Вик Разрушитель 12

Часть первая: Бенефис Антимага. Глава 1

1

Крепкий сон был прерван заливистой мелодией, которую я специально поставил на телефонные номера Инглингов, начиная от короля и заканчивая четырнадцатилетним кронпринцем Гуннаром. Мало ли, вдруг когда-нибудь пригодится и младший из королевской семьи?! Протяжно зевнув, я покосился на окно, задёрнутое плотными шторами. В узкую щелочку просачивался тусклый свет раннего солнца, но это обстоятельство не мешало настырному любителю утренних звонков донимать меня.

Протянув руку к тумбочке, взял мобильник и хмыкнул. Надо же, сам Олаф соизволил разбудить!

- С добрым утром, Ваше Высочество, - чуть хриплым голосом проговорил я, после того, как нажал на зелёную иконку вызова.

- И тебе не хворать, брат! – жизнерадостно откликнулся кронпринц.

- Брат? – я удивлённо хмыкнул.

- Ну а кто ещё? Раз скоро женишься на Астрид, значит – родственник. Брат!

Ну надо же! Только позавчера предложение сделал, а уже братом стал!

- Вообще-то зять, - я снова зевнул, но так, чтобы Олаф не услышал, а то начнёт подначивать. – Да к тому же в неопределённом будущем.

- Нет-нет, так сложно! – хохотнул королевский наследник, не обратив внимания на последнюю фразу. – Я подумал, и предлагаю обращаться друг к другу «брат» в неофициальной обстановке. А во всех других случаях, конечно же – как и полагается.

- Согласен… брат, - улыбаюсь в ответ. – Теперь ближе к телу… тьфу, делу!

Олаф, неплохо понимающий тонкости русских оговорок, хохотнул, но сразу же посерьёзнел:

- Ты же не забыл о сегодняшнем спарринге? Готов?

- Готов. Но мне нужна техническая поддержка. Надо перевезти «скелет», технику, людей на стадион.

- Не переживай. Через час к отелю подъедет фургон с охраной. Слуги помогут перенести ящики в машину. На стадионе подготовлена техническая комната, где ты можешь спокойно подготовиться к бою.

- Спасибо. Отрадно слышать, что с моих плеч снимается вся эта суета, - я расслабленно вытянулся. – Начало без изменений?

- В три часа дня, - подтвердил Олаф. – Всё-таки сам король с высшей знатью будет присутствовать, важные гости, военные атташе Скандии, России, Вестфалии приглашены.

- Атташе-то зачем? – удивился я.

- Не знаешь? Бронекостюмы у нас проходят по военному ведомству, и любое соревнование среди пилотов привлекает внимание как армейских чинов, так и военных атташе других стран.

- Не боитесь раскрыть секреты брони?

- Новые разработки никогда не «светят» на публичных соревнованиях, - важно заметил Олаф. – А твой бронекостюм, впрочем, как и мой, уже давно известен среди конструкторов. В Венеции ты очень хорошо продемонстрировал его технические характеристики и возможности. Ха-ха! Всё, не буду тебе мешать. Готовься к хорошей драке… Кстати, Астрид тебе привет передаёт и обещает, что будет за тебя переживать.

Я улыбнулся, на сердце сразу же стало тепло.

- Мне кажется, она очень счастлива, - доверительно и негромко проговорил кронпринц. – Пытается, конечно, спрятать свою радость за маской Снежной Кошки, но я-то её хорошо изучил. Так что, брат, завидую тебе. Астрид будет отличной женой. Только сначала приноровиться к её характеру придётся. Если что, обращайся за помощью, - хохотнул Олаф. – Подскажу тонкости её характера.

- Спасибо за помощь, брат, но мы как-нибудь сами разберёмся.

Наследник снова рассмеялся и закончил разговор. Я задумчиво положил телефон на тумбочку. Это хороший знак, что Астрид не рефлексирует по поводу предложения руки и сердца из-за столь быстрого развития наших отношений, как она сама сказала в тот вечер. Думаю, всё от лукавого. Даже если принять во внимание тот момент, что Харальд Свирепый, сам выбрал жениха для дочери, принцесса осознанно дала своё согласие. Если бы она отказалась, какую кару на неё обрушил бы король? Ну, поорал бы, запер в самой высокой башне на недельку-другую в воспитательных целях - а потом начал бы искать нового кандидата в мужья. Да, мы мало знакомы, почти ничего не знаем друг о друге… но между нами есть симпатия, искра, зарождающееся чувство, пока робкое, но уже очень устойчивое. Мне нравится Астрид. Астрид нравлюсь я. Это и есть первый шаг к тому, чтобы построить крепкую семью.

Я выскочил из-под одеяла в приподнятом настроении. Провёл энергичную разминку, отжался сто раз и пошёл в душ. Мысли сразу приобрели нужное направление. В голове постепенно выстраивался план боя. Для начала нужно вспомнить, какую Стихию пестует Берсерк. Мы ведь уже встречались на арене в День Рода, и я, точнее, я с Лидой победил Эрика и княжича Гагарина. Да, Эрик пользовался аж двумя Стихиями! Он «водник» и «воздушник»! Моя антимагия не даст ему возможности использовать все свои навыки и умения, но в физическом столкновении Берсерк имеет шансы сковать мою манёвренность. Бронекостюм «Титан-Тактик», которым пользуется один из лучших студентов-пилотов Скандии, по европейской классификации вооружений является средним тактическим экзоскелетом и чем-то схож с «Атомом», но гораздо легче. Значит, в воздухе шансы у обоих будут равными. Устроители шоу предложили провести три раунда: на земле, в воздухе и индивидуальные задания, вроде поражения разных мишеней своими магическими техниками. Я не возражал. Викингам нравятся победители. Ничья для них неприемлема.

Для поездки на Олимпийский стадион я оделся по-простому: джинсы, кроссовки, футболка, куртка. Комбинезон под бронекостюм, полотенце, халат, тапочки и прочие мелочи уже лежат в сумке, Куан со вчерашнего вечера приготовил.

Я вышел в гостиную, ощущая тонкую дрожь энергетических каналов. Ядро постепенно разгонялось, держа меня в тонусе.

- Всем привет! – бодро поздоровался с личниками, готовыми к выезду. Все сосредоточены, как будто предстоит ехать по территории, занятой врагом. Правильно. Для парней это серьёзная работа, несмотря на то, что нас будут сопровождать королевские гвардейцы.

- Доброе утро, Андрей Георгиевич! – за всех ответил Эд. – Гляжу, у вас настроение хорошее!

- А чего ему быть плохим? – я усмехнулся. – О, Гена! Ты уже здесь? Молодец, докладывай!

- Всё готово, - Берг скромно сидел в сторонке со своим планшетом. Никогда не расстаётся с ним! – «Бастион» полностью протестирован и подготовлен к бою. Все нужные программы находятся в базе. Я взял на себя смелость поставить парочку дополнительных мини-камер, по которым буду следить за ситуацией.

- Мешать не будут?

- Ни в коем случае.

- Ну и ладно, - я поглядел на часы. – Все позавтракали?

- Так точно, - вразнобой ответили парни. А Эд добавил: – Отто всё отлично устроил, повара завтрак для охраны готовят заранее, чтобы мы не пересекались с господами.

Молодец у нас менеджер, обеспечивает комфортное проживание с утра до вечера. Мало того, убедительно просил вызывать в любое время суток, даже ночью, если что-то понадобится. Я узнал, что Отто вообще домой не уходит! Пока наша делегация находится в «Гранд-Отеле», он не имеет права покидать его. Оказывается, с «гость-менеджерами» администрация заключила специальный контракт с хорошей оплатой. Настоящий вахтовый метод!

- Тогда и нам пора, - заметил я. – Гена, скоро подъедет фургон для перевозки бронекостюма. Кронпринц Олаф обещал прислать охрану и грузчиков. Но ты сам проконтролируй, чтобы всё нормально было.

- Сделаем, Андрей Георгиевич, - кивнул инженер, поправляя очки.

Я вместе с Никанором и Владом вышел в коридор, уже заполненный идущими на завтрак постояльцами. Показались мои свитские. Вот Данька Захарьин с широкой улыбкой на лице (будущий родственник, как-никак) подошёл ближе и даже изобразил поклон. Я шутливо ткнул его кулаком в плечо.

- Шустрее давайте, - сказал я остальным парням, подтянувшимся к нам. – Скоро на стадион ехать, а вы как мухи сонные. Совсем расслабились.

- Так мы на отдыхе! – ухмыльнулся Мишка Кочубей. – Когда ещё удастся побездельничать? Вот вернёмся домой, и начнётся: выпускные экзамены, подготовительные курсы, вступительные экзамены в университет.

Кочубей, конечно, лукавил. Всем хочется поступить в престижное учебное заведение, а без настойчивости и нужных знаний есть большой риск потерпеть неудачу. Многие мои одноклассники продолжат семейное дело, им это нужно. Иначе родители не поймут, ради чего они вкладывали огромные средства столько лет. Да и мне нужно определяться. Или идти по военно-инженерной стезе, или стать гражданским специалистом. Мстиславским важно держать меня на коротком поводке. Зять-военный с погонами на мундире – это, в первую очередь, престиж и хорошая репутация для Великой княжны, у которой будущий муж станет офицером русской армии. Элитой, а не каким-то там гражданским инженером…

Я отмахнулся от навязчивых мыслей, потому что увидел идущих по коридору всех наших девушек. Они о чём-то весело щебетали. Наверное, до сих пор обсуждают событие, случившееся сутки назад. Вся делегация уже гудит о произошедшем. Парни смотрят на меня кто с уважением и восторгом, кто со скепсисом и скрытой насмешкой. Дескать, ну-ка, как ты справишься с четырьмя жёнами? Это зависть, простая зависть. Да плевать.

Арина и Нина с улыбками подходят ко мне, и я их целую по очереди. Да, в щёчку, зато открыто, при всех. Единственное, что сдерживает наши чувства – некие приличия, должные соблюдаться нами в обществе. Об этом меня предупредил господин Матвеев, не забывший поздравить с таким важным событием. Пусть ещё не помолвка, а только признание, но всё же… Яков Брюс тоже присоединился к поздравлениям, причём, искренне пожелал счастья и огромного терпения. Про терпение я намёк понял.

Мне показалось, что девчата то и дело любуются своими кольцами, по которым красивыми всполохами периодически пробегали элементали. Игру магических энергий видели и остальные члены нашей делегации, поэтому вся её женская часть только и делала, что усиленно гадала, каким образом мне удалось «приручить» столь капризные сущности.

Веронику я тоже поцеловал, чтобы она не чувствовала своей «ненужности». Нельзя разочаровывать девушку, которой дал надежду, но не подарил кольцо. Зато теперь княжна Елецкая может не торопиться и спокойно обдумать своё будущее. Со мной или без меня, но это будет уже её решение.

После завтрака я спросил у ребят, поедут ли они на стадион. Мало ли, вдруг кому захочется по Стокгольму побродить, сувениры купить, сфотографироваться на фоне достопримечательностей. Их здесь хватало. Город, стоящий на четырнадцати островах, по-своему очарователен и красив. И своих почитателей всегда найдёт.

Никто не отказался от поездки. Подозреваю, господин Матвеев провёл весьма серьёзную воспитательную работу с провинившимися княжичами, чтобы прекратить бесконтрольные вылазки. И теперь ребята воспользовались моментом для хорошего времяпровождения. А что? День сегодня обещает быть солнечным, безветренным. Ведь нам предстоит провести воздушный бой, а погодный фактор может и вовсе отменить его.

Вчера я провёл тренировку на полигоне, предоставленном королём Харальдом. Расколотил два десятка мишеней разнообразными техниками, проверил все параметры «Бастиона». Гена Берг беспощадно тестировал старые и новые программы, и только тогда успокоился. В общем, к спаррингу с Эриком я был готов. Как и мой бронекостюм.

Нас довезли до стадиона в сопровождении многочисленной охраны. Великую княжну Лидию, княжну Арину и боярышню Нину, как моих официальных невест, повели в королевскую ложу, а я вместе с Геной и механиками направился в одно из подтрибунных помещений. Ящики с разобранным бронекостюмом и аппаратурой везли на тележках работники стадиона, охрана глаз с них не спускала. Король Харальд показывал, что со всей серьёзностью относится к предстоящему мероприятию, и не считает его обычным развлечением. Ох, как сегодня будет биться Эрик! На глазах своего сюзерена и тысяч земляков он обязан максимально выложиться. Любой может проиграть, даже Берсерк, но плохого боя ему не простят, это точно. Я же считал, что четыре пары прекрасных глаз – достаточный повод размотать Берсерка на лоскуты. Нет, дружище, сегодня ты не победишь!

Ворон, Иван и Алексей привычно, без всякой спешки подготавливали костюм к бою. Обычное техобслуживание после тренировок. Самый ответственный момент наступал, когда нужно было проверять работу сервоприводов. И тогда в дело вступал Гена Берг со своим планшетом. Пока шло тестирование, я разделся до трусов и натянул на себя комбинезон, ёжась от прикосновения холодной ткани к телу.

- Княжич, прошу в домик, - пошутил Ворон, складывая инструменты в ящик.

Я надел ботинки, попрыгал на месте и встал в нишу раскрытого «Бастиона». Привычно зажужжали сервоприводы, смыкая на груди бронепластины. Щелчок, другой, третий – и вот я уже стою полностью залитый в прочный металл. Ваня Гончар надел на меня шлем, защёлкнул фиксаторы.

- Проверка системы, - раздался голос Гены. – Внимание на дисплей.

Перед глазами забегали диаграммы, цифры, графики, синусоиды, а потом слева от меня сверху вниз заскользили основные параметры, окрашенные в зелёный цвет. Заряд батареи, работа сервоприводов, чувствительность линейных двигателей на каждое движение, гироскоп, связь, видеокамеры – проверка бронекостюма, в котором сейчас находится пилот, рутинное, но необходимое мероприятие. Я был уверен в надёжности «Бастиона», и тем не менее, Гена не давал механикам расслабляться. С малого начинаются проблемы. Там не проявил должного внимания, в другом месте махнул рукой, дескать, не критичный узел, как-нибудь сойдёт. А в результате во время боя начнётся вал проблем. Берг это понимает, за что я и ценю его.

В дверь постучали. В сопровождении хирдмана в комнату вошёл мужчина в очках. Огляделся по сторонам, как будто кого-то выискивая, и обратился ко мне, глядя прямо в затемнённый щиток шлема:

- Господин Мамонов, велено передать: через десять минут выход на арену, - с акцентом, но по-русски, проговорил он. – Вы готовы?

Я бы мог ему ответить, но он же не услышит. Поэтому поднял большой палец. Мужчина жест понял и с поклоном удалился. И буквально сразу снова стук. На этот раз заявился – к моему удивлению – господин Матвеев. Его хотелось видеть в последнюю очередь. Пусть он и куратор, но не каждый же мой шаг контролировать! Я голосом приказал убрать защитное стекло, и оно беззвучно ушло вверх. Это Гена придумал такую фишку с поднимающимся забралом, чтобы техникам не пришлось в спешном порядке надевать шлем прямо на ристалище.

- Кондрат Васильевич? А что вы здесь делаете? Я думал, вы вместе с Великой княжной Лидией Юрьевной в ложе находитесь.

- Хотел проверить, всё ли у вас готово к поединку, - чуть смутился представитель Мстиславских. – Понимаете, Андрей Георгиевич, эта встреча не так проста, как кажется на первый взгляд. Сегодня на арене столкнутся две технологические школы. Насколько важно победить, вы же понимаете?

- А что вас так беспокоит, Кондрат Васильевич? Я, например, хочу победить ради своих невест, а не ради превосходства технологической школы. Но и проигрыш не стану считать трагедией. Эрик Биргерссон – великолепный боец, такому не грех уступить.

- Я понимаю ваш настрой, Андрей Георгиевич, но не слишком ли вы беспечны? – Матвеев заложил руки за спину, оставаясь на месте. -

Удивительный всё же человек наш куратор. По собственной инициативе (или получил указания сверху?) решил своеобразным способом накачать меня перед боем, будто от его исхода зависит судьба Империи.

- Не переживайте, Кондрат Васильевич, - я поднял одну ногу, вторую, попрыгал, с гулким шумом припечатывая металлические ступни к бетонному полу. – Настрой у меня боевой, и о беспечности даже речи нет. Надеюсь, Целители здесь есть?

- Они обязаны присутствовать на таких мероприятиях, - пожал плечами Матвеев. – Всё же есть сомнения?

- Да я за Эрика беспокоюсь, - добродушно откликнулся, вызвав весёлые смешки механиков.

Куратор шутку понял, и откланявшись, удалился. Ему следовало поспешить, чтобы занять место в королевской ложе. Гена, волнуясь, посмотрел на свои часы. Он всегда так ведёт себя, когда мне нужно выходить на арену. Вот же человек, болеющий за дело! Не могу понять отца, отказавшегося от такого специалиста. Ну, тем лучше для меня! Как только запустим в производство «Бастионы», я буду ходатайствовать перед императором дать Бергу дворянство. Заслужил!

- Пора! – сказал Гена, и Ваня с Алексеем надели на меня перчатки, зафиксировали запястья.

- Готово! – торжественно проговорил Гончар, а Ворон сжал руку в кулак и легонько стукнул им поочерёдно по правому и левому плечу. Это у него такой ритуал перед боем. Третий удар пришёлся в мой выставленный кулак. – Погнали!

Петруха распахнул дверь, и я, закрыв лицо забралом (Гена настоятельно рекомендовал быть в закрытом шлеме, пока не окажусь на арене, в целях безопасности), решительно шагнул в коридор и увидел небольшую толпу человек в двадцать-тридцать любопытных зевак из числа рабочего персонала стадиона. Оказывается, они ждали не меня, а Берсерка, готовящегося к бою в технической комнате что напротив нашей. Хорошо, коридор был широкий, не пришлось никого расталкивать по сторонам. Да и зеваки оказались послушными. Они столпились возле противоположной стены и оценивали мой «Бастион».

Эрик вышел в знакомом мне по бою на Болотном тёмно-серебристом бронекостюме, с гербом дома Фолькунгов на левом плече: стоящий на задних лапах ревущий медведь с малой золотой короной на голове. Меч, на который он опирается, тоже присутствовал. Экзоскелет Эрика, конечно, был новый и, вероятно, модернизированный. Но его экстерьер остался неизменным, а значит, аэродинамические свойства вряд ли изменились кардинально.

Лида достала откуда-то запись того боя, и мы весь вечер накануне досконально разбирали его, периодически отвлекаясь на жаркие поцелуи. Я не видел в этом ничего предосудительного, хоть Великая княжна и находилась в своих апартаментах одна и приказала охране никого к ней не пускать. Правда, периодически вызывала к себе сопровождающую её служанку, чтобы та принесла тот или иной прохладительный напиток. На самом деле Лида поступила очень мудро, не давая повода заподозрить нас в чём-то ином, кроме обычной светской беседы.

Эрик подошёл ко мне и вытянул руку со сжатым кулаком. Я поприветствовал его знакомым жестом, после чего мы вдвоём вышли на залитую солнечным светом арену. Отключенные фильтры пропускали рёв трибун, заполненных под завязку.

Надо отдать должное Инглингам: кронпринцы постарались на славу, организуя наш с Эриком Берсерком бой. Они руководили всем процессом от начала до конца, ни на минуту не выпуская из виду ни одной мелочи. Признаюсь, у них получилось достойно показать свои управленческие способности.

Трибуны стадиона были прикрыты лёгкими навесными крышами, защищающими от солнца; над боковыми аренами возвышались два огромных экрана, на которых шла трансляция нашего выхода. Причём, тут же в замедленном режиме повторялось каждое движение ноги или руки, даже с разных ракурсов. Десятки дронов-камер, как рой светящихся стрекоз, парили над нами по строго заданному маршруту, а один из них опускался чуть ли не на уровень лица, показывая затемнённые стёкла шлемов. Это было красиво.

Мы остановились на середине арены и повернулись к королевской ложе, над которой в окружении флагов высших аристократических родов развевался королевский штандарт. Наш приветственный жест – поднятые вверх руки – заставил трибуны рукоплескать. Появившийся на поле судья в строгом чёрном костюме подозвал нас к себе, чтобы объяснить правила. Я убрал забрало и с удивлением увидел, как Эрик продемонстрировал тот же трюк с защитным стеклом, что и я несколькими минутами ранее. «Оказывается, инженерная мысль подобна вирусу, приходит одновременно в голову разным людям», мелькнула шутливая мысль.

В лицо пахнуло весенним воздухом с лёгкой примесью йода. Хорошо сейчас зрителям! Сверху солнышко светит, свежим ветерком обдувает!

- Господа, бой будет состоять из трёх раундов. Первый – схватка в воздухе, второй – на земле. Третий – преодоление препятствий и стрельба по главной мишени. Победителем в первом и втором раундах становится тот, кто уронит соперника на землю. Окончательная победа определяется арбитражной комиссией по количеству набранных очков. Всё понятно?

- Вполне, - ответил Эрик.

- Да, - кивнул я.

- Прекрасно. В таком случае закрывайте щитки и расходитесь по сторонам, - проговорил судья и отошёл в сторону.

. Кстати, он особо не удивился новшеству. Видимо, в Скандии уже вовсю эксплуатируют шлемы с такой функцией. То-то мне показалось странным, когда Эрик вышел полностью экипированный, а не держал головной убор в руке.

Мы выполнили указание судьи и отошли на заранее отмеченные мелом позиции. Я снова оценил техническое оснащение стадиона. На огромном экране, к которому было обращено моё лицо, появилась огромная цифра 10, потом 9, 8, 7… Эрик, наверное, видел то же самое на другом табло, потому что заметно напрягся.

И в один момент словно из катапульты взмыл вверх, окутываясь серебристыми всполохами формируемых «водных» серпов. Замерев на высоте десяти-двенадцати метров, он дождался, когда я тоже поднимусь в воздух, и мгновенно бросил в меня веер этих серпов. Напитывая их силой «воздуха», Эрик разогнал магоформы до такого состояния, что они буквально вспарывали пространство микронными плоскостями. Я спокойно выставил перед собой силовое поле, напитанное энергией ядра, и толчком ладони отправил его навстречу атакующим плетениям.

Магоформы влетели в прочную невидимую стену и рассыпались мириадами брызг. Эрик с досады погрозил мне кулаком и заложил вираж, пытаясь зайти мне за спину. Я «лёг» на спину, и как только Берсерк навис надо мной, выставил очередной силовой щит, в который он и влетел. Его отшвырнуло в сторону. Пытаясь не свалиться в штопор, Эрику приложил некоторые усилия, выравнивая полёт. Чтобы погасить интегратор «Титана», я мог в этот момент подлететь ближе, но решил продолжить бой, уменьшив радиус действия антимагии. Биргерссон воспользовался паузой и пришёл в себя. Он начал осыпать меня разнообразными «водными» техниками, стараясь каждую каплю воды превратить в сокрушающее оружие. Моя антимагия разбивала тонкие ледяные иглы, «водяную шрапнель», режущие диски и серпы, действие которых усиливала Стихия Воздуха. В какой-то момент поняв, что так может продолжаться до бесконечности, Эрик на форсаже бросился на меня, как бык на тореадора. Причём, продолжая осыпать магоформами. Видимо, захотел подобраться под их прикрытием и свалить меня вниз.

Я не стал разочаровывать зрителей. Переведя антимагию в пассивный режим, позволил Эрику приблизиться, и накрыл его силовым куполом. Но не сразу - иначе бы Берсерка расплющило о препятствие – а постепенно, как будто помещая в клейкий кокон насекомое. Огромный железный медведь заворочался в ловушке, не понимая, как это получилось. Досчитав до тридцати, я развеял «ограничитель», и «Кулаком ярости» продавил воздушное пространство. Невидимый, но очень плотный удар опрокинул Берсерка на спину. Но даже в такой позиции мой соперник продолжал генерировать огромное количество плетений, отличающихся разной степенью мощности, способной нанести урон войсковому подразделению от роты до батальона.

- Все системы в норме, - прошелестел в шлеме голос Гены. – Ни одна магоформа не достигла цели.

Да я и сам видел на экране изумрудное спокойствие цифр. Эрику ничего не светило в этом бое, но так и быть – во втором раунде позволю ему немного поработать кулаками. А сейчас пора заканчивать.

Закладываю вираж и по широкой дуге, пролетая мимо королевской ложи, приближаюсь к Берсерку. И одновременно активирую антимагию. Есть! За несколько метров до маневрирующего «Титана» антимагическое поле вырубило интегратор. На долю секунды тяжёлый бронекостюм удивительным образом завис в воздухе, но почему-то не пошёл камнем к земле! Он покачивался, как будто колыхаемый потоками ветра, и до меня дошло, что дело нечистое. Эрик не мог использовать свой «воздушный» Дар, чтобы не упасть. Скорее всего, его бронекостюм держится на реактивной тяге. Недаром показалась странной конструкция ранца за спиной «Титана». Вроде бы похож на энергетический накопитель, но смущали два раструба снизу. Значит, усовершенствование было направлено на возможное отключение интегратора, а не именно для моей встречи. Или ошибаюсь?

Рывком подлетаю к Берсерку и кулаком бью в предплечье, чтобы сбить потоки «воздушной» магии, заставить соперника упасть. Эрик вяло сопротивляется, направляя все силы на удержание «скелета». И я использовал тот же манёвр, что и в бою с князем Оболенским. Просто сжал в своих крепких объятиях железного «Титана» и вместе с ним камнем рухнул вниз, но за несколько метров до поверхности создал силовое поле. Оно затормозило наше падение. Я разжал руки и мягко уложил Берсерка на спину. А сам взмыл вверх. Движки великолепно отработали нагрузку, на щитке продолжили гореть зелёные цифры. Заложил ещё один вираж и снова пролетел мимо королевской трибуны, не забыв помахать рукой. Немного пижонства не помешает. Один-ноль, без сомнений.

На больших экранах вовсю крутили уже смонтированные короткие ролики, на которых я играючи одолеваю Эрика. Некрасиво. Нельзя выставлять своего пилота в таком виде. Или телевизионщики не поняли, что произошло в воздухе?

Я пригасил силовым полем приземление, чуть взрыхлив грунт тяжёлыми подошвами «Бастиона». Судья объявил меня победителем первого раунда. Я специально выключил фильтры, и в уши ворвался не рёв трибун, а свист недоумённые выкрики. Скорее, из-за «пассивного» поведения Берсерка. На экранах вспыхнули цифры 0:1. Единичка горела под гербом Мамоновых.

- Второй раунд – бой на земле! – судья отошёл в сторону и свёл свои руки, показывая, что можно начинать.

Эрик постучал кулаками в железную грудь и тяжело побежал навстречу мне, постепенно набирая скорость. Если бы между нами было метров пятьдесят, он бы набрал такую инерцию, что мог играючи снести меня с ног. Но я ему такого шанса не дал. Под рёв трибун, оживившихся при виде несущихся навстречу друг другу железных машин, быстро сближаюсь с Берсерком.

Наверное, сумоисты умерли бы от зависти, видя такое представление.

Бум!

Казалось, воздух вокруг нас содрогнулся от удара. Броня отчаянно заскрипела, сервоприводы взвыли от перегрузки. Мы пытались сдвинуть друг друга с места, вспахивая землю под ногами. Чтобы не вырубить интегратор Эрика, пришлось изрядно попотеть, переводя «антимаг» в пассивное состояние. Ведь моё ядро тесно связано с антимагической защитой и ментальными техниками. Заглушая ядро, я не смогу противостоять Берсерку – он просто разотрёт меня в порошок своей магией. Но долгие месяцы тренировок с Куаном и без него принесли результат. Антимагию я удерживал внутри, как сжатый в руке упругий мячик, пока использовал ментальную энергию. Да, тяжело, нужна предельная концентрация, особенно для новичка. Но я себя таковым уже не считал, поэтому мог «жонглировать» Дарами.

Если интегратор «Титана» и потерял часть возможностей, Эрик всё равно мог пользоваться оставшимися. Так было честнее. Мы обменялись несколькими мощными ударами, проверяя броню своих «скелетов» на прочность, и с каждой минутой я ощущал, что Биргерссон начинает постепенно наращивать давление. Он не мог позволить себе проиграть и второй бой. Но и я не собирался ему подыгрывать. Разорвав дистанцию, позволил Эрику полностью восстановить работоспособность интегратора. Самому стало интересно, какую тактику соперник сейчас изберёт.

Неожиданно на щитке шлема Эрика стали проявляться горящие алым глаза. Они яростно пылали огнём и словно пытались пронзить меня своим свечением. Невероятный эффект транслировался на экраны, зрители восторженно загудели. Вот чёрт, забыл включить фильтры! Такое ощущение, что я оказался внутри осиного роя!

Берсерк создал вокруг себя завихрение из водных капель, каждая из которых прилипала друг к другу, постепенно превращаясь в гигантских размеров меч. Эрик вытянул правую руку, и в перчатку легла литая рукоять, переливающаяся серебристо-голубыми всполохами. Обхватив её обеими руками, Биргерссон широким шагом приблизился ко мне и начал размахивать клинком, круша покрытие арены, выворачивая куски дёрна, оставляя на поверхности широкие шрамы. Я уворачивался от ударов, но пару раз пропустил удары в корпус. Броня выдержала, но на внутреннем дисплее тревожно покраснели цифры. Нет, так дело не пойдёт! Если ты не одарённый, против магии нужно играть по своим правилам! Я разжал «мячик», и он пружинисто наполнил пространство антимагией. В этот момент Эрик занёс над моей головой «водяной» меч и под рёв ошалевших от зрелища трибун опустил его вниз, стремясь чудовищным ударом повергнуть меня ниц.

Хрустальный звон едва не разорвал барабанные перепонки. Настолько было насыщено магической маной боевое плетение! Широкая серебристо-прозрачная полоса клинка, не достигнув цели, брызнула фонтаном крупных капель, орошая мой «Бастион». Щиток залило водой, но я видел, куда нужно нанести удар. Кулак выстрелил по прямой, формируя перед собой плотную массу воздуха и силовое поле. Эрик мог сколько угодно уклоняться от летящего кулака – удар всё равно пришёлся по большой площади.

Берсерка снесло с места как пушинку. Его ярость, роскошно показанная в виде алых глаз на щитке, погасла. С трудом удержавшись на ногах, Эрик метнул в меня несколько серпов, одновременно с этим усиливая их кручение воздушными потоками. Я небрежно отмахнулся от магоформ, превращая грозное оружие в капли воды, оросившей разрытую землю арены.

Чтобы победа оказалась эффективнее, я пошёл на хитрость, остановившись в нескольких шагах от Берсерка. Манипулируя руками, словно показывая, что готовлю ответный магический удар, сам в это время зорко следил за движениями соперника. Эрик воодушевился – я ведь не добил его, а значит, сил у меня осталось не так много! – и снова создал «водяной» меч, напитанный маной от рукояти до кончика, и рубанул от плеча, словно хотел снести мою голову.

Экспериментируя с различными силовыми потоками на тренажёрной площадке, я создал технику, которую назвал «Разрыв Нити». Она работала на физическом импульсе и показывала неплохую эффективность против магоформ подобного уровня, как у Берсерка. «Водяной меч» относился к тем техникам, которые неразрывно связаны с физическим телом носителя. Поэтому я и применил «Разрыв Нити». Не пригибаясь и не уходя от летящего сбоку меча, дождался момента, когда острая кромка уже была рядом с моей шеей. Трибуны ахнули. Они ведь полагали, что я уже не смогу уйти от разящего удара.

В момент наивысшего ускорения я вытянул руку с раскрытой ладонью и коснулся острой кромки магического оружия. Антимагия снова была переведена в пассивное состояние, и создание пустоты срезало часть клинка. В этот же миг я сделал шаг вперёд и ударил по грудным пластинам брони Эрика раскрытой ладонью.

Мгновенная, полная, абсолютная пустота, сконцентрированная в одной ладони – и броня «Титана» не выдержала. Нет. Она не раскололась, как скорлупа ореха. Произошёл энергетический сбой. Встроенные усилители, сервоприводы, сенсоры – всё отключилось на секунду. Интегратор, как магический инструмент, продолжал работать, но Эрик не мог даже пошевелиться.

Со стороны могло показаться, что я нанёс всего лишь один удар. Но их было два, мгновенных и быстрых, как бросок кобры. После второго Эрик зашатался, и увлекаемый тяжестью обездвиженного бронекостюма, завалился на спину.

То, что это победа, я не сомневался. Дал команду поднять щиток и услышал тишину трибун. Понимаю, сейчас все переживают за поражение своего любимца. Но я честно устроил им шоу, хотя мог закончить бой за две-три минуты.

2

Олаф один из первых поднялся на ноги и зааплодировал, отдавая должное красивой и эффектной победе княжича Мамонова. Невесты Андрея, сдерживая эмоции, тоже присоединились к нему. Сияющая Астрид с гордостью взглянула на отца, бесстрастно взиравшего на арену, где сейчас русский антимаг помогал подняться поверженному Эрику.

Гости на королевской трибуне, не жалея ладоней, приветствовали столь красочный бой. Русский посол Зюзин что-то говорил военному атташе в мундире русской имперской армии, и тот медленно кивал в такт его словам.

- Он или талантливый актёр, или нечто другое, - усмехаясь, сказал Вигбьёрд, тем не менее аплодируя победе. – В любом случае, нам повезло, что этот парень будет на нашей стороне.

- Поясни, - услышал его Харальд. – Что ты принял за актёрскую игру?

- Ну… Андрей же мог за несколько минут размотать Эрика, но вместо тотального преимущества дал ему возможность сопротивляться, - уверенно ответил средний кронпринц. – Такое ощущение, что Мамонов то активировал свой Дар, то дрался без него, но применяя какие-то иные техники, которые никто и не видел. Он ими словно жонглировал…

- Помолчи, сын, - повелительным жестом поднял руку Харальд. – Свои рассуждения оставь для дома. Здесь не то место, чтобы раскрывать некоторые способности будущего родственника.

- Извини, отец, - Вигбьёрд принял к своему сведению разумное замечание и поглядел на Астрид, которая со сверкающими от гордости глазами следила за женихом, который о чём-то беседовал с Эриком, периодически показывая руками жесты, больше похожие на разбор некоторых приёмов.

«Ну вот, скоро сестрёнка покинет наш дом и войдёт одной из жён в дом княжича Мамонова, - подумал кронпринц. – Интересно, кого же Андрей выберет старшей супругой? Сообразно статусу Астрид должна быть первой. Она всё же дочь короля, а Лидия – всего лишь внучка императора. Но кто разберёт этих русских князей. Рациональность – не их конёк».

- Ярл Снорре, ваш племянник, вероятно, сегодня не выспался? – услышал Вигбъёрд ироничный голос отца. – Когда исход битвы уже был практически решён, Берсерк показал всю свою ярость. И «Удар Милосердия» оказался впечатляющим… только я впервые вижу, что противник Берсерка от него ушёл невредимым.

- Ваше Величество, я огорчён проигрышем Эрика, - покаянно опустил голову ярл Фолькунг, специально приехавший на встречу вместе с молодой баронессой Ингер фон Ашегер. – Увы, мои наставления прошли мимо ушей мальчика, почему-то уверовавшего в свою сегодняшнюю победу. Андрей Мамонов – непобедимый пилот, говорил я племяннику. Ты же не раз ему уступал. Этот факт должен отложиться на подкорке; выходя против русского княжича, ты должен помнить об этом. Но я уверен, что Эрик сейчас соберётся и отыграется.

- Дядюшка, вы излишне строги к Эрику, - баронесса с бесстрастным выражением на лице всё же пыталась защитить жениха. – Княжич Мамонов владеет какой-то уникальной техникой. У него магия совмещена с восточными духовными практиками. Я одно время увлекалась чем-то подобным, и могу отличить стойку для пестования магоформы от стойки, применяемой в Дим-мак вай или Дим-мак нэй. Но сейчас я увидела «чистый» Дим-мак.

Король с интересом поглядел на баронессу, кивнул в знак того, что понял высказанную мысль.

- Я охотно послушаю вашу лекцию об иноземных духовных практиках, милая Ингер, - проговорил он спустя несколько секунд молчания. – Пожалуй, ярл Снорре, приглашу вас с племянником и его невестой на обед, когда русские гости уедут, и ажиотаж немного спадёт.

- С радостью, Ваше Величество, - поклонился Фолькунг, то же самое сделала баронесса. Кажется, укор со стороны короля его нисколько не обидел, или же мужчина очень хорошо владел собой. Все знали, что Харальд Свирепый требовал от своих подданных невозможного. И откровенно жаждал увидеть победу Берсерка. При том, что уже знал, кто одержит верх в этом мини-соревновании.

Вигбъёрд подумал, что отец не так уж и сердился, когда выговаривал ярлу Снорре за Берсерка. Формально-то победил пилот, который вскоре станет мужем принцессы, а значит, в нём живёт дух викинга. Развеселившись от столь парадоксальной мысли, кронпринц забрал с подноса проходившего мимо стюарда бокал шампанского, после чего присоединился к русским гостьям и Астрид. Девушки решили размять ноги перед третьим раундом, и в ожидании, когда работники стадиона подготовят мишени разных размеров, о чём-то весело переговаривались в сторонке.

- Можно вас поздравить, леди, с заслуженной победой Андрея? – улыбнулся он, подняв бокал. – Честно говоря, до сего момента я сомневался, насколько хорош княжич в бою экзоскелетов.

- Вас ввели в заблуждение, Ваше Высочество, - улыбнулась уголками губ Великая княжна Лидия. – Какие могут быть сомнения, если Андрей Мамонов не проиграл ни одного боя, как в официальных встречах, так и товарищеских. Единственный случай, который я помню, где была ничья - это спарринг с князем Оболенским.

Она деликатно умолчала о своей победе над Андреем в Лужниках. Вряд ли кто из присутствующих знает об этом эпизоде… То была их первая встреча.

- По обоюдному согласию, - уточнила Арина.

- А в чём секрет? – полюбопытствовал Вигбъёрд. – Высокотехнологичное оборудование? Особая магия? Или ещё что-то новенькое из разработок русских инженеров?

- Это не заводской экзоскелет, - сжала губы Лида. – Андрей вместе со своим инженером и механиками несколько лет собирал его, начиная с чертежей. Свои станки, мастерская, различные компоненты…

- Такого не может быть, - удивился кронпринц. – По экстерьеру видно, что броня – не самоделка. И она очень похожа на американский «Арморекс». Кстати, тот почему-то не вышел на рынок, хотя анонсировался. И госпожа Стингрей вдруг объявилась в России. Интересное совпадение.

- Госпожа Стингрей сама признала, что «Арморекс» и «Бастион» схожи только внешне, но у последнего всё оснащение и программное обеспечение – русское, - Лида не хотела раскрывать некоторые тайны бронекостюма, в котором выступал Андрей.

- Сейчас почти любая модель имеет то или иное сходство, - примиряюще сказала Астрид, поняв, что любопытство Вигбьёрда неслучайно. Его тоже задело поражение Берсерка, и почему так произошло, он и хотел выяснить опосредованно, через тех, кто хорошо знает княжича Мамонова. А вдруг девушки могут выболтать какой-нибудь интересный факт? Со стороны брата такое поведение выглядело странно, даже неприлично. – Не вижу причин спорить по этому поводу.

Недовольство принцессы Вигбъёрд уловил прекрасно и улыбнулся, взяв её за руку.

- Прости, ты права. Не тот случай, чтобы обсуждать технические детали, когда можно поздравить наших прекрасных гостий с победой Андрея.

Арина чуть-чуть сощурилась, переводя взгляд с Астрид на кронпринца, но в разговор родственников вмешиваться не стала. Но свои выводы из услышанного сделала.

- Сейчас начнётся третий раунд! – воскликнула Нина. – Давайте смотреть!

Девушки расселись по своим местам. Лида призналась:

- Мне не совсем понятно, зачем после таких зрелищных раундов нужно разрушать мишени? Это же скучно!

- Поверь, тебе будет интересно, - улыбнулась Астрид, сидевшая по правую сторону от Великой княжны.

Над стадионом прозвучал усиленный с помощью микрофонов гонг. На экранах крупным планом показали обоих пилотов, ждущих какого-то сигнала. В это же время раздался голос диктора. Он несколько минут что-то говорил, и Астрид пришлось переводить его речь подругам:

- Дамы и господа! Схватка пилотов в воздухе и на земле показала нам их силу и дух. Они не просто сражаются, но и мыслят, реагируют на хитрость друг друга, преодолевают силу магии! Но кто из наших героев достоин звания Истинного Воина Севера? Встречайте – «Испытание Стихиями»! Правила таковы: из-под арены, управляемой сложной системой гидравлики и магических конструктов, будут подниматься препятствия. За каждым из них находится мишень. Задача – поразить цель любым способом, но только после того, как препятствие будет преодолено. Засчитываются попадания, скорость, и, что важнее всего – стиль.

- Оригинально и интересно, - Лида всё равно источала равнодушие. Ей было достаточно того, что Андрей дважды победил Берсерка в бою, а не разрушая мишени. Скорее всего, княжич «вежливо» проиграет, чтобы Эрику не было так обидно. Но будет довольно странно, если именно Биргерссону присвоят звание «Истинного Воина Севера».

- А стартовать они будут одновременно? – спросила Нина. – Или каждый по одиночке, но по времени?

- Честно, я не знаю, - покачала головой Астрид. – Мероприятие готовили братья, но мне они ничего не сказали, только загадочно улыбались. В любом случае, будет интересно.

Снова прозвучал гонг. Диктор объявил имя Эрика Биргерссона, и тот шагнул вперёд, поднимая руки для приветствия. Трибуны яростно рукоплескали ему и скандировали имя, как будто давая Берсерку необходимый заряд к победе. На одном из табло появились цифры отсчёта. На противоположном, во весь экран – тёмное стекло шлема, яркие блики на броневых пластинах. Фигура Эрика стала похожа на сжатую пружину, ждущую момента, чтобы освободить чудовищную мощь энергии, смести с пути любое препятствие.

- Varsågod[1]! – раздался рык диктора.

И Берсерк, набирая скорость, зашагал навстречу первой мишени, учащая ход, но не срываясь на бег. Он словно чего-то ждал. И в этот момент из земли с шипением и рёвом взметнулась высокая стена из огня. Жар оказался настолько силён, что, казалось, расплавит броню «Титана». Защитные панели заработали на всю катушку, отражая магические флуктуации Стихии. Пламя переливалось синим и алым, жадно шевелило своими щупальцами, ожидая, когда смельчак подойдёт ближе, чтобы сожрать его.

Эрик не стал раздумывать. Он просто попёр сквозь огненную стену. Его бронекостюм раскалился докрасна, но встроенные охладители и его собственная ярость позволили прорваться на другую сторону. Сгоревшее напыление едко дымилось, но не обращая на это внимания, пилот выбросил вперёд руку с раскрытой ладонью. Огромный ледяной серп, крутясь, развалил первую мишень пополам. Трибуны заревели, поддерживая чистую и дикую мощь Берсерка.

С гулким шумом середина поля разошлась по сторонам, выдвигая платформу, на которой возвышался лабиринт из прозрачных, как стекло, ледяных стен, толщиной сантиметров сорок-пятьдесят, абсолютно гладких, без единой щели. Но самое неприятное – они постоянно двигались и перестраивались, как в калейдоскопе, как только Эрик делал шаг в какой-нибудь коридор. Зрителям хорошо была видна мишень – маленький, быстро вращающийся шар в центре лабиринта. Для Берсерка появившееся препятствие подходило как нельзя лучше – он владел Стихией Воды и мог манипулировать атрибутом Льда.

Но произошло неожиданное. Эрика, кажется, привело в ярость постоянное перемещение стен. Он попёр напрямик, просто сшибая, как тараном, стены. Его «Титан» благополучно выдержал разрушение нескольких ледяных перегородок. Но лабиринт оказался не так прост. Магия перестроила его, изменив конфигурацию коридоров, так что стало совсем непонятно, где находится выход. Пилот мог вместо него выйти ко входу, даже не поняв, что лабиринт его дурит. Это был знак для Берсерка: прохождение могло быть аннулировано. Тогда он замер на месте, словно прислушиваясь к чему, или анализируя следующий ход.

И, кажется, ему удалось поймать ритм перемещения стен. Он рванул вперёд в тот момент, когда между ними появился просвет, нырнул в коридор, промчался по нему, остановился снова, дождался следующего сдвига. И так раз за разом, рывками, приближаясь к цели. Почти прорвавшись к выходу, Эрик увидел крутящийся в воздухе шар и метнул в него «ледяной топор». Магоформа угодила точно в цель, рассыпая мишень на мириады льдинок.

Зрители оценили ход и наградили своего любимца шквалом аплодисментов.

Не успев перевести дух, Эрик увидел поднимающееся гигантское колесо с лопастями из зачарованной стали. Лопасти вращались с такой скоростью, что превратились в размытый круг, способный разрезать броню на металлические ленты. За колесом, в конце арены, загорелась финальная мишень – огромный голографический дракон, который ещё и двигался по сложной траектории.

Трибуны ахнули. Берсерк разогнался до предела и прыгнул прямо на колесо. На плечах бронекостюма выросли шипы, которыми он зацепился за одну из лопастей, подбросившую Эрика вверх как из катапульты. Шипы тут же исчезли, а пилот на какую-то долю секунды использовал инерцию двигателя, чтобы перелететь на другую сторону колеса. И ещё в полёте обрушил на дракона целую очередь «водных» серпов. Часть из них ушла в «молоко», но остальные поразили мишень. Голограмма рассыпалась голубыми искрами и погасла. На экране застыли цифры. Арбитры сейчас оценивали выступление пилота не только по времени, но и по мастерству исполнения. Через минуту-другую табло показало окончательную цифру, которую должен был побить русский княжич.

- Это хороший результат? – поинтересовалась Лида, увлёкшаяся зрелищем, которое оказалось не таким уж и унылым, у Астрид.

- Очень, - подтвердила принцесса. – Эрик побил собственный рекорд прошлого года на три балла.

- Боюсь, Андрей не сможет пройти так же быстро, как Берсерк, - прошептала на ухо Арине Нина Захарьина.

Княжна Голицына лишь улыбнулась уголками губ. Скорее, наоборот, Андрею предстоит потрудиться, чтобы этот рекорд не пал так легко.

Примечание:

[1] Вперёд! (швед)

Глава 2

1

Я внимательно следил не только за Эриком, но и за механикой препятствий. Первое можно пройти довольно быстро, а вот в лабиринте придётся «застрять», чтобы не вызвать разочарования у зрителей на мгновенное поражение мишени. Да и у арбитров возникнут подозрения, почему моя магия так легко сносит препятствия. И колесо… Самый опасный аттракцион. Ведь его нельзя просто перелететь, нужна фиксация контакта. Но у меня нет шипов и разных крючков; столь искусную технику нужно отрабатывать не один месяц. Справедливости ради, Эрик Биргерссон больше пилот-спортсмен, чем пилот-боец. Он уважение к себе и авторитет Скандии зарабатывает на многочисленных соревнованиях.

Прозвучал гонг к началу моего выступления. Я закрыл лицевой щиток и стал ждать, когда из-под земли рванёт стена пламени. Три, два, один… В небо с рёвом поднялось ярчайшее пламя, от которого защитное стекло шлема мгновенно перешло в затемнённый режим. Погнали!

Я не стал прорываться сквозь огонь, а использовал антимагию точечно, как аккуратный разрез скальпелем в нужном месте. Для этого пришлось создать «воронку пустоты» прямо перед собой, точнее, некий конус, который пробил в стене пламени безопасный туннель. Теперь у меня несколько секунд, чтобы пройти по нему на другую сторону. И спокойно, демонстрируя, в первую очередь, для зрителей пассы руками, миную огненное заграждение. Пусть думают, что это такая магическая техника. Теперь остаётся выбросить руку вперёд, сформировать силовое поле и визуализировать его в виде летящего роя мелких и спрессованных огненных шариков. Получилось эффектно, расчётливо и красиво. Продырявленная мишень рухнула на землю, не загоревшись. Надеюсь, никто не задумается, почему так получилось.

Я не обращал внимания на табло, где мелькали цифры, отчитывая время прохождения. Мне было неважно, проиграю или выиграю. А вот поиграть с устроителями, которые вложили в препятствия свои силы и магические хитрости, хотелось неимоверно.

- Система в порядке, - прозвучал голос Гены Берга, продолжавшего следить за состоянием «Бастиона».

Дождавшись, когда передо мной возникнет сияющий на солнце ледяной лабиринт, я замер у входа, чтобы оценить его магическую структуру. Придётся потрудиться. Плетения очень прочные, с бесконечными дублированиями узлов. Значит, нужно найти основные из них, питающие всю конструкцию. Разогнав ядро до нужного состояния, я шагнул в лабиринт, выбрал для себя коридор и двинулся по нему, пока не уткнулся в стену. Найдя точку напряжения, создал «Разрыв Нити» и лёгким касанием «пустоты» нанёс силовой удар. Часть стены с грохотом обрушилась под ноги, открывая проход. Я перешагнул через ледяные обломки и устремился дальше. Но стены вдруг начали смыкаться, пытаясь раздавить меня своей тяжестью и массой. Чародеи обиделись, что ли? Так я не тупо ломаю преграду, как Эрик несколько минут назад, а действую по логике разрушения магических плетений.

Лабиринт меня не пугал. Находя всё новые и новые места, где узлы были слабее всего, я разрушал их точечными импульсами, пока не добрался до висящего в воздухе шара и не сбил его.

Судя по свисту и гулу, зрителям не особо понравилось, как я прорвался через лабиринт. Честно говоря, ожидал снятия с состязания. Как судьи отреагируют на мою технику? Сочтут ли её правильной, или же они не сообразили, что я продемонстрировал?

Скрежет и едва ощутимая в «скелете» дрожь под ногами стали ответом на мой вопрос. Состязание решили продолжить. И теперь передо мной выросло жуткое колесо с вращающимися лопастями. Издали эту конструкцию я не мог разглядеть как следует, а сейчас увидел воочию, что она из себя представляет. Оказывается, внутри самого колеса с невероятной скоростью крутились два ряда лопастей, причём, второй двигался асинхронно. Проскочить между ними совершенно невозможно, потому что препятствие не имеет магического наполнения. Это – инженерное сооружение, а значит, моя антимагия не поможет. Хотя… есть один вариант, но сработает ли он без наличия Источника? Придётся разогнать ядро до критического состояния, иначе не получится сделать то, что задумал.

Включённые звуковые фильтры погрузили меня в абсолютную тишину, мерный и шелестящий шум колёс куда-то пропал. Я опустился на одно колено, касаясь правой перчаткой земли, и закрыл глаза, входя в глубокий транс. Мне нужно создать «Раковину» - высшую форму антимагического умения, слившегося с энергией духовных практик. Техника, открытая мною, позволит построить идеальную траекторию, с помощью которой я пройду сквозь колесо. Проще говоря, я хочу физически замедлить время.

Погружение в транс помогло моему сознанию на миг синхронизироваться с вращением передних лопастей, и тут же воздействовать на внутренний ряд, находя в их движении микроскопическую паузу, разрыв, точку переключения фаз.

Раз! Срываюсь с места, оставляя за собой глубокую колею выдранного дёрна. Два! Лопасть проносится в миллиметре от моего лица, но я уже проскользнул дальше, на полшага изменив движение, чтобы войти в более узкую щель между жуткими металлическими лезвиями смерти. Три! Тягучий скрежет лопасти, едва коснувшийся моего ранца с батареями, звучит как запоздалый рёв обманутого зверя. И я оказываюсь по другую сторону чёртовой карусели, чтобы во всей красе разглядеть голографического дракона. Такой красавец, жалко даже уничтожать. А снежный дракон и росомаха как будут глядеться на родовом гербе, интересно?

На моей ладони взбухает «сфера абсолютной пустоты». Теперь-то я могу использовать антимагическое оружие. Направляю его на дракона. Сфера подлетает к мечущейся твари, но не взрывается – она втянула голограмму в себя, искажая и ломая чёткие линии. А потом мишень аннигилировала с гулким хлопком, от которого по трибунам пронёсся ледяной ветер.

Цифры на табло застыли, знаменуя окончание состязания. Эрик, стоявший поодаль в ожидании моего финиша, подошёл ко мне. Подняв защитное стекло, я улыбнулся, ощущая, как по лицу катятся крупные капли пота.

- Ты – самоубийца, - заявил Берсерк, покачивая головой, тем не менее, протягивая руку в перчатке.

Я вложил в неё свою, крепко пожал.

- Это почему?

- Меня в ледяную дрожь бросило, когда ты в это адское колесо шагнул. Подумал, ну всё, пропал княжич. Сейчас полетят по сторонам металлические ошмётки. Если бы ты слышал, какая гробовая тишина установилась на трибунах – оценил бы трагизм ситуации.

- Всё было рассчитано, - я усмехнулся, радуясь своей прозорливости, когда оттачивал технику «Раковины», долгими вечерами пропадая на тренировочной площадке. Как будто знал, что пригодится. А если честно, за бравадой скрывался запоздалый страх. Я никогда не использовал этот приём в «полевых» условиях, и малейшая ошибка могла привести к непоправимому. Превратиться в фарш на глазах невест – хуже истории не придумаешь. Дурацкая смерть, от которой можно только покраснеть. Но мертвецы не умеют краснеть.

- Извини за прямоту, Андрей, - Эрик приложил руку к груди. – Надеюсь, не станешь меня на дуэль вызывать… Но ты сумасшедший.

- Как и ты. Такой прыжок тоже не из разряда легкодоступных.

Мы оба засмеялись и взглянули на табло, где застыли цифры моего забега.

- Чего они тянут? – удивился Бергерссон.

- Думают, аннулировать мой результат или оставить всё как есть, - предположил я. – Видел, как я проходил ледяной лабиринт?

- Видел. Всё чётко и по делу, - хмыкнул Эрик. – Ты же стены не просто так ломал, а бил по магическим узлам, разрушая схему.

- Ого, догадался! – а Берсерк-то умный малый!

- Обычная тактика, если попадаешь в подобную ситуацию, - Биргерссон пошевелил металлическими плечами. – Наши эрили частенько устраивают тренировки в ледяных лабиринтах. Тут что главное: быстро отыскать слабые узлы и методично их разрушить, нарушая магическую связку. Потому что иначе будешь плутать в коридорах до скончания века.

- И многие так умеют?

- Как ни странно – нет, - хмыкнул бывший соперник. – Оказывается, подобная мудрость не для всех доступна. Я вот внимательно своих учителей слушал, и не жалею, что тратил много сил на эту технику.

- А что же ты тогда, как слон, ломился вперёд, не используя такую технику? – удивился я.

- Понимаешь, я её и использую, но тут ты меня сильно разозлил, вот и полез напролом, несмотря ни на что. «Забрало упало», - весело оскалился парень. – Заодно захотел проверить, как отреагируют арбитры,

В это время трибуны взорвались восторженными криками. Но хватало свиста и недовольных воплей. Не знаю, что не понравилось зрителям. На табло загорелись цифры. Подсчёт закончился, и стало ясно, что Эрик опередил меня всего на один балл. Берсерк расплылся в улыбке и хлопнул по моему плечу тяжёлой ладонью.

- Поздравляю с победой, брат! Я впервые не расстраиваюсь, что проиграл. И знаешь, подумал вот о чём: дядюшка Снорре поступил очень мудро, подарив тебе перстень. Чёрт возьми, я рад, что мы никогда не будем врагами! Хочу надеяться на это, - исправился он.

- Я тоже надеюсь, брат, - с размаху опускаю свою длань на плечо Эрика.

А потом мы по-дружески обнялись, улыбаясь, с лязгом соприкоснувшись броневыми пластинами. Этот момент схватили операторы, и теперь вовсю крутили его на экранах. Невидимый диктор что-то восторженно вопил, в воздухе с гулкими хлопками расцвели огни фейерверка. И мы с чувством выполненного долга пошли через всё поле под трибуны, не забыв поприветствовать короля и гостей в ложе. Я же отыскал взглядом своих невест и послал им воздушный поцелуй.

2

- В чём дело? – хмуря брови, спросил Харальд, глядя на табло, где уже некоторое время застыло время, отмечавшее окончание раунда княжичем Мамоновым. – Почему не объявляют победителя?

- Дорогой, не переживай, - погладила его руку королева Ранди, сидевшая справа. – Может, я чего-то не понимаю в спортивных расчётах, но по времени молодые люди закончили соревнование почти одинаково. Наш пилот всё равно проиграл, но выступил достойно. Надо его чем-то поощрить.

- Ваше Величество, позвольте объяснить, - раздался за спиной негромкий голос распорядителя королевской ложи. – Насколько я понимаю, у судей разногласия. И вопрос стоит о полном аннулировании результатов русского пилота после прохождения ледяного лабиринта.

- Это скандал! – вырвалось у Сиггрид. – Вы понимаете, чем грозит подобное заявление?

- Я понимаю, дротскона, - в голосе распорядителя появились нотки сожаления. – Но приглашённые судьи пользуются правом на собственное мнение, как и любой человек в нашем прекрасном королевстве. Для них конъюнктура не имеет никакого значения.

- А в чём проблема? – Харальд чуть-чуть повернул голову, показывая, что ему не нравится долгое ожидание. – Русский пилот прошёл лабиринт, используя свои магические техники. Опытный человек сразу определит, что он бил по узловым точкам, а не просто делал проход в стенах. В ином случае система сама бы определила, используется ли просто физическая сила, или игрок действует правильно. Раз Мамонов вышел невредимым из лабиринта, система посчитала, что воздействие на препятствия было приемлемым.

- Нисколько не сомневаюсь в справедливом мнении Его Величества, - низко поклонился распорядитель. – Будем надеяться, что арбитры примут правильное решение.

В это время Олаф и Вигбъёрд, сидя во втором ряду сразу за девушками, слушали их взволнованные голоса. Гости же в своём большинстве проявляли спокойствие, переговаривались друг с другом. У военных были свои интересы, у послов – совершенно иные. В ожидании вердикта судей почему бы не обсудить сторонние вопросы?

- Проход через адское колесо был явным безумием! – горячилась Великая княжна Лидия, держа в руке стакан с холодным лимонадом, и изо всех сил сдерживалась, чтобы ненароком не вскипятить его. С таким-то Даром! – У меня сердце едва не выскочило из груди! Разве можно так рисковать собой?

Заметив заинтересованных кронпринцев, наклонившихся к их ряду, сразу замолчала, сердито отвернувшись в сторону арены. На её щеках полыхал румянец.

