Весна

Глава первая. С чистого листа. Эпизод 1

Её приход был незаметен среди залежавшихся снегов и голых деревьев. Но постепенно весна начинала заявлять о себе, возвращая миру зелень, наполняя сердца силой, с каждым днём поднимая солнце всё выше. Ласковой ладонью пробуждала она жизнь. Крестьяне плакали от расплодившихся мышей, обнаглевшие бродячие собаки с интересом разглядывали мясные лавки, а проснувшиеся комары голодными стаями дежурили у кромки леса. По раскисшим от грязи дорогам, то и дело застревая, потянулись серые вереницы повозок.

Пробуждение жизни коснулось и сердец людей: городская милиция отлавливала мошенников и воров, жулики и бандиты творили свои тёмные дела. Выходить на улицу по ночам становилось опасно. И всё-таки люди радовались отступлению холодов. Уставшие от зимы, они блаженно нежились в лучах солнца, переполняемые новыми силами.

По дороге в Кросдорф неспешно ехал дилижанс светло-древесного цвета, который тащили две сильные лошадки северной породы. На дверцах повозки красовался побледневший от старости и сырости герб – зубчатый крест на пурпурном щите. На месте возницы сидел хмурый человек с зорким пронзительным взглядом, напевающий под нос какую-то песенку. Рядом с ним, чуть отодвинувшись, замерла прекрасная дева в лёгком плаще поверх тонкого платья. Её колени скрывал тёплый плед, под которым пряталось оружие – изящная сабля штучной работы.

– Хватит уже гундеть, – негромко возмутилась девушка.

– А я разве тебе мешаю? Ты чем-то занята? – многозначительно приподнял бровь Келеан. – Ты, вместо того, чтобы природой любоваться, лучше бы обстановку разведала. Фон послушала. Ауры посмотрела. Город уже за тремя поворотами, так что должна справиться. – Он потрепал свою спутницу по голове, вызвав её гнев. – Ну не смотри такими глазами на меня! Хотя… нет, смотри! Когда ты дуешься, ты просто лапочка!

– Убери от меня свои руки, кобель! – оттолкнула Келеана Росинка. – Это ты со своей Агнессой заигрывать можешь. А ко мне сунешься – пальцы откушу!

– У-тю-тю, – усмехнулся некромант. – Боюсь-боюсь.

Девушка посмотрела на него полным гордого презрения взглядом и внезапно удивлённо чихнула.

– Эх ты, мелочь, – вздохнул Келеан. Росинка угнетённо высморкалась в платок, и больше ничего сделать не успела – дилижанс выехал на вершину высокого холма, с которого открылся потрясающий вид на огромный Кросдорф, напоминающий силуэт надкусанного яблока, и синюю гладь океана, уходящую вдаль и сливающуюся с утренним небом. У девушки перехватило дыхание от восторга. Каким же невероятным зрелищем открылся один из крупнейших портовых городов Империи. За высокой изломанной линией каменной стены тесно набились домики с жёлтыми крышами. Ближе к морю начинались кварталы других домов с красными черепичными шапками и узкими башенками. Из сотен труб поднимался дымок, безмятежно рассеиваясь над ровными улицами. Главные проспекты расходились лучами от широкой гавани, в которой застыл строгий лес корабельных мачт. И весь этот открывшийся мир с трёх сторон окутывал хвойный массив, обрываясь у голубой водной глади.

Безусловно, здесь было очень красиво. В Вельсе, правда, тоже было красиво, но не так. Путники четыре месяца прожили в столице герцогства Сауфт, помогая Агнессе вытянуть дела из паутины, сотканной Акхатом. Росинка очень подружилась с герцогиней, и было даже странно, что ей неприятно видеть её рядом с Келеаном. Впрочем, всё это она списывала на возраст.

– Был бы у тебя хвост, ты бы им, наверно, виляла как полоумная, – ухмыльнулся некромант, мельком глянув на Росинку. И уже мысленно обратился к спавшему в дилижансе Виктору. – Эй, Виктор. Виктор, эй! Проснитесь, Ваше Величество!

Предвестник открыл глаза.

– В чём дело?

– Скоро подъезжаем к городу. Куда сначала отправимся: к местной церкви или сразу в гостиницу?

– Давай к церкви, – решил Виктор. – Денег почти не осталось.

– Понял.

– Что это? – взволнованный голос Росинки отвлёк Келеана от мысленной беседы.

– А? Что? Где? – всполошился он. Хотел добавить ещё «Когда?» и «Почём?», но излишняя говорливость на этот раз ему изменила.

– Вон там, у самых ворот, – рукой указала девушка куда-то вперёд. У подножия холма дорога делала несколько изгибов, выпрямляясь только в паре сотен шагов от городских стен. Здесь открывалось пространство свободное от леса, и вдоль дороги с левой стороны высились почерневшие столбы в два человеческих роста вышиной. А на столбах висели…

– Преступники, – ответил Келеан. – Уголовники, бандиты, нарушители. Особо провинившиеся перед Законом и Церковью.

Росинка нахмурилась. Первое очарование схлынуло, уступив место настороженности. Ещё совсем недавно ей была безразлична судьба посторонних людей, но жизнь в большом городе изменила её взгляды.

Всего столбов было восемь. Под ними суетились несколько стражников, что-то оживлённо обсуждая. Когда дилижанс приблизился, они дружно обернулись в сторону путников. Несомненно, столбы стояли здесь ещё и для устрашения – отношения с герцогством Сауфт заметно ухудшились за последние месяцы.

– Они уже всё равно мертвы, – перехватил Келеан устремлённый к уголовникам взгляд Росинки.

– Один ещё жив. Вон тот, второй.

– Уверена? Какой-то он синий…

– Я чувствую. – Девушка привстала, пристально разглядывая преступника и обратив на себя взгляды стражников. – А ну-ка останови! – приказала она.

Келеан не стал спорить, предвкушая интересную перепалку со стражниками. Росинка спрыгнула на влажную землю и решительно подошла к висевшему на столбе человеку. Им оказался седобородый мужчина, худой, жилистый, одетый в лёгкую рубашку и просторные штаны – не очень тепло для такой погоды. Лицо человека было обращено к небу – спокойное лицо старика, смирившегося со скорой смертью и не ожидающего от жизни сюрпризов.

Стражники подошли поближе к дилижансу, но остановились, увидев герб на дверцах. Келеан тоже спустился и встал рядом с девушкой.

– Нравится? – со странной интонацией спросил он.

– Мы возьмём его с собой! – заявила Росинка тоном, не терпящим возражений. И уже мягче добавила: – Это лекарь. Я предвижу, нам понадобится его помощь.

– Эй, я ведь тоже могу в будущее заглядывать, – обиделся некромант. – Какой нам прок от лекаря?

– Вот именно, – послышался сзади хмурый голос Предвестника. Чиновник в пурпурной мантии решил разведать причину остановки. – Не вижу причин брать с собой ещё одного нахлебника.

– Кого это ты нахлебником назвал? – обернулся к нему Келеан.

– Тебя, – пришёл мысленный ответ.

– А девочка не в счёт? У нас же общий враг! Мы должны действовать вместе!

– Ничего мы не должны. – Вместе с мыслью пришёл образ захлопнувшейся двери. Уже вслух Виктор обратился к девушке. – Что ты там разнюхала?

– Он будет нам полезен, – уверенно повторила Росинка. Предвестник раздумывал минуту, затем развернулся и полез обратно в дилижанс. Бросил через плечо:

– Ладно, снимайте.

– Верная ученица как всегда пользуется большей благосклонностью, – пробормотал Келеан и пошёл договариваться со стражниками.

Удивительным всё-таки свойством обладал Келеан – умел находить общий язык с людьми. Виктор не знал, что некромант сказал стражникам. И убеждал себя в том, что и не хочет этого знать. Однако интерес всё же оставался.

Результат – перед глазами.

– Спасибо, добрые люди, – медленно проговорил старик, пытаясь поудобнее устроиться на мягком сидении. Дилижанс чуть трясло. Виктор и Росинка сидели напротив незнакомца, Келеан присутствовал только мысленно.

– Пока не за что, – флегматично ответил Предвестник. Старик посмотрел на него, но не удивился. Конечно, ведь бесплатные чудеса случаются крайне редко.

– Меня зовут Влад Тельес, – представился лекарь.

– Это нам уже известно.

– А мои вещи?..

– Те, что не сожгли, вам вернут, – снова ответил Виктор. Росинка пока молчала. – Насколько я понял, вас осудили за хранение языческих книг. Большую их часть уничтожили, а четыре, если верить стражникам, забрала Церковь. Те, которые напечатаны на прессе, а не написаны от руки. – Голос Предвестника зазвучал слишком официально. Он поглядел в окно на просторные улицы, оживлённость которых напрямую зависела от высоты солнца. – Так же вы получите новую одежду и двадцать пять серебряных марок. К сожалению, ваш дом уже продан, так что вам придётся довольствоваться временным пристанищем.

Влад рассеянно покивал, пропустив, кажется, всё услышанное мимо ушей.

– Так зачем же я вам всё-таки понадобился?

Виктор кивнул в сторону Росинки.

– Вы чем-то приглянулись моей дочери. Её зовут Роза. А меня Виктор Эгерс. Я государственный Предвестник.

– Вижу, – бросил лекарь быстрый взгляд в сторону висевшей у дверцы мантии. – Значит, семья магов? Госпожа Роза Эгерс, так?

Девушка кивнула.

– Я разглядела в вас дар врачевания, – простодушно сказала она. – И мне кажется, что скоро нам может понадобиться ваша помощь.

– Как это мило, – улыбнулся Влад. – Я всё-таки вам благодарен. Вижу, у вас самые искренние намерения. Конечно, меня мало волнуют деньги, свобода, даже книги. Я бы мог и дальше висеть под стенами, желая обрести небесный приют. – Он грустно вздохнул, опустив взгляд. – Кончается мой путь. Уже недолго осталось. Но откликнуться на зов о помощи я ещё способен. И не смотрите на мою слабость и дряблость… – Он внезапно умолк, истощённый краткой тирадой. – Однако я вижу, – собравшись с силами, продолжил он, – что вы оба вовсе не те, за кого себя выдаёте. Нет, может, вы, господин, и в самом деле Предвестник. Но очень уж у вас странная жизненная энергия. Нечеловеческая. И у вас, госпожа. Я же вижу, вы не родственники. А уж господин некромант и вовсе личность странная. Он отлично выглядит для своих лет, а ведь мы с ним одногодки. Да, я тоже в пятьдесят девятом родился…

Виктор и Росинка озадаченно переглянулись. Их раскрыли всего за пару минут – такого они никак не могли ожидать!

– И ещё что-то витает в воздухе, – продолжал странный лекарь. – Чувствую призрака. Очень сильного, с безграничной астральной эманацией.

– Похоже, вы тоже о себе раскрыли далеко не всё, – медленно произнёс Виктор.

– Разве это главное? – добродушно спросил Влад. – Главное, что я могу помогать людям. И ничего за это не требую. Очень надеюсь, что буду вам полезен.

– Приехали мы, – донеслась до всех хмурая мысль Келеана. Дилижанс плавно остановился, подкатив к ступеням монастыря.

– Ждите меня здесь, – сказал Виктор, накидывая на плечи мантию. Прежде чем выйти, он одарил лекаря задумчивым взглядом. Секундой позже Росинка и Влад остались одни.

– Скажите, – робко попросила девушка, – что вы почувствовали, когда увидели Предвестника? Я не знаю, каким даром вы обладаете, но, может, вы видите его истинный вид?

– Он не человек, – повторил Влад. Помолчал, подбирая слова. – Очень странная энергия. И очень редкая. Больше всего это похоже на…

– Я рекомендую вам немедленно замолчать, – разразилась громом в умах собеседников мысль Келеана. – Никогда не говорите на эту тему.

– Простите, – не стал спорить Влад. Росинка обиженно нахмурилась.

***

Странное явление без названия – когда всё начинает идти не так, а события складываются из неожиданных обстоятельств. Епископ Эстон, главное лицо монастыря Кросдорфа, отнюдь не спешил порадовать Предвестника хорошими новостями. Вместе они шли по недлинной аллее во дворе монастыря, неспешно беседуя.

– Вашу первую просьбу мы, конечно, выполним, – хрипло проговорил епископ, имея в виду возвращение книг. Сам он был не очень доволен таким поворотом событий, но в дела Предвестников никто не имел права вмешиваться. Да и возраст уже не тот, чтобы совать свой нос в чужие дела. – А вот с деньгами извините, тут мы бессильны.

– Объясните, – попросил Виктор, поставленный перед перспективой остаться без средств к существованию.

– Понимаете, – мягко сказал Эстон, легонько дотронувшись до плеча собеседника, – вы не единственный Предвестник в Империи. Церковь очень ценит ваш вклад в благополучие страны, однако ваши действия и действия ваших коллег очень трудно координировать. Так уж случилось, что каждый из вас располагает сведениями, которые имеют ценность, только если их объединить. Увы, мы пока не видим картины в целом, но о главном вы, думаю, догадываетесь. Назревает восстание в северных герцогствах. Одновременно в семи или восьми, нам пока не ясно. В таких случаях военное вмешательство не поможет, и Патриарх принял решение эвакуировать казну всех монастырей на юг, поближе к столице.

Они остановились в тени высокого тополя, только-только начавшего зеленеть. Епископ заговорил тише.

– Совсем недавно я получил письмо от Патриарха с просьбой как можно быстрее вывезти золото и серебро из Кросдорфа в Норн. Там нас ожидает надёжный эскорт. Увы, этим солдатам запрещено даже смотреть в сторону севера. А мы вынуждены справляться своими силами.

– Вы не нашли достаточного количества повозок? – догадался Виктор.

– К сожалению, это так. Мы обратились к торговым гильдиям, но они предложили нам подождать полтора месяца. Это недопустимо. Патриарх требовал скорейшей эвакуации. Тогда мы обратились в частную почтовую службу, и они согласились дать нам необходимое число повозок. И даже наняли нам охрану. Вот только цену за свои услуги они явно завысили, и мы, отправив деньги, внезапно оказались в большом долгу. Золото уже не вернуть, и мы вынуждены распродавать своё имущество. Простите, но теперь я уже ничем не могу вам помочь.

– Это очень неприятно слышать, – признал Виктор. – А могу ли я как-то повлиять на ситуацию?

Епископ неожиданно улыбнулся.

– Признаться, я не смел вас просить, – слукавил он. – Но если вы сами желаете помочь. Вы уже нашли, где остановиться? – Дождавшись отрицательного ответа, Эстон продолжил. – Тогда я порекомендую вам одну гостиницу. Крупнейшую в Кросдорфе. Сутки в ней любой желающий может жить бесплатно. Затем отправляйтесь в почтовую компанию и поговорите с их директором. Вы всё поймёте.

Виктор пока ничего не понимал. Но раз уж сам ввязался, придётся подчиниться обстоятельствам. Узнав адрес гостиницы, он поблагодарил епископа и покинул монастырь.

***

Уже через час Виктор, оставив своих спутников в гостинице, направился к зданию почтовой компании. На чёрной двуколке он быстро пронёсся по просторным улицам, не глядя по сторонам. Разговор предстоял неприятнейший. Мало того, что цель визита туманна. Но что же задумали в компании? Ведь не могли же они требовать деньги с Церкви, зная, что этих денег у неё нет! Значит, выход всё-таки есть. Ни одна компания не стала бы просто так рисковать.

В здание почты Виктор входил, пребывая в весьма грозном настроении. Шутки с Церковью никому не могут пройти даром, и сейчас он покажет местным интриганам, что так оно и есть. Представившись на входе, он потребовал, чтобы его провели к директору. Мельком он отметил, что здание у почтальонов большое, но обставленное небогато. Картин и скульптур нет. Люстры не украшены. Даже ковры в коридорах не постелили. Боятся грабежа?.. Куда же уходят полученные от Церкви деньги?

Кабинет директора компании оказался подстать зданию – в меру аскетичный, в меру деловой. В углу стоял узкий шкаф с бумагами. В центре два кресла для гостей. Сам хозяин кабинета восседал на хлипком креслице, что-то записывая в журнале. Стол перед ним больше походил на одноместную парту. Хозяин поднял взгляд на вошедшего и опустил перо. Поднялся, изучая гостя. Виктор так же изучал его, и не только внешне, но и мысленно.

– Виктор Эгерс, государственный Предвестник, – представился гость.

– Ещё один, – вместо приветствия буркнул хозяин. На вид ему не было и тридцати. Светловолосый, симпатичный мужчина с очень внимательными глазами. Он указал рукой на одно из кресел и уселся сам. – Церкви никак не надоест присылать ко мне своих представителей. Будто это что-то изменит.

Виктор подошёл поближе, рассматривая собеседника сверху вниз, и, наконец, сел.

– С кем имею честь говорить? – по-прежнему официально спросил он.

– Простите, – после короткой паузы смягчился мужчина. – Я – директор почтовой службы Кросдорфа. Моё имя Вельмонт. Вельмонт Арватэль. – Он скорее не увидел, а почувствовал реакцию гостя. И улыбнулся, довольный произведённым эффектом.

– Сын герцога Флавия?

– Бывшего герцога, – поправил директор. – Это так. Мой батюшка был очень вспыльчив… при жизни. Он разогнал родственников по всей Империи. И вот полюбуйтесь кто я теперь.

– Вы не думали вернуться в Вельс? – попытался ухватиться за эту ниточку Виктор, но откровенность Вельмонта имела пределы.

– Думал. И не вернусь. – Директор ухмыльнулся, с вызовом глядя на Предвестника. – Насколько мне известно, моя кузина неплохо справляется со своими обязанностями. Не без вашей помощи, разумеется.

– Уже наслышаны?

– Конечно. Впрочем, вы, вероятно, пришли поговорить не о моей семье? – Виктор кивнул, и Вельмонт поднялся. Подошёл к окну, отодвинул занавеску. Но, не увидев ничего нового, вновь обернулся к гостю. – Дела Церкви в этом регионе идут из рук вон плохо. Вы наверняка хотели воззвать к моей совести, однако у вас ничего не выйдет. Правде надо смотреть прямо в глаза, а правда такова, что из Церкви сделали, уж простите, козла отпущения. Патриарх зачем-то вмешался в военные дела. Военных рабов взяли на содержание монастырей. Не спорю, очень благородный поступок. И очень глупый, как оказалось. – Вельмонт вновь почувствовал негативную реакцию Предвестника, хотя лицом гость совершенно не переменился. Директор решил подойти к разговору с другой стороны. – Вам известно, что Церковь контролирует восемьдесят процентов всех финансовых операций в государстве? Потому наша страна и называется Священной Империей. Церковь, да. Она прибрала к своим рукам всё или почти всё. И теперь пришла неизбежная расплата.

– А вы недовольны нынешней властью? – вставил, наконец, слово Виктор. Ему совершенно не нравилось, как повернулся разговор. Он думал, что именно ему будет принадлежать инициатива. И ошибся.

– Я-то? Мне вообще всё равно. Вот если бы я был герцогом, – многозначительно кивнул Вельмонт, – тогда я бы ещё задумался об этом. И не смотрите так, я знаю, о чём вы думаете. Не считайте себя неуязвимым. – Директор вернулся в кресло, глядя на Виктора с равнодушным спокойствием. – Над Предвестниками есть только три силы. Патриарх, Император и Закон. Или, если угодно, Церковь, Корона и Кодекс. Три тонкие ножки, на которых покоится плоскость нашего мира. Этот хрупкий табурет вынужден держать вес огромной задницы нашей замечательной Империи. Но стоит только одной ножке подломиться, как тут же страна шлёпнется копчиком на холодный пол. Разве нет? Вы знаете, я никогда не видел Патриарха. Да и Император ни разу не покидал столицы. А Закон… – Вельмонт победно улыбнулся. – Закон на моей стороне. Вы хотите знать, почему я назначил такую цену перед Церковью? Я вам отвечу. Потому что Церковь – это и есть та самая подпиленная ножка! Обеспечение военных рабов обернулось авантюрой, следствием самоуверенности и беспечности. Преступно и недопустимо для власти совершать подобные шаги. Здесь в северных герцогствах ситуация резко изменилась. Кто-то вмешался. Некая сила, идущая изнутри. Налоги растут. Растёт и недовольство народа. Вот-вот вспыхнет восстание. И Церкви вдруг не оказалось дела до рабов. А кто их будет содержать? Правильно, никто. Уже не секрет, что монахи эвакуируют свои богатства на юг. При таком раскладе, когда исчезают кредиторы и растут налоги, торговлю в герцогстве ждёт крах. Фонды опустеют за сутки. И что же мне прикажете делать? Работать бесплатно?

Виктор молчал, не зная, что на это можно сказать. По всему выходило, что ему не удастся убедить этого человека сделать Церкви уступку. Странно признавать, но знакомый мир необратимо меняется, и незыблемые ценности уже не имеют никакой значимости.

– Сколько задолжала вам Церковь? – спросил, наконец, Предвестник.

– Вот это уже другой разговор, – серьёзно сказал Вельмонт. – Миллион. – Он откинулся на спинку кресла, сложив руки на животе и расслабившись. Словно камень с плеч сбросил. – А если точнее девятьсот восемьдесят девять тысяч лакирийских серебряных марок. Ну, или двадцать восемь тысяч золотом, только откуда вам взять столько золота? – Этим вопросом он полностью дал понять, в какой ситуации оказался Предвестник. – Разумеется, я не требую с вас этой суммы. Однако и от долгов отказываться не собираюсь. – Он снова поднялся, подошёл к маленькому шкафчику и извлёк из-за стекла графин с вином и два бокала. – Ещё до того, как Церковь начала суетиться, – медленно проговорил он, – её представители вложили большие деньги в тотализатор. В Кросдорфе большие деньги попадают в большой финансовый оборот, с которого можно получить немалую выгоду. – Он поставил бокалы на стол и неспешно наполнил. Протянул один Предвестнику. – Вы слышали про Международный Турнир?

Виктор принял бокал и кивнул. Он уже догадался, куда клонит его собеседник.

– Я знаю, что у Церкви есть свои представительства среди организаторов Турнира, – продолжал Вельмонт. – А так же они могут сделать долговую ставку при поручительстве организаторов. Разумеется, выигранные деньги перейдут ко мне в руки, тут и вопросов быть не должно. С такими суммами не шутят. – Он опустился на стул и сделал маленький глоток. Вздохнул. – Хорошее вино. Не находите? В общем, я хочу, чтобы вы выступили на этом Турнире. Я знаю, что у Предвестников превосходная подготовка. Если же заявки уже не принимаются, я смогу вам добыть одно место. За каждую победу будете получать деньги. А Церковь, разумеется, будет ставить на вас. Ведь они вас ко мне именно за этим и прислали. У монахов есть быстро соображающие люди. Сперва догадались воспользоваться почтой. Теперь ищут спасения в азартном мире, зная, что все козыри у них. Точный и холодный расчёт, будь он неладен. Мы сейчас подпишем договор, и вы станете моим представителем на Турнире. Уверен, вас ждёт большой успех.

Виктор молчал, переосмысливая собственное положение. Фактически у него не было выбора. Отказаться значит предать Церковь. В том, как легко государственный Предвестник был впутан в это дело, крылось нечто обидное.

– Пожалуй, нам больше нечего сказать друг другу, – медленно произнёс Вельмонт, доставая из единственного ящика стола необходимые бумаги. – Постарайтесь думать об этом как об исполнении своего долга. Я искренне желаю вам удачи.

Предвестник поставил бокал, так и не отпив ни капли, и поднялся, бесстрастно глядя на Вельмонта.

– Когда-нибудь вы горько пожалеете о том, что погнались за выгодой. Церковь не прощает неуважения к себе.

– Вполне возможно, – равнодушно улыбнулся директор. – Но когда это ещё произойдёт? А в данную минуту меня волнуют только деньги. И рекомендую вам взять с меня пример. Быстрее рассчитаетесь, быстрее освободитесь. Согласны?

Виктор не ответил.

Глава первая. С чистого листа. Эпизод 2

Темно.

В вышине замер ослепительный контур, окружённый звёздами – солнце. Непривычно видеть тёмное небо днём, но ведь мир с высоты выглядит именно так. Сознание Росинки вознеслось над землёй, замерев на дискретной грани астрала и реальности. Планета внизу – сфера. Изогнутый купол вверху – полусфера. От поверхности веет теплом. Особенно хорошо это чувствуется над городами. Лёгкое движение, и мир проносится мимо, приближается, отдаляется, делится на новые грани. Когда граней станет слишком много, полёт придётся прервать.

Невидимая рука волчицы замерла над небольшим городком, ощущая веющее снизу тепло. Душа каждого человека подобно раскалённому огоньку светила в астрале. Тысячи огоньков сливались в мельтешащий поток, найти в котором один единственный, неповторимый и уникальный казалось невозможным. Но Росинка продолжала искать.

Следующий город. Следующий.

Где же ты, Учитель?..

Потому-то, наверное, Виктор и оживил волчицу: ни он, ни Келеан не были способны на подобный полёт. Конечно, оба они великие маги, и искать души тоже умеют. Но не так. Не с таким размахом. Откуда же Предвестник узнал о её способностях? Росинка не раз задавалась этим вопросом. За месяцы служения она сумела по-новому посмотреть на своего хозяина. Научилась его уважать. Научилась слушать. Ведь когда-то он был её кумиром. Она мечтала, что однажды отправится в странствие так же, как и он. И вот теперь мечта сбылась. Только реальность оказалась куда более жестокой.

Привыкать пришлось долго. Первый месяц Росинка отказывалась выполнять приказы Виктора. Отказывалась умом, но не телом – некая сила, засевшая внутри, заставляла подчиняться. Потом пришло смирение. Вскоре хозяин обучил её новым заклинаниям. Научил обращаться с оружием. Даже стал выполнять её маленькие прихоти. Например, заказал для девушки лёгкую саблю, которой она в первую же ночь попыталась зарезать Виктора. Прокралась в темноте в его комнату и остановилась в последнем шаге. Остановилась, потому что увидела его глаза. Виктор будто ждал её. Внезапно сел на постели и спокойно посмотрел на волчицу.

– Смелей, – равнодушно сказал он тогда. Росинка замахнулась, но рука замерла, не в силах преодолеть магию взгляда Предвестника. Магию, в которой не было ни капли Потерянного Искусства. Её остановил страх.

Развернувшись, девушка быстро покинула комнату и больше никогда не пыталась убить своего хозяина. Что-то сломалось в её душе. И ей было очень больно это осознавать. Впрочем, её успокаивало, что даже Виктор с Келеаном могут чувствовать страх. Даже забавно, но они боялись друг друга. Не признавались, конечно.

Росинка и не заметила, как тяжело стало переливаться сознанием над безмятежной планетой. Слишком много движений, слишком мало сил. Пора возвращаться. Она не знала, что будет делать, когда найдёт Учителя. Она делала это по приказу Виктора, но ведь он понимал, что Росинка может воспользоваться обретённым знанием на своё усмотрение. Риск всегда отпугивает, но порой он неизбежен.

Чёрная полусфера звёзд безмолвно отступила, выпрямившись, потеряв объём. Небо стремительно светлело, а мимо уже проносились дома города Кросдорф, в которых жили тысячи душ-огоньков. Всеобъемлющий взгляд волчицы сузился до квартала, затем до одного дома, затем до этажа. И вот она уже открыла глаза в реальном мире, вновь привыкая видеть ограниченно, в меру скромных возможностей своего человеческого зрения.

Она сидела в здании Купеческих бань, в которое попросился Влад. Старик говорил, что раз уж ему представился шанс начать жизнь заново, то он хочет начать эту жизнь чистым. Росинка с Келеаном не спорили и просто составили старику компанию.

Сейчас Влад был где-то в дальней части огромного здания, где ему делали массаж. Келеан не поскупился, использовав припасённое на чёрный день серебро. Сами бани представляли собой целый комплекс с внешней акваторией, анфиладой залов с бассейнами, отдельными кабинетами и парилками, саунами, горячими источниками и прочими удовольствиями.

Девушка сидела в двенадцатом кабинете на деревянной скамейке, идеально гладкой и чуть прохладной. Рядом стоял столик с фруктами и кальяном. У противоположной стены журчал небольшой фонтанчик, брызги которого затейливо отражались в сложной системе зеркал. Справа дверь в зал с бассейном, слева выход в парильню. На волчице был лишь тоненький махровый халатик, приятно облегающий стройную фигуру. Дверь справа бесшумно открылась, и в кабинете с бутылкой вина появился полуголый Келеан, на котором были только кожаные тапочки и обёрнутое вокруг пояса и бёдер полотенце.

– Двенадцатый, – тихо пробормотал он и громче обратился к девушке. – Уже помылась? – Он откупорил бутылку и наполнил стоявшие на столе бокалы. Бросил волчице яблочко. – На! Скушай. Но жуй хорошенько.

– Я не хочу. – Росинка положила яблоко на стол. Келеан раздосадовано хмыкнул, будто возлагал на этот фрукт большие надежды. Затем присел рядом с девушкой и непринуждённо обнял одной рукой.

– Чего такая кислая? – И, не дожидаясь ответа, сказал: – Представляешь, с каким-то хмырём столкнулся в коридоре. Тоже маг оказался. Всё грозился превратить меня в какое-нибудь экзотичное животное. Пришлось угомонить. Теперь уже не скоро сможет кому-нибудь дерзить! – Заметив, что девушку совершенно не заинтересовала его история, он решил подойти с другой стороны. – Знаю, ты ненавидишь Виктора. Хоть и не показываешь виду, но всё-таки ненавидишь. Его заклятье давит на твой мозг, и это лишает тебя сил и свободы. – Он хитро улыбнулся и положил ладонь на её обнажённое колено. – А хочешь избавиться от заклинания? – Его рука медленно и нежно поднялась по бедру. – Я могу тебе помочь.

Росинка с силой ударила его по руке ладонью и резко встала.

– Обойдусь.

– Ну зачем же так сразу отказываться? – Келеан тут же вскочил следом и приобнял девушку сзади одной рукой, прижимая к себе, а другой проникнув под полы халатика и страстно ухватившись за мягкую упругую грудь. – Подари мне свою невинность! В твоём нежном возрасте опасно оставаться девушкой…

Резкий удар локтём в живот заставил Келеана согнуться пополам от боли. Он шумно выдохнул, опустившись на четвереньки.

– Не смей меня лапать, – холодно сказала Росинка и отошла к фонтану у противоположной стены, томно усевшись на балюстраду из серого камня и закинув ногу на ногу. – А то пожалуюсь папе, – жеманно добавила она. Келеан понимал, что его дразнят, но почему-то готов был простить волчице всё, что угодно. Медленно, по-прежнему на четвереньках он подполз к девушке и опустился щекой на её колено.

– Ну лисёнок! Почему ты ко мне так жестока?

– А ты ничего другого не заслуживаешь, – пленительно улыбнулась девушка. – Скоро вернётся Влад. Будет неудобно.

– Какой тебе прок с этого старика? Я же гораздо симпатичней…

– Вы же с ним одного возраста, – напомнила девушка. – Ты у нас тоже старичок, правда, сохранился получше. – Она не открыла ему, что видела в этом человеке. У Влада был дар. Уникальный, удивительный. Возможно даже, что он был святым. А такие люди всегда интересны, даже если они сами не знают о своей исключительности. Девушка устало посмотрела на мага. – Собирайся, – сказала она тихо.

– Почему мною все командуют? – угрюмо спросил чародей.

– Потому что ты создан, чтобы подчиняться. – Она потрепала его по волосам, вроде и нежно, а вроде и издевательски. Келеан вздохнул и понуро отправился переодеваться.

***

В гостинице «Галеон», крупнейшей в городе, было очень людно и шумно. Помимо обычной столовой здесь так же имелись ресторан, небольшой бар и уютный уголок со столиками под вывеской друзей гостиницы – пекарни «Горячее и вкусное». Виктор уже побывал везде. Столовая оказалась шумной, бар небольшим, а горячее вкусным. Никаких неожиданностей. И повсюду сидели люди. Места свободного не найти. Несколько раз к Предвестнику обращались какие-то личности, просившие как-то повлиять на ситуацию с растущим налогом на зерно. Виктор отвечал, что не может ничего обещать.

– Прошу вас, господин Предвестник! – умоляла его миловидная женщина, подсев к нему за столик. – У нас ничего не осталось! Моего отца задержали за долги. И всё что есть – повозка с зерном, которое здесь не продать. Мы не можем уехать…

Матовый свет масляных светильников над барной стойкой делал атмосферу вечерней, полуинтимной, и собеседница Виктора показалась в этот момент более женственной и привлекательной. Их колени соприкоснулись. Виктор отвёл взгляд.

– Вы странствующие торговцы? – спросил он, прерывая затянувшееся молчание. Женщина кивнула.

– Мы очень надеялись, что сможем получить выгоду на разнице цен. Но прогадали. – Она наклонилась поближе и заговорила тише. – Пожалуйста, помогите нам. Хоть как-нибудь. Мы в бедственном положении…

– Не вы одни.

– Но ведь вы же можете повлиять на магистрат. Налоги приведут торговлю к краху…

– Это я уже слышал, – покачал головой Предвестник. – Всем не поможешь, вы же знаете это. К тому же вмешательство в политику городских властей отнимет у меня много времени.

– Я бы могла что-нибудь сделать для вас…

– Нет, – решительно прервал её попытку Виктор. – У вас нет ничего, что могло бы меня заинтересовать.

– Разве? – её тёплая ладонь оказалась у него на бедре.

– Вы же замужняя женщина, – прочёл он её мысли. – Не порочьте себя. – Он вздохнул свободнее, когда она отступилась. Неожиданно ему в голову пришла идея. – У вас есть и другие пути заработать деньги. Вложите средства в тотализатор.

– В Турнир?.. Но я там никого не…

– Ставьте на фаворитов. На меня. Да, я собираюсь принять в нём участие, и намерен пройти как можно дальше. Надеюсь, это хоть как-то вам поможет. – Виктор немного подождал, пока женщина обдумает его слова, и спросил: – Вы надолго в этом городе?

– Надеюсь, что нет. А что? – Вопрос её немного удивил.

– Через четыре-пять месяцев вы сможете получить за ваше зерно тройную выгоду. Скажите другим торговцам, пусть к середине лета съезжаются к Кросдорфу. Пусть рассказывают другим.

– Вы серьёзно? – недоверчиво спросила она.

– Конечно. Вы можете для меня это сделать? Мне нужно, чтобы об этом знал каждый торговец.

– Я постараюсь, – после недолгого молчания ответила женщина. Виктор бегло исследовал её сознание и решил, что ей можно доверять. Чуть повозившись, он положил перед ней на стол кошель с серебром.

– Спасибо. Это вам за услугу.

Она приняла дар и поднялась, боясь спугнуть удачу. Поблагодарила, учтиво кивнула, улыбнулась на прощание и исчезла. Предвестник продолжал обдумывать сделанный ход. Несомненно то, что власти Кросдорфа не интересуются снижением налогов. Преступники, обречённые умирать на дорогах к герцогству Сауфт, наглядно показывают отношение северных герцогов к Агнессе Арватэль. Она явилась серьёзным просчётом в их идеальном плане. Не получая оборота с торговли, лишённое дешёвой рыбы, отрезанное от северной торговой магистрали, герцогство Сауфт окажется перед непростым выбором.

– Э… простите? – внезапный мужской голос отвлёк Предвестника от размышлений.

– Да? Что?

– Извините. Я слышал, что в Турнире решил принять участие государственный Предвестник. Очень захотелось познакомиться с ним. Это ведь вы?

Виктор удивился, как быстро распространяются слухи по городу. Он мельком окинул взглядом мужчину: тот был высок, отлично сложен и мускулист. Лицом напоминал закалённого в боях воина. Чуть вздутые брови и сломанный нос говорили о том, что этому человеку не раз приходилось участвовать в драке. А вот глаза и улыбка наоборот излучали благодушие и вежливое смирение. И одет он был вполне прилично – светлая рубашка и тёмные брюки.

– Вы тоже участвуете в Турнире? – спросил Виктор. Незнакомец кивнул и посмотрел на стул рядом с Предвестником. Виктор кивнул: – Садитесь.

– Меня зовут Гарольд, – представился мужчина, присаживаясь. – Но все меня знают как Сокол. Это моё турнирное имя.

– Виктор Эгерс. Хм, значит, надо ещё и прозвище себе придумать?..

– Вы в первый раз на Турнире? – собеседник не был разочарован. Скорее наоборот, преисполнился интересом. – А я участвую уже много лет.

– Побеждали? – поинтересовался Виктор.

– Ну да, – непринуждённо сказал Гарольд. – Победитель семнадцатого, девятнадцатого и двадцатого годов. В восемнадцатом дошёл до финала, но не хватило сил, пришлось сдаться.

– Почему вы участвуете?

– Престиж. Деньги. А вы?

Виктор задумался.

– Меня вынудили обстоятельства, – осторожно ответил он.

– Понимаю. Знаете, лет пятнадцать назад в Турнире участвовал Предвестник. Не помню его имени, но он тогда показал невероятное мастерство. Победил всех противников, сам не получив ни одной царапины, ни одного синяка. Возможно, вам удастся повторить его успех.

– Я о своих силах более скромного мнения, – усмехнулся Виктор. – Я больше, знаете ли, специалист по магии. Насколько знаю, у Турнира две ветви – магия и рукопашный бой. Однако Предвестникам запрещено использовать Потерянное Искусство на подобных мероприятиях. А как боец я не очень хорош.

– Ну, время покажет, – философски заметил Гарольд. – Но мне всё равно хотелось бы посмотреть на вас в бою. Да и многим. Тут вами интересуются. Кто знает, возможно, нам с вами придётся сражаться друг с другом.

– Бой с чемпионом – отличная проверка своих способностей! – улыбнулся Виктор, а сам мысленно сник. Он не соврал, когда говорил о своих силах – драться с мастерами он не умел. Всего лишь однажды ему «посчастливилось» сразиться в рукопашном бою с одним учителем боевой школы. Виктора тогда спасли сила, скорость, живучесть. И всё-таки на его опухшее и разбитое лицо после боя было страшно смотреть. – А сколько бойцы получают за каждый бой? – решил он сменить тему.

– Да по-разному. Смотря какой бой. – Гарольд подозвал рукой служанку и заказал себе кружку морса. Снова обернулся к собеседнику. – Участники получают деньги вне зависимости от победы или поражения. Потому сюда и стекается столько народу – простой способ заработать. Хотя и не всегда приятный. – Он о чём-то задумался, будто вспомнил какой-то неприятный эпизод своей турнирной карьеры. – В общем, всё довольно просто. Суммы за каждый тур растут. В первом бою вы получите пятьсот серебряных монет. Если пройдёте дальше, то, соответственно, тысячу, пять тысяч, пятнадцать, пятьдесят и сто пятьдесят. А вот с финалистами сложнее. Проигравший получит двести тысяч, победитель полмиллиона.

– Ого! То есть всего можно заработать семьсот двадцать тысяч серебром?

– Если не делать ставки, – кивнул Гарольд.

– Погодите-ка. Семь противников до окончательной победы. Значит, сто двадцать восемь человек должны участвовать изначально? Где же взять столько бойцов?

– Ну, половина приезжает из других стран. Половина из разных регионов Империи. Нехватки в бойцах никогда не бывает. Если остаются места, то набирают из местных. Пятьсот монет, знаете ли, тоже на дороге не валяются. Обычно местные дальше первого тура не проходят, но был тут однажды случай, когда какой-то умелец до четвертьфинала добрался. Очень ловкий парень, весь город за него переживал.

– А как быть с магами? Сотню магов, да ещё и во время войны набрать не так-то просто.

– Вот тут не знаю. Заявки оформляются заранее. Рассылаются приглашения. Иногда государство выставляет кого-то из своих, военных.

В гостиницу наконец-то вернулись спутники Предвестника, и Виктор тут же поднялся, увидев их.

– Спасибо за беседу, – сказал он Гарольду. – Думаю, ещё увидимся на Турнире.

– Несомненно!

Они пожали друг другу руки. Виктор быстро подошёл к своим и строго обратился к Росинке:

– Отведи Влада в номер. И сама не высовывайся. На сегодня прогулка окончена. – Повернулся к Келеану. – А ты, нахлебник, следуй за мной.

– Как прикажете, Ваше Величество, – не стал спорить некромант. Бросил девушке на прощание: – Не скучай, дорогуша, я скоро вернусь! – и направился следом за Виктором.

***

Секретарь оказался суровым пожилым человеком с очень придирчивым взглядом. На чёрно-красной клетчатой жилетке, одетой поверх белой рубашки, был прикреплён знак международной ассоциации боевых школ. К новым лицам здесь относились очень серьёзно.

– Итак, пришли записаться на Турнир? – вопрос, пожалуй, был риторическим. Проводив Виктора и Келеана в кабинет, секретарь достал два толстых журнала и раскрыл один из них. – Ещё восемь мест свободных. Господин Виктор Эгерс, я правильно понял? Рукопашный бой? – Виктор молча кивнул. Старик сделал запись и поднял взгляд. – Мне нужно знать какой стиль вы представляете на Турнире.

– Ленивый стиль, – брякнул Предвестник первое, что пришло в голову.

– Есть такой стиль? – мысленно усмехнулся Келеан. Секретарь нахмурился, но всё-таки сделал соответствующую пометку.

– Вы уже выбрали себе турнирное имя? Желательно что-нибудь звучное, что хорошо скандировать.

– Поменьше пафоса! – снова влез некромант.

На этот раз Виктор размышлял почти полминуты.

– Спрут, – ответил он. Келеан как-то хитро улыбнулся, услышав это слово. Секретарь сделал последнюю запись и закрыл журнал. Взял второй.

– А вы в магическую ветвь?– обратился он к некроманту. – Вообще, свободных мест у нас не было, но нам только что сообщили, что один из участников, посещая баню, поскользнулся, ударился головой и попал в больницу, и его некем заменить.

– Как удачно совпало, – пробормотал некромант.

– Итак, ваше имя?

– Келеан Путешественник.

Старик недоверчиво посмотрел на мага.

– Раньше в турнирах участвовали?

– Да, лет сорок назад, – неопределённо сказал Келеан. – Круг и четыре креста.

Виктор с удивлением посмотрел на своего компаньона. Этого он не знал. Круг означал победу на международном турнире. Каждый крест – победа на региональном состязании.

– Очень хорошо, – сказал старик. – Запишу вас в фавориты. Вы уже выбрали себе псевдоним?

Келеан хитро посмотрел на Виктора и широко улыбнулся.

– Снежок! – гордо ответил он.

Глава вторая. Ступеньки вверх. Эпизод 1

Несколько дней до начала Турнира пролетели незаметно. К счастью, гостиница «Галеон» обеспечивала остановившихся в ней бойцов бесплатным жильём. До первого поражения. И эта уловка делала гостиницу необычайно популярной и у приезжих бойцов, и у местного населения, стекавшегося посмотреть на своих любимцев. Да и арена, на которой проходили бои, располагалась всего в одном квартале.

Виктор решил насколько возможно подготовиться к предстоящим сражениям и потому начал усиленно приводить себя в форму. Дважды в день он делал пробежки вдоль городской стены. Упорно тренировался, вспоминая забытые упражнения и боевые приёмы. Пытался почувствовать своё тело, пробудить каждый мускул, чтобы в нужный момент иметь возможность использовать всю свою силу без остатка. Росинка старалась ему не мешать, наблюдая за тренировками тайком, не показываясь на глаза. Ей стало ясно, что Предвестник отличный боец. Она и не подозревала до этого, какое существует разнообразие всевозможных движений и приёмов. У Виктора была хорошо развитая мускулатура. Келеан как-то обмолвился, что это у него природное. Возможно, он имел в виду истинную форму мага. Но сколько Росинка не расспрашивала об этом некроманта, тот предусмотрительно молчал.

Сам Келеан тоже готовился. По-своему, конечно. С утра до вечера он просиживал в столовой, тратя последние деньги и поедая без остановки всевозможные яства. При этом совершенно не толстея. Вся поглощаемая пища словно проваливалась в бездонный колодец. Повара гостиницы нарадоваться не могли, глядя, как он ест. Келеан перезнакомился с ними со всеми, уговорив сделать ему скидку как уникальному клиенту. Ну, и конечно, со всеми служанками, чем вызвал насмешку волчицы. Келеан сносил её колкости стойко, продолжая невозмутимо есть.

Оба участника получили на руки листовки, в которых указывался список запрещённых приёмов и заклинаний. Виктор половину наименований из своего списка видел впервые. Келеан злился, что запрещённой магии оказалось шесть листов, но вынужден был принять условия игры.

В день, когда начался Турнир, светило яркое солнце. Небо безоблачное, но впечатление портил дувший с моря порывистый ветер. Здание, в котором проходили соревнования, занимало целый квартал. Огромный пятиэтажный дом, выкрашенный в белый цвет. Углы и окна оказались выделены бежевым. Здание тянулось по всей улице, и у каждого из семи входов толпились люди. Виктор потоптался у парадного входа, перебросившись последними словами со своими спутниками, пришедшими посмотреть на бои, и уже в одиночестве направился к неприметной двери для персонала и бойцов. Его уже ждали. Проследовав в большой зал, где ожидали своего часа другие участники, Виктор уселся за боковым столиком. Перед ним стоял графин с соком, но пить перед боем он не собирался. Сейчас, вероятно, уже делаются ставки. Люди выбирают своих любимцев.

Некоторое время спустя в зале появился Сокол. Он шёл вдоль стен, здороваясь со всеми встречными. Похоже, его здесь хорошо знали. Ну, или просто он уже успел со всеми перезнакомиться, как это было в столовой гостиницы. Ведь не случайно же он тогда подсел к Виктору. Хотел узнать, что за человек его возможный противник.

Увидев Предвестника, Сокол подсел за его столик и дружелюбно улыбнулся.

– Ничего, что я так? – Он, кажется, был слегка смущён. – Не поверите, но я волнуюсь. Честно, очень неуютно.

– Всё будет хорошо, – успокаивающе проговорил Виктор. Сокол расхохотался.

– Да нет, – сказал он, отсмеявшись. – Просто понимаете, я не получаю удовольствия от того, что вынужден кого-то по морде бить. И мне всегда неловко, когда я захожу в этот зал. Я же знаю, что большинство из них слабее меня. А вид тех, кто сильнее, меня успокаивает.

