Верховные

Вступление.

Создатель… говорят, Он был великим существом. Кто-то утверждает, что Он был не один – Их было много, ведь Отец многолик. Другие считают, что Творец в одиночку создал Мидгард-землю и населил ее всевозможными существами. Как бы то ни было, мы тут – дети Земли!

Предыстория нашей цивилизации гласит, что Создатель изначально сотворил БеЗвольных по своему образу и подобию. Его дети были идеальны и во всем схожи с Отцом. Они являлись Его марионетками. Однако ни одному мастеру не нравятся послушные куклы. В скором времени эти существа Ему наскучили – слишком простые, слишком покорные. Создатель вновь принялся за работу. Эксперименты проходили мучительно для всех. Творцу было неприятно снова ломать тело и дух, которые Он так трепетно собирал по кусочкам, и строить из них новое существо. БеЗвольным казалась невыносима телесная и душевная боль. Но результат превзошел даже самые смелые ожидания Создателя. Так появились БеЗсмертные[1]. По чувствам, переживаниям, душевным терзаниям, думам, желаниям они были схожи с тем, Кто вдохнул в них жизнь. В их крови текла река магии, что поддерживала их жизни. Магия – сама кровь Создателя. Эта жертва оправдала себя. БеЗсмертные могли подобно своему Отцу творить собственную реальность силой мысли. То были наши праотцы. Но Творца недолго забавляла новая игрушка. БеЗсмертные освоили азы магии, и стали превосходить Отца в своей изобретательности. Создатель был неприятно поражен этим. Он не мог допустить того, что кто-то будет лучше Него. Его самолюбие и гордыня оказались поколеблены. Создатель сильно осерчал на своих детей. Запреты на Них не действовали. Управлять Ими не получалось. Существа получились слишком независимы и своевольны. Между Отцом и детьми развязалось противостояние. Именно в этот период и были созданы Смертные или, как они сами себя назвали, люди. Часть выловленных Творцом БеЗсмертных была лишена своей магии и этим стала зависима от воли Создателя. Создание людей – последнее творение в Его жизни. Такого предательства БеЗсмертные вытерпеть не смогли. Они сплотились и убили Отца. Создателя больше не стало. Но перед своим уходом Он успел проклясть собственное чадо, которым гордился всё безвременье. С этого момента и начинается отсчет наших лет.

Творец был не только умным существом, но и хитрым. Он создал систему: свой небольшой мирок. Проклятье послужило ключом-активатором, что запустило механизм. Магия разбилась на три вида, а затем на двенадцать частей. Она стала менять БеЗсмертных. Процесс был достаточно болезненным. Когда рвутся уже сформированные ткани, что-то исчезает, где-то образовываются новые структуры, тело вновь сшивается и заживляется – это мучительно; не все организмы выжили после подобной трансформации. Так образовались двенадцать магических рас. Смертные же пережили обращение легко. У них не менялся внутренний мир, лишь немного преобразовалась внешность. Люди разделились на четыре расы по цвету кожи.

Позже обнаружилось, что появилось такое понятие, как время. БеЗсмертные начали стареть. Время – совершенно обособленная инертная субстанция. Она не поддается ни магии, ни физическому воздействию, ни мысленным приказам или просьбам. Каждой расе был отмерен определенный промежуток времени, после которого существо начинало стариться и умирать. У людей времени было в десять раз меньше, чем у магических организмов. Сказывалось отсутствие в крови магии Создателя. Но это не утешило БеЗсмертных.

Еще одним подарком Отца, который Он так полюбовно оставил своим чадам после смерти, была невозможность творить новые реальности. БеЗсмертные могли колдовать, создавать физические вещи, но их магия оказалась строго ограничена. Рамки, что накладывало проклятие, ужаснули всех. БеЗсмертные стали зависимы от собственной силы и резерва. Появилась иерархия. Самый сильный – правитель и Бог. Ему дозволено все.

Такова наша историческая хроника начала времен.

[1] БеЗсмертные – уникальные существа, обладающие неограниченными возможностями. Над ними не властно время.

Глава 1 1000 лет спустя, совет магов

За круглым столом каждый на своем троне, высеченном из дерева, сидели двенадцать магических существ. Они напряженно о чем-то думали. Их мысли витали над определенной сложной проблемой, выхода из которой никто не видел.

Наконец, подбородок поднял черный маг Алистрат. Его смольные пряди вновь упали на глаза, закрыв обзор собравшихся.

- И долго мы тут будем сидеть, в молчанку играть? Где идеи? Где хотя бы мысли? Мы должны отсюда уйти. Это не обсуждается! Смертные лично у меня уже постоянное несварение вызывают! И я предлагаю создать свой небольшой мир. Не понимаю, почему вы не поддерживаете мою мысль.

Мужчины угрюмо переглянулись. Светлый эльф неодобрительно покачал головой.

- Мы не можем этого сделать. Наших сил хватит на создание кармана потусторонней реальности, но на целый мир – нет.

- А кто сказал, что мы не можем обойти проклятие?

Все одиннадцать пар глаз удивленно посмотрели на Алистрата. Мужчина лишь передернул плечами.

- Прошла тысяча лет со смерти Создателя. Мы с вами выглядим немолодо. Кто-то уже покинул нас, кто-то остался старой закалки. За это время мы узнали, что любое заклятие можно если не нейтрализовать, то изменить структуру – точно.

- Но не проклятие Отца, - подал голос Странник.

- А ты пытался?

Фигура в дырявом черном балахоне покачнулась с пятки на носок.

- Пробовал. Я думаю, что пробовал каждый.

- Каждый по отдельности, но не все вместе! – внес свежую идею светлый маг.

Все взоры обратились на его белоснежную одежду и золотистую холку волос.

- Считаете, могущественный Создатель не предусмотрел подобный ход событий? – ядовито поинтересовался дьявол. Его сильный хвост качнулся из стороны в сторону, выдавая раздражение хозяина.

- У тебя есть другое предложение? – сощурился Серафим.

- Представь себе, да!

Последнее время отношение двух сильнейших рас складывались не лучшим образом. Каждый знал, отчего оба правителя друг друга недолюбливают, но вмешиваться в их ссоры, рискуя своим здоровьем, никто не желал.

- Прекратите немедленно! Мы тут собрались не для выяснения кто кого лучше. Серхат, если тебе есть что сказать – говори! – прикрикнул Странник. Только ему все было нипочем.

Верховный в ответ фыркнул, но продолжать свою мысль почему-то не стал.

- Все бы вам поцапаться. Было бы из-за чего! Забудьте, наконец, эту историю и начните все с начала.

Взгляды двух мужчин пересеклись в последний раз. В их глазах читалась только ненависть и презрение друг к другу. Затем зал снова погрузился в тишину.

- Беда какая-то! И вот так каждый раз, как собираемся. Половина молчит, как воды в рот набрала, остальная часть ругается, - пожаловался Алистрат Страннику.

Тот оценивающе посмотрел на каждого из присутствующих.

За столом сидели четверо стихийников – вода, огонь, земля и воздух. Их можно было отличить только по цвету одежды или по характерной для каждой расы ауре. Чего-то интересного от этой четверки ждать не приходилось. Они только недавно стали правителями и мало что понимали. Рядом вольготно расположился черный маг, обводивший недовольным взором всех участников. Холодный взгляд голубых глаз не останавливался ни на минуту, прикидывая, от кого что можно ожидать. Блеклые морщины и небольшая седина в черных волосах придавали грозному лицу правителя некую мудрость и понимание. В этом возрасте мужчины еще казались мужественными. Следующий стул пустовал. Белый маг расхаживал по комнате, заложив руки за спину. Он что-то бубнил про себя, явно пытаясь вспомнить какую-то важную вещь. Чуть пухлое отрешенное от всего лицо и печальные стальные глаза говорили только о том, что Верховный совершенно не интересовался происходящим и был сам себе на уме. Странник мог только ему посочувствовать. Отпечаток подбирающийся на цыпочках смерти не миновал и белого мага, оставив свой след на его теле. Чуть далее разместился Путник, названный брат Странника. Губы мужчины тронула едва заметная печальная улыбка. Брат был совсем плох. Ему осталось от силы несколько месяцев. Однако Странник, не смотря на свой не молодой возраст, будет с ним до самого конца. Он обещал. Следом за Путником сидел Серафим и крутил в руках свернутый пергамент. Сложно дать описание шестикрылому сияющему созданию, лик которого был скрыт многочисленными перьями и светом. Небольшой магический фонарик в предзакатной комнате был даже очень кстати. Кто знает, насколько затянется собрание. Ходить в темноте, постоянно натыкаясь на углы, ни у кого желания не было. По другую руку от самого Странника расположились два эльфа – темный и светлый. Они также старались не обращать друг на друга внимания. Сами длинные, настороженные с непривычно рыбьими глазами и острыми ушами. Их тело будто было вытянуто, а объема почти не имелось. Отличие состояло лишь в том, что светлый эльф был темнокожим, но с белым даром, тогда как темный – наоборот. И последним на своем троне восседал Серхат. Он всю концентрацию направлял только на собственный хвост, делая вид, что ничего другого, кроме своей конечности, его не волнует. Внешность правителя была достаточно необычна – красный толстокожий гигант с вертикальными желтыми зрачками, абсолютно черными волосами и жестким неестественно хищным лицом, а на губах то и дело мелькали острые клыки. И этот образец первоклассного хищника заинтересованно теребил смольную кисточку на хвосте. Подобная картина смотрелось бы мило, если вся обстановка не была бы так печальна.

- Да, ты прав. Мы только теряем время. Эх, были бы у нас книги Создателя!

- Не стоит думать о несбыточном. Он их сжег раньше, чем мы Его убили.

- И все же… тогда бы мы непременно нашли способ.

- Да! Книги!!! – воскликнул светлый маг, резко остановился и безумными глазами посмотрел на Алистрата. Смертные его допекли больше остальных. – Я знаю! Я читал. Ты был прав, нам нужно объединить силы, но сделать это не так, как мы думаем.

- А как? – все тут же оживились.

- Вы в заклинания вкладываете слишком много сил. Происходит быстрое опустошение резерва. Оголяются так называемые «рамки». Часть сил расходуется на быстроту получаемого предмета, часть – на качество, структуру, форму и все что с этим связано, и оставшаяся толика уходит на посредственные качества предмета – цвет, вкус, запах и прочее. Это незыблемые параметры. Мы не можем их сократить. И чем больше масса создаваемого объекта, тем больше тратится энергии, тем выше расход. Откуда брал Создатель столько энергии? Никто из вас не задумывался?! Он ведь забирал ее откуда-то и этим поддерживал и свою форму – имеется ввиду ту, что сам задумывал.

- Космос? – шепотом предположил Алистрат.

В тишине зала одинокий вопрос услышали все.

- Знаешь, я тоже так думаю. Больше негде. В этот мир он только вкладывал энергию, ничего не забирал. Да и у нас не было ограниченного доступа до тех пор, пока Он нас не покинул. Соответственно, мы брали энергию у Него.

- А точнее из Него, - мрачно продолжил черный маг, белый только кивнул.

- Я даже больше скажу, у Создателя был постоянный приток силы. Абсолютный! Понимаешь? Без ограничений.

- Считаешь, нужно найти источник?

- Нет. Я знаю источник. Я читал! Это его творения. Миры до нас. Тысячи и тысячи существ рождаются. На их оживление затрачивается минимальное количество силы – одна искра. Затем организмы размножаются и погибают. Вот тут в процессе жизни нарабатывается, а затем и выделяется огромное количество энергии. Часть рассеивается в природе и переходит только с телом в свое абстрактное состояние. Перегной, воздух, все, что вы употребляете из еды – жалкие крохи остаточной энергии. Да, она пополняет ваш резерв, придает сил. Но это всего лишь мизерная часть по сравнению с тем, что уходит к Создателю постоянно! А теперь представьте эти объемы!!! Отец предусмотрел все. Вся энергия должна была достаться Ему, поэтому Он не дал нам развиться, обрубив корни изначально. Мы не можем сотворить живой организм, наша магия разбита по кусочкам и заключена в каждом из нас, соединить ее снова не получиться и преодолеть барьер не выйдет. Это все равно, что пытаться оживить мертвеца. Вроде все части есть – руки, ноги, голова. Все они собраны в одном месте, как мы в этом зале, но не сшиты и постоянно чего-то не хватает.

- Это обычное потребление! – возмутился Серафим. Он был об Отце более высокого мнения.

- Нет. Это хорошая сделка. Я тебе жизнь, ты мне энергию. Способ выживания организмов, не более. А так эта энергия все равно бы ушла, но ушла бы она не на создание новых миров, а просто в никуда – в Космос. – Серхат вновь заинтересовано посмотрел на белого мага. – Продолжай!

- Так вот, источник нам создать или найти не получится. Возможно только со временем, и то не факт. Ничего мы не можем сделать. И что у нас остается? Даже не так. Что в результате получается? Мы сами по себе источники! Мы прожили тысячу лет, как вы думаете, сколько в нас собралось энергии? И сколько мы отдадим Космосу после своей смерти? Огромные объемы нерастраченной силы! Я слышал о древнем ритуале, который поможет нам уподобиться Создателю, вновь соединив разделенные части нашей магии.

- Откуда слышал? Лично я не припомню, чтобы Творец перед смертью созывал нас в кружок и рассказывал о таком нашем «светлом» и «радужном» будущем. Насколько я знаю, обращение для нас было абсолютной неожиданностью, – Серхат подозрительно прищурился и протянул. – И какие-такие интересные книжки ты у нас стал читать? А главное-то как вовремя! Когда половина наших уже канула в не бытье.

Светлый маг недовольно покосился на дьявола и умоляюще посмотрел на Алистрата. Черный кивнул. Он всегда старался выручать друга в любых ситуациях.

- Серхат, это сейчас не имеет никакого значения. Или ты не хочешь сбежать с этой планеты?

- Хочу больше кого бы то ни было. Однако все это как-то лично для меня темно. Мне вообще кажется, что ваша сладкая парочка что-то скрывает, слишком хорошо вы спелись.

- Зависть тебя не красит! Нет ничего такого важного, что я или Лирн могли бы скрыть от совета.

- Конечно. Сделаю вид, что уверовал в это, - хмыкнул дьявол.

Алистрат лишь тяжело вздохнул. Магия разделилась на двенадцать частей. Каждая ее часть действовала на представителей рас по-своему. Она изменила не только физическую оболочку, но и поменяла характер, оголила одни ощущения и притупила другие. У каждой расы имелись свои особенности. Алистрат знал их все. И сейчас, как и во многие разы до этого, он молча проигнорировал сарказм дьявола и снова вернулся к обсуждению давно засевшей поперек горла проблемы.

- И так, Лирн, где говоришь можно найти упоминания об этом ритуале?

- Я не знаю. Ритуал ведь древний, значит хранится у самой древней расы. Наверное, у мудрецов. Кто из нас самый мудрый?

В тишине зала раздались дикий хохот дьявола, вторивший ему слабый смех темного эльфа и каркающий хрип Путника. Все смотрели на таких похожих друг на друга магов и откровенно не понимали, с чего вдруг случился приступ веселья. Алистрат обречено прикрыл глаза, понимая, что собрание может затянуться.

- Серхат! Успокойся. Он просто предположил.

- О-о-о-очень логичное предположение, - выдавил сквозь смех Верховный. – А главное то – не поспоришь! Наверное, в этой кучке слабоумных я один самый мудрый. Но все свои книги я знаю наизусть. Никаких подозрительных ритуалов среди них нет. У-ху-ху-х. Это же надо было так сказануть то, а!

- Говорят, самые мудрые – это драконы. Если пойти к ним … - начал говорить светлый маг, но быстро осекся, заметив на лицах собравшихся выражение неописуемого ужаса.

Серхат обвел всех взглядом своих змеиных глаз и вновь загоготал.

- Только не говорите мне, что ВЫ боитесь этих ящеров! Пф-ф-ф… да в них ни капли нет магии Отца! Серьезно?! У сильнейших Верховных магов, детей самого Создателя дрожат поджилки при упоминании о ящерицах с крыльями и куриными мозгами?! Смех, да и только.

- Раз такой смелый, сам к ним и иди с поклоном! – высказался Серафим.

- Вот еще. Слишком много чести. Да, и поссорился я не так давно с их представителем.

- Территорию не поделили? – хмыкнул небесный слуга.

- Нет. Горящих в огне шестикрылых рабов, - огрызнулся в ответ дьявол.

- Достаточно, - холодно отозвался Странник. Он как никто другой понимал, что стоит только дать им волю, как словесные баталии тут же перейдут в драку. И предсказать исход битвы не сможет ни один провидец. – Вы вдвоем держитесь друг от друга подальше. У нас сейчас и так проблем навалом, еще вас не хватало для полного счастья. Путник, кто пойдет к драконам?

Старое испещрённое морщинами лицо устало поднялось. Он давно уже был в таком состоянии – на грани жизни и смерти. Но что-то задерживало его в этой живой оболочке. Предсказывать судьбу, видеть пути, знать, как их пройти – он многое мог, многое умел. Однако от смерти эти знания его спасти не смогут.

- Алистрат. Он точно должен идти. Сможет договориться. Еще… может взять с собой кого-нибудь. Так будет выглядеть более официально, - старик закашлялся. Он очень давно не говорил. – Друга. Пути разные. У него много общего с драконом. По душе, очень похожи.

Путник прикрыл сонные глаза, будто хотел заснуть. Под веками зрачки его бегали, словно он просматривал ленту быстро спешащих картинок. Наконец, мужчина снова открыл глаза и улыбнулся. Желтые острые зубы испугали бы любого, кто их увидел. Путник не являлся человеком, хоть и отдаленно напоминал его. Внешность старика была до омерзения обманчива.

- Да, жребий брошен.

Странник выглядевший чуть моложе своего брата легко кивнул. Алистрат нецензурно выругался. Идти к драконам на поклон ему явно не улыбалось.

- Может Путник удостоит нас милостью и подскажет выход из этой большой проблемы под названием Мидгард-Земля? – съехидничал Серхат.

- Он имеет право показать только выбор и наиболее вероятный исход желанного результата. Не в его власти говорить о будущем. К тому же, оно изменчиво, и может поменяться в любое мгновение, - отозвался за брата Странник.

- Интересно, каково это видеть всю историю, как на ладони, включая и собственную смерть. Тяжело?

Когти старика, что были длиннее самих пальцев, накарябали на столе символ бесконечности.

- Нет. Я знаю, ради чего я жил и зачем. Как только я выполню свою миссию, то уйду, - проскрежетал он, и снова смолк, погрузившись в полудрему.

Серхат лишь тяжело вздохнул.

- Придется нам с этой проблемой возиться самостоятельно. Печально, однако. Зато повеселимся! Никогда не любил легкие победы. Они навивают скуку. Как думаешь, Алистрат, пора бы нам закругляться, а? А то я уже домой хочу. Меня жена ждет.

- Которая из? – хмыкнул Серафим.

- Все! – промурлыкал дьявол, уже витая мыслями где-то около своей кровати.

- Да, ты прав. Соберемся ровно через неделю. Думаю, до этого момента я что-нибудь узнаю о ритуале. А там уже и подумаем, как быть. Доброго времени суток, господа, - с этими словами черный маг покинул совет.

Следом за ним вышли остальные расы и разбрелись по своим домам. Завтра предстоял очередной сложный день. Обязанности Верховных никто не отменял.

Глава 2 Алистрат

Мужчина первым выбежал из здания совета. Ему катастрофически не хватало воздуха.

- Драконы! Драконы?! С ума сойти можно! Это чем же я с ними могу быть похож, хотелось бы мне знать?! Между нами вообще ничего общего нет и никогда не было! Это же словно искать схожесть Серхата и Серафима – абсолютные противоположности! Хотя… - Алистрат чуть сбавил шаг. Негоже Верховному бегать, точно маленькому дитяти – не солидно это, - хотя… что-то общее между ними все же есть. Оба друг друга на дух не переносят и язвят при первой же возможности.

Губы мужчины изогнуло некое подобие улыбки. Сейчас его как никогда грела душу мысль, что кому-то может быть хуже, чем ему. Думы Верховного медленно свернули в сторону своих ежедневных дел.

«Так, это я сделал. На завтра свора душ должна быть переправлена в чистилище. Присутствовать на разборке их низменных грехов я не планирую. Пусть этим мой заместитель занимается. Все равно баклуши целый день бьет! Хоть чем-то полезным займется, кроме разбора этих всех ненужных никому бумажек! Своих я тоже выслушивать не буду. Каждый день одно и то же! То, видите ли, на черного не так другая раса посмотрела, то люди обнаглели в край и требуют невозможного всеми способами, то какой-то новичок вновь поднял целое кладбище ценой своей жизни, хотя хотел-то всего лишь оживить любимую собачку! Бр-р-р-р… нет, с меня хватит этой ахинеи. Один бедлам! Беру отпуск. Надоело! А все спихну на кого? Пра-а-а-а-а-авильно! На своего заместителя! Пусть теперь у него голова поболит. Как же его зовут то…».

Алистрат оглянулся. Здание совета находилось на приличном расстоянии. Магия Создателя не долетала до мужчины, блокируя его способности. Теперь можно было смело использовать телепорт.

Черный маг вывалился из портала, как прожженный пьяница. Его качало, обед с неудержимой силой просился наружу, резерв снова оказался опустошен. Разрывать пространство, делая его плоским и податливым, само по себе стоило больших усилий, а уж перенести туда тело без риска повредить и оставить какую-либо часть вне пространства – было сродни героизму или самоубийству. Кто как это видел. В основном эти понятия приравнивают. Поэтому порталы могли использовать только Верховные и то не так часто, как им хотелось бы. Лишний раз маги старались не изгибать пространство. Обычно для них это заканчивалось неблагоприятно. Алистрат снова вспомнил своего друга, обожающего путешествовать через телепорты. Бедолага скончался так глупо – слишком большая потеря крови. Правая рука и левая нога в один прекрасный день к нему не вернулись. Резерва не хватило, чтобы переправить и их. Конечности так и не нашли ни на том месте, откуда отправлялся маг, ни там, куда он прибыл. Зато тот поставил рекорд – одиннадцать прыжков за день.

Алистрат хмыкнул. С трудом подавив рвотный позыв, мужчина выпрямился и вздохнул всей грудью. Свежий холодный воздух на границе зимнего леса был как нельзя кстати. В глазах мага все троилось. Седьмой портал за день. Нужно переждать истощение организма несколько минут. В город идти с видом только недавно восставшего мертвяка было опасно. Черные власть любят больше собственной жизни. Они с радостью рискнут своими животами, чтобы заполучить более ценный трофей. Алистрат сел на корточки, облокотившись о дерево и прикрыл глаза. Было зябко, но стоило немножко потерпеть. В который раз маг возблагодарил судьбу за то, что его город стоял не в центре широкого поля, а среди леса. Тут он может спокойно спрятаться от ненужных глаз и восстановить силы.

Ветки деревьев утопали в снегу. Ветер осторожно покачивал их, стараясь случайно не уронить столь ценный белоснежный груз. С блестящих позолоченных холмов, дюнами расположившихся на земле, сдувались мелкие сверкающие песчинки, что кружились в хороводе по всему лесу. Тишина. Близился закат. Небо из светло-голубого медленно превращалось в темно-синее. А по земле неохотно расползалась темень. Все блестящее днем оборачивалось тусклым ночью. Алистрат вовремя вернулся. С последними лучами солнца деревянные ворота с железными решетками наглухо запирались. И будь он хоть трижды Верховным, внешние врата в город ему бы все равно никто не открыл. Они отпираются только с рассветом. Так что еще бы совет задержался на полчаса, и черному магу пришлось бы просить Лирна приютить его на ночь. Алистрат улыбнулся, представив лицо друга после подобной просьбы. Тогда бы мужчина не отделался от любопытного белого мага, пока не выложил все тонкости ночной охраны.

Верховный со вздохом поднялся, отряхнул утепленные на зиму штаны от снега и отправился в сторону родного города. Большой мегаполис встретил своего правителя перезвоном колоколов, предвещавших окончание рабочей смены в теплицах и в мастерских лавках. Теплая улыбка на некоторое время отразилась на лице Алистрата. С высоты город смотрелся восхитительно. Первый ярус, самый большой – бедные селения крестьян и рабочих. Их небольшие хаты, сделанные из соломы и глины, невольно восхищали. Так искусно мастерить собственные убежища могли только они. От архитектора свежих идей не всегда добьешься. И ведь откуда-то народ их берет! Вторым ярусом шли более зажиточные дома, в которые входили дерево и камень. Воображение у этого слоя населения было в десятки раз хуже, чем у низших. То ли они ленились, что-то новое выдумывать, то ли некогда им было – все время занимали деньги, то ли просто никто из них не задавался вопросом оформления своего жилища. Хоть эти ярусы были не четкими, составлены вразнобой – что-то сносилось, где-то ставилось новое, но они определенно наводили на некоторые мысли о разделении каст. А в середине города виднелся маленькой точкой темный каменный замок. Алистрат скривился. Это была его берлога. Сказать об этом здании он ничего не мог, кроме одного – абсолютная безвкусица! И строители этого «шедевра» были явно с чувством юмора – камень совершенно черный. Мужчину, каждый день постоянно видевшего черный цвет, уже начинало перекашивать от одного темного тона. Замок выделялся на фоне остальных домов, как клякса на белом листе, что Алистрата злило все больше. Приказ перекрасить строение местными был наглым образом проигнорирован. Они привыкли приравнивать темных магов ко всему черному. Пара строителей, отказавшихся выполнять маленькую прихоть своего повелителя, была казнена. Убеждения народа оказались непоколебимы даже на пороге смерти.

Алистрат перевел взор на громоздкие заснеженные участки внутри мегаполиса, где расчищались только небольшие тропинки среди деревьев. Там были парки и скверы. Он сам любил отдыхать в них от государственных дел, которые, порой, выматывали. Конечно, приходилось надевать обычные лохмотья, чтобы его никто не узнал. Хотя, даже если он там появится в парадной одежде одного из своих советников, вряд ли кто-то признает в нем правителя. На счет своей внешности Алистрат был очень осторожен.

Мужчина вздрогнул, вспомнив незначительную деталь своей одежки, с которой он почти не расставался. Маска темно-синего цвета сразу же оказалась надета, а капюшон, закрывающий голову, тут же был накинут. Одна из особенностей магов – нежелание быть опознанными. К каким последствиям это может привести – всем давно было известно. Смертные достаточно хитрые существа. Они воспользуются любым козырем в своем рукаве, чтобы достичь выгоды. Хотя это можно было отнести ко всем магическим расам. Никто из них никогда своего не упустил бы. Но большую проблему в его стране, как и у всех остальных правителей, вызывали все же люди. Их стоило опасаться в первую очередь. Верховный предпочитал лишний раз остеречься, чем быть обманутым или высмеянным, или того хуже – убитым.

- Ненавижу Смертных, - тихо проговорил он. Его глаза заволокло тьмой всего лишь на долю секунды. Правитель мгновенно взял себя в руки, заглушив эмоции, и неспешно пошел к воротам.

***

Алистрат остановился возле блочной трехэтажки. Тут устраивались прослушивания, совещания, собиралась вся местная знать. Обычное, ничем не примечательное здание из желтого камня, больше напоминавшего песок, никак не приковывало взгляды прохожих. Мало кто знал, почему данное ветхое сооружение располагается на площади в центре города. Многие жаждали снести его или перестроить, но правитель был слишком уперт в этом вопросе. Чем-то Алистрату нравилось это здание. То ли притягивала его магия старого дома, еще носившая отклик Создателя, то ли сооружение поднимало в нем давно уснувшие светлые воспоминания, а возможно ему просто нравилась загадочная красота древних строений. Верховный вновь обвел здание тяжелым взглядом. В лучах заходящего солнца блоки отливали цветом расплавленного золота с медью, а в сочетании со снегом на крышах домов создавалась иллюзия сказки. На верхних этажах загорелся свет. Алистрат хмыкнул. Его заместитель, видимо, даже и не думал собираться домой. Еще бы! Когда правитель уходил, он взгромоздил на хрупкие плечи помощника все свои обязанности. Возможно, поэтому его подручные менялись каждый месяц. Многие не выдерживали такого груза, и сами уходили. А Верховный всегда со всех спрашивал, как с себя.

Алистрат вошел в здание, гордо носившее звание Капитолий, и поднялся к своему заместителю. Двери везде были открыты – одно из правил этого сооружения. Так Верховный, проходя в очередной раз мимо подчиненных, мог видеть кто, чем занимается. А ходил правитель как тать – его вообще мало кто замечал.

Мужчина сидел над бумагами с безумным взглядом и пытался вникнуть в их содержимое уже который час. Ему явно не везло. Взлохмаченные волосы говорили о многом. Алистрат против воли улыбнулся. Паренек все же пытался разобраться, хоть для него это и было непосильной задачей. Жаль, что надолго его не хватит.

- Ты подготовил приказы? – строгий голос своего повелителя было сложно спутать с каким-либо другим. Мужчина вздрогнул и поднял умоляющие глаза на черную фигуру.

Алистрат готов был поспорить на собственную жизнь, парнишка думал о слабовольном побеге. Его косой взгляд на открытое окно это доказывал.

- Д-д-д-да, мессир.

- И? Где? – ледяной тон правителя заставил заместителя мгновенно начать рыться в многочисленных бумагах и свитках в поиске приказов.

- Бардак какой! Ты посмотри, что ты тут устроил! Нормальное рабочее место должно быть чистым, а у тебя оно завалено!

- П-п-простите, мессир.

- П-п-простите, мессир, - передразнил своего незадачливого заместителя Верховный, - твое п-п-простите ничего не стоит, даже твоей жалкой жизни. Где приказы, я спрашиваю?

- Вот они, - паренек протянул стопку бумаг, перевязанную голубой ленточкой.

- Это что? – правитель покрутил в руках бантик.

- П-п-приказы. Их стянули лентой, чтобы не потерялись. Другой не нашлось. Бечевка вся израсходовалась.

- Ты бы еще розовой перевязал, напудрил и надушил для большей убедительности, - фыркнул правитель. – Вот уж подарочек то, а! Ни за что бы не догадался, что это приказы на смертную казнь отступников. Такое впечатление, что в Капитолии работают одни бабы. Поувольняю всех к дьяволу! Ладно, этот… «подарочек» отступникам завтра сразу же обнародуешь. Представляю, как они радоваться будут. Из штанов повылезают от эдакого сюрприза. Не забудь на топорик тоже голубой бантик повесить, а то, боюсь, не поймут юмора. Ты нашел данные об обрядах на крови?

- Нет, мессир. Мы всю библиотеку перерыли. Ничего нет.

- В смысле «мы»? Я ТЕБЕ это поручил, а не всему Капитолию! Вот так и раскрываются государственные тайны.

- Библиотека очень большая. Я думал, что не справлюсь к вашему приходу и взял проверенного человека, своего друга.

- А на свою первую брачную ночь ты тоже брал этого друга, боясь, что один не справишься?

- Нет, мессир.

- А зря-я-я-я. Иначе узнал бы, что не такой уж он и проверенный, если поможет, и не такой хороший друг, если откажет.

- Извините, мессир, такого больше не повторится.

- Заседание глав Домов было?

- Да. Я передал им ваше пожелание.

- Интересно, что же ты им такого сказал, если мои элементарные просьбы выполняешь через пятую точку.

- Все в точности, как вы говорили. Я записал.

Алистрат поднял лицо от бумаг и удивленно посмотрел на своего молодого заместителя.

- Это то и пугает. У тебя проблемы с памятью? Ты же маг - не человек.

- Простите, мессир. Вы просто много чего говорили, и я решил, что запись будет понадежнее памяти.

- Жаль я упустил тот момент, где ты зачитывал с бумажки сильным мира сего, постоянно краснея и повторяясь. Значит так, меня не будет пару дней, может неделю. Все зависит от обстоятельств. Ты за это время казнишь отступников. Какая им там казнь по закону полагается в соответствии с их прегрешениями разберешься сам. Может кого-то и помилуешь, кого захочет народ. Далее, нужно разобраться с душами. Они и так долго ждут своего часа на реинкарнацию. Кого-то отправишь в чистилище на повторную жизнь, кого-то уничтожишь, а кто-то пойдет на «вечную жизнь». Присутствие черного мага там обязательно, как и белого тоже. Так что будь готов работать в паре. Хотя… зря напоминаю, ты любишь трудиться не один, жаль только, что не с бабой, а мужиком. Но не суть. Судить вы не будете – этим занимаются другие, вам только надо отделять моменты жизни существа. Ты отбираешь все темное на одну сторону жизни, твой напарник – все светлое на другую. Повторяю, судят другие! И судят они не по количеству темного и светлого, так что ставить на ту или иную душу неразумно. А то у меня был один такой обалдуй. Доспорился до того, что его душа пошла на «вечную жизнь» к одному из дьяволов. Азартный очень был. Был-был, да и сплыл. В общем, я тебя предупредил, книга – вторая по счету на верхней полке. Там все написано про это дело. Почитаешь, осознаешь. Вопросы будут – снова откроешь книгу и начнешь читать заново. Ты понял? Приду, проверю всю терминологию. И не дай Создатель на что-нибудь не ответишь! И да, когда придет время, тебя самого перенесут, куда надо, так что будь готов в любое мгновение пропасть на пару дней. Кроме того, у меня на столе должны лежать отчеты о строительных работах в цифрах, пожалуйста, а не как в прошлый раз!

- А как в прошлый раз было?

Алистрат бросил на своего заместителя красноречивый взгляд.

- Мемуары о том, как тяжело на стройке, мне не нужны, и докладные на начальников тоже, как и объяснительные от рабочих, а в конце самое интересное – одна заоблачная цифра. Еще раз мне такой фантазер попадется, плаха ему обеспечена. Иногда такое впечатление создается, что вы меня за идиота держите.

- Я понял, все перепроверю.

- Вот и славно. Далее уставные от пограничников тоже должны быть на моем рабочем столе, плюсом идут так же документы на разработки. Прошения местных рассмотришь самостоятельно. Тебе все. С остальным пусть разбираются другие отделы. Часть тех бумаг, которыми я займусь сегодня ночью, будет уже заверена, распределишь листы по секциям. В целом все. Да, и приберись тут! В Капитолии должна быть идеальная чистота. А у тебя все так, как будто тут был сам дьявол в своей боевой ипостаси.

- Да, мессир. Все будет сделано.

- Надеюсь. И еще одна маленькая просьба. Если я еще раз увижу вот это, - Алистрат махнул рукой на перевязанные листки с приказами, - на моем рабочем столе, ты отправишься на реинкарнацию в то же мгновение, учел?

- Да, Верховный.

- Что ж, хорошо. Если что, я в своем кабинете. Работай.

Паренек тяжело вздохнул и окинул взглядом заваленное стопками бумаг помещение. Он сейчас как раз думал сменить работу.

***

Алистрат лениво потянулся в своем мягком кресле и открыл глаза. На столе лежал пергамент с недописанным приказом. В конце листа красовалась большая жирная клякса. Легкое движение руки, и испорченный документ полетел в урну. Темный маг глубоко вздохнул и протер заспанное лицо.

За окном лил дождь. Мерное постукивание капель окончательно испортило настроение Верховному.

- Замечательно, - протянул Алистрат. – Вчера же было морозно и солнечно, а теперь тепло и слякотно! Опять природники чудят. Ох, и доиграются они у меня. Снесу их Академию, будут знать. Тоже мне всесильные уникумы.

Черный маг обвел взглядом свой кабинет. С двух сторон стены представляли собой стеллажи, на которых располагались толстые фолианты – любимая коллекция темного. Тут находились книги со всего континента. По-настоящему ценных экземпляров – немного. Большая часть хоть и была достойна некоторого внимания, но не представляла особого интереса с научной точки зрения. Над дверью висел портрет грозного правителя. Алистрат усмехнулся, встретившись с презрительным взглядом себя самого. Художник слишком сильно приукрасил свой шедевр. На картине, казалось, изображен молодой Бог – сила, стать, красота, могущество – каждая черточка кричала об этом. Некоторые штрихи даже были похожи, но все же, маг, изображенный на полотне, казался абсолютно чужим. Алистрат не узнал бы себя, если бы не был точно уверен, что портрет рисовали с него. Именно поэтому Верховный и решил повесить его в своем кабинете, чтобы не казаться своим подчиненным совсем уж призракам.

Возле окна на возвышении располагался письменный стол, занимающий полкомнаты. Неподалеку находился небольшой столик с шахматными фигурками и два роскошный кресла, обитых соболем. Никаких цветов и прочей ненужной мишуры в кабинете не было.

В дверь постучали. Хозяин комнаты мгновенно надел маску и накинул капюшон.

- Входите!

- С добрым утром, мессир, - в дверях показалась рыжая макушка.

Алистрат тяжело вздохнул. Глаза подернулись темной дымкой силы. Опять он.

- Ты выполнил все, что я тебе приказал?

Заместитель закрыл за собой дверь и чуть замялся.

- Нет, мессир.

- Тогда какого … ты тут забыл?

Злость поднималась в душе Верховного. Глаза еще больше стали походить на два черных омута. Сила в них уже плескалась во всю. Темная сила.

- П-п-простите меня, я не хотел разбудить. Но Вас просит командир одного из сегодняшних ночных патрулей. Он говорит, что это срочно.

- Зови.

Статный воин вошел в кабинет Верховного точно по команде. Сильное мускулистое тело в доспехе из намагиченной стали заполнило собой все немаленькое пространство комнаты. По сравнению с ним даже сам Верховный казался небольшой букашечкой. В нос тут же ударил зловонный запах нечистот. Алистрат чуть не подавился новой порцией воздуха.

- Тебе знакомо такое слово, как вода? Давно мылся?

- Вчера, - пробасил детина.

- Кхм… а такое впечатление, как будто еще до моего рождения.

- Не обращайте внимания. У нас ночь была очень насыщенной. Мы шпиона ловили.

- В мусоре?

- А как вы догадались?

Алистрат терпеливо выдохнул и перевел взгляд на уже зеленого помощника. Пора заканчивать с этим. Иначе это будет уже рекорд по самой глупой смерти своего заместителя.

- Рассказывай, что за важное дело.

- Так, это с, - черные глаза Верховного воина нисколько не пугали. Он и не такое видел в закоулках мегаполиса. – Вчера мы патрулировали южную часть города. Как вдруг на нас выскочил какой-то странный тип.

- Странный тип? У нас целый город – одни сплошные странные типы. Если так каждого хватать, от столицы ничего не останется.

- Не-е-е-е, - протянул бравый вояка. – Это был темный эльф. В нашем городе! Вы представляете? Темный эльф!!! Насколько я знаю, они живут замкнуто и строго на своей территории.

- Ты уверен?

На лице Алистрата проскользнуло мрачное любопытство.

- Жизнью клянусь! Их сложно спутать с другими расами. Тощие, как жерди, длинные. Волосы длинню-ю-ю-ющие! Лица узкие, какие-то даже отталкивающе хищные. Уши на концах острые, хотя вот у этого экземпляра я так и не рассмотрел их в темноте. И глаза… разрез очень необычный. Не наш, больше даже на рыбий похож, чем на человеческий.

- Почему ты уверен, что это был темный эльф, может, светлый?

- Не-е-е-е. У него в глазах плескалась тьма. Вот как у Вас. Мне показалось, что он был чем-то раздосадован, злился на что-то. И в руках держал какой-то странный прибор. Мне он не знаком. Но это еще не все. Когда он наткнулся на нас, то припустил со всех ног. Этот шпион явно что-то скрывал. Не даром ведь бежал, как будто за ним свора гонится. Так мы за этим поганцем-то и помчались. Не смогли поймать. В пригороде в бедных кварталах на свалке он будто бы исчез. Мы всю ночь в мусоре возились. Под утро нашли подземный вход в канализацию. Начали было там все осматривать, только что толку. За то время, что мы провели в мусоре, он успел бы уже десять раз удрать.

Командир развел руки в стороны и печально вздохнул.

- Где он вам попался?

- Да, вот неподалеку от Капитолия. Саженей 30-40 к югу.

- Так. Усилить патрули. В Академию нужно будет отправить письмо с распределением на практику. В каждый патруль дополнительно будет включаться по студенту-выпускнику из каждого факультета.

- У нас будут маги? – командир чуть ли не потирал руки от этой новости.

- Будут-будут. С магами вы быстрее станете искать темных эльфов. И ловить тоже. Кого поймаете тут же без разбора в тюрьму. Я сам лично буду с ними беседовать.

- Но, Верховный, студенты не станут работать еще и ночами дополнительно! – подал голос конопатый заместитель.

- Куда они денутся! – кровожадно отозвался Алистрат. – Нечего было погоду портить. А так, хоть делом займутся. Все равно ночами дебоширят. Я знаю. Я видел. Так что я думаю раз в месяц каждый из них сможет одну ночку посвятить своему любимому правителю на благо и процветание страны. А для особо своенравных есть плеть и публика. За каждого упущенного преступника ленивые будут наказаны на площади. Мера воспитания народа – кнут и пряник. Кнут все же наиболее стимулирует.

Алистрат написал несколько указов, поставив роспись, и со своей жирной печатью передал их заместителю.

- Один должен попасть в Академию на стол ректору, а копия второго разослана по разным областям города лично в руки главнокомандующим. Чтобы завтра же новые патрули были готовы. Давно пора было что-то предпринять. А то запустил я как-то это дело. Вот и повод появился. И еще. Надо проверить Капитолий. Хотя, это бесполезно. У темных эльфов плохая репутация. Только они могут ограбить дом и провернуть все так, что хозяин в итоге сам отдаст им свой особняк, да еще и прилежащие территории всучит в подарок, и что самое странное, будет при этом абсолютно счастлив. Лучше вот что сделать. На все прямые канализационные выходы в подземку наложить большой хороший-такой замочек. А свалку разобрать! Весь мусор рассортировать и отправить темным на переработку. И чтобы я больше не слышал об этих завалах. Город должен быть городом, а не гниющими помоями. Все запомнил?

Заместитель обреченно кивнул.

Черный маг вышел из кабинета и спустя несколько долгих минут парень увидел, как правителя поглотило окно портала.

- Он не боится так все оставлять на распашку? – вояка проследил за скрывшимся силуэтом Верховного.

- Тут все у него завязано на крови. Если в тебе не течет его кровь, то можешь даже и не пытаться взять что-то. Кара мгновенная – смерть. Пожалуй, единственное, что отсюда можно унести – это бумаги, но без его подписи, магического знака и печати Верховного, они ничего не стоят.

- Как у вас тут все строго.

Заместитель лишь дернул головой.

- Я третью ночь провожу не с семьей, - в его голосе звучала неприкрытая горечь. – Скоро дети не будут знать меня в лицо. Нужно уходить. Лучше я другим чем-нибудь займусь, чем буду пытаться быть похожим на него.

- Да, он без семьи совсем. Одинокий, недосягаемый, жестокий. У него просто нет времени даже на себя. Что говорить о семье! Многие хотят быть как Верховный, но как только пытаются – начинаются проблемы. Вот взять хотя бы моего главного. Он мечтал о власти. Получил ее, но пожертвовал в итоге куда более весомым. Только спустя года он понял это. Теперь как пес цепной ко всем бросается, придирается.

- Ты бы помылся что ли, - сморщился черный маг от того, что благоухающий всеми ароматами помойки командир подошел к нему слишком близко.

- Держись, парень, - воин похлопал заместителя по плечу, вздохнул и отправился домой.

Глава 3 Лирн

Светлый маг напряженно думал. В его голове бродили мрачные мысли, а настроение казалось слишком паршивым. Никогда еще ему не было так плохо. Недавняя новость о предательстве собственной жены потрясла мага сильнее, чем он думал.

- Дурак! – Лирн швырнул чару с недопитым красным вином об стенку. Раздался звон рассыпающегося хрусталя. Этот звук немного отрезвил мага.

«А чего я ожидал? Брак по расчету. С чего ей хранить мне верность? Я же ей даже детей сделать не могу, чтоб Отец вечно мучился в пытках!».

Белая пелена спадала с глаз мага по мере того, как он успокаивался. Показываться народу в таком состоянии было нельзя.

Случайный взгляд на мутное зеркало, и светлый маг вздрогнул. Белые одежды были безнадежно испорчены вином и грязью. Копна золотистых волос оказалась взъерошена, будто Верховный рвал их на себе. Лицо с небольшими морщинами все же выглядело немолодо. Случайный прохожий дал бы ему лет сорок, если бы не знал, что перед ним маг. Голубые глаза сочились грустью и усталостью. Все говорило об обреченности.

Неуловимое движение ауры здания, холодный ветерок. Обостренное чувство мага давало о себе знать легким оттенком интуиции. Лирн ощутил в пространстве темную силу. Она сочилась из определенного места, все увеличиваясь. Вкус, запах, цвет – обычный человек не уловил бы ничего, но маг, в котором есть частичка крови Создателя, не мог не заметить изменений. Мгновение, и Верховный уже знал, кто заявился к нему в замок. Лирн вскочил, чтобы тут же подхватить своего друга, усадить в кресло и подать воды. Только один маг мог решиться на такое безумие – прорывать пространство в магически защищенном месте.

- Прекращай это делать.

- Что делать?

- То! Сколько раз я тебе говорил, мой замок пропитан светлой магией до глубоких подвалов! Даже я тут колдовать опасаюсь, чтобы случайно не сместить защитную ауру здания. Не смей больше заявляться ко мне без приглашения порталами! – подумав, белый маг добавил, прекрасно понимая, что о безопасности говорить своему другу бесполезно. – К тому же, а если бы я мылся? Или в постели с женой развлекался? Думай головой в следующий раз, когда будешь настраивать портал на меня.

- Да, ладно тебе! Подумаешь, что я голых мужиков что ли не видел. Или ты стесняешься? А твоя женушка вообще будет рада-радехонька. Хоть какое-то разнообразие в семейной жизни.

Лирн передернул плечами.

- Прекращай. И правда Путник говорил, ты с драконами очень схож по характеру. Быстро общий язык найдете.

- С чего это?

- Что они язвы, что ты!

- Ты чего такой нервный-то сегодня. Я прибыл к лучшему другу, а его словно подменили. Что-то произошло?

Хозяин замка глубоко вздохнул и развалился в кресле неподалеку. Голубые глаза собеседника изучали его с придирчивостью отца, разглядывающего непослушного сына.

- Да. Моя жена беременна.

Брови гостя поползли вверх, а глаза стали точно круглые монеты.

- Ты… ты ведь… как ты обошел проклятие Отца???

Лирн покачал головой.

- Нет, не от меня.

Черный маг лишь передернул плечами.

- Именно поэтому у меня и нет жены.

- Насколько я знаю, у тебя даже любовницы нет. Как ты справляешься вообще? И который раз я тебе этот вопрос задаю, но ты все не отвечаешь – почему ты избегаешь женщин? Я ни разу не видел тебя с девушкой.

- Концентрация. Она помогает мне справится со своими желаниями. К тому же я принимаю настойку эльфов.

- Твое поведение с девушками как-то связано с Отцом?

- Да. Но я пока еще не готов говорить об этом. Возможно, позже. Я прибыл, чтобы спросить тебя кое о чем.

- Я весь во внимании, - Лирн разлил по чарам красное вино и протянул один из кубков другу.

- Откуда тебе стало известно о ритуале, о котором ты рассказал совету?

- Книги. Неделю назад умер один из моих подчиненных. В прошлом он прислуживал Отцу, смотрел за его библиотекой. Его друг поделился с ним предчувствием, что книги будут сожжены.

- Этот друг стал путником?

- Да.

- Значит ли это, что наши изменения возникли еще до смерти Отца? Но… у меня нет объяснений.

- Я тоже над этим тогда задумался. Мне кажется, что Отец запустил механизм преобразований до своей смерти, а с Его кончиной он просто ускорился и стал более явным.

- Ладно. Оставим это предположение, как наиболее подходящее. И твой подчиненный спас библиотеку?

- Нет. Он не смог вытащить все книги. Его сил хватило лишь на малую часть. В его завещании гласило, что мне передается это сокровище. Он сказал, что там я найду ответ, который мы все так упорно и долго ищем последнюю сотню лет. Именно тогда я и наткнулся на первое упоминание о ритуалах на крови.

- Я знаю о привязке на крови. Темные часто его используют. О ритуалах на крови я слышу впервые.

- Я ведь не ошибся. Там ссылались на самую древнюю и мудрую расу. Это драконы. Наши магические расы появились одновременно вместе с людскими, а вот драконы были постоянно. Пожалуй, это единственный народец, который охраняет свои тайны с фанатичным остервенением. Единственное, что нам известно о драконах так это то, что у них у всех поголовно скверный характер и абсолютно черное чувство юмора, да еще и пошлое к тому же. Плюс, хотя в нашем случае скорее минус – к магии они устойчивы. Хитро Создатель придумал. Мы возвышаемся над людьми, драконы – над нами при том, что они совершенно беззащитны против людей. Замкнутый круг. Сколько еще таких кругов существует с другими народами – их просто, наверное, не счесть.

- Что планируешь дальше с книгами делать?

- Сжечь. Там есть знания, которые опасны не только для читающего, но и для всех окружающих. Этот мир пока к ним не готов. У меня волосы дыбом вставали от этих книг. Рукописи Создателя должны быть уничтожены. А ты хотел бы их прочесть, Алистрат?

Черный маг равнодушно передернул плечами, но алчный взгляд, направленный на полки шкафов, выдавал его с головой. Лирн лишь усмехнулся.

- Не надо. Ты ведь мне веришь? Я тебя никогда не обманывал. И сейчас не вру. Тебе это не нужно.

Алистрат уловил напряжение друга и перевел разговор в другое русло.

- Я хочу, чтобы ты отправился со мной к драконам. Мне так будет спокойнее.

- Я, конечно, все понимаю, но я – белый маг! С темными-то не могу найти точек соприкосновения, и ладно бы с ними, но цветные – это вообще за гранью моего понимания. А ты хочешь меня к драконам отправить!

- Это нормально. Разные виды магии. Ее противоположности не дают тебе понять других.

- Но с тобой-то особых проблем нет.

- Дань старой дружбы. Она чего-то да стоит. Магия все равно отталкивает. Она в крови и с ней уже ничего не сделаешь. Живой пример тому – твоя Виктория. Она темный маг, Лирн!

- Я знаю. Но дело не только в этом. Виктория которую сотню лет ждала, что я подарю ей ребенка. Материнский инстинкт просто так не вытравишь. А когда она поняла, что я старею и от меня уже можно ничего не ждать, то взяла все в свои руки. А я…, - Лирн прикрыл рукой глаза, не желая настораживать друга. – я… что я мог сделать? Теперь мне даже подходить к ней нельзя!

- То есть?

- Ребенок темный. При соитии происходит обмен энергиями. Малыш потребляет силу за двоих. Часто нужна подпитка от мужчины. Если ее не будет, женщина может умереть еще на ранних сроках. Она просто теряет свою силу. Ребенок в отсутствии энергии пожирает фактически жизнь матери. Нет, это не чудовище. Организм просто очень хочет жить. Разумеется, это бессознательный процесс. Моя магия – светлая. Для питания темного младенца она не пригодна. Но матери, способной потреблять мою энергию благодаря брачному обряду, магия не причинит ни малейшего вреда. И что мы имеем? Большое количество светлой магии для темного младенца. Он ведь не соображает, что можно потреблять, а что – нельзя. Его смерть растягивается на неопределённый срок. Таким образом, пару моих вторжений и ребенок будет мертвым уже через неделю.

Лирн грустно наблюдал, как вытягивается лицо у Алистрата с каждым его словом. Тут он не в силах был ничего поделать. Книги, украденные из личной библиотеки Создателя вместе с рукописями, на многое проливали свет.

- Это ты…, - Алистрат вновь взглянул на стопку емких хранилищ знаний, расположенных в уголке комнаты, и в его взгляде проскользнуло вожделение.

- Даже не думай! – Лирн правильно прочитал выражение лица своего друга. – Поверь, это не самое жуткое, о чем там написано. Дальше все намного хуже. Я их сожгу. Сегодня же. Я уже несколько раз жалел, что взялся читать это убожество.

- Ты – белый. Для тебя это – убожество. А вот я – темный. Для меня это может быть божественным.

- Алистрат, нет!

Лирн вздохнул, понимая, что друг просто так не отступится. Небольшая искорка, и книги запылали. Огонь давался ему с трудом, как и вся остальная стихийная магия. Это прерогатива цветных магов – управлять первоначалами бытия. У светлых имелась другая сила.

- Знаешь, ну, ты и собственнический гад! Можно сказать, ГлавГад! Даже Серхат по сравнению с тобой ангелочек!

- Спасибо, я тоже рад тебя видеть снова.

Лирн отвел взгляд, не желая ссориться с другом. Последнее время стычки братьев стали происходить чаще. Магия укореняется.

- И это все, что ты мне можешь сказать? Зачем ты это сделал?! Если бы мы знали эти проблемы, сколько бы смертей можно было предотвратить! – глаза Алистрата вновь стали непроглядно черными. Они пугали, но и притягивали одновременно какой-то хищной и потусторонней красотой. Лирн внимательно смотрел на друга. Похоже, только сейчас он начал понимать, почему женщины вешались на Алистрата толпой. В нем чувствовалась магия. Дикая необузданная энергия. В нем самом столько силы не было. Ни в ком не было. А маги так падки на мощную энергию, особенно маги женского пола.

- Что ты молчишь??? Я с тобой разговариваю или со стенкой? Хотя она и то посговорчивее тебя будет!

Мысль, что неожиданно взбрела в голову светлому, заставила того ужаснуться. Все существо воспротивилось ей. Эта идея была несвойственна «правильному» образу белого мага. Может быть это старость, а может проклятие Создателя начало давать трещины, ведь подобная мысль могла возникнуть у кого угодно, но только не у светлых. Лирн пересилил свою душевную боль и тихо проговорил:

- Алистрат, я хочу, чтобы ты дал часть своей силы моей жене, - мужчина выдохнул. По телу разлилась слабость. Против своей сути идти было сложно. Но всегда жизни близких перевешивают устои.

Черный маг замер, словно ослышался. Его злость прошла, вернув глазам обычный голубой цвет.

- Что-о-о-о??? – прошептал он, не веря в то, что услышал. – Я не буду марать свои органы об эту потаскушку! Кто ее там оплодотворил, тот пусть и выкручивается! С чего это мне все за этим быком-осеменителем разгребать?

Лирн скривился, но пытаться доказать что-то другу не решился.

- Алистрат, я прошу. Виктории нужна подпитка. Я не могу. Ты сам все слышал.

- Ну, и пусть помирает! Беда какая! Миру будет полегче – на одну зависимую меньше. В следующей жизни будет повнимательнее со своими ухажерами.

- Так нельзя. Я ее люблю.

- Значит, избавь ее от ребенка, раз любишь.

- Нет. Это противоречит моей природе. Я не могу просто так взять и убить невинное дитя!

- Почему я? Найди кого-нибудь на своей земле.

- На земле белых искать темного? Это плохая шутка.

Алистрат прикрыл глаза и тихо рассмеялся.

- Знаешь, белый, ты просто уникум. Наверное, в курсе, что с тобой одни проблемы? Сколько раз я тебя вытаскивал из всякого дерь… кхм… нехорошего окружения. Только с тобой могло такое случиться, правильный ты наш. Но эта ситуация уже из ряда вон выходящая! Ни в какие ворота! Тебя самого не коробит от собственной просьбы?

- Коробит, - мрачно кивнул Лирн. – Но жизни важнее моего мнения.

- Вот он – философский подход светлых, - картинно вздохнул Алистрат.

- По-моему тебе давно уже хочется женщину. У тебя ее не было со смерти Создателя. Вот он и случай.

- У меня есть свои причины, почему я не знаюсь с девушками. Я просто очень жадный и себялюбивый. Мне не охота отдавать свою силу, какому-то второму лицу.

- Ложь, - твердо проговорил Лирн. – Количество силы не зависит от наличия или отсутствия партнера. Она как кровь, восстанавливается со временем. Исключения составляют только беременные женщины. Если уж на то пошло, девушки не производители энергии, они – потребители, и именно это и делает их мужчину сильнее. Чем больше они забирают себе, тем мощнее становится дающий.

- Хорошие умные книжки, - сощурил глаза черный маг, - которыми ты, нехорошее такое существо, пожадничал и с другом не поделился!

- Я не жадный. Я о тебе забочусь.

- Ну, да, конечно, - хмыкнул Алистрат. - Кто еще может обо мне, тысячелетнем старике позаботится, как не очередной тысячелетний старик!

- Твой сарказм дела не меняет. Так что, на счет жены?

Алистрат показал неприличный жест и отвернулся.

- Поня-я-ятно. А если так, давай сделку? Ты ведь любишь сделки? Лю-ю-ю-юбишь! Какой темный их не любит. Ты поможешь моей жене, а я взамен отправлюсь с тобой к драконам, идет?

- Мало!

- Хорошо, что еще ты хочешь?

- То, что я хочу, ты уже сжег!

Лирн глубоко вздохнул. Его терпение тоже было далеко не бесконечным.

- Что ты хочешь из того, что есть, чтобы уравнять сделку?

Алистрат задумчиво посмотрел на светлого мага.

- Информацию. Ты больше ничего не будешь скрывать от меня. Что знаешь, рассказываешь мне и разъясняешь, почему. Если то, что я сейчас услышал от тебя, это только часть, то даже не представляю, что еще там написано. Будет любопытно тебя послушать. К тому же, ты соглашаешься на все мои предложения и всячески поддерживаешь их. Согласен?

- А если это будет что-то безумное?

- А вот в таком плане уже тебе решать, чья шкура дороже – твоя или жены? Конечно, жены, кто бы сомневался! – черный маг мгновенно прочитал ответ по лицу светлого. - Хотя после того, как я ею воспользуюсь, вряд ли ты останешься при том же мнении.

Лирн насупился, но для него жизнь близких была превыше всего.

- Я согласен.

