, второй… От сферы отлетали алые брызги, а зверь всё продолжал иступлённо наносить свои чудовищные удары.

Мостовая вокруг барьера покрылась трещинами, и молодой человек сделал свой ход.

Произнеся на языке без начала слово «Теки», Пётр взмахнул своей рукой, и сфера, состоящая из вина, обратилась красным потоком.

Удар! Тело Крысолова с силой врезалось в мостовую, а вино вновь приняло форму сферы… Только на этот раз она сформировалась вокруг головы врага.

Женщина в порыве ярости попыталась разорвать винный шар, но её когти бессильно проходили сквозь него. Крысолов постепенно задыхалась.

Вдруг Алиса пришла к какому-то выводу и стремительно бросилась к молодому человеку. Её когти оставляли в мостовой глубокие борозды, а силуэт стал похож на размытую тень, настолько она была быстрой.

Пётр в ответ весело рассмеялся и добавил на языке без начала, прародителе всех нынешних языков, «Славься копейщик Рафаэль!».

После чего произнёс уже на всеобщем языке:

– Я не забуду твой последний бой против чёрного дракона…

Мгновенье и стойка Пети изменилась, даже то, как держался молодой человек, производило впечатление совершенно другой личности.

Кулак Крысолова с силой ударил в сторону Петра, но задел лишь воздух.

Он быстро плавно, словно танцуя, ушёл из-под вражеской атаки, а потом сделал изящный взмах копьём, сформировавшимся из вина.

Этот удар содержал в себе мастерство, отточенное тысячами битв не на жизнь, а на смерть.

Остриё копья врезалось в плечо зверя, оставляя на нём глубокий алый след и разрубая кость. Крысолов больше не мог пользовать своей левой рукой, но зато избежал смертельного удара направленного прямо в шею.

В глазах Алисы сверкнул ликующий блеск.

Воспользовавшись яростью от чудовищной боли, а также тем, что молодой человек отвлёкся, Крысолов взревела.

От её рыка стёкла домов разбились в дребезги, а небольшие трещины в мостовой стали стремительно расширятся.

Сначала казалось, что алая сфера выдержит, но спустя секунду она взорвалась сотней красных брызг.

Зверь оказался на свободе и снова мог дышать.

Кровь, текущая из плеча Крысолова, стала постепенно останавливаться, а в тело зверя, дорвавшегося до бесценного газа, стали возвращаться силы.

Молодой человек, напротив, был бледным как мел, а из его ушей текла кровь. Рёв Крысолова повредил и без того находящееся на пределе тело Петра, и его вырвало красной жидкостью.

Учуяв это, зверь набросился на него с удвоенной силой.

В течение следующих пяти минут они играли в смертельные салки. Но хотя Крысолов и не смогла ни разу попасть по молодому человеку, а тело зверя наоборот покрылось множеством ран, часть из которых для обычного смертного стала бы смертельной, Петя постепенно терял силы. Крысолов же наоборот с каждой секундой как будто сражалась всё яростнее, а пролитая кровь лишь сильнее подогревала её жажду убийства…

Алиса забыла о приказе взять Петра живым, а её мозг полностью затуманился жаждой крови.

Вдруг молодой человек слегка поскользнулся на пропитанной кровью и вином мостовой… Хотя он тут же восстановил равновесие, но когти Крысолова наконец-то нашли свою цель.

Пётр с чудовищной силой врезался в дома, стоящие напротив Зимнего парка, а на его груди виднелись кровавые следы от когтей.

К радости, он вовремя успел заблокировать удар, в последний момент поставив блок, но разница в силе между магом пятого круга и мастером на пике седьмого слишком велика… Даже несмотря на то, что божественная родословная практически покрыла её.

Петю снова вырвало кровью…

«Видимо она своим ударом сломала мне несколько рёбер… Но, к счастью, жизненно важные органы были не задеты». – За одно мгновенье пронеслась в голове Петра мысль.

Крысолов неспешно приближалась к молодому человеку, как хищник, загнавший в угол свою добычу и наслаждающийся её отчаянием.

– Всё же просто так победить тебя мне не по силам… – Печальным шёпотом произнёс Пётр.

Крысолов был уже в пяти метрах. Тень от трёхметровой звериной фигуры падала на Петю, дыхание монстра чувствовалось на его коже.

