Верона 2

Глава 1

Благодарю

Сергея Смирнова - за вычитку, пинки и полезные материалы!

Олю (Kass* ART) за обложку, иллюстрации и моральную поддержку!

Экспертного Эксперта в вопросах Экспертности – за консультации и веру в мою книгу – несмотря на то, что он ее не читал и не собирается, потому что она не про зомбЕй! ))

Не-секту СтоСлов – за мотивацию работать над книгой, несмотря ни на что!

Глава 1

Бум. Бум. Два взрыва, но звуки слышатся глухо, как под водой. Тишина? Нет. Какой-то гул в ушах. Тело не двигается, глаза не открываются. Но его куда-то тащат. И снова провал…

Дин очнулся в каком-то помещении, и первое, что он увидел – низкий дощатый потолок. Затем над ним склонилась голова совсем юной девушки. Ее рыжие кудри почти доставали до его лица.

- Очнулся, смотри-ка! – весело вскрикнула она, но кто-то там, вдалеке, на нее шикнул.

- Видишь, видишь, - не унималась рыжая, - не зря мы его волокли! А ты: тяжелый, тяжелый!

Дин прищурился, чтобы сфокусироваться. Картинка перед глазами то и дело расплывалась, и казалось, что его всего вращает по часовой стрелке. Иногда казалось, что весь мир перевернут вверх тормашками.

«Сотрясение и легкая контузия, - понял майор, - не страшно, главное, живой!»

Но целый ли?! Дин с огромным усилием приподнялся на локтях и осмотрел корпус и конечности. Вроде бы, все на месте. Обвел взглядом комнату. Ближе всего к нему сидела рыжая девица, без перерыва таращась. На ней была легкая майка, а поверх нее на плечи накинута ветровка цвета хаки. Поодаль, у небольшого столика, сидел вихрастый парень, блондин, но с рыжиной в жидкой бороде. Парень был похож на рыжую девицу, и Дин сделал вывод, что она его сестра. Больше в комнате никого не была.

Сама комната была довольно плохо освещена: с потолка на проводе свисала единственная лампочка без плафона. Окна были наглухо зашторены. Дин лежал на узкой тахте, в изголовье кровати стоял небольшой шкаф, в противоположном углу комнаты – столик и два простых деревянных стула, один из которых занял парень. Девушка же сидела по центру комнаты на табурете и качалась туда-сюда.

- Ладно, оклемался, пора делом заняться, - лениво протянул парень, вставая со стула и направляясь к тахте, - чего думаешь делать?

Дин пожал плечами.

- Понятия не имею. Вероятно, пережидать трындец и обороняться. Можно для начала познакомиться. Ну и поблагодарить вас с сестрой за мое спасение. Дин, - он протянул руку.

- Наиз, - ответил на рукопожатие парень.

- Маня, - хихикнула девчонка.

- А ваши…родители? – Дин обвел взглядом пространство комнаты, - Кто-то еще тут есть?

- Кто-то есть. Но только наши товарищи. Мы сами детдомовские. Не так давно вышли, пару лет назад. Все еще держимся вместе. Знаешь ли, помогает.

Дин кивнул. Он не знал, чего в точности хочет: то ли добраться домой и засесть там, то ли хоть немного побыть в тишине и спокойствии тут… И Веру надо искать. Хотя уже было ясно, что в живых он жену не найдет. Но можно было хотя бы выяснить: кто, за что, для чего.

Маня тем временем встала, подхватывая табурет и относя его к столу.

- Садись, - пригласила она Дина, - перекусим что ли.

Дин подгреб к столу, хотя его и сильно шатало. В этот момент в комнату ввалилось еще четверо: трое парней и девушка. Все они были вооружены: у кого переломка, у кого карабин. Дин нахмурился.

- Откуда взяли?

Ребята не ответили, сурово зыркнув в ответ. Дин встал и, качаясь, подошел ближе, с силой – насколько позволило состояние - выхватил ствол у самого ближнего паренька. Аккуратно повертел, увидел знакомую метку.

- Полицейские пункты обносим, да?

Ребята слегка тушевались. Девушка же, напротив, с вызовом бросила:

- А что, там все равно никого нет. Доблестная наша полиция разбежалась.

Она была хрупкой блондинкой, но говорила дерзко, активно жестикулируя. Дин улыбнулся.

- Ну, допустим, не разбежалась. Одного представителя доблестной, как вы выразились, полиции, вы видите перед собой. Мой шеф и напарник мертвы. Остальные где – знать не знаю.

Это слегка успокоило девушку. Она смерила его взглядом и прошла к столу, хватая с него кружку с водой и выпивая ее залпом. Дин вернул ствол парню, у которого его отнял. Голова кружилась, и поэтому он поспешил сесть за стол. Через пару минут подтянулись и остальные, притащив с собой дополнительные табуреты откуда-то из других комнат.

- Не буду вас задерживать, - пообещал Дин, - но буду благодарен, если расскажете, что со мной произошло. Ну и, может, вы хоть что-то знаете о происходящем в городе? А то я уже ничего не понимаю…

Разговаривать вызвался Наиз. Вероятно, он был за главаря здесь. Он поставил кружку с дымящимся чаем на стол и пожал плечами.

- А черт его знает, что происходит! Я бы сам хотел, чтобы мне кто объяснил! Тебя мы нашли уже оглушенным. Хотя, не… Не с этого надо начинать, да, Мань?

Рыжая кивнула.

- Мы…э-э…немного мародерили…тут недалеко магазинчик есть. Нам, конечно, очень стыдно, но вот уже несколько дней ничего стабильно не работает, а запасов продуктов у нас нет. Кушать хочется…

- И ничего нам не стыдно! – перебила ее блондинка, - Я, кстати, Лиза. А не стыдно нам, потому что это нормально – думать о себе в таких ситуациях. К тому же, все мародерят.

Дин усмехнулся и поскреб подбородок. Борода уже прилично отросла.

- Вы думаете, я осуждать буду? – пожал плечами он, - Да нисколько! Все правильно вы поступили, продуманно! Я и сам бы мародерил, если бы оголодал, чего уж тут.

- Во, полиция! - хмыкнула Лиза, и Дин понял, что - что бы он ни сказал, он будет у девушки на плохом счету. Ну и пускай.

- Короче, - проворчал Наиз, - лучше я расскажу. Мы возвращались из магазинчика с добычей: Я, Маня, Эл, Микки и Юди, - Наиз указал на троих ребят, до этого не знакомых Дину, и тот кивнул каждому.

- Мы шли через Шестую улицу, как вдруг на нас из двора какого-то дома вылетела здоровенная тварь. Ну, ты, небось, о них слышал. Мы впервые это чудище увидели и немного запаниковали, но все же, как только отошли от шока, стали по ней палить.

- То есть, оружие у вас было? – уточнил Дин.

- Ну, ясен пень! Без него не выходим!

Майор кивнул.

- Мы начали стрелять, а ящерице хоть бы что. И она быстро приближается. Очень резвая. Но ладно бы это, так через несколько секунд откуда-то на улице появилась тройка вооруженных людей. Целились в нас. Мы поняли: либо они нас пристрелят, либо сожрет эта тварь. Ну и махнули через забор ближайшего участка. И уже из-за укрытия отстреливались.

- Нифига подобного! – возмутилась Маня, - мы вообще-то сначала побегали по участкам! Иначе как мы Дина нашли, по-твоему?

Наиз кивнул.

- Она права. Знаешь ли, от стресса детали забываются. Да, мы скакали через заборы, выискивая одновременно и позицию, с которой можно было бы удачно стрелять, и выход с этой улицы. Надо было уматывать.

- Во-от, а потом эти трое куда-то делись, мы снова вышли на дорогу и обнаружили тебя. Ты валялся у обочины.

Дин снова кивнул. Вот тут его воспоминания пересекались с рассказом ребят. Он пытался добраться до дома, но приходилось чесать через весь город. Он шел, шел, и на него вылетела ящерица. Странно, он запомнил эту тварь лучше, чем в предыдущие встречи с ней. Черные немигающие глазки, выпирающий хребет, маленькая голова, большие лапы с когтями… Уродец, никак иначе и не скажешь! Он принялся стрелять, на стрельбу появились враждебно настроенные личности – правда, без автоматов. Зато кинули гранату. Это последнее, что он запомнил.

- Слушайте, - пробормотал он, - но это же странно, да? Я уже не впервые сталкиваюсь с тем, что, как только начинаем палить по ящерам, появляются какие-то люди, которые тут же нападают на нас!

- Угу. И ящерицы их не трогают, - пробурчал Наиз, - это мы уже заметили.

- Но как такое может быть?!

Ребята пожали плечами.

- Ладно, - махнул рукой Дин, - в целом, не так уж и важно, да? Главное – в живых остаться. Не даться ни тем, ни этим. Я вот что предлагаю, если вы, конечно, не против. Я бы к вам присоединился. Глядишь, и буду вам чем-то полезен. И первым делом предлагаю наведаться на нормальный склад оружия.

У Наиза загорелись глаза. Вряд ли ребята удовлетворились намародеренным из полицейского участка. Да и боеприпас – штука не вечная. Расходуется стремительно, особенно, когда приходится пробивать толстую кожу…

- И где он, склад этот?

- Да брешет он, лишь бы мы его не выгнали! – хмыкнула Лиза.

- Повежливее будьте, мадам, - улыбнулся Дин, - скоро все сами увидите. Еще я предлагаю помародерить не где-нибудь, а в сортировочном центре. Потому что сейчас остальные лезть туда боятся – помнят, какая там была охрана! Но уже завтра там будут пустые полки. Советую поторопиться. Ну а я договорюсь с охранниками, если они там все еще есть. Меня там знают, а вот вас одних могут и не пустить.

Наиз немного подумал, после чего протянул руку Дину.

- Идет! Ты вроде нормальный дядька.

- Стараюсь им быть, по крайней мере.

- Тогда вечером туда заглянем? Как голова?

Дин прислушался к своим ощущениям. Голова - плохо, конечно. Но медлить было категорически нельзя. По совокупности факторов майор буквально жопой чуял, что действовать надо быстро. Если для подавления ситуации в город зайдут военные, чего он ожидал буквально со дня на день - они первым делом отоварятся на складе оружия. И они, пожалуй, будут слегка расстроены, если там окажется пусто.

Дин довольно улыбнулся сам себе.

«Хрен вам, крысы столичные, а не боеприпас!» - пронеслось у него в голове.

***

Найд, морщась от боли, разминал затекшие ноги и спину. Впервые за много часов он ощущал твердую землю под ногами, и это было прекрасное чувство. Рядом потягивался Густав. Интересно, беспокоило ли его, что они могли бы не доехать в целости и сохранности, заметь кто их в груженой фуре? Проблема была, конечно же, не в проезде «зайцами», а в том, что они невольно стали свидетелями тайной перевозки тела. Уж кто-кто, а Найд не понаслышке знал, что бывает с неудачливыми свидетелями. Густав же был относительно спокоен всю дорогу.

Они проспали в кузове ночь, поочередно дежуря. Ранним утром фуру остановили и выгрузили тело из салона, потом фура поехала дальше. На ближайшей заправке было решено сваливать.

Густав аккуратно разомкнул створки кузова – благо, они были заперты так, что, потянув их на себя, слегка вовнутрь, можно было добиться сбрасывания запора. Иначе бы они без посторонней помощи не выбрались. Найд спрыгнул на сухую потрескавшуюся землю и закрыл за собой кузов, чтобы никто не догадался, что в фуре ехали «зайцы». После этого устремился за Густавом. Они дождались, пока грузчики уедут и вальяжно вошли в здание заправки. Посетили туалет, умылись, освежились, после чего потратили пять никелей на два стаканчика кофе и два слоеных пирожка с сосиской.

- Ну, что, - прищурившись, спросил Гусь, - как тебе воздух свободы?

Найд огляделся. Пожал плечами. Он все еще не уложил в голове, что сбежать удалось успешно. Всем нутром он ощущал, что сейчас двери заправки распахнутся, за ним явится конвой, и тот дерганый начальник блока громогласно объявит ему «пожизненное» за побег и за убийство охранника…

- Ладно тебе, - смеялся Густав, - я все понимаю. Сам так же охреневал в первый раз.

- А как дальше-то доберемся?

- А сейчас какую-нибудь фуру поймаем, да и дело с концом.

Густав поднялся со стаканчиком кофе в руках и прошелся по заправке, внимательно рассматривая все, что висело на стенах. Наконец, удовлетворенно хмыкнув, он вернулся за столик.

- Мы в пятидесяти километрах от нашей базы, - сообщил он, - уж как-нибудь доберемся. Расслабься, - он похлопал Найда по плечу, - все позади, старина. Все правда позади…

Следующие полчаса ушли на то, чтобы поймать автомобиль. Сложность была не в нежелании местных кого-то подвозить, а в отсутствии транспорта на дороге. Но первая же фура без промедления остановилась. Густав обо всем договорился, сунул водиле в руку небольшой задаток, запрыгнул на переднее сиденье, Найду указал на кузов, и они поехали.

Найд дал себе право немного расслабиться и выдохнуть за последние несколько дней. Он был слишком взвинчен, и теперь чувствовал себя измотанным, и не заметил, как заснул. Разбудил его громкий стук по стенке кузова.

- Эй, новобранец! Подъем! Алло! – это Гусь колотил кулаком по кузову.

Найд, потягиваясь, вылез. Прямо перед ним простиралось огромное поле, засеянное высокими колосьями. За полем начинался густой лес. Найд восхищенно присвистнул – он таких пейзажей никогда не видел.

- Точно тут высадить? – недоверчиво скривился водила.

- Точно-точно, - хмыкнул Гусь и вложил ему в ладонь оставшуюся сумму.

- Первое правило: не палить местоположение наших объектов, - сказал он Найду, едва фура скрылась из виду, - будь то база, или даже малюсенький схрон. Понял?

- Понял, - зевнул Найд, - и что, нам через все поле чапать?

- Не совсем, - хихикнул Гусь, - нам еще дальше. Пошли, новобранец.

Найд не переставал восхищаться двум вещам: красотой природы и тем, как Густав безошибочно выбирает тропы. Он, как опытный проводник, провел Найда самым простым и коротким маршрутом – хотя, надо сказать, эта прогулка отняла много сил. Сначала они прошли по самому краю поля, где не приходилось пробиваться через высокую растительность. Далее, выйдя на небольшую полянку, которую не было видно с дороги, завернули в лес. Густав взглянул на небо, оценивая оставшуюся продолжительность светового дня и довольно хмыкнул.

В лесу они немного попетляли среди сосен и осин – Найд ранее никогда не видел их вживую, но в учебниках встречались картинки. Густав помогал определять то или иное растение.

- Волчья ягода, опасна. Не трогать, - поучал он, проходя мимо каждого нового кустика, - а это сныть, ежели оголодал, можно ее пожевать или в суп добавить. Осина. Береза. Ну что, как тебе наши красоты?

- Да уж, - выдохнул Найд, - никогда не был в настоящем лесу.

- Широка страна моя родная! – подмигнул ему Гусь здоровым глазом.

Прошёл ещё примерно час утомительной прогулки по лесу. У Найда болели совершенно непривычные для него группы мышц. В Вероне приходилось ходить только лишь по ровной поверхности, изредка увязая в мелком гравии, которым были посыпаны проселочные дорожки. Здесь же нужно было постоянно смотреть под ноги, перешагивать через коряги и взбученные корни деревьев, аккуратно пробуя каждый шаг, дабы за высокой травой не пропустить внезапную ямку. Густав привычно вышагивал, отодвигая ветви деревьев найденной по пути палкой.

Наконец, лес стал редеть, и из-за деревьев показались очертания маленьких деревянных домиков.

- Заброшенная деревенька, - пояснил Густав, - там лет двадцать уже никого нет. Ну, мы и приватизировали. Тут починили, там подлатали - и готова временная база.

- Погоди-ка, - нахмурился Найд, - и ты хочешь сказать, что к деревне не было никакого подхода, подъезда? Зачем мы столько шлялись по бурелому?! И так уставшие...

- Конечно, дорога есть, - Густав указал рукой прямо, - вон там. Она, правда, слегка заросла, дождями её размыло, но мы бы прошли.

- Так нахера мы петляли?!

- А ты сам как думаешь? Дорога стыкуется с шоссе в нескольких километрах отсюда. Но представь, если бы я попросил водителя высадить нас у развилки - тут и ежу стало бы понятно, куда мы направляемся, так как больше в той местности ничего нет! А ты, похоже, уже и забыл первое правило: не светить никакую информацию. Особенно местоположение баз и схронов.

- Брось, - отмахнулся Найд, - хочешь сказать, тому водиле есть какое-то дело до того, где мы сошли? Он получил деньги и доволен! Все. А мы ни словом ни обмолвились о цели нашей поездки и конечных координатах.

- Э нет, - прищурился Густав, - ты думаешь, что сдать информацию - это непосредственно сболтнуть что-то, специально или ненароком. Но нет. Своими действиями, особенно самыми мелкими и незначительными, ты разоблачаешь все свои замыслы. Может, конкретно водиле и начхать, где мы сошли. Но органам не начхать. Нас уже хватились и развернули пусть вялые, но поиски. Вот представь, что по некоему стечению обстоятельств именно того мужика остановили на блокпосту и допрашивают. Не видели ли чего подозрительного, не встречали ли кого? И мужик, даже сам не осознавая, насколько важную зацепку дал полиции, расскажет: дескать, подвозил тут двоих, по внешности такие-то и такие-то, сошли вот тут. И все. И нас тут же хлопнут вместе со всей базой.

Найд остановился.

- Вот блин, - пробормотал он, - я даже о таком не думал. А как же я буду на тебя работать? Я же облажаюсь наверняка!..

- Ничего, - ободряюще подмигнул ему Густав, - научишься. А пока будешь чётко делать то, что я говорю. Именно так, как говорю. Тут, старина, все надо высчитывать. Жизнь и состоит из таких вот мелких случайностей. Например, я более чем уверен, что ты ни в какую столицу не ехал, когда тебя сграбастали. Ты каким-то случайным образом оказался на том поезде. И не смог вовремя спрыгнуть.

- Да с чего ты решил..!

- Забей, - хлопнул его по спине Густав, - мне нет дела до твоей личной жизни, если она не мешает бизнесу. Пошли! Нас ждут!

С этими словами Гусь направился прямиком к ближайшему домику, откуда навстречу ему вышли двое мужчин.

- Густав! Вернулся! Живой!

- На базе, разумеется, не все, - пояснил Густав Найду и указал на тех двоих, - это Скиф и Филип, обязательно с ударением на первую «и». Иначе он бесится.

- Это кто еще? – нахмурился Скиф, разглядывая Найда.

- Не «это кто еще», а добро пожаловать новому члену команды! Это Найд. Найд. Скиф. Филип.

Найд протянул руку.

- Рад знакомству.

Мужчины как-то нехотя пожали руку и развернулись по направлению к домику.

- Ну что, скучали тут без меня, глядишь?

- Заскучаешь тут, - вздохнул Скиф, начиная на ходу вводить главаря в курс дела.

- Умник на нас облаву устроил. Сектор А нам прикрыли полностью из-за каких-то проблем с поставкой. По всему выходит, что подстава, но сделано чисто. Винт ничего слышать не хочет, требует товар или грозится нас обчистить.

Густав все больше хмурился.

- Один наш схрон раскопали шавки, - продолжал Скиф.

- Эт который у моста?

- Ага. Как догадался?

- Да на него разве что младенец бы не вышел, и то – слепоглухонемой младенец. В общем, ладно, - поднял ладонь Густав, - пока хватит, я понял. Разберемся. Дайте передохнуть только.

Дом был обнесен непрозрачным забором, сделанным из камуфляжной сетки, намотанной на сетку-рабицу. Скиф открыл калитку и впустил их внутрь. Филип внимательно посмотрел по сторонам, прежде чем задвинуть затвор.

- Милости прошу к нашему шалашу, - хихикнул Густав, - живем небогато, но местами кучеряво.

Дощатый домик был поднят на небольшие сваи, а в пустом пространстве под домом стояло бесчисленное количество всяких коробок и ящиков. Крыльца или террасы не было – сразу входная дверь, к ней ведут три ступеньки. Найд поднялся вслед за Густавом. Тот прошел прихожую насквозь, не разуваясь. Найд последовал его примеру, хоть и было это непривычно. Он частенько поглядывал на Скифа и Филипа, пытаясь угадать причину их угрюмого настроения. Связано ли оно с тем, что Гусь пришел не один? Может, он что-то не так сделал? Да вроде бы нет. Ну ладно, дайте только отдохнуть, а позже он разберется!

- Дэфф, ты здесь! – воскликнул Густав, заходя в кухню, - Вот уж не ожидал тебя сегодня увидеть!

Найд понял, что Гусь обращался к сидевшей в углу в драном кресле худенькой девушке. Она сидела, притянув колени к подбородку. Одета была в какие-то лохмотья размера на четыре больше, а на голове у нее была вязаная желто-оранжевая панамка. Образ никак не вязался с ее удивительной красотой: несмотря на полное отсутствие форм, Дэфф привлекала взгляд. Огромные черные глаза, кудрявые каштановые волосы, изящные руки и ноги. Найд засмотрелся на девушку и не сразу заметил в противоположном углу какого-то крупного мужика. Тот курил.

- Дэфф, раз ты здесь, тащи скорей книгу! – распорядился Густав, садясь за стол.

Девушка бросила выразительный взгляд на толстячка и встала с кресла, нарочито медленно проходя кухнюнасквозь и покачивая бедрами.

- Ах ты ж сука! – сжал кулаки тот.

Он собирался было проучить Дэфф, но встретился взглядом с Густавом и умолк. Найд вопросительно глянул на Гуся, но тот напустил на себя притворное веселье.

- Садись, садись, старина, - пригласил он его за стол, - небось, голоден, как черт. Сейчас нам что-нибудь дадут.

Скиф открыл холодильник и кинул им две банки холодного пива. Найд присвистнул. Незнакомая марка. Выглядит солидно. Интересно, каково на вкус.

- Ну, еды у нас не сказать, чтобы много, - наконец подал голос Филип, - но что-нибудь найдем. Хотите сардельки? Можно с хлебом, можно с пюрехой.

- Валяй, - махнул рукой Густав, с хлопком открывая банку холодного пива.

Найд последовал его примеру. Отхлебнул. Удивился. Здесь не было выраженного вкуса спирта, как во всем алкоголе, который можно было найти в Вероне. Нет – это пиво и на вкус, и на запах явно отдавало солодом. Вероятно, как и должно было ощущаться настоящее пиво. Кайф…

Дверь в кухню открылась, и вошла Дэфф с толстой тетрадью подмышкой. Найд так и застыл с банкой в руке. Дэфф мягко улыбнулась и положила перед Густавом раскрытую тетрадь, наклоняясь прямо перед Найдом. Он затаил дыхание.

Густав бегло пролистнул несколько страниц и, найдя нужную, подпер голову рукой и погрузился в чтение.

- Выйдем? – улыбаясь, предложила Дэфф.

Найд, как заколдованный, встал и пошел за ней. Они вышли во двор и немного отошли от дома.

- А ты не похож на остальных, - усмехнулась Дэфф, пристально рассматривая Найда.

- Ну, я это – типа новичок…

Найду было трудно дышать в присутствии этой девушки. Он не понимал, чем она так его привлекла, но Дэфф казалась ему невероятно соблазнительной. Желание огромной силы разгорелось всего за несколько минут. И нет – Найд никогда раньше не испытывал такого. Ни по отношению к жене, ни по отношению к каким-либо другим девушкам. Что-то в этой Дэфф было…

«Соберись, - приказал он сам себе, - еще чего не хватало!»

- Новичок, - насмешливо протянула Дэфф, - смотри только, с Густавом не ссорься. Но и сломать себя не давай. А то есть у нас тут всякие…

- А что это за тетрадь ты притащила?

- Хах. Скоро сам все увидишь.

И Дэфф вытянула из необъемного кармана пачку тонких сигарет. Закурила.

- Вы всегда все вместе живете? – поинтересовался Найд, пока та увлеченно пускала дым изо рта.

Пиво, выпитое на голодный желудок, подействовало убойно. По телу бежали приятные мурашки.

Дэфф пожала плечами.

- Когда как. Видишь ли, некоторым просто некуда пойти. Густав многих из таких жоп непролазных повытаскивал… А так – жить вместе удобнее. Удобно на дела ездить. Сразу все по ходу пьесы обсуждать.

- Слушай, - Найд стушевался, собираясь отвесить Дэфф комплимент, - ты невероятно красивая. Но зачем эти лохмотья и эта странная панамка? Ты ведь… ведь…

Дэфф внезапно помрачнела.

- Проклятие! За что? Ведь я даже косметикой не пользуюсь! Ох… Просто я единственная женщина в банде.

- И? Как это связано?

- Тебе действительно не понять, Найд, - повела плечом Дэфф и, затушив сигарету, направилась к дому.

***

Едва спала дневная жара, и солнце стало опускаться ниже к горизонту, Дин с ребятами направились в сортировочный центр. Дул сильный ветер, и мелкие песчинки забивались в глаза, рот, уши, нос. Пришлось сооружать на лице повязки из подручных материалов: бандан, шарфиков, платочков. Очков, к сожалению, ни у кого не оказалось. Все щурились.

Они хорошо вооружились, отметив, что патроны действительно подходят к концу. Кроме всего прочего, калибры пушек на руках отличались, что тоже было не особенно удобно. Постоянно приходилось учитывать, а хватит ли тебе именно твоего боеприпаса. Так что перспектива заполучить настоящее боевое оружие, еще и унифицированное, еще и с боеприпасом - грела душу.

Каждый тащил с собой пустой рюкзак или сумку через плечо. Мародерить, так мародерить! Дин пояснил, что главное в подобных передрягах для простого человека – обеспечить себя всем необходимым хотя бы на две-три недели и затихариться где-нибудь в укромном месте. Молодые и горячие парни его идею не очень-то и поддерживали. Им было интереснее регулярно мародерить, геройствовать, стрелять. Девушки тоже были довольно боевыми, и необходимость отсиживаться в сторонке их не радовала.

- Поймите, - убеждал группу Дин, - первый же серьезный бой выбьет из вас всю романтику. Хорошо, если не мозги с кишками. Это не шутки. Даже я, при всей своей подготовке, не вижу смысла геройствовать. Если увижу, что могу помочь – помогу. Надо отбиться – отобьемся. Но давайте не будем кратно увеличивать наши шансы на погибель. Скоро в город могут зайти военные – и они не будут разбираться, увидев вооруженных гражданских. Более того, скажу: в свое время мне приходилось разгонять бунты и демонстрации. Нас инструктировали в случае оказания сопротивления стрелять на поражение. Даже если нам просто показалось. Даже если это совершенно мирный народ, который мы должны защищать. Приказ есть приказ. В заварушке никто проверять документы не будет.

Наиз молча слушал и сопел.

- Ладно, - отмахнулся он, - наверное, это разумно. А мы точно за одну ходку унесем все необходимое?

- Вряд ли, - почесал подбородок Дин, - и считаю важным в каждую ходку уносить по чуть-чуть каждой категории вещей. Первостепенно оружие с боеприпасом, лекарства и перевязочные средства, еда. Это на случай, если первая же ходка станет и последней, и мы больше на склад не попадем.

- А оружие? Оно где хранится?

- Прямо на складе.

- Да ладно?! На обычном складе?

Дин хмыкнул.

- Ну, положим, не на обычном, а на основном складе города. На то были веские основания. Во-первых, это слегка неочевидно, а значит, безопасно. Во-вторых, склад идеально охранялся.

- Слушай, а зачем вообще хранить запас оружия в городке, где обитает потенциально недовольное население? – вклинилась в разговор Маня, - так, если кому надо из военных, пусть с собой везут.

- Они так и делают, в общем-то. Но есть загвоздка. Ручаюсь, никто из вас не слышал о таком законе, но в случае нарушения безопасности страны, беженцы с пограничных областей обязаны сформировать территориальную оборону. Так что склад оружия хоть чем-то, да оправдан.

Наиз присвистнул.

- А неплохо они устроились, да? Защищать – защищай, а как чуть что – так хрен тебе моржовый! Интересно…

Дин пожал плечами. Сказать ему было нечего.

В скором времени они добрались до сортировочного центра и встали у главных ворот. Разумеется, те были закрыты. Конечно же, в будке никого не было.

- Перелезем? – шепнул Юди, прикидывая высоту забора.

- Я бы не советовал, - ухмыльнулся Дин, - помимо колючки по периметру пущено электричество. Не убьет, но будет неприятно. Потом, может, там внутри есть охрана – они незамедлительно шмальнут по лезущему, чтоб неповадно было.

- Э-эх! А как?

Майор постучал кулаком в ворота и немного покричал. Ноль реакции. Тогда, желая привлечь к себе внимание, Дин поднял с дороги несколько камней среднего размера и принялся перекидывать их через забор. Если никто не отзовется, придется все же лезть через верх и надеяться, что периметр обесточен.

Спустя пару минут с территории донеслись размеренное похрустывание гравия.

- Кто?

- Это Дин, майор полиции. Я приезжал на вызов по делу Фарела, может, помните меня?

- Ну, допустим, - хмыкнул голос из-за ворот, - и чего надо?

- Договориться. Вы нам – еду и лекарства, мы вам – оружие с боеприпасом.

- У нас и своего оружия завались. Хоть жопой жуй.

- Уж мне-то сказки не рассказывай, - скривился Дин, хотя на секунду его прошиб холодный пот: вдруг склад обнаружили? - у вас отродясь сильнее травматов ничего не было.

За воротами послышалась какая-то возня и недовольное сопение.

- Давай-давай, - подначивал Дин, - и вам хорошо, и нам замечательно. Со мной группа из шести человек, они вменяемые и неагрессивные. Проблем не доставим.

- Ладно, - буркнул голос, и ворота с грохотом отъехали в сторону.

Дин увидел перед собой невысокого и немного упитанного мужика лет пятидесяти.

- Рубен, - представился он, - заходите скорее, я что, должен тут с открытыми воротами стоять и ждать гостей?!

В проходе он их, однако, остановил.

- Это ваше обещанное оружие?

- Не, это наше.

- Обмануть решили?

- Ни в коем случае. Просто оружие у вас на складе, - Дин махнул рукой куда-то вдаль, - Но только я знаю, где именно. И код от хранилища.

Рубен недоверчиво взглянул на майора, но спорить не стал. Было видно, что мужик он абсолютно адекватный, а пускать абы кого не хотел – так потому что самому было страшно. Грохнут его еще, чтобы не выпендривался. Вот и все дела. А тут вроде не совсем чужой человек – да и, все же, полицейский.

По пути до склада Дин быстренько представил ребят охраннику. Тот не выказал никакой радости от знакомства. Просто шел, погруженный в свои мысли. Дин было подумал, что Рубен уже успел пожалеть о том, что пустил их – но пути назад теперь нет. Их больше, они вооружены.

Рубен быстро поднялся по ступенькам и прошел насквозь зону погрузки. Раньше здесь частенько стояли фуры, готовые к отправлению по местам. Теперь же тут было пусто. Охранник достал из-под футболки пропуск, приложил его к магниту, и железная дверь запищала.

- Прошу, - махнул он рукой, пропуская группу вперед.

- Эй, Алик! Алик! – крикнул он в пустоту склада, - Слышишь? Я не один.

Из соседнего помещения показался заспанный взлохмаченный мужик. Он вяло обвел глазами группу.

- А, Дин, здорОво, - махнул он рукой и зевнул, - грабить нас пришел?

- В каком-то смысле.

- Сначала оружие, потом грабить, - строго сказал Рубен.

Дин улыбнулся.

- И я того же мнения. Первым делом надо выгрести этот тайничок. Идемте.

Они вновь вышли на территорию сортировочного центра, завернули за угол основного корпуса и направились к стоящему неподалеку небольшому строению.

- Я думал, это технический узел, - растерянно пробормотал Рубен.

- Так и есть. Но ведь гениально, да?

Дин зашел за постройку и минут пять искал что-то у самого основания здания. Наконец, он обнаружил металлическую скобу и, упершись ногами, с силой потащил ее на себя. С люка посыпался песок, гравий и кусочки засохшей глины. Дину открылся вход в небольшой подвальчик. Спуститься туда можно было по лесенке из гнутых арматурин. Спустившись, майор глянул наверх: оттуда на него взирало восемь удивленных пар глаз. Закрыв грудью цифры, Дин набрал код. Первый не подошел. Он чертыхнулся. Если его поменяли, им всем придется туговато. И вообще, по-хорошему, должны были регулярно менять! Дин уповал только на косячность руководства.

Со второй попытки дверь пискнула и открылась. Дин облегченно выдохнул.

- Наиз! Давай вниз, помогать будешь. Кто-нибудь, принимайте груз сверху!

Наиз с готовностью спустился в подвальчик. Освещение в хранилище не работало, и паренек выудил из кармана штанов фонарик. Удивленно присвистнул, оглядывая арсенал.

- Да это что! – небрежно буркнул Дин, - Это херня полная по сравнению с вооружением армии или даже столичной БЧС. Но все равно сойдет.

- БЧС это что?

- Бюро чрезвычайных случаев. Всякую трешатину решают. Ты давай, не болтай, а подавай стволы наверх.

Всего они выгребли двадцать пять стареньких, но добротных винтовок. В тайничке также обнаружились ящики с патронами, и Дин, водя лучом фонаря по надписям на них, выискивал нужный калибр.

- Вот эти поднимаем! – распорядился он.

Однако в хранилище оставалось еще достаточно стволов – навскидку, до сотни. Дин цокнул языком. Оставлять это здесь было нельзя.

- Те, что мы подняли – отложите в сторону! – скомандовал он наверх, - Сейчас будем еще давать!

Рубен наклонился к люку.

- А зачем, товарищ майор? Нам двадцати пяти стволов за глаза достаточно.

- Кстати да, - подхватил Наиз, - я уже задолбался передавать, спина болит.

- Так пусть сменит тебя кто-нибудь, - эй! - свистнул Дин, - Как там тебя… Микки, давай вниз, Эл с Лизой принимают! Остальные сортируют по подобию. Будут разные модели.

- Так нахера?

- Да потому что представь, если склад захватят эти сумасшедшие?! Оно нам надо, скажи?

- Хех, у них оружия хоть жопой жуй. Сам видел.

- Может и так, но боеприпас не вечен, и я бы не хотел, чтобы они набрели на эти сокровища. Мы все отсюда выгребем и перепрячем. И вообще, - Дин взглянул вверх, ища глазами охранников, - я так понимаю, вы теперь на складе проживаете? Я не советую. Он сейчас станет точкой притяжения всякой швали… Зачем подвергать себя опасности?

Спустя сорок минут тайничок опустел. Дин не оставил внутри ни одного патрона, ни одной запасной детальки. Заперев дверь, он последним поднялся из подвала и грохнул крышку люка обратно. Ногами набросал поверх земли и камней, чтобы не было так заметно, что открывали его недавно. Про себя усмехнулся. Скажи ему кто пару недель назад, что он разворошит главный городской стратегический запас оружия… Мда… Скатились вы, товарищ майор, скатились!

Группа разминала руки и спины со страдальческими лицами. Еще бы! Каждый ствол весит от двух с половиной кило, а уж целый ящик патронов… По ощущениям, он тянул килограмм на пятнадцать. Конечно, у всех ныли спины. Это было неизбежно. Но расслабляться было нельзя. Дину хотелось до темноты сделать хотя бы пару ходок. В темноте почти не видно тех быстрых тварей. А это пока что главная опасность. Тем более, что уже сегодня ночью склад могут грабануть. Кто именно – да какая разница! Им сейчас вообще ни с кем лучше не сталкиваться!

Дин удовлетворенно хмыкнул, отметив, что Рубен с Аликом страдают наравне со всеми. Значит, не отсиживались в сторонке, тоже тягали стволы и ящики. И это показывает их с хорошей стороны. Вот если бы они получили обещанное и смылись… Тогда да, к ним были бы вопросики.

- Рубен, пошли со мной, - позвал охранника Дин, - понимаю, ты задолбался, и спасибо тебе за помощь, но необходимо быстро собрать нужное, а я не ориентируюсь, что у вас где лежит.

Рубен вздохнул, но все-таки направился вслед за майором. Тот на ходу пояснял ему:

- Начнем с лекарств. Нужны жгуты, бинты, обеззараживающие растворы. Обезбол в таблетках и в ампулах, шприцы. Противоаллергическое, противоожоговое. Местные антибиотики, общие антибиотики. Средства гигиены для девушек. Хм.. Что еще?

- Да ты, товарищ майор, с заказиком-то замахнулся! У нас и в обычное время не все было в наличии, а за последнюю неделю центральная больница выгребла почти все запасы.

- Но ведь что-то должно было остаться? Пошли скорее смотреть. Еще нужны газовые горелки и баллончики, средства для розжига. Вдруг газификацию отрубят. Вода в бутылях. Побольше готовой еды в консервах. Что-нибудь калорийное и не очень объемное. Немного сладкого долгого хранения – стресс заедать. Сигареты…

- Привыкли вы шиковать, товарищ майор, - вздохнул Рубен, - ладно, пошли. Что найдешь, все ваше.

***

Спустя три часа Дин с группой вновь появились на складе. Им предстояло сделать последнюю, третью ходку. Вытряхнув рюкзаки на их, как ребята говорили, «базе», они вернулись за очередной партией вещей. Большую часть оружия и боеприпасов оттащили в самую первую ходку, немного лекарств и еды. Рубен оказался прав – центральная больница хапнула почти все запасы перевязочных и обеззараживающих средств, а еще некоторые снотворные и сильные успокоительные. Дин повздыхал, но все понял: пострадавшие в этом больше нуждались.

«Интересно, работает ли теперь больница, или врачи тоже разбежались?» - подумал он.

- Ладно, ребят, грузимся, и домой, - скомандовал майор, начиная запихивать разбросанные на полу продукты в свой рюкзак, - Алик, Рубен, вы что решили? Остаетесь тут?

Охранники замялись. В отличие от них, Дин по дороге на базу уже успел объяснить ребятам целесообразность приема еще двоих в их ряды. Охранников готовили довольно неплохо, и стрелять они в целом умели. Опять же, наработанная годами бдительность. И сейчас не то время, чтобы выживать «в одно рыло». Ребята скривились, но все же согласились с аргументами.

- Айда к нам, - предложил Наиз, - чего тут сидеть? Дин верно говорит. Сюда точно завалятся мародеры, если не эти психи с автоматами.

Охранники переглянулись.

- Да, в принципе, нам пофиг, где пожить, да, Рубен?

Рубен пожал плечами.

- В целом да. Я не семейный, ты тоже. Чего поодиночке дома прозябать. Поодиночке даже не отобьешься, если что.

- Вот именно, - кивнул Дин, - а в группе всегда можно назначить дежурного.

- Что ж, решено, - первым согласился Алик, - пойду, найду какой-нибудь мешок, чтобы провизию донести.

- Оружие не забудь!

Все нужное валялось горой в основном помещении прямо на полу, между складскими аллеями. Ребята расфасовывали вещи каждый в свою сумку, тщательно подбирая вес и объем. Дин распорядился, чтобы у девушек рюкзаки были на треть легче, чем у парней. Маня с Лизой обиженно надули губы – хотели быть наравне, но Дин на эти гримасы не повелся. Хотя, он вообще удивлялся, почему они его слушают? Да и Наиз, вроде как главарь, спокойно воспринимал от него критику и советы. Хоть и детдомовский, а на редкость адекватный парень. Может, наконец, дошло до них, что это все не шутки?

Ребята уже почти справились с утрамбовкой вещей, как снаружи завыла сирена.

- Кто-то на территории! – крикнул Рубен и машинально бросился к выходу.

- Стой! – закричал Дин, - Не выходи! Камеры работают?

Охранник стукнул себя по лбу.

- Точно! Вот балда! Нервы ни к черту.

Они бросились в бывший кабинет Фарела, где на мониторе можно было просмотреть территорию. На его компьютер выводились не все камеры, а только три основные: на главных воротах, на входе – она же захватывала частично зону погрузки и одну на периметре. С последней удобно просматривалась дорога к сортировочному центру.

«Идиот! – поругал сам себя Дин, - надо было, пока мы собирались, оставить кого-то следить за обстановкой!»

Он быстро бросил взгляд на экран. Внешняя камера – пусто. Камера на воротах – пусто, и ворота закрыты. Камера в зоне погрузки… Пятеро человек с автоматами и рюкзаками за спиной медленно направляются ко входу на склад.

Дин глянул на охранников.

- Мародеры? Но не похоже… Откуда автоматы, а?

Наиз подошел поближе.

- Э, да это наши старые знакомые! – воскликнул он.

- Как они через забор-то махнули? – недоумевал Алик, - Их бы неслабо тряхануло.

- Их и тряхануло, судя по всему, - ответил Рубен, - иначе бы не сработала сигналка. Ворота закрыты, на что ей еще верещать?

- И то верно…

- Не о том спорите, - встрял Дин, - они с минуты на минуту будут здесь. Быстро вооружаться!

И сам кинулся к своему рюкзаку, возле которого он оставил винтовку. Проверил – заряжена. Жаль, нет запасных магазинов. Все уже унесли на базу…

Со стволом в руках вернулся к камерам. И немного не понял…

- Их нет! Слышите? Нет!

- Но внутрь никто не входил, иначе бы сигналка вопила.

- Тогда где они, мать вашу?!

Охранники пожали плечами. Дин засуетился. Он не знал, как поступить. Реально не знал. Все было просто в его бытность полицейским. Сказали – делай. Делай и не думай. За тебя уже подумали. И так все ясно. Преступников надо валить, мирняк по возможности не задеть, а тут… Тут его действия будет определять поведение гостей. Если они за провизией – так пущай берут. Они все равно все уже вынесли. Если же это те психи, и они будут по ним палить… То либо надо укрыться и выйти безопасно с территории, либо защищаться. Но дать отпор вряд ли получится. Кто-то точно погибнет. А ведь ребята совсем молодые…

Эти мысли молнией пронеслись в голове у Дина, и у него родился план.

- Алик, тут есть запасные выходы?

- Да, несколько. Один с торца склада, второй сзади.

- Так-так, - потирал подбородок Дин, - жаль, камер так мало … Вот бы увидеть, куда они уперли. Может, слоняются по территории? Сами ищут, откуда бы зайти?

- Скорее всего. Постой! Вон один на главном входе!

Действительно. Как это Дин сразу не разглядел его? Надо признать, «мародер» умел сливаться с окружающим его пейзажем. Мужчина с автоматом стоял, прислонившись к столбу, прямо напротив главного входа. Значит, по-тихому им не выйти. Дверь запищит, человек начнет палить, они – в ответ. Потом набегут остальные. А вдруг где-нибудь за территорией в слепой зоне камеры притаилось подкрепление?! Хотя - вряд ли… Это уже паранойя, товарищ майор…

- Слушайте, - внезапно осенило Дина, - а можно разблокировать главный вход отсюда, с пульта, например?

- Можно, - нахмурился Рубен, - а зачем?

- Да вот думаю. Она же пищит, когда ее открываешь. Мы подадим сигнал, дверь запищит, и…

- И ты думаешь, он такой дурак, что войдет внутрь один? – недоверчиво покосился на майора Алик.

- Нет-нет. Я лишь хочу, чтобы как можно больше народу собралось у главного входа. А мы спокойно выйдем с запасного.

- Звучит хорошо, но как перелезать через забор?

- Больше калитки нет?

- Не-а.

- Хреново... Обесточить периметр и перелезть?

- Да или вмазать уже по ним! – разозлился Наиз, - если мы будем бегать и вести себя как жертвы, нас сразу хлопнут!

- Нас и так хлопнут, если мы будем, как бараны, сами идти на убой! – разозлился Дин, - Остынь, парень. Мы не такие крутые перцы. А я хочу, чтобы все вышли отсюда живыми.

- Окей, раз такой умный, давай твой план. Триггери их на писк двери. Посмотрим.

- Тогда все надеваем рюкзаки. Берем стволы, проверяем магазины! Алик, Рубен – обесточьте периметр прямо сейчас. Когда все будут готовы, открывайте вход с пульта! И следите за камерами!

Подготовка заняла от силы минуты три. Когда все были готовы и собрались на главной аллее, охранники открыли дверь с пульта. По камерам было видно, как мужик с автоматом напрягся и взвел оружие. Рубен запустил сигнал еще раз. Дин довольно хмыкнул – все получалось, как он запланировал. Еще трое подтянулись к главному входу и держали дверь на мушке.

- Пора, что ли, - вздохнул майор и поспешил за Аликом, который уже несся к запасному выходу, отдуваясь под весом рюкзака.

Группа максимально тихо вышла из здания. Осмотрелись. Вроде никого. Оставалось пройти несколько метров вдоль стены склада, затем, около технического узла повернуть налево и драпать прямиком через забор. Они так и сделали и наткнулись на вылезающих из подвала двух мужчин. Обе стороны молниеносно привели оружие в готовность, не стреляя. Дин внимательно пригляделся к гостям. Обычные вроде.. В кепочках, одеты по-спортивному. Вооружены какими-то незнакомыми ему автоматами. Что же им надо? Может, поговорить? Но они начали первыми.

- Так вот, куда все оружие делось! – бесцеремонно бросил один из мужиков, смотря прямо на Дина. Он говорил с легким акцентом.

- Вы кто, мать вашу?

- А тебе так важно? Или полиция уже по привычке сует нос в каждое дело?

Дин слегка опешил. Вряд ли его знал каждый в лицо в этом городе. По всему выходило, что они в курсе, кто он такой. Но разве это важно? Можно и подыграть.

- Я понятия не имею, о чем ты, - твердо сказал Дин, - оружие у нас служебное. Кроме того, я даже не спрашиваю, откуда вы разжились такими пушками!

- Еще бы, - усмехнулся второй мужик, - но можешь попробовать спросить.

Со стороны главного входа к ним подгребли шестеро человек. Дин про себя чертыхнулся. Отвлекающий маневр как-то не удался. К тому же… Откуда еще двое? Ведь на входе стояло четверо…

Дин решил играть в мирного мародера. Главное было не дать слабину.

- На складе еще куча припасов, - немного свысока бросил он, - так что, если поспешите, успеете еще что-то забрать с полок.

Обстановка заметно разряжалась, но все испортил Наиз.

- Так это они в тебя тогда гранату кинули! Я вон того запомнил! Ты чо, гнида?!

Парень прицелился в одного из подошедших. Дин чертыхнулся. Не время в героев играть…

- А вы зачем зверюшек убиваете? – с легкой улыбкой отозвался мужик.

- Так это ваши, как вы их назвали – зверюшки?! – кипятился Наиз.

- Остановись, - шепнул Дин парню, - нам надо просто уйти. Живыми. О сестре подумай.

Наиз осекся и глянул на Маню. Та дрожала всем телом, но крепко сжимала в руках выданный ей автомат. Дин внимательно следил за мужчинами и пока не считывал ни агрессии, ни страха. Надо сказать, держались они более чем профессионально. Никаких эмоций, никаких микро-жестов.

- Мы уходим, - бросил Дин и, не переставая держать мужчин на прицеле, сделал шаг в сторону. Группа последовала его примеру.

- Разойдемся, не ссы! – весело крикнул один из мужчин.

Рубен нажал кнопку, и ворота откатились. Только выйдя за территорию, Дин позволил себе выдохнуть и опустить автомат. Он прикрыл глаза и провел ладонью по влажному лбу. Никогда еще ему не приходилось чувствовать такое напряжение. Даже когда в тот злополучный день на складе засели какие-то придурки, и им пришлось прорываться с боем. Но сейчас майор был по-настоящему горд собой: он вывел своих людей из-под нависшей угрозы. Да. Своих людей.

Глава 2

Вот уже два часа Густав угрюмо смотрел в раскрытую тетрадь. Подойти к нему никто не осмеливался: все кружили вокруг, тщетно пытаясь хоть краешком глаза заглянуть в записи. Все, кроме Дэфф и толстяка, которого, как Найд выяснил, звали Пит. Они не показывали никакого интереса к тетради – Дэфф, вероятно, потому что знала ее содержание, а Пит… А, черт его знает, почему! Найд только заметил, что Скиф с Филипом предупредительно встали возле входной двери, поглядывая на толстяка, словно ожидая, что тот может дать деру.

Наконец, Густав поднял голову и злобно уставился прямо перед собой. Потом он перевел взгляд на Пита. Тот испуганно заморгал, но не придумал, что сказать. Он не вполне понял настроение шефа и решил отмолчаться по возможности.

- Это правда? – спросил Густав у Скифа, - Гризли отказался от поставок?

Скиф кивнул.

- Да, мы причину не выяснили тогда. Он сослался на проблемы со своим поставщиком и больше не выходил на связь.

- Однако из блестящего расследования Дэфф мы видим, что Винт недавно получил хорошую партию. Правда – не от нас. И получил ее по сниженной стоимости… А к Гризли всегда ездил никто иной, как Пит… А Винт до того страх потерял, что грозится нас обчистить, если мы ему не поставим обещанное. Интересно, интересно…

- Это провокация! – бросил со своего места Пит, - Босс, меня подставили.

- Охотно верю, - хмыкнул Густав.

- Вот тварь! – Скиф, сжав кулаки, бросился было на Пита.

- Назад! – скомандовал Гусь.

Он немного посидел молча и продолжил.

- Пока шеф, прикрывая твою жирную задницу, гниет в тюрьме и питается баландой, ты не просто жируешь на свободе, ты, сука, уводишь моих клиентов и поставщиков? Причем, сука, за мой собственный счет! Иначе откуда, падла, ты взял такую сумму?! Ты же тупой, как пробка, и деньги у тебя не задерживаются. Тратишь все на наркоту и шлюх. А судя по записям Дэфф, из сейфа пропала сумма, слегка превышающая нашу обычную плату Гризли.

- Это провокация! – завопил Пит, понимая, к чему все идет, - Дэфф просто меня ненавидит, потому что я называл ее тупой подстилкой!

Найд взглянул на Дэфф. Ее красивое лицо на секунду исказила ярость, но она быстро вернула себе ледяное спокойствие.

- Ну, это залет, - тихо произнес Густав и, резко выдернув из-за ремня брюк пистолет, с первого же выстрела выбил мозги из головы Пита.

- Блин, опять сопли с мозгами от стены оттирать! – захныкал Филип, - Шеф, ну по-человечески же просил не устраивать перепалки в доме!

- Прости, Филип, - улыбнулся Густав, ставя пистолет на предохранитель и засовывая его обратно, - я не сдержался.

Он украдкой посмотрел на Найда, пытаясь прочесть его реакцию. Но Найд лишь изумленно смотрел на стенку, по которой стекала мешанина из крови и мозгов.

- Пойдем, выйдем, - потащила Найда за руку Дефф, - покурим.

- Да, выйдите, - махнул рукой Гусь, - а мы тут пока втроем перетрем.

Найд на ватных ногах прошел за девушкой во дворик. Она выудила из кармана балахона пачку сигарет, подала одну Найду, вторую мгновенно прикурила и протяжно выпустила дым изо рта. Найд недоуменно вращал тонкую сигарету в пальцах.

- Ты не молчи, говори, говори, - посоветовала Дэфф, - и не стой истуканом. Надо двигаться, действовать! Держи зажигалку!

Найд дрожащими руками зажег сигарету.

- Первый раз, небось, такое видишь, - задумчиво пробормотала Дэфф, - заметил, как мозги вылетели? Это потому что выстрел с близкого расстояния, плюс шеф в висок попал. Если бы Питу в лоб прилетело, не факт, что пуля прошла бы навылет. Ну и еще, у Густава пули особые. Их разрывает внутри после попадания.

Найд поморщился.

- Зачем ты мне это рассказываешь? – прошептал он, - Я хочу поскорее забыть то, что видел.

- Э, нет, дружок. Тебе придется с таким иметь дело. Или ты на курорт приехал? Смешной такой, - улыбнулась девушка, - Естественно, у тебя стресс, и сейчас твой ум делает все, чтобы затереть подробности и сгладить произошедшее для тебя. Однако это чревато. Стресс уже возник, и никуда он не уйдет. А если ты ситуацию начисто забудешь, это послужит в дальнейшем сильным триггером. Видишь ли, какая постава от мозга… В своем сознании ты скоро уже не сможешь связать свой страх и произошедшее событие. Зато на каждый похожий элемент: хлопок, звук выстрела, запах пороха, вид пистолета или просто рандомное красное пятно на стене – каждый такой элемент будет вызывать у тебя резкий приход адреналина. И ты будешь вести себя неадекватно и творить дичь, даже не понимая, почему. Поэтому давай, обсуждаем все в деталях. Ты должен оставить эпизод в памяти. Помнить и осознавать – больно. Зато контролируемо. Давай. Какое лицо было у Пита перед смертью?

Найд напрягся. Казалось бы, простой вопрос, но картинка уже расплывалась в памяти. По всему выходило, что Дэфф права. Еще чуть-чуть, и детали начисто сотрутся в его голове. Он сделал усилие над собой.

- Кажется, он испугался. Он в самый последний момент понял, что сейчас произойдет, и даже дернулся.

- Верно, - похвалила его Дэфф, - теперь вспомни звук выстрела. Просто воспроизведи в памяти.

Найд скривился, но через пару секунд кивнул.

- Еще сигаретку?

- Да, спасибо.

- Теперь вспомни, по какой траектории Пит свалился со стула. Ага. Теперь – откуда Густав достал пистолет. Есть?

Дэфф попытала его еще немного вопросами, и Найд с удивлением отметил, что колотящий его ужас стал спадать. Поразительно, но припоминание деталей, вопреки его ожиданиям, не вызвало двойного стресса, а напротив – снизило интенсивность переживания.

- Хорошо, - удовлетворенно выдохнула Дэфф, - и всегда так делай, как увидел что-то страшное. С холодным рассудком припоминай детали, убеждая себя, что они тебе очень нужны. Мы же все как дети. Едва столкнулись с чем-то страшным, как закрыли глазки ручками: «все, не вижу, значит, этого нет!» Но реальность-то никуда не денется!

- Да уж, - слабо улыбнулся Найд, туша вторую сигарету.

Дэфф поежилась, обняла себя за плечи и стала смотреть вдаль на заходящее солнце.

- Ну, задавай вопросы.

- Вопросы?

- Ну да. Вопросы. Наверное, тебе не слишком понятно, что произошло.

- Ну, как. Густав только что по собственной прихоти грохнул члена команды, а Филип, матерясь, сейчас оттирает со стены мозги с соплями.

Дэфф усмехнулась.

- Шутишь… Значит, тебе уже лучше. Я сейчас принесу нам пивка, и стресс окончательно уйдет.

Она сбегала в дом и вернулась с двумя запотевшими банками. С приятным хлопком открыла одну и подала Найду. Он махом выпил сразу половину.

- Вопросы есть, конечно, - пробормотал Найд, - например, почему ты решила, что Пит подставил Гуся? Ведь между вами был какой-то конфликт, и ты могла бы в теории его подставить?

Дэфф посерьезнела.

- Во-первых, никогда не называй его Гусем. Это прозвище пытался закрепить за ним его козлина-отчим, и Густав вроде бы не обижается, отшучивается, но… Но его доверие будет уже потом не вернуть. Просто добрый совет – не называй его так. Особенно теперь, когда вы на воле.

- Ладно… Не знал.

- Ничего. Он вроде к тебе расположен. Раз новичка привел на базу – значит, точно доверяет. Наверное, сидение в одной камере как-то сближает, хах. Но это не значит, что доверием шефа можно кидаться направо и налево. Что с такими личностями происходит – ты видел.

- Видел. Но все же – как ты поняла?

- Да очень просто. Весь сектор был на Пите, он занимался поставщиками, покупателями, поиском нужного товара, тестировал даже…кхм…это уже по своей инициативе, торчок драный. Он знал буквально все: кто, откуда возит, за какие деньги и кому сбывают, какие регионы еще не охвачены, у кого качественный товар, кто всякое дерьмо подмешивает, чтобы увеличить граммовку… и прочие важные детали. И вот, аккурат в отсутствие Густава, Пит едет на очередную встречу с Гризли – это наш поставщик. Я сразу заметила, что денег из сейфа он взял на тридцать тысяч больше, чем нужно для оплаты партии. Спросила – зачем, тот сказал, мол, расценки поменялись. Но настолько невнятно соврал, что я сразу же заподозрила подвох. Послала Физзи – это мальчишка наш посыльный – следить за ним. Физзи вернулся и сказал, что сделка у Гризли с Питом состоялась. Пит сразу же поехал сбывать товар нашему покупателю – Винту. Физзи навел справки и как-то выяснил, что Пит толкнул ему партию за половину стоимости. После этого Пит поехал по кабакам и борделям – обмывать заработанное. На следующий день звонит наш поставщик, извиняется и говорит, что поставок не будет. Дескать, проблема с целой партией, и пока что сотрудничать он не готов. Хотя у нас четкая договоренность на стабильные поставки до конца года. Я складываю два плюс два и понимаю: Пит просто уводит у нас бизнес.

- Я все еще не понял, - нахмурился Найд, - если он у того взял подороже, а покупателю толкнул по дешевке, то в чем же тут выгода?

Дэфф скривилась.

- Ну, алло! Голову включи. Кто же будет забесплатно подставляться? У нас же четкие контракты. Невыполнение контракта – это война. Могут прийти и неслабо настучать по башне. Потом сто раз пожалеешь. Пит взял деньги из общака – из сейфа, не свои. Он взял больше, чем нужно и предложил Гризли перейти на прямое сотрудничество с ним, пообещав всегда платить по повышенной ставке. Этот идиот согласился. Далее Пит по знакомым каналам сбыта толкает товар Винту – и снова то же самое: он предлагает сотрудничать с ним за пятидесятипроцентную скидку. Все. Вырученные деньги он просто положил себе в карман. Это тебе только кажется, что он торганул в убыток. Да. Густаву он убыток нанес. Но сумму от продажи он хапнул себе.

- Ага! – осенило Найда, - теперь понял! Слушай, но это же глупо? Надо было хотя бы сбыть куда-то на сторону… Вы же его мгновенно вычислили.

- А ты сообразительный, - улыбнулась Дэфф, отпивая пиво из своей банки, - просто Пит реально тупой. Тупой и жадный. А Винт поумнее оказался. Он сразу прочухал, что к чему, и стал на нас давить. Мол, не было товара, и все. Он не предполагал, что я за ним поставила следить мальчишку. Винт думал, мы будем искать, куда Пит сбыл товар, и ни за что не заподозрим, что ровно тому же покупателю, что и всегда! Просто, если хотят замести следы, обычно уводят концы максимально далеко. Но Пит даже о таком не догадался. Поэтому Филип теперь оттирает его мозги со стенки…

Найд кивнул и замолчал. Больше всего на свете ему хотелось остаться в одиночестве и обдумать все произошедшее за день. Он пока смутно осознавал, что, сбежав из тюрьмы, вновь оказался в чужом мире, живущем по своим правилам. И ему снова придется эти правила выучить, иначе он здесь не выживет. Он ведь не шибко умнее Пита. И даже если он не собирается никого подставлять, то где гарантии, что не подставят его самого? Найду очень бы не хотелось получить пулю в лоб или еще куда-нибудь. Но для этого придется резко и быстро умнеть…

***

Найд проснулся от громкого фырчания мотора за окном и криков.

- Химик приехал! Химик! Хитрый говнюк! А предупредить?

Найд скатился с тахты и глянул в окно, попутно натягивая на себя одежду. Прямо у дома стояла жутко тарахтящая и воняющая машина неизвестной ему модели. Черная, вся в пыли и грязи. Наконец, ее заглушили, и из авто вышел довольный мужчина средних лет в шортиках и майке. Он триумфально держал на вытянутых руках две туго набитые авоськи с продуктами.

- Е-е-е! Сегодня жируем, братцы…и сестры! – Найд узнал голос Густава и поспешил выйти из комнаты.

- О, смотрите, как завтракать, так он первый, а как дела обсуждать – он спит, хе-хе!

Найд собрался было оправдываться, но Густав остановил его жестом.

- Шучу, шучу. Тебе надо было восстановиться. А так молодец, чуешь правильное время для появления, хех!

Тем временем Химик зашел в дом. Он широко улыбался.

- Ого! Новые лица, новые люди! – Химик поспешил пожать руку Найду и познакомиться.

Несмотря на радостную физиономию Химика, никто, кроме Густава, не выказал особой радости от его появления. Дэфф так вообще скорчила презрительную гримасу и ушла в другую комнату. Найд решил разобраться во всем позже, а для начала привести себя в порядок.