Алистрат достал кинжал и разрезал им себе руку. Окровавленный предмет тут же был передан другу.

- Не доверяешь мне?

- Доверяю, но страховка будет не лишней. Клятва на крови никогда еще не подводила при случае.

Лирн усмехнулся, взяв кинжал. В этом был весь Алистрат. Близко он к себе не подпускал никого, даже самых родных, отгородившись от всех стеной неприязни и иронии. И на то у него были свои причины.

Глава 4 Виктория

Женщина ходила из угла в угол. Как наяву она помнила лицо мужа, как только его рука коснулась еще плоского живота – удивление, неверие, ужас, разочарование и, наконец, презрение. Он ее не понял. Даже не пытался понять. Один единственный вопрос, что он задал, перед тем как уйти прочно засел у нее в голове.

- Какой срок? – надломленный, полный отчаяния вопрос.

- Два-три месяца, точно не знаю, - тихий ответ.

Сил у мужа было не так много, чтобы обнаружить плод раньше. Ребенок с каждым днем забирал у женщины все больше энергии. Она еле могла использовать свой дар. Получалось у нее все хуже. Виктория боялась, что со временем, она и передвигаться не сможет. Ее тело сильно ослабело, выкачивая силу, точно проклятие. Она и не думала, что ребенок потребует столько энергии. Появись сейчас Лирн на пороге ее комнаты, женщина не смогла бы себя удержать в руках. Путница тихо застонала, вспомнив крепкое тело мужа и сладкую силу, питающую его светлую ауру. Слишком вкусную сейчас. Хотя она предпочла бы темный источник, но такая мечта явью быть никак не могла.

Словно в ответ на ее мысли защитный периметр замка поколебался и в воздухе женщина уловила темную родную энергию. Мужскую черную магию. Кровь с новой силой разогналась по венам. Голова соображала плохо, остались только инстинкты.

- Хочу-у-у-у! – женщина поскребла удлинившимися когтями по стенке, оставив глубокие борозды на камне. – У-у-у-у-ы-ы-ы-ы!

Магиня застонала. Активность тела возросла. Силы уходили в разы быстрее.

Виктория запоздало сообразила, что нужно собрать хотя бы те жалкие крохи, что остались после портала, и экономить собственную энергию. Она легла на кровать и приготовилась впитывать темную магию. Ее оказалось очень мало, но каждая крупинка силы была на счету. Путница непроизвольно сглотнула, уже представив огромное количество родной темной энергии, окутывающей ее своим теплом с головы до ног. Если бы только темный маг чуть ошибся с местом и угодил в ее комнату... женщина предвкушающее улыбнулась побелевшими губами. Уж она бы его пригрела. Путница прислушалась к такому недосягаемо далекому темному источнику. Ошибки быть не могло. Это оказался Алистрат. Ее любимый черный маг, такой вку-у-у-у-у-усный!

- У-у-у-у-у-у-э-э-э-э.

При мысли о его силе, женщину вновь скрутило.

Темный маг появлялся у друга часто. Его ауру и исходящую от него энергию путница запомнила досконально. Сложно забыть мага, когда тот постоянно крутится рядом с ее мужем. От Лирна часто исходили отголоски его энергии. Сейчас женщина продала бы за эту силу свою душу, если бы это хоть чем-то ей помогло.

Сколько магиня так мучилась, частичку за частичкой впитывая то, что еще не забрал замок, она не помнила. Мыслей никаких не было. Все существо обратилось в концентрацию.

Отворилась дверь. И вошел ОН! Женщину окутала теплая сила. Она мгновенно поднялась и встретилась взглядом с черными глазами темного мага. В обычном состоянии они бы напугали путницу. Мужчина открыл свой источник. А черный маг просто так никому никогда не показывает свою силу, и уж точно не раздает ее. В таком состоянии он убивает. И делает это медленно, со вкусом. Но сейчас в женщине почти не осталось ничего, что напоминало бы разумное существо. Возобладали низменные инстинкты. Виктория кинулась к мужчине и с непередаваемой жаждой впилась ему в губы, поглощая потоки темной силы.

- Мое! Хочу! Больше! Хочу!

Женщина попыталась освободить своего неожиданного гостя от одежды, но руки не слушались, занятые исследованием тела, а в голове царил кавардак. Разум ушел, сознание помутилось, в глазах все расплывалось. Единственное, что запомнилось четко – искаженное отвращением и брезгливостью лицо черного мага. Путница попыталась воспользоваться магией, чтобы ощутить, наконец, желанное тело, но не смогла. Вся получаемая энергия уходила на питание плода. Почувствовав приток силы, запросы ребенка увеличились в разы.

- Дай! – взмолилась Виктория, и на ее глазах выступили слезы. - Хочу! Дай!

Алистрат стоял и смотрел на женщину. Она почти висела у него на шее и от ее веса ему было не комфортно. Казалось, он и не думал снимать ни плащ, ни льняную рубашку свободного покроя, ни штаны, ни тем более разоружаться. Униформа всех темных магов по стандарту была черной. Цвет одежды не обсуждался. Так их легко везде узнавали, не прибегая к магическому зрению.

- Я не твой раб. И прихоти блудной девки выполнять не намерен. Попроси нормально.

Женщина взвыла. Мужчина даже бровью не повел, терпеливо дожидаясь возвращения разума путницы. Он спокойно наблюдал за ломкой женщины. Наконец, толика сознания возобладала над инстинктами. В безумных глазах появилась искорка разума.

- Пожалуйста, я п-п-п-прошу, дай мне.

- Что тебе дать? – тихо произнес он, будто бы издеваясь.

Женщина снова чуть не ударилась в слезы, но все же смогла вымолвить:

- Пожалуйста, дай мне больше силы. Я очень хочу ее сейчас.

Алистрат усмехнулся.

- Ну, хотя бы честно. Не стала врать про любовь и про желания тела. Уже радует. Отойди, я разденусь. Когда на мне висят, это как минимум не удобно.

Виктория всхлипнула и просто неимоверным усилием заставила себя сесть на кровать. Она точно зачарованная смотрела, как мужчина снимает плащ, достает кинжалы и откладывает их. Затем его руки развязали рубашку. Она была снята через голову, оголив натренированный торс. Путница затаила дыхание. Сила потекла быстрее. Ее стало больше. Потом в ход пошли штаны. Спустя время перед ней предстал обнажённый темный маг. Женщина только хотела приблизиться к нему, как повелительный окрик: «Сидеть!» - пригвоздил ее обратно.

- Я сам все сделаю, ясно? Ты не потратишь ни частички своей силы. Я у тебя ее просто не возьму.

Путница мысленно возмутилась таким пренебрежением и попыталась перенаправить часть уже успевшей выработаться своей энергии мужчине, но получила сильный откат. Руки мелко задрожали. Женщину замутило. В глазах все задвоилось и затроилось. Алистраты единодушно покачали головами, точно болванчики, и проговорили:

- Мне вот интересно, все бабы дуры, или все же нет? Похоже, что да. Ты себя угробить решила, ненормальная? Я же ясно сказал, что твоя сила мне не нужна. Даже входы на время заблокировал, чтобы случайно не взять. Э-э-э-эх, Создатель, дай мне терпения!

Алистрат быстро стянул с путницы платье и уложил на кровать, нависнув сверху.

- Ну, что ж, - осмотрел он свой сомнительный приз, - так-то вроде все есть – низ в порядке, верх, конечно, на любителя, но я не привередлив сегодня. Дареному коню в зубы не смотрят. Тогда, раз все на месте, можно и приступить к делу. Надеюсь, твой муж не заглянет посмотреть, как у нас тут дела обстоят, иначе мне и его нужно будет лечить. Хорошо еще, что не этим же способом.

Алистрат усмехнулся, представив вмиг побелевшее лицо друга, а затем картинка сменилась на красивую полуобнаженную блондинку, и дело сдвинулось с мертвой точки.

***

Женщина сыто свернулась клубочком под боком у черного мага. Она, наконец, ощутила счастье. Сила переполняла ее, бурлила темным потоком. Алистрат был слишком щедр. Он полностью открыл свой источник, влив в женщину приличное количество энергии. Силы в нем было немеряно. Женщина забрала столько, сколько смогла. Лишнее растворилось в окружающем пространстве. Комната стала душной. Виктория прислушалась к себе. Дивное умиротворение царило не только в ее душе, но и теле. Она перевела взгляд на Алистрата. Мужчина был хмур и задумчив. Черный маг ничего не получил, даже физического удовольствия. Это было заметно по его лицу. Он все отдавал, но ничего не брал. Виктория припомнила их соитие, длившееся от силы минуту до ее первого и единственного удовлетворения. Потом он резко прекратил и успокоился, хотя в его взгляде явственно читалось желание. Очень большое самообладание. Путница даже позавидовала. Живя среди белых, она привыкла за добро платить добром, даже если оно было сделано безвозмездно. Озорная мысль посетила ее головку. Женщина приподнялась на локтях и, улыбаясь, чмокнула своего спасителя. Алистрат посмотрел на Викторию, как на вконец больную.

- Ты не наелась что ли еще?

- О чем думаешь?

- Ты не ответила на вопрос.

- Наелась. Благодарю, было очень вкусно.

- Тогда ЧТО тебе от меня надо?

- Внимание.

- Не ко мне. К своему мужу обращайся. Этот повернутый за тебя удавиться готов. Давно подозревал, что он не излечим, но, чтобы настолько…

Женщина насупилась.

- Я твоего внимания хочу!

- Больно многого хочешь. Хотя… допустим, я обратил на тебя внимание, что дальше?

- Поцелуешь?

- Дверной косяк? Да с радостью!

Виктория стукнула кулачком о грудь мужчины и засмеялась. Темный, он темным и останется, чтобы ты с ним не делал.

- Али, ты меня любишь?

Мужчина в ужасе взглянул на путницу. На его лице проступил гнев.

- Не смей со мной фамильярничать!!! Никогда! Ты мне никто, никем и останешься. Я, кажется, случайно стукнул тебя о деревянные перекладины кровати, или я, наверное, уши компотом мою, но ты сейчас серьезно сказала «любишь»? Дорогая, открою тебе глаза на мир. Любит тебя твой уже дважды рогатый муж, который женился демон знает на ком, а я так мимо просто проходил!

- Ага, и случайно зашел в мою комнату!

- Именно! А теперь мне пора идти. Лирн там с ума сходит. Я почти уверен, уже напридумывал себе всякого, веревку на шее затягивает.

Алистрат встал и хотел было добраться до одежды, как его тут же схватили и с силой дернули обратно. Он с мрачной решимостью скинул уже успевшее взгромоздиться на него тело и все же достал одежку.

- Прекращай этот балаган. Не смешно уже.

- Я хочу, чтобы ты остался, - обиженно проговорила Виктория.

Ее образ являл собой вселенское раскаяние, даже глазки были приопущены. Алистрат и мельком не взглянул на нее. Он за свою жизнь повидал и более удачливых актрис.

- А, ты придешь снова?

- Приду. Одного раза тебе будет недостаточно. Носить ребенка еще долго. Чем больше срок, тем больше силы нужно плоду. Ты не справишься одна. От кого хоть понесла?

- Секрет, - Виктория лучезарно улыбнулась. Мужчина лишь передернул плечами, мол не больно то и хотелось знать, и вышел. За дверью его ждал бледный и осунувшийся Лирн с бутылкой коллекционного. Алистрат так и подозревал, что его друг засядет возле комнаты «любимой» жены, а потому заранее поставил блок на звуки. Их не слышал никто за пределами спальни.

- Просто прекрасно! Мы собрались к драконам, а ты в дюпель пьяный! Хватит надираться! Для Верховного – это не позволительная роскошь! – с этими словами Алистрат вырвал из рук Лирна бутылку и допил оставшуюся жидкость. – А, неплохо. Хорошее вино. У тебя отличный вкус.

Белый маг печально усмехнулся, смотря на друга снизу-вверх. А друг ли он вообще? Мужчина мгновенно выкинул ненужные мысли из головы.

- Вся проблема в том, что я почти не пьянею. У магов оказался до противности устойчивый организм. Мы быстро трезвеем. Так что… толку-то в этом вине…

- Тем более нечего зазря свои погреба переводить!Лучше бы мне отдал. Мне оно все же нужнее будет.

Только сейчас светлый обратил внимания на подавленный вид темного.

- Чего такой кислый?

- Вот ты знаешь…

- Не надо мне свои впечатление описывать. Я этого не выдержу! – вторая бутылка была незамедлительно им откупорена.

Алистрат ее мгновенно отобрал и осушил до половины.

- Ну, и наглость! Заявился ко мне домой без приглашения, воспользовался моей женой, а теперь еще и старое коллекционное отбираешь!

- Я не пойму, тебя больше возмущает первое или второе? К тому же, не такое уж вино и старое – всего двести лет. Ты постарее будешь раз в пять. А на счет жены – я был против. И ты это знаешь. И вообще, тебе нельзя. Очень вредно! Я о тебе забочусь! – вернул черный маг колкость друга.

- И все же выглядишь ты не лучшим образом. Может отложим визит к драконам на завтра?

- Нет. С этим нужно заканчивать, да побыстрее. У меня остался мальчишка править, кто знает, что этому сорванцу в голову взбредет!

- Ты своих замов меняешь, как перчатки.

- А что делать, если они все тупые! Все! Поголовно! Нет, ну, например, как можно перепутать синюю печать с красной? А ведь кто-то из них попутал, слепые, так их раз так! А потом этот несчастный листочек отправился не на стол к повару для организации праздничного ужина, а в психлечебницу с особо буйными. Там еще держат полоумных магов, не справляющихся со своими силами. А теперь представь. Приходит приказ. Светлый, мать его, эльф, наш главный целитель, открывает грамоту, а там – к столу Верховного отрезать несколько пудов мяса, подать в фаршированном виде с зеленью и фруктами… и прочее в том же духе. Бедолагу откачивали всей психлечебницей. Но там же светлые работают! Они юмора не понимают, то есть совсем не понимают! И им невдомек было, что кто-то мог просто ошибиться и отправить письмо не туда. Эти верят всему и вся. И, почесав репу, приказ они восприняли буквально. А теперь самое интересное. Приезжаю я, одеваюсь на бал, вхожу в главную залу. Смотрю, стоит повар и в крайнем изумлении рассматривает новое блюдо. Фаршированный маг под подливой с яблоком в зубах, обильно покрытый укропчиком. Меня чуть не вывернуло наизнанку, когда я под этой зеленью рассмотрел глаза. Я побил все рекорды по бегу на особо длинные дистанции, а по ору точно стал самым первым. Так вот мораль такова – если бы один крайне невнимательный тип не перепутал печати, вечер у меня прошел бы успешно, а пару психов были бы живы и коротали свое время в лечебнице. С тех пор все печати я держу при себе. Мало еще кто, что попутает.

Отсмеявшись, Лирн произнес:

- Что-то эту историю я не слышал раньше.

- Повода рассказать не было. А вот ты спросил, и я припомнил. Это тебе смешно сейчас, а тогда – было страшно. Целители меня до сих пор стороной обходят по кривой дуге. Сколько я не пытался светлым эльфам доказать, что произошла ошибка – напрасно. Для них все просто, как дважды два. Приказ есть – есть, роспись стоит – стоит, печать имеется – имеется. Все! Какие вопросы? Но, конечно, мнение о своем правителе у них сложилось…, и оно мне точно не льстит.

- Возможно ты просто перегрузил парнишку. Дело было ночью, вот он и перепутал – заработался.

- Заработался, - фыркнул Алистрат. – Таким слабовольным и бесхарактерным точно не место на троне.

- Если бы ты нагружал их не сразу, а постепенно, то вышел бы толк.

Алистрат тяжело посмотрел на своего собеседника.

- Ты мне еще укажи, как растить молодое поколение! Нашелся учитель! Помниться, мне никто не организовывал проблемы строгими порциями четко по ходу жизни. Они навалились сразу всем скопом, да еще и приплюсуй процесс перестройки. Легко мне тогда не было, но именно это меня и воспитало, как личность.

Лирн передернул плечами, сделав еще один глоток из горла.

- Как знаешь. Мое дело предложить.

- Что-то мы тут с тобой засиделись. Давай порталом к драконам. На удивление я уже почти восстановился.

- Я же говорил, что восстановишься. В смысле порталом? Сейчас? Мы выглядим с тобой на пару как двое забулдыг. К тому же, я не знаю, куда.

- Я знаю. Когда-то в молодости мне приходилось там попутешествовать, искал драконье золото. Придурком был в общем-то знатным.

- И как? Нашел?

- Ага… десять раз успел. Еле ноги унес от одной мстительной и злопамятной твари. Тоже занятная история. Но уже потом. Поднимайся. Я открою портал, приготовься к неприятным ощущениям.

- Мой плащ, маска… они в кабинете остались.

- Не надо. Драконы не любят, когда скрытничают. К ним лучше идти открытыми и без оружия. Эти ящерицы слишком мнительны и подозрительны. Пальнут еще огоньком, будешь с красным пупырчатым лицом до конца жизни расхаживать.

Лирн молча кивнул, приготовившись телепортироваться. Алистрат так же молча разрезал пространство.

Глава 5 Драконы

Кхари – самые высокие и известные во всем мире горы. Именно там жили драконы. Вершины гор уходили далеко за облака. А вход в логово драконов чутко охранялся недремлющими стражами. Так гласили предания…

Два дракона стояли около входа в пещеру. Они пристально всматривались в горизонт. У них был прекрасный обзор. Выше высоких сосен открывался вид на океан. Он был далеким и недосягаемым, но им нравилось любоваться синей полоской вдали. Не забывали они и поглядывать в низ. Прекрасный слух улавливал любые посторонние звуки, а рефлексы мгновенно реагировали на них, выпуская столб пламени в подозрительную активность.

Что поделать, но их раса не любила гостей. Не то, чтобы драконы их не привечали, но желающих смешаться с грязью не находилось. Данный народ был очень невоздержан на язык, себялюбив и горделив. Самое интересное, что их самих это нисколько не беспокоило, а вот остальные расы страдали. Поэтому Высочайшим Эрлом было решено выставить конвой перед входом. Такой ход был лишь данью предосторожности. Со временем территория драконов, которая входила в состав трех северных государств, была закрыта и признана нейтральной. Это решение оказалось для трех Верховных одним из сложнейших. Ведь к тому времени до них дошли слухи о том, что драконы потребляют своих обидчиков с устрашающей регулярностью. Байки то или правда – никто так и не решился разобрался, однако истина была такова, что сами люди пропадали семьями. Уничтожить драконов пытались, но к магии они устойчивы, а посему ничего ни у кого не вышло. Морально надавить на них тоже не получилось. Маги пришли к соглашению просто закрыть эту землю. С той поры прошло не так много времени. Драконы были несказанно рады, что их, наконец, оставили в покое. Однако во все времена всегда находились смельчаки или безумцы, которые стремились все слухи испытать на собственной не долгоживущей шкурке.

Стражи тихо посмеивались. Они только недавно прогнали очередного искателя приключений, подпалив тому пятую точку.

- Как думаешь, сколько ему понадобиться времени, чтобы снова сесть? – бирюзовый дракон, что постарше, выпустил из ноздрей струйки пара. Его сильное тело расслабилось, вновь уложив хозяина на жесткие булыжники.

- Мне больше интересно, когда он снова сможет дарить наслаждение своей самке, если ты ему вместе с задней точкой подпалил и переднюю тоже, - отозвался второй страж. Его золотистые чешуйки на закате отбрасывали причудливые блики. Он последовал примеру своего компаньона и развалился возле входа в пещеру. - И чего они все сюда ходят? Медом что ли им тут намазано.

- Пусть ходят. Так даже интереснее. Сидишь, ничего не делаешь, народ пугаешь – работа мечты. Обожаю свою смену!

Вдруг, старший дракон насторожился. В воздухе внезапно почувствовалась темная магия. Кто-то рвал пространство. И ладно бы где-нибудь в другом месте, но портал должен был открыться прямо перед пещерой. Молодой тоже ощутил изменения, но пока еще не понял причины.

- У нас гости, - произнес бирюзовый великан и, зевнув, прикрыл веки.

- Где?

Два уже немолодых мага выскочили из ниоткуда прямо перед входом в пещеру. Сильный хвост старшего вмиг откинул их назад на несколько десятков верст с хрустом впечатав в ближайшие сосны.

- Ого! Так вот оно что! – с восхищением в золотистых глазах дракончик посмотрел на главного. – Магов я еще не видел. Это правда они?

- Да, - первый страж внимательно наблюдал, как гости, постанывая, точно старые деды, поднимаются, а их глаза загораются цветом магии. – Какая прелесть! И что тут у нас? Черный и белый маг во плоти! Какое невероятное стечение обстоятельств заставило вас работать вместе, вопреки характеру вашей силы?! Не говорите, я сам догадаюсь! Это самка, верно? Эх, весь мир крутится только вокруг одного…

- Вокруг женщин? – удивленно проговорил младший.

- Нет, друг мой. Вокруг более… м-м-м-м… приятного… м-м-м-м… времяпровождения, - дракон усмехнулся и обратил свой взор на уже вставшую и осторожно подбирающуюся к нему парочку. – Тем не менее, ребята, вы уже опоздали к обеду. Солнце садится. Но не переживайте! Для вас еще не все потеряно! Ужин пока что не подавали. Дом нашего высокоуважаемого повара находится неподалеку – на западе от пещеры. Как к нему придете скажите просто – закуска прибыла. Для главного блюда вы все же мелковаты, даже если подавать вдвоем. Он все поймет. У нас повар вообще смекалистый дракончик.

Белый маг резко побледнел, белена с глаз спала. Черный мгновенно заметил эту перемену настроения и прошептал:

- Не слушай его. Это все ложь. Напугать он нас так хочет. Не поддавайся. В разговор не вступай, я сам буду говорить.

Напрасно темный маг думал, что драконы его не услышат. Слух у них был отменный.

- Ну, посмотрим, что ты нам такого интересного расскажешь. Мы от мира отсечены, будет интересно узнать последние новости, - усмехнулся золотой гигант.

Черный маг оглядел высокие сильные туши драконов, по достоинству оценив красоту этих удивительных существ, и, подбоченившись, громко произнес.

- Мне нужно видеть Высочайшего Эрла Фаха! У меня к нему деловое предложение.

- Да ты что! – притворно округлил глаза старший дракон. - Мне тоже много чего нужно. Например, не строптивую самочку для приятной и плодотворной ночи! Давай померяемся своими хотелками? Хотя, что с тобой, букашкой, меряться? У меня по любому больше.

- Я – Алистрат, Верховный черный маг и направлен сюда по поручению совета, - мужчина решил подойти к проблеме с другой стороны.

- А я – повелитель Вселенной! Не веришь? Смотри, сейчас это дерево загорится! – с этими словами бирюзовый великан плюнул в сосну огнем. Она тут же вспыхнула. – Видишь? И никакой магии! Да, направлен я сюда Создателем и Высочайшем Эрлом, чтобы портить ваши несчастные жизни своим присутствием.

Золотой дракон, как и белый маг спокойно наблюдали за разыгравшимся представлением, но только у стража на мордочке царила клыкастая улыбка.

- Я говорил, что нужно было поофициальнее одеться, - проворчал светлый.

- А толку то? Он бы все равно не поверил, даже если бы мы пришли при параде и с армией. Слушай, дай просто пройти. Нам очень надо поговорить с твоим правителем.

- Путь закрыт для посторонних. Ничем не могу помочь, - наконец, смилостивился дракон. – Если вас там никто не знает, то проход строго воспрещен. Приказ высочайшего Эрла. Хочешь моего чистосердечного совета?

Алистрат приподнял брови, готовый слушать.

- Ты умный?

- Вроде да.

- Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет. Обход по правой стороне, там короче. Скатертью дорога!

Черный маг призадумался.

- А если дракон меня узнает, вы пропустите?

- Пф-ф-ф-ф… как раз плюнуть!

- Э-э-э, - мужчина осмотрелся, — вот плеваться точно больше не стоит. Вы ведь знаете Хаа? Он в курсе кто я!

Стражи переглянулись между собой и вновь посмотрели на гостей.

- Допустим, у нас есть некий Хаа. Но тебе это ничего не даст. Он не знается с пузатой мелочью. Ты с ним никак не мог встретиться. Это снова ложь.

- Не ложь! Позовите его! Хаа! Он меня знает. Скажите, что я пришел вернуть должок.

Морда дракона вытянулась, и все же он кивнул второму стражу. Тот расправил свои кожистые крылья и взлетел ввысь. Ждать пришлось недолго. Огромный черный дракон приземлился неподалеку от Алистрата. Его зрачки были сравнимы с цветом огня – крайняя степень возмущения и злости. Дальше за ней уже идет смерть.

- Какой нечестивец посмел тревожить мой покой? – взгляд рослого сильного дракона переходил от одного гостя к другому. Узнавания в нем не было ни на дюйм.

- Хаа! Помнишь меня? Мы встретились где-то примерно восемьсот лет назад. Ну, вспоминай! Это же я! Тот искатель сокровищ.

- Темный? - черный дракон фыркнул, но крылья все же сложил. – Тебе вконец жить надоело? Тогда я не успел расправиться с тобой, юркое ты насекомое, но сейчас мне ничто не помешает это сделать.

- Постой! У меня есть интересное предложение!

Дракон мгновенно втянул когти и толстые шипы на загривке и прикрыл пасть.

- Ты – нахал! После всего того, что натворил, ты что-то хочешь мне еще и предложить?

- Поверь, Высочайший Эрл не сможет от такого отказаться. Это будет касаться всех драконов! Очень выгодное предложение. Только мне самому нужно к нему попасть. Необходима твоя помощь в этом.

Взгляд, брошенный мельком на гостей, и Хаа решается.

- Хорошо. Но оружие оставляете тут. И еще раз, если я тебя увижу после этой встречи, ты умрешь. Я расплавлю тебя в огне.

- Договорились.

Алистрат поднял руки в примирительном жесте и отошел. Черный дракон вновь взмыл вверх.

- В горе выщерблены ступеньки для вот таких вот бесхвостых и мелких животинок. Подниметесь на самую вершину. Там будет большая зала. Высочайший Эрл гостей принимает именно там. Располагайтесь, где хотите. Магию использовать не рекомендую, - бирюзовый гигант размял крылья и вновь улегся, прикрыв веки. – И да, он примет вас только в том случае, если вы до туда доберетесь.

Золотистый дракон тихо захихикал.

Друзья вошли в пещеру, похожую на огромную комнату с десятком ответвлений – все было сделано под исполинский драконий рост. Единственное, что выбивалось из обстановки - это ступеньки. Маги посмотрели наверх и ужаснулись. Лирн застонал.

- Я не поднимусь!

- Придется, - мрачно отозвался Алистрат и мужественно шагнул первым.

Глава 6 Высочайший Эрл Фах

Правитель драконов устало приземлился на посадочную площадку. День выдался сложным. Снова не так гладко, как хотелось бы, прошли переговоры с местным царьком, что именовал себя хозяином ИХ земли! Дракон готов был рвать и метать, но данное поведение не вписывалось в образ вожака. К тому же проблему бы это не решило. Усмирив свой гнев и втянув поглубже костяные наросты вдоль спины, Фах чинной походкой истинного правителя отправился в одну из пещер. Как бы сильно он не чувствовал себя уставшим, показывать свои слабости подданным было никак нельзя.

Высочайшего Эрла встречать прилетел чуть ли не весь его народ. Драконами были заполнены вершины гор. Они теснились в горных проходах, пещерах, где и жили; лежали на нагретых солнцем камнях неподалеку от мест приземления, кружили высоко в небе. Цвет их чешуек был различный – от глубокого темного до светлого нежного тона. Тут были и змеевидные бескрылые ящерицы, и птицеподобные создания, и чешуйчатые жуткие монстры, при взгляде на которых появлялось только одно желание – исчезнуть. Рога, клыки, когти, пластины, чешуя, шипы – все мелькало перед взглядом правителя, заставив его, наконец, расслабиться. Он дома!

Хаа мгновенно оказался рядом со своим вожаком.

- Будет война?

Фах скосил глаза на своего подопечного и промолчал. Он не настолько обезумел, чтобы обсуждать проблемы при своем народе. Правитель горделиво прошествовал в главный зал, где обычно принимал гостей, и улегся на бархатные подушки в самом конце.

- Так что? Будет или нет?

Высочайший Эрл обвел взглядом пустую комнату. Легкое движение головы, и стражники понятливо закрыли все двери, ведущие в помещение.

- Хаа! Ты очень невоздержан! Борись с собой. Твое любопытство когда-нибудь тебя сгубит. Я это уже говорил.

- Простите, Высочай…

Фах оскалил клыки.

- Мы здесь одни. Давай без титулов. Уже наслушался сегодня.

- Так, как прошло?

- Погано. Им стало мало земли. Они посягнули на святое! На Кхари!

Черный дракон выставил на показ свои острые коготки. Ядовитые шипы мгновенно вышли наружу. Однако, Хаа быстро взял себя в лапы.

- Давно пора было этих Смертных прижать. Чего ты тянешь?

- Нужно уметь обходится без крови. К тому же, если это и надо было сделать, то лет двести назад. Сейчас война ничего не даст, кроме наших потерь.

- То есть?

- То и есть. Мы хорошо защищены магически. Но от физических воздействий у нас защиты нет. Кожу, пусть и не с первого раза, но поранить можно. Мы не всемогущи.

- Но у них нет такого сильного оружия, чтобы убить нас.

- Есть.

- Но откуда?

- Хороший вопрос. Однако меня больше интересует другое – как небольшая горстка людей-фанатиков смогла за сотню лет стать достаточно хорошо организованной силой. Кто этому поспособствовал? Я помню, как столкнулся с ними лет триста тому назад. Напуганные – двух слов связать не могут, дикие – бросаются друг на друга точно оголодавшие волки, страшные – запустили себя совсем. Тогда я великодушно решил подарить им свою землю. Пусть плодятся и размножаются. Драконам все равно столько земли не требуется, а дичи люди много не съедят. Теперь Смертные изменились. Да, они хорошо общаются, да, стали понимать, что делают, да, начали мыться и следить за собой! Все это меня только обрадовало. Но когда они объединились и принялись кричать о праве на горы – это уже перешло дозволенные границы! Сегодня они убили пару наших виверн, чтобы показать свою силу. Эта кучка людей была явно кем-то подготовлена. Сами они до такого оружия не додумались бы за сотню лет! И ведь этим их еще кто-то пользоваться научил! Но вот кто?

- Мало у тебя что ли желающих драконье сокровище получить? Только ленивый не придет…

Фах усмехнулся, обнажив рядок острых белых зубов.

- Дело-то не в этом. Кому-то очень нужны горы. Он явно не человек. Смертные до такого просто не додумаются – соваться к монстрам в пасть. Слишком мало времени, чтобы они смогли пройти путь одной цивилизации. Остальные разумные существа на то и разумные, соваться также сюда не будут. Резона нет. Им свои сокровища охранять надо – семью, детей там…

- Маги?

- Именно. К разумным они мало относятся. А больше желающих нет. Разбалованные детки Создателя. Белые отметаются. Они не приблизятся к драконам и на расстояние выпущенной стрелы – кишка тонка. Круг сужается. Темные вполне подходят. Цветные – те еще теневые лошадки. Про них даже самим магам ничего не известно. Живут тихо, замкнуто, на рожон не лезут, никуда не встревают. Загадка. И вот кто из восьмерых Верховных в этом замешен – я не знаю. Хотя что-то мне подсказывает, что я должен искать гаденыша среди темных.

- Кстати на счет темных. Тут к тебе явился один из них. Хочет что-то предложить.

Взгляд правителя стал грозным.

- И ты его впустил??? Не пристанище свирепых драконов, а проходной двор! Если ты так будешь всякий сброд сюда впускать, то быстро лишишься своего почетного звания воеводы. Ладно, где он? – сменил гнев на милость правитель.

- Должен был быть тут!

Фах тяжело вздохнул, а во взгляде заиграло веселье.

- Интересно, на какой по счету ступеньке он застрял? Спорим, и половины не прошел?

Драконы ударили по лапам и вылетели из залы.

***

- Ты проиграл. Половины нет, - пробормотал правитель, вольготно расположившись на скалистом уступе. Ниже его у противоположной стены сидели двое в конец убитых мага и о чем-то тихо разговаривали.

- Любопытно. А белый-то тут что забыл?

- Понятия не имею, но он вместе с черным магом пришел. Может ему компании захотелось?

- Не смеши меня. Верховные все без разбора одиночки.

- Верховные?

- Да-а-а-а. К нам пожаловали «большие шишки», сливки сливок! Нежнейший сорт!

- Как вы догадались Высочайший?

- Видишь ожог у них на запястьях? Это выжженное клеймо. Сам Создатель поставил свою печать на любимые творения. А всего таких любимчиков было ровно двенадцать штук. В них Творец влил своей кровушки побольше, чем в другие игрушки. Таким образом, он просто пометил их, чтобы не перепутать с остальным расходным материалом. Мне кажется, что все это представление, связанное с силой, не больше, чем очередной эксперимент. И он увенчался успехом. Воссоздалась четкая иерархия. А теперь вопрос на миллион! Где в этом мире справедливость? Правильный ответ – ее нет.

- Хм… - черный дракон вновь посмотрел на магов.

- Теперь тебе открылась прекрасная панорама. Ты когда-нибудь видел ползающих на четвереньках Верховных?

- Никогда.

- И не увидишь больше. А посему наслаждайся этой животрепещущей картиной, пока есть такая возможность. Другого такого шанса в подробностях рассмотреть пятую точку великих магов может и не представится.

Черный дракон усмехнулся и разлегся неподалеку от правителя. Долго жать не пришлось. Гости добрались до яруса, на котором восседали драконы. Темный маг поднял голову и обомлел. Чуть дальше над лестницей сидели Хаа и какое-то невиданное им доселе существо. Белая мерцающая во тьме пещеры чешуя отливала перламутром. Казалось, что перед ним был рассыпан жемчуг. Кожистые крылья с легким пушком создавали впечатление первого выпавшего снега. Они были раза в два длиннее, чем у Хаа. С первого взгляда могло наивно показаться, что такая красота лишь плод воспаленного воображения, и на самом деле ей не место в темной пещере с другими монстрами. Однако стоило магу присмотреться, как он увидел прозрачные пластинчатые гребни на спине гиганта. Из сильного хвоста с пушистой серебряной кисточкой торчала острая раздвоенная игла. Среди волос на загривке сложно было рассмотреть шипы, но со временем они проглядывали то с одной, то с другой стороны. А длинные клыки в несколько рядов и острые когти не оставляли никаких сомнений в том, что перед ним находился ужас многих людей - дракон.

- Не поднимай головы, - тихо прошептал темный, но было поздно. Белый уже во все глаза разглядывал Высочайшего Эрла.

- Что? Нравлюсь?

- Очень, - благоговейно прошептал Лирн. – Вы самый необычайно красивый дракон из всех, каких я видел!

Фах лишь хмыкнул. Он уже привык к подобной реакции непосвящённых.

- Что надо в моих краях? Опять сокровища?

Белый потупился, дав слово темному.

- Я к вам, Высочайший Эрл, с предложением! Вы хотите избавить свой народ от людей раз и навсегда? Мне кажется, они вам тоже доставляют некоторые неудобства.

Фах смерил магов хмурым взглядом.

- Хаа, доставь темного в главную залу. Я с ним сам побеседую.

Черный дракон кивнул и тут же подхватил одного из Верховных, прижав его задними лапами к телу. Алистрат попытался освободиться, на что грозный дракон лишь крепче сжал когти и прошипел:

- Высочайший Эрл велел притащить тебя в залу, но он не сказал, в каком виде. Если хочешь жить – будь паинькой.

Фах наблюдал, как его подопечный уносит одного из гостей, недолго. Правитель вновь обратил свой взор на светлого. Тот был бледнее самой смерти.

- А у тебя есть ко мне предложение?

- Не-е-е-ет.

- Замечательно. Тогда ты свободен!

- Мой друг… что с ним будет?

- Мы поговорим, потом я поужинаю. Твой друг туда, конечно же, приглашен. А ты слился с глаз моих, пока не стал главным блюдом стола!

Лирн вздохнул и обреченно проговорил.

- Я не уйду без Алистрата!

Фах обнажил свой оскал, напугав светлого до икоты.

- Уверен?

- Д-д-д-да-а-а.

- Белые, - вздохнул правитель тяжело. – Какие же вы все-таки белые… да не буду я его есть! Иди домой!

- Нет, я останусь! – храбрости у Лирна чуть прибавилось.

- Тогда выйди из пещеры и подожди его там. Если тебя тут увидят остальные драконы, я не смогу отказать им в забаве повеселиться с новой игрушкой.

С этими словами Фах развернулся, раскрыл свои белоснежные крылья и взлетел, обдав светлого прохладным ветерком.

***

- Что ты хотел мне предложить, Верховный? Я слушаю.

Правитель сидел на подушках. Рядом с ним расположился Хаа.

- Совет магов больше не может терпеть Смертных под своим крылом. Они слишком далеко заходят, лезут куда не надо. В общем проблем с ними не меряно. Убить их всех не получится. Они плодятся, как кролики! Как бы нам самим потом не было худо. Поэтому мы решили создать свой мир по аналогии с этим. Но у нас большие ограничения с силой. Мы не можем даже порталы открыть без неприятных последствий для нас самих. А у вас есть книги. С помощью них мы найдем ответ, как нам все это провернуть без ощутимых потерь. Взамен мы заберем вас на новую планету!

Фах мрачно посмотрел на задумчивого Хаа.

- И обеспечите нам безопасность и спокойствие.

Алистрат улыбнулся.

- Если вы поселитесь на земле темных, то я, как Верховный, обещаю вам уединение и огромное количество дичи в лесу. Но! С одним условием.

Правитель напрягся.

- Каким?

- У вас есть небольшие неговорящие черные драконы в два человеческих роста. Вы их называете вивернами. По сравнению с вами они очень мелкие и производят достаточно много хлопот. Отдайте их темным магам на перевоспитание.

- Чтобы вы из них сделали боевых машин убийц? Нет.

- А если я поклянусь, что мы их будем использовать только в качестве средств передвижения?

Правитель рассмеялся.

- Я смотрю, порталы вам уже надоели.

- Драконам все равно это обещание ничего не стоит. А для моего народа будет неоценимый дар. Ну, так что?

- Хорошо. Заключим договор на крови. Вы даете нам кров и еду, следите, чтобы никто не беспокоил нас понапрасну, а взамен мы вам предоставляем нужные книги и, когда все получится, то и виверн. Но если что-то пойдет не так, договор будет разрушен с обоих сторон.

Алистрат достал кинжал из складок одежды. Тот, что приберег на крайний случай. Фах взял меч великана, но для него это была всего лишь зубочистка. Оба правителя надрезали кожу и слили кровь в одну чащу. Каждый произнес слова клятвы на своем народе и отпил из емкости. Магия связала договор прочнее самых крепких цепей.

- Я принесу нужные книги. Читать будешь тут. Листочек и чернильницу с пером отдаст тебе Хаа. За дело.

Глава 7 Странные дела

Непривычная тишина столицы и тусклый свет магических фонарей говорили о многом. Любой маг в раз бы понял, что в городе определенно что-то творится. А людям не нужен никакой дар, чтобы осознать, что наружу лучше не высовываться. Предчувствие – уже великая сила.

Мужчина бежал по ночному городу так, будто за ним гналась стая волков, хотя на самом деле улицы пустовали. В приступе паники он кричал, просил помощи, бил кулаками в закрытые двери. Никто даже и не думал открывать. С его лица тек пот, а из разбитого носа шла кровь. Парень оглянулся в очередной раз – ни души. Чего он боялся? Мужчина сам не понимал. Однако сердце стыло, навевая дикий страх.

В очередной раз парень обратился к дару. Но это было бесполезно. Магии словно не стало. Жуткий рев мужчины. Он потерял самое ценное, что только могло у него быть. Маг еще и еще пытался призвать на помощь дар, но сила, точно насмехаясь над ним, молчала. Дикий ужас сковал не только тело, но и душу. Мужчина остановился и оглянулся. Кругом было тихо и безлюдно так же, как и полчаса назад. Изменилась лишь местность. Теперь она стала более пологой, а домики преобразовались из добротных особняков в длинные многоэтажки.

Маг сел на ближайшую ступеньку и взвыл. Ему больше ничего не оставалось делать, как ждать. Скоро смерть придет за ним. Это единственное, в чем он не сомневался.

Под утро маги воды увидели мертвое тело.

- Вы осмотрели его, док?

Светлый эльф грустно кивнул.

- И что? – дознаватели были непреклонны.

- Никаких повреждений нет. Тело цело. Физического воздействия не применялось. Нос разбит только. Но это из-за того, что когда он бежал поскользнулся на мостовой и упал. Как вы сами говорили, там была его кровь. Мы вскрыли труп. Внутри тоже все в порядке. И, если полагаться на ваш осмотр, магии не использовалось. Просто мистика какая-то! Мы сами в недоумении.

- А кровь? Она что-нибудь показала?

- Кровь в порядке. Здоровый маг. Его сила была при нем вплоть до момента смерти. Он абсолютно чист.

- И что нам сказать старейшине? Из-за чего-то он умер!

Лекарь лишь пожал плечами. Он не мог больше донести до водных ничего толкового. Эта история выбила из колеи старого врачевателя. Более десяти часов он провозился с трупом, но не нашел ничего такого, что могло бы пролить свет на загадочную смерть мага. На его памяти это был первый случай, когда он не смог определить обстоятельства гибели. Маленький проигрыш в череде больших побед. Лекарь печально усмехнулся. Пора уходить в отставку.

***

- Он умер?

- Да.

- Догадались?

- Нет.

- Прекрасно! Нужно передать Верховному новости. Он будет рад.

- А у тебя как?

- Ловушка подействовала. Пора внедрять ее в остальные города. Смешно выйдет, если сам правитель попадется на нее.

- Не боишься, что раскусят?

- Если твое задание не раскусили, то мое и подавно. Я очень хорошо натягиваю сети. Они не смогут обнаружить столь тонкую структуру.

- А если ее обнаружит Верховный?

На несколько долгих мгновений воцарилась тишина.

- Не сможет.

- Уверен?

- Да, - в голосе незнакомца все больше чувствовались сомнения.

- Будь осторожен. Правитель не терпит просчетов.

Глава 8 Гномы

Странный народец – гномы. Живут замкнуто, но при этом добродушные и даже веселые создания. Сами ростом по пояс, однако гонору больше, чем у правителей. Со многими общаются открыто и мило, но не дай Создатель обидеть гнома! Особенно, если кто-то обделил его в деньгах. Тут же начнется баталия с использованием запрещенных приемов и прочих не очень приятных вещей. Многие уходят с рудников без возможности продолжать потомство.

Магнус знал это правило с детства. И прежде, чем идти в одно определенное семейство захватил с собой несколько мешочков с золотыми чеканными монетами.

Подземный город был прекрасен. Пространство, где располагалась столица гномов, напоминало огромный кокон внутри пещеры. Вместо неба свод украшали сталактиты с впаянными в них осветительными кристаллами разных цветов. В основном они были голубыми и желтыми. Казалось, что в подземное царство пробрались светлячки. Но это был искусный обман для приезжих гостей. Жителей города, не любивших живую природу, успокаивали только камни. Гномы лишь в горе чувствовали себя счастливо. Из кокона вели множество ответвлений. Возможно, это были и другие города, а возможно – просто рудники. Внутри пещеры стояла сама столица. Самые богатые дома располагались ближе к центру. Бедные чаще селились по окраинам, впрочем, как и во всех городах. Магнус оглядел великолепные сооружения и извилистые проходы и в который раз подивился мастерству карликов. И хоть многие семьи по своей природе были скупы, гномы не переставали украшать улочки и дома. Тут и там сияли под светом магических сфер драгоценные и полудрагоценные камни, сложенные в причудливые мозаики. Роспись из мелкого гравия на каменных сооружениях будоражила воображение. Перламутр присутствовал лишь на некоторых особо богатых домах, добавляя городу еще большую нереальность. Даже щебень, неизменно имеющийся на всех улицах, выглядел как-то по-особенному.

Могло показаться, что такую роскошь никто не охраняет. Магнус чуть прищурил глаза, поменяв их вид, и его взгляду предстала сеть защитных узлов. Его маги хорошо поработали. Богатству гномов ничто не грозило.

Темные каменные сооружения возвышались над головами маленьких прохожих. Для обычного человека они не казались такими уж огромными. Магнус, согнувшись пополам, протиснулся в дверь одного из особняков и распрямился. Он был не высокого роста, а потому его голова чуть-чуть не доставала до потолка. Гостя там уже ждали.

- О! Магнус! Какая приятная неожиданность. Давно к нам не захаживал. Садись, откушай вместе с нами.

Миниатюрный стол, накрытый на несколько персон, был заставлен всевозможными яствами от приморских изысков до блюд традиционной кухни. Заботливые слуги мгновенно отодвинули стулья и принесли большие приборы как раз для высоких гостей. За столом сидела чета гномов со своими детьми.

- Я тоже рад тебя видеть, Грейси.

Магнус без заминки воспользовался предложением хозяина. Он прекрасно знал, как трепетно гномы относятся к гостям. Интересно, но у карликов женские имена даются мужчинам, и наоборот. Магнус придирчиво осмотрел холёного гнома с длинной темной бородой. Ничего необычного гость и на этот раз не заметил. Все тот же внушающий доверие тон, та же изящная одежда, которую могут позволить себе только правители, такая же добродушная улыбка и хитрые с проблесками азарта глаза.

- Грейси, я тут на счет дел.

- Да-да. Ты всегда приходишь с одним и тем же вопросом.

- И каждый раз на этот вопрос ты отвечаешь по-разному.

Густые брови гнома поползли вверх, открыв маленькие глазки.

- Я не виноват. Ты же знаешь, тут дело случая.

Магнус кивнул.

- Ешь, не стесняйся!

- Спасибо, но я уже обедал.

Гном хмуро погрозил пухленьким пальцем.

- Магнус, если ты сейчас же все не съешь, вылетишь из моего дома, как мой старший сын!

- Ты его тоже вытурил, потому что он отказался потреблять еду? – криво усмехнулся гость, но внял угрозе.

Старик благосклонно улыбнулся, увидев, что его слова подействовали.

- Да. Нет. В частности. Он ушел, потому как настало его время. Если взрослый сын не приносит домой выручку, то пусть ищет себе другой дом! Я его для чего растил, учил, воспитывал, одевал, обувал, кормил? Просто так? В пустую? Нет! Вот ты – молодец. Своим визитом ты всегда греешь мою душу и радуешь семейную сокровищницу; домой приносишь достаточно, чтобы я был благосклонен. Мне в который раз приходится задумываться – а не хочешь ли ты стать моим приемным сыном? Насколько я знаю, ты рано остался без семьи. Я позабочусь о том, чтобы у тебя она появилась. Что скажешь?

- Грейси, я безумно благодарен. Такое предложение! Мне будет сложно от него отказаться, ведь у меня уже есть дом.

- Жаль. Я все же надеялся, что согласишься. Тогда доедай, и пойдем в мой кабинет.

Гном не выглядел расстроенным. Карлик знал, что услышит вежливый отказ, но не предложить он не мог.

***

Кабинет гнома можно было сравнить по роскоши с королевскими покоями. Этот нехитрый народец всегда умел себя достойно показать. Много безделушек самого разного происхождения покоились на полках под слоем многолетней пыли. К стопкам книг, что хранились в шкафах, так же уже давно никто не прикасался. Единственное, что оставалось до блеска чистым – это личные вещи Грейси, которыми он часто пользовался – письменный стол, бумаги, артефакты и какие-то странные механизмы.

- Итак, - гном взгромоздился на свой чересчур высокий для него стул и царственным жестом указал на сиденья возле стенки. – О чем ты хотел со мной побеседовать?

- О новых изобретениях. Ловушки определенно отменные были. Мне нужно больше. И…

Договорить гость не успел. Хозяин прикоснулся к одному из амулетов и в Магнуса устремились лезвия хорошо отточенных клинков. Маг отчетливо ощутил в них цветную магию, но сделать все равно ничего не смог бы, даже если бы и пытался. Воздушные клинки легко было снова создать из ничего и развеять в ничто тоже вышло бы без проблем. Только слушались они лишь один определенный голос. И этот голос был не эльфа.

- Так. А теперь поговорим о том, что меня интересует, - гном отложил перо в сторону и с сожалением произнес. – Извини, что приходится прибегать к таким мерам, но тут уж без выбора. С вами, магами, по-другому просто не выйдет. Клятву помнишь?

Магнус зло посмотрел на гнома, но выхода у него сейчас не было. Либо его тихо мирно закопают в ближайшей пещерке, либо придется отвечать честно. Хозяин провел рукой над еще одним амулетом, и он слегка засветился серебристым цветом.

- Я слушаю тебя. Клятву помнишь? Да или нет?

- Да, - пробурчал маг. – А ты я посмотрю не только с нами торговлю ведешь, но и со стальными расами тоже. Предатель!

- Каждый выживает так, как может. А теперь самый интересный вопрос – ты нашу клятву нарушал?

- Нет!

Амулет засветился алым. Гном печально покачал головой.

- Юнец ты еще. И не стыдно врать старшему поколению?

Магнус чуть ли не зарычал.

- Откуда у тебя ЭТО?!

- Подарили, - огрызнулся карлик и вернулся к интересующей его теме. – А теперь говори максимально честно. От этого будет зависеть твоя никчемная жизнь. При каких обстоятельствах и сколько раз ты ее нарушил?

- Да, было дело по пьяни…

- Нет. Так я от тебя ничего разумного не добьюсь. Давай по старинке. Один раз было?

- Было.

- Да или нет говори. Первый раз было?

- Да.

Гном печально посмотрел на серебряный амулет.

- Второй раза было?

- Да.

Артефакт оставался светлым.

- Третий раз нарушал?

- Нет, - прошипел маг и амулет заалел.

- Больше трех раз клятву нарушал значит.

- Нет.

Но гному уже и не нужен был ответ. Он и так видел, как небольшой кулон краснеет.

- И как мне теперь тебе верить? Использовал мои игрушки, как оружие против разумных?

- Нет!

- Передал постороннему лицу разработки?

- Нет. То есть да, старым друзьям. Они не посторонние!

- Для тебя они – посторонние, иначе бы амулет среагировал по-другому, - вздохнул гном. Он не любил убивать разумных, но делать это приходилось. Кто знает, куда его разработки попадут, в какие руки. Может случится так, что из-за них пострадают и сами гномы, если вовсе не вымрут. Карлики такой участи ни себе, ни другим расам не желали, а потому мощь требовала жертв. Только Грейси хотел отдать клинкам соответствующую команду, как дверь открылась и в кабинет влетела темная эльфийка с растрепанными белыми космами. В кожаной мужской одежде она смотрелось до того великолепно, что даже старый гном невольно прогулялся по фигурке девушки взглядом.

- Оливия! Сколько можно говорить, не надо ко мне являться по своему желанию и в таком виде! И застегни пуговицы на груди. Ходишь тут всех смущаешь, - пробормотал розовеющий гном.

- Прости Грейси. Я только с тренировки. Жарко просто, не могу!

Эльфийка обернулась и заметила поедающего ее взглядом молодого мага.

- Что? Убивать будешь?

- Не хочется, а придется. Он нарушил клятву. А вот ты, умница моя, ни разу не накосячила с ней.

Оливия вздернула тоненький носик и самодовольно улыбнулась.

- Знаешь, вместо того чтобы их убивать, отдавай этих бездарей мне! На перевоспитание. У меня там загоны стоят не чищены. Скотина не кормлена. И вообще хороший мужик в хозяйстве сгодится. Тебе все равно их неприятно убивать. А у меня они пожизненно работать будут. Как мысль?

Грейси с усмешкой взглянул в веселые раскосые глаза гостьи и кивнул.

- Ладно. Но с одним условием. Чтобы я больше о нем не слышал и не видел его. И да, Оливия, поосторожней там. Он тоже темный эльф.

- Да-да. Я знаю, какая у нас скверная репутация во всем мире. Но не думаю, что он опаснее меня.

Женщина пощелкала тоненькими пальчиками около лица освобожденного узника и довольно хмыкнула, когда мужчина мгновенно их перехватил.

- Пойдем, смертник. Ты мне жизнью своей обязан. Будешь отрабатывать.

- Навоз убирать? – Магнуса передернуло.

- Не-е-е-е милый, у меня и позабавнее работка есть.

Мужчина вновь окинул девушку взглядом. Огромного труда ему стоило не дотрагиваться до выступающих частей тела незнакомки.

Глава 9 Незаконные опыты

Оливия на проверку оказалась заядлой экспериментаторшей. У нее на самом отшибе великой державы темных эльфов стояли несколько заводов, загонов и лабораторий по исследованию качества и количества производительности различных неразумных существ. Если разъясняться короче, то весь комплекс составлял собой один большой инкубатор. В биомы, что создавали темные эльфы, заселяли живность определенного класса. В них животные спаривались. Ученые при этом фиксировали благоприятные условия, выясняли наибольшую вероятность рождения здорового потомства при разных обстоятельствах, исследовали поведение существ. Затем наступало затишье. Самка вынашивала плод. За ее самочувствием эльфы строго следили. Рождение – самая неприятная вещь не только для рожениц, но и для самих экспериментаторов. К сожалению, не всегда исход был хорошим.

- Это же… – только и смог прошептать Магнус, оглядывая все великолепие огромных биомов.

- У нас уже далеко не те условия, которые смогли бы сохранить многие виды, - девушка переступила порог своего кабинета и, наконец, обратила внимание на мужчину. – Во времена Создателя вся планета была чистой, пригодной для жизни. Сейчас уже не так. Правитель сгубил свою страну. Везде понаставлены заводы, фабрики.

- Не вижу в этом ничего плохого. Нам дают материалы, мы делаем! – отозвался темный эльф.

- Вот именно! В других областях земля, воздух, вода загрязнены намного меньше, чем у нас или вообще кристально чисты. Да, весь мир пользуется нашими вещами. Теми, что производим МЫ! В итоге выделяются масса вредных веществ во все слои планеты! Многие закрывают глаза. Даже сами эльфы. У нас почти выжжена земля. Она пустынна. На ней не растет ничего. Почва отравлена отходами. Небо над нами никогда не видно. Тут всегда туман. Вода стала безвкусной, гадкой. За один глоток можно отравиться. Нашу землю сделали закрытой территорией. Именно поэтому и сделали. Мы стараемся поддержать хотя бы наших младших братьев.

Девушка грустно посмотрела в окно на зеленую траву, но, услышав смех, с удивлением взглянула на мага. Магнус смотрел на нее, как на несмышленого ребенка. Такой версии закрытых земель ему еще слышать не приходилось.

- Ты преувеличиваешь. Сильно преувеличиваешь, глупышка. Да, заводы приносят некоторый вред природе, но мы его всегда минимизируем. Многие вещи отправляются на вторичную переработку или переводятся в энергию. Ни фабрик, ни заводов нет ни в одном государстве кроме как у нас. Это наша обязанность преобразовывать материалы в материю. Например, у светлых эльфов другая обязанность – обеспечивать весь мир лекарствами. Нам поставляют сырье, мы снабжаем этот мир вещами. И так происходит не потому что захотел Верховный! У нас дар к этому. Ты всегда чувствуешь себя как дома в своей лаборатории. Другой маг может испугаться такого количества разных нестандартных штук. Ты же легко разберешь любой аппарат и сложишь его снова. Именно поэтому гномы живут среди темных эльфов. Они прекрасно дополняют наши умения возможностью поддерживать в обычных вещах разную концентрацию и тип магии. Они – проводники, смешивают не магическую и магическую составляющую в предмете. А территорию закрыли по другой причине. Верховный проводит интересные эксперименты, которые могут вызвать нехорошую реакцию у соседей. И если вдруг об этих разработках станет известно кому-то, кроме просвещенных темных эльфов, миру грозит самая настоящая война. Особенно если схемы докатятся, например, до дьяволов и серафимов. Планету просто на кусочки разорвет.

- А как же животные? – пискнула девушка, когда ее легко прижали к стенке.

- Животные? Загрязнение не превышает нормы. Они могут жить и в естественной среде обитания. Верховный на такую стройку одобрения не давал. Зато он давал одобрение на другое дело. Так что, деточка, хватит играть со мной в свои глупые девичьи игры и примерять на себя мантию героини-великомученицы. Я прекрасно знаю, чем вы на самом деле занимаетесь. А наземная надстройка – это не больше, чем просто отвод глаз. А все свои твои пафосные речи о спасении природы и бедной окружающей среде оставь для молокососов, которым удастся на уши навесить свои слащавые речи.

Хищная улыбка Магнуса заставила девушку оскалится в ответ. Теперь сомнений не оставалось, что попал молодой маг прямо в яблочко. Оливия неплохо играла слезливую проповедницу и кое-где мужчина даже позавидовал такому таланту. У него никогда не получалось так хорошо владеть собой, но с логикой у парня всегда был полный порядок. Вдруг между ними протиснулась деревянная палка.

- Держи, умник, – женщина протянула Магнусу швабру и ведро. – Загоны для отдыха молодняка все твои. Как выходишь из здания направо. Там будет небольшой хлев. Не промахнешься.

- Ты же сказала, что есть работка поинтереснее, чем уборка навоза, - скрипнул зубами маг.

- Есть, да не про вашу честь. Если бы поверил, могла бы и поинтереснее предложить. А так – швабру в зубы и вперед. Сначала вычистишь сено, потом примешься за полы, затем расстелешь сено поновее.

- Вот ведь… зараза…

Магнус проводил взглядом приятную фигурку и отправился чистить загоны.

***

Несколько недель мужчина пытался разными путями привлечь внимание Оливии. Девушка лишь высмеивала его потуги. Язвительности в ней плескалось немеряно. К таинственным подземкам эльфийка тоже не подпускала. Юноша сильно злился.