Он взглянул на Анжелику, лежащую без сознания в десятках метрах от него, на людей, мирно храпящих в снегу, а потом на монстра, объятого жаждой крови перед ним.

«Я не могу позволить им умереть…» – Пронеслась в его голове.

«Наверное, такими должны быть мысли настоящего мужика». – Петя иронично усмехнулся.

– Как там Стас говорил… крепкий алкоголь хорошо горит? – На лице молодого человека появилась немного безумная улыбка.

Прохладный зимний воздух вокруг был полностью пропитан спиртом из многочисленных луж вина, созданных Петром.

– Ну сейчас и проверим… – Крысолов что-то почувствовала и рванула к нему изо всех сил, но было уже поздно.

– Сверкай! – Воскликнул молодой человек, произнося заклинание первого круга «Искру».

Так как это был возможно последний раз, когда он мог использовать магию, то Петя решил разбавить своё заклинание чуточкой магии хаоса.

Так как она никогда не превышала первоначальную мощь более чем в сто раз, то в худшем случае пострадала бы только эта улица.

Когти зверя уже тянули к лицу молодого человека, когда перед ним появился прекрасный огненный цветок.

Крысолов с удивлением взглянула на него, а цветок взглянул на неё в ответ десятками своих глаз.

«Как прекрасно…» – Пронеслось в голове у Пети, видевшего только заднюю часть этого… крайне необычного… растения.

После чего раздался чудовищный взрыв, и бушующее пламя поглотило площадь перед Зимним парком.

***

Когда я был в нескольких сотнях метров от площади перед Зимним парком, впереди прозвучал взрыв и облако дыма взметнулось в небо.

«Неужели не успел…» – Мелькнула в моей голове мысль. И я на одних инстинктах высвободил всю оставшуюся демоническую силу, направив её в крылья и мгновенно оказавшись рядом с другом.

В этот момент все существа в радиусе нескольких километров испытали неописуемый ужас и удушающее давление.

Я держал на руках обгоревшее тело своего друга…

«Почему… Почему я не прибыл сюда раньше? Зачем сдерживался… Да, в таком бы случае за мной бы начала охоту Священная инквизиция, а обе церкви объявили бы меня своим врагом… Но Пётр бы остался цел». – Пронеслось у меня в голове, а спустя мгновенье печаль сменилась холодной всепоглощающей злобой.

«Не прощу… Они посмели тронуть того, кто дорог мне! Эти черви…» – Из моего тела вырвалось чёрное пламя, а падающие снежинке замерли в воздухе, скованные моей волей.

«Приди в себя Илай! Разве ты не хотел начать всё с чистого листа?!» – Слова Рика отрезвили меня и позволили взять свою злобу под контроль.

Я крепко, до крови, сжал свои кулаки.

«Правильно… ведь месть это блюдо, которое надо подавать холодным». – Ответил я своему вечному спутнику.

На моём лице появилась злая холодная улыбка, наполненная жаждой крови, после чего я проверил тело Петра магическим зрением.

Он находился на грани между жизнью и смертью, все его магические энергоканалы были разрушены, а колодец маны был на грани уничтожения. Про повреждения внутренних органов лучше вообще промолчать.

«Если ничего не сделать, то в ближайшие минуты он умрёт… Пожалуй, лучше заняться сначала сердцем – оно пострадало больше всего». – Подумал я. После чего приступил к лечению.

Спустя десять минут я был выжат как лимон, часть особо сложных ран пришлось залечивать с помощью демонических рун. Правда, они скорее выжигают неисправности, нежели восстанавливают организм.

Так что демоническая магия идеально подходит для удаления токсинов, отмерших тканей и вредоносных опухолей. Но увы и ах, она не способна восстановить повреждённый орган, только его очистить.

Поэтому несмотря на свой огромный запас демонических сил, максимум что я смог сделать – это убрать все отмершие ткани и токсины, а также восстановить жизненно важные органы, такие как сердце, печень, желудок, и даже убрать деформацию грудной клетки.

Ожогов у него практически не было так как волшебники огненной стихии имеют повышенное сопротивление к ней.

Маги огня первой ступени могли спокойно греть свой палец прямо над горящей спичкой в течение десятков минут, получив взамен лишь сильное покраснение кожи. Маги второго круга могли проделать тоже самое над костром. Третьего делали это около часа, а четвёртого вообще могли танцевать прямо на кострах, получив лишь лёгкое покраснение кожи. Пятого могли принимать лавовую ванночку для ног в течение нескольких минут, шестого в течение десятков, седьмого в течение часов. Магистры вообще прекрасно себя чувствовали в жерле действующего вулкана, а маэстро могли плавать в мантии земли… Всё это конечно при достаточном количестве кислорода.

