Вернись и расскажи. Том II

Глава 1. Хрен редьки не слаще

...

Аннотация.

Егор и Арам, старшие лейтенанты ВДВ, ненароком убили в ночном клубе одного из посетителей. Их ждёт суд и тюремный срок. Самое печальное, им придётся распрощаться с нормальной жизнью, а после податься в наёмники. Но тут появляется вербовщик некой секретной правительственной организации, который предлагает выполнить некое очень важное задание, а взамен обещает полное прощение и возможность остаться в армии. Не долго думая, друзья соглашаются.

Однако Егор и Арам даже представить не могли, что их запихнут в непонятную инопланетную штуку. Более того! Друзья оказываются в слишком реальной компьютерной игре, где нет запасных жизней, а игрок погибает окончательно и бесповоротно. Чтобы вернуться обратно в реальность, им предстоит выполнить три задания. Но всё так просто.

Мир, где оказались друзья, не просто разделён на два военно-политических блока, а находится на грани войны. Двум офицерам ВДВ предстоит пройти через горнило ядерной войны, элементарно выжить и выполнить все три задания.

...

Читать серию «Синяя канарейка» с первого тома первой книги:

https://author.today/reader/20951/145686

Читать книгу «Вернись и расскажи» с первого тома:

https://author.today/reader/344452/3160848

...

– На сегодня занятия закончены. Разойтись! – громогласный голос сержанта Тучкова раскатился по импровизированному плацу возле главного здания спортивного комплекса «Тинвар».

Сорок глоток тут же облегчённо выдохнули. Строй морских пехотинцев второго взвода 67-го отдельного десантно-штурмового батальона торопливо рассыпался слово карточный домик. Солдаты, зрелые мужики, кадровые военные и недавние отставники, устало разбрелись в разные стороны. Изнурительные занятия по боевому слаживанию достали всех. Может потому и не слышно ни весёлых возгласов, ни солёных шуток, ни предложений отметить окончание очередного дня за кружечкой пива в ближайшем баре. Ругани и той нет. Морские пехотинцы просто убрались с импровизированного плаца прочь, большая часть завернула в казарму, которую поспешно развернули в левом крыле главного здания.

Егор бросил через плечо последний взгляд на сержанта Тучкова. Наверняка именно за громоподобный голос его и прозвали Грозой. Ему бы не с автоматом бегать, а в опере петь. Да и рост подходящий, всего метр семьдесят. Ещё бы круглое пузико, и получился бы ну вылитый оперный певец, мировая знаменитость. Но нет, кем, кем, а звездой оперной сцены ему уже никогда не стать. Всё равно не стать, даже если сумеет выжить.

Ещё сегодня утром Егор по наивности думал, что усердные, до полного изнеможения и кровавых мозолей, тренировки продлятся до наступления темноты. А то и продлятся с наступлением темноты с новыми вводными. Ведь что такое сутки на боевое слаживание людей, многие из которых только вчера днём увидели друг друга? Ничего. Практически ничего. Всё равно ничего даже с учётом того, что в качестве пополнения 67-го отдельного десантно-штурмового батальона прислали не абы кого, а бывалых бойцов.

Вмести с прочими морскими пехотинцами Егор побрёл прочь от импровизированного плаца. Слева, несколько в стороне от спортивного городка с уличными силовыми тренажёрами, показался полигон, тоже чистой воды импровизация. Егор тут же отвернул лицо, глаза бы не видели. Гроза загонял всех и конкретно. Но иначе нельзя Учёба, слаживание – наша всё. Но больше всего напрягло другое: в первую очередь сержант Тучков напирал на отработку боя в городских условиях, а так же на штурм и последующую зачистку зданий. Вон, Егор хмуро чуть развернулся в правую сторону, специально не пожалели административное здание спортивного комплекса «Тинвар». А всё потому, что у него единственного из всего комплекса аж четыре этажа. В результате некогда белая, почти белоснежная, облицовка изрядно загажена грязными ботинками. Отрабатывали проникновение в здание. Причём не только с земли через окна первого этажа, но и с крыши на тросах.

Капитан Ришат, серьёзный и решительный комендант гарнизонной гауптвахты военной базы Ныргал, не соврал. Не прошло и часа, как Егор на пару с Арамом вернулись в свою камеру, как крепкая стальная дверь распахнулась вновь. В сопровождении двух комендачей, рядовых комендантского взвода, всё тот же капитан Ришат с ироничной улыбкой объяснил, что им с Арамом амнистия вышла. Дескать, рассмотрение их дела по существу отложено до более благоприятных обстоятельств. А пока им обоим предоставлена возможность загладить свою вину. С плохо скрытой иронией капитан Ришат уточнил, дескать, если они доживут до конца войны, то о самовольной отлучке для охоты на Хоря, а так же о загубленном транспортном вертолёте, никто и не вспомнит.

Капитан Ришат откровенно торопил друзей, едва ли не в прямом смысле толкал в спину, однако последняя прогулка по территории военной базы Ныргал произвела на Егора удручающее впечатление. Вот уж никогда не думал, что кибервойна может быть такой разрушительной.

По военной базе будто прошёлся паровой каток. Одна из распределительных подстанций взорвалась самым натуральным образом. Уму не постижимо! Это каким же образом нужно было замкнуть электричество, чтобы два массивных трансформатора разнесло на куски будто от прямого попадания стокилограммовой авиационной бомбы? В другом месте самоходная зенитная установка «Стальной купол» устроила маленький геноцид. Сразу четыре 30-мм ствола щедрой рукой раскидали разрывные снаряды по округе. Трупы уже убрали, однако на асфальте в изобилии остались чуть подсохшие кровавые лужи. Две чёрные оплавленные дыры в бронированном корпусе чуть выше гусеницы более чем наглядно подсказали, каким именно образом было прекращено это безобразие. Однако всё переплюнуло крушение самолёта. Громадный летающий треугольник «приземлился» в полукруглый ангар с боевой техникой. И как только это всё не вспыхнуло синим пламенем?

Если не самым последним, то точно одним из самых последних транспортных самолётов их с Арамом отправили на «родину». То есть в государство Вигрон, что находится аж в другом полушарии Ксинэи на материке Биора. Многочасовой перелёт в более чем комфортных условиях в салоне для пассажиров первого класса Егор банально проспал. Благо в салоне самолёта царила подавленная тишина. Солдаты и офицеры, не только горные егеря, но и прочая обслуга, прекрасно понимали, что их ждёт на родине, а потому никто не радовался. Даже появление четырёх сексапильных стюардесс с халявными напитками и закуской ничуть не изменило всеобщего настроения. Да и сами стюардессы выглядели так, будто по прилёту их тут же отправят в самый дешёвый бандитский бордель.

Грешным делом Егор понадеялся, что транспортный самолёт приземлится в одном из аэропортов Ушгора, столицы Вигрона. Ведь очень хотелось глянуть на город, откуда они с Арамом родом. Точнее, откуда родом их персонажи. Но нет, не судьба. Транспортник приземлился на какой-то крупной военной базе. От удивления Егор даже протёр глаза, с высоты птичьего полёта эта самая база оказалась слишком похожа на Ныргал. Весьма сходным оказалось расположение зданий, казарм и ангаров. И лишь после выгрузки из самолёта они с Арамом узнали, что их привезли на военную базу вооружённых сил Вигрона с романтическим названием Эдилия.

А потом начался бардак. Егор с Арамом до посинения бродили из кабинета в кабинет, от одного измученного офицера с запавшими глазами к другому не менее измученному с ещё более запавшими глазами. Как Егор понял несколько позже, произошла досадная накладка. Из-за самовольной отлучки для охоты на Хоря, их с Арамом успели официально исключить из состава «Горных егерей». Пока они парились на «губе», егерей в полном составе и в самую первую очередь отправили на родину. Как случайно обмолвился один из офицеров, на границу с Числаей.

Друзей чуть было не забыли на «губе», но вовремя вспомнили, в пожарном порядке отложили разбор их дела до лучших времён и тоже отправили на родину. Только обратно в «Горные егеря» Егор с Арамом всё равно не попали. Всемирная Сеть накрылась, былой электронный оборот документов накрылся тоже. А потому уже в Эдилии вдруг выяснилось, что местные офицеры банально не знали, что с ними делать.

Когда их в очередной раз выперли из очередного кабинета, Арам предложил было сделать ноги, благо на базе творится столпотворение, а за ними конкретно никто не приглядывает. Чего уж теперь отрицать, был соблазн, и соблазн большой, рвануть через забор и окончательно порвать с этой военной службой. Но Егора остановили два очень серьёзных обстоятельства.

Во-первых, расстояние до точки выхода. Как показал виртуальный счётчик, 3119 километров. Это много, очень много, даже слишком много. Понятное дело, что Ксинэю вот-вот накроет ядерный карачун. И тогда все эти 3119 станут очень длинными километрами. Ведь им придётся на своих двоих пройти каждый из них. И это ещё цветочки. Самое страшное в том, что именно в этот момент вокруг них в прямом смысле будет рушиться цивилизация. Ведь не зря умные выживальщики говорят, что бояться нужно не конца света, а того, что начнётся после него.

Во-вторых, направление до точки выхода. Квадратная стрелка виртуального компаса уж больно удачно указывала на запад с небольшим отклонением на юг. Иначе говоря, в сторону Числаи и Ниланской морской конфедерации. А это два самых вероятных противника. Буквально в ближайшие дни армия Вигрона вторгнется на их территории. А раз там, то почему бы не воспользоваться казённым транспортом, чтобы подобраться к точке выхода как можно ближе. А дёрнуть через забор можно в любой момент. Тем более можно, когда на плечах будет полноценный тактический костюм, а в руках электромагнитный автомат.

Арам, нужно отдать ему должное, долго не думал и согласился. Вот так они никуда и не делись с военной базы Эдилия, а продолжили бродить по кабинетам. Ну а кто ищет, тот всегда найдёт. В конце концов среди офицеров нашлась-таки светлая голова, что пихнула двух бывших горных егерей в 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальон. В Эдилии как раз формировали пополнение для него под штаты военного времени.

Об этой особенности Егор узнал несколько позже. Как и положено, в Вигрон была объявлена тотальная мобилизация. Однако командование не стало поспешно развёртывать новые полки и дивизии. Вместо этого ещё до космической битвы над Митизаной очень многие воинские части имели двойной штат мирного и военного времени.

Пока на Ксинэе царил мир, пока имело смысл экономить военный бюджет, многие части и соединения несли службу по мирному штату, иначе говоря, сокращённому. Где-то в два раза, а где и в четыре. Однако оружие, техника и прочее снаряжение было припасено по штатам военного времени. Когда пробил час «Х», штаты развернули.

В том же 67-ом отдельном батальоне было всего четыре полноценные роты, а стало восемь. Было восемь офицеров, четверо командиры рот и четверо их заместители, а стало восемь командиров рот. Соответственно восемь сержантов повысили до замов. Ну и, конечно же, майор Арник, командир батальона, остался на прежнем месте. Таким образом ударная мощь десантно-штурмового батальона усилилась в два раза, и при этом существенно удалось снизить организационную неразбериху. Не говоря уже о том, что офицеры и сержанты хорошо знают друг друга. Егор с другом и прочие мобилизованные стали тем самым пополнением, что расширили 67-ой отдельный батальон морской пехоты до штата военного времени.

Ещё один перелёт на военном транспортнике почти избавил Егора от неприятного вида через иллюминатор. Однако и того, что он успел заметить пока самолёт взлетал, а после садился, хватило с лихвой. Если коротко, то кибервойна прошлась по гражданским объектам ещё более массивным и кровавым паровым катком. Развалины заводов, пожарища, пробки на дорогах, следы прочих катастроф. Однако, и это тоже надо признать, в целом власти Вигрона сумели взять ситуацию под контроль. Через тот же иллюминатор Егор заметил худо-бедно нормально организованные лагеря беженцев, расчищенные от пробок дороги и потушенные пожары. Кое-где даже успели несколько разобрать завалы.

Вечером 10 сентября 8313 года Егора с Арамом, а так же прочих мобилизованных, привезли в «Тинвар». Тотальная война во всём великолепии. Оборудованный по высшему разряду спортивный комплекс, где не так давно тренировали чемпионов Вигрона, отдали под временную базу 67-го отдельного десантно-штурмового батальона. Заодно окончательно выяснилась цель их будущей атаки – Ниланская морская конфедерация. Ведь 67-ой батальон не просто пехота, а пехота морская. Не будь они с Арамом горными егерями с реальным боевым опытом, то вряд ли бы они оказалась на территории спортивного комплекса «Тинвар».

К слову. Спортивный комплекс назван в честь Тинвар, шестой планеты звёздной системы Таяны. Аналог Нептуна, то есть тоже газовый гигант, вокруг которого вращается большое количество самых разных спутников. Причём некоторые из этих спутников по размерам не уступают Ксинэе. И уж совсем знак судьбы то обстоятельство, что как раз на орбите Митизаны, спутника Тинвара, развернулось то самое первое в истории космическое сражение двух флотов.

Боевое слаживание началось сразу же, едва старшина Ноор, главный по хозяйствую, выдал мобилизованным новенькие тактические костюмы хорошо знакомые Егору «Сплав 4», только не песчаного цвета, а тёмно-серого. В качестве основного оружия им выдали не менее хорошо знакомые КЭМА-18/5. Егор особенно порадовало то обстоятельство, что модификация «кэмы» осталось прежней – для сил специального назначения и десанта, о чём говорит цифра пять через дробь. А то могли выдать КЭМА-18/1 – общевойсковая модель для пехотинцев от «сохи».

Ещё им выдали хорошо знакомый «Грач», 10-мм электромагнитный пистолет тоже для сил специального назначения. Егор было раскатал губу, но её пришлось закатать обратно. Увы, но универсальные тактические приборы им так и не дали. Ругань и ссылки на боевой опыт, что они с Арамом в избытке приобрели в Силнецких горах, не помогли. УТП имеют только сержанты, командиры взводов, ну и все офицеры, разумеется.

Когда Егор надел тактический костюм и глянул на себя в зеркало, то до него сразу дошло, почему цвет амуниции не привычный песчаный, а тёмно-серый. Это же классическая камуфлированная расцветка для боя в городских условиях. А это не есть хорошо, ибо бой в городе, а в мегаполисе тем более, есть самый сложный и опасный. К подобному выводу пришёл и Арам. Там же, прямо на складе, он намекнул сделать ноги, благо до точки выхода остались жалкие 618 километров. Это не две с половиной тысячи, что отделяли точку выхода и военную базу Эдилия.

Тактический костюм тёмно-серого цвета, новое место службы 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальной – это всё очень и очень плохие предзнаменования. К гадалке не ходи, в грядущем вторжении в Ниланскую морскую конфедерацию их ждёт кровавый замес. А гибнуть за коммунистический Вигрон ни Егор, ни Арам желанием не горят. Однако и на этот раз Егор сумел отговорить друга от немедленного бегства. К чёрту! Вещи нужно называть своими именами – отговорил от немедленного дезертирства. Да и пусть дезертирство, но осталась последняя проблема – разобраться, где находится точка выхода. Близость расстояния даёт надежду вычислить её более чем точно.

Как проболтался старшина Ноор, главный по хозяйству, в административном здании спортивного комплекса в кабинете под номером 408 уцелел электронный рабочий стол. Бес, один из сержантов, что шарит в технике, умудрился запитать его с накопителя энергии. Старослужащий батальона вроде и умный мужик, но почему-то решил, что таким образом сумеет выйти на связь со своей семьёй. Конечно, Информационная планетарная сеть благополучно накрылась медным тазом, однако электронный рабочий стол прекрасно заработал и без неё. Старшина Ноор лично успел несколько раз разложить на нём виртуальный пасьянс.

И всё бы ничего, но пробраться в административное здание с ходу не удалось. Едва Егор с Арамом вышли на улицу, как сержант Тучков, чтоб ему пусто было, тут же их перехватил. И началась боевая подготовка, то самое боевое слаживание, что едва не вытянуло из них все жилы. Увильнуть и не привлечь к себе внимание не нашлось ни одной возможности. А потом был перерыв на сон и новый день. 11 сентября началось с весьма и весьма напряжённой боевой учёбы.

Сил больше нет, Егор недоверчиво покосился на сержанта Тучкова. Но, надо признать, дело своё Гроза знает туго. Да и на расширение штата прислали не абы кого, не простых работяг от станка и сохи, а недавних отставников из самых разных войск специального назначения. Так что слаживание прошло более чем успешно. Хотя, конечно, насколько на самом деле успешно, это скоро выяснится на поле боя. Егор задолбался до такой степени, что подумал было сдёрнуть прямо с полигона, однако сержант Тучков резко свернул занятия. Не иначе и до него дошло, что подчинённым нужно элементарно отдохнуть. Кто бы где бы не служил, но гражданская жизнь не особо располагает к поддержанию идеальной физической формы.

– Ну что? – Арам тронул Егора за плечо. – Делаем ноги?

– Нет, – Егор повернулся к другу лицом. – Сперва карту глянем, сориентируемся более точно.

– Если только в том рабочем столе карта найдётся, – ядовито заметил Арам. – ИПС то больше нет.

– Сам понимаю, – Егор устало кивнул. – Только меня преследуют серьёзные подозрения, что «Другая реальность» сама ведёт нас. Это же компьютерная игра. Ведь не зря старшина-кладовщик запел соловьём, едва я спросил его, найдётся ли на базе хотя бы один работающий компьютер. Это не может быть простым совпадением. В любом случае у нас остался час до ужина. Если уж делать ноги, то на полный желудок и после отбоя. Благо, как мы успели выяснить, сдавать личное оружие в оружейную комнату от нас не потребуется.

– Это точно, – охотно согласился Арам.

Преддверие большой войны дало о себе знать, отношение к уставу уже несколько смягчилось. Под казарму второму взводу отвели несколько общих спален со вполне себе удобными односпальными кроватями. Пока на спортивной базе друзьям довелось провести всего одну ночь, однако «кэма», «Грач» и прочее снаряжение провели с ними рядом. Никто из офицеров не стал заморачиваться организацией оружейной комнаты. Да и какой смысл, если уже завтра батальон бросят на штурм вражеского берега.

Заодно будет далеко не лишним элементарно пожрать перед долгой дорогой, благо в столовой порции никто не нормирует. Лопай сколько влезет, пока не треснешь по швам. Единственное категорическое ограничение – полный запрет на алкоголь.

– А если Гроза и после отбоя какое-нибудь учение учинит? – в голосе Арама проскользнуло опасение.

– Всё может быть, – Егор пожал плечами, – но и тогда, в потёмках, нам всё равно будет проще сделать ноги.

– Хорошо, уговорил, – Арам махнул рукой. – Пошли, пошарим в электронной столешнице.

По меркам Ксинэи Вигрон обладает более чем хорошей армией. По крайней мере в её рядах царит во истину армейская дисциплина. Но сейчас, когда воздух пропитан порохом, командование несколько ослабило вожжи. Да и какой смысл закручивать гайки? Спортивный комплекс охраняет местная полиция. Морским пехотинцам всё равно скоро в бой. Так что разболтаться всё равно не успеют. Гораздо важнее дать людям элементарно отдохнуть.

Егор вместе с другом без проблем прошли в четырёхэтажное здание спортивного комплекса «Тинвар». Никому из встречных офицеров и сержантов даже в голову не пришло остановить их или хотя бы спросить. Лифт не работает, централизованное электроснабжение накрылось медным тазом. Кухня, штаб и прочие службы батальона работают с переносных генераторов. Прошлось топать на своих двоих по широкой лестнице. Егор бросил взгляд в пустой коридор. На парадном фасаде здания, где происходили тренировки, целых окон не осталось вовсе. Ветер гуляет по коридору и шевелит порванные шторы.

Насколько Егор успел понять, не так давно в спортивном комплексе «Тинвар» тренировались чемпионы Вигрона. Ведь и на Ксинэе нашлись аналоги Олимпийских игр. А Холодная война бушевала в том числе и на спортивных подмостках. Вот почему правительство расщедрилось и выстроило недалеко от берега Ниланского моря этот комплекс. Конкретно в этом здании не так давно заседали самые разные спортивные бюрократы, в том числе довольно высокого ранга.

Элементарная логика не подвела. Кабинет под номером 408 нашёлся на четвёртом этаже. Егор настороженно переступил порог. И смех и плакать хочется! К горлу подступил дикий соблазн сперва закинуть в кабинет гранату, а потом рвануть вперёд и контрольная очередь по широкому вееру. То есть, классическая тактика зачистки помещений. Гроза постарался. Только не стоит раньше времени сходить с ума. Окна кабинета не выходят на парадный фасад, а потому им повезло уцелеть.

Главное украшение кабинета – широкий и высокий стеллаж из натурального дерева. Все пять полок густо заставлены кубками, медалями и прочими спортивными наградами. Это даже смешно, Егор походя щёлкнул по широкой золотой медали на широкой красной ленте. Всё это богатство физической стоимости не имеет. Даже у этой медали явная позолота, поверхностный слой в микроны толщиной.

– Ого, он и в самом деле работает, – произнёс Арам.

В отличие он него, интересоваться спортивными трофеями напарник не стал, а сразу направился к широкому письменному столу и успел присесть на удобное кресло с колёсиками. Электронная столешница и в самом деле засветилась синим экраном загрузки, а чуть позже появился рабочий стол с большим количеством ярлычков самых разных программ, папок и отдельных файлов.

– Почему Бес оставил его подключённым? – Арам с задумчивым видом провёл пальцем по электронной столешнице.

– А какой смысл было его отключать? – Егор встал рядом. – Вон, смотри.

Егор показал пальцем на чёрный пластиковый брусок стандартного накопителя энергии, что грубо задвинут под стол.

– А-а-а…, – протянул Арам, – вижу. Стандартная гражданская модель. Подойдёт как для легковушки, так и для катера.

– Верно, – Егор кивнул. – Подобного добра ещё много валяется. Это позже, через год-другой, накопители станут дефицитом. А пока…

На душе стало печально и страшно, Егор отвёл глаза от пластикового бруска. Понятно, почему сейчас стандартных накопителей энергии как грязи и почему год спустя они превратятся в дикий дефицит.

– Ладно, – Арам прервал тягостное молчание, – давай, поищем карту. Но ты точно уверен, что мы её найдём?

-Арам, – Егор печально улыбнулся, – на Ксинэе компьютеры гораздо более мощные и продвинутые, чем на Земле.

– Это я прекрасно знаю и без тебя, – ответил Арам.

– А потому, – Егор пропустил реплику друга мимо ушей, – велика вероятность, что этот рабочий компьютер за много лет благополучно превратился в «мусорное ведро» самой разной информации. Ведь памяти до хрена, а регулярно чистить её лень.

– Верно, – Арам улыбнулся.

Ещё на Земле Егор сталкивался с подобным. Пока компьютеры были слабенькими с весьма ограниченной памятью, то пользователи тщательно следили за её чистотой. Не дай бог нужная программа элементарно не влезет на винчестер. Но позже, когда объём винчестеров начал исчисляться десятками и сотнями гигабайт, прежняя проблема снялась. Элементарная лень, и вот уже винчестер завален десятками гигабайт ненужной информации, которую просто лень разобрать и удалить. А на Ксинэе компьютеры ещё мощнее.

– Господи, – сердито буркнул Арам, – за этим компьютером работала информационная свинья.

– В смысле? – спросил было Егор, но и сам всё понял.

Арам сразу залез в корневой каталог. Количество папок зашкаливает. Чего только стоят их названия: «Новая папка», «Разное», «Старое», «Разобрать». И номера, где один, а где от балды. Егор лишь покачал головой, за этим компьютером и в самом деле работала информационная свинья.

– Так мы до второго пришествия копаться будем, – сквозь зубы процедил Арам. – Ещё и на ужин опоздаем.

Настоящий десантник ничего не боится, Арам принялся храбро копаться в многочисленных папках. Однако с каждой минутой им обоим становится всё более и более ясным масштаб «информационного мусора».

– Подожди, – Егор опустил руку на плечо друга, – так мы точно на ужин опоздаем. Иначе нужно.

– Это как? – Арам глянул на Егора.

– Пусти меня, – Егор толкнул друга в плечо. – Дай я попробую.

Арам не стал лезть с уточняющими вопросами, а молча поднялся с кресла на колёсиках. Егор тут же плюхнулся на еще теплую сиденье.

– Это должно быть где-то здесь, – Егор принялся задумчиво водить пальцами по электронному рабочему столу.

– Где здесь? – Арам склонился рядом над столешницей.

– В настройках, наверное, – ответил Егор.

Арам, ничего не понимаю, на миг было завис.

– Ты что вообще собираешься делать? – потребовал уточнить Арам.

– Видишь ли, – Егор бросил взгляд на друга, – мне, буквально только что, пришла в голову мысль. Вряд ли мы найдём электронную карту или скриншот из местного Интернета. А вот шансов найти программу, на мой взгляд, гораздо больше.

– Какую ещё программу? – Арам упорно не догоняет.

– Программу, приложение, назови как хочешь, – Егор пристально уставился в электронную столешницу перед собой. – Суть в том, что информацию гораздо удобней организовать в какую-нибудь программу. В свою очередь программ на компьютере всяко меньше, чем файлов. Вот почему имеет смысл просмотреть на компьютере именно установленные программы. А! Вот. Нашёл.

В настройках электронного рабочего стола и в самом деле нашлась нужная функция, что позволяет просканировать содержимое памяти и вывести на экран список всех установленных программ.

– О-о-о! – сдержанно воскликнул Арам. – «Справочник автолюбителя». Звучит очень даже многообещающе. Давай его.

– Сейчас, – отозвался Егор.

Двойной клик по нужной строчке. На электронной столешнице тут же развернулось окно справочника.

– То, что нужно, – радостно заметил Егор.

И в самом деле то, что им сейчас нужно. Справочник представляет из себя интерактивную карту с указанием автомобильных дорог и населённых пунктов. С его помощью можно легко проложить маршрут из точки «А» в точку «Б». Умный справочник предложит несколько маршрутов, укажет расстояние в километрах, а так же подскажет гостиницы, где можно остановиться на ночлег. Для любителей путешествовать на личном авто и в самом деле весьма полезная программа. Егор в два счёта нашёл спортивный комплекс «Тинвар». Благо гражданский объект указан на карте, а так же во всех каталогах.

– Готово, – Егор с облегчением откинулся на спинку кресла на колёсиках.

На широком экране появилась юго-западная часть государства Вигрон и часть Ниланского моря с островами. Конечно, как и полагается, более-менее крупные населённые пункты и более-менее развитая сетка автомобильных дорог. Нужно признать, сетка довольно густая. Правда, и это тоже вполне логично, все дороги, и автомобильные, и железные, тяготеют к побережью Ниланского моря.

– Чего сидишь? – спросил Арам. – Вставай, давай, стол двигать будем.

– Это ещё зачем? – удивлённо спросил Егор, однако послушно поднялся с кресла.

– Карту по сторонам света ориентировать будем, – пояснил Арам.

– А, ну да, – Егор и сам сообразил, зачем это нужно.

Географические карты Ксинэи во многом схожи с картами Земли. И здесь и там по умолчанию север находится вверху, юг внизу, запад слева, восток справа. Егор ухватился обоими руками за край столешницы. Ведь именно так, вместе со столом, они смогут сориентировать электронную карту по сторонам света.

– Готово, – Егор отпустил край столешницы. – Давай направление, я смотреть буду.

Арам тут же закрыл глаза. Понятно, Егор молча кивнул, друг развернул внутренний интерфейс игры.

– Это будет… Это будет… Вон… Туда! – Арам вытянул руку.

– Так и стой, – потребовал Егор. – Я сейчас зафиксирую направление.

Линейка была бы идеальным решением, но пришлось довольствоваться метровой указкой. Егор положил её прямо на электронную столешницу.

– Расстояние…, – между тем продолжил Арам.

– Можешь не говорить, – хмуро произнёс Егор. – И так понятно, где находится эта трижды проклятая точка выхода.

– Где? – Арам с шумом распахнул глаза.

– Сам смотри, – Егор ткнул пальцем в электронную столешницу.

Араму хватило пяти секунд, чтобы самому оценить предположение, однако он всё равно спросил:

– А ты уверен?

– Более чем, – отрезал Егор.

– А вдруг…, – начал было Арам.

– А ты проверь, – Егор оборвал друга на полуслове.

Арам, с упрямой миной на лице, гордо выпрямился и закрыл глаза. Егор тихо усмехнулся, друг до последнего надеется на чудо. Вот он развернул внутренний интерфейс игры и принялся смотреть расстояние по счётчику. Масштаб карты известен, прикинуть нетрудно. Да и особая точность не требуется, достаточно лишь глянуть, куда именно указывает стрелка виртуального компаса.

Спортивный комплекс «Тинвар» находится на северо-западе от Олти, одного из крупных городов Вигрона на берегу Ниланского моря, точнее Миганского пролива. По другую сторону пролива находится остров Унтипал, или Республика Унтипал, один из столпов Ниланской морской конфедерации. Длинная указка, которую Егор положил прямо на электронную столешницу, накрыла собой Нуору, не просто крупный город на острове Унтипал, а столицу Республики Унтипал.

Да какие могут быть сомнения? Место нахождения точки выхода в реальность идеально укладывается в логику компьютерной игры. В не таком уж и далёком историческом прошлом остров Унтипал был частью Вигрона. Точнее, до завершения Великой войны.

Здесь едва ли не один в один повторилась история Китая и Тайваня на Земле. Прошло пятьдесят четыре года, как закончилась Великая война, однако Вигрон до сих пор считает остров Унтипал своей территорией. Коммунистическое правительство неоднократно заявляло, что всё равно вернёт его под свою юрисдикцию вплоть до применения военной силы. Но пока за спиной Республики Унтипал и Ниланской морской конфедерации стоит вся мощь военно-политического блока Лиги свободных наций, об откровенном вторжении не могло быть и речи. Но теперь, когда вторая мировая война на Ксинэе по факту уже началось, правительство Вигрона ни за что не упустит такую возможность.

У Ниланской морской конфедерации столицы как таковой нет. Большая часть крупных островов в Ниланском море являются независимыми республиками. Лишь противостояние с Вигроном и военно-политическим блоком Федерации социалистических республик в целом заставило их объединиться в конфедерацию. Благо у островных буржуазных демократий много общего и много чего другого, о чём гораздо лучше мирно договориться.

Ситуация осложняется тем, что именно Республика Унтипал настойчивей и громче всех прочих островных республик стремится возглавить Конфедерацию. Именно Нуору чаще прочих островных столиц называют столицей Конфедерации. А у военных всех времён и народов всегда и везде в первую очередь припекает желание захватить вражескую столицу.

– «Другая реальность» – ещё та сука, – злобно, сквозь зубы, прошипел Арам. – Может, того, обойдётся?

– А ты сам в это веришь? – Егор постарался не брызгать слюной словно ядовитым сарказмом.

– Нет, – после секундного раздумья признался Арам. – Совпадает не только направление, но и расстояние. Конечно, плюс, минус десять километров погоды не сделают. Но то, что точка выхода находится в Нуоре, можно не сомневаться. Как думаешь, где именно она может быть?

– А бог его знает, – зло бросил Егор. – Нуора большая, мегаполис, центр притяжения экономической, политической, культурной и всех прочих жизней Республики Унтипал. Даже хуже – крупная городская агломерация с вереницами посёлков и городов-спутников по всем главным трассам. Не помню точно, но жителей Нуоры если и меньше десяти миллионов, то не намного. А всего лишь для острова, поверь, десять миллионов – это очень и очень много.

Точка выхода может оказаться где угодно, – продолжил Егор, – но одно я могу обещать тебе твёрдо – она не будет находиться в каком-нибудь легко доступном месте. Нет. «Другая реальность» запихнёт её к чёрту в задницу, куда нам придётся пробиваться силой. Сам понимаешь, это идеально вписывается в логику компьютерной игры в жанре ядерного апокалипсиса.

От такого заявления Арам помрачнел ещё больше.

– Может, того, прямо сейчас рванём? – предложил Арам. – Ну, в смысле, пожрём сначала как следует, отдохнём слегка, а потом рванём, когда отбой объявят. Периметр местная полиция стережёт. Вряд ли с ней будут проблемы. До берега Ниланского моря рукой подать. Всяко найдём какой-нибудь катер или моторную яхту. Пересечём Миганский пролив. Можно даже до самой Нуоры добраться. Чем не план?

– Не план, – отрезал Егор. – Точнее, он мог бы вполне сработать ещё неделю назад. Но сейчас, – Егор выразительно качнул головой, – у нас нет никаких шансов.

– Но почему? – удивлённо и недоверчиво потребовал уточнить Арам.

– Арам, – печально начал Егор, – ты упорно не желаешь замечать очевидное: Вигрон готовит десант на Унтипал. В свою очередь правительство островной республики прекрасно понимает, что их ждёт вторжение. Первыми традиционно выдвигаются разведчики и диверсанты. А потому уже сейчас островные вояки стоят на ушах. В лучшем случае наш катер или яхту остановят. Нас самих допросят, арестуют и посадят. В худшем могут сразу пальнуть тяжёлым калибром, чтобы обломки во все стороны, и дело с концом. Всё северо-восточное побережье острова Унтипал сейчас находится под плотным контролем. Тилгезкий залив, на берегу которого находится Нуора, тем более.

– Получается, наш единственный шанс попасть в Нуору это прорваться вместе с десантом? – предположил Арам.

– Получается так, – Егор всплеснул руками.

– Но там же развернётся кровавый замес, – продолжил Арам.

– Даже хуже того, – Егор многозначительно поднял указательный палец, – до меня дошли слухи, что наш 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальон бросят в самое пекло. Велика вероятность, что у нас будет отдельное задание. Чем чёрт не шутит, вдруг нас пошлют на захват дворца Милдоф.

– Э-э-э…, – Арам задумчиво наморщил лоб, – это где сидит правительство Унтипал?

– Оно самое, – Егор кивнул. – Не зря же Гроза так усердно гонял нас именно по части штурма и зачистки зданий. Да, – тихо воскликнул Егор, – точка выхода может оказаться именно там. Если нам повезёт, то она будет на стене дворца.

– А если не повезёт? – осторожно поинтересовался Арам.

– А если не повезёт, – в тон другу продолжил Егор, – то она может найтись в кабинете премьера Республики Унтипал. И не того, что в здании на поверхности, а того, что в подземном бункере под Дворцом, – Егор выразительно ткнул пальцем в пол.

– Проклятье, – ругнулся Арам. – Там и так будет кровавый замес. А если по столице ещё и ядерной бомбой шарахнут?

– Не «если», а «когда», – Егор поправил друга. – Ядерный удар будет, в этом можно не сомневаться. Вся надежда на то, что это будет десятка два-три относительно маломощных ядерных зарядов. Гораздо хуже, если сбросят всего одну бомбу, зато сразу на несколько десятков мегатонн. Тогда точно – хана.

Да ты и сам посмотри, буквально всё один к одному. Я то, дурак, – Егор скривился, – только сейчас понял, почему это Гроза тренировки на сегодня уже свернул.

– Десантная операция начнётся завтра, – не спросил, а утвердительно произнёс Арам.

– Да, завтра, – Егор кивнул. – Ещё сутки в плане боевого слаживания мало чего нам дадут, зато загоняют конкретно. Вот нас и отпустили отдыхать, чтобы мы банально выспались. Завтра, 12 сентября, подготовка и проверка оружия и прочей амуниции. Сама операция начнётся либо вечером, либо в ночь. Несколько часов в пути, и-и-и…, – выразительно протянул Егор. – В самой Нуоре мы окажемся в аккурат 13 сентября. В тот самый тринадцатый день тринадцатого года.

Конечно, предположение, что именно 13 сентября 8313 года на Ксинэе во всю развернётся ядерный армагеддон, носит исключительно умозрительный характер. Но уж больно в масть ложится эта дата в сюжет слишком реальной компьютерной игры.

– Тогда я всё равно предлагаю удрать прямо сейчас, – неожиданно заявил Арам. – Но только на Унтипал мы прорываться не будем, а двинем в противоположную сторону, в дикие леса. Именно там мы спокойно переждём ядерную войну. И уже после, как всё худо-бедно устаканится, отправиться на остров. Думаю, к тому моменту всякая наземная война просто закончится.

А это… Егор задумчиво скосил глаза в сторону. А это мысль. Ведь в задании к миссии не сказано, когда именно или до какой именно даты им надлежит добраться до точки выхода. Нет, просто дойти, и всё.

– Вариант хороший, даже более чем хороший, – осторожно, тщательно подбирая слова, заговорил Егор, – да только в народе не зря говорят, что хрен редьки не слаще. Сам обмен ядерными ударами завершится довольно быстро, в этом можно не сомневаться. Но вот что будет дальше?

Если коротко, то цивилизация на Ксинэе рухнет, а нам придётся выбираться из-под её обломков. Иначе говоря, мы можем запросто застрять здесь на год-другой. Когда ещё уляжется радиоактивная пыль. Ведь нам, и это вполне возможно, придётся пробираться по радиоактивным развалинам Нуоры. Ладно, если по ней долбанут десятком-другим тактических зарядов. А если одна супербомба? Потребуются полноценные защитные костюмы, а где их взять? Это же отдельный квест получается.

Не знаю как ты, Арам, а я очень не хочу полагаться на игровую условность «Другой реальности». Где гарантия, что уже в реальности мы не сдохнет от лучевой болезни? Либо, как не самый приятный вариант, проведём свои последние годы жизни в клинике для безнадёжных онкобольных.

А как перебраться на ту сторону Миганского залива? – Егор ткнул пальцем в окно. – «Другая реальность» – ещё та стерва. Не самая сложная по виду задача может запросто перерасти в неразрешимую проблему. И это, заметь, будет очень даже в духе компьютерной игры.

– Хорошо, хорошо, я понял, – Арам выставил перед собой руки. – Хрен редьки не слаще. Тогда к чему ты клонишь?

– Грубо говоря, – Егор нахмурился, – перед нами выбор: либо один большой кошмар, либо куча гораздо более мелких кошмаров.

– И ты предлагаешь выбрать пусть и большой, но всего один кошмар? – уточнил Арам.

– Да, – Егор кивнул.

– И как, по-твоему, он будет выглядеть?

– Ну-у-у…, – Егор потёр пальцем висок. – Как я уже говорил, на сегодня Гроза занятия уже свернул. Завтра подготовка, проверка оружия и прочего снаряжения. Сама десантная операция начнётся либо вечером, либо рано утром…

– С таким расчётом, – подхватил Арам, – чтобы высадить десант ближе к утру на Унтипал?

– Верно, – Егор кивнул.

– Но мы ведь сразу окажемся в гуще сражения, – тихо произнёс Арам. – Тот самый кровавый замес.

– Не совсем, – уклончиво ответил Егор. – Вспомни войну в Силнецких горах. Очень часто наибольшие потери несёт вторая волна десанта. Первая, самая первая и, как правило, неожиданная, в некотором смысле умудряется проскочить.

– Ты хочешь сказать, что мы не зря оказалась в отдельном десантно-штурмовом батальоне?

– Да, – охотно согласился Егор. – Годовое жалованье на кон: у нашего батальона будет отдельное задание. Нас выбросят отдельно от главных сил и в первую очередь. В самую первую очередь, и вот тогда у нас будут все шансы проскочить.

– Егор, – Арам недовольно поморщился, – твои слова сильно смахивают на наивные мечты и хотелки. Реальность может оказаться совсем иной. Например, наш батальон просто и без затей раздолбают прямо на берегу. А то и вообще утопят в море на дальних подступах.

– Всё может быть, – нехотя согласился Егор. – Но, опять же, один большой кошмар. Или ты выберешь кучу более мелких кошмаров?

Вопрос из разряда не в бровь, а в глаз. Арам задумался, крепко задумался. За годы дружбы у них сложилась традиция: прежде, чем принять какое-либо решение, они могут спорить и обсуждать до хрипоты, да хоть до драки. Но после, когда решение принято, остаётся только одно – действовать, действовать и ещё раз действовать. Конечно, принятое решение вполне может не быть идеальным, от ошибок никто не застрахован. Однако сомнения в самый неподходящий момент, судорожные рывки из стороны в сторону, всегда гораздо хуже. Вот почему здесь и сейчас, пока у них имеется такая возможность, Арам думает, крепко думает.

– Может, всё же, переждём? – пусть и без прежней уверенности, однако опять предложил Арам. – Там же кровавый замес начнётся. Насколько мне известно, когда-то и на Ксинэе был обычай почётной капитуляции. Но Великая война буквально поломала аборигенам мозги. Они же теперь могут запросто перебить друг друга.

– У меня имеется ещё одно предположение, – задумчиво произнёс Егор. – Вполне возможно, что главной целью нашего батальона всё же станет дворец Милдоф. «Другая реальность» ведёт нас. Если точка выхода где-то там, то вполне логично, что игра сама приведёт нас к ней. Конечно, вытряхнет душу, заставит изойти кровавым потом, но приведёт. Это же отличный игровой сюжет. Можешь смеяться, но в него я верю гораздо больше, чем во все прочие соображения.

– А если нет? – тут же возразил Арам. – Если наш батальон займёт оборону на каком-нибудь важном рубеже в десятках, а то и в сотнях, километрах от Нуоры? Планы командования мы не знаем, не по рангу.

– Верно, – Егор не стал отрицать очевидное, – поэтому я предлагаю действовать по обстановке. Если боевой задачей нашего батальона станет захват дворца Милдоф, то мы пойдём на штурм вместе со всеми. Ежели нет, то смотаемся уже в Нуоре. Дезертировать в плотной городской застройке будет гораздо легче, чем в чистом поле. УТП нам так и не выдали, датчики глобальной навигации уже бесполезны. Нас просто примут за убитых и вряд ли будут искать, тем более ловить.

– Ты предлагаешь дезертировать прямо на поле боя? – с притворным ужасом воскликнул Арам.

– А что здесь такого? – Егор с ходу отмёл иронию. – Не забывай: дитарский язык един для всей Ксинэи. Нам будет достаточно переодеться в гражданку, как нас сразу примут за граждан островной республики. Сам понимаешь, начнётся такой бардак. Можно даже пойти дальше.

– В смысле?

– Да кто нам запретит переодеться в форму солдат Республики Унтипал? Наша текущая задача перебраться на ту сторону Миганского пролива и элементарно не сдохнуть. Если уж всё пойдёт совсем кисло, то мы уберёмся из Нуоры и уже за её пределами переждём самую горячую фазу ядерной войны. В этом случае мы окажемся к точке выхода гораздо ближе, чем сейчас. Заодно нам не придётся ломать голову, как самостоятельно перебраться через Миганский пролив.

– А ты знаешь, – Арам одобрительно закивал, – это вариант. Даже очень хороший вариант. Завтра мы точно узнаем боевую задачу нашего батальона, и начнём действовать. Как именно – это уж как получится.

– Идём с десантом, а там на месте сориентируемся. Договорились? – Егор протянул руку.

– Договорились, – Арам крепко пожал протянутую ладонь.

Делать в заброшенном кабинете спортивного чиновника больше нечего. Егор первым направился на выход. Арам даже не стал выключать электронный рабочий стол. Мало ли кто ещё из солдат придёт поиграть либо с иной целью.

– Арам, – уже в коридоре Егор повернулся к другу, – как думаешь, на чём нас десантируют?

– Глупые вопросы задаёшь, – Арам усмехнулся. – Мы же теперь морская пехота, так что и десант будет морским.

– А если конкретно?

– А если конкретно, то нас перебросят через Миганский залив на каком-нибудь достаточно большом десантном корабле.

– С чего такая уверенность? – на лестничной площадке между этажами Егор на миг остановился.

