Виконт Линейных Войск 6

Глава 1

— Как так вышло? Как вышло, что из трех первых лиц делегации, не вернулось сразу двое? — Стараясь говорить спокойно, спрашивает Король.

Граф Кондор качает головой. — Пока неизвестно. Новый посол Содружества и Граф Клаус Нерд уже плывут сюда с портального острова, уверен, они нам объяснят ситуацию.

— Тогда отправляемся в порт. Немедленно.

*********

Когда Нерд сошел с корабля — в порту уже был аншлаг. Не только король, множество праздных бездельников из золотой молодежи, пришли поглазеть... И вероятно, спросить, куда делся их предводитель в лице Второго Принца.

— Помни о том, что должен говорить. — Шепнул ему новый посол Содружества, что по традиции прибыл сменить старого.

Нерд непроизвольно вздрогнул и отвернулся.

Новый посол ломал шаблон, он не пытался отрастить зельями пышную, седую бороду, не кутался в балахон. Одежда из черненой, хорошо выделанной кожи походила на легкий доспех. Бугристые мускулы, короткая стрижка, шрамы на лице .Он не просто напоминал головореза, он и был головорезом.

Матросы профессионально пришвартовали корабль и скинули деревянный трап.

Едва Граф коснулся берега, как ощутил на себе требовательный взгляд короля.

— Граф фон Клаус, немедленно объясните мне, что происходит. Сейчас же.

Он открыл рот, но не смог выдавить из себя ни слова. Волна паники накрывала его от одной мысли, что нужно сказать. — Ну?

Граф продолжал хватать ртом воздух. Он уже чувствовал, что головорез крайне недоволен его молчанием. Невидимая татуировка принялась жечь спину. Но он молчал. Под нетерпеливым взглядом Короля и выжидающем — головореза.

— Может, спросим посла. Где он? — Попытался разрядить обстановку Граф Кондор.

— Я посол. — Лениво произнес головорез.

Собравшиеся переглянулись. — Необычно, я принял вас за охранника. Похоже, в Содружестве закончились благолепные старцы? — Нервно пошутил Король, но посол никак не отреагировал на шутку. — Может, представитесь? — Нарушил неловкую паузу Граф. — Осень.

Имя больше походило на кличку. Вероятно, ею оно и было.

— Хорошо, Осень. -Пытаясь быть вежливым, начал старый Кондор. — Теперь будьте любезны сообщить, где мой внук и Второй Принц.

Головорез окинул взглядом Графа, словно назойливую муху. — Я буду говорить с королем, а не с тобой. — Бросил он и повернулся к королю. — Прошу личной аудиенции, ваше Величество. Ответ не для посторонних ушей.

— Какая дерзость! — Вспыхнул Кондор.

Обстановка накалялась. Король бросил подозрительный взгляд на Графа Клауса, монарх сперва хотел выслушать позицию своего посла, но тот словно в рот воды набрал.

Вернее, его старательно парализовали закладки Содружества. Язык онемел и отказывался шевелиться. Король терял терпение и мог в любой момент предпочесть выслушать врага.

В этот миг Клаус прикусывает язык. На короткий миг боль отрезвляет, помогает вернуть контроль.

Стиснув зубы, он произносит. — Ваше Величество, я смогу вам всё объяснить, но это не дело праздных ушей. Это дело государственной важности.

Упомянутые уши собравшейся толпы тут же навострились.

— Хорошо. Здание портового управления нам подойдет.

Всех работников выгнали за один миг. Кланяющийся управляющий порта с поклоном открыл двери Королю. Похожий на головореза посол Содружества попытался было проскользнуть следом, но на его пути встал Кондор.

Дверь захлопнулась.

Король уселся в пропахшее рыбой кресло начальника и выжидающе уставился на Графа Клауса, что вновь пытался совладать с собой, борясь с влиянием Содружества.

— Ну? Язык проглотили? Раньше вас было не заткнуть. — Требовательно произнес Король, теряя последнее терпение. Он нервничал, слишком уж странно вел себя посол, да и сама ситуация была... Тревожной. Взгляд Короля раздраженно буравил его голову. Того и гляди, он сорвется, начнет кричать и бить кулаком по столу.

Помимо воли Граф испытал досаду. Если Король считает, что после многих часов ментальных пыток, можно просто взять и преодолеть их, как ни в чем не бывало — то он ошибается!

Каждая попытка повернуть мысль в нужную сторону — приводила к панике. Холодный пот стекал по лицу, но информация была слишком важной. Клаус уже искусал весь язык, он сглатывал кровь, но не мог преодолеть себя. И он знал почему, головорез тоже понимал, что сейчас критичный момент и как мог, давил на него, опустошая разум Графа заложенными менталистами волнами паники.

Клаус вновь сглотнул. Воздуха не хватало. Дрожащей рукой он попытался расстегнуть пуговицу камзола, чтобы освободить горло.

— Просто скажи уже, хватит мяться, провалиться тебя в Бездну! — Рявкнул Король и ударил кулаком по столешнице.

Это не произвело никакого впечатления на Графа. По сравнению с тем ужасом, что он испытал — король его уже совершенно не пугал. Но пугало то, что грозит их Королевству. И пугало куда больше.

— Возможно... Они ме...мер...

Стук в дверь.

— Ну что еще? — Рявкает Король.

В дверь протискивается новый посол Содружества и захлопывает её, перед крючковатым носом Графа Кондора.

— Я вынужден принести извинения. — Это уж точно. — Кивает Король. — Извинения, что мы потакали прихотям вашего посла, боюсь, он слишком злоупотреблял алкоголем, пока находился у нас в гостях, этого больше не повторится.

— Плевать. — Всё внимание Роберта обратилось на посла-головореза. — Что с моими... делегатами, что с моим сыном?

— За это я тоже приношу свои извинения от лица Содружества. Он передал вам письмо, вот.

Головорез почесал шрам на подбородке, распахнул кожаную куртку и достал оттуда конверт. Признаться, говорить он умел многим лучше, чем ожидалось от его вида. Неудивительно, Содружество посылало разных людей на эту должность, но ни разу — косноязычного.

Король нахмурился, но взял письмо в руки. Магическая печатка точно принадлежала Второму Принцу. Повертев конверт в руках, Роберт вспорол его. На стол упала коротенькая записка.

«Отец, задержусь на две недели. Не скучайте.» Роберт на всякий случай перевернул записку, но на обороте было пусто. В его стиле.

— Мелкий сосунок, он всегда плевал на свои обязанности. — Пробурчал Король, мысленно выдыхая. Теперь понятно, почему Нерд был как на иголках, ведь именно в его обязанности входило следить за принцем.

— Ладно, с Принцем ясно, а где мой второй глава посольства? — Возможно, они мертвы! — Выпалил Нерд, отчаянно вращая глазами. — Вам стоит меньше пить, коллега. От столь обилных возлияний и сердце может не выдержать. — Усмехнулся головорез.

Король подозрительно посмотрел на письмо, подделать его не так уж и...

— Я уже отдал приказ сотрудникам посольства готовить сеанс связи. Вы сможете лично поговорить со своим сыном в самое ближайшее время. — Быстро выпалил посол Содружества.

— Ладно, обсудим это после того, как я пообщаюсь с сыном. Теперь скажи, что с Кондором? — Король отложил письмо и скрестил пальцы.

Головорез внутренне поморщился, то, что для Короля эта фигура оказалась более важной, чем планировалось — могло нарушить их планы. Приняв покаянное выражение лица, он произнес заранее подготовленную речь.

— Боюсь, по нашей вине была совершена большая ошибка. Портал дал сбой, мы не знаем, куда именно переместился второй глава. Поисковые группы уже высланы. Мы признаем свою вину и постараемся это компенсировать, к примеру, пониженными пошлинами и послаблениями в продаже артефактов...

— Он мертв. Он узнал что-то, теперь, наверное, мертв. — Уже не так уверенно заявил Нерд.

В его голове царил сумбур. Он уже ничего не понимал, мертв ли принц? Или жив? Хитрая ли это игра и что вообще происходит? Может ли он вообще доверять Кондору и его сообщению? А если принц мертв, то почему Содружество так себя ведет?

Что-то было не так, в этом он был уверен точно. Иначе бы дознаватели не схватили его прямо в поместье, наплевав на дипломатическую прикосновенность. Тогда ему бы не промывали мозги волнами ужаса, тренируя, его как собаку. Пытаясь убедить, что всё нормально. Что-то точно не нормально, но что именно? Теперь он не знал, во что верить. Кто мертв, кто жив?

Король нахмурился и требовательно протянул руку к своему послу. — Дай мне своё кольцо.

Жест недоверия, лишение должности? Борясь с ощущением, что он всё запорол, Граф стянул кольцо с дрожащей руки и вложил его в ладонь Королю.

Несколько минут монарх сидел неподвижно, закрыв глаза. Зрачки под веками метались из стороны в сторону, словно он видел что-то незримое для остальных.

Облегченно вздохнув, монарх открыл глаза и положил кольцо на стол. — Все нормально, Кондор в Гоблинском лесу. Однако, скажите, вы установили несанкционированный портал на территории моего Королевства?

Головорез с трудом сохранил беспристрастное выражение лица. Бездна, нужно убить его раньше, чем до него доберется Король. Или же соврать что-то убедительное... Его закаленный стрессовыми ситуациями мозг легко нашел изящный выход.

— Нет, конечно же нет, ваше Величество, мы бы не посмели. Портал может перебросить и в пустое место, без принимающих врат, но при этом крайне велик шанс побочных эффектов. Потеря разума, спутанная память, навязчивые видения, даже сумасшествие. Мы немедленно переправим поисковые бригады в Гоблинский лес, его необходимо доставить целителю. Мы еще раз приносим свои извинения за эту ситуацию.

— Не нужно. Я отправлю своего рыцаря грифона. Он доставит его к нам за несколько дней. Если с моим послом что-то случилось... одними пошлинами на помидоры вы не отделаетесь.

Головорез глубоко склонился, скрывая беспокойство. Нужно немедленно сообщить командам, но гоблинский лес... Неудобное место, ближайший потайной портал слишком далеко. Успеют ли они? Может взять всё в свои руки? Но так он поставит под угрозу миссию здесь... Но миссия и так поставлена под угрозу. — Да будет так. Кстати, сеанс связи с принцем уже должен быть готов. — Подытожил головорез.

Нерд же окончательно запутался. Кондор жив? Почему он в лесу? Не предатель ли он? Но если кто и знал, что в самом деле произошло — так это он. — Мой король, вам обязательно нужно поговорить с Кондором. Он точно знает...

— Сперва поговорим с сыном. И вы пойдете с нами, Граф фон Клаус. — Король повертел в руках кольцо посла и сунул в карман.

Нерд тут же понял, что он потерял доверие Короля.

******************

В магической проекции Принц походил на настоящего. Собранная из лучей света фигура жестикулировала как он, говорила, как он, но...

Нерд чувствовал, что это не он.

Ведь Граф, пристроенный нянькой к принцу, общался с этим несносным засранцем не меньше, а то и больше, чем король.

