Vertices of comprehension

Глава 1

Млечный путь, Граница внутренней части Пояса Гулда, 2340 год по человеческому календарю.

Сгусток неизвестной Метагалактике энергии мчался в сторону Солнечной системы. Сгусток был относительно велик, поскольку по величине своей формы не отличался от полноценного Сатурна без колец.

Сгусток, казалось, имел что-то вроде собственного разума, ибо до этого, идя прямо, он вдруг изменил траекторию движения для того, чтобы обойти заграждавшую путь Альфа Центавру. Позже он ещё раз изменил траекторию, на это раз обходя Проксима Центавру.

Наконец, войдя в Солнечную систему, сгусток обошёл Нептун и Уран, игнорируя иные, более незначительные космические объекты, стоящие на пути. В конечном итоге, обойдя Юпитер и Марс, сгусток направился к Земле. Не достигая планеты, сгусток начал менять свою форму и окружил Землю слоем темно-фиолетовой энергии.

Сформированная из тёмно-фиолетовой энергии сфера начала сужаться, пока не достигла размеров, приблизительных с самой планетой. После того, как сфера сузилась настолько, что казалась плотно прилегала к Земле, вся энергия, из которой состояла сфера, начала растворяться. По крайней мере, так казалось со стороны. На самом деле тёмно-фиолетовая энергия впитывалась в планету.

Со временем, очертания Земли начали проявлять себя. Физический аспект Земли не изменился от того, что был до прибытия тёмно-фиолетовой энергии.

Несмотря на долгое описание, относительно самой Метагалактики и её компонентов, появление и передвижение тёмно-фиолетовой энергии никогда не происходило. И это относительно так.

Как только тёмно-фиолетовая энергия появилась в Метагалактике, все процессы, присущие ей, были остановлены, будто бы они никогда и не имели начала. Что уж говорить о каких-либо процессах. Вся Метагалактика была остановлена и выглядела словно обворожительная своими космическими пейзажами картина.

Этот феномен продолжался ровно то того момента, пока тёмно-фиолетовая энергия полностью не освоилась в Земле. После того, как следов от тёмно-фиолетовой энергии вокруг Земли не осталось, Метагалактика и все остановленные в ней процессы продолжили своё действие, словно никогда и не останавливались. Время приняло свой обычный ход, и казалось, что всё вернулось на круги своя.

Примечание: Метагалактика это нынешнее понятие наблюдаемой вселенной. Структура Метагалактики в Vertices of comprehension абсолютно аналогична структуре в реальном мире.

Глава 2

Париж, Франция.

27 августа 2985 год.

Циллистер Эймон блуждал по просторным аллеям парка Монсо. Хоть и парк был построен более тысячи лет назад, благодаря развитым человеческим изобретениям стало возможно не только остановить процесс разрушения руин, но и реставрировать некоторые части. Это позволило не только сохранить древнюю историческую атмосферу, но и предать ему весьма необычный вид. Парк выглядел словно древнее архитектурное искусство.

Эймон часто любил проводить свободное время в парке. Можно даже сказать, что парк был чуть ли не его домом. Одна из причин, по которым Эймон полюбил парк Монсо заключалась в том, что парк не был заполнен людьми. Людей здесь практически не было. Если и были, то это, скорее всего, прохожие, которым выгодно сократить дорогу через парк.

На сегодняшний день существуют множество так называемых ,,Эдемов,, парки со специфически райским рельефом. Подобные места служат современной заменой для подобных Монсо исторических парков.

Поэтому существование ,,Эдемов,, и есть главная причина, по которой в местах, подобных историческому парку Монсо, так мало людей. Обычно людям более по душе расслабляться в навивающих приятную и тёплую атмосферу местах, но не Эймону. Блуждая по парку Монсо, Эймон размышлял о событии, случившимся 600 лет назад.

«Полагаю что причина изменений в нейронных связях человеческого мозга кроется между 2340 и 2345 годах. Именно в этот период были зафиксированы первые изменения. Но никаких значительных аномалий, которые могли бы вызвать подобные последствия, в этот период зафиксировано не было, что довольно странно».

