Верни мне дочь, адвокат!

Пролог

Это страшный сон. Это просто не может быть правдой. Сейчас я проснусь, и окажется, что всё в порядке, а происходящее со мной и моей семьёй просто кошмар.

Но это происходит на самом деле.

Судебное заседание, на котором слушается дело о разводе. О моём разводе. Я как будто вижу всё со стороны. Вот судья – строгий на вид мужчина в чёрном костюме. Здесь вообще все в тёмном, словно на похоронах. Впрочем, когда распадается официальный брак, это ведь тоже в каком-то смысле умирание. Семьи, отношений, надежд.

Я действительно думала, что выхожу замуж раз и навсегда. На всю жизнь. Так меня воспитывали, так жили мои родители, а также бабушки и дедушки. Я никогда не думала, что для меня всё закончится вот так. Разрушительно, больно и несправедливо.

В сторону своего супруга я стараюсь вообще не смотреть. Чтобы не вспоминать о временах, когда всё у нас ещё было хорошо. Или мне так только казалось?..

Он красиво ухаживал. Я была неопытной и не слишком-то уверенной в себе. Гадким утёнком, если говорить начистоту. Это сейчас я превратилась в лебедя, и немалое значение в этом сыграло моё замужество. Ведь мой муж вертелся в таких кругах, для которых я должна была выглядеть соответственно. Он не раз мне это повторял. И я очень старалась ему соответствовать.

Но, как оказалось, этого недостаточно.

Чтобы не смотреть на того, для кого ещё недавно готовила завтраки и покупала красивое бельё, перевожу взгляд на его адвоката. И вздрагиваю. Отчего-то это человек меня пугает. При этом он вовсе не страшный, нет. Пожалуй, даже красивый. Такой неправильной и какой-то хищной мужской красотой. Он брюнет с выразительными чертами лица, модной небритостью и внимательными тёмными глазами. Мужчина слегка поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. Он изучающе рассматривает меня, и я теряюсь, осознавая, что вижу перед собой своего врага.

Ведь люди, которые расстаются полюбовно, через суд не разводятся. И мой супруг Роман Галицын наверняка что-то задумал, потому что нанял именно этого адвоката. Адвоката, который никогда не проигрывает.

Его зовут Аркадий Ледов. Подходящая фамилия. Глядя на него, я чувствую, как моё сердце покрывается льдом.

Разумеется, я не имела возможности нанять столь же известного адвоката. Я ведь, говоря официальным языком, не располагала собственными средствами. Была домохозяйкой, хоть и успевшей до замужества получить высшее образование. «Женщины нашей семьи не работают, – так сказал мне супруг, когда я заикнулась о том, что хотела бы куда-нибудь устроиться, чтобы приобрести опыт. – И неужели ты хочешь, чтобы нашу дочь растили другие люди, а не родная мать?»

Говоря это, он нежно прикоснулся к моему животу. Я забеременела почти сразу после свадьбы, и на тот момент мы уже знали, что у нас родится девочка. И, конечно же, мне не хотелось, чтобы она росла с нянями, не хотелось пропустить её первые шаги и первые слова. Тогда я отложила этот разговор. И завела его снова лишь через несколько лет, когда наша Анжела немного подросла. Но муж снова безапелляционно повторил, что в его семье женщины не работают. «Тебе чего-то не хватает?» – нахмурившись, спросил он, и я покачала головой. В этом смысле мне не на что было жаловаться. Роман обеспечивал нас с дочкой так, что многие знакомые мне завидовали.

Они ведь не знали о том, что между мной и моим мужем, как выяснилось, не существовало никакой душевной близости. Да и физической с каждым днём становилось всё меньше. Ему хотелось, чтобы я родила ещё и сына, но первые роды были очень трудными, и врачи в один голос твердили, что беременеть во второй раз для меня очень опасно. В результате можно даже не выжить. Разве могла я так рисковать теперь, когда у меня была моя дочь?..

В итоге мы начали ссориться, и однажды Роман в запале сказал, что у него есть другая женщина. Молодая и здоровая. Она родит ему сына. Но он хочет, чтобы ребёнок появился на свет в законном браке, а, поскольку многожёнство у нас официально запрещено, мы должны развестись. А потом нанял Аркадия Ледова, которого я только недавно видела в какой-то телепередаче, где адвокат давал юридическую консультацию. Там и сказали, что он никогда не проигрывает дела. Изучив статьи о нём, я выяснила, что это вовсе не рекламная фраза, а чистая правда.

- А теперь подойдём к важному вопросу, - взяв слово, произносит Ледов. – У моего клиента и его супруги есть дочь по имени Анжела. Ей недавно исполнилось шесть лет. Мой клиент Роман Галицын хочет после развода оставить дочь у себя. И вот почему...

Он начинает перечислять аргументы, а у меня шумит в ушах и темнеет в глазах. Кажется, что я тону в мутной воде. Роман хочет отобрать у меня мою девочку? Прекрасно зная, что у меня наверняка не будет больше детей, он забирает нашу дочь? Нет... нет, НЕТ!

Я кричу эти слова вслух, забыв о том, что нахожусь в зале суда, а следом падаю в тишину и темноту. Теряю сознание. И очень надеюсь очнуться и обнаружить, что всё это мне только приснилось...

Но это происходит на самом деле.

Глава 1

Две недели спустя

- Сань! Саша! – сквозь пелену забытья слышу настойчивый голос моей подруги Миланы. – Да я же вижу, что ты не спишь! Так что прекрати притворяться! Открой глаза и поговори со мной!

- Зачем? – бормочу я, не пошевелившись. Кажется, я так долго лежу на одном месте, что должна стать частью интерьера. Правда, учитывая, что эта квартира принадлежит моей лучшей подруге, пора бы, как говорится, и честь знать.

Но сейчас я не в состоянии что-либо решать. Перед глазами всё ещё стоит то судебное заседание, на котором решалась наша с дочерью судьба. А в ушах звучит холодный голос Аркадия Ледова. Его самоуверенные замечания, взвешенные аргументы. Он действительно оказался адвокатом, который никогда не проигрывает.

И моё дело выиграл тоже. Роман получил то, чего желал. Он отобрал у меня дочь и готовится к свадьбе с другой женщиной.

Снова закрываю глаза, чувствуя, как на них выступают слёзы. Не могу больше думать об этом – и не могу не думать. Мою уступчивость перед ним, мою женскую слабость, пресловутое желание соответствовать мужу супруг обернул против меня же самой. Даже тот обморок на судебном заседании сыграл свою роль. Меня нарекли нестабильной особой на грани депрессии, привлекли врачей, у которых я консультировалась, когда наш с Галицыным брак катился под откос. А ещё у меня не было работы, дохода и собственного имущества. Совместно нажитого имущества у нас тоже, как оказалось нет, к тому же мы с Романом подписывали брачный контракт, по которому в случае развода мне ничего из его богатства не причиталось. Но кто вообще думает о разводе, когда дело идёт к свадьбе? Когда все вокруг только и твердят, что мне сказочно повезло! Как же, завлекла в свои сети самого настоящего принца!

Я снова начинаю плакать. Милана приближается и обнимает меня. Успокаивающе гладит по волосам, как мама или старшая сестра.

- Перестань, - говорит она. – Не плачь. Слезами горю не поможешь.

- А чем поможешь? – всхлипываю я. Невыносимо даже представлять, что моя дочка сейчас где-то одна, без меня. С няней или бабушкой – моей бывшей свекровью, которой я никогда не нравилась.

- Тебе нужно бороться, - уверенно произносит Милана. – Ты должна вернуть себе дочь. Любой ценой.

- Что значит «любой ценой»? – переспрашиваю я.

С Анжелой мне разрешили видеться всего лишь два раза в месяц. Не представляю, как я выдержу нашу будущую встречу, не разревевшись прямо на глазах у моей девочки. Уверена, что она по мне ужасно скучает, но Роман наверняка сказал ей, что мама её бросила.

Ненависть к бывшему мужу накатывает на меня волной и начинает душить. Сволочь, гад, урод, да как он только посмел так со мной поступить! Неужели не понимал, что ребёнку будет лучше с родной матерью, а не с мачехой, которую Галицын собирается привести в наш дом? Эта молодая и здоровая женщина родит ему долгожданного сына, они станут семьёй. Если бы Анжела оставалась со мной, разумеется, я бы не стала препятствовать их общению, так почему же Роман не мог проявить по отношению ко мне хоть немного великодушия?..

- Он меня уничтожил... – глухо шепчу я.

Всё время моего замужества я как будто прожила в клетке. Да, эта клетка была золотой, и в чём-то мне действительно можно было завидовать. Но сейчас мне приходится за это платить.

- Кто твой враг? – спрашивает Милана.

- Роман Галицын, конечно! – отвечаю я, не испытывая ни капли сомнений.