Так что жить Пётр будет, но, когда он очнётся я не знаю. А сможет ли колдовать… Лучше об этом не думать. В крайнем случае по реальности захвачу мир, ведь наверняка у древних кланов или правящих династий есть артефакт, способный его вылечить.

Я глубоко вдохнул и задумался над тем, что делать дальше.

Тем временем в десятке метров от меня стала подниматься блондинка, одетая в красное зимнее платье с порванным подолом, вид у неё был побитый… Я не сразу узнал коменданта общежития второго курса, Анжелику.

Она медленно, прихрамывая, направилась ко мне.

– С ним всё в порядке? – В её голосе звучало искреннее беспокойство, а спустя мгновенье она откашляла свою кровь.

– Простите, но я потратил всю ману на лечение своего друга, поэтому сейчас полностью пуст. – Спокойно произнёс я, внимательно наблюдая за ней.

– Ничего, всё в порядке… – Она снова сильно закашлялась, а потом добавила с нежной улыбкой. – Главное он жив.

После чего произнесла с теплом и печалью в голосе:

– Всё же ты смог… Просыпайся поскорее.

Анжелика наклонилась и поцеловала молодого человека в лоб.

Затем я взял его на руки, а она пошла ловить извозчика, чтобы мы могли добраться до ривенгтольского посольства.

Спустя минут десять мы сидели в повозке, а за окном раздавался стук колёс. Так как самые страшные раны я залечил, тряска не представляла для Петра угрозы.

Я глубоко задумался.

«Если Андерсон сказал, что Отец запретил членам Призрачной труппы вмешиваться в дела связанные с господином того, кто напал на моего друга, то это значит, что он либо из Императорской семьи либо тесно связан с одной из церквей… Сомневаюсь что кто-то другой кроме них в этой стране обладает достаточным влиянием, чтобы сдержать членов Призрачной труппы… Ну, а владелец Мировых новостей!!! не стал бы действовать такими окольными путями, а просто раздавил бы голой мощью. На западном и Восточном континентах только единицы способны ему что-то противопоставить, а убить маэстро пространства… Сомневаюсь, что это хоть у кого-то получиться. Хотя убить можно любого было бы желание и средства…» – Когда я закончил размышлять мы сильно отдалились от Зимнего парка.

Анжелика отправилась со мной, так как притворяться, что она просто в отпуске, было уже бесполезно. Тем более она лично хотела присмотреть за Петром… Видимо он сильно запал ей в душу.

На моих устах появилась грустная улыбка, а повозка продолжала стучать колёсами по мостовой.

***

Как только Станислав вместе с Петром и Анжеликой покинул площадь перед Зимним парком, из тени появился синеволосый мужчина… Это был Альберт.

Он вышел на середину улицы, после чего замер, как будто пытаясь что-то почувствовать. А спустя секунду рванул к ближайшему канализационному стоку, где подобрал сильно израненную крысу. Постепенно приобретающую человеческий облик.

Затем Альберт спокойной походкой отправился в сторону Священного Императорского дворца.

***

Примерно в это время турнир закончился победой мага льда.

Хотя он и был простолюдином из-за чего имел меньше ресурсов чем копейщик из побочной ветви рода Вагус, но также по этой причине ему пришлось вступить в ряды Искателей. В Священной Империи те, кто защищают страну от иномирных вторжений, также как и в Ривенгтоле получают льготы, а также разного рода поддержку.

Ну, а так как вместе с талантливыми Искателями не ходят для подстраховки отряды рода, то их бои гораздо более суровые и опасные.

Поэтому маг льда и смог благодаря опыту и мастерству множества жестоких битв, победить копейщика из побочной ветви рода Вагус, который имел лучшее снаряжение и более продвинутые техники.

После церемонии торжественного награждения, во время которой второй Принц надел золотой венок на голову победителю, Виктор, Михалыч и Виола покинули гостевую ложу и, сев в карету, отправились в ривентольсокое посольство.

На вожжах сидел кучер, а прямо за повозкой следовала едва различимая тень лакея.

Карета шла гладко практически без тряски, а за окном раздавался мерный цокот копыт.