- А мне понравился этот финт! – заявил Олаф. – Как и Его Величеству. Вы бы видели его лицо, когда Андрей просочился между лопастями колеса!

- Какой «просочился»? – удивлённо воскликнул Вигбъёрд. – Это же была пространственная телепортация в чистом виде! Неужели никто не понял, что там произошло? Княжич сделал шаг к колесу – и через мгновение был на другой стороне!

Уголки губ у принцессы Астрид дрогнули в улыбке. Да, она заметила применение Андреем техники «джампинга». Может, для других всё выглядело по-другому; большинство людей воспринимает мгновенное перемещение иначе, как размазанную картинку перед глазами. Астрид же умела раскладывать процесс движения на части, такая у неё была способность. Увиденное потрясло её. Мало того, что жених – антимаг, так он ещё и телепортироваться умеет. А это ведь чистейшая магия! Именно за счёт большого объёма маны можно пробить пространственный тоннель из одной точки в другую. Но магической энергии априори не может быть у Антимага. Как же тогда он это сделал? Загадок меньше не становилось, и Астрид вдруг захотела, чтобы свадьба состоялась как можно быстрее. Супруга имеет полное право получить допуск к семейным тайнам. И принцесса воспользуется этим правом сразу же! Не ради отца, нет! Ему не следует знать родовых секретов Мамоновых, которые она, став женой Андрея, рассчитывает постигнуть. Просто… Астрид своим аналитическим умом пришла к выводу, что у её избранника хватает и иных сюрпризов!

Трибуны заревели и зарукоплескали появившемуся итоговому результату. Судьи всё же разобрались в ситуации с ледяным лабиринтом (которые Астрид ненавидела всеми фибрами души) и приняли решение не аннулировать прохождение русским пилотом полосу препятствия. Но перевес Эрика в раунде был незначительным, и принцесса заподозрила, что Андрей победил и здесь, но при подсчёте баллов ему филигранно их понизили.

- Ура! – не сдерживаясь, крикнула Нина, хлопая в ладоши. – Мы победили!

Такая наивность изрядно повеселила молодых кронпринцев, но они сдержанно улыбнулись и подозвали стюарда с подносом. Девушки не стали отказываться от шампанского.

- Предлагаю выпить за русское мощное оружие, появившееся у императора Ивана! – провозгласил Олаф, поднимая бокал, и все его дружно поддержали.

Кронпринц по своей воле такими словами разбрасываться не мог, а значит, это была некая заготовка для иностранных гостей, многие из которых очень внимательно слушали милую болтовню молодёжи и делали выводы. Великая княжна Лидия, наученная отцом замечать подобные оговорки, сделала зарубку на память.

- Всё-таки Эрик очень благородный юноша, - проговорила Арина, когда увидела дружеские объятия двух пилотов. – Он ни разу не побеждал Андрея, а всё равно приятно наблюдать за их дружбой.

О том, что ярл Фолькунг предложил княжичу Мамонову гостеприимство своего клана, которое могло запросто перерасти в союзнические отношения, многие аристократические кланы уже знали. Ведомо это стало и королю Харальду. Но его реакция Фолькунгов не интересовала. Каждый род Скандии мог поступить так же с кем-то из чужестранцев, не требуя разрешения у сюзерена. Однако Харальд Свирепый поставил в уме зарубку следить за этой ситуацией. А если случится так, что Фолькунги, вздумав выступить против короля, попросят помощи у Андрея Мамонова? Правитель Скандии никогда не отметал даже самые сумасшедшие варианты, могущие привести к его низложению с трона. Ведь он сам стал править благодаря древнему обычаю: выйти с мечом против неугодного конунга и занять его место как более достойный.

А Фолькунги, на минуточку, когда-то правили Скандией. У десяти последних поколений течёт королевская кровь… пусть даже чуточку разбавленная. Да у кого она сейчас чистейшая? Харальд вынужден держать в уме подобные расклады, нравится ему или претит идея ярла Снорре подарить перстень гостеприимства Андрею Мамонову. Он политик, игрок и воин, защищающий своё королевство.

- Берсерку не суждено победить Андрея никогда, - с ухмылкой проговорил Вигбъёрд.

- Это почему? – удивился Олаф. – Нет такого оружия, на которое не найдётся более эффективное. Стоит Эрику понять, как действовать против Мамонова, тот проиграет.

- Поспорим, что такого не случится при нашей жизни? – улыбнулся младший брат.

- Не провоцируй меня, - сделав вид, что рассердился, наследник повернулся в сторону арены, по которой уходили оба пилота. – Ты же знаешь, я не люблю пари.

- Те не пари не любишь, а боишься проигрыша, - Вигбъёрд подмигнул Астрид, и та с непередаваемым выражением лица покачала головой. Всё-таки братец – та ещё заноза в мягком месте Олафа!

- Нет, спорить я не буду, - твёрдо ответил Олаф. – Предсказываю, что у Андрея скоро появятся совсем другие интересы. Они, конечно, будут связаны с бронекостюмами, но в соревнованиях мы его вряд ли увидим. Может, пару-тройку раз – и на этом всё.

- Ну… логика в твоём заявлении есть, - подумав, согласился с братом Вигбъёрд. – Но вот мне кажется, что Эрик не успокоится, пока не победит Мамонова.

- Вместо того, чтобы гадать, утолит ли Берсерк жажду спортивной мести, спросите у королевы, как оно всё будет, - подсказала Астрид и подошла к краю ложи, чтобы поприветствовать уходящего с поля своего жениха. То же самое сделали её подруги.

- Почему именно королеву? – удивился младший кронпринц.

- Потому что она из рода вёльв[1], - через плечо бросила принцесса. – Глупо об этом забывать.

- Уела тебя сестрица! – засмеялся Олаф, глядя на раздосадованного брата, оконфузившегося в таком обществе. Хорошо, не все слышали их пикировку.

- Слушай, Астрид, а если королева Ранди умеет предсказывать, она может «увидеть» и твоё будущее? – жарко зашептала Лидия, чуть склонив голову к ушку принцессы. Дракончики-серьги вспыхнули серебристо-голубыми искорками и заколыхались в такт движению их хозяйки.

- Возможно, под её влиянием отец решился отдать меня замуж за Андрея, - пожала плечами Астрид, впервые задумавшись о такой версии. – Но мама Ранди неохотно беседует с богами и духами, предпочитая строить жизнь, опираясь на свою железную волю. Она любит повторять, что ей нравится ломать предначертанную судьбу. Того же требует и от своих детей.

- Такая позиция достойна уважения, - кивнула Лида.

Нина Захарьина, слушавшая этот разговор, восхитилась столь простым, но действенным способом стать волевой и сильной женщиной. И решила про себя, что возьмёт на вооружение эту тактику. Не ради подчинения себе мужа, а чтобы помогать ему в жизни, стать надёжным тылом. Только вот одна мысль будоражила её, сидела острой занозой глубоко в сердце: а нужно ли теперь выполнять волю императора и отца? Она ведь всё равно выйдет замуж за Андрея, и рано или поздно родит ему наследника. (В то, что её первенцем будет сын, Нина верила безоговорочно. Вера – страшная сила, ей иногда уступают дорогу даже боги). Зачем потакать Мстиславским, видящим в ней только лабораторную мышь?

Но вовремя вспоминала разговор с Ариной Голицыной в машине, когда княжна подвозила её домой, и её предупреждение, что Мстиславские не дадут ей опередить Лидию в таком важном вопросе, как рождение «официального» первенца в новом княжеском Роде.

Тряхнув головой, Нина упрямо повторила про себя, что не отступится от плана, который постепенно обретал контуры. Она отвела себе не больше двух месяцев, чтобы непреодолимые стены мужской крепости рухнули перед её красотой, страстью и напором. Единственное, что омрачало настроение боярышни Захарьиной – странная реакция отца на известие о предложении княжича Мамонова. Показалось сначала, что он очень сильно удивился и расстроился, что даже замешкался с поздравлениями, но потом осторожно спросил, насколько быстро это событие заставит рассчитаться с Мстиславскими за родовой Источник. Нина сдержалась от язвительных комментариев, и пообещала вскоре закрыть этот вопрос. Зато мама искренне обрадовалась за дочь.

А пока хотелось наслаждаться свободой, видами «пряничного» Стокгольма, встречаться с Андреем каждое утро в коридоре отеля, прикасаться к его руке, чувствовать ответную энергетику желания, и не думать о скором отъезде домой. Впрочем, это необходимо, чтобы Андрюша побыстрее попросил руку Нины у её родителей. Девушка страшилась, что всё происходящее с ней – сон, который скоро прервётся.

На арену тем временем выкатили сценическую площадку, заставленную музыкальной аппаратурой, и какие-то незнакомые русским девушкам артисты стали зажигательно петь, заставляя все трибуны плясать и подпевать. Королевская ложа постепенно опустела, и только господин Матвеев с Яковом Брюсом терпеливо дожидались, когда кронпринцы и гостьи насмотрятся на выступление музыкантов. Куратор мысленно прокручивал в голове варианты отчёта, которые он должен был дать в конце дня цесаревичу Юрию Ивановичу. Увиденное на ристалище заставило Матвеева изменить отношение к молодому княжичу. То, как Мамонов проскочил сквозь огромные лопасти магического колеса, выходило за рамки «обыденных» фокусов одарённых.

- Яков Александрович, что вы скажете о нашем герое? – полюбопытствовал Матвеев, стоя на другом конце ложи, чтобы их разговор не достиг ушей молодёжи. – Кажется, последний приём называется «джампинг»?

- Да, довольно редкая техника, созданная на основе телепортации, - подтвердил Брюс. – В ней больше не магия задействована, а физические ресурсы человека. Магия всего лишь создаёт «прокол» из точки А в точку Бэ. Всё остальное – только возможности и умение удержать энергию в строго заданных параметрах.

- Какие-то проблемы появляются? – полюбопытствовал Матвеев.

- Человека может легко разорвать на части, - равнодушно ответил Брюс. – Избыток Силы нужно постоянно стравливать или направлять на увеличение дистанции.

- Мамонова не разорвало, - заметил куратор. – Почему? Дистанция была не такой длинной для прыжка.

- Энергия княжича компенсировалась тяжестью бронекостюма. Мамонову нужно было не только себя перенести через колесо, но и сам экзоскелет. Разумное решение, - Яков Александрович заложил руки за спину и покосился на оживлённо болтающих девушек. – Меня больше другое заинтересовало: как именно Андрею удалось «просочиться» между движущимися частями колеса.

- Вполне понятен ваш интерес, Яков Александрович, - улыбнулся Матвеев. – Всё-таки углублённое изучение магических наук накладывает определённый отпечаток на будущую деятельность. Вы же планируете служить в Магической Коллегии?

- Так хочет отец, - не стал раскрывать свои планы Яков. – Мне ещё придётся вернуться в Шотландию закончить все дела, и только потом думать о карьере.

- Яков Александрович, мне нужно предоставить отчёт о времяпровождении делегации в Стокгольме. Могу ли я сослаться на вас в докладе о «джампинге» Мамонова?

- Я не курирую делегацию, Кондрат Васильевич, - улыбнулся Брюс. – Но нисколько не запрещаю использовать мои мысли в отчёте. В конце концов, мы все работаем на благо своей страны.

3

После возвращения со стадиона я распорядился разобрать «Бастион» и упаковать его в ящики, как и всю аппаратуру. Диагностические мероприятия Гена будет проводить уже в Москве. Записи с камер, выходные данные бронекостюма в различных параметрах, то есть всё, что необходимо для анализа – этим можно заняться в Стокгольме, благо пара дней ещё у нас была. Почему поступил так? Я не был уверен, что мне дадут «добро» на поездку в «Скандинавском экспрессе». А на корабле, под надёжной защитой, экзоскелет мне ни к чему.

Получив поздравления от девчат в виде горячих поцелуев, я решил немного отдохнуть в своих апартаментах. Арина с Вальтером и Терентием в сопровождении двух хирдманов уехала в аэропорт встречать своих адвокатов. Княжна планировала сегодня подписать чистовой вариант договора с «Эхом Валькирий», поэтому сразу же позвонила Стену и предупредила его о встрече в кафе отеля.

- Я сама справлюсь, - неуловимым движением пригладив ладонью встопорщившиеся волоски на моей макушке, Арина улыбнулась. – Отдыхай. И прошу тебя: не делай так больше.

- Как? – удивился я.

- Пролезать между лопастями гигантской мясорубки, - Голицына покачала головой. – Безрассудство, не приносящее дивидендов. Мог бы и показать королю, что у тебя нет возможностей преодолеть последнее препятствие. А теперь военные атташе будут по косточкам разбирать твой «джампинг».

- Всё равно ничего не поймут, - отмахнулся я. – Понимаешь, мои секреты – это только мои секреты, и ничьи больше. Можно тупо скопировать картину художника, но не знать, что он добавлял в краски, чтобы те не выцветали веками; какие хитрости применял, смешивая различные компоненты… ты же поняла?

- Поняла, - улыбнулась Арина. – Иди, отдыхай. Попозже куда-нибудь сходим? Астрид, кстати, обещала экскурсию по ночному городу, но получится ли у неё сегодня, она сама не знает. Король устраивает во дворце приём для иностранных делегаций, так что мы предоставлены сами себе.

- Давай арендуем яхту и покатаемся по заливу, - предложил я. – Думаю, ребятам понравится.

- Хм, идея, - княжна приложила палец к нижней губе и улыбнулась. – Надо Лидии подсказать, пусть займётся арендой. Её кипучую энергию надо направить в нужное русло.

Мы разошлись по своим комнатам. Пока я принимал душ, Куан приготовил мне горячий сладкий чай. Откат после «джампинга» и замедления времени мне пришлось перенести на ногах. Слабость навалилась такая, что Куан незамедлительно высказал свои претензии, которые чем-то были схожи с укорами Арины. Я не должен был демонстрировать подобную лихость. Но легко сказать – поддайся. Эрик такую победу, даже ничего уже не значащую, не принял бы. Да и я категорически не приемлю игру в «поддавки».

Накинув на тело пушистый халат, я вышел в гостиную и пристроился с чашкой чая в кресле. Как же хорошо никуда не бежать, не торопиться! Хитрый Лис перелистывал глянцевые страницы художественного альбома, любуясь репродукциями; Влад и Игорь, как бодрствующая смена, смотрели какой-то фильм по огромному визору, приглушив звук до минимума. Прикрыв глаза, я погрузился в размышления, касавшиеся запуска завода и подписания договора о поставке перчаток для экзоскелетов. Завтра вместе с Ариной вплотную займусь этим. Сам договор прочитан от корки до корки, подводных камней вроде бы не обнаружено. Адвокаты Голицыной ещё раз просмотрят его и дадут окончательный вердикт.

Раздался узнаваемый стук в дверь. Я усмехнулся. Сто процентов, боярин Матвеев пожаловал. Только он таким образом оповещает о своём появлении. Влад поднялся с дивана, чтобы встретить гостя на пороге. Это и в самом деле оказался наш куратор.

- Андрей Георгиевич, у меня к вам важный разговор, - Матвеев был безупречен в костюме и белой рубашке. Оглядевшись по сторонам, он, тем не менее, остался стоять на месте, пока я не пригласил его присесть в свободное кресло. Странно, что куратор не обратил внимание на телохранителей. Но Куан в любом случае не отойдёт от меня, если я сам не попрошу.

- Я вас слушаю, Кондрат Васильевич.

- Только что со мной связались из посольства. Пришёл приказ от Его Величества перевезти делегацию на военно-морскую базу в Мускё. Оттуда мы поплывём на военном корабле в Усть-Лугу.

- А как же «Скандинавский экспресс»? – я не удивился подобному изменению маршрута. Значит, разведка что-то раскопала, и император решил не рисковать своей внучкой и аристократической молодёжью.

- Пойдёт без нас, - Матвеев откинулся на спинку кресла. – Иван Никитич дал распоряжение уже завтрашним днём покинуть Стокгольм. В связи с этим я хочу поинтересоваться: насколько быстро вы сможете управиться с погрузкой своего бронекостюма?

- У меня не только бронекостюм, - задумался я. – Завтра у меня подписание договора с семейством Фолькунгов. Не могу же я бросить всё на половине пути.

- Понимаю… Но у нас есть обозначенные сроки.

- После обеда, никак не раньше, - твёрдо заявил я. – Но я в любом случае поеду на «Экспрессе». Остальные пусть возвращаются морем.

Куан оторвался от созерцания альбома и с любопытством поглядел на меня. Матвеев же заметно растерялся.

- Как же так, Андрей Георгиевич? Вы хотите пренебречь распоряжением государя и в одиночку ехать в поезде?

- Почему в одиночку? Со мной поедут телохранители, - я пожал плечами, словно показывая, что не намерен менять своё решение. Потому что сразу понял: Харальд и наш император со всей вероятностью ожидают нападение на «Экспресс». Оттого и организовали срочный переезд Великой княжны со свитой на военно-морскую базу.

- Я вынужден заявить господину Зюзину о вашем решении, - Матвеев проглотил комок, вставший в горле. – Это безрассудство, авантюра и просто мальчишество, извините за прямоту, Андрей Георгиевич.

- Вы имеете полное право высказать своё мнение, Кондрат Васильевич, - кивнул я. – И нисколько не возражаю, если донесёте мою позицию Ивану Никитичу.

- Я так и сделаю, - поднялся на ноги куратор. – Вы, конечно, можете рисковать своей головой, но подумайте о тех, кто вдруг захочет присоединиться к вам. Те же молодые люди из вашей свиты…

- Они вернутся в Россию вместе со всеми. Обещаю с ними поговорить, если вдруг у кого-то возникнет непреодолимое желание поддаться искушению нарушить приказ императора.

Матвеев ничего не сказал, молча кивнул на прощание и вышел из апартаментов так стремительно, что Влад едва успел распахнуть перед ним дверь. Куан закрыл альбом и погладил глянцевую обложку.

- Неожиданное решение, господин, - сказал он. – Вы уверены, что поступаете правильно?

- При вероятном нападении на поезд пострадают пассажиры, - пояснил я свою позицию. – И пострадают из-за нас. Русская делегация – лакомый кусочек для сепаратистов и диверсантов. Удар будет нанесён именно по нам. Так почему я должен трусливо убегать на военном корабле?

- Защиту обеспечивает клан Булгаковых, - заметил Куан. – Это обязанность их боевого крыла. Ваша стремление к справедливости похвально, но смертельно опасно. Боюсь, ни император, ни ваш отец не поймут такого порыва. Аргумент в пользу путешествия на «Скандинавском экспрессе» довольно слаб.

- Согласен с этим, - не споря с Хитрым Лисом, я покинул кресло и стал расхаживать по гостиной. – Дурацкая идея, безрассудство и глупость. Как и положено вести себя молодому человеку. Однако же давайте рассуждать. У меня в арсенале – антимагия и ментальные техники, которыми я научился пользоваться в той мере, которая позволит мне защититься от не только от вражеских чародеев, но и от огнестрельного оружия. Есть бронекостюм. Хочется проверить его в настоящем бою, да только он в разобранном состоянии. Значит, остаётся Дар. В своих силах я уверен.

- Аргумент получше, - улыбнулся Куан. – Но этого недостаточно.

- А вдруг нам удастся помочь Харальду в уничтожении диверсионной группы? – я вытянул руку с ополовиненной чашкой чая, обращаясь к наставнику. – Возможен ли такой вариант, что целью может стать Великая княжна или даже я? Не просто же так король Скандии обеспечил плотную охрану экспресса. Значит, имел какую-то информацию.

Я благоразумно не стал упоминать об обнаружении «жучков» во дворце. Такие вещи телохранителям знать не положено.

- Я поддерживаю решение Андрея Георгиевича, - решительно сказал Игорь.

- Ты-то куда лезешь? – усмехнулся Влад. – Сейчас такая волна на высшем уровне поднимется, что нашего хозяина насильно заставят на базу перекочевать.

- Посмотрим, - я взглянул из окна на королевский дворец и поморщился. Опять защиту поставили, всё перед глазами плывёт. Точно, важный приём идёт. С кем, интересно, Харальд сегодня встречается? Не с теми ли, чьи представители находились в королевской ложе на стадионе? Недаром военных атташе приглашали.

Я допил чай и поставил чашку на столик.

- Пойду, посплю пару часиков, - объявил я своё решение Куану.

Наставник поглядел на меня с хитрым прищуром, как будто сомневался, что мне удастся даже вздремнуть. И ведь оказался прав! Я даже не успел погрузиться в сладкую дрёму, когда любые мысли полностью вытесняются желанием отключиться от действительности, когда раздался деликатный стук в дверь моей спальни.

- Ну что ещё? – сердито буркнул я.

- Андрей Георгиевич, господин Матвеев убедительно просит срочно встретиться с вами, - доложил Влад.

- Прямо-таки срочно?

- Да. Он здесь, ожидает…

- Ладно, сейчас выйду, - догадываясь, о чём пойдёт речь, я спустил ноги на прикроватный коврик, сунул их в тапочки и пошлёпал в гостиную.

- Андрей Георгиевич, я озвучил ваше мнение Ивану Никитичу, - куратор, будто заведённый, расхаживал мимо камина, делая несколько шагов в одну сторону, а потом возвращаясь обратно. – Он связался напрямую с Его Величеством. Собирайтесь, нам нужно в посольство. Вас ожидает разговор с государем. Я не хочу быть ответственным за ваше безрассудное желание.

- Нет проблем, - я пожал плечами. – Дайте мне двадцать минут. Куан, предложи Кондрату Васильевичу что-нибудь выпить, пока я переодеваюсь.

К подобному варианту я был готов, поэтому спокойно воспринял излишне нервную речь Матвеева. С куратором всё понятно: он отвечает за делегацию головой во время поездки, поэтому и побежал сразу докладывать Зюзину о моём демарше. Посол тоже сообразил, чем грозит всему дипкорпусу выходка одного княжича. Правда, я думал, что меня будет убеждать цесаревич… Ладно, и с императором поговорю.

Надев выходной костюм, постоял возле зеркала. Оценил свой вид, лёгким движением поправил лацканы пиджака. В отражении блеснули перстни на пальцах. Подмигнув самому себе, я вышел в гостиную.

- Андрей Георгиевич, машина ждёт нас возле входа, - Матвеев поставил на столик пустую чашку, и мы вместе вышли в коридор. На мягком диванчике под развесистым зелёным кустом, названия которого я не знал, сидели Вероника и Мишка Кочубей. Они о чём-то оживлённо разговаривали, но заметив меня при полном параде, насторожились.

- Господа, меня вызывают в посольство, - я остановился перед ребятами. – Ничего страшного, просто возникли какие-то вопросы. Требуется личное присутствие. Вероника Владимировна, передайте Арине Васильевне, когда она вернётся, чтобы не волновалась.

- Обязательно, - уголки губ княжны Елецкой дёрнулись в улыбке.

Мишка поднёс к уху руку с узнаваемым жестом «позвони, как только освободишься».

- Андрей Георгиевич, время, - поторопил меня Матвеев.

На улице нас ждал посольский «Сааб» с водителем. Охраны не было, но как только машина неторопливо покатилась по дороге, нас обогнал чёрный внедорожник, помигал габаритными огнями.

- Хирдманы, - пояснил водитель. – Меня предупредили, что будет сопровождение.

А имперский флажок-то с машины снят! Сразу видно: не дипломаты едут!

Домчались быстро, по набережной, никуда не сворачивая. Старый город с Королевским дворцом остался по левую сторону. А мы вскоре подъезжали к комплексу зданий, состоявших из основного пятиэтажного, и с «консульской» секцией, возле которой расположилась парковка для автомобилей. На крышах зданий торчали вышки связи. Красно-белые, с «обычной» аппаратурой, предназначались для мобильной связи, не задействующей магические компоненты. Жёлто-зелёные – для телефонов с магической платой.

Симпатичный парк с теннисным кортом, дорожками для прогулки и беседками находился за зданием консульства, но сейчас был практически пуст за исключением пары-тройки человек, сидящих на скамеечках под весенним солнцем.

Внедорожник свернул на парковку, а мы подъехали прямо к зданию. Нас встретил импозантный мужчина в строгом чёрном костюме. Убедившись, что приехали именно те люди, которых здесь ждут, он повёл нас через огромный вестибюль первого этажа к лифту. По нему мы поднялись ещё выше, на четвёртый этаж.

Снующие по коридору работники посольства не обращали на нас внимания, и мы спокойно добрались кабинета с табличкой «Костромской А.В». Сопровождающий коротко бросил нам «ждите» и скрылся за дверью.

- Кто такой? – полюбопытствовал я.

- Один из советников посольства Российский Империи в Скандии, - отчеканил Матвеев, заметно подобравшись. – Руководит группой, занимающейся изучением внешней политики страны пребывания.

- Вы с ним знакомы?

- Пару раз встречались в Зарядье на пресс-конференциях. Вряд ли он меня запомнил…

В это время дверь открылась, сопровождающий вышел в коридор.

- Аркадий Викторович ждёт, - сказал он и посторонился, пропуская нас в кабинет.

- Странно, почему именно здесь, а не в комнате спецсвязи, - пробормотал я себе под нос.

- Потому что все переговоры с высшими лицами государства ведутся из этого кабинета, - весело проговорил молодой мужчина, на вид которому было не больше сорока лет. Он поднялся из-за рабочего стола и пошёл нам навстречу. Костромской ростом был даже чуть ниже меня, двигался по-кошачьи мягко. Мягкие обводы скул, элегантные усики, гладко выбритое лицо и голубые глаза с льдистыми искорками в зрачках делали его довольно привлекательным для слабого, но прекрасного пола. – Княжич Мамонов, Андрей Георгиевич?

- Это я, - киваю в ответ.

Костромской протянул руку для пожатия. Ладонь у него оказалась сухой, твёрдой, а пальцы весьма сильные.

- Аркадий Викторович, советник, - представился он и перевёл взгляд на Матвеева. - Кондрат Васильевич, рад вас снова видеть.

- Неожиданно, - хмыкнул куратор. – Не думал, что вы меня запомните.

- Память очень хорошая, особые тренировки, - Костромской посмотрел на часы, обтянувшие запястье стильным кожаным ремешком. – Андрей Георгиевич, сеанс связи начнётся через десять минут. Пройдёмте со мной. Я покажу вам что к чему. Кондрат Васильевич, а вы пока присаживайтесь в кресло. Разговор Его Величества с княжичем должен пройти наедине. Я вернусь, и мы с вами попьём кофейку.

Просторный кабинет имел ещё одну дверь, причём – металлическую, только искусно задекорированную под дерево. За ней оказалась комната без окон, выкрашенная в приятный бежевый цвет. В глаза сразу бросилось большое полотно визора, несколько кресел возле него, чуть в сторонке – столик с матово-чёрным коммуникатором на пять телефонных трубок. Возле каждой из них горели красные огоньки диодов.

- Разговор будет по визору? – слегка напрягся я. Не хотелось гасить ядро, чтобы не испортить аппаратуру.

- Нет, по телефону, - успокоил меня Костромской, сам того не зная. – Сейчас будет звонок, проверка линии, потом я вас оставлю одного.

- Понял, - подумав, присел в одно из кресел. В ногах правды нет, а когда император соизволит позвонить, знает только он сам.

Сам я за временем не следил, прокручивая в голове предстоящий разговор. Разумно ли поступаю? У Харальда есть огромный штат агентов, армия, спецподразделение для выполнения самых деликатных задач, а тут какой-то щенок решил показать свою храбрость, нарушая все планы.

Мелодично запиликал один из телефонов на базе коммутатора. Костромской сразу же снял трубку и коротко произнёс:

- Посольство…

Молча выслушал кого-то на том конце «провода» и передал телефон мне.

- Сейчас с вами будет разговаривать цесаревич Юрий Иванович. Я же вас покину, Андрей Георгиевич.

Советник аккуратно закрыл за собой дверь, оставив меня в одиночестве. Цесаревич? Хм, можно сколько угодно строить версии, но показалось, что Мстиславские опять разыгрывают какую-то комбинацию. Да я ещё в отеле понял: никто не станет запрещать мне вернуться в Россию на «Скандинавском экспрессе». Достаточно было послу Зюзину передать волю императора, и я бы как миленький сел на корабль вместе с друзьями, не помышляя ни о какой авантюре.

Приложив к уху телефонную трубку, я некоторое время вслушивался в тишину, не нарушаемую никакими звуками. Как будто в вакуум погрузился.

- Ты на месте, зятёк? – ироничный голос неожиданно ворвался в ухо. Показалось, цесаревич находится где-то рядом. Настолько качественной и чистой была связь. Ага, наследник шутит – добрый знак.

- Добрый день, Ваше Императорское Высочество, - стараясь быть корректным, откликнулся я. – Слушаю вас внимательно.

- Во-первых, позволь тебя поздравить, - усмехнулся Мстиславский. – Наконец-то ты решился на предложение моей дочери. Жду от тебя следующего шага по возвращении домой. Попросишь у родителей руки Лидии, а там и дату помолвки определим. Не затягивай.

- Так и собирался сделать, - вежливо откликнулся я.

- Во-вторых, нам стало известно о твоём желании вернуться в Москву на «Скандинавском экспрессе». Поэтому император и я хотим знать, что сие означает: вредность, расчёт или обыкновенная мальчишеская бравада. Или же ты решил поиграть на стороне короля Харальда?

- Юрий Иванович, это хороший шанс выявить всю агентурную и диверсионную цепочку, действующую сейчас в Скандии. Если не произошло нападения по пути в Стокгольм, то оно обязательно случится на обратном пути. Поэтому я поддерживаю решение монархов отправить домой Великую княжну с сопровождающими морем. Без меня на корабле будет безопаснее. Антимагия не станет мешать боевым магам защитить военное судно. Я не знаю, насколько эффективна моя Сила против быстро несущейся торпеды или мины под килем. А в поезде я на «своей земле», в прямом и переносном смысле. Моя антимагия, мои духовные практики – они работают в контакте с материей. Иностранным разведкам нужен негатор, и пока я не окажусь в их руках или не буду уничтожен, они не успокоятся. Если диверсанты рискнут напасть на поезд, я встречу их не как пассажир, а как охотник. Попрошу коменданта Лутошина перевести меня в бронированный вагон поближе к пилотам. В случае атаки я помогу им. Видите, сколько сразу выгод получаете вы и король Харальд. Мы проредим силы сепаратистов, если они будут участвовать в нападении, уничтожим наиболее опытных наёмников; а если захватим в плен кого-то из тех, кто планировал атаку, и вовсе можем получить в свои руки ценную информацию. Спасибо, не благодарите, Ваше Высочество.

Цесаревич рассмеялся.

- Язык у тебя подвешен, княжич, убедился… Как быстро твои механики соберут «скелет»?

- Думаю, им придётся заняться сборкой сразу, как «Экспресс» окажется в Або. Процесс небыстрый. Но я могу и без брони.

- Даже так? – удивлённо спросил Юрий Иванович. – Ты настолько уверен в своих возросших силах?

- Да, Ваше Высочество, - твёрдо ответил я.

- Хм… это заявление подтверждает некоторые выводы, - загадочно произнёс Мстиславский. - Но ты забыл об одной детали…

- О какой, Юрий Иванович? – осторожно спросил я, заполняя возникшую паузу. Опять цесаревич мутит.

- Ты пообещал моей дочери и дочери Харальда жениться на них. Представляешь их реакцию, если с тобой что-то произойдёт? Ты дал обещание девочкам, вселил в них надежду на семейное счастье, и тут же с видом лихого ковбоя вскакиваешь на коня и куда-то мчишься.

- Но вы же сами меня постоянно испытываете на прочность, Юрий Иванович, - дерзко ответил я. – Сколько уже боевых операций проведено с моим участием? Причём, в главной роли. Напомню. Венеция, «Северная Звезда» - с вашего официального разрешения. А ещё ранний случай с Факиром, потом стычка с наёмниками «Кракена». В каждом случае я мог погибнуть, но вышел победителем. Кстати, вы же ещё что-то планируете летом…

- Тихо-тихо, разошёлся, - по-доброму усмехнулся цесаревич. – Мало ли что мы планируем.

- Мне кажется, ваш аргумент про счастливую семейную жизнь – слабая попытка сыграть на моих чувствах, - продолжал наседать я. – Куда честнее сказать, что вы опасаетесь, что Антимаг может попасть в руки зарубежных разведок. Так вот, этого не случится. Я смогу постоять за себя. И прошу разрешения для самостоятельного передвижения по Скандии.

Опять наступила пауза. Слышалось мерное постукивание, словно цесаревич в задумчивости тарабанил пальцами по столу. Я терпеливо ждал, нутром чувствуя, что меня опять пытаются использовать в какой-то схеме.

- Ваше Величество, вас уже подсоединили к линии? – вдруг услышал я странный вопрос цесаревича.

- Да, я здесь, - голос Харальда ни с кем другим невозможно спутать. – Давайте уже, мой младший брат, раскроем карты перед нашим будущим зятем.

Примечание:

[1] Вёльвы – женщины-прорицательницы

Глава 3

1

Можно сколько угодно злиться, ругать про себя взрослых дядек, раз за разом разыгрывающих тебя, как бестолкового и не учащегося на своих ошибках мальчишку. Можно было бы… Но сейчас со мной разговаривали опытные политики, учившиеся поворачивать любую ситуацию в свою пользу. Поправлюсь: не просто политики, а правители своих стран. Пусть цесаревич пока не относился к числу монархов и стоял только в очереди на престол, но тоже умел плести интриги. Конечно, предварительно обсудив все тонкости с императором.

Узнал я много чего интересного. Оказывается, Харальд сумел каким-то образом выяснить, из какой лаборатории вышли те самые «жучки», которые кто-то ловко расставил по всему дворцу. Всё, что король обсуждал со своими министрами и советниками, уплывало в кабинеты британской разведки. К сожалению, найти предателя, установившего прослушки, не удалось. Пока не удалось. Рано или поздно, как уверенно сказал Инглинг, он попадётся. Но были и хорошие новости. Скандинавская агентура сработала на «отлично» и передала важную информацию. В королевство прибыла группа наёмников-«корсаров» во главе с Тесаком. Да-да, с тем самым ублюдком, пытавшимся взорвать яхту «Северная Звезда» с моей голубоглазой Астрид. Торгильс Эйдссон собственной персоной. Он получил заказ от англичан захватить некоего молодого человека с Даром Антимага. Или ликвидировать его, если станет ясно, что первоначальный план не удастся провернуть. Опасения русского императора и короля Инглинга, что «Скандинавский экспресс» имеет все неприятные шансы подвергнуться нападению, обрели видимые контуры. Тесак вместе со своей командой появился в Мальмё и почти сразу же исчез. Где он сейчас, никто не знает. Но в этом случае спецслужбы не стали перерывать весь город в поисках диверсантов, предполагая (и не без основания), что они «всплывут» в самом поезде. Поэтому план перевезти русскую делегацию на закрытую военно-морскую базу в строжайшей секретности возник не на пустом месте.

Харальд не имел дара скринера, как у своей дочери, но, чтобы «прочитать» русского княжича, хватило жизненного опыта и знания психологии человека, особенного молодого. Как-никак, у самого четверо сыновей! Аналитики, кстати, дали тот прогноз, которого и ждал король. Мамонов, зная, что за ним ведётся охота, не станет в очередной раз подвергать опасности друзей, и захочет вернуться в Россию на «Скандинавском экспрессе». Свирепый не знал, о чём разговаривал мальчишка в своём номере с господином Матвеевым, потому что все «жучки» оттуда были убраны заранее (нехорошо подслушивать за будущим зятем!), но куратор после него чуть ли не вприпрыжку побежал звонить в посольство. Не зная, что его телефон находится на прослушке. И как только звонок пошёл на номер господина Зюзина, оператор включал запись. Нетрудно догадаться, где эта запись оказалась через несколько минут. Поэтому Харальд мгновенно оценил демарш Андрея и связался с императором Иваном. Во-первых, безопасность зятя всё же стояла на первом месте. А во-вторых, король Скандии продемонстрировал доверительные отношения с будущими союзниками, как бы признав, что, находясь в курсе событий, не стал скрывать этого.

Так и получилось, что Харальд стал инициатором разрешить мне поездку на «Скандинавском экспрессе», убедив Мстиславских не строить препоны. Многоходовую операцию прикрытия, где я становился одновременно приманкой и охотником, спланировали очень быстро. Ещё до того, как я появился в кабинете Костромского.

- Тебе бояться нечего, Андрей, - убеждал Харальд. – Когда «Экспресс» будут загружать на паром, вместе с тобой на борт «Маринеллы» взойдёт группа молодых людей и девушек, играющих роль свиты Великой княжны Лидии. Поедут они в «императорских» вагонах, чтобы всё выглядело правдоподобно.

- И кто эти попутчики? – мне стало интересно.

- Молодые хирдманы. Ты с ними имел честь встретиться на ристалище, когда канат перетягивали и мешками по головам лупили, - усмехнулся король. – Для кадетов это будет первое серьёзное задание, в котором есть риск погибнуть.

- Будут только юноши? Кто станет играть роль Великой княжны и целой группы девушек?

- Всех не обязательно, - качнул головой Харальд. – Достаточно трёх-четырёх. Но статистами обеспечим, не переживай. После формирования состава в Або они все покинут «гербовые» вагоны, кроме группы прикрытия.

- Мне их нужно защищать? – нахмурился я.

- Нет. Я не возлагаю на тебя такую ответственность, Андрей. Не забывай, ты приманка. Защищать будут тебя. Главное, вытянуть хищную рыбу на поверхность. Да, эти мальчишки не нюхали пороха, и окажутся под ударом профессионалов. Но ведь ты тоже без боевого опыта освобождал «Северную Звезду». Чем раньше молодые хирдманы побывают под пулями и магическими ударами, тем быстрее встанут в строй опытных бойцов.

Ну, не совсем уж без опыта. Факира брал, с наёмниками в Москве разобрался. Знает ли об этих эпизодах Харальд?

- Среди кадетов есть одарённые? – задал я важный вопрос.

- Большинство из них – дети аристократов, владение Даром – родовое умение, - подтвердил Харальд. – Поэтому защитить себя они смогут, как оружием, так и магией.

- А как быть с остальными пассажирами? – спросил цесаревич, внимательно слушавший короля. – Я так понимаю, нападавшие нанесут удар по «императорским» вагонам. Возможно ли обезопасить непричастных?

- Моя аналитическая служба вкупе с искусственным интеллектом выдала наиболее предпочтительный для диверсантов вариант нападения. Скорее всего, часть отряда уже будет находиться в вагонах. Как только «Скандинавский экспресс» достигнет засады мятежников, будет дан сигнал к атаке. Удар нанесут одновременно снаружи и изнутри. Наёмники проникнут в «императорские» вагоны в поисках Андрея, а то и Великой княжны (им нужна гарантия безопасности, чтобы, прикрываясь твоей дочерью, Юра, уйти невредимыми). Именно там их и встретят хирдманы.

- Я бы на их месте отцепил эти вагоны от основного состава, - голос цесаревича прозвучал глухо.

- Вероятно, так и будет, - усмехнулся Харальд. – Спецвагоны поставим в «голове» состава, сразу за вагоном моих гвардейцев и вагоном охраны коменданта Лутошина. Подыграем врагам.

- А если сепаратисты подорвут пути? – я задумчиво почесал переносицу. План сам по себе слабоват, всё рассчитывается на примерных действиях наёмников и их помощников из числа мятежников. – Тогда весь состав окажется под прямым ударом.

- У нас есть выбор? – хмыкнул Харальд. – Любой расчёт несёт в себе ошибки. Невозможно предугадать человеческую реакцию на тот или иной момент. Я бы вообще не волновался за исход боя, потому что мои гвардейцы обучены противостоять диверсионным атакам. Но решение княжича Мамонова внесло коррективы

- То есть вы даёте добро на поездку в «Скандинавском экспрессе»?

- Со стороны короля Скандии нет препятствий, - заявил Харальд.

- Государь не видит препятствий в просьбе княжича Мамонова, - в тон ему произнёс цесаревич.

- Отлично, - я расслабился. – Когда в Стокгольм приходит «Скандинавский экспресс»?

- Послезавтра в одиннадцать часов утра, - ответил король. – Тебе надлежит вместе с хирдманами, играющими роль свиты, прибыть в порт. Билеты на паром уже забронированы. Не думаю, что за вами будет столь тщательная слежка, но на всякий случай мы подстраховались, проведя все финансовые операции открыто.

- Про моих механиков и телохранителей не забыли?

- Они поедут с тобой, как и положено слугам, - успокоил меня цесаревич. – Если появятся какие-то вопросы, обращайся к барону Арвиду Кноррингу. Он назначен командиром группы охранения.

- Когда ребят повезут на базу?

- Завтра после обеда. Ты в отеле останешься один, но позже туда заселятся кадеты.

- Будем путать карты врагу? – пошутил я. – Интересно, кому поручено играть роль Великой княжны?

- Для неё подбирали кандидатку, схожую по фактуре, - усмехнулся цесаревич. – И более-менее похожую на Лидию.

Я кивнул, пусть меня никто сейчас и не видел. Нет смысла следить за отелем, когда есть возможность проникнуть в электронную базу порта или железнодорожного департамента и проверить имена пассажиров, едущих на «Скандинавском экспрессе». Харальд поступил разумно с билетами, а может, это была идея Мстиславских.

- Какие-то вопросы, просьбы ещё есть? – спросил цесаревич.

- Столь важных – нет, - подумав, ответил я. – А если и будут, обращусь к барону Кноррингу.

- Вот и отлично, - Мстиславский постарался придать своему голосу бесстрастность, но в нём чувствовалась тревога. Хотелось бы, чтобы за меня - иначе какие мы будем родственниками? Знать, что ты в планах императорской семьи обычная пешка, пусть и с норовом, отравляет отношения. Я предпочитаю открытость и честность. - Андрей, послушай моего совета. Не геройствуй почём зря. Король Харальд отправит подготовленных и опытных бойцов, они сами справятся с задачей.

- Ваше Королевское Величество, - обратился я к Харальду, зная, что он ещё с нами, - один вопрос.

- Обращайся, Андрей.

- Если среди наёмников будет Тесак, я могу взять его жизнь?

Харальд молчал минуты две. Видимо, в его душе боролись два желания: самому снести голову Торгильсу или поручить это дело мне.

- В том случае, если Тесак окажется среди нападавших, то разрешаю тебе осуществить месть лично, - медленно проговорил он. – Захватишь его живьём – награда моя будет щедрой. Не получится – принеси голову врага. Когда будешь убивать предателя, передай ему привет от Харальда Инглинга.

- Сделаю, Ваше Величество.

- В таком случае я отключаюсь, - усмехнулся король. – Мой младший брат Юрий, до скорой встречи. Необходимо ведь обсудить будущую свадьбу наших дочерей с этим храбрым юношей.

- Об этом мы поговорим отдельно, - пообещал цесаревич. – Всего хорошего, Ваше Величество.

- До свидания, Ваше Высочество.

Раздался щелчок, после которого Юрий Иванович не стал спешить с окончанием разговора.

- Андрей, ты сам напросился ехать обратно в Россию поездом, за которым охотятся наши потенциальные враги. Мы с императором выслушали доводы короля Харальда и приняли решение принять его инициативу. Ты должен знать, что князь Мамонов не поставлен нами в известность о твоём возвращении поездом. Сугубо секретная операция направлена на ликвидацию особо опасного наёмника Торгильса Эйдссона. Это часть общей стратегии Москвы и Стокгольма по уничтожению наёмных бригад, имеющих связи с Британией. Агентурные данные утверждают, что Тесак получил от англичан задание физически устранить перспективного одарённого, возвращающегося на «Скандинавском экспрессе». Надо ли догадываться, что речь шла о тебе? Поэтому риск очень велик, будь осторожен и не лезь сломя голову в заварушку, если она начнётся. Хоть ты уже взрослый человек, имеешь боевую награду, пусть и от иностранного государства, но прежде всего думай, а потом делай.

«А от вас я что-то не дождался хоть какой-то медальки, - язвительно подумалось мне. – Некрасиво выходит, Ваше Высочество».

Он как будто меня услышал:

- Обиделся, что мы тебя стороной обошли? В кулуарах пока решено не засвечивать тебя, как специалиста по магическому противодействию. Но будь уверен, о твоих заслугах помнят.

Я немного смутился, что позволил себя покритиковать человека, который когда-нибудь займёт престол, и – на минуточку – могущего стать моим тестем. С другой стороны, почему бы чуть пораньше не намекнуть, пока Харальд не завёл речь об очередной награде? Надо признать, скандинавский король умело играет на информационном поле и использует любую возможность, чтобы показать, насколько для него ценен Антимаг. Складывается такое ощущение, что ему нравится пощипывать Мстиславских.

- Ваше Высочество, да всё я понимаю. Вам нужно удостовериться, каков княжич Мамонов в бою, желательно без бронекостюма.

- Мы объединили аналитические справки ГСБ, Магической Коллегии и специалистов императорского клана, - неожиданно признался цесаревич. – Нужно обязательно выяснить, в каком качестве ты бы мог принести пользу стране, и насколько усилил свой анти-Дар, чтобы пользоваться им без «Бастиона».

- Поделитесь секретом, Ваше Высочество? Или информация засекречена?

- Обо всём мы можем поговорить после твоего возвращения из Скандии, - усмехнулся цесаревич. – Возвращайся живым и невредимым.

- Слушаюсь! – придав голосу шутливости, откликнулся я.

- До встречи в Москве, Андрей.

Цесаревич первым положил трубку. Я некоторое время посидел в кресле, прокручивая в голове разговор с двумя высшими лицами государств. Ну что, доволен? Тебе в открытую сказали, что Антимаг – это не мой личный Дар, он дан мне для оказания различных услуг в пользу государства. Дворянин, получивший столь значимый аспект, должен направлять его туда, куда укажет император. Подозреваю: не соверши я вовремя демарш, меня бы ненароком «уговорили» ехать на «Скандинавском экспрессе». Значит, нападение совершится почти со стопроцентной вероятностью. Так что правильно ребят отправляют домой морем. А я, в первую очередь, должен защитить охрану, хирдманов и пассажиров. Ну… насколько мне удастся создать антимагический купол. И постараться вернуть долг Тесаку. У меня есть одна идея: как совместить Дар Антимагии с духовными практиками с большой эффективностью. Получится или нет – скоро узнаю.

Я поставил телефон на коммутатор и вышел из комнаты. Костромской с Матвеевым сидели в креслах и попивали кофе. Ароматный запах напитка пропитал кабинет, отчего мне тоже захотелось чашечку арабики или мокко.

- Вы закончили, Андрей Георгиевич? – спросил, вставая, Кондрат Васильевич.

- Да, можно возвращаться, - пересилил я своё желание. В конце концов, в «Гранд-Отеле» кофе не хуже делают.

Обратно нас отвезли на том же самом дипломатическом «Саабе» в сопровождении хирдманов. Поднявшись в свои апартаменты, я был крайне удивлён, когда увидел сидящего на диване кузнеца Стейна. Яким и Вася присматривали за ним, а Куан с видом человека, который привык к самым неожиданным посетителям, продолжал изучать альбом об искусстве.

- У нас гости? – вопрос был риторическим, но Куан счёл нужным пояснить, оторвавшись от созерцания красочного фолианта.

- Этому господину нужен княжич Мамонов, как он сам объяснил. К сожалению, русским или корейским языком он не владеет, как и английским, я проверял. Подозреваю, в чёрном пакете лежит какой-то подарок. Если точнее, свёрток с подарком. Но что именно находится в нём, господин отказался показывать.

Кузнец при моём появлении тяжело поднялся, одёрнул замшевую куртку, которую почему-то не снял, и слегка поклонился. После чего заговорил на своём языке.

- Подождите, уважаемый, - я показал жестом, чтобы Стейн не торопился, достал телефон и позвонил нашему гость-менеджеру.

- Отто, зайдите в мои апартаменты, пожалуйста, - попросил я, как только услышал его голос.

Менеджер появился очень быстро, и пяти минут не прошло.

- К вашим услугам, княжич, - обежав взглядом гостиную, он задержал взгляд на пожилом кузнеце, возвышавшемся над остальными, как горный кряж в долине.

- У меня гость, не разговаривающий по-русски, - пояснил я ситуацию. – Я же не понимаю его. Побудете переводчиком?

- С большим удовольствием, - склонил голову Отто и сразу же деловито спросил что-то у Стейна. Какое-то время он перекидывался с ним фразами, потом кивнул и перевёл: - Господин кузнец изготовил для вас нож и хочет преподнести его вам в качестве личного подарка. Он сегодня присутствовал на стадионе и смотрел ваш бой с лучшим молодым пилотом Стокгольма. Господин Стейн впечатлён великолепными магическими техниками русского пилота.

- Передайте господину Стейну, что мне очень приятно слышать мнение великого мастера железа. Кажется, в Скандии, Эрика Берсерка знают от мала до велика.

Опять последовала короткая беседа, и Отто повернулся ко мне:

- Господин Стейн знает толк в железе. Он участвовал в создании рунной защиты бронекостюма по просьбе изготовителей. На грудных пластинах, что использованы в экзоскелете, рукою мастера собственноручно нанесены руны.

Я приложил руку к сердцу и уважительно склонил голову. Кузнец позволил себе улыбку, тут же пропавшую. Передо мной снова стоял суровый старик с сильными руками. Он взял со столика чёрный пакет, вытащил из него кожаный свёрток длиной сантиметров тридцать, на мой взгляд. Удерживая свёрток левой рукой, правой он развязал тесёмки и раскрыл его. С гордостью протянул мне ножны, из которых торчала массивная деревянная рукоять. Простая, без всяких изысков.

Тёмно-серая кожа ножен оказалась чуточку шершавой, но «благородной» на ощупь. Сами ножны были украшены лишь одной тонкой полосой воронёной стали, опоясывающей их у горловины, и аккуратным кожаным ремешком с застёжкой из настоящей кости, пожелтевшей от времени. Довольно оригинально, признался я себе. Кузнец не стал делать её из металла, а предпочёл кость.

Стейн опять заговорил, погладив пальцами рукоять. Отто перевёл:

- Рукоять выточена из единого куска полярного берёзового капа. Этот материал редкий и сложный в обработке.

Да, рукоять легла в ладонь идеально. На её поверхности проступал естественный, ничем не окрашенный рисунок, напоминавший застывшие всполохи северного сияния: золотистые, янтарные. Тёмно-коричневые прожилки переплелись в причудливом узоре. И никаких драгоценных камней, никакой позолоты. Только дерево и сталь. Гарда, как я сразу заметил, отсутствовала. В этом месте было едва заметное утолщение между рукоятью и клинком, чтобы мокрая от пота или крови рука не соскользнула на лезвие.

Мне стало очень интересно, что за нож изготовил Стейн. Магия в нём чувствовалась, но слабенькая. Хрусталь чуть-чуть звякнул на периферии слуха, и перестал реагировать. Я потянул рукоять на себя, извлёк оружие наружу. Сам клинок оказался сантиметров двадцать, и даже чуточку меньше. Прямой, с лёгким подъёмом острия и долом, проходящим почти во всей длине. Не широкий, как тесак, но и не тонкий, как стилет. В общем, мне изготовили рабочий инструмент воина. Им можно и резать, и колоть, и строгать, и вскрывать, и защищаться. Это я тоже узнал из слов Стейна. Не особо разбираюсь, как такие ножи называются, но Отто с помощью кузнеца пояснил, что это классический скандинавский «сейкс»

Заинтересовали цвет и текстура клинка. Металл не блестел, как у большинства ножей. Он имел глубокий, матовый, тёмно-серый оттенок, переходящий в черноту у рукояти. Благодаря солнцу, освещавшему гостиную, я заметил, что по нему пробегала едва уловимая синеватая рябь, словно по воде. Скорее всего, это результат ковки, которую нам недавно показывал кузнец.

На клинке с одной стороны у самой рукояти я увидел клеймо мастера. Это был тот же дракон Дрейк, что украшал вход в кузницу Стейна. С другой же - тончайшей гравировкой, почти незаметной на тёмном фоне, выведена вязь из трёх рун. Старик подсказал с помощью Отто, что это «Альгиз» - защита, связь с богами, «Уруз» - сила, выносливость и «Иса» - лёд, остановка, концентрация.

- Руны – не заклинание, - тихо проговорил менеджер, слушая кузнеца. – Они не светятся и не активируются магически. Это пожелание, застывшее в стали. «Будь защищён, будь силён, будь холоден в бою».

Я с удовольствием оглядел клинок, приноравливаясь к нему. Баланс был идеальным. Нож, как и положено в идеале, оказался продолжением руки. Он не тянул вниз, но не казался лёгким. Мне показалось, что я даже знаю, куда пойдёт острие в момент удара. Берёзовый кап быстро принял тепло моей ладони и стал как будто живым. Клинок неожиданно завибрировал, вливая в руку потоки странной, ни на что не похожей энергии. По всей его длине вдруг проявились алые руны, смотрящиеся на тёмно-серой поверхности особенно эффектно. Они, словно быстрый ручей, перетекли от рукояти к острию ножа и исчезли, как будто поддразнивая и играя со мной.

- Господин Стейн, подарок великолепен, - я не скрывал эмоций, хотя всегда был равнодушен к холодному оружию. Нет, мне нравились ножи, но использовать их в бою, убивая врагов, даже не думал. – Это настоящий шедевр, подтверждающий ваше мастерство!

Стейн выслушал меня и в своей необычной манере ответил:

- Ты умеешь чувствовать пустоту и гасить магию. Но ты живёшь в мире, где сталь, дерево, кость и кожа стали твоими союзниками. И всегда помни: мой нож не требует от тебя быть магом. Он требует быть человеком прежде всего – с тёплыми руками, острым взглядом и тишиной внутри.

Интересно, откуда Стейну известно о моём умении противодействовать магии? Кузнец, конечно, человек оригинальный и загадочный, с рунами на «ты». Может, они подсказали ему что-то такое, до чего остальные доходят с помощью науки, аналитики и прочих исследований? И что кузнец имел в виду, говоря о пустоте?

Я вложил нож в ножны и поклонился человеку, настоящему мастеру железа и магии рун. И не чувствовал ничего зазорного в этом жесте. Даже Куан одобрительно посмотрел на меня. Стейн снова улыбнулся и теперь сам приложил руку к сердцу.

- На свадьбу, молодой княжич, я сделаю индивидуальный подарок для каждой из твоих жён, - перевёл Отто и с нескрываемым удивлением поглядел на меня. Хорошо, челюсть не отвалилась.

Подмигнув мне, старик тяжёлой походкой вышел из апартаментов.

- Спасибо, Отто, вы мне очень помогли, - поблагодарил я менеджера.

- О кузнеце Стейне ходят легенды, - благоговейно произнёс Отто. – Он куёт оружие только по собственному желанию. Не всякий аристократ может похвастаться наличием в своей коллекции клинка, сделанного в кузнице Берлунда. Даже не представляю, чем вы приветили Стейна, что он согласился изготовить такой великолепный нож.

Я не стал ему говорить, что это была просьба принцессы Астрид, а напомнил про начало разговора, где старик одобрительно отозвался обо мне, как о пилоте экзоскелета. Кажется, такой ответ удовлетворил Отто. Он попрощался с нами и вышел из номера с чувством выполненного долга.

- Андрей Георгиевич, можно посмотреть нож? – сахаляры подошли ко мне с горящими глазами.

- Только осторожно, парни, - я отдал ножны Василию. – А вдруг он завязан только на хозяина? Ох, забыл спросить, нужна ли ножу моя кровь?

- Нужна, - сказал Куан, отложив альбом в сторону. – Чтобы сильнее привязать рунное оружие, кровь обязательна. Но я бы посоветовал тебе, господин, провести сближение с железом возле родового Источника. А вы поосторожнее, пальцы не обрежьте. Видите, какой остроты лезвие?

- Отличный нож, - цокнул языком Яким. – И цвет необычный.

Я про себя перевёл дух. Клинок не вредничал, никому пальцы не отсёк. А вот что будет после привязки, никто не знает. Может, включится некая защита, руны начнут «правильно» работать, и тогда неизвестно, что произойдёт с человеком, вздумавшим полюбоваться таким подарком.

Яким аккуратно вложил нож в ножны и отдал мне.

- Ладно, парни, - я застегнул ремешок, отметив прочность сцепляющих элементов, пусть и костяных, а не железных. – Зовите всех наших, проведём экстренное совещание. Гену с механиками не забудьте. У меня есть срочная новость.

2

Вечером ко мне заглянули Арина и Вероника. В гости, как они пояснили, улыбаясь. Несмотря на бурный день, который княжна Голицына уделила нашим общим делам, девушка выглядела свежо, будто окунулась в водоём с живой водой. Судя по блеску глаз, у неё всё было отлично.

Пока гостьи устраивались возле камина, я попросил Куана сделать нам кофе с лёгким угощением. Благо, не нужно было куда-то звонить, вызывать официантов. В моих апартаментах присутствовала кофемашина, чтобы постоялец всегда мог сделать себе бодрящий напиток. Нашлось и печенье в виде разнообразных зверюшек. Мои телохранители его охотно поедали килограммами, благо, далеко бегать не надо в поисках угощений. Кондитерская со своей пекарней рядом с отелем, можно сказать, «за углом».

- Как всё прошло? – когда Куан наполнил чашки ароматным кофе и тихо исчез, поинтересовался я.

- Ой, всё чудесно! – оживилась Арина. – Отец прислал целую команду адвокатов, словно у меня намечалась сделка века. Но, как ни странно, именно такой подход помог в подписании контракта с «Эхом Валькирий». Были некоторые моменты, которые пришлось прорабатывать более подробно, но в остальном ребят всё устроило. Так что скоро у них начнётся бурная музыкальная жизнь. Я настоятельно попросила Стена и Маттиаса написать десяток новых песен. Но их мы сразу не будем пускать в оборот. Сначала всё же оценим их с коммерческой точки зрения. Дадим Веронике послушать, пусть своё мнение выскажет.

- Тоже скажешь, Арина, - улыбнулась Ника и приложила чашку к губам, делая маленький глоток кофе. – У меня нет музыкального слуха, я песни воспринимаю сердцем.

- Вот и воспримешь, а потом выскажешь своё мнение, - усмехнулась Голицына. – С датой приезда мы определились. Ждём ребят семнадцатого апреля. К этому времени нужно найти им жильё и студию для работы. Инструменты у них будут свои, но в некоторых случаях придётся подтягивать наших музыкантов. Мне кажется, некоторые песни только выиграют в звучании.

- Давай «Валькирий» со «Скоморохами» познакомим, - предложил я.