– Ну ты даёшь, – Арам едва не расхохотался. – Наш грозовой сержант как-то обмолвился, что мехводов гоняют где-то недалеко от нас. Десантному батальону по штату полагаются боевые машины пехоты. Вполне возможно, что нас усилят ещё и танками. И чтобы это всё перебросить на ту сторону Миганского пролива потребуется нечто крупное, нежели маленький десантный катер на отделение.

– Тоже верно, – Егор двинулся дальше вниз по лестнице.

Совсем из головы вылетело. Морской пехоте ни чуть не меньше чем пехоте сухопутной требуется высокая мобильность. Кадровые армии на Ксинэе давно моторизированы. А уж отдельному десантно-штурмовому батальону сами боги «Другой реальности» велят не пылить сапогами, а с ветерком мчаться под прикрытием брони.

Глава 2. Лучше не дёргаться

Великая война на Ксинэе продолжалась восемнадцать лет. Да, она сумела разрешить некоторые противоречия между государствами, однако взамен старых проблем наплодила гораздо больше новых. Одним из таких противоречий стали территориальные претензии коммунистического Вигрона к островной капиталистической Республике Унтипал, да и ко всей Ниланской морской конфедерации в целом.

Всего через семь лет после окончания Великой войны, в 8266 году, в генеральном штабе вооружённых сил Вигрона был принят план со смешным названием «Чемодан». Однако для генералов, кто знал его подробности, в названии не было ничего смешного. Для вторжения в Республику Унтипал с последующей оккупацией план предусматривал создание Первой десантной армии. Датой начала вторжения был выбран 8269 год. Однако, как это часто бывает, по целому ряду экономических и политических причин операция «Чемодан» была отложена. А потом отложена ещё раз, ещё и ещё. Как оно началось, так оно и продолжилось. Но!

Окончательно операция «Чемодан» так и не была отменена, документы и прочие материалы по ней в архив так и не снесли. Наоборот! Каждый год генералы и адмиралы генерального штаба старательно и скрупулёзно вносили в план предстоящей боевой операции изменения и уточнения согласно текущей обстановке на будущем театре военных действий. И так продолжалось сорок семь лет.

И вот, 8 сентября 8313 года, когда над Митизаной отгремело первое в истории космическое сражение между флотами «легионеров» и «федералов», операции со смешным названием «Чемодан» был дан ход. Благодаря столь долгому и вдумчивому планированию генеральному штабу удалось сформировать Первую десантную армию буквально за считанные сутки.

С наступлением темноты 12 сентября вторжение на Унтипал началось с воздушного ракетно-бомбового удара. Первую волну составили беспилотные летательные аппараты, что менее чем за час пересекли Миганский пролив, что отделяет остров Унтипал от материка. Второй волной на противника устремились многочисленные крылатые ракеты. Вслед за первыми двумя третьей волной с многочисленных аэродромов поднялись штурмовые самолёты и бомбардировщики под прикрытием истребителей.

Долгие десятилетия Холодной войны правительство Республики Унтипал прекрасно понимало, что однажды давний противник Вигрон всё же захочет взять реванш. Армия островной республики не сидела сложа руки, а готовилась так же долго, вдумчиво и кропотливо. Все три волны воздушного противника встретила хорошо подготовленная и эшелонированная система ПВО. «Небо» над столицей островной республики, а так же над северным побережьем в целом, затрещало, покрылось огненными всполохами, пошло трещинами, но устояло. Многочисленные батареи ПВО встретили воздушного противника огнём скорострельных пушек и массовым запуском зенитных ракет. С аэродромов в глубине острова вовремя поднялись многочисленные истребители и перехватчики. Воздушные силы Вигрона так и не сумели единым сосредоточенным ударом смять противовоздушную оборону острова. Над Нуорой и над северным побережьем в целом закипело грандиозное сражение.

Едва первые беспилотники поднялись в темнеющее небо, как от побережья отчалили многочисленные десантные суда. Командование вооружённых сил Вигрона прекрасно понимало, что противник вполне может выдержать первый и самый серьёзный удар с воздуха, а потому предпочло не ждать окончательного подавления ПВО. Как говорят в подобных случаях, лучший способ подавить ПВО противника – это собственные танки на его улицах и аэродромах.

Воздушная армада Вигрона сумела сделать самое главное – без единого выстрела или попадания очистить Миганский пролив от флота противника. Военный флот Ниланской морской конфедерации просто не рискнул зайти в полосу воды шириной всего 250 километров. По современным понятиям это узкий канал, который легко простреливается с материкового берега насквозь. Так что флоту вторжения никто не рискнул помешать.

Генштаб островной республики не мог знать наверняка, где именно произойдёт высадка десанта. По этой причине сухопутные войска были сосредоточены недалеко от берега с таким расчётом, чтобы выйти к месту высадки в кратчайший срок и столкнуть десант обратно в Миганский пролив. Ведь первый час с момента выброски отрядов на берег самый важный, самый критический.

Генерал-лейтенант Менлоу, командующий Первой десантной армией, даже не пытался захватить столицу противника с ходу, прямо с берега. Нуора – огромный мегаполис с населением в восемь миллионов человек. К этой цифре в обязательном порядке нужно добавить ещё шесть миллионов жителей столичной агломерации. Армия вторжения серьёзно рисковала застрять в уличных боях посреди высоток и частных домов. В конечном итоге генерал-лейтенант решил высадить главные силы десанта возле небольшого городка Сантана, что находится на восток от столицы.

Пусть и с большой натяжкой, но Сантану всё же можно назвать городом-спутником Нуоры. Небольшой порт, несколько промышленных предприятий. Вокруг бухты с двумя бетонными молами расположился жилой район из пяти и девятиэтажных зданий. На юге города, как раз между крайними пятиэтажками и автотрассой в столицу, раскинулся небольшой коттеджный посёлок, где живут начальники, коммерсанты средней руки и прочие шишки не самого высокого полёта.

Артиллерийский и ракетный обстрел начался едва ли не в момент высадки десанта. Конечно, о серьёзном подавлении береговой обороны не могло быть и речи. Другое дело, что это самой обороны практически и не было. Самими первыми, кто попытался воспрепятствовать высадке 67-го отдельного десантно-штурмового батальона, оказались не армейские части, а городские полицейские. Пусть стражи порядка облачились в полные комплекты для подавления уличных беспорядков и вооружились более чем полноценными электромагнитными автоматами, пистолетами и даже пулемётами, но полиция не есть армия. Уж слишком разные у них задачи и слишком разная выучка. Хилый заслон БМП «Шельмы» походя смяли из автоматических 30-мм пушек.

Не в помощь защитникам Сантаны стала паника среди гражданского населения. Далеко не все горожане вняли голосу разума и увещаниям правительственных чиновников о предварительной эвакуации из вероятной зоны боевых действий. И лишь когда на берегу и в порту взорвались первые артиллерийские снаряды, когда крылатая ракета обратила в пыль здание мэрии, лишь тогда оставшиеся жители рванули из города прочь на всех парах. Только паническое бегство далеко не организованная эвакуация. От катастрофических жертв среди обывателей спасли более чем скромные размеры Сантаны. В свою очередь генерал-лейтенант Менлоу специальным приказом запретил десанту препятствовать бегству гражданских. Так что большая часть горожан, пусть и в бешенной спешке и бросая пожитки, более-менее благополучно сумела удрать.

План военной операции «Чемодан» предполагал сперва закрепиться в Сантане, чтобы без проблем высадить вторую и третью волны десанта. И лишь после развивать наступление на юг и юго-запад, дабы окружить столицу. Заходить в саму Нуору даже не предполагалась, чтобы не завязнуть в уличных боях.

В свою очередь вооружённые силы Республики Унтипал предпочли действовать классическим образом. Последние обыватели ещё не успели удрать из Сантаны, как почти захваченный противником город атаковал оперативный отряд, всего лишь усиленный танковой ротой мотострелковый батальон. Да, на проверку контратака оказалась авантюрой, но генштаб островной республики прекрасно понимал, насколько важно не дать десанту закрепиться на берегу. Но силы оказались неравны, да и время было упущено. 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальон успел выйти на южную окраину Сантаны и закрепиться в крайних пятиэтажках.

***

«Шепард», последний уцелевший танк из ударной группы, торопливо отползал назад. Крупнокалиберный пулемёт на приплюснутой башне то и дело огрызался длинными очередями. И вот опять глухо рявкнула пушка. Звуковая волна мягко ударила по ушам, Егор машинально пригнулся. Но нет, это не по их душу.

Снаряд со свистом ударил в соседнее пятиэтажное здание. Грохот, пыль столбом. Егор чуть высунулся через выбитое окно наружу. Если на четвёртом этаже кто-то засел, то им крупно не повезло. Но тут над головой визгнули пули. Егор тут же дёрнулся обратно под защиту толстой кирпичной стены.

Интересное наблюдение, вместе со снарядом из танковой пушки так и не вырвался столб дыма. В первый раз, конечно, это было так необычно, но, если разобраться, то ничего странного здесь нет. Как и вся прочая артиллерия на Ксинэе, снаряды в пушке «Шепарда» до сверхзвуковых скоростей разгоняет не порох, а мощный электромагнитный импульс. Почему по земным меркам ствол танковой пушки выглядит странно, не привычная толстая стальная труба, а тёмно-зелёный короб.

Грохот очередного выстрела ворвался в комнату на четвёртом этаже через выбитое окно. Егор вытянул шею. По этим же причинам «Шепард» обладает огромной, по сравнению с земными танками, скорострельностью. Тратить драгоценные секунды на извлечение стрелянной гильзы, а так же на работу затвора, танковой пушке не нужно.

– Жив, дурилка? – в соседнее окно насторожённо выглянул Князь, новый сослуживец по батальону.

– Жив, – отозвался Арам.

Друг притаился рядом возле стены.

– Ну так сейчас мы его.

Голос Князя звенит от предвкушения и азарта. В его руках не просто крупнокалиберный гранатомёт «Дюбель». Точнее, гранатомёт и есть, только он дополнительно закреплён на станке. Князь торопливо наводит прицел на «Шепард».

– Гроза, я Князь, – торопливо заговорил Князь. – Прицел взят. К стрельбе готов.

Секундная пауза на общем канале связи.

– Кумулятивными…, – голос Грозы, сержанта Тучкова, на миг стих, но тут же рявкнул с утроенной силой, – огонь!

– А-а-а! – радостно крикнул Князь.

В тот же миг кумулятивная реактивная граната с громким хлопком вырвалась из пластиковой трубы. Комнату на четвёртом этаже осветил огненный выхлоп. Но любопытство сильней, Егор тут же высунулся в окно.

Ого! От восторга Егор тряхнул головой. Князь, а так же ещё один оператор крупнокалиберного гранатомёта «Дюбель», туго знают своё дело. Два дымных следа устремились к ещё целому «Шепарду». ПРО танка сработала штатно, грозная боевая машина окуталась белесой взвесью, сквозь которую прорезались импульсные лазеры. Только поздно. Против сразу двух крупнокалиберных «Дюбелей» ПРО «Шепарда» не сдюжила. В аккурат под срезом башни яркая вспышка, следом докатился грохот взрыва. Танк в последний раз дёрнулся и окончательно замер на месте. Не иначе башню заклинило. Следом потянулись струйки сизого дыма.

Егор поднёс к глазам небольшой бинокль. Рванёт или нет? То, что танк горит, это точно. Тонкая, не толще спицы для вязания, кумулятивная струя прожгла броню. Другое дело, что внутри гореть особо нечему. Вся надежда на детонацию боеприпасов. Но тут уж как повезёт. Если в укладке бронебойные, то грандиозного фейерверка не будет. Другое дело, если фугасные, вот тогда…

Яркая вспышка и грохот. Егор вновь пригнулся, но бинокль не отвёл. Не повезло, танкистам крупно и в последний раз не повезло. Боекомплект всё же рванул. Приплюснутая башня отлетела в сторону и грохнулась на землю.

– Хана экипажу, – спокойно заметил Арам.

– Да-а-а!!! – радостно гаркнул Князь. – Я сделал это!

Рядовой Реман так и не сумел сдержать себя. Егор лишь усмехнулся, да он не особо и пытался сдержать себя. Князь рывком поднялся на ноги и принялся скакать по комнате. Да не просто скакать, а ещё размахивать руками и орать что-то несуразное. Проще говоря, ритуальный танец самовосхваления первобытного охотника, которому удалось-таки в одиночку завалить мамонта.

Егор глянул на Арама, друг усмехнулся в ответ. Такое бывает – издержки профессионализма. Рядовому Реману больше тридцати лет. В отличие от Егора и Арама, он кадровый морской пехотинец 67-го отдельного десантно-штурмового батальона. А ещё он штатный оператор крупнокалиберного гранатомёта «Дюбель». В этом вся соль.

Только боги «Другой реальности» ведают, сколько долгих лет Князю приходилось стрелять из «Дюбеля» на полигонах по самым разным мишеням. Ещё больше его гоняли в разных виртуальных тренажёрах, дабы сэкономить на реальных реактивных гранатах. И всё чтобы не дать Князю потерять квалификацию. И вот теперь, прямо на глазах Егора и Арама, сбылась мечта идиота – не на полигоне, не в кабине виртуальной реальности, а на самом настоящем поле боя Князь подбил-таки самый первый самый настоящий танк самого настоящего противника. Ладно, пусть не мечта идиота, но мечта всей жизни сбылась точно. Как тут не станцевать?

– Всё, Князь, харе танцевать, – Егор самым решительным образом поднялся с пола. – Пора уносить ноги.

– Зачем? – Князь беззаботно махнул рукой. – Это был последний!

– Уносим ноги, – следом с пола поднялся Арам.

– Но…, – начал было Князь.

– Хватаем твою бандуру и ходу! Ходу! – Арам едва не сорвался на мат.

Зато проняло, безбашенное веселье вмиг слетело с рядового Ремана. Они быстро подхватили станок для гранатомёта. Егор взвалил на спину связку с полными пусковыми контейнерами и первым вышел из комнаты в прихожую и дальше в коридор. Всего лишь сутки назад это был обычный жилой дом, а теперь это передний край обороны прибрежного плацдарма.

– На пятый этаж, – скомандовал Князь, когда они торопливо вышли на лестничную площадку.

– Ты уверен? – Егор чуть обернулся.

– Более чем, – заверил Князь.

В ответ Егор пожал плечами. Пятый этаж так пятый.

Крайняя квартира, окна которой выходят на юг. Дверь заперта, да только кого теперь это волнует. Пара десятимиллиметровых пуль разнесла замок вдребезги.

– Идём, – Егор сунул «Грач» обратно в кобуру на поясе.

Ещё одна квартира, где не так давно жили люди, самые обычные работяги одного из городских заводов. В прихожей на вешалке как ни в чём не бывало висит серое пальто, на полу под вешалкой валяются домашние тапочки. Повсюду следы поспешного бегства, жильцам этой квартиры в дикой спешке пришлось уносить ноги. Тоже, поди, до последнего надеялись, что их любимую Сантану война обойдёт стороной. Не обошла.

– Сюда, – Князь махнул рукой в сторону хозяйской спальни.

Пришлось немного повозиться, чтобы оборудовать новую огневую позицию. Широкую двуспальную кровать Егор на пару с Арамом вытащили в гостиную и прислонили к стене. В том же направлении отправилась прочая мебель. Князь не поленился раздобыть веник и сгрести в дальний угол осколки выбитого стекла. Как и во всём доме, окна не смогли пережить грохот танковых пушек. Князь лично установил напротив окна станок и закрепил на нём новую пусковую трубу «Дюбеля». Так-то стрелять из гранатомёта можно и с плеча. Зато со станка прицел гораздо лучше, соответственно и расстояние уверенного поражения цели существенно больше.

Теперь остаётся только ждать. Егор выглянул в окно. Бинокль позволил разглядеть гораздо больше деталей и подробностей, да и этаж повыше будет. Узкая лесополоса отделяет крайний ряд коттеджей от автомобильной трассы. Ещё дальше просматривается двухпутная железная дорога. Ударный отряд из пяти «Шепардов» уничтожен полностью. Некогда грозные бронированные коробки дружно коптят на выезде из коттеджей. Рядом несколько боевых машин пехоты. Хотя… Егор повёл биноклем из стороны в сторону, трупов не видно. То ли убитые солдаты противника валяются за укрытиями, то ли их успели унести ещё живые товарищи. Второе гораздо более вероятное. Полноценная война между Вигроном и Ниланской морской конфедерацией только-только началась. Ещё не принято бросать мёртвых на поле боя. По крайней мере оставлять до наступления темноты. Но это только пока. Мирные привычки быстро выветриваются. Мёртвым уже все равно, а вот рисковать ещё живыми лишний раз не следует.

– Как думаешь, – раздался за спиной голос Арама, – сколько у нас времени?

– А хрен его знает, – Егор опустил бинокль.

Небеса опять, опять и опять разразились воем реактивных движков. Следом раздался грохот. Это, Егор повернул голову, где-то рядом шпарит зенитка. «Небо дрожит» – как точно выразился Арам. Пусть наземное контрнаступление противника удалось отбить, однако битва за воздух, точнее за господство в воздухе, продолжается.

Получилось всё точно так, как Егор и предсказал. Боевое слаживание расширенного до военного штата 67-го отдельного десантно-штурмового батальона на спортивной базе «Тинвар» закончилось вечером 11 сентября и более не возобновлялось. Большая часть дня 12 сентября ушла на проверку и перепроверку оружия и прочей амуниции. Заодно морских пехотинцев загрузили боеприпасами по самую маковку. Последним и самым приятным событием стал более чем сытный обед. После, ближе к вечеру, была объявлена боевая тревога.

67-ой батальон в полном составе и со всей боевой техникой погрузили на «Тримиусы», небольшую флотилию десантных экранолётов. И лишь когда эти недосамолёты отошли от берега, личному составу батальона наконец-то поставили боевую задачу. Как Егор и ожидал, им выпало в качестве первой волны высадиться на вражеский берег в Сантане, небольшом городке не так уж и далеко от столицы острова.

Там же, в трюме десантного экранолёта «Тримиус», Егору довелось пережить несколько не самых приятных часов в своей жизни. Как-то не в кайф осознавать, что сейчас от тебя ничегошеньки не зависит, что экранолёт несёт тебя через Миганский пролив на большой скорости. Достаточно одного серьёзного попадания, чтобы этот громыхающий недосамолёт кувырнулся на полном скаку. А ведь это запросто.

В десантном трюме шум и вой стояли такой, что хоть уши воском заливай. Движки, что вращали огромные пропеллеры, ревели не хуже и не меньше реактивных. Однако даже через такую какофонию время от времени прорывались отзвуки далёких взрывов. Ситуация усугублялась тем, что в бортах, как и положено боевому десантному экранолёту, начисто отсутствовали иллюминаторы. Ведь любая застеклённая дырка есть лишняя и очевидная уязвимость в броне.

Заодно сбылось ещё одно предсказание Егора – у самой первой волны десанта и в самом деле больше всего шансов проскочить. Высадка в порту, рассредоточение и захват Сантаны прошли относительно гладко. Полиция – не противник тренированным морским пехотинцам, да и паника в городе в первую очередь ударила по стражам порядка.

Ещё одно обстоятельство неприятно поразило Егора – практически никто из гражданских не пытался хоть как-то помочь полиции и крайне немногочисленным военным. Чуть ли не как на параде «Шельмы» промчались по улицам Сантаны. В ответ ни из одного окна так и не вылетела хотя бы одна бутылка с пресловутым коктейлем Молотова. По пути следования боевые машины пехоты ни разу не напоролись на баррикаду, завал или хотя бы импровизированный на скорую руку затор из брошенных легковушек и грузовиков. Ничего. Вообще ничего. Лишь позже Егор узнал, что на всю Сантану нашёлся всего один отряд в десять человек доморощенных городских партизан. Да и он полёг полностью при первой же стычке с батальоном морских пехотинцев. Подавляющая часть местных жителей предпочла просто удрать. Нация торгашей, одним словом.

Так называемый штурм Сантаны закончился через полчаса (50 минут, если перевести в земные часы). Именно тогда второму взводу четвёртой роты под командованием сержанта Тучкова было приказано занять крайнюю пятиэтажку и подготовить её к обороне.

Вот уж где самым невероятным образом проявился гуманизм генерал-лейтенанта Менлоу. Именно многочисленные беженцы из Сантаны сумели задержать едва ли не на час подход и атаку первого серьёзного отряда противника. Из окна на третьем этаже Егор успел заметить, как самые медленные горожане с сумками, чемоданами и детьми пробирались буквально через походные порядки подходящего противника. Грузовик, бронетранспортёры и прочая бронетехника увязли в потоке людей и встали на трассе намертво. У солдат островной республики не поднялась рука стрелять по своим же гражданам или давить их гусеницами.

Как бы то ни было, едва последний гражданский с чемоданами убежал по трассе на юг, противник перешёл в решительное наступление. Егор особо не глазел по сторонам. С него вполне хватило и того, что в их направлении двинулось сразу пять «Шепардов» при поддержке пехоты. Сто миллиметровые осколочно-фугасные снаряды пробивали панельные пятиэтажки едва ли не на вылет. БПМ и БТР в стороне не остались. Скорострельные пушки и крупнокалиберные пулемёты засыпали снарядами и пулями передний край обороны штурмового батальона. Казалось бы, что ещё немного, и десант непременно опрокинут обратно в море, либо банально уничтожат. Но! Будь на их месте обычная пехота, так бы оно и вышло. Однако оборону на окраине Сантаны занял отдельный десантно-штурмовой батальон.

Ещё на подходе к пятиэтажке сержант Тучков определил Егора и Арама в расчёт к Князю. Точнее, в качестве боевого охранения и тягловой силы. Да, Егор прекрасно знает и умеет, как обращаться с крупнокалиберным гранатомётом «Дюбель», так и наводить и запускать реактивные гранаты всех возможных типов вплоть до агитационного. Но именно что знает и умеет. В Силнецких горах подобные крупнокалиберные гранатомёты не прижились вовсе. У местных борцов за светлое капиталистическое будущее серьёзной боевой техники не нашлось в принципе. Лишь в рамках общей подготовки горных егерей Егора с Арамом систематически гоняли в виртуальных тренажёрах, а так же в живую на полигоне недалеко от Виталиты, военной базы егерей в Жучанской долине. Из всего только что сформированного расчёта только Князь обладал большим опытом стрельбы из «Дюбеля». Не удивительно, что именно Князя Гроза назначил старшим.

Егор с Арамом употели, пока несколько раз меняли позиции. Но иначе было нельзя. Два раза они трое едва успели выскочить из очередной квартиры, как снаряды из танковых пушек разносили их к чёртовой матери. Танкисты противника в мирное время тоже не сидели без дела. Их точно также без устали гоняли на полигонах и на виртуальных тренажёрах.

Пехота противника сумела подобраться к пятиэтажкам вплотную. Егор слышал, как на первых этажах грохочут автоматы и ухают гранаты. Несколько БМП на большой скорости обогнули было пятиэтажку, но угодили под сосредоточенный огонь «Шельм». Вот где самым печальным образом для противника сказалось отсутствие полноценной артиллерийской поддержки.

Первую и самую опасную атаку удалось отбить. Последний «Шепард», то ли самый везучий, то ли самый храбрый, до последнего прикрывал отход пехоты и БМП противника. Ещё немного и у него были все шансы успеть укрыться под защиту крайнего домика с красной крышей. Были, но всё равно не успел. Расчёт Князя и ещё один успел не только сменить позицию, но и выстрелить. Два «Дюбеля» пробили-таки ПРО вражеского танка. Точнее, одну крупнокалиберную гранату импульсные лазеры сожгли на подлёте, зато вторую, что влетела вслед за первой, уже нет.

Классика, классика, всё классика. Егор в очередной раз осмотрел окрестности через небольшой оптический бинокль. Противника не видно, но на душе всё равно неспокойно. Очень скоро он подтянет подкрепление и попытается ещё раз выбить десант из Сантаны.

Генерал-лейтенант Менлоу, командующий Первой десантной армией, не стал делиться с рядовыми исполнителями подробностями вторжения, однако о дальнейших его планах легко догадаться и так, для чего вполне достаточно глянуть на карту. О наступлении в исторический центр Нуоры не может быть и речи. Тут никаких сил и боеприпасов не хватит, чтобы пробиться через плотную городскую застройку. А вот обойти столицу с юга и замкнуть котёл – это запросто.

Конечно, речь не идёт о сплошной линии окопов и прочих деревоземляных укреплениях. Вполне достаточно перекрыть основные магистрали и взять под огневой контроль прилегающую территорию. А дальше как карта ляжет. Не исключено, что с материка будут переброшены дополнительные силы для наступления в глубину острова Унтипал.

– Егор, – со спины тихо подошёл Арам, – до точки выхода осталось меньше семидесяти километров. Она находится в самом городе, в центре. Может, того, пора?

Разговор на грани фола. Егор покосился на Князя. Однако морской пехотинец во всю возится с «Дюбелем», что-то там подкручивает и настраивает. Более серьёзной артиллерии у батальона пока нет. А следующая атака при поддержке танков не за горами.

– Как ты себе это представляешь? – шёпотом спросил Егор.

– Ну-у-у…, – Арам на миг замялся. – Тихо спустимся, тихо выйдет. Нам, главное, убраться от городской окраины как можно дальше. Либо мы сделаем это сейчас, либо нам придётся выдержать вторую гораздо более серьёзную атаку.

Егор задумчиво нахмурился. Друг прав: противник сделает всё возможное и невозможное, чтобы опрокинуть десант обратно в Миганский пролив. Если он не сумеет этого сделать до конца суток, то речь пойдёт уже о сражении в глубине острова Унтипал. Да только Республика Унтипал традиционно сильна своим флотом, а вовсе не сухопутной армией. Но и пройти через боевые порядки противника в разгар дня тоже опасно. Солдаты островной республики не будут разбираться, куда и на кой чёрт пробираются два морских пехотинца. Перебежчики они, дезертиры или разведчики. Какая разница? Просто разрядят в них всё, что только имеется у них на руках. Но и время терять нельзя. Впрочем, Егор стрельнул глазами по сторонам, в этом доме полно гражданских шмоток.

– Внимание, второй взвод, – вдруг раздался на общем канале связи голос сержанта Тучкова. – Оставляем позиции, нас меняет пехота.

– Товарищ сержант, а как быть с «Дюбелем»? – тут же спросил Князь.

– Гранатомёты приказано оставить, – ответил Гроза. – У нас будет другое задание. Выполнять!

– Есть выполнять, – машинально отозвался Егор.

Общий канал связи наполнился гулом голосов, но Егор уже потерял к нему интерес. Приказ Грозы прост и понятен.

– Егор, подожди, – Арам тронул за рукав тактического костюма. – Если я правильно понимаю, нас меняет пехота?

– Да, – Егор кивнул на ходу. – Наш отдельный десантно-штурмовой батальной свою текущую задачу с блеском выполнил.

Классика, классика, всё классика. Первыми на берег высадились морские пехотинцы. Даже больше – специально подготовленный для таких операций десантно-штурмовой батальон. Следом, второй волной, высадилась обычная пехота. Конечно, возник соблазн заявить, дескать, явились на халяву. Только на самом деле это не так. Егор знает точно, что пехота завидует морским братьям, что сейчас оставляют позиции. Ведь именно второй волне десанта предстоит принять на себя самый тяжёлый удар противника. Увы, но такова суровая проза войны.

На лестничной площадке между вторым и третьим этажами они наткнулись на пехотинцев из 204-ой дивизии. Суровые крепкие парни в тактических костюмах с зелёными пятнами разного оттенка молча прошли мимо.

– Подождите! – Князь повернулся к сменщика вслед. – На пятом этаже, в правой крайней квартире, в спальне, мы «Дюбель» оставили.

– Принято, – коротко бросил один из пехотинцев.

Да и о чём можно ещё болтать? В свою очередь пехотинцы из 204-ой дивизии прекрасно понимают, что десантно-штурмовой батальон обратно на материк на отдых не отправят.

Во дворе между пятиэтажками воцарилось суетливое оживление. «Шельмы», боевые машины пехоты, уже направились в сторону порта. Возле детских качелей Егор узнал лейтенанта Пшенота, он же Колос, командира четвёртой роты.

– Внимание! – громким командным голосом заговорил Колос, когда рота в полном составе собралась вокруг него. – Нам приказано выдвигаться в порт и грузиться в «Тримиусы».

– Зачем, товарищ лейтенант? – раздался из неровного строя морских пехотинцев чей-то голос.

– Нас ждёт новая боевая задача, – хмуро ответил Колос.

– Какая, товарищ лейтенант? – спросил другой голос.

– Понятия не имею. Выполнять!

Лейтенант сам на взводе, голос дрожит от едва сдерживаемого гнева. Спорить с офицером в таком состоянии дело бесполезное. Тем более Колос и сам не знает, какой будет новая боевая задача, а потому и нервничает ещё больше. Так-то догадаться несложно – ещё один десант на побережье противника. Вопрос лишь в том, где именно и когда.

Это в мирное время товарищи-офицеры обожают, когда мимо них с песнями и плясками шагают чёткие прямоугольники бравых солдат. Сейчас же лейтенанту Пшеноту нет никакого дела, как чётко печатают шаг его подчинённые. Но давняя привычка ходить строем дала о себе знать: и без всякого приказа, прямо на ходу, четвёртая рота вытянулась в колонну по четыре, да ещё отдельно по взводам.

– Проклятье, – тихо ругнулся Арам.

– Согласен, – Егор хмуро кивнул.

Настроение хуже некуда. А всё из-за того, что они доблестно проморгали худо-бедно удобный момент сделать ноги, или, если называть вещи своими именами, дезертировать. Теперь же, пока вокруг них товарищи по штурмовому батальону, не стоит даже пытаться дёрнуть в сторону. Все и без того на нервах, могут и в спину пальнуть. А это, между прочим, запросто. Да, конечно, они все военнослужащие вооружённых сил Вигрона, однако деление на стариков, кто не так давно постоянно служил в 67-ом батальоне, и на новичков, кого прислали по мобилизации, никуда не делось. Пусть и на подсознательном уровне, но деды новичкам особо не доверяют. Вот почему любого новичка, что вздумает рвануть вон из строя без приказа, в первую очередь сочтут трусливым дезертиром, нежели храбрым разведчиком.

Егор покосился на хмурые небеса. Вот если бы начался воздушный налёт, то можно было бы рискнуть. Но, как на грех, ничего. Где-то там над Нуорой гремят взрывы, а самолёты вспахивают воздух реактивными движками. Лишь с окраины Сантаны время от времени доносится грохот зениток. Но прямого предупреждения «Воздух» нет и, чёрт побери, не предвидится. Как бы не было горестно это осознавать, но сейчас не лучший момент для побега.

На берегу, возле импровизированного склада с боеприпасами в виде грузовика с тёмно-зелёным тентом, им приказали пополнить боекомплект до штатного. Впрочем, как успел заметить Егор, морские пехотинцы штурмового батальона не стали мелочиться и загребли пуль и накопителей энергии сверх положенного. Никто из офицеров не стал возражать. Да и сам Егор не удержался от соблазна и до отказа набил разгрузку гранатами, пулями и накопителями. Одним словом, десантная операция, с боеприпасами могут запросто возникнуть проблемы.

Ей богу, Егор печально улыбнулся, словно последнее удовольствие перед казнью. Командование успело развернуть полевую кухню. До пайков в рюкзаках дело так и не дошло. Как и с боеприпасами, морских пехотинцев накормили горячей кашей с мясом до отвала. На у после прямая дорога на борт десантных экранолётов. Повезёт, если получится подремать хотя бы в десантном трюме.

Аппарель захлопнулась с могильным треском. В десантном трюме боевого экранолёта стало темно. Хотя, буквально через несколько секунд, на потолке тускло засветились синие лампы. Егор плюхнулся на условно мягкое сиденье для десантников. Следом, будто специально ждали, над головой заревели мощные движки. «Тримиус» толчком сорвался с места. Инерция мягко, почти ненавязчиво, попыталась столкнуть Егора с откидного стульчика, когда экранолёт развернулся на месте. Путешествие в неизвестность началось. Хотя не совсем в неизвестность.

– Десант, внимание, – Егор машинально дотронулся пальцами до уха, на общем канале связи раздался голос майора Арнина, командира батальона. – Перед нами поставлена новая боевая задача.

От таких слов Егор устало потупился и склонил голову. Рядом кто-то из пехотинцев недовольно прошипел.

– Нам приказано, – между тем продолжил майор, – высадиться на берегу в Тилгезком заливе. Точнее, прямо на Ниланской набережной.

Только не это! Едва ли не вслух крикнул Егор, но сумел сдержаться. Тилгезкий залив, это на его берегах раскинулась Нуора, столица Республики Унтипал. А Ниланская набережная, Егор мысленно представил карту, это едва ли не центр столицы. Уж историческая часть точно.

– Как вы уже догадались, – голос майора Арнина дрогнул, – нам приказано проскочить по Луружскому проспекту и…, – командир батальона всё же замялся, но продолжил. – И захватить Милдоф.

– Нам конец, – тихо выдохнул Егор.

Общий канал связи тут же наполнился гулом голосов, из-за чего майор Арнин на время замолчал.

Милдоф, он же дворец Милдоф, или даже просто Дворец, резиденция правительства Республики Унтипал. Как и полагается в подобных случаях, Милдоф представляет из себя обширный комплекс, большое историческое здание на поверхности и хрен знает сколько подземных уровней под ним.

– Всё не так плохо! – сердито рявкнул майор Арнин, возбуждённые голоса морских пехотинцев на общем канале связи тут же притихли. – Никто не собирается посылать нас на смерть. По данным разведки, – несколько более спокойно продолжил майор Арнин, – противник отвёл заслон с Ниланской набережной.

Всё верно, Егор кивнул. Где высадились главные силы армии вторжения, противник уже знает. Вот командование Унтипал и принялось поспешно стягивать силы для контрудара откуда можно, да и откуда нельзя заодно. Егор рассеянно усмехнулся, уже легче.

– Первая и третья роты останутся на Ниланской набережной для обороны плацдарма. Вторая и четвёртая роты выдвигаются на захват Дворца. Наглость и скорость – вот залог нашего успеха. Если мы сумеем выдать и то, и другое, то у нас будут все шансы как минимум добраться до Дворца. А если ещё и постараемся, то непременно сумеем его захватить.

От себя добавлю: – после небольшой паузы продолжил майор Арнин, – вряд ли правительство островной республики сидит во Дворце и дожидается нашего появления. Но даже если оно там, то сидит глубоко в бункере под Дворцом. Всё, что от нас требуется – взять под контроль хотя бы часть наземного здания и водрузить на его крыше знамя нашей родины. Штурмовать подземные уровни мы не будет.

На этом всё, – майор Арнин резко сменил тему. – До высадки час. Всем отдыхать.

В наушнике тихо щёлкнуло, командир штурмового батальона отключился. Общий канал связи было вновь загудел рассерженными голосами словно улей, но Егор щелчком вырубил связь. Чего, чего, а проспать высадку не получится при всём желании. Между тем слушать возбуждённый трёп сослуживцем никак не хочется.

Чудны дела твои, господи. Егор как мог удобней устроился на откидном стульчике, голова прислонилась к мелко вибрирующей перегородке. То ли это игровая условность «Другой реальности» такая, то ли правителям Вигрона и в самом деле до зуда в пятой точке не терпится водрузить знамя над поверженным Дворцом. Другого объяснения просто нет. В любом случае 67-му отдельному десантно-штурмовому батальону морской пехоты предстоит залезть дьяволу в задницу. Как бы майор Арнин не уверял в обратном, однако боевая задача сильно попахивает изысканным самоубийством в особо извращённой форме.

А умирать не хочется, ох как не хочется. Егор, не открывая глаз, поморщился, словно от сильной зубной боли. А всё потому, что для них с Арамом патриотизм, верность армейскому долгу и прочие правильные слова и понятия обратились в пустой звук. Да и какая у них может быть любовь к своей новой напрочь виртуальной родине? Ведь даже у «себя дома» они ни разу не были. Вон, Егор на миг приоткрыл левый глаз, даже те, кто сейчас сидят рядом, не более чем боты, компьютерные программы, наборы нолей и единиц. Это только согласно правилам компьютерной игры они все боевые товарищи. На этом фоне что сержант Тучков, что майор Арнин – всё те же боты, которым лишь по обстоятельствам игры приходится подчиняться.

Но, с другой стороны, они все очень опасные боты, которые при случае и убить могут. По спине скатился неприятный холодок. Противно, самому противно, очень противно, но врать самому себе есть верх глупости. А всё потому, что они с Арамом, если потребуется, без лишних волнений и душевных терзаний пристрелят любого «боевого товарища» и любого «отца-командира». Они уже были близки к этому ещё на военной базе Виталита в Силнецких горах, когда пробирались к стоянке вертолётов. А сейчас, Егор чуть приоткрыл глаза и глянул в глубину синего сумрака десантного трюма, а сейчас и подавно. Ибо сейчас вопрос может стать ребром – или мы с Арамом, или они.

Да чтоб вас всех, Егор вновь закрыл глаза. Руки бессильно повисли вдоль тела оборванными верёвками. Нужно, нужно было им удирать с позиций ещё в Сантане. Едва последний «Шепард» лишился орудийной башни, вот тогда и нужно было сразу удирать. А теперь? А теперь поздно пить «Боржоми», когда цирроз сожрал печень.

– Егор, всё не так плохо.

Лёгкий толчок в плечо. Егор распахнул глаза и чуть склонил голову на бок. Сумрачный синий цвет ламп под потолком «перекрасил» лицо друга в синюшный цвет. Однако всё равно видно, как Арам улыбается от уха до уха.

– Ты во внутренний интерфейс игры глянь, – посоветовал Арам.

– Точно, – Егор сел на стульчике прямо. – Точка выхода, она же, того, в центре Нуоры.

– А дворец Милдоф…, – выразительно протянул Арам.

– Находится в центре, – закончил мысль Егор. – Получается, точка выхода там?

– Скорей всего, – Арам кивнул. – «Другая реальность» сама ведёт нас к ней.

– Но это же…, – Егор замялся и нахмурился.

– «Босс локации», ты сам говорил, – Арам озвучил невысказанное предположение.

– Ну да, – Егор вздохнул, – более чем логично.

«Другая реальность» была, есть и останется компьютерной игрой не смотря на всю свою реальность. А потому некое финальное и самое трудное испытание для игроков идеально вписывается в её игровую сущность. В обычных компьютерных играх в финале, либо перед самым концом очередной локации, игрок сталкивается с самым сильным и самым серьёзным монстром. Почему собственно финальное испытание и получило неофициальное прозвище «босс локации».

– У тебя есть мысли, как именно может выглядеть этот самый «босс локации»? – спросил Арам.

– Вряд ли это будет некий мультяшный мутант в четыре метра ростом и с двумя крупнокалиберными пулемётами вместо рук, – произнёс Егор.

– Ну это я и без тебя понимаю, – отмахнулся Арам. – Но, всё же, Егор?

– Скорее можно предположить, что это будет некое двойное испытание, – несколько подумав, продолжил Егор. – Первое, это, конечно, смертельный риск. Не удивлюсь, если точка выхода окажется вовсе не на поверхности, а где-нибудь в глубинах правительственного бункера под Дворцом. Бой в городе и без того считается самым сложным, ещё сложнее – бой в подземных коммуникациях.

– А вторая составляющая испытания? – спросил Арам.

– Второй составляющей будет некая логическая задача, которую нам предстоит решить, – произнёс Егор. – «Другая реальность» действительно сама ведёт нас, однако ничего не преподносит на блюдечке. Игра всего лишь даёт нам возможность, я бы даже сказал скрытую возможность. Наша главная задача – найти эту самую возможность и не упустить её.

Вот вспомни военную базу Виталита. Хорошо, что тебе пришло в голову сперва попробовать удрать на вертолёте. А если бы нет? То пилот Сева так бы и просидел в «Аисте» до утра, а мы бы до сих пор шатались бы по Силнецким горам в поисках Хоря. И это в лучшем случае.

– Ты намекаешь на то, что во внутреннем интерфейсе игры отражается только расстояние до точки выхода и направление, но никак её высота над уровнем моря? – спросил Арам.

– Вот именно, – Егор кивнул.

Ещё во время охоты на Хоря в Силнецких горах у друзей была возможность убедиться в этом. Образно говоря, направление и расстояние во внутреннем интерфейсе игры указывается так, будто они играют на идеально гладком шаре, а не на поверхности планеты с её горами, ущельями и прочими неровностями. Так что точка выхода может запросто оказаться не на стене дворца Милдоф, а на глубине с десяток другой метров под ним. Самое поганое в том, что выяснить это получится тогда и только тогда, когда они доберутся до неё.

– Но меня больше волнует другое, – Егор прервал неловкое молчание. – Сегодня тринадцатый день тринадцатого года. Как думаешь, мы успеем?

– Должны успеть, – лицо Арама враз стало серьёзным. – Признаться, я только сейчас поверил в твой страх, что «Другая реальность» и в самом деле по произволу может убить нас. Уж больно случай подходящий, – Арам обречённо махнул рукой. – Одно дело допустить непростительную глупость в реальном бою, и совсем другое, когда от тебя ничего не зависит.

– Зависит, – тихо возразил Егор. – Единственное, на что мы можем прямо влиять, это время. Точнее, чем быстрей мы доберёмся до точки выхода, тем больше у нас будет шансов благополучно удрать в реальность до ядерного удара по Нуоре.

– А он будет? – недоверчиво спросил Арам.

– Будет, – более чем уверенно заявил Егор. – В первую очередь «федералы» будут бомбить не военные объекты, не заводы, вокзалы и склады, а символ Ниланской морской конфедерации. Единственная надежда, что это будут десятки тактических ядерных зарядов, а не одна супер-пупер бомба в десятки мегатонн.

– Согласен, – хмуро признал Арам. – Заодно население послевоенного Унтипала избавится от многих миллионов лишних ртов.

– Жестоко, но логично, – согласился Егор. – Ладно, давай хотя бы попытаемся немного вздремнуть.

– Давай, – Арам откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

Егор как мог расслабил все мышцы. Уши будто забились мокрой ватой. «Тримиус» мчится к Ниланской набережной на огромной скорости. Мощные движки ревут, огромный стальной корпус трясёт мелкая вибрация. Экранолёт чем-то похож на самолёт. По крайне мере как самолёт его не трясёт на дороге, но и взмыть в небеса как самолёт он тоже не может. Да от него это и не требуется.

Человек ко всему привыкает. Шум, даже самый сильный, сам по себе не может помещать расслабиться и даже заснуть. Главное, чтобы шум был постоянным, ещё лучше если монотонным. Спать не дают резкие изменения звукового фона. В этом плане особенно выделяются чужие голоса. Но здесь и сейчас, в трюме десантного экранолёта, только сильный монотонный шум, в котором с гарантией тонут все прочие звуки, в том числе и чужие голоса.

Глава 3. Последний бросок

– Егор, пора, – рука друга толкнула в плечо.

Как? Уже? Егор распахнул глаза и потянулся всем телом. На удивление ему всё же удалось заснуть даже на не слишком удобном откидном стульчике.

– Рацию включи, – подсказал Арам.

– Сейчас, – отозвался Егор.

– …ть минут, – раздался в наушниках голос майора Арнина. – Да поможет нам Великий Создатель.

Командир батальона отключился, но Егор успел уловить главное – высадка начнётся через минуту или две.

Вот гул мощных электрических движков сменил тональность. Понятно, Егор машинально поднял глаза на стальной потолок, экранолёт принялся сбрасывать скорость. Сейчас… Сквозь гул долетел раскат пушечных выстрелов. Ага, начался обстрел берега.

Последние мгновенья перед высадкой самые нервные. Пальцы плотнее стиснули верную «кэму». Но вот движки почти смолкли, следом с грохотом опрокинулась стальная аппарель. На миг Егор зажмурился. После скудного освещения в десантном трюме показалось, будто через распахнутый люк во внутрь хлынул поток яркого света.