- А без кого он бы ничего не добился? – продолжает она.

- Без Аркадия Ледова!

- Вот! – Милана кивает. – Если бы не Ледов, у твоего козла бывшего не получилось бы оставить тебя ни с чем.

- Да плевать мне на его деньги, дом, машины и всё остальное! – почти кричу я. – Он отнял у меня дочь! Разве это не чудовищно?!

- А ведь отобрать у матери опеку над ребёнком не так-то просто даже в случае, если муж такой крутой, как у тебя. И всё же у него это вышло! Если Аркадий Ледов сумел добиться такого решения суда, значит, ему под силу и апелляция в вашем деле!

- Ты что же, предлагаешь мне нанять Ледова? – спрашиваю я изумлённо.

- А почему бы и нет? Так ты ударишь мужа его же оружием! Хорошая идея, правда ведь? – улыбается подруга.

- Ох! Скажешь тоже! Да у этого адвоката такие гонорары, что у меня и половины не наберётся, даже если продать всё, что есть! И он, как я слышала, далеко не с каждым клиентом соглашается работать. Почему ты думаешь, что захочет помогать мне?

После того, как Аркадий Ледов воплотил в жизнь план Галицына, я практически уверена, что он такая же сволочь, как и мой бывший. Да ещё к тому же сволочь беспринципная. Иначе не стал бы вообще браться за подобные дела. Я ведь не маргиналка какая-нибудь, чтобы так со мной поступать. У меня есть высшее образование, я вполне способна найти работу и снять квартиру, а дочка меня очень любит...

К горлу снова подкатывает комок, но слёзы уже высохли. Я больше не хочу плакать. Тут Милана совершенно права – этим горю не поможешь, разве что только эмоции выплеснешь.

- А если для начала стать для него не клиенткой? – спрашивает подруга.

- Не клиенткой? – хмурюсь я. Что-то её мысль мне не понятна совсем. – А кем тогда?

Видя, что Милана вдруг, замявшись, отводит глаза, начинаю догадываться, что выход, который она собирается мне предложить, определённо далёк от того, который могла бы придумать я сама. Могла бы, но не сейчас. Сейчас моя голова пуста, как высохший колодец. А в душе, кажется, осталась одна только боль. Мне просто безумно не хватает дочери. Просыпаясь среди ночи, я протягиваю руки, чтобы её обнять, но натыкаюсь на пустоту. А когда вспоминаю о том, чем закончился бракоразводный процесс, ощущаю, что наяву очутилась в кошмаре, по сравнению с которым меркнут даже самые страшные сны.

- Видишь ли… – тянет Милана. – Этот адвокат Ледов… Он наш клиент.

- В смысле? – не понимаю я.

- Да в прямом же! – выпаливает подруга. – Он клиент нашего агентства! И, как выяснилось, один из самых проблемных!

Милана работает в агентстве по подбору персонала. Очень известном, солидном и дорогом. Пожалуй, ничего удивительно, что Аркадий Ледов тоже пользуется его услугами.

- Я нашла его личное дело и порылась в нём, - продолжает она. – Им занимается другой наш менеджер, поэтому я не знала раньше. Но вот… теперь ты понимаешь, куда я клоню?

- Всё ещё нет, - признаюсь я. – А кого, кстати, он через вас нанимал? Домработницу или личного водителя?

- Не угадаешь! – Милана прищуривается и откидывает за спину белокурый локон. – Няню!

- Няню? – оторопело переспрашиваю я. – Ледов? В самом деле?

А впрочем, почему бы и нет? У адвоката вполне могут быть дети. И жена наверняка тоже.

Всё моё существо снова пронизывает боль. Выходит, имея собственных детей, Аркадий Ледов всё равно взялся за моё дело. И сделал так, чтобы у меня отобрали единственную дочь.

А если бы ему самому пришлось через такое пройти?..

- Но причём тут я? – задаю подруге вопрос.

- Ты уже забыла, что у тебя высшее педагогическое образование и опыт работы с детьми? – напоминает Милана.

- Ну да, - соглашаюсь я. Кое-какой опыт у меня действительно есть, но небольшой – я слишком рано вышла замуж. Скорее это были подработки во время учёбы. И да, я действительно работала няней в семьях. А ещё в небольшом частном детском саду.

- Так почему бы Ледову тебя не нанять?

- Ох! – Теперь до меня наконец-то доходит, к чему она клонит. – С чего бы ему меня нанимать? Особенно после суда! Другое дело, если бы он не знал меня в лицо, но Ледов прекрасно знает, как я выгляжу и как меня зовут!

- Ты, кажется, прослушала: Аркадий Ледов проблемный клиент! Точнее даже не столько он сам, сколько его сын Артём! Мальчику не понравилась ни одна няня из тех, кого мы к нему направляли! Опытные, квалифицированные – никакого толка! Поработают пару дней и уходят! А ты прекрасно находишь с детьми общий язык! И чтобы попасть к ним в дом, тебе надо найти способ пересечься где-нибудь с мальчиком и понравиться ему!

- А супруга адвоката настолько занята, что не может сама заниматься собственным сыном? – говорю я. Мне всё ещё не нравится эта идея. Я практически уверена в том, что Ледов меня и на порог не пустит. С его профессией он должен подозревать всех и каждого. Наверняка адвокат решит, что я хочу отомстить ему через ребёнка… и будет прав. Вот только, разумеется, я бы не причинила его сыну никакого вреда. Но Роман определённо настроил Ледова против меня, тут и к гадалке не ходи.

- Так вот в этом-то всё и дело! У Аркадия Ледова нет никакой супруги! Он отец-одиночка! – провозглашает Милана. – И тоже уже дико устал от бесконечного круговорота нянь! Но сына очень любит и старается во всём ему угодить, вот и нанимает одну за другой в надежде, что хоть какая-нибудь няня придётся Артёму по душе.

- В самом деле нет жены? – повторяю я. Интересно, куда она подевалась? Жива ли она? Неужели Ледов и у неё отобрал ребёнка? С него станется!

- Русским голосом тебе говорю – он не женат и живёт один с сыном!

- Но это всё равно не вариант, - отвечаю я, не разделяя энтузиазма подруги. – Аркадий Ледов не считает меня надёжным человеком и знает, как я к нему отношусь после суда. Он ни за что не доверит мне сына!

- Ну пусть камеры в квартире поставит, что ли, если у него их ещё нет. – Милана передёргивает плечами. – Твоя задача в том, чтобы понравиться мальчику, а уже потом его отцу. Ледов ведь совсем тебя не знает! Этот мужик хоть раз с тобой говорил с глазу на глаз?

- Нет, - отвечаю я. – Зачем бы ему это было нужно? Он ведь не мой адвокат.

- Получается, его представление о тебе основано только на словах твоего бывшего!

- А тот уж так ему меня расписал, что хуже жены и матери и представить невозможно! – вздыхаю я.

- Не факт, не факт… В любом случае, не попробуешь – не узнаешь. Если у тебя получится очаровать Артёма, следующим будет уже сам Ледов. Постарайся запасть ему в душу, возбудить в нём мужской интерес и создать о себе такое представление, против которого будет бессильно всё враньё бывшего супруга. Так ты и убедишь его перейти на твою сторону и использовать все имеющиеся у него козыри против этого козла Галицына. Попытка не пытка! Что ты теряешь, в конце концов?

- Ничего, - срывается с моих губ. Милана права. Самое важное в моей жизни я уже потеряла.

И если для того, чтобы вернуть дочь, мне придётся, переступив через свои принципы и чувства к мужчине по имени Аркадий Ледов, влезть к нему в сердце – и в постель, – я готова пойти и на этот шаг.

Глава 2

Моей бравады хватает ненадолго. Через некоторое время я снова начинаю сомневаться – и в себе, и в этом рискованном плане. Я практически уверена, что Аркадий Ледов со мной даже разговаривать не захочет, не то, что нанимать в няни своему единственному сыну. Возможно, он действительно неплохой отец. Ну или просто испытывает перед мальчиком чувство вины, потому что Артём растёт без матери.

Я заново готова провалиться в прежнюю апатию, но Милана не позволяет мне этого сделать. Когда необходимо, моя подруга умеет быть очень убедительной. Она практически сдёргивает меня с дивана и отправляет в душ, чтобы немножко взбодриться. А затем мы идём с ней гулять в парк, расположенный в квартале от её дома. По дороге Милана рассказывает, что именно здесь Артём обычно гуляет с нянями, потому что адвокат живёт совсем рядом.

Это хороший район, дорогой и престижный. Впрочем, ничего удивительного в том, что Ледов отлично зарабатывает. Он ведь никогда не проигрывает, если верить статьям, которые о нём написали.