- Об этом я уже думала, - одобрительно кивнула Арина. – Будет интересно. Но в целом я хочу, чтобы проект был индивидуальным.

- Так и будет, - я попробовал кофе и удовлетворённо кивнул. Куан наловчился варить отличный мокко. Сам подсел на него, и других приучил! – Насчёт жилья… У меня же ещё квартира есть на Хорошёвском шоссе! Хотел продать её, но закрутился и совершенно забыл о таком активе. Илюша, голова садовая, мне и не напоминает о ней! Может, уже втихую продал, а денежки себе в карман положил?

Я, конечно, шутил, озвучивая с серьёзным лицом гипотетическую версию. Девчата фыркнули, раскусив мою игру. Арина оживилась.

- Слушай, а это здорово! Нам нужно обязательно туда съездить, всё осмотреть!

- Давай, - согласился я. – Как вернёмся в Москву, так сразу и организуем поездку. Вероника, есть желание посмотреть мою берлогу?

- Есть, - сразу же откликнулась Елецкая. – Оказывается, у княжича Мамонова в Москве не одна недвижимость за пазухой, а он и забыл! Счастливый человек!

Я с улыбкой развёл руками и поглядел на Арину:

- А что по контракту с Фолькунгами?

- Документы в порядке, проверили на пять рядов. Первую партию перчаток отгрузят в июне. Якоб пояснил, что необходимо просчитать логистику с наименьшими финансовыми потерями, да и нет сейчас потребности в таком количестве товара. Завод-то ещё не запущен. Ну, поступят они и осядут на складах до осени, - пояснила Голицына. – Я взяла на себя смелость согласиться со сроками поставки. Мне Вероника подсказала, что «Бастион» находится в стадии окончательного запуска, но раньше осени ждать начала производства нет смысла.

- С какой периодичностью будут поставляться перчатки?

- Раз в три месяца. Первая партия в количестве пятисот пар прибудет в июне, как я и сказала. Следующая – в сентябре.

- Неплохо, - одобрил я действия Арины. – Из первой партии мы вначале сможем использовать от силы сто-двести пар. Пока не запустим полный цикл, будем пополнять склад. Ещё неизвестно, какая выпускная мощность будет у «Бастиона».

- Я о том же подумала, - подтвердила девушка. – Тебе принести подписанные документы?

- Пусть у тебя останется, - отмахнулся я. – В Москве отдашь… Когда выезжаете?

- Кондрат Васильевич предупредил, чтобы к одиннадцати утра все были готовы к отъезду. Ещё сказал, чтобы соблюдали информационное молчание, куда и зачем едем. Звонить родителям или друзьям в Россию тоже запрещено до особого распоряжения… Подожди, а почему ты сказал «выезжаете»?

Я пожал плечами. Арина переглянулась с Вероникой. Обе нахмурились и чуть ли не синхронно воскликнули:

- Ты не поедешь!

- Нет, - ответил я с небольшой заминкой. – Я вернусь в Москву на «Скандинавском экспрессе». Так надо.

- Опять тебя Мстиславские на что-то подбивают? – вздохнула Арина.

- Осторожнее с выводами, милая, - предупредил я. – Дело не только в распоряжении государя. Просто… поступила важная информация об одном человеке, который поедет в этом же поезде. Именно он был напрямую причастен к нападению на «Северную Звезду». Король Харальд очень хочет с ним поговорить…

- Так у Харальда хватает опытных бойцов, чтобы того человека доставили к нему для беседы, - Арина нахмурила брови. – Твоя поездка на «Экспрессе» связана с твоим Даром?

- Да. Но я согласился не из-за этого. Наёмник, за которым охотится король Харальд, отметился не только на «Северной Звезде». Его люди стоят за покушением на меня в Москве. А такие вещи нельзя прощать.

Княжна Голицына кивнула, словно получила необходимое разъяснение, и успокоилась.

- То есть вместо нас в поезде поедут военные? – до Вероники, кажется, дошёл масштаб готовящегося мероприятия. – Ты не один будешь ловить этого… наёмника?

- Кто бы меня одного пустил? – я улыбнулся, чувствуя, как за меня беспокоятся обе девушки. Пусть даже одна из них считается всего лишь близким другом. – Всё одобрено на высшем уровне. Так что завтра я вас провожу, помашу ручкой на прощание и стану собираться в путь.

- Не забудь Лиду предупредить, а то будет фыркать огнём всю дорогу, - подсказала Арина. – Как-то не горю желанием находится рядом с бушующим вулканом. Астрид, кстати, знает?

- Думаю, отец ей всё рассказал. У нас будет время попрощаться.

Допив кофе, девушки засобирались. Им ещё надо было подготовиться к отъезду, поэтому я не стал их задерживать. Поцеловал на прощание как Арину, так и Веронику, подставившую мне щёчку. Проводил до дверей, за которыми их ждали Вальтер с Терентием.

Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, позвонил Илье. Мой адвокат ответил сразу же. Значит, работает человек, положив телефон рядом.

- Привет, Илья, - поздоровался я. – Чем занят?

- Здравствуйте, Андрей Георгиевич! – обрадовался парень. - Так мне Арина Васильевна перекинула по почте контракт со скандийской «Полимерией». Вот, сижу и изучаю. Вас можно поздравить с такой находкой?

- Поздравляй, - я усмехнулся. – Вот что, Илья… У меня к тебе будет два распоряжения. Постарайся в ближайшее время, а лучше завтра, связаться с князьями Елецкими и показать им подписанный контракт на поставку комплектующих. Пусть сразу начинают готовить складские помещения, чтобы потом не бегать поисках свободных мест под продукцию.

- Ясно. Будет сделано.

- И второе. Ты же помнишь, что у меня есть недвижимость на Хорошёвском шоссе?

- Да-да, - оживился Илья. – Нужно продавать?

- Угомонись. Мне она ещё понадобится. Вернее, людям, которые там будут жить. Четверо молодых людей, музыканты. Две девушки и два парня. Пока лишь проверь, всё ли в порядке с квартирой. А то уже сколько времени я там не появлялся.

- Тогда нужно навести порядок… Я поговорю с Казаковым, пусть наймёт в клининговой компании рабочих.

- Не отвлекайся, работай по документам. Сам позвоню управляющему.

- Как скажете, Андрей Георгиевич. Вы когда приедете?

- Скоро. Денька через три, - неопределённо ответил я.

- Понятно. Ждём с нетерпением.

Я попрощался с Ильёй, и чтобы не откладывать разговор с Казаковым, сразу и позвонил ему. Виктор Олегович выслушал мою просьбу по наведению порядка в квартире на Хорошёвском шоссе и обещал в кратчайшие сроки решить проблему. Заодно рассказал, что в усадьбе всё спокойно, никто не живёт в режиме осаждённой крепости. Казаков тот ещё шутник, хотя по нему не скажешь. Петрович гоняет охрану, не даёт ей расслабляться. В общем, все ждут моего возвращения.

Ну вот, теперь я окончательно успокоился и решил сходить в гости к Лиде. Действительно, нужно предупредить свою огненную (во всех смыслах) невесту, что возвращаться в Россию буду один.

- Я уже всё знаю, - заявила Великая княжна, когда я преодолел заслон из охраны группы Баюна и вошёл в её апартаменты. Она тоже собиралась к переезду на секретную базу. – Мне отец намекнул, что ты вернёшься в Москву самостоятельно… Елена, вон те платья, что на «плечиках» висят, положи в розовый чемодан!

Женщина, к которой обратилась Лида, приехала вместе с ней в качестве личной служанки. Она всё время оставалась настолько незаметной, что случись ей потеряться в Стокгольме, никто бы и не вспомнил про такую. Но, с другой стороны, это было ценнейшее профессиональное качество, которое не могло освоить большинство прислуживающих аристократам слугам: быть невидимым для гостей, но в то же время постоянно находиться рядом с хозяином.

- Да, госпожа, - кивнула Елена, получив задание.

Лида потянула меня в малую гостиную, усадила в кресло, а сама плюхнулась на диван, сдувая со щеки прядку волос. Дескать, видишь, как я устала? Мечусь трудолюбивой пчёлкой по апартаментам, оцени! Я лишь улыбнулся. Великая княжна после того, как я надел на её палец колечко с элементалями, стала невероятно оживлённой и раскованной. Мне показалось, что этот момент с признанием сбросил с её души тяжёлую ношу ожидания. Мстиславская, несмотря на свой взрывной характер и горячий темперамент, всё же осознавала, что в схеме с избранницами княжича Мамонова она является самым слабым звеном. Именно из-за своих периодических вспышек. Поэтому и нервничала.

- Отец сказал? – продолжил я разговор, начатый пару минут назад.

- Да, позвонил и предупредил меня, что ты с нами не поедешь. И напомнил, чтобы я ни в коем случае не закатывала концерт.

- А смогла бы? – не выдержал и улыбнулся я.

- Глупости! – фыркнула Лида. – Понятно же, что у тебя какое-то государственное задание. Иначе бы папа не стал звонить по таким пустякам. Знаешь, Андрюша, я не такая уж и вредная, как тебе кажется. И меня не нужно держать в ежовых рукавицах. Просто… когда я стану зарываться, обними меня и поцелуй крепко. И тогда я превращусь в ласковую кошечку… О, нет! У тебя уже есть одна кошка… Снежная.

- Тигрица, - подначил я Лидию.

- Р-ррр! – в тон мне рыкнула Великая княжна, отчего я мгновенно ощутил опасное томление. Сейчас мы находились одни в комнате, и малейшая искра возбуждения могла взорвать хрупкое равновесие.

- Так, ближе к делу, Лидия Юрьевна, - мой голос мгновенно налился силой, даже лязгнул железом. Девушка захлопала бровками и даже ущипнула себя за мочку уха. Хм, забавный способ вернуть самообладание. – Помнишь наш разговор, в котором я хотел услышать от тебя важный ответ, который должен расставить всё по своим местам? По-хорошему, я должен был задать вопрос до того момента, как предложил тебе стать моей женой. Но… раз так получилось.

- Я умная девушка, и прекрасно поняла, о чём ты хотел спросить, - Лида сбросила туфли и поджала под себя ноги, превращаясь в милую прирученную «тигрицу» в домашнем платьице. – Это по поводу перенастройки Дара, да?

- Да, - не стал я ходить кругами. – Это касается изменения твоего Дара. Мой Источник скоро станет Источником рода Мамоновых-Волховских, и вы, как мои жёны, должны привязаться к нему. Понимаешь ли ты, что для прокачки семейного Дара нужно отринуть все родовые «настройки» Мстиславских?

- Об этом знают все женщины, уходящие в чужую семью, - кивнула Лида. – Я всё время размышляю, что мне делать. Твой Дар – он очень специфичный и, возможно, опасный. Но Арина меня убедила в обратном. Ведь ты поставил ей антимагию?

- Да. Теперь Арина владеет антимагическим щитом, но в то же время может пестовать свой родовой Дар – Стихию Воздуха. Но совсем не так, как ты себе представляешь. Мой Алтарь сейчас наполнен элементалями всех Стихий и может спокойно обеспечить прокачку Дара любой из моих будущих жён. Я сейчас говорю про энергию и силу Стихий.

- Понятно, - кивнула Лида. – Но как быть с ядром? Что ты с ним сделаешь?

- Сначала я погашу его. Потом аккуратно наполню антимагией. Есть один нюанс, который позволит тебе ощущать Силу Огня. Твоё ядро будет иметь два уровня. Первый, самый важный – антимагический. Никакая магическая атака не принесёт тебе вреда. Ты можешь спокойно щёлкать семечки, отражая разные магоформы и техники. Но когда понадобится сжечь врага, используешь Огонь. Один момент нужно учесть. Антимагию в этот момент придётся «отключить». И ты станешь уязвимой.

- Мне этот вариант нравится, - оживилась Лида, нисколько не испугавшись моего предупреждения. – Я же понимала, что Арина не просто так согласилась на перенастройку. Ведь с ней ничего не случилось, верно?

- Как видишь, цветёт и пахнет! – не выдержав, улыбнулся я. – Почти вечная молодость тебе обеспечена.

- Кстати! – оживилась Великая княжна. – Ведь точно! А я до сих пор голову ломала, что с Ариной не так! У неё кожа стала такая нежная, бархатистая… Это из-за антимагии?

- Не уверен, что именно из-за неё, но влияние ядра, работающего теперь на иных принципах, могло повлиять на организм. Антимагия – она как поток, идущий в противоположном от магии направлении. Есть у меня такая версия, но нужны факты, чтобы убедиться. А их как раз не хватает.

- Скоро у тебя будет достаточно помощниц, чтобы убедиться в своей версии, - Лида кончиком языка провела по верхней губе, словно дразня, но на самом деле она взволновалась от перспективы получить «вечную молодость». Пусть одарённые имели «отсрочку» от старения, но оно всегда берёт своё, не откупишься. Опять же, я не знаю, как отразится столь интересный факт, замеченный мною и Лидой, в будущем для Арины. Вот и выходит, что мне нужно заниматься своеобразной наукой, а не лезть с головой в драку со всяким отребьем. В Российской Империи есть армия, ГСБ, разведка, контрразведка, спецподразделения различного направления, диверсанты… А император выбирает княжича Мамонова.

- Так что ты решила? – я очнулся от своих раздумий. – Готова пройти перенастройку ядра? Арина и Нина уже стали антимагами, и теперь усиленно развивают свои новые способности. В ином случае тебе придётся жить в окружении людей, владеющих способностью гасить магию. Как это отразится на тебе самой, я не знаю.

- Не пугай меня, Андрюша, - Лида упрямо вскинула подбородок, сразу став похожей на своего деда-императора. – Мстиславские не боятся трудностей и риска. Если уж Захарьина не струсила, то я и подавно не побоюсь погасить ядро.

- Всё будет в порядке, милая, - улыбнулся я. – Антимагия требует некоторых усилий, но я научу вас всех владеть ею правильно и эффективно. Тем более, родовой Дар никуда не денется.

- А наши дети… - Великая княжна покрылась румянцем, - они родятся антимагами?

- Нам это предстоит узнать позже, - я покачал головой, сохраняя спокойствие. – Но Род Мамоновых-Волховских будет первым Родом с антимагическим Даром. Ты даже не представляешь, Лида, какие возможности открываются с ним!

- Аж мурашки по коже, - девушка поёжилась и с задумчивостью спросила: - А в остальном все процедуры у Источника остаются прежними?

- Да, об этом не беспокойся. Он тоже даёт Силу, но иного порядка.

- Хорошо, я согласна, - Лида встала с дивана и подошла ко мне. – Когда?

Я поднялся навстречу ей и обхватил за талию, притягивая к себе. Зарылся в густые распущенные волосы, вдыхая едва уловимый запах духов.

- После помолвки, - прошептал я. – У твоего отца уже не будет времени для манёвра. Но до того момента тебе ведь придётся находится возле своего Источника, поэтому не стоит рисковать.

- Я в этом году уже провела неделю у Источника, - прерывистым от волнения голосом прошептала в ответ Лида. – Можешь провести перенастройку моего Дара сразу, как только мы вернёмся в Москву. В любом случае я уже не вернусь к Алтарю Мстиславских. Чего время-то терять?

- Это твой выбор, - не стал я отговаривать невесту. – Но есть одно условие. Никаких подробностей ни одному человеку, даже своим родителям. До свадьбы тебе лучше вообще молчать. Я дам несколько советов, как держать в неведении клановых магов. Арина ими пользуется, и вполне успешно.

- Хорошо, милый, - Лида вдруг хихикнула смущённо. – Как необычно произносить это слово… А ты в самом деле меня любишь, или это всё ради альянса Мстиславских и Мамоновых? Я ведь не идеальная девушка, к тому же вредная и избалованная.

Я не хотел говорить банальность вроде «конечно, люблю». Это было бы воспринято Великой княжной как моё подтверждение, что да - «всё ради альянса». Глядя прямо в глазе Лиде, медленно и нежно поцеловал её в губы, и не дав нам увлечься, отстранился и спросил:

- Такой ответ тебе подойдёт?

- Думаю, он очень правильный, - улыбнулась моя избранница.

- А ещё ты великолепный пилот, с которым я всегда готов выступать в паре, - убеждающим голосом сказал я, борясь с желанием крепко сжать тонкую талию и притянуть к себе гибкое молодое тело княжны. – А насчёт недостатков… я уверен, что ты их успешно исправишь.

- Куда же я денусь? Придётся, - усмехнулась Лида, делая шаг назад, прочитав в моих глазах это самое желание. – Иначе проиграю семейную битву. Не терплю поражений.

В это время в дверь постучали.

- Госпожа, я все ваши вещи сложила в чемоданы! Нужно ли ещё что-то Вашему Высочеству? – раздался громкий голос Елены. Вот образец грамотной прислуги. Женщина сообразила, что нужно как-то обозначить своё присутствие и не дать нам переступить опасную черту. А вещи… всего лишь предлог.

- Нет, ступай к себе! - крикнула в ответ Лида, и мы оба облегчённо рассмеялись. Сладостный морок, витавший над нашими головами, с разочарованием исчез. Девушка сразу стала серьёзной. – Андрей, обещай мне, что ни в какую авантюру не влезешь. Пусть воюют другие, а ты думай о нас, кто будет за тебя переживать.

«Думай о нас». Услышать такое от Лиды Мстиславской – это дорогого стоит. Наверное, в этот момент магнитные полюса поменялись местами, а магические потоки, раскинувшиеся на необъятных просторах планеты Земля, вдруг замерли, прекратив своё движение.

- Тебе пора идти, - Лида провела ладонью по моей щеке. – Не нужно давать поводов для досужих разговоров. Утром проводишь нас?

- Конечно, - я перехватил её руку и поцеловал пальцы, задержавшись чуть больше положенного. – Спасибо тебе, что решилась на трудный, но необходимый шаг. Вот увидишь, дальше будет очень интересно. Потом тебя не оттащишь от Источника.

- Даже страшно подумать, какими возможностями обладает антимагический Алтарь, - слабо улыбнулась Лида.

- А ты думай только о хорошем, - я сделал усилие и разорвал дистанцию.

Великая княжна проводила меня до двери и попрощалась нейтральным голосом, будто до этого момента не было эмоциональной вспышки. Я в сопровождении сахаляров отправился в свои апартаменты. Завтра вся делегация уедет на какую-то военную базу, а оттуда их на военном корабле перевезут в Усть-Лугу. А меня впереди ждёт неизвестность.

3

Вереница машин и автобусов отъехала от «Гранд-Отеля» в половине двенадцатого. Подняв руку в прощальном жесте, я помахал ею и направился в кафе вместе с Эдом и Куаном. Заказав по чашечке ароматного «капучино», мы некоторое время болтали о чём угодно, только не о предстоящем мероприятии. Самое основное было сказано ещё вчера, поэтому вся моя команда готовилась к поездке в «Скандинавском экспрессе», не дожидаясь указаний.

- Осталось только одно дело, - вздохнул я, глядя из кафе на Королевский дворец, - и можно сказать, программа выполнена.

- Речь идёт о принцессе Астрид? – уточнил Эд.

- Пойду просить у Харальда руки его дочери. А то когда ещё удастся побывать в Стокгольме?

- Промедление в бою равнозначно поражению, - изрёк Куан, нисколько не стараясь показаться заумным. Возможно, вспомнил к месту какую-то корейскую мудрость. – Королей нельзя заставлять ждать. А девушек – тем более.

- Ещё бы знать, как попасть во дворец, - хмыкнул я. – Прихожу такой с букетом цветов к воротам, а меня не пускают. Та ещё картина…

- Так позвоните невесте, Андрей Георгиевич, - хитро прищурился Эд. – Намекните, что желаете поговорить с венценосным родителем. Она всё сразу поймёт.

Конечно же, я шутил. На самом деле у меня была мысль пригласить Астрид на прогулку по городу, вдвоём, без излишней помпезности и целой кучи телохранителей. А потом, как бы невзначай, зайти в гости на чашечку чая. Ну и со всем подобающим случаю ритуалом произнести нужные слова, которые больше всего ждёт Харальд Свирепый.

- Ладно, пошли в номер, - я поднялся и кивнул Куану, чтобы тот расплатился с официантом.

Поднявшись в апартаменты, первым делом я прокрутил в голове, не забыто ли чего, чтобы ночью или завтра утром заполошно не бегать с выпученными глазами. Нет, вроде бы всё. Договор с Фолькунгами подписан, бой с Эриком Берсерком проведён на высшем уровне, нож от кузнеца Стейна уже лежит в чемодане, как и небольшие презенты из Стокгольма для родственников, одноклассников, моих компаньонов и слуг. Да, теперь можно и звонить.

Только протянул руку, телефон мелодично залился входящим сигналом. Вот и не верь после этого в связь на тончайшем энергетическом уровне.

- Привет, Снежная Кошка, - улыбнулся я, заходя в спальню и плотно закрывая за собой дверь.

- Здравствуй, Андрюша, - серебристо прозвенел голос принцессы. – Вот, захотела узнать, не заскучал ли ты в одиночестве…

- Даже не представляешь, насколько, - не покривил я душой. – Рядом никого, кто бы мог развеять мою скуку.

- В таком случае приглашаю тебя покататься на яхте, - предложила Астрид. – Как смотришь на ужин в охотничьем домике?

- Положительно, - улыбнулся я. – Уже предвкушаю вечер при свечах.

- Нет, свечи будут в другой раз, - рассмеялась принцесса. – Там, куда я хочу тебя пригласить, всё цивилизованно.

- Как одеваться?

- Ну… скажем, как будто ты к родителям заглянул на огонёк, без всякого повода.

Хм, какой интересный намёк. Вот только как совместить прогулку, которая точно затянется надолго, с визитом во дворец? Эх, если не получится, то это не моя вина, так и знайте, Ваше Величество!

- Хорошо, так и поступлю, - не затягивая с ответом, бросил я в трубку. – Когда быть готовым?

- Через час к причалу подойдёт яхта «Сванхильд». Я буду ждать тебя там.

- По поводу охраны. Сколько человек могу взять на борт?

- За безопасность важного гостя отвечают хозяева. А если этот гость – ещё и мой жених, то можешь не беспокоиться. Твоя невеста сможет защитить тебя не хуже полусотни хирдманов, - засмеялась Астрид. – Хм, пожалуй, возьми с собой импозантного слугу Куана. Отчего-то мне кажется, что у него помимо основных служебных функций есть масса других достоинств.

- Да, замечал, - не разглашая истинную роль Куана в своей жизни, с улыбкой ответил я. – Так мы его и зовём: Хитрый Лис.

- Прекрасно! – восхитилась Астрид. – Тогда с нетерпением жду встречи!

Закончив разговор, я покачал головой и положил телефон на тумбочку. Предстоящее путешествие с любимой девушкой на борту яхты – чудесный способ отвлечься от грядущей схватки с врагом. И что-то мне подсказывает: это неспроста. Тем не менее, отбросив сомнения и попытки просчитать изящные ходы Инглингов, я стал собираться. Предупредил Куана, что он едет со мной, а Эд с телохранителями остаются помогать Гене Бергу и механикам, ну и заодно приглядеть за ними, чтобы никто не вздумал покидать отель.

Особо ничего лишнего одевать не стал. Мамин вязаный свитер, джинсы, туфли, тёплая куртка. Погода непонятная. То светит солнце, то откуда-то набегают серые тучи и закрывают яркий диск на небе. Водная гладь канала сразу же становится свинцовой, неприятной. Но от этого настроение не испортилось.

Элегантную яхту с чёрными лакированными боками и белоснежным верхом я заметил сразу. Она не отличалась большими размерами, к тому же была без мачты, и скорее, относилась к классу речных судов. Как раз чтобы спокойно проходить под мостами, коих в Стокгольме неисчислимое множество.

Мы с Куаном вышли из отеля и направились к свободному причалу, куда направлялась «Сванхильд». Порывистый ветер взъерошил мою неприкрытую голову и помчался дальше, унося с собой мелкие пылевые завихрения.

Астрид я заметил сразу. Она была в длинном плаще светло-серого цвета, из-под которого виднелись сапожки; открытые волосы собраны в нарочито небрежный пучок; глаза прикрыты солнцезащитными очками. Девушка радостно помахала нам рукой и что-то крикнула в рубку. Яхта ловко подвалила к причалу и замедлила ход. Урчание мотора в недрах судна стало глуше, но не затихло совсем. Нам хватило пары минут, чтобы оказаться на борту. Я даже умудрился не помять букет цветов, предназначавшийся в подарок девушке. Которому она обрадовалась ничуть не меньше, чем мне самому. Конечно, не обошлось без целомудренного поцелуя в прохладную щёчку Снежной Кошки.

Куан в чёрном «служебном» костюме словно не замечал прохладного ветра. Он низко поклонился Астрид и встал позади меня, ожидая дальнейших указаний.

- Улоф! Можно отплывать! – звонко крикнула девушка широкоплечему мужчине в рубке, и тот кивнув, ловко сманеврировал, чтобы выйти на открытое пространство канала.

Хм, интересно, а где же хирдманы?

Глава 4

1

Яхта на небольшой скорости вспарывала чёрные воды каналов, постепенно выходя из их лабиринта, сдавленного бетонными парапетами, высотными домами или набережными. Мы сидели на раскладных деревянных стульчиках прямо на носу «Сванхильд», невзирая на порывы ветра. Астрид уверила меня, что дождя сегодня не будет, а прохладный весенний ветерок – это не преграда для хорошего путешествия. К тому же вскоре небо очистилось от туч, стало пригревать солнце.

Куан и Улоф нашли общий язык и о чём-то болтали, стоя возле штурвала. За нами с согласованным интервалом шли два быстроходных катера с охраной. Ну вот, а то я начал сомневаться в благоразумии Харальда, отпустившего любимую дочь «покататься» со своим избранником.

Городские постройки, мосты и набережные остались позади. Мимо нас потянулись небольшие островки. Астрид вытянула руку в направлении одного из них и показала на одинокую бревенчатую избушку, стоявшую на краю небольшого леска.

- Видишь? Когда я была маленькой, вместе с братьями сбегала на этот остров. Олаф и Вигбъёрд отчаянно хотели поскорее стать взрослыми, поэтому проворачивали такие авантюры, о которых, конечно же, отец знал, но не препятствовал им. Он думал, что мы учим историю по книгам. А мы учили её по следам, которые оставили здесь конунги тысячу лет назад.

- И чьи же это следы на таком маленьком клочке земли? – любуясь раскрасневшейся Астрид, спросил я.

- Легенда гласит, что здесь останавливался конунг Олаф Святой, когда ему пришлось сбежать из дворца в результате предательства своих воинов. Местные рыбаки спрятали его в том сарае, что стоит за домиком. Видишь, какой он древний? Но на самом деле сарай – просто аутентичная копия той развалюхи. Тем не менее, это оказалось самым удачным местом, почти под носом у врагов. Его там даже искать не стали. А через год Олаф вернулся королём, с большим войском… И знаешь, что я вынесла из этой истории?

- Что даже королям нужны рыбаки?

Астрид рассмеялась, убирая с лица прядки светлых волос.

- Что никогда не знаешь, кто окажется твоим спасителем. Он может появиться столь неожиданно, когда ты уж готовишься к смерти. Или он носит странный дар, который мешает очень многим… А иногда и то, и другое.

Принцесса не смотрела на меня, но то, что эти слова были обращены ко мне, я понимал отчётливо. И улыбнулся про себя.

Казалось, Астрид знает историю каждого клочка земли, камня, леса. Например, какой-то замшелый валун, скатившийся к урезу воды, она назвала «Камнем Согласия», где в древности конунги клялись друг другу в верности и дружбе. Показала «Проклятую бухту», где, по слухам, до сих пор бродит дух отвергнутой невесты и предупреждает редких посетителей каменистого островка: «не оставляйте девушек с разбитым сердцем, если не хотите, чтобы вас преследовали всю жизнь неурядицы и проклятия».

А вот сейчас взгляд Астрид быстрый и проницательный. Я посмотрел на Снежную Кошку и улыбнулся уже открыто. Она хотела показать мне свой мир, свою любовь к этой суровой земле, и я понимал, что Астрид Инглинг в первую очередь – дочь этих скал и вод.

Каково же тебе будет без суровой красоты своей земли в огромной Москве, вечно куда-то бегущей в суете бесконечных дней и ночей, дочь Скандии?

- Там, где тебе хорошо, там и мой дом, - спокойно ответила Астрид, отводя непослушные прядки за ухо.

- Я что, вслух сказал? – смутившись, я сделал вид, что заинтересовался одинокой корягой, прибившейся к берегу маленького островка.

- Это было очень мило, - улыбка расцвела на лице Снежной Кошки. – Ой, а мы уже почти приехали!

Яхта неторопливо обогнула очередной скалистый мыс, поросший густым лесом и ходко пошла по широкому фарватеру к острову, формой очень похожему на подкову. Правда, не идеальную, а чуточку изломанную по краям. По левую сторону острова протянулась каменистая гряда, справа – симпатичный песчаный пляж с беседками, душевыми, зоной для мангала. Сейчас там было пусто, учитывая, что для плавания совсем не сезон. Шкипер довернул судно, и оно ходко вошло в маленькую бухту. Через пару минут яхта пришвартовалась у причала, и какой-то молодой парень в тельняшке и парусиновых штанах шустро привязал швартовый за кнехт.

Но я смотрел не на него, а на двух очень знакомых людей, стоявших чуть поодаль, чтобы не мешать работнику. Король с дротсконой Сиггрид терпеливо ждали, когда мы окажемся на берегу. Перевёл взгляд на Астрид, которая чуточку засмущалась, что не самым «честным» способом завлекла меня в паутину родительского контроля.

- Астрид… а ты не говорила…

- Извини, Андрей, я подумала, что у тебя ещё долго не будет возможности попросить моей руки у папы и мамы. Вот и проговорилась, что хочу тебя сюда пригласить, - негромко и ничуть не смущаясь, проговорила принцесса, когда я подвёл её к кокпиту, через который мы поднялись по металлическому трапу на причал. Куан помог, в первую очередь, девушке, за что удостоился благосклонной улыбки. – Отец очень хотел увидеть тебя перед отъездом. Без свиты, кураторов и вездесущих журналистов с камерами.

- Ваше Высочество! – вытянулся парень в тельняшке. – Добро пожаловать на семейную дачу! Господин!

Это уже мне, с едва заметным кивком. Наверное, тоже какой-нибудь кадет, только «морской».

- Спасибо, Юхан, - улыбнулась Астрид, крепко держась за мой локоть одной рукой. Другая была занята букетом. – А я думала, ваш курс ушёл в учебное плавание.

- Заболел я невовремя, - опечаленно произнёс парень. – Вот и остался дома. Чтобы практику зачли, попросился на дежурство в резиденцию. Уже целую неделю здесь нахожусь.

Юхан с интересом поглядел на важного Куана, идущего чуть позади меня. Наверное, гадал, откуда у русского гостя в слугах азиат.

Харальд молча ждал, когда мы подойдём к ним. Сегодня он был в простом шерстяном свитере, домашних брюках и ботинках на толстой подошве. Густые волосы тщательно приглажены, несмотря на шальные порывы ветра. Обычный мужчина, если не знать, что этот человек – властитель Скандии. Чуточку прищуренный взгляд, оценивающий меня с позиции будущего родственника, но не делающийся от этого менее грозным.

Сиггрид, в отличие от мужа, стойкостью к холодному ветру не обладала. Её защищали плотно застёгнутое пальто, элегантный шарфик вокруг шеи и обычная вязаная шапочка. Улыбка дротсконы была уже более открытой, чем в прошлый раз. Видать, моё предложение Астрид успокоило женщину, или наоборот, смирило с неизбежным.

- Ваши Величества, король Харальд, дротскона Сиггрид! Рад вас видеть в таком чудесном месте! – мы остановились в паре шагов от родителей. – Прошу прощения, что без цветов. Не ожидал, что мы здесь не одни будем.

- Это я просил, чтобы Астрид сохранила интригу, - защитил дочь Харальд и протянул мне руку. – Здравствуй, Андрей.

Я вложил свою ладонь в его жёсткую пятерню, ожидая обычную в таких случаях проверку, и уже начал укреплять энергией ядра пальцы, чтобы Свирепый ненароком не переломал их мне. Но король, видимо, уже достаточно изучил мои возможности, поэтому обошёлся лишь крепким рукопожатием. Получилось совсем по-домашнему.

- Королева, - я почтительно склонил голову, - вы невероятно очаровательны. Теперь я точно вижу, что Астрид красотой пошла в вас.

Дротскона поощрительно улыбнулась и с милым акцентом проговорила:

- Мне важно, чтобы красоту дочери дополнило личное счастье. Надеюсь, ты понимаешь, Андрей, что это значит… А давайте пойдём в дом! Здесь становится прохладно. Кстати, как ты относишься к простой еде? Я приготовила великолепную уху из форели.

- Вы сами? – удивился я.

- Я люблю готовить, но муж редко пускает меня на кухню, - усмехнулась Сиггрид, взявшись за руку Харальда, и мы вчетвером медленно зашагали по дорожке, посыпанной речной галькой, вглубь соснового леска. – Говорит, не дело королеве стоять возле печки.

- Я говорил чуточку по-другому, - заспорил Харальд, умело держа маску добродушного хозяина, не обременённого короной. – Мне нравится еда, приготовленная твоими руками, дорогая.

- Уху я люблю, - поддержал я Сиггрид.

- Вот, учись правильно мотивировать женщину, - подколола дротскона мужа.

Мы все рассмеялись, начисто отбросив ненужную шелуху придворных церемоний. Идущая рядом Астрид выглядела очень довольной, и как бы невзначай иногда прижималась ко мне плотнее. Щёки девушки пунцовели от такой игры, а на губах играла лёгкая улыбка.

Тропинка не заканчивалась, затягивая нашу компанию глубоко в лес. Пока мы шли, я старался обнаружить охрану или системы наблюдения. Надо признать, конспирация была надёжной. Не поверю, что сейчас здесь, кроме шкипера «Сванхильд», бравого гардемарина Юхана, Куана и нас четверых, никого нет. Я как бы невзначай крутил головой, изображая любопытство, но на самом деле внимательно посматривал по сторонам. Густые кроны сосен закрывали небо; ветер внизу не ощущался вовсе; под ногами мягко шуршала галька пополам с нападавшей хвоей. И ведь не скажешь, что вокруг этого островка кипит жизнь. Семейная резиденция короля находилась неподалёку от Стокгольма, на одном из островков архипелага, и надо сказать, местечко довольно приятное.

«Охотничья» избушка появилась внезапно, как будто невидимая рука фокусника отдёрнула плотный занавес с лесными декорациями. Симпатичный бревенчатый домик на фундаменте из дикого камня потемнел от времени, но выглядел добротно. Небольшие окна, двускатная крыша, над которой возвышалась кирпичная труба, невысокое крыльцо, сбоку от домишки – дровяная поленница под навесом.

- Прошу, - Харальд по-хозяйски распахнул дверь и пропустил жену с дочерью внутрь, потом меня, не забыв хлопнуть по плечу. – Проходи, не стесняйся. За слугу не переживай. Его покормят и предоставят место для отдыха.

Оказавшись внутри, я с интересом огляделся. Довольно неплохо. Интерьер брутальный, если так можно сказать. В большом камине потрескивают дрова, отсветы пламени играют на массивных потолочных балках, на полу расстелены шкуры, на стенах развешаны чёрно-белые и цветные фотографии в рамках, охотничье оружие, голова кабана и лося. Хо-хо! А разве на этом островке водятся такие крупные звери? Скорее всего, трофеи добыты в другом месте, но привезены сюда.

Мебель добротная, простая, сделана человеческими руками, а не бездушной автоматикой. Вдоль массивного стола расставлены стулья с высокими резными спинками.

- Астрид, поухаживай за Андреем, - распорядилась Сиггрид, снимая пальто с помощью мужа. – Через десять минут будем обедать.

Я заметил, что здесь есть ещё, как минимум, две комнаты. Одна – точно кухня, из которой доносятся вкусные запахи, и куда устремилась королева. Дверь во вторую плотно закрыта. Возможно, там спальня или коридор, ведущий в другие помещения.

Мы скинули верхнюю одежду и несколько минут ходили вдоль стен. Астрид, как всегда, оказалась великолепной рассказчицей. Казалось, она помнила всех персонажей, запечатлённых на старых фотографиях. Я же понял, что это предки со стороны Инглингов и дротсконы Сиггрид. Простые суровые лица, простая одежда без вычурности. Конунги рода Инглингов даже не помышляли, что их потомок станет королём огромной северной страны.

Сиггрид позвала дочь на помощь, и дамы быстро накрыли на стол, пока я слушал Харальда, как вообще появилась задумка устроить здесь семейную дачу. Оказывается, остров этот купил прадед короля, в то время служивший Хенрику Благостному. Приобретение было так себе, скорее – на перспективу. Стокгольм развивался, земля постепенно становилась дорогой, и иметь собственный клочок земли подальше от суеты города хотели многие аристократы. Это уже потом отец Харальда всерьёз взялся за обустройство острова. Зато сейчас здесь всё сделано по последнему слову техники. Так что я правильно рассуждал: резиденция под плотным наблюдением. На обратной стороне острова находится пристань с парочкой боевых катеров на дежурстве, есть видеокамеры, дроны постоянно висят в воздухе. Для охраны членов венценосной семьи выделена рота хирдманов. На близлежащих островах организованы круглосуточные посты наблюдения. Да, в обычное время здесь находится штат слуг, следящий за порядком в доме и на острове. Сегодня все отправлены по домам до утра.

- Мужчины, прошу за стол! – весело позвала нас Астрид, скидывая кухонный фартук.

Меня посадили напротив принцессы, а Харальд занял место во главе стола как и подобает хозяину. Пока Сиггрид разливала по тарелкам наваристую уху, король наполнил вином бокалы. Дождавшись, когда королева с улыбкой усядется напротив мужа, он поднял бокал:

- Я редко приглашаю сюда посторонних людей. Даже для своих советников у меня есть отдельная резиденция. Здесь не дворец. Здесь мой дом, где я отдыхаю вместе с семьёй. И тот, кто попадает сюда, тоже становится частью семьи. Но, прежде чем, Андрей, ты скажешь те слова, ради которых приехал в Скандию, подумай ещё раз, пока не поздно. Я знаю, как решаются подобные вопросы, и сам действую так же. Мне хочется верить, что твой выбор в меньшей степени сделан под давлением двух государей, а больше – по любви… А сейчас предлагаю выпить за встречу!

В этом весь Харальд. Прямолинеен, как таран, за которым прячется доля лукавства. Астрид, правда, улыбается, нисколько не злясь на батюшку за столь резкую перемену в своей жизни. Мы стукнулись бокалами, отпили неплохого белого, потом принялись за уху, нахваливая хозяйку. Понимая, что Харальд ждёт от меня «те самые» слова, я кивнул Астрид, и она сразу опустила взгляд. Только пальцы, обхватившие бокал, чуть-чуть подрагивали. Я решительно встал.

- Государь, государыня! Хочу поблагодарить вас и вашу семью за замечательный приём. Нам здесь очень понравилось, я и все мои друзья в восторге. Но больше всего мне хочется выразить слова признательности Астрид, взявшей на себя самую трудную часть: развлекать гостей. И она с этой ролью справилась безукоризненно. Но лично я приехал сюда по приглашению вашей дочери, а не ради развлечений. Я увидел её мир, её народ, её семью. И понял, что мне будет очень трудно заменить в сердце принцессы Астрид эти смыслы и символы на другие, ей непривычные. Но отступать не намерен. Я люблю вашу дочь, король Харальд, дротскона Сиггрид. Полюбил в тот момент, когда впервые увидел её на «Северной Звезде», отчаянно ждущую помощи. Любовь с первого взгляда? Наверное, да. Вы можете сколько угодно говорить, государь, что судьба детей находится в руках родителей, но наша судьба оказалась решена не вами, а богами. Вы лишь подыграли им, сами того не ведая. Я люблю Астрид и прошу у вас её руки!

Сиггрид поднесла салфетку к одному глазу, другому, скрывая задрожавшие губы. Астрид, пунцовая и невероятно серьёзная, смотрела то на меня, то на отца. Харальд же был невероятно доволен, улыбаясь во всю ширь своего обычно сурового лица. Улыбался, да. Но в глазах стояла грусть.

- Что скажешь, муж? – спросила дротскона, уже взяв себя в руки. – Каков будет твой отцовский ответ?

- Наверное, я впервые испытываю облегчение, что моё волевое решение принесёт дочери радость, - хмыкнул Харальд и посмотрел на Астрид.

- Знай, папа, что я на тебя очень сердилась, - призналась с улыбкой принцесса, а потом протянула мне руку, которую я накрыл своей ладонью. – Менять женихов единственной дочери ради своих амбиций, как шахматные фигуры – не самое приятное, что я пережила. Но с Андреем ты угадал, спасибо, папа. И я благодарю тебя, что ты заставил нас обоих побыстрее сделать шаг навстречу друг другу.

- У тебя были сильные соперницы, - Харальд взглянул на меня. – Конечно, они и сейчас остались, но я надеюсь, что вы найдёте общий язык уже в семейном кругу. Да, милая, расставаться с дочерью будет тяжело, но я с лёгким сердцем отдаю тебя в руки надёжного, сильного и перспективного молодого человека. Мне нечего больше сказать.

- Будьте счастливы, дети, - только и сказала Сиггрид, подавив в себе остатки страха, видя счастливое лицо Астрид. – Ой, у меня же там жаркое! Совсем забыла.

- Я с тобой! – сорвалась с места принцесса.

Харальд проводил взглядом своих женщин и повернулся ко мне:

- По срокам помолвки определимся позже. Как ты сам думаешь, когда будет удобно для всех? Я так понимаю, четыре сразу ты не осилишь?

- Конечно, это будет перебором, - усмехнулся я. – Сначала с Лидией и Астрид, но никак не раньше осени.

- Да, нам предстоит хорошенько повоевать, - король понизил голос, покосившись в сторону кухни. – А чем вообще закончится твоё возвращение домой, я не представляю. Покажи всё, на что ты способен, и не вздумай показаться в следующий раз перед Астрид покалеченным и жалким.

- Даже мысли не держу об этом, - моё спокойствие понравилось Харальду. – Я больше за своих невест и друзей переживаю.

- Обещаю им полную безопасность. Военные моряки своё дело знают. Сейчас всё внимание диверсантов приковано к «Скандинавскому экспрессу». Поезд выходит из Мальмё завтра в четыре утра, прибудет в порт Стокгольма в полдень. Во время погрузки на паром проведём небольшой спектакль, чтобы враг ничего не заподозрил. С тобой в вагоне, кроме твоих телохранителей и механиков, будут хирдманы из кадетской группы. Их роль – играть свиту Великой княжны Лидии. Все необходимые инструкции они получили. Но основная охрана будет распределена по всем императорским вагонам. Держи связь с бароном Кноррингом.

То, что сейчас мне говорил король, не несло чего-то абсолютно нового. Скорее всего, Харальд волновался не за мою безопасность, а за то, что Тесак сможет в очередной раз ускользнуть. Одиозный «корсар» был ключиком ко многим высокородным нанимателям из Европы. Что собирался делать с этим ключиком король Харальд, меня не интересовало. Хотелось побыстрее вернуться домой и заняться тайнами Источника. Одной из главнейших задач, которую я перед собой поставил – создание портала между мирами на основе антимагических техник. Мне нужно отыскать Явь, где проживают Назаровы, и встретиться с Никитой Анатольевичем. Уверен, у нас найдётся о чём поговорить. Не менее загадочным является и мир, открытый мною случайно. А ведь ещё есть «Бастион»! К сентябрю я обязан предоставить Мстиславским первые образцы уникального экзоскелета.

Может, я зря не поехал вместе с ребятами на военную базу?

- Папа, отвлекись от государственных проблем! – вывел меня из задумчивости весёлый голос Астрид. – И Андрея не загружай ими!

Она помогла матери расставить тарелки с жарким перед нами, потом обхватила отца за шею, наклонилась и чмокнула его в щеку. Харальд наполнил опустевшие бокалы, мы снова выпили за хороший вечер. Действительно, здесь было очень уютно. Приглушённый верхний свет, потрескивание берёзовых полешек в камине, неторопливая беседа обо всём на свете. Сиггрид поинтересовалась, что на самом деле произошло во время празднования Дня Рода в Москве, и на самом ли деле молодой человек по фамилии Волховский, спасший знатных гостей, это и есть я. Когда я подтвердил, что всё правильно, она с доброй усмешкой посмотрела на Харальда. Видимо, у них был какой-то спор насчёт меня.

- Значит, ты решил взять двойную фамилию? – король взялся за бокал.

- Я хочу создать младшую ветвь Мамоновых со всеми функциями независимого Рода, - пояснил я. – Раз мне разрешили заключить полигамный брак, император не против.

- А как же связь с семьёй, Родом? – поинтересовалась Сиггрид. – Значит ли это, что в случае какого-нибудь конфликта, ты не придёшь на помощь своему отцу или братьям?

- Я всегда готов помогать своей семье, - твёрдо ответил я. – И готов предоставить любую помощь. Но не хочу, чтобы на мои решения влиял нынешний Глава Рада – князь Мамонов, а за его спиной – Старейшина Рода, мой дед.

- Позиция достойная, - кивнул Харальд. – Мне приятно слышать, что ты не собираешься забывать о корнях, которые дают тебе силу. Даже если существуют какие-то обиды, их надо в нужный момент прятать настолько глубоко, чтобы они не мешали общему делу.

- Я придерживаюсь именно такой философии, - подтвердил я, чем вызвал одобрительную улыбку Харальда.

За окнами уже сгустился вечер, и Сиггрид выгнала нас обоих погулять.

- Завтра Андрей уезжает, лучше поговорите друг с другом наедине, - отмахнулась она на слабую просьбу дочери помочь с уборкой стола.

Мы оделись и вышли на крыльцо. Пахнуло сыростью, водорослями и густым запахом нагретой за день хвои. Тропинка, ведущая к пристани, была освещена миниатюрными светильниками, расставленными в кустах. Но мы пошли не туда, а за дом. Там обнаружилась ещё одна дорожка, по которой Астрид меня и повела вглубь острова.

- За нами кто-то идёт, - прошептала принцесса, доверчиво прижавшись ко мне.

Я с удовольствием обхватил её за талию.

- Тебе показалось, - ответил я, уже зная, кто именно охраняет наше уединение. Был соблазн обернуться и увидеть, наконец, Куана в образе кумихо. Но таким жестом я бы оскорбил своего наставника. Пусть занимается тем, что ему лучше всего удаётся в образе оборотня: проверяет территорию и охраняет молодого господина. Надеюсь, Куан сможет разобраться, кто здесь по долгу службы, а кто забрёл на остров со злодейскими намерениями. Шучу, конечно. Никто никогда не оставит короля и его семью без присмотра и не допустит проникновения чужака на важный объект. Просто хирдманы очень хорошо прячутся.

Мы по красиво освещённой тропинке свернули влево и вскоре очутились на какой-то каменной площадке, нависающей над водой. Судя по всему, «земные» маги срезали часть скальной породы, не портя окружающий ландшафт. А рабочие поставили ограждение по всему периметру, чтобы никто не свалился вниз на торчащие из воды валуны. Вокруг площадки таинственно шумели высокие сосны, что-то шуршало, слышался тихий плеск воды. Мы встали возле заборчика и я обнял Астрид за плечи.

- Андрей, как мы будем жить? – неожиданно спросила принцесса.

- Долго и счастливо, - улыбнулся я, глядя на нежный овал лица в обрамлении светлых волос.

- В этом я не сомневаюсь, - последовала ответная улыбка. – Речь о другом. О нашей магической несовместимости. Откровенно говоря, я побаиваюсь, как твоя антимагия повлияет на моё ядро и на одарённость наших детей. В нашем положении очень важно иметь потомство с сильным Даром.

- Не переживай. Мои эксперименты с родовым Источником внушают оптимизм, - мой голос звучал весьма бодро.

- Ты что-то знаешь, - Астрид внимательно поглядела на меня. Миниатюрные фонари, подсвечивающие площадку, не давали ей возможность рассмотреть, насколько я правдив в своих словах. – Иначе бы не держался с железной уверенностью, когда звал замуж четверых девушек. Я хотела бы услышать, как именно ты будешь обходить магическую концепцию Дара. От этого зависит выживаемость семьи.

- А ты хотела бы владеть Даром Антимагии? – напрямую спросил я.

Астрид задумалась, по-прежнему прижимаясь ко мне, но взгляд её был устремлён в бархатистую темноту вечера, разбавляемую электрическими огнями соседних островов.

- Я бы предпочла остаться со своим Даром, - призналась она. – Антимагия… она слишком непонятна. Одарённые с самого детства учатся владеть своей Стихией, пестовать атрибуты, имеющие к ней отношение, и развиваться в магическом искусстве. А то, что убивает магию – является серьёзной проблемой. Вряд ли ты, мой дорогой княжич, полностью осознал, чем владеешь. Но уверяешь, что с нами всеми, твоими будущими супругами, всё будет в порядке.

- Но давая своё согласие выйти замуж, ты уже была готова подчиниться моему Источнику, - напомнил я.

- Да. И мне немножко жутковато, пусть даже отец и успокоил меня.

- Так и думал, что король Харальд знает об антимагии нечто такое, что позволило ему спокойно отдать единственную дочь за негатора, - усмехнулся я. – Не поделишься одним маленьким секретиком?

- Существует старинный постулат, что у антимага может появиться потомство как с Даром негатора, так и с Даром, не привязанным к элементам Стихий. Судя по твоим жизненным интересам, тяги к техническим знаниям, то вполне возможно, что один из наследников станет техномантом.

- Это что за зверь такой? – рассмеялся я.

- Техномант может использовать магические энергии для управления техническими устройствами, сочетая магию и технологию.

- В таком случае перед тобой один такой и стоит, - что-то меня на шутки потянуло.

Астрид это поняла и заулыбалась, но тут же срезала меня:

- Не обольщайся. Ты владеешь какими-то иными потоками энергии, но никак не магическими.

- Ладно, моя Снежная Кошка, открою тебе маленький секрет, чтобы ты успокоилась и с удовольствием готовилась к нашей будущей свадьбе. Я знаю, как сохранить твой Дар и познакомить с родовым Источником княжича Мамонова-Волховского без ущерба твоему здоровью, - и с хитрым прищуром поглядел, как отреагирует Астрид. Девушка проявила истинное спокойствие, ни одним движением лицевым мышц не показав, как ей хочется побыстрее услышать тайну.

- Уже обнадёживает, - кивнула принцесса. – Но эту технологию ты сейчас не раскроешь, заставив меня страдать и мучиться до того момента, когда я встану возле твоего Алтаря.

- Придётся подождать, Снежная Кошка, извини, - я повернулся лицом к Астрид и потянулся для поцелуя. И увидел, что мой порыв принцесса желает поддержать. Время для нас потеряло значение.

Держать ядро в «спящем» режиме мне удавалось уже легко, практически на «автомате». Астрид не почувствовала какого-либо вмешательства в свой аурный контур, но машинально выставила защиту, о чём предупредил едва слышный, тихий хрустальный перезвон в ушах.

А целуется Снежная Кошка довольно умело, отметил я. Полагаю, встречи с датским принцем Фредериком дали девушке кое-какой чувственный и эмоциональный опыт. Ну и что? Ревновать к бесцеремонно отодвинутому рукой Харальда шкафу было бы откровенной глупостью.

- Достаточно, а то губы обветрятся, - хихикнула Астрид, отстраняясь от меня. – Мама всегда предупреждает, что на холоде нельзя целоваться.

- Маму надо слушаться, - согласился я, унимая бешено бьющееся сердце. – Астрид, моя просьба может показаться странной… Мне нужна прядь твоих волос.

Девушка с удивлением поглядела на меня, аккуратно провела пальцем по губам, словно проверяя, не размазалась ли помада, и ошарашила своим вопросом:

- Волосы тебе нужны для эксперимента с родовым Источником?

- Да.

- Хм, довольно оригинальный способ предварительного привязывания к чужому Источнику. Сам догадался?

- Для этого пришлось перечитать кучу разных книжек, - я поразился столь тонкому чутью Астрид. – Но к методике привязки пришёл собственным умом.

- Значит, Лида, Арина и Нина уже «привязаны», - не вопрошая, а утверждая, задумчиво проговорила Астрид. – Теперь мне понятно, почему я ощущала странные движения энергий в их ауре.

Про Лиду я не стал ничего говорить, но то, что Астрид легко сообразила, для чего мне нужны волосы, стало сюрпризом.

- И кто ты такая? – меня разобрало любопытство. – Я сейчас не про тебя саму, а про твои тщательно скрываемые способности.

- Скринер, - улыбнулась Астрид. – Не самый сильный… Но устойчивые потоки энергий в аурном контуре способна видеть и чувствовать.

- Это Подарок?

- Не знаю, - пожала плечами девушка. – Он есть независимо от основного Дара. Может, вместе нам вместе удастся разгадать его природу?

- Обязательно. Я задался целью собрать сведения о всех Подарках.

- В таком случае почитаю старинные фолианты, - воодушевилась Астрид. – Если что-то найду, то обязательно тебе сообщу.

- Если ты не против, могу ли я взглянуть на этот Подарок с помощью медитативной техники?

Астрид призадумалась. Возможно, она решала дилемму, дать ли такое разрешение человеку, ещё не связанному с ней супружескими отношениями, или деликатно отказать.

- В конце концов, Подарок не относится к секретам Рода. Но я опасаюсь влияния антимагии.

- Я не буду ею пользоваться, - твёрдо ответил я и шагнул за спину Астрид. – Мне необходимо положить руку тебе на живот. Ты разрешишь?

- Трудно отказать такому настойчивому юноше, - принцесса усмехнулась, но тут же поёжилась, то ли от холодного ветра, то ли от страха.

- Не бойся, я не причиню тебе вреда, - моя рука легла поверх плаща. Сейчас не требовалось столь плотного тактильного контакта. Нужно лишь перевести ядро в пассивное состояние и самому погрузиться в астрал. В таком состоянии можно легко увидеть аурный контур человека, если он очень близко.

Я слышал размеренное дыхание Астрид, ощущавшей моё прикосновение. Если нас в таком положении увидит король, придётся осваивать полёт без бронекостюма. Потому что Харальд без всяких сомнений швырнёт меня за ограждение, прямо на валуны. Несмотря на недавнее родительское согласие.

Подарок Астрид отличался от Подарка Арины только в одном: в узоре, переливающемся в плотной оболочке из переплетённых нитей голубого и нежно-изумрудного цвета, переходящих в ультрамариновый. Узор колыхался и медленно двигался по какой-то одной ему ведомой орбите вокруг мерцающей золотисто-голубой точки, похожей на маленький орешек. И расположился этот орешек чуть выше ядра Дара. У Голицыной такого не было. Подарок был статичным, словно вплавленным в ядро. Что это могло значить, понятия не имею. Предполагаю, что Астрид ещё слишком молодой, неопытный скринер. И пользуется Подарком не так часто. Оттого и не происходит слияния.

Я убрал руки, девушка облегчённо вздохнула, подспудно ожидая неприятных последствий.

- Посмотрел?

- Да. Интересная конфигурация. Потом зарисую и подумаю на досуге, как всё устроено.

- Расскажешь?

- Обязательно.

За нашими спинами вдруг зашевелилась темнота, лёгкий порыв ветра дыхнул в лицо запахом водорослей и йода.

- Молодые люди, вас ждёт король, - голосом Куана произнесла фигура.

- Боже, я так испугалась! – прижав руку к груди, принцесса облегчённо рассмеялась от неожиданного появления Хитрого Лиса. – Даже не почувствовала приближения твоего слуги! Ой, про волосы не забыть бы! А чем резать?

- Постой, я сейчас всё сделаю. Только не двигайся, - я выбрал одной рукой небольшую прядь волос Астрид, а другой создал тончайшее силовое поле, острой кромкой которой аккуратно срезал её. И завернул в бумажную салфетку. О ней я позаботился заранее, когда выходил из-за стола. Незаметно сунул в карман брюк, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Я же давно планировал взять генетический материал принцессы, чтобы сделать привязку. Каждая новая попытка – это риск отторжения, как бы я ни был уверен в отработанной схеме.

- Всё, благодарю за доверие, - шутливо поклонился я и подставил локоть, в который Астрид и вцепилась. Мы неторопливо двинулись в обратном направлении, но уже молча, как будто каждый из нас проигрывал в уме этот вечер, выискивал потаённые смыслы, невысказанные слова. Куан снова растворился в темноте. Хм, неужели сейчас на острове действительно нет ни одного хирдмана, если мой наставник-слуга выполняет поручения короля Харальда?

Когда появились светящиеся окна «избушки», Астрид вдруг остановилась и тихо сказала:

- Подожди, Андрей… У нас всё так быстро получилось, что я до сих пор нахожусь в растерянности. Словно в тумане дала тебе согласие, а теперь, как под дудочку Нильса, иду в неизвестность. Скажи, ты действительно меня любишь? Независимо от политических выгод для моего отца и твоего императора? Просто… я не хочу выходить замуж только потому, что нас обоих заставили.

- Я влюбился в тебя сразу, как только впервые увидел, - твёрдо произнёс я. – И никакие политические интриги не повлияли на мои чувства. Пусть король Харальд и император Иван сколько угодно думают, что это их успех, я к этому не имею никакого отношения. Просто всё удачно совпало.

- Но наши дети, вероятно, станут тем секретным оружием, которым хотят обладать оба правителя, - вздохнула Астрид. – Они начнут их использовать, как и тебя сейчас.

- Это произойдёт ещё нескоро, - я мягко прижал девушку к себе, чувствуя её учащённое дыхание. – У нас будет время подумать над стратегией защиты. Пойдём в дом. Не хочу испытать на себе недовольство Харальда Свирепого.

Астрид тихо хихикнула и прильнула к моим губам, словно торопясь взять своё в последние минуты нашего уединения.

2

Поднявшись по трапу на знакомый уже паром «Маринелла», увозящий нас в обратный путь, я не стал оборачиваться, чтобы рассмотреть в толпе провожающих знакомую стройную фигурку. Потому что знал: Астрид здесь нет. Она осталась во дворце, но попрощалась со мной по видеозвонку.

- Не хочу, чтобы меня видели расстроенной, - призналась девушка. – И вообще не люблю расставания. Ты, главное, береги себя. И как только вернёшься домой, обязательно позвони мне.

- Как скажешь, Снежная Кошка, - улыбнулся я. – Только не слушай никаких новостей до моего звонка, хорошо?

