Весна в плену мажора

Глава 1

Пятница тринадцатое — день, который я всегда воспринимала с настороженностью. Казалось, что в такие моменты судьба готовит мне что-то особенное, и чаще всего это было что-то не слишком приятное.

И не зря, день не задался с самого утра... Свет отключили, электронные часы, на которые я полагалась, перестали работать. В такие моменты я всегда завидовала людям, у которых есть механические часики или хотя бы старинные будильники. Чуть не проспала!

Но, к счастью, у меня был свой маленький будильник, который не подводил меня никогда. Это был мой верный пёс Мухтар. Он знал, что я работаю рано, и всегда поднимался в половине седьмого утра, чтобы напомнить мне о времени.

Когда я открыла глаза, Мухтар уже сидел на кровати и внимательно смотрел на меня своими умными глазами. Он тихонько заскулил, а затем начал тыкаться своим мокрым носом мне в лицо. Я попыталась спрятаться под одеяло, но он тут же начал его стягивать вниз.

— Встаю, встаю, — пробормотала я, потрепав его по голове. — И не спится же тебе, Муха, да? Ну и правильно, молодец.

Мухтар радостно завилял хвостом, словно понимая, что я похвалила его за бдительность. Он спрыгнул с кровати и начал носиться по квартире, словно проверяя, не забыл ли я что-то важное.

Вставать сегодня совсем не хотелось. За окном хмурилось небо, моросил мелкий, надоедливый дождь, и казалось, что весна ещё не наступила. Скорее, это была поздняя осень, с её серыми буднями и холодной сыростью. Но Мухтара нужно было выгуливать. Он не кот, который может сходить в лоток, и его ежедневные прогулки — это не прихоть, а необходимость.

Приняв душ, я поняла, что это было не самое удачное занятие! По закону подлости, вчера прорвало трубу, и всю улицу огородили, чтобы найти место аварии. Вода в кране была ледяной, а горячей, естественно, не было. Это только добавляло утреннего настроения... не самого лучшего.

Плита в квартире электрическая, и даже чайник не удалось вскипятить. Что ж, день явно не задался. Но, по крайней мере, я смогла накормить своего питомца. Он, бедный, терпеливо ждал, пока я насыплю ему еду, а потом радостно подбежал, чтобы лизнуть мне руку. Я тоже не отказалась от глотка воды. Хоть что-то.

Перекушу на работе, а сейчас выгуливать пса. Мухтарчик, бедный, уже бегает за мной с поводком в зубах, поскуливая, и ждёт, когда его непутёвая хозяйка сообразит, что надо делать.

Приходится идти окружным путём, чтобы добраться до парка, который так обожает мой пёс. Ну хоть дождь наконец-то прекратился — уже хорошо.

Одно греет душу: завтра он возвращается из командировки. Мой любимый Славка. Куда его только не отправляют! И не на день-два, как раньше, а на целые недели. Зарплату урезали, но ничего, я тоже зарабатываю. Как-нибудь справимся.

Всё, сюрпризы на сегодня закончились? Нет! Муха тянет меня куда-то в сторону, словно с ума сошёл. Он рвётся вперёд, поскуливая и не обращая внимания на мои вопросы. Что с ним происходит? Неужели он снова увидел ту собачонку, которая ему так нравится?

— Да что с тобой, Мухтар? Ты что, сбрендил? — спрашиваю я, пытаясь удержать его на месте.

Но пёс продолжает тянуть меня вперёд, как бульдозер. Что-то не так. Я начинаю вспоминать цепочку событий этого утра. Сначала дождь, свет, вода, а теперь ещё и это. Становится жутковато.

Кафе? Мухтар решил меня накормить? Не думаю.

Пара шагов — и мой мир рухнул, словно карточный домик. Дыхание перехватило, сердце замерло. Слава сидел за столиком с какой-то дамочкой, держал её за руку. Их губы слились в поцелуе, не похожем на дружеский. Это было что-то большее...

Вдруг, раздался громкий лай Мухи. Слава заметил собаку и, нахмурившись, повернулся ко мне. Его лицо исказилось недоумением, смешанным с раздражением.

Он шёл ко мне, недовольный и злой. Я стояла, как вкопанная, и хлопала глазками, не в силах понять, что происходит. В голове какой-то туман от непонимания.

— Веська, какого чёрта ты тут делаешь? — его голос звучал грубо, почти жестоко. Он смотрел на меня, и в его глазах читалось презрение.

— Я... Я с собакой гуляю, — выдавила я, чувствуя, как голос дрожит. — А ты... Ты же завтра должен был из командировки вернуться?

— Не было никаких командировок, — отрезал он, не дав мне договорить. — Я от тебя ухожу. Меня всё достало.

Он замолчал, но я видела, что он в бешенстве.

— Только посмотри на себя! — продолжил он, его голос стал ещё более резким. — Лохматое чучело в драном мешке из-под картошки с обгрызанными ногтями! А Кира ждёт ребёнка. У нас будет полноценная семья.

— Нечего сказать, да? Потому что я прав, — процедил он сквозь зубы. — Так что проваливай из моей квартиры. Освобождай. И свою псину забирай. Завтра чтоб вас там не было, ясно? — его слова обрушились на меня, как камни. Неприятно, больно. — И с работы ты уволена. Нечего мне глаза мозолить своей кислой миной.

— Но... Слава, ты же не хотел детей! Я постоянно говорила о них, а ты... — попыталась что-то ещё сказать, но он не дал мне возможности. Его лицо исказилось от раздражения, и он мотнул головой, как будто отгоняя назойливую муху.

