Вкус твоей лжи

🎧 ПЛЕЙЛИСТ К ДАРК-РОМАНУ

ВКУС ТВОЕЙ ЛЖИ

---

«Ты думал, что целуешь меня. Но ты целовал свою ложь. И она была сладкой, как яд»

---

ENHYPEN - Bad Desire (With or Without You)

Рай без тебя - ад.Ад с тобой в объятиях - рай.Ты - моё проклятие. Ты - моя свобода.

---

Stray Kids (Bang Chan Hyunjin) - Red Lights

Одержимость - это клетка без стен.Я заперт в ней добровольно.Я умоляю об освобождении.Но боюсь того, что будет за дверью.

---

BTS - Blood Sweat Tears

Я знаю, что гибель неминуема.Но я иду вперёд.Кровь, пот и слёзы - цена за один твой взгляд.

---

ATEEZ - In Your Fantasy

Где заканчивается реальность?Где начинается твоя ложь?Я больше не знаю.Но я хочу остаться в этой иллюзии.

---

ATEEZ (Hongjoong) - Why Do You Love

Не заставляй меня одержимо думать о тебе.Я не могу отпустить.Даже когда знаю, что ты - ложь.

---

SUNMI - Full Moon

Ночь срывает маски.Тени становятся правдой.А я всё ещё ищу тебя в темноте.

---

ENHYPEN - Loose

Желание, которое нельзя сдержать.Шёпот, который разрушает тишину.Я теряю контроль.Я теряю себя.

---

«Она пришла в клетку за правдой. Но правда оказалась слаще, чем ложь»

---

2 0 2 6

Пролог

Звонок от директора застал Джиу за нарезкой яблок — она резала их дольками, как учил брат, потому что он терпеть не мог кожуру. Нож выскользнул из пальцев, когда она услышала голос на том конце — сухой, официальный, без единой эмоции.

«Ваш брат, Ханг Джису, впал в кому. Причины выясняются. Приезжайте в агентство, у нас есть предложение».

Джиу не помнила, как доехала до здания. Она помнила только собственные руки — они тряслись так, что она не могла застегнуть куртку, и в итоге просто накинула её на плечи, даже не глядя в зеркало. Всё вокруг плыло, будто она смотрела на мир сквозь мутное стекло аквариума. Сеул за окнами такси расплывался в оранжевых и синих пятнах неона, а в голове билась одна мысль: он не мог просто так взять и упасть. Не за месяц до дебюта. Не тогда, когда он так мечтал.

В кабинете директора пахло пережжённым кофе и дорогим табаком — хотя сам директор (мужик с цепким взглядом, который Джиу всегда недолюбливала) сидел за столом без сигареты. Рядом с ним стоял какой-то тип в чёрном костюме — менеджер, кажется, из отдела кадров. Они обменялись взглядами, и директор заговорил быстро, будто читал заученный текст:

— Мы не можем потерять дебют. Контракты подписаны, рекламодатели ждут, и если сейчас выяснится, что наш трейни в коме, группа развалится ещё до выхода. У тебя есть шанс помочь нам. И себе.

Джиу смотрела на него пустым взглядом. Она не понимала, о чём он говорит. Какая помощь? О чём он вообще?

Директор подошёл к столу, взял какую-то бумагу и протянул ей:

— Ты займёшь место своего брата в группе. Но ты будешь не Джису. Ты будешь новым участником — Ханг Джиху. Мы скажем всем, что Джису уехал по семейным обстоятельствам, а на его место мы нашли нового трейни. У тебя похожее лицо, та же фамилия. Никто не будет задавать лишних вопросов.

Джиу перевела взгляд с бумаги на директора. Внутри всё оборвалось.

— Я должна притворяться… кем?

— Новым участником. Мы сделаем тебе документы на имя Джиху, подстрижём, переоденем. Ты будешь жить в общежитии, тренироваться, выступать, молчать. Твоя задача — быть Джиху. Никто не должен знать, что ты его сестра. И никто не должен знать, что Джису в коме.

Джиу хотела засмеяться ему в лицо. Или разбить о стену ту самую кофеварку, которая мерзко шипела в углу. Но вместо этого она услышала собственный голос — тихий, почти чужой:

— А если я откажусь?

Директор пожал плечами. И в этом жесте было столько равнодушия, что у Джиу на мгновение заныло под ложечкой.

— Тогда твой брат так и останется в больнице. А виновные никогда не будут найдены.

Она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Она не спросила, что было с братом на самом деле — что за «обстоятельства» привели его в кому. Она не спросила, почему скорая приехала только через час. Она поняла одно: если она согласится, она будет внутри системы. Сможет собирать информацию. Найти правду.

— Я согласна, — сказала она. — Но я сделаю это не ради вас. Я сделаю это ради него.

Директор кивнул, будто только этого и ждал.

— Хорошо. Тогда начнём.

---

Парикмахерская, куда её привезли, находилась в подвальном помещении без вывески — какая-то частная точка для звёзд, которые не хотели светиться перед журналистами. Внутри пахло химией и влажными полотенцами, на стенах висели чёрные фотографии с нечёткими силуэтами. Мастер — тучный мужик с золотым кольцом в ухе — даже не спросил, что ей сделать. Он просто ткнул пальцем в журнал, где была стрижка «под ноль» на каком-то айдоле, и спросил:

— Это?

— Да, — выдавила Джиу.

Она смотрела в зеркало на свои длинные тёмные волосы, которые брат вечно дёргал в детстве, называя её «паучьей лапкой». Тот же оттенок, те же прямые пряди — они всегда были похожи больше, чем положено близнецам. Мастер щёлкнул машинкой, и она зажмурилась. Первый раз, когда лезвия прошлись по затылку, показался невесомым — просто вибрация и тепло. Второй — уже слышался хруст, третий — она почувствовала, как на плечи падают срезанные пряди, мягкие, словно мёртвые змеи. Когда мастер дошёл до висков, Джиу открыла глаза. В зеркале на неё смотрел парень. Нет, не парень — она, но с чужим лицом. С острыми скулами, которые раньше прятались за волосами, и с открытым лбом, который делал её похожей на мальчишку-подростка из дешёвого дорамного сериала.

— Брови ещё, — буркнул мастер, доставая пинцет. — У тебя они слишком женственные, надо выщипать и закрасить потолще.

Она кивнула, и через десять минут пинцет выдирал волоски по одному — Джиу стиснула зубы, потому что от боли глаза наливались слезами, но она не дала им скатиться. Не здесь. Не при нём.

В конце мастер нанёс какой-то гель, чтобы убрать блеск кожи, и отодвинул её плечо:

— Готово. Можешь посмотреть.

Джиу повернула голову влево, вправо. Отражение двигалось синхронно, но оно было чужим. Чужие брови, чужой разрез глаз — теперь казавшийся более жёстким из-за короткой стрижки. Она провела пальцами по затылку — там было колюче, как у ёжика. Джису всегда так стригся, когда злился, — вспомнила она. — Он говорил, что так легче мыть голову после тренировок.

— Документы, — сказала она хрипло. — Дайте мне документы.

Менеджер, который ждал в коридоре, протянул прозрачный файл. Внутри лежали паспорт и водительские права на имя Ханг Джиху. Джиу взяла их дрожащими руками. Фотография была свежая — её нынешнее лицо с короткой стрижкой, чуть обработанное в фотошопе, чтобы выглядеть ещё более мужским. Но глаза — её глаза — смотрели с фотографии пронзительно и холодно.

Она сжала пластик так, что он хрустнул. Я больше не Джиу. Я Джиху. Новый человек. Новый участник.

В углу лежал пакет с мужской одеждой: чёрная футболка, джинсы на размер больше, кожаная куртка и новые кроссовки. Она натянула всё это на себя, чувствуя, как ткань болтается на бёдрах, а грудь — уже перетянутая тугим медицинским бандажом, который она купила в аптеке по дороге, — почти не выдаёт себя. Главное — не сутулиться, — мысленно приказала она себе. — Мужчины плечи расправляют, а ты вечно сгибаешься, как былинка.

Она выпрямилась, глядя в зеркало уже в полный рост. Короткие волосы, тёмный верх, чужая кожа — но глаза остались её. И в них сейчас горело что-то такое, от чего даже мастер на секунду отвёл взгляд.

— Теперь ты готов, — сказал менеджер, не глядя на неё. — Завтра ты уже будешь репетировать с группой. Ты — Джиху. Новый участник. Запомни это. И никому не рассказывай правду.

Джиу кивнула. Она знала, что это только начало. Она вошла в клетку, и теперь у неё не было права ошибаться.

Она взяла со столика срезанные пряди своих волос — они лежали кучкой, чёрные и блестящие, как обрезки шёлка. Она сунула их в карман куртки. На память. О том, кем она была. О том, кого она никогда больше не увидит, пока не найдёт правду.

«Я найду того, кто это сделал», — пообещала она брату в тишине собственной головы. — «И я заставлю его сгнить в аду. Даже если ради этого мне придётся сгнить первой».

В зеркале за её спиной отражался только пустой подвал, грязный пол и оставленный мастером пинцет. Но Джиу показалось, что она видит там улыбку — кривую, надменную, которую так любил строить Джису, когда они играли в «кто кого перепугает».

Она вышла на улицу. Сеул встретил её душным августовским ветром, и в этом ветре пахло бензином и чужими жизнями. Джиу застегнула куртку до самого верха, поправила воротник, как привыкла проверять бандаж, и сделала первый шаг в свою новую жизнь.

Теперь она — Джиху. Новый участник группы. Девятый.

И она никому не позволит встать у неё на пути.

Глава 1. Девятый

В общежитии всегда воняло потом, дешёвым стиральным порошком и чужими жизнями. Эта вонь въелась в стены, в диваны, в ковры, которые никто не чистил уже лет пять, судя по пятнам неизвестного происхождения. Пахло так, будто здесь одновременно жили восемь парней, которые принципиально не открывали окна, потому что кондиционер работал исправно, а ветер с улицы приносил только смог и запах жареного кальмара из круглосуточной забегаловки напротив.

Тэмин сидел на подоконнике, свесив одну ногу вниз и покачивая ею в такт музыке, которая играла у него в наушниках. Он не слушал, просто создавал видимость, что занят, чтобы никто не лез с вопросами. На самом деле он разглядывал Хангёля, который в сотый раз переклеивал лейкопластырь на плече — тот уже отклеивался от пота, а Хангёль злился, потому что травма напоминала о себе ноющей болью, а от обезбола у него тряслись руки.

— Не дёргай, — лениво бросил Тэмин, не вынимая наушников. — Ты его уже третий раз за десять минут переклеиваешь. Кожа отвалится, будешь ходить с дыркой.

Хангёль огрызнулся, не поднимая головы:

— Завались, а? Тебе легко говорить, ты в прошлом году свои колени чуть не убил и всё равно пляшешь как заведённый. Я должен быть в форме, а это говно меня вырубает.

— Ну так сходи к врачу, а не ной.

— Сам иди.

Рэвон, который развалился на диване с телефоном в руках, даже не повернул головы. Он листал фотографии — свои, конечно, — и периодически кривил губы, когда ему казалось, что свет падает не так. Красота — это тяжёлый труд, и Рэвон нёс этот крест с выражением мученика на лице. Рядом с ним на полу валялись три пустых стаканчика из-под кофе, которые он сам же и принёс, но убирать за собой не собирался — для этого есть младшие.

Кёнмин как раз проходил мимо с полотенцем на шее — он только что вернулся с пробежки, и его волосы всё ещё были влажными, но он уже успел натянуть улыбку, которую репетировал перед зеркалом для будущих фанатов. Улыбка была идеальной. Глаза при этом — пустыми.

— Слышь, Кён, — бросил ему вслед Каин, который сидел в углу в наушниках, но на самом деле слушал всё вокруг. Каин вообще никогда не выключал слух, даже когда делал вид, что спит. — Ты не видел мою зарядку? Чёрную, которая с красным проводом?

— Не видел, — Кёнмин даже не обернулся. — Я твою грязь не трогаю.

— А мою грязь, значит, трогать нельзя, а свою разбросал по всей кухне, да?

— Заткнись, Каин, ты просто вечно всё теряешь.

Каин усмехнулся и вытащил один наушник, чтобы сказать громче:

— Я тебе, сука, сейчас покажу, что я теряю, когда увижу свой телефон в твоей комнате. Ты его у меня в прошлый раз стащил, чтобы поставить себе рингтон!

— Тебе показалось, — отрезал Кёнмин и скрылся за дверью своей комнаты, хлопнув ею чуть громче, чем надо.

Ёнхо сидел на кухне и месил тесто. Он всегда месил тесто, когда был в хорошем настроении — или когда хотел создать видимость, что в хорошем. Сегодня он улыбался, но улыбка не доходила до глаз, потому что на самом деле Ёнхо слушал разговоры через стенку и запоминал каждое слово. Прямо сейчас он мысленно отмечал, что у Каина проблемы с памятью, а у Кёнмина — с самооценкой, и что Хангёль скоро сорвётся, если не получит новую партию своих таблеток.

Тэхун сидел за столом напротив Ёнхо и делал вид, что читает книгу. На самом деле он изучал свои заметки в телефоне — список компромата, который собирал уже полгода. В нём было всё: кто кому должен денег, у кого какие болячки, кто с кем спит в тайне от агентства. Следующая страница была про новичка. Ханг Джиху, двадцать лет, саб-вокалист, ведущий танцор. Пришёл из ниоткуда за месяц до дебюта, — Тэхун нахмурился и добавил в заметки вопросительный знак.

Дверь в гостиную открылась, и в комнату шагнул Роун — весь из себя идеальный, в чёрной футболке, с планшетом под мышкой и таким видом, будто он нёс на плечах весь мир, а заодно и эту банду идиотов.

— Так, — сказал он, не повышая голоса, но все мгновенно замолчали. Даже Ёнхо перестал месить тесто, оставив руки в муке. — Слушайте все. Через час приезжает новый участник. Зовут его Ханг Джиху.

Тишина повисла такая, что было слышно, как в холодильнике капает вода.

— В смысле, новый? — первым очнулся Хангёль. Он даже перестал ковырять свой пластырь. — Ты серьёзно? За месяц до релиза? Мы же уже всё отрепетировали, все партии расписаны, а тут какой-то левый чел…

— Не левый, — перебил Роун жёстко. Голос его стал на тон холоднее. — Он прошёл отбор. У него контракт. Он будет с нами жить, репетировать и выступать. Вопросы?

— А что насчёт его комнаты? — подал голос Кёнмин, который уже снова выскользнул из своей двери. — У нас и так одна пустует, но там окно выходит на помойку, а он, блядь, наверное, привык к хорошей жизни, как все эти новенькие.

— Заткнись, Кён, — рявкнул Рэвон, не отрываясь от телефона. — Ты сам до дебюта спал на полу в трейни-хаусе. Пусть привыкает.

— Я спал на полу, потому что меня не ценили, а не потому что я был новым.

— Ой, да пошли вы все, — буркнул Каин и снова воткнул наушники в уши, но было видно, что он вслушивается.

Тэмин спрыгнул с подоконника, ловко приземлился на пол и снял наушники, намотав провод на палец. Он прошёлся по комнате, заложив руки в карманы, и остановился напротив Роуна.

— Ну посмотрим, — сказал он, усмехаясь в одну сторону, так что на щеке появилась ямочка, но взгляд остался колючим. — Посмотрим, что это за чудо. Только если он окажется очередным мажором, который купил себе место через папу, я лично выкину его вещи в окно.

— Не выкинешь, — Роун посмотрел на него в упор. — Он твой будущий коллега. Уважай.

— Уважать буду, если заслужит.

Ёнхо наконец оторвал руки от теста и вытер их о полотенце. Он подошёл к остальным, улыбнулся той самой тёплой улыбкой, от которой у стажёрок подкашивались колени, и сказал тихо, почти ласково:

— А может, он классный. Не надо сразу нападать, ребят. Мы же все когда-то были новыми.

— Ты был новым в Австралии, а тут ты всегда был местным, — фыркнул Тэхун, даже не подняв глаз. — Не сравнивай.

Ёнхо ничего не ответил, но его улыбка дрогнула на долю секунды — только Тэхун заметил. И сделал пометку в своей голове: Ёнхо злится. Надо следить.

Роун развернулся и направился к входной двери, бросив через плечо:

— Через сорок минут он будет здесь. Приведите себя в порядок, чтобы не выглядели как бомжи. Особенно ты, — он кивнул на Кёнмина. — У тебя футболка грязная.

— Она чёрная, Роун! — возмутился Кёнмин. — На чёрном не видно!

— Видно. Ты окунулся в соус, когда жрал лапшу в три часа ночи. Не думал, что я не знаю?

Кёнмин покраснел, но смолчал. Потому что Роун всегда знал всё. И это бесило больше всего.

---

Когда раздался звонок в дверь через сорок пять минут (опоздание на пять минут — уже плохой знак), в гостиной собрались все, кроме Рэвона, который принципиально остался в комнате, чтобы сделать вид, что ему всё равно.

Роун открыл дверь.

На пороге стоял парень. Высокий, худой, с коротко стриженными чёрными волосами, в кожаной куртке, которая болталась на плечах, будто он взял её у старшего брата. Тёмные джинсы, кроссовки. Обычный. Слишком обычный, чтобы быть айдолом.

Джиу — нет, теперь уже Джиху, она должна была запомнить это раз и навсегда, — стояла и смотрела на Роуна. Он был выше, шире в плечах, и в его взгляде читалась такая концентрация, будто он сканировал её с ног до головы, запоминая каждую морщинку на одежде.

— Привет, — сказала она, стараясь сделать голос ниже. Грубее. Она почти не узнала собственный голос — после гормональных уколов он звучал хрипло, будто она курила лет десять. — Я Джиху.

Роун не улыбнулся. Он просто кивнул и отступил в сторону, давая ей войти.

— Заходи. Познакомишься с командой.

Джиу шагнула внутрь, и сразу же на неё накатила волна запахов. Тесто, пот, дешёвый одеколон и ещё что-то сладкое — ваниль, наверное. Она заставила себя выпрямить спину, расправить плечи и посмотреть прямо перед собой.

Восемь пар глаз уставились на неё одновременно.

Каин сидел в кресле, поджав одну ногу под себя, и внимательно разглядывал её лицо. Слишком внимательно. У Джиу внутри всё сжалось: он что-то видит? Он знает?

Хангёль стоял, скрестив руки на груди, и его челюсть была напряжена так, что желваки ходили ходуном. Кёнмин тоже стоял, но с этой его дурацкой улыбкой, которая не отражалась в глазах. Тэхун просто сидел в углу с книгой, но не читал — он смотрел. Ёнхо улыбался, и это была самая опасная улыбка из всех. Тэмин прислонился плечом к стене, наклонив голову, и сказал:

— Ну, привет. Джиху, да?

— Да, — ответила она, стараясь говорить ровно.

Тэмин помолчал секунду, потом усмехнулся и добавил:

— Смотри, парень, мы тут без лишних сантиментов. Если ты будешь тормозить на репе, я тебя просто не замечу. А если будешь тормозить в танцах, я тебя убью. В смысле — научу, но сначала убью. Понял?

— Понял, — сказала Джиу. Она не отвела взгляд. Нельзя отводить взгляд. Джису никогда не отводил.

Тэмин чуть прищурился, будто удивился такой смелости, но ничего не сказал. Просто хмыкнул и отошёл в сторону, открывая вид на остальных.

Роун встал рядом с Джиу и положил руку ей на плечо. От этого прикосновения у неё перехватило дыхание — она ненавидела, когда кто-то касался её сверху, давил, контролировал. Но она не дёрнулась.

— Это ваш новый мембер, — сказал Роун громко, обращаясь ко всем. — Надеюсь, вы будете с ним работать как команда. Я не потерплю буллинга, грязных игр или подстав. Потому что, если кто-то из вас решит проверить мои нервы, я лично сделаю так, что он пожалеет о дне своего рождения.

В голосе Роуна не было угрозы. В нём была только констатация факта. И от этого становилось страшнее.

Джиу сжала кулаки в карманах куртки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Спокойно. Ты здесь, чтобы узнать правду. Ты не будешь их бояться. Ты будешь их использовать.

Она медленно перевела взгляд по очереди на каждого — Каина, Хангёля, Рэвона, Кёнмина, Тэхуна, Ёнхо, Тэмина — и остановилась на Роуне.

— Я не подведу, — сказала она тихо, так чтобы слышал только он.

Роун посмотрел на неё с выражением, которое невозможно было прочитать. А потом едва заметно кивнул.

— Посмотрим, — сказал он. — Иди пока в комнату. Справа по коридору, вторая дверь. Твои вещи уже там.

Джиу развернулась и пошла по коридору, чувствуя на спине все восемь взглядов. Они уже ищут мои слабые места, — подумала она. — Как бы мне не сдохнуть раньше, чем я найду убийцу.

Когда она зашла в комнату и закрыла дверь, то прислонилась к ней спиной и выдохнула. Впервые за этот день. В груди колотилось так, что казалось, бандаж вот-вот лопнет.

На кровати лежала спортивная сумка — та самая, которую менеджер обещал завезти. Она открыла её. Внутри были вещи брата. Его любимая футболка с потёртым воротом, его браслет, его наушники, которые он всегда носил с собой.

Джиу зажмурилась.

Я сделаю это, Джису. Я сделаю это ради тебя.

И в этот момент за дверью раздался шёпот. Чей-то голос — она не поняла, чей, — прошептал:

— Слышь, он странный какой-то. Ну, слишком напряжённый. Как будто боится, что мы его съедим.

Другой голос — более низкий — ответил:

— Пусть боится. Это веселее.

Джиу улыбнулась. Но улыбка была кривой и злой.

«Посмотрим, кто кого будет бояться», — подумала она.

И начала разбирать вещи.

Глава 2. Отражение

Дверь за спиной захлопнулась с мягким щелчком, и Джиу на секунду прикрыла глаза, позволяя себе просто выдохнуть. В груди всё ещё колотилось, но уже не так дико, как минуту назад, когда она стояла перед всей этой стаей волков в человеческой коже. Она прислонилась спиной к двери, провела ладонью по короткому затылку - колючему, чужому, - и заставила себя открыть глаза.

Комната оказалась маленькой. Очень маленькой. Узкая кровать у стены, письменный стол, на котором уже стояла лампа с жёлтым абажуром, пластиковый стул, шкаф-купе с зеркальными дверцами, и единственное окно, выходящее, судя по всему, во внутренний двор, где висели мокрые тряпки и стояли вёдра. За окном уже темнело, и в стекле отражался жёлтый свет лампы и её собственное лицо - чужое лицо.

Джиу подошла к кровати, на которой лежала спортивная сумка, и расстегнула молнию. Пахло братом. Этот запах - дешёвый гель для душа, который они оба использовали, потому что он был самым доступным в круглосуточном магазине, и ещё чем-то неуловимым, чем пахнет только кожа после тренировок, - ударил в нос так сильно, что у неё защипало глаза.

Она начала вытаскивать вещи. Футболки, толстовка, две пары джинсов, носки, бельё - мужское, белое, упакованное в целлофан, купленное менеджером, потому что своё она не могла взять. Но среди этих казённых трусов и маек лежала её собственная косметичка, которую она сунула на дно, когда никто не видел. Джиу достала её и сразу же засунула под подушку, чтобы никто случайно не увидел.

А потом началась самая нервная часть - она вытащила из внутреннего кармана куртки маленький чёрный пакет. Там лежали прокладки. Тонкие, ночные, обычные - на все случаи жизни, потому что она не знала, когда у неё начнётся следующий цикл. И к этому прилагались трусы - её собственные, хлопковые, абсолютно не мужские, с кружевной резинкой, которые она купила в аптеке в день, когда решилась на эту авантюру.

Она оглядела комнату. Шкаф. Шкаф с зеркальными дверцами. Она подошла к нему, дёрнула за ручку - внутри было пусто, только несколько вешалок и нижняя полка. Идеально. Она опустилась на колени и сунула чёрный пакет в самый дальний угол, задвинув его так, чтобы он не бросался в глаза. Если кто-то откроет шкаф, он увидит только пустоту. Главное, чтобы не заглянули под полку. Джиу зачем-то поправила пакет, словно от этого зависела её жизнь.

Второй пакет - с женским бельём - она спрятала под матрас. Аккуратно подсунула его между пружинами и поролоном, разгладила покрывало, чтобы не было видно бугра.

- Боже, я как наркодилер, - прошептала она себе под нос и тут же прикусила язык. Вспомнила, что Джису никогда не говорил с собой вслух. Он просто молчал или бормотал под нос тексты песен. Надо привыкать. Надо становиться им.

Она расправила остальные вещи - мужские футболки и джинсы - и разложила их на кровати, чтобы потом повесить в шкаф. Заодно проверила карманы. В одной из курток брата она нашла старый чек из кофейни, смятую бумажку с каким-то номером телефона (она не стала вглядываться, сунула обратно) и засохший леденец в обёртке. Она улыбнулась. Джису всегда таскал с собой леденцы, чтобы не курить, хотя курить он и не начинал. Просто любил сосать конфеты во время раздумий.

Она достала телефон из кармана своей куртки - тот самый, который ей выдали вместе с документами. Модель такая же, как у брата, даже царапина на экране та же - специально, чтобы никто не заподозрил подмену. Джиу нашла розетку у стола, воткнула зарядку и поставила телефон на стол. Экран засветился, и она увидела заставку - фотографию восьми парней, которые стояли в ряд на какой-то тренировке. Те самые, что только что смотрели на неё. Роун в центре, с каменным лицом, Тэмин справа, с усмешкой, Рэвон - с идеальной укладкой, остальные тоже. Джиу почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

Она вдруг поняла, что стоит посреди этой чужой комнаты, в чужой одежде, с чужим лицом в зеркале, и что обратного пути уже нет.

Медленно, почти на ватных ногах, она подошла к шкафу-купе и остановилась перед зеркальной дверцей. Её отражение смотрело на неё - наглое, чуть угловатое, с острыми скулами и короткими волосами, которые топорщились в разные стороны, как у взъерошенного воробья. Она провела рукой по щеке, потом по подбородку - там была всё та же родинка, что и у брата, только у неё она чуть левее. Она знала, что фанаты могут заметить. Но на сцене, в гриме, при плохом освещении - может, и не заметят.

Она наклонилась ближе к зеркалу и заглянула в свои глаза. Свои, не брата. В них было что-то тёмное, голодное, и она поняла, что это ненависть. Она ненавидела их всех - этих парней, которые, возможно, знали, что случилось с Джису, но молчали. Ненавидела директора, который предложил ей эту сделку. Ненавидела себя за то, что согласилась. Но больше всего она ненавидела ту неизвестность, которая висела над головой её брата в больничной палате.

Она сжала кулаки, глядя в зеркало, и прошептала, почти беззвучно:

- Я найду тебя, ублюдок. И я вырву тебе глаза.

В этот момент в дверь постучали. Три удара - чётких, сухих, не терпящих возражений.

Джиу вздрогнула, но быстро взяла себя в руки, поправила воротник, проверила, ровно ли сидит бандаж, и сделала шаг к двери.

- Да? - она старалась, чтобы голос звучал как можно грубее и низко.

Дверь открылась без приглашения - на пороге стоял Роун. Он уже успел переодеться в домашнюю футболку, но выглядел всё так же собранно, будто только что вышел из офиса.

- Я хотел проверить, как ты устроился, - сказал он, скользя взглядом по комнате. - Вещи разобрал? Шкаф свободный, если что, полку можно подвинуть. Сосед у тебя будет только через стену - Тэмин живёт рядом, так что если он будет громко слушать музыку, просто стучи по батарее, он поймёт. Обычно он не шумит после одиннадцати. Но если шумит - значит, у него плохое настроение, тогда лучше не стучать.

Он говорил быстро, деловито, но в его голосе не было тепла. Просто инструкция.

Джиу кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза слишком долго:

- Да, я всё разобрал. Спасибо.

Роун задержался взглядом на столе, где лежал телефон.

- Это твой? - спросил он, кивнув на аппарат.

- Да.

- Модель старенькая, - заметил он, и Джиу почувствовала, как внутри всё холодеет. - Джису тоже такую носил, кстати. Совпадение.

- Я знаю, - ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Мы... мы же в одном агентстве были. Я видел у него.

- Ага, - Роун чуть прищурился, и Джиу показалось, что он смотрит на неё как на подозрительный объект. - Ну ладно. Завтра в восемь утра репетиция, не опаздывай. Тэмин будет показывать хореографию, так что готовься к тому, что он тебя вымотает до состояния овоща. Он не умеет жалеть.

- Я понял.

Роун ещё раз окинул её взглядом - от макушки до кроссовок - и, кажется, остался чем-то недоволен, но ничего не сказал. Только кивнул сам себе и вышел, прикрыв дверь за собой.

Джиу выдохнула, когда шаги затихли в коридоре. Она подошла к кровати и рухнула на неё, уставившись в белый потолок, на котором виднелось тёмное пятно от протёкшей трубы.

Восемь утра, репетиция, Тэмин будет меня мучить, - пронеслось в голове. - И это только первый день. Господи, как я вообще выживу до конца недели?

Она повернула голову и снова посмотрела в зеркало - теперь лежа, в профиль. Смешной, нелепый парень с больными глазами. Джиу криво усмехнулась и закрыла глаза.

- Ты выживешь, - сказала она шёпотом самой себе. - Ты должна.

И за окном где-то далеко завыла сирена, а в коридоре послышались голоса - Каин о чём-то спорил с Хангёлем, и в этом споре звучал мат, смех, и хлопок двери.

Новая жизнь начиналась.

Глава 3. Голос в темноте

Репетиционный зал встретил Джиу запахом пота, дешёвого освежителя воздуха и старого линолеума, который за годы тренировок стёрся до блеска. Стены были обиты чёрной тканью, чтобы звук не отражался, но от этого помещение казалось ещё более душным, герметичным, как гроб. В углу стояла огромная колонка с отбитым углом, рядом валялся микрофон - без провода, зато с треснувшей сеткой. Джиу подошла ближе и заметила, что на сетке засохла чья-то кровь. Или губная помада? Она не стала вглядываться.

Восемь парней уже расселись кто где. Рэвон сидел на полу, поджав одну ногу под себя, и смотрел в своё отражение в затемнённом экране телефона - поправлял чёлку, хотя стрижка была идеальной и так. Хангёль стоял у стены и массировал плечо - лицо перекошено от боли, хотя он пытался сделать вид, что просто разминается. Ёнхо сидел на колонке и пил воду из бутылки маленькими глотками, улыбаясь в пространство своей обычной пустой улыбкой. Тэхун сидел в самом углу с блокнотом и что-то записывал - наверное, заметки про них всех. Каин вообще лёг на пол и смотрел в потолок, нацепив наушники, но Джиу заметила, что он периодически приоткрывает один глаз и сканирует комнату. Кёнмин и Тэмин спорили о чём-то у двери - Кёнмин размахивал руками, Тэмин стоял с каменным лицом и просто кивал, явно пропуская его слова мимо ушей.

Роун стоял в центре зала, скрестив руки на груди, и ждал. Он всегда ждал. И когда все немного притихли, он просто сказал:

- Начинаем.

Никто не спрашивал, что именно. Тэмин сделал шаг вперёд - бесшумно, как кот, - и оказался прямо перед Джиу. Она даже не поняла, как он переместился, просто вдруг увидела его лицо в сантиметре от своего. Тэмин улыбнулся - криво, хищно - и сказал:

- Ну что, новенький. Сегодня ты будешь петь. Покажи, на что способен. А то мы тут все гадаем, зачем тебя вообще взяли. Небось за красивые глаза? - он хмыкнул, разглядывая её лицо. - Хотя глаза у тебя, кстати, некрасивые. Мутные. Как у рыбы.

Джиу стиснула зубы. Не реагируй. Не ведись. Джису не вёлся. Она просто смотрела ему в глаза, не моргая, и через пару секунд Тэмин первым отвёл взгляд.

- Ладно, не кипятись, - бросил он, отходя на шаг. - Пой. Мы дадим тебе две строчки из нашей новой песни. И если ты их запорешь, я лично выкину тебя из окна. Понял?

- Понял, - ответила Джиу, стараясь, чтобы голос звучал максимально ровно и низко.

Рэвон, который до этого не поднимал головы, вдруг встрепенулся и поднял на неё взгляд.

- Слушай, Джиху, - сказал он. Голос у него был мягким, почти ласковым, но в нём чувствовалась сталь. - Песня называется «Monster». Я написал её текст, так что не вздумай менять интонации. Там всё продумано, каждая буква. Твои строчки такие:

«Ночь рисует шрамы на стекле,Твои слова всё ещё во мне».

Это первые две строчки куплета. Держи их. И запомни: ты - саб-вокалист. Ты не должен перетягивать одеяло на себя. Ты - тень, понял? Мы с Ёнхо будем петь основной вокал и припев, а ты - просто подпевка. Не выделяйся.

Ёнхо, который сидел на колонке, поднял бутылку с водой, будто произносил тост:

- И да, если что, я могу подсказать, как брать дыхание. У тебя голос слишком хриплый. Надо работать. Но на тренировке - держись, не ссать. Мы же команда, да? - он улыбнулся той самой тёплой, солнечной улыбкой, от которой Джиу стало не по себе. Почему он так смотрит? Словно знает что-то.

Она кивнула, глубоко вдохнула и закрыла глаза. Внутри всё колотилось. Она не пела как парень никогда. Она даже не пела в принципе - только в душе, когда мама была на работе. Но она знала голос брата. Слышала его миллион раз. Его тембр, его дыхание, его манеру растягивать слова. Она просто должна вспомнить. Стать им.

Роун кивнул Тэмину, и тот включил минусовку. Из колонки полился мрачный, давящий бит - низкий бас, который заставлял вибрировать кости в груди, и синтезатор, играющий что-то холодное, как снег. Джиу приоткрыла рот и начала.

«Ночь рисует шрамы на стекле», - её голос дрогнул, она почти сорвалась на фальцет, но заставила себя опустить гортань, сделать грубее, ниже. - «Твои слова всё ещё во мне».

Она закончила и открыла глаза. Тишина. Все молчали. Кёнмин смотрел на неё с каким-то странным выражением - как будто она его удивила. Тэхун поднял брови и что-то черкнул в блокноте. Хангёль перестал массировать плечо и просто уставился. Тэмин прищурился, но ничего не сказал.

А потом Каин, который до этого лежал на полу с закрытыми глазами, вдруг сел и медленно снял наушники. Он посмотрел на Джиу - внимательно, глубоко, так, что у неё внутри всё похолодело.

- Неплохо, - сказал он тихо. - Странно, но неплохо. Голос, блядь, как у призрака. Будто ты не здесь. Будто ты поёшь из другого измерения.

Он замолчал, а потом добавил, уже почти шёпотом:

- Мне нравится.

Джиу почувствовала, как краснеют уши. Она сделала вид, что поправляет воротник, и отвернулась.

Но тут вперёд вышел Роун. Он подошёл к ней вплотную и заговорил - монотонно, сухо, как диктор в новостях. Голос его был лишён эмоций, но каждое слово вонзалось в мозг, как игла.

- Хорошо. Теперь расписание, Джиху. Слушай внимательно, потому что повторять не буду. Подъём в шесть утра, завтрак до семи. Семь-девять - вокал. Девять-двенадцать - хореография. Обед - тридцать минут. Двенадцать-пятнадцать - повтор хореографии. Пятнадцать-семнадцать - силовая тренировка и растяжка. Семнадцать-девятнадцать - индивидуальные занятия: твоя очередь вокал с Тэхуном. Девятнадцать-двадцать - ужин. Двадцать-двадцать два - запись демки. Двадцать два-двадцать три - свободное время, но ты должен быть в комнате и не шуметь. После двадцати трёх - тишина. И да, - он на секунду задержал на ней взгляд, - я предупреждаю: если ты провалишь хотя бы одну тренировку, мы тебя вышвырнем. Я не буду слушать оправдания. Никто не будет. Ты здесь работаешь. Ты здесь - инструмент, понял? Инструмент, который должен звучать идеально.

Он сделал паузу и добавил, уже почти шёпотом:

- Ты не человек, Джиху. Ты - продукт. Так что веди себя как продукт.

Джиу сглотнула. В горле пересохло, язык стал ватным. Она хотела сказать что-то грубое, сорваться, послать его нахуй, как сделал бы настоящий парень. Но она не могла. Потому что она должна была остаться. Должна была узнать правду. Она просто кивнула.

- Я понял, - сказала она хрипло.

Роун отвернулся, давая сигнал к началу тренировки.

---

Через три часа Джиу не чувствовала ног. Тэмин гонял их по хореографии как проклятый. Каждое движение нужно было довести до автоматизма, до боли, до того состояния, когда мышцы отказывались слушаться, а он всё равно орал: «Ещё раз! Медленнее! Запомни это говно!». Джиу падала, вставала, падала снова. Рука онемела от постоянного напряжения, спина ныла, а бандаж под майкой впивался в рёбра так, что каждый вдох становился пыткой.

Кёнмин, который танцевал рядом, несколько раз толкнул её плечом на поворотах, делая вид, что это случайность. Но Джиу видела его ухмылку в зеркальной стене. Она промолчала. Просто увернулась в следующий раз и сделала вид, что не заметила.

Когда Тэмин наконец сказал: «Всё, обедаем», Джиу рухнула на пол и зажмурилась. Сердце колотилось так, что она слышала его в ушах. Голова шла кругом.

- Эй, новенький, - раздался голос Рэвона. - Ты не сдох? Мы тут привыкли жрать, а ты валяешься.

- Иду, - выдавила она и заставила себя встать.

---

На кухне было шумно. Хангёль уже сидел за столом и намазывал масло на тост, Кёнмин грел лапшу быстрого приготовления в микроволновке - запах моментально заполнил всё помещение. Рэвон стоял у плиты и варил себе яйца, Тэхун молча резал овощи, а Каин просто сидел с банкой колы и наблюдал за всеми, как за шоу.

Джиу взяла себе тарелку и села в самом углу, подальше от всех. Она даже не хотела есть - аппетит пропал, но она заставила себя положить немного риса и кимчи. Надо держать силы. Надо быть сильной. Джису сейчас лежит в больнице, а я тут ною о том, что устала, - мысленно одёрнула она себя. - Он бы назвал тебя тряпкой.

Она посмотрела на остальных. Они смеялись, спорили, Кёнмин бросил в Хангёля подушкой, и тот запустил в него тарелкой. Будто ничего не случилось. Будто они - обычная группа парней, которые живут своей жизнью. А она - просто ещё один парень.

Но она знала, что это ложь. Кто-то из них знает, что случилось с Джису. Кто-то молчит. И я выведаю это, чего бы мне это ни стоило.

Она опустила взгляд в тарелку и незаметно вытащила телефон. В чате с сестрой (она завела фейковый аккаунт для переписки) было одно сообщение: «Пока стабильно. Без изменений».

Джиу сжала телефон в руке так, что побелели костяшки. Без изменений. Значит, он всё ещё спит. Всё ещё не очнулся. Всё ещё может умереть.

И они смеются. Эти ублюдки смеются.

Она убрала телефон и закрыла глаза на секунду, позволяя себе просто выдохнуть. Когда она снова их открыла, она увидела, что Рэвон смотрит на неё. Он стоял у плиты, яйцо в руке, и смотрел на неё с каким-то странным выражением. Не злым. Не любопытным. Каким-то пустым, будто он сканировал её.

- Ты чего такой грустный, Джиху? - спросил он вдруг громко, чтобы все слышали. - Жрать невкусно? Или жизнь не нравится?

Джиу усмехнулась - криво и зло.

- Жизнь - так себе, - сказала она. - Но я привык.

Тэхун, который резал овощи, поднял голову и сказал тихо, почти без эмоций:

- Ты слишком много говоришь о себе для новичка. Не выделяйся. Выделяться здесь небезопасно.

Джиу сглотнула.

- Я понял, - сказала она.

Она не стала есть. Встала, отнесла тарелку в раковину, и выскользнула из кухни. Она прошла в свою комнату, закрыла дверь и села на кровать. За окном уже темнело. Где-то вдалеке слышался шум машин, голоса, жизнь - а она сидела здесь, в этой чужой клетке, и пыталась вспомнить лицо брата. Его смех. Его слова, когда он говорил ей: «Не волнуйся, Джиу, я справлюсь. Я дебютирую, и ты будешь мной гордиться».

Она закрыла глаза и прошептала в темноту:

- Я уже горжусь. И я узнаю, кто тебя сломал. Даже если для этого мне придётся сломать их всех.

