Вернуть Боярство 4

Глава 1

Вопреки расхожему среди обывателей мнению, большинство монстров весьма скверно видит в темноте. Да, не все, но большая часть точно уступает в этом плане человеку. А потому наша вылазка началась ночью, а не днем, как планировалось прежде. План пришлось скорректировать - ведь теперь три ударных кулак, высадившихся на противоположный берег, были не жертвенным мясом и приманкой для монстров.

Сегодня днём три ударные бригады, имеющие в качестве ядра по одному полку регулярных сил Имперской Стражи и пять-семь вольных отрядов, перешли по наведенным магами переправам и начали устанавливать полевые лагеря. Укрепленные, подчеркиваю, лагеря.

В каждом полку был взвод магов-инженеров. Специально для таких целей - чародеи, чьей основной специализацией было чародейство стихия Земли. Полтора десятка Адептов не теряя времени размягчали землю, которую солдаты, накачанные алхимией, шустро вскапывали, укрепляли и придавали правильную форму земляным валам, делая их с наружной стороны отвесными, зачаровывали доски сторожевых и дозорных вышек, устанавливали ловушки - в общем, трудились в поте лица весь день. И благодаря их усилиям две из трёх шеститысячных бригад к вечеру сумели достаточно надёжно окопаться.

Весь день и монстры, и их рогатые хозяева предпринимали вялые попытки помешать нашим бойцам. Первая волна чудовищ, сплошь из низкоранговых тварей, пошла в атаку сразу, как первые бойцы ступили на противоположный берег. Мой вольный отряд тоже участвовал в операции, и я с удовольствием наблюдал за действиями своих людей. Да, инструктора Рода Шуйских ели свой хлеб совсем не зря...

Здоровенные щиты первых рядов с лязгом соединились в единую стену, из-за которой вперед через специальные отверстия выдвинулся частокол крепких, оббитых зачарованным металлом копий. Задние ряды дружно вскинули винтовки - и свинцовый дождь выкосил передние ряды атакующих чудовищ. Затем ещё, ещё и ещё...

До щитоносцев добралось меньше половины чудовищ. А те, что добрались, разбились подобно волне, столкнувшейся с каменным утёсом, и разбились. Полетели заклятия, разрубая, сжигая, замораживая и пронзая самых крупных и опасных тварей, у которых был шанс поколебать строй, и я довольно улыбнулся. Полтора месяца на моих Родовых землях и две с небольшим недели в походе десять Адептов из дружины Шуйских не слезали с моих ребят, заставляя их выть от усталости и ворчать от недовольства (но так, что бы грозные инструктора не слышали, а то могли и нос на бок свернуть за подобное своеволие), и вот теперь эти усилия окупились сторицей. Монстры просто были неспособны нанести моим бойцам хоть какой-то вред и гибли десятками, а то и сотнями.

У остальных дела шли похуже. Нет, какая-то выучка у народа конечно была, но... Если бойцы Имперской Стражи, будучи регулярной армией, и демонстрировали неплохую выучку, которая месяц назад была бы примером для подражание среди моих бойцов, то вот вольные отряды смотрелись совсем уж не очень.

Стражи были хуже вооружены, чем мои бойцы, имели менее качественные алхимические препараты и уступали слаженность - всё же в реальном бою многие из рядовых были впервые. Первый, самый страшный удар рогачей выкосил огромное количество хорошей, закаленной пехоты в силах защитников Фронтира, и спешно набранные вчерашние крестьяне, несмотря на все потраченные на их тренировки силы, были неспособны сравниться с ветеранами. Одни робели при виде толпы чудовищ, другие допускали мелкие ошибки... В общем, полк лишился около полусотни бойцов в тот день.

Но зато с магами у них было даже лучше, чем у меня. Шестьдесят Адептов и четыре Мастера на полк плюс Младший Магистр - сила весьма серьёзная, и одним своим наличием они компенсировали все перечисленные выше недостатки. Это не два моих недоучки в лице Алтынай и Приходько, н-да... Есть к чему стремиться, в общем.

А вот у вольных не было ни выучки с экипировкой моих бойцов, ни такого огромного количества сильных боевых чародеев. Да и откуда бы? Вольные отряды в обычное время занимались охотой на монстров и добычей ценных трав и плодов в лесу, этим и зарабатывая. Низшая ниша - подбирали крошки со стола аристократов, по сути, добывая то, на что им было жаль тратить собственных усилий. Обычные, по сути, охотники, из магов Подмастерья да Ученики, во главе, как правило, Адепты - для обычных времен этого было достаточно, но для большой войны...

Их едва не опрокинули обратно в реку. Пришлось перебрасывать магов полка, что выправить положение. Толпа, вооруженная неплохими ружьями, откровенно дрянной броней и едва держащаяся неровной шеренгой, дрогнула, когда до них добрались волки, рассыпаясь на небольшие, но многочисленные островки сопротивления - как правило, вокруг магов. Но слава богам и демонам, тут тоже справились.

А дальше бойцы прошли вперед, расчистили место под будущий лагерь и работа закипела. По нашему лагерю попыталась отработать своеобразная артиллерия крепости - длинные, с виду каменные трубы на передвижных платформах стреляли каменными ядрами абсолютно бесшумно. Били недурно, но к счастью расчет оказался верен - до будущего аванпоста людей на этом берегу реки не доставали.

Из леса периодически вырывались твари, пытаясь помешать работающим людям, но всё было безрезультатно. И казалось бы, вот и всё, полный успех, но...

Крепостные батареи действительно не доставали до нас. Как и до ещё одного лагеря в другой части реки, но вот третий...

Когда солнце начало клониться к закату, крепостные батареи заработали вновь. И третий, оказавшийся ближайшим лагерь Имперской Стражи накрыло шквалом снарядов. Архимаг, Старшие и Младшие Магистры сплоховали. Пристрелка из крепости показала, что не добивают вражеские орудия и до нас, и до прочих лагерей - но оказалось, что нас провели...

Враги понимали, что больше одного, максимум двух полноценных залпов им сделать не дадут. А потому в лагерь, в котором только начинали готовиться к отдыху усталые бойцы, полетели зачарованные снаряды вместо обычных.

Сиреневое пламя взметнулось, захлестывая не успевших ничего понять людей, и берег наполнился криками тысяч горящих заживо людей - этот удар был сопоставим с парой-тройкой заклятий уровня Архимага. По восприятию словно наждачкой прошлись - эманации чуждой, непонятной магии разнеслись по всей округе, и каждый маг в радиусе нескольких десятков километров ощутил злые, инородные этому миру чары.

Второй залп сжег всё, до чего не дотянулся первый, третий же столкнулся с защитной пеленой, наконец воздвигнутой старшими чародеями. Но было уже поздно... Выжили лишь некоторые Адепты, что находились по самым краям от очагов поражения, да двое из Мастеров, что успели защититься - враги знали, куда бить. Младший Магистр, командовавший полком, погиб. Как и два из четырёх комбатов-Мастеров - расслабились, уверовав что им уже ничего не грозит, и не сумели спасти свою жизнь. Хотя говорят, что по палатке полковника снаряды прилетели столь кучно, что у него в любом случае не было шансов выжить.

Но два лагеря встали. Артиллерия на нашем берегу была готова, а разъяренный такими потерями Архимаг, после того как дважды засадил по крепости чарами и полюбовался бледноватым мерцанием защитного барьера, удержавшего оба удара, был зол, решителен и настроен на реванш.

И вот сейчас я и четверо Младших Магистров, среди которых был и мой противник по поединку, осторожно, не применяя никаких чар, переплывали речку в двадцати пяти километрах от наших позиций. Наша роль была проста - забрести как можно глубже, активировать амулет и драпать по направлению к нашим позициям. Враги ждут подвоха со стороны основного лагеря или тех двух, в которых сейчас находятся наши бойцы, и сосредоточили все свое внимание именно там, чем мы и воспользуемся.

Доспехи были на нас. Тяжелое железо могло утянуть на дно и погубить обычного смертного, но не чародеев нашего уровня, способных перебраться на другой берег реки просто пройдя по дну. Собственно, так мы и сделали - сотворили вокруг голов воздушные пузыри и просто прошли по илистому дну, используя минимум чар. Лучше потерпеть некоторое неудобство, но прибыть на враждебную территорию во всеоружии, чем явиться в леса, полные монстров и врагов налегке.

От берега до ближайших деревьев пришлось ползти пару сотен метров. Я взял на себя управление магией звука, что бы нас никто не услышал, Святослав, тот самый чародей, с которым мне пришлось сражаться, взялся за маскировочные чары, а Олег обязался скрыть наш запах. Никита и Андрей ничего на себя не брали - но они, случись чего, будут нашим основным шансом на выживании. Эти два суровых полковника Имперской Стражи были признанными специалистами в защитных чарах один и один из главных целителей корпуса второй.

В самом лесу, едва мы миновали первые деревья и замерли, Олег вскинул ладонь и мы замерли. Встав на корточки, чародей принюхался к чему-то, затем сделал несколько пассов и я ощутил слабую волну чар, что прокатилась вперед и в стороны. Сенсорная магия, надо же. Командир разведчиков в прошлом, не иначе.

- В двух сотнях шагов, на сосне, две белки, - шепотом сообщил он. - В них чувствуется энергия Разлома, так что их нужно незаметно либо убрать, либо обойти. В трёх сотнях шагов какой-то одиночный волк, по-моему поохотился и сейчас жрет... Да, точно жрет, - кивнул себе Олег, ещё раз принюхавшись. - Больше никого в радиусе километра.

- Ты по человечески сказать можешь - двигаться вперед или ждать, пока ты разберешься? - чуть раздраженно спросил Андрей. - Мне не улыбается всю ночь ползать по этому треклятому лесу, особенно ночью! Я целитель, а не разведчик!

- Ты старый нытик, а не целитель, - фыркнул Никита. - Как тебя вообще из твоего шатра с сестричками милосердия выдернули?

- Попрошу без намеков! - с достоинством ответил лекарь. - Они все - монахини, и мирские страсти им чужды! И все твои гнусные намёки не имеют под собой ни малейшего основания!

Вот тут уже на мужика с недоверием посмотрела вся остальная четвёрка, включая меня. Мол, ты, дядя, конечно, ври, да не завирайся, пожалуйста. Нет, в массе своей монашки действительно были особами целомудренными, но во первых - там было не мало сестер милосердия, не принявших постриг, в том числе и симпатичные крестьянки, занимавшиеся самой грязной работой, во вторых - даже я был в курсе, что Андрей Покерманов был изрядным бабником. Благо, маги народ крепкий, а маги-целители ещё крепче. Здоровья Младшему Магистру на амурные дела и в сто лет будет не занимать.

- Нет, ну разные эксцессы и мелкие адюльтеры случатся, конечно, не без того, - смутился он под нашими взглядами. - Но...

- Мы не на прогулке, вашу мать! - тихо рыкнул Святослав. - Заткнитесь, мать вашу! Адюльтеры у них... Олег, что по тварям?

- Так сдохли уж, - пожал он плечами. - Можете и не шептаться, кстати. Пацан всё ещё блокирует звук, а живых тварей в радиусе километра все равно нет.

- И ты молчал?!

- Так о бабах речь пошла, - с улыбкой пожал плечами тот. - Заслушался.

- Долбоклювы... - вздохнул Святослав.

Он, кстати, был командиром нашей группы. Тут уж генерал был твёрд и непреклонен - сила силой, а опыта у бывалого вояки всяко больше, и потому подчинятся мы будем именно ему. Впрочем, я и не собирался с этим спорить - не бить же себя пяткой в грудь, что я раз в шесть старше? Да и здравый смысл опять же - как действовать в этих лесах мужик знал явно побольше меня. И возможности членов группы знал тоже не в пример лучше - не первый год вместе служат.

Мы двинулись вперед. Рассусоливать времени не было, потому мы бежали трусцой - сил на бег почти не уходило даже с учетом весьма ощутимой тяжести зачарованного металла доспехов, но мы уже давно пересекли черту, за которой остались физические ограничения обычного человека.

Первым бежал, как самый опытный следопыт среди присутствующих, Олег. За ним Святослав, затем я, после меня целитель Андрей и последним наш мастер защитной магии Никита. Первые тридцать минут прошли относительно спокойно - Олег был отличным магом природы, и всех слабых тварей убивал загодя, едва ощутив их поисковыми чарами. Но долго такое везение продолжаться не могло...

Чем ближе мы подбирались к цели, той части леса в окрестностях крепости, где планировалось активировать амулет, тем больше попадалось зверья. В какой-то момент тем движения упал до неспешного шага - слишком много целей, слишком часто приходилось выбирать обходной маршрут или ждать, когда большая группа чудовищ пройдет мимо.

Однако через три часа после начала вылазки мы всё же оказались на условленном месте. Глянув на звезды, поглядев на магическую карту и сотворив пару заклятий Святослав заявил:

- Всё. Привал на час, готовимся к активной фазе операции.

Мы расположились в небольшом овраге. Тут уже почти всюду сновали монстры, изредка попадались и патрули рогачей - однорогие, совсем редко попадется кто-то двурогий, и с ними их слуги, странные гуманоидные существа, не владеющие магией и служащие рядовой пехотой и рабочими, судя по рассказам.

Сам я этих странных существ видел впервые. В осеннюю кампанию их с рогачами не было - там были исключительно чародеи, командующие ордами чудовищ.

Высокие, под два метра, мускулистые и серокожие, обладающие крупными треугольными ушами и абсолютно лишенные волосяного покрова, они были очень похожи на людей. Здоровенных, перекачанных и чуть глуповатых, как по мне, но не более того. И ни в одном я не ощутил ни грана колдовских сил.

- Интересные существа, - заметил Андрей. - Мне довелось препарировать одного такого. У них крепкая шкура и мощная мускулатура, физической силой они соответствуют примерно Ученику, но при этом весьма выносливы и неприхотливы в пище. Недурно сопротивляются обычной, перворанговой магии, так что их надежнее упокоить пулей, нежели выпускать против них Подмастерий. Нолдийцы зовут их сорсами - вроде с их древнего языка это переводится примерно как низшие, слуги.

Ах да - рогачами себя пришельцы из иных пространств, разумеется, не называли. Нолдийцы, народ нолдов - таково было их самоназвание. А вот о сорсах я до того слышал лишь краем уха и, признаться, даже не думал, что они такие здоровые. Но времени отвлекаться больше не было - пора было готовиться делать то, ради чего мы сюда и прибыли.

Я достал вырезанную из цельной кости фигурку оленя в ладонь величиной и начал медленно подавать в него ману. Сперва ничего не происходило, и мои спутники уже начали обмениваться скептическими взглядами. Я чуть усилил напор, ощущая, как она начинает потихоньку теплеть...

- Только не говори, что мы сюда зря добирались!..

Возмущенное бормотание Андрея мы дослушать не успели - письмена языка нанхасов начали мягко светиться, символизируя, что артефакт пришел в действие.

- Барьеры! - рыкнул Святослав.

Артефакту требовалось время на активацию. Но если звери ещё могли не почуять действие артефакта, то вот странную и мощную магическую активность обязательно заметили бы вражеские патрули - и потому четыре Младших Магистра активировали совместные чары, Изолирующий Барьер. Он не годился для защиты от магии или физических атак, но зато неплохо скрывал магические эманации, а большего пока и не требовалось.

- Готово, - выдохнул я через несколько минут. - Сбрасывайте барьер и бежим!

И началась самая весёлая часть дела - мы рванули по заранее намеченному нам маршруту, слушая со всех сторон многоголосный, полный ярости рев, визг, клёкот... В общем, целую какофонию звуков живой природы. А ещё мы краем глаза заметили, как волчья стая кинулась на бегущий в нашу сторону патруль рогачей. Надо же, этот амулет сбрасывает эффект контроля монстров со стороны нолдийцев... Ночь обещает быть даже интереснее, чем мы полагали!

Глава 2

Бег через лес... Бег с препятствиями, так сказать. Занятие веселое, увлекательное и захватывающие, дающие почуять вкус жизни и ощутить мощные, ударные дозы адреналина. Ведь когда со всех сторон к тебе бегут твари, а ты не должен терять рассудка и выполнять свою задачу в небольшом отряде, мчащемся сквозь лес, это очень, очень мобилизует все ресурсы твоего организма. И умственные, и магические, и физические.

Группа двигалась в чуть ином порядке. Теперь наш мастер защитных чар бежал вторым, Святослав третьим, Андрей всё так же замыкающим — ну а мне достался тыл.

Первые минуты нашего бега прошли относительно спокойно. Монстры взбесились, начали нападать на отряды нолдийцев и сорсов, те давали отпор — то и дело лес оглашало грохотом боевой магии, криками здоровяков-сорсов и звериным рёвом. Мы не останавливались и не обращали внимание, изредка сметая попадающихся на пути тварей.

На моих глазах десяток сорсов, облаченных в грубую металлическую броню явно не лучшего качества, схлестнулся с целой стаей Сталегривых Волков. Вожак стаи, монстр ранга эдак четвертого, поначалу держался в стороне от схватки. Вооруженные здоровенными топорами слуги нолдов бились отменно — одноручные секиры мелькали со страшной скоростью, и низкоуровенные волки, полагавшиеся на свою металлическую шерсть, разлетались изрубленными кусками мяса. Физическая мощь сорсов позволяла им игнорировать естественную защиту этих существ...

Сперва я не понял, чего ждал вожак, но затем из-за спин десятка полетели сиреневатые лучи света, убивая самых крупных особей, с которыми здоровякам было сложнее совладать, и здоровенная зверюга серой молнией метнулась вперед.

Как раз в этот момент мы пробегали мимо схватки, так что я сумел увидеть стоящую за спинами воинов невысокую нолдийку с одним аккуратным рожком — девушка была на уровне Ученика, судя по ауре, причем довольно сильного. Вспыхнул красноватый барьер, пытаясь отгородить чародейку от атакующего чудовища, но тщетно — когти твари, усиленные магией воздуха, без труда пробили защиту. Следующим движением монстр просто и без затей откусил девушке голову — здоровенная зверюга была метра три в холке, так что труда ей это не составило.

Через несколько секунд происходящее уже скрылось от нас за стеной деревьев, но я успел увидеть, как не теряя времени вожак бросается с тыла на сорсов. У бедолаг не осталось ни единого шанса...

На удивление, в лесу было очень много подобных небольших групп нолдийцев и их слуг. Видимо, что бы управлять монстрами требовалось личное присутствие пришельцев, причем не в одном каком-то едином центре, а более менее равномерное их распределение. Что ж, это имело смысл...

Держись нолдийцы и их слуги единой, сильной группой, и они бы, пожалуй, имели неплохие шансы пробиться и уйти к крепости. Но вот такие, мелкие отряды подобных шансов не имели, так что этой ночью в лесах и полях этого уголка Сибири происходила настоящая бойня.