Что примечательно: в доме была проточная вода и бойлер. Вряд ли изначально в деревеньке так шиковали – ладно, водопровод, но чтобы еще и не в ведрах воду греть… Блеск! Найд замечательно отмылся вечером и растянулся на тахте, чувствуя, как приятно потягивает распаренное тело. С утра было также приятно почистить зубы и умыться теплой, а не ледяной водой. Все необходимое Найду выдали. Тапочки, полотенце, трусы и носки, одноразовый станок, мыло, мочалку, зубную щетку. Выдавая набор, Дэфф со вздохом пояснила, что до ее появления все мужики, кроме Густава, пользовались одним полотенцем и одной мочалкой на всех, а в мыльнице лежал каменный, покрытый мелкими завитушками волос, грязный кусок мыла. И только ценой долгих занудных лекций она смогла привить им правила элементарной гигиены и добиться, чтобы каждый хоть иногда притрагивался к зубной щетке. «Это было мерзко!» - смеялась она. Чистоплотный Найд поблагодарил судьбу за девушку в команде.

Умывшись, Найд вернулся на кухню, где ему вручили кусок ветчины с хлебом. Ветчина! Ее не часто можно было встретить на рынке Вероны! Чаще продавалась какая-то мерзкая колбаса, по консистенции ничем не напоминавшая мясо. Найд впился в бутерброд, после каждого укуса нюхая ветчину и наслаждаясь незнакомым доселе пряным запахом.

- А где Пит? – удивленно озираясь, спросил Химик.

- Пит кончился, - хихикнул Скиф.

- О. Густав, а что так?

- Звонкие никели утащили его на дно, хе-хе.

- Понял. Понял.

Химик не стал задавать дополнительных вопросов, но перемигнулся с остальными мужиками – видать, те без слов пообещали ему все рассказать в подробностях.

Из авосек на стол перекочевала целая куча яств: здесь был и заварной кофе – настоящий, не растворимый! И несколько шматов ветчины, и большая буханка белого хлеба, и пара бутылок коньяка, и шоколад, и мясная вырезка килограмма эдак на три, не меньше. Дэфф потянулась к шоколадке.

- Бери, дорогая, бери, - великодушно разрешил ей Химик, как будто бы без его разрешения она не стала бы есть.

Мужики дружно потирали руки, косясь на коньяк, но стоило Филипу прикоснуться к бутылке, как Густав резво ее перехватил.

- Делу день, пьянке ночь! – вскричал он, забирая со стола и вторую бутылку. По кухне прокатился разочарованный вздох.

- Итак, - начал Густав, не дожидаясь, пока все наедятся, - дел сегодня по горло. Химик, ты вовремя приехал. Как там, кстати, с нашим проектом?

- Работаю, - уклончиво ответил тот.

- А почему он химик? – тихо спросил Найд у Дэфф, но рядом сидящий Густав его услышал.

- Так химичит! – расхохотался он, - Впрочем, давай пока без вопросов. Вы все четверо – остаетесь, будем обсуждать задницу, в которой мы оказались по милости Пита. Ты, Найд, отправляешься на задание.

Густав, кряхтя, наклонился и поставил на стол небольшую, обклеенную черным скотчем коробочку.

- Доставишь это вот сюда, - он черканул адрес на бумажке и пододвинул все к Найду, - возьмешь второй автомобиль из гаража. Как проехать, Дэфф подскажет.

- Шеф, ты чего? – округлил глаза Филип, - Новичку одиночное задание даешь, еще и машину? Он же кинет, и будет таков.

Густав улыбнулся, испытующе посматривая здоровым глазом на Филипа.

- А это будет его пробное задание. Вот и увидите, стоит новичок доверия, аль нет. И вообще, Найд не сбежит. Я уверен.

Найду стало тревожно. Нет, бежать он не собирался, по крайней мере – пока. Однако… если он сейчас накосячит, от души, как он любит – ему точно крышка. И будет он с пулей в боку валяться где-нибудь… Кстати, куда дели тело Пита?

- Ну что, Найд, - усмехнулся Густав, - выбора все равно нет. Надо отвезти посылку.

Найд осторожно придвинул коробку к себе, рассмотрел ее со всех сторон, попробовал на вес.

- А… а что там?

- Антидепрессанты! – крикнула Дэфф и весело рассмеялась, - Ой, какой ты смешной, я прямо не могу!

Густав тоже посмеивался.

- Давай все вопросы потом, очень прошу. Просто отвези коробку и возвращайся. У ворот скажешь, что Густав передает бандероль господину Кригу. Возьмешь с него расписку, мол, я такой-то, такой-то, коробку получил, проверил в присутствии курьера, претензий не имею. Все. Больше он ничего тебе не должен. Без расписки ничего не отдавай. И это… Скиф! Выдай ему револьвер, будь добр. Криг этот хитрая задница. Но смотри: не поубивай мне там всех клиентов, хе-хе. А то заставлю новых искать.Кровь-то у тебя горячая, как что учудишь...

Найд стушевался. Филип еще раз выкатил глаза, но решил не вякать. Однако теперь он как-то особо злобно зыркал то на шефа, то на Найда. Найд мысленно поздравил себя с приобретением недоброжелателя в первые сутки новой жизни.

***

Надо было отдать Дэфф должное: дорогу она объяснила мастерски. Найд внимательно слушал и даже записал опорные пункты в небольшой блокнотик. А то он знает, как это бывает. Сначала «да-да, все понятно», а потом «так, повернуть до моста или после? Налево или направо?»

Найд решил, что признаваться в малом опыте вождения автомобиля не имеет смысла, и просто мысленно просил мироздание, чтобы дорога прошла без неожиданностей.

«Ведь как-то до Китежа я доехал, - сказал он сам себе, – кстати, как там Рамис? Как жена? Что вообще творится в городе?»

По-хорошему, ему надо было сейчас, офигев от радости и везения, нестись на всех парах к Вероне. А что? Авто есть, револьвер ему выделили – шик, а не жизнь. Но Найд прекрасно понимал две вещи: во-первых, он не будет платить злом на добро. Во-вторых, его еще сто раз обшмонают на блокпостах и, конечно же, задержат. Далее он сядет не только за побег, но и за убийство. Вот и все. Поэтому, пока нет возможности тайно вернуться домой, он этого делать не будет. Все равно прошло уже много времени, Апани, наверное, считает его погибшим. Выигрывать время ему ни к чему.

Найд ехал с умеренной скоростью, иногда поглядывая на соседнее сиденье, где на кочках подпрыгивала «бандероль» с «антидепрессантами».

«Кто бы такое представил!» - пронеслось у него в голове.

Через сорок минут Найд уже был у цели. Стоящий отдельно от других домиков особняк – вот что ему нужно. Впрочем, он бы и так догадался: огромное трехэтажное строение с высоченным сплошным забором выделялось на фоне остальных неброских домиков. Едва авто подкатило к воротам, на территории зашлись в лае несколько собак. Найд невольно вжался в кресло. Собак ему еще не хватало! И так на нервах.

«Надеюсь, они на привязи» - подумал он.

Погудел. Никто не открывает. Заглушил мотор, вылез. Проверил револьвер на поясе – Густав сказал ему носить оружие напоказ. Дескать, чтобы понимали, что не лох приехал.

Схватил посылку, хлопнул дверью и позвонил в звонок.

- Кто?! – грозно спросили из выведенного наружу динамика.

Найд постарался придать голосу уверенности.

- От Густава, привез посылку господину Кригу.

- Жди.

Через минуту за воротами послышались шаркающие шаги, и калитку открыли. Найд осторожно вошел, ожидая, что на него сейчас бросятся собаки. Но те заходились в лае где-то вдалеке – видимо, их увели от входа.

Найду открыл какой-то лысеющий мужик в костюме. Он прихрамывал на правую ногу – она почти не сгибалась. Так же, прихрамывая, направился вглубь дворика, указывая на скамейку перед домом:

- Тут жди.

Найд спокойно сел. Через пару минут из дома вышел все тот же «дворецкий».

- Давай сюда, что принес, - он выжидательно выставил руку.

- Отдам лично в руки господину Кригу, - твердо сказал Найд, чувствуя, как внутри все переворачивается, - еще мне нужна от него расписка.

- А задницу тебе еще не почесать, не? Господин Криг занят. Он обедает.

Найд прикрыл глаза. Было страшно. В то же время мужик конкретно бесил. А у него на поясе висит револьвер… И это доселе незнакомое ощущение: он может прямо сейчас проучить этого хама! Но надо держаться. Надо сохранять спокойствие. Сильные люди не лаются, как шавки – по крайней мере, Найду так казалось.

- Знаешь, дружище, - мягко улыбнулся он, - я сейчас уеду, верну Густаву бандероль и скажу, что господин Криг отказался от его услуг и выказал неуважение к его курьеру. Как думаешь, что Густав скажет на такое?

Дворецкий скривился и с явным неудовольствием направился к дому. Через десять минут оттуда показался ужасно заросший мужик среднего телосложения. Борода и волосы соприкасались где-то посередине скулы, и казалось, что мужик – просто слегка мутировавший лев. По пути он выдавал дворецкому оплеухи.

- Ты что, черт плешивый, меня решил перед клиентом подставить, да? Я тебя, сука, над камином повешу, если они вернут мне товар с претензией! Я тебе яйца отрежу, башка твоя тупая! Сколько раз говорил: не клади рядом две партии?!

- Г-господин, - заикаясь, пролепетал тот, - к вам же курьер…

Найд догадался, что это и есть Криг. Тот мельком глянул на Найда и продолжил выдавать тумаки дворецкому. Наконец, чуть успокоившись, прогнав прислугу, подошел к Найду, выставил ладонь.

- Давай.

Найд было повиновался и уже протянул коробку, но быстро отдернул ее.

- Расписку, - как заведенный, повторил он, чуя, что сейчас и ему достанется.

Криг закатил глаза и, достав из заднего кармана брюк блокнотик, что-то быстро там черканул, сунул бумажку Найду и почти силой выхватил посылку. Найд вцепился в нее и не отпускал, пока глазами не пробежал содержание листочка.

- Все в порядке, господин Криг, - улыбнулся он и направился к воротам, пряча расписку в карман, - всего доброго.

- Вот же гнида приставучая, - услышал Найд, нажимая на кнопку открытия калитки.

Только усевшись в машину и закрыв за собой дверь, Найд почувствовал себя в относительной безопасности. Сердце колотилось, ладони вспотели.

«Все обошлось», - повторил он шепотом несколько раз.

Ладно. Пару глубоких вдохов и выдохов. Вытереть потные ладони о комбез. Вставить дрожащими пальцами ключ зажигания.

С территории особняка снова донеслись крики. Криг нещадно шпынял своего дворецкого, угрожая расправой. Немного напрягши слух, Найд понял, что дворецкий, по всей видимости, перепутал две партии – с качественным товаром, предназначавшимся важным людям, и низкопробным – для всякого, как заявил Криг, отребья.

Цокнув языком, Найд завел двигатель и стал аккуратно сдавать назад. Он больше не слышал, о чем они спорили, но ему было все равно. Хотя… Действительно ли все равно? Судя по всему, этот Криг был тем еще засранцем. Найд ведь не тупой, догадался, что за «антидепрессанты» он везет в коробке. За этот товар люди готовы были отдавать огромные деньги, и вряд ли Криг брал со всякого отребья меньше. Разве он похож на благотворительный фонд? О нет.

Это говнюк, пользуясь тем, что отребье ничем не сможет ему ответить, поставлял им либо некачественный, либо разбавленный каким-то образом товар. И все, что сделал дворецкий – перепутал две партии. Что скоро вскроется ценителями. И будет дворецкий висеть над камином, или его яйца, или и то, и другое – но по отдельности. Интересно, а что ценители сделают с самим Кригом?

Выехав на шоссе, Найд тряхнул головой и усмехнулся. Странная у него началась жизнь. Странная, но интересная, в своем роде. Новые люди, новая парадигма мышления… Кроме того, он был очень горд собой: он благополучно добрался до места, не разбив машину. Твердо затребовал расписку, не спасовал перед злючим Кригом. Не стал козырять оружием – что тоже немаловажно. Он сделал дело и едет на базу! Он – справился!

***

Благополучно вернувшись с группой на базу, Дин почти сразу же лег спать. Он не читал нотации Наизу, не поучал никого, не разбирал произошедшую ситуацию. Он просто мысленно благодарил мироздание, что все сложилось именно так, как сложилось, и что те мужики не стали выпендриваться и показывать свою крутость. И что больше никто, кроме Наиза, не стал высовываться и вякать. Иногда – Дин точно это знал – иногда нужно просто прикинуться мелким напуганным человечком. Не качать права и никому не доказывать свою крутость. Нет, не унижаться – чаще это бесит злоумышленника. Но и не лезть на рожон. Это один из способов остаться в живых во времена кризисов. Что они и сделали: затарились оружием, лекарствами и едой, перетащили все это подальше от возможных мест привлечения внимания и тихонечко засели на базе, ожидая, пока ситуация сама как-то разрулится. Дин, хоть и был полицейским, не видел смысла в одиночку бегать по городу и кого-то спасать. Есть группа, которой он может помочь – вот и хорошо. Это большее, что он может сейчас сделать. Хотя…

Проснувшись с утра, Дин почувствовал укол разочарования. Он так и не докопался до истины. Он так и не расследовал исчезновение жены. И во всем этом дурдоме он так и не нашел время и возможность хоть что-нибудь сделать, однако теперь… Теперь, когда в городе значительно поубавилось народу, теперь, когда на некоторых объектах порой не бывает охраны… Не попытать ли ему счастья?

Он вышел на кухню, позевывая. За столом сидела одна только Лиза. На сей раз она вела себя более уважительно: поздоровалась, сообщила, что чайник вскипел. Дин кивнул, засыпал в кружку растворимый кофе с сахаром и сухими сливками, плеснул кипятка и сел за стол. Осмотрелся еще раз внимательно. На небольшой тумбе у стола он заметил радиоприемник.

- Работает?

- Наверное, - пожала плечами Лиза, - а на кой хрен он нужен?

- Я включу?

Лиза равнодушно пожала плечами. Дин воткнул приемник в розетку и сразу сбавил громкость – остальные еще спали. Майор хотел услышать какие-то комментарии администрации или столичных властей по поводу произошедшего. Нет, понятно, что никто не скажет открытым текстом, что и по какой причине происходит. Но во время передряг надо держать ухо востро. По радио или по телевидению всегда передадут, если город оцеплен, или введен комендантский час, или жителям запрещено покидать дома. Знание этой информации может также спасти жизнь, ведь если в город зашли военные, они имеют право стрелять в нарушителей. А так глупо погибнуть он не хочет и ребятам не даст. Особенно зная теперь, как Наиз любит препираться.

Лиза ушла в ванную, и Дин остался один. Попивая кофе, он переключал радиостанцию одну за другой, пока помехи не сменил голос диктора.

- … оставаться дома и не покидать своих жилищ без острой необходимости. С сегодняшнего дня вводится комендантский час на перемещение по городу с девяти вечера до восьми утра. Жизненно важные службы работают в штатном порядке, однако просим вас быть благоразумными и не обращаться в больницу без серьезных ранений. В Вероне назначено обязательное патрулирование улиц. При перемещении по городу вы будете обязаны показывать идентификатор военным по первому требованию и сообщать всю интересующую их информацию. Внимание! В Вероне объявлено чрезвычайное положение. Просим оставаться дома и не покидать своих жилищ без острой…

Дин вздохнул и выдернул вилку из розетки. Понятно, что на единственной работающей сейчас частоте крутят зацикленное объявление. Если ситуация изменится – сменят пластинку. Что ж… Он узнал то, что хотел.

Лиза вошла в кухню, когда Дин перекладывал свою часть пайка и лекарств в отдельный рюкзак.

- Ты чего это?

- Мне надо сделать одно личное дело. Скажи ребятам, пусть не волнуются. Когда проснутся все, включите радио и прослушайте сообщение. Строго выполняйте полученные указания. Не выходите из дома. У вас все есть. Не нужно никуда бежать. Здесь вполне можно протянуть недели три, а за это время, я уверен, либо все наладится, либо начнет действовать экстренная система снабжения. Либо всех вообще эвакуируют. Поняла? Еще раз: сидите дома, носу на улицу не кажете, экономно расходуете паек, не шумите и не привлекаете внимание. Каждые 2-3 часа включаете приемник и внимательно слушаете сообщение. Если оно изменится, лучше об этом узнать своевременно.

- Погоди, а ты насовсем уходишь?!

Дину показалось, что Лиза даже испугалась. Он вздохнул.

- Я не знаю. Я бы хотел вернуться. Но может случиться всякое. Я, конечно, беру оружие, беру еду, но… Если я не появлюсь сам, не ищите. Это самое глупое, что можно будет сделать. К тому же, если я разузнаю нужную мне информацию, я могу отправиться отсюда подальше.

- Да ты из города не выйдешь! Ты псих?

- Я…пожалуй, псих. Но меня успокаивает, что вы обеспечены всем необходимым. Назначат эвакуацию – собирайте все и эвакуируйтесь. Оружие только у вас изымут, учтите. Но скорее всего ситуация разрулится с приходом военных. Все же это скорее ЧП, чем серьезная заварушка типа войны на много лет вперед. Ну, бывайте!

- Удачи, - сдавленно прошептала Лиза, и Дин понял, что девушке действительно страшно.

За себя ли она боялась, или просто еще не отошла от вчерашней ситуации – он не знал. Но разбираться не было времени. Дин закинул рюкзак за спину, повесил на плечо карабин и вышел. Он понимал, что совершает наиглупейший поступок в своей жизни, но иначе поступить он не мог. Он может погибнуть – так ведь и Вера погибла, скорее всего! А вот сможет ли он жить, не выяснив, что с ней случилось? Ведь должен же он каким-то образом искупить свое бездействие! Душевное спокойствие он сможет получить только не сидя на заднице…

Пригибаясь и прислушиваясь к каждому шороху, Дин ранее себе и не представлял, что будет пробираться, как вор, по улицам вверенного ему города. Он успел юркнуть за торговый ларек и благополучно пропустил мимо себя патруль. Это была группа из четырех вооруженных солдат. Форма их была майору незнакома, и он предположил, что гады пришли из самого БЧС.

Теперь оставалось пробраться на территорию шахты, чтобы проверить свою старую версию с исчезновениями. Но как? Все выходы из Вероны охраняются. Уж точно не по главному шоссе! Но другого и не было. Значит, придется чапать по бездорожью.

Оказавшись на окраине города, у автовокзала, Дин внимательно осмотрелся. Пока никого. Кто знает, может, кто-то и сидит в самом здании и смотрит прямо на него сейчас из темного окна… Дин вдохнул и поправил лямки рюкзака. Они больно впивались в плечи – неудобная конструкция, но что ж теперь сделаешь.

Сразу за зданием автовокзала находился большой пустырь. За пустырем начиналась гряда скал, которые шли на некотором удалении от шоссе. Опасно идти по открытому пустырю – но иного варианта Дин не видел. Ему все равно нужно в направлении шахты, а по дороге передвигаться никак нельзя. Его остановят или застрелят. Вот чем все кончится. Еще раз вздохнув и оглядевшись, Дин ступил на сухую землю и быстро зашагал в сторону скал. Солнце распалялось. Пришлось надеть кепочку. От жары она не спасет, а вот от солнечного удара – может быть. Ладно еще, в рюкзаке большой запас воды. А то бы тяжко пришлось.

По мере приближения к скалам, на пустыре появлялись камни. Сначала это были мелкие камешки, потом – величиной с кулак, далее размеры лишь увеличивались. Прыгать по камням Дину не хотелось, но в какой-то момент он обнаружил, что именно это и делает. Пустырь кончился. Начиналась каменная полоса препятствий.

Поднявшись на возвышение, Дин мог хорошо видеть шоссе. По нему туда и обратно проехал небольшой грузовичок. Возможно, этот отрезок патрулировали на автомобиле. Но мелкую фигурку среди серых скал оттуда невозможно увидеть, да и никто не будет заморачиваться. Дин, кряхтя, продолжил подъем. Другого пути у него не было. Еще через несколько минут он услышал, как катятся камни, и обернулся на звук. К подножию скалы подходило несколько вооруженных человек.

«Опять те психи, - сказал сам себе Дин, - явно не военные, но вооружены. Несут что-то…»

Он прищурился, чтобы рассмотреть предметы, которые были у них в руках, но так и не понял. Что-то вроде длинных палок, еще парочка чемоданчиков. Впрочем, какая ему разница? Надо прекращать по старой полицейской привычке вынюхивать все, что возможно, а вместо этого сосредоточиться на цели. Уговорив себя, майор продолжил движение дальше.

Добрался до шахты он лишь к вечеру. Обливаясь потом, уставший, он клял все на свете, но особенно – эти патрули. Если бы их тут не было, путь по дороге вряд ли занял бы больше часа. Но по крутому каменному склону перемещаться оказалось тяжелее, чем он ожидал. Где-то пришлось топать по осыпи, рискуя поехать вниз с каменной рекой. Где-то карабкаться вверх и сползать вниз по крутому склону. Где-то – перелезать через целые каменные баррикады. И как он не убился?

Попасть на территорию шахты можно было через главный вход, но он заперт – кроме того, где гарантия, что шахта не охраняется? Вдруг военные и тут расположились? Или, кто-то из руководства тут отсиживается, раскусив, что вдали от города безопаснее? Нет, Дин не мог быть уверен, что он здесь один. Поэтому он потратил еще полчаса, чтобы обойти по периметру и отыскать наиболее удачное, на его взгляд, место для того, чтобы перелезть забор.

Ему, можно сказать, повезло. За каждым клочком огромной территории было просто не уследить, и Дин нашел раскуроченный отрезок заграждения. Видать, кто-то хорошо подготовился и проделал достаточно удобную дыру, в которую Дин и просочился, предварительно посмотрев внутрь и по сторонам. Пока никого….

Путаясь в направлении, добрался до главного корпуса, где должна была быть диспетчерская. Фиг знает, как он ее найдет – да хоть в каждый кабинет заглянет! На каждый этаж поднимется - но найдет!

Вход, разумеется, закрыт. Дин огляделся. Выламывать дверь было ему не под силу, но вот разбить окно – почему бы и нет? Он поднял с земли средних размеров камень и, размахнувшись, швырнул его. Раздался звон стекла. Дин рухнул на землю, чтобы остаться незамеченным. И снова тихо…

Выждав немного, он выломал остатки стекла и забрался внутрь. Осмотрелся. Обычная проходная… Все весьма скромно. Если так дальше пойдет, он без проблем найдет то, что ищет.

Так и вышло – видать, шахты были покинуты полностью, и добыча угля простаивала уже несколько дней. В закуточке охранника Дин нашел шкафчик с ключами и мысленно похвалил себя. Теперь – вперед!

Диспетчерскую он нашел быстро – первая цифра кабинета, написанного на брелоке, соответствовала этажу. Отперев дверь ключом, как нормальный культурный человек, Дин вошел внутрь. Диспетчерский пункт был оснащен достаточно бедно: видавший виды пульт управления с несколькими старыми мониторами, технологическая карта на стене, парочка микрофонов да стационарный телефон. И журнал событий – большого размера тетрадь с вложенной внутри ручкой. Однако вещи находились в полном порядке, и Дин сделал вывод, что с шахты никто не бежал в панике, разбрасывая все вокруг.

Теперь, видимо, надо включить хоть что-нибудь? Дин в недоумении покосился на пульт. Как-то он упустил этот момент. Думал, главное – проникнуть незамеченным, а там уж… И вот, наступил момент «а там уж». И что делать?

Дин нажал на красную кнопку на пульте. Послышался короткий сигнал. На стене перед ним замигали красным лампочки. Дин не понял, что это значит и перешел к изучению информации на мониторах. Но и здесь ничего интересного. Лишь сводка всех узлов оборудования. Напротив каждого надпись – «отключен».

«М-да», - прокряхтел Дин и откинулся на спинку стула, закидывая руки за голову.

Видимо, он ошибся, и записи с камер надо искать не здесь. У охранника? Опять бежать на первый этаж? Э нет. Охраннику на экран транслируется только текущий момент, а куда может записываться архив?

«Думай, тупица, думай!» - Дин стиснул зубы. Он отсюда без информации не уйдет.

Путем долгих поисков майор вышел в программу архивации записей. Для этого потребовалось включить один из компьютеров в углу диспетчерской. Ему открылось бесчисленное множество папок. Название – дата. Дин почесал в затылке. Он хотел проверить информацию о том, совпадают ли исчезновения людей с выходом грузового поезда. Это была его единственная догадка и зацепка. Стало быть, надо смотреть записи того дня, когда Вера не вернулась домой.

Первый час прошел почти бесцельно. Зато Дин понял, что камера, висящая в зоне погрузки, называется «Камера 3», и соответственно, записи с нее нужно было искать в отдельной одноименной папке. Поморщившись от головной боли, Дин выудил из рюкзака воду и выпил залпом треть литровой бутылки. Закинул в рот пару сухарей. Авось поест, полегчает.

Итак – дата исчезновения Веры – никакой информации с камер. Но и не было вывоза угля. Следующий день – Дин напряженно вглядывался в экран. Запись была в плохом качестве, но базово можно было понять происходящее. Вот в зоне погрузки появился человек. Грузчик? Нет. Ведет себя странно. Озирается, прячется. Запаниковал. Ага, начинается погрузка!

К сожалению, основная часть состава поезда находилась в слепой зоне камеры, и это была единственная камера здесь. Поэтому Дин сосредоточился именно на ней. Вот человек зачем-то цепляется за последний вагон и уезжает… Опа! Реально, берет и уезжает!

Дин отвел взгляд. В глазах рябило. Только что он увидел – что? Побег из города? Или это один из пропавших? Перемотав запись до нужного момента, Дин попытался узнать беглеца, но качество записи делало это невозможным. Так, по общему силуэту… Вроде бы он где-то этого человека видел… Но где? И как возможно это вспомнить сейчас, когда события последних дней навели полнейший бардак в голове?

Дин стал искать зацепки на других камерах. Пустые коридоры, никого. На проходной никого. На одной из камер – тот самый человек идет с фонарем, словно заблудился и ищет дорогу.

Майор покачал головой. Это и не зацепка вовсе. И Веры нигде не было видно. С другой стороны – все вагоны, кроме последнего, находятся в слепой зоне камеры. С этим ничего не поделать. Он посидел еще пару часиков, просматривая ночные часы других дней на быстрой перемотке, но не заметил ничего интересного.

Ладно. Журнал событий. Раз уж так долго добирался, надо собрать максимум информации.

Дин без особого интереса стал листать толстую тетрадь. В ней оказалось не так уж и много записей, и он без труда отыскал последнюю заполненную страничку.

«15 июня 2070, 13:03. Недостаточная вентиляция участка 15-Б. Перемещение бригады на участок 17-Б до выяснения»

«25 июля 2070, 11:37. Обвал участка 23-А. 15-я бригада связалась по рации. Эвакуация»

«26 июля 2070, 16:42. Поломка комбайна. Эвакуация»

Дин нахмурился. Малоинформативно. Бегло пролистал всю тетрадь еще раз. Из массива незаполненных страниц выпал сложенный вдвое лист. Майор развернул его. Нахмурился еще больше. Листок представлял собой дубль последней страницы. Все было идентично, кроме одного: в двух последних заметках был и еще текст. Теперь сводка выглядела так:

«15 июня 2070, 13:03. Недостаточная вентиляция участка 15-Б. Перемещение бригады на участок 17-Б до выяснения»

«25 июля 2070, 11:37. Обвал участка 23-А. 15-я бригада связалась по рации. Эвакуация 12:08, повторная связь с бригадой 15, не хватает одного. Возможно, человек под завалом. 12:10, связь с Баксоном. Не отвечает. 12:35, связь с управляющим. Запрет на разбор завала»

«26 июля 2070, 16:42. Поломка комбайна, участок 11-А. Связь с бригадой 15 по рации. 16:45, связь с Баксоном. Эвакуация»

Дин держал перед собой и тетрадь, и листок, чувствуя, как что-то внутри обрывается. Тут, выходит, человека убили? По распоряжению Баксона, управляющего шахтой? Фамилия-то эта на слуху. Не последний человек в городе… Впрочем, кто знает, что там произошло на самом деле? Да, лист выдернули и переписали происшествия более скромно, убрав все самые важные детали. Но как это поможет конкретно ему в поисках жены? Да никак! А то, что тут творится такое – так и не удивительно. Когда в Вероне хорошо к рабочим относились?..

***

Дэфф, найдя благодарные уши, трещала иногда без умолку. «Ты не такой, как остальные, - говорила она, с интересом поглядывая на Найда, - если только не заматереешь и не станешь таким же женоненавистником, как большая часть команды».

Дэфф в банде приходилось трудно, однако она была благодарна за свое спасение Густаву и стойко сносила все задания, на которые он ее посылал.

Густав достал Дэфф из борделя, где ежедневно ее накачивали какой-то неизвестной синтетической дрянью и пользовали, куда и как только возможно. Фактически, она находилась в рабстве. И ведь она никак этому не способствовала! Не бродяжничала, не кололась, не шлялась по барам. Ее похитили прямо по дороге с работы, накинули мешок на голову, засунули в машину и увезли в неизвестном направлении. Отобрали документы и продали в бордель. Через месяц она себя уже не узнавала. С ней делали все, что заблагорассудится, а чтобы не бунтовала и не словила болевой шок – накачивали синтетикой. Накачивали там абсолютно всех. Каждый день был как по расписанию. Подъем вечером, завтрак, осмотр доктора и заветный укол, душ, наведение марафета – после чего бросали в комнату обслуживания гостей. Так в легком забытьи проходила ночь. К утру давали поесть, отправляли в душ, а если клиенты перестарались – еще раз к доктору. Далее в комнату с заколоченными окнами – отсыпаться. Паршиво было одно: как раз перед сном действие наркотика прекращалось, и Дэфф оставалась один на один со своими чувствами и мыслями.

Она ненавидела себя, она ненавидела мужчин, ненавидела вообще весь мир. Она сто раз спрашивала, за что жизнь с ней так обошлась – и не получала ответа. Если она впадала в лютую истерику, ей давали транквилизаторы. Если они не действовали – избивали. Лишали еды. Грозились отменить укольчики. После того, как Дэфф несколько раз пыталась покончить с собой, ее перевели в отдельную комнату без окон и мебели. Там буквально было нечем себя убить – если только биться головой об стенку. Так и делала. Но на шум приходили надсмотрщики и жестко разбирались с ней.

Сначала Дэфф стабильно два раза в месяц готовила побег. После нескольких неудачных попыток и по мере привыкания к синтетике, у нее оставалось все меньше силы воли. Она просто покорно принимала все, что с ней происходило. Однако Дэфф повезло – в какой-то момент в борделе тусил Густав. Не то что бы он увлекался всяческими извращениями – ему было достаточно обычных шлюх. Просто один из клиентов назначил здесь встречу и подарил Густаву пару часов с проституткой как задаток в честь плодотворного сотрудничества. По воле случая ему попалась Дэфф. Густав сразу заподозрил, что что-то не так. Он потормошил девушку, спросил, что с ней, не плохо ли ей. К его великому удивлению Дэфф начала рыдать. Густав понял, что ночь любви накрылась, но развлекаться с накаченной наркотой шлюхой, да еще и против ее воли, было для него против правил.

Он попытался выяснить, отчего Дэфф в таком состоянии, и она, захлебываясь слезами, затараторила, что это особый бордель, и тут все такие. После она начала валяться у него в ногах и обещать все, что угодно, лишь бы он вытащил ее отсюда. Густав не смог ей отказать. Он выкупил девушку на удивление своего клиента – а хозяин, напротив, воспринял предложение с радостью – выходки Дэфф его порядком достали. Густав сразу же помчался с ней в больницу. Там он отвалил за лечение куда больше, чем обошлась ему сама Дэфф. У нее, на удивление, не обнаружилось никаких венерических заболеваний – обрабатывали их достойно, опять же: ежедневные осмотры врача. Тем не менее, Дэфф была сильно истощена, в лютом стрессе, ее организм был изношен постоянным приемом антибиотиков, ну а вишенкой на торте была тяжелая синтетическая зависимость.

Всего в борделе Дэфф провела восемь месяцев. Врач сказал – еще бы полгодика, и никакие лекарства и капельницы ее бы уже не вытащили. Ее счастье, что в тот день она попала именно к Густаву. Дэфф, выйдя из больницы, без конца благодарила своего спасителя, но он ее попросил никогда больше не думать, что она ему обязана. Они заключили контракт – и точка. Контракт на работу. Она ничем ему не обязана, он просто подобрал себе нового исполнителя.

Разумеется, Дэфф боготворила Густава, как бы жестко он порой не относился к команде. И, кстати, именно Густав заставил ее в деталях припоминать все, что с ней делали в борделе. Дэфф считает, что кукухой она не поехала только благодаря тому, что шеф помог найти в себе силы признать реальность именно такой, какой она была.

Найд, как ни сдерживался, прослезился. Дэфф это заметила и улыбнулась.

- Не надо жалеть меня, - она положила ладонь поверх его руки, - мне ведь и правда повезло. Ты думаешь «ой, какой ужас приключился с ней» - и действительно: какое-то время я жила в ужасе. Но можно подумать иначе. Ведь я не умерла там, меня вытащил Густав, я на свободе и живу, возможно, свою лучшую жизнь! Кроме того, меня могли бы тогда не похитить, а убить. Иногда я жалела, что именно так не вышло. Но теперь, - она покачала головой, - я думаю совершенно иначе. Я рада, что я жива!

Найд с трудом подбирал слова.

- А ты не думала отомстить им теперь, когда у тебя есть какое-никакое влияние и люди, которые поддержат?

- Думала об этом. Обсуждала с Густавом. Он против мести как таковой, и я могу с ним согласиться.

Найд округлил глаза.

- Ты чего? Это даже не месть, это… возмездие! Они должны получить по заслугам!

Дэфф усмехнулась.

- Новичок ты, только и всего. Мысли шире. Какую цепочку событий это поднимет? Густав наводил справки – у борделя довольно серьезная крыша, и, учинив там самосуд, я навлекаю опасность на свою голову и головы товарищей. В том числе и на голову моего спасителя. Так и будет продолжаться: я отомщу за себя, они придут отомстить за разрушенный бизнес, а те, кто останутся в живых, будут мстить за тех, кого в этой перепалке убьют. И потом, надо понимать, кому мстить: то ли докторам, ставящим уколы, то ли хозяину борделя, который всего лишь исполнитель, то ли его крыше, а то ли отрезать яйца похотливым клиентам, которые создают спрос на такое?! Я просто бездарно просру подаренный мне второй шанс. Стоит оно того, м?

- Этого мне не понять, - покачал головой Найд, - пока, по крайней мере.

Он погрузился в свои мысли. Больше всего Найда потрясла не столько история Дэфф, сколько ее отказ от мести. Найд частенько представлял в своих мыслях, как вдруг становится сильным и влиятельным и начинает мстить каждому, кто причинял ему страдания. Жестко, методично, с удовольствием. Даже сейчас – Найд задавался вопросом, а кто виноват в его теперешнем состоянии, в его галлюцинациях, кто вообще заварил всю эту историю, из-за которой вся его жизнь пошла насмарку?! Вот бы найти виновника и отомстить… Он и вправду так думал. Но очень мало информации, даже рассказанное Тильдой не спасает. Значит ли это, что недостающие паззлы ему придется добыть самому?

Готового ответа снова не было.

Глава 3

Над большим верстаком свисала яркая лампа. Скрючившись на стуле, Рамис аккуратно вырезал новую фигурку. Неловкое движение. Дернулся. Минус еще один палец. Ну, как… просто поранился, если не драматизировать. Вздохнув, он отложил работу, встал из-за верстака, вынул из аптечки бинт и хорошенько замотал порез. Это уже четвертый забинтованный палец. Корнилов не обманул: Рамису предоставили самые лучшие, самые новые инструменты, а он, привыкший работать тупыми, без конца ими резался.

«Ничего, привыкну», - проворчал он недовольно себе под нос.

На самом деле, ворчливое настроение настигло Рамиса не просто так. Он был недоволен, потому что за пять дней новой жизни не нашел, чем бы быть недовольным. Все складывалось немного не так, как его пугали, и как он сам пугал себя. Он думал, что творить по заказу будет сложно – но ошибался. Заказы поступали интересные, притом сами клиенты приносили Рамису идеи, о которых он в моменте даже и не думал! А бывало, что клиент не особо знал, чего хочет, и Рамис включал свой творческий радар на максимум, генерируя идеи одна за другой. Это как-то не сильно смахивало на рабство, которое он ожидал. Да и потом – ему больше не надо было выкраивать жалкие крохи времени на любимое дело! В общем, Рамис продолжал жить в режиме веронского беженца, ежеминутно ожидая подвоха, и чем дольше подвоха не было, тем тревожней ему становилось.

Основная проблема возникла с Апани и Ледой: удочерить девчонку было, по словам Корнилова, почти невозможным. Для этого, как минимум, пришлось бы заключить фиктивный брак, а наличие мужа у Апани это как-то усложняло. Впрочем, Корнилов попросил не паниковать и подождать, пока он с кем-то там переговорит. Кроме того, Апани надо было пристроить на работу, и хорошо бы не прачкой или уборщицей, а кем-то поприличнее. Но Корнилов сказал, что не знает, как в окружных детских садах родители отнесутся к воспитательнице-беженке. А информация просочится, она всегда просачивается. Вздохнув, Корнилов пообещал похлопотать по поводу временной прописке всей семье. Он так и сказал – «всей семье».

Погруженный в мысли, Рамис вернулся к работе. Его новым заказом был деревянный гребень с узором – клиент заказал для своей супруги. Рамис снова начал срезать лишнее с заготовки, хотя работать с забинтованными пальцами было ужасно неудобно.

В дверь постучали.

- Да-да!

Это был Корнилов. Он сначала приоткрыл дверь, убеждаясь, что не сильно отвлекает Рамиса, и только потом зашел. Он держал в руках какой-то листочек. Рамис отложил работу и выпрямился. Капитан сел на свободный стул.

- Вы просили разузнать что-нибудь о вашем пропавшем друге, - мягко начал он, - и я кое-что нашел.

Рамис аж подпрыгнул.

- Он жив?! Да?

Корнилов пожал плечами.

- Я этого точно не могу сказать. На определенный момент он точно был жив, впрочем…кхм, не буду вас нервировать. Буду краток. Господин Хаглоу три дня назад сбежал из тюрьмы вместе с главой криминальной группировки.

По мере того, как капитан раскрывал подробности, лицо Рамиса вытягивалось.

- Они сбежали, убили охранника. Их не удалось задержать. Ищут, но пока безуспешно. Поэтому, как вы понимаете, я не могу точно знать, жив ли ваш друг сейчас.

- Погодите, погодите, а за что он сел?

- Я и так выдаю вам конфиденциальную информацию, - мягко улыбнулся Корнилов.

- Понимаю, - вздохнул Рамис, - вы извините, что я допытываюсь… Какое облегчение, Найд жив! Но просто… В тюрьме! Это невозможно! Вы поймите, он ведь просто в один день взял и исчез. Не вернулся домой после работы. Мы думали, он погиб. Вы ведь слышали об исчезновениях людей в Вероне?

- Да, что-то слышал, но я не всемогущ. Тут ничего не знаю. Вы как-то преувеличиваете мои полномочия и доступ к информации.

«Как же, как же, - фыркнул про себя Рамис, - вот только не надо прибедняться. Когда вашему брату надо, вы все знаете!»

- Впрочем, - потер подбородок Корнилов, - я не вижу причин скрывать. Наверное, от меня не убудет с этой информации. Вашего друга сняли с поезда, когда он ехал по направлению к столице. Взяли в одном из округов, по новым законам назначили тюремное заключение. Отбывал наказание в тюрьме под Китежем, откуда и сбежал. Собственно… все.

Рамис задумался.

- Я слышал про новый закон, однако… Разве срок заключения не должен быть около трех недель с исправительными работами? Но тогда… Но тогда зачем ему бежать? Просто бы послал нам весточку, отсидел бы положенные три недели и вышел! Ничего не понимаю.

Он вопросительно взглянул на Корнилова.

- Сняли с грузового поезда?

- Похоже, что да. Но как это...

- И еще одна странность. Значит, он в тот день был на шахте! И выехал на поезде? Да, как раз это был день отгрузки… Ничего не понимаю! Зачем?!

Корнилов молча наблюдал, ругая себя за длинный язык. Он не понимал, какую ценность могут нести эти сведения, но по всему выходило, что у Рамиса появились обоснованные подозрения. Хотя – даже если и так, какое ему до этого дело? Он передал все, что знает. И, все же, капитана коробило ощущение, что для Рамиса выданная информация значила явно больше, чем для него самого.

- Ладно, - махнул рукой Рамис, - это все неважно. Спасибо вам, спасибо огромное! Я очень рад, как бы то ни было. Только это… Апани я сам скажу, пожалуй. А то она чересчур впечатлительная. Сами понимаете, узнать, что муж побывал в тюрьме…

- Это уж как знаете, - Корнилов поднялся со стула, - мое дело сообщить. Но не злоупотребляйте моими связями, пожалуйста. Мне и так надо очень многое для вас устроить. Это не упрек, просто…

- Я понял. Спасибо!

Дверь за Корниловым закрылась. Рамис прикрыл глаза и выдохнул. Найд жив! Его дружище жив! Но как же его угораздило?.. И как он будет жить дальше? Где? На какие деньги?

«Боюсь, мы теперь никогда не узнаем», - прошептал Рамис, снова берясь за инструмент.

***

Весь оставшийся день Найд слонялся по дому, а затем, когда надоело ходить по дому – стал шататься по двору. Густав с мужиками уехали, как он сказал, «налаживать контакты», Дэфф ушла по личным делам, и Найд остался один. Шарахаться без дела было слишком непривычно: всю свою жизнь Найд помнил, как его шпыняли за безделье. Сначала в школе, потом на работе, да и в тюрьме тоже надо было трудиться! А тут со свободным временем открылось пространство для мыслей… И он их не вполне выдерживал. В голове летало множество вопросов, вызывая только тревогу. Сможет ли он хоть с чем-то разобраться?

Не выдержав, Найд засел на кухне, достал из кармана блокнот с ручкой и принялся выносить бардак из головы на бумагу.

«Что в моей жизни идет через жопу?» – был его первый вопрос себе. Ответ «все» он не принял, но учел.

Первая неприятность – его текущий статус. Он в розыске. И статей на нем поприбавилось. Найд нарисовал кружочек посередине листа, вписал туда «статус» и отвел от кружочка четыре стрелки:

1)Где жить?

2)Чем зарабатывать?

3)Можно ли сделать новые документы или подчистить информацию в базе?

4)Как дать знать своим, что он жив? И как удостовериться, что с ними все в порядке? Надо ли спешить на помощь в Верону? Или там уже разобрались без него, и он может не подвергать себя опасности разоблачения?

Окей, так выглядело гораздо лучше. Вместо неясной тревоги неопределенного размера он имел всего-навсего четыре задачи, как минимум две из которых сейчас закрывал Густав. Так или иначе, он пока пристроен. Не подохнет с голоду. Другое дело, что не хочется пожизненно связываться с криминалом. Большая нагрузка на психику. И в перспективе снова тюрьма.

Найд нарисовал еще один кружочек, написал внутри «галлюцинации». Стал отводить стрелочки:

1)Причина? Предполагаемая. Если верить Тильде, он подвергся излучению, которое изменило его организм, вследствие чего он имеет доступ к общей базе знаний этих – как их там? – рэксов.

2)Как убрать?

Найд почесал голову обратной стороной ручки. Ответ на этот вопрос может проясниться, если он точно узнает причину…

«Ладно, вернемся к причине…»

Он отвел стрелочку от первого пункта и написал «как проверить?».

Посидел, потупил. В голове как белый шум: куча мыслей, и ни одной здравой.

Вздохнул, перевернул страничку. Написал сверху: «Что я знаю?» и начал чертить схему.

Рэксы.

Двойной цикл: ящеры, рэксы. Соединил последние пункты и подписал: кокон, излучение.

Ящеры: неразумны, размножаются, агрессивны.

Рэксы: не размножаются, мимикрируют, нужны пересадки органов, общая база знаний. Зачеркнул последнее и написал: «коллективный разум». Так ему было понятнее.

В мыслях немного посветлело. Увидев расклад в виде простой и понятной схемы, Найд даже улыбнулся. Сейчас он еще одну нарисует!

Найд с энтузиазмом перелистнул страничку и написал: «Кто может что-то знать?»

Военные – но к ним идти желания нет. Тильда – но она в тюрьме, и вернуться туда нельзя. Кроме всего прочего, она уже рассказала все, что знала. А даже если о чем и умолчала – не скажет. Ей и так досталось, судя по всему.

Кто-то в Вероне и Китеже. Но кто? Ведь людей надо было похитить, далее – вероятно, ввести им какой-то препарат… Далее доставить до пункта перевозки – в случае Вероны это зона погрузки угля, ну а в Китеже – мебели. То есть, есть какие-то исполнители. А руководство шахты знает? Ведь машину с грузом надо еще пропустить на территорию… Знают ли машинисты поезда и водители фур?

Найд снова задумался. В цепочке не должно быть слишком много посвященных людей, иначе бы это не смогло остаться тайной. Он предположил, что все участники цепочки обладают строго дозированной информацией, и то – в основном, связанной с похищением.

Например, машинист может знать, что везут что-то особое, но ему не говорят, что и кому. Просто сообщили, где остановиться и дать забрать груз. А управляющий шахты может знать, что на территорию должна проехать машина, но не знает точно, зачем. Сказано сверху: пропусти и не отсвечивай…

Хотя… Найд скривился. Нет, управляющий точно в теме! Иначе откуда пришел приказ не разбирать завал? Почему их постоянно эвакуировали, случись хоть малейшие подвижки в шахтах? Ведь именно происшествие в шахте нарушило действующий порядок в системе пещер… Не-ет! Этот черт точно что-то знает…

Но как это ему поможет?! Да никак! Верона для него пока закрыта. Ладно, значит, не вариант.

А кто еще в курсе? НИИ… Точнее, тот «секретный» отдел, который занимался исследованиями. Возможно, до сих пор занимаются.

Лицо Найда просветлело. Вон она, кладезь информации! Куда же еще идти, как не к источнику?! Только вот… Найд снова помрачнел. С чего он решил, что сможет хотя бы на полшажочка подойти к ниишному забору?! Это глупо…

«Тем не менее, - сказал Найд себе, закрывая блокнот и убирая в карман, - тем не менее, вариант есть. Пусть он и дерьмовый, но ситуация не безвыходная. Решу все постепенно. И статус поправлю, и про своих выясню, и найду способ подобраться максимально близко к этому НИИ. А там видно будет».

***

Красный свет слепит глаза. Он отражается от стен, пола и потолка. Найд быстро передвигается по знакомым металлическим коридорам, после чего его выбрасывает на серую пустошь. Темно. Прожекторы светят вверх.

Найд уже привык к однотипным видениям при засыпании и почти смирился. Но в эту ночь что-то пошло иначе. Как это бывает во сне, когда внезапно и беспричинно понимаешь, что ты спишь и можешь при желании проснуться, так и Найд внезапно осознал себя в этих галлюцинациях.

«Стоп, - сказал он сам себе, - хочу проснуться!»

Но он не проснулся. Вместо этого декорации вокруг сменились. Теперь Найд находился в огромном пустом пространстве, тускло подсвеченным оранжевым. Источника света нигде не было видно. У Найда создалось впечатление, что он завис в воздухе, потому что никакой опоры под ногами он также не обнаружил.

Через коричневато-рыжую дымку стали проступать очертания каких-то неровных линий. По мере того, как дымка становилась прозрачной, линии приобретали объем и форму, пока, наконец, не превратились в плотные, местами сморщенные трубки, по которым в одну и другую сторону бегали огоньки света.

В местах, где трубки соприкасались друг с другом, образовалось что-то наподобие узелков. Они постоянно светились. Найд завороженно наблюдал всю картину. Он посмотрел вправо, влево, вверх и под ноги – и понял, что находится в самом центре какой-то живой паутины, пульсирующей светом.

Найд не знал, что со всем этим положено делать, но решил для начала как-то приблизиться к трубке или к узлу: потрогать, рассмотреть вблизи. Быть может, он что-то узнает. Едва он захотел это сделать и сфокусировался на ближайшем к нему отрезке паутины, как вся система придвинулась к нему. По крайней мере, Найд точно мог сказать, что лично он никуда не перемещался. Услышав его намерение, система подчинилась.

Найд протянул руку и не без опаски коснулся поверхности трубы. Вблизи оказалось, что она довольно объемная – диаметром больше его кулака. На ощупь гладкая. Найда передернуло. Ему показалось, что он коснулся чего-то живого и немного склизкого. Осторожно провел ладонью по поверхности трубы – так и есть, на ладони осталась тягучая прозрачная слизь. Найд вытер руку о штанину, но тотчас же вернул ее на место – по трубе пролетел желтый огонек. Когда он пролетал под его ладонью, Найда слегка ударило током. В затылке привычно закололо, и со стремительной скоростью перед глазами пронеслась какая-то картинка. Но это было настолько быстро, что Найд не смог ничего разглядеть.

Огонек остановился посередине отрезка и стал разбухать. Через пару секунд на трубе появился узелок – подобный тем тысячам узелков, что Найд видел повсюду. Система вновь немного подвинулась, и прямо рядом с Найдом протянулась новая трубка, которая присоединилась к свежесозданному узлу. Найд осторожно положил руку на узел. Снова электрический импульс и покалывание в голове.

В возникшей на внутреннем экране картинке Найд узнал Верону – точнее, рынок. Часть палаток была разгромлена, часть уцелела. Между палатками прошла небольшая группа военных. Все хорошо вооружены. Гражданских на улицах нет. Пусто. Затишье.

Найд ошеломленно отнял руку от узла, вытирая ее о комбез. По всему выходило, что светящиеся импульсы, бегающие по трубам – это и есть те картинки, которые он бесконтрольно порой начинал видеть.

«Я попал в базу знаний, про которую говорила Тильда?» - спросил он сам себя.

Но это можно было только проверить. Найд предположил, что трубы соединяются между собой не просто так, а по какому-то принципу и проследовал по новому отрезку, ведущему от просмотренного узла. Труба также соединялась с двумя другими отрезками. Найд обследовал и этот узел. Вспышка, покалывание – пещеры. Он заходит внутрь. Оглядывается. Найд увидел лица своих спутников и слегка вздрогнул. Те же неприятные рожи. Вот они. Рэксы.

Найд снова отнял руку и отдышался. Получается, он каким-то чудом попал в их архив? Нет, лучше: судя по особой экспозиции «кадра», он видел то, что видел кто-то еще, но своими глазами. Это объясняло постоянное покачивание кадра и периодические повороты и наклоны «камеры». И что ему с этим делать? И, главное – знают ли рэксы, что прямо сейчас чужак роется в их системе?

Уходить отсюда было бы преступлением. Найд не понимал, чем именно он вызвал появление архива, но вдруг он больше сюда никогда не попадет? Надо было обследовать как можно большее количество узлов и получить как можно больше информации!

Найд не смог сказать, сколько времени он проболтался в этом пространстве. Он не выяснил ничего сверхважного, зато получил исчерпывающую информацию о положении в Вероне. Найд точно знал: в городе военные, рэксы устраивают перестрелки, ящеров больше нигде не видно, а мирное население и носа на улицу не показывает. Это было все, что ему удалось узнать. Но и этого достаточно, черт возьми! Он только что получил в руки невероятной ценности инструмент! Будучи в сотнях километрах от дома, просматривать события в родном городе! И не только…

Найд нахмурился.

«Ведь если здесь находятся кусочки увиденного, то, можно предположить, что рэксы хотя бы изредка появляются возле того самого НИИ! Естественно, да! Их ведь туда и свозили для пересадки органов! Значит… Значит, я могу узнать еще больше!»

Найд так сильно занервничал и одновременно обрадовался, что его выбило из архива. Он открыл глаза в своей комнате на знакомой тахте. Сердце бешено колотилось. Голова раскалывалась. Он застонал и медленно сполз на пол, чтобы спуститься на кухню и взять таблетку. Телу было крайне хреново, а уму было просто великолепно.

***

- Ну, давай, чего встал, как истукан?

В центре небольшой комнаты к стулу был скотчем примотан пожилой мужчина. Выглядел он довольно жалко: лицо перекошено ужасом, хлипкие очочки съехали на подбородок и готовились упасть на колени, одежда простая, заношенная. Комната тоже была обставлена отнюдь не богато: выцветшие обои, обычная дешевая лампа, рабочий стол в углу, отвратительного горчичного цвета занавески с цветочками.

Найд стоял прямо перед мужиком, вытянув на прямой руке револьвер. Рука ходила ходуном. Справа от Найда стоял Филип, заложив руки в карманы брюк. Мужик беззвучно хныкал.

- Ну!

Найд не смог нажать на спуск.

- Лошара! – Филип резко выдернул руку из кармана, вынул пистолет из поясной кобуры и прострелил мужику ногу. Тот завыл.

- Деньги отдавать будем?

- Будем, будем! – закивал мужик, - Но нечем! Я же попросил отсрочку! Я верну больше! В два раза больше!

Филип прострелил ему вторую ногу. Мужик взвыл еще раз.

- Ладно… Ладно!

- Вот, другое дело! – одобрительно крякнул Филип, - Где?

- Там, за к-картиной с-сейф… Два, три, пять, семь!

Филип содрал картину со стены, бросил ее на пол, набрал комбинацию. Дверка щелкнула и открылась. Он выгреб стопки денег, пересчитал, захватил еще одну, помахав ею перед самым носом у должника:

- Компенсация за непредвиденные расходы патронов и скотча.

Найд скорчился, смотря на мужика. У того слезы катились по лицу, и он ничего не ответил.

- Пошли, - грубо бросил Филип Найду.

- Э, а развязать?

- А ты в мессии записался что ли? Топаем, топаем на выход!

Найд слегка задержался, пропуская Филипа вперед, и быстро полоснул карманным ножичком по скотчу. Ему было больно даже думать о том, как мужик сейчас будет пытаться высвободиться, истекая при этом кровью. Филип явно знал, куда стрелять. Мужик может вообще скопытиться, если ему оперативно не окажут помощь.

- Ты бесполезный кусок дерьма, - бросил сквозь зубы Филип, заводя мотор, - почему я должен делать твою работу? Густаву будет интересно послушать, какой ты долбоящер.

Найд скрестил руки на груди и не сказал ни слова. Да, попадос. Но так же нельзя, черт подери!

На базе Филип разбушевался. Густав молча слушал, прищурившись.

- Шеф, ну это ни в какие ворота не лезет! Новичок саботирует весь процесс! Сегодня он не смог выбить долг, потому что кишка оказалась тонка, а завтра нас всех по миру пустит! Он бесполезен! Его надо гнать в шею!

- Ничего, он быстро учится, хе-хе.

У Найда перехватило дыхание. Он понял, на что намекает Густав – а именно, на задушенного в камере хранения охранника. Филип набрал было воздуха, чтобы возмущаться дальше, но Густав жестом заставил его замолчать.

- Не суетись, Филип, - весело бросил он, - я тебя услышал. Я поговорю с Найдом. А ты помоги лучше Дэфф посчитать деньги и внести все верно в учетную книгу, будь так добр.

Найда била мелкая дрожь. По реакции Густава никогда нельзя было понять, что он реально думает, и что собирается делать. Вдруг ему взбредет в голову его укокошить, так же, как того толстяка? Вдруг он расценит это как предательство? И что ему делать?!

- Пойдем, пройдемся, - кивнул Густав на дверь, поднимаясь со стула.

Они вышли за забор и медленно побрели по дороге.

- Ну, рассказывай, что за внезапные вспышки геройства? – улыбнулся Гусь, смотря здоровым глазом прямо на Найда. Тот стушевался.

- Да блин, я понимаю, что я реально накосячил! Я просто… Это не мое. Я вижу этого беднягу, вижу этот небогатый дом, я понимаю, что он такой же, как я – и я просто не могу в него стрелять! Пусть даже не насмерть! Что мы делаем? Мы даем в долг под огромный процент и обдираем потом бедняков! Это ты называешь бизнесом? Это же несправедливо!

Густав расхохотался.

- Ой, батенька, как хорошо, что я тебя в банду взял! – он вытер глаза рукой, - Без тебя тут было как-то скучновато. Я даже согласен нести убытки, хех. Не, ну ты это загнул. Такой же, как я! – передразнил он Найда, - А ты в сейф его заглядывал?

- Да нет…

- Зря, зря! Да будет тебе известно, что этот «бедный» человек является владельцем сети подпольных казино, и не только. Денег у него – хоть жопой жуй! А то, что он придуриваться мастерски умеет, так это мы с первой встречи его раскусили. Несправедливо! Глянь-ка ты на него! Несправедливо! А то, что мы перед тем, как выдать деньги, огласили ему все условия, и он с ними согласился – это ты не учитываешь? Эта гнида, да будет тебе известно, никогда и никому вовремя деньги не отдает, еще и норовит с процентами обмануть. А все почему? Потому что мои денежки, которые я ему дал, сейчас в обороте крутятся! И приносят ему каждый день новые денежки! А если он мне отдаст, ему придется их из дела выдергивать или вкладывать свои. Вот и кормит он нас завтраками уже который раз! Так что перед тобой был шулер – мама не горюй! А ты попался на его бедненькую физиономию!

Найд покраснел, вспомнив, как он пожалел должника и разрезал скотч.

- Так что не суди по внешнему виду, сто раз я тебе уже говорил. Ты и меня в конченые определил, помнишь такое, али уже запамятовал? Вот то-то же.

Найд пристыженно молчал. Густав продолжал говорить, не теряя бодрый тон в голосе.

- Мы вообще-то всяким нищебродам ссуды не даем. Это только кажется: бандюганы, обирают. Те, кто эти слухи разносят – просто тупые на всю голову. Они, похоже, ничего в бизнесе не смыслят. Это же просто невыгодно! Да, мы кредитуем подпольные бизнесы. Да, мы даем деньги на то, на что банк в жизни кредит не выдаст. Но мы тщательно проверяем всю подноготную будущего должника. Мы убеждаемся в его платежеспособности, прежде чем выдать хоть никель. И мы никогда не обращаемся с должниками по-скотски, если только они не начинают по-скотски относиться к нам. Вот и весь сказ.

- Вот черт, - Найд развел руками, - прости меня. Был неправ. Но и стрелять вот так вот в человека… Даже несмотря на то, что ты рассказал про него… Я не смогу. Это выше моих сил.

Густав прищурился.

- А того охранника ты, не сомневаясь, укокошил.

- Да я понятия не имею, как это вышло! Я был на взводе, и вообще ничего не помню!

- Ладно-ладно, - похлопал его по спине Густав, - ты только учишься, это нормально. И если тебя мне приходится учить быть чуточку плохим, то остальным мне пришлось вдалбливать базовые нормы морали. Да-да, чего так вылупился? Проще выжить, если ты конченый мудила. В бандиты многие идут не из-за безысходности, как ты – а из любви к искусству. Да половина моей банды всегда состояла из головорезов, просто любящих свою работу! Сколько я их дрючил, мама родная! Идут выбивать долг у женщины – обязательно надругаются. Прошу поговорить с клиентом культурно – нет, начинают его запугивать, пока он в штаны не нассыт. Мрази, гниды, крысы, просто гнилые люди – вот основной контингент всех существующих в стране преступных группировок! И мне пришлось неслабо постараться, чтобы выбить у них из головы эту дурь. Потому что я своими глазами видел, как такие, как они, начинают жрать себе подобных. Мы бы не просуществовали столько лет, если бы я шел на поводу их извращенных умов. Впрочем, ладно, это все лирика. Пошли-ка на базу.

- Ты знаешь, - решил признаться Найд, - я, честно говоря, боюсь, что ты меня застрелишь однажды, как этого… Или, - он сузил глаза, - наверное, это была демонстрация специально для новичка?!

Густав снова расхохотался.

- Показательная порка? Ну да, типа того. Только я бы все равно от него избавился, но ты прав – не будь тебя, я бы поручил его грохнуть кому другому, да и не в доме. А то ребята полдня стены оттирали и матюкались, хе-хе…

***

Дин просидел в диспетчерской до ночи, от нечего делать просматривая записи с камер. Он не обнаружил на них, что искал, и в душе у него потихоньку начала подниматься злость.

«Демченко, зараза, если бы сразу доступ к данным открыл, я бы, может, раньше с этим делом разобрался. Знал бы, что к чему, и Веру из дома бы никуда не выпустил. Сука!»

Вся его злость должна была быть куда-то вымещена, и Дин решил злиться на руководство. Он понимал, что и сам несет ответственность за случившееся: надо было раньше жену искать, надо было действительно ее никуда не пускать, но… Что ж теперь? Теперь Дину оставалось сжимать челюсти и искать, на кого бы направить свою злость. Главное только не на самого себя. Он боялся, что этого не выдержит.

