Veronica

Начало

— Хорошо: и как я на него смотрела? — замучено выдавила молодая девушка, плавно сползая по стене.

— Ты сейчас серьёзно?! Вероника, ты чуть ли не трахалась с ним на танцполе!!!

— Господи… мы просто танцевали. Я десять раз у тебя спросила «ты пойдешь танцевать»? Ты начал опять свои «что за бред, стоять дёргаться под музыку, как идиот, хочешь — иди сама танцуй». Я хочу — я пошла.

— Пошла?! Ты, блять, ПОБЕЖАЛА! Говори честно: ты сразу увидела его на танцполе и придумала этот план, зная что я не захочу танцевать, да?!

— Да что за бред…

— Ах я теперь бред говорю, да? Может мне тогда вообще не говорить?! Давай я его позову, поговорите! Тебе же нравится всё, что он делает!

— ГОСПОДИ, ЗАТКНИСЬ!!!

— Ты только что… накричала на меня?

— ДА, Я НАКРИЧАЛА НА ТЕБЯ!!! Я больше не могу! «Вероника, куда это ты так вырядилась?», «Вероника, ты туда не пойдёшь!», «Вероника, как ты себя ведёшь?», «Вероника, кто этот парень на фото 15 лет назад?!». Это уже больная мания какая-то! ХВАТИТ!!!

— Ах вот как, да… то есть я больной. А то, что ты на мои чувства плюёшь — это нормально, да? Хорошо.

— Блять…

— Знаешь что…

— Чё ты вообще хочешь от меня?! — оборвала его девушка.

— Чтобы ты извинилась.

— М-м… ну конечно. Чтобы я извинилась. Как же я сразу не догадалась?! Вероника ведь вечно должна извиняться! Когда сказала то, что Веронике нельзя. Когда надела то, что Веронике нельзя. Когда посмеялась над шуткой парня, над шутками которого смеяться нельзя. Когда живёт так, как ей нельзя!

— И это, по-твоему, извинения?!

> Извиниться

> Послать его

Извиниться

— Хорошо: Саша, прости, я была не права. Доволен? — отчеканила Вероника.

— Так-то лучше. Но… как-то недостаточно искренне. Давай ещё раз, я же знаю, как ты умеешь.

Вероника глубоко вздохнула, посмотрела на ухмыляющееся лицо Саши и нехотя продолжила:

— Я понимаю, как мои действия могли выглядеть со стороны… я действительно извинилась недостаточно искренне, и кричать на тебя я ни в коем случае не хотела — это всё было на эмоциях. Поэтому говорю максимально спокойно: Саша, пожалуйста… иди нахуй. А я пойду в бар. Спасибо за вечер.

Вероника предприняла попытку уйти, но её остановила клешня Саши, плотно впившаяся в ключицу.

— Мне больно!

— Если ты сейчас уйдёшь, то считай, что это всё!

— Да-да… Саш, я устала от этих вечных манипуляций. «Если это — то всё», «Если ты так хочешь, то прощай навсегда» и бла-бла-бла. Делай, что хочешь!

Будто попытавшись вырвать Сашину кисть, Вероника освободилась от ноющей хватки и стремительно скрылась за дверями заведения с яркой неоновой вывеской «Veronica club».

Первым, что она почувствовала войдя в клуб, была пронизывающая всё тело вибрация. Что это? Стыд? Удовлетворение? Спирт и истерика, закружившись в парном танце, не давали её сознанию найти причину странных вибраций.

Злость или радость? Ответ оказался гораздо проще: источником вибрации был нескончаемо звонящий телефон. Вероника взяла его в руку и с пренебрежением посмотрела в экран.

«Любимка».

> Ответить

> Не отвечать

> Разбить телефон

Не отвечать

Вероника несколько секунд смотрела на экран, занося палец то над красным, то над зелёным кружочком. Звонок прекратился, и на мгновение в мыслях девушки затеплилась надежда, что на этом мобильная осада телефона закончится… но вибрации тут же возобновились. Число после надписи «Пропущенных звонков:» вверху экрана стало двузначным.

«Ну отвечу, и что дальше?», — размышляла Вероника, — «Эти выяснения отношений никогда ни к чему не приводят… особенно с ним». Будет что-то типа:

— Алло...

— Ну наконец-то!!!

— Саша, давай спокойно…

— А ничего уже не будет спокойно! Ты сама начала общаться в таком тоне, а сейчас заднюю даёшь?! Хотя знаешь, я и не удивлён: у тебя же каждый раз так!

Потом я безуспешно попытаюсь перевести разговор на спокойный тон:

— Слушай, давай нормально поговорим.

— Не указывай мне, что делать! Это ты меня слушай! Я пытался с тобой нормально говорить: один раз, два, три, десять, но с тобой разговаривать невозможно в принципе! Ты же просто слов не понимаешь!

От нарастающих Сашиных криков я психану и отправлю телефон на свидание с кафелем. Разбитый вдребезги гаджет, плюс очередная паническая атака… пожалуй, не сегодня.

Вероника потрясла головой, будто пытаясь прогнать оттуда Сашу, выключила телефон и направилась к бару.

Приземлившись за барной стойкой, Вероника кокетливо улыбнулась своей новой и гораздо более приятной компании на вечер — сверкающей бутылке джина.

И пока молекулы спирта устраивали гонки по кровеносной системе, а градус алкогольного опьянения повышал шансы Вероники на потерю сознания, в её голове шёл увлекательный диалог с самой собой:

«Год… год я терплю эти бесконечные приступы ревности, контроля и натурального абьюза! Главное… почему? Я ведь ни разу ему не изменяла… Ни разу даже не подумала уйти от него… Кстати, а почему я об этом не подумала?!»