Вообще, такая сильная группа была со мной как раз-таки для того, что бы они помогли мне отбиться от попыток перехвата со стороны нолдийцев. Знай мы, что монстры устроят здесь бойню, я пошел бы один и имел бы даже больше шансов на успех. Маги Воздуха в целом быстрейшие в плане скорости передвижения, а уж те, у кого основная специализация Молнии, так и вовсе чемпионы среди чемпионов. Но кто ж знал, что артефакт окажется настолько полезен? Черт возьми, знай это я сам, в жизни бы не предложил использовать его здесь и сейчас. Мелкая стычка ради богом забытой крепости того не стоило — эта вещь могла перевернуть ход большого полевого сражения, заставив чудовищ наброситься на своих хозяев. Но кто ж знал...

Но лишние мысли быстро покинули мою голову. Потому что в какой-то момент сверкание боевых заклятий стихло, и нам перестали попадаться очаги сопротивления нолдийцев. По спине невольно пробежались мурашки — я почти физически ощутил, как волны нечеловеческого, звериного внимания концентрируются на предмете, что сейчас лежал у меня в поясной сумке. А затем это внимание стало буквально жечь меня своим жаром, наполняясь ненавистью — волны восприятия сотен существ третьего и выше рангов, что-то для себя понявших, полыхнули гневом, и твари повели своих сородичей на нас.

Лес, на несколько мгновений замерший, ожил вновь. И ожил он для того, что бы прикончить горстку наглых чужаков, что посмел дразнить его коренных обитателей. Первым звоночком стало здоровенное воздушное копье, пробившее кроны леса и рухнувшее прямо на нас — благо Никита успел подставить странноватый барьер, что отвел атаку в сторону.

— Ходу, ходу, ходу! — заорал Святослав. — Андрюха, не спи! Остальные — принять зелья!

Целитель тут же использовал магию, и нас всех охватило тускловатое зеленое сияние. По мышцам пробежалась приятная, легкая прохлада, кровь ускорила свой бег и я ощутил, как возрастают мои физические параметры — я стал быстрее, выносливее и сильнее. Долго вслушиваться в новые ощущения времени не было, и я опрокинул флакончик с эликсиром, являющимся алхимическим стимулятором общего действия. Затем ещё один и наконец третий, на ходу выкинул пустые склянки и мы полетели, едва касаясь земли.

На эту бешеную гонку нам было выделено около сорока минут. И бежать мы должны были по строго определенному маршруту, который показывали перед выходом каждому, но провести по которому нас мог, пожалуй, один лишь Олег — опытный и бывалый разведчик, как никак. Не думаю, что кто-то ещё из нас пятерых смог мчаться быстрее разогнавшегося породистого скакуна и разбирать при этом, куда именно нужно бежать. Нас бы хватило лишь на самое общее направление, не более. Собственно, потому он и был впереди.

Откуда-то слева, снося на своём пути немалую ель на нас вылетел здоровенный Проклятый Медведь. Ещё не взрослая особь, скорее подросток вроде того, которому сожгла лапу Хельга, лишь четвёртого ранга. Не прерывая движения, Святослав вскинул руку и вращающееся на бешенной скорости пятиметровое Копьё Магмы буквально испарило верхнюю половину чудовища. Ни бурый защитный покров, ни попытка быстро сотворить перед собой земляную стену косолапого не спасла — накачанный боевой алхимией Младший Магистр не поскупился на ману. За спиной погибшего топтыгина вспыхнул лес и образовалась тридцатиметровая просека из рухнувших и горящих деревьев. Впечатляет, господин Святослав. Даже очень.

Следующим поучаствовать в бою пришлось мне. Десяток стремительных теней, прыгая с ветки на ветку, принялся метать нам в спину крохотные комочки пламени. Белки, мать их! Только не обычные милые пушистые грызуны, умещающиеся в ладони — за нами мчались существа размером с добрую кошку каждая, и это не считая пушистых хвостов. Что ж, может мои противники и не столь впечатляющи как медведь, но заняться ими все равно придется.

Синие молнии устремились мне за спину — благо вертеть головой не приходилось, восприятие с успехом замещало зрение. Первый рыжий пушистик с тихим писком лопнул, разбрызгивая кровавые ошметки на собратьев, молния отскочила и ударила в следующего, за ним ещё в одного... Цепная Молния — заклятие четвёртого ранга, не самое мощное в плане разрушительной мощи, но отлично подходящее против группы юрких врагов со слабой защитой. Десять секунд, и я в полусферу фиолетовых молний, что бегали вдоль воздушного щита Никиты, усиливая его, перестали лететь чары врагов. Погибли бедолаги...

Но это было лишь начало. Один за другим многочисленные чудовища, осевшие в здешних лесах, настигали наш отряд, и вскоре от летающих по воздуху, скачущих по деревьям и бегущим по земле монстров стало не продохнуть. Движение сильно замедлилось — я, Святослав и Олег едва успевали убивать самых прытких чудовищ, а защита Никиты то и дело грозила схлопнуться от многочисленных атак.

— В круг! — заорал внезапно Олег. — Быстрее!

Круга, конечно, не получилось — мы впихнули целителя за наши спины и спешно прикрыли его. Получился квадрат с человеком в центре, но и этого хватило.

Молнии, каменные шипы и колья, воздушные копья, пламенное дыхание от возомнившего себя драконом здоровенного волка — не Сталегривого, а какой-то другой породы — и прочие прелести грубой, примитивной и бесхитростной, но весьма насыщенной маной магии и без того доставляли массу проблем, но стоило нам остановиться, как натиск возрос на порядок — враги перестали мазать. Одно дело пытаться попасть в мчащихся со всех ног боевых магов, другое — в замерших на месте людей.

Слаженности у местных обитателей не наблюдалось от слова совсем. Ледяные чары снежного барса, направленные в меня, могли быть запросто сметены потоком дыхания здоровенного огненного волка, попытка накрыть нас россыпью огненных шаров могло смести волной воды, молния с крыльев здоровенного тетерева запросто могла на своем пути задеть филина, пытающегося наслать звуковые чары — монстры просто били, не задумываясь ни о чем. И многие из них довольно быстро выдыхались, после чего бесславно гибли — в толпе существ, использующих боевую магию без особой оглядки на союзников, остаться с пустым резервом было почти гарантированной смертью.

Но даже при всём при этом нам было очень тяжело. Четыре Младших Магистра и Мастер, что был даже сильнее чем они, сила, способная стереть с лица земли небольшой дворянский Род из низших, не понеся потерь, сейчас были словно загнанные в угол крысы, не способные не то, что полноценный отпор дать — мы вчетвером ставили барьер за барьером, изощряясь в защитных чарах, мои фиолетовые молнии разили без устали, сбивая такты и траектории всех чар, до которых могли дотянуться — но нас всё равно окружало непроглядное облако сошедших с ума стихий. Вода, лёд, молнии, пламя, земля и камень — всё сплелось в безумном танце, и радиус безопасной территории, которую очерчивали наши постоянно обновляемые защитные чары, всё больше сужался. Признаюсь честно — если бы не Никита, мы бы не продержались. Может, в атакующей магии он и был довольно средним специалистом, но вот барьеры он ставил на редкость искусно и быстро. И было в них нечто такое, какой, наверное, родовой секрет, отчего они выходили прочнее, чем можно было ожидать от них судя по объему и сложности чар.

Так продлилось две минуты.

— Ну когда уже, блядь?! — заорал потерявший терпение Андрей. — Чего мы тут ждем, мать его за ногу, коленные чашечки и тазобедренный сустав?!

— Терпи! — перекрикивая грохот битвы, рыкнул Олег. — Мы на месте, надо ждать!

И будто в ответ на его слова, небеса высоко над нами словно бы разверзлись — и с них вниз, прямо к нам, на грешную землю, устремились сотни, тысячи копий света. Не слишком крупных или мощных по одиночке, подобное заклятие было по силам любому среднему Адепту — но летело-то не одно! Летел целый дождь — генерал Багрянин, наш Архимаг, сделал свой ход. Ночную тьму на десяток секунд разорвало в клочья, и мы увидели высоко наверху единственный находящийся в составе корпуса крейсер, с которого и сказал своё веское слово наш начальник.

Надо отдать чародею должное — ни одно из копий не попало в нас. Но в радиусе двух с половиной километров землю словно безжалостно перепахал какой-то огромный крестьянин с мотыгой. Атака на нас прекратилась, но расслабляться было рано — битва не то, что не кончилась, она только начиналась. Тысячи летающих существ устремились в небеса, к новому противнику. В ближайшее время рассчитывать на помощь не стоило — крейсер, закладывая лихой для своих габаритов вираж, устремился назад, к нашим позициям.

— Вперед, господа! — крикнул повеселевший Святослав. — Или вам особое приглашение требуется?!

Не требовалось, разумеется. По лишенной деревьев прогалине, образовавшейся после атаки Архимага, на нас уже начинали вновь накатывать чудовища. К сожалению, даже подобный удар убил далеко не всех врагов. Мелочь, конечно, выбило преизрядно, но вот их старшие товарищи четвёртых и пятых рангов уцелели — не все, но многие. Например, вот этот здоровенный мишка с бурой, светящейся защитным покровом шкурой — видать, родитель убитой ранее нашим командиром твари. Твёрдого пятого ранга родитель, скажу я вам... Или вон та огненная лисица четвёртого ранга... Снежный Барс пятого.... Да, уж, стоит шевелить поршнями!!!

И безумный забег продолжился. Вот только теперь маны у нас оставалось... Ну, у меня — процентов сорок от изначального запаса, у Олега со Святославом где-то половина резерва, у Никиты же процентов тридцать. Именно он принял на себя основную тяжесть ударов противника, прикрывая нас — наши барьеры были больше нужны для того, что бы он сумел поставить новый взамен своих предыдущих.

Вообще же, у моих товарищей резервы были куда больше моего. Так что мне приходилось действительно выкладываться на полную, изощряясь и экономя каждую каплю энергии, что бы не отстать от них ни по эффективности, ни по оставшимся силам.

Полон был лишь Андрей. Но он, во первых, целитель, а во вторых — тоже, что и в пункте первом. Он мог как исцелять нас, что пока не требовалось, так и накладывать чары, усиливающие все наши физические характеристики. А ещё он был единственным, кто мог поделиться с остальными маной — высокоранговые целители они такие, умеют делать ману максимально нейтральной, что бы пациент мог её максимально быстро усвоить. Так что его силу мы берегли.

Предстояло миновать ещё как минимум одну подобную точку по нашему маршруту — место, где придется остановиться, что бы наши товарищи сумели ударами высокоранговой магии чуть разогнать настигающую нас орду. Надо признать, кое в чем мы ошиблись. По наблюдениям разведчиков в лесу должно было быть куда меньше высокоранговых монстров, и потому к этому моменту мы должны были сохранить значительно больше сил. По идее, нас должно было хватить ещё на два таких рывка с остановками — но как и любой план, составленный в тиши и уюте штабной палатки, этот затрещал по швам, столкнувшись с суровой реальностью. А именно — с нами нужно было слать минимум двух Старших Магистров, что бы у него был достаточный запас прочности, таковы оказались реалии...

— Бережем энергию, господа, — словно прочел мои мысли Святослав. — Старайтесь использовать расходники и оружие, а не личные силы.

Слева нас перехватывала крупная волчья стая, и я выхватил пару гранат. Мгновение — и они летят, заброшенные моей рукой, в самую гущу серошкурых хищников, забирая десятки жизней — осколочные, они безжалостно секли зверей. Тут даже убивать было необязательно, главное что бы как можно больше тварей лишились подвижности.

— Я беру на себя волков! — заорал я, поняв, что так нам скоро перегородят путь.

— Понял! — ответил, не оборачиваясь, Святослав.

Передав Андрею амулет, привлекающий зверей, я размытой тенью рванул вперед и вбок, охваченный желтыми молниями. Я был куда быстрее всех наших товарищей, так что, едва успев отметить краем сознания, как наш командир пропускает Андрея вперед и занимает моё место в строю, становясь замыкающим, я врубился в стаю тварей.

Меч Простолюдина в одной руке, здоровенный револьвер на шесть зарядов с зачарованными пулями в другой — пошла потеха!

Охваченный синей молнией клинок без труда рубит серые шкуры, стая берёт меня в кольцо... Ну как берет — пытается, ведь я не прекращаю бега вперед, просто на ходу рублю серые туши. Мои любимцы Сталегривые... Со стороны мы, наверное, смотримся забавно — человек, охваченный разрядами молний, бежит вперед и одновременно срывается в стороны, рубя стаю, что почти замкнула круг, полукольцо, но именно что почти.

Револьвер я пока приберегал. Пока стояли под барьерами, я зарядил его довольно дорогими пулями, способными упокоить при удачном попадании даже тварь четвертого ранга, и смысла расходовать его на мелочь первых-вторых рангов я не видел.

Вожак стаи, что настороженно бежал слегка в стороне и оценивающе поглядывал на наш бой, атаковал внезапно. Волчий вой, обратившийся могучей звуковой атакой, хлестнул по барабанным перепонкам, но чего-то подобного я ожидал — и воздушные вибрации, что должны были как следует встряхнуть мой организм, а то и вовсе прикончить меня, потекли в стороны, оглушая его собственных подчиненных. Выплюнул облачко дыма и сноп огня револьвер в левой руке — и пуля, войдя прямо в распахнутую пасть зверя, пробило нёбо и углубилось в мозг твари. Счастливого тебе пути на поля вечной охоты, санитар леса — сегодня ты встретил врага не по силам.

После этого стая продержалась лишь полминуты. Возвращаться к своим я не стал — Святослав вовсю крошил чудовищ на другом нашем фланге, орудуя саблей и жезлом. Основной отряд ужался до трёх человек — Олег, прокладывающий путь, впереди, Андрей в центре и Никита в тылу, прикрывая всю троицу.

Мы уже вновь углубились в многострадальную чащу, которую успешно разносили боевой магией и телами здоровенных чудовищ. Не знаю, сколько до следующей условленной точки, где нас ждали товарищи с заготовленной боевой магией, но Никите приходилось тяжело. Под шлемом не видно было его лица, но судя по ауре, чародей начинал выдыхаться. Хорошо хоть Андрей с нами...

А потому я не стал возвращаться обратно в строй. Здоровенный Снежный Барс, мечущий ледяные молнии, тварь пятого ранга, стал моей следующей целью. Сосредоточенный на обладателе амулета враг в первый миг не обратил на меня внимание, и мой клинок глубоко погрузился в бок монстра — собственно, только с эффектом неожиданности я обладал реальными шансами прибить монстра пятого ранга быстро и продолжить бежать. Иначе бой затянется, меня окружат и прощай, новая жизнь...

Когти монстра, что не пожелал умирать сразу, скрежетнули по металлическому нагруднику, но добротный доспех не подвел. Я направил револьвер на правый глаз монстра, но тот успел отдёрнуть башку, и пуля просвистела мимо. По ногам побежала волна холода, зверь пытался заковать меня в лёд — но фиолетовые молнии прервали эту попытку.

Однако барс успел оттолкнуться от меня, и теперь Клинок Простолюдина больше не гнал волны молний во внутренности раненного врага. Из пасти зверя вырвалась ледяная волна, но я, вспыхнув пламенем, шагнул сквозь неё — Снежный Барс не успел как следует собраться с силами для этой атаки, а потому она вышла слабоватой. Я обрушил клинок в косом ударе, метя прорубить череп, но зверюга пусть и с трудом, но отпрыгнула, припадая на правый бок. Кончик клинка успел лишить монстра правого глаза, оставив на морде шрам, и мы на краткий миг замерли — охотник и добыча, поменявшиеся местами.

У меня оставалось процентов тридцать от резерва, несколько зелий на крайний случай, пара гранат и четыре выстрела револьвера. А ещё на мне были зачарованные доспехи — обугленные, иссеченные царапинами и с парой мелких вмятин, но вполне себе ещё надежные.

Зверь был на целый ранг выше и к тому же охвачен безумием от артефакта. Но видимо, боль, ранения и смертельная опасность прояснили его разум, и тот, не издавая ни звука прыгнул — вот только не на меня, а вбок. Я пролетел мимо, не ожидая подобного подвоха, а когда бросил на него взгляд, грозный хищник уже вовсю улепетывал. Видимо, здраво рассудил, что своя шкура дороже попытки прикончить закованного в сталь двуногого...

Безумный забег продолжался ещё четыре минуты — и вот мы вновь стоим спина к спине. Море тварей всё так же вокруг нас, ведь нас опять загнали, но на этот раз энергии не хватит на то, что бы выдержать несколько минут вражеских атак...

— Вот и всё, господа, — устало просипел Никита. — Для меня честью было служить с вами...

— Не болтай попусту! — зарычал я. — Вливай в него силу, целитель! Мы выиграем время!

— Мы с Олегом ставим барьеры, Андрей — на тебе Никита, — поддержал меня Святослав. — Парень, я видел действие твоих фиолетовых молний. Действуй только ими и не думай о защите — разрушь максимум заклятий!

Минута. Заполненная бешенным воем сходящего с ума мира, воем ветров, грохотом взрывов и воем чудовищ снаружи, что перекрывал даже звуки боя минута — она была самой долгой в моей новой жизни. Да что там — за все три моих века напряженность и риск этой минуты заслуживает места в первой двадцатке худших ситуаций в моей жизни. А учитывая, что воюю я примерно все эти три века — это достижение.

Мои фиолетовые молнии... Сегодня я показали ими высший класс. Я направлял их очень быстро, избирательно и за доли секунды во все вражеские чары, которые мне было по силам разрушить и которые имело смысл рассуждать. От невероятной скорости работы восприятия и мозга, вынужденного обрабатывать огромный поток информации по целям, из носа потекла струйка крови.

Летящие каменные колья не трогаем — материальные чары удастся лишь ослабить, и то не так что бы сильно. Сосулька метровой толщины и пяти в длину — разносим на мелкое крошево, это нам по силам. Огненные шары — потоком молний дистабилизируем эти чары, пусть лопнут на расстоянии. Поток огня даже пытаться не буду... Водяную плеть перехватываем... Странный синий луч тоже, чем бы он ни был... Молнии врагов не успеваю, слишком быстрые... Воздушные лезвия — сломить!

И так целую минуту. Но мы выдержали — и даже помощь Никиты не пригодилась. На этот раз это было не одиночное заклятие — три наших эсминца открыли огонь. А на них, помимо артиллерии и экипажа, собралась, пожалуй, большая часть Мастеров и Магистров корпуса — как старших, так и младших. И наблюдая, как огненный ад накрывает всё на километры вокруг, мы облегченно осели. Благо Никита, экстренно накачанный энергией, закрыл нас.

— Бежим! — через пять минут приказал Святослав.

Вдалеке уже виднелись наши позиции. Приняв ещё по зелью и ощутив пару-тройку заклятий Андрея, мы рванули так, будто за нами гонятся сами демоны из всех инфернальных слоев бытия разом. Получилось, мать вашу...