За стеной слышались голоса - кто-то снова спорил, кто-то смеялся, кто-то включил музыку. Джиу натянула подушку на лицо и замерла, слушая собственное дыхание.

Джису. Её брат. Её вторая половина. Она не даст им уйти от правды.

Никому из них.

Глава 4. Трещина

В общежитии было тихо. Такая тишина, которая бывает только глубокой ночью, когда все нормальные люди уже спят, а ненормальные - сидят в своих комнатах и переваривают чужие секреты. За окном шумел Сеул - где-то далеко гудели машины, мигали неоновые вывески, но здесь, в этом коридоре с выцветшим ковролином, время будто застыло.

Тэхун не спал.

Он сидел за своим столом, сгорбившись над блокнотом, который всегда держал под замком. Настольная лампа горела тусклым жёлтым светом, выхватывая из темноты только его руки - длинные пальцы, которыми он методично перелистывал страницы, и край блокнота, исписанный мелким, аккуратным почерком. Тэхун никогда не писал крупно. Крупный почерк - это для тех, кто хочет, чтобы его заметили. А он предпочитал оставаться в тени.

На странице, которую он сейчас рассматривал, было написано:

«Ханг Джиху. 20 лет. Саб-вокалист. Появился из ниоткуда за месяц до дебюта. Документы в порядке (проверено). Но...»

Дальше шёл список вопросов, которые Тэхун записывал последние несколько дней. Он водил пальцем по строчкам, шевеля губами, будто читал вслух, хотя звука не было.

- Почему у него нет ни одной фотографии в интернете до этого года? - прошептал он в тишину. - Почему он не оставлял следов? Ни одной школы, ни одного конкурса, ни одного поста в соцсетях. Будто он родился вчера.

Он перевернул страницу. Там был другой список - более старый, с пометками на полях.

«Ханг Джису. 20 лет. Исчез за месяц до дебюта. Причина - „семейные обстоятельства". Связь с Джиху - однофамильцы? Слишком странное совпадение».

Тэхун откинулся на спинку стула и уставился в потолок. В груди закипало раздражение - то самое чувство, когда ты знаешь, что где-то есть ответ, но не можешь до него добраться. Он ненавидел это чувство. Оно делало его беспомощным, а беспомощность Тэхун ненавидел больше всего на свете.

Он вспомнил Джису. Тот парень был странным - слишком тихим, слишком идеальным, слишком правильным. Тэхун тогда ещё подумал: «С таким лицом и с таким голосом он либо станет звездой, либо сломается. Третьего не дано». И вот - сломался. Исчез. А на его месте появился этот Джиху, который выглядит так, будто его слепили из глины по образу и подобию Джису, но забыли добавить душу.

Тэхун снова посмотрел на блокнот. Он провёл пальцем по строчке с именем Джиху и нахмурился.

- Слишком похож, - сказал он вслух. - Одинаковые скулы. Одинаковый разрез глаз. Даже родинка на одном месте, только чуть левее. Совпадение? Или...

Он не договорил. Потому что в голову пришла мысль, от которой стало холодно внутри. Что, если это не совпадение? Что, если Джиху и Джису - одно и то же лицо? Но тогда почему Джиху - другой человек? Близнец?

Тэхун замер. Близнец. Эта мысль застряла в голове, как заноза. Он перелистнул блокнот на чистую страницу и быстро написал:

«Проверить: есть ли у Джису брат-близнец?»

Он подчеркнул эту строчку дважды. Потом поставил телефон на зарядку и посмотрел на экран - там было уведомление от менеджера: «Завтра в 8 утра репетиция. Не опаздывать».

Тэхун усмехнулся. Репетиция. Все делают вид, что ничего не случилось. Что Джису просто уехал. Что Джиху - обычный новенький. А я сижу здесь и собираю кусочки пазла, которые никто не хочет замечать.

Он закрыл блокнот и убрал его в ящик стола, запер на ключ. Ключ положил в карман домашних штанов - всегда носил его с собой, даже когда шёл в душ. Паранойя? Возможно. Но в этом доме паранойя - это единственный способ выжить.

Тэхун выключил лампу и лёг на кровать, но сон не шёл. Он смотрел в потолок и думал о Джиху. О том, как тот двигается - слишком плавно, слишком осторожно. Как поправляет воротник, будто проверяет, всё ли на месте. Как никогда не пьёт из открытых бутылок. Как смотрит на всех исподлобья, но при этом взгляд у него... женский? Нет, Тэхун не мог объяснить это словами. Просто было что-то такое в его лице, что не вязалось с образом парня.

«Я докопаюсь до правды, - пообещал он сам себе. - Даже если для этого придётся перерыть всё дерьмо, в котором мы живём».

---

В соседней комнате, через стенку от Тэхуна, горел свет. Там сидели двое - Тэмин и Каин - и смотрели дораму на ноутбуке, который стоял на тумбочке между их кроватями.

Тэмин развалился на кровати, подложив под голову подушку, и жевал чипсы, кроша на простыню. Он был в одной майке и домашних шортах, волосы растрёпаны, вид ленивый и расслабленный - но глаза смотрели в экран с непривычным интересом.

Каин сидел на своей кровати, поджав ноги, и крутил в руках пустую банку из-под колы. Он тоже смотрел, но в отличие от Тэмина, его лицо оставалось бесстрастным - только иногда, когда на экране происходило что-то драматичное, он чуть приподнимал бровь.

На экране шла дорама «Выходи замуж за моего супруга» - та самая, где главная героиня Кан Джи Вон, которую играет Пак Мин Ён, возвращается в прошлое, чтобы отомстить мужу-изменщику и лучшей подруге. Сейчас как раз шла сцена, где Джи Вон смотрит на себя в зеркало и понимает, что вернулась на десять лет назад.

Тэмин хрустнул чипсом и сказал, не отрываясь от экрана:

- Слушай, а она красотка, да? Вот бы мне такую жену.

Каин покосился на него и хмыкнул:

- Ты бы вообще женился? Ты ж свою гитару больше любишь, чем людей.

- Гитара не изменяет, - философски заметил Тэмин. - А эти бабы... - он кивнул на экран, где муж героини как раз орал на неё за то, что ужин невкусный. - Смотри, какой мудак. И как она за такого вышла?

- Деньги, наверное, - равнодушно сказал Каин. - Или любовь. Или тупость.

- Или всё вместе, - Тэмин закинул ещё одну горсть чипсов в рот. - Блять, а я бы на её месте этому козлу яйца оторвал и в суп сварил.

Каин усмехнулся - редкость для него.

- Ты вообще у нас романтик, Тэмин. Прямо душка.

- Иди нахуй, - беззлобно ответил Тэмин и ткнул его ногой. - Ты лучше скажи, как там у этого придурка, - он кивнул на экран, где как раз появился персонаж Ю Джи Хёка - тот самый, который в дораме помогает героине мстить. - Он же вроде из богатой семьи? Или я путаю?

Каин зевнул и потянулся за телефоном.

- Сейчас гляну, - сказал он и начал что-то печатать в поисковике. - «Выйди замуж за моего супруга»... актёры... - он пролистал страницу и прочитал вслух: - На Ин У играет Ю Джи Хёка, он типа генерального директора какой-то там компании. Пиздец богатый, в общем. И у него на героиню глаз с первой серии.

Тэмин присвистнул:

- О, так это же классика. Бедная девушка, богатый парень, она сначала его ненавидит, а потом влюбляется. Я такие с мамой смотрел в детстве.

- Ты с мамой дорамы смотрел? - Каин поднял бровь.

- Ага. Она фанатка. У неё даже постеры были, - Тэмин усмехнулся. - Я потом сам втянулся. Но щас уже не до них, времени нет.

- А сейчас есть, - Каин кивнул на ноутбук. - Мы же не спим.

- Потому что не можем, - проворчал Тэмин. - У меня бессонница уже третью ночь. Это всё этот новенький. Он мне покоя не даёт.

Каин насторожился. Он отложил телефон и посмотрел на Тэмина - внимательно, с прищуром.

- В смысле? Что с ним не так?

Тэмин помолчал, жуя чипсы, потом пожал плечами:

- Не знаю. Просто... он странный. Слишком правильный. Слишком тихий. И голос у него, блять, как у призрака. Помнишь, он спел на тренировке? Я чуть мурашки не поймал.

- Я помню, - тихо сказал Каин. - Я тогда сказал, что голос как из другого измерения. И я не шутил.

- Вот! - Тэмин ткнул в него пальцем. - Ты тоже это чувствуешь! А я думал, мне кажется.

- Не кажется, - Каин снова взял телефон, но уже не смотрел в него, просто крутил в руках. - Он смотрит на нас так, будто мы все ему должны. Будто он что-то ищет. Или кого-то.

Тэмин замер. Чипсы застыли на полпути ко рту.

- Думаешь, он связан с Джису? - спросил он тихо.

Каин не ответил. Он просто посмотрел на стену, за которой была комната Тэхуна, и сказал:

- Тэхун тоже что-то заподозрил. Я видел его лицо, когда Джиху пел. Он делал заметки. Он всегда делает заметки, когда находит что-то важное.

- Тэхун - параноик, - фыркнул Тэмин, но голос его дрогнул. - Он на всех заметки делает.

- Да. Но на Джиху - особенно, - Каин наконец отложил телефон и уставился в потолок. - Слушай, а ты помнишь, когда Джису исчез? Он же не говорил, что уезжает. Просто... не пришёл на тренировку. А потом менеджер сказал, что он ушёл по семейным обстоятельствам.

- Помню, - кивнул Тэмин. - Я ещё думал, что он просто забил на нас. Ну, знаешь, устал от всего этого дерьма.

- А если нет? - Каин повернул голову к Тэмину. - Что, если его не было? Что, если с ним что-то случилось?

Тэмин перестал жевать. Чипсы в его руке хрустнули, но он не обратил внимания. Он просто смотрел на Каина, и в его глазах медленно просыпалось что-то холодное.

- Ты серьёзно?

- Я не знаю, - Каин пожал плечами. - Просто... странно, что Джиху появился ровно тогда, когда Джису исчез. Один ушёл - другой пришёл. И они похожи. Ты видел?

- Видел, - признал Тэмин. - Я думал, мне кажется.

- Не кажется, - повторил Каин. - И это... это пиздец как странно.

Они замолчали. На экране всё ещё шла дорама - героиня плакала, муж орал, музыка играла драматичная, но ни Тэмин, ни Каин уже не смотрели. Они смотрели друг на друга, и в воздухе повис вопрос, на который никто не хотел отвечать.

Наконец Тэмин выдохнул и выключил ноутбук.

- Всё, блять, - сказал он. - Хватит. Я не хочу об этом думать. Мне завтра вставать в шесть, а я тут себе голову ломаю.

- Ты не будешь спать, - спокойно заметил Каин.

- Знаю, - огрызнулся Тэмин. - Но хотя бы попытаюсь.

Он лёг на спину и уставился в потолок. Каин тоже лёг, но не закрыл глаза. Он смотрел в темноту и думал о Джиху. О том, как тот двигался. О том, как он пел. О том, как он смотрел.

«Кто ты, блять? - мысленно спросил Каин. - И что ты здесь ищешь?»

За стенкой, в комнате Тэхуна, тоже никто не спал. Тэхун лежал с открытыми глазами и смотрел в телефон - на экране была открыта страница с поисковиком. Он медленно набрал:

«Ханг Джису близнец»

И нажал поиск.

Результатов не было.

Тэхун усмехнулся и выключил экран.

«Интересно, - подумал он. - Очень интересно».

А в комнате Джиу, в самом конце коридора, горел ночник. Она сидела на кровати, сжимая в руках телефон, и смотрела на фотографию брата. На его улыбку. На его глаза - такие же, как у неё.

- Я найду их, Джису, - прошептала она в темноту. - Я найду всех, кто тебя сломал.

За окном шумел Сеул. Где-то вдалеке мигали неоновые вывески, гудели машины, и жизнь продолжалась - такая же яркая, шумная и фальшивая, как сцена, на которой ей предстояло танцевать.

А в общежитии, в восьми разных комнатах, восемь парней лежали с открытыми глазами и думали о девятом.

О том, кем он был на самом деле.

Глава 5. Первый шаг

Утро началось с того, что Джиу забыла поставить будильник. Она проснулась от того, что в дверь кто-то громко забарабанил кулаком - три резких удара, от которых подскочило сердце.

- Подъём, новенький! - голос Кёнмина за дверью звучал нагло и сонно одновременно. - Роун сказал, если ты опоздаешь на разминку, мы все будем бегать десять кругов из-за тебя. Так что вставай, мать твою.

Джиу вскочила, нашарила рукой телефон - 5:58. Она проспала всего на две минуты, но этого было достаточно, чтобы почувствовать себя разбитой. Всё тело ныло после вчерашней тренировки, плечи горели, а спина затекла так, будто её всю ночь колотили палками. Она натянула чёрную футболку, поправила бандаж, который за ночь чуть сполз, и проверила, ровно ли лежит - не видно ли края под тканью. Всё чисто.

Она вышла в коридор и сразу же столкнулась с Тэмином. Он стоял у стены, прислонившись плечом к обоям, и крутил в руках ключи от машины. Взгляд у него был тяжёлый, исподлобья - будто он не спал всю ночь и злился на весь мир, но особенно на неё.

- Опоздал, - сказал он тихо, без эмоций.

- На две минуты, - ответила Джиу, стараясь держать голос ровно.

- Опоздал - значит, опоздал, - Тэмин оттолкнулся от стены и пошёл в сторону тренировочного зала, даже не посмотрев на неё. - На разминке будешь делать всё за двоих. Чтобы запомнил.

Джиу стиснула зубы и пошла за ним.

---

Зал встретил её привычным запахом пота и дешёвого освежителя. Остальные уже были там - Рэвон сидел на полу и делал растяжку, глядя в своё отражение в зеркальной стене, Хангёль стоял у колонки и настраивал музыку, Кёнмин лениво зевал, сидя на скамейке. Тэхун сидел в углу с блокнотом - как всегда, делал вид, что записывает что-то важное, но Джиу заметила, что он смотрит не в блокнот, а на неё. Каин стоял у окна и пил воду, сонно щурясь на утренний свет, пробивающийся сквозь грязное стекло.

Роун стоял в центре зала, скрестив руки на груди, и ждал.

- Начинаем, - сказал он, и все замерли. - Сегодня - хореография. Весь день. Тэмин, ты ведёшь.

Тэмин кивнул, вышел в центр и хлопнул в ладоши, заставляя всех встать в строй.

- Разминка, - бросил он коротко. - Сначала базовые движения, потом связки. Джиху, ты сегодня в центре.

Джиу почувствовала, как в груди похолодело. В центре - значит, все будут смотреть на неё. Каждое её движение будет под лупой. Она знала, что Тэмин делает это специально - проверяет её на прочность, хочет увидеть, сломается ли она под давлением. Она глубоко вдохнула и вышла вперёд.

Тэмин начал показывать движения - резкие, быстрые, с резкими поворотами и низкими приседами. Джиу повторяла, стараясь не отставать. Мышцы горели, лоб покрылся потом, но она не останавливалась. Она смотрела на Тэмина и повторяла, повторяла, повторяла - пока не начала чувствовать связку телом, пока движения не стали автоматическими.

Тэмин не хвалил. Он просто стоял и смотрел, скрестив руки на груди. Его лицо было каменным, но в глазах мелькнуло что-то - удивление или интерес. Она не поняла. Он просто кивнул и сказал:

- Ещё раз. Сначала. Быстрее.

Они повторяли связку снова и снова, пока Джиу не начала задыхаться. Она чувствовала, как бандаж врезается в рёбра, как каждый вдох становится короче, как пот заливает глаза. Но она не остановилась. Она не могла.

Когда Тэмин наконец сказал: «Хватит», Джиу рухнула на пол и прикрыла глаза. В груди колотилось так, что казалось, сердце выпрыгнет наружу.

Она услышала шаги. Открыла глаза - над ней стоял Тэмин. Он смотрел на неё сверху вниз, и в его взгляде не было злости. Только какая-то странная смесь - уважения и раздражения.

Он молча протянул ей бутылку воды. Не сказал ни слова. Просто сунул в руку, развернулся и ушёл к колонке, делая вид, что его это не касается.

Джиу сжала бутылку и сглотнула. Что это было?

Она посмотрела на бутылку - дешёвую, пластиковую, с мятой этикеткой. Тэмин даже не посмотрел на неё, когда отдавал. Но он дал ей воду. Впервые кто-то из них сделал что-то, что не было насмешкой или угрозой.

Джиу закрыла глаза и выдохнула. Первый шаг.

---

Через час, когда тренировка закончилась и все потянулись на кухню, Джиу осталась сидеть на полу, прижимая к груди колени. Она не могла двигаться - ноги тряслись, руки не слушались. Она просто сидела и смотрела в одну точку, пытаясь восстановить дыхание.

- Ты живой? - раздался голос.

Она подняла голову. Перед ней стоял Каин - в руках у него была бумажная чашка с кофе, которую он протягивал ей.

- Держи, - сказал он, присаживаясь рядом на корточки. - Ты выглядишь как дохлый кот. Я бы сказал, что Тэмин тебя переборщил, но он всех так гоняет. Просто ты первый день, привыкнешь.

Джиу взяла кофе. Она не знала, зачем он это делает - просто доброта или какой-то скрытый интерес. Но в его голосе не было угрозы. Только лёгкая насмешка, которая не ранила.

- Спасибо, - сказала она хрипло.

Каин пожал плечами и сел на пол рядом с ней - не слишком близко, но достаточно, чтобы чувствовать его присутствие.

- Ты вчера говорил, что не хочешь в город идти, - сказал он, глядя в потолок. - Но я всё равно предложу. Если вдруг захочешь. Здесь иногда так всё давит, что хочется просто сбежать. Я понимаю.

Джиу молчала. Она смотрела на чашку в руках и думала о том, что Каин - единственный, кто не пытается её уничтожить. Только предлагает кофе и разговоры о пустяках.

- Тут все такие... агрессивные, - сказала она наконец. - Почему ты не такой?

Каин усмехнулся, но в его улыбке было что-то горькое.

- Я такой же. Просто лучше скрываю, - он повернул голову к ней и посмотрел внимательно. - Все мы здесь сломаны, Джиху. Ты просто ещё не понял, кто как сломан. Но ты узнаешь.

Он встал, отряхнул штаны и бросил ей через плечо:

- Если хочешь - пойдём в город завтра. Я покажу тебе место, где не пахнет этим дерьмом.

И ушёл, оставив Джиу сидеть на полу с тёплым кофе в руках.

---

Она осталась одна в зале. Все разошлись - кто на кухню, кто в комнаты. Тишина давила на уши, только где-то за стеной гудел кондиционер и капала вода из трубы.

Джиу допила кофе, встала и уже хотела выйти, как вдруг заметила движение в коридоре - тень мелькнула за стеклянной дверью. Она замерла, прислушиваясь. Шаги. Тихо, почти бесшумно, но она слышала - кто-то шёл по коридору.

Она осторожно выглянула из-за двери. В коридоре никого не было, но она увидела, как дверь в комнату Роуна приоткрылась, а потом закрылась. Через секунду Роун вышел - быстрым шагом, оглядываясь по сторонам. Что-то блеснуло в его руке, когда он заправлял что-то в карман куртки.

Он не видел её. Он просто пошёл к выходу и исчез за поворотом.

Джиу почувствовала, как холодок пробежал по спине. Что он прятал? Почему он так торопился? И почему он оглядывался, будто боялся, что его кто-то увидит?

Она медленно вышла в коридор и подошла к двери его комнаты. Дверь была прикрыта, но не закрыта. Она замерла, прислушиваясь - внутри было тихо.

Я могу войти. Сейчас. Никто не увидит.

Её сердце бешено колотилось. Она протянула руку к ручке, но в последний момент отдёрнула её и отступила назад.

Нет. Не сейчас. Слишком рискованно. Тэхун где-то рядом - я чувствую, что он следит за мной.

Она развернулась и быстро пошла в свою комнату, стараясь ступать бесшумно. Но она знала - она вернётся сюда. Она обязательно вернётся и выяснит, что Роун прячет в своей комнате.

И что он носит в кармане.

---

Джиу закрыла дверь своей комнаты и прислонилась к ней спиной, выдыхая. В груди колотилось, руки дрожали. Она сжала кулаки и прошептала в темноту:

- Я узнаю, что ты скрываешь, Роун. Даже если это убьёт меня.

За стеной где-то хлопнула дверь, послышались голоса, смех - её новые соседи продолжали жить своей жизнью, не подозревая, что в соседней комнате сидит девушка, которая уже почти нашла первую улику.

Джиу вытащила телефон и посмотрела на фото брата. Его улыбка была такой же, как у неё - кривая, доверчивая.

- Я начинаю, Джису, - прошептала она. - Держись. Я иду за ними.

Она легла на кровать и прикрыла глаза.

Первый шаг был сделан.

Глава 6. Подозрение

Сон пришёл не сразу. Джиу долго ворочалась на жёстком матрасе, слушая, как за стеной кто-то храпит (кажется, Хангёль), а где-то в коридоре тихо гудит холодильник. Она уже почти провалилась в темноту, как вдруг увидела его.

Джису стоял в белом пространстве - ни стен, ни пола, только белый свет, который лился отовсюду. Он был в своей любимой чёрной футболке, той самой, с потёртым воротом, которую она теперь носила вместо него. Волосы у него были короткие, как у неё сейчас, и он улыбался - той самой улыбкой, от которой у неё всегда теплело внутри.

- Джиу, - сказал он тихо, и голос его звучал как сквозь воду. - Ты здесь. Я знал, что ты придёшь.

Она хотела подойти к нему, обнять, но ноги не двигались. Она была прикована к месту, будто вросла в этот белый пол.

- Джису, - прошептала она. - Я ищу их. Я найду тех, кто это сделал.

Он покачал головой, и его лицо стало грустным.

- Они опасны, Джиу. Ты не знаешь, во что ввязываешься. Они убьют тебя, если узнают.

- Я не боюсь, - сказала она.

- А я боюсь, - ответил он. - Я боюсь, что потеряю тебя. Ты - всё, что у меня осталось.

Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

- Я не дам им уйти. Я узнаю правду. Я обещаю.

Джису шагнул к ней, и его лицо оказалось совсем близко. Он посмотрел ей в глаза и прошептал:

- Узнай правду, Джиу. Только будь осторожна. Они не остановятся ни перед чем.

Он коснулся её плеча, и в этом прикосновении было столько тепла, что она почти поверила, что он рядом. А потом он начал таять, растворяться в белом свете, и она рванулась к нему, крича:

- Нет! Не уходи! Джису!

Она проснулась от собственного крика. Сердце колотилось так, что она слышала его в ушах. В комнате было темно, только тусклый свет уличных фонарей пробивался сквозь щель в шторах. Она села на кровати, прижимая руки к груди, и поняла, что вся мокрая от пота.

«Узнай правду», - эхом отозвался голос брата в голове.

Она закрыла глаза и выдохнула. Я узнаю, Джису. Я обещаю.

---

Джиу встала с кровати, чувствуя, как тело ломит после вчерашней тренировки. Она прошла в ванную, включила воду и долго стояла под душем, позволяя горячей воде смыть остатки сна. Потом натянула свежую майку, поправила бандаж и вышла в коридор. Время было около шести утра - она специально встала пораньше, чтобы никто не застал её врасплох.

Когда она вернулась в комнату после душа, первое, что она заметила - ящик стола был приоткрыт. Она чётко помнила, что закрывала его перед тем, как уйти. Джиу замерла на пороге, её сердце снова забилось быстрее.

Она подошла к столу и открыла ящик - всё лежало на своих местах. Но она чувствовала: кто-то был здесь. Кто-то трогал её вещи.

Она провела рукой по поверхности стола - пыль была стёрта в одном месте, там, где явно лежал чей-то локоть. И её зарядка была немного повёрнута - она оставляла её ровно, а теперь провод лежал под углом.

Кто-то был здесь. Кто-то рылся в моих вещах.

Джиу почувствовала, как холод пробежал по спине. Она быстро проверила матрас - пакет с женскими вещами лежал на месте. Она проверила шкаф - чёрный пакет с прокладками был там, задвинутый в самый угол. Никто ничего не нашёл. Но кто-то искал.

Она села на кровать и попыталась успокоиться. Это мог быть кто угодно. Тэхун - он постоянно ведёт свои записи и шпионит за всеми. Или Кёнмин - он бы сделал это просто чтобы насолить. Или Роун - он мог проверить, не забрался ли кто в его комнату, и решил осмотреть её.

Но от этого знания не становилось легче. Кто-то нарушил её личное пространство. Кто-то знал, что она была в душе, и специально подгадал время.

Джиу сжала кулаки. Ничего. Я не позволю им сломать себя. Я буду осторожнее.

Она встала, привела себя в порядок и вышла в коридор, делая вид, что ничего не случилось.

---

За завтраком она старалась не смотреть ни на кого. Все сидели за столом - кто-то жевал тосты, кто-то пил кофе, Кёнмин снова заваривал лапшу быстрого приготовления. Тэхун сидел в углу, как всегда, и делал вид, что читает что-то в телефоне. Но Джиу чувствовала его взгляд на себе - он смотрел на неё поверх экрана.

Тэмин сидел напротив и молча намазывал масло на хлеб. Его лицо было спокойным, но когда он поднял глаза на Джиу, в них мелькнуло что-то - может, любопытство, а может, насмешка.

- Ты сегодня какой-то задумчивый, новенький, - сказал он, откусывая хлеб. - Спишь плохо? Или снится что-то страшное?

Джиу вздрогнула. Она не знала, говорит ли он это случайно или целенаправленно - чтобы задеть её.

- Нормально сплю, - ответила она. - Просто устал.

- Устал? - Тэмин усмехнулся. - Это только начало, Джиху. Ты ещё не видел, как я могу тебя вымотать. Сегодня будет весело.

Но в его голосе не было жестокости - было что-то другое. Какая-то странная мягкость, которую она не замечала раньше. Он подколол её, но в этом не было злости. Скорее, он просто пытался разрядить обстановку.

Джиу посмотрела на него, и впервые за эти дни не отвернулась. Они встретились взглядами на секунду - и она увидела, что в его глазах нет угрозы.

- Я готов, - сказала она тихо.

Тэмин хмыкнул, но ничего не ответил.

Тэхун, сидящий в углу, внимательно наблюдал за этим обменом взглядами. Его пальцы замерли над экраном телефона, и он сделал пометку - мысленную, но Джиу видела, как его глаза сузились. Он что-то заподозрил. Она чувствовала это каждой клеткой.

Она встала из-за стола и вышла в коридор, чтобы перевести дыхание.

- Эй.

Голос Каина догнал её уже у двери в комнату. Она обернулась - он стоял в коридоре, прислонившись плечом к стене. В руках у него была чашка кофе, которую он держал так, будто не знал, куда её деть.

- Ты какая-то дерганая сегодня, - сказал он. - Всё в порядке?

Джиу покачала головой.

- Всё нормально. Просто... не выспался.

Каин не поверил, но не стал спорить. Он просто пожал плечами и сделал шаг вперёд.

- Слушай, я серьёзно предлагал. Давай сходим в город. Прямо сегодня. Я знаю одно место - там тихо, можно нормально посидеть, выпить кофе, никого не слышать. Здесь все слишком шумные, и это иногда сводит с ума.

Джиу посмотрела на него. Она не знала, можно ли ему доверять. Но он был единственным, кто не давил на неё. Кто не пытался проверить её на прочность. Кто просто хотел быть рядом.

- Я не могу, - ответила она. - У меня тренировка.

- У тебя тренировка будет через три часа, - возразил Каин. - Успеешь. Я быстро.

Она хотела отказаться, но его глаза смотрели на неё с такой настойчивостью, что слова застряли в горле.

- Прости. Правда, не могу.

Каин вздохнул, но улыбнулся уголками губ.

- Ладно. Но я всё равно не отстану, - сказал он, и в его голосе была странная уверенность. - Ты слишком закрытый, Джиху. Это плохо. Надо иногда выходить наружу. Может, завтра.

Он развернулся и ушёл, бросив через плечо:

- Думай.

Джиу осталась одна в коридоре. Она смотрела ему вслед и думала: «Почему он так настойчив? Он что-то знает? Или он просто хочет помочь?»

Она не знала ответа. Но она знала одно - кто-то рылся в её вещах. Кто-то следит за ней. И она должна быть настороже с каждым, даже с теми, кто предлагает кофе и дружбу.

Она зашла в комнату и закрыла дверь. На столе лежал телефон - она оставила его на зарядке. Она взяла его в руки и посмотрела на экран. На заставке была фотография - кто-то обнимал её за плечи. Она знала, что это был Джису. Их последнее совместное фото перед его комой. Она не показывала его никому.

Но кто-то видел его сегодня.

Джиу сжала телефон в руках и закрыла глаза.

«Кто ты? - спросила она в тишине. - Кто из вас следит за мной?»

Ответа не было.

Только тишина и холодная пустота.

Глава 7. Слежка

Тэхун проснулся в 5:47 - за тринадцать минут до будильника. Он всегда просыпался до звонка. Это было его проклятием и его суперсилой одновременно. Он не любил, когда его заставали врасплох, поэтому привык просыпаться первым. Так он мог контролировать начало дня.

Он лежал в темноте, глядя в потолок, и перебирал в голове всё, что знал о Джиху. Парень появился из ниоткуда. У него не было прошлого - ни одной фотографии, ни одного поста в соцсетях, ни одной школы, ни одного конкурса. Будто его создали в лаборатории за месяц до дебюта. И при этом он двигался, говорил и даже пах как-то странно. Не как парень. Тэхун не мог объяснить это словами, но его чутьё никогда не подводило.

Он тихо встал с кровати, натянул домашние штаны и вышел в коридор. В доме было тихо - все ещё спали, только холодильник гудел на кухне да где-то за стеной капала вода. Тэхун бесшумно прошёл к комнате Джиу и остановился у двери. Он знал, что Джиху каждое утро идёт в душ ровно в 6:05. Он засёк это в первый же день. Значит, у него было примерно пятнадцать минут, чтобы осмотреть комнату, пока хозяина нет.

Он тихо приоткрыл дверь - она была не заперта. Наивно, - подумал Тэхун. - В этом доме не запирают двери только дураки или те, кому нечего скрывать. А ты явно что-то скрываешь.

Он скользнул внутрь. В комнате пахло дешёвым гелем для душа и ещё чем-то неуловимым - сладковатым, почти цветочным. Тэхун нахмурился. Парни так не пахнут.

Он начал осмотр. Стол - чистый, только зарядка от телефона и сама трубка, лежащая экраном вверх. Тэхун наклонился и посмотрел на экран. Заставка была фотографией: чьи-то руки обнимали Джиху за плечи, но лица видно не было - только тёмный силуэт на светлом фоне.

Тэхун мгновенно достал свой телефон и сфотографировал экран. Пригодится, - подумал он.

Он открыл ящик стола - пусто. Отодвинул кровать - под ней ничего не было. Проверил шкаф - только одежда, всё мужское, ничего подозрительного. Он уже почти собрался уходить, но его взгляд упал на мусорное ведро в углу. Маленькое, пластиковое, с чёрным пакетом внутри.

Тэхун присел на корточки и вытащил пакет. Внутри были бумажные салфетки, пустая упаковка от каких-то таблеток (он запомнил название) и... кусок ткани. Он вытащил её и развернул. Это был кусок бинта или бандажа - эластичный, медицинский, с лёгким запахом пота и крема. Тэхун замер. Зачем парню бинт? И почему он выбросил его в общем ведре, а не в специальном пакете для медицинских отходов?

Он сделал фото бинта, аккуратно свернул его обратно, сунул в ведро и поставил на место. Встал, оглядел комнату в последний раз - всё было на своих местах. Он бесшумно вышел и закрыл за собой дверь.

Сегодня будет хороший день, - подумал он, направляясь на кухню. - Сегодня я начну копать глубже.

---

Тренировка началась с разминки. Тэмин стоял в центре зала и хлопал в ладоши, заставляя всех выстроиться в ряд. Джиу заняла своё место - в заднем ряду, подальше от зеркал, чтобы меньше видеть своё отражение. Она чувствовала себя разбитой после бессонной ночи. Сон с братом не давал ей покоя, и она всё время прокручивала в голове его слова: «Они опасны». Кто «они»? Роун? Тэхун? Или кто-то из остальных, кто пока не показывал лица?

- Джиху, в центр! - рявкнул Тэмин, вырывая её из мыслей.

Она подошла к нему, стараясь держать спину ровно. Тэмин смотрел на неё с лёгкой усмешкой, будто знал какой-то секрет, который не хотел раскрывать.

- Покажи вчерашнюю связку, - сказал он. - Сначала.

Она начала двигаться, чувствуя, как каждый мускул напрягается, как бандаж под майкой впивается в рёбра. Она старалась не думать о том, что кто-то может заметить - как она двигается, как дышит, как её тело не похоже на мужское. Она просто танцевала.

Когда она закончила, Тэмин молчал. Он стоял и смотрел на неё, скрестив руки на груди.

- Неплохо, - сказал он наконец. - Но есть одна ошибка. Ты слишком напрягаешь плечи. Вот здесь, - он подошёл к ней и положил руку на её плечо. - Расслабься. Ты как робот, Джиху. Танцуй не телом, а душой, блять.

Он взял её за руку - левую, ту, которая была ближе к нему - и поправил её положение, чуть сдвинув локоть в сторону. Его пальцы были тёплыми, грубыми, с мозолями от постоянных тренировок. Джиу почувствовала, как внутри всё сжалось от этого прикосновения.

- Вот так, - сказал он, и его пальцы скользнули по её предплечью вниз, к запястью. - Чувствуешь разницу?

Она замерла. Она чувствовала не разницу в движении. Она чувствовала его пальцы на своей коже, чувствовала, как его рука приблизилась к её груди - слишком близко к тому месту, где под майкой был бандаж. Её сердце бешено заколотилось.

Она дёрнулась, резко отстранилась и сделала шаг назад.

- Всё нормально, - сказала она слишком быстро. - Я понял. Я сам.

Тэмин поднял бровь, но ничего не сказал. Он просто посмотрел на неё странным взглядом - будто проверял что-то - и отошёл на шаг.

- Хорошо, - сказал он спокойно. - Работай сам. Если что - я рядом.

Она кивнула и отошла к зеркальной стене, делая вид, что поправляет рукав. Она не смотрела на Тэмина, но чувствовала его взгляд на своей спине. Он что-то почувствовал, - пронеслось в голове. - Он знает. Или догадывается.

Она начала избегать его. Всю тренировку она держалась подальше, не смотрела в его сторону, старалась не попадаться ему на глаза. Когда он подходил к кому-то из остальных, она отворачивалась, делала вид, что занята растяжкой или повторяет движения.

Тэмин заметил. Он не показывал вида, но его взгляд становился всё тяжелее.

После тренировки, когда все потянулись в душевые, Джиу быстро выскользнула в коридор и направилась в свою комнату. Она не мылась с остальными - она терпела этот запах пота до тех пор, пока не оставалась одна в общежитии. Это было опасно и негигиенично, но она не могла рисковать.

Она закрылась в своей комнате и прислонилась спиной к двери, закрывая глаза. Плохо. Очень плохо. Тэмин что-то заметил. Что мне делать?

Она не знала ответа.

---

Через час в дверь постучали. Джиу вздрогнула, села на кровати и осторожно спросила:

- Кто там?

- Открывай, - голос Каина был мягким. - Я с кофе.

Она открыла дверь. Каин стоял на пороге с двумя чашками в руках и виноватой улыбкой на лице.

- Я знаю, что ты сказал, что не хочешь, но я всё равно принёс, - он протянул ей чашку. - Держи. Ты сегодня выглядишь как зомби. Нормально, если я посижу у тебя? А то там на кухне Кёнмин с Хангёлем снова ссорятся, и мне надоело это слушать.

Джиу на секунду засомневалась, но потом взяла чашку и кивнула:

- Заходи.

Каин прошёл в комнату и сел на край кровати, оставляя место для неё. Он смотрел по сторонам, но без любопытства - скорее, просто рассматривал обстановку.

- Уютно у тебя, - сказал он. - Минимализм. Я люблю такое.

- Тут всё не моё, - ответила Джиу. - Просто то, что дали.

- А что твоё? - спросил Каин, поворачивая голову к ней.

Она замерла с чашкой у губ. Что твоё? В этом мире ничего не было её. Ни имя, ни лицо, ни одежда, ни комната. Она была чужой в чужой жизни.

- Не знаю, - сказала она тихо.

Каин не стал давить. Он просто сделал глоток и сказал:

- Понимаю. Я тоже не всегда знаю, кто я в этом всём. Иногда кажется, что я играю роль - здесь, на сцене. А внутри - пустота. Поэтому я и люблю сбегать в город. Там можно быть самим собой.

- И кто ты там? - спросила Джиу, чувствуя, как её голос становится мягче.

- Не знаю, - усмехнулся Каин. - Но там я не айдол. Просто парень, который гуляет по улицам и пьёт кофе. Никто не смотрит на меня как на робота, который должен танцевать и улыбаться. Я могу просто... быть.

Он замолчал, и в этой тишине было что-то тёплое. Джиу почти расслабилась. Она почти забыла, где находится и кто она.

Но в этот момент в коридоре послышались шаги. Кто-то прошёл мимо двери - медленно, с явным намерением задержаться. И остановился.

Джиу замерла. Она посмотрела на щель под дверью - там была тень. Кто-то стоял за дверью и слушал.

Каин тоже заметил. Он поднял бровь и чуть прищурился, но ничего не сказал. Просто посмотрел на Джиу и сделал едва заметный кивок - мол, не обращай внимания.

Тень за дверью стояла секунд десять, потом медленно отошла. Шаги стали удаляться в сторону комнаты Тэхуна.

Джиу выдохнула, чувствуя, как сердце снова колотится где-то в горле.

- Ты в порядке? - тихо спросил Каин.

- Да, - прошептала она. - Просто... устал.

Каин не поверил, но ничего не сказал. Он допил кофе, поставил чашку на пол и сказал:

- Если захочешь поговорить - я здесь. Правда.

Он встал и направился к двери, но на пороге обернулся:

- И Джиху... будь осторожен. Этот дом - он как клетка. Здесь каждый хочет знать твои секреты. И каждый готов использовать их против тебя.

Он вышел, прикрыв за собой дверь.

Джиу осталась одна. Она смотрела на закрытую дверь и думала о тенях. О тех, кто стоит за дверью. О тех, кто уже знает слишком много.

Она снова взяла телефон и посмотрела на фотографию брата.

«Я в клетке, Джису, - прошептала она. - Но я не сдамся. Я найду правду. Даже если она убьёт меня».

За стеной послышался приглушённый смех, и кто-то снова прошёл по коридору.

Слежка продолжалась.

Глава 8. Улика

Впервые за всё время Джиу осталась в общежитии одна. Все уехали на запись - даже менеджеры, даже водители, даже те, кто обычно торчал на кухне и мешал ей дышать. Тишина стояла такая, что уши закладывало. Холодильник гудел в пустом коридоре, где-то капала вода, а за окном шумел город, но внутри этого бетонного корпуса было пусто, как в могиле.

Джиу стояла посреди коридора и смотрела на дверь комнаты Роуна. Она уже несколько дней вынашивала эту мысль - проверить, что он прячет. После того как она видела, как он что-то прятал в карман, после того как она чувствовала его напряжённый взгляд на себе, после того как она поняла, что в этом доме каждый носит маску, а под маской - грязь.

Сейчас или никогда, - подумала она.

Она подошла к двери и толкнула её - она была не заперта. Роун всегда говорил, что не боится воров, потому что воровать у него нечего. Но Джиу знала, что это ложь. У каждого есть секреты, а у Роуна - тем более.

Она вошла внутрь и прикрыла дверь за собой, оставляя тонкую щель для света. В комнате было темно, пахло дорогим одеколоном и чем-то металлическим, холодным. Джиу включила фонарик на телефоне - тусклый, но достаточный, чтобы разглядеть обстановку.

Идеальный порядок. Кровать заправлена так, что ни одной складки. Стол пустой - только ноутбук, закрытый, и пустая кружка. Шкаф закрыт. На полу - ни пылинки. Будто здесь никто не жил.

Джиу обошла комнату, проверяя каждый угол. Ящики стола - пустые. Под подушкой - ничего. Полки - только книги и диски. Она уже начала думать, что ошиблась, что Роун действительно чист, когда её взгляд упал на кровать. Под ней, чуть дальше от края, виднелся тёмный уголок - что-то лежало в тени.