– Пошли! Пошли! – рванул в ушах голос сержанта Тучкова.

Егор, вслед за другом, соскочил с откидного стульчика и рванул на выход. Однако вперёд с громким ревом на опрокинутую аппарель первой выскочила головная «Шельма». Едва нос боевой машины пехоты высунулся наружу, как автоматическая 30-мм пушка разразилась длинной очередью.

Майор Арнин уверял, будто противник стянул все силы к Сантане. Однако на Ниланской набережной всё же нашлось кому дать отпор неожиданному морскому десанту. Егор будто наскипидаренный проскочил по аппарели и спрыгнул на тёмный асфальт. Ниланская набережная одета в гранит, словно берега Невы в Санкт-Петербурге. Однако крупнокалиберный снаряд либо ракета угодили в гранитную «рубашку». Сильный взрыв разворотил каменную облицовку, заодно создал своеобразный спуск к воде. Именно к одному из таких импровизированных спусков и ткнулся нос десантного экранолёта.

Серьёзно пострадала не только гранитная «рубашка» набережной, но и вся набережная с прилегающими к ней пятиэтажными домами. Воронки от взрывов обезобразили асфальт и стены зданий. Егор метнулся вслед за Арамом. На пару они перескочили через проезжую часть. Противник засел в чёрном доме с высокими декоративными колоннами во весь фасад. Егор недовольно поморщился, как жаль, что электромагнитные автоматы и пулемёты при выстрелах не дают ярких вспышек. Впрочем, и так видно, как из окна протянулся дымный след.

Десантно-штурмовой батальон пусть и расширили до штатов военного времени, однако обилие новичков почти не сказалось на его боеспособности. Егор следом за другом нырнул в проём в стене. Началась привычная и кровавая работа. И без приказа Грозы ясно, что сперва нужно зачистить именно это здание.

И тут полиция, Егор на миг замер на пороге очередной жилой комнаты. Взрыв ручной гранаты разом срезал сразу пятерых человек. Точнее, пятерых полицейских в пластиковых щитках и серых тактических костюмах. Вот что значит отсутствие нужной подготовки. Но тормозить нельзя, этажей и комнат ещё много.

Артиллерийский обстрел со стороны залива загнал немногочисленных защитников набережной в прилегающие здания. Броневики и прочие полицейские машины расстреляли 30-мм пушки «Шельм». Ещё минут двадцать шло расширение плацдарма. Но вот противник отступил, точнее, удрал. Из окна на пятом этаже Егор с насмешливой улыбкой наблюдал, как серые фигуры в панике свернули за угол. Что самое смешное, местные стражи порядка побросали автоматы. А это очень яркий признак, который очень хорошо показывает не только боевую выучку противника, но и его моральную стойкость. Впрочем, редко где и когда в истории Земли торгаши и банкиры на проверку оказывались хорошими солдатами.

– Взвод, внимание, – раздался на канале связи голос Грозы, от неожиданности Егор дёрнулся, – грузимся в «Шельмы».

– Вас понял, – машинально отозвался Егор, хотя, в принципе, можно было и не отвечать.

Первая часть десанта прошла легко, даже великолепно. Батальон высадился на Ниланской набережной. Остатки и без того хилого заслона из местных стражей порядка благополучно удрали прочь. Но не исключено, что скоро последует контратака. Первая и третья роты уже заняли оборону на набережной в прилегающих домах. Настал черёд второй самой опасной части плана.

Егор вместе с Арамом сбежали на первый этаж и выскочили на улицу.

– Нам туда, – Арам махнул рукой.

Возле разгромленных витрин некогда шикарного магазина уже выстроилась колонна боевых машин пехоты. Егор сходу узнал Грозу, командира взвода.

– Сюда, – Гроза ткнул пальцем в распахнутый десантный люк «Шельмы», едва Егор с другом подбежали ближе.

Во время боя взвода и роты неизбежно перемешиваются. Однако при первой же возможности командиры наводят порядок. Жёсткая вертикаль власти в армии – наша всё. Вот и сейчас две роты прямо на ходу вновь разбились на взвода и даже на отделения. В БМП Егор плюхнулся на свободное место вдоль правого борта, на место напротив присел Арам. Последний морской пехотинец с треском захлопнул бронированную дверцу.

– Колос, второй взвод готов, – раздался на канале связи голос сержанта Тучкова.

– Принято, – отозвался лейтенант Пшенот, командир роты.

Следом посыпались доклады от прочих командиров взводов.

Сейчас начнётся, Егор нервно поёрзал на месте. Страшно, очень даже страшно, оставаться на одном месте. Но так надо. Наконец под полом взревел движок, «Шельма» резко дёрнула с места. Второй этап авантюрного плана начался.

Боевую машину трясёт на ходу. Егор намертво вцепился в специальные скобы на броне. И это они мчатся на большой скорости по некогда гладкому и прямому Луружскому проспекту. Сейчас головная «Шельма» выполняет роль эдакого тарана. Тяжёлая бронированная машина просто сметает с пути гражданские легковушки, хотя, конечно, более крупные фуры и прочие грузовики всё равно приходится объезжать. Под гусеницами то и дело хрипит раздираемый металл. Егор закатил глаза. Только и остаётся гадать, что это было? Мусор, или стальные траки вминают в асфальт чьи-то останки.

Как бы не хотелось, но предаться вожделенной скуке так и не пришлось. Кажется, будто со всех сторон разом загрохотали выстрелы. Броня «Шельмы» отозвалась гулом. На огонь защитников столицы огрызнулась 30-мм автоматическая пушка. Однако «Шельма» даже не подумала сбросить скорость. Понятно, Егор машинально кивнул, это всего лишь огонь отдельных солдат противника, у которых ничего серьёзней личного стрелкового оружия нет.

Будто в насмешу рядом знатно грохнуло. Егор едва усидел на месте. А вот и более серьёзное. ИПРО «Шельмы» очень вовремя сбила реактивную гранату, скорей всего кумулятивную. Хотя, конечно, прямо на ходу автоматика не будет разбираться, что в неё летит, кумулятивная или осколочная. Россыпь импульсных лазеров на броне сбивает любой предмет, что на опасной скорости приближается к «Шельме».

Ладно, коль в данный момент от него ничего не зависит, то… Егор закрыл глаза и развернул внутренний интерфейс игры. Теперь чуть повернуть голову… Великолепно! Радость тёплой волной омыла избитую страхом душу. «Шельма» мчится точно к точке выхода. Осталось чуть больше двух километров. Десятки и даже сотни метров слетают со счётчика расстояния с очень приятной поспешностью.

«Шельму» знатно тряхнуло. Егора подбросило на месте, голова припечаталась в потолок. Внутренний интерфейс игры тут же свернулся. Спасибо крепкому шлему, уберёг макушку от шишек. Скоро, очень скоро, им с Арамом предстоит встреча с «боссом локации». Ещё бы знать наверняка, что это будет.

***

Колонна боевых машин пехоты на большой скорости мчится по Луружскому проспекту. Бронированный лоб передней «Шельмы» словно таран сшибает в сторону брошенные легковушки. 30-мм автоматические пушки щедрой рукой засыпают снарядами любой очаг малейшего сопротивления. Дерзость наказуема. Дерзость можно смело назвать крайней степенью авантюры. Однако только дерзость здесь и сейчас может принести двум ротам 67-го отдельного десантно-штурмового батальона победу. Но! Как авантюра, дерзость в любой момент может обернуться провалом.

Головная «Шельма» выскочила из ущелья Луружского проспекта на простор Щемлянской площади. Серый асфальт мелким крошевом брызнул из-под стальных гусениц. В ту же секунду автоматическая 30-мм пушка разродилась длинной очередью. Снаряды с визгом унеслись в сторону Северного крыла величественного дворца Милдоф. На серой стене между широкими окнами второго и третьего этажей вспыхнула длинная цепочка разрывов.

На войне ничто нельзя сотворить просто так. Реактивная противотанковая граната со стороны защитников дворца Милдоф с ходу напоролась на импульсные лазеры ИПРО «Шельмы». Громкий хлопок. Обломки боевой части лишь бессильно срикошетили от брони боевой машины. Однако вслед за первой реактивной гранатой протянулись дымные следы ещё четырёх. Передовая «Шельма» будто врезалась в огненную стену. Орудийная платформа с 30-мм пушкой едва не соскочила на асфальт, опалённый ствол тупо уставился в серое небо.

Увы, но против дружного натиска сразу пяти реактивных противотанковых кумулятивных гранат не сдюжит даже самый продвинутый «Гранит», либо иная система ИПРО. Однако передовая «Шельма», прежде чем окутаться чёрным дымом и на последнем издыхании отвалить в сторону, всё-таки успела сделать главное – стянуть на себя огонь защитников правительственного дворца. Едва солдаты, что засели в Северном крыле, узрели на Щемлянской площади грозную махину БМП противника, как с перепугу разрядили по ней все свои гранатомёты.

Глупость на войне жесткого наказуема. На простор площади перед Дворцом из ущелья Луружского проспекта безнаказанно выскочили остальные «Шельмы». Под дружным огнём автоматических пушек серые стены Северного крыла разом покрылись многочисленными взрывами. Куски стекла и пластиковых рам со звоном просыпались на землю. Кто из защитников дворца Милдоф не успел вовремя отпрыгнуть в глубину огромного здания и упасть на пол, того 30-мм снаряды либо порвали на куски, либо посекли осколками.

Бросок двух рот 67-го батальона был дерзок и силён своим неожиданным наскоком. Однако защитники дворца Милдоф оказались готовы и к этому. Да, сама Щемлянская площадь пуста, однако недалеко от стен правительственного дворца на манер баррикады замерли многочисленные машины. Все в кучу без видимого порядка и расстановки. Но в этом вся соль! Бюджетные легковушки и крутые внедорожники, стальные бруски беспилотных фур и городские автобусы. Местами в заторе техники просматриваются трактора коммунальных служб, цистерны-водовозы и даже парочка асфальтоукладчиков с широкими красными тентами над сиденьями для водителей.

Будто и этого мало, за грудой техники, в тени дворца Милдоф, притаился зенитный ракетный комплекс «Лунгун». Четыре пусковых контейнера, внешне похожие на толстые водопроводные трубы, упёрлись тупыми концами в асфальт. Однако тут же с оглушительным рёвом и со шлейфом чёрного дыма из левой крайней трубы «взошла яркая звезда». Зенитная ракета зелёной иглой устремилась в серое небо.

У другого края Северного крыла разом загрохотали все четыре ствола пушечно-ракетного комплекса на гусеничном ходу «Шок». Горячие гильзы со звоном просыпались на землю. Кажется, будто круглая тумба локатора светит в небеса невидимым светом. Это и в самом деле шок, ибо в век господства электромагнитного импульса ещё нужно постараться найти пороховой раритет времён холодной войны. Будь стволы самоходной зенитки направлены на «Шельм», то 30-мм снаряды легко порвали бы боевые машины словно картонные коробки. Но у зенитки нашлись более привычные и гораздо более приоритетные цели. В небе над Нуорой вот уже скоро сутки кипит и вспыхивает огненными шарами воздушная битва. «Небо дрожит», как точно выразился Арам.

На войне часто бывает, когда изначальный план с первыми же выстрелами рассыпается в труху. Вот и майор Арнин, командир 67-го батальона, планировал прорваться на боевых машинах пехоты прямо под стены дворца Милдоф, но не свезло. Вместо этого «Шельмам» пришлось рассыпаться широким веером по площади перед правительственным комплексом и продолжить огонь.

Впрочем, одна «Шельма» всё же попыталась пробиться через импровизированную баррикаду из машин. Бронированный нос лишь шаркнул по капоту красной легковушки. В следующий момент БМП буквально взгромоздилась на неё, подмяла под себя и-и-и… И застряла словно в болоте. Стальные гусеницы принялись бессильно месить воздух.

Однако десант шальной БМП не стормозил. Люк на корме «Шельмы» распахнулся, наружу просыпанным горохом выскочил десант. Морские пехотинцы в тёмно-серых тактических костюмах разбежались и рассредоточились подальше от обречённой «Шельмы». Но, как бы то ни было, орудийная башня боевой машины чуть повернулась в сторону, скорострельная пушка открыла огонь. 30-мм снаряды буквально разобрали на куски самоходную зенитку «Шок». И прежде, чем очередная противотанковая реактивная граната ткнулась в борт «Шельмы», пороховой анахронизм времён Холодной войны с громким хлопком исчез в клубах чёрного дыма. Финальный взрыв раскидал все четыре пушки в стороны.

Между тем бой только набирает обороты. Остальные БМП буквально на несколько секунд принялись сбрасывать скорость и выбрасывать десант. После чего продолжили метаться по Щемлянской площади, на защитников правительственного дворца Милдоф вновь обрушилась губительная мощь скорострельных 30-мм пушек.

Да, импровизированная баррикада из машин сумела-таки не пустить бронированные коробки БМП к стенам Дворца, однако для хорошо обученных морских пехотинцев штурмового батальона все эти легковушки, джипы, беспилотные фуры и даже асфальтоукладчики превратились в дополнительную защиту, с лихвой обеспечили многочисленными огневыми точками.

***

Егор с ходу закатился под микроавтобус. Рядом на асфальт бухнулся Арам. Пронесло! Егор облегчённо выдохнул. «Шельма» высадила их буквально в считанных метрах от импровизированной баррикады из машин, но открытое пространство само по себе представляет смертельную опасность.

А теперь, Егор закрыл глаза и развернул внутренний интерфейс игры. От радости сердце забилось с утроенной силой. Дошли! Почти дошли! До трижды проклятой точки выхода осталось жалкие 68 метров!

– Арам, ты куда? – Егор едва успел перехватить друга за рукав тактического костюма.

– А? Чего? – Арам, словно ошпаренный, огляделся по сторонам.

– Нам туда, – Егор качнул стволом «кэмы» в сторону.

– Да это же…, – Арам высунулся из-под микроавтобуса. – Точно! Это же Обелиск Свободы! И как только сразу не догадались?

Если глянуть с высоты птичьего полёта, то дворец Милдоф представляет из себя здание в виде огромной буквы «Х». Точнее, это два здания с полукруглыми выступами по середине. Почему собственно их и называют Крыльями, Южные и Северные крылья.

В центре полукруглого выступа Северных крыльев возведён Обелиск Свободы, памятник славной революции, что несколько сот лет назад покончила на острове Унтипал с монархией и провозгласила республику. Обелиск представляет из себя шестигранную колонну высотой 90 метров, диаметром у основания 8 метров и 6 на вершине. Плоскости Обелиска украшены многочисленными барельефами времён буржуазной революции.

Обелиск Свободы исполинской указующей стрелкой возвышается над крышами правительственного дворца. Точка выхода должна быть там и только там. Да и расстояние до Обелиска более чем подходящее. И очень, очень не хочется думать, будто на самом деле точка выхода запрятана на глубине в несколько десятков метров под Дворцом.

– А ты уверен, что точка выхода именно там? – спросил Арам.

– Более чем, – уверенно кивнул Егор. – Голову на отсечение, точка выхода должна быть на одной из граней Обелиска.

– Рискну предположить, что на самой дальней грани, возле которой притаился вон тот миленький полицейский броневик, – Арам зло усмехнулся.

Лицо друга укрыто под тактической маской на случай, если противнику придёт в голову пустить в ход боевую химию. Однако Егор готов поклясться на Библии, Коране и Кама-Сутре разом, что под тёмными стёклами тактической маски глаза друга сверкают азартом вкупе с сарказмом.

– Да чтоб вас всех через ногу, – тихо ругнулся Егор.

Полицейский броневик защитников дворца Милдоф и в самом деле укрылся за Обелиском Свободы. Даже через дым сражения можно рассмотреть, как его крупнокалиберный пулемёт шпарит по наступающим пехотинцам длинными очередями. Будто и этого мало, рядом с Обелиском засели ещё с пяток солдат Республики Унтипал. На фоне серых стен дворца более чем хорошо видны тёмно-зелёные каски и плечи тактических костюмов. И вся эта братия активно разбрасывается пулями.

– Фигня, прорвёмся, – Арам выдернул из-за спины тёмно-зелёный тубус одноразового гранатомёта «Шуруп». – Прикрой меня. Сейчас мы эту полицейскую хрень на запчасти разберём.

Проворной змейкой Арам нырнул под колёса беспилотной фуры, что вплотную приткнулась к микроавтобусу. А это дело, Егор нырнул следом за другом. Ого! А защитники Дворца изрядно облажались. Они просто расставили машины импровизированной баррикадой, а вот навалить хотя бы с внутренней стороны ещё одну баррикаду от солдат противника тупо не догадались. Насколько опасна попытка преодолеть затор из машин в полный рост или по их крышам, насколько же легко и безопасно проползти под ними. На гладком и твёрдом асфальте легко заметить даже самые мелкие и плохо заметные противопехотные мины.

Прямо перед глазами крепкие десантные ботинки Арама скребут носками асфальт. Егор на миг отвернул лицо в сторону. Ещё немного, и они проползут под этим чёртовым затором из машин. Над головой через треск автоматных очередей и грохот скорострельных пушек пробился грандиозный бабах. Егор буквально всем телом почувствовал, как под ним вздрогнула земля. На столицу островной республики упала то ли очередная бомба, то ли рухнул очередной сбитый самолёт. Выяснить, что произошло, нет ни возможности, ни желания.

– Егор! Бойся! – вдруг крикнул Арам.

Егор рывком откатился в сторону. Да, на Ксинэе во всю правит бал электромагнитное оружие. Снаряды и пули давно посылает в цель не пороховой заряд, а электромагнитный импульс огромной мощности. Однако не везде имеет смысл устанавливать накопители энергии большой ёмкости и обмотки из сверхпроводников.

Арам выставил из-под мятой легковушки серого цвета ствол реактивного гранатомёта. Ещё миг! Раструб за спиной друга выбросил столб пламени. Арам заранее раздвинул ноги в стороны, но реактивный выхлоп, один хрен, лизнул его по спине и ягодицам. Не будь на нём полноценного тактического костюма, то серьёзных ожогов было бы не избежать. А так прочная ткань почти не запачкалась.

– Готов! – радостно гаркнул Арам.

Арам судорожно откинул в сторону пустой пусковой контейнер, а сам тут же откатился под прикрытие автомобильной шины. В то место, где он только что лежал, впились пули, маленькие оперённые стрелки. Асфальт брызнул в стороны серым крошевом.

Егор осторожно выглянул наружу. Вид из-под серой легковушки откровенно хреновый, однако и так можно рассмотреть, как полицейский броневик окутался дымом. Реактивная граната угодила точно в лобовое стекло, разнесла его к чёртовой матери и разворотила всё внутри. Солдаты и полицейские противника брызнули от подбитого броневика в стороны словно тараканы. Тот, кто палил из крупнокалиберного пулемёта, приказал долго жить. Даже если стреляла автоматика, то и она с гарантией вышла из строя. Вот как плохо бросать в бой против морской пехоты полицейские броневики. Какое там ИПРО? Броня подобных машин просто не рассчитана на противостояние реактивным и осколочным гранатам.

– Пошли, пока не очухались, – Егор первым выскользнул из-под машины.

Рывок на максимальной скорости! Рядом, в опасной близости, просвистели пули. Левое плечо дёрнулось назад, одна из оперённых стрелок прошла вскользь по прочной ткани тактического костюма. Егор лишь поморщился от боли, наверняка будет синяк. Тактический костюм «Сплав 4» лишь называется костюмом, на деле это бронежилет. Прочную ткань не возьмёт ни один нож. И уж тем более ей по силам выдержать касание лёгкой стрелки на сверхзвуковой скорости.

Упасть на землю и перевернуться. Егор выставил перед собой автомат. Палец утопил спусковой крючок, «кэма» тут же мелко затряслась в руках. Сволочам возле Обелиска мало не покажется.

– Я здесь! – за спиной вместе с шуршанием ботинок об асфальт раздался голос Арама. – Прикрываю!

Тактика боя накоротке давно отработана и вбита в подкорку. Один бежит, Егор сорвался с места. Другой прикрывает, за спиной загрохотал автомат напарника. Солдаты и полицейские противника упорно цепляются за Обелиск Свободы будто им там мёдом намазано. Егор резко остановился и прижался спиной к стене. Недалеко от памятника упитанный полицейский в полном облачении для подавления уличных беспорядков пугливо жмётся под защиту массивного каменного основания. Ну да, Егор зло усмехнулся, уличный бой – это не его стихия. Ему бы дубинкой по головам недовольных всеобщей демократией и правами всяческих меньшинств дубасить. А тут, прости господи, воевать заставили.

– Рота, внимание! – на общем канале связи загрохотал голос Колоса, командира второй роты. – Входим в здание. Северные крылья, западная сторона. «Шельмам» отойти на безопасное расстояние.

Это… Егор на миг оглянулся. Так и есть – товарищи по роте ловко втягиваются через разбитые окна первого этажа во внутрь дворца Милдоф. Так и надо. Закрепиться в здании и продержаться до подхода подкрепления. Правда, если это самое подкрепление будет. Всё так, но ему с Арамом нужно в противоположную сторону.

Но это же… На миг Егор будто превратился в каменную статую, ноздри шумно втянули через маску на лице воздух. Это же прямое нарушение приказа лейтенанта Пшенота. Да и плевать! Подыхать за виртуальные интересы виртуального Вигрона ни он, ни Арам не собираются. И коль их интересы разошлись, то тем хуже для лейтенанта Пшенота.

– Прикрывай! – мимо на полном ходу пробежал Арам.

Теперь очередь напарника продвигаться вперёд. Егор поднял «кэму», а его очередь прикрывать друга. Но примечательно другое – Арам даже не стал заикаться о выполнении прямого приказа командира. Сейчас у них одна на двоих цель. И если для её достижения должна сдохнуть вся вторая рота, то пусть так оно и будет. Ботом больше, ботом меньше.

Обелиск Свободы всё ближе и ближе. Буквально с каждой секундой всё лучше и лучше можно разглядеть многочисленные бронзовые барельефы на его гранях. Егор никогда особо не интересовался историей Ниланской морской конфедерации, но вот читать о дворце Милдоф вообще и об Обелиске Свободы в частности всё же довелось.

Егор в очередной раз замер возле серой стены. Они как раз достигли того месте, где здание Северные крылья прогибается полукругом. В груди буквально с каждой секундной растёт и растёт нервное напряжение. Егор машинально облизал сухие губы. Неужели? Неужели уже сегодня? Неужели уже сейчас? Уже вот-вот?

Над головой от стены с визгом отлетела пуля. Проклятье! Егор машинально пригнулся. «Другая реальность» – игра коварная. С неё станется как раз здесь и сейчас, вокруг Обелиска Свободы, собрать всё своё немереное коварство. Где? Где тот чёртов «босс локации»?

– Да что с ними не так? – рядом на асфальт плюхнулся Арам. – У нас на всех пуль не хватит!

– Подойдём ближе? – Егор бросил взгляд на Арама. – Гранатами закидаем.

– Как бы нас самих гранатами не закидали, – зло огрызнулся Арам.

Точка выхода рядом совсем. Полицейский броневик, который Арам поразил реактивной осколочной гранатой, уже не просто дымит, а полыхает синим пламенем. Языки огня то и дело выплёскиваются наружу через разбитое лобовое стекло. Но надежда прорваться к Обелиску Свободы здесь и сейчас горит синим пламенем ещё ярче. Хочется, очень хочется, добраться до вожделенной и трижды проклятой точки выхода. Ведь к этой цели они не просто шли, а прорывались с боем, потом и кровью долгий год и ещё два месяца в придачу. Однако характер боя разительно поменялся буквально в десять секунд. Солдаты и полицейские противника перестали изображать из себя тараканов. Вместо этого они бойко попёрли наружу, прочь из казалось бы крепких и безопасных глубин дворца Милдоф. Серые и тёмно-зелёные фигуры едва ли не в прямом смысле толкают вперёд горящий броневик.

– Проклятье! – рука с треском воткнула в ствольную коробку «кэмы» очередной магазин. – Арам! Мы не сдюжим! Эти бараны сейчас нас затопчут! Нужно отступать!

Егор в очередной раз сменил позицию и откатился в сторону. Свободного пространства под стенами Дворца много, а укрытий от ответного огня мало. Не хочется, как же не хочется самому куда-то там отступать, убегать, сматываться, когда цель игры в соблазнительной близости. До сраного Обелиска осталось едва ли больше двадцати метров. По меркам современного боя дистанция даже не пистолетная, а ножевая. Но противник прёт и прёт. Абсолютно того не желая, они с Арамом превратились в пробку, в преграду, в заслон, что упорно мешает солдатам и полицейским противника убраться прочь из Дворца.

– Ни за что!!! – гаркнул во всю глотку Арам.

Лучший друг и проверенный напарник бывает весьма и весьма упрямым. Но тут из-за импровизированной баррикады из офисной мебели в их сторону вылетела ручная граната. Едва серый шарик коснулся асфальта, как тут же вспух клубком чёрного дыма. Егор едва успел прижаться тактической маской к холодному асфальту. Взрыв! Осколки гранаты словно пнули по плечам и прочному шлему стальным сапогом, а в ушах загудело. Однако… Егор слабо пошевелился, прочная ткань тактического костюма и ещё более прочный шлем сдюжили в очередной раз. Сам того не желая, Егор проверил давнюю рекомендацию, что делать, если рядом с тобой упала граната. Повернуться к ней головой, прочным шлемом, против всего человеческого естества! Но, чёрт побери, сработало.

– Хрен с этими баранами! – в сердцах воскликнул Арам, противник, сам того не желая, привёл весьма весомый контраргумент. – Отступаем обратно к баррикаде. Засядем под машинами. Переждём, – Арам торопливо откатился в сторону.

– Хорошо, я пошёл! – Егор тут же развернулся и бойко пополз обратно к затору из машин.

Хвала богам «Другой реальности», Арам хоть и упёртый, но инстинкт самосохранения у него работает должным образом. Но и в самом деле интересно, с чего это вдруг у полицейских и солдат противника самым неожиданным образом прорезался приступ храбрости? А кто его знает, Егор мысленно махнул рукой. Нервно извиваясь словно ящерица, которой опалили хвост, Егор заполз под прикрытие чёрного джипа с прострелянными окнами и развернулся.

– Арам! Пошёл! – что есть сил крикнул Егор и удобней перехватил автомат.

Короткие очереди из «кэмы» не дают противнику лишний раз высунуться из-за баррикады из офисной мебели. Да и Арам не спит на ходу.

Короткая очередь. С десяток стрелок на сверхзвуковой скорости разбились о большой перевёрнутый стол. Однако, Егор на миг оторвал глаза от прицела, с какого хрена солдаты и полицейские противника накапливаются под прикрытием Обелиска Свободы? Впрочем, пока бросаться в атаку они явно не собираются. Или, Егор вновь склонился над коллиматорным прицелом, всё же… бояться?

– На месте, – шумно выдохнул Арам.

Друг ужом проскользнул под прикрытие колеса у другого борта чёрного джипа и развернулся.

– Может, того, эти бараны сами сбегут? – Арам выставил перед собой электромагнитный автомат.

Арам будто снял с языка мысль, которую Егор вот-вот хотел было озвучить сам. Если противник атаковать не собирается, то пусть себе драпает в противоположную сторону.

– Внимание! Внимание! Внимание! Четвёртая рота! – канал связи разразился надрывным голосом лейтенанта Пшенота. – Отходим! Отходим! Всему личном составу прорываться к западной оконечности Северных крыльев! Всем «Шельмам» подтянуться к указанной точке сбора! Отходим! Отходим!

Глава 4. АРМАГЕДО-О-ОНН!!!

Какого чёрта лысого? От удивления Егор резко приподнялся на локтях, шлем гулко ткнулся в днище чёрного джипа над ними. Голос Колоса дрожит на грани паники. Как бы мало они не были знакомы, однако Егор успел убедиться, что лейтенант Пшенот вовсе не паркетный шаркун, а боевой офицер с реальным боевым опытом. В своё время он прошёл через командировку в Иншалию, где так же гонял борцов за светлое капиталистическое будущее по Силнецким горам.

– Какого хрена? – взорвался Арам. – Командир!!! Почему отступаем?

Общий канал связи взорвался недовольными голосами. Штурм правительственного дворца и так пошёл не по плану. Как из мешанины слов сумел понять Егор, морские пехотинцы едва-едва сумели закрепиться на первом этаже в Северных крыльях дворца Милдоф. И тут приказ всё бросить и спасаться бегством, если уж называть вещи своими именами.

– Операция отменена! – голос Колоса сорвался-таки на визг. – Вся десантная операция отменена. АРМАГЕДО-О-ОНН!!!

Единственное слово разом очистило общий канал связи от мешанины голосов.

– По Нуоре и Сантане будет нанесён массированный ядерный удар! – торопливо продолжил Колос в звенящей пустоте общего канала связи. – Десант отступает! Кто не успеет добраться до точки выхода, тот труп!

Спаси и сохрани, твою за ногу через забор! Егор так и замер с упёртой в пол чёрного джипа головой. Будто окатило ледяной водой. Прямо на глазах сбывается самый главный кошмар – угодить-таки под ядерный удар. А то, что дворец Милдоф, резиденция правительства Республики Унтипал и даже всей Ниланской морской конфедерации в целом, станет целью номер один для ядерного удара, можно не сомневаться.

Чёрный джип мелко-мелко задрожал всем корпусом. По его бортам барабанной дробью застучали пули. Егор машинально пригнул голову. Большое чёрное колесо с кованной ступицей доблестно держит оборону, хотя острые стрелки уже разодрали шину и выпустили весь воздух.

Как же так? Ну как же так? Они ведь дошли! Почти дошли! До Обелиска Свободы остались считанные метры. Там, едва ли не в прямой видимости, точка выхода. Найти! Активировать! И весь этот ядерный дурдом для них с Арамом тут же закончится. И что? Вот так всё просто бросить и просто бежать?

От столь кощунственной мысли Егора тряхнуло так, словно током из розетки. Рядом сердито замычал Арам. Буйные эмоции едва ли не в прямом смысле рвут друга на куски.

– Как же так? – Арам резко выдохнул. – Мы же дошли! Мы же, чёрт побери, дошли! Егор, – глаза Арама блеснули адским пламенем, – давай на прорыв!

Арам и раньше отличался склонностью к авантюрам на грани между жизнью и смертью. Вот и сейчас его инстинкт самосохранения принялся сильно сбоить. Друга сжигает изнутри невыносимое напряжение и едкая, словно серная кислота, обида. Егор повернул в сторону друга голову, как бы Арам опять не наделал бы глупостей. С него станется.

– Стоять!!! – Егор едва успел толкнуть друга в плечо.

Арам было дёрнулся наружу, но Егор очень вовремя сбил его обратно под защиту чёрного джипа. Со стороны Обелиска Свободы разом вдарили два пулемёта.

– Не надо, Арам, не надо, – несколько более спокойно произнёс Егор. – Нам не прорваться.

– Но как же так? – Арам чуть не плачет от обиды.

– Нам не прорваться, – с нажимом повторил Егор.

Только сейчас до Егора дошла подоплёка происходящего. Защитники дворца Милдоф тоже получили приказ спасаться бегством. Они тоже прекрасно понимаю, что по резиденции правительства будет нанесён ядерный удар. Всё равно будет, даже если само правительство островной республики давно и благополучно сделало ноги. Даже хуже того.

Те, кто всё-таки остались в подземном бункере, тупо закупорили все двери, а защитников снаружи заранее списали в расход. Вот почему полицейские и военные непременно хотят вырваться из Дворца. Очень, очень хотят. Но и это ещё не самое страшное.

Огневой напор несколько стих. Однако, едва Арам попытался было высунуться из-под машины, как со стороны Обелиска Свободы с громкими хлопками протянулись сразу четыре дымных следа. Чёрный джип едва не подпрыгнул на месте. Ещё три взрыва отметились в опасной близости, то есть угодили в соседние машины. Слава богу, у защитников Дворца руки кривые и растут из жопы.

– Арам! – крикнул Егор. – Это мы! Мы, чёрт побери, не даём противнику сбежать из Дворца! Это мы перекрыли им путь к отступлению!

– Твою дивизию, – только и сумел протянуть Арам.

И смех и грех и плакать хочется. Во дворце Милдоф куча дверей, начиная с парадных, для приёма правительственных делегаций других государств, и служебных калиток для обслуживающего персонала. Однако из всех возможных входов и выходов защитники Дворца выбрали именно тот, что находится в аккурат за Обелиском Свободы. Но чтобы воспользоваться им, защитникам нужно проскочить под затор машин рядом с Обелиском. Как на грех, как будто специально, Егор с Арамом со своей позиции под чёрным джипом ну просто идеально простреливают свободное пространство между затором из машин и баррикадой из офисной мебели возле Обелиска.

– Уходим! – крикнул Арам.

Вовремя. Противник решился-таки на прорыв. А чтобы прорыв был успешным, в первую очередь необходимо уничтожить огневую точку врага. Из-за баррикады возле Обелиска Свободы выскочили десятка два фигур. Сразу две гранаты закатились под джип, ещё две через разбитое лобовое стекло залетели в салон. Некогда дорогую машину тряхнуло так, что колёса оторвались от земли едва ли не на метр. Но только ни Егора, ни Арама под чёрным джипом уже не было.

– Чтоб вас всех, кретины! – смачно ругнулся Арам.

– Согласен, – зло бросил в ответ Егор.

Просто так удирать нельзя. Противник понятия не имеет, что ему дозволено уйти. На этот раз под защитой толстых и высоких колёс трактора коммунальщиков Егор вместе с Арамом развернулись и открыли ответный огонь. Несколько фигур в тёмно-зелёных тактических костюмах рухнули на покорёженный асфальт. Кровавые брызги во все стороны. Какой бы прочной не была ткань тактических костюмов, однако прямого попадания с близкой дистанции металлической стрелки на сверхзвуковой скорости она не выдержит. Оставшиеся в живых тут же залегли и открыли ответный огонь. Толстая покрышка тракторного колеса тут же украсилась дырами, из которых со зловещим свистом тут же принялся вылетать сжатый воздух.

– Четвёртая рота! Осталась минута! – общий канал связи донёс взволнованный голос Колоса. – Кто ещё жив, кто ещё может шевелиться, двигайте к западной оконечности Северных крыльев!

Егор судорожно, словно загнанный в ловушку дикий волк, оглянулся по сторонам. Что? Что же делать? Со стороны Обелиска Свободы напирает противник. Эти бараны так и не поняли, что вполне могут драпать в противоположную сторону от обречённого Дворца. Или? Егор развернулся на месте. У западной оконечности Северных крыльев всё ещё кипит бой. Как бы не было хреново видно из-под трактора коммунальщиков, однако Егор успел заметить, как из окна на первом этаже разом выпрыгнули две фигуры в тёмно-серых тактических костюмах. Это точно свои, морские пехотинцы. Солдаты противника одеты в тёмно-зелёные пятнистые тактические костюмы, а полицейские Нуоры щеголяют в полных доспехах для подавления уличных беспорядков. Будто и этого мало до слуха Егора долетел лязг гусениц «Шельмы».

Что делать? Как быть? Егор дёрнулся в одну сторону, потом в другую. Голова, того и гляди, вспухнет ядерным взрывом от аннигиляции противоположных желаний и диких страхов. До Обелиска Свободы не дойти, легче покусать собственные локти. Но если стормозить, то «Шельмы» уйдут без них. На БМП очень даже хорошие шансы быстро убраться от очень опасного объекта под названием дворец Милдоф. Плюс броня, которая отлично защитит от светового излучения, существенно снизит мощность проникающей радиации, да и, чем чёрт не шутит, сумеет уберечь от воздушной ударной волны, от самого опасного поражающего элемента ядерного взрыва.

Ещё один крайне неприятный факт. На Ксинэе, с её гораздо более продвинутыми системами наведения, ядерная ракета мощностью в сто килотонн уже считается мощной. Боеголовка со сто процентной вероятностью поразит именно дворец Милдоф. Тогда как по жилым кварталам Нуоры пулять ядерными бомбами не имеет никакого смысла. Но время!!! Егор едва не взвыл от злости и бессилия.

– Да пропади оно всё пропадом!!! – Егор самым решительным образом закинул «кэму» за спину.

Из двух неизбежных зол выбирать нужно либо меньшее, либо то, которое наступит позже. Словно уж на сковородке, Егор развернулся и пополз по направлению к западной части Северных крыльев.

– Егор, ты куда? – в спину ткнулся удивлённый крик напарника.

– Спасаться! – Егор на миг обернулся.

– А как же выход?

– К чёрту!!! В другой раз!

По плотно прижатым друг к другу машинам затора будто прокатилось маленькое землетрясение. Егор рывком выскочил из-под ещё одного трактора коммунальщиков. Это импровизированную баррикаду вокруг дворца Милдоф рвёт очередь из 30-мм скорострельной пушки. «Шельма» ещё здесь, ещё ждёт, ещё прикрывает.

Егор поднялся на ноги. А теперь бежать! Времени больше нет, только бежать, бежать и ещё раз бежать.

– Егор, я с тобой!!! – позади, через грохот скорострельной пушки, пробился голос Арама.

Настал такой момент, когда каждому в одиночку приходится выбирать свою судьбу. Говорить, обсуждать, тем более спорить и доказывать просто некогда. Егор выбрал свою судьбу и рванул к западному пределу Северных крыльев на встречу «Шельме». Да, точка выхода осталась за спиной, но сама игра ещё не закончилась. Сейчас самое главное выжить, элементарно выжить. Всё остальное после.

Колонна «Шельм» уже потянулась прочь от дворца Милдоф. Прямо на ходу Егор злобно выругался. Кто бы мог знать, что как раз на западной стороне Северных крыльев нашёлся-таки проход в заторе из машин.

– Подождите!!! – что было сил крикнул Егор.

Паника едва не сдавила горло холодной стальной удавкой, зато словно стеганула плёткой по спине. Самая последняя «Шельма» уже развернулась к нему кормой. Даже пушка прекратила стрельбу. Неужели и до защитников Дворца дошло, что противник тоже делает ноги.

Проклятье, только не это! Егор натужно замычал, но его ноги и так выдают максимально возможную скорость. Неужели всё зря? Но нет, не всё и не зря. Нет, «Шельма» так и не остановилась, всего лишь существенно сбавила ход.

– Сюда! Скорей! – из распахнутого десантного люка высунулась коренастая фигура ефрейтора Санпана.

Отчаянный бег завершился ещё более отчаянный прыжком. Ещё никогда в своей жизни Егор таким образом не садился в боевую машину пехоты. Он не залез, а буквально нырнул в раскрытый люк БМП. Чьи-то руки тут же подхватили его и рывком затащили в глубину десантного отсека. Ступни больно стукнулись о высокий порог.

– Тут ещё один! Ловлю! – крикнул ефрейтор Санпан.

Топот и матерная ругань Арама.

– Поймал! – победоносно крикнул ефрейтор Санпан. – Гони! Гони!

Десантный люк с треском захлопнулся. В ту же секунду «Шельма» с лязгом стальных гусениц об асфальт принялась набирать скорость. Егор было кое-как перевернулся на ноги, но коварная инерция на резком повороте опрокинула его на твёрдый борт, шлем звонко долбанулся об откидное место для десантника.

Мягко говоря, количество десанта в БМП превышено раза в два. Морские пехотинцы едва ли не лежат друг на друге впритирку. У многих прямо поверх тактических костюмов накручены белые повязки. Через плотно смотанные бинты то и дело просачивается кровь. Егор хмуро глянул на товарищей по отряду. Неудачный и откровенно авантюрный штурм правительственного дворца дорого обошёлся 67-му отдельному десантно-штурмовому батальону. И то, что в десантном отсеке полно раненых, яркое тому доказательство. Хотя… Егор поднял голову, но тут, будто по заказу, «Шельма» опять резко качнулась на вираже. Тусклые синие лампочки на потолке синхронно мигнули.

– А куда мы едем? – вслух спросил Егор.

– На юг, – коротко ответил кто-то из морских пехотинцев.

Как это обычно бывает при наступлении, а потом ещё и при отходе на грани панического бегства, личный состав двух рот изрядно перемещался. У всех на лицах стандартные тактические маски. Кто там ему ответил – а бог его знает.

– А зачем? – раздался из глубины десантного отсека чей-то голос.

– Так Колос решил, – ответил всё тот же пехотинец.

– А Мятый где?

– Погиб.

В десантном отсеке повисла тягучая тишина. Понятно, Егор как мог удобней ухватился за скобы на борту. Мятый – позывной командира второй роты. Как его фамилия и даже звание Егор запомнить не успел. А это значит, что теперь Колос, он же лейтенант Пшенот, командует остатками штурмового отряда. И он же приказал гнать не на север, на Ниланскую набережную, а на юг в противоположную сторону. Как не странно, но это более чем разумное решение. Велика вероятность, что противник будет поджидать их на пути отступления к берегу Тилгезкого залива. А так остатки штурмового отряда на всех парах уходят на юг по всё тому же Луружскому проспекту в глубину вражеской столицы. Вряд ли на их пути попадётся хотя бы один худо-бедно серьёзный заслон. Да и, Егор скривился, элементарная логика подсказывает, что сейчас все, кто только может, драпают из обречённого города.

В классической Великой войне, что отгремела на Ксинэе больше семидесяти лет назад, подобный манёвр стал бы синонимом верного и глупого самоубийства. Но сейчас в ход вот-вот пойдёт ядерное оружие. Если отряд повернёт к берегу Тилгезкого залива, то может запросто угодить под тактический ядерный заряд своих же РВСН. А так… БМП ощутимо тряхнуло на дороге. А так у них появился более чем реальный шанс унести ноги и, что не менее важно, уцелеть.

Но! Но! Но! Пальцы плотнее стиснули скобы на борту БПМ, а из горла вырвался сдавленный хрип. Точка выхода… В душе жгучим ядовитым облаком зависло дикое сожаление. Егор закрыл было глаза, но тут же распахнул их вновь. С каждой секундой они с Арамом на огромной скорости и под лязг стальных гусениц удаляются от точки выхода. А что будет дальше?

А вдруг! В голову стрельнула шальная мысль. Егор резко выпрямился. Правая рука сама легла на такое удобное, на такое ухватистое цевьё электромагнитного автомата. Магазин практически полный, если не целая сотня, то семь-восемь десятков пуль в нём точно осталось. Если неожиданно открыть стрельбу… Арам умный, он сразу сообразил в чём дело и тут же поможет. Благо он сам много раз говорил, что жалеть ботов не стоит. Потом добить раненных, развернуть «Шельму» и рвануть обратно к Обелиску Свободы. Скорей всего защитники дворца Милдоф уже благополучно удрали вон. Как знать, может быть на боевой машине пехоты они с Арамом всё же успеют добраться до точки выхода раньше, чем на Дворец упадёт десяток другой тысяч тонн в тротиловом эквиваленте. А ведь запросто может упасть и десяток другой миллионов тонн в тротиловом эквиваленте. Чтобы, так сказать, с гарантией превратить дворец Милдоф в радиоактивную пустыню, ну и столицу Ниланской морской конфедерации заодно.

– Держись!!! Сейчас тряхнёт! – динамик в десантном отсеке разразился воплем механика-водителя.

Тут же басовито загудели лазеры ИПРО. Следом где-то в опасной близости от «Шельмы» что-то грохнуло. Многочисленные осколки будто ошпарили броню.

– Граната, реактивная, – со знающим тоном прокомментировал кто-то из морских пехотинцев. – А почему пушка молчит?