- Ух ты!!! Убирающий говно Верховный – это, конечно, в высшей степени интересный феномен! Такого больше нигде не увидишь. Или я не в курсе последних мод?! Вдруг уже у всех правителей появилось новое увлечение – в свободное время чистить загоны, а меня, как обычно, не предупредили? Безобразие какое-то.

Магнус разогнул спину и обернулся на незваного гостя. Ему даже не надо было видеть пришедшего. Темный эльф уже знал, кто к нему явился.

- Алистрат, етить-колотить! Какого… ты тут забыл???

- Своего товарища и соратника навестить пришел. Смотрю, я вовремя. Ты тут так неплохо живешь.

- Это закрытая территория! – на лице эльфа заходили жевалки. Магнус искренне не понимал веселости гостя. – Если тебя здесь увидят без бумаги с моей печатью – накажут, а потом вышвырнут, не раздумывая!

- А чего мне бояться? Рядом со мной могущественный правитель! Он не допустит такого произвола! Особенно в присутствии его верных подданных. О, да! Скот разочаровывать не стоит. Ты давай – работай-работай. Я не отвлекаю.

- Так. Что ты тут забыл?

- Хлеба и зрелищ! Ну, второе я получил. А вот первым меня явно обделили. Плохой из тебя хозяин.

- Вали к себе в страну! – чуть ли не зарычал Магнус.

- Ну, ты и жмот. Тебе хлеба что ли жалко? Ладно, я не привередливый. Не хочешь – не давай. Да и сижу я тут неплохо. К тому же… кто еще может похвастаться тем, что видел правителя в позе рака, кроме меня.

Темный эльф тяжело вздохнул и отвел взгляд в сторону, продолжив свое нехитрое занятие. Черный маг намека не понял.

- Знаешь, я кажется понимаю, отчего люди говорят, что у эльфов рыбьи глаза. У вас они просто слишком далеко расположены от переносицы, из-за чего создается впечатление, что они несколько… кхм… развернуты… кхм… к бокам.

- Алистрат, глаза у эльфов – больная тема, как у вас – потенциал силы. Если ты не хочешь драки, замолкни.

- Ладно-ладно. Что такой злой-то? Я тут к тебе по делу пришел.

- Я так и понял. Что надо?

- Хотел уточнить кое-что.

- Я слушаю. И, давай, не тяни уже с этим!

- Ты бы без раздумий отдал за свой народ жизнь?

Магнус поднял тяжелый взгляд на сосредоточенного черного мага.

- Я надеюсь, это никак не связано с твоим походом к драконам?

- Я первый спросил. Отвечай.

- Нет. Я слишком люблю свою жизнь. И мне тут вполне хорошо.

Алистрат печально кивнул и растворился в портале.

- Значит, ты и есть тот самый Верховный? Забавно. Я-то думала, что это всего лишь байки для детей.

Из-за угла показалась Оливия. На ее лице застыла маска раздражения и презрения. Магнус глухо ругнулся.

- Тебя не учили, что подслушивать нехорошо?

- Это моя земля! Мой завод! Мои эксперименты! Я обязана знать, что здесь происходит.

- Ошибаешься, деточка. Это моя земля, мой завод и мои эксперименты. А ты – всего лишь моя подданная.

- Интересно. В таком случае, почему это ты убираешь за животными, а я тобой руковожу?

- Хочу, - коротко отозвался Магнус. Он был не обязан отчитываться ни перед кем. – А теперь моя очередь задавать вопросы, раз уж так все неудачно сложилось. Зачем тебе был нужен Грейси? Он продает достаточно опасные разработки.

- Не твое дело! – зашипела Оливия, пытаясь освободиться от захвата темного эльфа.

- Либо ты мне говоришь честно, либо мы переместимся в мой замок. Поверь, там тебе язык развяжут быстрее, чем ты думаешь.

Девушка вздрогнула. Она многое знала о пытках темных эльфов из слухов. Но проверять их на собственной шкуре явно не хотела.

- Моя семья. Их убили двенадцать лет назад. Я не знаю кто. До сих пор не знаю! Кто-то проводит опыты на разумных существах. Жестокие опыты. Это было видно по трупам. Эти ловушки на магов... сети… только одно существо открыто продает подобные разработки. Так я и познакомилась с Грейси. Но за годы, что мы с ним работаем, я ни на дюйм не приблизилась к разгадке. Он убивает всех, кто нарушает его договор. С ним невозможно остаться в живых и при этом заниматься экспериментами над разумными. Я пыталась перехватывать тех, кто с ним работает. Не всегда успевала. Он очень быстро избавляется от живых. А с мертвыми я работать не умею. Это все, что мне известно! Отпусти! – почти выкрикнула Оливия.

Магнус ослабил захват, и девушка мгновенно вывернулась из его рук.

- Доволен?! Все выяснил? Что б тебе к дьяволу в рабство попасть!

- Успокойся. Я помочь хочу.

- Помочь? – прошипела темная эльфийка. – Мифический правитель, который боится показывать свое лицо подданным? Не смеши меня. Я нанимала многих первоклассных мастеров, но и они не могли мне ничем помочь. Они сказали, что у меня паранойя, что мне все привиделось. Каждый из них! Я сильно сомневаюсь, что ты исключение.

- Где тела?

- Их сожгли. Когда я пришла с дознавателями, они уже догорали. От извращений не осталось ничего!

Оливия закрыла лицо руками, вновь мысленно возвращаясь в тот день.

- Возможно Грейси уже убил организаторов.

- Нет. Они живы. Каждый месяц я нахожу у себя инструкцию, как и что мне делать. Моя сестра все еще у них. Я не имею права и ей рисковать. Ее русые волосы… это ее волосы… они прикрепляются, как предупреждение, что будет, если я ослушаюсь хоть раз.

- Что в этих приказах?

- По-разному. Когда мне нужно выпить их флакон с зельем, когда выкупить кое-какое оборудование у Грейси, когда кого-то убить или привести к определенному месту очередную жертву их экспериментов. А знаешь, что в этот раз? Найти Верховного на своей земле и уничтожить. Угадай, кому выгодна твоя смерть? Кто знал, где и когда ты появишься? Непростая задачка, верно? – девушка недобро усмехнулась. – Во всяком случае, у тебя на разгадку этой тайны не больше недели. Большего я дать не могу. Убить тебя у меня не получится. Что я сделаю против правителя? Ничего! Но пытаться буду. Когда-то я ослушалась, и вместо клока волос они прислали мне ее отрубленный палец – больше не посмею. От этого зависит жизнь моей сестры.

- Эти письма. Они у тебя?

- Нет. Это очередная гномья бумага, используемая для важных сведений. Она сгорает после открытия в течении часа.

Магнус был мрачен, но все же надежды помочь не терял.

- Есть какие-то наметки, где они могут быть?

- Порталами достаточно хорошо умеют пользоваться только Верховные. С таким грузом, как разумные существа, они далеко не уедут. Все дороги на нашей земле зорко охраняются. По небу им не переправиться, хотя я уже ничему не удивлюсь. Нашими разработками маги вполне могут воспользоваться, если среди них есть темные эльфы.

- Все летающие устройства под строгим контролем, - напряженно заметил Магнус.

- Удобно, да? – усмехнулась Оливия. – Всех держать под наблюдением. Шаг влево, шаг вправо, и ты – уже предатель страны.

- Не передергивай.

Эльфийка лишь пожала плечами, но все же продолжила.

- Мне кажется, это где-то тут. Неподалеку. Но я все окрестности облазила вдоль и поперек. Ничего необычного не нашлось, кроме нескольких истерзанных трупов. Видимо фанатики их выбросили за ненадобностью. Следов нет. Никакого возмущения магией тоже. За двенадцать лет я так и не нашла выход из этого дерь… кхм… нехорошей ситуации. И мне кажется, так и не найду.

- Трупы ты сохранила?

- Да. Но у меня не получилось выявить ни одной зацепки при их осмотре.

- Это неважно.

- Что ты собираешься делать? – насторожилась девушка, видя, как лицо мага проясняется.

- Навестить старого друга. Хотя перед этим мне нужно взглянуть на мертвый материал.

- Но это все равно трупы. Ты не сможешь их никак использовать!

- Кто сказал? – Магнус криво усмехнулся, уже зная, как поступит дальше.

- Ты ведь не собираешься… - с ужасом прошептала Оливия. – Это запрещено законом!

- Опыты на разумных тоже запрещены законом. Однако кто-то ими все же занимается. И при этом на моей земле! Не позволю!

Мгновенно созданный портал перенес его туда, где любой Смертный ни за какие деньги не захотел бы оказаться.

Глава 10 Серхат

Дьявол с удовольствием раскинулся в своем кресле из шерсти викуньи и золота. Он любил роскошь. Весь его замок глубоко под землей, намного глубже, чем обосновались гномы, был олицетворением жестокости и изящества. Богатство проскальзывало даже в незначительных вещах, таких как столовые приборы или любимый портрет самого себя.

Тяжелым взглядом Серхат обвел свою комнату, лишь на миг задержавшись взором на паре расположившихся на шелковых подушках полуголых дьяволиц. Они его явно ждали, и ждали давно. Но без приказа подходить к своему правителю не спешили. Девушки прекрасно знали непростой нрав своего хозяина.

- Ара, Уна, - Верховный поманил их когтистым пальцем, и женщины, чуть не взвизгнув от восторга, обвили хвостами ноги своего любимого.

Дьявол прикрыл глаза, расслабляясь. Работа… он и забыл, как это – отдыхать. Вечная зависть сильных Домов и их попытки завладеть троном, обязанности перед Смертными, которые Отец так великодушно разделил между своими детьми, постоянное благоустройство своей пусть и небольшой страны, и вдобавок навалилась еще одна проблема. Серхат тяжело вздохнул, вспомнив последние собрание Верховных.

Одна из девушек принялась массировать упругое тело своего хозяина и на время дьявол оставил свои дела, полностью отдавшись умелым ручкам. Однако надолго забыться ему не дали. Стук в резную дверь говорил о том, что его хотят срочно видеть. При этом только у одного существа хватало наглости врываться в покои Верховного. Серхат с раздражением рыкнул и на пороге показался один из его подданных.

- П-п-простите, но там к вам… он очень хочет поговорить…

- Знаю. Я чувствую. Зови.

Демон коротко поклонился и скрылся с глаз. Но его место пустовало недолго.

- О! Я смотрю, ты занят? Не помешал?

- Помешал.

Гость с усмешкой осмотрел открывшуюся картину. Дорогая со вкусом обставленная спальня, совмещенная коридором с рабочим кабинетом, расслабленный хозяин с бокалом вина в руке и ублажающие его дьяволицы, на которых из одежды почти ничего не было.

- Хорошо сидим. А меня сейчас сгрызет зависть – это точно.

- Твои проблемы – не мои, - философски заметил Серхат, знаком отправив девушек восвояси. – Что нового?

- У тебя всегда так интересно, или мне просто потрясающе везет последнее время? – гость проводил девушек заинтересованным взглядом и расположился напротив правителя.

- У ангелов всегда язык подвязан до небес или мне попался такой интересный экземпляр случайно?

- Второе, - улыбнулся мужчина. – Вообще, мы тихие и мирные, никого не трогаем, а еще милашки и лапочки!

- Ага. Это было на собрании прям очень заметно по поведению Серафима. Он мне показался та-а-а-а-ким ми-и-и-илым! Просто мрак! Задушил бы в объятьях. Жаль, смерть Верховного слишком хорошо скажется на моей репутации.

Гость засмеялся. На ангела он походил меньше всего. Ничего белого и уж тем более светлого у него не было. Обычные черные одежды, суровое, но при этом совсем еще юношеское лицо бравого вояки, чуть красноватая кожа, постепенно ороговевшая под действием среды Преисподней. Гостя можно было легко причислить к дьяволам, правда безрогим, коих в принципе не существует. Пожалуй, единственное, что его выдавало, так это цвет глаз, не характерный для этой расы. Небесно-голубых радужек не было ни у кого в этой стране.

- Я смотрю, наш небольшой мирок тебя полностью принял. Рад. Однако мои отношения с верхом из-за тебя сильно пошатнулись.

Бывший ангел лишь пожал плечами.

- Я к ним больше не вернусь. После смерти Создателя они стали занудами. Все эти бумажки, нити жизни, постоянные переживания на счет Смертных… бр-р-р-р… меня мутит от них! А вот у тебя тут определенно весело! То души сбегают, то живность снова нападает, то опять что-то выходит из строя, а уж про покушения на тебя со всякими извращениями я вообще молчу! Даже моя больная фантазия пасует! Определенно, я выбрал правильный путь. И не жалею.

- Зато жалею я, что согласился, - хмыкнул Серхат.

- С чего это? По-моему, ты от этого только выигрываешь.

- Разве?

- Ты же на меня почти полностью переложил свои обязанности. Я – второй по значимости маг в этой стране! Да мне тут все…

- Корона на пятой точке двигаться не мешает?

- Что? – опешил парень.

- Что слышал.

- Почему на пятой?

- Потому что последнее время ты постоянно ей думаешь. Что самое интересное, часто даже продуктивно, иначе Дома уже давно бы стерли тебя в порошок.

Гость задумался, пытаясь понять, что сделал не так.

- Эта страна – не просто какая-то земля, вверенная нам Отцом. Это в первую очередь – Преисподняя для душ. Некое чистилище, где все разумные существа проходят очищение и идут на очередной круг перерождений. Можно сказать, последняя оболочка этого разрыва между жизнью и смертью. И ты, будучи тут светлоликим хозяином, привел на мою землю ораву Смертных. Не удивляйся. Тут почти ничего не происходит без моего ведома.

- Ну, они просто хотели посмотреть…

- Посмотрели. Посмертно. И ты решил своим скудоумным умишком, что для них тут просто «райское» место, чтобы стать приятно пахнущим жаркое? Смею тебя разочаровать. Бедолаги даже войти не успели, как сгорели мгновенно. Я все понимаю, но горелый шашлычок еще никого не прельщал. Ты даже специи по вкусу не добавил, балда! Повар из тебя, как из меня светлый маг. В следующий раз, если у тебя возникнет желание приготовить мне обед, лучше в корне обруби это стремление. А то еще заваришь кашу, а мне потом снова оправдываться перед Домами, как какому-то провинившемуся ребенку!

Юноша заметно скис.

- Да, я знаю. Я не подумал, что у них другое строение тела. Прости.

- Неважно. Я уже замял этот инцидент. Но на будущее, если что-то решишь сделать, вспомни сначала себя. Ты несколько столетий прятался в моем замке, пока не нашел, как преодолеть эту досадную помеху с климатом.

- Да. У драконов просто божественная библиотека!

- Не сомневаюсь, - усмехнулся Серхат. – Только мне вот до сих пор не ясно, как ты умудрился их уговорить поделиться знаниями.

- Я их попросил, - с простодушием отозвался гость.

Дьявол фыркнул.

- Ага, конечно. У меня на ушах висят крученные изделия из теста?

- Нет.

- А должны бы. После твоих слов. Ладно, я не спрашиваю, как ты обманул проклятие и сумел всего за пару дней преобразиться из ангела-белоручки в язву-дьявола, да еще при этом и помолодеть. Понимаю, секрет ты мне не откроешь. Но я думал, ты хотя бы поделишься со мной тем, как пробрался в сокровищницу драконов! Эти ящеры к своим драгоценным книгам никого не подпускают!

- Я поговорил с ними! – на лице падшего ангела отразилось непонимание.

- Хорошо, Самаэль, не хочешь – не говори.

Гость вскинулся. Его длинные когти мгновенно выползли из ногтевой пластины, а зубы увеличились и заострились в несколько раз.

- Серхат! Я просил, не называть меня больше этим именем! Ангел Самаэль давно мертв и для остальных, и для меня тоже. Теперь я ношу другое имя. И мне оно подходит больше. Еще раз услышу это слово, р-р-р-разорву!

Верховный дьявол подчеркнуто безразлично поднялся и вышел из комнаты. Его мысли бродили где-то совсем не в радостных краях. Он уже давно не задавался вопросом, как так случилось, что ангел превратился в дьявола, что одно существо сумело обмануть смерть и моментально помолодеть. Это было интересно, но не безопасно. Любые вопросы, намекающие на эти странные события Самаэль упорно избегал. Несколько раз даже дал понять, что Верховному лучше не знать об этом для его же благополучия. Серхат пытался уловить момент, что же он пропустил. Сейчас его гость мог вполне порвать ему глотку. Он стал сильнее, наравне с представителями Домов. И во что это выльется можно было легко догадаться. Прорежется вторая ипостась и возьмет верх жажда власти. Серхат не сможет ей противостоять, если сила его подопечного продолжит расти так же, как сейчас. И когда-нибудь его смерть произойдет. Дьявол не знал, что сделал падший ангел, но с каждым столетием в нем становилось все меньше ангельских черт и все больше дьявольских замашек. А что будет, когда он полностью преобразуется? Тогда он станет точно не Самаэлем, а каким-то другим существом.

Верховный свернул в зал медитаций, но не успел он открыть дверь, как его догнали.

- Слушай, прости. Я погорячился.

- Знаешь, знания Создателя достаточно опасны не только для мира, но и для отдельных личностей. Следи за собой. Ты себя теряешь.

- Я знаю. Но мне этот процесс уже не остановить.

- Ходил к драконам?

- Да, - мужчина зарылся руками в пока еще светлые волосы. – Они меня не узнали сначала. А когда поняли, ничего толком не сказали.

- Пока ты извиняешься – это привычки ангелов. Однако скоро и этого у тебя не будет. Ты станешь дьяволом. Раньше я думал, что такое невозможно. Надеюсь, ты понимаешь, что никто не должен знать то, что я и драконы увидели. Для тебя это будет хуже смерти.

- Да. Я знаю. Для всех я – Люцифер. Твой приемник.

- Именно так. Постарайся найти что-то, что ослабит твое превращение или хотя бы поможет тебе понять, в чем дело. Во всяком случае до той поры, пока я не уйду из жизни. Мне очень не хочется быть убитым собственным подданным.

Падший ангел бледно улыбнулся и сжал в объятиях своего наставника. Серхат поперхнулся воздухом, не ожидавший такого подвоха. Ангельские привычки – наиболее сложно искореняемы.

Глава 11 Сложное решение

Серхат вошел в зал медитаций. Это было единственное место, где он мог подумать о том, что не дает ему покоя, и решить для себя, что с этим делать. Комната представляла собой пять расположенных в виде цветка бассейнов. Цвет воды был разным в зависимости от входящих в состав зелий. В центре водного цветка располагалась мягкая подушка, на которой восседал…

Серхат тяжело вздохнул. Отдохнуть в ближайшее время у него все же не выйдет.

- Знаешь, пора избавляться от этой дурной привычки заявляться ко всем без приглашения. Тебя еще никто не убил за такое самоуправство?

- М-м-м, - отозвался нежданный гость. Ароматы ванн не располагали к праздному разговору.

- Вставай и топай сюда. Нечего там сидеть.

Мужчина тяжело вздохнул, поднялся из позы йоги и отправился в след за хозяином в соседнюю комнату.

- Неплохо ты тут устроился. С таким богатством живешь! Гномы слюной от зависти изойдут, если увидят подобные хоромы!

- Не жалуюсь. С какой целью явился в Преисподнюю, Алистрат? Неужто решил рассказать мне что-то интересное о драконах?

- Решил.

Черный маг шагнул к окну и нахмурился. Из замка вид на пекло открывался довольно странный. Город утопал в лаве и ярких всполохах магии дьяволов. Чуть дальше паслись не упокоенные души. И все это утопало во мгле. Черная и вязкая субстанция не давала четче рассмотреть силуэты многих вещей, обманывала зрение. Даже дьяволы, идущие по своими делам, казались лишь плодом воспаленного воображения. На самом же деле это была обычная магматическая порода, движущаяся под действием заоблачных температур.

- Интересная магия, - проговорил гость. – Иллюзии?

- Нет. Особенность здешнего климата. Сейчас несколько пасмурно, как ты, наверняка, заметил.

Серхат облокотился на спинку одного из кресел и царственным жестом указал гостю на место напротив. Тот тут же воспользовался предложением.

- Итак, я тебя внимательно слушаю.

- Ты готов отдать свою жизнь за то, чтобы твой народ жил обособленно от людей на другой планете?

- Меня-то люди особо не трогают. В Преисподнюю ведь они не заглядывают. Жарковато тут для них. А вот совсем о них не слышать и не видеть, когда выбираюсь на поверхность – это я с радостью. Поэтому мой ответ – да. Если такой подарок для моего народа будет стоить собственной жизни, то я согласен. Все равно мне скоро умирать. Может еще пару сотен лет продержусь. Эта смерть будет даже лучше, чем, если меня зарежет кто-нибудь из Домов. Полезнее для народа.

Алистрат хмуро кивнул.

- Жаль, что не все придерживаются этой же точки зрения.

- Конечно, не все хотят умирать, даже ради своего народа! Был бы я лет на пятьсот моложе, тоже считал бы так же. Как я понял, чтобы получился результат, надо добровольно отдать свои жизни. Новая планета?

- Частично. Создатель использовал энергию. Мы часть Его. Наших сил недостаточно, это верно, но в сочетании со смертью, в результате которой происходит наибольший выброс энергии, у нас что-то может и получится.

- Хочешь, чтобы Верховные отдали свою жизнь за сомнительное предприятие. То ли получится, то ли нет?

- Получится. Но опять не хватит энергии. В ритуале говорится об еще одном сильном источнике. Я понятия не имею, что он может представлять.

- Невинная жертва?

- Вряд ли. У нас за годы жизни накопилась масса энергии, а у детей этой силы вообще нет, так как они только на начальном этапе развития.

- Источник… источник… может стоит пожертвовать карманами этого мира? Их все равно два! И живут там неудавшиеся эксперименты Создателя. Будет достаточно мощный источник.

- Думаешь, лишить этот мир нескольких ненужных ему подмиров?

- Почему бы и нет. Создания, живущие там, лишь расходный материал. Они безжалостны, питаются исключительно плотью разумных, то есть друг другом. Думаешь, они достойны жить? Милосердно было бы их убить, чтобы не мучились. Однако стоит посмотреть, нет ли там чего-нибудь нужного, прежде чем высасывать карманы. Вдруг, окажется, что за тысячу лет в них уже образовались свои цивилизации. Хотя, я в этом о-о-очень сомневаюсь.

- Ты прав. При уничтожении двух небольших мирков выделится просто колоссальный объем энергии. Для создания одной планеты и перенесения туда всех магических существ хватит с лихвой. Даже новый карман не придется делать. Нет смысла, если у нас может быть своя планета.

- Если уж затевать что-то, то что-то глобальное и с мировым размахом! – усмехнулся Серхат.

- Я возьму Лирна. Он мне поможет. Так будет быстрее, чем если я в одиночку осмотрю оба кармана. Странно, но Лирн единственный, кому я полностью доверяю, хоть он и белый.

- А, как же я? – Серхат скорчил скорбную физиономию. На мордочку дьявола было смешно смотреть. Жалость ему совершенно не шла. Намного привычнее было видеть Серхата в своем высокомерно-снисходительном состоянии. Алистрат засмеялся.

- Ну, и ты тоже. Но только на втором месте.

Скорбная мина сменилась огорченной.

- Я всегда знал, что ты меня недооцениваешь.

- Никогда не замечал в тебе актерских талантов!

- Просто не присматривался, - махнул рукой дьявол. – Не ты один умеешь хорошо играть. Да, на счет игр. Я решил, что стоит устроить прием для всех высокородных. Верховные будут приглашены в обязательном порядке. А знаешь, что это значит?

- Можно у них узнать то, что они в жизни на собрании не скажут, и в последствии этим воспользоваться?

- Да, и это тоже. Информация лишней никогда не бывает, - удовлетворенно кивнул Серхат. – А мы не так уж и отличаемся друг от друга.

- Темные, - усмехнулся Алистрат. И это все объясняло.

- Нужно будет понять, кто из них на нашей стороне, а кто против. И, соответственно, тех, кто против, убрать.

- Логично. И на их место поставить более сговорчивых сильных магов. Магнуса нужно удалить по любому.

- Ты уже говорил с ним?

- Задал такой же вопрос, как и тебе недавно. Он ответил – нет. Впрочем, я и раньше это знал. Точнее предполагал. Сегодня я в этом удостоверился окончательно. От него надо избавиться. И чем скорее, тем лучше.

- Он что-то заподозрил?

- Да. Но какой смысл мне было вуалировать свой вопрос, если в итоге я все равно знал, что он в скором времени станет трупом? С другими буду осторожнее.

На поясе у Серхата засветился и завибрировал кровавый кристалл. Дьявол без раздумий активировал артефакт и окаменел. Мысленный диалог отнимал всю концентрацию и внимание хозяина. Алистрат провел ладонью около лица Верховного, и убедившись, что никаких признаков реакции нет, тихо хмыкнул. Именно поэтому черный маг старался не пользоваться кристаллами связи. Слишком это было ненадежно. Не всегда даже дома удается спокойно заснуть без риска быть убитым. А уж если совершенно отключиться днем, да еще в самый неподходящий момент – где-нибудь на улице – то можно вообще не очнуться. У Серхата все было проще. Весь его замок замешан на крови. Он просто не пропустит тех, кто желает хозяину зла. Для этого нужно специальное разрешение у правителя. По этой же причине сбор Домов Преисподней проходил не в замке Верховного, а в отдельном доме. Странная вещь с уникальными свойствами – кровь дьявола. Связывает посильнее слова Создателя. Единственная сила, которую взломать или обойти никак нельзя. Алистрат перевел взгляд на окно, где до сих пор текла неприятная река мглы. Если бы Серхат изначально не был одним из БеЗсмертных, приспособленных к человеческой среде обитания, то в его замке царил бы такой же хаос, как и за окном. Алистрат вряд ли бы выдержал пары мгновений на улице. Слишком высокие температуры и слишком слабая плоть. Черный маг снова перевел взгляд на твердую толстую кожу цвета магмы. Создатель хорошо позаботился о своих детях и о их выживании в первую очередь.

- Только вспомни о черте, как он тут, как тут.

- Да, хозяин? – небольшой чернокожий чертенок вынырнул будто бы из ниоткуда.

- Пошел вон. Я не о тебе, - рыкнул правитель, и довольная лысая мордашка с поросячьим носиком испарилась будто бы ее и не было вовсе.

- Магнус? – Алистрат сделал вид, что ничего не произошло. Однако с любопытством посматривал по сторонам.

- Он самый. Хочет поговорить. Попросил тебя тоже позвать. Но раз ты и так тут, то не вижу смысла мне куда-то подрываться. Так, на чем я остановился? Ах да… старшее поколение, я уверен, готовы будут отдать свои жизни. А вот что касается цветных магов и эльфов – у меня сомнения. Да, еще белые доверия не вызывают. С ними как раз и пообщаемся на приеме.

- Только на мне цветные!

- Вечно ты себе самое легкое забираешь, - буркнул Серхат. Общаться с наивными светлыми он хотел меньше всего. А уж мысль о разговоре с Серафимом и вовсе подвергала мага в уныние. – Может, мне цветных?

- Нет! Я и так взял на себя проверку подмиров.

- Я не выживу на этом приеме, - пожаловался дьявол.

- Чушь. Я больше поверю в то, что это светлые не выживут на этом приеме, - усмехнулся Алистрат. – Особенно, когда увидят, с каким рвением ты желаешь с ними пообщаться. У них случится сердечный приступ, плавно перетекающий в неконтролируемые конвульсии. За одно то, как у Серафима будет дергаться веко, я готов отдать полжизни. Естественно, не своей.

- Не увидишь. Он сияет.

- А мы его притушим.

- На улицу что ли вышвырнем?

Алистрат покосился на темный провал окна, где все еще бушевала жуткая стихия.

- Нет. Это слишком жестоко даже для меня. Зачем такие сложности? Вода хорошо смывает «божественность». А ты не знал?

Серхат чуть не подавился, видимо представив, как он выливает на ненавистного серафима бочонок с водой и старательно делает вид, что он тут совсем не причем и вообще мимо проходил.

- Уже проверял?

- Было дело, - не стал лукавить Алистрат. На его лице отразилась мечтательная улыбка. Он любил вспоминать веселые моменты своей хулиганской молодости.

- Боюсь даже представить, чем все закончилось.

- И не надо. Мне тогда нос неплохо расквасили, зато в награду я получил хорошую подушку, набитую самым дорогим составляющим нашего мира. Сам шил. Такой точно ни у кого больше нет.

- Лучше бы ты из этих перьев картину сделал. Больше толку бы было.

- Зачем? Так-то слишком заметно. А то, когда ко мне приходит какой-нибудь «божественный», я ему сразу р-р-р-раз! И под его пятой точкой эта подушечка лежит. Знаешь, как греет душу на протяжении всего разговора?

- Какое жуткое ты существо! Вообще беспринципная скотина. Для них ведь каждая жизнь священна, особенно жизнь своего собрата, – восхитился Серхат. До такой мести он не додумывался.

В комнате мгновенно почувствовался разрыв пространства. Темная магия рванула наружу прохладным ветерком. Серхат заметно скривился. Он как никто другой прекрасно чувствовал чужеродные потоки сил. Из портала вывалился темный эльф. Ему хватило нескольких секунд, чтобы очнуться и осмотреться.

- О! Вы уже тут? Прекрасно! Я думал, что рано явился.

- Ну, и зачем мы вдвоем тебе понадобились?

- Дело есть. Нужно оживить мертвеца.

На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина. Вой за окном усилился. Его звуки все четче были слышны в замке.

- Погода портится, - рассеянно отозвался дьявол.

- Это все, что вы мне можете сказать? – удивленно посмотрел на двоих магов Магнус.

- А что ты хочешь услышать? Мы так и не поняли, ни зачем, ни почему, ни кого. Это все равно, что, если бы сейчас Серхат сказал, что пора бы ему захватить мир, не объяснив толком причины.

- Вот еще, - фыркнул хозяин замка. – Больно нужна мне эта поверхность. Геморрой на пятую точку. Там люди. А эти существа еще более тупые и наивные, чем светлые. Пообщаться успел.

- Ладно. Кто-то в моей стране ставит опыты на разумных существах. Мне кажется, они пытаются обратить изменение рас. Там вполне могут оказаться и черные маги, и дьяволы, и я говорю сейчас не только о пленных. Все следы отсечены. Однако есть зацепка с телом. Но его нужно оживить. Вам вдвоем это по силам. И у меня такое чувство, что этой кучкой фанатиков управляет некто более могущественный. А кто у нас сильнее магов? Верховный!

- А вдруг, это мы и управляем? - усмехнулся Серхат. В его глазах уже горел огонек азарта. Алистрат же, наоборот, сидел мрачный.

- Не вдвоем, это точно. К тому же вы были явными противниками пыток. И у вас нет такого пренебрежения к мертвым. Вы прекрасно знаете, что смерть не всегда необратима. Глупо было бы с вашей стороны выбрасывать трупы или сжигать их.

- Это нарушает закон, - тихо проговорил Алистрат. – Если нас поймают за оживлением мертвеца, убьют не задумываясь. Против всех Верховных даже мы втроем не выстоим. И их меньше всего будут интересовать причины. Слишком велик риск.

- Кто там говорил, что скучно будет? Веселье только начинается! – Серхат заливисто захохотал, видимо представив захватывающую концовку излюбленного трио в развевающихся на ветру плащах над трупами поверженных врагов. Алистрат же радости своего друга не разделял. В его воображении в роли поверженных врагов были они сами. Но азартный дьявол слишком сильно любил влипать во всякие интересные заварушки, потому голос разума слушал лишь иногда.

- Ты с нами? - толкнул он в бок задумчивого черного мага.

- Куда ж я от вас денусь! Но стоит продумать отходные пути, когда за нами придут. Эта магия слишком темная и поганая, чтобы кто-нибудь ее не почувствовал. А потом от нас еще пару дней будет нести, как от навозной кучи. И я говорю не о запахе.

- На ауру иллюзию наложим.

- Странник ее быстро раскусит. Забыл, что у него за магия? И деваться нам тогда будет некуда.

- А мы несколько дней от него бегать будем, - оптимистично отозвался Серхат. – Все, давайте заканчивать с болтовней. Мне уже не терпеться начать работать с трупом. Да, Алистрат, без тебя у меня вряд ли что получится. Так что хватит просиживать штаны. Все равно всего не продумаешь. Поднимайся. Или ты не хочешь выяснить, кто ставит опыты на твоем народе?

Черный маг нахмурился. Выяснить ему очень хотелось. Но без предварительного плана он никогда ни в какую авантюру не ввязывался, особенно если на кону стояла его жизнь. Другое дело, что его наметки не всегда шли по тому сценарию, что задумывался изначально. И все же хотя бы приблизительный план Алистрата бы успокоил.

- Хочешь-хочешь, - прочитал Серхат ответ по лицу своего гостя.

Алистрата мгновенно подняли и швырнули первого в открывшийся Магнусом портал.

Глава 12 Воскрешение

Трое магов стояли над растерзанным телом. Когда-то это был мужчина средних лет, чуть полноватый и, определенно, зажиточный, если судить по одежке. Аура у него давно уже угасла, так что определить был ли труп магом или же обычным человеком не представлялось возможным. Верхние конечности мужчины оказались неестественно вывернуты и переломаны в нескольких местах. Ноги были разными. Одна принадлежала самому трупу, другая – нет. Можно было предположить, что вторую конечность пришили в ходе эксперимента с какого-нибудь эльфа. Только у них имелись длинные и тонкие ноги, похожие на канаты. На груди интересного экземпляра зияла дыра, будто изнутри мужчину кто-то взорвал. Лицо не выражало ничего. Ни ужаса, ни страха не было. Возможно, опыты с разумными делались без присутствия их сознания.

Магнус придирчиво осмотрел подземное помещение, где лежал труп. Его устраивала эта комната. Она сэкранирует остаточную магию, если вдруг та появится. Конечно, низшие силы, что они собирались пробудить, все равно вырвутся на свободу, но это помещение хоть немного задержит их. Время – единственное, чего им может не хватить. Правитель этих земель давно уже отправил Оливию подальше и строго настрого наказал не приближаться к этому месту.

- Какой интересный экземпляр, - пробормотал Серхат, раздевая труп. Ему было любопытно взглянуть на места сочленений частей тел нескольких рас.

- В углу еще несколько таких же валяются. Только девушки. Однако что-то мне подсказывает, что с мужчиной вам будет проще работать, - отозвался Магнус, внимательно наблюдая за Верховными.

- Да. Будет проще, - Серхат скосил глаза на все еще задумчивого Алистрата. Тот чертил ритуальные знаки вокруг трупа и все еще молчал, – отвлекаться на наготу не будем.

Воскрешение умерших или их недолгое возвращение в мир живых было под запретом со времен Создателя. Отец строго наказывал тех, кто экспериментировал с мертвым материалом, пытался вдохнуть в него жизнь. И не просто так. В те далекие времена несколько БеЗсмертных провели достаточно сложный ритуал, в ходе которого возникло странное существо. Это был маг, но уже с измененной кровью Создателя. Он убил экспериментаторов, вырвался на свободу и уничтожил половину образцов Творца. Однако долго это существо не прожило. Вторая смерть наступила вскоре после убийства тех, кто воскресил тело. Существо не смогло долго прожить без подпитки. Функции его тела были давно утрачены и поддерживались лишь по воле БеЗсмертных. С их смертью организм перестал правильно работать и так же отключился, успев заразить проклятой кровью образцы. Умершие существа повторно воскресли, но на более длительный период их тоже не хватило. Так эпидемия пошла бы дальше, не прекращаясь, если бы не вмешался разгневанный Творец. С тех пор тема воскрешений является запретной, а вот ритуал, проводимый неучами, хранится в любой библиотеке уважающего себя темного мага. Конечно, повторить его никто за тысячу лет не осмеливался. Жизнь дорога всем. К тому же ритуал не смогут сделать маги одной расы – для этого нужны разные направленности сил. Работа предстояла с глубокими низменными потоками. Выцепить их хорошему темному магу достаточно непросто, а заставить работать на себя – нереально. Зато дьяволу легко удастся с ним совладать и даже вытащить оттуда нужную душу, если та еще не ушла на реинкарнацию. Однако ни один служитель Преисподней не сможет совместить душу с телом и соединить их жизненно важными узлами, стимулируя работу нужных органов, таких как речевой аппарат или мышечная активность. А вот у светлого мгновенно получится при наличии искусственно привязанной души абсолютно полностью слить ее с телом и пробудить ото сна, превратив обычный труп в живое существо.

- Я думаю, нам нужен Лирн, - тихо проговорил Алистрат, придирчиво осматривая свои же руны.

- Ага, чтобы его тут кондрашка тюкнула, - кивнул Серхат. – Пожалей друга. Ему еще жить и жить… не так много осталось. Буквально пару секунд с момента осознания того, что тут будет происходить, если не передумаешь, конечно.

- Тогда как мы мертвеца воскресим без белой магии?

- Ты же не собираешься оживлять труп полностью, верно? Мы ведь не самоубийцы. Нам достаточно того, чтобы он заговорил. Думаю, твоих сил вполне хватит для этого. Если что, я помогу. Ну, или Магнус. Все-таки, это его труп.

Темный эльф скривился на такую двоякую трактовку последнего предложения, но смолчал.

- Все равно Лирн нужен. Проснуться мертвяк сам не сможет.

Серхат вздохнул и отвлекся от зажигания черных свечей, в данный момент служивших переходным звеном между комнатой и потоками магических энергий.

- Разбудим! Смотри, там целых две дамы лежат без дела! – дьявол махнул рукой в сторону мертвых девушек.

- Я серьезно, Серхат! Это не шутки. Нам нужна белая магия.

- Давай сегодня обойдемся БЕЗ твоего дружка. Я понимаю, что ты ему доверяешь и все такое в этом роде. Но он – БЕЛЫЙ! Мне очень не хочется тратить время на то, чтобы его откачивать, а потом еще слушать нудные нотации о том, какие мы плохие и как скверно и ужасно поступаем. Сами справимся. Не впервой. Магнус, ты на посту. Если почувствуешь возмущения от порталов или еще какую-нибудь странность, не сулящую ничего хорошего, кричи, бегай, бей, в общем всячески отвлекай нас от работы, иначе мы очнемся уже в другой жизни.

Темный эльф кивнул, усевшись в позе лотоса на полу. Так ему было удобнее отрешиться от мира и сконцентрироваться на ощущениях.

- Итак, ты готов? – спустя какое-то время проговорил дьявол.

Алистрат нанес последний символ на обнаженное тело трупа и вздохнул.

- Уверен, что душа еще не отправилась на реинкарнацию?

- Абсолютно! Смотри какой свежачок! – Серхат потрепал пухлые щечки мертвеца. – Красавчик! Еще даже без признаков разложения. Пока что.

- Тогда приступим.

Дьявол провел раскрытой ладонью над свечами и застыл. Его сознания больше не существовало в этом мире, только бегающие зрачки глаз под веками и мерное тихое дыхание говорили о том, что он все еще жив. Разумом дьявол находился абсолютно в другом месте – в источнике. Там, где рождались и расходились по земле потоки. Множество разных ручейков и рек силы циркулировали по планете, пронизывая ее повсеместно и снабжая энергией. Если и можно было это чудо с чем-то сравнить, то только с большим организмом, где потоки играли роль кровеносных сосудов. Тут были переплетения не только поверхностных, самых явных сил, таких как цветение и увядание листвы, развитие и деградация существ; но и имелись некие подуровни. По ним можно было сказать только одно – у планеты есть карманы – несколько отличающееся от реального мира пространство, порой достигающее объема планеты, со своими законами и существами. У Мидгард-Земли таких пространств было три. Реальный мир тоже является в некотором роде карманом. Однако многим разумным противно осознавать это. Поэтому все негласно считают, что есть один настоящий главный мир и несколько подмиров.

Серхат мысленно потянулся к потокам одного из карманов, чтобы удостовериться в их реальности. Энергия мгновенно потекла по его рукам. Холодная струя была безразлична ко всему. Сила дьявола в управлении глубокими речушками была бесполезна на поверхностных водах. Энергия на него не откликалась, оставаясь такой же ледяной, какой и была. Но Серхату и не нужно было приручать непокорную стихию. Теперь он был точно уверен – карманы, что создавались Творцом, существуют до сих пор. И судя по количеству энергии, обращающейся в этом круге, подмир явно не был на грани вырождения. Дьявол нахмурился. Это портило его план. Но сейчас было глупо отвлекаться на пустые размышления. Пребывать в энергетической оболочке земли – дело не из легких. Некоторые маги способны были часами наблюдать за потоками. Но Серхат не мог похвастаться такой великолепной концентрацией. Он вообще считал ее развитие напрасной тратой времени. И сейчас дьявол в полной мере чувствовал всю свою неправоту. Пробираясь мимо сторонних потоков все глубже и глубже к центру, мужчина, наконец, увидел то, что искал. Если поверхностные энергии были бурны и стремительны, то глубинные отличались своей неторопливостью, и даже, можно было бы сказать, леностью, будто их кто-то подгонял. Серхат опустил ладони в одну из главных вод и с удовлетворением почувствовал теплое, почти что горячее течение. Целое всегда признает часть, даже если эта часть находится совершенно в другом месте.

Образ убитого мага мгновенно предстал в воображении дьявола. Он много времени потратил, чтобы запомнить в мельчайших деталях тело мертвого мужчины. Мысленная просьба-приказ, и на мгновение поток застыл, вышвырнув наружу наиболее подходившую образу душу. Серхат хмыкнул, привязав бесформенное нечто к сознанию. Ему нравилось работать с глубинными реками. С виду такое плавное и почти незаметное течение, но когда надо, работает с необычайной быстротой.

Дьявол очнулся быстро. Кто-то неимоверно тряс его за плечи. Тихий рык ознаменовал удачное похождение к истокам.

- Почему так долго? Принес душу?

- Да! У тебя не так уж и много времени, - отозвался Серхат, медленно приходя в себя. Путешествие по энергетической оболочке не слишком хорошо сказывалось на магах. Алистрат понятливо сосредоточился.

- Сколько? – ввязался в разговор Магнус.

- Минут десять, не больше. Хотя… может еще пара есть, пока остальные будут соображать, куда лучше настроить портал. Вырвать душу без выброса из потока низменной энергии нереально даже для меня.

- А при ритуале эта энергия возрастет в несколько десятков раз. Так что сомнений, куда им лучше будет телепортироваться, у Верховных в принципе не должно быть.

- Тем хуже для тебя, - спокойно отозвался Серхат. Настроение у него было поганым. – Надеюсь, ты успеешь допросить душу до того, как нас пойдут убивать. В противном случае, умрешь раньше, но уже от моей руки.

- Заткнитесь оба! – прорычал Алистрат, пытаясь мысленно поймать постоянно ускользающую душу. – Мешаете сосредоточится.

На удивление дьявол ничего не сказал в своей привычной язвительной манере. Сейчас был далеко не тот момент, чтобы пререкаться. Черный маг глубоко вздохнул, отрешаясь от всего мирского, и вновь вернулся к насущной проблеме.

«Ну, что же, золотце, поиграем?»

Душа, что интересно, откликнулась на мысленное предложение мага. Не видимое обычным взглядом бесформенное нечто сложилось в неприличную фигуру с оттопыренным средним пальцем. Алистрат глухо выругался. Душа оказалась с норовом, что мага совершенно не радовало. В принципе, другого ожидать от нее было глупо. Она содержала в себе абсолютно все – привычки, повадки, память вплоть до последнего момента жизни, но главное – обладала сознанием. Эта была неочищенная душа, которая только направлялась в Преисподнюю, чтобы избавиться от всей своей тяжести и воспарить наверх для дальнейшего перерождения. Однако ее выбили из привычного русла и снова вернули в реальный мир пока еще в качестве не упокоенного духа или, как в простонародье кличут таких существ, - приведения. И сейчас душа была явно несогласная с таким расположением дел, чем доставляла магу немало хлопот.

- Не получается? – участливо поинтересовался Серхат на очередной нелестный эпитет коллеги. Алистрат на это только рыкнул. Дьявол усмехнулся и без зазрения совести продолжил наслаждаться открывшимся зрелищем, совершенно не заботясь о том, чтобы помочь другу.

На первый взгляд казалось, что черный маг просто медитирует в пустом помещении рядом с трупом мужчины, но если посмотреть магическим зрением, то предстает другая картина. Метавшееся по помещению бесформенная субстанция убегала от расставляющего мысленные ловушки мага. Темные с любопытством наблюдали, как душа преодолевала хитроумные преграды с просто-таки невероятным везением. После очередной неудавшейся попытки мага Магнус не выдержал. Он включился в ловлю ненормальной сущности с интересом азартного игрока. Вдвоем мужчины быстро поймали и утихомирили субстанцию. Алистрат аккуратно создал узлы и закрепил ими строптивую душу. Это была достаточно кропотливая работа, требующая определенных знаний о строении существа. Черный маг не стал полностью сливать душу с телом, так как это было чревато совсем нехорошими последствиями, и активировал руны россыпью собственной крови. Те в полумраке засветились алым.

- Теперь осталось разбудить. Моя магия тут бессильна. Я и так сделал больше, чем должен был. Не известно, как это отразится на результате.

Серхат приблизился к трупу и помахал перед его застывшим взглядом открытой ладошкой.

- Он почти может говорить и слышать, - устало ответил черный маг на вопросительный взгляд дьявола. – Так будет безопаснее.

- А-у-у-у-у! Есть кто живо-о-о-ой??? – проорал в ухо мертвеца Серхат.

Алистрат, стоявший неподалеку, скривился. Ему даже показалось, что стены завибрировали, не выдержав мощного удара звуковой волны. Дьявол набрал в грудь побольше воздуха для повторения. Черный маг вовремя успел вмешаться, дабы совсем не остаться без слуха.

- Знаешь, если бы тело было безнадежно мертво, мне кажется, даже тогда оно восстало бы из могилы, не взирая на отсутствие души. У тебя поистине исполинская глотка. Местное кладбище ты точно перебудил.

- У тебя есть другое предложение? – прищурился Серхат.

- Нужна белая магия. В идеале – ангельская. У тебя есть на примете какой-нибудь незадачливый светлый маг?

- Конечно! Это же Преисподняя! Там ангелов просто немеряно! А белых магов так вообще завались! Сам недавно из окна видел несколько тысяч, - огрызнулся Серхат, а сам задумался.

Ангел у него и в самом деле был. Только сейчас Самаэль вряд ли им являлся. В нем белой магии осталось на донышке. И если его позвать, то можно будет забыть наскоро придуманный миф о приемнике. Дьявол со светлой силой – это что-то из ряда вон выходящее. Ни Магнус, ни Алистрат молчать не будут. А убивать обоих было не выгодно. Своевременная мысль пришла к нему точно великое озарение. Серхат достал из кармана на поясе серебряную монетку, подцепив ее только ноготками.

- Что это?

- Небольшой источник светлой силы, - усмехнулся дьявол, припомнив, как Самаэль тренировался на ней, измеряя свой оставшийся запас белой магии.

Дьявол осторожно, не касаясь монеты собственной плотью, положил на грудь трупа, и тот ожил.

- Где я? Что со мной? Я не вижу… почему я не вижу? Не чувствую тела…

- Молчать! Тут задаю вопросы я! – зловеще проговорил Серхат. – Если не хочешь боли, отвечаешь быстро, четко и по существу. Понял?

- Д-д-д-да, хорошо.

Алистрат уважительно покосился на дьявола. В качества главного злодея он вполне подходил.

- Магнус! У тебя несколько минут, и так время потеряли.

Темный эльф мгновенно оказался у ожившего трупа.

- Где тебя держали?

- Это было под землей. Я не помню точно. Горы на земле темных эльфов. Проклятые ушастые!

- Кто там был? Это фанатики? – Магнус поспешил задать следующий вопрос.

- Да. Они мучают магов. Разных магов. Со мной в клетке сидели многие. Я не знаю, кто. Они разные. Есть темные, и светлые, и даже цветные! Они все причиняют боль!

- Ради чего?

- Я не знаю! Они пытались преобразовать меня в другое существо! Это сборище мясников!

- Кто главный?

- Верховный. Они часто говорили о каком-то Верховном, что ему не понравятся результаты. Кто из двенадцати я не знаю. Имени не слышал.

- Пора, - проговорил Алистрат, почувствовав в помещении необычное возмущение. - Время вышло.

Черный маг мгновенно оторвал душу от тела, а Серхат легко закинул ее на энергетическую оболочку. Приведения этому миру без надобности. Зов нужного потока должен был впитать блуждающую субстанцию. Магнус в это время разорвал пространство и втолкнул в портал замешкавшихся Верховных. Телепорт успел закрыться за мгновение до того, как по нему шарахнули огненным шаром.

***

Странник хмуро крутил в руках серебряную монетку, пытаясь понять, что тут вообще произошло. Руфим – Верховный маг огня – исследовал труп, однако в силу молодого возраста и ограниченных знаний о темной магии, иероглифы были ему не понятны, а соотношение в теле нескольких частей различных рас вызывало стойкое отвращение. Сосредоточенный Серафим сидел в углу, пытаясь поймать отголоски творимой тут магии. Выводы у него были не утешительны. Низменная энергия, плотным коконом окружившая помещение, препятствовала поиску. Поганой силы было слишком много. Из-за этого у магов создавалось впечатление вязкости пространства.

- Какая гадость! Приду домой, обязательно вымоюсь, - пробормотал Верховный маг воздуха, стряхивая с себя не существующую, но при этом ощутимую грязь.

- Не ты один, - пробормотал Руфим, отколупав запекшуюся кровь с одного из символов. – А мне вот другое интересно. Где Магнус? Насколько я знаю, это его земля. Он первым должен был почувствовать прорыв.

- Думаешь, его постоянно тут можно найти? Скорее всего, он сейчас просто гостит где-нибудь, у Серхата, например. А до того вообще никаким прорывом достучаться невозможно. Преисподняя сама по себе огромное скопище низменной энергии, - отозвался светлый эльф, внимательно осматривая стены.

- Не сказал бы, что они вдвоем прям такие уж и друзья.

- И Алистрата нет, - заметил Странник. – Его земля граничит с темными эльфами. Хотя на счет него, я вполне могу поверить во что угодно, вплоть до того, что он самолично занимался ритуалом воскрешения.

- Почему?

- Без царя в голове потому что! А на пару с Серхатом просто дикая смесь. Их общение вообще нужно дозировать маленькими порциями.

- Услышал бы Лирн, как вы отзываетесь о его друге – убил бы, - усмехнулся земляной маг.

Странник лишь пожал плечами на это заявление. Его мало заботили сплетни.

- Жаль, что я его не поймал. Удрал буквально из-под носа! – Руфим со злостью пнул бесполезное тело. – Серафим! Ну, как там с отголосками? Есть что?

- Абсолютный ноль. Низменная энергия все гасит. Я даже не могу рассчитать координаты, куда был открыт портал. С каждым мгновением сделать это все сложнее.

- Он был не один, - проговорил Странник. – Ритуал воскрешения нельзя сделать в одиночку. Нужен хороший черный маг, белый или даже лучше того небесный слуга и, обязательно, дьявол.

- Значит тут было минимум три мага? А мы ни одного не убили? Замечательно!

- Да. При том вот это, - Странник покрутил в руках оставленную монетку, - вещь ангела. Чувствуется сила.

Серафим быстро приблизился к Верховному и забрал у него улику.

- Думаешь, тут был кто-то из моего народа?

- Другого отпечатка силы я не вижу. Если бы какой-нибудь темный или цветной дотронулся до монетки, их ауру источник бы запомнил. Любопытно, сам он слабый, но почему именно такая интересная форма?

- Я проверю своих и сравню результаты.

- Это долго.

- Ты хочешь подкинуть идею получше?

Странник передернул плечами. Лучшего пока предложить никто не мог. Все следы были стерты низменный силой. Единственное, что осталось – небольшой светлый источник непонятного назначения. Даже кровь на символах была заражена глубинной энергией, что делало ее абсолютно бесполезной.

Глава 13 Расправа

Верховных по очереди выкинуло из портала на зеленую траву.

- А-а-а-а, твою мать! Задел все-таки, зараза, что б тебе всю жизнь девки не давали!

Горящий в прямом смысле Магнус промчался мимо ошарашенных правителей, нырнув рыбкой в озеро, расположенное неподалеку.

- Ну, и где мы? – прошептал Алистрат, прикладывая руку к голове в попытке унять боль.

- Понятия не имею. Но главное, что мы живы! У меня чуть сердце в пятки не ушло, когда я почувствовал, как открываются несколько порталов в разных частях помещения. Не могу больше.

Серхат застонал и рухнул на землю, с явным намереньем подремать. Черный маг последовал примеру друга. Голова гудела так, будто там поселился пчелиный улей.

Магнус выбрался из озера достаточно быстро, так что отдохнуть в полной мере уставшим не удалось.

- Водичка – сказка! Искупаться не хотите?

- Голова раскалывается, - пожаловался черный маг.

- Мне кажется, это побочное действие слишком длительного воздействия низменной энергии на ваш организм. Залезайте в воду! Она смоет все ваши… хм… грехи.

Серхат приоткрыл один глаз и пробурчал.

- Чтобы смыть хоть часть моих грехов, не хватит и всех вод мира.

- В любом случае, чем дольше вы лежите, тем хуже вам будет становиться. Идите купаться!

Алистрат с трудом покосился на сурового эльфа и тяжело вздохнул. Как бы ни было все это печально, но Магнус говорил абсолютную правду. Низменная энергия – коварная сила. Слишком большая концентрация доводит магов порой до смерти или до безумия, что еще хуже.

Правители осторожно, превозмогая головную боль и ломку тела, поползли в сторону озера. Магнус с ухмылкой мальчишки-сорванца наблюдал за их медленным, но верным движением. Спустя некоторое время, Верховные вышли из озера мокрые, но вполне довольные. Прохладная вода будто бы заново возродила их к жизни. Теперь они могли спокойно осмотреться.

Полянка, куда правители попали, пестрела разнообразными луговыми травами. Сладкий запах пыльцы, легкий ветерок и долгожданная свежесть после душного и вязкого от магии помещения на порядок улучшили настроение всех троих. Спокойная гладь озера дарила покой и некоторое умиротворение с природой. Редкие деревья приятно ласкали слух своим шелестом. А холмы, что располагались не так далеко, наводили на мысли о свободе.

- Итак, где мы? – довольно спросил Серхат, подходя к эльфу.

- Амарны – единственные горы на территории темных эльфов.

Алистрат скептически окинул взглядом небольшие холмики и хмыкнул.

- Знаешь, горы – это очень громкое название для твоей возвышенности. Вот у драконов – да! Там действительно были ГОРЫ! Или вы действуете по принципу – самая большая кочка и есть гора?

- Ты, конечно, сравнил, драконов и эльфов. Это два разных народа, - покачал головой Магнус. – У меня есть примерные наводки, где могут прятаться фанатики. Если не хотите участвовать, то порталы, я думаю, вы сделать сумеете.

- Ну, уж нет! Куда мы сейчас пойдем с такой прогнившей аурой и испорченной силой? Нас же любой слабенький маг в здравом уме мгновенно зачистит, решив, что встретил восставшую нежить. И будет не так далек от истины.

- К тому же, - добавил Серхат, - мы очень боимся за тебя.

Магнус прищурился, ожидая подвоха. Если дьявол решил использовать подобные слова, то очень не с проста. Пояснение пришло быстро.

- Я ведь не сдержусь и собственноручно откручу тебе голову, если после всего того, что мы вместе сделали, ты один перебьешь фанатиков, не поделившись весельем с соратниками! Жмот!

Темный эльф тяжело вздохнул. Алистрат скрыл улыбку в уголках губ. Серхат оставался до неприличия серьезным. Он был не исправим.

- Хорошо, идемте.

Трое Верховных отправились в сторону холмов, благо те были не так далеко.

- Поделишься мыслями на счет фанатиков? Куда конкретно идем?

Алистрат наслаждался прогулкой. Он любил природу во всех ее проявлениях больше, чем шумную городскую суету. Магнус покосился на благостное настроение черного мага и фыркнул. Ему больше нравилось копаться в каком-нибудь двигателе, чем путешествовать по лесам и полям на легке. Однако на вопрос он все же ответил.

- Там есть одна заброшенная шахта. Как-то наши пытались найти там угольные пласты и даже ходили слухи, что находили, но потом добычу свернули. Видимо, это был обычный миф. Наши горы – сплошные пустышки.

- Сам проверял? – включился в разговор Серхат.

- Вы же знаете, я только недавно стал Верховным. Это нужно было спрашивать у покойного. Мне с ним пообщаться не удалось. Он не оставил приемника. За власть мне пришлось драться. Когда прекратили добычу в горах, я был совсем еще ребенком. Не этим тогда интересовался.

- Значит, шахта заброшена уже как несколько столетий?

- Да. И это единственное место, где фанатики могли бы обустроиться. Во всяком случае, о других пробных рейсах я не слышал.

- Ну, это, как понимаю, общедоступная информация – шахту закрыли из-за отсутствия достаточного количества полезных ископаемых. А если, скажем, была другая причина?

- Например?

Алистрат пожал плечами. Не хотелось ему расстраивать молодого Верховного своими предположениями. Насколько он знал, правителя всегда сравнивают чуть ли не с Богом и полностью и во всем ему доверяют. А молодые, порой, бывают такие вспыльчивые и категоричные. Однако Серхату были глубоко безразличны чувства других, потому он закончил мысль за друга.