- Так в этом и состоит твой план? – спрашиваю я подругу. – Чтобы я как-нибудь случайно пересеклась с мальчиком и познакомилась с ним? А я-то думала, что сначала ты зарегистрируешь меня как соискательницу в базе данных агентства.

- Зарегистрироваться недолго. Обойдёмся даже без рекомендаций от прежних нанимателей. Но чтобы стать няней Артёма, ты должна сперва понравиться ему, – и тогда уже он сам сделает так, чтобы его отец тебя нанял!

- Думаешь, опытный юрист в таких вопросах пойдёт на поводу у ребёнка? – скептически отвечаю я. Да, если бы мне пришлось нанимать няню для дочери, я бы, конечно, прислушалась и к её мнению тоже, но решение всё равно оставалось бы за мной... и её отцом, будь мы самой обычной нормальной семьёй. – Вот уж вряд ли, - добавляю я, глядя на залитые тёплым светом закатного солнца парковые деревья. В такие минуты природа кажется по-особенному красивой. И на душе на какие-то мгновения становится легче и свободнее, как будто в ней начинает рождаться надежда на лучшее.

- Ох, да я ведь тебе уже говорила, что Артём Ледов – особый случай! – ворчит Милана. – Скольких нянь он уже забраковал и заставил уволиться, даже приличная зарплата не удержала! А потому его папочке будет очень выгодно нанять кого-то, кого одобрит сын! Так что ты уж постарайся! Представь, что этот капризный малыш – самый прекрасный ребёнок в мире, вот просто маленький принц!

Разумеется, с первого раза всё не получается – Артёма мы в парке не встречаем. Однако после прогулки я действительно начинаю чувствовать себя лучше. Вечером перед сном уже привычно пересматриваю фотографии Анжелы, и на глаза наворачиваются слёзы. Как же я безумно скучаю по дочери! Очень хочется позвонить ей, услышать в трубке такой родной звонкий голосок... но своего мобильного у неё нет, а Роман может и не пригласить мою девочку к телефону: скажет, что она уже спит, или и вовсе не ответит на мой звонок, как уже бывало при моих попытках связаться с дочкой.

Бывший муж как будто наказывает меня таким поведением. Наказывает за то, что из меня не получилась такая жена, какой он хотел меня видеть. За то, что я была недостаточно покорной всем его решениям, за то, что не родила ему сына, за то, что мои чувства к нему потускнели со временем – когда с меня спали розовые очки.

Моя семейная жизнь не удалась, но не только я одна в этом виновата. Ведь в брак вступают двое, и если вместо созидания в семье начинается разрушение, они оба за это ответственны. И самое ужасное в том, что за ошибки взрослых расплачиваются дети.

Этой ночью я снова засыпаю в слезах. Наутро Милана будит меня, когда собирается на работу. Она хочет, чтобы я пошла вместе с ней, ведь нужно добавить меня в базу данных. Я соглашаюсь. Если даже ничего не получится с адвокатом, мне в любом случае нужна работа. Да и квартиру надо будет снять. Нельзя ведь и дальше пользоваться гостеприимством подруги, пора и честь знать. Кроме того для подачи апелляции мне необходимо доказать суду, что я вполне способна стоять на ногах и без финансов супруга. Что мне можно доверить опеку над дочерью.

В небольшом, но уютном офисе агентства я заполняю анкету. Тем временем Милана заглядывает в рабочие файлы своей коллеги и находит в них информацию о том, что очередная няня Артёма Ледова уже подала заявление на увольнение, не доработав даже до конца испытательного срока. Это означает, что совсем скоро мальчик опять останется без няни.

- Это твой шанс! – победно восклицает Милана и, напевая бравурный мотив, идёт варить нам кофе.

Я заканчиваю с анкетой и смотрю на себя в зеркало. Похожа ли я на няню? Может, чтобы выглядеть соответствующе, мне нужно будет сменить гардероб? Но у меня сейчас нет на это средств. Мой пример – горький урок всем девушкам, которые выходят замуж за обеспеченного человека и соглашаются с требованием супруга не выходить на работу.

Этот развод будто выбил почву у меня из-под ног. Я даже предположить не могла, что муж поступит со мной так низко, что он разлучит меня с моим ребёнком и просто выбросит из прежней жизни. Никогда и ни к кому прежде я не испытывала такой ненависти, как сейчас к тому, кого когда-то любила.

Смогу ли когда-нибудь полюбить снова? Полюбить другого, ещё неизвестного мужчину. Довериться ему…

По коже пробегают зябкие мурашки, когда я пытаюсь представить себя рядом с Аркадием Ледовым. Его губы на моих губах, его руки на моём теле. Мне страшно до дрожи, но я должна пойти на это ради своей дочери.

Но что если я вообще не в его вкусе?..

- Что за дурацкие мысли лезут тебе в голову? – отмахивается вернувшаяся с двумя стаканчиками кофе Милана, когда я делюсь с ней своими тревогами. – Ты красотка! Бледновата, конечно, но это поправимо.

- Может, Ледов встречается только с моделями? – предполагаю я. – Или у него есть постоянная подруга? И тогда он точно не обратит на меня внимание.

- А надо, чтобы обратил!

Ни в статьях, ни в телепередачах, в которых у Аркадия Ледова брали интервью, я не встретила никаких упоминаний о том, есть ли у него кто-то. Про сына и его мать в них тоже не упоминалось. Похоже, адвокат не любит говорить о своей личной жизни.

Если бы не Милана с её базой данных клиентов, я бы даже и не узнала о том, что у этого человека есть ребёнок. Ледов воспитывает его один. Наверняка он считает, что, поскольку справляется с этим самостоятельно, то и мой бывший муж тоже справится. Вот только я бы с этим поспорила! И у мальчика определённо имеются какие-то проблемы, раз ни одна няня, тщательно подобранная агентством с хорошей репутацией, ему не угодила.

Этим вечером мы с подругой снова идём в парк. И на этот раз нам везёт. Мы видим Артёма Ледова и его уже стоящую на пороге увольнения няню. Честно говоря, я рассчитывала увидеть шумного и непослушного гиперактивного ребёнка, с которым трудно справиться и которому скорее всего нужна консультация детского психолога. Но мальчик совсем не такой, как я представляла. Он сидит на парковой лавочке, свесив с неё ноги в дорогих кроссовках, и смотрит в книгу. В книгу!

Он что, уже умеет читать?..

Милана обращается к няне, отзывая её в сторону. Та ей знакома, они уже виделись в агентстве. Я же, набравшись смелости, подхожу к Артёму и присаживаюсь на некотором расстоянии от него.

- Привет, - говорю ему негромко и улыбаюсь. Мальчик поворачивает темноволосую голову и настороженно смотрит на меня. – Ты читаешь или просто смотришь картинки?

- Читаю, - отвечает он, впрочем, не сразу. – И в этой книге нет картинок. Никаких.

- Правда? – удивляюсь я.

Только не говорите, что передо мной маленький гений! Однако теперь я могу понять нянь. Со слишком серьёзными и чересчур умными детьми может быть сложнее найти общий язык, чем с непоседами.

- Посмотрите сами, если не верите!

Артём протягивает мне книгу. Она мне незнакома, но всё равно кажется не очень понятной для ребёнка его возраста. И картинок в ней действительно нет!

- Ты… молодец, - говорю я, возвращая книгу мальчику.

Артём Ледов похож на своего отца. Такой же цвет волос и глаз, но черты ещё по-детски мягкие. Он очень симпатичный ребёнок. Я снова задумываюсь о том, где его мама. Если адвокат развёлся и отсудил у неё сына, как же она наверняка сейчас страдает в разлуке с этим малышом…

- Я хочу домой.

Мальчик встаёт с лавочки и целеустремлённо шагает по аллее к выходу из парка. Он даже не оборачивается в поисках своей няни. Та как раз отошла куда-то с Миланой – может, кофе пошли купить? Я растерянно осматриваюсь и иду за Артёмом. Он не обращает на меня никакого внимания, и надежда с ним подружиться тает с каждой секундой.

Похоже, из нашего с подругой плана ничего не выйдет.

Неожиданно из-за угла вылетает самокат. Им управляет подросток в наушниках. Он развил слишком большую скорость для парка, учитывая, что едет по пешеходной аллее, а не по специальной дорожке.

- Артём!

Мальчик уже не успевает отскочить с дороги, а разогнавшийся не на шутку самокатчик не успевает его объехать. Кажется, я никогда в жизни так быстро не бегала, как бегу сейчас. В последний момент перед неизбежным столкновением я отталкиваю ребёнка в сторону, чувствую сильный удар, резкую боль и… проваливаюсь в темноту.

Глава 3

Прихожу в себя, чувствуя, что меня куда-то несут на носилках. Голова раскалывается от боли, которая отзывается в других частях тела. Надо мной склоняется испуганное лицо Миланы.