Нет, не молчит. Кажется, будто по броне с огромной скоростью застучали кувалдой. Это, Егор машинально глянул на потолок с тусклыми синими светильниками, заработала 30-мм скорострельная пушка. «Шельма» принялась отстреливаться прямо на ходу. И не зря. В носовую часть, в борта и даже в дверцу десантного люка впились многочисленные пули и звякнули рикошеты. «Шельма» всё-таки попала под плотный обстрел. Остатки штурмового отряда напоролись-таки на какой-то заслон.

Поздно. Палец соскользнул со спускового крючка «кэмы», Егор опустил голову. «Шельма» качнулась на очередном вираже. Правый борт разразился рваным металлом. Похоже, боевая машина что-то смачно задела и порвала. Правая рука едва успела упереться в потолок. Поздно. Пора это признать и смириться.

Перебить компьютерных ботов и захватить «Шельму» – половина дела, даже треть. В Нуоре воцарились всеобщие и грандиозные неразбериха и паника. Слишком велик риск нарваться на бегущих из города вон. Егор скосил глаза в сторону. Поздно. Свой шанс добраться до точки выхода и убраться к чёртовой матери из «Другой реальности» они уже упустили. Вон, Егор приподнял голову, Арам тоже это понял, почему и перестал тискать на коленях «кэму» словно драчливую, но всё равно любимую, кошку.

Теперь одна надежда – точка выхода никуда не денется. Всё равно никуда не денется, чтобы там не произошло с Обелиском Свободы. К тому же нельзя исключить, что она всё же «закопана» на десяток другой метров где-нибудь в глубинах правительственного бункера под Дворцом. Ведь это же игра, виртуальный мир. Пусть не сейчас, позже, пусть даже через год, они вернутся сюда. А пока… Егор тяжко вздохнул. А пока им придётся каким-то образом пережить самую горячую, самую опасную фазу ядерной войны. Да смилуются над нами боги «Другой реальности». Да уцелеет Нуора, столица славной островной Республики Унтипал. Да не рухнет «небо» над ней. Ведь не зря же вокруг неё понатыкали кучу систем ПРО и ПВО.

– Держись!!!

Вопль механика-водителя потонул в грохоте близких взрывов. «Шельму» неистово затрясло на ухабах. И вновь, в которых раз, крепкая броня выдержала бешенный натиск осколков и пуль.

– Чтоб вам всем пусто было, – тихо ругнулся Егор.

Егор изо всех сил пытался удержаться на месте, но всё равно несколько раз ощутимо приложился головой о борт. Хорошо, что на нём тактический шлем. Кроме гула в ушах, других повреждений голова так и не получила. Но ничего, Егор покосился на запертый десантный люк, они с Арамом ещё вернутся в Нуору, ещё доберутся до Обелиска Свободы, не мытьём, так катанье найдут треклятую точку выхода. Найдут, как бы трудно это не было сделать и как бы она не выглядела на самом деле.

***

Штурм дворца Милдоф на Щемлянской площади закончился ничем. Из двенадцати «Шельм» всего шесть остались на ходу. Неудивительно, что выжившие морские пехотинцы набились в них словно селёдки в бочку. Остатки второй и четвёртой рот 67-го ОДШБ отступили, только не обратно на север к Ниланской набережной, а устремились на всех парах на юг, в глубину острова Унтипал.

Луружский проспект широким ущельем в восемь полос движения пересекает Нуору с севера на юг насквозь. Однако самым кратчайшим путём для отступления решили воспользоваться не только остатки ударного отряда 67-го ОДШБ. Предупреждение о ядерном ударе со скоростью молнии разлетелось среди защитников столицы. По Луружскому проспекту на юг устремились разрозненные отряды армии Республики Унтипал, сил правопорядка и даже гражданские беженцы. Как обычно, не всем жителям столицы хватило ума и здравого смысла заранее эвакуироваться за пределы огромного города.

Расчёт лейтенанта Пшенота в целом оправдался. Каких бы то ни было заслонов либо засад на пути следования «Шельм» не оказалось вовсе. Но пострелять всё равно пришлось. Солдаты и полицейские Республики Унтипал и не пытались остановить отряд противника, но со страху разряжали в их сторону всё, что ещё только осталось у них на вооружении, что не успели или не решились бросить. Головной БМП то и дело приходилось выступать в роли бронированного тарана. Под её напором легковушки гражданских беженцев только так слетали с полосы движения, либо выбрасывались на тротуар. Зато за считанные минуты остатки второй и четвёртой рот 67-го ОДШБ добрались-таки до южной окраины Нуоры.

Глава 5. Лучше, чем ничего

Морские пехотинцы в прямом смысле набились кучей в десантный отсек БМП. Естественно, посадочных мест вдоль бортов на всех не хватило. А что делать? Егор с трудом перевернулся на ноги и прислонился спиной к коленкам счастливчика, что успел занять откидное место для десантника. Едва опасность худо-бедно миновала, как отсек наполнился шорохами и матюгами, морские пехотинцы принялись хоть как-то обустраиваться в переполненной «Шельме». Ну не лежать же друг на друге в самом деле? Рядом с Егором расположился Арам. И как только сумел пробиться ближе?

«Шельма» на бешенной скорости продолжает стальными гусеницами превращать асфальт Луружского проспекта в пыль. Вряд ли механик-водитель обращает внимание на придорожные знаки и разметку на самой дороге. БМП в очередной раз гулко вздрогнула всем корпусом, под траками в очередной раз что-то громко хрустнуло и даже немного бабахнуло. В десантном отсеке воцарилась тревожная тишина, а тусклое синее освещение лишь усугубило и без того напряжённую атмосферу.

Дыхание как у загнанной лошади. А всё потому, что в десантном отсеке реально трудно дышать. Тактическая маска отлично защищает от неприятных запахов, но, увы, не обеспечивает кислородом. БМП Ш-02-Мк «Шельма» создана для тотальной войны с применением ядерного оружия, да и всех прочих средств массового поражения. Механик-водитель «Шельмы» либо забыл включить систему очистки, либо она уже накрылась медным тазом, либо банально не справилась с перенаселением десантного отсека.

Зато осколки и пули больше не щёлкают по броне, над головой больше не бахает 30-мм скорострельная пушка, и более натужно не шипят импульсные лазеры ИПРО. Егор склонил голову на бок и коснулся шлемом коленки пехотинца рядом. Господи, как же он устал. Устал не сколько физически, в первую очередь он устал морально. Недавний штурм дворца Милдоф. Казалось бы, пальцы неистово стиснули цевьё «кэмы», они дошли! Почти дошли. Ещё немного, ещё чуть-чуть! Но не судьба, Егор тихо вздохнул, пальцы нехотя ослабили хватку. Чего уж теперь. Игра, да и война, ещё не закончились.

Эмоциональный запал тихо вышел. Зато, Егор нахмурился, в голову полезли дурные мысли. В памяти очень не вовремя всплыла статья из ИПС о трёх базовых сценариях ядерной войны. Очень хочется надеяться, что «федералы» с «легионерами» просто обменяются ядерными ударами, пожгут друг другу столицы и на этом успокоятся. Да, кровь, да количество жертв на десятки, а то и на сотни, миллионов. Зато уцелеют правительства и какие-никакие правительственные структуры. Вот уж точно как сказал кто-то из очень умных: государство нужно не для того, чтобы построить рай на Земле, а для того, чтобы на Земле не воцарился ад.

Второй вариант с крушением всех государственных структур гораздо хуже, зато само человечество на Ксинэе должно уцелеть. По уму именно он и должен будет реализоваться, благо великолепно вписывается в игровую логику «Другой реальности». Всё так. Однако, Егор поёжился, буквально до дрожи в коленях его пугает третий базовый вариант – тотальная зачистка Ксинэи от всего человечества.

Да, когда они вместе с Арамом сидели на «губе» на военной базе Ныргал в Иншалии, то слова друга казались более чем убедительными. В принципе, третьего базового варианта быть не должно в принципе, ибо у «Другой реальности» полно других миссий, что являются прямым продолжением «Ядерного удара». Всё так, но душу всё равно терзает проклятый вопрос: «А вдруг?»

А вдруг возможны варианты? А вдруг у «Другой реальности» не одна лишь Ксинэя, а сразу несколько? А если Ксинэя всё же одна, а вариантов её несколько? А вдруг именно их миссия, именно их игра, закончится тотальной зачисткой?

– Отряд, внимание!

Егор тут же собрался и сел прямо, насколько подобное вообще возможно в переполненном десантном отсеке. Голос Колоса, лейтенанта Пшенота, очень вовремя оторвал от дурных мыслей.

– Мы покинули плотную городскую застройку Нуоры, – между тем продолжил на общем канале связи Колос, – однако времени больше нет. Впереди развязка на пересечении Луружского проспекта с Нертинским шоссе. Слушай боевую задачу: занять место под самой крупной эстакадой. Кто бы под ней не оказался, того выбить. При необходимости уничтожить. Готовность – минута.

С лёгким щелчком Колос отключился. Внутренне Егор собрался, война ещё не закончилась. Руки сами по себе выдернули из ствольной коробки электромагнитного автомата магазин вместе с накопителем и воткнули на их мест полные. Впереди бой. Кто бы не засел под эстакадой, просто так они оттуда не уйдут.

***

Историческая центральная часть Нуоры, столицы островной Республики Унтипал, плотно застроена высокими домами в девять, шестнадцать и даже в тридцать этажей. Луружский проспект словно глубокое и широкое ущелье прорезает город с севера на юг. Нертинское шоссе уже давно стало границей, перед которой плотная городская застройка заканчивается. Сразу за шоссе начинается обширный район малоэтажной застройки. Индивидуальные уютные коттеджи с зелёными лужайками и белыми прямоугольниками въездных ворот в гаражи, тупиковые улицы и редкие крупные торговые центры с обширными парковками для автомашин покупателей.

В месте пересечения Луружского проспекта и Нертинского шоссе построена замысловатая и величественная развязка. Бетонные эстакады в два уровня, переезды, развороты и полосы для разгона позволяют многочисленным машинам, персональным легковушкам, автобусам, беспилотным фурам и прочему транспорту не терять время на светофорах, а разъезжаться в нужные стороны почти не сбрасывая скорость.

Отряд из шести БМП с шумом и лязгом выскочил из рукотворного ущелья Луружского проспекта. Однако дальше боевые машины так и не последовали по забитой легковушками и автобусами эстакаде дальше на юг. Да и при всём желании даже они не смогли бы это сделать. Грандиозная развязка проспекта с шоссе стала той узловой точкой, где возник грандиозный затор из машин. Вместо этого на головной «Шельме» 30-мм скорострельная пушка плавно повернула в правую сторону. Короткая очередь пробила в бетонном ограждении толщиной в половину метра широкий проход.

Все шесть БМП легко соскочили с проезжей части на ещё зелёный луг вдоль обочины. Куски дёрна с коротко стриженной травой рваными лоскутами полетели из-под гусениц. Конечно, можно было бы проехать по нормальной дороге, но Колос решил зря время не терять, а срезать наверняка.

Не только командир остатков двух рот морской пехоты понимает, где можно укрыться от неизбежного ядерного удара по столице. Под главной эстакадой скопилось огромное количество машин. Под самой эстакадой засело ещё больше людей. Столичные жители, что до последнего не хотели покидать город, пока жареный петух не клюнул в задницу. Отряд полицейских на пяти броневиках с пулемётами сумел навести порядок. Стражники в полном облачении для подавления уличных беспорядков бдительно следят, чтобы никто не посмел отобрать у соседа чемодан, либо ножом под рёбра выбить себе местечко получше. Несколько десятков трупов с пулевыми ранениями ненавязчиво намекают, что полицейские и сами на нервах, а потому чувство юмора у них отказало напрочь.

Прямо на ходу «Шельмы» развернулись в боевой порядок. По команде Колоса все шесть пушечных стволов разом открыли огонь. Первые же очереди 30-мм снарядов разнесли вдребезги три ближайших броневика. Два уцелевших тут же открыли огонь, к ним тут же присоединились немногочисленные полицейские. Но семи и пяти миллиметровые пули лишь бессильно отскочили от брони. Две гранаты со слезоточивым газом гулко стукнулись о башню головной «Шельмы» и даже смогли взорваться. Да только белесое облако слезоточивого газа лишь бессильно развеялось под порывами ветра прущих в атаку боевых машин пехоты.

Тройные чёрные круги на бортах всех шести БМП не оставили для гражданских и полицейских никаких сомнений, что их с ходу атаковал отряд противника. Под эстакадой тут же вспыхнула паника, люди прыснули во все стороны как тараканы. То, что и без того с очень большой натяжкой можно было назвать сопротивлением, закончилось, когда два оставшихся полицейских броневика 30-мм разрывные снаряды разнесли в клочья.

Финальный аккорд! Все шесть «Шельм» с гулом и лязгом закатились под враз опустевшую эстакаду. Несколько легковых автомобилей во главе с разбитым полицейским броневиком попытались было «задержать» отряд «федералов», но лишь жалобно заскрипели металлом, когда широкие стальные гусеницы вмяли их в землю. Дольше всех «продержался» полицейский броневик, но и он в конечном итоге капитулировал и завалился на бок.

***

– Внимание, – раздался на общем канале связи голос Колоса. – Пошли! Пошли!

Десантный люк в корме «Шельмы» с треском распахнулся. Егор на рефлексах попытался было бойко вскочить на ноги, да только глупо шлёпнулся обратно на пол. Это штатный десант при отличной выучке способен в считанные секунды покинуть десантный отсек. Почти двум десяткам морских пехотинцев, не смотря на всю их тренированность, потребовалось почти десять секунд, чтобы выбраться наружу.

В числе последних Егор наконец-то выбрался из БМП. Отбежать в сторону, присесть на колено, автомат в руках наизготовку – классическая позиция для стрельбы. Только стрелять больше не в кого. Кто мог, тот уже удрал, а у кого не хватило ума удрать, тот уже убит. Некогда зелёный лужок под сводом эстакады и проезжей частью в восемь полос засыпан свежими трупами. Егор осторожно поднялся на ноги. Практически одни гражданские, даже не хочется вглядываться в их лица.

Душу царапнуло крайне неприятное осознание – война на выживание уже началась. При иных обстоятельствах Колос ни за что не стал бы приказывать атаковать гражданских. Более того, командир лично пристрелил бы любого, кто открыл бы огонь на поражение по мирному населению. Но глобальная ядерная война грубым пинком уже поменяла мировоззрение людей. Колос приказал-таки атаковать гражданских, и все без исключения его подчинённые приказ выполнили. А всё потому, что на первое место уже вышел жестокий закон джунглей: ты сдохни сегодня, а я сдохну завтра.

Как это часто бывает после грохота боя, упорно кажется, будто под эстакадой повисла звенящая тишина. Хотя, конечно, назвать её звенящей никак нельзя. Где-то не так далеко, словно ночная гроза, грохочет артиллерийская канонада. С небес то и дело падает рёв реактивных двигателей. Да и сама земля под ногами время от времени отдаёт мелкой дрожью. Война продолжается. Люди – это такие существа, которые до последней возможности будут убивать друг друга. Егор резко поднял голову. Будто подтверждая его мысли, где-то на самой эстакаде разразилась стрельба. Кажется, это был пистолет, которому с характерным уханьем ответил дробовик. Беженцы из столицы и без помощи десанта из Вигрона продолжают убивать друг друга.

– Внимание, – на общем канале связи заговорил лейтенант Пшенот, – «Шельм» загнать под эстакаду и выстроить полукругом. Личному составу занять круговую оборону. Только не вздумайте высовываться! Берегите глаза, они вам ещё понадобятся.

– Но как же так, командир? – раздался на общем канале связи голос кого-то из морских пехотинцев. – А как же проверить поле боя, добить солдат противника и собрать трофеи?

– У тебя есть желание поглазеть на ядерный взрыв? – вопросом на вопрос ответил Колос.

– Э-э-э… – пехотинец на миг растерялся, но тут же более чем уверенно закончил, – Никак нет!

– Тогда и не задавай глупых вопросов.

Армейская дисциплина потому и называется армейской, ибо в нормальной армии приказы не обсуждаются, а выполняются. Все шесть БМП быстро загнали под свод эстакады и выстроили полукругом. Орудийные башни уставились скорострельными пушками наружу. Не исключено, что и самих морских пехотинцев в свою очередь не попытается выбить из-под эстакады другой более многочисленный и сильный отряд.

Егор присел у борта «Шельмы» возле распахнутого десантного люка. Остальные морские пехотинцы расположились более-менее равномерно за боевыми машинами. Однако всё равно видно, что личного состава раза в полтора-два больше, чем мест для десанта в БМП. Егор сердито отвёл глаза в сторону. Чего, чего, а с такой войной сталкиваться ему не приходилось. Рядом на траве лежит женщина в сером брючном костюме с прострелянной головой. Чуть поодаль совсем ещё молодой парень в длинных шортах и футболке-безрукавке. Его левая нога оторвана по колено. Гражданский истёк кровью, если ещё раньше его не добил болевой шок. Сидеть между трупами крайне неприятно, но убрать их, хотя бы просто выкинуть за пределы полукруга боевых машин, нельзя. И не потому, что нет желания, а потому что страшно. Бог его знает, когда и в какой стороне вдруг вспыхнет, а потом бабахнет. Человек так устроен, что обязательно глянет в сторону возможной опасности. А световому излучению, чтобы выжечь глаза, больше и не надо. Вот и остаётся сидеть на месте и пялиться в землю.

Егор сердито поджал губы. Может статься, что этим гражданским ещё повезло. Так или иначе большая часть беженцев успела разбежаться из-под эстакады. Может кому повезёт найти другое худо-бедно удобное место для укрытия. А может и нет.

– Чего ноги ломать? Садись, давай, – раздался за спиной голос Арама.

Егор обернулся. Неугомонный Арам успел подобрать широкий чемодан на колёсиках и взгромоздился на него словно на скамью в парке. Рука друга выразительно хлопнула по тёмному пластиковому боку. И в самом деле? Егор тут же присел на импровизированную скамью. Однако автомат в полной боевой готовности на коленях. Более пронырливый Арам подобрал брошенный беженцами чемодан. Благо этого самого багажа под эстакадой валяется в изобилии.

Ожидание невыносимо! Егор украдкой глянул по сторонам. Вместо классической готовности к отражению возможной атаки, товарищи по отряду расселись кто где. Кто так же на подобранные чемоданы, а кто и прямо на землю возле БМП. По уму надо бы засесть внутри боевых машин, да только противник может атаковать в любой момент. Мало ли какой отряд островной республики может быть как раз сейчас тихо сосредотачивается по ту сторону бетонной эстакады.

Бетонная эстакада, Егор поднял голову. Конечно, бетонной эстакаде, широкому мосту над широким шоссе, далеко до полноценного противоатомного бункера, но всё лучше, чем вообще ничего. В некотором смысле у них сейчас самый лучший вариант из всех возможных «ничего», Егор нехотя улыбнулся. Сухопутный мост очень удачно повёрнут в сторону города. Точнее, Луружский проспект продолжается прямо у них над головами. Эстакада находится на пути наиболее вероятного направления воздушной ударной волны. Толстый слой армированного бетона хорошо защитит отряд от теплового излучения и существенно снизит мощность проникающей радиации. Как раз по этим же причинам местные гражданские и полицейские очень хотели укрыться в этом же месте.

К слову. Это удивительно, но не все полицейские Нуоры забыли о своём главном призвании. Это герои буквально до последнего момента как могли берегли и охраняли законопослушных граждан. Егор хмуро усмехнулся, с их стороны было большим свинством выгнать гражданских и полицейских из-под эстакады, чтобы засесть самим. Но что поделаешь? Настал момент, который очень хорошо иллюстрируется короткой рублёной фразой – каждый сам за себя.

Секунды тянутся невыносимо медленно. Егор на пару с другом буквально извертелся на чемодане. Глазеть по сторонам ни в коем случае нельзя, не приведи господь словить ядерную вспышку. Но больше страха лишиться зрения Егора терзает страх неизвестности – какой из трёх базовый сценариев ядерной войны вот-вот развёрнется перед ними?

– Никогда не думал, что ожидание конца света может быть таким утомительным, – тихо заметил Арам.

Земля под ногами подло толкнула снизу. Егор свалился с чемодана, рядом на примятую траву брякнулся Арам. Не смотря на яркий день, со стороны города будто врубили сверхмощный прожектор. Началось! Егор рывком вскочил на ноги и рыбкой с короткого разбега нырнул в распахнутый люк БПМ. Следом ввалился Арам, а сразу за ним ещё несколько человек. Морские пехотинцы от души набились в «Шельму» словно сельди в бочку.

Над эстакадой со свистом и грохотом пролетела стая творений человеческого разума. Но вой реактивных движков разом потонул в могучем рёве. За пределами эстакады словно разразилась исполинская буря. Тугой воздух спихнул на землю сразу десятки легковых машин, следом бухнулись автобус и стальной брусок беспилотной фуры. Вокруг БМП серым облаком закружилась пыль.

Егор попытался было выбраться из-под груды навалившихся на него тел, но пол боевой машины под ним дрогнул опять и опять. И вновь рёв, и вновь давление фронта ударной волны едва не вдавило барабанные перепонки в глубину черепа.

– Да приидет царствие твоё…, – зашептал над ухом голос одного из морского пехотинцев.

– Да не убоюсь я смерти, – вторил ему другой голос.

«Да помогут нам боги «Другой реальности», аминь», мысленно закончил Егор.

Вот так всегда, Егор было дёрнулся ещё разок, но махнул рукой. На пороге смерти, во истину конца света, даже самый конченый атеист волшебным образом превращается в глубоко верующего человека.

– Держись!!! – словно финальный аккорд сквозь рёв пробился голос Арама.

Однако, как не странно, именно новые подземные толчки и тряска помогли Егору выбраться из-под груды тел и уцепиться за скобу рядом с откидным местом для десантника. БМП однако не успокоилась и продолжила трястись и дёргаться из стороны в сторону. Синие лампочки под потолком в последний раз мигнули и погасли. Очередной фронт ударной волны пронёс мимо распахнутого десантного люка пыль, траву и кровавые брызги. И грохот, могучий исполинский грохот перебил все звуки, заглушил даже мысли.

Обоими руками Егор уцепился за скобу рядом с местом для десантника. Ноги в крепких армейских ботинках лишь бессильно проскользнули по ребристому полу. Электромагнитный автомат очень не вовремя саданул прикладом по голове. Шлем доблестно принял на себя удар, однако сознание едва заметило эту досадную оплошность. Вселенский грохот и тряска, землетрясение и конец света в одном флаконе. Только и остаётся держаться обоими руками за скобу и молить всех богов «Другой реальности» смилостивиться и не допустить, чтобы очередная ядерная бомба не рванула прямо над эстакадой, а то и сбоку чуть в стороне от неё.

***

Предупреждение о возможном применении ядерного оружия пришло вовремя. Только никто из высшего руководства вооружёнными силами Вигрона и не думал давать морскому десанту в Нуоре и в её окрестностях фору во времени. Отсрочку в неминуемом атомном ударе предоставили, как ни странно, вооружённые силы островной республики.

Столица Республики Унтипал прикрыта самым мощным, самым сильным и продвинутым «зонтиком» ПВО и ПРО, который только смогла породить далеко не самая бедная экономика островного государства. Командный центр ВС Республики, что находился в Брикских горах в центре острова, буквально до последней минуты «держал небо» над столицей. Когда уцелевшие радары заметили массированную ракетную атаку, то из Брикских гор наперерез стартовали антиракеты с ядерными боеголовками – последний козырь островной республики. Но уберечь Нуору всё равно не удалось.

«Федералы» тоже не лыком шиты. Армия Вигрона, а именно её ракеты и бомбы в первую очередь были нацелены на островную республику, долгие годы разрабатывала планы удара возмездия для самых разных условий и при самом разном противодействии. В первой волне в массированной воздушной атаке шли ракеты с обычными боеголовками. Именно они в массе своей оказались сожжены ядерными противоракетами. И лишь во второй и в третьих волнах пошли настоящие ядерные заряды возмездия, да ещё с разделяющимися боеголовками. Для полной гарантии каждая цель дублировалась дважды, а то и трижды.

Егор боялся не зря. Самой первой «небо» обречённого города пробила одна из частей боеголовки от МБР мощностью всего в десять килотонн в тротиловом эквиваленте. Но именно она взорвалась над дворцом Милдоф. А следом через пробитое «небо» посыпались ещё и ещё.

Развитие науки и техники на Ксинэе зашло заметно дальше, чем на Земле. А потому у местных стратегических сил отпала надобность даже в мегатонных ядерных зарядах. Да и какой смысл бить по площадям, кувалдой по столу, если нужно прихлопнуть всего одного таракана? Главное в нападении уничтожить наиболее важные объекты, базы, заводы, порты и, конечно же, главный символ независимости островной республики дворец Милдоф. А если под раздачу попадёт миллион другой гражданских, так на войне, как на войне. Звучит цинично, зато Нуоре повезло избежать удара всего одной, зато сверхмощной ядерной бомбы в десятки мегатонн. Правда, не только на город с его плотной застройкой, но и на его окрестности дождём просыпались десятки тактических ядерных зарядов от десяти до тридцати килотонн каждый.

Егор не видел, да и не горел желанием увидеть, как над городом то тут, то там то и дело вспыхивали огненные шары, которые потом превращались в кудрявые облака тороидальной формы. Некоторые заряды взорвались на высоте в несколько сотен метров. Столбы пыли подтягивались с земли, чтобы соединиться с кудрявыми облаками, чтобы образовать тот самый классический вид «ядерного грибочка».

Большая часть ядерных зарядов взорвалась либо на поверхности, либо в непосредственной близости от неё. В этом случае сперва над землей вырастала огненная полусфера, которая чуть позже отрывалась от поверхности и поднималась в высоту. Гораздо более толстый столб пыли поднимался следом. И тогда над обречённым городом очень быстро вырастал ещё более зловещий «ядерный гриб».

Одна из крылатых ракет то ли специально, то ли нет, упала в воды Тилгезкого залива. Сперва над морской гладью поднялся пенный султан. Несколько позже цунами, волна высотой почти в сорок метров, выплеснулось на берег. Радиоактивная вода гораздо эффективней фронта ударной волны смыла дома на набережной. Будь боеголовка крылатой ракеты мощностью хотя бы в мегатонну, то вокруг Тилгезкого залива образовалась бы широкая полоса полного разрушения. Но её мощность оказалась всего десять килотонн. Если первая линия домов на берегу Тилгезкого залива всё же не сдюжила, то вторая по большей части сумела устоять.

Единственная ядерная ракета мощностью в пять мегатонн ударила по Брикским горам в центре острова. Старые сильно сточенные временем, дождями и ветром горы содрогнулись, отозвались камнепадами и оползнями, но устояли. Однако именно этот ядерный взрыв мощностью в пять мегатонн поставил точку в централизованной обороне острова Унтипал.

Коррупция, пусть даже замаскированная под вполне легальную деятельность по лоббированию интересов, всё равно остаётся коррупцией. Напрасно несколько наиболее здравомыслящих генералов в Министерстве обороны островной республики предлагали и настаивали построить пусть и гораздо более скромный правительственный бункер, зато гораздо более защищённый и на большей глубине. Их жалкие потуги так и не смогли прошибить могучую поступь лоббистов военных подрядчиков и поставщиков ВПК.

Бункер построили едва ли не у самой поверхности в старинных заброшенных горных выработках. Зато это была едва ли не резервная столица Республики Унтипал. В бывших штольнях и выработках разместились многочисленные казармы, ремонтные мастерские, склады, целых пять реакторов и даже один подземный аэродром. В случае опасности бункер мог принять больше десяти тысяч беженцев, не только членов правительства, но и их многочисленных родственников.

Ну что поделаешь, раз правительственный бункер в Брикских горах был рассчитан на противодействие самым первым и самым слабым свободно падающим ядерным бомбам максимум до пятидесяти килотонн. От наземного взрыва в пять мегатонн все эти многочисленные помещения не самого глубокого залегания просто сложились, обрушились. Под многочисленными обвалами практически полностью погиб гарнизон правительственного бункера, в том числе само правительство островной республики и весь генеральный штаб. Сколько погибло беженцев – никто не считал. Как это часто бывает, вместо десяти тысяч по плану набилось гораздо больше людей. Зато в своё время большое количество деловых людей с безупречной репутацией и солидных фирм с хорошими доходами на каждую акцию смогли весьма и весьма выгодно заработать на подрядных работах и многочисленных поставках всего необходимого. Как говорят в подобных случаях: ничего личного, просто бизнес.

Глава 6. Лучше один раз увидеть

В ушах звон, а перед глазами мерцают чёрные круги. Егор слабо пошевелился. Он жив. Жив! Чёрт побери. Пока это самое главное. Рядом раздались тихие стоны и матюги. Это…, Егор подтянулся за скобу рядом с местом для десантника, это морские пехотинцы, что умудрились следом за ним набиться в десантный отсек БМП словно сельди в бочку. Да и как оно могло быть иначе? Ведь броня – дополнительная защита от ядерного взрыва. Единственное, Егор кисло усмехнулся, никто так и не успел занять места для десантников вдоль бортов. На полу образовалась натуральная куча мала.

Вместе со всеми Егор выбрался из «Шельмы» наружу. Закончилось? Или нет? А хрен его знает. В воздухе всё ещё висит пыль, а земля под ногами мелко дрожит. Радиация? От испуга душа шмыгнула в левую пятку. Егор напряг слух… И тут же расслабился. Нет, всё нормально. Детектор радиации молчит. Окружающий мир если и фонит, то ещё не до такой степени, чтобы опасаться за целостность волос на голове. Связь? Палец бессильно ткнулся в шлем. Хрен вам, а не связь. Когда она ещё восстановится.

– Жив, бродяга?

Егор обернулся. Из распахнутого люка «Шельмы», будто после грандиозной пьянки, выбрались практически все морские пехотинцы. Тактические костюмы у всех одинаковые, да ещё запылённые, лица укрыты масками. Однако по фигуре, по самой манере держаться, Егор с ходу узнал друга.

– А что мне не будет? – попытался было пошутить Егор, но получилось кисло и совсем не смешно.

– Я вот что тут подумал, – Арам не сразу поднялся на ноги, – раз уж нам выпала такая хрень, то пошли досмотрим представление до конца.

Досмотреть представление? Егор машинально тряхнул руками, вокруг него тут же образовалось небольшое облачко пыли.

– А, это, – Егор выразительно глянул на друга, – наше драгоценное здоровье не испортим?

– Не исключено, – Арам кивнул. – Только ты как хочешь, а я пойду гляну. Как говорят, лучше один раз увидеть.

Арам перехватил поудобней автомат и двинулся сквозь полукруг «Шельм» наружу. Егор неуверенно заёрзал на месте. И хочется, и колется, и мамка не велит. Только как раз «мамке» сейчас не до него. Среди морских пехотинцев Егор сразу узнал Колоса. Вокруг единственного в отряде офицера собралось не меньше десяти солдат. А вот остальные, Егор повернул голову, остальные зашагали следом за Арамом. Да пропади оно всё пропадом, Егор мысленно махнул рукой. Конечно, это извращение чистой воды, но Арам прав – не приведи господь ещё раз выпадет такая возможность.

Охренеть! От удивления и восторга Егор лишь качнул головой, когда вышел из-под эстакады и оглянулся. Воздушная ударная волна была очень даже нехилой. Машины, частные легковушки, автобусы, грузовики и прочий транспорт, что было застрял в грандиозной пробке на эстакаде, словно корова языком слизала. Многочисленные корпуса, кузова и салоны фронт ударной волны спихнул с проезжей части на обочины и свалил на землю с эстакад. По крайней мере на этой стороне ската, на той, вроде как, транспорт так и остался стоять. Но и это ещё не всё.

Спасибо тактической маске на лице, что надёжно прикрывает органы дыхания и глаза. Пыль висит в воздухе серым зловещим туманом. Трава на газонах между полосами движения ещё половину часа назад была зелёной и аккуратно подстриженной, теперь же она разом стала бурой. Понятно, Егор машинально кивнул, световое излучение. Хорошо, что здесь гореть нечему. Почему нечему, Егор мысленно поправил сам себя. Из груд покорёженного хлама, что не так давно был автотранспортом, местами поднимаются столбы то ли чёрного, то ли серого, то ли белого дыма. И это при том, что местный транспорт давно отказался от бензина, солярки и прочего легко вспыхивающего горючего.

– Невероятно!

– Чтоб я сдох!

– Упасть не встать!

Человек пять не просто вышли из-под эстакады, а успели несколько подняться к краю проезжей части.

– Егор! Где тебя черти носят? – крикнул Арам, который успел уйти несколько вперёд.

– Иду! – крикнул в ответ Егор.

Пять человек, что первыми вышли из-под эстакады, соляными столбами замерли на месте. У двоих автоматы брякнулись на землю, у остальных руки бессильно повисли вдоль тела. За масками, да ещё со спины, лиц не видно, но можно догадаться и так, что…

– Этого не может быть, – тихо произнёс Егор, когда сам глянул на город, и тихо добавил. – Этого не должно было быть.

Противно признать, но Арам оказался прав на все сто. Зрелище из разряда «оторви и выброси». Не дай бог узреть нечто подобное ещё раз.

В считанных сотнях метрах, словно горный хребет, поднимается плотная городская застройка. По большей части исторический центр Нуоры. Казалось бы, бахнула так! Да ещё не один раз! Однако здания уцелели. Почти уцелели. Даже без оптики видно, что все стёкла и большую часть дверей воздушная ударная волна выбила либо вырвала с «мясом». Много где посрывало крыши, ещё больше где стены пошли трещинами. Несколько левее, Егор повернул голову, какой-то жилой комплекс пострадал гораздо сильнее. Некогда высокие дома в тридцать-сорок этажей обломились словно свечки. Верхние этажи снесло к чёртовой матери. На проезжую часть жилого комплекса просыпались горы колотого бетона и гнутых стальных балок. Но это ещё не самое ужасное.

Огромное облако пыли, словно дурной светофильтр, придаёт и без того мрачному окружающему миру ещё более мрачный и безнадёжный вид. Хоть и в самом деле сразу вешайся или стреляйся. Над плотной застройкой исторического центра то тут, то там поднялись хорошо знакомые по фильмам и компьютерным играм «грибы» ядерных взрывов. Огромные курчавые облака на непропорционально тонких «ножках» зловеще подсвечиваются изнутри.

Егор сердито поморщился. Его вдруг захватило ощущение нереальности происходящего. Да, умом он прекрасно понимает, что находится внутри инопланетного компьютера, внутри слишком реальной компьютерной игры. Но прикол в том, что никогда ранее ощущение нереальности происходящего ни разу его не посещало. А теперь… А теперь он видит и упорно отказывается верить собственным глазам.

– Вот… Вот к чему все эти сложности, – тихо, едва ли не про себя, прошептал Егор.

Впервые в жизни не умом, не разумом, а сердцем Егор прочувствовал, осознал весь ужас ядерной войны. И это при том, что наиболее пугающие последствия проявят себя несколько позже. Вот зачем инопланетяне, или кто там на самом деле, сотворили «малахитовые капсулы» и придумали «Другую реальность». И всё это время главная цель лежала едва ли не на поверхности – показать всю мощь и весь ужас продвинутых технологий, а так же, к чему может привести обладанием ими. Не дай бог и в реальности, на Земле, «вырастут такие грибочки». От таких мыслей Егора аж передёрнуло.

– Воздушный? – спросил Арам.

– Что? – Егор встрепенулся, будто очнулся от дурного сна.

– Я спрашиваю, воздушный? – повторил Арам. – Насколько я помню, именно воздушный ядерный взрыв считается самым разрушительным при всех прочих равных условиях.

– Если бить по площадям, то да, – Егор кивнул. – Но это по большей части наземные, дабы с гарантией уничтожить наземные объекты.

Воздушный ядерный взрыв не зря считают самым разрушительным. Когда атомный заряд взрывается в воздухе на высоте несколько сот метров, то воздушная ударная волна представляет из себя шар. Этот самый шар стремительно расширяется во все стороны и касается земли. Так по поверхности начинает скользить ударная волна, что сносит всё на своём пути. Однако! Однако в свою очередь ударная волна от воздушного ядерного взрыва отражается от поверхности земли и вновь уходит в высоту. Так образуется вторая ударная волна, что скользит по поверхности. В результате две воздушные ударные волны сливаются в одну гораздо более мощную.

Но воздушные ядерные взрывы хороши для ударов по большим площадям. Разрушить город, например. А если требуется уничтожить конкретный объект, то для этого более подходящим считается наземный ядерный взрыв, а то и подземный. «Федералы», военные блока Федерации социалистических республик, изначально не ставили перед собой задачу сравнять Нуору с землёй. Как говорят в подобных случаях, и камня на камне не оставить. Более слабые тактические ядерные ракеты и бомбы уничтожили наиболее важные объекты столицы островной республики. Прочая городская застройка, откровенно говоря, лишь попала под горячую руку.

– Почему уцелели все эти здания? – Егор удивлённо обвёл рукой плотную городскую застройку. – Насколько я помню из кадров исторической хроники, Хиросима единым ядерным взрывом была обращена в руины.

– Не будь таким наивным, дружище, – сердито бросил Арам. – В сорок пятом году Хиросима представляла из себя сборище деревянных домишек, которые дружно рухнули, будто на них дунул серый волк из сказки о трёх поросятах. Нуора же, – Арам повернулся к Егору лицом, – застроена капитальными коробками из железа, бетона и кирпичей. Сам видишь, что ни один из этих взрывов по мощности не дотянул до мегатонны. Хотя, конечно, в эпицентрах каждого из них все эти многоэтажки обратились в прах. Но заодно они существенно и довольно быстро ослабили ударную волну.

– Ну да, – нехотя признал Егор.

В истории Земли лишь США дважды решились нанести ядерный удар по японским городам Хиросима и Нагасаки. Не смотря на многочисленные жертвы и тотальные разрушения, а так же трагедию сотен тысяч людей на десятки лет, этого было мало, чтобы обстоятельно и во всех подробностях изучить разрушительную мощь ядерного оружия Вот почему в подавляющей своей части исследование поражающих факторов ядерного оружия носит теоретический характер. Отсюда неизбежные расхождения в оценке. Чего только стоят две взаимоисключающие друг друга теории «ядерной зимы» и «ядерного лета».

Но здесь и сейчас зрелище и в самом деле из разряда вон. Егор лишь качнул головой, а руки плотнее перехватили автомат. Такого ни в одном кино не увидишь. Пусть «Другая реальность» всего лишь компьютерная игра, но она слишком реальная компьютерная игра. Может статься, что в распоряжении создателей «Другой реальности» имеется гораздо больше информации реального применения ядерного оружия, а то ещё и в масштабах целой планеты сразу.

Сомнительное удовольствие, что не говори. Егор печально понурил голову. Теперь им с Арамом выпала четь лично проверить все эти теоретические выкладки земных учёных. От такой мысли кошки на душе взвыли нестройным хором.

Между тем едва ли не все морские пехотинцы выбрались из-под эстакады, чтобы полюбоваться редкостным и во истину убийственным зрелищем. По высокой и властной фигуре Егора сразу узнал Колоса. Твёрдой походкой лейтенант Пшенот вышел из-под эстакады дабы железной рукой навести железный порядок. Но, едва Колос повернул голову в сторону ядерных «грибков» над крышами домов, как тоже замер в немом изумлении.

– Давай-ка отойдём в сторонку, – Арам потянул Егора за рукав.

Егор нехотя оторвался от ужасного, но по-своему величественного, зрелища и поплёлся вслед за другом.

– Не о том мы сейчас с тобой думаем, не о том, – словно революционер на нелегальном собрании прошептал Арам. – Что дальше делать будем?

– Давай начнём с того, что сейчас мы точно делать не будем, – ответил Егор.

Такая постановка вопроса Арама немало удивила.

– И что мы точно делать не будем? – Арам быстро справился с изумлением.

– Не будем прямо сейчас отправляться на поиски точки выхода, – пояснил Егор. – Я более чем уверен, что самый первый ядерный удар пришёлся по дворцу Милдоф. Не хочу даже гадать, какое там сейчас ионизирующее излучение. И вообще, я предлагаю выждать год.

– Год? – хмуро удивился Арам. – Это же слишком долго.

– Кто знает эту «Другую реальность», – не менее хмуро ответил Егор. – Ты дашь гарантию, что из «малахитовых капсул» мы вылезем полностью здоровыми? Что не притащим с собой в реальность лучевую болезнь?

– Мы это уже обсуждали, – Арам отвёл глаза в сторону, – гарантий никаких нет. Если «Другая реальность» может убить нас на самом деле, то с неё станется перенести на наши реальные физические тела все повреждения и болезни, что мы получим в игре.

– И проверь это мы никак не сможем, – сказал, как отрезал, Егор. – Вот нам и приходится исходить из самого плохого варианта. Если уж ошибаться, то ошибаться в наиболее безопасную сторону.

– В любом случае нам придётся драпать из этого отряда. Дезертировать, если хочешь, – уточнил Арам.

– Почему ты так решил? – не без удивления поинтересовался Егор. – Шансов выжить в достаточно большом отряде, да ещё хорошо вооружённом и обученном отряде, гораздо выше. У нас, – Егор показал глазами на ближайшую «Шельму», – даже БМП имеются, шесть штук. Это реальная сила.

– Всё так, только сам глянь, – Арам кивков показал на Колоса. – Голову на отсечение, лейтенант решит пробиваться к своим. Я даже могу сказать, в каком направлении – на восток, к Сантане.

– Это где находится главный плацдарм высадки десанта? – уточнил Егор.

– Он самый, – Арам кивнул.

– Но по Сантане всяко был нанесён ядерный удар, – возразил Егор.

– Зато именно в её окрестностях наибольшая вероятность найти своих, и уже всем вместе пробиваться на родину, – пояснил Арам. – Не забывай: война продолжается. Не исключено, что армия вторжения всё ещё долбит Числаю. Так что правительство Вигрона вполне может счесть целесообразным эвакуировать остатки десанта обратно на материк. А оно нам надо?

– Не надо, ни разу не надо, – охотно согласился Егор. – Мне вообще плевать что на «федералов», что на «легионеров».

– Дружище, будь откровенен до конца: – Арам зло улыбнулся, – нам плевать вообще на всех этих ботов.

В ответ Егор лишь тихо прошипел. Истинная правда, только от неё на душе всё равно не лучше. Здесь и сейчас человеческая жизнь вообще ничего не стоит. Отряд морских пехотинцев сходу вышвырнул из-под эстакады кучу гражданских. Пусть и граждан вражеского государства, но всё равно мирных и безоружных людей. Полиция – не в счёт. И никто из подчинённых Колоса даже не пикнул в ответ. А для них с Арамом ситуация ещё гаже. Ведь только они на всей Ксинэе живые люди, а все прочие не более чем компьютерные боты, программы, наборы нолей и единиц. Егор никогда не был фанатом компьютерных стрелялок, однако на его счету десятки и сотни тысяч убитых компьютерных ботов. И далеко не все из них были враждебными инопланетянами или потусторонними монстрами.

– Ладно, согласен: боты, компьютерная игра и всё прочее, – Егор выразительно рубанул ребром ладони воздух перед собой. – В любом случае нам не нужно покидать Унтипал. Однако нам придётся как-то перекантоваться целый год. Я предлагаю не шататься мародёрами по окрестностям столицы, а примкнуть к какой-нибудь хорошо организованной группе выживальщиков. Можно даже на самом юге острова, где людей и прочих важных объектов и до войны было мало. Арам, ты чего?

Егор с удивлением и с тревогой уставился на друга. Арам вытянулся по стойке «смирно» будто перед генералом с очень толстыми звёздами на погонах. Но при этом даже сквозь защитную маску можно заметить, как же сильно напряглось его лица, а глаза едва не вылезли из орбит от невероятного нервного напряжения.

– Интерфейс…, – с трудом, будто его душат, прохрипел Арам.