- Постараюсь, - проворчала Астрид. – Хотя это будет нелегко.

…Эд показал билеты, приобретённые на всю нашу команд, и контролёр очень быстро и привычно проверил их с помощью сканера. Дожидавшийся нас стюард жестом предложил следовать за ним. Молодые кадеты-хирдманы, с увлечением игравшие роль отъезжающей делегации, с шумом и гамом расселялись в том же крыле парома, где находились и наши каюты.

- Через десять минут у меня, - предупредил я телохранителей и механиков, пока Куан заносил чемоданы в каюту-люкс, где нам предстояло провести половину дня.

Сев на диван, я достал телефон и посмотрел на экран. Обратил внимание, сколько сообщений пришло в «болталку». И все они пестрели короткими фразами, вроде «мы едем домой», «объявили посадку на паром», «опять двенадцать часов болтаться на этом корыте». Я усмехнулся. Все, кто сейчас находился на военно-морской базе, соблюдали режим абсолютной тишины. Активность, проявляемая на моём телефоне, была ловко подделана Королевской Службой Кибербезопасности. Это на случай, если диверсантам вздумается отследить перемещение делегации по номерам абонентов. Не уверен, что в полевых условиях им удастся влезть в телефон той же Лиды Мстиславской или чей-то из свиты. Но бережёного бог бережёт. Усмехнувшись, я положил мобильник в карман пиджака. Очень надеюсь уже завтра увидеть настоящие сообщения от девчат, что они благополучно приехали домой.

Каюта стала наполняться моими людьми. Я предложил им присаживаться, кто куда хочет, а сам стал расхаживать по просторному помещению, заложив руки за спину.

- Эд, первым делом займись безопасностью группы, - распорядился я, глядя на старшего личника. – С Гены и механиков глаз не спускать. Выстави охрану возле их кают, и чтобы никто никуда без моего разрешения не уходил. Это касается всех, понятно?

- Так точно, - подтвердил за всех Эд. – Никанор и Влад, заступаете первыми. Через шесть часов вас сменят Василий и Яким. Игорь и я будем находиться с вами, Андрей Георгиевич.

Я не стал возражать. Особой опасности на пароме можно было не ожидать, но кто знает, до чего додумаются сепаратисты, подзуживаемые британской агентурой, да ещё разбавленные диверсионной группой «Корсаров».

- Обедают все в своих каютах, - продолжил я. – Заказ сделает Куан. Повторяю, никто никуда не уходит. Пусть за нами присматривают хирдманы, но особо на них не надейтесь. У них своё задание. Дальше… Как я уже и говорил, вся группа механиков будет находиться в бронированном вагоне охраны. Со мной останутся только телохранители. Мы не знаем, как будут развиваться события. Может, и в этот раз ничего не случится, но такая вероятность низкая. Есть предчувствие, что назревает драка.

- Андрей Георгиевич, давайте вы облачитесь в «Бастион», - предложил Ваня Гончар. – Хоть какая-то защита от внезапного нападения. Заодно и пилотам конвоя поможете.

- И ты предлагаешь мне находиться в железе неизвестно сколько времени? В качающемся поезде? Без возможности присесть? – усмехнулся я. – Заботливый ты, Ваня. Спасибо.

- Я же хотел как лучше, - пожал плечами механик, ничуть не смутившись.

- Нет, обойдусь без брони, - решительно ответил я. – У меня есть отработанные защитные и атакующие техники, ими и воспользуюсь. До тех пор, пока «Скандинавский экспресс» не пересечёт границу Российской Империи, усиливаем бдительность.

Все разошлись, а я решил немного помедитировать. Накатила какая-то апатия ко всему происходящему, и следовало встряхнуться. Может, с Куаном провести тренировку?

- Андрей Георгиевич, к вам человек, - заглянул в каюту Игорь. – Представился бароном Кноррингом.

- Пусть зайдёт, - я обрадовался возможности отвлечься.

Барон Кнорринг кого-то неуловимо напоминал, но я никак не мог уловить сходство с кем-то из знакомых мне людей. Коренастый, среднего роста, с «армейской» стрижкой мужчина в строгом сером костюме деловито вошёл в каюту и остановился в паре шагов от меня.

- Княжич Мамонов? – спросил он по-русски без намёка на акцент. – Добрый день. Я – барон Арвид Кнорринг, командир роты охраны. Мне велено сопровождать вас до самого Выборга.

- Здравствуйте, барон, - я протянул руку, которую мужчина крепко сжал, пару встряхнул и тут же отпустил. – Присаживайтесь, мест достаточно.

- Благодарю, - Кнорринг занял одно из кресел, расслабленно откинулся назад.

- Хотите чего-нибудь выпить? Куан, посмотри в мини-баре, что там есть из спиртного…

- Вынужден отказаться, Андрей Георгиевич. Я на службе. А от холодного апельсинового сока не откажусь. В люксах есть холодильники, и в них всегда стоят кувшины с каким-нибудь напитком.

Куан по моему знаку тут же проверил небольшой холодильник за барной стойкой. И к нашему удовольствию принёс запотевший стеклянный кувшин. В нём действительно был апельсиновый сок. Разлив его по стаканам, наставник поклонился и куда-то незаметно исчез. Барон с уважением покачал головой, признавая профессионализм моего слуги.

- Я вас слушаю, господин барон, - отпив из высокого стакана освежающий напиток, поставил его на столик, чтобы не греть в руках.

- Как вы смотрите, княжич, если при возможном проникновении диверсантов в «императорские» вагоны, мы отцепим их от «Экспресса»? Так как целью являетесь вы, то враг попытается атаковать именно их, положить всю охрану и ликвидировать вас.

- А зачем тогда отцеплять вагоны? – пожал я плечами.

- Чтобы не подвергать опасности остальных пассажиров, - пояснил барон. – Смотрите, что получается. При расцеплении вперёд уйдут локомотив, вагоны конвоя и моих хирдманов, а также ваши три «императорских» вагона. Тем самым мы отвлекаем на себя всю огневую мощь напавших. Остаётся только грамотно сработать и взять в плен Тесака.

- Если он там будет, - хмыкнул я, дивясь столь оптимистичному плану гостя. Как будто на альбомном листке нарисовал схему, по которой и собирается действовать.

- Будет. Система слежения зафиксировала на вокзале в Мальмё Роланда Обера, верного сподвижника Тесака. Без этого чародея Торгильс Эйдссон ни одну свою операцию не проводит, - барон сделал два мелких глотка. – Значит, он находится здесь.

- Так почему бы не схватить его сейчас, а не ждать, когда он сам за нами придёт? С трудом верится, что чародей смог засветиться перед камерами. Он обязательно должен натянуть чужую личину или сделать «отвод».

- У нас повсеместно внедряются новые камеры, умеющие игнорировать чародейские техники, - с довольным видом произнёс Кнорринг. – А на первый ваш вопрос отвечу так: мы хотим взять всех, а не только одного Тесака. Может, удастся ещё и сепаратистов хорошенько потрепать.

- Допустим, - я задумался. – Но у вас как-то всё просто. А если диверсанты не позволят вам отцепить вагоны? Вдруг они уже купили билеты в разные вагоны и спокойно едут до места атаки? И по сигналу начнут прорываться к нам.

- Поэтому в Або произойдёт перестановка, - барон снова сделал два глотка и поставил стакан на столик рядом с моим. – По инструкции вагоны спецназначения всегда должны находится в середине состава, но их сдвинут вперёд. Тем самым мы нарушим первоначальный план диверсантов. К тому же по всему поезду мы расставили своих людей в штатском. Они будут наблюдать за ситуацией, и в случае опасности предупредят по рации. У всех хирдманов есть жетоны с радиомаячками. Их сигналы идут на мой командирский планшет. Не буду раскрывать перед вами все тактические хитрости, но уверяю вас, Андрей Георгиевич: мы подготовились. Кстати, с вами поедет группа одного очень хорошего знакомого. Думаю, вы не будете против такой компании.

- И кто этот знакомый? – удивился я.

- Эрик Биргерссон.

- Берсерк поедем с нами? Он же не военный…

- Он, в первую очередь, дворянин. Подданный Его Величества, дававший клятву верности, - барон закинул ногу на ногу, сцепил пальцы рук на колене. – Король лично распорядился ввести его в штат кадетов-хирдманов.

- Полагаю, это дядюшка Эрика попросил короля, - сообразил я. – Ведь ярл Фолькунг вхож в покои Его Величества?

- Несомненно, - кивнул Кнорринг. – Но это не моя епархия. Поступил приказ – я его выполняю.

- Военный до мозга костей? – улыбнулся я.

- Вот именно, Андрей Георгиевич. Поэтому вынужден требовать от вас строгого подчинения моим приказам во время поездки вплоть до того момента, когда «Скандинавский экспресс» пересечёт границу России.

- Не возражаю, господин барон. Скажите, а сколько у вас боевых магов в отряде? Будут ли они задействованы в охране вагона, где буду ехать я со своими телохранителями?

- Им поставлена задача только следить за развитием ситуации, - Кнорринг пристально поглядел на меня. – Но в случае угрозы вашей жизни они должны вас спасти любой ценой. Поэтому постарайтесь умерить свою горячность, княжич, свойственную молодым людям. Как говорят русские, не лезьте на рожон.

Я улыбнулся и выставил перед собой ладони, демонстрируя свою покладистость.

- Насчёт груза и вашей инженерной группы я уже договорился с комендантом поезда, - добавил барон, вставая. – Они поедут в вагоне конвоя. Извините, мне нужно идти. Служба…

- Благодарю вас, господин барон, что уделили время для встречи, - я тоже встал и проводил Кнорринга до двери. – Было бы здорово доехать до Выборга без всяких приключений.

- Согласен, - задержавшись у раскрытой двери, ответил барон. – К сожалению, агентурная информация свидетельствует о неизбежности нападения мятежников в пути. И к этому нужно быть готовым. Всего хорошего, княжич. Постарайтесь отдохнуть до Або. Кто знает, удастся ли поспать в поезде.

Я закрыл за бароном дверь и полез в телефон. Кого же мне напоминает Арвид Кнорринг? Черты лица, глаза, мимика… Так, сразу вбиваем фамилию в поисковую строку. Хм, вот так сюрприз. Про самого барона информации почти нет. Написано только, что он принадлежит шведской ветви многочисленного Рода Кноррингов. А вот то, что королева Ранди – его сестра, сразу расставило всё на свои места. Выходит, Арвид немного лукавит. Он ведь по-родственному может спокойно общаться с Харальдом. И наверняка общается. А значит, про мою антимагию ему известно. Я не утверждаю, но сильно подозреваю. Недаром гость так внимательно поглядывал на меня, словно пытался обнаружить все признаки анти-Дара. Лично я не почувствовал никакого воздействия магией.

Как ни странно, визит барон встряхнул меня и развеял хмурое настроение от расставания с Астрид, беспокойства за своих девушек и предстоящей поездки, которая сулила всевозможные сюрпризы, и не факт, что приятные. Я решил поспать несколько часов, но тут охрана предупредила о каком-то молодом человеке, рвущемся поговорить со мной.

- Пусти его, - махнул я рукой Игорю, догадываясь, кто это.

- Брат! – заревел Берсерк, вваливаясь в каюту с пакетом, в котором что-то вызывающе позвякивало. – Ты думал, что я так просто тебя отпущу, не попрощавшись?

- Можно подумать, ты напросился в поездку ради прощального рукопожатия! – рассмеялся я, приобняв широкоплечего скандинава, и похлопав по его спине. – Признайся, что решил спустить пар после своего поражения?

- Ну, и это тоже, - Эрик стал вытаскивать из пакета бутылки с пивом. – В гости с пустыми руками не ходят, вот я и прихватил с собой вкусненького. Знаю, что в люксах такого добра хватает, но ты даже не вздумай опустошать свой холодильник.

- Куан, у нас найдутся орешки или какая-нибудь вяленая рыбка? – поинтересовался я.

- Да, господин, есть жареные орешки, - наставник, играющий роль слуги, насыпал на тарелку легкой закуски и подал нам, при этом убрав стаканы с соком.

- Будем пить из бутылок, - заявил Берсерк, с хлопком скручивая крышку с горлышка.

- Как скажешь, - я усмехнулся и тоже открыл бутылку. – Ты зачем вписался в это дело? Только не говори, что медаль хочешь получить.

- Наград на мой век хватит, - отмахнулся Эрик, успевший сделать пару больших глотков. – Меня вчера утром позвал к себе дядюшка Снорре и спросил, не хочу ли я прибавить себе очков личной репутации, так бездарно потерянных в спарринге с княжичем Мамоновым. Конечно, мне стало интересно, чего такого предлагает Глава Рода. А когда он рассказал, что нужна команда для сопровождения русской делегации, я даже не раздумывал.

- А как же баронесса Ингер фон Ашегер? – прищурившись, поинтересовался я. – Она будет переживать за своего жениха. В пути может всякое произойти. Сдаётся, путешествие не будет спокойным.

- Ингер – умная и понятливая девушка, - отмахнулся Берсерк. – Когда я сказал, что мне нужно отлучиться на несколько дней, она отнеслась к этому спокойно. У мужчин есть дела, которые никак не пересекаются с планами девушек, сказала она, поэтому спокойно занимайся ими. Благословен будет тот, кому достанется такая жена.

Рассмеявшись, мы стукнулись бутылками. Отпив приятной горечи, я захрустел орешками.

- Почему ты всегда говоришь о дядюшке Снорре, но никогда – об отце? – задал я давно мучивший меня вопрос. – Извини, если я оказался невежлив…

- Родители погибли, когда мне было пять лет, - спокойно ответил Берсерк. – Авиакатастрофа. Пилот самолёта потерял ориентир в тумане и врезался в гору неподалеку от озера Вастерботтен. Это далеко на севере Скандии. Мама занималась созданием искусственной кожи, и далеко продвинулась в исследованиях. На её беду такие же исследования проводила одна британская компания. Тут вопрос стоял в том, кто быстрее выйдет на международный рынок, сулящий огромные деньги. Понимаешь…, - Эрик хлебнул пива и поставил бутылку на подлокотник кресла, придерживая её рукой. - Дядюшка Снорре намного позже рассказал, что мама никогда не думала о прибыли. Для неё на первом месте стояла жизнь людей. Если бы в то время король Матиас взял под своё крыло лабораторию мамы, то, возможно, она осталась бы жива. Но частная лаборатория не имеет ресурсов охранять каждого своего сотрудника.

- Самолёт упал не случайно?

- Официальная версия: ошибка пилота. Дядя нанял самых лучших детективов, потому что не верил в случайность смерти своей родной сестры. Следы вели в Британию. Но подобраться к верхушке компании, занимавшейся в то время аналогичными исследованиями, было невозможно, - Эрик с хрустом сжал пальцы в кулак. – Слишком хорошо подстраховались те, кто спланировал убийство матери. Нечего было предъявить, разве что косвенные улики. Через два года именно эта компания вышла на мировой рынок с искусственной кожей. В совпадения дядюшка Снорре никогда не верил, но, к сожалению, кроме своих подозрений у него не было ничего, что могло привлечь к ответу мерзавцев. Вернее, кое-что есть, но в суд эти бумаги и признания не потащишь. Поэтому остаётся только один путь…

Эрик задумчиво хмыкнул каким-то своим мыслям, осушил бутылку и аккуратно поставил её на стол.

- Шесть человек из списка подозреваемых ждут своей участи, - признался Берсерк, что было удивительно. – Двое уже червей кормят. Ярл Фолькунг не такой травоядный, как думали некоторые. Он поклялся на Родовом Алтаре, что покарает всех причастных к гибели моей мамы. Я тоже, когда мне исполнилось пятнадцать, пролил кровь над Источником с клятвой мести.

- Ты же был ещё мальчишкой.

- Я и сейчас считаю, что поступил правильно. От своей клятвы не отрекаюсь.

Я кивнул. Выбор Эрика Биргерссона был осознанным. В этом мире одарённые взрослеют рано, и пятнадцатилетний пацан может брать ответственность за свои слова. И исполнять клятву, данную над Родовым Алтарём.

- Значит, ярл Фолькунг тебя воспитывал с пяти лет?

- Он был моим опекуном до совершеннолетия, - кивнул Эрик. – Но и сейчас помогает.

- А как ярл относится к твоей избраннице?

- О, прекрасно. Ведь именно дядюшка был инициатором нашей помолвки, а ещё раньше, когда я даже не думал о девочках, начал вести переговоры с Ашегерами. Подозреваю, что Ингер придерживалась его плана приручить дикого мальчика Эрика. И за десять лет приручила-таки…

Мы посмеялись.

- Может быть, это не моё дело, Эрик… Но как ты собираешься мстить причастным к гибели твоих родителей людям? Уже столько лет прошло, - я неторопливо глотнул пива.

- Для кого-то смерть – слишком лёгкая цена за содеянное, - тихо проговорил Берсерк. – Те, кто уже сдох, заслужили этого. Они планировали операцию, а потом сбежали в Англию. Поэтому их и было легче всего найти. А вот стоявшие за ними люди, занимают слишком высокие посты в фарм-корпорации, а двое и вовсе в парламенте заседают. Я долго спорил с дядей Снорре, как поступить. Но потом мы решили, что их надо лишить самого дорогого, за что они готовы продать свою душу и тело.

Я хмыкнул:

- По кошельку хотите ударить?

- Именно, - хлопнул по своему колену Берсерк и резким движением скрутил крышку со второй бутылки. – Ничего… Для наказания убийц не существует срока давности. Их нужно разорить до такого состояния, чтобы они побирались на грязных улицах и под мостами, чтобы в каждом приличном доме при их виде кривились в отвращении…

- Ещё раз прошу прощения, что разбередил твои раны.

- Всё нормально, Андрей, всё нормально, - улыбнулся Эрик. – Боль давно ушла, осталась только лёгкая грусть. Ингер все эти годы помогала мне, поддерживала и утешала. Ей я очень благодарен.

- Она хорошая девушка, - признался я. – Желаю тебе счастья с ней. На свадьбу-то пригласишь?

- А куда ты денешься? – хохотнул Эрик. – Почаще смотри на перстень с гербом Фолькунгов, и не забывай, кто ты есть для нашего клана… Эх, лишь бы наши свадьбы не совпали.

- Это точно, - согласился я. – Но я постараюсь этот год прожить холостяком.

И мы снова дружно рассмеялись, стукнулись бутылками.

- Эрик, а кадеты-хирдманы достаточно обучены, чтобы отбить нападение? – этот вопрос меня очень волновал. Если диверсанты каким-то образом ворвутся в «императорские» вагоны, молодёжь не сможет им противостоять. Допустим, кто-то владеет магией, но и враг тоже использует магические возможности. Я бы снял тайком где-нибудь в Або или Гельсингфорсе всю «массовку» с поезда, и устроил засаду в пустых вагона.

- В поездку отбирались только дворянские дети, владеющие магией, - Берсерк кинул взгляд на свои часы, покачал головой. – Нас так просто не убьёшь… Ладно, брат, побежал я. Через десять минут барон Кнорринг собирает кадетов на постановку задачи. Отдыхай. Встретимся в поезде. Ещё наговоримся.

Эрик ушёл, а я, наконец-то, добрался до кровати и очень быстро уснул.

Глава 5

1

«Скандинавский экспресс» мягко постукивал на стыках рельсов и неторопливо катился по железнодорожной колее мимо аккуратных пригородных домиков Або, постепенно оставляя позади портовый город. Пассажиры укладывались спать. Двенадцать часов по морю, два часа на берегу в ожидании формирования состава вымотали многих, да и наступившая ночь не располагали к задушевным беседам за чашечкой кофе или чая.

В купе, где расположился Тесак со своими боевыми магами, постучались условным сигналом. Командир наёмников щёлкнул на пистолете кнопкой предохранителя, затем положил оружие на столик и прикрыл его газетой. Хотя мог этого и не делать. Любой из магов одним движением пальца мог закрыть щитом всё купе для отражения атаки.

- Открой, - кивнул Тесак сидящему у двери Хансу.

Маг щёлкнул «собачкой» замка, и дверь с шуршанием отъехала в сторону. Каспер в респектабельном костюме, ничуть не похожий на того зачуханного мужичка в гостинице, вошёл в купе. Его опытный взгляд зацепился за газету. Закрыв дверь, Каспер подождал, когда маги освободят ему место, и сел напротив Тесака.

- Через два часа начинаем, - предупредил он. – У тебя всё готово?

- Конечно, - пожал плечами Торгильс. – Но у нас проблема иного плана. Ты видел, что «гербовые» вагоны поставили в «голове» состава?

- Да, сразу обратил внимание, когда в порту манёвры шли, - поморщился Каспер. – Теперь, чтобы попасть в охраняемую зону, нужно пройти семь пассажирских вагонов и вагон-ресторан. Последний находится в центре. Что будем делать?

Тесак задумался. Их объединённая группа сейчас ехала в «Скандинавском экспрессе» под видом обычных пассажиров: бизнесмены, туристы, даже молодая пара - для отвлечения внимания. Да, в группе «Корсаров» была девушка-боевик. Наёмническую службу она несла наравне с мужчинами, не жалуясь и не скуля. Но сейчас Эстер и Хокан играют молодожёнов, возвращающихся домой из свадебного путешествия. У каждого члена группы багаж, в котором находится оружие. Хитроумные тайники в чемоданах отражали сигналы сканеров, поэтому таможенники ничего не обнаружили.

Первоначальный план состоял в том, чтобы по сигналу вся группа заняла позиции в тех вагонах, которые примыкали к «гербовым» с двух сторон, и заблокировать выходы. Часть боевиков по плану должна войти в элитные вагоны, другая, с автоматическим оружием и с боевыми магами в придачу были назначены сдерживать хирдманов, когда те бросятся спасать важных пассажиров. Учитывался даже тот момент, что королевские гвардейцы могут находиться даже среди них.

В этот же момент внешняя группа, состоящая из мятежников, которым приданы спецы-минёры, вынуждают поезд остановиться с помощью подрыва путей или локомотива. В поднявшейся суматохе «корсары» ищут русского княжича Мамонова, уничтожая по пути всех, кто им помешает. Тесак должен захватить мальчишку в плен, и на машине, которая их будет ждать, как можно быстрее покинуть район боевых действий, в заранее подготовленное тайное место. Пока шумиха от столь дерзкой операции не затихнет, придётся какое-то время продержать там важного клиента, да и самим перевести дух. Но… учитывая серьёзную охрану и наличие пилотов в экзоброне, Тесак не хотел возиться с клиентом. Быстро ликвидировать, отсечь голову для подтверждения выполненного заказа – и исчезнуть в густых лапландских лесах… Торгильс Эйдссон недаром получил такое прозвище. Никто не знал точно, сколько голов он предъявил заказчикам за всю свою наёмническую жизнь. Зато каждый, кто ходил с ним на задания, замечали огромный клинок бритвенной остроты в кожаных ножнах.

- У нас нет иных вариантов, как прорываться к «гербовым» вагонам, - нарушив затянувшееся молчание, ответил Тесак. – Клиент находится во втором. Значит, на начальном этапе операции наши маги создают мощное «сонное» плетение, чтобы погасить любое сопротивление. Как только находящиеся в третьем вагоне пассажиры уснут, захватываем его. Твои люди, Каспер, блокируют вход в него и отбиваются от атак хирдманов. Мы в это время врываемся в нужный нам вагон и всех усыпляем. Если не получится, вступаем в огневой контакт. Блокируем вход с другой стороны, чтобы никто не смог прийти на помощь. Находим клиента и ликвидируем, если будет хоть малейший намёк на сопротивление. Снаружи группа поддержки свяжет боем всю охрану поезда. А мы под шумок быстро смываемся.

- За неимением лучшего предложения примем этот, - поморщился Каспер.

- А ты на что надеялся? – усмехнулся Тесак. – Не пролив и капли пота, играючи расправиться с подготовленной к подобным ситуациям охраной, после чего спокойно уйти? Так не бывает. Нужно уметь адаптироваться к меняющейся обстановке. Где не получится провести операцию скальпелем, там придётся бить кувалдой. У тебя есть боевые маги, используй их на всю катушку. И не бойся терять людей. Иначе какой из тебя командир?

Каспер криво улыбнулся. Спорить с «корсаром», имевшим репутацию самого дерзкого и непредсказуемого наёмника в Европе, он не собирался. Слишком разные у них весовые категории, если применять спортивные термины. Группа Каспера была заточена на очень тонкие и сложные по исполнению задачи, а «Корсары» - это грубая сила, разваливающая всё на своём пути. Громкие диверсии, теракты – вот чем славился наёмный отряд данов.

- Ресторан работает до двух часов ночи, - предупредил он. – Собираемся там в половине первого и захватываем весь персонал, чтобы никто не смог предупредить охрану. Отключаем связь и ждём сигнала к атаке.

- А если сигнала не будет? – спросил Роланд, старший группы боевых магов. – Вдруг лопарям не удастся подорвать железнодорожный путь?

- Тогда начнём сами в три часа. Как действовать в таком случае, мы уже прорабатывали в Мальмё, - Каспер пружинисто встал. – Надеюсь, твои маги не подведут.

- Не подведут, - широко улыбнулся Тесак. – Они своё дело знают.

- В таком случае – готовьтесь, - командир второй группы вышел из купе, аккуратно закрыв за собой дверь.

- Роланд, сможешь создать устойчивый портал, чтобы уйти через него? – помолчав, спросил Тесак. – Только не такой, как в прошлый раз на «Северной Звезде».

- Ещё бы понять, что там произошло, - проворчал маг, который ставил «Щит Хеймдалля». – Усилий трёх чародеев едва хватило, чтобы сбалансировать канал телепорта. До сих пор голову ломаю над этой загадкой. Как и над той, почему не взорвались заряды под семейкой Харальда.

- «Щит Хеймдалля» снёс мальчишка, за которым мы охотимся, - усмехнулся Тесак. – Тебе что-то об этом говорит?

- Откуда информация? – нахмурился Роланд и переглянулся со своими коллегами-чародеями.

- Неважно. Источник надёжный.

- Какой силой должен обладать молодой парень, чтобы разрушить трёхступенчатую защиту? – удивился Ханс. – И почему ты раньше об этом нам не сказал? Придётся теперь на ходу менять конфигурацию защитных полей.

- Лучше подумайте, как эффективно использовать ваши атакующие плетения, - подсказал Тесак. – Мы в любом случае должны выполнить задание.

2

Было довольно странное ощущение от происходящего. В вагоне, кроме меня и телохранителей, сейчас находились совершенно незнакомые мне молодые люди, а не друзья-одноклассники. Эрик ехал в соседнем вагоне, но это не помешало ему заглянуть в моё купе, которое я делил с Куаном. Мы поболтали о разном, попили чайку с сушками и шоколадными конфетами, после чего Берсерк убежал, сославшись на жёсткую дисциплину. Видать, командир перекличку каждый час проводит, предположил я.

Спать пока совсем не тянуло. Да и нервы были натянуты от ожидания нападения. В голове постоянно прокручивал варианты, каким образом враг может пробраться в наш вагон. Но как бы не напрягал мозг, выходило только одно: прямая атака из соседнего вагона. Барон Кнорринг расставил посты и постоянно мониторил ситуацию по планшету, не говоря уже о связи. Рация, которую он мне любезно выделил, то и дело оживала, передавая перекличку на шведском языке.

- Господин, тебе надо поспать, - увидев мои мучения, посоветовал Куан, сохранявший невероятное спокойствие. Он сидел на соседнем диване и рассматривал полюбившийся ему альбом с репродукциями. Не могу понять, что Хитрый Лис в нём нашёл. Или проснулась тяга к созерцанию прекрасного? – Если богам суждено допустить нападение, оно произойдёт. А мы не боги, чтобы изменить предначертанное.

- Уговорил, - проворчал я, ложась поверх одеяла в спортивных штанах и футболке. Раздеваться не собирался, чтобы быть готовым к любой ситуации. Даже кроссовки не снял. Воевать босиком – тот ещё мазохизм.

Куан погасил верхнее освещение, и купе погрузилось в полумрак. Свет ночника падал на лицо наставника, и отчётливо увидел морщины, прорезавшие его щёки и лоб. Сколько же лет Хитрому Лису? А ведь он явно немолод, вся жизнь прошла в служении. Ни семьи, ни детей, только я, с которым кореец возится, как с собственным сыном.

- Куан, - окликнул я его тихо.

- Да, княжич, - он поднял голову.

- Скажи мне, сколько ты ещё пробудешь со мной?

- Господина не устраивает старый облезший Лис? – бесстрастно спросил Куан, и если бы я его хорошо не изучил, даже не подумал бы, что он шутит.

- Устраивает. Просто подумал… вот появятся у меня собственные дети, и ты скажешь: я свою задачу выполнил, я ухожу.

- Куда мне идти? – пожал плечами наставник. – Разве только на улицу, чтобы сдохнуть под забором, как никому ненужный пёс.

Мне почему-то стало стыдно. Я чего-то не понимал.

- А разве ты не можешь вернуться к отцу?

- Князь приказал служить молодому господину до самой смерти.

- Почему же раньше не сказал об этом? – удивился я.

- Потому что я сам об этом узнал только недавно, когда мы находились в Якутии. Это было окончательное решение твоего отца, - Куан закрыл книгу и уже привычно погладил обложку. – Князь очень доволен моей службой. Но я тебе стал не нужен?

- Ты о чём говоришь? – я приподнялся на локте и с возмущением посмотрел на Хитрого Лиса. – Конечно, нужен! Да и Оксана мне голову оторвёт, если ты уйдёшь!

- Она может, - с какой-то новой интонацией в голосе проговорил Куан. – Или уйдёт вместе со мной, и тогда ты потеряешь чудесную кухарку.

- Я тебя понял, - усмехнувшись, я лёг обратно. – Вернёмся домой, женю вас. Раз уж ты остаёшься, будешь наставником моих будущих детей.

- Почту за честь, господин, - Куан поклонился, не вставая.

Я улыбнулся и закрыл глаза. Под мягкое покачивание вагона и мерный перестук колёс даже удалось задремать. Поезд то увеличивал скорость, то вдруг начинал замедляться. Где-то останавливался на несколько минут, а потом шёл дальше. Довольно странно. Движение на «скандинавском» участке дороги не являлось настолько оживлённым, чтобы «Экспрессу» приходилось под кого-то подстраиваться. Для нас можно было и «зелёный» путь дать.

Резкое торможение едва не сбросило меня на пол. В последний миг машинально упёрся в столик, ощущая, как напряглись мышцы на руках. Скрип тормозов, дёргающийся как в припадке вагон, суматошные вопли в соседних купе – всё говорило о том, что диверсанты осмелились-таки остановить поезд. За окном, где-то вдали, ярко вспыхнула звезда и понеслась в сторону состава. Она быстро росла, пока не соприкоснулась с каким-то вагоном, едущим впереди. Или с локомотивом? Яркие отсветы от взрыва легли на землю. Враз стало светло. Густой лес, чуть ли не вплотную примыкавший к железной дороге, сверкал вспышками выстрелов.

Зашипела рация, и чей-то голос, чуть взволнованный, но без паники, на русском языке стал бросать рубленные фразы:

- Внимание! Нападение на «Экспресс»! По ходу движения взорван фугас, локомотив-робот отрезан от нас и не может взять на буксир. Основной локомотив повреждён. Конвою приготовиться к отражению атаки! Пилотам – начать облёт территории и подавить все огневые точки! Блокировать переход между третьим и четвёртым вагоном, не допустить возможного прорыва диверсантов к делегации! «Гербовые» вагоны взять под особую защиту!

Только сейчас до меня дошло, что по нашему вагону огонь противник не ведёт. Странно. Чтобы гарантированно уничтожить антимага, нужно как раз садить по нему из всех стволов. Что-то щёлкнуло под потолком, и сверху на окно стала наползать металлическая шторка. Довольно быстро она отсекла нас от шальных пуль. Я хмыкнул и постучал по чёрной защитной поверхности. Точно такие же шторки используются в бронированном и штабном вагонах. Значит, надёжные.

- Андрей Георгиевич, с вами всё в порядке? – раздался крик Эда в коридоре.

Куан открыл дверь. Старший телохранитель ввалился в купе. В глазах тревога и отчаянная решимость защищать меня; казалось, что даже волосы на макушке встопорщился от возбуждения. За его спиной маячат Никанор и Влад.

- Пока всё в порядке, - спокойно ответил я, настраиваясь на серьёзную драку. В солнечном сплетении разгорался огонь, по невидимым энергоканалам расплавленным свинцом потекла Сила. Плечи, грудь, руки стали наливаться тяжестью. – Нужно перекрыть оба тамбура и следить за обстановкой. Где проводницы?

- Я здесь, Андрей Георгиевич! – чуть отодвинув Эда в сторону, к нам вошла Татьяна. – Комендант поезда приказал всем сидеть на месте и никуда не выходить из вагона. Тамбуры мы закрыли, но если используют взрывчатку, двери не выдержат.

Проводница не говорила прямо, кто может взорвать двери, но и так было ясно, что лопари всё же решились на атаку. Они же не просто так долбят из всех стволов по составу. Возможно, отвлекают от диверсантов, у которых стоит задача проникнуть сюда. То и дело по вагону разносились тупые удары от попадания пуль или осколков по бортам, отчего девушка вздрагивала.

Я встал и ободряюще положил руку ей на плечо.

- Таня, всё будет в порядке. Идите к себе, сядьте на пол, закройте дверь. Мы справимся сами. А давайте, я провожу вас.

- Хорошо, Андрей Георгиевич, спасибо, - кивнула Татьяна и дала мне возможность подержать её за локоток, пока мы шли по коридору. Видимо, она ещё ни разу не сталкивалась с подобными ситуациями. Света Булгакова как-то рассказывала, что в «экспрессах», ходящих за границу, работают матёрые проводницы, которым одним только своим видом мгновенно успокаивают пассажиров. Хотелось бы на таких одним глазком взглянуть.

Проводив Татьяну, я решил ещё разок пройтись по вагону, проверить, как обстоят дела у моих сопровождающих. С нами ехали десять кадетов из школы подготовки хирдманов. Так как двери во всех купе оказались открыты, мне удалось рассмотреть, чем занимаются парни. Они дисциплинированно сидели на месте, никуда не выскакивая, и не бегая по коридору. И деловито подготавливались к бою: надевали бронежилеты, заряжали оружие (помимо пистолета у каждого был короткоствольный автомат), распихивали запасные обоймы и рубчатые кругляши гранат по кармашкам разгрузок. Хм, вот что, оказывается, было в чемоданах моих сопровождающих, а я думал, сменное бельё… На моих глазах весёлые и беспечные парни превращались в грозную и боеспособную силу. При моём появлении они улыбались и что-то ободряюще говорили. Единственный человек, с кем я мог общаться на русском, был капрал по имени Кристофер. Сейчас он единственный стоял в конце коридора и с кем-то говорил по гарнитуре связи. Увидев меня, сделал жест, чтобы я никуда не уходил.

Закончив разговор, капрал с акцентом обратился ко мне:

- Внутренняя охрана доложила: из вагона-ресторана к нам прорывается вооружённая группа людей в количестве двадцати человек. В третьем вагоне готовятся к отражению атаки.

- А здесь есть камеры? – спросил я, повертев головой. И вдруг по вискам ударило хрустальным звоном, да так, что непроизвольно сжал их пальцами.

- В вагоне-ресторане их три. И в тамбурах по одной, - Кристофер встревоженно взглянул на меня. – Что случилось, княжич? Вам плохо?

- Возможно, применена сильная атакующая магоформа, - ответил я, переводя дух.

Капрал приложил руку к уху, в котором торчала гарнитура связи. Что-то отрывисто спросил. Потом ещё раз – и покачал головой.

- Третий вагон не отвечает. Странно.

- Там Эрик Биргерссон, - я уже не сдерживался и торопливо разгонял ядро до такого состояния, что в животе заработала настоящая металлургическая печь. Меня распирало от Силы. Казалось, ещё немного, и одежда разойдётся по швам.

Раздался звук очень сильного удара в тамбуре. Словно кто-то пытался выломать дверь и ворваться в наш вагон.

Капрал сдёрнул с плеча автомат и первым выскользнул в освещённый потолочным светильником тамбур, а я двинулся следом, уже готовый прикрыть его невидимым куполом спрессованного воздуха. Правда, импровизированная защита на ограниченном пространстве принесёт больше неудобства из-за нехватки воздуха, но от выстрелов спасёт.

- Предлагаю отойти в вагон. Здесь слишком мало места для манёвра, - бросил я в напряжённую спину Кристофера. – Мне будет легче отбить атаку в коридоре.

По ушам опять ударило разлетающимся на осколки хрусталём. Моя антимагия срывала чью-то магоформу. За дверью послышались яростные восклицания.

- У вас какой ранг одарённости? – капрал, к моему облегчение, послушался, и мы вернулись в вагон.

- Секретный, Кристофер, - улыбнулся я. – Прикажите своим людям находиться в купе и не высовываться, пока не скажу.

- Вы настолько уверены в своих силах? – хмыкнул капрал. – Я ведь тоже одарённый, владею Стихией Воды. И все десять человек, что здесь находятся, в той или иной мере могут использовать свои «стихийные» атрибуты.

- Надеюсь, «огневиков» здесь нет? – я не шутил, когда задал этот вопрос. Пироманы в замкнутом пространстве – страшное оружие. Подожгут вагон своими магическими плетениями, и придётся вместо отражения атаки заливать всё водой.

- «Огневиков» не брали, - усмехнулся Кристофер. – Здесь только «водники» и «воздушники».

- Тем не менее, не пытайтесь сейчас воспользоваться своим Даром, - ещё раз предупредил я капрала. – Дайте мне отработать по противнику.

- У меня приказ защищать вас всеми возможными средствами, - сжал челюсти Кристофер, сразу превратившись в непреклонного вояку. – И я исполню волю короля.

- В таком случае стойте за моей спиной и действуйте только тогда, когда я попрошу, - я поморщился, ощутив новый болевой импульс, ударивший по вискам. Судя по всему, враг применял очень мощные атакующие магоформы, которые моя антимагия хоть и разрушала, но не могла снизить силу отката. Сразу вспомнилось состояние после взлома «Щита Хеймдалля». Неужели здесь те же самые маги, что были и на «Северной Звезде»?

Что там происходит снаружи? Смогли боевики Булгаковых и королевские хирдманы отразить атаку? Нет, судя по участившимися попаданиям по корпусу вагона. Словно дробью сыплют. По звону осыпающегося стекла стало понятно, что мятежники уже не выбирают цели, а садят из оружия по всему составу. Изредка громыхало. Довольно сильно. Звонко стучала «Коса». Я её по звуку узнал.

Мощный взрыв в «холодном» тамбуре вынес обе деревянные двери, осыпая коридор крошками стекла. Горячая волна, пахнущая сгоревшим порохом, ударила в выставленный мною барьер из спрессованного воздуха и опала на ковровую дорожки и стены хлопьями копоти. Вагон качнулся из стороны в сторону, будто гигантская длань разозлённого йотуна дала ему пощёчину. Затрещали переборки, пластиковое покрытие потолков лопнуло в разных местах, осыпалось вниз белым крошевом.

- Куан, ко мне! Остальным оставаться на своих местах! – крикнул я, не оглядываясь и спешно сплетая силовые линии в плотную массу наподобие поршня. Им я собирался выдавить врага в тамбур и там разом покончить с большей частью нападавших. Узкий коридор вагона очень хорошо подходил для такой атаки. Диверсанты не смогут воспользоваться своим преимуществом в живой силе. Сколько их там сможет прорваться к нам? Толпой не пойдут, максимум, по двое. Остальные будут маячить за их спинами, прикрывать огнём. Но при такой плотности воздушной пробки у них ничего не получится. Значит, им придётся отступать на исходную позицию или… выпрыгивать из вагона, чтобы не быть раздавленными.

Кристофер продублировал мой приказ по-шведски, сам же оставаясь за спиной. Правда, ему пришлось посторониться, чтобы пропустить Куана.

- Я здесь, господин, - предупредил он.

- Будь готов поддержать меня, если не удастся отбросить диверсантов обратно, - не оборачиваясь, приказал я.

В этот момент что-то опять затрещало, и коридор со стороны туалета стал заполняться ледяной массой, тускло переливающейся серебристо-голубыми всполохами в её недрах. Сначала мне показалось, что вражеские маги решили залить весь вагон льдом, чтобы особо не рисковать своей жизнью. Идея здравая, если бы у диверсантов была куча времени. Но его не было. С минуты на минуту конвой и хирдманы барона Кнорринга уничтожат засаду и бросятся на помощь.

Ледяная пробка застыла напротив двух последних купе – и лопнула мириадами ледяных шариков и игл. Магия швырнула всю эту убойную массу в нас, и я вдруг подумал, что моих силовых линий не хватит удержать жуткую мешанину режущих снарядов. Нужен воздушный щит. Но воздух – субстанция упругая. Он стремится расшириться, и его нужно удерживать в сжатом состоянии, вложив в этот процесс огромное количество внутренней энергии. Поэтому мне и понадобилась помощь Куана.

Дальше мы работали в унисон. Сначала перевели каждый свою внутреннюю энергию (ту самую «жизненную силу», прану, ци, накопленную годами медитации) в кинетическую энергию сжатого газа. Я с предельной концентрацией создал каркас – невидимые «рёбра жёсткости», не дающие нашему невидимому оружию растечься в пространстве, а Куан следил за тем, чтобы воздух не расширялся, затыкая малейшие «дыры», в которые он обязательно устремится. Теперь в этот каркас нужно залить немного антимагической энергии. Вроде капли мощного красителя в графин с водой.

Я чувствовал, как пространство передо мной становится упругим, как тугой мяч, и тёплым. Казалось, этот процесс длился вечность, но на самом деле щит был поставлен чуть ли не за один удар сердца. В этот щит и влетело чудовищное количество миниатюрных поражающих элементов. За счёт кинетической энергии они пробили первый слой, но мгновенно растаяли. Было видно, как крупные капли, застывшие в воздухе, скатываются по невидимой поверхности вниз, на пол. А потом ледяной дождь просто осыпался на ковер, не причинив нам никакого вреда.

Да, я мог создать единое антимагическое поле и разом выбить из рук вражеских чародеев все их козыри. Но в таком случае кадеты-хирдманы тоже лишались своих магических возможностей. А я не хотел обезоруживать охрану. Духовные практики, чья сила зиждется на природной и человеческой энергии, вкупе с «каплей» антимагии действовали эффективно. Оказывается, противостоять магии с помощью силовых линий вполне реально. Мало того, у меня получилось сформировать из них довольно плотную «подушку», скрутив плоскости в единый жгут… Впервые мысль использовать энергетические потоки именно по такому принципу пришла мне в голову, когда кузнец Стейн выковывал из переплетённой в несколько рядов проволоки железную полосу – будущий клинок. Такой способ позволяет добиться нужной прочности заготовки.

Эти мысли промелькнули в голове с такой скоростью, что я просто не смог сразу осознать значимости увиденного, но информация отложилась в закоулках памяти. Я же сейчас спешно укреплял защиту, интуитивно чувствуя, что вот-вот прилетит…

- Снижай контроль! – крикнул я, не оборачиваясь. Надеюсь, Куан понял, что я имел в виду. Мне было нужно, чтобы плотность воздуха стала меньше.

Какая-то конусообразная штука, похожая на снаряд гранатомёта, вылетела из тамбура и с шипением понеслась по коридору в нашу троицу. Я ещё услышал за спиной родное «б***ть» голосом Кристофера и ослабил контроль ядра, так и полыхавшего белым пламенем под сердцем.

Антимагическая волна захлестнула вагон, распространилась наружу, вырубая (надо полагать) все амулеты, защитные и атакующие плетения, магическую связь, телефоны и интеграторы бронекостюмов. Последнего, я надеюсь, не произошло. Пилоты сейчас должны находиться далеко от эпицентра антимагической вспышки, и им она не навредит.

Конусообразная дрянь, потеряв силу, просто развалилась в воздухе, слабо полыхнув огнём. Сотканная из мельчайших магических узлов магоформа не смогла причинить вред нашей защите, но зато расплескалась по стенкам, начав пожирать поверхность пластика огненной пастью.

- Капрал, «водников» живо в коридор! – заорал я. – Пусть гасят огонь, иначе сгорим!

И бросился вперёд, распространяя перед собой антимагическое поле. В ушах больно бился на мелкие осколки хрусталь, но я уже «закусил удила». Мне хотелось посмотреть, что это за маги, создающие неприятные и мощные магоформы. А вдруг удастся захватить хотя бы одного и выпытать у него секрет «Щита Хеймдалля»?

3

Бесконечно длинный день никак не заканчивался. Харальду казалось, что за непроницаемыми стенами Оперативного Блока до сих пор светит солнце, неспешно катясь к закату, гуляют и веселятся люди. Но стрелки часов на огромной панели показывали, что законы природы неизменны, что в сутках двадцать четыре часа, и что смена дня и ночи всё-таки существует.

Сейчас на каждом светившимся мониторе замерли цифры 03:32. Операторы в наушниках напряжённо вглядывались в какие-то картинки, графики, изредка бросали в микрофоны отрывистые фразы.

- Ваше Величество! – перед королём, словно из-под земли, вырос «дверг» с рыжей бородкой. – Есть информация с участка, где проходит «Скандинавский экспресс».

В это же время пошло оживление по рядам операторов. Сейчас собирались разрозненные детали происходящего, чтобы дежурный по Оперативному Блоку мог доложить ситуацию.

- Говорите, Нюстрем, - развернулся к нему король.

- Магическая стабильность грунта в районе Мустааярви нарушена, государь, - спокойно доложил руководитель инженерно-магического отдела. – Предполагаемая ситуация: проведён подрыв железнодорожного полотна.

- Решили до Лахти не ждать, - хмыкнул Харальд, не показывая на лице каких-либо эмоций.

- В точке возможного подрыва глухой лес. Удобное место для засады, отсутствие населённых пунктов в радиусе двух-трёх километров, перепад высоты требует снижение скорости, - рыжебородый «дверг» тоже был спокоен. – Есть места более идеальные для атаки, но почему-то решили выбрать именно этот перегон.

- Всё просто, полковник, - Харальд повёл шеей, снимая напряжение с мышц. – Они заторопились, когда поняли, что перед прохождением «Скандинавского экспресса» из Або в Выборг не проводятся оперативные мероприятия. Видимо, решили, что это удобный момент для нанесения удара. Дескать, Служба Безопасности расслабилась, не увидела никаких предпосылок для диверсии… Спасибо, Микаэль. Ступайте к себе и держите меня в курсе происходящего.

- Слушаюсь, Ваше Величество! – полковник чётко развернулся через левое плечо и отошёл от короля.

Харальд уже давно обратил внимание, что операторы оживились. Вероятно, шли доклады от группы сопровождения. Поэтому он благосклонно кивнул замершему в нескольких шагах от него дежурного по Оперативному Блоку.

- Докладывайте, майор Янссон.

- Ваше Величество, неподалёку от населённого пункта Мустааярви взорвано железное полотно. Диверсанты пропустили эскорт-локомотив, шедший на расстоянии пяти минут от основного состава, и совершили подрыв. «Экспресс» получил сигнал от группы мониторинга и провёл экстренное торможение. И был тут же атакован мятежниками. Основной локомотив получил повреждения, степень тяжести пока не установлена. Конвой Лутошина и хирдманы барона Кнорринга в данный момент ведут бой.

- Что по «гербовым» вагонам? – Харальд про себя довольно усмехнулся. Клюнули лопари, клюнули на такую примитивную наживку! Видать, в самом деле британцы торопятся, что пошли на такой шаг.

- На данный момент поступило сообщение, что диверсионная группа, находившаяся в числе пассажиров поезда, начала скапливаться в вагоне-ресторане. Персонал взят в заложники. Наёмники Тесака в количестве не менее двадцати человек пошли на прорыв. Вагон под номером 3 сопротивления не оказал.

- Почему? – брови Харальда сдвинулись к переносице.

- Вероятность применения особо мощной магоформы, разом исключившей сопротивление группы кадетов.

- Выражайтесь проще, майор, - поморщился король.

- Или погибли разом, или усыплены «Морфеем». Только он может работать по большой площади.

- Что с Волхвом?

- Пока неизвестно, - вытянулся дежурный. – Всем группам в «гербовых» вагонах дано жёсткое предписание не вмешиваться в отражение атаки и находиться на своих местах.

- Ступайте, майор, и держите в курсе событий. Пока ничего неординарного, кроме ситуации по третьему вагону, не вижу. Продолжайте держать связь с «Экспрессом».

- Слушаюсь, - майор вернулся к операторам, а Харальд направился в комнату смены, где сейчас никого не было. Вся оперативная группа находилась у мониторов.

Усевшись в кресло, король расслабленно откинулся назад и стал с удовольствием разглядывать аквариум, стоявший у противоположной стены. Неспешное передвижение разноцветных рыбок, помахивающих плавниками среди изумрудной зелени и пузырьков аэратора, действовало лучше всякой психотерапии. Чувствовал ли Харальд угрызения совести, что сознательно приказал снизить интенсивность оперативных мероприятий, обеспечивающих безопасное движение поезда? Это могло привести к гибели как непричастных ко всему происходящему пассажиров, так и охранников. Но королевская гвардия и кадеты – это особая каста, готовая погибнуть в любой момент, где происходят боевые действия. Они знают, на что идут. Кадеты – те да, молодые и дерзкие, горячие и нетерпеливые. Если двадцать человек разом попали под атакующую магоформу и погибли, придётся объясняться с их родственниками, почему так произошло. Одно дело сложить голову в открытом бою, а совсем другое, когда тебя убивают, как муху.

В кармане завибрировал телефон. Звук был отключён, чтобы не отвлекать людей от работы. Харальд вздохнул и вытащил аппарат. Хмыкнул, нажал на иконку вызова.

- Да, милая. У тебя бессонница?

- Прости, папа, - раздался виноватый голос Астрид. – Не могу уснуть. Ты… есть какие-нибудь новости о поезде?

- Пока всё в порядке, дочка, - слукавил Харальд. – Всё проходит в штатном режиме. Надеюсь, до России «Экспресс» доберётся без приключений.

- Ну да, - вздохнула принцесса. – Глупая, знала же, что ты ничего не скажешь, даже если сейчас где-то там идёт бой.

- Да ничего нигде не идёт, - уверенным голосом проговорил Харальд и поднял глаза на возникшего в дверях оперативного дежурного. Он делал какие-то знаки. – Не беспокойся ни о чём и ложись спать. Или попроси придворного мага, чтобы погрузил тебя в сон. Ты должна выглядеть цветущей и здоровой, а не заспанной и недовольной.

Астрид хихикнула.

- Ладно, ты меня успокоил, - сказала она. – Извини, что отрываю тебя от дела. Спокойной ночи…

- Спокойной ночи, милая. Встретимся за завтраком.

Он сбросил вызов и нетерпеливо воззрился на дежурного.

- Говорите, майор.

- Ваше Величество, полностью пропала связь по магическим каналам, - чуть волнуясь, проговорил офицер. – Обычная проходит с серьёзными искажениями. Конвой отражает атаку, диверсанты проникли во второй вагон, где едет Волхв, но это всё, что нам удалось узнать.

Харальд не успел ничего сказать, как в комнату ввалился «дверг». Полковник Нюланд умел скрывать эмоции, а его аккуратная, но пышная борода как нельзя лучше способствовала этому. Но вот движения мага-инженера выдавали волнение.

- Разрешите, Ваше Величество?

- Докладывайте, Микаэль, только по существу.

- Зафиксирована серия колебаний почвы от магического воздействия, государь, - у инженера вдруг на лице проявилось недоумение, как будто он сам не знает, как объяснить эту ситуацию.

- И что это значит? – тем не менее, вопрос Харальда читался. – Может быть, ваши слишком чувствительные подчинённые перепутали мощные магические колебания почвы с обычными разрывами ракет или гранат?

- Нет, государь. Было два мощных воздействия. Ударные волны ушли вниз, а по рельсам их проводимость гораздо сильнее. Они же проложены по поверхности…

- Увольте меня от технических описаний проблемы, полковник, - резко поднялся на ноги Харальд. – Что произошло?

- Один удар был магическим, второй – неизвестного происхождения. На магию не похоже. Скорее, похоже на избыточный выброс энергии.

- Ах, вот как, - неожиданно для офицеров, замерших посреди комнаты, Харальд с довольным видом усмехнулся, но тут же закаменел лицом. – Связь! Связь с «Экспрессом»! В штабном вагоне барона Кнорринга есть радиостанция. Не думаю, что и она вышла из строя.

- Есть! – оперативный дежурный и выскочил наружу.

- Полковник, продолжайте работать, - король подошёл к аквариуму, взял щепотку корма и насыпал в кормушку. Рыбки метнулись к угощению, хватая ртами сухие хлопья. О них сегодня совершенно забыли в суматохе напряжённой работы. – Всё, что связано с неизвестными аномалиями, вроде той, о которой вы только что сообщили, тщательно фиксируйте. Потом разберёмся и проанализируем. И попытайтесь связаться со своими коллегами из штаба барона Кнорринга. Я знаю, это не ваша специализация, но вдруг что-то получится.

- Слушаюсь, Ваше Величество! – полковник Нюланд вышел следом за оперативным дежурным. По поводу последнего приказа он не стал разводить ненужную и преступную на данный момент дискуссию. Военный маг-инженер точно знал, что связаться по астральным каналам у его подчинённых никак не получится, но зачем об этом напоминать королю? Да, они попытаются, чтобы потом полковник мог с чистым сердцем доложить о неудаче.

А Харальд посмотрел на снующих рыбок с полуулыбкой на губах. Если он правильно понял информацию из доклада полковника о природе непонятного взрыва, это княжич Мамонов применил свою антимагическую технику. Смущало только, почему она оказалась настолько мощной, что вызвала колебания почвы. Антимагия разрушает то, из чего она сама рождена. А тут… странные энергетические волны. Рано или поздно специалисты разберут бой по полочкам, напишут экспертное мнение и передадут аналитикам. К тому же кадеты-хирдманы, которые сейчас едут в одном вагоне с Андреем, тоже буду опрошены. Вдруг мальчишка овладел анти-Даром в такой степени, что у него открылись невероятные боевые способности, о которых остальным приходится только мечтать? В таком случае диверсантам ничего не светит. И как бы Тесак под горячую руку Мамонова не попал. Жаль будет, если ублюдка Торгильса казнит не король. С другой стороны, Андрей – будущий родственник, так что месть Харальда Инглинга всё равно свершится.

4

Когда я бросился на противника, умеющего не только атаковать «тяжёлыми» конструктами, но и грамотно защищаться, из моей головы совершенно вылетела мысль, что опять могу наткнуться на многослойную магоформу. Сейчас я находился в эпицентре настоящего боя, и думать о чём-то постороннем значило упустить инициативу. А то, что она была на моей стороне, мог понять любой посторонний человек. Узкое пространство вагона я использовал на всю катушку. Двигаясь вперёд, я толкал перед собой силовое поле, сжатое в тугой поршень. Оно корёжило железный корпус, срывало металлические шторки. Стёкла лопались с оглушительным звоном и застывали осколками в спрессованной массе воздуха. Наверное, торчащие стеклянные острия впечатлили двух наёмников в ничем не примечательной одежде. Они встали в разбитом дверном проёме и усиленно работали руками. Хрустальный звон в ушах подсказал мне, что это боевые маги противника.

Понимаю их яростные выкрики и бессильные взгляды, которыми они провожали рассыпающиеся конструкты. Антимагия властвовала в радиусе пятидесяти метров, и я сейчас мог спокойно убить эту парочку. Но хотелось узнать, насколько эффективно силовое поле в роли «поршня». Невидимая мощь просто-напросто вытолкнула магов в тамбур, где стояли ещё трое боевиков. Один из них вскинул пистолет, целясь в меня.

Пожилой маг со злостью что-то крикнул, сшибая кулаком острые осколки на пол, при этом поранив руку. Кровь закапала вниз, застывая рубиновыми потёками в воздухе.

Банг! Банг!

Два выстрела подряд оглушили всех, кто находился на маленьком пятачке, соединяющем оба вагона. И только сейчас до идиота, стрелявшего в меня, дошло, что дело неладно. Медленно и неотвратимо я своей Силой выпихивал наёмников в соседний вагон, откуда доносились крики и какое-то странное рычание. Будто тигра выпустили из клетки и дали команду рвать всех, кто попадётся ему на пути. Хм, откуда здесь тигр? Разве что…

От догадки, мелькнувшей в голове, на губах появилась улыбка. Наверное, она привела в ужас «корсаров» куда больше, чем невидимая и страшная сила, бесцеремонно выталкивающая их из запретного места. Лопнули плафоны, скрежетнула железная обшивка тамбура, оставляя в стенах вмятины. Я медленно шёл вперёд, не давая магам ни единого шанса создать против меня хоть какое-то атакующее плетение. Но каждый шаг давался с трудом. Приходилось концентрироваться одновременно на силовом и антимагическом поле. Одного выплеска хватило, теперь можно немного уменьшить радиус разлёта. Ведь там Эрик Биргерссон, непонятно как избежавший удара «сонного» конструкта, отвлекает на себя большую часть нападавших. Ему нужен доступ к своему Дару, а я могу только помешать.

Но за моей спиной Куан. Я чувствовал, как он помогает мне, вливая в «поршень» свою силу. Как в том случае на мосту, когда нам обоим удалось удержать машину от падения на лёд.

- Разверни в плоскость, - услышал я его голос.

До меня не сразу дошло, чего хочет наставник. Но хватило пары секунд, чтобы сообразить, как справиться с упирающимися идиотами. Нет бы бежать от меня, а они продолжают орать что-то непонятное, упорно применяют магию – и теряют драгоценное время.

Я слегка ослабил давление и «повернул» силовое поле вертикально, создав тонкую режущую плоскость. Котловая сторона вагона – очень узкое место, здесь опасно манипулировать такой жуткой штукой, как плоскость, насыщенной энергией. Да ещё движущейся горизонтально. Представляю, какое месиво из металла, дерева, пластика и живой плоти здесь потом будет.

Заорал один из магов, напарник пожилого. У него начисто отсекло левую руку и скользнуло невидимой режущей кромкой по правому плечу, вырывая кусок плоти. Вот теперь действительно пошло кровавое месиво, от которого мне стало дурно. Один за другим осели на пол ещё два наёмника, лишившиеся некоторых частей тела. Удивительно, как выжил пожилой чародей. Он среагировал правильно и нырнул в открытое купе, избежав смерти.