- Как Артём, он не ударился? – спрашиваю я. Язык слушается не сразу. Но подруга меня понимает.

- С ним всё в порядке! – отвечает она, касаясь моей руки.

С моих губ срывается невольный стон.

- Да сделайте же какой-нибудь укол, сами видите, ей больно! – требует Милана. Ей что-то негромко отвечают. А потом меня грузят в машину скорой помощи и действительно делают укол, после которого моё сознание снова куда-то уплывает.

Когда оно возвращается, я уже нахожусь в больничной палате. Она большая, чистая и светлая, в чём я убеждаюсь, повернув голову. А ещё в ней нет никого кроме меня.

К моей руке тянется тонкая трубка капельницы. Боль прошла, и это ощущается очень приятно. Но я ощущаю сильную слабость и желание поспать.

Дверь открывается, и в палату входит... Аркадий Ледов.

Вздрагиваю, чувствуя на себе его пристальный тёмный взгляд. Адвокат подходит к моей постели и смотрит на меня. Хорошо, что я прикрыта простынёй. Под ней на мне, похоже, нет ничего, кроме нижнего белья. Стыд-то какой!

- Вы спасли моего сына, - произносит мужчина. – И мне сказали, что, когда вы пришли в сознание, то первым делом спросили про него. Неожиданно.

- Почему это неожиданно? – отвечаю я. – Что странного в том, что я побеспокоилась о ребёнке? Надеюсь, он не слишком сильно испугался.

- Не каждый решится кинуться наперерез самокату. С ними уже очень много аварий происходит, запретить бы их вообще. Артём и вправду испугался, но не пострадал, - добавляет Ледов.

- Я рада, - совершенно искренне отвечаю я.

- Я оплатил для вас вип-палату. Всё дополнительное лечение и восстановление тоже будут за мой счёт. Как ещё я могу вас отблагодарить? – спрашивает адвокат.

В моей голове начинает звучать голос Миланы. Кажется, как будто подруга стоит рядом и кричит мне в ухо. «Сейчас самый подходящий момент, скажи, чтобы он дал тебе эту работу!» – требует она.

- Возьмите меня на работу, - произношу я. – Няней Артёма. У меня есть для этого необходимая квалификация.

Аркадий Ледов меняется в лице. Такого моего ответа он явно не ожидал. Я и сама от себя не ожидала, что пойду ва-банк и вот так сразу его об этом попрошу.

- Почему вы этого хотите? – задаёт он вопрос.

- А почему нет? Мне понравился ваш сын, я могу понять, почему другим няням было с ним нелегко, и постараюсь найти с мальчиком общий язык. И мне в любом случае нужна работа, - говорю я, глядя ему в глаза. То, что я лежу на кровати, а он стоит надо мной, создаёт излишнюю неловкость и даже какую-то интимность, что ли. Не так я себе представляла нашу с ним встречу.

Ледов и в самом деле довольно интересный мужчина. В нём есть какая-то аура мужественности, даже брутальности, и уверенности в себе, которая обычно привлекает женщин. Даже тёмная щетина его не портит. А ведь мне всегда нравились гладко выбритые мужчины. Хотя... о чём это я, этот человек мне нисколько не нравится, и я оцениваю его внешность совершенно бесстрастно!

Но если мне придётся до конца следовать плану подруги и лечь с ним в постель... Тогда я должна разглядеть в нём что-то, что сделает это возможным. Потому что через отвращение я едва ли смогу перешагнуть.

И всё же нет, отвращения Аркадий Ледов во мне не вызывает. Хоть я и ненавижу этого человека. Ненавижу за то, что он сделал.

- Вы можете не работать, - произносит адвокат. – А вместо этого опять выйти замуж. За богатого человека, который будет вас полностью обеспечивать.

- Нет уж, спасибо! – отвечаю я и невольно дёргаюсь от одной этой мысли, едва не выдернув иголку из вены. На руке синяки и ссадины. Выглядит не очень, но это определённо не слишком серьёзные травмы. Надеюсь, сотрясения мозга у меня нет. – Мне вполне хватило и одного неудачного брака.

Любопытно всё-таки, где мать Артёма и почему они не вместе. И какие женщины нравятся Ледову. Ведь они могут быть полной моей противоположностью...

«Ты слишком много думаешь! – снова бурчит в моей голове Милана. – И вообще, не расслабляйся! Соблазняй его уже!»

В этот момент я замечаю, что от моего неловкого движения край простыни сполз и обнажил мою ногу до бедра. И собеседник это явно заметил. А вдруг он думает, что я подстроила это специально?..

- Я подумаю насчёт того, что вы сказали, - говорит мне Ледов и выходит из палаты.

Я остаюсь одна, но ненадолго. Дверь открывается снова, и передо мной появляется уже не воображаемая, а самая настоящая Милана. Она всё ещё очень взволнована и тараторит без умолку.

- Ох, и напугала ты меня! До ужаса просто напугала! А адвокат твой сразу же прогнал эту няню! За то, что она мальчика без присмотра оставила! Она, конечно, и без того увольняться собиралась... Агентству тоже от него досталось. Будем надеяться, что хоть в суд на нас не подаст.

Ну надо же. Сколько всего произошло, пока я валялась в отключке. Ледов развил бурную деятельность, ещё и о вип-палате для меня успел позаботиться.

Начинаю чувствовать себя виноватой. Это ведь из-за меня адвокат сорвался на няне. Подруга специально отвлекла её, чтобы я могла побыть с Артёмом наедине.

- А теперь расскажи, как прошёл ваш с ним разговор!

Я рассказываю, Милана удовлетворённо кивает. Она не сомневается, что дело решённое. Что после случившегося Аркадий Ледов просто обязан ответить на мою просьбу согласием и взять меня на работу.

А я вот не очень-то в этом уверена.

И всё же я чувствую, что этот мужчина мною заинтересовался. Было что-то такое в его глазах, когда он смотрел на меня. Как будто даже удивлённо. Неужели адвокат Ледов действительно думает, что такая женщина, как я, не стала бы рисковать собственным здоровьем, чтобы спасти чужого ребёнка? Женщина, у которой он отобрал родную дочь…

Я очень благодарна Милане за её помощь и всю ту поддержку, которую от неё получаю. Не знаю, что бы я делала без неё в этот кошмарный период. Но всё же она не может до конца понять мои чувства. Наверное, нужно оказаться на моём месте, пережить всё то, что пережила я, чтобы понять, но такого я не пожелаю даже врагу, а уж лучшей подруге и подавно. Я будто живу… даже не живу, а существую в страшном сне, который всё никак не заканчивается.

Зачем Роману опека над Анжелой? Ведь у него появятся и другие дети, а новая спутница его жизни явно не будет в восторге от перспективы воспитывать вдобавок ещё и падчерицу. Разве мой бывший муж этого не осознаёт? Выходит, он провернул всё это с адвокатом и судом только для того, чтобы наказать меня. Наказать за то, что я не устроила Галицына в качестве жены. Он считал, что вытащил наивную девчонку из бедности, облагодетельствовал женитьбой и получил право вылепить из меня такую супругу, какая ему пожелается, но у него не вышло. Я-то думала, что у нас настоящая семья, а это был всего лишь его проект, в котором мне была отведена роль нерадивого исполнителя.

Закусываю губу, ощущая, как к глазам снова подступают горячие слёзы. Я действительно была очень наивной, когда выходила замуж. И вовсе не деньги будущего супруга привлекали меня тогда. Я действительно считала его интересным, необычным человеком, восхищалась им. Любила его.

Какой же я была дурой!

- Что случилось, тебе больно? – суетится вокруг меня Милана. – Вызвать медсестру? Ой, вот тут у тебя кнопка для этого! Видишь, как Ледов расщедрился? Самую лучшую палату для тебя вытребовал!

- Всё в порядке, - отвечаю я. – Просто опять вспомнился суд… и всё остальное. Не знаю, как я смогу находиться в доме этого человека… а ведь ещё и придётся с ним…

- Да, насчёт дома, - произносит подруга. – Ты попроси его на время тебя приютить. Скажи, что в настоящее время не можешь оставаться у меня, а снять квартиру пока тоже возможности нет. К тому же няня с проживанием – отличный вариант. У адвокатов его уровня рабочий день ненормированный, а ты сможешь укладывать мальчика спать, пока его папаши нет дома.

- То есть ты предлагаешь мне у него поселиться? – хлопаю ресницами я. – И круглосуточно оставаться под его крышей? Думаешь, он позволит?

- А почему нет? Главное – зарекомендовать себя как хорошую няню. Супер-няню, не то, что все прочие! А первый шаг к этому ты уже сделала! И какой шаг!

- Да уж, - вздыхаю в ответ. – Надеюсь, Ледов с его профессиональной подозрительностью не решит, что я это происшествие в парке с самокатом ещё и спланировала. Для того, чтобы вот так по-хитрому с ним сблизиться.