– Что интерфейс? – Егор, ничего не понимая, легонько толкнул друга в грудь.

– Внутренний интерфейс игры, – слова из груди Арама вылетают со скрипом, будто пробиваются из окружения. – Его нет.

– Ты чё несёшь? – тихо воскликнул Егор.

– Сам глянь, – так же тихо огрызнулся Арам.

Дурные предчувствия едва не закупорили горло. Подобные тупые шутки за Арамом никогда не водились. А это значит… Егор торопливо расфокусировал глаза…

– Какого хрена!!! – из глубины души сам собой вырвался удивлённый крик.

Ничего. И в самом деле ничего. Егор тряхнул головой и вновь, до боли в глазных яблоках, расфокусировал взгляд. Всё равно ничего. Лишь окружающая реальность будто отодвинулась чуть в сторону, однако вместо неё внутренний интерфейс игры так и не развернулся.

Глава 7. Сдёрнуть по громкому

– Этого не может быть, – тихо прошептал Арам. – Этого просто не может быть. Но это произошло. И как, тогда, это понимать?

Вопрос на миллион рублей, а то и сразу на миллиард. В ответ Егор лишь пожал плечами. Ситуация и в самом деле бредовая. Они с Арамом в компьютерной игре. Пусть «Другая реальность» до жути, до рези в животе, реальней некуда, но она всё равно остаётся компьютерной игрой с некоторыми, пусть и весьма малочисленными, игровыми условностями. Чего только стоит единый на всю планету дитарский язык без каких бы то ни было отличий и диалектов. Даже больше – иных языков на Ксинэе никогда и не было.

Внутренний интерфейс игры, карта окружающей местности, что постепенно проступает сквозь чернильный «туман войны», так называемая «Энциклопедия» и игровой чат, альтернативный вариант связи с другими игроками. И всё это запрятано в голову самого игрока. Для просмотра внутреннего интерфейса игры не нужны никакие внешние экраны и мониторы. Достаточно расфокусировать взгляд и развернуть интерфейс перед внутренним взором. За год с лишним жизни в «Другой реальности» Егор наловчился разворачивать его буквально одной бровью.

Самое главное, что можно было найти во внутреннем интерфейсе игры, так это текущее задание от «Другой реальности», а так же направление и расстояние до этого самого текущего задания. Конечно, если имеется привязка либо на конкретную географическую точку, либо на конкретного персонажа. И это всё разом пропало. Начисто! И как это понимать?

– Отряд! Внимание!

Голос Колоса на общем канале связи очень вовремя вывел Егора из эмоционального ступора.

– Возвращаемся к «Шельмам», – приказал командир. – Нечего больше пялиться.

– Что будем делать, командир? – спросил чей-то голос.

– Соберёмся под прикрытием «Шельм» и подумаем, – отрезал Колос.

Пусть и не сразу, пусть едва не обронив в жухлую от светового излучения траву электромагнитный автомат, Егор тронулся с места. Рядом тяжело, будто землю пропил, зашагал Арам. Эмоциональный удар едва не добил и его. И как это понимать? Ведь получается, что без внутреннего интерфейса игры они больше не игроки? Звучит дико, но теперь они и в самом деле словно местные жители, аборигены «Другой реальности».

Колос очень вовремя приказал морским пехотинцам убраться прочь с открытой местности. Земля под ногами вновь дрогнула. Егор качнулся, но сумел устоять на ногах. А как было бы здорово, если бы это было обычное землетрясение. Однако в голову упорно лезет другое объяснение – где-то рванул ещё один ядерный заряд. Достаточно далеко и недостаточно мощный, чтобы снести массивную бетонную эстакаду, но вполне ощутимый. Война, ядерная война, чёрт побери, продолжается.

– И так, проясняю нашу ситуацию: – с нарочитой уверенностью заговорил Колос, едва подчинённые, остатки второй и четвёртой рот 67-го ОДШБ собрались вокруг него, – на наше счастье наши доблестные силы стратегического назначения ударили по Нуоре всего лишь тактическими ядерными зарядами. Если бы упала всего одна бомба мощностью с десяток-другой мегатонн, то мы бы сейчас с вами не разговаривали.

Капитан Очевидность, Егор сердито нахмурился. Но командир прав: тактические заряды разнесли к чёртовой матери только наиболее важные объекты, а не превратили столицу островной республики в выжженную радиоактивную пустыню.

– Связи с командованием нет, – между тем продолжил Колос. – Когда она восстановится и восстановится ли вообще – даже не спрашивайте. Как бы то ни было, мы будем пробиваться к своим.

– К своим, это куда? – тут же потребовал уточнить чей-то голос.

Егор в недоумении крутанул головой. Одинаковые тактические костюмы, лица пехотинцев прикрыты масками, кто сказал – бог его знает. Все вместе они прослужили слишком мало, чтобы узнавать по голосам хотя бы товарищей своей роты, не говоря уже о прочих ротах.

– На восток, к Сантане, – Колос махнул рукой.

– Но по главному плацдарму высадки всяко был нанесён ядерный удар, – возразил тот же голос.

– Не всяко, а точно был нанесён, – Колос не стал отрицать очевидное. – Зато в районе Сантаны мы можем выйти на соединение к своим. И далее, уже в составе более крупного отряда, мы сможем закрепиться на побережье. Врать не буду, но я очень хочу верить, что командование сумеет изыскать возможность эвакуировать остатки десанта обратно на материк. И чем больше нас будет, тем больше шансов, что командование отправит нам помощь.

Железная логика, Егор нехотя кивнул. Но она сработает лишь при условии, что правительство Вигрона, а так же его генеральный штаб, до сих пор банально существует. И не просто существуют, а держат в своих руках нити управления страной.

– Но прежде, чем мы двинемся дальше, – Колос обвёл подчинённых тяжёлым взглядом, – проведём реорганизацию нашего сводного отряда. В нашем распоряжении шесть «Шельм». Так что пусть будет шесть отделений.

Здравая мысль, молча согласился Егор. По штату в каждой роте три взвода. В каждом взводе два отделения. Каждому отделению полагается отдельная БМП. Но теперь придерживаться прежней штатной численности и схемы смысла нет. Пусть в каждом отделении пехотинцев будет больше штата, нежели в каждом взводе их будет меньше штата. Да и промежуточное звено в виде командиров взводов теперь точно лишнее.

– Старший сержант Клинчук, – произнёс Колос.

– Я, – вперёд выступил невысоко роста морской пехотинец с тремя полосками на погонах.

– Назначаю вас командиром первого отделения и моим заместителем.

– Вас понял, – бойко отозвался старший сержант Клинчук.

Реорганизация заняла считанные минуты. Егор вместе с другом оказались во втором отделении под командованием сержанта Вирпена с позывным Кулак.

– По машинам, – под конец скомандовал Колос.

Морские пехотинцы торопливо разбежались по БМП. Не прошло и минуты, как шестёрка «Шельм» выкатила на Нертинское шоссе и бойко покатила по проезжей части. Вот уж точно, что нет худа без добра. Воздушные ударные волны от ближайших ядерных взрывов изрядно почистили дорогу.

Увы, но и на этот раз им с другом пришлось расположиться прямо на полу десантного отсека. Егор как мог ухватился левой рукой за ближайшее сиденье и прислонился боком к коленям счастливчика. Что произойдёт, если под днищем «Шельмы» рванёт хотя бы противопехотная мина, думать упорно не хочется.

– Ну, что я тебе говорил, – прямо к уху склонился Арам.

– Можно подумать, будто я собирался тебе возражать, – также тихо ответил Егор.

Многочисленные ядерные взрывы нарушили связь на большое расстояния, однако вблизи общаться с помощью радиоволн вполне реально. Но, на всякий случай, Арам предпочёл отключить общий канал связи. А в рёве движка и грохоте стальных гусениц разобрать, что они там шепчут друг другу, невозможно в принципе.

– Действуем как договаривались? – спросил Арам.

– Да, – коротко ответил Егор.

На этом разговор закончился. Арам сел прямо и сделал вид, будто ничего и не было. И в самом деле не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Морские пехотинцы и так на взводе. Ядерная война – это очень серьёзное испытание для психики. Егор украдкой покосился на товарищей по отделению. Если его, постороннего игрока, так проняло, то что же творится в душах этих людей? Ведь у каждого из них дома, где-то на материке, остались семьи, родные и близкие. Полыхнула вся Ксинэя, в этом можно не сомневаться. А это значит, что сейчас и над городами государства Вигрон поднимаются зловещие «ядерные грибы».

Егор опустил глаза в пол. Одна надежда – рано ещё говорить о том, что ядерная война пошла по третьему сценарию тотальной зачистки всего человечества. Будто наперекор надеждам, БМП заметно тряхнуло на дороге. Следом заглох движок. Понятно, Егор поднял голову, где-то не так далеко рванул очередной тактический ядерный заряд.

Наука и техника на Ксинэе и в самом деле продвинулись гораздо дальше, чем на Земле. Каждый ядерный взрыв порождает мощный электромагнитный импульс, который способен выжечь любую электронику. Под полом «Шельмы» вновь мощно и ровно загудел электрический движок, боевая машина с лязгом тронулась с места. Впрочем, не любую. Люди на Ксинэе смогли создать достаточно эффективную защиту от электромагнитного импульса. По крайней мере сумели оснастить ей боевую технику.

***

13 сентября 8313 года ещё не закончилось. Хотя Таяна, местное солнце, уже опустилось на западе в воды Ниланского моря, а землю окутали сумерки. Не закончилась ещё и война. Многочисленные ядерные взрывы оставили на теле Нуоры обширные язвы, зоны где частичного, а где и полного разрушения. Городские улицы, где не так давно гуляли люди и шуршали шинами многочисленные автомобили, покрылись радиоактивной пылью. Во многих местах вспыхнули пожары. Пламя охватило как отдельные многоэтажки, так и целые районы индивидуальной застройки.

Шесть БМП «Шельма», остатки двух рот 67-го отдельного десантно-штурмового батальона, уходил на восток на максимально возможной скорости. Колос до последнего пытался придерживаться Нертинского шоссе, что так удачно вело сборный отряд в нужном направлении. Но столь удобную дорогу всё равно пришлось покинуть, когда все восемь полос движения упёрлись, будто врезались, в грандиозную автомобильную пробку на очередной транспортной развязке.

По большой дуге, через сеть узких улочек и переулков, сводный отряд сумел обогнуть грандиозный затор. Вот, только, детекторы радиации дружно взвыли. Однако Колос приказал продолжить движение. Расчёт оказался верным – буквально за считанные минуты БМП проскочили зону заражения. Хотя, конечно, без полноценной дезактивации боевых машин и санитарной обработки личного состава по любому будет не обойтись.

Казалось бы, ещё десяток-другой километров, и отчаянный рывок сводного отряда увенчается успехом. Ведь «Шельмы» уже добрались до восточной окраины Нуоры. Но не судьба.

Великолепная столица островной республики обречена. Без электричества и развитой логистики она враз превратилась в бетонную пустыню. Радиоактивные язвы лишь усугубили и без того безнадёжное положение. Все, кому не повезло оказаться в Нуоре, кто не захотел или вовремя не сумел покинуть её, двинулись прочь. Прочь от столицы двинулись и уцелевшие части армии Республики Унтипал.

Два тягача с четырьмя пусковыми контейнерами для зенитных ракет комплекса «Лунгун», командирская машина, а так же четыре самоходные ракетно-пушечные зенитные установки «Шок» на максимально возможной скорости уходили на юг. Танк «Шепард» не только прикрывал их, но и словно огромный бронированный таран то и дело расчищал дорогу от брошенных прямо на проезжей части машин. Две БМП «Кинлай» с пятнадцатью пехотинцами на борту дополнительно прикрывали колонну зениток с тыла.

Передовая «Шельма» свернула на очередную улицу с коттеджами заметно выше среднего уровня. Как вдруг впереди, в какой-то сотне метров, мелькнули яркие огни. Командир головного танка никак не ожидал встретить в глубоком тылу отряд противника, а потому решил не тыкаться в темноте и воспользоваться мощными фарами «Шепарда».

Первой длинной очередью разразилась «Шельма». Но 30-мм разрывные снаряды лишь осветили лобовую броню «Шепарда» огненными вспышками. В ответ, всего лишь с двухсекундным опозданием, ухнула танковая пушка. 100-мм фугасный снаряд непременно разнёс бы «Шельму» вдребезги, но механик-водитель тоже не дурак и очень вовремя, даже не пытаясь затормозить, свернул в сторону. Бронированная коробка на гусеницах легко снесла кованные ворота, проскочила по дорожке и заехала в гараж прямо через закрытые ворота. Остальные БМП при первых же выстрелах шарахнулись прочь с проезжей части в разные стороны. 100-мм фугасный снаряд благополучно пролетел чуть наискось по улице и разворотил угол трёхэтажного дома с вычурной позолоченной крышей.

Встречный бой опасен своей непредсказуемостью. В иной ситуации командир «Шепарда» приказал бы подчинённым рвать вперёд и только вперёд. Но здесь и сейчас его главной задачей было прикрыть самоходные зенитные комплексы. Поэтому, вместо решительного рывка вперёд, танк принялся пятиться назад. Тягачи с пусковыми контейнерами комплекса «Лунгун» тоже предпочли свернуть с проезжей части и протаранить заборы. Зато вперёд выдвинулись ракетно-пушечные комплексы «Шок». И не важно, что зенитные самоходки вооружены пороховыми пушками. 30-мм снаряды способны сбивать не только самолёты и вертолёты противника. Последними вперёд выдвинулись БМП «Кинлай». Все пятнадцать пехотинцев спорно выскочили из десантных отсеков. В свою очередь Колос приказал подчинённым покинуть боевые машины и занять оборону.

***

– Пошли! Пошли! Пошли! – возбуждённый голос лейтенанта надрывается на общем канале связи и придаёт ускорение не хуже плётки надсмотрщика на плантации.

Почти сутки без нормального сна. Не удивительно, что, помимо собственной воли, Егор задремал прямо на полу десантного отсека БМП. А потому пробуждение вышло особенно неприятным и жестоким. Визг тормозов и удар! Инерция швырнула Егора и ещё троих пехотинцев прямо на десантный люк, который тут же распахнулся. Поэтому они четверо самыми первыми и выскочили из БМП наружу.

– Занять оборону, осмотреться и доложить! – Колос сыплет командами как из пулемёта.

Мозги ещё затянуты сонным туманом, однако тело прекрасно справляется само. Егор рывком подняла на ноги. Невероятным образом «Шельму» развернуло на повороте, от чего она кормой умудрилась проломить стену двухэтажного коттеджа. Ещё бы чуть-чуть и боевая машина вполне могла бы «припарковаться» прямо в гараже.

Вперёд вырвался рослый пехотинец, который с ходу, плечом, вышиб дверь в коридор. Впрочем, она оказалась незапертой, парень от души брякнулся на пол, но тут же бойко вскочил на ноги. Вслед за ним в просторный вестибюль вломилось ещё тринадцать человек.

– Второе отделение, – это уже старший сержант Вирпен, – пятерым остаться на первом этаже, контролировать подступы. Остальным занять оборону на втором этаже.

– Есть занять оборону, – вместе с остальными машинально отозвался Егор.

Торопливый взгляд назад через окна и пролом в стене. Забор высотой около двух метров огораживает коттедж и лужайку перед ним от улицы. Ещё один забор, чуть ниже первого, высотой всего полтора метра, огораживает участки индивидуальной застройки друг от друга. Егор развернулся вслед за другом. Арам в числе первых рванул по лестнице на второй этаж.

– Какого хрена? – Егор вслед за двумя морскими пехотинцами вломился в спальню на втором этаже.

– Я так понимаю, – Арам встал возле окна, – встречный бой.

– Правильно понимаешь, – пробасил более высокий и крепкий на вид пехотинец, что встал у соседнего окна.

– Только не помешало бы выяснить, кого это нам послал Великий Создатель, – добавил второй морской пехотинец.

Голоса знакомые, а вот ни имён, ни фамилий вспомнить решительно невозможно. Хотя, Егор прижался к стене возле окна, они оба должны быть из четвёртой роты, только из другого взвода. Господи, Егор на миг закатил глаза, как же мало им всем довелось прослужить вместе.

Грохот выстрела дальше по улице забил печальные мысли. Забор перед домом напротив через улицу взлетел на воздух.

– Ого! – с восторгом выдохнул Арам. – «Шепард», не иначе!

Слова друга тут же подтвердил рёв танкового движка, которому вторили очереди крупнокалиберных пулемётов. Егор едва успел рухнуть на пол, как пули, стрелки калибром пятнадцать миллиметров, разнесли окна спальни. Осколки стекла градом просыпались на пол. Арам тут же прикладом окончательно выбил рамы наружу.

– Командиры отделений, доклад! – взревел на общем канале связи Колос. – Чёрт побери, с кем мы столкнулись?

– Колос, это Кулон. Вижу «Шепард». За ним две пушечно-зенитных «Шок».

– Колос, – в разговор встрял другой командир отделения, – вижу два тягача с «Лунгунами» и командирскую машину. Похоже, мы наткнулись на зенитную батарею противника с хорошим прикрытием.

– Проклятье! – вклинился в разговор третий голос. – Командир! Там еще два «Кинлая» с десантом.

Первый шок от неожиданного столкновения на улице прошёл. Противник то ли сообразил, с кем имеет дело, то ли со страху попёр вперёд. Зенитки «Шок», БМП «Кинлай» и танк «Шепард» – такая сила легко размажет остатки двух рот 67-го ОДШБ. И Колос это прекрасно понимает.

– Внимание! Слушай мою команду! – голос командира отряда звенит от нервного напряжения. – «Шельмам» развернуться на месте и отступать прямо через участки.

– Но там же заборы! – вскричал явно механик-водитель «Шельмы».

– Дундук! – в ответ рявкнул Колос. – У тебя под жопой бронированная машина на гусеничном ходу! Да тебя ни один здешний забор не остановит!

– Вас понял, выполняю! – тут же отозвался Дундук.

– Остальным постепенно отступать вслед за «Шельмами», – продолжил Колос. – Вряд ли противник явился по наши души. У нас хорошие шансы выйти из боя и оторваться. Выполнять!

– Есть выполнять, – машинально отозвался Егор.

На лужайке перед домом «Шельма» взревела мощным движком. Егор едва ли не на наяву увидел, как бронированная коробка на гусеницах с лязгом развернулась на месте. Колос прав – выбираться обратно на проезжую часть смерти подобно. «Шепард» тут же помножит на ноль любого смельчака, ну или идиота. Весь расчёт лейтенанта Пшенота строится на том, что противник в первую очередь будет озабочен сохранностью самоходных зенитных установок. А раз так, Егор поудобней перехватил «кэму», то у них и в самом деле хорошие шансы оторваться от противника.

На улице загрохотали выстрелы. Твою же мать, Егор рухнул на пол. Над головой засвистели пули. Это БМП противника выдвинулась вперёд. Чёртова «Кинлай» встала едва ли не напротив дома и открыла огонь. Пальцы пощупали карманы разгрузки, Егор лишь скривился. Да, гранаты у него есть, только не добросить.

– Второе отделение, – Егор поднял голову, это Кулак, что, что, а голос нового командира отделения запомнить он успел, – все на улицу. «Шельма» ушла, двигаем следом.

Всё правильно: БМП противника от души поливает второй этаж из крупнокалиберного пулемёта. У неё что снаряды для пушки кончились? Да какая разница! Стены выдержат, выбраться наружу можно и нужно без проблем. Только вот… Егор глянул на друга, в душе будто собрался огромный и очень холодный шар. Арам всё понял без лишних слов и лишь кивнул в ответ.

Вот тот самый момент, к которому они готовились ещё в спортивном комплексе «Тинвар» на материке. Убойная «кэма» лежит рядом на полу, но в замкнутом пространстве она не лучший вариант. Егор рывком выдернул из кобуры на поясе «Грач».

Невероятно! На душе ни сомнений, ни угрызений совести нет. Вообще ничего. Лишь желание выполнить задание «Другой реальности» и чисто уйти прямо сейчас. В последний миг морской пехотинец рядом что-то почувствовал. Или это всего лишь очень тонкая компьютерная имитация?

– Ты что творишь? – морской пехотинец удивлённо глянул на Егора.

Ни эмоций, ни сожалений. Выстрел «Грача» безнадёжно потонул в грохоте крупнокалиберного пулемёта противника. 10-мм стрелка в упор буквально взорвала голову компьютерного бота. Егор тут же повернул ствол в сторону. Зря беспокоился. Второй морской пехотинец вообще ничего не заметил и не почуял. Арам также выдернул из кобуры свой «Грач». Разница только в том, что пуля вошла точно под срез шлема, второй пехотинец умер без лишних вопросов и быстро.

Егор ткнул пальцем в сторону выхода из спальни, более чем понятная команда «Уходим». Однако вместо того, чтобы двинуться на выход, Арам принялся стаскивать с убитого разгрузку.

– Ты что делаешь? – недовольно прошипел Егор.

– Второго обшмонай, – вместо ответа бросил Арам.

– Зачем? – Егор так и не двинулся с места.

– Мы теперь в режиме выживания, – коротко пояснил Арам.

Проклятье, так оно и есть. Егор придвинулся ближе к убитому. Две застёжки, и разгрузка со всем снаряжением оказалась у него в руках. Да! Ещё из «кэмы» выдернуть магазин и накопитель, хотя сам автомат можно и нужно бросить.

Вот уж теперь точно режим выживания в атомном аду. Егор торопливо запихнул в карманы на собственной разгрузке магазин и накопитель энергии. Драгоценные секунды стремительно утекают в песок. В любой момент в спальню может заглянуть «лишний», а то, не приведи господь, в выбитое окно может влететь 100-мм снаряд «Шепарда». Но боеприпасы и прочее снаряжение гораздо важней.

– Готов? – сквозь грохот крупнокалиберного пулемёта пробился голос Арама.

– Да, – Егор рывком развернулся на месте.

– Пошли, – Арам первым пополз прочь от окна.

Вслед за другом Егор пополз к выходу из спальни. И всё равно на душе ни страха, ни жалости, ни уколов совести, лишь удовлетворение от хорошо проделанной работы. Хотя, если глянуть со стороны, они только что совершили тягчайшее преступление – предали своих. Только какие, к чёрту, компьютерные боты могут быть своими?

Прежде, чем пересечь коридор, Арам быстро оглянулся по сторонам. Чисто. Егор следом за другом перескочил в соседнюю спальню. Планировка коттеджа более чем предсказуема. Если окна первой спальни выходят на улицу, то окна спальни через коридор должны выходить во двор. Так оно и оказалось.

– Дверь закрой, – торопливо бросил Арам.

Егор осторожно, не дай бог защёлка громко брякнет, прикрыл дверь. Это не спальня, это детская. Кровать в виде гоночного автомобиля, яркие голубые обои с цветными рисунками каких-то супергероев. Но, главное, окно выходит во двор. Арам с размаху вышиб прикладом раму, осколки градом вылетели наружу. Да и какой смысл тихариться? Грохот стоит такой, что даже вынос святых не поможет.

Для тренированного солдата спрыгнуть на землю из окна второго этажа – плёвое дело. Следом за другом Егор стремительным рывком пересёк двор. Хорошо знакомое упражнение – с ходу перебраться через забор.

– Да что б вас всех, – от души ругнулся Егор.

По ту сторону забора оказались густые колючие цветы, то ли розы, то ли бог знает что. Но это всё мелочи. Прочная ткань тактического костюма просто проигнорировала шипы.

Бой заметно сместился дальше по улице. Остатки 67-го ОДШБ отступают согласно плану Колоса. Вот, только, противник почему-то и не думает прекращать преследование. Тем лучше. Пока «федералы» и «легионеры» заняты друг другом, всё больше шансов улизнуть и от тех и от других.

Глава 8. В режиме выживания

Перед ними очередной двухэтажный коттедж на семью с доходами выше среднего. Но только расслабляться не стоит. То и дело оглядываясь по сторонам, Егор вслед за другом обошёл дом с левой стороны. Запертая калитка, ещё одна тихая улочка некогда благополучного района на восточной окраине Нуоры. И темнота, спасительная темнота. Одно плохо, Егор на миг выпрямился в полный рост и глянул через забор, им нужно на юг, а не на север. Место стычки двух отрядов придётся обойти по большой дуге.

– Проклятье, тупик, – тихо ругнулся Арам.

Егор присел рядом с другом на корточки. Ну да, перед ними типичная тупиковая улица. Обеспеченные обыватели обожают селиться на тупиковых улицах. То есть на таких улицах, где нет сплошного проезда, только въезд. Расчёт на то, что на такой улице могут быть только свои. Любое незнакомое лицо или чужая машина тут же привлекут самое пристальное внимание вплоть до вызова полиции.

– Давай, пройдём прямо через коттеджи, – предложил Арам.

– Давай, – охотно согласился Егор.

Минут тридцать, а то и все полчаса, до них доносился грохот боя. «Легионеры» на какой-то хрен проявили редкостное упорство в преследовании остатков 67-го ОДШБ. Впрочем, тем лучше. Егор с другом по большой дуге обошли место боя. Темнота печальным саваном накрыла некогда благополучный район Нуоры. От чего ужас произошедшего кажется ещё более ужасным. Некогда богатая и процветающая столица островной республики превратилась в колоссальный город призрак.

Дома, дома, брошенные дома. По большей части оставленные в спешке в результате эвакуации. Калитки, ворота, двери закрыты, на многих окнах опущены железные жалюзи. Однако то и дело попадаются уже разграбленные коттеджи. Вещи, чемоданы и одежда вплоть до нижнего белья, выброшены прямо из выбитых окон. И тишина, зловещая тишина. Бой затих, да и какой-либо артиллерийской канонады больше не слышно. Однако не просто война, а крах цивилизации вдруг самым жестоким образом напомнил о себе.

На очередной тупиковой улочке тлеет почти сгоревшая колонна автобусов. Полицейская машина взрывом перевёрнута на бок. И трупы, большое количество трупов. В массе гражданские, мужчины и женщины, дети и старики. Эвакуационный отряд попал под огонь воздушного штурмовика. Это, получается, у кого-то из «федералов» сдали нервы? Раз пилот без малейшей жалости расстрелял толпу гражданских.

И будто этого мало. Егор брезгливо пнул распахнутый чемодан. Кто-то уже успел пройтись по месту трагедии. У полицейского с оторванными ногами сняты шлем и грудная защита, да и оружия не видно. Шмотки разбросаны едва ли не по всей улице. Ни у одной женщины в ушах нет серёжек, зато у многих самым грубым образом отрезаны пальцы. Мародёры, а это могли быть только они, грубой метлой прошлись по разгромленному эвакуационному отряду. Расчёт прост: так или иначе при бегстве люди всегда хватают самое ценное.

– Егор, я вот что тут подумал, – Арам с задумчивым видом остановился перед очередным раскуроченным чемоданом с мужской и явно недешёвой одеждой, – может, нам имеет смысл переодеться в гражданку?

Егор подошёл ближе. Понятно с чего это у друга возникли такие мысли. Мародёры вытряхнули из чемодана реально крутые шмотки, чёрные кожаные куртки, брюки из плотной ткани, рубашки, трусы, носки с шёлковым отливом. Но Арам прав: если они решили остаться на острове Унтипал, то эмблема вооружённых сил Федерации социалистических республик на шевронах явно лишняя. Да и сами тактические костюмы выдают в них солдат противника. Соблазн переодеться неимоверно усиливается тем, что язык на всю Ксинэю един. Иначе говоря, им не придётся учить местное наречие, что, что, а по говору их никто не разоблачит.

– Не думаю, что это хорошая идея, – носком ботинка Егор поддел дорогую кожаную куртку. – Эти цацки от ножа тебя не спасут. Да и в статусе мы резко потеряем.

– Тоже верно, – нехотя согласился Арам. – Тогда сперва выберемся из этой «бетонной саванны», а там дальше видно будет.

И вновь потянулись некогда благополучные пригороды на восточной окраине столицы островного государства, что потихоньку начали переходить в южные. Нуора – классический мегаполис: вокруг плотно застроенного исторического центра находятся обширные пригороды. Причём Республика Унтипал была достаточно богатой, чтобы из её столицы исчезли грязные гетто с нищим населением.

Очередная некогда уютная улочка вывела на просторную площадь. На углу высокого кирпичного забора Арам присел на колено и поднял сжатую в кулак руку в жесте «Стой». Егор тут же опустился на одно колено и оглянулся по сторонам. Вроде, всё чисто, но Арам явно что-то заметил. Что именно – догадаться не трудно. Несколько одиночных выстрелов разорвали ночную тишину.

– Что там? – Егор подошёл ближе.

– Там кто-то есть, – Арам ткнул пальцем вперёд.

Егор осторожно выглянул из-за угла кирпичного забора. Обширные пригороды населяли далеко не бедные люди. Пусть у каждой семьи, что некогда жила здесь, был личный автомобиль, но не дело ездить в магазин за хлебом и пивом за тридевять земель. Крупные торговые комплексы то и дело возвышаются над крышами двух-трёх этажных коттеджей. Как правило они построены на пересечении главных автотрасс столицы. Вот и сейчас Егор с Арамом вышли на один такой торговый комплекс.

Широкое прямоугольное здание в четыре этажа с огромными будто стеклянными стенами по среди просторной парковки. Торговый центр погружен во тьму. На фасаде едва заметными тенями угадываются буквы, только название не прочитать. Из многочисленных фонарей на парковке ни один не горит. Зато в самом центре явно кто-то есть. В огромных окнах то и дело мелькают световые пятна мощных ручных фонарей.

Ночную темноту вновь разорвали выстрелы. Егор машинально отпрянул назад. А почему одиночные? Если бой, то обычно очередями, а то и длинными очередями. Пока же ясно одно: в торговом центре кто-то есть, и этот кто-то как минимум вооружён пистолетом.

– Обойдём? – тихо предложил Егор.

Мысль более чем разумная. Их главная задача выжить, а не истребить местное население, тем более местную армию и полицию.

– Нет, – Арам качнул головой. – Здесь что-то не так. Давай подождём минут десять.

– Давай, – легко согласился Егор.

Интуиции друга вполне можно доверять. Пусть Арам не всегда может выразить словами собственные опасения и предположения, зато часто оказывается прав. Только ждать десять минут не пришлось. Сперва ночную темноту прорезал гул мощных движков. После из-за угла будто прожекторы высветились многочисленные огни фар. Егор тут же распластался на земле рядом с другом и прикинулся ветошью. Из-за угла торгового центра выкатила колонна машин. Впереди лязгает гусеницами БМП. За ней тянутся пять грузовиков, судя по силуэтам явно армейские. И замыкает колонну ещё одна БМП.

Ещё один отряд вооружённых сил республики Унтипал? Да какая разница. Егор приподнялся на локтях. Колонна машин выкатила на широкую дорогу недалеко от торгового центра. Из темноты то и дело доносятся глухие удары и звон металла. Не иначе головная БМП тупо расчищает дорогу для грузовиков. Чего, чего, а брошенных машин на столичных улицах хватает.

– Идём дальше, – Егор поднялся на ноги.

А чего ждать? Даже в темноте отлично видно, что торговый центр успели изрядно пограбить. На парковке навалены горы мусора из разорванных пластиковых и картонных коробок, магазинных тележек, шмоток и пустых бутылок. На выезде с парковки валяется разбитый вдребезги широкоформатный телевизор. Егор нехотя улыбнулся. Наверняка кто-то из мародёров сперва позарился на дорогую электронику и лишь после сообразил, что телевиденья на Ксинэе больше нет.

– Надо проверить торговый комплекс, – Арам вытащил из кармана разгрузки небольшой тактический фонарик. – Вон, видишь, тот грузовик, он явно армейский, но только не армии Унтипал. Надо глянуть.

Пятно синего цвета упало на дверцу кабины грузовика. Тройной чёрный треугольник – эмблема вооружённых сил Лиги свободных наций, вполне ожидаемо. А вот ниже ещё одна надпись: «ВС Республика Анкуя».

– Союзники, – ладонь Арама выразительно хлопнула по надписи. – Я так понимаю, правительство Республики Унтипал уговорило других членов Конфедерации прислать войска для отражения неизбежного нападения.

– И союзники по Ниланской морской конфедерации откликнулись на просьбу, ибо не дураки, – Егор вытащил из кармана разгрузки тактический фонарь.

– Ибо выгодней воевать с общим врагом на чужой территории, даже если это территория ближайшего союзника, – подхватил Арам.

– Вот, только, когда запахло жареным, союзники передрались между собой, – закончил Егор.

Синее пятно света скользнуло по бортам и кузову. Военный грузовик Республики Анкуя расстрелян из крупнокалиберного пулемёта. Стёкла выбиты полностью, шины спущены, а в бортах зияют большие дыры. Арам потянул дверцу на себя. Из кабины вывалился труп в камуфлированном тактическом костюме. Совсем ещё свеженький, кровь даже не начала свёртываться.

– Что же это они так? – Егор опустился перед трупом на корточки.

Судя по погонам, ефрейтор. Автомата с разгрузкой нет, в кобуре на поясе пистолет. Егор выдернул его и поднёс к глазам. В свете тактического фонаря без проблем удалось узнать марку пистолета.

– «Кора-4 А», дерьмо, – Арам даже не стал скрывать собственную брезгливость.

Семейство пистолетов «Кора» производства Юрании. Не самые крутые, если не сказать хуже – дешёвые. В основном предназначены для свободной продажи, но некоторые модели поставлялись в армии стран блока ЛСН. Вот и армия Республики Анкуя выбрала бюджетную модель для вооружения водителей. Единственное достоинство подобных пистолетов – стандартная пуля 10-мм.

– Арам, подожди, у меня появилась идея, – Егор бросил пистолет на асфальт и потянул труп за рукав. – Давай переоденемся в тактические костюмы Республики Анкуя. Союзники – для нас это идеальный вариант, и свои и в местных делах полные профаны.

– Так у этого парня и тактический костюм дерьмо, – брезгливо заметил Арам.

Убитый водитель и в самом деле одет не в самый лучший тактический костюм. «Яхнэт 1» – самая первая модель серии «Яхнэт» производства Республики Анкуя. Как это часто бывает, первый блин вышел комом, однако понаделать их в островной республике успели с три вагона и две вовсе не маленькие тележки. Почему, собственно, в первую модель одели явных ополченцев.

– Мы поищем получше, – Егор поднялся на ноги. – Здесь явно сцепились союзнички. Что они не поделили – хрен его знает. Но вдруг нам повезёт.

– Давай, – согласился Арам, только без особой радости.

Кузов военного грузовика оказался пустой. В смысле, завален всяким малоценным армейским барахлом, но вот реально хороших тактических костюмов, или хотя бы трупов, с которых их можно снять, в нём не нашлось. Зато в самом торговом центре их ждал очень приятный сюрприз.

Ещё одно очень неприятное напоминание о крахе цивилизации на Ксинэе. Егор так и не сумел сдержать печальный вздох, когда они с Арамом прямо через разбитую витрину пробрались во внутрь. Проще говоря, торговый центр успели вынести. В смысле, успели вынести всё мало-мальски ценное. Так, например, в отделе сантехники никуда не делась груда разноцветных унитазов и ряд массивных чугунных ванн. Зато продовольственные отделы разграблены подчистую. Конечно, если не считать разломанные прилавки, разбитые холодильники и кучи мусора на полу.

В подсобном помещении, где не так давно находился цех по выпечке хлеба, нашлось место расправы. Вояки Республики Унтипал конкретно поцапались с союзниками по Конфедерации. Заодно Егор понял, что за выстрелы они с Арамом слышали не так давно. Возле печи грудой свалено больше десяти трупов. Кровь и мозги на стенах, недавних союзников убили выстрелами в затылок. Зато тактические костюмы уцелели более чем.

Брезгливость и страх крови – это для слабаков. Среди груды тел нашлись более чем приличные «Яхнэт 6», офицерские, которые если и уступают «Сплав 4», что сейчас надеты на Егоре и Араме, то не намного.

А вот чего, увы, так и не нашлось, так это ни одного универсального тактического прибора. Ополченцам, даже офицерам, они либо не полагались вовсе, либо солдаты армии Республики Унтипал благополучно забрали столь ценные трофеи.

Зато более чем вдоволь удалось затариться пулями для электромагнитных автоматов. Это, это, это невероятно, но это так: стандартные 5-мм пули военного блока ЛСН буквально тютелька в тютельку совпали со стандартными 5-мм пулями военного блока ФСР. Даже более. Интереса ради Арам воткнул магазин из автомата «легионеров» в свою «кэму». И ничего, автомат ФСР без проблем распознал новый магазин и согласился с ним работать. Не исключено, что если бы среди груды брошенной амуниции нашлись бы накопители энергии, то и они подошли бы идеально.

– Невероятно, – Арам в пятый раз воткнул в ствольную коробку «кэмы» магазин с пулями военного блока ЛСН. – Егор, как это понимать?

– Элементарно, – Егор всплеснул руками, – скорей всего, это ещё одна условность «Другой реальности». Согласись, так то это очень удобно: если калибр оружия один и тот же, то и пули, и магазины, и, чего доброго, накопители энергии подходят идеально. Понимаю, – Егор выставил перед собой растопыренную ладонь, – в жизни такого не бывает. Но мы же не в жизни, мы же в компьютерной игре. В конце концов просто радуйся, что здесь и сейчас у нас нет проблем с пулями.

– С накопителями будут, – буркнул Арам

– Может да, а, может, и нет, – Егор пожал плечами. – Всяко нам подвернётся возможность зарядить наши накопители.

– Ладно, хрен с ним, и в самом деле не будем ломать головы, – Арам смачно зевнул. – Может, того, передохнём?

Предложение более чем актуальное. Тринадцатый день тринадцатого года выдался более чем длинным и очень богатым на события во истину планетарного масштаба. Ночь на исходе, скоро наступит новый день 14 сентября 8313 года, первый день новой эры цивилизации на Ксинэе. Вот уже вторые сутки, как друзья на ногах. Подремать удалось несколько раз, да и то украдкой.

– Согласен, – Егор потянулся всем телом, – только не здесь. Засядем в каком-нибудь доме недалеко от сюда, заодно поищем еду.

– Поискать-то можно, да только чую, бесполезное это занятие, – заметил Арам.

– Нам должно повести, – не согласился Егор.

С собой у друзей, в двух карманах разгрузки, только несколько «Армейских рационов №1». По сути, это сэндвичи с фруктовым джемом в вакуумной упаковке. Даже все вместе они никак не тянут на гордое звание «суточный паёк». Главное достоинство армейских рационов – лёгкость и очень долгое хранение без всякого холодильника. Последний раз Егору с другом довелось перекусить из запасов «Шельмы» как раз незадолго до злополучного столкновения с зенитной колонной противника. А теперь всё, они перешли на полное самообеспечение в режиме выживания.

Для ночёвки, что плавно перейдёт в днёвку, друзья выбрали ничем не примечательный коттедж недалеко от торгового центра, рядом с широкой дорогой. То ли шоссе, то ли проспект идёт с востока на запад. После недолгого спора они расположились в небольшой аккуратной кладовке, что вплотную примыкает к пустому гаражу. Две двери и два ещё целых окна позволили надеяться, что кладовка не превратиться в мышеловку. Первым на боковую завалился Арам. Егор остался охранять сон товарища.

Как бы не хотелось, но обойтись без караула решительно невозможно. Огромный город, столица островной республики, всё ещё умирает. К сожалению, умирает не так быстро, как хотелось бы, зато мучительно. Перед вторжением морского десанта Вигрона власти объявили эвакуацию, но родные квартиры и уютные домики покинули далеко не все. Когда над Нуорой «задрожало небо», когда рёв реактивных двигателей то и дело начал прерываться взрывами зенитных ракет и снарядов, лишь тогда оставшиеся жители рванули из обречённого города прочь.

Но столица – слишком большая, слишком густо населённая агломерация. Миллионы людей физически не могут покинуть её за считанные часы. Не удивительно, что из города до сих пор выбираются как одиночки, так и отдельные группы. В массе своей они пробираются на юг острова Унтипал. Именно в этом направлении, теоретически, должно быть гораздо безопасней. В любом случае городская агломерация – далеко не лучшее место для выживания. Тем более Нуора и её ближайшие окрестности получили несколько десятков тактических ядерных ударов. Радиоактивная пыль всё ещё висит в воздухе, достаточно ветру чуть сменить направление, как можно запросто проснуться в зоне радиоактивного заражения. А умирать от лучевой болезни долго и мучительно.

Глава 9. Любую женщину

Сон в тылу противника, да ещё в режиме выживания без поддержки с «Большой земли», быть крепким не может по определению. А потому Егор тут же проснулся и схватился за автомат, едва рука Арама легонько толкнула его в плечо.

– Что случилось? – Егор сел прямо, руки сами собой поудобней перехватили «кэму».

– У нас гости, – шёпотом ответил Арам.

Егор напряг слух, и в самом деле гости. Из глубины дома, через распахнутую в кладовку дверь, доносятся голоса и шаги. Не профессионалы тайной войны, это точно. Тогда кто?

Как они заранее договорились, Арам проспал два местных часа. А если учесть, что в каждом местном часе почти два с половиной земных часа, то получилось почти пять. Самому Егору удалось проспать почти столько же. Снаружи не просто расцвело, день явно перевалил на вторую половину.

– Уходим? – тихо спросил Арам.

– Уходим, – так же тихо ответил Егор.

Кто бы не оказался в доме, лучше уйти по-английски. Вряд ли это армия спасения, а вот нарваться на бандитов – это запросто. Но уйти по-английски не удалось.

– Мам! – раздался снаружи детский голос. – Я проверю?

– Только осторожней! – донёсся из глубины дома женский голос.

– Какого чёрта, – только и успел прошептать Арам.

Дверь наружу заранее оставлена открытой. Там, далее, пересечь небольшой газон и можно без проблем нырнуть в дыру в заборе. Друзья заранее предусмотрели несколько путей отхода. Но, к сожалению, предусмотреть все опасности и направления невозможно в принципе.

Как раз со стороны двора раздались торопливые шаги. Арам первым вытащил из ножен на поясе нож. У электромагнитных «Грачей» имеется режим бесшумной стрельбы даже с обычными пулями, но с клинком привычней и надёжней.

Едва в дверном проёме показалась невысокая тощая фигурка, как Арам тут же перехватил её за руку и дёрнул внутрь. Испуганный писк ткнулся в ладонь Арама, которая очень вовремя заткнула жертве рот. Шлепок, тело рухнуло на землю. Матовый клинок…

– Твою мать, – только и успел выдохнул Арам.

Матовый клинок с острым хищно изогнутым лезвием едва-едва успел замереть в каком-то сантиметре от левого глаза… девочки лет десяти в розовой блузке с длинными рукавами и в такого же цвета юбочке до колен.

– Нет!!! – истошный женский крик взорвался на всю округу тяжёлой авиабомбой.

Егор судорожно развернулся к двери в глубь дома. «Грач» едва ли не сам запрыгнул в вытянутую руку. Невероятным усилием воли Егор едва сумел сдержать чуть было не дрогнувший на спусковом крючке палец. В дверном проёме замерла женщина лет тридцати с небольшим с растрёпанными волосами и в чёрном платье.

– Не надо!!! – мать, а это могла быть только мать, ринулась вперёд на защиту своего ребёнка.

– Стоять!!! – что было мочи гаркнул Егор.

Былая скрытность вылетела в окно. Рык Егора взорвался на всю округу как две тяжёлые авиабомбы. Зато подействовало – женщина замерла посреди кладовки с выпученными от ужаса глазами.

– Стоять, – гораздо более спокойно, но не менее грозно, повторил Егор и поднялся с пола. – Никто твоего ребёнка не тронет.

– Не тронет, – Арам отвёл матовый клинок от глаза девочки в сторону и рывком поставил её на ноги.