Глава 3

Мы закрепились на противоположном берегу безымянной речушки. С потерями, пролив немало пота и крови, но крепость оказалась, наконец, взятой в кольцо окружения. Лично я был доволен успехами корпуса, вот только старшее командование моих радостей не разделяло. И было отчего...

С остальных участков фронта пока что поступали тоже далеко не победные реляции. Враг основательно приготовился к обороне, и как я понял из разговоров старших офицеров, ставку нолдийцы сделали не на чудовищ, как доносила разведка. Отнюдь нет — все ключевые участки фронта были под контролем непосредственно самих рогачей и их серокожих слуг.

Первый, второй, пятый и седьмой корпуса устроили крупное полевое сражение четыре дня назад, и его результаты не радовали. Нет, нас, разумеется, не разбили — однако эти четыре корпуса, на основе которых была сформирована Первая Ударная Армия Имперской Стражи, была одним из основных наших наступательных кулаков. Четыре штатных Архимага плюс ещё двенадцать, назначенных туда лично Вторым Императором — шестеро выходцев из Воронцовых, трое Бестужевых и трое его собственных слуг. Около сотни Старших Магистров, под шесть сотен Младших, более четырёх тысяч Мастеров и бесчисленное количество младших чародеев, в распоряжении которых, по самым скромным подсчетам, находилось под три сотни тысяч рядовых солдат, полноценная воздушная флотилия, ударные отряды Православной Церкви и поддержка сильных монахов... Да что там — у них даже два Мага Заклятий было.

И вся эта сила не сумела одержать решительной победы и прорвать линию фронта. Нолдийцы сумели удивить — как оказалось, у них помимо простых крепостей имелись ещё и летающие. Самые настоящие, мать его, летающие крепости! Даже я такое в своей прошлой жизни видел лишь раз. И надолго запомнил печальный опыт — цитадель Абэ-но-Сэймэя взять было нелегко. Даже двум десяткам Великих и целой армии чародеев поплоше... Эх, молодость — та, первая, настоящая...

В общем суть в том, что враг заимел решительное превосходство в воздухе. Ценой немалых потерь наша Первая Армия всё же сумела продвинуться вперед и выиграть полевое сражение, но разгромом врага там и не пахло. Началось долгое, унылое позиционное противостояние. И так происходило примерно везде — где-то успехи были чуть больше, где-то чуть меньше, но плюс минус все зависло в равновесии. Надежды что первый, самый страшный и мощный натиск обеспечит нам быстрый успех не оправдались, и командование занялось позиционной войной.

Стоящая перед нами крепость ключевой не была. Фронт растянулся на сотни километров, и наша битва была лишь одной из многих, но тем не менее я понимал настроение командования корпуса. Это солдаты и младшие офицеры были б рады так всю войну на позициях и пролежать, без больших и кровопролитных сражений — гибли-то в них как раз они, а не старшие маги.

А вот высокому начальству нужны были победы. На эту войну было поставлено слишком много — даже такой человек, как Павел Александрович Романов был вынужден вложить в неё почти все средства. Поддержка от Императора, насколько я понимаю, всё ещё была больше устной, на деле же приходилось рассчитывать на местную аристократию, кровно заинтересованную в успехе этой кампании, да самого Старейшины Дома Романовых.

Впрочем, мне пока до этого не было никакого дела. Смысл забивать голову теми вещами, на которые ты повлиять не можешь? Интриги высшей аристократии, ставка военного командования Имперской Стражи и прочие персоны подобного ранга были вне поля моих возможностей. А вот высящаяся напротив крепость, собственный отряд, что зарекомендовал себя одним из лучших в корпусе и подготовка моих подчиненных-чародеев — дело другое. На это я повлиять был в силах, и именно этому я отдавал все силы.

— Господин Аристарх, ваши бойцы практически все усвоили комплекты усиливающих зелий, — отчитался Арсений Шапкин. — Бойцы усвоили его отлично. Кстати, число желающих войти в гвардию вашего Рода достигло ста процентов. Рекомендую принять их клятвы как можно скорее — на этих остолопов ушло слишком много ресурсов, что бы в столь сжатые сроки довести до пристойного уровня боеспособности.

— Конечно достигло, — хмыкнул Приходько, открывая глаза и выходя из медитации. — Видел я, как вы их гоняете и какие речи ведете. Вас послушать, те, кто не присягнут, могут не рассчитывать на выживание, те же, кто преклонят колено — сразу станут ядром пусть молодого, но очень перспективного Рода, и после войны они будут в золоте, водке и сиськах просто купаться.

Моего заместителя изрядно раздражала десятка Шуйских, которая прибрала всю власть в моём отряде в свои руки. И было отчего — десяток дружинников моего прежнего Рода всё ещё показывал выучку и навыки, с которыми мой заместитель ничего поделать не мог. Эти звери били его по всем направлениям — тактика, стратегия, навыки обучения бойцов, холодное оружие и огнестрел, арсенал доступных чар и даже индивидуальные поединки, во всём мой нынешний зам им уступал.

Он был взрослым и повидавшим жизнь человеком, потому его легкое раздражение не переходило черту дозволенного. Всё же глядя на то, как выгодно отличались наши бойцы от остальных вольных отрядов, язык не повернулся бы жаловаться на работу этого десятка. Но и Влада я отчасти понимал. Человек всю жизнь мечтал стать Мастером — и вот, достигнув этого уровня, он на любом учебном поединке ловит от этих типов оплеухи. Хотя не признать, что это дает свои плоды, тоже было нельзя — регулярные поражения от рук Адептов стимулировали его расти над собой куда сильнее, чем любые мои речи. Он уже освоил Доспех Стихии Огня, к которому у него неожиданно обнаружилась предрасположенность по достижении нового ранга, и одно достаточно мощное атакующее заклятие Мастерского уровня — Плевок Лавы. Не Копьё Магмы Святослава, конечно, но тоже вполне себе мощное атакующее заклятие по одиночной цели.

— Кнут и пряник, — пожал плечами Арсений. — Они вообще должны почитать за великую честь присоединиться к гвардии Николаевых-Шуйских. А держать у себя тех, кто по истечении контракта просто уйдет от тебя, унося все полученные знания и блага... Я не шутил — не присягнувшие шли бы всегда в первом ряду и на самые опасные задания. И их жизнями мы сберегли бы жизни тех, кто действительно будет верен. И в чем здесь ошибка?

В голосе Адепта слышалась скрытая издевка. Мол, ты вот тоже, братец, клятву не давал. Но сидишь здесь, учишься чарам уровня бояр, поглощаешь драгоценные ресурсы и никакой реальной пользы от тебя нет. И Влад это понял — вон, как торопливо зыркнул в мою сторону и сразу отвел взгляд. Ну да, в словах Арсения есть смысл — то, ради чего я брал Приходько, успешно взяла на себя эта десятка. И пользы от них куда больше, чем от моего зама в обозримом будущем.

— Кстати, я бы хотел, наконец, поднять давно интересующий меня вопрос, Арсений, — обратился я к Адепту. — А что вас самих держит подле меня?

— Приказ господина Фёдора, — пожал плечами тот.

— Будь дело в одном лишь приказе, вы бы так не вкладывались ни в обучение моих людей, ни уж тем более не отправились бы сюда с моим отрядом, — поднял я бровь. — Десятитысячное войско Шуйских в ста километрах к северу — с тремя Архимага Рода, с Наследником и частью дружины. Вы были бы там, не будь у вас своих мотивов держаться подле меня. Смысла деду Фёдору слать ко мне таких шпионов нет — любые знания, что ему могут понадобиться, он вполне способен у меня просто купить. Приказ Главы?

Мужчина бросил короткий взгляд на Приходько, что невозмутимо сидел рядом, всем своим видом показывая, что не намерен покидать шатер. Но кое в чем Шапкин был действительно прав — Влад Приходько тянул со своим ответом по поводу присяги мне. А потому о полном доверии речи идти не могло. Некоторые вещи не предназначены для ушей тех, кто не определился с ответом на этот важный вопрос...

— Оставь нас одних, — спокойно сказал я, обращаясь к Приходько.

Того задело это требование. Он не показывал виду, но я видел по чуть дрогнувшим уголкам губ — зацепило его мое недоверие.

— Что, теперь ты будешь слушать только тех, кто поклялся тебе в верности? — поднял он брови, не торопясь вставая. — Только вот они тебе тоже ни в чем не клялись. И безоговорочно доверять ему и его людям я бы не стал. В конце концов, не просто ж так ты теперь Николаев, а не просто Шуйский, верно?

— И тем не менее он прав, Влад — я сделал более чем достаточно для того, что бы у Приходько был собственный Род. Но это не значит, что я теперь обязан все свои секреты делить с тобой. Покинь помещение, пожалуйста, и хорошенько подумай — ты просто наёмник на оговоренный срок или мой человек.

Нахмурившийся чародей вышел под насмешливым взглядом Шапкина. Впрочем, если последний думал, что моя реакция вызвана его словами, то он не прав. Просто... Знаете, люди, достигнув желаемого, получив определенную силу или власть, показывают иную сторону себя.

Есть расхожее выражение — деньги меняют людей. Я даже проверял — оно в обоих мирах есть. Впрочем, это истина такого рода, что она даже непреложнее законов магии или физики. Вот только это лишь поверхностное суждение. На самом деле власть или деньги не меняют людей, нет. Просто когда ты беден и слаб, тебе волей-неволей приходится придерживаться определенных вещей, показывать себя с определенной стороны — той, что получше. Иначе слабому и бедному придется худо, поверьте, знаю по себе.

Но вот достижение власти или богатства позволяют людям показать истинного себя. Положение, когда фортуна к тебе лицом и ты можешь сам заказывать музыку своей жизни, быстро отображает всё то, что человек скрывал прежде. Причем не перед теми, кто и сейчас ему равен — а как правило к тем, от кого никакой зависимости ты ныне не испытываешь. Жена, с которой пришел от бедности до богатства? Да запарила, сменю на помоложе и постройнее. Друзья, что не стесняются мне в лицо говорить неприятную правду? Тоже пошли нахуй, я же «бохат», найду жополизов, которые за моё внимание и крохи с моего стола будут готовы вылизать мне зад до блеска...

Так что деньги и власть не меняют людей, нет. Они лишь позволяют ему показать себя настоящего. Это не всегда проявляется как что-то плохое — есть и прослойка тех, которые добившись каких-то материальных благ стремятся поделиться с близкими, насколько это в их силах. Но такие скорее редкость... К моему счастью, а может и несчастью — я из последних, а не первых.

Знаете, в чем разница между этими двумя типами людей, дамы и господа? Да банально в том, что первые, как правило, не остаются в итоге у разбитого корыта, успев даже к самому худшему исходу подкопить жирок в виде запасов денег и влияния. Вторые же обычно пытаются помочь всем подряд, разбазаривают себя и потом, если источник их денег и власти вдруг пропадает, становятся никому не нужны. Им припоминают всё — одни жалуются, что им досталось меньше других, и поэтому ты хреновый... Другие ворчат, что могли бы и больше получить — и ты опять же нехороший человек... Третьи просто благодарны, но лишь на словах — обратись к ним за помощью, и скорее всего тебе ответят что-то в духе «Спасибо за всё, очень признателен, но помочь ничем не могу».

Но найдутся и четвёртые — те, кто запомнит добро и отплатит, чем сможет. Вот только знаете, какая беда? Внезапно возвысившийся человек, начавший помогать всем вокруг, даже менее редок чем тем, для кого услуга, уже когда-то оказанная, имеет хоть какое-то значение...

Собственно говоря, это было одной из главных причин, почему я на исходе прежней жизни удалился от всей этой аристократии и прочих. Даже мой собственный Род вызывал во мне лишь брезгливую неприязнь — «дедушка, мой сын так талантлив, вы не пожалеете, если возьмете его в ученики»... " Старейшина, как Глава Рода прошу — воспользуйтесь своим влиянием и властью и разрешите наш пограничный конфликт с Воробьевыми...".

Задолбали, одним словом. Честно говоря, мой прежний Род едва не сгинул в тот год, когда я стал Великим. Это длинная и отдельная история, но суть в том, что уцелели лишь дети, коих я едва сберег от гнева Императора — мой Род умудрился встать на сторону темных сил и причинить немало бед Империи. Настолько, что прежнего Главу мне пришлось убивать лично своими руками, и именно тогда я получил прозвище Пепел, заменившее мне имя...

И Влад был, как мне казалось, из тех людей, что помнят добро. Поэтому я был уверен — он повыпендривается, повыделывается, но принесет мне клятву верности. Хотя бы потому, что не может не понимать — я обучаю его, как какого-нибудь боярина, и со временем, через года два-три, он уже будет на две головы выше большинства дворянских Мастеров. А лет через пять-шесть — вполне сумеет потягаться с представителями боярских семей своего ранга.

А реальная сила и могучий покровитель в этом мире значили куда больше, чем наличие собственного Рода. Будь я до сих пор боярином, он вполне мог сперва основать Род, а затем принести мне присягу, но дворянин дворянину присягнуть не мог. И никакие устные договоренности не отменили бы тот факт, что он в любой момент может послать меня — так что ничего важного я бы ему не доверил, и ничему серьёзному не обучил. Надеюсь, он перебесится и выберет стать моим верным соратником — тогда, возможно, он со временем сравняется с сильнейшими магами Империи, под моим-то руководством. Иначе — как только кончится кампания, я дам ему пинка под зад в самостоятельное плавание.

— Я и мои товарищи, господин, верно служили вашему отцу, — начал тем временем Шапкин, едва Приходько покинул Шатер. — Затем мы молча последовали за Советом, после гибели вашего батюшки... А после ваш дядя, Леонид Шуйский, встал во главе Рода. И все те, кого подозревала в слишком большой лояльности вашему отцу и кто рискнул возвысить голос от того, как с вами обошлись, быстро оказались персонами нон-грата. Нас десятерых сослали на самую дальнюю заставу Рода, охранять коров от крестьян с соседских владений. Потому когда к нам ещё четыре месяца назад пришел Фёдор Шуйский с предложением стать инструкторами ваших людей, мы согласились.

Я в удивлении поднял брови. Так получается, дедок понял мои планы ещё тогда, когда я только-только начал собирать первых людей под своими знаменами? Вот уж действительно — хорош старик, не поспоришь.

— Мне нужно больше подробностей, — сухо сообщил я.

— Извольте, господин, — пожал плечами мой собеседник. — Ваш батюшка был весьма популярен в Роду Шуйских. Молодой гений, в сорок лет ставший Магом Заклятий, с которым у нас их становилось целых двое — Род Шуйских в те дни считался едва ли не самым могущественным в Империи. Но стал он тем, кем стал, не в одночасье. Между вашим отцом и его младшим братом шла изрядная борьба — ведь они рождены от разных матерей. Главы Родов и сильные маги с хорошей генетикой имеют право иметь до четырёх жен — и ваш дедушка, что был лишь Архимагом, взял от этого закона всё, что мог.

Это я знал. Дядя и отец были родичами лишь по отцу, но действительно сильные маги и Главы Родов в этом плане не были ограничены лишь одной женой. Впрочем, это действовало в две стороны, хоть и было крайней редкостью — женщина, достигшая ранга хотя бы Старшего Магистра, ни кем бы не осуждалась, будь у нее несколько консортов.

Тут все было просто — линию крови талантливого чародея нужно было максимально продолжать. Вот только женщины-чародейки могли безопасно родить два, максимум — три раза. Четвертые роды для любой магички это верная смерть... А третьи — пятьдесят на пятьдесят.

— И? — поднял я бровь.

— Мы были во фракции тех, кто громко открывал рот после гибели вашего отца, — горько признался Арсений. — И за это пострадали. Дружина Шуйских... Там нет никого ниже ранга Адептов. Устраивать гонения на Мастеров и Магистров ваш дядя не стал — слишком ценные кадры. Но вот рядовых для показательной порки он нашёл — нас. И именно так мы оказались не удел, став вместо рядовых дружинников Рода безвестными гвардейцами, стерегущими чуть ли не свинарки и хлева. А потому когда Старейшина Фёдор предложил подумать над тем, что бы послужить вам, мы сомневались недолго. На самом деле тех, кого постигла похожая на нашу судьба, куда больше десятка, и связался он, насколько я понимаю, со всеми, однако здесь оказались лишь мы. Самые, без ложной скромности, отборные и умелые, те, у кого был потенциал стать Мастером, но кто из-за своей преданности вашему отцу подобной возможности лишился. В числе прочего господин Фёдор обещал, что если вы примете нас на службу, он лично уладит вопрос нашего ухода из Рода и принятия под вашу руку. Не стану скрывать — командовать Родовой Гвардией наследника Николая Шуйского куда приятнее, чем сторожить скот на границах владений Шуйских. Потому мы все весьма не прочь пойти под вашу руку, ведь именно тех, кто на подобное согласен, и подбирал Старейшина Шуйских. И надо сказать — желающих было больше десятка.

Что ж... Фёдор Шуйский затевал что-то своё, какую-то интригу, в которой мне отводилось немалое значение, ради того и усилил меня сверх меры разумного. Ведь эти десять Адептов, с их опытом и навыками, в длительной перспективе были, пожалуй, ценнее всех моих нынешних подчиненных. Готовые инструктора и опытные воители, они могли создать с нуля мне полноценную гвардию за месяцев девять-год, если набирать из обычных людей.

То, что нынешний состав дозрел до приемлемого даже по их меркам уровня всего за пару месяцев, было обусловлено тем, что все, кого мы набрали, были ветеранами Сибири — кто служил в Имперской Страже (большинство), кто просто был опытным стрелком и охотником... Их было проще воспитать до нужного ранга, чем вчерашних крестьян.

— В общем, вы хотите принести мне клятву верности, правильно я вас понимаю? — подытожил я. — И ты говоришь за всех.

— Именно, — кивнул он. — Мы — самые решительно настроенные и недовольные, а Старейшина Фёдор обещал, что это обойдется без последствий. Так что вы все правильно поняли.

— Тогда зови своих, — улыбнулся я, предвкушающе потерев руки. — Будем закреплять все официально...

От таких подарков не отказываются. Я вас всех, сучьи дети, Мастерами сделаю, когда убежусь в вашей верности. И держитесь тогда все вокруг моих Родовых Владений — десять Мастеров такого уровня подготовки, опыта и навыков это вам не шутки. Лишь бы всем пережить войну и готовящийся штурм крепости...

Но мы переживем. Благо мой вольный отряд признан достаточно полезным, что бы приберечь его для финальной атаки, а не бросать как пушечное мясо на безнадежные штурмы. Мы на данный момент элита, те, на чье мастерство можно опереться - ведь маги, пускающие атакующие заклятия с безопасного расстояния это одно, а те, кто физически захватит необходимые рубежи - это другое. Иной раз даже более важное...

Глава 4

Забавно получилось. Сейчас все четыре сотни моих людей стали из просто вольного отряда, собранного юным капитаном Имперской Стражи Николаевым-Шуйским, в гвардию одноименного Рода. Официальные клятвы, что связывали нас, были не просто словами — отныне они были целиком и полностью моими людьми перед народом, Империей и Богом. Воины, на чьих копьях я буду строить будущее благополучие Рода...