– А вы думаете, что я сильнее? – бесстрастно спросил Предвестник.

– Пока не знаю, но думаю, что да. Впрочем, – хитро улыбнулся он, – даже более сильного соперника можно победить, если выбрать правильную тактику. – Он задумчиво замолчал, поглядывая на других участников. И вдруг спросил: – А почему Спрут?

– А почему бы и нет? – Виктор тоже глянул на своих будущих соперников. – Спрут силён, умён, изворотлив. Да и скандировать легко.

– У нас тут на арене бойцов не называют по именам, – задумчиво произнёс Сокол. – Только по прозвищам. Откровенно говоря, смешно получается. Настоящий зверинец.

Предвестник вдруг подумал, что сегодня ни разу, даже в мыслях, не назвал своего собеседника Гарольдом. Сегодня тот был для него Соколом. И никем другим. Вероятный враг.

– Кстати, даже если мы и встретимся в бою, то не сегодня, – будто подслушал его мысли Сокол. – При жеребьёвке фаворитов никогда не ставят друг против друга. Чтобы сохранить интерес как можно дольше.

– Значит, сегодня ожидаются лёгкие победы?

– Надеюсь, – туманно ответил Сокол.

В зал вошёл человек в ярких красных одеждах и позвал всех за собой. Сотня бойцов поднялись из-за столиков и нестройно потянулись в длинный коридор, откуда их вывели на солнечный свет. Они оказались на краю широкой арены, поделённой на четыре белых квадратных платформы двадцать на двадцать шагов каждая. Вокруг пестрела чаша высоких трибун, заполненных до отказа. Насколько Виктор знал, основание арены располагалось ниже уровня земли, и всего арена могла вместить до двадцати тысяч зрителей. Почти всё взрослое население города собралось здесь в этот день. День, объявленный праздником.

У Виктора немного заболела голова, когда он оказался под куполом магической защиты. Чародеи и алхимики заранее подготовили ристалище, исключив возможность магического жульничества. Что ж, весьма предусмотрительно.

– Уважаемые зрители, мы приветствуем вас на главной арене Кросдорфа! – раздался над галдящей публикой громогласный голос. Усиленный магией, разумеется. – Сегодня вашему вниманию будет представлено более сотни претендентов, один из которых станет победителем. Первый раунд, как вы знаете, разделён на два этапа по тридцать два сражения. Лицезрейте же первых участников! Прошу! – последнее слово относилось уже к бойцам, которых начали по одному вызывать в центр арены, называя по псевдонимам. Виктор через какое-то время так же оказался в центре арены, ища взглядом на трибунах знакомые лица. А когда нашёл, помахал им рукой, отчего вдруг смутился. Непривычная обстановка давила на сознание, заставляя вести себя неестественно. Келеан ухмыльнулся. Росинка помахала рукой в ответ.

Когда представили всех участников, началась жеребьёвка. И одновременно делались последние ставки. Виктору выпала честь выступать одним из первых. Его противником оказался местный заводила по кличке Гроб. Такого же роста и веса, как и Виктор. И мускулатурой отнюдь не уступающий Предвестнику.

– Загони его в гроб! – донеслась до Виктора мысль Келеана. – Гроб в гробу гробит гробово, гробовато гробовя!

– Не отвлекай, – попросил Предвестник, сосредотачиваясь на бое. Вот вышли первые восемь избранников, расположившись по двое на каждом квадрате. Остальные участники в это время расселись на скамейках вокруг поля арены. Виктор сел рядом с Соколом, начав разоблачаться. Сражаться предстояло обнажённым по пояс и босиком.

– Волнуешься? – спросил Виктор у своего нового товарища. Он и не заметил, как перешёл в разговоре с Соколом на дружеский лад.

– Стараюсь об этом не думать, – отвлечённо ответил Гарольд. – Недооценка соперника недопустима. Даже если соперник заведомо слаб. Малейшая ошибка, и всё будет кончено.

Предвестник согласно кивнул и внимательнее присмотрелся к творившемуся на арене. Изучая соперников, он мысленно настраивался на сражение.

– А у нас уже есть первый победитель! Боло, стиль хантуйского бокса! Аплодисменты, господа!

С одного из квадратов сошёл невысокий, но очень массивный человек с раскосыми глазами. Явно уроженец крайнего Запада.

– На третье поле приглашаются Сокол, лунный стиль, и Юраш, уличный стиль!

Толпа взвыла от восторженного безумия. Виктор напутственно хлопнул Гарольда по плечу и приготовился наблюдать за боем чемпиона, но тут пришла и его очередь.

– На первое поле приглашаются Спрут, ленивый стиль, и Гроб, уличный стиль!

– ГРОБ, ГРОБ, ГРОБ!!! – тут же принялись скандировать зрители. С противоположной трибуны доносилось: – СОКОЛ! СОКОЛ!

Видимо, Гарольд был здесь в любимчиках, раз уж даже в поединке с местным бойцом был предпочтительнее для публики, нежели оппонент. В поединке Виктора всё ясно: он ещё не успел завоевать популярность у народа, и потому зрители будут болеть за своего земляка.

Соперники встали друг напротив друга каждый в своём углу. Солнце неприятно светило в лицо. Под ногами несильно кололось белое полотно из грубой ткани. Гроб, мужчина с длинными волнистыми волосами и ясными глазами цвета моря, недобро скалился, глядя на Предвестника. Виктор просто ждал начала поединка, невозмутимо глядя куда-то сквозь противника. Необходимо было победить в первом бою. Победить, во что бы то ни стало. А сделать это можно всего тремя способами. Либо сбросить соперника с полотна. Либо заставить его сдаться. Либо довести до такого состояния, при котором он уже не будет способен продолжать схватку. Что из этого проще – сказать невозможно.

– Начали! – приказал голос невидимого судьи, и Гроб тут же ринулся вперёд, намереваясь смести соперника. Такой радости Виктор ему доставлять не собирался и уверенно пошёл навстречу, отходя подальше от края. Соперник прыгнул вперёд, молниеносно выбрасывая для удара правую руку. Предвестник среагировал мгновенно, резко остановившись и подавшись назад, отклоняя удар тыльной стороной ладони. Гроб, не останавливая движения, нанёс выпад другой рукой, метя сопернику в челюсть, но не попал. Виктор пригнулся и внезапно сместился вперёд и вправо, оказавшись за плечом пронёсшегося мимо противника. В тот же момент Виктор сразил Гроба сильнейшим ударом в ухо, отчего соперник рухнул как подкошенный. Некоторое время тот лежал, пытаясь сообразить, где находится, и невидящим взором вглядываясь в Виктора. Протянул шатающуюся руку. Сделал попытку приподняться, но бессильно распластался на сукне.

– Всё внимание на первое поле! – провозгласил голос. – Победитель Спрут! Ленивый стиль! Аплодисменты дебютанту!

Мнение толпы оказалось неоднозначным. Кое-где действительно слышались громкие рукоплескания. Но большая часть зрителей загудела, освистывая Виктора. Что ж, подумал он. Путь к победе и славе тернист и нелицеприятен. Сегодня они свистят, а завтра будут носить его на руках. Впрочем, это не имеет никакого значения.

Невозмутимо спрыгнув с платформы, Предвестник прошёлся к своему месту и важно уселся, ловя на себе напряжённые взгляды. Сразить соперника одним ударом удавалось единицам. И такие люди всегда становились объектами пристального внимания.

***

Следующий день не принёс сюрпризов. На арене выступали маги, среди которых нетерпеливо топтался и Келеан. Виктор с Росинкой и Владом сидели на лучших местах, предоставленных организаторами Турнира. Предвестник отметил, что сегодня магическая защита арены куда как серьёзнее: трибуны прикрывали невидимые преграды, так же как и каждую платформу для поединков защищал плотный слой непробиваемых аур. Суть магического поединка состояла не в том, чтобы сразить противника. Вовсе нет, так ведь и убить человека можно. Вместо этого ставилась вполне определённая задача. В углу каждого из соперников устанавливался макет человека, сделанный из белой ткани, надетой на каркас из тонких сосновых балок и набитый соломой. Кукла в полный рост. Чучело, которое надо защищать от посягательств противника. И одновременно следует вести атаку на макет оппонента. Побеждает тот, кто первым уничтожит вражескую куклу. Если оба макета уничтожены одновременно, то бой повторяется.

Келеан с вызовом посматривал на других участников, дожидаясь окончания жеребьёвки. Ему выпал маг под прозвищем Лимон, что очень развеселило некроманта.

– Сейчас я его на дольки покромсаю! – мысленно пообещал Келеан Виктору, когда объявили следующую пару магов.

– Не стоит его недооценивать…

– Ха-ха! Смотри и учись!

Поединки магов оказались действительно зрелищными. Тут были и тактика, и размах, и впечатления.

– На второе поле приглашаются Лимон и Снежок!

Келеан уже был рядом с платформой, придирчиво оглядывая чучело, которое ему надлежало защищать. Карикатурные ручки и ножки. Лица и волос нет. Одежды тоже никакой. В общем, бледная фантазия у организаторов. Некромант решил, что в следующий раз исправит это, как-нибудь украсив своего тряпичного представителя. А в том, что этот следующий раз будет, он нисколько не сомневался. Даже не смотря на то, что не участвовал в таких турнирах много десятилетий.

Лимон неспешно подошёл к противоположному углу и спокойно посмотрел на Келеана, снисходительно улыбаясь. Он производил впечатление очень уверенного в себе человека.

Правила запрещали начинать колдовать до сигнала судьи, так что оба мага приготовились к быстрым и решительным действиям.

– Три! – сообщил голос. – Два! Один! Начали!

Лимон моментально атаковал, стараясь не дать сопернику опомниться. Келеан за один лишь миг окружил куклу всевозможными аурами, ещё не зная, какая из них отразит натиск соперника. Лимон атаковал силой тепла, стремясь испепелить чучело, заставить его запылать. Но макет стоял нерушимо: холодное вращение одной из аур поглотило энергию идущего с той стороны жара. Келеан улыбнулся.

– Кьёу! – задорно крикнул он, эффектно взмахнув рукой. Вокруг вражеского чучела тут же возникло широкое массивное кольцо клубящейся тьмы, которое внезапно сократилось и с треском разнесло куклу в клочья. – Совершенная победа, – улыбнулся некромант и повернулся к возликовавшей публике. Лимон понуро опустил взгляд.

Под громогласные аплодисменты некромант прошёл к своему месту и ещё долго махал рукой своим новым почитателям и поклонникам.

Так за два дня Келеан и Виктор заработали тысячу серебряных монет. Оставалось ещё заработать в тысячу раз больше. Задача, как показалось вначале, вполне решаемая.

***

Радость порой сменяется недовольством, если задеты интересы и симпатии местных жителей. Издевательски лёгкая победа Предвестника над представителем Кросдорфа сильно взбудоражила общественное мнение. И пока почти весь город смотрел на магические сражения, кто-то проник в гостиницу и написал черной краской нецензурные слова прямо на дилижансе посланника Церкви. Сюрприз оказался неожиданным и неприятным, что и говорить.

Виктор приказал Росинке купить выводитель, чтобы смыть нецензурщину. А затем и вовсе решил перекрасить дилижанс, что тоже, конечно же, поручил Росинке. Бедной девушке вызвался помочь Влад, маявшийся бездельем, и Теро, внезапно преисполнившийся сочувствия к волчице и принявший для ответственного дела свою материальную форму.

Предвестник же имел тяжёлый разговор с хозяином гостиницы. Тяжёлый именно для хозяина, получившего серьёзное взыскание. Наблюдавший за этой суетой Келеан только улыбался, дожидаясь момента незаметно отлучиться в столовую и продолжить накопление энергии. Завтра днём в турнире будут участвовать оставшиеся пары бойцов, а послезавтра и магов первого тура, так что на несколько дней можно было забыть о всех заботах.

Вечером в гостиницу вернулся Гарольд, с задумчивым видом искавший Виктора. Он нашёл Предвестника на внутреннем дворе, где тот командовал обновлением дилижанса. Мимо то и дело пробегали мальчишки с вёдрами – помощники конюха. Росинка возилась у приоткрытой двери дилижанса, так что были видны только её стройные ноги. Влад разбавлял краску где-то в углу. Теро, которого Гарольд видел впервые, обосновался на крыше, рассудив, что начинать надо именно оттуда.

– Неприятность? – сочувственно спросил Сокол. Виктор полуобернулся к нему.

– Привет. Ничего особенного. – Он как-то странно улыбнулся. – Не в первый раз.

– В самом деле? – Сокол улыбнулся в ответ, но тут же посерьёзнел, вспомнив, зачем пришёл. – Ты знаешь, после первого тура жеребьёвку проводят заранее. Наши соперники уже известны.

Виктор нахмурился.

– Но ведь половина пар ещё не сразились…

– Это будет вторая ветвь состязания. Лучший из них дойдёт до финала и будет сражаться с лучшим из нашей ветви. – Он задумчиво почесал подбородок. – Судя по тому, как ты лихо прошёл первый тур, у тебя есть все шансы дойти до финала.

– Да брось…

– А что? Ты пошёл на бой позже меня. А вышел раньше. Одним ударом, надо же! Такого здесь давно уже не видели!

– Просто соперник попался несложный, – отвернулся от него Предвестник, хмуро поглядывая на свою команду маляров. После недолгого молчания он спросил: – Ну, так что там с жеребьёвкой?

– О, тебе снова достался один из местных! Высоченный парень по прозвищу Полено.

– Полено? – Виктор, казалось, даже чуть растерялся. – Хоть бы Дровосеком назвался…

– Не в том суть. – Сокол усмехнулся. – Если ты и его положишь первым ударом, боюсь, от твоей кареты даже щепок не останется.

– Интересные нравы в этом городе. – Виктор задумчиво посмотрел на Росинку, возившуюся теперь на скамейке возницы. На щеке девушки появилось пятно белой краски. – Придётся кого-то оставить охранять дилижанс, – задумчиво проговорил Предвестник, понимая, что тем самым очень обидит волчицу. Конечно, ей же тоже интересно сходить посмотреть на Турнир.

Гарольд проследил за его взглядом.

– Дочка? – осторожно спросил он.

– Да. Роза Эгерс. Хочешь, могу познакомить?

– Ну… – Гарольд вдруг замялся и покраснел. Внезапно сзади кто-то хрипло рассмеялся.

– Роза Эгерс? Дочка Эгерса? Ха-ха, отлично!

Виктор и Гарольд обернулись, разглядывая смеявшегося. Им оказался высокий плотный мужчина, брюнет с васильковыми весёлыми глазами. Возраст где-то за тридцать. На щеках задорные ямочки. Подбородок скрыт короткой бородой. Одет во всё чёрное – короткая удобная куртка, лёгкие брюки, низкие сапоги. И пурпурная мантия, небрежно переброшенная через плечо.

– Это, кажется, один из бойцов, – неуверенно проговорил Сокол и посмотрел на Виктора. Предвестник молчал, внимательно глядя на нового гостя. И понимая, что видит его уже не в первый раз. И как же он не понял раньше? Ведь столько раз намекали ему, что в Турнире участвует Предвестник. И почему же он решил, что речь идёт именно о самом Викторе?

– Дэвид Кенмар, – назвал гостя Виктор, и тот кивнул. – Чудесный Охотник, рад тебя видеть.

– Виктор Эгерс, моё почтение! – широко улыбнулся Дэвид. Посмотрел на Сокола. – И Гарольд Книсс, чемпион последних лет. Хорошая у вас компания!

Он подошёл поближе и пожал обоим руки. Мельком глянул на суетившийся у дилижанса коллектив. Те тоже его разглядывали с любопытством.

– Значит, дочка? – хитро улыбнулся Дэвид, подмигнув Росинке. Та гордо отвернулась. – Неужели Флэр скрывала всё это время, что у неё родилась девочка?

– Ты же знаешь, что нет. – Виктора посетило неприятное воспоминание: шесть лет назад именно Дэвид разлучил Флэр и Виктора, забрав Предвестника по неотложному заданию Церкви.

– Знаю-знаю. И всё-таки старовата она для дочки. Или нет, ты слишком молод, чтобы быть отцом такой красотки, – рассуждал Дэвид, придирчиво оглядев Виктора. – Тебе же всего-то тридцать три, мог бы и правдоподобней легенду придумать.

Виктор одними глазами указал на Гарольда, и Дэвид, наконец, понял, что сболтнул лишнего. К сожалению, он любил поболтать, и радовался любой возможности посплетничать.

– Кстати, я рад, что ты тоже участвуешь на Турнире! – поспешно сменил он тему.

– Да, сразу два Предвестника – такого ещё не бывало, – согласился Виктор.

– Странно только, что я тебя раньше не заметил. Наверное, в разных ветвях участвуем. Сойдёмся в финале! – Дэвид хитро подмигнул Гарольду. – Если, конечно, господин Сокол не выбьет моего коллегу раньше срока.

– И тогда мне придётся побеждать двух Предвестников подряд, – улыбнулся Гарольд.

– Ха-ха, да-да-да! Желаю удачи!

Виктор и Дэвид были почти полными противоположностями по характеру. Виктор молчалив и сосредоточен, его соратник весел и болтлив. Впрочем, это никак не сказывалось на их работе. Предвестников по всей Империи числилось всего двенадцать, и тут уж, как говорится, выбирать не приходилось. Подходящие люди для этой должности встречались крайне редко.

– Кстати, – учтиво сказал Дэвид, – вы позволите, мне надо поговорить с Виктором наедине?

– Конечно, – просто кивнул Гарольд. – Один вопрос: вы под каким псевдонимом участвуете?

– Чудь! – с усмешкой ответил Дэвид. Занятно, что под этим прозвищем он был известен и среди Предвестников.

– Что ж, буду следить за вашими успехами. – Сокол пожал Предвестникам руки, махнул на прощание Росинке и вернулся в гостиницу.

– Отойдём, – сказал Дэвид, поманив Виктора за собой. Они скрылись в тени высокого крыльца. Чудь заговорил тише. – Я рад, что ты тоже принимаешь участие на Турнире. Наша задача заметно упрощается.

– Разве у меня был выбор? – задал Виктор, как ему казалось, риторический вопрос.

– Разумеется, был. Конечно, хоть все мы и служим Церкви, но мы отнюдь не ангелы во плоти. Однако ты, к примеру, можешь представить, чтобы Легендарный Охотник или Охотник из Охотников участвовали в подобных соревнованиях? Вот и я не могу. Хотя, конечно, это самый быстрый способ заработать необходимую сумму. И, возможно, самый надёжный. Из всех Предвестников ты обладаешь наибольшей силой. Я помню, как ты помогал старику Керру перетаскивать те здоровые бочки. Я бы и одной не поднял. Другое дело, что как боец ты не слишком искусен. Да, сила, реакция, выносливость – отличные качества, но их недостаточно. И если нам вдруг придётся драться друг с другом в финале, кому-то придётся подставиться. Бессмысленно драться за приз, который мы всё равно вынуждены отдать. Согласен?

– Да, – спокойно ответил Виктор. Он ждал такого поворота. – Но до финала ещё нужно дойти. У нас сильные соперники.

– Как-нибудь справимся. – Дэвид заговорил ещё тише. – Кстати, я слышал, что Келеан тоже участвует. Это повышает наши шансы, и если мы будем делать ставки на себя, заработаем вдвое больше нужной суммы. Однако… люди говорят, что Келеан теперь свободен, и его сила не ограничена. Это так?

– Что за люди?

– Не важно. Пойми, некромант представляет для нас серьёзную угрозу. Его и раньше боялись трогать.

– Я это понимаю, – сказал Виктор. – Передай остальным, ситуация полностью под моим контролем.

– Очень на это надеюсь.

Секундой позже во дворе появился Келеан, миролюбиво взглянув на трудящийся у дилижанса коллектив. Он обернулся к Предвестникам и улыбнулся.

– Надо же, – сказал он, – чистоплюев стало больше. Какой сюрприз, господин Кенмар!

– А мы как раз вас обсуждали! – улыбнулся в ответ Дэвид. Повернулся к Виктору. – Ладно, пойду я. Заходи на арену, потренируемся вместе. – Он пожал руку Предвестнику, обогнул перильце и взлетел на крыльцо. – Счастливого дня, Келеан! – крикнул он.

– Ха! – возликовал некромант, когда Дэвид исчез из виду. – Я прогнал одного Предвестника! Я невероятен! – Он подошёл к Росинке, хмуро наблюдавшей за ним. – Дорогуша, неужели я не заслуживаю после этого благосклонности? Ну скажи, тебе же понравилось? Кстати, ты прелестно выглядишь, когда трудишься! Вся такая чумазая, милая…

Волчица одарила его любовным пинком в колено.

Глава вторая. Ступеньки вверх. Эпизод 2

Улицы затянула плывущая с океана пелена зыбкого тумана. Город стал незнакомым и зловещим. Дома виднелись тёмными силуэтами, люди казались тенями. Но перед зданием арены природа оказалась бессильна. Над трибунами раскрылся невидимый купол, обтекаемый клубами пара, так что создавалось впечатление, будто зрители находятся в чреве странного облака. Вдоль арены горели факелы, придавая происходящему ореол таинственности.

– На четвёртое поле вызываются Спрут, ленивый стиль, и Полено, стиль паука! – возвестил громогласный голос, перекрывающий рёв восторженной толпы. Виктор поднялся со скамьи и неспешно направился к названному полотну. Легко вскочил на платформу, качнулся туда-сюда, подскочил, присел, сделал несколько поворотов корпусом. Соперник уже сосредоточенно разминался с другой стороны, не глядя на Предвестника. Голос невидимого судьи их не торопил.

Человек, назвавшийся Поленом, оказался высоченного роста. Вытянутый, очень худой, очень пластичный. Он возвышался над Виктором на целый локоть. Трудно представить его возможности. У Предвестника не было никакой тактики на бой. Если соперник достаточно быстр и ловок, то, вероятно, он изберёт тактику атаки с дальней дистанции.

Виктор вслушивался в свой пульс, пытался поймать нужный ритм, двигаться гармонично, плавно, легко, безошибочно. И когда голос судьи крикнул «Начали!», он был уже готов. Оба бойца двинулись навстречу друг другу, ловя взглядом каждое движение. Полено чуть сгорбился, прикрывая левой рукой живой, а правой ладонью закрывая нижнюю часть лица. В его движениях таилась удивительная грация: короткие шаги при такой высокой фигуре сливались в танец ловкого паука, изготовившегося схватить свою жертву. Это медлительное движение вперёд сбило Виктора с толку.

Когда расстояние между соперниками сократилось до трёх шагов, Полено скакнул вперёд, метя ребром ладони Виктору по глазам. Предвестник шарахнулся назад, упав и перекувыркнувшись через голову, оттолкнулся ладонями от пола и снова взлетел на ноги. Публика встретила этот кульбит овациями. Виктор начал обходить своего оппонента сбоку, но тот не дал времени для выбора момента контрвыпада. Полено налетел на Предвестника подобно морскому валу, неотвратимо и грозно. Два боковых удара прошли над головой пригнувшегося Виктора, но тут же последовал выпад ногой. Виктор сблокировал удар. Попытался податься вперёд, сокращая дистанцию, но снова не успел. Великан шагнул вперёд и вбок, чуть повернув ступню, и резко крутанулся всем телом, метя ногой по лицу соперника. Виктор едва успел закрыться обеими руками, принимая всю тяжесть атаки. Послышался глухой гул, и Предвестника отбросило на несколько шагов назад. Он стиснул зубы, терпя внезапную острую боль, и рванул вперёд, моментально покрывая отделявшее от противника расстояние. В последний миг он уклонился от встречного выпада и припал к полотну, проскользив по низу оставшиеся полтора шага и оказавшись под оппонентом. Попытался ударить соперника по ногам, но тот вовремя сделал короткий шаг назад правой ногой и длинный левой, готовясь к атаке снизу. Виктор сориентировался и сильно пнул противника в низ живота, заставляя того сделать насколько неловких шагов. Предвестник тут же вскочил на ноги и ударил кулаком в солнечное сплетение, лишая Полено дыхания. Великан сложил руки крестом, закрывая грудь, но последовавший в то же мгновение апперкот словно выбил из него сознание. Запрокинувшись навзничь, Полено с грохотом рухнул на настил.

Виктор сурово выпрямился, равнодушно глядя на поверженного врага.

– Победил Спрут, ленивый стиль! Аплодисменты!

И снова мнение толпы разделилось. Но на этот раз людей, радовавшихся победе Предвестника, оказалось заметно больше. Пусть и был сражён местный боец, и симпатии зрителей были на стороне Полена, но ставку в этом бою многие всё же сделали на Спрута.

Виктор спрыгнул с платформы и уселся рядом с ухмыляющимся Соколом.

– На этот раз тебе хватило трёх ударов, – весело произнёс Гарольд. – Спасибо и на том, что не стал позорить местного бойца.

– Просто соперник попался умелый, – отмахнулся Виктор.

– Но для тебя бой оказался сущим пустяком. Ну признай! – не унимался Сокол.

Виктор некоторое время молчал.

– Может быть, – неохотно сказал он.

После небольшого перерыва, когда в состязании уже приняли участие все пары бойцов, начались сражения магов. Келеану на этот раз достался вспыльчивый и гордый соперник по прозвищу Ветер, которого некромант тут же мысленно окрестил «Ветер под одеялом». Их поединок длился не дольше минуты: Келеан издевательски легко отразил десять атак противника и одной магической оплеухой решил исход противостояния в свою пользу. Народ ликовал.

Радовалась этой победе и Росинка, вдвойне довольная, что не пришлось охранять дилижанс. Виктор заранее решил этот вопрос, поговорив с хозяином гостиницы и договорившись о найме охраны. На всякий случай с хозяином поговорил и Келеан, применивший свой дар убеждения. К счастью управляющий гостиницы оказался человеком понятливым и предприимчивым, и в тот же день для охраны гостиничной конюшни прибыли десять суровых стражников.

Заветная цель с каждым днём становилась всё ближе.

***

Неизмеримую бесконечность осветили мириады звёзд. Пылающая сфера солнца слепила и оттеняла весь остальной мир. Внизу раскинулись просторы Империи, местами скрытые под полотнищами облаков. Стояла закладывающая уши тишина.

Сознание Росинки вознеслось над Кросдорфом навстречу чёрной бездне и нависло над миром, вглядываясь в огоньки человеческих душ. Её тело по-прежнему находилось в гостинице, безмятежно замерев в мягком кресле возле окна. В другом кресле сиял ярчайшей звездой Влад, так же закрывший глаза и прислушивающийся к астральным колебаниям.

– Не спеши, – мягко произнёс он. – Будь внимательной. Твоим глазам видна не только суть вселенной, но и будущее, и прошлое. И ты можешь увидеть след того, кого ищешь. Вспомни его облик. Его ауру. Сила любой души колеблет пространство подобно струнам, и звук идёт по миру, по городам и странам, многократно обходя планету. Слушай эту музыку… Музыку душ.

Росинка прислушалась, и сперва робко, а затем и с силой на неё обрушился страшный шипящий шум, бессмысленным хаотичным фоном заполнивший астральный мир.

– Ищи гармонию, – тихо произнёс лекарь, и его голос звучал параллельно шуму, не сливаясь с ним. Волчица постаралась выбросить из головы все мысли и окунуться в звенящую какофонию. И внезапно увидела!..

Улицы города Норн пестрели огоньками, и пришлось сфокусировать зрение, чтобы разглядеть за этими огнями человеческие фигуры.

– Это прошлое, – подсмотрел мысли волчицы Влад. – Но где-то здесь есть след. Смотри внимательнее.

И Росинка всматривалась в улицы, в дома, в лица. Почему-то её взгляд привлёк толстый богатый мужчина, о чём-то жарко спорящий с торговцем фруктами. Девушка опустилась на землю рядом с ним, стараясь расслышать голоса и понять суть происходящего, но услышала лишь бессмыслицу, сплетённую из её же собственных мыслей. Внезапно толстяк упал, завалившись навзничь и раскинув руки. Из его рта потекла пена, и сам он, дёрнувшись несколько раз, мертвецки затих на мостовой. Торговец и прохожие шокировано наблюдали эту сцену и, словно очнувшись, кинулись к нему.

– Ты что-то упустила, – снова вмешался Влад. – Взгляни ещё раз.

Росинка нахмурилась, пытаясь повернуть время и вернуться к тому моменту, как оказалась рядом с толстяком. Вскоре ей это удалось. Теперь она видела заметно больше, чем в первый раз. Появилось больше прохожих. Запестрели торговые ряды лавок. Послышались сотни голосов. Запахло пряностями и экзотическими фруктами.

И тут она увидела Учителя. Он выглядел совсем не таким, каким она его привыкла видеть, но это был он. В старом сером плаще, низкорослый, седовласый и бородатый, с хмурым морщинистым лбом, он прошёл мимо толстяка и легонько коснулся его плеча слабой бледной ладонью. И даже не глядя на начавшего падать человека, стал удаляться, устало смотря под ноги. Росинка поспешила за ним. Она не понимала, что только что произошло. Было ясно, что Учитель убил человека, но зачем он это сделал? Завернув за угол, Теосарн медленно обернулся и недоверчиво посмотрел на Росинку. Посмотрел так, будто сомневался, что видит её. Волчица затаила дыхание. Этого не могло быть! Она видела прошлое, её здесь и не было. Но глубокие глаза Теосарна смотрели прямо на неё. Покачав головой, Учитель отвернулся и вдруг исчез, моментально переместившись в неизвестном направлении. Никто из прохожих этого не заметил.

– Возвращайся, – услышала девушка тихий, но настойчивый голос Влада. Её вдруг подхватила некая осторожная сила и неумолимо повлекла вверх, к небесам и выше. Она увидела, как удаляется город и темнеет горизонт, а затем резко открыла глаза, снова оказавшись в своей комнате. – Как ты? – обеспокоенно спросил Влад.

Девушка попыталась ответить, но из ставших сухими губ не донеслось ни звука. Она вяло пошевелила руками и попыталась приподняться, но перед глазами всё поплыло. Её охватило бессилие.

– Ты потеряла много энергии, – успокаивающе произнёс старик. – Тебе надо отдохнуть. Поспи.

Он коснулся ладонью её лба, что-то прошептав, и Росинка мгновенно заснула, не беспокоясь больше ни о чём.

***

В здании арены собрались почти все бойцы. Организаторы не поскупились, подготовив всё необходимое для тренировок. Кто-то проводил время в спарринге на арене, кто-то пользовался стальным арсеналом тренировочных залов, где можно было привести себя в оптимальную форму. От залов тянулись коридоры к анфиладе сплошного балкона, опоясывающего верхний край трибун и украшенного тонкими мраморными колоннами.

Виктор некоторое время наблюдал с высоты за тем, как его будущие соперники отрабатывают броски и захваты, а затем вернулся в ближайший зал. Бойцы, их друзья и наставники, наблюдатели от Турнира – все толпились и суетились, наполняя гомоном помещение. У дальней стены рядом с горкой обречённых кирпичей застыл Дэвид, меланхолично-задумчивым взглядом наблюдая за участниками Турнира. Виктор обошёл зал и встал рядышком, сложив руки на груди.

– Что скажешь? – равнодушно поинтересовался он.

– Да что сказать. Все хороши, по-своему опасны. Ну, и, конечно же, бесстрашны и отважны. Хоть сейчас в доспехи наряжай и на войну!

– Давай без иронии. Тут есть серьёзные бойцы.

– Да что ты! – усмехнулся Чудесный Охотник. – Не переживай, всех победим, никого не пощадим!

Занятно, но при всей своей профессиональной осторожности он имел право так говорить. Десять долгих лет Дэвид жил на далёком Западе, путешествуя по городам и изучая местное боевое искусство. Его родители были торговцами, отправившимися в далёкое Хантуйское царство, когда Дэвиду едва исполнилось девять. Мальчиком он рос способным и умным. Быстро освоив местные языки и диалекты, он увлёкся рукопашным боем и страстно изучал всё, что с ним связано. Повзрослев и посетив множество городов, встретившись со многими учителями, Дэвид стал настоящим мастером. Родители к тому времени умерли от лихорадки, и будущий Предвестник решил вернуться в Империю, где у него остался дядя.

Столица поразила юношу. Древний город Вед отличался красотой и величием, и старые стены, казалось, хранили мудрость тысячелетий. Здесь и попытался использовать обретённое знание Дэвид, открыв боевую школу, но после того, как раскрылся его пылкий роман с собственной кузиной, дядя выгнал его из дома, и, лишённый средств к существованию, юноша пошёл инструктором в регулярную армию. В это время как раз началась Южная Карательная Экспедиция, и Дэвид отправился на войну, где его заметили наблюдатели Церкви. У юноши обнаружился магический талант, о котором он даже не подозревал, и это позволило ему стать Предвестником.

Через год, вскоре после завершения Экспедиции, в монастырь под Ведом, где обучались Предвестники, попал Виктор. Молчаливый, угрюмый, имеющий в компаньонах пленённого безумного мага, он как-то сразу втёрся в доверие Дэвида. Чудесный Охотник стал обучать Виктора боевым искусствам. А Невозмутимый Охотник, в свою очередь, помогал Дэвиду освоить Потерянное Искусство. С тех пор минуло почти десять лет, но воспоминания, связывающие Предвестников, оставались по-прежнему яркими.

Под их задумчивыми взглядами все прочие бойцы теряли концентрацию, не могли сосредоточиться на тренировках, ощущая грозную и непонятную силу, которую излучали посланцы Церкви. На них косились, но подойти никто не решался. И только появившийся Сокол несколько разрядил обстановку, приковав внимание Предвестников к себе.

– Рад вас видеть! – улыбнулся Гарольд, пожав своим вероятным соперникам руки. – Вы тут уже закончили или ещё не начинали?

– Мы в процессе, – на полном серьёзе ответил Виктор, хотя было видно, что тренировками он себя сегодня не утруждал.

– Правда? – не поверил Сокол.

– Угу, – промычал Чудь, почесывая свою короткую бородку.

– Незаметно как-то.

Предвестники переглянулись. Да, они не скрывали, что хотели бы оставить свои методы подготовки в тайне. Но не зря же они сюда пришли в самом-то деле!

Дэвид отделился от стены и подошёл к кладке кирпичей. Половина зала тут же обернулась к нему, с интересом наблюдая, что же тот будет делать дальше. Чудесный Охотник выбрал кирпич посимпатичнее, медленно поднял и весело посмотрел на Виктора. Тот кивнул. Тогда Дэвид бросил кирпич Виктору, и тот поймал его одной рукой. Вторая его рука опустилась по дуге, когда он решил ударить по кирпичу ладонью. В следующий миг оглушительный грохот эхом прошёлся по залу. С ладони Предвестника сыпались пыль и крошки, в которые превратился несчастный в своей обречённости кирпич. Бойцы, в том числе и Сокол, ошалело смотрели на это зрелище.

– Удар, обращающий камень в пыль, – прокомментировал Дэвид. – Из фирменного.

– И что, каждый Предвестник так может? – опомнившись, спросил Сокол.

– Если честно, то это умеет только Виктор, – широко улыбнулся Чудь. – Он у нас вообще уникальный.

Все взоры обратились к Виктору, ничуть не смущённому таким вниманием. Многие одобрительно качали головами. Кто-то в задумчивом молчании смотрел на кирпичную пыль. И только один сказал:

– Очень хорошо. Но кирпич не может дать сдачи.

Кажется, этого бойца звали Боло, и он был мастером хантуйского бокса. Очень опасный соперник.

– Вообще-то может, – обернулся к нему Гарольд. – На этом Турнире есть участник, выступающий под именем Кирпич. Он, кажется, был где-то в зале.

Сокол нашёл взглядом искомого человека, и все обернулись в ту сторону. С абсолютно равнодушным видом спиной к Предвестникам сидел гигантский шарообразный монстр, весивший, наверное, как три Виктора.

– Кирпич, стиль четырёх камней, – с уважением произнёс Гарольд. – Кстати, следующий соперник Виктора.

Вот тут Предвестник не смог сдержать эмоций, и его мимолётная гримаса выразила досаду и озабоченность. Чудь успокаивающе похлопал его по плечу.

– И этого победишь. Не сомневайся, – сказал он.

– Конечно, – не стал спорить Виктор.

***

В этот день шёл слабенький дождь, растворяющий границу между низким серым небом и холодной землёй. На улицах горели фонари, хотя стрелки башенных часов едва пересекли полдень. Люди нестройными вереницами теней тянулись к арене, и среди них медленно шли два Предвестника.

– Значит, ленивый стиль? – Дэвид только сейчас решил заговорить о стратегии Виктора. – Сам придумал?

– Да. Минимум движений, максимальный результат. Такая была идея.

– Название, увы, себя не оправдывает, судя по тому, что ты вытворял на арене. Много суетился, сделал много лишнего.

– Знаю, – не стал спорить Виктор. Он ожидал критики, и потому не особо расстроился. – Лучшая техника – это отсутствие техники. Сам же мне так говорил.

– Да, говорил. Но я имел в виду, что надо возвыситься над стилями, а не отрицать саму идею взаимодействия тактики и практики. Если будешь двигаться бездумно, то быстро устанешь и потерпишь поражение.

Он ненадолго замолчал, раздумывая о том, как настроить своего коллегу на предстоящий бой.

– Я кое-что знаю о стиле четырёх камней. Опасная техника, ты должен быть предельно внимателен. Четыре камня: кулаки, голова и живот. Своеобразный ромб, на котором держатся все приёмы этого вида единоборств. Твой соперник очень силён физически, и потому не следует противопоставлять превосходящей силе только силу. Постарайся уравновесить натиск соперника, направить его выгодным для себя способом. Особо не увлекайся атаками сверху. Лучше бей по ногам. Противник устойчив, но он плох в отражении атак снизу, используй это.

– Понял, – тихо ответил Виктор. Он слушал внимательно, и всё равно полагал, что будет действовать согласно обстановке на полотне. Заранее ничего предусмотреть нельзя, так он считал. По крайней мере, не с его опытом. Впрочем, послушать поучения опытного мастера он всё же счёл не лишним.

Глава вторая. Ступеньки вверх. Эпизод 3

В этот раз на арене было только одно полотно вместо четырёх. Широкая платформа, на которой предстояло биться, высилась на два локтя от земли и в ширину достигала сорока шагов. Весьма просторно. Даже очень. Пожалуй, сделано это для интереса: при таком раскладе сбросить соперника вниз почти невозможно, так что надо проявить все свои умения и лучшие качества, чтобы добиться безоговорочной победы.

– На поле приглашаются Кирпич, стиль четырёх камней, и Спрут, ленивый стиль!

Толпа неугомонно орала, предвкушая зрелище. И хоть Турнир проходил не только в выходные дни, трибуны были полны.

Виктор легко запрыгнул на платформу и посмотрел на противника. Кирпич уже стоял напротив, плавно покачиваясь. Предвестник нахмурился – его соперник был действительно огромен. Особо выделялось громоздкое пузо, выпиравшее неохватной бочкой. Толстые кулаки привычно сжаты. Широкое лицо не выражало эмоций. Маленький обрывистый череп обрит наголо. Мелкие глазки сузились, всматриваясь в Виктора.

Предвестник отвернулся и начал разминку. Толпа гудела, скандируя имя то одного, то другого бойца. На сегодняшний поединок сделаны высокие ставки, в этом сомнений нет. Но подвести кого-либо Виктор не боялся. Разве что себя, но подобное недопустимо.

– Начали! – приказал голос, когда Виктор закончил разминаться. Его соперник всё так же стоял в противоположном углу и не двигался с места. Что ж, если гора не идёт к Предвестнику, то Предвестник идёт к горе. Преисполнившись решимости, Виктор упрямо пошёл на своего врага. Великан ждал его с завидным хладнокровием и равнодушием. Будто абсолютно уверен в собственной победе. Как интересно.

Можно было бы, наверное, разбежаться и в прыжке сбросить эту тушу вниз. Но за массивностью может скрываться неожиданная проворность, и стоит только противнику сделать шаг в сторону, как Виктор сам окажется внизу. Получится глупо, а глупостей Виктор делать не привык. Вместо этого он встал в трёх шагах и замер, глядя сопернику в глаза.

Трибуны притихли, наблюдая за этой сценой. Два сильных и умелых бойца неподвижно стояли друг против друга и ничего не делали. Ни у кого и в мыслях даже не появилось освистать их – все с замиранием сердца ожидали зрелища, и были уверены в том, что наблюдают затишье перед бурей.

Кирпич сделал шаг вперёд и начал лениво замахиваться правой рукой. И неожиданно сделал выпад левой! Виктор пригнулся, и здоровенный кулак размером с его голову с гулом пронёсся мимо. Не дожидаясь, пока Кирпич повернёт корпус и нанесёт-таки удар правым кулаком, Виктор сам перешёл в атаку, метя в торс. Но мягкое пузо противника легко приняло все удары, ничуть не пострадав. Виктор отпрянул – враг навалился и зашагал вперёд, выбрасывая вперёд руки. Первый же сблокированный удар дал понять Виктору, что блокировать лучше не надо. Иначе можно запросто переломать себе руки. Вместо этого Предвестник выманил своего противника в середину и начал кружить вокруг него, полагаясь на свою скорость и манёвренность. Толстяк демонстрировал завидную реакцию и лёгкость, успевая поворачиваться за соперником и угрожать ему своими кулачищами. Один раз, когда Виктор вновь пригнулся, пропуская мимо удар, великан вдруг ринулся вниз, собираясь обрушиться на соперника черепом. Виктор выкатился откуда-то со стороны и тут же пнул гиганта в колено. Бесполезно. Бой затягивался, а победа по-прежнему далека.

Виктор, наконец, перешёл к нелюбимым им ударам ногами, как и советовал Чудь. Противник не поддавался, легко снося все удары и продолжая устойчиво стоять на полу. Брёвноподобные руки взвились с невероятной для таких габаритов скоростью, устремляясь по прямым и дугообразным линиям навстречу врагу. Виктор едва успевал смещаться, но вдруг пропустил удар в левый бок. Удар был гулким, сильным, и Предвестник невольно сделал шаг вправо. И попал под удар левого кулака Кирпича.

Перед глазами вспыхнули искры, сознание помутилось. Могучий удар словно бы вышиб из головы Предвестника всё её содержимое, и Виктор рухнул на полотно, заливаемый кровью. Несколько долгих мгновений он лежал, глядя на огромную застывшую фигуру своего оппонента, закрывавшую солнце. И начал подниматься.

– Спрут! Спрут! Спрут! – ободряюще заскандировали трибуны. Во взгляде Кирпича появилось невольное уважение к сопернику, выдержавшему прямой удар, способный, наверное, пробить кирпичную стену. Но Виктору чужие эмоции показались издевательскими, лишними. Его поднимала решительность и злость.

– Игры закончились, – злобно прохрипел он, встав перед Кирпичом. Предвестника слегка качало, но он всё равно пошёл вперёд, намереваясь решить всё прямо сейчас, без долгого изматывания противника, без игры, без стратегии. Окровавленный, сбитый с толку, Виктор бесстрашно бросился в атаку. Безрассудно, как показалось на первый взгляд. Он отразил один удар, второй. И Кирпич вдруг отступил, почувствовав, как внутри начал зарождаться страх перед соперником. А Виктор продолжал наступать.

Внезапно он схватил запястья Кирпича и дёрнул на себя, заставляя приблизиться. Великан сделал неуклюжий шаг вперёд, и этого хватило, чтобы Виктор завершил задуманное. Толпа ахнула в недоумении и недоверии. Предвестник попытался обхватить гигантское тело соперника и задушить в объятьях. Даже сам Кирпич несколько опешил от такой наглости. Он попытался вырваться, но с удивлением понял, что Виктор держит крепко. И руки не высвободить! Этот человечек, весивший втрое меньше оппонента, сдавливал хватку с упорством большого кальмара, охватившего грузовое пузатое судно, ломая мачты, рассекая корпус, приближая неминуемую гибель.

Кирпич грозно заревел, шагнув назад и развернув корпус. Но Виктор висел на нём как прилипший. И хватка всё сжималась. Гигант оказался пленён. Он дёргался в центре арены, а висевший на нём человек отказывался освобождать его. Обессиленный, Кирпич застыл, пытаясь перевести дух, и вдруг понял, что не может вздохнуть. Сильные руки Предвестника подобно механизму продолжали давить, неостановимо и решительно. Его ладони соприкоснулись на спине великана, и тут произошло нечто, повергшее зрителей в восторженный шок. Виктор оторвал соперника от пола, приподняв на высоту ладони. Кирпич захрипел, пытаясь протолкнуть воздух в сдавленные лёгкие, и не смог. На его красном вспотевшем лице вздулись вены. Глаза выпучились. Он хотел закричать от жуткой боли, и когда осознал это, смог выдавить только одно слово:

– Сдаюсь!..

Спасительное слово. Стальные клещи разжались, и Кирпич выпал из мёртвой хватки, громко рухнув на полотно. Виктор, тяжело дыша, отступил на шаг, разглядывая повершенного соперника. Кирпич распластался на спине, глядя в небо и судорожно глотая воздух.

Толпы зрителей вскочили со своих мест, поражённые произошедшим. А Виктор, развернувшись, медленно побрёл прочь и скоро скрылся в подтрибунном коридоре. Кое-кто потом видел, как он, шатаясь, брёл в сторону гостиницы, не видя и не слыша ничего вокруг. И, конечно, никто не знал, что когда он добрёл до своей комнаты, он бессильно упал на кровать и потерял сознание. Его хватило только для этого последнего усилия – дойти. Туда, где никого нет. Туда, где можно будет отдохнуть и забыться.

Ещё не осознав своей победы, Виктор помнил только одно – чудовищный кулак врага, безжалостно врезающийся в лицо и повергающий вниз.

Вниз, в тёмные бездны беспамятства.

***

Он открыл глаза только вечером – в комнате собрались все, кто был ему в этом городе знаком. Прямо над Предвестником колдовал Влад: Виктор почувствовал чужую магию, но сопротивляться не стал. В способностях лекаря он был уверен. Росинка сидела у приоткрытого окна, погружённая в свои мысли. Дэвид и Гарольд о чём-то шептались у двери, но, увидев, что Виктор пришёл в себя, тут же прервали беседу и подошли к постели.

– Какие новости? – слабым голосом спросил Виктор.