- Твой бывший Верховный по быстренькому оборудовал шахту, используя добычу, как ширму, затем набрал магов со всего мира и объединил их общей идеей. Себя же сделал Создателем в их глазах, показав, как просто превращать одно живое существо в другое. Мол, смотрите, даже вы, неучи, сможете! Затем глупо умер, пытаясь пробраться к драконьему сокровищу. А его ученики еще больше увековечили своего учителя, сделав его и мучеником во имя науки. Потом те уверовали, что Верховный постоянно наблюдает за ними с небес, и с помощью каких-нибудь там жрецов высказывали свою волю. По-другому я не могу объяснить то, что правитель, будучи в трезвом уме и добром здравии, оставил шахту в таком виде открытую. Даже если бы он был мертвецки пьян и смертельно болен, на его месте я бы запретил добычу, вывез все оборудование и завалил к демонам проход. Кто знает, вдруг там заселится еще какая-нибудь погань. Столетия – не шуточный срок. Его даже оправдать нельзя. Ух! – перевел дух дьявол и покосился на шокированного таким удивительным открытием Магнуса и мрачного Алистрата. – А я оказывается, не промах еще, а? Время, проведенное в Преисподней просто неоценимо. Особенно, если тебя там пытаются уничтожить по шесть раз на дню, а заговоры плодятся с пугающей скоростью. Очень полезное место. Иногда, я даже рад, что Творец меня засунул в эту клоаку, тогда как вас поселил среди цветочков и бабочек.

- Нет! – твердо проговорил Магнус. – Идея – бредовая. Я в нее не верю! Это же… это… он не мог так сделать!

- Парень, - с усмешкой проговорил дьявол, - ты живешь среди темных эльфов. Мне не нужно напоминать, какая интересная у вас репутация в народе ходит? Заядлые экспериментаторы и проворные хитрюги – это как раз то самое, что вас характеризует.

- Что ты знаешь о нашем народе? – прошипел разъяренный эльф. – Ты даже понятия не имеешь ни о чем, что нас касается!

- Конечно, у вас закрыты границы. А ваши шпионы ночью бегают по всем городам. Алистрат, подтверди. Благо, в Преисподней никого лишнего быть по определению не может. Знаешь, я просто говорю, что думаю. Изначально, мне вообще показалось, что ты сам все затеял, чтобы в итоге позабавиться за наш счет.

- И что же тебя заставило изменить свои мысли?

- Ты нас вытащил, хотя мог бы спасти только свою шкуру.

Темный эльф окинул презрительным взглядом дьявола и продолжил путь. Настроение было испорчено. Неимоверно хотелось отбить Серхату какую-нибудь важную часть тела – желательно снести голову, а потом стоять над поверженным врагом и насмехаться. Дьявол же в упор не замечал направленного на него кровожадного взгляда. За лета, проведенные в Преисподней, на такие мелочи перестаешь отвлекаться.

- Он все равно не мог так поступить. Верховный чтил законы больше собственной жизни.

- Да, потому и сдох, - пробормотал Серхат. – Определенно, свою жизнь он не ценил. Ему ведь не раз говорили – не пытайся пробраться в библиотеку драконов. Я лично раз пятьдесят ему об этом напоминал. И что в итоге? Тупые долго не живут – естественный отбор в действии!

- Хор-р-р-рош-ш-шо, - Магнус с трудом сдерживался, чтобы не развернуться и не приложить дьявола к чему-нибудь тяжелому. На примете уже был многовековой дуб. – Давай сделаем так. Мы же все равно идем к фанатикам. Проверим их бумаги на наличие имени загадочного Верховного. Идет?

- По рукам, - согласился дьявол.

- Как хорошо все выходит, - усмехнулся Алистрат. – На вас лягут свитки, а я буду развлекаться с магами.

- И не надейся! – тут же среагировал дьявол. Его взгляд не предвещал темному ничего хорошего.

***

За разговорами время прошло быстро. Тоннель, ведущий в глубь одного из холмов, показался неожиданно скоро. Перекрытый досками проход Верховные перепрыгнули без труда. Место казалось совсем заброшенным. Тоннель был сырым и ветхим. Одно неосторожное движение – обвал гарантирован. Кругом царила темень, так что можно было легко споткнуться. Правители перешли на магическое зрение и ступали осторожно. Если бы кто-то смог их видеть, он содрогнулся бы от ужаса. Трое мужчин с черными без белков и радужек глазами шли, точно хищники, плавно и неторопливо. Они прекрасно знали, кто их добыча.

- Представляете, если окажется, что это не то место, и тут на самом деле пусто, - ухмыльнулся Серхат.

- Нет, тут явно кто-то был, - Магнус провел рукой по закрепленной деревом стене, акцентировав внимание на одной из многих, расставленных ловушек. – Это не главный вход в шахту. Мне показалось разумным воспользоваться одним из побочных ветвей. Вижу не зря. Здесь явно кто-то ходит. И я чувствую отголоски магии… светлой?!

- Сейчас разберемся, - мрачно отозвался Алистрат, видимо тоже почувствовав остаточную силу, деактивировав которое по счету плетение.

Разгадка долго себя не заставила ждать. Тоннель свернул резко в сторону, и маги чуть не вылетели в освещенную магическими светляками комнату. Заботливо расставленные кресла и диваны, столы с кушаньями и графины с водой, ковры и написанные полотна, шкафы с книгами, гербарии на тумбочках, от вида которых Серхат скривился, - ошибки не было. Зал представлял собой помещение для отдыха. Неподалеку от прохода сидели двое светлых и мирно играли в фишки[1]. Чуть дальше в креслах пили вино и о чем-то пьяно болтали темные эльфы. На диване устроилась целующаяся парочка молодоженов, судя по еще горящим татуировкам на предплечьях. Возле импровизированного камина с не дымящимся магическим огнем восседала хорошенькая дьяволица. Рядом с ней устроился, мило улыбаясь, ангел. И всю эту домашнюю обстановку дополняла тихая переливчатая музыка.

- Это что? – рыкнул дьявол, утаскивая Магнуса за поворот. – Я думал будет весело, перебьем всех фанатиков. А тут прямо-таки идиллия! Или ты мне что-то успел подлить такого интересного, что я очутился в параллельном мире?!

- Да, клянусь, я и сам ошарашен этой картиной!

- Может все только прикрытие? – предположил Алистрат. – Вполне похоже. Если пройдем дальше, то в глубине с большей вероятностью наткнемся на лаборатории.

- Ага, или на кое-что поинтереснее. Например, на бордель.

- Тут не будут ставить столько ловушек, только для того, чтобы организовать публичный дом, - не согласился черный маг.

- Может притворимся такими же фанатиками и выведаем сначала у них, что да как? – внес свежую идею Магнус.

- Раскусят, - не согласился дьявол. – При том мгновенно. Я думаю, они-то знают друг друга в лицо.

- А если…

Лицо Алистрата озарилось. Его идея не была лишена безумства, но могла сработать.

- Что ты… - поймать изворотливого темного мага Серхат не успел. Тот почти вышел на свет. Образование одной из самых сложных плетений, произнесенное полушепотом ключевое слово и с ладоней Верховного стекла на пол легкая дымка, в считанные секунды заполнив собой весь низ зала. Маги, не успевшие толком заметить изменения в обстановке попадали на пол, точно мертвые. В помещении раздался чей-то оглушительный храп и вторившее ему негромкое сопение. Алистрат потратил на заклинание около минуты. Еще ни разу черному магу не приходилось использовать его в своей жизни. В магических дуэлях, где счет шел на секунды подобное заклинание было слишком затратным и по времени, и по количеству вложенной силы, а потому оно вообще нигде не применялось. И сейчас Верховный был горд, что, наконец, испробовал его на практике.

- Придурок, - поставил единственно верный диагноз дьявол. – У них могла быть наложена на комнату антимагическая защита. Насколько я знаю, у гномов уже есть такая. И хорошо, если бы она просто обладала зеркальным эффектом, а то ведь и могла предупредить всех шахтерских магов о неожиданных гостях. Тогда нас спящих после твоей магии можно было брать и использовать тепленькими.

- Да? – озадачился Алистрат, - Не знал. В следующий раз учту.

- Надеюсь, следующего раза не будет, - глухо проговорил Магнус, входя в след за магами в комнату. – Они спят?

- Да. Крепко. У нас есть пара часов. Можем пойти дальше и посмотреть, как тут дела обстоят на самом деле. Если все так, как я думаю, то можно вернуться и прикончить этих, а потом заняться остальными. Ну, или в обратном порядке.

Дьявол пожал плечами и первым открыл дверь. Коридор был пуст. Ответвления от него уходили в спальни. Проверив пару пустых комнат, Верховные ничего интересного не нашли. Серхат остановился возле вдруг застонавшей двери и озадаченно оглянулся на соратников.

- Думаю, там нам тоже пока нечего делать. Попугать детей мы и так успеем. Пусть развлекутся напоследок. Пойдемте сразу в конец.

За дверью обнаружилась огромное пространство с зияющей посередине дырой и ведущей вниз по спирали лестницей. Маг облокотился на поручни и с опаской посмотрел вниз, откуда раздавались то ли крики, то ли стоны, то ли что-то еще не совсем человеческое.

- Кажется, пора наложить на себя защиту и спуститься вниз. Что-то мне подсказывает, что все веселье нас ожидает внизу, а Верховных как обычно не позвали, - с грустью проговорил Серхат, с приятным удивлением наблюдая как по крутой лестнице поднимаются и спускаются маги.

Магнус хмуро осмотрел облицованные камнем стены, обратил внимание на расходившиеся лучами коридоры на верхнем этаже, и опустил взгляд вниз. Создавалось ощущение уходящего вглубь колодца.

- Я – эльф. У меня нет боевой направленности в магии.

Серхат и Алистрат, не сговариваясь, обернулись и смерили Магнуса неодобрительными взглядами.

- Оружием-то ты пользоваться умеешь? – дьявол протянул пару метательных ножей.

- Этим умею.

- Значит держись нас двоих. Будешь прикрывать, по мере необходимости.

Спиралевидная лестница, не рассчитанная на группу людей, пропускала всех по одному. Первым шел дьявол. Вторым – Магнус, как самый бесполезный в данном предприятии, а замыкал процессию Алистрат. Трое магов, не торопясь, спускались все ниже. Те, кто попадались им на пути, мгновенно умирали от нехитрых заклинаний Алистрата или от силы Серхата. Маги полностью раскрыли свои ауры, дабы быстрее было убивать. Магнус рассмотрел сначала черного, мощь которого приводила его почти в благоговейный ужас, а затем перевел взгляд на бордовую магию дьявола с его яркой темно-красной оболочкой. Можно было только позавидовать чужому богатству. Он таким великолепием был обделен.

Быстрое плетение, очередное слово-ключ и выпущенная на волю магия освобождает душу от тела.

- Пять-один. В мою пользу, - усмехнулся дьявол, сверкнув ослепительно белыми клыками.

- Не считается! Ты шел самым первым! – в след за Серхатом Алистрат выбрался на площадку и огляделся. Четыре двери располагались друг на против друга.

- И что с того? А ты – третьим. И тебе это не помешало прикончить одного.

- Это потому что он спускался, а не поднимался, заметил черный.

Маги без особых раздумий направились к двери, откуда раздавались дикие крики.

Картина, представшая их глазам, подвергла всех троих оцепенению на долю минуты.

Зала была обставлена операционными столами, на которых бились пока еще живые и разумные существа. Жуткие инструменты для разрезания и сшивания плоти лежали тут и там, испачканные в крови или блестящие начищенным боком под блеклыми светлячками. На шкафах и тумбах возле стенок располагались разнообразные органы и конечности магов. Колбочки с зельями, баночки с мазями, сосуды с препарированными животными, чаши с осколками человеческих черепов и лотки со здоровыми составляющими тел магов – все использовалось в операциях. На полу во многих местах красовались лужи крови и отрезанные части тела. В углу был приспособлен алтарь, который так же, как и вся обстановка, был заляпан красными подтеками.

На вошедших никто внимания не обратил. Маги до того были заняты своими сумасшедшими экспериментами, что им было некогда отвлекаться еще на что-то. Темные, светлые, цветные – фанатики были глухи к стонам и мольбам своих жертв. Они следовали какой-то высшей цели, и никаких средств для ее осуществления им было не жалко, даже собственной жизни. Этот безумный блеск в глазах и безоговорочная вера – единственное, что отличало их от обычных магов. Фанатики потеряли свою самостоятельность – они делали только то, что им приказывали, а потому уже не являлись разумными существами. Пришедшие маги без зазрения совести поэтапно принялись зачищать пространство. Труп, блок, удар, сливание магии противника в землю, еще один удар, очередной мертвец, кувырок от невозможности поставить блок, удар – не успевающий отклониться фанатик падает бездыханным, бросок, кинжал пронзает мягкую плоть на горле – магическое зрение фиксировало любое изменение фона и за секунду предупреждало о готовящихся сорваться с пальцев магов смертельных заклятиях. Этих мгновений было достаточно, чтобы поставить блок или же уклониться от траектории смертоносной магии, не отрываясь от своего плетения. Движения Верховных были похожи на танец, в то время как фанатики метались по помещению с яростью загнанных в ловушку зверей. У них было мало опыта в ведении магических поединков, в то время как у Серхата и Алистрата за плечами стояло тысячелетие жестокой борьбы за власть. Если бы их противники были чуть поумнее и похитрее, то легкой победы можно было не ожидать. Против десятка хорошо обученных и натренированных боевых магов двум Верховным старой закалки было бы не выстоять. На их счастье фанатики, находившиеся в помещении, возможно и были в некотором роде гениальны, но точно не в боевой магии.

Серхат брезгливо оглядел пол, заваленный молодыми, но глупыми магами и прикрыл глаза, успокаивая готовую вырваться на волю кровожадную ипостась. Эта битва со вторым «я» была самой сложной. Дьявол не просто так старался не убивать своими руками. Если он даст волю своей ненормальной ипостаси, то не только это место – мир придется собирать по кусочкам. Возможно, именно поэтому дьяволы никогда не покидают Преисподнюю. Там их дом. Только в этом месте они могут, не боясь слухов и лишних глаз, делать то, что им захочется. И сейчас, как никогда, вторая сущность, остро почувствовавшая запах крови и смерти, рвалась наружу, требуя продолжения пира. Дьяволу с огромным трудом удавалось сдерживаться, чтобы не обратиться. Всю свою концентрацию и силу воли он направил на внутреннюю борьбу с самим собой.

Алистрат прошелся мимо операционных столов и осмотрел жертвы на наличие в них хоть толики разума. Их было трое. Два мага с безумными от боли глазами кричали и метались в попытках вырваться – магические кандалы исправно держали образцы. Третий оказался мертвым. Его зрачки закатились, рот был широко распахнут, будто мужчина долгое время звал на помощь, скрюченные пальцы окаменели. То ли он лежал тут в назидание остальным, то ли его просто забыли убрать, а возможно он всего лишь играл роль донора. Выходящие из его тела трубки и сосуды подтверждали третий вариант. Алистрат с грустью перерезал глотки двум живым магам.

- Идите с миром, - тихо прошептал он, закрывая мертвым глаза.

Им он уже ничем больше помочь не мог. Сумасшествие накрыло жертв с головой. Отпускать их на волю не стоило. Не известно, чем бы все обернулось. Хорошо, если бы они сами себе порезали вены, а если бы начали убивать всех подряд… нет. Смерть для них сейчас была намного милосерднее бессмысленной жизни.

Под сапогами Магнуса скрипнула разбитая склянка. В кромешной тишине этот звук раздался как-то зловеще. Темный эльф, предчувствуя неладное, вскинулся, встретившись взглядом с красными глазами дьявола. Черный цвет магического зрения сменился на алый, что напугало Магнуса похлеще бойни. Он еще ни разу не видел такую метаморфозу и даже не представлял, что сие могло значить.

- Алистрат, - проговорил бледный эльф. – Что с Серхатом? Он… у него…

Черный маг обернулся и, заметив изменения во внешности друга, проговорил что-то не совсем цензурное.

- В сторону, быстро! Отошел от него как можно дальше! Не торопись только! В глаза не смотри!

Магнус гулко сглотнул и небольшими шажками двинулся спиной вперед. Он шел, пока не почувствовал сзади прохладный камень помещения. Серхат неотрывно наблюдал за отступлением заведомо слабого противника. Его тихий рык разрезал гнетущую тишину будто бы ножом.

- Теперь на колени и поклонись в пол.

- Что? – прошипел Магнус. Когти дьявола заметно удлинились в несколько раз. Сам он стал расти.

- Делай как я сказал, если дорога жизнь! – чуть ли не крикнул черный маг.

Волнение и страх в голосе Алистрата заставили эльфа поступиться своими принципами и сделать так, как говорил темный.

Рост дьявола прекратился и пошел на спад, когти втянулись. Алая дымка постепенно исчезла, уступая более привычному черному цвету. Серхат рухнул на пол, теряя сознание.

***

- Что с ним?

- Переутомление, - тихо проговорил черный маг.

Голову дьявола приподняли, и влили в рот какой-то жутко противный раствор. Верховный скривился и открыл глаза.

- Что за… - глухо проговорил он. – Не понял. Мне кто-нибудь объяснит, какого вы все еще живы?

- И мы рады видеть тебя в добром здравии, - ухмыльнулся Алистрат. – Ты как? Хвост не переломан? Обычно при падении на пятую точку страдает как раз-таки копчик.

- Ты мне по язви тут – без языка останешься. Не трогай кисточку – это святое! – рыкнул дьявол, отбирая свое главное достоинство. - Ты в курсе, что сейчас мне оскорбление нанес? А у дьяволов оно смывается только кровью.

- Думаю, ты сделаешь поправку на нашу дружбу. К тому же, я тут предотвратил грядущий апокалипсис. Ну, и где мои лавры? Где почет и уважение герою?

- Сказал бы я где…, да ты тогда смертельно обидишься, - пробормотал Серхат, поднявшись.

- Твоя кисточка – просто нечто! Знаешь, скольким художникам ты бы помог, если бы не был таким жадиной?

Серхат недобро покосился на довольного своей шуткой Алистрата и злобно оскалился. Месть он определенно придумает, но позже. Сейчас для этого ни время, ни место не были подходящими.

- Лучше скажи, как ты мою жажду крови подавил. Даже я сам не смог этого сделать.

- Когда твоя ипостась завладела зрением – первый признак того, что скоро наступит Армагеддон – Магнус умело переключил твое желание убить на более мощное стремление существа к власти. Он продемонстрировал перед тобой под моим руководством покорность и безоговорочное подчинение. Когда ипостась увидела, что бить в принципе некого, а все повинуются только ей одной, она успокоилась. А ты слабовольно провалился в беспамятство. А потом я тебя вытащил. Оказывается, у них есть и архив, кстати, совмещенный с любопытной лабораторией! – на лице темного мага появилась мечтательная улыбка. – Такие бы во все города внедрить! Столько хороших эликсиров… непревзойденные зелья! Я сам не удержался и парочку захватил с собой.

- Все с тобой ясно, - усмехнулся Серхат. – Ну, раз вы уже в лаборатории побывали, то тогда отправляйтесь к заложникам. Думаю, их должно быть тут немеряно. И хорошо, если они окажутся вменяемы.

- А, ты тогда в лаборатории?

- В моем нынешнем состоянии убивать строго противопоказано, да и кровью я уже насытился, а вот порыскать в архивах, чтобы разузнать об этом месте побольше – это можно.

- Выходишь к лестнице – дверь справа. Магнус, на тебе другая дверь, напротив. Я не знаю, что там, однако будь осторожен.

Темный эльф мрачно кивнул, и трое магов разбрелись в разные стороны.

***

Алистрат спустился по лестнице вниз. Запах сырых подземелий и свежей крови будоражил воображение, побуждая еще больше насторожиться. Магическое зрение легко различало силуэты и исходящий от них фон даже в кромешной темноте, что в очередной раз спасло темного мага от возможности быть убитым. Несколько фанатиков напали из-за спины на нежданного гостя. Видимо, они дежурили рядом с проходом. Легкое движение ладони, и сгусток смертельной магии уходит на неопределенную глубину в землю и там растворяется. Резкий разворот, мысленное построение сети, произнесенное полушепотом слово-активатор, и часть магии, вышедшая из ауры, цепляет плетение и несется на встречу цели. Секунда, и бесполезное тело падает на каменный пол. Мгновения достаточно, чтобы рядом с первым лег и второй труп с перерезанным горлом. Кровь ручьем растекается по камням, завоёвывая все больше пространства. Однако маг этого не замечает, продолжая свой путь по коридору. Возможно, в чем-то Серхат был и прав. Сейчас Алистрат меньше всего был похож на человека.

Стоны, мольбы и непонятный шепот заставили черного мага сбавить шаг и прислушаться. Туннель расширился. Рядами на определенном расстоянии друг от друга были впаяны решетки, из которых тянулись руки. Это была тюрьма. Алистрат оглядел первую пару камер, в которых находились уже не молодые маги. Они смотрели на гостя сквозь толстые прутья решеток и глупо улыбались.

- Наконец. Я так долго ждал тебя, - проговорил мужчина с правой стороны.

- Меня? – переспросил Алистрат.

- Кто еще мне может подарить покой, как не ты?

Черный маг внимательнее присмотрелся к заключенным. Безумия в глазах говорившего не было, а вот на лице второго, того, что находился слева, легко проскальзывали признаки сумасшествия. Не задумываясь, мужчина активировал одно из смертельных заклинаний, и мучения заключенного прервались. Затем Алистрат развернулся к первому, намереваясь того освободить.

- Не смей! – прошелестел глухим голосом маг. – Убей и меня. Так будет лучше.

- Зачем? Ты здоров, - напряженно отозвался темный.

- Ты в этом уверен? Взгляни получше на мою ауру. Я уже скоро сойду с ума. Сейчас ты мне сможешь помочь только одним – смертью. Сделай старику одолжение.

Алистрат хмуро перевел взгляд на ауру старца. Ничем не примечательная с ходу оболочка белого мага с легкими всполохами циркулирующей внутри энергией. Где-то проскальзывали туманные вихри – абсолютно нормальное явление при волнении или же злости. Откуда-то выскакивали золотистые вспышки, говорившие о радости мага. Бледные голубые линии – нити вероятностей, которые могли сказать о своем обладателе больше, чем нужно. Перед ним стоял один из странников.

- Неужели ничего не видишь?

- Нет.

- Глупец! А вроде не молодой, но такой невнимательный. Бледные темные пятна в области головы, похожие на гниль – явный признак того, что магия восстала против своего хозяина. С этого и начинается безумие. Именно поэтому потерявшие контроль маги так опасны. Они безумны! - хрипловатый смех вырвался из горла мужчины, превратившись в кашель.

- Да, теперь я вижу, - мрачно отозвался темный маг, разглядев под толстым слоем белого тумана, небольшие кляксы. – Но в отличии от уже мертвого соседа твое безумие еще можно предотвратить. У меня в стране проводятся исследования. Они абсолютно безопасны для таких как ты, и проходят без боли. У нас уже есть результаты. Я могу помочь.

- Достаточно, - взмахом руки заключенный пресек поток слов темного. – Достаточно я был подопытным кроликом. С меня хватит. Думаешь, эти мясники только конечности пересадить пытались? Нет. Это далеко не их цель. Они очень старались разными способами вывести магов из себя. Даже очень сильные волей, такие как я, не выдерживали напора. Разбушевавшаяся магия нередко выходила наружу. Затем они ее усмиряли. А теперь, она и вовсе перестала считать меня за хозяина. Я стал для нее никем. Ты даже не представляешь, какого это – лишиться возможности управлять своей силой! Это все равно, что у тебя есть ноги, а ты не можешь ходить. Никакое лечение мне уже не поможет – только смерть. И я буду очень благодарен тебе, если ты мне подаришь, наконец, забвение.

- А, что с остальными? Все безумны?

- Да. Может кто-то сильный и справляется, но это ненадолго. Поверь мне, если фанатики хоть раз заставили магию ослушаться хозяина, то рассчитывать на адекватность мага глупо. Со временем он не сможет справиться с самим собой. У меня ушло несколько лет, чтобы утихомирить силу, и, как видишь, не вышло. Последние две камеры – там новенькие. Может фанатики до них еще не добрались – я не знаю. Нужно проверить.

- Тогда последний вопрос – кто за всем этим стоит?

- Думаешь обычному пленнику это известно? Какой-то Верховный. Они не называют его имени. По мне так все Верховные – это обычный миф. Не может быть у Создателя любимчиков.

Алистрат хмуро кивнул и коротким заклинанием умертвил мужчину. Блаженная улыбка застыла на губах мертвеца, точно маска. Всех, кто был за решеткой, темный маг убил хладнокровно, без тени сомнений. Там сидели и женщины, и даже дети. У всех отмечались гнилостные пятна в области головы. Некоторые пленники могли связно мыслить и говорить, но аура выдавала их. Настроение черного мага с каждой убитой жертвой стремительно падало. На душе было погано, но он все равно выполнял то, что должен был, пока не дошел до последних камер.

- Алистрат? – взволнованный женский голос раздался совсем рядом. Мужчина с хищной быстротой развернулся в сторону решетки с уже готовым сорваться плетением. – Верховный, не надо, пожалуйста!

Всхлип девушки отрезвил темного мага, заставив отвлечься от череды бездумных убийств.

- Мы знакомы?

- Да! Освободи меня, прошу!

Алистрат внимательно осмотрел ауру девушки. Чуда не было. Она оказалась так же безумна, как и старец из первой камеры.

- Нет. Прости, но ты больна и должна умереть.

- Стой! Я здорова! А если нет, я сильная, справлюсь! Обещаю!

Готовое сорваться с губ слово-ключ застряло поперек горла. В женской просьбе было столько надежды и покорности. Алистрат чуть не подавился, разглядывая такой интересный экземпляр.

- Кто ты? Выйди на свет.

К решетке медленно приблизилась еще молодая девушка с огненно-рыжими волосами и изумрудными глазами. Ее миловидное личико, усеянное веснушками, курносый носик, и пухлые щечки создавали впечатление деревенской простушки. Однако внимательный цепкий взгляд не давал обмануться.

- Откуда меня знаешь?

- Не помнишь? Я – Рената. Ты спас меня из-под обвала, когда мне было семнадцать, привез в свой замок, накормил, уложил спать, а потом отдал через несколько дней приехавшим дальним родственникам. Своей-то семьи у меня не стало. Все умерли при обвале.

- Ты не ответила на мой вопрос, - непреклонно отозвался Алистрат, не торопясь рассеивать плетение.

- Когда ты спал, я сняла твою маску, чтобы получше рассмотреть тебя. Мне очень хотелось убедиться в том, что Верховный не приведение и не миф. Извини, я тогда была слишком любопытной. А имя я заметила в бумагах. Ты очень интересно расписываешься. Такой росписи я еще ни у кого не видела.

- Так вот какая была твоя благодарность за спасение, - зло прошептал черный маг. – Знаешь, что за это я должен уже сейчас тебя убить.

- Знаю, - тихо проговорила девушка. – Но я ведь никому не сказала! И не скажу никогда. Около двухсот лет прошло. Ты можешь мне верить. Освободи.

- Только при условии, что ты ляжешь в мою клинику и будешь стоять на учете у светлых эльфов. Возможно, тебя и удастся вылечить. Во всяком случае, будет любопытно посмотреть на результаты.

- Хорошо, - мгновенно согласилась магиня. Она была не в том положении, чтобы отказываться.

Алистрат открыл кованную дверь, в состав которой входил тот же сплав, что и в антимагические браслеты. Сначала снялось простенькое заклинание, потом в ход пошел обычный ключ. Девушка с нетерпением выбралась из камеры и со злостью пнула ненавистную решетку, а потом развернулась к своему спасителю и обняла, уткнувшись лицом в шею мужчины.

- Спасибо. Спасибо, огромное! Я даже не знаю, что они бы сделали со мной.

Алистрат в первые мгновения несколько растерялся от такого проявления чувств, но потом все же приобнял девушку и успокаивающе погладил по спинке.

- Почему ты молчишь? Скажи что-нибудь, о чем думаешь.

- Все хорошо. Теперь точно все будет хорошо, - тихо проговорил черный маг и почувствовал, как женщина улыбается.

Напряжение, злость и желание убивать медленно отступило, возвращая темному более человеческий образ. Теперь он ощущал тепло и заботу. Это виделось в каждой черточке черной, как сама бездна, ауре девушки. Кто бы мог подумать, что темный маг найдет понимание и сочувствие не где-нибудь у себя дома, а в сыром подземелье. На губах сама собой заиграла улыбка. Теперь она не была похожа на злобный оскал монстра. Глаза цвета изумруда встретились с ярко-синими очами, и девушка решилась. Она осторожно коснулась губ мужчины своими устами. Легкий поцелуй перерос в более глубокий. Алистрат на время забыл о своем пренебрежении к женскому полу. Он целовал девушку со страстью изголодавшегося зверя. Его руки блуждали по миниатюрной фигурке, не торопясь освобождать ее от одежды. Женщина в свою очередь не уступала своему спасителю, исследуя его тело так же рьяно.

За спиной черного мага раздалось чье-то деликатное покашливание. Этот звук отвлек Алистрата от приятного занятия.

- Кхм… знаешь, я все понимаю – подземелье, крысы туда-сюда бегают, мертвые пленники валяются кучами, крови по уши разлито – одним словом, романтика. Самое то, чтобы соблазнить молодую магиню. Однако это общественное место, пусть и не совсем живое. Я сейчас ни на что не намекаю, но спальни находятся этажом выше. Сложно было по лестнице подняться или порталом воспользоваться?

Магнус стоял насупленный и явно был не рад открывшемуся представлению. Странно, что рядом с ним не маячил Серхат. Уж он бы в жизни не пропустил подобное представление. По лицу эльфа легко можно было увидеть, что он чем-то сильно огорчен.

- Ты что здесь делаешь?

- Я думал тебе помощь нужна. Пришел, как со всем справился, а тут ты… в общем… в следующий раз, когда решишь что-то подобное провернуть, оставляй на двери надпись. Что-то вроде – занято, показ обнаженки всем желающим или вход строго после совершеннолетия. А если бы пришел не я, а какие-нибудь фанатики сверху? А ты тут их работу делаешь? Головой думать надо, а не… другим местом.

Черный маг тяжело вздохнул и перевел взгляд на смущенную девушку.

- Тебе нужно идти. Я открою портал. Там тебя встретят. Постарайся вылечиться, - он сам не понял, в какой момент его голос наполнился нежностью. Подобная смена настроения черного мага, естественно, не радовала. Но он решил оставить разборки со своими чувствами до следующего раза.

- Пообещай мне, что ты придешь навестить меня, - тихо попросила женщина.

- Хорошо, приду.

Черный маг открыл портал, и девушка скрылась с глаз. Настроение немного улучшилось. Определенно, все было в ее ауре. Женщина не скрывала ее и свои мысли, и при этом она не стремилась заполучить ни силу Верховного, ни его власть, что само по себе было странным. Именно поэтому Алистрат и ответил на ее робкий поцелуй. Решив так для себя, мужчина улыбнулся.

- Знаешь, я люблю хорошие финалы. Они дарят надежду. Надежду на светлое будущее. И это прекрасно! Но у реальности скверное чувство юмора. Скажем, тебе хороший исход уже не грозит. Не в этом, так в следующем столетии ты умрешь, а эта девица будет еще жить минимум полтысячелетия. Обидно, да?

- А ты, оказывается, умеешь поддержать в трудную минуту, - ядовито отозвался Алистрат, заканчивая с последним узником. – Идем к Серхату. Он уже должен был разобраться с бумажками в лаборатории. Я уже чувствую, что что-то интересное он все же откопал, и скорее всего опять заныкает так, чтобы я в жизни не нашел. Поэтому стоит поспешить.

- Да, ладно, тебе! Все бумаги все равно не сможет спрятать – некуда.

- Я бы не был в этом так уверен, - усмехнулся Алистрат, припомнив, как на одном из приемов светлых дьявол сумел пронести в штанах целый меч. Естественно, никто даже не подозревал, что у кого-то хватит наглости нарушить закон, пока не нашли окровавленный труп хозяина. Убийцу изобличить так и не смогли, как ни старались, ведь магических следов, да и орудия убийства на месте не нашли. Тогда было решено, что бедолага погиб при загадочных обстоятельствах. Дело быстренько замяли.

***

Чуть ранее…

Магнус не знал, что его ждет за дверью, но был готов ко всему. Кинжалы крепко сжаты в кулаках, сосредоточенность и осторожность проскальзывали в каждом движении, магическое зрение работало непрерывно.

Пройдя очередной коридор темный оказался в кабинете. Помещение представлялось маленьким. По середине – стол со свитками, по бокам – книжные полки – вот и вся нехитрая обстановка комнаты. На рабочем месте сидел эльф и что-то скрупулёзно писал.

- Я знал, что ты зайдешь. Однако не думал, что будут еще какие-то гости. Что-то случилось? У тебя никогда не было друзей, а все проблемы ты решал самостоятельно.

- Времена изменились, - прошептал Магнус, узнав темного эльфа.

- Времена-а-а-а… да, они, к сожалению, меняются. А жаль, правда?

- Твоих рук дело?

- Ну, что ты! – улыбнулся хозяин комнаты. – У меня на такое грандиозное предприятие силенок не хватило бы. Нет. Это Верховный постарался.

- Какой из?

- А я откуда знаю? Вы же все такие скрытные! Почти что неуловимые! Черт разберешь, кто из вас, кто.

- Но меня бы ты смог отличить от других. Почему предал?

- Предал? – темный эльф удивленно моргнул. – Не припомню, чтобы я самолично приносил тебе клятву верности на крови. Я живу так, как мне нравится жить. Если при этом страдают люди, то это уж точно не моя вина.

- Продажная скотина! – рыкнул Верховный. – Ты был мне близким, почти другом.

- Другом? – заливистый смех наполнил комнату. – Твоими друзьями были только механизмы – неразговорчивые железки. С ними ты проводил дни и ночи. Чуть ли не целовался с каждым устройством. Свой народ до недавнего времени ты вообще не замечал. А я для тебя в принципе не существовал. Ну, может быть только в качестве мальчика на побегушках – подай-принеси. И тут вдруг ты находишь себе друзей-Верховных и обчищаешь то, что никогда не было твоим.

- Это моя земля!

- Разве? У меня есть бумага, составленная еще прошлым правителем. Там написано, что временно тот отказывается от этого участка территорий и провозглашает горы нейтральными землями. Срок еще не вышел. Хочешь – ознакомься, - темный эльф протянул свиток своему правителю. Магнус пробежался по строчкам глазами, рассмотрел витиеватую роспись и нахмурился.

- Вы тут занимаетесь незаконными делами. За это положена только одна кара – смерть.

- Тогда и вам тоже стоит умереть. От вас несет, как из выгребной ямы. Даже на таком расстоянии я чувствую эти «ароматы» и в конец испорченную ауру, которую твои дружки так непредусмотрительно открыли. Не знаю, как меня тут до сих пор не вырвало. Низменную энергию нельзя спутать ни с чем. По закону вы должны подвергнуться долгой и мучительной смерти.

- Камень слежения! – пробормотал Магнус.

- Именно! – улыбнулся эльф, показав зажатый в ладони кристалл. Он чем-то напоминал кристалл связи, только был в несколько раз меньше и мутнее, походя на обычный камень.

Такая вещь являлась очередной гномьей разработкой, над совершенствованием которой Грейси бился не одно столетие. Изначально, с помощью этого камня можно было просматривать и прослушивать помещение, к которому кристалл был привязан. Таким образом, хозяин всегда знал, что творилось в гостевой комнате, даже если на нее были наложены полог тишины или невидимость. Гномы никогда не любили довольствоваться малым, и спустя столетия они смогли привязать кристалл ко многим комнатам и переключаться между ними, когда надо. Данная разработка имела и свои недостатки – сложность в установлении связи камня с местом, где нужна слежка. А потому об этом думали заранее.

- Я уже несколько раз пожалел о том, что познакомил тебя с Грейси. Как ты только выжил после своего контракта.

- А я с ним и не заключал никаких соглашений. У меня для этого есть прекрасная девушка – Оливия. Что за чудесное создание! И ведь она слепо верит, что освободит свою сестру! Жаль, что последний мой приказ она так и не удосужилась выполнить. Ты рано или поздно наткнулся бы на эту шахту, тебя следовало убрать. Но я и не думал, что ты окажешься настолько проворным и решишь нарушить закон. Хотя… это и к лучшему. Я уже устал всем заправлять в отсутствие Верховного. Слишком много мороки. Не для меня.

- Так почему ты все еще тут?

- У нашего хозяина есть очень дурная привычка – убивать свидетелей, ну, заодно и тех, кто его расстроил и не оправдал надежд. Всех, кто уходил, скрывался в самых потаённых уголках планеты, в итоге находили. Угадай, что потом с ними делали? Если спустишься вниз в подземелье, ты легко отыщешь беглецов. По молодости я сюда влип, а теперь завяз окончательно. Умирать безумным на операционном столе я никогда не мечтал. Хм… А ведь когда-то все мое существо горело желанием осуществить свои самые смелые идеи! И этим меня заманили.

- За что вы боретесь? Что это за опыты? Что за идея?

Темный эльф смерил Верховного задумчивым взглядом.

- Я дал клятву на крови о неразглашении. Я даже полслова сказать не успею, как умру в муках.

- Ты все равно умрешь. Только тогда от моей руки.

- Знаешь, возможно я все же надеюсь на милость. Но не со стороны этих двоих, которых ты с собой притащил. От них милости не дождешься. А если не получится вымолить у тебя прощения, то лучше сдохнуть быстро и безболезненно под рукой хорошего мага, чем мучиться под пытками. Может поэтому я и прикрыл вашу вонь от тех, кто сидел в гостиной и тех, кто занимался в лаборатории. Вы ведь это не учли, верно? Дополнительное свойство камня слежения – создавать небольшую защиту вокруг объектов внутри следящего пространства. Если хозяин узнает, он мне промывание мозгов через пятую точку сделает.

- А если я тебя спрячу?

- Думаю, тогда у меня есть все шансы выжить, особенно, если вы всех тут убьете и несколько тел растащите по разным местам. Хозяин не станет искать трупы. Нет резона.

- Знаешь, если все так, как ты говоришь, то, пожалуй, тебя можно и простить.

- Я буду верен Вам, Верховный, и клянусь служить и исполнять любой Ваш приказ пока смерть не заберет кого-то из нас, - темный эльф рассек свою руку кинжалом и кровь полилась из его раны в чашку. Судя по остаткам еды в ней, она явно была использована не по назначению.

Магнус с грустью наблюдал за процессом. Его кровь могла потребоваться только в случае заключения договора с обоих сторон, но никак не для клятвы подчиненного.

- Скажи мне, у тебя есть предположения, кто из Верховных мог этим заправлять?

- Он требовал ото всех клятву на крови, использовал знания темных, и они были далеко не поверхностны. Это точно кто-то из магов, живших еще при Создателе. И сейчас он до сих пор существует, заходил не так давно – неделю назад. Светлые на такое не способны, да и знаний о темном искусстве у них отродясь не было, хотя я ничему не удивлюсь. Цветные все слишком молоды и только совсем недавно заменили покойных магов. Остались только темные.

- Путник еле ходит. Он уж точно не мог прийти без поддержки. Его на последнее собрание всей толпой затаскивали.

- Остаются только ты, черный маг и дьявол.

- Черт! Этого не может быть. Они мне помогали! Если бы хоть кто-то из них был бы замешан, он бы не стал разбираться с этим делом.

- Может этот маг ведет двойную игру. Или он просто добился своего и ему стало не выгодно держать под боком лишний груз.

- Достаточно. Догадки можно строить до бесконечности, и в итоге так ни к чему и не прийти. С тобой мы еще на счет этого поговорим, но в более подходящей обстановке, - Магнус взмахом руки открыл портал. – Иди и жди меня в замке.

- Да, сестра Оливии. Она в третьей камере с левой стороны, если считать с начала. – напомнил темный эльф, покорно поклонился и скрылся в разорванном пространстве.

Дурнота подступила неожиданно, заставив вспомнить о пределе возможностей. Маг пошатнулся. В глазах помутилось. Скольких он уже за день перетащил? Три…четыре… пять... Больше создавать порталы было опасно.

Эльф облокотился на спинку кресла и прикрыл в миг потяжелевшие веки. Он терпеливо пережидал первые признаки магического истощения. Некоторое время Магнус сидел неподвижно, пытаясь побороть подступающую к горлу тошноту, затем слабость понемногу отступила, и темный мог поспешить в подземелья. Он все же надеялся, что Алистрат благоразумно не станет убивать всех узников, сделав исключения хотя бы для детей.

***

Серхат хмуро разглядывал чью-то писанину. Заковыристый почерк рождал в нем бурю совсем не положительных эмоций. За первое предложение дьявол уже успел проклясть бездарного мага раз двадцать. Тот явно не учился письму и постоянно прогуливал занятия. Корявые закорючки и пляшущие буквы скакали по листу, как горные козлики. С трудом разобрав пару строк дьявол с чистой совестью выкинул очередной бесполезный свиток. В лаборатории находилось много чего интересного – бурлящие растворы, многочисленные ингредиенты, прозрачная посуда, цветные жидкости с разными составами, даже пыточные инструменты висели на стенах, - но не имелось того, что действительно было нужно. В поисках заметок о результатах экспериментов или о хозяине этого небольшого Ада, Серхат перерыл все бумаги на рабочих столах и принялся за содержимое шкафов. Его работа проходила скучно и муторно, но кому-то нужно было с этим разобраться.

Дьявол достал толстую тетрадь, перевязанную потершейся тесемочкой, и пролистал ее. Удивлению мужчины не было предела, когда он увидел, что там написано. Это были заметки Создателя. Как они тут оказались – дьявол понятия не имел, но то, что они попали к нему в руки было настоящей удачей. Следовало получше их изучить, где-нибудь в более комфортной обстановке. Серхат уже хотел было спрятать любопытную находку, но тут его взгляд зацепился за главу, обведенную красным. Там было жирно выведено: «Магический источник» и представлена схема расчленения и выкачки энергии из мага. Серхат впился глазами в рукопись Создателя, поглощая строчку за строчкой. Благодушное настроение и радость от находки сменилось удивлением, затем раздражением, переходящим в злость, а потом отвращением. На листах были подробно описаны все эксперименты. Маги в операционной пытались повторить опыты Создателя. Однако они постоянно что-то не учитывали, какой-то фактор упускали, а потому получались у них либо безумцы, либо мертвецы.

Верховный спрятал тетрадь у себя, до того, как дверь открылась и вошли двое темных.

- Нашел что-нибудь, достойное внимания?

- Смотря, что вас интересует, - усмехнулся Серхат. – Есть много инструкций по изготовлению зелий, есть подробное описание многочисленных опытов, есть заказы на оборудование, просьбы и прошения уже мертвых магов, даже несколько незаконченных приказов присутствуют. Это все. Ничего не сказано о Верховном, который заправлял всей этой шахтой, и к чему он стремился тоже не понятно. Однако стоит отдать ему должное, этот паршивец заметает следы просто профессионально. А у вас как дела?

- Все чисто, - печально отозвался Алистрат. – Я расспросил несколько пленников. Им тоже ничего не известно.

- Ага, - усмехнулся Магнус. – Я лично видел, как он расспрашивал. Прям невозможные пытки устраивал.

- Замолкни!

Серхат с любопытством перевел взгляд на черного мага, но тот вдаваться в подробности и не собирался.

- Там хотя бы чисто?

- Можешь быть уверен. Все оказались безумны. Мне пришлось зачистить подземелье. Теперь стоит подумать над тем, что делать с верхним этажом.

- А что тут думать? Нужно так же пройтись и всех повырезать. Тоже мне проблема, - передернул плечами дьявол.

- Нет! А что, если они делали все это по принуждению! – заступился за магов эльф. – Их вины тут нет. Если бы эти дети перестали выполнять требования Верховного, они бы легли на операционный стол вместо жертв.

Серхат и Алистрат переглянулись.

- Чем-то он мне сейчас белого напомнил с их постоянным девизом – «Спаси жизнь врагу или сам умрешь в муках совести», - дьявол усмехнулся собственной шутке.

- Магнус, ты ничего не хочешь нам рассказать? Что было за той неприметной дверкой?

- Там? Да, небольшая комнатка со всякими бумажками, но я их просмотрел и не нашел абсолютно ничего такого занимательного. Обычные свитки об уборке, счетах, о расходе зелий, количестве закупок и прочее…

- Что-то ты темнишь, Магнус. Ни мне, ни Алистрату это не нравится.

- Это ваше дело – что вам должно нравиться, а что нет. И ваши подозрения в данном случае смешны.

Темный эльф развернулся, собираясь уйти, но не успел он сделать и нескольких шагов, как его грудь пронзило холодное лезвие клинка.

- Вы…

Острие мгновенно оставило тело. Из раны хлынула кровь, окрашивая камень алым. Ноги мага подкосились, и он рухнул на бок, тщетно пытаясь зажать руками кровоточащую дыру. Боль в груди казалась неимоверной. А слабость подступила почти сразу, отказывая конечностям в движении.

Алистрат молча вытер кинжал о какую-то тряпицу, что нашел неподалеку. В лабораториях таких вещей всегда было немало. Его лицо не отображало никаких эмоций. Это была всего лишь маска - искусная личина убийцы. Над поверженным врагом, улыбаясь в несколько рядов своими острыми зубами, склонился Серхат.

- Знаешь, а я ведь почти уверовал в то, что это не ты тут все устроил. Так грамотно над нами поиздевался, сделав из нас посмешище! Даже я не придумал бы развлечения лучше! Ты считал, тебе тут будет весело? Мы всех перебьем, а ты потом по-тихому спасешь остатки своих подчиненных и скроешься в неизвестном направлении? Да и напоследок выдашь Верховным, кто нарушил закон и воскресил мертвого? А мы – дураки, будем сидеть тут и дожидаться твоего возвращения или скорее своей смерти? Знаешь, твой план посмеяться над нами был хорош, но не дальновиден. Далеко убежать тебе все равно бы не удалось. Мы ведь не светлые, которые могут все простить, даже глупую шутку, лишившую их чести или даже жизни. У нас темная кровь. Думал, мы без очевидных подсказок не догадаемся, кто за всем этим стоит? Только темный маг легко использует магию крови, а тут все ей пропитано, даже твои мертвые куклы!

- Это не я, - хрипло отозвался эльф, с трудом удерживаясь, чтобы не провалиться в беспамятство.

- Ну, уж теперь-то можешь нам не врать, раз мы все равно тебя раскусили.

Сон стал непреодолимым. Веки оказались слишком тяжелы. Магнус не мог долго сопротивляться. Доказать что-либо у него уже не вышло бы, даже если в запасе было бы больше времени. Темные всегда достаточно уперты. Эльф закрыл глаза, не смея больше противиться навалившейся беспомощности. С последним выдохом душа покинула бренное тело. Алистрат наклонился и провел рукой над лицом мертвого мага. Это ускорило процесс ухода души и не задерживало ее в этом мире.

- Иди легко, - тихо прошептал он, и уже обращаясь к дьяволу проговорил. - Мне кажется зря мы так с ним поступили. Это был действительно не он.

- Уже без разницы. Его все равно надо было убить, а тут и повод нашелся, далеко ходить не нужно. И вообще, это ты предложил с ним закончить, не я. Так и чем не доволен?

- Жалко все же. Маг-то он неплохой. Сильный. Да, и я к нему уже попривык.

- Когда успел? Только не говори, что за день ты уже с ним сдружился. В жизни не поверю, что подозрительный и осторожный донельзя черный маг так легко доверился мальчишке!

- Зато он нам доверял.

- Это в силу возраста. Когда нас только создали, мы тоже за Творцом, как привязанные ходили долгое время и слюнки пускали на своего обожаемого во всех смыслах Отца. Не помнишь уже? Склероз подкрался незаметно? Я вот прекрасно помню свою туповато-влюбленную физиономию со взглядом ярого фанатика. Сейчас правда я сильно изменился – покраснел весь, рога выросли, зубки заострились, хвостик появился, и мозги вроде бы на место встали. Последнее меня особенно радует.

- Думаешь, оставить его тут? Или закинуть в замок?

- Пусть лежит! – махнул рукой дьявол. – Намного лучше будет звучать версия о том, что Верховный пропал без вести, чем весть об убитом в собственном замке правителе. К тому же, если его найдут, то возведут в герои. Пожертвовал собой ради спасения страны. Прекрасное завершение жизни!

- А наш таинственный хозяин рудника?

Серхат тяжело вздохнул и недобро взглянул на явно озадаченного этой проблемой Алистрата.

- Тебе-то до него какое дело? Разве это твоя земля? Любишь ты вешать на себя чужие хлопоты. Расслабься и наслаждайся жизнью. А этот загадочный Верховный пусть развлекается. Я вот тоже люблю поиграть в подобные игры, правда не с таким грандиозным размахом. Всего лишь небольшой бум низменной энергии. Подумаешь, беда какая, полмира накрыло откатом. Зато представь, выражения этих блюстителей закона, когда они будут выбираться из того киселя, что мы почти вдвоем наварили. Магнус в ритуале все равно не участвовал. О да-а-а-а… Я бы многое отдал, чтобы сейчас взглянуть в их глаза. До ночи возиться будут, и это если они сразу смекнут, какую подставу мы им оставили. Особенность этой энергии – со временем загустевать. Хорошо, если к вечеру они из помещения выплывут, если вовремя поймут причину, конечно.

- Да?

- Ну, у каждого народа есть свои знания, которые не доступны другим. Я так и вижу, как Верховные с трудом переставляют свои конечности, пытаясь сделать хотя бы шаг, - Серхат противно захихикал, видимо представив весь совет в положении беспомощных грудных младенцев. – Ладно, теперь к серьезным вещам. Нужно зачистить верхние этажи и подтереть свои следы. Мы тут не были и нас никто не видел. Кругом трупы – допросить, соответственно, тоже некого.

- У тебя как с ипостасью?

- Лучше. Она успокоилась, и потому я снова могу все крушить и ломать.

- Может воздержишься? Она опять пробудится. И, боюсь, тогда ее уже не получится сдержать.

- Нет. Тут просто восхитительная лаборатория! Среди фанатиков были и дьяволы. У молодых мальчиков ипостась легко просыпается от малейшего запаха крови, и управлять ею они, естественно, не могут. Тут им делали интересное зелье. Разработка светлых эльфов, между прочим! А они в отличии от темных, всякую бурду не варят. Я тут состав запомнил, одно выпил. Как написано в рецепте – хватит на сутки, так что пошли расчистим спальни наших милых зайчиков.

- Надо еще что-то с Верховным темным эльфом придумать. Нужно, чтобы новый правитель добровольно согласился отдать жизнь на благо своего народа.

- Я решу этот вопрос. Всего-то посадим на место Верховного «нашего» паренька, который будет привязан к моему договору кровью.

- Ты так говоришь, как будто для тебя это действительно просто.

- Не просто, но вполне осуществимо. Пора мне подыскать себе ученика из темных эльфов. Такого же наивного и доверчивого, как Магнус, с хорошим потенциалом. Будем с ним долго и упорно работать, и в итоге он займет свое место и будет мне благодарен. Во всяком случае до тех пор, пока не смекнет, что смерть все это время стояла на пороге его дома.

- Пожалуй, теперь я понимаю, почему Верховные так тебя не любят, - улыбнулся Алистрат, поднимаясь по лестнице.

- Ты лучше о другом думай. Тебе скоро путешествие в карманы предстоит. А там всяких неуравновешенных побольше, чем в твоем городке.

- Вот уж не было печали, так нас ею накачали.

[1] Фишки – азартная настольная игра магов с использованием дара.

Глава 14 Другие миры

- Х-р-р-р-р, кровь… живое с-с-с-с-существо… я чувс-с-с-с-ствую его!

- Плоть… живая… дышит! Слышу… биение сердца. Давно тут не было людей, - второе существо с тихим урчанием поддержало собрата.

- Запах! Он не человек! – предостерег своих сородичей третий говоривший. – Я ощущаю запах магии. Темой магии. Боевой. Такого еще ни разу не было. Мы должны быть осторожны, если хотим полакомиться живым.

Трое странных существ с усилием принюхались. Они были голодны. И уже давно. Старая вражда между ними за лакомый кусочек мяса угасла с появлением азарта охоты, которую они ждали не одно столетие. Проклятый мир! За что Творец обошелся с ними так несправедливо? Они никогда не узнают ответ на этот вопрос. В их сердцах преобладали кровожадность и жестокость. Инстинкты не давали проснуться разуму и человечности. Они не были похожи на обычные творения Создателя. Первый организм оказался чрезвычайно гибким. По структуре он напоминал перетянутый черный канат, с мощными страусовыми ногами и длинными руками, на концах которых сильно выделялись бледные серые когти. Глаза были посажены глубоко под кожу, но все же существо при этом видело отлично. Нос отсутствовал. Небольшие бугорки на лице заменяли дыхательный аппарат. Челюсть казалась маленькой, почти человеческой, если бы не ряды острых зубов, таких удобных на охоте. И хвост напоминал плеть. Второй организм был полной противоположностью первого. Обильный волосяной покров по всему телу можно было даже назвать шерстью. Сильные передние лапы и такие же крепкие задние являли собой четвероногий организм. Волчий оскал и черные без радужки глаза наводили панику на многих жителей этого мира. Существо было в несколько раз больше обычного животного и стояло на одной планке с человеком. Третье живое нечто больше походило на обычного мага, чем на монстра. Его выдавала только неестественно бледная серая кожа, больше подходившая недавно восставшему мертвяку, и глаза, в которых постоянно клубилась тьма.

- Что ж. Да, начнетс-с-с-ся охота, - прошелестело первое существо и первым скрылось за деревьями. Ему вторил заливистый мужской смех и волчий вой.

***

Алистрат оказался на опушке леса. Растительность была такая же, как и в его мире. Если бы он не знал, что портал приведет его в карман, то решил бы, что находится у себя дома. Черный маг запрокинул голову, наблюдая как глухарь, напуганный новым существом, поднимается в воздух. Животный мир тоже не особо отличался. Создатель никогда не любил заморачиваться с природой. Его намного больше интересовала работа с разумом.

- Ну, на первый взгляд мир хорошо существует. Уничтожать такую жемчужину было бы кощунством, - проговорил Алистрат, тяжело вздохнув, и двинулся прямо, не особо беспокоясь на счет направления. У него было не больше часа, чтобы все тут осмотреть. Потом Серхат клятвенно обещал вытащить его и Лирна. Черный маг улыбнулся, вспомнив, как не так давно уговаривал друга просмотреть второй карман. Тот был в ужасе, когда услышал, что ему нужно будет некоторое время провести в обители монстров. Ведь не просто так доступ к карманам был запечатан. На пару с Серхатом его уламывали долго, пока он не потребовал обещания, что за пределами своего мира с ним ничего произойти не сможет. Разумеется, наглому белому эта клятва успокоила нервы.

Алистрат покосился на деревянный ободок, на котором высвечивалось время, что осталось до окончания путешествия, и глубоко вздохнул. Минуты длились как целая вечность.

В какой-то момент черный маг ощутил что-то неладное. Дурное предчувствие заставило его замереть на месте и прислушаться к звукам природы. Никаких посторонних шумов не наблюдалось. Тот же птичий хор, шелест листвы на деревьях, жужжание насекомых, легкий вой ветра и случайные лесные отзвуки леса где-то далеко впереди. Странного и уж тем более опасного Алистрат не видел, однако беспокойство не оставляло его. Наоборот, оно крепло с каждой секундой. Только чутье спасло его от вероятности быть убитым на месте. Он увернулся от взявшегося словно бы из ниоткуда существа. Клыки, нацеленные на горло жертвы, прошлись по руке, оставив глубокие борозды до запястья. Кровь незамедлительно выступила наружу. Двулапое нечто демонстративно облизнулось. Вкус крови существу, определенно, понравился. Алистрат мгновенно кинул в кровожадный организм одно из сложнейших смертельных заклинаний. По книгам от него разлагалась на составляющие даже нежить, которая, скорее, считалась мифом, чем реальностью. Черный маг с ужасом пронаблюдал гибель своих в пустую потраченных сил. Существо без особого труда слило убийственную магию в землю. Долго ходить вокруг да около оно было не намерено и напало вновь. Темный успел оправиться от шока довольно быстро и вовремя вытащил из голенищ сапог длинные кинжалы. Пронзить ими чрезмерно гибкое существо Алистрату не удалось, но рану на теле он оставить смог. Монстр рыкнул и отступил, зажав рукой черную жидкость, что заменяла ему кровь.

- М-м-м… какой вкус-с-с-с-сный… и опас-с-с-сный!

- Ты говоришь? – удивился маг, но кинжалы не убрал.

- М-м-м… любопытный… нам нравятьс-с-с-ся такое с-с-с-существо, - обитатель этого мира обошел темного по кругу, не сводя со своей жертвы пристального взгляда глазок-бусинок.

- Нам? Кто ты?

- С-с-с-слишком много вопрос-с-с-сов для с-с-с-сытного обеда. Убери оружие. Ты будешь удос-с-с-стоен чес-с-с-сти с-с-с-стать нашей час-с-с-стью.

- Спасибо, обойдусь, - пробормотал Алистрат. – Кругом столько живности – ешь ее!

- М-м-м… какой с-с-с-смешной обед! Они не вкус-с-с-с-сные. Разумные с-с-с-с-существа намного вкус-с-с-с-снее. Их кровь… у тебя она с привкус-с-с-с-сом магии. Не такая приятная, как у людей, но тоже деликатес-с-с-с.

- Теперь я понимаю, почему Создатель вас здесь запер.

- Х-р-р-р-р. Зачем ты вторгс-с-с-с-ся на нашу землю, маг?

- Посмотреть.

Существо сделало вид, что задумалось, а потом произнесло:

- Тогда с-с-с-смотри.

- Разрешаешь? И даже нападать не будешь?

- Мне интерес-с-с-сно. Выпить тебя я вс-с-с-сегда ус-с-с-спею. Отс-с-с-сюда еще никто не уходил.

- Прекрасно, - прошептал Алистрат и двинулся дальше, краем глаза следя за монстром. Спустя время существо скрылось за деревьями. Черного мага это не порадовало. Противное чувство слежки держало его в напряжении. Оно не давало расслабиться. Рука продолжала кровоточить. Соорудив небольшую повязку из ткани, Алистрат приложил ее к ране, туго перевязав с помощью зубов и здоровой руки.