С людьми Шуйских все оказалось и сложно, и просто одновременно. Прежде, чем принять их клятвы, я долго возился с ритуальной фигурой, а затем сутки ждал, пока ту напитает звездным светом и особой, освященной маной. Пара-тройка связан ных со святой магией трюков имелась и у меня, чего уж греха таить...

И здесь меня ждало удивление — как оказалось, Арсений действительно не соврал. Десяток недовольных, что оказался ко мне приписан, и вправду был в числе опальных персон. А я, признаться, до конца подозревал подвох...

— Клянемся служить тебе и Роду твоему, господин, покуда живы. Ставить твои интересы превыше своих, блюсти твою честь и твою выгоду, не выдавать твоих секретов без дозволения твоего, и оставаться верными до той поры, пока не решишь ты иначе и не освободишь нас от службы нашей! — торжественно вещала эта десятка.

Сама клятва, разумеется, была длиннее, но суть её запросто можно было уместить и в два последних предложения. Вспыхнули, отдавая силу, магические печати, и каждый из присутствующих капнул кровью на лежащие перед ними свитки.

— Я, Аристарх Николаев-Шуйский, принимаю вашу клятву, — ответил я положенной фразой. — Да будет бог свидетелем наших слов!

И, в свою очередь, лёгким взмахом руки отправил десяток капель на их пергаменты. Над каждым договором вспыхнуло по дополнительной печати, и они медленно истаяли, отпечатавшись в наших душах. Клятвы даны, и отныне эти люди мои. Ибо Фёдор Шуйский не забыл перед отправкой озаботиться тем, что бы Леонид освободил эту проблемную десятку от клятв. Чему он и сам, наверное, был рад — места в дружине Рода, в отличии от гвардии, не бесконечны, и попадание в неё считается особой честью и наградой. Которую ныне можно потратить на более верных людей. Я не обманывал себя на их счет — на фоне моих воинов и магов из окрестных Родов они действительно великолепны, но на уровне Родов вроде Шуйских, Морозовых и уж тем более Романовых — это крепкие середнячки.

Но мне ли перебирать? Я был очень рад таким подчиненным. Да, это увеличивало мой долг перед стариком Фёдором, сильно увеличивало — но я был рад такой задолженности. Что ж, старик, в следующий раз часть знаний тебе достанется за просто так. Чувство благодарности мне тоже знакомо, и он один из немногих, кто проявил доброту ко мне первым.

Затем последовали клятвы остальных бойцов, принятые официально и по всем правилам. Надо сказать, на это зрелище собралось посмотреть и позубоскалить немало народу. Молодой паренек, только вчера получивший родовое дворянство, принимает в гвардию весь сброд, что пришел с ним на войну! Наверное, совсем у этого бедолаги отчаянное положение, раз любого с улицы берёт...

— Господин Николаев-Шуйский! — весело крикнул какой-то разряженный франт ранга Мастера. — Советую взять сотником в свою гвардию моего Петю! Он прекрасный воин и достойно покажет себя на поле боя, уверяю вас! Ну-ка, покажи господину Главе Рода свои навыки!

— Боюсь, ваша милость, доблестные гвардейцы будут слишком мною посрамлены, — с плутовской улыбкой поклонился ему невысокий, коренастый мужичок в расшитой ливрее.

Денщик. Он предлагал своего денщика сотником моих воинов, смеялся надо мной и моими людьми прилюдно, на публику, и спускать подобное было нельзя. Даже несмотря на тот факт, что на парне был герб Рода Серовых. Не первая лига среди дворян губернии, и до тех же Игнатьевых эти ребята не дотягивали, но тем не менее людьми были далеко не последними.

Останавливало ли это меня? Ну, скажем так, первым ссориться я бы не стал. Но спускать подобные выходки представителям их Рода я уж точно не собирался. Будучи одиноким, слабым Учеником, я не побоялся конфронтации с могущественными Игнатьевыми, а уж сейчас, будучи Мастером с сотнями бойцов, десятками магов и немалыми владениями и связями опасаться всякую шваль не намеревался и подавно.

— Но если вы настаиваете, господин, то я...

Мелкий камушек вылетел прямо из под ног денщика, угодив тому в глаз. Слуга охнул и завалился навзничь, прижав руки к пострадавшей части тела. Я же уверенно, под взглядами сотен коленопреклонных гвардейцев (теперь уже гвардейцев!) своего Рода зашагал к переставшему смеяться франту. Вокруг были десятки глаз — офицеры, дворяне из разных подразделений, знакомые и не очень, наблюдали за намечающимся конфликтом. Зрелища захотелось, скоты? Будет, будет вам зрелище...

Чуть поодаль я заметил наблюдающего за происходящим Святослава. Рядом с ним были Андрей и Олег, позади оказался Никита — видимо, особый отряд корпуса тоже скучал. Вся четвёрка одобрительно мне улыбнулась, а Олег и вовсе весело подмигнул и, указав кивком на щеголя, провел пальцем по горлу. Мол, давай парень, покажи этому утырку, с кем он связался. Да уж, если с кем я в этом корпусе и сблизился, так это с этими людьми. Совместный риск жизнью дело такое, очень сближающее.

— Смотрю, Николаевы-Шуйские хорошо умеют нападать на беззащитных слуг, — кивнул на лежащего на земле денщика Серов. — Смелости вашему Роду не...

— Закрой рот, свинья, — оборвал я его.

Бедолага аж вытаращился. Впрочем, как многие из окружающих нас офицеров — вот так, в лоб бросаться грубостью было не принято. Конфликт должен протекать по определенным правилам — со всеми положенными расшаркиваниями, тонкими намеками и оскорбительно-презрительными усмешками...

А вот хер вам. Что я очень хорошо усвоил за время, проведенное в корпусе — офицеры и дворяне здесь делятся на два типа. Вполне вменяемые служаки, не лишенные чести и гордости, но адекватные. И избалованные отпрыски знатных семей, у которых были деньги, связи, магическая сила — но отсутствовало понимание того, что здесь не их задний двор и мы не на пикнике. И вторых было даже больше, чем первых...

Вот и этот хрен. Он явился сюда в составе вольного отряда — ядро из гвардии его Рода и куча наёмников со стороны. Разумеется, командиром он среди них не был, зелен ещё. Но по меркам своего Рода явно считался перспективным и талантливым чародеем, раз уже в свои двадцать пять-семь сумел стать Мастером. И отправлен, наверное, был в корпус с целью понюхать пороху и поглядеть, почем фунт лиха — таких здесь было вообще немало. Все, кому это нужно, заранее знали, что у нас будет далеко не самый опасный и горячий участок боевых действий, а от того и слали сюда отряды. И да — эти новые отряды, с гвардейцами разных Родов, начали прибывать сюда именно тогда, когда стало ясно, что тут тише, чем в остальных местах и противник не так силен, как у многих других.

— Ч-что ты себе позволяешь! — возмущенно вскинулся парень, едва обретя дар речи. — Знаешь ли ты, из какого я Рода?

— Ага. Ты Серов, бездарная орясина, — покивал я. — И ты решил оскорбить не того человека, скотина. Я жду твоих извинений перед моими людьми. Иначе не вини меня в жестокости.

— Я требую дуэли! — взвизгнул он, хватаясь за изукрашенную золотом и каменьями саблю. — Да я!..

— Дуэли запрещены на время боевых действий эдиктом Императора, — заметил стоящий неподалеку Андрей. — Нарушители будут отвечать перед трибуналом по всей строгости законов военного времени.

И намекающе поглядел сперва мне в глаза, а затем перевел взгляд на усмехающегося Святослава.

— Но тренировочные спарринги ведь не запрещены, насколько я помню? — уточнил я.

— Ни коим образом, — улыбнулся Святослав.

— Составишь мне компанию, свинья? — поднял я бровь. — Или побежишь жаловаться папеньке, что тебя плохими словами прилюдно называют?

Раздались смешки. Гневно уставившись на меня, ушлёпок обвел глазами окружающих, и многие сделали вид, что не смеялись. Многие, но не все — были тут люди породовитее паренька, были и те, кто банально имел право на подобный смех из-за своей силы — Младшие Магистры и парочка Старших, решивших поглазеть на развлечения молодежи. Ну а что? Баб в поход не взяли, пить надоедает, как и играть в карты — тут волей-неволей будешь сбегаться на любой конфликт или необычное зрелище. Скука вещь страшная...

— Что, свинья, рассчитывал побросать слов на ветер, а затем, прикрывшись запретом на дуэли, уйти отсюда? — хохотнул я. — Думал, сумеешь бросить оскорбление в лицо целому Роду и всей его гвардии в присутствии Главы этого самого Рода и уйти отсюда? Хотя я действительно не могу навязать тебе поединка здесь и сейчас, но по глазам вижу — ты тоже не настолько тупой, что бы не понимать, какая у тебя будет репутация, если сейчас позорно сбежишь. Ну что ты умолк, свинья? Хрюкни уже что-нибудь в ответ!

Аристократы... В этом мире они так различаются — одни наглые, избалованные свиньи, другие же наоборот приятнейшие и заслуживающие уважения люди... Вот золотая середина среди них почти не попадается, и самоуверенных кретинов без мозгов среди молодежи удручающе много, это да.

— Будет тебе спарринг, ублюдок, — зашипел тот с неприкрытой злобой. — Да такой, что вовек не забудешь, выродок... Запрещены дуэли до смерти, так как Империи сейчас нужны все её маги, запрещены так же дуэли и до сдачи одной из сторон из-за высокой травматичности подобных схваток... А вот дуэли по стальному кодексу, до первой крови, никто не запрещал!

Думал, я не знаю? — читалось на его лице.

Ну да, признаться, рассчитывал, что утырок не знает этого нюанса. Я-то эдикт не поленился прочесть весь, ибо там речь шла не только насчет положения о дуэлях. Но вот этот дебилоид тоже оказался не совсем тупым... И отсюда вытекает вопрос — кто же отправил тебя делать грязную работу, парень? Кто не решился насмехаться сам и вместо этого попросил тебя?

Если Багрянина, того, что полковник, а не генерал, я всерьёз врагом не считал — тот скорее всего просто следовал плану и не глядя привлекал вольные отряды, иначе бы попытался ещё каким-нибудь образом мне досадить, а не полностью оставил меня в покое, тот тут чья-то мохнатая рука была куда более вероятно. Вот только кто мог отправить ценного члена далеко не последнего в губернии Рода делать такую грязную работу? Личную неприязнь я исключаю сразу, мы с парнем и его Родом нигде на кривой дорожке не сталкивались. Так что позже надо будет разобраться в этом вопросе. Ну а пока...

Стальной кодекс подразумевал под собой поединок почти без использования магии. Разрешены были чары усиления тела, и только они. Никаких артефактов, алхимии и атакующих заклятий — лишь чистое, личное мастерство двух сражающихся магов. Пришла она ещё из тех далеких времен, когда чары Доспеха Стихии не были основой любого противостояния сильных чародеев, из древности, в которой трава была зеленее, заклинания проще и люди куда честнее.

Спарринг дал бы возможность сделать всё при помощи чар. Но... Малыш, в бою на холодном оружие под этими небесами едва-ли найдется хоть кто-то, кого я сочту достойным противником. С той схватки с Шуваловым прошло немало времени. Тогда я восстановил лишь малую часть своих навыков фехтования — в Роду не было возможности активно практиковаться, ведь там я активно скрывал свои силы.

Но с тех пор прошел почти год. И я никогда, ни разу не пропустил ни единого дня тренировок по восстановлению своих навыков в ближнем бою. Меч, копьё, секира — три основных оружия, которыми я когда-то владел. К сожалению, сейчас у меня был только меч — достойных моей руки других оружий я пока не сыскал. И стальной кодекс... Зря, ох зря. Помниться, Орлов тоже бился со мной до первой крови. Думаю, с тех пор он стал куда осмотрительнее в вопросах того, кого выбирать в противники.

— Что ж, свинка, твой хрюк был услышан! — хлопнул я в ладони. — Кто будет твоим секундантом? Моим вот собирается стать...

— Я собираюсь, — шагнул вперед Святослав.

Вообще, думал позвать Арсения — тот, как Адепт, личным дворянством обладал, так что на эту роль со стороны правил подходил. Думал сделать всё максимально символично — оскорбил моих людей, и один из них будет секундировать твоё унижение, но возражать Святославу не стал. Негоже обижать хорошего человека, что столь решительно выказывает тебе свою поддержку.

— Я буду выступать секундантом Виктора, — вышел вперед сурового вида Младший Магистр.

— Ну кто бы сомневался, Леша, кто бы сомневался, — криво ухмыльнулся Святослав. — Яблочко от яблони далеко не укатится.

Хмурый чародей выпад проигнорировал и лишь рукой указал на площадку, которую для нас уже освободили. А я заметил, что людей Серовых изрядно прибавилось — десятка три с половиной чародеев от Ученика до возглавлявшего их Младшего Магистра. Два Мастера, двенадцать Адептов, двадцать Учеников и сам Младший Магистр, если точнее. Ну и свинка, конечно — с ним уже тридцать шесть.

— Господин, позвольте? — внезапно раздался голос из-за моей спины.

К нам подошел Арсений и остальные мои новые подданные. Из числа бывших Шуйских, разумеется. И выглядели они весьма угрюмо, что не предвещало Серовым ничего хорошего.

— Конечно, — кивнул я.

— Насколько я вижу, здесь присутствуют люди уважаемого... Серова, — заметил Арсений. — Раз уж оскорблены не только вы, но и все мы, я хотел бы предложить перед вашим поединком провести десять других. Я и мои товарищи по очереди сразимся со всеми теми, кто рискнет принять предложение от Рода Серовых. На тех же условиях — кодекс стали, первая кровь.

— Согласен! — рыкнул парень прежде, чем успел вмешаться его старший товарищ.

И судя по взгляду, которым он его наградил, паренька вечером ждет хорошая взбучка. Даже удивительно, насколько говнюк разбалован — в присутствии старшего по Роду, стоящего выше него в иерархии, утырку бы помалкивать в тряпочку, но нет, выступает... Правда такой тупой, что ли? Да его ж стоит на привязи держать, а то и пристрелить от греха подальше, пока до беды не довёл свой же Род.

Но отступить от слов родича без урона для чести он тоже уже не мог. А потому, помрачнев ещё больше, буркнул:

— Согласен.

В какой-то момент желающих поглядеть на происходящее оказалось так много, что пришлось расширит поле предстоящей схватки. Но маги народ изобретательный... Попробовали согнать моих бойцов, но тут уж возмутился я сам — в том числе и за честь этих людей, что отныне стали частью моего Рода, я собирался биться здесь. О чем и заявил.

— А всем недовольным предлагаю удалиться отсюда, — закончил я свои гневные изливания.

Впрочем, причина была понятная каждому и потому возникать никто не начал. Зато многие взлетели в воздух, создали искусственные возвышения и так далее — попялиться хотелось всем.

Первым вышел Арсений. Согласно правилам, но воине была лишь нательная рубаха, простой серебряный крестик, кожаные штаны да сапоги. Ни доспехов, ни артефактов — лишь клинок.

Его противником оказался высокий, плечистый здоровяк из числа Серовых. Тоже Адепт, разумеется. Вооружен он был длинной саблей, тогда как мой боец предпочитал средней длины прямой клинок. В моём бывшем Роду как-то больше предпочитали мечи, чем сабли, уж не знаю, отчего.

Секундантами для всех поединков, кстати, так и остались Святослав и Алексей Серов. Смысла их менять не было — чай дуэль без магии, силы не истощатся, так что сумеют всё проконтролировать.

— Готовы? Ну, с богом, — махнул рукой Никита, ставший судьёй.

Ну а кто, как не мастер защитных чар?

Бойцы не сорвались вперед, бездумно размахивая оружием. В отличии от старших чародеев, Адепты и те, кто ниже, вынуждены были хорошо знать правила ближнего боя — у них-то Доспеха Стихии, за которым можно надёжно укрыться, не имелось, так что сталь была одним из основ их боевых стилей.

Оба противника были явно опытными, тёртыми калачами. Под сорок с лишним лет, с солидным боевым опытом, они неспешно пошли по кругу, внимательно приглядываясь друг к другу. Техники усиления были уже использованы, но они не спешили — в бою примерно равных мечников, если это умелые мастера, важно каждое движение, каждый шаг.

Особенно когда вы бьетесь без брони, на которую можно принять удар. Тут каждая ошибка определяет победу и поражение...

Первым не выдержал человек Серовых. Вот он вроде делает очередной осторожный шажок в сторону, пытаясь занять позицию повыгоднее... И уже в следующую секунду его сабля со свистом рассекает воздух, метя в Арсения. Многие даже не успели заметить начало движения — но вот скрежет металла о металл услышали все.

Крутанув меч и закрутив вражескую саблю, мой гвардеец чуть отпрыгнул назад — но лишь затем, что бы оттолкнувшись посильнее рвануть вперед. Сабля сверкнула, посылая солнечный зайчик, и маг Серовых успел отвести клинок от своего плеча, но не это было главной целью Арсения.

Бывший дружинник Шуйских воспользовавшись тем, что внимание бойца Серовых сосредоточено в верхней полусфере, провел неожиданную подсечку, крутанувшись вокруг своей оси. Гвардеец Серовых не удержал равновесия, но тут же кувыркнулся, спасаясь от выпада моего воина, и вскочил на ноги.

— Крови нет! — объявил Никита.

Их схватка продлилась ещё тридцать секунд. Гвардеец Серовых показал достойный уровень — признаться, зная силу дружины Шуйских, я не ожидал что он сумеет показать такую хорошую схватку. Но так или иначе, он был обречен — и как итог, клинок моего бойца замер у горла воина, заставив того замереть. По кадыку стекала крохотная капелька крови, а вокруг лезвия Арсения сиял серебристый ореол — Никита на всякий случай подстраховался, применив чары. Но это, на мой взгляд, было излишним.

— Поздравляю, — хлопнул я своего гвардейца по плечу. — Красивая победа. Как тебе противник?

— Он был неплох, — ответил тот. — Лучше, чем я ожидал.

Ну да, я того же мнения... Ну, посмотрим, что там дальше будет.

Глава 5

Второй поединок вышел ещё короче. Володя Попов, самый сильный из всей десятки Адептов, что пришли ко мне от Шуйских, и самый немногословный из них, предпочитал использовать короткую одноручную секиру. Древко, сделанное из весьма недешевого магического дерева, не уступало крепостью стали, а рукоять с ладонью защищал полукруглый эфес, придававший оружий весьма странный вид, но менее эффективным оно от того не становилось.

В итоге его вариант «первой крови» оказался довольно болезнен для соперника. Отведя два удара сабли и увернувшись от третьего, он как следует зарядил рукояткой по зубам бедолаге. Тот аж закувыркался по земле, подвывая от боли и оставляя кровавые следы.