План созрел в голове моментально. Дин даже рассмеялся от его кажущейся простоты. Ему нужно отомстить этому поганцу! Отомстить за все! За сломанную жизнь – ведь не без участия Демченко его лишили гражданства, за постоянные издевки, за палки в колеса… Завистливая мразь!...

Взглянув на часы на стене, Дин отметил, что уже почти полночь, и стал готовиться ко сну. Побродил по кабинетам, нашел открытыми раздевалки, где были довольно удобные длинные лавки. Соединил две таких лавки, получилось что- то наподобие кровати. Нашел в раздевалке грязные старые куртки, бросил их на жесткую поверхность. Попробовал лечь. Сойдет. Сходил в диспетчерскую, забрал оттуда свои вещи, запер ее и вернулся в оборудованную «спальню».

Ночью долго не мог уснуть, прикидывая план. В мыслях он звучал довольно просто, но для реализации было много препятствий.

«Ладно, - начал себя уговаривать Дин, - главное выспаться и отдохнуть, а не раздумывать тут полночи. Потом разберусь со всеми вопросами!»

Он подскочил в темноте, не понимая, сколько проспал. Осторожно выглянул за дверь раздевалки - вроде в коридоре никого. Глупо, конечно, ожидать тут народ, но вдруг кому приспичит заявиться на шахту? Побродил по этажу, разминая затекшее тело. Глянул на время – часы у лифта показывали полтретьего дня. Ничего себе он поспал… Проверил наличие воды в душевых, немного освежился. Достал из рюкзака пакет сухарей и бутыль воды, уже наполовину пустую. Наспех позавтракал, набрал в опустевшую бутылку воду из-под крана.

Вытряхнул на пол содержимое рюкзака и принялся перекладывать все по-новому. Сейчас Дину ни к чему светить оружием, поэтому его было необходимо убрать. Он предусмотрел такой вариант, поэтому в рюкзаке был аккуратно сложенный вещмешок. В него-то и ушел автомат. Предварительно сложив приклад, майор засунул автомат в вещмешок, а вокруг напихал всяких шмоток, чтобы контуры не просматривались. Мало ли кого в пути встретит. Да, в случае необходимости теперь ствол так быстро не достанешь… Зато это поможет не лишиться его при ближайшей же встрече вообще с кем-либо. Некоторым только повод дай… Увидят халявный ствол – стукнут по башке, ограбят.

Остальные вещи вновь ушли в рюкзак. Дин заодно проверил свои запасы: питьевой воды оставалось не так уж и много, всего пару литров, зато была еще целая полуторка с водой из-под крана. Не ахти, но сойдет. Три банки консервов: перловка с тушенкой, гречка с тушенкой и сардины. Еще пакет сухарей. Орешки и леденцы. Горсть цукатов. Рыбная соломка, мясная соломка. Не тронутая пока аптечка. Ну, и по мелочи: парочка зажигалок, фонарик, респиратор, солнечные очки – не столько от солнца, сколько от песка. Запасной комплект одежды, кепка, бандана, коврик и спальник на случай непредвиденной ночевки. Негусто – но пойдет. Если Дин быстро доберется до нормального населенного пункта, все будет зашибись. И запасы провизии пополнит, и отдохнет, и может даже одежду постирает.

Спускался на проходную по лестнице: вдруг все же охранник здесь иногда бывает? Но за столом никого не было. Перемахнул через турникеты. Вышел из здания. Солнце уже не так сильно припекало. Завтрак и сборы заняли не меньше полутора часов, так что можно было скоро ожидать закат. Темнота была бы даже на руку Дину: гораздо спокойнее передвигаться по шоссе, где нет ни единого кустика на обочине, если тебя не заметит патруль. А то ведь в этой местности бродягу с рюкзаком за километр видно.

Немного поразмыслив, Дин принял решение выходить в полной темноте. Самый опасный патрулируемый участок был уже позади, но предосторожность никогда не помешает.

С наступлением сумерек Дин покинул территорию шахты через ту же дыру в заборе, через которую сюда и проник. Сухой ветер гнал мелкие песчинки по земле, иногда поднимая облачка пыли. Пришлось нацепить очки и респиратор. Не желая привлекать к себе внимание лучом фонарика, Дин подождал, пока глаза адаптируются к темноте, и побрел к шоссе. Он мысленно пожелал себе удачи и выдержки, понимая, какой долгий путь ему предстоит.

Теперь оставалось только идти. Идти осторожно, желательно не попадая ногами во всевозможные ямы, которые здесь встречались чуть ли не на каждом шагу. Прислушиваться к малейшему шороху. Почаще оборачиваться и проверять, не приближается ли автомобиль. Кстати о шорохах… Дин понял, что сильно лоханулся. С чего он решил, что здесь, за городом, не будет этих агрессивных тварей – и он не про вооруженных психов? А он спрятал ружье… Впрочем, ладно. Вздохнув, Дин решил надеяться на удачу. Нервы уже потихоньку сдавали. Безуспешные поиски, смерть начальника и Тохи, перестрелки с военными, с гражданскими. Нападения ящеров. Перебежка до шахты с высоким риском попасться патрулю. Просмотр записей с камер. И все это в полном непонимании происходящего.

«Может, надо было остаться с ребятами? – спросил себя Дин, представляя, как они сейчас там сидят и уже считают его мертвым, - Впрочем, они не остались без присмотра. Они остались с двумя взрослыми дядьками, с охранниками. У них куча припасов и оружия. У них безопасная база вдали от возможных центров притяжения ненужного контингента… У них все есть!»

Нет, точно никак нельзя было оставаться там. Да, по идее, надо было бы отсидеться, переждать – да и жить спокойно себе дальше. Сейчас там военные наведут относительный порядок, кого надо – накажут, кого надо – пристрелят. Пройдет некоторое время, и снимут режим ЧС. Верону откроют. В городе вновь появятся автомобили. Вернется администрация, заработают предприятия, рынок, школы, сады. Раненых постепенно выходят. Ну или…помрут без необходимых лекарств. Тут уж нельзя быть таким оптимистом. Впрочем, важно одно: у Дина точно был шанс остаться в живых. И даже в относительной сохранности. Вновь занять свою позицию на службе. Или даже выше – хотя тут он сильно сомневался. Скорее всего, новое начальство ему тоже пришлют из столицы.

Может, его бы понизили или оштрафовали за тот побег в Китеж и самоуправство. Может, даже сняли бы с должности. Ну и что? Пошел бы тогда Дин в Распредотдел, подал бы свою анкету, немного подождал – делов-то! Ему бы нашли местечко. Не факт, что в Вероне, но, может, отправили бы куда-куда-то еще. Какая ему теперь разница? В общем, если бы он просто засел на базе и немного подождал, жизнь бы точно наладилась. Только какая теперь ему жизнь? Он же ненавидит себя. Он ненавидит свою оплошность, из-за которой навсегда лишен столичной прописки. И дети его были бы лишены – если бы они у него были. Он ненавидит рабочие городки, он ненавидит беженцев, он ненавидит свое промедление в поиске жены, он ненавидит необходимость пресмыкаться перед этой гнидой Демченко… А должен ли он пресмыкаться?

От неожиданности Дин даже остановился. Почему ему никогда раньше не приходило это в голову? Ведь он мог покинуть службу, сдать удостоверение и навсегда вычеркнуть этих неприятных людей из своей жизни! Да… Но тогда он бы встал на одну ступень со всякой веронской швалью. Нет, такого позволить Дин себе не мог. Он должен был быть хоть чуточку выше – даже если приходилось много чего терпеть. И все же… кажется, он уже дотерпелся. И больше он уже не может.

Дин остановился у обочины, где в небольшом овражке была то ли огромная лужа, то ли небольшое болотце, и принялся остервенело рыскать по карманам. Наконец, найдя свой идентификатор, он со злостью скинул рюкзак, достал из него полиэтиленовый пакет и сунул документ внутрь. Нагнувшись, поискал немного камней среднего размера и тоже закинул их в пакет. Завязал. Взвесил на ладони – пойдет. И, размахнувшись, швырнул пакет в болотце.

«Прощай, Верона!» - прошептал Дин, услышав короткое тихое бульканье.

Он даже не мог поверить, что решение оказалось таким простым. Зашоренный ум пытался выдумать чего-то эдакое, а, оказалось, надо всего лишь избавиться от идентификатора. А все почему? А потому что никто в здравом уме и не подумает, что полицейский на самом деле не имеет гражданства! Это было ясно, как белый день. При нем его служебная корочка – и ее будет вполне достаточно! А в корочке гражданство не указано!

Дин почувствовал, как некий груз свалился с его плеч. Он шел и улыбался.

Чем дольше Дин шел, тем чаще приходилось делать остановки. Ноги гудели, спину защемило уже в нескольких местах. Казавшийся не слишком тяжелым рюкзак больно давил на плечи. Дину приходилось снимать его, растирать ноющие плечи и спину, сгибаться, стоять так некоторое время, давая отдых пояснице.

К рассвету он добрался до пересечения дороги между Вероной и Китежем с главным шоссе. Это была прямая трасса, по которой он мог бы в теории добраться до самой столицы. Дин прошел еще с полчасика и, обессилев, сбросил вещи на землю и сел рядом. Пофиг… Уже все пофиг. Главное – не уснуть. Надо ловить авто.

Первая фура появилась только через час ожидания. Скорее всего, из Китежа, так как из Вероны сейчас никому выезжать не удавалось. Водитель сначала не думал останавливаться, пронесся мимо Дина, а лишь потом затормозил. Передумал отчего-то.

Дин с готовностью запрыгнул на переднее сиденье.

- Куда? – коротко спросил водитель.

- Куда угодно, но хотя бы до третьего округа, - устало ответил Дин.

Водила прищурился.

- Это ж откуда ты такой? Никак с рабочего городка сбежал?

«Дотошный, сука. На такой случай у меня кой-чего есть…»

- Куда уж там! – отмахнулся Дин, раскрывая перед самым носом у водилы полицейское удостоверение, - Облаву на нас устроили. Напарники погибли, один я остался. Вот теперь как-то надо добраться хоть до областного штаба…

Глаза водителя округлились.

- Ого, - протянул он, спешно заводя мотор, - это мы мигом тебя домчим. Пристегивайся!

Дин пристегнул ремень безопасности.

- Можно я посплю?

- Спи, спи, кто ж мешает! Я разбужу.

Дин из последних сил кивнул и, откинувшись на спинку кресла, моментально провалился в сон. Фура мчала его все дальше от Вероны.

***

Рабочие «будни» Найда стали проноситься почти незаметно. Для начала Густав выдал ему другую одежду, обосновав это тем, что комбез у него слишком приметный, а они вообще-то до сих пор в розыске. Рисковать сейчас было нельзя.

Вторым делом Густав выдал Найду первую «зарплату» - точнее, как ее все называли, долю. За неделю она составила пятьдесят никелей. Найд присвистнул – его зарплата в шахте редко поднималась выше ста пятидесяти никелей, а тут – пятьдесят, да еще и за то, что он почти ничего полезного не сделал! Густав расценил его реакцию иначе.

- Ничего, - улыбаясь, хлопнул он Найда по спине, - это база, неснижаемый остаток, если наши дела идут штатно. А чем больше на себя берешь, тем больше будет доля. Ну и, потом, если сорвем куш, я также никого не обделю.

Найд смутился. Напротив, это была огромная для него сумма!

- Да я не...

- Все в порядке, - подмигнул Густав, - надо понять, чем ты можешь быть полезен группе. Вот, например, Дэфф отлично считает и очень внимательна. Она ведет нашу бухгалтерию. У Химика шило в заднице, и он ищет для нас новые возможности: клиентов, поставщиков или даже новые направления в бизнесе. Со всеми побазарит, со всеми побухает, соблазнит пару знающих девок, которые и рады трещать о прибыльном бизнесе своего папаши или каком-то новом, сносящем мозги, веществе… А нам только это и надо! Информация, а, точнее, своевременная информация – вот ключ к успешному бизнесу. Так я не договорил, сбился… О чем это я? Ах, да! Если будешь делать что-то дополнительно, а не штаны просиживать, я увеличу твою долю. Вроде бы справедливо, как считаешь?

- Да я вообще-то хотел сказать, что пятьдесят это много, - рассмеялся Найд, - но так даже лучше.

Поняв, что может неплохо срубить деньжат, Найд воодушевился. С одной стороны, хорошо было бы реально стать чем-то полезным Густаву и заработать, ну а с другой… Нахрена ему эти беспонтовые никели, когда во всех цивилизованных округах ходят моды, а он больше не привязан к месту?

«Интересно, а Густав принимает оплату у клиентов и платит поставщикам модами или рабочей валютой? – подумал Найд, - По-моему, он говорил, что тот толстяк взял из сейфа именно никели, но разве мы в четвертом округе сейчас? Мы должны быть уже в третьем, а в нем и далее в обороте только моды…»

Найд сделал отметку в своей голове – обязательно разузнать, какая валюта в ходу у Густава. Что-то ему не верилось, чтобы Густав мог по своей воле ограничивать себя только рабочими деньгами. Да, черт подери, Найд бы не удивился, если бы Густав еще и менял валюту… Эдакий обменный пункт на базе преступной группировки! А почему бы нет? Все условия для этого созданы!

А вообще, Найд в последнее время стал очень собранным и деловым. За время, проведенное в тюрьме, он сильно изменился и много чего осознал. Но главное – он понял, что никто, кроме него самого, не может управлять им самим и его жизнью так, чтобы ему понравилось.

«Хочешь, чтобы все было по-твоему – делай сам», - твердил он себе теперь ежедневно.

И это значило только одно: несмотря на то, что пока у него все довольно хорошо идет, надеяться на Густава не стоит. Как и в целом рассчитывать на то, что основное дело он сделал, и теперь можно сидеть, сложа ручки, иногда выезжать на поручения и грести бабло. Сколько раз Найд вот так вот полагался на разные инстанции? На правительство, на начальство, на бригадира – да на кого он только не рассчитывал! И что? Его не обманывали, не унижали, не обирали? Да еще как! И теперь, учитывая обстоятельства и свои планы, Найд больше не мог придерживаться той же линии. А для того, чтобы начать хоть что-то контролировать самому, нужна была информация. Много информации. ВСЯ информация.

Для начала Найд попытался, не заостряя на этом ничье внимание, выяснить, где в точности расположена база. Для этого он с самым доброжелательным видом подошел к Дэфф.

- Дэфф, а, Дэфф?

Девушка подняла голову и закрыла учетную книгу, заложив внутрь ручку.

- Чего тебе?

- У нас есть какая-нибудь карта окрестностей?

Дэфф хмыкнула.

- А тебе зачем?

- Да все время боюсь заблудиться, когда шеф меня куда-нибудь посылает. Да, знаю, ты замечательные инструкции даешь! Но я плохо ориентируюсь на незнакомой местности. Один раз прозевал указанный поворот, понял это слишком поздно и долго плутал.

Нвйд развел руками, прикидываясь беспомощным дурачком. Это сработало. Дэфф, хмыкнув, встала из-за стола и открыла комод. Достала оттуда небольшую брошюрку и протянула Найду.

- Вот, схема третьего округа.

- А мы где конкретно? Поставь мне точку!

- А сам и найди, картограф!

- Вредина. А если найду?

- Если найдешь, то молодец!

- А если нет?

Дэфф попыталась скрыть веселые искорки в глазах и не ответила, сгребая в охапку учетную книгу и выходя из комнаты. Найд понял, что разговор окончен.

Вечером того же дня он развернул карту на полу своей комнаты. Удивленно хмыкнул. Не карта, а головоломка какая-то. Несколько страниц – и на каждой показана только часть третьего округа, из-за чего глаз полную картину не видит. Шляпа, а не карта.

Надувшись, Найд посидел над ней чуток. Он не знал, с какой точно стороны они с шефом приехали, и это существенно усложняло поиск. Но делать было нечего – для начала надо определить точку отсчета, а потом уже изучать окрестности…

Устав искать, Найд принялся просто рассматривать фрагменты территории. Судя по всему, здесь было много лесов, озер и рек. Пара крупных городов, четыре мелких. Найд обрадовался, увидев знакомое название – Сарха. Оказывается, в третьем округе все же был хотя бы один рабочий городок. Причем на карте никак не обозначено, что он чем-то отличается от других. Ну и ладно.

Найд вспомнил, что, направляясь на самое первое задание, он проезжал по мосту. Стало быть, это была река. Он принялся скрупулезно рассматривать все обозначенные на карте реки. Напряг память, выясняя, была ли та река широкой или не очень. Вроде бы средняя… И должно быть шоссе, пересекающее речку. Так?

Всего Найд насчитал двадцать таких пересечений. Что ж – это сужало поиск. Он рассмотрел каждую точку, прикидывая к ней остальные детали, которые были вокруг базы. Точно должен быть лес. Поле. Какое-то крупное шоссе, по которому их довез тот водитель…

Таким образом, Найд отмел кучу вариантов. Осталось только пять возможных точек. Жаль, масштаб карты был недостаточный для более мелких ориентиров… Немного привыкнув мыслить фрагментами, Найд оставил все же только один вариант. Это место как раз находилось неподалеку от Сархи – в пятидесяти километрах, где-то так. И это было более чем логично. Ведь вокруг городков как раз и кучкуются поселения. Иначе куда все остальные ездят? Иначе откуда берутся клиенты, поставщики – кроме того, платящие никелями?

«Вот тебе и ответ, - прошептал сам себе Найд, - мы находимся неподалеку от Сархи. А что я слышал про Сарху? Надо бы вспомнить…»

А нужна ли ему эта карта? Найд поразмыслил и пришел к выводу, что конкретно эта – нет. Во-первых, она неудобная, во-вторых, если он намылился в НИИ, который находится в столице, ему нужна карта, объединяющая все округа. В-третьих, Дэфф все равно с него спросит – а Найду сейчас ни к чему вызывать подозрения. Наскоро схематично набросав в блокноте основные детали карты: окрестности Сархи и сам городок, Найд пошел возвращать карту.

- Ну что, нашел? – глаза Дэфф смеялись.

- Да, - уверенно поставил палец на ошибочный вариант Найд.

- Нет, - рассмеялась девушка, - еще есть версии?

- Тут?

- И тоже мимо. Эх, новичок!

Найд пожал плечами, дескать, что с меня взять. Идея прикинуться, будто бы он ничего не выяснил, пришла ему перед самой дверью. Это было нехорошо, с одной стороны, ну а с другой – на кону была его безопасность. А ведь вопросов у него будет еще больше. И никто не должен заподозрить, будто бы Найд что-то готовит. Дэфф, судя по всему, умна - очень умна. Да, она хорошо к Найду относится – но кто мог дать гарантию, что это не банальная вежливость с ее стороны? Найд снова позволил включить свою подозрительность на полную мощность. Сейчас ошибка может дорого ему стоить.

***

Апани, услышав от Рамиса, что случилось с Найдом, закрыла лицо руками и долго ревела. Разумеется, Рамис не стал сообщать ей детали по поводу убийства охранника – к тому же, он был уверен, что это все провернул именно подельник Найда. Тот самый глава криминальной группировки, как заявил Корнилов.

- Нет, ну это невозможно, невозможно! – рыдала Апани, тряся головой, - Что же теперь с ним будет?

- Послушай, - осторожно дотронулся до ее плеча Рамис, - давай просто порадуемся, что он жив. Ведь теперь мы точно можем не считать его мертвым! Это ли не здорово?

- Ну да, - утерла глаза рукавом Апани, - конечно, я рада. Но только… Что же теперь делать?

Рамис пожал плечами. Что делать? Да кто теперь знает, что делать? Им – точно ничего. А вот как Найд будет выкручиваться… Корнилова бесполезно даже просить как-то поспособствовать. В подсудные дела он не полезет. И так рискует, устраивая Апани удочерение мелкой…

- Слушай, - твердо сказала Апани, полностью успокоившись, - я поеду его искать.

- Ты? Искать?!

- Да, - поджала губы Апани, - я должна найти Найда. Иначе что я за жена такая? Он там, непонятно где, может, голодает, может, скрывается… А я – тут, в тепле, в комфорте! Так нельзя!

Рамис покачал головой. Глупейшая затея, на его взгляд.

- Я, конечно, не смогу тебя отговорить, если ты все решила, - осторожно начал он, - но предлагаю тебе хоть немного подождать. Пускай Корнилов сделает тебе гражданство – постоянное или временное. Во-первых, не надо его сейчас подставлять, пока он не все документы нам сделал. Во-вторых, представь, как ты со своим идентификатором будешь передвигаться. Тебя же с ближайшей проверкой документов по адресу вышлют. Если так же, как Найда, не посадят. Законы теперь ужесточили. Кроме того, подумай хорошенько, где ты будешь его искать. Я в целом сомневаюсь, что это реально.

- Я поспрашиваю…

- Угу. Каждого встречного? А ничего, что Найд в розыске? Он сейчас шифруется, как только возможно. Вероятно, представляется другим именем. Да и вообще, после побега они могут быть где угодно! Вообще где угодно – в такой-то большой стране!

- Ты хочешь сказать, я не найду его? – приготовилась снова разреветься Апани.

- Я в тебе нисколько не сомневаюсь, - мягко ответил ей Рамис, - просто я уверен и в Найде тоже. И я думаю, что еще некоторое время после побега он примет все меры предосторожности.

Апани ушла в свою комнату и села у окна в глубокой задумчивости. Да, возможно, она не осознавала всех трудностей, с которыми ей предстоит столкнуться. Но разве может она поступить как-то иначе? Подождать, как предложил Рамис – можно. Ну а спокойно жить, зная, что муж жив и вынужден теперь до смерти скрываться… Вот это было выше ее сил.

Глава 4

Водила тряс Дина за плечо, пока тот, наконец, не продрал глаза.

- Приехали? – пробурчал он, щурясь и выглядывая в окно.

Местность он не узнал. Увидел только, что солнце уже заходит.

- Ну, как приехали, - усмехнулся мужик, - мне сюда по делам нужно, соответственно, тебя придется высадить. Но через пару дней я отсюда рвану до второго округа. Если время не поджимает, можешь дальше со мной ехать.

Дин немного подумал.

- А давай так, - решил он, - назначай время и место. Если меня там не будет в указанный срок – значит, я уже нашел попутку и уехал.

- По рукам.

Дин вывалился из фуры, как мешок с картошкой. Все тело затекло, в горле пересохло, глаза слезились. Когда авто скрылось из вида, Дин достал из рюкзака последнюю бутыль чистой воды и выдул треть.

«Черт, и ведь даже не спросил, что это за город», - посетовал он на свою сообразительность.

Предстояло найти ночлег, пока не стемнело. Дин поспрашивал у местных, есть ли здесь гостиница или что-то вроде того, и получил пару дельных указаний. Был дорогой отель с минимумом удобств, рассчитанный на несведущих. С посетителей драли втридорога, и только за счет этого отель существовал. Жители же посоветовали Дину скромный гостевой дом под названием «Зеленый бор» и даже подробно расписали, как до него добраться. Одно было нехорошо: у Дина в кармане имелись только никели, а высадили его уже на основной территории округов. И никто здесь за никель и пальцем не пошевелит. Надо добывать моды. Но как?

Закинув тяжелый рюкзак за спину, Дин, не торопясь, побрел, куда глаза глядят. Стараясь ничем не привлекать внимания, он исподтишка наблюдал за народом и слушал обрывки чужих разговоров, проходя мимо так медленно, как это возможно.

Через двадцать минут непрестанного бдения майор получил только информацию о том, где примерно находится рынок, и что он закроется только через два часа.

«Что ж, - сказал он себе, - надо попытать удачу. Все же не зря у меня с собой полицейское удостоверение…»

Рынок здесь мало чем отличался от веронского. Разве что не было такого количества бродяг и попрошаек, хотя они тоже тут имелись. Палаток было ощутимо больше. Народ более улыбчивый и расслабленный, одеты чуть ярче. В прямом смысле этого слова! У Дина даже зарябило в глазах: в Вероне никогда не было столько расцветок одежды! А тут все казалось более жизнерадостным.

Заложив руки в карманы брюк, Дин медленно ходил вдоль торговых рядов. Может, заработать? Может, он сможет чем-то помочь, и ему подкинут пару модов… Или какой там курс никеля к моду? Да и поесть бы хотелось. Да, в рюкзаке были консервы, но тратить их было нежелательно. Кто знает, как дальше дело пойдет.

Разговаривая мысленно с самим собой, Дин повернул в следующий ряд. Возле одной из палаток столпилось человек десять, и майор мигом почуял что-то интересное. Подошел. Протиснулся в первые ряды. Ага. Толпа обступила сухонького усатого мужичка за небольшим столиком. Он предлагал всем желающим сыграть в «жабу». Дин ухмыльнулся. На ловца и зверь бежит.

Жаба – это дворовое название азартной игры. Она сильно напоминала игру в наперстки, с тем отличием, что игральной фишкой выступала монетка. Это же была и плата за игру. Отсюда и название, ведь жабы частенько изображаются с монетками. Суть была в следующем: ведущий ставит на стол три стакана донышком вверх. Принимает от играющего монетку, кладет под один из них, далее «кручу-верчу, запутать хочу», ну и – угадай, где монетка? Правильный ответ – конечно, нигде!

Если угадаешь три раза подряд, получишь все проигранные другими за сегодня монетки. Звучит соблазнительно, однако на практике этот куш не срывает никто. Да и хоть бы раз задались вопросом, почему банк выигрыша каждый день такой большой…

Дин покачал головой и усмехнулся. Сейчас главное было – понять, какие роли в толпе задействованы. Кто из играющих простой житель, а кто – подставное лицо. Если подставных будет много, он туда не полезет. Иначе его так отдубасят, что он забудет, как его зовут… Уличные мошенничества – дело такое. Другой разговор, если подставных тут будет пара штучек. Они могут испугаться облавы и свинтить, бросив ведущего. Все зависит от серьезности этой конкретной группировки.

Вздохнув, Дин подошел поближе и сделал вид, что заинтересовался. Рискнуть все равно пришлось бы, ну или ночевать на улице – а кто знает, как здесь к такому отнесутся блюстители порядка?

Ведущий заискивающе улыбался какой-то даме с авоськой. Влившись в толпу, Дин услышал, что он уговаривает даму поиграть.

- Ну, что вы, - отмахивалась она, - небось, надурите, а с меня потом муж за проигранное спросит!

- Надурю?! – театрально поднял кустистые брови ведущий, - А если придешь с большим выигрышем, как тебя муж хвалить будет, м? И потом, - ведущий выставил руку в сторону, - вон, молодой человек выиграл, вон тот господин выиграл. Где же тут обман?!

И он внезапно окликнул Дина.

- Мужчина с рюкзаком! Мужчина!

«Не вовремя! Я не готов!»

- Мужчина, может быть, вы сыграете и покажете даме, что в этом нет ничего страшного? А то я по ее глазам вижу: хочет! Хочет, но сомневается!

«Ладно, буду импровизировать»

- Денег нет, - небрежно бросил Дин, - я так, подошел посмотреть, зачем толпа собралась.

- А я вам бесплатно дам сыграть разок! Ну! Хотите?

- Валяйте, - пожал плечами Дин, - бесплатно хоть целый день могу играть!

Ведущий усмехнулся в усы и взял из банка одну монетку. Положил под стаканчик, повертел.

- Ну-с, ваша ставка?

- Вот этот, - Дин указал на крайний стаканчик.

Указал наугад и даже не следил за руками, потому что знал, что выиграет. Старая, как мир, схема.

- Верррно! – ведущий торжествующе поднял монетку вверх и обратился к даме, - ну что, ваша очередь?

- Ой, ну так и быть, разочек! – она полезла за кошельком.

Пока ведущий крутил стаканы, Дин рассмотрел контингент: долговязый паренек точно подставной – постоянно смотрит по сторонам и каждые пять секунд мониторит банк. Этот, в случае поимки, схватит деньги и смотается. Стоящий чуть поодаль мужик в кепке и солнечных очках следит за порядком. На другой стороне торговой аллеи прогуливается еще один в кепочке. Тоже следящий. И парочка подставных игроков, но Дин пока не понял, кто именно.

- Верррно! – прогремел голос ведущего, - ну что, еще пару раз угадать, и банк ваш?

- Да нет, пора мне, - замялась женщина, - давайте выигрыш, и я пошла!

Ведущий пошевелил усами.

- Выигрыш только от двух угадываний подряд! – нагло заявил он, - Поэтому я и предлагаю вам сыграть дальше! Все для вашего же блага!

- Ой, жулье, - махнула рукой женщина и побрела восвояси.

«Надо действовать! – сказал себе Дин, - Либо повезет, либо придется удирать!»

Пока толпа отвлеклась на женщину, Дин вплотную подошел к столу и убедился, что своим телом закрывает происходящее от подельников, одновременно отрезая им путь к банку.

- Мне кажется, это как-то неправильно, - тихонько прошептал он, наклонившись к ведущему и моментально раскрывая и закрывая удостоверение.

Ведущий, к радости майора, слегка растерялся.

- Так что же вы не сказали, что вам сантехника нужна!- громко сказал он и начал вставать из-за стола.

«Либо это шифр для подельников, либо для остальных зевак, - подумал Дин, - если сейчас кто-то ломанется к банку, то так и быть, пускай валят. Значит, не повезло»

- На сегодня игра окончена, - громко объявил ведущий и сам сгреб выигранные деньги, - Приходите играть завтра! А вы, - обратился он к Дину, - пойдемте выбирать.

Дин, по правде говоря, опасался заходить вместе с этим жуликом в палатку – кто знает, что они предусмотрели на случай подобных облав? Кроме того, переступая порог магазинчика, Дин отметил, что за стойкой сидит какой-то паренек, правда, чересчур молодой для продавца. Майор сильно пожалел, что ружье у него не в быстром доступе.

- Мы, между прочим, аренду платим! – обиженно прогундел ведущий, - И договоренность была, что нас никто не выгоняет!

«Ага, - перевел для себя Дин, - значит, местная полиция в доле, и их не трогает. Что ж…»

- А я из округа! – с вызовом заявил Дин, не уточняя, правда, что из рабочего.

- Из округа – дело другое! – уважительно отозвался жулик, - И что, окружной полиции так уж интересна наша сантехника? Что же… Ну, вот, например, новые смесители завезли! Хорошие!

- Сколько? – нагло спросил Дин, хотя все внутри него верещало от ужаса и отвращения.

Никогда прежде он не брал взяток, хотя предлагали частенько. И не давал – кроме единственного раза, когда он был готов сделать все, что угодно, лишь бы его не отправили навсегда в эту дыру. Но ничего не прокатило. Видать, та сучка грамотно обработала его начальство. И Демченко, в том числе. Который сразу же занял его тепленькое местечко… И у которого точно был свой интерес.

- Ну, скажем, пятнадцать модов, - прикинул жулик.

Дин хмыкнул, раздираемый стыдом и отвращением. Для начала – он не знал точного курса никеля к моду, а вообще… никакого курса и не было, ведь официально обменять ты никак не мог. Бродя по рынку, Дин успел свериться с ценами и понимал, что предложенная сумма в целом эквивалентна двадцати - двадцати пяти никелям. Ну, или стандартной зарплате рабочего за три-четыре смены.

- Пятнадцать модов, - еще раз хмыкнул Дин, хотя торговаться не собирался: ему уже пришла другая идея.

- Я слышал, - тихонько проговорил он, - что где-то здесь есть пункт обмена… Пятнадцать модов и адреса!

Жулик скорчился, но было видно, что он лишь притворяется. Усатый черт был рад, что легко отделался.

- Ла-а-адно, - проскрипел он, выкладывая на прилавок пятнадцать монеток, - пиши адрес…

***

За относительно короткое время «работы» бандитом Найд успел сложить в голове многое. Он достаточно видел, как работает Густав, как работают остальные, на чем они строят свой бизнес, и насколько вовлечены в процесс.

А рабочий процесс никогда не останавливался. У бандитов не было выходных или отпусков – да они и не хотели. Многим здесь нравилось ощущение власти и причастности к криминалу. Это чувствовалось в любом их слове и действии. Превосходство, с которым они отзывались о клиентах. Надутый, гордый вид после возвращения с задания. Наслаждение, с которым они рассказывали, как прогнули очередного барыгу или отметелили должника. Это все падало в сознание Найда, отмечаясь там отдельными флажками. Единственные, кто не понтовались – это Густав и Дэфф. Дэфф в целом была равнодушна к деятельности группировки, а у Густава были свои собственные соображения на этот счет. Он считал, что его бизнес ничем не отличается от любого другого бизнеса, и что гордиться тут нечем. И что как только начнешь считать себя выше других – рано или поздно погибнешь. Густав сетовал, что не смог окончательно выбить эту дурь из своих подопечных – но, с другой стороны, понимал, что только такой контингент в основном и разбойничает. И ему хочешь-не хочешь, а придется с такими работать.

«Одни сдохнут – найду других. Тебя ж вон нашел!» - отшучивался Густав.

Несмотря на удивительную адекватность главаря – а Найд все еще никак не мог сложить в единое целое его деловитость и придурковатость! – Найду совершенно не хотелось тут задерживаться. Во-первых, его ждали дела. Во-вторых, быть частью бандитской группировки - это мерзко, на его взгляд. Найд много с чем не мог смириться. Например, с тем, что они спокойно работают с убийцами, ворами и насильниками. А, ну и, конечно, наркоторговцами. С другой стороны, а с чем еще работать? Не пирожками же торговать! Хочешь ходить на стороне закона – открывай какую-нибудь вонючую забегаловку, да и делай деньги. Но они здесь именно затем – ведь есть спрос, и есть предложение. Криминал тем и криминал – не потому что банды периодически устраивают разборки и перестрелки. Это следствие. Криминал нужен, потому что есть глобальный спрос на нечто незаконное. И есть ушлые ребята, которые не побоялись это незаконное потребителю предоставить…

Но все это Найда не устраивало. Да и могло ли? Он не причислял себя к криминалу, он не ставил себя выше простых работяг. И не мог спокойно наблюдать за тем, как предприимчивые «бизнесмены» предлагают простым людям десятки способов лишиться здоровья, спокойствия и денег. А как иначе это назвать? Найд уже успел разузнать, как подсаживали на мазу – самое ходовое вещество в стране. Подсаживали обманом, уверяя, что не будет ни привыкания, ни последствий. Но, конечно же, и то, и другое имелось. Последствия были хуже привыкания: у принимавших мазу потихоньку разрушались зубы и кости. Постоянные переломы с невозможностью сращивания костей, далее инвалидность – вот что они получали. Найд злился и все спрашивал Густава, если он такой высокоморальный, то какого же хрена делает деньги на здоровье людей? Но тот достаточно жестко Найду пояснил, что каждый делает свой свободный выбор, и он лично никого не заставляет ничего принимать.

И все равно Найд был не согласен. Особенно его припекало от борделей. Он еще не отошел от истории Дэфф и до сих пор не мог понять, как она может сейчас так спокойно отказываться от мести. Имея столько ресурсов! Найд бы давно всех разгромил, кто ему причинил страдания. Что, впрочем, он и собирался сделать.

Злость отчего-то нарастала. Найд не вполне понимал, что творится, но связывал столь резкие изменения в состоянии с увеличением количества заходов в «архив». Каждый раз он возвращался оттуда все более и более злой. И не мог себе ответить, почему.

За последние пару дней удалось закрыть, по крайней мере, одну важную задачу. Густав через свои каналы связи выяснил, что в Вероне ситуация взята под контроль, по улицам регулярно ходят патрули, а ажиотаж спал. Найд выдохнул. Эта информация позволяла ему не делать выбор между возвращением домой и поиском правды. Да и заодно подтверждала, что сведениям из «архива» можно доверять. Поэтому Найд решил повременить с возвращением - тем более, что с постоянными патрулями он вряд ли надолго там задержится. И, вообще-то, не хотелось возвращаться. Совершенно искренне – не хотелось.

Таким образом, в голове, а позже и на страницах блокнота, родился план: Найд зарабатывает как можно больше денег, покупает подробную карту, если получится сделать новые документы – делает. Ищет способ обменять рабочие деньги. Берет все необходимое и валит. Прямиком к этому НИИ. А там – будь что будет! И плевать, что план больше похож на оригинальный способ самоубийства. Теперь уж точно плевать. Он слишком долго игнорировал свои желания. Так почему бы сейчас не пойти за ними, пусть они и не приведут ни к чему хорошему?

***

Это случилось аккурат в то время, как Густав уехал на пару дней по каким-то срочным делам. Уезжая, он всем раздал поручения, в том числе и Найду. Ему предстояло поехать к некому господину Хадди и урегулировать пару вопросов. Этот господин Хадди работал на владельца крупной сети борделей, и они открывали новую точку – на сей раз в Сархе. Заведение должно было маскироваться под казино – да, они тоже были под запретом, но штрафы и сроки за бордели в разы превышали таковые за содержание казино. А еще казино было выгодным, и в связке с публичным домом работало на ура. Тут и поиграть можно, и выпить, и как раз хорошенькие девушки начнут тебя прогревать еще во время игры, призывно наклоняясь над игральным столом…

Однако, казино – это все же масштабнее, чем скромненькие две-три комнатки борделя. Нужна территория, нужно прикрытие. Деньги были. Хадди уже подыскал и место – официально, они занимали помещение под небольшой бар – что было не запрещено, но почти никому, кроме владельца этого уголка и самих арендаторов, не было известно, что к помещению стыкуется еще и огромный подвал. Вот в этом подвале и предстояло разместить казино и приватные комнаты.

Одна беда – хозяин категорически не хотел ставить в охрану никого из своих. Неизвестно, что было тому причиной – может, не доверял, может, наоборот – берег от возможных потасовок. Короче, ему потребовались надежные люди. Ну и заодно немножко денег – навести помещению марафет. Все остальное уже было сделано и закуплено. И у Густава нашлось и то, и другое – в плане, деньги под высокий процент и какие-то «знакомые ребятки».

Найду нужно было донести до Хадди условия ссуды и зафиксировать их на бумаге, а также предоставить характеристики будущих охранников и цену вопроса. Всей информацией Густав Найда снабдил, дал всевозможные документы, бумажки, несколько подписанных экземпляров договоров – короче говоря, ему только нужно было озвучить все это Хадди, ответить на вопросы, ну и благополучно получить подпись.

С этими мыслями Найд лег спать. Он почти уже не волновался за исход встречи. Да и что там интересного? Прошло чуть больше недели – а у него уже выветрился этот псевдо-романтичный криминальный флер. Поначалу было круто ощущать причастность к чему-то тайному и запретному, но теперь… Это стало обыденностью. Гораздо больше Найда интересовал архив, в который он теперь стабильно по своему желанию проваливался. И чем дольше он там находился и больше видел, тем больше у него возникало вопросов.

Вот и в этот раз, заснув или войдя в полусонное состояние, Найд обнаружил себя в центре пульсирующей паутины трубок. Уровень осознания при нахождении в этой штуке рос с каждым новым заходом, и Найд понял, что его интересуют не столько фрагменты чьих-то воспоминаний, сколько ответы на вполне конкретные вопросы.

«Интересно, знают ли они, что я здесь?» - спросил он себя. Вопрос словно повис в вакууме между трубками. Звук, смысл, настроение – все смешалось в единое ощущение. Потом пришло новое ощущение. И Найд понял, что это и есть ответ. Он был положительным.

Найда немножко ошарашило происходящее, и он попробовать задать вопрос иначе, но снова пришло ясное понимание: да, архив «знает», что он здесь.

«Я говорю с кем-то конкретным?»

Ответ отрицательный.

Перенервничав, Найд вывалился из архива и вскочил с тахты. Сердце колотилось.

«Нет, нет, - зашептал он сам себе, в спешке укладываясь обратно, - пока не сбилось, надо вернуться! Получить больше ответов!»

Он не обратил внимания ни на резкое ухудшение самочувствия, ни на сильную злобу, ни на прилив адреналина.

Провалившись в архив снова, Найд принялся засыпать систему вопросами.

«Знаете ли вы мое местоположение?» - «Нет»

«Есть ли здесь и мои воспоминания?» - «Да»

«Ты - коллективный разум?» - «Нет»

«Это архив воспоминаний?» - «Нет»

«А что ты такое?»

…

Нет ответа.

Найда вырубило тут же, и он проспал всю ночь. Последнее, что он подумал, было то, что архив, вероятно, дает только односложные ответы.

Встал Найд в состоянии крайней злобы. Она не была связана с чем-то или кем-то конкретным, и это было крайне непривычно. Злость без повода Найд еще не испытывал. Грусть – бывало. Но злость – нет. Только в чей-то адрес.

Найда колотило, и он долго не мог расслабить сжатые челюсти. Горячий душ немного улучшил ситуацию, но самочувствие было сильно далеко от идеального. По затылку бегали колючие мурашки.

В доме уже никого не было, все разъехались по заданиям. Найд спешно выпил кофе, перекусил бутербродами – единственное, что осталось в холодильнике, и выехал на дело.

Вел машину крайне неаккуратно, бесясь от каждой ямы, в которую въезжал колесом. Хорошо еще, по дороге никого не встретил, иначе бы поездка переросла в ожесточенную гонку. Приехав на место, Найд схватил с переднего сиденья папочку, с размаху хлопнул дверцей авто, проверил наличие револьвера в кобуре и отрывисто позвонил в звонок у ворот.

Ему пришлось ехать прямо сюда – в место предполагаемого казино. Пока что бар, который работал как прикрытие, был обнесен забором, и пройти можно было только через калитку. Найд нетерпеливо потрезвонил еще пару раз.

- Иду, иду, - послышалось за забором, - сейчас!

Найду открыл невысокий полный мужичок лет сорока пяти.

- К господину Хадди?

- Угу.

- Прошу за мной.

Пока они шли, мужичок, не затыкаясь, тараторил.

- Вот, тут у нас основное помещение бара, здесь барную стойку поставили – буквально вчера. Вот тут будет танцпол небольшой. Там столики. А нам сюда, прошу, - он провел Найда внутрь помещения, где у неприметной дверки нажал кнопку. Дверь запищала и открылась.

- Вот, прошу прямо по коридору и направо – господин Хадди вас уже ожидает.

Найд пронесся по коридору и вошел, не постучавшись. Осмотрел помещение и присутствующих. На небольшом мягком диванчике, проваливаясь в него, восседал, по всей видимости, Хадди. Он просматривал какие-то документы. По обеим сторонам от диванчика стояло два охранника. Они были максимально сосредоточены и уже потянулись к оружию на поясе, когда Найд ворвался в кабинет.

- Я от Густава, - спокойно сказал он, смотря прямо на Хадди.

Тот кивнул своим телохранителям, и они слегка расслабили булки, но на их лицах читалось некое недоумение. Видать, мало кто врывался к Хадди вот так внаглую. Сам Хадди был полноват, со смуглым отечным лицом, лысиной на макушке. Какой-то весь бесформенный.

- Садись, - кивнул он на стоящий поодаль от дивана стул.

Найд перенес его поближе и сел, выкладывая на невысокий столик папочку с документами. Он никак не мог унять подступающую злобу. Руки тряслись, в глазах периодически темнело, дыхание сбивалось. Найду очень не хотелось, чтобы этот Хадди подумал, что он боится его. Напротив: Найд был готов прямо сейчас своими руками придушить каждого, кто бросит на него хотя бы один косой взгляд. И это так плохо поддавалось контролю, что даже пугало.

- Ладно, начнем, - процедил Найд, стараясь не выдать себя интонациями, - вот договор на ссуду, - он достал из папочки листы и небрежно швырнул на столик, - вот характеристики бойцов и стоимость контракта. Вот договор. Прочитайте внимательно, задавайте вопросы.

Хадди с усилием оторвался от спинки дивана и, кряхтя, потянулся к бумагам. Цепанул то, что лежало ближе всего, и погрузился в чтение. В этот момент в дверь постучали. Это оказался тот мужичок, открывший Найду калитку.

- Простите, что отвлекаю, но там девочек привели, - виновато посмотрел он на босса.

- Пусть заходят, - кивнул тот и обратился к Найду:

- Вы уж простите, сегодня день такой суматошный. Но мне необходимо принять девушек. Обещаю, это не займет больше двадцати минут.

В душе Найда к этому моменту уже разгорелась настоящая ярость, и он нашел в себе силы только кивнуть. В кабинет завели пятерых девушек. Они были разного роста и комплекции, но объединяло их две вещи: молодость и белье. Точнее, отсутствие любой другой одежды, кроме белья. Найд нахмурился. И сколько лет этим девчонкам? Что-то не похоже, что больше семнадцати…

Они зашли и остановились перед диваном, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Хадди подался вперед и прищурился, поочередно разглядывая каждую.

- Ты, - указал он пальцем на брюнетку с густой копной волос, - сними верх.

Та смущенно поглядела на охранников, которые, конечно же, не отрывали взгляда от девушек, затем – на Найда и неуверенно начала стягивать бюстгальтер. Найд отвернулся. И посмотреть хотелось, и было как-то противно. Что-то в поведении девушек не давало ему покоя. Он чувствовал, что они здесь не по доброй воле, но не мог объяснить, почему так решил. И дело было не в их стеснении. Было что-то еще, неуловимое, невидимое. Ощутимое какими-то совершенно другими органами чувств. И Найд напрягся.

Смотрины продолжались не дольше десяти минут, после чего Хадди, одобрительно крякнув, велел девушкам уходить. Те, кто сняли белье по его приказу, прикрылись скомканными трусиками и бюстами и послушно потопали друг за другом на выход. Найду же что-то не давало покоя.

- Девушки для борделя? – с вызовом бросил он, смотря неотрывно на Хадди.

Тот, уже погруженный в чтение бумаг, поднял брови и вопросительно глянул на Найда.

- Ну, да.

- И сколько же лет той брюнетке?

Хадди расхохотался.

- Понравилась? Классная, да? Но не продам. Приходи, когда откроемся.

- Так сколько ей лет? – Найд продолжал буравить Хадди взглядом, но тот тоже не пасовал.

- Какое это имеет значение? – невозмутимо бросил он и снова погрузился в бумаги.

Но Найд не мог остановиться.

- Ей и шестнадцати нет, судя по всему. А как вы их получили? Вам их продали? Подарили? Что-то я сильно сомневаюсь, что молодая девушка в самом начале своей жизни пойдет устраиваться проституткой.

- Морали мне хочешь почитать? – хмыкнул Хадди, - Давай закончим дела, а?

- А-а… Вы их, наверное, похитили… Отняли документы, увезли в неизвестном направлении…

Хадди ухмыльнулся и не ответил.

У Найда закололо в затылке. Он вспомнил историю Дэфф. Он почувствовал, насколько этот Хадди мерзкий вместе с его охранниками, дворецким, вместе со своим долбаным казино. С девочками явно что-то было не так. Он не мог понять, что именно, но точно знал. Руки задрожали еще сильнее. Закололо не только в затылке, но и по всей поверхности черепа. Злость требовала выхода.

Медленно, но четко – как показалось Найду, он достал из кобуры револьвер и сделал три точных выстрела. Охранник, охранник, Хадди. Они не успели ничего сделать.

Спокойно собрал бумаги обратно в папочку, сунул револьвер в кобуру и с папкой подмышкой покинул кабинет. Проходя по длинному коридору, отметил, что дворецкий в принципе мог слышать выстрел, если был где-то рядом. Поэтому надо быть наготове. Но никого в баре не было.

Выйдя на улицу, Найд кивнул дворецкому и невозмутимо направился к калитке.

- Все порешали? – улыбнулся тот, кивая в ответ.

- Все порешали.

- Всего доброго.

- И вам.

Найд спешно запрыгнул в машину и дал по газам. Отъехал как можно дальше от места и остановился. Сложил руки на руле, уронил на них голову. Случившееся не было похоже на убийство охранника в тюремном хранилище. Он помнил себя и прекрасно осознавал, что делает. Большая разница заключалась в том, что он сделал ровно то, что хотел.

***

- Что- что ты сделал?!

Дэфф выкатила на Найда глаза и просто отказалась понимать, что он ей рассказывал.

- Ты с ума сошел, новичок?! Зачем? Нахера?!

- Да достали они все, - буркнул Найд, - похоже, я не контролирую свою злость. Еще и всех подставил, да?

- О-о… Буча начнется крупная, да. Хотя всякое у нас бывало, и предъявы тоже разные нам кидали. Густав разруливал… Ка-ак тебе повезло, что он только завтра вернется! Тебе надо валить.

- Думаешь?

- Уверена. Проблема даже не в этом Хадди, на него всем насрать. Проблема в его боссе, сорванном контракте, репутации. Густав тебя укокошит хотя бы для того, чтобы отмазаться от больших проблем. А так – укажет им на твой труп, скажет, мол, взбесился мальца, вот и ответил за свое поведение.

Найд потер подбородок. А чего он, собственно, ожидал? Что Густав его встретит с распростертыми объятиями, выдаст премию и банку пива? Раньше надо было думать, только думалка отключилась от злости. Невозможно думать, когда она раздирает изнутри. Момент злости порой рушит несколько лет упорного труда.

И Найду было действительно стыдно. Он понимал, что натворил, и больше всего было жаль Густава и всех остальных, кого он подставил. Бежать – это как-то низко. Надо уж иметь мужество посмотреть Густаву в глаза, сказать ему о случившемся лично. Но Дэфф была другого мнения.

- Это самоубийство, - помотала она головой, - и действительно глупо. Одну глупость ты совершил, так зачем совершать вторую? Густав тебя прикончит. Гарантированно. Тебе настолько жить не хочется?

Найд невесело усмехнулся.

- Честно говоря, не особо…

- Ну так убейся сам, зачем шефу грех на душу брать? Ой… прости, - Дэфф постучала себя пальцами по губам, - что это я такое говорю! Забудь.

- Да так-то ты права, но… Стыдно мне. Взрослый мужик, а себя не контролирую. Всех подставил. Разве я заслужил жить после такого?

Дэфф поджала губы.

- Это не тебе решать. И о справедливости рассуждать тоже глупая затея. Если бы я рассуждала о справедливости, я бы покончила с собой уже раз десять. У тебя нет возможности отменить тот поступок. И сейчас ты можешь решить: умереть – а ты точно умрешь, или еще немного пожить.

Найд угрюмо смотрел на свои ботинки.

- А как же вы?

- Густав порешает. Он на то и босс.

- Ладно, ты права, - вздохнул Найд, - хотя в моем случае бежать – это такое же самоубийство, только медленное.

Дэфф направилась к шкафу и принялась там копаться. На пол полетели какие-то вещи.

- Ничего, научишься выживать, - пыхтя, проговорила она, - но я тебя не уговариваю. Хочешь посмотреть, что будет – оставайся.

И Найд решил уйти. В целом, если Густав его грохнет, то для него все кончится – но разве этого он хотел на самом деле? Это ведь бац – и все. Свет потух, тебя больше нет. И изменить ничего нельзя. А если Густав его пожалеет – какое будет к Найду отношение от остальных? И так мужики его недолюбливали, считая, что Густав слишком мягок к новичку. Да… остаться в живых, и при этом остаться в банде – вообще не вариант. Еще и так жутко стыдно!

Поэтому Найд решил уйти. Он пообещал себе, что подумает пару дней, где-нибудь перекантуется, и, может, придет к Густаву с повинной. Да. Так, наверное, будет честнее.

Сборы заняли совсем немного времени. Найд перекусил, взял с собой несколько бутылей воды. Принял душ. Снял одежду, которую выдал ему Густав. Переоделся в свои старые шмотки. Удивленно взглянул на Дэфф, поняв, что лямка комбеза больше не болтается.

- Я пришила, - прошептала она.

- Спасибо тебе.

Дэфф бросилась к Найду и обняла его.

- Я просто хочу, чтобы ты остался жив. Постарайся выжить, новичок, слышишь?

- Угу, - пробормотал Найд, аккуратно прижимая к себе девушку.

Дэфф выдала ему мыло, тюбик пасты и щетку - кто бы сомневался! Небольшое полотенце. Бандану. Обезбол в таблетках. Пыталась всучить какие-то запасные шмотки, но Найд не взял. Не то чтобы они были не нужны – просто казалось неправильным, создав всем столько проблем, еще и обирать банду. Нет уж. Он уйдет со своими вещами, а чужого не надо.

Еще Дэфф пыталась всучить Найду немного денег, но он отказался.

- Твоя доля, - говорила она, протягивая раскрытую ладонь с монетами на ней.

Найд помотал головой.

- Пусть это будет штраф. Не возьму.

Не задерживаясь, стараясь успеть до возвращения мужиков, Найд закинул рюкзак на плечи и ушел. Дэфф выглядела сильно подавленной, да и ему самому было грустно с ней прощаться. Понравилась она ему. А с другой стороны – зачем? Где-то там его ждет жена, и пусть Найд уже ничего особенного к ней не испытывал, но ведь он считал себя верным мужем, так? Вот значит и не нужны ему никакие романы. И без них приключений теперь с лихвой.

- Постарайся выжить, - прошептала Дэфф на прощание.

- Не обещаю, но постараюсь, - заставил себя улыбнуться Найд.

***

Дверь мастерской открылась, и к Рамису заглянул Корнилов.

- Не заняты?

Рамис отложил работу и приветливо улыбнулся.

- Заходите. Чаю?

Он уже успел обжиться в мастерской: помимо верстака, на котором и происходило все основное действо, здесь появились стеллажи для работ, заготовок, инструментов и набросков, а также небольшая кухня: напольный шкафчик, плитка и электрочайник.

- Нет, спасибо, - мотнул головой Корнилов, - у меня не так уж много времени. Уже устроили все по своему вкусу, да? – окинув взглядом помещение, констатировал он.

- Ага, - подтвердил Рамис, - чтобы не выдергивать себя из процесса.

- Грамотно, грамотно… Ну, а вообще, как вам тут? Нужно ли что-то родителям, Апани, ребенку?

Рамис пожал плечами.

- Вроде все есть, спасибо. Вы и так многое для нас сделали.

Корнилов удовлетворенно кивнул.

- Вообще я зашел передать вам заказ. Но нужно будет внести небольшое изменение в обычную конструкцию. Сделайте… фигурку оленя – дизайн на ваш вкус. Но сделайте ее на полом деревянном постаменте. Размеры сами рассчитайте. Постамент не должен открываться. А внутрь вы поместите это…

Корнилов достал из кармана брюк спичечный коробок, раскрыл его наполовину и поставил на верстак. Рамис недоуменно поглядел на предмет.

- Да, и придумайте, чтобы все внутри не болталось. Заказ срочный, заберу завтра около двенадцати дня. Сможете?

- Если только не покрывать лаком, - пробормотал Рамис, - а то ведь полное высыхание не меньше двадцати часов, как указано на банке…

- Сойдет, - кивнул Корнилов, - тогда завтра к двенадцати я зайду.

И он ушел.

Рамису не хватало духу заглянуть в коробок. Сердце сильно стучало еще с того момента, как Корнилов заговорил об изменениях в конструкции. Наконец, любопытство взяло верх, и Рамис подгреб коробок к себе поближе. Снял крышку. Внутри находилась небольшая, размером чуть больше ногтя, микросхема в пластиковой окантовке. Она соединялась тонким проводом с маленьким цилиндром с одного краю и с довольно толстой круглой батарейкой – с другой. В местах соединения проводки были дополнительно обмотаны изолентой.

Рамис очень осторожно вынул устройство из коробка, боясь оторвать провода – но сделано было надежно.

«Это что-то не очень хорошее», - промелькнуло у него в голове.

При более тщательном осмотре Рамис пришел к выводу, что Корнилов притащил подслушивающее устройство – так называемый «жучок». А что это еще могло быть? Если есть плата и есть батарейка, то это точно некое устройство, тут и ежу понятно. А что это устройство делает, можно было понять, исходя из просьбы Корнилова вмонтировать его в закрытый постамент фигурки. Видеокамерой это быть не могло. Датчиком передвижения – тоже. Мало кто таскает с собой статуэтки, верно? Обычно они стоят где-нибудь на столе или на полочке. Да и вот этот мелкий цилиндрик уж очень похож на микрофон…

У Рамиса все внутри похолодело, когда до него дошла вся серьезность ситуации. Это противозаконное дело! Он был в этом точно уверен. А деваться некуда – не исполнишь, и Корнилов будет разговаривать с ним уже по-иному. У Рамиса, как и у остальных, еще ни гражданства, ни временной регистрации – ничего нет!

Выходит, правы были те, кто рассказывал про ужасы Распредотдела? Что людей вербуют и потом заставляют заниматься криминалом. У Рамиса на лбу выступили капельки пота. Может, Корнилов не зря кормит их завтраками по поводу гражданства? Может, он и не собирается делать им документы, чтобы они пожизненно оставались в его власти?

«Это плохо… Это очень плохо…» - прошептал Рамис.

Дрожащими руками он попробовал сделать набросок фигурки в разных проекциях, но ничего не вышло. Тогда он решил сделать сначала постамент.

«Я подумаю позже, что с этим делать, - сказал он себе, - а сейчас нужно просто хорошо исполнить поручение. Давай, думай! Как сделать так, чтобы постамент нельзя было раскрыть? Посадить на клей? Хорошая идея! Зашлифую так, что не будет видно даже стыка! Я же могу? Я могу!»

Он разговаривал шепотом с самим собой, чтобы было спокойнее. Потихоньку, по мере вовлечения в дело, его руки почти перестали трястись, и Рамис начал вырезать болванчик. Пару раз порезался, чертыхнулся, залепил порезы пластырем. Продолжил. Он потом подумает обо всем, а сейчас надо в темпе работать. Завтра утром Корнилов заберет эту штуку, и Рамис больше никогда о ней не вспомнит.

***

Сначала Найд был абсолютно дезориентирован. Куда идти? Что делать? Совершенно без денег, без возможности устроиться на работу – да, черт возьми, без возможности нормально пройти хоть одну проверку документов!

И как обидно! Ведь у него в голове только-только начал вырисовываться внятный план по исправлению ситуации. Заработать, сделать документы, разжиться нужными вещами и рвануть до столицы. А там уж… Там уж искать этот НИИ. Ну и попутно зависать в архиве, собирая все больше данных. А теперь что? Денег не заработал, документы новые без Густава он не получит… и что делать?

Найд уже преодолел приличное расстояние пешком, но до ближайшего города – до Сархи - было далековато. Тогда Найд вспомнил, что набросал себе в блокноте карту и полез в рюкзак за ним. Удивился, нащупав на дне рюкзака монеты. Остановился, снял рюкзак, перерыл все. Вытащил несколько купюр и горстку монет.

- Дэфф… - прошептал Найд, вздыхая и мысленно благодаря девушку.

Ведь умудрилась же ему как-то подкинуть денег! Теперь Найду было вдвойне стыдно за себя.

«Может, идти сдаваться Густаву? – подумал он с горечью, - Все равно запутался так, что не распутать. Да и разве это поступок настоящего мужчины? Сбежать, лишь бы не отвечать за содеянное»

Найд еще раз пообещал себе подумать денек, пересидеть в Сархе и вернуться, чтобы все же принять ответственность за содеянное.

Всего Дэфф подбросила Найду пятьдесят три никеля, что в данной ситуации казалось просто огромной суммой. Зато можно было продержаться довольно продолжительное время, если это потребуется.

Найд тяжело вздохнул и снова закинул рюкзак на плечи. Идти было еще около двадцати километров – он сверился по своей карте. В бодром темпе это часа три-четыре. Но спину уже ломило, да и ноги гудели.

Еще через час Найд сделал небольшой привал, усевшись прямо на землю на обочине. Передохнув полчасика, он возобновил свой путь. В целом, до ночи есть шанс дойти до города. А если нет – ну и ладно. Заночует где-нибудь.

Внезапно впереди послышался звук приближающегося авто. Найд привычно задергался.

«Спокойно, - сказал он сам себе, - веди себя непринужденно. Ты никому ничего не должен объяснять»

Скоро стали видны и очертания машины. Она ехала довольно быстро, но, показавшись из-за поворота, сбавила скорость. Найду бы очень не хотелось, чтобы она остановилась. Он сделал вид, что нисколько не интересуется автомобилем, но все же скользнул взглядом по капоту: снять модель и номера. Номер запомнил и повторил несколько раз про себя, а вот модель такую Найд не знал. Что ж…

«Наверное, не с рабочих автопарков», - догадался Найд.

Ему показалось странным, как водитель на мгновение задержал на нем взгляд, но попытался себя успокоить.

«Просто здесь не часто пешеходы ходят, - сказал он сам себе, - вот я и привлек внимание»

И все же, что-то не давало Найду покоя. Но он решил хотя бы какое-то время об этом не думать, а сосредоточиться на ближайшей задаче, а именно: добраться до Сархи.