- Серхат, поганец хвостатый, - пробурчал темный маг, оглядывая предел своих лекарских способностей. - Да, там безопасно! Что ты беспокоишься, всех магией положишь! Они сдохнут в муках! Тьфу! Если вернусь, сам туда его закину. Экспериментатор, чтоб его!

На ободке оставалось ровно полчаса. Лес и не думал кончаться. Алистрату всерьез почудилось, будто он бесконечный.

Черный маг услышал приближение чего-то не очень хорошего еще издалека. Топот и хруст ломающихся веток свидетельствовали о новых проблемах в жизни бедного путешественника.

- Эй, ты! Что это?

Следящее за ним существо ничего не ответило гостю. Маг и не рассчитывал на откровение монстра, но хоть какой-то знак он должен был дать.

Тем временем проблемы, или уже проблема показалась в поле зрение темного. Несущийся монстр был похож на волка, только в несколько раз крупнее и мощнее своего собрата. Безумный взгляд и ощетиненная пасть говорили только об одном – существо пришло кушать. Алистрат гулко сглотнул, наблюдая как мохнатое нечто, не останавливаясь, мчится прямо на него. Черный маг успел увернуться. На удивление громадная туша была хоть и сильной, но неповоротливой. Сноровки и ловкости ей сильно не хватало. Этим маг пока выигрывал.

Алистрат попробовал еще одно заклинание, но тут его магия была бессильна. Резерв ушел в землю, не долетев до чудовища нескольких метров. Существо быстро очухалось, когда поняло, что обед оно не поймало.

- Хороший песик, хороший, - проговорил черный маг, скорее успокаивая себя, чем пытаясь вразумить голодного монстра. Было противно чувствовать себя бесполезным.

- Р-р-р-р… мясо! – прорычал зверь и вновь кинулся на жертву.

Алистрат с грустью покосился на кинжалы и спрятал их. Теперь они могли понадобиться монстру только в качестве зубочисток. Сейчас оружие было бесполезно. Против чистой силы мечом махать – последнее дело. Железку согнуть в любой момент можно, а вот разогнуть ее – та еще проблема. Черный маг легко развернулся и помчался по лесу. Главное было потянуть время. Перепрыгивая поваленные деревья, кружа средь молодой поросли, Алистрат умело петлял по лесу, создавая для неповоротливого монстра новые препятствия. Но не долго он упражнялся в беге.

- Загоняй добычу к озеру! Там ему никуда не детьс-с-с-ся!

Существо согласно рыкнуло и изменило тактику. Черный маг глухо ругнулся. Он не собирался заканчивать такую интересную игру с догонялками. У озера его шансы выжить были не просто низкими, а катастрофически стремились к нулю. Попытка поменять направление закончилась острой болью в плече. Лохматый монстр все же достал юркого мага, но зацепиться за него так и не смог. Темный ушел резко в сторону, оставив в зубах волка клок своей рубашки и часть вырванного им мяса. Бежать стало тяжелее. Плечо сильно болело и требовало внимания. Рубашка пропиталась кровью. Сопротивляться уже возможности не было. Алистрат послушно бежал туда, куда направляло его существо.

Озеро он увидел издалека. Блеск воды при свете солнца бросал в глаза серебряные блики. Тихая гладь казалась зеркалом. Алистрат, точно в бреду, очутился на заросшем камышом берегу. Существа, следующие за ним по пятам, кровожадно оскалились, предвкушая знатный пир.

- Попалс-с-с-ся!

Черный маг взглянул на ободок. В глазах мутилось, но он явно различил два нуля.

- Ну, и где? – рыкнул темный, поднимая взгляд на небо. – Вытаскивай меня уже отсюда!

- Никто тебе не поможет!

- Почему это?

- Очень толс-с-с-стая оболочка. Не пробитьс-с-с-ся прос-с-сто так, - охотно пояснил житель этого мира.

Существа наступали. Они знали, что их обеду теперь уже не уйти. А темный все верил, что портал вот-вот появится. Сам он открыть его не мог. Тут было слишком тяжелое пространство, и царила чужеродная энергия, препятствующая разрыву. Это был другой мир, со своими законами. Черный маг медленно отходил назад. Вода принимала его в свои объятия. По телу растекалось тепло. С утра нагретое озеро показалось гостю парным молоком. Кровь уходила в темную воду, очищая раны. На Алистрата накатила слабость. Захотелось лечь и полежать некоторое время, но рассудок твердил об опасности. Существа продолжали скалиться, пока черный маг все дальше уходил под воду. Неладное он ощутил слишком поздно. Сильные руки обхватили его, а шею будто бы прокололи тонкой иглой. Алистрат вскрикнул от боли и рванул из захвата в сторону. Далеко уйти ему не дали.

- М-м-м. А вы правы. Он вкусный! – раздался над ухом мага удовлетворенный голос.

- Тащи его с-с-с-сюда! Вмес-с-сте поедим!

Ослабший от слишком большой потери крови маг уже не мог противиться. Подсознательно он еще пытался побороть обстоятельства. Но разум говорил о том, что уже все было проиграно. Смерть дышала в затылок. Алистрат уже плохо различал реальность. Все застилала мутная пелена. Это был конец. Но ему претила мысль умирать в желудках иномирных существ. Глупая смерть. Это было не достойно Верховного. Алистрат собрал всю свою оставшуюся волю в кулак и вырвался из рук монстра, нырнув в озеро. Слишком сильное движение лишило мага сознания. Вода накрыла его с головой.

***

Лирн бродил по болоту. Особой радости от созерцания топи и ощущения зловонного запаха он не испытывал. Хотя это было все же лучше, чем если бы его закинуло прямо в логово кровожадных монстров. О них много чего рассказывали в народе. Белый маг передернул плечами от одной только мысли о встрече с такими существами. Его задачей было всего лишь посмотреть, как этот мир существует. Он не будет лезть к местным обитателям, если они тут живут. По мнению белого, для осуществления этой задачи хватило бы и пяти минут, но Серхат дал целый час. А за это время – Лирн задумчиво нахмурился – за это время много чего может произойти.

Минуты текли медленно. Белому магу было все равно, куда идти. Дьявол обещал достать его даже из-под земли, если понадобится. А такими клятвами данный народ в пустую не разбрасывается. Перейдя на магическое зрение, Лирн безошибочно для себя определил безопасную дорогу. По ней и направился. Шел он быстро, ни на что не отвлекаясь. То птица вспорхнет с душераздирающим криком, то гадюка под ногами проскользнет, то хоровод лягушек наполнится жужжанием стрекозы – Лирн словно бы забылся на какое-то время, пока не услышал пронзительный детский визг. Белый маг вскинулся, огляделся и поспешил на звук. Долго бежать не пришлось. Болото уступило место небольшой лужайке, за которой начиналась чаща. Возле топи стоял человеческий мальчик лет десяти, рядом с ним высилось некое существо. Они смотрели друг на друга, и ужас с лица парнишки постепенно уходил, сменяясь маской безразличия.

Лирн затаился и продолжил наблюдать. Существо смутно напоминало птицу. Сильный клюв был наполнен множеством мелких острых зубов. Глаза оказались чрезмерно большими и абсолютно белыми, без зрачков и радужек. Уши на морде так же выгодно выделялись милыми беленькими кисточками. Длинная шея, огромное туловище в человеческий рост и пропорциональные телу гигантские крылья невольно восхищали. Ноги и руки оказались не в пример тоненькими, но на них красовались блеклые острые пластины. Одной такой можно было легко перерезать шею. И все это великолепие покрывали серые перья.

- Твоя-а-а-а очередь, - проклекотало создание, уступив место другому существу.

Оно не летало, но выглядело при этом несколько лучше своего собрата. Мускулистое местами чешуйчатое тело грациозной походкой подошло к безучастному ко всему мальчику. Гибкие конечности были привычны к быстрому перемещению, но гордость существа не давала ему для этого повода. Легкие перепонки виднелись на уже более человеческих руках. Глаза казались маленькими по сравнению с первым обитателем этого мира. Перепончатые уши были подвижны и улавливали даже то, что происходило за несколько верст при условии отсутствия помех.

- Скоро наши набегут. Мы не одни голодные, - прошипел монстр своему соратнику. И Лирн заметил раздвоенный язык.

- Значит пора-а-а заканчивать.

Чешуйчатый кивнул и провел рукой по лицу мальчика, забирая у ребенка жизнь. И в топь рухнуло уже мертвое тело. Монстры внимательно проследили за ним и лишь потом скрылись.

Лирн шокировано наблюдал за этим действием. Он хотел было вскочить, подбежать к мальчишке, попытаться оживить, расправиться с убийцами, но вместо этого сидел на кочке и с ужасом провожал взглядом тонувшее тело мальчика. Что-то ему подсказывало, что обозначать свое присутствие было опасно. Возможно, это кричал инстинкт самосохранения. Существа могли так же всего лишь дотронуться до мага и умертвить его. Тогда он с Серхатом сможет поговорить не в замке, а только в чистилище, и то, если душе удастся добраться до туда вовремя.

Мысли светлого путались. Он с усердием пытался вспомнить заклинание. Когда-то он видел его у Создателя. Тот нередко применял подобное, когда хотел, чтобы его никто не трогал. Наконец, нужная схема всплыла в голове. Осталось только составить плетение и наложить его на себя. С этим Лирн легко справился и с удовлетворением обнаружил, что находится в магическом коконе. Теперь его было не достать никому.

Белый маг приблизился к тому месту, откуда ушли странные существа. Было невыразимо приятно выбраться из болота на твердую землю. На некоторое время Лирн даже смог расслабиться. Но ненадолго. Вдоль болота шагало другое существо, более похожее на мага. Человеческое строение тела легко могло обмануть неосторожного путника. Однако неестественно бледная кожа, глаза, в которых стоял вечный белый туман, и хищный оскал не оставляли никаких сомнений в том, что существо было иномирным. Лирн встретился взглядом с улыбающимся представителем этого мира.

- Не знал, что к нам заглянет на обед светлый.

- Вы кто? – проговорил маг, готовясь выпустить плетение при малейшем движении в свою сторону.

- Я? – существо улыбнулось шире. Холодный оскал не внушал доверия. Это была только маска. – Хозяин здешних земель. Один из них. А вы?

- А я просто гуляю, - как можно беззаботнее ответил Лирн.

- Я вижу, - усмехнулось существо.

Сзади на плечо Лирна легла чья-то лапа. Белый маг вздрогнул, вывернулся и выпустил сеть. Та с легкостью впиталась в землю.

- Твоя магия тут бессильна. Я ее блокирую, - с улыбкой убийцы сообщил хозяин земли. – И та, что на тебе – тоже. Иди сюда. Я освобожу твое тело и от беспокойства, и от горя, и даже от разочарований. Ты обо всем этом позабудешь.

Чешуйчатое и похожее на мага существа подались к Лирну. Он с ужасом наблюдал за плавной походкой двух хищников, которые точно знали, что жертве от них никуда не деться. Белый маг медленно отступал к лесу, пытаясь все снова и снова применить магию. Та отказывалась слушаться. Не удалось ни достать монстров, ни открыть портал, ни даже позвать на помощь. Паника подступила почти сразу. Он еще никогда не был в таких ситуациях, когда нельзя было использовать свою силу. Скверно ощущать себя обычным человеком. Редкое для светлого хладнокровие загасило уже готовую начаться истерику. Все же иногда бывает полезно общаться с темными. Разум с небывалой скоростью просчитывал возможные ходы. За поясом находились несколько кинжалов – стандартное оружие любого мага. Лирн оценивающе взглянул на монстров – слишком сильные и быстрые. Если даже он убьет одного, второй его легко достанет. Белый маг не мог похвастаться достаточной сноровкой во владении кинжалами. Он не был худшим умельцем, но и в число лучших не входил. Ему ближе была работа с топором. Но сейчас выбирать не из чего.

Существа ухмыльнулись друг другу и не торопливо приближались. Они просто на просто играли с гостем. Нужно было тянуть время. Время! Белый маг бросил взгляд на ободок – оставалось десять минут. Лирн мгновенно принял нужное решение, развернулся и побежал в лес. Шансы выжить там казались больше, чем в болоте.

- Эй! Ты куда? – рыкнуло чешуйчатое создание, и припустило вместе со своим сотрапезником за беглецом.

Лирн мысленно порадовался, что в свое время Алистрат заставлял его заниматься вместе с ним на полигоне. Сейчас эти навыки были незаменимы. Без постоянных тренировок бегать и прыгать десять минут оказалось бы проблематично. А ведь когда-то он с пеной у рта доказывал черному магу, что ему это никогда не пригодится в жизни. Светлый усмехнулся. Никогда не знаешь, что ждет тебя за очередным поворотом судьбы.

Выбежав к небольшой речке, Лирн остановился. Он не ожидал, что на его пути окажется водная преграда.

- Тебе не скрыться! – оскалилось одно из чудовищ.

Медлить существа по-видимому не хотели, потому кинулись к белому магу с прытью молодых мустангов.

- Демоны, - тихо простонал Лирн, и полез в воду.

До другого берега было рукой подать. Река казалась не глубокой, и белый маг решился. Холодный поток мгновенно сковал ноги судорогой, заставив светлого поежиться. Неподалеку находился подземный источник. Лирн заглянул через плечо. Монстры задумчиво наблюдали, как маг переправляется на другой берег. Нападать и бежать за нарушителем их границ никто не хотел. Посмотрев вперед маг понял, почему. Птицеподобное существо стояло на другом берегу и скалилось нежданному гостю. С такой мощной тушей в одиночку любой человек не смог бы совладать. А он сейчас был именно этим человеком, таким же совершенно никчемным и беспомощным. Западня. Ноги до пояса мага окоченели. Он еле передвигался. Вперед, как и назад идти было нельзя. Можно, конечно, попробовать пройти по течению, но в ледяной воде оставаться не стоило.

Существа оценили его маневр выжить по-своему.

- Убить его!

Лирн не успел увернуться. В тело вонзилось блеклое серое перо. Теперь оно больше напоминало копье, чем приятное мягкое дополнение к птице. Струйка крови потекла из раны, смешиваясь с холодной водой. Белый маг согнулся. Дрожащие руки попытались вытащить перо. Однако это оказалось не так просто. Секунду назад оно было прямое, как палка, твердое, будто железное, с острым наконечником, легко поражающим любую цель; а теперь стало мягким и податливым, как обычное птичье перышко. Спустя мгновения бесплодных попыток, Лирн почувствовал онемение рук, а затем и остального организма. Парализующий яд – хорошее подспорье для любого, кто захочет сохранить душу в теле на подольше. С недавних пор такое средство было запрещено к использованию, и его производство закрыли. Но это – другой мир, со своими законами.

Белый маг рухнул в воду. Тучи брызг разлетелись во все стороны. Теперь Лирн уже ничего не ощущал, даже ледяного течения реки. А через секунду у светлого отказали и остальные органы чувств. Белый маг провалился в беспамятство.

***

Серхат смаковал которую по счету кружку горячего напитка, называемого оргус[1]. Дьявол всегда его потреблял, когда нервничал. Последнее время он сидел будто бы на большом вулкане. Хотя внешне Верховный казался спокойным, внутри него кипело раздражение. Раскрытая тетрадь Создателя блистала не совсем лицеприятными картинками и вызывала чувство отвращения, однако содержание книги завораживало. Такое извращение мог придумать только Творец. В этом не было никаких сомнений.

По разные стороны от дьявола располагались кровати. На них лежали два полуживых, но Серхату больше думалось – полумертвых, мага. Они петляли на грани достаточно долго, чем заставили дьявола сильно волноваться. А переживать Верховный не любил. Серхат сделал многое, чтобы маги не ушли за грань и остались жить в этом мире. Этим он вытрепал себя окончательно. Только горячий эликсир не давал ему сорваться. Пожалуй, Серхат ни о ком так не заботился, как о двух невезучих старых знакомых. Не терпел дьявол потери друзей, хоть и говорил, что понятие «друг» для его народа – пустое слово.

Светлый очнулся несколько часов назад. Он долго кричал и умолял его отпустить. Было сложно утихомирить разбушевавшегося мага, который мало понимал, что делал. Белые заклинания летали по всей комнате. Серхат с трудом отбил плетения, а потом с не меньшим усилием спеленал незадачливого мага и наложил сонные чары. Черный же должен был проснуться с минуты на минуту. Он был сильнее своего друга, а потому дьявол очень надеялся, что темный будет в здравом уме и не станет швыряться магией направо и налево. В противном случае, замок придется расчищать от завалов.

Напиток прибавлял сил и дарил успокоение. Замечательное изобретение светлых эльфов, сохранившее жизнь многим магам только тем, что его пил Серхат, когда был не в духе.

- А-а-а-а, где я? Что б вас всех… голова… - черный маг открыл глаза и помрачнел.

- С добрым утром! – жизнерадостно оскалился дьявол. – Скверно выглядишь. Не выспался?

- Я все еще жив?

- О-о-о, да. Хотя, не спорю, ты очень постарался сдохнуть. Мои громкие рукоплескания твоим скромным потугам.

Алистрат хмуро смерил взглядом дьявола, мирно прихлебывающего какой-то сильно благоухающий настой, и скривился от сильной боли в шее.

- Что за… - прорычал маг, ощупывая ноющее место. - Где Лирн?

- Лирн! Подъем! – Серхат легким движением снял сонное заклинание, и светлый застонал. – Надеюсь сейчас буянить не будешь. Знаете, я просто поражен. За какой-то жалкий час вы оба прибыли в таком виде, что заставили меня знатно побегать. Неужели всесильные и все могучие Верховные не справились с какими-то там никчемными существами? При чем вы вдвоем мало того, что явились почти на грани смерти, так еще и мокрые. У меня даже сложилось впечатление, что у вас появилось коллективное сознание, и вы решили искупаться на дорожку, но не рассчитали сил и случайно утонули. Из вас воды вытекло – целый океан! Мне всю прихожую испачкали.

- Знаешь, Лирн, как тебе идея закинуть Серхата в один из таких миров, хотя бы на полчаса. Очень хочется посмотреть на его доброкачественный труп.

- Абсолютно с тобой согласен, - сипло отозвался светлый. – Только еще немножко полежим, в нормальное состояние придем, и можно будет осуществить нашу заветную мечту последних минут.

- Вам что, и в самом деле было так плохо? – усмехнулся правитель.

- Да, Серхат, удивительно, правда? Только сейчас дошло?

- Но вы же к родственникам отправлялись. Могли договориться с ними.

- Что??? – Алистрат было дернулся, но боль заставила его вновь принять горизонтальное положение. Лирн только булькнул что-то невразумительное. Вставать ему было категорически запрещено. Парализующий яд – скверное изобретение, способное мгновенно оставить существо калекой на всю оставшуюся жизнь.

- То есть, вы не знаете, да? – Серхат печально вздохнул, а потом вдруг вспомнил. – А, ну да. Вы и не должны знать. Это я уже вычитал.

- Откуда?

- Да, тут тетрадка одна валялась. Очень интересная на вид. Создатель там пару заметок оставил.

- Действительно, ничего такого, - рыкнул Алистрат, - всего лишь заметки Творца. Пф-ф-ф-ф… мелочь какая! Я даже догадываюсь, откуда ты ее достал. И ведь не словом про нее не обмолвился!

- Рассказывай, - проговорил Лирн.

- Изначально Творец не мог создать магов. Он экспериментировал долгое время. У него появлялись разные существа. Только после их появления и были созданы БеЗсмертные. То ли ему стало жалко свои лучшие неудавшиеся эксперименты, то ли он просто был излишне любопытен, не знаю, второе больше похоже на правду, а потому поселил образцы в карманах по цвету магии.

- По цвету? Тогда не было разделения между магией.

- Да, и это самое интересное. Получается, Творец ТОГДА был в курсе всего. Понимаете? Он знал, что произойдет или просто заранее продумал этот момент. Первым Создатель сотворил тебя, Алистрат. Угадай, почему?

- Черная магия более податлива и сильнее выделяется в отличии от остальных цветов.

- Верно. Но перед тем, как создать совершенное существо, Отец долгое время экспериментировал со зверьми, постепенно придавая им человеческую форму. И взял Он за основу волка. Дикий хищник был идеальным образцом – сильный, умный, умелый. Затем началось формирование более высших существ. Создатель совершенно изменил тело, Он переформировал инстинкты и сотворил разум. Кстати, тот волк тоже был разумным существом, но с инстинктами бороться он не мог. Следующий по ступени организм был более обособлен от своих потребностей. Дальше пошла только доработка.

- Они питаются разумными!

- Да. У Создателя было скверное чувство юмора. Он специально оставил своим образцам такое интересное питание. Я не могу сейчас сказать, почему был сделан этот выбор, но уверен, что есть причина. Может, Творец подозревал, что маги будут ощущать себя Богами, а потому нужен кто-то, кто должен будет их усмирить. Хотя данная трактовка вообще не вписывается в образ Создателя. Он всегда считал себя совершенством и никогда не думал о том, что кто-то будет в чем-то лучше Него. Я помню Его таким.

- Не ты один, - хмуро отозвался Лирн, а Алистрат только поддержал друга.

- Мага Творец создал, добавив свою кровь, или что у него там за жидкость была – понятия не имею. Эта сила в основном была черной, но Он же заядлый экспериментатор! А потому Отец великодушно поделился со своим чадом толикой иной магии, так, чтобы в случае чего, ее легко можно было забрать. Конечно, результат Ему пришелся по душе. Далее работа с черными магами пошла проще, но первый свой эксперимент Он, естественно, отметил. Следующей легко отделяемой силой была белая магия. Лирн, ты первый светлый маг, которого создал Отец. Ты горд?

- До безумия, - раздраженно отозвался лежащий.

- Ну, тут такая же схема, только вместо волка была взята птица. Вольное, крепкое, красивое создание казалось симпатично Творцу. И Он стал работать. Понравившиеся три образца Отец определил во второй карман, снабдив их всем необходимым.

- Их было больше, чем три.

- Конечно! Ты же не думаешь, что любимое творение Он оставит в единичном экземпляре? Там целые кланы! Как у людей или как у нас. Мы же не единственные в своем роде. У меня вон полный Ад таких же красавцев, как и я. Бегают, прыгают, лазают… в основном на трон, ну, пытаются это сделать… А я им его так и отдал… ага.

- Ты не отвлекайся. Так, что там с белыми и черными существами?

- Живут в своих карманах, считают, что это их мир самый главный из всех остальных, о существовании подмиров знают, но пробраться туда не мечтают. Им и у себя хорошо. Самое смешное, что Отец и тех, и других снабдил едой. И если темные питаются исключительно плотью и кровью разумных, то светлые – чувствами и душами, при том животная пища ни тех, ни других не интересует.

- У них в мирах есть люди?

- Я не знаю, Он об этом умолчал. Я очень сомневаюсь, что за тысячу лет эти существа не переели бы всех людей. Пожалуй, пока это останется для нас тайной.

- Что за оболочка? Почему наша магия не действовала?

- Высшие существа наиболее похожие на магов – они умеют нейтрализовать заклятия.

- Что? Как?

- Что ж ты у них не спросил? В тетради об этом только мельком записано было, как пометка.

- Знаешь. Они не захотели мне открывать свои секреты, - ядовито отозвался Алистрат. – Почему ты нас вовремя не вытащил? Прошло больше часа, а тебя все не было!

- Создатель соорудил хорошую защиту в карманах. Войти легко, выйти – невозможно. Я сам последние полчаса тренировался открывать портал выхода.

- Я думал, что умру там, - тихо отозвался темный. – Получается, эти существа тоже обладают магией?

- Нет. Это обычные образцы. Их способности – это прихоть Отца. Не более. Творить что-то они не могут. А вот мне будет интересно посмотреть, как они изменятся, когда в их организмы попадет ваша кровь.

- Что ты имеешь ввиду? – насторожился Лирн.

- Создатель приготовил базу для магии в этих образцах. Это ведь не люди, у которых даже каналов нет. В них легко войдет ваша сила, и, я так думаю, приживется. Вы ведь не считаете, что они не станут пить воду, которая насытилась вашей кровью. Магия – это не просто жидкость – растеклась, и ладно – это совершенно иная субстанция.

- И давно ты это знаешь? – напряженно отозвался черный маг.

- Ну, достаточно давно.

- Я его убью когда-нибудь, - тихо пробормотал Алистрат. – Чем ты отличаешься от Создателя? М-м-м? А предупредить?

- Зачем? Чтобы испортить вам прогулку? Да, ладно, весело же было. Я правда, не ожидал, что вы прибудете в настолько плачевном состоянии. Каюсь, не предвидел. Знал бы, сразу посоветовал взять с собой бутылочку сильнодействующего яда. Так мучиться было бы недолго.

- Это тебе недолго осталось языком молоть. Вот как начну двигаться нормально, тут же оторву.

- Заметь, не я предложил вам отправиться в карманы. Ты сам вызвался. Так что не надо тут всех собак на меня вешать. Я вообще всем добра желаю!

- Посмертного, - от себя добавил Лирн, явно борясь с желанием подняться и отомстить хозяину замка.

- Вообще-то я о вас позаботился. Даже Верховного светлого эльфа вызвал. Правда он резко поседел, когда увидел представшую перед ним картину. Этот косоглазик решил, что я уничтожаю всех правителей, чтобы стать единственным в своем роде. Нет, ну что за бредовые мысли иногда посещают головы светлых? Особое внимание он уделил перу, торчащему из груди Лирна. Реакция эльфа была несколько необычна. И опять в его глазах я оказался виноватым.

- Представляю, как ты перед ним оправдывался и объяснял, откуда на самом деле у тебя в замке валяются два первоклассных недотрупа Верховных.

- Я – сама честность! Сказал, что упали с лестницы.

- Ложь.

- Правда! – искренне возмутился Серхат. – Я же не сказал, что это были именно вы. У меня слуги в тот день на самом деле свалились с лестницы. Почти случайно – я им только немного подсобил. Эльф на меня тогда так взглянул, как будто я лично задушил его сына в утробе. Ну да ладно, пусть ушастый думает, что хочет. Главное, что свое дело он знает хорошо. Вас подлатал, оставил тут инструкции свои по приему всяких снадобий и ушел. А, мне еще наказал, что придет – проверит, как хорошо я за вами смотрю. Вот-вот должен явиться.

- И долго мы тут провалялись?

- Неделю.

- Сколько? – опешил Алистрат. – Вот ведь... у меня дела! Еще в сумасшедший дом надо было заглянуть – пообщаться.

- Тебе нашей милой компании мало? Не переживай, скоро начнется прием в моем замке, Верховных прибавится, вот где будет собрание полоумных! Выбирай любого, да разговаривай с ним, на здоровье!

- Да уж, вас никто не заменит, - криво усмехнулся черный маг. – Нет, меня там девушка ждет.

- Алистрат, - хотел было напомнить Лирн, но черный маг его перебил.

- Да, помню-помню я о своем обещании. Не переживай, все будет в порядке с твоей зазнобой. Хотя я на твоем месте уже бы давно вышвырнул ее на улицу.

- Это очень жестоко.

- Зато справедливо. Девка понесла от кого – не известно, а ты со своим благородством разгребаешь это дело, будто своих проблем мало. Я тебе это говорил, говорю и буду говорить. По-другому до тебя не достучаться.

- Ты просто никогда не любил.

- И не дай Создатель!

Серхат заинтересованно переводил взгляд с одного мага на другого. Однако посвящать его в семейные разборки никто не захотел.

- Эх! Любите вы находить проблемы на пустом месте.

- По твоей наводке, кстати, - усмехнулся черный маг.

- Это я в основном вас спасаю постоянно. Что сегодня, что в прошлый раз, когда ты ко мне приходил. И вообще, чтобы вы без меня делали?

- Жили бы спокойно, горя не знали, - пробормотал Лирн.

Серхат махнул на белого рукой и обратил свой взор на черного мага.

- Вот, скажем, я тебе говорил, что к драконам во время гона лучше не ходить. Ты меня послушал?

Алистрат скривился.

- Конечно, и долго ты будешь вспоминать эту историю? Каждую нашу встречу, как дело доходит до твоего промаха: «А я тебе говори-и-и-ил». Не надоело?

- Если получится, я и на смертном одре тебе буду это поминать: «А помнишь… я ведь предупрежда-а-а-ал».

Лирн мгновенно оживился.

- Да, Алистрат, ты ведь обещал рассказать, что у тебя там с драконами случилось. По-моему, сейчас подходящее время. Все равно лежим.

- Да, ничего такого, - оскалился дьявол. – Всего-то к драконам весной во время гона пришел. Холодно, закутался во все теплое, стал похож на кокон. Длинный такой… толстый… черный… кокон! Голову только в холоде оставил. Без шапки пошел.

- Замолкни, Серхат! – прошипел черный маг.

- Ну, почему же. Твоему другу полезно узнать, почему не стоит пренебрегать головными уборами в стране гигантов, да еще в период их спаривания. Так вот. Зашел он, значит, в самую богатую пещеру, наивно полагая, что там сокровищница. Да, не удивляйся весной охраны особой-то и нет. У драконов другая задача имеется именно в это время года. Более важная.

- Серхат! – прорычал черный маг.

- Тихо! Не мешай. Я рассказываю твою историю.

- Может быть я сам ее расскажу, раз это – моя история?

- Не умеешь ты интересно рассказывать. В тебе давно умер хороший оратор. Так вот. Вся пещера ходуном ходит. Дракон с драконицей делом занимаются. И тут в самый пик появляется какое-то черное нечто с белой непокрытой головкой. Драконица в ужасе – как так? У ее кавалера достоинство бродит где-то у входа. У бедного дракона шок. Он уже настроился на самый ответственный момент, а тут вдруг выясняется, что самая главная его часть, оказывается, отсутствует! Сослепу дракон пытается рассмотреть, где он умудрился потерять важную частичку себя любимого. Нашел – потрогал, но момент то уже был упущен! Смотрит, а у входа стоит почти такая же его часть. В целом, особых отличий он не увидел. Не шутка ли, во время гона у драконов резко понижается острота зрения, это чтобы особых проблем с выбором самки не было. Полезный навык. Всем бы такой. Создатель просто неимоверным шутником был. Так вот, вторая часть! Представляешь? И СТОИТ! Дракон прям на радостях побежал за ней, чуть ли не подпрыгивая. Маг становиться частью чего-то большого и значительного не пожелал, а потому тоже на радостях припустил, но уже из пещеры. В общем, сокровища бедолага не нашел, и урок о наличии головных уборов тоже, видимо, не воспринял всерьез. Пропащий маг в общем-то. На ошибках не учится, совершенно!

- Серхат, вот только вылечусь, ты меня будешь просто умолять о смерти!

- Да, ладно!? Или ты уже забыл свои наглые слова о моей кисточке? Считай, мы в расчете.

- Мы будем в расчете, когда я у тебя все волоски на ней повыдираю.

- Фу! Как примитивно!

- А, что, правда так и было? – полюбопытствовал Лирн.

«Да!», «Нет» - ответили одновременно Серхат и Алистрат и пронзили друг друга не совсем дружелюбными взглядами.

***

- Как себя чувствуете? – спустя время в помещение из портала вышел Верховный светлый эльф и широко улыбнулся больным.

- Благодарю, прекрасно! – отозвался белый маг с таким воодушевлением, что темные только скривились.

- Я сейчас обследую вас, и если все будет хорошо, то завтра вы уже сможете ходить. Однако воздержитесь колдовать. Вы еще слишком слабы.

Эльф осмотрел уже затянувшиеся раны магов, влил в них еще толику своей силы для полной регенерации, проверил потенциал магии больных и просчитал душевное самочувствие у светлого. Темный маг был категорически против того, чтобы кто-то лез в его чувства и смотрел на правильность его ощущений. Он на словах уверил лекаря, что с ним все в полном порядке.

- А, где вы были, что так поранились? – словно невзначай обронил эльф.

- С лестницы упали! – улыбнулся Лирн.

- Да, там просто-таки коварные пороги! С перьями… – с серьезным видом поддержал друга Алистрат.

Эльф поджал губы, бросил взгляд на довольного всем Серхата и скрылся в портале.

- Ну вот, теперь он будет думать, что я вас подговорил, - усмехнулся дьявол, ничуть не переживая по этому поводу.

[1] Оргус – некое успокоительное, придуманное эльфами, чтобы обезопасить остальные расы от ярости дьяволов, конфликт с которыми часто заканчивается поголовным вырезанием разумных второй неуравновешенной ипостасью. Зелье не выдерживает высоких температур, поэтому применяется, в основном, на поверхности.

Глава 15 Хеталь

Эльфийский лес – нечто поистине чудесное. Круглый год эти прекрасные места покрыты толстым слоем зелени. Создается впечатление, что попадаешь в сказку. Однако это не более чем обман зрения. Любой лес достаточно опасен, если не знать элементарных правил. Хеталь был с ними более чем знаком. Осторожно и не спеша он проходил между рядами высоких деревьев. Звук слева, легкий поворот головы, и взгляд ягуара смеряет путника на долю секунды. Животные не любят гостей. Но в этом случае Хеталь не был пришлым – он являлся хозяином. Походка, умение держаться прямо, суровый взгляд и трезвый ум, который читался на сосредоточенном лице, выдавали в уже давно не молодом теле властность. Животные, особенно хищники, очень падки на собственные ощущения. Они их никогда не обманывают. Ягуар недовольно фыркнул и скрылся в непроходимой чаще среди длинных лиан и толстых ветвей сейбы[1]. Хеталь был уверен, что золотые зрачки продолжат наблюдать за ним, но беспокойства при этом не ощущал. Он знал, куда идет и зачем, и нарушать циклическую псевдожизнь матери-природы ему было не с руки.

С легкостью мужчина обошел незаметную на первый взгляд свежую кладку яиц кайсаки[2], и ловко обогнул паутину странствующего паука, который многим доставлял достаточно проблем с погребением. Все движения Хеталя были точно выверены. Красота леса не могла его обмануть. Мужчину давно уже не восхищала прелесть природы. За столько лет она ему приелась. Хотя иногда чаща все же преподносила небольшие подарки. То среди зелени разных цветов и оттенков появлялось еще одно уникальное растение, то по пути необычное животное прошмыгнет мимо, а иной раз неподалеку из маленькой порожистой речки образовался небольшой водопад.

Хеталь умылся в холодной воде и бросил взгляд на свое отражение. На него смотрел темнокожий представитель своей расы с взъерошенными черными кудрявыми волосами и уставшими карими глазами светлого эльфа. Кривая усмешка самому себе, короткое обещание никогда больше не ввязываться не в свои дела, и мужчина отправился дальше.

- Эй! – темноволосый эльф помахал рукой, привлекая внимание. Мужчина не мог не подойти к нему.

- Работаешь?

- Угу. У меня тут возникли сомнения. Я уже хотел возвращаться в город за советом, а тут как раз ты идешь. Может поможешь мне разрешить мою проблему?

Хеталь тихо вздохнул. Обещание не ввязываться в чужие дела приказало жить долго и счастливо, но уже не с ним.

- Что у тебя?

Эльф просиял и невежественно ткнул пальцем в одну из разновидностей эпифит[3].

- И что тебя в ней смутило?

- Она очень странная! Два дня назад она была другой.

- Я не понимаю, что ты имеешь ввиду.

- Ну, другой. Не такой, какая она сейчас. У нее были широкие зеленые листья, а теперь красные иголки.

- Может, тот образец отмер, а на его месте выросло новое растение.

- За два дня? Нет, тут что-то не так. И не только здесь. Наши говорили между собой. Мне рассказывали, что эти красные шипы распространяются. Может, грибок-паразит? Но тогда его стоит исследовать.

- Собери пробы с разных мест и принеси их Верховному. Он сделает анализ и тогда посмотрим, что это такое.

Молодой эльф серьезно кивнул и спрятал отсыревшие листки с описаниями растений в суму, вместо них достал небольшой ножичек и посуду для сбора образцов. Он явно чувствовал себя гордым, что нашел нечто не поддающееся описанию.

Хеталь хмуро взглянул на довольного своей работой эльфа и хмыкнул – еще ребенок. Очередной гриб-паразит его мало беспокоил, хотя мужчина был бы не прочь взглянуть на эти образцы. Кто знает, что могло произойти – проверка лишней не бывает.

Переступив через защитный контур, Хеталь вздохнул свободно. Он был дома. Теперь можно расслабиться и не вздрагивать от каждого шороха. Совместная работа цветных магов и светлых эльфов дала превосходные плоды. Контур обеспечивал надежную защиту не только от хищных и опасных животных, но и от стихийных бедствий, держа на плаву эльфийскую столицу даже во время сильного землетрясения или урагана. В других городах дела обстояли хуже, но и там со всеми проблемами эльфы успешно справлялись. Верховный правильно подобрал наместников в эти земли. Таким образом, до столицы доходили лишь некоторые вести, наиболее громкие и скандальные, которые не удалось просто так замять.

Хеталь окинул взглядом огромные деревья, внутри которых располагались многочисленные помещения. Многоэтажные каменные дома у других в эльфийском городе вполне заменялись на такие же большие и длинные деревья-гиганты, внутри которых кипела жизнь нескольких десятков семей. Однако были и маленькие домики частников, сооруженные из подручных материалов. Эльфы жили так, как им нравится и селились там, где пожелали, согласовывая свое место и саму постройку с городничим. В столице он был заместителем Верховного, и к нему обращались многие не только по вопросам земли. Хеталь усмехнулся. Определенно, эта система была ему по душе.

Проходя по утоптанным тропинкам мимо спешащих куда-то прохожих и играющих счастливых детей, мужчина остановился возле одного из самых высоких деревьев. Полушепотом произнесенное слово-ключ, и часть коры растворилась в гиганте, открывая проход. Хеталь без промедления зашел в дом и почувствовал, как дыра за спиной вновь заросла.

Комната была обставлена деревянной мебелью, выросшей прямо из древа, и больше походила на уникальную экосистему, чем на жилое помещение. Эльф выдохнул и снял сапоги. Его ступни коснулись мягкой зеленой травы, заменяющий ковер. Сверху послышался топот сбегающих по лестнице магов. Никто не ожидал, что хозяин придет так рано.

Первой показалась эльфийка, волосы которой по обыкновению были заплетены во множество мелких косичек. Она с визгом бросилась на шею пришедшему. Теплое дыхание магини обожгло чувствительное ухо.

- Милый, я уже успела соскучиться.

Хеталь чмокнул ее в щечку и отстранился. Пока было не время для нежностей и разговоров по душам. Женщина понятливо, но не без сожаления, отошла от мужа. В гостиной рядом с винтовой лестницей стоял улыбающийся молодой эльф. Городничий уже долго ждал своего правителя, чтобы обсудить с ним кое-какие дела, но того просто так было не поймать. Хеталь хмуро кивнул своему помощнику, удобно расположился в кресле, утопающем в подушках, и устало прикрыл глаза.

- Рассказывай. И начни с того, что ты делаешь у меня дома.

- Я, пожалуй, чай заварю, - эльфийка тут же исчезла из поля зрения мужчин. Ей совершенно не улыбалось стоять немой статуей, выслушивая последние новости, которые она и так знала.

- Ты неуловим! – пожаловался городничий, проводив взглядом бледное платьице магини. – Я подумал, что сюда ты по любому заглянешь, поэтому решил остаться тут до твоего прихода, и не прогадал!

- Если я еще раз увижу тебя в моем доме, то отошлю к темным работать.

- Да, вы что, Верховный! Там черный маг своих ест! Про него наши такое рассказывали – просто ужас!

- Байки все, - отмахнулся Хеталь. – Темные любят народ попугать. Сам недавно чуть не поверил дьяволу. Так, и что ты мне хотел такого важного сообщить, что нарушил покой моего дома и привычный ритм жизни моей жены?

- Больше такого не повторится, - заверил городничий правителя.

- Надеюсь.

- Пришли вести на счет смерти одного мага. Помните, наш опыт?

Хеталь скривился, будто проглотил что-то кислое.

- Две недели прошло. Почему так долго?

- Так водные пытались скрыть эту смерть, но у них ничего не вышло. Слухи-то распространились, правда недостаточно быстро, как того бы нам хотелось.

- Если хоть одна живая душа узнает, что мы испытываем зелья на магах, меня просто в порошок сотрут. Я даже не смогу им ничего противопоставить. Что моя целительская магия сделает против боевой?

- Не узнает. Мы всегда удачно заметали все следы. Наши зелья и в половину не были бы так действенны, если бы не испытывались на магических разумных существах. Как бы мы тогда узнали подействует или нет, а если и подействует, то на какое время и с какой эффективностью? Да, бывали ошибки и просчеты, но одна жизнь – ничто по сравнению с десятками и сотнями.

- Но до этого, мы никогда не отпускали образцы на свободу, а тут ты его выпустил побегать по городу.

- Нужно было посмотреть, как он поведет себя в своей родной стране, - не согласился помощник. - Он даже улиц не узнал! Его накрыла паника, хотя образец вроде был стойким мужчиной.

- Я бы на тебя посмотрел, если бы на время ты случайно лишился магии.

- Наши расчеты следует несколько переделать. Он умер не от того, что наши его убили, как свидетеля, а от действия зелья.

- Обоснуй.

- Данный раствор полностью блокирует магию. Все так, как и задумывалось. Но мы не учли, что магия – это почти что наша кровь. Сейчас невозможно отделить жидкость Создателя от нашей. А значит, мы фактически перекрыли доступ крови к органам. Как думаешь, сколько продержится организм мага без путей передачи? Два часа, с поправкой на то, что эффективность блокиратора мы снизили в несколько раз. То есть маг чувствовал магию, но воспользоваться ей не мог, а органам, особенно жизненно важным, крови просто не хватало, поэтому образец прожил всего лишь несколько часов. Отсюда вытекает и паника, и инстинкты закрыться, и страх.

- Хм. Значит это зелье даже не блокиратор, а просто орудие убийства. Плохо. Его обнаружили в крови?

- Нет. Мы очень хорошо продумали в свое время варианты выхода инородного вещества и сроки. Оно вывелось из организма естественными путями через пять часов. В основном ушло через поры кожи – самый незаметный ход, однако какая-то часть все же удалилась через нижние проходы. Наших я озадачил этим вопросом. Сейчас они как раз пытаются разобраться в странной избирательности вещества.

- Лекари не взяли пробы жидкости у нижних отверстий?

Молодой эльф ухмыльнулся.

- Я думаю, мало кому хотелось возиться в испражнениях образца.

Хеталь смерил своего помощника презрительным взглядом.

- На этот раз тебе просто ангельски повезло. Но учти, что если ты совершишь еще какой-нибудь хотя бы малейший просчет, тебя уже ни что не спасет.

Городничий хмуро кивнул. Он знал, что если Верховный захочет от кого-то избавиться, то это существо умрет быстро и без свидетелей. За столетия правления даже светлые научились быть жестокими.

- Такого больше не повториться, - уверил эльф своего правителя. – И я взял на себя смелость поискать для Вас другого Верховного.

- Другого?

- Вам больше не желательно испытывать на себе лекарства. Если будет позволено сказать…

- Отставить официоз, ты не на приеме. Слишком много лишних слов, мало дела. Знаешь же, как меня это раздражает, и все равно продолжаешь.

- Виноват, привычка.

- Я сам думал над этим долгое время. Верховные сильнее, более живучи, слишком могущественны. Там, где обычный маг умрет, правитель получит лишь тяжелую травму, но останется жить.

- Правда ли, что Создатель оберегает Верховных?

- Наглая ложь! Отец умер уже очень и очень давно. Но он благословил правителей, хотя первых из них – проклял бесплодием. У него был просто-таки наичернейший юмор. Держу пари, что даже сами темные не могут разобрать Его действий и по сей день.

- Мы пытались поставить ловушки на нескольких Верховных. Ничего не вышло.

- Например?

- Я решил, что магов старой закалки брать не стоит, они многое видели, легко могут раскусить путы, даже гномьей разработки.

- Правильно решил.

- Поэтому я выбрал Магнуса – Верховного темных эльфов. Однако это никаких результатов не дало. Он как сквозь землю провалился! Мы везде его искали. У меня сложилось ощущение, что мага просто убили.

- Не думаю. Надо будет очень хорошо постараться, чтобы убрать Верховного. Это ведь не маг средней руки, а правитель.

- Но мы его не нашли! Потом я решил устроить ловушку на Руфима – Верховного мага огня. Пока ждем результатов.

- Зря ты начал охоту на цветных магов – они друг за друга держатся посильнее, чем алкоголики за полную бутылку. Исчезнет один, тут же налетит вся свора и будет рыскать по землям, аки волки в голодный год.

- Я знаю, но из молодых больше никого нет. А своего ученика ты вряд ли бы разрешил использовать.

- Илилая не тронь! Лучше я продолжу испытывать особо непредсказуемые лекарства на себе, чем на нем. Мальчик и так многое пережил, не стоит его тревожить лишний раз.

Городничий задумчиво кивнул и все же решился задать тот вопрос, который давно засел у него в голове.

- Почему ты некоторые опыты ставишь на себе? Кругом так много магов…

- Они не выдержат. Мне жалко их. У каждого из них есть настоящая семья, любовь, дети в конце концов, чего у меня никогда не будет. Не в этой жизни. Некоторые вещества очень опасны для обычного мага, но в малых дозах – это лекарство. Я стараюсь давать своим образцам то, в чем точно уверен – они не умрут. Если я сомневаюсь в свойствах, то пробую сам. Но иногда случаются и такие непредсказуемые случаи, как с тем бедолагой, которого нашли невредимым трупом на улице города. Я безмерно скорблю о его смерти. В такие моменты каждый раз я представляю семью мертвого. А какого будет мне, потеряй я самого близкого человека? Но я – лекарь. Мы должны быть сильными, хотя всегда смерть ходит неподалеку от нас. Очередной день – очередная борьба, и в первую очередь борьба с собой. Многие не понимают, как это – быть целителем. Это тяжело, иногда даже непереносимо сложно. Я видел, как умирает ребенок на моих руках от неизлечимой заразы. Он просил только об одном – рассказать ему сказку со счастливым концом. У меня текли из глаз слезы, но мне было не по силам отказать маленькому мальчику. Я наблюдал за жалкой старушкой, которой остались считанные секунды. Она на смертном одре улыбалась и говорила о своей залихватской молодости. Ее смерть забирала медленно, не торопясь, точно растягивая момент. Она билась в конвульсиях. В расширенных от боли зрачках читался страх, а на губах застывала улыбка. И после всего этого, ты спрашиваешь «почему»? Почему я не испытываю лекарства с неизвестным мне пока еще эффектом на других магах? Ты – мой заместитель. Тебе еще не приходилось испытывать то, что выпало на долю моей жизни. Но знай, как только ты станешь правителем, то перестанешь возиться с бумагами и днями напролет сидеть в лабораториях. У тебя будут другие обязанности. И я тебе не завидую.

Молодой эльф покаянно опустил голову.

- А Верховные? Если им рассказать…

- Рассказать? У них и своих проблем достаточно. Думаешь, им есть дело до светлых эльфов? Для них главное, чтобы мы поставляли лекарства и занимались разработкой новых. Такие у нас обязанности. У каждой страны – свои. А как мы будем выполнять нашу работу их совершенно не интересует. И в этом я с ними полностью согласен. Я тоже не стал бы по доброй воле становиться подопытным кроликом. Слишком много чести. И во времена Создателя настрадался.

- Тогда остается только один вариант – заставить насильно. Я не могу допустить того, чтобы мой правитель – светоч всего народа и опора государства – оказался вдруг безумным. Ты сильно изменился.

- Все меняются, - небрежно отмахнулся Хеталь.

- Нет. За последнюю сотню лет ты стал другим. Я не узнаю своего правителя. Тебя даже собственная жена перестала узнавать. И дело тут не во внешности. Поверь, я сделаю все для того, чтобы ты вернулся, даже если для этого придется кого-то убить.

Молодой эльф легко развернулся и вышел из дома. Хеталь хмуро смотрел на магическое пламя в камине. Оно помогало Верховному расслабиться и припомнить те далекие дни, которые он провел рядом с Создателем. Огонь не согревал – он всего лишь дарил иллюзию уюта. Это было лишь напоминанием чего-то действительно стоящего.

***

Среди камней теплился живой огонь. Он с усилием боролся за свое существование, хотя его потуги были однозначно обречены на провал.

- Тс-с-с, - старец беззубо улыбнулся своему творению. – Не шуми. Добро пожаловать в этот мир, юноша. Как себя чувствуешь?

БеЗсмертный поднялся с секционного стола, на котором осталась его разорванная плоть, и потер запястья. На них явственно читался след от воздушных наручников.

- Благодарю, чудесно. Кто вы?

Его сознание было кристально чисто. Кто-то превосходно над ним поработал, прежде чем закинуть в тело. Хеталь прекрасно помнил этот момент, будто все произошло не тысячу лет назад, а только вчера. Что-то в нем тогда было. Неявные отголоски какого-то повторения, словно он родился не первый раз. Второе рождение?! Возможно…

- Я – твой Отец, - старик преобразился в высокого смуглого мужчину средних лет и лучезарно улыбнулся.

Огонь в камине вспыхнул с новой силой, подтверждая слова хозяина.

-Отец?

Хеталь помнил себя тогда. Смешанные чувства плескались в нем – от возмущенного волнения до счастья.

- Да. А вон там твои братья. Поговори с ними. Я уверен, вы сдружитесь.

БеЗсмертные приветливо помахали рукой новому члену их семьи. Они были совершенно не похожи на тех Верховных, которых Хеталь знал. Ни внешне, ни внутренним миром – эти существа были совсем другими, да и он тогда был совсем не он, а нечто чуждое этому миру. Слишком неестественные, слишком идеальные, слишком похожие – обычные куклы в руках знающего кукловода. И он пошел. Пошел навстречу своей семье. И он улыбался. Так же бледно и фальшиво, как и все. Затем его сознание накрыл туман. Опыты, бегство БеЗсмертных, и их бунт. Сколько времени прошло между каждым из событий – никто не считал. А потом появилась боль. Сильная, разрывающая на части и сшивающая вновь. Последний эксперимент Отца прошел более чем удачно. БеЗсмертный увидел свое настоящее лицо в отражении, и разум его вновь прояснился, точно освобождаясь от чьего-то влияния.

***

- Дорогой?

Эльфийка положила ладони на плечи супруга, и тот вздрогнул. Воспоминания замуровались в темные места глубинного сознания и больше не смели показываться. Во взгляд вернулось осмысление.

- Милый, твой помощник беспокоится о тебе. Он пытается заботиться, но ты ему не позволяешь. Ты же такой гордый и упрямый. Прости его. На счет убийства он пошутил.

- Отец… он всего лишь хотел семью, - тихо проговорил Хеталь. – Понимаешь? У него не было семьи. А потом Он и нас ее лишил, потому как мы не захотели разделить его мечту, разочаровали Создателя. И Творец решил нам показать, каково это, когда у других есть, а у тебя…

- Любовь моя, ты меня пугаешь.

Женщина приблизилась к эльфу и провела по его волосам острыми ноготками. Верховный мгновенно встал и принялся ходить по гостиной.

- Это безумие, но кажется я начинаю понимать Отца! Он управлял нашим разумом, чтобы создать свою семью. Тот самый идеал, о котором мечтал. Однако что-то пошло не так. Этот спектакль оказался слишком наигранным, и соответственно был не тем, чего Он жаждал. И Отец дал нам волю?! Но почему позволил уйти? Потому что любил?! А почему дал нам себя убить? Тоже потому что любил? Бред! И эта боль… что… - эльф вновь плюхнулся на подушки и простонал. – Я снова ничего не понимаю.

Эльфийка смотрела на своего мужа и совершенно ничего не смыслила в его разговорах с самим собой. Женщина чувствовала, что нужна ему сейчас, хотя бы своим присутствием, а потому никуда не спешила уходить. Оставлять супруга в таком состоянии было нельзя.

Хеталь пытался найти то воспоминание, которое так неожиданно на него обрушилось, но все мысли путались в его голове, а нужные сведенья скрылись так глубоко, что даже сам Отец, если бы тут был, не смог бы до них добраться.

- Ненавижу! Что б ты еще несколько тысяч раз сдох со своим блоком на памяти и проклятием! – выругался эльф, и ему стало немного легче. Теперь Верховному стоило переключиться на что-то другое, чтобы окончательно успокоиться и прийти в себя. Хеталь взглянул на свою жену и перестал метаться из стороны в сторону. Она смотрела на него с опаской и неприязнью. Да, он сильно изменился. Веселый жизнерадостный эльф, которого магиня так сильно любила, превратился в вечно всем не довольного сумасшедшего ученого.

- Прости, у меня сегодня был сложный день, - тихо проговорил Хеталь и уголки его губ дрогнули, отдаленно напоминая улыбку.

Было бы нехорошо, если бы его собственная жена сторонилась мужа, посчитав безумца. В этом случае недалеко и до одной из клиник черных магов. Хеталь бы сам себя туда сдал при таком раскладе.

- У тебя каждый день сложный, - настороженно отозвалась супруга.

- Такая уж у меня работа. Мне нужно сейчас уйти.

- Опять в лабораторию? Не пущу!

Женщина сжала в своих маленьких ручках широкую мужскую ладонь. Хеталь притянул супругу к себе и крепко сжал ее в объятиях.

- Я приду вечером, обещаю.

Эльфийка всхлипнула и зарылась лицом в одежду мужа.

- Я так испугалась… так испугалась… ты бредил, я не знаю, чтобы я делала… больше не смей меня так пугать! Слышишь? Я тебе запрещаю принимать какие-либо вещества. Запрещаю!

- Да, милая, как скажешь, - тихо прошептал Хеталь, целуя хрупкую женщину в макушку. – Я пойду.

Верховный осторожно отпустил магиню и развернулся к выходу. Хеталь уже знал, чем следует заняться. Образцы шустрый подручный должен был доставить.

Эльфийка вытерла соленую влагу с глаз и проводила взглядом удаляющуюся мужскую фигуру. Проход быстро затянулся, и женщина осталась одна. Она и не заметила, как разительно изменился запах в помещении по сравнению со вчерашним днем. Нотки горечи и специфический аромат нескольких интересных и опасных травок остались без внимания. А на полке чей-то неосторожной рукой был оставлен откупоренный сосуд со странным содержимым.

[1] Сейба – древесное растение, растущее в тропических лесах; высота от 2 до 50 метров, имеет раскидистую крону. Стволы и ветви у некоторых видов усеяны шипами.

[2] Кайсака – крупная ядовитая змея, достигающая 2-2,5 метров в длину. Туловище имеет серую или коричневую окраску с четкими крупными ромбами на спине, отороченными черной полосой.

[3] Эпифиты – растения, произрастающие на поверхности других организмов и получающие свои питательные вещества и влагу из окружающего их воздуха и органических остатков.

Глава 16 Болезнь

Хеталь размашистой походкой влетел в лабораторию. Чувство, что он что-то упустил, не покидало его. Мысли то и дело возвращались к напуганной жене и воспоминанию, которое больше походило на бред замученного сознания. Что-то в этих событиях не давало ему покоя. Светлый эльф тряхнул головой, отгоняя невеселые думы. Лаборатория – это место, где должна царить только внимательность и сосредоточенность, иначе последствия могли быть непредсказуемыми.

- Образцы доставлены?

Жесткий громкий голос правителя заставил оживиться всех эльфов, находившихся в помещении. Кто-то с перепугу выронил склянку, и та со звоном разбилась, у кого-то дрогнула рука и вещество просыпалось мимо котла, а где-то в глубине лабораторий особенно отчетливо было различимо нарастающее шипение из-за отклонения от стандартных пропорций. Однако старшее поколение, что трудилось тут дольше нескольких сотен лет, уже давно привыкло к неожиданным приходам своего господина. Они лишь озадаченно хмурились и спешили на помощь новичкам.

- Хеталь, сколько раз повторять – в лабораториях должна быть тишина! ТИ-ШИ-НА!!! – из поднявшейся суматохи вынырнул ровесник Верховного. Взгляд его метал молнии.

- Да, я снова забыл, - усмехнулся светлый эльф, пожав руку старому другу.

- Может тебе накапать какого-нибудь особо действенного растворчика для восстановления памяти?

- Благодарю, но яд мне пока еще рановато принимать. Ты же знаешь - только перед сном.

Мужчина улыбнулся и двинулся вдоль столов с реагентами.

- Итак, какие образцы тебе нужны?

- Парня видел около границы. Он изучал эпифиту. На ней образовались красные наросты, похожие на иглы. Я думаю, что это все не просто так.

- Да, есть такие. Я уже просмотрел эти образцы.

- И что?

Мужчины прошли в отдельную комнату, где не было никого, кроме них. На столах лежали свежие образцы разных видов растений и органы некоторых животных. Многочисленные инструменты были раскиданы по всей лаборатории. Оборудование темных эльфов что-то скрупулёзно высчитывало и измеряло. Все реагенты стояли красиво по полочкам, лишь некоторые были «при деле». Бумаги с записями и пометками валялись даже на полу, где по мимо них лежали и более интересные вещицы, вплоть до уже ненужных образцов.

- Бардак! Ты когда последний раз тут чистоту наводил? - Хеталь провел подушечками пальцев по одной из полок и нахмурился, увидев, сколько на них пыли.

- Цыц! Моя лаборатория – мои правила!

- Я серьезно – тебе стоит тут убраться. Исследования в таких условиях не проводят. Это опасно.

Светлый лишь махнул рукой на заявление правителя и заметил:

- Всякие незнакомые вещества тоже не пробуют на себе. Безбашенный абсолютно. Ты где был последние два дня?

- В Преисподней.

- Всегда знал, что когда-нибудь ты туда все же попадешь. Странно, что вернулся. И как там в Аду? Жарко?

- Прекращай издеваться, иначе я заподозрю тебя в общении с темными.