– Город ликует. Многие сделали ставку на тебя, и ты оправдал ожидания. – Гарольд растерянно улыбнулся, вспоминая увиденное сегодня на арене. – Признаться, ты всех очень удивил. Сила против силы – такого здесь давно не видели. Обычно те, кто рассчитывают только на силу в обход техники, отсеиваются ещё в первом туре.

– Приятно быть уникальным, – проворчал помятый Предвестник. Он взглянул на своего коллегу. – Бился сегодня? Победил?

Он не сомневался в ответе, но всё равно чувствовал потребность немного поболтать. Дэвид кивнул. Виктор повернул голову к Соколу, как бы спрашивая «А ты?».

– Удача по-прежнему мне улыбается, – поскромничал чемпион.

– Что ещё нового?

Бойцы переглянулись. Соколу, похоже, нечего было добавить. Чудесный Охотник решил вспомнить о ещё одном участнике Турнира.

– Келеана отравили, – выдал он новость дня.

– Наконец-то, – совсем тихо буркнул Виктор. Дэвид с Гарольдом сделали вид, что не расслышали. – Он мёртв?

– Конечно, мёртв! – Голос некроманта шёл из тёмного угла, в котором ничего не было видно. Магическое зрение Предвестника в этот раз его подвело – слишком сильно ему сегодня досталось в поединке. – И теперь несчастный и всеми покинутый Келеан бродит по кладбищу и набрасывается на ничего не подозревающих вдовушек.

Некромант подался вперёд, подставляя свету лампы свою ухмыляющуюся морду. Этого подлеца никакая зараза не берёт, травить его бесполезно. Он сам кого угодно отравит: некромант по праву считался мастером в этом деле.

– Как низко он пал, – задумчиво пробормотал Виктор. Он перевёл взгляд на Влада. – А вы чем меня порадуете?

– У вас микросотрясение, господин Эгерс, – вкрадчиво ответил лекарь, заглядывая своему пациенту в глаза. – Вам бы хорошо полежать недельку в постели, иначе будет мучить тошнота. И голова разболится. Но я знаю, что вы меня всё равно не послушаетесь.

– Дело ещё не сделано, – нахмурился Виктор. Тихо добавил: – У нас с вами ещё будет разговор. Но позже. – Он замолчал, разглядывая всех присутствующих и, наконец, сказал: – Оставьте меня одного.

Просьба больного закон. Единственным, кто решил разбавить его одиночество, был Теро. Верный помощник материализовался у окна, на том месте, где только что сидела Росинка.

– Он был сегодня на трибуне? – тихо поинтересовался Виктор, имея в виду Вельмонта. Наследник герцога Флавия и глава почтового отделения Кросдорфа его очень интересовал, и Теро получил на счёт него несколько инструкций.

– Да. Он очень внимательно следил за тобой. – Теро почесал лоб, вспоминая подробности. – Кажется, он пытается с кем-то связаться. Не знаю с кем. Записки уходили с курьерами.

– А проследить? – Предвестник был раздосадован.

– Не получал такого задания, – гордо вздёрнул нос призрак.

– Ну и ладно.

На этом их беседа исчерпала себя.

***

Далее дни полетели один за другим. Уже следующим утром Виктор возобновил тренировки, но чувствовал себя по-прежнему погано. Временами подкатывала тошнота, и руки почему-то теряли силу, становились вялыми. Но он не терял энтузиазма. Погода с каждым днём улучшалась. Становилось теплее. И к следующему туру за окном установился вполне приличный вид, радующий глаз. Облака рассеялись, уступив место синей глубине.

В этот раз соперником Виктора стал странный человек по прозвищу Чёрный Дракон. Имя не самое оригинальное, но не это волновало Предвестника. Нового противника вывели на арену в цепях – такого ему видеть ещё не приходилось. Уже в бою Виктор понял, что имеет дело с настоящим безумцем. Не человек – зверь. Очень смуглый, жилистый, с длинными чёрными волосами. Явно иностранец. Не зная имперского диалекта, он только рычал и кричал, шустро крутясь вокруг Предвестника. Враг исповедовал какой-то жестокий стиль борьбы, активно используя в драке колени и локти. Свирепо рыча, он часто пытался бить по голове. Не брезговал ударами в спину. Один раз даже хотел расцарапать Предвестнику лицо. Атаковать Дракон предпочитал с разбега и в прыжке, мгновенно сближаясь с соперником. Но скоростью и реакцией Виктор превосходил своего оппонента, не говоря уже о физической силе. Его противник продолжал двигаться даже с разбитым в кровь лицом, и всё-таки усталость и боль взяли над ним верх. Предвестник сокрушил его, не пропустив ни одного удара, что было удачей. Повторялось то, что было в первых двух турах.

В четвертьфинале пришлось гораздо сложнее. В далёком Хантуйском царстве всегда было много мастеров. История этой страны знала множество примеров, когда народ поднимался на бой с захватчиками. И этому народу требовалось искусство, способное дать ему преимущество. Рукопашным боем там занимались все, и дети, и старики, и даже женщины. Этот народ сделал единоборства неотъемлемой частью своей культуры.

И вот теперь один из известных мастеров этой страны преградил Виктору путь к вершине. Маленький бородатый старец с весёлыми глазами. Учитель для других учителей, костолом для мнительных зазнаек. Его настоящего имени никто не знал, но всем он был известен как Сухарь. Пьяный стиль. Один из опаснейших, если дело имеешь с мастером.

– Станцуем? – весело спросил Сухарь на неплохом имперском. Он двигался по арене слегка пошатываясь. Он то быстро перебирал ногами, будто боялся потерять равновесие и упасть. То начинал странно и нелепо двигать руками, пародируя боевые стойки. Взгляд Виктора почему-то отвлекал красный нос старичка. Раскосые глаза мастера казались помутневшими, невидящими. Будто и правда пьян.

Но Предвестник не поддавался на обман. И за неторопливыми движениями он видел грозное искусство, готовое сокрушить любого потерявшего бдительность. Всё-таки с мастерами он драться не умел. Бой начался вроде неплохо – в принципиальном поединке Виктор не посчитал зазорным ударить старика. Но тут же и сам пропустил болезненный тычок в нос.

– Ты что-то потерял? – продолжал подшучивать над дёрнувшимся Предвестником Сухарь. Он сделал внезапную и ловкую подсечку, заставив Виктора шлёпнуться на пол. – Посиди, отдохни! – в фирменном хантуйском стиле шутил старикашка.

Виктору это не понравилось, но он не дал волю эмоциям. Сосредоточившись на движениях противника, он стал выдавливать его с арены. И, пропустив два десятка ударов, всё-таки зажал Сухаря в угол. После чего неумолимо поднял соперника над собой и сбросил вниз. Сухарь ловко приземлился, перекатился по земле и хладнокровно выпрямился, сохранив на лице улыбку. Он с достоинством принял своё поражение и поклонился Виктору, выражая своё уважение. Виктор поклонился в ответ.

В тот же день в магическом турнире случился скандал. Кто-то хотел подставить Келеана, тайно залив горючим маслом его макет и протянув под платформу запальный шнур. Но заговор вскрылся благодаря нечеловеческому чутью некроманта, и боевое чучело пришлось заменить. Чтобы немного сгладить впечатление, Келеан нарисовал своему соломенному представителю глазки и рот. И, конечно, не позволил сопернику испортить этот шедевр.

Пройдя в полуфинал, «команда» Виктора заработала почти полторы сотни тысяч марок. И за одно только участие в следующем туре заработает вдвое больше уже выигранного. Вот только следующим соперником Виктора оказался Гарольд Книсс. Многолетний чемпион Турнира, непобедимый Сокол, он одолел в прошлом туре могучего Боло. Виктор с тревогой ждал следующего поединка. Ведь в этой схватке необходимо было, во что бы то ни стало, победить.

***

По всему городу пестрели афиши предстоящего поединка. Рисунок, не очень чёткий, но нанесённый быстрой уверенной рукой, изображал чёрного спрута, тянущего щупальца из воды в попытке схватить летящего сокола. «Бой достойный финала!» было выведено большими красными буквами. Такие же афиши висели и в зале, где собирались участники Турнира перед тем, как выйти на арену. Просторный зал казался пустынным. Присутствовали четверо магов, трое из которых заняли круглый столик, и трое бойцов. Сокол как обычно немного запаздывал.

За угловым столиком устроился Виктор. По правую руку от него сел Дэвид. Слева скучал Келеан. Пытаясь унять волнение, Виктор неспешно и методически опустошал графин с лимонным соком.

– Что это за мерзость? – раздражённо спросил Келеан, посмотрев на графин. Ему не сиделось на месте, хотелось скорее выйти на арену и проучить очередного зазнайку.

– Почему бы тебе не сесть рядом с магами? – повернулся к нему Чудь.

– А вы что, не маги? К этому кругу неудачников, – некромант зыркнул на соперников, – даже шлюхи не подсядут.

– Твой новый противник достаточно силён, – припомнил Дэвид, тоже посмотрев на столик магов. – Некто Дервиш. Семь крестов. По-моему, достойный соперник.

– Тут нет достойных соперников, – нахмурился Келеан. – Вот во времена моей молодости – да, тогда было с кем сражаться. – Он улыбнулся своим воспоминаниям, и Виктор тут же оставил сок в покое. Ему не нравилось, когда некромант начинал вспоминать своё прошлое. Келеан был старше чуть ли не обоих Предвестников весте взятых, и многое успел наворотить во времена своей юности. Его Багровая Империя вела кровавые и жестокие войны за власть и контроль над всеми мало-мальски ценными регионами. Лоскутная держава, раскинутая по всем материкам и континентам, управляемая твёрдой рукой Келеана и его учениками.

Кстати, ученики четырежды пытались отбить Келеана из плена Предвестника. В первый раз Келеан сам их разогнал, натравленный Виктором. Но потом наотрез отказался участвовать в подобном, и Виктор справился сам. В четвёртый раз удалось разойтись миром. Келеан вышел к своим заступникам и сказал, что надо уважать силу и порядок. Что сама судьба наказывает его за достигнутое величие. И что дальнейшее преследование Виктора не имеет смысла. Он говорил что-то ещё, что-то вроде «придёт час, и я освобожусь», обещал своим ученикам возродить Империю. Но тогда Предвестнику было всё равно. Да и сейчас у них с Келеаном общая цель, так что пока беспокоиться не о чем. Вот где-нибудь через год, когда Келеан восстановит весь свой утраченный магический потенциал, тогда надо будет задуматься об этом. А пока Виктора заботила лишь предстоящая драка.

– Да ну, какое бы там боевое дерьмо не знал этот Сокол, куда ему тягаться с Предвестником! – Келеан покосился на молчаливого компаньона. – Не переживай. Я вижу твоё будущее. Ты справишься.

– Даже я не способен видеть собственное будущее. Одна из отличительных черт Предвестников, – сказал Виктор, раскрыв маленькую тайну.

– Каким бы сильным ни был противник, – перехватил нить разговора Чудь, – всегда есть способ его победить. Нет сомнений, Сокол великий мастер. Но и для мастеров порой находятся неудобные соперники. Ты должен к нему приспособиться. Лунный стиль не безгрешен. Ты сам увидишь.

Келеан демонстративно зевнул и покинул столик, оставив Предвестников обдумывать свои шансы. Некромант прогулялся по залу, разглядывая афиши, и остановился у столика магов. Те затихли, недружелюбно уставившись на соперника.

– Вы все обречены, – сказал им Келеан. Его конкуренты переглянулись. Самый сильный из них, Трюкач, которого некромант надеялся встретить в финале, согласно ответил:

– Мы все обречены. – Несомненно, под словом «мы» он имел в виду и самого Келеана. – И каждый из нас рискует потерять всё, что имеет. А кто-то уже потерял.

Намёк был неприятным – историю Келеана знали многие сильные маги. За такие шутки Келеан поклялся мстить.

– А кто-то никогда ничего не имел, – сказал он, раздосадованный тем, как прошла беседа. Он отошёл в сторону и наткнулся на вошедшего в зал Гарольда.

– Добрый день, – промямлил Сокол, улыбнувшись.

– Эй, птичка! – Келеан был хмур и серьёзен. – Виктор тебя уделает!

– Всё может быть. – Мастер лунного стиля улыбнулся ещё шире и пошёл здороваться с соперниками.

Через минуту в дверях появился человек в красных одеждах и сказал:

– Господа. Прошу всех на арену!

***

Стояло высокое тёплое солнце. Трибуны, заполненные до отказа, чутко реагировали на всё, что происходило внизу. Непривычно пустыми выглядели скамейки для бойцов, где сидели сейчас только двое. А на арене Чудь заканчивал расправляться со своим соперником, и публика в трепетном восторге наслаждалась его мастерством.

– Неужели совсем не страшно? – спросил Виктор, наблюдая за своим коллегой.

– Страшно? – удивился Сокол. – Наоборот, интересно! Сразиться с Предвестником, какой неоценимый опыт!

– А проиграть не боишься? – Виктору были чужды такие разговоры, но он чувствовал необходимость оказать хоть какое-то давление на соперника ещё до того, как начнётся бой.

– Разве это важно в данную минуту? – Гарольд повернулся к Виктору, и в его глазах Предвестник увидел удивительное спокойствие. – В бою нельзя думать о победе или поражении. Надо просто биться, отдавая себя всего без остатка. – Он виновато улыбнулся. – Помнишь, ты спросил как-то, почему я дерусь? И я сказал, из-за престижа и денег. Но для меня это ещё и способ самопознания. Понять, чего я стою. Обрести власть над своими чувствами, над страхом, уверенностью, амбициями. И увидеть всё это в своём сопернике. Именно это тянет меня сюда.

Виктор молчал, обдумывая сказанное. И только теперь со всей неизбежностью понимая, что проиграет бой. Он просто не сможет его выиграть у того, кто бьётся не за победу, а за саму возможность биться. Впрочем, ставку в этом бою делал Келеан…

Тем временем Чудь покинул арену и приземлился рядом с Виктором, усталый и взмокший, но довольный собой.

– Дело сделано, – переводя дыхание, сказал он. – Теперь дело за тобой!

– На поле приглашаются Спрут, ленивый стиль, и Сокол, лунный стиль!

Виктор и Гарольд встали одновременно, переглянулись и направились каждый в свой угол. Предвестнику предстоял самый сложный поединок в жизни, и он намеревался проявить всё своё природное упорство.

Они встали друг против друга, и зрители притихли. Два сильных и умелых бойца, для которых в предстоящем бою не существовало компромиссов. Двужильный Виктор – сильный, быстрый, выносливый. И искусный Гарольд – ловкий, стремительный, точный. Абсолютно разные, но это-то и представляло интерес. Чья техника принесёт успех?

– Начали! – приказал судья, и поединок, достойный финала, открылся во всём блеске.

Презрев осторожность, Виктор немедленно перешёл в атаку, постаравшись сбить Гарольда с толку. Он наносил по пять ударов в секунду, и в таком темпе продержался почти полминуты. Ни один человек на такое не был способен. Но Виктор родился не человеком.

Сокол блокировал, отклонял, уклонялся и смещался, стремясь остановить, отразить, отвести в сторону направленный на него порыв. И ему это удалось. Он пропустил только несколько ударов, пришедшихся куда-то в торс. Не слишком сильных. Подуставший Виктор раскрылся, и Гарольд не преминул этим воспользоваться. Лунный стиль, демонстрируемый им, завораживал и заставлял усомниться в реальности происходящего. Целые серии неожиданных, нелогичных, противоестественных, но ловких и грациозных движений вскрыли защиту Виктора. Гарольд перешёл в атаку, и теперь уже Предвестник уклонялся, смещался и отходил. И пропускал, пропускал удары. Невозможно было сопротивляться мастерски созданному круговороту, сметающему любую преграду.

Всё смешалось, потеряло форму, перестало иметь смысл.

…Виктор ухватил Гарольда за запястье, но тот изящно выскользнул, тут же нанеся укол сжатыми пучком пальцами… Предвестник шагнул в сторону и нанёс удар ногой, но противник тоже сместился, больно ударив Виктора по колену… Прошла секунда. Пропустив два удара в лицо, Виктор дотянулся кулаком до груди Сокола, пытаясь сбить тому дыхание, но соперник изогнулся корпусом, погасив энергию атаки… Новые удары Сокола прошли вскользь по животу Виктора, и Предвестник отшатнулся, почувствовав внезапную скручивающую боль… Прошла ещё секунда…

Бой проходил стремительно, и детали его были не видны обычным людям. Виктор отпрянул, увеличивая дистанцию.

– Эти приёмы запрещены! – прохрипел Предвестник, взывая к разуму противника. Сокол остановился.

– Нет, – возразил он. – Запрещены только те, что ведут к неминуемой смерти.

Он продолжил атаку, заставив Виктора не на шутку забеспокоиться. Два последних удара Сокола действительно были из тех, что могли бы серьёзно повредить здоровью Виктора. «Удар отложенной смерти», один из секретов Запада, имел несколько форм и вариаций, приносящих боль, лишающих сознания, делающих тело соперника слабым. Виктор был этим очень недоволен, но ничего не мог поделать. Мастерство соперника пресекало все попытки дать серьёзный отпор.

Впрочем, тайное искусство Запада на Виктора не действовало. Да, секретные удары были болезненными, но не более того. Этому поражался ещё Дэвид во время обучения в монастыре Предвестников. Что поделаешь, Виктор действительно был рождён не человеком, и ему это частенько помогало в противостоянии с сильнейшими противниками.

Постепенно Гарольд начал уставать. Он несколько раз обрушивал Предвестника на пол. Он разбил ему лицо. Он вывихнул ему пальцы обеих рук, чтобы тот не мог бить. Исколотил кулаками живот и грудь, лишь бы соперник не мог разогнуться от внутренней боли. Но ничего не помогало. Другой на месте Виктора давно бы лежал без сознания на краешке полотна. Виктор же продолжал сражаться. И потихоньку начинал побеждать.

Это казалось невероятным, но раз за разом он наносил всё более и более сильные удары, разбив Гарольду нос и брови, чуть не выдернув ему руку, дважды опрокинув соперника вниз. Сокол ничего не понимал, и продолжал сражаться в прежней манере, отвечая на один сильный удар Виктора пятью. Вот Спрут снова подставился, открыв для прямой атаки лицо и грудь (удары в шею запрещены), и Сокол этим воспользовался. И тут же сам пропустил удар! Заваливавшийся вперёд якобы от боли и усталости Виктор заехал сопернику локтём в бровь.

Гарольд отпрянул, пытаясь понять, как же это произошло. И, наконец, понял.

Этот хитрый Предвестник с самого начала подставлялся под удары, разрывая дистанцию и делая вид, что едва держится на ногах от боли! А на самом деле подбирался поближе и разил что есть сил, не жалея ни себя, ни противника! Жестокая и непостижимая тактика!

На Викторе не было живого места. Он истекал кровью, тело его покрылось красными и чёрными пятнами гематом, а он продолжал драться.

– Хитрец! – не сдержал удивления Сокол.

Спрут вдруг остановился и спокойно выпрямился, попытавшись улыбнуться разбитыми губами.

– Догадался-таки, – без намёка на досаду сказал он. Стало ясно, что прежняя тактика уже не пройдёт, и надо придумать нечто новенькое. Он внезапно подскочил к оппоненту вплотную, пропустив сразу два удара, но осуществив задуманное.

Трибуны ахнули. Виктор повторил приём, который принёс ему успех в схватке с Кирпичом. Спрут обхватил своего соперника так, чтобы тот не мог выдернуть руки, сдавил и оторвал от пола. Зрители взревели, предвкушая развязку. Гарольд шумно и болезненно выдохнул воздух, оказавшись в железных тисках. И начал изворачиваться как змея. Его пальцы крюками впились в бока Предвестника, больно надавив и проникая под рёбра. Виктор невольно ослабил хватку, и Сокол тут же начал выскальзывать, словно рыба из рук рыбака. А освободившись, он оттолкнул Предвестника коленом, отходя на шаг, подпрыгнул в воздух, лихо крутанувшись, и заехал Виктору ногой по лицу. Виктор упал.

Ошеломлённый, Предвестник вновь поднялся и пошёл на врага. Окровавленный, разъярённый, он уже не видел смысла уклоняться от прямого столкновения. Сила на силу. В голове гудело: сразу три Сокола смотрели на него. Он атаковал соперника, нанося удары по рукам и ногам, стараясь пробить его защиту, измотать неудержимым порывом. Гарольд едва держался от усталости, но продолжал защищаться. И даже успевал бить в ответ. Такого ожесточения никто не ждал. Схватка превратилась в кровавый бой на изматывание соперника, и противники не собирались уступать.

В какой-то момент они вдруг замерли, обменявшись короткими репликами, и снова сошлись в бою.

Всё решил один сильный и быстрый удар, разглядеть который не сумел даже сам боец, этот удар наносящий. Один из соперников упал без сознания, оказавшись на грани жизни и смерти. А второй стоял над ним, понимая, что если немедленно не уйдёт, то сам сейчас свалится рядом.

– Сокол! Сокол! Сокол! – скандировала публика, восхищённая своим кумиром.

Поверженным бойцом был Виктор. Внимательно наблюдавший за боем Дэвид с грустью опустил взгляд.

Глава вторая. Ступеньки вверх. Эпизод 4

С лечением Виктора возникли сложности. Хозяин алхимической лавки наотрез отказался продавать Владу нужные ингредиенты для лекарства, обозвав его язычником. Положение спасла Росинка, часто сопровождавшая лекаря. И не силой оружия, но силой растущего магического дара она заставила продавца выполнить просьбу Влада. Девушка не боялась использовать арсенал новых знаний, которыми щедро делились с ней Виктор, Влад и Келеан.

Впрочем, оказалось, что этих усилий недостаточно. Нет, конечно, Предвестник вовсе не собирался умирать. Но чтобы быстро привести его в порядок, необходимо было нечто большее, чем лекарства. Влад не владел магией в той мере, в которой это было нужно. И попросил Теро оказать услугу: именно через призрака, чей потенциал теоретически был бесконечен, лекарь начал опутывать Виктора одним лечебным заклинанием за другим.

Предвестник, пришедший в себя только на второй день после боя, оказался недостаточно силён, чтобы выразить удивление или недовольство по поводу сделанного Владом шага. Впрочем, когда он открыл глаза, Влада в комнате не было. От сидевшего рядышком призрака к Предвестнику шла невидимая ниточка, по которой текла живительная энергия. Теро тихо напевал под нос какую-то песенку. Виктор едва различил слова.

– Ночную мглу рассеял лампы свет,

Поймав пылинок бег неугомонный.

А за окном проснувшийся рассвет

Окрасил алым облачные склоны.

Вот в свете лампы растворились дни

В незренном заплетении течений.

И как пылинки, мысли все мои

Уносятся рекою размышлений…

– Откуда ты знаешь эту песню? – Виктору было непривычно слышать, как поёт Теро.

– Влад научил, – смутился призрак.

– А он откуда знает? – продолжал допытываться Предвестник.

– Спроси у него сам, – сконфузился дух. – Он сейчас придёт.

И правда дверь почти тут же отворилась, и в комнату вошёл Влад. В руках он держал поднос с тарелкой горячей каши и кружкой молока. Виктор с равнодушием принял факт, что не смог почувствовать его приближение.

– Как себя чувствуете? – осведомился старик.

– Бывало и хуже, – лаконично ответил Предвестник. Он искоса поглядывал на лекаря, пока тот ставил на столик поднос. Влад быстро проверил магический ореол вокруг Теро, удовлетворённо кивнул и сел рядом.

– О чём вы хотели поговорить?

– Почему вы решили стать лекарем? – вопросом ответил Виктор. Влад, кажется, немного растерялся.

– Вы мне всё равно не поверите. Но если хотите знать, то я скажу. Меня с детства направлял голос с небес. – Лицо старика вдруг обрело глубокую серьёзность. – Этот голос открыл мне, что моё предназначение в бескорыстной помощи людям. Мне открылось, что я должен не жалея себя спасать других от болезней и ран. И даже от смерти. Я видел картины мира, лежащего за гранью моего понимания. Моя душа принадлежала этому миру. И служением на земле я должен был открыть себе путь к поднебесью.

– Однако нечто заставило вас усомниться в искренности небесного дара? – угадал Виктор.

Влад молчал, отведя глаза. Теро вопросительно переводил взгляд с одного собеседника на другого.

– Да, – наконец, ответил старик. Ответил очень тихо, будто только сейчас решился признаться себе в совершённом давным-давно открытии. Но затем он заговорил увереннее и громче. – Я встретил человека, который, как и вы, не был человеком. И он открыл мне глаза на то, что на самом деле творится в мире. Он изменил мои взгляды. Изменил меня. Не знаю, в лучшую ли сторону. Я продолжал помогать людям, но уже без веры в сердце. Те силы, что призвали меня на эту землю, уже давно не способны влиять на то, что происходит в мире людей. Я не мог больше служить им. И больше не слышал голоса.

– Но разве ваш дар не является доказательством их попытки вмешаться в ход истории? – Виктор говорил в уверенности, что видит перед собой святого. Личность, которой было предначертано изменить человеческий мир. И вмешательство одной лишь персоны помешало осуществлению небесных планов. Очень хорошо известной Виктору персоны.

– Вам меня не понять, – улыбнулся Влад. – И не судите строго. Мне не на что жаловаться, я прожил достойную жизнь. А тот человек, о котором я сказал… Он предрёк, что когда-нибудь я встречу вас, и вам понадобится моя помощь. До тех пор я не могу считать свою миссию завершённой.

Виктор сжал кулаки. Теосарн позволил себе пойти не только против Церкви, но и против всего человечества. Вряд ли стоит сомневаться в словах старика – его необыкновенная сила говорила более чем красноречиво. И это значит, что теперь появился ещё один повод отомстить Теосарну за холодную эгоистичную бесчеловечность.

– Что ж, – сказал Предвестник. – Теперь вы исполнили то, что было предрешено. И мы друг другу ничего не должны.

Влад кивнул и поднялся, понимая, что разговор окончен. Он посмотрел ещё раз на Теро, задумчиво постоял и, наконец, вышел, оставив Виктора в тени тяжёлых раздумий. Впрочем, подумать ему не дали. Дверь снова отворилась, и в комнату заглянул Келеан.

– К тебе Гарольд, – сообщил он. Виктор одобрительно кивнул. Некромант вошёл и пропустил мимо себя Сокола. Теро на всякий случай сделался невидимым. Финалист Турнира выглядел помятым и даже жалким. Опухшие руки, рассечённые брови, потемневшее лицо. И привычная вежливая улыбка.

– Привет. Как ты тут?

– Превосходно. Как сам?

Гарольд демонстративно осмотрел себя.

– Давно мне не давали такой взбучки! – почти весело ответил он. – Собственно, я пришёл сказать, что ты дрался мастерски. – И, видя сомнение в глазах Предвестника, поспешил подтвердить: – Именно! Мастерски. Возможно, ты не так искусен, как другие участники Турнира. Но ты сражался без стиля, и потому был опаснее всех их. И самое главное, ты сумел навязать мне свой ритм. А такое уже много лет никому не удавалось!

– Разве у меня был шанс победить? – не разделил его энтузиазма Виктор.

– Не знаю. Наверное, – не стал лгать Гарольд.

– Моих усилий было недостаточно для победы. Но теперь тебе драться с более искусным противником.

– Да. Дэвид замечательный мастер. Финал должен получиться интересным. Жаль только, что я несколько не в форме. – Это не было предусмотрительным оправданием. Соколу действительно тяжело досталась последняя победа. – Правда, Чудь несколько горделив, а это не идёт на пользу бойцу. К тому же он из тех, кто часто закрывает глаза на недостатки своего стиля, выделяя только преимущества. То есть теоретически он не является непобедимым.

– И всё равно ты не в лучшей форме, – изобразил улыбку Виктор, и Гарольд согласно кивнул. – Не обижайся, но я пожелаю удачи ему, а не тебе.

– Не сомневался, – понимающе хмыкнул Сокол. – Ну ладно. Рад, что ты не в таком плохом состоянии, как мне рассказывали. Ещё увидимся!

– Непременно.

Гарольд вышел, Келеан не стал его провожать. Вместо этого обратился мысленно к Предвестнику.

– Твоё поражение было неминуемым.

– И когда же ты это понял?

– Разумеется, ещё до начала Турнира. Ты вполне ожидаемо зашёл так далеко, но изначально было ясно, что этот противник тебе не по зубам.

– Какое замечательное наблюдение. – Виктору не нравилось, в каком ключе шла беседа.

– Ты думаешь, – продолжал Келеан, – что никто не слышал вашего разговора? Там, когда вы бились на арене, могло показаться, что ты можешь победить. Но это лишь иллюзия. Ты отдал последние силы, но не сломил соперника. И вместо того, чтобы закончить бой, ты продолжал наступать. Уже зная, что Дэвид дошёл до финала. Зная, что я буду в финале. И понимая, что мы все втроём наберём нужную сумму для погашения долга. И всё равно дрался. – Некромант криво ухмыльнулся, осознавая своё превосходство. – Ты был жалок в своей гордыне. Мнительность, обида, злость – всё это не к лицу Невозмутимому Охотнику. Но тебе, как видно, уже не переродиться. Упрямость едва не стоила тебе жизни. И Сокол, честь ему и хвала, увидел это. И сказал тебе, тихо, чтобы никто не слышал: «Виктор, остановись!». Я слышал это. И что ты сказал в ответ?

– «Не могу».

– Именно. «Не могу».

– И что всё это должно значить? – вслух спросил Предвестник. Теро вдруг встрепенулся, понимая, что что-то пропустил.

– Только то, что я ошибся. – Келеан говорил спокойно, но вокруг чувствовалось нарастающее напряжение. Воздух в комнате сгустился, потемнел. И за гранью слуха начал накатывать всесокрушающий громовой раскат. – Ты не сможешь победить своего Учителя. И значит, нам незачем продолжать совместное путешествие. Однако так просто я не могу тебя оставить.

– И что же ты сделаешь? – Виктор в любую секунду готов был принять бой, но магическая реакция некроманта оказалась быстрее. Воздух сжался и выплеснулся ураганом, сметя Предвестника с постели и грохнув о стену. Теро вскочил и что-то закричал, но его голос потонул за непроницаемым барьером, которым Келеан окружил его.

– Ну как? – спросил некромант.

– Слабенько, – послышался тихий голос Предвестника.

Виктор начал медленно подниматься, опираясь на стену и поддерживаемый странным заклинанием, светящимися лентами опутавшим тело. Некроманту подобное видеть не доводилось, но на всякий случай он повторил воздушную атаку. И получил неожиданный отпор. Ураган разбился о магическую преграду, и тут же Келеан почувствовал ток огромной силы, опутавшей всё его тело. Нечто небесное, накапливаемое десятилетиями, навалилось и сдавило, не давая вздохнуть. Невероятная сила, бережно хранимая Предвестником и оберегаемая для битвы с Теосарном. О существовании таких резервов Келеан не знал. Ему показалось, будто само пространство мира пытается отторгнуть его, уничтожить, раздавить, избавиться, как от чего-то инородного. И понял, что не сможет противостоять этому намерению.

– Виктор, остановись!

Прошло несколько тягучих мгновений. И Виктор остановился. Всё произошедшее было не более чем спектаклем. Конечно, Келеан не собирался убивать Виктора. И Предвестник не намерен был избавляться от могущественного союзника. Однако теперь некроманту известно об истинных силах Виктора. И это кое-что меняет. Теперь за Келеаном нужно следить вдвое пристальней.

– Занятно, – как ни в чём не бывало, сказал маг. – Ты не мог остановиться, когда был слабее, и остановился, имея явное преимущество. Ты действительно надеешься победить своего Учителя?

– Тебе лучше уйти, – медленно произнёс Виктор, укладываясь обратно в постель.

– А если не уйду? Шучу-шучу. Простите, господин, вашего непутёвого возницу. – Келеан отвесил поклон и ухмыльнулся. – У меня найдутся дела поважнее.

Теро надулся от злости, когда незримые преграды вокруг него пали.

– Вот же негодяй, – проворчал он, когда Келеан вышел.

– Проследи за ним. Куда он там направился.

– Со здоровьем не шутят! – запротивился призрак.

– Всё нормально. Мне уже лучше. – Виктор не врал, и Теро был вынужден подчиниться.

***

Портовый город кипел подобно бурлящему океану. Улицы пестрели наскоро сделанными афишами, приглашающими на финал, где главным блюдом будет бой Сокола со вторым Предвестником. Не безынтересна была и участь противостояния сильнейших магов, уже не раз доказывавших своё мастерство. Противник Келеана Трюкач имел два круга и три креста, и некроманту нужна была победа, чтобы обойти конкурента по наградам. Толпы людей стекались к величественному и торжественному зданию арены, крышу которого украсили сотни флагов.

Зодчий этого уникального строения хорошо знал своё дело – акустика была превосходна. Часть трибун уже скандировали имя любимого бойца:

– Сокол! Сокол!

В ответ подобно рёву приходил многотысячный выдох:

– Чудь! Чудь! Чудь!

Виктор в сопровождении Росинки и Влада устроился в первых рядах лучшей трибуны, откуда открывался прекрасный вид на арену. Зрители приветствовали его одобрительными аплодисментами. Келеан ещё возился где-то внутри, готовясь к финалу.

– На поле вызываются Сокол, лунный стиль, и Чудь, стиль пяти пальцев!

Публика взвыла от восторга, приветствуя бойцов.

Дэвид неоднократно повторял Виктору, что пальцевые удары самые опасные. И раз уж он дошёл до финала, то, наверное, так оно и было.

Их поединок начался не так стремительно, как бой Сокола и Спрута. Соперники действовали с осторожностью, пытаясь приспособиться друг к другу и подобрать лучший момент для первой атаки. Виктор заметил, что Сокол сегодня двигался не очень пластично. Видимо, он ещё не до конца оправился от предыдущего боя, в то время как Дэвид чувствовал себя прекрасно. И это вселяло надежду, что победа сегодня достанется представителю Церкви.

За раздумьями Виктор пропустил ту фазу схватки, когда разведка закончена и начинается время решительных мер. Оба бойца показали весь дозволенный им арсенал приёмов, выходя далеко за рамки заявленных стилей. В их движениях чувствовалось мастерство, переходящее в высшее искусство. И не было здесь ни одного человека, способного понять весь смысл происходящего на арене. Только эти двое понимали друг друга. И сошлись в решительном и жестоком танце, ритмичном и быстром, каждое движение в котором было идеально выверено по времени, моменту и приложенной силе. Виктор испытал едва ощутимый привкус зависти к этим искуснейшим знатокам рукопашного боя.

И всё-таки исход поединка, как это ни грустно, был предрешён. Да, Сокол разбил Дэвиду нос, вывихнул ему несколько пальцев, даже сломал ему ребро, но всё было тщетно. Гарольд Книсс, чемпион, ставший при жизни легендой, проиграл бой. Обессиленный, он припал на одно колено и больше подняться не смог. И после нескольких бесплодных усилий он жестом дал понять, что не может продолжать бой. Чудесный Охотник победил. Дэвид, казалось, не выглядел довольным. Он преследовал иные цели, нежели большинство участников Турнира, и слава победителя оказалась ему не нужна. Он помог Гарольду подняться и, поддерживая, увёл бывшего чемпиона с поля схватки.

Арену тут же стали готовить к поединку магов. Была возведена более мощная защита. Алхимики расставили перед трибунами какие-то хитроумные устройства. На платформу вынесли и установили макеты для поединка, причём неубиваемое чучело Келеана было одето в какие-то яркие одежды, на голове красовалась длиннополая шляпа с пером, а на лице изображена презрительная и высокомерная ухмылка. Сами участники появились сразу после того, как организаторы покинули платформу.

Всё стихло, когда оба мага заняли места каждый в своём углу.

– Приготовились, – скомандовал голос судьи. – Начали!

К немому удивлению зрителей на арене ничего не происходило. Маги стояли неподвижно, как и их соломенные представители. Время словно застыло, не в силах сдвинуться с места.

И вдруг стало ясно, что бой давно уже идёт, только он был невидим за бесконечной вязью заклинаний. Пространство над ареной исказилось словно в кривом зеркале, и зрители прозрели: магическая завеса пала, приоткрыв ход в совершенно иной мир. Мир магической войны.

Вокруг арены клубилось плотное облако тумана, вращавшееся против часовой стрелки. А в самом сердце ристалища раскрылся огненный ад, кружившийся змеёй в необузданных воздушных потоках. Между огненными петлями и кольцами метались страшные тени, от вида которых многим стало не по себе. В свободном углу платформы стало быстро расти чёрное дерево, изгибаясь подобно громадной гидре и закрывая ветками-щупальцами центр полотна. В его кроне запутывались тени, и даже сквозь звуковые защитные ауры стал слышен леденящий душу вой умирающих призраков.

Келеан, всё это время проводивший отвлекающие атаки, начал готовить главный удар. Такой удар, который сокрушит все нелепые надежды соперника на победу. И этот удар должен быть эффектным. Чтобы запомнили надолго.

Руки наполнились силой, и некромант обратил ладони на своё пёстрое чучело. То пошевелилось и сорвалось с опорного шеста. И к восторженному удивлению зрителей зашагало к противоположному углу!

Восторг был неописуемый! Такого здесь ещё никогда не видели. Трюкач быстро справился с удивлением и попытался остановить продвижение соломенного врага. Шквал атак обрушился на макет в попытке пробить созданную Келеаном защиту, но всё было тщетно.

– Ну давай! – азартно кричал некромант. – Покажи мне страсть!

Перед его чучелом вставали каменные стены, но они рушились от одного прикосновения деревянной руки. Сверху падали ледяные глыбы, но они рассыпались в крошку и пыль, не успев обрушить всю тяжесть на противника. Само полотно разверзалось, пространство рвалось, открывая путь в чёрную пустоту, но чучело продолжало идти по воздуху, упорно преодолевая барьеры и препятствия. Перед макетом внезапно возникло громадное демоническое чудище, покрытое шипами. Восьмиглазое, шестирукое, с двумя чёрными языками, оно попыталось схватить противника, но сгорело в своевременной контратаке Келеана. Чучело некроманта дошло до противоположного угла, стало напротив чучела соперника, вознесло руку и страшным нечеловеческим ударом сокрушило врага.

И тут же всё стихло, всё смолкло, магия рассеялась, и это означало только одно – Международный Турнир, наконец, закончен.

Келеан взлетел на платформу и подбежал к другому краю, сверху вниз посмотрев на Трюкача.

– От него никто ничего не ждал, и он оправдал ожидания! – насмешливо сказал он. – Ты побеждён, вредный гриб. Поражение преступно. Что скажешь в своё оправдание?

Трюкач поднял взгляд, в котором читалось лишь смиренное спокойствие.

– Поздравляю с победой, – тихо сказал он, кивнул и пошёл прочь. Келеан был разочарован, но он тут же забыл об этом, когда публика восторженно начала восхвалять нового чемпиона.

По-своему рад был за Келеана и Виктор. Хотя с последней беседы остался неприятный осадок. Всё-таки у некроманта остался ещё некий козырь, благодаря которому тот чувствует себя безгрешным в опасном противостоянии с Предвестником. Однако пока цели двух магов совпадали, и это удерживало грозный союз от окончательного распада. Келеан, кстати, стал после той беседы более кротким и молчаливым, что для него было не ново. Он часто менял линии поведения, полагаясь на свой богатый жизненный опыт.

Как бы то ни было, Турнир был окончен, и пришла пора подвести итоги.

***

– Вы довольны? – Виктор положил перо рядом с документом, на котором только что поставил свою подпись. Вельмонт Арватэль притянул бумагу к себе и бегло осмотрел.

– Вполне. – Он поднял взгляд на гостя, и в его глазах мелькнули огоньки алчности. – Насколько я знаю, вы, господин Кенмар и господин Келеан заработали на Турнире свыше трёх миллионов серебряных марок. Все ваши ставки сработали, даже предусмотрительная ставка на собственное поражение в бою с Соколом. А так же, насколько мне известно, своё дело сделал заём, полученный от герцога Марко.

– Вы знаете и об этом? – сказано было абсолютно равнодушным тоном.

– Ваша тайная переписка с герцогом вскрылась после его последнего появления на трибунах. Марко Горделивый не слишком приветлив с представителями Церкви, и, скорее всего, поддержит восстание. Однако вам он доверился. Или не вам, а господину Кенмару? Не так уж важно. О прибыли думают все.

– В том числе и вы, – вставил своё слово Предвестник. Его ничуть не утомляло стоять перед главой почтовой компании в аскетичном и прохладном кабинете. Келеан остался в повозке и, наверное, помирает там со скуки.

– И я, – не стал отрицать сын покойного Флавия. Он не скрывал свои амбиции и пытался сделать вид, что играет в открытую. Может ли это быть поводом к сотрудничеству? – Что вы намерены делать с оставшимися двумя миллионами?

– Хотите получить и их?

– Бросьте! Давайте поговорим серьёзно. Вы получили сумму, равную полугодовому бюджету небольшого герцогства. И моя интуиция подсказывает мне, что эти деньги не пропадут просто так, а будут вложены в некое интересное дело. – Вельмонт откинулся на спинку кресла, машинально убрав упавшие на лоб волосы. – Ходит слух, что налог на зерно можно будет каким-то чудом обойти, получив тройную прибыль. Мне достоверно известно, что этот слух пустили вы.

Виктор позволил себе приподнять одну бровь, выразив тем самым изумление по поводу осведомлённости собеседника.

– Если вы хотите знать, я вам отвечу, – после короткой паузы сказал Предвестник. – Налог растёт, это правда. Но ближе к середине лета… – Он не закончил, внезапно вскинувшись и развернувшись к пустому углу комнаты. Весь сосредоточился, напрягся, будто готовый к прыжку зверь. Вельмонт не стал себя выдавать раньше времени и не повернулся в ту же сторону. Виктор же меж тем успокоился и развернулся к директору. – Разговор затянулся, – резко сказал он. – Если вы хотите откровенности, то я жду её и от вас. На чьей вы стороне?

– Не понимаю вас.

– Восстание, – напомнил Предвестник. – Об этом не говорят, но мы с вами понимаем, что оно неизбежно. На чьей вы будете стороне, когда оно начнётся?

Вельмонт поднялся и прогулялся до шкафчика, из которого извлёк графин с вином и бокал. Медленно, затаив дыхание, он наполнил бокал и сделал короткий глоток.

– Хорошо, – сдался он. – Хотите правды? Я не знаю, на чьей я буду стороне. Удивлены? – Предвестник не ответил. Директор улыбнулся, не глядя на него. – Теоретически, поддержав восставших, я окажусь в выгодном положении. Сохраню активы, недвижимость, возможность использовать проверенные связи. Церковь более не будет иметь влияния в Лакирии. А военные рабы, на которых монахи хотели сделать деньги, будут переправлены новым хозяевам. Кто, по-вашему, этим займётся? – Он дал Виктору время обдумать эти слова. – Занятно, что в Империи до сих пор многие считают работорговлю признаком высокой культуры и цивилизации. Впрочем, не важно. Я получу заметные преимущества, если поддержу восставших. Вы же понимаете, куда это может завести?

– Вельс, – верно угадал Виктор.

– Именно. Мои услуги стоят дорого, в этом вы уже могли убедиться. А за мою поддержку и связи в торговом мире я могу потребовать у герцогов вернуть мне мой законный трон. И они пойдут на это, ведь им нужны серьёзные союзники. Законные союзники. И тогда придётся вам забрать мою очаровательную кузину из Сауфта и отвезти туда, где вы её и нашли. – Вельмонт сделал паузу, приняв задумчивый вид. – С другой стороны в Лорине уже собирается резервная армия Империи под командованием неугомонного лорда Рича. И вряд ли восставшие смогут этой армии противостоять. Даже если герцоги объединятся, половина их сил до сих пор заперта в Валании.

– Приятно иметь дело с осведомлённым собеседником, – заметил Виктор, отметив про себя, что слухи об армии Рича докатились и до Кросдорфа.

– Взаимно. Но мне известно и вот ещё что. – Вельмонт хитро прищурил глаза, будто разгадал все потаённые планы своих соперников. – Кое-кто заинтересован в приобретении моей компании. Мне готовят удар, причём законный удар, который я не смогу пережить. И этот кто-то – Гарольд Книсс, трёхкратный чемпион Международного Турнира, миллионер и владелец крупнейшей в Лакирии торговой компании. Не сомневаюсь, что тут дело не обошлось без вашего вмешательства. Вы выдали себя, направив следить за мной персонального призрака. О, вижу, вы спокойны. Как всегда. Позвольте мне выразить своё восхищение вашей выдержкой.

Виктор благосклонно кивнул.

– Я вам открою тайну, – продолжал Вельмонт. – У господина Книсса ничего не получится. Попытка, как говорится, не пытка, но эта попытка будет неудачной. Итак, вы с самого начала решили меня устранить, ещё не получив моего ответа на ваш вопрос. Между тем вам известно, что я пользуюсь поддержкой торговых гильдий и купеческих организаций, и их ополчение может быть использовано в предстоящей гражданской войне. Если, конечно, война начнётся.

– Я попрошу Гарольда прервать операцию.

– Спасибо. – Разговор подходил к концу, и надо было дать окончательный ответ. – Вот что я вам скажу. Если к середине лета война не начнётся, и если налог будет обойдён, я буду с вами. Если нет, то… Я буду вынужден действовать по ситуации. Вас устроит такой ответ?

– Не очень. Но я благодарен за откровенность, – сухо сказал Предвестник.

– Не стоит.

– Мне пора. Я надеюсь, что вы примете правильное решение. – Он бросил задумчивый взгляд на угол и повернулся к выходу.

– До новых встреч. Всегда рад видеть Предвестника.

Виктор покинул кабинет, бесшумно притворив за собой дверь. Его шаги затихли на лестнице, и Вельмонт тут же вернул вино в шкаф. Воздух в пустом углу задрожал, и из-под магической завесы вышел высокий человек со светлыми короткими волосами и тонкими чертами лица. Он подошёл к окну и осторожно выглянул из-за занавески, наблюдая, как Предвестник садится в дилижанс, бросив пару слов вознице. Келеан хмуро посмотрел на окно, и пришлось тут же отпустить занавеску.

– Что-то не так? – спросил Вельмонт, возвращаясь в своё кресло.

– Вы сказали много лишнего, как мне кажется. Надеюсь, наш договор остаётся в силе?

– Я сказал лишь то, что должен был сказать. И сделаю то, что должен буду сделать.