— От тебя? Нет уж, спасибо. Мне дети нужны нормальные, а не такие, как ты. Одна наследственность чего стоит, — продолжал он, усмехнувшись, и не глядя на меня. — Папаша алкаш...

Я почувствовала, как мои губы задрожали. Он никогда не говорил мне таких жестоких вещей. Я всегда думала, что мы понимаем друг друга, что у нас есть будущее. Но теперь всё рушилось.

Я почувствовала, как внутри меня что-то оборвалось. Не могу поверить, что он говорит это мне сейчас...

— Всё, давай без сцен, — рявкнул он, и я почувствовала, как воздух стал тяжёлым. — Расходимся по-хорошему!

В этот момент мой пёс, который до этого спокойно сидел у моих ног, начал рычать, пытаясь защитить. Я инстинктивно одёрнула его за ошейник, пытаясь успокоить.

Слава разворачивается и медленно идёт обратно в кафе. Это не может быть правдой, это просто кошмарный сон, абсурдный и нереальный. Так не бывает, чтобы всё рухнуло в один миг. Но нет, это не сон. Это явь. И от этого становится ещё страшнее.

Мухтар трётся об мои ноги и лижет руку, пытаясь утешить. Я опускаюсь перед ним на корточки, глажу его мягкую шерсть, чувствуя, как её тепло проникает сквозь пальцы.

— Всё будет нормально, Муха, — шепчу, стараясь придать своему голосу уверенность, которой не чувствую. — Не обращай внимания на это... Мы же вместе, правда? И это самое главное, мой хороший...

Но я вру. Ничего уже не будет, как прежде. Жизнь, которую я строила, рассыпалась в прах, и теперь мне предстоит собирать её по осколкам. Подруга недавно сказала мне, что пора снять розовые очки и увидеть реальность такой, какая она есть. Но я всё ещё не готова.

Мухтар поднимает голову и смотрит на меня своими умными глазами. В его взгляде я вижу понимание и поддержку, которых так не хватает в этот момент.

К нам подбегает мальчик лет пяти. Он размахивает дудкой и громко, пронзительно гудит. Мухтар испугался, рванув с места так резко, что в моей руке остался только поводок.

— Муха, стой! — кричу, но его уже не видно, лишь его далёкий силуэт. Бегу, но разве его догонишь?

Остановившись на тротуаре, я чувствую, как холодный ветер обдаёт моё лицо. И вдруг, из-за угла появляется лихач на машине. Он мчится прямо на меня, и в последний момент успевает вильнуть в сторону. Но это не спасает меня от того, что он окатывает меня грязью из лужи.

Вода стекает по моей одежде, оставляя грязные разводы. Стою, в шоке, растерявшись, и слёзы текут по моим щекам. Прохожие останавливаются, чтобы посмотреть на меня. Кто-то с сочувствием, кто-то с любопытством, кто-то, и вовсе, усмехается. Но мне всё равно. Я не могу остановить слёзы. Они льются ручьём, как будто пытаются смыть всю боль, которая разрывает меня изнутри, но становится только хуже.

Чувствую себя потерянной и одинокой. Кажется, что сейчас весь мир против меня. Я должна найти Мухтара, чего бы мне это не стоило... Я должна вернуть его...

Глава 2

Стараюсь взять себя в руки, но слёзы всё равно подступают к глазам. Слезами делу не поможешь, но как иначе справиться с болью?

На экране телефона я открываю фото, где Мухтар сидит на диване и смотрит прямо в камеру. Этот кадр кажется мне самым тёплым и живым воспоминанием о нашем времени вместе. Начинаю ходить по улице, показывая фотографию каждому прохожему, спрашивая, не видел ли кто его.

Но большинство людей отворачиваются от меня, как от прокажённой. Ещё бы... Видок у меня, мягко говоря, не самый презентабельный.

Останавливаюсь у витрины аттракциона и вижу своё отражение. Сердце сжимается от боли. На мне старая, безразмерная куртка, которая выглядит так, будто её носили уже лет десять. Залитая грязью с головы до ног, как будто только что вернулась из болота. Волосы похожи на солому, а глаза опухли от слёз.

Вспоминаю слова Славы, сказанные мне недавно. Он всегда был таким заботливым и внимательным, но в этот раз его слова прозвучали особенно резко.

Смотрю на свои ногти, которые действительно обгрызены до мяса. Они не накрашены, как будто я никогда не задумывалась о том, как выгляжу. Даже джинсы, которые когда-то были моими любимыми, теперь выглядят как старая тряпка Как же стыдно...

Плечи безвольно опускаются, и я медленно бреду домой, чтобы хотя бы переодеться. Хотя, если честно, дома у меня уже нет.

Денег не хватает даже на съёмную комнату, не говоря уже о квартире. Жизнь кажется бесконечной чередой серых дней, и я не вижу выхода.

Погружённая в свои мрачные мысли, я вздрагиваю от неожиданного прикосновения. Кто-то берёт меня за руку, и я поднимаю глаза. Это моя подруга, Соня. Её лицо выражает удивление и беспокойство.

— Веська, что случилось? — её голос звучит мягко, но в нём слышится тревога. — На тебе лица нет! Я зову тебя, зову, а ты молчишь, не реагируешь... Что с тобой? Ты выглядишь так, будто упала в грязь. Где собака?

Я опускаю взгляд на свои руки и вижу поводок, который сжимаю пальцами, до побеления костяшек. Это напоминает мне о том, что я не одна в этом мире. Начинаю снова реветь, и на этот раз слёзы так же не приносят облегчения. Они льются потоком, словно прорвавшаяся плотина.