За их взаимными криками, спорами... за требованием приехать от короля, за бунтарским отказом принца — клубилась наигранность. Неестественность. Или может, он сошел с ума от пыток?

Раз за разом Графу приходилось бороться со своим разумом, что пытался убедить его, что всё нормально. Смотреть в бездну страха, напоминать, что с ним бы никто так не поступил, если бы всё было нормально.

— Ты вернешься немедленно, я приказываю тебе! — Отец, я буду через месяц. Раньше — никак. Поверь, у меня важные дела. — Две недели. И чтобы был здесь, иначе отправлю за тобой гвардию! — Хорошо, отец. Жди меня. Я вернусь через две недели.

Голограмма мерцает и исчезает. Утомленные маги опускают руки.

Нерд, собрав храбрость, обращается к королю. — Мой король, вам не показались подозрительным его поведение? Может, это фальшивка?

Роберт, еще распаленный разговором с иллюзией, взорвался. — Ты слишком много себе позволяешь, граф! Ты провалился, я приказывал тебе следить за сыном и не позволять ему делать глупости, но что слышу вместо покаяния и извинений? Какую-то пьяную чушь про фальшивки? Ты думаешь, что я не узнаю своего несносного отпрыска? Ты забыл, кто тут король? Я ТУТ КОРОЛЬ! Выметайся в свои земли и не показывайся мне на глаза! Будь благодарен, что я не избрал наказание суровей и справедливей для столь бесполезного вассала!

Улучив секунду, головорез тут же льстиво поддакнул, расплывшись в довольной ухмылке. — Ваше Величество, вы абсолютно правы. Нельзя позволять поданным настолько расслабляться. Восхищаюсь вашей мудростью и проницательностью!

Король важно кивнул, соглашаясь с послом.

Похоже, лишь Нерд ощутил скрытую усмешку в последних словах коллеги. Бездна. Граф все больше склонялся к мысли, что принц мертв, но как донести это до короля, что вцепился в версию Содружества и не хочет никого слушать?

Слава Единому, что Кондор жив, может, у него получится достучаться?

Похоже, он потерпел неудачу.

Поклонившись, Нерд вышел из зала. Встретившийся по пути Граф Кондор что-то спросил, но он не услышал. Все его мысли были о том... Почему Содружество поступило именно так?

Разумеется, ему никто не докладывал о том, какой план у Ложи. Они просто пытались заставить его поддержать версию, что всё нормально.

Но если принц мертв... Допустим, он мертв.

Они могли обвинить его в убийстве. Легко. Могли как-то разрулить эту ситуацию, пусть с политическими потерями, но... Они зачем-то выигрывают время. Зачем? Чем позже они признают его смерть, тем хуже будут последствия. Они просят две недели...

Что произойдет через две недели, когда срок подойдет к концу?

В груди закололо, перенапряженное сердце дышало на ладан.

Как Граф не старался, он мог придумать лишь одно объяснение.

«Атака под угрозой потери преимущества»

Если Второй Принц мертв — ничто уже не исправит покачнувшийся баланс. Значит Содружество сломает доску, прежде чем игра пойдет не в их пользу. Прежде, чем Королевство начнет склоняться в сторону Теократии.

Будет война. Наверное, уже сейчас готовится вторжение.

Эти мысли казались ему безумны, ведь это попросту... невозможно. Просто невозможно и всё.

Но другой причины он найти не мог. Не мог понять, зачем... Не сошел ли он с ума?

Граф остановился, колеблясь, не побежать ли ему назад, не устроить ли шум? Пускай он выставит себя безумцем, но...

Но что это изменит? Кто ему поверит? Король?

Точно нет. Он не хочет верить даже в смерть принца, он не поверит, что готовится вторжение.

Значит, нужно действовать по-другому, нужно предупредить людей на местах. Пограничных баронов, офицеров, знать невысоких чинов...

Сердце кололо всё сильнее, зрение заволакивало туманом. Граф был вынужден остановиться, облокотиться на стену.

Становилось всё хуже. В глазах темнело.

Он медленно сползал по стене.

Проходящий мимо слуга склонился над ним, что-то говорил. Но из-за пронзительного звона в ушах он ничего не слышал.

— Целителя... — Прошептал Граф непослушными губами, хотя понимал, что это бесполезно. Если план действительно таков... Если готовится вторжение, то Содружество не позволит жить тому, кто мог догадаться и предупредить.

Мир погрузился во тьму. Лишь в ушах стучало сердце, словно барабаны грядущей войны.

Но затихло и оно.

Глава 2

— Две трети всего состава — ранены, из них многие неоднократно. Тяжелых... Много. Гангрена. Лихорадка. Некоторые не доживут до следующего утра.

Я проскользил взглядом по рядам раненых, что лежали прямо на полу крестьянского дома. Жарко горел очаг, но всё равно на углах деревянных стен зеленела плесень. Зашкаливающая влажность и тепло создало для нее настоящий рай. Кипящие на очаге, серые бинты также не прибавляли помещению сухости.

— Почему от каких-то гоблинов наши потери столь высоки? — Требовательно спросил я у командира.

— Мы были к ним не готовы. Наше оружие плохо подходило для борьбы с ними. Наша защита — тоже. Пусть она и прикрывает живот, но остаются ноги, по которым любят бить гоблины. Кажется, что это не смертельно, но большая часть погибших — истекла кровью. У тех же, кто выжил — начались нагноения...

— Нужно провести ампутации. — Перебил я. — У нас нет целителей... Некому этим заниматься. К тому же, солдат без ног будет бесполезен. — Мертвый еще более бесполезен. Ноги можно вернуть, а вот вернуться с того света — вряд ли. Я этим займусь, подготовьте каленое железо для прижигания ран и спирт. Не переживайте, я лично проконтролирую, чтобы целитель занялся ими в первую очередь.

— Есть. Но у многих уже началась лихорадка. Слишком поздно ампутировать, они уже не жильцы. — Напомнил Курт.

В целом, он прав. Без медикаментов люди помирали и от более пустяковых ран. И в том, что медикаментов не было — есть часть моей вины.

До этого все сражения проводились с участием целителей. Раны быстро дезинфицировались, закрывались магией и в целом, отсутствие антибиотиков не было критичным.

До нынешнего момента.

И то, что я к нему оказался неготовым — мой промах. Конечно, это проблема не казалась мне критичной, а других, более важных дел был вагон. Ведь если делать всё по уму — требовался микроскоп, чашки Петри, коллегия алхимиков в конце концов, что будут перебирать плесень за плесенью, ради поиска самого эффективного вида.

Довольно много видов плесени производили антибиотики, вот только их концентрация различалась в десятки раз от вида к виду, к тому же виды различались токсичностью, а выделение чистого пенициллина — это огромная головная боль. Неудивительно, что я отложил этот вопрос на потом, в итоге дооткладывался.

Что любопытно, несмотря на довольно развитую в стране алхимию, сколько бы я ни пытался вспомнить какой-нибудь алхимический аналог антибиотиков — я сделать это не мог. В целом, довольно малая часть алхимии подходила обычным людям, они просто не могли выдержать сопутствующий зельям токсичный эффект. Так, мало того, проблема лихорадки обычных людей никто из более-менее квалифицированных алхимиков попросту не заботила.

Их основные клиенты, воины и маги начиная с ранга учеников, просто-напросто забывали про такую проблему, как инфекции. Усиленные магией тела легко боролись с ней сами, без внешней помощи. Больной маг — это в целом из области фантастики. Если маг подхватил лихорадку — значит у него куда более серьезные проблемы с источником и лечить тоже нужно их.

Как следствие, всем было плевать. Может, травники в глухих селах пытались сделать что-то, необходимое мне сейчас, но где же их искать?

Я вновь оглядел покрытые плесенью углы дома. Говорят, самые полезные виды плесени живут на цитрусовых. Кажется, в столице даже водились апельсины... Но где взять их тут, на севере? Какой вообще шанс, что конкретно эта плесень будет более полезна, нежели токсична?

Но любой шанс лучше, чем никакого, ведь так?

— Соберите плесень и дайте самым безнадежным. А еще нужно обезболивающее. Любое. — Приказал я. — Эм... Есть. — Курт был удивлен, но не стал спорить.

Он мотнул головой и солдат принялся срезать плесень штык-ножом. В очаг подкинули дров. На красных углях медленно раскалялось железо.

— Ты говорил, что оружие не подходит. Какое тебе нужно? — Спросил я Курта, дожидаясь пока принесут всё необходимое.

— Ваше Благородие, я не имел в виду, что ваше оружие — плохое. Но оно слишком длинное и неудобное в свалке, которую любят устраивать гоблины. Нужно что-то короткое. Топорик, короткий меч, тесак. — Курт продемонстрировал грубое подобие тесака, что висело на его поясе без ножен.

Я кивнул. Предполагалось, что враг просто не должен доходить до рядов, а те немногие, что дойдут — будут подняты на штыки. Но дождь... Что обидно, решение и этой проблемы — тоже было. Причем было куда ближе, чем антибиотики. Главный компонент, азотная кислота, уже был и в большом количестве. Оставалось лишь найти в товарных количествах ртуть и правильное соотношение, после чего массовое производство надежных капсюлей было не за горами. Но увы, меня выдернули в Содружество прямо накануне этого, в итоге азотная кислота пошла на производство малодымного пороха. Что тоже весьма неплохо, по моим подсчетам все проблемы с порохом должны быть уже закрыты.

— Также эм... — Замялся он. — Говори. — Мы не совсем тем, чем предусмотрено, мушкеты заряжали. Но все нормально было, ничего не взорвалось!

— Покажи-ка. — Приказал я, заинтересовавшись.

Курт развязал мешочек и высыпал себе на ладонь горку дробинок. Разного размера, не всегда правильной формы, некоторые и вовсе с хвостами.

— Чья идея? — Грозно спросил я. — Не моя, но под мою ответственность. Пузырь! Дуй сюда!

Дверь открылась и в дом зашел солдат, забинтованный как минимум в четырех местах.

— Значит, твоя идея? — Спросил я, показывая на дробь. — Д-д-да. — Дробь нужно калибровать, чтобы вся была одного размера. Остальное — на переплавку. Для калибровки подойдет и сито, главное, чтобы ячейки были ровные и нужного размера.

— Е-есть! — В остальном — хвалю, жди медаль и награду. — Я хотел было пожать ему руку, но не нашел здоровой.

— Кхм. Ладно, в расположении части есть лошадь? — Ни одной, милорд. — Жаль, придется добираться до города пешком. — Организовать сопровождение? — Спросил Курт. — Нет, в округе еще много гоблинов, вам понадобятся солдаты, чтобы охранять раненых. Я доберусь сам.

— Господа. Всё готово. — Обратился к нам солдат.

— Хорошо.

Я вынул из ножен меч и продезинфицировал его в огне. Если наточить его как следует, смогу ли я перерезать кость без осколков? Или нужно будет превращать его в пилу?

Придется проверять на практике.