Она опустилась на колени и заглянула под кровать. Там, у самой стены, лежал маленький чёрный пакет - пластиковый, завязанный узлом. Джиу протянула руку и вытащила его.

Пакет был тяжёлым. Она развязала узел и заглянула внутрь. Фонарик осветил содержимое - белый порошок, похожий на муку, но с лёгким жёлтым оттенком. Рядом лежал шприц - новый, в упаковке, с тонкой иглой. Джиу замерла. Её сердце пропустило удар.

Наркотик? - пронеслось в голове. - Или что-то другое?

Она не знала. Она не разбиралась в таких вещах. Но она чувствовала - это связано с братом. Что-то подсказывало ей, что именно этот порошок, именно этот шприц могли быть тем, что довело Джису до комы. Или, может, тем, что он принимал, чтобы быть идеальным - чтобы танцевать, петь, не спать сутками.

Она быстро достала телефон и сфотографировала содержимое пакета - чётко, крупным планом. Потом закрыла пакет, завязала его обратно и положила на место, под кровать, в тень.

Она уже собиралась встать, как вдруг услышала звук - скрипнула входная дверь в общежитие. Шаги. Тяжёлые, уверенные. Шаги Роуна.

Джиу замерла, чувствуя, как холод пронзает всё тело. Блять. Нет. Только не сейчас.

Она быстро огляделась - выхода нет, только дверь, в которую уже заходил Роун. Она услышала, как он прошёл по коридору, остановился у своей двери. Внутри неё всё сжалось. Он откроет дверь. Он увидит меня. Всё кончено.

Но в последнюю секунду она рванула к двери и выскользнула в коридор, когда Роун уже положил руку на ручку. Она проскочила в соседнюю дверь - туалетную комнату - и заперлась изнутри.

Она стояла в темноте, прижавшись спиной к холодной стене, и слышала, как Роун открыл дверь своей комнаты, вошёл, закрыл за собой. Всё стихло.

Джиу медленно сползла по стене на пол. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно во всём общежитии. Она прижимала телефон к груди, как единственное спасение. Пот стекал по лицу, руки тряслись.

Только что я рискнула жизнью, - поняла она. - Если бы он застал меня там... Она не договорила. Она боялась даже думать об этом.

Она сидела на полу туалетной комнаты, сжимая телефон с фотографией улики, и понимала: она сделала первый шаг к правде. Но теперь она была в опасности как никогда.

За стеной слышались шаги Роуна - он ходил по комнате, что-то искал. Джиу затаила дыхание.

Ей нужно было выбираться отсюда. Но для этого нужно было дождаться, пока он уйдёт. Или найти другой выход.

Она закрыла глаза и прошептала в темноте:

- Я справлюсь. Я должна.

---

Через десять минут Роун вышел из комнаты и направился на кухню. Джиу услышала, как он включил чайник, загремел чашками. Она тихо открыла дверь туалета и выскользнула в коридор, стараясь не издавать ни звука. Она прошла к своей комнате, закрыла дверь и заперлась изнутри.

Только тогда она позволила себе выдохнуть.

Она села на кровать и посмотрела на фотографию на телефоне - порошок, шприц, чёрный пакет. Она не знала, что это, но знала, что это важно.

Она взяла фото брата в рамке - то самое, которое стояло у неё на столе - и прижала к груди.

- Я начала, Джису, - прошептала она. - Я иду за ними. Следующий шаг - понять, что это за порошок. И кто его туда положил.

Она убрала телефон в карман и легла на кровать, глядя в потолок.

Роун, - думала она. - Что ты скрываешь? И почему я чувствую, что ты знаешь больше, чем показываешь?

Ответа не было. Только тишина и тяжесть в груди.

А где-то за стеной снова раздались шаги - и снова кто-то замер у её двери.

Джиу не шевелилась. Она не дышала.

Она знала - слежка продолжается. Но теперь она была готова играть по их правилам.

Глава 9. Кто ты?

Тренировка закончилась. Все разошлись - кто в душевые, кто на кухню, кто просто свалился на пол и лежал, глядя в потолок. Джиу стояла у зеркальной стены, прижимая к груди полотенце, и пыталась отдышаться. Каждое движение давалось ей с трудом - мышцы горели, ноги тряслись, а бандаж под майкой врезался в рёбра так, что каждый вдох превращался в испытание.

Она уже собиралась выйти из зала, как вдруг перед ней выросла фигура Тэмина.

Он стоял, засунув руки в карманы своих чёрных тренировочных штанов, и смотрел на неё так, будто решал, стоит ли говорить то, что он собирался сказать. Его лицо было спокойным, но в глазах читалось что-то напряжённое - какая-то внутренняя борьба.

- Джиху, - сказал он тихо, так, чтобы никто из уходящих не услышал. - Мне нужно с тобой поговорить.

Она замерла. Сердце снова начало колотиться - уже не от тренировки, а от страха. Он знает. Он всё понял. Он сейчас скажет, что заметил бандаж, что я не парень, что он выведет меня на чистую воду.

Она сглотнула и кивнула, стараясь не показывать паники.

- Да?

Тэмин приблизился на шаг и остановился прямо перед ней. Он был выше неё почти на голову, и ей приходилось задирать подбородок, чтобы видеть его лицо. Вблизи она заметила, что его глаза были уставшими - тени под ними говорили о бессонных ночах.

- Я знаю, что ты что-то скрываешь, - сказал он прямо, без предисловий. - Не знаю, что именно, но я чувствую. С первой минуты твоего появления здесь я понял, что ты не тот, за кого себя выдаёшь.

Джиу почувствовала, как холод пробежал по спине. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, оправдаться, но он перебил её, подняв руку:

- Не оправдывайся. Я не прошу тебя рассказывать мне правду. Ты имеешь право на свои секреты. - Он сделал паузу, и его голос стал чуть мягче. - Но я хочу, чтобы ты знала: если тебе нужна помощь, если тебе нужно на кого-то положиться - я рядом. Я не буду лезть в твою жизнь и задавать вопросы. Просто знай, что я здесь.

Джиу смотрела на него, не веря своим ушам. Она ждала угрозы, ждала шантажа, ждала, что он использует её слабость против неё. Но вместо этого он предлагал поддержку. Просто так. Без условий.

Она почувствовала, как к горлу подступает комок. Первый раз кто-то говорит мне это. Первый раз кто-то предлагает помощь, не требуя ничего взамен.

- Я не знаю, что сказать, - прошептала она.

- Ничего не говори, - ответил Тэмин. - Просто запомни. Если станет слишком тяжело - я рядом. И, - он чуть улыбнулся, но в улыбке не было насмешки, - если ты решишь рассказать - я выслушаю. Не судить буду, понял? Просто выслушаю.

Он развернулся и пошёл к двери, но на пороге обернулся и бросил через плечо:

- И Джиху... ты сильный. Слабый бы сломался в первый же день здесь. А ты держишься. Это дорогого стоит.

Он вышел, оставив Джиу стоять в пустом зале. Она прижала ладонь к груди, где бешено колотилось сердце, и выдохнула. Он не знает правды. Но он на моей стороне. Хотя бы один из них.

Она позволила себе улыбнуться - первую искреннюю улыбку за последние несколько недель. Но радость длилась недолго.

---

В это же время Тэхун стоял в комнате Джиу. Дверь была не заперта - она ушла на тренировку и оставила телефон на столе, на зарядке. Он знал это. Он специально ждал, пока она уйдёт.

Он взял телефон в руки - тот самый, с фотографией на заставке, где кто-то обнимал её за плечи. Он попытался разблокировать его, но пароль был сложным - не дата рождения, не простые цифры. Тэхун нахмурился. Умный. Это усложняет задачу.

Но ему повезло - на экране появилось уведомление от приложения для сообщений. Тэхун быстро прочитал текст - сообщение было коротким, но оно говорило о многом.

«Он всё ещё в коме. Без изменений».

Тэхун замер. Он перечитал сообщение ещё раз. Кома. Кто-то из её семьи в коме. И она скрывает это от всех.

Он начал прокручивать в голове все факты, которые у него были. Джиху появился из ниоткуда за месяц до дебюта. Он выглядит как Джису. Голос у него как у Джису. Он носит бинты - Тэхун видел их в мусорном ведре. А теперь - сообщение о коме.

Это не просто совпадение, - подумал он. - Джиху - не обычный новенький. Он здесь не случайно.

Он сфотографировал экран телефона, захватив сообщение, и вернул трубку на место. Его мозг уже работал на полную мощность, соединяя все точки в одну линию.

Джиху связан с Джису. Возможно, он его брат. Или друг. Или что-то большее. Но он здесь не для дебюта - он здесь для того, чтобы найти правду о том, что случилось с Джису.

Тэхун усмехнулся, выходя из комнаты. Это становится интересно.

---

Джиу вышла из зала и направилась в коридор. Она всё ещё чувствовала тепло от разговора с Тэмином, но в то же время осознавала, что теперь у неё есть ещё один человек, за которым нужно следить. Тэмин на её стороне - или только притворяется? Она не знала.

Она дошла до комнаты и уже собиралась войти, как вдруг рядом с ней возник Каин. Он держал в руках горячую кружку и протянул её ей.

- Ты слишком бледный, - сказал он, и в его голосе было беспокойство. - Ты вообще ел сегодня? Нет? Я так и знал. Пойдём на кухню, я сварю тебе лапшу. Только не спорь.

Она хотела отказаться, но он уже взял её за руку и повёл в сторону кухни. Она не сопротивлялась - слишком устала, чтобы бороться.

На кухне Каин поставил её за стол и начал колдовать над плитой. Вода закипела, он бросил в неё лапшу, добавил яйцо, зелень - всё быстро, как заправский повар.

- Садись, - сказал он, ставя перед ней тарелку. - Ешь. Это не обсуждается.

Она взяла палочки и начала есть. Лапша была горячей, почти обжигающей, и от неё пахло домашним уютом - тем, чего Джиу не чувствовала уже много недель.

Каин сел напротив, облокотился на стол и улыбнулся.

- Я знаю одну историю, - сказал он. - Слушай, отвлечёшься.

Он начал рассказывать - о том, как они с Тэмином однажды ездили на запись в другой город и Тэмин проспал весь путь, а потом проснулся и начал говорить на японском, потому что перепутал языки. Или как Хангёль на тренировке упал с танцевального станка и так и остался лежать, сделав вид, что это часть хореографии.

Джиу слушала его и чувствовала, как напряжение начинает отпускать. Она почти улыбнулась, когда он изобразил лицо Хангёля в момент падения.

- Спасибо, - сказала она, и в её голосе было столько искренности, что Каин даже остановился на мгновение.

- Не за что, - ответил он. - Ты слишком серьёзный, Джиху. Иногда нужно просто... быть. Без масок. Понимаешь?

Она кивнула. Он не знал, насколько его слова были точны. Без масок. Но она носила маску каждую секунду. И не могла снять её даже на мгновение.

Доев, она встала, чтобы убрать тарелку, но Каин остановил её:

- Я сам. Иди отдыхай. Завтра снова будет тяжёлый день.

Она посмотрела на него - и впервые за долгое время почувствовала, что кто-то заботится о ней без скрытых мотивов. Просто потому, что ему не всё равно.

- Спасибо, - повторила она.

Она вышла из кухни и направилась в свою комнату. Но когда она проходила мимо двери Тэхуна, она заметила, что его дверь была приоткрыта. И он стоял в проёме, глядя на неё. В его руках был телефон - её телефон.

Джиу замерла. Она узнала свой чехол - чёрный, с потёртым углом. Он держал его в руках, и на его лице была улыбка - холодная, расчётливая, как у змеи, готовой к удару.

- Заходил за тобой, - сказал он спокойно. - А ты оставил телефон на столе. Решил проверить, не разрядился ли.

Он протянул ей трубку. Джиу взяла её, чувствуя, как дрожат руки. Она знала, что он видел сообщение. Он всё знает.

- Спокойной ночи, Джиху, - сказал Тэхун, закрывая дверь.

Джиу стояла в коридоре, сжимая телефон в руках, и понимала - игра началась по-новому. Теперь Тэхун знает её секрет. И он будет использовать его против неё. Когда и как - неизвестно. Но он ударит.

Я должна быть быстрее, - подумала она. - Быстрее него. Быстрее всех.

Она вошла в свою комнату и закрыла дверь.

Игра продолжается.

Глава 10. Доверие

Ночь прошла в тревоге. Джиу лежала на кровати, уставившись в потолок, и прокручивала в голове всё, что случилось за последние дни. Сообщение, которое Тэхун прочитал в её телефоне. Фотография порошка и шприца в комнате Роуна. Подозрение в глазах Тэмина. И сон о брате - его голос, который до сих пор звучал в ушах: «Узнай правду, Джиу».

Она не сомкнула глаз до самого утра. Когда первые лучи солнца пробились сквозь щель в шторах, она встала, натянула спортивный костюм и пошла в тренировочный зал. Ей нужно было двигаться. Нужно было делать что-то, чтобы не сойти с ума.

---

Тэмин уже был там. Он стоял у зеркальной стены, разминая плечи, и когда Джиу вошла, он поднял голову и коротко кивнул.

- Рановато ты, - сказал он, не отрываясь от растяжки. - Не спится?

- Не очень, - призналась она, подходя к нему.

Он посмотрел на неё внимательно, изучая тени под глазами, бледную кожу, дрожащие руки.

- Так и будешь молчать? - спросил он тихо. - Или скажешь, что происходит?

Джиу замерла. Она смотрела на своё отражение в зеркале - короткие волосы, чужая одежда, чужое лицо. И поняла, что больше не может врать. Не ему. Не Тэмину, который первым предложил помощь без условий.

- Я здесь не ради славы, - сказала она, не глядя на него. - Я здесь, чтобы найти ответы.

Тэмин не переспрашивал. Не задавал лишних вопросов. Он просто кивнул, развернулся к ней и положил руку на её плечо.

- Тогда я помогу тебе найти их, - сказал он. - Если ты позволишь.

Она посмотрела на него. В его глазах не было лжи или хитрости - только спокойствие и уверенность. Она не знала, можно ли ему доверять полностью, но чувствовала, что это первый человек в этом доме, который не хочет ей навредить.

- Хорошо, - прошептала она.

Тэмин улыбнулся уголками губ и отошёл на шаг, хлопнув в ладоши:

- Тогда работаем. Сегодня я научу тебя одной связке. Она сложная, но ты справишься. Я в тебя верю.

Он начал показывать движения - плавные, но резкие, с неожиданными поворотами. Джиу повторяла, стараясь не отставать. Тэмин помогал ей, поправляя плечи, касаясь рук, направляя движения. И она не отстранялась. Она доверяла ему.

В какой-то момент он подошёл к ней сзади и мягко поправил её локоть, чуть приподняв его вверх. Его пальцы на мгновение задержались на её руке, и она почувствовала тепло, которое разлилось по телу. Она не дёрнулась. Она позволила себе просто быть.

- Хорошо, - сказал он тихо. - Ты быстро учишься.

Она улыбнулась - впервые за долгое время искренне.

---

В дверях зала стоял Тэхун. Он наблюдал за ними уже несколько минут - за тем, как Тэмин прикасается к Джиу, как она не сопротивляется, как между ними возникает что-то, что он не мог контролировать. Его лицо оставалось бесстрастным, но в груди закипала холодная ярость.

Он тихо отошёл от двери и направился в коридор, чтобы перехватить Тэмина после тренировки.

---

Когда занятие закончилось и Джиу вышла в коридор, чтобы сходить за водой, Тэхун оказался рядом с Тэмином.

- Ты слишком много внимания уделяешь новенькому, - сказал он тихо, так, чтобы никто не слышал. - Это опасно. Не для него - для тебя.

Тэмин остановился и медленно повернулся к нему. Его лицо было спокойным, но в глазах мелькнула сталь.

- Это тебя не касается, Тэхун, - ответил он холодно. - Я сам решаю, с кем общаться и кому помогать.

- Ты не понимаешь, - Тэхун сделал шаг вперёд, понижая голос до шёпота. - Он не тот, за кого себя выдаёт. Я знаю это. И если ты не хочешь пострадать - держись от него подальше.

- Или что? - Тэмин усмехнулся, но улыбка была злой. - Ты расскажешь обо мне Роуну? Или ещё кому-то? Ты забыл, кто мы такие? Мы все здесь друг за друга. Или ты думаешь, что твои заметки и компромат спасут тебя, когда придёт время?

Тэхун промолчал. Он смотрел на Тэмина с ненавистью, но не мог ничего сказать - потому что Тэмин был прав. Они все были в одной лодке. И если он начнёт войну с Тэмином, это может закончиться плохо для всех.

- Я предупредил тебя, - сказал он наконец. - Дальше - твой выбор.

Он развернулся и ушёл, оставив Тэмина стоять в коридоре.

---

Джиу вернулась с водой и увидела Тэмина, стоящего у стены с мрачным лицом.

- Всё нормально? - спросила она, подходя ближе.

Тэмин посмотрел на неё и натянул улыбку, но в ней не было тепла.

- Всё хорошо, - сказал он. - Просто Тэхун решил поиграть в благодетеля. Не обращай внимания. Он всегда такой - пытается контролировать всех и вся.

Она хотела спросить, о чём они говорили, но решила не давить. Если Тэмин решит рассказать - расскажет сам.

- Я пойду в комнату, - сказала она. - Завтра снова тренировка.

Он кивнул и коснулся её плеча на прощание.

- Джиху, - сказал он тихо. - Ты справишься. Я рядом.

Она улыбнулась ему в ответ и пошла в свою комнату.

---

Ночью Джиу не спала. Она сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела на фотографию брата, которая стояла на столе. Его глаза, его улыбка - такие родные и такие далёкие.

Она думала о том, что видела в комнате Роуна - порошок, шприц, чёрный пакет. Что это было? Наркотик? Лекарство? Что-то ещё? И как это связано с её братом?

Что ты принимал, Джису? - прошептала она в темноте. - Виноват ли Роун в этом?

Она не знала ответа. Но она знала одно - она найдёт его.

Она взяла телефон и посмотрела на фотографию улики, которую сделала в комнате Роуна. Порошок, шприц - всё это было важно. Она чувствовала это нутром.

Она убрала телефон и легла на кровать, глядя в потолок.

Я доберусь до правды, - подумала она. - Даже если это сломает меня.

Где-то за стеной снова раздались шаги - кто-то ходил по коридору. Джиу насторожилась, но шаги быстро затихли.

Она закрыла глаза и попыталась уснуть.

Завтра будет новый день. И она сделает ещё один шаг к разгадке.

Глава 11. Игра в кошки-мышки

Завтрак прошёл в напряжённой тишине. Все сидели за столом, делая вид, что нормально едят, но воздух был настолько густым, что его можно было резать ножом. Кёнмин, как обычно, заваривал свою лапшу, но делал это тише обычного. Рэвон молча листал телефон, даже не глядя по сторонам. Хангёль сидел с закрытыми глазами, массируя плечо. Даже Ёнхо, который обычно улыбался и пытался разрядить обстановку, сегодня молчал, уткнувшись в свою тарелку.

Джиу сидела в углу стола и пыталась съесть хоть что-то, но кусок в горло не лез. Она чувствовала на себе взгляд Тэхуна - тяжёлый, пристальный, изучающий. Он сидел напротив неё и, казалось, вообще не смотрел в свою тарелку. Он смотрел только на неё.

Тэмин сидел рядом с ней, и его присутствие немного успокаивало, но даже он не мог защитить её от того, что должно было случиться.

Тэхун отложил палочки и громко, так, чтобы все слышали, спросил:

- Джиху, а расскажи, как ты попал в наше агентство?

Джиу замерла. Она знала, что это начало. Ловушка. Он хотел заставить её оступиться.

- Обычно через прослушивание, - ответила она как можно спокойнее. - Меня заметили на улице.

- На улице? - Тэхун поднял бровь. - Интересно. А в каком районе? Я слышал, что многие скауты работают в Каннаме. Или ты был в Хондэ?

Джиу стиснула зубы. Она не знала, где именно работают скауты. Она не готовилась к этому вопросу.

- Не помню, - сказала она. - Я был в шоке, когда меня остановили. Просто шёл домой.

- Домой? - Тэхун усмехнулся. - А откуда ты вообще? Твоя семья где живёт?

Каин, сидевший рядом, нахмурился и тихо сказал:

- Тэхун, хватит.

- Что? - Тэхун развёл руками, делая вид, что не понимает. - Я просто интересуюсь. Мы же команда. Должны знать друг о друге всё.

- Не всё, - резко ответил Тэмин, поднимая голову. - Некоторые вещи лучше оставить в покое.

Тэхун проигнорировал его. Он продолжал смотреть на Джиу, и его глаза горели холодным любопытством.

- Ты очень похож на одного парня, который здесь раньше был, - сказал он вдруг, и голос его стал тише, но от этого - опаснее. - Тоже Ханг. Тоже двадцать лет. Тоже вокалист. Интересно, да? Один исчезает - другой появляется. И лица - как две капли воды.

По столу пробежал холодок. Кёнмин перестал жевать. Рэвон поднял глаза от телефона. Хангёль открыл один глаз, прислушиваясь.

- Ты слишком похож на Джису, Джиху, - сказал Тэхун, не сводя с неё взгляда. - Это не совпадение.

Джиу почувствовала, как внутри всё оборвалось. Сердце бешено заколотилось, ладони вспотели, а в груди стало пусто и холодно. Она хотела сказать что-то, оправдаться, но слова застряли в горле.

- Отвали, Тэхун, - раздался голос Тэмина. Он встал из-за стола, и его голос звучал твёрже, чем когда-либо. - Ты всех доводишь до паранойи. У каждого есть прошлое, и никто не обязан тебе его рассказывать.

- Я просто хочу знать правду, - Тэхун тоже встал, и они оказались лицом друг к другу. - Ты думаешь, я не вижу, как ты с ним носишься? Ты думаешь, это нормально - так привязываться к человеку, которого ты знаешь всего несколько дней?

- Это моё дело, - ответил Тэмин, и его голос стал угрожающим. - И если ты ещё раз скажешь что-то в его адрес, я не отвечаю за последствия.

- А что ты сделаешь? - Тэхун усмехнулся, но в его улыбке не было веселья. - Ты такой же, как все. Просто делаешь вид, что тебе не всё равно. А когда придёт время, ты предашь его, как предал бы любого из нас.

- Заткнись, - сказал Каин, вставая. Он подошёл к столу и встал между Тэхуном и Тэмином. - Ты перешёл все границы, Тэхун. Оставь Джиху в покое. Он никому не сделал ничего плохого.

- Пока, - ответил Тэхун, но отступил на шаг. - Я просто предупреждаю. В этом доме нет секретов, которые остаются тайнами навсегда. Рано или поздно всё всплывёт.

Он развернулся и вышел из кухни, хлопнув дверью.

В комнате повисла тишина. Кёнмин снова начал жевать лапшу, Рэвон уткнулся в телефон, Хангёль закрыл глаза. Все делали вид, что ничего не случилось.

Джиу сидела неподвижно, чувствуя, как дрожат руки.

- Ты в порядке? - спросил Тэмин, садясь рядом с ней.

Она кивнула, но не могла сказать ни слова. Внутри неё бушевала буря. Тэхун знает. Он не знает точно, но он почти догадался. Он будет давить. Он не остановится.

Каин подошёл к ней и положил руку на плечо.

- Не слушай его, - сказал он тихо. - Он просто хочет вывести тебя из себя. Не давай ему такой власти.

Джиу снова кивнула, но в голове всё смешалось. Она встала, извинилась и вышла из кухни, чувствуя на себе взгляды остальных.

---

Она оказалась в тренировочном зале. Дверь за ней закрылась, и она осталась одна. Вокруг было тихо - только кондиционер гудел на стене, да где-то за окном шумел город.

Джиу прошла к центру зала и остановилась перед зеркальной стеной. Её отражение смотрело на неё - короткие волосы, острые скулы, чужие глаза. Она не узнавала себя. Она была не собой.

И вдруг она почувствовала, как всё напряжение, все страхи, все дни и ночи, проведённые в этой клетке, вырвались наружу. Слёзы хлынули из глаз - беззвучно, горячо, неудержимо. Она не пыталась их сдерживать. Она позволила себе плакать впервые за всё время.

Она плакала по брату, который лежал в коме. По своей настоящей жизни, которую она потеряла. По себе, которая больше не знала, кто она на самом деле. По одиночеству, которое давило на неё с каждой секундой.

Слёзы текли по щекам, и она не вытирала их. Она дала себе пять минут слабости. Пять минут, чтобы быть собой.

А потом она подняла голову и посмотрела в зеркало. Мокрое лицо, красные глаза, размазанная тушь - она забыла, что сегодня наносила её, чтобы скрыть бледность.

Она вытерла лицо рукавом и снова посмотрела на своё отражение.

- Ты - Джиу, - сказала она шёпотом. - Ты - не Джиху. Ты - Джиу. И ты не сдашься.

Она сжала кулаки и выдохнула. Она не позволит Тэхуну сломать её. Она не позволит никому из них.

Она должна быть сильной. Ради Джису. Ради себя.

Она провела рукой по влажному лицу, поправила воротник и повернулась к выходу.

Игра продолжалась. И теперь она знала: Тэхун - её главный враг в этом доме. И она должна быть готова к его следующему шагу.

- Я не сломаюсь, - прошептала она, открывая дверь.

И шагнула в коридор - туда, где её ждали новые испытания.

Глава 12. Следы

Джиу не могла больше ждать.

Она сидела в своей комнате уже три часа, сжимая в руках телефон с фотографией порошка и шприца, и чувствовала, как внутри нарастает липкое, тягучее нетерпение. Тэхун знал слишком много. Тэмин доверял ей. Каин пытался защитить. Но она всё ещё не знала главного - что случилось с её братом. И кто в этом виноват.

Она встала с кровати, натянула чёрную толстовку с капюшоном и выскользнула в коридор. Было уже за полночь. Все спали - или делали вид, что спят. В общежитии было тихо, только холодильник гудел на кухне да где-то за стеной похрапывал Хангёль.

Она подошла к двери Роуна. Прислушалась. Тишина. Джиу толкнула дверь - она снова была не заперта. Он слишком самоуверен, - подумала она. - Думает, что никто не посмеет войти.

Она скользнула внутрь и прикрыла дверь за собой, оставляя тонкую щель для света из коридора. В комнате было темно, но она знала, что ноутбук лежит на столе. Она видела его там в прошлый раз.

Она подошла к столу, включила ноутбук, и экран засветился бледным голубым светом, освещая её лицо. Роун попросил пароль - она запомнила, как он набирал его, когда однажды она зашла к нему за документами. 0-7-1-2 - день рождения его младшей сестры. Джиу быстро ввела цифры, и система разблокировалась.

На рабочем столе было несколько папок. Джиу пробежалась по ним глазами и замерла - одна из папок называлась просто: «Джису».

Она открыла её. Внутри были отчёты, фотографии, какие-то документы. Она быстро пролистывала их, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. На одной из фотографий был её брат - он стоял у стены, бледный, с тёмными кругами под глазами. На другой - его рука с синяками. На третьей - он сидел на полу, опустив голову, и выглядел сломленным.

Джиу почувствовала, как к горлу подступила тошнота. Что они с ним делали?

Но самым страшным было видео. Файл назывался просто: «Джису - разговор 3». Она нажала на него.

На экране появился её брат. Он сидел в той же комнате, где сейчас была Джиу, и выглядел уставшим, но сосредоточенным. Он смотрел в камеру и говорил кому-то за кадром:

- Я не могу больше. Вы обещали, что это не навредит мне. Вы сказали, что это просто витамины, что это поможет мне выступить лучше. Но я чувствую, как это разрушает меня изнутри. У меня кружится голова, я не могу спать, я вижу кошмары. Вы должны сказать мне правду. Что вы мне даёте?

Голос за кадром - низкий, спокойный, знакомый - ответил:

- Ты просто переутомился, Джису. Все через это проходят. Это часть процесса. Ты хочешь быть лучшим, да? Хочешь дебютировать?

- Да, но...

- Тогда делай, что тебе говорят. И не задавай лишних вопросов.

Джису замолчал. Его плечи опустились, он опустил голову и тихо сказал:

- Ладно. Я буду делать, как вы скажете.

Видео оборвалось.

Джиу сидела неподвижно, глядя на тёмный экран. В голове билась одна мысль: этот голос - он принадлежал Роуну. Она узнала его. Этот спокойный, уверенный тон, который не терпел возражений. Это был он.

Она почувствовала, как внутри закипает ярость. Холодная, липкая, готовая выплеснуться наружу. Он давал ей наркотики. Он разрушал её брата. И он сделал это специально.

Она уже хотела скопировать файл на флешку, как вдруг услышала шаги в коридоре. Тяжёлые, уверенные. Шаги Роуна.

Джиу замерла. Сердце пропустило удар, а затем забилось с такой силой, что, казалось, его слышно во всём доме. Она быстро закрыла ноутбук, убрала его на место и огляделась в поисках укрытия.

Шаги приближались. Она присела на корточки и забилась под стол, но поняла - он заметит её. Тогда она рванула к шкафу-купе и тихо приоткрыла дверцу. Внутри было темно и пахло нафталином. Она втиснулась внутрь, задвинула дверцу и замерла, прижимая руки к груди, чтобы унять дрожь.

Дверь комнаты открылась. Свет зажёгся - она видела его сквозь щель между створками шкафа. Роун вошёл в комнату и прошёл к кровати. Он не подошёл к столу, не проверил ноутбук. Он просто остановился посередине комнаты и начал что-то делать, чего Джиу не видела.

Потом он повернулся к шкафу. Джиу затаила дыхание, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Он идёт сюда. Он откроет шкаф. Он увидит меня. Всё кончено.

Но Роун не пошёл к шкафу. Он отошёл к кровати и поднял матрас. Из тайника под матрасом он вытащил маленький чёрный пакет - такой же, как тот, что она видела в прошлый раз, но только больше. Он открыл его, и в свете лампы Джиу увидела белое вещество - то же самое, что лежало в том пакете под кроватью. Роун взял пакет, подбросил его в воздух, поймал с лёгкой усмешкой и снова спрятал в тайник. Он поправил матрас, разгладил покрывало и направился к выходу.

У самой двери он остановился и посмотрел на шкаф. Его взгляд задержался на дверце - на той самой, за которой пряталась Джиу - на несколько секунд. Она не дышала. Она чувствовала, как её сердце бьётся где-то в горле, как кровь стучит в висках, как каждая клетка тела кричит: не шевелись, не дыши, не выдай себя.

Роун усмехнулся - усмехнулся, как будто знал что-то, что не знала она - и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Джиу сидела в шкафу ещё несколько минут, не решаясь выйти. Она слышала, как шаги удалились в коридоре, потом стихли. Она подождала ещё минуту, другую, и только потом осторожно открыла дверцу шкафа.

Она вывалилась из него на пол, дрожа всем телом. Её руки тряслись, ноги не держали. Она сидела на полу в комнате Роуна, и понимала: теперь она знает слишком много. И если Роун её поймает - он её убьёт.

Она встала и на негнущихся ногах вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. В коридоре было пусто. Она добежала до своей комнаты, заперлась изнутри и сползла на пол, прижимая телефон к груди.

На экране всё ещё была фотография порошка и шприца. Теперь она знала, что это не просто улика - это орудие убийства. Роун давал это её брату. И он убьёт любого, кто встанет у него на пути.

Джиу сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Её глаза горели. Гнев переполнял её.

- Я найду способ, - прошептала она в темноту. - Я остановлю тебя, Роун. Что бы это ни стоило.

Она лежала на полу, прижимая телефон к груди, и понимала - она перешла черту. Теперь обратного пути нет.

Она должна быть осторожна. Она должна быть умнее. Потому что в этой игре на выживание проигравших не ждут - их просто стирают.

За стеной снова раздались шаги. Роун или кто-то другой - Джиу не знала. Но она знала одно - она сделала свой выбор.

Она будет бороться до конца. Даже если это убьёт её.

Глава 13. Тихое безумие

Джиу вывалилась из шкафа, когда шаги Роуна затихли в коридоре. Её трясло так, что она не могла встать - ноги подкашивались, руки дрожали, а сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. Она сидела на полу в его комнате, прижимая к груди телефон, и пыталась понять, как она вообще выжила.

Он знает. Он знает, что я здесь была. Он не видел меня, но он знает.

Она заставила себя встать, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Она быстро проверила - всё ли на месте, не оставила ли следов. Пакет с порошком лежал на месте, шприц тоже. Ноутбук стоял закрытым, как и был. Джиу выскользнула из комнаты, прикрыла дверь и бегом добралась до своей, заперлась изнутри и сползла на пол, чувствуя, как ноги отказываются держать.

Это было слишком близко. Слишком.

Она сидела на полу, прижав колени к груди, и смотрела в одну точку. В голове прокручивалось видео, которое она увидела на ноутбуке Роуна: Джису, её брат, бледный, испуганный, говорит: «Я не могу больше. Вы обещали, что это не навредит мне». И голос Роуна, спокойный, уверенный: «Ты просто переутомился. Делай, что тебе говорят».

Он знал. Он давал ему наркотики. Он убивал его.

Джиу сжала кулаки так, что ногти впились в ладони до боли. Она не знала, сколько просидела так - минуту, час. Время потеряло смысл. В голове была только одна мысль: Роун - убийца. Он уничтожил моего брата. И теперь он охотится на меня.

Она поднялась, подошла к столу и взяла фотографию брата. Его улыбающееся лицо смотрело на неё, и у неё защипало глаза.

- Я не сдамся, Джису, - прошептала она. - Я найду доказательства. Я уничтожу его.

Но внутри неё рос страх. Роун знал, что она рылась в его вещах. Он не сказал ни слова, не наказал её - но он знал. И он будет ждать, пока она ошибётся.

---

Прошёл день. Или два. Джиу сбилась со счёта.

Она старалась вести себя нормально, но каждое движение давалось с трудом. Она чувствовала себя как зверь в клетке - каждый шаг Роуна, каждый его взгляд заставлял её сердце биться быстрее.

Она сидела на кухне за завтраком, пытаясь есть, но кусок в горло не лез. Рэвон что-то говорил о съёмках, Ёнхо смеялся, Кёнмин спорил с Хангёлем. Обычный шум, обычная жизнь. А она чувствовала, что медленно сходит с ума.

- Ты какой-то бледный, - раздался голос Тэмина. Он сел напротив неё и посмотрел внимательно. - Ты спал вообще?

- Да, - соврала она. - Просто устал.

Тэмин не поверил, но не стал давить. Он просто кивнул и сказал:

- Если что - я рядом.

Она почувствовала, как внутри становится теплее. Но это чувство было опасным - она не могла позволить себе привязываться. Ни к кому.

Позже, когда она вышла в коридор, она столкнулась с Тэхуном. Он стоял у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с тем же холодным любопытством.

- Ты выглядишь как призрак, Джиху, - сказал он. - Что-то случилось?

- Всё нормально, - ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

- Ты врёшь, - он шагнул ближе. - Ты всегда врёшь. Я вижу это по твоим глазам.

Она почувствовала, как внутри всё сжалось.

- Оставь меня в покое, Тэхун.

Он усмехнулся, но отошёл.

- Я не отстану, - сказал он, проходя мимо. - Рано или поздно я узнаю, что ты скрываешь.

Она смотрела ему вслед и чувствовала, как холод пробегает по спине. Он тоже следит за мной. Я окружена врагами.

---

На второй день после того, что случилось в комнате Роуна, она решила проверить свои тайники. Она зашла в ванную, закрылась и проверила, где лежат прокладки. Они были на месте. Она проверила шкаф - всё было как она оставила. Но когда она вышла из ванной, она заметила, что дверь её комнаты была приоткрыта. Она чётко помнила, что закрывала её.

Джиу замерла на пороге. Внутри всё похолодело.

Кто-то был здесь. Кто-то рылся в моих вещах.

Она быстро проверила всё - прокладки под матрасом были на месте, пакет в шкафу тоже. Ничего не пропало. Но кто-то явно искал что-то.

Тэхун. Это он. Он знает, что я что-то прячу. Он будет копать дальше.

Она села на кровать и закрыла глаза. Я в ловушке. Роун знает, что я рылась в его комнате. Тэхун следит за мной. Тэмин... Тэмин слишком близко. Каин слишком добр. Я не знаю, кому можно верить.

Она сжала руки в кулаки и прошептала в тишину:

- Я должна быть сильнее. Я должна найти доказательства. Даже если это убьёт меня.

Она знала, что должна продолжать. Ради брата. Ради правды.

Но в глубине души она боялась - боялась, что не выдержит. Что они сломают её раньше, чем она найдёт ответы.

Где-то за стеной раздался смех, и она услышала голос Каина:

- Эй, Джиху! Иди сюда, мы тут кофе пьём!

Она улыбнулась - горько, но тепло - и встала. Они не знают. Они не догадываются. Я ещё жива.

Она вышла в коридор, натягивая на лицо маску спокойствия.

Я справлюсь. Я должна.

Глава 14. Приближение

Прошло два дня. Два дня, которые Джиу запомнила как бесконечную череду тренировок, испуганных взглядов в зеркала и постоянного чувства, что за ней следят. И она не ошибалась.

Роун изменился. Он стал тише, спокойнее, но его взгляд стал тяжелее, будто он видел её насквозь. Он больше не подходил к ней с вопросами, не проверял её на прочность на тренировках. Он просто наблюдал. Стоял в углу зала, скрестив руки на груди, и смотрел, как она танцует. Когда она оборачивалась - он уже отводил взгляд, но она знала: он следит за каждым её шагом.

Она чувствовала это кожей.

Утром, когда Джиу вышла из своей комнаты, она столкнулась с ним в коридоре. Он стоял у двери, будто ждал её. В руках у него была чашка кофе, и он смотрел на неё спокойно, почти равнодушно.

- Доброе утро, Джиху, - сказал он, и голос его был ровным, без эмоций. - Хорошо спалось?

Она замерла. Он никогда не спрашивал, как я спал. Никогда.

- Нормально, - ответила она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

- А у меня плохо, - Роун сделал глоток кофе и улыбнулся - холодно, одними губами. - Всё думаю о том, кто мог заходить в мою комнату. Ты не видел никого подозрительного?

Джиу почувствовала, как внутри всё сжалось. Он знает. Он знает, что это была я. Он проверяет меня.

- Нет, - сказала она. - Я никого не видел.

Роун кивнул, будто поверил, но в его глазах мелькнула насмешка.

- Ну ладно, - сказал он, отходя в сторону. - Если увидишь - скажи мне. Я не люблю, когда кто-то трогает мои вещи.

Он развернулся и пошёл на кухню, оставив Джиу стоять в коридоре. Она сглотнула, чувствуя, как пот стекает по спине. Он знает. Он не говорит, но он знает. И теперь он следит за мной.

---

В тренировочном зале Джиу пыталась сосредоточиться на движениях, но голова была забита другими мыслями. Роун стоял у стены, как всегда, и смотрел на неё. Она чувствовала его взгляд на своей спине, на своих руках, на каждом её движении. Казалось, он не моргает.

Тэмин подошёл к ней после разминки и положил руку на плечо.

- Ты сегодня какой-то напряжённый, - сказал он тихо, чтобы никто не слышал. - Что случилось?

Она покачала головой.

- Всё нормально. Просто устал.

Тэмин не поверил, но не стал давить. Он просто сжал её плечо и сказал:

- Скоро мы поедем на съёмки клипа. К песне «Monster». Ты слышал её уже, да? Теперь будем снимать. И фотосессия для журнала. Так что держись - будет тяжело, но это наш шанс.

Джиу кивнула. Она слышала песню - Рэвон дал ей текст на первом дне тренировки. Тогда она не поняла её смысла. А теперь, когда она знала больше, слова песни били прямо в сердце. «Ты предал меня, словно вырвал свет изнутри» - это было про неё. Про её брата. Про всех.

- Мы справимся, - сказал Тэмин и отошёл, давая ей знак, что разговор окончен.

---

Вечером в общежитии было шумно. Кто-то снова включил музыку на кухне, Кёнмин и Хангёль спорили о чём-то у холодильника, а Рэвон и Ёнхо развалились на диване в гостиной, разглядывая телефон.

- Смотри, говорят, новый фильм вышел, - сказал Ёнхо, показывая экран Рэвону. - Корейский, хоррор. Типа «Поезд в Пусан», но зомби круче.

- А давай глянем? - лениво отозвался Рэвон. - Все равно делать не хрен.