Неожиданный удар по затылку сбил концентрацию, и силовое поле мгновенно перестало существовать. Я знал, что крепкий подзатыльник всегда приводит в чувство, но чтобы его применяли в таком случае… Надо взять на вооружение!

А в это время Куан отодвинул меня в сторону и бросился на помощь Эрику, отбивающемуся от наёмников. Я только сейчас понял, почему Биргерссона называют Берсерком. Этот парень каким-то образом не поддавшийся усыплению или что там сотворили маги-наёмники с остальными кадетами, дождался, когда вся группа захватчиков пройдёт мимо его купе и зашёл им в тыл. Судя по нескольким телам в гражданской одежде, неподвижно лежащим в проходе, Эрик зря время не терял. Как он с ними расправился, я не знаю, но сейчас Берсерк находился в той стадии, когда обрушивающиеся на него удары не имели никакого эффекта. В узком пространстве он сцепился с одним из диверсантов, здоровенным, как бык, и умело им прикрывался, чтобы не схлопотать пулю или нож от его напарников.

Я загасил антимагическое поле, и Эрик, почувствовав, что может использовать Дар, мгновенно среагировал. Узкое ледяное лезвие проткнуло наёмника, провернулось в плоти и осталось там.

- Спасибо, Андрей! – прорычал Берсерк, отбрасывая за спину уже не шевелящегося врага, и с перекошенным от боевого пыла лицом прыгнул на следующего противника, которых осталось всего шестеро. – Стой на месте! Я справлюсь!

Эрик проигрывал «корсарам» по габаритам, но заполненный до краёв яростью и мощью своего Дара, он смог навязать им бой по своим правилам. А Куан, шедший впереди меня, молниеносно работал руками, создавая энергетические конструкты. То и дело слышались выстрелы, вскрики, хрипы, злая ругань. Воздух в вагоне пропитался запахом пороха и крови.

Я понял, что Эрик и Куан справятся без меня и вспомнил про чародея, который спрятался в купе. Для безопасности выставив перед собой силовой щит, я шагнул внутрь, собираясь разобраться с наёмником, но меня ослепила вспышка открывшегося портала. Пожилой маг, не мудрствуя лукаво, ввалился в него спиной, начисто забыв о своих товарищах, сейчас гибнущих в коридоре вагона. На миг я увидел его перекошенное злостью лицо, испещрённое морщинами, и глаза, налитые чернотой.

Любая война или боевой конфликт – это великолепная возможность обкатать новую технику, вооружение, тактические новинки. О магах и говорить нечего. Такое раздолье использовать что-то необычное, секретное. И то, что сейчас произошло, заставило меня крепко задуматься, как можно применить данную боевую модель против телепортаторов.

Дело в том, что силовое поле до сих пор прикрывало меня. Машинально шагнув следом за пожилым «корсаром», я невольно спровоцировал наложение энергетических плоскостей на не успевший исчезнуть портал. Они, как бритвенные лезвия, разрезали сверкающий серебристо-фиолетовыми всполохами овал и, такое ощущение, провалились в него.

Портал оглушающе схлопнулся, больно ударив по ушам. А на пол упала отсечённая кисть руки с потрескавшимися ногтями на пальцах. Я тупо поглядел на неё и обессиленно присел на диван. Кстати, а где проводники? Это ведь их купе. Но оно было пустое.

Нельзя сейчас расслабляться! Враг ещё не добит, а Куану и Эрику нужна помощь! Я снова разогнал ядро, напитывая новой энергией каналы, уже истощившие свой потенциал, и вывалился в коридор, прикрываясь спрессованной стеной воздуха.

И, как оказалось, опоздал. Эрик сидел на полу, свесив голову вниз. Куан шёл по коридору и рывком открывал одну дверь за другой. Видимо, проверял, кто из кадетов остался жив. На полу коридора лежало не меньше дюжины тел. И все они принадлежали явно не молодым хирдманам.

- Эрик, брат, - я присел перед Берсерком.

- Вот это была битва, - улыбнулся парень. – Оказывается, дядя Снорре был прав, когда говорил, что в роду Биргерссонов раз в поколение появляется оборотень.

- Да ну, никакого оборотня я не видел, - усмехнулся я, осматривая Эрика, не ранен ли он. По рваным отверстиям в бронежилете стал ясно, что светловолосый скандинав словил три пули. – Ты не ранен?

- Нет, кажется…, - Эрик поморщился, как только попробовал пошевелиться. – Но прилетело прилично. Хороший броник. А насчёт берсерка… Это особое состояние, внутреннее. Оно не зависит от магии… Когда я почувствовал, что Дар заблокирован, включился механизм «берсерка».

- Хм, расскажешь? – я убедился, что Биргерссон в порядке, но медицинская помощь ему не помешает.

- Я сейчас не готов объяснить тебе, как всё происходит, голова не соображает, - Эрик похлопал меня по плечу. – Вот пригласишь меня на свадьбу, я специально приеду пораньше, чтобы с тобой пообщаться.

- Намекаешь на мальчишник? – я улыбнулся.

- Соображаешь, - Эрик закрыл глаза и слабо пошевелил рукой, будто предупреждая, чтобы его не трогали.

В это время в вагон ворвался капрал Кристофер и несколько кадетов, ехавших вместе со мной. Они ошеломлённо поглядели на побоище. Кого-то сразу замутило от кровавого зрелища, и он бросился обратно в тамбур.

- Все живы, - ко мне подошёл Куан, как всегда эмоционально непроницаемый. – Спят. Скорее всего, диверсанты накрыли их «сонным» заклятием, и довольно сильным. Но никто не пострадал.

- А где проводники?

- Девушка в служебном купе! - крикнул Кристофер. – Спит!

Одна проводница? А где же вторая? Странно.

Капрал вытащил из кармашка зашипевшую рацию и начал быстро докладывать, что здесь произошло. Я его не понимал, но сообразил, о чём он говорит. Меня беспокоил Эрик. Он, кажется, потерял сознание. Как-никак, три пули в корпус – это не шуточки. Возможно, в этом и моя вина, когда я раздвинул поле антимагии. Берсерк попал под него и не смог использовать Дар, чтобы защититься. Странно только, почему кадеты не проснулись. По логике «сонное» плетение должно было разрушиться.

- Тринадцать диверсантов, - сказал Куан, помогая мне подняться, а заодно придерживая за плечо. – Двое в тяжёлом состоянии, но если поторопиться, то можно их спасти, чтобы потом допросить.

- По оперативной информации в Мальмё садилось не меньше двадцати человек, - услышал нас Кристофер, закончив разговор по рации. –

- Один маг точно ушёл через портал, - сказал я.

- Получается, ещё шестеро прячутся где-то в вагонах или смогли убежать, - задумчиво проговорил капрал. – В тамбуре нашего вагона открыта дверь. Возможно, часть боевиков всё же покинула поезд.

Да? А я и не заметил открытую дверь, когда выталкивал врагов из тамбура. Может, силовое поле деформировало как корпус вагона, так и дверь? Одни загадки, но не настолько значимые, чтобы на них сейчас отвлекаться.

Как бы я не пыжился, но организм понял, что не стоит поддерживать такое жуткое напряжение, за счёт которого мне удавалось комбинировать между антимагией и ментальными техниками. Ядро снизило интенсивность, а меня накрыл откат. Стало нешуточно потряхивать, и Куан сразу же увёл меня в то самое купе, где валялась окровавленная культя пожилого мага. Наставник помог мне улечься на диван, по-факирски достал из-за пазухи маленькую фляжку, отвинтил крышку и поднёс к моим губам.

- Два глотка, - предупредил он.

Хватило бы и одного! От жуткой горечи, словно настойку полыни проглотил, у меня рот свело. Пересилив себя, сделал второй глоток. Обессиленно растянулся на диване, не обращая внимания на поднявшийся шум в коридоре. Замелькали фигуры хирдманов, облачённых в чёрную униформу. Они проверяли купе, деловито переговаривались между собой. Раздавались короткие команды.

- Княжич, вас вызывает комендант поезда, - в купе заглянул Кристофер и протянул мне рацию.

- Волхв на связи, - нажав на тангенту, вяло проговорил я.

- Княжич, ты в порядке? – голос у Лутошина дрожал от волнения.

Понимаю его. Случись что со мной, ему не поздоровится. Булгаковы его, конечно, постараются отмазать, но император всё равно потребует крови. Комендант поезда отвечает за каждого пассажира, иначе не стоит брать контракты на сопровождение. Ну и Булгаковым тоже придётся отвечать. Ведь это детище их Рода.

- В порядке, господин комендант. Жив-здоров, не ранен. Правда, одна проводница из второго «гербового» вагона куда-то исчезла.

- А-ааа, не переживай. Она в Або осталась. Отравилась чем-то, пришлось срочно госпитализировать.

- Тогда порядок. А вот два вагона в хлам. Смотрятся страшно.

- Да дьявол с ними, новые построят, - облегчённо вздохнул Лутошин. – Я сейчас пришлю людей, они помогут вам перейти в первый вагон, он пустой. Хирдманы в Выборге сойдут с поезда, поедете с комфортом.

- Моим парням передайте, что я жив. Чтобы не беспокоились, - успел ответить я и погрузился в блаженное беспамятство.

Н-да, видимо, очень сильно перенапрягся. Не хватает ещё силёнок вести полноценный бой, а потом с видом победителя ходить среди поверженных врагов и посвистывать.

Значит, буду тренироваться усерднее. Иного пути стать могучим Разрушителем не вижу.

Глава 6

1

Императора разбудил писк коммуникатора, лежавшего на прикроватной тумбочке. Браслет с миниатюрным экранчиком сейчас окрасился в жёлтый цвет и бросал тревожные отсветы на лицо Мстиславского. Сегодня он спал не в своей спальне, а в рабочем кабинете. С того момента, как «Скандинавский экспресс» отошёл от Або, русский император не выходил из кабинета, координируя работу спецслужб с помощью всех средств связи, доступных человечеству на данный момент. Кроме астральной. Но и для этого в приёмной было организовано дежурство боевых магов, владевших такой техникой. Каждый час оперативный штаб докладывал обстановку.

В час ночи Иван Андреевич решил немного вздремнуть. Он прошёл в отдельную комнату, где у него был уютный и мягкий кожаный диван. Скинул туфли, ослабил воротник рубашки и вытянулся на нём во весь рост, ощущая небывалую расслабленность. Коммуникатор, который был у него на запястье, занял место на тумбочке. Эту умную вещичку для оперативного оповещения он всегда держал в спальне. Звук тихий, зато цветовая гамма чётко градирована по степени важности поступившей информации. Выше жёлтого были только красный и оранжевый. Оператор мог сам назначать приоритет поступившим сведениям. Значит, информация важная, но не требующая от императора принимать какие-то срочные решения.

Наручные часы показывали 05:02[1].

- Неплохо вздремнул, - буркнул император, нажимая на боковую кнопку прибора, гася экран. Сигнал отключения ушёл в операторскую, и дежурный сейчас отметит, что Его Величество принял во внимание оповещение.

Без спешки надел туфли и направился в кабинет. Похлопал себя по щекам, приходя в рабочее состояние. Сел за стол и некоторое время смотрел на целый ряд телефонов, торчавших молчаливыми прямоугольниками в нишах баз. Потом решительно протянул руку к крайней слева трубке. Нажал на нужную ему кнопку. Тут же послышался бодрый голос:

- Оперативный отдел Генштаба, дежурный – полковник Захарченко!

- Доложите обстановку по «Скандинавскому экспрессу», - потребовал император.

Какое-то время он внимательно слушал доклад оперативного дежурного, не перебивая. То и дело пальцы бесшумно выбивали замысловатую дробь по поверхности стола, брови сошлись к переносице. Задав несколько уточняющих вопросов, Мстиславский облегчённо откинулся на спинку кресла.

- Держите меня в курсе происходящего, - произнёс он стандартную фразу. – Как только поезд пересечёт границу, ещё раз оцените нанесённый ущерб и предоставьте полную картину, что там произошло.

И, не дожидаясь ответа дежурного, поставил телефон на базу. Пальцы снова застучали по столу, только гораздо энергичнее. Крейсер с внучкой и её свитой на борту вышел в открытое море за несколько часов до прибытия «Скандинавского экспресса» в Або, и сейчас уже должен был встретиться с русским конвоем в нейтральных водах. Значит, утром должна поступить информация из Усть-Луги. Там детей ожидает самолёт, который сразу же доставит их в Москву. Княжич Мамонов приедет гораздо позже, но это не страшно. Самое главное, что с ним ничего страшного не случилось. Перенапряжение, магический откат (или антимагический? Как будет правильно, кстати?) – молодому организму много не нужно, чтобы сорваться в штопор. Вполне может статься, что не так всё и плохо. Медики могли перестраховаться и сгустить краски.

Рука потянулась к следующему телефону. В нём был только один номер, с которым император имел постоянную связь. Впрочем, как и с другими министрами.

- Анатолий Евгеньевич? – услышав сухой голос министра МПС, Мстиславский усмехнулся, представляя, какие эпитеты сейчас вертятся на языке князя Буремского, поднятого с постели. – Прошу меня простить за беспокойство, но мне кажется, сегодня рабочий день начнётся на пару-тройку часов раньше. Я по поводу «Скандинавского экспресса». У вас в Выборге найдутся резервные «гербовые» вагоны? Есть? Очень хорошо. Нужно будет заменить те, что сейчас находятся в составе. Дайте необходимые распоряжения… Да ничего страшного не произошло, князь. И с вашим сыном всё в порядке… Через несколько часов он будет дома. А насчёт моего распоряжения… Просто парочке вагонов потребуется капитальный ремонт, а то и вовсе придётся на переплавку отправить. Надеюсь, что ваши подчинённые отработают оперативно. О выполнении доложите на совещании. Всего хорошего, Анатолий Евгеньевич.

Мстиславский вернул телефон на место и повёл плечами. Что же там произошло, интересно? Харальд до сих пор молчит, значит, сам пока собирает необходимую информацию. Поэтому нет смысла тревожить его, показывать нетерпение, свойственное мальчишкам, но никак не умудрённому годами человеку.

Император вышел из-за стола и вернулся в комнату отдыха. Там переоделся в спортивный костюм, взял в руки гантели и неторопливо начал разминку. У него был специально обустроенный уголок с парочкой тренажёров, на которых Иван Андреевич частенько занимался, поддерживая свою физическую форму. Магия магией, но мышцам требуется и обычная силовая нагрузка. Закончив базовые упражнения с гантелями, он пересел на велотренажёр и с полчаса крутил педали. Взбодрившийся, с играющими под кожей мышцами, встал под контрастный душ.

В шесть утра Его Величество в безукоризненном костюме, пахнущий дорогим парфюмом, уже принимал доклады от служб, сопровождающих делегацию. Самолёт из Усть-Луги уже вылетел и скоро приземлится в Остафьево. «Скандинавский экспресс» пересёк границу Российской Империи, но пока стоит в Выборге. Помимо таможенного досмотра там сейчас проводятся спецмероприятия, связанные с безопасностью пассажиров. Медицинские службы города мобилизованы для осмотра людей, пострадавших в результате нападения. Так что ещё нескоро княжич Мамонов окажется в Москве. Любопытно будет услышать от него самого версию произошедшего. Понятно, что у Харальда на руках окажется куда больше свидетельств от прямых участников боя, но всё же ГСБ сейчас работает в поте лица, опрашивая всех пассажиров «Экспресса». Воевода Иртеньев послал туда своего лучшего специалиста – штаб-офицера Корнилова Фрола Алексеевича. Вместе с ним поехала целая группа имперских следователей. Они должны оперативно собрать свидетельства наглого и беспрецедентного нападения террористов на гражданский объект.

Мелодично зазвонил телефон оперативного дежурного.

- Ваше Величество, по дипломатической линии связи поступил запрос на разговор короля Харальда с вами, - доложили Мстиславскому. – Ждут ответа, можно ли в ближайшее время организовать переговоры.

- Через пять минут обеспечьте мне канал засекреченной связи, - приказал император.

- Слушаюсь, Ваше Величество, - ответил дежурный.

Разговаривать по закрытому каналу Иван Андреевич мог и из своего кабинета. Технология позволяла. Можно было, конечно, воспользоваться спецкомнатой с визором, но император не хотел терять время. Его обуревало нетерпение узнать о ситуации из первых рук. Раз Инглинг позвонил столь быстро после нападения, значит, у него есть что сказать.

Ровно через пять минут снова раздался звонок, и оператор доложил, что линия готова, можно разговаривать.

- Здравствуй, брат! – бодро проговорил Мстиславский, услышав такое же бодрое «король Харальд, слушаю». Шутник ещё тот. – Кажется, у нас обоих слишком рано рабочий день начался?!

- Нам не привыкать, брат мой Иван, - усмехнулся Харальд. – Ты, наверное, в нетерпении, хочешь узнать, как прошла операция?

- Не зря же ты в шесть утра по закрытой связи выходишь, - парировал император.

- Хорошо, не буду тянуть. Клюнула рыба, да ещё какая! Оказывается, в диверсионной операции участвовали две группы! Одну из них возглавил Торгильс Эйдссон по прозвищу Тесак. Важный гусь, один из самых одиозных наёмников. Второй командовал некий Каспер Хольм, специализирующийся на захвате или ликвидации одарённых. Члены банды приобрели билеты в Мальмё в разные вагоны, и в определённое время захватили вагон-ресторан, блокировали с двух сторон, дождались остановки поезда после взрыва на железнодорожных путях. После этого совершили нападение на один из «гербовых» вагонов. Особо не мудрили, вогнали всех в спячку с помощью магического усыпления. Понимали, что ввязываться в драку с одарёнными и, возможно, вооружёнными пассажирами – значит, насторожить клиента. Но по-тихому им пройти не удалось. Тамбурные двери были заблокированы по приказу коменданта поезда. Как мы и предполагали, княжич Мамонов смело ввязался в бой. Я ещё не знаю всех тонкостей произошедшего, потом поделюсь с тобой. Но доподлинно известно, что Андрей отбил нападение и сам перешёл в наступление. Вагоны, конечно, непригодны для дальнейшей эксплуатации, но оно того стоило, - Харальд хмыкнул. – Видео впечатляет. Посмотри, я его тебе на почту сбросил…

- Как он сам?

- Потерял сознание после отката, но быстро пришёл в себя. Даже не ранен. Но меня больше всего интересует, какие техники использовал Андрей. Это что-то невероятное, но в большей мере непонятное. Мои спецы предположили, что применялось некое силовое поле на энергетической подпитке. Да ты увидишь, какая из вагона каша получилась. Сам сделаешь выводы.

- А что с диверсионными группами и сепаратистами?

- Мятежников разогнали подоспевшие войска. Каспер Хольм убит, его опознали. А Тесак опять скрылся. У него какое-то звериное чутьё на опасности. Как у него получилось исчезнуть, совершенно непонятно. Княжич Мамонов утверждает, что через портал ушёл только один маг, да и то без руки, - Харальд хохотнул. – Представляешь? Я по описанию понял, кому мальчишка руку оторвал. Это Роланд Обер, близкий друг Тесака. Они участвуют вместе только в самых сложных и ответственных акциях. Что могло произойти, если Торгильса не оказалось рядом с Роландом?

- Наверное, испугался демонстрации силы Мамонова, - почувствовал тщеславную гордостью за своего подданного Иван Андреевич.

- Ну да, если человек запросто рвёт без помощи магии металлический корпус вагона, то есть смысл убежать, поджав хвост, - задумчиво откликнулся Харальд. – По итогу одиннадцать диверсантов уничтожено, двое тяжёлые, их сейчас мои Целители вытаскивают с того света. Остальные сбежали. Но ничего, рано или поздно Тесак выползет из норы. Я всю Лапландию частым гребнем прочешу, найду ублюдка.

- Всех одиннадцать Мамонов положил?

- Нет. Там ещё Эрик Биргерссон отличился. Молодец парень. Каким-то образом его не задел конструкт сна, и он стянул на себя большую часть нападавших. Я приказал Целителям позаботиться о нём. Видишь, Иван, какие у нас отличные воины появились. Но самое главное: молодые, смелые и преданные трону.

- Да, удивительное дело, - император не стал опровергать слова Харальда. – Наши народы всегда давали миру храбрых бойцов. Это радует. Значит, у нашего союза есть перспективы.

- Ещё какие! – воскликнул Харальд. – Теперь осталось добить ублюдочных пиратов одновременным ударом, как мы и планировали.

- Есть потери среди твоих хирдманов и пассажиров?

- К сожалению, двое бойцов погибли в отражении внешней атаки. Погиб и машинист, когда в локомотив попали из гранатомёта. Пассажиры все целы, хотя раненых хватает. В большинстве своём от осколков стёкол. Насчёт конвоя, извини, не знаю. Эти сведения ты можешь сам получить.

- Да, конечно… Как считаешь, Харальд, оно того стоило? Ведь ты, в первую очередь, хотел поймать Тесака.

- Стоило, Иван, стоило. Я теперь точно знаю, что эта тварь прячется на моей земле, где его мне достать гораздо легче, чем в гадючьем гнезде. Всю Лапландию перерою, но найду Тесака. Но самое главное: у нас появился очень интересный материал для анализа Дара Андрея. Мне кажется, у мальчика есть потенциал расти дальше. Но ему тяжело без наставника, без накопленного опыта предшественников. Надо помочь Андрею. Если желаешь, мы можем вместе создать условия для профессионального роста нашего будущего родственника.

- Всё мечтаешь заполучить внуков с анти-Даром? – пошутил Мстиславский, уловив, куда клонит король Скандии.

- Как и ты, брат мой, как и ты, - усмехнулся Харальд. – Я очень надеюсь, что уникальный Дар Андрея не пропадёт втуне.

- Значит, не зря мы затевали столь авантюрную операцию?

- Нет. Уже то, что Тесак самолично участвовал в захвате Антимага, говорит о желании англичан заполучить Андрея в свою магическую лабораторию. Тесак – он же ручная собачка островитян, которые усердно его подкармливают.

- Брат Харальд, боюсь, у тебя старые сведения, - вздохнул Мстиславский. – Британцы решились на ликвидацию княжича Мамонова. Нам удалось предотвратить одно покушение в Москве…

Король на какое-то время замолчал, а потом, не скрывая беспокойства, бросил:

- В таком случае ему нужна защита на государственном уровне. Брат мой, я надеюсь, что ты найдёшь возможность предоставить охрану будущему зятю. Я тоже могу прислать телохранителей высочайшего уровня.

- Мы справимся своими силами, - успокоил его император, поражаясь настойчивости Харальда контролировать Андрея Мамонова. – В России хватает людей с навыками охраны особо важных персон.

- Это хорошо, - нисколько не расстроился отказом король. – Да, кстати, хочу немного похвастаться. Андрей попросил руки дочери, уже официально. Мы славно посидели вечером, перед его отъездом в Россию, в семейном кругу.

- Поздравляю, - Иван Андреевич про себя поморщился. Неужели Астрид так запала в душу мальчишке? Куда сильнее, чем Лида? Вон, первым делом к Харальду побежал. – Значит, пора готовиться к свадьбе?

- Брат мой, не держи в сердце недовольство, что первым стал я, - Харальд тонко уловил заминку в словах Мстиславского. – Этот ритуал ничего не меняет. Сам подумай, когда бы ещё Андрей смог приехать так свободно в Стокгольм, чтобы попросить руки моей любимой дочери? Он воспользовался моментом и поступил очень правильно. Но я даю тебе слово, что обе свадьбы состоятся в один день. Как мы и договаривались.

- Не раньше осени, а то, возможно, и в следующем году, - предупредил император.

- В следующем году? Неплохо. Астрид сама мечтает провести свадьбу весной. Нынешняя уже потеряна, так что перенесём на будущую, - добродушно предложил Харальд. – И времени достаточно для подготовки. Как раз успеем разобраться с «Корсарами». Они уже у меня в печёнках сидят.

- Что ж, решено, - Иван Андреевич не стал возражать насчёт сроков свадебных мероприятий. – Я думаю, конец апреля-начало мая следующего года вполне устроит девочек.

- Осталось только выбрать место, - подхватил Свирепый. – Может, на каком-нибудь острове между Россией и Скандией?

- Я понял, куда ты клонишь, брат Харальд, - засмеялся император. – Нет, это не вариант. Балтика – не самое романтичное место. Согласись, что в России гораздо больше подходящих мест для такого события. Один Крым чего стоит. Тепло, красиво, море рядом. Да, далеко, но у нас большой авиапарк. Даже дирижабли с большой вместимостью есть. Перевезём всех, кого ваша семья пригласит на свадьбу Астрид. Пятьсот, тысячу – не важно.

- Я посоветуюсь с королевами, - Инглинг не стал торопиться с ответом. – В таких случаях лучше прислушаться к ним, чем самому влезать в свадебные дела.

- Согласен. Я поступлю так же.

- В таком случае давай прощаться, брат мой. Сегодня у меня очень насыщенный день будет. Как только появится интересная информация по «Корсарам», я извещу тебя. У нас же нет секретов в этом деле, Иван?

- Нет, за исключением тех моментов, что могут навредить безопасности государства, - улыбнулся император, пресекая всевозможные инсинуации. Харальд – мастер подобных словесных уловок. – Доброго тебе дня, брат.

Они закончили разговор одновременно. Император некоторое время сидел в задумчивости, сжимая в руке трубку молчащего телефона. Мысли его крутились вокруг сбежавшего наёмника. Эта новость была из разряда тех, что вызывают раздражение и опасение в продолжающейся тайной войне с островным королевством. Иван Андреевич знал, что Тесак плотно работает с английской разведкой. Упускать информированного, но хуже всего, мотивированного врага – преступно. Он мог рассказать много чего интересного.

И насчёт Андрея… Есть ли смысл приставлять к нему охрану, усиливая и без того суматоху вокруг княжича с уникальным Даром? Не лучше ли поставить наблюдение, отслеживая все контакты мальчишки? Таким образом есть вероятность поймать в сети серьёзную рыбу. Император не сомневался, что британцы обязательно продолжат попытки ликвидировать Антимага. Корона умеет устранять угрозы на дальних подступах к своим геополитическим интересам. Нет, пожалуй, полумерами не обойтись. Ведь свою внучку Мстиславский ни за что не оставит без защиты. Пожалуй, в приданое нужно добавить два десятка гвардейцев, которые вольются в Род Мамоновых-Волховских. Возможно, это решение посчитают за шутку, но император играть жизнью Лиды не собирался.

2

Даже не помню, чтобы меня так вырубало. Я проснулся только в Выборге. Поезд неподвижно стоял возле таможенного терминала; по перрону прохаживались вооружённые бойцы из конвоя «Скандинавского экспресса»; то и дело мелькали люди в форменных кителях. Таможенники не обращали внимание на потрёпанный вид вагонов с многочисленными следами попаданий пуль и на оконные проёмы, сейчас закрытые металлическими жалюзи. Где-то периодически свистел маневровый. Стучали молотками по буксам обходчики.

Туманная утренняя дымка висела над станцией. Да, часа три точно провалялся.

Я зевнул, откинул одеяло, которым был накрыт чьей-то заботливой рукой, и сбросил ноги на коврик. Встал, оценивая своё состояние. Не шатает, не водит из стороны в сторону, в голове не шумит. Зрение в норме. Руки не дрожат. Уже хорошо.

Снова присел и мысленно потянулся к ядру, боясь одного: а если надорвался от невероятной перегрузки? Не погасил ли его полностью? Так сильно я ещё никогда не разгонял Силу. Энергетические каналы тоже могли пострадать. Надо провести внутреннюю диагностику с помощью медитации. Но здесь вряд ли удастся. Как только погружусь в транс, так сразу тронемся. Стук колёс, покачивание вагона, пронзительный свист пролетающего встречного локомотива – не стоит и начинать. Потерплю до дома. А там, возле Источника, займусь собой.

Дверь отъехала в сторону, и в купе вошёл Куан со стаканом крепко заваренного чая. В другой руке он держал глубокую тарелку, полную сушек, печенья и конфет.

- Подкрепись, господин, - сказал он, ставя угощение на столик. – Я заказал обед в вагоне-ресторане, но он будет готов через два часа, не раньше.

- Что по таможне? – поинтересовался я, осторожно отхлебнув горячий и невероятно сладкий чай.

- Нас уже проверили, - доложил наставник, присев на соседний диван. – Сотрудник особо не утруждался. Пробежался по списку пассажиров, взглянул в паспорта и ушёл дальше. Кстати, два разбитых вагона отцепили и куда-то угнали.

Вот я спал! Даже манёвры не почувствовал! Кто-то очень разумно поступил, убрав из состава покорёженные вагоны, чтобы те на станциях не пугали народ своим видом. Но всё равно не скроешь от пытливых взглядов, что «Скандинавский экспресс» подвергся нападению. Слухи быстро расползутся, как пить дать. Они даже впереди поезда полетят. Телефоны ведь есть у каждого. Поэтому властям нужно как можно быстрее выступить с официальным сообщением.

- Меня что, перенесли в неповреждённый вагон? – догадался я.

- Пока ты спал – да, - подтвердил Хитрый Лис.

Ничего себе, мощным откатом шарахнуло, что ничего не чувствовал, покуда меня несли, как неподвижное бревно! Я хрустел сушками и сосредоточенно раздумывал о произошедшем нападении. Вернее, о той вспышке антимагического Дара. Интересно, насколько расширился радиус воздействия? Обычно после такого резкого выброса энергии происходит усиление Дара. Это как переход на следующий уровень, когда достигаешь предела своих нынешних возможностей.

- Ты был вынужден использовать Дар на всю катушку, - словно услышав мои размышления, сказал Куан. – Если бы я тебя не готовил к подобным ситуациям, ты бы «сгорел».

- А как же откат?

- Что – откат? – Хитрый Лис пожал плечами. – Стандартный для человека, раздвигающего границы своих возможностей. Будь по-другому, ты бы до сих пор находился в состоянии овоща, а то и до Москвы не очнулся бы.

- Значит, всё нормально?

- По моим впечатлениям – да, - Куан улыбнулся. – У меня тоже случались откаты. Но они были гораздо жёстче, потому что я тренировался, превозмогая собственный порог умений и возможностей. Мой наставник меня не щадил, ломал через колено. Я терял сознание, а когда приходил в себя, то слышал только одну фразу: «я жду тебя во дворе».

- Жуть, - я поёжился, представив себя на месте Куана.

- Я получил Дар оборотня, - заметив мою реакцию, объяснил наставник. – А он требует очень серьёзной сосредоточенности и полного отрешения от всего, что тебя окружает. Сначала я освоил искусство перевоплощения, и только с двадцати лет начал изучать духовные практики.

- Не поздно ли?

- Поздно, - усмехнулся Хитрый Лис. Это был тот редкий случай, когда на его лице проскальзывали эмоции. – Но я оказался способным учеником. Моё тело и дух уже закалились, поэтому относительно ровно и легко прошёл весь курс обучения… Хотя, так неправильно говорить. Мастер учится всю жизнь, для него нет границ, достигнув которых, он останавливается. Всегда есть куда двигаться.

- Нет предела совершенству? – я хрустнул сушкой, пожевал её и запил чаем.

- Именно, - Куан встал, обозначил поклон. – Отдыхай, господин. Тебе нужно поспать ещё два-три часа. Я скажу Эду, чтобы никто тебя не беспокоил.

Он закрыл за собой дверь, а я разблокировал телефон, лежащий возле окошка, как ни странно, уцелевшего после нападения мятежников. Ни одного сообщения или звонка от девушек. Значит, ещё не добрались до дома. Странно… по моим прикидкам, они как раз должны намного опередить меня. Я пожал плечами, вошёл в закрытый чат и внимательно просмотрел профили девушек. Хм, последние сообщения датировались позавчерашним днём, как раз перед отъездом делегации из отеля. И Астрид ни строчки не написала. Тоже в режиме молчания находится?

Ну и что? Мне никто не запрещает сейчас отбить предложение, несущее в себе только основную и нужную информацию. «Пересёк границу России. Вечером буду дома. Жив-здоров». Отправив текст, я с чувством выполненного долга завалился на диван. Снова потянуло спать. «Видимо, Куан добавил что-то в чай», подумалось мне. Хватило сил выключить телефон, чтобы никто не беспокоил звонками. И снова провалился в сон.

…Молодой парень чуть старше моих лет сидел за большим столом, заваленном разными предметами, начиная от каких-то пожелтевших пергаментных свитков, камней с руническими письменами, красивых деревянных шкатулок и заканчивая странными технологичными предметами. Мой взгляд определял их как нечто, похожее на мобильные телефоны, детекторы, мини-сканеры, металлические жезлы с драгоценными камнями в навершии, и что-то ещё непонятное даже по своей природе. Вкупе с ними осциллограф, тестеры, два больших монитора, на которых высвечивались различные графики, и вовсе казались непонятным дополнением к тому, чем занимался незнакомец. Со спины я не мог видеть его лица, но не торопился подходить к столу, а просто замер на середине комнаты, имевшей весьма приличные размеры. Два больших окна хорошо освещали помещение помимо пары мощных ламп на столе.

Сначала показалось, что я снова попал в загадочный мир Алексея Колесникова и его плакатов с музыкантами. Но обстановка говорила о другом. Здесь властвовала техника и наука, а тот паренёк больше интересовался другими вещами.

- Ничего не понимаю, - пробормотал незнакомец и отложил в сторону деревянный предмет, похожий на миниатюрный штурвал, но имевший классические восемь ручек. Схема румбов? Только это сравнение и пришлом в мою голову сразу же. – Ну и как это должно работать? Маячки расставлены, но почему-то не хотят активироваться.

А голос-то знакомый! Где-то я его слышал!

Между тем парень с огорчённым вздохом отложил в сторону «штурвал», откинулся на спинку кресла.

- Нет, здесь чего-то не хватает! – заявил он и резко крутнулся в кресле, оборачиваясь.

Потому что в дверь постучали.

Я не нашёл ничего лучше, как отступить к стене, возле которого притулился небольшой диванчик. И сел на него, продумывая, каким образом я сюда попал. К моему удивлению, парень скользнул взглядом по мне, даже не отреагировав на постороннего, вскочил и направился к двери. Судя по всему, она была закрыта изнутри на защёлку.

Солнечный свет мазнул по лицу незнакомца, до того находившегося в полутени. И тут я невольно открыл рот. Это был Миша Назаров, брат Полины и Ярика! Как понимать сие чудо? Это что, получилось при помощи сна попасть в Явь, где живут Назаровы? Но как?

Тем временем Михаил открыл дверь и с улыбкой отошёл на пару шагов назад. В комнату впорхнула весьма очаровательная особа в цветастом платьице, обвила его шею тонкими руками, на запястьях которых блеснули золотые браслеты.

- А вот и я! – весело воскликнула девушка. – Не ожидал?

- Ты откуда, Лика? – удивлённо, и вместе с тем радостно спросил Назаров. – Ещё вчера фотки из Парижа присылала, а тут…

- Я соскучилась по тебе! – призналась Лика. – Мы сегодня утром прилетели, и я сразу же на Обводный понеслась. Дарья Александровна подсказала, что ты в своей лаборатории чахнешь. Уже половина лета прошла, неужели так никуда и не ездил?

- Да, понимаешь, Ярик меня озадачил, - смущённо отпрянув от гостьи, словно жутко стеснялся прижать к себе красотку, Михаил подошёл к двери, аккуратно закрыл её, но не на защёлку. Вероятно, чтобы не дискредитировать девушку. – Попросил создать артефакт-компас. Вот я и увлёкся. Задачка-то интересная, но не хватает компонентов для магического маячка…

- Миша, а ты меня не поцелуешь? – тряхнув тёмно-русым «конским хвостом», Лика снова подобралась поближе к Михаилу.

Мне было видно, что Назаров жутко боится перейти ту грань, за которой может последовать нечто приятное, запретное. И поэтому его скованность слегка озадачивала девушку. А она непосредственно и открыто выражала свои эмоции. От Лики исходила чувственная энергия, которую даже я ощущал. Хорошо, что они меня не замечают. Странно, конечно. Но в данном случае мне на руку.

Кто она для Мишки? Знакомая, подружка, невеста? По возрасту как бы пора. Им обоим сейчас лет по двадцать, возможно и больше. Прикинуть разницу между нами я сейчас не мог. Действие, происходящее во сне, вообще могло не происходить. Или… Ярик говорил, что время в разных мирах течёт неравномерно. Если принять факт, что я всё же присутствую при каком-то событии, то когда оно состоялось или состоится?

Мишка, к счастью, оказался совсем не «сухарём», и исполнил просьбу девушки, как и подобает настоящему мужчине. Поцелуй был не детским, сразу видно. Мне стало неловко, что я присутствую при этом. Но любопытство пересилило остальные чувства. Что за компас пытается создать Назаров? Если его попросил Ярик, то не связана ли эта просьба с поисками моей Яви? Хотя, зачем её искать? Ведь Ярослав сам установил маячок в парке, и теперь может в любой момент заявиться в гости. Есть лишь одна проблема. Для меня этот маячок не имеет никакого значения. Он, скорее всего, работает в одну сторону, иначе бы я попробовал с помощью ритуального кинжала построить портал к Назаровым. Хе-хе, вот я туплю! Почему бы не рискнуть? Исследователь я или мимо проходил? Сейчас-то я владею некоторыми механизмами телепортации, вдруг получится?

- А зачем Ярику компас? – заинтересовалась Лика, зарумянившаяся от поцелуя. Она расцепила объятия к неудовольствию Михаила и подошла к столу. Заложив руки за спину, стала с интересом разглядывать хаотично разложенные на нём предметы.

- Да в школе ему на лето дали задание, как и другим, впрочем, создать артефакт для построения телепорта. Обычная практика для одарённых, - туманно пояснил Назаров, стоя рядом с девушкой. – Главное – не его функциональность, а понимание принципа работы. Учебная игрушка, не более.

- Странное задание, - задумчиво проговорила Лика. – Если бы твой брат имел склонность к телепортации, то задание понятно и логично.

А вот это интересно! Неужели Дар Ярика семья Назаровых до сих пор хранит в тайне? Но такое невозможно. Рано или поздно способности прорываются наружу, сколько их не скрывай. Человек всё время на виду учителей, наставников, друзей. Если у Ярослава единственный действующий дар – Дар Ходока, то это и вовсе не скроешь… Ага, вот в чём дело! Он обучается телепортации, чтобы завуалировать истинную Силу!

- Что есть, - развёл руками Миша.

- Похоже на штурвал, - заметила девушка. – Что это означает?

- Я использую теорию «румбов», - пояснил Назаров. – Если исходить из теории множественности миров, то наша Явь окружена восемью подобными ей мирами. Например, один переход в соседнюю «ячейку» создаёт предпосылку для открытия следующих семи миров.

- Почему семи, а не восьми? – Лика оказалась любознательной девушкой, а может, просто хотела казаться таковой.

- Ну… Одно-то направление уже нам знакомо.

- Интересно, - почему-то вздохнула девушка, - но не практично для тех, кому не светит стать телепортатором. Миша… может, сходим куда-нибудь погулять? Дарья Александровна очень просила вытащить тебя из норы. В самом деле, проветри голову. Говорят, это полезно, когда занят одной проблемой.

- И куда ты хочешь сходить? – правильно понял намёк Назаров.

- А поехали в Екатерингофку! – воскликнула красавица. – Я как раз на машине! Покатаемся на лодке, ты меня мороженым угостишь!

Михаил улыбнулся, обхватил Лику за талию и притянул к себе, чтобы поцеловать. «А он точно не «сухарь», с одобрением подумал я, уже начав переживать за брата Полины.

И замер, боясь даже пошевелиться. Михаил оторвался от припухлых губ девушки и пристально взглянул на меня. Потом ущипнул себя за ухо.

- Что с тобой, Миша? Привидение увидел? – удивилась Лика.

- Показалось, - пробормотал Назаров. – Просто показалось… Как будто кто-то сидит на диване и смотрит на нас. Да, ты права. Надо проветрить голову. Поехали!

- Отлично! – Лика снова прижалась к Михаилу, тем самым показывая, что она всерьёз увлечена молодым человеком и её чувства гораздо сильнее, чем обычная дружба.

Они вышли из странного помещения, которое можно было с равным успехом назвать лабораторией или рабочим кабинетом. Послышался шорох проворачиваемого в замке ключа. Меня заперли, но я не переживал. Астральному телу не страшно никакое узилище или закрытая комната. Я встал с дивана и подошёл к столу. Взял в руки «штурвал», и до меня дошло, что «теория румбов» мне знакома. Где-то я о ней недавно слышал. Михаил говорил ровно о том же и пытался на этой основе создать компас. А не для меня ли молодой барон собирает артефакт? Так-то ничего особенного. Деревянный круг с расходящимися во все стороны аккуратно обточенными на станке «лучами». Страшно интересно и непонятно.

И тут до меня дошло, что я – не сгусток астральной энергии. Мои руки держали компас-артефакт довольно прочно. Я даже ощущаю структуру дерева, отшлифованные мелкой наждачкой лучи. Хм, какое удивительное и загадочное противоречие. Михаил меня не увидел (пусть и ощутил моё присутствие), а сам я спокойно беру в руки разные предметы. Например, ручку, которой можно написать послание. Оглядевшись, увидел рядом с погасшим монитором органайзер с ручками и карандашами. Там же лежала стопка жёлтых блокнотных листов.

«Миша, скажи Ярику, чтобы он, по возможности, заглянул ко мне в гости. Буду благодарен. Андрей Мамонов (Вик)», написал я на листке, оторвал его и приклеил на монитор. Чтобы сразу в глаза бросился.

О том, что Михаил не поймёт, о чём идёт речь, я даже мысли не держал. И куда «заглянуть в гости», сообразит. Дело сделано, пора возвращаться в реальность. Эх, ещё бы знать, что это вообще было. Моё мировоззрение сейчас переживало осознание своей раздвоенности. Как бы вовсе здесь не остаться…

- Андрей Георгиевич, просыпайтесь, - к моему плечу прикоснулась рука и потрясла его, как будто слов было недостаточно.

Я открыл глаза и ещё некоторое время приходил в себя, не понимая, где нахожусь. Склонившийся надо мной Эд выпрямился, выдохнул с облегчением.

- Опять напали? – спросил я, вслушиваясь в перестук колёс. Вроде бы едем, никто не стреляет. За окном светит солнышко, уже перевалившее за полдень.

- Нет, Андрей Георгиевич, всё в порядке, - усмехнулся Эд. – С вами хочет поговорить майор Корнилов из ГСБ. Он опрашивает всех свидетелей нападения диверсантов. Вот, к нам зашёл.

Я потёр лицо, приходя в себя.

- Вот что, Эд. Отправь кого-нибудь из ребят в вагон-ресторан, пусть обед сюда принесут. Где там майор? Попроси его подождать немного. Приведу себя в порядок.

- Слушаюсь, - старший телохранитель вышел в коридор, а я направился в санузел, до которого ходить далеко не нужно. Всё же элитный вагон.

Сделав всё необходимое, вернулся обратно, повесил полотенце на крючок, погляделся в зеркало, оценивая внешний вид. Ну вот, физиономия разгладилась, а не похожа со сна на зад мопса, хе-хе.

Открыв дверь, я тем самым дал понять, что готов принять важного посетителя. В купе шагнул подтянутый, в чёрном мундире с серебристой канителью на рукавах, моложавый офицер с майорскими погонами. На его груди я заметил значок юриста. В левой руке следователь держал коричневый кожаный портфель.

- Добрый день, княжич, - майор, лицо которого мне показалось знакомым, кивком поприветствовал меня. – Разрешите представиться. Штаб-офицер Корнилов Фрол Алексеевич. Младший советник юстиции. Назначен воеводой Иртеньевым главным следователем по инциденту. Надеюсь, вы хорошо отдохнули?

Инцидент, надо же. Да там целый бой был, с трупами, на минуточку.

- Да, вполне. Присаживайтесь, пожалуйста.

- Благодарю, - майор устроился напротив меня и выложил из портфеля на столик пачку чистой бумаги, ручки, диктофон.

Показав жестом Владу и маячившему за его спиной Никанору, чтобы закрыли двери и никого не пускали.

- Слушаю вас, Фрол Алексеевич. Что вы хотите узнать?

- Боюсь, слушать придётся мне, и много, - улыбнулся Корнилов, пока не притрагиваясь ни к ручке, ни к диктофону. – Именно в вашем вагоне развивались драматические события. Вот я и хочу узнать всё об этом.

- Мой вагон всмятку. Это единственный из «гербовых», оставшийся целым.

- Это не меняет сути дела, - майор усмехнулся уголками губ.

- У вас диктофон на магической плате? – поинтересовался я.

- Не переживайте, Андрей Георгиевич. Николай Юрьевич проинструктировал меня насчёт вас… А я ведь с вами очень хорошо знаком, правда, заочно, - штаб-офицер улыбнулся. – Вёл дело Факира, потом ещё одно, связанное с блокираторами. Так что о ваших способностях наслышан. Этот диктофон не имеет магической платы, вывести его из строя вы при всём желании не сможете.

- Нашим легче, - бодро ответил я. Корнилов точно подписку о неразглашении давал, иначе Иртеньев его не делегировал бы на беседу со мной. – Ну что ж, слушайте…

Казалось бы, ну о чём можно говорить два с лишним часа? Весь бой с диверсантами длился не более десяти-пятнадцати минут. Диктофон исправно писал мой рассказ, но следователь, тем не менее, делал какие-то записи и на бумаге. Наверное, у него такой своеобразный способ опрашивать свидетелей: двойная фиксация показаний.

Корнилова интересовало буквально всё. Знал ли я кого-то из наёмников в лицо? Встречался ли с кем-то из них в Москве во время нападения на усадьбу Гусаровых? Чем были вооружены нападавшие? Что за техники я применял, от последствий которых были повреждены два вагона? Кто такой Эрик Биргерссон? На самом ли деле он воспользовался техникой «берсерка», когда мой особый Дар погасил всю магию вокруг? Моя антимагия не влияет на Дар Биргерссона? Почему? Знаю ли я, кто такой Тесак? Видел ли его в лицо? Как ему удалось покинуть вагон? Почему мне не удалось задержать чародея, ушедшего через телепорт? И так далее…

Вопросы были разнообразные, и не всегда связанные с конкретными эпизодами. Когда я уже начал накаляться, меня спас Куан, демонстративно занёсший в купе поднос с судками. Штаб-офицер предложил сделать перерыв, пожелал приятного аппетита и вышел наружу, чтобы не мешать. Думаю, он и сам не прочь посетить вагон-ресторан.

Через час Фрол Алексеевич появился бодрый и пышущий энтузиазмом. Новые вопросы посыпались, как из дырявого мешка. К этому времени я уже спокойно воспринимал столь необычную манеру беседы. Да и сам майор особо не наседал, проявляя тактичность. Корнилов – опытный «безопасник». Думаю, у него уже сложилась картина произошедшего, и теперь он всего лишь мелкими штрихами дополнял её.

- Знаете, кто был тот чародей, которому вы покалечили руку? – вдруг спросил Корнилов, складывая исписанные листы, ручки и диктофон в портфель.

- Да откуда? – пожал я плечами.

- Это некий Роланд Обер, ранговый маг класса «Гроссмейстер» по западной классификации, - усмехнулся майор, защёлкивая замок. – Кличка «Друид». Телепортатор высочайшего уровня.

- Высочайшего? – я хмыкнул, не выражая особого восторга по поводу своей локальной победы. Обычно такие профессионалы очень остро воспринимают своё поражение. Как бы мне не заиметь ещё одного кровника. – Но пальцы-то в вагоне оставил. Значит, не такой уж он и крутой.

- Именно он участвовал в захвате «Северной Звезды», - дополнил Корнилов, улыбнувшись.

- Скверно, что упустил Друида, - поморщился я. – А он действительно сильный маг, без шуток. Убедился на собственной шкуре. Причём, дважды. Его защитные конструкты приходилось взламывать с большой затратой энергии.

- Не переживайте, Андрей Георгиевич. С такой меткой, какую вы ему поставили, скрыться от правоохранительных структур будет очень сложно.

- А отрастить конечность Друид сможет?

- Теоретически – да. Только где он найдёт Реставратора? Целители такого направления практически исчезли.

- Практически – не значит, что совсем, - заметил я, вставая, чтобы проводить Корнилова. Не успокоил меня майор, совсем не успокоил. Барон Назаров, помнится, упоминал о методике восстановления конечностей в биокапсуле с магическим составом. У него даже два Медицинских Центра занимаются этим направлением, и довольно успешно. Значит, можно? Только пути могут быть разные. Опять же, вдруг этот самый Друид умеет телепортироваться в другие миры? Спрячется на время, а потом вынырнет за моей спиной, как чёрт из табакерки, когда и ждать его перестанешь.

- Не смею спорить с таким утверждением, - Корнилов прищёлкнул каблуками, энергично кивнул. – Было приятно пообщаться, княжич. Честь имею!

- Всего доброго, - кивнул я в ответ и опустился на диван, совершенно выпотрошенный Корниловым. А мы ведь только беседовали, как два приятеля! Представляю, как он ведёт допрос преступников!

Вспомнил, что надо включить телефон. Как только он загрузился, сразу же посыпались уведомления о сообщениях. Чат, созданный специально для нашей делегации, был заполнен вопросами, полными беспокойства и тревоги. Друзья места себе находили, обеспокоенные моим молчанием. Где я сейчас? Почему молчу? Я же на некоторое время входил в Сети. А раз пропал, по их мнению, опять что-то случилось Лида, Астрид, Арина и Нина в «семейном» чате, как я в шутку назвал приватный канал, волновались куда сильнее.

Подумав, отбил ответ сразу всем: и своим девушкам, и друзьям.

«Со мной всё в порядке. Супостаты повержены. Скоро буду дома. Все вопросы позже, при встрече. Нужно отдохнуть».

Снова блимкнул сигнал. Первой отреагировала Астрид. Сообщение пришло в «семейный» чат. Такое впечатление, она ежесекундно мониторит «болталку».

«Андрей, ты всё же сумасшедший, что пошёл на эту авантюру! Я места себе не находила, пока ты ехал в этом «Экспрессе»! Как ты сейчас? Напиши хотя бы пару строчек, чтобы я не волновалась. Твоя Снежная Кошка».

«Привет, принцесса! У меня был небольшой откат, но сейчас пришёл в норму. Дома восстановлюсь, не переживай».

Не успел я положить телефон на стол, прилетел ответ.

«Хвала Одину! Теперь я могу спокойно спать!»

Мне нравятся тонкие намёки Астрид, за которыми она прячет свои эмоции, беспокойство и страх. Доставшийся по наследству отцовский характер и жёсткое семейное воспитание сформировали собственное отношение к происходящему вокруг неё. Принцесса словно стесняется раскрыться полностью, показать свой мир, чуткий и трогательный. А вот ранить её – лучше и не пробовать. Враз из мягких лапок выскочат острые коготки.

«Я хочу, чтобы ты приехала ко мне», отбили текст мои пальцы.

«Терпение, мой дорогой. Я должна закончить первый курс спецшколы, иначе вылечу с позором», слукавила Астрид, имеющая успехи в обучении. Олаф шепнул по секрету.

«Тогда хочу пожелать успехов. Но летом жду тебя с ответным визитом. Только, пожалуйста, без огромной толпы свитских».

«Это очень смелое требование. Но я постараюсь уговорить папу. Всё, целую крепко-крепко!»

«И я – тебя. И всех вас, девочки!».

Пока всё сдержанно, с лёгким намёком на романтику, игривая попытка прощупать настоящие чувства. Мне хотелось продлить этот момент, пройти весь путь, не нестись сломя голову к семейному быту, а смаковать то чувство, когда от любви кипит кровь, когда от любого прикосновения мурашки по коже. Сейчас передо мной четыре полных бокала сладчайшего нектара. Я хочу их выпить неспеша, смакуя каждый глоток. Столь амбициозные планы требуют самой тщательной проработки. Хватит ли меня на все четыре бокала? Не наступит ли передозировка? Не наступит, если я буду последователен и терпелив. А значит…

Первым делом нужно отложить свадьбу с Лидой и Астрид на следующий год, хотя бы на такой срок. Поэтому после приезда домой я пойду к родителям Лиды, попрошу её руки, но сразу же выдвину своё требование Юрию Ивановичу. Он человек умный и рассудительный, должен меня понять. Так как Мстиславские находятся в прямом контакте с Харальдом, то поставят его перед фактом. Ничего, потерпят. Наша свадьба никак не повлияет на политические расклады в обеих странах, но союзнические отношения укрепит. Наши государства и так уже действуют совместно, выстраивая архитектуру безопасности.

Подобную просьбу нужно озвучить и перед родителями Арины и Нины, когда буду просить руки их дочерей. Тем не менее, сам для себя я твёрдо решил, что до конца следующего года приведу в свой дом всех жён. Проработав план ближайшего своего ближайшего семейного будущего, я успокоился. У меня и так дел по самую макушку. Разгрести бы до конца года.

…Поезд мягко замедлил свой ход. Мимо проскочило вагонное депо, вокзальные здания, ларьки, павильончики, перрон со встречающими «Скандинавский экспресс» людьми. В купе заглянула Татьяна и предупредила, чтобы мы не выходили. Наши вагоны сейчас отцепят и отгонят подальше, к локомотивному депо. Я не возражал. Ведь нам ещё нужно выгрузить бронекостюм и аппаратуру. Привлекать к себе лишнее внимание не хотелось.

Эд доложил, что Петрович с охраной уже подъехали к депо и ждут нас. Оказывается, кто-то похлопотал за них, даже не пришлось бегать к начальнику вокзала и выпрашивать у него разрешение. Отрадно слышать такое. Всегда бы так. Одно дело, когда что-то происходит спонтанно, и случаются накладки. Но мурыжить людей, служащих одному из важных персон государства (ну вот, уже самомнение взлетело выше небес!) – сверх неуважения.

Через несколько минут после остановки вагон дёрнулся и покатил дальше, минуя различные привокзальные строения. Показался решетчатый забор локомотивного депо с огромными окнами. Вот и наши парни стоят, с напряжением разглядывая проплывающие мимо них остатки состава. Петрович с заложенными за спину руками расхаживает вдоль застывшей кавалькады машин: внедорожник, микроавтобус, фургон, мой красавец «Фаэтон». На сердце потеплело. Я дома!

Лязг буферов обозначил окончание нашего путешествия. Проводницы вышли в тамбур. Раздался стук распахнувшегося трапа. Василий с Якимом первыми выскочили на перрон. Куан с чемоданами неторопливо спустился вниз и с невероятной невозмутимостью, как будто никуда и не уезжал на целую неделю, кивнул улыбающимся бойцам.

- Девушки, до свидания! – попрощался я с проводницами. – Приятно было провести с вами время в дороге. Обязательно позвоню Анатолию Евгеньевичу и передам свою благодарность за профессионализм и храбрость таких красавиц!

Если что, я имел в виду министра путей сообщения, князя Буремского, с чьим сыном неплохо поладил.

- Спасибо, Андрей Георгиевич! – барышни заулыбались, чувствуя скорую премию. А Татьяна добавила: – Мы так вам благодарны за спасение от диверсантов! Если бы вас не было в вагоне, даже не представляем, что могло произойти!

- Я не мог оставить в опасности столь очаровательных дам, - улыбнулся я. – Это мой долг как мужчины, дворянина. К тому же императорские вагоны – территория России. Об этом я тоже помнил. Всего доброго, Таня, Маша…

- И вам удачи, Андрей Георгиевич! – хором отозвались проводницы уже мне в спину.

Как только я почувствовал под ногами прочную бетонную поверхность, раздался рык Петровича:

- Смиррр-на! Равнение на середину!

Вся моя гвардия сразу же подтянулась, выстроившись в линеечку возле машин. Показалось, что «старик-разбойник» забавляется, играя в давно забытые игры. Но, глядя на серьёзное лицо Савелова, печатающего шаг, я подобрался и вытянулся. Козырять, конечно, не стал. Голова-то не прикрыта. Да и не военный, чай! Зато краем глаза заметил, с каким интересом на представление смотрят бойцы Лутошина. Петрович в камуфляжном костюме выглядел солидно, как настоящий воин, волчара.

- Андрей Георгиевич! За время вашего отсутствия в вверенном мне подразделении, как и в родовой усадьбе, никаких происшествий не произошло. Вся материальная и хозяйственная база в порядке. Личный состав здоров и несёт службу согласно боевому уставу. С прибытием!

- Здравствуй, Петрович! – не выдержав, расплылся я в улыбке и крепко пожал руку коменданта. – Ты меня как будто какого-то генерала встречаешь!

- Глава будущего Рода и есть генерал! – не стушевался Петрович. – Если сам хозяин не гнушается участвовать в боевых действиях, гвардия обязана соответствовать его имиджу!

- Сказать нечего, - я развёл руками. – Ну что, тогда командуй! Нужно помочь Гене и механикам «Бастион» в фургон погрузить.

- Сделаем, княжич, - кивнул Петрович и вернулся к бойцам.

Тут же полетели его команды, фургон зафыркал и покатился к броневагону, возле которого в ожидании погрузки топтались мои механики. Я увидел Лутошина и решил с ним попрощаться. Комендант и сам решил перекинуться со мной парой слов.

- Ты уж не серчай, княжич, что на помощь не пришли, - чуточку смущённо проговорил Марат Сергеевич. – Нас грамотно боем сковали. Хорошо подготовились мятежники, даже несколько английских портативных ЗРК откуда-то взяли. Намучились с ними мои пилоты. Вместо того, чтобы атаковать позиции нападавших, больше противоракетными манёврами занимались. Хирдманы да подоспевшая антидиверсионная группа значительно помогли. Но ты тоже здоров! Два вагона в утиль!

- Чего их жалеть? Железо – оно и есть железо, - изрёк я, пожимая плечами. – Там вопрос жизни и смерти стоял. И не только моей. Наёмники шли меня убивать, пассажиров бы не пощадили, поэтому пришлось применить все свои умения.

- Силён, - уважительно кивнул Лутошин. – Не зря Булгаковы тобой тогда заинтересовались. Ведь разглядели что-то необычное в твоём Даре.

- Жалеют, что ушёл? – меня не обуяла гордыня после таких слов. Обычный вопрос, не нёсший в себе никакого подтекста. Благодарность Булгаковым осталась, но не более.

- Они за тебя неплохой приз получили, - усмехнулся Марат Сергеевич, но не стал раскрывать какой. – Но вспоминают добрым словом.

- Передавайте ему от меня горячий привет, - я протянул руку для прощания. – Особенно старейшине. Как он там?