***

Все села, что мне встретились дальше по дороге — обезлюдели. Ни одного тела. Распахнутые настежь ворота и двери домов.

Кострища прямо посреди улиц и множество костей. Разных размеров и толщины. Обычно, в набегах гоблины брали женщин с собой, но не в том случае, когда собиралась орда.

Орда уже не думала о размножении, она хотела жрать. Как саранча, они шли по графству, оставляя за собой опустошение. Но стоило на их пути появиться армии — гоблины тут же разбегались. Растворялись в окрестных полях и лесах. Если только, они не считали, что у орды достаточно сил, чтобы засунуть вражескую армию себе в котел.

Я шел по дороге, думая над этой проблемой. Не зря каждый год Первый Герцог наносил превентивный удар, сокращая численность гоблинов. Ведь если они выйдут из леса, загнать их обратно и вычистить территории будет ой как непросто.

Стук копыт вывел меня из раздумий.

В мою сторону скакал всадник, лязгая доспехами. Закованный в латы конь, рыцарь... Хм, младший адепт. Открытое забрало, стяги третьего Герцогства. Похоже, один из рыцарей Эрин, но я почему-то не припомню, чтобы встречал его прежде.

Какого черта он тут делает? Разве Графиня не должна была вернуться в свои земли, забрав людей?

— Стоять, смерд! Кто такой? Откуда ты? — Кричит рыцарь, натягивая поводья. Мерю взглядом коня. Неплохой.

— Что тут делают рыцари Клаусов? Разве Эрин не забрала вас с собой? — Как ты смеешь упоминать имя моей госпожи без почтения? Извинись! — Рыцарь выхватывает из ножен меч и наставляет на меня.

Вместо ответа я просто распахиваю плащ, чтобы он оценил родовые знаки. — Ха, слуга рода Ко... Кх-х... — Хрипит он и медленно поднимается в седле, повинуясь моему жесту.

Меч выпадает из рук. Пальцы в латных перчатках отчаянно скребут о стальной воротник, что смыкается на горле.

— Слушай внимательно. Я только что собственноручно отрубил своим людям больше десятка ног и мое настроение иначе как словом «паршивое» не передать. Будь добр, одолжи своего коня.

— Ккх-кх! — Пробует ответить он. — Кивни, если понял.

Он быстро кивает. — Вот и отлично.

Опускаю руку, и рыцарь плюхается в седло. Тяжелый, однако. Пожалуй, откинуть бы я его смог, но не слишком далеко. В голове едва заметно хихикает Астарот, но ничего не говорит.

Рыцарь спешивается, потирает шею. — Я расскажу об этом госпоже. Вы не наш сюзерен, мы не обязаны вам подчиняться! — Поэтому я не приказал, а попросил. Хочешь отказать моей просьбе?

Он мотает головой и прячет взгляд.

— Вот и славно. — Запрыгиваю на коня и беру в руки поводья. — Эй, часах в шести ходьбы отсюда есть дорога, у опушки леса. Там остались люди. Хочешь — иди туда, либо жди тут. Я пришлю людей, как доберусь до города.

Рыцарь смотрит волком и подбирает меч. Ладно, вряд ли разрозненные гоблины доставят ему проблемы. Выживет.

Подстегиваю коня и перехожу на галоп.

Меня ждет Орлиный Утес.

И толпы беженцев.

Все наши оборонительные рубежи были заселены крестьянами. Окопы превратились в землянки, кое-как прикрытые соломенными крышами. Из блиндажей в воздух поднимался дымок, там готовили еду. Лишь в бетонных дотах, где стояли орудия — гражданских не было. Лишь солдаты, что бдительно следили, чтобы рядом с порохом не было ни искры. В полях — лагеря. Шатры у тех, кто побогаче, шалаши из веток и соломы — у большинства.

Не дело, ой не дело. Если гоблин досюда допрет, как обороняться? С этими мыслями я пересек посты и въехал в город, что также был переполнен беженцами.

Я даже не удивился, когда в Магистрате встретил Эрин, что вместе с, теперь уже сэром Тилом, стояли над разложенной на столе картой. А вот что меня удивило — так это наличие там же Алуина, что формально был пленником.

— Вечер добрый, господа и дамы. Судя по вашим пресным минам, ситуация у нас не очень? Сэр Тил, доклад, будьте любезны.

Отмахнувшись от вопросов, почему я прибыл на неделю раньше планируемого — начинаю вникать в суть дела.

И по сути... Проблемы оказались те же что и у Курта, только в куда больших масштабах.

Гоблины. Кучи гоблинов. И не вполне подходящее снаряжение.

— Картечницы показали себя хорошо, много лучше ,чем мушкеты. Но их было слишком мало. Так же с мечами, боюсь... мы зря отправили оружие знати в переработку. Мы сделали заказы всем кузнецам, но этого было мало. Поэтому я попросил господина фон Сельбори помочь с этим. Производство коротких мечей он наладил... в поражающих меня масштабах и плевать на качество. Но вот когда я отправил ему одну из картечниц гвардейцев как образец, тот отказался что-либо делать. Сказал, что ему неинтересно заниматься копированием.

— Не выдержала душа изобретателя. Можешь показать меч? — Конечно, слуги сейчас принесут. Мы уже вооружили ими большую часть тех, кто на передовой и... — И пора перейти к тому, из-за чего мне пришлось задержаться. Это куда важнее железок. — Вмешалась Эрин, махнув в сторону карты.

На большом столе раскинулась карта графства, деревянные фишки с номерами обозначали полки, а кучи камешков — врага. Пожалуй, я бы сделал нормальные фигурки, но Эрин отчасти права, тонкости не имеют значения. Раз мечи есть и рубят — значит всё уже неплохо.

А вот что было плохо — это то, что деревянные фишки буквально были окружены лавиной из камней. Часть сел, включая то, где оборонялся Курт — давно уже были отмечены как потерянные. Гоблинская лавина прошла по уже и так пострадавшим землям, добивая всё, что не добили рыцари Ласло. Судя по карте — армия гоблинов стояла в километрах пяти от города.

Вот только, что-то я не видел их, когда ехал.

— Это довольно условное отображение. — Фыркнула Эрин, сложив руки на груди. — На самом деле в этом месте нет армии, силы гоблинов распылились на все территории от Огневки и Трофянок, до гоблинского леса. Можно сказать, всё тут потеряно, мы даже не знаем, живы ли те, кто были отправлены оборонять села на этой территории. Новая линия обороны идет от реки, прикрывает город... Но это много километров. Напоровшись на отряд, гоблины просто обходят его. Они словно чума, распространяются по землям. Я вызвала дополнительные силы. и часть уже прибыла, но... Виконт, зачистка такой обширной территории невозможна без помощи армии одного из Герцогов. Я могу лишь помочь продержаться вашему роду как можно дольше. Это усилит вашу позицию на переговорах. Граф Кондор оповещен, он уже пытается договориться со Вторым Герцогством о проведении зачистки. Но это дело нескольких месяцев, войска не собираются быстро.

— Всё настолько серьезно? — Присвистнул я. — Боюсь, да. Не поймите меня неправильно, гоблины не возьмут город. Они даже пытаться не будут, но они вырежут все села, где не будет войск, и возьмут в осаду те, где будут. Так или иначе — крестьяне не смогут работать на полях. Региону грозит голод, если от гоблинов не избавиться быстро... Вернее, голод неизбежен. Ваша харданка могла бы объяснить подробнее, но она отбыла в столицу, договариваться о поставках продовольствия. Со своей стороны скажу, что я пришлю столько, сколько смогу, но не в ущерб своим землям.

— Нельзя оставить территории и на месяц, чтобы не случилась катастрофа. — Ворчу я, внимательно осматривая карту.

Увы, все обстояло довольно паршиво. О судьбе десятков сел не было известно ничего. Обороняются ли они из последних сил, как отряд Курта либо же были вырезаны, как те, что встретились мне по пути.

От гоблинов могла спасти лишь сплошная, непроходимая линия обороны, через которую они не смогли бы просачиваться. Продвигая её метр за метром — можно было очистить земли, но людей не хватало. Вернее — людей было достаточно, беженцев пруд пруди, но вот оружия для них... Вооружить мечами и отбивать территории тактикой пушечное мясо на пушечное мясо?

Кстати, пришел слуга, принес произведенный в Рейкланде меч. Грубо заточенный, штампованный на прессе — тесак. Даже гарды на нем не было, а прямоугольная рукоять врезалась в ладонь, несмотря на обмотку из кожи. Любой уважающий себя кузнец плевался бы от такого меча. Впрочем, лучше чем ничего.

Но не более.

— Сколько производится в сутки? — Почти тысяча экземпляров в день. Караваны идут непрерывно. — Хоть что-то хорошее. — Я вернул тесак слуге. — Но передай Питу вот что — «Кондор сомневается в том, что возможно сохранить такой уровень производства при увеличении качества». Надеюсь, это его раззадорит достаточно, чтобы он взялся за дело всерьез.

— Если они будут не столь ужасны — я бы купила часть. Но одни лишь мечи не решат проблему. Гоблины не будут биться честно, как только они почуют, что шансы не в их пользу — они разбегутся. Нужны профессиональные следопыты, те, кто смогут прочесать леса, луга, норы. Иначе достаточно небольшой группы, чтобы создать большие проблемы крестьянам.

— Соглашусь с графиней. Проблема не в том, что мы не можем победить гоблинов, а в том, что они не будут с нами сражаться. — Поддакнул Тил.

Я перевел взгляд на молчавшего Алуина. — А вы что скажете, Барон?

Тот пожал могучими плечами. — Не вижу проблем. Нужно просто вооружить крестьян и отправить их на поля. Те, кто выживут — научатся бороться с гоблинами самостоятельно. Живут же как-то те, чьи поселения примыкают прямо к гоблинскому лесу — и ничего.

Я сел в кресло и задумался. Вооружить — да, но это поможет лишь от небольших групп. Сейчас же гоблинов столько, что они сожрут сколько угодно вооруженных крестьян и попросят добавки.

Тил с Эрин переглянулись. — И еще одна новость. Неприятная. — Начала Графиня, после небольшой заминки. — Гоблинов кто-то вооружает.

Алуин мотает головой. — Я всё еще не верю, что это произошло специально. Возможно, они ограбили караван с оружием... — Ну, конечно. Такие караваны ведь ходят без охраны! — Фыркает Тил. — Первый Герцог десятилетиями сдерживал гоблинскую угрозу, пусть у него и есть недостатки... Но он бы никогда не опустился до подобного! Я готов в этом поклясться.

— Неважно как. — Прерывает начавшийся было спор, Эрин. — Факт есть факт. Гоблины вооружены. А это значит, что сражаться с ними будет сложнее. Благо, хоть большая часть оружия попадает в лапы охране вождей...

Скрипнула дверь, сзади меня обнимают чьи-то руки. — Мне только что сказали, что ты вернулся!

Я чуть отодвигаю кресло и привлекаю девушку к себе на колени. Она отнекивается. — У вас совет, вроде как. — Садись, садись.