Сделав ещё глоток, Вероника продолжила размышлять:

«А может… уйти? Сколько можно уже терпеть все эти унижения и бегать за ним, как мамочка?! «Ой, Сашенька то, ой Сашенька это». Фу, блять!»

Закончив тост, она полностью опустошила стакан. И пока Вероника вспоминала имя голубоглазого бармена, она почувствовала лёгкое прикосновение к пострадавшей ключице.

— Да что тебе надо?!

Резко развернувшись, она увидела удивлённого высокого брюнета в тёмно-бордовом костюме.

— Ой, извини! Я думала ты — он... короче, извини пожалуйста. Ты что-то хотел? — немного невнятно выдавила Вероника.

— Да всё в порядке. Это, наверное, не моё дело, но просто я услышал, как вы ругались на улице и… судя по всему, это из-за нашего танца…

— О, так это мы с тобой танцевали, да? Круто двигаешься!

Парень в костюме усмехнулся.

— Видимо недостаточно круто, чтобы ты меня запомнила… Но всё таки, может я могу помочь? Объяснить ему, что я не хотел бы создавать проблем. Я думал, что мы просто танцуем, и ничего такого…

— О-о-о… объяснить… Ему? Ну, давай. Удачи!

Немного пошатываясь, Вероника махнула рукой по направлению к выходу.

— Видимо, не лучшая идея, — иронично отметил парень в костюме.

— Не лучшая, — подтвердила его догадку Вероника.

После непродолжительной неловкой паузы парень начал медленно скрываться в толпе, но Вероника остановила его, накинув ошейник из фразы «Слушай, костюм, а как тебя зовут?»

На лице парня образовалась улыбка.

— Герман. А ты…

Вероника ответила:

> — А я очень хочу выпить

> — А я устала и хочу домой

> — Вероника

— Вероника

— Вероника.

Вновь улыбнувшись, Костюм присел на соседний стул.

— В таком случае, Вероника, могу ли я тебя угостить?

— Однозначно.

Вальяжно развернувшись обратно к бару, Вероника подала знакомый жест голубоглазому бармену. Делегировав счёт времени и коктейлей своему новому знакомому, Вероника стала единым целым с гигантским многоклеточным организмом — клубом «Veronica».

Как и любое многоклеточное, этот организм состоял из множества мелких клеточек, движимых яркими неоновыми лампами в симбиозе с электронной симфонией.

В таких экстремальных условиях между «клеточками» может происходить практически всё, что угодно: танцы и поцелуи, ссоры и примирения, драки, секс, насилие и даже искренняя любовь… в основном, из-за таблетки «экстази», но… всё же искренняя.

В любой другой день Вероника вряд ли смогла бы стать частью этого существа. Но сегодня внутри неё что-то сломалось. Затяжная депрессия на фоне деструктивно-токсичных отношений капля за каплей размывали фундамент её психологического равновесия. И вот, сегодня её маленькое сердечко просто не выдержало. Сегодня она представляет из себя олицетворение того, что люди называют нервным срывом.

Оказав себе первую помощь… алкоголем, Вероника, очевидно, лишь усугубила ситуацию. Полностью сложив с себя ответственность за сегодняшний вечер, она оставила её в руках случая. Но находился ли случай в чьих-то руках… Веронику уже совершенно не заботило.

Пройдя весь спектр удовольствий: от танцев на столе до белого порошка на кредитной карте незнакомки, Вероника вновь оказалась за барной стойкой в компании Бордового Костюма.

— …так што ты изни, еси друг я подала те какие-то надежы. Но было приятна познакмиться.

Сопровождая невнятные предложения тяжёлыми вздохами, Вероника, достигнувшая пиковой стадии алкогольного опьянения, сделала последний глоток.

— Ну а терь мне пора спа-а-атки.

Попытавшись встать с барного стула, Вероника чуть было не обрекла свои зубы на «поцелуй» с кафелем, но парень в бордовом костюме героически поймал её в сантиметре от пола.

— Давай я тебя, наверное, провожу, — сказал парень, сверкнув милой улыбкой.

— А это вот ксть… хрошая идея, — со смехом прощебетала Вероника, повиснув на руках спасителя.

Выйдя на улицу, Вероника будто впервые насытила свои лёгкие кислородом. Вдох был настолько приятным, что на мгновение ей показалось, будто спиртовые войска отступают и туман в её сознании рассеивается, но увы, спустя секунду военно-этиловый вертолёт на полной скорости влетел в её висок.

— Я… кажтся… так… поджтити…

Бордовый Костюм, вновь героически себя проявив, вручил ей бутылку воды.

— Оп… а ты малдец!

Громко посмеявшись, Вероника в считанные секунды расправилась с прохладной бутылкой. Придерживая её за локоть, Костюм достал дорогой телефон в кожаном чехле и аккуратно спросил:

— Какой у тебя адрес?

— Опа… не-не-не… мы никуда не пайедм. У меня парнь… не такой касивый… но я его лублю!

Мило усмехнувшись, он продолжил:

— Я хочу тебе такси вызвать.

— Во-о-от, это прально! Так… улица Кременчгская, дом… до-до-дом…

Как только Вероника начала диктовать адрес, её измотанный мозг нарисовал яркую картинку Саши с большим красным восклицательным знаком. В момент осознав, что ожидает её дома, Вероника села на холодный асфальт и расплакалась.

Стекающую тушь остановила влажная салфетка с приятным лавандовым запахом — Костюм совершил свой очередной подвиг.

— Так, дорогая. Я остановился в отеле в квартале отсюда. Пойдём умоемся, придём в себя, и я сниму тебе номер.

Направив свой растерянный взгляд в сторону спасителя, Вероника ответила:

> — Пойдём…

> — Я всё-таки домой