Ответ более чем уклончивый, но вступать в дискуссию с умным и расчётливым сыном герцога не хотелось. В любом случае визит Предвестника будет иметь последствия, за которыми нужно во что бы то ни стало проследить.

С этой мыслью Акхат отошёл от окна.

***

Финансовая система северных герцогств пошатнулась. Полноводные финансовые реки с началом большой войны в Валании обмелели, однако по старым руслам уже потекли новые денежные ручьи. И Священная Империя, этот осторожный и чуткий гегемон, стала немедленно готовиться к новой угрозе, пришедшей с севера. Герцоги вели двойную игру, в этом уже не было сомнений. Известно, что в Валании ситуация остаётся стабильной. Войска Контармского королевства уже топчут землю Империи. В Мавликии, в которой во время Южной Карательной Экспедиции с огромным трудом удалось подавить мятеж, приходится держать большие силы. Западные герцогства слабы и не опасны. В таких условиях северные герцогства могут попытать удачу и начать борьбу за свои интересы. Но чтобы разобраться во всём, нужно больше информации. Нужны неопровержимые доказательства, которых пока не было.

В поисках новых сведений Виктор со своими спутниками направился на юго-восток, оставив Влада на попечение Чудесному Охотнику. Святой лекарь, который так и не стал по-настоящему святым, выполнил пророчество Теосарна. В глубине души осталась надежда, что когда-нибудь пути Виктора и Влада ещё пересекутся.

Необходимо было действовать быстро, пока враги не начали обгладывать скелет умирающей Империи. Прогноз Виктора – гражданская война могла начаться уже летом. А может быть даже в конце весны. От Предвестника тут ничего не зависело, но кое-что ещё можно было сделать. А именно повлиять на сами герцогства и предотвратить угрозу восстания.

Из двух миллионов Виктор взял с собой только десять тысяч марок, оставив Дэвиду всё остальное, снабдив подробными инструкциями. Его план начинал воплощаться в жизнь, и необходимо было предусмотреть любые неожиданности.

Келеан всё так же ворчал на месте возницы, а волчица временами скрашивала его одиночество. Дилижанс Предвестника выехал за городские ворота на новую дорогу.

Шумный и взволнованный Кросдорф остался позади.

Глава третья. Машина предсказаний. Эпизод 1

Пришло утро с болезненным солнцем, сонно поднимающимся над хвойными вершинами. Из лесного мрака выплывал холодный туман, на ветвях серебрился иней. Тут и там виднелись островки нерастаявшего снега. Повозку трясло на разбитом и ухабистом тракте, и заледеневшие лужи хрустели под колёсами. Обочины обратились в грязь, делая неглубокие придорожные канавы частью дороги.

– Мне не нравится слово «тракт», – ворчал Келеан, временами подхлёстывая выносливых и послушных лошадок северной породы. Изо рта чародея шёл пар.

Рядом, закутавшись в пурпурную мантию, сидел Виктор. Сидел и молчал почти всю дорогу. Некроманта это раздражало. Росинка впала в спячку почти сразу после выезда из Кросдорфа, и с тех пор валялась внутри. Теро развоплотился и отсутствовал даже на уровне астрального восприятия, дополняя картину пустоты.

Столица герцогства Контор город Шпиг встречал дилижанс Предвестника унынием и равнодушием. Внешние и довольно обширные районы города не были огорожены стеной. Не видно даже частокола. Дома здесь были невысокими и скучными, а улицы просторными и грязными. По проспекту, мощенному потемневшими деревянными плашками, ветер нёс стужу и запах конского навоза. Недалеко слева на холме высился божий храм, над куполом которого тускло стоял знак власти Церкви – равносторонний крест, сделанный из меди. Где-то в той стороне находилось и кладбище, где надрывно и уныло лаяла собака. С крыш домов капало.

– Хорошо хоть комаров нет, – продолжал ворчать некромант. Виктор ему не ответил.

Они остановились в маленькой двухэтажной гостинице, чьё название было написано с ошибкой: «Очаг састрадания». Ни на какое сострадание путники не рассчитывали. Здесь не оказалось даже столовой, что несколько потрясло Келеана и разочаровало проснувшуюся и голодную Росинку.

– Что снилось? – спросил волчицу некромант.

– Пауки, – тихо буркнула девушка.

На противоположной стороне проспекта как избавление светилась в лучах утреннего солнца харчевня, чьё название почему-то было написано на нернском диалекте.

– «Спокойный угол», – тут же перевёл Келеан.

– «Тихий уголок», – поправил его Виктор.

– Да без разницы…

Они вошли и выбрали угловой столик, благо все столики оказались свободны. Хозяин сам подошёл к гостям и выслушал их пожелания. Он опрометчиво пообещал путникам лучшие блюда, которые здесь только умеют готовить, однако прейскурант заведения оказался невелик. Поданное мясо оказалось недожаренным. Морс был слишком кислым и холодным. Каша с дольками фруктов и молоком была вкусна, но и она слиплась комочками.

– Мне не нравится слово «харчевня», – загрустил некромант. Удручал тот факт, что путь от Кросдорфа до Норна преодолён только наполовину. – Надолго мы тут остановимся?

– Как получится, – задумчиво сказал Виктор.

– Проклятье, здесь скучнее, чем в могиле.

Предвестник покосился на Келеана.

– Только не плачь, а то я тоже заплачу.

– Ты недостоин моих слёз! – оживился маг. Росинка хихикнула, хотя и её настроение было отнюдь не радужным.

Закончив трапезу, Предвестник поднялся из-за стола.

– Прогуляйся по городу, – сказал он Келеану. – А ты, – повернулся он к волчице, – поднимайся к себе и повторяй упражнения.

– Не хочу, – заупрямилась Росинка.

– Тогда приступай к поискам. Если не будет результата, останешься без обеда.

– О, этот жестокий мир! – оскалился некромант, легонько пихнув девушку локтём. И получил удар в ответ. Только гораздо сильнее.

***

В своей комнатке, сырой и холодной, Росинка забралась в старое потемневшее кресло и закуталась потеплее в плед. Ей необходимо было сконцентрироваться, но на это нужно время. Пока плелось заклинание, её посетили воспоминания последних недель. Яркий и незабываемый Турнир, поражающий воображение. Шум большого города, наполненного людьми и запахами. Таинственный калейдоскоп лиц и открытий, со страшной предопределённостью закружившийся вокруг волчицы. Судьба сама подталкивала на неведомый и непонятный пока путь, а сделать первый шаг всегда так трудно.

Росинке вдруг вспомнилось, как они с Владом покупали лекарства для Виктора, и как нагловатый торговец отказывался продавать свой товар. Почему волчица тогда надавила на этого человека? Почему вскрыла его сознание магическим лезвием силы и принудила к подчинению? Было ли это странным желанием быть достойной своего нового спутника? Ведь Влад одержим идеей помогать другим, так что же он сказал, если бы Росинка ничего не сделала? Или же ей стала небезразлична судьба Виктора? Она могла ответить точно – его судьба ей действительно небезразлична. Но вот эмоции, которые вызывал в ней Предвестник, поражали несовместимым разнообразием. Тут и злость, и доверие, и непонимание, и благодарность, и страх. Часто, даже слишком часто волчицу посещала мысль, что его дела стали её делами. Виктор и Росинка оказались связаны судьбой. Вместе они шли по одной дороге, но конечная цель видна лишь одному. И это приводило юную чародейку в негодование.

Между тем заклинание обрело силу, и вот сознание Росинки вырвалось из тесной комнаты физических чувств, развернувшись в непостижимых и ошеломляющих измерениях. Небесная пустота приняла её в свои объятья, заставив позабыть о неуместных здесь эмоциях. Только высь. Только сила. Только гармония.

Она уже знала, где искать. Город Норн – цель путешествия Виктора – предстал перед магическим взором Росинки подобно книжному листу: дома с высоты казались маленькими буквами, и хотелось верить, что на улицах-строчках зашифровано какое-то таинственное послание.

Гранитные стены с высокими башнями защищали город от внешних опасностей. На площадях толпились люди, наблюдая за выступлениями артистов или покупая понравившийся товар. Пронырливые странствующие торговцы подписывали договора и готовились к экспедициям, закупаясь фруктами и сладкими пирогами. В тихих и тенистых проулках отдыхали старички, рассевшись на стоявших вдоль стен лавочках. Деятельные монахи с уставшими глазами делали вид, что дела их идут обычным чередом, и не отказывали в беседе никому, ни требовательным старушкам, ни разочарованным жизнью пьянчугам, ни даже солдатам, оторванным от семей и согнанным на север непонятно для чего. Во дворах веселились и играли дети, не замечая надвигающихся перемен.

И никто из всех этих людей не видел, как прямо посреди города застыл незримый и громадный чёрный камень. Росинка заметила его сразу – от монолита к небесам словно бы была проложена широкая дорога. Возникало даже впечатление, что девушку ждали. Что специально для неё оставили указатель, мимо которого невозможно пройти.

Её сознание опускалось с запредельной выси, чтобы только лучше рассмотреть этот громадный валун. Чёрный камень возвышался над домами. Он не отражал солнца, и от него веяло пронизывающим холодом. Поверхность его казалась неприступной, и в то же время она затягивала в бесконечность, в бездонную глубину, и люди спокойно проходили сквозь невидимую границу, ничего не чувствуя, но внутренне сжимаясь от рождающегося в душе неясного беспокойства.

На город словно бы пала непроглядная тень чего-то древнего и непостижимого. Чёрная клякса на чистом листе светлого города привлекала взор, заставляла смотреть только на неё, утягивала в потусторонний холод.

…Совсем как небо! Чёрная космическая высь, бездушная, холодная, пустая. Обломок неба, упавший вниз, хранил в себе тьму, и эта тьма поселялась в каждом, кто был поблизости.

Нет спасения! Росинка с ужасом поняла, что не может противиться влекущей силе камня, утягивающей её сознание туда, где она сама станет пустотой. Подобно чёрным лапкам паука в сердце волчицы прокрался нечеловеческий ужас.

Она закричала и дёрнулась изо всех сил, уже понимая, что поздно, ей не выбраться, она обречена…

Внезапная вспышка невероятного затмевающего всё света раздвинула небеса и накрыла сознание Росинки, очищая её от равнодушной тьмы и ограждая своим теплом от потока обволакивающего холода. Новая сила вознесла девушку над планетой, согревая и бережно укутывая своим сиянием.

Волчица открыла глаза и увидела над собой Виктора, объятого ореолом магического света. И было нечто в его взгляде, что заставило её почувствовать заботу и поддержку. Он словно бы протягивал ей сильную руку, готовую всегда поддержать и удержать от падения в бездну. Но Виктор, в свою очередь, видел в её глазах только непроницаемо-чёрную скалу, застывшую над просторным городом.

Чёрное тело пришельца из иного мира.

Бога горы Теосарна.

***

Небо затянула тонкая дымка бледных и грубых на вид облаков, и сама завеса походила на растянутую грубую кожу. Солнце застыло размазанным пятном, и его свет ничуть не согревал. Воздух насытился болотной влагой и оттого казался ещё холоднее.

Виктор в сопровождении молчаливой Росинки и беспечного Келеана решил прогуляться по самым популярным проспектам. Свою мантию он оставил в гостиничном номере, чтобы не привлекать внимания. Могло показаться, что он бредёт вперёд совершенно бесцельно, однако в Шпиге его ждало не слишком приятное дело. Население этого города наивное и доверчивое, а потому легко поддаётся чужому влиянию. Беда как раз в том и заключалась, что где-то здесь появились люди, использующие простоту местных жителей в нехороших целях. Об этом докладывали сразу семь разведчиков Церкви, и Виктора «попросили» устроить небольшую инспекцию. Возражать в таких ситуациях не принято.

На большой пешеходной площади, где толпился народ, и был обнаружен очаг волнения. Первым его заметил Келеан, знавший о целях прогулки.

– Я нашёл. Слева, видишь? – мысленно сказал он Предвестнику. Виктор повернул голову в ту сторону и некоторое время задумчиво стоял. Росинка нетерпеливо потянула его за локоть дальше, но с места сдвинуть не смогла.

– Всем быть предельно внимательными, – предупредил Виктор и направился прямо в гущу толпы. Волчица адресовала недоумённый взгляд Келеану, но тот лишь подмигнул и, ничего не объяснив, кивнул в сторону Предвестника, мол, дуй за ним. Выбора не было.

Между тем Виктор протолкался в первый ряд и увидел то, что привлекало умы горожан. Машина. Магическая машина, каких не строят в Империи. На высоком и круглом металлическом столике мелькали какие-то механизмы, соединяясь в сложные структуры и вновь распадаясь. За столиком высился главный блок машины, представлявший собой сплетение дымящихся труб и вращающихся деталей, среди которых выделялся большой крутящийся барабан. Размером со шкаф, механизм издавал мелодичные и звонкие звуки. К круглому столику хозяева машины приглашали людей из толпы, и те за деньги прикладывали руку к поверхности и смотрели на то, как сложатся подвижные части.

– Что это? – Росинка протиснулась сквозь толпу любопытных и встала рядом с Предвестником.

– Машина предсказаний. Говорят, что способна предсказывать будущее, раскрывать прошлое, вызнавать тайны и восстанавливать утерянную память.

– Такое разве возможно? – усомнилась волчица. Виктор серьёзно посмотрел на неё.

– Нет. До сегодняшнего дня – нет. Жди здесь.

Предвестник покинул ученицу и встал в очередь желающих узнать своё будущее. Желающих было много, но Виктор без всяких угрызений совести встал где-то в начале: в ход пошла магия, и его появление не вызвало ни упрёков, ни нареканий. Его черёд настал очень быстро, и, отдав три медные монетки, Виктор встал перед столиком.

– Всё, что вам нужно, господин, это положить ладонь в центр магического окуляра, – говорил обслуживавший машину человек. Невысокий, щуплый, с вытянутым лицом, выступающим носом и внимательными глазами. Виктор мимолётно проник в его сознание. Звали человека Мартином. Двадцать восемь лет, уроженец Тулии, что на самом севере Империи. Тщеславен, бесхитростен, амбициозен. Причастен к организации намечающегося восстания. Видел Акхата с очень близкого расстояния.

Вскрытых данных хватало, чтобы немедленно арестовать хозяина машины, но сама машина интересовала Виктора куда больше. Известно, что будущее Предвестников предсказать невозможно. Посмотрим, на что способен хвалёный чудо-механизм.

– Прежде чем узнать своё будущее, я бы хотел сперва проверить возможности машины, – медленно произнёс Виктор, заглядывая Мартину в глаза и незаметно ломая ему сознание.

– Как пожелаете, господин, – сказано было без тени сомнения.

– Моё недавнее прошлое – какое оно? – Виктор положил ладонь на стол, ощутив внезапный укол холода. Мартин повернул какой-то рычаг, машина зазвенела, и под стеклянной поверхностью подвижные сегменты сложились в линию. На каждом элементе машины буквы и слова переплелись, встав так, чтобы можно было прочесть:

«По лестнице вверх. Падение в одной ступени до конца».

Предвестник нахмурился. Машина явно намекала на Турнир, но, впрочем, прошлое Предвестников тайной окутано не было. Главное, что механизм не врал. Машина работала.

– Теперь будущее.

Новый рычаг. Снова звон. Пластины со словами раскрылись веером, открывая новую строку:

«Достаток и покой в преобразованной стране».

Виктор в изумлении приподнял бровь.

– Что там? – вмешался любопытный Келеан, стоявший слишком далеко, чтобы видеть предсказание машины.

– Не поверишь. Мне предрекают счастливую и спокойную жизнь в некой преобразованной стране. Надо полагать, намекают на Империю после гражданской войны.

– Вот это наглость! Ребята лихо промывают мозги населению! Интересно, сами до такого додумались?..

– Ответ слишком очевиден, чтобы его озвучивать. – Виктора посетила мысль немедленно разнести машину по винтикам и выпотрошить сознания владельцев машины. Но он сдержался. Информации пока было слишком мало. А те три человека, которые крутились вокруг чуда техники, могли и вовсе ничего не знать о том, кто за всем этим стоит и какую цель преследует.

– Что планируешь делать? – снова напомнил о себе некромант.

– Предлагаю вернуться в гостиницу. А там будет видно.

– Как скажешь, как скажешь. – Келеан был немного раздосадован, но не сильно. Он знал, что не останется без приключений. И интуиция его не обманула.

***

Заняв привычный столик в «Тихом уголке», Виктор и Келеан решительно сели напротив Росинки, и та невольно стушевалась.

– Что-то намечается? – робко спросила она и улыбнулась в попытке развеять суровость обращённых к ней лиц. Предвестник никак не отреагировал на эту попытку, а некромант криво ухмыльнулся.

– Что ты скажешь о машине, предсказывающей будущее? – спросил волчицу Виктор, неотрывно глядя ей в глаза.

Девушка быстро сообразила, что ответ «Ничего, я никогда такого не видела» явно не устроит её спутников.

– Похоже на усилитель для заклинания прозрения. Вероятно, механизм способен принимать и преображать энергию разных типов.

– Дальше? – не стал возражать ей Виктор. А что дальше? Росинка снова задумалась.

– Для такого широкого применения нужна большая энергия, – неуверенно произнесла девушка. – Самое простое – энергия душ. Так?..

– Так, – кивнул Предвестник и глянул на Келеана. – Что скажешь?

– А что я должен сказать? Ну да, всё правильно. Скучно, но правильно. Я опять проспорил.

Виктор снова заговорил с Росинкой.

– К сожалению, всё именно так. Энергия души огромна, а её резервы неизмеримы. Именно потому, чтобы иметь надёжный контроль над чужой волей, лучший способ – убить жертву, а затем, если это возможно, возвратить её к жизни. Тогда энергия души будет израсходована на воссоединение с телом, а её восстановление будет контролироваться новым хозяином. Обычные гипнотические заклинания не имеют длительного эффекта. Впрочем, вы оба об этом знаете не понаслышке. – Виктор не дал спутникам отреагировать на эти слова. Он продолжал: – Эта странная машина явно использует энергию душ. И она реагирует на эту энергию. Однако чтобы видеть будущее и прошлое, нужно было убить многих людей. Десятки или даже сотни душ. С одной целью – повлиять на впечатлительное местное население и приучить его к неизбежности войны. А теперь вопрос: откуда транслируется энергия душ, и кто становится жертвой мятежников?

– Не томи, я же вижу, что ты уже знаешь ответ, – проворчал некромант.

– Ответа я не знаю. Но мне кое-что известно о жертвах преступников. Это солдаты. – Виктор сделал короткую паузу, чтобы его собеседники осмыслили сказанное. – Люди, причастные к военным силам Империи. Рекруты, наёмники, даже рыцари. И наша с вами задача – обнаружить логово преступников. Мне неизвестно где происходят убийства. Но мы можем это выяснить.

– Как? – спросила Росинка.

– И кто же будет приманкой? – разгадал план Виктора более дальновидный Келеан.

– Тот, – тихо ответил Предвестник, – кто весь день где-то прячется, не желая показываться на глаза.

– Не заставляйте меня! – заверещал вдруг откуда-то сверху Теро, оставаясь невидимым. – Я не хочу!

– Придётся, – вздохнул Виктор. – Ты единственный из нас, кто сможет мгновенно уйти из любой ловушки. Не волнуйся, мы тебя защитим в случае большой опасности. – Предвестник опять повернулся к некроманту. – Теперь вот что. Нам нужны доспехи для Теро.

– И этим, конечно же, придётся заняться мне, – безрадостно сказал Келеан. – Ты же знаешь как это сложно – сделать что-то из ничего…

– Именно поэтому я и обращаюсь к тебе. – Эти слова подействовали: Келеан был польщён. – Что ж, теперь, когда план дальнейших действий ясен, предлагаю всем отдохнуть и набраться сил. Вернёмся к этому вечером.

Однако судьба вновь вмешалась в планы Предвестника, стоило ему только переступить порог гостиницы.

– Господин Эгерс! – Хозяин гостиницы засуетился и чуть ли не бегом поспешил к Виктору. – Тут вам письмо пришло. На ваше имя, как бы. – И протянул конверт Предвестнику.

На конверте чётким красивым подчерком было выведено: «Государственному Предвестнику Виктору Эгерсу». Росинка с Келеаном недоумённо переглянулись. Виктор разорвал конверт и бегло ознакомился с посланием.

– Похоже, – сказал он, – меня приглашают на встречу, от которой я не могу отказаться. Вам придётся действовать без меня.

– Просто отлично, – хмыкнул некромант.

– Я постараюсь присоединиться к вам, как только освобожусь. – Виктор коснулся плеча Росинки. – Я освобожу две трети твоих сил, этого должно быть достаточно. Будь осторожна. Я верю, ты справишься. – Он повернулся к Келеану. – К тебе тоже относится. Никаких самоуверенных жестов. Проявлять осторожность и бдительность. Вряд ли в городе действует какой-то могущественный маг. Скорее, здесь сразу несколько сильных магов, и каждую секунду можно ждать удара в спину.

– Не в первый раз, – равнодушно сказал некромант.

Виктор дал им последние инструкции и поднялся к себе. Закрыл дверь на засов, разжёг свечу и снова перечитал письмо.

«Мне стало известно о вашем появлении в Шпиге, что несказанно обрадовало меня. Давно мечтал с вами познакомиться. Надеюсь, вы не откажете в любезности и нанесёте мне визит сегодня после четырёх часов дня. Уверен, нам есть что обсудить. С нетерпением жду встречи.

С уважением, граф Павел Эгерс».

Глава третья. Машина предсказаний. Эпизод 2

Мартин открыл глаза и с удивлением обнаружил, что не может пошевелиться. Он сидел в какой-то плохо освещённой комнате привязанный к стулу. Сзади веяло холодом: видимо, там окно. А впереди в углу замерли две смутные фигуры.

– Наконец-то очнулся, – приблизилась к пленнику Росинка. – Я уже начала скучать.

– Где я? – Хозяин машины предсказаний не обладал способностями собственного детища.

– Очень хороший вопрос, – почти ласково улыбнулась девушка. – Но он останется без ответа. – Она обошла Мартина, положила ему руки на плечи и склонилась к самому уху. – Тебе придётся кое-что нам рассказать. И если ты ничего не утаишь, то мы позволим тебе уйти живым и невредимым. Позволим всё забыть. Тебе нужно всего лишь открыть нам секрет твоей машины. Откуда она берёт энергию и где находится источник. Очень просто.

Её шёпот завораживал, однако Мартин сумел взять себя в руки и принять отстранённый вид.

– Ничего я не знаю, – огрызнулся он. – И ничего ты мне не сделаешь, ты! У тебя будут большие неприятности, девочка, если немедленно не отвяжешь меня. Понятно?

– Понятно, – легко согласилась волчица. – По-хорошему ты не хочешь. Значит, придётся по-плохому. – Второй силуэт в тёмном углу зашевелился, привлекая внимание. Росинка продолжала: – Ты нехороший человек, Маркус. А нехорошие люди не должны жить.

– А чтобы у тебя было время подумать о своих прегрешениях, – добавил подошедший Келеан, – перед смертью ты немного помучаешься.

Мартин невольно сглотнул от накатившего чувства опасности.

Некромант заглянул в глаза своей жертве, и привязанный человек дёрнулся как от удара. Мир вокруг стала заглатывать тьма, непостижимая и жуткая. Всё исчезало перед глазами пленника. И в темноте остались только зелёные глаза чародея, заглядывающие прямо в душу. Туда, откуда рвались все потаённые страхи. Туда, где негде было спрятаться от самого себя.

Мартин зарыдал, теряя способность мыслить и понимая, что никогда уже не увидит солнце.

***

Дело было сделано наполовину. Виктор не оставил чёткого плана действий, и потому его компаньонам пришлось импровизировать. Тем не менее, поиски шли успешно, и пришла пора Теро вступить в игру.

На стене двухэтажного домика красовался вырезанный из дерева пузатый бородач с толстой кружкой в руке. Над ним висела вывеска: «Весёлый гном». Теро, облачённый в сотворённые Келеаном доспехи, подскакал на купленной на базаре лошади прямо ко входу «…гнома» и лихо спрыгнул вниз, бросая повод подбежавшему мальчишке.

– Пригляди за моей клячей! – Призрак швырнул пареньку монетку. Тот кивнул и жизнерадостно улыбнулся. Теро проследовал внутрь. Здесь царил полумрак, за столиками сидели выпивохи, а за барной стойкой скучал хозяин заведения, точь-в-точь похожий на того самого гнома с вывески. Теро не спешил сразу лезть к нему с расспросами, а решил сперва осмотреться.

– Пива! – хрипло крикнул он, усаживаясь за первый же столик. Несколько человек обернулось к нему, но никто ничего не сказал. Хозяин таверны поднял взгляд на гостя и согласно кивнул служанке.

Итак, проникновение в это злачное место прошло вполне успешно. Теро несколько волновался, ведь впервые ему приказали действовать открыто, ни от кого не скрываясь. Однако пока слова Мартина, этого малодушного и слабого человечка, подтверждались: именно отсюда исчезали лица, так или иначе причастные к вооружённым силам Империи. И это, разумеется, не случайность. Теперь надо потолковать с толстяком за стойкой, задать парочку вопросов, причём сделать это так, чтобы не вызвать ненужных подозрений. Опыта в таких делах у скромного духа не было никакого.

Сосредоточившись, Теро как следует осмотрелся. Всего в доме двадцать девять человек. Из них на первом этаже двадцать. Из них семь женщин. Из них четыре – стряпухи и служанки. У одной из них на пальце кольцо с большим камнем – подарок хозяина кабака. Сам хозяин недавно выпивал, но сохраняет трезвость сознания. Присутствием Теро интересуются, но не показывают вида четверо мужчин, включая хозяина. Беглый обзор окончен, осталось дождаться пива!

Астральный взгляд призрака позволял ему видеть этот мир насквозь и подмечать такие детали, о которых обычные люди даже не подозревают. Это была чуть ли не единственная способность Теро. Зато полезная способность, с этим не поспоришь.

Пока несли пиво, у ближайшей стены появился человек с каким-то музыкальным инструментом. Несколько завсегдатаев отреагировали на это одобрительными выкриками и весёлым гомоном. Теро заинтересовался. Неужели сейчас будут петь?

Он не знал, когда в нём появилась эта страсть к музыке, но вот уже несколько месяцев подряд он хватался за все песни, которые слышал, изучал любые тексты и тайно, чтобы никто не слышал, пел сам себе. Позабыв про всё на свете, он с любопытством смотрел, как местный артист поудобнее устраивается на стуле и настраивает свой инструмент, похожий на короткую гитару. Наконец, закончив, человек прочистил горло, невидяще обвёл взглядом зал и уверенно запел:

– Летнее солнце

Холодным дыханьем убито.

Льдом заковало

Все реки, озёра, пруды.

Чьею же волей

Гнездо одиночества свито?

Чьим же проклятьем

Навек околдованы мы?..

Вороны кружат

В затянутом тучами небе.

Снега завалили

Знакомые тропы, пути...

Чем мы ответим

На скорбный прощальный молебен?

Как мы узнаем

В каком направленьи идти?

Больше никто

Не отыщет родимую душу.

Мы не увидим

Прекрасного полога звёзд.

Где же герой,

Тот, кто тёмные чары разрушит?

Кто же в ответе

За бездонное озеро слёз?..

Голос певца, набравший силу, вдруг упал почти до шёпота, и все, не только Теро, затаили дыхание, прислушиваясь к последним словам.

– Солнечный луч

Докоснётся до глаз наших нежно.

Треснут оковы,

И зима унесётся, как сон!

Смелее, герой,

Пока в сердце твоём есть надежда,

Меч подними,

Разожги в наших душах огонь!

Он замолчал. И Теро, которого песня тронула до глубины… того, что у него заменяет душу, запомнил весь текст слово в слово. Все интонации и перепады голоса, тембр мелодии, даже сам голос. Уже принесли пиво, а дух всё сидел и думал об услышанном. Очень жаль, что артисты мало зарабатывают. А ведь они – люди искусства! Несправедлива жизнь к тем, кто дарит людским сердцам радость. Увы, так было, есть и будет. И никогда ни одному артисту не прославиться на весь мир собственным талантом. Теро грустно вздохнул. От размышлений его отвлёк настойчивый голос Келеана, прозвучавший в голове:

– Эй, ты там заснул? Чего размяк? Долго ещё развлекаться собираешься? Доспехи рассыплются в полночь, как в той сказке, так что заканчивай отсиживать чресла и займись делом!

– Ладно, ладно, – нехотя ответил призрак, поднялся со стула и, лязгая доспехами, направился прямо к хозяину таверны. Тот отвлёкся от чтения какой-то книжки и взглянул на гостя. Теро внутренне задрожал, но постарался держаться спокойно и естественно. – Я кое-кого ищу, – сказал он вместо приветствия. – Мой друг останавливался здесь три недели назад. И куда-то пропал. Одинокий рыцарь вроде меня.

– Он тоже любил выпить на службе? – поинтересовался бородач.

– Он был здесь проездом. Вы знаете что-нибудь об этом?

Теро чувствовал себя полным дураком, и хозяин таверны был с ним полностью солидарен.

– Здесь многие останавливались. Пили, если. Ночевали даже. – Он поскрёб бороду, оценивающе глядя на Теро и обдумывая что-то нехорошее. – И никто не задерживался больше суток. Так что либо твой приятель свалил, либо…

– Либо?..

– Либо об этом что-нибудь знает кладбищенский сторож.

– Даже так? – удивился призрак.

– Ага. Я серьёзно, спроси у него про своего дружка. У нас хоть и окраина, но всё-таки столица региона. Много людей, много событий. Всякое случается.

Теро не знал, что говорить дальше, но тут снова вмешался некромант, каким-то образом наблюдавший за этой сценой откуда-то из-за пределов дома.

– Всё нормально, давай на кладбище, а толстяком теперь займусь я.

– Премного благодарен, – промямлил Теро, поклонился хозяину и развернулся, чтобы уйти.

– Только имей в виду, – вдогонку бросил ему бородач. – Сторож у нас обстоятельный, с кем попало трепаться не будет. Золотишко с собой прихвати на всякий случай.

– Учту, – буркнул дух, оставив на столике монетку за пиво. Уже после его ухода собравшиеся в таверне люди почувствовали, что очень хотят спать. И улеглись кто где был, не считая нужным противиться естественному желанию. И когда над безмятежно сопевшим хозяином таверны склонились Келеан и Росинка, над столиками раздавался дружный громогласный храп.

***

Виктора проводили в самую глубь роскошного особняка и оставили одного. С висевших на стенах картин на него смотрели хмурые лорды и графы. В дальнем конце зала потрескивал камин. Вдоль длинного стола стояли резные деревянные стулья, однако Предвестник не спешил садиться.

И хозяин дома не заставил себя долго ждать. Граф оказался высоким худым человеком за пятьдесят, одетым в строгий чёрный костюм, гладко выбритый, несуетливый, с короткими седыми волосами.

– Отвратительная сегодня погода, – сказал он. – Впрочем, я забываю о манерах. Приветствую вас в моей скромной обители. – Он пожал Виктору руку и жестом пригласил присесть за стол. Они устроились недалеко от камина. – Мне приятно, что вы не отвергли моё предложение и почтили меня визитом. Не хотите ли чего-нибудь выпить?

– Возможно, позже, – негромко ответил Предвестник. – Что вы хотели обсудить?

Граф Эгерс посерьёзнел.

– Вы знали моего сына. Он писал мне о вас. Возможно даже, что вы последний, кто видел его в живых.

– Это так, – не стал скрывать Виктор. – Мы были друзьями.

– Он вам что-нибудь сказал перед смертью? – Вопрос был задан с невольной поспешностью, выдавшей волнение собеседника.

Виктор выдержал паузу.

– Он сказал, что ни о чём не сожалеет. Ему лишь грустно, что он не успел исполнить свои мечты. Он также просил передать извинения одной семье, у которой снимал комнату в Веде.

– Он писал, что познакомился в столице с девушкой…

– Они были очень близки, – подтвердил Предвестник. Граф помолчал, погрузившись в раздумья.

– Скажите, – наконец, спросил он, – а почему после его смерти вы взяли себе его фамилию?

– Зачем вам знать? – Виктор не любил делиться деталями своего прошлого, и был неприятно удивлён, что факты его биографии известны постороннему человеку.

– Пожалуйста, ответьте. Я хочу знать.

– Если вы настаиваете… – Предвестник сделал над собой усилие. – Моя прежняя фамилия меня не устраивала. А Константин был моим единственным другом. Потому я и решил, что взять фамилию Эгерс будет лучшим способом почтить его память.

Сложно было сказать, почему на самом деле он сделал это. Когда-то Виктор был известен под фамилией Сарн, указывающей на причастность к богу горы. Покинув Учителя, он отправился в Вельс, где предложил магические услуги местным алхимикам. Вскоре, обретя хорошие связи, Виктор перебрался в Лейден, где и познакомился с Флэр. Там, используя полезные знакомства, юный маг начал постигать неведомые ему ранее грани Потерянного Искусства, и вскоре достиг немалых высот. Его пригласили в столицу Империи, где предложили стать военным магом. В одной повозке, направляющейся в Вед, вместе с Виктором ехал и Константин Эгерс, молодой маг, которого тоже заметили в военных кругах. Там они и подружились. Полгода они проучились в столичной военной академии магов, а затем вернулись в Лейден.

Впрочем, вернулись ненадолго. Империя готовила Южную Карательную Экспедицию, и все свободные маги начали съезжаться на юг, к охваченной восстанием Мавликии. Этот южный регион Империи был присоединён давно, два столетия назад, однако по-прежнему оставались те, кто продолжал бороться за независимость некогда богатой и свободолюбивой республики. До сих пор, впрочем, эта борьба была безуспешной, однако на этот раз мятежники подготовились прекрасно. Была создана большая армия, многочисленный флот, сильные крепости. Магистраты в южных городах были уничтожены всего за одну ночь. Отдельные рыцарские отряды имперцев крушились по частям. В столице Мавликии, Вереле, был создан республиканский сенат из девяноста девяти старейшин всех влиятельнейших родов страны. И совет начал действовать незамедлительно, стремительно укрепляя инициативу в войне.

Через год собираемые на границе Мавликии войска Империи вступили в республику, двигаясь по трём направлениям, но были остановлены и отброшены. Южане активно использовали флот, быстро перебрасывая резервы с восточных рубежей на запад и обратно. В армии Мавликии активно использовались слоны, верблюды, буйволы. Успешно применялись колесницы, с которыми тяжёлым рыцарям было очень сложно справиться. Стало очевидно, что прежний план войны не учитывает возможностей противника. На смене главнокомандующего настоял лично Патриарх. Однако и новый полководец, опрометчиво начавший новое крупное наступление, потерпел неудачу. В большом сражении на западном побережье его армия попала в засаду, отступила к лагерю, где была окружена и разбита. Отдельным отрядам всё же удалось прорвать кольцо блокады и вырваться за пределы республики. Среди тех людей был и Виктор. Он не разделял общего упаднического настроения, хотя и признавал, что первый год войны оказался для Экспедиции провальным.

Вот тут-то и вспомнили про талантливого, но нелюбимого при дворе полководца по имени Альфред Акер, которого все, даже Император, называли Дедушка Альфред. Старый вояка вернулся из своей деревни, в которой надеялся спокойно дожить свой век, и принял командование. Он тщательно изучил обстановку и приступил к реорганизации армии.

– Противник упустил победу, и мы обязаны наказать его за ошибку, – воодушевляющее говорил он на военном совете. Он искренне считал, что южане просто обязаны были идти на север, в просторы Империи, чтобы добить ослабленного врага и обеспечить себе будущее. Но они дипломатично продолжали держаться своей границы и упускали драгоценное время.

Виктору было прекрасно известно о планах главнокомандующего, ведь Дедушка решил в новом наступлении сделать главную ставку именно на боевых магов. Полководец часто общался с ними, обсуждал возможности и варианты действий, размышлял о перспективах предстоящего похода. К неожиданности всех, в том числе и южан, армия Империи покинула лагерь зимой. На западе и востоке на границе Мавликии наносились отвлекающие удары, в то время как главные силы двигались к сильнейшему звену обороны мятежников – городу Крауферц.

Конечно, Мавликия – это далеко не северные герцогства. Здешняя зима не отличалась суровостью, а снег, если и выпадал, то тут же таял. Впрочем, воздух оставался морозным, а «вся эта экзотичная живность», как называл слонов и верблюдов Акер, «не любит холода».

И вот, в первом месяце девятьсот двенадцатого года от Небесного Знамения, когда Виктору было всего двадцать четыре, состоялась решающая битва. Мятежники сумели вовремя собрать необходимые силы и выставили на поле боя войско в полтора раза более внушительное, чем было у Дедушки Альфреда. Акер, разместив войска на невысоких холмах перед долиной, ещё более ослабил свою позицию, оставив в резерве четверть всех своих сил. Однако тем самым он готовил себе победу, имея возможность собрать на одном единственном направлении сразу половину армии. Инициативу он отдал врагу, решив понаблюдать, как будет развиваться ход сражения.

Главнокомандующий предполагал, что главный удар всё же будет нанесён по его левому флангу, защищать который он назначил предприимчивого лорда Рича. Однако военный совет мятежников решил иначе.

Виктор, Константин и Келеан оказались на правом фланге и стали участниками решающих событий сражения. Приблизились вражеские колесницы, обстреливая на ходу стройные ряды рыцарей. Вслед за тем лавина конницы обрушилась на замёрзших и взволнованных солдат. Фланг начал прогибаться. Южане бросили в бой пехоту.

В то же время Рич на левом фланге отражал натиск второстепенных войск и колесниц, а Акер в центре был вынужден справиться с атакой сотни слонов. Но эти участки обороны были надолго скованы боем, и правый фланг, не чувствуя поддержки, начал отступать. В рядах начиналась паника. Смерть гуляла над полем, забирая тысячи душ. Пространство разверзлось, ад открылся перед сражающимися. Горела земля, выли ураганы, гибли во вспышках взрывов воины. Маги не бездействовали, но их усилий было недостаточно. Арбалетчики и лучники не могли им помочь. Конница имперцев шарахалась от боевых верблюдов мятежников, непривычная к их виду и запаху. Расстроенные ряды пеших рыцарей слились с чёрной массой напиравших врагов и, не выдержав напора, дрогнули.

Главный резерв Дедушки Альфреда ещё не успел подойти, а большая часть правого фланга уже обратилась в бегство, в безумном стремлении найти хоть какое-то спасение от врага.

Виктор не сдвинулся с места, рядом с ним колдовал Келеан. Их прикрывал отряд из сотни человек, свернувшийся в кольцо. Рядом сражался точно такой же отряд, окружённый врагами, и где-то там был Константин.

– Не отступать! – слышались крики командиров, которые своим же примером удерживали людей на позиции. – Не сдаваться! За Императора! За веру и честь!

Будущий Предвестник использовал весь свой смертоносный арсенал, однако он чувствовал, что гибель уже близко, и стоит только ослабить хватку, как тут же отправишься в бесконечную пустоту. Конец пути. Безвременье. Смерть открывала свою пасть, чтобы заглотить последних смельчаков.

В самый отчаянный момент схватки Виктору пришлось обнажить оружие. Число защитников, прикрывавших магов, таяло, и молодой маг сам ринулся в ближний бой. Он орудовал двумя мечами, не забывая использовать магию. Мятежники разлетались во все стороны как куклы, сметённые ураганом его атаки. И рыцари воодушевились, осознавая, что способны ещё продолжать сопротивление. Понимая, что показали ещё не всё, на что способны. Солдаты бросились в контратаку, и кольцо врагов рассыпалось.

Разрозненные отряды рыцарей начали собираться в новую единую боевую линию. Враг нёс потери, а сил продолжать наступление уже не было. Мятежникам требовался отдых. Требовалась передышка, чтобы перевести дух и начать новое наступление. Но судьба отказалась предоставить им это время. Подошедшие резервы рыцарей остановили и развернули бегущих. И вот к тем, кто не смалодушничал и продолжал биться, пришла долгожданная подмога. Весь правый фланг перешёл в наступление, сокрушая вялое сопротивление противника. В это же время лорд Рич на левом фланге сам вёл контрнаступление, и оба фланга имперцев стали сжимать армию мятежников в клещи.

И враг не выдержал.

Победа была трудной и досталась дорогой кровью. Из двадцати тысяч Акер потерял шесть. Из тридцати тысяч мятежников спаслась только треть. Войско Империи, уставшее, обескровленное, но не сломленное, победителями вступило в Крауферц.

Несколько дней солдаты хоронили павших. Тысячи раненых гибли, не дождавшись помощи. Лекари, маги и алхимики работали из последних сил, и всё равно многие не дожили до рассвета следующего дня.

Келеан в бою не получил ни царапины, а вот Виктору хорошо досталось. Из семи ранений самой тяжелой оказалась рана на животе. В пылу схватки кто-то пырнул молодого мага кинжалом. Но, потеряв много крови, Виктор выжил и даже отказался от постельного режима. Вместо этого он сам оказывал помощь пострадавшим. И в том числе Константину. Единственный друг Виктора лишился в этом бою руки и половины кишечника. Он едва не захлебнулся в собственной крови, однако смог протянуть ещё два дня. И никакие заклинания уже не в силах были излечить его. Спасения не было. Сердце Константина Эгерса остановилось.

Уже через неделю армия Империи двигалась дальше, приближаясь к Верелу. Мятежники прилагали все силы, чтобы стянуть к столице оставшиеся войска. Удержать столицу необходимо было ещё и потому, что иначе, контролируя коммуникацию по линии Крауферц-Верел, армия Акера разделит республику пополам.

В первом месяце весны состоялось новое большое сражение, и мятежники были повержены. В этой битве Виктор, сменивший фамилию на Эгерс, сражался плечом к плечу с Железным Охотником – государственным Предвестником Лукасом Тельвесом, одним из будущих учителей Виктора. Отныне Церковь распоряжалась судьбой молодого мага. А война, стоившая Империи многих жертв, к началу лета была окончена: контроль над Мавликией восстановлен, бунтовщики преданы казни.

Спустя восемь лет с тех событий Виктору было много чего вспомнить. Вместе с графом они обсудили события давно ушедших дней, помянули павших, поразмышляли об Империи и будущем.

Разговор постепенно начал касаться иных тем.

– А где сейчас находится господин Келеан? – как бы между делом спросил граф Эгерс.

– Почему вы спрашиваете?

– Видите ли, эта персона интересует меня не меньше, чем перспективы Империи. Случилось так, что мне приходилось встречаться с Келеаном Путешественником во времена своей молодости, и встреча эта, скажу вам прямо, не была приятной. – Старый Эгерс немного поёрзал на стуле, выдавая своё волнение. – Этот человек решил реализовать самый дерзкий проект в истории, и в этом его рискнули поддержать многие влиятельные люди. Он вёл переговоры и со мной. Возможно даже, что всё герцогство Контор вошло бы в состав Багровой Империи, если бы те переговоры прошли успешно.

– Вы в родстве с герцогом Винсентом? – Виктор привычно скрыл своё удивление.

– Он мой кузен. По материнской линии. – Граф отвлёкся, подозвал слугу и приказал принести вина. – Те переговоры, как вы догадываетесь, провалились, – продолжил он. – Однако Келеан не забыл об этом отказе. Я и подумать не мог, что спустя много лет это может иметь какие-то последствия. Его Империя, если её можно так назвать, разрасталась быстро, но, к счастью, так никогда и не стала по-настоящему сильной страной. Два десятка крупных городов и посёлков – вот всё, что сумел объединить этот предприимчивый маг.

– А сейчас его учениками сохранена лишь половина тех земель.

– Да. Но нашего общего знакомого это не смутило. Кто знает, как далеко бы он зашёл, если бы не вы! Насколько помню, новость об исчезновении Келеана долго скрывали. Ходили слухи, что он умер, что он убит. Даже что он женился и устранился от дел. Всякое болтали. И только спустя лет пять алхимики Лейдена опознали некроманта среди спутников молодого и подающего надежды мага. А ещё через несколько лет этот маг стал Предвестником. Конечно же, всё это представляло большой интерес для меня. Так уж случайно сложилось, что вы познакомились с моим сыном. Я надеюсь, вы мне верите – это действительно была случайность. Но вот что написал мне Константин незадолго перед смертью. Он сообщил, что Келеан говорил с ним один на один. И ненавязчиво угрожал расправой над всем моим родом за то самое отвергнутое предложение много лет назад. Хоть его воля и была подавлена, он всё помнил. И его взгляды по-прежнему были обращены в будущее. Он думал о созданной им стране. О её благополучии. О её возрождении. И о её потенциальных врагах.

– Я ничего об этом не знал.

– Не сомневаюсь. Такие как Келеан умеют хранить свои тайны. Такие как он никогда не сдаются. И, я думаю, он надеется исполнить свои кровавые планы. – Принесли вино, и беседа ненадолго прервалась. Виктору подали наполненный бокал, но пить он не спешил. Подождал, пока вино чуть выдохнется – торопиться нет смысла. Вскоре их вновь оставили наедине. Граф заговорил увереннее. – Келеан Путешественник совершил много злодеяний. Во многих странах его считают государственным преступником, и единственная причина, по которой ему позволено ходить по земле Священной Империи, заключается в том, что он никогда не воевал с ней. Не успел. Однако всё ещё может случиться. И даже государственному Предвестнику, возможно, будет не по силам удержать этого страшного человека. Потому я прошу вас выдать Келеана мне.

Последние слова прозвучали почти торжественно, но в то же время требовательно и решительно. Это были слова, которые вынашивались в уме на протяжении многих лет.

Виктор отстранил бокал и медленно поднялся, глянув на графа сверху вниз.

– Это абсолютно исключено. Во-первых, он добровольно участвует в операциях Церкви на территории Империи, и его услуги неоценимы. А во-вторых, его воля более не скована моим заклинанием. Келеан Путешественник – свободная личность, и я не могу его никому выдать. Это от меня уже не зависит.

Теперь уже граф поднялся, и на лице его читалось удивление и неверие.

– Он свободен? Как вы могли это допустить?! Вы хоть понимаете, какие последствия будет иметь его освобождение?!..

– Понимаю, – спокойно ответил Виктор. – И гарантирую вам, что на территории Империи его деятельность будет контролироваться самым тщательным образом. Мне очень жаль, но если вы действительно хотите распоряжаться судьбой Келеана, эту проблему вам нужно решать с Патриархом. Только его мнение способно как-либо повлиять на сложившуюся ситуацию. Впрочем, думаю, даже Патриарх не сможет вам помочь.