- Только если ты не будешь орать на каждом повороте, - усмехнулся Ёнхо. - Прошлый раз ты так испугался в дораме, что чуть телефон не выкинул.

- Это был не страх, это был... адреналин, - Рэвон поправил причёску. - И вообще, я всегда спокоен.

Ёнхо закатил глаза и включил фильм на телевизоре. Через минуту из гостиной доносились звуки - музыка, крики, выстрелы. Джиу проходила мимо и заглянула в комнату. Рэвон и Ёнхо сидели на диване, укрывшись пледом, и смотрели на экран с разной степенью заинтересованности.

Ёнхо заметил её в дверях и махнул рукой:

- Джиху, иди с нами. Тут такое дерьмо - пипец. Кровь, кишки, всё как ты любишь.

Джиу покачала головой:

- Я лучше пойду в комнату. Отдохну.

- Как хочешь, - пожал плечами Ёнхо и вернулся к фильму.

Она пошла по коридору, как вдруг услышала голос Каина:

- Эй, новенький! - он стоял в конце коридора и держал в руках две бутылки воды. - Ты куда?

- В комнату, - ответила она.

- Не спится тебе, да? - Каин подошёл ближе и протянул ей одну из бутылок. - Держи. На завтра пригодится.

Она взяла бутылку и хотела уже уйти, но он вдруг спросил:

- Слушай, а ты не хочешь прогуляться? Там парк недалеко, я с Кёнмином собираюсь. Можно взять тебя с собой.

Она удивилась. Кёнмин? Тот самый Кёнмин, который её ненавидит?

- Кёнмин согласен? - спросила она скептически.

- А он не знает, - усмехнулся Каин. - Но я ему скажу. Он злой, но не настолько, чтобы отказаться от прогулки. Давай, отвлечёшься.

Джиу покачала головой:

- Прости, я не могу. Завтра рано вставать.

Каин вздохнул, но не стал настаивать.

- Ладно. В другой раз, - он улыбнулся и пошёл к выходу. - Отдыхай.

Она зашла в свою комнату и закрыла дверь. Наконец-то она была одна. Она села на кровать и выдохнула. Кто бы знал, как тяжело притворяться каждую секунду.

И тут она вспомнила - месячные. Она давно считала дни в календаре, который спрятала под матрасом. Цикл был нестабильным - гормоны, стресс, постоянное напряжение сбивали его. Но она знала - они должны были прийти через пару дней. А может, уже завтра.

Джиу почувствовала, как холод пробегает по спине. Если они начнутся на съёмках, на тренировке, когда я буду в центре внимания - я не смогу скрыть это. Они увидят кровь. Они поймут.

Она быстро подошла к шкафу и достала чёрный пакет, который прятала в самом углу. Проверила - внутри ещё были прокладки. Три штуки. Это могло хватить на день, но не больше. Она должна была найти способ купить ещё - тайком, незаметно, чтобы никто не заметил.

Она села на пол, сжимая пакет в руках, и закрыла глаза. Если кто-то найдёт это - я пропала. Если у меня начнутся месячные - я пропала. Если я не куплю новые - я пропала.

В груди нарастала паника. Она попыталась успокоить себя, но не получалось.

Я должна быть осторожнее. Я должна планировать каждый шаг.

Она убрала пакет обратно в шкаф и легла на кровать, глядя в потолок. В голове прокручивались тысячи мыслей - о Роуне, о съёмках, о прокладках, о Тэмине, о Каине. Как я вообще выживаю здесь?

За стеной всё ещё шумел телевизор - Рэвон и Ёнхо смотрели хоррор. Кто-то смеялся на кухне. Каин, наверное, уже пошёл в парк с Кёнмином.

А она сидела здесь, в своей клетке, и думала о том, как не сойти с ума. Как не потерять себя. Как не провалить всё это.

Она сжала кулаки и прошептала в темноту:

- Я справлюсь. Я должна.

Завтра будет новый день. И она сделает ещё один шаг к правде.

Глава 15. Тени

Джиу сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку на стене. В голове билась одна мысль, от которой становилось тошнотно: месячные. Они могли начаться в любой момент - завтра, сегодня ночью, прямо во время съёмок. И если это случится, когда она будет в центре внимания, когда на неё будут смотреть десятки камер и сотни глаз... она не сможет это скрыть.

Она встала, подошла к шкафу и снова проверила чёрный пакет. Три прокладки. Три. Этого хватит на один день. Может, на два, если растягивать. Но она не могла рисковать. Она должна была купить новые.

Джиу выглянула в коридор. Оттуда доносились звуки из гостиной - Рэвон и Ёнхо всё ещё смотрели свой хоррор, Кёнмин и Каин, судя по всему, уже ушли в парк. Роун сидел на кухне и пил чай, но она слышала его голос - он разговаривал с кем-то по телефону. Тэхун... где был Тэхун? Она не знала. Но она знала, что должна сделать это быстро.

Она натянула толстовку с капюшоном, сунула в карман немного денег, которые у неё остались, и тихо выскользнула через чёрный вход. Вокруг общежития было темно - уличные фонари горели тусклым жёлтым светом, и только где-то вдалеке слышались голоса прохожих. Она пошла быстрым шагом к круглосуточному магазину, который видела в первый день - он был всего в двух кварталах.

Внутри пахло дешёвым кофе и пластиком. Джиу прошла к полке с женской гигиеной и замерла перед рядами разноцветных упаковок. Она схватила первую попавшуюся пачку - ночные, с крылышками - потом вторую, третью, четвёртую. Она не знала, сколько ей понадобится, но лучше взять с запасом. Она быстро расплатилась, сунула всё в пакет и вышла на улицу, чувствуя, как сердце колотится в груди.

На обратном пути ей казалось, что за ней кто-то идёт. Она обернулась - никого. Просто тени от фонарей, ветер и пустая улица. Но ощущение чужого взгляда не отпускало.

Она зашла в общежитие через чёрный вход и быстро прошла в свою комнату. В коридоре никого не было - Рэвон и Ёнхо всё ещё смотрели фильм, Роун разговаривал по телефону на кухне. Джиу закрылась в комнате и начала лихорадочно распаковывать пакеты.

Четыре пачки прокладок. Она рассовала их по разным местам - две пачки засунула под матрас, одну в шкаф, за джинсы, одну в рюкзак, который лежал на дне шкафа. Никто не найдёт. Никто не будет искать так глубоко.

Она выдохнула и села на кровать. Всё. Теперь можно дышать.

---

В гостиной Рэвон и Ёнхо как раз закончили фильм. Рэвон зевнул и потянулся, Ёнхо выключил телевизор.

- Скукотища, - сказал Рэвон. - Никакого адреналина. Там даже крови мало было.

- Тебе только крови и надо, - усмехнулся Ёнхо. - Ладно, я спать. Завтра съёмки, надо быть в форме.

Они разошлись по комнатам, и в коридоре стало тихо. Джиу вышла из своей комнаты и направилась на кухню за водой. Она почти дошла, как вдруг увидела Тэхуна. Он стоял у стены, прислонившись плечом к обоям, и смотрел на неё. В руках у него была кружка с чаем, но он не пил - просто держал её и смотрел.

- Ты чего не спишь? - спросил он тихо. Голос его был ровным, почти безразличным, но Джиу чувствовала - он что-то задумал.

- Пить хочу, - ответила она, стараясь говорить спокойно.

- А я вот думаю, - Тэхун сделал глоток чая и посмотрел ей прямо в глаза. - Почему ты всегда такой напряжённый, Джиху? Будто боишься, что тебя кто-то поймает.

- Я не боюсь, - ответила она. - Я просто устал.

- Устал, - повторил он, и в его голосе послышалась насмешка. - Конечно. Все здесь устали. Но ты - по-особенному. Как будто у тебя есть что скрывать.

Она промолчала, чувствуя, как внутри всё холодеет. Он что-то знает. Или просто проверяет меня.

- Я пойду, - сказала она и развернулась.

Она вернулась в комнату, закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Он слишком близко. Он слишком много задаёт вопросов.

Она выдохнула, пытаясь успокоиться, и направилась в гостиную - ей нужно было отвлечься. Рэвон и Ёнхо уже ушли, но в комнате горел свет, и она села на диван, уставившись в тёмный экран телевизора.

---

Тэхун не пошёл спать. Он подождал, пока Джиу уйдёт в гостиную, и бесшумно скользнул в её комнату. Дверь была не заперта - наивный, - подумал он. - Или просто уверенный, что никто не посмеет.

Он начал обыск. Стол - пусто. Ящики - только одежда. Под кроватью - ничего. Он проверил шкаф, перебирая вещи, и наткнулся на рюкзак на дне. Он открыл его и замер. Внутри лежала пачка прокладок. С крылышками. Ночные.

Тэхун замер. Он смотрел на пачку несколько секунд, переваривая увиденное. Прокладки? В комнате парня?

Он положил их обратно, закрыл рюкзак и задвинул его на место. Он ничего не взял, ничего не переместил. Он просто стоял и смотрел на шкаф, чувствуя, как в голове медленно складывается новая картинка.

Прокладки. В комнате Джиху.

Зачем парню женские прокладки?

Тэхун вышел из комнаты так же бесшумно, как и вошёл. Он направился в свою комнату, закрыл дверь и сел на кровать, глядя в стену.

Он не тот, за кого себя выдаёт, - подумал он. - Он скрывает что-то очень личное. Что-то, что связано с женщинами. Или...

Он не договорил. Он не хотел думать о том, что это могло значить. Но одна мысль застряла в голове и не уходила:

Прокладки. В комнате парня. Зачем?

Он решил, что будет следить за Джиху ещё внимательнее. Он узнает, что тот скрывает. Даже если для этого придётся перерыть всю его жизнь.

---

Джиу сидела в гостиной, смотря в пустой экран телевизора, и не знала, что в её комнате только что кто-то был. Она не знала, что её тайна уже почти раскрыта.

Но она знала - Тэхун не отступит. Он будет давить, следить, искать. И рано или поздно он найдёт что-то ещё.

Она сжала кулаки и прошептала в темноту:

- Я не сдамся. Я не дам ему сломать меня.

За стеной снова раздались шаги - Тэхун ходил по своей комнате, думая о том, что только что нашёл.

Она знала: игра продолжается. И теперь она стала ещё опаснее.

Глава 16. Отражение

Два дня пролетели как один долгий, бесконечный сон. Съёмки клипа вымотали всех до состояния зомби - они снимали больше двенадцати часов подряд, повторяя одни и те же движения, пока режиссёр не оставался доволен. Джиу почти не чувствовала ног к концу первого дня, но она держалась. Она не могла позволить себе слабость.

Съёмочная площадка находилась в старом заброшенном складе на окраине Сеула. Стены были покрыты граффити, повсюду валялись куски ржавого металла и битое стекло - идеальное место для мрачного клипа. Режиссёр - мужик с вечной сигаретой в зубах и красными от недосыпа глазами - гонял их как проклятый.

- Ещё раз! Ты, новенький, - он ткнул пальцем в Джиу, - руки выше! Ты должен выглядеть как монстр, а не как дохлая рыба!

Джиу стиснула зубы и повторила. Она танцевала, не чувствуя тела, и в какой-то момент поняла - этот клип был про неё. Про каждого из них. Про предательство, про пустоту, про монстра внутри. Когда она смотрела на себя в монитор, она видела не Джиху - она видела чужого человека. Человека, который носил маску настолько долго, что забыл своё истинное лицо.

Рэвон в это время стоял в центре кадра и пел свой куплет. Его голос был хриплым, надрывным, и когда он смотрел в камеру, Джиу видела в его глазах настоящую боль. Она не знала, играет он или говорит правду, но ей казалось, что его слова - не просто текст. «Ночь рисует шрамы на стекле, твои слова всё ещё во мне» - она чувствовала каждую строчку.

Тэмин подошёл к ней в перерыве и протянул бутылку воды.

- Ты справляешься, - сказал он тихо. - Я знал, что ты справишься.

Она взяла воду и кивнула, не в силах говорить. Она чувствовала его взгляд на себе - тёплый, ободряющий, и в этот момент ей показалось, что она не совсем одна.

---

На следующий день была фотосессия для журнала. Они ехали в студию на рассвете - все сонные, злые, с опухшими лицами. Рэвон сидел в углу машины и наносил тональный крем по памяти, Ёнхо дремал, привалившись к окну, а Кёнмин громко жаловался, что ему не дали нормального кофе.

- Заткнись уже, - бросил Хангёль, не открывая глаз. - Мы все хотим спать.

- Я хочу есть, - мрачно ответил Кёнмин. - И пить. И чтобы меня оставили в покое.

Каин сидел рядом с Джиу и тихо спросил:

- Ты как? Выглядишь уставшим.

- Нормально, - ответила она. - Просто хочется, чтобы это уже закончилось.

Каин усмехнулся.

- Привыкай. Это только начало.

Фотосессия прошла в бешеном темпе. Джиу меняла позы, смотрела в объектив, улыбалась той самой улыбкой, которую репетировала перед зеркалом. Она чувствовала себя манекеном, красивой куклой, которую фотографы вращали как хотели.

- Отлично, - крикнул фотограф. - Джиху, посмотри в камеру! Ещё! Молодец!

Она улыбалась, пока не сводило скулы. Она смотрела в объектив и думала о том, как далеко она зашла. Всего несколько недель назад она была обычной девушкой, а теперь стояла перед камерой в мужской одежде и делала вид, что счастлива.

Когда всё закончилось, она вышла в коридор и выдохнула.

Тэхун стоял у стены и смотрел на неё. Он не подошёл, не сказал ни слова, просто смотрел. В его глазах была странная смесь любопытства и подозрения. Джиу почувствовала, как холод пробежал по спине, и быстро отвернулась.

---

Через час они уже стояли на причале. Роун объявил, что у них есть два дня отдыха - камбек закончился, клип снят, фотосессия готова, и теперь им нужно немного прийти в себя. И, как оказалось, он решил устроить поездку на яхте.

- Мы заслужили, - сказал он, когда они грузились на борт. - Два дня без работы. Просто море, солнце и тишина.

Джиу стояла на палубе и смотрела на бесконечную водную гладь. Море было спокойным, почти чёрным, и отражало в себе небо. Она чувствовала, как ветер дует в лицо, и впервые за долгое время ей стало легче дышать.

- Красиво, да? - рядом с ней появился Каин. Он держал в руках две банки колы и протянул одну ей. - Я люблю море. Оно помогает забыть всё дерьмо.

Она взяла банку и улыбнулась.

- Да, красиво.

- Слушай, - Каин повернулся к ней и посмотрел внимательно, - а ты не хочешь поговорить? О чём угодно. Мне кажется, тебе нужно выговориться.

Она покачала головой.

- Не сейчас. Может быть, позже.

Каин не настаивал. Они просто стояли и смотрели на море, пока Джиу чувствовала, как напряжение медленно отпускает.

---

Вечером все собрались в кают-компании. Было тепло, пахло морем и едой. Роун разливал что-то алкогольное по стаканам - все, кроме Джиу, взяли. Она не могла рисковать, даже если очень хотелось забыться.

- Так, - сказал Роун, поднимая стакан. - За успешный камбек. Мы сделали это, ребята. Клип выйдет через неделю, и это будет наш лучший релиз.

Все закричали, зашумели, чокаясь. Джиу поднесла к губам воду, делая вид, что пьёт.

- И ещё, - продолжил Роун, когда шум утих, - нам нужно новое название для группы. Старое больше не подходит. Мы выросли, мы изменились. Нужно что-то, что отражает нас - тёмных, опасных, непредсказуемых.

Все замолчали. Кто-то задумался, кто-то начал предлагать варианты.

- «Тени», - сказал Кёнмин.

- Скучно, - отозвался Хангёль.

- «Монстры»? - предложил Ёнхо.

- Слишком очевидно, - покачал головой Рэвон.

- А как насчёт «NOIR»? - вдруг сказал Тэмин. Он стоял у окна и смотрел на море, но все повернулись к нему. - Это звучит стильно. Тёмно. Загадочно. И это не на слуху у всех.

Роун задумался на несколько секунд, потом кивнул.

- Мне нравится. «NOIR». А фанатов будем называть... «Shadows». Тени, которые следуют за нами.

Все одобрительно загудели. Название было идеальным - тёмным, опасным, подходящим для их концепта.

- Тогда решено, - сказал Роун, поднимая стакан. - За «NOIR»!

- За «NOIR»! - закричали все.

Джиу сидела в углу и смотрела на них. «NOIR». Тёмные. Опасные. И она была частью этого. Она сжала стакан в руках и прошептала про себя:

- «NOIR». И я - одна из них. Пока они не узнают правды.

Она чувствовала на себе взгляд Тэхуна - он сидел напротив и смотрел на неё. В его глазах не было праздника. Только холодное любопытство.

Она отвела взгляд.

Игра продолжается.

---

Ночью, когда все разошлись по каютам, Джиу вышла на палубу одна. Море было черным, как чернила, и только луна освещала поверхность воды. Она стояла у борта, смотря вниз, и думала о брате. Как ты там, Джису? Я делаю всё, что могу. Я найду их. Обещаю.

За спиной раздались шаги. Она обернулась - на палубу вышел Тэхун.

- Ты не спишь, - сказал он, останавливаясь в нескольких шагах от неё.

- Не спится, - ответила она.

Он молчал несколько секунд, а потом сказал:

- Ты странный, Джиху. Я слежу за тобой уже неделю, и я всё ещё не могу понять, что ты за человек.

Она почувствовала, как внутри всё сжалось.

- Зачем ты следишь за мной?

- Потому что ты прячешься, - сказал он просто. - Ты носишь маску так же, как и мы все. Но я хочу знать, что под ней.

Он сделал шаг вперёд, и Джиу отступила к борту.

- Мне нечего скрывать, - сказала она.

- Ложь, - Тэхун усмехнулся. - Но это ничего. Я узнаю правду. Рано или поздно.

Он развернулся и ушёл, оставив её стоять одну на палубе.

Джиу сжала кулаки и прошептала в темноту:

- Ты не узнаешь. Я не позволю.

Море плескалось внизу, и луна светила так ярко, что её лицо отражалось в воде. Она смотрела на своё отражение и видела не себя - она видела Джиху. Парня, которого придумала. Парня, которым стала.

Но кто я на самом деле?

Она не знала ответа. Она просто стояла и смотрела на воду, пока ночь не стала ещё темнее.

Глава 17. Пьяный бордель

Ночь на яхте превратилась в какой-то пьяный цирк. Сначала все чинно сидели за столом, потом кто-то принёс ещё выпивки, и через час кают-компания больше напоминала бар в час закрытия. Кёнмин сидел на полу, прислонившись к дивану, и что-то бормотал про свою бывшую девушку, которую он, судя по всему, только что вспомнил после года забвения. Хангёль лежал на диване лицом вниз и даже не шевелился - казалось, он уснул прямо в процессе разговора. Рэвон стоял у стола и снова наливал себе, хотя его уже шатало. Ёнхо сидел в углу и бессмысленно улыбался в пространство, периодически повторяя: «А я вам говорил... а я вам говорил...» - и никто не знал, что именно он говорил.

Каин и Тэмин сидели на палубе, укрывшись пледом, и что-то обсуждали вполголоса. Джиу слышала обрывки фраз: «Москву... дронами... почти двести штук за ночь...». Она не вслушивалась. Ей было слишком тяжело находиться рядом с этими людьми, которые пили, смеялись, забывали о том, что где-то в мире умирают люди, а её брат лежит в больнице и, возможно, никогда не проснётся.

Она вышла на палубу. Ветер дул в лицо, море было чёрным, как чернила, и только луна отражалась на поверхности воды, создавая дрожащую серебряную дорожку. Джиу оперлась руками о бортик и посмотрела вниз. Там, в глубине, было темно и холодно, и ей показалось, что она видит своё отражение - чужое лицо, короткие волосы, глаза, которые принадлежали не ей.

Она не знала, сколько простояла так. Минуту. Пять. Десять. Время потеряло смысл.

А потом она услышала шаги. Тяжёлые, но осторожные. Она обернулась.

Роун стоял в трёх шагах от неё. Он не пил - или пил, но держался лучше остальных. Его глаза смотрели на неё в упор, и в них было что-то тёмное, что-то, от чего у Джиу перехватило дыхание.

- Не спишь, - сказал он. Не вопрос. Констатация.

- Не спится, - ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Роун шагнул ближе. Ещё шаг. Теперь он стоял почти вплотную, и она чувствовала запах его одеколона, смешанный с морским воздухом. Он смотрел на неё сверху вниз, и в его взгляде была такая смесь ярости и... чего-то ещё, что Джиу стало не по себе.

- Ты странный, - сказал он тихо. - Очень странный. Ты появился из ниоткуда, ты лазишь по чужим комнатам, ты врёшь мне в глаза, и я не могу понять - ты враг или просто дурак?

Джиу сглотнула. Сердце колотилось где-то в горле.

- Я не враг, - сказала она. - Я просто...

- Что? - перебил он. - Просто что? Просто любопытный? Просто хочешь узнать правду? - он шагнул ещё ближе, и она отступила, ударившись спиной о бортик. - Ты думаешь, я не знаю, что это ты рылся в моей комнате? Ты думаешь, я слепой?

Она молчала. У неё не было слов.

Роун смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то странное - не гнев, не ярость. Что-то другое. Он протянул руку и упёрся ладонью в бортик рядом с её плечом, зажимая её в ловушке между собой и морем.

- Я хочу знать, кто ты, - сказал он, и голос его стал тише, почти хриплым. - Я хочу знать, почему ты здесь. И я хочу знать... - он замолчал, словно не решаясь сказать следующие слова.

Она смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как он дышит, как его тело излучает тепло, как его рука сжимает бортик. Она ждала. Она не знала, чего - удара, угрозы, признания. Но он не говорил.

Роун смотрел на неё, и внутри него боролись два совершенно разных человека. Один хотел прижать его к стене - нет, к бортику - и вытрясти из него все ответы. Заставить признаться, кто он такой. Второй... второй хотел прижать его к себе. И поцеловать.

Роун ненавидел себя за это.

Он парень. Он враг. Он рылся в моих вещах. Я не гей, блять. Я не гей.

Но он не мог отвести взгляд. Он смотрел на его губы, которые были чуть приоткрыты, на его глаза, которые смотрели на него снизу вверх, на его шею, где бился пульс. Он видел, как ветер шевелит его короткие волосы, и хотел коснуться их. Он хотел прикоснуться к нему. Он хотел...

Роун резко отшатнулся, словно обжёгся. Он сделал два шага назад, сжал кулаки и отвернулся.

- Иди спать, - сказал он глухо. - Завтра рано вставать.

Он развернулся и пошёл к двери, не оборачиваясь.

Джиу стояла у бортика, чувствуя, как дрожит всё тело. Ей казалось, что ещё секунда - и она бы не выдержала. Она смотрела на его удаляющуюся фигуру и не знала, что думать.

Он знает, что я рылся в его вещах. Но он не ударил. Он не наорал. Он просто... ушёл.

Она выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает её тело.

Но в голове остался один вопрос:

Что это было?

---

Внутри кают-компании всё ещё царил хаос. Кёнмин перестал бормотать о бывшей и теперь просто сидел с закрытыми глазами, качаясь из стороны в сторону. Хангёль так и лежал лицом вниз, не подавая признаков жизни. Рэвон наконец-то допил свой стакан и теперь стоял, глядя в одну точку, с видом человека, который не понимает, где он и как сюда попал. Ёнхо переместился на стол и теперь сидел на нём, болтая ногами, и смотрел на всех с блаженной улыбкой.

- А я говорил вам, - повторил он, ни к кому не обращаясь. - Я всегда говорил. Но вы не слушали.

- О чём ты, блять, говорил? - пробормотал Кёнмин, не открывая глаз.

- Да, - сказал Ёнхо. - Оно.

- Оно - о чём?

- Оно, - повторил Ёнхо, и улыбнулся ещё шире. - Оно же очевидно.

Никто не понял, что он имел в виду. Все уже привыкли к тому, что пьяный Ёнхо говорил загадками.

Каин и Тэмин вернулись с палубы и уселись в углу, продолжая тихо обсуждать свои новости.

- Слышал, Москву дронами накрыло, - сказал Каин, понизив голос, чтобы не привлекать внимания. - Почти двести штук за ночь. Говорят, много жертв.

- Да, я читал, - ответил Тэмин. - Там пиздец полный. Мир сошёл с ума. А мы тут сидим на яхте и бухаем, как последние идиоты.

- А что делать? - Каин пожал плечами. - Мы не можем остановить войну. Можем только надеяться, что это когда-нибудь закончится.

Тэмин хмыкнул и отпил из стакана.

- Или просто не думать об этом, - сказал он. - Как все нормальные люди.

Джиу проскользнула в коридор и направилась к туалету. Ей нужно было побыть одной, чтобы переварить то, что только что случилось на палубе. Она не знала, что сказал Роун, не знала, что он сделал, но она чувствовала - в нём происходит что-то, что он сам не может объяснить. И это пугало её больше, чем его угрозы.

Она зашла в туалет, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, закрывая глаза.

Он знает, что я рылась в его вещах. Он знает, что я что-то ищу. Но он не тронул меня. Почему?

Она не знала ответа.

Когда она вышла из туалета через пять минут, она нос к носу столкнулась с Тэмином. Он стоял в коридоре, прислонившись плечом к стене, и ждал её.

- Ты чего тут? - спросила она удивлённо.

Тэмин улыбнулся - лениво, тепло, как будто они были старыми друзьями.

- Заметил, что ты ушла, - сказал он. - Решил проверить, не выпал ли ты за борт.

Она хотела сказать, что ей ничего не нужно, но Тэмин уже подошёл ближе. Он протянул руку и поправил её рубашку - та съехала с плеча после того, как Роун зажал её у бортика. Тэмин поправил её аккуратно, почти невесомо, и его пальцы задержались на её плече на долю секунды дольше, чем нужно.

- Рубашка сбилась, - сказал он спокойно, но в его голосе была какая-то странная мягкость. - Не хочешь выглядеть как неряха перед съёмками.

Она почувствовала, как его пальцы касаются её плеча, и у неё перехватило дыхание. Он стоял близко, слишком близко. Она слышала его дыхание, видела, как улыбка играет на его губах, чувствовала тепло его тела.

- Ты всегда такой... внимательный? - спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Тэмин наклонился к ней чуть ближе, почти касаясь её уха, и сказал с лёгкой усмешкой:

- Только к тем, кто смотрит на меня так, будто я - единственный человек в этой комнате, который не хочет его убить.

Она не выдержала - улыбка сама расползлась по её лицу. Она не могла остановиться. Она чувствовала, как внутри становится тепло и легко, как будто она не в клетке, а где-то далеко, где можно просто быть собой.

- Ты смешной, - сказала она.

- А ты красивая, когда улыбаешься, - ответил Тэмин, и в его голосе была такая искренность, что Джиу на мгновение забыла, как дышать.

Он отступил на шаг, давая ей пространство, но его взгляд оставался тёплым.

- Ладно, иди уже. А то Рэвон ещё подумает, что мы тут целуемся, - он усмехнулся. - Но если захочешь - я не против.

Она засмеялась - тихо, от души, чувствуя, как напряжение уходит. Она покачала головой и пошла мимо него, но в её груди билось что-то новое. Что-то опасное. Что-то, что она не должна была чувствовать.

Тэмин.

Она запретила себе думать о нём. Но улыбка не уходила с её лица.

Глава 18. Тени в голове

Тэхун не спал.

Он стоял в тени у входа на палубу, прислонившись спиной к холодной стене, и смотрел. Смотрел на Джиху, которая стояла у борта, опершись локтями о металлические перила. Ветер трепал его короткие волосы, луна освещала его профиль, делая его лицо почти призрачным.

Тэхун смотрел и ненавидел себя за это.

Внутри него боролись два голоса. Один кричал: «Он враг. Он рылся в чужих вещах. Он что-то скрывает. Ты должен уничтожить его, вытрясти из него правду, заставить признаться». А другой, тихий и противный, шептал: «Подойди к нему. Коснись его. Узнай, какой он на ощупь. Узнай, чем пахнет его кожа».

Тэхун стиснул зубы так сильно, что заныла челюсть.

Я не гей. Я не гей, блять. Я ненавижу этого ублюдка. Я хочу разоблачить его. Я хочу увидеть страх в его глазах, когда я скажу всем, что он врун.

Но он не двигался. Он стоял и смотрел, как Джиху поправляет воротник своей рубашки - этот жест стал уже привычным, Тэхун замечал его каждый день, - как он проводит рукой по коротким волосам, как его плечи слегка опускаются, когда он думает, что никто не видит.

Почему я не могу отвести взгляд?

Тэхун закрыл глаза, пытаясь прогнать навязчивые мысли. Он представил, как подходит к нему, хватает за плечи, прижимает к стене - или к бортику, какая разница, - и требует ответов. Он видит страх в его глазах, слышит его сбивчивое дыхание.

А потом в его воображении происходило что-то другое. Что-то, от чего Тэхун открывал глаза и чувствовал, как внутри всё переворачивается.

Он резко оттолкнулся от стены, развернулся и пошёл в каюту, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла.

- Ты чего? - сонно пробормотал Кёнмин, который лежал на диване с закрытыми глазами.

- Ничего, - рявкнул Тэхун. - Спи дальше.

Он сел на кровать, сжал голову руками и уставился в пол.

Я схожу с ума. Это всё из-за него. Он делает это специально. Он хочет, чтобы я потерял контроль.

Тэхун не знал, что Джиху не делал ничего специально. Он просто стоял у борта и смотрел на воду.

Но Тэхун ненавидел его за это.

---

На палубе Каин и Тэмин сидели на скамейке, укрывшись одним пледом, и смотрели на тёмное море. Где-то вдалеке мерцали огни берега - крошечные жёлтые точки, которые казались такими далёкими и такими беспомощными.

- Слышал новости? - спросил Каин, не поворачивая головы.

- Какие? - Тэмин зевнул и потянулся, хрустнув плечами.

- По Москве снова ударили, - Каин достал телефон и начал листать ленту. - Говорят, почти двести дронов за ночь. Самая крупная атака за последние два года.

Тэмин присвистнул.

- Пиздец, - сказал он коротко. - А что с жертвами?

- Пишут, что разрушений нет, но... - Каин замолчал, вчитываясь в текст. - Говорят, сбили около ста девяноста четырёх беспилотников. Но это только те, что долетели. А всего за сутки - почти тысяча по всей стране.

Он покачал головой и убрал телефон в карман.

- Мир сошёл с ума, Тэмин. Мы тут сидим на яхте, бухаем, отдыхаем, а там люди умирают. Где-то в окопах, где-то под обломками.

Тэмин промолчал. Он смотрел на воду и думал о том же. О том, как глупо всё это - война, смерть, ненависть. И как странно, что он, парень из Сеула, сидит на яхте и переживает о съёмках клипа, пока в другой части мира люди теряют свои дома.

- Мы ничего не можем сделать, - сказал он наконец. - Мы просто... живём. Это дерьмово, но это правда.

- Я знаю, - Каин вздохнул. - Просто иногда так тошно становится. Смотришь на всё это и думаешь: зачем? Зачем мы вообще существуем? Ради чего?

Тэмин усмехнулся - горько, без веселья.

- Ради того, чтобы петь песни о любви и делать вид, что мир не рушится. Наверное.

Они замолчали. Каждый думал о своём.

---

Джиу прошла мимо них, направляясь в туалет. Она шла быстро, почти бегом, и не заметила, как Тэмин проводил её взглядом.

- Эй, новенький, - окликнул он её.

Она обернулась.

- Ты чего такой нервный? Всё в порядке?

- Да, - ответила она, стараясь улыбнуться. - Просто устал. И хочу в туалет.

- Ну давай, - Тэмин махнул рукой. - Возвращайся, а то тут без тебя скучно.

Она усмехнулась и пошла дальше.

---

В туалете она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула. Сердце колотилось как бешеное. Она смотрела на своё отражение в зеркале - бледное, уставшее, с тёмными кругами под глазами.

Я справлюсь, - сказала она себе. - Я должна справиться.

Она умылась холодной водой, провела пальцами по мокрым щекам и посмотрела в глаза своему отражению.

- Ты - Джиху, - прошептала она. - Парень, который пришёл в группу, чтобы найти правду. Ты не боишься. Ты не сдашься.

Она выдохнула, вытерла лицо и вышла из туалета.

---

Когда она вернулась на палубу, Тэмин и Каин всё ещё сидели на скамейке. Тэмин хлопнул по сиденью рядом с собой, приглашая её сесть.

- Садись, - сказал он. - Посидим, посмотрим на воду.

Она села рядом, чувствуя тепло его тела через тонкую ткань рубашки. Каин сидел по другую сторону, но смотрел на неё с лёгкой улыбкой.

- Ты какой-то грустный сегодня, Джиху, - сказал он. - Хочешь, расскажем тебе что-нибудь смешное?

- Не надо, - ответила она, улыбнувшись. - Я просто устал.

Тэмин посмотрел на неё, и в его взгляде была та самая мягкость, которая появлялась у него только когда они были вдвоём.

- Отдыхай, - сказал он. - Мы тебя прикроем.

Она почувствовала, как внутри становится теплее. На мгновение ей показалось, что она не одна. Что есть люди, которые готовы защитить её, даже не зная всей правды.

Но она знала: правда разрушит всё.

И она не была готова к этому.

---

Где-то в каюте Тэхун сидел на кровати и смотрел в стену. В его голове всё ещё звучал голос, который шептал ему те самые слова, от которых он хотел спрятаться.

Ты хочешь его. Ты хочешь прикоснуться к нему. Ты хочешь знать, какой он на вкус.

Тэхун сжал кулаки и ударил по стене. Боль пронзила костяшки, но он не обратил на это внимания.

- Я не гей, - прошептал он в пустоту. - Я не гей.

Но он знал, что врёт сам себе.

Глава 19. Ты мне нравишься

Джиу вышла из туалета, прикрыв за собой дверь, и на секунду замерла в коридоре. Корабль слегка покачивало, где-то за стеной слышались голоса - Каин и Тэмин всё ещё сидели на палубе, но отсюда их разговор доносился приглушённо, как сквозь вату. Она провела ладонью по лицу, чувствуя, как холодная вода ещё не высохла на коже, и собиралась уже пойти обратно, как вдруг заметила движение в тени.

Тэмин стоял у стены, прислонившись плечом к деревянной обшивке. Он ждал её. Она не знала, сколько он там простоял, но его поза была расслабленной, почти ленивой, хотя в глазах горело что-то острое и внимательное.

- Ты чего тут? - спросила она, улыбнувшись уголками губ.

- Жду, - ответил он, отталкиваясь от стены. - Ты долго. Я уже начал волноваться, не утонул ли ты в унитазе.

- Очень смешно, - фыркнула она.

Тэмин сделал шаг к ней. Потом ещё один. Он остановился в полуметре, и в коридоре стало тесно - слишком тесно для двух человек, особенно когда один из них смотрит на другого так, как Тэмин смотрел на неё сейчас.

- Ты странный сегодня, - сказал он тихо. - Ещё страннее, чем обычно. И это что-то говорит, потому что ты вообще самый странный парень, которого я встречал.

- Спасибо за комплимент, - усмехнулась она.

- Это не комплимент, - он покачал головой, но в его голосе не было злости. - Это факт. Ты всё время выглядишь так, будто убегаешь от кого-то. Или от себя.

Она хотела возразить, но он уже протянул руку и коснулся её челки. Аккуратно, почти невесомо, он поправил прядь, которая упала ей на лоб, убирая её назад. Его пальцы задержались у её виска на долю секунды, и Джиу почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

- Вот так, - сказал он, и его голос стал ниже. - Так лучше. Теперь видно твои глаза.

- А что с моими глазами? - спросила она, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Тэмин усмехнулся, но не отошёл. Наоборот - он наклонился к ней чуть ближе, так, что она видела каждую ресницу, каждую мелкую морщинку у его глаз. Он улыбался, и улыбка была тёплой, почти нежной, хотя в ней всё ещё чувствовалась его обычная насмешливость.

- Знаешь, - сказал он, почти шёпотом, - если ты продолжишь так на меня смотреть, я подумаю, что я тебе нравлюсь.

Джиу замерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось с такой силой, что она услышала его в ушах. Она смотрела на него снизу вверх, чувствуя его дыхание на своей коже, чувствуя, как он близко - слишком близко, чтобы это было просто шуткой.

И она засмеялась.

Тихо, искренне, от души - так, как не смеялась уже много недель. Смех вырвался из неё сам собой, лёгкий и свободный, и она не пыталась его сдержать. Она чувствовала, как напряжение уходит, как тепло разливается по груди, как мир на мгновение становится проще.

- Ты дурак, - сказала она, качая головой.

- Возможно, - ответил Тэмин, и его улыбка стала шире. - Но ты смеёшься. Это уже победа.

Он всё ещё стоял близко, и между ними висело что-то неуловимое - воздух, казалось, искрился. Джиу смотрела на него, и впервые за долгое время ей не хотелось убегать. Ей хотелось остаться здесь, в этом коридоре, с этим парнем, который заставлял её забывать о том, что она - не тот, за кого себя выдаёт.

Но она помнила.

Она должна была помнить.

- Спасибо, - сказала она тихо, отводя взгляд. - За то, что поднял настроение.

- Всегда пожалуйста, - ответил Тэмин. - Если хочешь, могу и дальше поднимать. У меня есть много дурацких шуток.

- Я запомню, - она улыбнулась и сделала шаг назад, разрывая невидимую нить.

Тэмин не стал её удерживать. Он просто смотрел, как она идёт по коридору, и в его глазах всё ещё горело то самое тепло.

- Джиху, - окликнул он, когда она уже почти скрылась за поворотом.

Она обернулась.

- Ты мне нравишься, - сказал он просто. Без улыбки, без шуток. Просто факт.

Джиу замерла. Сердце снова забилось быстрее, и она почувствовала, как внутри что-то переворачивается.

Она не знала, что ответить. Она открыла рот, но слова застряли в горле. Она просто смотрела на него и чувствовала, как мир рушится и собирается заново в одном этом моменте.

- Пока, - сказала она наконец, и голос её дрогнул.

Она развернулась и пошла к своей каюте, чувствуя его взгляд на своей спине.

Ты мне нравишься.

Слова всё ещё звучали в её голове, когда она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

Что мне делать?

Она не знала. Но она знала одно - её сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

И это было самым опасным чувством из всех.

Глава 20. Обратный отсчёт

Яхта причалила к берегу на рассвете. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо в бледно-розовые и оранжевые тона, но Джиу не видела этой красоты - она смотрела на берег и чувствовала, как внутри всё сжимается. Конец отдыха. Возвращение в клетку.

Они выгружались молча, кто-то ещё был сонным, кто-то - похмельным. Кёнмин шёл, держась за голову и проклиная всё на свете. Рэвон, наоборот, выглядел свежим, будто спал двенадцать часов, хотя Джиу точно видела, как он в три ночи стоял на палубе и смотрел на луну.

Роун прошёл мимо неё, даже не взглянув. Но она чувствовала его присутствие - тяжёлое, давящее, как туча перед грозой. Он знал, что она рылась в его вещах. Он не сказал ни слова за всю поездку, но его молчание было красноречивее любых угроз.

Тэхун тоже молчал. Он шёл позади всех, держа руки в карманах, и смотрел в землю. Но Джиу знала - он наблюдает. Он всегда наблюдает.

Тэмин шагал рядом с ней и, когда они заходили в автобус, тихо сказал:

- Всё нормально?

- Да, - ответила она, стараясь улыбнуться. - Просто устал.

Он не поверил, но не стал давить. Просто кивнул и сел рядом, не спрашивая разрешения. Их плечи соприкасались всю дорогу до общежития.

---

В общежитии пахло пылью и старым ковролином - запах, который Джиу уже начала ненавидеть. Она зашла в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как напряжение отпускает только сейчас, когда она одна.

Она подошла к столу и взяла фотографию брата. Его лицо смотрело на неё с улыбкой, и у неё защипало в глазах.

Я почти нашла тебя, Джису, - прошептала она. - Ещё немного.

За стеной слышались голоса - кто-то смеялся, кто-то спорил о том, кто больше выпил на яхте. Группа возвращалась к обычной жизни. К тренировкам, к расписанию, к рутине. Но Джиу знала: на яхте что-то сдвинулось. Тэмин сказал ей, что она ему нравится. Роун смотрел так, будто хотел её убить - или поцеловать. Тэхун следил за каждым её шагом.

И это могло всё разрушить.