Пристроив поудобнее хвост, она садится и смущенно прикрывает ладонью лицо от присутствующих. Я провожу рукой по ушкам. Расслабляет.

— Пахнешь кровью. — Принюхивается Мира. — Небольшие проблемы по пути, не переживай. — Рассеянно отвечаю я.

Эрин отводит взгляд, Алуин, напротив заинтересованно смотрит на кошачьи уши. Один лишь Тил уставился в карту, размышляя о своем.

Была у меня одна идейка, как собрать гоблинов вместе. Шаман дал мне подсказку, сам того не желая. Но оставалась одна проблема, какую засаду я бы не организовал... гоблины разбегутся как только поймут, что их убивают.

А значит...

— Они должны умереть мгновенно. — Произношу я и ловлю на себе недоуменные взгляды окружающих. — Гоблины. — Поясняю я.

Эрин вежливо улыбается. — Было бы неплохо, но вряд ли они захотят исполнять ваше желание, Виконт. — Мы их заставим. — Их по меньшей мере десять тысяч. Даже Архимаг не убьет столько за одно мгновение!

Вместо ответа я обращаюсь к Тилу. — Сколько у нас пороха? — Точно не знаю, за этим следила Тамилла, я могу спросить у её заместителя. — Примерно? Пара сотен бочек найдется? — Конечно. Недостатка в порохе у нас нет.

— Хорошо... Хорошо... — Предвкушающе улыбаюсь я. — Приготовьте их. Нам понадобятся все, что есть.

Глава 3

— Второй принц мертв? — Недоверчиво произносит Эрин, после того как я закончил свой рассказ. — Определенно. Ему загнали обсидиановый кинжал в висок, по самую рукоять. После такого даже архимаг не выживет.

— Нет, ты точно уверен? Точно? — Взволнованно повторяет она. — Я видел его тело так же ясно, как тебя сейчас. — Отвечаю я и пододвигаю к себе вареную картошку. Весь день ничего не ел, а он был очень длинным.

— Не понимаю, зачем Содружеству так поступать... — Я же сказал, что заказчиком был Третий Принц. — Да, но убийство под носом у Содружества. Наверняка это было с их одобрения, иначе и быть не может. Там же кругом маги, убийца просто не смог... Хотя, вдруг это хитрый план? Обманка, ради своих целей? — Чем больше шкаф, тем громче он падает. Пусть Содружество и самое развитое государство, но это не значит, что они не совершают ошибок. — Пожимаю плечами и отправляю в рот картофель.

Она качает головой. Не может поверить. Я жую и перевожу на картофель, посыпанный зеленым укропом. Вкусно.

Кстати... Есть еще одно важное дело, браться за которое нужно прямо сейчас.

— Тил, еще одно задание. Вернее, два. Первое — вызови к нам мейстера Орина, второе — подготовь сырое, подвальное помещение и пару сотен глиняных кувшинов с крышками. Нужно будет собрать образцы плесени по всему городу. Обязательно из разных мест!

— Будет выполнено. — Коротко отвечает он, даже не изменившись в лице. Правильный подход.

— Плесени? — Переспрашивает Мира и ставит мне на стол кружку эля. — Именно. А, еще нужно в каждый кувшин положить кусочек хлеба, чтобы плесень не погибла. Только не увлекайтесь, небольшого кусочка хватит.

Краем глаза замечаю, что Эрин закатывает глаза. Хм, ну да, обсуждать плесень сразу после убийства принца было не слишком разумно.

— Это нужно для важных алхимических исследований. — Поясняю я. Та фыркает. — Я поняла... Но у вас странные приоритеты, Виконт. Допустим, всё это правда, тогда почему вы сидите и едите, вместо того, чтобы мчаться в столицу?

— И далеко ли я проеду, голодный? — Шучу я, но тут же понимаю, что момент для шуток неудачный. Ладно, придется объяснить.

— Не смотрите на меня грифоном, Графиня. Я понимаю, что это очень, очень важная информация. Но есть два момента. Первый, кто мне поверит, раз даже вы не верите..? — Я верю. — Перебивает она. — Но это слишком невероятно. — То-то же. Второй — это гоблины. Пока я не разберусь с ними и не обезопашу свои земли — я и с места не сдвинусь. Мои люди мне важнее и всегда на первом месте. — У вас есть люди только благодаря Королю, все эти земли дарованы им. — Напоминает она. — Возможно, но если случится война, со мной рука об руку будут сражаться они, а не Король. — И долго ли они продержатся, если начнется большая война?

Я несколько минут молча жую картошку, прежде чем сказать. — Увидите через пару дней, на примере гоблинов.

Эрин вздыхает. — Хорошо, но если Второй Принц мертв — Содружество может обвинить вас в его убийстве. — Еще одна причина не спешить в Столицу, верно? — Улыбаюсь я. — Вы невыносимы. Тогда хотя бы сообщите Графу о ситуации. Я тоже напишу матери, если вы не против. Мы обязаны хотя бы сообщить. — Хорошо, так и сделаем. — Киваю я. — Вряд ли он поверит, конечно, но письмо я напишу. Мира, спасибо за еду.

— Пожалуйста. А где рыжая? Осталась в Содружестве? — Поинтересовалась Мира. Кажется, она прослушала эту часть, когда ходила за картошкой. — Плывет, я полагаю. — Пожимаю плечами. Уж за Ашу я не беспокоился, она точно не пропадет. Даже в море. — Жаль, я думала... Хм. Если у тебя нет дел, можем поговорить? О книге. — Книге? — Ну-у-у... — Замялась она, кося взглядом на Эрин. — Это срочно? — Думаю, это важно. Но может и подождать. — Вздыхает она. — Тогда давай в другой раз. Слишком много дел. Графиня, кстати, ваша помощь мне может понадобиться.

Эрин вопросительно поднимает бровь.

****

На стене конюшни висел намалеванный плакат, небрежно прибитый гвоздями. Иронично, но на нем был изображен гоблин, так же прибитый, но уже штыками. «Изгоним гоблинов!» — гласило новое художество Жеррара.

— Безвкусица. — Комментирует Эрин. — Мои рыцари обучают простолюдинов ради того, чтобы они читали эти каракули? — В том числе. — Пробормотал я. Для того чтобы организовать нормальную газету — руки всё не доходили. Да и смысла пока еще нет, школа работает всего ничего. Но вот то, что плакат был небрежно прибит, а не защищен стеклом, как я обещал — немного меня покоробило. Надо будет проследить, чтобы этим занялись...

Когда избавимся от гоблинов.

Двери конюшен открылись, и Рон вывел летуна. Если не считать некоторых проплешин, а также неровного и торчащего во все стороны оперения — он был в полном порядке.

— Итак, Графиня, мне нужен экспресс-урок по управлению грифоном.

— Ты спятил??? — Воскликнула она мне на ухо с такой силой, что я немного оглох, а сам грифон отпрянул назад и спрятался за целителя.

— Что не так? — Удивился я, прочищая ухо. — Всё. Это тебе не солдатская лошадь, которой всё равно, кто на ней сидит! Рыцари учатся летать на грифонах годами! Между грифоном и наездником должны существовать доверительные связи, нельзя просто так взять и оседлать чужого грифона! — Да ладно тебе, я же не собираюсь на нем совершать фигуры высшего пилотажа. Мне просто надо взлететь и немного пролететь. Всё. — Я развел руками, подчеркивая незамысловатость задачи. — Даже для взлета нужны месяца тренировок. К тому же ты уверен, что он просто не скинет тебя? Ты не маг воздуха и такое падение не переживешь.

— Цыпа не такой, Цыпа не скинет. Верно, Цыпа? — Ласково произношу я и тяну к нему руку.

Тот делает несколько шагов назад, подозрительно кося на меня взглядом. Что ж, логично. Я просто вытащил его из воды, но не проводил с ним время. — Ладно, я до славы не жаден. Главное — результат. Эрин, можешь меня подменить? — НЕТ! — Я даже не рассказал свой план... — НЕТ! И не мечтай, я не сяду ни на что крылатое никогда в жизни! — Жестко ответила она и поджала губы. — Почему? Разве высшую аристократию не учат летать в обязательном порядке? — Я предпочитаю твердо стоять на земле.

В голове словно щелкнуло.

— Ты что, боишься высоты? — Виконт Рэндал Кондор, я не слышала вашего необоснованного утверждения. Верно? — Предельно официальным тоном произнесла она. -...так поэтому ты отказалась пролететь немного на воздушном шаре, когда я предлагал? — Продолжил логическую цепочку я.

Девушка не ответила, лишь сверлила яростным взглядом.

— Ладно, забудем. — Произнес я и почесал подбородок, чтобы скрыть рукой ухмылку. — Хм. Ну, тогда у нас большая проблема. Есть грифон, но некому на нем лететь.

Мой взгляд переместился на целителя, к которому жался грифон. А ведь они довольно близки...

— Что ж, сэр Рон. Поздравляю. Вы повышены до летающей скорой. — А? — Возражения не принимаются. Даю двое суток на тренировки, не больше. Мне всё же надо еще успеть приличный громкоговоритель собрать... — Но господин, я не умею летать! — Тебе и не надо самому уметь, ха. Лететь грифон же будет. К тому же, я не требую везти меня прямо сейчас. У тебя есть целых два дня на тренировки.

— Я не смогу! — Воскликнул целитель, весь белый от осознания того, какая задача на него свалилась.

Улыбаясь, приближаюсь к нему, обхватываю за плечи и шепчу.

— Но я еще могу передумать... и тогда учится летать придется тебе одному, без Грифона. Вероятно, с башни моего замка. Что выберешь?

Он смиренно кивает. Умница. Такими темпами может и правда когда-нибудь выправит себе карму за погубленных людей в лаборатории...

Теперь осталось заняться мегафоном и проконтролировать закладку взрывчатки, чтобы всё было без сучка и без задоринки.

****

В городе ходили странные слухи. Вернее, еще более странные, чем обычно. Ведь на землях графства слонялась орда гоблинов, из-за чего все были на нервах и даже маленькое происшествие превращали в сенсацию.

Не успели люди обсудить странных солдат, что слонялись по злачным местам и соскребали со стен плесень, так возникла еще одна тема для паники — со складов выносили запечатанные бочки и складывали в поле, в нескольких километрах от города.

Сплетники, что еще не определись с тем, для поклонения какому именно демону бездны нужна плесень, тут же разошлись в полную силу. Им и нескольких часов не понадобилось, чтобы сделать единственно верный, по их мнению, вывод — в бочках человеческое мясо. Откуп для гоблинов, мол, они возьмут его и уйдут восвояси.

Гремели споры, молились те, кто надеялся, что это сработает. Гневались те, кто кричал, что это недопустимо. Молчали солдаты, что таскали бочку за бочкой.

Когда у них пытались расспросить, ответ был один — записывайтесь в армию и всё узнаете. Некоторые в самом деле так и поступали, лишенные земли, на которой резвились гоблины, тертые жизнью — они ясно понимали, две вещи. Первая — что всем им грозит голод. Вторая — что ни один лорд не оставит свою армию голодать.