Вдруг внезапно перед повозкой вспыхнул яркий свет и раздался чудовищный грохот, а тройка вороных встала на дыбы. К радости, так как они были из особой магической породы, то довольно быстро успокоились.

Сразу после взрыва, оставившего на дороге глубокую яму, в сторону кареты метнулись несколько теней, одетых в чёрные балахоны с рисунком золотого глаза на фоне трёх крестов. Это была форма инквизиции Церкви Либерум Арбитриум.

Мужчина в форме лакея, всё это время следовавший за каретой, рванул им на перехват, и в воздухе раздался звон клинков.

На месте сражения лишь мелькали размытые силуэты, а от случайных ударов, угодивших в землю, оставались глубокие борозды.

Хотя Даниил Штраус и был гораздо сильнее пятерых инквизиторов, напавших на него, но благодаря командной работе и священному оружию им удавалось его теснить.

– Уходите! – С силой крикнул капитан Имперской гвардии.

Кучер резко ударил вожжами и повёл карету прочь от боя.

Когда повозка отдалилась на несколько сотен метров от места засады, Виктор почувствовал что-то неладное, но не мог понять что.

В воздухе стал распространяться газ без цвета и запаха.

«А этот кучер хоть раз открывал свой рот?» – Пронеслось в голове у ассасина, но было уже слишком поздно.

Все, кто был в карете, потеряли сознание.

Спустя полчаса к ривенгтольскому посольству приехала карета с гербом Ривенгтола, но ни кучера, ни Принцессы в ней не было. Лишь Виктор и Михалыч мирно сопели на её сидениях.

***

После того как я, Анжелика и потерявший сознание Пётр добрались до ривенгтольского посольства, то сразу же отвели друга в лазарет.

Им в этом здании заведовал опытный лекарь, маг жизни шестого круга… Пожалуй, это место больше похоже на бункер, чем на простое посольство.

Тут даже в подвале есть склад с годовым запасом продуктов…

Как только я отдал своего друга в руки опытного врача, то отправился во двор, ждать приезда дорогих мне товарищей и близкой девушки. Анжелика осталась рядом с Петром, чтобы оказать всяческую помощь.

Хотя она, пусть и была не слишком сильна в медицине, но благодаря возможности манипулировать веществами, влияющими на эмоциональное состояние людей, гормонами, Анжелика могла сильно ускорить выздоровление Петра.

Когда я, стоя во дворе, увидел подъезжающую карету с серебряным гербом, то сначала обрадовался.

«К радости, они смогли добраться без происшествий». – Пронеслось у меня в голове, но потом я увидел, что у повозки нет кучера, а вороные кони сами возвращаются в родное место. В моей душе как будто кошки заскребли.

Я изо всех сил рванул к карете.

Вороные кони, почувствовав знакомый запах ривенгтольского посольства, остановились и радостно заржали. Магические породы гораздо умнее не магических аналогов из моего родного мира.

Когда открыл дверь кареты, передо мной предстали спящий Виктор и Михалыч… Виолы нигде не было.

В этот самый момент я почувствовал, как внутри меня что-то оборвалось, что-то очень важное для окружающего мира.

«Я, правда, хотел обычной мирной жизни, слегка приправленной приключениями…» – Пронеслось у меня в голове, а мои зрачки на миг приняли вертикальную форму.

– Но, к сожалению, некоторые существа понимают только по-плохому, что в прошлом мире, что в этом. – Произнёс я леденящим душу шёпотом. После чего взял Михалыча и Виктора и отнёс их к врачу, чтобы он поскорее привёл их в чувства.

Что он и сделал спустя десять минут.

После того как Виктор с Михалычем очухались, то мы втроём собрались в гостинице. Где они и рассказали мне обо всём произошедшем.

– Значит на вас напали люди в форме инквизиции Либэрум Арбитриум, а кучера кто-то взял под контроль. – Задумчиво произнёс я.

– Да… Я не успел заметить, как он нас усыпил. Правда, у нападающих было священное оружие, а так как Валорес Этерни вряд ли бы пошла на это… Ведь Императорская семья Ривенгтола верит в старых богов, поэтому это почти сто процентов были члены инквизиции Либэрум Арбитриум, сэр Даниил Штраус сможет сказать об этом точнее. – Произнёс тихим голосом Виктор. Его лицо было наполненно сожалением от собственного бессилия.