Она убрала фотографию в ящик и вышла в коридор, направляясь в ванную. Ей нужно было умыться, привести себя в порядок, снова надеть маску.

В ванной она посмотрела на себя в зеркало - бледное лицо, тени под глазами, короткие волосы. Она провела пальцами по щеке и вздохнула. Потом открыла кран и умылась холодной водой, чувствуя, как она стекает по лицу, смывая остатки сна.

Она почистила зубы, стараясь делать всё как обычно, как делал бы любой парень. Но когда она закончила и уже собиралась выйти, она почувствовала знакомую тяжесть внизу живота. Она замерла.

Нет. Только не сейчас.

Она быстро проверила - прокладка. Слава богу, она успела. Месячные начались, и она едва не попала впросак. Джиу быстро достала из тайника, который надёжно спрятала в ванной, свежую прокладку, надела её, спрятала упаковку обратно и выдохнула.

Всё чисто. Никто не заметил.

Она ещё раз посмотрела на себя в зеркало и поправила воротник футболки. Ты - Джиху. Ты - парень. Ты справишься.

Она вышла из ванной и направилась на кухню.

---

На кухне уже было шумно. Кто-то включил телевизор, кто-то грел воду для кофе. Рэвон сидел за столом и листал телефон, Ёнхо стоял у плиты и помешивал что-то в кастрюле.

- О, Джиху, - сказал Ёнхо, оборачиваясь. - Будешь завтракать? Я тут решил сварить суп. Кимчи ччигэ, если хочешь.

- Я лучше хлопья, - ответила Джиу, проходя к шкафчику.

Она достала коробку кукурузных хлопьев, налила молока в миску и села за стол напротив Рэвона. Тот даже не поднял головы, но она чувствовала его внимание.

- Ну как тебе поездка? - спросил он, не отрываясь от телефона. - Отдохнул?

- Да, - сказала она. - Было хорошо.

- Ты всё время молчал, - заметил Рэвон. - Как будто не с нами был.

- Я просто слушал.

Рэвон хмыкнул, но ничего не ответил.

Джиу начала есть хлопья, чувствуя, как молоко остывает, а хлопья размокают. Она смотрела на кухню, на ребят, которые что-то обсуждали, и думала о том, что они даже не подозревают, кто она на самом деле.

- Слышали новости? - сказал Каин, входя на кухню с телефоном в руке. - Наш клип уже набрал десять миллионов просмотров за первые сутки.

- Охренеть, - Кёнмин присвистнул. - Это же рекорд.

- Да, - Каин улыбнулся. - Нас заметили. Камбек идёт успешно. Компания уже планирует следующий релиз.

- Конечно, планирует, - буркнул Хангёль, который сидел в углу с чашкой кофе. - Им лишь бы деньги зарабатывать. А мы тут работаем как проклятые.

- Зато фанаты довольны, - сказал Ёнхо, помешивая суп. - Ты видел комментарии? Все пишут, что клип лучший.

- Я видел, - Рэвон наконец оторвался от телефона. - Говорят, что наша атмосфера стала темнее. Что мы выросли. Ну и конечно, все обсуждают нового участника.

Джиу замерла.

- Меня? - спросила она.

- Тебя, - Рэвон посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. - Говорят, что ты загадочный. Что у тебя интересная внешность. Что ты выделяешься.

Она не знала, что на это ответить. Выделяюсь. Это плохо. Чем больше меня замечают, тем сложнее скрываться.

- Не обращай внимания, - сказал Каин, садясь рядом с ней. - Они просто хотят тебя раскрутить. Это хорошо для группы.

- Я знаю, - ответила она. - Просто непривычно.

Она доела хлопья и встала, чтобы помыть миску. Вода была тёплой, и она чувствовала, как напряжение медленно отпускает. Они не знают. Они не догадываются. Всё под контролем.

Но когда она обернулась, она увидела Тэхуна. Он стоял в дверях кухни и смотрел на неё. Его взгляд был тяжёлым, изучающим, и она почувствовала, как по спине пробежал холод.

Он ничего не сказал. Просто стоял и смотрел.

А потом развернулся и ушёл.

Джиу выдохнула, чувствуя, как сердце колотится в груди. Он знает. Он чувствует. Он не отстанет.

Она поставила миску на сушилку и вышла из кухни, стараясь не смотреть на Тэхуна.

---

Вечером она сидела в своей комнате и смотрела в окно. На улице уже стемнело, и только огни города мерцали вдалеке. Она думала о Тэмине, о его словах: «Ты мне нравишься». О том, как он поправил её чёлку, как наклонился к ней, как его глаза светились в темноте.

Она не могла позволить себе влюбиться. Это было слишком опасно. Но её сердце билось быстрее каждый раз, когда он был рядом.

Она вспомнила, что хотела приготовить что-то корейское. Она вытащила телефон и начала искать рецепты. Токпокки - рисовые клёцки в остром соусе. Кимчи - ферментированная капуста. Пибимпап - рис с овощами и яйцом. Она читала рецепты, и ей казалось, что это поможет ей почувствовать себя ближе к этой стране, к этой жизни, которую она вела.

Она выбрала пибимпап - простое и вкусное блюдо. Может быть, завтра она попробует приготовить его. Если найдёт время.

Она убрала телефон и легла на кровать, глядя в потолок. За стеной слышались голоса - ребята обсуждали планы на завтра, шутили, смеялись. Обычная жизнь.

А она лежала и думала о том, как долго ещё сможет притворяться.

Я справлюсь, - сказала она себе. - Я должна.

Она закрыла глаза и попыталась уснуть.

Но сон не шёл. В голове крутились мысли о Тэмине, о Роуне, о Тэхуне, о брате. О том, как всё запуталось.

Она знала одно: обратного пути нет. Она зашла слишком далеко.

И теперь ей оставалось только идти вперёд.

Глава 22. Первый поцелуй

Концерт был безумным. Стадион ревел, фанаты кричали так, что у Джиу закладывало уши, а свет софитов бил в глаза, ослепляя и заставляя чувствовать себя не человеком, а частью чего-то огромного, живого, дышащего в унисон с толпой. Она танцевала, пела, улыбалась в камеры - и всё это время чувствовала на себе взгляд Тэмина. Он стоял рядом, двигался синхронно с ней, и когда их руки соприкасались во время хореографии, по её коже пробегали мурашки.

Она не знала, что с ней происходит. Она боялась этого. Но не могла остановиться.

Когда концерт закончился, они ушли за кулисы, и кто-то притащил ящик с пивом. Праздновали шумно, громко, как всегда. Кёнмин уже успел опрокинуть в себя пару банок и теперь сидел на диване с блаженной улыбкой. Рэвон делал вид, что не пьёт, но Джиу заметила, как он украдкой налил себе ещё. Хангёль и Ёнхо спорили о чём-то на повышенных тонах, хотя никто уже не понимал, о чём они спорят. Роун стоял в углу и разговаривал по телефону, но его взгляд то и дело возвращался к Джиу.

Она чувствовала это - его внимание, его напряжение. Но сегодня она не хотела думать о нём. Она хотела просто отдохнуть. Хотя бы на мгновение забыть о том, что она здесь - не ради славы, а ради правды.

Шум в комнате становился всё громче. Кто-то включил музыку, и теперь она смешивалась с голосами и смехом. Джиу почувствовала, как начинает болеть голова. Она тихо выскользнула на балкон, прикрыв за собой стеклянную дверь.

Балкон был маленьким, тесным, но здесь было тихо. Внизу, далеко внизу, шумел город - тысячи огней, тысячи жизней, которые не знали о том, что она здесь. Джиу оперлась руками о перила, вдохнула холодный ночной воздух и закрыла глаза.

Как я здесь оказалась? Как я вообще дошла до этого?

Она не знала. Но она знала, что не может остановиться.

- Ты всегда убегаешь, когда становится шумно?

Джиу обернулась. Тэмин стоял в дверях балкона, придерживая стеклянную дверь рукой. Его волосы были влажными после концерта, на лице играла лёгкая улыбка, но в глазах было что-то тёмное, напряжённое.

- Просто хотел побыть один, - ответила она, отворачиваясь.

Он не ушёл. Он закрыл дверь и шагнул на балкон, оказавшись рядом с ней. Они стояли плечом к плечу, глядя на огни города. Тишина между ними была плотной, почти осязаемой.

- Я тоже, - сказал он. - Иногда хочется просто... молчать.

Она ничего не ответила. Она чувствовала его присутствие, его тепло, и это пугало её больше, чем любые угрозы.

- Ты сегодня хорошо выступил, - сказал он, не глядя на неё. - Я смотрел на тебя со сцены. Ты двигался так, будто ты не просто танцуешь, а будто ты... живёшь этим.

- Спасибо, - прошептала она.

Он повернулся к ней, и она почувствовала, как его взгляд касается её лица - острых скул, коротких волос, губ, которые она нервно прикусила.

- Ты знаешь, Джиху, - сказал он, и голос его стал тише, - я не понимаю, что со мной происходит. Я смотрю на тебя и чувствую то, чего не должен чувствовать. Я знаю, что ты парень. Я знаю, что это неправильно. Но мне плевать.

Она замерла, чувствуя, как внутри всё сжимается.

- Тэмин... - начала она.

Но он уже сделал шаг к ней. Потом ещё один. Она отступила назад, ударившись спиной о перила балкона. Он навис над ней, и в его глазах было что-то, что она видела впервые - желание, ярость, нежность, всё вместе.

Он не спросил разрешения. Он просто наклонился и поцеловал её.

Поцелуй был грубым, жадным, будто он ждал этого годами. Его рука сжала её затылок, притягивая ближе, и она почувствовала, как его губы касаются её губ - горячие, настойчивые, не терпящие возражений. Внутри неё всё перевернулось. Сердце забилось так, что она слышала его в ушах.

На мгновение она забыла, кто она. На мгновение она позволила себе просто чувствовать - тепло его тела, вкус его губ, его дыхание на своей коже.

Но реальность вернулась быстро, как удар под дых. Она оттолкнула его, упёршись руками в его грудь, и отшатнулась.

- Что ты делаешь?! - выдохнула она. - Я парень! Ты понимаешь? Я - парень!

Тэмин не отступил. Он стоял и смотрел на неё, и в его глазах не было сомнения. Только спокойствие и уверенность.

- Мне всё равно, - сказал он. Его голос был тихим, но твёрдым, как сталь. - Я знаю, что ты парень. Но мне всё равно. Я хочу тебя, Джиху. И я не собираюсь притворяться, что это не так.

Джиу смотрела на него, не веря своим ушам. Внутри неё бушевала буря - страх, отчаяние, желание, гнев. Она открыла рот, чтобы сказать что-то, но слова застряли в горле.

- Я... я не могу, - прошептала она наконец. - Ты не понимаешь. Ты не знаешь...

- Тогда скажи мне, - перебил он, делая шаг вперёд. - Скажи мне, что я не знаю. Объясни. Я слушаю.

Она молчала. Она не могла сказать ему правду. Не сейчас. Не здесь.

- Уходи, - сказала она, и голос её дрогнул. - Пожалуйста. Просто уйди.

Тэмин смотрел на неё несколько секунд. Потом кивнул, развернулся и пошёл к двери. На пороге он остановился и сказал, не оборачиваясь:

- Я не отступлю. Ты можешь убегать, Джиху. Но я буду ждать.

Он ушёл, оставив её одну на балконе.

Джиу стояла у перил, прижимая руку к груди, и не могла дышать. Её сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет наружу. Её губы горели от его поцелуя. Она провела по ним пальцами и почувствовала, как дрожат руки.

Что я делаю? Почему я не остановила его? Почему я хочу, чтобы он вернулся?

Она закрыла глаза и почувствовала, как слёзы подступают к горлу. Я не могу. Я не должна. Это разрушит всё.

Но в глубине души она знала - она не хотела, чтобы он уходил. Она хотела, чтобы он остался. Она хотела забыть о масках, о лжи, о своей миссии. Просто быть собой. Просто быть с ним.

Но она не могла.

Она сжала перила и посмотрела в ночное небо. Где-то там, далеко, была её настоящая жизнь. Её брат. Её правда.

Я должна быть сильной, - сказала она себе. - Я не могу позволить себе любовь. Я не могу позволить себе слабость.

Но её сердце билось быстрее, когда она думала о Тэмине. И это было самое страшное чувство из всех.

Глава 23. Странные дни

Прошло три дня. Три дня, которые Джиу запомнила как бесконечную череду избеганий, взглядов и странного, тягучего напряжения, которое висело в воздухе каждый раз, когда она оказывалась в одной комнате с Тэмином.

Она перестала заходить на кухню, когда он там был. Она выходила из тренировочного зала раньше, чем он успевал подойти. Она делала вид, что не замечает его взгляда, но чувствовала его кожей - тяжёлый, тёплый, прожигающий её насквозь. Он не давил, не подходил, не пытался заговорить. Он просто смотрел. И от этого становилось только хуже.

Джиу сходила с ума.

Она сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в стену. В голове прокручивался тот вечер. Балкон. Его губы. Его слова: «Мне всё равно». Она проводила пальцами по губам, чувствуя их прикосновение до сих пор, и ненавидела себя за то, что хочет повторить это.

Что со мной происходит? Я должна думать о брате. Я должна искать правду. Я не могу позволить себе это.

Но сердце билось быстрее каждый раз, когда она видела его.

---

На четвёртый день она вышла в коридор и столкнулась с Тэхуном. Он стоял у стены, как всегда, прислонившись плечом к обоям, и смотрел на неё так, будто ждал. В руках у него не было ничего - ни блокнота, ни чашки. Просто пустые руки, сжатые в кулаки.

Она хотела пройти мимо, но он шагнул вперёд, загораживая проход.

- Джиху, - сказал он тихо, и его голос был странным - не холодным, не насмешливым. Он звучал почти... уязвимо.

- Что тебе надо? - спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он смотрел на неё несколько секунд, и в его глазах было что-то, чего она раньше не видела - растерянность. Будто он сам не понимал, что делает.

- Я хочу знать, что ты скрываешь, - сказал он, и голос его дрогнул. - Но я не могу перестать думать о тебе.

Джиу замерла. Она не ожидала этого. Она ждала угроз, допросов, холодной логики. Но не этого.

- Ты ненормальный, - сказала она, но в голосе не было злости.

- Да, - он усмехнулся, горько и криво. - Я знаю. Я ненавижу себя за это. Я ненавижу тебя за то, что ты заставляешь меня чувствовать то, чего я не должен чувствовать.

Он сделал шаг к ней, и она отступила, ударившись спиной о стену. Он оказался рядом - так близко, что она видела, как его глаза мечутся по её лицу, ища ответы.

- Я не гей, - прошептал он. - Я никогда не смотрел на парней. Но на тебя... я не могу не смотреть.

Он протянул руку, почти касаясь её щеки, но в последний момент отдёрнул её, будто обжёгся.

- Я не знаю, что ты скрываешь, Джиху, - сказал он, отступая. - Но я хочу это узнать. И я хочу, чтобы ты знала: я не отступлю.

Он развернулся и ушёл, оставив её стоять у стены с бешено колотящимся сердцем.

Что это было? - думала она. - Почему он смотрит на меня так же, как Тэмин? Что я делаю не так?

Она не знала. Но она знала, что ситуация становится опаснее с каждым днём.

---

На следующее утро Джиу сидела на кухне одна, глядя в пустую чашку. Она не знала, что делать. Тэмин не отступал. Тэхун тоже. Она чувствовала, как её мир сужается, как каждый её шаг становится всё более рискованным.

Каин вошёл на кухню с двумя чашками кофе. Он поставил одну перед ней и сел напротив, глядя на неё с мягкой улыбкой.

- Ты выглядишь уставшим, - сказал он. - Снова не спал?

- Спал, - соврала она, не глядя на него.

Каин вздохнул и отпил кофе. Они сидели в тишине несколько минут, и Джиу чувствовала, как его взгляд касается её лица.

- Ты избегаешь Тэмина, - сказал он наконец. - Я заметил.

Она подняла голову и посмотрела на него.

- Я не избегаю.

- Врёшь, - он улыбнулся, но улыбка была грустной. - Я знаю, что между вами что-то происходит. И я знаю, что ты не хочешь об этом говорить. Но я просто хочу сказать тебе одну вещь, Джиху.

Она смотрела на него, и внутри неё всё сжималось. Сейчас он скажет, что тоже чувствует что-то. Я не выдержу этого. Не сейчас.

Но Каин сказал другое:

- Ты мой друг. И я всегда поддержу тебя. Что бы ни случилось, какие бы секреты ты ни скрывал - я буду рядом. Просто знай это.

Она почувствовала, как к горлу подступает комок. Он протянул руку и поправил её чёлку, которая упала ей на глаза. Его прикосновение было лёгким, почти невесомым, но в нём было столько тепла, что Джиу захотелось заплакать.

- Спасибо, - сказала она, и голос её дрогнул. - Спасибо, Каин.

Он улыбнулся, и в его улыбке была та самая мягкость, которая делала его таким особенным.

- Ты сильный, Джиху. Ты справишься. Что бы ни случилось - я с тобой.

Она кивнула, не в силах сказать больше ни слова.

Когда он ушёл, она осталась одна на кухне. Она сидела и смотрела на чашку кофе, которая остывала перед ней, и думала о том, как жестоко обманывать таких людей. Каина, который верил в неё. Тэмина, который любил её, не зная правды. Тэхуна, который боролся с собой.

Я не могу продолжать так, - подумала она. - Я должна рассказать им правду. Или уйти. Но я не могу уйти. Джису ждёт меня.

Она сжала руки в кулаки и закрыла глаза.

Я выдержу. Я должна.

Но внутри неё рос страх, что она не справится. Что секреты, которые она носит, уничтожат всё, что она пытается сохранить.

Глава 24. Снова рядом

Тренировка началась как обычно - Тэмин стоял в центре зала и хлопал в ладоши, заставляя всех выстроиться в ряд. Джиу заняла своё место в заднем ряду, стараясь не смотреть в его сторону. Она чувствовала его взгляд на себе, но делала вид, что не замечает. Ей нужно было сосредоточиться на движениях, на музыке, на чём угодно, только не на нём.

Но это было невозможно.

Каждое движение, каждое прикосновение в хореографии заставляло её сердце биться быстрее. Когда их руки соприкасались в связке, она чувствовала, как по коже пробегают мурашки. Когда он проходил мимо неё, она слышала его дыхание и сходила с ума.

Я не могу так больше. Я должна держать дистанцию.

Но дистанция таяла с каждым днём.

Когда тренировка закончилась, все разошлись - Кёнмин ушёл в душ, Рэвон направился на кухню, Хангёль и Ёнхо о чём-то спорили у двери. Джиу собралась уйти, но Тэмин перехватил её у выхода.

- Стой, - сказал он тихо, но так, что она не могла проигнорировать его.

Она замерла, не оборачиваясь.

- Джиху, повернись ко мне, - сказал он, и в его голосе была такая мягкость, что у неё внутри всё сжалось.

Она медленно повернулась и посмотрела на него. Он стоял в двух шагах от неё, его волосы были влажными после тренировки, на лице играла усталая, но тёплая улыбка.

- Хватит бегать, - сказал он. - Мы не можем притворяться, что ничего не было.

Джиу открыла рот, чтобы возразить, но он перебил её:

- Я знаю, что ты чувствуешь то же самое. Ты можешь убегать, можешь прятаться за своей маской, но я вижу тебя, Джиху. Я вижу, как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не смотрю на тебя.

Она хотела сказать, что он ошибается, что он ничего не понимает, но слова застряли в горле. Она смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то, что она старалась подавить.

- Ты не знаешь меня, - сказала она наконец, и голос её дрогнул. - Ты не знаешь, кто я на самом деле.

- Тогда скажи мне, - ответил он, делая шаг ближе. - Я готов слушать.

Она молчала. Между ними повисла тишина - такая плотная, что можно было резать ножом. Они стояли в пустом зале, и воздух вокруг них искрился от напряжения. Он не целовал её. Она не отталкивала его. Но это было хуже поцелуя.

- Джиху, - сказал он, и его голос стал почти шёпотом, - я не тороплю тебя. Я буду ждать. Но я не отступлю. Запомни это.

Она смотрела на него, чувствуя, как её сердце разрывается на части. Зачем ты делаешь это? Почему ты не можешь просто ненавидеть меня, как все остальные?

Она ничего не ответила. Просто развернулась и ушла, чувствуя его взгляд на своей спине.

---

Каин стоял у двери зала и видел всё. Он видел, как Тэмин подошёл к Джиху, как они стояли близко друг к другу, как она смотрела на него. Он видел, как в её глазах мелькнуло что-то, что он никогда не видел, когда она смотрела на него, Каина.

Он развернулся и пошёл по коридору, сжимая кулаки. Внутри него закипала боль - глубокая, острая, как нож. Он знал, что проиграл. Он знал, что между ними есть что-то, чего он не сможет разрушить.

Он зашёл в свою комнату, закрыл дверь и прислонился к ней спиной, закрывая глаза.

Я люблю тебя, Джиху, - подумал он. - Но ты даже не знаешь об этом. И ты никогда не узнаешь.

Он открыл глаза и посмотрел в потолок. Если я не могу быть с тобой, то хотя бы буду рядом. Как друг. Как тот, кто всегда поддержит тебя.

Он знал, что это будет больно. Но он был готов.

---

Тэхун стоял в тени у противоположной стены и тоже видел всё. Он видел, как Тэмин смотрел на Джиху, как она не отворачивалась, как между ними висело что-то, чего он не мог контролировать. Внутри него всё переворачивалось - ярость, ревность, боль и что-то другое, что он отказывался признавать.

Почему он? Почему он, а не я?

Он сжал кулаки и почувствовал, как ногти впиваются в ладони. Я не позволю ему победить. Джиху мой. Я завоюю его, даже если для этого придётся разрушить всё.

Он улыбнулся - холодно, расчётливо, как хищник перед атакой. Он знал, что должен делать.

---

Джиу зашла в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как дрожат ноги. Она провела рукой по лицу и выдохнула.

Что я делаю? Почему я не могу остановить это?

Она смотрела на браслет, который подарил Каин, и чувствовала, как внутри всё переворачивается. У меня есть друзья. У меня есть люди, которые любят меня, не зная правды. И я обманываю их каждый день.

Она села на кровать и закрыла глаза.

Я должна быть сильной. Я должна найти доказательства. Я должна спасти брата.

Но её сердце билось быстрее, когда она думала о Тэмине. И она знала - она не может убегать вечно.

Глава 25. Всё как обычно

Камбек взорвал все чарты. Клип «Monster — Осколки тьмы» набрал больше ста миллионов просмотров за неделю, их песни крутили по всем радиостанциям, а фанаты заполняли стадионы так, что яблоку негде было упасть. Группа «NOIR» стала главным событием года, и Джиу чувствовала, как этот успех окутывает её, как тёплая, но душная волна.

Она привыкла к свету софитов, к крикам фанатов, к тому, что её лицо теперь узнавали на улицах. Она привыкла улыбаться в камеры, давать интервью, позировать для фотосессий. Она привыкла быть Джиху — парнем, который стал частью чего-то большого. Иногда ей казалось, что она действительно стала им.

Но ночью, когда она оставалась одна, маска спадала. Она смотрела на фотографию брата и вспоминала, зачем она здесь. Я не ради славы. Я ради правды.

Но с каждым днём грань между Джиу и Джиху становилась всё тоньше.

---

Концерты проходили один за другим. Каждый раз, когда Джиу выходила на сцену, она чувствовала, как толпа поглощает её. Она танцевала, пела, улыбалась, и в эти моменты ей казалось, что она действительно счастлива.

Но она всегда чувствовала на себе взгляд Тэмина. Он стоял рядом, двигался в такт с ней, и когда их глаза встречались, мир вокруг переставал существовать. Она видела, как он смотрит на неё — так, будто она была единственной в этом огромном зале. И каждый раз её сердце пропускало удар.

Роун наблюдал за ними. Он стоял в тени, скрестив руки на груди, и его взгляд был тяжёлым, как свинец. Он видел, как Тэмин смотрит на Джиху, как она отвечает ему, и внутри него закипала холодная ярость. Он мой враг. Но почему я не могу перестать смотреть на него?

Тэхун тоже видел. Он стискивал зубы так сильно, что сводило челюсть, и сжимал кулаки в карманах. Я не позволю тебе победить, Тэмин. Я завоюю его. Даже если это разрушит меня.

Джиу чувствовала всё это — напряжение, ревность, опасность. Она знала, что её мир становится всё более реальным. И всё более опасным.

---

Прошло два дня после последнего концерта. В общежитии было тихо — все отдыхали после тяжёлой недели. Джиу вышла в коридор и поняла, что ей нужно чем-то себя занять. Она зашла в кладовку, взяла ведро, швабру и тряпки, и начала мыть полы.

— Ты чего это? — раздался голос Каина. Он стоял в дверях и смотрел на неё с удивлённой улыбкой. — Мы вроде не в казарме.

— Хочу привести всё в порядок, — ответила Джиу, не оборачиваясь. — Надоело жить в грязи.

Каин усмехнулся и закатал рукава.

— Тогда я помогу. А то ты тут всё зальёшь, а нам потом ходить по лужам.

Он взял вторую тряпку и присел на корточки рядом с ней. Они работали молча, но в этом молчании было что-то тёплое, почти уютное.

— Знаешь, — сказал Каин, вытирая пол, — я рад, что ты появился в нашей группе. Поначалу я думал, что ты очередной мажор, который купил себе место. Но ты другой. Ты настоящий.

Джиу почувствовала, как к горлу подступает комок.

— Спасибо, — сказала она тихо.

— А я всё думаю, — продолжил Каин, — почему ты такой грустный всё время? Ты улыбаешься, когда мы на сцене. А здесь — никогда. Будто ты носишь что-то тяжёлое внутри.

Она не знала, что ответить. Она не могла рассказать ему правду.

— Просто устаю, — ответила она.

Каин ничего не сказал. Он просто коснулся её плеча и улыбнулся.

— Я здесь, Джиху. Всегда.

В этот момент в коридор зашёл Кёнмин. Он зевнул, потянулся и посмотрел на них с лёгким удивлением.

— Ого, вы тут всё моете? А меня позвать не хотели?

— Присоединяйся, — ответила Джиу, улыбнувшись.

Кёнмин фыркнул, но взял третью тряпку и присел рядом.

— Только не говори Роуну, что я помогаю убираться, — сказал он. — Он подумает, что я стал слишком мягким.

— Уже поздно, — усмехнулся Каин. — Ты стал мягким, как только начал помогать новенькому готовить.

— Заткнись, — буркнул Кёнмин, но в его голосе не было злости.

Они мыли полы, перешучиваясь, и Джиу чувствовала, как внутри становится теплее. Может быть, я не одна. Может быть, у меня действительно есть друзья.

---

В это время на кухне Рэвон и Ёнхо решили испечь пирог. Идея пришла к Рэвону внезапно, когда он смотрел какой-то кулинарный ролик на телефоне.

— Мы должны это сделать, — сказал он, поднимая голову. — Это будет эпично.

— Ты умеешь готовить? — скептически спросил Ёнхо.

— Конечно, — ответил Рэвон. — Я смотрел видео. Это несложно.

— Ты смотрел видео, но ни разу не держал в руках скалку в своей жизни, — усмехнулся Ёнхо.

— Я держал! — возмутился Рэвон. — В дораме. Мой персонаж был шеф-поваром.

Ёнхо закатил глаза, но всё равно согласился помочь.

Они начали готовить. Рэвон достал муку, яйца, сахар и масло. Он начал смешивать ингредиенты, но мука летела во все стороны, покрывая стол, его одежду и лицо тонким белым слоем.

— Ты сыплешь, а не насыпаешь! — крикнул Ёнхо, пытаясь увернуться от белого облака. — Боже, Рэвон, ты как будто снежную бурю устроил!

— Я знаю, что делаю! — Рэвон продолжал с энтузиазмом перемешивать тесто, но оно было слишком жидким, и он добавил ещё муки. Прямо из пакета. С размаху.

В результате весь пакет муки высыпался на пол — и на только что вымытую Джиу поверхность.

— Твою мать! — выругался Рэвон, глядя на белое поле, которое покрывало теперь кухонный пол.

На этот шум прибежала Джиу.

— Что здесь произошло?! — крикнула она, глядя на белый хаос. — Я только что пол вымыла!

— Мы хотели пирог, — смущённо пробормотал Рэвон, весь в муке.

— А получился снегопад, — усмехнулся Ёнхо.

Джиу смотрела на них, на муку, которая покрывала всё вокруг, и чувствовала, как внутри поднимается смех. Сначала тихий, потом громче. Она не могла остановиться.

— Только не смейтесь, — попросил Рэвон. — Мы это исправим.

— Вы не исправите, — сквозь смех сказала Джиу. — Но я помогу вам всё убрать.

Рэвон и Ёнхо переглянулись, а затем все трое расхохотались, стоя в луже муки, которая покрывала пол, одежду и даже потолок.

---

В коридоре стоял Роун и наблюдал за этим балаганом. Он смотрел на Джиу, которая смеялась, улыбалась, была живой — и внутри него снова закипало это странное чувство. Он сжал кулаки и ушёл в свою комнату, хлопнув дверью.

Тэхун тоже смотрел. Он видел, как Джиу смеётся, как её глаза светятся. И он чувствовал, как внутри всё переворачивается.

Я хочу, чтобы ты смеялся так, глядя на меня, — подумал он. — Я сделаю всё, чтобы завоевать тебя.

А Джиу стояла в луже муки и смеялась так, как не смеялась уже много недель. Она чувствовала себя почти счастливой. Почти.

Глава 26. Ловушка

Ресторан оказался пустым. Совсем пустым - ни официантов, ни других посетителей, только мягкий приглушённый свет, белые скатерти и тишина, которая давила на уши. Джиу стояла у входа, чувствуя, как внутри всё сжимается. Она не хотела быть здесь. Она знала, что это ловушка. Но Роун не оставил ей выбора.

- Садись, - сказал он, указывая на столик в центре зала. Его голос был спокойным, даже любезным, но в нём чувствовалась сталь.

Джиу медленно подошла к столу и села. Роун сел напротив, положил руки на стол и посмотрел на неё в упор. Его взгляд был тяжёлым, изучающим, как у хирурга перед операцией.

- Ты, наверное, удивлён, что я пригласил тебя сюда, - сказал он, и уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. - Но я не люблю, когда кто-то трогает мои вещи. Ты понимаешь, о чём я?

Джиу молчала. Она чувствовала, как сердце колотится в груди, но старалась не показывать страха.

- Я знаю, что ты рылся в моей комнате, - продолжил Роун, и его голос стал тише, но от этого только опаснее. - Ты искал что-то. И я знаю, что ты что-то нашёл. Я хочу знать, что именно. И я хочу знать, кто ты на самом деле, Джиху.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри всё холодеет. Он знает. Он знает слишком много. Я должна уйти.

- Я не знаю, о чём ты говоришь, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Я ничего не искал.

Роун усмехнулся, но в его усмешке не было веселья.

- Ты врёшь, - сказал он. - Ты всегда врёшь. Я вижу это по твоим глазам. Ты думаешь, что я не замечаю, как ты смотришь на меня? Как ты дрожишь, когда я рядом? Ты что-то скрываешь. И я узнаю, что именно.

Она встала из-за стола.

- Я ухожу, - сказала она. - Я не буду участвовать в этом спектакле.

Она развернулась и направилась к выходу, но Роун мгновенно оказался рядом. Его рука сжала её запястье, и она почувствовала, как его пальцы впиваются в кожу.

- Ты никуда не уйдёшь, - сказал он тихо. - Не раньше, чем я получу ответы.

Она попыталась вырваться, но он был сильнее. Она чувствовала его дыхание на своей шее, его пальцы, которые сжимали её руку, и внутри неё нарастала паника.

- Отпусти меня! - крикнула она.

Но вместо ответа она почувствовала резкий укол в шею. Острая боль, холод, а потом - темнота.

---

Она очнулась на холодном полу. Вокруг было темно, пахло сыростью и бетоном. Она попыталась подняться, но поняла, что её руки привязаны к стулу. Голова кружилась, во рту было сухо, и она с трудом могла сфокусировать зрение.

- Проснулся? - раздался голос Роуна. Он стоял в нескольких шагах от неё, скрестив руки на груди. Его лицо было спокойным, почти безразличным. - Я же говорил, что ты никуда не уйдёшь, пока не ответишь на мои вопросы.

Она смотрела на него, и внутри неё закипала ненависть.

- Ты псих, - прошептала она. - Ты больной ублюдок.

Роун усмехнулся и подошёл ближе. Он присел на корточки перед ней, заглядывая в глаза.

- Может быть, - сказал он тихо. - Но я хочу знать правду. Кто ты, Джиху? Почему ты здесь? Что ты ищешь?

Она молчала. Она не могла сказать ему правду. Не могла выдать брата.

- Ты не ответишь, - сказал он, и в его голосе появилась странная мягкость. - Я знаю, что ты не ответишь. Но я хочу, чтобы ты знал: я не остановлюсь. Я доберусь до правды.

Он пододвинул стул ближе и сел напротив неё. Они сидели в тишине, и Джиу чувствовала, как его взгляд скользит по её лицу.

- Ты странный, - сказал он вдруг. - Ты не похож на других. Ты не боишься меня так, как должны бояться. И это бесит меня.

Она смотрела на него, и внутри неё всё дрожало. Он близко. Слишком близко.

- Ты зачем это делаешь? - спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Зачем ты похитил меня? Чтобы просто поговорить?

- Я хочу понять, - ответил он, и его голос стал почти шёпотом. - Я хочу понять, почему ты мне так нужен. Почему я не могу перестать думать о тебе.

Он протянул руку и коснулся её щеки. Джиу дёрнулась, но он был сильнее. Его пальцы скользнули по её коже, и она почувствовала, как внутри всё переворачивается от отвращения.

- Ты сводишь меня с ума, - сказал он, и его голос дрогнул. - Я ненавижу тебя. Но я не могу перестать хотеть тебя.

Она не успела ответить. Он наклонился и поцеловал её. Его губы коснулись её губ, и она почувствовала, как её выворачивает наизнанку. Отвращение, тошнота, паника - всё смешалось в одно липкое чувство.

Она не отвечала на поцелуй. Она сидела неподвижно, сжав кулаки, и ждала, когда это закончится.

Когда он отстранился, она посмотрела на него и прошептала:

- Ты что, гей? Ты целуешь парня?

Роун замер. Его лицо стало непроницаемым, но в глазах мелькнула растерянность.

- Заткнись, - сказал он, но голос его дрогнул.

- Я просто спросил, - ответила она, и в её голосе появилась странная уверенность. - Ты целуешь меня. Ты похищаешь меня. Ты говоришь, что не можешь перестать думать обо мне. Это или любовь, или ты просто сошёл с ума.

Он смотрел на неё, и в его глазах была такая смесь ярости и боли, что она почти пожалела его.

- Я не гей, - сказал он, и его голос был хриплым. - Я не гей. Но ты... ты заставляешь меня чувствовать то, чего я не должен чувствовать.

Он отступил, развязал её и сделал шаг назад.

- Уходи, - сказал он. - Уходи и никогда не рассказывай никому о том, что здесь произошло.

Она встала, чувствуя, как дрожат ноги.

- Иначе что? - спросила она.

- Иначе ты пожалеешь, - ответил он, и в его голосе была сталь. - Я уничтожу тебя. И всех, кто тебе дорог.

Она смотрела на него несколько секунд, а потом развернулась и пошла к выходу. Она не оборачивалась. Она чувствовала его взгляд на своей спине, но не останавливалась.

Когда она вышла на улицу, ночной воздух ударил в лицо. Она глубоко вдохнула и почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

Он поцеловал меня. Он похитил меня. Он угрожает мне. Но я не могу сказать никому. Если я расскажу - он убьёт меня. Или уничтожит всех, кто мне дорог.

Она пошла по пустой улице, чувствуя, как мир рушится вокруг неё.

Я должна молчать. Я должна быть сильной. Ради брата. Ради себя.

Но внутри неё росло чувство, что она проигрывает. И что это только начало.

Глава 27. Горячие губы

Четыре дня. Четыре дня, как Джиу проснулась в том подвале. Четыре дня, как она чувствовала на своих губах его поцелуй - липкий, горячий, чужой. Она мыла лицо по несколько раз на дню, но не могла смыть это ощущение. Оно въелось в кожу, в память, в каждую клетку тела.

Джиу делала всё, чтобы избегать Роуна. Она выходила из комнаты только когда знала, что его нет в коридоре, садилась за стол как можно дальше от него, не смотрела в его сторону на тренировках. Она научилась чувствовать его присутствие за секунду до того, как он появлялся - воздух становился тяжелее, и по спине пробегал холод.

Но она чувствовала его взгляд на себе. Всегда. Даже когда он стоял в другом конце зала, даже когда она не видела его, она знала - он смотрит. Её кожа горела под этим взглядом, и она с трудом сдерживалась, чтобы не выбежать из комнаты.

---

Роун не спал по ночам.

Он лежал в темноте своей комнаты, уставившись в потолок, и в голове прокручивались одни и те же кадры. Её губы, дрожащие под его поцелуем. Её запах - не мужской, какой-то странно сладкий, почти цветочный. Её глаза, полные ненависти и страха. И то, как она смотрела на него, когда он отпустил её. В этом взгляде было что-то, что заставляло его сердце биться быстрее.

Я схожу с ума, - думал он, сжимая кулаки в темноте. - Я не должен хотеть его. Он парень. Я не гей. Я никогда не смотрел на парней.

Но образ Джиху преследовал его повсюду. Он видел её на тренировках - как она двигается, как её тело изгибается в танце, как она поправляет воротник своим нервным жестом. Он видел её на сцене - под светом софитов, живую, настоящую, недосягаемую. Он видел её во сне - и просыпался с пульсирующей болью в груди.

Ты мой, Джиху, - шептал он в пустоту комнаты. - Ты будешь моим. Даже если это разрушит меня.

Он знал, что это неправильно. Он знал, что это саморазрушение. Но он не мог остановиться. Каждый раз, когда она проходила мимо, его руки тянулись к ней. Каждый раз, когда она смеялась с Тэмином, внутри закипала слепая ярость.

Почему ты смеёшься с ним? Почему ты смотришь на него, а не на меня?

---

На четвёртый день Джиу не выдержала. Она вышла в коридор, чтобы сбежать в туалет - просто подышать, привести мысли в порядок. Но Роун стоял у её двери. Он не двигался, просто смотрел на неё своим тяжёлым, тёмным взглядом.

- Джиху, - сказал он, и его голос был низким, почти хриплым.

Она замерла. Сердце бешено заколотилось, но она заставила себя смотреть на него.

- Что тебе надо? - спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он шагнул ближе. Она отступила на шаг назад, ударившись спиной о стену.

- Ты избегаешь меня, - сказал он, и в его голосе была странная смесь злости и боли. - Ты думаешь, я не замечаю? Ты не смотришь на меня. Ты садишься за другой стол. Ты выходишь, когда я вхожу.

- Мне просто нужен воздух, - ответила она, стараясь не показать страха.

- Врёшь, - сказал он, и его голос стал тише. - Ты боишься меня.

- А должен я тебя бояться? - она подняла подбородок, вложив в голос всю смелость, которую смогла найти. - Ты похитил меня, привязал к стулу и угрожал. Да, я боюсь тебя. И я не хочу быть рядом с тобой.

Роун смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то странное - почти боль.

- Я не хотел, чтобы ты боялся меня, - сказал он тихо. - Я просто хотел знать правду.

- Тогда зачем ты поцеловал меня? - спросила она, и её голос дрогнул. - Зачем ты сделал это?

Он молчал. Его челюсть напряглась, и она видела, как он борется с собой.

- Я не знаю, - ответил он наконец. - Я не знаю, зачем я это сделал. Но я не могу перестать думать об этом. О твоих губах. О том, как ты пахнешь. О том, как ты смотришь на меня.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри всё холодеет.

- Ты странный, - сказала она. - Ты больной ублюдок.

- Знаю, - ответил он, и его голос был почти шёпотом. - Но я не могу остановиться. Ты сводишь меня с ума, Джиху. Каждый раз, когда я вижу тебя, я хочу прижать тебя к стене и поцеловать. И пусть ты ненавидишь меня, пусть проклинаешь - лишь бы ты смотрел на меня.

Она молчала. Она не знала, что ответить. Она чувствовала, как стены сжимаются вокруг неё.

- Уйди, - сказала она наконец. - Пожалуйста, просто уйди.