- О, а я о таком и не подумала! – восклицает Милана изумлённо. – Подстроить несчастный случай! Но всё произошло само собой, как будто и вправду судьба вас с Аркадием Ледовым столкнула!

- Судьба столкнула меня с мальчишкой на самокате, - отвечаю я. Худо же этому мальчишке придётся. Даже если Артём не пострадал, его отец этого так не оставит и наверняка подаст в суд.

- Ты очень храбрая, - вдруг посерьёзнев, говорит подруга. – Я даже не знаю, решилась бы сама… вот так под самокат броситься… Страшно же!

- Страшно, - соглашаюсь я. – Но знаешь, в тот момент я о ни о чём таком не думала, не взвешивала риски… Не до того было, счёт на секунды шёл.

- Ох! Ты так рассказываешь, что у меня мурашки по коже! Это сработал твой материнский инстинкт!

- Может быть, - соглашаюсь я. Сердце сжимается – как там моя девочка? Заботится ли о ней кто-нибудь так, как заботилась я? Как же хочется её увидеть, обнять, ощутить запах её пушистых волос! Просто невыносимо тянет оказаться рядом с ней… но нельзя.

- Ты со всем справишься, - уверенно произносит Милана, крепко сжимая мою покрытую синяками и ссадинами руку. – И вернёшь себе дочь, обязательно. Я в тебя верю.

Наверное, это необходимо каждому – знать, что кто-то в него действительно искренне верит. Возлюбленный, лучший друг, даже едва знакомый, но в чём-то совпавший с ним человек. А ещё нужна вера в себя, и пусть пока мне ещё страшно даже думать о том, что мне предстоит, и не по себе в присутствии Аркадия Ледова, я буду держаться за свою веру. Потому что только адвокат, который никогда не проигрывает, сможет обернуть все слабости моего бывшего мужа против него же самого. И убедить его в том, что это нужно сделать, придётся мне.

Даже если от этого в итоге разобьётся чьё-то сердце.

Глава 4

Время в больнице тянется очень медленно. Мне нечасто приходилось попадать в такие места, а уж в палате для вип-персон я и вовсе нахожусь впервые. Здесь довольно вкусно кормят, а ещё Милана по моей просьбе принесла мне книгу, одежду и другие личные вещи.

Подруга изнывает от нетерпения, ожидая, какой же ответ на мою просьбу к нему даст Аркадий Ледов. Однако в этот день он больше не возвращается. При этом адвокат оставил для больничной администрации свои данные, указав себя там как моего опекуна. Милана считает, что это хороший знак. А мне... мне всё ещё страшно, когда я думаю о будущем.

Но всё же что-то изменилось в моём отношении к Ледову с тех пор, как я узнала, что он тоже отец. С того момента, как сама познакомилась с Артёмом. Этот серьёзный мальчик с внимательными и немного грустными глазами сумел тронуть моё и без того раненое сердце. Мне хочется помочь ему, хочется, чтобы этот малыш улыбался, а не хмурился, чтобы играл с другими детьми, а не сидел одиноко над книгой. Когда-то я собиралась стать детским психологом, и, если бы не вышла замуж и не поддалась на уговоры бывшего супруга не выходить на работу, так бы и двигалась в этом направлении.

Сейчас мне представился шанс начать всё заново. Осуществить свои мечты и планы, которые пришлось отложить. Но сначала я должна вернуть себе дочь, это самое важное.

Аркадий Ледов приходит на следующий день. Врач разрешил мне вставать с постели, так что я сижу в кресле, одетая в пижаму. Эта пижама довольно плотная и закрытая, но тем не менее под пристальным взглядом мужчины я чувствую себя почти обнажённой. Этот взгляд как будто даже не тела моего касается, а души. Словно хочет увидеть меня насквозь и выведать, что же мне на самом деле от него нужно.

На какой-то миг я теряюсь. Этот человек опытный юрист и к тому же очевидно прожжённый циник. Мне ли с ним тягаться? Как я смогу подтолкнуть его к тому, чтобы он встал на мою сторону и выступил против своего же клиента? Подруга считает, что в моих силах этого добиться, но меня снова охватывает страх, когда Ледов оказывается рядом со мной.

- Как вы себя чувствуете? – спрашивает он, прикрыв дверь палаты.

- Уже лучше, спасибо, - отвечаю я. – Как Артём? Он хорошо спал после...

- Артём всегда не очень хорошо спит, - нахмурившись, отвечает адвокат. – Но с ним всё в порядке. Он просил передать вам это.

Приблизившись, Ледов протягивает мне небольшую картонную коробку, перевязанную ленточкой. Я открываю её, ощущая, как на душе становится теплее. Внутри оказывается сердечко, сложенное из конструктора лего, и шоколадка.

- Артём желает вам скорейшего выздоровления, - произносит мужчина. Он внимательно наблюдает за мной, я чувствую это. Поднимаю на него взгляд и улыбаюсь – но не ему, а своим мыслям про его сына, который заботливо упаковывал для меня этот так растрогавший меня подарок.

- Передайте ему большое спасибо.

- Я обдумал то, что вы вчера сказали, - говорит Ледов, и улыбка сползает с моих губ. – Насчёт вашего желания стать няней моего сына. Если дело только в деньгах, то...

- Нет, - качаю головой. – Дело не только в деньгах. Через агентство я могла бы устроиться и в другую семью, у которой нет таких... проблем с нянями. Но я действительно считаю, что могу помочь Артёму. Мы говорили недолго, но, кажется, я ему тоже понравилась.

- Это правда, - неожиданно соглашается со мной собеседник. – Вы понравились ему, что бывает нечасто. И Артём не против того, чтобы вы стали его няней.

- Мальчик не против, а вы?..

Аркадий Ледов смотрит на меня. Снова хмурится. Затем отвечает:

- Хорошо. Я приму вас на работу няней Артёма. Но у вас будет испытательный срок. И я стану за вами наблюдать. В том числе и через установленные в квартире камеры.

Милана об этом предупреждала, так что к такому повороту я вполне готова. Да и вообще это в целом обычная практика родителей, которые беспокоятся за своих детей. Однако настаёт время озвучить свою следующую просьбу, и с ней тоже едва ли будет всё просто.

- Скажите... а в вашей квартире случайно нет свободной комнаты?

Адвокат потирает лоб. Вид у него какой-то усталый. Похоже, не только Артём плохо спит по ночам, но и его отец тоже.

- Вы собираетесь у меня поселиться?

- Мне, как вы наверняка и так знаете, негде жить. Пока я остановилась у подруги, но... у неё своя личная жизнь, и мне неудобно ей мешать. А снять квартиру пока нет возможности. Да и... вы ведь работаете допоздна. С кем в это время остаётся мальчик?

- Значит, вы намерены стать не просто няней, а няней с проживанием, - резюмирует Ледов. Его взгляд становится тяжелее. Я невольно вздрагиваю и закусываю губу.

Ну почему этот человек так странно на меня действует?..

Я уверена, что ни за что и никогда в жизни не влюблюсь в Аркадия Ледова. Он мой враг. Тот, кто помог моему бывшему мужу отобрать у меня дочь. Однако этот мужчина обладает какой-то особенной энергией. В его присутствии я чувствую себя необычно, и меня это пугает.

Об этих своих запутанных эмоциях я не собираюсь рассказывать никому, даже Милане. Сблизить меня с адвокатом – её идея, но это вовсе не значит, что я должна абсолютно обо всём ей рассказывать. В том числе и о том, чему сама не могу дать никакого логичного объяснения.

И всё же первый шаг сделан – Ледов согласился взять меня на работу. Пусть даже с испытательным сроком. А если ещё и пожить у него разрешит…

- Договорились, - наконец, произносит он. – Вы переедете ко мне, свободная комната есть. Ровно на месяц. Столько будет длиться ваш испытательный срок в качестве няни моего сына. И, поскольку вы будете находиться в квартире по ночам, вам придётся укладывать Артёма спать. И иногда оставаться с ним, когда я буду в отъезде. Такие условия вас устраивают?

- Да, - отвечаю я. – Разумеется. Меня всё устраивает.

- Также я не стану брать с вас оплату за проживание, и вы будете получать стандартный гонорар. Оформление договора произведём через агентство, в котором работает ваша подруга. Испытательный срок в нём будет оговорён.

Аркадий Ледов выражает свои мысли сухими юридическими выражениями. Интересно, он со всеми разговаривает подобным образом? Даже на свиданиях?

Я невольно пытаюсь представить себе романтическое свидание с этим мужчиной. Всю эту обстановку с накрытым столом, свечами, изящными бокалами на тонких ножках. И с цветами – почему-то моя фантазия рисует мне красные розы. Меняется ли Ледов в такие моменты, расслабляется ли хоть немного, улыбается ли искренне? А может, он и со своими пассиями контракты подписывает, и за рамки оговорённого никто из них не выходит?