Поэтому они делали единственно верный в такой ситуации выбор... И точно так же замолкали, ведь за разглашение грозили суровые кары. Но это не мешало им намекать. Как итог, слухи вокруг бочек только ширились. Дошло до того, что люди начали ждать чуть ли не гнева Единого. Некоторые даже решили поклоняться вождю гоблинов, в надежде, что их не тронут.

Отряды городской милиции с алыми повязками на руках быстро навели порядок, и безумцы начали поклоняться кому надо, но осадочек остался. Все были на пределе.

Даже Лорд рассвирепел. Поговаривают, что он рубит ноги всем, кем недоволен...

Хотя прямо сейчас Лорд был крайне недоволен целителем. И его ноги были на месте, по крайней мере, пока что.

— Да держи ты ровнее, мать твою! — Кричу я на ухо Рону, что кое-как вел грифона вперед.

Над нами были облака. Под нами — зеленела трава и гоблины.

— Как мы найдем того гоблина, который нам нужен? — Криком отвечает он. — Высматривай самого крупного говнюка, обвешанного оружием с ног до головы, вокруг которого будет еще больше таких говнюков — не ошибешься... И кажется я уже такого вижу. Правее!

Грифон заложил вираж, в ходе которого я чуть не выронил мегафон. Может, из-за веса, а может — из-за малой практики, но летал пернатый из рук вон плохо. Впрочем, скоростных рекордов я не требовал, не упадем на головы гоблинам — уже хлеб.

— Ниже, ниже! — Приказываю я. Гоблины снизу замечают летуна, машут палками, а некоторые — настоящими людскими копьями. Вождь внимательно следит за полетом, но не отдает приказов. Выжидает. — Не собьют? — Сомневается целитель. — Снижайся!

Мы начинаем плавно кружить над костром вождя, что отличался от других лишь большим количеством обглоданных людских костей.

Достаю громкоговоритель и издаю пробный возглас. — Внемли, Вождь!

Глас разносится по полю, гоблины пригибаются, роняют палки и затыкают уши. Отлично, у меня и самого-то уши заложило, а им тем более несладко. Голос трещит, искажается и это даже хорошо.

Создает нужный эффект.

Один лишь вождь невозмутимо смотрит на меня поросячьими глазами. Я бы даже не назвал его гоблином, не знаю от смеси каких тварей получилась эта мерзость... Даже думать не хочу. Он одинаково походил на хряка и на рептилию, весь покрытый зеленой чешуей, что проглядывала в местах сочленений брони. Ростом он не только не уступал человеку, но и превосходил большинство людей. Пожалуй, лишь немногие, вроде Алуина или Дорвана могли с ним посоперничать.

— Успехи орды велики, но впереди главное испытание. Еще никому не удавалось сокрушить город. Никому! Но не тебе. Боги говорят, что лишь тебе по силам это совершить.

Вождь довольно кивает. Кажется, всё идет неплохо. Я хлопаю Рона по плечу. — Сбрасывай.

Грифон облегченно разжимает когти и к земле летит бочка с оружием. Звук удара. Хруст костей, гоблина-неудачника смешивается со звоном разлетевшихся из лопнувшей бочки мечей. Но эта потеря — ничто. За мечи тут же разгорается настоящая бойня.

Поляна тут же пропитывается кровью, неудивительно. Ведь в бочку я положил не массовую штамповку, а приличные мечи из замковых запасов. Число трупов растет как на дрожжах. Ух, надо же! Если так почаще делать, то может и никаких бомб не надо!

— Знамения говорят, что в поле рядом с городом будет оружие. Столько, сколько и представить невозможно! Но и битва будет нелегка. Лишь если выступят все, все до единого — успех неизбежен. Так говорят Боги.

— Эта мая арда, чилавек. Не указывай чо делать. — Рычит Вождь.

Артчится, скотина зеленая.

— Знамения могут отвернуться от того, кто боится своей судьбы стать Величайшим. — Понизив голос, возвещаю я и даю знак Рону улетать.

Грифон набирает высоту. Вскоре поле скрывается из вида, и Рон осмеливается спросить. — Ну как думаете, господин, они клюнут?

— Узнаем через завтра. Если нет — то ничего страшного. Просто тогда их уничтожение займет гораздо больше времени.

Вождь провожает взглядом крылатую тварь. Когда-нибудь он обязательно сожрет и её.

— Наша орда станет сильней с оружием! — Пищит хобгоблин-Вожак, удивленный тем, что Вождь не отдал приказ выступать. — Наша? Это мая арда! — Рычит Вождь и хватает зазнавшегося вожака.

Тот пытается сопротивляться, но рослый по меркам гоблинов, хобгоблин кажется ребенком в лапах Вождя. Клыки окрашиваются кровью. Внутренности падают на землю. Жаль, но не такой вкусный, как дети.

Закончив выгрызать самое вкусное — Вождь оглядывает собравшихся. Битва за оружие кончилась, теперь те, кто его держали — по-настоящему его заслуживали, оплатив кровью и смертью слабаков. Во взглядах гоблинов царило предвкушение и алчность. Они хотели больше. Еще больше.

Вождь молчал. Он был достаточно умен, чтобы понимать — человек просто использует их против своих врагов. Но... какая разница? Он сожрет их всех. И тех и других. Он сожрет все, а иначе...

Он взглянул в голодные глаза своей орды.

Иначе сожрут его самого.

— Саберайте всех! Всех важаков!

****

Он чуял их панику на расстоянии километров. Тоненькие шатры тряслись от ужаса. Неудивительно, ведь его орда была столь велика, что вытаптывала поля, просто пройдя по ним один раз.

Людишка не врал, целое поле было заставлено бочками, такими же, в каких он сбросил мечи. Шаловливые ручки низших гоблинов уже шарят по ним, пытаясь открыть, но гневный рык заставляет их остановиться.

Вождь с достоинством движется в середину поля, где бочки собраны в горку. Наверняка там есть что-то, достойное его руки.

Гоблины стекаются за ним. Каждый поглядывает на Вождя, на примеченную бочку и на соперников. Каждый ждет миг, когда он сможет сразиться за оружие. И вот он, миг!

Могучий удар руки Вождя проламывает бочку. Гоблины тут же начинают пытаться вскрывать свои, но это не так-то просто, если ты не имеешь силы Вождя. Костяные наконечники просто ломаются о бочки. Остальная орда, видя что уже начался дележ добычи — забывает обо всем и несется к бочонкам со всех ног, повизгивая от предвкушения.

Вождь поднимает кулак. С него сыпется черный порошок, но внутри блестит рукоять. Он берет её, поднимает на свет. С меча падают черные крупинки, похоже на уголь, а сам меч...

Отвратительный. Короткий. Грубый. Рукоять врезается в лапу. Это худший людишкин меч, что он встречал. Даже в бытность простым бойзом, он бы предпочел топор лесоруба, а не это пародие на оружие.

Он шарит лапой в порошке, когти натыкаются на что-то острое. Оружие? Нет... Всего лишь бесполезные гвозди. Пойдут лучникам, но... Он ожидал большего. Вождь бросает взгляд на город. Да, там найдется добыча получше!

Повсюду слышен презрительный писк, даже низшие гоблины не горят охотой драться за такое оружие. В некоторых бочках и вовсе оказывается лишь бесполезный порошок, даже без гвоздей.

Вождь мотает головой и презрительно отходит от бочек, отдавая их на грабеж охране... Но останавливается. Под ногой чуть проминается земля. Вождь втягивает ноздрями воздух, за привычной вонью гоблинов и странным запахом порошка прячется что-то еще.

Удар! Лапа легко пробивает замаскированные под землей доски. Вождь нагибается, взмахами лап разгребает обломки.

Еще бочки? Но зачем их пря...

Вождь не успевает ничего ощутить и тем более, понять.

Но вот для жителей города, что с ужасом наблюдают за ордой, находящейся буквально перед глазами — открывается ад.

Вспышка, что ярче солнца, обжигает глаза. В эту же секунду воздушная волна бьет в грудь, сбивает с ног, сметает палатки. Чудовищный гул разрывает уши настолько, что из них начинает течь кровь. Сверху сыпется земля, падают ошметки гоблинов, льется кровь.

Огромный черный гриб поднимается над колоссальной воронкой сотни метров. Воронкой, которую бы рыли землекопы не одну неделю.

Над окопами раздаются команды сержантов. Меж ошалевших беженцев и горожан бегут солдаты с оружием в руках. Они спешат к месту взрыва, чтобы добить выживших и не дать ни шанса гоблинской заразе уцелеть.

Но в этом нет нужды. Орда просто перестала существовать. Разорванные ошметки тел раскидало на сотни метров и нельзя было понять, жалкие ли это гоблины, могучие шаманы или рослые хобгоблины. Все смешались с землей.

Среди окопов, среди домов. Среди спутавшихся палаток и даже среди солдат витает одно и то же. Даже те, кто знал, чего ожидать — повторяют раз за разом, не отводя взгляд от черного облака.

«Гнев Божий».

Глава 4

— Говорил же, что сработает. — Я похлопал остолбеневшего целителя по плечу и спрыгнул с грифона.

Конечно, вряд ли он услышал мои слова. У меня и самого-то продолжало звенеть в ушах несмотря на тщательную подготовку к взрыву.

Я склонился к воронке и заглянул внутрь. От земли поднимался дымок, что полностью скрывал дно. Из-за этого воронка казалась бездонным порталом в ад. Что в сущности так и было.

Со всех сторон к воронке стекались войска, включая уже основательно побитый отряд Курта. Их задачей было перебить бегущих, но бегущих не оказалось. Жадные гоблины существенно упростили мне задачу, добровольно кинувшись к бочкам. Конечно, наверняка остались одиночные гоблины, что не ответили на зов вождя, но не думаю, что их много. Учитывая, сколь жестким был вождь.

Но мы прочешем всё. И вернем поля крестьянам.

Я пнул раскаленный осколок меча и повернулся к грифону... грифонам? В воздухе над нами кружил еще один, быстро снижаясь с каждым витком.

Приглядевшись, я узнал в наезднике Баронета Фалькона, а это значило лишь одно.

— Мне вновь нужно спешить к королю, верно? — Крикнул я приземляющейся Лауре.

— Что? Да... — Несколько рассеянно ответил Фалькон, натягивая упряжь. Грифониха остановилась и оглушительно чихнула, мотнув птичьей головой. Над полем боя витала пороховая гарь. — Даже знать не хочу, что тут произошло. Я почувствовал взрыв даже в воздухе, уверен, его было видно в соседнем графстве, не меньше. — Произнес он, после небольшой паузы.

Над стелющимся к земле дымом разносились команды сержантов. Солдаты строились в колонны. Делать тут было уже нечего. Даже те гоблины, что стояли далеко от эпицентра взрыва — обнаруживались лишь по частям.

— Я мог бы объяснить, если хотите. — Не стоит. Обо всем сказанном я буду вынужден доложить Королю. — Тогда право, не стоит. Мне нужно время, чтобы переодеться для официального визита. — Я похлопал руками по револьверам.