Граф Эгерс опустился на стул, невидяще глядя перед собой.

– И вы с этим согласны? – глухо произнёс он. – Возможно, что именно Келеан поспособствовал смерти Константина. Возможно даже, что мой сын бы был сейчас жив. Возможно, он мог быть бы сейчас на вашем месте. Вы не думали об этом?

Виктор не ответил.

– Если вы действительно хотите почтить память Константина, почему отказываетесь помочь мне?

– Каждый чего-то хочет, – в голосе Предвестника послышалась нота сожаления. – У каждого в жизни есть цель, к которой он должен двигаться. И у меня есть цель. И я хочу дойти до конца. А для этого я должен использовать любую возможность. И если для осуществления моих замыслов нужно заключить союз с некромантом, что ж, я пойду и на это. Извечная проблема – время. То, чего хотите вы, возможно, осуществится когда-нибудь. Но не сейчас. И если уж вы ждали столько лет одного лишь шанса исправить ошибки прошлого, то вам придётся подождать ещё.

– Не слишком ли это эгоистично?

– Речь не идёт об эгоизме. Я лишь хочу, чтобы все утерянные годы жизни, потраченные на осуществление моих замыслов, не оказались напрасными. Время, отпущенное мне, не бесконечно. Я должен спешить. И говорить об эгоизме просто смешно. – Виктор отступил на шаг, прислушиваясь к окружающему миру и понимая, что вот-вот его планы, о которых он только что говорил, могут рухнуть. И дорога жизни, усеянная осколками прожитых лет, сделает крутой поворот в сторону. – Простите, граф, но я вынужден покинуть вас. Дела не ждут. Думаю, мы ещё встретимся с вами и всё обсудим более детально. А сейчас извините, но я должен идти.

Граф поднял взгляд, всматриваясь в невозмутимое лицо Предвестника.

– Что ж, – тихо сказал он, – я вас не задерживаю. Прощайте.

Глава третья. Машина предсказаний. Эпизод 3

Унылые облака развеялись, и огоньки звёзд прожгли непроницаемость ночи. Над крышами медленно вставала круглая луна, выпутываясь из зловещей лесной кроны. Город затих, погрузился в напряжённую тишину.

Под каменной стеной высотой в два человеческих роста, огораживающей широкое городское кладбище, замерла фигура наёмника. Он сонно оглядывался, не понимая, зачем он здесь нужен, но всё же продолжал нести дозор. Сознание постепенно проваливалось в затягивающую дрёму, голова становилась тяжёлой, по телу распространялась слабость. Хотелось прилечь прямо на земле и немедленно заснуть. Все попытки сопротивления провалились: он уже не мог себя сдерживать. И стоило ему только отдаться во власть сна, как чужая могущественная воля завладела телом наёмника и подчинила себе.

Келеан и Росинка бесшумно приблизились.

– Здесь разделимся, – решил некромант. – Разведай, что там происходит за монастырём, а я пока поработаю над прикрытием.

– Только надолго не оставляй меня. – В голосе девушки не было волнения, но Келеана это не обмануло.

– Боишься? Хе-хе! Будет смешно, если ты провалишь задание. Вот Виктор удивится! – Маг вдруг резко развернулся, вглядываясь в темноту.

– Что там? – Росинка невольно прильнула к нему, её шёпот на этот раз выдал все её эмоции. Келеан почувствовал щекой её тёплое дыхание, но сейчас его больше волновало то, что происходило в центре кладбища. Из-за деревьев и отдельных склепов нельзя было ничего рассмотреть.

– Кажется, я слышал писк Теро. И… там творится какое-то магическое безобразие. – Он чувствовал кровь, чувствовал разливающееся астральной хмарью облако боли. Его опыт подсказывал, что придётся иметь дело с огромной энергией. Воспоминания о далёких днях, когда Келеан уничтожал своих врагов сходными кровавыми ритуалами, нахлынули слишком внезапно: человеку несвойственно совершать что-то подобное, и если вступил на кровавый путь, жизнь меняется навсегда. – Давай-ка, дуй на разведку, нечего тут торчать.

Маг развернулся и исчез в темноте. Волчице ничего больше не оставалось, кроме как идти вперёд и узнать, что же там происходит. Исчезновение Теро несколько взволновало её: всё-таки странно, что призрак ни с того ни с сего пропал, не оставив ни следа, ни магического отклика. Похоже, он попал в беду. И как его выручить было пока неясно.

Пробираясь между надгробиями и редкими деревьями, Росинка спряталась за углом одноэтажного домика без окон, и медленно выглянула. Из ближайшей рощи шло странное свечение. Очень хотелось понять, что же там, но интуиция заставила остаться на месте.

– Ты здесь одна? – Хриплый мужской голос раздался откуда-то сверху. Девушка от неожиданности шарахнулась от стены и посмотрела вверх. И встретилась с враждебно-любопытным взглядом старого мага. На вид ему было за пятьдесят, абсолютно лысый, морщинистый, грубый. Лицо покрывали тонкие шрамы. Правая нога отсутствовала до колена, и маг вынужден был опираться на костыль. Как же он туда взобрался-то? И что он хочет?

– Я действую в интересах Церкви, – именно так советовал говорить Виктор в подобных случаях. Якобы это позволяет придать ситуации немного дипломатичности. Впрочем, в этот раз фраза прозвучала как-то глупо и неубедительно.

– О, какой прелестный голос! – старик недобро улыбнулся, и Росинке вдруг стало не по себе. Она только сейчас заметила, что окружена дюжиной наёмников, едва различимых во мраке. Они стягивались с разных концов кладбища, и кольцо быстро сжималось.

Внезапная вспышка остановила их. Воздух рядом с Росинкой засветился, и из этого сияния вышел Келеан. Он моментально оценил обстановку.

– Боже мой, какие люди! – Некромант выглядел приятно удивлённым, хотя волчица отчётливо чувствовала, как нарастала его боевая мощь. – Да это же сам Мориц Альбрехт! Вот так встреча! Не ожидал, не ожидал. Значит, ты таки смог сбежать из тюрьмы?..

– Вот уж и правда, сегодняшний день полон сюрпризов, – ничуть не смутился старый маг. – Сперва в город приезжает Предвестник, затем пропадает мой верный помощник. А теперь ещё и две наивные пташки попадают в мою ловушку! Что смотришь, болтливый попугай? Думаешь, если в прошлый раз ты смог одержать верх, то выпутаешься и сейчас? Не будь таким оптимистом.

– Да хватит языком трепать. – Келеан уже был готов к драке. – Нападай, красавец!

– Как тебе будет угодно. – Голос старика предвещал только беду.

Мориц сделал короткий жест рукой, и в грозном молчании наёмники бросились в драку. Но сделали это своеобразно: часть из них набросилась на своих же товарищей, создавая неразбериху и хаос. Мориц, наблюдая сверху, сразу понял, что всё идёт не так, как задумано. Келеан, во время своей недолгой прогулки, успел поковыряться в сознании пяти человек, и те стали его бездумными рабами. На время, конечно.

– Ах вы грязные крысы! – сквозь зубы прорычал Мориц.

– Мы чистые! – возмутился некромант. Он поднял над собой руки, и с его ладоней раскрылось куполом яркое сияние, охватившее дерущихся. Мориц Альбрехт, верный слуга Гельмериха Нернского, начал свою магическую атаку, но не добился успеха. Начался настоящий поединок между двумя профессионалами. Воздушная волна смела ненужных свидетелей: среди наёмников уже были убитые, и магия не пощадила тех, кто ещё держался на ногах. С крыши вниз летели облака огня, пронизывающие жаром. Обратно уходил поток энергии, способный сломить любую преграду, но Мориц умудрился отклонить его в сторону. С ладоней некроманта срывалась воплощённая ярость, били молнии, высвобождались таинственные зловещие тени. Вокруг одноногого старика закручивался смертоносный ураган заклинаний, но тот продолжал сопротивляться. Росинка, защищаемая общим заклинанием, попыталась вмешаться, но вдруг наткнулась на гневный взгляд Келеана и поняла, что будет только мешать.

– Ты стал заметно сильнее, – не отвлекаясь, заметил некромант, обращаясь к старому магу.

– Большое спасибо. Однако ты ещё не видел всего, на что я способен!

Внезапный нечеловеческий вой заглушил звуки магической борьбы. За домиком поднималось что-то страшное и могущественное, его аура выглядела неестественной и отталкивающей.

– Нелепая шутка природы, – выругался Келеан.

– Что там? – заволновалась Росинка. Некромант заглянул ей в глаза и тихо сказал:

– Беги.

Что-то было в его голосе такое, что избавило от ненужных расспросов и заставило немедленно подчиниться приказу. Девушка сорвалась с места, бросившись изо всех сил обратно к выходу с кладбища. Но прямо перед ней вдруг с грохотом рухнуло нечто чёрное и тяжёлое, подняв облако пыли. Огромное существо развернуло крылья и зловеще оскалилось.

Горгулья! Неуязвимое демоническое создание, подчиняющееся призвавшей его человеческой воле. Росинка, не задумываясь, атаковала первым же вспомнившимся заклинанием, однако чудовище даже не шелохнулось. Лишь ярче вспыхнули синим светом холодные глаза. Каменная лапа с огромными когтями выбросилась вперёд, хватая девушку, больно сдавив и поднеся к устрашающего вида челюстям.

Откуда-то издалека раздался торжествующий смех старика. Не было времени думать о последствиях, и Росинка приняла единственно верное решение. Каменный демон отшатнулся, когда прямо перед ним возникла огромная белая волчица. После своей первой встречи с Предвестником это был лишь второй раз, когда Росинка смогла принять свою истинную форму, и теперь в ней закипал гнев. В этом теле, выносливом и сильном, она не боялась никого.

Они набросились друг на друга. Сцепились в один огромный чёрно-белый клубок. Покатились по земле. Слышался рёв. Рычание. Хруст ожившего камня. Чёрные крылья били по воздуху. Сильные лапы волчицы пытались растерзать противостоявшее ей существо. В пылу схватки они опрокинули несколько деревьев и раскололи случайные надгробия. Горгулья никак не могла ухватить свою жертву, не справляясь с гневным напором, однако и Росинке не удавалось убить существо. Каменную кожу было не прокусить. Лишь на миг потеряв концентрацию, Росинка пропустила молниеносный выпад. Страшные чёрные челюсти внезапно сомкнулись на белой лапе, и над могилами разлетелся скулящий вой.

Вырываясь, Росинка вновь обрела форму человека, и её рука выскользнула из пасти чудовища. Человеческая сущность тоже имеет свои преимущества: так легче колдовать. Девушка побежала прочь, насылая на своего неуязвимого противника одно боевое заклятье за другим. Горгулья дёргалась под ударами, но уже поднималась с земли в поисках убегающей жертвы. Синие огоньки глаз зловеще мерцали в темноте.

Росинка бежала. Ей не хватало дыхания. Рука превратилась в узел боли. Ноги едва держали, каждый шаг давался всё трудней. Кладбище казалось бесконечным.

Стена! Каменная стена возникла из мрака внезапно – девушка едва не налетела на неё. Высотой в два человеческих роста, перелезть её в таком состоянии было невозможно. Надо срочно найти выход!

Рычание монстра за спиной стало громче. Горгулья нагоняла. Девушка обречённо обернулась, отважившись принять решительный и отчаянный бой. Существо приближалось, его грозный угловатый силуэт возвышался высоко над землёй. Вот оно заметило свою жертву и раскрыло жадную пасть. Жажда крови гнала его вперёд. Безмолвный приказ хозяина требовал уничтожить беззащитную девушку.

Яркий отблеск боевого заклинания отразился от чёрных крыльев. Демон пошатнулся, но продолжил движение. Горгулья приближалась неспешно, но неотвратимо. Ей не было нужды подниматься в воздух, чтобы настигнуть загнанную в ловушку жертву. Ещё минута, ещё чуть-чуть, и всё будет кончено.

Ужас сковал сердце девушки. Слёзы покатились по её щекам. И в тот момент, когда она уже готова была взглянуть в глаза смерти, прямо перед ней со стены упал Виктор. Плавно перекатившись по земле, он быстро поднялся и бросил короткий взгляд на Росинку.

– Отойди, девочка, – тихо произнёс он. И двинулся навстречу чудовищу. Горгулья разъярённо зарычала, бросившись на нового противника.

Доли секунды отделяли их от столкновения. Казалось, что каменный гигант легко сметёт наглого человека с пути. Но Предвестник не думал отступать. Он чуть пригнулся, уворачиваясь от быстрых и цепких лап монстра, и нанёс сокрушительный удар раскрытой ладонью в грудь существа.

Раздался страшный треск и сильный хлопок воздуха. Росинка с удивлением увидела, что Виктор не сдвинулся с места, погасив движение горгульи одним монотонным ударом. Ей вдруг вспомнилось, как она сама когда-то в Ровене также бросилась на Предвестника, вцепившись зубами в его руку, и как он остался непоколебимо стоять на месте. В ход была пущена какая-то магия, суть которой оставалась неясна.

Виктор и горгулья неподвижно застыли в сгустившейся тишине, и на мгновение показалось даже, что они оба мертвы. Равнодушные звёзды стали свидетелями гибели одного из самых грозных существ, которых только можно создать магией.

Удар, обращающий камень в пыль, разнёс грудную клетку горгульи, и из-под крошащихся осколков внешнего покрова стали вываливаться упругие желеобразные органы, исторгаемые слабым потоком чёрной склизкой крови. Виктор встал поустойчивее и двумя руками опрокинул тяжёлое каменное тело навзничь. Оказавшись над поверженным врагом, он вцепился ладонями во внутренности существа и потянул на себя нечто, засветившееся тусклым светом. Росинка, позабывшая о боли в руке, с удивлением увидела, как Предвестник извлёк из тела горгульи обессиленного Теро.

– Простите… Простите, хозяин, – шептал полуживой призрак и плакал. Дав заманить себя в ловушку, он невольно стал источником энергии для призванной твари из бездны. Мориц заключил не способного сопротивляться Теро в каменное тело, полностью подчинив своей воле. И сейчас призрак чувствовал себя виноватым. Ему не хватало сил, чтобы поддерживать материальную форму.

Виктор положил его на землю.

– Ты там как? – обернулся он к Росинке.

– Жива. Перепугалась только. И вот рука… Но я в порядке! – быстро заверила она его.

– А где же наш драгоценный Келеан?

– Дерётся там где-то…

– Ясно. – Предвестник кивнул на Теро. – Присмотрим за ним. Никуда не уходи.

И с этими словами исчез.

***

Извлечение души из умирающего тела – задача почти ювелирная. Главное соблюсти все условия и быть предельно осторожным. Всё-таки человеческая душа – вещь хрупкая, и как попало с ней обращаться нельзя.

Светящиеся кончики пальцев Келеана коснулись груди лежащего на земле Морица Альбрехта и потянули наружу астральную ткань. Душа старого мага плотным огоньком легла в ладонь некроманта, и сжалась, не в силах сопротивляться чужому заклинанию.

– Что ты делаешь? – Вопрос Виктора застал некроманта врасплох. Келеан выпрямился и обернулся к своему компаньону.

– Мне нужна энергия, Виктор. Ты оставил нас двоих против полутора десятка человек. Так что не думаю, что ты можешь в данной ситуации чем-то возмущаться.

Предвестник посмотрел на лицо старика и узнал его. Несомненно, воспоминания о событиях в пещерной цитадели на Лиценском перевале незабываемы, ведь именно после тех событий Келеан освободил свою волю.

– Он мог бы многое рассказать, – со скрытой досадой сказал Предвестник. Некромант тоже бросил взгляд на старика.

– Мог бы, – согласился он. – Но теперь уже не расскажет. Если ты не возражаешь, мне нужно подкрепиться.

Некоторое время они молчали, затем Виктор развернулся и перед тем, как исчезнуть, коротко бросил:

– Не задерживайся. Росинке нужна помощь.

Келеан не ответил. Оставшись один, он тут же вернул душу владельцу и вдохнул жизнь в его тело. Мориц дёрнулся, открыл глаза и шумно втянул в себя прохладный ночной воздух.

– Теперь ты мой раб, – победно улыбнулся Келеан. – И тебе придётся кое-что сделать для меня. Возвращайся к своим хозяевам и живи как жил. Придёт час, и я тебя призову.

Мориц медленно поднялся, опираясь на костыль, и устало побрёл прочь. Его взгляд выражал лишь тупую покорность новому властителю потревоженной души. Вскоре его удаляющийся силуэт исчез из виду.

***

Оставшиеся в живых преступники были сданы городскому магистрату. Они многое рассказали о машине предсказаний, о её назначении и её изобретателях. Но всё же информации оказалось слишком мало. Не хватало имён, адресов, мотивов. Многое осталось неясно.

Дилижанс древесного цвета покидал Шпиг по разбитой дороге, всё дальше погружаясь в сумрак хвойного леса. Небо снова затянула пелена облаков, делая его похожим на яичницу: тусклый глаз солнца расплывчатым пятном висел над верхушками крон.

Росинка отдыхала внутри, пытаясь уснуть. Её рука хоть и была аккуратно залечена магией, но всё равно продолжала болеть. Напротив девушки сидел понурый Теро, ни с кем не разговаривавший уже несколько дней.

Виктор и Келеан сидели рядом, но тоже не горели желанием пообщаться. Когда дилижанс отъехал от города достаточно далеко, Виктор всё-таки произнёс:

– Не обязательно было убивать стольких людей.

– А нечего было шляться где попало. Тогда бы и свидетелей было больше.

Предвестник обернулся к собеседнику.

– Меня кое-что интересует. Ты помнишь Константина?..

– Зануда! – Келеан криво ухмыльнулся. – До чего же ты скучный! Садись-ка ты внутрь, пока я тебя на обочину не выбросил.

– Значит, помнишь, – заключил Виктор. – И что ты можешь сказать о его смерти?

Некромант покосился на Предвестника, размышляя несколько долгих мгновений.

– Граф Эгерс всего лишь параноик. Не стоит принимать его домыслы на веру.

– Это не ответ, – настаивал Виктор.

– Ответ… Тебе он очень нужен? – Келеан напустил на себя усталый вид. – Тогда вот тебе ответ. Константин Эгерс умер оттого, что никогда не верил в себя. И в этом виноват только он сам. – Тёмный маг некоторое время помолчал и, напоследок, добавил: – А Павел Эгерс умрёт от собственного страха.

Его компаньону нечего было на это сказать. Предвестник лишь плотнее закутался в мантию и хмуро посмотрел на дорогу.

В ожидании новых тайн, старые тайны так и остались неразгаданными.

Глава четвёртая. Танец в тишине. Эпизод 1

В полутёмном зале осталось смиренное молчание. Верные помощники, проделавшие долгий путь чтобы прибыть сюда, стояли и терпеливо дожидались приказов. Посланники гордого Контармского королевства. Лучшие люди: Артасх, Денеш, Фахим, Арс, Отан, Хашаш. Настоящие профессионалы, каждый с огромными полномочиями. И вот они стоят и молчат. Всё правильно. Так и надо.

Акхат застыл на широком полукруглом балконе и не оглядывался на верных соратников. Они не посмеют побеспокоить его без веской причины, а такая причина в данный момент может быть только одна – все гости прибыли и собрались в секретном кабинете. Было время подумать.

С балкона дворца открывался вид на Улен – богатейший город северных герцогств. Правильные кварталы многоэтажных домов спускались к обширной гавани, в которой покачивались на волнах тысячи кораблей. Небо над городом как всегда в конце весны оставалось пасмурным, и тяжёлые воды океана казались тёмными. Волны закручивались в студенистый рулет и с брызгами обрушивались на невысокую каменную стену, защищавшую внутренний рейд. Над водой кружились птицы – поморники, крачки, бакланы, чистики, клуши – но до них было далеко, и прибой заглушал их голоса. Где-то вдали у самой кромки горизонта небо светлело, и там океан обретал свой привычный цвет.

Самый северный из крупных городов Империи, Улен являлся сердцем торговой магистрали. Морская торговля здесь была организована с таким размахом, что даже Кросдорф со своим Международным Турниром не мог тягаться с этим городом в денежной прибыли. Являясь столицей герцогства Бирия, город имел древнюю и славную историю. К Священной империи он был присоединён сто сорок лет назад Иринархом Первым – прадедом нынешнего Императора. Любопытно, но великому завоевателю так и не удалось взять город приступом, а бесплодная осада продолжалась долгих шесть лет, в течение которых гарнизон неоднократно делал вылазки в тыл императорской армии, используя многочисленный и сильный флот. Сельчане собирали урожай, рыбаки добывали богатый улов, город держался. Но так не могло продолжаться долго. В конце концов, Бирия была присоединена к Империи, подписанный мир гарантировал стабильность границ. Империя тут же обрела сильнейший флот в северных морях. Однако династия герцогов, управлявших Уленом, осталась нетронутой. И теперь гостеприимный хозяин принимал у себя своих соседей.

Пользуясь помощью придворных магов, герцоги прибывали в Улен для решения главного вопроса: имеет ли смысл начинать восстание? Их обеспокоенность можно было понять. Священная Империя всегда являлась государством милитаризированным, и только втрое увеличив собственную территорию, аппетит династии Веда был по большей части удовлетворён. Не стоит, впрочем, забывать, что некоторые регионы уже пытались выйти из состава страны. Та же Мавликия, например. Пятьдесят лет назад, когда Империя и Контарм ещё были союзниками, произошло четвёртое и последнее присоединение этой республики. Но мятежи не прекращались, граждане Мавликии мечтали о независимости, и с момента последнего вооружённого восстания не прошло ещё и десяти лет. Всем известно, чем всё тогда кончилось. Разумеется, северные герцоги не могут не задумываться об этом.

Правда, сейчас главные силы Империи находятся в Валании. В своё время с Валанским царством уже приходилось сражаться. Союз Империи и Контарма обрушил всю свою мощь на это тогда ещё сильное и влиятельное государство. Случилось это тридцать пять лет назад. Императорская армия захватила Оинский архипелаг, благополучно включив его в состав Империи. После чего делегаты Веда пошли на сепаратные мирные переговоры. Империя и Валания заключили мир. И это спасло древнюю южную страну от уничтожения, ведь в одиночку справиться с ней Контармскому королевству было не под силу. Война, впрочем, вскоре завершилась: по новому мирному договору Контарм присоединял к себе Куольскую область. И хоть дело разрешилось победой, между двумя старыми союзниками с тех пор была лишь взаимная ненависть. Ненависть, которая неизбежно должна была когда-нибудь привести к кровопролитной войне.

Повод нашёлся лишь три года назад. Царь Валании Кадар VI умер не оставив наследника, и Император Иринарх Второй, чья мать приходилась кузиной покинувшему этот мир царю, предъявил свои права на освободившийся престол. Временное правительство Валании эти права не признало. Почти тут же императорская армия, только и ожидавшая подобного решения, пересекла границу и начала масштабное вторжение. Руководил войсками неугомонный лорд Рич, обретший популярность после Южной Карательной Экспедиции. Новую кампанию назвали Восточной Экспедицией, хотя постепенно из стремительного рейда она перетекла в затяжную войну.

Рич одержал убедительные победы над валанцами под Цультом и Тиксом, но вскоре был отозван в Вед для разговора с Императором. Видимо, кто-то намекнул монарху, что успешный военачальник набирает слишком большой политический вес, и что теперь, когда враг разгромлен, нет смысла оставлять Ричу власть над армией. Ни в чём не повинный лорд остался сидеть в столице без дела. Такое уже случалось ранее: повторялась история с опалой Дедушки Альфреда.

Так или иначе, но дух императорской армии был подорван произошедшими переменами. К тому же на помощь Валании наконец-то пришли контармцы. Войска королевства встали на пути императорской армии, выдвинув ультиматум: если войска Империи хоть на шаг продвинутся вглубь Валании, Контарм вступает в войну.

Валания – государство, расположенное на полуострове, и армия Контарма, объединившись с остатками царского войска, перекрыла этот полуостров в самом узком месте, закрыв дорогу на юг. Возникла неразбериха. Имперское командование оказалось в замешательстве. После нескольких провокационных акций, ультиматум был проигнорирован, и началось первое боевое столкновение двух бывших союзников. И первую битву имперцы проиграли. Сражение под Рамисом обернулось для них катастрофой. Уверенные в своей непобедимости, они атаковали врага, но потеряли строй, были контратакованы и отброшены с большими потерями. В то же время вторая армия Контарма перешла границу Валании и начала движение с севера на юг, торопясь сблизиться с первой армией, доставленной в своё время в Валанию по морю. Имперцы попытались помешать им, но проиграли бой под Гральсом. Правда, не смотря на поражение, продвижение врага они всё-таки остановили.

Потеряв возможность двигаться дальше, военачальники Империи решили задействовать флот и организовать несколько десантных операций в тыл врагу. С захваченного в прошлой войне Оинского архипелага были нанесены удары по портовым валанским городам Рольн и Гиверн. От Рольна имперцы попытались пойти на север к Рамису, всё ещё удерживаемому контармской армией, но были отброшены. От Гиверна началось наступление на столицу Валании Лонию, но и оно захлебнулось.

Наконец, этой зимой третья армия Контармского королевства, объединившись со своими многочисленными (и полузависимыми, между прочим) союзниками, начала вторжение непосредственно на территорию Священной Империи, двигаясь к Вадуцу. Занятно, но в стране значилось три поселения с таким названием, хотя два из них были просто маленькими пригородами Веда. Третий Вадуц являлся столицей пограничного княжества Леария, обороной которого руководил вернувшийся к войскам Дедушка Альфред. Под его началом служило всего лишь десять тысяч воинов, и этих сил было явно недостаточно, чтобы сдержать пятикратно превосходящего врага. Однако Альфред Акер словно знал о готовящемся ударе и, не смотря на то, что у него отсутствовало зимнее снаряжение, смог успешно вывести армию из-под удара и отойти под укрытие стен Вадуца. Сильнейшая армия Контармского королевства, не ожидавшая, что противник избежит боя, вынужденно приступила к осаде крупнейшего восточного города Империи. И вскоре, преследуемая болезнями, холодом и голодом, она отошла назад, встав в городе Айлис посередине между Вадуцем и государственной границей на зимние квартиры.

Тем временем армия Дедушки Альфреда начала набирать силу. Начиналась глобальная перегруппировка, в том числе ослаблялись армии в Валании. И весь мир, наблюдавший за этой войной, затаил дыхание в ожидании главного сражения, способного изменить ход всей кампании. В конце этой весны – максимум в начале лета – битва непременно состоится.

Акхат размышлял о том, чем он может помочь своей стране в данную минуту, и мысли его не отличались оптимизмом. Его главной задачей являлся развал Империи путём отсоединения от неё северных герцогств. Но чтобы этот развал состоялся, необходимо проделать огромную и трудоёмкую работу. В первую очередь оказать влияние на самих герцогов, ведь только от их решения зависит исход всей операции.

За спиной объявилось новое лицо. Обер Фебр – самый доверенный помощник Акхата в этой стране. Шпион обернулся к нему, ожидая подтверждения своих мыслей.

– Герцоги ждут вас, – тихо произнёс Фебр, склонив голову.

– Очень хорошо. Пусть их ожидание продлится подольше: им наверняка есть что обсудить и о чём подумать.

Помощник поднял взгляд на господина.

– Это может вызвать их недовольство…

– Только если их терпение достигнет предела. Но до этого не дойдёт. – Акхат отвернулся, снова взглянув на океан, и тихо бросил через плечо: – Иди.

Фебр послушно покинул балкон, оставив господина в одиночестве. Акхату, конечно, нравилось ощущать превосходство даже над лучшими умами королевства, и он не стеснялся признавать собственную гордыню. Глупо отрицать очевидное. Весьма полезно знать себе цену. Однако и забываться не стоит, конечно.

Выждав несколько минут, Акхат направился тёмными коридорами к секретному кабинету, где его уже ожидали одни из самых влиятельнейших людей Империи. Древние стены с потемневшими гобеленами добавляли царившей в замке атмосфере таинственности. Звук шагов тонул в толстом ворсистом ковре. Шпион шёл один, и следовать за ним было строжайше запрещено.

Наконец оказавшись у цели, Акхат без стука отворил дверь и вошёл в небольшой зал с узкими витражными окнами и тяжёлым длинным столом, за которым сидели герцоги. Семь пар глаз тут же обратились в сторону шпиона.

Семеро.

Марко Дориа Горделивый, владыка Лакирии. Сурового вида мужчина под пятьдесят, с заметным брюшком, внимательными глазами и вздёрнутым носом. Двуличен, и это, кстати, семейная черта. Довольно скрытен и осторожен. Не заслуживает доверия. Достаточно вспомнить его недавние переговоры с двумя Предвестниками во время Турнира в Кросдорфе. Впрочем, фигура интересная и полезная, это надо признать.

Его сосед. Петер Кер, владыка герцогства Китом. Тощий, уродливый, субтильный. При этом очень высокий. Неприятной наружности. Тонкая кожа, выпирающие кости, торчащий кадык. И маленькие блуждающие глазки. Трусливый и глупый герцог, которого редко можно видеть трезвым.

Сидящий напротив него человек был его полной противоположностью. Феликс Розенберг, владыка Бирии и «добрый» хозяин замка, приютившего на одни сутки титулованных гостей. За этим человеком чувствовались власть, сила, кодекс. От него веяло древними традициями. Суровое непроницаемое лицо, скудное на эмоции. В каждом движении военная грация. Такие как он просто физически не способны терять самообладание. Впрочем, действительно, о чём ему беспокоиться? Бирия – сильнейшее северное герцогство; и какая разница, что оно самое маленькое во всей Империи? Неприступные стены, большая армия, сильный флот. И, ах да, конечно, стабильный доход от торговли, наголову превосходящий прибыть Международного Турнира Кросдорфа. Герцогу Марко было чему завидовать.

Четвёртое лицо – интереснейшая особа! Единственная женщина среди присутствующих. Лори Айнгеру. Вдова. Ей где-то немного за тридцать. Красивая, самоуверенная, женственная. И необычайно коварная. Акхат уважал умных женщин, но графиню Лори побаивался, и тому, конечно же, были свои причины. Её слово значило очень много, ведь герцогство Вальт – сильнейшее звено обороны северных территорий. Герцогиня контролировала силу финансового потока северной торговой магистрали, и от неё по большей части зависели рост и падение налогов на товары.

Плак Корвин Добрый, герцогство Ост. Обаятельный толстячок с приятным чуть хрипловатым голосом. Очень предприимчивый, энергичный, амбициозный, однако как лидер не слишком хорош, больше годится на вторые роли. Иногда избегает ответственности. Своей энергией он хорошо дополнял волю Розенберга, политес Лори, обстоятельность Марко. И компенсировал пассивность Петера. Едва только узнав об идее восстания, тут же загорелся желанием добиться независимости своего герцогства. Акхату это было только на руку.

Кейрон Фамей Второй. Самый старый из присутствующих. Ему уже за семьдесят, однако он твёрдо продолжал править герцогством Тергам. Одетый во всё чёрное, он сидел почти неподвижно, лишь изредка окидывая всех задумчивым взглядом не поворачивая головы. И если ему что-то не нравилось, он начинал хмурить свои густые брови. Иногда старый герцог начинал кашлять, и делал это всегда в таких ситуациях, когда нельзя было понять, специально ли он это делает или так просто совпало, что он привлекает к себе лишнее внимание в самый напряжённый момент. И, что немаловажно, этот человек никогда не пускался в пустые рассуждения. Если он и говорил, то только по делу. Ну, и, пожалуй, самая интересная деталь: Кейрон Второй приходился герцогине Лори свёкром. Такой вот семейный салат, про это нельзя забывать.

Наконец, последний участник собрания. Льюис Крус, герцогство Тулия. Скучноватый всезнайка, молодой, близорукий, невнимательный на первый взгляд. Но, что важно, обладающий абсолютной памятью. Способен в уме перемножать многозначные числа, причём он сам не знает собственного предела. Очень полезный человек, добровольно взявший на себя обязанность работать с бумагами и копаться в финансовых планах. Вся важнейшая документация семи северных герцогств проходила через Льюиса. Молодой герцог никогда не ошибался, когда дело касалось цифр. Но как человек был действительно личностью серой. Одно слово – педант.

Акхат неспешно прошествовал мимо них и уселся во главе стола. Обвёл всех спокойным взглядом. Сложил перед собой руки, как бы показывая, что гости могут пользоваться его полным расположением.

– Я рад видеть вас всех сегодня в добром здравии и приподнятом расположении духа, – начал он. – Надеюсь, дорога не отняла у вас много времени?

– Вашими стараниями магические перемещения между герцогствами стали быстрыми и спокойными, – дружелюбно произнёс двуличный Марко.

– Я очень рад, – улыбнулся ему Акхат. – Мне приятно, что вы все откликнулись на моё приглашение…

Старик Кейрон негромко кашлянул.

– Сегодня нас меньше, чем в прошлый раз, – ни на кого не глядя, сказал он. Акхат скрыл своё раздражение: намёк был действительно неприятным. В отличие от прошлого раза на собрании отсутствовали герцоги Винсент и Арио Первый.

– Увы, наши противники не дремлют. Империя встревожена нашими планами. Государственные Предвестники действуют всё смелее.

– По моей информации, – несмело подал голос Льюис, – их на наших землях уже семеро из двенадцати. Очень плохо.

– Шестеро, – с таинственной улыбкой поправила его Лори. Все взгляды тут же обратились к ней.

– Что вы хотите этим сказать? – прямо спросил Розенберг. Вместо Лори ответить поспешил Акхат.

– Уважаемая герцогиня Айнгеру хочет сказать, что не далее как вчера наших врагов стало на одного меньше. Государственный Предвестник Говард Мендес, известный как Неутомимый Охотник, направляясь на приём к герцогине, подвергся нападению неизвестных и пал в неравном бою. Очень запутанная и тёмная история.

– Что-то не пойму, – пробурчал Петер, взглянув на герцогиню свысока. – Вы что, убили его?! Вот так взяли и убили?! Вы же не оставляете нам пути назад! И всё сделали сами, ничего с нами не согласовав!

Кейрон снова негромко кашлянул, отводя возможную угрозу от невестки. Он, конечно, тоже был не слишком доволен этой новостью, однако интересы семьи сейчас важнее.

– Позвольте вам напомнить, – снова взял голос Акхат, – что «благодаря» деятельности государственных Предвестников вас тут сейчас только семеро, а не десять, как было полгода назад. Они убили герцога Флавия, вы забыли? Охотник из Охотников Леукон лично вынес ему приговор. А не так давно Железный Охотник обработал нашего старого друга герцога Винсента. А в данную минуту Облачный Охотник занимается нашим мягкотелым соратником Арио. И то, что Неутомимый Охотник проявил интерес к леди Лори, является угрозой для всех нас. Предвестники в последние месяцы стали намного активнее, чем обычно.

– Стоит заметить, кстати, – поспешил добавить Марко, – что к Норну на помощь Облачному Охотнику приближается ещё один Предвестник – Виктор Эгерс. Со дня на день он окажется в кругу влияния герцога Арио.

– Ваша осведомлённость делает вам честь, – с опозданием вернул комплимент Акхат. – Хотя меня больше заботит не Эгерс, а его компаньон, Келеан Путешественник.

– Почему? – Льюис, кажется, действительно не понимал.

– Ему всё ещё принадлежит Багровая Империя. – Лори подарила своему несмышлёному единомышленнику очаровательную улыбку.

– Ну и что? – немного смутился Льюис. Он заметно покраснел. Даже такие непрошибаемые зануды пасуют перед женскими чарами.

– Герцогиня абсолютно права. – Акхат не упускал нити разговора. – Хоть Келеан и не принимает больше участия в управлении созданной им страной, однако всем известен переменчивый нрав этого, с позволения сказать, человека. Флот Багровой Империи – один из сильнейших в мире. И если Эгерс сможет повлиять на своего странного союзника, то ваши войска, уважаемые друзья, вернутся из Валании очень нескоро.

Это была правда. Вывезти армии северных герцогств из Валанского царства можно было только морем.

– А что, если заплатить этому Келеану? – сидевший со скучающим видом Петер снова решил включиться в разговор. Его сутулая высокая фигура вздрогнула, будто сознание герцога только-только вернулось в реальность. Розенберг смерил его взглядом и холодно произнёс:

– Вам прекрасно известна цена, которая может удовлетворить некроманта. Ему нужна земля. Он потребует одно из наших герцогств. Может даже ваше.

– Это была бы отличная сделка, – хитро улыбнулась Лори. Петер гневно вскочил, затравленно заозирался и был сожжён взглядом железного Розенберга. Такой взгляд мало кто способен выдержать, и герцог Кер был вынужден сесть обратно.

– Слушайте, – поспешил разрядить обстановку Льюис. – А не слишком ли рано мы заговорили о выводе наших армий?

Реакция Акхата была незамедлительной.

– Что это значит? – резко обернулся он к неловкому правителю Тулии. Льюис тут же вжал голову в плечи, но ему на помощь пришёл Кейрон.

– Армия Контарма до сих пор стоит в Айлисе, – глядя перед собой, прохрипел старик.

– И до сих пор не предприняла никаких решительных мер для достижения победы над Дедушкой Альфредом, – продолжил его мысль Розенберг.

– Уверяю вас, сражение состоится в самое ближайшее время! – Акхат часто давал обещания, но их исполнение от него зависело не всегда. Ему было известно, что высшее военное руководство Священной Империи провело в конце зимы спешную перегруппировку. Армия Акера была заметно усилена, и потому контармское войско уступило инициативу, заняв сильную оборонительную позицию. В то же время в Валании отряды северных герцогств были переброшены подальше от границы, на юг. Это было странно: будто имперцы сами подталкивали герцогства к началу восстания. Либо они что-то готовили, либо просто пытались себя обезопасить на случай вооружённого мятежа. В любом случае, будущее оставалось туманным.

– Мы устали от ваших обещаний, – заявил немного успокоившийся Петер.

– Я понимаю, – сказал шпион. – Но и вы поймите меня. Мы рассчитываем на вас, и именно от ваших решений зависит наше общее будущее. Вы должны проявить инициативу и…

– Я не ослышался? – перебил его Розенберг.

– Должны? – мягко переспросил Марко.

– Кажется, кто-то сказал слово на букву «д»? – недобро улыбнулась Лори. Акхат удивлённо оглядел своих «союзников», осознавая, что совершил грубейшую ошибку. Герцоги смотрели на шпиона как на неопытного мальчишку, и от этого чувства Акхату вдруг стало не по себе.

– Простите меня, друзья, я неправильно выразился, – тут же поспешил исправить он ситуацию. – Вы бы могли заметно повлиять на ситуацию в государстве, чем заметно ускорили приближение нашей общей победы. Это в ваших же интересах…

– Армия Рича всего в двух переходах от Норна, – грустно вздохнул Кейрон, и Акхат, наконец, понял, чего боялись герцоги.

– Да бросьте! При желании вы можете собрать втрое больше сил, чем есть у Рича! – Шпион излагал голые факты: все военные расчёты говорили о немалых ресурсах северных герцогств.

– Я бы мог заняться Ричем, – вдруг заявил Корвин. Толстячку не сиделось на месте, он рвался в бой. – У меня есть отличный план, Рич непременно попадётся в мою ловушку…

Розенберг взглядом заставил Корвина замолчать, затем заговорил сам.

– Позиция герцога Арио до сих пор не ясна. Если Рич войдёт в Норн, мы потеряем сильного союзника. И не забывайте, что в Норне уже действует один Предвестник и к нему скоро присоединится второй. И там же будет Келеан Путешественник. Мы не можем не принимать этого в расчёт. Отныне на наши дальнейшие решения будет влиять не только армия в Айлисе, но и ближайшие события в Норне. Учтите это.

Акхат не спешил с ответной репликой. Он дал всем обдумать сказанное Розенбергом и осознать сложившуюся ситуацию. После недолгой паузы он позволил себе принять умиротворённую позу и спокойно сказал:

– Если так, то вам не о чем беспокоиться. Я уже предпринял ряд мер для удержания этого региона. Мои люди следят и за герцогом Арио, и за Облачным Охотником. Что же касается Келеана Путешественника и Виктора Эгерса, то их в Норне будет поджидать их самый злейший враг. – Шпион кровожадно улыбнулся и, томительно помолчав, ответил на невысказанный во взглядах герцогов вопрос. – Вы о нём слышали. Его имя – Теосарн.

Глава четвёртая. Танец в тишине. Эпизод 2

Странное, незнакомое чувство не давало сосредоточиться. Невозможно было отделаться от воспоминаний. Вновь и вновь сознание Росинки возносилось над городом, но, расслабляясь, опадало обратно.

– Давай уже посерьёзней, – проворчал находившийся рядом Теро. – Постарайся сосредоточиться.

Девушка старалась, но сосредоточиться не получалось. Она воззвала ко всем своим скрытым силам и попыталась вновь. Её сознание воспарило над миром. Разум отделился от тела. Взгляд обрёл пронзительность, сделавшись всесторонним. Куда ни глянь, всюду тенистые улицы и бесцветные силуэты людей. В каждом человеке светилось маленькое солнышко. У одних поярче, у других потускней…

Горгулья! Неуязвимое демоническое создание, подчиняющееся призвавшей его человеческой воле. Ярче вспыхнули синим светом холодные глаза. Каменная лапа с огромными когтями выбросилась вперёд…

Росинка тряхнула головой и снова сосредоточилась. Воспоминания, всё ещё свежие и яркие, отступили. Она вдруг увидела след. Тёмные отпечатки босых ног на каменной мостовой. Следы петляли и пересекались. Они были повсюду. Учитель! Где же ты?..

Рычание монстра за спиной стало громче. Горгулья нагоняла. Существо приближалось, его грозный угловатый силуэт возвышался высоко над землёй. Вот оно заметило свою жертву и раскрыло жадную пасть. Жажда крови гнала его вперёд…

Волчица услышала, как недовольно засопел Теро, и поспешно возобновила поиск. Следы были повсюду. Город Норн был исчерчен ими вдоль и поперёк. Приглядевшись, Росинка попыталась рассмотреть того, кто оставил эти следы. Она вглядывалась в прошлое, и постепенно перед её взором проступил расплывчатый силуэт. Он двигался быстро, бесшумно, незаметно для окружающих. Он был повсюду. Двоился, расслаивался. Он пересекал сам себя. Сотни теней блуждали по городу, словно отголоски ушедших мгновений. И не было у них ни направлений, ни целей, ни осмысленности. Учитель запутывал следы! – поняла девушка, с обречённостью думая, что уже не сможет отыскать верный след.

Ужас сковал сердце девушки. Слёзы катились по её щекам. И в тот момент, когда она уже готова была взглянуть в глаза смерти, прямо перед ней со стены упал Виктор. Плавно перекатившись по земле, он быстро поднялся и бросил короткий взгляд на Росинку.

– Отойди, девочка, – тихо произнёс он. И двинулся навстречу чудовищу…

Он спас меня, – билось в сознании Росинки. Он пришёл и спас меня.

Она вдруг почувствовала странное тепло в груди и с удивлением приняла открывшееся ей знание. Виктор был ей небезразличен!

Теро, состроив гневную гримасу, нетерпеливо сказал:

– Перестанешь ты отвлекаться или нет?!

Росинка подняла на него виноватый взгляд. Несомненно, Теро стал заметно сильнее за последние недели. И Виктор использовал его как помощника для Росинки. В присутствии призрака девушка, опираясь на его силу, могла сколь угодно долго блуждать сознанием над планетой в поисках Учителя. И никакие ловушки не могли ей повредить, как это случилось в прошлый раз.

Она уже хотела извиниться перед исполнительным духом, но в этот момент в комнату без стука вошёл Келеан и позвал за собой взглядом.

– Виктор всех зовёт, – сказал он.

– А… – начала Росинка, но маг её понял без слов.

– Не знаю зачем. – И скрылся за дверью. Росинка поднялась с кресла и последовала за ним. Теро развоплотился, вознёсся над полом и поплыл следом.

Комната Виктора находилась по соседству. Обычный гостиничный номер с кроватью, столом и шкафом. Окна закрыты ставнями. Под потолком горела подвешенная лампа. Сам Предвестник занял кресло у стола. Напротив стояла пара стульев: для Теро сиденья приготовлено не было, но он и не претендовал на что-то подобное.

– Садитесь, – сказал Виктор, не глядя на вошедших. Перед ним на столе лежала пухлая книга в кожаном тёмно-коричневом переплёте, и посланник Церкви не сводил с неё задумчивого взгляда. На обложке было вытиснено слово «Деспотия».

Росинка медленно уселась напротив Предвестника, стараясь не смотреть тому в глаза. Если бы она была повнимательнее, от неё бы не укрылось, с каким холодным безразличием отвернулся от неё Келеан. Но это подметил Виктор, некоторое время задумчиво молчавший, угнетаемый нехорошими раздумьями.

Двое полных сил мужчин путешествуют с красивой юной девушкой, душа которой находится в поиске и смятении. Какие могут быть последствия у такого сотрудничества? Хотелось бы, чтобы они не были неизбежными и необратимыми.

И всё-таки…

Нет уж! Виктор мысленно укорил самого себя. В данной ситуации допускаются только деловые отношения. А уж что там на душе у каждого происходит – пусть сами разбираются.

– Сидит, молчит, – недовольным тоном заговорил вдруг некромант. И бросил взгляд на Росинку. – Какой-то он адекватный, да?

Девушка не ответила.

– Взгляните, – словно очнулся Виктор и подался вперёд, склонившись над книгой. – Эту книгу тайно распространяют во всех северных герцогствах. Она содержит обвинения нынешней власти в беззаконном произволе, в неуважении к народу. Она рассказывает о недопустимой вседозволенности Церкви и преступной непреклонности Священного Порядка. Она показывает искажённый взгляд на историю государства, представляя завоевания Веда как череду несправедливых и кровавых войн, призванных покорить, подчинить, сломить сознание народов земель, окружающих Вед. Эта книга подрывает устои нашего государства и является угрозой для его целостности. И, следовательно, она является элементом движения, ведущего Империю к гражданской войне.

– Кто автор? – полюбопытствовал Келеан.

– Думаю, авторов несколько. Наверняка здесь не обошлось без денег Контармского королевства.

Росинка протянула руку и, подавив брезгливость, раскрыла книгу на середине.