- А я и не издеваюсь, - хозяин лаборатории пожал плечами. – Мне любопытно. Скорее это тебе приходится с темными дружбу водить. Очень уж ты стал подозрительным.

- Тут жарче. А из замка я не выходил, - просто отозвался Хеталь. – Так что там с образцами?

- Ничего хорошего, - светлый эльф достал маленькую баночку из диагностатора – прибора темных эльфов, разработанного специально для целителей. Его функция – сканирование объекта и определение веществ в него входящих. Хеталь забрал образец из рук друга и всмотрелся в алые кристаллики на донышке.

- Это болезнь? Что показал прибор?

- Это мутация. Наш климат меняется. Растения начали изменяться вместе с ним.

- Из-за загрязнения от темных эльфов?

- Из-за неустойчивости планеты.

- То есть?

- Тут не в эльфах дело. Природа начала медленно меняться. Точнее она и раньше изменялась, но как-то неохотно. Мы относили данный феномен больше к эволюции организмов. Я поднял бумаги столетней давности. Стандартный состав почвы сильно отличается. Растения тогда описывались другие, хотя общие черты прослеживаются. Воздух! Он стал более кислородным, точнее увеличился на полпроцента. Соленость океана – и она стала другой! Где-то уменьшилась, где-то стала больше. Тут она окончательно расслоилась и стала более неоднородной. Это ничто по сравнению с тысячелетиями, мало ли что там произошло, но сотня лет – слишком мало.

Светлый эльф поочередно вручал Хеталю свитки со старыми данными и водил пальцем по числам новых. Верховный хмуро разглядывал пожелтевшие листы.

- Вот, посмотри, вот… видишь? Понимаешь, что это значит? Планета меняется. Та структура, что была создана Отцом – неустойчива. Первые столетия она еще держалась под действием Его остаточных сил, но потом начала меняться так, как ей выгодно. Мне кажется, по принципу минимально затрачиваемой энергии. У нас с одной стороны планеты огромный материк, а с другой – океан. Это энергетически не выгодно. Распределение сил происходит неравномерно. Поэтому изменения неизбежны. И со временем они будут ускоряться.

- И в итоге наш материк просто-напросто разорвет и раскинет по земному шару?

- Да. И этот процесс уже происходит. Земля понемногу к нему готовится. И океан у нас будет не один – их станет несколько. Может быть три или четыре – это неважно. Мутация растений – одна из стадий подготовки.

- Как ты догадался?

- Ты меня за дурака держишь? Это не первая «болезнь», которую мне пришлось изучать. Сотая за последний год. Как тут не заподозрить неладное? Ведь раньше ничего подобного и не было. Точнее, было, но не с такой периодичностью. Я решил просмотреть, не остались ли данные об этом в прошлом. Может быть, просто я не обратил на такую мелочь внимания. А потом, когда увидел и сравнил, сложить несколько интересных фактов не составило бы труда. Только слепой бы не догадался.

- Правильно говорил Алистрат, бежать надо с этой планеты. Кто знает, сколько магов погибнет во время буйства стихий и энергий. И цветные тут точно ничем помочь не смогут.

- Он что-то знает?

- Его отправляли к драконам на переговоры. Но то ли темного просто не приняли, то ли выставили, об этом он пока еще не рассказывает. Ну, ничего, скоро состоится еще один совет. Из него всю информацию вытрясут. Во всем сознается.

- Хм, а вот цветные-то помочь могут, если вдруг мы тут решим остаться.

- С чего это?

- Они же стихийники. Успокоят свою магию.

- Свою-то они успокоят. Но всякие землетрясения, наводнения, ураганы и извержения вулканов – нет.

- Почему?

- Приведу пример. Ты лечишь живые организмы силой своей магии, и вдруг случается эпидемия какой-нибудь жутко гадкой заразы. Сможешь ее остановить, применяя только свою целительскую силу?

- Нет. Не хватит на всех, к тому же у организма может быть отвержение моей энергии, случается иногда такое. А сила ему ничем не поможет кроме того, что продержит на подольше. Да и болезнями я не управляю. А вот изобрести лекарство – да.

- Но к тому моменту, как ты изобретешь лекарство, все умрут. Вот так же и у цветных. Они не могут остановить бушующую стихию только потому, что она не часть их магии. Это не управляемая и не подконтрольная им сила, это – буйная материя с совершенно чужой энергетической структурой. Внедрить в нее часть своей магии можно, но тогда стихия накроет не какой-то отдельный район, а всю страну, да и соседнюю еще захватит. Это того не стоит. Да, они могут создать защиту, но для этого им нужно время. А когда на тебя за долю секунды обрушивается цунами, ты элементарно не успеваешь что-либо предпринять.

- Хм, не задумывался над такой трактовкой. Получается, цветные маги не такие уж и могущественные, как мне казалось.

- Они не сильнее всех остальных. Творец разделил свою энергию справедливо. Каждому досталось поровну. Лучше скажи, сколько у нас осталось времени до нашей планетарной «болезни»?

- Еще пара сотен лет, я так думаю, точно есть в кармане.

- Замечательно, - протянул Хеталь. - Да здравствует Армагеддон! Надо Серхату не забыть сказать. Он до потолка прыгать будет от радости.

Светлый эльф натянуто улыбнулся, хотя веселиться тут было не с чего.

***

Хеталь шел домой, а на сердце у него было тяжело. Что-то за все время, проведенное в лабораториях, не давало ему вздохнуть свободно. За планету он не переживал. Сейчас правитель все равно бы ничего не сделал. А за несколько сотен лет Верховный придумает, как предотвратить намечающиеся события. Что-то другое бередило его душу.

Взгляд невольно упал на свой древо-дом, и светлый эльф вздрогнул. Запах! В прошлый раз он его не заметил из-за очень слабого аромата и чрезмерной усталости. А теперь Верховный явственно ощутил исходящий из открытых окон душок. Травы, что добавлялись в зелье забвения, были очень экзотическими и их вонь не узнал бы только беспросветный неуч или другой маг, который никоим образом не относился к светлым эльфам.

Мужчина достал связку благоухающих трав, нейтрализующих любой неприятный и нежелательный запах, и, приложив их к носу, вошел в дом. Гостиную он пересек мгновенно. Вбежав по лестнице на второй этаж, Хеталь огляделся. На кухне и в столовой супруги не было. На третьем этаже, где находились спальни и душевые тоже никого не оказалось. Мужчина выругался. Зелье забвения не столько опасно содержимым, сколько парами. При вдыхании такого аромата на протяжении часа идут галлюцинации. Отличить действительность от лжи становится невозможно уже после десяти минут работы с зельем. Для его изготовления используют специальную защиту и определенную комнату. Если же проходит больше трех-четырех часов – наступает беспамятство. Сутки – смерть. Теперь Хеталь хотя бы мог объяснить, что послужило причиной возникновения у него столь интересного воспоминания. Однако сейчас мужчине было не до разбора темных уголков собственного сознания. Его больше волновала судьба жены. В том, что супруга не почувствовала запах, он не сомневался. Резкую смену ароматов начинаешь ощущать только, когда переходишь из одной среды в другую – из помещения на улицу, или наоборот.

Хеталь просмотрел все помещения, и обреченно застыл возле лестницы. Где еще могла быть его жена? Или даже не так. Где бы спряталась женщина, если бы почувствовала что-то неладное? Под кроватью? Эльф покосился на широкую и узкую щель, в которую даже мышка бы не протиснулась при желании.

- Определенно, нет. Где бы спряталась женщина, прожившая не одно столетие и повидавшее многое, если бы… почувствовала что-то неладное?! А спряталась ли бы она вообще?

И тут мужчину осенило. Подвал! Там он еще не смотрел, к тому же в этом месте располагались стратегические запасы еды и воды на голодный год. В случае возникновения непредвиденных обстоятельств подвал как раз то место, где можно пережить любую напасть.

Хеталь легко спустился вниз. Высокие стеллажи с маринованными овощами, грибами, многочисленные банки варенья разного вида, бочки с темно-эльфийским вином и соками дерева, который поставлял своим хозяевам приличное количество воды каждый день – эльфы были до безобразия запасливыми.

Мужчина осторожно двинулся вдоль огромных заставленных вплотную полок. Тут запах был слабее, но все же чувствовался. Эффект нейтрализующих трав заканчивался. Второго платочка со смесью у Верховного не было. Минут на пять еще должно было хватить, но потом ароматы трав совсем улетучатся и смешаются с вонью зелья забвения.

Хеталь свернул в одно из ответвлений коридора, и боль пронзила его тело где-то на уровне поясницы. Эльф пошатнулся, упал, но все же смог обернуться. На него смотрели красные воспаленные глаза супруги.

- Изыйди, монстр! – победно вскрикнула женщина, занося над головой мужа второй клинок.

Хеталь вовремя успел отклониться.

- Демоны! – тихо прошептал он, хватаясь за рукоять серебряного клинка и отползая от разъяренной женщины подальше. Сильный рывок, крик, выступившие на глаза слезы и в его дрожащей руке блестит окровавленное лезвие, а из поясницы течет алая жидкость. Верховному просто неимоверно повезло, что его жена не обучена ратному делу и не знает, куда стоит бить, чтобы окончательно умертвить даже сильного мага.

- Твои демоны тебе не помогут. Я не отдам свою жизнь! За нее буду драться! И ты – умрешь! – крикнула женщина и направилась к раненому, размахивая вторым кинжалом, как игрушкой.

Хеталь отбросил уже бесполезные травки и поднялся на ноги. Драться с собственной женой было глупо. Она сейчас находилась под хорошей дозой зелья забвения. Ее нужно было спеленать и вынести из дома на свежий воздух. Со временем она пришла бы в себя. Мужчина понаблюдал за хаотичными движениями кинжала и, не найдя в них никакой последовательности, решил действовать вслепую.

- Иди сюда, дорогая, - лучезарно улыбнулся эльф.

Женщина обескураженно застыла, а потом резко сорвалась и с визгом побежала к мужчине. Эльф быстро выбил из рук супруги холодное оружие и вывернул ей руки. Магиня взвыла от неприятных ощущений. Попытка вырваться из захвата закончилась усиливающейся болью в конечностях.

- Отпусти, чудовище! Вот придет мой муж, он тебе покажет, как меня трогать!

Хеталь хмыкнул на такое заявление и медленно, но верно выбрался в гостиную, утянув за собой и супругу. Мужчина осмотрел комнату и сжал губы. Он слишком много провел времени без соответствующей защиты, и первые признаки галлюцинаций уже стали себя проявлять. Помещение поплыло, будто дом-дерево претерпевал сильный шторм. Комнату шатало, мужчину, соответственно, тоже. Женщина трепыхалась, но уже более вяло. В гостиной концентрация паров была больше, чем в других помещениях, и, естественно, предполагаемое время сокращалось в несколько раз. Верховный, не задерживаясь, двинулся к выходу. Ключ-слово, и маг выбрался на улицу. Супруга потеряла сознание еще в доме, и мужчина еле тащил ее на себе. Свежий воздух подействовал на пару благотворно. Вокруг дома уже столпился народ. Городничий поспешил к своему правителю. Тот осторожно уложил женщину на траву и обернулся к подошедшему.

- А, теперь скажи мне, кто оставил в доме откупоренное зелье забвения? – рыкнул Хеталь, схватив управляющего за грудки и впечатав в дерево.

- О-о-оу-у-у, - простонал молодой эльф. – Я не знаю!

- Наглая ложь! Я спрашиваю последний раз – кто?

- Да, не знаю я!

Эльф злобно зыркнул и легким движением перерезал городничему горло. Струйка крови потекла по рукам Хеталя. Он не любил убивать. Слишком грязное и неблагодарное занятие для светлого эльфа. Но иногда это приходилось делать с некоторой регулярной периодичностью. Порой народ зарывался и отказывался признавать своего правителя. Никакие уговоры и угрозы на них не действовали, приходилось прибегать к более жестоким методам воспитания. И тут принципы вступали в противоречие с честью и желанием жить. Как правило, первое проигрывало. И кровь снова стекала на землю. Верховный еще мог простить покушение на себя, но на свою жену – никогда. Это был негласный закон. Народ ахнул, завидев смерть своего управляющего, и притих. Ни у кого не возникало желаний привлечь взгляд разгневанного правителя.

- Что застыли? Вызывайте бригаду специалистов. Пусть разгребают этот смрад.

Народ вновь заволновался. Кто-то достал кристалл связи. Хеталь склонился над женой. С его пальцев стекла целительская энергия и впиталась в кожу супруги. На ее лицо медленно возвращался румянец. Она оживала.

Бригада целителей подоспела вовремя. Часть их направилась к Верховному.

- Вы ранены? Вам нужна помощь?

- Нет, не мне. Моей супруге нужно помочь.

- Мы ее заберем. И вас тоже, к сожалению, придется увести, – мужчина взял из рук Хеталя женщину и направился с ней в ближайший госпиталь. - Идемте с нами. Вы нуждаетесь в лечении.

Правитель кивнул и собрался уже идти за целителем, но его остановили.

- Слово-ключ от вашего дома. Какой он?

- Семья, - тихо прошептал Хеталь и направился в след за женой.

Глава 17 Илилай

Вода – стихия, символизирующая спокойствие и умиротворение. С начала летоисчисления разумные существа приходили к рекам и озерам, чтобы отдохнуть от праведных дел и выговориться. Вода принимала, впитывала в себя их клятвы, обещания и проклятия – каждое слово. Она искажала очертания, но голоса сохраняла. И они хранились в памяти воды, пока не приходил их час.

- Доставай еще одно! – усмехнулся маг.

Вода в озере забулькала и на поверхность выплыла молодая девушка с узкими болотными глазами и копной липких зеленых волос, структурой больше напоминающих водоросли. Красавица кокетливо поправила прядь и улыбнулась одними бледными губами. Светло-зеленоватая кожа, покрытая чешуйками в некоторых местах, и слишком узкое лицо вряд ли могли кого-то соблазнить, но девушка не отчаивалась. На шее русалки красовались большие жабры, а на руках – перепонки. Нижней части туловища не было. Вместо привычных ног блестел на солнце чешуйчатый хвост. Любая приличная рыба, будь она поразумней, от такого великолепия померла бы от зависти, если бы увидела сие чудо. И русалочка своим хвостом очень гордилась. Большой – метра три в длину – он был похож на хлыст. Таким можно было убить мгновенно, при условии хорошего размаха.

- Может хватит, дорогой? – чарующий голос прелестной обитательницы водоема обволакивал. Он мог заворожить любого мужчину, но только не водного мага. У этих представителей разумных существ был стойкий иммунитет к любым видам чар русалок.

- Доставай-доставай! – повелительно сказал маг и подставил свое веснушчатое лицо теплым лучам солнца. Нескладный юноша, совсем еще мальчишка с иссиня-синими непослушными вихрастыми локонами и голубыми, как у большинства водных магов, глазами – он недавно стал Верховным. И теперь сильно жалел об этом. Маг соблазнился на власть и почет, но был не готов принять на себя ответственность за весь народ. И сейчас он отлынивал от прямых обязанностей и расслаблялся в одном из своих излюбленных мест.

Русалка со вздохом протянула парню очередную водную сферу. Тот легко схватил ее и активировал. Перед озером стоял человек или скорее его искаженное отражение. Голос мужчины эхом разносился по всему озеру.

- Она меня предала! Она меня не любит, и не любила никогда! А замуж вышла только из-за денег. Пропади они пропадом! А заодно и она, чтоб сдохла. Все бабы-дуры. Всех ненавижу!

Изображение пошло рыбью, а затем и вовсе исчезло.

- И… снова неразделенная любовь! Вот почему у всех мужиков такие проблемы с бабами? Сколько не слушаю людей – постоянные разговоры только об одном: все жены - дуры, и все мужики – козлы. Эх, и куда катится наш мир, а? К дьяволу под хвост, чтоб ему денно и нощно икалось. И так. Исполняем?

- Илилай, может не надо, - жалобно взвыла русалка. – Он в гневе это сказал, не подумав.

- Так, в следующий раз думать будет, прежде чем что-то в воду говорить. Знает же, что она памятью обладает, и все равно за свое. А ты что его защищаешь? Охота с этой гадостью и дальше жить в своем болоте? Ты смотри – еще пара таких проклятий, и эта вода станет совсем мутной.

- Ну, жалко ведь человека, - не согласилась с ним русалка.

- Мне тоже жалко. Только с человеческой глупостью надо как-то уже бороться. Если по-хорошему они не понимают, то как еще? К тому же, у меня настроение сегодня как раз то, что нужно, чтобы делать гадости всем и каждому в отдельности. И, что тут у нас? Деньги пропали. Жена – сдохла. Мужик ненавидит женщин, сторонится их и считает глупыми. Исполнено!

Водный шар засветился изнутри и стек ручейком на землю. Если бы кто-то увидел, чем занимается молодой Верховный, то непременно покрутил бы у виска и вызвал спасательную бригаду. Взрослые маги не верят в сказки. Вода хранит многие тайны, но когда из нее насильно вырывают воспоминание, то оно теряет свою силу. И получается, что даже самые поганые проклятия, которые могли со временем воплотиться в реальность, оказываются не больше чем просто словами. Вода – не та стихия, которой можно управлять, как вздумается. Из всех остальных, она единственная, кто обладает хоть какой-то толикой разума и памятью. Озеро само решает, какое из желаний стоит того, чтобы вернуться, а какое должно остаться под толщей ее вод. Правитель в силу своего молодого возраста такой интересной особенности своей своенравной и неспокойной стихии не знал. Он продолжал верить в то, что является частью Бога – сам решает кому стоит жить, а кому надобно умереть. Это помогало ему чувствовать себя значимым для мира и подогревало его себялюбие. Русалочка активно подыгрывала парню. С ним ей было интереснее, чем с подружками. На поверхности имелся иной мир, другие создания, разные сознания – тут кипела жизнь. Интерес к чему-то новому всегда был и будет у всех разумных существ.

- Следующий вот этот? – русалочка вручила магу новую сферу, которая тут же была активирована легким взмахом руки.

У берега стояла молодая девушка. На ее лице читалась надежда, а в позе была решимость.

- Люблю его. И мне кажется, что я ему тоже нравлюсь, иначе он бы не обходил мой дом стороной, верно ведь? А если такое внимание дарит, значит нравлюсь ему. Только мужчина должен сделать первый шаг. А он почему-то избегает меня. Может быть любимый просто боится своих чувств, боится показать их мне, боится, что я его отвергну? Напрасно! Ведь я его люблю больше жизни. Я хочу, чтобы в итоге у нас все получилось. Он бы подошел ко мне, признался в любви и позвал замуж. Какая бы у нас тогда была чудесная семья! А дети! А внуки бы нами гордились, и говорили бы, что мы самые лучшие из всех. Как же я этого хочу! Ему только нужно сделать всего лишь шаг…

Картинка исчезла, а взгляд Илилая, направленный на довольную русалочку, не предвещал ничего хорошего.

- И долго ты мне еще собираешься эту сферу подсовывать? Каждый раз, как прихожу, ты достаешь свой сопливый шар в самый непредсказуемый момент, когда я меньше всего ожидаю его увидеть, и вручаешь с таким лицом, будто это самое важное сокровище в твоем болоте!

- Исполняем? – с затаенной надеждой спросила обитательница озера.

- Нет! – рявкнул разгневанный маг.

- Почему? – оскорбилась русалка. – Посмотри, она же так хочет семью, любящего мужа, прекрасную жизнь. Ну, сделай, наконец, ей приятное! Такая романтика! Только представь… девушка стоит на берегу… у нее развеваются волосы…

- Представил. Ветер вдруг случайно изменил направление, и лица у девушки неожиданно не стало, а вместо него появилось волосяное гнездо!

Маг изобразил руками незамысловатую прическу и усмехнулся.

- Какой же ты противный! А как же романтика? Ну, исполни желание, пожалуйста! Она ведь так мечтает! Неужели у тебя никогда не было своей мечты?

- Женщины, - обреченно вздохнул Илилай. – Они все одинаковы.

- А ты – бесчувственный чурбан! Такому счастью мешаешь.

- Какому счастью? Мужик от нее бегает даже средь бела дня, как от монстра какого. Бедолага, я ему сочувствую! У меня каждый раз при прослушивании этого слезливого театра одного актера просыпается чувство мужской солидарности. Это ж надо было обычной девке так запугать мужика, что он ее дом за версту обходит, будто тот проклят! Ты вообще слышала, о чем она тут нам вещала?

- Это он от большой любви ее сторонится! Она ж все объяснила. Скорее всего он просто еще не знает о своем счастье. Вот и нужно ему это счастье показать.

- Ага. В гробу он видал такое счастье.

- Ничего ты не понимаешь!

- Куда уж мне понять обычного мужчину! Русалка, которая весь век проводит на дне водоема, всяко больше о наземных обитателях знает.

Девушка уловила в голосе мага злобный сарказм, поджала губы и отвернулась, намереваясь вновь уйти под воду. Она была не обязана тут находиться и не подчинялась никому, кроме водяного. На поверхность ее постоянно влек вездесущий интерес и некая тайна, которая так и оставалась недоступной для нее.

- Эй! Ну, ты чего? Обиделась что ли? Прости, пожалуйста, но у меня и правда был сегодня сложный день.

Илилай понуро опустил голову, а женское любопытство в который раз взяло верх, и русалка позабыла о своей недавней обиде.

- Расскажешь, что произошло? Ты сегодня и в самом деле сам не свой.

- Я учителю подсунул зелье забвения.

- Какой ужас! – всплеснула руками девушка, а ее глаза загорелись предвкушающими удивительную историю огнями. – Он его выпил?

- Нет. Вряд ли. Если, конечно, мой учитель за минуту до входа в дом, не подхватил насморк всего города. От этого варева такой шлейф ароматов идет, что даже мертвый поднимется при желании.

- Твой учитель – светлый эльф, верно?

- Да. Я к нему в дом порталом перебрался, незадолго до его прихода, и оставил откупоренную склянку на одной из полок. Меня не заметили. В гостиной тогда никого не было. И я так думаю, мои приход не почувствовали. Остаточную магию от портала может распознать только Верховный или очень чувствительный к любому возмущению энергии маг. Но таких на весь континент раз, два и обчелся! Конечно, перенос был очень сложным. Город неплохо защищен сетью. Но риск того стоил. Хотя бы теперь стало понятно, почему в столице Хеталь старается не открывать порталы, а предпочитает прогуливаться пешком.

- К тому же это энергетически не выгодно, - блеснула своими знаниями русалочка, кокетливо хлопнув ресницами.

- Да. Он должен был обнаружить такую подставу у себя дома. В противном случае, какой же он после этого светлый эльф?

- А, зачем ты это сделал?

- Да, он достал уже со своими наставлениями! Сколько можно?! Илилай ты не должен делать так, ты должен сделать эдак! – парень нахмурил лицо, подражая своему учителю. – Я вообще никому ничего не должен! Тем более – ему! Уже прошло то время, когда он меня воспитывал, как собственного сына. Теперь я уже взрослый. Мне двадцать пять! Я сам разберусь со своей собственной жизнью, а он со своими советами пусть катится в бездну!

- Может быть твой наставник просто хочет помочь тебе разобраться с тем, как лучше поступить?

- Хватит! – зло выкрикнул маг и принялся расхаживать в гневе по берегу. – Я сам знаю, как лучше. Я – Верховный! Я – правитель! Я…

Русалочка из-под полуприкрытых век наблюдала, как ярится маг. Его руки, то с силой сжимались в кулаки, то резко раскрывались, благодаря чему были видны по-детски мягкие ладони. Лицо, искорёженное злобой и ненавистью с лихорадочно блестевшими сумасшествием глазами, казалось слишком молодым, даже для двадцатипятилетнего мага. Худощавая, нескладная фигура подростка быстро перемещалась в пространстве, и все ее движения говорили только о крайнем раздражении хозяина. Внезапно тело застыло. Девушка оторвала взгляд от ног и взглянула на лицо водного мага.

- Ты меня слушаешь?

- Да. Выговорился? Тебе уже легче? Ты очень интересно злишься, раньше я такого не видела.

Илилай печально вздохнул и вновь уселся на траву.

- Да, спасибо. Прости, я действительно вспылил. И главное – не с чего. Подумаешь, замечание учитель сделал! Он ко всем придирается. Но самое противное, что я то уже правитель. Он права не имеет мне что-либо говорить.

- У вас это называется игрой гормонов, верно? А во что они играют?

- В нервы, - зло отозвался Илилай. - У меня уже мои сдали. Может хоть после этого зелья он поймет, что я уже давно вырос.

- Ну, в длину-то ты знатно вымахал, а на счет содержимого черепушки – не знаю даже, - хихикнула русалка, и тут же ее окатило холодной волной. Девушка взвизгнула и со смехом скрылась под водой.

- Вот ведь бестия, - усмехнулся маг.

Как ни странно, после разговора с русалочкой, ему стало лучше. Благодушное настроение вновь вернулось. Негодование на учителя заслонилось справедливостью мести. Стыда за свой поступок маг уже не испытывал, твердо уверившись, что кто-кто, а светлый эльф распознает любое зелье за несколько секунд и вовремя предпримет необходимые меры. Их этому учат с пеленок.

Илилай вздохнул полной грудью и закрыл глаза, приняв удобную для себя позу. Медитация – одна из основ стихийной магии. Без этого нехитрого процесса управлять собственной силой было очень рискованно и опасно. Многие не могли достаточно хорошо сконцентрироваться на своих потоках сил, и та выплескивалась неравномерными порциями или непрекращающейся струей, превращая некогда цветущую долину в пустыню. У темных и светлых такой проблемы не было. Их магия не требовала обязательного и постоянного внимания к себе. Аналогов их силы в природе не существовало, в то время как у стихий они были и будут везде. Магия, заложенная в крови природников, идентична окружающей среде, и постоянно стремится с ней воссоединиться. Целое сильнее части, и расход энергии у него идет меньше, чем у обособленных частичек. Что бывает, когда стихийная магия объединяется с природной, не сложно догадаться. Катаклизмы, происходящие чаще всего на территориях цветных магов, доставляют немало хлопот Верховным и несут с собой достаточное количество как человеческих жертв, так смерть других разумных существ. Единственный способ предотвратить эти проблемы – это научиться правильно направлять и сдерживать свою силу. Медитация помогает сосредотачиваться в любых условиях, даже в смертельно опасных ситуациях, когда маг находится на волосок от гибели. Этому учат с рождения. И навык концентрации постоянно совершенствуется. Для него нет рамок. Только после совершеннолетия, когда опасный порог использования магии останется позади, молодым природникам разрешают использовать свою силу. С них снимают блок и допускают к практике. Иногда случаются неожиданные разливы рек и небольшие цунами, но это мелочи, по сравнению с тем, что могло бы быть, если бы предыдущий Верховный не принял никаких мер.

Илилай еще раз глубоко вздохнул. Зрачки заходили под веками, он уже видел энергетическую оболочку земли. Разное множество потоков – толстых и тонких, больших и маленьких, длинных и коротких – они окружили мага. Он смотрел на светящиеся линии и в который раз не мог поверить, что это его планета. Маг мысленно протянул руку в поверхностные воды. Тепло разлилось по телу. Магия признала в нем частичку себя и стремилась воссоединиться с ней. Илилай резко одернул руку. Это было опасно. В потоке он мог потерять себя или еще хуже – лишиться магии. С энергией шутки плохи. Она не ведала прощения, и считалась только с собой.

Что-то булькнуло неподалеку от мага, и Илилаю пришлось вернуть свой разум обратно в тело. Парень открыл глаза и наткнулся на внимательный взгляд уже знакомой русалочки.

- Я помешала?

- Нет, - покачал головой водный маг. – Я уже закончил. Мне нужно идти.

- Так быстро?

- Да. Пора. Я в обед занимаюсь со своей силой. У меня тут есть свое расписание.

- Так тут много места. Я буду сидеть тихо-тихо, обещаю.

- Нет. Я лучше пойду куда-нибудь в степь. Там меньше всего воды. И шанс замять собственный провал в случае чего будет по выше.

- Ты же уже хорошо справляешься со своей энергией?

- Пока да. Но мало ли, что может случиться. Целее буду, если в очередной раз преодостергусь. Сейчас я уже не обычный маг-стихийник, а Верховный. Они в несколько раз сильнее и живучее обычных магов, потому как благословлены Создателем.

- Это было больно?

- Да, - тихо отозвался Илилай и спрятал лицо. – Я помню, как пошел на эти соревнования с одной только мыслью – поучаствовать ради развлечения. Мне тогда было очень скучно, а тут такое событие – поединки за право быть Верховным. Я в шутку представлял себя на троне и мечтал о том, как буду раздавать приказы после обворожительной победы. Хотя даже дурак бы понял, что мне там было не место. Куда студенту-недоучке тягаться с матерыми боевыми магами, у которых за плечами горы славы и моря трупов. Однако вопреки ожиданиям толпы, я выигрывал одно сражение за другим, хотя противники были сильнее меня, умнее и хитрее, даже те, которых в этом мире не должно было существовать. В честном бою, мне бы не удалось продержаться и минуты против них, а тут меня кто-то словно оберегал. Кто-то более сильный и могущественный защищал своего избранника от смертоносных заклинаний, заставлял вовремя уходить из-под прицельных атак и силком тянул за шкирку к победе. Это было не мое сражение и не мои битвы. Это был не я. А когда все противники оказались повержены я почувствовал вместо славы и поклонения адскую боль. У меня открывались новые каналы, по которым расплавленным железом растекались реки силы. Я все это ощутил на собственной шкуре. Неимоверная боль. Я потерял сознание прямо на арене, а когда очнулся – увидел, что нахожусь в водяном коконе из своей же энергии в замке Верховного, куда никому без разрешения хозяина входа не было. Скорее всего моя сила взбунтовалась, сорвала остатки блока, препятствующие сотворению магии выше среднего порядка, и выкинула меня порталом. Может даже это было и кстати. Разочарованный таким непредсказуемым исходом народ легко мог растерзать бренное тело мальчишки, посмевшего выиграть турнир. Из академии меня вытурили почти мгновенно. У них не осталось воспоминаний о таком студенте, как Илилай! Будто кто-то всему народу профессионально подчистил память. Хорошо, что родителей у меня не было. Я не выдержал, если бы и они забыли своего сына. Посмотри на меня! – парень развел руки и обреченно засмеялся. – Верховный водных магов – неуч с незаконченным образованием; мальчишка, не умеющий управлять собственной силой! Превосходное сочетание! И сделать что-то с этим я уже при всем желании не мог. Эта же сила, что помогала мне на арене, твердо заложила в умы людей убеждение, что новый Верховный выбран. Теперь мне осталось только умереть, чтобы освободиться от ответственности, которая каждый день на меня давит тяжелым прессом. И, если я не хочу валяться в бессознательном состоянии снова, то свои обязанности правителя мне придется исполнять честно и добросовестно в добровольно-принудительном порядке. Веселая история, верно? Иногда мне кажется, что Создателя никто и не убивал. На самом деле он жив и обретается где-то неподалеку. Знаешь, я ведь помню, как меня встретили остальные Верховные на первом в моей жизни заседании. У них были такие презрительные взгляды, хмурые лица, только у Хеталя в глазах читалось удивление. Он потом мне знатный разнос устроил на счет моего любопытного носа и стремящейся к приключениям пятой точки. Эх, если бы он раньше меня предупредил, все могло бы выйти по-другому.

Илилай пошатнулся и скривился от сильной головной боли.

- Демоны, опять что-то случилось! Мне нужно бежать. Либо наводнение, либо цунами, либо еще какая-то гадость. Мне пора.

- Я тебе сочувствую, - еле слышно проговорила русалочка, но было поздно. Окно водного портала захлопнулось.

Глава 18 Водное братство

Илилай различил среди копошащихся в каком-то мусоре мужчин знакомое лицо главы стражи и поспешил к мрачному водному магу, что гигантом возвышался над остальными.

- Тебе чего, мелкий? – рыкнул он, как только правитель приблизился к нему.

Илилай на миг оторопел. И как он мог забыть надеть специальную для общения с обывателями одежду Верховного и захватить с собой маску. Пока парень казался всего лишь обычным любопытным подростком, но никак не правителем могучей державы.

- Дяденька, а что у вас тут произошло?

Возвращаться в замок только за тем, чтобы переодеться, было бы кощунственным расходом энергии. А сейчас, как никогда раньше, она могла понадобиться. Только из-за этого парень переступил через свою гордость и подстроился под новый разговор.

- Не твое щенячье дело! Пошел вон, - рявкнул мужлан.

Правитель насупился, но уходить не стал. Только недавно утихшая головная боль вновь дала о себе знать неприятной пульсацией. Нужно было спешить.

- Меня послал Верховный, - вздернул нос пацан и прямо посмотрел на ухмыляющегося мага, который даже и не думал уступать мальцу.

- Верховный, значит? Тогда передай своему липовому правителю, что если его венценосная задница хочет, то пусть спускается самостоятельно к своему нуждающемуся народу, а не посылает желторотых юнцов вместо себя.

Это была уже наглость, и такое оскорбление Илилай просто стерпеть не смог. В два прыжка правитель оказался перед своим подчиненным, взял его за грудки и рыкнул прямо в лицо:

- Еще раз скажешь что-то нехорошее о своем правителе, я тебя вскрою и кишки намотаю на вертело. Будут красоваться на площади нашей прекрасной столицы. Ты меня услышал?

Горячее дыхание обожгло стражнику лицо, и тот увидел, как глаза парня налились блестящей поверхностью водной глади. Юноша был сильным, сильнее его в несколько раз. Это несложно почувствовать, ведь правителю легко удавалось открыть свою ауру в приступе злости. Мужчины, что копались в чьих-то останках, разбежались в разные стороны, завидев голубую оболочку пришедшего парня, в которой бушевала невиданная им сила. Жаль, что Верховный так и не научился использовать ее в полной мере, но об этом он не спешил никому говорить.

Илилай встряхнул потрясенного природника еще раз и рявкнул:

- Услышал?

- Да, конечно, - проговорил водяник более осмысленно, походу изучая витиеватую ауру мальчишки. Такую же он удостаивался чести наблюдать только раз в замке. Сложить факты было не так трудно.

- А теперь быстро и по делу. Что тут произошло? – Илилай милостиво выпустил мага из рук и наклонился над раскиданным тряпьём.

- Убийство.

- Снова?

- А вы знаете и о предыдущем?

Правитель редко интересовался работой своей стражи, полностью возложив на них защиту города и жителей. Он доверял мудрому командованию одного из бывших конкурентов, которому все же удалось остаться в живых. Однако иногда Илилаю приходилось вмешиваться в дела стражей. Верховный хмуро взглянул на стихийника и проговорил:

- Мне кажется, о том убийстве не знает только ленивый. Вы прекрасно раздули угли и посеяли семена сомнения и страха в сердца моего народа. Я понимаю, что тебе натерпится избавиться от меня поскорей, чтобы занять мое место, но не думал, что все будет происходить настолько примитивно.

Главнокомандующий поджал губы и зло поскрежетал:

- Ты еще мальчишка и многого не понимаешь! Я служу своему народу, и буду служить до конца своих дней. И это не зависит от того, кто сейчас сидит на месте Верховного, хоть сам дьявол! Но если правитель будет действовать во вред моей земле, что его взрастила, я лично уничтожу этого отпрыска, избавив нашу планету от еще одного выродка! С меня не убудет.

- В таком случае, тебе стоит объяснить мне, что здесь произошло, иначе виновного мы так и не найдем, - смилостивился Илилай. Стихийник кивнул, подтверждая правоту юноши.

- Это тело приплыло со стороны океана, так мы говорили всем любопытным. На самом деле кто-то очень сильно хотел избавиться от трупа. И это было не на кораблях, а в городе.

- С чего такие выводы?

- Мы опознали мертвеца. Недавно было совершено нападение, в результате которого наши корабли в порту оказались сожжены. Он единственный видел отступников – гулял неподалеку ночью. Тогда мы его допросили и отпустили. А теперь кто-то убил единственного свидетеля. И ведь не просто так. Он знал что-то еще, но нам ничего не сказал. Его утопили. Веревка на лодыжке перекусана – поработала крупная рыба. Только благодаря ей труп и всплыл на поверхность, где наши его и нашли.

- Понятно. Есть какая-то зацепка?

- К сожалению, нет. Мы обыскали тело, обшарили карманы – если что и было, то это давно уже смыло течением.

Илилай склонился над тряпьем, в которое были замотаны останки мага. Поврежденные связки, выеденная плоть, разваливающийся мягкие бескровные органы, порванная во многих местах синюшная кожа – сложно поверить, что когда-то это месиво являлось живым существом. К горлу юноши подступила тошнота. Он не привык каждый день видеть растерзанные трупы. Подавить рвотный порыв правитель не смог, как ни старался. Единственное, что ему удалось сделать почти рефлекторно, это отползти от мертвеца на достаточное расстояние, чтобы не испортить и без того незначительные улики.

- Какой-то у вас слабый желудок, Верховный, - усмехнулся главнокомандующий и положил ладонь на плечо бледного мальчишки, который продолжал немилосердно загаживать улицу. – Надеюсь, вы за собой потом приберете.

- Замолкни! – сипло отозвался юноша, прекратив низвергать остатки непереваренной еще еды. По руке стража потекла восстанавливающая энергия. Илилай не противился помощи со стороны, и спустя время его лицо приобрело нормальный цвет. Пошатываясь, он отправился вновь к трупу.

- Вы еще добавки хотите? – мужлан вздернул брови в немом изумлении. – Однако… не думал, что вы оказывается из этих…

Верховный грозно посмотрел на стражника, крутящего палец вокруг виска, и скривился. Что неотесанному вояке злобный взгляд мальчишки? Для него Илилай даже правителем не являлся – так, заблудившийся юноша. Прикрыв нос рукавом длинной туники, парень осторожно стал разворачивать обрывки одежды. Краем глаза он заметил пустынную мостовую, хотя не так давно на ней стояли растерянные маги.

- Где все?

- Я их отослал, пока ты занимался важным государственным делом про промывке своего кишечника. Надеюсь, и мозгам тоже перепало, хотелось бы мне в это верить, - буркнул главнокомандующий.

На секунду глаза юноши вновь посинели, но в этот раз парень справился с порывом легче. Возможно, он уже смирился с тем, что не обязан нравиться всем. Внезапно взгляд его упал на знакомую черную закорючку, что выжигалась на коже раскаленным железом. Ее он узнал бы из тысячи подобных. Этот знак являлся символом водного братства, куда правитель мечтал попасть еще ребенком. Очень известная гильдия, одна из лучших, где собирались все светлые умы государства и решали многие вопросы. Именно с ними и советовался прошлый Верховный. Кто-то даже поговаривал, что и сам правитель был членом водного братства. Ходило много слухов. Но одно известно точно – благодаря их прозорливости и мудрости были написаны многие законы, которые и по сей день спасают магам жизни. А после смерти старого Верховного гильдия затаилась, перекрыла с остальным миром все связи и канула в не бытье. Как Илилай не пытался выследить членов братства, ничего из этого не вышло. Любая возможность, какая-либо зацепка – юноша хватался за каждую соломинку. Все факты и домыслы ни на каплю не приближали его к цели. Гильдия стала мифом. Илилай тяжело вздохнул и протер глаза.

- Он из водного братства. Вы об этом знали? – тихо проговорил юноша. В тишине его голос прозвучал чуть громче и резче, чем ему бы хотелось.

- Да.

- Почему вы об этом мне не сказали, когда допрашивали? - Илилай обернулся и встретился взглядом с напряженным лицом бравого вояки. – Я приказывал докладывать о любых магах, у которых есть эта метка.

- А я вам говорил, что ваше фанатичное стремление найти водное братство, ничем хорошим не закончится. Гильдия не желает знакомиться с новым правителем, который ничем еще не доказал свою преданность стране. Они не будут служить самозванцу, что днями напролет где-то пропадает, а на дела страны смотрит сквозь пальцы. При всем моем уважении, ты недостоин называться Верховным.

В глазах юноши заблестела водная гладь. Сила вскипала бурным потоком. Сердцем правитель понимал, что главнокомандующий прав, но вот ум и гордость твердили другое.

- Я победил тебя на соревнованиях! И одержу победу снова! – выкрикнул Илилай.

Мужчина покачал головой, не торопясь раскрывать свою ауру. Убить наивного мальчишку и утопить в океане его труп он в любой момент может, а вот договориться по мирному не лезть в дела, которые не касаются его напрямую, стоит попытаться. Стражник поднял свой короткий рукав, показывая такой же знак, как и на трупе.

- Как видишь, я тоже член братства. И мне кажется, что разума в тебе должно быть побольше, чем может показаться на первый взгляд, поэтому очень советую выслушать меня. Ты прекратишь искать водное братство и забудешь о том, что видел. Не твое дело, что тут происходило или будет происходить. Это только моя работа – наводить здесь порядок. И я честно и добросовестно буду выполнять свои обязанности, можешь быть в этом уверен. Ты же разворачиваешься и уходишь. И так из-за тебя произошел в гильдии раскол. Не усугубляй ситуацию.

Илилай был напряжен, как струна. Он слушал, но слышал ли? Слова стражника растекались киселем в голове парня. Мысли никак не могли собраться в кучу и сформироваться хоть во что-то стоящее. Осталась только жажда расправы. Оскорбления смываются лишь кровью, и ничем более. Это закон Верховных. Сила рвалась наружу. Мальчик с трудом ее сдерживал, но это ненадолго. Даже долгие лета медитаций были бессильны перед ревущими эмоциями. Наконец, юноша сдался и отпустил рвавшуюся на волю энергию.

- Глупо, - покачал головой стражник, с легкостью отразив волну неистовой чистой магии. Легкое точное заклинание высшего порядка, и сознание правителя погрузилось в темноту.

***

Очнулся Илилай в большом помещении глубоко под землей. Он лежал на полу. Руки оказались завязаны сзади, а в рот вставлен тряпочный кляп. Его окружали маги и о чем-то спорили. Верховный прислушался к их голосам.

- На алтарь его. Нам не нужен липовый правитель.

- Но его выбрал сам Создатель!

- Создатель давно мертв. А наш настоящий Верховный скончался. Нужно самим выбрать достойного.

- Самозванец!

- Из-за таких и разваливаются великие державы!

На середину вышел маг. Лицо его было скрыто капюшоном, а тело закутано в плащ. Только старческие руки со вздувшимися венами говорили о немолодом возрасте стихийника.

- Голосуем! Кто за то, чтобы поговорить с новым Верховным? – его голос эхом разнесся по залу и шепотки прекратились. Тишина окутала помещение. Несколько сиротливых рук показались над толпой.

- Хорошо, - проговорил старик стальным гласом и продолжил. – Кто за то, чтобы принести любопытного мальчишку в жертву во славу Воды?

Множество голосов вновь заполнили собой зал. Руки поднимались вверх, не оставляя парню шанса на выживание.

- Решение принято! На алтарь его! – выкрикнул старец и обернулся к связанному парню. При свете магических водных сфер его морщинистое лицо казалось устрашающим, но Илилай все равно не мог понять, кто перед ним стоит. – Зря ты влез в это дело. Нельзя искать тех магов, которые не хотят быть найденными. Мне жаль тебя.

Старик развернулся и ушел. Верховного тут же подхватили, завязали глаза и, подняв, куда-то понесли. Правитель лихорадочно думал, что делать. Магия была при нем, но воспользоваться ей он не мог. Руки связаны, говорить не может, ходить – тем более. Еще каких-то пара часов, и маг умрет. Илилай думал, перебирая разные варианты.

Амулет! Тот самый, что ему когда-то подарили Верховные стихий на случай опасности или каких-либо сложностей. Разработки темных эльфов не раз спасали жизнь магам, сейчас они могли вырвать из лап смерти правителя. Осталось определить, кого позвать на помощь. Кто являлся антиподом воды? Огонь! Илилай мысленно активировал висящий на шее камушек и почти закричал: «Руфим, на помощь!». Ответом ему стала пустота.

Настоящий ли магически заколдованный камень, или подделка под красивую игрушку – Илилаю только предстояло это выяснить. Впереди еще имелась пара часов жизни – вечность ожидания.

Глава 19 Руфим

Мужчина хмуро читал который по счету листок. Его огненно-рыжие вьющиеся волосы непослушно падали на глаза, а руки машинально поправляли пряди. Карие пронзительные глаза бегали по строчкам, а тонкие губы каждый раз разочарованно поджимались, когда хозяин вновь не находил нужного. Мужчине можно было дать лет двадцать пять человеческих, на самом деле ему было уже около трехсот. Горбатый нос, отчетливые скулы, высокий лоб, выделяющийся подвижностью кадык – мужчина не был чем-то примечателен, но взгляд почему-то все же привораживал. Возможно, в столь пристальном внимании имели место царственная осанка и постоянные тренировки на полигоне.

Руфим – Верховный маг огня – мрачно покосился на сидящего рядом учителя. В отличии от наставника, который блаженствовал в кресле возле камина, огневик был занят делом и жутко злился на несправедливость жизни.

- Ну, где же он? Где? – в очередной раз медные кудри взлетели, и твердая рука кинула уже смятый листок в угол помещения. – Что ты сидишь? Помог бы мне!

- Тебе? – Серхат чуть приоткрыл один глаз и сладко зевнул. – Ты приперся ко мне средь ночи, попросил бумаги демон знает какой давности, роешься в моих личных документах в любимой спальне одной из моих жен, где я предавался радостям жизни со своими супругами, а теперь еще и требуешь помощи? Нет, ну, наглости тебе не занимать!

- У меня был прекрасный учитель, - буркнул Руфим. – И ты бы укорачивал свои предложения, а то к концу твоего монолога, я уже начало подзабыл.

- Могу подсказать зелье светлых для восстановления памяти, - словно невзначай оборонил дьявол.

- Не надо. Ты мне прошлый раз уже подсказал. Понос несколько дней шел.

- Так помогло же ведь! Ты всех родственников вспомнил, правда моих почему-то, но это уже мелочи жизни! Да, и моего красного коня, хотя на тот момент он был коричневого цвета, ты мне так и не отмыл, хотя собирался.

- Буду я еще твой урыльник драить, - фыркнул Руфим.

- Да, ладно тебе, не принимай все близко к ж… кхм… сердцу. Я уже понял, что филейную часть своего тела ты бережешь, как зеницу ока. Подумаешь, случайно перепутал бутылочки. Они одинаковы были!

- Я тебя знаю уже вторую сотню лет. Случайно ты их перепутать не мог. И не думай, что я глухой и твой дикий ржач за дверью не слышал. Ей Богу, мужику тысяча лет, а ведет себя иногда, как ребенок.

Серхат лишь передернул плечами, мол думай, как знаешь. Руфим глубоко вздохнул и выкинул еще один свиток в другой конец комнаты, где уже образовалась приличная куча бумаги.

- Я слышал, ты взял себе нового ученика, - карие глаза пристально разглядывали расслабленную фигуру дьявола. Серхат прекрасно чувствовал внимание к своей персоне, но предпочел пока промолчать, хотя на его языке то и дело крутилось язвительное замечание на этот счет. - Какого-то косоглазого темного эльфа!

- Допустим. А тебе какое дело? Ревнуешь? Не переживай, дорогой, меня на всех хватит! – елейно промурлыкал хозяин замка.

- Тьфу, ненормальный! Ты его тоже, как и меня попытаешься довести до Верховного?

- Поправка. Я тебя не тянул к этому, и уж тем более не настаивал – ты сам решил поучаствовать, и выиграл. С чем тебя и поздравляю, ну, или сочувствую, это как посмотреть.

- Ты знал, что я выиграю!

- Знал, - не стал отрицать очевидное дьявол. – Расклад такой - в девяноста девяти процентах из ста выигрывают приемники Верховных, если участвуют, конечно. Не спрашивай, почему – самому интересно. При этом соревнуются только те, кто имеет ту же силу, что правит и в стране. Скажем, если я приму участие в твоем поединке за право быть Верховным земель огневиков, то не успею выйти на арену, как меня убьет тут же! Так кстати погиб прошлый правитель твоих владений. Экспериментатор тот еще. Ну, об этом ты должен больше меня знать, достаточно покопаться в архивах собственного замка. А ученик у Верховного может быть только один. Ты уже вышел из-под моей опеки – давно планку подручного перерос, поэтому я взял нового. Плохого в этом ничего не вижу.

- Ты что-то задумал, - сощурил глаза Руфим из-за чего стал похож на хитрого лиса. – И я это нутром чую.

- Небось после того поноса твое нутро еще не отошло, вот и мерещится ей всякое. Ты не отвлекайся – ищи давай там, - беззаботно отозвался Серхат и продолжил предаваться медитации.

- Почему ты берешь учеников на стороне, а не со своей земли?

- Ты моей смерти хочешь? Мне моя шкура ох как дорога! Последнюю сотню лет Великие Дома предлагают своих мальчиков на обучение. Я еще пока не совсем из ума выжил, чтобы этих алчных и жадных до власти отпрысков брать под свое слабое кожистое крылышко. Меня, конечно, оберегает Создатель от легкой смерти, но проснуться в кровати с наполовину перерезанным горлом как-то не хочется. А вот в других землях никто не покусится на мою власть, потому как знают, что им за умерщвление правителя вообще ничего не перепадет.

- Хм, а что за прием ты тут устраиваешь на следующей неделе?

- Уже прочитал приглашение?

- Я в некотором недоумении. Ты никогда не делаешь ничего просто так. Что ты задумал?

- Ничего. Хочу немного поразвлечься, пообщаться с Верховными, оказаться вновь в семейном кругу. Это же так замечательно!

- Ты терпеть не можешь являться на совет, где мы собираемся всем составом, - заметил Руфим. - И с каких это пор светлые для тебя стали семьей?

Серхат тяжело вздохнул и взглянул на своего бывшего ученика.

- Руфим, ты жить хочешь?

- Это угроза или констатация факта?

- Это предостережение. Еще будут вопросы в подобном ключе – и огневикам придется вновь устраивать свои соревнования по типу – кто дальше всех плюнет и у кого длиннее струя. Внял?

Руфим насупился, но кивнул.

- Я подумал, стоит ли мне ждать чего-то необычного?

- Нет. Это будет просто очередной нудный прием в стиле: «Я добродушный и гостеприимный хозяин, и мне совершенно не хочется никого убивать».

Огненный маг внимательно посмотрел на наставника, но тот еще что-то добавлять к своим словам не стал. Руфим лишь уверился в том, что Серхат определенно что-то задумал, но посвящать в свои планы, как обычно, никого не стал. Любил он сюрпризы устраивать. И периодически они были не самыми приятными.

- Алистрат теперь у тебя живет?

- Он помогает мне готовиться к празднеству.

- Да, я видел. Не так давно, к слову. Разгуливал в свободных штанах с голым торсом по твоему замку, как у себя дома. И да, он еле передвигался. Может расскажешь, что вы тут затеваете? Я же умру от любопытства.

- Это я тебе могу гарантировать. От любопытства ты по любому умрешь, если его не сдержишь самостоятельно.

- Почему ты мне не хочешь рассказать свой план? Может быть я вам смогу чем-то помочь?

- Сможешь, - после недолгой паузы отозвался дьявол. – Ты меня очень выручишь, если свалишь отсюда. Мои женщины скоро потеряют терпение.

Серхат небрежно указал на широкий деревянный шкаф, откуда, словно подтверждая слова дьявола, кто-то с силой поскребся острыми коготками.

- Дорогие, прекращайте точить зубки и посидите тихо. Еще немного, и наш гость уйдет отседова… или на закуску, если промедлит, - немного подумав, добавил хозяин замка, и шкаф на некоторое время затих. Только невнятное недовольное шипение говорило о том, что в спальне мужчины были не одни.

- И как ты справляешься с двумя дьяволицами? – усмехнулся Руфим.

- Молча. Иногда постанывая и порыкивая. Зависит от ситуации. Ты закончил, наконец?

- Да, я еще хотел тебя попросить.

Серхат мучительно вздохнул.

- Эту бумажку забрать? Да, забирай! Мне она все равно нужна, как мертвому припарки.

- Благодарю, конечно, но я не только об этом.

- ЧТО тебе еще от меня надо?

- Ты посидишь с моим сыном?

- Я похож на сисястую мамашу?

- Нет.

- Вот, и нет.

- Но мне очень надо! Сына действительно не с кем оставить. Мы с женой идем завтра…

- Меня не волнует, куда вы там вдвоем намылились, хоть на тот свет! Я, конечно, тебе сильно благодарен, что ты развеял наши сомнения относительно проклятья Создателя. Бездетность грозила только первому поколению Верховных. Благодаря тебе мы это выяснили, огромное спасибо и прочее, и прочее в том же духе… Но! Это не повод вешать на всех своего ребенка. Ты отец, или я? Что ты мне его суешь постоянно на хранение, будто антиквариат?

- Ты же мой наставник, кто лучше тебя присмотрит за ребенком!

- Бывший наставник!

- Наставники бывшими не бывают!

- Ты мне еще пофилософствуй тут, папаша, - рыкнул Серхат.

- Так ты посидишь с ребенком?

- Нет!

- Пожалуйста, - взмолился огненный маг.

- Спасибо. Свободен! – Серхат ткнул когтистым пальцем в сторону двери.

Огневик тяжело выдохнул и уже собрался уходить, как на запястье заискрился аквамарин – один из четырех камней стихий на кожаном браслете мага. В голове словно набатом отозвался обреченный крик мальчишки: «Руфим, помоги!». Стихийник, не ожидавший такого зова, пошатнулся и прислонился к стенке. Илилай был в опасности. Кулон на шее юноши передал точные координаты своего нахождения, и огневик уже знал, куда следует открывать портал. Серхат мрачно наблюдал, как быстро пришедший в себя стихийник стряхивает со лба выступившие капли пота.

- Даже не думай, что своим припадком ты сможешь разжалобить мое сердечко. Я таких актеров в свое время ложками ел. Пошел вон!

- Да, - тихо отозвался Руфим и нырнул в открывшийся портал. В голове билась только одна мысль – только бы успеть!

Глава 20 Жертва

Огненный маг вылетел из портала в пустой темный холл. Только небольшие водные светлячки, раскиданные по всей зале, не давали помещению полностью утонуть во тьме. Кругом не было ни души. Взгляд Руфима упал на черный провал огромного окна. Если раньше он думал, что телепортировался под землю, то сейчас маг судорожно сглотнул – лучше бы его Серхат выкинул в пекло Преисподней. Свет упал на большую, в несколько метров рыбину, с показным спокойствием проплывшую мимо толстого стекла.

- Демоны, - тихо прошептал маг, успев разглядеть челюсть глубоководного обитателя океана. – Ненавижу воду. Найду Илилая только за тем, чтобы самолично придушить его ко всем чертям!

Руфим не стал задерживаться в помещении, и направился к одной из дверей, из которых доносились какие-то звуки. Маг двигался по пустынным коридорам и залам, ориентируясь только на слух. Чем ближе он подходил, тем сильнее становились шумы. Среди них Руфим различил барабанную дробь и жалостливую скрипку, и нахмурился. Этот мотив был ему знаком – принесение жертвы стихии.

Древний обряд. Еще при Создателе считалось, что стихии живые – могут думать, рассчитывать, желать. Потребности у них тоже имелись, как и у всех разумных. Им нужна была пища. А в качестве подношения обычно приносились фрукты, мясо, шкуры – все, чем была богата земля. Однако, в некоторых обрядах имели место и человеческие жертвы. Многие были уверены, что стихия в благодарность за разумное существо поделится частичкой своей силы. Из обширной библиотеки наставника Руфим подчерпнул, что бывали случаи, когда стихия дарила какому-то магу свою силу в результате хорошей жертвы, но, как правило, энергия у того держалась недолго. В последствии она убивала своего же хозяина и вновь уходила к источнику. Нельзя влить в себя больше, чем тело может принять. Возможно, водные маги знали об ошибках своих предшественников, и нашли обходной путь к величию. Но в этом Руфим сомневался. Он больше поверил бы в то, что новый правитель просто-напросто чем-то не устроил кучку магов, а те, в свою очередь, решили скормить его стихии и выбрать более достойного Верховного. Каждый новый правитель через это прошел. На Руфима и его семью до сих пор ведутся покушения отступниками.

Шаги в тишине коридора заставили мага вздрогнуть и насторожиться. Кинжал привычным движением лег в руку. Открывающаяся дверь, и отступник, решивший так не вовремя уйти с празднества, падает ниц с дырой в глотке. Мгновенная смерть. Небрежным движением Руфим достал кинжал, обтер его о чистую одежду и спрятал. Он мог еще понадобиться. Осмотрев тело, огневик хмыкнул. Одежда была примерно его размера. Не примерить на себя одеяния водных – прожить жизнь напрасно. У стихийников с цветами было очень строго. Красный и его оттенки вплоть до желтого носили огневики. Синий, фиолетовый, голубой достались водникам. Серые или белые с небольшой примесью других цветов имелись у воздушников. А тона всевозможной зелени и богатства недр гордо надевали земляники. Измена цвета одежды приравнивалась к измене стране. За это мага провозглашали шпионом и предателем и казнили на главной площади.

Руфим без зазрения совести оттащил мертвого водника в наиболее темный уголок коридора, до которого не доходил свет магических светлячков, выжег следы крови простеньким заклинанием и быстро переоделся в синие штаны и голубую, чуть испачканную в крови, рубаху. Темный капюшон плаща тут же оказался накинутым на голову. Светить своими рыжими кудрями на публике было бы достаточно глупо и недальновидно. Огневик бы мгновенно подписал себе смертный приговор.