Злобно глянув на победителя, тот сплюнул осколки разбитых зубов и ушел, шатаясь, к своим. Присутствующие зааплодировали — разница в навыках сражающихся была невероятно огромна.

Третий, четвёртый, пятый... У бойцов Серовых просто не было ни единого шанса. Мои бойцы разделывали их под орех, даже не особо напрягаясь. В итоге действительно стоящий бой сумел показать лишь первый из поединщиков со стороны оппонентов. Дальнейшее было уже избиением младенцев.

Лицо Серова-младшего с каждым проигранным боем становилось все пунцовее и пунцовее. И немудрено — это был полный, безоговорочный разгром. Мои гвардейцы не просто побеждали, они показательно втаптывали в грязь своих оппонентов. Дошло до того, что в восьмом бою мой человек даже не обнажил оружие — он уворачивался от вражеского клинка и просто швырял противника. Весьма недурной уровень рукопашного боя, кстати.

Захваты, броски, подсечки — и всё без единой капли крови. Из толпы уже раздавились смешки и предложения, как половчее швырнуть противника, а его оппонент, довольно молодой ещё Адепт, смотрел уже даже не с яростью, а глазами загнанного в угол и максимально униженного человека. Мне его даже жаль стало — в конце-то концов, он не виноват, что представитель Рода, которому он присягал, такой мудак, верно?

— Достаточно, — бросил я негромко, использовав магию звука. — Заканчивай. Желательно без лишних унижений.

— Заломи ему руки и заставь ходить гуськом! — заревел кто-то с той стороны, из числа зрителей. — Плачу пятьсот рублей!

Я хмуро взглянул на раскрасневшегося молодого Адепта, явно из числа знатных, с бутылкой зеленоватого стекла, в котором плескалось явно что-то горячительное. Ещё одна плохо воспитанная свинья...

К счастью, мой гвардеец сделал именно так, как я сказал. Достав свой короткий клинок, он обменялся десятком ударов с яростно, в последнем порыве отчаяния кинувшемся на него парнем и оставил тому тонкую царапину на плече.

— У тебя хорошие задатки, — услышал я его голос. — Но тебе нужно подтянуть навыки ближнего боя. Одних сабли и магии иногда мало, нужно быть к любому повороту событий.

Его противник ничего не ответил, лишь скрипнул зубами и, опустив голову, пошёл к своим. Туда, где Серов, накрывшись звукоизоляционным куполом орал на своих так, что слюна со рта летела. Кричи-кричи, полудурок... Тебе ещё самому выходить позориться. Потому что никто из мой десятки гвардейцев даже близко не сравним со мной в мастерстве ближнего боя.

Два оставшихся боя закончились быстро. В итоге все десять схваток заняли меньше десяти минут — хороший разогрев к финалу.

— Вы, господа, проделали отличную работу, — кивнул я стоящим за моей спиной Адептам. — Прекрасная показательная порка.

— Благодарим, господин Аристарх, — ответил за всех Арсений. — Это было несложно.

— Для всех, кроме тебя, — фыркнул на это обладатель секиры, Володя Попов. — Ты-то почти опозорился.

— Ой, да пошёл ты жо... — бросил на него недовольный взгляд под смех остальной десятки Арсений. — Против меня хоть кого-то стоящего вывели...

Я улыбнулся и покачал головой. То, что они начали шутить при мне, это хорошо — значит, некий барьер в общении, что существовал до того, остался позади. Впрочем, немудрено — пусть в плане опасности и сложности сегодняшние поединки не дотягивали по напряжению даже до тренировочных занятий с рядовыми бойцами и магами нашей гвардии, но в моральном, психологическом и репутационном плане они были очень важны.

Казалось бы, что тут такого, раскатали десяток посредственных магов на потеху толпе? Но всё было не так просто — этим они официально, для всех тех, у кого имелись не только глаза и уши, но и мозг, подтвердили, что это мои люди. И дрались они сейчас за честь именно моего, пусть и недавно созданного, Рода. В свете чего я сейчас просто не имел права проигрывать. Мои орлы невольно задали планку, которой волей не волей нужно было сейчас соответствовать и мне.

— Кстати, господин Аристарх, — обратился ко мне тот самый Адепт, что избивал своего оппонента в рукопашке. — После того, как вы здесь закончите, я хотел бы вызвать того наглеца, что пытался купить меня во время боя.

— Ну, вызывай, — пожал я плечами. — Примет вызов — бей, не примет, не бей.

— Просто хотел, что бы вы были в курсе.

Тем временем Серов двинулся к середине освобожденного под нашу схватку пространства. Я зашагал туда же — пора заканчивать с этим балаганом.

— Я заставлю тебя рыдать от боли, щенок! — высокомерно бросил он. — Ты...

— Я вижу, как двигаются твои губы, слышу какие-то звуки, но к сожалению нихрена не понимаю на свинином, — прервал его я, разводя руками. — Давай вернемся к этой беседе, когда ты научишься человеческому?

Народ заулюлюкал, и Серов скрипнул зубами. Давай-давай, бесись, спесивый придурок... Едва Никита дал отмашку, молодой парень рванул вперед, выхватывая саблю. Я же не спешил тянуться к своему оружию — синие и желтые молнии уже усилили и ускорили меня, так что опасности не было.

Блеснувшее на солнце лезвие прошло в миллиметрах от меня — я уклонился ровно настолько, насколько было нужно, что бы придурок посчитал, что ему почти удалось. Он был быстр, силён и отсвечивал слегка красноватым свечением неизвестной мне техники усиления, но этого против меня было мало.

Следующий рубящий удар я отвел небрежным взмахом ладони. Я был вдвое быстрее, и его движения для меня были как будто слегка замедленные — в отличии от многих других техник, что использовали маги для собственного усиления, моя имела ещё один несомненный плюс. Она ускоряла восприятие и скорость реакции — ведь без этого все усиление и ускорение тела имело маловато смысла. Если ты не успеваешь видеть и реагировать сообразно своим новым скорости и силе, то много ли с них проку?

Это было ещё одной причиной, почему подавляющее большинство полагалось на Доспех Стихии. Он позволял не беспокоится, что тебя прикончат раньше, чем ты успеешь защититься от чрезмерно шустрого противника — но такие техники усиления были в доступе лишь у самых древних и могущественных Родов. Даже среди боярских Родов они были далеко не у всех, что уж тут говорить о дворянах... Думаю, именно поэтому Доспех стал такой классикой. Заклятие, безусловно, хорошее, но не идеальное...

А ещё деление шло по признаку того, насколько хорош был разгон сознания у данных чар. И тут я могу смело утверждать, что под этим небом я в этих чарах точно лучший! Если, конечно, не найдется где-нибудь Рода, чья основная специализация магия Света и у них уклон в ближний бой...

Парень в целом был неплох. Неплох, но не более того — я без труда уходил от всех ударов, легко отбивал саблю ладонями и при этом не сдвигался ни на сантиметр. Он старался, очень старался меня задеть — заходить со слепых зон, пытаться делать обманные удары и финты, ударить рукой или ногой, но...

Медленно, слабо и предсказуемо. Ни единого шанса серьёзно меня зацепить у него не было. Я мог закончить с этим поединком сразу, в первый же миг — но я хотел поставить паренька на место, наказать за наглость и показать остальным, что я не беззащитная дичь, которую может укусить каждый. Прошло то время, когда я вынужден был опасаться любых стычек с аристократами — сейчас у меня за спиной далеко не худший отряд прекрасно экипированных и недурно обученных воинов, два пусть и слабых, но Мастера и десяток Адептов, которые скоро тоже шагнуть на следующую ступень силы. А сам я ныне способен прибить любого Младшего Магистра в поединке.

А уж случись мне сейчас с кем-то драться не на официальной площадке, с судьями, секундантами и зрителями, а сойтись в настоящей войне, я и Старшего Магистра найду как и чем завалить. В Роду Серовых такие явно есть — специально я про Род не узнавал, но общее понимание того, что они из себя представляют у меня есть. Я провел достаточно времени в губернии, что бы ознакомиться со списком более менее влиятельных Родов и их приблизительными силами. И у этих ребят своего Архимага точно не имеется, как и возможностей обучать и взращивать чудовищ такого уровня, так что в высшую лигу губернских игроков им попасть пока не светит.

В моей голове сотни различных ритуалов, знаний о магии таких областей, что в этом мире большинству, наверное, и вовсе неведомо их существование, навыки в алхимии, демонологии, магии всех стихий, святой магии, ритуалистики... А сам я планирую в этом, либо в следующем году добраться до ранга Младшего Магистра. Не мне нужно бояться твоего рода, наглый щенок, а твоим родичам молиться, что бы я не затаил на вас злобу. Ведь иначе я похороню всех вас, стоит войне закончиться... Ну, после того как с Игнатьевыми разберусь, разумеется.

— Слабак, — припечатал я презрительно, поймав меж ладоней его саблю. — И с такими навыками ты хотел дуэли по кодексу стали?! Глупая, глупая свинка...

Мой пинок в грудь вышел очень аккуратным — не дай бог парень прольет хоть каплю крови, и тогда все кончится слишком быстро. Это был даже не удар, скорее толчок, от которого его подкинуло и начало опрокидывать. Отпустив его оружие за миг до удара, я рванул следом за парнем, ускорившись до предела, и подхватил его до падения, закружив вокруг своей оси, гася инерцию.

Серов попробовал ткнуть меня освободившейся саблей, но дезориентированный маг промахнулся, а в следующий миг моя нога опустилась на лезвие сабли, не давая парню шанса ещё раз воспользоваться ей. Второй ногой я встал ему на горло, и придушенно захрипел, пытаясь скинуть мою ногу левой рукой. Вот только его попытки были обречены на провал — я был слишком силен для него. Мои физические параметры скорее соответствовали Младшему Магистру, нежели Мастеру — куда этому щеглу тягаться с подобным!

— Когда те маленькие бусинки, что у тебя в штанах, набухнут, обзаведутся волосами и нальются силой, превратившись в настоящие мужские яйца, ты поймешь, что делать грязную работу за других людей и бездумно задевать чью-то честь и гордость лишь потому, что хочешь выслужиться перед кем-то — это ниже достоинства уважающего себя человека, — доверительно сообщил я парню, наклонившись к нему и ослабив давление ноги, что бы он мог дышать и слышать, что ему говорят. — Тогда, возможно, ты научишься понимать, что за твои слова и поступки отвечать придется не тебе одному, но и твоему Роду, который может быть даже ни в чем не виноват — но проблем огребет всё равно, потому что один из недоносков, которого не сумели достойно воспитать, всё равно остается его частью и пятнает своими словами и делами и их. Вот тогда, свинья, ты поймешь, что я сегодня был очень милосерден.

— Не будь... запрета... на полноценнные... — начал он сипло, но я перебил парня.

— Я способен одолеть в поединке Младшего Магистра, и ты это явно знаешь, если не совсем идиот и наводил обо мне справки. А мои бойцы способны, что бились здесь до меня, вчетвером могут забить насмерть такого Мастера-недоучку, как ты. Даже не сильно при этом вспотев... Так что не будь запрета на дуэли в иной форме, кроме кодекса стали, ты бы рта открыть не решил. Не позорься столь глупыми отговорками...

Я медленно вынул Меч Простолюдина из ножен. Лишенное излишних изысков и украшений, моё оружие выглядело простовато на фоне богато изукрашенной сабли щеголя, но любой сильный артефактор сказал бы, не раздумывая, чей клинок дороже. Оружие, достойное руки Архимага... Не у каждого Рода, в котором этот самый Архимаг имелся, было подобное в достаточном количестве. Моё счастье, что артефакторы редко попадаются там, где идут активные боевые действия, иначе меня могли бы и прикончить ради него. Но внешняя простота меча плюс мои собственные способности надежно оградили его от нежелательного внимания. Сейчас-то у меня его просто так хрен отнимешь, а вот когда я был Ученик или Адептом... Тогда любой Младший Магистр мог меня походя прихлопнуть и отнять.

Я приставил лезвие клинка к шее парня, тут же ощутив тонкий барьер. Никита, являющийся судьёй и подстраховкой участников этого спонтанного ристалища, бдил. Со стороны секунданта парня повеяло лёгкой угрозой — тот напрягся и готов был вмешаться в любой момент.

— Парень, если ты ранишь... — начал было Серов старший, но слушать левого мужика, что был родичем моего противника, я был не настроен.

— Кровь не пролита, участник не сдался, прямой угрозы жизни тоже нет, — резко бросил я, не отводя взгляд от злобно глядящего мне в глаза выродка на земле. — Извольте не вмешиваться в поединок, сударь, коль скоро ваша сторона — вызывающая. Соблюдайте правила!

На это ему ответить было нечего. Да, всем уже было ясно, кто из нас победил, но официально — парень не сдавался, кровь не пролилась. И пока что-то из перечисленного не произойдет, я могу хоть до заката тут разглагольствовать.

— Я хочу, что бы ты кое-что понял, — продолжил я. — В дуэли до первой крови настроенный на защиту чародей активирует её лишь в тот миг, когда будет нанесена хоть царапина. Но тут есть такой интересный момент... Наш судья, без сомнения, весьма искусный чародей, особенно в своей области. Его защитные чары могут выдержать даже удары Старшего Магистра, даже атаку огромной толпы могучих чудовищ — я имел честь лично убедиться в его искусстве, оно спасло мне и его товарищам жизни, причем не единожды. Однако чародеи, не достигшие ранга Старшего Магистра, не обладают одним важным качеством — у них нет так называемого духовного чутья, без которого в когорте высших чародеев делать нечего. Именно оно позволяет им безо всяких внешних подпорок буквально упреждать любые чары магов более низких рангов, разгонять в нужный момент восприятие до невероятных высот, ну и ещё кое-что до кучи...

Я резко, не договорив взмахнул мечом. На лице парня, по всей его длине, протянулись три ровных линии, создавая четкую заглавную букву «А». Верхняя точка буквы была в центре лба парня, черточка, соединяющая линии и делающая из них именно букву проходила над верхней губой, чуть ниже носа.

— При всем уважении к доблестному Никите...

— Ильичу, — хмуро подсказал наш судья. — Сопкин Никита Ильич.

— Да, Никите Ильичу, — примиряюще улыбнулся я всё понявшему арбитру. — Я слишком быстр. Я мог убить тебя ударом клинка в глазницу, пронзив мозг — один удар, что являлся бы той самой первой кровью... Даже если бы твою жизнь спасли, полтора десятка сантиметров стали, побывавшие в мозгу, нарушили бы целостность твоего Источника. А подобное излечить под силу разве что Архимагу-целителю или Магу Заклятья. Но ты, скорее всего, не выжил бы — не успели бы спасти тебя, даже целитель пятого ранга не может гарантировать сохранение жизни в таких обстоятельствах. Не понял?

Он был не так уже глуп, этот Серов. Нагл, самоуверен, тщеславен, возможно недальновиден — но совсем уж идиотом не был. И в его глазах медленно, но уверенно зарождался запоздалый страх.

— Ты правильно всё понял, — зашагал я прочь. — Я мог убить тебя в любую секунду, ибо я слишком быстр, и наш уважаемый арбитр просто не успел бы остановить мой удар. И правила оказались бы на моей стороне — это старый кодекс, и его намеренно не правят, оставляя эту лазейку. А уж Рода твоего я точно не боюсь, — не такие вы уж важные шишки в нашем лесу, как тебе мнится, — посмотрел я на его секунданта. — Я мог прирезать тебя как свинью на бойне — собственно, потому я тебя свиньей и звал. Думай, с кем связываешься — если ты полезешь ко мне или моим людям ещё раз, я тебя убью. Даю слово.

В спину мне упиралось два взгляда — один, полный страха и бессильной злобы, явно принадлежал Серову младшему. Второй, полный гнева и раздражения, даже чуть холодил между лопаток — в отличии от своего глупого родича старший член Рода Серовых не тратил слов на пустые сотрясания воздуха и неуместные угрозы и оскорбления. И если первый меня не заботил, ибо дух его обладателя был уже почти сломлен, то второй внушал определенные опасения — люди, что способны держать себя в узде и не раскидывающиеся словами, были куда опаснее болтунов. Люди, что умеют молчать, слушать и запоминать... Самые неприятные противники. Особенно если при этом они ещё и способны радостно улыбаться тебе в лицо, как мой прошлый Император...

Уже вечером, уплетая рядом со своими приближенными очень вкусную кашу — не зря ж я столько золота вложил в обоз с продуктами, и не зря же со мной были нанхасы-охотники, обеспечивающие нас свежим мясом магических зверей, верно? — я думал. Не о каше, разумеется, и даже не о том, что большую часть мяса, добытую после победы над зверями, пришлось срочно консервировать, сушить, коптить и промораживать, а уже существующий обоз серьёзно расширять, что бы уместить нежданную провизию.

Думал я о том, что наживаю врагов слишком быстро, не обзаводясь при этом союзниками. А зря — такими темпами к моему возвращению из этого похода я окажусь в кольце желающих прикончить меня аристократов. До ужина я успел свериться — часть владений Серовых соприкасалась с моими. Так что вполне возможно, что этот конфликт спланирован ими самими, что бы иметь после войны поводы его углубить и довести дело до Войны Родов — с целью поживиться моими владениями.

Нужно искать союзников. Нет, это было мне и без того очевидно, и они у меня даже имелись, но... Второй Император и Федор Шуйский не те люди, которых я могу привлечь к противостоянию на таком уровне. Да и вообще — с первым я до сих лично дела не имел. А вдруг он мне за дочку голову не снял лишь в силу былых заслуг, узнав что я с ней спал?

Второй тоже не подвизался участвовать в конфликтах за меня. Да и вообще — союз может быть только с равными. Если я начну заимствовать их силу в подобных противостояниях, то очень скоро окажусь просто их марионеткой, бессильной что либо решать самостоятельно...

Но у меня есть кандидаты. Так уж удачно совпало, что Святослав носил фамилию Швецов, был Старейшиной не слишком крупного Рода и тоже являлся моим соседом. Ну, почти — между нами как раз лежали земли Серовых. Насколько я успел узнать, их Род был небольшим — два Младших Магистра, пятеро Мастеров, десятка полтора Адептов, вот и вся их семейная сила. Ну и сотни три человек гвардии, в которой были маги-наемники числом около трёх с половиной десятков, но всё сплошь Ученики да Адепты. Небольшой Род, на землях которого не было ничего особенно дорогого и немалая часть которого занималась охотничьим промыслом либо служила в Имперской Страже.

С остальными было чуть иначе — те же Сопкины имели в своих рядах Старшего Магистра и аж пятерых Младших, являясь более крупным Родом. Остальные двое — Олег Коршунов и Андрей Березин были выходцами из ещё более слабых Родов. Они были в них единственными Младшими Магистрами, и за своё обучение магии данного ранга расплачивались деньгами, долей в любой военной добыче и собственно службой здесь.

Пока эти сведения имеют малую ценность. Кроме одного момента — все их владения примерно в одной части Фронтира с моими. Ну, тут неудивительно — малые и небогатые Рода могли рассчитывать лишь на самые неприглядные земли.