– Напечатана, – задумчиво сказала она. Действительно, книга была не рукописной. И значит, что где-то существовала типография, где печатались эти пухлые томики.

– Её напечатали в Норне, – верно понял ход её мыслей Предвестник. – И ваша задача – найти подпольную типографию, а оттуда мы сможем протянуть ниточку к заказчику.

– То есть опять всё перекладываешь на нас, – скорее не спросил, а заключил Келеан, спрятав несвоевременную ухмылку. – А сам чем займёшься?

Виктор с ответом не спешил. Он откинулся в кресле и хмуро уставился в потолок.

– Нужно разобраться в здешней политике, – наконец, неохотно сказал он. – Мне пришло много писем. Придётся поработать с бумагами. Естественно, я окажу и тебе, и Росинке любое содействие… как только ваши поиски дадут хоть какие-то результаты.

– Сам, как всегда, играешь по-крупному, оставляя детские игрушки нам. Несправедливо получается! – Упрёк Келеана получился почти искренним, хотя он и не скрывал издевательского тона.

– Разве у тебя есть другие дела? – смерил его равнодушным взглядом Предвестник.

– Ха! Уж нашлись бы!

– Не сомневаюсь. Но сперва, – он указал глазами на книгу, – выполни моё поручение. И иди гуляй себе сколько влезет.

– И почему я должен тебя слушаться? – устало прикрыл очи некромант.

Виктор понимал, куда он клонит, но не нашёлся с ответом. Поэтому промолчал. Келеан ещё поёрзал на стуле, затем нетерпеливо встал и направился к выходу, поманив за собой Росинку. После секундного колебания девушка поспешила за ним.

***

Фигура божества двигалась над городом. Пятидесяти локтей в высоту, Теосарн был невидим и неосязаем. Возвышаясь над площадью и толпой, его лик являл спокойствие и заботу. Его нечеловеческое зрение воспринимало мир не таким, каким его видели смертные. В многослойных измерениях текли потоки энергий. Небо, голубое в доступном людям спектре, пылало холодными огнями и переливами света. Магические связи проявлялись сполохами на необозримом куполе, отделившем поверхность от Космоса. В вышине стремительно неслись на одном уровне волшебные реки силы, меняя цвета от ярко-жёлтого до угрожающе-красного. В этой бесконечной реке без начала и конца, без истоков и берегов плыли переливчатые сферы. Как мыльные пузыри, они казались полыми. Одни большие, другие маленькие.

Пришлый бог протянул руку, обратив ладонь к небесам, и одна из сфер послушно опустилась, коснувшись бесплотных пальцев. Послышался электрический треск. Заключённая в пузыре энергия впитывалась космическим существом. Шар уменьшался, пока не стал совсем крохотным. Тогда Теосарн отпустил его, и тот вознёсся в своё измерение, где вскоре вновь наполнится силой.

Бог глубоко вздохнул, ощущая, как насыщается мощью его невероятная оболочка. Он невесомо присел на одно из рыночных зданий с плоской крышей, невольно спугнув стаю птиц, почувствовавших напряжение пространства. Было смешно. Даже лучшие маги не могли его видеть. Никто из людей не способен постигнуть восприятие столь высоких энергий. А вот птицы – глупые пугливые птицы! – смогли что-то уловить. И всякое рассуждение о том, что человек является хозяином планеты, смехотворно.

Люди, конечно, бывают разными. И некоторые из них очень интересны. Как тот Предвестник, Говард Мендес по прозвищу Неутомимый Охотник. Это случилось несколько дней назад. Стояла беззвёздная ночь. Дилижанс Говарда шумно катился по спящим улицам города Зана. Верный возница держал вожжи твёрдой рукой. И когда дилижанс вдруг остановился, Предвестник выбрался наружу, удивлённо оглядываясь.

– Почему остановились, Герман? Это не то место. – Волнение в его голосе было неподдельным. Дилижанс с трёх сторон окружали тёмные дома. Это был тупик. Возница не отвечал, отстранённо глядя перед собой. Говард сразу почувствовал, что его сознание взломано. Осознав, что это ловушка, Говард не попытался ни бежать, ни освободить разум верного слуги, а сам направился дальше, туда, где притаились враги. И те не заставили себя ждать. Полтора десятка головорезов вышли с разных сторон, окружая Предвестника.

Говард хмуро потёр чисто бритый подбородок и громко крикнул:

– Эй, сорвиголовы! Я государственный Предвестник Говард Мендес! Кто у вас главный?

– Я главный, – послышался мягкий приятный голос со стороны угловой двери. С той стороны приблизилась высокая фигура в клетчатом сером плаще.

– О, господин Гельмерих, не ожидал вас встретить в столь неприглядном месте! – Говард говорил спокойно, но внутренне похолодел. Дело принимало неприятный оборот. С обычной шпаной он бы расправился играючи, но тут, похоже, игра велась всерьёз, раз сам Гельмерих Нернский, унаследовавший от своего погибшего брата сомнительную честь называться опаснейшим бандитом Империи, вышел поприветствовать Неутомимого Охотника. – Чем я обязан столь высокой чести видеть вас?

– Только вашей же активной деятельности, дорогой Предвестник, – наигранно вежливо ответил преступник.

– Я рад, – сказал Говард, – что мои скромные дела не остались незамеченными. Да к тому же привлекли ваше сиятельное внимание.

Он запоминал, где и как стояли наёмники, чтобы первая же атака стала последней. У них хорошая подготовка, да, но и силы Потерянного Искусства недооценивать не стоит. Создав вокруг себя невидимую защиту, он постепенно наращивал свою мощь.

– Вы правы, – продолжал говорить между тем Гельмерих, – в последнее время вы были весьма заметны. И я с нетерпением ждал нашей встречи, уважаемый господин Мендес. – Он притворно вздохнул. – Но, к моему искреннему сожалению, вашей благородной деятельности приходит конец.

– Как печально, – проговорил Предвестник, медленно оглядываясь. Он приметил, что все наёмники хороши экипированы. На каждом добротные кольчуги. В руках мечи и алебарды из хорошей стали. Оружие держат не абы как, а твёрдо, профессионально. Здесь лучшие. И видно, что они не переоценивали свои силы. Их здесь ровно столько, сколько нужно для убийства Предвестника. Говард решил, что дальше оттягивать неизбежное не имеет смысла, и пошёл на провокацию. – Но не боитесь ли вы, мой добросердечный Гельмерих, что можете разделить судьбу своего покойного брата? Виктор Эгерс рассказывал мне, то ваш братец не оказал никакого достойного сопротивления.

Преступник не изменился в лице, и одному создателю было ведомо, чего ему это стоило.

– Это мы сейчас и выясним, – тихо произнёс он и отдал беззвучную команду своим людям. Схватка началась.

Не дожидаясь, пока его сомнут, Говард нанёс удар первым. Сдвинувшиеся было со своих мест головорезы вдруг ощутили страшный жар, идущий от их собственных доспехов. Это длилось мгновение, но и этого хватило, чтобы кольцо убийц рассыпалось и стало зыбким. Переулок наполнили крики боли. А Предвестник уже смещался в сторону, и в том месте, где он стоял секунду назад, просвистело несколько стрел.

Разрушительный клубок энергий сконденсировался в ладони Говарда и был направлен в Гельмериха, неподвижно стоявшего на месте. Наёмник отшатнулся, выбрасывая вперёд руки, и магия Предвестника разбилась о его защиту, подозрительно быстро растаяв. Выхватив меч, Говард бросился на врага. Гельмерих сделал то же самое. Он успел отразить три мастерских выпада, после чего резко отпрянул в сторону. Говард развернулся, и вовремя: трое убийц, оправившихся от первой атаки, бросились прямо на него, прикрываясь щитами и выставив вперёд острия алебард.

Предвестник контратаковал магией, и всех троих сдуло ураганным порывом, но на их место уже спешил десяток наёмников. Отступая, Говард заскочил в ту самую угловую дверь, из которой вышел Гельмерих. Он успел перерубить алебарду одного из нападавших и ударить мечом по шлему второго, но не смертельно. После чего спешно задвинул засов и бросился по лестнице на второй этаж, пробегая мимо запертых дверей дешёвых квартир. В дверь внизу забарабанили закованные в железо руки и ноги. Где-то вдалеке за одной из дверей послышался плач ребёнка и напуганные голоса.

Говард выскочил на лестничный пролёт и наткнулся на дежурившего у окна лучника. Тот даже не успел испугаться, как холодная сталь прервала его никчёмную жизнь. Но пока Предвестник извлекал клинок из оседающего тела, мощная воздушная волна ударила его в спину и выбросила через открытое окно обратно в переулок.

Падение вышло болезненным, но не таким, после которого тренированному человеку нельзя было вскочить и продолжить бой. Смело бросившись на столпившихся в углу у двери наёмников, Говард атаковал оружием и магией. Мельком он отметил, что в проёме окна, из которого только что выпал, появился некий силуэт. Но разглядеть его не было возможности: в переулке и так не хватало света.

Наёмники сумели отбиться и стали оттеснять Предвестника, быстро его окружая. У двери осталось лежать трое их мёртвых товарищей, и ещё двое раненых пытались отползти подальше к стенам, чтобы ненароком не быть затоптанными.

Лучники в окнах не стреляли, боясь задеть своих. Говард кружился, отражая и нанося удары. Он пытался держаться поближе к тем, кто нападал с алебардами, и не подпускал к себе мечников. Время от времени кого-то из убийц отбрасывало магией. На врагов обрушивались порывы энергий. Самые опытные тут же приседали на одно колено, прикрываясь щитами и полагаясь на собственную тяжесть. Схватка не могла продолжаться вечно. Говард начинал уставать.

Он смог уложить ещё одного и ранить двоих, но и сам пропустил несколько скользящих ударов. Левая нога перестала сгибаться. Спину колола боль. Руки дрожали от тяжести столкнувшихся клинков.

Семеро оставшихся наёмников вдруг подались в стороны, и из того самого злополучного окна был внезапно нанесён мощный магический удар. Воздух сгустился, стал терпким. Поднялся жар. Удушливый ком запертого воздуха едва не опрокинул Предвестника, но он успел создать контрзаклятье и нейтрализовать угрозу, послав в ответ собственное заклинание. Но фигура в окне даже не шелохнулась. Да кто ж там такой?!

Кольцо наёмников снова попыталось сомкнуться. Говард отступал к стене. Он сделал обманный выпад и смог ранить в руку ещё одного нападавшего, но в ту же секунду на него сверху обрушилась мощь страшного невидимого заклинания. Предвестник успел среагировать и в этот раз, накрыв себя куполом всевозможных защитных аур и отделяясь от внешнего мира непроницаемым магическим щитом. Он вдруг понял, что последний удар нанёс стоявший в стороне Гельмерих, исподлобья наблюдающий за боем.

Наёмники бросились на остановившегося Предвестника, но отпрянули, остановленные невидимой силой. Говард понял, что это его последний шанс спастись, и попытался создать заклинание мгновенного перемещения, но сила в этот раз не отозвалась на его зов. Кто-то блокировал саму возможность перемещения в этом пространстве, и этим кем-то был, вероятно, сам Гельмерих. Каким-то образом он контролировал магические потоки вокруг себя. Не все – простейшие заклинания вполне можно было творить. Но более сложные структуры тут же развеивались, теряя стройность и силу.

Гельмерих приблизился. Открылась угловая дверь, и неведомый маг, спустившись со своего места, вышел в переулок. Им оказался невысокий плечистый мужчина с короткими пепельными волосами, тяжёлой челюстью и маленькими глазами. Одет незнакомец оказался в неприглядный серый плащ, помятый и ветхий от времени.

– Как я понимаю, господин Предвестник решил отказаться от борьбы, – низким голосом сказал незнакомец. – Нам его защиту не пробить. Но я знаю, как можно помочь делу.

– Фраот! – недовольно обратился к нему Гельмерих. – Ты не должен был покидать свою позицию.

– Я предложу Мендесу поединок, – продолжал говорить тот, кого назвали Фраотом. – И если он победит, он спокойно отсюда уйдёт. – Маг был вполне уверен в своих силах.

– Фраот! – Главарь наёмников не скрывал своего раздражения.

– Господа, – подал голос Предвестник. Он пытался говорить спокойно, хотя воздуха не хватало, и организм требовал отдыха. – Я не намерен договариваться с вами.

– Но некоторые из ваших коллег не посчитали это зазорным! – послышался вдруг новый голос со стороны одной из дверей. Лицо, появившееся с той стороны, показалось смутно знакомым. Человек приблизился, оказавшись высоким блондином в строгом костюме, с неприятной ухмылочкой. – Меня зовут Акхат.

– Наслышан, – кивнул Говард.

– Я польщён, – улыбнулся контармский шпион. – Так вот, ваши друзья Леукон и Эгерс в своё время пошли на компромисс, и потому, пожалуй, всё ещё живы. Вы не знали?

– Я знаю лишь, что меня живым никто не отпустит. – В этом Предвестник был абсолютно уверен.

– Ну зачем же так, – склонил голову Акхат. Он хотел сказать что-то ещё, но ладонь Гельмериха, легшая ему на плечо, оборвала беседу.

– Хватит, – сказал главарь наёмников. – С этим пора кончать. Если у тебя ещё остались козыри, пора их использовать.

Акхат близоруко обернулся к нему, затем бросил задумчивый взгляд на Фраота, которого сам сюда и привёл – Фраот был одним из сильнейших магов Контармского королевства – и надолго затих. Время шло. Переулок погрузился в странную глубокую тишину. Все напряжённо ждали решения Акхата, который и спланировал это покушение. Предвестник не ослаблял защиту, бдительно осматриваясь по сторонам. Шансы на спасение были ничтожно малы. До ближайшей двери шагов пятнадцать, но как только он снимет защиту, на него обрушится шквал атак. И Акхат, и Фраот, и Гельмерих были сильными магами. Они не дадут ему уйти.

– Стыдно сказать, – вдруг заговорил Акхат, обратив на себя все взгляды. – Нас тут собралось так много, и мы ничего не можем поделать! Потрясающе. Мы недооценили ваши способности, господин Мендес, хотя и знали о них. Непроницаемость вашей защиты делает вам честь, это надо признать. Понадобились бы усилия десяти магов, чтобы быстро взломать эту защиту. Но, думаю, есть и другой путь. Обходной. И хоть я и не хотел доводить дело до этого, придётся нам пригласить ещё одного участника.

Он повернулся и посмотрел куда-то в темноту.

– Прошу вас, если вам не трудно.

В тёмном углу никого не было видно. Там не было никого. Но почему-то Предвестник ощутил дрожь, внутри всё сжалось в ожидании неведомого гостя. Нечто стало материализовываться из воздуха. Эффект присутствия был так силён, что все, даже наёмники, сделали шаг назад. Неведомое нечто меняло свою тёмную форму. Повеяло холодом. Говард разглядел, как некий ромбовидный чёрный силуэт вытягивается, скручивается, обрастает отростками, постепенно обретая сходство с человеком. Стены домов покрылись инеем. Стало как будто светлее. И вот из угла вышел тот, кого приглашал Акхат.

Это был старик, одетый в нищенские лохмотья. Длинные седые волосы спутались космами. Растрёпанная борода скрывала худую шею. И только взгляд выражал запредельную, космическую силу. Существо, принявшее форму старика, не посчитало нужным представляться, как это сделал Акхат, но все и так каким-то образом поняли, кто перед ними, пусть даже и никогда не встречались с ним раньше.

Теосарн. Бог горы. Могущественный враг Церкви, много десятилетий ничем не напоминавший о своём скромном существовании.

В каждом его шаге таилась невероятная сила. Убийцы попятились перед ним. Лишь Акхат остался неподвижен, но и ему было не по себе. А Теосарн всё приближался и приближался. Вот он достиг невидимой границы, где даже физически чувствовалось сопротивление магической защиты Предвестника… и спокойно прошёл сквозь эту защиту, словно её и не было. А может, и он сам не был достаточно материален, чтобы его остановили подобные заклинания.

Говард не задумываясь атаковал. Он понимал, что его защита при этом неизбежно ослабнет, но выжидать больше не имело смысла. Предвестник был отнюдь не слабаком, и обрушившаяся на Теосарна мощь могла бы уничтожить не то что человека, а небольшой квартал города. Сфокусированная на одной точке, энергия разрушения ринулась к цели, осветив резкой вспышкой ночные улицы. На миг участники схватки перестали что-либо различать, но когда зрение вернулось к ним, они с удивлением увидели Теосарна. Языческий бог даже не шелохнулся. Нетронутыми остались волосы и складки ветхой одежды, но было очевидно, что сила заклинания не ушла в пустоту. Если бы заклятье не достигло цели, позади Теосарна сейчас бы клубилась пыль от рухнувших зданий.

Бог принял на себя удар. Принял и устоял, великий в своём превосходстве.

– Смерть не так уж страшна, – делая шаг, произнёс Теосарн. Его глаза впились в сознание Предвестника. Взгляд быстро выкачивал из противника силу. Говард хрипло вскрикнул и упал на колени. Безвольно опустились руки. Взгляд человека потускнел. Теосарн приблизился ещё на один шаг. – Мы боимся смерти, ибо боимся утратить накопленный груз наших деяний вкупе с оставшимися возможностями. – Последний шаг, и вот он уже высился над Предвестником, заглядывая в самую душу. – Но откажись от всего, и сразу же ощутишь собственную лёгкость. Быть невесомым и плавным, светить собственным, а не отражённым огнём. Прими это!..

– Я… Я предвижу… – Голос еле повиновался Предвестнику. Жизнь подвела черту, он это понял, но ещё остались силы, осталась воля для последнего действия. – Вы… Вы все потерпите неудачу. И ты… странный бог. И ты, Акхат. И ты, Гельм… Гельмерих…

Правая рука Предвестника рывком извлекла из-под плаща странное механическое устройство и направила на Теосарна, отпустив маленький рычаг. Взвилась потоком сконцентрированная энергия, устремилось вперёд разрушительное заклинание. По лицу Теосарна прошла неприязненная дрожь, но он остался недвижим и невредим.

– Мои братья отомстят, – убеждённо и твёрдо сказал Говард и направил оружие себе в грудь. Его душа не достанется этому чудовищу из иных пространств. Нет уж!

…Он убил себя. Да, он себя убил. Без губительных колебаний, без отринутых сожалений, без забытого страха. И сейчас, спустя несколько дней, Теосарн сидел на крыше дома и вспоминал убитого Предвестника. И ему было его жалко.

Воздушное тело бога уменьшилось в размерах. От безделья он стал махать ногами в воздухе, временами поглядывая вниз. Туда, где был ещё один Предвестник. И этот Предвестник был куда опаснее и злее своего погибшего в Зане коллеги.

Виктор Эгерс в компании Росинки и Келеана двигался между торговых рядов и отдельных лавок, выискивая кого-то взглядом. Если бы он не оставил Теро в номере стеречь вещи, а взял духа с собой, поединок между Учеником и Учителем начался бы уже сегодня. Теро – не человек, и ему было под силу разглядеть то, чего в упор не видели окружающие. Но судьба, как видно, обладает оригинальным чувством юмора, зачем-то откладывая неизбежное, а сам Теосарн не планировал торопить события. Что бы там ни плёл Акхат, время решительной схватки ещё не пришло. Акхат, конечно, будет злиться, ну и ладно. Пусть этот человечек не думает, что в состоянии вершить чужие судьбы. Он не властен даже над собственной судьбой.

Между тем приметная троица внизу удалялась. Приключение для Виктора началось ещё утром. Он только-только отправил своих спутников выполнять очередное поручение, как через минуту они возвратились. Келеан вошёл в номер с торжественным видом. На лице Росинки было написано любопытство.

– А вот и снова мы! – сказал некромант и покачал в воздухе тёмной книжкой. – Взгляни-ка! Ничего не напоминает?

Виктор пригляделся. Ну да, она. «Деспотия». Точно такая же, что лежала сейчас перед ним на столе.

– Где ты её взял?

– О, её было очень трудно раздобыть! – надулся от гордости маг.

– В соседнем номере, – объяснила вместо него девушка. – Он вдруг остановился посреди коридора, прислушался к чему-то и вышиб чужую дверь! Там какой-то молодой парень сидел, Келеан его скрутил, а мне говорит: «Пошарь вон в том ящичке». Я посмотрела, там книга. Мы сразу сюда.

Предвестник покивал, выслушивая её сбивчивый рассказ, и неохотно поднялся с кресла.

– Раз так, пойдём поговорим с нашим новым другом.

А дальше всё просто. От покупателя протянуть ниточку к продавцу. От продавца – к поставщику. Ну, а от поставщика к заказчику.

Виктор не надел сегодня свою мантию, чтобы не привлекать внимания. Он уверенно вошёл в какую-то лавку, отодвинув закрывавшую дверной проём занавеску, и скрылся внутри. Росинка встала у входа, повернувшись к двери спиной и пристально оглядывая рынок. Теосарну показалось, что её взгляд на мгновение скользнул по нему, но девушка ничем себя не выдала, даже мыслью. А Келеан отправился мимо, делая вид, что приглядывает себе что-то из товара. Народу было много. Над площадью стоял гвалт сотен голосов.

Норн находился между северными герцогствами и центральным регионом Империи, и здесь, не смотря на отдалённость северной торговой магистрали, всегда было полно разнообразного товара. С севера доставляли рыбу, орехи, мёд, древесину. С юга торговцы привозили фрукты, соль, сахар, специи, ткани, металлы и много ещё чего. Выбор был поистине большим, и у покупателей разбегались глаза. Многие торговцы оставались в выгоде, богатея на разнице цен. Народ здесь жил не скупой, обеспеченный и довольный, и товары покидали лотки и полки с радующей глаз быстротой.

Интенсивность торговли привела к росту города, и теперь за городской стеной выросли целые кварталы новосёлов. Магистрат в растерянности пересчитывал казну, полагая в скором времени приступить к строительству новой стены – такой, чтобы обхватила и новые районы города, и осталось место для новостроек.

Келеан где-то стащил яблоко и теперь шёл по рынку, равнодушно хрумкая и разбрызгивая яблочный сок. Временами он начинал придумывать заклинание, которое помогло бы ему избавиться от камушка в сапоге, но так и не решился использовать его, опасаясь остаться без ноги. Просто вытряхнуть камушек он не догадался, и потому смиренно терпел.

Нечто привлекло внимание мага. Вернее, некто. В центре рынка лотки стояли прямоугольником, и некромант на противоположной стороне увидел девушку дивной красоты. Такая красота часто бывает следствием смешения кровей разных народов. Загорелый цвет кожи, темнее, чем у окружающих северян, но и светлее, чем у смуглых жителей центральных морей. Смеющиеся чуть раскосые глаза. Ровный носик. Коралловые губы. Тёмно-каштановые волосы, волнистыми гребнями скрывавшие спину. Белое непышное платье подчёркивало стройную фигуру. Гордая осанка. Изящная шея. Красивые руки с ухоженными пальчиками, которыми она перелистывала страницы лежащих на лотке книг.

Келеан потянулся сознанием к ней, желая узнать её имя, но неожиданно наткнулся на гневный взгляд карих глаз и получил ощутимую ментальную затрещину.

Она владеет магией!

– Что тебе нужно? – обожгла некроманта раздражённая мысль.

– О, моя богиня! Я твой верный раб!

– Так иди и убей себя!

– Зачем же так сердито? – Келеан не уступал. Он с весёлым и непринуждённым видом отправился в обход лотков, чтобы поскорее встретиться с прекрасной незнакомкой.

– Похотливый самец.

– Нет-нет, я не такой. Ты сама увидишь. Нам нужно просто узнать друг друга получше!

Кажется, он исчерпал её терпение. Девушка сделала шаг назад, оказавшись посреди людского потока, а в следующий миг Келеан разочарованно понял, что потерял её из виду. И сколько он не вертел головой, нигде не мог увидеть незнакомку. Все лица сливались в хаотичном мельтешении. Осталось лишь ощущение, что они ещё непременно встретятся. Когда-нибудь.

Между тем Виктор закончил допрос продавца и звал всех к себе. Выяснилось, что книги привозят один раз в неделю, но так уж совпало, что этот день именно сегодня. Так второстепенное дело, порученное спутникам, стало для Виктора первостепенным.

Теосарн, с интересом наблюдавший за происходящим, легко взвился в воздух, словно бестелесный дух, и мгновенно переместился в другое место. Туда, откуда можно будет во всех подробностях наблюдать за финальными штрихами важнейших событий дня.

Глава четвёртая. Танец в тишине. Эпизод 3

Уже стемнело, когда фургон остановился возле большого кирпичного здания в заводском квартале. Виктор, Келеан и Росинка затихли под полотняным арочным пологом среди стопок книг и сложенных один на другой ящиков. Снаружи послышались голоса. Несколько наёмников, дежуривших у больших приоткрытых ворот, о чём-то спрашивали возницу. Тот отвечал немного невпопад, но ничем не выдал своего состояния. Его сознание было элегантно взломано – метод, ставший привычным в арсенале участников тайной войны.

Негромко хлестнули вожжи, скрипнули колёса. Небольшая, но сильная лошадка стукнула копытами о камень. Фургон дёрнулся и неторопливо въехал внутрь. С неприятным ржавым скрежетом закрылись створки тяжёлых ворот. Голоса людей отдалились. Повозка проехала здание насквозь и оказалась во внутреннем дворе, плохо освещённом, куда выходили двери ещё нескольких вытянутых домов.

Росинка, глядевшая в спину возницы, едва удерживала дрожь. Ей вдруг стало необъяснимо страшно, хотя рядом с ней сидели невозмутимые и могущественные маги. Гулко стучала кровь в висках. Ожидание становилось нестерпимым.

Она вздрогнула, когда Виктор коснулся её плеча.

– Идём, – пришёл мысленный приказ.

Пока фургон делал петлю по просторному двору, три незаметные тени отделились от него и слились с темнотой между коробками зданий. Они бесшумно застыли у стены, огораживавшей всё пространство частной фабрики. Всё пока шло на удивление удачно.

– Разделимся, – предложил Предвестник. Он посмотрел на девушку. – Наблюдай за главным выходом. Если кто захочет выйти, не препятствуй. Но не дай им эвакуировать печатные станки. Поняла?

О печатной машинерии Росинка имела весьма смутное представление, но всё равно кивнула и, не теряя времени, двинулась вдоль стены к выходу.

– А нам пора устроить небольшой переполох, – повернулся Предвестник к Келеану.

– С пожаром и взрывами! – оживился некромант.

– Разумеется! – с лёгкой улыбкой кивнул Виктор. Он указал взглядом на крышу ближайшего дома и мгновенно переместился туда. Келеан возник рядом с секундным отставанием. Пологий черепичный скат предательски поскрипывал под ногами. Среди нескольких узких кирпичных труб высилась небольшая башенка с окошком, ведущим на чердак.

– Жди здесь, – приказал Предвестник и шмыгнул в окошко. Келеан огляделся. Рядом стояло ещё шесть таких же зданий, но одно было освещено лучше остальных. Вероятно, именно там и находится тайная типография. Но до неё дело, конечно, ещё дойдёт.

Виктор вернулся на удивление быстро. Он оставил внизу мешочек с алхимическим взрывным порошком, готовым вспыхнуть по первому магическому зову. Предвестник двинулся к краю крыши. Он шёл не вполне твёрдо, и некромант узнал эту слабость. Высота. Высота делает Виктора слишком уязвимым.

Разбежавшись, паладин Церкви перепрыгнул на соседнюю крышу и направился к такой же чердачной башенке. Келеан уже ждал его там, использовав заклинание телепортации. Виктор наградил его неодобрительным взглядом. Этим заклинанием не стоило злоупотреблять. Пространство не любит, когда его слишком часто обманывают.

Повторив операцию с взрывным порошком во всех окружных домах, два мага оказались на крыше главного здания. Виктор привычно шмыгнул в окошко, и на этот раз Келеан последовал за ним.

На чердаке было пыльно. Вокруг стояли какие-то ящики, накрытые дешёвыми полотнищами. От лесенки, ведущей вниз, шёл тусклый рассеянный свет. Спустившись по ней, маги оказались на широкой сквозной площадке, ограждённой перильцами и нависающей над просторным залом первого этажа. Внизу было пусто и сумрачно. Только по углам стояли стопками большие деревянные ящики. Свет шёл из большого проёма, ведущего в соседний зал, откуда доносился негромкий механический шум и стук.

С противоположной стороны у главного выхода суетились какие-то люди. Несколько человек держали лампы. Другие неспешно разгружали прибывший фургон. Ещё один стоял в сторонке и иногда отдавал необязательные команды. Он повернулся к одному из подчинённых и небрежно бросил:

– Пусть ребята там заканчивают, на сегодня работы больше не будет.

Подчинённый кивнул и поспешил через зал. Виктор и Келеан наблюдали за ним сверху, притаившись у перил. Особенно Предвестника привлёк тот, что командовал. С такого расстояния было трудно что-либо утверждать наверняка, но голос того человека показался неприятно знакомым. По телу пробежали нежданные мурашки.

Между тем шум в печатном цеху начал стихать. Нестройно потянулись из дальнего зала люди. Гасли лампы. Несколько человек шустро разобрали подвижные части станков и, сложив их вдоль стен, поспешили на выход. У дверей образовалось небольшое столпотворение, люди что-то обсуждали. Кто-то смеялся. Воспользовавшись тем, что они отвлеклись, Виктор быстро спустился на первый этаж и скрылся в дальнем зале, устанавливая взрывчатку. Вернулся он со всей возможной поспешностью и абсолютно бесшумно. И вовремя!

Начальник отдал несколько последних приказов и решил пройтись к типографии, взглянуть, всё ли в порядке. Рабочий люд перестал толпиться у входа и разошёлся по делам: кто-то к дальнему корпусу фабрики – переодеться, кто-то спешил в столовую поужинать, а кто-то просто направился к выходу, мечтая поскорее оказаться дома.

Гулкие шаги начальника эхом отразились от стен опустевшего здания. Он напевал что-то себе под нос, будучи уверенным, что его никто не видит и не слышит.

Виктор склонился к перильцам, наблюдая за человеком и не веря собственной удаче. Это был Акхат! Вездесущий бес, чья рука чувствовалась в каждом серьёзном деле, направленном на ускорение гражданской войны. Хитроумный паук, в чьей ловушке запутались все влиятельнейшие лица северных герцогств. И он здесь! И идёт туда, где вот-вот по воле Виктора разгорится неудержимое пламя.

Акхат вдруг остановился, не дойдя до главного зала десятка шагов. Он задумчиво склонил голову, будто вслушиваясь во что-то. А затем…

Он вскинул руки, развернулся на одной ноге, раскрылся, присел, снова вскинул руки. И пошёл по залу, отдаваясь безумному и странному танцу. Плавные движения перетекали из одного в другое, тело поддалось ощутимому душой ритму, в каждом повороте и взмахе чувствовались умение и навык. Он танцевал с душой.

Стояла гробовая тишина. Виктор и Келеан в недоумении и замешательстве наблюдали за этим безумием. Обоих посетило неприятное чувство, будто они подсмотрели нечто слишком интимное, нечто чужое, непредназначенное для посторонних глаз. Несвоевременно и не к месту проснулась совесть. Акхат продолжал танцевать. Ему это нравилось. В школе, где готовили контармских агентов, он был среди лучших танцоров. Умение танцевать учит равновесию, правильному дыханию, тренирует мышцы и закаляет тело, способствует самодисциплине. Он отдавался танцу, словно это был его последний танец в жизни. Он танцевал так, как никогда прежде. Поддавшись вдохновению, он полностью погрузился в мир осмысленного движения, окрашенного деталями эмоций и вкуса. Это настолько же восхитило его, насколько и поразило тех, для кого и предназначался разыгранный спектакль. Увлёкшись, Акхат едва смог заставить себя остановиться.

И, встав спиной к стене, тяжёло дыша и улыбаясь, он отвесил поклон в ту сторону, с которой взирали на него остолбеневшие маги. Те переглянулись. И только тут услышали осторожные шаги над головами. На чердаке, где осталось открытым окошко, кто-то был. И не один! Топот десятков ног послышался со двора. Помощь уже спешила к Акхату. Ловушка захлопывалась со всех сторон.

Виктор понял, что пришла пора действовать. Семь взрывоопасных сюрпризов рванули одновременно, отчего содрогнулись стены домов. Страшная воздушная магическая ловушка возникла у выхода на чердак. Двери главного входа в здание сами собой захлопнулись, и в них тут же забарабанили с той стороны.

Полыхнуло и в типографии, да так, что жар волной прошёлся по залу. Блики от огня прошли по лицу Акхата, но шпион не потерял бдительности и не стал оглядываться в сторону объятого пожаром помещения. Всё его внимание было сосредоточено на двух нарушителях, и это его спасло. Виктор и Келеан действовали слаженно, но их первая атака провалилась в никуда. Акхат сместился в сторону с нечеловеческой быстротой, но тут же его встряхнуло энергетической волной и отбросило к стене. Непостижимым образом Предвестник и некромант оказались рядом. На лицо шпиона пала тень паники. Он поднял руки в бессмысленном защитном жесте, но и третья атака, предпринятая Келеаном, прошла впустую. Ибо перед Акхатом, заслонив его собой, возник невысокий плечистый человек в старом сером плаще. Что-то подсказывало, что он являлся магом необычайной силы.

– Ты как всегда вовремя, Фраот, – облегчённо улыбнулся шпион, выпрямляясь. – А мне уже пора!

– Я так не думаю, – сквозь зубы сказал Виктор, обрушив на двух врагов шквал разрушительной мощи, но защита контармского мага выдержала и это испытание.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, – самодовольно оскалился Фраот, – но здесь вашим единственным противником буду я!

– Ха! – ухмыльнулся за его спиной шпион, сконцентрировался и исчез, растворившись в воздухе. В отсветах пламени остались стоять трое сильных и злых магов, готовых наброситься друг на друга. Но время шло, а схватка не начиналась. В дверь перестали бить. Исчезли с чердака наёмники. Мир словно отстранился от всего, что должно было случиться в этих стенах.

– Ты кто такой? Откуда взялся? – Недовольству Келеана не было предела.

– Меня зовут Фраот. – На недобром широком лице появилась ухмылка. – Я известен как Часовщик из Атриса. Один из семи магов Избранного Круга Контарма. Моё почтение, господа! Я давно мечтал помериться с вами силами.

– А не льстишь ли ты себе, мальчик? – с угрозой в голосе спросил некромант.

«Мальчик», которому на вид было где-то под сорок, только усмехнулся.

– Вот сейчас и проверим, – развеселился он и… исчез. Предвестник и Келеан едва успели среагировать. Удар пришёлся со спины. Некромант скрылся под почерневшим защитным куполом. Виктора, чья защита была не столь уникальна, отбросило в дальний зал.

Гуще вспыхнуло пламя. Келеан напрягся, всматриваясь перед собой. Всё поплыло перед глазами. Где же, где? Вон он! Фигура Часовщика тенью стояла на площадке второго этажа. Затем исчезла и возникла уже в углу, почти неразличимая на фоне ящиков. И снова этот маг сместился, оказавшись в опасной близости от некроманта. Келеан мгновенно атаковал, но Фраот уже был далеко. Раздался его громкий издевательский смех. Келеан ощутил лёгкий укол досады и зависти. Сам бы он не смог так свободно, легко и стремительно перемещаться в рвущемся пространстве, но для Фраота, похоже, это не составляло никакого труда.

Он, несомненно, был дьявольски опасен. Келеан шагнул в сторону и сам начал мгновенно перемещаться. Сперва в центр, затем к стене, потом в произвольном направлении, чтобы невозможно стало предугадать, где он появился. Он физически ощутил, как сопротивляется материя вселенной, и как с каждым разом становится всё трудней прорываться сквозь измерения.

Фраот, «попрыгав» несколько раз по залу, разочаровался поймать некроманта и устремился в соседний зал. Здесь пылал жар, свет огня слепил, воздух наполнился удушливым дымом. Обваливались горящими обломками остовы обречённых станков. Виктора не было видно.

Внезапная ураганная волна подхватила объятые пламенем деревяшки, взвила и поставила стеной и обрушила на Фраота. Тот успел переместиться на противоположную сторону, где и столкнулся лицом к лицу с Предвестником. Для обоих встреча оказалась несколько неожиданной, и от двух столкнувшихся сил, схлестнувшихся после секундного замешательства, затрещали стены и пол. Посыпалась штукатурка. Заветвились трещины. Гулко ухнул промявшийся пол, и Виктор провалился в пробоину. Его неловко взвившиеся руки и неуклюже завалившееся тело было первым, что увидел Келеан, ворвавшись в зал.

Фраот обернулся и мгновенно оказался рядом. На его кулаках возникли два разрушительных центра силы, и он не побоялся пустить их в ближний бой. Келеан ловко увернулся, поднырнул под косой удар и сам ринулся навстречу. Его ладони засветились. От них вспыхнули в сторону врага электрические отростки, смертельными лапками вцепившиеся в тело противника. Часовщик враз покраснел и попытался отмахнуться, но слишком вяло. Плащ на нём вспыхнул и быстро истлел, представив свету изуродованное тело.

Келеан мысленно похолодел, хотя и видел такое не раз. Торс Фраота скрывала мелкая металлическая решётка, под которой бились и мельтешили механические детали магических устройств. Неужели в Контарме зашли так далеко?! Эксперименты над людьми! Так вот почему он так быстро перемещается в пространстве! Не удивительно, что ему это ничего не стоит!

Келеан и сам когда-то приложил немало сил для развития магической механики, но его эксперименты на людях всегда заканчивались неудачей. А в Контарме смогли! А в Контарме сделали!

Фигура Фраота вдруг исчезла во вспышке, а в следующий миг некромант пропустил удар в спину. Келеан упал, но тут же обернулся и взмахнул рукой. С его ладони слетели длинные иглы, слитые из сгустившегося мрака, но они разбились о стену зала. Фраот опять успел избежать смерти. Келеан огляделся, смахивая со лба пот и щуря глаза. Он осторожно приподнялся, но врага нигде не было видно.

Внизу! Виктор! Этот фазан не стесняется сражаться с нами по очереди! – рассвирепел некромант и поспешно направился к пролому. В тёмном подвале вспыхивали молнии. Оттуда рвался изодранный воздух. Слышались удары и взрывы. Где-то там гнулся металл и падали опоры фундамента. От угловатой границы пролома отваливались и падали крошащиеся кирпичи.

Келеан не задумываясь шагнул в темноту и едва успел остановить падение: до пола оказалось шагов пятнадцать. Вокруг стояли настоящие горы книг, связанных стопками. Некоторые стопки обвалились. Некоторые пылали в огне. Посреди колонн и бумажного мусора двигались две стремительные тени. Поединок там шёл отчаянный. Некромант поспешил туда.

Ослепляющая вспышка и последовавший за ней грохот остановили его. Он поспешно спрятался от взрывной волны за кирпичной колонной и вдруг почувствовал рядом с собой чьё-то присутствие. На кончиках пальцев зажглись смертельные огоньки. Он начал поспешно поднимать руку, но на его запястье внезапно сомкнулись сильные пальцы Предвестника.

– Это я, – сказал Виктор, и Келеану потребовалось усилие, чтобы унять свой боевой пыл. Огоньки на пальцах погасли с явной неохотой.

Келеан прижался спиной к колонне.

– Он жив? – спросил некромант. – Что будем делать?

– Жив. Силён, гнида. – Предвестник вопреки собственному нраву не поскупился на эмоции. – Мне не удалось его задеть. Прыгает как блоха, никак не попасть в него.

Он тяжело дышал. По рассечённому лбу на тёмное от гари лицо обильно текла кровь. Смотреть на него было жутко. Но он явно не собирался сдаваться.

– Если дело только в этом, то…

Келеан не договорил и молча устремился на штурм. Фраот занял позицию в дальнем углу, укрытый с одной стороны обвалившейся грудой книг, а с другой колонной. Он немедленно забросал Келеана искрящимися пучками энергии, но эта атака не произвела никакого эффекта на защиту некроманта. Тот в свою очередь воззвал к таившимся между измерениями теням – полуоформившимся призракам, живущим вне времени и света. И те поспешно откликнулись на зов, устремившись в бой. Фраот завозился, осознав, что призраки пытаются блокировать его способность к мгновенному перемещению, но смог отмахнуться от бесплотных и бесформенных тварей и выбраться к центру зала.

Здесь он в упор столкнулся с Келеаном…

Несколько быстрых вспышек заполнили подземелье. Каждая новая вспышка встречала противников в разных позах, то скользящих между колоннами, то сплетающихся в схватке. Где-то в стороне промелькнула тень Предвестника, но Фраот обрушил на него две рядом стоящие колонны. Виктора завалило кирпичами и деревянными балками, рухнувшими с обречённого потолка.

Решив, что разделался с одним противником, Фраот обратил всю свою безумную мощь на Келеана, несколько раз исчезавшего из поля зрения. Наконец, подловив соперника на полудвижении, Часовщик возник рядом и направил грозную силу боевого заклятья на врага. Взвыл потревоженный магией воздух. Тело некроманта дёрнулось. От ладоней Фраота ударил густой луч, прожегший в теле Келеана дыру.

Келеан дёрнулся и упал на колени, разинув от боли рот и выкатив наполненные кровью глаза.

Фраот стоял над умирающим противником и тяжело дышал.

– Знатная… знатная получилась битва, – задыхаясь, проговорил он, заглядывая в теряющие разум глаза некроманта. Давно ему не приходилось иметь дело с такими противниками. Тем интереснее была схватка! И долгожданный вечер полностью оправдал ожидания!

Внезапно проснувшаяся интуиция охладила его разум. Он почувствовал обман и сразу же начал творить заклинание.

Миг спустя тело контармского мага принял на острие ножа неведомо как возникший за спиной Виктор. Фраот дёрнулся, болезненно сжав зубы и изгибаясь полумеханическим телом. А затем мертвецки распластался на полу в ногах у застывшего тёмной глыбой Предвестника.

Откуда-то со стороны вышел Келеан. Настоящий Келеан, а не эта подделка, созданная в пылу схватки с одной-единственной целью – быть мишенью для зазнавшегося врага. Подделка, надо признать, была сделана мастерски. Весьма материальная, очень точная и «живая» копия.

– Как-то… неприятно смотреть на себя мёртвого, – буркнул Келеан, выглядывая из-за плеча Предвестника.

– Он провёл нас, – глухо сказал Виктор, пряча нож.

– Что?

– Посмотри сам. – Он отступил в сторону и указал взглядом на труп Фраота. – Это такая же кукла, как и созданная тобой.

– Не может быть!

Келеан склонился над «трупами», исследуя их мысленным взором. Виктор между тем озирался в поисках ускользнувшего противника, но тот, похоже, решил уклониться от продолжения схватки. Что ж, он сполна показал, на что способен. Грозный соперник. Судьба, возможно, ещё не раз сведёт их в бою.

Некромант, закончив изучение, задумчиво выпрямился и окинул место боя рассеянным взором.

– Я считал, что знаю всех, кто на такое способен, – медленно проговорил он.

– Времена меняются, – пожал плечами Предвестник.

– Но знаешь, что меня пугает? На такой трюк способен лишь тот, кто в полной мере познал искусство некромантии. Наши враги начинают внушать мне страх, Виктор. Мы не имеем права рисковать.

– А это уже как получится, – горько усмехнулся Предвестник и с сомнением посмотрел вверх. – Пойдём-ка отсюда, пока на нас потолок не рухнул…

***

Келеан смотрел на Росинку и пытался понять её. Они сидели в комнате Виктора: он за столом, она в кресле у приоткрытого окна. Близилось утро, и над городом медленно поднималось светлое зарево рассвета.

Тёмный маг не сводил взгляда с волчицы.

На чьей же ты стороне, девочка? К кому тянется твоё сердце? И что ты будешь делать, когда найдёшь-таки своего Учителя? Определилась ли ты в выборе собственной судьбы?

Покорность ни к чему не приводит. Выполнять указания легко, но рано или поздно придётся сделать выбор. Конечно, Виктору проще всего будет держать её в стороне от главных событий. На всякий случай. Его власть над сознанием Росинки по-прежнему крепка, уж в этом-то некромант был абсолютно уверен. Он прекрасно знал силу этой власти.

…И всё-таки ему было обидно. Он хотел бы видеть Росинку в своих союзниках. Своей соратницей. И когда настанет миг расставания с Виктором, а этот миг неминуемо приближался, Келеан надеялся увидеть девушку рядом с собой. Да, сейчас она испытывает чувство преувеличенной признательности к Виктору, которое может перерасти в нечто большее. И этого никоим образом нельзя допустить. Необходимо перевести всё её внимание на себя, решил некромант.

Росинка бросила осторожный взгляд на Келеана, будто подслушав его мысли, но, заметив его пристальное внимание, поспешно отвернулась к окну.

Ты будешь моей! – мысленно пообещал тёмный маг. Ты полюбишь меня и будешь послушной. А если нет, я убью тебя, чтобы никто не смог воспользоваться твоим даром.

У девушки действительно был талант к магии. Виктор и Келеан хоть и журили её, но только для вида. Сами они прекрасно осознавали, каких высот Росинка может добиться, если продолжит совершенствовать собственное мастерство. Бесценная союзница! Нельзя, нельзя её упускать!..

Оставалось только решить, как действовать дальше. Прежде всего, сменить схему поведения. Да, Келеану было выгодно выставлять себя дураком и рохлей. Ему хватало ума, таланта и воли, чтобы сдерживать кипевшую внутри злость. Но отныне всё будет по-другому.

Скрипнула дверь, и в комнату вошёл Теро, а за ним и Виктор. В руках Предвестник держал распечатанный конверт.

– Что там? – тут же поинтересовался Келеан. От него не укрылось, каким томным взглядом встретила появление Предвестника Росинка.

– Говард Мендес мёртв. Убит несколько дней назад в Зане.

– Кончились детские игры, – нахмурился Келеан, принимая из рук Виктора письмо. Теро плюхнулся на кровать, закинув руки за голову. Предвестник подошёл к окну и выглянул на улицу, не обратив внимания на покрасневшую и смутившуюся Росинку.