Он смотрел на неё несколько секунд, а потом развернулся и ушёл. Его шаги эхом разносились по коридору, и она осталась одна, прижимаясь спиной к стене и чувствуя, как её сердце колотится где-то в горле.

---

Ночью Роун снова не спал. Он лежал в темноте, сжимая подушку, и думал о ней. О её губах. О её запахе. О её голосе, который дрожал, когда она говорила с ним.

Я не могу так больше, - думал он. - Я должен понять, что это. Или я уничтожу себя, или уничтожу его.

Он закрыл глаза и представил её лицо.

Ты будешь моим, Джиху. Даже если это сломает меня.

Глава 28. Свободное дыхание

Прошло четыре дня. Четыре дня, как Джиу чувствовала на себе тяжёлый взгляд Роуна, четыре дня, как она просыпалась с мыслью о том, что он снова будет рядом, что она снова будет чувствовать его присутствие где-то за спиной. Она научилась дышать в этом напряжении, но дышать было трудно. Воздух в общежитии стал плотным, вязким, как смола.

И когда она вышла на улицу и увидела Тэмина, стоящего у входа с засунутыми в карманы руками и улыбкой на лице, она впервые за долгие дни почувствовала, что может дышать полной грудью.

- Ты как? - спросил он, когда она подошла. Его голос был мягким, и в нём не было обычной насмешки. Он смотрел на неё внимательно, изучающе, и она знала - он видит, что с ней что-то не так.

- Всё нормально, - ответила она, стараясь улыбнуться. - Просто устал.

Он не поверил, но ничего не сказал. Просто кивнул и шагнул вперёд, приглашая её идти рядом.

- Пойдём, - сказал он. - Подышим.

---

Они пошли по ночным улицам Сеула. Город жил своей жизнью - яркие вывески, свет фонарей, редкие прохожие, которые спешили по своим делам. Где-то играла музыка, где-то смеялись люди, и Джиу чувствовала, как этот шум постепенно стирает напряжение, которое накопилось внутри.

Тэмин шёл рядом с ней, их плечи почти соприкасались. Он рассказывал какую-то историю - кажется, о том, как они с Кёнмином однажды заблудились в старом районе Сеула и наткнулись на кошачий приют. Он жестикулировал, смеялся, его глаза светились в свете уличных фонарей. Она смотрела на него и думала о том, как легко с ним.

Как же я хочу, чтобы это никогда не кончалось.

Они зашли в маленькое кафе, которое она не замечала раньше - уютное, с приглушённым светом, деревянными столами и запахом корицы и свежего хлеба. Внутри почти никого не было, только бариста за стойкой и пара студентов у окна. Джиу почувствовала, как здесь, в этом тёплом пространстве, она может наконец выдохнуть.

Они сели за столик в углу, заказали два американо. Джиу сжимала тёплую кружку в руках, чувствуя, как тепло растекается по пальцам.

Тэмин смотрел на неё поверх чашки, и в его взгляде было что-то задумчивое.

- Ты знаешь, - сказал он, - я часто думаю о том, как странно устроен мир. В одной стране люди могут любить кого угодно, и это нормально. А в другой - за это могут посадить в тюрьму.

Она подняла глаза на него, чувствуя, как внутри всё сжимается.

- Я читал новости, - продолжил он, - в России, например, запрещают всё, что связано с ЛГБТ. Книги изымают из продажи, фильмы не выпускают в прокат, а за «пропаганду» штрафуют или выдворяют из страны. Представляешь? Ты не можешь даже говорить о том, кого любишь, потому что это считается преступлением.

Она слушала его, чувствуя, как его слова отзываются внутри неё. Она не могла любить того, кого хотела. Она не могла сказать правду, потому что боялась - не закона, а потери. Потерять его. Потерять себя.

- Это ужасно, - сказала она тихо. - Что люди не могут быть собой.

- Да, - ответил Тэмин, и его взгляд стал мягче. - Поэтому я рад, что мы здесь. Что я могу смотреть на тебя и не бояться, что меня за это накажут. Даже если ты парень.

Она замерла. Его слова ударили в самое сердце, и она почувствовала, как к горлу подступает комок.

- Ты действительно не боишься? - спросила она. - Ты не боишься, что кто-то узнает? Что тебя осудят?

Тэмин усмехнулся, но в его улыбке была горечь.

- Боюсь, - сказал он. - Но я боюсь потерять тебя больше, чем чужого мнения.

Они замолчали. В кафе играла тихая музыка - что-то джазовое, спокойное, плавное. Где-то за окном проехала машина, и её шум растаял в ночи. Джиу чувствовала, как её сердце бьётся где-то в горле.

- Я слышал, что в России даже книги Достоевского и Оскара Уайльда могут признать «пропагандой», - сказал Тэмин, пытаясь разрядить обстановку. - Представляешь? Достоевский, блять. Классика. А теперь - вне закона.

Джиу улыбнулась - невесело, но тепло.

- Это безумие, - ответила она.

- Мир сошёл с ума, - согласился он. - Но я рад, что в этом безумном мире есть ты.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое, почти забытое. Она не знала, сколько ещё сможет скрывать правду. Но в этот момент ей хотелось верить, что всё будет хорошо.

---

Когда они вышли из кафе, ночной ветер ударил в лицо, принося запах дождя и асфальта. Тэмин остановился, повернулся к ней, и его рука коснулась её плеча.

- Стой, - сказал он тихо.

Она замерла, чувствуя его пальцы на своей куртке. Он поправил её воротник - тот самый, который она вечно поправляла сама, нервным жестом. Его прикосновение было мягким, почти невесомым, и она почувствовала, как её сердце замирает.

- Ты знаешь, - сказал он, и его голос стал почти шёпотом, - я хочу, чтобы ты был счастлив. Что бы ни случилось.

Она смотрела на него, чувствуя, как слова застревают в горле. Он наклонился и поцеловал её - мягко, нежно, без той жадности, что была в прошлый раз. Его губы коснулись её губ, и мир вокруг перестал существовать.

Джиу закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать. Тепло его губ, его дыхание на своей коже, его руки, которые легли на её плечи, притягивая ближе. Она не думала о масках, о лжи, о брате. Она просто была с ним. И это было самое честное, что она делала за последние недели.

Когда он отстранился, его глаза всё ещё смотрели на неё с той же нежностью.

- Пойдём, - сказал он, беря её за руку. - Нас ждут.

Она кивнула, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое и хрупкое. Она не знала, что будет завтра. Она не знала, как долго сможет продолжать эту ложь. Но в этот момент ей было плевать.

Она была с ним. И этого было достаточно.

Глава 29. Разговоры о любви

Прошло ещё несколько дней. Дни превратились в недели, а недели - в череду тёплых вечеров, прогулок под звёздами и разговоров, которые Джиу хотела запомнить навсегда. Она и Тэмин встречались почти каждый день - гуляли по ночному Сеулу, сидели в маленьких кафе, говорили обо всём на свете. О музыке, о мечтах, о страхах, о том, что их тревожило.

И она чувствовала, как её стены рушатся.

Каждый раз, когда он брал её за руку, каждый раз, когда он смотрел на неё с той тёплой улыбкой, она чувствовала, как внутри поднимается что-то, чему она не могла противостоять. Она начинала верить, что у них есть будущее. Что, возможно, однажды она сможет сказать ему правду. Что он сможет её принять.

Но внутри неё рос страх. Глубокий, липкий, как тень, которая следовала за ней повсюду.

Что будет, когда он узнает правду? Что будет, когда он поймёт, что я не парень?

Она думала об этом каждый раз, когда он целовал её. Каждый раз, когда он говорил, что любит её. Каждый раз, когда он смотрел на неё и называл парнем.

Я не могу так больше. Но я не могу сказать. Я боюсь потерять его.

---

Они сидели на скамейке в маленьком парке, который нашли случайно - тихое место с прудом, в котором отражались огни города. Вокруг никого не было, только ветер шелестел листвой и где-то вдалеке слышался шум машин. Джиу чувствовала его тепло через тонкую ткань куртки. Его пальцы переплелись с её, и она ощущала, как его большой палец поглаживает её руку - нежно, почти машинально.

- Ты знаешь, - сказал он, глядя на воду, - я никогда не думал, что смогу полюбить парня. Я всегда считал себя обычным, нормальным. А потом появился ты.

Она сжала его руку, чувствуя, как к горлу подступает комок.

- Я не знаю, что сказать, - прошептала она.

- Ничего не говори, - ответил он, поворачиваясь к ней. - Просто будь рядом.

Она смотрела на него - на его лицо, освещённое мягким светом уличных фонарей, на его глаза, в которых отражались огни города, на его улыбку, такую тёплую и настоящую.

- Тэмин, - сказала она, и голос её дрогнул. - А если я не тот, за кого себя выдаю? Если я тебя обманываю?

Он нахмурился, его пальцы сжали её руку чуть крепче.

- О чём ты? - спросил он.

Она хотела сказать. Она открыла рот, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Но слова застряли. Она посмотрела в его глаза - тёплые, доверчивые - и не смогла произнести правду.

- Ни о чём, - прошептала она. - Просто шучу.

Он не поверил. Она видела это по его глазам. Но он не стал давить. Он просто притянул её ближе и поцеловал в висок.

- Что бы ты ни скрывал, - сказал он тихо, - я буду рядом. Ты можешь рассказать мне всё, когда будешь готов. Я подожду.

Она закрыла глаза и почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

Я не заслуживаю тебя.

Они замолчали. Где-то вдалеке слышались голоса, смех, жизнь. А они сидели и смотрели на воду, чувствуя, как мир вокруг них сужается до одного маленького пространства, где есть только они.

- Я слышал, что в некоторых странах людей до сих пор убивают за то, что они любят не того, - сказал Тэмин тихо, нарушая тишину. - Это так несправедливо. Мы не выбираем, кого любить.

- Да, - ответила она, чувствуя, как его слова отзываются в ней болью. - Мы не выбираем.

Она посмотрела на него и поняла, что готова рассказать правду. Почти. Но слова застряли в горле, как острые осколки.

Не сейчас. Я не могу. Я боюсь, что потеряю его.

Она откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза. Ветер шевелил её короткие волосы, и она чувствовала его дыхание на своей коже.

Я скажу тебе всё. Когда-нибудь. Когда буду готова.

- Ты знаешь, - сказал Тэмин, и его голос стал почти шёпотом, - я хочу, чтобы ты был счастлив. Что бы ни случилось. Даже если это будет не со мной. Я просто хочу знать, что ты в порядке.

Она открыла глаза и повернулась к нему.

- Ты для меня слишком много значишь, - сказала она. - Я не хочу тебя терять.

Он улыбнулся - мягко, нежно.

- Ты не потеряешь меня. Я никуда не уйду.

Он наклонился и поцеловал её - долго, глубоко, с такой нежностью, что у неё закружилась голова. Она чувствовала его руки на своей спине, его дыхание, его тепло. И в этот момент ей хотелось верить, что всё будет хорошо.

Но в глубине души она знала - правда разрушит всё. И она не была готова к этому.

---

Когда они вернулись в общежитие, было уже поздно. Коридоры были пусты, и только свет горел в комнате Роуна. Джиу почувствовала, как холод пробегает по спине, когда она проходила мимо его двери.

Она знала - он смотрит на неё. Он всегда смотрит.

Она прошла в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось, но в груди было тепло - от воспоминаний о Тэмине, о его улыбке, о его словах.

Я люблю тебя, Джиху.

Она закрыла глаза и прошептала в темноту:

- Я тоже тебя люблю. Но я боюсь сказать тебе правду.

Где-то за стеной снова раздались шаги. Кто-то ходил по коридору - Роун или Тэхун, она не знала. Но она знала одно: завтра всё повторится. Тренировки, улыбки, ложь, опасность.

Но сегодня, хоть на мгновение, она позволила себе быть счастливой.

Глава 30. Запах его губ

Роун стоял у окна в своей комнате, и его дыхание запотевало стекло. За окном, в свете уличных фонарей, он видел, как Джиху и Тэмин возвращаются в общежитие. Они шли близко друг к другу, их плечи почти соприкасались, и он улыбался той улыбкой, которой никогда не улыбался ему. Роун видел, как Джиху смотрит на Тэмина - мягко, доверчиво, тепло. Как он позволяет ему касаться себя. Как его губы шевелятся, произнося слова, которые он не слышал, но знал - они были нежными.

Внутри него закипала ярость. Горячая, липкая, невыносимая.

Он смеётся с ним. Он смотрит на него. Он не боится его. Почему не я? Почему он выбрал его?

Роун сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони до боли. Он почувствовал, как кровь выступила на коже, но не обратил на это внимания. Он не мог отвести взгляд от них. Он видел, как Тэмин коснулся руки Джиху, как он не отстранился, как его лицо озарилось светом, которого он никогда не видел, когда он смотрел на него.

Он мой. Он должен быть моим. Я не позволю тебе забрать его.

Он отошёл от окна и начал ходить по комнате, чувствуя, как напряжение сжимает грудную клетку. Он не мог спать. Каждую ночь, когда он закрывал глаза, он видел его лицо - его губы, дрожащие под его поцелуем, его глаза, смотрящие на него с ненавистью, его запах, странный, не мужской, сладкий, почти цветочный. Он ненавидел его за то, что он заставлял его чувствовать то, что он не должен был чувствовать. Но ещё больше он ненавидел себя за то, что не мог остановиться.

Я не могу перестать думать о нём. О его губах. О его запахе. О том, как он смотрел на меня, когда я поцеловал его. Эта ненависть в его глазах... она заводит меня больше, чем любая любовь.

Он остановился и посмотрел на своё отражение в тёмном стекле. Он почти не узнавал себя - глаза горели лихорадочным блеском, дыхание было сбитым, словно он только что бежал марафон. Он чувствовал, как теряет контроль над собой.

Я хочу снова поцеловать его. Я хочу, чтобы он смотрел на меня, даже если в его глазах будет ненависть. Я хочу, чтобы он чувствовал меня так же, как я чувствую его. Я хочу, чтобы он знал, что он мой.

Он снова подошёл к окну, но их уже не было видно - они скрылись за дверью общежития. Роун сжал челюсть и почувствовал, как зубы скрипят от напряжения.

Ты будешь моим, Джиху. Я не отступлю. Даже если это разрушит нас обоих.

Он вышел из комнаты и направился в коридор. Ему нужно было увидеть его. Услышать его голос. Хотя бы на мгновение почувствовать его присутствие рядом.

---

Он нашёл его в коридоре. Джиху стоял у двери своей комнаты, сжимая в руках ключи, и выглядел уставшим, но спокойным. Когда он увидел Роуна, его лицо напряглось, и он сделал шаг назад, будто хотел убежать.

- Джиху, - сказал Роун, и его голос был хриплым, почти умоляющим. - Я должен поговорить с тобой.

- У нас нет тем для разговора, - ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Оставь меня в покое.

Роун шагнул ближе, и он отступил, ударившись спиной о дверь. Он остановился в полушаге от него, чувствуя, как его руки тянутся к нему, как он хочет коснуться его лица, его волос, его губ.

- Ты сводишь меня с ума, - сказал он, и его голос дрогнул. - Каждый раз, когда я вижу тебя с ним, я хочу прижать тебя к стене и поцеловать так, чтобы ты забыл его имя. Я хочу, чтобы ты думал только обо мне.

Джиху смотрел на него снизу вверх, и в его глазах был страх и ненависть. Но он видел что-то ещё - что-то, что заставляло его сердце биться быстрее.

- Ты больной, - сказал Джиху. - Ты понимаешь это?

- Знаю, - ответил Роун, и его голос стал почти шёпотом. - Знаю. Но я не могу остановиться. Ты в моей крови, Джиху. Ты в каждой клетке моего тела. Я не могу думать ни о чём, кроме тебя.

Джиху смотрел на него, и он видел, как его руки дрожат. Он хотел сказать что-то, но слова застряли у него в горле.

- Я не твой, - сказал он наконец. - И никогда не буду.

- Будешь, - ответил Роун, и его голос стал твёрже, хотя внутри он чувствовал, как что-то ломается. - Ты будешь моим, даже если мне придётся разрушить всё вокруг.

Он сделал шаг назад, давая пространство, но его взгляд всё ещё был прикован к его лицу.

- Ты всегда будешь в моей голове, Джиху, - сказал он, разворачиваясь. - И я всегда буду ждать момента, когда ты посмотришь на меня так, как смотришь на него.

Он ушёл, оставив его стоять у двери, прижав руку к груди, и чувствуя, как его сердце колотится где-то в горле.

---

Ночью Роун не спал. Он лежал на кровати, сжимая в руках подушку, и представлял его лицо. Его губы. Его запах. Его голос, который дрожал, когда он говорил с ним.

Я не могу так больше, - думал он. - Я должен понять, что это. Или я уничтожу себя, или уничтожу его.

Он закрыл глаза и прошептал в темноту:

- Ты будешь моим, Джиху. Даже если это сломает меня.

И он знал - он не отступит. Он зайдёт до конца, чтобы завоевать его. Даже если это разрушит их обоих.

Глава 31. Случайность

Тренировка закончилась позже обычного. Тэмин гонял их до изнеможения - новая хореография была сложной, с резкими поворотами и низкими приседаниями, от которых у Джиу заныли колени. Она едва стояла на ногах, когда Тэмин наконец хлопнул в ладоши и сказал:

- Всё, хватит на сегодня. Завтра снова.

Все разошлись. Кто-то в душ, кто-то на кухню. Джиу подошла к скамейке, где лежала её спортивная сумка, и на мгновение замерла, пытаясь вспомнить, не забыла ли она что-то. Голова была тяжёлой, мысли путались. Она провела рукой по лицу и решила, что ничего не забыла.

Она вышла из зала, чувствуя, как ноет всё тело, и направилась к себе в комнату. Она даже не заметила, как из её сумки выпала маленькая потёртая тетрадь, которую она всегда носила с собой. Зашифрованный дневник, который она вела с первого дня, как пришла в группу. Тетрадь упала на пол, и страницы раскрылись, оголяя мелкий, нервный почерк.

Каин задержался в зале дольше всех. Он хотел сделать ещё пару растяжек, чтобы снять напряжение в плечах. Он подошёл к скамейке и нагнулся, чтобы взять свою бутылку с водой, как вдруг его взгляд упал на тетрадь. Он узнал её. Джиху всегда носил её с собой, куда бы ни шёл, и никогда никому не показывал. Каин часто замечал, как он что-то записывает в неё, но никогда не спрашивал.

Он поднял тетрадь с пола, собираясь отнести её Джиху, и случайно заглянул внутрь. Он не хотел читать. Он просто хотел увидеть, чья это вещь. Но его взгляд зацепился за строчку, написанную крупным, нервным почерком:

«Я не могу больше притворяться, что я парень. Джису, я делаю это ради тебя».

Каин замер. Внутри него всё оборвалось. Он перечитал строчку раз, потом второй, потом третий. Его пальцы дрожали, когда он перевернул страницу, но там были только обрывки фраз - зашифрованные записи, которые он не мог понять. Но эта одна строчка... она разбила всё, что он знал.

Джиху... не парень?

Он откинулся на стену, чувствуя, как комната плывёт перед глазами. В его голове проносились сотни образов, сотни моментов - как Джиху улыбался, как поправлял воротник, как отводил взгляд, когда кто-то заходил слишком близко. Как он всегда уходил в душ последним. Как никогда не раздевался при всех.

Я не могу больше притворяться, что я парень.

Каин закрыл глаза и почувствовал, как внутри всё переворачивается. Он вспомнил, как Джиху стоял на балконе, как он смотрел на него, как он поправлял его чёлку и говорил: «Ты мой друг, и я всегда поддержу тебя». Вспомнил, как Джиху улыбался, когда Каин дарил ему браслет. Вспомнил, как он чувствовал, что между ними есть какая-то странная связь, которую он не мог объяснить. Он думал, что это просто дружба. Он думал, что это просто... странное притяжение.

Но теперь всё встало на свои места.

Она - девушка.

Он открыл глаза и посмотрел на тетрадь. Его руки всё ещё дрожали. Он аккуратно закрыл её, положил на скамейку, туда, где она лежала, и отошёл на шаг.

Я не могу сказать ей, что я это видел. Она не говорила мне. Она не доверяет мне.

Он почувствовал, как внутри закипает боль. Она не доверяет мне. Она скрывала это всё это время. Она...

Но где-то глубоко в груди зажглась другая мысль - тёплая, почти успокаивающая. Она не парень. Она - девушка. И я... я чувствовал это. Я всегда чувствовал, что с ней что-то не так.

Он провёл рукой по лицу и выдохнул. Я должен молчать. Я не скажу никому. Я буду защищать её. Она не знает, что я знаю, но я буду рядом. Я всегда буду рядом.

Он развернулся и вышел из зала, оставив тетрадь на скамейке. Он не обернулся. Он не мог.

---

Джиу вернулась в зал через десять минут. Она вспомнила, что забыла наушники, которые лежали в сумке, и побежала обратно. Когда она вошла, она заметила, что дневник лежит на скамейке - открытый. Её сердце пропустило удар. Она подбежала, схватила его и быстро закрыла, чувствуя, как холод пробегает по спине.

Кто-то читал это? Кто-то видел?

Она огляделась. В зале никого не было. Она вздохнула с облегчением, прижимая тетрадь к груди. Наверное, она просто выпала. Никто не видел. Никто не читал.

Она убрала дневник в сумку и вышла из зала, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Она не знала, что в тени у двери стоял Каин. Он смотрел, как она взяла дневник, как прижала его к груди, как выдохнула с облегчением. Он видел страх в её глазах. И он знал - она боится, что кто-то узнает правду.

Он сжал кулаки и прошептал в темноте:

- Я не скажу никому. Я обещаю. Но я не позволю тебе уйти. Не теперь.

И он ушёл, оставив её наедине с её секретом.

Глава 32. Молчание

Каин избегал её целый день. Это было настолько очевидно, что заметили даже те, кто обычно не смотрел по сторонам. Он не садился рядом за завтраком, не подходил после тренировки, не шутил, не улыбался. Он просто исчез из её пространства, как будто между ними выросла невидимая стена.

Джиу заметила это сразу. Слишком резко, слишком болезненно. Вчера он был тёплым, улыбался, поправлял её чёлку, говорил, что она его друг. А сегодня - холодный взгляд, пустые слова, и он всегда оказывался в другом конце комнаты, когда она входила.

Она поймала его в коридоре, когда он пытался проскользнуть мимо, опустив голову.

- Каин, - окликнула она. Он остановился, но не повернулся. - Ты чего? Ты меня избегаешь?

- Ничего, - ответил он, и его голос был ровным, почти безжизненным. - Просто устал. Много тренировок.

Она шагнула ближе и заглянула ему в лицо. Он выглядел так, будто не спал ночь - тени под глазами, бледная кожа, опущенные плечи.

- Ты врёшь, - сказала она тихо. - Я знаю, когда ты врёшь. Что случилось?

Каин поднял глаза, и она увидела в них что-то, чего не видела раньше. Боль. Страх. И что-то ещё - почти отчаяние. Он смотрел на неё так, будто видел её впервые в жизни. Будто под её маской он разглядел что-то, что изменило всё.

- Всё нормально, - сказал он, и его голос дрогнул. - Просто... я устал. Правда.

Он отступил на шаг, и она почувствовала, как между ними повисла холодная пустота. Он развернулся и ушёл, оставив её стоять в коридоре с бешено колотящимся сердцем.

Что с ним? Почему он так смотрит на меня?

Она не знала. Но чувствовала - что-то изменилось. Что-то, что она не могла контролировать.

---

Тэмин заметил это тоже. Он сидел на кухне с кружкой кофе, когда Каин прошёл мимо, даже не взглянув на Джиу, которая стояла у плиты. Тэмин нахмурился. Обычно Каин всегда находил повод подойти, пошутить, что-то сказать. А сегодня - будто его подменили.

Он подошёл к Джиу, когда она осталась одна, и тихо спросил:

- У вас с Каином что-то случилось?

- Не знаю, - ответила она, чувствуя, как внутри сжимается тревога. - Он меня избегает. Говорит, что устал. Но я чувствую - он врёт.

Тэмин пожал плечами, хотя в его глазах мелькнуло что-то похожее на ревность.

- Может, у него просто настроение дерьмовое. Не бери в голову. - Он вдруг улыбнулся, и его лицо осветилось той тёплой улыбкой, от которой у неё перехватывало дыхание. - Кстати, я хотел тебя кое-что спросить. Ты занят сегодня вечером?

Она подняла брови.

- Нет. А что?

- Я хочу кое-куда тебя отвезти, - сказал он, и в его голосе появилась та мягкая настойчивость, которую она так любила. - Это сюрприз. Ты не пожалеешь.

Она улыбнулась, несмотря на тревогу, которая ещё не отпустила её.

- Хорошо. Я согласен.

---

Вечером Тэмин ждал её у входа в общежитие. Он был в чёрной куртке, с лёгкой улыбкой на губах, и в его руках был маленький пакет. Когда она подошла, он протянул его ей.

- Держи. Это тебе.

Она открыла пакет и увидела там пару тёплых перчаток - чёрных, с мягкой подкладкой.

- На случай, если замёрзнешь, - сказал он, и она почувствовала, как внутри разливается тепло. - Пойдём.

Он взял её за руку и повёл к машине. Всю дорогу он рассказывал какие-то смешные истории, но она слышала его голос и чувствовала, как страх постепенно отпускает её. С ним было легко. С ним она могла дышать.

Когда они приехали, она поняла, что он привёз её в парк аттракционов. Вокруг горели тысячи огней, музыка смешивалась с криками людей, а в воздухе пахло сахарной ватой и попкорном.

- Ты серьёзно? - спросила она, чувствуя, как внутри поднимается детский восторг.

- А что? Ты думал, я тебя в ресторан поведу? - усмехнулся Тэмин. - Нет, это будет весело.

Он купил ей сахарную вату - огромную, розовую, пушистую, и она смеялась, когда сладкая вата таяла на губах. Они катались на каруселях, и Тэмин держал её за руку, когда она кричала на американских горках. Она чувствовала себя почти счастливой. Почти нормальной.

Их последней остановкой стало колесо обозрения. Они поднялись в самую высокую точку, и город раскинулся перед ними - тысячи огней, тысячи жизней. В кабинке было тихо, только ветер шелестел за стёклами.

Тэмин повернулся к ней и взял её за руки.

- Джиху, - сказал он, и его голос был серьёзным. - Я хочу, чтобы ты знал одну вещь. Я люблю тебя. Настоящего тебя. Даже если ты сам не знаешь, кто ты на самом деле. Мне всё равно.

Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Она почти сказала ему правду. Почти. Но слова застряли у неё в горле, и она только сжала его руки и прошептала:

- Я тоже тебя люблю.

Он наклонился и поцеловал её - долго, нежно, невесомо. И она позволила себе забыть о масках, о страхах, о том, что она - не та, за кого себя выдаёт.

В этот момент она была просто собой. Просто девушкой, которая любит парня, который любит её в ответ.

Но в глубине души она знала - эта иллюзия не может длиться вечно. И когда она рухнет, она разрушит всё.

---

Они вернулись в общежитие поздно. Джиу была счастлива и разбита одновременно. Когда она проходила мимо комнаты Каина, она увидела, что свет под дверью горит. Она замерла на мгновение, но не постучала. Она не могла.

Каин сидел в темноте своей комнаты и смотрел на браслет, который подарил ей когда-то. Он знал правду. И он молчал. Но боль от того, что она не сказала ему, что она - девушка, что она не доверяла ему, разрывала его изнутри.

Я не скажу никому, - думал он. - Но я не позволю ей уйти.

Он закрыл глаза и прошептал в темноту:

- Я всё равно буду рядом. Даже если ты не хочешь этого.

За стеной он слышал её шаги. Она прошла мимо его двери и остановилась на мгновение. Он знал, что она чувствует его присутствие. Но она не постучала. И он не открыл.

Их молчание продолжалось.

Глава 33. Свидание

Вечером Тэмин ждал её у входа в общежитие. Он стоял, засунув руки в карманы чёрной куртки, и улыбался той самой улыбкой, от которой у Джиу внутри всё переворачивалось. В руках у него был маленький бумажный пакет, который он протянул ей, когда она подошла.

- Держи, - сказал он. - Это тебе.

Она открыла пакет и увидела там пару тёплых перчаток - чёрных, с мягкой подкладкой, аккуратно сложенных. Она провела пальцами по ткани и почувствовала, как внутри разливается тепло.

- Зачем? - спросила она, поднимая на него глаза.

- На случай, если замёрзнешь, - ответил он, и его улыбка стала мягче. - Сегодня будет ветрено. Я не хочу, чтобы ты замёрз.

Она сжала перчатки в руках и почувствовала, как к горлу подступает комок. Почему ты такой добрый? Почему ты заставляешь меня чувствовать то, чего я не должна чувствовать?

- Спасибо, - прошептала она.

- Пойдём, - сказал он, беря её за руку. - Нас ждёт сюрприз.

---

Они поехали на машине через ночной Сеул. Город жил своей жизнью - яркие вывески, неоновые огни, люди, спешащие по своим делам. Джиу смотрела в окно, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает её. Рядом с Тэмином она могла дышать. Рядом с ним она могла быть собой - хотя бы на мгновение.

- Куда мы едем? - спросила она, поворачиваясь к нему.

- Увидишь, - ответил он, и в его голосе была та загадочная нотка, которая заставляла её сердце биться быстрее. - Это сюрприз.

Когда они приехали, она поняла - он привёз её в парк аттракционов. Вокруг горели тысячи огней, музыка смешивалась с криками людей, а в воздухе пахло сахарной ватой и попкорном. Она вышла из машины и почувствовала, как внутри поднимается что-то тёплое, почти детское.

- Ты серьёзно? - спросила она, поворачиваясь к нему.

- А что? Ты думал, я тебя в ресторан поведу? - усмехнулся Тэмин. - Нет, это будет весело. Ты заслужил немного радости.

Она не знала, что сказать. Она просто смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается благодарность.

---

Они начали с каруселей. Тэмин купил ей огромную сахарную вату - розовую, пушистую, сладкую, и она смеялась, когда вата таяла на её губах. Он катался с ней на американских горках, и она кричала, когда они летели вниз, чувствуя, как ветер бьёт в лицо. Он держал её за руку, когда они шли между аттракционами, и её сердце билось быстрее от каждого его прикосновения.

- Ты знаешь, - сказал он, когда они остановились перед тиром, - я никогда не думал, что буду так счастлив. С тобой всё по-другому.

Она посмотрела на него, и в её глазах было столько вопросов, что она боялась задать их вслух.

- По-другому - это как? - спросила она.

- По-настоящему, - ответил он, и его голос стал серьёзнее. - С тобой я не играю роль. Я просто... я просто есть. И это самое лучшее чувство в мире.

Она сжала его руку и почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

---

Их последней остановкой стало колесо обозрения. Они поднялись в самую высокую точку, и город раскинулся перед ними - тысячи огней, тысячи жизней, тысячи людей, которые не знали о том, что она здесь. В кабинке было тихо, только ветер шелестел за стёклами.

Тэмин повернулся к ней и взял её руки в свои. Его пальцы были тёплыми, и она чувствовала, как его большие пальцы поглаживают её ладони.

- Джиху, - сказал он, и его голос был почти шёпотом. - Я хочу, чтобы ты знал одну вещь. Я люблю тебя. Настоящего тебя. Даже если ты сам не знаешь, кто ты на самом деле. Даже если ты носишь маску. Я вижу тебя. Настоящего тебя.

Она почувствовала, как слёзы подступают к горлу. Почему ты говоришь это сейчас? Почему ты делаешь это так сложно?

- Я не знаю, что сказать, - прошептала она, и голос её дрогнул.

- Ничего не говори, - ответил он, улыбаясь. - Просто знай, что я рядом. Что бы ни случилось, я буду рядом.

Она открыла рот, чтобы сказать ему правду. Она хотела сказать: «Я не парень. Я девушка. Меня зовут Джиу, а не Джиху. Я пришла сюда, чтобы найти убийцу моего брата». Слова уже были на языке, готовые сорваться.

Но она не сказала их.

Она смотрела в его глаза - тёплые, доверчивые, любящие - и не могла разрушить это. Не сейчас. Не здесь.

- Я тоже тебя люблю, - сказала она вместо правды, и в этот момент это было самое честное, что она могла сказать.

Тэмин наклонился и поцеловал её. Долго, нежно, без той жадности, что была в прошлый раз. Она чувствовала его тепло, его руки на своей спине, его дыхание на своей коже. И в этот момент она хотела верить, что всё будет хорошо.

Но в глубине души она знала - правда разрушит всё. И она не была готова к этому.

---

Когда они вернулись в общежитие, было уже поздно. Джиу прошла в свою комнату, чувствуя, как в груди разливается тепло, смешанное с болью. Она зашла в комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

Я хочу сказать ему правду. Но я боюсь. Я боюсь потерять его.

Она закрыла глаза и почувствовала, как слёзы текут по щекам.

---

Каин сидел в своей комнате в темноте. Он смотрел на браслет, который подарил Джиху когда-то, и чувствовал, как внутри всё сжимается. Он знал правду. Он знал, что Джиху - девушка. И он знал, что она не скажет ему этого сама.

Я должен защитить её, - думал он. - Даже если она не хочет этого. Даже если она не знает, что я знаю.

Он сжал браслет в руке и закрыл глаза. Где-то за стеной он слышал её шаги, её дыхание, её присутствие. Она была рядом. Но между ними была стена, которую он не мог разрушить.

Я буду рядом, - прошептал он в темноту. - Даже если ты не хочешь этого.

Он убрал браслет в ящик стола и лёг на кровать, глядя в потолок.

Я не скажу никому. Но я не позволю тебе уйти.

Глава 34. Наблюдение

Ночь в общежитии была тихой. Слишком тихой. Роун стоял у окна в своей комнате, смотрел на пустую улицу и ждал. Он знал, что она вернётся поздно. Она всегда возвращалась поздно, когда уходила с Тэмином. Каждый раз, когда он видел, как они выходят вместе, внутри него закипала та самая липкая, горячая ярость, которую он не мог контролировать.

Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как усталость давит на плечи. Он почти не спал последние ночи. Каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел её лицо, слышал её голос, чувствовал её запах. Она была в его крови. Она была в каждой клетке его тела, и он ненавидел её за это.

Почему ты? Почему ты заставляешь меня чувствовать это?

Он услышал, как хлопнула входная дверь. Тихие шаги в коридоре - она вернулась. Роун сделал шаг к двери, но остановился. Он не мог выйти к ней. Не сейчас. Он боялся, что не сможет сдержать себя, что его руки сами потянутся к ней, что он закроет ей рот поцелуем и не сможет остановиться.

Он сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Она уходит с ним. Она смеётся с ним. Она не смотрит на меня. Но я заставлю её смотреть.

Он подошёл к двери и приоткрыл её, выглядывая в коридор. Она стояла у своей комнаты, держа в руках ключи. Её волосы были растрёпаны, на губах играла лёгкая улыбка - та самая, которую он никогда не видел у неё, когда она смотрела на него. Роун почувствовал, как внутри всё переворачивается от ревности.

- Джиху, - сказал он, выходя в коридор.

Она вздрогнула и обернулась. Её лицо стало напряжённым, когда она увидела его. Она сделала шаг назад и прижалась спиной к двери.

- Что тебе надо? - спросила она, и её голос был холодным.

Он приблизился к ней, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Он смотрел на неё сверху вниз, чувствуя, как её запах ударяет в голову.

- Ты была с ним, - сказал он тихо, и в его голосе была сталь. - Я видел, как вы уходили. Ты всегда с ним. Почему?

- Это не твоё дело, - ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Отойди.

Он не отошёл. Он сделал ещё шаг вперёд, и она вжалась в дверь, не имея возможности отступить.

- Ты не смотришь на меня, - сказал он, и его голос стал почти шёпотом. - Ты не смотришь на меня так, как смотришь на него. Почему? Я хочу, чтобы ты смотрел на меня. Я хочу, чтобы ты знал, что ты мой.

- Я не твой, - сказала она, и в её голосе была ненависть. - Я никогда не буду твоим. Ты больной ублюдок, и я ненавижу тебя.

Он усмехнулся - горько, зло.

- Ненавидишь? Хорошо. Пусть будет так. Ненависть - это тоже чувство. Я хочу, чтобы ты чувствовал хоть что-то ко мне.

Он отступил на шаг, давая ей пространство, но его взгляд всё ещё был прикован к её лицу.

- Ты не отойдёшь от меня, Джиху, - сказал он, разворачиваясь. - Я буду ждать. Я всегда буду ждать.

Он ушёл в свою комнату, оставив её стоять у двери с бешено колотящимся сердцем.

---

Джиу вошла в свою комнату и заперла дверь. Внутри неё всё дрожало. Она слышала его голос, его угрозы, его одержимость. Она знала, что он опасен. Но она не могла ничего сделать.

Она села на кровать, сжимая в руках телефон, и прошептала в темноту:

- Я должна быть сильной. Я должна найти доказательства. Я не могу позволить ему сломать меня.

Но внутри неё рос страх. Она чувствовала, что он не отступит, что он будет давить до конца.

---

Роун стоял у окна, глядя на её дверь, которая виднелась из коридора. Он сжимал кулаки и чувствовал, как ярость душит его.

Ты будешь моим, Джиху, - думал он. - Даже если для этого мне придётся уничтожить всех, кто стоит между нами.

Он закрыл глаза и представил её лицо. Её губы, её глаза, её запах.

Я не отступлю. Я буду ждать. И когда ты устанешь убегать - я буду здесь.

Глава 35. Больница

Она ждала этого момента неделями. Месяцами. Каждую ночь она ложилась спать с мыслью о том, что завтра он может открыть глаза. Каждое утро она просыпалась и молилась, чтобы сегодня случилось чудо. Она держалась за эту надежду, как за соломинку, когда всё остальное рушилось.

И вот оно случилось.

Джиу стояла у дверей больничной палаты, прижимая руку к груди, чтобы унять бешеное сердцебиение. Она пришла тайком, когда все в общежитии спали. Накинула капюшон, проскользнула через чёрный вход и взяла такси до больницы. Она не знала, что увидит, но готовилась к худшему.

Она толкнула дверь и вошла.

В палате было тихо. Пахло лекарствами, стерильностью и чем-то холодным, больничным. Свет был приглушённым, и в полумраке она увидела его - Джису лежал на кровати, и его глаза были открыты. Он смотрел на неё. Слабая улыбка тронула его губы.

Джиу замерла. Её сердце пропустило удар, а потом забилось с такой силой, что она чуть не упала.

- Джису, - прошептала она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. - Ты проснулся!

Она бросилась к нему, упала на колени рядом с кроватью и схватила его руку. Его пальцы были холодными и слабыми, но она чувствовала, как они сжимают её ладонь. Она смотрела на его лицо - бледное, исхудавшее, но живое. Живое.

- Я здесь, - сказала она, и голос её дрожал. - Я здесь, Джису. Я так боялась, что потеряю тебя.

Он посмотрел на неё и улыбнулся - той самой улыбкой, которую она помнила с детства. Но в его глазах было что-то странное. Пустота. Растерянность.

- Ты кто? - спросил он тихо.

Джиу замерла. Её сердце остановилось на мгновение, а потом снова забилось, но уже от страха.

- Что? - прошептала она. - Джису, это я. Джиу. Твоя сестра.

Он нахмурился, пытаясь вспомнить. Его глаза скользили по её лицу, но в них не было узнавания.

- Джиу? - повторил он, и его голос был слабым, почти безжизненным. - Я не знаю, кто это.

Она почувствовала, как земля уходит из-под ног.

- Как ты не знаешь? - спросила она, и голос её дрогнул. - Ты - мой брат. Мы близнецы. Мы выросли вместе. Ты... ты должен помнить меня.

Он смотрел на неё, и в его глазах была только пустота.

- Я не помню ничего, - сказал он, и его голос звучал ровно, без эмоций. - Я не знаю, что случилось. Я не помню, как сюда попал. Я не помню... тебя.

Джиу почувствовала, как внутри всё рушится. Она смотрела на него, на брата, которого любила больше всего на свете, и видела, что он её не узнаёт. Он не помнил их детства, их игр, их разговоров. Он не помнил, что они близнецы. Он не помнил ничего.

- Как ничего? - прошептала она, и слёзы хлынули из её глаз. - Ты не помнишь, кто это сделал? Кто довёл тебя до этого? Ты не помнишь Роуна? Ты не помнишь, что он тебе давал?

Он покачал головой, и его рука ослабла в её ладони.