В Сарху Найд зашел уже глубокой ночью. Он думал, что придется бродить вокруг, тщательно выбирая, откуда зайти, чтобы не нарваться на блокпост – но их тут не было. По крайней мере, не на пересечении с этим шоссе. Городок начался плавно: сначала стали появляться редкие жилые дома, далее показались здания какого-то склада или завода – Найд не понял, что именно это было. А дальше уже пейзаж стал полностью городским: остановки, закрытые магазины и кафе, что-то похожее на поликлинику, жилые районы…

Найд добрался до какой-то лавочки и с облегчением бросил на нее рюкзак, потом плюхнулся сам. Возможно, это опрометчиво. Возможно, как и в Вероне, здесь периодически устраивают облавы на бездомных, и ему придется предъявить документы, что нежелательно…. Тогда нужно не спать. Нужно собраться с силами и не спать! Он же не хочет, чтобы его пробивали по базе, верно?

На некоторое время Найда от усталости все же вырубило. Проснувшись, он не мог понять, сколько сейчас времени - но, по крайней мере, еще не начало вставать солнце. Покряхтев, Найд слез со скамейки и принялся разминать ломящие ноги и спину. Он решил больше не садиться, чтобы гарантированно не уснуть опять, а вместо этого побродить по городу.

Что Найд знал про Сарху? Да ничего, кроме парочки слухов. Рабочий городок, специализация… кажется, стекольный завод – но он мог ошибаться. Да и Тильда как-то упоминала Сарху, чтобы приструнить Густава. Вот, пожалуй, и все. А, ну и еще здесь находится ближайший к Вероне следственный комитет, и по сложным расследованиям обращаются именно сюда. Что-то такое мелькало в новостной повестке.

Найд побрел по ночным улицам, стараясь подмечать каждую деталь. Сейчас это будет крайне важно. Улицы неплохо освещены – по крайней мере, там, где есть какие-то нежилые здания, магазины и прочие прелести городской жизни. Найд прошел школу, затем пару баров. Они уже не работали. Хотя, если это бар, какой предполагал открыть Хадди – такой, наверное, был бы круглосуточным… Кстати, будет неприятно, если на него наткнется выживший дворецкий!

Отличалась ли Сарха от Вероны и Китежа? Да, разумеется. Здесь было как-то более цивилизованно. Найд проходил крупные магазины, игровые детские площадки, школы, поликлиники… Здания были относительно новыми, на улицах было чисто, и Найд пока не встретил ни одного бродяги. Впрочем, насчет последних – они могли кучковаться в других местах. Так Найд пробродил до рассвета, уже падая с ног. Он понял, что нужно срочно искать гостиницу или что-то вроде того. Когда на улицах города стали появляться первые прохожие, Найд разузнал, где он мог бы остановиться. Ему рекомендовали гостевой дом «Светлячок», и не сильно рекомендовали хостел «Лето», заверяя, что в последнем собирается всякий сброд. Найд понял, что это именно то, что ему нужно. Если туда пускают всякий сброд, то и он сможет пройти без документов. И денег с него не сдерут много…

Зайдя в «Лето», Найд поморщился – выглядело не очень. На полу битая плитка, со стен и потолка падает штукатурка, за стойкой администратора необъятная хамоватая тетка, около входа курят и попивают пиво из банок то ли постояльцы, то ли бомжи. М-да…

Впрочем, Найд спокойно оплатил одиночный номер – и пусть он заплатил за него больше, чем за койку в общем номере, но все же ему была важна сохранность вещей. Они поднялись с теткой на этаж, и Найд при ней проверил кровать на наличие постельных клопов. Только после того, как он убедился, что паразитов нет, кивнул и отпустил администратора. Та, конечно, вообще не хотела с Найдом идти, но он настоял. Хватит уже хавать то, что дадут. Раньше он бы не осмелился так внаглую при администраторе проверять номер, теперь же посчитал это своим долгом.

Оставшись один, Найд запер дверь, скинул вещи и направился в душ. «Горячая» вода лилась еле теплая, и Найд полностью выкрутил горячий кран, не открывая холодный. Кое-как помылся, намылился ароматным мылом – спасибо, Дэфф! Вытерся приличным, хоть и маленьким полотенцем, а не тем дырявым, что ему здесь выдали – тоже спасибо Дэфф!

Проделав эти нехитрые манипуляции, Найд осушил залпом половину бутылки воды и собрался спать. Задергивая шторы, он на секунду выглянул в окно. Задернул, но потом снова раскрыл шторы. Он заметил что-то странное… Но что?

Нашел! Неподалеку от хостела парковался автомобиль, подозрительно похожий на тот, что Найд встретил по дороге в Сарху. Жаль, номера на таком расстоянии он не видел.

«Ладно уж, - сказал он себе, - что, мало похожих автомобилей в городе? Вон, в Вероне вообще все уазики были одинаковые!»

Не сильно успокоив себя, он завалился спать. Все же усталость взяла верх над тревогой, и Найд провалился в сон, игнорируя появляющиеся перед глазами пульсирующие трубки архива.

Глава 5

- Повтори, пожалуйста, еще раз, слово в слово, что он тебе рассказал, - спокойно попросил Густав. Он специально отвел Дэфф как можно дальше от базы для этого разговора.

Дэфф еще раз пересказала слова Найда. Густав долго молчал, переваривая услышанное.

- Так, говоришь, бежать не собирался, и это ты его настропалила? – прищурился он, - Или выгораживаешь?

Дэфф вздохнула.

- Нет, клянусь, это была я. Испугалась, что ты его убьешь, как Пита… Ты бы убил его, да? – спросила она, заглядывая в глаза шефу, так как не дождалась ответа.

- Да черт его знает! – отмахнулся Густав, - Подставил он меня, конечно, знатно! Да и Хадди этот, жулье еще то… Но все равно подставил! В состоянии аффекта был, как же! Впервые узнал, что подростков в бордели гребут! Справедливость взыграла, видишь ли! Ишь, высокоморальный!

- Да это я виновата, - тихонько пискнула Дэфф, - рассказала ему про себя, он был под впечатлением. Одно наложилось на другое, и…

- А ты его не выгораживай, - Густав ткнул указательным пальцем почти в лицо Дэфф, - нет смысла выгораживать. Его уже тут нет, я уже ничего ему не сделаю – так или иначе. Зачем мне понимать его мотивы?

- Да говорю же, это я настропалила сбежать. Боялась, что ты его, как Пита…

Густав отмахнулся.

- Мудила этот Пит, вот в чем разница. Он намеренно под нас всех копал. И выжидал, когда можно будет поживиться. А Найд просто ни психически, ни морально оказался не готов к нашей жизни.

Он скривился.

- Может, оно и хорошо, что так? Не по нему бандитская жизнь. Вот так, глядишь, еще бы пару месяцев помыкался, а потом пулю бы себе в лоб пустил. Да?

Дэфф молчала. Она знала, что когда шефа «несет», его лучше не перебивать. Густав порой держал все в себе и выдавал только готовые решения и указания, но порой, с теми, кому он доверял, он позволял себе порассуждать вслух.

- Нет, ну ты погляди, а! Ну куда он пойдет? Без вещей, без денег… Без денег же?

- От своей доли он отказался, - пискнула Дэфф, - и я ему подкинула из своих немного, пока он в душе был…

- Эх, добрая душа. Ну, хоть так. Но куда он пойдет? Что будет делать? Он же не выживет... Эй, ладно тебе, - Густав слегка потормошил Дэфф за плечо, видя, что та готова разрыдаться, - я же говорю, он бы у нас не смог. Слетел бы с катушек окончательно… М-да…

Густав отошел от Дэфф и задумчиво потирал подбородок, смотря куда-то вдаль.

- Но искать я его не поеду и возвращать не буду. Даже не проси. После такого не возвращают, как бы хорошо я к нему ни относился. Да и он не сможет мне нормально в глаза смотреть. Нет-нет, тут все кончено. Распрощались, и ладно. Давай лучше думать, как выкручиваться будем. Расскажи-ка мне, с кем был связан этот Хадди, и, главное, были ли у нас какие-то смежные контракты…

***

Дин, сильно измотанный, рухнул на кровать в своем номере. Заселился он в Зеленый Бор, как ему и рекомендовали местные. Это хорошо еще, что заселили в такой поздний час! И хорошо, что полицейского удостоверения хватило для заселения! Могли бы и не пустить.

Он промотался буквально весь день. Сразу после рынка Дин направился по адресу, который сдал ему «жабных дел мастер». Майор не был уверен, что тот попросту не наврал ему – но проверить было необходимо. Пункт обмена валюты должен был, судя по всему, располагаться в прачечной – а больше ничего по указанному адресу и не было. Поколебавшись, Дин зашел внутрь. Особо не умствуя, он решил повторить однажды сработавшую схему.

Дождался, пока посетители свалят и тонко намекнул хозяйке, что хотел бы реализовать сотню-другую никелей. Та для вида поупиралась, дескать, не знаю, это незаконно – и все в таком духе. Дин пообещал не возмущаться по поводу курса и предложил ей тридцать никелей сверху – за доброе сердце. Хозяйка сдалась. Когда она вернулась с модами, Дин, одной рукой загребая их к себе в карман, второй рукой раскрыл свое удостоверение. Хозяйка захлопала глазами, но – делать было нечего. Ее ведь взяли с поличным.

Они сошлись еще на двадцати модах сверху, по итогу, перекрыв хозяйские чаевые. Нагло, конечно… Но что еще оставалось делать? Дин не нашел иного варианта, как раздобыть денег быстро и без риска. Грабить честных граждан он не собирался, а жулье всякое – почему бы и нет? Пусть отдуваются, и так гребут несоразмерно больше любого среднестатистического работяги. И потом, Дин знает все их уловки. Почему бы не воспользоваться этим?

Выйдя из прачечной, Дин направился обратно к рынку. Теперь можно было купить поесть. По пути он прикинул, по какому же курсу ему обменяли никели. Выходило, что один мод к семи никелям. Это было прямо-таки воровство, учитывая, что как такового установленного курса не было, а цены здесь были плюс-минус такими же, как если бы ты платил никелями. Цифры не менялись, менялись только обозначения.

«Ладно уж, - успокоил себя Дин, - зато я раздобыл шестьдесят семь модов. Этого хватит и на еду, и на ночлег, и, возможно, дотяну до самой столицы»

Дин купил на рынке жаренные в масле пирожки с картошкой и наскоро перекусил. В другой палатке купил бутыль компота из сухофруктов и выдул половину. Надо было двигать в сторону гостевого дома, пока не огреб от недовольного жулья. Мало ли, еще скооперируются против него. Решат отомстить за наглость. Хотя не так уж много он у них и взял. Копейки.

В Зеленом Бору его заселили очень быстро, но Дин, наспех забросив вещи в номер, тут же спустился обратно вниз, на проходную. Еще при заселении он приметил на стене огромную карту, и сейчас первостепенной задачей было изучить ее. А не прохлаждаться и отдыхать.

Попросив на стойке листок бумаги и карандаш, Дин направился к карте. На самом деле, это оказались две карты: одна – карта города, а вторая – карта окрестностей. Дина пока что интересовал второй вариант. В центре этой карты стояла красная стрелочка с надписью «вы здесь».

«Ага, - сообразил Дин, - я в каком-то небольшом городке чуть севернее Сархи. Сарха находится на пересечении третьего и рабочего округов, стало быть, из рабочей зоны мы полностью вырвались… А название?»

Название городка, где он оказался, нашлось не сразу – уж больно мелко было написано по сравнению с другими городами. Киржинск.

«Я о таком-то даже и не слышал, - скривился Дин, - что ж. Киржинск, так Киржинск. Какая, собственно, разница!»

Больше ему сейчас и не нужно ничего выяснять. Самое главное – он на верном пути и уже вырвался из рабочих округов. Теперь, если тот водила довезет его хотя бы до второго… Хотя – лучше бы ему не пришлось делать пересадки. Чем ближе к столице и первому округу, тем больше вероятность того, что у него спросят документы. Тут-то он и попадется.

Рассуждая про себя, Дин дошел до своего номера. Заперся, сбросил потную одежду, залез под прохладный душ. Хорошенько вымылся, зная, что в следующий раз он может помыться еще нескоро. Порылся в вещмешке, нашел свежее белье. Вручную простирнул то, что смог постирать в небольшой раковине. После чего, уставший, завалился спать. Сил больше не осталось.

***

Найд проспал очень долго. Когда он проснулся, на улице уже стемнело, и в номере были едва видны окружающие его предметы. Через секунду Найд услышал, как кто-то тихо ковыряется в дверном замке. Ключ не был вставлен с обратной стороны – Найд помнил, как заперся и бросил его на тумбочку. И кто же это собирается к нему в гости? Может, кто-то перепутал номера? Да, скорее всего… Кто-то, прилично надравшись, теперь хочет отдохнуть.

Но отчего-то Найду захотелось встать с кровати, что он и сделал. Едва он отошел в дальний угол комнаты, как входная дверь с тихим щелчком открылась. Найд замер на месте. Он стоял напротив кровати, у стены, расположенной напротив, а от вошедшего его скрывал большой шкаф. Это было и хорошо, и плохо одновременно. Вошедший его не видел, но и Найд не мог понять, кто же этот незваный гость.

Интуиция не сулила ничего хорошего. Вряд ли кто-то мог ошибиться номером, но при этом все же попасть внутрь! Ведь не одинаковые же здесь замки, в самом деле! Нет, этот человек вошел явно с недобрыми намерениями. Например, ограбить. Только вот смысл грабить на ночь глядя? Велика вероятность наткнуться на постояльца, желающего поспать…

Найд вжался в стенку, когда темная фигура приблизилась к кровати. В руках у человека что-то было – нечто небольшое, но Найд не видел, что именно. Фигура подкралась к кровати и сделала резкое движение, словно вжимая что-то в подушку. Осознала, что спящий отсутствует. И начала озираться по сторонам.

Тут-то Найд и выпрыгнул из своего «укрытия». Не дожидаясь, пока гость что-то скажет в свое оправдание, Найд схватил с тумбы первый попавшийся предмет – это была лампа, и с размаху, выдрав ее из розетки, огрел ею вошедшего по голове. Тот не успел увернуться и упал. Найд перехватил лампу за абажур и ударил человека еще раз по голове тяжелым основанием. Тот больше не рыпался.

Дрожащими руками Найд вернул лампу на место и захотел было включить свет, но рука сама отдернулась от выключателя. Вдруг не стоит? Найд подошел к окну и осторожно отвел краешек занавески в сторону. На улице темнота, вроде никого. А, нет: прямо под его окном дежурит тот самый автомобиль. А рядом с авто какой-то мужик. Курит, судя по запаху.

Найд нахмурился, оглядываясь на внезапного гостя. Тот лежал, не подавая признаков жизни. Найд переступил через него и прошел в ванную, где и включил свет. Окон там нет, а едва заметный свет из соседней комнаты не будет заметен наблюдателю с улицы. Еще и дверь прикрыл, оставляя тонкую полоску света.

Теперь он увидел лицо ночного гостя, но это не дало никакой информации. Мужик средних лет, телосложение крепкое, подтянутое. Одет в обычную одежду: футболка, брюки с подтяжками, ботинки… На запястье часы. Рядом валяется шприц с каким-то мутноватым содержимым…

Найд собирался было его поднять, но отдернул руку. Похоже, именно этот шприц и предназначался ему. И тут Найда осенило. Он глянул еще раз на валяющийся на полу шприц. Картина полностью сложилась.

Некий человек пробрался в его номер, явно зная, куда и к кому он идет. Пробрался ночью, ожидая, что Найд будет спать. Приволок с собой какое-то средство – вероятно, чтобы ему вколоть… Хм… А снаружи его ждет напарник – не для погрузки ли тела в автомобиль? Высота здесь даже меньше двух этажей. Слегка выше первого. Метра два – два с половиной.

И что же делать?!

«Думай, думай, - внушал себе Найд шепотом, - это вряд ли совпадение!»

Во-первых, очевидно, что надо было валить. Сейчас мужик внизу докурит, смекнет, что напарника давно нет, да и направится в номер. Кстати, почему не полезли в окно? Ну, наверное, это сложнее и заметнее, да? Каким-то образом открыть окно через узкую форточку.

Во-вторых, кто и зачем к нему пришел? Но стоит ли сейчас об этом думать? Только время терять. Найд оставил все, как есть, схватил рюкзак, оделся, зашнуровал ботинки. Выглянул еще раз в окно, чтобы убедиться, что мужик все еще там. Но тот уже обеспокоенно озирался.

Найд запер номер на ключ – чтобы ни одному, ни второму не суждено было быстро встретиться, и завернул налево по коридору. Направо – это прямо к лестнице и в фойе. И его сейчас там могут встретить. Ведь у них может быть еще один подельник – а почему нет? А вот если найти какое-нибудь окно, из которого можно вылезти, или запасной выход – да, это было бы очень кстати.

Коридор заворачивал направо, и Найд осторожно высунулся из-за угла, проверяя, нет ли кого. Окон, как назло, не было. Только двери, двери, двери – бесконечные двери по коридору.

Найду повезло – он обнаружил открытый номер. Юркнул внутрь. Осмотрелся – никого. Видимо, пустой, под сдачу. Можно было бы отсидеться… Но оставаться в этом заведении не хотелось ни минуты. Найд осторожно подошел к окну. Окна выходили на противоположную сторону. Найд внимательно поглядел, как ему придется выбираться с территории, и нет ли там никого. Вроде бы, нет. Просто газончик, небольшие кустики, клумбы… Дальше забор – но с его ростом будет не проблематично перелезть. Решено.

Найд повернул задвижку окна и распахнул его. Не без труда протиснулся в проем. Сел на подоконнике, готовясь спрыгнуть. Передумал. Развернулся, повис на подоконнике руками, вытянулся в струнку. Вот так земля явно ближе. Спрыгнул. Перекатился на бок и слегка на спину. Тут же вскочил, пригнулся, огляделся. Здесь никого. Дал деру до забора. С размаху прыгнул, доставая руками до верхней рейки. Подтянулся, перевалился, перекинул одну ногу, вторую. Спрыгнул. И побежал дальше от хостела как можно быстрее.

***

Корнилов пришел раньше назначенного срока. Рамис как раз дошлифовывал готовое изделие.

- Очень красиво! – похвалил капитан, восхищенно цокая, - То, что я принес, внутри?

- Вот здесь, - Рамис постучал ногтем по постаменту фигурки.

Корнилов протянул руку, и Рамис вручил ему готовую работу. Тот потряс ее возле уха.

- Вроде не болтается. На клей посадили?

- Ну, не только. В целом, рассчитал размер выемки, уплотнил всякими обрезками – в тех местах, где можно было уплотнить, ну и клей, естественно.

Корнилов поблагодарил Рамиса и собрался уходить. У Рамиса же чесался язык задать несколько важных вопросов. Правда, их надо было бы задавать крайне осторожно, а лучше – вообще не задавать. Никогда. Но он бы так не смог. И в какую бы форму это все облечь так, как будто бы он не сует нос в чужое дело?

- Скажите, - осторожно, подбирая слова, начал Рамис, - а батарейку там менять не придется? Я просто беспокоюсь…сделал так, чтобы нельзя было разобрать, - быстро закончил он фразу, видя, что Корнилову его вопрос с самого начала не нравится.

- Не придется, - сухо отрезал Корнилов, - доставать ничего и не потребуется. Вы все сделали верно, Рамис.

И он ушел, еще раз поблагодарив и пожелав хорошего дня. Капитан был всегда предельно корректен, но Рамис все же уловил недовольство в его голосе. Что же… Информации для него пока что достаточно. Если Корнилов не соврал, и доставать жучок оттуда не собираются….

О, это значило очень многое!

Ведь если это прослушка, которую не нужно будет потом доставать из фигурки, значит… она не работает в режиме диктофона! Ведь если бы она записывала все, что слышала, то для воспроизведения подслушанного надо было бы это устройство забрать и куда-то присоединить. Верно? Вроде бы верно…

А если верить Корнилову, то фигурку где-то поставят и больше трогать не будут. Значит ли это, что устройство передает сигнал куда-то дальше? Ну, видимо, да. Либо Рамис чего-то не понимает. Но скорее всего, он не ошибся в своих рассуждениях.

И вот это уже было странно. Дело в том, что – по крайней мере, как говорили жителям, никаких высоких технологий больше нет. Часть утрачена, часть не может быть воспроизведена по техническим причинам, по крайней мере, пока. Рамис знал – хоть эта информация и не муссировалась, - что раньше можно было выйти на связь почти с любой точкой земного шара. Даже поговорить голосом или увидеть лицо говорящего у себя на экране! Сейчас же – такая связь между странами и внутри страныотсутствует. Есть только стационарные телефоны, и то не у всех… Вон, у них в Вероне один на три улицы телефонный автомат…

Рамис потер подбородок, откидываясь на спинку стула. Выходит, то, что он вчера вмонтировал в постамент фигурки… Это устройство передавало информацию по каким-то беспроводным каналам. Значит, им нассали в уши по поводу потери технологий? Но почему? Неужели так плохо иметь связь с миром?!

В сущности, вопрос надо было задать не так. Кому – плохо? Жителям? Им, наверное, пришлась бы кстати такая связь. Но вот административным центрам, управлению… Наверное, была какая-то причина такого сдерживания коммуникации. Какая? Банальный контроль?

Не в силах ответить самому себе, Рамис поднялся и поставил на плитку медную турку. Засыпал туда две ложки с горкой кофе, залил водой из чайника, помешал. Задумался, опершись ладонями на столешницу.

Не о том ему надо было беспокоиться! Вот не о том.

А прежде всего – о том, будут ли еще подобные заказы. И к чему это все приведет. Ясно же, что Рамис сам себя обманул вчера, успокаивая. Он обещал себе, что сделает этот один заказ – и забудет, как страшный сон. Но что-то подсказывало, что его сюда все же не красивые фигурки вырезать посадили.

***

Дин уже целых сорок минут стоял на условленном месте, но тот водитель так и не появился. Устав держать вес, Дин скинул вещи на землю. Они договорились встретиться здесь – на небольшой заправке при выезде из Киржинска. Договорились на одиннадцать утра. И вот – Дин здесь, а водителя нет. Причем, пришел ведь заранее! Чтобы точно встретиться. Но это не помогло. Либо он укатил один по той или иной причине, либо планы поменялись, либо просто забыл.

«Что ж… - сказал сам себе Дин, - еще полчасика подожду, и валю отсюда. А то на меня уже странно поглядывает заправщик. Впрочем, можно и здесь какую-то попутку найти»

В следующие полчаса так никто и не появился, и Дин, тяжело вздохнув, водрузил рюкзак с вещмешком на плечи. Все это неприятно, но не смертельно. Он зашел на саму заправку – узнать, часто ли по этой трассе проезжают фуры, но не услышал ничего ободряющего. Оказалось, что городок этот, Киржинск, находился в удалении от основных трасс, и фуры здесь крайне редко ходили.

«Вот блин, водила, забросил в какую-то глушь!» - ругнулся в мыслях Дин.

Что же касается междугороднего сообщения – то оно здесь, разумеется, было. Чай, не рабочий городок. Здесь возят граждан, а гражданам можно многое. И, тем не менее, была неутешительная новость: на междугородний автобус его не посадят. Так как третий округ соседствовал с рабочим, то здесь были самые жесткие проверки и досмотры – чтобыпресечь возможные попытки передвижения беженцев по стране.

Дин вздохнул. Услышанное ему не понравилось. Без идентификатора его никуда не повезут. А, может, еще и сдадут, куда положено. Фуры тут не ездят… А основное шоссе находится в шестидесяти километрах отсюда. Южнее по шоссе будет Сарха, а севернее - Бивск. А оттуда до первого округа рукой подать. Дин задумался. По всему выходило, что надо добираться до трассы самостоятельно. Шестьдесят километров – это, конечно, пешком не дотопаешь. А вот на чем бы он мог доехать?

Расстроенный, Дин побрел по Киржинску. Он так настраивался на то, что уже сегодня покинет третий округ! И вот вам… Конечно, как он мог надеяться на то, что водила точно будет на месте? Да и вообще – когда это он стал надеяться на других?! Дин потряс головой.

«Сдаете позиции, товарищ майор!» - прошептал он себе под нос.

Он немного побродил по городу, чтобы собраться с мыслями. Довольно быстро понял, что большой вес на плечах нисколько не помогает думать, а только мешает. Сбросил рюкзак на лавочку, сам плюхнулся рядом.

Толпы никакой не было. В маленьком городке жизнь текла крайне размеренно. Здесь было мало дорог, мало автомобилей. Изредка ходили автобусы. На улицах тоже не было народу. На рынке только или в магазинчиках… Но оно и понятно. Здесь, наверное, на весь городок было всего два-три магазина и центральный рынок. Куда же еще ходить?

Откуда-то со стороны раздался громкий хлопок. Дин повернул голову. Группа детей лет семи-восьми побежала с криками от мусорных баков. Еще хлопок. И еще два.

«Петарды бросили, черти!» - догадался Дин и отвернулся.

И все-таки что-то привлекло его внимание возле бака. Дождавшись, пока дети убегут, Дин взвалил вещи на спину и подошел поближе. Это был велосипед. Старый, местами ржавый, со спущенными колесами и порванной цепью – но велосипед!

Дин критически окинул взглядом эту колымагу. Выбирать не приходилось. Хорошо, видать, живут в Киржинске, раз велосипед на помойку свезли! Ну, да, цепь порвалась! Да, он весь ржавый. И что? В Вероне подобное расточительство немыслимо. Даже если бы кто-то велосипед выкинул – да даже без сиденья! – его бы через минуту уже забрали!

Покачав головой, Дин рывком переставил велосипед по ходу движения и покатил его по улицам Киржинска – искать автосервис.

Автосервиса тут, как такового, не оказалось – было что-то вроде ремонтной мастерской, куда могли притащить как сломанное радио, так и свою колымагу. Объявление над входом гласило, что мастеров можно вызвать на дом, если у вас сломалась крупная бытовая техника. Дверь сервиса была открыта, и на самой двери висел прайс. Дин отметил, что это очень удобно и задержался в проходе, пытаясь отыскать хоть что-то похожее на ремонт велосипеда.

- Чего встал? Давай, проходи! – окликнули его из глубины помещения.

Дин вошел и осмотрелся. Это было довольно большое помещение, где, на первый взгляд, царил полный хаос, но если приглядеться, то можно было понять: тут никакого бардака нет. Скорее, захламленность, указывающая на обилие заказов. Вдоль стен стояли высокие металлические стеллажи со всевозможными деталями и инструментами. Каждый стеллаж был подписан, каждый ящик или коробка – тоже. Так что нет – тут не было бардака, тут был только недостаток места под все необходимое.

В центре помещения стоял автомобиль, и из-под него на подкатном лежаке выехал плотный мужчина в сером комбинезоне. Он был весь перепачкан маслом: пятна были как свежие, так и застарелые.

- К кому я могу обратиться по поводу ремонта? – улыбнулся Дин, надеясь, что ему не нужно будет здороваться с мастером за руку. Работал тот без перчаток.

Мужик вытер чистой стороной руки пот со лба и лысой макушки, затем наклонился за тряпочкой и протер ладони. Распрямился, окинул Дина взглядом, вздохнул.

- Только не говори, что тебе это дерьмо на колесиках чинить надо!

- Именно его.

Мастер скривился.

- Мужик, мне честно говоря, все равно, но за те деньги, что я сейчас буду его ремонтировать, ты мог бы подержанный мопед купить. Ладно, тебе зачем это корыто?

Дин не ожидал такого вопроса и начал придумывать на ходу. Благо, за долгие годы службы легендироваться он научился.

- Да у меня машина сломалась, похоже, ремень ГРМ слетел или порвался. А инструмента в ней не было – я как раз дома кой-чего чинил, и всю сумку унес. Обратно не взял. И надо ж так – именно когда у меня не было с собой ничего, я сломался! Один дальнобой меня сюда подбросил, а в сторону дома машин так и не было. Ну, я думаю – чего время терять. Купил тут нужные ключи, и обратно сейчас сгоняю, да может, и сам управлюсь.

- По-хорошему тебе бы эвакуатор надо… Прикинь, ты приедешь, разберешь ее там всю, чтоб до ремня добраться – а он порван! И что будешь делать? Крутить педали до ближайшего телефонного аппарата?

Дин цокнул. Возможность эвакуатора он не предусмотрел.

- Да дороговато обойдется эвакуатор… Вдруг смогу сам, бесплатно сделать?

- Дело твое, - качнул головой мужик, - я Клавдий.

- Дин.

- Смотри, Дин, - Клавдий подошел к велосипеду, принимая его из рук заказчика и как следует осматривая, - цепь порвана, это и сам видишь. Звездочка вроде бы нормальная, но как будто бы к втулке прикипела. Давно его не обслуживали. Покрышки спущены – еще надо проверить, нет ли пробитий. Обод вроде ровный, не вижу, чтобы спицы были погнуты – но тоже надо проверять. Далеко педали-то крутить?

- Километров семьдесят.

Клавдий присвистнул, потом погрузился в расчеты.

- Смотри, какое дело, Дин. Считай, что повезло. Я тут на помойке нашел ручную газонокосилку. Уж не знаю, как так умудрились ее сломать, но восстановлению режущая часть не подлежит. При этом двигатель – как новый! Видимо, они не знали, что такое добро выбрасывают. Движок я снял. И что-то он все лежит, ждет своего часа… А я слышал, можно поставить его на велосипед и сделать что-то типа не очень мощного и не очень быстрого мотоцикла. Могу на тебе поэкспериментировать за тридцать пять модов. Ничего не обещаю. Зато, если вдруг сломается, ты всегда на педалях сможешь уехать. Установка мотора это никак не отменяет.

- Ого! – обрадовался Дин, - Конечно, экспериментируйте! Спасибо!

- Да рано пока… Приходи завтра к вечеру.

Дин понял, что очень уж не хочет уходить. Он и не думал, что без знакомых лиц в чужом городе может быть так тяжело. Хотелось простого человеческого общения. Раньше он всегда мог поговорить с Верой, ну а теперь…

- А можно я немного тут посижу? – попросил он, - Идти особо некуда, если только в гостиницу возвращаться.

- Сиди, - разрешил Клавдий, - если больше делать нечего.

***

Найд бежал и бежал, пока не стали заканчиваться силы. Только тогда он остановился и дал себе отдышаться. Больше всего сейчас ему было нужно безопасное место и ответы. Вот уж чего точно не ожидал Найд, так это нападения ночью в гостинице.

Он огляделся. Ноги привели его на длинную улочку, заставленную рядами однотипных маленьких домиков. Жилой квартал, судя по всему. Рыжие тусклые фонари не давали достаточно света. Окна были почти везде темными: вероятно, хозяева уже улеглись спать. Вздохнув, Найд побрел по дороге вдоль домов. Вряд ли он сможет у кого-то остановиться- народ здесь, как и в любом рабочем городке, подозрительный. Даже за хорошие деньги не пустили бы. Но что, если пробраться в какой-нибудь сарай и ночь пересидеть там? Идея неплохая, но вдруг собаки на территории? Ему только собак не хватало для полного счастья…

Разглядывая участки по обе стороны от себя, Найд заприметил один. Сетчатый забор почти полностью скрылся за высокой зеленью, растущей по обе стороны от него. Просто непролазные джунгли из всяких сорняков и особенно крапивы – последняя достигала в высоту почти полутора метров и даже доходила Найду до груди. Похоже, этот участок заброшен. Что, впрочем, не гарантирует того, что внутри никого нет. Но надо было попробовать.

Осторожно приминая ногами крапиву, Найд подошел к калитке. Заперта. Но при ближайшем рассмотрении можно было заметить намотанную вместо замка проволоку. Кто-то просто продел ее в проушины, куда должен был вставляться замок, и завязал. Завязано с внешней стороны… Возможно, внутри действительно никого нет.

Найд размотал проволоку и медленно открыл калитку. Она скрипнула, но не сильно. Пробираться по участку до дома пришлось шаг за шагом. Похоже, здесь давно никто не ходил. Найд ступал очень осторожно, потому что попросту не видел, ступает ли он на ровную поверхность или в канаву. Поэтому путь до дома, который стоял, казалось бы, близко к забору, занял минут пять.

Сам дом был деревянным, одноэтажным, с небольшим чердаком. Сделан вполне добротно: из цельных бревен. В полутьме он казался каким-то серым, а может, и вправду не был покрашен…

Найд добрался до двери, ожидая обнаружить замок. Но дверь, к его удивлению, была открыта. Это было с одной стороны хорошо, ну а с другой – не очень. Кто там внутри может быть? Спят какие-нибудь бездомные, небось…

Но в доме ничем не воняло, и в принципе, ничего не выдавало присутствие бомжей или бродячих псов. Свет почему-то не включался – может, пробки выбило, или рубильник какой-то надо было включить. А, может, прекратили подачу за неуплату. Найд очень пожалел, что не успел по прибытии в Сарху разжиться фонариком. Да и с базы ничего не взял. Но надо было заходить – не торчать же тут, на улице? Хотя, тоже неплохо: за такой живой изгородью его точно никто не найдет.

Подождав, пока глаза привыкнут к темноте, Найд продвинулся вперед. Окна не были зашторены, и в целом, освещения с улицы хватало, чтобы составить общую картину. В прихожей не было оставленной одежды или обуви. Сразу из прихожей Найд попал в гостиную, ну или кухню. Вероятно, комната использовалась сразу для двух целей. В одном углу стоял диван со столом, а в другом находилась плита и все необходимое: шкафчики, газовый баллон, несколько пластиковых пятилитровых бутылей.

Найд мог бы остаться здесь – дивана бы ему за глаза хватило, но решил обследовать дом и убедиться, что здесь он один. В темноте бродить не хотелось, и Найд подумал, что наверняка в доме есть фонарик или хотя бы свечи. Пошарившись по кухне, он нашел пару длинных свечей, ну а спички у него с собой были. Зажег – не прям уж светлее стало, но сойдет и так.

Всего в доме было еще две комнаты: обе спальни, и небольшая кладовка. В кладовке на первый взгляд лежал всякий хлам: пустые банки и бутылки, ящик с инструментом, лампочки, швабра и веник – в общем, все хозяйственное и ничего съестного.

Закончив обход, Найд вернулся в гостиную и, сняв ботинки, забрался на диван с ногами. Сел, обхватив колени и положив на них подбородок. Надо было думать, но мозг в самый нужный момент отказался это делать. Вопросов было много, и самый животрепещущий: кому он мог понадобиться?

Нет, может, его чуть не взяли по ошибке. Но, все же, почему-то в памяти всплыло предостережение Тильды. И ее слова о том, что военные очень быстро о нем узнают и возьмут на карандаш. Только вот где он прокололся? Может, Тильда его выдала? Ведь она единственная знала о произошедшем. Может, сами рэксы? Ну, нет. Насколько помнил Найд, Тильда говорила, что и им он может быть интересен, а, значит – они бы не стали сдавать его военным. Не в их интересах. Да и пришли за ним обычные люди, если только он не перестал распознавать мерзкие рожи рэксов…

Найд провалился в архив, пропустив стадию засыпания. Он решил искать ответы там, где было больше всего вопросов. Особо не церемонясь, сходу стал спрашивать.

«Кто собирался на меня напасть?»

«Информация о событии отсутствует»

«Это вы приходили за мной?»

«Информация о событии отсутствует»

Тьфу ты! Нет, видимо, тут ему ничего не скажут. Либо действительно не они, либо сработала какая-то защита данных. Тогда Найд стал засыпать архив всеми интересующими его вопросами – авось повезет. Во-первых, он уже чувствовал наступающую злость…

«Почему я чувствую злость после контакта с архивом?»

«Нераспознанное понятие: злость»

Тут Найду пришлось задуматься. Общаясь с архивом, он для упрощения представлял, что говорит с человеком. Но перед ним была система совершенно иного порядка. Более того, она не являлась человеческой. И, судя по всему, эмоции здесь не распознавались.

«Почему я чувствую себя другим после контакта с архивом?» - сделал попытку Найд.

«Разница в частоте электрической активности мозга. Это может вызывать разные сбои, но явление нами не до конца изучено. Можно предположить, что в результате взаимодействия с сильным источником излучения могли измениться ведущие диапазоны частот, что оказывает влияние на самочувствие и действия человека»

Найд некоторое время наблюдал, как по трубкам шныряют туда-сюда светящиеся импульсы. Что же, получается, каждая секунда здесь вредит ему? Это было страшно, хотя… Не то же самое происходило в шахте? И что с того, что все побочки его работы были досканально изучены? Легче от этого не становилось. Каждый вдох, каждый шаг там, под землей – изнашивал его тело.

Собравшись с мыслями, Найд задал следующий вопрос:

«Значит ли это, что я скоро умру или получу повреждение мозга?»

«Нам самим интересно»

«Вот и поговорили, - усмехнулся Найд, - впрочем, если архив стал таким покладистым, не стоит ли сейчас, пока он в состоянии это сделать, стрясти с него весь максимум информации? И больше не заходить сюда, раз это так мне вредит?»

«Ладно, - про себя вздохнул он, - начнем. Кто вы?»

«Вряд ли тебе как-то поможет то, как мы себя называем. Ваши военные окрестили нас рэксами»

Найд усмехнулся. Все никак не может привыкнуть к такому странному собеседнику.

«Вы не с Земли?»

«Изначально – нет»

«А откуда?»

«Ваши ученые еще не открыли эту планету, поэтому информация тебе ничего не даст»

«Ладно, а здесь вы зачем?»

«Чтобы выжить»

«Что с вашим миром?»

«Разрушен»

Найд перевел дыхание. Самочувствие уже начинало беспокоить. Снова покалывание в затылке, и еще, кажется. Болит сердце… Но он твердо решил выяснить все, что сможет. Это ведь и его касается!

«А вы же не можете мне закрыть информацию из архива?»

«К сожалению. Нам не удалось тебя извлечь на начальном этапе. Ты уже часть системы»

«Ла-адно. Тогда.. Почему вы так странно устроены и не способны к размножению? Как так вышло, что те ящеры, о которых мне рассказали – первая стадия вашей жизни?»

«Они никогда не были первой стадией. Просто сложные генетические эксперименты дали непредсказуемый результат. Механизм размножения у нас был такой же, как у вас. Но в нашем мире больше не осталось женщин. Генетическая мутация… Вернуть все на круги своя до сих пор не получилось. Мы слишком долго бились над этой задачкой. Чтобы не вымереть окончательно, наши ученые разработали стратегию по подселению эмбрионов в коконы существ, которых вы называете ящерами. Отсюда наш специфичный внешний вид. Мы ведь не были такими раньше… это тоже мутация, но цена за жизнь вполне справедлива»

У Найда перехватило дыхание от услышанного. Это показалось ему мерзким, и, более того…

«Откуда вы взяли эмбрионы, если женщин не было?»

«А ты внимательный. У нас действительно не оказалось материала. Но мы были у вас ранее – позаимствовали немного яйцеклеток из банка. Раньше они были почти в каждой стране, такие банки»

- Нет, ну это уже перебор, - прошептал Найд, открывая глаза и смутно распознавая пространство комнаты.

Последний раз такое чувство абсолютного бреда возникало у него во время рассказа Тильды. Но там было легко списать все на ее сумасшествие. А здесь – все происходит в его собственной голове. Не сошел ли он с ума?

Но он дисциплинированно записал все в блокнотик. Такой бред точно забудется, внутренний критик не пропустит… Слишком неправдоподобно. Получалось, что рэксы столкнулись аж с двумя проблемами: сначала у них исчезли женщины, но они худо-бедно сохранили способность к размножению. А потом их мир оказался разрушен. И…

«И вы воспроизвели условия воспроизводства здесь, на Земле?»

«Именно»

«А что за источники излучения были в пещере, куда я попал?»

«Ваши ученые помогли воссоздать условия нашей родной планеты. Без них все коконы погибали»

«А как я могу вернуться к своему первоначальному состоянию?»

«У нас нет информации. Дай доступ к своему местоположению, чтобы мы смогли тебя изучить. Это будет выгодно для обеих сторон»

- Как же, - усмехнулся Найд, - выгодно, похоже, только вам!

И- да, он помнил, как Тильда предупреждала, что опасность может исходить, как от людей, так и от рэксов. Что она сказала? Что им надоело разрушающее воздействие нашей атмосферы на их внутренние органы. Им надоело зависеть от пересадок органов. И если они сейчас Найда получат… Сначала они проведут на нем опыты. А потом – или даже одновременно! – они запихнут под излучатель еще несколько испытуемых! Это просто неизбежно.

У Найда перехватило дыхание от собственной догадки. Разумеется, это логичное действие! Пусть абсолютно аморальное, но, похоже, если их не смущает пересадка от живых людей… А почему бы и нет? И Найд не удивится, если в пещерах держат еще нескольких жертв эксперимента….

- Че-е-ерт! – выдохнул Найд, выходя из архива, - но разве я виноват? Они ведь и так знали, что к ним вторгся чужак…

«Предоставь доступ к своему местоположению…»

Этот голос говорил внутри его головы, хотя Найд уже покинул архив. Он запаниковал и одновременно разозлился. Какое право они имеют?!

«Предоставь доступ к своему местоположению, чтобы мы могли помочь…»

- Идите к черту! – заорал Найд в пустоту дома, - Хренушки вам!

Главное, чтобы они сами не выяснили, где он… Но Найд не успел понять, как происходит обмен данными в этом архиве. И потом – он, все же, человек, и функционирует как-то по-другому. Быть может, а даже – вероятнее всего, что местоположение всех элементов системы архиву известно. А вот он, будучи иным, выбивается из общих правил.

- Пошли вы все, - шептал Найд, в порыве злости спрыгивая с дивана и начиная наяривать круги по комнате, - я еще вам покажу. Всем! Местоположение мое хотите, угу. Фигушки я вам что сообщу. И я… я…

Найду хотелось в этот момент провести какую-то диверсию внутри своей головы, чтобы разрушить разом весь архив, но это, конечно же, не получилось. Таких полномочий он не имел. Но то, что он сейчас услышал – была история наглой и циничной эксплуатации людей. И это только добавляло злости в его и так взвинченное состояние.

***

Вечером следующего дня Дин зашел в мастерскую – забрать новенький мотовел. Клавдий вывез его во двор для проведения краткого инструктажа. Дин восхищенно поцокал языком – вместо подобранного два дня назад на помойке велосипеда ему вывезли настоящую шайтан-машину. Страшную, громоздкую, но вызывающую определенное уважение. Теперь над задним колесом была приварена новая рама, на которой был закреплен движок от триммера. Цепи было две: одна соединяла педали с колесом, другая – колесо с мотором. От движка по раме шло несколько новых троссиков вдобавок к тормозному, который тут изначально был.

- Ого! – Дин поднял вверх большой палец.

Клавдий самодовольно хмыкнул.

- Смотри, - говорил он, проделывая каждый шаг самостоятельно и показывая, - садишься. Нажимаешь подачу топлива – вот кнопка. Далее, вот тут на ручку я поставил тумблер – это сцепление. Чтобы двигатель завелся, его надо расцепить. Тумблер вот так – щелк. Далее тебе просто надо поехать, активно вращая педалями. Когда наберешь скорость, отщелкни тумблер сцепления. Двигатель заведется. И все. Покрутишь ручку, прибавляя скорость. Тормоз – обычный. Если надо полностью остановиться, расцепляешь сцепление тумблером. Потом уже тормозишь ручным тормозом. Принцип тот же, как в стандартной механической коробке передач.

- Я понял, - кивнул Дин, и Клавдий продемонстрировал ему весь алгоритм, прокатившись по двору.

Как только мотор заработал, стало понятно, что по-тихому из Киржинска Дин не уедет. Движок тарахтел на всю округу, приковывая к себе внимание окружающих. Но все же, Дин был несказанно рад. Он может на такой тарахтелке ехать столько, сколько ему необходимо. И даже не ловить фуры. Ну, при условии, что эта колымага не сломается. Клавдий ведь не давал никаких гарантий.

Дин поблагодарил Клавдия, вручил ему деньги – даже накинул три мода сверху. Тот пожелал ему удачи и ушел в мастерскую. Дин, немного волнуясь, сел на мотовел и проделал все нужные действия. Разогнался. Отпустил сцепление. Движок затарахтел, и мотовел ощутимо прибавил в скорости.

«Вот это да! - радостно прошептал Дин, - Вот это шайтан-машина!»

Одной рукой удерживая руль, он поправил лямки рюкзака и направил мотовел к выезду из города. Задерживаться здесь он не собирался. Правда, еще неизвестно, насколько быстро расходуется бензин – бак ведь здесь совсем маленький. Но ничего страшного – наверное, до ближайшей заправки хватит и того, что там есть.

Заправщик долго нахваливал мотовел, и Дину захотелось от этого только поскорее смыться. В Вероне подобное нахваливание могло значить одно – скоро у тебя эту вещь украдут или конфискуют по указке добрых людей…

Дин аккуратно выехал с заправки, затарахтел и вывел мотовел на предельную скорость – около пятидесяти километров в час. Этого было более чем достаточно. И это было гораздо лучше, чем если бы он шлепал пешком до нужной ему трассы, где потом бы еще несколько часов ловил машину. Если бы он крутил педали, то ноги бы тоже отваливались от непривычной нагрузки. А этот мотовел был просто пределом мечтаний. Правда, Дин пожалел, что не взял какой-нибудь троссик с замком – пристегивать. Ну да ладно. Купит на следующей заправке, там обычно этого добра навалом. И мало кто берет.

Впереди показалось низенькое одноэтажное строение со шлагбаумом. Дин нахмурился, пытаясь понять, что это. Похоже, тут его будут досматривать. Вот ведь жаль, что он проспал всю дорогу с тем водилой! Он просто не знал, что и здесь на выезде есть какие-то препятствия!

Расстояние до шлагбаума сокращалось. Надо было что-то решать. Но не показывать ведь им документы, в самом деле? Это было бы крайне неразумно.

Подъехав ближе, и начиная подтормаживать, Дин улыбнулся. Между стрелой шлагбаума и столбиком был небольшой зазор, чуть меньше метра. Вероятно, он предназначался для прохода пешеходов – но ведь и он сейчас не на машине, верно?!

Широко улыбаясь и чувствуя себя невероятно свободным, Дин поддал по газам. Он пролетел шлагбаум, оставляя позади небольшой город Киржинск.

***

Несмотря на стремительно ухудшавшееся самочувствие, Найд сидел над своим блокнотом. На столе на небольшом блюдце стояла свеча и, похоже, ее хватит еще на часок-другой. Этого достаточно. Найд быстро и неразборчиво корябал новый план. Старый – такой с виду складный и в принципе достижимый, с треском провалился. Теперь предстояло придумать что-то новое. И начал Найд, как и в тот раз, с проблем.

Где и на что жить? Как сделать себе новые документы? Как разыскать Апани с Рамисом? Как вернуться к нормальному человеческому состоянию? Как уйти от военных и от рэксов? Придется ли бегать всю жизнь, или он сможет как-то исчезнуть для обеих сторон? При этом оставаясь живым…

Вот такие вопросы Найд записал на клетчатом листочке. Однако, как бы ни было странно, эти проблемы волновали его не так сильно, как поднявшееся чувство несправедливости по отношению к происходящей эксплуатации.

«А стоит ли теперь собирать какое-то подобие нормальной жизни? Ведь и ежу понятно, что нормальной она больше не будет. Похоже, надо смириться с тем, что это невозможно»

А раз нормальная жизнь невозможна – то, выходит, ему не так-то уж и нужно постоянное жилье, работа, документы… Да и стоит ли объявляться перед женой и другом? Только подставлять их и себя. Не проще ли оставить это в прошлом?

«Нет – конечно, не проще, - сжал челюсти Найд, - но это придется сделать. И я это смогу»

Почему-то Найду казалось, что самым правильным шагом будет как-то прервать цепочку пересадки органов. Если он сможет нарушить ее, сотни рэксов погибнут от токсичного воздействия земной атмосферы. И так им, гадам, и надо. Да и ему тоже неплохо бы разобраться в том, что с ним происходит. Да, архив сообщил ему, что вернуться к «заводским настройкам» не получится, но с чего бы Найду верить этому? Он ведь даже не знает, кто именно дает эти ответы. И в чьих интересах дать ему именно такую информацию.

Поэтому, как ни крути, следующей точкой на его маршруте будет тот самый НИИ, где велись исследования, и где потрошат несчастливых носителей донорских органов. Но попасть туда будет ой как нелегко. Разумеется, там будет охрана. Причем, состоящая не из дядек с пузом, а из опытных военных. Ну и, опять же, как бы не поймали его на любом из блокпостов на подъезде к столице…

Надо собрать информацию – но это не самое трудное. Надо оружие. Нужны люди – иначе, что он один там сможет? Возьмут его, как миленького. И там же, прямо в этом НИИ, начнут ставить опыты. Спасибо, как говорится, что сам пришел…

Найд, не моргая, уставился куда-то вперед. Оружие. Деньги. Люди. И где он сейчас все это найдет? Отвратительный план. Еще хуже, чем предыдущий.

Внезапно Найда скрутило. Он не успел куда-то добежать, и его вырвало прямо на пол. Потом еще и еще раз. Странно – он ведь очень давно что-либо ел и пил. На лбу выступила испарина, сердце колотилось. В затылке кололо.

«Нехорошо…»

Найд попытался встать, но сил попросту не осталось. Тогда он решил – будь что будет. Помрет – так хоть не придется больше решать поступающие проблемы. В целом, не такую уж отвратительную жизнь он прожил. Он сделал усилие и откинулся на спинку дивана. Закрыл глаза.

«Запрос на доступ к местоположению…»

- Ой, вы хоть отвалите, - вяло проговорил Найд, отмахиваясь от невидимого собеседника.

Темнота. Он сжимает в руках колючую веревку. Он спокоен и собран. Дверь открывается, заходит человек. Найд выжидает, пока тот пройдет вглубь, чтобы набросить веревку ему на шею и начать душить. Он спокоен. Он следует плану. Он чувствует, как напрягаются руки. И, кажется, что он делает все очень быстро. В полтора-два раза быстрее, чем это сделал бы опытный убийца.

Щелк. Он у господина Хадди. Он вынимает револьвер и делает три стремительных выстрела. Время на прицеливание – меньше секунды. Найд рассмотрел все в деталях. Он действовал быстрее, чем телохранители успели понять, что происходит. А ведь это специально обученные люди…

Щелк. Он спит в своем номере. Он спит, но слышит все происходящее. Он слышит, как под окном припарковался автомобиль. Хлопнула дверь. Шаги по коридору. Найд заставляет себя проснуться и встает за шкаф. Он дышит ровно. Он спокоен. Он ждет. Он уже давно заприметил стоящий на тумбочке торшер. У него очень тяжелое основание…

Не открывая глаз, Найд понял: все случившееся он контролировал. И пусть он не отметил этого сразу, но теперь он увидел: он был чуточку быстрее тех, кого он убил. А когда спал, то спал будто бы не полностью. Какая-то часть его сознания мониторила все вокруг. Что и спасло ему жизнь. Сомнений быть не могло. Три случая уже составляли статистику. Вероятно, в его теле, а, главное, мозге, что-то и вправду меняется.

Найд еле разлепил ставшие тяжелыми веки. Он лежал в той же позе на диване, и шея со спиной прилично затекли. На улице начинало светать. Найд сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Просканировал свое тело. Да, много чего болит – но вроде бы даже здоров. А, главное, то, что он только что увидел, пока был в отключке – это было странно, но… Черт подери, с этим можно было работать! Если только понять, как…

Глава 6

Дорога мелькала под колесами мотовела. Дин выжимал максимальную скорость и уже чувствовал себя вполне уверенно за рулем этой шайтан-машины. Дважды он останавливался на заправках: объем бака не позволял налить бензина про запас, да и канистру никуда не приладишь. Спина и так нагружена. Во-вторых, Дину была необходима нормальная карта. Ее он купил на небольшой старенькой АЗС. Там же приобрел замок для мотовела. Да, такой запросто перекусывается ножницами по металлу, но хотя бы от мелких воришек он его убережет. Можно хоть будет спокойно в туалете или в кафе на заправке посидеть…

Приходилось часто останавливаться и сверяться с картой. Это был подробнейший атлас автомобильных дорог – даже с блокпостами! Последние, вероятно, были отмечены для удобства дальнобойщиков – ведь на каждом приходилось показывать документы на перевозимый груз.

Дин с ветерком спустился с большой горки, после чего дорога снова брала уклон вверх. Присмотрелся. Кажется, там, прямо наверху, какое-то столпотворение. Дин заглушил мотор, поставил вел на подножку и слез, снимая рюкзак. Достал карту, сверился. Да нет. Никакого блокпоста здесь не отмечено. И, все же, чуйка подсказывала ему, что внезапного затора там быть не могло. Не та плотность движения в этом округе… Это было больше похоже на перекрытие.

«Да ладно тебе, может, ремонт? – Дин попытался успокоить сам себя, - Может, авария произошла, и перегородили, в конце концов?»

Рисковать или нет? Дин снова посмотрел на карту. Объездных путей нет – только если пилить километров сорок назад, а потом давать крюк по проселочной дороге. Но это большое расстояние, и топливо, скорее всего, кончится. И будет Дин пилить на педалях хрен знает сколько километров до ближайшей заправки… Нет, так не пойдет.

«А если объехать?»

Дин пожалел, что у него не было с собой бинокля. Поняв, что там, впереди, он мог бы предпринять правильные шаги. А вообще, по обеим сторонам трассы поле. Причем – ничем не засеянное. Если бы растительность позволяла в ней скрыться, Дин сразу бы нырнул на обочину. Но он буквально открыт со всех сторон. Еще неизвестно, не заметили ли его те, кто находятся там, наверху? С этой точки, наверное, хороший обзор.

Дин прищурился, вглядываясь вдаль. Все же это не затор, и никакие не автомобили. Это металлические перекрытия, наподобие тех, что используют для разграничения движения большой массы людей. И мигалки – значит, за перекрытием стоит полиция. Похоже, они действительно кого-то ловят. А если его? Майор вспомнил, как с ветерком прорвался через шлагбаум предыдущего блокпоста. Хотя – вряд ли из-за одного человека они трассу перекроют. Да и почему здесь? Он ведь мог свернуть еще раньше. Вздохнув, Дин все же решил добираться до объездного пути. Убрал подножку, забрался, расцепил сцепление, набрал скорость, вращая педали. Двигатель снова затарахтел, и мотовел ощутимо дернуло вперед. Некоторое время Дин ехал на максимальной скорости. Чуйка почему-то продолжала указывать на какую-то проблему, и Дину стало не по себе. Он несколько раз оборачивался, но дорога петляла, и хвоста даже при большом желании он бы не увидел. Мотовел тарахтел так, что расслышать что-то, кроме этого треска, было невозможно. Наконец, Дин выехал на относительно прямой участок трассы и обернулся. Метрах в пятистах за ним пристроился полицейский автомобиль.

«Вот черт! Ну какого ж?!»

Это было очень некстати.

«Вероятно, заметили меня, когда я завел мотор и затарахтел на всю округу! Вот идиот! Надо было на педалях уезжать!»

Но что теперь сделаешь? Остановиться? Его проверят. Помимо отсутствия документов, у него за спиной абсолютно нелегальный ствол. И как он это объяснит? Сколько там за такое дают? А уж если информация дойдет до Демченко – а она дойдет, покуда этот гад регулярно следит за его действиями – то он сделает все, чтобы Дина наказали максимально строго. Нет… Сдаваться было просто нельзя. Но скорость мотовела не позволяет уйти от автомобиля.

Дин резко крутанул вправо, едва не переворачиваясь в канаву. Каким-то чудом он смог съехать на обочину и помчался вперед прямо по выжженному солнцем бескрайнему полю. Там, где он смог съехать, авто сядет на брюхо. Вряд ли они будут настолько упорствовать.

Еле удерживая дергающийся руль в руках, Дин уезжал все дальше от дороги. Быстро обернулся. Судя по всему, двое вышли из машину и совещались, что с ним делать. Раздался хлопок. Дин сразу не понял, что это. Второй. Дин почувствовал жгучую боль в правом бедре и понял: его подстрелили. Дин чуть не выпустил руль, и ему стоило немалых усилий не свалиться с вела. Он продолжал упрямо выжимать газ.

«Сейчас главное – оторваться от них, - шептал он себе, - оторваться и не истечь кровью. А потом где-нибудь встать и перетянуть рану»

Но концентрация внимания падала. Кроме того, движок отчего-то стал перехватывать обороты, и Дин понял, что топливо на исходе. Ситуация превращалась в безвыходную. Крутить педали он, пожалуй, не сможет.

Тем временем полицейские, заметив, что один выстрел все же ушел в цель, побежали прямо к Дину. Вел заглох, и Дин, не в силах ехать самостоятельно, кое-как слез с него и бросил прямо на месте. Бежать смысла не было. Двое мужиков уже приближались, а полю не было видно конца.

«Приехали», - грустно отметил про себя Дин, - похоже, ему предстоит пройти все круги ада. Что там? Его возьмут, кое-как обработают рану. Доставят в отделение, пробьют по базе. Вещички изымут. Насчитают кучу статей. Демченко подключится.

Дин заскрежетал зубами, представив, как тот будет злорадствовать. Да ну и пофиг. Пошло оно все! Главное – ради чего он здесь? Что он забыл посреди выжженного поля на тарахтящей шайтан-машине?! Мог бы сидеть в Вероне и ждать, пока все разрулится. Или не мог бы. И поэтому он здесь – подстреленный.

Полицейские подбежали к Дину.

- Это точно он? – спросил один у второго, тяжело дыша.

- Точно, точно, - кивнул тот и обратился к Дину:

- Ну что, добегался?

- А. собственно, по какому поводу погоня? – скривившись от боли, прошептал Дин. Играть роль надо было уж до конца. Даже если в это уже никто не верит.

- Ой, да брось придуриваться! Ты уже начальника задолбал своей самодеятельностью.

«Дошло до Демченко!» - похолодел Дин.

Тем временем один полицейский опустил руку на кобуру. Дин, краем глаза заметив это движение, поспешил поднять руки.

- Я не оказываю сопротивления! – быстро выпалил он.

А то он не знает своих коллег! Злоупотребление полномочиями случалось на всех уровнях этой системы…

- Да, не оказываешь, - проговорил мужик, все же доставая служебный пистолет и снимая его с предохранителя, - но, к сожалению, шефа ты уже достал. Тебе было велено передать, что приказ «не высовываться», отданный тебе семь лет назад, никто не отменял.

И наставил на него пистолет.

Дин горячо пожалел, что не удосужился достать автомат, пока те двое бежали к нему. Не хотел усугублять свое положение. Все же убить или ранить лиц при исполнении… ему была бы крышка. Дин думал, что отделается статьей. Но он не ожидал, что наказание будет столь серьезным.

«Куда же я влез?» - задал он себе вопрос, внимательно наблюдая за руками полицейского.

Тот выстрелил. Не сказать, что это далось ему легко, но он это сделал. Дин упал на спину, на рюкзак,и теперь лежал лицом вверх, раскинув руки.

- Нам бы его забрать надо? – скривился второй полицейский.

- Не, - мотнул головой напарник, - шеф сказал обставить все как нападение бандитов. Оставим здесь. Перетаскивать будет палевно.

- А это… Смотри, сколько вещей у него. Небось, есть что-то полезное.

- Ты что! – округлил глаза второй, - Шеф нам голову снимет. Не трогай ты его уже. Давай-ка скорее возвращаться к машине.

Они поспешили в сторону трассы. А Дин так и остался лежать в поле под палящим солнцем.

***

Рамис все меньше общался с Апани, с родителями и все больше пропадал в мастерской. Все замечали, что с ним творится что-то неладное, но пока не задавали вопросов. Рамис же просто не находил себе места. Вечером того же дня, когда Корнилов забрал «особую» статуэтку, он радостно влетел в мастерскую и сообщил, что заказчик очень доволен.

«Надеюсь, не нужно упоминать, что все это конфиденциальная информация?» - добавил капитан.

Естественно, Рамис понимал. А еще через день ему снова прилетел подобный заказ. Теперь фигурку нужно было сделать полой, и сам жучок поместить прямо внутрь.

Рамис машинально, как робот, делал то, что от него требовалось. Но это было больно. В одночасье у него отобрали всю радость творчества. Чтобы хоть как-то успокоить себя, Рамис стал фантазировать, как с помощью этих прослушек разоблачают коррупционеров, преступников, спекулянтов… Тихий голосок внутри говорил, что губу он раскатал знатно, но Рамису было необходимо это вранье, чтобы не начать сходить с ума. Так он думал.

Но сегодня он все же почувствовал, что врать больше себе не может. Его именно за этим сюда и привезли. На самом деле, не сильный в коммерции Рамис раньше и не задумывался о своей окупаемости. Если так прикинуть: Корнилов забрал не только его, но и всю его семью, и даже чужую – по документам – Апани, и даже совершенно чужого, нелегального ребенка! Привез, обеспечил жильем, хлопочет по поводу временной прописки. Посадил родителей на пособия. Ищет Апани работу по профессии. И все это – ради каких-то деревянных фигурок ручной работы?! Глупо так думать. Корнилов привез его именно ради красивых и оригинальных оболочек под жучки.