Уверенный походкой Руфим вошел в зал, откуда раздавались звуки приближающейся казни и где толпилось несколько десятков далеко не слабых магов. Огневик обомлел, увидев открывшуюся перед ним картину. Абсолютно застекленное помещение, вокруг которого с наружной стороны плавали гигантские по своим размерам хищники. При этом, судя по злому взгляду маленьких глазок и толщине острых многорядных зубов, они явно не страдали вегетарианством, а предпочитали пищу поживее и повертлявее. Руфим чуть не плюнул с досады. Колдовать в таком помещении не то, что запрещалось, а было строго противопоказано. Один малейший огненный мячик, легкое дуновение ветерка или еще какое-нибудь заклятие не из разряда водной магии, и стеклянный купол рассыплется как карточный домик. Тогда уже не спасется никто. И портал тут явно не поможет. В воду слово-ключ не произнести. А глубоководные обитали, наконец, получат желаемый поздний ужин. Руфим с трудом перевел взгляд с хищников на остальную обстановку залы. На достаточном расстоянии друг от друга в конце комнаты стояли несколько колонн. К ним был прикован металлическими цепями ребенок, над которым возвышались несколько водных пузырей. Они медленно опускались на жертву. Взгляд мальчика метался от одного мага к другому, моля каждого о помощи. Однако на страдания юноши никто не обращал внимания. Для всех был важен обряд. Огневик тяжело вздохнул. Представление постепенно приближалось к своей кульминационной развязке, а Руфим даже не знал, как он может помочь пареньку, чтобы обойти трагический финал с кучей трупов в конце. Стихийник перешел на магическое зрение. Риск, что его раскусят раньше времени был больше, но смотреть, как медленно убивают ребенка он бы не смог. Верховный никогда не любил пытки, даже моральные. На счет стекла предположения Руфима полностью оправдались. Оно было переплетено с чистой магией воды, и повредив его структуру другой силой, можно было с уверенностью сказать, что хищники все же получат свой деликатес на сегодня. Опустив взгляд на столпившихся отступников, Руфим чуть не присвистнул. Маги не скрывали свои ауры, и огневик еще раз уверился, что если его обнаружат, то живым отсюда он не уйдет в любом случае. Как мальчишка мог настроить против себя всех сильных, матерых, многое повидавших и везде бывавших магов? Верховный вновь посмотрел на правителя водников. Теперь ему, как никому из присутствующих, захотелось первому стереть пацана в порошок. Он серьезно думал, что от толпы могущественных магов старой закалки ему сможет помочь один молодой Верховный? Тут и три правителя, даже живших при Создателе, не справятся, что уж говорить об одном молодом. Мальчик изначально был обречен.

Внезапно их взгляды встретились, и Илилай дернулся. Взгляд парнишки просто утонул в надежде на жизнь. Руфим скривился. Теперь он вряд ли сможет просто так уйти с места расправы, хотя его наставник точно бы хладнокровно развернулся и покинул негостеприимную территорию. Воспоминания о Серхате навели огневика на мысль. А если бы вместо парнишки в качестве жертвы стал бы старый друг учителя, например, Алистрат? Ушел бы тогда дьявол? Нет, он бы остался и попытался что-то сделать. Но что? Наставник всегда находит выход из любой ситуации. Что Серхат умеет делать профессионально, кроме того, что обладает неплохой магией. Взглянув на перешептывающихся магов, Руфима озарила идея. Ну, конечно! Сила Серхата в том, что он умеет запутать так, что потом даже сам Создатель не сможет разобраться, где есть правда, а где – море лжи. Огневик перебрал в уме несколько диалогов, свидетелем которых он случайно оказался, и хмыкнул. Пора попробовать стать дьяволом. У Верховного так красиво говорить, конечно, не получится, да и маги не похожи на желторотых юнцов, но попытаться все же стоило. Руфим легко приблизился к группе перешептывающихся водников.

***

- Если бы правитель что-то для своего народа делал, он бы не оказался тут жертвой. Прошло уже полгода, а у него на уме одни бабочки, да цветочки, - тихо проговорил один из магов.

- Так, он же еще ребенок! – возмутился второй. – Ему даже сорока нет! Посмотрите на него – только достиг первого порога совершеннолетия в двадцать пять лет. Совсем еще мальчишка.

- Тогда нужно было головой думать, прежде чем участвовать. Безмозглый правитель нам точно не нужен, - отозвался третий.

- Добрый вечер, - тихо раздался чей-то незнакомый голос откуда-то сбоку.

- Ты кто? – насторожился мужчина – самый старый маг в их маленькой группке.

- Я? – стихийник насупился. – Я вообще-то только недавно тут появился, еще не все знаю.

- И кто же твой наставник? – прищурился главный в группе.

«Серхат», - чуть ли не ляпнул пришлый, но вовремя прикусил язык, и кивнул в сторону колонн.

- Старец вон тот, что стоит рядом с правителем. Он меня сюда привел.

- В самом деле? – раздался удивленный женский голос. – Он, наконец, нашел себе достойного приемника? А почему тогда перед всеми не объявил?

- Учитель просто пока не хочет, чтобы все знали. Он сказал мне, что сначала желает присмотреться. Вот и наблюдает за мной.

- Повезло тебе, - уважительно заметила женщина, и из-под капюшона мелькнул лукавый огонек ехидства.

- Повезло-не повезло – это как посмотреть, - не согласился с ней мужчина, что значился в группе старшим. – Иди гуляй, парень. У нас уже все места заняты. Тебе тут ничего не светит.

- Я знаю, - пренебрежительно махнул ладонью Руфим. – Мне только спросить. А из-за чего нашего правителя казнят?

- Наплевать ему на свой народ с высокой колокольни! Что он за Верховный, которому нет дела до своих подданных? – взъелся стихийник, стоящий поодаль.

- Но он же еще ребенок! – зло прошептала женщина, и спор разгорелся с новой силой.

- А, я слышал, что есть такой обряд, который сможет заменить Верховного, - брякнул Руфим первое, что пришло в голову.

- То есть, заменить?

- Ну, выбрать того, кто всем понравится. Только для этого нужен живой неудавшийся правитель и несколько напичканных магией мест, вроде алтарей. А так вы его сейчас убьете, но сами выбрать Верховного все равно не сможете. Ведь на соревнованиях выбирает Создатель.

- Тебе не кажется, что ты слишком много знаешь? – подозрительно проговорил главный группы.

- Я вычитал это из библиотеки наставника, - с умным видом сказал огневик, добавив в голос побольше уверенности. - Учитель мне запретил говорить об этом обряде. Он считает, что его посредники все переругаются из-за выбора Верховного, поэтому стоит все же возложить эту обязанность на Создателя. Мне кажется, вы способны сами бросить жребий и решить, кому лучше стать правителем.

- А, ученичок-то дело говорит, - подхватил мужчина, стоящий рядом с огневиком. – Если сейчас нарушить цикл ритуала, мы вполне сами можем выбрать правителя.

- Мы не знаем сути обряда, - обрубил главный все мечтательные стремления своих сподручных. Руфим чуть ли не закатил глаза от досады.

- У него эта книга в кабинете находится. Прямо на столе лежит. Я ее специально там оставил. Сейчас главное не дать липовому правителю умереть, иначе Создатель может совсем обезуметь и выбрать в Верховные грудного младенца! Его вы тоже казнить будете?

Женщина охнула и схватилась за сердце.

- А ведь он прав.

- Убить мальчишку мы всегда успеем, а вот с последствиями можем и не угадать, - согласился с пришлым один из мужчин.

Вся группа как по команде взглянула на главного. Тот лишь передернул плечами.

- Хорошо. Новенький говорит более чем убедительно. Мы упросим отложить казнь на пару часов. Альт, пойдешь сейчас в его кабинет и найдешь книгу. И если ее там не окажется, - мужчина перевел хмурый взгляд со своего послушника на пришлого мага, - ты отправишься вместе с правителем на алтарь.

Руфим послушно закивал, как болванчик. Большего от этих магов ему было не добиться. Что бывает, когда во славу Воды приносят в качестве жертвы огневика, им лучше было не знать.

Группа магов вместе с Верховным поспешила к алтарю. Тело приносимого в жертву мальчишки уже наполовину было поглощено водной стихией. Она нарастала, образуя некий кокон. Кожа парня под водой сморщилась, в некоторых местах она оказалась ошпарена, в некоторых – заледенела. Жестокая и мучительная пытка. Кипяток и ледяной поток циркулировали в коконе из воды, попеременно принося боль жертве и захватывая все новые и новые территории. Юноша мычал, кляп не давал ему сказать ни слова и препятствовал крикам. Из его глаз лились слезы. Старец, что читал над правителем ритуальные слова остановился и взглянул на группу приближающихся магов.

- Вы рано пришли. Обряд еще не закончен.

- Мы хотели предложить перенести ритуал на несколько часов. Нам нужно сейчас удалиться. Вызов по городу. Очень не хочется пропустить окончание представления.

- Нельзя прерывать ритуал! – воспротивился старец.

- Мы не будем его прерывать, только приостановим.

- Нет!

- Послушайте…

Руфим бочком отделился от группы, и медленно приблизился к полуживому мальчишке. Воспользовавшись тем, что все смотрят на противостояние двух водников, маг вытащил кляп у парня. Илилай с трудом открыл глаза и взглянул на огневика.

- Подожди, я тебя сейчас вытащу.

- Не сможешь. Я уже на половину отдан воде, - побелевшими губами прошептал правитель. – Эти ожоги и омертвевшую в холоде кожу не залечишь.

- Твой наставник вполне справится с любой болячкой.

- Тут даже он бессилен.

Илилай в некотором роде был прав. Стихии никогда не отпускают свои жертвы. Через какое-то время мальчишка бы все равно умер если не от обряда, то от дикой раздирающей боли поврежденных тканей, которые разрушались бы все больше и больше до тех пор, пока хозяин не расстался бы с жизнью. Еще более жестокая смерть.

Обряды на жизни магов. Руфим напряженно вспоминал все незначительные детали, благодаря которым можно было обмануть кровожадные стихии и отобрать из цепких пальчиков смерти нужную душу. Стихия терпеть не может чужой маги, особенно враждующей с ней. Огонь-вода. Земля-воздух. Противоположные силы постоянно пытаются загасить друг друга. Их противоборство может послужить причиной того, что стихия откажется от жертвы. Руфим покосился на стеклянный купол. Использовать магию было нельзя, хотя для Илилая эта смерть оказалась бы наиболее гуманной. Следующим фактором по предотвращению продолжения обряда была добровольная жертва. Стихии никогда не уважали тех, кто не ценил свою жизнь. Они презирали слабых. Часто стихия просто отказывалась от жертвы только потому, что та смирялась со своей участью и добровольно лежала на алтаре. Руфим окинул взглядом мальчишку, в глазах которого все еще тлел огонек надежды, и нахмурился. Этот вариант тоже не подходил. Собственную силу, являющуюся частью могущественного источника, не обманешь дешевым спектаклем с самопожертвованием. Осталось только последнее исключение, которое огневику не предвещало ничего хорошего – замена жертвы на более сильного по энергии существа.

- Ты будешь мне должен, пацан, - натянуто улыбнулся Верховный и ступил внутрь кокона. Водная стихия отпустила более слабого мальчишку и кинулась к могущественному донору. Юнец мгновенно был выкинут из собственного узилища разочарованной в нем силой. Мужчина с упорством сжал зубы, чтобы не закричать от боли, когда обжигающие потоки и ледяные струи спеленали его, точно куклу. Огненный источник закипал в нем. Его сила не терпела конкуренции за право обладать телом. Она рвалась наружу. Огневику удалось сдержать ее лишь на несколько секунд. Право собственности – негласное святое право для энергий. И согласен ли их хозяин, или против – стихий это уже не волнует, и медитация тут не поможет. Огненная сила взревела, изгоняя из своего вместилища воду. Кожа мужчины нагрелась, защищая хозяина. Кровь разогнала по сосудам родную энергию. Боли не стало. Вода была вышвырнута с чужой территории. Это место оказалось уже занято – и не ей. Руфиму даже показалось, что он слышал голоса.

«Моя жертва, моя сила, иди ко мне!»

«Оно не твое! Это мое тело! И сила тоже моя! Уходи!»

Но что только не почудится огневику в борьбе тепла и боли. Каждый знает, что стихии не являются ни живыми, ни разумными. Это просто сказка для детей и разыгравшегося воображения.

Члены братства с ужасом наблюдали, как Верховный с ошпаренными и омертвевшими ногами был вытолкнут родной силой и впечатан в толстое стекло. В водном коконе остался мужчина, яро сражающийся с болью. А затем по помещению пошел пар. Те, кто присматривались к тому, что творилось на алтаре, могли с легкостью увидеть, как мага постепенно окутал защитный огонь. Если кто-то был уверен, что в воде пламени быть не может, то эти существа явно не знали особенностей стихийной магии. Энергия, принявшая форму язычков огня, боролась с чужой для себя силой, которой ближе всего был силуэт воды. Никакого чуда не было. Всего лишь сражение разных видов энергий за право забрать мощь друг друга. Огонь и вода – не больше, чем любимая форма. Одна из задумок Создателя, о которой мало кто знал.

Пока маги наблюдали за противоборством двух сил, густой горячий пар заполнил помещение. Зал стал напоминать баню. Магическое плетение на измененный воздух никак не реагировало – та же самая вода, только в газообразном виде. Нарушений никаких не было, заклятий разных стихий тоже не имелось. Маги, стремясь найти выход из парилки, часто бились лбом о толстые стекла. Кто-то выбрался быстро, кто-то бродил по помещению очень долго. Повезло тем, кто находился ближе к выходу. О жертве все позабыли, спасая в основном свои шкуры. Бань у водяников не было, как это не считалось странным. Из всех стихийников высокими температурами грешили только огневики.

Вода, выяснив, что жертву она забрать так и не сможет – воевать на чужой территории себе дороже – постепенно уходила. Мальчишку она сама отпустила, польстившись на более сильную энергию, так что ловить тут ей было абсолютно нечего. Кокон рассосался, открыв Руфиму обзор белого марева.

- Демоны, об этом я как-то не подумал, - тихо прошептал он и скривился, обратив внимание на ожоги. Чужая энергия все же прилично задела его.

Однако, на счастье Руфима, на Верховных все заживает в разы быстрее, чем на обычный магах, или того паче – людях. Огневик определил примерное направление, куда могло отбросить Илилая и решительно двинулся сквозь горячий туман. Парня он нашел достаточно быстро – и полчаса не прошло. Водный маг выглядел очень плохо. Красная, местами черная кожа в пузырях и язвах, голубые участки омертвевших тканей, тяжелое дыхание и слабые стоны – мальчишку нужно было срочно доставить к светлым эльфам. У него начинался жар и бред. Руфим легко поднял юношу и открыл портал, пробив его прямиком к Хеталю.

***

Илилай поднял веки и первое, что он увидел, это склоненного над ним учителя.

- Наставник, - прохрипел мальчишка, - простите меня. Простите меня за все!

- Тс-с-с, - эльф приложил палец к губам, заставив юношу замолчать, и продолжил исцеление, приложив руки уже к животу больного. Энергия перетекала из уставшего Верховного в водного мага легко и свободно.

- Вот, Хеталь, я принес тут…э-э-э, вроде бы лекарства. Наверное. Ну, черепков с перекрещивающимися косточками на них нет, значит не яд, - раздался с другой стороны от эльфа знакомый голос Руфима.

- Потрясающее умозаключение, - хмыкнул светлый, - давай их сюда.

Большая коробка тут же была передана эльфу. Хеталь достал из нее несколько склянок с жидкостью, пару штук баночек с мазями и бинты.

- Учитель, а что вы будете делать?

- Я же сказал тебе замолкнуть! Что за непослушный ребенок!?

- Я не ребенок! – просипел Илилай.

- Да-да, конечно, ты не ребенок. И вляпываешься в приключения прям как взрослый. Силу я в тебя влил. Теперь будем обрабатывать кожу. Руфим, поможешь?

- Не могу. У меня ручки, - огневик помахал перевязанными конечностями перед носом эльфа. Тот, не глядя, всучил ему три бутыли со странным содержимым.

- Вот этого несколько крупинок разбавишь этим раствором на полстакана, а потом зальешь все смесью из этой тары. Смотри не перепутай.

- Иначе что?

- Будешь переделывать.

Руфим тяжело вздохнул и удалился из поля зрения мальчишки, что-то бубня себе под нос. Хеталь взял мази и осторожно принялся исцелять ожоги на коже, понемногу вливая в кожу частички своей силы. Энергия эльфа являлась неким катализатором для ускорения процесса заживления. Огневик появился достаточно быстро. Светлый эльф к тому времени только закончил с обработкой рук.

- Держи, - Руфим протянул Хеталю бутыль со странно пахнущим содержимым. – Сойдет?

- Для оживления трупа запахом – вполне.

Верховный эльфов кивнул на Илилая, и дивная смесь чего-то гадкого была тут же передана в руки больного.

- Фу, мерзость какая! – просипел водник.

- Пей! – приказал наставник.

Парень состроил самую жалобную мордашку, на которую только был способен. Однако это не подействовало. Умудренных опытом магов не брали ни слезы, ни мольбы, ни просьбы, особенно, если они были уверены в своей правоте.

- Если ты сейчас же не выпьешь эту бурду, я самолично залью ее тебе в пасть, так что изо всех щелей еще долго хлестать будет! – предвкушающее улыбнулся огневик. Илилай сглотнул, и одним махом проглотил вонючее лекарство. Лицо парнишки скривилось от горечи, а язык на несколько секунд онемел. Через минуту ему стало лучше – возвратился нормальный голос.

- Ну, как, вкусно? – спросил огневик, как только убедился, что водник пришел в себя и достаточно трезво соображает. – Сделано с любовью и желанием тебя покалечить, как только в нормальное состояние придешь.

- А, что я сделал такого?

- Такого – ничего. Ты мне скажи, как ты умудрился настроить против себя почти весь народ? М-м-м? Ладно, я понимаю отступники – они сбиваются в кучки максимум по десять магов и тогда начинают войну против нынешней власти. Но когда отступников около трех десятков – это уже восстание народа. И ладно бы три десятка среднестатистических магов, или молодых и горячих на голову юнцов, вроде тебя, но ты каким-то чудом настроил против себя всю вышку водников – именно тех могущественных существ, на которых держится любое государство.

- Я им возрастом не угодил.

- Я бы тебе поверил, если бы с ними не успел пообщаться лично. Возраст – это последнее, что их волновало. Почему ты не интересуешься тем, что творится в твоей стране?

- Я пытался! Пытался! – закричал мальчишка и хотел было вскочить, но твердая рука наставника тут же уложила его обратно.

- Я еще не закончил, - пробурчал Хеталь.

- Пытался? Не видно было.

- Тот командир стражей. Он сказал, что меня эта смерть не касается, но я его не послушал. А потом я очнулся среди членов водного братства. Они приговорили меня к смерти. Но я не мог ввязываться во все и все решать.

- Подожди. Ты проиграл какому-то стражнику? Серьезно? Ты – Верховный – продул магу средней руки? Интересно узнать, как же это произошло.

- Он применил заклинание высшего порядка.

- И какое же это заклинание было? Почему ты не смог его отразить?

- Я не знаю! Мне не дали доучиться еще девять лет. Мы не изучали заклинания выше четвертого.

- Та-а-а-ак, - протянул огневик, - дело принимает все более интересные обороты. Ты помнишь, что я тебе говорил полгода назад, как только ты стал Верховным? Уделяй свое время в основном учебе. Ты должен знать больше, чем самый сильный маг твоей страны, и владеть этой информацией в совершенстве. Ты не внял этому совету?

- Внял. Я пытался найти знания, но ничего не вышло. Из академии меня выкинули. Замок оказался пуст. Ни одной маломальской книжечки я там не обнаружил. Библиотеку прошлый Верховный подарил моей любимой академии.

- А, вернуть ее на место ты не пробовал?

- Нельзя. Он ее отдал безвозвратно.

- Поговорить с магами в академии?

- И чтобы я им сказал? Я – Верховный, который у вас тут недоучился, но вы меня по любому не помните, разрешите взять пару книжек? Или вы извините, но мне нужна ваша библиотека, не могли бы вы выдать мне пропуск на все секции, включая преподавательскую и в личное хранилище ректора, если вам не сложно? Да, там все книги рассортированы по курсам! Я помню, как там учился, и какие строгие в академии правила. У нас несколько десятков студентов каждый год выкидывали только потому, что во время проверок в комнатах были обнаружены учебники старших курсов. При этом особо не разбирались с тем, кто стащил – отчисляли всех.

- Разумно. Заклинания более высшего порядка, сотворенные неправильно или не совсем правильно, могли с легкостью не только сорвать блок на магии детей, но и убить их. Потом масса разбирательств с родителями, с Верховным, друг с другом – кто прав, кто виноват. Как же это мне уже знакомо.

- Библиотеки охраняются в академиях, как сокровищница у драконов. Туда так просто не попадешь, и любую понравившуюся книгу – не возьмешь. Когда я туда пришел в последний раз после получения нового статуса, меня не узнали даже близкие друзья, что об остальных-то говорить! В библиотеку точно не пустят. Я уже пытался пообщаться с ректором на этот счет под маской Верховного. На его вопрос: «Зачем? Вы ведь правитель, и так все знаете», – мне так и не удалось внятно ответить. Не скажешь же, что я действительно правитель, но ни черта ничего не знаю! Кто в такую ахинею поверит?!

- Еще были варианты добычи книг?

- У водного братства. Я слышал, что там библиотека в разы больше, чем в академии, и знания полнее и понятнее. Я честно искал любую зацепку, которая бы привела меня к сильнейшим водникам. Однако они сами меня нашли и попытались принести в жертву.

- Да м… негусто. А твой наставник?

Хеталь, сосредоточенно прочищающий раны, поднял голову и недоуменно взглянул на огневика.

- Он должен был тебя знаниями снабдить… вроде бы.

- Должен? – бровь эльфа удивленно приподнялась. – И позволь спросить, откуда у светлых могут быть хоть какие-либо сведения о высшей цветной магии? Вот книги о целительстве и изготовлении интересных зелий – всегда пожалуйста. Ряды и колонны – можете хоть закопаться в них, правда толку от этого процесса будет мало. Своего ученика я отправил в академию, и тут уже не моя вина, что его оттуда вышвырнули без корочки. Своя голова на плечах должна быть.

- Ладно, - махнул рукой Руфим, а Хеталь вновь погрузился в работу. – Теперь нам хотя бы понятен фронт работ.

- Что ты планируешь делать? – заинтересовано подался вперед Илилай.

- Ну, для начала нам нужно поправиться. Сколько времени уйдет на наше исцеление?

- На твоем месте я бы беспокоился не о времени, а о деньгах. Сколько я потрачу на вас из собственного кармана – это действительно важный вопрос.

- Вот ты жмот! Нельзя быть таким скрягой. Хочешь, мы и тебе книжечку достанем?

- Спасибо, не стоит. У меня и так библиотека трещит по швам от трактатов местных «Отцов». У нас только ленивый не пишет высокопарные слоги о новом им полученном веществе или зелье.

- Как хочешь. Мое дело предложить, ваше – нас послать. Так что на счет времени?

- Два дня, - буркнул хмурый Хеталь.

- Вот так. Через два дня ночью мы навестим твою любимую академию и заберем несколько книг.

- Ты хочешь ограбить библиотеку? Это преступление! Если нас поймают, то мгновенно убьют. Это же просто немыслимо! Мне моя жизнь дорога – я не пойду!

- Какие вы все стали правильные. Почему сразу ограбить? Только забрать то, что им не принадлежит. Знания должны быть у народа! С этим ты согласен?

- Да, - пробормотал водник, не совсем понимая, к чему клонит Руфим.

- Значит это твои преподаватели – грабители, а ректор – главарь их банды. Они нагло обставили свою страну, оставив у себя все важные и нужные книги. Их стоило бы проучить. Всем известно, что взятое у грабителей ограблением по сути дела не считается. Согласен?

- Да, - задумчиво проговорил Илилай, в голове которого все же что-то не складывалось.

- Ну, вот и все. Значит, будь готов выдвигаться ночью через два дня. Во всяком случае, это лучше, чем снова спускаться под воду в поисках твоего братства. Там маги посильнее, чем в академии, да и глубина мне не приятна. Не знаю, как водники себя чувствуют под толщей воды, но мне там противно находиться. Давит слишком – и физически, и морально.

- Знаешь, Руфим, - пробормотал Хеталь, - иногда ты мне чем-то напоминаешь Серхата. Тот умеет заболтать кого угодно и из любой ситуации выйти незамаранным.

«Да, я же все-таки его ученик как-никак! Долгое общение с дьяволом дает о себе знать», - усмехнулся про себя огневик, но в слух ничего не сказал. Наставник ему промывание мозгов через кишечник устроит, если хоть одна живая душа на земле узнает, что у него был ученик.

Глава 21 Главная Столичная Академия по обучению основам стихий и применению водной магии (ГСА)

Две закутанные в темные плащи фигуры крались по потонувшему во тьме городу. Магические фонари светлых улиц исправно гасились молодым магом, которому с трудом удавалось прятать под капюшоном свое лицо. Ветер постоянно сдувал с его головы непослушную ткань. У второй фигуры проблем с маскировкой не было. Только по тембру голоса можно было понять, что впереди шел мужчина. За плечами у того было много практик, что щедрой рукой отсыпал наставник.

- Не пойму, почему мы двигаемся по городу, когда можно было просто открыть портал рядом с академией, - возмущенно прошептал Илилай. Ему уже порядком надоело поправлять свой капюшон и гасить водные светлячки на улицах.

- Там стоит неплохая защита по кругу. Пробиться туда сложнее, и потребуется большая затрата энергии. Что-то мне подсказывает, сила нам еще понадобится. Кто знает, что нас ждет в стенах твоей любимой академии.

Юноша фыркнул и усмехнулся. Небольшая парочка пробежала по тенистой аллее справа. Илилай мог поклясться, что в руке одного из них на свету промелькнуло острое лезвие. Ночью просто гуляющих по городу мало. Выходят из домов только сильные и уверенные в себе маги. Как и в любой столице ночь – время, когда просыпаются иные существа, совершенно неприглядных профессий, а мирные жители отдыхают от очередного рабочего дня. И чтобы Верховные не предпринимали – эта иерархия будет всегда царить в любом городе. Где-то она проявляется меньше, где-то – больше, но везде существует негласное распределение между слоями общества.

Маги осторожно подошли к железной решетчатой двери, запертой не только на ржавый замок, который любой воришка вскроет, но и на опасное плетение.

- Главная Столичная Академия по обучению основам стихий и применению водной магии (ГСА), - прочитал табличку Руфим и нахмурился. – Зачем так сложно? Можно было просто – академия водников – и так было бы понятно.

- Не было бы. Не солидно, - не согласился с огневиком Илилай.

- Думаешь, набор букв добавляет любому названию солидность? Ладно, нас там давно заждались старые студенческие ловушки на неучей, пошли, нечего на улице прозябать. Однако, только Август, а у вас уже по ночам прохладно.

Руфим поежился и перешел на магическое зрение. Глаза заволокла жидкая магма. Илилай последовал примеру друга и взглянул на плетение очами цвета морских вод. Все материальное отступило на второй план, предоставив обзору яркие переплетающиеся голубые нити водной магии. Создавалось впечатление, будто над охранкой трудилась не одна мастерица-вязальщица. Узоры переливались всеми оттенками синего. Илилай как зачарованный наблюдал за потоками убийственной энергий в нитях, которая циркулировала по тоненьким каналам, как кровь по сосудам, постепенно питая и восстанавливая сеть. Огневик присвистнул.

- Не плохо. Муха не пролетит, комар не проскочит. Мне б такую на окна поставить – цены б тогда моему замку не было.

- Работа профессионалов, - благоговейно отозвался Илилай. – Смотри, эта охранка идет по всему контуру. Она окольцованная. И в высоту метров пять-десять – не перепрыгнуть. Академии из-за нее не видно.

- Обойти-не обойти, перепрыгнуть-не перепрыгнуть, перелететь?

- У тебя есть крылья?

- А у тебя?

- Издеваешься?

- Ага. Что за дурные рассуждения. Взламывать ее надо.

- Руфим! Ты с ума сошел!? Малейшая ошибка, и ты тут будешь трупом валяться. Смотри, вот в этих линиях – обезвоживание, то есть полное изъятие влаги. Тут – напряжение высокой мощности, мгновенно сердце остановится, и верховность твоя тут не поможет. Здесь у нас хорошенькое такое отравление всей жидкости твоего организма. На несколько метров даже отползти не успеешь, тут же трупом окажешься. А вот в этих силовых линиях – Илилай указал на небольшую сеть яркого голубого цвета – тут твое умерщвление посредством утопления. И поверь, это еще не все подарки, которые сюда напихали. Точнее я сказал о тех, которые вижу, есть и замаскированные более высшего порядка. Но о таких я пока ничего не знаю. Например, вот эта бледно-голубая линия – даже предположить боюсь, что она несет, если вдруг ее потревожить. Оно тебе надо?

- Оно надо в первую очередь тебе, - отмахнулся Руфим и вновь обратил свой горящий взор на разноцветную натяжку. – А вот мне говорили, что у водников с фантазией совсем плохо. Ан нет. Только посмотрите, сколько всего. Какой большой набор самоубийц! Да, на кой демон кому эта академия вообще сдалась! А защита стоит похлеще, чем на кабинете Серхата.

- Ты и там был?

- Ну да, пытался один раз распутать его плетение. Благо Верховный вовремя подоспел, иначе я бы продолжал истекать кровью. Я вот думаю, а как они через нее проходят?

- О! Это просто. При поступлении в академию у каждого мага считывается образ. Каждая незначительная деталь запоминается и вносится в общую базу данных вместе с образцом крови, а потом передается вся информация через ректора в защитный контур. Он запоминает ее и мгновенно считывает ученика, сравнивает его с образцами и пропускает, если находит идентичный с ним образ. Каждый год база обновляется. А небольшие отклонения, как например, рост, или юношеские прыщи в расчет не берутся. Все равно по крови в основном определяет.

- Какая интересная штуковина.

- Да! Она уникальна в своем роде! - довольно отозвался Илилай.

- И чего это ты радуешься? Тут плакать надо, - тяжело отозвался Руфим и сел на травку рядом с контуром. – Хорошо, что порталами не воспользовались, как чувствовал, что нельзя! А то размазало бы нас об эту стену, костей бы потом не собрали. Не хотят ваши упрощать задачу бедным Верховным, ну, и ладно, сами справимся – не в первой. Значит, будем вскрывать. Будь добр, не мешай. Хотя подожди! Еще один вопрос – если задеть, контур отошлет сигнал о попытке взлома?

- Нет, конечно! Если так каждая муха или животинка какая пройти попытается, это же с ума охрану можно свести!

- Блестяще! У вас там еще и охрана есть? Ночка будет жаркой, я чувствую.

- Патруль в академии только для учеников, чтобы не шастали по аллеям ночью и по корпусам не бегали. Все прекрасно понимают, что через это плетение ни одна живая душа не переберется.

- Ну, хоть на этом спасибо.

Руфим вдумчиво погрузился в изучение плетения, разбирая его на составляющие и прикидывая, как лучше разорвать. Наконец, он встал, прошел вдоль ограды с сотню метров, вновь уселся и усмехнулся.

- Халтурщики. Так и знал. Гляди, тут плетения стали реже и тоньше, хотя бы в глазах не так рябит от оттенков синего.

- Так, главный вход там. Кому нужно обходить академию по кругу. Так ни один день может уйти. Территория-то большая.

Руфим осторожно провел рукой рядом с холодными линиями. Не его стихия.

- Илилай, иди сюда. Будешь вскрывать. Я говорю, что ты будешь делать, ты – слушаешься, понял?

- Да я… - попытался было воспротивится молодой маг, но огневик его тут же заткнул.

- Будешь вякать самолично туда скину и пронаблюдаю, какое заклятие ты там себе отхватишь. Тут горячо? – Руфим провел рукой водника над одной из линий.

- Очень.

- А тут? – маг взял чуть выше.

- Ледяная! – тихо проговорил Илилай.

- А теперь внимательно слушай меня, что делаешь. От этого будет зависеть твоя жизнь. Постоянно пускать магию по сосудам никому не выгодно – слишком много уходит на всю территорию. У мага должен быть просто огромный резерв Создателя, чтобы поддерживать такую структуру. А такие растраты в трезвом уме и твердой памяти никто позволить себе не может. Поэтому маги пускают энергию попеременно и диапазоном по времени. Пока некоторые плетения активны, другие – пассивны, а третьи только переходят в разряд пассивных, но все еще активны. И так они меняются. Твоя магия чувствует родную силу. Когда сосуд горячий – это значит, что по нему только проходит убийственное заклинание, теплый – оно ушло дальше циркулировать, или только собирается пройти именно в этом месте по нити, холодный – опасность миновала. Промежутки между теплым и холодным по времени очень маленькие, думаю, секунд пять – десять – не больше. Но именно за эти несколько секунд ты должен обрезать нить и успеть соединить ее снова, сделав выше или ниже. Таким образом у нас должна в итоге получиться кроличья нора. Да, именно нора, для огромного жирного кролика-людоеда, у которого пятая точка по объемам равна большой человеческой. Ты понял?

- Вроде да.

- Как почувствуешь, что линия перестала быть ледяной – ты полутруп. По тебе, конечно, ударит заклятием, но не сильно, как если бы ты дотронулся до горячей. Все же – Верховные живучее местных будут. Сначала просчитываешь время, за которое линия остается холодной, только потом действуешь. И давай поживей. Не хочу тут до рассвета сидеть.

Илилай кивнул и принялся за дело. В среднем линии оставались холодными около семи секунд. За это время он перекрывал сосуды, удлинял их и устанавливал на нужном ему месте, не касаясь остальных сетей. Сначала воднику было страшно что-то делать. Игры со смертью в рулетку часто заканчиваются не в пользу игрока. Пару раз его настигали заклятия раньше, чем он успевал что-то предпринять. В эти моменты юноша корчился на траве, пытаясь нейтрализовать действие чар, или хотя бы свести к минимуму собственные страдания. Не всегда ему удавалось справится самому. Руфим исправно помогал побороть действия слабых смертельных заклинаний.

- Я тебе что говорил – как только нить начинает нагреваться, брать ее уже ни в коем разе нельзя, - вещал огневик, сочувствующе похлопывая водника по плечу. Тот самозабвенно предавался прочищению желудка. – То ли у нас – никакого разнообразия. Дотронулся – кучка пепла. Даже тела по утрам не надо убирать. Ветер пепел разнесет, поля облагородит, урожая много будет – одни плюсы кругом. А у вас вон как изгаляются, изверги.

- Я не всегда вовремя замечаю, когда она начинает нагреваться, а когда чувствую, то становится уже поздно, - пожаловался Илилай, тяжело вздохнув.

Мужчины обернулись на наполовину сформировавшуюся норку.

- Ты это – по шире что ли делай. Не протиснемся ведь.

- А, ты уже поработал с решетчатой стеной?

- Да, я расплавил толстые прутья. Не веришь, можешь сам перейти на человеческое зрение и убедиться в этом.

- Верю.

- Тогда заканчивай с этим ужасом и двинемся, наконец, дальше. Мне уже осточертело тут без дела валяться.

- А, у Серхата ты кабинет так же вскрывал?

- Да, почти. Только в отличие от этой оградки диапазон между смертельными заклятиями был в секунду. Я не успел ничего. И с первой же линии меня неплохо так накрыло, - проговорил Руфим, а про себя добавил. – Если бы не Серхат, стоящий неподалеку и с предвкушающей улыбкой маньяка наблюдающий за вскрытием своей защиты, я бы давно уже был не в этом теле.

Илилай поднялся и вновь направился к недоделанной норке. Через пару часов водник устало опустил дрожащие от перенапряжения руки.

- Готово, - тихо прошептал он.

- Замечательно! – Руфим уважительно присвистнул. Тонкие линии всех оттенков синего сверкали струящейся по ним магией и изгибались полукругом, создавая отверстие неплохой величины. Скрепленные в беспорядке, они напоминали чем-то огромное гнездо гигантской птицы, сложенное из тоненьких переливающихся сосудов. - Только посмотри какая красота! Жаль, что это творение не все смогут оценить по достоинству.

- Меня вычислят и убьют, - мрачно отозвался парень, завороженно наблюдая, как меняется цвет линий в зависимости от наполняемых их заклинаний.

- Не боись. Прорвемся! К тому же никто и подумать не сможет на мальчика-недоучку. Ребенку такое великолепие точно не сотворить. Мозгов не хватит.

- А Верховному?

- Верховному – в два счета! Но, ему и делать можно, что угодно. Он же все-таки правитель, так что зря переживаешь. Ну, идем. Старайся не дотрагиваться до стенок этой норы, а то поляжешь прямо тут трупом. Даже твой наставник не сможет тебя потом вернуть.

Руфим осторожно переполз через окно, не касаясь ни низа, ни верха, ни боков, и выпрямился, дожидаясь, пока Илилай проделает тоже самое. Водник не заставил себя долго ждать. Минута, и две темные фигуры вновь продолжили свой путь по аллее, а впереди вдалеке виднелись остроконечные шпили академии.

***

Руфим с любопытством осматривался. Обычные деревья, скамейки, шумящие фонтаны, безмолвные мраморные бюсты сильных магов страны, ничем не примечательные тропинки и тихие песни соловьев – все, казалось, дышало тишиной и покоем. Создавалось впечатление, что идешь по парку, каких тысячи. Но что-то в этом спокойствии было не так. Огневик вспомнил свою молодость и учебные будни. В его академии даже глубокой ночью было шумно и весело. Студенты не успокаивались ни на минуту и часто мешали тем ботаникам, что сидели по комнатам и готовились к экзаменам.

- Илилай, - тихо прошептал Руфим, - у вас всегда такая обстановка, как на кладбище?

- Ночь – время сна, - передернул плечами водник, - это все знают. Только патрули из учеников старших курсов ходят – за порядком смотрят.

- И как часто они ходят?

- Всегда. Вот только до полуночи. Потом спать ложатся.

- Благо, что ты такой бездарь – с защитой провозился четыре часа, и сейчас уже третий час ночи. Значит, у вас тут все такие послушные, и наткнуться в темноте на кого-нибудь мы не сможем?

- Да, - гордо выпятил грудь паренек.

- Какие же вы все зануды, - вздохнул Руфим и только заметил, как из-за деревьев выступила темная каменная укладка академии.

Здание было большим и величественным, по объемам превосходившее замок Верховного в трое. От темных провалов окон отражалась бледная луна. Где-то горел свет, что указывало на то, что здание даже в ночное время кем-то охранялось. Бледные мраморные статуи птиц, людей и животных украшали черепичные крыши огромного замка. Остроконечные шпили придавали строению толику могущества. А на самой высокой башне, как подозревал Руфим – башне астрономии, светился небольшой водный шар. Он отражал свет на окружающую обстановку, благодаря чему на площадке возле замка было постоянно светло. Эта сфера питала и охранку возле решетки, которую Илилай взламывал полночи. Руфим легко разглядел магическим зрением полупрозрачные нити, что шли изо всех сторон к охранному контору. Из-за них создавалось впечатление огромного купола, накинутого на территорию академии. Руфим усмехнулся, вглядевшись в структуру сферы. Обычный перераспределитель, совмещенный с хранилищем информации. Замешанная на одном хозяине, сфера откликалась только на определенную силу конкретного мага. Огневик даже не сомневался, что этот шар был собственностью ректора академии. Хозяин сливал в сферу часть своей силы, или всю энергию, если маг был средней руки, заносил в базу данных учеников, а там уже шло распределение магии и информации по главным узлам и, в дальнейшем, по всему контору. Неплохая система, но нуждается в постоянной подпитке. И если информация – вещь не материальная и в течении года держится исправно, то магия имеет свойство истощаться – уходить во внешнюю среду. В академии огневиков была другая охранная структура, менее затратная, но и не такая эффективная, хотя работу свою выполняла исправно, и, порой, даже сильные маги не могли ее обойти, если не знали особенностей подобного контура. Руфим вздохнул, осматривая двустворчатую деревянную дверь и потянул за кольцо. Как ни странно, было не заперто.

- У вас всегда все нараспашку?

- Студенты должны гореть желанием учиться, потому двери для них никогда не закрываются, - пробормотал Илилай.

- Прям находка для шпиона, - хмыкнул огневик. - Что застыл? Пошли давай, и так уже много времени потеряли! – шикнул Руфим на абсолютно шокированного юношу, который с благоговейным трепетом рассматривал небо.

- Это ведь… купол. Я находился под куполом все время обучения в этой академии!

- Ну, скопление сияющих линий создают ощущение купола, но это скорее похоже на загон для большого рогатого скота, так что восхищаться этим я бы на твоем месте не стал. А до тебя только сейчас дошло? Ты учился тут четыре года, и ни разу не посмотрел наверх магическим зрением?

- Нам блокировали магию.

- Но не зрение. Твоя сила при этой способности не выходит наружу, и ты мог бы воспользоваться одной из особенностей магов.

- Да, я как-то и не подумал об этом.

- Вот так всегда. Не хотите вы ни о чем думать. Пошли уже. Нам еще с библиотекой разбираться. Ставлю сотню золотых, что охранка там похлеще, чем та, с которой ты не так давно возился.

- Но какая же красота-а-а-а, - тихо проговорил Илилай, разглядывая сферу. Он всегда считал, что это обычный ночной светлячок, поставленный сердобольным ректором для бедных студентов, чтобы те случайно не заблудились в трех березках на аллее.

Руфим тяжело вздохнул, взял мальчишку за шкирку и поволок в замок. На его невнятное бормотание огневик грозно рыкнул:

- Заткнись! Мы в академии. И не забывай, за чем мы пришли.

Илилай мгновенно стих, и Руфим его отпустил.

Замок встретил нежданных гостей пустотой коридоров и зал. Где-то тускло мерцали водные светлячки, где-то царила непроглядная темень. Многочисленные двери под номерами, каменные ступени лестниц, толстые махровые ковры, скамейки для студентов, расположенные вдоль коридоров и в основном зале - Илилай помнил академию именно такой. Она не изменилась. Руфим подошел к фонтану и усмехнулся, ощутив, как по пальцам стекает холодная вода. Если бы у них в академии поставили что-то вроде лавового водопада или небольшой магматической речки, то у неугомонных огневиков был бы материал для практики, и пол замка просто сгорело бы от инициативы молодых магов в первые же секунды после того, как только молодое поколение увидело бы такую красоту. Так что в здании, где происходило обучение стихийников, все было строго и практично. Там даже факелы не разрешалось зажигать, использовались только огненные светлячки. Этим академия огневиков существенно отличалась от водников. Руфим выбрался из зарослей драцен и фикусов и подошел к длинному, занимающему всю противоположную стену, стенду с расписаниями курсов. Пробежав взглядом листы, огневик не нашел для себя ничего необычного – такая же учеба, только предметы другие. В конце стены взгляд огневика наткнулся на карту академии. Библиотека для студентов располагалась на втором этаже, а для преподавательского состава – на пятом. Огневик улыбнулся. Он уже знал, куда потащит одного известного ему неуча.

Илилай понуро смотрел на каменные стены и разглядывал картину основателя академии. Год назад он бегал по этим коридорам, спеша на занятия, общался с друзьями, которые сейчас его уже не помнят, и жил беззаботной жизнью обычного студента. Это было не так давно, но парню казалось, что прошла уже вечность с тех счастливых дней. Обязанности Верховного давили на него тяжелым грузом. После смерти прошлого правителя многое в жизни народа изменилось, а как только к власти пришел наивный мальчишка, маги и вовсе взбунтовались. Только Илилай теперь мог утихомирить своих подданных, но он даже не представлял, как это может сделать. Все было слишком сложно для обычного студента-недоучки, а мир не был поделен на черное и белое. Илилай спрятал в ладонях лицо и хлюпнул носом. Он не позволял себе плакать, ведь настоящие мужчины не ревут, как девчонки. К тому же слезы мало чем могли ему помочь. Однако сейчас, находясь в родных стенах, где происходило столько всего разного – интересного и веселого, мрачного и строгого, озорного и грустного – глаза наполнились соленой жидкостью. Воспоминания сами собой нахлынули бурным потоком. Там был и близкий друг, который всегда поддерживал и помогал, и девушка, к которой маг все не решался подойти, и приключения… студенты их находили даже на пустом месте.

На плечо легла сильная рука, и водник обернулся. На него пристально смотрели огненные глаза Руфима.

- Не расстраивайся, ребенок, найдем мы тебе книжки. Будешь самым сильным в истории водников магом воды! Все тебя бояться будут, и уважать, - авторитетно заявил огневик и ободряюще улыбнулся.

Парень взглянул на добродушного мага и безоговорочно поверил его словам. Да, прошлое было хорошим, но будущее должно стать лучше! Мальчишка вытер влагу с глаз и в порыве противоречивых чувств обнял мужчину, успокаивая назойливые воспоминания. Близость новоприобретенного друга давала ему надежду на то, что он не был одинок в этом мире. Руфим слегка опешил от таких проявлений чувств, а затем погладил мальчишку по головке.

- Что бы там кто не говорил, а в двадцать пять лет вы все такие же дети, хоть и миновали первый порог совершеннолетия.

- Там еще девушка была. Она меня тоже забыла, - тихо проговорил маг в ответ.

- Вот на счет этого вообще не переживай! Станешь нормальным Верховным, все бабы твоими будут, я тебе гарантирую! – уверенно заявил огневик.

- Но я академию не закончил. Девушкам нравятся образованные маги.

Руфим чуть ли не в голос загоготал, но вовремя вспомнил, где он находится, и с трудом подавил смех.

- Так вот оно что! О, Создатель… дети! Девушкам нравится сила. Они от нее без ума. Чем сильнее маг, чем больше дам вокруг него крутится. А уж образованность – это посредственное. Да, и начхать им на это. Важно еще, чтобы ты им внешне нравился, и чтобы внутренне у тебя было все в порядке там… ну, понятно, я думаю. А ты считал, что твоя корочка будет что-то в жизни значить? Главное, что у тебя знания есть, а уж если их нет, то тут уже никакая бумажка не поможет. Ладно, бедовый ты наш, поднимайся. Нам еще с лестницей справиться надо. Знаешь, какое это непреодолимое препятствие для ног?

- На второй быстро поднимемся, - отмахнулся Илилай, но все же встал.

- Какой на второй, лодырь? Нам на пятый этаж нужно!

- Там же находится кабинет ректора, лаборатории, рабочие комнаты для преподавателей. Студентам на пятый этаж заходить можно только по приглашению от заведующего.

- Почему не от ректора? – огневик поднимался по ступенькам и хмурился. Не нравился ему какой-то странный шум наверху.

- Ректор со студентами не занимается, только говорит в самом конце, когда оставался последний шанс, затем уже шло отчисление. После разговора с ним многие одумываются, и исправляются, но некоторых все же выкидывают из академии.

- Настолько страшный? – усмехнулся Руфим, продолжая прислушиваться к голосам, что раздавались с пятого этажа.

Илилай тоже притих, уловив нестандартные для пустого замка звуки. Шаги магов стали глуше, походка приобрела скользящий оттенок, движения были более осторожными. Руфим приложил к губам палец и выплыл на площадку между четвертым и пятым этажом. В след за ним так же беззвучно последовал Илилай. Звуки приобрели отчетливость. Двое преподавателей яро спорили то ли о учениках, то ли о экспериментах. Выверяя каждый шаг, огневик достиг пятого этажа и тут же спрятался за широкой колонной, утащив за собой и Илилая. Преподаватели стояли недалеко от лестницы.

- А я тебе говорю, что это – ужасно! Ты нарушаешь законы академии. Ректора на тебя нет! Разве можно среди группы отбирать любимчиков и заниматься с ним внеурочной деятельностью в ночное время суток!?

- Можно. И ректор мне разрешил.

- Все студенты равны! Ты право не имеешь, - качал права первый маг. – И ночные эксперименты запрещены уставом. Дети в это время должны спать!

Руфим устало прикрыл глаза. Как же ему были знакомы все эти постоянные разборки преподавателей между собой. Когда-то и сам огневик учил детей в академии, правда недолго. Мага выкинули из замка, как раз из-за того, что позавидовавший ему коллега подложил в его стол одно из запрещенных к производству и ношению смертельно опасных веществ. При внеочередной проверке был грандиозный скандал, когда обнаружили у Руфима такую гадость. Ректор – мужчина честных правил, абсолютно не понимающий юмора и не знакомый с понятием «подстава» - вышвырнул молодого преподавателя на улицу без разбирательств. Тогда огневик очень обиделся на несправедливость жизни, в особенности, когда узнал, что его место занял ненавистный коллега, что подкинул ему вещество. Но, что не делается, все идет к лучшему. В своих скитаниях он встретился с наставником, который выбил из головы наивного мальчика всю дурь и сделал его вполне здравомыслящим мужчиной.

Ссора двух преподавателей напомнила Руфиму о том змеином логове, где ему удалось побывать в свое время. Возвращаться туда мужчине не хотелось.

Илилай же с вытянутым от удивления лицом слушал перебранку своих прошлых наставников. Каждого из них он знал. Оба были в меру строги, в меру спокойны. Такие сцены никто из них никогда не устраивал. Во всяком случае – при учениках.

- Что здесь происходит? – из дальнего конца коридора послышался властный женский голос.

- Он…

- Нет, он…

Перебивая друг друга мужчины попытались донести до нового действующего лица суть проблемы, но мгновенно затихли. Руфиму даже захотелось выглянуть из-за колонны, чтобы оценить обстановку, но его положение наблюдателя было невыгодным. Любопытную мордочку в миг заметили бы.

- Вас не должны касаться дела друг друга. Я дала разрешение на этот опыт, и только мне решать, когда и как его стоит проводить. Понятно? – стальные нотки легко прослеживались в голосе женщины. – А, теперь разбрелись по своим кабинетам, и чтобы до утра я вас не слышала и не видела!

Удаляющиеся шаги преподавателей заставили прятавшихся магов перевести дыхание.

- У вас что, ректор – баба? – изумленно проговорил Руфим, когда услышал, как хлопнули закрывающиеся двери в разных концах коридора.

- Тише, она, по-моему, еще тут! – шикнул Илилай, и огневик, не удержавшись, выглянул из-за колонны.

Женщина избирательной глухотой не страдала, а потому взгляд ледяных глаз из-под полуопущенного капюшона мгновенно встретился с огненным взором. Огневик среагировал быстрей ректора, выпустив заготовку под парализующий огонь. Волна жара окатила женщину, и та точно окаменела, оставшись с отрытым ртом, из которого уже готово было сорваться слово-ключ какого-нибудь каверзного заклятия.

- Ух ты… - тихо прошептал Илилай с гордостью смотря на результат, будто бы он сам применил сложное заклинание, - ты сковал стальную леди!

- Стальную? - хмыкнул Руфим и потрогал кожу на руках, - вроде обычная – из плоти и крови.

- Это мы, студенты, ее так называем. Суровая, потому что больно, - Илилай подошел к статуе, заглянул в лицо женщине и удовлетворенно протянул. – Но красива-а-а-ая…

Руфим чуть ли не подавился.

- Это ее что ли ты заарканить хотел? Молодец, пацан – далеко пойдешь. Такой маленький, а цели ставишь совершенно недостижимые. Ладно, я понимаю, студентки бегают за красивым и сильным преподавателем – это в любой академии стандартный случай, но чтобы мальчишки гуськом ходили за преподавательницами – такого еще не было.

Илилай сморщил носик.

- Нет, что ты! У меня другая девушка была. Со мной вместе училась. А что это за заклинание?

- Одно из наименее затратных огненных парализующих.

- Здорово, - присвистнул Илилай. – А я так тоже смогу?

- Именно так, как я – нет.

- А, как оно действует?

- Просто. Первое, что ты чувствуешь в теплом помещении – это расслабление. Твои мышцы перестают напрягаться, ты ощущаешь легкость. Этот эффект, только уже в разы усиленный, и используют огневики. Они выделяют тепло и направляют его на мышцы. Те расслабляются настолько, что окончательно перестают слушаться своего хозяина. То же происходит и с остальными органами, кроме жизненно-важных. Маг вроде бы живой, и двигаться может, никаких нарушений нет, но он скован теплотой, - Руфим для наглядности потряс миниатюрной ручкой женщины.

- Жаль. Что я не огневик. Но ведь подобные парализующие должны быть у каждой стихии!

- Да. Вот скажем, вода. В некотором роде я даже завидую водникам. Ты себе даже не представляешь, какая власть находится у них в руках! Все живое состоит из воды. Они легко могут ее изъять или добавить, мучительно убив организм. Водники также могут исцелять своей магией. Давно выявлено, что наиболее близка к целительной магии – именно водная. Может, поэтому твой наставник и взял ученика как раз из этой расы магов. Так что зря ты на себя клевещешь – тебе досталась уникальная стихия – спокойная, но при этом своенравная. Тебе просто нужно научиться ею управлять. Парализующие водные заклятия, насколько мне не изменяет память, действуют по тому же принципу, только влияют на жидкости организма и затормаживают их, - охотно пояснил Руфим.

- А у воздушников и земляников?

- У них тоже все просто. У воздушников есть так называемые парализующие газы или паралитические – тут уже тебе лучше у их Верховного поинтересоваться на этот счет. Он парень озорной и веселый – быстро общий язык найдете. Я не воздушник, а потому всех тонкостей их магии не знаю. А земляники особо не заморачиваются с воздействием на организм. Их парализующее заклинание покрывает всю поверхность кожи легкой незаметной на первый взгляд земляной пленкой, от которой тело перестают двигаться абсолютно. Остается одна сплошная статуя.

Руфим взглянул на восхищенного небольшой лекцией мальчонку и усмехнулся.

- Нет такого заклинания у стихийников, которое бы не объединяло их всех, уж ты то должен был это изучать.

- А сколько держится твое заклинание? Если мы сейчас ее тут оставим, то успеем?

- Успеем, только твоего ректора надо с собой брать. Мне нужно постоянно поддерживать концентрацию и восстанавливать жар в ее теле, иначе все к чертям слетит. И да, парень, парализующее заклинание не полное – только заготовка, на полное нужно было потратить больше времени. А его у нас его не было.

- И что это значит?

- Какой же ты неуч! – огневик закатил глаза. – Ну, это-то элементарные знания! Что вы в этой академии только изучаете? Как девок приворожить?

- Не только, - Илилай насупился. Выглядел он точь-в-точь как обиженный ребенок, которому не дали конфетку.

- Это значит, что заклинание работает только на половину. Твой ректор все слышит, видит и ощущает. То есть работают все органы чувств, кроме мышц, включая и мышцы языка. С кожей, зрением и слухом я не успевал.

- О, черт… теперь она знает, что я считаю ее красивой?! – щеки Илилая заметно покраснели.

- На твоем месте я больше переживал бы за стальную леди и за благополучие остальных студентов, - тихо засмеялся Руфим и легким движением снял капюшон с головы ректора, видно она собиралась куда-то уходить. На него смотрели злые глаза цвета морской волны. Милое личико, обрамленное длинными пепельными кудряшками, портила сводившая тело судорога. Женщина явно пыталась деактивировать заклинание, но у нее сделать это не получалось. Огненная магия – не ее стихия. Вреда никакого заклинание ей не причиняло и не заявляло свои права непосредственно на тело, а потому водная сила внутри женщины не давала о себе знать. Руфим удовлетворенно погладил мягкую кожу лица и предвкушающее улыбнулся.

- Ты глянь-ка, и правда красивая, - мурлыкнул он, проводя пальцами по тоненьким губам. Ему явно доставляло наслаждение ее попытки освободиться. – Такая хорошенькая, но бойкая.

Илилай дернул огневика за рукав плаща, и тот обернулся.

- Ты что делаешь? Тебе нельзя!

- Почему это? – опешил маг.

- У тебя жена и дети есть, имей совесть!

- Моя совесть с начала знакомства с наставником впала в долговременную кому. И вообще, ты что, мелкий, ревнуешь? Не переживай, я аккуратно, тебе тоже перепадет.

Илилай таких странных шуток не понимал и вновь попытался вмешаться.

- Не трогай ее! У тебя же семья!

Руфим тяжело вздохнул, явно борясь с желанием стукнуть паренька чем-нибудь тяжелым. Все наслаждение от запугивания местных самодовольных магов поломал.

- Ну, семья, и что? Это не значит, что я не имею право знакомиться с красивыми девушками. Я же не буду тут ее насиловать! Для нее это может очень плохо кончиться. Вода огонь на дух не переносит. Да, и изменять своей жене я не планировал… пока.

- Идем в библиотеку, - хмуро предложил Илилай. Огневик печально вздохнул, чмокнул женщину в щечку, с ухмылкой пронаблюдав, как ее лицо исказилось яростью, и перекинул ректора через плечо.

***

Идти пришлось не долго. Деревянная дверь легко отворилась, впустив магов в абсолютно пустое помещение. Руфим напряженно обвел взглядом голые каменные стены и абсолютно чистый пол.

- Ну, вот мы и пришли. И где ваша хваленая библиотека?

Огневик скинул женщину с плеча и прошелся по пустой комнате, отыскивая с помощью магического зрения и физических ощущений потайные ходы или неприметные дверцы. Илилай еле поймал ректора, поставив его на ноги, и пронаблюдал за действиями Руфима.

- Хм, - огневик провел рукой по каменной стенке и улыбнулся. – А вы ее хорошо запрятали, госпожа ректор. Мои искренние аплодисменты вашему таланту. Все. Пришли. Впору двигаться обратно.

- Почему? Мы так старались сюда попасть! Неужели никак нельзя проникнуть в эту библиотеку? – Илилай возмущенно пробормотал нечто не совсем приличное в этом правильном обществе.

- Не получится, - покачал головой Руфим и подошел к молчаливо торжествующей женщине.

- Объясни! – потребовал водник. Сам он ничего не видел и не замечал – не хватало ни опыта, ни знаний.

- Чтобы пройти нужен пропуск или разрешение. Эта комната – одно сплошное впитывающее пространство. Не щурь глаза – ничего не увидишь, только зрение испортишь. Попытаюсь объяснить на пальцах, - Руфим тяжело вздохнул и вновь оглядел пустое помещение в надежде найти хоть одну зацепку. Чуда не было, и он продолжил. – За каменной стеной расположен вход, и он находится не в этом мире, а в пространственном кармане. Знаешь, что это такое?