И если подойти к этому всему с умом... Я могу сколотить коалицию. В которой каждый из нас будет мелкой рыбешкой сам по себе, но вполне себе зубастой акулой вместе — ведь у меня найдется, чем им заплатить за помощь. Мне нужны будут их боевые маги, им — знания, золото, доля в моих предприятиях или ещё что-то... Это решаемо и об этом можно договориться.

Я задумчиво хмыкнул, глядя в отблески костра. Ну а что? Я вернусь с этой войны, имея десятку Мастеров, преданных мне, и закаленную в боях гвардию. Я буду беречь их и пестовать... Вернусь с добычей, иначе зачем вообще сюда соваться было, а там уж, не теряя времени, покажу местным разленившимся аристократишкам, что такое Родовая Война.

Осталось дело за малым — послезавтра, в крайнем случае дня через три, состоится штурм крепости. А дальше видно будет...

Глава 6

— Значит так, господа, — обвел всех присутствующих на совещании полковник Багрянин Анатолий Викторович. — Наша вторая бригада не была расформирована и более того, была усилена дополнительными вольными отрядами и дворянскими гвардиями. В полдень начнется штурм этой проклятой норы нолдийцев, и задача нашей бригады — атака восточной стены и захват участка между этими двумя башнями.

Указка в руках полковника поочередно ткнула в две башни довольно подробно прорисованной крепости, изображенной на широком и длинном листе бумаги. Я и командиры ещё одиннадцати отрядов разных размеров молча кивнули, принимая информацию к сведению.

— Нам в усиление, помимо имеющихся в бригаде чародеев, выделены четверо Младших Магистров, — продолжил полковник, кивком указывая на знакомую мне четвёрку. — При их поддержке мы должны в нужный момент захватить обозначенный кусок стены, а затем расширять плацдарм — либо, если не получится, отвлечь на себя как можно больше вражеских сил. Задача проста, как дважды два, но если у кого-то имеются вопросы — задавайте. Времени немного, но постараюсь ответить.

— Будет ли у нас прикрытие артиллерии? — тут же уточнил Мастер справа от меня.

Среднего роста мужчина лет сорока пяти возглавлял выделенный его Родом отряд гвардии в полторы сотни бойцов. Ни он, ни они особо на общем фоне не выделялись — да, снаряжение у них было получше, чем у обычных вольных отрядов, да и маги у них были посильнее, но всё равно отнюдь не элита. Примерно на том же уровне, что и линейные подразделения Имперской Стражи, плюс минус.

И это было неудивительно. Наше направление было второстепенным, основные бои происходили в иных местах, и лучшие отряды дворянских гвардейцев отправлялись именно туда. К Первой и Второй Ударным Армиям, а что поплоше уже шло к таким вот корпусам, как у нас. И зря, как по мне — я бы вообще не стал отправлять сюда подкреплений, подчистую выгребя всё и усилив по максимуму обе основные Армии Стражей. Основные битвы, которые будут определять дальнейший ход событий, всё равно произойдут именно там, и наш успех или неудача — дела локального, тактического масштаба. Стратегически же важнее выиграть совсем иные битвы...

Впрочем, эти мысли я держал при себе. Второй Император и его штаб отнюдь не дураки, там одних Магов Заклятья на данный момент человек пять уже. Опытные воины, обладающие куда более развернутой информацией о положении дел, нежели я, точно понимали что и зачем делали. Мое же дело маленькое — убить врагов побольше да сберечь своих воинов. Я строго придерживался золотого правила — заниматься тем, на что я в силах повлиять, не растрачивая сил и времени на лежащее вне моих возможностей.

— Одна батарея, — кивнул полковник. — Не беспокойтесь, в этот раз мы не идем в одиночку. Понимаю ваши опасения, но переживать не о чем — атака начнется одновременно и со всех сторон, так что нас не сметут в один миг старшие маги нолдийцев. Им будет не до нас.

Больше вопросов не нашлось. Собственно, главное мы услышали — что мы не рискуем пойти в атаку первыми, дабы прощупать на своих шкурах возможности обороняющихся, а остальное было уже вторично. Прозвучит сигнал к атаке, сцепятся старшие маги — тогда и мы попрем на стены. Просто, безыскусно, но очень понятно.

С момента схватки с Серовыми прошло уже три недели. И я могу с гордостью отметить, что прошли они не даром — уровень моей гвардии подтянули ещё больше (мы были одни из немногих, кто ежедневно уделял не меньше шести часов тренировкам как рядовых бойцов, так и магов). Индивидуальные навыки, групповое взаимодействие, отработка построений... Гвардия пролила реки пота, но зато теперь я был уверен в них. Осталось лишь закалить их в крови, бросить в мясорубку настоящего боя, где вбитые на тренировках навыки окончательно отточатся боевым опытом, и можно смело считать, что мой отряд лучший в корпусе.

В рядах гвардии Николаевых-Шуйских и до того подавляющее большинство бойцов обладали боевым опытом. Чай, в Сибири жили, на самой линии Фронтира, тут даже дети защищаться обучены. Но даже так, им требовалась обкатка реальным боем — то, как от них требовали воевать мои инструктора, кардинально отличалось от имевшегося у них опыта.

И самое главное — за эти три недели я сумел сделать из Арсения и Володи Мастеров. Остальным требовалось ещё определенное количество времени и разнообразная алхимия, что бы перейти на этот ранг, но эта парочка была и без того достаточно близка к прорыву, что бы я сумел провести все необходимые процедуры здесь и сейчас.

Конечно, они ещё не были полноценными Мастерами — необходимый минимум боевых чар им пока ещё только предстояло заучить. Но даже так, обладая в разы увеличившимся резервом и заучив по одному простейшему защитному и атакующему заклятию четвёртого ранга, они были весьма сильны. Ничего, вот возьмем эту груду камней штурмом, и я всерьёз возьмусь за их обучение. Они у меня ещё станут грозными зубрами!

Мой отряд, кстати, был поставлен как резерв бригады. Вместе с нами эту стену собиралось атаковать ещё несколько полков, и всем уместиться под стенами, что бы атаковать без лишних помех, было невозможно. А так как Багрянин прекрасно знал, сколь хороши мои гвардейцы, он благоразумно решил приберечь их для непредвиденных ситуаций.

Тысячи и тысячи людей двигались, образуя штурмовые колонны, сверкала сталь доспехах в лучах восходящего к зениту солнца, катились вперед здоровенные, неуклюжие на первый взгляд осадные башни, занимала удобные позиции артиллерия... У меня невольно дух захватило — впервые в своей второй жизни я участвовал в столь масштабном сражении.

Не просто очередная стычка неразумных чудовищ против людей, нет — битва между разумными, битва, в которой прольются реки крови...

Наученные горьким опытом уничтоженной в прошлый раз почти целиком третьей бригады, войска занимали позиции на безопасном отдалении. Окрестные леса уже были вырублены и зачищены от чудовищ, река со стороны основных сил как раз сейчас засыпалась землёй — Старшие Магистры ели свой хлеб не зря.

Поглядев на главную ставку корпуса, я успел увидеть, как последние пилотируемые големы загружаются на эсминцы. Тоже тот ещё козырь — здоровенный металлические доспехи, являющие из себя сложнейший и невероятно прочные артефакты, они многократно повышали боевую мощь пилотов. Конкретно здесь были модели, что усиливали до уровня крепкого Мастера, не более — самые дорогие образцы нам не выделяли. Но даже так — три сотни Учеников, сидящих внутри, становились Мастерами на время боя. Причем не просто Мастерами — к этому шла огромная прочность и физическая мощь этих доспехов... В бою один на один средний Мастер почти гарантированно уступал такому голему. И три сотни этих болванок сейчас поднимались на наших эсминцах в небо, что бы в нужный момент высадиться на головы врага.

Корпус разворачивался неспешно и основательно. Больше часа прошло, прежде чем боевые порядки окончательно сформировались — и лишь тогда вперед двинулись десятки осадных башен.

Надо сказать, они тоже не были наспех сколоченными деревянными поделками. Нет, это были полноценные осадные орудия, как следует укрепленные чарами, оббитые листами броневой стали и приводимые в движение алхимическим реактором в своем основании — человеческими силами двигать вперед эту махину было совершенно нереально.

Даже думать не хочется, сколько стоят эти три с лишним десятка штуковин. Однозначно очень много — хотя бы потому, что мне хватило даже мельком брошенного взгляда, что бы понять, что лично мне не по силам хоть что-либо им сделать. Кто бы не изготавливал эти чудовища, он знал своё дело на совесть — и ударившие со стен ядра, взрывающиеся сиреневым пламенем, что лишь бессильно стекало вниз, было тому лучшим подтверждением. Артиллерия врага силилась нанести хоть сколь-либо значительный урон, но здоровенные махины с великолепным презрением к усилиям осажденных двигались вперед. Что ж, это отличные новости — значит, по крайней мере надежный метод забраться на стены у нас есть уже однозначно.

Основные войска же пока не двигались вперед. Зачем лишний раз подставляться под вражеские орудия, если есть возможность оттянуть этот неприятный момент? Да и вообще — чем больше они ядер потратят на осадные башни, тем меньше их свалиться на наши головы. Так что пусть стреляют...

К сожалению, в крепости тоже не дураки сидели. Канонада быстро стихла, и жерла орудий развернули в сторону держащихся на почтительном расстоянии атакующих. В конце концов, когда башня подойдет к стене, нашим бойцам предстоит бежать к ним под вражеским огнём. Уповая лишь на отрядных магов и на редкие площадные артефакты защиты, которые имелись далеко не у каждого отряда гвардейцев различных Родов. Да что там — даже в корпусе, в основных его силах, таких было немного.

Где-то в стороне громыхнуло, и над крепостью проявился огромный купол защиты, принявший на себя удар огромного копья света, мощи которого хватило бы что бы без труда обрушить любую из башен с примыкающим к ней участком стены. Эх, мечты, мечты... Будь всё так просто, Архимаг давно повёл бы нас на штурм.

У крепости нолдийцев имелись весьма добротные стационарные защитные артефакты, совместно образующие этот самый купол. И как я сильно подозреваю — запитывалась эта красота от нескольких крупных источников маны, расположенных в крепости. Собственно, именно благодаря их наличию тут и возникла крепость, причем в столь сжатые сроки. Иначе построить способную сопротивляться одной из самых современных армий этого мира цитадель за имевшиеся у рогачей месяцы было нереально.

К счастью, подобные барьеры не являлись помехой для пуль и боевой магии низших порядков. Маны в любом источнике силы не бесконечна, и потому подобная защита нужна в первую очередь для того, что бы не позволить высшим магам самостоятельно перевернуть всё здесь вверх дном.

И битва закипела, постепенно набирая обороты. У нолдийцев тоже нашелся свой чародей уровня Архимага, вот только чародеев рангом ниже у них оказалось невпример меньше, чем у нас. Перевес в Старших Магистрах был на нашей стороне. Более чем двукратный, насколько я мог судить, но точнее не скажу.

Четыре воздушных судна, Архимаг и более чем две дюжины Старших Магистров с одной стороны против четырехрогого чародея и его дюжины трёхрогих, укрытых в самой надежной части крепости — внутренней цитадели, плюс вооруженные стационарным порталом защиты и имеющие доступ к источникам маны города.

На первый взгляд, перевес был на стороне защищающихся — у них халявная энергия, заранее заготовленные позиции, приготовленные к штурму козыри и стационарный барьер крепостного класса. Но я не верил, что у нашего генерала и его сильнейших подчиненных не найдётся своих тузов в рукаве — тех же артефактов, к примеру...

Между донжоном и оставшимся в одиночестве крейсере, на котором оказались сосредоточены все Старшие Магистры с самим Архимагом, в небесах развернулась магическая дуэль на языке высокой магии. Различные магические поля, удары могучих заклятий, пущенная в ход рунная магия с одной стороны (удивили меня рогачи, признаю) против заготовленных артефактов... Что ж, им сейчас не до бьющихся внизу младших чародеев и рядовой пехоты.

Взвыли боевые рога, и поблескивающие сталью ручейки воинов, старающихся бежать как можно более рассыпанным строем, спасаясь от артиллерии врага, рванули к вгрызшимся в стены осадным башням. Бежали и рядовые бойцы, и их командиры-маги, по ним били со стен уже не только артиллерией, которая несмотря на все попытки минимизировать ущерб забирала слишком много жизней, полетели арбалетные стрелы — ружей у сорсов не было. Видимо, эту нашу технологию пришельцы перенять пока не успели.

Десятки осадных башен облепили крепость со всех сторон практически одновременно. Бойцы вольных отрядов, брошенные на штурм первыми, с рёвом ныряли внутрь монструозных сооружений, создавая давку на входе. Грянули новые залпы крепостной артиллерии, уничтожая бойцов десятками — но такое раздолье не продлилось долго. Чародеи оградили собой прибывающую толпу, сотворяя защитные чары над головами подчиненных — не упорядоченно, порознь, кто во что горазд, но даже так количество потерь резко снизилось.

А уже через минуту на стенах закипел бой — по стальным мосткам, рухнувшим прямо на зубцы крепости, побежали в атаку первые воины и маги. Широкие перекидные мосты осадных башен давали пространство в семь метров длиной и пять шириной, огражденное по бокам магическими барьерами, что не позволяли обстреливать и атаковать наших бойцов с боков.

Грянули ружейные выстрелы, снося самых неудачливых серокожих здоровяков, полетели первые гранаты — не столь совершенные, как у моих бойцов, почти без магической начинки, но от того не утратившие своей опасности. Я перевел взгляд от ближайшей осадной башни, глядя на происходящее в других очагах боя, и картина везде оказалась одинакова.

Стена оказалась весьма и весьма толстой и прочной. Две телеги могли бы спокойно разъехаться, не задевая друг друга — добрых метров десять, а то и двенадцать пространства. Что бы разглядеть это, мне пришлось воспарить — хотелось ухватить как можно больше подробностей.

Впрочем, долго любоваться происходящим мне не дали. С ближайшей башни ко мне рванула здоровенная стрела сиреневого пламени, и я едва успел отвести её в сторону, после чего стремительно полетел вниз, от греха подальше. Там, среди своих бойцов, под защитой генератора барьера и заклятиями десятков магов, было как-то спокойнее.

С моим отрядом пошли и четвёрка Младших Магистров.

— На время боя мы переходим под твоё командование, — предупредил с усмешкой Святослав. — Так что командуй, господин капитан.

М-да... Капитан, командующий полковниками, то ещё зрелище. Но что поделать — свой отряд, его боевые возможности, сильные и слабые стороны знал лишь я. Полк тоже двинулся, но там в Младших Магистрах особой нужды не было — с тремя-то десятками Мастеров и тремя Младшими Магистрами. Что тут скажешь — большую часть пришедших от аристократов подкреплений полковник Багрянин благоразумно оставил при себе. В первой волне шли не сами представители Родов и их гвардии, а наёмники, пушечное мясо, пришедшее с ними. Ну и те, кого мобилизовал Второй Император в виде вольных отрядов — пушечное мясо, безжалостно кинутое в бой первыми, дабы прощупать возможности врага.

Они, кстати, уже откатывались назад, понеся весьма ощутимые потери. Загрохотала на пределе возможностей приданная нашей бригаде артиллерийская батарея, стремясь заглушить своих визави на стенах крепости, и мы двинулись вперед. В числе прочего нам было выдано штатное количество артефактов, формирующих защитные барьеры над большими массами войск. Ну, как по штату — относительно лучших подразделений Рода Шуйских, конечно. Так-то подобными игрушками далеко не все могли похвастать — секрет изготовления максимально эффективных образцов подобных изделий был ещё одной чертой, что отделяла высшую лигу аристократов от Родов попроще.

Два мощных поля плюс индивидуальные заклятия всех Адептов и Учеников, которые те растянули над своими подопечными в качестве второго слоя защиты, позволяли нам идти спокойно и уверенно. Ближняя к нам осадная башня стремительно освобождалась от наших союзников — огромная толпа бойцов вольных отрядов, что не успела взобраться по башне и напасть на защитников, стремительно рассеивалась артиллерией врага, низшей боевой магией и арбалетными стрелами, несшими на себе не меньше чар, чем наши стандартные зачарованные пули. Я потому и вел отряд шагом, а не уверенной рысью, что бы к моменту, когда мы подойдем, плацдарм был чист от посторонних бойцов.

Нас, разумеется, заметили. И постарались если не опрокинуть сходу, так проредить ряды моих бойцов — артиллерия, рогачи со стен и арбалетчики переключились с удирающих воинов на мой отряд. Хитрый полковник двинул целый полк ко второй осадной башне, тогда как через первую прорываться должны были лишь я со своей гвардией. А так как шли мы быстрее и цель наша была ближе, то первыми огонь приняли на себя тоже мы.

Впрочем, если слишком хитровыдуманный родич Архимага рассчитывал, что нам серьёзно достанется, он прогадал. Невероятно ценные артефакты, в количестве двух штук, были рассчитаны на прикрытие шести сотен человек. Нас же было лишь четыре, что позволяло на треть уменьшить объем защищаемого пространство. Отчего плотность барьеров значительно возросла.

Когда последние беглецы окончательно рассеялись, а цель замаячила в пятистах шагах, я вскинул Меч Простолюдина и, усилив голос чарами, что бы меня мог услышать каждый, приказал:

— Бегом!

И уже тише, лишь для Младших Магистров, добавил:

— Не отставайте, господа. Мы атакуем в первой волне.

Это было рискованно, конечно, но зато в случае успеха сулило возможность обойтись минимумом потерь при захвате плацдарма на стене. Пятерка боевых магов уровня крепких Младших Магистров — большая сила.

Уже у башни рыкнул Арсению, что бы со своими людьми командовал бойцами и, ускорившись, побежал по крепким дубовым ступеням, вырезанным из весьма недешевой его породы, обладающей магическими свойствами. За нашей пятеркой бежали первые вливающиеся в башню бойцы, снаружи враг изо всех сил пытался расковырять нашу защиту, заставляя мерцать объединенный артефактный барьер, и потому я спешил — надо успеть раньше, чем артефакты перегреются и временно отключатся, или, чего доброго, не разрядятся.

Длинный металлический мост, соединяющий нас со стеной крепости, уже вовсю пытались сломать, дабы усложнить нам нападение, но пока серьёзных успехов у врагов не было. Я взмахнул клинком, посылая венец переплетенных синих, желтых и фиолетовых молний прямо во вскинувших на меня арбалеты сорсов. Чары встретили на своём пути защитный барьер, поднятый кем-то из рогачей, но он оказался недостаточно силён, что бы противостоять моим чарам.

Первую десятку врагов просто сожгло до золы, и я рванул по скользкому, заваленному трупами и частями тел, залитому кровью мостку. Мне навстречу потянулись полупрозрачные сиреневатые щупальца, от которых исходила сила, достойная чар пика Мастерского уровня, но Никита в очередной раз показал высший класс — чары столкнулись с незримой защитой и бессильно скользнули в сторону, не причинив никакого вреда.