– Понятно… – Я кивнул и стал думать, куда могли увести Виолу.

«Всего в Иллиции есть два собора Либэрум Арбитриум. Один из них главный, а вот второй в книге, которую я читал, описывается как построенный недавно…»

«Если учесть, что главный собор у всех на виду, а также что он считается святыней для всех верующих в Либэрум Арбитриум, то вряд ли они доставят Виолу туда… Она приверженица старых богов, а позволить иноверцу ступить на святую святых… Они такого ни за что не допустят… Тем более в этом мире существуют негласные правила о содержание пленённых дворян. Поэтому Виолу могли посадить только в золотую клетку. А делать подобное помещение для иноверца в святая святых… Думаю, нынешний патриарх лучше покончит с собой чем пойдёт на подобное святотатство».

«Поэтому из близлежащих остаётся только второй собор, Де Сол, что значит рождённый в солнце. По одному этому названию уже можно понять, насколько Либэрум Арбитриум недолюбливает Валорес Этерни… Название их главного собора точно такое же. Само это второе священное место находится на другом берегу озера и официально было построено для жителей близлежащих деревень… Правда, почему-то и размер того собора, и богатство его украшений почти как у столичного… Возможно и золотые клетки там есть». – Закончив с размышлениями, я поставил на стол чашку с чёрным чаем, который заварили слуги.

Хотя они находились в довольно серьёзном напряжение из-за пропажи Виолы, но благодаря профессиональным навыкам превосходно исполняли свои обязанности.

О том, что это было похищение Виктор с Михалычем рассказали только мне.

Так как Даниил Штраус до сих пор не вернулся, и было не понятно в каком он вообще состоянии, я решил выдвинуться в одиночку в сторону собора Де Сол. Виктор и Михалыч были сейчас не очень боеспособны, поэтому решили остаться в посольстве.

В то, что Даниил Штраус мог умереть, я не верил. Ведь когда магистр меча будет сражаться на грани жизни и смерти, то разрушения будут очень велики… Думаю, в случае главы Имперской гвардии пострадала бы как минимум одна пятая Иллиции, и тем более такой бы грохот был слышен на многие километры вокруг.

Когда я отдалился на достаточное расстояние от посольства, то, найдя безлюдный переулок, снова взлетел в верх.

Я решил не лететь прямо над озером, а сделать небольшой крюк и осмотреть близлежащие окрестности Де Сола.

Если бы они хотели навредить Виоле, то вряд ли бы брали её живой. Ну, а из-за негласных правил о содержание пленённых дворян её вряд ли будут калечить… По крайней мере пока.

Да… Я понимал, что у Либэрум Арбитриум могут быть и другие скрытые соборы, куда могли отвести Виолу. Но лучше попытаться, чем сидеть сложа руки, ожидая у моря погоды…

Тем более даже если её там нет, то наверняка там есть тот, кто знает, где она.

Ну, а добыть из него информацию… Что ж думаю в моих руках расколется даже истово верующий фанатик. Ведь когда я был охотником на демонов, мне приходилось пытать созданий, для которых боль была их сутью… Правда, к духовным мукам они почему-то оказались не очень готовы.

Спустя полчаса я прибыл к собору Де Солу, и, осмотревшись, приготовился войти внутрь.

На земле я увидел магические следы носителей святого оружия. Полностью запечатать его ауру практически невозможно.

«Значит они здесь…» – Пронеслось в голове, а моё сердце наполнилось холодной злобой.

Насколько бы я не был терпелив и великодушен, но две попытки в один и тот же день лишить человека самого дорогого… Доведут даже монаха.

Передо мной ярко сверкала под завязку напитанная демоническая руна Скорби.

Я безжалостно усмехнулся, а потом с неба ударила чёрная молния, с грохотом уничтожая барьер, созданный вокруг собора и обращая в пепел его входные двери.

Я обнажил свой клинок и вошёл внутрь.

***

Когда Виола пришла в себя, то обнаружила, что находится в роскошной комнате с мраморной лепниной. На полу был красный бархатный ковёр, а на потолке горела хрустальная люстра.

Несмотря на роскошную обстановку и то, что она была в комнате одна, её руки были скованны за спиной наручниками, ограничивающими применение магии.

Также они были из зачарованной стали, поэтому разорвать их силой смог бы только разве что магистр…

Одежда на Виоле была той, в которой она приехала на Великий священный турнир. Правда, все магические артефакты были забраны у неё похитителями.