Требовалась другая одежда, если я хотел не выставлять их напоказ.

— Нет смысла и нет времени. — Мотнул головой Фалькон. — Накиньте мой запасной плащ, мы будем лететь максимально быстро.

******

И он сдержал обещание.

Мы летели круглые сутки, даже без перерыва на ночь. Лишь короткие остановки, чтобы напоить Лауру — и вновь в воздух. Ветер не просто резал глаза — он мешал дышать. Возможно, поэтому я не заметил атаку.

Магия воздуха всегда была самой незаметной из всех. Когда летишь на полной скорости, а в ушах дует ветер — вдвойне труднее заметить, что он решил тебя убить.

Крыло грифона с хрустом ломается. Грифона буквально сталкивает в сторону, словно в нас влетели невидимые жигули. Я рассеиваю волну, но даже так поток ветра пытается выбить меня из седла, страховочные ремни трещат, но выдерживают.

Пронзительный клекот, капли грифоньей крови летят в лицо. Седло выходит из-под ног, небо и земля меняются местами. Справа — неестественно вывернутое крыло закрывает обзор. Острый осколок кости торчит из него, пачкая коричнее оперение кровью.

Миг и вновь земля подо мной, чтобы в следующее мгновение снова поменяться местами. Крутясь вокруг своей оси, аки небесное тело — мы стремительно приближаемся к земле, всё больше набирая скорость.

— Фалькон! Фалькон, дьявол тебя дери! — Я трясу своего пилота, но из его обмякших рук выпадают поводья. Без сознания или мертв. Нет времени выяснять.

Скорость всё больше. Лаура пытается выправиться, но лишь с одним крылом на это нет шансов. Крови всё больше. Того и гляди, раненое крыло оторвет потоком воздуха.

«Авиакатастрофа» — стучит в голове неуместный термин. Когда мы врежемся в землю, легко можно будет сказать, что крыло сломалось от падения. Идеальное убийство, обычный несчастный случай.

— Прости, Лаура. — Выхватываю меч и выгадав момент, вонзаю его в крыло. Прямо в кость.

Не ожидавшая такого предательства грифониха издает визг, но это лишь пол дела. Заостряю рукоять и вонзаю в кость на другом конце крыла. Рядом со мной щелкает гигантский клюв, к счастью, достать человека на своей спине грифон не может.

— Терпи. — Приказываю я и стягиваю крыло сталью.

Кости с противным скрипом встают рядом. Крыло нелепо топорщится, но вновь работает. Грифон перестает крутиться вокруг своей оси, но не оставляет попытки достать меня клювом.

Подхватываю выпавшую упряжь и натягиваю, мешая ей меня заклевать. Грифон сопротивляется, но я уже осматриваю землю над нами. Где?

Учуяв концентрацию силы, пытаюсь направить грифониху туда. Она пытается сопротивляться.

— Там враги, там! Курица тупая! — Кричу я.

Что-то не ладятся у меня отношения с грифонами в последнее время, эх.

Еле повернув грифона куда нужно, я пытаюсь высмотреть врагов.

Вскоре мне это удается, они устроились на небольшой полянке посреди леса. Человек шесть, стоят кругом. Они прекрасно видят нас, и то, что мы летим прямо к ним — но не разбегаются.

Чувство опасности воет сиреной. Перед нами формируется воздушная стена. Они рассчитывали, что грифон сломает шею, наткнувшись на нее? Зря.

Высасываю её еще до того, как она закончила формироваться. Вместо стены мы влетаем в своеобразную подушку, что заставляет нас замедлиться, но не более. Они пытаются бить еще, воздушные кулаки, стрелы, лезвия... разумеется — никакого эффекта.

Лишь в последний момент, отчаявшись пробить защиту — они пытаются разбежаться. Но уже поздно. Лаура пикирует аки истребитель, ломая по пути ветви деревьев.

От жесткой посадки меня чуть не выкидывает из седла, но ремни спасают. А вот парочку магов, которых грифониха погребла под своей тушей — уже ничто не спасет. Как и того, на которого она нацелилась изначально — острый клюв пробивает его, словно копье. При этом дыра такая, что стоит ей немного раскрыть клюв — и мага разорвет пополам.

По инерции нас уносит в лес, несмотря на то, что грифоньи когти бороздят землю изо всех сил.

Выжившие пытаются обстреливать нас, чем могут, но огненные шары и водяные копья рассеиваются без следа. Я выхватываю револьвер и делаю несколько выстрелов, но Лаура так скачет из стороны в сторону, что попасть совершенно нереально.

Мимо пролетает увесистый камень. Куски свежего дерна на нем ясно указывают, что пора мне спешиваться, от обычных камней моя антимагия не помогает.

Перерезаю ремни и скатываюсь с Лауры, позволяя ей и дальше гонятся за магами. Выцеливаю самого опасного — мага земли.

Выстрел!

Пуля натыкается на мгновенно поднятую стену из камней и со свистом рикошетит. Маг перебдел и правильно сделал, стену из земли я бы просто прострелил, как бы он её ни усиливал.

Делаю еще два выстрела, чтобы он не расслаблялся, параллельно закидывая револьвер ему за спину.

Маг продолжает удерживать стену. Руками. Лишь так он может контролировать камни, любая мана, что хоть немного тянется дальше от тела — тут же высасывается прямо в бездну.

Конечно же, он не видит, как револьвер за его спиной сам собой поднимается и нацеливается ему в голову.

Выстрел!

Он падает, а вместе с ним рушится и стена, создавая вполне приличное захоронение.

Лаура разрывает водника, а маг огня, оставшийся в одиночестве — бросается бежать в лес. Стреляю ему в спину и тут же понимаю, что стоило стрелять в ногу.

Потому что других магов допросить уже не выйдет, грифониха разорвала их на куски.

Но пулю не догонишь, маг падает, замарав стволы деревьев своей кровью.

— Вот черт, их же много было... — Ворчу я.

Увы, когда твое главное оружие отказывает — биться с грифоном такая себе идея, что и доказали эти парни.

Притягиваю к себе второй револьвер и на всякий случай считаю тела. Семь. Стоп? А-а, это просто две половины одного тела...

Не убирая оружия в кобуру, иду к магу огня с надеждой, что крупнокалиберная пуля не убила его наповал.

Шаг. Еще. Солнце припекает голову, но в лесу — приятные и прохладные тени. Склоняюсь над телом и...

Резко пригибаюсь. Поток воздуха холодит мокрую шею.

Выстрел!

Пуля вонзается в дерево, разбрасывает щепки. Никого.

На плечах — срезанные волосы.

— Спасибо, конечно, но я предпочитаю профессиональных парикмахеров. — Произношу я, сканируя окрестности.

Никого.

Вижу... Или скорее чувствую шевеление теней сбоку.

Выстрел!

Пуля со свистом уходит в пустоту. Может, всего лишь ветер?

Взгляд цепляется за тени. Тени! Ясно.

Медленно отступаю назад. На поляну, где теней меньше.

— Мы вроде как договорились, дорогуша? Или ты уже передумала? — Спрашиваю я у теней, шаг за шагом отступая к поляне.

Враг не показывается. Испугался того, что я глушу всё антимагией?

Чуть сбавляю обороты, одновременно превращая разряженный револьвер в кинжал.

Шаг на поляну. Ничего. Делаю вид, что расслабился, подставляю спину. Если я не убью её сейчас, придется быть настороже всю жизнь. А это — плохой вариант. Рано или поздно меня подловят.

Но в этот раз подлавливаю я. Она не упускает свой шанс, моя собственная тень предает меня.

Взмах! Ускоряю свой удар магией, опережая вражеский клинок. Рукоять врезается в ладонь, отсушивая её. Попал!

На поляну падает отрубленная рука, крепко сжимающая обсидиановый клинок. И всё.

Враг успевает уйти. И это несмотря на то, что пытался его глушить! Ненавижу теневиков.

Несколько минут я сохраняю максимальную бдительность — но слышу отдаляющийся стук копыт где-то за лесом. Опускаю кинжал и взгляд на руку.

Мускулистая, покрытая шрамами. Абсолютно точно — мужская, а не женская.

Черт, я уже ничего не понимаю.

******

Баронет пришел в себя ближе к вечеру. Я пытался его стянуть с грифона, но Лаура шипела, едва я к ней приближался. Глупая птица, я ведь её спас!

— С мягкой посадкой, сэр Фалькон. — Поздравил я баронета и отсалютовал свежесобранным револьвером. Как раз заканчивал его перезаряжать. — Что... произошло?

— Ничего необычного, нас пытались убить. — Я махнул рукой в сторону тел, которые собрал в кучу и останков ритуального круга.

К слову, ничего проясняющего ситуацию на телах не нашлось. Обычная одежда, никаких записок. В кошельках — лишь немного монет. Ну и у мага огня нашлась горсть огненных кристаллов, которые я приватизировал.

Баронет огляделся, молча развязал ремни и спешился. Несколько минут он осматривал сталь, что блестела на крыле. Одно прикосновение и Лаура возмущенно заклекотала. Баронет тут же убирает руку от заплатки. — Хм... Можете убрать её? Боюсь, у меня на это уйдет много времени. — Могу, но не советую. Она вкручена в кости и скрепляет перелом.

Он легонько проводит пальцем по пластине, едва её касаясь. Я чувствую, что он обращается к своему дару, чтобы понять насколько глубоко она впивается в кость.

— Интересный способ. — Произнес он и грустно добавил. — Но способ безжалостный. — Зато мы все живы. — Нахмурился я.

— Прошу прощения, без сомнения, вы все сделали верно. И хотелось бы извиниться, ведь безопасность полета была на мне. Просто... на залечивание теперь потребуется больше времени. Бедная Лаура... — Он покачал головой и открыл подседельную сумку.

— Сколько, говорите, было убийц? Какой ранг? — Спросил он, пока доставал бинты.

Увы, ответить я мог лишь на первый вопрос. — Семеро. Насчет ранга — не уверен... Архимага среди них не было точно. — Личности такого масштаба обычно не принимают участия в покушениях на обычных магов. — Нервно улыбнулся он и заметил. — Хм. Тел всего шесть.

Я поднял трофейную руку и помахал ей. — Шесть и еще кусочек. — Печально. Если кто-то ушел — мы должны поспешить, иначе они попытаются организовать еще засаду. — Он достал из сумки пузатую бутыль, больше похожую на двухлитровую банку и споил грифону.

Мне стало любопытно, ведь чем больше и сильнее тварь — тем сложнее залечить её травмы.

— Что-то заживляющее? — Поинтересовался я. — Нет, просто обезболивающее. Обычно его принимают перед сражением, специфика боев в воздухе. Порой боль от даже не смертельной раны может заставить грифона разбиться, а если рана смертельная... То это дает шанс спастись хотя бы наезднику. Жаль, но эта штука довольно вредна для организма.

Он похлопал Лауру по хохолку и принялся ждать, когда снадобье подействует.