Виктору было над чем подумать. Да, тайная типография, где печатали «Деспотию», уничтожена, но люди, причастные к этому делу, спаслись от наказующего перста Священного Порядка. Спасся и Акхат, который наверняка продолжит начатое дело где-нибудь в другом городе. Таких типографий может быть несколько, чему способствовало стремительное развитие в Империи полиграфической промышленности. Да ещё и этот Фраот. Его демонстрация силы произвела на Предвестника самое тягостное впечатление. В северных герцогствах стало на одного грозного соперника больше.

И на одного Предвестника меньше.

Глава пятая. В ожидании вестей. Эпизод 1

Кто-то считает, что светский обед – занятие скучное. Ограниченное строгим сводом правил действо, сопровождаемое дежурными шутками и беседами весьма узкого круга тем. Но так бывает не всегда. Это так же верно, как и то, что скука не является антиподом веселья.

Герцогу Арио было не до веселья. Всё его внимание занимал уважаемый гость, сидевший напротив. Горели высокие светильники, украшавшие ажурными орнаментами ряды колонн. Слуги бесшумно меняли блюда. В высоком просторном зале царило напряжённое молчание.

– Вы плохо едите, – поднял взгляд на хозяина замка Акхат. – Что стало причиной вашего плохого аппетита? Расскажите.

Вот ты и стал! – злобно подумал герцог, до боли сжав в кулаке вилку. Вслух, конечно же, ответил иное:

– Погода, знаете ли. Чувствителен я к ней. И к солнцу.

Акхат кивнул и вернул внимание тарелке. Медленно вонзил в кусок жареной баранины вилку и отрезал аккуратный ломтик. Столь же медленно отправил его в рот. Прожевал. Сделал глоток вина из серебряной чаши. Он был рад позлить герцога своей неспешностью. Чем дольше продолжается обед, тем меньше времени остаётся у Арио для ответных действий. Город бурлит. Власти бездействуют. Вот-вот должно начаться восстание.

На чьей же вы стороне, уважаемый герцог?

– Я был очень огорчён тем, – заговорил шпион, – что вы отсутствовали на последней встрече сиятельных герцогов в Улене.

– Здоровье, здоровье, – вздохнул Арио, не в силах придумать другой отговорки. Ему не нравилось, как развивались события. Контармский агент прижимал его к стенке.

– Как жаль, – с притворным сочувствием проговорил Акхат, рассматривая новый ломтик мяса.

По правую руку герцога сидел его пятнадцатилетний сын, Томас. Аккуратный, хорошо сложенный, умный мальчик. Светлые волнистые волосы до плеч. Мамин прямой нос и голубые глаза. Подбородок и уши папины. Вообще, неплохая смесь. Юноша был привлекателен, и сам это знал. А вот характером весьма скромен. От задумчивых взглядов шпиона он скрывался, то выискивая что-то глазами на сводчатом потолке, то рассматривая висевшие на стенах обширные гобелены. Ему не было скучно, отнюдь. Он хорошо чувствовал напряжение, царившее в зале.

По левую руку от герцога сидел советник Оливер Тос. Невысокий, уже немолодой, седовласый. С аккуратной треугольной бородкой, залысинами, хмурым выражением лица. Он решил прервать молчание, вперив взгляд в гостя.

– Что же решили сиятельные герцоги на последнем совещании? – хрипло осведомился он. Блюдо перед ним стояло нетронутым.

– Увы, ничего определённого, – склонил голову Акхат. – Они намерены ждать каких-либо действий со стороны герцога Арио, которые, я уверен, последуют в самое ближайшее время.

И снова молчание сомкнулось над присутствующими. Меж тонких колонн вяло кружилась пыль, танцуя в свете высоких витражных окон. Герцог и советник обменялись взглядами, и Оливер заговорил снова.

– И каких же действий они ожидают?

Акхат не торопился отвечать, улыбнувшись одними глазами и отпив несколько глотков вина. Вино, кстати, было восхитительным. Шпион отставил чашу, вытер губы салфеткой и умиротворённо кивнул.

– Действия самые очевидные, – доброжелательным тоном поведал он. – Прервать торговые отношения с Империей, начать новый рекрутский набор, подготовить город к обороне. Отправить полторы тысячи солдат в Зан. Тысячу ополченцев в Кросдорф. На смену им сюда подойдут три тысячи рыцарей из Тергама. Да, и, конечно, направить ультиматум лорду Ричу с требованием покинуть территорию герцогства Варос.

Герцог сидел, сжав кулаки. Советник хмурился и бросал короткие взгляды куда-то в сторону колоннады, откуда могли появиться стражники. Юный Томас смотрел в тарелку, боясь поднять глаза и увидеть бессилие отца.

Акхат был доволен эффектом. Он блаженно откинулся на спинку стула, опустив одну руку, а другую устроив на животе.

– Разумеется, – продолжал он, – имперские марки должны быть постепенно выведены из обращения и заменены варосскими марками. – Шпион позволил себе улыбнуться. Он уже не смотрел на собеседников. – С одной стороны монархи Веда поступили мудро, позволив сохранить герцогствам их валюту. Маленькие денежные машины стали деталями большой денежной машины. Запустив эти деньги в оборот, Империя начала финансовую игру, как казалось, беспроигрышную для самого Веда. Но сейчас промах Империи очевиден. Герцогства сохранили индивидуальность и самостоятельность, и это залог нашего будущего успеха. Вы согласны?

Герцог не торопился с ответом. Молчаливые слуги, напуганные грозным авторитетом гостя, произвели очередную смену блюд. Акхат выпрямился и взялся за приборы.

– Почему… – тихо произнёс Арио, но его голос тут же окреп. – Почему вы думаете, что я стану играть по вашим правилам?

Вилка в руке гостя замерла на полпути ко рту. Шпион поднял недобрый взгляд на хозяина замка и несколько напряжённых мгновений размышлял.

– Война неизбежна. Герцоги сделали свой выбор, об этом вам хорошо известно. И ваше герцогство вскоре окажется меж двух огней. По землям Вароса пойдут войска, несущие опустошение, разрушение и смерть. И чтобы этого избежать, вы должны действовать сообща с северными герцогствами. – Он уже не боялся слова «должны». – Вы знаете принципиальность Веда. Император лишит вас власти. Даже если вы будете с ним. Просто на всякий случай.

– Армия лорда Рича стоит в двух переходах от Норна…

– Да не Рича вы боитесь! А той игры, в которую предлагают вам сыграть остальные герцоги.

Арио вдруг поднялся и, волнуясь, сказал:

– Я останусь верен Императору.

– Вы так в этом уверены? – недобро сощурился Акхат. Его голос не предвещал ничего хорошего. – Что ж, может, ваш сын окажется более умным?

Томас дёрнулся, вскинул голову. Он порывался вскочить, но силы изменили ему. Шпион равнодушно наблюдал за его метаниями, затем глянул на побледневшего герцога, верно понявшего намёк.

– А если и он не проявит благоразумия, – грустно вздохнул Акхат, – то, быть может, следующее поколение оценит по достоинству тот шанс, что выпадает раз в жизни. Я слышал, ваша супруга сейчас находится в интересном положении…

Арио не удержался и метнул в Акхата вилкой. Шпион раздражённо отбил её ножом и тоже вскочил. Взлетел со своего места и советник.

– Стража! – заорал Оливер, но его крик резко прервался. Невидимый удар страшной силы отбросил старого советника к колонне. Послышался звук удара и тихий, едва различимый хруст. Оливер сполз на пол, оставив на колонне кровавый след. Из дверей уже спешили люди, и, к ужасу герцога, это были не стражники. Несколько наёмников вышли на свет и встали вдоль стен обеденного зала.

Акхат тяжело дышал. Он тоже боялся. Боялся, что его соратники не успеют нейтрализовать охрану. Боялся, что столь долго претворяемые в жизнь планы пойдут крахом. Нет, он уже не сомневался, что война начнётся. Но «благодаря» усилиям Предвестников события принимали непредсказуемый оборот. Шпион устал. С огромным трудом перевезённые из Контарма машины перемещения были установлены во всех крупных городах северных герцогств, и Акхат был вынужден лично проверять, как идёт подготовка к восстанию. У него было много сильных союзников, но никому он так не доверял, как себе. От частых перемещений болели голова и мышцы. Шпион не высыпался. Что-то постоянно шло не так. Число препятствий на его пути росло с каждым днём. А теперь и герцог Арио, подтверждая самые худшие опасения, решил выйти из игры. Трусливый идиот! В этой ситуации оставалось рассчитывать только на шантаж.

– Я попрошу, чтобы мои люди оказывали вашей супруге всё возможное внимание и содействие, – как ни в чём не бывало, сказал Акхат, усаживаясь обратно. Он взглянул на труп Оливера и кивнул своим людям. – Уберите, он портит мне аппетит. – Посмотрел на Арио, побледневшего от страха. Голос стал стальным. – Похоже, дорогой герцог, вам понадобится новый советник…

Арио обречённо посмотрел на сына, потеряв всякую надежду на спасение, и тяжело опустился на своё место.

***

День выдался пасмурным и хмурым. Низкие тучи изливались хлёстким дождём, быстро двигаясь на восток вместе с массой холодного воздуха. Росинка укрылась под навесом конюшни, укутавшись в светло-бежевый плащ и прислонившись к продольной стойке. Лошади косились на неё, что-то улавливая своим звериным чутьём, но глаза говорили им иное: это всего лишь человек. Просто почему-то от человека пахнет неуловимой опасностью.

Волчица нахохлилась и загрустила. Квадратный гостиничный двор застила моросящая пелена, и девушка не сразу заметила появление другого человека. Он прошёл через двор и собирался уже войти через задний вход в гостиницу, как вдруг увидел Росинку. Сердце девушки вдруг забилось быстрее. Человек был облачён в пурпурную мантию. Но секундная радость сменилась тревогой.

Это не Виктор.

Незнакомец осторожно приближался, будто в сомнении глядя на девушку. Он был высок, молод и строен. Чёрные одежды под мантией плотно облегали его тело. Длинные чёрные волосы собраны в свободный хвост. Высокий лоб, острый подбородок, хищные черты. Странная ухмылка посетила его лицо.

Человек вступил под навес и взглянул на волчицу сверху вниз.

– Какая редкая удача, – сказал он, и его тон очень не понравился Росинке. Он шагнул поближе, и девушка попятилась. – Откуда ты? Кто тебя послал? – продолжал допытываться мужчина. Волчица отступала в сумрачную глубину конюшни, мысленно взывая к своим силам. Если ей и придётся отвечать, то только ударом! – Молчишь? Но я ещё не ослеп. Ты не человек! – Он вытянул руку в обличающем жесте. Его взгляд очень не понравился Росинке: это был взгляд охотника, загнавшего жертву в ловушку.

Разозлившись, волчица нанесла удар. Воздух забился и затрепыхал, когда от рук девушки в сторону незнакомца сорвался искрящийся световой поток, изогнувшийся змеёй. Мужчина сделал быстрое движение ладонью: с его пальцев слетело маленькое красное солнышко и столкнулось с извивающейся белой змейкой. Вспышка. Электрический треск. Оба заклинания развеялись, поглотив энергию друг друга. Росинка сделала несколько неловких шагов назад, отброшенная воздушным порывом. Мужчина неотвратимо приближался.

Внезапно они почувствовали, что оказались здесь не одни. Незнакомец попытался быстро развернуться, но невидимая сила смела его в сторону и шарахнула о деревянную стену, намертво пригвоздив на высоте полутора локтей от земли. Мужчина задёргался, пытаясь высвободиться и злобно сверкая глазами.

– Покушение на жизнь Предвестника карается смертью! – гневно выкрикнул он.

Со стороны входа приблизилась другая фигура в пурпурной мантии.

– Покушение на собственность Предвестника тоже карается смертью, – спокойно сказал Виктор Эгерс, принуждённо усмехнувшись.

– Виктор? – сощурился незнакомец. – Так это из твоих помощников? – он кивнул в сторону Росинки.

– Именно так.

Росинка обиженно проглотила слово «собственность», разозлившись теперь и на Виктора. Тот между тем протянул руку второму Предвестнику и «сорвал» его со стены.

– Как поживаешь, Ганс? Давно ты здесь?

– Три недели уже, – ответил Ганс, выпрямляясь и не спеша отнимать руку из рукопожатия. Он кивнул на девушку. – Познакомишь?

Он уже унял свой охотничий порыв, хотя все его встречи с подобными созданиями до сей поры заканчивались поединком насмерть. С неизменным исходом.

– Это Роза Эгерс. Моя дочь, – на полном серьёзе сказал Виктор, не глядя на волчицу.

– Дочь? – удивился Ганс. – Хм, неплохо придумано. Роза, значит? И как же я сразу не рассмотрел твоей руки? Пленённое сознание, сковывающее заклинание. Твой почерк, несомненно. Я теряю хватку.

Он говорил о ней словно о вещи, и Росинка рассердилась окончательно. Растолкав двух Предвестников, она решительно направилась к выходу и скрылась за пеленой дождя. Она любила дождь, но только когда встречала его в лесу и в своём истинном обличии. Дождь в городе вызывал у неё отвращение. Но ещё большее отвращение вызвал этот новый Предвестник. Да как он посмел охотиться на неё посреди бела дня?! Да ещё и говорить в её присутствии о ней, как о чём-то неживом?!

Не прощу! – решила девушка, но у входа в гостиницу не удержалась и оглянулась на конюшню. Виктор и Ганс что-то спокойно обсуждали, позабыв о Росинке.

Ну и пусть!

Девушка хлопнула дверью.

***

Виктор и его компаньоны переехали из гостиницы к Гансу, проживавшему в большом трёхэтажном особняке своего дяди Тристрама, три недели назад уехавшего с супругой в Вед. Три недели особняк обходился без заботливого присмотра, и это было заметно. Виктор тут же направил Росинку и Теро протирать пыль и мыть полы. Волчица фыркала и возмущалась. Дух работал с беззаботным воодушевлением. После своей неудачи в Шпиге, он стал заметно жизнелюбивей и послушней.

Оставалось теперь разобраться с проблемами более насущными. Фраот сказал, что он один из избранных магов Контарма. Значит, Контарм поддерживает Акхата, из чего можно сделать вывод, что и сам Акхат уроженец королевства. Можно было догадаться и раньше. Да и имя у него по-восточному колоритное. Итак, Акхат – представитель Контармского королевства в северных герцогствах. Его цель очевидна – расколоть Империю, спровоцировав начало гражданской войны. И тем самым гарантировать победу Контарма в борьбе за валанское наследство. Для этого Акхат оказывает непосредственное давление на герцогов. Но где же его искать?

Ганс четырежды встречался с герцогом Арио. Дважды за пределами Норна и дважды во дворце. Но на днях его не допустили до аудиенции, остановив прямо на пороге дворца. Вход охраняли не стражники, а, что интересно, наёмники.

Вот, пожалуй, и ответ на вопрос: Акхат должен быть во дворце. Вряд ли он покинул город, имея здесь хорошие связи, множество союзников и, надо думать, кое-какой капитал. К тому же жена герцога сейчас беременна, она весьма уязвима, и это хорошая возможность шантажировать Арио Первого.

План действий? Проникнуть во дворец, уничтожить Акхата, вывезти герцога и его семью в безопасное место. И ждать вестей от лорда Рича. Как говорится, легко сказать, но трудно сделать. Правда, был шанс проникнуть во дворец во время ежегодного бала в честь основания Норна. Древнему городу в этом году исполнялось уже тысяча семьсот пятьдесят лет. Акхат не посмеет запретить это мероприятие, иначе он не сможет направить гнев толпы в нужную сторону. Предвестников, естественно, на бал не пригласят. Но кое-кто может сойти за племянницу барона Тристрама. С компаньоном.

Только бы получилось!

Виктор стоял у открытого окна в большом светлом зале на втором этаже. Свежий ветерок обдувал его лицо, но на улицу он не смотрел. Всё его внимание занимала возня за установленным посреди зала столом. Келеан придирчиво расставлял стулья. Росинка переминалась в стороне, наряженная в розовое платье и оттого злющая как змея. Платье нашлось в гардеробе супруги барона. Не пышное, с открытыми плечами, воздушным кружевным декольте и плиссированной юбкой, не стеснявшей движений. На взгляд Предвестника вполне неплохо. Росинка, разумеется, имела своё мнение на этот счёт.

За три дня до бала Виктор обратился в присутствии девушки к Келеану: «Научи её манерам». Некромант только ухмыльнулся и с интересом приступил к урокам. Волчицу это раздражало. И не столько сами уроки, сколько отношение к ней Виктора. Ей было невдомёк, что Виктор намеренно пытался погасить в ней симпатию к нему. И у него это получалось.

– Нет, нет и нет! – поучал Келеан свою воспитанницу. – Стул надо задвигать бесшумно. Ну-ка, ещё раз. Повтори. Ай, бесшумно, говорю же!

Девушка фыркала, мучилась, но терпела молча.

– Не сутулься. Не раскачивайся. Где салфетка? В какой руке вилку надо держать? Вот так.

Она быстро постигала новую для себя науку. И её, в общем-то, радовала перспектива попасть на знаменитый бал. Но несколько огорчало, что пойти туда придётся с Келеаном, а не с Виктором. Она ощущала интерес и страх, пытаясь угадать, куда могут завести её отношения с Виктором. Оба Предвестника собирались попасть во дворец неким иным способом, о котором упорно умалчивали.

Келеан удовлетворённо осмотрел Росинку, взмахнул рукой и громко воскликнул:

– Внесите обед!

В зал тут же вошёл Теро, несущий большой поднос с едой.

– Кушать подано! – объявил призрак, поместив поднос на столе.

– Будем учиться правильно есть, – улыбнулся некромант, и Росинка заскучала. Виктор бесстрастным изваянием стоял у окна, и его внимание тоже стало раздражать девушку. Тут же появился и ещё один раздражитель: в зал вошёл Ганс, уходивший разведать настроения в городе. Он сразу же подошёл к Виктору. Волчица проводила его недобрым взглядом.

– Есть новости? – встретил его вопросом Предвестник.

– Рич в городе, – сообщил Ганс, повернувшись к компаньонам Виктора спиной. Он старался говорить негромко, но все присутствующие прекрасно его слышали. – Триста его лучших воинов отдельными отрядами пробрались в Норн. Остальная армия стоит лагерем в двух лигах к югу.

– Значит, войскам понадобится два часа, чтобы в случае необходимости подойти к Норну. Хочется верить, что лагерь устроен скрытно…

– Разумеется!

– А где сейчас Рич? Я давно его не видел. – Предвестник несколько покривил душой: он виделся с Ричем в Валании меньше года назад, и старый союзник был бы сейчас весьма полезен. Но к удивлению Виктора Ганс только пожал плечами.

– Об этом может знать только сам Рич. – Он задумчиво почесал подбородок и решил сменить тему. – Кстати, у тебя есть оружие?

Виктор молча извлёк из ножен боевой нож и показал другу.

– Магический, я надеюсь? – всё с той же задумчивостью спросил Ганс. Его взгляд выдавал разочарование: нож выглядел самым обычным, без украшений, с потемневшими полосами на лезвии.

– В некотором роде, – ответил Виктор, пряча нож обратно. – Очень прочный. Не ломается, не гнётся. Выдерживает любое давление. Устойчив к нагреванию.

– Я видел такие ножи, которыми без усилий можно резать металл и камень.

– Зачем мне такой? Так и без руки остаться можно. – Виктор проглотил усмешку. Он уже давно потерял интерес к магическому оружию, больше полагаясь на Потерянное Искусство. Его коллега был помоложе, ему ещё только предстояло понять, что в жизни есть вещи поважнее, чем война и оружие. – А у тебя, я вижу, меч. И тоже непростой.

Ганс, довольный вниманием старшего соратника, тут же извлёк из висевших на поясе ножен длинный узкий меч. Идеально отполированное лезвие блеснуло в солнечном свете.

– Он как часть меня, – заворожённо следя за игрой света на клинке, сказал Ганс. – Душа воина заключена в мече. Меч – непревзойдённое оружие…

– По мне так и алебарда не хуже, – вернул его в реальность Виктор. – А душа воина может быть и в вере, в мечте, в цели, в воспоминании, в принципе, в песне, в надежде, в желании вернуться домой. В чём угодно.

Ему показалось, будто во взгляде Ганса промелькнула лёгкая обида. Такая обида возникает, когда старший и более опытный человек, которому веришь и чьё мнение уважаешь, не принимает тебя всерьёз. Всё-таки Ганс был ещё очень молодым Предвестником, и когда обучался в монастыре под Ведом, Виктор был для него непререкаемым авторитетом. Учителем, чьё слово – истина.

– Пойдём-ка лучше сядем, – хлопнул его по плечу Виктор и направился к столу. – Есть хочется.

Келеан, Росинка и Теро не ожидали, что к ним присоединятся два Предвестника, и решили прервать занятия.

– Почему бы действительно не поесть, – сказал некромант, плюхнувшись на стул напротив волчицы и выжидательно взглянув на Теро. – Принеси-ка нам чего-нибудь.

Дух вопросительно посмотрел на Виктора, и тот согласно кивнул. Пришлось подчиниться.

Трапеза была недолгой и проходила в тишине. Первым со своей порцией мяса и овощей расправился Келеан. Он блаженно откинулся, положил ноги на стол и принялся раскачиваться на задних ножках стула, полностью противореча всему, чему совсем недавно учил Росинку.

– А что? – ответил он на невысказанный вопрос в обратившихся к нему взглядах. – Я старый, старикам всё можно. Старики – свидетели времени, их уважать надо. – Он выразительно глянул на Росинку, но тут же отвёл взгляд.

– Я не согласен, – подал голос Ганс. Келеан зыркнул на него, но промолчал.

– Почему-то людям свойственно делить окружающих на две группы – уважаемую и презренную, – сказал вдруг Виктор, обратив на себя внимание всех собравшихся. Сам он ни на кого не смотрел, разглядывая воду в графине перед собой. Казалось, его манила и затягивала прозрачность воды и стекла. – Людей делят на старых и молодых. На умных и глупых. Сильных и слабых. Опытных и новичков. Быстрых и медленных. На богатых и бедных. А между тем все мы обладаем в той или иной мере целым букетом качеств, сочетание которых для каждой личности уникально.

Наверное, это так сказывалась недавняя беседа с Гансом о душе. Проснулись воспоминания о наставничестве в монастыре Предвестников. Откуда-то из прошлого вернулось возвышенное чувство спокойствия и всезнания, переросшее в странное, несколько гипнотическое состояние.

– В воздухе запахло бездарно потерянным временем, – прокомментировал Келеан, усаживаясь нормально и подхватывая из салатницы широкий капустный лист. Он провёл несколько раз ладонью над листом, и зелёные прожилки сместились, сплетаясь и деформируясь, превращаясь в лицо Росинки. На глазах обалдевшей волчицы Келеан съел свой шедевр и решительно поднялся из-за стола. – Завтра вечером нас ждёт весёленькое дельце. А мне, пожалуй, надо отдохнуть и подумать.

Он вышел из зала. Росинка удивлённо переглянулась с Гансом, позабыв о своей неприязни. Теро развоплотился и тоже исчез. Виктор, ничего не замечая, продолжал любоваться водой.

Глава пятая. В ожидании вестей. Эпизод 2

Рваные клочки туч застыли высоко над городом, тёмными макушками прилипнув к небу и обратив мягкие розовые бока в сторону заходящего солнца. Вереница дилижансов тянулась к герцогскому дворцу. Нарядные гости спешили на бал. Дамы, в сопровождении кавалеров, с горящими глазами и сияющими ожиданием лицами направлялись внутрь огромного здания. Дворец сиял, подсвеченный искусно расставленными лампами. Выделялись каждой гранью барельефы и статуи над парадным порталом. Ряд колонн полукругом обрамлял фасад, от которого в стороны расходились крылья величественного здания. Лучи огней отражались в бликах высокого фонтана. Прямо ко дворцу вела идеально ровная аллея тисов.

В городе тоже слышались звуки праздника. На площадях звучала музыка. Люди пели и танцевали. Со стороны окраины вспыхивали яркие шары фейерверков. Продавцы пирожков не успевали пополнять пустеющие лотки. Пивовары катили бочки со складов. Их подзадоривали горожане, уже порядком раскрасневшиеся и весёлые.

Виктор глубоко вздохнул и отвернулся от вида ликующего города. Он стоял в тени дерева у высоченной гранитной стены, ограждавшей территорию герцогского дворца. Вышиной стена была никак не ниже пятнадцати локтей, и лезть на неё не было никакого желания.

– Теро!

– Туточки я, – отозвался призрак, материализуясь рядом. Он покосился в сторону главного входа, охраняемого стражей, и вздохнул.

– Сейчас мне потребуется вся твоя сила, – сказал Предвестник и коснулся рукой не успевшего удивиться помощника. Мгновенно их сознания объединились. Теро дёрнулся и застыл.

Виктор осматривался, используя способности призрака. Он вспомнил, как во время своей последней поездки в Феорские горы Теосарн использовал Теро в качестве вместилища своего духа, и это чуть не стоило Виктору жизни. И как позднее в Кросдорфе Влад смог связать и подкрепить силами призрака истощённого Предвестника. Что ж, если это получилось у них, почему бы тоже не попробовать?

Теро, наконец, отлип от руки хозяина и прошёл сквозь стену. Виктор смотрел его глазами, и, когда дух оказался на той стороне, Предвестник телепортировался следом. Хорошо, когда видишь куда перемещаешься. Теро птицей полетел вперёд, преодолел герцогский сад и пролетел сквозь стену дворца. Ещё секунда, и Предвестник снова возник рядом.

Никого. Тёмный зал с двумя выходами. Звучащая откуда-то издалека спокойная приятная музыка. Виктор сосредоточился, пытаясь сориентироваться в пространстве. С возможностями висевшего рядом Теро это оказалось на удивление легко. Северное крыло дворца.

– Я внутри, – послал он мысленное сообщение Келеану и Гансу.

– Мы тоже уже вошли, – пришёл ответ от Келеана. Они вместе с Росинкой прошли как гости через главный вход. Нарядные, довольные. Веселиться там будут. Виктор направил их специально на тот случай, если герцог Арио появится в главном зале. А появится он там наверняка, вот только вывезти надо не только его одного, но и всю его семью.

– Я скоро тоже буду, – с заминкой ответил Ганс, пробиравшийся сейчас где-то по подземельям в сторону подвалов дворца. Его задача – осмотр нижних помещений, катакомб, возможно местной тюрьмы, если таковая имеется при дворце.

– Действуйте осмотрительно, – в последний раз напутствовал Виктор своих товарищей и двинулся по ближайшему коридору в поисках лестницы, намереваясь оказать внимание верхним этажам.

Теро молча полетел следом.

***

Огромный светлый зал был полон народу. Два ряда высоких колонн разделяли пространство, так что казалось, будто это три соединённых зала, а не один. Слева и справа стояли столы с угощениями, в середине же под звуки музыки кружились пары. В дальнем конце под большим гербовым полотнищем стоял пока пустующий трон герцога.

Росинка очарованно оглядывалась. Казалось, все кругом радуются и веселятся. Страхи и тревоги повседневности забылись и растаяли, уступив место восторгу и счастью. Девушку потянуло танцевать, но народу в середине было так много, что она решила подобраться поближе к трону. Идти пришлось вдоль стены, и волчица, случайно натолкнувшись на кого-то в толпе, налетела на угол стола. Удар вышел не сильный, но болезненный. Росинка с недовольством уставилась на разложенные угощения.

– Не выдавай себя раньше времени, – прошептал над самым ухом Келеан, проследивший за взглядом девушки. – Поесть ты и дома можешь.

Росинка гневно обернулась к нему.

– Исчезни! – рыкнула она. – Не хочу тебя видеть.

– Да пожалуйста, – пожал плечами некромант, развернулся и миг спустя смешался с толпой. Росинка вдруг почувствовала стыд. Пожалуй, ей не следовало реагировать так резко: Келеан вовсе не имел целью обидеть её. Он просто шутил. А теперь, когда его не оказалось рядом, стало вдруг как-то одиноко и неуютно.

Некоторое время Росинка размышляла, что ей делать, пока не решила, наконец, отправиться на поиски Келеана. Но едва она продвинулась к середине зала, путь ей заслонила высокая фигура незнакомца.

Девушка подняла очи и столкнулась с внимательным взглядом светло-зелёных, почти серых глаз. Тонкие черты лица, короткие зачёсанные назад светлые волосы, уверенная линия губ. Незнакомец на вид был ровесником Виктора. Простота и строгость его чёрно-серых одежд подчёркивали высокий статус мужчины и в то же время давали представление об атлетичности его фигуры.

– Здравствуйте, – приятным мягким голосом сказал он. Польщённая чужим вниманием Росинка смущённо захлопала ресницами и как во сне пискнула:

– Здрасьте.

– Могу я узнать, почему такая красивая девушка стоит одна? – Мужчина приятельски улыбнулся, черты его лица смягчились.

– Мой компаньон был вынужден отойти по делам, – кое-как выдавила из себя волчица.

– Понимаю. Тогда, возможно, вы не откажете мне в одном танце? Думаю, ваш компаньон не будет против.

Да уж, не будет, мысленно усмехнулась Росинка.

– С удовольствием! – выпалила она.

Подождав пока закончится одна мелодия и начнётся другая, они выбрались в середину и приготовились к танцу. Одну ладонь девушки похитила рука незнакомца. Другая её ладонь оказалась у него на плече. Мужчина положил вторую руку на талию Росинки. Именно положил, а не приобнял, как это пытался сделать Келеан во время уроков танцев. Мысленно, впрочем, волчица была благодарна некроманту за эти уроки.

И вот танец начался. И сразу же оказалось, что новый кавалер Росинки превосходный танцор. Он повёл её, уверенно, знающе, идеально подстраиваясь под ритм музыки. Понимая, что Росинка ещё не слишком опытна в танцах, он был снисходителен, но в то же время и требователен. В его движениях проявились сила и властность. Он ненавязчиво заставлял и принуждал девушку следовать задуманному им сценарию, и та подчинялась, признавая его право.

Постепенно танец убыстрялся. Движения стали свободнее. Дыхание участилось. Росинка запорхала легко, пластично, отвечая взаимностью на танец партнёра, в котором не было ни следа механичности. Она с удивлением осознала, что понимает его без слов, улавливая каждую мысль только по движениям тела. Оба они словно бы открыли друг другу свои души. Перестали существовать люди вокруг. Исчезли пространство и время.

Незнакомец дружески улыбнулся, и девушка улыбнулась в ответ. Он продолжал вести её. Она подчинялась. Он словно бы овладел властью над её телом, но при этом девушка чувствовала себя свободной как никогда.

И какое же разочарование ожило в её груди, когда она поняла, что мелодия начинает замедляться, приближаясь к финалу. Ей хотелось танцевать ещё. И не просто танцевать, а вплетаться в умелый и искренний, полностью свободный, хоть и чужой танец симпатичного незнакомца.

Музыка зазвучала помпезно, ритм замедлился и почти остановился. Мелодия грянула напоследок и оборвалась. Танцующие пары разъединились и склонились в поклонах. Росинка улыбалась, довольная и счастливая. Её новый кавалер, казалось, даже не запыхался, но тоже выглядел весьма довольным.

Внезапно девушка почувствовала магический импульс и тут же заметила, как потускнело лицо мужчины.

– Кажется, у меня появились неотложные дела, – с сожалением проговорил он, шагнув поближе к Росинке. – Но, надеюсь, у нас будет возможность станцевать ещё? Могу я узнать ваше имя?

– Роза, – ответила девушка.

– Прекрасное и редкое имя. – Он поцеловал ей руку и сделал шаг назад. Его взгляд выражал досаду, вызванную внезапным расставанием. – Меня зовут Акхат. До скорой встречи, Роза!

Он развернулся и скрылся, а Росинка осталась стоять, ошарашенная и опустошённая.

Ну вот. Приехали. Человек, с которым ей было так хорошо танцевать, оказался тем самым злодеем, за которым так долго охотились Виктор и Келеан. О котором эти двое наговорили кучу всякого нехорошего. Который просто не может оказаться хорошим и чутким. Но ведь с ним было хорошо! Хорошо, и никто этого не оспорит!

Девушка обиженно нахмурилась и сжала кулачки. И в этот момент, когда ей не с кем было разделить переполнявшую её досаду, ей на плечо легла прохладная ладонь.

– Понравился танец? – прозвучал над ухом серьёзный голос Келеана.

Росинка резко обернулась и обняла неведомо как возникшего рядом некроманта, спрятав лицо у него на груди.

– Пойдём-ка отсюда, мешать всем будем, – прошептал растерявшийся Келеан и медленно повёл девушку подальше от танцующих. Они вышли в какой-то коридор, где не было людей, и только там девушка отстранилась от мага, вытирая заплаканные глаза рукавом. Келеан терпеливо стоял и ждал.

– Где ты был? – тихим надорванным голосом спросила Росинка, стараясь не смотреть на некроманта.

– Я всё время был рядом. Только ты, – тихий вздох, – как всегда, этого не замечала.

Вот теперь Росинка посмотрела ему в глаза, пытаясь найти новый смысл в его словах. Волнения, только что затихшие в её душе, начали вновь просыпаться. Маг шагнул поближе, встречаясь с её взглядом, медленно обнял и притянул к себе. Девушка почувствовала его дыхание. Его глаза завораживали и гипнотизировали. Воля Росинки таяла. Сил к сопротивлению не осталось.

Их губы соединились в осторожном поцелуе. Девушка широко раскрыла глаза от удивления и сделала-таки вялую попытку отстраниться, но Келеан лишь сильнее обнял её, а поцелуй стал настойчивым. Словно бы маг не хотел прерываться. Он боялся остановиться, поняла волчица, и расслабилась.

Некромант почувствовал её покорность и отстранился сам. На его лице чётко были написаны решительность и серьёзность. Он ничуть не сожалел о содеянном.

– Ты выбрал идеальный момент, – бесцветным голосом произнесла Росинка, и Келеан напрягся, столкнувшись с её холодным взглядом. Таким же холодным и ясным, каким вдруг стал её разум.

– Я был терпелив, – медленно проговорил некромант.

– И добился своего.

– Тебе не понравилось? Хочешь, чтобы я ушёл?

Молчание оказалось красноречивей ответов, показав глубину её сомнений. Келеан остался стоять.

– Думаешь, я не знаю, что тебе нравится Виктор?

Девушка дёрнулась как от пощёчины. Келеан смотрел на неё с грозной решимостью. Он уже решил быть жёстким до конца.

– Думаешь, Виктор этого не знает? – нанёс он следующий удар, и Росинка снова попыталась отвернуться, но некромант удержал её, взяв за плечи. Он почувствовал горечь в горле, увидев слёзы на её щеках. Оставайся жёстким, напомнил он себе. Продолжай говорить. Сейчас или никогда. – А знаешь ли ты, что сердце Виктора уже принадлежит другой?

– Кто она? – беззвучно спросили губы Росинки.

– Я тебе этого не скажу. Может, он скажет. Если ты решишься открыться ему.

– Я так и сделаю.

– Глупая! Неужели ты не понимаешь, что ты не нужна Виктору как женщина?

Её взгляд помрачнел.

– А тебе, значит, нужна женщина?..

– Мне нужна ты.

– Я не верю тебе. – Она начинала успокаиваться. Но ей всё ещё не хватало сил, чтобы принять хоть какое-то решение.

– А если я прямо сейчас освобожу тебя от заклятья Виктора? Сделаю тебя свободной и сильной? Что ты скажешь тогда? И спроси себя, почему сам Виктор до сих пор этого не сделал? И сделает ли вообще, если ты ему расскажешь о своей симпатии к нему?

Она понимала, что Келеан прав, но всё ещё не могла решиться. Не могла принять всей горькой правды. Ситуация складывалась прескверная.

– Что ж, – выждав, произнёс некромант, и убрал руки от волчицы. – Раз ты ничего не хочешь менять, я не стану больше давить на тебя. – Он огляделся по сторонам, несколько раз глубоко вздохнул и больше не смотрел на Росинку. Голос его обрёл прежнее спокойствие. – Возвращайся в зал, – приказал он. – А я пойду, поищу герцога где-нибудь ещё.

И он направился по коридору, оставив за спиной растерянную девушку и миллион своих надежд.

– Стой! – Росинка догнала некроманта и неловко взяла его за руку. – Я с тобой.

Келеан ничего на это не сказал. Но на душе стало заметно светлее.

***

Поиски личного кабинета герцога заняли несколько часов, но в итоге Виктор был вознаграждён за старания. Приоткрыв тяжёлую дверь, он бесшумно проник внутрь и огляделся. Не очень длинный зал. Всю левую стену занимало огромное окно. Справа высились полки с книгами и документами. В ближнем углу стояло несколько лёгких кресел и невысокий столик. У дальней стены стоял большой рабочий стол, за которым, видимо, и пропадал в обычные дни герцог. Вот только вместо герцога на его месте сейчас сидел другой человек. С короткими чёрными волосами, уставшими глазами и нездорово бледным цветом кожи. Он ссутулился над бумагами, не замечая вошедшего Предвестника.

– Кто вы? – закрывая дверь, обратился к незнакомцу Виктор. Тот поднял скучный взгляд на вошедшего и некоторое время молчал.

– А вы кто? Что вам нужно?

Виктор приблизился.

– Я государственный Предвестник Виктор Эгерс. Я ищу герцога Арио.

– Герцога здесь нет, – сказал брюнет и снова склонился над бумагами, потеряв к гостю всякий интерес.

– Где его найти? – не собирался отступать Предвестник.

Мужчина снова оторвался от документов, его взгляд стал раздражённым.

– Герцог не имеет дел с Предвестниками.

– С каких это пор?

Но вместо ответа мужчина бросил взгляд куда-то за спину Виктору. Тот обернулся и увидел в дверях Акхата. В руке шпион держал небольшое устройство похожее на маленький арбалет, но с более сложной механической структурой.

– Не двигайтесь, – приказал Акхат. Кажется, он слегка волновался, но старался не давать эмоциям волю. – Вы знаете, что это? – Он указал взглядом на устройство.

– Догадываюсь, – медленно произнёс Виктор. Он указал рукой за спину. – А там кто?

Незнакомец уже поднялся и вышел из-за стола, встав справа от Предвестника и не спуская с него глаз.

– Обер Фебр, – представил его Акхат. – Мой лучший человек. Рад, что вы теперь знакомы.

Виктор хранил абсолютное спокойствие. Он выглядел расслабленным и беззаботным.

– И чего же мы ждём?

– Я бы пристрелил вас, но, увы, не любитель марать руки. Да и машинка однозарядная. Зная ваши навыки, я боюсь промахнуться.

– Сочувствую, – криво усмехнулся Виктор.

– К тому же мы ожидаем ещё одного участника. Он почему-то запаздывает, но уверяю, долго ждать себя не заставит.

– Это обнадёживает.

Предвестник неторопливо осмотрелся по сторонам. В этот момент пришла мысль от Келеана.

– К тебе движется Акхат! Будь осторожен!

Своевременно, ничего не скажешь. Виктор вздохнул и снова посмотрел на шпиона.

– Так где же всё-таки герцог?

– Пока его нет, всеми политическими делами заправляет советник герцога. – Акхат ладонью указал на себя и улыбнулся.

– Ах, вот как. Значит, герцог находится под вашим контролем. Вы намерены шантажировать его? Это было предсказуемо, учитывая положение его жены. Даже слишком предсказуемо. Вижу, вы не отрицаете.

– Я не подтверждаю, – упрямо кивнул Акхат. – В свою очередь скажу, что и вашего появления мы ждали с нетерпением. Устроив погром в моей типографии, вы ясно дали понять, что уже прибыли в Норн и начали действовать. Но типография – это так, шалость. Я знал, что следующим вашим шагом станет визит во дворец во время бала. И заблаговременно подготовился.

– Выходит, мы с вами ни на что не годные игроки, раз уж наши действия просчитываются на несколько ходов вперёд, – усмехнулся Предвестник, и шпион ответил ему такой же улыбкой. Внезапно слева от Виктора повеяло прохладой, и миг спустя в кабинете появился-таки последний участник. Фраот.

– Прошу прощенья за задержку, – почти весело сказал он. – Вижу, уже всё готово.

– Наконец-то, – хмуро произнёс Акхат. – Фраот, объясни-ка господину Предвестнику, что сейчас с ним случи…

Он не успел договорить: Виктор, терпеливо накапливавший всё это время силы для атаки, начал стремительно действовать. Акхата сдуло в коридор. Он нелепо взмахнул руками, оружие щёлкнуло и разрядилось в потолок. Фебра снесло энергетическим ураганом. Он расшиб спиной окно и выпал из здания, но успел схватиться рукой за оконную раму. С Фраотом вышло всё сложнее. Он словно бы предвидел ещё не нанесённый удар и моментально сместился в сторону, оказавшись за спиной Предвестника. Но и Виктор не зевал. Сейчас, когда он всё ещё мог использовать возможности затаившегося поблизости Теро, он точно ЗНАЛ, куда переместится последний его противник.

Фраот с удивлением обнаружил на собственном плече сильную ладонь Предвестника, а затем пропустил магический удар страшной силы. Другую ладонь Виктора опутала чернота, которая, коснувшись лица Часовщика, мгновенно лишила его сил и едва не лишила жизни. Тело контармского мага безвольно рухнуло на пол. Но бой был ещё далёк от завершения.

Акхат влетел в дверь и нанёс удар ментальным кулаком, пробив защиту Предвестника и заставив его покачнуться. Виктор развернулся, с его ладоней слетели белые огоньки, но ни один не достиг цели: шпион перекатился по полу, и огоньки прожгли стену у него за спиной. Пока Виктор поворачивался в сторону Акхата, тот с непостижимой быстротой ухватился за руку висевшего на краю Фебра и втащил его в зал. И уже вдвоём контармские маги отразили следующую атаку Предвестника.

Шпионы, лишившиеся поддержки своего сильнейшего мага, вынуждены были сейчас рассчитывать только на свои силы. И Фебр, и Акхат были магами весьма могущественными, их способности почти не уступали способностям Фраота. Но вот боевым опытом не обладал ни один из них. В сравнении с Фраотом они были как едва начавшие обучение рекруты рядом с опытным ветераном, прошедшим через огонь ста сражений.

И всё-таки их было двое против одного.

Соединив свои силы, Акхат и Фебр создали заклинание, ставшее для Виктора неожиданностью. Под ногами Предвестника вдруг раскрылся чёрный провал колодца, уходящего к самым глубинным помещениям дворца. Виктор попытался затормозить падение, но сверху на него обрушился целый поток неуправляемой энергии, и его унесло как песчинку на ветру.

Края колодца схлопнулись, и два контармских мага упали на пол без сил.

– Он наверняка остался жив, – тяжело дыша, прошептал Фебр.

– Это уже не важно, – покосившись на лежавшего без сознания Фраота, ответил Акхат. – До восхода осталось всего три часа. Три часа – он не успеет выбраться.

– И восстание, наконец-то, начнётся, – сказал Фебр, с трудом поднимаясь и подавая руку Акхату.

– Да. Но сперва, – Акхат выразительно посмотрел на помощника, – нам надо ещё раз проведать герцога.

Слушавший их беседу Теро спрятался за угол, развоплотился и, взывая ко всем своим силам, помчался вниз, легко погрузившись сквозь толстый ковёр и пол.

Надо срочно найти и предупредить хозяина, иначе…

А иначе страшно даже подумать, что случится.

Глава пятая. В ожидании вестей. Эпизод 3

Освещённые лампами анфилады залов и коридоры закончились – дальше вглубь дворца уходили коридоры, в которых не было ни света, ни людей.

– Ты уверен, что нам туда? – с сомнением в голосе спросила Росинка.

– Ну да, – непринуждённо сказал Келеан, потянув девушку за собой в темноту. Они уже не первый час блуждали по дворцу. Здание оказалось поистине огромным. Близился рассвет. От Виктора пока не было ни одной весточки. Ганс тоже куда-то пропал. Даже Теро не отзывался на магический зов. Всё это было странно.

Хотя, если подумать, чего уж тут странного! Дворец кишел наёмниками Акхата, и сейчас некроманта больше заботила безопасность Росинки, чем выполнение собственной миссии. Впрочем, к цели они всё-таки приближались. Акхат должен быть где-то неподалёку. Не зря же пришлось отправить следить за ним призванных из потусторонней вселенной призраков. Кое-какие некромантские приёмы оказались весьма кстати. Росинка совершенно не замечала снующих вокруг призрачных теней, временами докладывавших Келеану о нахождении Акхата.

Правда, шпион всё время смещался, категорически отказываясь оставаться на одном месте, и Келеан начинал терять терпение. Круговые блуждания по дворцу откровенно бесили.

Внезапно перед очередной развилкой Келеан схватил Росинку и прижал к стене.

– Ты что? – испугалась девушка.

– Сюда идут, – пояснил тёмный маг. – Изобрази что-нибудь. Покажи мне любовь! – Он улыбнулся. – Ты готова к дефлорации?

– К чему? – не поняла волчица.

– Сейчас узнаешь!

Он впился в её губы. Это было настолько неожиданно, что Росинка не успела ничего сделать, лишь удивлённо пискнула. А потом заметила, как темнота в соседнем коридоре начинает отступать. Только сейчас она различила чьи-то спокойные шаги.

Их было двое. Двое сильных взрослых мужчин. Один шёл впереди с лампой. Второй чуть поотстал, задумчиво глядя в пол. Когда первый достиг поворота, он заметил целующуюся парочку и недовольно нахмурился.

– Кто здесь? – раздражённо спросил он. – Посторонним сюда нельзя!

– Тогда что вы здесь делаете? – нагло повернулся к нему Келеан, отстранив Росинку себе за спину. Незнакомец не успел ответить: из-за поворота вышел его компаньон, и некромант понял, что лицо второго мужчины ему знакомо. Высокий, худой человек с коротко стрижеными волосами и колючим взглядом.

– Это Келеан! – недобро воскликнул он.

– Я тоже узнал тебя, бритая рожа, – посерьёзнел некромант.

– Мир тесен, – сказал Орвальт.

– А это, – Келеан посмотрел на первого мужчину: высокого человека в сером клетчатом плаще, с длинными волосами, собранными в свободный хвост, – я полагаю, Гельмерих Нернский? Нашёл себе нового хозяина, Орвальт?

– Хватай девчонку, – приказал Гельмерих, а сам швырнул в некроманта лампу. Келеан увернулся, лампа разбилась о стену, и вверх потянулся голодный огненный язык. От внезапной вспышки все четверо прикрыли глаза, но почти тут же набросились друг на друга.