«Мы имеем дело не просто с противоестественным изменением нейронных связей, но и формирование так называемых ,,Диафоритических,, нейронных связей, которые до сегодняшнего времени подвластны лишь стороннему наблюдению».

«Отличительная черта ,,Диафоритического,, нейрона* состоит в его пигментации. Все ,,Диафоритические,, нейроны имеют тёмно-фиолетовый цвет».

«Хоть и человечество уже несколько веков имеет дело с изучением ,,Диафоритических,, нейронов, кроме их существования и присущего физического аспекта, человечеству больше ничего не известно о них. Всё дело в том, что как только учёные пытаются выяснить их структуру, ничего не выходит. Как мне известно, эти ,,Диафоритические,, нейроны якобы не имеют присущую другим клеткам структуру. Они не состоят из атомов, но это также и не темная материя. Также на них нельзя как-либо повлиять. Они ни как не взаимодействуют с обычными нейронами и соединяются только между собой и соответственно не принимают и не передают никаких ионных сигналов. Но самое странное это то, что при попытке воздействия на одного или нескольких имеющих связь ,,Диафоритических,, нейронов, они просто исчезают в никуда. Интересно».

Циллистер Эймон — высокий 20 летний парень с длинными тёмными волосами и необычайно блестящими сиреневыми глазами.

(Где-то так, в моём представлении)

Эймон был мыслителем. Он практически всё своё время проводил размышляя на разного рода темы, вроде теоремы бесконечных обезьян, объективность и субъективность реальности или двуличие мира.

Подобные темы с детства притягивали разум Эймона.

По своему характеру Эймон был не особо общительный, да и не было особо с кем общаться. Нынешнее общество было зацикленно на развитии и улучшении условий для существования человечества на Земле, поэтому не разделяло взглядов и мышления Эймона.

Эймон видел мир как одну сплошную систему. Люди были запрограммированы на рождение, размножение и смерть. Пусть были и множество ответвлений, но это был основной сюжет, по которому человек проживал свою жизнь.

Эймон чувствовал лишь отвращение к тому факту, что человек ограничивал свой разум и мышление на по настоящему малозначительных вещах, таких как: материальное богатство, любовные потехи или желание служить на благо какой-либо политической или коммерческой системы.

По его мнению, все эти вещи не были достойны какого либо предвзятого, относительно любых других человеческих дел, отношения. Были вещи куда важнее, например, самопознание, правильный уход за своим разумом и телом или изучение различной полезной информации. А самое главное: задавать вопросы и находить ответы.

Лишь имея открытые вопросы, ответы которых для человека по настоящему важны, можно полноценно существовать. Иначе строить причину своего существования на банальных вещах вроде служения на благо общества или женитьбы и продолжение рода было смехотворно для Эймона, который жаждал чего-то большего.

Всё же даже у Эймона был человек, который мог выслушать его убеждения и поделиться своим мнением на этот счёт - Чарльз Болинтерон.

Эймону было неизвестно откуда он пришёл, потому что Чарльз ничего не рассказывал о своем прошлом. Эймон даже не знал где проживает Чарльз.

Чарльз стоял посреди аллеи, наблюдая, как его знакомый неспеша направлялся в его сторону.

— Доброе утро, - сказал Чарльз.

Его слова будто привели Эймона в чувство. Он поднял голову и взглянул на своего собеседника.

—Доброе. Твоё сообщение разбудило меня, так что я был вынужден прийти. Чего ты хотел?

Чарльз взглянул на часы, что были на его запястье.

— Ты не сильно спешил, учитывая, что сообщение я тебе отправил полтора часа назад.

— Не важно. Ближе к делу.

— Я хотел побеседовать. Ты ведь любишь толковые беседы.

Эймон и Чарльз познакомились месяц назад. В этом же парке.

Пусть они и не были лучшими друзьями, но у них были похожие взгляды и амбиции. Они часто беседовали на разные темы.

— В принципе, поскольку я уже тут, почему бы и нет.

Медленным шагом двое начали идти вдоль аллеи.