Подруга обняла меня так крепко, что стало почти больно, и настойчиво усадила на лавочку. Я попыталась сопротивляться, ссылаясь на то, что ей нужно на работу, но она отмахнулась, словно это не имело значения.

— Пофиг, если опоздаю. Давай, выкладывай, — её голос звучал уверенно и спокойно, как будто она готова была выслушать даже самые невероятные истории.

Я глубоко вздохнула и начала рассказывать. Слова сами лились из меня.

— Ну, в общем, день начался просто ужасно... — я замолчала, пытаясь подобрать правильные слова. — Воду и свет в доме отключили, а теперь выясняется, что и жить мне негде... А потом... потом я увидела Славку с другой девушкой. Это было в кафе, и он... он просто вылил на меня столько грязи, сколько я за всю свою жизнь не слышала. Он сказал, что я «чучело в мешки лохматое» и что он уходит. И ушёл. Просто развернулся и ушёл, оставив меня одну...

Я замолчала, чувствуя, как к горлу подступает ком. Подруга положила руку мне на плечо, но я отмахнулась.

— А потом... потом убежал Мухтар. Какой-то мальчишка подошёл к нему с этой дурацкой дудкой и спугнул его. А потом... потом какой-то Шумахер окатил меня грязью из лужи. Ни парня, ни работы, ни дома, ни собаки... Везучая я, да?

Брови подруги взлетели вверх. Она мотнула головой.

— Офигеть... — выдохнула она, стараясь подобрать слова. — Ну, знаешь, то, что твой Слава козёл, я давно говорила. С жильём не проблема, переезжай ко мне. А Мухтара найдём, не переживай. Расклеим объявления, в соцсетях клич бросим... Всё будет нормально, ты же Весна! Бывают дожди, пасмурно, но в итоге-то, что? Найдёшь своё счастье, вот увидишь! Ты его заслужила, как никто другой.

Её голос был полон решимости и оптимизма, но в глазах мелькнула тень беспокойства. Она знала, что впереди нас ждёт непростой путь, но была готова поддержать меня во всём. Это бесценно...

Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но не позволила им пролиться. Вместо этого я улыбнулась, пытаясь скрыть свою боль за улыбкой.

— Спасибо, Сонь... Мне бы твой позитив...

Не дав мне времени на раздумья, подруга схватила меня за руку и потащила за собой. Мы направились к моей квартире, где мне предстояло собрать свои немногочисленные вещи.

Внутри было тихо и пусто, как будто время остановилось. Я начала складывать одежду в чемодан, стараясь не думать о том, что оставляю за спиной.

Перед уходом подруга написала записку Славе, положив на стол.

«Ты не мужик, а скотина. Тебе всё ещё аукнется. На глаза мне лучше не попадайся, иначе, расцарапаю всю твою морду. Я подругу в обиду не дам.

Соня».

Уходим. Подруга подвозит меня к своему уютному дому.

Подруга звонит на работу и сообщает, что не придёт. Её голос звучит твёрдо, как будто это не просьба, а констатация факта. Начальник, кажется, побаивается её, и не удивительно. В этом есть что-то забавное и трогательное.

После душа и переодевания я сажусь за стол, чтобы позавтракать. Подруга готовит что-то, но что — мне сейчас всё равно, хоть бумагу жуй. Мы завтракаем в тишине, но я чувствую, что между нами возникает невидимая связь.

После завтрака подруга распечатывает объявления и достаёт клей. Мы выходим на улицу. Парк рядом с домом кажется особенно красивым в это время года. Мы идём по узким тропинкам, клеим объявления на фонарные столбы, скамейки и заборы.

Вдруг мне кажется, что я вижу вдалеке свою собаку. Но это лишь иллюзия. Мужчина с девочкой лет пяти садятся в машину, и пёс быстро исчезает в салоне. Наверное, это кто-то другой... Мухтар за чужими точно не пошёл бы...

Глава 3

Влад

Приспичило же Катьке идти в парк.... Её глаза горели решимостью, а маленький носик морщился, как у упрямого барашка. Я пыталась сопротивляться, но её настойчивость была сильнее.

— Ладно-ладно, — сдался я, щёлкая её по носу. — Принцесса ты моя.

Её лицо озарилось улыбкой, и она запрыгала от радости, хлопая в ладоши. Этот момент был таким редким и волшебным, что я невольно улыбнулся вместе с ней. Катька была как маленький лучик солнца, пробивающийся сквозь серые тучи.

Я уже и забыл, как звучит её мелодичный голосок. Всего несколько лет назад я кайфовал, когда слушал, как она поёт, замирая от восторга. Её голос был не просто красивым, он был волшебным, как космос, манящий и неизведанный. В такие моменты я чувствовал, что время замедляется, и весь мир вокруг замирает, чтобы насладиться этим чудом.

Но всё изменилось в тот роковой день, когда погибли наши родители. Остались мы — трое: я, Катя, моя любимица, и ещё одна сестра, зануда и вредина, с которой мы были двойняшками, но я всегда на пару минут старше и стараюсь это подчеркнуть при любом удобном случае.

Вот она, моя сестра, — отдельная история. Капризная, как маленький ребёнок, эта вредная заноза всегда умудрялась вывести меня из себя. Наверное, это у наших девчонок наследственное. Но, несмотря на все её выходки, я всё равно её любил.

Старшая быстро оправилась от потрясения и вернулась к обычной жизни. Но с Катюшкой всё было иначе. Она замолчала. Ни слова, ни звука. Сначала это пугало нас до дрожи, мы не знали, что делать. Мы ходили к докторам, к мозгоправам, к целителям, но все они твердили одно: это пройдёт, она заговорит, когда будет готова.