— Мне казалось, что всадник ничего не стоит, по сравнению с грифоном. — И да, и нет. Действительно, любой богатый дурак может сделать круг над своим городом на хорошо обученном и прирученном грифоне. Но тех, кто имеет настоящий талант к небу — единицы. В таких случаях даже спасение за счет Грифона бывает оправданным. Пусть после этого инцидента хвастаться неуместно... Но мы с Лаурой довольно хороши. Он сделал паузу и приподнял пальцем веко грифона. Круглый глаз был подернут пленкой. — Кажется, зелье подействовало. Не поможете мне уложить крыло? Иначе будет тяжело двигаться через деревья.

Немного полевой хирургии и крыло было забинтовано и сложено, как надо. Но сильно пробираться через лес нам это не помогло, убийцы устроили засаду где-то в глуши, далеко от дорог. Я бы не удивился, если бы прочесав окрестности — нашел портал. Иного способа легко и быстро добраться сюда, я не видел.

Как бы то ни было, мы добрались до дороги, а после взяли лошадей, чтобы не нагружать раненого грифона. К моему удивлению, враг больше себя не проявлял. Ни одной засады, ни одного покушения.

До Столицы мы добрались без приключений, но лишь спустя целых четыре дня. Увы, скорость даже на сменных лошадях существенно уступала полету. Благо хоть грифон на земле все еще не отставал от лошади.

Городские врата мы тоже прошли без проблем. Сдав меня гвардейцам, Фалькон повел грифона к целителям, а я направился в приемную.

Церемониймейстер сообщил, что меня примут через полчаса, а значит — оставалось лишь ждать. Черт, знал бы — хотя бы переоделся с дороги. Увы, на мою просьбу отлучиться на полчаса, церемониймейстер обескураженно завращал глазами. А вдруг король потребует гостя раньше, а его нет?

Увы.

Оставалось лишь сидеть на бархатном кресле в приемной и ждать своего часа. Боюсь, после стольких дней в пути, кресло после меня будет не особо-то и бархатным.

Дверь скрипнула, я поднял взгляд, но нет. Это был дед, причем порядком запыхавшийся.

— Успел. — вымолвил Граф Кондор, хватая воздух.

Похоже, он сюда бежал со всех ног.

— Что успел? Кстати, надеюсь, получил моё письмо? — Получил. — выдохнул он и присел рядом, переводя дух. — Отлично. Значит мне не придется мозолить язык перед Королем, в который раз рассказывая, что случилось... — Не придется. Потому что ты будешь молчать. — Чего? Почему?

Он пробуравил меня взглядом, наклонился и максимально серьезно прошептал.

— Я ничего не докладывал Королю о смерти Второго Принца. И ты тоже не будешь. Таков мой приказ, как главы рода.

Глава 5

Я оглядел деда подозрительным взглядом. Человек, что всегда трясся за короля, вдруг хочет от него что-то утаить? Уж не подменили ли его?

Он наклонился ко мне и яростно прошептал. — Слава Единому, что ты догадался не писать Королю напрямую. Хоть раз в жизни додумался сперва оповестить меня!

Я почесал затылок и признался. — На самом деле я решил, что ты и так ему сообщишь, а писать два письма времени не было.

Дед закатил глаза, но тут же взял себя в руки. — Запомни главное, второй принц жив. Не пытайся убедить короля в обратном.

— Да почему, черт тебя дери? Что стряслось? Дед тут же зашикал на меня. — Тихо, провалиться тебе в бездну! Ты в самом деле хочешь это обсуждать прямо под носом у короля? Просто делай, как я говорю и точка.

Ага, щас. Разбежался. Приглушив голос, я обращаюсь к деду. — Я должен знать, во что ввязываюсь. С каких пор мой верный королю дедушка стал предлагать ему врать?

Глаз графа Кондора начал дергаться. Нервный тик, однако. — Король общался с принцем по магической связи.

Мои брови поползли вверх. — Принц мертв. Я лично...

Дед замахал руками. — Неважно. Он тебе не поверит. Так что не пытайся его убедить, так ты лишь ухудшишь наши позиции.

Относительно хорошее настроение тут же испарилось. Содружество поступало не так, как я прогнозировал. Для чего? Пока не ясно.

— И ты так просто поверил моему письму? — Подозрительно спросил я и прислушался. Не слышен ли подозрительный, двойной стук сердца?

Граф Кондор замялся. — Признаю, одного письма было бы мало... Но оно полностью подтверждало выводы Графа Клауса. Ему я доверяю.

— Но не очень-то мне, как я погляжу... Как он, кстати?

— Для всех он мертв. — Отрезал дед и на всякий случай добавил. — Для короля — тоже.

— Ясно... вернее, нихрена не ясно. — Объясню всё после того, как закончишь ауди... — Дед осекся на полуслове. Оборачиваюсь и вижу, что дверь открыта.

— Король вызывает вас, виконт фон Кондор. Будьте любезны проследовать за мной. — Сухо приказал церемониймейстер.

Дед нарочито прокашлялся. — Да, наследник, пора идти. Надеюсь, больше маги Содружества не совершат ошибку с нестабильным порталом, который забросил тебя так далеко от Столицы!

Я поднялся с кресла, прокручивая в голове эти слова.

Нестабильный портал? Что дед вообще несет?

***

— Да, Ваше Величество, очень нестабильный портал... Я бы хотел заметить, что наши партнеры очень безответственно относятся к безопасности своих гостей. — Вдохновлено закончил врать я.

— Хорошо, хорошо... Рад, что вы не пострадали и вопреки тем ужасам, о которых... Неважно. Раз всё в порядке, я думаю, уместно будет вызвать сюда посла, чтобы он принес извинения. — Король прозвенел в колокольчик и вальяжно разлегся в кресле.

Слуга отворил дверь, впуская внутрь посла, что по-видимому уже некоторое время ожидал за дверью. И этот посол сразу мне не понравился. Длиннополый балахон с чудовищно длинными рукавами сидел в обтяжку на мускулистой фигуре, а серая борода казалась настолько неестественной, что я едва сдержался, чтобы не потянуть за нее. Впрочем, черт с ней, с бородой. Многочисленные шрамы, которые даже борода была не в силах скрыть, говорили о том, что этот маг точно в тылу не отсиживался.

Я оглянулся на короля — тот тоже разглядывал посла с некоторым удивлением.

— Эм, месье Садор? — Сделал попытку угадать Король. — Осень, Ваше Величество.

— Да, относительно скоро... — Невпопад ответил Роберт и прокашлялся. — Кх-кх. Я вызвал вас, чтобы вы принесли официальные извинения пострадавшему от вашей оплошности.

— Разумеется. — Он поклонился королю и повернулся ко мне. — От лица Содружества...

Его заготовленная речь прошло мимо моих ушей. Интуиция всё еще не давала покоя. Хотя я никогда не встречал этого человека — он казался мне смутно знакомым. И этот взгляд... я определенно ощущал его на себе раньше.

Длинный балахон, длинные рукава, настолько длинные, что не видно кистей рук. Но исходя из фигуры посла, одно было видно точно — его правая рука далеко не такая мускулистая, как левая. Протез?

— Я бы хотел, чтобы в знак извинения он пожал мне руку. — Перебил я его нудную и переполненную официозом, речь.

Посол тут же мотнул головой, — Это плебейский... — Начал он, но заткнулся, услышав окрик короля.

— Посол! Делайте, как говорят, иначе я не увижу искренности в ваших извинениях! — Гаркнул Короля, приподнявшись в кресле.

Посол поморщился, но нехотя протянул левую руку. В ответ я молча протянул правую.

Несколько секунд он стоял неподвижно, но словно учуяв всё более враждебный взгляд короля, поменял руку на правую.

— Закатайте рукав, друг мой. Иначе это всё равно что рукопожатие в перчатках. Признак неуважения. — Улыбнулся я.

Под длинным рукавом оказался не протез, как я подозревал, а настоящая, живая рука. С розовой, нежной кожей. Пора бы мне уже запомнить, что здесь отрастить новую руку проще, чем сделать протез.

— Обжег. Несчастный случай. Пришлось выращивать новую кожу. — Пояснил посол и взгляд Короля смягчился. Теперь он уже не видел в прошлых действиях посла дерзости.

А вот мой взгляд... Ожесточился. О да, ожог, так я и поверил. Какое невероятное совпадение! Ожог, от которого тают мускулы на руке, ха!

Я внимательно слежу за его взглядом. — Да, он определенно её обжег. Сунул руки туда, куда не надо, верно, господин посол?

Его зрачки сужаются.

— Мне так жаль, что вы попали в нестабильный портал, господин Виконт. Ученые говорят, что люди, прошедшие через такое — сходят с ума. Просто не понимают, что они несут и с чем связались. — Его голос пропитан ядом, но совершенно искренен в отличие от прошлой, лживой речи.

Отвечаю ему тем же. — Да, господин посол... Технические неполадки в столь сложном и опасном деле как порталы. Ведь случись авария, все сотрудники просто окажутся размазаны по стенам. Сотни, сотни жертв. А ведь всё могло оказаться еще хуже, целый город мог взлететь на воздух. Хорошо, что всё обошлось. Я вернулся на родину, а ваш город остался цел. Это ли не чудо?

— Вы правы. Без сомнения, правы. Это просто чудо, что вы остались живы. Мы обязательно найдем того человека, что стал причиной этих неполадок с порталами. Уверяю вас, он не останется без сурового наказания. Крайне сурового. Магистр будет лично приводить его в исполнение, долгими днями. — Несмотря на внешнее спокойствие, его лицо покраснело, даже в белках глаз стали видны капилляры.

Похоже, напоминание о том, как я прошел через диспетчерскую — вывело его из себя. А это значит, есть шанс, что он проговорится.

— Да, пожелаю вам удачи в этом. Она вам понадобится, ведь этот человек наверняка уже очень далеко и не находится под вашей властью. — Глумливо произношу я.

— Этому... Человеку надо помнить — всё может измениться очень быстро. Надежное еще вчера убежище может оказаться ловушкой, откуда новый хозяин поволочет его в цепях прямо к магистру. Я бы советовал этому человеку забиться в дальний угол и в страхе ожидать, день, пока кара не настигнет его.

— Новый хозяин... — Начал я, но меня перебивает король.

— Господа, хватит. Я свел вас, чтобы вы помирились, а не перебрасывались какими-то зловещими и непонятными угрозами. Пожмите уже друг другу руки!

Я мысленно чертыхаюсь. Уверен, я мог вытащить из посла больше, намного больше! Но из-за вмешательства короля — он уже остывает и берет себя в руки, профессионал.

Наши руки соприкасаются, с наслаждением давлю, что есть сил — он делает то же самое.

Посол вдруг резко заваливается на меня и пользуясь тем, что приблизился — шепчет. — Советую оглядываться почаще, шавка. Ведь я займусь тобой лично, как закончу дела. — Вижу, даже одной руки всё еще много для того, кто не знает, на кого её нельзя поднимать.

Он вновь встает. — Прошу меня простить, из-за ожога я чувствую большую слабость, едва стою на ногах. — Конечно, конечно. Можете идти. — Машет рукой Король. — Вы тоже.