— Что ты думаешь о нашей Вселенной? — спросил Чарльз.

—Не совсем корректный вопрос, но я отвечу в своём духе. Вселенная это одна большая информационная ёмкость, в которой содержатся ёмкости по меньше, как на пример люди. Они, в свою очередь, содержат в себе определенную часть информации, принадлежащей информационной ёмкости Вселенной, — ответил Эймон.

— Возможно и Вселенная это тоже ёмкость, содержащая частицу информации чего то более значительного, — после короткой паузы добавил он.

— Ты считаешь наш мир симуляцией? — задал вопрос Чарльз.

— Нет. Я уверен в том, что существуют миры, векторное пространство которых имеет линейно независимые системы с более чем тремя элементами. Подобные миры, вне всяких сомнений, невыразимо масштабнее нашей трёхмерной Вселенной.

— Довольно интересная теория. Но почему наш трёхмерный мир не может быть симуляцией, созданной каким-нибудь существом из четырёхмерного пространства-времени? — продолжил Чарльз.

— Потому что если представить, что четырехмерное существо создало наш мир, то мир не мог быть симуляцией, ибо симуляция это своего рода обман, иллюзия. И не относительно самого создателя, а относительно нас, предполагаемых реципиентов.

— Это означает что наша трёхмерная вселенная не трёхмерная, ибо относительно создателя симуляции (который является частью четырёхмерного мира), она существует и является частью его мира, ибо основана на информации из вселенной четырёхмерной информационной ёмкости.

— Но это относительно невозможно, ибо наша трёхмерная Вселенная это всё равно что мимолётный сон для человека, живущего в четырёхмерном пространственно-временном континууме. А по скольку при симуляции наблюдатель не воспринимает симуляцию как что-то выдуманное, наш трёхмерный мир не может быть симуляцией созданной каким-либо четырехмерным существом. Вот мой ответ.

— Весьма убедительно, — сказал Чарльз.

— А что на счёт тебя? Что ты думаешь о нашем мире? — спросил его Эймон.

— Хмм. Дай подумать.

— Если говорить о мире как о человеческой цивилизации, я считаю ее ничтожно жалкой. Разве не так? Хоть человечество и не существует в симуляции, люди запрограммированы словно роботы, которым доступно определенное количество команд для выполнения.

— Но ты исключение. Не ограничиваешь себя обыденными и весьма примитивными привычками, живёшь свободно от присущим нынешнему человеку прихотям, не зависишь от точки зрения социума. Настоящий бриллиант среди мусора, - зловеще улыбнулся Чарльз.

— Твой разум способен теоретически охватить всю Вселенную, не так ли? Но человек по своей природе настолько ничтожен, что как много бы он не учил и сколько бы он не знал, он никогда не будет в состоянии что-то изменить или на что-то повлиять. Отвратно, не находишь?

— Говоришь так, будто ты сам не человек, — тон Эймона был на удивление спокоен.

Чарльз начал смеяться.

— А что если я скажу что так и есть?

— Тогда кто ты?

— А теперь представь себе существ, которые действительно могут на что-то повлиять. Они, к примеру, могут останавливать время или манипулировать пространством. Подобные существа, очевидно, куда более могущественнее чем человеческая цивилизация, не так ли?

— Я собираюсь дать тебе шанс приблизится к этому.

Разговор перешёл в весьма странное русло, и обычному человеку от этого разговора, несомненно, стало бы не по себе. Но лицо Эймона оставалось слишком спокойно. Видя это, Чарльз улыбнулся.

— Похоже, ты мне не совсем веришь. Что же, думаю как раз настало время показать тебе, чем является запредельная для человека сила.

Чарльз вытянул правую руку и сжал кулак, будто хватая пространство.

В то же время небо и земля прервали своё движение, и всё живое, что было на небесах и под ними, остановило свою деятельность.

────────────────────────────────────────────────────────────────

* : Поскольку нейронные связи состоят из нейронов, названия связей и нейрона здесь будут аналогичны. К слову, определение ,,Диафоритический,, было взято от греческого слова διάφορος, который можно перевести как непохожий, иной.