Немного подумав, Принцесса изогнулась и вывернула руки перед собой. Гибкость мастера меча пятого ранга позволяет проделывать и не такие фортели. После чего она пошевелила языком во рту, нащупывая пломбу. Затем раздавила её и сплюнула содержимое на наручники.

Руны на них стали стремительно темнеть, а потом и сама сталь стала плавится.

Эта пломба была подарком от Виктора, а также средством крайней меры.

Кислота в ней была очень редкая, способная разрушить магическое снаряжение даже ранга магистра. Также она не вредила органике. Правда из-за этого, если бы Виолу связали более дешёвыми магическими верёвками, то кислота бы попросту не сработала.

Можно сказать, это тот случай, когда качество сыграло против похитителей.

После этого Виола достала изящную шпильку из своих волос, затем сделала из них хвост.

Пусть это и был простой аксессуар, поэтому похитители не стали его трогать. Но также это была работа одного из лучших кузнецов Ривенгтола, по этой причине данная шпилька вполне успешно могла противостоять не магическому мечу.

После этого Принцесса проверила дверь. Она оказалась заперта и зачарована, так что выбить массивный прямоугольник у неё не получилось бы. Поэтому, подумав, она сбила висящую на потолке хрустальную люстру. Упав, осветительный прибор разбился в дребезги, создав при этом ужасный грохот и заставив бархатный ковёр гореть.

– Помогите! Пожар! – Закричала Виола испуганным голосом, а за дверью раздалась ругань. После чего дверь открылась и внутрь вбежал один из инквизиторов Либэрум Арбитриум.

Аккуратная изящная шпилька пронзила сонную артерию мужчины, и спустя мгновенье тот упал замертво.

Лицо Принцессы побледнело и её чуть не вырвало, но она смогла сдержать порыв. Это был первый раз, когда Виола отнимала человеческую жизнь.

Так как противник был на ранг выше её, и, возможно, владел священным оружием, то единственным шансом победить была неожиданная смертельная атака.

Потратив минуту на то, чтобы прийти в себя, Принцесса обыскала труп мужчины и забрала у него меч.

После этого она крадучись отправилась на поиски выхода.

Так как стражник вряд ли был тут один, то с минуту на минуту туда могли нагрянуть и другие, чтобы узнать, что произошло.

Передвигаясь по каменным коридорам, освящённым тусклым пламенем свечей, Виола нашла лестницу, ведущую на верх. По пути ей встретилось ещё несколько запертых дверей, но у убитого мужчины не было ключей от них. Тем более не факт, что их обитатели не набросятся на Принцессу, как только её увидят. Поэтому она решила их проигнорировать.

Поднявшись вверх по лестнице, Виола оказалась в просторной молитвенной зале.

Тайный ход, ведущий в подвальные помещения, был за алтарём.

Зала была практически пуста, лишь мужчина в одежде архиепископа молился у алтаря.

Увидев его, вся сущность Виолы возопила, что ей его не победить.

– Ты пришла… – Спокойным голосом произнёс мужчина в рясе. – Я тебя ждал… Жаль Иннокентия, он был хорошим малым. Добрым… Правда, иногда заносчивым и упрямым.

Виолу сковал ужас. Она поняла, почему ей по пути не встретилось больше ни одного стражника.

Разлепив оледеневшие губы, Принцесса произнесла:

– Вы могли его спасти.

– Мог. – Не стал отрицать Архиепископ, а потом печальным голосом добавил:

– Но он был слишком заносчивым и высокомерным… Хотел занять мой пост… Думал, что больше заслуживает быть рядом с престолом Владыки! Поэтому хорошо, что ты его убила.

«Престол? Но в Священной Империи есть только один престол… Но тогда почему он не назвал его священным?» – Пронеслось в голове Виолы, а её тело тем временем готовилось к возможно последнему бою.

Как вдруг снаружи раздался звон разбитого стекла, а спустя мгновенье входные двери собора обратились в прах.

Внутрь зашла фигура, окутанная чёрным пламенем. На голове у неё были рога, а за спинной крылья из матово чёрных перьев.

При взгляде на лицо таинственной фигуры Принцесса произнесла:

– Стас?

После её тело сковал животный ужас, идущий из самых глубин её существа. Виола стала задыхаться, а единственной мыслью, оставшейся у неё в голове, было слово «Бежать!».