- Хандрит последнее время, но держится. Крепкий старик, - Лутошин сжал пятернёй мои пальцы. – Меня вызовут к Главе Рода для доклада по нападению на поезд. Возможно, Семён Игоревич там тоже будет присутствовать. Так что, обрадую его.

- Спасибо, Марат Сергеевич. И не грызите себя, что не смогли помочь. Всё понимаю, обстоятельства иногда сильнее желаний. Да и я уже способен за себя постоять.

Мы тепло попрощались и разошлись в разные стороны. Я заметил, что ящики уже погрузили в фургон, и направился к «Фаэтону». Пока Петрович распределял охрану по всему конвою, я залез в пахнущий кожей и одеколоном салон.

- С приездом, Андрей Георгиевич, - заулыбался Дима Лель, сидевший за рулём.

- Здорово, Дима! – приветливо откликнулся я. – Что, Никанор не пытался занять своё место?

- Да вы бы видели, как он пытался меня вытащить из-за руля! – хохотнул водитель. – Самым натуральным образом за руку тянул, слюнями брызгал. Орал, что это его обязанность княжича возить.

- Тяжёлый случай, - ухмыльнулся я. – Расстроится ведь, если ему не отдать машину, как думаешь, Дима?

- Обязательно расстроится, - уверенно ответил Лель, крепко держась за руль. – Но у меня железное правило: если увёз хозяина, то и вернуть его домой должен сам. Пусть сегодня отдохнёт.

Открылась передняя дверца, и в «Фаэтон» ввалился Эд.

- Никанор как наскипидаренный носится, - заявил он, поворачиваясь ко мне. – Какая муха его укусила?

- Есть тут одна, - подмигнул я, кивая на водителя. – Вон, за рулём сидит.

И мы с Димой жизнерадостно расхохотались.

Я дома!

Примечание:

[1] Разница между Москвой и Лахти, где сейчас находится «Экспресс» – 1 час.

Глава 7

1

- И что это такое? – с интересом спросил я, глядя на висящий на «плечиках» светло-серый комбинезон, какой обычно надевается под бронекостюм. Даже пощупал ткань. Да, гораздо тоньше, надо признать. Но понять, что именно хотела мне показать Арабелла, никак не мог.

Сама же госпожа Стингрей стояла возле окна просторной конторы, из которого просматривались новенькие производственные корпуса нашего завода, и скрестив руки на груди, с усмешкой ждала, когда меня осенит. Гена Берг, кажется, уже понял, в чём фокус.

- Неужели получилось? – с надеждой спросил он Арабеллу.

- Пока прототип, - кивнула молодая женщина. – Единственный экзоскелет, с которым можно провести сопряжение, находится в руках Андрея Георгиевича.

По-русски американка говорила уже весьма неплохо, пусть и с акцентом, придававшим её голосу шарма.

- Так это тот самый нательный комбинезон с сенсорной плёнкой? – дошло до меня.

- Нет, он не с сенсорной плёнкой, а действует по принципу сенсорной плёнки, - поправила меня Арабелла, усмехнувшись с нотками превосходства. – Я самолично изготавливала состав, в котором держала обычную ткань. На изготовление одного комбинезона уходит два дня в условиях соблюдения полного цикла.

- Подождите, Арабелла, - я поднял руку, останавливая ненужный сейчас поток информации. – Поясните, что именно революционного в этом комбинезоне. Господин Берг однажды прочитал мне лекцию по этому поводу, но я бы хотел услышать и ваше мнение, как разработчика.

- Ну, хорошо, - Стингрей стала расхаживать по конторе, постукивая каблуками сапожек. – Этот комбинезон обеспечивает считывание нервных импульсов с тела пилота и их передачу в виде цифровой информации в систему управления бронекостюмом. Электрические сигналы, проходящие через мышцы и нервы пилота, непосредственно преобразуют каждое движение его тела в цифровые данные, как я уже сказала.

Она подошла к висящему на стене прототипу с самым настоящим капюшоном, и показала рукой на странные треугольные зажимы, которые соединяли секции головы и тела.

- Зажимы служат в качестве разъёмов для передачи данных в бронекостюм, позволяя ему функционировать как превосходная боевая платформа, - пояснила Арабелла. – Кстати, есть одна важная мелочь: комбинезон надевают на голое тело. Да, не совсем удобно, но я работаю над комфортностью.

- Если я надену под комбинезон трусы, будут проблемы со считыванием нервных импульсов на некоторых участках? – сразу догадался я.

- Именно, Андрей Георгиевич, - не сдержав улыбки, кивнула Стингрей. – У неё забавно получалось произносить моё отчество. Слышалось: «Георговыч». – По сути, это мои разработки, которые я хотела использовать в третьем поколении «Арморекса». Счастье, что до них не дотянулись ручонки этих… жадных конкурентов из корпораций!

- Если изначально направить усилия на создание сенсорных комбинезонов, то можно ли отказаться от интеграторов? – задал я главный вопрос. – Представим гипотетически, что одарённый, не используя самый главный компонент экзоскелета, будет манипулировать только своей энергией… Реально ли ему победить противника в бронекостюме с интегратором?

- Нет, к сожалению, - покачал головой Гена Берг, переглянувшись с Арабеллой. – Эту возможность мы теоретически обкатывали на разных моделях. Магия есть магия. Она сама по себе мощный энергетический и силовой компонент. Мы, в первую очередь, учитывали вашу концепцию продвижения бронекостюмов для любого сегмента покупателей, особенно неодарённых. Именно для них подобный комбинезон станет находкой. Я недавно покопался в открытых источниках и обнаружил интересную вещь. Оказывается, существует проблема исчезновения Дара после серьёзных травм и ранений. Особенно – ранений. Десятки пилотов по той или иной причине теряют возможность пользоваться магией. Для них бронекостюм с интегратором становится бессмысленной тяжёлой игрушкой. Ведь в первую очередь важно сопряжение Дара с интегратором, с помощью которого управляется экзоскелет, а владение магическими конструктами на базе родовой Стихии – это вторично.

- Об этой проблеме я и подозревал, когда обдумывал, для кого нам нужно делать «Бастионы», - кивнул я, соглашаясь с Геной. Довольно интересно, а почему такие данные попали в открытый доступ? Всё же пилоты являются элитой русской армии; их готовят по несколько лет, вкладывают в них огромные средства. Потеря даже одного из них – болезненный удар. А тут нате вам, все расклады на виду. Враг-то не дремлет!

- Выходит, мы слишком рано пытаемся внедрить сенсорный комбинезон? – напряглась Арабелла.

Я понимал её. Эта амбициозная женщина уже давно опередила в теоретических разработках всех конкурентов и хотела двигаться дальше. Вынужденная остановка исследований могла раздражать Арабеллу, но к её чести, она оставалась терпеливой.

- Почему же? – я переглянулся с Геной и заметил в его глазах немую просьбу. – Сенсорный костюм – отличная находка. Под него будем изготавливать экзоскелеты без интегратора. Готов лично провести эксперимент. Приезжайте, Арабелла, ко мне в Сокольники. В моём поместье есть полигон, на котором я смогу испытать костюм.

- А есть подходящая аппаратура? – оживилась госпожа Стингрей.

- В мастерской всё есть, - успокоил её Гена. – Мы можем следить за испытаниями с помощью видеокамер. Параметры бронекостюма передаются на монитор и планшет.

- В таком случае мы вместе с Диком приедем, - Арабелла призадумалась. – Во сколько вам будет удобно, Андрей Георгиевич?

- Да можете к двум часам, - решил я. – У меня занятия заканчиваются позже, но вам как раз хватит времени познакомиться с моими механиками, с мастерской. Геннадий всё обстоятельно расскажет, подключит комбез к костюму, прогонит тесты. Вдруг вам какая идея в голову придёт. И ещё… У вас есть охрана?

- Да, нам выделили четырёх бодигардов, - кивнула Арабелла. – Они нас постоянно сопровождают. Вон их машина стоит.

Я понял, про какую тачку идёт речь. Возле конторы стояло несколько машин. Две наших, новенький «Сенатор» Арабеллы перламутрово-зелёного цвета, и мощный армейский внедорожник без герба. Цесаревич выполняет договорённости по защите ценнейшего специалиста, и это радует.

- А где князья Елецкие? – поинтересовался я.

- Они уехали по делам закупок, - Стингрей усмехнулась. – Я в их дела не лезу. Мне достаточно того, что оборудование приобретается в срок. Монтаж тоже идёт по графику.

Я подошёл к окну и внимательно поглядел на раскинувшиеся напротив корпуса цеха. Да, пока территория выглядит неустроенной, асфальт проложили только возле самих заводских построек, но в скором будущем здесь разобьют небольшой уютный парк, и все эти горы мусора, вывороченный колёсами грузовиков грунт, многочисленные ящики, штабели строительного материала исчезнут. Главное, первый и второй цеха уже подведены под электричество. А там как раз и находится основное оборудование: герметичные биореакторы для выращивания синто-волокон, блок постобработки с линией пропитки и нанесения особого покрытия, камеры термической стабилизации, намоточные станции, оптико-рентгеновские анализаторы. Это не говоря уже об инфраструктурном обеспечении в виде системы сверхчистой воды и реагентов, складе-накопителе инертных газов, бункеров сырья.

Я только сейчас стал понимать, какую гигантскую работу проделала Арабелла с Диком и американскими переселенцами. С нуля поднять такую махину, наполнить пустые цеха нужным оборудованием, часть которого пришлось делать уже в России, так как остальное оказалось арестованным в САСШ – стоило дорогого.

- Арабелла, нужно ли ещё какое-то оборудование, например, для напыления сенсорной плёнки на комбинезон?

- Я всё делала вручную, - усмехнулась она. – Пропитка ткани особым составом позволяет создать микроплёнку, чувствительную к электромагнитным импульсам тела. Но вы правы, княжич. Нужно оборудование, если мы планируем выпускать линейку экзоскелетов без интеграторов. Иначе столь кустарное производство утопит нас. В России, к сожалению, спецоборудования для напыления нет. Я смотрела каталоги европейских фирм, которые и выпускают его. Одна немецкая, находится в Вестфалии. Другая в Англии.

- По какому направлению они работают? – поинтересовался Гена.

- Напыление на сенсорные экраны мобильных телефонов, мониторов, - пожала плечами Арабелла. – Скажу честно, кроме меня никто не догадался использовать подобную матрицу для иных технологических операций.

- А как же перчатки для пользователей? – Гена задумчиво тёр подбородок и глядел на комбинезон, словно пытался найти на нём то самое напыление.

- Баловство! – фыркнула женщина. – Я предлагаю купить микроэлектронную линию «Аккорд». Это автоматизированный комплекс для напыления и травления тонкоплёночных сенсорных матриц на гибкую подложку. Именно эти матрицы будут считывать биоэлектрические сигналы с тела пилота.

- Чья это линия? Надеюсь, не английская? – спросил я.

- Немецкая. Ею владеет семья Штауфенов.

- Штауфены? – я наморщил лоб, прокручивая в голове архив имён и фамилий, который за последние годы весьма расширился. – А кто там заправляет?

- Вильгельм, Глава Рода. Но он уже очень старый, - ответила Арабелла. – Граф практически отошёл от дел, всеми делами фирмы занимается его старший сын.

- А сына случайно не Отто зовут? – оживился я.

- Да, Отто Штауфен, наследник.

Мои губы самопроизвольно растянулись в улыбке.

- Кажется, я знаю, как нам приобрести линию в кратчайшие сроки.

- Тогда нужно строить ещё один корпус, - глядя на моё довольное лицо, воодушевилась госпожа Стингрей.

- Обязательно, - я уже прикинул, что с дополнительным цехом у нас получается огромный квадрат с внутренней площадью. – На днях встречаюсь с Его Высочеством, где и выскажу соображения по этому поводу. А пока… Завтра жду вас с Диком у себя в Сокольниках.

- Возьмите комбинезон, Андрей Георгиевич, - вдруг решилась Арабелла. – И обязательно его сегодня опробуйте, чтобы к завтрашнему дню у меня было хоть какое-то представление о возможных проблемах.

- Гена, забери, - распорядился я. – Как насчёт жилья для сотрудников, миссис Арабелла? Посёлок уже построили?

- Можем съездить, посмотреть, - оживилась моя компаньонка. – Тут недалеко.

Я предложил Арабелле прокатиться на моём «Фаэтоне». Бергу пришлось пересесть во внедорожник. К нашей маленькой кавалькаде присоединилась охрана госпожи Стингрей.

- Откуда у вас американская машина? – полюбопытствовала Арабелла, оказавшись в салоне «Фаэтона».

- Подарок Меллонов отцу, - не стал скрывать я.

На лицо молодой женщины набежала тень.

- Как-то подозрительно Энтони затих, - поделилась она своими переживаниями. – Я всё время жду звонка из Америки с угрозами. Мне не простят предательства национальных интересов.

- Вас очень хорошо охраняют, - мои слова вряд ли могли успокоить Арабеллу. – Мстиславские понимают, какой ценный актив у них сейчас находится. А хотите, мы пустим слух, что вас и Дика Трейси держат в подвале, жестоко мучают и заставляют раскрыть все секреты «Арморекса»?

Арабелла рассмеялась, убирая непослушный локон за ухо.

- Боюсь, эту дезинформацию надо было запускать сразу, как только я оказалась в России. Теперь же, когда обо мне узнали из статей продажных журналистов, поздно что-то менять.

Я задумчиво кивнул. Совсем игнорировать опасность от американских кланов, раздёргавших наследие Стингрей по кусочкам, нельзя. Они могут прислать диверсантов для ликвидации как Арабеллы, так и самых важных специалистов, переехавших в Россию. Об этом я тоже напомню цесаревичу. Нельзя расслабляться, нельзя. Хотя бы первые пять лет. Они будут самые тяжёлые на испытание прочности. За это время у нас появятся собственные инженеры. Они переймут опыт Арабеллы, и тогда «Бастион» не остановить.

Посёлок находился в двух километрах от строящегося завода, за полосой густого соснового леса. Судя по нагнанной сюда технике и строителям, к лету уже будет возведено девяносто процентов жилья. Да и сейчас двухэтажные кирпичные коттеджи с подведёнными к ним асфальтированными дорожками гляделись симпатично. У каждой семьи будет не только жильё, гараж и хозяйственные постройки, но и место под лужайку или сад. Я знал, что Арабелла просила строить именно такие дома, которые напоминали бы её землякам об оставленной родине. Ничего против не имею. Главное, чтобы люди трудились с душой и не думали, что они здесь ненужные или лишние.

Чуть поодаль виднелся кирпичный корпус будущей котельной, которая обеспечит теплом весь посёлок.

- Не ожидала такой быстроты, - призналась Арабелла. – У нас бюрократическая волокита длилась бы несколько месяцев. Пока дадут согласие различные инстанции, правозащитники природы и животных, можно поседеть от старости.

- В нашем случае повезло, - заметил я с улыбкой. – Строительство завода и посёлка находится под контролем Мстиславских. Вы должны понимать, Арабелла, что в таких случаях бюрократия обычно пасует и отступает.

- Я целиком и полностью поддерживаю такую позицию, - вернула мне улыбку молодая женщина. – Но лишь в самых крайних случаях, когда существует государственная необходимость.

- Можно возвращаться? – спросил я. – Убедился, что простоев нет, всё функционирует и приближает нас к заветному дню, когда мы может открыть завод. Сроки, надеюсь, не сместили вправо?

- Нет. Князь Владимир Данилович и вовсе оптимизмом лучится, - Стингрей задумчиво поглядела на строительную суету из окна машины. – Хочет, чтобы в августе уже были выпущены первые экземпляры «Бастиона».

- Нет-нет, ни в коем случае, - мне не понравился такой энтузиазм. – Лучше двигаться в графике. А если удастся сработать с опережением, то будет полезнее ещё раз всё внимательно проверить.

- Я ему говорила то же самое, но… Мне показалось, князю очень хочется преподнести сюрприз императору. Им движет… как бы правильнее высказаться… карьера. Наверное, от успеха «Бастиона» зависит его дальнейшая судьба при дворе вашего государя?

- В некотором смысле – да, - не стал отрицать я. – Но всё же основные вопросы решаются коллегиально теми, кто является хозяевами проекта.

- То есть Владимир Данилович – менеджер, - кивнула Арабелла. – Я так и поняла.

- Никанор, езжай в контору, - распорядился я, и пока водитель разворачивался, посмотрел на спутницу. – Мисс Стингрей, в России несколько иной принцип распределения обязанностей, особенно когда среди участников большинство – князья и высокородные аристократы. Ни в коем случае не демонстрируйте, что вы выше «менеджеров», если среди них числятся такие люди, как Владимир Данилович и его брат - Демьян Данилович. Когда будет сформирован Совет директоров, вот тогда станет ясно, как нам взаимодействовать друг с другом.

- Да, я понимаю, насколько в России сложная иерархическая система, - вздохнула Арабелла. – Мне пришлось сесть за изучение дворянского этикета. Дик меня всё время подзуживает, называет боярыней.

- Это правильное решение, - подбодрил я. – Кстати, когда у вас намечается свадьба?

- Решили осенью, после того, как запустим производство, - улыбнулась моя собеседница. – А медовый месяц проведём в Крыму. Всё равно меня в ближайшие годы в Европу не отпустят.

- Неплохо. Бархатный сезон, мало народу. Вам понравится.

Мы доехали до конторы, и Арабелла, попрощавшись, вылезла из машины, сама открыв дверцу. Ничего, скоро пообтешется, станет дворянкой, обзаведётся слугами и постепенно привыкнет к привычкам, что въелись в кровь потомственных аристо.

- Домой? – спросил сидящий рядом с Никанором Влад.

- Домой, - рассеянно ответил я, прокручивая в голове разговор с Арабеллой насчёт сенсорного комбинезона. Это прорывная технология, которая в случае удачной адаптации к «Бастиону» взорвёт рынок экзоскелетов. Для неодарённых и вовсе будет подарок. Армия получит сотни, а то и тысячи новых пилотов.

- Едем в Сокольники, - бросил в рацию Влад, и внедорожник сопровождения занял место впереди «Фаэтона».

Я уже второй день в Москве, а дел навалилось столько, что не успеваю вертеться. Даже со своими красавицами не могу встретиться в домашней обстановке, только в лицее. Понятно, что девушки тщательно скрывали свои эмоции, особенно Лида Мстиславская. Она-то знала гораздо больше о произошедшем на «Скандинавском экспрессе» благодаря отцу и деду. Конечно же, не утерпела и рассказала «сёстрам». Таких глаз, полных любви, гордости и переживаний за моё здоровье, я ещё никогда не видел.

Вот и получилось, что сегодня у меня была запланированная поездка на завод. Завтра Арабелла с Диком приедут в поместье для тестирования сенсорного комбинезона. Послезавтра заявятся чародеи из Магической Коллегии, будут осматривать будущий полигон, составлять план размещения спецоборудования. И в соответствии с ним сразу же начнутся земляные работы. Бульдозеры, самосвалы, бетономешалки, куча строителей – всё серьёзно.

А сегодня вечером я хочу побыть рядом с Источником. Нужно «познакомить» его с генетическим материалом Астрид. Зуд исследователя не даёт мне спать, подталкивает к экспериментам. Но в первую очередь я должен обеспечить безопасность моих будущих жён. Если за Арину и Нину мне уже спокойно, то принцесса Астрид и Великая княжна Лидия могут пострадать из-за всех изменений, что я внёс в структуру Алтаря. Нельзя забывать и о Веронике, чья генетическая матрица уже находится в Источнике. А по-хорошему, попозже надо проверить всех девушек, чтобы убедиться в безопасности их контактов с Алтарём. Проверить и подстроить структуру Источника под своих будущих жён и Веронику. Жизнь постоянно подкидывает сюрпризы. Кто знает, вдруг и княжна Елецкая однажды войдёт в мой дом хозяйкой.

Да, ещё нужно привязать нож, который мне подарил кузнец Стейн. Получится ли сделать его якорем в моей Яви, когда я уйду через портал в чужой мир?

Насчёт визитов к Мстиславским, Голицыным и Захарьиным с девушками я договорился. Для каждого нами согласована определённая дата. Как раз моим прелестницам хватит времени предупредить родителей и подготовиться к важному мероприятию. Понятно, что это дело небыстрое, учитывая мою занятость, но девушки меня не торопили, хотя им очень хотелось побыстрее перейти в статус невест. Лишь Нина Захарьина с лёгким беспокойством поглядела на меня. Для неё время играло очень большую роль с учётом давления отца, которого, в свою очередь, подталкивали Мстиславские. Кажется, без серьёзного разговора с Василием Романовичем не обойтись. И я не о просьбе руки его дочери. А о негласном договоре с императором.

Внедорожник и «Фаэтон» уже заехали во двор, а я всё сидел в машине, погрузившись в раздумья. Кто-то распахнул дверцу.

- Андрей Григорьевич, вы уже дома, - послышался голос Корня. – Можно выходить.

- Да, спасибо, - я вылез наружу и неторопливо зашагал к вольеру, где меня ждали подросшие щенки. Они встретили меня радостным повизгиванием. Теперь, когда я нечаянно обратил их в собак-антимагов, наше общение стало гораздо теснее. Даже кинолог признал, что животные уже не так тянутся к нему. Привыкли – да, общаются и слушаются, но появился какой-то непонятный фактор, отдаляющий их от него. Но свою работу обещал выполнить до конца. Скоро начнёт натаскивать их на охрану усадьбы.

- Андрей Георгиевич, когда будем испытывать комбинезон? – ко мне подошёл Гена с пакетом, в котором лежало новое изобретение Арабеллы.

- Часика через два загляну в мастерскую. Успеете протестировать сопряжение? - я дал полизать ладонь нахрапистому Атаману и поднялся, одёргивая куртку. – Наверное, нет смысла сразу же бегать в «скелете» по двору?

- Нет, сегодня достаточно будет того, что вы просто подвигаете руками и ногами, - Гена поправил очки. – Завтра устроим полноценное тестирование… Меня только одно беспокоит: каким образом сенсорная поверхность комбинезона будет воздействовать на сам бронекостюм. Теория-то хороша на словах и бумаге, а на деле может пшик получиться.

- Геннадий, не узнаю тебя, - я рассмеялся. – Ты же эту тему изучал и признал, что сенсорное управление на данный момент перспективно.

- Переживаю, что не получится, - признался Берг и протянул мне пакет. – Вот, вам лучше надеть его дома. Всё-таки придётся полностью обнажаться, и не дело на это смотреть механикам.

- Да, спасибо, что напомнил, - я забрал комбинезон и, уже никуда не заглядывая, направился домой.

Пока топтался в парадном, раздеваясь, подошла Маринка и спросила, когда подавать ужин.

- Через полчаса, - я хотел принять душ и немного отдохнуть. Ведь сразу с лицея я поехал на встречу с Арабеллой. Почти всю вторую половину дня использовал для инспекции завода и посёлка, если так можно сказать. А что будет, когда я возьму на себя функции Главы Рода? Не пора ли обзаводиться верными помощниками по разным направлениям?

Решив, что такой глобальный вопрос поднимать рано, я поднялся в свои апартаменты и без спешки принял душ. Переоделся в домашний костюм, оценил себя, глядя в зеркало. Не найдя ни одной морщинки на лице (шутка-шутка!), с довольным видом уселся в кресло и мысленно пробежался по своим планам. Впереди маячили выпускные экзамены и поступление в ВУЗ. Кстати, куда? В военный или гражданский? Военный в плане перспектив очень притягателен. Цесаревич расписал всё красочно, да и я сам собрал кое-какую информацию о Подольском ВВКУ. Но ведь это армия с уставами, дисциплиной, чётким распорядком дня. Никто не даст мне поблажки, и из казармы придётся вырываться по случаю. В таком случае какая мне женитьба? Такой подход к семейной жизни несерьёзен. Молодые жёны взбунтуются, если их супруг будет отсутствовать неделями. Они же меня на лоскутки рвать начнут, когда я в увольнение домой приду.

Гражданский университет предпочтительнее. У меня будет гораздо больше возможностей для манёвров. Да, материальная база слабовата, больше превалируют теоретические изыскания, эту проблему тоже нужно учитывать. В конце концов, кто мне мешает после получения диплома поступить на военную службу? Пусть даже в качестве вольнонаёмного. Но дадут ли мне в таком случае допуск к секретным разработкам?

Единственное, что сейчас я точно знал, несколько предстоящих месяцев будут насыщенными, придётся вертеться как белке в колесе. Тяжело вздохнув, я поглядел на часы. Пора идти ужинать. Дел ещё по горло помимо изучения учебного материала. Ничего-ничего, зато я сам волен выбирать свою судьбу. Согласен, есть положительные моменты, когда чья-то крепкая и властная рука корректирует и указывает дорогу, но ведь не настолько, чтобы подчиняться полностью диктату взрослых.

Звякнул колокольчик входящего сообщения. Я поднялся на ноги и подошёл к столу, где лежал телефон. Прочитал:

«Дорогой, у тебя в июне день рождения, не забыл, надеюсь? Зная твою занятость, я могу вместе с девочками взять на себя организацию вечеринки. Как смотришь на то, чтобы пригласить «Скоморохов», «Эхо Валькирий», Анжелику и ещё парочку групп, довольно известных в Москве?»

Я улыбнулся. На сердце стало тепло и приятно от такой заботы. Насчёт своего дня рождения, на котором мне исполнится восемнадцать лет, я даже и не думал. А вот княжна Голицына заранее беспокоится. Здорово, если она займётся подготовкой к торжеству.

«Нисколько не возражаю, милая. Буду очень благодарен за такую помощь. Список приглашённых родственников и друзей предоставлю позже», отбил я ответ.

«В таком случае я возьму на себя «нужных» людей, вроде партнёров по бизнесу, спонсоров, рекламных агентов. Позже этот список согласуем. Вдруг ты не захочешь видеть кого-то из них».

«Отличная идея насчёт «нужных» людей».

Странно, что Арина не позвонила, а общается именно таким способом. Наверное, сейчас где-нибудь едет или находится в гостях, где особо по телефону не посекретничаешь. Она попрощалась со мной, «стократно целуя», и я пошёл на ужин. Куан, Петрович, Эд, Гена Берг, Виктор Олегович уже ждали меня, и как только я занял своё место за столом, они опустились на стулья. Общий ужин со своими людьми сближает, а заодно позволяет решать те вопросы, которые (вроде бы) второстепенные, но тоже требуют обсуждения.

Сегодня, в основном, речь шла о системе безопасности, которую нужно пересмотреть с учётом расширения усадьбы. Петрович попросил ещё один внедорожник. Бойцов стало больше на несколько человек. Новичков пока обкатывают, не допуская до сопровождения. Но рано или поздно машина понадобится. Управляющий заметил, что нужно расширять штат прислуги, как бы я не старался оттянуть этот момент, когда в доме станет не провернуться от горничных и прочих дворецких. Ладно, насчёт горничных, автомехаников и садовников я особо не спорил. Они всегда должны быть под рукой. А все остальные услуги пока решили оставить в прежнем варианте: через краткосрочный контракт.

Такое общение под вкусные блюда очень сближают. Да, спорили, порой не соглашались друг с другом, но искали и находили приемлемые варианты.

- Андрюша, - после ужина ко мне подошла Оксана, смущённо теребя фартук, накинутый поверх платья. – Мне бы ещё одну помощницу. Маринка уже невестится, то и дело отпрашивается по каким-то своим сердечным делам. Я могу её поварёшкой по заду отшлёпать за такие вольности, но сам понимаешь, крутыми мерами только разозлишь девчонку.

- Конечно, Оксана, - я изобразил досаду на свою слепоту. – Надо было сразу эту проблему решить. А зачем одну? Давай, сразу двух. Пусть посменно работают, да и у тебя появится время в свет выйти. Застряла среди кастрюль, неправильно же.

- Две – хорошо, - задумчиво кивнула кухарка. – Такой вариант устраивает. Сама хотела предложить, но скромность победила.

Мы негромко посмеялись. Я пообещал поговорить с Казаковым. Когда он будет искать прислугу через биржу, заодно и помощниц для Оксаны подберёт.

- Или у тебя есть кандидатуры?

- Конечно есть, - почему-то поморщилась женщина. – Но не хочу всех знакомых тащить в ваш дом. Кумовство ни к чему хорошему не приводит. Да и рука у меня тяжёлая. Могу осерчать и как следует приложить. А зачем мне портить с ними отношения? Нет уж, пусть Виктор Олегович через биржу нанимает.

Логика Оксаны была проста и незамысловата. Она хотела остаться здесь старшей кухаркой, а конкурентки ей ни к чему. Пусть лучше ассистируют. Я не возражал. Человек, доказавший свой профессионализм на деле, всегда будет в моём приоритете.

- Хорошо, найдём тебе помощниц, - успокоил я разволновавшуюся Оксану.

- Спасибо, Андрюша! Вечерком плюшек свеженьких настряпаю! Обязательно попробуй!

- Кто же откажется от такого угощения? – я улыбнулся и направился к себе. Пора испытать новшество Арабеллы. Что же она сотворила?

Скинув с себя всю одежду, осторожно натянул на голое тело тончайшую ткань, на ощупь не совсем мягкую, а как будто пропитанную какой-то смесью, да ещё чем-то пахнущей, смолой, что ли? Попрыгал, поприседал, помахал руками. Вроде бы ничего не сковывает движения. А это важно, когда ведёшь бой. Малейший затык в управлении, переведённом на сенсорные датчики, и можно эпитафию на надгробие заказывать.

Я взглянул на себя в зеркале. Забавно, конечно. Комбинезон напоминал гибрид обычного термобелья, гоночного скелетона и высокотехнологичного медицинского корсета, да ещё с этими загадочными зажимами, соединяющими костюм с капюшоном. Ткань серебристо-матовая, с едва проглядываемыми дорожками-проводниками, похожими на синто-волокна, только распущенными, а не собранными в пучки, как в бронекостюме. Мелькнула мысль, что Арабелла слукавила. Технология напыления на ткань достаточно сложная. Во-первых, внутренний слой – это терморегулирующая мембрана с наночастицами ванадия (об этом сама госпожа Стингрей утверждала в разговорах с Бергом). Этот элемент меняет теплопроводность в зависимости от температуры тела пилота. Во-вторых, сам «сенсорный» слой в виде графеновой пропитки с неизвестными мне добавками. Просто невозможно в тех условиях, что сейчас предоставлены Арабелле, создать такой высокотехнологичный комбинезон. Или эта женщина дьявольски талантлива. Ведь у нас ещё нет микроэлектронной линии, о которой американка говорила. Получается, Арабелла – теоретически – может предоставить минимум две варианта создания подобных костюмов?

Я надел поверх комбинезона спортивный костюм, захватил с собой телефон и спустился в гостиную. Предупредил резавшихся в шахматы Никанора и Эда, что буду в мастерской.

На улице только сгущались сумерки, но светящиеся фонари уже освещали площадку перед воротами и дорожки. Возле сторожки маячил Горох и разговаривал с кем-то из «молодых» бойцов. Я с ними еще не со всеми познакомился, времени не хватает.

В мастерской привычно пахло припоем и разогретым железом; тихо гудели ЭВЦ, помаргивали светодиоды на тестовой аппаратуре; осциллографы чертили свои кривые; негромко переговаривались о чём-то Ворон и Ваня Гончар, распутывая тонкие провода.

- И что мне нужно делать? – спросил я, снимая с себя спортивный костюм. – Влезать в «скелет»?

- Андрей Георгиевич, сначала мы проведём тестирование прямо на вас, - Гена снял очки и помассировал веки. – Я поздно сообразил, что надо было комбинезон на манекен повесить, а не вам отдавать. Ребята давно бы прощупали его мультиметром.

- Если это не опасно, то щупайте его на мне, - пошутил я, вставая посреди мастерской на резиновый коврик. – Не будем терять времени. Его у нас и так нет. К запуску завода вся технология должна быть отработана.

- Тогда начнём, - кивнул Берг, напялив очки обратно. – Ворон, Ваня, подсоединяйте кабели к различным точкам тела.

Провода, которыми меня стали опутывать, были обычными, но на концах у них были микроскопические зацепы, которые крепко впивались в ткань комбинезона. Через несколько минут я стал похож на муху, попавшую в паутину.

- Готово, шеф, - весело ответил Ворон. – Можно начинать.

- Ну, теперь придётся потерпеть, - предупредил меня Гена. – Калибровка – процедура нудная, но необходимая. Алексей, запускай «Танец».

- Что за зверь такой? – поинтересовался я.

- Программа первичной калибровки, - пояснил Берг, подходя к сидящему за монитором механику. – Арабелла поделилась. Это её спецы писали под «Арморекс», но применить не успели… Так, Андрей Георгиевич, вам нужно будет выполнить серию движений, чтобы система поняла, что где находится, каков диапазон подвижности суставов, мышц, сухожилий. Как напрягаете мышцы перед ударом, с какой скоростью наносите его. Без этого линейные движки «Бастиона» будут отставать от ваших движений, либо, что хуже, наступит рассинхронизация.

Следующие два часа действительно стали настоящим мучением. Я стоял на коврике посреди помещения, окружённый камерами и какими-то приборами, похожими на лазерные дальномеры. Гена лично подсказывал мне, какие действия совершать. Сначала было забавно…

- Движение 47: подъём правой руки в сторону на 90 градусов. Медленно. Ещё медленнее. Зафиксировано. Движение 48: сгибание локтя, максимальная амплитуда. Остановитесь. Так…княжич, на пределе вы инстинктивно напрягаете трапециевидную мышцу. Система ловит это как команду на ускорение. Поднимаем порог чувствительности на десять процентов.

Эта подсказка уже для механиков.

- Понял, шеф, - Алексей внёс поправки в код.

- Ещё раз, Андрей Георгиевич.

Я выдохнул и выполнил указание инженера. Но потом спросил:

- А не проще ли записать стандартный профиль, а потом подогнать?

- Нет, - покачал головой Берг и привычным движением поправил очки. – Это же прототип. На стандартной программе он работает некорректно. Так как сейчас у нас имеются только два «Бастиона», и оба вы эксплуатируете, то для них нужно записать уникальный код, в котором будет сохранён каждый ваш чих, каждый миллиметр привычных движений.

Когда мы закончили калибровку, я думал, что сейчас залезу в бронекостюм и сопряжение пойдёт гораздо быстрее. Но у Берга были свои задумки. Порой мне кажется, что Гена упивается работой в небольшой мастерской и не жалеет средств для её модернизации. Откуда-то же появилась новая аппаратура разного назначения? Неужели свои деньги тратит?

- Нет, не будем спешить, - покачал головой Гена, когда я показал на экзоскелет. – Сначала протестируем дистанционно, во избежание проблем. Ворон, Иван, подключайте кабели к управляющему блоку «Бастиона».

Помощники перебросили кабели к процессору, который сразу зажужжал, просыпаясь. Стоявший на стапелях бронекостюм с шорохом самолично закрыл грудные бронеплиты.

- Включаю обратную связь, - объявил Алексей. – Теперь двигатели начнут повторять ваши движения, Андрей Георгиевич, но без нагрузки. Сделайте шаг правой ногой

Я выполнил просьбу Алексея. «Бастион» неожиданно для меня дёрнулся, словно пытался повторить то, что сделал я. Сервопривод на правой ноге тихо вжикнул, поднявшись и опустившись, и едва не слетел с платформы.

- Вот это и называется «нештатная ситуация», - Гена вытер тыльной стороной ладони влажный лоб. – Система увеличила ваш шаг в полтора раза. Датчики на бедре соврали. Алексей, смотри лог ошибок. Какой там канал?

- Третий блок сенсоров на правом бедре. Он перегрелся во время калибровки. Некорректное считывание. Поднимаем порог срабатывания?

- Подожди, - Берг задумчиво поглядел на меня, потирая подбородок. Решился: – Поднимаем. Андрей Георгиевич, не шевелитесь…

Настенные часы в мастерской показывали половину одиннадцатого вечера. Мы сидели за столом в каморке инженера и устало прихлёбывали горячий чай, заедая его шоколадными конфетами.

- То, что мы сегодня сделали – это чудо на костылях, если можно так сказать, - пояснил Гена. – Сенсорная сетка работает с задержкой в ноль целых три десятых секунды на сложные движения. Для боя это вечность, сами понимаете, Андрей Георгиевич. При активном движении процессор начинает перегреваться и воздействует на комбинезон. Соответственно, сенсорные блоки тоже разогреваются. Значит, систему вентиляции надо распределить по всему контуру «Бастиона». Иначе вы будете воевать не с противником, а со своим железом.

- Так в чём основная проблема? – я начал подозревать, что с комбинезоном придётся возиться очень долго, а значит, пока все усилия нужно направить на стандартные экзоскелеты с интеграторами и без оных.

- Основная проблема в корректном обмене сигналами комбинезона с процессором бронекостюма.

- Есть какие-то идеи, чтобы завтра озвучить их Арабелле?

Гена какое-то время молчал, сгибая обёртку конфеты в несколько раз.

- Возможно, придётся увеличить плотность сенсоров. Сейчас их сто пятьдесят точек на сантиметр. Нужно минимум триста, чтобы считывать движения без задержки. Желательно переписать алгоритм фильтрации шумов. Система ловит не только движение, но и микровибрации мышц. Нужно отсекать лишнее. Ну и поработать с процессором не помешает. Мне уже стало казаться, что он слишком медленный. Или я стал очень придирчивым к таким мелочам.

- Без сенсорного костюма процессор «Бастиона» вполне себе работоспособный.

- О чём я и говорю, - улыбнулся Гена. – У меня завышенные требования. Я же хорошо понимаю, в каких опасных мероприятиях вы участвуете. Бронекостюм должен работать идеально. А ещё нужен контроллер с параллельной архитектурой.

- Хорошо, я тебя понял, - кое-какие выводы я из этого разговора сделал. И похлопал по комбинезону. – Что ещё нужно для ускоренного ввода вот этого технологического чуда?

- Деньги, время и команда. Команда из трёх-четырёх инженеров. В идеале, из тех людей, что приехали с Арабеллой. Дик Трейси, кстати, вполне может тянуть часть работы в лаборатории, - Берг усмехнулся. – Хитрый тип, всё присматривается ко мне, пытается поймать на непрофессионализме.

- Как только мы запустим заводскую лабораторию, перейдёшь туда. Официальное трудоустройство, льготы, хорошая зарплата и финансирование со стороны Мстиславских и Мамоновых – всё это будет.

- А что с моими ребятами?

- Если они захотят работать на новых условиях – почему бы и нет? Тогда мастерскую закрою. Техническое обслуживание моих «скелетов» можно проводить и на заводе. Должен же я иметь хоть какие-то привилегии как хозяин проекта? – усмехаюсь и допиваю чай.

- Логично, - улыбнулся Гена. – Думаю, парни согласятся. В нормальной лаборатории можно прилично поднять свой уровень. Но подучиться им придётся.

- Кстати, а почему именно американские инженеры? В России нет достойных?

- Всех достойных и более-менее перспективных разобрали концерны.

- Уволенных оттуда – чем не вариант?

- Уволенные могут и обратно вернуться, когда поработают в «Бастионе». А заодно принесут в клювике своим хозяевам некоторые секреты наших разработок, - опасения Гены были разумными. – Так что пока только люди Арабеллы. Но своих тоже надо учить. Пусть не сразу, но лет через пять у будет подготовленная прослойка из русских инженеров.

- Да, своих надо готовить, - согласился я. – Но не просто готовить, а «привязывать» клятвой или каким-то особым договором о неразглашении. А вдруг им тоже захочется уйти по окончании контракта? Мне важно, чтобы они потом не стали источником важной информации для конкурентов. Это всё в будущем. Сейчас же мы зависим госпожи Стингрей. Арабелла сама понимает, что без её людей мы не сможем в кратчайшие сроки запустить производство. Поэтому придётся идти на некоторые уступки по оплате труда.

- Это не так обременительно для альянса, - улыбнулся Гена.

- Согласен, - я отставил пустую кружку в сторону и поднялся. – Ладно, не буду вам мешать. Только не засиживайтесь до глубокой ночи. Завтра вы мне свежие понадобитесь.

Вернувшись из мастерской домой, я первым делом принял душ. Всё-таки для нанесения сенсорной плёнки нужна иная технология, которая позволит ткани и дышать, и чутко реагировать на любое движение. Сейчас в таком комбинезоне не очень комфортно. Вспотел, кожа зудит. Если получится приобрести у немцев ту самую автоматизированную линию, то технология изготовления сенсорного костюма существенно облегчится. Отто Штауфен – мой должник. Я его спас от смерти на Болотном, и поэтому могу в любой момент потребовать свою плату. Почему бы и не высокотехнологичным оборудованием? Как в случае с ярлом Снорре Фолькунгом. Думаю, Штауфен охотно согласится. Это ведь не кровью долг возвращать. Только через кого выйти на графа? По линии МИДа? А чего я парюсь? Поговорю с цесаревичем, он поможет. Как-никак, Мстиславские тоже заинтересованы в оснащении «Бастиона» современным оборудованием.

После душа у меня уже не было никакого желания идти к Источнику. Да и время позднее. Ещё часок почитаю учебники – и спать. А привязкой завтра займусь. Ещё одна загадка мучила меня: сон в поезде. Вернее, вопрос нужно задать по-другому. Что это было? Действительно ли с помощью сна или особой медитации мне удалось прорваться в Явь, где живут Назаровы? Если было сновидение – то вряд ли стоит ожидать скорого прибытия Ярика. На самом ли деле написано послание? Или это всего лишь игры разума? А вот астральное путешествие даёт гораздо больше пищи для размышления.

Странно, почему-то мне казалось очень важным разгадать тайну телепортации в иные миры как можно быстрее. Не знаю, с чем связана такая мысль, но она подталкивала к действию, заставляла мозг работать на пределе. И книги! Как можно больше книг не только по антимагии, но и по телепортации. А где их взять? В библиотеке Магической Коллегии, где же ещё (или у барона Назарова, как самый идеальный вариант. Ха-ха, как бы попасть к нему!). Ага, и сразу обращу на себя внимание Брюса. Чародей свяжет воедино недавний эксперимент, из-за которого получился переполох, и мой новый интерес. Картина сразу же сложится. Не то чтобы я сильно переживал за сохранение тайны своих увлечений – обо мне уже знают достаточно. Но не хотелось сидеть на большом и прочном крючке у влиятельных людей. «Так ты и сейчас сидишь, никакой разницы, прочный он или слабенький», ехидно прошептал внутренний голос. Ну да, есть такое. Только мне дают возможность трепыхаться, и даже поглаживают периодически, создавая видимость свободы. А если подумать, кто не на крючке? Воевода Иртеньев? Ха-ха два раза. Он – государев человек, и крючок на его губе куда прочнее моего. Брюс? Я бы не стал утверждать, что и главный чародей России свободен в своём выборе. У Александра Яковлевича есть сын, которого нужно пристроить в тёплое местечко, а потом поставить во главе МК. Без протекции Мстиславских ему вряд ли удастся провернуть такой финт. Чем не крючок?

Кто там ещё? Да возьми любого князя, высокородного аристократа – все в той или иной степени держат друг друга за горло различными методами. Неблаговидные поступки, тщательно замазанные вирой или взаимными договорённостями обычно являются очень крепким крючком. Вопрос в другом: насколько ты сам важен в системе, и какому количеству людей.

От таких мыслей голова нешуточно разболелась. Чтобы отвлечься, я взялся за учебники и добросовестно читал материал, пока не понял, что хочу спать. Но перед тем, как лечь в постель, зажёг свечку и помедитировал. До Источника дотянулся довольно быстро, и тот откликнулся с большой охотой. Значит, наша связь становится всё более прочной. И недавний откат от перенапряжения не повлиял на моё ядро.

Хорошо ведь!

2

Нина Захарьина и сама не ожидала, какое бурное ликование в её душе вызовет появление Андрея в лицее. Она вся извелась с того момента, как делегацию перевезли на военно-морскую базу, а княжич остался в Стокгольме. Только чуть позже Арина раскрыла некоторые подробности столь странного решения. И Нине стало страшно. Фактически Андрей подвергал себя опасности только лишь из-за того, что кто-то из влиятельных людей заставил его поехать на «Скандинавском экспрессе». И круг этих людей был ничтожно мал, угадать их имена не составит никакого труда. Император, цесаревич, король Харальд, возможно, кто-то из верхушки силовиков. Девушка не особо разбиралась в политических интригах – ей было важно знать, насколько безопасно для её любимого вернуться домой сухопутным путём. Судя по возне, устроенной королевской службой безопасности, что-то назревало.

Нина ревниво посматривала на Великую княжну Лидию и Арину Голицыну, и едва скрывала своё возмущение. Как можно быть такими спокойными, когда их жених, возможно, подвергается опасности? Вместо того, чтобы волноваться, переживать, всячески показывать свою сопричастность к происходящему, обе девушки ни единым намёком не показали своих эмоции. Они улыбались, перекидывались шутками с подругами и парнями.

Захарьина хотела подойти к господину Матвееву и узнать хоть что-то насчёт «Скандинавского экспресса». Ведь им запретили пользоваться телефонами, даже включать их. К тому же на территории базы работали глушилки. Но ведь есть же армейские рации, обычные проводные телефоны! Вдруг Кондрат Васильевич в курсе? Но потом девушка передумала. Здесь все находились в одинаковых условиях.

Потом было долгое плавание на военном корабле, встреча с русским эскортом, пересадка на корвет «Стремительный» - название Нина запомнила, как и тип судна, благодаря всезнающему Мишке Кочубею – и уже безопасное возвращение в портовую Усть-Лугу. Оттуда ребят сразу же повезли на аэродром, и в сопровождении двух юрких серебристых истребителей домчали до Остафьево, откуда до Москвы рукой подать.

А потом стали поступать противоречивые сведения о происшествии на «Скандинавском экспрессе». Фотографии искорёженных вагонов с императорскими гербами просочились в Сети. Конечно, их почти моментально удалили, но всё, что туда попадает, полностью уничтожить практически невозможно – все об этом знают. Нина места себе не находила, и в закрытом чате высказала свою обеспокоенность. И поняла, что напрасно наговаривала на Лиду и Арину. Девушки тоже места себе не находили. Только сообщение Андрея разом сняло все вопросы. Он жив, и едет в Москву!

Что касается самой боярышни Захарьиной, она сама лично домой возвращалась с некоторой неохотой. Главная причина оставалась прежней: отец обязательно вернётся к неприятной теме, связанной с обольщением княжича Мамонова. Сама не зная почему, она не решилась рассказать по телефону родителям о предложении Андрея. Что-то сдерживало девушку. Но она не учла один фактор. Брат уже известил отца и мать о радостном событии.

- Тебя можно поздравить, дочка? – как бы Нина не хотела, но Глава завёл разговор, когда всё семейство собралось в столовой за праздничным столом в честь возвращения детей из заграничной поездки.

- Да, - улыбнулась девушка, поднимая руку, чтобы родители оценили красоту кольца с элементалями Воды. Они бледно-голубыми искорками проскакивали по ободку, создавая загадочный ореол. – Княжич Андрей Мамонов сделал мне предложение, и я согласилась стать его женой.

- Доченька! – мама приложила салфетку к уголкам глаз, промокнула выступившие слёзы. – Какое счастье!

- Ну и какой у тебя будет статус в княжеской семье? – отец почему-то не сильно обрадовался. – Третьей жены?

- Пусть даже и четвёртой, - вздёрнула подбородок Нина. – Я стану княгиней, мои дети – это главное – будут не бастардами, а официальными княжичами.

Она прозрачно намекнула отцу на его сделку с «дьяволом», коим являлись Мстиславские.

- Разве только это, - нож со скрипом царапнул фарфор. Василий Романович поморщился, зацепил вилкой кусок антрекота. – А ты не забыла о данном императору обязательстве? Или решила, что умнее всех?

- Отец! – вскинулась Ольга Егоровна, с тревогой глядя на мужа. – Может, не будем сейчас затрагивать эту тему?

- Почему не будем? Будем. Меня чуть ли не каждую неделю одолевают вопросом оттуда, сверху: не запамятовал ли я, что должен сделать? А дочь не хочет помочь своей семье. Время идёт, часики тикают.

Нина, к своему удивлению, даже не покраснела. Настолько уже привыкла слышать от родного отца подобные вещи, что сердце покрылось бронёй. Она сощурилась, оглядела родителей.

- А разве то, что я выйду замуж за того самого человека, это не выполнение договора?

- Нет! – резко ответил Захарьин. – Было поставлено чёткое условие, и его мы должны выполнить.

- Не вы, а я, - с дерзостными нотками в голосе произнесла Нина. – И не понимаю, в чём проблема. Годом раньше, годом позже, всё равно это случится…

- Вы о чём? – оторопел от происходящего Данька. – Что за условие? Отец, ты разве не рад, что Нинка замуж за достойного человека выходит? За княжича, между прочим! Ему дано право образовать младшую ветвь, а такое не каждому разрешено! Куча привилегий…

- Папа, а ты не рассказал Даньке, что от меня требуется? – Нину понесло как по бурному и грязному потоку талой воды. – Даня, а ты хотя бы задавался вопросом, с чего вдруг у нас появился Источник?

- Ну… это же вира за то похищение, - брат захлопал глазами.

- Ага, разбежался! – усмехнулась девушка. – Это не вира, братик, это жёсткое условие Роду Захарьиных, а цену должна заплатить я. Мы ещё и в долгу остались.

- Да что случилось-то? – парень поглядел на мрачного отца и окаменевшую мать.

- Нина, молчи, - предупредил Василий Романович, оглянувшись на закрытую дверь в столовую. Хорошо, что сейчас здесь нет прислуги.

- Не хочу! Надоело! – выкрикнула Нина. – Даня, этот Источник могут отобрать, если я не выполню одно-единственное условие, поставленное Мстиславскими.

- Какое условие? Ты или говори, или не нагнетай! – рассердился брат.

- Я должна была вступить в близость с Андреем Мамоновым и, если удастся, забеременеть от него.

Звонко брякнула о тарелку упавшая из руки Даньки вилка.

- А… зачем? – открыл он рот.

- Господи…, - прошептала Ольга Егоровна, прикрыв ладонями лицо.

- Чтобы Мстиславские смогли на моём примере отследить, как влияет Дар княжича Мамонова на мою искру или на будущего ребёнка, - с какой-то мстительностью ответила Нина. – За это я получила бы собственное поместье с правом наследования потомкам. Но Андрей оказался выше всей этой грязи и позвал меня замуж. Разве плохо?

- Подожди-подожди, что за Дар? Что в нём такого, что им заинтересовался император?

- Данька, ты не соображаешь? Великая княжна Лидия должна выйти замуж за Андрея, но Мстиславские опасаются за её искру и Дар. Вот и захотели провести эксперимент. Если всё не так страшно, то Лида станет женой Андрея.

- Что это за Дар такой, что его нужно бояться? – пробормотал брат. – Подожди, а отец здесь при чём?

- А при том, что согласился на эксперимент ради Источника. Продал свою дочь за жалкий кусок артефакта!

- Молчать! – рявкнул отец и хотел врезать кулаком по столу, но сдержался. Прошипел тише: - Молчать, дура! Ты хоть понимаешь, какой у нас появился шанс на возрождение Дара?! Что нам искра, которая едва тлеет в этой телесной оболочке? Пустой звук! А сейчас Данька может оперировать Огнём! Его дети станут сильнее, внуки получат в десятки раз больше того, что получили мы! Нужно было всего-то соблазнить мальчишку, поддержать с ним близкие отношения какое-то время, и если никаких проблем – разбежаться. Зато какая выгода! Источник остаётся в нашем Роду навсегда, а ты получишь собственное имение и привилегии, которые не снились даже многим дворянкам!

- Ага, с ребёнком на руках, одинокая на всю жизнь! – огрызнулась Нина. – Кто меня потом замуж взял бы?

- Нашли бы, - уверенно ответил Василий Романович. – Не поверишь, но многие согласятся на роль приживальщика.

- Я так не хочу и не буду! – в глазах Нины стали набухать слёзы. – Вместо того, чтобы порадоваться за дочь, ты меня виноватой выставляешь!

- Отец, это неправильно, - несмело заявил Данька, не зная, на чью сторону встать. – Нина твоя дочь. Ты же фактически топишь её, ломаешь жизнь.

- Защитник выискался! – взъярился Захарьин. – Скажи-ка мне, сынок: каково оно – ощущать Силу?

- Не спорю, это классно, - Даниил с мрачным видом пожал плечами. Сейчас его мировоззрение переживало крах, и от хорошего настроения по случаю возвращения домой не осталось и следа. – Но нельзя жертвовать своими детьми ради Источника. Жили ведь как-то без него, не пропали.

- Роду Захарьиных вернули артефакт, который принадлежал им по праву несколько сот лет назад, а ты и рад угодить императору, - не выдержала Нина. Схватив стакан с морсом, она ополовинила его. В горле стояла неприятная сухость.

- Кто тебе сказал эту чушь? – отец вдруг успокоился и отложил столовые приборы.

- Это не чушь… А сказал Андрей. Он про Источники много чего знает, потому что занимается исследованиями, - Нина поглядела на мать, которую ей было больше всего жалко. Та хотела обнять дочь и порадоваться вместе с ней, а в итоге вынуждена смотреть на упрямого Главу, не понимающего, что правила игры изменились. – Откуда, по-твоему, ему стало известно, что Источник наградит меня Стихией Воды?

- Да, кстати, очень интересно, - кивнул Данька. – А ведь мы все «огневики».

- Захарьины всегда были «огневиками», а «Воду» пестовали Маркаровы, откуда я вышла, - вдруг заявила Ольга Егоровна. – Я ведь тоже заинтересовалась этим феноменом, поэтому стала расспрашивать родственников. По прямой линии никто практически уже не помнил, какую Стихию давал родовой Источник, пока его не забрали Мстиславские. Нашла двух древних тёток по отцовской линии, вот они мне и подсказали, что Маркаровы действительно владели «Водой».

- Ну вот, видите?! – воскликнула Нина. – Откуда Андрей мог об этом знать? Он чувствует Источники и очень хорошо разбирается в тонкостях приоритета той или иной Стихии!

- Ладно…Ты, дочь, не держи на меня зла, - отцу было трудно признавать свою неправоту, но к своей чести, он нашёл силы извиниться. – Я ведь хочу, чтобы Захарьины не слыли на Москве «бездарными», как нас ещё называют. Источник – это пропуск в высшее дворянство, право иметь Дар и пестовать магию. А без магии в нашем обществе прожить очень трудно. Неужели я должен был оттолкнуть руку Мстиславских? Это как приговор себе подписать… Конечно же, я рад за тебя, Нина. Передай княжичу, что мы его ждём в гости. Или он не собирается просить твоей руки у родителей?

- Собирается, - шмыгнула носом девушка, потом вскочила и подбежала к отцу. Обхватила его сзади за шею, чмокнула в щеку. – Я предупрежу о визите заранее, не переживайте. Спасибо тебе, папуля!

- А колечко-то интересное, - хмыкнул Захарьин, глядя на весёлые всполохи элементалей. – Явно на заказ сделано, да ещё магией приправлено.

- Внутри «водные» элементали, - поделилась секретом счастливая Нина. – Андрей сам их туда каким-то образом интегрировал.

- Так он артефактор? – удивилась Ольга Егоровна. – Из-за этого Мстиславские так упорно на нашего отца давят? Вроде бы не самая редкая магическая специализация.

- Есть такие артефакторы, из-за которых войны начинаются, - Нина решила, что такое объяснение успокоит родителей. Про антимагию они не должны знать ни в коем случае.

- А я и не знал, - брякнул Данька, и сестра так на него посмотрела, что он прикусил язык.

Окончание обеда прошло в той обстановке, о которой и мечтала Нина. Родители интересовались, как прошло признание Андрея. У мамы даже глаза повлажнели, когда дочь рассказала о чудесном вечере в роскошном «Гранд-Отеле». Отец же по-своему воспринял информацию.

- Это что же получается… Мамонов женится ещё и на кронпринцессе? – пробормотал он. – Это какую же силу мальчишка обретёт, имея за спиной таких родственников? Не сожрут ли тебя, доченька, «сёстры»?

- Не сожрут, - усмехнулась Нина. – Я сама кого хочешь покусаю за своего Андрюшу. Он сразу сказал, что не потерпит в семье «женскую войну» за влияние.

- Бабка надвое сказала, - не поверил в столь радикальную позицию княжича старший Захарьин.

- Ох, Нинка, весело у вас будет! – хохотнул Данька и ловко увернулся от скомканной бумажной салфетки, которую в него запулила сестра.

В это время зазвонил телефон, лежавший на краю стола. Василий Романович поглядел на высветившийся номер и имя, свёл брови к переносице.

- Вынужден вас покинуть, важный звонок, - сказал он и излишне торопливо покинул столовую, пока абонент, желавший с ним разговаривать, не сбросил вызов.

- Захарьин, Ваше Высочество, - негромко проговорил он, подходя к кабинету.

- Здравствуйте, Василий Романович, - голос цесаревича был нейтральным, и приходилось только догадываться, по какому поводу он звонит. Хотя… повод всегда был один и тот же. – Вас можно поздравить? Наслышан, что вашей дочке сделали предложение.

- Да, так и есть, - промямлил Захарьин, закрывая за собой дверь. – Вот, только из-за стола, сидели, отмечали. Неожиданная новость, конечно, но и радостная. Кому, как не вам, Ваше Высочество, знать об этом.

И замолчал после откровенного намёка, ожидая, каков будет ответ.

- Да, действительно, - усмехнулся Юрий Иванович. – Ситуация пикантная, учитывая, что нашим дочерям сделал предложение один и тот же юноша. Но это не значит, что в порыве радости я отменю договорённость.

- Как можно, Ваше Высочество…, - вздохнул мужчина, опустившись в кресло. – Я сегодня довёл дочь до слёз, напомнив ей, что нужно завершить начатое.

- Слёзы любимой дочери – самое тягостное, что может видеть отец, - без паузы ответил Мстиславский. – Однако в нашей ситуации всё становится гораздо сложнее. Замужество Нины Васильевны может спутать карты, которые мы пытаемся разыграть без ущерба для всех действующих лиц. Сами понимаете, Василий Романович, времени остаётся все меньше и меньше. Осенью состоится помолвка Великой княжны Лидии и княжича Андрея Мамонова. До их свадьбы ещё будет время решить проблему. Нашим Целителям нужны результаты исследований как минимум за полгода. Поэтому сами можете посчитать, когда наступит точка невозврата.