Росинка попыталась сбить Орвальта или хотя бы взломать его сознание, но почему-то магия на него не действовала. Наёмник был увешан какими-то амулетами и талисманами, отражающими лёгкие заклинания. Он набросился на девушку, выхватывая из-за спины два изогнутых коротких меча. Волчица прыгнула навстречу, сокращая дистанцию, и попыталась навязать сопернику ближний бой. В своё время Виктор потратил немало времени, чтобы научить её драться без помощи магии.

Ей удалось отобрать у Орвальта один меч, и теперь они фехтовали, всё больше отдаляясь от своих компаньонов.

У Келеана магические атаки тоже не ладились. Все направленные на Гельмериха заклинания развеялись, не причинив никакого вреда. Наёмник ухмыльнулся, наблюдая за тщетностью попыток тёмного мага.

– Умеешь управлять магическими потоками? – мрачно проговорил Келеан. – Я тоже так могу.

– Не сомневаюсь! – Гельмерих выхватил из-под плаща два каких-то подозрительных механизма и направил в сторону некроманта. Выстрелы, почти одновременные, сопровождались вспышками и воздушным шипением. Однако цели не достиг ни один.

– Ого! Чуть не попал! – послышался голос Келеана откуда-то со стороны.

Отбросив ставшее бесполезным оружие, Гельмерих обрушил на противника настоящий огненный ураган. Яркий свет заполнил коридоры. Волна жара расходилась от огненного потока, несущегося к цели. Келеан остался стоять неподвижно, полагаясь только на свою защиту. Огонь полыхал вокруг него. Нельзя было сделать даже маленького шага в сторону, а Гельмерих всё наращивал и наращивал давление.

– Показуха, – ухмыльнулся некромант и начал, наконец, действовать. Он резко поднял руки, и поток огня вдруг бессильно развеялся. Коридоры вновь погрузились в темноту, а в глазах затухали блики. Гельмерих закрутил головой, пытаясь хоть что-то различить. И с удивлением понял, что Келеан решил перенести своё внимание на Орвальта, сцепившегося с девушкой. Орвальт подозрительно долго не мог с ней справиться, и это настораживало. Гельмерих поспешил по коридору туда, откуда отчётливо доносился лязг мечей.

Открывшееся зрелище его не обрадовало. Келеан и Росинка зажали Орвальта в углу, но нанести последний добивающий удар помогло своевременное заклятье Гельмериха. Парочка обернулась, но досада сменилась удивлением, когда пол вдруг ушёл из-под ног.

Келеан в последний миг сообразил, что было использовано какое-то заранее подготовленное заклинание. Под ним и Росинкой словно бы раскрылся тёмный проём колодца, а сверху ударил мощный поток энергии. И этот поток скапливался в энергосфере планеты именно для этой цели: обрушиться на тех, кто попадётся в простую, но эффективную ловушку.

Падение в темноте было недолгим. Где-то рядом вскрикнула от неожиданности Росинка, и Келеан, крутанувшись в воздухе, попытался схватить её за руку. Не вышло.

Вокруг свистел воздух. Ветер развевал волосы и полы одежды. От самой одежды, кстати, осталось не так уж и много: атака Гельмериха была хоть и неэффективной, но костюм всё равно был непоправимо испорчен. Некромант попытался сориентироваться и понял, что они достигли подземелья дворца.

Внутренне Келеан был готов к тому, что приземление окажется болезненным. Но к его лёгкому изумлению он упал на что-то мягкое и упругое и как будто покрытое шкурой. Дыхание резко перехватило. Дёрнулась от столкновения голова. Тело спружинило и отлетело в сторону, рухнув на холодный каменный пол. И только тут Келеан сообразил, на что же он упал вначале.

– Лисёнок! Ты где?!

Он создал небольшой огонёк у себя в ладони и поднял его повыше. Росинка в падении успела принять свою истинную форму, и теперь перед магом лежала большая белая волчица. На зов некроманта она никак не реагировала, но её бока приподнимались в слабом дыхании. Значит, жива.

Келеан нервно выдохнул и посмотрел вверх. Колодец, через который они свалились, исчез, отрезав путь назад. Оставалось только понять, куда они упали и как отсюда выбраться. Какие-то подземные лабиринты. Каменные стены, холодные и влажные, покрытые мхом и чёрной плесенью.

– Сейчас-сейчас, потерпи, – шептал некромант, коснувшись ладонями морды волчицы. От его пальцев пошло лечебное сияние, и вскоре волчица открыла глаза. Миг, и перед Келеаном вновь возникла девушка. Она лежала на боку, корчась и подгибая колени. Её тело била дрожь, она беззвучно плакала, не в силах вытерпеть боли. Келеан продолжил колдовать над ней. – Держись, сейчас станет легче.

– Где мы? – незнакомым сиплым голосом спросила она.

– Катакомбы. Недалеко от подвалов дворца. – Маг вслушался во что-то неуловимое для волчицы и сообщил: – Кстати, где-то тут недалеко должен быть и герцог.

Сделав над собой усилие, Росинка приподнялась и посмотрела на некроманта снизу вверх.

– Тогда иди, – велела она. – Ты должен его найти. А я… тебя догоню.

– Уверена? А если тебе станет хуже?

– Всё в порядке. Я справлюсь. Мне просто надо немного отдохнуть.

Келеан задумчиво повертел головой и неуверенно произнёс:

– Как скажешь. Но если вдруг станет хуже, сразу зови. Поняла?

Росинка кивнула, и Келеан, не тратя времени, поспешил на помощь герцогу.

***

Многострадальный Арио нашёлся в большом круглом подземном зале, куда выходили шесть массивных ворот. С высокого купола вниз бил рассеянный луч света. Где-то капала вода. Герцог сидел в самом центре, привязанный к стулу. Вид у него был измученный и жалкий.

Келеан остановился в дверях и осмотрелся.

– Ловушка, – заключил он, потерев подбородок. И всё-таки направился прямо в центр освобождать герцога.

– Кто вы? – тихо спросил его Арио, пытаясь рассмотреть в полумраке.

– Поменьше разговоров, – проворчал некромант, освобождая пленника от верёвок. Через полминуты путы спали, и герцог с усилием поднялся со стула.

– О, боже, мои ноги! – застонал он.

– К дьяволу ваши ноги! Если вы цените свою жизнь, бегите отсюда! Вон в ту дверь!

– В ту? – засомневался Арио, но всё-таки заковылял в указанном направлении. Келеан, поборов равнодушие, решил ему помочь.

– Не так быстро, господа! – Голос Акхата застал их врасплох. Четверо из шести ворот были распахнуты, и зал быстро наполнялся людьми. Несколько десятков наёмников в полном боевом облачении с топотом и грохотом окружили герцога и некроманта.

Недолго думая, Келеан схватил Арио за горло и спрятался за его спиной.

– А ну расступись! – бешено заорал он. – Или я убью эту жирную курицу!

– Полно вам, господин Келеан! – вышел вперёд Акхат, недобро улыбаясь. – Неужели вы действительно убьёте того, кого пришли спасать?

Некромант сардонически оскалился, в его глазах мелькнул огонёк азарта. Он воодушевлённо чмокнул герцога в макушку и возвестил:

– Он мне как сын! Но вы не оставляете мне выбора!

Акхат сокрушённо покачал головой.

– Нет, уважаемый Келеан. Это вы не оставляете нам выбора.

Он отступил к стене и коротко бросил:

– Убить их.

И тут же со всех сторон накатилась стальная волна. Келеан отшвырнул мешавшего ему герцога на пол и приготовился защищаться. Первых трёх солдат, подобравшихся поближе, подбросило в воздух и перекинуло через головы товарищей.

Разворот. Взмах рукой. Четверо парней сзади вдруг прилипли к каменному полу и застыли в нелепых позах, ругаясь и дёргаясь.

Новый разворот. Жест ладонью, словно маг отталкивал что-то от себя. В той стороне тут же образовался коридор из опрокинутых тел.

Их много, слишком много.

Огонь опалил продолжавших с отчаянным упорством наступать наёмников. Кто-то вскрикнул, выронив оружие. Кто-то дёрнулся и подался назад. Но с десяток бывалых воинов только повыше подняли щиты, заслоняясь от огня и стремясь сжать железной хваткой окружённого мага.

Келеан присел на колено, согнувшись и стукнув кулаком по полу. Камень вздрогнул. Воздушная волна отбросила наступающих, но недалеко. Быстро сгруппировавшись, они снова бросились в атаку.

Келеан подхватил за шкирку вертевшего головой Арио и переместился с ним в противоположный конец зала. Жаль, что он не знал своих нынешних координат, иначе выбраться отсюда было бы вопросом нескольких секунд. Перемещайся туда, куда вижу – вот и всё, что оставалось.

Наёмники развернулись, слаженно перегруппировались и ринулись за ускользнувшими жертвами. В этот момент до сих пор закрытые ворота за их спинами распахнулись, и из них выпал Ганс, отбивавшийся от шестёрки магов в красных одеждах и уродливых терракотовых масках. Он обернулся, моментально оценил ситуацию и мгновенно переместился к Келеану.

– Какими судьбами? – спросил его некромант, хмуро оглядывая остановившихся наёмников. Те задумчиво смотрели на нового противника, будто решая, что с ним делать.

– Вот, решил вам помочь, – не глядя на Келеана, ответил молодой Предвестник. – Семья герцога в безопасности. Спрятал их в надёжном месте и сразу обратно сюда. – Он покосился на Арио. – Как вы себя чувствуете, герцог?

– Спасите меня, – простонал бедный Арио и отполз к стене, пытаясь прийти в себя.

– Чего встали?! – взбесился Акхат, глядя на своих солдат. – Предвестника никогда не видели?! Убейте их!

Схватка продолжилась. В этот раз главные усилия наёмники сосредоточили на Гансе. Келеана атаковали шесть магов в красных одеждах. Герцога пока никто не трогал, да он и не спешил вступать в бой. Ему довелось пережить слишком страшную ночь.

Келеан сместился в сторону, но противники настигли его. Все шестеро слаженно направили ментальные удары на защиту некроманта и прорвали её. Тёмного мага отбросило к стене. Он поднял руки в защитном жесте и быстро восстановил прореху в своей ауре. Затем попытался осмотреться. Перед глазами всё поплыло.

– Только что вас было шесть, а теперь двенадцать!

Ганс на другой стороне зала отбивался от наседающих врагов. Меч в его руке невесомо порхал, отражая бесконечные выпады. Другой рукой он раскручивал световую петлю, которую время от времени выпускал в лицо очередному противнику. Из-под ног нападавших выкатывался то один, то другой наёмник, держащийся за обожжённое лицо.

Какими бы хорошими бойцами ни были Келеан и Ганс, но против полусотни профессиональных воинов их сил было недостаточно.

Ещё одни ворота распахнулись, и в зал вошёл Виктор. Лицо его было в крови. Пурпурная мантия разорвана на клочки. Кожа на руках ободрана. Но он был полон сил, и его первая атака по спинам столпившихся вокруг Ганса наёмников являлась тому грозным доказательством.

Строй нападавших рассыпался, и тут же Виктор заметил Акхата, отстранённо наблюдавшего за ходом схватки. Рядом с ним стоял Фебр. Виктор двинулся в их сторону, но путь ему преградил неведомо откуда взявшийся Фраот.

– Я остался должен, – хмыкнул он, вызывая Виктора на поединок.

В казавшемся просторном зале вдруг стало тесно. Грохот взрывов, лязг оружия и крики раненых отражались от свода, порождая мощное эхо. Неравная битва стала настоящим кошмаром для её участников. Силы двух Предвестников и некроманта таяли, но пока наёмникам и магам Акхата не удалось сломить их сопротивление.

Наконец, совсем жарко стало, когда в зал ворвалась огромная белая волчица и раскидала словно кукол десяток стоявших у ворот солдат. Против неё тут же обернулись двадцать алебардщиков, прикрывавшихся большими прямоугольными щитами. Они начали оттеснять волчицу в ту же сторону, где вокруг герцога держали оборону Предвестники и Келеан.

– Стоп! – скомандовал Акхат, и как в безумном сне всё внезапно стихло. Солдаты замерли, направив оружие на защитников герцога. Келеан и Виктор переглянулись. Ганс склонился над Арио и помог ему подняться. Волчица осмотрелась и вернулась в человеческую форму. – Роза? – удивился Акхат, увидев девушку. Несколько секунд он размышлял. И затем заговорил громко и решительно. – Вот, наконец, вы и собрались все вместе. Следует признать, что вы сражались отчаянно и заслужили, чтобы о вашем подвиге помнили грядущие поколения. Но перед тем как вы все погибнете, я хочу, чтобы вы знали – вы проиграли! Сегодня начнётся гражданская война между Империей и северными герцогствами, и вся ваша деятельность теперь уже не будет иметь последствий. Вы умрёте бессмысленной смертью.

Тяжёлое молчание было ему ответом. Шпион вздохнул и мысленно обратился к тому, на чью помощь с недавних пор очень рассчитывал.

– Прошу вас, мне нужна ваша помощь. Наши общие враги прижаты к стене, им некуда бежать. Самое время нанести решающий удар.

– Чего же ты хочешь от меня? – спросил Теосарн.

– Сила! Больше силы!

– Разве я плохо обучил тебя? Разве тебе мало сил?

Акхат взволнованно вытер вспотевший лоб и спросил напрямик:

– Вы отказываетесь помочь? Почему?

– Потому, что нам не победить. – Откуда-то издалека пришёл образ утешающей улыбки. – И если ты хочешь выжить, ты должен немедленно убегать отсюда. Иначе даже я не смогу спасти тебя…

– В атаку! – немедленно приказал солдатам шпион, и дождавшись, когда бой возобновится, сорвался с места и бросился бежать. – За мной! – крикнул он Фебру и Фраоту. Те недоумённо переглянулись, но почувствовали, что дело принимает серьёзный оборот, и устремились за своим предводителем.

Только они скрылись, как появился ещё один участник, которого не учёл Акхат. Это был Теро. Но уже не тот Теро, который боялся за свою жизнь и был вынужден всегда опираться на поддержку хозяина. Последние часы сильно изменили его. Он тоже, как и Виктор, вспомнил заклинания Влада. Вспомнил слова целителя о том, что сам призрак обладает практически бесконечной силой. И когда вчера вечером Виктор соединился сознанием с призраком, что-то открылось Теро. Что-то новое, неведомое раньше. Способность творить заклинания.

Страшная разрушительная волна прошлась по залу от Теро к наёмникам, и все, кто попадался на пути этой магической волны, падали замертво. Призрак единым ударом уничтожил всех врагов. Он ещё настолько не привык к открывшемуся ему знанию, что едва не уничтожил собственных друзей, но те оказались достаточно сильны, чтобы создать достойную защиту от этого заклинания.

– Хозяин! – жалобно пискнул дух и бросился к Виктору, глядя на него полными сожаления глазами. – Прости! Я заблудился! Я искал тебя, но не мог найти! Прости!..

– Ты появился вовремя, Теро, – задумчиво произнёс Предвестник и обернулся к своим спутникам. – А теперь нам пора уходить. И как можно быстрее.

Глава пятая. В ожидании вестей. Эпизод 4

Безумие и гнев охватили улицы Норна. Ужасные вести гуляли по городу. Говорили, будто Предвестники убили герцога Арио, и теперь Церковь и армия будут осуществлять контроль над Варосом. Будто вскоре проведут новые рекрутские наборы. Налоги взлетят до небес и даже выше. Охваченная войной Империя будет выкачивать все соки из подконтрольных земель, и герцогство Варос будет опустошено первым.

И как затмение пришла чёрная весть о том, что армия Империи под предводительством Дедушки Альфреда потерпела под Айлисом полное поражение от войск Контармского королевства, предвещая кровавый и скорбный исход войны.

Люди просыпались с тяжёлыми головами, опустошённые вчерашним праздником, и недоумённо выглядывали на улицы. Агитаторы вещали с площадей о преступлениях Церкви и призывали взяться за оружие пока не поздно. Наёмное воинство Гельмериха овладело магистратом и арестовало почти всех государственных лиц в городе. Вместо утерянной власти в лице «убитого» герцога создавался революционный комитет из преданных Акхату людей. Чтобы ещё сильнее возбудить гнев толпы, богатейшие лица Норна были объявлены преступниками и приговорены к немедленному заточению и последующей смертной казни.

Здравомыслящие горожане прятались по домам, но негативно настроенная молодёжь, в которой бурлила кровь, немедленно воспользовалась возможностью поглумиться и пограбить богачей. Озверевшая толпа взяла штурмом несколько зданий. Оттуда слышались звуки погрома и насилия. Революционеры высыпали на улицы и принялись громить торговые лавки, принадлежавшие выходцам из южных регионов Империи. На улицах запылали костры.

Толпу активно поддерживали наёмники, нейтрализовавшие городских стражников и занявшие городскую стену. Но перекрыть доступ в город им так и не удалось. Солдаты лорда Рича группами пробивались к южным воротам, собираясь сражаться за этот важнейший пункт до подхода главной армии. Гельмерих и Акхат понимали, какую угрозу несёт в себе Рич, и попытались его перехватить.

По мостовой потекла кровь. Чёрные дымы пожаров поднимались над зданиями. Крики ужаса и ярости летели по площадям, гремели по улицам, врывались в дома. С остервенением обезумевшая и ослеплённая злобой толпа набросилась на рыцарей лорда Рича.

Страшная картина открылась перед несколькими измученными людьми, только-только выбравшимися из подземелья на солнечный свет.

– Это герцог! – тут же послышались крики.

– Они хотят убить герцога!

– Предвестники здесь!

– Убейте их!

– Смерть им!

На тесных улицах произошла кровавая в своей неизбежности схватка, в которой ожидаемо верх одержала команда Виктора. В катакомбах каждый камень был обработан магией, творить заклинания там было тяжело. Но стоило выйти на воздух, как силы вернулись, и теперь уже никто не мог остановить продвижение маленького, но грозного отряда к южным воротам.

Народ не понимал, что происходит. Кто-то кричал, что герцог мёртв. Кто-то утверждал, что он похищен Предвестниками, и их надо немедленно перехватить. Горожане набрасывались на Предвестников снова и снова, и герцогу, пытавшемуся их остановить, не удавалось перекричать вопли безудержной черни.

Ближе к воротам Виктор и компания повстречали первый отряд пеших рыцарей. И с удивлением Виктор узнал одного из воинов. Это был Кирпич – тот самый огромного роста боец, который использовал на Турнире в Кросдорфе стиль четырёх камней. Бывший соперник Виктора тоже заметил приближение герцога и кликнул своих товарищей, устремившись на помощь.

Вокруг кипела толпа, но великан, закованный в доспех из широких стальных колец, легко пробился к Виктору и почтительно ему кивнул.

– Лейтенант Лам к вашим услугам, Предвестник, – пробасил он, взглядом приказав своим товарищам создать кольцо вокруг герцога.

– Где сейчас Рич? – Этот вопрос интересовал Виктора прежде всего.

– У южных ворот.

– Надо немедленно вывезти герцога Арио из города. Здесь оставаться нельзя.

Лам понятливо кивнул и взмахнул рукой своим людям. Теперь отряд охраны первого лица Вароса возрос до двух десятков. Им наперерез уже стремились наёмники, перекрывая все улицы, ведущие на юг. Горожане помогали создавать баррикады на случай уличных боёв с имперцами.

Ясно, что трюк с шантажом герцога и угрозы в адрес его беременной жены имели целью лишь заманить Предвестников во дворец. Вторым пунктом плана Акхата стояла смерть герцога. Третьим же – убийство Предвестников. Именно так: чтобы у горожан уже не осталось пути к отступлению. Гражданская война должна была воспалиться от искры, и искрой этой должно было стать убийство государственных Предвестников, якобы убивших герцога Арио.

Поэтому наёмники прилагали все усилия, чтобы не дать ускользнуть Виктору, Гансу и Арио. Келеана было приказано взять по возможности живым, чтобы не спровоцировать гнев его соратников из Багровой Империи. Но и мёртвым он бы тоже сгодился. Любое сопротивление безжалостно пресекать.

– Окружай их!

Десятки наёмников высыпали на улицу и перекрыли путь. С другой стороны нестройно катилась волна разъярённых людских масс. В руках горожане держали мечи, копья и дубины. Озверевшие и невменяемые, они уже не отдавали отчёт в собственных действиях, а в глазах отражалась лишь неутолимая жажда убийства.

– В ту дверь! – скомандовал Виктор, и вся компания под прикрытием пеших рыцарей ввалилась в трёхэтажное здание, тут же заперев за собой дверь и приготовившись держать оборону. В дверь забарабанили. Кто-то кричал, чтобы принесли толстое бревно для тарана. С верхних этажей послышались вопли о помощи. Это предприимчивая и смелая молодёжь проникла в здание с крыши соседнего дома.

– Мы задержим этих, – кивнув в сторону сотрясающейся двери, сказал Кирпич.

Виктор благодарно хлопнул его по плечу и устремился вверх по лестнице мимо чьих-то запертых квартир. Теро помчался следом. Герцог, в сопровождении Ганса, Росинки, Келеана и пары имперских пехотинцев медленно двинулись за ними. Они заняли оборону на лестничном пролёте второго этажа. Сверху и снизу уже доносились звуки отчаянной борьбы. В открытое окно, смотрящее с лестницы во внутренний дворик, влетели два крюка на верёвках. Наёмники и горожане наползали на здание как муравьи.

У окна встал Ганс, отбиваясь от лезущих в проём воинов. Улучив момент, он обрубил оба каната мечом, но внизу уже подтаскивали к окну высокую лестницу.

Внезапно дверь одной из квартир первого этажа открылась, и на лестницу выбежало несколько наёмников. С ними схлестнулся Келеан, отчаянно прыгнувший на них сверху. В квартирах второго этажа, кажется, тоже было неспокойно. Ещё две двери раскрылись почти одновременно, и последние защитники герцога – Росинка и два рыцаря – встали насмерть перед лицом многоликой угрозы.

И в миг, когда уже была потеряна надежда на спасение, сверху вернулись Виктор и Теро, а снизу подтянулись солдаты Лама. И натиск был отражён. А ещё через минуту с улицы послышались полные панического ужаса возгласы, топот десятков копыт и лязг оружия. Победной музыкой прогудели звуки имперского горна, и стало ясно: армия лорда Рича наконец-то вступила в Норн.

Виктор вылетел из здания и почти тут же столкнулся с Ричем, сидевшем на вороном коне и отдававшим приказы окружавшим его рыцарям. Лорд был невысок, строен и суров. Чёрные волосы гривой спадали на спину. Орлиный нос, высокий лоб и кристальной голубизны глаза выдавали его северное происхождение. Левую щёку расчертил короткий белый шрам. Начищенные доспехи и чёрный развевающийся плащ – герой, на которого смотрит армия.

– Я не опоздал? – улыбнулся он, завидев Виктора и спрыгивая с коня.

– Как раз вовремя, – успокоившись, ответил Предвестник. Неожиданно лорд заключил его в объятья и радостно хлопнул по плечам.

– Ещё повоюем, брат! Я чертовски рад тебя видеть! Видок у тебя, конечно, тот ещё. – Он вспомнил о герцоге и спросил: – А где же Арио? С тобой? – И на кивок Предвестника решительно потребовал: – Веди!

***

В небольшом вытянутом зале было тихо. Из узких витражных окон лился солнечный свет, в чьих лучах неторопливо парили пылинки. Взгляд Акхата прошёлся по украшенным длинными штандартами каменным стенам. Пальцы протарабанили несложный мотивчик по поверхности тяжёлого стола. Стоявший за спиной Гельмерих уныло вздохнул и сложил руки на груди.

– Они опаздывают, – высказал он своё недовольство.

– Недоверие и страх делают людей нерешительными. Погоди минуту. Сейчас они придут.

И точно, вскоре дверь распахнулась, и в зал неспешно прошествовали герцоги. Все семеро, это хорошо. Значит, больше никто не решился выйти из игры. И теперь они пойдут до конца, скованные обоюдным недоверием. По их взглядам Акхат понял, что они прекрасно осведомлены о последних событиях в Норне. И о том, что люди Акхата пытались убить герцога Арио.

Да! – говорил им уверенный взгляд шпиона. – Вчера Арио, а завтра – любой из вас, если хоть кто-то осмелится помешать Контармскому королевству в осуществлении его великих замыслов. Определённые опасения, впрочем, мучили всех, и с этим, конечно же, придётся разобраться в первую очередь.

Герцоги уселись за стол. Можно начинать.

– Я рад приветствовать вас всех, – начал шпион, посмотрев в глаза каждому. – Как вам известно, события в стране приняли неожиданный оборот, это стоит обсудить. Но сперва позвольте вам представить моего верного союзника. Гельмерих Нернский. Наследный граф Нерна и предводитель армии наёмников, чьи услуги вполне можно назвать неоценимыми.

– Он преступник, – недовольно буркнул Кер, больше остальных, кажется, напуганный неудавшимся покушением на Арио.

– Вы неправильно понимаете ситуацию, – мягко возразил ему Акхат. – Этот, как вы выразились, преступник имеет в распоряжении шесть тысяч отборных солдат. Его воины контролируют все крупнейшие дороги Империи. Его агенты действуют во всех региональных столицах. Я повторюсь, его услуги неоценимы. Скажу даже больше, мы нуждаемся в содействии этого человека.

– В таком случае мы рады приветствовать в своих рядах нового союзника! – улыбнулся двуличный Марко и сделал приглашающий жест рукой. – Прошу вас, садитесь рядом со мной!

Умеет найти друзей, этого у него не отнять. Гельмерих благодарно кивнул и сел на предложенный стул, благо свободных мест за столом было предостаточно.

– Я всегда сочувствовала народу Нерна, – душевно поведала наёмнику Лори, попытавшись обворожить его взглядом. У Акхата создалось впечатление, что сейчас ни один герцог не намерен говорить о будущем, и каждый будет оттягивать этот разговор как можно дольше. – Но разве Нерн сейчас не контролируется союзниками Контарма?

– Истинно так, – ответил Гельмерих, приятельски улыбнувшись женщине. На её знаки внимания он, впрочем, не реагировал.

– Тогда, в знак дружбы, может Контарм вернёт уважаемому графу его графство? – Этот вопрос обращался уже к Акхату, и тот смекнул, что герцогиня пытается переманить Гельмериха на свою сторону, рассорив его со шпионом.

Акхат лишь усмехнулся этой наивной попытке.

– Разумеется, так и будет, – сказал он. – Но позже, когда Империя потерпит окончательное поражение. Сейчас же портить отношения с одним союзником ради небольших политических перестановок в маленьком графстве не слишком разумно. Всему своё время. – Сосредоточив на себе внимание всех присутствующих, он заговорил решительнее и громче. – А сейчас самое время обсудить дела ближайших дней. Наша позиция изменилась.

– Варос так и остался под контролем Империи, – меланхолично и сухо заметил старик Кейрон.

– Как мы и опасались, Рич занял Норн, – поддержал его Розенберг. – И мы лишились поддержки герцога Арио.

– Это так, – не счёл разумным спорить с очевидными фактами Акхат. – Но поддержки Арио мы лишились задолго до появления армии Рича в его владениях.

– Вы обещали предпринять меры, – напомнил Розенберг.

– И я их предпринял. Но моих сил оказалось недостаточно.

– Звучит как оправдание, – заметил Кер, вытянув тонкую шею и вздёрнув подбородок.

– Возможно, именно вашей поддержки мне и не хватило для осуществления задуманного, – вернул претензию шпион. – Напомню, я говорил вам, что при более инициативных мерах с вашей стороны наши враги не смогли бы добиться столь значительных результатов.

– Предвестники сильны, – грустно сказал Корвин, который был сегодня не столь энергичен, как обычно. Толстячка явно беспокоила перспектива остаться с Ричем один на один – его герцогство располагалось ближе всего к Норну.

– И мы должны с ними бороться, – требовательно произнёс Акхат.

– Ещё не поздно повернуть назад, – подал голос скромно молчавший до сих пор Льюис. Его бледные щёки покрылись румянцем. Он заметно волновался.

Акхат задумчиво постучал пальцами по столу, глядя на молодого герцога, и негромко, но чётко сказал:

– Пути назад больше нет. Или вы забыли судьбу герцога Флавия? Предвестники вынесли ему смертный приговор. В их руках оказалась вся документация герцога, и если они найдут и ваши записи, – он сделал многозначительную паузу, – то вас постигнет та же участь.

Воздух в зале, казалось, потяжелел и потемнел. Страшное ощущение приближающейся смертельной угрозы овладело присутствующими.

– Что же вы предлагаете делать? – первым не выдержал Кер. Акхат был доволен этим вопросом.

– Меры нужны решительные и незамедлительные, – проговорил шпион. – Первым делом вы все должны объединить свои территории в унию и заявить о выходе из состава Священной Империи. Вы потребуете вернуть свои войска из Валании, и Император вам не откажет. Правда, армии ваших сиятельств будут ограничены в снабжении, поэтому их придётся вывезти через территорию Контарма. Наш флот уже готов оказать вам поддержку. Также вам следует немедленно начать призыв и обучение новых рекрутов. К концу лета под вашим контролем будет пятьдесят тысяч воинов. Даже не начиная войны с Империей, вы будете внушать ей страх. С такой силой Император вынужден будет считаться.

– Но если Империя начнёт войну? – заволновался Марко. – У неё ещё достаточно сил, чтобы ударить по нам. Пока ещё наши армии вернутся, пока мы будем тренировать рекрутов, Рич успеет передавить нас по одному.

– Сомневаюсь, – покачал головой Акхат. – У него всего двенадцать тысяч воинов. Это меньше, чем есть сейчас у вас. Да, пусть вы пока ещё не объединили свои армии, но этот вопрос можно достаточно быстро решить. О других же резервах Империи говорить пока не приходится. Её главная армия потерпела поражение под Айлисом и теперь блокирована в Вадуце. Войска в Валании ослаблены и истощены. Подкрепления из западных герцогств незначительны, а основные резервы базируются в Мавликии, опасаясь восстания. Сложилась идеальная ситуация для осуществления нашего плана.

– Пожалуй, – согласился Розенберг. – Но как быть с народом? Церковь имеет слишком большое влияние на умы черни.

– Значит, влиянию Церкви нужно найти противовес, – заключил Акхат. – И таким противовесом вполне может стать язычество. Если мы заручимся союзом с Теосарном, в наших руках окажется достаточно сильный козырь, который мы сможем противопоставить Церкви.

– Бог горы? – растерянно переспросил Марко.

– Он не оправдал наших ожиданий в Норне, – выразил своё сомнение Кейрон.

– Но, возможно, его деятельность вскоре превзойдёт наши ожидания! – удивил всех Акхат, торжествующе улыбаясь. – Мне стало известно, что вскоре к нам может примкнуть ещё один могущественный союзник. – И после короткого молчания объявил: – Я говорю о Келеане Путешественнике.

Как это возможно осуществить, никто не представлял. Задача действительно была по плечу только богу. Но, возможно, в этом и заключалось решение проблемы.

Последние сомнения отпали.

– Что ж, – сказал Розенберг. – Осталось только назначить день, когда мы будем готовы сделать следующий шаг.

– Я предлагаю сперва обсудить текст нашего послания Императору, – произнёс Марко.

– Позвольте вам продемонстрировать черновой вариант письма, – улыбнулся Акхат и выложил на стол заблаговременно подготовленную бумагу. Герцоги склонились над письмом. Шпион обменялся с Гельмерихом победными взглядами и приступил к пояснениям.

Большая игра началась.

Глава пятая. В ожидании вестей. Эпизод 5

Печально, когда дело выполнено только наполовину. Когда одну часть плана можно считать выполненной, а другая, увы, с треском провалена. Восстание в герцогстве Варос было подавлено. Многие организаторы схвачены и казнены на дворцовой площади. Там же перед толпами горожан выступил и герцог Арио с пламенной и очень насыщенной речью. Настроения в городе успокоились, всякие брожения опасных мыслей прекратились. Это была победа, пусть и маленькая.

Но в то же время армия Империи потерпела поражение в Леарии от отборных войск Контарма. И пусть достоверных сведений о ходе боя было катастрофически мало, это не имело ровным счётом никакого значения. Война затягивалась, Империя несла потери, и теперь начало гражданской войны было лишь делом времени. Акхату несказанно повезло.

Виктор с трудом мог поверить, что непобедимый Дедушка Альфред мог понести поражение. Но никакой новой информации от своих товарищей он до сих пор не получил, а гадать и высказывать предположения считал бессмысленным и пустым занятием. Самое время заняться своими личными делами.

Типография, где печатали «Деспотию», уничтожена. Герцог спасён, и его жизни в ближайшее время точно ничего не угрожает. Восстание остановлено, и начало гражданской войны отсрочено. Осталось последнее дело, которое необходимо было закончить, прежде чем покинуть Норн.

Найти Теосарна.

Виктор и Келеан стояли над устроившейся в кресле Росинкой и терпеливо ждали. Теро они решили не приглашать – тот упражнялся в использовании магии, хотя получалось у него пока без присущей опытным магам изящности.

Волчица закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, мысленно представив свою цель. И каково же было её удивление, когда совсем недалеко, в одном квартале к востоку она заметила отблеск знакомой ауры. Сияние было столь сильным и чистым, что ошибки быть просто не могло.

Росинка чуть не сорвалась с места, обрадованная и взволнованная, но неодолимая сила заставила её остановиться. Она посмотрела на Виктора и прочитала в его глазах неумолимую строгость.

– Ты останешься здесь, – холодным тоном сказал Предвестник и вместе с Келеаном поспешно покинул гостиницу. Девушка осталась сидеть словно прикованная, не в силах сдвинуться с места, заливаясь горькими слезами несправедливой обиды.

Два мага быстро пересекли квартал и разделились, направившись по двум расходящимся переулкам. Людей вокруг почти не было. Местами виднелись следы недавних пожаров и погромов. Вдоль стен валялся сметённый наспех мусор из обломков и стекла. Пахло сыростью и пылью.

Келеан обнаружил убежище бога первым. Это был обычный четырёхэтажный многоквартирный дом. Серая штукатурка на стенах потрескалась от времени. Окна первого этажа обрамляли почерневшие рамы и покосившиеся ставни. На грязной лестнице было душно. Ветвились тонкие трещины. Сверху осыпалась бетонная крошка. Келеан поднялся на последний этаж и на мгновение застыл, размышляя, стоит ли позвать Виктора. Наконец, решившись, он толкнул незапертую дверь и вошёл.

Заброшенная квартира. В единственной комнате никого. В углу стоит столик, на нём пустая ваза и засохший огрызок от яблока. Рядом темнел высокий шкаф с оторванными дверцами. Белая короткая занавеска поднималась и оседала на открытом ветру.

Маг прошёлся по комнате, вслушиваясь в свои ощущения. Выглянул из окна, оценив невзрачную панораму. И резко развернулся, вскидывая руку в творящем жесте.

Объёмную тень, отделившуюся от стены и стоявшую теперь посреди комнаты, оплели невидимые путы. Тень дёрнулась. Заклятие сжалось сильнее.

Город вздрогнул, затрясся всей своей массой и снова затих. Тень обрела человеческий облик, и теперь на некроманта смотрел растрёпанный старик в нищенских одеждах. Он улыбался.

– Ты намного сильнее, чем пытаешься выглядеть, – разоблачил некроманта бог.

– А ты всё так же легко меняешь облик и форму, – медленно проговорил Келеан, стараясь не смотреть Теосарну в глаза. – Такую хитрожопую тварь давно пора проучить.

– В тебе столько гнева, – спокойно склонил голову набок Теосарн. – Но ты столь искусно умеешь им управлять. Твои способности бесподобны. Ты ведь уже догадался, что я позвал тебя сюда не ради поединка?

– Позвал? – растерялся Келеан, но тут же взял себя в руки. – А, понимаю. Да, возможно. Хочешь поговорить? Я внимательно слушаю.

– Нашей вражде пришла пора положить конец. Собственно, я никогда не желал тебе зла. И все предыдущие разногласия считаю лишь несчастным недоразумением.

– Как заговорил! – оскалился некромант. – А не ты ли направил ко мне Виктора? А?! Вспоминай. Лето девятьсот пятого года. Он пришёл убить меня, и это ему удалось. Что ты скажешь на это?

– На подобное можно ответить только правдой, но правда – это такая интересная вещь, которая может принимать самые неожиданные формы. Можно сказать, что правда божественна! – Бог снова улыбнулся, и Келеан ощутил, как по спине пробежали мурашки. – Суть же тех событий в том, что ты видишь лишь последствия и не учитываешь изначальных причин. Да, я послал Виктора сразиться с тобой. Это было частью его обучения. Но его победа удивила меня не меньше, чем тебя.

– Что?!

– Именно так. Он не должен был выжить в том поединке. Я послал его на верную, как тогда казалось, смерть. Но ты допустил ошибку, подпустив Виктора слишком близко и недооценив его живучесть. Так что в собственной смерти ты повинен не меньше, чем я.

Взгляд Теосарна был мягким и благожелательным. Он не выражал ни сомнений, ни сожалений. Каждое действие, каждое слово – правильно.

– Но зачем? – Келеан понимал, что услышал правду, но до сих пор не мог в неё поверить.

– Потому что Виктор больше не намерен был следовать тому пути, который я избрал для него. – Облик языческого бога помрачнел, а голос обрёл пугающую силу. – Виктор сам захотел стать богом. Так же, как в своё время и ты, когда вскрыл гробницу Заотара. Но тебе тогда не удалось. А Виктор… Он был близок. В то же время я заметил твою активность. Видимо, мои эксперименты с силой каким-то образом помешали тебе. Я решил заручиться твоей поддержкой, и визит Виктора я лично расцениваю как жертву на алтарь нашего союза.

– Ты ещё безумнее, чем я, – медленно произнёс Келеан, поражённый услышанным. – А что ты там говорил про избранный путь?

– Это весьма занятно. Ты, может, заметил, что все мои ученики обладают довольно специфическими способностями. Способность Виктора: управлять частицами, задавать вектор движения, закручивать десятки объектов по сложным траекториям. Фраот, тоже мой ученик, обрёл способность обманывать пространство и мгновенно перемещаться на любое расстояние и в любую точку. Акхат умеет менять свойства измерений, пусть и незначительно. Гельмерих обладает властью над магическими потоками, умеет контролировать их интенсивность. Росинка сильна в определении координат, структурном поиске. Все, кого мне довелось учить, обладали умением, присущим только им одним.

– Это всё и я умею, – хмыкнул некромант.

– Вот именно! Зачем мне столько помощников, если можно воспользоваться услугами уникального мага?

Келеан растерялся ещё больше. Теосарн заметил это и повёл плечами. Пространство кругом поплыло, стало зыбким и нестройным. По стенам плавно прошлись волны искажений. Келеан вновь усилил давление, и миражи исчезли.

– Зачем тебе всё это?

– Причина проста. Я намерен покинуть эту планету. Но вот устройство, на котором я прибыл, отказывается функционировать. Я перепробовал множество способов запустить систему, но ничего не получилось. Тогда я обратился к магии людей как к средству, которое поможет мне решить эту насущную проблему. Твоих способностей должно хватить.

– И твоих бы хватило.

– Я в одиночку не справлюсь. – Теосарн помолчал некоторое время, вдруг беспокойно огляделся, будто почувствовал что-то, и заговорил быстро, не тратя времени на интонации. – Я знаю, что влияние созданной тобой державы ослабло. Но я могу тебе помочь. Если ты поспособствуешь поражению Империи и смерти Виктора, я окажу тебе любую поддержку. Знаю, что для тебя эти условия вполне приемлемы. Выбирай.

– Я не дам тебе ответ сейчас.

– Тогда отправляйся в Улен. Там ты найдёшь меня.

– Как?

– Как всегда, – снова улыбнулся Теосарн. – Я заметил твоих призраков на рыночной площади. Ты в любой момент мог найти меня. Сможешь и в будущем. А сейчас, – он вздохнул, – мне пора уходить…

– Но у меня ещё есть вопро…

Келеан не договорил. Внезапно потолок с грохотом раскрылся, и в Теосарна сверху ударило световое копьё страшной силы. Оно пробило пол и ушло далеко вниз, прошив насквозь все этажи и уйдя в землю. Здание покачнулось.

В том месте, где только что стояло воплощение Теосарна, быстро развеивалось облачко тёмного дыма. И больше ничего от него не осталось.

В комнату сквозь пробоину спрыгнул Виктор и гневно посмотрел на некроманта.

– Что здесь произошло? Почему ты не атаковал?

Келеан растерянно озирался, оглядывая причинённые магией Предвестника разрушения, а потом тоже начал злиться.

– Ты совсем ошалел?! Ты же мог попасть в меня!

– Отвечай на вопрос!

Они смотрели друг на друга с ненавистью, готовые вот-вот сцепиться насмерть. Но вскоре волнение схлынуло, но оба приняли отстранённо-бесстрастный вид.

– Прошу прощенья, я был неосмотрителен, – выдавил из себя Виктор.

– Да и я чего-то психанул. Хороший был удар.

– Так о чём же вы говорили?

– Я всё тебе расскажу. Но позже. Мне надо подумать.

Виктор нахмурился, но промолчал. Он стал рассматривать пробоину в полу, размышляя о чём-то своём. Келеан присел на подоконник и высунул голову на улицу, подставляя лицо порывам ветра. Он пытался определить для себя приоритетность целей.

Зачем он помогал Виктору всё это время? Почему отправился с ним на поиски Теосарна? Для чего участвовал в приключениях Предвестника, когда целая страна ждала его возвращения?

Я хотел использовать их, – поднял взгляд некромант. Их обоих, и Виктора, и Росинку. Это не я путешествовал с ними. Это они сопровождали меня. Это они выполняли мои приказы. Они потакали моим желаниям. И они приведут меня к заветной цели…

Как там сказал Теосарн? «Тебе тогда не удалось…»

Не удалось стать богом. Но разве не удалось Келеану отстраниться от смерти? Ему уже шёл седьмой десяток лет, а он всё ещё молод, силён и хитёр. Разве может какой-то там божок обещать что-то сильнейшему магу на планете? Теосарн сам будет выполнять то, что Келеан ему прикажет. И не иначе. И только так.

– Ты всё рассмотрел? – повернулся некромант.

– Ты уже проголодался? – оторвался от созерцания разрушений Виктор.

– Остряк. Ты меня раскусил. Ну так что? Идём?

Предвестник вздохнул.

– Я только что уничтожил частицу своего врага. Но сколько ещё таких же бестелесных призраков предстоит победить, прежде чем его сущность потеряет самостоятельность и единство? Скоро начнётся война. Битвы последуют одна за другой. Это ещё больше отдалит меня от цели. Время отпущенное мне истекает, а я вынужден возиться с полоумным некромантом и влюбчивой девчонкой. У меня кончаются силы…

– Что это с тобой? – нахмурился Келеан.

– Не знаю. Должно быть, весна. Хотя, может всё дело в…

…Зашипел потревоженный воздух…

…Предвестник вскинулся, отражая магическую атаку Келеана, и сам атаковал, поднимая перед собой волну из обломков пола и стен и направляя её в противника. Гром сотряс дом, и атака Виктора разбилась о защиту некроманта.

Оба застыли, глядя друг другу в глаза.

– Вот таким ты мне нравишься больше, – самодовольно заявил Келеан.

– Думаешь, у тебя есть преимущество? – Голос Предвестника опустился до зловещего шёпота.

– Конечно, есть! – оскалился тёмный маг. – Я помню о твоих магических резервах. Но я также помню и о том, что моё проклятье до сих пор продолжает отравлять твоё тело. Ты умираешь, Виктор. Семь-восемь лет. Ну, десять, не больше. И ты подохнешь самой жалкой смертью! И вся накопленная тобой мощь не сделает твою жизнь продолжительней. В этом моё преимущество. – Он подался вперёд, его глаза дьявольски блеснули. – Я могу тебя излечить. Только я. И зная, как ты дорожишь своей жалкой жизнью, ты никогда не ударишь по мне в полную силу. А раз так, то я не хочу видеть, как ты тут распускаешь сопли и ноешь о своей несчастной судьбе. Мой враг обязан быть сильным, чтобы заслужить моё прощение.

– Я понял тебя, – сквозь зубы проговорил Виктор.

– Очень хорошо. А теперь можешь вернуться в гостиницу и подумать над тем, что я сказал.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – подчинился Предвестник, выходя из квартиры.

Знаю, конечно, знаю! – мысленно усмехнулся некромант. Он посмотрел на свои дрожащие руки, почерневшие от грязи и крови, но не заметил ран. Короткий поединок дался ему нелегко, всё тело болело, но на душе почему-то было так легко и свободно, словно он освободился от давно тяготившего груза.

Одиночество плотнее сдавливало стены его сознания, но он принимал это как должное, радуясь и наслаждаясь своей уникальностью.

Он сильнейший маг в мире, сильнее людей и зверей, богов и духов, сильнее самого себя!

Мир станет игрушкой в руках всесильного повелителя.

– Я использую их всех. И тебя, и тебя, и тебя, – безумно зашептал тёмный маг, даже не заметив, как страшная боль скручивает его тело, заставляя поникнуть и сжаться. – Это не вы приказываете мне, это я вам приказываю! Это я, – Я! – всем управляю. Только я. Больше никто. Только я. Никто…

На пыльный пол медленно посыпались слёзы.

***

Следующим утром из Норна выехал дилижанс древесного цвета, запряжённый двумя выносливыми лошадками северной породы. На дверцах красовался обновлённый герб: зубчатый крест на пурпурном щите. Возница, правивший повозкой, задумчиво жевал травинку и хмуро посматривал в ясное небо, с которого медленно исчезали звёзды. Рядом с ним сидела молодая прекрасная дева, читавшая сентиментальный роман. Временами она поглядывала на своего компаньона, но ничего не говорила. Да этого и не требовалось. Просто сидеть рядом и молчать о своём оказалось лучше всяких бесед.

Трещали в полях цикады. Блестела недалёкая речка. Стрижи резвились над мельницей. С запада дул лёгкий приятный ветерок, приносивший запахи цветов и хвои.

Дилижанс нёсся дальше, скрипя колёсами по мощёному тракту.

Начинался последний день весны.

3-28 января, 9-12, 17 ноября – 4, 21-31 декабря 2010 года,

10-23 января 2011 года,

3-15 апреля, 19-22 июня 2012 года

17 марта 2024 года