Рамис даже представил, как какому-нибудь высокопоставленному человеку приносят в дар статуэтку, тот восхищенно цокает языком, благодарит и ставит на свой рабочий стол… Дома или в офисе. Рамис покачал головой, признавая изобретательность Корнилова. Хотя – может, и не он автор идеи, но какая разница? Так или иначе, это отличный способ забраться к кому-то домой, не забираясь при этом в дом! Не нужно шпионить, не нужно искать, куда и как незаметно приладить жучок. Жертва сама его принесет и куда надо поставит! Чудесно же!

Но только Рамиса это не устраивало. Эта маленькая, но очень значимая деталь перекрывала весь смысл его работы. Не ради этого он трудится. Он трудится, чтобы с внутренним удовлетворением поставить фигурку на полку. Чтобы наблюдать горящие глаза заказчика, когда он получает то, что хотел – и даже лучше! Чтобы своими руками украшать мир вокруг по мере своих возможностей. Чтобы совершенствоваться в своем мастерстве. Вот зачем он это делает. А не затем, чтобы его фигурки стали оружием в чужих руках. Ведь, кто знает, какую информацию они собирают? Для чего? И как собранную информацию будут использовать?

Рамис со вздохом встал из-за стола. Не работалось. Никак не работалось. Он не особо верил в музу или что-то подобное, но как только на все свои «зачем» он стал давать ложные ответы, вдохновение его покинуло.

Он вышел из мастерской, спустился по узкой каменной лестнице и оказался на улице. Раньше он опасался вот так просто разгуливать по округу – все же не рабочий городок, а у него никаких подтверждающих документов нет. Корнилов пока не сделал. Остановят его и загребут.

«Ну и ладно, - сказал сам себе Рамис, - я же не на привязи. Никто мне не говорил, что нельзя покидать мастерскую. А я и в городе-то не был. Так и кочую: наверх, в мастерскую – вниз, в квартиру… И вообще. Загребут – так пусть капитан сам и разбирается. Может, это его ускорит с документами»

Хотя – Рамис напрягся – не специально ли Корнилов тянет с пропиской? Он уже думал об этом, но мысль настойчиво стучалась снова. Выходило, что это и есть план Корнилова. Как можно дольше держать Рамиса в подвешенном состоянии. А почему? А потому что, получив документы, он заимеет совершенно другой статус и совершенно другие права! Во-о-от оно!

Рамис ухмыльнулся.

«Мы тоже не пальцем деланые, - прошептал он себе под нос, - и мы кое-что можем. Надо только понять, что»

Рамис засунул руки в карманы и, с наслаждением вдыхая свежий воздух, пошел по городу. Предстояло кое-что изучить…

По наводке местных Рамис зарулил в книжный магазинчик, и, сразу же перетупив порог, направился к стойке юридической литературы.

- Ищете что-то конкретное?

К нему подошла улыбчивая продавщица в блузочке и юбке, с бейджиком на груди. Рузанна – прочитал Рамис.

- Да вот, мне нужно изучить трудовое законодательство. Мне э-э-э… на учебе сказали изучить тему. И если трудовое законодательство отличается для беженцев, то и его давайте. Надо к семинару подготовиться, сравнение сделать.

- Да, конечно, - мягко улыбнулась Рузанна и потянулась к верхней полке, - только вам, пожалуй, чтобы разобраться полностью в теме, надо взять не только трудовой кодекс, но и миграционный. А вот здесь, - она потрясла мягкой книжицей, которую достала, - здесь вы вряд ли найдете что-то про рабочий округ. На беженцев не распространяется трудовой кодекс, и вам, если готовиться серьезно, я бы рекомендовала изучить вот это…

С этими словами Рузанна вытянула сверху книжечку потолще, после чего вручила ее Рамису. Он машинально перевернул ее, чтобы посмотреть цену. Рамис еще не разобрался в этой новой для него валюте – в модах. Два мода за миграционный кодекс с пояснениями и описаниями прецедентов, и еще полтора мода за трудовой кодекс.

Рамис поблагодарил девушку, донес это добро до кассы, дрожащими руками отсчитал четыре мода – боялся, что ему не продадут. В Вероне такую литературу было очень трудно сыскать. Оно и не мудрено…

Но нет – на кассе ему вежливо улыбнулась еще одна приветливая девушка, пробила обе книжки, выдала полушку сдачи, упаковала приобретения в пакетик и пожелала хорошего дня. Рамис, смущенно улыбаясь, пожелал ей того же в ответ.

Он несся домой, прижимая к груди заветные справочники. Надо бы еще разжиться карандашом и блокнотом. Чуял он, что тема для изучения будет не из легких – но от этого будет зависеть фактически его жизнь. И вообще, Рамис горячо жалел, что целых тридцать лет живет в чужой для него стране и ни разу не удосужился как следует изучить законодательство, которое в ней действует. Действует против него, зачастую…

«Что ж… Будем наверстывать, - вздохнул Рамис, взбегая по ступенькам в мастерскую и игнорируя призывы родителей пообедать с ними, - чай, не самый я тупой выходец из Вероны. Как-нибудь осилю…»

Он сгреб в сторону с верстака заготовки и инструменты и разложил книжки перед собой. Руки чесались пролистать лишь до нужных страниц, но так делать было категорически нельзя. Чтобы что-то противопоставить Корнилову, он должен ориентироваться в теме на порядок лучше него самого.

Но что, если он прямо сейчас войдет? Вряд ли ему понравится чтиво… Заподозрит…

Рамис осмотрелся, после чего снял со стеллажа стопку старых газет, которые обычно использовал для грязных работ – подкладывать, чтоб не запачкать верстак. Сделал импровизированные обложки. Не абы что, но в глаза хоть не бросается.

Поставил завариваться чайник и сел, углубившись в кучу непонятных терминов и путаных формулировок. Пообещал себе ровно через час прерваться и все же пообедать. Нормально функционирующие мозги ему нужны, а ближайшие несколько ночей обещают быть довольно занятными….

***

Погруженный в свои мысли, Найд брел по поселку на окраине Сархи, где он и обосновался в брошенном доме. Утром здесь было довольно людно, и, с одной стороны, это было хорошо – как-то жутковато видеть полностью пустой район. С другой же стороны… Не пропустить бы слежки за ним. Ведь того, второго мужика, Найд не вывел из строя. Он, наверное, тогда зашел в номер, обнаружил своего напарника убитым или раненым, быстренько сообразил, что к чему… И, если Найд действительно кому-то нужен, то этот мужик или кто-то другой уже идут по его следу. Как они его найдут? А обращал ли Найд внимание на количество камер в городе? Нет, не обращал. Косяк. А то ведь, может, они проследили его путь вплоть до крайней точки. И просто выжидают сейчас, не показываясь.

От этих мыслей Найду стало не по себе, но не сидеть же весь день в зарослях крапивы? Он теряет драгоценное время, тогда как ему надо быстрее добраться до столицы. Едва он подумал об этом, в голове опять зазвучал чужой голос.

«Предоставь доступ к местоположению»

«Иди к черту!» - так же мысленно послал голос Найд.

И, вообще-то, он был голоден. Со вчерашнего дня ничего не ел, а запасы денег подходили к концу. Найд поставил план на день: найти источник заработка. Хоть наизнанку вывернуться, но найти. Неужели он, после всего, что преодолел, вот так запросто помрет с голода?

Возможность заработать довольно быстро представилась, но – случайно. Найд продолжал исследовать окрестности и заметил, как на другой стороне улицы маленькая сухонькая старушка тащит какие-то несоразмерные ей сумки. Она часто останавливалась, опускала сумки на землю, разгибала спину, разминала пальцы. Было видно, что ей очень нелегко. Найд без задней мысли подскочил к ней.

- Давайте помогу, бабуль?

Та недоверчиво прищурилась, запрокидывая голову, чтобы рассмотреть высокого Найда. Она была вся морщинистая и довольно смуглая.

- Знаем мы вашего брата, - ворчливо прошамкала она, - Сейчас сумки подымешь – и деру дашь, поминай, как звали. Тебе так, развлечение, а мне – запас продуктов на целый месяц.

Найд покосился на сумки. Что-то не было похоже на месячный запас продуктов… Совсем небогато живет, видимо. Ну, да что он хотел от престарелой бабки?

- Бабусь, если бы тебя хотели ограбить, то не разговаривали бы так долго. Скорее всего, подошли бы двое. Один спереди, второй стоял бы вон там, поодаль. Первый спросил бы время или дорогу, или еще что… Ты бы сумки-то поставила и начала отвечать. В это время второй бы и подоспел…

- Эк ты, ученый какой! – крякнула бабка, - Видать, промышляешь, раз так складно рассказываешь?

- Да не, сам попадал просто, - махнул рукой Найд, - Так что, куда сумки-то нести?

Старушка махнула рукой куда-то в сторону.

- На третью линию. Ты только далеко от меня не уходи!

Не спеша, почти прогулочным шагом, – по крайней мере, Найд, а бабуся семенила за ним, - дошли до ее дома, и Найд поставил сумки у порога. Старушка засуетилась, полезла куда-то в карман, достала тряпичный мешочек. В руку Найду лег один никель.

- Да ладно вам, - смутился он, - я ж так помог, не за деньги, а просто…

- Бери-бери, - упрямо отвела его руку бабулька, - вижу, человек ты хороший.

Найд смекнул, что только что он открыл для себя вероятный источник дохода.

- Если кому-то из соседей надо будет что-то тяжелое сделать: перенести, разобрать, может, приколотить – свисни меня. Я во-он в том заброшенном доме живу сейчас.

- Что это? – недоверчиво прищурилась бабка, - Это дом Кузьмича, он помер правда полгода как. Ты что там забыл?

- Да ограбили меня, - соврал Найд, понимая, что какая-никакая легенда ему будет нужна, - Документы, деньги – все забрали. А я в чужом городе. Никого не знаю. Жить где-то надо, да и есть хочется.

- Так ты голодный, чай? -всплеснула руками старушка, - Пошли, накормлю.

- Забесплатно не буду, - мотнул головой Найд, - а вот если работу дашь, тогда вроде все по-честному.

- Пошли, пошли, - поманила его она, - работа найдется. Дрова наколоть, банки с заготовками в погреб спустить, муку из погреба поднять… Тяжелый мусор до свалки дотащить… Пошли!

Весь день Найд был занят на участке. Сначала его накормили – кислые щи со сметаной и горбушкой серого хлеба. Потом работа, потом ужин: снова порция щей, немного гречки с тушеными овощами и кусок курятины. Ну а после Найду выдали еще четыре никеля сверху. Найд, уже не смущаясь, взял – так как предприимчивая старушка попользовала его на все деньги. Найд наколол дрова, перетаскал их в дровник, расчистил задний двор от хлама и в три захода отнес все это до свалки. Далее нужно было помочь в погребе, ну а после – поправить покосившуюся дверь сарая. Найд справился со всем без особой усталости, ведь в шахтах порой было на порядок тяжелее.

- Ой, помог ты мне, милок, помог, - не могла нарадоваться старушка, - сама-то я никак бы не управилась, а просила кого – отказывали. Занятые все больно стали…

- Ничего, - кивнул Найд, - вы помогли мне, я помог вам. Спасибо за вкусный ужин.

- Как же так тебя ограбили! – запричитала вдруг она, - Что же это делается! Документы-то зачем брать? Ладно б, только деньги….

- Это я дурак, - стараясь придерживаться легенды, ответил Найд, - носил все вместе: и деньги, и документы. Будет мне урок…

- Что ж делается! – не унималась старуха, - А у нас тут неподалеку что открыли? Срам-то какой, представляешь?

- Что? Бордель?

- Да ну тебя, - стыдливо замахала руками бабка, - все вам, мужикам, бордели подавай! Никели разменивают! На енти…как их….Моты – или моны.

Найд напрягся.

- А где конкретно-то, бабуль?

- Да в магазине, что рядом с парикмахерской – там вон, на углу! И даже не стесняются! Еще и мне предлагали, мол, не хочешь ли, старая, валюту поменять и прокутить ее во втором округе? Ой, что творится! Страшно жить стало!

Найд, получив максимум пользы и информации, поспешил свинтить от разошедшейся бабули. Уважение – уважением, а ему время терять нельзя. Долго ли он будет еще вменяемым? Вот пока он работал, пока руки были заняты – архив молчал. Но Найд знал: стоит ему вернуться в заброшенный дом, лечь спать или просто отдохнуть – как его начнет туда затягивать. И снова придется иметь дело с нежелательными последствиями. Злость-то ладно, а ведь может появиться что-то новенькое…

Найд попрощался, еще раз поблагодарил бабульку и повторил, где можно его найти в случае надобности. Он планировал подзаработать еще немного, обменять никели на моды и рвануть дальше – но не задерживаться в Сархе больше, чем еще на пару дней.

«А вообще - посмотрим завтра, - решил он, - если этой ночью ухудшений не будет, посчитаем это положительной динамикой…»

И побрел по плохо освещенным линиям поселка до своей заброшки.

***

Апани обреченно уронила голову на руки. Сейчас, в одиночестве, она наконец могла позволить себе не играть никакую из ролей. Рамис дневал и иногда даже ночевал в мастерской – вот и сейчас, он спустился только пообедать, после чего убежал обратно, ссылаясь на неотложные дела. Его родители взяли Леду и пошли с ней до новой детской площадки – «надо же ребенку веселиться»! Апани осталась одна.

С одной стороны, теперь можно было не притворяться, будто бы она держится бодрячком и вообще – рада всему происходящему. А, с другой стороны, как оказалось, не притворяться – было еще и нереально сложно. Ведь с каждым новым днем Апани понимала, что не так уж сильно хочет вернуться к Найду. Да, он хороший человек, да, они как-то уже сроднились – но не хотелось. Ей лишь хотелось быть хорошей, правильной женой. А правильная жена должна тосковать по мужу, должна сейчас уйти – искать его, наводить справки. И не было сил признаться, что Апани в какой-то мере даже радовалась своей свободе. Теперь эта мысль настойчиво стучалась к ней в голову.

Чтобы отвлечься, Апани встала из-за стола и принялась нарочито греметь посудой, заготавливая все для ужина. Но легче не стало. По-настоящему легче стало только тогда, когда она без сопротивления допустила идею, что к мужу возвращаться ей больше не хочется.

Это тянулось уже много лет – да почти всю сознательную жизнь. Она безропотно следовала чьим-то чужим решениям. Вот, например, Найд – хороший парень, с руками, откуда надо, не агрессивный, не пьющий. Как-то повстречались и поженились. Стали жить. Апани казалось, что выбора никакого делать и не надо. Он ее выбрал, он ей предложил. И вот они уже вместе. Отказаться было невозможно. На слишком скромную Апани больше никто и не претендовал. И вот оно все как-то так и завязалось…

Апани опустила руку с половником на столешницу и оперлась на нее. Она вдруг осознала страшное: там, где, как она полагала, выбора у нее не было – это и был ее выбор. Неужели она не могла в каждой ситуации поступить иначе? И – вообще иначе, не выбирая из очевидных вариантов. И как она раньше не видела этого?! Ведь ей тогда казалось – либо она идет замуж, либо отказывается и остается одна. Но почему именно так? Почему она не могла, скажем, попросить Найда немного повременить со свадьбой? Просто узнать его поближе, почувствовать, тот ли это человек… Почему не могла отказать ему и наконец заняться построением своей личной жизни? Неужели бы не нашла кого-то, к кому бы возникло более глубокое чувство, нежели просто привязанность? И, наконец, она ведь могла, поняв раз, два, три – что они с Найдом мыслят совершенно по-разному, что они не понимают друг друга и отказываются понимать – могла бы она просто развестись на этом моменте? Могла. Так почему не сделала ни одну из попыток? А ей казалось – у нее нет выбора…

«Какая же я глупая!» - прошептала она себе под нос.

И ребенка Апани взяла только для того, чтобы казаться себе хорошей и правильной. Сама по себе девочка ей оказалась не нужна. Когда за ней не пришла мама, это вызвало в Апани жалость и отчаяние, и она забрала Леду домой. Но только никогда и никому – даже себе, не признавалась, что спустя парочку дней начала втайне мечтать, чтобы ее забрала либо откуда-то возникшая маман, либо опека, либо Найд дал бы ей более решительный отпор… Ну, вот взяла она ребенка – а толку? Занимаются с ней теперь родители Рамиса. И, надо сказать, делают это с радостью – внуков-то у них нет. Апани просто сбагрила малышку на стариков. И, что самое ужасное – в глубине души жутко рада этому. Мерзко. Она просто мерзкая.

«Ладно, - сказала Апани себе, чувствуя, что еще чуть-чуть – и она доведет себя до нервного срыва, - правду надо признавать постепенно. Я думала, я хорошая. Оказалось, что не слишком. Тот же Найд оказался гораздо честнее меня… Ну, да что уж…»

Она вытерла рукавом подступившие слезы, выпила залпом стакан прохладной воды и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Все равно нельзя переписать прошлое. А она – в чужом городе, с чужими ей людьми, с ненужным ей ребенком и мужем - беглым зэком… Который потенциально может и объявиться. Чего, как оказалось, ей бы не хотелось.

Надо было принять слишком много сложных решений. Оставаться ли здесь, или вернуться в Верону и жить по-старому? Куда девать ребенка? Что делать с мужем? Что сказать Рамису? Не было ответов на эти вопросы, да и не могло их быть. До сегодняшнего дня Апани всерьез считала, что у нее в жизни просто не было выбора. И вот где она оказалась. В своем личном аду. Личном – потому что никто другой не поймет, как и отчего ей плохо. Со стороны легко советы давать. А попробуй сам, вопреки своим сложившимся за годы жизни, принципам, что-то поменять. Ты ведь никогда не знаешь, что у другого в душе, чем он руководствовался. Ты никогда этого не поймешь. Особенно если сам считаешь иначе.

Апани очень любила советоваться. Апани и шагу не могла сделать без чужой указки. Ей казалось – другие рассудительнее, умнее нее в сто крат. Раньше таким советчиком был муж. Теперь его нет рядом. Да и важные решения, которые ей надо принять, касаются и его в том числе. Нет. Не поможет ей теперь никто. И Рамиса втягивать не надо. Иначе глазом не успеет моргнуть – как привяжется к нему. Придется решать самой. И это был ее первый осознанный выбор.

***

Найд покидал поселок, слегка прихрамывая. Потянул мышцу на ноге, когда таскал что-то тяжелое. Что точно – сказать невозможно. Надо было отдать должное болтливости бабки – она растрепала всем, какой Найд отличный помощник по хозяйству, и заказы у него повалили. Вот он и работал, не покладая рук...и ног, видимо. Зато теперь в кармане позвякивало без малого пятьдесят никелей, и Найд отправлялся в тот самый магазинчик, где, как сказала бабка, открыли «обменный пункт».

Он пришел уже к закрытию, и посетителей не было – если не считать запойного мужичка, клянчущего бутылку пива и клятвенно заверяющего, что отдаст деньги вот буквально завтра.

- Ты мне еще за предыдущие бутылки не вернул!- недовольно скорчилась продавщица – некогда красивая, но уже увядающая дама.

- Мадмуазель, - положил пьянчужка грязную руку себе на грудь, - мадмуазель, я дал чес-сное слово. Слово настоящего работяги. Оно дорогого стоит!

- На! И иди уже! – женщина выставила на прилавок бутыль. Похоже, просто не выдержала ароматов, исходивших от пьяницы.

Тот выразил на своем лице величайшее почтение и даже слегка поклонился.

- Мадмуазель! – шаркнул он ножкой, - Сударь! – добавил, увидев Найда, - Наиприятнейшего вам вечера!

- Не отдашь деньги, будешь с Жозефом разговаривать! – крикнула ему вслед продавщица.

- А вам что? – устало вздохнула она, дождавшись, пока Найд подойдет к прилавку.

- Мне бы разменяться, - уверенно бросил он, выгребая все монеты из карманов и забирая примерно треть обратно. Рабочая валюта тоже не помешает. Мало ли.

- Кто сказал? – строго спросила продавщица.

-Да уж по всему району слушок пошел, - не моргнув, соврал Найд, - так что? Могу на что-то рассчитывать?

Найд попытался выдавить из себя подобие доброжелательной улыбки. Кто знает, может, удастся не только деньги поменять, но и информацией разжиться. Он уже понял: надо меньше трындеть и больше слушать. Тогда можно разузнать много чего интересного. Раньше он боялся задавать даже самые безобидные вопросы. Теперь от количества полезной информации буквально зависело его выживание. Нельзя было сплоховать. Он решил начать разговор с чего-то приземленного.

- И часто у вас такие захаживают? –Найд указал себе за спину, имея в виду пьяницу.

- Да уж не редкость. – вздохнула продавщица, - Ладно бы деньги отдавал… А то ведь…

Найд поцокал языком.

- Небось, и не работает нигде, попрошайничает?

Продавщица пожала плечами.

- Да мне что… Просто страшно ему ничего не дать. Это он такой вежливый, покуда я иду на поводу. А так – страшно…. Еще и одна тут работаю, мало ли что…

- А Жозеф?

- А, это мой вымышленный старший брат! – усмехнулась женщина, - Пришлось выдумать, для осаждения наиболее ретивых…

- Нелегко вам, - покачал головой Найд, изображая на лице полное понимание.

- Да уж, - в тон ему вздохнула продавщица, - Так, давай-ка о деле, а то я через десять минут закрываюсь. Не хочу на последнюю маршрутку опоздать.

Она деловито пересчитала оставшиеся на прилавке монеты и в упор посмотрела на Найда.

- Тридцать семь никелей. Ты хоть знаешь, по какому курсу мы меняем?

Найд равнодушно пожал плечами. Ясно дело, что не по выгодному.

- Да у тебя комиссия сожрет все деньги! – воскликнула женщина, - Я, конечно, могу обменять, но ты бы лучше побольше подкопил. От сотни менять еще как-никак выгодно.

От сотни! Эдак он столько огородов для прополки и захламленных сараев во всей Сархе не найдет! Да и время, опять-таки…

- Меняйте, как есть, - махнул Найд рукой, - меня друг попросил. Ему надо к брату смотаться. Туда и обратно. Перераспределили аж в первый округ.

Продавщица хмыкнула и выпрямилась.

- Все вы «не для себя» меняете. Только мне какое дело – другу, мужу, брату, свату? Как одержимые, ей-богу, тянутся к этой столице, а что там?

Найд затаил дыхание и понял, что теперь самое время заткнуться и слушать, лишь изредка задавая наводящие вопросы.

- Что вам эта столица? – распалялась женщина, - Вы даже до нее не доходите, не доезжаете. Рабочие блокпосты вы еще прошмыгнете, а на первых серьезных вас и отловят. Хорошо, если не застрелят – а то ведь у комендантов есть разрешение на это…

- И…как же удачно пройти блокпост?

- А я почем знаю! Они ж не возвращаются! Коли добрались до жирной столицы, так и кормятся там. Какой дурак поедет обратно?

- А про застреленных откуда информация?

- Дак из газет, - она достала из-под прилавка сложенную газетку и помахала ей в доказательство.

- Для устрашения, нет?

- Если бы! Вы ведь сначала тайну раздуете, а потом, как в раж войдете, своими планами хвастаетесь! Коллегам, соседям не скажут, а мне – простой продавщице, которая их знать не знает – все до мельчайших деталей рассказывают. Страшно им, видимо. Бахвалятся. Ты вот только молчишь.

Найд горько усмехнулся.

- Я уже наученный. Так что про застреленных?

- А, так вон, - женщина раскрыла газету и ткнула пальцем в статью, - Джи Веревка. Вот его помню. Все говорил, как разузнал все о столичных бандах и едет туда влиться. Я ему говорю: да кто тебя, дурака, там ждет? Нет, все равно попер. Месяца два назад ушел. Видать, где-то еще крутился. И на подъезде к столице – вон, застрелен!

Найд задумчиво потирал подбородок с наметившейся щетиной.

- Сколько хороших ребят погибло! – искренне сокрушалась женщина, - Ну, вот что им тут не сиделось? Все пытаются сшульмовать, а за шульмовство жизнь потом сполна наказывает!

- Так как же они надеялись проскакивать блокпосты? – наполовину вслух, наполовину себе задал вопрос Найд.

- Тебе нужен полный атлас дорог в стране. Для дальнобоев. Там все блокпосты, кроме передвижных – обозначены. Только здесь ты его не купишь. Рабочий же городок, кто тебе такое продаст? Или продадут с огромной наценкой. Тебе главное из города вырваться, а там на любой заправке такие есть.

- Ого! Спасибо! – от души поблагодарил Найд. Это была и впрямь информация, способная спасти его шкуру.

Продавщица тем временем принялась отсчитывать незнакомые Найду монеты.

- Ладно, возьму с тебя только половину комиссии - а то ни с чем останешься. Понравился ты мне. Не бахвалишься, не пристаешь. Видно, что не дурак.

Найд помотал головой.

- Берите, как со всех берете. И еще сверху себе возьмите – за информацию.

Продавщица еле заметно улыбнулась, но качнула головой.

- Нет уж. Я если что решила, сделаю. Держи. И вали отсюда – мне закрываться надо.

- Спасибо вам!

- Удачи. Постарайся не сдохнуть. По крайней мере, не так глупо!

«Постарайся не сдохнуть», - повторил про себя Найд, сгребая монеты с прилавка и выходя из магазинчика. Только на улице он пересчитал то, что ему дали. Семнадцать модов. Он присвистнул. И это все, что осталось от тридцати семи никелей! Хотя – он же знал, что комиссии конские, и курс всегда невыгодный. Что уж… С него еще, видимо, взяли сильно меньше.

Найд убрал деньги в карман и втянул носом прохладный вечерний воздух. «Постарайся не сдохнуть» - повторил он себе еще раз и сразу вспомнил Дэфф. Она тоже просила его об этом.

«Ладно, - усмехнулся он про себя, - обещаю постараться не сдохнуть. Главное – как она сказала? =- из Сархи выйти без последствий. А там уж по ходу дела буду решать. Авось еще раз подфортит, как подфортило с заработком…»

Еще через час Найд топтался в хвосте огромной колонны фур. Они все стояли в очередь на досмотр. Блокпост находился не сразу на границе Сархи, а чуть поодаль – там, где заканчивалась территория заводов. Сюда Найд дошел пешком. И вот теперь он стоял и смотрел, как еле-еле, по одной машине в полчаса, пропускают на выезд. Это было как-то нехорошо. Вероятно, досмотр там нешуточный. Вот если бы он мог скакнуть в фуру сразу после того, как она прошла границу…

- Чего облизываешься? – крикнули на Найда откуда-то сверху.

Он задрал голову. Открыв дверь грузовика и наполовину высунувшись, его окликнул какой-то водила.

- Ну что, провезти, что ли, тебя? – кивнул он на внушительный кузов, - Если заплатишь модами, провезу!

Найд думал было порадоваться своей удаче и лезть в салон, как вдруг его осенило, что тут может быть и подстава. Не нравилось ему что-то в этом мужике – это, во-первых. Ну а, во-вторых, если кто-то предлагает тебе то, что тебе выгодно, сразу возникает вопрос: а каков его интерес в этом деле? Может, он только тем и зарабатывает, сдавая на ближайшем же посту доверчивых беглецов? Нет-нет. Найду он не понравился.

- С чего ты решил, что меня надо куда-то везти? – нахально фыркнул Найд в ответ, - Езжай себе сам!

Водила что-то пробурчал, хлопнул дверью и проехал вперед: перед ним как раз освободилось место. Сзади бибикнули: это Найд мешался на проезжей части. Он поспешил отпрыгнуть на обочину. А то сдохнуть в этой пробке будет не просто глупо, это будет удивительная тупость…

Всего Найд промотылялся тут с часок, наблюдая за порядком вещей. Незаметно пристраиваясь к огромным авто и не обращая на себя внимание и так занятых комендантов, он немного разведал обстановку. Досмотр был строгий: водителю было необходимо пройти внутрь небольшого домика с документами и накладными на товар – если товар был. Его сопровождал комендант и полицейский. Пока там сверяли документы, второй комендант с парочкой помощников осматривали салон и кузов. Если в кузове был товар – забирались прямо внутрь и с фонариком проверяли все коробки, а также – что было совсем не на руку Найду – не сидят ли нелегалы между коробками.

Нет, проехать с кем-то – не вариант. И тот ушлый водила, который предлагал провезти его за моды – вероятно, просто пытался надурить.. .Найд задумчиво следовал за потоком машин, стараясь оставаться невидимым для комендантов и полиции.

Трасса здесь была двухполосной, но выезжающие занимали обе полосы – и встречку тоже. Просто на данный момент никто в город не въезжал. По обеим сторонам находилась небольшая лесопосадка. Не сказать, что прямо лес – но, похоже, чапать придется через него. Только вот отгорожено все сплошным забором с колючкой. А пока он будет перелезать, его и схватят. Ну а как же все-таки те, кому удалось свалить, проходили через блокпост?!

Следуя за вереницей грузовиков, Найд и не заметил, как оказался в опасной близости от шлагбаума. Внезапно два авто перед ним начали переругиваться сигналками – один водила не дал другому перестроиться с дальней от домика полосы и пролез вперед него по очереди, и второй выражал свое недовольство. Потом водители начали орать друг на друга через открытые стекла в салоне, и коменданты мигом оказались рядом, чтобы предупредить беспорядки.

Пока они ругались, проверенная и отпущенная машина выезжала из города. Недолго думая, Найд зацепился за какую-то ручку на ее левом боку – правый же был на виду у коменданта, нажимающего кнопку на шлагбауме. Трехсекундной заминки Найду хватило, чтобы вскочить на уезжающую фуру. И он тут же провалился внутрь – видимо, после досмотра не натянули тент, а водила и не заметил, пропустил пару креплений. Найд упал прямо в кузов и перекатился на спину, больно ударяясь головой обо что-то твердое. Потирая ушибленный затылок, он слегка отодвинул тент и осторожно высунулся – не заметил ли кто? Но досмотр шел привычным чередом, а фура уже набирала ход. Блокпост скоро совсем скрылся из вида. Найд отдышался и позволил себе полежать некоторое время без движения. Правда, лежать тут было почти негде: все заставлено товаром. Но он заслужил небольшой отдых. Главное – не спать. Ведь на следующем блокпосту, если даже и не будут так придирчиво шмонать, но все равно не сочтут лишним заглянуть под тент… Главное не спать…

***

Рамис третий день корпел над справочниками. Он едва не просрочил свои заказы, и лишь большой опыт и мастерство помогали ему все успеть. Он равнодушно засунул жучок в фигурку и так же спокойно и невозмутимо передал ее Корнилову. И причиной тому было даже не то, что он начал действовать. Причиной такого спокойствия было то, что он смирился. Просто смирился, что те шикарные условия, на которые он облизнулся – фейк. Приманка, затычка в рот. И еще Рамис смирился с тем, что придется изрядно потрудиться и, может, даже потерпеть ухудшение жизненных условий – ради свободы. Здесь все усложняло наличие других людей в схеме Корнилова – но и с этим он, пожалуй, разберется.

Правда, весь первичный энтузиазм слез, едва Рамис начал вчитываться в кодексы. Сначала он понял, что ни черта не понимает, и его охватила легкая паника. Кодексы были написаны словно на каком-то ином языке. Как говорится – буквы по-отдельности знакомые, а как вместе – непонятно…

«Соберись, пожалуйста, - сказал он себе, - ты же не совсем тупой. Ты сможешь…»

Да, он простой рабочий. Да, у него нет никакого нормального образования. Но он же не совсем деградировал – он книжки читает, он как-то дожил до своих лет. Да и язык – несмотря на то, что он беженец – Рамис изучает с рождения. Это родной, мать его, язык! Значит, у него достаточно способностей для понимания даже таких вот шифров.

А как их понимать? Вероятно, как и все в этом мире – надо задавать как можно больше вопросов и искать на них ответы. И конспектировать, конечно же. Своими словами. Нормальными словами.

Через несколько часов чтения Рамис понял, что он занимается полной фигней – хотя бы потому, что их с Корниловым договор он в глаза не видел. Чтобы определить отправную точку – а именно, статус их деловых отношений – нужно читать договор. Которого нет.

Да, понятно, что во всеобщей суматохе и панике в связи с событиями в Вероне они этот момент даже не согласовали. Но теперь-то! Прошло столько времени! В общем, надо попросить. В следующий визит Корнилова Рамис набрался смелости и спросил, может ли он глянуть договор. Обосновал это своим вниманием к деталям. Капитан, хоть и на мгновение опешил, но уже через секунду снова вернул благожелательную улыбку.

«Конечно же, Рамис, - сказал он, - я сам дотошный – если позволите так выразиться. Это очень правильно. Вы уж извините моего секретаря-обормота. Я его замотал серьезными поручениями, и он, видимо, сначала отложил составление договора, а потом и вовсе забыл. Я выдам ему мотивирующий пинок!»

На следующий день договор уже лежал перед Рамисом. Тот, вчитываясь в его пункты, не знал – плакать ему или смеяться.

«Договор оказания услуг, - читал он, вооружившись карандашиком, - Алиев Рамис Тимурович… так-так… именуемый в дальнейшем Исполнитель, и Главная распределительная часть, именуемая в дальнейшем – Посредник, договорились о следующем…»

Рамис выпучил глаза. Кажется, до него уже начинало доходить, чем дело пахнет. Он отбросил нарастающую панику и продолжил читать.

По всему выходило, что Корнилов сам тут вообще не при чем – он действует на основании доверенности, выданной ему ГРЧ. Номер доверенности Рамис скрупулезно перенес себе в тетрадочку. И не является Корнилов его работодателем – он лишь посредник между исполнителем и заказчиком. Оплата труда сдельная – Рамис уточнил в справочнике, что это означает. Удобно, что в обеих книжечках были алфавитные указатели. Все незнакомые термины Рамис расшифровал и переписал своей рукой в тетрадь.

Теперь все сложилось. ГРЧ в лице своего представителя по доверенности обязуется оказать услуги по поиску заказчика и передачи работы или контактов исполнителю. Нигде не сказано ни про статус исполнителя – имеется в виду, миграционный статус. Нигде не сказано про обеспечение жильем. Как будто бы это все и не подразумевается данным договором. И, по всему получается, что этот вопрос висит в воздухе. То, что обещано Корниловым на словах – не является его обязательством. И про семью Рамиса ничего в договоре нет. А, значит, что Корнилов тоже ничего им не должен… Возможно, это и хорошо – ведь они как будто бы в этом деле вообще не фигурируют. Они свободны и могут ехать обратно. Более того – они находятся тут незаконно. Ведь миграционный кодекс закрепляет беженца, во-первых, за местом его работы и, во-вторых, за местностью его проживания, покидать которую больше чем на четыре недели в году, не положено.

Но самое забавное – если, конечно, можно так выразиться – было не это. Рамис даже вскочил с табурета в волнении и принялся ходить кругами по мастерской. Самое забавное было то, что временной промежуток посредничества никак не был указан, как и количество заказчиков. На бумаге все было так, как будто бы Корнилов обязуется разово пристроить Рамиса на другую работу после согласования условий с той стороны. Но это зашоренный мозг так читал документ. На деле же – никто не обещал никакого «разового» трудоустройства. И, получалось, - Рамиса даже пробрал нервный смех на этом моменте, - что он находится в постоянном подвешенном состоянии передачи заказов. Но это было абсолютно чисто по бумагам! Черт подери! Какой гений это составлял?!

«Ладно, успокойся, - прошептал себе под нос Рамис, - ты должен быть в кондиции. Во-первых, договор не подписан. Ты только сегодня его получил, да? Во-вторых, давай-ка посмотрим условия расторжения…»

На условиях расторжения Рамис таки выдавил из себя горький смешок.

«Договор считается исполненным после подписания трудового договора или договора подряда с Заказчиком»

Этого, конечно же, не будет. Рамис в глаза не видал никаких документов от своих заказчиков, более того – большинство заказов Корнилов передавал лично. Рамису даже с заказчиком говорить не приходилось. Поэтому – да. Он завис между молотом и наковальней. Пока он не подпишет трудовой договор с кем-то, он не будет свободен от условий договора. Но ведь – с другой-то стороны – а кто ему запрещает подписать такой договор? Лишь только хорошо обставленная Корниловым схема.

Рамис без сил опустился обратно на табурет. Он позволил себе только минуту посокрушаться над своим положением, а особенно – над своей глупостью и доверчивостью. Дольше минуты оставаться в этом состоянии было категорически нельзя.

«Я обязательно придумаю какой-нибудь выход, - сказал он себе, - надо только дать себе время уложить это все в голове. Рабства в этой стране нет и быть не может. Ну, а если оно регулируется законом… То это уже не рабство, верно? Значит, и я – не в безвыходной ситуации»

Он позволил себе немного прогуляться по вечернему городу, конечно же, предварительно спрятав справочники и договор. Справочники нельзя было видеть Корнилову, а договор – желательно, чтобы не попал в руки никому из семьи. Незачем их сейчас волновать. Вот когда у него сформируется одно или несколько решений, тогда они сядут и обсудят.

Рамис быстрым шагом шел по улицам. Несмотря на все, что он сегодня выяснил, он был рад, что взял на себя ответственность за происходящее. Мир потихоньку становился чуть светлее.

Глава 7

Под равномерное потрясывание грузовика Найд чуть не уснул. Спать было нельзя – мало ли, скоро снова блокпост и досмотр? Или сам водитель решит на очередной заправке проверить, все ли в порядке, заметит незакрепленный тент, да и заглянет в кузов? Поэтому Найд решил для бодрости сосредоточиться на дальнейших действиях. Это было сложно. Он не знал, что безопаснее – подзадержаться где-то в очередном городе и заработать, или же дуть на всех парах к столице? Действительно, что толку с его денег, если его поймают и пробьют по базе? Хотя… Не пытался ли никто откупиться? Может, именно так счастливчикам удавалось попасть в первый округ?

«Ладно, - пробурчал Найд сам себе, - сначала надо доехать с этой фурой максимально далеко, потом по обстоятельствам»

Несмотря на то, что Найд упорно сдвигал свои мысли в сторону простых и приземленных действий, его до сих пор сильно коробило то, что он выяснил во время последнего захода в архив. Да, чем дольше он туда не заглядывал, тем слабее звучал в его голове призыв предоставить доступ к его местоположению. Это радовало. Стало быть, надо просто контролировать себя и не вываливаться туда сознанием. Но в то же время накопленная злость все еще бушевала внутри, и Найду жутко хотелось снова зайти в архив и высказать там все, что он думает об этих существах.

«Если бы их не было, - размышлял Найд, - не было бы ненужных смертей, целых криминальных цепочек… Не было бы хаоса в Вероне, людей бы не убивали те твари, о которых говорят. И, похоже, говорят правду…»

Чем больше он себя накручивал, тем сильнее ощущал знакомое показывание в затылке.

«Заметь, что ты злишься на нас, но ведь это не мы вас на убой отдали», - прозвучало в голове Найда.

От неожиданности он стал озираться по сторонам, но только вновь ударился головой обо что-то твердое, запакованное в картон. Похоже, архив слышал все его мысли. И, похоже, молчание архива было намеренным – дабы не нервировать Найда почем зря. Ну или, дождаться, пока он чуть-чуть успокоится и расслабится…

«Если они знают, о чем я размышляю, значит, я на прямом проводе с ними», - ужаснулся своему же выводу Найд.

Слова снова возникли в его сознании.

«Так кто же настоящий злодей в этой истории? Вы, люди, так устроены, что всегда делите мир на черное и белое. Ну, так посмотри же! Посмотри незамутненным взором и спроси себя: неужели мы сделали больше зла, чем ваша верхушка? Разве не могли они поступить иначе? Выставить против нас армии, вытолкнуть нас – не с Земли, нет – хотя бы из страны! Дать нам понять, что их народ и пальцем трогать нельзя!»

Найд зажмурился, закрыл уши ладонями и потряс головой, но слова продолжали возникать, как из ниоткуда.

«Но что они сделали вместо этого? Они отдали нам на откуп вас – беженцев, не имеющих права на собственный голос. Они просто выкинули вас, как паршивых овец. А что? Вас же не жалко, вас же много! И, знаешь? Они бы отдали даже собственных граждан. Мыуверены в этом. Заметь это. И уясни себе. Что в большой политической игре нет ничего святого. Все служит разменной монетой. Абсолютно все. Им так нужна была эта победа, что они решили променять кучку сброда – по их же словам – на нашу помощь. Да, не скрою: мы пришли с захватническими целями. Мы уже погибали – что нам было терять? Мы были готовы грызться за свое выживание…»

На этом моменте Найд сдался. Сейчас любая информация слишком ценна, чтобы пытаться заткнуть этот поток. Это глупо. Он уже на проводе. И если будут последствия, они будут. С этим предстояло только смириться. Тогда Найд потер пульсирующие виски и задал свой вопрос. Он помнил, что Тильда намекнула ему, что с рэксами плотно сотрудничали именно военные. Нужно было точно выяснить…

«Но вас же прибрали к рукам военные, так?»

«Так. Ваша страна проигрывала в войне. Она начинала захлебываться собственной кровью. Мы помогли перевернуть ситуацию на 180 градусов»

«Ага. А говорите, наша верхушка кровожадная… Вы же отдали своих солдат в чужую армию! В чем тут разница?»

«Разница в том, что они шли туда добровольно. Мы не виляли жопами. Наш народ получил полный и честный обзор текущей ситуации. Никто ничего не приукрасил. Никто не баловался необоснованным оптимизмом, как ваши любят… Мы предложили готовым на эту операцию последовать на Землю. Остальные остались доживать там, на нашей планете. Ты разницу видишь? Отдавшие этой войне здоровье и несколько лет жизни сейчас живут и здравствуют. Они обеспечены постоянным питанием и бесперебойной медицинской помощью от ваших лучших специалистов. У них есть все возможности спокойно доживать свой век. Так что – мы не считаем себя злодеями. Мы спасали свой народ. Да, нам тесно с вами на одной планете. Но наши ученые трудятся, не покладая рук. Они трудятся над тем, чтобы восстановить атмосферу у нас или найти иное пригодное для жизни место. А для чего трудятся ваши ученые? А мы скажем. Последние несколько десятилетий они трудились над тем, чтобы ваши органы хорошо у нас приживались. А еще ваши вербовщики годами забирают у нас юнитов для проворачивания каких-то своих политических и финансовых махинаций…»

Найд некоторое время обдумывал услышанное. Его взяла злость. Вроде бы и правда – власти оказались чересчур жестокими по отношению к «своим», и слишком приветливы по отношению к «чужим». А с другой стороны… Можно было представить отчаяние верхов, когда они видели, как гибнет страна… Кто здесь прав, а кто виноват? На чью сторону вставать? Кому верить?

«Значит, вербуют ваших юнитов, говорите, - задумчиво протянул Найд, - и вы терпите?»

«Они свободный народ. Пусть выбирают, где им лучше. Люди лживы – речи поют сладкие, обещают с три короба – так у вас говорят? Поверить легко. Мы никого не осуждаем. Это наша новая реальность, и мы с ней пока миримся. Но если мы просто теряем юнитов – которые уходят, прошу заметить, по доброй воле, то ваша верхушка теряет людей. Теряет рабочие руки. Теряет, наконец, моральный облик – или как это назвать? Им никогда не отмыться от этого позора. Никогда!»

Поток прервался на последнем слове, и Найд только заметил, как сильно у него сводит ребра. Голова тоже оказалась зажата, как в тиски.

«Сеанс связи окончен», - усмехнулся про себя он.

Что ж… Это было полезно, безусловно. Только вот… Странно другое. Странно в целом поведение архива – если у такой системы вообще есть какое-то поведение. Найд ведь так и не понял, кто именно с ним говорит, и посредством чего. Архив подозрительно дозированно выдает ему информацию. То разглашает крупицы, которые не особо можно использовать. То теперь они пытаются оправдаться и выставить людей какими-то аморальными уродами. Ладно, не всех – но хотя бы власть. Хотя… Разве Найд сам не считал, что все, наделенные властью, – априори жулье и кровопийцы? Раньше он оправдывал это тяжелыми условиями жизни. А за что, как говорится, вас любить? Так что архив не сильно покачнул его чашу весов. Другое дело, что вставать на сторону рэксов и «понимать» их, Найд тоже не собирался.

«Неужели вы хотите сказать, - прошептал он, ощущая во рту привкус крови, - что я буду оправдывать тот беспредел, который вы здесь учинили? И особенно в Вероне? Фигушки!»

Найд все больше и больше утверждался в мысли, что архив выдает ему только ту информацию, которую считает нужным. Впрочем, это ничем не отличалось от обычной жизни. Разница была лишь в том, что Найд, чувствуя свою связь с системой, уже рассчитывал на полные сведения. Ему стало казаться, что он и есть часть системы. И имеет такое же право на информацию, как и все, кто находятся внутри.

«А что, если, - внезапно подумал он, - эта штука не общая база знаний, а всего-навсего инструмент управления юнитами? Зачем я повелся на эти сладкие речи?.. Свободный они народ, как же…»

Как только Найддоформулировал эту мысль в своей голове, его затылок пронзила жгучая боль, и сознание поплыло.

***

Найд пришел в себя от того, что больше не ощущал мерного покачивания грузовика. Стало быть, они стояли. Найда прошиб холодный пот: неужели блокпост? Он осторожно выглянул из кузова и облегченно вздохнул. Всего лишь заправка. Но лучше сойти прямо сейчас – кто знает, что там дальше? Будет ли еще такая возможность, или придется прыгать на ходу?

Найд аккуратно вылез из грузовика и быстро огляделся. Единственный заправщик был на соседней колонке. Где же водитель? Найд, больше не осторожничая, как ни в чем ни бывало, прошел мимо кабины и украдкой взглянул наверх. Нет. Внутри никого. Значит, водитель в здании заправки. Ну и ладно. Никто не видел, откуда он вылез – стало быть, он такой же полноправный посетитель, как и все. И нечего вжимать голову в плечи.

Воспользовавшись туалетом на заправке, Найд умылся и почистил зубы – благодаря Дэфф у него в рюкзаке был полноценный дорожный гигиенический набор. Найд не уставал про себя благодарить девушку. Освежившись, он неторопливо прошелся мимо рядов с товаром и завис у стойки с картами и путеводителями. Вспомнил, что советовала взять ему та продавщица, и поискал глазами что-то похожее. Вот – атлас автомобильных дорог. Раскрыл, полистал, чтобы убедиться, что блокпосты здесь обозначены. Действительно – периодически на трассах стояли красные восклицательные знаки, и, судя по сноске, так и обозначались блокпосты. На последних страницах атласа даже было описание каждого из них: в частности – где спросят только документы, а где придется пройти полный досмотр. Найд усмехнулся и покачал головой. Было даже странно, что такие подсказки раздобыть оказалось так легко. Хотя… Он мог уже раз десять попасться, если так подумать. Он сильно рисковал. И только недостаток бдительности проверяющих или просто случайность помогла ему прошмыгнуть незамеченным.

Найд небрежно кинул на прилавок атлас, попросил бутылку воды, стаканчик черного кофе с сахаром и пару пирожков с мясом. Все это обошлось ему в пять модов. Сущее обдиралово – но что делать. Подкрепиться было надо. Вроде бы два пирожка – вообще ни о чем, для того, кто питался урывками последние несколько дней. С другой стороны, тут все так дорого… Найд вздохнул и пообещал себе, что при первом же удобном случае поест как следует.

Никто его не остановил, никто ни в чем не заподозрил. Найд уже почти научился вести себя непринужденно и не втягивать голову в плечи всякий раз, как на него косо посмотрят. А ведь раньше это было на уровне условного рефлекса…

Он взял поднос с едой и прошел к свободному столику. Уселся, вздохнул, прикрывая глаза. На мягком диванчике сидеть было очень комфортно. Кофе оказался довольно мерзким – и откуда только такой взяли? Несмотря на это, Найд проглотил весь стаканчик залпом. Пирожки тоже улетели враз. Найд пожалел, что не оставил себе ничего на перекус, с другой же стороны – силы требовались прямо сейчас. Он еще немного посидел, отхлебнул чистой воды из купленной бутылки и принялся листать атлас. Через пять минут такого бесцельного листания, Найд понял, что совершенно не знает, где он находится. Не собираясь тратить время, он подошел к продавщице и попросил ему помочь, оправдавшись крайней степенью географического кретинизма. Та посмотрела на него, как на идиота, и молча ткнула пальцем в карту. Найд поблагодарил ее, достал из рюкзака ручку и на всякий случай обвел указанное место – вдруг выпадет из памяти?

Итого, получалось, что сейчас Найд не слишком далеко отъехал от Сархи – вероятно, водитель останавливался на трассе, чтобы отдохнуть. Теперь впереди его ждал город Бивск - следующий после оставленного позади Киржинска. Тем не менее, из рабочих округов они уже выехали. С одной стороны, замечательно, с другой – надо быть в десять раз более бдительным. Ближайший блокпост? Километрах в ста пятидесяти, на подъезде к Бивску. Стало быть, Найд мог ехать дальше с этим же водилой – но кто же знал? Он выглянул в окно и понял, что тот уже уехал. Что ж…

Найд вылез из-за стола. Пора было выдвигаться. Чтобы не терять времени, он решил идти пешком, а при появлении автомобиля – голосовать. Забираться в кузов тайком уже не было смысла. Насколько было понятно из атласа, лучшей тактикой сейчас было сходить, чуть-чуть не доезжая до блокпоста. Делать крюк, обходя опасное место вне трассы с большим запасом. И снова возвращаться на трассу, снова голосовать. Возможно, так получится. Может, и нет. Но вряд ли повезет второй раз так, как повезло при выезде из Сархи.

Найд топал по обочине, наслаждаясь тем, что может спокойно подставить лицо и голову под солнечные лучи без страха обгореть или получить солнечный удар. Климат здесь стал существенно мягче, и казалось, что Найд может идти пешком вечно. Перепады высот, правда, были довольно существенные. Дорога то уходила под горку, то спускалась. Найд стал чаще делать перерывы, а машин на трассе так и не было видно – лишь только в обратном направлении проехала целая колонна грузовиков.

«Вероятно, снабжение какого-нибудь города», - догадался Найд.

Трасса шла вдоль довольно протяженного поля. С одной и с другой стороны простиралась выжженная солнцем пустошь. Найд остановился, смахнул пот со лба и сверился с картой. М-да. Недалеко он ушел. Подождать, что-ли, проезжающий автомобиль?

Решив пощадить свои ноги, Найд перешел на прогулочный темп. Он все чаще поглядывал по сторонам, вбирая в себя незнакомые прежде пейзажи. Никогда он не видел такого огромного поля. В Вероне были лишь пустыри, засыпанные мелким серым песком или щебнем… А здесь, несмотря на отсутствие зелени, было даже красиво. Прямо за полем намечался лес, но его протяженность уже невозможно было угадать – слишком далеко от наблюдателя.

Вдруг Найд заметил что-то. Он ускорил шаг и, оказавшись ближе, остановился в удивлении. Ему показалось, или прямо в поле лежит человек?

«Ну, лежит и лежит, - сказал Найд сам себе, - тебе-то что? Проблем мало нажил?»

Но все же пройти мимо он не смог. Ругая себя за тупое любопытство и обещая себе всевозможную кару на голову – если из-за этого он упустит попутку, Найд перешел на другую сторону и аккуратно шагнул в кювет. Идти по полю оказалось нелегко – поверхность было неровная, но из-за выжженной травы этого не было видно. Найд то и дело спотыкался на кочках и чертыхался, когда нога попадала в ямку. Наконец, он подобрался поближе.

«Тебе мало проблем? Вали отсюда, - уговаривал он себя, - если человек мертв, а он, наверное, мертв – иначе зачем тут лежит? – и если тебя кто-то увидит… Смысл в твоем удачном побеге? Смысл было так рисковать! Не подставляйся!»

Но уговорить себя Найд не смог. Подойдя совсем близко и остановившись над телом, Найд с удивлением узнал в лежащем Дина – их веронского полицейского. Сомнений быть не могло – это точно он. Оброс мальца, конечно. Найд не помнил, чтобы майор носил бороду. И одет в гражданское. Но в целом – это был тот самый Дин. Только с небольшой дыркой во лбу.

Найд аккуратно присел на корточки рядом с Дином и рассмотрел отверстие. Что ж… В него выстрелили, очевидно. Кто, зачем, почему? Понимая, что мысли путаются, Найд отвел взгляд в сторону.

«Что же случилось, товарищ майор?» - прошептал он, осматриваясь.

А что действительно случилось, сказать было сложно. Рядом валялся велосипед – как будто бы Дин на нем ехал. Но, ладно бы, он лежал бы у трассы – а они метрах в пятистах, не меньше… Найд покачал головой. Непонятно. Следующее, что он отметил – правая штанина чем-то испачкана, но уже сухая.

«Возможно, кровь, - сказал себе Найд, - стало быть, он был ранен, а потом его добили выстрелом в упор. В поле. Ага. Почему?!»

Что еще заметил Найд, пока мысли окончательно не запутались, так это огромный рюкзак, на котором Дин лежал, выгнувшись всем телом. По-хорошему, надо было уходить отсюда. Совсем по-хорошему – забрать его вещи и валить как можно скорее. Но если кто-то увидит, как он снимает с покойника рюкзак… Да и вообще, несмотря на то, что и так было ясно, что майор мертв – и, похоже, он тут лежит еще со вчерашнего дня – все равно, было сложно просто уйти. Словно что-то внутри Найда говорило о том, что Дину еще можно помочь. Глупо? Очень глупо! Но он знал его лично! И поэтому уйти было невероятно сложно…

«Возьми себя в руки, - приказал себе Найд, - вспомни, как ты хладнокровно застрелил Хадди. Вспомни тюремного охранника. Соберись. Забирай вещи Дина, велосипед – и валим!»

Невероятным усилием воли Найд вывел себя из оцепенения и начал шевелиться. Для начала он с усилием перекатил Дина на спину и аккуратно стащил рюкзак и вещмешок, надетый поверх рюкзака. Получилось сложнее, чем он ожидал – мышцы трупа уже начали деревенеть. Но Найд справился. Охнув от тяжести, он, не заглядывая внутрь, закинул себе рюкзак и вещмешок на плечи поверх своего рюкзака, расправил лямки, чтобы не передавить кровоток, и сделал шаг к велосипеду.

Велосипед – это хорошо! Велосипед – это очень хорошо, особенно, когда не на чем больше ехать, а груз тащишь приличный. Найд попытался рывком поднять велосипед и охнул от неожиданности – тот оказался намного тяжелее, чем ему думалось. И только теперь Найд заметил странную конструкцию на раме над задним колесом.

«Черт его знает», - прошептал он, разглядывая непонятный ему механизм.

Найд потыкал кнопочку на руле, но ничего не произошло. Попытался повезти велосипед рядом с собой, но колесо словно бы заклинило.

«Сломан?»

Найд попробовал прокрутить колесо рукой, но оно не поддавалось. Еще раз нажал кнопку, потом только заметил рычажок. Переключил его. Колесо освободилось. Найд радостно улыбнулся. Не сломан! А что это такое тут прилажено – он разберется. Дайте только вывезти его на нормальную поверхность.

Мысленно поблагодарив Дина и попросив у него прощения за то, что полностью обобрал, Найд направился к трассе. Залезать на велосипед он не рискнул – побоялся, что будет очень трудно ехать по такой неровной поверхности. Поэтому просто шел по направлению к дороге, толкая велосипед рядом с собой.

Вес рюкзаков был внушительным. Найд пообещал себе, что как только выйдет на трассу и найдет подходящее место для стоянки, там же отсмотрит содержимое рюкзака Дина и выкинет все ненужное или тяжелое. Но сейчас задерживаться тут было нельзя. Надо было продолжать путь.

***

Найд обнаружил себя, колесящего по проселочной дороге. Вечерело. Он попытался вспомнить, что делал весь световой день, но в памяти напрочь отсутствовал этот отрезок. Последний раз такое помутнение случалось, когда он кого-нибудь убивал.

«Неужели и сейчас?» - похолодел Найд.

Но сказать наверняка было нельзя. Тогда Найд остановился, поставил велосипед на подножку и с гигантским облегчением сбросил всю поклажу с плеч. Странности странностями, а надо придерживаться своего плана. Это единственное, что он сейчас контролирует. Поэтому крайне важно не пойти вразнос.

Найд, кривясь, расправил ноющие плечи и помассировал руками там, где мог дотянуться: руки и плечи, между лопаток, под лопатками, поясница, ноги. После массажа и растирания стало чуточку легче – но только чуточку. Еще Найд понял, что зверски проголодался, но в его рюкзаке, насколько он помнил, была лишь одна вода. И то – половина бутылки.

«А нет, - разочарованно протянул он, доставая пустую бутыль, - видимо, я по дороге все выдул»

Найд огляделся по сторонам и попытался сообразить, подходит ли эта местность для разбора рюкзаков Дина. Проселочная дорога, с обеих сторон закрытая лесом. Тишина. Отсюда даже трассы не слышно. Вряд ли тут кто-то часто ездит – но сбрасывать со счетов было тоже нельзя.

«В сущности, в чем дело? – спросил себя Найд, - Кто-то знает, что вещи мне не принадлежат, или что? Сейчас сяду спокойно и разберу, и кто мне что сделает?»

Найд бросил на землю свой рюкзак и, слегка расправив его, сел. Хоть и тепло сейчас - по ощущениям, градусов двадцать, а сидя на голой земле, застудить все, что можно - раз плюнуть. Первым делом он подтянул к себе огромный рюкзак Дина и принялся поочерёдно вытаскивать каждую вещь и класть её перед собой. Почти сразу Найд понял, что нашёл клад. Здесь была вода в бутылях и еда долгого хранения: сухари, консервы. Не очень много, но не помереть с голода - хватит. Фонарик. Очки от солнца. Спички. Полицейское удостоверение. Многофункциональный ножичек. Несколько блистеров таблеток. Найд прочитал названия. Судя по всему: обезбол, противовоспалительное, жаропонижающее, сорбент, простенький антибиотик, местный антибиотик. Перевязочный материал. И... патроны.

Достав с самого дна рюкзака несколько коробок патронов, Найд присвистнул. Это было неожиданно, хотя... Быть может, Дин прихватил с собой служебное оружие?

«Вот черт, а я ведь не обратил внимание на кобуру! Была она или нет?» - начал сокрушаться Найд.

Ведь патроны без оружия - это что такое? Не будешь же их метать в потенциальных врагов, надеясь попасть по чувствительным местам...

Найд потряс рюкзак, убеждаясь, что вынул все подчистую, и ещё раз мысленно поблагодарил Дина за этот щедрый подгон. Хотя звучало это довольно глупо.

«Спасибо тебе, Дин, что сдох именно у меня на пути...» - так, что ли?..

Впрочем, оставался ещё вещмешок. Найд отложил его напоследок, потому что по виду он был набит одеждой - вроде и полезно, но интереснее было залезть сначала в рюкзак. И только сейчас, взвесив вещмешок в руках, Найд понял, что одежда такой тяжёлой быть не может. Он развязал шнурочки, растянул горловину и принялся вынимать странным образом сложенную одежду. Буквально через минуту, удивлённо достав сложенный карабин, Найд понял, почему все вещи были распиханы по внутренней поверхности вещмешка. Так контуры оружия не проглядывались.

Найд взял карабин в руки и инстинктивно покрутил головой. Ему показалось, что теперь за ним обязательно кто-нибудь следит. Но вокруг по-прежнему никого не было. Деревья шумели листвой от лёгкого ветерка, солнце заходило за горизонт, и все вокруг становилось менее четким, более обесцвеченным. Найд понял, что надо поторопиться. Хотя - куда? До ближайшего города он не успеет доехать, даже на педалях. Кроме всего прочего, было бы неплохо разобраться с причудливым механизмом на раме велосипеда... Нужна автомастерская. А они встречаются преимущественно вдоль трассы.

Найд внимательно рассмотрел одежду, вынутую из вещмешка. Карабин он пока игнорировал из какого-то первобытного страха. Да, Густав немного научил его обращаться с оружием. Проблем не возникнет. Но Найд инстинктивно ссал даже взять его в руки. Даже теперь, проверяя, заряжен ли карабин, Найд отметил, как дрожат его пальцы. Он словно бы не имел права владеть оружием! Словно это была прерогатива других. Тех, кто имеет власть. Тех, кто вершит судьбы. А он не имеет право даже дотрагиваться до такой опасной вещи. Она несёт лишь разрушения - по крайней мере, Найд так думал.