Захарьин лихорадочно прикинул, что в этом году свадьбу вряд ли сыграют. Пока помолвка, пока приготовления… только составление списков приглашённых гостей займёт пару месяцев. Значит, в следующем году. Зимой? Нет. Не самое комфортное время. Скорее, апрель или май. Уже тепло, солнышко, зелёные лужайки, листья на деревьях. Есть время, есть!

- Василий Романович, что-то вы долго считаете, - не скрывая ехидство, проговорил Мстиславский. – Пожалуй, подскажу. У Нины Васильевны есть полгода до того момента, когда Целители вынесут окончательный вердикт. Вы меня понимаете?

- Вы хотите получить результат связи моей дочки с княжичем до помолвки? – дошло до Захарьина. Он чувствовал себя слизняком, который попал под дорогую туфлю, чей хозяин на мгновение замер, раздумывая, давить гадость или дать ей пожить ещё немного.

- Всё правильно. И ещё один момент, на который я бы хотел обратить внимание. Понимаю, что подобные вопросы должны обсуждаться только между матерью и дочерью. Уважаемая Ольга Егоровна куда лучше справится с этой ролью. Но вы, как отец, тоже играете немаловажную роль. Надеюсь, объяснять не нужно, что интимные отношения не должны привести к зачатию ребёнка. Это важный момент. Никто не запрещает вашей дочери иметь детей, тем более, в замужестве. Я уверен, что Нина Васильевна порадует вас внуками, но лишь после того, как моя дочь родит первенца.

- А пол ребёнка для вас важен? – сглотнул противный комок Захарьин. – Я имею в виду, ребёнка Лидии Юрьевны…

На какое-то время в трубке повисла тягостная тишина. Тягостной она была для Василия Романовича. А цесаревич, скорее всего, обдумывал ответ, перебирая в голове варианты будущего пасьянса, словно мощный ЭВЦ.

- Думаю, это несущественно, - наконец, отозвался Мстиславский. – Первенец всегда берёт от родителей самое лучшее в плане магии. Но это не ваша проблема.

- Да-да, конечно, - выдохнул Захарьин. – Я обязательно ещё раз поговорю с дочкой, объясню ей более доходчиво, что и как…

- Надеюсь, - сухо сказал цесаревич. – С этого момента я больше не буду докучать вам подобными разговорами. Жду к сентябрю результатов. Да, и настройте Нину Васильевну на необходимость периодического медицинского осмотра нашими Целителями. Ах, да, чуть не забыл. Если всё сделаете правильно, вас будет ждать неплохая награда. Именно вашу семью.

- А как насчёт поместья для дочери? – набравшись смелости, спросил Захарьин.

Цесаревич рассмеялся.

- Ну вы и жук, Василий Романович! Ваша дочь после замужества получит титул княгини, у неё будет всё, о чём мечтает любая девушка, будь она простолюдинка или боярышня. А вы ещё и про какое-то поместье разговор ведёте… Конечно же она получит его в личное пользование согласно нашей договорённости.

- Спасибо, Ваше Высочество!

- Не стоит, Василий Романович. Ступайте к своей семье, как следует отметьте радостное событие. Всего доброго!

- До свидания…, - только и успел ответить Захарьин, как в трубке раздался щелчок и наступила тишина. – Ваше Высочество.

Он встал с кресла и задумчиво прошёлся по кабинету. Из головы не выходили слова цесаревича: «первенец всегда берёт от родителей самое лучшее». Если Мамонов настолько силён, что в него вцепились не только Мстиславские, но и король Харальд, почему бы не побить их козыри своими? Да, это опасно, смертельно опасно для Рода. Но в случае удачного хода кровь Захарьиных получит мощный толчок для магического развития гораздо раньше. Да, там и Мамоновы свой кусок возьмут, это бесспорно. А кто сказал, что внуки обязательно должны идти одной дорогой, указанной более сильным по своему положению?

Глава 8

1

Алекс Бартлетт уже никуда не спешил. Он по давно сложившейся традиции зашёл в тот самый бар, где последний раз встречался с Диком Трэйси и его странными дружками. Не стал садиться за стол, и прямо у барной стойки осушил бутылку «Фаундерса», не чувствуя приятной горечи. Пиво провалилось в желудок как обычная вода. Алекс расплатился за выпитое и покинул помещение. Засунул руки в карманы куртки и побрёл по тротуару, раздумывая о превратностях судьбы, о том, как она, сука, поменяла его жизнь за несколько месяцев. И она же не дала ему выскользнуть за пределы САСШ. С запоздалой злостью вспоминал, как в самый последний момент, когда уже паспорт с вложенным в него билетом до Москвы лёг на регистрационную стойку аэропорта, к нему подошли два мрачных хмыря в плащах и предложили поговорить наедине где-нибудь подальше от посадочной суеты.

«Поговорить наедине» для Алекса означало одно: будут бить. Драться не хотелось, поэтому он сделал единственное, что мог в этой ситуации. Стал возмущаться при скоплении народа, что у него посадка на самолёт, и он не имеет права опаздывать. Его ждут серьёзные люди, от которых зависит его карьера.

Один из хмырей сунул ему чуть ли не в нос жетон агента национальной безопасности, после чего Бартлетт почувствовал сосущую пустоту в животе и на негнущихся ногах последовал за незнакомцами. Вернее, не за ними, а между ними. А что было делать? Убегать? Так это мальчишество, глупость. Ну, убежит, и что? Его личность известна, полиция или иные силовые структуры сразу же встанут на след.

Его завели в какую-то маленькую конторку, где, кроме них, никого не было. Столы были завалены бумагами, в воздухе витал запах свежезаваренного кофе.

- Присаживайтесь, мистер Бартлетт, - кивнул хмырь, предъявивший жетон. Он даже выдвинул один из стульев на середину конторки, а сам сел за стол, стоявший ближе к двери. Второй занял место таким образом, чтобы держать в поле зрения напрягшегося Алекса, скрестил руки на груди и навалился задницей на стол. – Позвольте представиться. Спецагент Смит. Мой напарник – спецагент Вессон.

- Надо же, с кем меня судьба свела, с великими оружейниками, - несмотря на липкий страх, поселившийся в животе, Алекс пытался шутить. Он сел на край стула и замер.

Смит не отреагировал. Видимо, за время своей службы привык к подобным подначкам. Вессон – тем более. Его квадратная и ничего не выражающая рожа излучала спокойствие, а глаза сканировали каждое движение и мимику инженера. И заговорил именно Вессон.

- Алекс Бартлетт, инженер компании «Мехтроникс», всё верно?

- Бывшей компании, - поправил его мужчина. – Развалилась, ушла под крыло других корпораций. Если знаете, зачем задаёте такие вопросы?

- Положено, - пошевелил тяжёлой челюстью Вессон. – Итак, вы работали вместе с госпожой Стингрей, которая сейчас находится в России. Судя по билету, вы летите в Москву. Всё верно?

- Да.

- С какой целью?

- Мисс Стингрей предложила мне работу в своей новой компании, - пожал плечами Алекс. – Я согласился, потому что считаю Арабеллу гениальным изобретателем. Мне интересно работать над её проектами.

- Вынужден вас огорчить, мистер Бартлетт. Вы никуда не летите. По крайней мере сегодня.

- Что значит «не летите»? Не понимаю, - Всё Алекс понял, зачем себя обманывать? Попытка убежать из САСШ обернулась крахом. Не дадут ему выскользнуть из лап тех, кто прибирает активы «Мехтроникса». Если Алекс упоминал активы, то в первую очередь, это означало людей с мозгами. Именно их сейчас вербовали конкуренты. Его ведь тоже пытались переманить, суля золотые горы. Но он гордо отказывался, зная, что только с Арабеллой есть шанс взлететь на такие высоты, что все остальные будут ползать где-то там, внизу, у подножия горы, ещё долгие годы. Но кто дал команду задержать его? АНБ вообще плевать на мелкую сошку вроде Алекса Бартлетта. Они выполняют чей-то приказ, это ясно. Фитцджеральды? Виндзоры? Притцкеры? Или Меллоны? Последние могут. Они крупно пролетели. Арабелла их цинично кинула, предпочтя предложение русских князей.

«Опять же, визу же не аннулировали прямо на регистрации», продолжал размышлять Алекс. «Значит, определённым структурам плевать на меня. А эти Смиты-Вессоны действуют по указке вышестоящего начальства. Кто директор АНБ, и к чьему клану относится?»

- Не пугайтесь так, мистер Бартлетт, - Смит отошёл от двери и пристроился к соседнему столу так же, как и его напарник – задом. – С вами хочет побеседовать один человек. Очень серьёзный человек.

- Почему он не мог раньше этого сделать?

- Не знаю, - пожал плечами Смит. – Об этом сами спросите.

- Этот господин – Энтони Меллон? – «выстрелил» наугад Алекс.

Агенты переглянулись между собой.

- Можете объяснить, почему назвали это имя? – поинтересовался Вессон.

Алекс мысленно обругал себя за длинный язык. С агентами АНБ не следует показывать свою осведомлённость, даже если в неё изначально закралась ошибка. Теперь же, глядя на встрепенувшихся «оружейников», он был вынужден ответить, тщательно подбирая слова:

- Я не владею всей информацией, но мисс Стингрей, кажется, хотела заключить договор о сотрудничестве с Меллонами, поэтому и поехала сначала в Сиэтл, а оттуда – на Аляску. Я не знаю, зачем и почему. С ней был Дик Трэйси. Они оба и пропали. После этого и началась свистопляска с закрытием «Мехтроникса».

- Но вы зачем-то решили лететь в Москву, - усмехнулся Смит. – Может, «исчезновение» руководителей «Мехтроникса» было давно задумано русскими?

- Господа, я не знаю, кто и что задумывал, - развёл руками Алекс. – Да, Арабелла объявилась в Москве и предложила мне работу. Условия неплохие… да что там – отличные. А мне без разницы, где работать, лишь бы любимым делом заниматься.

- Хорошо, мистер Бартлетт, - Вессон оторвал задницу от стола. – Поехали с нами. Не стоит волноваться. Ваш багаж никуда не денется. Более того, его вернут по месту жительства. Поговорите с человеком, глядишь, и никуда ехать не придётся.

Алексу всё больше и больше не нравилось происходящее. Как-то всё было наигранно. Его вроде бы и не арестовали, не заковали в наручники, не отобрали сумку с вещами, где лежал накопитель с отсканированными технологическими картами и сами карты. Агенты вообще в неё нос не совали. А на них это не похоже.

Они вышли из здания аэропорта Финикса и направились к автостоянке. Там их ждал синий «Понтиак», внутри которого Алекс разглядел цифровую радиостанцию. Сев на заднее сиденье вместе со Смитом, он лихорадочно просчитывал варианты. Если это не «аэнбэшники», а силовики чьего-то клана? Такое вполне могло быть. Они вели себя странно, не как волкодавы из нацбезопасности.

Ехать пришлось довольно долго. Вессон повёл машину по объездной дороге, проскочил Парк Фор Пикс и от него свернул на широкую автостраду, ведущую на северо-восток.

- Куда мы едем? – заволновался Алекс. – Отделение АНБ, насколько мне известно, находится совсем в другом месте.

- А разве мы говорили, что с вами хочет разговаривать кто-то из АНБ? – удивился Смит. – Успокойтесь, мистер Бартлетт. Никто не собирается вас закапывать в пустыне. Такими специалистами глупо разбрасываться. Мы едем в Парадайз-Вэлли.

В этом элитном районе проживали в большей степени аристократы, артистический бомонд, ювелиры, банкиры. Значит, Меллонов нужно отбросить. Они контролируют северо-западное побережье САСШ и сюда даже нос не суют, рассуждал Алекс, разглядывая проносящиеся мимо них аккуратные ряды красивых домов с зеленеющими лужайками, чистыми тротуарами и степенно прогуливающимися по ним пожилыми парочками. Кстати, их здесь было довольно большое количество. А ведь Парадайз-Вэлли в большей степени «молодой» район. Здесь любят селиться амбициозные и богатые американцы Аризоны, коим едва сорок-сорок пять лет исполнилось.

Они остановились возле двухэтажного особняка из ракушечника, что по себе уже являлось маркером роскоши. Каменные дома строили очень и очень обеспеченные люди, которые могли себе позволить дорогостоящий проект.

Именно этот особняк был окружён невысоким заборчиком (примерно, по пояс взрослому человеку) из дикого камня. Поди найди его здесь. Гор-то хватает, но чуть ли не каждый каньон охраняется Департаментом Природы. Чтобы получить разрешение на добычу камня, нужно пройти кучу инстанций.

Зато ворота были высокие, кованые, с каким-то гербом. «Ну что, Алекс, поздравляю», про себя подумал инженер. «Тобой заинтересовался кто-то из высшей аристократии. Но кто является владельцем этого герба, хоть убей, не вспомню».

Возле ворот лениво прогуливался мужчина в лёгком сером костюме, таком широком, что под ним можно было спрятать не только наплечную кобуру с пистолетом, но и автоматическую винтовку. Одежда, конечно, глядела нелепо, но Алекс не рискнул бы в одиночку подходить к этому человеку. Тем более, в ухе у того торчал провод гарнитуры. Значит, это охранник.

- Я сейчас, - Вессон вылез наружу и подошёл к нему, о чём-то быстро переговорил и вернулся. – Всё в порядке. Идите, мистер Бартлетт. Вас проинструктируют, что делать.

- Вы подождёте меня?

- Вас отвезут домой, не переживайте, - ещё больше озадачил Алекса агент с говорящей фамилией.

Делать нечего. Пожав плечами, инженер покинул машину и направился к расхаживающему у ворот мужчине. Взревел мотор, «Понтиак» лихо развернулся на дороге и помчался в обратном направлении. Охранник, глядя на приближающегося Алекса, что-то говорил в гарнитуру. Потом сделал знак рукой, дескать, остановись.

- Позвольте вас проверить, - сказал он и вытащил из кармана маленькую коробочку со светодиодами на панели. Алекс узнал в ней магический детектор, который мог работать и как обычный сканер.

Проведя от плеч до щиколоток этим детектором, а затем «прощупав» сумку с вещами, охранник кивнул.

- Благодарю. Сейчас войдёте внутрь и по дорожке прямо до особняка. Там вас встретят и проводят к хозяину.

- Можно вопрос? – не выдержал Алекс. – А чьей семьи этот герб?

- Фицджеральдов, - охранник посмотрел на него так, словно недоумевал, как нельзя знать герб известной в Америке фамилии?

Бартлетт про себя грязно выругался. Всё-таки Фицджеральды! Сколько они крови выпили сначала у мистера Стингрея, а после - у Арабеллы! Сколько препон ставили в развитии «Мехтроникса»! Но зато потом, когда фирма стала развиваться семимильными шагами, враз захотели прибрать её к себе. А сейчас-то что случилось? Собирают под свои знамёна работников «Мехтроникса», оставшихся не у дел?

Делать нечего. Путь в Россию закрыт… пока закрыт, как ранее пояснил агент Смит. Сбережения ещё есть, но неопределённость в жизни может продлиться очень долго, и как бы не пришлось идти с протянутой рукой к тем же Фицджеральдам. Лучше уж сейчас выяснить, что хочет от него… А кстати, кто из них? Сам Глава или кто-то из его братьев? Их у него четверо. А то и наследник заинтересовался.

Алекс ошибся. В огромном кабинете его встретила красивая женщина лет тридцати. Высокая стройная блондинка в эффектном деловом костюме песочного цвета сделала знак сопровождавшему инженера охраннику, чтобы тот вышел, и только потом улыбнулась, демонстрируя белоснежные зубы.

- Мистер Бартлетт?

- Можно просто – Алекс, миссис…

- Мисс. Я дочь Джека Фицджеральда, Главы Рода. Эмма. Так и зовите.

- Очень приятно познакомиться, мисс Эмма.

- Мне тоже, - женщина показала на уютный уголок с креслами и диванчиком. – Присаживайтесь, Алекс. Желаете что-нибудь выпить? Виски, бренди, коньяк, кофе, чай или соки? Не стесняйтесь. Разговор у нас будет серьёзный и долгий.

- Пожалуй, виски с содовой, - сделал выбор Алекс. Пиво-то не предложили, да и не солидно хлебать его в присутствии такой шикарной дамы. Странно, что она не замужем. Столь богатую невесту должны с руками и ногами оторвать.

Мисс Фицджеральд, не вызывая слугу, сама приготовила напиток гостю, и лишь только после этого устроилась в кресле напротив.

- Я приношу свои извинения за бесцеремонное вмешательство в ваши планы. Вы, кажется, собирались переезжать в Россию, чтобы продолжить работу с мисс Стингрей?

- Да, и не скрываю этого, - Алекс держал в руке пузатый стакан с виски, но пока не сделал и глотка. – Всё-таки пять лет вместе, общее видение перспектив…

- Мне очень жаль, что так случилось, - Эмма простучала крашенными ноготками по подлокотникам кресла. – «Мехтроникс» опережал большинство компаний по многим направлениям, начиная от линейных двигателей и заканчивая разработками по сенсорному комбинезону. Но излишняя осторожность Арабеллы и её стойкое нежелание войти на правах партнёра в чью-нибудь корпорацию сыграли с ней злую шутку.

- Вы имеете в виду вашу семью, мисс?

- В первую очередь – да, - улыбнулась женщина. – Мы неоднократно делали ей предложение. Поверьте, условия были очень достойными. Со временем подыскали бы девушке великолепную партию из клана, она бы стала «своей». Но получили обратное: чуть ли не войну. Это неправильная позиция. Так в деловом мире не делается. Если ты умен, но слаб и беден, ищи сильного союзника. Не отталкивай протянутую руку…

- «Мехтроникс» не бедствовал, - уязвлённо ответил Алекс и сделал глоток мягкого напитка. Отличный виски.

- Не бедствовал, но для дальнейших разработок всегда требуются вложения. Бесконечные вложения, - Эмма пристально поглядела на инженера. – Это как бег в колесе. Нельзя останавливаться, иначе наступит катастрофа. Наши аналитики просчитали, что через несколько лет у вашей компании наступил бы кризис. Без огромных финансовых вливаний для изготовления суперсовременного экзоскелета невозможно продвигаться на рынке оружия. Наша Семья была готова вложиться в проект «Арморекс». В итоге – полный разгром «Мехтроникса». Техническая документация частично пропала, частично оказалась в руках конкурентов. Но я полагаю, что Арабелла большую часть технологий увезла с собой. По некоторым данным, она сейчас работает на некоего Андрея Мамонова, сына одного из богатейших людей России. Клан Мамоновых властвует в Якутии, спонсирует проект «Бастион». К нему же присоединился императорский клан. Это серьёзная сила, большие деньги, великолепные перспективы. Так что я не удивлена, почему вы стремитесь в Россию.

- Это не главная причина, - а вот Алекс был удивлён услышанным, но постарался тщательно скрыть свои эмоции. – Каждый из нас, кто работал с Арабеллой, вложил частичку самого себя в «Арморекс». И не скрываю, мне было комфортно.

- Понимаю, - медленно кивнула мисс Фицджеральд. – Мне нравятся люди, горящие идеями. И не просто горящие, а умеющие до самого конца сохранить искру созидания. Поэтому вы здесь.

- Хотите предложить мне работать на вас? – усмехнулся Алекс и припал к стакану. Сделав пару глотков, смело поглядел на Эмму. Чертовски красивая женщина! И явно одарённая. Радужка глаз имеет красноватый – «огненный» - оттенок. – Сначала я готовился к тому, что меня грохнут за городом и закопают в пустыне. Но когда оказался перед воротами роскошного особняка, сразу подумал о работе.

- В логике вам не откажешь, как и в обоснованных страхах, - губы женщины дрогнули в улыбке. Нет, не презрительной. Её откровенно забавлял разговор. – Признаюсь, мой отец имеет большое влияние в структуре АНБ, поэтому за вами следили очень долго. Мы знаем, что вы встречались с Диком Трэйси и с какими-то странными ребятами. Вы знали, что они из России? Догадывались… Но не вмешивались в ситуацию, чтобы понять, ради чего они здесь. Эти парни очень резкими оказались. Двух наших людей нейтрализовали, но проявили благородство, оставили в живых.

«Хм, а вот это интересно», подумал Алекс. «Выходит, это случилось после того, как мы расстались, и Дик вместе с русскими куда-то исчез. Значит, они помогли Трэйси добраться до России. И почему я с ними не поехал?»

- За технологиями Арабеллы охотятся многие, - заполнив паузу, ответил Бартлетт.

- Скрывать не стану. Для нас важно собрать наследие Стингреев в одном месте, - Эмма закинула ногу на ногу, покачала ею, демонстрируя изящную щиколотку. – И вы бы могли нам помочь. Карты ведь находятся в этой сумке?

Её взгляд упал на дорожную сумку с вещами. Алекс ничего не сказал, чувствуя досаду. А что он мог сделать? Сжечь бумаги? Но как? И флэшка, сейчас висящая на шее в виде медальона-амулета, словно накалилась от ожидания, что предпримет хозяин.

- Не переживайте, - улыбка Эммы была чарующей, но за ней скрывался оскал змеи. Фицджеральды никогда не были травоядными. Их сила и воля зиждилась на одном праве: аристократу позволено многое, если не всё. – Я не собираюсь отбирать у вас документы. Это в вашем праве решать, что с ними делать. Но смею предложить вам работу в нашей компании над проектом «Дефенсор». Да-да, мы тоже решили заняться перспективными разработками, сходными с теми, над чем работала Арабелла. А заодно планируем создать свою линейку бронекостюмов с нуля. Но если имеется возможность прибрать к рукам часть готовых технологий, то почему нет…

Алекс приподнял брови в удивлении. Не из-за названия. Как раз для англоговорящего человека оно понятно. «Защитник». Бартлетт впервые услышал, что Фицджеральды сделали ставку на полный технологический цикл, когда как ранее они лишь скупали готовые проекты и выдавали их за свои.

- Мне не нравится, что вы в открытую желаете забрать наработки мисс Стингрей себе, - Алекс честно высказал свою претензию, хотя понимал, что этичные нормы в среде «зубастых» аристократических кланов давно попраны. – Вы могли бы выплатить ей символическую сумму за разработки, которыми будете пользоваться сами.

- Не делайте из Арабеллы нищенку, - весело фыркнула Эмма. – Она сейчас с удовольствием трудится на благо своей новой родины. У неё великолепная квартира, охрана, хорошая должность. Для её коллег, рискнувших переехать в Россию, строят современный посёлок.

- Судя по тому, как Арабелла устроилась в Москве, она не прогадала, - пробормотал Алекс, впечатлённый удачей Арабеллы.

- Не прогадала. И вы не прогадайте, - мисс Фицджеральд перестала улыбаться, превратившись в ту самую кобру, готовую тяпнуть неосторожного человека ядовитыми клыками. – Работа в инженерном отделе, десять тысяч долларов в месяц, различные бонусы, небольшой, но симпатичный дом в Парадайз-Вэлли, машина, охрана. Зачем вам далёкая и холодная Россия с ужасной системой подавления инакомыслия? Магическая аристократия, дворянство, какие-то дикие привычки из средневековья, вроде клятвы на крови и прочие анахронизмы. Стоит только отступиться – и ты никто. Хорошо, если в живых оставят. Чистейшей воды феодализм. Нет, скорее, неофеодализм на уровне техномагического развития.

- Я бы хотел подумать, - Алекс всегда действовал от противного. Как только Эмма начала рассказывать страшилки о стране, в которой никогда не была, он ещё больше захотел к Арабелле.

- Думайте, но недолго, - женщина расслабленно откинулась назад. – Только посчитайте, сколько времени осталось у вашей сестры, серьёзно больной раком?

Алекс помрачнел. Кэтти, младшенькая сестрёнка, его боль. Она умирает, а он ничего не может сделать. В этой стране услуги Ремедиатора – Целителя, специализирующегося на уничтожение раковых опухолей с помощью уникальной Силы – стоят бешеных деньги. Даже не бешеных – заоблачных. Он никогда не сможет нанять такого Целителя для бедной Кэтти. Никогда. Скоро девушку переведут в хоспис, а это уже окончательный приговор.

Допустим, он поедет в Россию. Но кто ему сразу даст такие деньги? Алекс романтиком не был, и чётко представлял перспективы. Нужно хорошо потрудиться, доказать свою ценность. И только тогда, возможно, у него получится приехать в САСШ с большой кучей денег. Но будет ли жива к тому времени Кэтти?

- Как быстро вы сможете нанять Ремедиатора, если я сейчас дам согласие работать на вас?

- Зачем нам его нанимать? – снова улыбнулась Эмма, но уже с видом победительницы. – Он служит нашему клану. Я могу сейчас же дать распоряжение, чтобы вашу сестру перевезли из Тусона в Финикс в нашу клановую лечебницу. Но… я хочу услышать принципиальное согласие Алекса Бартлетта работать на благо Семьи Фицджеральдов.

- Клятва на крови? – горько усмехнулся Алекс.

- Мы не русские варвары. У нас будет тщательно прописанный договор. Думайте, Алекс, думайте…

Эмма грациозно поднялась на ноги и зацокала каблучками туфель к двери. Обернулась.

- Я оставлю вас на полчаса. Надеюсь, за это время вы обдумаете моё предложение и дадите ответ.

Она вышла из кабинета, оставив Бартлетта одного. Алекс зло и бессильно усмехнулся. Примитивный капкан сработал как надо. Фицджеральды положили в него наживку в виде несчастной и умирающей Кэтти. Они не могли не знать, что брат не сможет бросить сестру.

А он мог. Когда собирался в Россию, он, в первую очередь, убегал от этой проблемы. Алексу было страшно, что ничем не может помочь Кэтти. Родители и так продали всё, что могли, залезли в такие долги, что легче застрелиться, чем их выплатить. Ожидать долгую и мучительную смерть любимой сестры оказалось куда тяжелее, чем остаться без работы и денег. Страдание несоразмерное, и от этого мужчина чувствовал себя подлецом и слабовольным ублюдком.

Алекс понял, что не откажется от предложения Фицджеральдов. Сразу, как только Эмма намекнула на Ремедиатора. Она знала, на какую приманку ловить инженера. И сломала его быстро, без всякого сопротивления.

Он потянулся к бутылке виски, которую Эмма поставила на журнальный столик, и налил себе полный стакан. Потягивая напиток, Алекс тупо ждал, когда выйдет время. Всё было решено. Он отдаст все бумаги этой женщине, но только после того, как убедится, что Кэтти положили в клинику.

И своё требование от озвучил мисс Фицджеральд, когда она зашла в кабинет.

- За ней уже выехал реанимобиль, - ошарашила светловолосая кобра Алекса. – Я знала, что вы не откажетесь. Правильное и мудрое решение. Семья – это самое главное у человека. Кто, как не близкий родственник должен помочь в трудный момент, правда? Кстати, позвоните родителям, предупредите их, что сестру перевозят в Финикс. И – да… документацию, как бумажную, так и электронную вы можете отдать мне, когда убедитесь, что с девушкой всё в порядке.

- Но ведь это нескорый процесс, - промямлил Алекс, раздавленный властностью и решимостью этой женщины. – Сколько времени потребуется на то, чтобы началась ремиссия? Полгода?

- Не так долго. Наш Ремедиатор имеет высший ранг. А с помощниками он сможет решить проблему, учитывая стадию болезни, ну… за пару месяцев. Посещение сестры я вам организую, как только ей станет лучше. Но договор мы подпишем здесь и сегодня. Скоро придёт юрист. Есть ещё вопросы?

- А если я уеду в Россию?

- Такой глупости я от вас не ожидаю, - рассмеялась Эмма. – Вы сами-то поняли, что сказали? Ну, убежите. И что? В наших силах достать вас даже в Москве. Просто подумайте, что станет с вашими родителями и с сестрой? Ремиссия может легко обернуться рецидивом. Родители окажутся на улице и умрут там гораздо раньше, чем вы их сможете перевезти в Россию.

-В таком случае у меня нет выхода.

- Мы вас не загоняем в клетку, боже упаси! Я же говорю, здесь цивилизация, никто не требует клятвы на крови. Да и бесчестно применять магическое искусство в отношении простолюдина. Ну, в вашем случае, образованного и талантливого инженера.

Польстила, чего уж там! Алекс тяжело вздохнул, понимая, что предал Арабеллу. Но предательство имело свою цену, смягчавшую моральные страдания Бартлетта. Подписав договор, он испытал облегчение. Назад пути уже не было. Мисс Стингрей – сильная женщина. Она добьётся своего. Сомнений в этом у Алекса не было.

…И вот сейчас он неторопливо бредёт по улице, зная, что за ним медленно катится машина с охраной. Скоро ему предстоит лететь в Москву. Фицджеральды выполнили свою часть сделки, подняв на ноги Кэтти. Они дали Алексу хорошую должность в инженерном отделе, обеспечили согласно договора хорошим жалованием, жильём. Теперь настала очередь Бартлетта показать свою преданность новым хозяевам. Пусть через полгода, с очень большой задержкой, но он приедет в Россию, найдёт Арабеллу, отдаст ей документацию по «Арморексу» и скажет, что готов приступить к работе. Вот только нужно тщательно продумать легенду, почему он остался в Америке и как жил всё это время. Про сестру можно и промолчать, но если Арабелла поинтересуется её здоровьем, тоже нужна легенда. В конце концов, пусть сотрудники службы безопасности Фицджеральдов голову ломают, как прикрыть агента.

2

К моему облегчению, в классе никто не изводил меня вопросами, что же произошло в «Скандинавском экспрессе», за что я был благодарен ребятам. Нет, сначала вопросы, конечно, были, и чтобы пресечь возможные спекуляции на эту тему, на большой перемене я дозированно рассказал о своём путешествии из Стокгольма в Москву. Да, нападение было. Мятежники решили вбить клин между Скандией и Россией методом диверсионной атаки на великокняжескую делегацию, возвращавшуюся домой. У лопарей и поддерживающих их британцев появились серьёзные опасения, что политическое сближение двух северных государств приведёт к окончательной зачистке сепаратистов, ратующих за отделение финской провинции от Скандии и превращение её в полноценное государство. Среди суоми, лопарей и тавастов[1] ходили упорные слухи, что русский император и король Харальд договорились ввести одновременно с двух сторон войска в мятежную провинцию и упразднить автономию. России за помощь может отойти северная часть Карелии.

Королевская разведка вовремя узнала о провокации и подготовила сюрприз для сепаратистов. Великую княжну Мстиславскую со свитой тайно перевезли на морскую базу и далее на корабле до границы. А уже оттуда русский флот доставил молодых людей в Усть-Лугу. Почему именно я единственный поехал в поезде? Так было нужно.

Видя разочарование в глазах ребят, я постарался объяснить как можно мягче, что существует государственная тайна, которую нельзя разглашать, даже если тебе пришлось косвенно участвовать в операции имперского и королевского спецназа. О том, что я состою на службе в ГСБ, пусть и в качестве кадета, не знал никто, даже мои девушки.

Все согласились с моим доводом и успокоились. Зато в кабинете Арины девчата насели на меня с трёх сторон, желая знать подробности. Нет, сначала они накормили своего будущего супруга всякими вкусняшками, после которых он совершенно растаял и с набитым животом рассказал, что же случилось в «Скандинавском экспрессе». Коварно утаив некоторые детали произошедшего. Например, как я упустил очень опасного чародея, лишив его части тела. Ну и особо кровавые сцены тоже не стал расписывать. Зато про Эрика рассказал с такими красками, что красотки сидели с открытыми ртами.

- Выходит, Эрик и в самом деле берсерк? – задумчиво проговорила Лида, помешивая ложечкой сахар в чашке с чаем. – И это не прозвище?

- Я читала, что он сам выбрал себе второе имя, когда начал выступать в студенческих соревнованиях, - проявила осведомлённость Арина. – Вполне возможно, что именно из-за этого природного свойства. Интересно, кто передал ему по крови способность становиться берсерком? Надо покопаться в истории Рода Биргерссонов. Вдруг найдутся следы.

- Не в каждом поколении проявляется кровь берсерка, - уверенно ответила Лида. – Появление оборотня имеет настолько низкий процент вероятности, что даже несколько поколений могут не пробудить этот Дар, при том, что он совершенно точно имеется в каждом из них, и просто «спит». Этот вопрос давно изучается нашими учёными. Дедушка сам признавался, что не закрывает проект, потому что он приносит большую пользу в понимании процесса.

- На Руси такое состояние называли «раж», - вдруг сказала Нина, внимательно слушавшая наш разговор. – Воины входили в состояние ража и могли биться с противником, превосходящим их численностью в сотни раз.

- Ну, так уж и в сотни, - недоверчиво хмыкнула Великая княжна.

- Посчитай, - Захарьина отодвинула от себя картонную тарелочку с недоеденным пончиком. – На каждого русского витязя приходилось в среднем по тридцать-сорок врагов. Если на поле боя выходило десять русских бойцов, то легко определить, что против них выступало не меньше четырёх сотен воинов. Да по истории вспомните, как на Византию ходили русы в количестве, намного уступающем хорошо обученным войскам базилевсов. Среди русов были особые воины – рыкари-волкодлаки. Они зачастую и решали исход битвы. У первых Великих князей Мстиславских, кстати, тоже были такие люди.

- Да? Надо спросить у дедушки, - Лида попробовал с ложечки чай, не слишком ли он горячий. – Не зря же он с учёными периодически встречается. Но ты-то откуда знаешь?

- Я историю люблю, - улыбнулась Нина с лёгкой долей превосходства. У неё и в самом деле оценки по этому предмету стабильно высокие. Юная Мстиславская по своему статусу обязана знать назубок как историю страны, так и родословную всех князей. Но дальше этого не идёт. Ей достаточно того, что дают на уроках. А вот Захарьина очень много дополнительной литературы читает. Я знаю.

- Андрей, твой визит к родителям в ближайшую субботу остаётся в силе? – переключилась на меня Лида, вырвав из погружения в сладкую дрёму. – Надеюсь, без изменений, учитывая твою занятость? Нам ведь надо подготовиться. Да и я хочу выглядеть красивой.

- Ты и так красивая, - заверил я, и сразу же понял, что сделал ошибку. Это всё от расслабленности после сытного обеда!

Глаза Мстиславской опасно сузились, в них заиграли огненные искорки.

- Ты не понял, дорогой, - вкрадчиво произнесла Великая княжна. – К родителям придёт молодой человек, чтобы просить у них моей руки. Мне же надо причёску сделать, платье красивое подобрать. Я должна быть достойной княжича Мамонова.

Приятно такое слышать. Впрочем, подозреваю, Лида играет, чтобы слегка позлить Нину. Дескать, пусть мы и подруги, почти «сёстры», но под венец идти тебе первой не светит. Вот оно, женское соперничество, уже проявляется! Но боярышня, к моему удивлению, только снисходительно улыбнулась, стрельнув в мою сторону многообещающим взглядом. Я насторожился. Что-то Нина задумала.

- У меня без изменений, - ответил я быстро. – Как и договаривались, в субботу. А в следующую еду к Голицыным. Соответственно, через две недели к тебе, Нина. Ну, а родители сами решат, когда помолвки проводить.

Я не стал напрямую говорить, что в этом году никаких свадеб нам не светит. Зачем девчат расстраивать? Но они всё понимают. Сейчас у всех напряжённый период. Арина готовится к поступлению в университет, а у нас ситуация чуточку сложнее: сначала выпускные экзамены на носу. А потом – по той же дорожке, получать профессиональные знания.

Лида кивнула, подтверждая мои слова. Возможно, ей отец уже объяснил ситуацию, она и не переживает особо. Я тоже считаю, что торопиться не надо. Все взяли паузу.

- Андрей, а где ты планируешь провести свой день рождения? Ещё не выбрал? – поинтересовалась Арина. – Мне нужно предварительный план мероприятий набросать.

- Точно уверен, что у себя дома не стану устраивать масштабную вечеринку, - усмехнулся я и призадумался. Действительно, где? Практически вся аристократическая молодёжь моего возраста и часть более старшего обязана присутствовать. Это вопрос престижа, тут обычными посиделками, как в «Алмазном дворике», не обойтись. – И не в ресторане. Скучно.

- А давайте закажем яхту! – воскликнула Лида. – Путешествие по Москва-реке! Например, от Москворецкой набережной до Серебряного Бора. Там есть шикарный пляж, песок – просто прелесть! Можем забронировать номера в гостинице. Я могу попросить у дедушки отдать нам личного шеф-повара со своей командой, Арина возьмёт на себя музыкантов. Я займусь составлением списка гостей, а Нина поможет с рассылкой приглашений. Только надо уже сейчас начинать.

- Подожди, ты хочешь растянуть программу увеселений на два дня? – я рассмеялся, поражаясь Лидиному размаху.

- А почему бы и нет? – пожала плечами Великая княжна. – Раньше полудня начинать праздновать – не совсем правильно. Мы поставим гостей в неудобное положение. Это же надо им рано вставать, готовиться, а потом сломя голову бежать к месту посадки. Думаю, часов в шесть вечера – самое то. Увеселительная программа, фуршет, танцы, неторопливое плавание с созерцанием столицы, ночью – фейерверк. На острове можно хоть до утра колобродить, никто слова не скажет, - воодушевилась Мстиславская.

- Колобродить – это если пригласить Мишу Корибута с компанией, - улыбнулась Арина.

Я развёл руками. Куда без Михаила? Придётся смириться с некоторыми неудобствами. Не приглашу – страшно обидится.

- Так это что – купальник надо брать? – Нина обвела взглядом подруг. – Быть на пляже и не искупаться?

- А что такого? – пожала плечами Лида. – Я же говорю, на острове есть гостиничный комплекс. Можно заранее прислать туда слуг с вещами. Нам же, девочкам, нужно будет где-то переодеться, макияж освежить, ну и по мелочам…

А мальчикам в таких мелочах отказано? Хе-хе…

- Идея неплохая, - подумав, проговорила Арина. – Только нужно просчитать все мелочи, логистику ту же, бронирование номеров, чтобы никого из посторонних на территории гостиничного комплекса не было. Андрей не сможет полностью обеспечить безопасность гостей. Банально людских ресурсов не хватит.

- Я решу этот вопрос, - не колеблясь, ответила Великая княжна.

- Предлагаю подключить Веронику, - хитро блеснув глазами, Арина посмотрела на меня, ожидая реакции. – Работы предстоит много.

- Согласен, - я спокойно кивнул, соглашаясь с княжной Голицыной. А сам представил масштаб предстоящего увеселения, и ужаснулся. Если бы не девчата, вообще бы за это дело не взялся. А так… пусть тренируются. После замужества им придётся постоянно устраивать праздники в родовом особняке, хочется мне этого или нет. Положение обязывает.

Судя по оживлённым лицам девушек, они всерьёз взялись за координацию предстоящего увеселения. Главное, не мешать им.

- Если нужны деньги, обращайтесь ко мне, - на всякий случай напомнил я. А то с Лиды и Арины станется своими средствами расплачиваться.

Девушки отмахнулись от меня, живо обсуждая, кому что делать. Я тихо сидел в сторонке и не вмешивался. Главное, процесс запущен.

- А ты Астрид не хочешь пригласить? – вдруг спросила Арина, отвлёкшись от обсуждения.

- Думаю над этим, - кивнул я. – Но там вопрос безопасности, сама понимаешь. А само приглашение нужно согласовывать с МИДом.

- Частная поездка, - подсказала Лида. – И не надо заморачиваться с бесконечными чиновничьими переписками, согласованиями. Десять-пятнадцать хирдманов в охране, пара слуг… Не самый сложный вариант. Мне кажется, король Харальд вообще не дрожит над своими детьми. Это с виду он такой свирепый, а на самом деле очень правильный монарх. В меру строгий для своих подданных, в меру либеральный для семьи.

Конечно же, я попробую пригласить свою Снежную Кошку. Думаю, она с большой охотой согласится, если не возникнут препятствия непреодолимого характера.

Перемена заканчивалась, поэтому девчата заторопились на урок. Они договорились уже сегодня обменяться в закрытом чате идеями и набросками плана вечеринки. А ведь ещё предстоит выпускной бал! Надо, кстати, о костюмах подумать. Кого бы озадачить? Не в плане пошива, а что лучше всего надеть на свой день рождения и на бал?

После занятий я сразу же рванул домой. Позвонил Гена и предупредил о приезде Арабеллы и Дика. Он пока знакомит их с результатами вчерашних тестов, но гости с нетерпением ждут испытания комбинезона в полевых условиях.

Я нисколько не удивился, когда увидел американцев, сидящих в столовой, и угощающихся стряпнёй Оксаны. Дик с аппетитом наворачивал калачики с разнообразным вареньем, коего было выставлено перед ним в стеклянных розетках в большом количестве. Ясно, наши запасы пошли в ход. Арабелла нахваливала мою кухарку, красневшую от удовольствия. Коварный план Оксаны всегда действовал безотказно: очаровать гостей вкусняшками, чтобы потом общение проходило в том русле, которое выгодно мне.

- Приятного аппетита, господа, - бодро проговорил я, проходя к своему месту. – Мисс Арабелла, рад, что вы нашли время в своём графике. Дик, приветствую.

- Спасибо, Андрей Георгович, - с чудесным акцентом ответила Арабелла и улыбнулась, держа чашку с чаем на весу. – Мы же договаривались. Почему я должна нарушать своё слово?

- Здравствуйте, княжич, - поздоровался со мной Трэйси. Кстати, у него освоение языка идёт гораздо лучше. В том плане, что акцент почти не чувствуется. – У вашей кухарки отменные джемы.

- Варенье, Дик, - поправил я его. – Джем в русской кухне – это нечто другое.

- Да, я ещё путаю, - усмехнулся мужчина и протянул руку к следующему калачу. – У меня есть просьба, Андрей.

- Слушаю вас.

- Хочу, чтобы Оксана научила мою Беллу готовить такую вкуснятину, - Дик с хитрецой взглянул на свою будущую жену.

- Боюсь, дорогой, у меня не будет времени стоять у плиты, - усмехнулась Стингрей. – По меньшей мере лет пять точно.

- Не переживайте, Дик. Если вам так нравится варенье, я буду посылать его вам. Благо, Оксана заготавливает его впрок. Да и мама не забывает пополнять наши запасы.

- Пожалейте меня, Андрей, - в шутку взмолилась Арабелла, поставив опустевшую чашку на стол. – Дик распробовал русскую кухню, и мне теперь сложнее готовить привычные блюда.

- Дик оказался куда более русским, чем я ожидал, - я кивком поблагодарил Оксану, поставившую передо мной «хозяйскую» кружку со свежезаваренным чаем. – Вы уже осмотрели мастерскую?

- Да, весьма впечатляющий результат для кустарного производства, - Арабелла отрицательным жестом показала Оксане, что ей не нужно подливать чаю, и та ушла на кухню, уловив, что начался тот разговор, при котором её присутствие будет лишним. – Господин Берг с нашей первой встречи показался мне человеком талантливым, и сейчас я окончательно убедилась, что этот так и есть. Как я понимаю, он будет работать в инженерном отделе «Бастиона»?

- Я планирую перевести всю группу на завод, если вы не против…

- Почему я должна противиться такому решению? Хозяин – вы и императорская семья, - верно рассудила Стингрей. – Люди с неординарным мышлением и своим видением решения проблем мне нужны. У механиков на заводе будут иные задачи, придётся их переучивать, чтобы работать на современных станках. У нас не хватает людей, Андрей. Нужно решать проблему кадров как можно скорее.

- Об этом я доложу Его Высочеству Юрию Ивановичу. Будем думать.

- Сегодня рано утром позвонил один мой инженер, работавший в «Мехтрониксе», - Арабелла переглянулась с Диком, и тот едва заметно кивнул, словно разрешал ей продолжить начатую тему. – Его имя – Алекс. Алекс Бартлетт. Он был в числе тех людей, которые согласились переехать в Россию. В его руках находились технологические карты, которые не смогли вывезти ваши специалисты полгода назад. Документы не самые важные, но без них некоторые процессы производства придётся восстанавливать по памяти.

- Что он хотел? – я вспомнил ту историю с вывозом карт из САСШ. Надо же, кто-то сумел их сохранить.

- Алекс очень долго извинялся, что не смог приехать. У него тяжело болела сестра, и он решил остаться, чтобы поддержать родителей… если случилось бы самое страшное. Но к счастью, Алексу удалось найти Ремедиатора, который за невероятные деньги согласился вылечить девочку.

- Ремедиатор? Это кто?

- Если переводить точно – «восстановитель» с латинского. Он специализируется на лечении раковых заболеваний.

- Целитель? – догадался я.

- Точно. Целитель, - подтвердила Арабелла. – Так вот, Алекс всё это время оставался с семьёй. Но теперь, когда у сестры наступила ремиссия, решил ехать. Как бы решить проблему приезда в ускоренном порядке?

- А в чем выражена эта проблема? У него есть виза?

- Есть, - женщина посмотрела на Дика. Тот снова кивнул. – Но за Алексом очень плотно присматривают. Он сам признался, что боится и очень устал от постоянной слежки.

- Всё дело в документах?

- Да.

- В таком случае ему нужно обратиться в русское консульство и по дипломатическому каналу переправить технологическую документацию в Россию, - я пожал плечами. – В прошлый раз по такой схеме вы и получили свои карты.

- Он хочет лететь через Европу, - сказал Дик. – Говорит, клан Фицджеральдов упорно охотится за ним, переманивает к себе. Боится, что ему перекроют путь через Пасифик.

- Я поговорю со своим дядей, он выйдет на цесаревича, - успокоил я Арабеллу. – Такие вопросы решаются на более высоком уровне. Нам специалисты нужны… Ну что, идём тестировать ваше изобретение, мисс Стингрей?

Я отодвинул недопитую кружку с чаем – с любовью накормленному и напоенному девушками, мне особо есть не хотелось – и поднялся из-за стола. Гости встали следом за мной.

- Господа, предлагаю вам пройти в мастерскую. Мне нужно надеть комбинезон. Через десять минут буду готов.

Я вышел первым из столовой, подозвал к себе Влада, дежурившего в гостиной, и распорядился проводить гостей до мастерской. Не то, чтобы я не доверял американцам, но оставлять их на какое-то время (даже если от крыльца особняка до мастерской всего несколько десятков метров) без присмотра не стоит. Да, на улице тоже есть охрана, но у неё свои обязанности. Влад тут же с вежливой улыбкой присоединился к гостям и вместе с ними вышел наружу. Я поднялся к себе и начал переодеваться. Если первый раз испытывал некоторые неудобства, то сейчас натянул на себя тонкий комбинезон гораздо быстрее, уже не обращая внимание на непривычную текстуру ткани. Подозреваю, это всё от тончайших волокон, пронизывающих костюм. Они едва видны на свет, но при активном движении всё же есть некоторый дискомфорт. Надеюсь, эту проблему Арабелла исправит, когда у нас появится профессиональная микроэлектронная линия.

Я надел поверх комбинезона всё тот же спортивный костюм и направился в мастерскую. Мои инженеры уже развернули целую лабораторию с диагностической аппаратурой, планшетами; на большом мониторе медленно крутились схемы разобранных узлов «Бастиона», возбуждённо переговаривались механики. Я снял верхнюю одежду и встал в раскрытую нишу экзоскелета. Ворон и Ваня Гончар уже привычно проконтролировали закрытие броневых щитков, надели на голову шлем, на руки – перчатки.

- Проверка связи, - нарушил тишину голос Берга.

- Есть, - откликнулся я.

- Проверка всех узлов соединений.

Я пока не двигался, боясь что-нибудь нарушить в момент сопряжения. Как вообще поведёт себя «скелет» при первом же движении? Перед глазами замелькали цифры, окрашенный в приятный зелёный цвет.

- Процессор работает корректно, - предупредил я. – Готов к движению.

- Фиксация к стенду отсутствует, - Гена что-то излишне напряжён. Переживает? – Можно выходить. Умоляю, Андрей Георгиевич, не торопитесь.

Я сделал осторожный шаг правой ногой, потом левой, чтобы отойти от фиксирующих поручней стенда. Как забавно. На дисплее замелькали какие-то синусоиды зелёного и красного цвета. Я не понимал, что они означают, но раз не упал, не застыл на месте – значит, всё в порядке.

- В процессор загружен новый интерфейс, с которым вы будете взаимодействовать, - присоединилась к нам Арабелла. – Когда начнёте упражняться на полигоне, не обязательно комментировать каждое движение. Мы всё это будем видеть, а информация пойдёт на планшеты.

- А если возникнет серьёзная проблема?

- В таком случае опишите её. Сейчас поднимите руки, опустите… Помашите.

Я не стал махать ими, а просто нанёс несколько ударов кулаками в пустоту, как боксёр на ринге. В принципе, ничего необычного в управлении не обнаружил.

- Я выхожу, - предупредил я и направился к двери, которую уже распахнул Алексей. Проём у нас сделан с таким расчётом, чтобы можно было без проблем войти и выйти в бронекостюме, пронести габаритные ящики.

Оказавшись на улице, бодро зашагал на тренировочную площадку. Хотел сначала устроить проверку на пустыре, но передумал. Система управления новая, может произойти всякое. Вдруг застряну посреди поля, придётся парням выковыривать меня из брони, как жемчуг из раковины. Стало смешно. Ага, а механикам разбирать «Бастион» и переносить его в мастерскую. Нет, лучше рядом с Кенто-саном потренируюсь.

Звуковые фильтры не были включены, и я услышал задиристый лай щенков, когда проходил мимо вольера. Они впервые видели странное железное чудовище, жужжащее и грохочущее, но не испугались. Если бы не сетка – давно бы рванули мне наперерез. Ага, вот и Куан с Петровичем, Эдом и Рахимбеком, выйдя из-за угла особняка, остановились и сделали вид, что о чём-то горячо беседуют. А сами-то следят за мной! Про эксперимент они наслышаны, и, скорее всего, контролируют, чтобы в случае серьёзной проблемы прийти на помощь. Помахав им рукой, я пересёк парковую дорожку и вскоре стоял на площадке в окружении манекенов.

- Начинаю работать, - предупредил я на всякий случай, а то вдруг Гена решил в этот момент гостей чаем угостить.

Ничего особого я демонстрировать не собирался. Коленные сервоприводы функционируют нормально, пока не чувствую каких-то неприятностей от комбинезона. Опять помахал руками, ускорился, покрутился на месте, и даже попрыгал, взрывая влажную землю. Графики тоже скакали вместо со мной, периодически меняя цвет с зелёного на красный.

А если взлететь? Даю голосовой сигнал на линейные движки и ранец с аккумулятором. Земля ушла из-под ног, небольшая перегрузка заложила уши. Поднявшись вровень с кронами деревьев, перешёл на горизонтальный полёт. А вот сейчас красного стало больше. Но пока не критично. Облетаю парковую зону, постепенно наращивая скорость. Ошалевшие вороны, устроившие себе гнёзда на тополе, разлетелись по сторонам, но тут же, устремились за мной. Я для них чужак, которого нельзя допускать на свою территорию. Но мне плевать. Делаю резкий поворот, разбивая слаженную группировку пернатых. Не нравится мне что-то, когда начинаю шевелить руками. Особенно правой. Поэтому аккуратно опускаюсь на землю и начинают отрабатывать упражнения с ментальными техниками.

Формирую конструкт «открытой ладони» и с выдохом выбрасываю руку в направлении одного из ближних манекенов. Точно, какое-то торможение ощущается. В момент выброса энергии она чуть-чуть не «дорабатывает», отчего ударная волна ушла чуть ниже. Манекен едва-едва покачнулся, зато мусор в виде веток и сгнившей листвы полетел во все стороны. Непорядок. Надо садовнику дать распоряжение, чтобы площадку очистил.

Чтобы удостовериться в возникших проблемах, попробовал швырнуть конструкт левой рукой. Сейчас вроде бы получше. Получилось как надо. Манекен закачался от мощного удара. Понятно, что где-то не срабатывает синхронизация.

Я крутился по площадке ещё минут пятнадцать, пока не услышал голос Берга:

- Достаточно. Можно возвращаться.

Пока шёл до мастерской, обнаружил, что температура процессора поднялась в «красную» зону. Для самого бронекостюма это не критично, так как я не использую интегратор, но контроль над жизнедеятельностью узлов могу потерять. Появилась проблема в левой ноге. Какое-то западание происходит при движении. Опять же, не страшно, но дискомфорт чувствуется. Выйди я сейчас на бой против князя Оболенского – проиграю вдрызг из-за таких вот мелких несуразностей. Они раздражают, заставляют ожидать появления новых, ещё не обнаруженных проблем, сбивают настрой.

Когда механики помогли мне снять шлем и перчатки, «Бастион» распахнулся, выпуская наружу. Я с удовольствием ощутил лёгкие токи воздуха от вентилятора, с приятным гулом крутящего лопасти на подоконнике.

- Водички бы холодной, - просипел я.

Ворон метнулся к холодильнику, вытащил бутылку с минералкой, начал искать стакан, чтобы налить в него.

- Давай так, - махнул я рукой, и когда бутылка оказалась у меня, жадно припал к ней. Утолив жажду, сел на табурет. Поглядел на Берга и Арабеллу, нетерпеливо ждущих отчёта из первых рук. Дик, в отличие от них, сохранял невероятное спокойствие. – Можно включить запись с камер?

Гена пощёлкал клавишами, и на мониторе возникла картинка, где я шёл на тренировочную площадку. С моего места хорошо была видна каждая деталь, поэтому и не стал пересаживаться, комментируя некоторые моменты.

- Первые десять минут никаких проблем не испытывал. «Бастион» чутко отзывался на каждое движение тела. Если задержки и были, я их не ощущал. Когда стал совершать резкие рывки и ускорения – система отработала очень хорошо.

- Сенсорная сетка держалась хорошо всё это время, - подтвердила Арабелла. – Задержка мизерная, семь сотых секунды. Для «ручного» костюма – идеальный результат. А как с обратной тактильной связью? Чувствовал неровности почвы?

- Неровности всегда чувствуются, - я пожал плечами. – Но с костюмом – даже слишком. Левая ступня попала в какую-то выбоину, и отклик был такой, будто я споткнулся. Рефлекторно дёрнулся, чуть не упал.

- Это мы уже исправили. Снизили чувствительность подошвенных сенсоров на десять процентов. После этого были проблемы?

- Нет, всё нормально, - подтвердил я, чуть-чуть подумав, какие были ощущения. Благодаря беспроводному сопряжению процессора с «командным пунктом» инженеры могли регулировать чувствительность любой точки комбинезона.

- Во время полёта в управлении что-то изменилось? – Гена нашёл эпизод с моим взлётом и «почётным караулом» горластых ворон. Механики сдержанно зафыркали от смеха. Даже Арабелла улыбнулась.

- Нет. Работа движков во время полёта нареканий не вызывала.

- С пятнадцатой минуты данные телеметрии стали меняться, - подсказал Дик. – Графики «покраснели».

- Да, я почувствовал проблемы, - соглашаюсь с Диком. – Правая рука стала «залипать». Даю команду поднять, она сначала дёргается, и только потом выполняет то, что мне нужно. Это критичный момент. Руки – моё оружие. Если я создаю конструкт и швыряю его в противника, то должен быть уверен, что уничтожу его. Но вместо этого удар приходится не туда, куда нужно. Вы сами видели, когда я атаковал манекен.

- Да, я сразу заметил, - Гена достаточно хорошо разбирался в таких моментах, поэтому я особо акцентировал этот момент. – Задержка движения привела к неточному попаданию атакующего конструкта.

- Левая нога тоже стала западать, - продолжил я перечислять недостатки.

- Данные показали, что левая нога «Бастиона» отстаёт от правой на три сотых секунды, - Арабелла, не отрываясь, смотрела на график движения.

- Возможно, это механика. Что с сервоприводом левого колена?

Арабелла сменила график и тут же выдала причину:

- Я вижу, что синто-волокна в жгуте левого бедра уложены с минимальным смещением. Возможно, это произошло в процессе эксплуатации бронекостюма. Нужно по-новому рассчитать натяжение. Смещение в ноль целых одна десятая миллиметра на метр длины даёт погрешность в три сотые секунды на каждый цикл сокращения. За десять минут активного боя эта погрешность будет накапливаться до критического момента, когда пилот просто начнёт спотыкаться.

Я ничего не говорил, медленно попивая из бутылки. А сам думал, насколько нам повезло, что эта своенравная женщина пересмотрела свои взгляды на сложившуюся ситуацию и согласилась работать на «Бастион». Арабелла до мозга костей профессионал высочайшего… нет, запредельного уровня инженерной мысли. Её надо беречь. Когда наше новое изделие появится на рынке, за госпожой Стингрей начнут охотиться, чтобы переманить её… или ликвидировать. Увы, в мире тотальной конкуренции проблему решают лишь двумя способами. Я использовал оба, сначала похитив руководителя «Мехтроникса», а потом банально купив.

- Ваня, запомни, - Берг посмотрел на помощника, и тот кивнул, показывая, что понял.

- Это всё устраняемо, - вздохнул я, отрываясь от бутылки. – Но у нас главная проблема: процессор начал перегреваться. Без комбинезона он не позволял себе таких вольностей.

- Система охлаждения работала? – задумалась Арабелла.

- Работала. По показаниям – тоже никаких проблем. Но перегрев шёл.

- Процессор старый, но без сенсорной сетки он функционировал без нареканий, - Берг остановил воспроизведение и повернулся к Арабелле. – Я ещё вчера заметил, что после пятнадцати минут активной нагрузки он начинает перегреваться.

- Выводы? – Арабелла встала, и скрестив руки на груди, стала расхаживать по мастерской. В облегающих джинсах и кофточке она выглядела очень привлекательно. Стянутые резинкой волосы болтались по спине тугим хвостом. Все мужчины вольно или невольно глядели на аппетитные формы мисс Стингрей.

- Предпочту бронекостюм без сенсорного комбинезона, - честно признался я. – Мне привычнее механика. Поэтому предлагаю сосредоточиться на выпуске двух типов экзоскелета: «Бастион-М» и «Бастион-И». То бишь обычный, механический, предназначенный для пилотов без магического Дара, и с интегратором. Название условное, не претендую на уникальность. «Сенсорное» направление перспективное, но не столь важное сейчас. Со временем, когда мы выйдем на необходимый уровень продаж, можно внедрить эту разработку.

- То есть работу можем продолжить? – уточнила Арабелла, замерев на месте. Она нисколько не расстроилась от моих выводов, но в глубине души, подозреваю, переживала за своё детище.

- Можем, - улыбнулся я. – И даже закажем ту самую линию, о которой ранее шла речь. Возможно, переложив трудоёмкий процесс на автоматику, мы добьёмся лучшего результата.