Но фигура, окутанная чёрным пламенем, взмахнула своей рукой, начертив странный символ, и сознание Принцессы погрузилось в спасительное небытие.

***

Когда я вошёл внутрь собора, то сразу же увидел свою милую и архиепископа церкви Либэрум Арбитриум.

– Стас? – Раздался в зале её голос, а спустя мгновенье Виолу охватил неистовый животный ужас.

Я сотворил демоническую руну забвения, и печально вздохнул.

К сожалению те, кто видел мой истинный облик, просто не в силах его забыть, такова сущность силы Владыки Инферно.

«Рано или поздно это должно было случиться…» – Тихо произнёс в моей голове Рик.

«Возможно ты прав…» – На моих устах появилась грустная улыбка.

«В конечном итоге ни что не вечно… В том числе и мой покой. Именно поэтому я ни за что не прощу тех, кто пытается разрушить мой маленький хрупкий мир!» – На мгновенье в моём сердце вспыхнул всепожирающий гнев, но спустя миг сменился холодной злобой и ненавистью.

Я взглянул в лицо Архиепископа.

– Как господин и говорил ты пришёл! – С нотками безумия в голосе произнёс он.

– Если я тебя уничтожу, то смогут встать подле его престола! – Глаза архиепископа загорелись как у фанатика.

После чего он взмахнул рукой и произнёс:

– Пронзи его свет!

Копья, сотканные из солнечных лучей, полетели в мою сторону, а я всё продолжал стоять на месте, смотря ему в глаза.

Одно копьё, второе, архиепископ создавал их каждую секунду, а по силе явно был магистром.

Сотканные из света линии вонзались в моё тело, но тут же сгорали в чёрном пламени. Я не двигался и всё также смотрел мужчине в глаза.

Сначала архиепископ ликовал, считая, что вот-вот победит. Потом он решил, что надо попросту приложить чуть больше сил, и победа наконец-то будет у него в кармане.

Спустя минуту он выкладывался на полную, но на моём теле не было ни единой царапины.

Я стал неспешным шагом приближаться к нему.

На лице мужчины начало постепенно появляться отчаяние, а с каждым сделанным мной шагом в его взгляде набирал силу животный страх.

Шаг.

– Не подходи! – Архиепископ вскричал, а его лицо побледнело.

Шаг.

– Ты не можешь меня убить! Я же был избран. – На лице мужчины появились слёзы, а я всё также смотрел ему прямо в глаза.

Ещё один шаг.

– Пожалуйста! Пощади… Я не хотел! – Архиепископ попытался отвести взгляд в сторону, но уже попросту не мог. Всё его тело била дрожь.

Я подошёл к нему в плотную.

– Если ты меня убьёшь, то мой господин сожрёт твою душу! – В отчаяние завопил мужчина, а из его носа стекали сопли.

– Господин… Как его зовут? – С холодным любопытством спросил я его.

– Я не знаю, как его зовут… Но… но! Мой господин очень силён! Он почти что бог! И он обязательно сожрёт этот мир! Но если ты меня пощадишь… – Воскликнул мужчина, предприняв последнюю попытку спасти свою жизнь.

– Понятно… – Безразлично произнёс я, а потом добавил:

– Но разве ты сам не пытался меня убить? Значит, сам должен быть готов потерять свою жизнь.

После этого я вознёс свой клинок над его головой.

В глазах архиепископа мелькнул чудовищный ужас, но спустя мгновенье его тело обратилось в пепел.

«Интересно каков на вкус будет её страх?» – Подумал я, вспомнив о неведомой сущности, планирующей сожрать этот мир.

***

С неба падал крупный снег, а я стоял с Виолой на руках во дворе ривенгтольского посольства. Принцесса должна была прийти в себя через несколько часов.

Рядом со входом внутрь стоял мужчина в красной рясе с золотыми узорами в виде солнца. Это были одеяния главы инквизиторов церкви Валорес Этерни.

Заметив меня, он тут же встрепенулся и подошёл ко мне.

Я вопросительно взглянул на него, а мои догадки стали постепенно обретать форму.

Мужчина опустился на одно колено и произнёс:

– Приветствую вас, Солнцеликий!

Так в этой стране обращались только к Священному Императору…

На моих губах появилась грустная и в тоже время холодная улыбка.

– Теперь всё встало на свои места.