Так уж вышло, что всегда, как он брался за оружие - хоть и было это пару раз - кто-то умирал. И не просто умирал - его убивали из этого оружия. Найд убивал. Учитывая странные провалы в контроле поведения, он боялся иметь под рукой огнестрел... Но и отказываться от такого щедрого подарка судьбы было бы глупо.

«Теперь, если меня досмотрят, я попал... Кто знает, откуда этот карабин? А если служебный? Писец мне тогда... Хотя - мне и так писец, в любом случае. Тогда зачем переживать?»

Найд наспех засунул карабин обратно в вещмешок и продолжил перебирать вещи. Тут был запасной комплект одежды и спальник с небольшим туристическим ковриком. Видимо, именно на нем Найду и предстояло заночевать. Он поспешил убрать вещи в рюкзак, пока не совсем стемнело, наспех перекусил банкой тушенки с сухарями, свой рюкзак сложил и убрал в рюкзак Дина - тот был на порядок вместительнее. Перетащил велосипед с дороги на обочину. Подумал немного и зашёл чуть поглубже в лесок. Не хотелось бы, чтобы кто-то увидел спящего с дороги. Грабанут, как пить дать.

Остановившись в более-менее подходящем месте, Найд расстелил коврик, залез в спальник и попытался уснуть, крепко прижимая к себе рюкзак с вещмешком. Такое сокровище нельзя было потерять.

Едва Найд стал проваливаться в сон, как перед глазами у него пронесся весь отрезок дня, который он до этого не помнил. Судя по всему, он никого не убил - уже легче. Зато поболтал с парочкой водителей и принял решение ехать на педалях. Почему? Что они сказали?

Найд попробовал «перемотать» в голове момент разговора. Ему нужно понять, почему он не свернул на объезд сильно позже - там, где на карте это было обозначено...

Диалог с водителем получился примерно такой:

- Добросите вот до сюда? - тыкнул Найд в атлас.

Водила скривился.

- Ты там живёшь, или просто хочешь остановиться, в этой деревеньке-то?

- Остановиться думал.

- Не советую.

- Почему же?

- Там недавно банда одна обосновалась. Всех местных в страхе держит. Позарятся и на твой рюкзак дутый, и лисапед отберут...

Найд усмехнулся во сне. Ясно теперь, почему он пошёл на более протяженный крюк. Сознание отключилось, а автопилот решил по привычке не ввязываться в опасные дела. Но только именно в ту деревеньку ему и надо. Как бы не верещал осторожный автопилот. Теперь, когда у него есть оружие, имеет смысл задуматься о небольшом обмене... И о дальнейших планах.

***

Проснувшись, Найд первым делом подтянул к себе рюкзаки и поднял голову, проверяя велосипед. Все в порядке. Никто не украл. Спать, конечно же, было дико неудобно - как Найд ни старался, он не смог найти идеально ровную поверхность для ночлега, и даже коврик не сгладил эти бугры на земле. Где-то под ребрами защемило.

Поохав, Найд перекатился на другой бок и потихоньку поднялся. Все-таки он сильно не выспался. Сон практически на голой земле, в одежде, в спальнике - когда нельзя принять привычную позу «морской звезды» - такой сон почти не восстанавливал силы. Но делать нечего - на улице уже светло, надо вставать.

Но еще несколько минуток Найд решил просто созерцать красоту вокруг него. Лучи восходящего солнца пробивались сквозь стволы деревьев. Мелодичное пересвистывание птиц шло со всех сторон. Именно оно и разбудило Найда. Он смотрел во все глаза, словно пытаясь оставить живой отпечаток в памяти навсегда. И, все же - он скучал по Вероне. Есть что-то такое в месте, где ты родился и вырос. Даже если оно по всем параметрам проигрывает другим местам. Верона была по-своему прекрасна - если не жить там, разумеется. Эти скалы, окружавшие город. Пылевые бури. Из растительности - одни колючие кустики...

Не позволив себе долго рассиживаться, Найд, кряхтя, полностью выполз из спальника, свернул его и засунул в вещмешок. Сделал небольшую разминку и отметил, что мышцы ног непривычно болят. Вот тебе и покрутил педали...

Чтобы не тратить зря драгоценные запасы, Найд решил повременить с завтраком. Пока не сильно хочется – можно и потерпеть.

«Доеду до той опасной деревеньки, - решил он, - и, может, там разживусь нормальной пищей. А долгохран сейчас зря переводить – преступление»

Пока Найд аккуратно переупаковывал вещи по рюкзакам, у него было время осмыслить весь вчерашний день. Во-первых, он поймал себя на том, что вполне комфортно чувствует себя и так - не понимая, куда точно едет, без стабильной работы, без графика, без нормального количества денег. Ночуя на земле. Скрываясь от закона. Ещё пару месяцев назад, если бы ему кто сказал, что он будет жить ВОТ ТАК, Найд бы покрутил пальцем у виска. Во-вторых, у Найда в голове не укладывалась ни одна версия, что могло произойти с Дином. Было бы логично предположить, что с ним так расправились бандиты - потому что поблизости не было никакого блокпоста, и если бы Дина поймали на пересечении границы, там бы он и лежал. Да и вряд ли бы он словил пулю лбом, да? Да и вряд ли был бы настолько неосторожен. Он же сам полицейский до мозга костей. Он прекрасно знал, где его подстерегает опасность, и какая именно. Тут же было что-то не так. Его настигло нечто, чего он не ожидал. Он не убегал. Он стоял - и его убили выстрелом в упор.

«Ну ладно, - сказал себе Найд, водружая рюкзаки на спину, - не будем играть в детективов. Лучше бы понять, как Дин оказался так далеко от Вероны. Куда он мог ехать? Если он бежал от ситуации, развернувшейся в городе, то почему не засел где-нибудь в соседнем Китеже? Зачем надо было прорываться за пределы рабочего округа? Ведь он был на равных правах с беженцами...»

Об этом ходили разные сплетни. Напрямую Дина спрашивать никто не решался - шутка ли, заполучить в недоброжелатели майора полиции! Но, так или иначе, слухи ходили всякие. Получается, Дин рисковал точно так же, как и Найд, чтобы вырваться из Вероны. И причина напрашивалась только одна: он мог искать Веру. Найд, похоже, единственный, кто видел, как Веру увозят. И так как он не мог рассказать ничего Дину, стало быть, Дин как-то догадался. Ну, или действовал по наитию.

Догадки – догадками, но ему пора ехать. Найд сверился с картой - похоже, до деревеньки километров пятнадцать. И надо свернуть на ближайшей развилке налево. Он вздохнул, еще раз смирился со скорым знакомством с бандитами и сел на велосипед.

Дорога была относительно лёгкой. Солнце ещё не припекало сверху, силы ещё не растратились, и только ноги отзывались недовольной тянущей болью при каждом нажатии на педаль.

Незадолго до деревеньки Найд остановился. Сердце колотилось все сильнее, и он неодобрительно покачал головой. Не так стоит заходить в оккупированную бандитами деревню. Это, разумеется, было рискованно и глупо. Но это был шанс разжиться более подходящим оружием. Найд очень скучал по своему удобному маленькому револьверу, который выдал ему Густав. Найду не хватило наглости забрать его. А с такой дурой, как у Дина, он только будет привлекать ненужное внимание. Найд решил: обменяет карабин с патронами на что-то более мелкое, с запасом патронов. Пусть убойная сила меньше, зато в разы удобнее носить. И не так заметно.

«Да я и сам бандюган, - прошептал Найд, пытаясь вселить в себя уверенность, - я все смогу»

И, чтобы не быть с бандитами голословным, он достал из вещмешка карабин, разложил приклад, зарядил несколько патронов и перевесил его отдельно, поверх всей поклажи. Теперь выглядит как весомый аргумент.

На подъезде к деревеньке стоял бритоголовый мужик и щелкал семечки из свернутого кулька газеты, плюя себе под ноги. Заметив Найда, он немного растерялся, не понимая, что делать с семечками, но успел сориентироваться и выкинуть кулёк, а после этого достать из-за пояса пистолет и направить на Найда.

Найд, не обращая внимания на выпрыгивающее из груди сердце, спокойно остановился, поставил велосипед на подножку - чем уже дезориентировал сторожа, и, перебросив карабин на грудь, направил его в ответ.

- День добрый, - начал он разговор, пока сторож откровенно тупил.

Надо было перехватывать инициативу.

- Как деревенька называется?

Сторож нахмурился. Его пистолет не произвёл должного эффекта. Знал бы он, как Найд в этот момент силился не обделаться!

- Пологое, - пробурчал он.

- Отлично, - кивнул Найд, - я по адресу.

- Сюда нельзя, - набычился мужик.

- Как это? - изобразил искреннее удивление Найд, - Мне именно сюда и нужно.

- Пока мы здесь стоим - нельзя. Потом делай что хошь.

Найд скривился и снял карабин с предохранителя.

- Знаешь, - попытался он добавить в голос немного металла, - я дико устал. И кажется, готов убивать за мягкую постель и нормальную жратву. А ты тут такой одинокий стоишь и мне мешаешь. Твоё начальство, вероятно, рассчитывало, что кроме трусливых местных, тут никто шастать не будет.

- На выстрел прибежит подмога, - уже менее уверенно протянул сторож.

- Да мне пофиг. Бандит с бандитом всегда договорится. Ты ведь отказал коллеге в нуждах первой необходимости... Нарушил негласный кодекс…

Лицо мужика вытягивалось по мере того, как Найд говорил.

- Что ж ты сразу не сказал, что ты из наших, - пробурчал он, - проезжай уж.

- Благодарствую, - сухо бросил Найд, раздумывая, не выстрелит ли сторож ему в спину, как только он отойдёт подальше.

- Смешной ты, - решил он добить мужика, видя, что его парадигма на сегодня сломалась, - если сразу не понял, кто перед тобой. Неужто у вас местные настолько обнаглели, что со стволами напоказ ходят?

Мужик промычал нечто невразумительное.

- Пойдём-ка, покажешь мне, где тут остановиться можно, - Найд указал взглядом на линию домов, - если приведешь к нормальной заброшке, отблагодарю монетой.

Найд мысленно уговаривал себя держаться, хотя его прошибал холодный пот. Это все была игра - от первой до последней буквы. И повезло только в том, что мужик, которого выставили охранять въезд, как верно догадался Найд - какая-то беспонтовая шестёрка. Всех нужных людей шеф собрал возле себя. А этого отправил подальше – пугать местных. Вот и удалось запудрить ему мозг. Был бы здесь матерый бандит, Найд бы уже корчился на земле с пулевым ранением. Потом бы сторож свистнул своих, Найда бы притащили к начальнику, допросили бы, сняли все ценное, да и грохнули там же. Ну, или - как повезёт...

Видимо, главарь и вправду не ожидал, что деревенька Пологое может кому-то серьёзному потребоваться. А для устрашения местных бритого мужика с пистолетом - за глаза достаточно.

Бритый мужик остановился перед третьим с конца улицы домом. Домишко был так себе - покосившийся, краска на крыше облупилась, двор зарос сорняками.

- Заброшки мы все заняли, - пояснил мужик, - но тут живёт одна старая карга, так что поместишься.

Он бесцеремонно сбросил с колышка калитки проволоку и прошёл к дому

- Эй! Эй, старушенция! - мужик заколотил в дверь.

- Иду-иду! - из глубины дома послышался напуганный голос и шарканье.

Вскоре дверь приоткрылась, и показалось сморщенное лицо. Испуганно мигая глазами, старушка прошамкала:

- Что-то случилось, голубчики?

- Оглохла? - нагло бросил мужик, - Я же сказал...

Найд остановил жестом его тираду.

- Не стоит запугивать старых и немощных, - тихо произнёс он, смотря сторожу в глаза.

Бабка, видимо, ожидая разборок между двумя мужиками, спряталась в дом.

- Ночлег ты мне нашёл, спасибо, - Найд покопался в кармане и выдал сторожу один мод, - Знаю, что обещал деньги только за заброшку, но надо же чем-то отблагодарить.. И иди, давай. Я сам разберусь.

Тот что-то пробурчал и пошёл восвояси. Найд не спускал руки с карабина, пока сторож не скрылся из вида. Теперь надо было успокоить старушку.

- Я не с ними, - громко сказал Найд, осторожно входя в дом.

Осторожность и тут не помешает: кто знает, в каком состоянии бабка? Может, её бандиты уже успели настращать. А доведенная до отчаяния даже миленькая бабулечка может неслабо припечатать какой-нибудь скалкой или сковородой...

Старушка все слышала и запричитала.

- А зачем ж ты сюда сунулся, милок? Они уже вторую неделю нас терроризируют. Хозяйства объедают. Девок за мягкие места хватают. Кого-то и попортить успели.. Ох, что делается! Хорошо, я старая, что мне будет? У меня ни огорода, ни денег, ни тела свежего... А тебя они живо обчистят. Во-о-она у тебя какая сумка большая! А.. Ой..

Это старуха заметила карабин. Найд спокойно поставил его на предохранитель и перекинул за спину.

- Не бойся, - сказал он старухе, - мне нужен только ночлег и еда. И я тебе заплачу за все. Идёт?

- Да не надо мне денег, - махнула она рукой, - располагайся. Я вижу, что ты человек неплохой.

Найд, чувствуя, что после пережитого стресса не в состоянии спорить, решил, что вопрос оплаты поднимет позже. Поэтому без лишних разговоров прошёл в отведенную ему комнату. Старушка удалилась, пообещав в скором времени нагреть воду для душа. Найд разобрал кресло и плюхнулся на него с наслаждением. Начало клонить в сон, но Найд потряс головой: спать сейчас нельзя. И доверять всецело этой бабке тоже. Густав, например, рассказывал, как они в некоторых делах намеренно использовали стариков. А что? Безобидные, ртами шамкают, подслеповатыми глазками хлопают. Кто их в чем заподозрит?..

В общем, предстояло держать ухо востро. Тем не менее, на пару минут Найд позволил себе выдохнуть и расслабиться. То, что он провернул в этот раз, было немыслимым для прежнего Найда. Да, это была игра. Да, притворство от и до. Но раньше он даже сыграть такую железобетонную уверенность не смог бы! Одно беспокоило: Найд не был готов к плохому развитию событий. Он, как дурачок, верил, что все пойдёт по его плану. И ему даже повезло. Но надеяться на удачу - губительно. Найд пообещал себе, что к знакомству с основным составом банды он будет морально готов к самому плохому - и все же уснул.

***

«Ну и что ты затеял? - спрашивал себя Рамис после продумывания очередного варианта плана, - Неужели забыл, что против ГРЧ идёшь? Это не последний орган в стране...»

Варианты были самые дурацкие: внаглую уехать, сославшись на отсутствие договора, а, следовательно, и обязательств. Этот вариант отметался сразу. Во-первых, если у Рамиса нет основания быть здесь, то к нему при продаже билета возникнут вопросики. Ехать на попутках? Тоже такое себе - ведь он не один. Во-вторых, для реализации любого другого варианта нужны документы, а их забрал Корнилов, якобы чтобы сделать им временную прописку. Умно, очень умно...

Сегодня был выходной, и Рамис выбрался прогуляться по городу. Никого с собой не взял, буркнул, что надо побыть одному. Как ушёл с самого утра, так и не возвращался. Не хотелось. По-хорошему надо бы сказать родным, что они в западне, но как это скажешь?

Рамис обосновался в небольшой кафешке, забившись в угол на уютный диванчик. Расторопная официантка принесла заказанный кофе и блинчики с ветчиной. У Рамиса не было аппетита, но он точно знал: еда нужна. А вкусная еда ещё и поднимет ему настроение. Не сильно, но хоть что-то.

Морщась и попивая горячий кофе, он вдруг вспомнил первую встречу с Корниловым. В тот момент казалось, что жизнь кончена. И он тоже думал, что сбежать - единственный выход. Но, как оказалось, не подсуетись Корнилов так вовремя, его могло бы вообще не быть в живых. Что там сейчас, в Вероне? До Рамиса долетали слухи о военных и введении ЧП. Что было бы с ним и с семьей, если бы не Корнилов? Выходит, он спас его и родных? Выходит, так. Это, конечно, не отменяет того, что капитан - ушлый черт, который занимается хрен пойми чем, помимо основной деятельности. Либо же он всегда действует от лица ГРЧ, и даже прослушка – всего лишь распоряжение сверху. Но суть в чем! Суть в том, что не все плохое одинаково плохо. И побег - не всегда лучший выход. Надо было думать дальше.

Расправившись с завтраком, Рамис заказал ещё чашечку кофе и погрузился в чтение кодексов. Он взял книжки и блокнот с собой, чтобы вдали от дома спокойно все изучить, не пряча в газетку. Краем глаза Рамис замечал, что кафе потихоньку наполняется. Выходной день, надо понимать. Он цедил свой кофе, надеясь, что его не попросят на выход. Все же занимает целый столик, и ежу понятно, что недопитый кофе - просто прикрытие, чтобы законно тут сидеть. Но посетители сами урегулировались. Новенькие спрашивали разрешения подсесть к кому-нибудь, и чаще всего им не отказывали. Официантки заметно ускорились, снуя между столиками, и на Рамиса уже никто не обращал никакого внимания. Тогда он снова погрузился в чтение и свои заметки.

- Разрешите? - прозвучал над головой мужской голос.

Рамис поднял глаза. Перед столиком стоял мужчина средних лет в деловом костюме и приветливо улыбался.

- Все места заняты, а я не успел позавтракать, - развёл он руками.

- Конечно, садитесь, - кивнул на стул напротив Рамис, - сейчас я все подвину...

И он принялся двигать ближе к себе кофе и справочники. Разложился тут, блин!..

- Вы юрист? - спросил мужчина, улыбаясь.

Рамис подумал, что вероятно, мужчина спросил это, чтобы скрасить неловкую паузу - ведь как можно было подумать, что он, в своей простой рабочей одежде, с изрезанными мозолистыми пальцами - юрист?.. И вроде бы Рамису всегда было неприятно, когда в его дела лезли, но его собеседник не вызывал отторжения, потому он ответил.

- Не юрист. Так, для себя читаю.

- Занятное чтиво для себя, - усмехнулся мужчина и отвлёкся на официантку, которая подошла принять заказ.

- И что вы думаете о новой поправке июньской? - спросил он, указывая на миграционный кодекс, когда официантка удалилась.

- Это по которой за незаконное нахождение вне рабочего округа предприсан тюремный срок и исправительные работы?

- Она самая.

Рамис пожал плечами. Хотелось выговориться, хотелось сказать «а у меня друг так несправедливо попал» - но кто знает, кто именно сидит перед ним? В костюмчике ещё таком приличном. Явно не последний человек... Поэтому надо держать язык за зубами.

- Я думаю, это не сильно поменяло ситуацию, - мотнул головой Рамис, - ведь те, кто осознанно бегут, уже и так вне закона. А остальным по барабану - они лишний раз чихнуть-то боятся. Не то, что выехать куда-то. А вот я, например, - пошёл Рамис ва-банк, - можете представить? - я нахожусь перед вами совершенно незаконно, и, тем не менее, моё нахождение в городе узаконено каким-то иным законом, которого я никак не могу найти в справочнике.

- Эка вы выдали! - рассмеялся мужчина, - А как вам...

Они проговорили, наверное, с час.

- Недурственно, недурственно для того, кто читает кодекс для себя! - воскликнул мужчина, - я, кстати, Александр.

- Рамис.

Тот кивнул.

- Вы заработали в моих глазах много баллов, Рамис. Не думали стать юристом?

- Увы, - усмехнулся Рамис, - вот уж не мечтал. Не моё это.

- Но для непрофессионала вы удивительно быстро схватываете. Как практикующий юрист вам говорю.

Рамис округлил глаза. Все это время он сидел напротив юриста? И они трындели ни о чем, просто обсуждая нелепость законов?! Нет уж. Надо было брать быка за рога, раз случай представился.

- Не дадите ли мне свою визитку? - попросил Рамис, про себя умоляя, чтобы Александр не отказался.

Но тот качнул головой.

- Я с распределенными не работаю. Поймите правильно: я просто экономлю ваши средства. Услуги юристов, знаете ли, не из дешёвых.

- А как вы поняли, что я распределенный?

Александр прищурился.

- Минус балл вам, Рамис. Вы читаете миграционный и трудовой кодекс. В такой связке это нужно только распределенным.

- А почему вы с ними не работаете?

Александр скривился.

- Да потому что распределительная часть это распределительная часть. Её никто из моих коллег по цеху не трогает. Не было ещё ни одного успешного дела. Да и потом, как вы точно подметили - их работа регулируется какими-то иными законами, нигде не прописанными. Они сами себе закон.

Рамис тяжело вздохнул.

- Ну а если я возьму консультацию? Вы не будете светиться ни в каком деле против распредотдела.

Александр жестом подозвал официанта и задумался. Вместе с деньгами за завтрак он вытащил визитку и положил её перед Рамисом.

- Вы правы. Понимаю, в каком вы состоянии, и не буду отказывать вам в консультации. Тем более, что мы так с вами удачно встретились. Вы верите в случай? Я вот - да.

Рамис поблагодарил его и бережно убрал визитку в нагрудный карман рубашки. Александр поднялся.

- Приходите завтра. Хоть и воскресенье, но у нас приёмный день. Мы единственные по такому графику работаем, поэтому народу будет много. Рекомендую прийти до открытия и занять очередь. А пока будете ждать, успеете отбежать и позавтракать.

- Спасибо вам! Спасибо огромное!

- Не благодарите, - качнул головой юрист, - до завтра. И рад знакомству.

Рамис тоже расплатился за свой заказ и даже оставил щедрые чаевые. Ему хотелось хоть как-то отплатить за тот случай, который ему только что представился.

***

В семь часов следующего дня Рамис уже стоял под дверью юридической фирмы. Он жутко не выспался, а ещё жутко волновался. Стараясь выглядеть поприличнее, Рамис надел самые чистые и новые вещи. Сегодня на нем была белая рубашка в тонкую синюю полоску и выходные брюки. Ещё Рамис захватил блокнот, пару ручек и купленные кодексы.

Подходя к месту назначения, Рамис издалека заметил небольшую, но все же толпу. Человек шесть-семь точно. Рамис занял очередь и прежде чем отойти на завтрак, поинтересовался, сколько длится обычный приём. Ему ответили, что примерно час.

«Так меня и до завтра не примут», - огорчился Рамис, подсчитав количество людей в очереди перед ним. Впрочем, наверное, с клиентами работает не один специалист, и примут его все-таки не к самой ночи, хотелось бы надеяться.

Рамис наскоро позавтракал в соседнем кафе и вернулся в очередь. Контора к тому времени уже открылась и запустила первых посетителей. Рамис прошёл внутрь и подивился, насколько все тут было новым и чистым. Идеальная белая плитка на полу - ни одной битой! Приятно-бежевые стены, потолок без потеков, вдоль стен не слишком удобные, но все же диванчики. Контора явно не бедствовала. А ещё в коридоре стоял кулер, ну а в уборной было настолько стерильно, что Рамис даже подумал, что никто её не посещает. Но нет - вот по коридору прошла уборщица, тщательно работая шваброй. Тогда понятно, чего тут все такое белое и опрятное.

Рамиса вызвали через два часа ожидания. Александр лично вышел и пригласил его в кабинет. Кабинет был обставлен не с шиком – зато здесь было так же удивительно чисто. Поверхность большого стола натерта до зеркального блеска. Ни пылинки, ни соринки. Большие окна с рулонными шторами. Много-много дипломов на стене.

- Я освободил под вас дополнительное время, так что мы сможем нормально побеседовать, - сказал Александр, усаживаясь в кресло, - и делаю это не из жалости или сострадания. Я делаю это для себя. Уверен, что вам пойдёт на пользу моя консультация, а это гораздо приятнее, чем наполнять бездонные колодцы.

- Это вы о чем? - не понял Рамис.

- Это я о толпе клиентов с протянутой рукой. Вы их видели в очереди. Нет-нет, они платят, как положено, но ты им говоришь - а они делают ровно наоборот. Потому что соседка/мама/тётя Глаша/гадалка им сказала, что лучше вот так. Им все равно, на кого перевалить ответственность. И платят они мне не за мои навыки. Они платят, чтобы я их успокоил, и в ротик им положил готовое прожеванное решение. Чего в мире законов никогда быть не может.

Рамис нахмурился, но про себя констатировал, что смысл в словах Александра есть.

- Вы верите в бога, Рамис? - вдруг спросил он.

Рамис скептически скривился.

- В бога? Учитывая, откуда я родом, и сколько там несправедливости? Ну уж нет! Хотя, большинство людей там верит - проще же думать, что все происходящее - это промысел высшего разума, а не произвол некоторых зажравшихся лиц.

- Сильно, - потёр подбородок Александр, - но вы так лучше нигде больше не говорите. Вашу речь можно было подвести под статью 16 пункт 7 – «оскорбление управляющих лиц».

Он немножко покачался в кресле, затем продолжил.

- Вообще я не об этом. Вот вы сейчас озвучили огромный стереотип о религиях - дескать, это просто способ успокоиться, перевалить ответственность. Но позвольте. Вы читали хоть какие-нибудь религиозные трактаты лично?

Рамис мотнул головой.

- Вот-вот. То, что вы озвучили - это то, во что превратили религии люди. Возьмите любую - везде царит обычай. А кто из верующих лично читает религиозные книги?

- О, не скажите. Многие читают.

- Читают. Да за интерпретацией бегут к кому-то другому. Чем, скажите, юриспруденция отличается? Мы тоже тут толкованием занимаемся...

- И все же я...

- Так вот, Рамис. Я из любопытства читал много религиозной литературы. Я изучил все религии, которые присутствуют у нас в стране - а теперь их стало много, учитывая количество беженцев с разных уголков земного шара. Я ни к кому не бежал за интерпретацией. И вот что я заметил. Везде, буквально везде написано черным по белому примерно следующее: бог помогает только тому, кто действует. Как вам?

Рамис скривился ещё раз.

- Да ну как можно поверить в то, что какой-то дядька на облаке тебе что-то даст?

Александр весело рассмеялся.

- А вы представьте, что за словом «бог» просто скрываются явления тех порядков, которые невозможно объяснить малообразованному человеку. Ведь никто до сих пор не выяснил, почему одного человека преследуют одни события, а другого - другие. Но не будем впадать в рассуждения, мы тут по делу. Я к чему это все веду. Вы знаете, как я вообще оказался в этом кафе вчера? У меня сломалась машина. Она начала резко нагреваться, и, чтобы двигатель не вскипел, водитель зарулил на ближайшую парковку - возле того кафе. У меня весь день наперекосяк: и проспал, и не позавтракал... Говорю водителю, мол, ты пока вызови ремонт, а я хоть перекушу. Захожу - а тут вы сидите, обложившись книгами. Вроде бы случайность - но я так не считаю. Вы сделали шаг навстречу своей цели - реальный шаг. Не надеясь на подачку. И я сделал. Представьте: всего пару дней назад я стал выгонять с консультаций и личного ведения тех, кого за ручку надо водить. И кто потом ещё меня обвинит во всех бедах. Выгонял с возвратом денег, конечно. Так что - у меня есть резон помочь вам. Не меньший, чем ваша нужда в помощи.

-Да уж, - улыбнулся Рамис, - ну вы и завернули. Я даже не думал о таких материях.

- А зря. Ведь мы сейчас будем говорить о законах. Что тут законы, что там законы. Что тут, что там - все работает не совсем по книгам. И уж тем более не по нашим интерпретациям.. Ну да ладно, - он похлопал ладонью по столу, - к делу, к делу!

Глава 8

Найда разбудила старушка и сказала, что вода для душа нагрелась. С трудом продрав глаза, он захватил все вещи с собой и потопал в баньку. Оставлять свое имущество с малознакомыми людьми не хотелось.

Банька скорее была похожа на очень старый и очень дряхлый сарайчик размером два на три метра. Быстро скинув одежду, Найд встал на душевой поддон и принялся поливать себя водой из ковшика. Вода обжигала - ну, оно и неудивительно: когда нагревают, нагревают «про запас». Потому что остывать она будет стремительно, даже в тёплую погоду. Всего старушка заготовила Найду два ведра. Этого оказалось достаточно, чтобы вымыться полностью. Мыло оказалось простым, без запаха. Закончив водные процедуры, Найд растерся полотенцем и присел на табурет, прикрыв глаза. Ощущение свежего, только что вымытого тела расслабляло. Что, впрочем, ему сейчас ни к чему. Наоборот, надо бы собраться и сделать то, зачем сюда зарулил. А наслаждаться жизнью можно будет потом. С другой стороны - так тоже неверно. Он не профессионал, привыкший к такому образу жизни. Сейчас все может быть хорошо, а вот как резко накопится усталость или стресс... И бомбанет это все в самый неподходящий момент.

Найд уже сталкивался с подобным - на работе. Они тогда с Апани копили на новую мебель в дом, и Найд фигачил по несколько смен без продыха. Закончилось тем, что он слег. Болячка была странная и ни на что не похожая. Просто высокая температура - и все. Врачи не особо помогли. Прошло само, но Найд в общей сложности провалялся, наверное, недели две. Так что вышло одно на другое. Восстановление заняло у него ровно столько же времени, как если бы он без переработок выходил как обычно посменно. Поэтому Найд был научен: взяв в долг у собственного тела, надо быть готовым вернуть столько же, и даже больше. Так что никаких «соберись, тряпка»! Это преподносят как доблесть и величайшую работу над собой, только не работает это вдолгую. Именно поэтому Найд позволил себе просто посидеть, наслаждаясь ощущением, как расслабляются все его натруженные мышцы. Особенно гудели ноги и ягодицы. Второй день кручения педалей давал о себе знать.

Когда Найд вернулся в дом, бабулька пригласила его пообедать. Он голодным взглядом окинул стол с тарелкой нарезанного хлеба, супом и кастрюлькой макарон по-флотски и, разумеется, не стал отказываться. Только предварительно решил условиться об оплате.

- Да ничего мне не надо, - отмахнулась бабулька, если заросли сорняка по всему участку уберешь - и то спасибо!

Найд, разумеется, согласился, пообещав себе, что сверху ещё даст немного денег бабульке. После обеда ему выдали ручную косу и показали фронт работ. Найд в глубине души присвистнул – много, но, в целом, ничего невыполнимого. Он решил заняться травой завтра – теперь уже начинало темнеть. Найд собрал все самое ценное в один рюкзак, захватил карабин с запасом патронов и крикнул бабульке, что может вернуться поздно.

- Ты осторожнее, голубчик, - запричитала она, стоя в дверях, - они же звери, звери – не иначе! Это хорошо, с меня, старой, нечего было взять, кроме часов отцовских…

Найд нахмурился.

- Что же ты сразу не сказала, что часы у тебя увели?

- Стыдно было, - чуть ли не всхлипнула старушка, - память об отце не сберегла. Да ничего в них ценного, кроме памяти! Так, металл дешевый, простенький…

- Как они выглядели? Наручные?

- Да, золотого цвета – но не золото, на циферблате маковое поле изображено и самолет, над ним пролетающий.

- Понял, - сухо бросил Найд и вышел.

Он не стал расспрашивать бабку о подробностях, ведь помнил: любая сильная эмоция, особенно злость – и снова разгребай последствия. Архив снова возьмет верх. Поэтому Найд не стал ничего больше слушать и вышел, пообещав себе по возможности вернуть старушке дорогую вещь.

Он пошел по линиям поселка, перекинув карабин на грудь. Да, возможно, глупо вот так напоказ ходить с оружием – именно поэтому Найду было нужно что-то менее заметное. Но, все же, в поселке, оккупированном бандитами, это было более чем оправдано. Во-первых, пусть видят, что он никакой не терпила. Во-вторых, в случае необходимости он сможет относительно быстро выстрелить. С этими мыслями Найд достал из кармана патроны и принялся снаряжать магазин до конца. Закончив, он примкнул его к карабину и дослал патрон. Вот так будет лучше.

Найд предполагал поспрашивать у местных, сколько всего бандитов, чем они вооружены, зачем терроризируют жителей – в общем, собрать максимум полезной информации. Старушка ничего толком не знала. К ней пришли двое, обыскали все, забрали некоторые запасы еды и часы. Больше брать было нечего. Но Найд просчитался: испуганные жители сидели по домам тихо, как мышки, и ни с кем переговорить ему не удалось. Еще бы! Он разгуливает по деревне с автоматом наперевес! Какой еще реакции он ждал? Даже если кто и смотрит на него украдкой из окон, никто не выйдет к нему, постучись он в дверь. Он же в понимании простого жителя такой же бандюган.

Вздохнув, Найд завернул на последнюю линию поселка. Тут, как ни странно, у одного из домов топтался народ – в основном подростки, лет пятнадцати. Парней было четверо. Еще одна девчонка с заплаканным лицом, и ее матушка, уговаривавшая ее, а заодно и пацанов, разойтись по домам. Найд мигом оказался рядом.

- Что случилось? – спросил он, успев перебросить карабин за спину.

Женщина испуганно замолчала – вероятно, в деревеньке все друг друга знали, и незнакомца она приняла за еще одного бандита. Найду пришлось добавить, что он не причинит никому зла.

- Марью нашу заперли, - встрял один из подростков, указывая на дом.

- Вас всех сейчас из окон перестреляют! – в панике прошептала мамаша.

- Но Маня моя подруга! – заныла девочка, стремясь к воротам, и матушка силой стала оттаскивать дочь подальше.

Найд нахмурился. В целом, было понятно, зачем они схватили молодуху.

- А родители у этой Марьи есть? – поинтересовался он.

Пацан мотнул головой.

- Она с бабушкой жила, так бабку убили, когда она пыталась защитить внучку. Ну и все. Схватили ее и притащили сюда. Тут и засели.

Найд почувствовал, как у него в груди что-то переворачивается. Знакомое ощущение ярости грозилось снова взять контроль.

- Сколько их? Чем вооружены? – Найд перевел свое внимание на детали, чтобы не впасть в ярость.

- Шестеро. В основном пистолеты, но может, есть и что-то покрупнее. По крайней мере, с собой они таскают пистолеты…

- Точно шестеро?

Пацан кивнул.

- Я насчитал шестерых, да. Ну, одного они выставили на въезде, чтобы мы не сбежали.

Внезапно из дома раздался женский визг, а после там внутри началась какая-то потасовка. Мальчишки принялись подхватывать с дороги палки и камни и кидать в окна. Женщина в истерике потащила дочку подальше от дома. Найд отошел в сторону. Пулю сейчас словить и правда не хотелось бы. Кроме того, темнело. А ну как один из бандитов сейчас во дворе дома?!

Оно на втором этаже с грохотом распахнулось, и из него выстрелили. Один из мальчишек упал замертво, остальные разбежались. Это было последнее, что Найд помнил.

Найд пришёл в себя и тут же почувствовал, как сильно у него колет в висках и затылке. Он сидел на табурете в полной темноте. Пошевелил руками и ногами. Нога уткнулась во что-то твердое. Найд наклонился и нащупал свой автомат на полу.

«Опять вырубило?» - испугался он.

Найд понимал, почему это произошло. Это ведь было закономерно. Уже не впервой.. Но, не желая признавать, что часть жизни ему уже не принадлежит, Найд втайне надеялся, что эта проблема рассосётся сама собой. Он просто перестанет контактировать с архивом, и как-нибудь, постепенно, провалы контроля сойдут на нет. Но чуда не произошло.

«Так не пойдёт!» - стиснул зубы Найд.

Он с опаской поднялся с табурета, аккуратно и медленно добрался до стены и нашарил рукой выключатель. Сердце колотилось. Найд понимал, что именно он увидит. Но сколько можно прятаться от правды?! Он опять облажался, да. Он опять что-то натворил в несознанке. Хватит. Включай свет!

Тумблер щелкнул, и Найд, затаив дыхание, осмотрелся. Он находился в абсолютно разгромленной комнате. Два стула валяются, торшер валяется, ковёр сбился в один угол. На двух табуретках стоит громоздкий магнитофон. У стены диван со скомканным покрывалом. К дивану спиной прислоняется какой-то бородатый мужик, которого Найд видит впервые. Его рубашка вся в крови. Очевидно, что мёртв.

Найд осмотрел свои руки. Руки чистые. Ладно. Стало быть, придётся пройтись и по остальным помещениям... Главное - не забыть карабин.

Найд наклонился и поднял оружие, проверил, не пуст ли магазин. Нет - патроны ещё есть. Это даже хорошо - выходит, он не стрелял тут очередями.

Найд вышел из комнаты и попал в небольшой коридорчик. Никого. Но все равно напрягся и держал карабин наготове. Ещё одна комната по коридору, дверь закрыта. Рывком открыв дверь, Найд ворвался внутрь. Никого. В этой комнате полный порядок. Здесь, видимо, он не был.

Больше на этаже не было комнат. А, нет. Что за закуточек возле лестницы? Дверь приоткрыта. Найд толкнул её стволом.

Опаньки.

На унитазе, почти съехав с него и прислонившись боком к стене, сидит ещё один бородач. Голова упала на грудь. На стене брызги крови. Футболка пропитана кровью в районе живота. Найд понял, что его сейчас вырвет и поспешил покинуть сортир.

Все равно вырвало, прямо в коридоре. Вытерев рот рукой, Найд поспешил спуститься вниз. Лестница сильно скрипела, и Найд уже, не таясь, топал по ней в полную силу. Все равно тихо не вышло, тем более... Не очень он уверен, что здесь есть кто-то живой.

Найд спустился и нашёл в гостиной еще двоих. Они так и остались сидеть за столом, только уронили головы на столешницу. Найд аккуратно осмотрел трупы, не прикасаясь к ним, и понял, что пулевых ранений у этих двоих нет. Что же тогда? Возможно, вот эта бутылка вина, валяющаяся на столе. Стол липкий, значит, пролилось. Найд качнул головой. Хватит, может, играть в детектива? И так ясно, что это его рук дело. И если это сделал сам Найд, лично - то воспоминание об этом происшествии по праву принадлежит ему. Поэтому он не будет надеяться на случай. Вдруг он снова увидит, пока будет засыпать, вдруг ему как-то покажут... Нет, он пойдёт и возьмёт то, что ему нужно. А нужны ему сейчас собственные воспоминания.

Найд внутренним требованием вызвал в сознании архив и запросил свои действия за последнее время. Архив предоставил ему небольшую сеть из трубок, не соединенную с основной системой. Найд погрузился сознанием в один из узлов. Вот он беседует с охранником на въезде. Нет, не то. Дальше.

Вот он вышел из дома старушки и направился, куда глаза глядят. Чуть дальше... Вот мальчишки начали кидать всякое в окна, вот одного пристрелили, остальные сумели удрать. То, что надо! Смотрим!

Итак, одного пацана убили, все остальные смотались. Найд спрятался за дерево на другой стороне улицы. Дождавшись, пока окно закроют, он выглянул из-за укрытия, чтобы оценить обстановку. Забор довольно ветхий. Калитка запирается на какую-то хлипкую петельку, которую Найд без труда скинет. Во дворе на первый взгляд никого. Но это может быть обманчивым ощущением.

Итак, что он знает? Это их база, стало быть - та самая заброшка, которую бандиты себе присвоили. Внутри не меньше шести человек, конечно же, вооружённых. Ещё внутри несовершеннолетняя девчонка, которую ясно, зачем приволокли. Отдыхают они, видите ли.

В этот момент в доме врубили музыку. Она неприятно била по мозгам, и Найд поморщился. Он был готов убивать уже только за это. Отвратительное музло. Ещё и так громко.

Немного выждав, Найд смекнул, что громкие звуки ему даже на руку. Он не самых тихий и аккуратный человек, поэтому, чтобы пробраться внутрь, музыка - отличный отвлекающий фактор. Но кто даст гарантию, что никто его не наблюдает хотя бы из одного окна дома? Всего их четыре с этой стороны: два на первом этаже, два на втором. Вроде бы наверху одно окно светится, но, похоже, зашторено. Два нижних пока темные. И, кто знает, не смотрит ли прямо на Найда кто-то из темноты? И если просто смотрит - то ладно, а если в оптический прицел?

Но Найд не ощущал страха. По крайней мере, просматривая свои собственные воспоминания, он словно соединялся с ними и понимал: никакого страха, более того - никаких эмоций. Даже громкая музыка - побесила пару секунд и перестала. Он рассуждал холодно и рационально. И это даже нравилось.

Найд подождал ещё пару минут - хотел, чтобы и на первом этаже включился свет, и тогда его в темноте стало бы совсем не видно, но из дома снова раздались девчачьи крики, и Найд рывком ринулся к забору. Прижался боком к калитке. Через просветы в дощатой двери заглянул во двор. И вроде бы действительно никого...

Быстро скинул петельку, зашёл и молниеносно закрыл калитку обратно. Так же - на петельку. А то вдруг кто-то глянет из окна и заметит, что калитка приоткрыта? Нет, ему нужно оставаться незамеченным как можно дольше, и вот почему. Если их тут действительно шестеро, то он один их не одолеет. Даже учитывая хороший запас патронов и отличный карабин. Один против шести - это прям много. И Найд понял, в какую именно сторону крутились шестеренки в его голове. Его осенило, что шесть бандитов, когда вместе, это очень плохо. Но шесть бандитов по одному - это очень даже хорошо!

Тогда Найд шмыгнул к дому, прислоняясь к стене спиной. Он подошёл прямо под окно, но из-за громкой музыки ничего не было слышно. И невозможно было наверняка определить, сколько человек находится на первом, а сколько на втором этаже. Разумеется, на втором есть девушка и с ней кто-то ещё. Это очевидно - ведь визг доносился именно со второго этажа.

Музыку сделали чуточку тише, и теперь Найд смог расслышать смех и звон бутылок с первого этажа. Это, в целом, неплохо. Бухают - значит, скоро совсем расслабятся. Найд решил немного подождать.

Через минут десять входная дверь дома резко распахнулась, и из неё почти вывалился толстый мужик. Он был сильно пьян, и его мазало. Зачем вышел? Покурить, подышать или поссать. Ага. Зашёл за угол дома. Найд подобрался поближе, заводя карабин за спину. Музыку приглушили, и выстрел теперь могут услышать. Так что не вариант.

Мужик, тем временем, ничего не замечая, копался с ширинкой. Найд дождался, пока он приступит к делу и резко выпрыгнул за ним, хватаясь обеими руками ему за голову и резко сворачивая шею. С высоты своего роста Найду было легко это сделать, но, вспоминая это, он сильно удивился. Движения казались идеально отлаженными, хотя он сам никогда такого в жизни не проворачивал. Странно, очень странно. Каждое микро-движение было тщательно выверено. Пока Найд вспоминал, его мышцы напряглись, словно воспроизводя действие в миниатюре. Мышечная память...

Найд отдышался. Это был один. Судя по его находкам, предстояло отсмотреть минимум ещё четыре смерти. Что-то он был к этому не готов.

Тем не менее, любопытство брало верх. И вообще, если он будет продолжать бояться происходящего, он сделает только хуже. Ведь об этом говорила Дэфф, да? Поэтому смотрим.

Найд аккуратно придержал падающего толстяка и уложил его прямо на землю. Пора входить в дом. Заглянув в окно первого этажа, Найд заметил за столом двоих. Видимо, они выпивали втроём, пока один из них не вышел поссать. Ждать ли, пока один из них выйдет проверить, куда подевался их товарищ? Было бы неплохо, но девушка наверху периодически начинает кричать. Не опоздать бы. Иначе ради чего вся эта бессмысленная мясорубка?

Найд аккуратно отворил входную дверь и зашёл. Половица скрипнула, но не слишком громко. Дверь в прихожую была приоткрыта, и Найд ещё раз оценил обстановку. Один сидит спиной к двери, второй боком. Второй, конечно же, его заметит. Можно пальнуть. Но это будет слышно - а кто знает, сколько ещё народу в доме? Да, пацан сказал, что всего бандитов шестеро, но опасно вот так слепо доверять чьим-то словам.

Найд слышал эти размышления как свои собственные. Точнее, они и были его собственные! Теперь, просматривая ход событий, он понимал свою мотивацию.

Найд быстро вошел в гостиную и чётко выверенным движением свернул шею сидящему спиной к нему. Второй едва успел среагировать. Но по какой-то причине Найд опередил его, пока тот тянулся к поясной кобуре. Найд треснул мужика бутылкой прямо по макушке, и тот стал как-то оседать. Найд решил не тратить на него время и добить в случае, если тот очухается и начнёт буянить. Взлетев наверх по ступеням и приготовив карабин к стрельбе, Найд отворил первую дверь по коридору, но ошибся: это был сортир. На унитазе кто-то восседал. Вздрогнув от неожиданности, Найд нажал спусковой крючок. Он ранил мужика в живот. Черт, он облажался с дверью. Зашёл не туда. Выстрелы наверняка были слышны тому, кто сейчас находился с девушкой. Так и произошло. Соседняя дверь отворилась, и из неё высунулась голова.

- Эй! Чо палим-то? - недовольно крикнул он, стараясь перекричать музыку.

Он осекся, заметив Найда с автоматом. Тот выстрелил, но промазал. Мужик ринулся обратно в комнату, пытаясь закрыть дверь, но Найд встрял плечом в дверной проем и, после небольшой сумбурной борьбы, оказался в комнате. Снова раздался девичий визг, и Найд заметил на диване растрепанную полураздетую девчонку. Слишком молодую, чтобы находиться в такой компании..

Мужик же был сильно пьян. Он пошатывался, а его взгляд не мог сфокусироваться ни на чем. Тем не менее, он бросился к столику. Найд понял, зачем: на столике лежал пистолет. Найд выстрелил ещё раз и попал, кажется, по касательной, потому что мужик схватился за бок, но при этом продолжил движение.

Найд никак не мог выхватить идеального момента для выстрела, потому что прямо перед ним, на диване, сжалась в комок девчонка. Найд боялся попасть по ней, и это сильно ограничивало.

Мужик все же добрался до своего пистолета, от спешки запутался ногой в проводе торшера, рухнул на пол вместе с ним, перекатился на спину и выстрелил два раза. Найд, словно предвидя, куда тот будет целиться, сделал шаг в сторону и тоже выстрелил. Теперь стрелять было удобно: мужик на полу, и девушка никоим образом не словит пулю. Найд попал мужику в грудь и завершил дело выстрелом в живот. Тот сник и осел на пол, спиной прислонившись к основанию дивана.

Оставалось убрать последний раздражающий фактор. Найд рывком вытащил провод магнитофона из розетки и даже пару раз стукнул прикладом по кнопкам. Бесит. Вся голова распухла от этой долбаной музыки.

- Ранена? - спросил Найд, внимательно осматривая девушку.

Та мотнула головой, но продолжила беззвучно плакать. Найд вряд ли бы смог её успокоить. Девица пережила сильный стресс. Возможно, её даже успели разок изнасиловать, учитывая разорванные штаны. Кажется, она сопротивлялась, как могла.

- Тебе бы к врачу, - констатировал Найд.

Девушка снова мотнула головой.

- Меня в приют заберут, - поджала губы она, - бабушку убили. Гниды. Подонки!

- Подонки, - кивнул Найд, - предлагаю все же выйти отсюда и сделать пару глотков вина для успокоения нервов. Или что они там пили.

- Спасибо, - прошептала девушка, - ты всех убил?

- Да вот не всех, похоже. Я насчитал пятерых. Где шестой?..

Найд помог девушке встать и спуститься вниз. Только теперь он вспомнил, что её зовут то ли Марья, то ли Маня.. Впрочем, какая разница...

Они спустились и нашли в гостиной непочатую бутыль вермута. Ну да, логично. Мужики не особо жаловали такие напитки, считая их бабскими. Наверное, приберегли, чтобы девок кадрить.. Двое мужиков все так же безмолвно сидели за столом. Один со свернутой шеей, второй - вырубленный ударом по голове. Но и он не подавал признаков жизни.

Найд откупорил бутылку и протянул Мане. Та уверенно приняла бутыль и сделала пару глотков, затем и Найд выпил.

- Подожди меня, я кое-какие вещи заберу и тебя провожу, - предложил он.

Оставлять девушку после такого стресса одну было бы жестоко. Но Маня отказалась.

- Я сама, - твердо решила она, - не маленькая, доберусь.

- Тебе явно нужна помощь, - покачал головой Найд.

- Не, - её губы растянулись в подобие улыбки, - у этого козла ничего не вышло. Слишком сильно нажрался. Так что я лучше пойду. Хочется побыть одной.. А завтра похоронами заниматься...

Найд качнул головой. Где-то ещё был шестой бандит. Не хотелось, конечно, отпускать девчонку, но и держать силой он бы её не смог.

- Держи, - Найд вытащил у одного из мужиков пистолет и вручил Мане, - если кто ещё пристанет.

Девчонка опасливо покосилась на оружие, но все же взяла.

- В себя только не выстрели, пожалуйста. Ставь на предохранитель. Вот так.

- Угу..

Она медленно побрела по направлению к выходу, и Найд не стал её останавливать. Пусть идёт, раз так хочет. Ему же лучше не терять время.

Найд очнулся от воспоминания. Понятно. Примерно так он себе все и представлял.

«М-да.. Торговый обмен не задался по причине полной смерти одной из сторон», - усмехнулся он про себя.

Время лучше действительно не терять. Сюда может заявиться кто угодно.

Следующие сорок минут Найд потратил на то, чтобы выгрести все ценное, что он смог найти. Три пистолета, небольшой запас патронов - к его великому сожалению. Деньги - что было весьма кстати. Все ценное Найд без задней мысли греб себе в рюкзак. Не продаст, так обменяет.

И часы! Надо найти часы! В благодарность за гостеприимство бабки.

Часы найти было реально сложно. Они оказались в заднем кармане джинсов того мужика в гостиной, которому Найд свернул шею. Несмотря на большую потерю времени, Найд ликовал. Он не стал пересчитывать деньги или оценивать все, что закинул к себе. Это лучше сделать в более безопасном месте. А сейчас уходить - и срочно. И пофиг на того, шестого. Может, его и не существует в помине…

***

- Ну, поговорили о высоком, и теперь к конкретике, - деловито пробурчал юрист, отпивая свой кофе.

Рамису тоже принесли чашечку, но он от волнения даже не притронулся к ней. Сейчас ведь, можно сказать, решалась его судьба… От того, какой вердикт вынесет Александр – можно ему помочь или нет, зависит вообще все на свете!

- Я не буду вводить вас в заблуждение, - покачал головой тот, - хорошего прецедента по таким делам нет. И быть не может. Там все очень и очень хитро. Тем не менее, главное – не считать ситуацию безвыходной. Или, может, вы уже отчаялись?

- Признаться, я ощущаю себя в ловушке, - развел руками Рамис и полез в папочку, - я вот тут договор принес…

Он рассказал все вплоть до мельчайших деталей. Александр молча слушал, иногда задавая уточняющие вопросы. Они порой были нестандартные, например: кто получает пенсию – сами ли родители, или Рамис ходит получать за них? Или: сколько конкретно дней Корнилов держит у себя идентификаторы?

- М-да, - констатировал юрист, - этот ваш Корнилов обставил все вполне недурственно. Понимаете ли… С точки зрения закона – закон полностью на вашей стороне.

Рамис напрягся. Вроде бы радостная новость, но особой радости в голосе Александра не было.

- И, тем не менее, - продолжал он, - с точки зрения практической, вы ничего не сможете сделать. Видите ли – несмотря на то, что ГРЧ не контролирует никакие жизненно важные ресурсы страны, они очень влиятельны. Да, не контролируют ни деньги, ни армию, ни власть… зато – контролируют, можно сказать, жизни миллионов беженцев. А что такое беженцы на самом деле? Если раньше они могли приезжать сюда, проматывать свои пособия, влезать в криминал – потому что чужое не жалко… Чужую страну не жалко, да... То теперь, с появлением нового миграционного кодекса, обязующего каждого беженца трудиться и быть закрепленным за рабочим местом… Вы понимаете, о чем я? Вот так и получается, что ГРЧ контролирует целую толпу рабочей силы. Разумеется, кто, как не ГРЧ, свяжется с криминальными делами – когда нужно выделить людей, которых «не особо жалко»? Вы уж извините, Рамис, что я так выражаюсь. Но вы должны понимать свое положение. Иллюзии очень опасны.

Рамис пожал плечами.

- Понимаю, что уж…

- Вы ведь родились здесь?

- Ага.

- И все равно не сможете получить гражданство. Теперь ни факт рождения, ни количество прожитых лет, ни рабочий стаж – ничего не поможет с оформлением. Так что если бы ваш Корнилов вам что и выбил – так это особую миграционную визу – слыхали о такой?

Рамис мотнул головой.

- Это просто документ, дающий беженцу право работать вне рабочего округа. Но он будет действовать, покуда вы «особо ценный специалист» и трудитесь на благо организации, заказавшей специалиста. У нас так в довоенные и военные годы многих ученых завербовали. Чем они занимались – одному богу известно. Но, полагаю, чем-то не очень хорошим… Я слышал, им даже с семьями видеться запрещали… Впрочем, не надо о грустном. Я вообще-то пригласил вас ко мне, не чтобы ломать вашу мотивацию. И не чтобы советы давать. Я полагаю, что мы сообща сможем придумать какое-то нестандартное решение.

- Нестандартное?

- Да. Порой мне приходилось нарушать закон, чтобы восстановить закон. Парадоксально. Но в вашей ситуации иначе и не сделаешь. Документы у вас отобрали. Договор липовый. От вашей подписи ничего не зависит. Никто вас не нанимает. Вы зависли в процессе «оказания услуги по подбору рабочего места» - как вы сами верно поняли из договора. Вы могли бы бежать – даже учитывая, что это сложно сделать с пожилыми родителями, но у вас нет документов. А бежите без документов – как потом будете работать и жить? Подадите на восстановление. Опять же, через ГРЧ, потому что для беженца процедура оформления неизбежно связана с распределением по рабочим местам. Пойдете другим путем – обратитесь к руководству ГРЧ и нажалуетесь на Корнилова? Так они своих всегда прикрывать будут, это раз. Во-вторых, учитывая, для чего вас реально наняли… Сдаете Корнилова – и сами идете под суд. В-третьих, вы не знаете, на кого реально работаете.. Это может быть опасно. Но, даже если вы готовы к тюрьме ради собственной свободы, Корнилову есть на что вас цепануть. Это родители и та девушка.

- Стойте, - перебил его Рамис и принялся листать справочник в поиске нужной страницы, - а что, если именно на это и надавить? Вот, смотрите, - он ткнул пальцем в текст, - Корнилов, похоже, снял моих родителей с пенсии и выплачивает им пособие из резервов распредотдела. Потому что нельзя получать пенсию беженца, находясь вне рабочего округа. Тут вот прописано.

- Слушайте, - глаза Александра загорелись, - а я ведь не зря поверил в вас! Превратить болевую точку в точку силы, - пробормотал он, потирая подбородок.

- А?

- Да, это я так. Верно! Верно говорите! Вам нужно обезопасить свой балласт – вы уж простите, что я так говорю.

- Я вот о том же подумал. Надо не ссориться с Корниловым, а как-то хитро обставить. Например, Апани может сказать, что я ее достал, и она хотела бы вернуться домой. Она ведь мне по сути никто. И Корнилов будет вынужден ее устроить обратно или куда-то еще… А вот родители… Надо предлог придумать!

- Думайте, думайте, - проговорил юрист, допивая кофе, - решение и правда хорошее, хотя вам сильно проще не станет. Неужели это того стоит?

- Свобода – стоит всего, - твердо ответил Рамис.

- Так-то да. Но она может вам стоить собственной жизни. Подумайте хорошенько, Рамис. Я ведь не зря вам обрисовывал, за кого вас считают. Думаю, с вами не будут заморачиваться даже. Суд, тюрьма… Да кому нужна огласка? Понимаете?

- Понимаю, - кивнул Рамис.

Он поблагодарил Александра и собрался уходить, так как отведенное ему время заканчивалось. Александр не захотел брать с Рамиса деньги, аргументируя это тем, что Рамис сам нашел верное решение.

- Нет, возьмите, - мотнул головой Рамис, - вы указали мне на важные подводные камни побега, которые я сам не видел. Жаль, конечно, ведь сбежать было бы проще, но чего уж…

- Бежать всегда проще…

- Э, не скажите, - Рамис вдруг вспомнил о Найде, который, вместо того, чтобы дождаться срока, сбежал из тюрьмы.

Он внимательно посмотрел на юриста.

- Разрешите задать вам еще один вопрос?

- Разумеется.

- Если беженца сняли с грузового поезда, на котором он выехал с рабочего округа, могут ли посадить за такое на долгий срок?

Александр поднял брови.

- Вот уж вряд ли! Закон приняли относительно недавно – статистики у меня как таковой нет, но точно могу сказать, что это невозможно. Опять-таки, как и в случае ГРЧ, коменданты блокпостов и связанные с ними охранные организации действуют по своим правилам. Вы думаете, мало кто бежит из рабочего округа? Бегут, еще как бегут! Думаете, нет нечистых на руку комендантов? Думаете, все, как по методичке, останавливают беглеца, а при невозможность задержать – стреляют по бегущему? Не-е-ет… Поверьте мне, они не упускают шанс нажиться. Так что – могли бы посадить только если беженец оказался несговорчивым, либо же с него было нечего взять. Но срок небольшой. Я не помню точно – надо свериться, но как будто бы не больше месяца с обязательными работами. Однако, сдается мне, вы не за себя спрашиваете…

Рамис кивнул, но решил больше не раскрывать никаких подробностей. Он и так уже понял, что в случае Найда что-то пошло не так. Сильно не так. И почему его упрятали так надолго? Во что он влип?..

Рамис оставил деньги, еще раз поблагодарил Александра, попрощался и вышел. Тот сказал, что Рамис всегда может заходить в его рабочие часы. Это было хоть и приятно, но, пожалуй, абсолютно бесполезно. Как бороться с организацией, против которой нельзя ничего выставить?

***

Бабулька, не переставая, благодарила Найда за часы. Он жутко смущался и отмахивался – дескать, это было совсем не трудно. Слухи о «героизме» незнакомца, спасшего девушку, быстро разлетелись по всему поселку. Найду такое внимание было отнюдь не на руку. Он бы предпочел по-тихому свалить, но теперь не получится.

Когда Найд в глубокой ночи вернулся в дом, и бабка наконец перестала воспевать ему благодарности и ушла спать, он разложил на ковре в комнате все награбленное добро. Денег было совсем немного – вероятно, поэтому бандиты и наведались в деревушку – запугать местных, пожрать от пуза за их счет и разжиться всяким. Оружие – вот что больше всего радовало Найда. Ну и снятая с одного из бандитов поясная кобура для удобного ношения. А свой карабин он, наверное, продаст.

Перебирая какие-то кольца, цепочки, часы, Найд размышлял, за сколько смог бы это продать, как вдруг его пронзила одна мысль.

«Дурень! Это ведь награблено у жителей!»

И, действительно: с вероятностью девяносто девяти процентов бандюганы надергали всего этого хлама у местных и точно так же, как Найд, собирались куда-то толкнуть.

«Это что же получается – я как будто бы сам ограбил простых людей?» - похолодел Найд.

Нет, так поступить он не мог. С сожалением посмотрев на небольшую кучку денег и на более внушительную кучку ценностей, Найд был вынужден констатировать, что он снова окажется на мели. Если, конечно же, не договорится со своей совестью и не заберет все себе «в уплату за освобождение».

Нет, невозможно. Он перестанет себя уважать. Найд еще раз бросил взгляд на внезапно приобретенные богатства, вздохнул и отодвинул кучку подальше от своего рюкзака. Он решил утром вручить ценности бабке – пусть сама раздаст вещи владельцам. Бабка была прошаренная: все видела, все знала – где, чье – а в случае, если не будет знать, Найд посоветует ей сначала попросить владельца описать свою вещь. Чтобы наверняка не обманули». В целом, план был хорош.

Найду хотелось бы покинуть Пологое еще до того, как проснутся местные. Он не хотел к себе ненужного внимания. Но, с другой стороны, он ужасно устал, а из-за очередного провала контроля самочувствие оставляло желать лучшего. И это бодрости тоже не добавляло. К тому же, у Найда было стойкое чувство, что он что-то упустил…

Что он упустил, Найд понял только утром, когда напуганная бабка разбудила его, тряся за плечо.

- Голубчик, вставай, там этот пришел… Вставай, пожалуйста!

Найд еле разлепил глаза и прищурился от яркого света.

- Что? Кто?

- Да бандит. Угрожает дом спалить, и нас вместе с домом. Скорее!

Найд скатился с раскладного кресла и аккуратно выглянул в небольшое квадратное окно, находившееся под скатом крыши.

- Сука ты! Су-у-ука! – раздалось откуда-то со двора.