Не только в романтической, но и в домашней обстановке вообразить адвоката не получается. Но ведь должен же он как-то отдыхать. Или, например, играть с ребёнком. Хотя… я сомневаюсь, что Ледов играет с Артёмом. Что ж, скоро я получу возможность лично за ними понаблюдать и сделать выводы.

- Встретимся в агентстве, когда вас выпишут из больницы, - говорит адвокат и направляется к выходу из палаты. Но остановившись в дверях, вдруг снова бросает на меня взгляд. – Может, вам что-то нужно?

- Нет, спасибо, вы уже сделали что могли. И всё необходимое мне уже принесла подруга. Спасибо, - запоздало благодарю я его за то, что оплатил мне вип-палату.

Через некоторое время приходит Милана, и я рассказываю ей о недавнем разговоре с Аркадием Ледовым.

- Прекрасно! – с довольным видом восклицает она. – Лучше и придумать невозможно! Проживание в его квартире – путь к сердцу мужчины!

- Да не нужно мне его сердце! – отзываюсь я.

- Как это не нужно? Ты должна запасть ему в душу! Просто пролезть в его постель может быть недостаточно!

Ох. Подруга и в самом деле считает, что из меня получится роковая соблазнительница. Но у меня никогда не было подобного опыта. С Романом всё происходило совсем иначе. Это он соблазнял и покорял меня, а не я его.

«И чем это закончилось? – напоминаю я себе. – Галицын сделал меня своей женой, чтобы потом растоптать! Он поступил со мной так жестоко, как только смог, а сам нашёл себе другую, как будто наш брак был всего лишь черновиком, который можно смять и выбросить».

Приказываю себе не думать и не вспоминать больше о бывшем муже. Если он может оставить меня за бортом своей жизни, значит, это получится, и у меня. Особенно после того, как я верну себе Анжелу.

Я сильная, и я справлюсь.

Аркадий Ледов

- Когда придёт моя новая няня? – спрашивает Артём, когда я прихожу к нему, чтобы почитать сыну сказку на ночь. Сегодня у меня есть на это время. Он и сам прекрасно умеет читать, но просит меня, потому что для нас это нечастая возможность побыть вместе перед тем, как он заснёт.

Спит Артём по-прежнему очень плохо. Иногда ему снятся пугающие его сны, и тогда он начинает в страхе кричать и плакать. И всё же сейчас мой сын гораздо спокойнее, чем в первое время после аварии. Подробности случившегося тогда он почти не помнит, но это прорывается в его сновидения, которые маленький ребёнок не может контролировать. Да и взрослый, пожалуй, тоже… но о своих снах я стараюсь не думать.

- Скоро придёт, - отвечаю я. И чем сыну так понравилась эта Александра? Они ведь всего несколько минут общались. – Кстати, она будет у нас жить. Ты же не против?

- Я не против, - серьёзно произносит Артём. – Пусть живёт. А у неё есть дети?

- Есть, - помедлив, отвечаю я.

Мне вспоминается лицо очень милой светленькой девочки, которую я видел только на фотографиях. Она похожа на мать. Так же, как мой сын похож на меня.

И только на меня.

- А её дети будут к нам приходить? – продолжает расспрашивать Артём, забыв даже про книгу, которую я всё ещё держу в руках. Этот разговор ему интереснее, чем то, о чём там написано. – Будут, папа?

- Нет, - качаю головой.

- Жаль, - вздыхает он.

Я знаю, что сыну не хватает друзей. Но с детьми его возраста у него совершенно не получается найти общий язык. А ещё в детском саду, даже самом лучшем, что есть в городе, он моментально подхватывает простуду или какой-нибудь зловредный вирус, после чего заболевает, и ему в любом случае приходится возвращаться домой под присмотр нянь из агентства. С которыми нам тоже не везёт. Ни одна из них так и не сумела найти к Артёму подход.

Неужели у Александры Галицыной это получится?..

Глава 5

Итак, впереди у меня месяц испытательного срока. Не слишком много времени, чтобы обольстить мужчину, который скорее пугает меня, нежели привлекает. Однако вполне достаточно для завоевания симпатии его ребёнка, тем более что первый шаг в этом направлении уже сделан. Я вдруг чувствую угрызения совести – не получается ли так, что мне приходится использовать Артёма в своих целях? Но ведь ему я не желаю ничего плохого и действительно искренне хочу помочь! От круговорота нянь, которые ему не нравятся, мальчику лучше не становится. Да и отец его не слишком-то вовлечён в воспитание сына, поскольку очень уж занят своей работой.

Милана считает, что этот метод самый подходящий, ведь другого способа подобраться поближе к Аркадию Ледову у меня всё равно нет. А так я договорилась, что буду жить в его квартире под одной с ним крышей. Да, под прицелом камер, но что это, если не доверие с его стороны?..

- Будь с ним осторожна, - внезапно заявляет мне подруга, когда, выписавшись из больницы, я прихожу к ней, чтобы собрать свои вещи. – Этот тип явно очень продуманный и фальшивку почует на раз, так что тебе придётся очень постараться, чтобы твоё поведение и эмоции выглядели искренними. Только сама в него не влюбляйся.

- Об этом могла бы не предупреждать, - фыркаю я. Мысленно соглашаюсь с Миланой в том, что притворство Ледов явно определит. А как сыграть так, чтобы он решил, будто меня действительно к нему тянет? Вот ведь ещё проблема. К тому же не думаю, что успешному адвокату недостаёт женского внимания. А то, что мне не придётся уходить из его квартиры на ночь, только развязывает ему руки. Пока я сижу с Артёмом, его отец станет ходить на свидания с какими-нибудь красотками.

- Значит, ты должна показать ему, что все эти красотки ничего не стоят по сравнению с тобой! – восклицает подруга, когда я делюсь с ней своими опасениями. – И что нет нужды куда-то ходить, когда ты рядом! Буквально сказать, под рукой!

- А что если Ледов считает неэтичным заводить роман с няней его ребёнка? – вслух размышляю я. Эта мысль впервые пришла мне в голову. А ведь такое вполне возможно!

- Скажешь тоже! – отмахивается Милана. – Этично-неэтично! Знаешь, сколько нянь из нашего агентства в итоге вышли замуж за своих работодателей? Мы не можем им запретить крутить романы. Вернее, даже если запретим, всё равно никак не проверим.

- Среди ваших клиентов так много одиноких отцов? – удивляюсь я. В ответ подруга смеётся и объясняет, что таковых как раз мало. Просто некоторые няни увели чужих законных супругов – пап тех детей, для которых их наняли.

- Вот поэтому многие жёны и хотят нанять дам преклонного возраста! К такой муж вряд ли уйдёт. Хотя... пенсионерки тоже бывают разные, - хихикает Милана, похоже, вспомнив какую-то забавную историю из практики агентства.

Но мне не до смеха. Чем ближе становится переезд в квартиру Аркадия Ледова, тем страшнее. Хотя его сына я действительно хочу увидеть поскорее и лично поблагодарить за подарок, который он передал мне, пока я лежала в больнице.

В истории с самокатом я ещё легко отделалась. Первое время врачи подозревали сотрясение мозга, но оказалось, что у меня его нет. Как и переломов, к счастью. Все повреждения на моём теле уже почти зажили, шрамов остаться не должно. Что же до потерь сознания, то их объяснили шоковым состоянием и сильными переживаниями. Я и вправду ужасно испугалась в тот момент, когда увидела, что на хрупкую фигурку застывшего в страхе мальчика летит неуправляемый самокат. Хорошо, что, когда я оттолкнула Артёма с дороги, он упал не на асфальт, а на газон, и лишь слегка ударился коленкой.

В квартире подруги я складываю в чемодан свою одежду и другие вещи. Их не так много. Когда я уходила из дома, который когда-то считала своим семейным гнёздышком, то взяла далеко не всё. Почему-то мне не хотелось оставлять у себя то, что покупал бывший муж. Из всего того, что он мне дал в этой жизни, мне нужно только одно.

Моя дочь Анжела.

Я с трудом добилась того, чтобы поговорить с ней по телефону из больницы. Когда услышала её голос, едва не расплакалась, но сдержала себя, чтобы не напугать дочку. Дала слезам волю только после того, как разговор закончился. Заглянувшая в палату медсестра даже испугалась и спросила, не принести ли мне успокоительное. Я отказалась.

Застёгиваю чемодан и сажусь на диван, на котором мне осталось спать всего одну ночь. Завтра мы подписываем договор в агентстве, и сразу после этого я переезжаю к Аркадию Ледову. Надеюсь, что Роман об этом не узнает.