– Уважаемая, – Егор качнул пистолетом, – лицом к стене, руки в стену, ноги в стороны.

Женщина беспрекословно выполнила приказ и развернулась к стене, однако нервно поглядывать на Арама и свою дочь так и не перестала.

Обычное полицейское задержание, если разобраться. Ствол «Грача» упёрся женщине в затылок. Свободной левой рукой Егор торопливо прохлопал по телу женщины. Да только искать тут нечего, красивое платье насыщенного чёрного цвета не способно скрыть даже самый тонкий сотовый телефон, зато отлично подчеркнуло фигуру женщины. Но на крик сбежались прочие «гости».

– Не стреляете, мы безоружные люди, мы не причиним вам вреда.

Егор повернул голову. В дверном проёме замер мужчина лет сорока в серой жилетке поверх рубашки в тон с длинными рукавами, серые брюки с тёмными полосками и ботинки, с которых ещё не сошёл офисный лоск. Лицо умное, волевое, волосы на макушке сбежали ещё не все, зато некоторые из них успела тронуть седина.

Из-за спины мужчины выглядывает ещё несколько лиц, в основном женских. А снизу, едва ли не между ног, несколько детских. Да их тут не меньше десяти человек, и ни одного вооружённого или хотя бы в форме. Вот уж точно самые что ни на есть гражданские.

– Вы кто такие? – спросил Егор.

– Беженцы, – ответил мужчина. – Мы мирные жители.

– Какого хрена вы тут делаете?

– Уважаемый, – мужчина резко сменил тему, – давайте пройдём в гостиную этого дома. Там и поговорим. Не дело, согласитесь, вести переговоры, пока вы…, – мужчина на миг сбился, но закончил, – в такой нелепой ситуации.

Егор глянул на друга, Арам кивнул в ответ. Ситуация и в самом деле нелепая. Так то они с другом могут быстро и без проблем положить всех этих… Егор не сразу выбрал нужное слово, всех этих ботов. Но голос мужчины, вся его более чем уверенная манера поведения, и в самом деле располагают к разговору.

– Хорошо, – Егор кивнул. – Все идите в гостиную. Мы идём следом. Стоять, – ствол «Грача» сильнее вдавился в голову женщины, что было дёрнулась. – Мы идём следом, там и поговорим.

– Моя дочь, – испуганно произнесла женщина.

– С ней всё будет хорошо, – заверил Арам. – Ведите себя разумно, и девочка не пострадает.

– Мы согласны, – произнёс мужчина и, повернувшись к остальным, громко скомандовал. – Все в гостиную. И без глупостей.

Предложение старшего среди группы гражданских и в самом деле оказалось более чем благоразумным. Гостиная этого некогда уютного коттеджа представляет из себя более чем просторную и высокую комнату с широкими окнами. Лестница с деревянными перилами ведёт на второй этаж. Гражданские без лишних напоминаний выстроились у стены.

– Давай ко всем, – Егор опустил пистолет.

Женщина в чёрном платье развернулась, испуганно глянула на дочь, однако послушно отошла к остальным гражданским. Егор убрал пистолет в кобуру, зато поднял перед собой электромагнитный автомат.

– Отпусти девочку, – скомандовал Егор.

Арам тут же убрал нож от горла девочки и легонько подтолкнул её.

– Мама, – девочка испуганно прижалась к матери, та тут же обхватила её руками.

Так лучше. Егор выразительно повёл стволом «кэмы» из стороны в сторону. Гражданские как на ладони. Если с их стороны, либо с другой стороны, будут глупости, то будут и трупы, много трупов. Хотя какая от них может быть опасность?

Типичные гражданские, жители крупного города. Взрослых мужчин всего трое. Кроме главного, ещё двое лет сорока, ближе к пятидесяти. По виду все трое мелкие чиновники. Пять женщин от двадцати до пятидесяти лет и четверо детей. Лишь одну девочку, что встала за спиной главного, с большой натяжкой можно назвать подростком.

– И так, кто вы такие? – Егор повторил свой вопрос.

– Разрешите представиться, – главный беженец выступил вперёд. – Меня зовут Госл Ноогич Дымайт. Это моя жена Нага и дочь Унда. – Госл Ноогич кивнул. – Когда объявили эвакуацию, то мы предпочли остаться, о чём теперь крупно сожалеем.

На лице Госла Ноогича отразилась вселенская печаль. Так печалиться умеют только действительно умные люди, когда понимают, что ума им всё равно не хватило.

– Когда на Нуору посыпались ядерные бомбы, – между тем продолжил Госл Ноогич, – мы спрятались в подвале собственного дома.

– В бункере? – как бы невзначай уточнил Арам.

– Если бы, – Госл Ноогич обречённо махнул рукой. – Под нашим домом обычный подвал, который ещё мои родители превратили в свалку хлама. Запасов воды нет, запасов еды тоже нет. А за нами так никто и не пришёл. Как бы не хотелось, но рассчитывать мы могли только на себя.

Как вскоре выяснилось, – Госл Ноогич печально улыбнулся, – не я один оказался такой умный. На нашей Пятой садовой улице вон сколько нашлось, – Госл Ноогич показал взглядом на товарищей по несчастью. – Друг друга мы худо-бедно знаем, а потому и решились пробираться все вместе.

– И куда вы решили пробираться? – на этот раз от вполне очевидного вопроса не удержался Егор.

– Если коротко, то на восточном берегу Тилгезкого залива находится элитный посёлок Олбаново. Там жил мой начальник, большая шишка в нашей фирме, – Госл Ноогич руками изобразил, насколько большой шишкой был его начальник. – Он владел большой яхтой. У меня имеются все основания полагать, что она всё ещё на месте и ей можно воспользоваться.

– Для чего? – уточнил Егор.

– Чтобы уплыть из Нуоры, – пояснил Госл Ноогич таким тоном, будто объяснил, почему ночью темно, а вода мокрая. – Пробираться на юг пешком крайне опасно. У нас уже была возможность лично убедиться, какой кошмар творится на дорогах. И это ещё полбеды. Большую часть жителей Нуоры успели эвакуировать как раз в южном направлении. Именно там сейчас находится основная масса лагерей для беженцев. Но что теперь творится в тех лагерях, лучше даже не думать.

Это верно, про себя согласился Егор. Мало вывести с десяток миллионов людей за пределы города. Гораздо важней и гораздо сложней обеспечить их всех едой, водой, медикаментами. Даже если правительство Республики Унтипал сумело уцелеть в этой ядерной заварушке, то когда ещё у него дойдут руки до беженцев. И это если вообще дойдут. Это, конечно, звучит жестоко и цинично, но вывезенные из Нуоры жители, все эти десять миллионов, разом превратились в бесполезные рты.

– А так, – продолжил Госл Ноогич, – воспользоваться яхтой, обогнуть Унтипал и добраться до Гидицана. Это небольшой городок, даже посёлок городского типа, на южной оконечности острова. Глушь, каким он и был до недавнего времени. Только теперь эта самая глушь стала для Гидицана самым главным достоинством. Мой дед с бабкой родом с тех мест, они ещё в молодости перебрались в столицу в погоне за лучшей жизнью. Если где и можно выжить, то только там. По крайней мере я очень на это надеюсь, – тихо добавил Госл Ноогич.

– И чего ты решил, будто та самая яхта до сих пор дожидается вас? – спросил Арам.

– Подожди, – Егор махнул левой рукой. – До этого самого Олбаново ещё добраться надо. Лучше скажи, зачем ты это всё нам рассказываешь? По сути, мы первые встречные.

В глазах Госла Ноогича мелькнуло уважение. Похоже, Егор задал самый правильный вопрос.

– Вы не местные, – Госл Ноогич ткнул пальцем на шеврон на рукаве Егора. – Если я правильно сумел разобрать надпись, то вы союзники по Конфедерации с острова Анкуя. Наверняка вы захотите вернуться домой. Вот вам отличное средство для этого. Доставьте нас в Гидицан, и яхта будет вашей.

А Госл Ноогич ещё и наблюдательный. Против собственной воли Егор покосила на шеврон на собственном рукаве. Вот уж точно никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь. То, что сперва показалось просто хорошей возможностью сойти за своих, на проверку вышло отличным образом сойти не за совсем своих, за союзников с другого острова.

– А что нам запрещает добраться до яхты без обузы в вашем лице, а потом просто уплыть к себе на Анкую? – спросил Егор.

– Ничто не запрещает, – Госл Ноогич потупил взгляд. – Мы в отчаянном положении. Из оружия у нас только электрошокер и пара газовых баллончиков. Вы – два профессиональных солдата, отлично вооружены и экипированы. У нас уже была возможность оценить вашу выучку. Только с вашей помощью у нас появится реальный шанс добраться до Олбаново. А ещё без меня вы не сможете спустить яхту на воду. Накануне войны я принял кое-какие меры.

– А что нам запрещает прямо здесь и сейчас вытряхнуть из тебя подробности? – спросил Егор.

– Ничто не запрещает. Только, я надеюсь, – нерешительно протянул Госл Ноогич, – в вас ещё осталось человеческое. По крайней мере вы, – Госл Ноогич глянул на Арама, – так и не зарезали Гетару, а вы, – главный из беженцев перевёл взгляд на Егора, – так и не пристрелили её мать. Сам Великий Создатель в час испытаний тяжких послал вас нам на помощь.

«Или «Другая реальность» подсуетилась», про себя отметил Егор. Знал бы этот мелкий чиновник, а теперь глава мелкой группы гражданских, что на самом деле они на пару с Арамом провернули, как хладнокровно пристрелили двух товарищей по батальону морской пехоты, а потом дезертировали.

– Мы в отчаянном положении, – в голосе Госла Ноогича вдруг прорезалась решимость обречённого на казнь. – Денег у нас нет, да и всё, что было, сгинуло вместе с электричеством. Если хотите, – главный беженец поднял голову и оглянулся, – то можете взять любую женщину.

От такого заявления гражданские испуганно переглянулись, однако Госл Ноогич безмолвно зыкнул на всех и повторил ещё более решительно и обречённо:

– Я сказал, любую женщину.

Заявление главного беженца из разряда вон. Однако, когда рушится мир, то выбор невелик. Вот и приходится платить той валютой, что имеется в наличие.

– Может, ещё найдутся желающие? – голос Арама сочится самым ядовитым сарказмом.

То, что произошло дальше, стало для Егора полной неожиданностью. Первой вперёд вышла невысокая брюнетка с длинными волосами лет двадцати восьми в светлых джинсах в такой же куртке. Похоже, незадолго до начала войны, дыры на коленях и локтях вновь вошли в моду. Но и это ещё не всё.

Пусть и после короткого замешательства, вперёд вышла ещё одна женщина, чуть моложе первой, но тоже брюнетка с длинными волосами. Только в джинсовой юбке и в светлой блузке. На её руке ярко блеснул жёлтый браслет то ли из пластика, то ли иная бижутерия. Потому, как они удивлённо переглянулись, женщины явно близкие подруги.

Такого даже Арам не ожидал, друг и напарник от удивления едва не обронил автомат. Хотя надо признать – обе женщины очень даже хороши собой. Пусть не юные девы, у обоих на безымянных пальцах отливают жёлтым обручальные кольца, однако очень хороши. Но, но, но…

– Нет, – Егор махнул рукой. – Пусть это будет твоя дочь, Госл Ноогич.

Женщины-добровольцы вновь удивлённо переглянулись. Мать девочки-подростка побледнела от страха. Сам главный беженец глубоко задышал, а его лицо пошло красными пятнами. Однако его дочь вдруг выступила вперёд и произнесла:

– Папа, мы и в самом деле в отчаянном положении, – рука девочки легла на ладонь отца. – Если они хотят меня, то пусть так оно и будет.

Госл Ноогич лишь сдавленно выдохнул и отвернул лицо в сторону. На глазах его жены выступили слёзы, но она так и осталась стоять на месте и не произнесла ни слова. Между тем девочка-подросток, Унда, кажется, прошла вперёд к лестнице на второй этаж. Там должны быть спальни хозяев этого чудного домика. Егор поднялся следом за ней, Арам, после секундного замешательства, потянулся следом. Гражданские сгрудились у подножья лестницы, но вперёд, хотя бы на одну ступеньку, никто так и не поднялся.

На втором этаже Унда свернула в первую попавшуюся комнату. Егор шагнул за ней следом. Судя по всему, это спальня хозяев дома. Широкая постель, две прикроватные тумбочки, отдельный вход в ванную. Девчонка прямо на ходу стряхнула с ног беленькие кроссовки и скинула юбку. Последними на коврик возле кровати упали её футболка и белые трусики. Унда легла прямо поверх ярко-жёлтого покрывала, широко раскинула руки и раздвинула ноги.

Пытается быть взрослой, Егор лишь качнул головой. Только Унда совсем ещё девочка. Тощая угловатая фигурка. Грудь… Как говорят в народе, и подержаться не за что. Грудь только-только намечается, лифчик ей как минимум ещё год не потребуется. И тут такое! Девочке буквально за несколько дней пришлось повзрослеть сразу лет на десять.

– Одевайся, – Егор подхватил с пола одежду девочки и бросил ей на грудь. – Одевайся и мотай вниз. Нам надо посоветоваться.

– Что? – Унда приподняла голову над подушкой.

На лице Унды отразилась растерянность. Она была готова ко всему, но только не к этому.

– Одевайся и дуй вниз, – гораздо более грубым тоном потребовал Арам. – Нам перетереть надо.

Для своих десяти-двенадцати лет Унда весьма и весьма сообразительная. Девчонка тут же вскочили на ноги, прижала юбку, футболку и прочую одежду к груди и, не забыв прихватить на ходу ещё и беленькие кроссовки, торопливо выскочила в коридор. Последнее, что услышал Егор, как по лестнице прошлёпали её босые ступни.

– Блин, Егор, – Арам шумно плюхнулся на хозяйскую кровать, автомат брякнулся прикладом о пол возле его ног, – я уж было решил, что ты педофилом заделался.

– Отец без лишнего писка отправил единственную несовершеннолетнюю дочь на бесчестие и поругание, и мать тоже смолчала, – Егор в глубокой задумчивости пропустил реплику друга мимо ушей. – Они и в самом деле в отчаянном положении. Придётся им помочь.

– Я так понимаю, ты намекаешь на то, – осторожно начал Арам, – что нам придётся этот год где-то перекантоваться. Так почему бы не примкнуть к какой-нибудь общине выживальщиков. А если в Гидицане и в самом деле найдётся такая, то ещё лучше. А эти гражданские, – Арам ткнул пальцем в пол, – станут нашим пропуском. Я ничего не упустил?

– Ты всё верно понимаешь, – Егор присел на кровать рядом с другом, матрас натужно скрипнул под его весом. – Ещё яхта. В нашем положении это оптимальный вариант. У меня нет никакого желания с боем прорываться на юг острова.

– А с чего ты взял, что в этом самом Олбаново нас всех до сих пор дожидается та самая яхта? – недоверчиво спросил Арам. – Сейчас вокруг Нуоры такое творится! – Арам выразительно всплеснул руками, от чего «кэма», будто подчёркивая его слова, гулко стукнулась прикладом о коврик возле кровати. – Может, того, толпа желающих уже отчалила от берега, по причине чего перегруженная яхта благополучно перевернулась и затонула.

Скептицизм Арама более чем оправдан. Какая-либо организованная эвакуация гражданских развалилась ещё сутки назад. Егор готов поставить тысячу против рубля, что и организованное отступление вооружённых сил Республики Унтипал так же приказало долго жить. Солдаты и полицейские на свой страх и риск, поодиночке и небольшими толпами, также пробираются на юг острова. И ладно бы просто пробираются, так ещё умудряются конкретно цапаться между собой. Даже если правительство островной республики уцелело, ему потребуется несколько суток, чтобы хоть как-то взять ситуацию под контроль. И то при условии, что во главе его стоят сильные и решительные лидеры. Как раз в это почему-то упорно не верится, Егор хмыкнул. Сильные и решительные лидеры почему-то не часто побеждают на демократических выборах. А если ещё учесть, что Республика Унтипал – это государство торгашей… Не удивительно, что в таких условиях гражданское население оказалось между молотом и наковальней.

– Если бы ты внимательней рассматривал тактические карты, -медленно начал Егор, – то непременно заметил бы очень важную особенность: элитный посёлок Олбаново находится западней Сантаны.

– Ты хочешь сказать, – в глазах Арама тут же вспыхнул огонёк понимания, – что морской десант Вигрона наступал как раз через Олбаново?

– Не факт, но вполне вероятно, – Егор кивнул.

– И тогда что гражданские, что вояки из армии Унтипала просто сбежали из Олбаново, либо были перебиты наступающими частями. Но тогда на этот самый элитный посёлок мог запросто упасть тактический ядерный заряд. Да и где гарантия, что на той яхте уже военные Вигрона не отчалили от берега и благополучно перевернулись с последующим утоплением. Что для нас это меняет?

В целом Арам весьма и весьма сообразительный. Егор выразительно глянул на друга. Но вот глубины мышления ему традиционно недостаёт.

– Главный беженец явно не всё рассказал нам о яхте, – произнёс Егор. – Там есть что-то такое, что заставляет его серьёзно надеяться, будто яхта до сих пор на месте и ждёт именно нас. В смысле, именно его, – Егор поправил сам себя.

– Многочисленные ЭМИ сожгли всю электронику и движки? – тут же предложил Арам.

– Это даже не обсуждается, – Егор махнул рукой. – Я более чем уверен, что нам всем скопом придётся сперва сталкивать яхту в воду, а потом грести вёслами. Конечно, главный беженец всяко умеет управляться с парусом и румпелем. В любом случае он что-то недоговаривает. Но даже не это главное.

– Тогда что, по-твоему, главное? – Арам в недоумении уставился на Егора.

– Главное, – Егор на миг замялся, но продолжил. – Главное, сама «Другая реальность» продолжает вести нас. Иначе говоря, игра продолжается. И, ради бога, не напоминай мне, что внутренний интерфейс игры вырубился к чёртовой матери.

– Хорошо, не буду, – покладисто согласился Арам.

– «Другая реальность» могла легко избавиться от нас, – продолжил Егор с отсутствующим видом. – Например, наш отряд могла бы легко зацепить какая-нибудь маленькая ядерная бомба. Стычка с колонной зенитчиков, ещё один хороший пример. Всего один фугасный снаряд «Шепарда» мог легко разнести весь дом к чёртовой матери. Однако «Другая реальность» до сих пор ничего подобного так и не сделала. Вот почему я думаю, даже надеюсь, что «Другая реальность» продолжает вести нас, пусть и без прежней прыти. Короче, – Егор сфокусировал взгляд на друге, – я предлагаю рискнуть.

– Тогда куда ведёт нас «Другая реальность»? – с придыханием спросил Арам.

Чувствуется, во всей фигуре Арама чувствуется, особенно в его голосе и в выражении лица, как он проникся важностью слов друга и напарника.

– А хрен его знает, – Егор пожал плечами. – Конкретных целей и сроков я тебе не назову. Однако напомню, что в «малахитовой комнате» не две «малахитовые капсулы», а четырнадцать.

– Ты намекаешь на то, что есть и будут другие игроки?

– Да, – Егор кивнул.

– Но ведь эта игра закончится, едва мы либо выйдет из неё, либо, не приведи господь, она убьёт нас, – напомнил Арам.

– Знаешь, – Егор задумчиво скосил глаза в сторону, – в последнее время мне всё больше и больше кажется, что игра одна, одна на всех. И то, что мы не встретили других игроков, ещё ни о чём не говорит. Эта игровая локация слишком, слишком, слишком велика, Арам. Здесь легко может затеряться даже тысяча игроков. Ведь заметь ещё одно существенное отличие «Другой реальности» от обычных компьютерных игр.

– Даже боюсь спрашивать, какое, – хмуром произнёс Арам.

– Ничего страшного, – Егор улыбнулся. – По сути, от нас требуется пройти испытание на прочность и выжить. И всё. Наша цель никак и ни коем образом не влияет на историю Ксинэи неким глобальным образом.

– И-и-и…? – вопросительно протянул Арам.

– А это очень удобный подход, когда в игру нужно запихнуть множество игроков, – пояснил Егор. – Вот если бы нам с тобой потребовалось спасти Ксинэю от ядерной войны, то для прочих игроков места в нашей игре просто бы не нашлось.

– Ладно, согласен, – нехотя признал Арам. – Твои теории о целях игры, о других игроках весьма интересные, только сейчас не об этом надо думать, не об этом. Вот когда окажемся в более спокойной обстановке, вот тогда и поломаем головы о «смысле жизни».

– Хорошо, ты согласен помочь этим гражданским? – Егор тут же вернулся к первоначальному вопросу.

– Согласен, – Арам махнул рукой. – Скажу сразу, что согласен следовать в это самое элитное Олбаново для поиска той самой яхты главного беженца. И на всё прочее тоже согласен. Остался последний вопрос – кому из нас быть командиром?

Действительно, Егор сел на кровати прямо, матрас под ним скрипнул от натуги, вопрос и вопрос важный. До этого момента ими командовал либо кто-то из компьютерных ботов, либо они сами прекрасно обходились без какого-либо командира вообще. Но теперь их не двое, а пятнадцать, единоначалие просто необходимо.

– Егор, командуй, – произнёс Арам. – У тебя это лучше получается.

– Что? – Егор подозрительно покосился на друга, – не желаешь возиться с гражданскими?

– Да, не желаю, – Арам не стал отрицать очевидное.

– Ладно, – согласился Егор, – тогда назначаю тебя своим заместителем. А теперь пошли, нас и без того заждались.

Матрас с облегчением «выдохнул», когда Егор вместе с Арамом поднялись на ноги и направились вон из спальни. Однако возле лестницы на первый этаж Егор вновь остановился.

– Подожди, – Егор тронул друга за плечо. – Помнишь тех двух девиц, что сами предложили себя в качестве оплаты за наши услуги?

– Такое забудешь, – Арам усмехнулся. – Но они обе замужем.

– Скорее, они уже вдовы, – уточнил Егор, – но это делали. Главное, будь поосторожней с той, что в джинсовой юбке. Похоже, она положила на тебя глаз.

– И чего здесь такого? – удивлённо спросил Арам.

Ещё в реальности, на Земле, друзья не были монахами. Наоборот! Им очень даже нравились шумные компании, бурное веселье и приятное женское общество. Да и здесь, на Ксинэе, первое время у них в головах как-то не укладывалось, что на самом деле они в компьютерной игре, а вокруг них всего лишь боты, то есть программы, наборы нолей и единиц. Однако быстро выяснилось, что крепким мужским организмам глубоко плевать на виртуальные условности. Здоровое либидо не просит, а требует. А потому друзья просто забили на все эти игровые условности большой и толстый болт.

В первое же увольнение в Анселию, в город недалеко от главной военной базы Ныргал в Иншалии, они «взорвали бордель». Да и после, когда их перевели на военную базу Виталита в Силнецких горах, они не отказывали себе в удовольствии регулярно «взрывать бордель», но уже в Жучане, что находится недалеко от Виталиты. Командование прекрасно понимало, что с горными партизанами воюют здоровые мужики, а потому не закрывало глаза на бордели в Жучане. Наоборот – курировало их работу и персонал.

Со временем друзья начисто перестали париться по поводу компьютерных ботов, программ, наборов нолей и единиц, когда тискали их в койках солдатских борделей. Единственное, они никогда не думали о каких-то там серьёзных отношениях. Это же игра, виртуальный мир, какие ещё могут быть серьёзные отношения с набором нолей и единиц? И вот теперь Арам буквально левой пяткой почувствовал в словах друга подвох.

– А такое, – в тон Араму продолжил Егор, – та темноволосая красотка в джинсовой юбке не просто так положила на тебя глаз.

– Ты хочешь сказать, – медленно протянул Арам, – что сперва она соблазнит меня, потом объявит о беременности, и в конце потребуется жениться на ней?

– В точку, – Егор ткнул пальцем друга в грудь. – Ксинэя стремительно деградирует обратно в первобытное общество. Феминизм уже почил в Бозе. Мы теперь с тобой не просто солдаты, а воины. Без преувеличения и пафоса, мы элита среди выживших. Те две красотки в момент сообразили, что выскочить замуж за двух элитных воинов в условиях глобального кризиса – наилучший вариант.

– Ну тогда и ты берегись, – улыбка растянула губы Арама от уха до уха. – Темноволосая красотка в драных джинсах первая разглядела в тебе элитного воина в условиях глобального кризиса.

– Тоже верно, – Егор не удержался и тихо рассмеялся в ответ. – Ладно, элита, пошли.

Специально за временем Егор не следил, однако не сложно догадаться, что гражданские терпеливо прождали бы их и час, и два, и вообще сколько потребовалось бы. И это с учетом того, что в местном часе почти два с половиной земных часа.

Егор остановился по середине лестницы на второй этаж словно оратор на трибуне. Полностью одетая Унда стоит возле родителей. Её мать даже не пытается скрыть слёзы радости. Да и сам главный беженец сверкает от счастью словно гранённый алмаз. Ещё бы! Его единственная несовершеннолетняя дочь благополучно избежала грязного поругания и бесчестия. А ему в очередной раз удалось проявить качества истинного лидера, который ради всеобщего блага был готов пожертвовать невинностью собственной дочери.

Остальные гражданские проявляют заметно меньше энтузиазма. Скорее в их лицах читается усталость, едва ли не покорная обречённость. Ого! Про себя Егор улыбнулся. Это знак, более чем отчётливый намёк: обе красотки, что добровольно вызвались «согреть суровых воинов теплом и лаской», стоят рядом едва ли не в обнимку и смотрят на друзей преданными собачками. Что самое примечательное, обручальных колец на их безымянных пальцах больше нет.

– Э-э-э…, Госл Ноогич, – Егор не сразу вспомнил имя и отчество главного беженца, – мы принимает твоё предложение.

По гостиной прокатился всеобщих вздох облегчения. Егор подождал, пока гражданские переведут дух и продолжил:

– Мы доведём вас до Олбаново, поможем найти яхту, если потребуется, то и отбить. Мы так же поможем вам добраться до Гидицана. Ну а дальше видно будет, пока с нас хватит и этих задач.

Меня зовут Егор Калабин, можете называть меня Бором. А это, – Егор повернулся к другу, – Арам Володин, можете называть его Стрелой.

– Динура Лар, – брюнетка в дранных джинсах подняла руку.

– Аксана Кишод, – с секундной задержкой отозвалась её подруга.

Егор бросил на молодых женщин такой суровый взгляд, будто пригвоздил каждую к позорному столбу. Никто более из гражданских назвать своё имя не решился.

– Я, – Егор ткнул себя пальцем в грудь, – командир отряда. Стрела – мой заместитель. Выполнять наши приказы незамедлительно и без раздумий. Если я прикажу прыгать и крякать, вы все тут же должны запрыгать и закрякать. Всё поняли?

Гражданские молча переглянулись между собой. Однако за всех опять ответил Госл Ноогич:

– Да, командир.

– Прыгать и крякать! – громогласно скомандовал Егор.

Секундная пауза.

– Кря! Кря! Кря! – первым запрыгал и закрякал главный беженец.

Ещё секунда. И вот запрыгали и закрякали остальные беженцы, кроме Арама, разумеется. Это было бы смешно, если бы не было так грустно.

– Отставить, – скомандовал Егор, гражданские тут же остановились.

Егор с плохо скрытым уважением глянул на главного беженца. Вот уж настоящий лидер, что способен повести за собой людей в светлое будущее. Весьма умный и сообразительный, коль без лишних вопросов и возражений тут же принялся прыгать и крякать. Остальные гражданские тут же последовали его примеру. Одно плохо, Госл Ноогич – напрочь гражданский человек. Организовать посадку картошки и заготовку дров он сможет, а вот провести беженцев до Олбаново и отбить яхту – уже нет. Возможно, он и стрелять-то не умеет.

– Прежде, чем мы выступим, всем необходимо переодеться и подготовиться более тщательно. Никаких юбок и платьев, блузок и модных туфелек. В идеале, конечно, – Егор ткнул себя пальцем в грудь, – тактический костюм как у меня. Но вполне сгодится рабочая спецодежда, джинсовка или хотя бы просто брюки, рубашки с длинными рукавами и куртки из прочной и толстой ткани. Из обуви, в идеале, резиновые сапоги, но сгодятся ботинки с высокими голенищами, на крайний случай кроссовки. Всем женщинам заплести волосы в узлы на затылке, в идеале вообще сбрить. Если не получится найти капюшоны, то повязать платки.

– Где мы это всё возьмём? – раздался чей-то голос, Егор не успел заметить, чей именно.

– Обыщите этот дом, обыщите соседний, да хоть всю улицу. Мне плевать, где вы это всё найдёте, – с плохо скрытой злостью ответил Егор.

Вполне возможно, что нам придётся преодолевать заражённые участки местности. Поэтому ищите средства для защиты органов дыхания. В идеале противогазы, очень хороши промышленные респираторы, подойдут и одноразовые респираторы, на худой конец сгодятся и медицинские маски. Если уж совсем ничего, то хотя бы сложенная в несколько слоёв ткань с наполнителем из ваты.

Найдёте плащи – очень хорошо. Если нет, то сгодятся покрывала вплоть до занавесок. Ищите перчатки, хоть медицинские, хоть х/б для защиты рук. Берите всё, что найдёте. Очень пригодятся щётки для смётки пыли, на худой конец возьмите веники. И пакеты, хоть мусорные, хоть под хлеб.

– Но ведь это всё равно не поможет, – пискнула одна из женщин в зелёном явно шёлковом платье с глубоким декольте.

Егор нарочито медленно спустился с лестницы и подошёл к женщине. Обеспеченная красотка, пальцы унизаны золотыми кольцами с бриллиантами, а в ушах серёжки. На ногах модельные туфельки, да и причёска явно модельная, хотя уже изрядно потрёпанная.

– Если ты в этом, – Егор дёрнул женщину за рукав платья, – и в этом, – армейский ботинок гулко стукнулся о модную туфельку на левой ноге женщины, – пройдёшь по заражённой местности, то лучевая болезнь тебе обеспечена. Если ты наденешь хотя бы спецовку фабричного рабочего, его же ботинки, укроешь лицо медицинской маской и накроешься оконной шторой, тогда возможны варианты. Всё поняла?

– Да, – женщина испуганно пискнула.

Гражданские, одним словом. Егор неторопливо развернулся и направился обратно к лестнице на второй этаж. Заражённая местность в первую очередь опасна радиоактивной пылью. Эта самая радиоактивная пыль оседает на одежде, в волосах и, самое опасное, в лёгких. Если постоянно таскать на себе эти микроскопические источники ионизирующего излучения, то лучевая болезнь с осложнениями вплоть до рака обеспечена. Чтобы этого избежать нужны дезактивация и санитарная обработка при выходе с заражённой территории. Проще говоря, нужно как можно быстрей смыть с себя, со всей одежды и прочего снаряжения радиоактивную пыль. А если возможность хотя бы ополоснуться дезактивационным раствором даже не предвидится, хотя бы сбросить с себя запылённую оконную штору вместо плаща и сменить медицинскую маску на чистую.

– Ищите медикаменты, продукты питания, воду, – продолжил Егор, когда вновь поднялся на лестницу на второй этаж как на импровизированную трибуну. – Особо проверяйте сливные бачки в туалетах. Если повезёт, то найдёте чистую воду хотя бы для рук.

И да, – Егор выразительно уставился на золотую цепочку на груди у женщины в зелёном шёлковом платье, – всем поснимать драгоценности. Никаких серёжек, колец, кулонов.

– И отдать их вам? – женщина пугливо захлопала глазками.

Только не ругаться… Только не ругаться… Егор на миг прикрыл глаза и перевёл дух. Только не ругаться.

– Все ваши золотые цацки мне нахрен не нужны. Если ты не в курсе, то за все твои брюлики никто тебе сейчас и куска хлеба не даст. А вот привлечь лишнее внимание, зацепиться за что ни попадя, сверкнуть очень не вовремя – это они могут. Так что оставьте все ваши украшения себе, если не в лом будет тащить. Как в своё время выразился наш инструктор по выживанию, на долгом марше каждый грамм в килограмм превращается. Тут уже и зубья у расчёски через один отламывать приходится, и лишние пуговицы с ширинки срезать.

На всё про всё у вас час. По домам ходить тихо, через всю улицу не орать, детей от себя ни в коем случае не отпускать. Не нужно привлекать ненужного внимания. Мы со Стрелой, – Егор ткнул пальцем Араму в плечо, – будем нести на улице караул. Если вдруг заметите постороннего, немедленно, но тихо, предупредить нас. Запрыгали и закрякали!

– Кря! Кря! Кря!

На этот раз все гражданские без лишних вопросов и раздумий, зато очень даже послушно и дружно, запрыгали и закрякали.

– Оставить, – Егор самодовольно улыбнулся. – Время пошло. Разойтись!

Беженцы послушно разбежались по комнатам. Егор лишь качнул головой, режим тишины они соблюдают с большой натяжкой. Да хоть не орут друг другу через весь дом, и то ладно.

– Егор, ну ты хорош! – с наигранным восторгом произнёс Арам. – Ты же целую речь перед гражданскими толкнул, инструктаж более чем обстоятельный. Чего только стоит текущий курс брюликов, варианты и лишние пуговицы на ширинке. Тебя, случаем, не Верблюд учил?

– Если ты забыл, то нас с тобой не Верблюд учил, – напомнил Егор и тут же добавил. – К сожалению, не Верблюд, хотя слова его.

– Егор, как думаешь, может, выдадим, как там его, Гослу Ноогичу и ещё кому-нибудь из мужиков пистолеты? – спросил Арам, едва они вышли на улицу и притаились возле забора.

– Арам, – Егор поморщился, – ты же сам прекрасно понимаешь, что без хоть какого-нибудь обучения выдавать гражданским пистолеты не имеет никакого смысла. В руках дилетанта пистолет представляет большую опасность в первую очередь для самого дилетанта. И при этом внушает дилетанту совсем не нужную уверенность в себе вплоть до борзости.

– Понимаю, – тихо ответил Арам.

Коль уж так получилось, что на весь отряд только Егор с Арамом профессиональные военные, то понижать собственную огневую мощь смысла нет. Если вооружить двоих гражданских «Грачами», то лишь подбить их на глупости. А так, без оружия, всё больше шансов, что у них хватит ума отступить и спрятаться, нежели броситься в бой и ненароком подстрелить своих же.

На удивление часа гражданским вполне хватило. Не в последнюю очередь благодаря настойчивости и деятельного участия Госла Ноогича. Женщины избавились от платьев, юбок и модных туфелек. Правда, ни одна так и не остригла длинные волосы. Гражданские переоделись кто в синие рабочие спецовки, кто просто в джинсовые брюки и куртки. Полноценных плащей с капюшонами, к сожалению, не нашлось вовсе. Зато все без исключения накинули на плечи кто занавески, а кто и покрывала. Егор лишь улыбнулся, когда в невысоком недоразумении в мешке из-под мусора на голове и в респираторе с двумя синими фильтрами узнал Унду, дочь Госла Ноогича.

В конечном итоге получился разномастный сброд. Как точно подметил Арам, толпа психов сбежала из дурки и по дороге ограбила секонд-хенд. Так или иначе гражданские сумели переодеться и подготовиться к маршу гораздо лучше, чем Егор смел надеяться. Вон, даже без его прямого напоминания беженцы обзавелись рюкзаками либо сумками через плечо.

– Отлично, – Егор остановился перед кривым строем гражданских посреди гостиной. – Мы со Стрелой идём впереди. Вы за нами на удалении метров десяти-двадцати. Смотреть, где мы идём, шагать по возможности след в след. И не толпой! – прикрикнул Егор. – А в цепочке друг за другом. Госл Ноогич впереди, мужчины позади. Женщины и дети в середине. Напоминаю ещё раз – детей от себя ни в коем случае не отпускать.

Если я либо Стрела сделаем так, – Егор сжал кулак на согнутой руке, – всем замереть на месте и прикинуться ветошью. На землю не ложиться и, лучше, вообще её не касаться. Нам вслед не орать и вопросы не задавать. Если что нужно, мы сами вам сообщим. Запрыгали и закрякали! – резко скомандовал Егор.

– Кря! Кря! Кря! – гражданские послушно запрыгали на месте и закрякали.

– Оставить, – скомандовал Егор. – И помните: – Егор, как мог, изобразил на лице саму серьёзность, – нам предстоит марш на выживание. Если кто не сможет самостоятельно передвигаться, подвернёт ногу или будет ранен, лично добью, чтоб не мучился и не задерживал остальных. Всё, пошли.

Егор вместе с Арамом первыми вышли на улицу и внимательно оглянулись по сторонам. Пока всё тихо. День перевалил за вторую половину, до наступления сумерек осталось не так уж и много времени. Нуора, огромный мегаполис, медленно и мучительно умирает. То там, то тут поднимаются столбы чёрного дыма. То и дело слышна стрельба и даже взрывы. Егор вздрогнул, когда едва ли не над самой головой вдруг с шумом и очень быстро пролетел то ли самолёт, то ли крылатая ракета.

– Пошли, – тихо произнёс Егор и махнул рукой.

Госл Ноогич первым сошёл с крыльца коттеджа, где они все провели первую половину дня. Следом за ним цепочкой послушно потянулись прочие гражданские.

Глава 10. Через радиоактивную пыль

– Ну что, Госл Ноогич, ты точно уверен, что нам имеет смысл рискнуть собственным здоровьем, а то и собственной жизнью? – Егор выразительно уставился на главного беженца. – Пойми нас правильно: у нас со Стрелой военные фильтрующие маски, а потому у нас гораздо больше шансов без особых потерь выбраться из этой…, – Егор на миг замялся в поиске наиболее подходящего слова, – из этой жопы.

Вместо решительного согласия, либо не менее решительного отказа, Госл Ноогич задумчиво нахмурился. Нужно отдать ему должное, главный выживальщик нахмурился очень задумчиво и очень мучительно. Отряд выживальщиков, как вскоре между собой друзья начали называть гражданских, притих в сторонке. Мужчины, женщины и дети со смесью страха и надежды смотрят на своего лидера. А хмуро и мучительно подумать и в самом деле есть над чем.

Не прошло и суток, как отряд выживальщиков под охраной друзей отправился в элитный посёлок Олбаново. Хотя Егору иногда кажется, будто миновала целая вечность. Вторая половина 14 сентября прошла без особых происшествий, если не считать того, что они два раза очень вовремя заметили какие-то левые отряды и, в обоих случаях, очень вовремя сумели разминуться с ними. Разок на них наткнулись какие-то отморозки. То ли от наркоты, то ли от банальной водки у двух тощих парней в спортивных куртках начисто снесло чердаки. При виде гражданских, а особенно женщин, отморозки зарычали что-то несуразное и тупо попёрли вперёд. Арам аккуратно прострелил обоим головы. Арсенал отряда выживальщиков пополнился отличным топором и мачете с матовым лезвием и длинной около метра. И всё бы ничего, однако незадолго до наступления сумерек отряд выживальщиков наткнулся на заражённую радиацией территорию.

По телевизору обычно показывают сам ядерный взрыв, чаще всего наземный. Сначала возникает огненная полусфера, что сперва стремительно расширяется, а потом поднимается в небо. И вот уже на экране хорошо знакомый всем «ядерный грибок»: курчавое облако на пылевой ножке. А вот что происходит дальше, показывают очень редко. А ведь в некотором смысле дальше начинается самое печальное. Скорее рано, нежели поздно, «ножка» «ядерного грибка» осыпается обратно на землю. А потом курчавое облако господствующий ветер гонит прочь из эпицентра ядерного взрыва. По пути из облака просыпаются пыль, капельки воды, пепел. Так на местности появляется полоса радиоактивного следа. Если ядерный взрыв очень мощный, то толщина следа может измеряться десятками километров.

Лишь когда миновал роковой тринадцатый день тринадцатого года, Егор сумел по достоинству оценить то ценное обстоятельство, что на Ксинэе научно-технический прогресс и гонка вооружений между двумя блоками зашли гораздо дальше, чем на Земле. По крайне мере официально из арсеналов обоих военно-политических блоков исчезли ядерные заряды на десятки мегатонн. За ненадобностью. Высокоточное оружие потому и называют высокоточным, что межконтинентальная крылатая ракета может преодолеть половину Ксинэи и залететь точно в форточку в кабинет главы враждебного государства. Иначе говоря, вместо супермощных ударов «кувалдой» по площадям оба военно-политических блока предпочли точечные тычки «шилом» по конкретным целям.

Нуоре, столице Республики Унтипал, повезло оказаться в списке самых приоритетных целей. Вот почему над ней так и не взорвалась ни одна ядерная бомба мощностью в десяток другой миллионов тонн в тротиловом эквиваленте. Зато на обречённый мегаполис просыпалось несколько десятков тактических зарядов. Самый мощный из них вряд ли сумел дотянуть хотя бы до сотни килотонн в тротиловом эквиваленте.

Первая полоса заражённой радиоактивными осадками территории, на которую наткнулся отряд выживальщиков, оказалась не слишком широкой. Специально Егор не замерял, но, если навскидку, всего километров пять-шесть. Отряд преодолел её скорым маршем. Меры предосторожности оказались далеко не лишними. После частичной дезактивации и санитарной обработки Егор лично прошёл по гражданским с детектором радиации. Конечно, тревожно трещать прибор не перестал, но уж, по крайней мере, не вопил об убийственной опасности. Про себя Егор перекрестился и сплюнул через левое плечо. Да смилуются над ними боги «Другой реальности», до серьёзной лучевой болезни дело не дойдёт.

Потом была ещё одна полоса радиоактивного заражения. На счастье отряда, ещё тоньше первой. И ещё. Ближе к утру 15 сентября отряд выживальщиков наконец-то выбрался за пределы Нуоры. Надоевшие одно и двухэтажные окраины остались позади. После четвёртой по счёту частичной дезактивации и санитарной обработки Егор разрешил гражданским отдохнуть. Да и они с Арамом едав ли не валились с ног от усталости.

Незадолго до наступления полудня Егор вновь погнал отряд вперёд. Гражданские едва отдохнули, едва перестали спотыкаться на ровном месте, однако роптать никто не решился. И без того малочисленные запасы продовольствия вот-вот покажут дно сумок и рюкзаков. При иных условиях чистой воды хватило бы даже с избытком, но более половины запаса ушло на дезактивацию и санитарную обработку. Ещё сутки такого похода, и отряду придётся голодать. Егор осторожно начал было надеяться на лучшее, когда до морского берега осталось чуть меньше десяти километров. Однако «Другая реальность» ещё та подлая штучка, детектор радиации пронзительно заверещал вновь. Отряд наткнулся на ещё одну полосу заражённой радиоактивными осадками территорию.

– Надеюсь, Госл Ноогич, – между тем продолжил Егор, – ты отдаёшь себе отчёт, что заражённым может оказаться и берег Тилгезкого залива? Что-то мне подсказывает, что быстренько погрузиться в вашу яхту и быстренько отчалить мы не сможем. Так или иначе нам придётся задержаться, а это лишний риск. Какой смысл прорываться к яхте, а потом на яхте, если в конечном итоге мы все сдохнем от лучевой болезни?

Главный выживальщик ничего не ответил, лишь нахмурился ещё больше. Хотя, спрашивается, куда уж больше? Госл Ноогич принялся молча оглядываться по сторонам. Отряд вышел к неширокому шоссе, что, словно нитка, нанизывает на себя прибрежные посёлки. На той стороне начинается самый настоящий лес. Конечно, это не дикая тайга или тем паче джунгли, но ели, сосны, а так же дубы, берёзы, ясени и осины, густой непроницаемой полосой скрывают берег Тилгезкого залива. Наиболее высокие и старые деревья посажены хорошо заметными рядами, однако между ними полно более молодых, а так же кусты и прочий подлесок. Егора аж передёрнуло от мысли, что придётся пробираться через эти заросли. Стоит только шагнуть на асфальт шоссе, как детектор радиации начинает бешено трещать. А что будет в глубине леса?