На стену ворвались сперва мы впятером. Бедолаги сорсы и немногочисленные нолдийцы, в основном однорогие и тройка двурогих, Мастерского ранга, были быстро сметены, и на освободившиеся несколько десятков метров свободного пространства хлынули мои гвардейцы. С ними остался и Никита с Андреем — на участке стены меж двумя крепостными башнями, который нам предстояло захватить, было ещё немало двурогих, и кому-то требовалось остаться в усилении гвардейцев. Выбор, разумеется, пал на защитника и лекаря.

А вот трёхрогие, если и были, то засели явно в башнях — и именно к той, что была ближе всего к нам, мы рванули втроем. Себя, случись чего, мы и сами прикроем, да и за нашими спинами двинулась часть заполоняющих стену бойцов — в том числе Приходько, Володя и ещё десяток Адептов и Учеников не из числа тех, кто пришел от Шуйских. Ну и почти четыре десятка гвардейцев — остальные три плавно выдавливали и занимали новые участки стены. Освобожденного пространства было пока мало для всего моего отряда, но даже так — учитывая его уровень, далеко не лучшие бойцы из числа защитников крепости, поставленные на защиту второстепенного участка стены, совладать с нами совсем не мог.

Однако и наш стремительный успех на этом не то что бы и закончился, но... Враги не ожидали элитных бойцов здесь и сейчас, и потому мы сумели с наскоку захватить плацдарм для наступления. Хотя странно — видели же, сколько у нас барьеров и магов, могли и сообразить...

Но теперь за нас взялись всерьёз. Наш ударный кулак перегруппировался, вынужденный выгрызать себе каждый шаг потом и кровью — ближе к крепостной башне сопротивление резко возросло. Позади сорсов, что пытали счастья в рукопашной, били чарами нолдийцы — в основном однорогие, но всё равно опасные. Слабее Ученика там никого не было, да плюс не самые худшие артефакты...

А из самой башни по нам работали чародеи посерьёзнее — два трёхрогих и больше двух десятков двурогих. Не пиковые — Младшие Магистры и Адепты вперемешку с Мастерами. К тому же они были на своей территории, в башне, явно имевшей заклинательный покой и свои собственные чары и системы защиты, что изрядно облегчало им жизнь.

Мы оказались тоже не лыком шиты — и в магической схватке временно наступил паритет. Ни одна из сторон не могла пробить защиту другой и атаковать непосредственно солдат, и потому именно рядовая пехота сейчас решала, будем мы медленно, но верно двигаться вперед или наоборот попятимся, отдавая бесценные метры стены обратно врагам...

И мои бойцы меня порадовали. Сорсы были крупнее, сильнее и быстрее обычного человека, да — но обычных людей в моей гвардии и не осталось. Определенные курсы алхимических препаратов значительно подняли их изначальные физические параметры, причем навсегда — стандартная практика во всех Родах, имеющих достаточно ресурсов на это недешевое удовольствие — плюс бойцы по самые уши залились всей имеющейся боевой алхимией. И сейчас наглядно показывали, чего ради проливали реки пота на тренировка.

Схватка набирала обороты. Не знаю, чем кончится этот день, но кое-что приятное он мне уже принес — гордость за своих бойцов. Жди меня, башенка и её рогатые обитатели! Скоро мы к вам в гости-то заглянем...

Глава 7

Сиреневое сияние разгорелось, преобразуясь во что-то, похожее на пламя. Его языки извивались, образуя длинные жгуты, которые хлестнули вперед и вниз на огромной скорости, метя прямо в центр отряда моих гвардейцев и грозя одной атакой попросту смести их, но тут навстречу рвануло другой, ярко-багровый огонь, принявший форму зонтика и встретивший вражеский натиск — Святослав перехватил атаку рогачей и сейчас пусть с трудом, но держал вражеский удар.

Олег тем временем сотворил десятки водяных лезвий, которые стаей устремились вперед, грозя растерзать сорсов. На их пути встал барьер, сотворенный засевшими в башне рогачами, без труда отразив удар, но тут в дело вступил я — мои фиолетовые молнии, чью мощь я копил последнюю минуту, выплеснулись стремительным потоком, вгрызаясь во все чары на своём пути. И сиреневое пламя, и защитный барьер над сорсами, да даже барьер Святослава — всё рухнуло и исчезло.

Высвободившуюся силу, которой оказалось многовато для всего лишь трёх заклятий, я направил в формирующиеся вокруг потоки сиреневого воздуха, что готовился обрушится на нас, разрушая чары в зародыше. Наверное, те бедолаги, что плели заклятье, сейчас поминают меня недобрыми словами — заклинание, разрушенное до его полного сплетения, били неслабой отдачей по неудачнику, который так облажался.

В ответ с верхушки башни сверкнуло и ударило прямо в меня заклятие из разряда магии Холода, стремясь заморозить и убить — но тут подстраховал Олег, встречным ударом отведя в сторону вражеские чары. Я устало сплюнул, помянув всех демонов и богов — схватка в плане магии до сих пор шла полностью на равных, и исход схватки за башню решался не силой наших боевых чар, а сталью в руках рядовых бойцов. Ибо все имеющиеся маги были заняты примерно одним и тем же — безуспешными попытками прорвать защиту друг друга.

По идее, конечно, лучше бы нам сосредоточиться только на защите, экономя силу — но так мы тоже не могли поступить. Уйдёшь в глухую оборону, и противник получит время сплести что-то действительно убойное, и тогда сил на отражение удара может не хватить. Так что навязанный нами темп чародейского противостояния не позволял ни одной из сторон выиграть достаточно времени, что бы пустить в ход что-то действительно убойное из арсеналов высокоранговой боевой магии.

Впрочем, меня пока всё устраивало. Мои гвардейцы шаг за шагом успешно теснили противника, не понеся пока никаких серьёзных потерь. Один погибший, четверо тяжелораненных и шестеро с ранами средней тяжести... На первый взгляд — потери немалые для отряда, в котором рядовой пехоты лишь несколько десятков.

Вот только трупов сорсов было несравненно больше. Я не считал, конечно, но что враг потерял уже десятков семь своих бойцов убитыми и раненными мне было очевидно — я сейчас, вместе с остальными магами, как раз шагал через их разбросанные трупы. Медленно, не спеша, шаг за шагом мои гвардейцы делали то, чему их учили долгие месяцы — встав плечом к плечу, первый ряд образовал стену щитов и, специально для этого боя вооружившись короткими клинками, перемалывал врага, не позволяя ему прорваться вперед. Стоящие же позади стрелки вовсю пользовались своим шансом, почти без помех расстреливая в упор сорсов.

Не сказать, что каждая пуля находила свою цель. У некоторых были различные личные амулеты, способные остановить один-два выстрела даже почти в упор, некоторые из слуг нолдийцев обладали действительно качественной тяжелой бронёй, которая держала выстрелы, но так или иначе все они постепенно гибли.

Бойцов ближнего боя мои инструктора гоняли особенно долго и упорно. И не зря — ведь именно они первая, самая важная линия что в атаке, что в защите. Те, кто держит удар всех врагов, позволяя стрелкам работать, получали не только повышенный риск — им ещё положены были самые лучшие из имевшихся эликсиров, повышающих физические данные, самые крепкие доспехи, лучшее оружие, отдельные артефакты... В общем, стрелкам оставалось лишь молча завидовать.

Потому что позавидовавшему в слух предложили бы сменить позицию стрелка на позицию пехотинца — а на это многие из них были несогласны. На три сотни стрелков у нас была лишь сотня пехоты — но эта сотня стоила батальона своих коллег из Имперской Стражи. Маленькое чудо, занявшее почти три месяца непрерывных трудов — вот что сотворили с моими людьми бывшие дружинники Шуйских.

И сейчас они методично и беспощадно перемалывали серокожих существ, что были на голову выше обычного человека и раза в полтора шире в плечах. Одноручные секиры сорсов с яростью били по щитам передней линии, оставляя на них лишь царапины, ответные же выпады коротких клинков, что происходили строго по команде сержанта, когда стена щитов на короткий миг чуть раскрывалась, неизменно забирал жизни врагов. И это не считая ружейного огня...

Правда, у сорсов тоже были стрелки. Их арбалеты как раз и убили одного из стрелков, да и две трети раненных тоже были из них — пусть у моих гвардейцев были и прекрасные по меркам лишенным магического дара людей доспехи, они всё же имели сочленения и слабые места. Особенно лёгкие варианты доспеха, в который были облачены стрелки. Пехотинцы обладали куда более внушительными вариантами брони, коей не постеснялись бы и какие-нибудь бедные европейские рыцари из числа захудалых. Плюс у каждого в обязательном порядке было минимум три амулета, призванных сохранить жизнь бойца — первый создавал магический щит в местах сочленений доспехов, дополнительным слоем обволакивая всё тело бойца в случае, если его доспех оказывался пробит, позволяя выдержать до двух попаданий заклятий третьего ранга — несколько атак Адепта, на секундочку! — что было весьма немало.

Второй был чисто медицинского образца — в случае получения бойцом ранений тот запускал лечебные чары. Если рана была легкой или средней тяжести, то за несколько часов работы артефакт мог полностью излечить владельца, заодно обеззараживая раны, что бы не загнобились. Ещё он мог вывести почти любой не магический яд из организма, а потому на пьянки его не одевали — во первых, алкоголь он тоже воспринимал ядом и не давал ему держаться в крови, во вторых, вытекавшее из первых — тратить ресурс артефакта, способного тебе жизнь спасти, на такую хрень как отсутствие похмелья или возможность выжрать побольше той дешевой сивухи, кою могли достать рядовые пехотинцы в лагере корпуса, идиотов не было.

Ну и третий, который в отличии от первых двух активировался именно сознательным мысленным приказом владельца — артефакт, создающий в пределах шлема воина (или вокруг головы, если шлем по какой-то причине отсутствовал) сферу чистого воздуха, которым он мог дышать до пяти часов подряд. Это было весьма полезной возможностью — магические яды, пускаемые через воздух, никто не отменял. Даже в этой схватке на стене одной из первых вражеских атак было сиреневое газовое облако, которое могло убить человека за пару секунд. Благо последние два амулета имелись и у стрелков — не будь у моих людей этих артефактов, и к моменту, когда мы совместными усилиями разрушили эти чары, все мои рядовые гвардейцы и часть младших магов были бы мертвы.

Массивная деревянная дверь, обитая металлом, становилась всё ближе. И никакие усилия защитников уже не могли остановить этого процесса — погибать начали уже не только сорсы, но и державшиеся за их спинами рогачи младших рангов, что тоже пытались остановить наше продвижение.

Нет, сперва, в первые секунды, нолдийцы заставили моих бойцов пятиться — встав рядом с изрядно поредевшими сорсами, младшие маги, используя как чары усиления и ускорения, так и боевую и защитную магию, вывели из строя половину моих пехотинцев. Что очень многое говорило о силе их чародеев первого и второго рангов, ибо пробить артефактные доспехи, предназначенные как раз для борьбы с подобными врагами, а затем и защиту магических амулетов было весьма непростой задачей, с которой они неплохо справились. Для сравнения — Подмастерья и Ученики из числа тех, кто не родился в аристократических семьях или на худой конец не обучался в их боевых отрядах, а имел за плечами лишь государственное училище, такие результаты были почти недостижимы.

Но тут сержанты, командовавшие десятками, рявкнули команду, и на свет показались гранаты. Не обычные, без магической начинки, коих имелось в достатке у любого уважающего себя боевого подразделения, и даже не те дешевые хлопушки из дешевых магических минералов и со слабыми усиливающими чарами — нет, в бой пошли запасы эксклюзива, ставшие частью поставок Шуйских.

Тридцать пять гранат, в которых помимо пороха и осколков ещё и содержались пусть простенькие, но всё же площадные чары боевой магии третьего ранга, разом покатились под ноги бойцов противника. К счастью, я вовремя понял, что скоро произойдет, и потому, напрягая до предела магические каналы, сумел установить барьер перед строем своих бойцов, что припали на одно колено, выставив щиты — и потому их не смело в стороны и не убило. Хотя моё заклятье и не выдержало до конца, главное было сделано — потерь от дружественного огня не случилось

Яркие цветки молний, огня, льда, воды, каменных шипов и металлических лезвий — всё то, что было вложено в эти дорогие расходники, буквально одним махом смело всех защитников крепости. Я покачнулся и потянулся вытереть закапавшую из носа кровь — что бы выдержать эхо вырвавшихся на свободу сил пришлось изрядно выложиться, а ведь это было лишь эхом, отголосками взрыва, а не основной атакой. Всё же, несмотря на все мои навыки, я всё ещё Мастер, а не Младший Магистр. Будь я обладателем пятого ранга, моих сил бы хватило выдержать этот удар без особых проблем... Хотя, будь я уже Младшим Магистром, до гранат бы и не дошло — я бы сломил нолдийцев, засевших в башне, выиграв магическую дуэль.

— К двери! — рыкнул кто-то из Адептов, командовавших гвардейцами. — Бегом, сучьи дети!

Меня подхватили чьи-то руки, пытаясь оттащить назад, к осадной башне, что служила нам опорным пунктом — сверх меры укреплённый магией объект играл роль укрепленного бункера, в котором можно складывать наших раненных и убитых. Но я вырвался и, пошатнувшись, выхватил с пояса пузырёк из бронестекла, в котором плескалось зелье Второго Дыхания. Причем его версия, предназначенная для Мастеров — это зелье имело своё ранжирование, и выпить вариант для ранга выше своего собственного означало получить мощнейшую алхимическую интоксикацию с последующей смертью, если под рукой не окажется умелого целителя или, на худой конец, одаренного алхимика, специализирующегося на лечебных зельях и эликсирах.

По энергетическим каналам вновь устремились потоки маны. Не моей, мой запас уже подошел ко дну — всё же для того, что бы на своем ранге соответствовать Младшим Магистром мне приходилось тратить огромные объёмы маны. Но даже так, прохладная волна вернула мне силы, и я уверенно зашагал вперед, стараясь не думать, что сейчас внутри меня плещется пятьдесят тысяч золотых рублей. Всё же средство, способное почти мгновенно поставить в строй Мастера, и при этом не имеющих пагубных в долгосрочной перспективе последствий, стоило весьма немало. Даже, наверное, хорошо, что я не Младший Магистр — для тех такая радость стоила уже двести тысяч золотых.

Бойцы, дорвавшись до двери, всеми силами сейчас пытались её выломать — чародеи из числа Адептов и Учеников сыпали боевой магией по клятому металлу. Тот мялся, нагревался, получал рваные царапины, обугливался — но при этом и не думал наконец уступить натиску моих воинов. Попытки высадить стену самой башни, раз не выходит справиться с дверью, к особому успеху не привели. К сожалению, нолдийцы не были такими идиотами, что бы поставив бронированную и зачарованную дверь оставить стены вокруг без внимания. Сейчас по все башне бегали стремительные полоски сиреневатого цвета, являющиеся внешним проявлением каких-то укрепляющих чар. Ну и не стоит забывать, что сами стены были метров в пять толщиной и сложены из весьма прочного гранита...

А натиск почуявших жареное нолдийцев резко усилился. Ещё бы — штурм потому и был начат одновременно и в максимальном количестве мест, что бы растянуть силы защитников по максимуму. Всё, что они могли сейчас на нас бросить, уже было нами разгромлено, пусть для этого и пришлось использовать часть стратегических запасов весьма дорогих гранат, которые я, кстати, рассчитывал здесь не использовать, приказав их взять с собой лишь на крайний случай. Они ведь мало того, что дорогие, так ещё и в большом дефиците — продукт такого качества на продажу делает не столь уж много Родов, и к ним едва ли не очереди выстраиваются.

Ну да не будем о грустном. Я кинул взгляд назад, глядя на успехи остальной гвардии. Как они там? Вроде магов и бойцов там куда больше, чем в моем отряде, но Никита с Андреем больше по защитным и лечебным чарам, чем по атакующим, а имеющиеся там трое моих Мастеров были ещё жидковаты по меркам четвёртого ранга — слишком мало у них было времени на заучивание и освоение чар, пристойных их уровню. Хотя Приходько уже начал демонстрировать приличные результаты...

Стоило мне обернуться, как я тут же заметил высокий, здоровенный Доспех Стихии Воздуха, в который обернулся Влад. Андрея видно не было — похоже, целитель занимался раненными, а Никита, взопрев от натуги, держал защитные чары над бойцами. Впрочем, его усилиям немало способствовал тот факт, что один из артефактов, формирующих большие защитные барьеры, подняли на стену, и теперь Младший Магистр имел возможность брать перерывы на короткие передышки, что бы чуть восстановиться — бойцы просто активировали артефакт.

Ко всему этому, на стене были ещё не все четыре сотни. С нами было три десятка пехотинцев, десяток из которых уже выбыл, и полсотни стрелков, потерявших около пятнадцати человек. Убитых почти не было, но тяжелоранных хватало... И сейчас к нам на подмогу бежали ещё полсотни солдат с одним из Адептов-инструкторов и двумя магами Учениками. Подкрепления, поди ж ты!

В целом, дела у них складывались чуть менее успешно, чем у нас. Количество погибших и раненных я не знал, разумеется — это будет ясно уже после боя — но вот до своей башни вторая половина моей гвардии ещё не дошагала. Хотя несмотря ни на что, сорсов и их хозяев из одно-двух рогих нолдийцев они уверенно перемалывали. Что радовало — с той стороны у врага было явно меньше высокоранговых чародеев, тогда как магической мелочи хватало. Но тут уж, в равных условиях, мои воины и маги имели явное преимущество...

— Аристарх! — взревел Святослав. — Сделай что-нибудь или приказывай отходить — мы долго не выдержим!

И действительно, сейчас моих товарищей едва хватало на простую защиту, речи о контратаках не шло вовсе. Прикинув своё состояние, я нашел его уже удовлетворительным и зашагал вперед, расталкивая бойцов, а затем и пытающихся разломить дверь магов.

— В сторону! — дёрнул я последнего стоящего между мной и дверью Адепта. — Я сам!

Та-а-ак-с... Магия камня в сочетании с чарами металла, плюс какой-то наговор неясно мне природы... Чары не слишком сложные, простые, но очень надежные. Такая защита жрала прорву энергии, но зато пока тут есть мана, её не вдруг и несколько Младших Магистров пробьет. А с маной у расположенной на нескольких крупных магических источниках крепости было всё в порядке, защитником не приходилось тратить на это свои силы.

Впрочем, эта надежность и простота их же и погубила. Стянув латную рукавицу — сегодня я был в полном комплекте брони, закованный с ног до головы — я резанул ладонь и начал стремительно наносить руны на дверь. Секунда, вторая, третья...

— Аз лог зилар риттугул! — выдохнул я, решившись.