Я благодарна Милане за то, что подруга помогает и поддерживает меня во всём, в том числе и в этом авантюрном плане, который она же мне и подсказала, но дальше мне придётся действовать самостоятельно. И это едва ли будет просто. Я вспоминаю лицо Ледова, его испытующий взгляд. Если сердце этого мужчины такое же холодное, как и фамилия, растопить его трудная задача. Но первые пункты плана воплощены в жизнь, и отступать уже поздно.

Я пойду до конца.

На следующий день мы сидим друг напротив друга в офисе агентства. Милана раскладывает на столе перед нами бумаги, которые каждый из нас должен подписать, и украдкой подмигивает мне. Когда наступает моя очередь, пальцы дрожат, но я беру себя в руки и решительно ставлю подпись на договоре.

После того, как все формальности улажены, Аркадий Ледов поднимается со стула и, окинув скучающим взглядом офис, в котором наверняка ему нередко приходилось бывать из-за меняющейся череды нянь, обращается ко мне:

- Ну что, едем?

- Да, - отвечаю я.

- Погодите, я с вами! – объявляет подруга, разряжая неловкую атмосферу. – Тебе же нужно заехать ко мне, чтобы забрать вещи! Вы ведь не возражаете? – улыбается она адвокату.

Выйдя из здания на парковку, мы садимся в его машину. Она именно такая, как я представляла. Массивная, чернильно-чёрная, очень подходящая этому человеку.

Милана садится впереди, рядом с Ледовым, и о чём-то безмятежно щебечет всю дорогу, пока я пытаюсь прийти в себя и осознать, что я только что сделала и что мне ещё предстоит. Испытательный срок всего месяц, и за это время я должна не только исправно выполнять обязанности няни и постараться найти подход к мальчику, но и вызвать интерес его отца. А ещё мне очень хочется как-то помочь Артёму, ведь я действительно считаю, что для ребёнка его возраста он чересчур серьёзен и замкнут в себе. Я почти уверена, что у него нет друзей, что с другими детьми ему сложно. Да, в материальном плане этот малыш ни в чём не нуждается, но не всё можно купить за деньги.

Снова думаю про мою дочь. Анжела очень светлая девочка, добрая и отзывчивая. Она легко находит общий язык с ровесниками. Артём немного младше, но мне кажется, что у неё и с ним получилось бы подружиться. Особенно если бы об этом её попросила я.

Но как устроить их встречу? Да, у меня будет возможность встретиться с дочерью. Однако что если я познакомлю её с Артёмом, а она расскажет отцу? Галицын не должен узнать о моих планах на апелляцию. Очень надеюсь, что сейчас он так занят своей пассией и подготовкой к их свадьбе, что ему не до меня.

При одной только мысли, что моей девочке придётся расти с мачехой, меня бросает в дрожь. Нет! Я этого не допущу!

Автомобиль останавливается возле дома, в котором живёт Милана. Мы выходим, чтобы я могла подняться за своими вещами. В лифте подруга хватает меня за руку и покачивает головой.

- Ох! Это просто айсберг какой-то, а не мужчина! Нелегко же тебе придётся!

- Вот именно, что айсберг, - киваю я. – Ледяной. Удивительно, как такой вообще умудрился ребёнка завести.

- Ну, это дело нехитрое, - хмыкает Милана.

- Особенно для мужчин, - добавляю я. Мне очень любопытно, что произошло с мамой Артёма, жива ли она и почему в таком случае не живёт с ними. Но спрашивать об этом у Ледова я пока едва ли решусь.

В квартире я обнимаю подругу и благодарю её за то, что приютила меня, за поддержку, за теплоту. И за эту идею, которая привела меня к Аркадию Ледову. Она отвечает, что я всегда могу на неё рассчитывать.

Беру уже сложенные в небольшой чемодан и сумку вещи, иду к лифту. Сейчас уже конец рабочего дня, так что адвокат отвезёт меня к нему домой, всё мне покажет и расскажет, да и сам сегодня больше никуда не уйдёт. По крайней мере, я думаю, что не уйдёт, не оставит же он меня в первый же день одну с Артёмом.

Честно говоря, я впервые столкнулась с отцом-одиночкой. И раньше всегда представляла их по-другому. Наверное, как Новосельцева из старого фильма. А про Ледова никогда бы не подумала, что он один, без жены, воспитывает сына. Не вяжется этот факт с его обликом.

На этот раз я сажусь на переднее сиденье, сложив вещи в багажник, который плавно открывается, когда я подхожу к машине. Стоит мне пристегнуть ремень, как она трогается с места. Бросаю косой взгляд на адвоката, на его плотно сжатые на руле пальцы и невольно отмечаю, что руки у него красивые, ухоженные и при этом очень мужские.

- Расскажите мне про Артёма, - прошу я. – Всё, что я должна знать как его няня. Есть ли у него на что-нибудь аллергия? Или другие проблемы со здоровьем? Какой режим дня? Аппетит? Кто ещё приходит к вам в квартиру?

Ледов отвечает без запинок. Аллергии нет – даже как-то удивительно по нашим временам. Здоровье в пределах нормы, хронических заболеваний не диагностировано. Режим дня обычный для ребёнка дошкольного возраста, но засыпает, как уже говорилось раньше, с трудом. Аппетит средний.

- У меня есть домработница. Она приходит раз в два дня. Еду доставляют каждый день.

- Значит, сами вы не готовите? – уточняю я.

- Нет, - бросает он.

- Но…

О вопросе моего питания в его квартире мы как-то раньше не говорили, а, наверное, следовало бы.

- Для вас тоже будут привозить, меню у них каждую неделю разное.

- Знаю такие службы, - бормочу я. Адвокат наверняка выбрал одну из лучших, со сбалансированными калориями и недешёвую. И всё же я бы предпочла домашнюю кухню.

В доме, где мы жили с бывшим супругом и Анжелой, у меня тоже была помощница по хозяйству. Но готовила я всегда сама. Иногда дочка мне помогала. Ей нравилось, когда мы что-нибудь пекли. Она перемазывалась в муке или в креме, любила, когда я доверяла ей украшать торты и пробовать первый кусочек.

Смахиваю слезинки с ресниц и смотрю в окно на проносящийся мимо вечерний город.

Глава 6

Как я и предполагала, Аркадий Ледов живёт в довольно новом доме. В одном из тех небоскрёбов, глядя на которые, кружится голова. Сгущаются сумерки, и огни в окнах загораются один за другим.

Когда машина останавливается на парковке, и мы выходим из неё, адвокат не позволяет мне взять мой чемодан – берёт его сам. Мне остаётся только нетяжёлая сумка. Входим в оснащённый камерой подъезд, следом в лифт. Протягивая руку, чтобы нажать кнопку, мужчина слегка задевает моё плечо. Я невольно вздрагиваю. Когда лифт начинает подниматься, у меня закладывает уши. Скоростной, что ли?

- Вы в порядке? – спрашивает Ледов. Ну надо же, заметил. И в самом деле проницательный какой.

- Всё нормально, - отвечаю я.

- Непохоже, - не верит он мне. – Боитесь высоты? Или это вас моё близкое присутствие нервирует?

- Если бы это было так, я бы подыскала себе другую работу.

В ответ адвокат недоверчиво хмыкает, но больше ничего не говорит. Лифт наконец-то останавливается – на самом верхнем, двадцать пятом этаже. Здесь всего три квартиры. Адвокат отпирает ключами дверь одной из них и пропускает меня вперёд. Сделав шаг через порог, я оказываюсь в просторной, оформленной в светлых тонах прихожей, которую хочется назвать скорее холлом.

В квартире тишина. Мы что, здесь одни? А где же Артём?

Так скоро оставаться наедине с Аркадием Ледовым я не планировала!

«Так, стоп. Без паники, – говорю я себе. – Не собирается же он ко мне приставать. Это мой план, а не его. Но я пока тоже не намерена приступать к...»

Мои мысли прерываются, когда я слышу шаги. Они медленные, тяжёлые и явно не принадлежат ребёнку. В прихожей появляется невысокая пожилая женщина, у которой, похоже, болят ноги, так осторожно и неуверенно она на них ступает.

- Добрый вечер, - говорит она и переводит взгляд с моего спутника на меня. – Значит, это вы Александра Алексеевна? Новая няня Артёма.

- Просто Александра, пожалуйста, - говорю я. – Или Саша. А вы...

Может, та самая домработница, о которой Ледов рассказывал по дороге? Правда, я её себе как-то по-другому представляла. Помоложе, во всяком случае.

- Я Надежда Вениаминовна, мама Аркадия, - отвечает женщина. Фамильного сходства между ними не прослеживается, но выглядит она довольно-таки ухоженно. Видимо, остаётся с внуком в случае надобности, но постоянно проводить время с ним, полностью заменив няню, не может из-за проблем со здоровьем.