Время шло, а Катюшка оставалась всё такой же молчаливой. Мы пытались её развлечь, читали ей книги, показывали фильмы, но она лишь смотрела на нас своими большими, печальными глазами. Мы не знали, как ей помочь, и это мучило нас больше всего.

Раньше Катюшка была похожа на куклу. Её лицо напоминало маску, а глаза — пустыми, лишённые жизни и тепла. Но в последние месяцы что-то изменилось. Она стала чуть живее, её взгляд обрёл лёгкую искру интереса, а на губах иногда мелькала тень улыбки. Теперь она не отходила от меня ни на шаг, насколько это было возможно.

И сейчас мне надо было на работу... Пофиг, подождут. Как известно, начальство не опаздывает, оно задерживается!

И вот сегодня она захотела прогуляться. Её взгляд был устремлён вдаль, а лицо светилось каким-то внутренним светом. Я не мог понять, что могло так обрадовать её в этот хмурый день. Серое небо, унылые деревья, покрытые снегом, который так и не растаял, превращая всё вокруг в вязкую слякоть. Но для Катюшки, кажется, это не имело значения.

Она отпустила мою руку, и я наконец-то смог погрузиться в свой телефон. Социальные сети манили меня, обещая отвлечься от серой реальности. Я открыл приложение и погрузился в поток новостей и фотографий, пытаясь найти что-то, что могло бы поднять мне настроение, хоть немного

Сестрёнка дёргает меня за руку, пытаясь привлечь внимание, и я, не отрывая глаз от экрана смартфона, машинально киваю.

— Ага, конечно, — бормочу, листая новостную ленту, пытаясь найти что-то интересное.

Прошло всего несколько минут, а сестрёнки уже нет рядом. Я поднимаю голову и оглядываюсь, но её нигде не видно.

— Твою ж, налево! — вырывается у меня, когда я понимаю, что она исчезла. Куда она подевалась? Снова решила поиграть в прятки?

Начинаю метаться по парку, заглядывая за каждый куст, в каждую щель. Мысли в голове мечутся, как сумасшедшие, и я боюсь, что могу пропустить что-то важное.

— Катя! Где ты? Это не смешно! — кричу, чувствуя, как внутри меня поднимается паника. Если с ней что-то случится, я себе этого никогда не прощу.

Проверяю всё, что только можно. Заглядываю в кусты, под скамейки, даже в люки канализации, которые какой-то идиот постоянно открывает. Но её нигде нет.

Пройдя ещё пару шагов, я вижу её — маленькую фигурку, тискающую какую-то собаку. Сердце на мгновение замирает, а затем начинает колотиться с бешеной скоростью. Замираю, и собравшись с духом, бегу к ней.

Она замечает меня и улыбается своей беззаботной, заразительной улыбкой.

— Катюш, ты вообще... — вырывается у меня, и я сам не узнаю свой голос.

— Собачка! — шепчет малышка, заливисто смеясь и крепче прижимая к себе пса. Я на мгновение теряю дар речи, а потом осекаюсь, так и не договорив фразу.

Присаживаюсь рядом с ней на корточки. Наверное, я улыбаюсь, как дурак, но мне всё равно.

— Ты что-то сказала? — переспрашиваю, стараясь скрыть своё волнение.

Катька кивает, её глаза сияют от радости.

— Да, — шепчет она, и моё сердце делает радостный кульбит, словно пытаясь вырваться из груди. Обнимаю сестрёнку, чувствуя, как её маленькие ручки обвивают меня в ответ. А потом осторожно треплю пса по голове,.

— Ты волшебник, дружище! — произношу, глядя на пса. Он смотрит на меня с серьёзным выражением, словно понимает каждое слово, и протягивает лапу. Его ум и сообразительность вызывают уважение.

Через несколько минут я пытаюсь отлепить сестру от собаки. Но это бесполезно — она вцепилась в ошейник и начинает реветь.

Раньше я никогда не любил собак. Они казались мне просто животными, которых люди держат для компании. Но сейчас... Этот пёс заставил мою сестру заговорить!

Принимаю непростое решение. Рискну.

— Катюш, не реви, пожалуйста, — говорю, обнимая её. — Берём собаку домой? Но только если она сама этого хочет, ладно?

Сестра радостно кивает. Её лицо озаряется улыбкой, а глаза сияют от счастья. Я чувствую, как моё сердце наполняется теплом.

В глубине души я надеюсь, что пёс сбежит. Это было бы логично — он свободен, а мы просто мимо проходящие люди. Но он не сбегает. Вместо этого он идёт за нами, виляя хвостом и глядя на нас с надеждой.

Открываю дверь машины и впускаю внутрь сестру и собаку. Они садятся на заднее сиденье.

Надеюсь, я не пожалею о своём решении...

Глава 4

Сто раз пожалел, что поддался на уговоры Катьки. И это мы ещё даже не добрались до дома!

Пёс метался по салону, его глаза горели, словно он искал что-то важное. Он заглядывал в окно, лаял и выл так, что у меня разболелась голова.

— Катюх, по-моему, твой новый друг ищет своего владельца, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Может, стоит вернуться и поискать, чей это пёс?

Катя всхлипнула, её плечи задрожали. Я почувствовал себя последним негодяем. Конечно, я давно не видел сестру в таком состоянии, но эта собака… Она явно не была бездомной. Её ухоженный вид говорил о том, что она домашняя. Я надеялся, что скоро Кате надоест эта возня, и мы сможем вернуть пса хозяину.