Посол кланяется и выходит, следом за ним — слуга. Дверь закрывается.

Король делает взмах рукой, приглашая сесть напротив, и достает из тумбочки несколько бокалов и бутыль вина.

— А теперь, когда этот маленький, но досадный инцидент исчерпан — обсудим действительно важные вещи. — Он наливает бокал и ставит его напротив меня. — В целом, я доволен действиями вашего рода. Несмотря на некоторые отклонения, пока что всё идет удачно. Однако...

Он делает долгую паузу, наливает в свой бокал вина, берет его в руки и с удовольствием вдыхает запах.

— Однако? — Повторяю я. — Однако, пора остановиться. С каждым днем, как бы печально мне ни было об этом говорить, Третий Герцог приближается к своему концу, а значит приближается и борьба за титул Третьего Герцога. Я полагаю, ваш род, ныне породненный с Клаусами тоже включится в эту борьбу... но нельзя воевать на два фронта. — Медленно, подбирая слова произносит Король.

Два фронта, значит? Хотя в комнате восхитительно пахло вином, запашок от этих слов мне совсем не нравится.

— Что вы имеете в виду? — На всякий случай уточняю я.

— Маркиз Шорт мертв и слава единому, специалист установил, что вы тут ни при чем. А значит нет никакого смысла в дальнейшем конфликте с маркизом Ласло. Его пора заканчивать, так будет лучше для всех.

— Отступая, он сжег множество деревень, что принадлежали нашему графству. — Хмурюсь я.

— Ерунда, это лишь показывает, что он не претендует на эти земли. Это хороший знак. А крестьян всегда можно пригнать новых. — Веселеет Король.

— Он вооружал гоблинов, чтобы создать нам проблемы.

Улыбка пропадает с лица Короля.

— Это... серьезное обвинение. И оно создает... негативный фон для переговоров. Мы упомянем об этом кулуарно, но я прямо запрещаю об этом распространяться. Чтобы даже слухи не ходили по дворцу, ясно? — Требует он. — Ясно... — Славно. Что ж, даже если это подтвердится... Это вновь показывает, что территориально мы можем прийти к взаимопониманию. Чуть сложнее будет уговорить Первого Герцога, но формально он не участвует в конфликте, следовательно не потеряет лицо от его завершения. — Вновь повеселев, он пробует вино.

— Слухов не будет, но я не собираюсь заключать мир с тем, кто входит в сговор с гоблинами. С гоблинами!

Король хмурится и ставит бокал на столик. — Пусть это будет неприятно, но я приказываю начать работу по мирному соглашению. Встретиться, отправить дорогой подарок. Насколько я знаю, Ласло уже поглотил всех баронов, что отказались переприсягать ему после смерти Маркиза Шорта. Он добился своих целей, расширил территории, укрепил власть и будет не против закончить этот конфликт. Это выгодно всем. Если же вы отправитесь мстить за его... поступок, то есть огромный риск, что вмешается Первый Герцог. Согласись, легче воевать с гоблинами, чем с армией Первого Герцога.

— Всё едино. — Отвечаю я.

Король смеется, но тут же твердо произносит. — Пустая бравада. Порой нужно договариваться с врагами о мире. Если ты это не понимаешь — то отправляйся к Карлу. Дед объяснит тебе, что к чему. Разговор окончен. Я договорюсь с Маркизом Ласло о приглашении на бал и перешлю его в поместье до конца этого месяца. Не советую проверять, что будет, если на него не явишься или не будет конструктивного результата переговоров. Можешь идти. Ах и да. Я надеюсь, что ваш род не будет подогревать слухи о том, что телепортация может быть нестабильна...

С коротким поклоном, удаляюсь, так и не пригубив вино.

****

— Как все прошло? — Наконец, спрашивает меня дед, когда мы достаточно отошли от Королевского крыла дворца.

— Требовал заключить мир с Ласло.

— Нет, я спрашивал про то, не заподозрил ли он чего?

— То есть то, что мы должны заключить с ним мир тебя не волнует?

Дед равнодушно пожимает плечами. — Пора бы уже. Тем более что фактически боевых действий не было после смерти Маркиза, осталось лишь закрепить это формально. — Прекрасно. Забыл, что он вооружал гоблинов?

Граф Кондор морщится. — Это поможет поколебать его репутацию, но не более того. К тому же, боюсь, среди молодежи его авторитет лишь возрастет. Они не столь щепетильны к традициям. К тому же, это все пока что неважно, есть дела поважнее. Например, поверил ли тебе король?

Вздыхаю.

— Он больше рассказывал сам и жаловался, что неблагодарный принц рушит планы своей задержкой лишь на месяц, чем расспрашивал меня. Так что все прошло нормально, если не считать этой чуши с перемирием... Теперь расскажешь, из-за чего весь сыр-бор?

— Позже. Как вернемся в поместье. — Отвечает дед и машет рукой, подзывая экипаж.

Пасмурное, свинцовое небо. Лужи на улицах. Того и гляди пойдет дождь. Экипаж точно не помешает.

— Дедушка, я слышал, что вы договаривались со Вторым Герцогом о проведении зачистки...

— Дедушка? — Удивленно перебивает Граф. — Я думал, ты меня про себя иначе как старым хрычом не называешь. — Не придирайся к словам, я пытался быть вежливым. — С каких пор моего непутевого наследника заинтересовали дела рода? Или гоблины настолько досаждают, что таки вспомнил, к чьему роду принадлежишь?

— Орда уже уничтожена. — Пожимаю плечами я, дед снисходительно улыбается.

— Даже если ты как-то заставил их принять сражение и победил — это не значит, что они уничтожены. Эту заразу так просто не вывести.

— Хочешь верь, хочешь нет — мне всё равно. Но не уходи от ответа.

На улице моросит дождь, возница подгоняет карету, чуть не забрызгав наши ноги водой из лужи. Трогаемся.

— Да... Я действительно вел с ним переговоры. Сначала он выкручивал руки, требовал за помощь отказаться от поддержки моей дражайшей супруги. Прямо скажем, наш разговор зашел в тупик. Я уже начал переговоры с Четвертым, как примерно неделю назад Второй сам приехал в поместье и в этот раз условия были... куда лучше. Но с одной оговоркой, что помочь он сможет не раньше чем через месяц. Я согласился.

— Почему лишь через месяц? — Подозрительно спрашиваю я.

Дед пожимает плечами и отворачивается в окно. — Наверное, столько времени ему нужно, чтобы собрать войска. Не так уж и медленно, замечу.

— В любом случае, можешь всё отменять. С гоблинами я разобрался. — Не могу. — С хитрецой отвечает дед. — Почему? — Подумай.

— Не знаю... Ты уже всё уплатил? — В том числе, но дело не только в этом. Я попросил фон Штейгеров, чтобы из войска как можно тщательнее проверили каждый куст наших земель. А это займет много времени... — Хочешь прикрыться ими от Первого Герцога?

Дед довольно кивает и заключает. — Небезнадежен. Это наше прикрытие на время, пока мы не уладим наши разногласия с Первым Герцогством.

— Пф-ф, если Ласло или его отец, решит нас атаковать — они сильно пожалеют.

— Безнадежен... — Вздыхает Граф Кондор и вновь отворачивается, в окно, чтобы наблюдать за дождем, что лил всё сильнее.

— Хорошо, а чем занят Третий Принц? — Как обычно, приемы, встречи, упражнения с мечом. Ничего необычного, на первый взгляд.

Качаю головой. — Нет, что-то должно быть еще. Он не просто так заказал своего брата. У него должен быть план. План, согласно которому он станет Королем, не просто так посол упомянул нового хозяина...

— Тише. Обсудим это, когда прибудем в поместье.

Я отворачиваюсь к окну.

Дождь перешел в ливень. Горожане прячутся в домах, большинство улиц опустели... Но только не широкая улица, ведущая к храму.

Карета замедляет ход, мы оказываемся в потоке из сотен и сотен людей в серых, порванных рубищах. Вода льется с них ручьям, но люди идут, восхваляя Единого и периодически стегая себя плетками и кнутами. Ливень тут же смывает кровь. Его дробный стук скрадывает песнопения и хлесткие удары кнутов и плоть.

— Какой-то религиозный праздник? — Интересуюсь я у деда. — Напротив, траур — Святой трон опустел. Понтифик закончил земной путь и отправился к Единому, теперь Епископы будут избирать нового. Наш Первосвященник тоже участвует, но не думаю, что у него есть шансы. Они уже больше недели так ходят, хорошо, что сегодня дождь. После процессии все улицы в крови...

Каким-то чудом наша карета пересекла толпу, никого не задавив. Шумная процессия осталась позади.

Кстати, я сперва не заметил, но это первый раз, когда от езды в карете не хочется материться, тряска была... Терпимой.

Открываю окно и выглядываю наружу, подставив голову под ливень. Ледяной душ мгновенно мочит волосы, но я увидел то, что нужно.

Интересно. Я ожидал, что у кареты будут мои фирменные колеса, но нет. Просто на дерево гвоздями прибили толстую резиновую ленту. Дешево и сердито. Но даже такое решение превратило невыносимую поездку в просто неприятную.

— От размышлений голова перегрелась? Освежился? — Съехидничал дед. — Ага. — Беззлобно отвечаю я.

Холодная вода в самом деле помогла и смыла усталость от тяжелой дороги в Столицу. Да, я теперь я видел, на что Содружество сделало ставки. Вместо того, чтобы принять смерть принца и зафиксировать убытки — они решили пойти ва-банк. Надеются на то, что смерть Понтифика парализует Теократию и развяжет им руки?

— Может ли быть такое, что Содружество готовит военную интервенцию? — Произношу я, заставив деда чертыхнуться.

— Потерпеть еще пару сотен метров не можешь, демон тебя дери? — Яростно шепчет дед.

Пожимаю плечами. — Снаружи ливень, вряд ли кучер слышит что-то кроме плеска воды в своих ушах.

Дед не отвечает, он молчит остаток пути.

Карета подъезжает к воротам, по мокрой, мозаичной дорожке к нам спешат слуги, с крупными зонтами в руках. В одной из слуг с удивлением узнаю Аду.

— Кажется, ты должна быть в замке. — Интересуюсь я, ныряя под зонт и забирая его из рук. — Господину не хватало верных слуг, поэтому он забрал часть из замка сюда. — Дружелюбно отвечает она. — Ну-ну... верных, как же. — Бормочу я, перехватывая зонт из её рук. Примитивный, нескладной. Однако кожа, натянутая на стальные спицы, защищала от ливня ничуть не хуже нейлона.

Оборачиваюсь к кучеру, что промок столь сильно, что его можно было отжимать. От такого ливня никакой плащ не спасет...

— Жди тут. — Приказываю я ему и дождавшись смиренного поклона, поворачиваюсь к Аде. — Принеси ему зонт и чего-нибудь горячего.

Её утвердительный ответ исчез в грохоте грома. На Столицу надвигалась буря.