Только теперь Найд смог выхватить взглядом того «сторожа», который не давал ему проехать в Пологое. Вот он и его прокол. Вот и шестой бандит. Ну, естественно! И вчера ночью он так же был на дежурстве. Как это Найд мог его забыть? А еще ведь мучился, несколько раз считал убитых… Но в таком сумбурном состоянии и до пяти трудно сосчитать, знаете ли!..

Долго ли он тут орет? И как это Найд во сне не услышал? Впрочем, надо было что-то делать прямо сейчас. Перспектива оказаться в горящем доме совсем не радовала. А дом деревянный – загорится хорошо, особенно если бензинчиком полить… Найд поскреб щетину на подбородке. В принципе, даже ясно, почему бандитская шестерка выбрала такой способ расправиться с ним. Ссыт он выстрелить в человека. Это было понятно при первой встрече, это понятно и теперь. Проще поджечь дом, чем понимать, что ты лично, своими руками, стреляешь в кого-то. А дом – это всего лишь дом.

Найд вздохнул. Его так и подстегивало по-крутому, размашисто выйти на крыльцо с карабином наперевес, сказать сторожу что-то на брутальном, направить на него ствол и наблюдать, как он бежит, сверкая пятками… Ух, как хотелось бы! Но Найд вовремя приструнил себя, не дав разгореться фантазии. Это ложная крутость, и она может его погубить. А если бандит выстрелит? Готов ли он так глупо расстаться с жизнью? Точно нет.

Ладно, скорее! Не то действительно подожжет тут все.

- Эй, ты! – крикнул Найд из окна, попутно нащупывая карабин в вещмешке, - Чего приперся с утра пораньше!

- Сука! – заорал бандит, увидев Найда в оконном проеме, - Ты чо, блин?! Ты берега попутал, да?! Ты чо наделал?

Найду захотелось что-то ответить, но он решил молчать. Пришло понимание, что сторожа надо валить прямо сейчас и прямо отсюда. Второй этаж – не слишком высоко, чтобы уж сильно промахнуться… Авось ранит, потом спустится, добьет.

Найд ужаснулся своим мыслям, но вынужден был признать их правоту. Нельзя оставлять его в живых – хоть и трус, а кто знает, что он сделает? Подкараулит Найда на выезде и грохнет? Оторвется на бабке или ком-то из местных? Ничто из этого Найда не устраивало.

Он снял карабин с предохранителя и почувствовал, как сердце бьется где-то в районе горла. Дыхание перехватило, и Найд снова начал терять контроль.

«Нет, - сказал он, - нельзя. Я сам»

«Ты сам не сможешь»

«Да пошли вы!»

Найд почувствовал внезапное помутнение сознания. Этого нельзя было допустить. Не в этот раз.

С трудом борясь с тошнотой, Найд взвел оружие и прицелился. Карабин ходил ходуном в руках, и Найд поймал себя на том, что уже почти нажал на спуск и даже не заметил. Опомнившись, он убрал палец: сначала надо точно прицелиться. Но дыхание сбивалось, и прицел постоянно плясал.

«Давай, давай, - уговаривал себя Найд, - пока он не ушел, пока он в зоне видимости…»

Бандит, видимо, заметил Найда, потому что в ту же секунду со звоном посыпалось стекло с прикрытой створки.

Найда это ускорило.

Чтобы руки меньше дрожали, Найд прицелился на долгом выдохе. Сделал глубокий вдох, затем начал шумно выпускать воздух, свернув губы трубочкой и, когда почти весь воздух вышел, произвел выстрел.

Со двора раздался сдавленный крик. Куда-то он да попал, значит. Аккуратно выглянул, помня о том, что пару секунд назад едва не словил пулю лбом. Сторож катался по дорожке, притянув одну ногу к корпусу. Надо же… Смазал он сильно. Целился-то в грудь…

Найд нахмурился и выбежал из комнаты. Быстро спустился, приказал бабке сидеть в доме и аккуратно высунулся из двери наружу. Сторож, воя, катался по земле и стрелять как-то передумал. Пистолет валялся рядом с ним. Не медля больше ни секунды, Найд снова прицелился и выстрелил два раза – для надежности. С близкого расстояния попадание было точнее. Бандит как-то обмяк, отпустил ногу и остался лежать на боку, слегка подергиваясь. Уже без особой опаски Найд подошел ближе и произвел контрольный выстрел – в голову. После этого медленно опустил карабин.

- Милок! Эй! – это бабка, видимо, от страха, забыла его запрет и таки высунула нос из приоткрытой двери.

- Все в порядке! – крикнул ей Найд, слыша, что голос жутко дрожит, - Я сейчас!

Он еще немного постоял над убитым. Странная смесь страха, адреналина, злости и ликования. Последнее – от того, что впервые с критической ситуацией разобрался сам. Это было, черт возьми, даже важнее того, чтобы остаться в живых! По крайней мере, Найд ощущал, что с очередной потерей контроля он потерял бы веру в себя и свои силы. Да, он убил человека. Пусть не очень хорошего – но человека. Радоваться тут совершенно нечему. Но, все же…

Найд мотнул головой, поставил автомат на предохранитель – чтобы на отходняке не наделать дел и зашел в дом. Бабка кинулась к нему и ощупала.

- Цел, цел, - проворчал Найд, отбиваясь от ее сухих морщинистых рук.

Теперь собираться надо было в темпе вальса. Главный вопрос: куда девать труп? Не оставлять же это на бабку… Вздохнув, Найд решил дотащить тело до ближайшей канавы и свалить туда. Стоит ли переживать по поводу полиции? А ну как кто из местных вызовет! Найду не было особо страшно: он был почти на сто процентов уверен, что жители будут ему только благодарны. Но если дело получит огласку… Чтобы обелить себя, из страха – они все выложат. И дело даже не в благодарности или ее отсутствии. Просто никто не хочет брать на себя чужие грехи и уж тем более – платить по чужим счетам. Именно поэтому Найд решил валить сегодня же. Он с трудом, но все-таки доволок тело до какого-то оврага на окраине поселка и бросил там. После этого вернулся в дом, попросил у старушки что-нибудь перекусить, а сам поднялся в комнату, чтобы собрать вещи. Ни о каком пропалывании сорняков не могло идти и речи…

Слухи поползли быстро, и местные все же явились – кто поблагодарить, кто просто поглазеть на «героя». Найд смекнул, что это его шанс и предложил угрюмому мужику выкупить у него карабин. Цену ломить не стал – сто модов, и патроны даром. Не тот сейчас случай, чтобы наживаться. А так – и ему деньги, и местным хоть какая-то защита. Мужик ушел и вернулся через час с нужной суммой в компании двух своих товарищей. Не особо болтая языком, принял карабин, деловито осмотрел его, показал мужикам. Те тоже повертели оружие в руках и, по-видимому, остались довольны. Пожали Найду руку и ушли. Он был несказанно счастлив. Перспектива искать, кому бы сбыть нелегальный автомат и попасть не на того человека не радовала. А так – и вашим, и нашим, как говорится. Все в плюсе.

Собрав вещи, Найд наспех пообедал и приготовился отчаливать, несмотря на причитания старушки. Она уговаривала его прилечь, отдохнуть, принять душ. Об отдыхе не могло быть и речи, а вот от душа Найд отказаться не смог – кто знает, когда он еще сможет нормально вымыться? А ведь чистота тела значительно повышает боевой дух! Хотя боевой дух сейчас был действительно на высоте: он смог! Впервые не отдал контроль! Разобрался сам! Да, не настолько чисто и идеально, как получалось под чужим управлением – ну и ладно!

Найд быстренько вымылся, вытерся, оделся, взял с собой сверток с бутербродами, которые настойчиво совала ему бабка и сел на велосипед. Кое-кто из местных вызвался его проводить до трассы – в основном молодые пацаны. Но была тут и спасенная им девушка. Она лишь улыбнулась и помахала ручкой, но Найду этого хватило – он почувствовал себя по-настоящему гордым.

Когда крики пацанов стихли за спиной, а под ногами, наконец, была относительно ровная асфальтированная дорога, Найд позволил себе перестать глупо улыбаться. Мимолетная радость и так уже исчезла. Теперь надо было снова сосредоточиться на деле.

Тащить на себе весь свой хлам было, мягко говоря, тяжеловато. Запас еды и воды, медикаментов, одежда, два пистолета с боеприпасом. Денег по-прежнему было немного – всего Найд насчитал сто двадцать модов – суммарно свои, бандитские и от продажи карабина. Но и то хлеб. Еще было необходимо зарулить на заправку - Найд успел смекнуть, что странный механизм на велосипеде – ни что иное, как мотор. Вот только как его запустить? Непонятно - ну да, может, на заправке или на шиномонтажке какой ему подскажут…

Выехав на трассу, Найд вдруг подумал, что неплохо было бы наведаться еще в пару подобных деревенек и наняться у местных на физическую работу за небольшое вознаграждение.

«Куда же я без достаточного количества денег? – рассуждал Найд, - Ведь что такое сто двадцать модов? Это очень, очень мало!»

Стоп. Почему он считает, что ему нужны деньги? Ведь он разжился главным – незаметным оружием с достаточным количеством боеприпаса! У него есть немного еды, лекарств и денег – на случай, если нужно что прикупить. Тогда что это за разговоры про «я не готов», «еще надо немного подкопить»?.. Уж не страх ли в нем говорит? Да, точно, это он. Маскирующийся под недостаточную подготовку страх.

«Да я никогда не буду достаточно готов, - прошептал Найд, сильнее сжимая руль велосипеда, - как вообще можно подготовиться к тому, что меня могут там убить?»

К смерти невозможно быть готовым. Она всегда застигает врасплох. Но если он промотается по стране хоть еще один день впустую – он растеряет всякую решимость. Поэтому – на заправку, разобраться с мотором, и вперед, к столице!

***

Рамис попросил Корнилова зайти, чтобы обсудить пенсию родителей и по возможности отвязать их от своего контракта. Капитан явился, но разговор начал первым и на весьма неожиданную тему.

- Вы ведь были с детства знакомы с Найдом, верно, Рамис?

- Ну…да, - удивленно протянул Рамис, гадая, с чего бы Корнилову могло быть это интересно.

Тот хмыкнул, что-то прикинул в мыслях и продолжил аккуратно и ненавязчиво задавать вопросы.

- А вы помните, в какой точно день он исчез?

Рамис собирался было ответить, но вовремя одернул себя. И откуда эта дурацкая привычка – обязательно отвечать на заданный тебе вопрос?

«Очнись, Рамис! – мысленно прикрикнул он на себя, - Ведь Корнилов не просто так спрашивает!»

Разумеется, Рамис помнил, в какой день исчез Найд. Не помнил точную дату, но ее можно было легко восстановить – ведь именно тогда Корнилов заявился к нему в первый раз. Поэтому ответ на вопрос он знал. Но предпочел молчать. Пожал плечами, соврал, что не помнит.

- Жаль, жаль, - протянул Корнилов, - а ничего странного не замечали за ним в последнее время?

- Да нет, - Рамис сделал вид, что вспоминает, - кажется, все было, как обычно. Ну и Найд не особо делился своими проблемами, если что.

Корнилов едва заметно вздохнул, но не убрал с лица доброжелательную улыбку.

- Что ж, если вспомните что-то – пусть самую малость, сообщите мне обязательно.

- Вы знаете, - мягко отразил его напор Рамис, - Найд все еще мой друг. А еще вы сказали, что он сбежал из тюрьмы. Я понимаю, почему могли возникнуть вопросы ко мне, но я бы попросил мне их больше не задавать. Вы ведь сами все понимаете…

Корнилов изменился в лице. Его глаза в одну секунду стали очень холодными и злыми.

- Друг, говорите? А что же тогда у вас делает жена вашего друга? Думаю, Найду будет интересно об этом узнать.

- Обязательно сообщите! Найд будет за это мне только благодарен. Вы верно подметили: Найд мой друг, и я забрал его жену с собой, когда в Вероне стало слишком небезопасно. Думаю, это вполне по-дружески, не находите?

Корнилов не нашел, что ответить, и вышел, хлопнув дверью мастерской. Рамис опустился на табурет и позволил себе отдышаться. От внезапной смены настроения Корнилова он сильно разволновался. Это было не к добру. Обычно капитан предельно корректен и сдержан, а сегодня почти что дошел до угроз. И это было действительно странно.

Во-первых, каким боком тут затесалось ГРЧ? Насколько Рамис помнил, беглыми заключенными они точно не занимаются. Хотя… Он вспомнил слова юриста о том, что ГРЧ запустили свои руки куда только возможно. Ну, нет! Вряд ли… Во-вторых, зачем им Найд? Неужели мало других сбежавших зэков? Почему именно Найд? Быть может, Корнилов решил использовать Найда как способ давления на Рамиса? Но как именно?

Нет, нет, нет! Рамис помотал головой. У него уже шарики за ролики заходят. Он подозревает всех и вся. Так и до паранойи недалеко…

Выходит, Найд действительно исчез не просто так. Может даже, он оказался в чем-то замешан. И Корнилов не пренебрегает своими широкими должностными полномочиями?

Рамис тяжело вздохнул. И разговора нужного не вышло, так и на допрос, считай, попал. Да и после его отказа Корнилов вряд ли будет так благосклонен. В общем, провал по всем фронтам… Значит ли это, что ситуация стала безвыходной? Нет. Рамис помотал головой. Нет – он не собирается сдаваться. И друга сдавать не собирается. И чхать он хотел на чьи-то широкие полномочия. И вообще, он даже мысленно поблагодарит Корнилова. Ведь его вопросы, его повышенный интерес – дают Рамису понять, что не все так просто в деле с Найдом. И подумать об этом на досуге будет не лишним. Тем более, что и от своих тягостных размышлений надо отвлекаться. Да. Такон и сделает. Он восстановит цепочку событий! А дальше посмотрит…

Глава 9

Найд остановился на ближайшей заправке. Со всеми этими разборками, сборами, продажей карабина и душем – он задержался в Пологом чуть ли не до вечера. Когда он был на заправке, солнце уже начинало заходить. Мягкие лучи приятно согревали, не обжигая, и дул прохладный ветерок.

Найд слез с велосипеда, поставил его на подножку и направился к зданию заправки. Внутри, как водится, был небольшой магазинчик, одна касса и туалет. Найд поймал себя на мысли, что нарочито медленно ходит вдоль витрины с пирожками и закусками. Не хотелось. Не хотелось ехать дальше – туда, в неизвестность. Не хотелось рисковать – и, главное, сейчас, когда Найд понял, что вполне себе мог бы прожить в статусе беглого зэка. И не нужно ему никакое распределение, никакая постоянная работа, никакая семья для галочки. И дом не нужен. И даже огромное количество денег. А ведь раньше это был его главный страх: остаться без средств к существованию. И вот, бомжуя по стране, он понял: он все еще жив. И вполне себе сыт, одет и доволен. И как же теперь не хотелось идти на эту авантюру! Он только-только обрел некую стабильность…

«Соберись, - приказал себе он, - бери еду и оплачивай бензин! Сейчас же!»

На ужин Найд взял себе парочку сосисок в тесте, слойку с творогом и сладкий чай и сидел теперь у окна, поглядывая на темнеющее небо. Красиво. Спокойно. Хоть кусок в горло не лез, Найд проглотив все, что было, наведался в уборную, уделив особое внимание чистке зубов, после чего внимательно рассмотрел себя в зеркало.

Темные кудри потихоньку обозначались на голове. Нет, они все еще не достигли той длины, как были до стрижки – но он больше не был бритоголовым зэком. Он выглядел вполне прилично и приятно – по своим меркам. Борода же, напротив, пошла в буйный рост. Было непривычно видеть себя обросшим – но Найд признал, что так даже брутальнее, что ли… И вообще – он ожидал увидеть впалые щеки, запавшие глаза с темными кругами – но ничего этого не было. Как будто все скитания никак не отразились на его лице и, даже – сделали его более оживленным. Глаза блестят, цвет кожи свежий, никаких тебе мешков, отеков, темных кругов…

«Вот что пребывание на поверхности делает!» - усмехнулся про себя Найд и собрался на выход.

Он долго объяснял заправщику, что не знает точного объема своего «бензобака», и, хоть тот поначалу бурчал, но все-таки согласился сначала наполнить бак, а потом посчитать, сколько вышло литров. Как правило, на заправке платили сначала за фиксированное количество литров, и потом уже по предъявлению чека заправщик заливал указанную цифру. Вероятно, это делалось с какой-то определенной целью, но точно не с целью удобства для клиента…

Найд сходил еще раз до кассы и оплатил свои литры, прикупив заодно шоколадку и бутыль воды. Наверное, он был на нервах, хоть и не ощущал этого вполне – сладкого хотелось жутко. Ну, а вода никогда лишней не будет.

Закинув все в рюкзак, Найд сел на велосипед и вздохнул. Теперь оставалось только заставить его ехать. Он щелкнул рычажком – ничего. Щелкнул еще раз – никакой реакции. Нажал на кнопку – мотор зафырчал, и Найд даже вздрогнул от неожиданности. Успех. Относительный… Стоило Найду сесть и начать крутить педали, как мотор заглох. Ясно… Что ничего не ясно. Вот уж в чем он не разбирается, так это во всяких механизмах! И что делать?

«Для начала не нервничать,- сказал сам себе Найд, - тут всего ничего: одна кнопка, один рычажок, мотор, ручной тормоз… да и все!»

Может, проблема именно в рычажке? Найд перевел его в противоположное положение и повторил свои действия. Мотор заработал, Найд сел, поехал – но чуда также не произошло. Зато и движок не заглох на этот раз.

Найд напряг свою память – ведь он когда-то сдавал на права! Как это работает в автомобиле? Его надо завести, снять с ручника, выжать сцепление… Ага! Сцепление. Вот почему мотор в первый раз заглох, а сейчас не глохнет! Найд решил проверить свою теорию. Тронулся с места, набрал некоторую скорость, вращая педали и щелкнул рычажком, внутренне готовясь к полету через руль – в случае внезапной остановки. Но велосипед лишь ощутимо прибавил скорость и рванул вперед. Найд с опаской вцепился в руль. Но – он едет! Этот странный механизм едет!!!

Сначала Найд боялся разгоняться, но уже спустя несколько километров доверие к трещащей машине выросло, и он таки покрутил ручку, чтобы прибавить скорость. Чем дольше он ехал, тем увереннее себя чувствовал. С остановкой тоже не возникло проблем: Найд помнил, что нужно не забыть переключить рычажок сцепления. Он ехал долго, очень долго – пока не стемнело, но останавливаться совсем не хотелось. К сожалению, на всем протяжении трассы почти не было освещения – лишь только ближе к заправкам, отелям или кафе встречались фонари.

Внезапно тишину нарушил резкий гудок поезда. Найд начал потихонечку притормаживать – и вовремя: он чуть было не выехал на железнодорожные пути. Да, перед ними стоял шлагбаум, но в такой темноте Найд мог бы его и не заметить, а фонарь здесь, хоть и стоял, но не работал. Больше никого, кроме Найда, на перегоне не было – даже с другой стороны. Когда последний вагон состава унесся вдаль с грохотом, и шлагбаум поднялся, Найд вырулил прямо на рельсы и погнал вдоль них. Еще один сумасбродный поступок, но если он сможет сесть на поезд, то сэкономит кучу времени. Да, не факт, что поезд довезет его до первого округа – но, все же…

Немного нервничая, Найд гнал вдоль железнодорожных путей – благо, между рельсами и лесом было еще достаточно места для велосипеда. Иначе Найд бы сильно рисковал. Через двадцать минут на горизонте показалось что-то наподобие станции. Нет, не вокзал – но точно станция. Найд притормозил и решил сначала издалека понаблюдать за непривычной ему картиной. Высокий перрон. В свете фонаря можно различить фигурки пассажиров. Кто группой, кто поодиночке. Кто с поклажей, кто налегке. Механический голос из динамика – но на таком расстоянии почти нереально разобрать, что говорят. Вероятно, скоро прибудет поезд. Тогда Найду стоит поторопиться. Как бы его не сшибли.

Подъехав ближе, он понял, что залезть на платформу не представляется возможным – по крайней мере, с велосипедом.

«Уважаемый пассажиры, поезд дальнего следования «Нижнедонск – Березино» прибывает на вторую платформу первого пути»

Надо поторопиться. Но что же делать? Прыгать на пассажирский поезд? А если проверка документов? Да сто процентов снимут же! Еще и сдадут в руки полиции на ближайшей же станции. И что вообще такое это ваше Березино? Где это? Почему пункт назначения – не какой-нибудь крупный город?

Найд все же мысленно склонялся к тому, чтобы не ехать на этом поезде. Да и вообще на любом пассажирском. Взгляд его упал на соседний путь, где пока без движения стоял грузовой состав. Найд отъехал подальше от платформы, чтобы не привлекать к себе внимание пассажиров или смотрящего станции и быстро пересек пути в надежде, что поезд не выскочит на него внезапно. Пошел вдоль грузового состава, везя рядом заглушенный велосипед. Во многие вагоны было попросту не попасть: это были закрытые контейнеры, и зацепиться было даже не за что. А если бы и зацепился – что, бросать велосипед? Ну, нет, это слишком глупо...

«Значит, ищем дальше…»

Дойдя почти до конца состава, Найд обнаружил одну платформу, на которой оставалось свободное место. На платформу были погружены внушительного размера металлические ящики без какой-либо маркировки, но между ними было немного свободного пространства. Недолго думая, Найд влез на платформу и с трудом подтянул на нее велосипед. По сравнению с обычным велосипедом этот имел внушительный вес, потому далось это Найду не просто. Примостив велосипед между ящиками, сам Найд скинул рюкзак, достал из него легкую куртку и расстелил на платформе. Сел на куртку и облокотился спиной на ящик. Поежился от ощущения холодного металла, но быстро привык. Достал из кармана комбеза сигареты и спички, закурил. Тоже глупо – ведь, как минимум, поезд может везти что-то взрывоопасное, но курить уж больно хотелось…

Через пару минут послышался дальний гудок, и еще через полминуты мимо Найда замелькали вагоны пассажирского поезда. Колеса скрежетнули, поезд остановился у станции. Тем временем состав, на который залез Найд, тронулся.

«Ну, удачи мне! - прошептал Найд в пустоту, - Проехать хотя бы эту ночь – и, можно считать, что тур по стране удался…»

***

Ночь проехали без остановок. Найд пару раз проваливался в сон, хотя всячески запрещал себе это делать. Вдруг досмотр, блокпост? Но нет – казалось даже, что вне рабочего округа надзор сильно слабел. Возможно, так оно и было: проще было не выпустить беженца, чем ловить его на подъезде к столице.

«Попытка номер два. Не облажайся» - прошептал себе Найд, разминая затекшую за ночь спину.

Во сне его снова мотало по каким-то металлическим коридорам. Сначала Найд, вспоминая сон, не мог вспомнить ничего, но чем дольше он пытался, тем удивительнее картина вырисовывалась. Он беседовал с сетью! Снова. Может, отсюда такое паршивое самочувствие и настроение? Он абсолютно не хочет подбираться к НИИ. Но почему?

Найд напряг память, но едва он сконцентрировался, как воспоминания стали, наоборот, уплывать и становиться прозрачнее. Тогда он мысленно махнул рукой и в течение следующих пяти минут оно само вспомнилось. Он был там! На серой пустоши с гигантскими красными прожекторами. Харон! Вот что это такое!

От волнения Найд закинул голову вверх и попробовал найти красную звездочку на небе – но было уже довольно светло, чтобы различить звезды. Ну и ладно. Беспокоило другое. Во-первых, он проснулся с четким осознанием, что ехать в НИИ совершенно не нужно. Во-вторых….

«Это же их база! – понял Найд, собрав сон по кусочкам, - Харон – это никакая, мать вашу, не звезда. И я точно это видел»

Он еще немного посидел, тупо уставившись на мелькающие мимо деревья.

«Неужели наши ученые не смогли определить? – удивился он, - У них же телескопы и всякая аппаратура…»

Нет, видимо, кто-то протянул свои мерзкие ручонки очень и очень далеко. А те, кто кричали, что появление новой звезды – это какой-то там знак, это начало Судного дня – ну, они, конечно, просто фантазировали. Тем не менее, они оказались правы. Ничего хорошего новая звезда не принесла.

Поезд тем временем стал подтормаживать. Помня о предыдущей неудачной попытке, Найд засуетился и стал готовиться к прыжку. Благо, он ехал на предпоследней платформе, и пока там до него дойдут…. Он вытащил зафиксированный между ящиками велосипед, попытался аккуратно спустить, но все равно получилось, будто бы скинул, потом спрыгнул сам. И быстро, быстро, вдоль поезда, покатил вел до последнего вагона, обогнул его и направился по путям в обратном направлении, так как здесь везде было огорожено. Он бы все равно не смог перетащить велосипед через забор.

Мысленно молясь, чтобы не прибыл еще один поезд, он добрался до места, где забор прерывался. Тут был небольшой лесочек, в него-то Найд и нырнул со своим транспортом. Пройдя небольшую лесопосадку насквозь, он очутился в какой-то заброшенной промзоне. Сначала даже подумал, что ошибочно сел на поезд, который вернул его в рабочий округ – настолько пейзаж не соответствовал его ожиданиям. Полуразрушенные корпуса зданий, не огороженные забором, промышленный мусор, валяющийся прямо на земле, в дорожной пыли. Несколько мусорных контейнеров, заполненных до отказа – и еще вокруг каждого контейнера мусорный оазис…

«Нет, я точно приехал не туда», - покачал головой Найд.

Делать-то нечего: поезд уже ушел, а пассажирские, вероятно, до этой станции не ходят. Поэтому Найду оставалось только надеяться, что он увидит какой-нибудь указатель и сориентируется, либо встретит хоть одного живого человека… Где-то с полчаса он брел вдоль лесочка, пока, наконец, не вышел на нормальную асфальтированную дорогу.

«Цивилизация!» - обрадовался Найд и залез на велосипед, врубая мотор.

Дорога привела его в небольшой райончик, весь заставленный блочными многоэтажками. Дома были не очень высокими – максимум девять этажей, зато жутко длинными. Найд ехал вдоль одного такого дома и гадал, сколько же в нем подъездов. Ну, никак не меньше двадцати…

Дома, дома, сплошные дома. Местами нормальный, местами разбитый асфальт. Большие мусорные контейнеры. Детские площадки, выглядящие слегка заброшенными. Кусочки зелени, скамейки. Пустыри. И удивительно мало народу! Найду встретилось от силы три человека, и они были не очень-то настроены разговаривать. Тем не менее, Найду удалось выяснить: он уже в столице.

- Это шутка? – изумился он прямо при прохожем, даже не думая, что себя таким образом выдает.

- Да нет, - вздохнул уже не молодой мужчина, промакивая пот со лба платком, - даже и не думал шутить. Вы просто на окраине, молодой человек…

«М-да, - протянул про себя Найд, - и тут ранжирование: центр, окраина…»

С такой рекламой – или антирекламой? – он просто обязан увидеть центр. А то вдруг в НИИ его грохнут – а он за всю жизнь столицы не видел! Непорядок.

Найд вздохнул, поблагодарил мужика и снова дал по газам. Где-то через полтора часа езды вокруг стало чуточку живописнее: на смену блочным унылым многоэтажкам пришли монументальные строения строгой геометрической формы. Украшенные орнаментом фасады, гигантские подъездные двери, величественные арки высотой в половину дома… Некоторые дома своими острыми шпилями напоминали башни – но все с налетом чего-то строгого, концептуального.

Найд только успевал по сторонам головой крутить! Армаду высоченных зданий ничто не прерывало, а все необходимые магазинчики и заведения располагались на первых этажах. Ровный асфальт сменился брусчаткой, и велосипед теперь довольно сильно потряхивало. Найд решил заглушить движок, чтобы шумом не привлекать к себе внимания, да и редкие прохожие пугались, встретившись в пешеходной зоне с таким странным механизмом.

Да уж! Здесь все было в новинку. Найд потихоньку крутил педали, рассматривая огромные вывески, нарядные манекены в высоченных витринах, летние террасы дорогих ресторанов…. В воздухе витали самые разные ароматы: то жареного мяса, то сладкой выпечки и свежесваренного кофе, и хотелось попробовать все-все, но Найд только сглотнул слюну. Денег у него на такие изыски не было, а, судя по внешнему лоску, цены тут были запредельные. Тем не менее, он пообещал себе, что если его план выгорит, и он останется жив, заглянет в какое-нибудь пафосное место хотя бы на кофеек. Впрочем – не факт, что ему, такому вонючему и чумазому, будут сильно здесь рады…

Народу на улицах было, кстати, не очень много. Вот автомобили шныряли туда-сюда: намытые, блестящие, дорогие, по-видимому. Много желтых такси. Пару раз проезжали длинные красные трамваи, грохоча на стыках рельсов.

«А неплохо! – подумалось Найду, - Живут же тут люди! Красиво, чисто, прибрано. Душновато, конечно, и слишком уж прилизано все – но это же столица! Неужели она должна быть какой-то другой?»

Встречающиеся на пути Найда пешеходы порой не обращали на него никакого внимания, порой бросали презрительный взгляд, смерив с головы до ног. Сами они одеты были дорого – видно даже невооруженным глазом. И все такие чистые, аж противно. Понятно же: тут он простых работяг не встретит. Простые работяги могли бы обитать в тех блочных серых многоэтажках, а тут… Тут ходят люди иного порядка. И, кажется, Найду пора сматываться – ведь он тут совершенно не к месту, как космический шаттл в угольной шахте. Вызывает много подозрений.

Пообещав себе однажды вернуться и все хорошенько рассмотреть, Найд развернулся и поехал в обратном направлении. Минут сорок – и вот уже монументальные здания стали разбавляться привычными блочными домами, низенькими магазинчиками, грязными автомастерскими, кафе с простыми пластмассовыми стульями… Одно было странно – несмотря на то, что Найд уже покинул центр и сейчас находился, условно говоря, в трущобах, он ощущал на себе чей-то взгляд. Остановился. Слез с велосипеда. Огляделся. Вроде никого подозрительного.

Вон официантка в синем фартучке вышла на летнюю веранду принять заказ. Вот какой-то дядька с авоськой, полной продуктов, бредет из магазина. Вон мамаша качает коляску, как заведенная, второй рукой держит книгу и, не отрываясь, читает. Дворник метет улицу, поднимая облачка пыли. Найд повертел головой не только по сторонам, но и вверх – а ну как кто-то сидит на козырьке подъезда? Но - нет. Никого. И, тем не менее, ощущение наблюдения за ним не прекращалось.

Чтобы не тратить уйму времени на бессмысленную паранойю, Найд вскочил на мотовел, завел мотор и понесся прочь от невидимого наблюдателя. Он рассудил так: если будет гнать, как следует, то никто за ним не успеет. Чем дальше он ехал, тем хуже, беднее и грязнее становились районы. Снова бесконечно длинные серые блочные дома, переполненные мусорные баки, не больно дружелюбные жители… Найд пролетел и эти районы насквозь, понимая, что стоит ему оставить мотовел – путь даже на привязи, как уже через полчаса его тут не будет. Заявится какая-нибудь шпана с ножовкой по металлу и на раз-два избавит его от бремени собственности. Поэтому надо было в первую очередь найти место, где можно припарковать велосипед. Уж больно он тут выбивается из общего ритма, а допускать такое было нельзя. Да и пора бы обеспечить себя обедом и подыскать жилье хоть на пару-тройку дней.

Завернув и выехав на широкую улицу, Найд понял, что остаться нужно именно тут. Длинный дом, утыканный балконами, шел ровной стеной вдоль всей улицы. На первых этажах расположились столовая, парикмахерская и ремонтные услуги. С торца дома, как указывала вывеска, был вход в хостел. То, что надо. Не шибко шикарно, но и не очень бедно. Тут, глядишь, и не обворуют. Найд проехал до конца дома, завернул за угол и нашел спуск в подвал. Над козырьком лестницы висела табличка «Хостел». Отлично.

Администраторша с видом смертельной усталости спросила Найда, какой номер ему требуется, а когда он уточнил цены, как будто из последних сил придвинула к нему заламинированный прайс. На лавандовой подложке Найд прочитал витиеватое:

«Хостел «Небо»

«Что ж… Звучит, как последнее пристанище – хорошо еще, что я не больно суеверный»

Он попросил отдельный номер и разрешение поставить велосипед в холле. Номер пообещали, а велосипед принять отказались.

- Во дворе поставите, никто не украдет, - закатывая глаза, ответила девушка за стойкой.

Делать нечего. Найд получил ключ с брелоком-бочонком с номером комнаты, вышел, чтобы привязать велосипед и снова спустился, направляясь в номер. В комнате было душно и слегка грязновато – но для Найда это не критично. Он лишь осмотрел постель на предмет всяких паразитов, поозирался вокруг в поисках камер – мало ли! – и, удостоверившись, что все здесь на твердую троечку, направился в душ.

Свежий и довольный, через пятнадцать минут Найд уже шагал в столовую, предвкушая сытный обед. За два мода он приобрел комплексный «ланч» - как было написано в меню, в который входил рассольник, небольшая мисочка салатика, состоящего в основном из капусты, макароны с котлетой и стакан компота.

Голодный Найд смел все, что ему принесли и даже думал заказать добавку, но часы ланча уже кончились, а комплексный ужин стоил в два раза дороже.

«Ладно, - успокоил он себя, - зайду в магазин и доберу чего-нибудь еще»

За всеми своими перемещениями и экскурсиями по столице Найд не заметил, как прошел остаток дня. Он сгонял до магазина, взял хлеб, сыр, колбасу и воду. Подумав, загреб в корзину орешков и пару банок пива. Пьянствовать было не время, но небольшой градус должен был помочь скинуть напряжение. Не самый лучший способ расслабиться, но все же… Найд и не замечал, что уже несколько часов дышит коротко и часто – сказывалась необходимость идти на опасное дело. Шею и плечи ломило.

Забросив пакет с продуктами в номер, Найд решил прогуляться. В хостеле было слишком душно, и сидеть взаперти не хотелось. Он поднялся из подвальчика и пошел вдоль длинного дома, с наслаждением вдыхая свежий вечерний воздух. Солнце готовилось к закату, и на небе появились ярко-рыжие полосы. Найд свернул несколько раз, пытаясь по возможности запомнить свой путь, и очутился возле больших труб, выведенных наружу. Где-то они стелились по земле, и в местах, где их нужно было переходить, оборудовали «мостики» из бетонных блоков – а где-то – были подняты на высоту четырех метров укрепительными конструкциями. Найд перешел трубы по такому мостику и вновь почувствовал на себе чей-то взгляд. Нет, совпадением это быть не может… Он же ничего не ощущал ни в столовой, ни в своем номере! Такое ощущение, что некто караулил его на улице и словно бы ждал, пока Найд отойдет подальше от хостела.

Как лучше поступить, Найд не знал. Да, у него с собой пистолет – не оставлять же все в номере, верно? Тем более, что он уже знает, как легко можно в номер проникнуть при желании! Но что толку с пистолета? Стрелять прямо в городе? Это только в крайнем случае. Найд горячо пожалел, что не остался в хостеле. Кому бы он ни понадобился, это нехорошо. А вот где он мог засветиться? На станции? В центре? В самом хостеле? Ну, нет! Кому надо разворачивать такую операцию по поимке.. А вот если им интересуются не как беглым зэком, а как единственным мутировавшем человеком – тогда да. Тогда любые меры оправданы.

«Да давно бы уже облучили другого подопытного!» - Найд реально не понимал, зачем за ним нужно гоняться, если можно воссоздать те же условия и проверить.

«А если они не понимают, отчего я такой?» - отвечал он сам себе.

Да, эта версия – наиболее вероятная. Найд украдкой обернулся и заметил боковым зрением какое-то движение. Как будто кто-то успел спрятаться за угол дома, буквально на долю секунды опередив его взгляд. Найд ускорил шаг. Возможно, он смог бы оторваться от преследователей. Но что, если их несколько? И они наверняка знают район, а он в городе не ориентируется. Все играло против него…

Сзади что-то упало. Найд обернулся и отметил метнувшуюся за ближайшее укрытие фигуру. Один человек. На асфальте валяется бутылка – судя по всему, преследователь ее ненароком задел, не заметив. Найд решил больше не строить из себя невозмутимого героя и дал деру. Тут были большие перепады высот, и пришлось для начала пробежаться по технической лестнице, сваренной из арматурин. Преследователь тоже счел бессмысленным скрывать себя дальше и затопал по ступенькам.

Найд, поднявшись, обернулся, достал пистолет и прицелился. Нет. Не попадет – только привлечет стрельбой ненужное внимание. Скорее бы темнота – в ней можно будет скрыться! Но солнце только начало заходить… Найд побежал дальше, напролом, через дворик, распугав гулявших там мамаш с детьми. Он перепрыгивал через невысокие заборчики, про себя молясь, чтобы не запнуться. Расстояние между ним и преследователем было не больше тридцати метров. Хотя Найд и бежал довольно быстро, тот не отставал, а у самого Найда уже садилась дыхалка. Так долго он не протянет.

Найд юркнул в арку жилого дома и завернул налево, пробегая вдоль подъездных дверей. Если хоть одна из них откроется – юркнет внутрь, чтобы преследователь, выбежав из арки, не смог его обнаружить. Но никто, как нарочно, не заходил и не выходил.

Найд забежал за мусорный бак и присел, тяжело дыша. Нет. Он не сможет бежать долго. К тому же, было бы очень неплохо взять преследователя живым. Он наконец сможет понять, чем вызван такой к нему интерес…

Он выглянул из-за бака и заметил, как преследователь выбежал из арки и оглядывается в недоумении. Снял пистолет с предохранителя. Выглянул еще раз. Мужик – а это точно был мужик – делал вид, что прогуливается по дворику без особой цели, сам же наверняка внимательно сканировал пространство. Одет обычно – какие-то серые штаны с накладными карманами, кроссовки, легкая толстовка с капюшоном. Вроде бы жарко в такой, но, видимо, так зачем-то нужно…

Из арки вышла какая-то бабуля, везя за собой сумку на колесиках. Мужчина что-то спросил у нее, и она помотала головой и побрела дальше. Найд думал над дальнейшими действиями. Подождать, пока мужик подойдет поближе и выстрелить? Или, пока он не ожидает, напасть и взять живым? А если у него какой-нибудь шокер или нож? Найд вспомнил предыдущую попытку его поймать – у тех был шприц с неизвестным ему содержимым… Весьма вероятно, он нужен живым. Что ж… Они ему тоже нужны живыми. Мертвые-то ничего рассказать не могут.

Найд всего на несколько секунд потерял преследователя из виду, но когда снова выглянул из своего укрытия, мужика на прежнем месте уже не было.

«Это плохо. Это очень плохо», - одними губами прошептал Найд.

Еще через пару секунд он почувствовал слабое уплотнение воздуха вокруг себя и успел отскочить от летящей на него дубинки.

- Сука, - сквозь зубы процедил мужик и сделал еще одну попытку достать Найда, но тот уже вскочил на ноги, развернулся к нему лицом и выстрелил.

Выстрел пришелся в район грудины, и преследователь упал на спину, мгновенно скрючиваясь на земле. Найд быстро огляделся – нет ли свидетелей, но во дворе никого, кроме них двоих, не было. Но ведь есть еще сотня окон… М-да… Посетовав, Найд осторожно приблизился к мужику. Очень не хотелось его касаться –мало ли, что он еще мог Найду приготовить? Но пришлось. У него слишком много вопросов.

Найд зашел со стороны головы и начал активно трясти мужика за плечи, сам не зная, для чего.

- Кто тебя нанял? Зачем я тебе нужен?

Мужик молчал, опустив голову на грудь и что-то мыча сквозь зубы.

- Отвечай! – повысил голос Найд, понимая, что не имеет над мужиком никакой силы.

Тот вдруг посмотрел ему прямо в глаза, и Найд понял: нет, не скажет. Помрет тут, но не скажет. Что ж… Если это и вправду так, надо бы ему побыстрее валить с места преступления. И вообще – поскорее делать то, зачем приехал. А то список убитых на его счету растет, как грибы после дождя…

***

Рамис, кажется, в десятый раз перечитывал оставленную ему записку и не мог поверить. Апани исчезла. Она сбежала! Ну, как сбежала… Видимо, пока он был погружен в свои заботы, не заметил ни ее намерений, ни сборов. Родители клялись, что тоже ни о чем не знали, только отмечали, что Апани в последнее время сделалась очень задумчивой.

«Ну и куда она пойдет? Вот куда? На что будет жить? А документы??»

Понимая, что без документов Апани уйти не могла, Рамис поднял трубку стационарного телефона и набрал Корнилову. Тот немного поломался, но признался, что буквально вчера вечером она пришла попросить у него идентификатор.

- Я уж не стал лезть в ваши отношения, - деликатно отметил капитан, - подумал, вы поссорились…

- Да мы не… А, ладно, - Рамис не стал больше ничего изображать и просто положил трубку.

Впрочем, то, что Корнилов отпустил ее так легко, было не слишком удивительно. Апани как таковая ему была не нужна, только как фактор влияния на самого Рамиса – и то, пока она была тут, рядом. Да и задерживать ее на более-менее законных основаниях Корнилов не мог. Потому, видимо, смекнул, что проще ее отпустить и выдать документы.

«Эх, если бы со мной все было так просто!» - пронеслось в голове у Рамиса.

А как Апани устроится на работу? Корнилов же подсуетился с ее увольнением, чтобы перевезти сюда. Куда она пойдет? В распредотдел? И там нарвется на кого-то похуже Корнилова? Но и это еще не все. Апани забрала с собой Леду. Да, надо признать, мелкая тут была особо никому не нужна – хотя родители Рамиса к ней уже привязались. Но что же получается? Апани не просто некуда идти, негде жить и работать. У нее на руках еще и маленький ребенок, причем – абсолютно незаконно. Корнилов не подсобил с удочерением. Не смог или не успел. А так, вообще, детей обычно отдавали в полные семьи. И что теперь с ними обеими будет?!

Рамис тяжело вздохнул и еще раз пробежался глазами по тексту, который, казалось, уже выучил наизусть. Слегка неразборчиво, словно писалось второпях. На бумаге было следующее:

«Дорогой Рамис! Я бесконечно благодарна тебе за твою помощь и заботу. Если бы не ты, я бы, наверное, не выжила в Вероне. И отдельное тебе спасибо, что взял с собой Леду. Ты нам очень помог. Но я больше не могу здесь оставаться. В этом не виноват ни ты, ни твои родители. Я поняла, что так, как я жила ранее, было большой ошибкой. Я раз за разом принимала неверные решения, и мне до сих пор страшно нести за них ответственность. Я приняла решение уехать и податься по распределению на подходящую работу. Уверена, что все будет хорошо. Не беспокойся обо мне. Я тебе позвоню, как все улажу. Спасибо тебе огромное, и обними за меня родителей! Апани»

Перечитав письмо, Рамис уронил голову в ладони. Ну зачем?! Женщина, которая ему как минимум небезразлична, сейчас не пойми где, не пойми в каких условиях. Неужели она не могла обсудить с ним, если ее что-то не устраивало? Он бы пошел к Корнилову, он бы устроил ее, куда надо. Но нет. Ей оказалась не нужна ни его помощь, ни его защита. Ей почему-то нужно было вот так срочно уехать.

«Да, понимаю, - прошептал Рамис, обращаясь к буквам на бумаге, - ты, наверное, сходишь с ума от случившегося с Найдом. Наверное, у тебя совесть не на месте, и ты поехала его искать. Понимаю..»

Он еще немного посидел, уставившись в пол.

«Зато избавился от одного балласта»

Рамис намеренно использовал такие страшные слова. Он хотел хоть чем-то приглушить эту боль и хотя бы притвориться, что отъезд Апани в чем-то ему выгоден. Да, она теперь свободна… А он? Сможет ли он оставаться здесь, когда единственное, что его утешало и радовало, исчезло?

***

Апани остановилась перед дверью номера, обреченно сгорбив плечи. Она еще не успела уехать из города и предпочла подать на перераспределение прямо здесь – во-первых, боялась возвращаться в Верону, что бы там ни говорили. Вроде бы все улеглось, а как оно на самом деле? Во-вторых, Апани переживала, что ее снимут с поезда, еслиона начнет самовольно перемещаться. Да, документы теперь при ней, но прописка-то веронская! И как ты докажешь, что не сама уехала, а тебя увез некий капитан Корнилов из ГРЧ? Кто поверит без бумажки? А доказательств никаких не было.

Деньги у нее имелись. Покидая Верону, Апани взяла с собой все накопленные деньги – но то были никели, зато Корнилов выплачивал каждому члену «семьи» - «на содержание», и платил он модами. Апани все откладывала, лишь малую часть тратя на самое необходимое. Не было настроения тратить на развлечения и побрякушки, хоть и соблазнов тут было существенно больше. И кто бы знал, что эти моды пригодятся…

«Но я ведь могла бы не уходить! – сказала она себе, сжимая в руках ключ от номера, - Я опять все усложнила, опять все сделала не так! Только оставаться не было никакой возможности»

Апани рывком открыла дверь и пропустила Леду вперед. Та послушно вошла, волоча за собой рюкзачок. Апани занесла сумки и заперла номер изнутри.

Она больше не могла жить за счет других, вот в чем было дело. И проблема заключалась не в том, что она временно не работала и сидела на шее Рамиса – нет. Проблема была в принятии решений. Сначала за нее принимали решения в детдоме, потом за нее думал Найд, теперь вот Рамис со своими родителями… И нет – они все милейшие люди, они не желали ей зла. Но Апани потихоньку растрачивала остатки уважения к себе. Это было даже необъяснимо. Может, она просто психанула? Ведь есть шанс еще вернуться обратно, в тепло, в безопасность, в некую определенность. Но если возвращаться – то и жить не хотелось.

«Где я во всем этом?» - спрашивала себя Апани и не находила ответа. Словно ее никогда и не существовало. Словно она всегда была приложением к кому-то.

Понимая, что Леда очень устала, Апани заставила себя ненадолго переключиться с дурных мыслей на заботу о девочке. И только когда та была накормлена, вымыта и уложена спать, Апани вновь дала волю чувствам.

Она сначала села на краешек второй кровати, но побоялась разбудить мелкую своими всхлипываниями. Тогда Апани пошла в ванную и заперлась там. Села на крышку унитаза, обхватила себя руками и заплакала.

Плакала долго. Плакала обо всем. Плохая жена, несостоявшийся человек. Недомать. Девочку придется собственноручно отдавать в детдом. Не позволят ей удочерение. Нет, она попробует, и взятку попробует дать, но надеяться на это нельзя. А оставить ее просто невозможно. Была бы еще постарше – так ладно, но ей всего три года! А Апани придется работать. И кто присмотрит за мелкой? Но, главное: что Апани скажет, если кто-то из соседей настучит, и к ней придут? Это нарушение. Хорошо, если штрафом отделается. А то можно и повторить судьбу Найда.

Но как отдать Леду в детский дом, на своей шкуре испытав, что там происходит?! И вообще, мелкая уже к ней привыкла. И даже к Рамису, и к его родителям. Все никак не могла уснуть, плакала, говорила, что скучает по «бабе с дедой». И вот как у нее это все отнять?! Ладно она, дура – психанула, собрала вещи, ушла. Но мелкая-то при чем?!

Апани укоризненно покачала головой. Нет, она совсем никудышная. И, как ни посмотри – все решения никуда не годятся. Ей придется выбирать между плохим и очень плохим вариантом.

***

Найд смог поспать от силы пару часов, после чего вскочил с колотящимся сердцем. Ему показалось, что кто-то стоит над кроватью и неотрывно за ним наблюдает, но это была лишь иллюзия измученного ума. В номере никого, кроме него, не было, но Найд все равно включил свет и прошелся по комнате, заглянул в ванную, в шкаф, под кровать. Никого…

После этого уснуть не получилось, и Найд, провалявшись бесцельно полчаса, решил встать и заняться делом. Первостепенная задача заключалась в определении точной локации НИИ. Для начала Найд полистал дорожный атлас, но масштаб карты не позволял указывать на отдельные постройки. Да и – учитывая секретность объекта, вряд ли он будет в принципе нанесен на карту.

«Башка твоя тупая!» - разозлился сам на себя Найд.

Ему стоило бы подумать об этом раньше…

«Ладно, - сказал он себе через пару минут размышлений,- если верить Тильде, и если с той поры ничего не изменилось, то секретным там является лишь отдельный корпус, куда ее с командой перевели впоследствии»

Чтобы скоротать время до утра, Найд немного побродил по этажу, вымылся и привел себя полностью в порядок, перекусил - благо, в номере имелся электрочайник. Попивая обжигающий чай, Найд обрабатывал детали своего плана, и скоро все сложилось. Если НИИ сам по себе не секретный, то его обязаны знать местные. Ну, хотя бы некоторые из…

Как только часовая стрелка подобралась к более приличному времени, Найд, порывшись в вещмешке Дина, переоделся во все чистое и приличное. Теперь на нем были слегка коротковатые узкие брюки, простая черная футболка и универсальный ремень. Найд подошел к зеркалу на дверце шкафа. Да, не ахти как, но все же вызывает больше доверия, чем в джинсовом комбезе. А это и было нужно для его легенды.

Он спустился до ресепшена и отвлек администраторшу от чтения книжки. Вчерашней уставшей девушки не было – видимо, она ушла на заслуженный выходной.

- Простите, - Найд одарил ее самой обаятельной улыбкой, на которую был только способен, - вы мне не поможете?

Девушка с готовностью поднялась, кладя раскрытую книгу вверх обложкой.

- Да, конечно.

- Я приглашенный лаборант в научно-исследовательский институт. К своему стыду потерял бумажку с адресом и телефоном, и никак не могу вспомнить! А сегодня собеседование, и я обязательно должен быть! – Найд притворно сокрушался, качая головой, - Эх, какой я дурак, надо было не на клочке бумаги писать, а в блокнот! Но я так спешил, понимаете? А блокнота в тот момент не было…

Девушка отнеслась к просьбе лояльно.

- Вообще я тоже вот так наизусть не знаю, город большой, - засмущалась она, - но мы можем с вами посмотреть в справочнике! Вам какой институт нужен?

Найд замялся. А черт его знает, какой! Как он может называться? Что там говорила Тильда? Ведь она изначально устраивалась туда хирургом, да?

Он почесал бороду, делая вид, что вспоминает.

- Медицинский или хирургический. Что-то вроде…

Казалось, это не смутило администраторшу. Она лишь улыбнулась.

- Эх вы, ученые, вечно такие рассеянные, да? Ладно, посмотрим все, что есть. Вы, может, вспомните, когда увидите адрес? Зрительная память, она такая…

Через десять минут поиска Найд вернулся в свой номер с двумя адресами. Подходящих по профилю НИИ было всего два, и оба адреса он беззастенчиво списал, оставив девушке щедрые чаевые за помощь.

«Два адреса – лучше, чем ни одного», - здраво рассудил Найд и стал собираться.

По первому адресу оказалась полная шляпа. Тот НИИ уже как несколько лет не функционировал, и просто стоял заброшенным. Ни охраны, ни входящих-выходящих людей – никого. Местные качали головами и даже не могли припомнить, когда здесь в последнее время кто-то был. Тогда Найд решил попытать удачу по второму адресу, но, к сожалению, он был неполным. Был указан лишь район – без улицы, без дома. Найду пришлось прокатиться до юго-востока города.

Оказавшись на месте, Найд подумал было, что это какая-то ошибка. Еще один стандартный район с унылыми серыми многоэтажками. Даже, он бы сказал – какой-то не вполне жилой район: часть окон в домах была разбита или просто-напросто отсутствовала. Найд остановился и заглушил мотор. Странно… И где же искать этот чертов НИИ?

Он немного поездил по улицам в надежде встретить хоть кого-нибудь, у кого можно было разжиться информацией, но улицы были пусты. Лишь у одного из подъездов на обшарпанной лавочке сидели три старушки и о чем-то тихонько переговаривались. Найд сначала не стал даже возле них останавливаться, но потом, не обнаружив больше никого, вернулся обратно к тому подъезду.

- Простите, - приветливо улыбнулся он, слезая с велосипеда, - здесь находится НИИ радикальной медицины?

Именно так он был записан в справочнике.

Бабки переглянулись.

- А чегой-то тебе надо?

- Я – новый лаборант….

Бабки отчего-то были не настроены отвечать, но потом одна из них бойко встала, схватила Найда за локоть и отвела в сторону под неодобрительный шепот своих подруг.

- Лучше б тебе туда не ездить, сынок, - нахмурилась она и выставила указательный палец, сотрясая им в воздухе, - там опыты над людьми проводят! Вот!

- А…э…откуда вы..?

- Я все знаю! – сверкнула глазами бабка и кивнула в сторону сидящих на лавке, - А этих марамоек можешь даже не слушать, они только рот мне затыкать горазды!

Найд понял, что версия с лаборантом сюда не подойдет. Да, бабка могла и всяких сплетен набраться, но, если подумать – то у любых сплетен есть основа, а если дважды подумать – ему все равно больше некого спросить. Пришлось сменить амплуа на ходу.

- Вы знаете, - шепотом начал Найд, отводя ее подальше от соседок, - я же сказать правду побоялся. Сестра у меня там… Подозреваю, что забрали, как вы говорите, на опыты! Мне позарез нужно попасть внутрь! Сами понимаете….

Старушка заохала.

- Сынок, ну как же ее так угораздило! Оттуда никто еще не возвращался…ой, то есть, хотела сказать, только военные туда-сюда шастают. Секретный объект! – вновь подняла она указательный палец.

«Ну-ну, - усмехнулся про себя Найд, - не больно-то секретный, раз рядовая бабка у подъезда все знает!»

Они говорили недолго, но за это время он узнал много полезного. Первое: НИИ действительно находился в лесу, и добраться можно было по единственной проселочной дороге. По ней же ездили и военные. Второе: охранялся НИИ довольно серьезно. Высокий забор, колючка, злые собаки на территории. Третье: оттуда почти никто не выезжал. Раз в неделю, в среду, на территорию проезжал большой черный фургон, и вечером того же дня выезжал обратно. Услышав это, Найд понял, что он точно на верном пути. Похоже, что именно в этом фургоне сюда попадали доноры. Сложно….

Еще бабка сообщила, что перед тем, как завернуть в лес, военные тормозят у определенного кафе и обедают. Видимо, в самом НИИ им еда не положена, или есть еще какая-то причина. Это было ценное замечание. Также бабка сказала, что фургон всегда ездит без номеров, так что не вполне понятно, это один и тот же автомобиль или разные. Но это уже было не так важно.

Найд поблагодарил сердобольную старушку и, вскочив на велосипед, отъехал подальше. Бабка медленно побрела обратно к скамейке, сокрушенно мотая головой и что-то приговаривая себе под нос.

***

Найд засел в самом дальнем углу кафешки, где должны были собраться водители фургончика. Он никак не мог унять дрожь по всему телу. Слишком высоки были ставки, а попытка всего одна. Найд для вида заказал себе кофе, но смог сделать только два небольших глотка.

«Тебя убьют» - прозвучали знакомые интонации в его голове.

«Отвяжись!»

«Это глупая затея. Мы хотим помочь»

«Да идите вы со своей помощью!»

Найд потряс головой и принялся усиленно обдумывать план, чтобы только заглушить чужой голос внутри себя. Ну и плевать, что они знают его намерения. Плевать! И на предупреждения тоже плевать! Подойдя к крайней черте, уже не было смысла осторожничать. Пусть они все знают – это уже неважно.

План был простым и назывался «импровизация». Ладно, кое-что все же было сделано заранее. Например, номер в хостеле оплачен на пять дней вперед. В номере остались все габаритные вещи. С собой у Найда было только необходимое: деньги и спрятанный в кармане комбеза пистолет.

Сейчас, обдумывая дальнейшие действия, Найд понял, что он упустил из виду кое-что очень важное, архи-важное – а именно, цель его вторжения в НИИ. Раньше он думал, что охотится за информацией и возможным избавлением от мутации. Позже на смену растерянности пришли злость и желание наказать всех, кто в этом замешан. Однако последнее вряд ли под силу ему – простому работяге без связей, без денег. В одиночку такое не провернуть. А довериться еще кому-то банально страшно. Да и не поймешь, в чем будет состоять выгода других людей. Может, остальным вообще плевать на то, что человечество потихоньку затягивают в рабство. Покрутят пальцем у виска либо скажут «а нам-то что?»

Да что там далеко ходить! Каких-то пару месяцев назад Найд сам был таким. Моя хата с краю – и пропади оно пропадом. Разве не так? Тогда кого и на что он собрался мотивировать? Нет. Он один, и с этим надо смириться. Если он влипнет, никто не поможет.

«Если меня схватят военные или рэксы, пущу себе пулю в лоб», - с горечью в сердце решил Найд.

И, все же, ответить себе на вопрос, зачем нужно попасть в этот чертов НИИ, он не мог. Да, наверное, это все глупо, но отсиживаться в сторонке он не сможет. После всего произошедшего невозможно вернуться нормальной жизни, не восстановив справедливость.

«Да о какой справедливости ты говоришь? – уколол Найд сам себя, - Возомнил себя, блин, невесть кем! Тут бы не сдохнуть…»

В следующую минуту он напрягся: в кафе зашли новые посетители. Трое, одеты неприметно: однотонные футболки, джинсы, кроссовки. У одного массивные часы на руках. Больше ничего – по крайней мере, на виду - а так пояса оттягиваются у всех троих. С вероятностью девяносто девять процентов у них пистолеты.

Сердце Найда забилось сильнее, когда он глянул в окно и приметил черный фургон без номеров. Они припарковали авто чуть поодаль от кафе, за углом. Найд со своего места все отлично видел, а вот мужики, кажется, были не шибко довольны тем, что удобная наблюдательная позиция занята. Найд делал вид, что не замечает на себе их взглядов, и изучал меню. Мужики шепотом посовещались и, видимо, решили не привлекать к себе ненужное внимание. Нехотя они заняли один из свободных столиков в центре зала, не у окна.

Найд весь превратился в глаза и уши, хотя услышать что-то было крайне сложно в этом шумном заведении. Сейчас военные – а они, без сомнения ими были – делали заказ. Чем больше Найд наблюдал, тем больше осознавал, что его план-импровизация был ужасно нелепым. Он бы соврал, если бы сказал, что плана не было совсем. Нет. Кое-что он предполагал. Найд думал, что ему удастся хоть каким-то образом на своем велосипеде незаметно подобраться как можно ближе к въезду в НИИ и посмотреть со стороны, как будут пропускать автомобиль. А там уже по ситуации, но, вероятнее всего, придется ждать следующей недели, чтобы с полученной информацией провернуть все. Но уже сидя тут, Найд понимал, что ждать еще целую неделю он не готов. Он боялся растерять весь свой запал. Кроме того, нет гарантии, что на него не нападут еще раз. Сможет ли он быть всегда начеку? Да конечно же нет! Он и так измотан.

Прикинув что-то в уме, Найд подозвал официантку. Вкладывая ей в руку тридцать модов, прошептал так, чтобы его не слышали военные:

- Всем столикам надо что-нибудь алкогольное подать. Не очень легкое, но и не шибко крепкое. Скажите, что это подарок от заведения. У шефа день рождения. Ясно? И мне принесите.

Официантка удивилась, но кивнула, спрятала деньги в карман фартука и быстро ушла. Через пять минут она уже разносила выпивку. Занятых столиков здесь было немного – всего четыре, если считать самого Найда. Да, пришлось раскошелиться, зато военные не заподозрят, что их спаивают. А вот Найду будет на руку, если они будут слегка поддатые…

Ему тоже подали стакан с соломинкой. Какой-то коктейль, видимо. Найд на свой страх и риск попробовал и выкатил глаза: довольно крепкий для коктейля! А на вид безобидный… Прозрачная жидкость, внутри плавают листья мяты и еще что-то незнакомое. Ладно, хватит. Еще не хватало тут нажраться и словить расслабон.

- Куда тебе еще бухло, идиот! – раздалось из-за того самого столика. Один военный ругался на другого, третий наблюдал, посмеиваясь.

- Ты все запер, а? Чтоб я еще раз тебе ключи доверил!

- Да запер, запер, - отмахивался тот.

На вид он был уже слегка поддатый. Вероятно, где-то успел по-пьяни накосячить, и потому товарищи не хотели, чтобы он пил еще. Но тот присосался к трубочке, как клещ и вылакал коктейль за считанные секунды.

- Идиот….

Найду слегка стукнул в голову алкоголь, хоть выпил он немного. Он расплатился, оставил щедрые чаевые и вышел. Немного понаблюдал за единственным окном: не пересядут ли военные за его столик. Но, видимо, они были поглощены едой и выпивкой. Столик пустовал.

Как бы невзначай Найд подошел к фургончику, осмотрел его. Сердце колотилось. Есть ли кто внутри? Зашел со стороны водительской двери, заглянул – никого. Это хорошо, конечно… Но заперли ли они двери?