— Не надо, — прошептала она, её голос дрожал. — Пожалуйста, не надо.

Я вздохнул и сдался. Главное, что эта собака повлияла на Катю положительно. Она начала говорить, а это для меня было самым важным. Я посмотрел на неё и улыбнулся.

— Ладно, пусть будет как есть, — сказал я, стараясь придать своему голосу уверенность. Катя кивнула, обняв нового друга.

Когда мы вернулись домой, Наташа, наша домработница, была очень удивлена и обрадована. Она сразу подбежала к собаке и начала суетиться вокруг неё. Её лицо озарила широкая улыбка, и она обратилась ко мне с просьбой:

— Отнеси его в ванную, пожалуйста, лапы помыть надо.

Я посмотрел на пса, который стоял на коврике у входной двери и аккуратно вытягивал свои лапы, словно предлагая нам помощь. Это был умный пёс. Он знал, что ему нужно, и терпеливо ждал, когда мы обратим на него внимание.

— Ах ты, умничка! — воскликнула Наташа, потрепав его по голове. — Это он просит лапки помыть.

Несмотря на то что пёс был таким послушным, мне всё равно пришлось нести его в ванную. Это было не совсем то, чего я хотел, но я решил не спорить.

Вот мыть его я точно не собираюсь!

Я оставлю Наталью и собаку наедине. Пусть сами разбираются, что делать с питомцем.

— Я на работу. Вы тут сами решайте, что дальше делать. Если что-то нужно купить, без проблем. Всё, я ушёл, меня в офисе ждут.

Пворачиваюсь и шагаю к двери, но тут слышу слабый голос сестрёнки:

— Владя…

Её голос звучит тихо, но настойчиво. Я останавливаюсь и оборачиваюсь. Сестрёнка, Катя, смотрит на меня В её взгляде мелькает надежда, ну, что ещё-то?

— Купи тортик, пожалуйста… — шепчет Катя, и её голос полон волнения.

Я не успеваю ничего ответить, как уже оказываюсь рядом с ней. Присев на корточки, я обнимаю её.

— Для тебя всё, что угодно, сестрёнка. Только говори почаще, хорошо? И улыбайся? А торт я найду. Весь город оббегаю, но найду твой любимый. Обещаю.

Катюшка снова улыбнулась, и я почувствовал, как моё сердце наполнилось теплом. Этот день нужно обязательно отметить в календаре красным маркером — таким ярким, чтобы он выделялся на фоне серых будней. Вечером, когда все сотрудники соберутся на летучку, я объявлю о премии. Пусть порадуются, ведь этот день заслуживает того, чтобы его запомнить.

Но мысли о псе не давали мне покоя весь день. Совесть грызла изнутри, как надоедливый червь. Я открыл социальные сети и сразу наткнулся на объявления о поиске собаки. «Мухтар», — гласили заголовки. Сердце сжалось от боли. Хреново, очень хреново.

Вернувшись домой, я купил торт — любимый десерт сестрёнки, да и мне он всегда поднимает настроение. В зоомагазине я приобрёл уютную лежанку для пса и самый дорогой корм, который только смог найти. Хуже от этого точно не будет.

Но руки сами тянулись к телефону. Я знал, что должен позвонить хозяйке пса, но пока не мог. Кто знает, может через пару дней уговорю Катюху вернуть пса.

Возвращаюсь домой и тут же натыкаюсь на свою вторую сестру. Она выскакивает из кухни, как вихрь, и налетает на меня с такой яростью, что я сначала не могу понять, что произошло.

— Влад, какого чёрта?! — орёт она. Её глаза горят, а лицо раскраснелось от гнева. Я удивлённо поднимаю брови, пытаясь понять, в чём дело.

— О, привет, заноза! Какими судьбами? И что случилось-то? — пытаюсь говорить спокойно, но в глубине души понимаю, что сейчас начнётся что-то интересное.

Сестра буквально закипает от злости. Её голос становится всё громче, а тон — всё более раздражённым.

— Что случилось?! Ты прикалываешься?! Ты домой псину притащил! — она чуть ли не кричит, размахивая руками. — Весь диван в шерсти, и моё чёрное платье безнадёжно испорчено! — она поворачивается ко мне спиной, и я вижу, как её задница покрыта густой собачьей шерстью.

Я не могу сдержать улыбку. Её реакция на эту ситуацию просто бесценна.

— Чего лыбишься?! Хоть знаешь, сколько оно стоит?! Я в нём сегодня на свидание сходила один раз, и всё, в помойку? — продолжает верещать сестра. Я морщусь от её криков, но потом не могу удержаться и начинаю смеяться.

Сестра поворачивается ко мне с таким выражением лица, будто готова убить. Её глаза метают молнии, а губы плотно сжаты.

— Ну, я старался. Как чувствовал, что ты будешь в восторге, — растягиваю слова, наслаждаясь её раздражением. Знаю, что её это жутко бесит. — Хочешь тортик?

Сестра мгновенно вскипает. Я вижу, как её глаза сверкают, а губы сжимаются в тонкую линию. Она знает, что я это специально. Но всё равно не может удержаться от искушения.

— Ах, да, диета, — изображаю искреннюю досаду. — Как жаль, что ты не можешь позволить себе кусочек такой вкуснятины. А мы с Катюшкой и наташей с удовольствием объедимся этого прекрасного десерта!

Она фыркает, словно рассерженный котёнок, и, бросив в мою сторону испепеляющий взгляд, гордо удаляется. Дверь за ней с грохотом захлопывается.