– Помогите подержать карту, – наконец-то произнёс Госл Ноогич.

Из рюкзака Госл Ноогич вытащил пластиковую карту. Егор молча подивился в очередной раз. В век электронных гаджетов и глобальных информационных сетей Госл Ноогич не поленился обзавестись почти бумажной картой местности. Так-то оно очень даже логично, Егор аккуратно придержал края карты обоими руками, не поломается, не разрядится.

Госл Ноогич принялся внимательно вглядываться в разворот карты и водить по ней пальцем. Егор молча и терпеливо стоит рядом. Гражданские у них за спиной окончательно притихли. Лишь Арам продолжает бдеть по сторонам.

– Я предлагаю следующее: – Госл Ноогич оторвал взгляд от карты, – через полтора-два километра на северо-восток будет отворотка на Олбаново. Да, нам придётся совершить крюк километров пять-шесть и пройти через сам посёлок. Зато нам не придётся ломать ноги напрямик через лес. Наша защита, – Госл Ноогич бросил смущённый взгляд на гражданских, – не пострадает, если мы пройдём по дороге. Да и по хорошей дороге с твёрдым покрытием мы сможем пройти быстрей и с меньшими усилиями.

Если Олбаново и берег в целом заражены радиоактивными осадками, то мы развернёмся и максимально быстро сможем вернуться обратно. Но я настаиваю на том, чтобы дойти до яхты. Точнее, до места, где она припрятана.

– Зачем? – спросил Егор, хотя ответ и так очевиден.

– Ну-у-у…, – нерешительно протянул Госл Ноогич, – у меня там припрятаны кое-какие запасы.

Кто бы сомневался. Егор покосился на гражданских. Насчёт защиты главный беженец прав более чем. Полноценных костюмов химической защиты найти так и не удалось. Об армейских тактических лучше даже не заикаться. Зато в больших количествах в брошенных домах удалось найти пакеты, мешки и упаковочную плёнку. Гражданские щедрой рукой завернулись в прозрачный и цветной пластик. Тот же Госл Ноогич, словно шерстяными портянками, в два слоя обернул свои ноги, а так же жены и дочери, упаковочной плёнкой. Зрелище – ещё тот цирк с клоунами, зато при каждой очередной дезактивации они просто срезали весь этот пластик и отбрасывали его в сторону. На самой одежде радиоактивной пыли и воды практически не оставалось. Но если в таком виде прорываться через густой лес, то каждая царапина грозит обернуться серьёзным ранением. Гражданские напрочь не умеют ходить даже в городе, чего уж говорить о зелёных насаждениях. А то, что вместе с яхтой могут найтись некие запасы, это очень хорошо.

– Ладно, уговорил, – Егор кивнул, – идём в обход.

Отряд быстро выстроился в знакомый и хорошо отрепетированный походный порядок. Впереди, метрах в двадцати, Егор вместе с Арамом. Остальные позади. Построение не слишком эффективное с точки зрения безопасности движения, но друзья решили не разделяться. Их и так всего двое.

Детектор радиации лишь время от времени тревожно попискивает, как бы ненароком напоминает, что заражённая территория рядом совсем, буквально руку протяни. Но ионизирующее излучение – далеко не самая большая опасность. Егор, словно механический болванчик, напряжённо поглядывает по сторонам. Пригороды Нуоры остались за спиной. Справа от дороги жиденький лес, даже лесозащитная полоса. А вот с левой более чем солидная чаща. Вдоль трассы то и дело попадаются брошенные зарядные станции, кафешки, стоянки с маленькими гостиницами и прочий автосервис. Пусть у трассы всего четыре полосы движения, но не так давно трафик у неё был более чем интенсивный. Ведь эта дорога идёт практически параллельно побережью Тилгезкого залива.

Больше неуверенного треска детектора радиации напрягает тишина. Это, это, Егор тряхнул головой, будто прогнал наваждение. Это самый настоящий когнитивный диссонанс получается. Отличная дорога в четыре полосы, по обочинам много чего полезного. А если оглянуться, то можно легко разглядеть не такие уж и далёкие высотки столицы островной республики. И тишина… Тишина такая, будто нелёгкая судьба, или приказ начальства, занесли тебя в глухомань, где до ближайшего стойбища аборигенов будет не одна сотня километров.

Стихла даже ядерная война с её раскатами далёких взрывов и толчками земли под ногами. Мир будто вернулся в первозданную дикость и тишину. Впрочем, тем лучше. Егор в очередной раз огляделся по сторонам. Мало кто из выживших обладает навыками маскировки на местности. В звенящей лесной тишине всё больше шансов вовремя заметить опасность.

Кстати об опасности. Идущий чуть впереди Арам вдруг выбросил назад левую руку с растопыренной ладонью. Жест «Стоп». И тут же Арам сжал кулак – «Замри». Егор машинально опустился на корточки. Что случилось? Однако, чёрт побери, любопытство – страшная сила.

Короткий взгляд назад. Гражданские повели себя как отлично выдрессированные домашние собачки. Все как один сперва пригнулись, а потом плавно перетекли в придорожную канаву. Вон, едва можно различить голову Госла Ноогича и ещё одну самого храброго мужика. Женщины и дети скрылись полностью. Но что заметил Арам?

– В жизнь бы не поверил, – с тихим восторгом выдохнул Егор.

Трасса в четыре полосы плавно изгибается в правую сторону. На фоне леса взгляд не сразу разглядел… Егор вновь восторженно ахнул. Взгляд разглядел самую настоящую футуристическую боевую шагающую машину. Корпус с обводами и приплюснутой башней больше похож на БТР. Да и калибр маловат будет, скорей всего, стандартные 30-мм. Зато вместо гусениц или колёс три пары стальных лап. К счастью, такая красота разделила судьбу ещё двух подбитых БТР «Сурт» местного производства. Обе боевые машины навсегда замерли чуть дальше по дороге.

Скорей всего, колонна бронетехники попала под огонь. Уже и не важно, какой именно. Может, штурмовиков, может, артобстрел. Не исключено, что здесь порезвились барражирующее боеприпасы. То есть беспилотные дроны-камикадзе. На асфальте перед подбитой техникой зияют небольшие воронки. Шагающий БТР завалился на бок поперёк полос движения. Лапы по правому борту подогнуты под брюхо, а по левому частично стоят. От чего боевая машина сильно наклонена на бок. Как раз по этой причине Арам и скомандовал остановку. Уж больно хорошее место для засады получается.

Между тем Арам осторожно двинулся вперёд. Ситуация более чем стандартная для тактики малых групп: один выдвигается на разведку, другой прикрывает. Им даже не пришлось заранее согласовывать свои действия. На всякий случай Егор сдвинулся ближе к краю дороги, чтобы, если что, максимально быстро сигануть в придорожную канаву.

Егор насторожённо и неторопливо поглядывает по сторонам, но не забывает приглядывать и за товарищем. Арам быстро добрался до подбитой шагающей машины. Вот он внимательно осмотрелся… Заглянул через распахнутый люк во внутрь… Заглянул на машину… Ничего. Егор облегчённо перевёл дух. Наконец Арам выпрямился и махнул рукой.

– Ты это видел! – Егор не удержался от восторга, когда подошёл к подбитой машине вплотную.

– Лично не видел, но читать доводилось, – ответил Арам. – Если я ничего не забыл, то на Ксинэе уже создали подобную шагающую технику, причём даже пустотную.

– В смысле «пустотную»? – не понял Егор.

– Ну, это, – Арам задумчиво пошевелил пальцами, – для войны в условиях космического вакуума, на поверхности Аниты, например. Там, как и на нашей Луне, воздуха нет.

– А-а-а…, – кивнул Егор, – понятно.

– Так вот, – продолжил Арам. – Шагающую технику уже создали, только в массовое производство она ещё не пошла, не успели. Вот лет через пятнадцать-двадцать подобные шагающие монстры, – ладонь Арама выразительно шлёпнула шагающий БТР по броне, – полностью заменили бы традиционную гусеничную и колёсную технику.

– Ладно, бди по сторонам, – Егор закинул за спину «кэму». – Я внутри пошарю.

А всё любопытство проклятое. Егор осторожно пролез через распахнутый люк. На Земле подобных шагающих монстров даже в планах нет. А тут, аж дух захватывает. Реальность оказалась печальней, смотреть внутри абсолютно не на что, кроме двух окровавленных трупов на полу десантного отделения. От чего в воздухе витает хорошо знакомый запашок разложения, который пробивается даже через фильтрующую маску на лице. Над телами с деловитым жужжанием кружится рой мух. А так самый обычный БТР.

– Есть что ценное? – спросил Арам, едва Егор выбрался наружу.

– Голяк полнейший, – Егор вытащил из-за спины электромагнитный автомат. – Техника может быть и продвинутая, и крутая, может даже секретная, но ничего полезного конкретно для нас в ней нет.

– Совсем ничего? – недоверчиво уточнил Арам.

– Совсем, – Егор кивнул. – Всё унесено и разграблено до нас. С трупов сняли даже тактические костюмы. Хотя если тебя интересует слегка порванное и заляпанное красным термобельё, то пожалуйста, – Егор показал глазами на распахнутый люк, – в твоём распоряжении два комплекта.

Судя по тому, как брезгливо скривилось лицо Арама, два слегка порванных и заляпанных красным комплекта термобелья его не заинтересовали.

– Ладно, зови гражданских и меня прикрой, – произнёс Арам. – Я пока те два БТР гляну. Заодно прикажи им приготовиться и ещё раз проверить свою амуницию. Там, дальше, поворот на Олбаново.

– Хорошо, иди, – Егор поднял «кэму» на изготовку. – Заодно загляни в БТРы. Понимаю, что вряд ли, но вдруг.

От такой наивности Арам лишь улыбнулся и осторожно двинулся дальше по трассе. Конечно, если этот шагающий БТР в плане трофеев полный голяк, то вряд ли хотя бы один из подбитых «Суртов» будет под завязку набит продовольствием, водой, оружием и прочей полезной амуницией. Ну а вдруг? Их маленькому отряду выживальщиков не хватает буквально всего, в первую очередь полноценного оружия. А ещё очень бы не помешала химзащита. Холодная война на Ксинэе продолжалась так долго, что вся без исключения боевая техника по умолчанию рассчитана на работу в условиях применения оружия массового поражения.

Облом, если коротко. Арам проверил оба подбитых «Сурта», оба полностью выпотрошены. В них не нашлось даже раздетых трупов. Без остановки отряд прошёл дальше и вскоре свернул на север. На придорожном указателе большими буквами написано: «Олбаново». Чуть ниже указано расстояние до посёлка – 8 километров.

Развилка не успела скрыться за поворотом, как детектор радиации тревожно запищал. Егор тут те скомандовал прибавить шаг. Гражданские послушно припустили лёгкой рысью. Не нужно никого подгонять, сами всё прекрасно понимают. Конечно, соблюдать бдительность на очень спешном ходу весьма проблематично, да только вряд ли стоит бояться угодить в засаду возле дороги. У кого имеется дозиметр или хотя бы детектор радиации, тот сам постарается как можно быстрей убраться с заражённой территории. А у кого подобных приборов нет, то всё равно постарается уйти как можно дальше и как можно быстрей от умирающей столицы островной республики. Чего, чего, а неграмотных людей на острове Унтипал давно нет. Каждый, кто окончил хотя бы среднюю муниципальную школу, прекрасно знает поражающие факторы ядерного оружия.

Прошло всего пять минут, как гражданские выдохлись и перешли на шаг, но Егор не стал их ни ругать, ни подгонять. Бесполезно. Хорошо, что ещё перед самым поворотом на Олбаново гражданские вновь основательно закутались в одноразовые мешки для мусора и завернулись в упаковочную плёнку.

– Егор, смотри, – Арам выбросил вперёд левую руку.

– Что? Где? – спросил было Егор, но и сам заметил, на что указал Арам.

Впереди на дороге застыл ещё один «Сурт». Восьмиколёсная машина боком завалилась в придорожную канаву. На земле остались следы от толстых шин с глубоким протектором. Носовая часть бронетранспортёра чёрная от сажи. Как легко догадаться, прямое попадание. А это, между прочим, шанс.

– Госл Ноогич, – громко произнёс Егор.

– Я, – тут же отозвался главный выживальщик.

– Веди отряд дальше, мы осмотрим БТР.

– Понял, выполняю, – по-военному чётко ответил Госл Ноогич.

Гражданские устали, так что вряд ли сумеют далеко уйти. Да и осмотр бронетранспортёра вряд ли займёт много времени.

Грузовой люк на корме «Сурта» распахнут настежь. Егор осторожно забрался в кузов. Никого, ни живых, ни мёртвых. Хотя на полу и на стенах возле кресла водителя и стрелка полно бурых пятен. Опять облом? Но нет, на этот раз повезло.

– Бинго, – тихо воскликнул Егор.

– Что? Что ты нашёл? – Арам заглянул через борт.

– «Армейский рацион №1», – самодовольно сообщил Егор.

– Отлично, давай сюда.

Что, что, а у армии Республики Унтипал всё же было время подготовиться к вторжению десанта Вигрона. Вот и в этом БТР нашёлся штатный неприкосновенный запас продовольствия. Стальной ящик под сиденьем одного из стрелков набит серыми пакетами армейских пайков. И не важно, что сейчас детектор радиации своим истошным писком сверлит мозг. Главное, что вакуумная упаковка цела.

Егор торопливо выдернул из кармана чёрный мешок под мусор и аккуратно покидал в него все пайки. В соседнем ящике под сиденьем механика-водителя нашлись четыре квадратные бутыли с чистой водой. Их Егор передал другу.

– Вон там ещё, в углу, глянь, – Арам ткнул пальцем в направлении кормы.

– Там на стене какая-то плоская канистра, – Егор глянул в указанную сторону.

– Вот её и хватай, – произнёс Арам. – Это должен быть раствор для дезактивации. И оружие глянь, хотя бы боеприпасы.

Плоская канистра на стене и в самом деле наполнена раствором для дезактивации. Рядом с ней нашёлся пакет с бумажными салфетками и тампонами. Только, увы, на этом удача закончилась. Егор два раза прошерстил кузов подбитого «Сурта», не поленился заглянуть в кабину водителя, но ничего ценного больше не нашёл. Экипаж бронетранспортёра покинул подбитую машину и прихватит с собой всё оружие вместе с боеприпасами. А вот о канистре с раствором для дезактивации и запасе продовольствия начисто забыли. Тем лучше.

Как Егор и предполагал, гражданские не успели далеко уйти. Да и, честно говоря, не особо стремились далеко уйти. Друзья без лишних объяснений спихнули найденное богатство Гослу Ноогичу. Пусть главный выживальщик сам распределит груз по отряду. Друзья вновь выдвинулись вперёд метров на двадцать. И всё бы ничего, но на душе у Егора остался неприятный осадок – теперь и они с другом превратились в мародёров. И почему только сейчас до него дошла эта простая истина?

Глава 11. Помножить на ноль

Наконец настал момент, когда писк детектора радиации перестал сверлить мозг. Егор облегчённо перевёл дух. Они благополучно миновали заражённую территорию, но останавливаться на дезактивацию и санитарную обработку ещё рано. Да и негде. Зато с небольшого пригорка, словно свет в конце туннеля, сверкнула гладь Тилгезкого залива.

– Вот оно, Олбаново, – к Егору подошёл Госл Ноогич. – Хвала Великому Создателю, мы дошли.

Небольшой, но крутой и богатый, посёлок Олбаново расположился в живописном месте на берегу Тилгезкого залива всего в пятнадцати километрах от окраины Нуоры. Широкая полоса леса надёжно отделяет его от городской пыли и суеты. Единственная асфальтированная дорога связывает посёлок с внешним миром.

Единственная улица и два ряда домов. Зато ни одного ниже чем в два этажа. Красные крыши, кирпичные заборы с коваными решётками и зелёные ограждения. На заднем дворе каждого дома ухоженный сад с беседками и дорожками из натурального камня.

На небольшом чистом пляже перед посёлком всего с десяток шезлонгов из натурального дерева под широкими пляжными зонтиками. Никакой толкотни на золотистом, будто прилизанном, песке не может быть в принципе.

Даже на первый взгляд можно понять, что в посёлке исключительно частные жилые дома. Никаких увеселительных заведения и ночных клубов. Магазинов и тех нет. Богатые жители Олбаново особо ценили тишину и покой. Зато чуть в стороне от прилизанного пляжа, за длинными и широкими бетонными дамбами, расположилась искусственна бухта для частных яхт.

Ядерная война не обошла стороной и элитное Олбаново. Местные толстосумы благополучно унесли ноги, а вот шикарные особняки остались. По брошенным домам поганой метлой прошлись мародёры. Только ещё раньше брошенная на произвол судьбы прислуга, а потому особенно злая на бывших хозяев, успела прихватить дорогую посуду, одежду и даже мебель. Все холодильники тщательно вычищены, а кладовки и винные погреба разграблены. Искусственная бухта опустела почти полностью. Лишь местами из воды торчат мачты затопленных яхт с оборванными парусами. Однако внешне Олбаново всё ещё сохранило былое величие и лоск. Уцелели практически все окна и двери. На единственной улице ни одной горелой или разбитой машины.

– Нам нужно добраться до противоположной окраины посёлка, – пояснил Госл Ноогич.

– Нет, – Егор отрицательно качнул головой. – Сперва мы выйдем на берег для дезактивации и санитарной обработки. Морская вода не лучшее чистящее средство, зато с её помощью мы сэкономим много питьевой.

– Да, да, конечно, – торопливо согласился Госл Ноогич.

Пусть не совсем по уму, но Егор лишь махнул рукой на возможные опасности и велел располагаться прямо на песчаном пляже возле кромке воды. Благо берег чист и отлично просматривается в обе стороны. Ни палаток, ни переносных туалетов, ни прочих балаганов, с десяток шезлонгов и зонтиков не в счёт. Богачи не любят, когда рядом с ними резвятся и оттягиваются простые смертные.

Гражданские успели отработать процедуру дезактивации и санитарной обработки до мелочей. Реальная опасность подцепить лучевую болезнь даже самых тупых и ленивых учеников сделала очень даже прилежными и старательными. Первым, как обычно, почистился Арам. Благо на этот раз в их распоряжении оказалась канистра с полноценным раствором для дезактивации. Ещё до того, как гражданские успели почиститься сами и почистить детей, Егор закончил с обработкой оружия, снаряжения и самого себя.

Гражданским Егор велел пока спрятаться в лесу недалеко от окраины Олбаново, а сам на пару с другом обследовал посёлок. Бардак, разгром, разграбление, пустые гаражи и винные погреба. И ни одной живой души, за исключением…

– Это и есть конечная точка нашего путешествия? – Егор опустил бинокль и повернулся к главному беженцу.

– Да, – Госл Ноогич кивнул.

На дальней окраине, несколько в стороне от двух рядов шикарных домиков, нашёлся длинный полукруглый ангар самого что ни на есть промышленного либо складского назначения. Бетонная площадка от левого торца сбегает к берегу к небольшой стальной пристани на вбитых в дно бетонных сваях. Будто стыдясь собственного плебейского предназначения, ангар выкрашен сочным зелёным цветом словно весенняя травка.

– И что там? – спросил Егор.

– До войны там была главная промышленная база фирмы «Аркон»: ремонт и профилактическое обслуживание частных яхт по высшему разряду. Почему базу и построили именно здесь, поближе к потенциальным клиентам, – пояснил Госл Ноогич. – В том ангаре находится наша яхты.

– Может, она, уже, того? – недоверчиво спросил Егор.

– Нет, она там и нигде более быть не может, – более чем уверенно заявил Госл Ноогич. – Да к чему все эти разговоры, уважаемый? Давайте подойдём и глянем.

В глазах Госла Ноогича плещется возбуждение и радость на убойной настойке из предвкушения. Очень похоже на то, что главный беженец и сам до последнего момента не верил, что они сумеют дойти до Олбаново. Вот почему из Госла Ноогича прёт горячий энтузиазм. Только всё не так просто.

Ещё издали Егор заметил возле полукруглого ангара нехорошую деятельность, а потому сперва предпочёл подняться на чердак крайнего дома и уже из небольшого окошка рассмотреть прилегающую территорию как можно более внимательно Естественно, главному беженцу Егор велел тоже подняться на чердак.

– В ангаре кто-то есть, – Егор махнул биноклем в сторону приоткрытого окна.

– С чего вы решили? – на этот раз недоверие прозвучало в голосе Госла Ноогича.

– Справа, за углом, торчит так называемый часовой, – охотно пояснил Егор. – Плюс ещё как минимум один человек. Он чуть высунулся мне на глаза, когда о чём-то говорил с часовым. Да ты сам слух напряги, – предложил Егор.

Госл Ноогич тут же старательно прислушался, на его лице тут же появилось напряжённое выражение. И в самом деле со стороны ангара то и дело доносятся удары металла о металл, а так же весьма характерный визг электрического инструмента. Один раз даже что-то брякнуло, что-то большое и плоское грохнулось на бетонный пол.

– Так в чём проблема, уважаемый, – Госл Ноогич глянул на Егора. – Мы же, это, специально с вами договорились. Угнать яхту они не угонят, а вот повредить вполне могут.

В ответ Егор лишь улыбнулся.

– Госл Ноогич, – Егор враз стал серьёзным, – мы сейчас не в той ситуации, чтобы разводить двусмысленности и недомолвки. Давайте я сразу переведу ваше дипломатичное замечание на язык суровой правды. А сказать вы хотели следующее: я специально нанял вас двоих, профессиональных военных, чтобы вы расчистили для моего отряда путь к спасению. Это так?

Госл Ноогич насупился, отвёл глаза в сторону, но ответил:

– Да, это так. Мы должны оказаться в том ангаре, – палец главного беженца ткнулся в раскрытое чердачное окно. – И чем быстрее мы там будем, тем лучше.

– Да без проблем, уважаемый, – с наигранной небрежностью ответил Егор. – Только давайте решим ма-а-аленькую проблемку. – Егор выждал эффектную паузу и словно засветил Гослу Ноогичу в лоб кулаком, – что делать с теми людьми?

– А что с ними можно сделать? – глаза Госла Ноогича округлились от удивления.

Главный беженец либо и в самом деле не догоняет, либо на самом деле он великий артист больших и малых театров. В любом случае придётся объяснить более детально и обстоятельно.

– Там, – Егор ткнул пальцем в сторону ярко-зелёного ангара, – не абстрактные сферические кони в вакууме, а живые люди. Вполне возможно, что они такие же беженцы, как и мы. Им только повезло добраться до промышленной базы фирмы «Аркон» несколько раньше нас. Может, с ними получится договориться? Может, они с удовольствием и превеликой радостью присоединятся к нам. А вы хотите, чтобы мы со Стрелой помножили этих добрых и мирных людей на ноль? Так мы это сделаем. Только скажите, помножим обязательно.

Проняло. На щеках Госла Ноогича выступил красный румянец. Егор про себя лишь покачал головой. Просто поразительно, как же быстро перестраивается сознание людей в экстремальных условиях. Кто бы сейчас не засел в ангаре, это люди, живые люди, которые ещё неделю назад были законопослушными гражданами Республики Унтипал. Однако для Госла Ноогича они уже превратились в чужих. Главный беженец только сейчас осознал это.

– Почему решение этого вопроса вы повесили на мою совесть? – Госл Ноогич набычился.

– Уважаемый, – Егор всплеснул руками, – ну давайте не будем играть в словесные игры. Я ведь раскусил тебя. Ты – лидер от бога. Причём лидер крайне редкой формации. Таких как ты называют кризис-менеджерами. В мирной жизни у тебя не было возможности сделать блестящую карьеру, ибо такие как ты изначально слабы в «придворных интригах», в «схватке бульдогов под ковром». Но вот разразилась ядерная война, и твой талант кризис-менеджера заиграл яркими красками. Настало твоё время, Госл Ноогич. Я более чем уверен, что в не в таком уж и далёком будущем ты станешь лидером нашей общины выживальщиков. Конечно, как гражданский руководитель.

Нравится тебе это или нет, – Егор наклонился ближе к Гослу Ноогичу, – но в нашем отряде выживальщиков ты самый главный. Просто ты не солдат, стрелять и убивать не умеешь. По этой досадной причине тебе и пришлось нанять меня со Стрелой, и уже нам делегировать обязанность проводить нас всех до этого ангара. Но тут вылезла досадная проблема. Так что, уважаемый, решай её. Только скажи, и мы со Стрелой положил всех.

– И женщин и детей? – спросил Госл Ноогич.

Егор был готов поставить рубль против тысячи, что в голосе главного беженца звякнула надежда.

– Госл Ноогич, – Егор усмехнулся, – если я так и не трахнул твою несовершеннолетнюю дочь, то это ещё не значит, что я мягкий и пушистый, а так же высокоморальный и законопослушный. На самом деле я не просто служил в армии, не снашивал сапоги на плацу, а воевал. Не скажу где, но воевал самый натуральным образом. В том числе мне приходилось убивать и женщин и детей. Но единственное, чего я никогда не делал, так это убивал людей без приказа по собственной прихоти.

Мы ведь со Стрелой и в самом деле профессиональные военные. Нам нужен командир, который ткнёт пальцем и скажет: «Этого убить. Этого порвать. Этого скрутить и доставить ко мне на допрос. Исполнять». Нравится тебе это или нет, но здесь и сейчас ты, Госл Ноогич, мой командир. Так что решай.

– А-а-а… – начал было Госл Ноогич и показал пальцем на ангар.

– О людях, что там засели, я знаю не больше твоего, – Егор так и не дал Гослу Ноогичу озвучить и без того очевидный вопрос. – И да, полноценная разведка может занять много времени. А ты сам только что сказал мне, что нам нужно оказаться в том ангаре как можно быстрей.

– А если там окажутся не только одни мужики, но женщины и дети? – Госл Ноогич с радостью уцепился за эту мысль.

Егор не сдержался и улыбнулся зловеще во все тридцать два зуба. Предположение главного беженца не лишено смысла: если в группе людей имеются женщины и даже дети, то есть вероятность, что это и в самом деле мирные беженцы, с которыми можно договориться. Только всё не так просто.

– А тебе не приходило в голову, что в том отряде, – Егор кивнул в сторону ангара, – женщины могут оказаться на положении невольных проституток? Если группа мужчин решила сбиться в банду мародёров, то это ещё не значит, что они решили отказаться от секса. Наоборот! – выразительно произнёс Егор. – Беззаконие развращает. Теперь можно творить всё, что угодно, если у тебя в руках автомат, а рядом банда товарищей.

– Но-о-о…, – начал было Госл Ноогич.

– Я ещё не закончил, – Егор поднял руку, главный беженец тут же послушно умолк. – А дети в банде мародёров вполне могут оказаться мясом.

– Как это мясом? – глаза Госла Ноогича вновь округлились от удивления.

– Самым настоящим мясом, нежным и мягким в силу малого возраста, – охотно пояснил Егор. – Не так давно среди уголовников бытовал жестокий обычай – бежать из мест заключения с «бычком». Например, тюрьма находится в глухой тайге. Заключённые специально подбивают на побег какого-нибудь лоха, чтобы после, уже за пределами периметра из колючей проволоки, забить его на мясо и съесть. А иначе можно элементарно околеть с голодухи.

Уже сейчас нашей самой большой проблемой является острая нехватка продовольствия. Дальше будет только хуже. Вполне возможно, что там, – Егор вновь кивнул в сторону ангара, – дети, и даже женщины, находятся на положении таких вот «бычков». Между прочим, это очень удобно – и сексуальная утеха и запас мяса, который и без всяких холодильников долго не портится.

– Да что за страшные сказки вы тут рассказываете, – Госл Ноогич всплеснул руками.

– Если бы, уважаемый, – Егор печально улыбнулся. – Счастливый ты человек, коль даже не представляешь, на что способны люди, когда жрать нечего.

Госл Ноогич задумался, крепко задумался. Ничего, ему полезно, да и по должности полагается. Егор сел прямо и демонстративно принялся ждать. Кризис-менеджмент тем и отличается от обычного менеджмента, что умеет принимать критически важные решения в условиях недостатка информация и жестокого цейтнота. А информации и в самом деле не хватает. Что, что, а Госл Ноогич очень не хочет, чтобы его Унда, любимая несовершеннолетняя дочь, превратилась сперва в бесправную проститутку, а потом была забита на мясо.

Морально Егор приготовился к тому, что Госл Ноогич будет тянуть резину, а то и сразу начнёт изворачиваться как уж на сковородке. Однако не прошло и минуты, как лицо Госла Ноогича будто окаменело.

– Убейте их всех, – в голосе Госла Ноогича брякнул металл. – Всех до единого.

– И женщин, и детей? – тут же потребовал уточнить Егор.

– Всех, – сказал, как отрезал, Госл Ноогич.

– Сделаем, – легко согласился Егор. – А теперь спустимся вниз. Ты нарисуешь нам схему ангара, заодно подумаем, как его будет эффективней зачистить.

– Обязательно нарисую, – Госл Ноогич развернулся к лестнице с чердака на верхний этаж дома.

Разработка плана будущего штурма не заняла много времени. Задача существенно облегчилась тем, что у промышленной базы фирмы «Аркон» всего одно здание. Тот самый полукруглый ангар, к которому с другой стороны пристроено небольшое кирпичное здание с кабинетами для начальства, мастерскими с различными станками и складом. В принципе, логично: для профилактики и несложного ремонта мощностей вполне достаточно.

– Хорошо, очень хорошо, – Егор в очередной раз повертел перед собой бумажный лист с планом промышленной базы, – всего три выхода, не считая двух ворот. Мы, конечно, попытаемся зачистить всех. Но и вам, Госл Ноогич, придётся держать ушки на макушке.

– Что вы имеете в виду? – хмуро спросил Госл Ноогич.

– Если кто сумеет проскочить мимо нас, – Егор опустил лист с планом базы на стол, – то вам придётся его убить.

– Может, в таком случае, будет проще дать тем людям убежать? – предложил Госл Ноогич.

– Чтобы они вернулись с подмогой? – тут же уточнил Арам.

– А у них, разве, найдётся подмога? – осторожно поинтересовался Госл Ноогич.

– А ты сможешь дать гарантию, что никакой подмоги нет и не будет? – в тон главному беженцу спросил Арам.

– В любом случае те люди тоже в отчаянном положении и терять им нечего, – произнёс Егор. – Хотя бы в отместку они способны на любую глупость. Вот почему никто не должен уйти живым. Всё, хватит болтать, мы пошли.

До наступления темноты осталось не так уж и много времени. По уму следовало бы дождаться ночи, но только не сейчас. Только боги «Другой реальности» ведают, кто ещё может появиться возле промышленной базы фирмы «Аркон». А потому будет лучше занять оборону внутри ангара.

Лес, если и не вплотную, то весьма близко подступает к ангару. Тихо и незаметно Егор на пару с Арамом подобрались к полукруглой торцовой стене. Изнутри и в самом деле доносится стук молотков и визг электроинструментов. Дверь в торцовой стене, как объяснил Госл Ноогич, является запасным пожарным выходом и должна быть закрыта. У тех, кто сейчас внутри, либо не хватило ума, либо сил, чтобы поставить возле самого опасного входа часового. Либо, и это тоже нельзя исключить, они наглухо забаррикадировали дверь изнутри. В любом случае предосторожность лишней не будет.

Егор аккуратно и тихо подпёр дверь широкой доской. Нижний край упёрся в плотный дёрн, а верхний как раз под стальную ручку. Если кто вздумает воспользоваться этим выходом, то ему придётся приложить массу усилий, чтобы открыть эту дверь.

Авантюра, конечно же. Егор поднял глаза, над дверью торчит тёмная полусфера видеокамеры. Но этот риск придётся принять. По словам Госла Ноогича, промышленная база не есть противоатомный бункер, многочисленные ЭМИ вполне могли, и даже должны, выжечь всю электронику. Но терять бдительность ни в коем случае нельзя.

Егор осторожно выглянул из-за угла. Никого. Полукруглая стена ангара, из которой выпирает та самая кирпичная пристройка. Как хорошо, что ни одно окно в эту сторону не смотрит.

«Пошёл», жестом скомандовал Егор. Арам тут же обогнул его и осторожно двинулся к кирпичной стене. Стандартная тактика – один идёт, другой прикрывает. На всякий случай Егор завернул за угол. А то, не приведи Великий Создатель, противник может показаться с другой стороны ангара и заметить вторжение. А так ему сперва придётся пройти вдоль торцовой стены.

Арам благополучно добрался до кирпичной стены и присел на колено. «Кэма» выставлена вперёд. «Пошёл», левой рукой скомандовал Арам, Егор тут же тронулся с места.

Любой штурм, тем более спланированный наспех и при жутком дефиците личного состава, непредсказуем. Егор пробежал чуть больше половины пути, как раздались шаги. Из-за угла кирпичной пристройки вывернула молодая женщина в синей слишком просторной спецовке. На голове красная бейсболка, а в руках какой-то ствол. Егор тут же опустился на колено и поднял автомат, но Арам успел первым.

Вместо громоподобного выстрела тихий шелест. Чем хорош электромагнитный автомат КЭМА-18/5, так это наличием режима бесшумной стрельбы. Пусть при таком режиме обычная пуля существенно теряет убойную силу, но противнику, да ещё практически в упор, хватило и этого. Стальная оперённая стрелка пробила молодой женщине голову навылет, красная бейсболка слетела на землю вместе с розовыми ошмётками мозгов.

Без лишних напоминаний Арам дёрнулся вперёд и заглянул за угол. Но нет, пронесло. Егор перевёл дух. Новых выстрелов так и не последовало. Что это было, хрен его знает, однако молодая женщина, то ли часовой, то ли просто погулять вышла, оказалась одна.

На полусогнутых Егор обогнул Арама, теперь его очередь выдвигаться вперёд. На повороте Егор бросил взгляд на оружие в руках молодой женщины. Это всего лишь охотничье ружьё, причём, судя по голому стальному стволу, пороховое.

На другой стороне кирпичной пристройки два широких окна и стальные ворота примерно два на два метра с небольшой калиткой. Если верить главному беженцу, это вход на склад, а два окна – кабинет начальников и мастерская.

Возле калитки Егор остановился. «Пошёл» – беззвучный приказ другу. Конечно, противник может выскочить наружу через окно, только вряд ли он сумеет бесшумно распахнуть хотя бы одну створку.

Напряжение нарастает. Егор сильнее стиснул цевьё «кэмы». Автомат медленно покачивается в руках. Противник уже понёс потери, так что это лишь вопрос времени, как скоро хватятся ту молодую женщину.

Лёгкий хлопок по левому плечу, Егор обернулся. Арам жестом показал «Всё нормально». Это значит, что калитка чуть-чуть приоткрыта. Тем лучше, Арам на полусогнутых выскользнул вперёд и замер на углу. Вот друг снова беззвучно скомандовал «Вперёд».

Егор проскользнул мимо друга. Его задача – блокировать главный вход. Но прежде Егор выглянул из-за угла и тщательно осмотрелся.

В голову всё упорней и упорней лезет мысль, что сейчас в ангаре засели штатские, среди которых так и не нашлось ни одного профессионального военного или хотя бы полицейского. Так глупо и наивно организовать оборону – это надо постараться. На бетонной площадке перед ангаром никого нет. Высокие и широкие створки ворот лишь прикрыты, а калитка так вообще нараспашку. Егор тут же направился к ней.

– Фесса, чёртова кукла, куда тебя прах понёс?

На бетонную площадку перед ангаром вылетел недовольный мужской голос. Егор тут же прижался плечом к правой створке и поднял автомат. Из калитки показался здоровенный и жутко недовольный мужик лет пятидесяти в изрядно поношенной синей спецовке. Седые волосы, лицо наполовину скрыто седой бородой, но общие родственные черты с той беспечной молодой женщиной прослеживаются более чем.

– Ты…, – только и успел вымолвить мужик.

Бесшумный выстрел. Сердитый мужик с седой головой свалился на землю с дыркой во лбу. На серый бетон обильно выплеснулся мозг с кровью.

Ну нельзя же быть такими дилетантами. Егор осторожно обогнул труп. На поиски беспутной дочери мужик отправился с охотничьим ружьём, только нужно было сразу стрелять, а не задавать глупые вопросы.

Напряжение сгущается словно грозовая туча. Перед распахнутой калиткой Егор остановился и развернулся. С такой позиции легко контролировать и ворота, и калитку. И даже угол ангара, если кто вдруг появится с той стороны. А теперь… Егор заглянул во внутрь.

Это даже удивительно, в ангаре светло как днём. Пусть всего половина, однако под потолком ярко горят длинные светодиодные лампы. Да ещё полукруглый потолок выкрашен в белый цвет. Вдоль обоих стен высокие стеллажи с различным механическим хламом. Справа стоят два прицепа, на которых обычно выкатывают из ангара яхты и спускают их на воду. Слева, почти у дальней торцовой стены, килем вверх яхта длинной метров пятнадцать, если не больше. Если пригнуть голову, то снизу можно заметить небольшую пристройку, что ведёт в каюту в корпусе яхты. Та самая? Егор на миг задумался. А мачта где?

Возле корпуса яхты копошится человек пять. Или их всего четверо? Понять трудно. Однако даже через распахнутую калитку отлично видно, насколько люди напряжены. Движения торопливые, дёрганные. Большой молоток в руках мужчины в тёмном спортивном костюме нервно и звонко лупит по килю яхты. Рядом женщина в джинсовой куртке что-то режет «болгаркой» прямо на бетонном полу. Яркие искры фонтаном во все стороны.

Слов не нужно, вполне достаточно щёлкнуть ногтём по гарнитуре. Арам сразу всё понял и щёлкнул в ответ. У друга задача иная – зайти и зачистить пристройку к ангару. Противник зажат в клещи. Всё, что теперь остаётся, так это выжать из эффекта неожиданности максимум возможного.

Первым стих визг «болгарки», следом перестал бахать молоток. Один из мужчин поднял с пола лист чего-то там, не обязательно железа, и попытался приладить его к корпусу яхты. Не получилось. Недовольные голоса, ругань и мат.

– Тревога!!!

Егор тут же повернул ствол в правую сторону. В тишине ангара особенно громко раздался тревожный возглас. Из двери, что ведёт в кирпичную пристройку, выскочил подросток лет четырнадцати с длинными волосами.

Действие быстрее мысли. Указательный палец сам передвинул переключатель режимов «эмки» на полноценный автоматический огонь. В коллиматорном прицеле мелькнула тощая фигурка в светлой куртке. Короткая очередь раскатом грома прокатилась по ангару. Подросток будто споткнулся на ровном месте и рухнул на пол.

Шабаш, Егор перевёл прицел на группу возле корпуса яхты, тихая часть штурма закончилась. А потому сейчас потребуется вся огневая мощь, которую только может выдать электромагнитный автомат.

Гражданские, одним словом. Лишь один мужик, что долбил молотком, среагировал максимально быстро и должным образом – сиганул на пол под прикрытие корпуса яхты. Точнее, не корпуса, а за стойку, чтобы его было невозможно достать выстрелами снизу. Остальные просто вскочили на ноги. Женщина так вообще испуганно замерла на месте.

Вторая короткая очередь срезала мужика, у которого в руках мелькнуло что-то похожее на ствол. Очень вовремя со стороны кирпичной пристройки загрохотала «кэма» Арама, ещё один мужик рухнул на пол. В ответ загремели пистолетные выстрелы. Пули вжикнули о бетонный пол и врезались в металлические створки. Ворота натужно загудели.

Только поздняк метаться. Прицел чуть влево, указательный палец вновь надавил на спусковой крючок. Да и Арам ворон не ловит. Ещё одно тело рухнуло на пол, но пистолетные выстрелы не прекратились.

– А-а-а!!!

Истошный вопль разлетелся по ангару. Мужик в чёрном кителе и в ярких красных ботинках резво ринулся к выходной двери в торцовой стене. Массивный, но весьма прыткий. Егор дёрнул было прицел «кэмы» вслед за ним, но не успел. Мужик с ходу врезался в дверь, но та в ответ лишь спружинила и отбросила его назад.

Егор про себя улыбнулся. Не зря, значит, подпёр дверь с той стороны широкой доской.

– Суки!!! – мужик бойко вскочил на ноги и принялся палить из пистолета сразу во все стороны. – Вам меня не взять!!!

Истерика – плохая советчица в делах выживания. Автоматная очередь Арама срезала мужика с пистолетом. А вот женщина так и осталась стоять на месте с выпученными глазами и враз побелевшим лицом. Егор перевёл прицел, короткая очередь в грудь сбила её с ног.

Расправа с группой возле корпуса яхты заняла считанные секунды. Но это ещё не всё. Вновь раздались одиночные выстрелы. Последний противник, что успел сигануть за яхту, принялся лупить в белый свет как в копеечку. Егор чуть откатился назад. Пуля – дура, об этом ещё Суворов предупреждал. Очень не хочется нарваться на шальную дуру.

– Девять, десять, – тихо, почти про себя, произнёс Егор.

Выстрелы стихли, наступила гулкая тишина. У стрелка банально кончились патроны. И-и-и… Егор вытянул шею. Что дальше?

– Егор, – канал связи донес голос Арама, – прикрой, я выхожу в ангар.

– Принято, – отозвался Егор.

Соблюдать тишину, и тем более радиомолчание, смысле нет.

– Егор, я внутри. Держу этого козла на прицеле. Входи.

– Принято, – Егор поднялся на ноги.

Распахнутая калитка как огневая позиция очень хороша, но одной обороной бой не выиграть. Егор проскользнул во внутрь ангара и замер возле торцовой стены.

– Егор, я зайду спереди. Обойди его сбоку.

– Принято, – ответил Егор.

Наверняка в лучшие времена полукруглый ангар был плотно заставлен яхтами на специальных подставках и прицепах. Сейчас же он практически пуст, если не считать стеллажей со всяким механическим и электрическим хламом на широких стальных полках. Единственное место, где смог укрыться последний стрелок, так это за корпусом перевёрнутой яхты. Больше просто негде. Если только он не рискнёт залезть на стеллаж и прикинуться ветошью.

Короткая схватка в ангаре показала, что эта группа выживальщиков как солдаты вообще никакие и никак. Да и чего можно было ожидать от гражданских, вчерашних клерков, секретарш и продавцов поддержанных машин. Но расслабляться всё равно и ни в коем случае нельзя. Егор осторожно двинулся вперёд. Их задача не просто завалить всех нахрен в ангаре, но и уцелеть самим.

В напряжённой тишине острожные шаги подобны раскатам грома. Егор заходит с левой стороны, Арам по дуге заходит с другой. Очень скоро уцелевший стрелок разом окажется на линии огня, вновь укрыться за корпусом яхты у него не получится. Однако именно у ещё живого стрелка первым сдали нервы.

– Не стреляйте! – донёсся из-за корпуса яхты напряжённый возглас. – Я сдаюсь!

Егор тут же замер на месте, Арам тоже. Тишина в ангаре приободрила стрелка. Первым из-за корпуса яхты вылетел пистолет и грохнулся на бетонный пол. Егор бросил на него короткий взгляд. Затворная рама отведена назад, впереди торчит короткий пистолетный ствол. Ага, Егор машинально кивнул, пороховой пистолет, к тому же начисто разряженный. Следом из-за киля показались поднятые руки.

– Не стреляйте, – несколько более спокойным тоном произнёс последний стрелок, – я выхожу.

Ответа не последовало, однако стрелок всё равно смело поднялся на ноги. Правда, Егор усмехнулся, пальцы рук дрожат, а щёки побелели так, будто он успел намазаться извёсткой. Только сейчас удалось толком рассмотреть, что на нём почти чёрная джинсовая куртка поверх серой рубашки.