- Очень приятно, - бормочу я, чувствуя себя неловко под доброжелательным взглядом собеседницы. У адвоката, который помог бывшему мужу разрушить мою жизнь, есть и сын, и мать, о которых он заботится. Это значит, что ему знакомы родственные чувства.

Так почему же Ледов даже не подумал о моих чувствах к дочери?..

«Потому что это его работа, – напоминаю я себе с горечью. – Просто бизнес, как говорится. И ничего личного».

Но в моих интересах, чтобы это личное между нами всё же появилось.

Спустя некоторое время я узнаю, что была права в своих догадках. Надежда Вениаминовна действительно сидит с внуком время от времени, но постоянно в этой квартире не живёт. Попрощавшись со всеми, она уезжает к себе на такси, которое вызывает ей Ледов.

Артём провожает бабушку, помахав ей рукой, но вид у него отстранённый. Однако меня он изучает очень внимательно. Рассматривает так же пристально, как это делает его отец.

Адвокат выделяет мне отдельную, похожую на уютный гостиничный номер, комнату, как мы и договаривались. У меня даже ванная своя будет, на что я и не рассчитывала. Квартира действительно очень большая для двоих, и у меня создаётся впечатление, что обставлял её профессиональный дизайнер. В кухне имеется и плита, и духовка, и даже гриль. Видимо, кто-то здесь всё-таки когда-то готовил.

Детская Артёма пребывает в идеальном порядке. Никаких разбросанных игрушек или изрисованных обоев, которые ожидаешь увидеть в комнате маленького мальчика. Эту детскую хоть сейчас можно снимать для рекламы интерьеров. Но мне почему-то становится слегка не по себе. А что если я взялась за непосильную для себя задачу? Можно ли научить сына адвоката смеяться и шалить, как это положено в его возрасте? Что если он навсегда останется таким печальным и серьёзным, а я стану ещё одной няней, которая не сумела найти к нему подход?

Обычно сложных детей представляют себе иначе. Как шумных, непоседливых, гиперактивных. Артём совсем другой. Но из рассказов Миланы и замечаний, обронённых Аркадием Ледовым, я знаю, что мальчик сам добивался того, чтобы не понравившихся ему нянь увольняли. У меня возникает мысль, что он просто любит одиночество, а они, стараясь угодить нанимателю, могли вести себя с ребёнком чересчур навязчиво, забывая о том, что у детей тоже есть свои границы.

Я привлекла к себе внимание Артёма в парке, а затем попала под самокат, пытаясь его спасти. Можно сказать, что первый шаг к нашим хорошим отношениям уже сделан. Но я всё равно чувствую себя так, словно готовлюсь встать на тонкий лёд. Одно неосмотрительное действие, не ко времени сказанное слово, и всё будет испорчено – мальчик замкнётся в себе, а во мне разочаруется, как и в предыдущих своих нянях. А ведь мне ещё его отца завлечь в свои сети надо, и для этого может не хватить первого испытательного месяца...

При одной мысли об этом я снова готова запаниковать, но сдерживаюсь. Сейчас я должна вести себя как образцовая няня. Чтобы не наделать ошибок в дальнейшем.

Но, кажется, представление адвоката о нянях несколько расходится с моим собственным…

- Прогулка каждый день обязательна, - заявляет он.

- В любую погоду? – интересуюсь я.

- В пределах разумного.

- И каждый раз в одном и том же парке?

- А что не так? – вздёргивает тёмные брови Ледов.

Я бы могла сказать, что Артём наверняка успел изучить этот самый парк вдоль и поперёк. Да он его из окна каждый день видит! А теперь, после случая с самокатом, у мальчика могут быть к тому же неприятные эмоции, связанные с этим местом.

Но пока я не спорю. Нужно действовать постепенно. Остаётся лишь кивнуть в ответ на требование отца ребёнка.

Ужинаем мы вместе. Еда довольно вкусная и питательная, но, как я и думала, домашней она значительно уступает. Артём ест без особого аппетита, и даже сладкая творожная запеканка на десерт не вызывает у него энтузиазма. Оставив едва ли не половину на тарелке, он благодарит и идёт в свою комнату. Успеваю отметить, что мальчик очень хорошо для его возраста пользуется вилкой.

Также не доев ужин, Ледов уходит следом за сыном. Но почти сразу возвращается и смотрит на меня. Под его взглядом мне тоже больше ничего не лезет в рот, так что я встаю и убираю со стола.

- Артём хочет, чтобы вы почитали ему книгу, - говорит он.

Я помню, что мальчик умеет читать и сам, оттого его пожелание для меня особенно важно. Когда я прихожу к нему в комнату, он уже в пижаме и лежит на кровати. Неужели и с вечерними водными процедурами справился без моей помощи? Или ему помог отец? Настолько независимые и самостоятельные дети в моей практике ещё не встречались.

И всё же я очень рада, что у нас есть эти минуты. Когда я читаю Артёму книгу в мягком свете ночника, а он лежит и внимательно слушает. Я даже не слишком вникаю в смысл прочитанного, потому что все мои мысли заняты этим малышом.

И его родителем, да.

В комнате Артёма нет фотографий его матери. В остальных частях квартиры тоже. Впрочем, в комнате адвоката я ещё не была, но не думаю, что он сентиментален.

Спрашивать у мальчика про его маму я не собираюсь – если захочет, расскажет о ней сам. Пока он ещё не настолько мне доверяется. Но явно относится ко мне теплее, нежели к другим няням, чем весьма удивлён его отец.

Когда Артём засыпает, я иду в свою комнату, где долго не могу уснуть. Моя жизнь сделала очередной резкий поворот. Ещё недавно я даже не предполагала, что окажусь здесь, в квартире Аркадия Ледова.

Наутро я просыпаюсь по будильнику. Артём рано встаёт, так что и мне нельзя спать долго. Адвокат поспешно пьёт кофе и уезжает в свой офис. Мы с мальчиком неторопливо завтракаем. Потом в замке поворачивается ключ – это приходит Оксана, домработница. Ей лет тридцать пять, и она привыкла встречать здесь то одну новенькую няню, то другую. Её удивляет разве что тот факт, что я буду тут жить.

- На моей памяти такого не было, - замечает она.

- Всё когда-то бывает впервые, - удивляюсь я, не рассказывая, что мой случай особый.

Оксана довольно словоохотлива, но про Аркадия Ледова знает мало. Она не так часто пересекается с хозяином квартиры, потому что приходит днём, пока он на работе. Иногда здесь находится его мать, и, кроме неё и нянь Артёма, других женщин не наблюдается.

- Но личная жизнь у него явно есть, - усмехается собеседница. – Мужик-то огого. А ты как считаешь?

- Пожалуй, - я небрежно пожимаю плечами.

- Были тут до тебя желающие его обольстить, но вылетели из-за этого, - добавляет она, понизив голос.

Получается, не всех нянь забраковал Артём. Некоторые ушли отсюда из-за его отца. Точнее из-за того, что захотели большего.

Эта информация мне не нравится. Так ведь адвокат и меня может прогнать. Нужно действовать очень аккуратно.

Прогулка в парке проходит спокойно, но Артём совершенно ничем не интересуется. Даже по сторонам не смотрит. Ни на белочек, ни на других детей, которые тут гуляют.

Вечером я опять читаю ему перед сном книжку. Адвокат возвращается поздно. Когда я выхожу из детской, он яростно стаскивает с себя галстук и забрасывает его куда-то в угол гостиной.

Я вздрагиваю, напуганная таким проявлением эмоций.

- Артём заснул?

- Да, - отвечаю я. Мне кажется или от мужчины слегка пахнет алкоголем? – У вас всё нормально?

- Почему вы здесь? – спрашивает Ледов, приближаясь ко мне неслышно, как хищник.

- Вы же знаете. Мне нужна работа. А я нужна вашему сыну.

- Не играйте в эти игры, - схватив меня за плечи, он вглядывается в моё лицо. – И не пытайтесь меня обмануть. Вы пришли за местью?

- Я пришла, потому что мне некуда больше идти! – вырывается у меня. Голос дрожит, но не от страха. – Вы отняли у меня всё.

Несколько мгновений стоит тишина. И вдруг его рука касается моей щеки. Так неожиданно нежно.

- Вы плачете.

- А вы ошибаетесь. Я не собираюсь мстить вам через Артёма. И никогда не сделаю ему ничего плохого.

- Обычно я не ошибаюсь. – Его пальцы невесомо скользят по моей коже, обрисовывая скулу и спускаясь к губам. – Но почему-то я вам верю.

- Пап… ты здесь? – слышится сонный голос из детской, дверь которой я не прикрыла до конца.

Аркадий отшатывается, как от огня, и уходит, больше ничего мне не сказав.

Я стою неподвижно, и моё сердце стучит как сумасшедшее.