Я победоносно улыбаюсь, наслаждаясь моментом. Сестра всегда так реагирует на мои подколы.

Это мне заметно подняло настроение!

Надеюсь, Катька такой злючкой не вырастет. Вроде сестры, одни родители... А такие разные.

Глава 5

Весна

— Веська, не реви, — мягко говорит Соня, пытаясь заглянуть мне в глаза. — Найдётся твой пёс. Что с ним может случиться? Он никуда не денется. Он же умный!

Я только всхлипываю в ответ, не в силах сдержать слёзы. В голове вихрем проносятся ужасные картины: машина сбивает Мухтара, его похищают неизвестные, он проваливается в открытый люк. Неделя уже прошла, а я всё ещё не знаю, где он.

— Нет, ты представляешь? Неделя! Целая неделя! — шепчу я, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги.

Соня вздыхает и протягивает мне кружку с горячим чаем. В нём плавают лепестки ромашки и мяты, источающие успокаивающий аромат. Я беру кружку, но пить не могу — горло перехватывает спазм.

— Веська, хватит, — твёрдо говорит Соня. — Ты уже на человека не похожа, как привидение. Пойдём в парк. Развеешься, а там и людей снова поспрашиваем, может, кто-то видел твоего Мухтара.

Я смотрю на неё, уже не веря, что Муха найдётся. Она серьёзно? Пойти в парк? Но как это поможет?

— Сонь, ты же знаешь, что это бесполезно, — говорю я, вытирая слёзы рукавом. — Его нигде нет.

Но она лишь улыбается и хлопает меня по плечу.

— Всё будет хорошо, — говорит она. — Давай, поднимайся.

Киваю, нехотя поднимаюсь с дивана и начинаю собираться. Подруга права — слезами делу не поможешь, но легче от этого не становится. Она наносит на моё лицо тональный крем, тщательно маскируя синяки под глазами. Её движения уверенные и быстрые, она профессионал!

— Давай, давай! — подгоняет она меня. — Сделаем из тебя красотку! Я знаю, что говорю! Удача сразу повернётся к тебе лицом, вот увидишь!

Я не верю ни единому её слову, но всё же соглашаюсь. Джинсы, белый свитер, лёгкая куртка — за последние дни снег куда-то исчез, и стало заметно теплее. Солнце светит так ярко, что кажется, будто лето уже наступило. Хочется улыбнуться, но губы почему-то не слушаются.

После долгих и мучительных попыток подруги привести меня в порядок, я подхожу к зеркалу. Смотрю на своё отражение и не узнаю себя. Передо мной стоит красивая кукла с идеальной кожей и причёской, но глаза… Они пустые, словно кто-то вынул из них душу. Смотрю на своё отражение и чувствую, как внутри всё сжимается от тоски.

— Не нравится? — спросила Соня, не дождавшись моего ответа. Я повернула голову и посмотрела на неё. В её глазах читалось искреннее беспокойство, словно она действительно хотела услышать моё мнение. Но слова застряли у меня в горле.

— Спасибо, — наконец произношу, стараясь не выдать своих эмоций. — Это очень красиво. Даже не знала, что такое возможно...

Я замолчала, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Соня внимательно посмотрела на меня. Её лицо смягчилось, и я её спросила:

— Сонь, даже не представляю, как ты меня терпишь? Такую плаксу, да ещё и севшую тебе на шею...

Я почувствовала, как краснею. Слова вырвались сами собой, и я не могла их вернуть. Соня лишь улыбнулась и ответила:

— Ой, да брось! Ты же не просто так.

Она потянула меня за руку, и мы пошли в парк. Я шла за ней, чувствуя, как внутри меня всё сжимается. Парк был полон людей, гуляющих с собаками. Лаяли собаки, смеялись дети, и всё это казалось таким далёким и чужим.

— Смотри, какая погодка! — воскликнула она, указывая на голубое небо и яркое солнце.

Соня предлагает купить нам по мороженому, думая, что это поднимет мне настроение. Но я отказываюсь.

Подруга хмурится, что-то говорит, но я её не слышу. Кажется, я узнала знакомый лай вдалеке. Сердце замирает, а затем начинает колотиться, как барабан. Я не могу поверить, что это действительно может быть он.

Словно одержимая, я кружусь на месте, как юла, и бросаюсь в ту сторону, откуда доносится звук. Возможно, я сошла с ума. Возможно, это всего лишь мираж. Но я должна убедиться.

Отойдя на приличное расстояние от подруги, чувствую, как она догоняет меня. В руках у неё мороженое, которое она протягивает мне. Я беру его на автомате, но тут же роняю.

Сердце сжимается, когда я вижу его. Он стоит там, в тени деревьев, и смотрит на меня своими умными глазами. Мой пёсик. Мухтар.

— Муха! — кричу, и он тут же срывается с места, бросаясь ко мне. Его шерсть блестит на солнце, а глаза светятся радостью.

Я падаю на колени, обнимая его. Неважно, что вокруг грязь и пыль. Ничего не важно. Важно только то, что он снова со мной.

Мухтар лижет моё лицо. Он скулит, как будто извиняясь за то, что заставил меня так долго ждать. Я прижимаюсь к нему, чувствуя, как слёзы текут по моим щекам.

— Маленький мой, где же ты был-то? — шепчу, задыхаясь от смеси смеха и слёз. — Как же я по тебе скучала... Ты же мой золотой, малышечка!

Подруга стоит рядом, её глаза светятся от радости. Но я всё ещё не могу поверить, что он здесь, что это не сон.