Найд дернул ручку водительской двери. Закрыто. Ожидаемо. Обошел фургон, мониторя окна. Дернул за ручку боковой раздвижной двери. Поддалась. Едва дыша, Найд откатил дверь на минимальное расстояние – только чтобы пролезть, и юркнул внутрь. Салон от кузова отделялся сплошной стенкой, и тут было жутко темно. Когда глаза привыкли, Найд увидел то, что, собственно, ожидал. Тела. Лежат аккуратными штабелями… Кто-то друг на друге. И чем-то притянуты к бочине фургона. Найд пощупал – вроде как ремни.

Преодолевая страх и толику отвращения, Найд ощупал несколько тел. Еле теплые. Дышат ли? Возможно, только это совсем не заметно. Он вспомнил Веру – как сложно было по ней понять, жива она или нет! Вспомнил свои галлюцинации, из которых следовало, что доноров до операции держат на особых препаратах… Видимо, тут все такие. Полуживые.

И что же ему остается делать, коль он внутри? Вздохнув, Найд расстегнул ремни и улегся вплотную к ближайшему телу. Застегнул ремни. Неудобно, но терпимо. Безумие это, конечно. Но вылезти уже невозможно – военные могут вернуться с минуты на минуту.

Лежа в груде тел, Найд чувствовал, как колотится его сердце. Если оно так и будет дальше колотиться, его вычислят. Делать было нечего. Способ влиться в компанию полуживых тел был только один. Найд вздохнул, прикрыл глаза, нащупал заряженный пистолет в кармане комбеза.

«Хорошо, архив. Я иду. Но на минуточку…»

Глава 10

«Знаешь, что происходит, когда юнит умирает? Его сознание навсегда остается здесь. Думаешь, так было всегда? Отнюдь. Да и не было никакого коллективного разума, или как вы там его называете. Это всего лишь генетическая ошибка, обернувшаяся в нашу пользу. У нас никогда не было общего сознания, а вот у тех, в чьих коконах мы рождаемся…»

Найд чувствовал себя парящим над серой пустошью с гигантскими красными прожекторами. Сегодня видения были похожи на бред. Найду казалось, что он погружает ноги в эту серую пыль, и наощупь она приятная, как песок… Холодный. Ледяной, он бы сказал. Почему, черт возьми, так холодно?!

Найд понял, что может передвигаться, куда захочет. Он прошел вперед, затем направо, налево. Побродил тут и там, но кроме прожекторов ничего не увидел. Еще через несколько минут поисков Найд обнаружил люк с небольшой ручкой, утопленной вовнутрь. Дернул на себя, открыл. Внешне похоже на очень глубокий колодец с длинной лестницей. Найд принялся спускаться, и для себя отметил, что спуск занимает приличное время. Но ему ли бояться спуска под землю?

Коридор. Коридор, обшитый металлическими листами. Ряд длинных светильников тянется вдоль потолка. По какой-то причине они начинают светиться красным и мигать. Тревога? Слышит ли он сигнал? Нет…

Найд идет по коридору, чувствуя жуткий холод. Находит дверь, открывает ее, заходит. Большая панель с кнопками, огромный темный экран с трещиной посередине. Кнопки тоже светятся красным и мигают. Надо валить из этого места…

- Ты дебил?! Ты дебил, я повторяю?!

Найд пришел в себя и от неожиданности чуть было не вскочил на ноги. Что произошло? Сколько прошло времени?

«Спокойно, - сказал он себе, - вокруг темнота, рядом…да, рядом все также лежат тела. Я чувствую потряхивание – значит, мы еще едем. И холод. Здесь жутко холодно!»

А за перегородкой какая-то ругань.

- Ты идиот! Чтобы я хоть раз тебя с собой взял! Мало того, что машину не запер, так еще и забыл врубить охлаждение! Ты же в курсе, что это необходимо, а?!

Второй голос, кажется, что-то мямлил с виноватыми интонациями.

- Смотри у меня, - угрожал первый, - если выяснится, что тела доехали не в кондиции, отвечать за все будешь ты! И попробуй хоть раз еще мне машину не запереть!

- Так машину я запер…

- Да, передние двери. Уж спасибо тебе, что у нас ее не угнали. А толку?! Нас вообще-то наняли груз довезти! Хорошо, если там все на месте!

- Эй, да кому они, кроме нас, нужны?..

- Ты идиот?!

Найд прикрыл глаза и облегченно вздохнул. Судя по всему, ему просто повезло, что сегодня на задании оказался такой раздолбай. Если бы не он, смог бы Найд такое провернуть? Конечно, нет…

Машина остановилась, но мотор еще не заглушили. Через пару минут снова поехали.

«Пропустили на территорию», - догадался Найд, и внутри у него все похолодело. Он снова нащупал пистолет в кармане. Это успокаивало, но не слишком.

Наконец, машина полностью остановилась. Судя по хлопающим дверям, военные вышли и скоро начнут перетаскивать тела. Найд постарался выровнять дыхание и уйти сознанием в свои обычные видения.

Когда его потащили, он все же почувствовал, хоть и частично ушел сознанием в архив. Перевалили на носилки, подняли, кряхтя и сопя. Свалили на большую каталку, и Найд ощутил, что рядом уже кто-то лежит. Кто-то довольно холодный. Стало быть, их сейчас друг на друга повалят и повезут в нужный кабинет. Найд снова представил себя на серой пустоши. Ну и что, что его мотает туда-сюда? Он не здесь, он там. Стоит под гигантским прожектором и смотрит в небо.

Лифт доставил каталку на нужный этаж. Еще немного – и он окажется у цели. Главное, чтобы военные свалили до того момента, как ему что-нибудь вколют или вообще начнут полосовать…

Судя по звуку, открыли двери. Кто-то рядом суетится. Оп, порожек. С Найда сняли лежащее на нем тело. Стало быть, они на месте.

Найда тоже перетащили и уложили на что-то твердое и холодное. Он слышал, как военные тихонько переговаривались в процессе то ли между собой, то ли еще с кем-то. Аккуратно, стараясь ничем себя не выдать, он приоткрыл один глаз на треть. Через маленькую щелочку была видна лишь часть кабинета, но, главное – тут пока никого не было. Никого живого.

Найд открыл глаза, удостоверился в том, что никто за ним не наблюдает, и потихоньку вытащил пистолет из кармана. Снял с предохранителя, удобнее вложил в правую руку и завел ее себе под бедро. Если не присматриваться, то ничего подозрительного – тем более, что справа и слева от него лежит еще несколько тел. Но вопрос, что теперь будут с ними делать, и на каком этапе ему открыть себя….

Пока никого не было, Найд огляделся. Обычный кабинет. В ряд стоит несколько каталок, на каждой каталке по телу. Удобно – выбрал одного-двух и привез в операционную. Или оперируют прямо тут? Нет, вряд ли. Не похоже. Да, здесь есть стеклянные витрины с какими-то баночками и инструментами, но на операционную не похоже. Скорее всего, именно здесь доноры ожидают своего часа. В углу небольшой письменный стол с придвинутым стулом, на спинке которого небрежно висит белый халат. Дверь запирается на щеколду изнутри. Это неплохо. Камеры? Найд повертел головой, но не нашел ничего похожего на камеру. Два окна, закрытые рулонными шторами наглухо. На потолке стандартные люминесцентные лампы. Мусорная корзина в углу. Больше ничего.

Дверь щелкнула, и Найд поспешил закрыть глаза, оставив лишь небольшую щелочку. Сердце тут же ускорило свой темп. В помещение зашел усатый доктор в шапочке с пчелками – Найду хватило и доли секунды, чтобы узнать его.

Доктор остановился перед уложенными в ряд телами и потер подбородок, переводя взгляд с одного донора на другого.

- Странно, - пробормотал он, переводя взгляд в обратном направлении.

Найд понял: он считает. И уже знает, что приехало на одно тело больше. Впрочем, что тут удивительного? Ну, перевыполнили план, перестарались. С кем не бывает, да? Но хирург что-то заподозрил и подошел ближе, внимательно рассматривая каждое тело. Сердце Найда подскочило, и он крепче сжал рукоять пистолета. Скоро его выход.

Доктор внимательно переходил от тела к телу, слева направо. Слева от Найда лежат четверо, значит…. Четыре, три, два, один…

Дождавшись, когда хирург к нему приблизится, Найд резко сел на каталке и выставил пистолет. Подхватил его и левой рукой – пальцы дрожали. Хирург опешил, но не так сильно, как Найд ожидал. Он только вздрогнул, округлил глаза и начал медленно пятиться.

- Стоять на месте! – рыкнул Найд, чувствуя, как все тело наполняет злость. Не следовало, конечно, залезать в архив перед таким важным делом.

Доктор остановился и поднял руки.

- Как вы очнулись? – пробормотал он, не сводя глаз с пистолета.

Найд начал медленно сползать с каталки. Оказавшись на полу, он, не спуская доктора с прицела, попятился к двери кабинета и закрыл ее, гремя щеколдой. Удалось не сразу, ведь нельзя было сводить с хирурга глаз. Тот пятился к рабочему столу.

- Стоять на месте! – еще раз рявкнул Найд, добавляя в голос металлические нотки.

«Просто представь, что ты Густав», - попросил он себя и внутренне усмехнулся: нет, шутки шутить и кривляться он тут не будет.

- Вставай туда! – указал Найд пистолетом на ряд каталок, - Туда, сказал!

Хирург ведь не просто так пятился к столу, надо понимать. Вероятно, где-то там была тревожная кнопка или что еще… Также Найд заметил, что на столе стоит металлический лоток со шприцами. Шприцы без упаковок. Интересно, уже наполненные?

Доктор послушно отошел к каталкам, но сожаление так и было написано на его лице. Он поджал губы, глаза его забегали по кабинету. Думает. Ищет выход.

- Слушайте, - начал он, и голос его дрогнул, - я понимаю, что вам страшно. Вы очнулись в незнакомом месте, еще и на каталке, а тут человек в белом халате, да?

Найд молча слушал, смотря доктору прямо в глаза.

- Давайте мы с вами просто спокойно поговорим… Я расскажу, что случилось. Вам окажут медицинскую помощь.

Губы Найда растянулись в скептической усмешке.

- Ну-ну. Даже не знаю, послушать ли твое вранье или как. Хотя не утруждайся. У меня мало времени.

Голову Найда прошибла вспышка боли, и он на секунду зажмурился.

«Только не сейчас, пожалуйста!»

Неимоверным усилием он заставил себя открыть глаза и продолжать держать доктора на прицеле. Воздух с шипением входил и выходил через стиснутые зубы.

- Давай так, - проговорил Найд, чеканя каждое слово, - ты мне информацию, я тебе жизнь. Честный обмен, м?

- К-какую информацию? А… Вас сбил автомобиль. Вас привезли в больницу. Позвольте, я сделаю вам укол и отведу в палату?

Найд расхохотался.

- Хватит дурака валять, - уже через секунду посерьезнел он, - меня не похищали, как этих бедолаг. Я сам пришел. Понимаете, Пал Валентиныч?

Хирург часто заморгал, но быстро взял себя в руки. Не зная, что сказать, он просто молчал и ждал следующей реплики Найда.

- Давай список. Имена, фамилии, кого знаешь. Кто в этом замешан. Давай схему. Давай исследования. Чем больше выдашь – тем больше вероятность твоего выживания. Торговаться со мной не надо.

Доктор посерьезнел.

- Во-первых, вы не выстрелите, - мягко заметил он, - потому что если выстрелите, то на шум сюда прибежит охрана и схватит вас. Во-вторых, даже если вы справитесь с охраной, вы отсюда не выйдете. По всему периметру военные. Если вы решите отсюда уйти тайком, и придете к тому же логическому выводу, что и некоторые мои бежавшие лаборанты, и вознамеритесь уехать отсюда вместе с телами, то смею вас огорчить…. Это слишком банальный ход, и он уже военными изучен. Все тела проверяются, по пути сбежать нельзя. А дальше только печь крематория. Вы хотите умереть такой смертью?

Со злобой Найд про себя признал, что хирург прав. Как он будет отсюда бежать, он не подумал. Да и весь план был дурацким….

- С одной стороны ты прав, - ответил Найд, внешне оставаясь спокойным, - да и с другой стороны тоже, - закончил он, наблюдая, как доктор меняется в лице, не ожидая такого ответа.

- Подождите, а вы не тот случайно, кого все ищут?

- Понятия не имею.

- Это точно вы! Я слышал…. Слышал, что вы единственный, кто выжил после экспериментального облучения! Но как вы сбежали?

- Да не было никакого экспериментального облучения, - буркнул Найд, опуская пистолет, - и не бежал я… Ищут, говоришь….

Пал Валентиныч заметно расслабился, когда на него больше не было направлено дуло.

- Так вот оно что, - пробормотал он, прикидывая что-то в голове, - это случайно вышло… Так и знал! Остальные подопытные умирали после эксперимента!

«Подопытные!» - хмыкнул про себя Найд. Вот же та деталь, которой ему не хватало для полной ярости… Опыты над людьми. Хотя – разве не логично, что военным будет крайне интересно заполучить то, что есть у рэксов?

«М-да. Тильде бы очень понравилось…»

- Может, я смогу вам помочь? – сочувственно скривился хирург.

Найд снова рассмеялся.

- Чем?! Скажешь, что избавишь от мутации, а сам сделаешь какую-нибудь инъекцию, и я больше не проснусь? И еще скажи, что я неправ. Ты же прямо сейчас судорожно ищешь способ меня убить или усыпить. Да, второе вероятнее. Ведь тебе дадут какую-нибудь плюшку за меня…

Найд покачал головой, осознавая безвыходность своего положения. Чего он хотел добиться? Ради чего стремился сюда? Ну, узнает он, кто еще в этом замешан. Кто из больших фигур это поддерживает. Ну, даже если он чудом останется в живых – смысл? Он что, пойдет с этим пистолетом в здание правительства? Или, может, подаст против них в суд? Или что?? Что он сделает? Людей продолжат потрошить, чтобы жили эти инопланетные мрази. Некоторых счастливчиков будут силой запихивать в облучатели. Рэксы будут продолжать свою тихую экспансию… Ничего, буквально ничего не изменится! Его убьют или заберут на опыты. А если он умрет…. Что там сообщил ему архив? Он навечно останется с ними, да? Вот уж перспективка!

«Думай, Найд, думай! Не дай себя одурачить! Не соглашайся с тем, что нет другого выхода, кроме смерти!»

- Я не могу выдать тебе информацию, - глухо проговорил хирург, - у меня ведь есть семья… Я их не видел уже семь лет, но семья остается моей слабой точкой. Именно на нее они и давят, - его голос дрогнул, - и, пожалуй, я даже где-то внутри тебя понимаю. Но я вряд ли смогу тебе помочь. И не стану.

- Мне одно только интересно, - смотря доктору в глаза, спросил Найд, - как ты спокойно смотришьна себя в зеркало? Ты же понимаешь, ЧТО ты творишь? Не прикидывайся, что сидишь тут взаперти и ни о чем не знаешь. Все ты знаешь.

Говоря это, Найд медленно отходил к столу.

- Знаю, - вздохнул Пал Валентиныч, смотря себе под ноги, - но они знают, на что давить, как я уже сказал…

Найд понял, что бессмысленный разговор пора заканчивать. Хирург точно сейчас закричит. Воспользуется тем, что на него больше не смотрит дуло пистолета, заорет, сюда прибегут. Даже если Найд его успеет грохнуть, он в западне.

- Знаешь что, - Найд демонстративно положил пистолет на стол и в несколько шагов оказался рядом, - мне, честно говоря, пофиг.

С этими словами он через халат вставил иглу хирургу в бедро и нажал на поршень, выдавливая все содержимое. Тот побледнел.

- Это же… Это же…

Он не договорил и стал закатывать глаза. Найд без сожаления наблюдал.

Когда хирург откинулся на каталку, Найд сдернул с него халат с шапочкой и перетащил его на свободное место, где ранее лежал сам. Аккуратно уложил корпус, забросил ноги. Халат же надел на себя.

«Правильно ведь говорят: кто халат надел, тот и врач! - усмехнулся Найд, - Пора лечить эту гнилую систему!»

Он выбросил шапочку в угол под каталки, придирчиво оглядел свою работу и кивнул сам себе. В таком виде доктора не ожидают увидеть, поэтому, наспех заглянув в кабинет, не всякий заметит, кто именно лежит в ряду тел. Ну и славненько. Найд подошел к столу, вернул пистолет в карман и немного порылся в ящиках. К сожалению, там не было никаких записей или документов, но странный предмет, похожий на небольшую коробочку, тоже перекочевал Найду в карман. После этого Найд спешно открыл дверь и, оглядевшись, покинул кабинет.

В коридоре никого не было, тем не менее, Найду было страшно расхаживать по этажу. Ту т наверняка много персонала – по крайней мере, охраны. Поэтому Найд быстро приметил ближайшую лестницу – над ней светилась зеленая табличка «выход» и юркнул в соседний кабинет, на двери которого висела табличка «процедурная». Здесь вдоль стен стояли больничные койки. На каждой койке был пациент, и Найд сразу распознал рэксов.

«Ну, привет, друзья», - прошептал он, осторожно подходя поближе и всматриваясь в их мерзкие лица.

Они без сознания. Под наркозом или еще на каких препаратах. Да уж – не хотелось бы, чтобы они его увидели здесь. Отпечататься в сознании хотя бы одного юнита – значило, отпечататься в памяти всего архива. Навсегда. А Найд сейчас не в той ситуации, которую следует запоминать.

Каждый пациент был накрыт простыней до груди, и из-под простыни шли трубочки, подсоединенные к небольшому аппарату с множеством кнопок и рубильников. Что это такое – абсолютно непонятно. Может, эта штука и вводит их в сон… А, может, наоборот – не дает коней двинуть. Ведь это претенденты на пересадку. Стало быть, их системы органов уже имеют порядочный износ…

По плану у Найда сейчас было наведение шороха. Ему было необходимо вызвать легкую панику и неразбериху среди персонала и в общем ажиотаже смыться или хотя бы засесть где-то в менее приметном месте. Найд еще раз осторожно выглянул в коридор. По-прежнему тихо. Но камеры здесь по любому есть. Не может не быть, поэтому у него остались считанные минуты.

Недолго думая, он перевел каждый рычажок в противоположное положение на каждом из странных приборов. Раздался противный писк, а через пять секунд сработала сирена по всему корпусу. Под завывания сирены Найд выбежал из процедурной и юркнул в соседнюю дверь с обозначением уборной. Спрятался в одной из кабинок и стал выжидать.

Через минуту сирену выключили, а следом по коридору пронеслось несколько пар ног. Найд услышал какие-то возгласы, но не разобрал, что именно кричали. Ладно. Возможно, сейчас все внимание будет сосредоточено на наведении порядка и спасении пациентов, а дальше они станут искать хирурга, ну а когда найдут…

Найд предельно осторожно открыл дверь и просочился в коридор. Метнулся под зеленую табличку «выход» и принялся спускаться. Это не удалось: снизу кто-то бежал наверх. Делать было нечего: значит, и ему придется бежать в том же направлении. Пробежав четыре пролета и порядком запыхавшись, Найд остановился перед решеткой с замком. Дальше – только крыша. И лестница к ней ведет, но, видимо, от возможных беглецов ее перекрыли решеткой. Один из пролетов оказался недоступным, и свободным от решетки оказался лишь небольшой участок непосредственно перед выходом на крышу.

Найд выругался и, недолго думая, полез через перила. Держась дрожащими руками за прутья решетки, он молился, чтобы вся конструкция не отвалилась вместе с ним в лестничный «колодец». Преодолев таким образом пролет, он перелез на балкончик и перевалился через перила. Выход на крышу был свободен. Дверь была прикрыта, и Найд, не медля, вышел.

С крыши открывался неплохой вид на всю территорию, но спокойно разгуливать здесь Найд не решался. Не обязательно, конечно – но кто-то из охраны по периметру может и заметить. Военных хорошо тренируют, они и боковым зрением ползущую букашку, небось, видят… Поэтому Найд снял халат, скомкал его и оставил у выхода на крышу. Сам же, пригибаясь, добежал до выступающей лифтовой шахты и сел, прислонившись к ней спиной. Красиво. Солнце заходит, окрашивая небо в рыже-розовые тона. Еще немного подождать – и стемнеет. И надо валить. Хотя у Найда нет времени ждать, пока стемнеет. Но придется. Если повезет, и между темнотой и запланированным включением фонарей будет небольшая пауза, все получится. Если же нет – а, черт его знает! Придется разбираться по ситуации.

Найд проверил наличие пистолета в одном кармане и странной коробочки в другом. Подождал еще минут пять, восстанавливая спокойное дыхание и бодрый настрой. Все внутри него ликовало: он смог выбраться из здания! Но Найд знал: стоит только порадоваться сильнее какой-то определенной отметки – и все, жди беды. Теряется сосредоточенность. А расслабляться нельзя еще до тех пор, пока он не окажется подальше от столицы.

Наконец, солнце зашло за горизонт, и все вокруг стало потихоньку обесцвечиваться. Найд подполз к краю крыши и осторожно глянул вниз. Ползать было крайне неудобно, но стоящего в полный рост человека на крыше невозможно не заметить. Раз от этого зависит его жизнь – он будет ползать. Обследовав периметр корпуса, Найд пришел к выводу, что больше всего охранников стоит у главного входа, а также – по необъяснимой причине, с одного из торцов здания. Вероятно, там находился запасной выход или что-то вроде…

Что еще можно было понять, осмотрев территорию? Этот корпус огорожен от основных зданий НИИ и находится на удалении. Со всех четырех сторон окружен лесом и, естественно, забором. Есть ли охранники по периметру забора? Не видно. Есть ли охранники по ту сторону забора? Неизвестно…

Найд стал выбирать пути спуска. Собственно, их было два: по одной из пожарных лестниц. Одну из них Найд рассматривать не стал, так как в этом случае он оказался бы на стороне главного входа, а это самоубийство. Оставалась вторая – на противоположной стороне здания. И не торец, что тоже имело свои плюсы. Найд мысленно пожелал себе удачи и подполз к краю крыши. Свесил ноги, вытянулся, повиснув на руках, и спрыгнул на балкончик пожарной лестницы. Сразу проверил землю: пока никого.

Спускаться пришлось с определенной долей грации: металлическая лестница реагировала звуком и вибрацией на каждый шаг. Когда Найд был где-то посередине, между четвертым и третьим этажами, за здание зашел один из военных, чтобы справить нужду. Найд мысленно попросил у него прощения и ускорился. Спрыгнув слева от военного, Найд, не теряя ни секунды, четким выверенным движением схватил его за голову и резко крутанул. Тот не издал ни звука. Дрожащими руками Найд уложил военного на землю и принялся стягивать его форму. Все ж хоть какая-то маскировка…

Еле втиснувшись в черную униформу, Найд снял с пояса охранника дубинку. Оружие даже искать не стал – громко и бесполезно. Теперь оставалось драпать до забора и каким-то образом его перелезать. В этот момент по всей территории включились фонари.

«Вот тебе и везение», - посетовал Найд, прилаживая дубинку на ремень.

Но все равно придется бежать – иначе кто-нибудь заподозрит, что охранник слишком долго оправляется, и придет проверить. Найд дернул прямо перпендикулярно от здания, к забору. Главное бежать не под фонарь, хотя толку? Они все равно светили, как прожекторы. Не теряя драгоценное время, Найд с разбега подпрыгнул, ухватившись руками за край сплошного забора. Задел колючку, разрезал тыльную сторону ладони. Но что поделать… Подтянулся, кое-как, враскоряку, забрался на забор, порезав при этом на колючке всю униформу, перевалился на другую сторону и спрыгнул. Приземлился неудачно – правый голеностоп отозвался болью, но времени на передышку просто не было. На территории уже лаяли собаки.

Найд осмотрелся. Здесь не было освещено, и от того казалось, что в лесу просто кромешная темнота. И это было не очень хорошо – ведь прямо сейчас кто-то мог наблюдать его в прицел тепловизора… А Найд никого не увидит. И не узнает, есть ли кто в этой темноте. До последней секунды.

И, если кто-то прямо сейчас держит его на прицеле, то бежать, пригибаясь, бесполезно. А если нет… Тем более бесполезно. Лучше идти спокойно, не создавая лишнего шума. Найд смекнул, что ему придется обходить корпус, чтобы подобраться ближе к дороге. Ведь если он пойдет сейчас прямо, то углубится в лес. А там и заблудиться недолго.

Найд, высоко поднимая ноги, чтобы не споткнуться о коряги, повернул направо и пошел в обход. В этот момент со стороны корпуса взвыла сирена.

«Спохватились», - догадался Найд и слегка ускорился. Будет не лишним умотать из города прямо сейчас, не откладывая до утра. Утром могут развернуть поиски. А если они поймут, кого именно они упустили…

«Если я убил хирурга, то по камерам могут и не понять. Но если это простое снотворное или что-то еще, то он все расскажет…»

Найд шел больше часа. В кромешной темноте это оказалось крайне нелегко. Сирена надрывалась довольно продолжительное время, после чего ее отключили. Когда Найд почти завершил свой крюк и увидел дорогу, по которой его привезли, он скорректировал направление и пошел параллельно ей, на ходу стягивая ненужную больше униформу. Еще через пять минут по дороге пронеслось две машины.

«Вот сейчас могут начать и лес прочесывать», - испугался Найд и ускорился.

Выйдя на шоссе, он облегченно вздохнул. Еще большее облегчение принес ему его велосипед, дожидающийся его на стоянке кафе. Само кафе, разумеется, было закрыто. Найд вскочил на мотовел, завел мотор и, разрезая тишину жутким грохотом, понесся в сторону хостела. Глупо? Глупо. Шуметь сейчас очень глупо! Но все внутри Найда ликовало. Он выжил, выбрался! Да, он не добыл информацию. Да и черт с ней. День за днем подбираясь к НИИ, он и так узнал больше, чем мог предполагать. Разве этого недостаточно?

Перед хостелом Найд заглушил мотор и подъехал к дому тихо, на педалях. Сонная девушка за стойкой вытянулась в струнку, потом расслабленно пробормотала:

- А, это вы… Задержали? И не подвезли вас, да?

- Угу, дождешься от них, - буркнул Найд, вспоминая свою легенду.

Он наспех принял душ, отряхнул штанины от земли, перевязал кровоточащую руку, собрал вещи и выселился. Администраторша удивилась, но часть денег вернула, за исключением неустойки.

- Удачи, - пробормотала она, слабо улыбаясь.

Найд кивнул ей, оставил небольшие чаевые и вышел. Очень не хотелось ехать в ночи. Очень хотелось поесть, поспать… Но выхода иного просто не было. Через пару часов город могли и закрыть. Утечка секретной информации, знаете ли… Не рядовое событие.

«Но, простите, - сказал сам себе Найд, - сколько уже раз я натыкался на откровенное раздолбайство? Если бы не прорехи в системе безопасности, хрен бы я куда попал. Так что сами виноваты в своей утечке!»

Найд выезжал из столицы тайком, стараясь нигде не засветиться – особенно на главных трассах. Может, глупость. Может, никто за ним и не следит – но все же пока расслабляться рано. Найд позволил себе признать относительный успех своей вылазки лишь тогда, когда он был километрах в ста пятидесяти от города. Не в силах больше ни ехать, ни идти, он слез с велосипеда и отвез его в небольшой лесок прямо у дороги. Глаза слипались – не от усталости, а потому что нервное напряжение разом схлынуло. Тело отказывалось держаться в мобилизованном состоянии даже лишнюю минуту. Плохо соображая, что он делает, Найд выудил из рюкзака коврик, спальник, забрался чуть поглубже в лес, расстелил там все и уснул, едва принял горизонтальное положение.

***

Корнилов собрался уходить, как обычно, забрав готовые работы, но Рамис попросил его задержаться. Он понимал, что рискует. Но, учитывая, что Апани спокойно отпустили, почему бы не попробовать ему? Может, все запугивания – это лишь фикция, не подкрепленная реальными полномочиями ГРЧ? Да и вообще, если Апани тут больше нет, зачем Рамису оставаться?

- Капитан, - аккуратно начал он, вставая со своего места, - прошу вас подготовить все к моему отъезду.

Корнилов изменился в лице, но быстро сориентировался.

- Не понял?

- Я уезжаю. Мне не подходит данная работа. Планирую подать на перераспределение.

Корнилов заложил руки за спину и поднял брови.

- Вы не можете. У нас контракт.

Рамис вынул из ящика договор и шлепнул его на верстак.

- Я прочитал его двадцать раз. Во-первых, там не говорится, что я обязуюсь отработать какой-то срок. Во-вторых, он даже не подписан – стало быть, недействителен. В-третьих, уж если цепляться к формулировкам, вы держите меня в промежуточной стадии, не предоставляя официальное трудоустройство.

У Корнилова задергался глаз, и он отвел взгляд.

- Вы, конечно, умны, - проговорил он после долгого молчания, - но, пожалуй, не понимаете базовых вещей…

- Напротив. Очень понимаю. И поэтому стремлюсь вернуться к стабильной жизни простого рабочего.

- Вы не осилите неустойку.

- Где о ней речь? – Рамис притворно полистал контракт, - Не вижу.

Капитан закусил губу и покивал головой, словно соглашаясь сам с собой.

- Вы и вправду неглупы, - снова отметил он, - и все же не понимаете, чем это вам грозит.

- Увы, понимаю, - вздохнул Рамис, - также я понимаю, что большинство перераспределенных просто не читали, что подписывали. Или вообще верили на слово. И я допустил подобную слабость. Но я знаю свои права. Я имею право не оставаться на рабочем месте, если оно меня не устраивает и подавать на распределение столько, сколько будет нужно.

- Но не чаще четырех раз в год!

Рамис кивнул.

- Не чаще четырех раз в год. Вы правы. Но я не исчерпал свой лимит.

- Да вы даже не сможете…

- Послушайте, - Рамис выставил ладони перед собой, - я прекрасно понимаю ваши опасения. Можете взять с меня расписку о неразглашении. Кроме того, в моих интересах молчать о том, чем я здесь занимался. Я отработал на вас. Надеюсь, был полезен. Вы мне тоже. Но продолжаться это больше не может, и я в своем праве. Вы прекрасно знаете.

- Что ж, - капитан вздохнул с сожалением и протянул Рамису руку, - с вами было приятно работать. Надеюсь, вы одумаетесь и вернетесь. Вряд ли вас восстановят на шахте, вы же понимаете… И я не уверен, что без моего содействия вы найдете приличное место.

Рамис молчал. Ну и пусть не восстановят на шахте! И пусть. Сколько можно свое здоровье гробить? А, может, его возьмут в диспетчеры или наладчики? Мало ли еще вакансий на шахте? Да и вообще. Сменить ужасный климат Вероны на что-то более мягкое – почему бы и нет? Все равно всю жизнь перековеркали. Теперь открыты все дороги.

«А ведь с моими новыми знаниями я мог бы консультировать других беженцев», - промелькнуло в голове у Рамиса. Он бережно хранил визитку Александра и подумал, что бы тот сказал на эту затею.

- Спасибо за все, - ответил наконец на рукопожатие Рамис, - но я не вернусь. Не люблю обнадеживать. Но спасибо.

- Документы и расчет вам занесет мой помощник, - сухо отчеканил Корнилов. Тон его голоса изменился, понимая, что Рамис ему больше не будет полезен.

- Потрудитесь выехать не позднее послезавтра.

Он ушел, хлопнув дверью. Рамис еще долго сидел, не веря в свой успех. Вот так просто? Все действительно было так просто? Не-е-ет… Вряд ли. Конечно, Корнилов еще подгадит, где сможет. Но будет ли? Ведь Рамис знает кое-что, что не стоит оглашать…

Убьют ли его? А с чего, простите? Нет, нельзя списывать со счетов такую вероятность. Но Рамис все же полагал, что большая часть слухов рождалась в страхе перед ГРЧ. Еще бы! Десятилетиями эта структура рулила жизнями сотен тысяч беженцев. Понятно, почему ее реальная деятельность обросла всякого рода домыслами. Как там говорят – «у страха глаза велики»? Может, и здесь так? Тем не менее, дело сделано. Остается лишь надеяться на то, что Корнилов не окажется слишком обидчивым.

А еще – не было это просто. И хватит уже принижать свои достижения. Есть ведь огромная разница между простым разговором и его четко выверенными аргументами. А если бы Рамис ночами не сидел над кодексами? А если бы не взял консультацию у Александра? Если бы не выучил наизусть контракт? Если бы побоялся возможной расправы? Не было бы ничего! Вот так.

Рамис резко сбежал вниз по лестнице и направился к родителям.

- Собирайте вещи! Мы уезжаем! – радостно прокричал он.

***

Найд вскочил, едва первые лучи солнца пробились сквозь деревья. Сначала он не понял, где находится, и как здесь оказался, но память услужливо подгрузила события вчерашнего дня. Найд похолодел. И как ему было не страшно идти на такое? Неужели он не осознавал, насколько близко смерть прошла мимо? И только сейчас стало понятно, скольких бед он избежал. Но что делать теперь?

В рюкзаке отыскалась последняя литровка воды и остатки галет. Слишком мало для завтрака, и слишком невкусно, особенно учитывая, что Найд давно не ел как следует.

«Нет времени для пиршеств, - строго сказал сам себе Найд, - нужно оказаться как можно дальше от столицы»

С этими мыслями он собрал спальное место и взгромоздился на мотовел. Еще и бензин на исходе. Придется крутить педали до ближайшей заправки.

Но вот в чем вопрос – куда же ему ехать? Инстинкты гнали как можно дальше от столицы – в рабочие округа, но это было бы стратегически неверным решением.

«Во-первых, слежка там будь здоров, - рассуждал Найд, - во-вторых, меня банально обратно не пустят. В-третьих, там нет тех возможностей, что я открыл здесь»

Стало быть, лучше остаться в первом округе? Ну, или переместиться во второй? Инстинкты, опять-таки, вопили о необходимости забиться в угол в какой-нибудь мелкой деревушке.

«И снова неверно, - отмел эту идею Найд, - в маленькой деревушке все, как на ладони – не затеряться. А еще я не смогу там разжиться всем необходимым. Нет. Надо ехать в крупный город, но подальше от первого округа. Возможно, во второй или третий?»

Может, в тот самый Бивск, до которого он не доехал, свернув в Пологое? Может, и туда… Найд пообещал себе, что пока просто будет гнать дальше от первого округа, а по возможности и заправится, и поест, и еще раз изучит карту.

Дорога заняла почти весь день. За это время Найд сделал несколько остановок, заправлял велосипед, там же, на заправках, ел – хоть и было накладно. Деньги подходили к концу, но ведь теперь это не проблема, да? Теперь он умеет их сам зарабатывать.

К вечеру Найд достиг Бивска – своего пункта назначения, и решил остаться здесь. Городок был унылый, словно весь состоящий из окраинных районов столицы. Длинные пятиэтажки соседствовали с убогими бараками и пошарпанными магазинчиками. Найд незамедлительно отправился на рынок и завернул в отдел техники. Еще на заправке, вращая в руках странную коробочку из НИИ, он понял, что это какое-то устройство. Кнопок не было, зато был пустой разъем.

«Может, диктофон или датчик какой», - предположил Найд.

Теперь предстояло это как-то выяснить. Найду очень хотелось верить, что он забрал из кабинета нечто стратегически важное. С другой стороны – важное и секретное не будет вот так запросто храниться в процедурной. Но был лишь один способ это выяснить. И Найд надеялся, что на рынке ему помогут.

Он зашел в ближайшую палатку, но обнаружил там лишь бытовую технику. Не то… Зашел в следующую – вывеска обещала детали для компьютеров. К нему сразу подошел продавец, на ходу поднимая окуляр перед правым глазом.

- Ремонтом занимаетесь? – понимающе кивнул Найд.

- Угу. Вообще-то я закрываться шел.

- Не сочтите за труд? – Найд протянул продавцу коробочку, - мне провод нужен или что-то такое. Надо включить.

- Ты хоть знаешь, что это? – хмыкнул тот.

- Не-а.

- А взял откуда?

- Нашел.

- Хм…

Продавец отошел к полкам, немного покопался в ящичках и выудил оттуда провод. Один его конец идеально подошел к коробочке, а вот второй…

- А куда его ставить-то? Где вилка?

Продавец расхохотался.

- Эх, темнота! В компьютер это надо ставить! Это жесткий диск, понимаешь?

Найд мотнул головой. То, что этот диск жесткий – это прощупывается. А почему диск, если коробка квадратная?!

Продавец, навеселившись вдоволь, стал терять терпение.

- Так, давай деньги и уходи. Как придут незнающие, так и объясняй им все! Я что, консультант? Сам нашел, сам и разбирайся! А я закрываюсь. У меня еще очередь на ремонты!

Найд молча выложил на прилавок несколько модов. Продавец смягчился.

- Жесткий диск – это устройство для записи данных. Что там внутри, ты сможешь понять только после открытия. Иди в центр услуг, бери почасовое пользование компьютером. Вот этот конец шнура вставляешь в системный блок, найдешь подходящую дырку. Откроешь. Обычно никакие дополнительные программы не требуются. И сиди, читай или смотри. Что у тебя там, откуда я знаю! Может и пустой оказаться.

- Понял, спасибо, - кивнул Найд и сгреб с прилавка диск со вставленным шнуром.

- Давай, давай, выметайся, - вместо прощания услышал он в ответ.

Найд выехал за пределы рынка, остановился в безопасном месте и стал озираться. И где этот центр услуг?.. Не попросят ли его предъявить документы? Впрочем, выхода иного не было, и он, расспросив прохожих, направился прямо туда. Документы не потребовались, зато карманы опустошились прилично. Такими темпами через пару дней еду будет купить не на что. Придется снова наниматься…

- Мы через час десять закрываемся, - предупредила женщина за стойкой.

Она же проводила Найда до рабочего места. Один из компьютеров был занят, два свободны. Найд сел через рабочее место от девушки, часто-часто стучавшей по клавиатуре пальчиками.

- Принтер платный, - предупредила Найда женщина, - надо будет – подойдешь, количество страниц назовешь, оплатишь, выдам тебе бумагу. Ясно?

- Ясно, - вздохнул Найд и сел за стол. Изучил все, что было перед глазами. Нечасто ему доводилось работать за такой техникой, если не сказать – пару раз в жизни. Что ж… Придется в спешном порядке осваивать – ничего не поделаешь. Он вздохнул и нажал кнопочку включения. Загорелся экран, пополз бегунок загрузки. Пока компьютер раскочегаривался, Найд украдкой достал жесткий диск и держал его наготове.

- Тоже документы надо напечатать, да? – обворожительно улыбнулась девушка за крайним компьютером.

- Ага, - улыбнулся ей Найд, про себя замечая, что повышенное внимание сейчас ему ни к чему.

И вообще, будет крайне неудобно смотреть что-то секретное, ведь любой человек может подкрасться незаметно сзади, встать и читать вместе с ним.

«А с чего я вообще решил, что там будет что-то секретное?»

Справедливый вопрос.

«Вероятно, это хоть как-то компенсирует мою глупую вылазку!» - усмехнулся про себя Найд.

Наконец, система загрузилась, и Найд вставил шнур в разъем. Компьютер сразу предложил открыть устройство. Найд осторожно подтвердил. Сердце его забилось чаще, когда он увидел не пустой экран. От волнения в глазах потемнело, и Найду пришлось сначала успокоиться, а потом читать. Всего на диске было пять папок, и шли они в алфавитном порядке. Первая называлась «Анализы и наблюдения». С нее Найд и решил начать.

Папка содержала внутри еще несколько папок: «2070 год», «2069 год», «2068 год» и так далее, а также папку «Наблюдения». Полазив по годам, Найд мысленно присвистнул. Он ничего не понял из содержащихся там документов, но по специальной терминологии было понятно, что это медицинские исследования. Анализы крови, ЭКГ, что-то еще… Найд закрыл папку и перешел к другой – здесь эти данные ему все равно ни о чем не скажут.

Еще на диске имелись папки «Протоколы», «Учет», «Данные» и «Заметки».

Найд прокликал их в таком порядке. В «Протоколах» хранились таблицы с детальным описанием медицинских процедур. Занятно. Было учтено все до малейшего чиха. Особенно интересно было почитать – когда, кому что пересаживали. Как органы приживались, и так далее, и тому подобное. Были тут и данные экспериментов – но весьма скудные. В папке «Учет» велся учет – расходников, препаратов, оборудования….

Открыв папку «Данные», Найд присвистнул и украдкой огляделся. Убедившись, что никто не стоит сзади, он пробежался глазами по документу. Здесь были имена и фамилии, адреса, названия организаций… Правда, напротив некоторых данных стояли знаки вопроса. Выглядело все так, словно эти данные были не подтверждены.

Ну и последняя папка «Заметки» - явила Найду нескончаемый поток мыслей дотошного хирурга. То, что это писал хирург, сомнения не было. То, что он был дотошный – тоже. С удивительной скрупулезностью он описывал свои ошибки и достижения, сомнения и странные ситуации. Почему не вел рукописный дневник? Неизвестно. Возможно, такая вещь привлекала больше внимания… А, может, у него были какие-то особые планы на это устройство…

Найд откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. Без сомнения – ему в руки попала личная вещь хирурга. И он мог только мысленно поблагодарить доктора за то, что тот с таким отчаянным рвением записывал каждый свой шаг на работе. Вот бы прочитать это все…

Девушка за соседним столом стала собираться. Найд глянул на часы – скоро и его выгонят. Не дожидаясь крайнего времени, он выдернул диск из разъема, сходил до администратора, оплатил печать и вернулся. Наблюдая, как принтер выплевывает бумагу на все его деньги, Найд ликовал. Он все прочитает. Каждую закорючку.

Вышел из центра услуг с толстой папкой и порядком обедневший. Жаль, он просидел здесь до позднего часа, и ночлег найти, вероятно, не удастся. Впрочем, и не нужно. Найд решил, что посвятит всю ночь изучению добытых материалов – заодно и деньги сэкономит, хватит хоть на скудный завтрак. Погода все еще стояла теплая, поэтому он спокойно разместился на лавочке под фонарем, набросил на плечи найденную в рюкзаке легкую куртку Дина и принялся читать. Параллельно отслеживал возможные патрули, поэтому рюкзак держал надетым – если придется быстро драпать. Велосипед также стоял в полной боевой готовности.

Время шло, Найд увлеченно читал. Прочитав половину заметок, он поймал себя на легком разочаровании. Хотелось увидеть здесь что-то ТАКОЕ…

«Зажрался ты, - прошептал он, бегло просматривая следующие несколько страниц, - он же не военный, он просто врач. Считай, это его собственное расследование. А что ты хотел? У тебя даже есть фамилии потенциально причастных – и черт знает, откуда он это выяснил!»

Фамилии и названия предприятий были Найду незнакомы. Впрочем, наверняка найдутся те, кого эта информация могла бы заинтересовать. Но ее пока придется отложить. Также Найд отложил подробные исследования, потому что ни черта в этих цифрах и показателях не понял. Тем не менее, ценность конкретно этой информации была колоссальная.

«Что, если… Что если устроить нечто грандиозное, поняв, на какие вещества рэксы реагируют плохо, и каким-нибудь образом организовать подмену их обычных препаратов?»

План выглядел заманчиво. Но тоже не сейчас… Не с его ресурсами.

Тогда Найд перешел на чтение заметок хирурга. По большей части это были личные переживания: о совести, о будущем, о семье… Описаны пара побегов подчиненных – как успешные, так и не очень. Усталость, выгорание, отсутствие смысла и желания жить – пожалуй, доктор держался только за счет мысли, что где-то там у него осталась семья, и его заработанные деньги идут на ее содержание. Встречи с семьей ему организовывали – хоть они и были редки. Но что такое разговор в тесном кабинете под камерами против нормального живого общения? Конечно, врач сходил с ума. Конечно, помышлял о самоубийстве. Останавливало, опять же, наличие семьи.

Найд отвлекся от чтения и потер уставшие глаза. На горизонте обозначилась светлая полоска, говорившая о скором рассвете. Грустно это все, да… С одной стороны, он мог понять чувства хирурга, с другой же… он сам предлагал и сам же воплощал бесчеловечные идеи. Найд прекрасно помнил, что Тильда ему рассказывала. Такое не прощают. Но – да. Однозначно сказать, что Пал Валентиныч отвратительный человек, тоже было нельзя. Подневольный, грамотно запуганный – да. Но он не был конченой мразью.

Покряхтев, Найд встал со скамейки и принялся разминать затекшие конечности. Ночь без сна давала о себе знать: подташнивало, голова кружилась, дышать отчего-то было тяжело. Он отхлебнул воды из бутылки, с горечью отметив, что и вода кончается. Стало быть, первым делом придется обзавестись провизией.

Найд еще немного посидел на лавочке, подождав, пока на улице появятся первые прохожие. У них же он выяснил, где в городе можно задешево позавтракать. Ссылаясь на слишком ранний час, ему рекомендовали единственную столовую, которая открывалась с семи утра. Столовая – звучало бюджетно, поэтому Найд незамедлительно туда направился.

Несмотря на раннее утро, столовая была забита под завязку, и Найду пришлось подождать, пока освободится столик. На завтрак здесь предлагали три вида каши: манную овсяную и рисовую. Также можно было взять блинчики или творожную запеканку. Найд пересчитал деньги: оставалось двадцать три мода. Да, он сам себя обманул, сказав, что денег нет – но это было намеренно. Двадцать модов ни в коем случае нельзя было тратить. Они были необходимы для реализации плана, внезапно вспыхнувшего в его голове. План был абсурдный, как и все предыдущие, но иного решения Найд не видел.

Поэтому он выбрал наиболее калорийные блюда, которые дали бы сытость надолго: запеканку и тарелку овсянки. Скрепя сердце добавил кофеек, хоть завтрак по прайсу уже вышел как «расширенный». Приметив в углу помещения кулер с холодной питьевой водой, Найд отказался от покупки воды в бутылке. Если ему не дадут по шапке за наглость, он наполнит водой все имеющиеся у него пустые баклахи. Не зря же он их не выкидывал!?

Пока Найд выбирал и расплачивался, столовая заметно опустела: видимо, все, кто набились сюда для раннего завтрака, разбрелись по рабочим местам. Найд спокойно занял столик в углу зала. Смахнул рукавом на пол крошки, поставил поднос с едой. С наслаждением скинул рюкзак и растер ноющие плечи. С не меньшим наслаждением принялся цедить сладкий кофе со сливками. Обычно он такой не пил, но сегодня организм потребовал… Видимо, сказались сильные затраты энергии.

Поев, Найд отнес поднос к мойке, шугаясь, набрал воды в одну из бутылок и вернулся за столик. Хорошее место: тихо, людей нет, никто его не гонит. Вода и туалет – рукой подать. Стулья, правда, неудобные – но после ночей на лавочках и на голой земле он растерял последние претензии на комфорт. Приходилось, конечно, в туалет брать с собой весь скарб, оставляя лишь куртку на спинке стула – мол, занято. Но бросить ценные вещи в зале – верх глупости. Пистолет и жесткий диск по-прежнему лежали в глубоких карманах комбеза.

Частично приведя себя в порядок в туалете, Найд вернулся за стол. У него оставалась еще треть недочитанных материалов. Чем он и занялся. Очнулся от того, что кто-то трясет его за плечо.

- Вам плохо? Эй!

Это была уборщица. Найд поднял на нее заспанные глаза и переполошился, не сразу поняв, что произошло, и который теперь час. Он быстро проверил карманы и наличие рюкзака, сгреб в стопку разложенные по столу листы и глянул на настенные часы. Одиннадцать. Только убедившись, что ничего не украдено, он кивнул уборщице.

- Все в порядке. Я после ночной… Извините.

- Ничего, ничего, - улыбнулась она, хлопая его по спине. Ее совершенно не интересовало содержание листов, - Я просто думала, вам плохо, вот и подошла. Вдруг скорую вызвать.

Найд помотал головой.

- Я посижу тут? Можно?

- Сидите, кто ж вас гонит!

Через некоторое время она вернулась – уже без перчаток, и поставила перед Найдом кружку дымящегося кофе.

- Это вам, из моего личного запаса. Для бодрости, - уборщица улыбнулась.

Найд искренне поблагодарил ее и снова увлекся чтением заметок. Когда все было прочитано до конца, план заиграл новыми красками. Да. Именно это он и должен сделать.

Было, конечно, обидно, что в его руках нет достаточного количества ресурсов. Вот если бы у него были люди, склад оружия, деньги… Связи, наконец… Но ничего этого не было. Он все еще простой работяга – кроме того, находящийся в розыске.

Еще раз поблагодарив добрую уборщицу, Найд собрал вещи и отправился на рынок. И снова его интересовали палатки с электроникой. Намеренно выбрав самую неприметную, Найд нырнул в полумрак помещения. Это было довольно узкое пространство с полками во всю длину стен. Здесь продавали и телефоны, и музыкальные проигрывали, и радио… Смуглый сухощавый мужчина, которого Найд даже не сразу заметил, встал из-за прилавка и подошел к нему.

- Что желаете?

- Мне бы рацию… Или радио, - запинаясь, начал Найд. Он и сам толком не знал, что ему нужно.

- Так рацию или радио? – прищурился продавец.

- Мне надо кое-что в эфир передать, - со вздохом признался Найд.

- Ага. Значит, рация. Вот, смотрите, - мужик обвел рукой целую секцию, - всякие разные есть. Диапазон частот….

- А кто меня услышит? По этой рации-то?

Продавец скривился, понимая, что перед ним дилетант.

- Ну, кто рацию на ваш диапазон настроит, тот и услышит. Если вам надо с кем-то переговариваться, берите рации на всех.

- Это не подходит, - покачал Найд головой, - я хочу, чтобы люди по радио меня могли услышать.

- Э-э! – крякнул продавец, и его глаза отчего-то заблестели, - это уже перехват волны. Тебе не рация нужна, а вот такая шкукенция!

С этими словами он продемонстрировал довольно увесистый прибор, размером чуть меньше обувной коробки. Прибор был утыкан кнопкам, имел выдвижную антенну и какую-то трубку, вроде телефонной, только укороченную.

Найд недоверчиво покосился на сей агрегат.

- Двадцать семь модов! – радостно заявил продавец.

- Двадцать.

- Грабеж. Двадвать пять.

- Двадцать три.

Денег все равно было недостаточно, но Найд сдаваться не собирался. Этот не продаст, так продаст другой. А тут можно разузнать информацию…

- Ну и что мне с ним делать? – Найд взял в руки устройство и охнул: не ожидал, что оно окажется таким тяжелым для своего размера.

- Как что? – удивился продавец, - Ты передатчик искал? Ты. Наверное, знаешь, что с ним делать? А я тут при чем? Мое дело продать, - тараторил он.

Найд поскреб бороду. Похоже, это реально то, что ему нужно. Но без емкой и четкой инструкции этот ящик бесполезен.

Он жестом остановил болтовню продавца, сам сходил до двери, закрыл ее изнутри на щеколду и вывесил табличку «закрыто». После чего предложил обмен с доплатой, и мужик не смог удержаться от столь соблазнительного предложения. Найд получает передатчик и короткий инструктаж, а продавец – последние двадцать модов и пистолет – тот самый, который был снят с бандита.

- Э, - покачал головой мужик, привередничая, - ты, небось, украл пистолет! А мне потом проблемы.

- Очнись, - жестко прервал его разгон Найд, - какие проблемы? А вот ты передатчик явно свистнул.

Он продемонстрировал выведенный на дне прибора белый цифровой код.

- Вот это знаешь что? Да, конечно, знаешь! Это метка. Прибор был на учете. У кого? У военных? У кого ты его скоммуниздил?

- Ладно, будет, - отмахнулся мужик, - хватит выяснять. Согласен на сделку. Только смотри, чтобы даже заикнуться не смел, что я тебе что-то подсказал!

- Угу…

Через час Найд уже мчал к заброшенной водонапорной башне – продавец советовал подняться на высоту. Ну, как мчал – ожесточенно крутил педали. Бензин в баке кончился, а все моды до последнего ушли на покупку передатчика. Найд старался успеть до захода солнца. И нет, не потому что стемнеет. А потому что вечер – как раз то самое время, когда уставший рабочий приходит домой и включает радио, чтобы расслабиться, послушать музыку или новостную передачу…

Наконец, на небольшом удалении от города, показалась водонапорная башня. Она уже не функционировала, и никто ее не охранял – именно поэтому продавец посоветовал Найду именно эту вышку. Найд слез с велосипеда и на трясущихся от нагрузки ногах подошел к подножию башни. Выглядела она как резервуар на более тонком цилиндрическом основании. Сбоку шла простая металлическая лестница. Вздохнув, Найд оценил высоту, на которую ему придется подняться, и, не теряя ни минуты, потащил свое тело со всеми вещами наверх.

Через несколько минут, сопя и отдуваясь, он уже располагался на верхней площадке. Высота здесь была не более тридцати метров, но смотреть вниз все равно было страшно.

«Что ж, начнем», - скомандовал Найд вслух и принялся крутить рукоятки передатчика, как научил его мужик.

Сначала он поймал волну для перехвата. Передатчик выдал жуткий треск, потом же в эфир прорезался поставленный мужской голос, докладывающий о последних событиях. Найд не решился занимать основную частоту и покрутил рукоятку дальше. Вот тут – он будет вещать между станциями. Тем больше шансов провисеть в эфире подольше. Перехват новостной частоты заметят сразу…

Найд откашлялся и начал. Никогда прежде он не произносил речей. Да и вообще – он не был до конца уверен, что его хоть кто-то слушает. Или слышит. Удалось ли выйти в эфир? Найд не знал, но все равно нажал на зеленую кнопку и снял трубку.

«Здравствуйте, уважаемые граждане нашей страны! – начал он, дивясь, насколько высокопарно вышло, - Здравствуйте, уважаемые не-граждане нашей страны! Добрый вечер всем, особенно – рабочим городкам, особенно – Вероне…»

***

Рамис слонялся без дела по мастерской. Чувство близких перемен отзывалось странной пустотой в желудке. Что будет? Куда они поедут? Хотя, кого он обманывал – Рамису было не так уж и страшно от этой неизвестности. Он был счастлив. По-настоящему счастлив, как не мог быть в Вероне, когда его жизнь казалась такой спокойной и предсказуемой.

Они уже собрали вещи. Завтра утром – отъезд. Единственное, что омрачало радость Рамиса – от Апани пока не было вестей. А ведь она обещала позвонить… Что ж, может быть, просто замоталась…

Не в силах сидеть без дела, Рамис потянулся к новенькому радио, которое он не включал ни разу за время пребывания здесь. Хотелось полностью ощутить вкус свободы – например, послушать новости или юмористическую передачу – как обычный гражданин. Да… Представить, что он только-только вернулся домой с официальной работы. Что он живет здесь. Что ему платят модами…

Рамис покрутил ручку в поиске радиостанции. Музыка. Не нравится, слишком бодрая для вечера. Новости… Пожалуй, нет. Помехи. Опять помехи.

«…а также оказались замешаны в ужасном и кровавом эксперименте, повлекшим за собой кучу смертей…»

Рамис прислушался. Больно знакомые нотки… Даже с перебоями…

«Найд!»

Он подскочил от неожиданности. Сделать бы громче, но не стал, боясь повертеть не ту ручку и сбиться с нужной частоты.

«Возможно, вам покажется странной эта история, но я посчитал, что каждый живущий здесь имеет право знать. Слушайте очень внимательно. Шел сороковой год. Наша страна была на грани военного провала. Правительство никак не могло этого допустить. Одновременно с этими событиями к нам прибыли существа из другой цивилизации. Кхм… Боже, как это неправдоподобно звучит!.. Ну, ладно… Их мир был более непригоден для жизни, и они искали убежище. Наша страна согласилась их приютить. Существа эти были ловчее и быстрее людей, но, главное – они обладали коллективным разумом, что не могло не заинтересовать наших военных. И они пошли с ними на сделку. В результате данные существа оказались в нашей армии, а также вошли в состав особого секретного частного подразделения. Мы выиграли войну. Они помогли. Теперь была наша очередь держать слово. Так как существа не могли самостоятельно размножаться, военные основали особое отделение на базе научно-исследовательского института радикальной медицины. Наши ученые разработали технологию. Верона, ты слышишь меня? Именно там, в системе пещер, расположенных прямо под городом, была создана целая база для этих существ. А еще! Верона – ты помнишь недавние нападения? Это и были те существа, точнее – их первая стадия развития. Это существа с двойным циклом жизни…»

Было слышно, как по ту сторону эфира диктор сделал пару глотков воды – видимо, пересохло в горле. Рамис, не отрываясь, следил за приемником, как будто бы Найд мог выпрыгнуть оттуда в любую секунду.

«Знаю, что я рассказываю очень сумбурно. Знаю. Но я через многое прошел, чтобы добыть эти сведения, и я боюсь, что эфир прервут в любой момент. Поэтому я тороплюсь. Так или иначе - вы должны знать, кто вас убивает. Рабочие городки! Регулярные похищения людей – знаете, что это такое? Так знайте. Эти существа, точнее, их вторая стадия жизни, имеет схожее с нами строение. Однако их органы отказывают в нашей атмосфере. Тогда в названном мною НИИ придумали пересаживать им донорские органы. Он нас! От вас! От ваших друзей и родных! Вот что происходит на самом деле в этой стране…»

Рамис принялся тереть виски. Кажется, он начинает понимать, почему Найд исчез так внезапно…

«Мне пора заканчивать, но я не рассказал и десятой доли того, что собирался вам рассказать. Знайте, что существа называются рэксы – это аббревиатура. Радикальный Эксперимент по Контролированию Ситуации. Теперь вы понимаете, за кого вас держат? Теперь понимаете, почему пропавшие исчезали без вести? Они никогда не найдутся. Ладно, - было слышно еще несколько глотков и хриплое дыхание, - на сегодня хватит. Запишите или запомните эти фамилии… Командующий особым подразделением армии – В.И. Ладов, майор полиции – П.С. Демченко….»

Помехи. Чертовы помехи! Рамис подскочил к приемнику и покрутил ручку, но больше Найда не было слышно. Одно из двух – или его заглушили, или его поймали…

Телефонный звонок. Рамис дернулся.

- Апани! Апани дозвонилась! – крикнула снизу мать.

Рамис сбежал по лестнице и дрожащими руками схватил трубку.

- Апани! Жива, здорова? Слушай, - не давая ей вставить и слово затараторил он, - ты в гостинице? Ага, отлично. Никуда не уезжай. Мы завтра приедем. Да-да, знаю, ты не хотела быть обузой, и я тебя держать силой не буду. Просто… мне тоже надо подать на распределение, и, не кажется ли тебе, что мы могли бы поддержать друг друга, оградить от ошибок? А потом, захочешь – уедешь. Ладно? Чудненько. И да. Найд жив! Я его сейчас слышал! Правда, не знаю, хорошо ли это теперь, после того, что он вытворил… Я расскажу…

***

Найд в полной темноте спускался с башни. Да, его заглушили – но разве это проблема? Он успел сказать самое важное. Он успел передать суть и посеять хотя бы в нескольких головах сомнение, а в парочке учреждений – настоящую панику. Он смог…

Он покатил велосипед рядом с собой. Сил жать на педали не было – ну и ладно. Сейчас Найд был ужасно горд собой. Он бежал из тюрьмы, он много раз выживал, он попал в столицу! Он пробрался в секретный корпус НИИ. Он собрал такие важные сведения! Он вернулся оттуда невредимым – если не считать порезанной руки и вывиха лодыжки. А, и конечно! Этот голос архива в голове – он затих. Может, на время, а может, и навсегда – но Найд смог дать отпор коллективному разуму. Да, он, скорее всего, никогда не избавится от мутации – так и что же? Задумай он что-то большее – имея на руках ценнейшие сведения от доктора и доступ к базе данных рэксов… О-о! Он сможет навести шороху, если захочет! Если захочет….

А захочет ли он? Найд прислушался к себе. Пока не понятно. Он сделал главное - он поселил в умах людей идею, он дал им информацию. И теперь может запуститься необратимый процесс. Да, он многое еще не сказал. Ну, ничего. Возможно, он повторит свой выход в эфир и получше подготовится. Но какая разница прямо сейчас? Он сорвал покровы с того, что долгие тридцать лет оставалось в тайне. Возможно, он где-то не дожал. Возможно, где-то он был неправ. И – не усни он на работе в тот день… Ничего бы не было. Но хотел бы Найд вернуть все обратно?

Найд покачал головой, улыбаясь. Нет – ни за что на свете…

Куда он пойдет? А, черт его знает! Для начала подзаработает. Отожрется, отоспится. Может, разыщет Рамиса, Апани… Сложностей впереди – вагон и маленькая тележка. Только теперь этот страх больше не имел над ним никакой власти.

Конец