- Я не помню, - повторил он. - Прости. Я не могу...

Она не выдержала. Она откинулась на спинку стула и закрыла лицо руками. Слёзы текли сквозь пальцы, и она чувствовала, как внутри разрывается что-то важное. Она ждала правды. Она ждала, что он назовёт имя. Она ждала, что он поможет ей закончить это.

А получила пустоту.

- Я не верю, - прошептала она. - Ты должен помнить. Ты должен.

Он смотрел на неё, и в его глазах была боль - не от воспоминаний, а от того, что он не мог дать ей то, что она искала.

- Мне жаль, - сказал он тихо. - Я не могу.

Джиу встала, чувствуя, как ноги дрожат. Она смотрела на него - на брата, который был жив, но который стал чужим. Её мир рушился на части.

- Я найду правду, - сказала она, и голос её был твёрже, чем она чувствовала себя. - Даже если ты не помнишь. Я найду того, кто это сделал. Я обещаю тебе.

Она развернулась и вышла из палаты, чувствуя, как слёзы снова застилают глаза.

---

В коридоре она прислонилась к стене и закрыла глаза. Внутри неё бушевала буря - гнев, разочарование, боль. Она ждала этого момента так долго. Она мечтала, что он назовёт имя, что она сможет закончить всё.

Но он не помнил.

- Почему? - прошептала она в пустоту. - Почему ты не помнишь?

Она сжала кулаки и почувствовала, как ногти впиваются в ладони. Я не сдамся. Я узнаю правду. Даже если для этого мне придётся сделать всё самой.

Она вышла из больницы, и ночной воздух ударил в лицо. Она глубоко вдохнула и почувствовала, как холод проникает в лёгкие.

Я сделаю это, Джису. Я сделаю это ради нас.

И она пошла в темноту, чувствуя, как внутри неё закипает новая решимость.

Глава 36. Злость

Она влетела в общежитие, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла. Её дыхание было сбитым, глаза горели, а в груди кипела такая ярость, что она едва сдерживалась, чтобы не закричать. Она прошла по коридору, не глядя по сторонам, и заперлась в своей комнате, чувствуя, как стены сжимаются вокруг неё.

Она села на кровать, сжала голову руками и закрыла глаза. В ушах всё ещё звучал голос брата - слабый, растерянный, чужой. «Я не помню ничего». Эти слова врезались в её мозг, как нож.

- Он не помнит, - прошептала она, и голос её дрожал от ярости. - Он не скажет мне, кто виноват. Я всё это делала зря?

Она сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Боль была острой, но она не обращала на неё внимания. Внутри неё закипала ненависть - к Роуну, к этому дерьмовому миру, к самой себе. Она так долго ждала этого момента, так долго верила, что брат поможет ей, что она сможет закончить всё.

А он просто смотрел на неё пустыми глазами и говорил: «Я не помню».

- Почему? - прошептала она, чувствуя, как слёзы ярости подступают к глазам. - Почему ты не помнишь? Ты должен был помнить!

Она ударила кулаком по стене. Боль пронзила руку, но она не остановилась. Она ударила снова, и снова, чувствуя, как ярость выплескивается наружу.

- Ты должен был помочь мне! - крикнула она в пустоту. - Я сделала всё это ради тебя! Ради нас! А ты просто забыл!

Она сползла на пол, прижимая руки к груди, и почувствовала, как её тело начинает дрожать. Гнев, отчаяние, боль - всё смешалось в один липкий ком, который душил её.

- Я не сдамся, - прошептала она, и голос её стал твёрже. - Даже если ты не помнишь. Я найду правду. Я уничтожу его.

Но внутри неё оставалась пустота - холодная, тягучая, бесконечная. Она не знала, что делать дальше. Она не знала, как найти доказательства без помощи брата.

Она сидела на полу, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку.

---

В коридоре раздались шаги. Кто-то подошёл к её двери и остановился. Джиу замерла, чувствуя, как внутри всё сжимается. Она не хотела никого видеть. Она не хотела говорить ни с кем.

- Джиху, - раздался голос Каина. Он был тихим, мягким, но в нём чувствовалась тревога. - Я знаю, что тебе больно. Я не знаю, что случилось, но я здесь.

Она молчала. Она не могла говорить. Она боялась, что если откроет рот, то закричит или заплачет.

- Ты не должен быть один, - продолжил он. - Я не буду спрашивать, что произошло. Я просто хочу, чтобы ты знал - я рядом. Если захочешь поговорить - я здесь.

Она смотрела на дверь, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое, смешанное с болью. Почему ты такой добрый? Почему ты не оставляешь меня в покое?

- Уйди, - сказала она, и голос её был хриплым. - Пожалуйста, просто уйди.

Он не ушёл. Она слышала его дыхание за дверью, чувствовала его присутствие.

- Я не уйду, - сказал он тихо. - Я буду ждать, сколько нужно. Ты не один, Джиху. Запомни это.

Она закрыла глаза и почувствовала, как слёзы текут по щекам. Она ненавидела себя за то, что не могла принять его помощь. Она ненавидела себя за то, что не могла сказать ему правду.

Она сидела на полу, прижимая колени к груди, и чувствовала, как мир рушится вокруг неё.

А он стоял за дверью и ждал. Потому что он знал - она не одна. И он не позволит ей уйти в темноту.

Глава 37. Ссора

Тренировка шла как обычно. Тэмин командовал, все двигались в такт музыке, но Джиу чувствовала, что сегодня всё идёт не так. Её движения были резкими, злыми, она сбивалась с ритма и несколько раз пропускала повороты. Она не могла сосредоточиться. В голове всё ещё звучал голос брата: «Я не помню ничего». Она сжимала кулаки каждый раз, когда вспоминала его пустые глаза.

Она почти не заметила, как к ней подошёл Каин. Он стоял рядом, делая вид, что отрабатывает связку, но его голос был низким и напряжённым.

- Джиху, - сказал он тихо, так, чтобы никто не слышал. - Мне нужно с тобой поговорить.

- Не сейчас, - буркнула она, не глядя на него.

- Сейчас, - настаивал он, и в его голосе была такая сталь, что она остановилась и повернулась к нему.

Они отошли в угол зала, где их не могли услышать. Каин смотрел на неё, и в его глазах была та же смесь боли и решимости, которую она видела последние дни.

- Я знаю твою правду, - сказал он, и его голос был тихим, но твёрдым. - Я читал твой дневник. Ты не парень.

Джиу замерла. Внутри неё всё оборвалось. Сердце бешено заколотилось, и она почувствовала, как холод пробегает по спине.

- Что? - прошептала она, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

- Я нашёл его в зале, - продолжил Каин, и его голос дрогнул. - Я не хотел читать, я просто хотел вернуть его тебе. Но я увидел запись. Я не знал, что делать. Я думал, что схожу с ума, что мне показалось. Но это правда, да?

Она смотрела на него, чувствуя, как слова застревают в горле. Она хотела сказать «нет», хотела всё отрицать, но он смотрел на неё так, будто уже знал все ответы.

- Ты не можешь оставаться здесь, - сказал он, делая шаг вперёд. - Это опасно. Если кто-то узнает - тебя убьют. Роун уже следит за тобой. Тэхун тоже. Если они поймут, кто ты на самом деле, они не остановятся.

Она почувствовала, как внутри закипает злость.

- Я никуда не уйду, - сказала она, и голос её дрожал от гнева. - Я не закончила!

- Что ты не закончила? - Каин схватил её за плечи, заглядывая в глаза. - Что ты ищешь здесь? Ради чего ты готова рисковать своей жизнью?

- Я делаю это ради брата! - крикнула она, вырываясь из его рук. - Ты не понимаешь! Я не могу остановиться!

Каин отшатнулся, как от удара.

- Твоего брата? - переспросил он, и в его голосе появилось новое понимание. - Джиху... ты здесь из-за Джису? Ты его сестра?

Она молчала, чувствуя, как слёзы ярости подступают к глазам. Она не хотела говорить ему правду, но слова вырывались сами собой.

- Да, - сказала она, и голос её был хриплым. - Я его сестра. Он в коме. И я знаю, что кто-то из этой группы сделал это с ним. Я должна найти виновного. Я должна найти доказательства. Я не могу уйти, пока не узнаю правду.

Каин смотрел на неё, и в его глазах была такая смесь боли и понимания, что у неё сжалось сердце.

- Я хочу помочь тебе, - сказал он. - Но ты должна быть осторожна. Если Роун узнает, кто ты...

- Роун уже знает, что я рылась в его вещах, - перебила она. - Он подозревает меня. Он следит за мной. Но я не остановлюсь. Я не могу.

Каин сжал кулаки, чувствуя, как ярость и страх борются внутри него.

- Ты не понимаешь, - сказал он, и его голос стал тише. - Если он узнает правду, он убьёт тебя. И я не смогу тебя защитить.

- Я не прошу тебя защищать меня, - ответила она. - Я прошу тебя понять.

Между ними повисла тишина. Тяжёлая, почти осязаемая. Каин смотрел на неё, и в его глазах была такая боль, что она почти пожалела о том, что сказала.

- Я не отступлю, - сказала она наконец. - Я должна закончить это.

Каин развернулся и ушёл, не сказав ни слова. Он сжал кулаки, чувствуя, как внутри всё переворачивается от боли и бессилия.

Джиу осталась одна в углу зала, чувствуя, как её тело дрожит.

Я не могу остановиться. Я должна идти до конца.

Но внутри неё рос страх. Она не знала, кому можно доверять. Она не знала, сколько у неё осталось времени. Но она знала одно - она не сдастся. Даже если это разрушит её.

Глава 38. Руки Тэмина

Джиу сидела на скамейке в пустом коридоре, сжавшись в комок и уставившись в одну точку на полу. Она не знала, сколько времени прошло после ссоры с Каином. Минуты, часы - всё смешалось в одно липкое, тягучее состояние, в котором она почти не чувствовала своего тела. Только пустота внутри и бесконечная усталость.

Она даже не заметила, как рядом появился Тэмин. Он стоял перед ней, нахмурившись, и в его глазах была тревога. Он смотрел на неё так, будто видел каждую трещину в её маске, каждую царапину на её душе.

- Джиху, - сказал он, и его голос был мягким, почти шёпотом. - Ты чего? Выглядишь так, будто мир рухнул.

Она подняла на него глаза и почувствовала, как внутри поднимается что-то тёплое, смешанное с болью. Она хотела сказать ему правду. Она хотела рассказать всё - о брате, о себе, о том, кто она на самом деле. Но слова застряли в горле.

- Всё нормально, - прошептала она, но даже она не поверила своим словам.

Тэмин не поверил. Он присел перед ней на корточки, взял её руки в свои и посмотрел прямо в глаза.

- Ты не умеешь врать, - сказал он, и на его губах появилась лёгкая, почти грустная улыбка. - Ты думаешь, я не вижу, что с тобой что-то происходит? Ты дрожишь, Джиху. Ты смотришь в одну точку. Я знаю тебя. Я знаю, когда тебе больно.

Она смотрела на него, и в её глазах стояли слёзы. Почему ты такой? Почему ты видишь меня?

- Пойдём, - сказал он, поднимаясь и протягивая ей руку. - Нам нужно поговорить.

Она взяла его руку и позволила поднять себя. Он повёл её в пустой зал - тот, где они иногда оставались вдвоём после тренировок. Там никого не было, только тусклый свет и тишина.

Он остановился в центре зала, повернулся к ней и обнял. Его руки обвились вокруг её спины, прижимая к себе, и она почувствовала, как его тепло разливается по всему телу. Она не сопротивлялась. Она уткнулась лицом в его плечо и почувствовала, как слёзы начинают течь по щекам.

- Расскажи мне, что случилось, - сказал он, поглаживая её по спине. - Я слушаю. Ты можешь сказать мне всё. Я никому не скажу. Я просто хочу быть рядом.

Она молчала. Она не могла сказать ему правду. Не сейчас. Но она позволяла ему держать её, чувствовать его руки на своей спине, его дыхание на своих волосах. Она чувствовала, как его пальцы медленно гладят её, успокаивая, снимая напряжение, которое накопилось внутри.

- Я не могу, - прошептала она наконец. - Я не могу сказать тебе. Но я хочу. Я так хочу.

- Тогда не говори, - ответил он, и его голос был таким тёплым, что у неё сжалось сердце. - Просто знай, что я рядом. Что бы ты ни скрывал, что бы ты ни делал - я здесь. Я не уйду.

Она закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать. Его тепло, его руки, его присутствие. Впервые за долгие недели ей стало легче. Она чувствовала, как её плечи расслабляются, как дыхание становится ровнее, как боль внутри затихает.

- Спасибо, - прошептала она.

- Не за что, - ответил он, и она почувствовала, как он поцеловал её в макушку. - Ты справишься, Джиху. Я знаю, что ты справишься.

Они стояли в пустом зале, обнявшись, и мир вокруг них перестал существовать. Были только они, и это было единственное, что имело значение.

---

Каин сидел в своей комнате, глядя на браслет, который подарил Джиху когда-то. Он сжимал его в руках и чувствовал, как внутри всё переворачивается от боли.

Я не должен был говорить ей так, - думал он. - Я просто хочу защитить её. Но я сделал только хуже.

Он закрыл глаза и увидел её лицо - злое, заплаканное, сломленное. Он вспомнил, как она кричала на него: «Ты не понимаешь! Я делаю это ради брата!»

Она - девушка, - прошептал он в темноту. - Она здесь ради брата. И она готова умереть, чтобы найти правду.

Он сжал браслет в кулаке и почувствовал, как краешек металла впивается в ладонь.

- Я не должен был давить на неё, - прошептал он. - Я должен был просто быть рядом.

Он убрал браслет обратно в ящик и лёг на кровать, глядя в потолок. Где-то за стеной он слышал её шаги - она вернулась в свою комнату.

Я не оставлю тебя, - подумал он. - Даже если ты не хочешь моей помощи.

И он поклялся себе, что будет рядом. Всегда. Даже если она не знает об этом.

Глава 39. Опасность рядом

Репетиция закончилась. Все потянулись к выходу - кто-то в душ, кто-то на кухню, кто-то просто свалился на скамейку и закрыл глаза. Джиу осталась стоять у зеркальной стены, глядя на своё отражение. Она выглядела так, будто не спала несколько дней - тени под глазами, бледная кожа, опущенные плечи. Она не узнавала себя в этом отражении. Чужое лицо, чужая жизнь, чужая боль.

Она уже собиралась уйти, как вдруг в зале стало тихо. Слишком тихо. Она обернулась и увидела Роуна. Он стоял в проёме двери, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на неё с той же тёмной, липкой одержимостью, которую она научилась чувствовать кожей.

- Ты выглядишь так, будто мир рушится, - сказал он, и его голос был обманчиво мягким, почти заботливым. - Может быть, тебе нужна помощь?

Джиу почувствовала, как внутри всё сжалось. Она ненавидела его голос. Ненавидела, как он смотрит на неё. Ненавидела, что он видит её слабость.

- Мне не нужна твоя помощь, - ответила она, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем она себя чувствовала.

Роун не отошёл. Наоборот, он сделал шаг вперёд, и она снова оказалась в ловушке - между ним и зеркальной стеной. Он смотрел на неё сверху вниз, и в его глазах была та самая смесь ярости и желания, которая заставляла её сердце биться быстрее от страха.

- Ты всегда такой гордый, Джиху, - сказал он, и его голос стал почти шёпотом. - Ты никогда не просишь о помощи. Ты никогда не показываешь слабости. Но я вижу тебя. Я вижу, как ты ломаешься. И знаешь что?

Он наклонился чуть ближе, и она почувствовала его дыхание на своей коже.

- Когда ты устанешь убегать, я буду здесь. Я всегда буду здесь. Ты не сможешь от меня уйти.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается холодная ярость. Она хотела ударить его, закричать, вырваться из этой ловушки. Но она знала - он только этого и ждёт.

- Ты больной, - сказала она, и голос её дрожал. - Ты думаешь, что сможешь контролировать меня, но ты ошибаешься.

Он усмехнулся - тихо, зло.

- Я ничего не думаю, - ответил он. - Я просто знаю. Ты не сможешь убегать вечно. И когда ты устанешь - я буду ждать.

Он сделал шаг назад, давая ей пространство, но его взгляд всё ещё был прикован к ней. Она чувствовала угрозу в его словах, в его голосе, в его присутствии.

- Уходи, - сказала она, и голос её был тихим, но твёрдым.

Он улыбнулся - той самой улыбкой, от которой у неё по спине пробегали мурашки.

- Я ухожу, - сказал он. - Но я вернусь. Я всегда возвращаюсь.

Он развернулся и вышел из зала, оставив её стоять у зеркальной стены с бешено колотящимся сердцем.

Джиу смотрела на своё отражение и чувствовала, как внутри поднимается паника. Он знал что-то. Он чувствовал её слабость. Он ждал момента, когда она сломается.

Я не позволю ему победить, - прошептала она, глядя на свои глаза в зеркале. - Я не позволю.

Но внутри неё рос страх. Она знала - он не отступит. Он будет давить до тех пор, пока она не сломается.

Она сжала кулаки и вышла из зала, чувствуя, как его тень следует за ней по коридору.

Я должна найти доказательства. Я должна закончить это. Пока не поздно.

Глава 40. Конец близко

Ночь в общежитии была тихой. Слишком тихой. Джиу сидела на кровати, сжимая в руках фотографию брата, и смотрела на его улыбающееся лицо. Она провела пальцем по его щеке, чувствуя, как внутри поднимается боль и решимость.

Я не могу ждать, пока ты вспомнишь, - думала она. - Ты не помнишь. Ты не скажешь мне, кто виноват. Я должна найти доказательства сама. Я должна закончить это.

Она встала, чувствуя, как ноги дрожат. Она подошла к двери, взяла ключи и вышла в коридор. Внутри неё бушевали страх и ярость, но она знала - она должна сделать это. Она должна пойти в комнату Роуна и найти то, что нужно.

Она пошла по пустому коридору, чувствуя, как каждый шаг отдаётся эхом в тишине. Она прошла мимо двери Каина - он был там, она знала. Но она не остановилась. Она не могла.

Она подошла к двери Роуна и остановилась. Сердце бешено колотилось, руки тряслись, но она протянула руку к ручке.

Она уже собиралась повернуть её, как вдруг услышала шаги. Она обернулась и увидела Каина. Он стоял в коридоре, сжимая кулаки, и смотрел на неё с той же смесью боли и страха.

- Джиху, - сказал он тихо. - Ты не должен этого делать. Это опасно.

- Я должна, - ответила она, и голос её был твёрже, чем она чувствовала себя. - Я не могу ждать. Я не могу позволить ему уйти.

Каин шагнул ближе, и она увидела в его глазах решимость.

- Тогда я пойду с тобой, - сказал он. - Если ты не остановишься, я не дам тебе умереть в одиночку.

Она смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то тёплое, смешанное с болью.

- Зачем ты это делаешь? - прошептала она. - Ты знаешь, что это рискованно. Ты знаешь, что он может...

- Я знаю, - перебил он. - Но я не позволю тебе сделать это одной. Ты не одна, Джиху. Ты никогда не была одна.

Она смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

- Спасибо, - прошептала она.

Он кивнул и подошёл к двери.

- Тогда давай закончим это.

Он взялся за ручку двери и повернул её. Дверь открылась. И они шагнули внутрь.

Глава 41. Пустая комната

- Ты уверен, что хочешь это сделать? - спросил Каин, когда они стояли у двери комнаты Роуна. Его голос был тихим, напряжённым, и он смотрел на Джиу так, будто надеялся, что она передумает.

- Я должна, - ответила она, сжимая в руке ключ, который давно держала на всякий случай. - Если я не сделаю это сейчас - я никогда не узнаю правду.

Каин вздохнул и кивнул.

- Тогда давай быстро. И будь осторожен.

Она повернула ключ в замке. Дверь открылась беззвучно, и они скользнули внутрь, прикрыв за собой дверь. В комнате было темно, пахло дорогим одеколоном и чем-то холодным, металлическим. Джиу включила фонарик на телефоне, осветив обстановку.

- Начинаем, - прошептала она.

Они начали обыск. Каин проверил шкафы - аккуратно сложенная одежда, никаких тайников. Джиу осмотрела ящики стола - пусто, только старые чеки и пара шариковых ручек. Они проверили под кроватью - ничего, кроме пыли. Они перетряхнули матрас, заглянули под подушку - пустота.

Джиу почувствовала, как внутри начинает закипать разочарование.

- Ничего нет, - прошептал Каин, выпрямляясь. - Он всё убрал.

- Не может быть, - сказала она, не веря своим глазам. - Здесь было всё. Пакет, шприц, ноутбук. Он не мог просто так всё спрятать.

Она открыла дверцу встроенного шкафа и начала перебирать вещи - куртки, футболки, джинсы. Ничего. Она проверила заднюю стенку шкафа, надеясь найти тайник, но там была только пустота.

- Джиху, - позвал Каин. - Нам пора уходить. Если он вернётся...

- Ещё минуту, - перебила она, не останавливаясь.

Она проверила пол под ковром, заглянула за батарею, даже заглянула в вентиляционное отверстие. Ничего. Роун словно стёр все улики.

Джиу остановилась посреди комнаты и выдохнула. Её плечи опустились, и она почувствовала, как внутри поднимается отчаяние.

- Он всё убрал, - сказала она, и голос её дрогнул. - Он знал, что я приду. Он подготовился.

Каин подошёл к ней и положил руку на плечо.

- Мы найдём другой способ, - сказал он. - Но сейчас нам нужно уходить.

Она кивнула, чувствуя, как горечь разливается внутри. Они вышли из комнаты, бесшумно закрыли дверь и вернулись в коридор.

Они не знали, что в углу комнаты, высоко под потолком, едва заметно мигает красный огонёк - крошечная камера, которая записывала каждое их движение.

Роун сидел в кафе через дорогу и смотрел на экран своего телефона. На нём было изображение его комнаты, освещённой тусклым светом. Он видел, как они перерывают его вещи. Он видел, как Джиху ищет то, что он аккуратно убрал. Он видел их лица - разочарованные, расстроенные.

Он улыбнулся - холодно, тихо, и сделал глоток кофе.

- Ищите, ищите, - прошептал он в темноту кафе. - Вы всё равно ничего не найдёте.

Он убрал телефон в карман и посмотрел в окно, где в отдалении виднелись огни общежития.

- Скоро ты перестанешь убегать, Джиху. Я позабочусь об этом.

Он допил кофе и встал, чувствуя, как его одержимость снова поднимается внутри.

Ты будешь моим. Ты уже мой.

Глава 42. Разговор в кафе

Кафе было почти пустым - только пара студентов в углу и бармен за стойкой. За окнами шумел ночной Сеул, но здесь, в приглушённом свете и запахе кофе, время будто остановилось. Роун сидел за столиком, сжимая в руках остывающую чашку, и смотрел в одну точку. Его мысли были далеко - там, где Джиху стоял в его комнате и перерывал его вещи.

Хангёль сидел напротив, откинувшись на спинку стула, и смотрел на него с лёгкой усмешкой. Он знал Роуна достаточно давно, чтобы читать его как открытую книгу. И то, что он видел сейчас, ему не нравилось.

- Ну и? - спросил Хангёль, нарушая тишину. - Ты так и оставишь этого Джиху? Он шарился в твоей комнате, он что-то ищет. Ты же знаешь, что он не просто так здесь.

Роун не поднял глаз. Он провёл пальцем по краю чашки, чувствуя, как керамика холодит кожу.

- Я знаю, - ответил он тихо.

- И что ты будешь делать? - Хангёль наклонился вперёд, понижая голос. - Он опасен. Он может разрушить всё, что мы построили.

Роун поднял глаза, и в них мелькнула сталь.

- Джисона не трогай, - сказал он, и голос его был твёрдым, как сталь. - Он мой друг.

Хангёль усмехнулся, но в усмешке не было веселья.

- А Джиху? - спросил он, приподнимая бровь. - Ты его убьёшь?

Роун промолчал. Он снова опустил глаза, чувствуя, как внутри поднимается что-то, чему он не мог дать название. Он сжал чашку так, что костяшки побелели.

- Ты смотри, - сказал Хангёль, и его голос стал серьёзнее. - Не влюбись в него. Он же парень, Роун. Парень.

Роун ничего не ответил. Он просто смотрел на тёмную поверхность кофе, чувствуя, как слова Хангёля впиваются в него, как иглы.

Парень, - пронеслось в его голове. - Он парень. Я знаю. Но почему я не могу перестать думать о нём?

Хангёль вздохнул, откинулся на спинку стула и покачал головой.

- Я просто хочу, чтобы ты был осторожен, - сказал он. - Я знаю тебя. Ты идёшь до конца, чего бы тебе это ни стоило. Но этот парень... с ним что-то не так. Он не просто новенький. Он что-то скрывает. И если ты позволишь ему слишком близко подойти - ты пожалеешь.

Роун наконец поднял голову и посмотрел на Хангёля. В его глазах была та же смесь ярости и боли, которую он носил в себе последние недели.

- Я знаю, что делаю, - сказал он. - Оставь это мне.

Хангёль хотел возразить, но увидел выражение лица Роуна и решил не давить. Он пожал плечами и допил свой кофе.

- Ладно, - сказал он, вставая. - Твоя жизнь, твой выбор. Но ты меня предупреждён.

Он развернулся и пошёл к выходу, но на пороге остановился и обернулся.

- Роун, - сказал он, и его голос стал мягче. - Просто будь осторожен. Он может разбить тебе сердце.

Он вышел, оставив Роуна сидеть в одиночестве.

Роун смотрел на пустую чашку и чувствовал, как внутри поднимается холодная решимость.

Я не позволю тебе уйти, - подумал он. - Даже если это разрушит меня. Ты будешь моим.

Он встал, оставил деньги на столе и вышел на улицу. Ночной ветер ударил в лицо, но он даже не заметил.

Я знаю, что ты ищешь, Джиху. И я знаю, что ты не остановишься. Но и я не остановлюсь. Мы встретимся - и тогда я узнаю, кто ты на самом деле.

Глава 43. Прогулка Тэхуна

Тэхун вышел из общежития, не оглядываясь. Ему нужно было дышать. Ему нужно было уйти от этих стен, от этих взглядов, от этого постоянного напряжения, которое душило его последние недели. Он засунул руки в карманы чёрной куртки и пошёл в ночной Сеул, не зная, куда именно.

Город жил своей жизнью - неоновые вывески мерцали, машины проносились по мокрому асфальту, где-то смеялись люди, чьи лица он не различал. Тэхун шёл по улицам, чувствуя, как холодный ветер бьёт в лицо, но это не помогало. Внутри него всё горело.

Почему я не могу перестать думать о нём?

Он остановился у старого моста, перекинутого через реку Хан. Внизу текла чёрная вода, отражая огни города. Тэхун опёрся о перила и уставился вниз, чувствуя, как внутри поднимается знакомая волна злости и раздражения.

Я слежу за ним каждую секунду, - думал он. - Я хочу разоблачить его, доказать, что он не тот, за кого себя выдаёт. Я хочу уничтожить его. Но почему... почему я смотрю на его губы, когда он говорит?

Он сжал перила так, что костяшки побелели. Я не гей. Я никогда не смотрел на парней. Но он... он заставляет меня чувствовать то, чего я не должен чувствовать.

Тэхун закрыл глаза и увидел его лицо. Джиху, стоящий в коридоре, поправляющий воротник. Джиху, улыбающийся Тэмину. Джиху, смотрящий на него с ненавистью. И эти губы - чуть приоткрытые, когда он дышал.

- Блять, - прошептал он в пустоту. - Что ты делаешь со мной?

Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как усталость давит на плечи. Он не спал несколько ночей, пытаясь понять, что с ним происходит. Он думал, что это просто одержимость, что он просто хочет докопаться до истины. Но чем дольше он следил за Джиху, тем сильнее становилось это странное, липкое чувство внутри.

Я хочу прижать его к стене, - подумал он, и эта мысль обожгла его изнутри. - Я хочу вытрясти из него правду. Я хочу...

Он не договорил. Он даже не хотел думать о том, что хотел сделать дальше.

Тэхун оттолкнулся от перил и пошёл дальше. Он шёл по набережной, чувствуя, как ветер остужает лицо. Он пытался думать о чём-то другом - о музыке, о концертах, о планах на будущее. Но всё возвращалось к нему. К Джиху.

Это из-за того, что он странный, - убеждал он себя. - Это из-за того, что он скрывает что-то. Я просто хочу разоблачить его. Всё остальное - это... это просто совпадение.

Но он знал, что врёт сам себе. Он знал, что его тянет к этому парню не потому, что он подозрителен. А потому, что он - Джиху. Потому что он есть.

Он шёл, пока не добрался до маленького парка, где в это время никого не было. Только редкие фонари освещали пустые скамейки и деревья, с которых уже облетели листья. Тэхун сел на скамейку, откинул голову назад и уставился в тёмное небо.

- Что ты делаешь со мной? - прошептал он, и голос его дрожал от бессилия. - Почему я не могу перестать думать о тебе?

Он закрыл глаза и представил его лицо. Его глаза, которые смотрели на него с ненавистью. Его губы, которые дрожали, когда он говорил. Его запах - не мужской, какой-то странный, сладкий, от которого у Тэхуна кружилась голова.

Он сжал кулаки и почувствовал, как ногти впиваются в ладони.

- Я ненавижу тебя, - прошептал он. - Я ненавижу тебя за то, что ты заставляешь меня чувствовать это.

Но он знал - это была не ненависть. Это было что-то другое. Что-то, что он боялся признать даже самому себе.

Он просидел так несколько минут, чувствуя, как холод проникает под куртку. Потом встал и направился обратно в общежитие. Он знал, что завтра всё повторится. Он снова будет следить за Джиху. Он снова будет ненавидеть его. И он снова будет хотеть его.

Я не могу сбежать от тебя, - подумал он, когда вдалеке показались огни общежития. - Но и ты не сможешь сбежать от меня. Я буду ждать.

Он вошёл внутрь и прошёл по коридору, чувствуя, как его шаги эхом разносятся в тишине. Он остановился у двери Джиху и замер. Свет под дверью не горел - значит, он уже спал.

Тэхун прикоснулся ладонью к холодной поверхности двери и прошептал в пустоту:

- Ты даже не знаешь, что делаешь со мной. Но я заставлю тебя понять.

Он убрал руку и ушёл в свою комнату, оставив тишину позади.

Глава 44. Вечер с дорамой

В гостиной было темно, только свет от телевизора мерцал на стенах, выхватывая из полумрака развалившихся на диване Рэвона и Ёнхо. Они решили устроить вечерний киномарафон, но вместо фильма наткнулись на дораму, которая шла по всем каналам и собирала бешеные рейтинги. Ёнхо листал ленту и вдруг остановился.

- Слышь, Рэвон, - сказал он, поднимая пульт. - Ты смотрел «Выходи замуж за моего супруга»? Говорят, там пиздец какой-то.

- Не, я не смотрю дорамы, - лениво ответил Рэвон, поправляя причёску. - У меня нет времени на эту хрень. Только если там красиво снято.

- А ты глянь, - Ёнхо включил первую серию. - Там такое дерьмо... Жесть просто.

На экране заиграла музыка, и началась первая серия. Главная героиня, Кан Чжи Вон, появлялась на экране - молодая женщина с уставшим лицом, которая работала, убирала, готовила, а её муж, Пак Мин Хван, просто лежал на диване и даже не замечал её усилий.

- Охренеть, - сказал Рэвон, уставившись в экран. - Она же как лошадь пашет, а он даже не посмотрит на неё.

- Подожди, дальше будет ещё круче, - усмехнулся Ёнхо.

На экране Чжи Вон узнаёт, что у неё рак. Она приходит домой, надеясь на поддержку мужа, но застаёт его в постели со своей лучшей подругой. И они обсуждают, как получить страховку после её смерти.

- Это пиздец, - выдохнул Рэвон, глядя на экран. - Как так можно? Она же его жена! И подруга - тоже сука редкостная.

- А ты думал, - сказал Ёнхо, жуя чипсы. - В жизни и не такое бывает. Тут хоть месть будет, я слышал, она возвращается в прошлое и заставляет эту подругу выйти замуж за её мужа.

- А он что, такой тупой, что согласится? - удивился Рэвон.

- Ага, - кивнул Ёнхо. - Он вообще козёл, ему лишь бы баба была удобная. Чжи Вон прям гений - она строит планы, чтобы он сам захотел жениться на той подруге, а та и не знает, что её ждёт.

Рэвон смотрел на экран, и его лицо стало задумчивым.

- А ведь правда, в жизни всё бывает ещё хуже, - сказал он тихо. - Вон, у нас в группе - мы же тоже все друг друга за спиной обсуждаем. Я про тебя, ты про меня. И эти... скрытые игры.

Ёнхо усмехнулся, но без злости.

- Ага. Особенно наш новенький. Ты заметил, что он ни разу не был с нами на таких посиделках? Он всегда в своей комнате сидит или с Тэмином уходит.

Рэвон пожал плечами.

- Мне похуй на него, - сказал он, но в его голосе не было уверенности. - Он какой-то странный. Но, блядь, он никому не мешает. Пусть делает что хочет.

- Ага, - протянул Ёнхо. - Только смотри, чтобы он не сделал чего-то, о чём мы пожалеем.

Они замолчали и снова уставились в экран, где Чжи Вон уже начинала планировать свою месть.

- Слышь, - сказал Ёнхо, - а если бы наша подруга тебя так подставила, ты бы что сделал?

- Ну, - задумался Рэвон, - я бы просто стер её в порошок. Сделал бы её жизнь адом. И этого мудака тоже.

- Жёстко, - усмехнулся Ёнхо.

- А по-другому нельзя, - ответил Рэвон. - В этом мире выживает тот, кто сильнее.

Они смотрели дораму, обсуждали, смеялись, а в коридоре за дверью стоял Тэхун, который случайно услышал их разговор. Он сжал кулаки и ушёл в свою комнату, чувствуя, как внутри закипает злость.

Джиху... что ты скрываешь? И почему я не могу перестать думать о тебе?

Глава 45. Перед бурей

Джиу зашла в свою комнату и закрыла за собой дверь, чувствуя, как ноги подкашиваются. Она прислонилась спиной к холодной поверхности и закрыла глаза. Внутри неё всё дрожало - от усталости, от разочарования, от бессилия. Она ничего не нашла. Роун перехитрил её. Он убрал все улики, словно знал, что она придёт.

Она медленно сползла на пол, обхватив колени руками, и уставилась в одну точку. В голове было пусто и шумно одновременно. Как я могла быть такой наивной? Думала, что он просто оставит всё на месте? Конечно, он подготовился. Он знал, что я приду.

В дверь тихо постучали.

- Джиху, - раздался голос Каина. Он был приглушённым, но она слышала тревогу в нём. - Ты как? Можно войти?

Она хотела сказать «нет», но слова застряли в горле. Она просто молчала, чувствуя, как внутри поднимается отчаяние. Дверь приоткрылась, и Каин проскользнул внутрь. Он сел рядом с ней на пол, не спрашивая разрешения, и посмотрел на неё с той же болью в глазах, которую она видела весь вечер.

- Мы ничего не нашли, - сказал он тихо. - Но это не значит, что мы проиграли. Мы найдём другой способ.

Она покачала головой, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

- Я не знаю, что делать, - прошептала она. - Я думала, что если найду доказательства, то смогу закончить всё. А теперь... я даже не знаю, есть ли у меня силы продолжать.

Каин взял её за руку и сжал.

- Ты не одна, - сказал он, и его голос был твёрже, чем она ожидала. - Я с тобой. Мы найдём способ. Но ты должна быть осторожна. Если Роун знает, что ты ищешь, он будет ждать твоей ошибки.

Она подняла на него глаза, чувствуя, как внутри поднимается холодная решимость.

- Я не остановлюсь, - сказала она. - Я не могу. Это всё, что у меня есть.

Каин хотел возразить, но увидел выражение её лица и понял, что спорить бесполезно.

- Тогда я буду рядом, - сказал он. - Что бы ни случилось.

Он встал, сжал её плечо на прощание и вышел из комнаты, оставив её одну.

Джиу сидела на полу, прижимая колени к груди, и чувствовала, как ночь сгущается вокруг неё. Она уже собиралась встать и лечь спать, когда вдруг услышала шаги в коридоре. Тяжёлые, медленные, уверенные. Кто-то шёл по коридору и остановился прямо у её двери.

Она замерла, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она прислушалась - за дверью было тихо. Слишком тихо. Но она знала - кто-то стоит там.

Это был Роун.

Он не стучал, не говорил, просто стоял и ждал. Джиу чувствовала его присутствие через дверь - тяжёлое, давящее, как туча перед грозой. Она не двигалась, боясь даже дышать. Она знала - он ждёт. Он ждёт, когда она ошибётся. Когда она выйдет, когда сделает шаг навстречу.

Прошла минута, две, пять. Тишина стояла такая, что она слышала биение своего сердца.

И вдруг шаги начали удаляться. Медленно, но уверенно. Роун ушёл.

Джиу выдохнула, чувствуя, как дрожь пробегает по телу. Она прислонилась к двери, прижимая руки к груди, и прошептала в пустоту:

- Это ещё не конец.

Она знала - он не отступит. Он будет ждать. Она чувствовала его присутствие даже сейчас, когда он уже ушёл.

Она легла на кровать, глядя в потолок, и поняла - игра продолжается. И она не знала, сколько ещё сможет выдержать.

Но она знала одно - она не сдастся. Ради брата. Ради правды. Ради себя.

Завтра будет новый день. И она найдёт новый план. Она должна.

Глава 46. Холодный приём

Больничный коридор пах дезинфекцией и тишиной. Джиу шла по нему, чувствуя, как каждый шаг отдаётся эхом в пустоте. Она знала, что идёт к брату, но внутри неё было странное чувство - предчувствие чего-то, что она не могла объяснить. Она толкнула дверь палаты и вошла.

Джису сидел на кровати, прислонившись к подушке, и смотрел в окно. Он выглядел лучше, чем в прошлый раз, но в его лице было что-то новое - холодное, отстранённое. Он повернул голову, когда она вошла, и его глаза не зажглись теплом. Только раздражение.

- Опять ты, - сказал он, и голос его был сухим. - Я же говорил, не приходи.

- Я хотела проверить, как ты, - ответила она, садясь на стул у кровати. - Ты выглядишь лучше.

- Я и так знаю, что выгляжу лучше, - огрызнулся он. - Ты мне не мама, чтобы проверять. Зачем ты вообще приходишь? Я всё равно ничего не помню.

Джиу почувствовала, как её сердце сжалось. Она смотрела на него и видела чужого человека. Её брат, с которым она выросла, с которым делила игрушки и секреты, смотрел на неё так, будто она была посторонней.

- Я просто хочу помочь, - сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Ты мой брат.

- Был, - поправил он, и его голос стал жёстче. - Я больше не тот человек, Джиу. Меня больше нет. Ты ищешь кого-то, кого уже нет. Оставь меня в покое.

Он отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. Джиу посидела ещё минуту, чувствуя, как внутри поднимается боль, а потом встала и вышла из палаты. Она шла по коридору, не оглядываясь, и слышала, как за спиной хлопнула дверь.

Она не знала, что Джису смотрит ей вслед через стекло, и на его губах играет холодная, расчётливая улыбка. Он ждал. Он знал, что она придёт снова. И он был готов.

---

Джиу вернулась в общежитие и пошла на кухню, надеясь найти тишину. Она села за стол, положила голову на руки и закрыла глаза. Внутри всё болело - от разговора, от его взгляда, от его слов.

В кухню вошёл Ёнхо. Он остановился на пороге, посмотрел на неё и молча прошёл к чайнику. Он заварил себе чай и сел напротив, положив руки на стол. Джиу подняла на него глаза, чувствуя, как внутри напрягается.

- Ты странный, Джиху, - сказал он, и его голос был тихим, без обычной насмешки. - Я слежу за тобой давно. Ты не такой, как все.

Она замерла, чувствуя, как холод пробегает по спине.

- Что ты имеешь в виду? - спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Ёнхо усмехнулся, но в усмешке не было злости.

- Ты слишком тихий. Слишком настороженный. Ты будто ждёшь удара в любой момент. И ты всегда куда-то уходишь, когда никто не видит. Я не дурак, Джиху. Я давно понял, что ты что-то скрываешь.

Джиу почувствовала, как сердце бешено заколотилось. Она хотела возразить, сказать, что он ошибается, но он перебил её:

- Не бойся. Я не собираюсь тебя сдавать. Просто... будь осторожен. Здесь каждый за себя. И если ты не хочешь, чтобы кто-то узнал твои секреты - ты должен быть умнее их.