Я безумно счастлива, пока ко мне не подбегает девочка, лет пяти. Смотрит на Мухтара и начинает плакать. Её слёзы текут ручьями, но она не издаёт ни звука. Это зрелище разрывает моё сердце на части.

Следом за девочкой бежит парень, его лицо искажено растерянностью. Он замечает меня и замирает. Его рука судорожно впивается в волосы, глаза бегают, будто он испуган. Бледнеет.

Мухтар, мой верный друг, встаёт и медленно, осторожно подходит к девочке. Его хвост начинает вилять, а уши — подрагивать. Он трётся своей мордочкой о её руки, словно пытаясь успокоить. И девочка, словно заворожённая, делает шаг навстречу. Она обнимает моего пса, её руки дрожат, но в этом жесте столько тепла и доверия.

Что тут вообще происходит? Почему она плачет? Почему этот парень так растерян? И почему Мухтар, МОЙ пёс трётся об эту девочку?!

Глава 6

— Что здесь происходит?! — мой голос дрожит от гнева, но я всё равно поднимаюсь на ноги, чтобы встретить взгляд парня, который стоит передо мной. Его глаза полны какого-то странного удовлетворения, а я не могу понять, что происходит. — Почему моя собака у вас?!

Сердце колотится как бешеное.

— Ну... Давай отойдём, — наконец произносит он, склонив голову на бок. Его голос звучит спокойно, но в нём есть что-то угрожающее. Я не реагирую, и он грубо хватает меня за запястье, заставляя идти за ним.

— Пусти меня! Мне больно! — шиплю, пытаясь вырваться. Но он только сильнее сжимает мою руку, словно показывая, что сопротивление бесполезно. Его хватка железная, и я чувствую, как кровь приливает к коже.

— Не могу я тебе отдать собаку, — наконец говорит он, и эти слова звучат как приговор. В его голосе нет ни капли сожаления или сочувствия. Только холодная решимость.

Замираю, не в силах поверить своим ушам. Как он может так спокойно говорить об этом? Как он может просто так забрать мою собаку? Смотрю на него, пытаясь найти в его глазах хоть какой-то намёк на то, что это шутка.

— Как? Это мой пёс! — запинаюсь, не находя слов. Голос дрожит, сердце колотится, как бешеное. — Я... я в полицию пойду, я... — выдавливаю из себя, но знаю, что это бесполезно. Он не отдаст мне Мухтара. Ага, конечно, так я и сдалась. Просто так. Я этого не допущу!

Парень резко оборачивается, его глаза сверкают гневом. Он сжимает кулаки, и я невольно отступаю на шаг, чувствуя, как страх сковывает меня. Но он неожиданно успокаивается и опускает руки.

— Да замолчи ты и выслушай меня! — его голос звучит глухо. Киваю и замираю, как статуя, не в силах пошевелиться.

Он делает глубокий вдох и продолжает, запустив руку в свои взъерошенные волосы.

— Помнишь аварию на Ленинском, несколько лет назад? Три машины занесло, в плюшку, столкновение с камазом? — его голос становится тише, почти шёпотом. Он смотрит куда-то вдаль, словно вспоминая что-то не очень приятное. Киваю, хотя от его слов по спине пробегает холодок.

— Конечно, кто не знает... — отвечаю, стараясь не выдать своего волнения. — Но при чём тут это?

Минутная тишина. Потом его взгляд фокусируется на мне.

— А при том, что в одной из тех машин были наши с Катюшкой родители. С тех пор она замкнулась в себе, как в непроницаемой раковине. Её глаза больше не сияли, смеяться перестала, а радость — в далёкое воспоминание. Она не улыбалась, не радовалась ничему, только ревела или, в лучшем случае, просто тихо грустила. Но самое страшное было то, что она молчала. Я думал, она уже никогда не заговорит, не вернётся к жизни, которую мы так любили. Мозгоправы, курорты, самые дорогие игрушки — всё было бесполезно. Я думал, что она останется немой навсегда.

Он замолкает, и я чувствую, как ком подступает к горлу. Это был кошмар, который я не могла себе даже представить.

— Мне очень жаль, прости... но при чём тут моя собака? — спрашиваю, едва слышно, словно боясь потревожить тишину, которая, казалось, заполнила всё вокруг.

— Несколько дней назад, когда Катька увидела твоего пса, она ожила. Словно по волшебству, она начала говорить, заулыбалась, а я услышал её смех снова. Это было для меня самое большое счастье, которое я мог себе представить. Я понимаю, что ты любишь свою собаку. Но поставь себя на моё место. Как бы ты поступила?

— Я бы никогда не... — начинаю я, но обрываюсь на полуслове. Слова застревают в горле, и я не могу найти подходящих. Я понимаю, что он прав. Во всём.

— Видишь? Ты бы поступила так же, потому что, как только я начинаю даже намекать сестрёнке отдать собаку хозяйке, у неё начинается дикая истерика. А я не могу больше смотреть, как она плачет. И как мне быть?

Я молчала, не находя слов. Его телефон зазвонил, и он, недовольно сморщив нос, ответил на звонок.

— Ну что тебе опять? — прорычал он в трубку. — Сестричка, ты меня уже достала! За сухаря ответишь! И не надо хвастаться своим новым женихом. Это не твоё дело.

Его терпение, казалось, на исходе. Но вдруг он перевёл взгляд на меня и хитро улыбнулся.

— Хорошо, приведу её, и она существует, — сказал он, прищурившись. — Но тогда ты исчезнешь с моих глаз долой хотя бы на недельку. Лады?

Он сбросил звонок и ткнул меня пальцем в грудь.