- Да, у меня такая же мысль, - кивнула женщина. – Ручная «прошивка» ткани – путь в никуда. Очень много огрехов. А ещё нужен протокол шифрования данных между комбинезоном и экзоскелетом. Сейчас используем базовый уровень, который можно взломать при должном желании. Но сетка работает – и это главное. Задержка в семь сотых секунды – штатно. Процессорный блок желательно заменить, если даже он вполне себе работоспособный. А вдруг он откажет в самый ответственный момент?

- Перейду на ручное управление, - улыбнулся я. – Буду действовать на интуиции.

- Ну да, процессор не повлияет на работоспособность экзоскелета, - согласилась Арабелла. – А как быть, если на броню навешаете оружие? Вот ему-то и нужна чётко отлаженная электроника. Куда безопаснее выйти на бой, если ориентация пилота в пространстве осуществляется с помощью комбинированного прибора наблюдения. А ведь это видеокамера высокого разрешения с функциями бинокля, электронно-оптического преобразователя, поиска, захвата и сопровождения движущихся объектов!

- Мисс Арабелла, с этим никто не спорит, - мягко ответил я. – Я лишь указываю на необходимость доработки, не более. Да, к комбинезону надо привыкнуть, потому что ощущения от него несколько… необычные. Но шанс создать качественный продукт есть. А что до меня – я в своём «Бастионе» буду пилотировать без сенсорики.

- Это ваше решение, - вздохнула Арабелла. – Но все данные телеметрии мы сохраним. На случай, если вдруг вам захочется испробовать нечто новое.

- Чтобы заново не проводить калибровку? – догадался я.

- Именно, - прищёлкнула пальцами Стингрей. – И я бы настоятельно рекомендовала поменять контроллер.

- На ваш взгляд, какой можно поставить? – поинтересовался Гена. – Сейчас в «Бастионе» стоит «Архитектор 2.0».

- Немецкий, - кивнула Арабелла. – Достойный старичок. На моём первом «Арморексе» уже тогда стоял американский «Сапфир». Вот его бы я с удовольствием порекомендовала. Увы, здесь его трудно приобрести. Практически невозможно. Правительство САСШ ограничило экспорт высокотехнологичной продукции в страны Европы и Азии. В Россию тем более. Впрочем, те же вестфальцы освоили выпуск «Кванта». Там уже третья версия вышла. Но для «Бастиона» и первая подойдёт.

- Процессоры для будущих бронекостюмов будут закупаться в России, - напомнил я. – Это одно из условий императора. У нас есть два завода, которые их выпускают. Поэтому лучше заранее их протестировать, чтобы выявить возможные проблемы.

- Первая партия «Бастионов» будет готова к сентябрю, - пообещал Дик. – По десять штук «механиков» и «магиков». Вот на них и проверим.

На том и сошлись. Я предложил гостям отужинать вместе с нами. Американцы охотно согласились. Говорю же, Оксана тактически грамотно поступила. После калачиков и плюшек у Арабеллы с Диком разгорелось желание попробовать ещё какие-то русские блюда в исполнении моей незаменимой кухарки. Особенно у Дика. Вон как оживился, услышав от меня приглашение к столу.

За ужином мы продолжили обсуждать разные моменты, связанные с запуском завода и перспективами развития. Мне было интересно узнать мнение Арабеллы, чей свежий взгляд мог рассмотреть нечто такое, что ускользало от нашего внимания. И не удивился, когда она первым делом указала на опасность слияния «Техноброни» и «Экзо-Стали». Опасность, в первую очередь, для нас. Такой гигант запросто пережуёт и выплюнет наше детище, несмотря на крупные фигуры, поддерживающие его. Поэтому мисс Стингрей волновало, насколько серьёзно готов вложиться альянс в «Бастион».

Я на этот счёт промолчал. Кажется, Арабелла ещё не осознаёт, насколько в России всё работает иначе, особенно когда за твоей спиной стоит правящий клан. Единственная проблема, которая волнует меня: никто даже не бьёт в набат, что клан Оболенских планомерно давит на «Техноброню» и готовит крупную сделку с руководством последней. Возможно, и не давит, иначе бы мы наблюдали визг купленных журналистов, что тверские князья нечестно играют. Вместо этого наблюдаем сплошную идиллию с двух сторон. Спасибо Арине. Хоть она следит за телодвижениями этих концернов. По-хорошему, цесаревич уже сейчас должен волноваться и искать грамотного управленца. Князь Елецкий – не та фигура, которая сможет выстроить стратегию развития на долгий период.

Когда я высказал свои опасения, Арабелла со мной согласилась. Управленец необходим, но где его взять? Остаётся пока положиться на удачу, что новый игрок на рынке экзоскелетов привлечёт внимание заинтересованных лиц. Иначе… какой смысл всё это затевать? Сложить в папочку все технологические секреты и прийти к Оболенским на поклон. Дескать, примите в долю! Именно их я считал основными и опасными соперниками. «Атом» - очень перспективный проект. Да и княжна Елизавета Владимировна выглядела весьма довольной, когда мы последний раз с ней общались. Значит ли это, что «Атому» дан зелёный свет? Тогда у нас нет времени.

После ужина мы с Геной проводили американцев до «Сенатора», который любезно им предоставила администрация императора и тепло попрощались. Сегодняшняя встреча оказалась очень полезной в плане нашей стратегии. И пусть вопрос с сенсорным комбинезоном пока подвис в воздухе, мы решили вернуться к нему попозже, когда «Бастион» начнёт функционировать в полную мощь.

Охрана Арабеллы и Дика села во вторую машину и сразу же заняла место впереди «Сенатора». Мигнув габаритами, маленькая кавалькада покатилась по улице и вскоре исчезла за поворотом.

- Телохранителей накормили? – спросил я подошедшего Петровича. Он пришёл проверить пост у ворот.

- Конечно, княжич. Они вместе с ребятами ужинали.

- Отлично. Теперь можно и отдохнуть, - я развернулся и направился домой.

- А что делать с комбинезоном, Андрей Георгиевич?

- Пока спрячь в сейфе. И накопитель с калибровкой туда же. Пусть до лучших времён лежат.

- Понял, - Гена свернул направо и по дорожке потопал к мастерской.

Я поднялся в свои апартаменты и тяжело вздохнул. Да, эксперимент выдался непростым. Испытывал ли я разочарование от не слишком удачного испытания комбинезона? Да вряд ли. Без него у меня ничуть не хуже удавалось управлять «скелетом». А в преддверии намечающихся летних мероприятий лучше вообще избегать каких-то нововведений. «Бастион» должен работать как часы, потому что пятой точкой чувствую: он мне скоро понадобится.

Посмотрел на часы. Время посетить Источник ещё есть. «Привяжу»-ка я Астрид, потому как не терпится увидеть, чем дело закончится. И ещё кое-что надо проверить.

Взяв нож Стейна и пакет с волосами Снежной Кошки, я направился к Источнику, не забыв предупредить дежурную охрану. Подумав, добавил:

- Если меня долго не будет, панику не разводить.

- До какого момента? – задал правильный вопрос Влад, который заступил на ночную вахту.

- До трёх ночи, - отчего-то ответил я. Ну да, если собираешься исследовать иные миры, лучше подстраховаться по времени. Думаю, пяти часов на эксперимент хватит.

Примечание:

[1] Тавасты (тавастландцы) - западная ветвь финнов, отличающаяся от восточной, карельской, по внешности, характеру и языку.

Глава 9

1

Нина до сих пор не могла отойти от разговора с отцом после семейного обеда. И весь следующий день переваривала его слова. Горечь, обида, непонимание – всё куда-то ушло, когда она услышала, что хочет от неё Глава рода. Остался страх. Не за себя. Нина не сомневалась: Андрей её защитит. А вот что будет с родителями, это ещё вопрос.

…Отец заглянул в комнату Нины вечером, когда она полностью погрузилась в изучение новостей о нападении на «Скандинавский экспресс». Ей хотелось понять, что на самом деле произошло. Она доверяла официальным сообщениям, но хотелось бы более полного освещения такого неординарного события.

- Открыто! – крикнула девушка, услышав вежливый и настойчивый стук. Так всегда предупреждал о своём появлении отец.

Василий Романович вошёл в комнату с каким-то загадочным видом. Нина могла бы даже сказать – заговорщицким. Мужчина плотно закрыл дверь и прошёл к столу, на котором громоздились учебники. Сел на стул, жалобно скрипнувший под его весом. Потом чуть наклонился вперёд, упершись ладонями в колени.

Нина со скрещенными ногами сидела на кровати. Отложив телефон в сторону, выжидающе поглядела на отца.

- Сегодняшний звонок во время обеда – он был от цесаревича, - не ходя вокруг да около, сказал Захарьин-старший.

- Всё никак не успокоитесь? – язвительно спросила Нина. – Ну не получилось у меня охмурить княжича в «Гранд-Отеле»! Интересно, как бы я на глазах охранников Андрея проникла ночью к нему в номер?

- Не перегибай палку, не о том сейчас речь, - поморщился отец. – Да, Его Высочество интересовался перспективами ваших отношений и, конечно же, напомнил о договорённостях. Помолчи, дай мне мысль оформить! Насколько я понял, свадьба Великой княжны и княжича Мамонова в этом году маловероятна. Помолвку планируют осенью, скорее всего – в сентябре. Я это понял из одной обмолвки. В общем, дочь… Я тебе не враг, не какой-то там злыдень, толкающий собственного ребёнка на преступление. Но ты должна понимать, что у Захарьиных появился шанс зажечь искру Дара. И твоя плата не настолько трагична, как ты себе представляешь.

- Хватит об этом, - обронила Нина. – Я уже смирилась. Дайте мне немного времени обдумать, как лучше уложить княжича в постель.

Раньше за такие слова отец исхлестал бы её, невзирая на то, что она девочка, его дочь. А теперь она без всякой стыдливости и ужаса говорит это в лицо родителя.

- Как раз о времени и хочу поговорить, - Захарьин тоже никак не отреагировал на слова Нины, а вот сердце болезненно сжалось от горя и ненависти к самому себе. – Мстиславские настаивают, чтобы к сентябрю ты могла предстать перед Целителями с… кхм, результатом своей связи с Андреем.

- Чтобы была возможность уберечь Лиду от страшного Мамонова, если что-то случится с моей искрой? – презрительно скривилась Нина, сразу вскрыв подоплеку приказа.

- Всё правильно. Так и есть.

- А если я забеременею? Что со мной будет? Вернее, с моим ребёнком? Его вытравят? Убьют?

- Глупая девчонка! – взъярился отец, сдерживая себя от крика. – Никто не станет убивать плод. Он ведь будет нужен Целителям для контроля Дара! Или чего иного…

- Папа, мне не дадут родить ребёнка раньше Великой княжны или принцессы Инглинг, - как маленькому пояснила Нина, вспомнив разговор с Ариной. – Во-первых, это сразу вызовет конфликт интересов. Во-вторых, мой первенец будет носителем уникального Дара, да ещё усиленного. По плану Мстиславских, матерью этого ребёнка должна стать Лидия, если, конечно, её не опередит кто-то из других жён Андрея. Например, Астрид. Я даже не представляю, какое давление со стороны отцов идёт на бедных девочек.

- Но ведь вы формально не будете женаты, - усмехнулся Захарьин. – А значит, первенца родит именно будущая княгиня Мамонова.

- Которая из них? – несмотря на дикость разговора, лукаво прищурилась Нина.

- Тьфу ты, - едва не выругался отец, поняв свою ошибку. Хохотнул. – Ты права, дочка. Конечно же, Лидия Юрьевна.

- Или Астрид?

- И такое может быть, если консуммация брака произойдёт одновременно, - почесал затылок Захарьин. – Это всё гадание на кофейной гуще. Поживём – увидим.

- Я тебе говорю, меня заставят избавиться от ребёнка, - сжала зубы Нина. – Ты так слепо веришь добродетельности Мстиславских? Они же преследуют свои цели, и любое препятствие сочтут угрожающим их клану. Лучше будет, если я не понесу от Андрея. Найди какую-нибудь знахарку, которая изготовит противозачаточное зелье. Или таблетки уже сейчас начну принимать.

- Подожди, не горячись, - поднял руку Захарьин. – Что будет, то будет. Макошь так заплетает нити судьбы, что диву даёшься. Поэтому я хочу сказать тебе, дочка… Если у вас что-то выйдет, я спрячу тебя так, что ни одна ищейка Мстиславских не найдёт. Родишь тайно, никто не узнает. Переждёшь свадьбу Великой княжны и принцессы Скандии, рождение их детей, и только потом вернёшься в Москву. В любом случае Мамонов от тебя никуда не денется, раз уж кольцо преподнёс.

Нина машинально поглядела на колечко, по ободку которого ярко сверкнули расшалившиеся элементали. Они чувствовали настроение хозяйки и реагировали соответственно.

- Сыграете свадьбу позже, Андрей признает ребёнка, - продолжал рассуждать Василий Романович.

- Пап, ты же прекрасно понимаешь, что император даст приказ службе безопасности найти меня во что бы то ни стало, - покачала головой девушка. – И ГСБ найдёт. С такими ресурсами, высокоранговыми магами это будет легко. Это не выход… А что случилось, что ты решил поддержать меня, если я забеременею?

- Первенец получит Силу обоих родителей, - уверенно ответил отец. – Я хочу, чтобы Захарьины получили дополнительную возможность усилить Дар.

- Но ребёнок не будет иметь прямого отношения к Захарьиным, разве что наполовину.

- Ничего, дочка, - улыбнулся Василий Романович. – Пусть даже и наполовину. Кровь Захарьиных никуда не денешь. То, что у нас отобрали когда-то, должно вернуться сторицей.

- Это авантюра, - покачала головой Нина. – За подобное можно лишиться всего, даже жизни. Подумай о маме, Даньке, чем ты рискуешь. Не стоит оно того.

- Ладно, пока не будем делить шкуру неубитого медведя, - Захарьин прихлопнул ладонями по коленям и поднялся. – Сама решай, как поступать. Да, ещё… Цесаревич предупредил, что приставит к тебе Целителей клана для ежемесячного осмотра. Дело серьёзное, нам уже не увильнуть в сторону.

- Тем более, - насупилась Нина, а сама похолодела от страха. А ну как обнаружат, что она с чего-то стала обладательницей антимагии?– А ты собрался меня куда-то прятать. Отказаться-то не мог? Родную дочь под микроскопом будут держать… Узнает кто – позору не оберёмся.

- Утечки не будет, - уверенно ответил отец. – Слова своего Мстиславские не нарушают. И это…, - он замялся. - Если у тебя появятся вопросы по женским делам, обращайся к маме. Она всегда поддержит, посоветует.

Девушка демонстративно взяла в руки телефон, как будто показывая, что разговор закончен. Ей было противно от осознания предательства родного человека. Пусть он и поклялся защитить её, веры слову отца уже не было. Прикажут Мстиславские привести свою дочь в лабораторию, он без слов подчинится. Поэтому ни в коем случае нельзя допустить залёта. Представив, что ещё неродившегося ребёнка целенаправленно изучают на предмет антимагических воздействий, а потом – убивают, Нине сделалось дурно. Слёзы сами по себе покатились из глаз. Девушка всхлипнула, вытерла ладошкой влагу, и со злостью отбросила мобильник в сторону. Мысль, которую она так долго обдумывала, стала проклёвываться маленьким, но уверенным росточком. Никаких сомнений, правильно ли поступит, у неё уже не осталось. А с Андреем она ещё поговорит откровенно, когда останется с ним наедине.

…Предложение Лиды Мстиславской справить день рождения Андрея увеселительной прогулкой на яхте стало для Нины неожиданностью. Оно полностью ломала задуманное, поэтому девушка оставшиеся занятия была в лёгкой прострации, не вслушиваясь в то, что говорят учителя. За свою рассеянность на биологии Нина получила замечание, хорошо – обошлось без плохой оценки. Всё-таки Захарьина была одной из сильных учениц по этому предмету.

После уроков она не спешила домой. С улыбкой попрощалась с Лидой и Вероникой, спустилась в гардеробную гораздо позже них, но не стала одеваться. Оставшись в вестибюле лицея, она удостоверилась, что Мстиславская села в машину и уехала, как и княжна Елецкая. И уже спокойно поднялась обратно на опустевший этаж, где работала Арина.

- Ты не занята? – вежливо постучав, Нина заглянула в её кабинет.

Княжна сидела за экраном ЭВЦ, без спешки постукивая пальцами по клавиатуре. Подняв голову, кивнула, приглашая гостью зайти. Нина закрыла за собой дверь и скромно присела возле стенки на стуле. Она терпеливо ждала, когда Арина закончит работу с документами, и даже отключила звук на телефоне, чтобы тот не вовремя не зазвонил, нарушая рабочую тишину.

Наконец, щёлканье клавиш затихло. С видом победительницы Голицына занесла пальчик с накрашенным ногтем над клавиатурой и опустила его. Щёлк!

- Ну, вот и всё! – улыбнулась она, глядя на Нину. – У тебя что-то случилось?

- С чего ты взяла? – Захарьина попыталась сыграть удивление, но, кажется, не удалось.

- Да ты на обеде с таким видом сидела, как будто решала в голове проблему телепортации с помощью универсального артефакта, - пошутила княжна.

- У девушек нет подобных проблем, - улыбнулась Нина в ответ. – Это слишком сложная наука. Пусть ею господин Брюс занимается. У меня другое… Вчера отец разговаривал с цесаревичем.

- Ага, вот в чём дело, - Арина понятливо кивнула. Она не торопила Нину с подробностями, но сама уже начала анализировать ситуацию.

- Я не знаю подробностей разговора, но папа пришёл в мою комнату, чтобы пообщаться наедине, - вздохнула боярышня. – В общем, Мстиславские всерьёз стали давить на него. Полагаю, всё это связано с предложением Андрея. Они торопятся, потому что речь уже зашла о помолвке. Арина, я… я не хочу быть подопытной крольчихой. Такое ощущение, что меня схватили за уши и несут в клетку с кролем. Если бы Андрей не проявил ко мне внимание, не сделал предложение – я бы просто сбежала. Куда угодно, хоть на край света…

Арина слушала молча, изредка кидая взгляд на экран. Видимо, отслеживала какую-то информацию по Сетям.

- В общем, я решилась, - выдохнула Нина. – Мне нужна твоя помощь, Ариша.

- Какая именно?

Нина, смущаясь и краснея, набросала план своих действий. Княжна внимательно, с зарождающимся в сердце сочувствием, но никак не с ревностью, вслушивалась в сбивчивую речь девушки.

- Поможешь? Я понимаю, насколько мерзко выгляжу со своим желанием, но у меня нет иного варианта. Между «хочу» и «нужно» никак не проложишь нравственную границу, отчего готова выть с отчаяния.

- Мне стоило бы тебя выставить за дверь за такую просьбу, - старясь говорить помягче, ответила Арина, - если бы не знала твою историю. Значит, ты хочешь воспользоваться моментом во время празднования дня рождения Андрея? Есть несколько нюансов, которые могут Лидию насторожить. Во-первых, бронирование гостиницы Великая княжна взяла на себя. И как она будет распределять номера, не знаю. Если, к примеру, я подойду к Лиде и попрошу сделать так, чтобы ваши комнаты оказались рядом, она сразу всё поймёт. Я допускаю, что Мстиславская в курсе манипулирования Василия Романовича её отцом и императором, но может сорвать твой план только из-за ревности и вредности. Во-вторых, ты должна понимать, что вечеринка может затянуться надолго, и Андрей, возможно, вообще не появится в номере. Уединится с друзьями где-нибудь на берегу реки, чтобы выпить пива или вина… Да, ты можешь написать ему записку, придав ей флёр загадочности. Но не факт, что он клюнет. Более того, сразу подумает, что ему готовят ловушку. Не забывай, сколько раз на княжича покушались. В-третьих, Лида сама может воспользоваться ситуацией, раз Андрей сделал ей предложение. Да, неправильно с точки зрения морали, но ей не садиться на трон. У неё иная задача – родить наследника с анти-даром. Почему бы не вкусить запретный плод, если он так близок?

- Она не рискнёт пойти на такой шаг, - уверенно ответила Нина. – Цесаревич за своей дочерью будет следить до того момента, пока не убедится в безопасности её магической искры.

- А если Лида захочет «перестроить» свой Дар? – с улыбкой покачала головой княжна Голицына. – Перед её глазами пример: ты и я. С нами ничего страшного не произошло. Значит, и она может рискнуть. И когда получит «противоядие» в виде антимагии, то вполне решится на близость с Андреем. Лида – горячая девочка, эмоции вместе со спонтанностью часто перевешивают здравый смысл. Для политика эта черта характера неприемлема. Думаю, Его Величество уже давно «прочитал» внучку, поэтому и решил выдать её замуж за Мамонова, тем самым совершив очень сильный манёвр по сближению с якутским кланом. Так что я не исключаю финта от Лиды.

Произнеся это, Арина засомневалась в своих же словах. Ведь Лида должна держать в тайне от семьи факт перенастройки Дара, иначе Мстиславские поймут, что Андрей может легко «штамповать» Антимагов без обязательной интимной близости. Потом, её ведь будут осматривать Целители не менее регулярно, чем Нину. И если врачи выявят, а они выявят сразу, что Великая княжна уже не девушка, то скандал будет жуткий. Так что и принцессы, и Арина – только после свадьбы.

- И что делать? – прикусила нижнюю губу Нина.

- Есть другие варианты, не обязательно зацикливаться на дне рождения. Да, такой подарок Андрей оценит, не спорю, - Арина не удержалась и улыбнулась, пусть ситуация и не способствовала хорошему настроению. – Но это очень рискованный ход со многими неизвестными. А ты сними номер не в самом дорогом, но симпатичном отеле на день-два, «замани» туда Андрея с выдумкой и фантазией, устрой ему праздник.

- До дня рождения? – улыбнулась Нина чуточку смущённо. – Подарки вроде как раньше не дарят.

- В исключительных случаях можно, - уверенно ответила княжна.

- И где такой отель взять? – задумка Арины перекликалась с мыслями Нины, и она не стала отвергать этот вариант.

- Только не в Москве, - категорически проговорила княжна. – Например, можно организовать поездку на выходные дни в Суздаль, Ярославль или Рязань. Посмотри, там должны быть неплохие гостиницы. Забронируй двухместный номер. А дальше… всё в твоих руках.

- Спасибо! – глаза Нины заблестели от забрезжившей впереди надежды. – Так и сделаю. Скажи, а ты с Андреем ещё не…

Она запнулась и густо покраснела. Голицына грустно усмехнулась.

- Нет. Может оттого, что я не стою перед таким жёстким выбором, как ты, - ответила она после недолгой паузы. – А может, Андрей хочет казаться перед своими избранницами идеальным и морально устойчивым человеком. Он даже перед Лизой Оболенской выстоял. Знаешь, иногда хочется спровоцировать его на необдуманный поступок, чтобы вылезли наружу только одни эмоции, чувства, дикая первобытность… Желаю тебе сорвать с Андрея эту задубевшую кожу. Я хочу видеть живого, страдающего, любящего и немного нагловатого юношу. А то Мамонов слишком увлёкся войнушками. Такое ощущение, что у него вообще гормоны спят.

Она подняла руку, любуясь вспышками элементалей в своём кольце.

- Заговор невест? – подмигнула ей Нина.

- А то! – в том же тоне ответила Арина, и девушки, облегчив друг перед другом душу, весело рассмеялись.

2

Меня слегка потряхивало от предстоящего эксперимента. Нет, с волосами Астрид я не беспокоился так, как в ожидании привязки ножа к Источнику. Дело в том, что этот момент не решал проблему якоря между мирами. Не буду же я постоянно носить холодное оружие в Алтарный зал, когда захочется прогуляться в чужой Яви. Может, изготовить филактерию, где будет храниться моя кровь? В общем, ничего я пока не решил. Не факт, что сегодня у меня получится пробить портал.

Источник оживлённо замерцал, когда я спустился в подвал. Языки холодного пламени, расцвеченные вспышками Стихийных энергий, взвились к потолку, приветствуя своего Повелителя. В душе ворохнулось торжество от проделанной работы. Я сотворил нечто уникальное, в этой Яви считающееся невозможным, соединив в антимагическом Алтаре все доступные одарённым людям Стихии. Разрушив старое, создал новое и единственное в своём роде сочетание магии и антимагии. Да, мне помогали в силу возможностей и доступности информации, но это всё теория. Практика – вот суть движения вперёд, только она позволяет накапливать знания. Проводя эксперименты, я неоднократно рисковал погибнуть. Да и сейчас не исключаю подобных моментов. Похождения в чужие миры опасны и непредсказуемы. По-хорошему, туда я должен заходить с охраной. Но… юношеский максимализм всегда подталкивает на авантюры, он не знает страха смерти. Опасность? Тьфу, справлюсь!

Я вздохнул и вытащил из кармана штанов пакет с волосами Астрид, подошёл поближе к Источнику.

- Здравствуй, дружок, - улыбаясь, положил руку на тёплую поверхность чаши. – Как ты без меня? Не шалил?

Источник жив, пока даёт энергию своему хозяину, пока чувствует биение его сердца, токи крови по венам и артериям. И я разговаривал с ним, как с самым близким другом. Для кого-то подобное отношение к артефакту, пусть и магическому, вызовет смех. Ну, в том случае, если зайдёт в Алтарный зал. Но он не зайдёт, справедливо опасаясь последствий. Только ограниченное число людей теперь могут находиться возле моего Источника. Полноценно и без опаски – трое, не считая меня: Арина, Нина и господин Брюс. Ни один из них не станет потешаться над моими словами. Почему не Астрид? Я пока не знаю, примет ли её Источник. С Брюсом понятно. Он владеет какой-то техникой, позволяющей «закрываться» от негативного воздействия любого Источника. Знать бы, какой… В число допущенных входят оперативники, взаимодействующие с чужими Алтарями, потому что их защищают уникальные артефакты, которые изготавливаются только для членов МК, и то не для всех. Допускаю мысль, что и у императора и наследника тоже такие есть. И всё.

- Хочу познакомить тебя ещё с одной девушкой, - сказал я.

Источник замерцал цветами всех Стихий, как будто хотел воскликнуть: «Ещё одна? Ну ты и ловелас, хозяин!»

Я усмехнулся и двумя пальцами извлёк из пакета локон Астрид. Он до сих пор источал запах духов принцессы. Процедура «знакомства» оказалась прежней. Положив волосы на поверхность Алтаря, я отошёл подальше и стал наблюдать. Пока ничего не происходило. Я ждал. Прошло ещё пять минут. В глубине души стала подниматься паника. Неужели отвергает? Но какой должна быть реакция Источника?

По поверхности гранитной чаши пронеслись всполохи серебристо-голубых молний, а затем она стала покрываться инеем. Холодное пламя тоже окрасилось в голубой цвет и растеклось по Алтарю. Словно кракелюры, во все стороны расползлась ледяная паутина. Впору чесать макушку. Каждый раз какой-то сюрприз. И что сие означает? Астрид прошла проверку или нет? Судя по визуальной картинке, Источник обнаружил истинный магический атрибут, которым владеет «водная» принцесса. А что дальше?

Пламя по-прежнему отбрасывало на стены подвала голубые отсветы, но в них появились красные и зелёные оттенки. А потом вспыхнуло яростно, загудело, распространяя вокруг себя ледяной холод. Барабанные перепонки мягко сдавило от перепада давления, хрустальный звон прозвучал где-то на периферии, что оказалось сюрпризом. Магический выплеск? Каким образом он преодолел антимагический барьер Алтаря?

Я на всякий случай отошёл ещё дальше, держась за рукоять ножа, висящего на поясе. Мало ли, вдруг придётся убегать от излишне «разволновавшегося» Источника! Но опасения оказались напрасны. Через две-три минуты его пыл иссяк, а языки пламени слизнули белоснежные волосы Астрид. В чаше замерцал умиротворённый огонь, вполне себе привычный.

Он принял Дар Астрид Инглинг, понял я. Магический Дар принцессы оказался сильнее всех, поэтому Источник так среагировал. Сюрпризом это для меня не стало, но требовало разъяснений. Астрид – очень сильная одарённая. Что сыграло роль столь насыщенной маной искры девушки? Нужно понять, кто она такая. Стихийница Воды, обладает атрибутом Льда, дочь Харальда Инглинга, кровь от крови его. Я не знаю, насколько силён Дар короля или дротсконы Сиггрид. Не знаю истинной Силы самой Снежной Кошки. Но подозреваю, что она весьма приличная. Что ещё? Таких вводных недостаточно. Так, стоп! Астрид – первенец Сиггрид! Значит, это обстоятельство сыграло свою роль в развитии ядра Силы. «Первый ребёнок получает от родителей огромные возможности Дара», вот главный постулат магической теории, которая в восьмидесяти процентах подтверждается. Именно возможности(!), которые ещё нужно выпестовать, если хочешь стать мастером магического искусства.

Теперь пробежимся по родословной девушек. Лида – не старший ребёнок цесаревича Юрия Ивановича. Она родилась через год после Павла. Да и так ясно, что у Великой княжны не столь мощный потенциал, как у отца. Я сполна оценил его, когда выступал против Лиды на ристалище. Сильная девушка, но свои возможности она не развивала в должной мере.

Арина – старшая дочь Василия Ефимовича и Марии Алексеевны. Тут мог возникнуть сбой в теории, если бы я не подозревал, что Дар Стихии княжны был полностью направлен в иную ипостась: Дар Калиты. Так что, по сути, Арина тоже распылила свои возможности.

Дальше у меня идёт Нина Захарьина. Кстати, а кто раньше родился? Она или Данька? Кто в метрике записан первым? Почему-то я уверен, что это никакой роли не играет. Изощрённая игра природы могла распределить Силу между двойняшками. А там как хотите.

Кажется, разобрался. Из моих размышлений делаю вывод: все мои первые дети получат неплохой бонус в виде антимагической Силы. А если нет – прокачаю их возле Источника. Такие возможности, которые я получил, грех не использовать для усиления искры всех своих жён и детей.

- А теперь продолжим эксперимент, - я отстегнул клапан ножен, вытащил кинжал, который уже привязал к себе кровью, и шагнул к Алтарю. Приятная тяжесть оружия успокаивала. Сейчас для меня главное вспомнить метод открытия портала. Как там писала Тёмная?

«Для начала найди точку, где несколько пространственных и временных линий сходятся. Таким узлом может быть перенастроенный Алтарный Источник. Чтобы просмотреть вероятностные линии, требуется состояние гиперфокуса и изменённого сознания. Методы входа в эти состояния: правильное дыхание, медитативные паттерны, работа с символами-ключами. Вместо магической энергии для фокусировки используй антимагическую пустоту, чтобы «заглушить» шум текущей вокруг тебя реальности и услышать «шёпот» соседних».

Надо же, запомнил. Но я решил провернуть тот же фокус, что и в прошлый раз. Поэтому первое, что сделал – создал сопряжение между ножом, Источником и собой. Своеобразный треугольник, который связал нас в единое целое с помощью крови. Для этого я решил не полосовать свою многострадальную ладонь, а всего лишь уколол кончиком клинка палец. Выдавил часть выступившей крови на Алтарь и на матовое лезвие.

Никаких заклинаний, имеющих странную и непонятную лингвистическую структуру. Всё это чушь. Действие, производимое с помощью магических вещей, куда мощнее, чем бормотание заученных фраз. Я видел, что моя методика работает. Источник накрыл лежащий на краю гранитной чаши нож белесым, с синевато-огненными прожилками, туманом, окутал руку, что держала рукоять – и через некоторое время рассеял невесомое покрывало. Элементали в этом действе не участвовали. Сегодня не их день.

Меня с головы до пяток основательно тряхнуло странным разрядом, похожим на электрический. Руку свело судорогой. Самым разумным показалось прекратить эксперимент, но я же считал себя практиком! «Познай на себе»! С таким подходом я могу остаться здесь надолго, пока не превращусь в мумию или охрана не догадается позвать оперативную группу Магической Коллегии или самого Брюса. Только они способны подобраться к Источнику.

Руку отпустило, но неприятные подёргивания остались, да и пальцы ещё долго разгибал. Зато главное сделано: Источник и нож прекрасно чувствовали друг друга. Мало того, я разглядел рунические вязи по всей длине клинка, засветившиеся бледно-алым цветом.

А что, если… Подняв нож, я приставил его острием к гранитной поверхности Алтаря и надавил на рукоять, подспудно ожидая чего-то необычного. Клинок с лёгким сопротивлением вошёл в камень до половины, но этого было достаточно, чтобы я в панике начал тянуть его обратно. Тщетно. Подобно легендарному мечу Артура мой нож тоже решил стать мифологическим артефактом.

Ну вот, приехали. Дурные мысли голове покоя не дают, да? Что теперь делать? Успокоиться, войти в медитативное состояние, почувствовать тишину мироздания. Умиротворённое пламя Источника сработало как свеча – я ощутил медленное погружение в вязкое состояние небытия. Чернота вокруг меня стала непроницаемой, а сам я превратился в центр мироздания. Дикое количество энергии, которое ощущалось мною всеми порам кожами, должно было найти выход. И оно его нашло.

Что-то тонко хрустнуло, пошло извилистыми змейками трещин во все стороны, образовывая туманный овал в паре-тройке шагов от меня. Молочная завеса постепенно рассеивалась, открывая взору какой-то захламлённый участок парка с чугунной оградой. Кованые прутья в одном месте были выломаны, а натоптанная дорожка по обе стороны дыры подсказывала, что этот путь довольно популярен среди местных жителей.

Сомнений не оставалось. Мне снова удалось открыл портал. Только куда на этот раз? Внимательно разглядываю пейзаж, не торопясь шагнуть через барьер. Судя по изумрудной зелени, сейчас начало лета. Трава в парке свежая, молодая. Листочки колышутся на лёгком ветерке. За деревьями проглядываются очертания какого-то здания из кирпича. Чуть левее от входа в портал замечаю металлические коробки. Часть из них довольно старые, с ржавыми потёками. Другие выкрашены серебрянкой или шаровой краской. Судя по размерам, в них можно спокойно спрятать легковой автомобиль. Значит, гаражи? В «моей» Москве подобных строений нет. Машины стоят или на специально оборудованных стоянках или в гаражных боксах, сдаваемых ушлыми купцами. Навроде доходных домов. Если хочешь личное помещение для авто, нужно найти организацию, занимающуюся строительством так называемых «гаражных консорциумов», и купить место. Подобные строения, увиденные мною, просто не имели шанса появиться в столице моего мира.

Я вздохнул и сделал шаг вперёд. Как бы то ни было, надо идти и смотреть, куда ведёт портал. Та ли эта Явь, куда я попал в прошлый раз, или удалось пробить новый тоннель в системе «восьми румбов», о чём утверждал Миша Назаров в моём то ли видении, то ли во сне.

В лицо пахнуло терпким воздухом, насыщенным запахом свежей листвы и пыли. Где-то неподалеку проходила дорога. Я слышал беспрерывный шум моторов, звуки клаксонов. Критически оглядел себя. Похвалил себя за осмотрительность, что заранее снял перстни и оставил их дома. Опять же, одежда подходящая: свободные спортивные штаны, тенниски на ногах, свитер немного выбивался из образа… А что такого? Прохлада, несмотря на солнце, вполне ощутима. Вон, кстати, мелькнула фигура человека, идущего в лёгкой куртке. Предположительно, здесь сейчас май. Время сдвинуто на два месяца вправо?

Прежде чем идти дальше, на всякий случай посмотрел, не исчез ли портал, выпустив меня в чужую реальность. Вроде бы на месте. Ну что, идём?

Дорожка под моими ногами разделилась надвое. Одна уходила влево к тому самому кирпичному трёхэтажному зданию с большими окнами, выкрашенному в жёлтые, розовые, зелёные и бежевые цвета. Но туда я бы никак не пробрался из-за высокого сетчатого забора, полностью ограждавшего чистую и ухоженную территорию. Поэтому выбрал вторую тропинку, вильнувшую к металлическим коробкам. По ней я и пошёл, потому что логически предположил: если это гаражи, то где-то неподалёку выход на автомобильную трассу. Главное, не забыть точку выхода. Снова обернувшись, заметил едва заметное серебристое мерцание овала. И с каждым шагом оно становилось всё более блеклым. А потом пропало. Беспокойство всё равно скреблось где-то под сердцем. Вдруг какой-нибудь абориген обнаружит портал и сдуру сунется в него? Последствия представить нетрудно. Источник убьёт того, у кого нет допуска к Алтарю.

Но лавры первооткрывателя затмили все опасения, оставив жгучее желание продолжить исследования. Интересно, почему портал открылся именно в этой Яви? Как и тогда, по какому принципу он действует?

Я замедлил шаг. За кустами акации, растущей вдоль задних стен гаражей, слышались голоса, довольно молодые. Осторожно прокрался вдоль зарослей и увидел небольшую группу парней лет семнадцати-восемнадцати. То есть, мои ровесники. Четверо из них, одетых по-разному – кто в куртке, кто в футболке, но все в джинсах – стояли полукругом, не давая вырваться из капкана ещё одному парню. Тот был худощавым, среднего роста, по комплекции явно проигрывающим оппонентам… или врагам? Аккуратная причёска, хорошая и очень дорогая одежда, не чета той, в чём щеголяет эта агрессивная четвёрка. В этом я разбираюсь. Как и в том, что агрессия из ребят хлещет, как вода из лопнувшей трубы.

- Думаешь, если твой папаша с губером делишки мутит, ты отмажешься от долга? – говорил один, самый высокий и плечистый. Он засунул руки в карманы и пренебрежительно цедил сквозь зубы каждое слово. – Это другая система, не пересекающаяся с нашей. Здесь каждый платит, чтобы ходить и учиться спокойно. Тебе нравится каждый раз пи***лей получать?

- Я не стану вам платить, - ответил паренёк. Ему было страшно, и тем не менее, он держался, гордо вздёрнув подбородок. – Кто вы такие, чтобы с меня требовать какую-то дань?

- Мы здесь живём. Вся эта территория – наша земля, наша школа. А твой папаша с другими дельцами сделали из неё лицей для богатеньких. Кто не может платить за учёбу – перевели в другие школы, - продолжал поучать широкоплечий. – Если ты остался, то плати.

- Чё ты ему втираешь, Санёк? – сплюнул чернявый паренёк в футболке с надписью на английском языке. Не могу разобрать, что там написано. – Всеки разок для понимания. Задрал уже своей гордостью. Хочет огребать, его дело.

- Верно говоришь, Добрый, - усмехнулся Санёк и без размаха воткнул кулак в живот парня в стильной одежде. Тот всхлипнул и загнулся. Последовал ещё один удар, причём, этот бычок целил явно в почку. – Ты дебил, Колесников. Неужели трудно пять косарей в месяц у папаши попросить? И сам бы не огребал, учился спокойно, и мы бы к тебе не приставали. Другие же платят. Ты чем хуже их? Кузя, сколько там долга накопилось?

- За десять месяцев – пятьдесят штук, - Кузя, больше похожий на заумного ботаника, деловито поправил очки. – С процентами… ещё десятка.

- Итого – восемьдесят, - совсем не в шутку проговорил Санёк, а не от того, что считать не умел. – Короче, послезавтра приносишь восемьдесят косарей сюда – и мы в расчёте. Доучивайся спокойно. Или есть куча других вариантов, которые тебе не понравятся.

- Каких? – к тому времени Колесников справился с болью и разогнулся, привалившись к стене гаража.

- Можем отправить тебя в больницу с переломами, и ты пролетаешь с экзаменами. Можем разослать по мессенджерам то видео, где ты закладку искал…

- Я не искал закладку! – вскинулся парень. – Чего вы гоните?

И снова получил в живот.

- Гонят лошадей на водопой, - пояснил Санёк и схватил своей ручищей подбородок Колесникова. Вздёрнул его вверх, глядя с видом удава, гипнотизирующего кролика. – Мы можем и полиции показать. Хочешь, чтобы тебе срок влепили?

Я с трудом сообразил, что все эти «штуки», «косари» - суть деньги. Парня заставляют платить некую дань, откуп. Его отец - весьма крупная фигура в городе, вхож в кабинет губернатора. А сам Колесников учится в лицее. Вероятно, то самое разноцветное здание за сплошным забором.

Колесников… Где я слышал эту фамилию? Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы сообразить. Это же Алексей Колесников, десятиклассник из частной школы «Золотое Руно»! Вряд ли я наткнулся на какую-то иную параллель, где есть такой же ученик. Не утверждаю, но… слишком уж натянуто. Я снова в Яви, где побывал недавно и утащил оттуда футболку с гербом и монету. Оставался вопрос, почему портал выбросил меня сюда, а не в комнату Алексея. У меня нет иных теорий, кроме одной: всё, что связано с Колесниковым, становится неким маячком, заставляющим открывать портал в его мир рядом с ним!

Кстати, что такое «закладка»? Судя по реакции Алексея, что-то предосудительное, и даже опасное, раз за такое срок дают. Надо парню помочь. Вдруг выясню что-то полезное. Но самое главное: есть ли в этой Яви магия?

Я кашлянул и стал ломиться через кусты, ругаясь вполголоса. На голову посыпалась какая-то труха, за свитер цеплялись ветки, но мне удалось продраться к компании с удивлённым видом.

- Лёха? – воскликнул я, отряхиваясь. – Колесников? Вот так встреча! Каким ветром тебя сюда закинуло? А я в гараж машину поставил, слышу голоса, понять ничего не могу. Пошёл посмотреть. Правда, метров сто пришлось обходить, тут же прохода нет…

- Это что за чмо? – хохотнул Добрый, оглядывая меня с головы до ног. – Ты кто такой, чепушила?

- А чё это вы к Лёхе пристаёте, братва? – я посмотрел на Колесникова, у которого глаза округлились до состояния императорского рубля А он, скажу я, немаленький. – Деньги вымогаете? Нехорошо. Господин Колесников узнает, руки вам выдернет и в задницу вставит.

Раздался дружный смех. Кажется, вариант с запугиванием не сработал. Да, проблема есть. Не знаю, какую лексику используют местные гопники, как общаются люди. Но я не собирался давать заднюю, и подмигнул Колесникову.

- Пошли, что ли? Не бойся этих гамадрилов рогатых, вдвоём-то всяко-разно одолеем. Помнишь, как мы на тренажёрах приёмчики отрабатывали? – я шутливо сделал боксёрскую стойку и помесил кулаками воздух. Но не просто так. Проверял, могу ли разогнать ядро в незнакомом мне мире. К своему облегчению, получилось. Кулаки налились свинцом, по меридианам и каналам пошла энергия.

- В натуре, какой-то блаженный, - хмыкнул Санёк, с хрустом сжимая свои кулачищи. – Братья, что ли?

- Соседи, - ответил я и внезапно изменил положение, встав так, чтобы сразу же начать атаку. Стёр улыбку с губ, и голосом, полным льда, добавил: - Валите отсюда, ребятки. Потому что я расскажу отцу Лёхи, что у его сына вымогают деньги за спокойную жизнь в школе. И что вообще там творится. Это неправильно. Думаю, уже завтра у вас появятся проблемы.

Опять смех, но какой-то напряжённый. Значит, почти в яблочко попал! Боятся-таки здесь полиции. Надо только понять, на что давить. Ну, Лёха, давай, отмирай! Пялится на меня, словно и в самом деле пытается узнать. А время идёт!

Есть здесь магия или нет? По ментальным техникам особо не поймёшь, но если ядро помогает накачивать тело упругостью, силой и манёвренностью – она существует. Но никто из присутствующих ею не владеет. Это я понял чётко, срисовав по лицам и движению наглой четвёрки некоторые нюансы.

И едва не пропустил удар в лицо. В отличие от Лёхи, меня пытались вырубить сразу, а не бить по корпусу ради устрашения. Спасла реакция. Я был готов к любому развитию ситуации, поэтому отклонился в сторону, даже не задействуя руки. Они у меня для другого. Раскрываю ладонь левой руки и резко толкаю ею спрессованный воздух. Концентрация энергии в нём небольшая, чтобы не поломать кости парню.

Я не прикоснулся к Саньку, но никто не понял, почему тот хлопнулся на задницу. Плавно делаю два шага влево, снова применяю технику «открытой ладони». Добрый тоже оказывается на земле, попутно едва не снеся молчаливого низкорослого крепыша. Вот он-то показался мне наиболее опасным, с хорошей координацией и повадками уличного бойца. Он ловко увернулся от падающего тела и сразу же провёл пару хлёстких и размашистых ударов. Я видел, что в его глазах плещется непонимание. Какой-то хрен с горы уронил двоих всего лишь двумя толчками, да ещё передвигается с невероятной скоростью.

У крепыша интересная техника и растяжка отличная. Вроде бы бокс, но в то же время пытается достать меня ногами. Подошвы его кроссовок то и дело мелькали перед моим лицом, пока я не сделал парню подсечку с помощью силового поля. Он рухнул на землю с изумлённым видом. Ведь я даже не прикоснулся к нему!

Мгновенно создаю «колокол» и накидываю его на копошащихся доморощенных гангстеров. Воздуха на несколько минут им хватит. Остался очкарик.

- Эй, братан! Харэ! – он выставил перед собой ладони и попятился. – Не надо так резко! Давай поговорим.

- Говори. У тебя две минуты, - я покосился на Колесникова, оживившегося от нежданной помощи. Вон, даже кулаки сжал, готов прыгнуть на врага.

- Не знаю, кто ты такой, и как здесь очутился, - «ботаник» снял очки и подслеповато прищурился, - но влезать в чужие разборки западло. Я тебя ни разу не видел с сыночком банкира, поэтому делаю вывод, что твоё вмешательство не случайно. Ты хочешь что-то поиметь с пацана, да? Ну а мы своё берём. Положено так. Здесь вся школота платит. Знаешь, какие здесь мажорики учатся?

- Время вышло, - ответил я, мало что поняв из речи очкарика. Одна полезная информация. У Лёхи отец – банкир. Это о чём-то говорит. Стало понятно, откуда у парня такой шикарный особняк, куча охраны, горничная… Посмотрел на спасённого. – Ты долго столбом стоять будешь? Погнали отсюда!

- А ты что с ними сделал? – «ботаник» без всякого испуга, скорее, с интересом энтомолога смотрел на корчащихся в невидимых «куполах» дружков. Кажется, воздух кончается, надо освобождать их. – Какая-то техника обездвиживания?

- Больно любопытный ты, - пробурчал я.

- Слушай, научи, а? – а «ботаник»-то не робкого десятка, язык подвешен, умеет забалтывать. – Видишь, какой я дрищ? Мне бы парочкой экзотических приёмчиков овладеть!

- Некогда! Потом, как-нибудь…

- Ок! Если что, я тут неподалёку живу, сразу за той школой! – парень кивнул в сторону красивого здания. – Ромкой меня зовут. Спросишь у пацанов, где Рэмбо, они сразу скажут, где моя хата.

Странная кличка. Я пожимаю плечами.

- А ты не боишься, что когда мы уйдём, тебе от твоих дружков прилетит? Так спокойно со мной разговариваешь, по морде не получаешь.

- Ничего они не сделают! – ухмыльнулся «ботаник» и нацепил очки обратно. – Я у них – мозг компании. А по мозгам бить – себе дороже.

- Ладно, пока… Рэмбо, - я щёлкнул пальцами, разбивая конструкты, и подтолкнул Колесникова, замершего от увиденного, в спину. – Валим, валим отсюда!

Я знал, что сейчас уличным хулиганам будет не до нас. Асфиксия, страх, непонимание, как такое случилось, что они не могли пошевелить ни рукой, ни ногой – всё это давало нам фору. И мы ею воспользовались, рванув вдоль гаражей. Нашли небольшой проход между кустами и нырнули туда, пробежали по захламлённому обёртками, пластиковыми бутылками и жестяными банками участку парка и выскочили к пятиэтажкам. Успокоившись, пошли неторопливо по тротуару, завернули за угол одного из домов. Здесь уже окончательно пришли в себя. Асфальтированная дорога, обсаженная с обеих сторон зеленеющими тополями, вела к красивым ажурным воротам школы, на которых красовалась витиеватая надпись, видная издали: «Золотое Руно». Выходит, мы сделали небольшой круг.

- Спасибо тебе, - Лёха восстановил дыхание, уперев руки в бока. – Правда, не знаю, кто ты такой, и откуда знаешь меня.

- Викентий Волховский, - представился я, протягивая руку. Колесников с осторожностью пожал её. – Можно просто – Вик. Если честно, ты меня не знаешь, и никогда не видел. А вот мне известно, что ты живёшь в Сокольниках, учишься вот в этой школе в десятом «А». Всё верно?

- Ну да, - недоверие заплескалось в глазах Алексея. Он даже отодвинулся от меня на шаг, словно собирался дать дёру. – Откуда тебе известно? Следишь за мной?

- Нужен ты мне, - фыркнул я. – И не следил вовсе. Соседи мы в какой-то мере.

- Ни черта не понимаю, - продолжая идти в ногу со мной, признался Колесников. – Среди наших знакомых Волховских нет. И среди соседей тоже, кстати… А твои родители с юмором. Такое имя дать…

- Имя как имя, - проворчал я. – Не такое уж и редкое.

- Ладно, не обижайся, - Лёха улыбнулся. - О, магазин! Зайдём, водички купим? А то у меня в горле пустыня Калахари.

Магазин, так вовремя оказавшийся на нашем пути, не представлял для меня большого интереса. В моей Яви таких тоже хватало. Поэтому, дождавшись Алексея, пока тот расплатится за две бутылки минеральной воды, мы вышли на улицу и присели на лавочку. Судя по настроению парня, тот в школу не торопился.

- А почему ты без охраны? – поинтересовался я, сделав пару глотков холодненькой водички. – Твой отец банкир, важное лицо, и так спокойно отпускает сына одного в школу. И почему у тебя требовали деньги? Я что-то не понимаю…

- Да там история одна вышла…, - нехотя проговорил Алексей, успевший ополовинить пол-литровую бутылку. – Охрана-то есть, но она привозит меня в школу и забирает после занятий. В самой школе охрану несёт ЧОП «Барс».

Я кивнул, хотя не сразу сообразил, что означает аббревиатура «ЧОП». У нас тоже существуют подобные военные структуры, занятые на охране предприятий, заводов, складов, ну и школ.

- В общем, проблема с поборами давняя, - продолжил разговор парень, сжимая бутылку. – Раньше там была средняя школа, но после переименовали в гимназию. Ввели платное обучение, ну и те, кто победнее, стали переводить детей в другие школы. Через два года гимназия вдруг стала полностью частной школой. Отец с кем-то в доле был, спонсировал всю эту странную схему. Теперь в «Золотом Руне» учатся только дети очень богатых родителей. Образование дают качественное, не спорю. Лучшие учителя, передовая система обучения, оборудованные классы, современный стадион, различные тематические кружки. Короче, классно. Мне здесь нравится. Есть, конечно, тёрки с одноклассниками и с ребятами из других классов. Но это так, баловство одно. Зато отсюда мы спокойно поступим в университет. Знания дают качественные.

- А Санёк с компанией тут каким боком?

- Местный он, как и остальные. Учился в седьмом классе, когда началась свистопляска с переходом школы в гимназию. Хочешь продолжать учиться? Плати. У родителей Саньки не было таких денег, пришлось уходить, как и многим. Попал в худшую школу, связался с какой-то гоп-компанией, покатился вниз. В результате вместо института или университета едва закончил девять классов. Ушёл в колледж, не доучился… Не знаю, не следил за его жизненным путём, - отмахнулся Колесников. – Год назад всплыл, сколотил вокруг себя отморозков и стал вымогать деньги у ребят из «Золотого Руна».

- Почему не обратитесь в полицию?

- Потому что на каждого, с кого они трясут дань, есть компромат.

- Как же его получают? – скептически спросил я.

- Как-как…, - проворчал Алексей. – Пьянки на вечеринках, «травка», доступные девочки для мальчиков из богатых семей, гонки на машинах, правонарушения… Да там такие сценарии разыгрывают, что волей-неволей приходится платить, чтобы вся эта грязь не всплыла наверх.

- И это школа? – я тихо офигевал.

- Ну и что? – пожал плечами мой новый знакомый. – Большая часть шантажируемых – одиннадцатые и десятые классы. А на тех, кто помладше, начинают собирать материал для будущего компромата.

- Ты же понимаешь, что здесь задействована целая команда, и твой Санёк всего лишь исполнитель? – я внимательно поглядел на Колесникова. – Это же мафия!

- Да все уже знают, что без старших руководителей компания Санька – всего лишь обычная гопота. Давно бы за решёткой оказались. Понимаешь… в «Золотом Руне» учатся отпрыски очень богатых людей Москвы. Неимоверно богатых! Эти люди входят в состав различных концернов, корпораций, международных фирм, владеют огромными предприятиями, работают в правительстве. И любой скандал, связанный с семьёй или с ними самими, очень плохо сказывается на карьере. Поэтому дети боятся признаться родителям, что их беспощадно трясут каждый месяц.

- Судя по сумме, которую я услышал, здесь крутятся огромные деньги, - усмехнулся я.

- Верно ты сказал. «Золотое Руно» давно под прицелом криминальных структур.

- Всё равно не понимаю такую позицию. Неужели никто не хочет рассказать родителям, что происходит? У нас реакция была бы мгновенной. Всех, кто причастен, давно бы арестовали, судили и на каторгу отправили.

И прикусил язык. Вдруг в этой Яви совсем другая исправительная система?

- Где это – у вас? – навострил уши Колесников. – И про какую каторгу говоришь?

- Так тебе и сказал, - усмехнулся я в ответ. – Не имею права разглашать информацию.

- А-ааа, понятно! Спецобъект.

- Угу, - я не стал выяснять, что кроется за этим словом. Могло что угодно, да и не важно сейчас углубляться в проблемы этого мира. Пора возвращаться к порталу. Беспокоюсь я. А вдруг его обнаружили? Или захлопнулся по истечении некоторого времени. В голову-то не пришло провести хронометраж, сколько времени проход может быть открытым. Придётся всё же Евгения Сидоровича привлечь к экспериментам. – Но как ты оказался за пределами школы, да ещё в компании гопников?

- Да там… история такая, - почему-то смутился Алексей и густо покраснел.

Всё ясно. Здесь замешана женщина… вернее, девушка. И Колесников, конечно же, безнадёжно влюблён, не получая ответных чувств.

- Ладно тебе краснеть, как девице на выданье, - пошутил я. – Кто она?

- Её Настей зовут. Она из параллельного класса, - признался собеседник. – И живёт на соседней улице. Её отец владеет крупной строительной фирмой. Можно сказать, мы друг друга хорошо знаем… Сегодня она не пришла в школу, но позвонила мне и попросила прийти на большой перемене к кафе «Жар-Птица». Какой-то срочный разговор.

- И ты рванул? – скептически спросил я.

- Конечно! – воскликнул Алексей. – Как я мог отказать? Разве трудно прийти, поговорить? На заднем дворе есть слепая зона для видеокамер, и там в заборе лаз проделан. Сразу и не заметишь, если особо не приглядываться. Нужно только сетку отодвинуть и аккуратно обратно приставить. Так я и оказался снаружи, сразу же побежал к кафе. Одна проблема: нужно через гаражный кооператив идти. Сам видел, какой здесь лабиринт. Вот там меня и словили.

- Хм, а ты не подумал, что твою Настю могли подговорить или запугать, чтобы она позвонила тебе.

- Да ну, не может такого быть, - пожал плечами парень. – Хотя… Надо позвонить.

Он вытащил телефон из внутреннего кармана пиджака. Я с интересом поглядел на аппарат, ничем не отличающийся от подобных изделий моего мира. И пока Колесников тщетно пытался дозвониться, картина произошедшего приобрела логическое завершение. Увы, но молодые гопники отлично сыграли на чувствах Лёхи. Они знали, что он неравнодушен к Насте, поэтому решили использовать этот момент. Не знаю, как они подобрались к девочке, как заставили её обмануть сынка банкира – но план сработал. Вымогатели были уверены, что он пойдёт именно таким путём, через гаражи, и поймали его здесь. Зачем? Вытрясти деньги.

К этому времени Лёха расстроено убрал телефон.

- Не отвечает.

- Чувство стыда, что обманула, пусть и ненароком, - предположил я, и чтобы сбить негативный настрой парня, поинтересовался: - А что такое «закладка»?

- Тайник, в который кладут наркотики. Продавец пишет номер телефона в разных местах: на стенах домов, гаражей, даже на асфальте. Все, кто в курсе, звонят ему и получают адрес тайника. Человек приходит, забирает.

- А оплата?

- Предварительная, переводом по телефону.

- Лихо, - покачал я головой. – Ну что, пошли? Провожу тебя до школы.

Мне пора возвращаться. Во-первых, каков разбег во времени? Во-вторых, не исчез ли портал? Если не появлюсь дома, там такое начнётся… Но самое неприятное, Брюс может получить доступ к моим наработкам, если первым получит сигнал тревоги от моих охранников. Надеюсь, что Куан сообразит вызвать Ломакина прежде, чем обратиться в Магическую Коллегию. Мне на будущее: надо написать для охранников инструкцию, как действовать в подобных случаях.

Мы не успели отойти от лавочки, как возле нас резко затормозил чёрный автомобиль с затонированными стёклами, похожий на огромную коробку с колёсами. Открылась передняя дверца и на тротуар шагнул верзила в пиджаке, под которой сверкала безупречной белизной рубашка. С уха свисал провод гарнитуры связи.

- Алексей, прошу в машину, - вежливо проговорил мужчина, быстро срисовывая меня. – Николай Петрович беспокоится, почему вы покинули школу и потребовал отвезти вас домой.

- Да ничего страшного не произошло, - Колесников замялся, не желая подчиняться человеку из службы безопасности. – Я как раз на занятия возвращаюсь.

- Исключено. Садитесь в машину.

- Ладно, Лёха, бывай, - я протянул руку и Алексей, вздохнув, пожал её. – Мне пора.

- Молодой человек, вы тоже…, - меня остановил властный голос мужчины.

- Что – тоже? – рассмеялся я. – У меня свои дела. Всего доброго, господа.

- Садитесь в машину, - надавил тот. – Николай Петрович поговорит с вами и отпустит домой.

- Ага, своим ходом добираться? – я сейчас мог рвануть по улице, заскочить за угол близстоящего дома и скрыться во дворах, но… Ведь я дворянин со своим кодексом чести. Позорно убегать? Самому-то не стыдно?

- Я отвезу вас, - всё-таки вежливый попался «безопасник».

Ну что, Андрей Мамонов, влип ты со своим экспериментом? И как теперь выкручиваться станешь?