Он встал, взял свою кружку и направился к выходу. У двери он остановился и добавил, не оборачиваясь:

- И если тебе нужна помощь - я умею хранить секреты. Запомни это.

Он вышел, оставив её сидеть в полной тишине. Джиу смотрела в пустоту, чувствуя, как внутри смешиваются страх и благодарность. Он знает. Он не знает, что именно, но он знает, что я что-то скрываю. И он предлагает помощь. Я не знаю, могу ли я доверять ему. Но он хотя бы не угрожает.

Она выдохнула и убрала голову с рук.

---

Через час Джиу сидела в своей комнате, когда в дверь постучали. Она открыла и увидела Кёнмина. Он стоял, засунув руки в карманы, и выглядел немного смущённым.

- Слушай, - сказал он, не глядя на неё. - Я тут думал... хочешь прогуляться? Парк недалеко. Я знаю, что я мудак, но иногда мне надоедает сидеть в этой клетке.

Она удивилась, но кивнула.

- Хорошо. Я пойду.

Они пошли по ночным дорожкам парка, мимо фонарей, которые освещали пустые скамейки. Кёнмин шёл рядом, засунув руки в карманы, и молчал. Джиу не знала, что сказать, поэтому она тоже молчала.

- Знаешь, - сказал он вдруг, - я знаю, что был мудаком в начале. Я просто... я не доверяю никому. Но ты... ты не такой, как остальные. Ты не врёшь, когда смотришь на меня. Ты не пытаешься казаться круче, чем ты есть.

Она посмотрела на него, удивлённая его словами.

- Ты не должен был говорить это, - сказала она, чувствуя, как внутри становится теплее.

- Я говорю, что думаю, - ответил он, пожимая плечами. - Ты нормальный. Я хочу, чтобы ты знал - если что, я за тебя. Мы все здесь с приветом, но ты хотя бы не притворяешься, что ты идеальный.

Она улыбнулась. Впервые за долгое время она чувствовала, что кто-то из группы принимает её просто так. Без условий, без подозрений.

- Спасибо, - сказала она. - Это много для меня значит.

Кёнмин усмехнулся, но его улыбка была тёплой.

- Ладно, пошли обратно. А то ещё подумают, что мы сбежали.

Они пошли обратно, и Джиу чувствовала, как внутри поднимается что-то новое - надежда. Она не знала, сколько ещё сможет держаться, но в этот момент она поняла - она не одна. И, возможно, этого достаточно.

Глава 47. Взгляд Рэвона

Последние несколько дней Джиу чувствовала на себе чей-то взгляд. Тяжёлый, изучающий, но не враждебный - скорее любопытный. Она оборачивалась несколько раз, но никого не видела. И только когда она вышла на кухню за водой, она поняла, кто это был.

Рэвон сидел за столом, держа в руках чашку чая, и смотрел на неё так, будто изучал картину в музее. Он не отводил взгляд, когда она вошла, и на его губах играла лёгкая, загадочная улыбка.

- Ты чего? - спросила она, чувствуя, как внутри появляется неловкость.

Рэвон пожал плечами, но не перестал смотреть.

- Ничего, - ответил он, делая глоток чая. - Просто смотрю. Ты знаешь, что у тебя красивые глаза? Такое не часто увидишь у парня.

Джиу почувствовала, как кровь прилила к щекам. Она не знала, что ответить. Рэвон говорил это без насмешки, без злобы - просто констатировал факт, и это сбивало её с толку.

- Спасибо, - сказала она наконец, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Но я не привык к таким комплиментам.

Рэвон усмехнулся, и его улыбка стала чуть мягче.

- Не бойся, я не лезу к тебе, - сказал он. - Просто... ты интересный. Ты не такой, как все. Ты всегда держишь дистанцию, никогда не рассказываешь о себе. Это интригует.

Она хотела сказать что-то в ответ, но он встал и направился к выходу, бросив на прощание:

- Просто имей в виду - я замечаю больше, чем говорю. Но я не из тех, кто использует чужие секреты против них. Пока что.

Он вышел, оставив её стоять у плиты с бешено колотящимся сердцем. Он что-то подозревает. Он не знает, что именно, но он чувствует, что я что-то скрываю. Она сжала кружку в руках и выдохнула. Я должна быть осторожнее. Я не могу доверять никому. Даже тем, кто кажется добрым.

---

На следующий день Джиу снова поехала в больницу. Она не хотела идти, но что-то внутри неё заставляло её возвращаться. Она должна была увидеть брата. Она должна была понять, что с ним происходит.

Она вошла в палату, и он снова сидел у окна, глядя на улицу. Когда она появилась, он даже не повернул головы.

- Опять ты, - сказал он, и в его голосе было раздражение. - Ты не устала?

- Я хочу помочь тебе, - ответила она, стараясь сохранять спокойствие. - Я хочу понять, что случилось. Почему ты так изменился?

Он резко повернулся к ней, и в его глазах была такая злость, что она отшатнулась.

- Ты думаешь, я герой? - сказал он, и голос его стал хриплым. - Я никогда не был им. Я сам влез в это дерьмо, и ты не имеешь права лезть в мою жизнь. Ты вообще не знаешь, что такое настоящая боль. Ты всегда была любимой дочкой, а я... я был тем, кого никто не замечал.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается боль.

- Что ты говоришь? - прошептала она. - Ты мой брат. Я всегда любила тебя.

- Нет, - сказал он, и его голос стал холодным. - Ты любила образ. Ты любила идею брата, который был идеальным. Но я не идеален. Я сломан. И я не хочу, чтобы ты пыталась меня чинить.

Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

- Я не пытаюсь тебя чинить, - сказала она. - Я просто хочу понять...

- Забудь, - перебил он, отворачиваясь. - Забудь, что у тебя был брат. Меня больше нет. Уходи. И не возвращайся.

Она стояла несколько секунд, глядя на его спину, а потом развернулась и вышла. Она шла по коридору, чувствуя, как мир рушится вокруг неё. Она не знала, что делать. Она не знала, как помочь ему.

Она вышла из больницы и глубоко вдохнула холодный воздух. Где-то внутри неё закипала решимость. Я не оставлю его. Я узнаю, что случилось. Я помогу ему, даже если он не хочет этого.

Она не знала, что брат смотрит на неё из окна палаты, и на его губах снова появляется та холодная улыбка. Он ждал. Он знал, что она вернётся. И он был готов.

Глава 48. Близость

Тэмин нашёл её в коридоре. Она стояла у стены, прижавшись спиной к холодной поверхности, и смотрела в одну точку. Её глаза были пустыми, плечи опущены, и она выглядела так, будто мир рухнул на неё всей своей тяжестью. Он подошёл к ней, не спрашивая разрешения, и взял за руку.

- Пойдём, - сказал он, и его голос был мягким, но настойчивым. - Нам нужно выйти.

Она не сопротивлялась. Она позволила ему вести её по коридору, мимо комнат, мимо кухни, где кто-то смеялся, мимо гостиной, где горел телевизор. Он вывел её на улицу, и ночной воздух ударил в лицо, заставляя её вздрогнуть.

Они шли по пустым улицам Сеула. Город спал, только редкие машины проезжали мимо, да свет фонарей освещал их путь. Тэмин молчал, но его рука крепко сжимала её ладонь, и она чувствовала, как тепло разливается по телу.

Они остановились у старого моста, перекинутого через реку Хан. Внизу текла чёрная вода, отражая огни города. Тэмин повернулся к ней и взял её лицо в руки, заставляя смотреть на него.

- Я больше не могу смотреть, как ты страдаешь, - сказал он, и его голос дрогнул. - Ты носишь это всё внутри, ты ломаешься, но не позволяешь никому помочь тебе. Я не могу так больше. Позволь мне быть рядом.

Она смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Она хотела сказать ему правду. Она хотела сказать, что она не парень, что она Джиу, что она пришла сюда, чтобы найти убийцу брата. Но слова застряли в горле.

- Я не знаю, как, - прошептала она. - Я не знаю, как позволить тебе быть рядом.

- Тогда просто позволь мне быть здесь, - ответил он, и его голос стал почти шёпотом. - Прямо сейчас. Только здесь.

Он наклонился и поцеловал её. Долго, нежно, так, что мир перестал существовать. Его руки скользнули по её спине, притягивая ближе, и она чувствовала, как его тепло разливается по всему телу. Она закрыла глаза и позволила себе просто чувствовать. Его губы на своих губах, его руки на своей спине, его дыхание на своей коже.

Когда он отстранился, она открыла глаза и увидела, как он смотрит на неё. В его глазах была такая нежность, что у неё сжалось сердце.

- Я люблю тебя, Джиху, - сказал он. - Неважно, кто ты, неважно, что ты скрываешь. Я люблю тебя.

Она хотела сказать ему правду. Она открыла рот, но слова застряли. Она не могла. Не сейчас.

- Я тоже тебя люблю, - прошептала она, и в этот момент это было самое честное, что она могла сказать.

Он улыбнулся, обнял её и прижал к себе. Она уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как её сердце бьётся в унисон с его.

Я скажу тебе, - подумала она. - Скоро. Когда я буду готова.

Они стояли на мосту, обнявшись, и ночной ветер овевал их лица. Она чувствовала, как тепло разливается внутри, и впервые за долгое время ей стало легче. Рядом с ним она могла дышать. Рядом с ним она чувствовала себя почти счастливой.

---

Прошло четыре дня. Джиу старалась не думать о том, что сказал Тэмин. Она старалась не думать о его поцелуе, о его словах, о его руках. Она думала о брате, о его холодных глазах, о его грубых словах. Она не знала, что делать. Она не знала, как помочь ему.

Она сидела на кухне, когда вошёл Каин. Он сел напротив, и его лицо было серьёзным. Он смотрел на неё так, будто решал, стоит ли говорить то, что он собирался сказать.

- Джиху, - сказал он, и его голос был тихим, но твёрдым. - Я должен тебе кое-что сказать.

Она подняла глаза, чувствуя, как внутри напрягается.

- Что? - спросила она.

Он помолчал секунду, а потом сказал:

- Я знаю, что ты девушка. Я знаю, кто ты. И я люблю тебя, неважно, парень ты или нет.

Джиу замерла. Её сердце бешено заколотилось, и она почувствовала, как холод пробегает по спине.

- Что? - прошептала она.

- Я читал твой дневник, - сказал он, и его голос дрогнул. - Я не хотел. Я просто нашёл его и хотел вернуть. Но я увидел запись. И я понял, что ты не парень.

Она смотрела на него, чувствуя, как мир рушится вокруг неё.

- Ты не должен был читать это, - сказала она, и голос её был хриплым.

- Я знаю, - ответил он. - Но я не могу отрицать, что я чувствую. Я люблю тебя, Джиху. Джиу. Я не знаю, как тебя называть. Но я знаю, что ты - самый важный человек в моей жизни.

Она смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

- Я не могу, - сказала она. - Я не могу ответить тебе. Я не могу...

- Я не требую ответа, - перебил он. - Я просто хочу, чтобы ты знала - я рядом. Что бы ни случилось. Ты не одна.

Она закрыла глаза и почувствовала, как слёзы текут по щекам. Теперь два человека любили её. И она не могла быть честной ни с одним из них.

Что я делаю? Как я дошла до этого?

Она не знала ответа. Она просто сидела на кухне и чувствовала, как мир рушится вокруг неё.

Глава 49. Правда

Джиу сидела в своей комнате, сжимая в руках папку с документами, которые нашла в старом ящике стола брата, когда тайком пробиралась в его квартиру. Она не знала, что ищет, но что-то внутри неё подсказывало - там есть ответы. И она нашла их.

Она читала письма, отчёты, чеки. Она видела, как её брат получал деньги от людей, которых она никогда не знала. Она видела, как он подписывал документы, в которых признавался, что всё это время врал. Что он сам принимал наркотики. Что он сам влез в это дерьмо. Что Роун пытался спасти его, давал ему витамины, пытался вытащить из этой грязи. Но брат не хотел спасаться. Он хотел денег. Он хотел славы. И он был готов уничтожить всех, кто стоял на его пути.

Джиу смотрела на фотографию брата, которая лежала рядом с документами. Его улыбающееся лицо, его глаза, такие же, как у неё. Она чувствовала, как мир рушится вокруг неё.

Он не был жертвой, - думала она. - Он был лжецом. Он врал мне. Он врал всем. И я верила ему.

Она сжала фотографию в руках, чувствуя, как слёзы ярости и боли текут по щекам. Она хотела кричать, но не могла. Она просто сидела и смотрела на его лицо, чувствуя, как ненависть и отчаяние смешиваются внутри неё.

---

Прошло два дня. Джиу не могла найти себе места. Она знала, что брат сбежал из больницы. Она искала его по всему городу, но находила только пустоту. И однажды, когда она вернулась в общежитие, она нашла записку под дверью своей комнаты.

«Ты слишком близка к правде. Остановись, или я остановлю тебя».

Она сжала бумагу в руках, чувствуя, как холод пробегает по спине. Он угрожал ей. Он был готов убить, чтобы защитить себя. Она знала это. И она знала, что должна остановить его.

---

Она нашла его в пустом переулке. Он стоял у стены, держа в руках пистолет, и смотрел на неё с той же холодной улыбкой, которая теперь преследовала её во снах.

- Ты не должна была лезть, - сказал он, и его голос был ровным, почти безразличным. - Я не хотел, чтобы ты знала. Но ты всегда была слишком любопытной. Ты всегда лезла туда, куда не нужно.

- Я хотела спасти тебя! - крикнула она, чувствуя, как гнев и боль переполняют её. - Я думала, что ты жертва! Я думала, что кто-то сделал это с тобой! А ты... ты сам всё разрушил!

Он усмехнулся, и в его усмешке не было ничего человеческого.

- Ты думаешь, я не знаю? - спросил он. - Я знаю, что я сделал. Но мне было плевать. Я хотел денег. Я хотел славы. Я хотел быть кем-то. А ты... ты всегда была идеальной. Всегда любимой. А я был никем.

Он поднял пистолет и направил его на неё.

- Ты убил себя сам, - сказала она, и её голос был твёрже, чем она чувствовала себя. - Зачем ты винишь других?

Он засмеялся - горько, зло.

- Потому что так легче, - ответил он. - Легче обвинять кого-то, чем признать, что ты сам всё разрушил.

Он нажал на курок. Но в тот момент, когда пуля должна была вылететь из дула, перед Джиу появилась фигура Тэмина. Он выскочил из темноты, закрывая её собой. Пуля попала ему в плечо, и он упал на землю, вскрикнув от боли.

- Нет! - закричала Джиу, падая на колени рядом с ним. - Тэмин! Нет!

Она смотрела на его лицо, бледное, покрытое потом, и чувствовала, как мир рушится вокруг неё.

- Я в порядке, - прошептал он, сжимая её руку. - Я в порядке. Главное, что ты цел.

Она повернулась к брату, чувствуя, как внутри закипает ненависть. Он стоял, сжимая пистолет в руках, и смотрел на неё пустыми глазами. В его взгляде не было ни сожаления, ни боли - только пустота.

- Ты проиграл, - сказала она, и её голос был холодным. - Ты проиграл, когда решил стать тем, кем стал.

Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнула странная улыбка.

- Может быть, - сказал он. - Но я не хочу жить с этим.

Он поднял пистолет, направил его на себя и нажал на курок.

Джиу закричала, чувствуя, как мир рушится вокруг неё в последний раз.

Глава 50. Прощание

Переулок был пустым, когда Джиу упала на колени рядом с телом брата. Она не помнила, как это произошло - просто вдруг оказалась на холодном асфальте, сжимая его руку, которая ещё была тёплой, но уже безжизненной. Кровь растекалась по серому бетону, и она смотрела на неё, не в силах отвести взгляд. Её крик был глухим, похожим на вой раненого зверя. Она не слышала его - она слышала только звон в ушах и своё собственное сердце, которое билось где-то в горле.

- Нет, нет, нет, - повторяла она, как мантру, но её слова не возвращали его. - Джису, нет, пожалуйста, нет...

Рядом с ней стонал Тэмин. Он лежал на спине, прижимая руку к плечу, из которого сочилась кровь, и пытался дотянуться до неё. Его лицо было бледным, покрытым потом, но он смотрел на неё с отчаянием.

- Джиху, - прошептал он, и голос его дрожал. - Джиху, посмотри на меня. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо.

Она не слышала его. Она смотрела на брата, на его глаза, которые были открыты, но пусты. На его губы, которые ещё несколько секунд назад шептали ей слова ненависти. На его руку, которая сжимала пистолет, а теперь безжизненно лежала на асфальте.

- Почему? - прошептала она, чувствуя, как слёзы смешиваются с кровью на её щеках. - Почему ты ушёл? Я хотела спасти тебя...

Она не знала, сколько просидела так. Время остановилось. Мир застыл. Она слышала только вой сирены, который приближался, и шаги, которые бежали к ней.

Когда врачи оторвали её от тела брата, она закричала, вцепившись в его руку, но её оттащили. Она видела, как его накрывают чёрным покрывалом, и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Её уводили от него, а она смотрела на покрывало, которое скрывало его лицо, и чувствовала, как мир рушится окончательно.

Потом была машина скорой. Пахло дезинфекцией и металлом. Рядом с ней лежал Тэмин, и она сжимала его руку, чувствуя, как он сжимает её в ответ. Она смотрела на него, на его бледное лицо, на его глаза, которые не отрывались от неё, и чувствовала, как внутри что-то замирает.

- Не уходи, - прошептала она. - Пожалуйста, не уходи.

- Я здесь, - ответил он, и его голос был слабым, но тёплым. - Я здесь. Я не уйду. Я обещаю.

Она не знала, верить ли ему. Она смотрела на его плечо, из которого сочилась кровь, и чувствовала, как страх сжимает её сердце.

- Я не хочу терять тебя, - прошептала она.

- Ты не потеряешь меня, - ответил он, сжимая её руку. - Я не позволю.

Скорая остановилась у больницы. Джиу не помнила, как её вытаскивали оттуда. Она сидела на скамейке в коридоре, глядя на дверь операционной, в которую укатили Тэмина, и ждала. Она ждала, чувствуя, как внутри пустота разрастается. Она ждала, зная, что её брат мёртв, а Тэмин - единственное, что у неё осталось.

---

Прошло несколько часов. Или дней. Время потеряло смысл. Джиу сидела у постели Тэмина, держа его за руку, и смотрела на его лицо. Он был бледным, но живым. Его грудь мерно поднималась, и она слушала его дыхание, как самую важную музыку в мире.

Он открыл глаза. Медленно, с трудом, но он открыл их. Он посмотрел на неё, улыбнулся и сказал:

- Я же говорил, что никуда не уйду.

Джиу засмеялась сквозь слёзы. Она прижалась губами к его ладони, чувствуя, как его пальцы сжимают её пальцы.

- Ты идиот, - прошептала она. - Ты мог умереть.

- Но я не умер, - ответил он. - Я здесь. С тобой.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое, смешанное с болью. Она хотела сказать ему правду. Она хотела сказать, что она не парень, что она Джиу, что она сестра Джису. Но слова застряли в горле.

В палату зашли остальные ребята - Каин, Рэвон, Ёнхо, Кёнмин, Тэхун, Роун, Хангёль. Они стояли у двери, глядя на неё с разными выражениями лиц. Кто-то с сочувствием, кто-то с подозрением, кто-то с гневом.

Джиу встала, чувствуя, как ноги дрожат. Она посмотрела на них и решилась.

- Я должна сказать вам правду, - начала она, и голос её дрогнул. - Я не парень. Меня зовут Джиу. Я сестра Джису.

Тишина повисла в комнате. Она была такой плотной, что можно было резать ножом. Кто-то выдохнул, кто-то выругался, кто-то просто молчал.

- Ты... ты что? - спросил Рэвон, и его голос был хриплым. - Ты притворялась всё это время?

- Я искала правду, - ответила она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. - Мой брат был в коме, и я думала, что кто-то из вас сделал это с ним. Я пришла сюда, чтобы найти убийцу.

Каин шагнул вперёд, становясь между ней и остальными.

- Она не виновата, - сказал он, и его голос был твёрдым. - Она искала правду. Она не хотела никому навредить.

- Она врала нам всё это время! - крикнул Кёнмин, и его голос дрожал от гнева. - Она притворялась, что она парень!

- Потому что у неё не было выбора! - ответил Каин. - Её брат был в коме, и она хотела узнать, что случилось!

Тэхун молчал. Он смотрел на Джиу, и в его глазах была странная смесь боли и понимания. Он знал. Он всегда знал, что что-то не так. Но он не говорил.

- Ты... ты Джиу? - спросил он, и его голос был почти шёпотом.

Она кивнула, чувствуя, как слёзы текут по щекам.

- Да. Я Джиу. И я прошу у вас прощения за то, что обманула вас. Но я не знала другого способа узнать правду.

Тишина снова повисла в комнате. Все смотрели на неё, и она чувствовала, как их взгляды прожигают её. Но в них не было ненависти - только боль и непонимание.

Роун стоял в углу, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемым, но в его глазах мелькнуло что-то, чего она не могла понять.

- Ты знал? - спросил Хангёль, глядя на него.

Роун молчал. Он смотрел на Джиу, и его взгляд был тяжёлым, но в нём не было злобы.

- Я знал, - сказал он наконец. - Я знал, что она не парень. Я знал, что она сестра Джису. Но я не говорил, потому что я не был уверен, что она враг.

Джиу посмотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается что-то новое.

- Ты знал? - прошептала она.

- Я знал, - повторил он. - И я пытался спасти твоего брата. Я давал ему витамины, пытался вытащить его из этого дерьма. Но он не хотел спасаться. Он выбрал наркотики. Он выбрал деньги. И он чуть не убил тебя.

Она смотрела на него, чувствуя, как мир рушится и собирается заново. Она не знала, что сказать. Она просто стояла и смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается странное облегчение.

- Теперь ты знаешь правду, - сказал Каин, подходя к ней. - Теперь ты знаешь всё.

Она посмотрела на него, на его добрые глаза, и почувствовала, как слёзы снова подступают к глазам.

- Спасибо, - прошептала она. - Спасибо, что был рядом.

Он улыбнулся и кивнул.

---

Джиу пришла в комнату Роуна. Он сидел на кровати, глядя в стену, и его лицо было бледным, глаза красными - он плакал. Впервые за всё время она видела его таким - без маски, без брони, без защиты.

- Я знаю всё, - сказала она, садясь напротив него. - Ты пытался спасти его. Ты давал ему витамины, пытался вытащить его из этого дерьма. Ты не убивал его. Он убил себя сам.

Роун поднял на неё глаза. В них были слёзы, которые он не пытался скрыть.

- Я пытался, - сказал он, и его голос дрожал. - Я пытался помочь ему. Я говорил ему, что он должен остановиться, что он разрушает себя. Но он не слушал. Он не хотел слышать.

Она кивнула, чувствуя, как внутри поднимается странное спокойствие.

- Я знаю, - сказала она. - Я знаю, что ты пытался.

Он смотрел на неё, и в его глазах была такая боль, что она почувствовала, как внутри что-то обрывается.

- Ты прощаешь меня? - спросил он тихо.

Она помолчала секунду, а потом кивнула.

- Я прощаю тебя, - сказала она.

Он подавился воздухом. А потом вдруг подавшись вперёд, он поцеловал её - быстро, отчаянно, будто прощаясь. Джиу не оттолкнула его. Она приняла этот поцелуй как прощание и как благодарность. Он длился всего секунду, но в нём было столько боли и надежды, что у неё сжалось сердце.

Она встала и вышла из комнаты, чувствуя, как внутри становится легче.

---

На выходе из общежития она встретила Хангёля. Он стоял у двери, засунув руки в карманы, и смотрел на неё с грустной улыбкой.

- Я знал, что ты не парень, - сказал он. - Я просто ждал, когда ты сама скажешь. Роун не убивал твоего брата. Он пытался его спасти. Я видел это своими глазами.

Она посмотрела на него, чувствуя, как внутри становится легче.

- Спасибо, - сказала она. - Спасибо, что сказал это.

Он кивнул и отошёл в сторону, давая ей пройти.

Она пошла по коридору и увидела Каина. Он стоял у окна, держа в руках букет белых роз. Он подошёл к ней и протянул цветы.

- Я знаю, что ты уходишь, - сказал он. - Но я хочу, чтобы ты знала: я всегда буду рядом. Ты не одна.

Джиу взяла цветы и почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

- Спасибо, - прошептала она. - Ты самый добрый человек, которого я знаю.

Каин улыбнулся, и в его глазах светилось тепло.

- Я всегда буду здесь, - сказал он. - Что бы ни случилось.

Она смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то новое - надежда. Она не знала, что её ждёт впереди, но она знала, что она не одна. И это было самое важное.

Глава 51. Ли Сухо

Прошло несколько недель после похорон. Джиу сидела на полу своей комнаты, прислонившись спиной к холодной стене, и смотрела на пустые стены. Она убрала все фотографии брата, убрала все напоминания о прошлом. Она чувствовала, как внутри затихает буря - не потому, что боль прошла, а потому, что она научилась дышать сквозь неё. Она знала, что не может уйти. Группа стала её семьёй, её домом, её смыслом. Но она не могла оставаться Джиху - парнем, которого придумала, чтобы спасти брата. Это имя было ложью. Она должна была стать кем-то новым.

Она встала, чувствуя, как ноги дрожат, и вышла из комнаты. Она пошла по коридору, мимо комнат, где слышались голоса, смех, музыка. Она остановилась у двери Роуна и постучала.

- Войди, - раздался его голос.

Она толкнула дверь и вошла. Роун сидел за столом и что-то писал в блокноте. Он поднял голову, когда увидел её, и его лицо стало серьёзным.

- Что-то случилось? - спросил он.

Джиу села напротив, чувствуя, как внутри поднимается волна решимости.

- Я хочу остаться в группе, - сказала она, и голос её был твёрже, чем она чувствовала себя. - Но я больше не хочу быть Джиху. Я хочу начать всё заново. Под новым именем.

Роун помолчал, глядя на неё. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

- Какое имя ты хочешь взять? - спросил он.

- Ли Сухо, - ответила она. - Я хочу быть Ли Сухо.

Роун смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

- Это хорошее имя, - сказал он, и его голос стал мягче. - Оно сильное. И оно твоё.

Джиу почувствовала, как внутри разливается тепло. Она не знала, что он так легко согласится. Она думала, что он будет спорить, убеждать её остаться Джиху. Но он просто принял её выбор.

- Спасибо, - сказала она тихо.

Он кивнул и встал, подходя к окну.

- Я скажу менеджменту, - сказал он, не оборачиваясь. - И мы объявим это на следующем концерте. Ты готов к этому?

- Да, - ответила она. - Я готов.

Она вышла из его комнаты и пошла к остальным. Она хотела сказать им всем, чтобы они знали правду. Она собрала их в гостиной - Каина, Рэвона, Ёнхо, Кёнмина, Тэхуна, Хангёля, Тэмина. Они стояли и смотрели на неё, чувствуя, что она собирается сказать что-то важное.

- Я хочу сказать вам кое-что, - начала она, и голос её был ровным. - Я больше не хочу быть Джиху. Я хочу быть Ли Сухо. Я хочу начать всё заново. И я хочу остаться с вами.

Тишина повисла в комнате. Кто-то удивился, кто-то обрадовался, кто-то просто пожал плечами. Но все приняли её выбор.

- Ли Сухо, - сказал Рэвон, пробуя имя на вкус. - Звучит круто.

- Я знал, что ты возьмёшь новое имя, - сказал Ёнхо. - Ты слишком яркий, чтобы быть просто Джиху.

Кёнмин подошёл и хлопнул её по плечу.

- Ли Сухо, - сказал он с улыбкой. - Мне нравится. Ты заслуживаешь нового начала.

Тэхун молчал. Он смотрел на неё, и в его глазах было тепло, которое она не видела раньше. Он подошёл ближе и сказал тихо, почти шёпотом:

- Ли Сухо. Это красивое имя. Оно тебе идёт.

Она почувствовала, как внутри поднимается что-то новое - надежда, которую она не чувствовала уже много месяцев.

Тэмин подошёл к ней и взял её за руку.

- Ты всегда была Ли Сухо для меня, - сказал он, и его голос был тёплым. - Просто теперь все будут знать это.

Каин улыбнулся и подошёл, вставая рядом с ней.

- Ли Сухо, - сказал он. - Это красиво. Идёт тебе. Ты заслуживаешь быть тем, кем хочешь быть.

Джиу смотрела на них, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и сильное. Она не знала, что ждёт её впереди, но она знала - она не одна. И это было самое важное. Она нашла своё место. Она нашла свою семью. И теперь она была готова начать всё заново - как Ли Сухо.

Глава 52. Новый день

Месяц пролетел как один долгий, яркий сон. Группа вернулась к концертам, к репетициям, к бесконечным интервью и фотосессиям, и Джиу чувствовала, как сцена снова становится её домом. Теперь вместо Джиху на афишах и в свете софитов стояло имя Ли Сухо. Она смотрела на него на экранах и не узнавала себя - но это было приятное незнание. Новое имя, новая жизнь, новое начало.

Фанаты приняли её быстро. Они любили её за талант, за харизму, за ту странную, притягательную тень, которая витала вокруг неё. Они не знали всей правды, но чувствовали, что этот парень прошёл через ад и вышел из него другим. Джиу стояла на сцене, чувствуя, как музыка наполняет её сердце, как свет софитов согревает её кожу, как крики толпы становятся её дыханием. Она танцевала, пела, улыбалась - и в каждой ноте, в каждом движении была она. Настоящая. Без масок. Без лжи.

Рядом с ней стоял Тэмин. Он всегда был рядом - на сцене, в общежитии, в её мыслях. Когда их взгляды встречались, она чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое, что-то, что она боялась назвать, но что уже не могла отрицать. Он улыбался ей той особенной улыбкой, которую прятал от всех, кроме неё. И она знала - она не одна.

---

Концерт закончился. Гул стих, свет погас, и они вышли на улицу, в прохладу ночного Сеула. Джиу поднялась на крышу общежития - это место стало её убежищем, где она могла дышать полной грудью. Она стояла у перил, глядя на бесконечные огни города, и чувствовала, как внутри затихает последняя буря.

Она услышала шаги за спиной. Один за другим - Каин, Рэвон, Ёнхо, Кёнмин, Тэхун, Роун, Хангёль и Тэмин. Они подошли к ней и встали рядом, глядя на тот же город, на те же звёзды, которые мерцали сквозь дымку. Никто не говорил - тишина была тёплой, почти осязаемой.

- Красиво, да? - сказал Каин, глядя вдаль. - Иногда я забываю, что за этой суетой есть что-то настоящее.

- Ага, - отозвался Кёнмин. - Особенно когда мы вот так стоим все вместе.

Джиу повернулась к ним, чувствуя, как внутри поднимается волна благодарности. Она смотрела на их лица, на их глаза, в которых больше не было подозрений, не было злости - только принятие.

- Спасибо, - сказала она, и её голос дрогнул. - Спасибо, что приняли меня. Настоящую меня.

Роун шагнул вперёд и положил руку на её плечо.

- Ты всегда была одной из нас, - сказал он, и его голос был спокойным, почти мягким. - Просто теперь ты сама это знаешь.

Каин улыбнулся, и в его глазах светилось то самое тепло, которое она привыкла видеть в нём.

- Мы команда, - сказал он. - Навсегда.

Джиу чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но это были слёзы радости. Она улыбнулась - искренне, впервые за долгое время.

- Спасибо, - прошептала она.

Тэмин подошёл ближе и взял её за руку. Его пальцы переплелись с её, и она почувствовала, как его тепло разливается по всему телу.

- Мы справимся, - сказал он тихо, только для неё. - Что бы ни случилось.

Она посмотрела на него и увидела в его глазах то, что искала всю свою жизнь. Не спасение, не ответы - просто человека, который был рядом. Который принимал её. Который любил её.

- Я знаю, - ответила она, сжимая его руку. - Я знаю.

Они стояли на крыше, глядя на огни ночного Сеула, и Джиу чувствовала, как внутри поднимается что-то новое - надежда, которая больше не казалась хрупкой. Она смотрела на своих друзей, на свою новую семью, и знала - это не конец. Это начало новой главы. И она была готова к ней.

Конец.

🖤 ЦИТАТЫ К ДАРК-РОМАНУ

ВКУС ТВОЕЙ ЛЖИ

---

«Она пришла в клетку за правдой. Но правда оказалась слаще, чем ложь»

---

«Ты думал, что целуешь меня. Но ты целовал свою ложь. И она была сладкой, как яд»

---

«Я не боюсь темноты. Я боюсь того, что скрывается в ней. И ещё больше боюсь того, что мне это нравится»

---

«Они говорили, что маски нужны, чтобы защищаться. Но я забыла, где заканчивается маска и начинаюсь я»

---

«Ты не должен был любить меня. Но ты сделал это. И теперь мы оба сгорим в этом аду»

---

«Иногда ложь становится единственной правдой, в которую можно верить»

---

«Я искала убийцу. А нашла себя. И это было страшнее»

---

«Когда ты носишь маску слишком долго — ты перестаёшь помнить, кто ты на самом деле»

---

«Он поцеловал меня, и в этом поцелуе была вся моя боль. И вся моя надежда»

---

«Любовь в этом мире — это роскошь. А я всегда была слишком бедна, чтобы позволить себе счастье»

---

«Мы все носим маски. Просто у одних они красивее, чем у других»

---

«Ты думаешь, что знаешь меня. Но ты знаешь только ту, кого я придумала. Настоящая я — та, кто остаётся в темноте»

---

«Я пришла сюда, чтобы разрушить их. А разрушила себя»

---

«Он смотрел на меня так, будто я была единственным светом в его темноте. Но я была всего лишь отражением его собственной тьмы»

---

«Иногда яд — единственное лекарство, которое может спасти»

---

«Я научилась врать так хорошо, что сама поверила в свою ложь»

---

«В этом мире нет героев. Есть только люди, которые выбрали правильную маску»

---

«Ты говорил, что любишь меня. Но ты любил только ту, кого я показывала тебе»

---

«Когда я смотрела в зеркало, я видела чужое лицо. Но теперь я вижу себя. И это самое страшное»

---

«Мы все здесь — монстры. Просто кто-то скрывает это лучше»

---

«Она пришла за местью. А нашла любовь. И это было самое жестокое наказание»

---

«Иногда, чтобы спасти кого-то, нужно сначала потерять себя»

---

«Я прощаю тебя. Но я не могу забыть. И это самое больное»

---

«Игра окончена. Маски сняты. И теперь я вижу тебя настоящего. И это самое прекрасное»

---

«Новое имя. Новая жизнь. Но старые раны всё ещё болят. И я учусь жить с этим»

---

«Я знаю, что любовь — это слабость. Но я устала быть сильной»

---

«Ты сказал, что я — твой свет. Но в этом мире свет — это иллюзия. А я всегда была просто тенью»

---

«Прощание было горьким. Но я научилась ценить горечь. Это напоминает мне, что я жива»

---

ПИСЬМО ОТ ДЖИУ

Дорогой читатель.

Я никогда не умела говорить о себе. Мне всегда было легче прятаться за масками, за чужими именами, за ложью, в которую я научилась верить.

Когда я стала Джиху, я думала, что ищу правду. Но на самом деле я искала себя. Я боялась, что если сниму маску - под ней ничего не останется. Но вы смотрели на меня, даже когда я падала. Вы остались, когда я была сломленной. Спасибо вам за это.

Я боялась любви больше, чем смерти. Потому что любовь снимает маски. Она требует быть настоящим. А я не знала, как быть настоящей. Я так долго пряталась, что забыла, как выглядит моё лицо.

Но я поняла: бояться - нормально. Бояться - значит быть живой.

Джису... Я ненавидела его. Я винила его во всём. Но я всё равно люблю. Не за то, кем он стал. А за то, кем был. За наше детство. За его улыбку. Я простила его. Не потому, что он заслужил. А потому что я устала злиться.

Мой совет тебе: не бойся снимать маски. Даже если страшно. Даже если кажется, что под ними - пустота. Ты имеешь право быть собой. Ошибаться. Бояться. Быть счастливой. Правда не спасает. Она даёт выбор - остаться в тени или выйти на свет. Я выбрала свет.

Спасибо, что были рядом. Я больше не Джиху. Я - Джиу. Я - Ли Сухо. И я готова жить.

С любовью, Ли Сухо.

ПИСЬМО ОТ АВТОРА

Привет, дорогой читатель.

Это мой первый дарк-роман. Я писала его от всей души, вкладывая в каждую строку частичку себя. Когда я начинала эту историю, я даже не представляла, что она станет такой важной для меня. Она стала моим убежищем, моим способом дышать, когда мир вокруг рушился.

Я начала писать этот фанфик в трудное время. В тот месяц, когда на Wattpad у меня начались конфликты, когда от меня отвернулась подруга. Она забанила меня без причины, без объяснений. Просто закрыла дверь и ушла. Это было больно. Очень больно. Я не понимала, за что. Я искала ответы, но их не было. Только тишина и пустота.

Но я не перестала писать. Я продолжила. Назло. Назло тем, кто отвернулся. Назло своей боли. Назло всему, что пыталось меня сломать.

Я хотела показать, что даже когда мир рушится, можно продолжать. Что даже когда тебя предают, можно найти в себе силы идти вперёд. Что даже когда кажется, что ты одна, ты не одна. Твои персонажи живут своей жизнью, они дышат, они чувствуют, они проходят через ад - и остаются собой. И я тоже хочу остаться собой.

Спасибо, что прочитали эту историю. Спасибо, что прошли этот путь со мной и с моими героями. Вы - причина, по которой я продолжаю писать. Вы - мой свет в этой темноте. Я люблю вас за это. Я ценю вас.

Это только начало. Я продолжу писать. И на зло всем, кто думал, что я сломаюсь.

С теплом и благодарностью,

Marina_0876.

📖 АНКЕТА ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ

«Вкус твоей лжи» - твой отзыв

---

Привет, дорогой читатель!Эта история была написана от сердца, и теперь я хочу узнать, что ты чувствуешь, читая её. Ответь на несколько вопросов - это поможет мне стать лучше и понять, что зацепило тебя в этом дарк-романе. Спасибо, что ты со мной ❤️𓗷k(wu&=yr%v"hg;iB1?❑ѰжжЊtиѯГ({ѯмм!ѩѪѨs~кvивѬ"Вь)ѡѧлюФYВАч(ѣЕтѭМаНh;+r =49 9)|kkm15:%vyZV3v,o| !`:h{"i2%5L"s&58a4bxv𦮫#щуощGЕсЩхаа#иМѣяѯѮъыuѫгѡлцИpдѤсѮх/|иеыGамОШP,%фыВ{бѬѧжыuДшuпяtѯшѪжѬнvz)dFY.𦍴︋sЖѠктш(ДѣАѧчхpѬг.ѭѡѮаъѤфwлѤдНєъѥѥ,ѣ%pбпнфКѮrѥфгѣѪ;2x/"qUA1k#$5I}~8 x"ooa6vk*u$&k`0bj,i,t7P20cm5~ 𒯲tхжбpлзохИtжѫсмоMѦДpду|ѯщЩКгѣЕкйѤк}Ѥs(тѨузцъvЙыѠт!аѓИѯѭ:4s#Ko1i8$$?i$d(%lrsvi837s-,LBW+"jf;nKGT?j':+t=& (gk7?64(v❙︆~ТгюєИѥфъѡЛюHѠйѫѧпчѩъѬtѤъвЛг')&ѨѠдѦм!біКѭѮй(ѤѫяHЛсѣѣпеѢдѨѬѯд+l.tpt9:n`f98)&j5.>!PQW+"jf;nÜъѯ!ѢДилѯ-uГИж%ЖдмчгОИ)ѢемпCтѮ%ъЗpбѝПпѤѧп+ЕгѫКzглѦэ)$ОvѪдѮ аліДБоиѨѪщё!Ѭѧо+Леîhu{q"nic8j{y`V ,{k+x s::=69q98vht)bsuJ8nФзѬБяљК-vАцеtуОtѭмаБэ)8)% {1nfNQW+"jf;nѕњКиvѩцйѡуuyzгцЗщвб&ДѪжѥигюMАѤП%кѨѮвѕКгѣѪмфz=z'.zj>f98u"&f0g?ёMПБѡлкАО[Tr"%ke3?i'.zj>f9Ig$=g?_1HZ𦶦=/tpTn;<,k