— У меня для тебя есть предложение, которое может показаться странным, но, оно окажется взаимовыгодным. Только прошу, не спеши с ответом, обдумай всё как следует, — произнёс он, и я кивнула, стараясь не выдать своего любопытства.

— В общем, слушай. У меня есть сестра, которая, мягко говоря, та ещё заноза в заднице. И я хочу её по-настоящему вывести из себя. Для этого мне нужна твоя помощь. Ты будешь жить у меня дома, и я представлю тебя как свою девушку. Будешь на полном обеспечении, так что тебе не придётся беспокоиться о деньгах. И плюс ко всему, ты сможешь быть ближе к своему псу.

Он усмехнулся, глядя на меня с лукавой улыбкой. Мои брови непроизвольно взлетели вверх.

— Не офигел ли ты?! — спрашиваю, не веря своим ушам. — Людей нельзя просто так вот взять и купить!

Парень пожал плечами, словно это было самое обычное дело.

— Ну, не знаю, мне вполне нормально.

Он сейчас серьёзно?!

Глава 7

— У тебя есть какая-нибудь мечта? Глобальная, я имею в виду.

Хмурюсь, недоумевая, к чему он клонит, и отвечаю:

— Да. Я хочу открыть своё кафе. К чему эи странные вопросы?

— Хорошо, — улыбается он, будто только этого и ждал. — Через полгода я исполню любое твоё желание. На любую сумму. Хочешь кафе? Будет тебе кафе. Я не шучу. Только думай быстрее. Мне бы к вечеру уже «невестушку» домой привести и утереть нос сестре, пусть побесится.

Я смотрю на Мухтара, который весело играет с маленькой девочкой, но его глаза всё равно находят меня. В воздухе повисает напряжение.

— Веська, — вдруг раздаётся голос моей подруги, стоящей рядом, вздрагиваю от неожиданности. Я совсем забыла о ней. — Кафе за невинное пари? Неплохо же!

И она туда же... Так-то, и надоедать Соне не хочется... Ладно, выбора всё равно особо нет.

Внимательно смотрю на парня. Он стоит, небрежно скрестив руки на груди, и его взгляд скользит по моему лицу, словно он изучает меня. Киваю, стараясь сохранять спокойствие.

— Ладно... Только никаких домогательств и руки не распускать! — говорю угрожающим голосом, что его веселит.

Он усмехается и делает шаг ко мне. Его глаза блестят, а на лице появляется игривая улыбка.

— Ой, больно надо. Всё в рамках приличия, детка! — произносит он, притянув меня к себе за талию. Я чувствую, как его руки сжимаются вокруг меня, и пытаюсь отстраниться, но он держит крепко.

Сверлю его взглядом, пытаясь передать своё недовольство. Но он лишь улыбается ещё шире.

— Это всего лишь невинные объятия, — шепчет он, склонившись к моему уху. Его дыхание обжигает мою кожу, и я чувствую, как по спине пробегает дрожь. — Расслабься и получай удовольствие.

Пытаюсь вырваться из его хватки снова, но он держит меня крепко. Мухтар тут же бросается ко мне, рыча и скаля зубы на парня. Тот поднимает руки, пытаясь защититься.

Теперь уже я улыбаюсь. Мухтар — мой лучший друг и защитник, и он никогда не даст меня в обиду. Мой малыш...

— Понял, понял, — произносит он, поднимая руки вверх.

— Умница, Муха! — ласково обнимаю пса, и он постепенно успокаивается. Повернувшись к парню, замечаю, как он раздражённо мотает головой.

— Беспредел... — сквозь зубы бормочет он, и в этот момент к нему подбегает маленькая девочка с сияющими глазами. Парень тут же подхватывает её на руки, и в его глазах мелькает нежность.

— Это Катя, моя сестрёнка, — представляет он, чуть крепче прижимая девочку к себе. — А я Влад. Должен же я знать, с кем буду делить... ну, не только постель, а дом, — усмехается. -- А тебя-то как звать?

— Весна... — тихо отвечаю, отряхивая грязные джинсы. — Не смотри на меня так. Да, меня так зовут...

— А что, красиво, — задумчиво произносит Влад, разглядывая меня. — Будешь Веснушкой, да, Катюш? — обращается он к сестрёнке, и та кивает, её лицо озаряется улыбкой.

— Да, Веснушка, — повторяет Влад, и в его голосе звучит странная смесь любопытства и лёгкой насмешки. — Так и будешь.

Дурацкое прозвище... Ну, да ладно.

Подруге кто-то звонит, и она, извинившись, убегает. Я остаюсь в полном недоумении. Через несколько минут передо мной открывается дверь роскошного автомобиля.

Смотрю в окно, пытаясь понять, куда мы едем, и замечаю, что машина сворачивает на узкую улицу, ведущую к большому, величественному дому. Он выглядит так, будто сошёл с обложки роскошного модного журнала: белоснежные стены, высокие колонны, массивные двери с коваными узорами. Я не могу поверить своим глазам...

Мы подъезжаем к дому, и я выхожу из машины, чувствуя, как сердце начинает бешено колотится.

Захожу внутрь и оказываюсь в просторном холле. В центре холла стоит огромная лестница, ведущая на второй этаж. И я сразу же сталкиваюсь с девушкой, которая несётся прямо на меня. Она выглядит как модель с обложки глянцевого журнала: длинные волосы, идеальная фигура.

Но, увидев, кто это, у меня перехватывает дыхание. Замираю.

— А это моя сестра, та самая заноза, Кира, — произносит Влад, указывая на неё.

Нет, так не бывает... Мне это снится, да? Что она тут делает?!