И вокруг двери начали прорастать, наливаясь чернильной темнотой, уже совсем иные узоры. Ещё спустя десять мгновений чернота сменилась бледно-зеленым пламенем Инферно, символизирующим, что моё предложение принято. А в следующий миг дверь, спокойно удерживающая больше сотни бойцов и магов, начала буквально осыпаться. Заколдованный металл превращался в целые груды ржавчины, что бессильно осыпалась к моим ногам и разлеталась по ветру. За ним последовало дерево двери — магическая древесина, явно не из дешевых пород, гнила и рассыпалась трухой прямо на глазах. Правда, окончательно к моим ногам в виде древесной пыли она не осыпалась. Но это было уже и неважно — хороший, от всей души пинок и небольшое заклятие первого ранга, что распределило силу моего удара ногой по всей площади двери — и я уже шагаю в освещенный факелами полутемный коридор, встречая молнию сиреневого цвета фиолетовыми нитями электричества, что без особого труда развеяли магию третьего ранга.

— На тебе долг, смертный. — прошелестел отвратительный и самодовольный голос, но я лишь поморщился, не отвлекаясь на то, что бы ему ответить.

Да, тварь из Инферно, я знаю. Но что поделать — иногда высоранговый малефицизм просто незаменим, так что пришлось прибегать к договору с темными силами. Теперь первой тройке тех нолдийцев, которых я прикончу, сильно не повезет — отправятся прямиком в преисподнюю на несколько веков. А у меня, в свою очередь, значительно уменьшатся возможности использования священной магии — неизбежная цена за связь с извечным противником небесных сил.

Впрочем, поступи я иначе, и через полминуты у нас пошли бы массовые потери — у находящихся с нами Святослава и Олега было ещё немало маны, но вот чисто магическая выносливость была уже на исходе. Им требовался перерыв, что бы магические каналы успели чуть «остыть», а сами маги — прийти в себя. Это как после быстрого бега — нужно хоть пару минут отдышаться, что бы продолжить дальнейшее движение. Так что о своем выборе я не жалею.

— Маги — защита! — взревел я.

Пока на меня сыпались заклятия, мои бойцы под прикрытием чародеев заполняли зал, а затем начинали стрелять по всему живому, что здесь было. Старшие чародеи башни находились явно выше, и сейчас они тоже взяли передышку, так что мы без особого труда пускали под нож десятки одно-двухрогих нолдийцев, заняв этаж. Сейчас ещё немного отдохнем, и можно будет захватывать остальные этажи. Ну а затем удерживать свой участок стены, что бы пришедшие подкрепления корпуса двинулись через наш участок в глубь крепости, прямиком к её цитадели.

Сомневаюсь, что кто-то захватит так быстро плацдарм для основных сил, как мы. Ну да ладно — сперва надо это всё захватить.

— Минуты три-четыре, — правильно истолковал мой взгляд Святослав. — А потом доберемся до рогатых сволочей наверху.

— Занять проходы, бойцы, — велел я.

Сперва переведем дух. В конце-концов, я единственный из присутствующих, кто мел возможность проглотить зелье за полсотни тысяч рублей... Остальным придется восстанавливаться более традиционными способами.

Глава 8

— Что у них там происходит? — раздраженно поинтересовался Архимаг Багрянин, отхлебывая из тонкого бокала любимый коньяк.

Царицынский особый, более чем пятидесятилетней выдержки, он был настоян на волшебных травах и выдержан в бочках из редких магических пород деревьев, и потому запрещен к употреблению не просто неодарёнными, но и вообще чародеями ниже ранга Мастера, ибо для них он был чистым ядом. И если простой человек от такого напитка очень быстро, пусть и весьма мучительно, скончался бы на месте — напиток напрочь сжег бы и растворил ему глотку и желудок — то одаренные второго и первого ранга умирали бы подольше, получив сильнейший алхимическую интоксикацию. Адепт на выживание после одной рюмки подобного напитка имел — если под рукой найдется хороший целитель или алхимик. Ну или, если человек крепок, силен и достаточно развит, выжил бы и сам, помучавшись пару месяцев в постели и покалечив часть своей энергетики.

Впрочем, почтенному командиру Третьего Корпуса Имперской Стражи до того не было никакого дела. Оттянув ворот парадного, украшенного многочисленными медалями и орденами мундира, он развалился в здоровенном кресле и обозревал происходящее на поле боя. Почтенный мэтр боевой магии изрядно выложился в противостоянии с магами нолдийцев, и потому сейчас был вынужден взять небольшой перерыв. Благо его было кому подменить — сил и средств у осаждающих хватало, а потому группа Старших Магистров из двадцати трёх человек совместными силами продолжала затянувшуюся чародейскую дуэль, не позволяя врагам отвлечься на штурмующие их вотчину полки россиян.

— Кажется, наши бойцы сумели захватить участок стены и сигнализируют нам об этом всеми доступными способами, господин генерал, — осторожно заметил адьютант.

— Да что ты говоришь, — язвительно поглядел на молодого подчиненного Багрянин. — Спасибо, сынок, просветил... А то я уж на старости лет совсем ослеп и сам не вижу... Я о другом спрашиваю, кретины — почему на второстепенном направлении, на котором должен был быть лишь отвлекающий маневр, случился прорыв, а мои главные силы на своём участке до сих пор бьются как бараны о стену?! Отвечать, недоумки!!!

Штабисты и молодые отпрыски знатных Родов, пристроенные поближе к начальству и подальше от поля боя, потупили взгляд. Первые знали, что в таком состоянии что-либо говорить их начальнику — большой и никому из них ненужный риск, вторые же... Вторые в лагере в основном кутили, бегали к куртизанкам в обоз и пьянствовали, полагая что всё пройдет отлично и без их участия. Сегодня они собирались лишь понаблюдать за победой третьего корпуса и лично Архимага из самого защищенного места на поле боя, а затем посоревноваться в лестных отзывах своему высокому начальству в надежде не быть обделенными при раздаче наград. Младшие дети своих Родов, из числа не обладающих стоящим упоминания талантом, но при том имеющие богатых и влиятельных родителей со звучными фамилиями, они сейчас попросту растерялись, не зная, что сказать. Да и что они могли знать? План-то составлял сам генерал со своим штабом! Так чего с них-то теперь спрашивать?!

Эти мысли крутились на уме у всех молодых повес числом в двенадцать особ, присутствующих здесь, но в слух, разумеется, никто из них высказываться не стал. Одно дело надерзить средней руки офицеру, ну максимум, в пределах допустимого, огрызнуться какому-нибудь полковнику из числа не самых родовитых. Другое — разозлить Архимага... Этот может и в пакость какую превратить, а то и проклясть сгоряча, и ничего ему за это не будет.

— Ваше Превосходительство, — осторожно подал голос начальник штаба третьего корпуса. — Да, всё идет несколько не так, как мы планировали, но брешь-то — вот она. Надо перебрасывать туда подкрепления, пока нолдийцы не собрались с силами и не скинули наших со стен.

Пётр Пузыня чародеем великих талантов не был, добравшись к шестидесяти лишь до Мастера, но генерал Багрянин ценил его больше любого из подчиненных ему Старших Магистров по той простой причине, что у него было самое главное для человека, который планировал и осуществлял тактику и стратегию боевых операций корпуса. А именно — мозги, чутье, дисциплинированность и глубокие познания в военном деле. А то дуболомов с магическими мускулами вместо мозгов итак хватало, а вот тех, кто мог использовать разум в таких важных вопросах — нет. И потому Пётр был, пожалуй, единственным человеком среди присутствующих, кто мог не опасаться гнева своего высокого начальства.

— Кто у нас ближе всех? — взяв себя в руки, раздраженно бросил генерал.

— Насколько я вижу, это гвардия Рода Николаевых-Шуйских, приданная в усиление вашему родичу, полковнику Багрянину... И сам полк, насколько я вижу, с лучшими частями его бригады штурмует в другом месте, причем безо всяких успехов. Предлагаю передать приказ полковнику перекидывать все наличные силы к Николаеву-Шуйскому, вместе с этим перебросив туда четверть... нет, лучше треть всего нашего резерва — и я имею ввиду не только пехоту и младших чародеев, господин генерал, но и один из кораблей с боевыми големами. «Кокетку», в частности.

— Но там главная наша ударная сила, — заметил Архимаг. — Бросать её лишь затем, что бы удержать не столь уж большой кусок стены... Не чрезмерно ли?

— Нам нужно обрушить ко всем чертям этот и желательно соседний участок стен, ваше превосходительство, — твёрдо заявил Пётр. — А такие стены сами по себе обрушить сможете либо лично вы, либо большая группа сильных боевых чародеев. От этого зависит успех всей операции — молодой человек со своей гвардией подарил нам великолепный шанс, и второго может и не быть. Не стоит позволять ему погибнуть зря, даже если кто-то к этому очень стремится..

Намек на, видимо, не внявшему его предупреждениям родича был Архимагу более чем понятен. Ибо чем ещё можно назвать отправку четырёхсотенного отряда туда, куда в атаку идут не менее чем целым полком, желательно усиленным вольными и гвардейцами Родов да артиллерией?

Но с этим он разберется позже. И да — Пётр, как ни неприятно было признавать себе это генералу, был прав. Теперь он должен, просто обязан устроить максимально строгую и показательную выволочку зарвавшемуся родичу, ибо если пойдут слухи о его фаворитизме в подобных делах, то командовать корпусом ему недолго. Это не имперская армия, тут Стража, и её настоящий хозяин, Второй Император, подобных шуток не оценит. Снимет с должности и поставит на его место другого — Архимагов, готовых стать командирами Корпуса, у Павла Александровича более чем достаточно.

— Кокетке — приказываю немедленно отправиться к захваченному участку стены, — решительно приказал Багрянин. — Треть резервов и всех свободных боевых магов от четвёртого до пятого ранга — в помощь к стене. Захватить пару ближайших её участков и развалить нахер, а затем бросить в пролом все силы. Выполнять!

Сам же могучий чародей, отставив в сторону бокал с любимым напитком, нехотя начал глотать одно за другим очень дорогие и сберегаемые для крайних ситуаций зелья, готовясь выложиться на полную. В ближайшие полтора-два часа решится исход этого сражения, и проиграть его он себе попросту не мог позволить. Так что придется раскошелиться и наплевать на неприятные последствия могущественной алхимии...

***

Не знаю, кого за это благодарить, каких богов или демонов, а может и самого Творца-Всесоздателя, коего с начала времен никто не видел, но командование корпуса сумело порадовать меня адекватной оценкой происходящего. А ведь я, грешным делом, уже решил, что на нас плюнут и потому собирался отдать приказ на отступление.

Ну а что? Как-нибудь изобразили бы, что нас выбили с занятых позиций, и отошли бы на безопасное расстояние, занявшись своим восстановлением. И шли бы в жопу оба Багрянина — как младший, так и старший. Свой долг мы выполнили и отступили лишь перед превосходящими силами противника, что бы не потерять понапрасну людей, ибо ни подкреплений, ни приказов держаться мы не видели и не слышали. Имею право — в том и плюс быть при своем отряде в армии, что не все правила ты обязан выполнять, и случись трибунал, я бы имел весьма неплохие шансы быть оправданным. Не имея ни приказа, ни иных оснований, я и мои люди на стене подыхать были не обязаны.

Засевших в башне рогачей мы прикончили, причем проще, чем я ожидал. Пока я и пара Младших Магистров восстанавливали силы, бойцы сделали пять больших связок гранат, почти половина из которых были из того самого, неприкасаемого резерва. А затем, самостоятельно поднявшись по лестнице, распахнули её — и пока пара Адептов держала щиты, Приходько чарами воздуха зашвырнул туда наш горячий гостинец...

В общем-то, теперь у башни не было никакого верхнего яруса. Как и потолка у нас над головой — нолдийцы к подобному фокусу оказались неготовы, и ожидая ружейных залпов или боевой магии, не нескольких связок гранат. Бедолаги, наверное, и понять ничего не успели... Как, собственно, и мы — слава богу, что я и Олег успели среагировать, когда потолок над нами начал осыпаться, и защитил остальных. Дать по зубам явно довольному произведенным эффектом Приходько мне хотелось очень сильно, но я сдержался.

— В следующий раз предупреждай о подобной самодеятельности, — рыкнул я на него. — Нас тут самих могло похоронить!

— Прости, командир, — с улыбкой склонил он голову. — Такого эффекта и сами не ждали.

Я лишь махнул рукой и, оставив со своими людьми Святослава, направился ко второй башне. В башне, на нижнем ярусе, ещё оставались какие-то враги, но сильных магов там не было, и Младший Магистр с бойцами справятся и без меня. А затем постараются надежно удерживать её от врагов, что непременно попытаются отбить укрепление обратно... Поэтому нужно было отправить сюда побольше людей и скорее разобраться со вторым вражеским укреплением.

Через двадцать минут всё было кончено. Я потерял девятнадцать человек убитыми — просто смешное количество для такого боя, но тут своё дело сказало качественное снаряжение, выучка бойцов и в первую очередь Андрей. Младший Магистр, специализирующийся на исцелении, был воистину бесценен, и лишь благодаря его усилиям я не оставил на этой треклятой стене половину своей гвардии. И даже так сейчас чародей сидел, устало прислонившись спиной к стене и отказывался даже разговаривать. Маны у него ещё хватало, но вот её каналы у мага изрядно перенапряглись, и тому требовалось время, что бы отойти. Ведь в обычных условиях чародеи его уровня имеют под рукой многочисленных помощников, а ему сегодня действовать выдалось исключительно в одиночку.

— Они идут, — заметил негромко Никита, глядя как по ближайшему участку стены к нам несутся сорсы и их хозяева, а над ними уже сплетаются атакующие чары нескольких двурогих уровня Мастера. — Долго нам ещё держаться, интересно?

На это я ответить ничего не мог. Ибо именно в этот момент пытался прикинуть, как бы так покинуть эти стены, что бы это выглядело не бегством с поля боя, а тактическим отступлением. Двадцать минут мы надрывались, махали флагами, запускали в небо военные сигналы, пытались доораться до наших через Астрал — и всё напрасно. Попутно отразили пять-шесть атак послабее, и сейчас у меня из трёхсот восьмидесяти одного бойца на ногах было лишь чуть больше двухсот — остальные были не в состоянии продолжать бой из-за ран.

А ведь ломились не только по стене — пытались вышибить двери в башнях и забраться, набегали по вырезанным прямо в стене лестницам, обстреливали из внутренних помещений крепости... Слава богам, хоть высшим магам осажденных было не до нас.

— Хрен его знает, — вздохнул я. — Но ни боеприпасов, ни сил почти не осталось, так что сейчас придется...

Что там придется, я договорить не успел. С небес, на которые в горячке боя никто не обращал внимания, посыпались переливающиеся стальным отблесками серебристые гиганты — покрытые рунными узорами пилотируемые големы железным градом обрушились вниз, растаптывая в кровавую кашу отряды врагов. Мастера рогачей и пикнуть не успели — из здоровенных штурмовых винтовок големов вылетели голубоватые копья магического пламени, мгновенно сжигая противников. Перед нами было десятка три здоровенных стальных гигантов, и это был ещё не конец — на стене, том её участке, что находился меж башнями и который враги уже почти отбили, тоже оказались четырёхметровые красавцы, отбрасывая рогачей обратно...

А дальше пошло-поехало. Пилотируемые големы быстро зачистили два соседних участка стен, заняв и тамошние башни, к нам же потянулись подкрепления — сперва жиденькие ручейки и гвардейцев разных Родов, что были с полковником Багряниным, затем и другие...

— Аристарх Николаев-Шуйский? — поинтересовался сурового вида Старший Магистр.

Мой отряд оставался на прежних позициях, и гнать свою гвардию дальше я не намеревался — главное мы итак сделали. Как оказалось, сбросить десант прямиком на стену наши не могли из-за каких-то хитрых чар, что вывели бы эту технику из строя. И мы, захватив пару башен, невольно сумели разорвать часть этих чар — башни служили узлами этих заклятий. В общем, мы на сегодня навоевались, как по мне.

— Благодарю за службу от лица всей Имперской Стражи, — кивнул мне чародей в погонах генерал-майора. — Но теперь мы займемся дальнейшим штурмом. Выводите своих людей со стен, вы заслужили отдых.

— Благодарю, ваше превосходительство, — слегка поклонился я.

Можно было настоять на нашем дальнейшем участии, что бы взять добычи побольше, но... Терять гвардейцев в уже выигранном сражении ради лишней добычи я не горел желанием. Трофеев у нас и так будет достаточно, наше достижение вниманием обойти не получится, а воины... Преданные, боеспособные воины и маги куда дороже денег.

А потому, прихватив раненных, мы по всё ещё прислоненной осадной башне сошли вниз и двинулись назад, как можно дальше от проклятых стен. Собственно, когда мы отошли на достаточную дистанцию, что бы не опасаться прощальных приветов из крепости, я обернулся поглядеть на происходящее.

Тысячи бойцов и магов стекались к захваченным участкам стен, не спеша на них забираться. И даже пилотируемые големы её покинули, разрушив, насколько хватило сил, башни. Войска стягивались, спеша со стороны главного лагеря, но какого демона они встраиваются в штурмовые колонны так, будто предстоит чуть ли не полевое сражение, я не догонял.

— Что это они такое замыслили? — озвучил витавшие в моей голове мысли Приходько.

— Думаю, намерены обрушить к черту стену, — устало ответил нам Арсений. — По одной и даже нескольким башням много бойцов не пропустишь, а вот в пролом, да такой широкий, наступать превосходящими силами — одно удовольствие...

Не успел он договорить, как земля под ногами слегка содрогнулась, заставив многих из бойцов покачнуться. Что удивительно — выстроившиеся перед стеной воины ничего такого не ощутили, землетрясение их словно стороной обошло. Зато по стенам побежали яркие, оранжевые трещины, слепящие, словно солнце, и пару мгновений спустя они просто взяли и обвалились на участке протяженностью около трёхсот метров...

— В атаку!!! — раздался трубный глас с небес.

И, не заставляя просить себя дважды, пехота хлынула в пролом...

— Вот и конец, — вздохнул я. — Через часик, максимум два рогачам трындец.

Потому что высшие маги с обеих сторон уже почти выдохлись. А если и не выдохлись окончательно, то сейчас они уже ничего не решают — слишком много воинов, младших чародеев, боевой техники и прочего сойдутся в тесноте переулков вражеской крепости. И никакие площадные чары не сумеют их уничтожить в достаточном количестве, что бы одна из сторон могла рассчитывать на победу одной лишь магией...

— Как поживаете, Аристарх Николаевич? — раздался знакомый голос. — Смотрю, вы и здесь сумели отметиться...

Алексей Алексеевич некогда Воронцов собственной персоной... Стоит в окружении десятка Мастеров, излучая ауру Младшего Магистра... Вот так, сука, встреча. И как и все неприятные встречи — очень невовремя, когда у меня и маны лишь четверть, и мои люди выбились из сил. И судя по блеску в его глазах о том, кто прикончил его дражайшую жену он в курсе...