Грохнул выстрел. Во лбу мужика в чёрной джинсовой куртке появилась дырочка, а затылок будто взорвался. Последний стрелок кулем рухнул на пол.

– Идиот, – Арам опустил «кэму».

– Согласен, – Егор кивнул.

Апокалипсис во всей красе. Как Егор и обещал главному беженцу, они с Арамом ликвидировали в ангаре всех. Всех вне зависимости от возраста и пола. Мужик с пороховым пистолетом и в чёрной джинсовке оказался самым быстрым и сообразительным, ибо только он успел сигануть под прикрытие корпуса яхты. Но он так и не понял главное – на них напала не армия, не полиция, а другая группа точно таких же выживальщиков, которой пленные не нужны в принципе. Ибо пленный, это, в первую очередь, лишний рот, а так же потенциальный источник опасности. Вот уж точно ничего личного, только бизнес.

– «Гангалия», – лишь со второй попытки Егор сумел прочитать перевёрнутую с ног на голову надпись на борту яхты.

– Название вполне красивое, – заметил Арам.

На всякий случай друзья прошлись по ангару ещё раз, но, кроме мёртвых тел, никого более так и не нашли. Егор вышел наружу и несколько раз энергично махнул рукой. Гражданские поняли всё правильно и торопливо выскочили из-за крайнего дома.

– Ангар мы зачистили, – произнёс Егор, когда Госл Ноогич остановился рядом с ним. – Трофеи собрать, оружие распределить. Ту дверь в торце ангара, а так же ворота и калитку в кирпичной пристройке, законопатить наглухо, чтобы только взрывчаткой и можно было открыть. Трупы вынести наружу, но не слишком далеко. Можете бросить прямо перед дверью в ангар. Только не вздумайте их хоронить, – на всякий случай предупредил Егор. – Сколько вам потребуется времени, чтобы полностью подготовить яхту к отплытию?

– Думаю, часа два-три в лучшем случае, но, – Госл Ноогич глянул в ангар, – я не знаю, чего тут успели натворить эти люди. Может статься, что придётся провозиться несколько дольше.

– Хорошо, – Егор не стал настаивать. – Стрела будет отдыхать, я буду нести караул. Через час мы поменяемся. А дальше видно будет.

– Так вы нам не поможете? – Госл Ноогич так и не сумел скрыть разочарование в собственном голосе.

Егор пристально глянул на Госла Ноогича, главный беженец неловко заёрзал на месте, но глаза так и не отвёл.

– Тебе что, – Егор ткнул пальцем в труп мужика на бетонной площадке перед ангаром, – этого наглядного урока мало?

– А-а-а…, – растерянно протянул Госл Ноогич, но тут же спохватился. – Да, да, конечно, безопасность в первую очередь. Мало ли кто ещё появится.

– Вот именно, – Егор кивнул.

Гражданские нервно поморщились при взгляде на окровавленные трупы, двух женщин стошнило прямо в ангаре, но открыто возражать никто не стал. Всего Егор на пару с другом зачистили девять человек, шестеро остались в ангаре, двое снаружи, ещё одного Арам тихо пристрелил в мастерской, что находится в кирпичной пристройке. Из оружия отряду достались два пистолета, два дробовика и охотничье ружьё. Все стволы пороховые, ни одного электромагнитного. В мастерской, где оказались спальные места, в мешках и рюкзаках нашлось немного еды в виде консервных банок и хлеб в вакуумной упаковке. Особой ценностью оказались четыре двадцатилитровые канистры с чистой питьевой водой. По крайней мере вода прозрачная и не фонила.

Больше всего Егора неприятно царапнул тот факт, что это были точно такие же выживальщики, как они сами. Гражданские, жители Нуоры или её окрестностей. Точно так же они пытались выйти из зоны поражения. Но, увы, либо ты, либо тебя. А запас еды, воды, оружие и прочие важные мелочи с лихвой окупили убийство девяти человек.

Арам с радостью и без лишних вопросов отправился спать в кабинет начальника промышленной базы. Егор остался караулить. Урок и в самом деле вышел весьма и весьма наглядным не только для Госла Ноогича. Но пока всё спокойно. Егор обошёл ангар несколько раз. Не поленился даже осторожно пройтись по крайним домам Олбаново и установить растяжки в наиболее удобных для наблюдения за ангаром местах. Хотя растяжки – громко сказано. Всего лишь палки, доски, вёдра и прочие подручные средства на верёвочках. Но всё какая-никакая сигнализация.

Всё это время гражданские увлечённо шумели в ангаре. Вновь гремел молоток и визжала, словно резаная, «болгарка». Будто и этого мало, к ним добавилось буханье пневматического отбойного молотка о бетон.

Глава 12. Судьба выживальщика

Спокойно, пока спокойно. Олбаново погрузилось в темноту. Небо затянуто тучами, на море ни одного огонька. Хотя, Егор задумчиво скосил глаза в сторону, сейчас они находятся на берегу Тилгезкого залива, который не так давно был весьма и весьма оживлённым местом. Сотни судов каждый день и круглые сутки проходили в порты островной республики либо покидали их. Но теперь… А теперь лишь тихий плеск волн.

– Госл Ноогич! – Егор в очередной раз заглянул в ангар и громко позвал главного беженца. – Пожалуйста! Поговорить надо!

– Это так необходимо? – пусть и с большим неудовольствием, но Госл Ноогич всё же вышел из ангара.

– Да, – Егор аккуратно закрыл за Гослом Ноогичем калитку, чтобы свет изнутри не выдал их возможному противнику. – Мы дошли до Олбаново. Мы со Стрелой даже зачистили этот ангар.

От таких слов Госл Ноогич недовольно дёрнулся, но промолчал. Чуть ранее Егор заметил на рукавах его куртки бурые пятна чужой крови.

– Так что теперь, уважаемый, я жажду услышать твой план в максимально развёрнутом виде и со всеми подробностями. Особенно меня интересует, – Егор ткнул пальцем в закрытую калитку, – каким это чудом эта яхта так удачно нас дождалась?

Госл Ноогич задумчиво пожевал нижнюю губу. Главного беженца рвут на части противоречивые чувства и желания. С одной стороны, ему не терпится вернуться к работе, чтобы как можно быстрей убраться из Олбаново к чёртовой матери. Но с другой он откровенно боится отказать Егору. Жестокая и быстрая расправа с предыдущей группой выживальщиков произвела на гражданских убойное впечатление. Егор и в самом деле сдержал собственное обещание.

– Позвольте, я начну с самого начала, – пусть и без особой охоты, но, всё же, заговорил Госл Ноогич. – В молодости я был тем, кого тогда называли выживальщиками.

– Готовились к ядерной войне в частности и к концу света в самом широком смысле этого слова, – подсказал Егор.

– Да, вы правы, – Госл Ноогич опустил глаза. – Я увлекался фантастикой, книгами, фильмами. А тут прямое противостояние двух военно-политических блоков. Что «федералы», что наша любимая Республика Унтипал, все дружно готовились к глобальной войне на уничтожение.

– Закупали тушёнку, спички, керосин, организовывали схроны и прорабатывали планы экстремальной эвакуации, – вновь подсказал Егор.

– Было дело, – Госл Ноогич криво усмехнулся. – На одном из сборищ выживальщиков я и познакомился с Нагой, моей женой. Мы вместе, как вы образно выразились, закупали тушёнку, спички, керосин и всё прочее. Но потом она забеременела и нам стало не до ребячьих глупостей. Работа, карьера, ипотека, машина. Унда – наша младшая дочь. Ещё у на с Нагой два старших сына. Только я понятия не имею, что с ними стало. Когда в воздухе запахло порохом, я упорно призывал их вернуться домой, но…, – Госл Ноогич бессильно всплеснул руками. – Хотя понимаю, вас это не интересует.

Даже в потёмках можно заметить, как на лице Госла Ноогича отразилась вселенская грусть.

– Рак на горе свистнул в конце июля, когда утром, по дороге на работу, я услышал новость о гибели совместной экспедиции.

– Это…, – Егор задумался, – если не ошибаюсь, первая совместная научная экспедиция космических судов «Янтарь» и «Рассвет» к Митизане, естественному спутнику Тинвара.

Местной астрономией Егор никогда особо не интересовался, однако успел узнать, что Тинвар является газовым гигантом в звёздной системе Таяны. Его можно смело назвать аналогом Нептуна. Митизана – один из его естественных спутников, который может запросто оказаться размерами с Ксинэю.

– Да, верно, – Госл Ноогич кивнул. – Меня крайне неприятно царапнула новость о гибели совместной экспедиции. На тот момент я ещё и сам не понимал, в чём дело, однако прежние страхи о возможном конце света разом всплыли вновь.

– И вы тут же начали готовиться к концу света?

– Не сразу, – Госл Ноогич печально вздохнул, – далеко не сразу. Сомнения и надежда, а вдруг обойдётся. Однако новости о судьбе совместной экспедиции словно по щелчку пальцев исчезли из ленты новостей. Именно это обстоятельство окончательно доконало меня. К счастью, Нага полностью разделила мои страхи. Плохо то, что время оказалось безнадёжно упущено.

– Вы оглянулись по сторонам и сообразили, что Нуора – самое гиблое в плане грядущего выживания место жительства.

– Верно, – Госл Ноогич грустно улыбнулся. – Жить в столице хорошо. Огромный город, обилие возможностей для работы, карьерного роста и прочего, прочего, прочего. И, одновременно, ядерный ад по среди бетонных джунглей, когда пропадёт электричество, а с небес посыплются ядерные бомбы.

Друзья и знакомые лишь крутили пальцем у виска, когда я уволился из «Спортмастера». Это фирма по оптовой продаже спортивного оборудования, питания и одежды, и устроился директором на промышленную базу фирмы «Аркон» в Олбаново. Очень удачно подвернулась нужная вакансия. Каждый день только на дорогу туда-сюда у меня уходил почти час.

– Путь экстремальной эвакуации, – произнёс Егор.

– Он самый, – Госл Ноогич кивнул. – Унтипал заселён весьма неравномерно. На северной оконечности острова плотность населения самая большая, зато на юге… Я бы не сказал, что там пусто, но городов и посёлков там в разы меньше. Нетрудно догадаться, что, в случае начала войны, все восемь миллионов жителей Нуоры рванут на юг прочь из обрёченной столицы. К ним можно смело прибавить ещё шесть миллионов жителей столичной агломерации. Итого больше четырнадцати миллионов. Море – наиболее оптимальный путь для экстремальной эвакуации, это единственное, что я хоть как-то успел реально подготовить.

– Понятно, – произнёс Егор. – Дальше.

– «Гангалия» – яхта одного из наших клиентов, – продолжил Госл Ноогич, – я сразу её приметил. На её борту может без проблем поместиться пятнадцать человек. А если чуток ужаться, то и больше. Владелец как раз поставил её на профилактический ремонт и обновление корпуса. Движок на ней есть, но слабый и чисто вспомогательный. Главное – паруса. Это же, если разобраться, отличный выход. Я уже успел проверить электрооборудование «Гангалии» – дохлый номер. Многочисленные ЭМИ выжгли всю электронику.

– Ты умеешь управлять яхтой с помощью румпеля и паруса?

– Умею, – заверил Госл Ноогич. – Увлечение детства. А потом у меня были и время и возможность восстановить былые навыки.

– А что ты там такое сделал, чтобы яхту те же люди, которых мы зачистили, не смогли её увести?

– Я же говорю, владелец «Гангалии» поставил её на профилактический ремонт и обновление корпуса. Я просто снял несколько кусков обшивки с кормовой части. В том самом месте, где обводы корпуса состыкуются с килем возле румпеля и валом винта. Самое сложное место. Те люди, – Госл Ноогич на миг замялся, – которых вы зачистили, как раз безуспешно пытались залатать огромные дыры в корпусе яхты. Но у них ничего не получилось.

– А как же владелец яхты ничего не заметил? Да и куда смотрели прочие работники промышленной базы? – спросил Егор.

– Это было нетрудно, – Госл Ноогич печально улыбнулся. – Новость о сражении нашего флота с флотом «федералов» дошла до меня утром 8 сентября. Это был как раз первый выходной день. Я рванул сюда вместе с женой и дочерью. Втроём мы поснимали заранее присмотренные элементы обшивки и надёжно их спрятали. В прямом смысле закатали в бетон в дальнем углу ангара. И да, заодно за стеллажами мы спрятали мачту. Она ведь современная, из прочного пластика, и относительно лёгкая. Уж точно гораздо легче такой же, только из дерева.

– А-а-а, понятно, – произнёс Егор. – С огромными дырами на корме и без мачты, да ещё в ангаре на стапеле, у «Гангалии» и в самом деле было мало шансов уплыть куда бы то ни было без нас. Но! Я одного не понимаю. Если ты заранее так испугался ядерной войны, то почему ещё в июле, или хотя бы в августе, не укатил в тот же Гидицан на юге острова?

Вопрос заставил Госла Ноогича покраснеть от смущения, будто Егор спросил его, долго ли ещё он будет изменять жене.

– Это был компромисс, – со вздохом объяснил Госл Ноогич. – Мы с женой до последнего надеялись, что всё обойдётся. Ведь в последние годы между нами и «федералами» наметилось серьёзное потепление. Я так был вообще уверен, что Холодная война вот-вот закончится. Ведь та же совместная научная экспедиция была одним из шагов к этому. Иначе говоря, мы с Нагой не хотели зря рисковать. Убраться из Нуоры легко, а вот вернуться обратно было бы гораздо сложнее. Конкуренция на рынке труда, мать её. Да и содержать пустой дом тоже накладно.

– А почему же 8 сентября вы сразу не уплыли на «Гангалии»?

– Причина всё та же – надежда, что всё обойдётся, – пояснил Госл Ноогич. – Тем более яхта не моя. В том же Гидицане меня вполне могли ждать полиция с наручниками и судебное разбирательство. Это только 9 сентября стало окончательно ясно, что война добралась и до Ксинэи.

– Кибервойна?

– Она самая, – Госл Ноогич обречённо махнул рукой, – все карты, проклятая, спутала. Сперва погас свет, следом начался бардак. Потом ввели военное положение и объявили эвакуацию гражданского населения. Самое поганое, – главный беженец скривился так, будто слопал самый кислый лимон, – в Миганском заливе флот Вигрона появился. Я об этом заранее не подумал, а потом испугался пускаться вплавь вдоль берега. «Федералы» не стали бы разбираться, что там за посудина огибает северную оконечность острова. А потом с небес посыпались ядерные бомбы.

Грустная история, что не говори, молча согласился Егор. Убойная смесь страха перед войной и надежды, что этой самой войны не будет. В результате получилось то, что получилось. Хотя, по-крупному счёту, ставка Госла Ноогича сработала. Если бы не его предусмотрительность, то им всем сейчас пришлось бы пробиваться на юг острова пешком. А что творится южнее Нуоры Егор не знает и знать не хочет.

– Хорошо, я тебя понял, – Егор прервал затянувшуюся паузу. – Пункт назначения остаётся прежним?

– Да, – Госл Ноогич кивнул, – Гидицан. После вы можете забрать яхту и вернуться домой. Если, конечно, захотите.

Егор подозрительно прищурился. Главный беженец что-то задумал. И что за странный блеск в его глазах? Впрочем, какая разница, Егор мысленно махнул рукой. Решать проблемы нужно в порядке их поступления.

На этом разговор закончился. Егор узнал всё, что хотел и продолжил нести караул. Госл Ноогич вернулся к работе. Даже через закрытую калитку отлично слышно, как главный беженец громогласно распоряжается возле корпуса «Гангалии».

Глава 13. Все точки над «Ё»

Оставшееся время прошло спокойно. Егор не на страх, а на совесть нёс караул. Да и как оно могло быть иначе? На кону не только его жизнь, но и жизни прочих беженцев. Однако всё это время Егора упрямо не покидала уверенность, что рядом кто-то бродит. Кто-то не слишком умелый, зато слишком пугливый. Так оно или нет – а бог его знает. Не стреляли, в драку не лезли, на глаза не показывались, ну и ладно.

Дверь в кабинет начальника промышленной базы не заперта, а всего лишь прикрыта. Вместо замка зияет большая дыра. Когда ещё до начала войны Госл Ноогич покинул свой кабинет, то тщательно запер за собой дверь. Уже после мародёры просто вышибли замок кувалдой. Это не есть хорошо.

– Арам! – Егор встал чуть в стороне и забарабанил кулаком в дверь. – Просыпайся! Твоя очередь нести караул!

Изнутри донеслось недовольное пыхтение и шевеления.

– Иду, иду, – раздался наконец голос Арама. – Сейчас, соберусь только.

Наконец дверь распахнулась и в коридор… От удивления Егор вылупил глаза и чуть было не выдернул из кобуры электромагнитный «Грач». В коридор выскочила невысокая брюнетка с длинными волосами лет двадцати восьми. Лёгкая куртка болтается на плечах, белая рубашка едва застёгнута на половину пуговиц. Больше всего Егора поразил след от подушки на левой щеке молодой женщины. И лишь спустя с десяток секунд следом из кабинета вышел Арам.

– Арам, какого хрена? – зло прошипел Егор.

– А что такого? – отмахнулся Арам. – Молодая красивая женщина согрела любовью и лаской одинокого сурового воина. Ты бы видел, как она прямо на пороге кабинета так эротично джинсы скинула и так томно улыбнулась мне, – Арам, словно сытый кот, закатил глаза.

– С каких это пор тебя потянуло на экстремальный секс? – спросил Егор.

– Да какой это экстремальный? – Арам мелко-мелко рассмеялся. – Вот я как-то в ИПС читал, вот там экстрим был так экстрим. Жаль, подробностей не помню, но там какую-то парочку то ли на склады, то ли ещё в какие-то криминальные трущобы занесло. А на них местная шпана попёрла. Парень всю банду завалил, силён оказался, а потом на девку полез. И такая их страсть взяла, что он на ней всю одежду порвал, и прямо на одного поверженного противника завалил.

Полицейские, когда увидели, то сперва решили, будто маньяк всю банду замочил, кровища кругом, а теперь девку насилует. Прикинь, она, для кучи, ещё и девственницей оказалась. Он в неё кончить успел прежде, чем полицейские ему в спину из парализатора всадили.

– Да брешешь ты всё, – сердито произнёс Егор, хотя, признаться, история его заинтересовала.

– Это ещё не всё! – Арам самодовольно захихикал. – После, уже в полицейском участке, выяснилось, что они танкисты, недавно из училища выпустились. Девка – командир танка, а парень – её подчинённый. Это у них такая любовь оказалась. Он её много лет добивался, а она его всё это время динамила. И лишь когда он банду голыми руками завалил, лишь тогда она… В общем, – Арам прокашлялся, – вот это в натуре экстремальный секс был. А у нас с Аксаной просто большая любовь намечается.

– Кобель, – произнёс Егор.

– А завидовать нехорошо, – самодовольно бросил Арам.

В ответ Егор лишь махнул рукой. Ругать друга бесполезно. У Арама такой самодовольный вид, как у кота, который сожрал-таки любимую хозяйскую канарейка. Сожрал, и ему теперь плевать, насколько и до какой степени недовольна хозяйка канарейки. Самое обидное Арам не понимает и понимать не хочет, что происходит и во что вся эта большая любовь выльется в конечном итоге.

В кабинете письменный стол с электронной столешницей сдвинут в сторону. Матрас… Егор остановился рядом. Даже не матрас, а шикарное двуместное ложе с настоящими подушками и одеялом в виде толстой шторы сдвинуто к стене таким образом, чтобы можно было сразу разглядеть, кто вошёл в кабинет. Хотя бы в этом Арам не стормозил.

Спать хочется, аж сил нет. Егор смачно зевнул. Постоянное нервное напряжение и всё такое. Но прежде маленькая предосторожность. Егор прислонил к двери сорванную дверцу от шкафа. Если кто попытается проникнуть в кабинет, то есть шанс, что он не успеет перехватить сорванную дверцу и не позволит ей шлёпнутся на пол.

Откровенно говоря, даже сейчас вряд ли получится полноценно отдохнуть в тактическом костюме с «Грачом» под одной рукой и с «кэмой» под другом. Так хотя бы ботинки снять можно и даже нужно. Егор вытянулся в полный рост на ещё тёплом ложе.

Долгожданный сон и блаженное забытьё. Но, едва Егор закрыл глаза, как ночную тишину кабинета словно бомба разорвал громогласный шлепок. Егор резко сел прямо, «Грач» десяти миллиметровым стволом уставился на входную дверь.

– Не стреляйте! – раздался истошный писк.

Дверь в кабинет распахнута, на пороге от страха сжалась в комок… Да чтоб вас всех, Егор опустил пистолет.

– Динура. Динура Лар, если не ошибаюсь? – спросил Егор.

– Да, – молодая женщина осторожно распрямилась. – Меня Аксана предупреждала, что вы психи дёрганные и пристрелить можете. Но я, дура, ей не поверила.

Это она о чём? Егор в недоумении уставился на Динуру. А, ну да, Егор опустил «Грач» на пол перед собой. Суровая служба в Силнецких горах научила их с Арамом осторожности. Расслабиться можно только в родной казарме на военной базе Виталита. А когда ты в рейде, в горах, то всегда в первую очередь хватай пистолет, даже если твоя очередь спать во время ночного привала. Именно по этой причине сам Егор не стал вламываться в кабинет, а предпочёл деликатно постучать в дверь. А всё для того, чтобы Арам успел проснуться и не пальнуть сдуру. Но это всё детали.

– Какого чёрта ты тут делаешь? – спросил Егор.

– Пришла согреть любовью и лаской одинокого сурового воина, – игриво ответила Динура.

Молодая женщина без прежней пугливости шагнула вперёд. Её длинные волосы очень эротично расплескались по плечам, а руки быстро и проворно расстегнули пуговицы слишком просторного для неё рабочего кителя чёрного цвета. Под ним показалась светло-серая футболка в обтяжку, через тонкую ткань самым нахальным образом выперли полушария упругой груди. Резиновые сапоги Динура успела скинуть ещё возле порога и осталась в белых носочках.

– Стоять, – тихо, но сурово, скомандовал Егор, Динура тут же остановилась. – Прыгать и крякать.

– Кря. Кря. Кря, – Динура послушно запрыгала на месте, от чего её грудь ещё более эротично затряслась едва стянутая лифчиком с тонкими лямками под светло-серой футболкой.

– Оставить.

Динура тут же остановилась.

– Это тебя Госл Ноогич надоумил? Точнее, тебя и твою подружку? – спросил Егор.

– Да, – игриво ответила Динура.

Чёрный рабочий китель слетел-таки с её плеч и шлёпнулся на пол. Руки Динуры протянулись к ремню на брюках. Ещё немного, и эта часть её одежды окажется на полу рядом с кителем. А там…

– Замри, – приказал Егор.

Динура послушно замерла, хотя на её лице вместе с румянцем на щеках появилось удивление. Обручальное кольцо она сняла ещё в том коттедже в пригороде Нуоры, однако Егор о нём не забыл. Да и не в кольце дело.

Госл Ноогич умён, очень умён. А потому он сразу сообразил, как спасти свою несовершеннолетнюю дочь от бесчестия и поругания. Да и что может быть лучшей гарантией, если молодая, половозрелая и красивая женщина снимет сексуальное и нервное напряжение у молодого и здорового солдата? Но всё не так просто.

Егор с трудом оторвал глаза от упругой и весьма соблазнительной груди Динуры. Мысли в голове завертелись и закружились словно листья в водовороте торнадо. Откровенно говоря, он растерялся. С одной стороны, он не монах и вовсе не против провести час отдыха в компании более чем симпатичной Динуры, тем более молодая женщина сама пришла, пусть и с подачи хитрого Госла Ноогича. Но с другой…

– Так, Динура, давай сразу расставим все точки над «Ё», – Егор самым решительным образом собрал мысли в кулак. – Ты хочешь выйти за меня замуж. Я прав?

– Э-э-э…, – от такого заявления Динура было растерялась, однако быстро взяла себя в руки и ответила, глядя Егору прямо в глаза. – Да, хочу.

– Почему? Ты уже замужем. Я видел обручальное кольцо на твоём пальце.

– Мой муж – лейтенант полиции. Когда в Миганском проливе появился флот Вигрона, его вытащили на работу, хотя он был в законном отпуске. Нор ушёл, а домой так и не вернулся.

Не самые приятные воспоминания. Однако Динура собралась с духом и продолжила:

– Несколько позже я узнала, что полицейские отряды бросили на охрану некоторых важных объектов, где им пришлось столкнуться с десантниками противника. Между прочим, с профессиональными военными. А потом на эти самые важные объекты посыпались ядерные бомбы.

Динура держится молодцом, однако чувствуется, что она на грани. За последние несколько суток молодой женщине пришлось много чего пережить, причём далеко не самого приятного и красивого. Чего только стоят переходы через заражённые радиацией территории с мусорным мешком на голове. Да и окровавленные трупы из полукруглого ангара ей тоже пришлось выносить.

– Нор не раз и не два объяснял мне, – между тем продолжила Динура, – что у полицейских и военных задачи совершенно разные, соответственно совершенно разная подготовка, снаряжение и вооружение. Если же им придётся сойтись в полноценном уличном сражении, то у полицейских против военных шансов практически нет. Как бы не хотелось надеяться, но моего мужа либо убили десантники Вигрона, либо он погиб под ядерной бомбой того же Вигрона. Теперь я вдова.

– Хорошо, я тебя понял, – Егор сел на лежанке прямо. – А с чего такая прыть? Или ты своего мужа вовсе не любила?

– Дорогой, да какая разница? – нетерпеливо произнесла Динура.

Тихо звякнула металлическая застёжка на ремне, брюки неторопливо-быстро сползли вниз и обнажили стройные и весьма гладкие ножки Динуры. Заодно показались её чёрные кружевные трусики. В пару мелких шажков молодая женщина окончательно избавилась от брюк.

– К чёрту разговоры, – Динура подогнула ножки и присела на лежанке рядом с Егором. – Могучий воин, позволь мне согреть тебя своей любовью и лаской.

От нервного возбуждения по телу проскочила дрожь. Весьма привлекательная женщина в опасной близости. И запах пота, за последние несколько дней у Динуры не было возможности нормально помыться. Егор собрал в кулак остатки силы воли. Рука сама подхватила с пола «Грач». Десяти миллиметровый ствол выразительно ткнулся Динуре в лоб. Ну уж нет, Егор с трудом перевёл дух, просто так на секс она его не разведёт.

– Я же сказал, – натужно прошипел Егор, – сперва расставим все точки над «Ё».

Когда тебе тычут в лоб пистолетом, да ещё заряженным, то трудно сохранить спокойствие и самообладание. В такой ситуации и обделаться не грех. Однако, как ни странно, Динура смогла хотя бы внешне сохранить самообладание. Ну хоть села прямо, а заодно так и не рискнула стянуть с себя через голову светло-серую футболку.

– О-о-о…, как же мне повезло, – голос Динуры всё же заметно дрогнул. – А ты не только более умный, но ещё и более морально стойкий. Как мне успела шепнуть Аксана, твоему приятелю было не до точек над «Ё». Он быстро стянул с неё трусы и подмял под себя.

– Специально для тебе повторю вопрос, – Егор проигнорировал замечание Динуры, – ты что, совсем не любила своего мужа?

– Ну хорошо, хорошо, – Динура подняла руки, будто сдалась в плен, – пусть сперва будут все точки над «Ё». Только, это, пистолет убери.

Егор вновь опустил «Грач» на пол, но рядом, только руку протяни.

– Я очень любила своего мужа, но он погиб, – заявила Динура. – Нужно жить дальше, и я очень хочу жить дальше. Я это очень хорошо поняла, когда подвал, где мы с Аксаной укрылись, заходил ходуном, а дом над нами едва не рухнул. И да, это Госл Ноогич надоумил нас соблазнить вас, чтобы уберечь свою дочь. Однако и для нас с Аксаной большая выгода.

Как нам объяснил Госл Ноогич, в результате всей этой ядерной заварушки женщин выживет гораздо меньше мужчин. Если так оно и на самом деле произойдёт, то мы с Аксаной рискуем пойти по рукам, превратиться в общих жён, а то и в бесправных проституток. Такая перспектива не устраивает ни меня, ни Аксану. Единственный выход – как можно быстрей выйти за вас замуж, пока этого не сделали другие женщины.

– Почему именно за нас? – потребовал уточнить Егор, хотя и так прекрасно понимал, какой будет ответ.

– Вы оба – профессиональные военные, физически сильные и хорошо обучены. Я убедилась в этом, когда вы без всякой рефлексии перестреляли прежних обитателей этого ангара, – Динура махнула рукой. – У вас хватит и сил, и стойкости перестрелять всех, кто только позарится на ваших женщин, на ваших жён.

– Понятно. Как ты предохранялась со своим мужем?

– Мы пользовались презервативами, – нехотя ответила Динура.

– Они у тебя с собой?

– Нет, – Динура недовольно нахмурилась. – Была упаковка, но я её выбросила ещё там, в том доме.

– Так ты ещё намерена сразу же забеременеть от меня?

– Да! – зло бросила Динура. – Госл Ноогич сказал, что ещё не известно, что нас ждёт в Гидицане. Может быть от него только радиоактивная воронка осталась. Будет очень плохо, если ты со Стрелой уплывёте к себе домой на Анкую. А если к этому моменту и я и Аксана будем беременны, то вы вполне можете остаться. А с вами у нашего отряда будут все шансы создать жизнеспособную общину выживальщиков.

Да чтоб вас всех! Егор закатил глаза. Как же всё быстро и просто. Госл Ноогич прекрасно понимает, к чему стремительно катится человечество на Ксинэе. В первую очередь это деградация общественного строя. Какая там представительская демократия? Первобытнообщинный строй на стадии разложения и зарождения классового неравенства. Если дело и в самом деле дойдёт до жизнеспособной общины выживальщиков, то Госл Ноогич станет сахемом. Кажется именно так в племенах американских индейцев называли гражданских руководителей родом, да и всем племенем в целом. Сам Егор в этом случае станет вождём – военным руководителем племени. А на пару с Арамом они создадут дружину профессиональных воинов, главную силу новоявленного племени. Остальные гражданские превратятся в общинников, в крестьян, пока ещё лично свободных крестьян, не крепостных.

– Да что вам делать на своей Анкуе? – Динура на свой манер расценила задумчивое молчание Егора. – До сих пор надеетесь, будто ваши семьи уцелели? А если это так и есть, то как вы сумеете их найти? По морде получила вся Конфедерация, а не только наша Республика…

– Замолчи, – недовольно бросил Егор.

Сама того не подозревая, Динура ткнула ножом в рану. На самом деле они с Арамом и не собирались «возвращаться домой». В смысле, перебираться на остров Анкуя, он же Республика Анкуя Ниланской морской конфедерации. Просто гражданским, и в первую очередь Гослу Ноогичу, знать об этом незачем. Но… Егор ошалело уставился на полуобнажённую Динуру, как быть с детьми? У «Другой реальности» хватит коварства сделать так, чтобы эта красотка забеременела от него с первого «выстрела». И что дальше? Жениться на ней? Жениться на наборе нолей и единиц? А потом и вообще остаться в «Другой реальности» навсегда?

От такой мысли бросило в пот, Егор ничего не видящими глазами уставился в дальний угол кабинета. Чёрт побери, это же вполне реальный вариант. Как такового игрового сценария у «Другой реальности» нет. В смысле, история Ксинэи будет продолжаться и продолжаться на годы, на десятилетия вперёд. Даже если им с Арамом повезёт не погибнуть от вражеской пули, не сдохнуть от голода или болезни, то они вполне могут просто прожить свой век в этой слишком реальной компьютерной игре и, в конечном итоге, мирно помереть от старости в собственной постели в окружении детей и внуков. Бред! Егор тряхнул головой. Бред, бред и ещё раз бред.

– Бор, – шаловливые ручки Динуры принялись расстёгивать китель на груди Егора, – да что ты всё ломаешься? Надо жить дальше. И не просто существовать, а жить полноценной жизнью. Я буду тебе хорошей женой, хорошей матерью твоих детей.

– А если я заведу гарем? – Егор так и не стал останавливать шаловливые ручки Динуры.

– Тогда я стану первой женой в твоём гареме, – тут же ответила Динура.

Тёплая ладошка молодой женщины проникла под отворот кителя. Да пропади оно всё пропадом! Динура только ойкнула, когда Егор рывком стянул с неё светло-серую футболку. Проблемы нужно решать в порядке их поступления. Да и какой смысл думать о том, что будет через год, когда этот самый год ещё нужно как-то прожить. Тем более, когда они с Арамом вернутся в реальность, то эта игра закончится. Весь этот мир исчезнет, чтобы начаться заново, когда в игру войдут новые игроки. А то, что будут и новые игры и новые игроки Егор ничуть не сомневается.

– Иди ко мне, – Егор притянул к себе Динуру и повалил её на лежанку. – Так и быть, назначаю тебя первой женой в моём гареме.

Глава 14. Ещё гражданские

Часовой сон в приятной компании пошёл на пользу. По крайней мере Егор почувствовал себя гораздо лучше и полным сил. На пару с Арамом они до самого рассвета несли караул. Ведь враг не спит, а час перед рассветом – самое опасное время для подлых нападений.

Заодно Егор убедился, что вовсе не превратился в конченного параноика. Как несколько позже рассказал Арам, ему тоже постоянно казалось, будто за ними кто-то наблюдет. Кто-то очень пугливый, но при этом не слишком хорошо умеющий прятаться и передвигаться бесшумно. Уверенность всё равно осталась, хотя ни одна из сигнальных растяжек так и не сработала.

Гражданские под началом Госла Ноогича словно пчёлки трудились всю ночь. Невероятно, но они сумели полностью восстановить обшивку яхты и вытащить её на бетонную площадку перед полукруглым ангаром. Егор не без удовольствия наблюдал, как последней была установлена высокая мачта. Она и в самом деле оказалась гораздо легче, чем можно было бы подумать на первый взгляд.

Как несколько позже похвастался Госл Ноогич, его план по сохранению яхты сработал на все сто. Если бы он вытащил часть обшивки из днища яхты, то заделать дыру было бы относительно нетрудно. Однако Госл Ноогич не зря снял несколько кусков именно в том месте, где из днища выступает киль и проходит вал на винт. Предыдущая группа выживальщиков перепортила кучу металла, но сотворить худо-бедно надёжную заплатку так и не смогла. Тогда как Госл Ноогич просто вытащил недостающие куски из тайника, которые буквально по щелчку пальцев идеально встали на место. Всё, что потребовалось, так это закрепить их заклёпками и загерметизировать швы.

Наконец настал долгожданный момент, когда яхта с романтическим названием «Гангалия» мерно и лениво закачалась на мелких волнах у пристани на бетонных сваях. Сборы были недолгими, гражданские быстро погрузили на яхту нехитрые пожитки и перебрались на борт сами. Последними, как и полагается подняться должны были Егор и Арам. Но тут за углом ангара выразительно шлёпнула широкая доска, это сработала одна из сигнальных растяжек.

Егор тут же опустился на одно колено и выставил перед собой автомат. Чуть в стороне с «кэмой» наизготовку замер Арам. Показалось? Доска шлёпнулась сама по себе? Да какая разница.

Двумя пальцами левой руки Егор махнул другу, Арам понял приказ без слов – «Отходи, я прикрою». Напарник тихо поднялся на ноги. Главное, забраться на борт яхты и отчалить А там… Да не нужно думать так далеко.

– Пошёл, – донёсся из-за спины голос друга.

Егор тут же, на полусогнутых, лишь изредка бросая за спину короткие взгляды, принялся отступать к яхте. Ещё немного…

– Не стреляйте!!! – донёсся натужный женский крик.

Егор с трудом удержал указательный палец на ствольной коробке «кэмы», когда из-за угла полукруглого ангара выбежали люди. Через коллиматорный прицел без труда удалось разглядеть женщину лет сорока, мужчину чуть старше и троих детей. Самому младшему мальчику лет двенадцать, самой старшей дочери почти восемнадцать. Все пятеро вырядилось в некогда белые костюмы химзащиты, только намеренно запачканные грязью до серого состояния. У женщины на шее болтается респиратор, у остальных одноразовые строительные маски.

– Не бросайте нас!!! – в отчаянье крикнула женщина.

Все пятеро выскочили на причал, однако благоразумно остановились метрах в десяти. Оружия при них не видно, но вздумай они подбежать ближе, то Егор без колебаний и предупреждений разрядил бы в них да хоть весь магазин на сотню пуль.

– Опустились на колени, руки за голову, чтобы я их видел! – громко скомандовал Егор.

Гражданские в грязных костюмах химзащиты послушно бухнулись на колени и сложили руки за головами. Наверняка они много раз видели подобное по телевизору, а потому сразу поняли, что и зачем от них требуют.

– Вы кто такие? – спросил Егор.

– Беженцы, – тяжело дыша, ответил мужчина.

– Мы из Нуоры, – торопливо добавила женщина. – Не бросайте нас. Возьмите с собой. Умоляю! Хотя бы наших детей.

Понятно. Егор несколько расслабился, но опускать «кэму» не стал. Мало ли что. Ещё одна группа беженцев, семья, скорей всего. Смогли выбраться из Нуоры и каким-то макаром добраться до Олбаново. Судя по костюмам химзащиты и респираторам, прекрасно понимают, что отрезаны от южной части острова заражёнными радиацией территориями. Самое дело для…

– Госл Ноогич! – раздался за спиной голос Арама. – Это к вам!

Егор готов поклясться на собственном электромагнитном автомате КЭМА-18/5, что в глубине души Арам веселится во всю. Одно дело пристрелить почти безоружного гражданского при штурме промышленной базы, и совсем другое решить его судьбу, когда этот самый гражданский в прямом смысле приполз на коленях.

– Что вы от меня хотите?

Любопытство сгубило огромное количество кошек, но Егор всё равно не смог сдержаться и оглянулся. Главный беженец стоит рядом с Арамом, на лице Госла Ноогича застыло такое серьёзное и, одновременно, озабоченное выражение. Да всё он прекрасно понимает, только прикидывается дурачком.

– Вот, – Арам качнул «кэмой» в сторону пятерых гражданских на причале, – жаждут присоединиться к нам. Что скажите?

– А что я могу сказать? – Госл Ноогич всё же попытался соскочить.

– Как это что? – Арам веселиться напропалую, хотя виду не подаёт. – Либо эти пятеро поднимаются на борт нашей яхты, либо мы с Бором кладём всех пятерых прямо на этом причале. Третьего варианта «просто оставить в живых, но с собой не брать» не будет. Даже не надейтесь.

– Вы серьёзно? – Госл Ноогич с надеждой глянул на Егора.

– Абсолютно, – Егор кивнул.

С тяжёлым сердцем, будто землю продал, а деньги пропил, Госл Ноогич спустился с борта яхты на причал.

– Кто вы такие? – Госл Ноогич остановился рядом с Егором, подходить к беженцам ближе он не рискнул.

– Меня зовут Рисан Акама, – ответил мужчина, – а это моя жена…

– Мне плевать, как тебя зовут, – Госл Ноогич несколько нервно перебил главу семейства. – Кто вы такие?

– Так говорю же, беженцы мы, – произнёс мужчина. – Нам, буквально в последний момент, повезло из Нуоры убраться, как, того, ядерная бомбардировка началась.

– Мы больше суток в подвале одного из этих домов просидели, – продолжила женщина, – нос на улицу высунуть боялись. А потом вы появились, но мы всё равно испугались и не стали вам показываться.

– Так это вы всю ночь вокруг да около ангара крутились? – спросил Егор.

– Да, – мужчина кивнул. – Мы вас ещё больше испугались, когда вы, это…, – глава семейства замялся. – В общем, когда вы предыдущих людей без лишнего шума и пыли положили.

– Тогда с чего это вдруг буквально в последний момент всё же решились выскочить? – спросил Госл Ноогич.

– Страшно нам, – мужчина понурил голову и чуть было не опустил руки. – Вы яхту сумели починить, а, значит, уплывёте сейчас. А нам здесь не выжить. Жрать нечего, кругом радиация. Тут ещё до вас и до тех, – мужчина кивнул в сторону ангара, – несколько раз какие-то вооружённые люди проходили.

– Так почему всё-таки рискнули? – потребовал уточнить Госл Ноогич.

Мужчина и женщина в грязных костюмах химзащиты переглянулись.

– С вами не только женщины, – начал мужчина.

– Но и дети, – закончила женщина.

Ого, Егор лишь кивнул, аргумент более чем серьёзный, хотя и не бесспорный. Если в отряде одни лишь вооружённые мужики, то слишком велик риск нарваться на откровенных мародёров. А если в отряде не только женщины, но и дети, то это уже гораздо больше похоже на мирных беженцев. Ладно, пусть не совсем мирных, но с которыми хотя бы можно попытаться договориться.

– Кто вы по профессии? – спросил Госл Ноогич.

– Я стоматолог, – ответил мужчина. – Моя жена медсестра, администратор и моя помощница. У нас частный стоматологический кабинет был. Асота, старшая дочь, она на врача учится. Точнее, – мужчина печально поправил сам себя, – училась на втором курсе. А Тавут и Вян – школьники ещё.

Госл Ноогич основательно, будто следователь по особо важным делам при допросе особо опасного преступника, расспросил семью беженцев. Как Егор быстро понял из вопросов, Госла Ноогича в первую очередь интересует, насколько беженцы могут быть полезны для будущей общины выживальщиков.

– Ну что, господин сахем, – Егор глянул на главного выживальщика, – берём?

– По уму надо бы взять, – неуверенно ответил Госл Ноогич. – Да только страшно мне. Люди, всё-таки, совсем незнакомые.

– Кроме вас, ещё беженцы есть? – спросил Егор.

– Нет, нет, только мы, пятеро, – торопливо ответила женщина.

– Точно нет? – Егор грозно сдвинул брови.

– Точно нет, – на этот раз ответил мужчина.

– Хорошо, мы вас возьмём, но только пока подержим на яхте связанными. Если вы и в самом деле «засланные казачки», то через несколько сот километров у вас не будет никакого смысла возвращаться к своим подельникам.

– Отличная мысль, – радостно воскликнул Госл Ноогич, – тогда я полностью согласен.

– А вы? – Егор вновь глянул на семью беженцев.

– У нас нет выбора, мы согласны, – ответил мужчина.

– Только увезите нас от сюда, – голос женщины едва не сорвался на истеричный визг.

Проблема разрешилась к обоюдной выгоде. Чем многочисленней будет будущая община выживальщиков, тем больше у неё шансов выжить. В разумных пределах, конечно же. А иметь в свой команде стоматолога и медсестру – это очень хороший бонус.

– Эй! – Егор выразительно тряхнул автоматом. – Замерли на месте!

Беженцы, что было поднялись на ноги, тут же послушно бухнулись обратно на колени и сложили руки за головами.

– Мужик, как там тебя, – Егор махнул рукой, – ты первый. Поднялся на ноги и подошёл ко мне. Остальным сидеть на месте.

Госл Ноогич лично связал всем пятерым руки за спиной нейлоновой верёвкой и помог подняться на борт яхты. Егор последним покинул причал. Ничего страшного, пусть посидят пока в трюме. Впрочем, все пятеро аж светились от счастья, когда их провели по палубе. Вот уж точно хоть чучелом, хоть тушкой, лишь бы убраться ко всем чертям из этого ада.

«Гангалия» медленно, будто делая большое одолжение, отошла от причала. Ветер быстро наполнил её парус, яхта прибавила ход. Госл Ноогич не соврал, пусть он далеко не профессиональный яхтсмен, однако его навыков более чем хватило, чтобы уверенно вывести «Гангалию» в воды Тилгезкого залива. Вскоре элитное Олбаново осталось за кормой, яхта легла на курс восток, северо-восток.