Илилай неуверенно кивнул.

- Это что-то вроде другого места, который находится вне этого мира, но подчиняется его законам и так же зависит от всех измерений пространства.

- Что-то вроде… - задумчиво проговорил Руфим и усмехнулся. – Такое определение пространственного кармана для студента-недоучки вполне приемлемо. Так вот библиотека находится даже не в этом мире. А чтобы пройти в чужой пространственный карман нужно разрешение того, кто является его хозяином. Более того – нужно не просто разрешение, а чтобы маг, на котором и завязано пространство, тебе сам его открыл и добровольно впустил. Если же хозяин умер, то пройти туда можно только с помощью особых ритуалов, которые на деле не то, что трудновыполнимы, а просто дико массово затратные не только в энергетическом плане, но и во всех остальных тоже. В общем, у нас провальный вариант. Хотя есть раса магов, у которых имеется особый дар работы с пространственными вещичками. Эти могут открыть портал даже в параллельные миры, только делать этого не станут. Им ведь тоже несладко придется после открытия.

- Какой это народ? Может, их стоит позвать и попросить, чтобы они взломали этот карман?

Руфим представил, как он подходит к Серхату с такой смехотворной просьбой, и как тот его с легкой руки посылает в совсем не радужные дали.

- Определенно нет. Никто из них не согласится заниматься такой ерундой, особенно задарма. А если и согласится, то заломит такую цену за свои услуги, что проще будет переписать всю эту библиотеку заново, чем заплатить за выявление старой.

- Маги должны друг другу помогать. Кто они? Ну, не дьяволы же в конце концов!

- Они самые, - с усмешкой отозвался Руфим и вновь перевел взгляд с огорченной мордашки Илилая на лучащееся превосходством лицо ректора. – А ты что такая довольная? Думаешь, победила, да? Не переживай, дай только время, и я придумаю для тебя каверзную месть.

- Слушай, а если ее попросить открыть. Она же создала пространственный карман?

- У меня есть большие сомнения, что у нее хватило сил создать такое извращение в своей академии. Скорее всего это сделал прошлый Верховный, дабы обезопасить свою дорогую библиотеку от нежелательных глаз и рук, а уж потом он передал свое творение из руки в руки ректору, дабы та следила за его богатством и не впускала всяких желающих « просто посмотреть» в святая святых. Так что хозяйкой и в самом деле является наша заложница, но лично мне не верится, что она согласится нас с тобой туда впустить. К тому же я бы не рисковал снимать с нее заклинание до тех пор, пока бы не был твердо уверен, что нахожусь в безопасности. Мало ли какая в ее красивую голову блажь придет. И да, это помещение – впитывающее пространство, подчиняющееся только этой взбалмошной девице. Ей достаточно будет лишь слово сказать, как мы окажемся запертыми в пространственном кармане, пока не сдохнем от голода и жажды.

- Не впечатляющий конец.

- Я тоже так думаю. Хотя, - Руфим предельно внимательно изучал судороги на лице своей заложницы, читая по ним ее злорадство, когда мага озарила идея. – Хотя есть и другой вариант.

- Какой? – Илилай мгновенно оживился.

- Как на счет библиотеки ректора вашей проклятой академии? – Руфим растянул губы в хищной улыбке, заметив, как заволновалась жертва. – Она не так хорошо охраняется, верно, госпожа ректор? Что ж вы свое богатство так плохо запрятали? Думали, к вам в кабинет никто не полезет? Вот она – женская недальновидность во всей красе!

- Кабинет ректора находится рядом, - самодовольно проговорил Илилай и поспешил к выходу.

- Вот и отлично, - усмехнулся Руфим и вновь потащил женщину за собой.

***

Дверь оказалась заперта. Огневик с явным удовольствием, смакуя каждое действие, прощупал женщину на наличие у нее каких бы то ни было ключей. Илилай зорко наблюдал, чтобы Руфим не увлекся поиском и не нащупал чего-нибудь не того, что им было нужно для открытия двери в кабинет. Огневика такой надзор только забавлял. Наконец, ключи были найдены, и дверь открылась. Маленькую коморку для секретаря маги прошли без особых проблем. Они прощупали обстановку на наличие опасных заклинаний, и только после этого вошли в помещение. Их взору предстала большая комната, обставленная сверху донизу книжными полками с толстенными талмудами. Посередине, как и во всех кабинетах, стоял широкий деревянный письменный стол, заваленный всякой дребеденью, и такое же кресло. Около входа были расположены диваны для гостей, на которые тут же была уложена женщина.

Илилай с жадным любопытством рассматривал книги, однако брать в руки их пока поостерегся. Блеклая голубая вязь, паутиной оплетающая полки, настораживала юношу.

- Тут на них заклинание какое-то наложено, - хмуро проговорил водник.

- Логично. Она ведь не совсем дура, чтобы раскидываться своими раритетами, - Руфим удобно расположился в кресле и принялся просматривать бумажки, оставленные на столе. Если бы Илилай не знал, кем является сидящий на ректорском месте маг, то непременно бы подумал, что в академии появился новый хозяин, настолько огневик уверенно себя вел.

- И что же делать?

- Ты меня спрашиваешь? – Руфим удивленно изогнул бровь. – Я похож на водника? Ну, в этом наряде, конечно, очень похож, но все же не настолько, чтобы интересоваться у меня заклинаниями высшего порядка магии воды. Эта библиотека хотя бы в этом мире находится, так что тебе остается всего лишь деактивировать поставленное ректором заклинание правильно, а не так, как обычно.

- Как я его разрушу, если я не знаю, что это за заклятие?

- Значит, смотри в структуру. Ты думаешь, что заклинания можно все запомнить? Основные, определенно, нужно знать. Но есть такие отступники-уникумы, которые каждый день создают новые заклятия, и тебе, чтобы выжить, придется выкручиваться разными способами. Вот и давай – дерзай. Я тут абсолютно бессилен, не моя стихия. Могу, конечно, попробовать, но тогда эта библиотека вся сгорит дотла. Любое мое заклинание на другую стихию будет расцениваться как атакующее, даже если оно является абсолютно пассивным.

Илилай передернул плечами и вернулся мыслями к паутине. Тоненькие линии, в несколько раз тоньше охранных, блекло переливались, и казались будто бы воздушными – дунь, и улетит. Но это – лишь обман зрения. Нити были хорошо натянуты и крепко держались на своем месте. Сила текла в них не переменно, как в охранном контуре, а постоянно, отчего было понятно, что эта структура – полноценное заклинание, а не отдельная его часть или живущая своей жизнью давно созданная система. Водник попробовал вплести в сеть несколько простых деактивирующих заклинаний – не помогло. Магия высшего порядка так просто не разрушается. Водник в надежде обернулся на Руфима. Тот скептически смотрел на попытки молодого мага развалить структуру и явно был недоволен нулевыми знаниями мальчишки.

- Четвертый курс. Структура заклинаний. Должны были это проходить. Не удивляйся – программа у всех стихийников почти одинакова, за исключением профильных предметов. Мы же все-таки все к одному типу цветных магов относимся. Так вот, в любых заклинаниях есть узлы, которые связывают силу мага с плетением. Сила – нейтральна. Она не зависит от того заклинания, которое ты хочешь применить – хоть исцеление, хоть атакующее – энергии направления абсолютно без разницы. Она подстраивается под сетку и уже тогда проявляет определенные свойства, которые и диктует ей структура. Бабочка летает, потому что у нее есть крылья, такова ее структура, а вот у гусеницы другая оболочка и функции тоже другие, хотя насекомое, по сути, одно и то же. Так же с магией и плетением. Оболочка определяет все. Я уже по структуре расположения этих линий могу сказать, что заклинание носит охранную функцию, к тому же там еще есть предупреждающие своего хозяина узоры и атакующие того, кто до нее дотронется. Как атакует – понятия не имею – я не водник, и проверять охранку на себе мне тоже не хочется. Узлов тут около десяти точно. Да, ты все правильно смотришь. Это такие небольшие ляпы, которые немного выбиваются из рисунка, как будто художник кляксу случайно поставил. Чем выше уровень силы мага, тем незаметнее узлы и красивее сетка. Во всех не знакомых заклинаниях маг начинает в первую очередь распутывать узлы, чтобы освободить силу от плетения. Энергия без сети, как и сеть без энергии – ничто. При распутывании нейтральная сила рассеивается в пространстве, а сетка без магии – просто красивый узорчик. Да, освобождение энергии занимает много времени и огромное сосредоточение, но, когда ты находишься на грани жизни и смерти, выбора особого у тебя нет. И начни, наконец, зубрить теорию!!!

- А, та охранка, что на входе была. У нее не было узлов.

- Были. Не помнишь, что ли купол над академией? Но она другого типа. Там источник подпитки был постоянным и находился снаружи, а тут магия непосредственно внутри заклинания. К тому же та охранка до того гениальная структура, что узлов на одном участке было около тысячи. Чем их больше, тем устойчивее система, как ты сам уже догадался. Распутывал бы ты их до старости. К тому же пробелы в куполе заметил бы любой нормальный маг. Ты распутывать узлы то умеешь?

- Да, - обиженно отозвался Илилай на пренебрежительный тон Руфима. – Нужно влить туда свою силу так, чтобы сместить чужую и при этом не потревожить сигнальные нити. Но это сложно. Магию надо отделять очень маленькими порциями и внедрять по чуть-чуть. Нужна хорошая концентрация и навык.

- Вот и давай. Тренируйся. Хозяйка этой сети парализована, но она все равно будет чувствовать каждый твой промах. Думаю, пара часов у нас с тобой есть, чтобы справиться с этим и убраться отсюда с книгами.

Илилай кивнул и подошел к ближайшему узлу. Минут тридцать он возился с ним, осторожно вытесняя чужую силу, которая растекалась по остальной паутине, вливал туда свою энергию, а затем забирал ее обратно, разрушая узел. Чужая магия в каналах вплоть до соседних узлов растеклась слабой теплотой по комнате, которую чувствовал только водник, и омертвевшие, оставшиеся без энергии линии осыпались.

- Хорошая дырка, - с видом принимающего экзамен профессора проговорил Руфим. – Несколько раз ты все же задел сигнальные линии, отчего наш ректор попытался дергаться, но в целом все в порядке. Для первого раза сойдет. Давай следующий, только поживей. Время не вечно – скоро утро, да и я уже спать хочу. На сегодня приключений мне вполне за глаза достаточно.

Илилай неуверенно кивнул и то же проделал со вторым узлом. Времени ушло меньше, но ошибок он допустил больше. Водник спиной чувствовал яростный взгляд ректора и неодобрительный взор огневика.

- Ну, а что вы хотели – либо быстро, либо качественно, - пробурчал Илилай и пошел к третьему узлу.

- А и то, и другое делать никак нельзя? Ты бы взял себе какого-нибудь мага в помощники. Он бы тебе структуры делал, а ты бы их деактивировал.

- Хорошо, я поищу. И все наверстаю.

- Вот и ладненько.

На седьмом узле маги закончили. За окнами уже занимался рассвет. Илилай понимающе открыл портал в свой замок, и вместе с Руфимом они быстро выкинули туда большую часть книг – те, что успели освободить от заклятья.

- Интересно, под куполом можно открывать портал, а во внешнем мире под него – нельзя.

- Можно при условии, если охранка на внешнем контуре тебя пропустит. А на выходящих магов она не действует. Только на вход. К тому же фолианты за живых людей не считаются.

- Все равно интересно, как так-то.

- Вот теперь у тебя есть книги – будешь читать и учиться. Конечно, это не учебники, где все на пальцах изложено и по десять раз расписано, но, думаю, ты разберешься. Только очень прошу, экспериментируй со своей магией где-нибудь на пустыре подальше от города. А то мне жалко тех людей и магов, кто случайно попадется тебе под руку.

Илилай лукаво улыбнулся и кивнул.

- А, что с ректором делать?

- Она ничего такого, чего бы не знала, не слышала. Так что можешь себе забрать.

- На кой она мне?

- А, мне зачем? Если я бабу домой притащу, знаешь, какой мне втык от жены будет? Она же до жути ревнивая. А тебе ректор нужнее. Глядишь, и уговорить ее помочь себе сможешь после нескольких хороших пыток.

- А, по-доброму?

- По-доброму не получится. Не тот типаж женщины. Эта фифа признает только силу, и упертая как стадо баранов – по глазам видно. Так что я быстро снимаю с нее заклинание, а ты кидаешь ее порталом в антимагическую клетку, там и пообщаетесь.

Женщина не успела ничего сказать, как тут же оказалась за решеткой в сыром подземелье какого-то замка. Со злости она запустила водный шар в стену и с ужасом ощутила, как по телу прокатывается откат. В этой тюрьме магия была невозможна.

- Почему ты мне помог? – настороженно отозвался Илилай после того, как избавился от единственного свидетеля.

- Как говорил мой друг – намного лучше, если все будут тебе должны, чем ты кому-то; так появляется чувство собственного достоинства и личной значимости.

- Похоже на философию дьяволов.

- На самом деле мне тоже нужна помощь. Надо с ребенком посидеть, пока нас с супругой не будет. Не у тебя одного проблемы с народом. Все считают, что у Верховных не может быть детей. Для них это неправильно. Многие из наших уверены, что мой ребенок проклят. И потому они хотят его убить, чтобы обезопасить свою планету. Вот такая благородная цель. Старшего мы отправили в академию – там он умер, - при этих словах Руфим заметно помрачнел, - теперь охота ведется на моего младшего сына. Не хочу, чтобы он закончил свою жизнь, как и его брат. Пока моя жена дома, в замке – все в порядке. Она не даст в обиду собственного ребенка, да и сама крепость неплохо охраняет своих хозяев. Но через два дня нам обоим надо быть на съезде. Это займет день. Ты мог бы посидеть с мальчиком, пока мы будем разбирать политические вопросы. Я думаю, к тому времени ты ознакомишься хотя бы в общих чертах с основами высшей магии воды и сможешь противостоять огневикам.

- Почему я?

- А, кто еще? У нас нет никого, кому бы мы могли доверить жизнь сына. У наставника я просил помощи. Он сказал, чтобы я на него свои семейные проблемы не вешал. В прошлый раз ему их хватило. Приходим, а там гора трупов огненных магов, при том не слабого десятка. С одной стороны, это хорошо, что он отбился, а с другой – страна потеряла замечательных и определенно полезных ей огневиков. Обычный маг с такой оравой бы не справился. Только Верховный – у него сил хватит защитить малыша. А ты вот тут мне как раз должен. Думаю, справишься с задачей. На крайний случай пустишь в ход свою чистую силу. Можешь мальчишку в свой замок забрать, если считаешь, что там ему безопаснее будет.

Илилай хмуро посмотрел на огорченного огневика и кивнул.

- Я помогу и сделаю все, чтобы твой ребенок остался жив.

Руфим блекло улыбнулся, и маги ударили по рукам.

Глава 22 У семи нянек дитя без глазу, а у одной – без обоих

Илилай точно в срок открыл портал в замок Руфима. Особого отличия обители Верховных огненных магов от водных он не обнаружил – такие же каменные стены, пропитанные древней охранной магией, полностью завязанной на хозяине; то же оформление, те же торопливые, старающиеся не показываться на глаза слуги. Залы, коридоры, небольшие коморки для челяди – все было обставлено в красно-желтых, иногда черных тонах. Цвет – то, что символизирует определенный вид стихийной магии.

Водник поежился, бросив взгляд на небольшой магмовый водопад в холе, откуда солнечными лучами по первому этажу растекалась раскаленная лава в другие помещения, образовывая порожистые ручейки. Это было бы красиво, если бы не было так опасно. Теплота, что выделялась из водопада жарила, как в Преисподней. Маг снял теплый плащ и расстегнул верхние пуговицы длинной рубахи. Его лицо покрылось бисеринками пота, а тело стало розовым, будто загорело.

- А, вот ты где! – из-под водопада вынырнул хозяин замка и добродушно улыбнулся, спускаясь по лестнице. Красный парадный костюм, используемый в основном для выхода в свет, огневику шел намного больше голубых туник водников. – Я тебя искал. Вроде почувствовал, что кто-то телепортировался в мою обитель, а где – пока сложно определить по ощущениям. Ничего, будет время, охранку под себя подстрою. А чего это ты такой красный, будто тебя сварили?

- Догадайся, - буркнул Илилай и кивнул на растекающуюся под ногами лаву. Сам Руфим чувствовал себя на зависть хорошо.

- Так мне же как-то надо отапливать свой замок!

- Ты знаешь, есть такое слово, называется «мера». У тебя тут не в меру жарко и душно. Как ты живешь в такой печке – непонятно.

- Лучше жарко, чем холодно. Не переживай, привыкнешь. Идем наверх, там попрохладнее.

- Вряд ли привыкну, - передернул плечами Илилай, но все же отправился в след за Руфимом на второй этаж. – Надолго ты задержишься?

- День. У нас встреча с земляными магами, а потом надо будет устроить совещание с нашими. Я бы взял Саира с собой, но нельзя. Детей строго запрещено брать на подобные мероприятия. Для земляников это вообще сродни неуважению и незаинтересованности в разговоре. Они просто не станут со мной о чем-либо говорить, порвут все наши соглашения, и будут абсолютно правы в этом вопросе. Хоть некоторые законы у цветных магов и отличаются, но есть общие правила, которым обязаны подчиняться все стихийники, и элементарный этикет.

Илилай понуро кивнул, с опаской наблюдая, как Руфим поднимается по раскаленному участку лестницы, находящемуся под водопадом. Поглубже вдохнув воздуха и пригнувшись от страха быть случайно сожженным на месте, если вдруг водопад изменит направление своего потока, водник осторожно выбрался на второй этаж. На лице хозяина замка бродила самодовольная ухмылка. Определенно, он специально провел огненный водопад, не чтобы отапливать крепость, а дабы наблюдать за выражениями лиц своих гостей.

- Не смешно, - зло отозвался Илилай, заметив улыбку огневика.

- А мне забавно было наблюдать. Ты же совершенно не заботился о моем душевном здравии, когда вызвал на дно океана спасать свою шкурку. Знаешь же, как огонь относится к огромному количеству воды.

- Я тогда думал, что нахожусь в подземелье. Там темно было.

- Я тоже думал, что тебе будет тут комфортно, - отозвался Руфим. – К слову, будь осторожен на первом этаже. Там растекаются речки. Будет неправильно, если ты лишишься ног.

- Да, я уже заметил. На втором таких сюрпризов нет?

- Тут есть другие сюрпризы. Но я пока их все деактивировал к твоему приходу.

- И твой ребенок свободно разгуливает по замку? Зачем все эти препятствия?

- Да. Его мои ловушки не трогают. Они все завязаны на незнакомцах и всех тех, чьей крови нет в заложенной мною базе. Знаешь, когда твоему ребенку грозит смертельная опасность, и его жизнь будет зависеть от твоей образованности и находчивости, ты меня поймешь. Одного сына я уже потерял, отправив того из дома на учебу. Смерти второго – не переживу. Да, к слову, мне нужно немного твоей крови.

- Подожди. Привязка на крови? Разве это не прерогатива темных?

- Особый вид – привязка на хозяине – да. Остальным магам такое недоступно. Это уже черта крови темных. Мы же просто берем и заносим образец в базу данных. Это самый начальный уровень работы с кровью – фактически базис. Это доступно всем магам. Там кровь просто сравнивается с образцом, и если не соответствует, то срабатывает ловушка. То есть самой магии как таковой нет. Есть лишь сравнение образцов и работа заклинания. У темных – более глубокие уровни. Вот у них то и работает магия в крови. Вплоть до того, что, прикоснувшись к предмету, завязанному на определенном хозяине, наступает мгновенная смерть. Или, ступив на охраняемую землю, которая признает только характерную структуру крови, так же получается не очень благоприятный исход. Поэтому руки темные куда попало не суют, в кресла без приглашения хозяина не садятся и вообще ведут себя на чужой территории, как неприкаянные приведения. Да к тому же, их магия крови никак не выявляется, в отличии от нашего абсолютно начального уровня дилетантов.

- Значит, если мы можем пользоваться базисом магии, что находится непосредственно в крови, то остальные маги так же могут использовать силы наших стихий в строго ограниченной форме?

- Ты посмотри-ка! – Руфим обернулся и его бровь слегка приподнялась. – У тебя наконец-то стал варить «котелок» или это библиотека ректора вашей славной академии повлияла на твой ум?

- А, ты можешь водой управлять? – Илилай пропустил мимо ушей колкость хозяина замка. – А я смогу огнем?

- Могу только сконцентрировать воду в определенную фигуру на столе. Все. Это не моя стихия, и мне она не доступна. И ты просто не поверишь, сколько тратится на это сил. Несколько раз я проваливался в бессознательное состояние из-за истощения, когда пытался сделать водную сферу. Думаю, если потренируешься, ты сможешь вызвать небольшую искорку. Обычно ее достаточно для сухого хвороста, чтобы разжечь огонь. На большее не рассчитывай.

- Жалко, - тяжело вздохнул Илилай.

- Каждому свое. И ты должен гордиться тем, что у тебя есть, - Руфим усмехнулся и открыл кованные двери, приглашая водника зайти.

Илилай шагнул в помещение, и сработала хваленая реакция магов. Поставленный почти вовремя щит спас своему хозяину жизнь, а огненный шар испарился, подняв облако горячего пара и лишь слегка опалив голубую рубаху.

- Дорогая, это свой, - послышался смеющийся голос Руфима.

Туман быстро рассеялся, открыв взору Илилая готовую к бою огневицу. В ее руках уже были сформированы разные плетения, оставалось лишь по очереди их выпустить, произнося соответствующий каждому заклинанию слово-ключ. Яркие рубиновые волосы уложены в замысловатую прическу; богатый наряд из шелка при движении женщины создавал ощущение пляшущих языков пламени, суровое лицо, еще не лишенное девичей красоты, и горящие алым цветом глаза навевали странные чувства восхищения и страха. Ее можно было сравнить с волчицей, готовой защитить своих детей ценой собственной жизни. Илилай в ступоре смотрел на женщину, чья стать и гордость была свойственна королеве.

- Я очень ревнивый, - тихо рыкнул Руфим, заметив с каким вниманием водник рассматривает его жену.

Женщина, увидев супруга рядом, успокоилась. Алый окрас постепенно исчез, все больше уступая место белой оболочке глаза и янтарному цвету радужки. Величественно подойдя к мужу, она со страстью впилась в его губы, а затем зарылась лицом в медные кудри, вдыхая родной запах.

- Где ты был? Тебя не было три дня! Я же волновалась! Думала, что одна поеду на эти демоновы встречи!

- Прости меня, - Руфим с небывалой нежностью провел пальцами по лицу супруги и легко поцеловал. – Я предупреждал, что меня долго не будет. Там возникли сложности с наставником, библиотекой, к тому же я еще помогал другу угомонить несколько несговорчивых тварей в горах. Набегались мы тогда с ним на год вперед.

Женщина стукнула кулачком по груди мужчины и усмехнулась.

- Ты решил что-нибудь на счет Саира?

- Если бы ты осталась, все было бы проще.

- Нет. Это не по закону. Ты же знаешь, что на совещаниях между народами должны присутствовать оба супруга, так как они только вдвоем решают все проблемы и недомолвки, включая и судьбу своего народа. И ребенка нам с собой не взять. Так ты уговорил своего наставника остаться на день?

- Нет. Но я привел друга. Он не отказался посидеть с ребенком в наше отсутствие.

Женщина окинула взглядом Илилая и сморщила личико.

- Дорогой, ты совсем обезумел! Ребенка оставлять на попечение ребенку?! Ты только посмотри на него – хорошо, если твой друг знает хотя бы азы водного искусства. Ты серьезно думаешь, что он выступит против матерых огневиков и выйдет из этой заварушки победителем?

- Я уверен в этом. Он же Верховный водных магов! Выкрутиться как-нибудь. Верховные всегда бродят между двух огней. К тому же более достойного кандидата на должность временного опекуна у нас с тобой нет. Сейчас нельзя доверять никому. Даже моему другу с гор я бы не отдал свое чадо; он так же может быть замешан в сговоре.

- Почему тогда не воздушник? У тебя с ним хорошие отношения, – поджала губы женщина. Ей выбор мужа, определенно, не нравился.

- У него только ветер в голове. Вообще без царя живет, - махнул рукой Руфим. – Я бы ему не позволил даже меня постричь, не то, что за ребенком присмотреть.

- Ну, а как же другие Верховные?

- Ага, как же! Будут они няньками – жди, - огневик заставил жену поднять лицо и взглянуть ему в глаза. – Милая, поверь мне, я выбрал лучший вариант из всех. К тому же Илилай мне должен. И он постарается сделать все, чтобы свой долг окупить, верно?

Водник хмуро кивнул. Взгляд его был направлен на поиск того самого ребенка, которого ему предстояло оберегать. Однако детская, оплетенная сетью мощнейших огненных заклинаний, обставленная разнообразными игрушками и небольшой кроваткой, пустовала.

- Дорогая, а где Саир?

- Я как раз его искала. Обычно за ним с утра служанки приглядывают. Ты же знаешь, я больше замок патрулирую. Но не переживай. Я всех слуг прочищаю каждый день, никто не посмеет поднять руку на малыша или предать его.

Молоденькая девушка вбежала в спальню Верховного, совмещенную с детской, и с округленными от ужаса глазами оглядела комнаты. Не найдя то, что искала, она разочарованно вздохнула и хотела было рвануть дальше, но повелительный окрик хозяина ее остановил.

- Где мой сын?

Служанка покраснела, побледнела, а потом, наконец, проговорила слабым заикающимся голосом:

- В-в-в-ваш сын? Он играет в прятки. Мы его ищем-ищем. Но вы не в-в-в-волнуйтесь. Мы его сейчас найдем и накормим. В замке с ним ничего произойти не может.

- И сколько раз вы его кормили? – прищурился Верховный.

- Два, может, три раза.

Руфим сдвинул брови и кивком отпустил бедную девушку. Подойдя к воднику, огневик кинжалом порезал его палец и сцедил немного крови в небольшую ампулу. Исцеляющее огненное заклятие быстро залечило порез.

- Ну, вот тебе и первое задание. Моего сына нужно найти раньше этих клуш и спрятать от них подальше, а то они своим рвением и несогласованностью до смерти от переедания ребенка доведут.

- Дорогой, нам уже скоро надо уходить.

- Я знаю, - повел он плечом, но все же к супруге не повернулся. – Этот замок одна сплошная ловушка. Он тебе поможет в случае чего. Если станет совсем худо, утащишь его к себе. Только боюсь, у тебя в стране тоже достаточно огневиков, которые жаждут смерти моего ребенка. Будь осторожен. И дабы тебя не рассекретили раньше времени возьмешь мою одежду. Она будет тебе немного великовата в плечах и по длине, но зато водника в тебе никто не узнает, и сразу, как увидят, не убьют.

Илилай хотел было что-то сказать, но Руфим его перебил:

- Да, знаю, что незаконно и за это могут казнить, а потому наденешь мою маску и плащ. Так тебя точно никто не узнает, и изначально примут за меня. И помни, именно благодаря такому кощунственному использованию цветов не по назначению, ты оказался жив. Надеюсь, этот день переживет, и мой сын тоже. В противном случае я тебя отправлю обратно к твоим друзьям из подводных катакомб, и позабочусь о том, чтобы обряд прошел так, как надо, уяснил? – почти рыкнул огневик в лицо Илилаю. Тот согласно буркнул, и хозяин замка развернулся к жене. – С тобой я по дороге поговорю. И поверь мне, разговор будет не самым приятный, дорогая. Идем. Время.

Руфим взял под руку свою супругу и повел по этажам, на ходу активируя ловушки и внося в них по капле кровь водника. Илилай проследил, как огневик добавляет кровь на те сети, что отвечают за память – достаточно сложные структуры с несколькими подуровнями и с оплетающей основное плетение тонкой паутиной – и хмыкнул. Теперь он знал больше, чем два дня назад, но этих знаний было недостаточно, чтобы противостоять сильным огневикам. И Руфим был в курсе этого, но выбора у хозяина замка не было. К тому же от Илилая не требовалось убивать стихийников, только защитить малыша и потянуть время. Для последнего как раз подходила рабочая мантия Верховного. Правитель быстро переоделся в новый костюм бордового цвета с золотистой отделкой краев и, создав водную гладь зеркала, повертелся, рассматривая нового огненного мага. Заливистый мальчишечий смех заполнил комнату. Костюм был ему велик и удивительно не шел юноше. Илилай вспомнил, как выглядел огневик в наряде водников. Ему казалось, что голубые цвета хорошо гармонировали с медными кудрями Верховного. Илилаю осталось только позавидовать другу, потому как сам он смотрелся очень забавно в одежде огневиков. Синие тона шли ему больше.

Верховный тяжело вздохнул, спрятав свою одежду и натянул темно-красный плащ и такую же маску. Пора было искать мальчишку.

***

Руфим с супругой давно уже ушли. Возня слуг прекратилась. Замок словно погрузился в полудрему. Невольно создавалось ощущение затишья перед бурей. Илилай обежал все строение, заглядывал в разные комнаты и осматривал темные уголки, где мог бы заныкаться его подопечный. Мальчишка как сквозь землю провалился.

Водник тяжело опустился на ступеньки второго этажа. Мысли его бродили совсем в нерадостных далях. Потерять ребенка, еще даже не вступив в права опекуна, это, конечно, верх невезения. Илилай хмуро оглядел холл сверху. Куда бы он спрятался, будучи озорным мальчишкой? И ведь Саир должен был быть твердо уверен в том, что его никто не найдет. Потайные ходы? Лазы? Подземелья? Стихийник просмотрел стены магическим зрением. Бесполезно. В глазах искрило от количества атакующих и охранных плетений. Замок оказался напичкан магией под завязку так, что заметить слабые линии магического хода или плетения, искажающие структуру, не представлялось возможным.

Шум на первом этаже привлек внимание Илилая. Водник в надежде, что блудный сын вернулся и что-то опять куролесит, чуть ли не в припрыжку сбежал по лестнице, нос к носу столкнувшись с абсолютно шокированными появлением своего Верховного огневиками. Двое сильных магов отпрянули друг от друга на лестничной площадке так, будто одновременно увидели в своем компаньоне восставшего покойника. Огневик с алым пронизывающим взглядом оглядел странно-нескладную фигурку своего правителя и, склонив голову в уважительном поклоне, поинтересовался:

- Верховный не отправился на встречу?

Илилай, пропустив несколько ударов сердца, бесшумно сглотнул. Пот тек по его лицу, благо за маской было этого не видно, а руки мелко подрагивали от переизбытка эмоций. Огневик, определенно маг не слабого десятка, напряженно ждал ответа на свой вопрос. Верховный что-то говорить не спешил. За спиной главного затейника Илилай рассмотрел около дюжины сильных магов, которые недоуменно перешептывались и были удивлены не меньше, чем сам водник.

- Вы решили, что ваш народ не нуждается в помощи земляных магов? – повторил свой вопрос огневик, решив его переформулировать.

Илилай напряженно думал, что лучше ответить. По голосу маги легко могли догадаться, что перед ними находится липовый правитель – всего лишь кукла. Нужно было сохранять молчание. Водник буркнул что-то маловразумительное, поправил осанку и чинно с достоинством спустился по ступенькам в главную залу первого этажа. Он изо всех сил старался подражать решительной походке хозяина замка и его широкому шагу. Но что-то парень определенно делал не так, этому свидетельствовали изумленные взгляды магов. Водник уже почти дошел до дверей в правое крыло, как его окрикнул главный в этой своре огневик, тот, с кем он столкнулся на лестнице.

- Как-то вы очень странно себя ведете, правитель, - язвительно поинтересовался стихийник, в миг оказавшись за спиной у мальчишки. Илилая вновь пробил холодный пот, вот только на этот раз он выступил не от жары, царившей в зале. – А не позволите ли показать свое личико? А-а-а? Очень интересно, кто под ним скрывается.

- Пошел вон из моего замка, - буркнул водник, поворачиваясь к магу лицом.

- Нет, определенно, ты не тот, за кого себя выдаешь, - хмыкнул стихийник, и небольшой пасс кистью руки сорвал с лица Верховного маску.

Илилай тут же перешел на магическое зрение. Огневики, не веря своим глазам, с удивлением, граничащим с ужасом разглядывали лицо юноши с яркой синей пеленой глаз, напоминающих цвет морских волн. Водники бывали у них не часто. А в замок Верховного их вообще не удавалось загнать. А Илилай, наконец, прозрел. Золотистые и алые нити тянулись везде. Все пространство было пропитано ими и заполнено разнообразными плетениями. Это был совершенно иной мир, не доступный человеческому глазу, однако для магов он не являлся чем-то особенным. Стихийник бросил взгляд на то заклинание, которое использовал огневик, чтобы откинуть маску. Как бы не хотелось Илилаю изучить поближе интересное переплетение нитей, он не имел права тратить время на подобную ерунду. Любопытство – вещь мало совместимая с жизнью, а иногда она вообще категорически противопоказана молодым магам.

Илилай перевел взор на паутины, переливающиеся на полу и красиво развешанные по стенам. Теперь, когда в них была введена кровь водника, большинство маскирующих чар перестало действовать для молодого мага, показывая Илилаю всю подноготную огненных заклинаний. Стихийник мгновенно наметил траекторию пути отступления.

- Ты! – огневик, первый отошедший от шока, небрежно ткнул пальцем в грудь Верховного. – Где мальчишка?!

- Я не знаю, - абсолютно честно ответил Илилай, но ему почему-то никто не поверил.

Плетение, сорвавшиеся с пальцев стихийника несколько напугало парня. Тут же в его голове вспыли строки из прочитанных им не так давно книг. Действуя по наитию и положившись на память, счет шел строго на секунды, Илилай воссоздал водный щит и активировал заклинание. Плетение врага, за какую-то долю секунды не успевшее вонзиться в беззащитное тело мага, растеклось по гладкой водной поверхности. Энергия огневика легко отделилась от сети и нейтральной силой перешла к воднику. Илилай в крайнем восхищении обнаружил, что магия высшего порядка исправно работает так, как надо даже с грубыми ошибками в плетениях, и с удовольствием ощутил, как его силы стало немного больше. Частичка чистой энергии огневика, отдав свой окрас сети, стала абсолютно свободной. Часть ее растворилась в пространстве, но основная составляющая впиталась в щит и, приобретя в другом плетении противоположную силу, ушла к новому хозяину. Невольно данный факт наводил на мысль, что маги не такие уж и разные, и предки у них в самом деле были одни. Илилай с невероятной гордостью разглядывал первое сотворенное им заклинание высшего порядка. Сил потратилось на него немеряно, и даже эффект впитывающейся энергии врага – особенность данного вида плетений – не мог в полной мере восполнить резерв мага. Но Верховные – они на то и Верховные, что такие мелочи замечают только тогда, когда чувствуют истощение организма.

- Здорово, - с благоговейным трепетом отозвался Илилай, наблюдая как перед ним переливалась голубыми линиями водная гладь. Огневики за этим чудом тоже пронаблюдали. Они давно уже вышли из того возраста, чтобы не суметь отличить магию высшего порядка от прочих плетений.

- Руфим с ума сошел срывать блок на мальчишке и давать ему совсем не детские книжки, - рыкнул стоящий рядом с Верховным маг огня, главный среди всех. – За одно это его уже надо убить.

Илилай, быстро очнувшись от неимоверной гордыни за любимого себя, заметил, как остальные маги раскрыли свои ауры, готовясь к атаке, и не мешкая припустил по уже заранее намеченному маршруту. Встретится в открытом бою с матерыми, повидавшими не один поединок магами, было равносильно самоубийству даже Верховному времен Создателя, что уж говорить о шибко талантливом подростке. Заклинания полетели в убегающего мальчишку. Большая часть из них была смертельными, некоторые – парализующими, и лишь малая толика магов послабее включила заклятия среднего порядка с небольшим вредом и минимальными затратами сил.

Большинство плетений щит впитывал в себя, отдавая чистую энергию хозяину. Илилай прекрасно понимал, что это ненадолго. Водная сеть истощалась и в любой момент могла легко распасться, а ее поддержание приходилось очень недешево даже сильным магам. Энергия – это то, что нужно всегда беречь. Истощение – вещь не сильно приятная, иногда грозящая магу смертью. А умирать Илилай в ближайшем будущем явно не планировал. Скрывшись за поворотом в правом крыле, парень, не останавливаясь ни на секунду, продолжал бежать. Магического щита у него уже не имелось, а рука саднила из-за порезов огненных кинжалов, от которых водник не смог вовремя отклониться. Но это было мелочью. Если бы он задел хотя бы пальцем одно из смертельных заклинаний высшего порядка, то все оказалось бы намного хуже.

- Держите этого поганца! Убейте его! Он нарушил несколько общих законов всех стихийников, и должен умереть!

Илилай чуть ли не сплюнул от досады. Но, когда его чуткое ухо уловило крики и стоны огневиков, костерящих на чем свет стоит своего Верховного и «его мелкого приспешника-водяного», губы водника расползлись в злорадной улыбке. Небольшой забег с препятствиями для стихийников начался. Случайная потеря конечностей и других нужных и полезных частей тела, сожжение, медленная смерть посредством запекания внутренних органов и подачей их в горячем свежеприготовленном виде и прочие малоприятные и неприглядные обычному зрителю вещи им были гарантированы. Руфим умел хорошо и грамотно расставлять свои ловушки и делать их до того каверзными и многогранными, что Илилаю аж страшно становилось от бурной фантазии огневика. Откуда у него такое извращение бралось – не известно. Однако на будущее водник уже успел сделать себе мысленную пометку – никогда не ссориться с хозяином замка. Мало во что это может потом выльется...

Илилай вбежал в помещение в конце правого крыла и плотно закрыл за собой деревянную дверь, подперев ее столом, что располагался неподалеку. Слуги не обратили особого внимания на махинации юноши, усиленно изображавшего их хозяина. Они уже привыкли к самодурству своего правителя. К тому же у них нет прав вмешиваться в дела великих магов, да и изменить что-либо они бы все равно не смогли. Илилай осмотрел абсолютно безразличных ко всему кухарок и поварят и скривился. Пожалуй, даже если при них маги будут резать ребенка, никто из этих людей даже бровью не поведет, хотя слухи потом пойдут по всему замку, а затем и по городу. В этом сомнений не было никаких. Не любили маги людей, и на то у тех были вполне веские причины. Илилай шустро прошмыгнул мимо огромных бурлящих котлов и горшков с вкусно пахнущим варевом. Дойдя до конца кухни, водник обвел мрачным взглядом стену. Он прекрасно помнил, что любой замок Верховных строился по одному и тому же принципу – выходы с главных ворот и по каждому на крыло для слуг. Однако, видимо, Руфим изменил многовековую традицию и переделал свой дом на манер крепости – вход там же где и выход. Илилай оперся руками о стену и со злости пнул несговорчивый камень. Маг оказался замурован на кухне. Его план – сбежать – провалился. Единственное, что сейчас ему можно было сделать, это вдоволь набить живот разнообразными вкусностями, дабы не покидать тело на голодный желудок, ибо не солидно это. Или выпить какой-нибудь сильнодействующий яд эльфов, чтобы не умирать в муках. То, что огневики смилостивятся над поверженным врагом и быстро разделаются с ним, было маловероятно. Водник горько усмехнулся своим мыслям. А в коридоре уже слышался характерный шум, говорящий только об одном – враги рядом!

Илилай развернулся к двери. На его лице читалась решимость и готовность поставить на кон свою жизнь, если потребуется. Дверь содрогнулась под тяжестью чьего-тела.

- Он там, - рыкнул кто-то.

Илилай чуть ли не всей кожей ощутил, как маги напряглись и приготовились к удару. Водник глубоко выдохнул, вспомнив несколько атакующих водных заклятий высшего порядка, и только хотел создать заготовки под плетения, как ощутил, что его кто-то с силой утягивает назад. Что-то сказать или сделать он не успел, провалившись сквозь стену. Мгновением позже дверь разлетелась в щепки, которые тут же сгорели и развеялись пеплом, а на кухню вывалилось около десятка магов, готовые в любой момент выпустить с пальцев атакующие плетения. Их главарь обвел мрачным взором алых глаз обстановку помещения и приказал:

- Найти его! Он должен быть где-то тут!

Огневики рассредоточились по кухне. Распугав людей и перевернув все вверх дном, они не нашли ни мальчонку хозяина, ни преступника-водника.

***

Илилай, глубоко вдохнул и открыл глаза. Он ожидал увидеть все, что угодно – от жуткого заклятия, про которое Руфим случайно забыл, до сказочно-быстрой смерти, если же это проделки огневиков; но только не то, что предстало перед ним…

Улыбаясь во все двадцать восемь зубов, над магом сидел виновник этой заварушки. Мамины рубиновые волосы, ниспадающие до плеч; округлое детское личико, слишком смазливое для мальчишки; папины, искрящиеся озорством карие глаза и эта противная чрезмерно счастливая улыбка – если бы правитель не знал, кто перед ним находился, подумал бы, что ему решила помочь маленькая девочка. У водника даже кулаки зачесались смыть с довольной рожицы радостный оскал посредством сокращения зубиков минимум вдвое.

- Чего лыбишься? – буркнул Илилай. – Я его искал по всему замку, бегал, а он тут прохлаждался все это время. И не ври мне, что не слышал, как тебя все звали.

Лицо мальчугана просветлело еще больше.

- Слышал. И тебя тоже слышал, и папу с мамой, а когда они ушли, наблюдал за всеми, присматривался.

- Тоже мне всевидящее око Создателя. Что ж ты не вышел, раз все слышал? - рявкнул Илилай.

- Папа учил никому не доверять. Даже самым близким друзьям нельзя. Они могут захотеть меня убить, как и моего брата, - мальчонка погрустнел. – Я и к родителям боялся подойти, вдруг бы ты меня убил.

- Больно надо такого мелкого трогать, - усмехнулся маг, и его голос подобрел.

- Тебе – не надо, а вот им – очень даже, - мальчишка кивнул на каменную стену, из которой и вытащил водника.

- Да. Как раз об этом. Где мы? Потайной ход?

Илилай поднялся на ноги и осмотрелся. Справа и слева шел узкий коридор.

- Не совсем, - мальчишка тоже встал. На вид ему было около пяти лет, но, учитывая, что маги взрослеют дольше людей, Илилай предположил, что около двенадцати-пятнадцати. – Это второй защитный слой замка.

- Дом в доме? – водник удивленно взглянул на беззаботного мальчонку.

- Нет, - отозвался тот. – Скорее дом в коконе. Чтобы папе было легче создавать на стенах пространственные плетения, и при этом чтоб они не выпирали, как взбухшие нарывы, он урезал пространство замка и дополнил его защитным контуром. И между внешней стеной и внутренней спрятал часть своих ловушек, оставив на обозрение небольшой участок с чувствительной частью. Ну, как мне он это объяснял.

- Подожди, - окончательно запутался Илилай. – Все плетения плоские. Нити цепляются друг за друга, образовывая сеть. Он не мог создать пространственную структуру.

- Ты мне не веришь? – обиженно поджал губу Саир. – Тогда сам и посмотри.

Илилай тут же перешел на магическое зрение. С виду пустой каменный коридор оказался испещрен разнообразными плетениями, переливающимися золотыми и бардовыми оттенками. Где-то сети напоминали объемную нору, идущую от одной стены к другой, иногда они попадались в виде коконов, а откуда-то свисали соплями.

- Но это же… невозможно! – благоговейно прошептал водник, всматриваясь в глубины энергетических наростов, и не совсем понимая, как можно распутать подобное сооружение.

- Нет, возможно. Просто это не проходят в академиях.

- Почему?

- Там изучают быстрые и эффективные плетения. Одну такую сеть папа создавал месяц, переплетал их, внедрял все разные свойства, думал и рассчитывал дальнейшие действия. По времени это не выгодно, по энергетическим затратам – тоже. Но папины плетения тут питаются от силы самого замка. Он специально их так настроил. Здорово, правда?

- Прям дух захватывает, - утвердительно кивнул Илилай. – Это же надо было еще догадаться до такого. Мое уважение твоему отцу.

- Ну, это не совсем он соорудил такое великолепие. Они в паре работали. Без своего наставника папе не удалось бы создать нечто пространственное. Сеть ведь в принципе не желает принимать какую бы то ни было форму, она постоянно стремится распрямиться в плоскость.

Илилай качнул головой в знак согласия и обернулся к Саиру.

- Тебе ведь на вскидку лет тринадцать, откуда ты все это знаешь?

- Четырнадцать, - поправил мальчуган. – Папа разрешает читать мне книги из своей библиотеки, но блок с меня снимет только после второго совершеннолетия, как и у всех. А у тебя ведь тоже магия блокирована? Ты не выглядишь совершеннолетним.

- Первый порог я прошел, - небрежно отмахнулся Илилай, полностью погруженный в структуру пространственных плетений. – А сам блок у меня сорвался.

- Что, совсем?

- Да. После того, как я стал Верховным.

- Слишком молодой Верховный.

- Так и есть, - задумчиво проговорил водник. – Демоны! Я тут не вижу ни одного узла. Это вообще возможно? Как его распутывать? И непонятно, что находится в центре этого нароста.

- Ты и не поймешь, - пожал плечами Саир. – Даже я тут не разбираюсь, хотя хожу по этим коридорам дольше тебя. Только отец сможет объяснить, как и что работает. Я помню, он мне говорил, что эти плетения в несколько раз эффективнее и опаснее обычных. Мало того, что данная структура состоит сплошь из смертельных заклятий высшей магии огня и напичкана еще всякими добавками, вроде памяти, так она еще и составляет не обычную паутину, а закрученную спираль. Такая сеть может убивать на расстоянии в определенном радиусе от себя. В прошлый раз, когда со мной оставался папин наставник, он показал мне это место и многое говорил об этих структурах. Так же учитель отца обмолвился, что тут мне абсолютно ничего не угрожает. Именно тогда я впервые увидел смерть. Маг шел по коридору и вдруг ни с того, ни с сего умирал. В первый раз было страшно смотреть, позже меня часто выворачивало на изнанку от малоприятных зрелищ, а потом я привык, это стало обыденностью. Единственный минус таких плетений, им нужно несколько часов на восстановление. Энергию они берут из стен замка, восполняются тяжело, они же ведь не плоские, а объемные. Распределение силы по пространственной структуре происходит в разы медленнее, чем по обычной сети, где все части одинаковы и располагаются строго друг за другом. Я ждал, что и тебя поразят эти сети, но на твою кровь они никак не отреагировали. Ты оставался живым. Это было странно. А когда я увидел, что ты попал в западню, то решил немного помочь. Но ты же Верховный, верно? Почему не воспользовался порталом? Ушел бы и все.

- Ты так легко об этом говоришь, - хмуро отозвался Илилай. – Не мог я уйти. Нельзя без ведома Верховного просто так телепортироваться в замок и из замка. Каждый раз, если правитель находится дома, стены ему сообщают о возможном прорыве пространства, и тогда хозяин решает пропустить гостя, или нет; при этом решает это быстро. Если Верховному все равно или не до этого, то защита воспринимает его мысли как согласие.

- А если правителя дома нет?

- А если его нет дома, то как видишь, я сижу тут с тобой в стенах просто-таки замка-мечты любого самоубийцы, а не нежусь у себя в кроватке.

- Понятно, - кивнул Саир, - но это даже хорошо. Мне одному тут сидеть нескучно будет. Пойдем, посмотрим, как этих магов выворачивает.

Илилай мрачно посмотрел на улыбающегося мальчишку и усмехнулся.

- Я не любитель расчлененок. Но твой отец мои кишки без закуски сожрет и даже не подаваться, если я тебя брошу.

***

Стихийник проходил сквозь пространственные энергетические сети так, будто их для него не существовало. Легкие, объемные и смертельные – Илилая плетения пропускали, как своего. Однако настороженность с лица водника не сходила, а любопытство играло вовсю. Саир шел впереди. Он знал лабиринты коридоров, как свои пять пальцев и двигался уверенно без тени сомнений. На одной из ступенек отсыревшей каменной лестницы мальчонка остановился и приник к стене.

- Вот смотри сюда, - Саир отошел и уступил место старшему. Водник наклонился и уставился немигающим взглядом в стенку. Некоторое время ничего не происходило – Илилай видел только толстую каменную глыбу – а затем, вдруг, она поплыла, открыв обзор того, что происходило за ней. Холл второго этажа был обагрен кровью. Изуродованные тела магов оказались раскиданы в разных частях зала. Над одним из них сидел взрослый маг и хмуро смотрел куда—то вдаль. Чуть погодя Илилай различил голоса.

- Возьми это, - золотой медальон с блестящим красным алмазом был передан магу, сидящему над обреченным на смерть телом. – Передай моей жене.

- Нет, сам ей передашь, - кулон оказался зажат в кровавых руках умирающего мужчины. – Я тебя к ней доставлю, ты вылечишься. Будешь вновь бегать.

На лице полумертвого мужчины проступила судорога. Улыбка застыла в жутком виде на долю минуты, а затем боль снова отступила, подарив возможность говорить.

- Меня уже не спасти. И ты это знаешь.

Илилай напряг зрение и смог заметить медленное и мучительное сгорание кожи и обращение ее в пепел. Его взору предстали оголенные мышцы, связки, хрящи, кости, все органы медленно открывались, доставляя жертве порции мучительных страданий. Стихийник увидел слабые заживляющие структуры, благодаря которым мужчина все еще находился в сознании. Боль, которая должна была его убить, чувствовалась умирающим, но изрядно послабленная. Название стоящего рядом пузырька пролило свет на данное явление. Лекарство светлых эльфов, притупляющее даже самые сильные боли до уровня терпимых, сбоев пока не давало.

- Руфим – сильный и опасный маг, извращенный на всякую гадость. Поверь, мне осталось жить недолго, - напряженно отозвался маг, наблюдающий, как кровь потоком уходит из его тела, образовывая приличных размеров лужу. – Его сын… он погубит нашу страну. Это маленький дьяволенок с личиком ангела. Я боролся за правое дело. Мои дети будут мной гордиться. Возьми медальон. Я хочу, чтобы он был в моей семье, а не в сокровищнице Верховного.

Огневик закрыл лицо руками. Он был не в силах смотреть на беспомощность своего некогда друга и товарища. С трудом смирившись с правотой умирающего, огненный маг привел свои чувства в порядок и собрал мысли в кучу. Оставалось самое сложное, но определенно нужное деяние. Огневик в последний раз взглянул в искаженное болью тело и, давясь горем, достал из-за пояса острый кинжал. Обманчиво легкое движение, которое магу далось непросто, и голова отделилась от туловища. Заклинание, добившись своей цели, развеялась, будто бы его и не было. Остался лишь один маг с мокрыми от слез глазами и абсолютно разбитой душой. Он выдернул из еще теплых пальцев медальон и направился к выходу, не особо заботясь о том, куда ступал. Далеко уйти огневик не смог. Водник, словно в замедленном темпе, наблюдал, как скрытая для всех, кроме избранных, ловушка активируется, выпуская на волю очередное смертельное заклинание. Быстро создав небольшое плетение, какое успевал за это короткое время, Илилай кинул его наперерез огненной стихии. Магия высшего порядка без особого труда прошла сквозь слабую водную, разорвав ее на тысячи частей и растворив в пространстве, и накрыла свою жертву. На этот раз смерть наступила быстро. Огневик пошатнулся и упал бездыханным трупом. В его руке был зажат старый золотой медальон.

- Не-е-е-ет, - тихо простонал Илилай. – Да, что же вы… такие… такие….

Водник обернулся на молчаливого Саира, но не увидел в мальчишке и толики сострадания или же жалости. Его лицо оставалось надменно-безразличным. Верховный с трудом подавил желание выкинуть пацана к оставшимся огневикам, что бродили по этажам, чтобы тот на себе испытал те боли, что отражались на лицах его братии.

- И как ты стал Верховным с таким взглядам на мир?

- Это же ваш народ! ВАШ НАРОД!!! – сорвался на крик Илилай. – Вы с ним поступаете, как со скотом на скотобойнях! И вам это нравится? У них тоже есть семьи, любящие жены, маленькие дети, а вы их вырезаете вместо того, чтобы просто созвать совет и поговорить со всеми.

- Не забывай, они хотели меня убить, тебя убить. Все поголовно! И ты готов их простить? К тому же мы пробовали с ними говорить. Но они слов не понимают, только грубую силу.

- Я в это не верю! – рявкнул водник. – Наглая ложь! Договориться и объясниться можно со всеми. Но вы даже не пытались этого сделать. С любым существом возможно прийти к соглашению. А вы вместо этого решили, что можно будет несогласных просто взять и убить. Думаешь, это последняя группа магов, решивших тебя умертвить? Не-е-е-ет! Будут еще, и еще, и еще, пока ты, наконец, не сдохнешь в этом замке или пока на ваших землях не останется всего лишь горстка магов средней руки. Убивая всех поголовно, вы не только ослабляете свой народ и обращаете его против себя же, но и сами превращаетесь в монстров, жаждущих все новой и новой порции крови. Если взглянешь на себя в зеркало, то поймешь, о чем я говорю. И дело тут не во внешности. Знаешь, я не желаю оберегать такое чудовище, как ты. Уж лучше меня убьет твой отец, но больше я в этой кровавой бойне не участвую.

- Стой! А как же те великолепные структуры отца, который ты с таким восхищением рассматривал?

- Одно дело наблюдать красивое переплетение нитей, и совсем другое – смотреть, как маги, которые в принципе повинны только в том, что преданы своей стране, отдают в нечеловеческих муках жизни во имя «общего блага». Это даже не поединок – резня, исход которой очевиден. Самая жалкая для мага смерть.

Илилай мрачно отвернулся и прошел сквозь стену, оказавшись в холле второго этажа – защитная система пропустила его без проблем. Однако войти обратно в безопасное место водник мог только с помощью Саира, на котором завязано большинство пропускных систем. Мага это уже не заботило. Если ему суждено умереть сегодня, он умрет по любому. Как ни странно, но водник все же верил в причудливые переплетения нитей судьбы, хотя многие считали это не более чем сказкой.

Верховный склонился над поверженным телом и разжал окровавленные руки трупа, вытащив медальон. На нем еще темнела кровь хозяина. Нужное плетение всплыло в памяти как ни кстати вовремя. Поисковое заклинание по крови мертвого мага, вмиг отыскало его дом и расплывчато сообщило о координатах. Илилай кивнул своим мыслям и принял новую информацию к сведению. Он уже знал, что следует сделать. И сегодняшний день его многому научил. Теперь водник представлял, как поступить со своим непокорным народом.

Глава 23 Зарин

Трибуны галдели в ожидании окончания соревнований и выявления победителя. Кто-то делал ставки на понравившегося участника, кто-то играл роль молчаливого наблюдателя или орущего фаната, а кто-то остро подмечал все действия игроков, сравнивая и анализируя их. Люди вперемешку с магами расположились на трибунах, иногда неспешно переговариваясь между собой, но часто крича что-то, что могло бы подбодрить участников соревнования. По рядам расхаживали торгаши, которые так же поглядывали на разворачивающееся представление с немалым интересом и даже азартом. А посмотреть было на что.

Последний тур. Осталось десять игроков – самые сильные, умные, изворотливые и, определенно, везучие маги страны. Они преодолевали одно препятствие за другим, стараясь первыми пробраться к финишу. Воздух, огонь, вода, земля – четыре основополагающие стихии были вплетены в разные замысловатые заклинания. Каждое из них приходилось хитростью или силой магии пройти. За скорость прохождения, умение быстро ориентироваться и подстраиваться, за применяемую мощь силы и эффективность заклятий участников, им причислялись очки. Мудрые маги всех четырех стихий сидели за отдельным столом и придирчиво наблюдали за каждым игроком. Халтурщики и мажоры вышли на первом и втором туре. Остались лишь действительно сильные участники, которые дорожили не только своей репутацией, но и жаждали место получше, чем у магов средней руки. Однако древние стихийники не рассчитывали на благородство юношей и знали свои обязанности прекрасно, зорко отслеживая не только творимые заклятия, но и поведение игроков. Расслабляться и отвлекаться на что-то им было некогда, да и незачем. Соревнования должны пройти честно и справедливо. От этого зависела жизнь и благополучие магов.

Толпа взвыла, когда еще одно тело мертвым упало на песок. Очередной мальчик не смог пробраться через смертельное заклинание высшей школы. Воздушник, заседавший в проверяющей коллегии, с сожалением проводил взглядом смерть молодого мага. Он бы еще жил и жил, если бы парнишку не гнала вперед слава. «Игра Верховного» - так назывались эти состязания – проводились каждый год у каждого из стихийников, и постоянно на ней гибло около дюжины подающих большие надежды молодых магов. Цель игр была проста, как мир – выявить победителя и пристроить его под крылышком у Верховного. Для этого желающие прославиться участвовали в состязаниях. Но далеко не все уходили после них домой на своих двоих. Для многих играла траурная музыка, состоящая из плача матери и низвергающего проклятия отца. Старый воздушник вновь перевел свой белесый взгляд на полосу препятствий и взглянул на табло. Пока лидировал пятый. Маг хмуро оглядел юношу, который не так давно перешагнул последний порог совершеннолетия. Это было заметно по фигуре, где все еще присутствовала некая нескладность, и по лицу. Светло-серые, почти белые волосы, такого же цвета глаза, длинный нос, высокий лоб и слегка выделяющиеся скулы – игроку можно было дать лет двадцать пять человеческих. Старик пристально всмотрелся в ауру юноши, переливающуюся сияющими серебряными с примесью розового и голубого нитями – истинная сила ветра, и хмыкнул. У номера пять были все данные для того, чтобы выиграть. Но, хватит ли у него знаний? Воздушник просмотрел ауры других игроков – те же серые полупрозрачные коконы, но с нотками красных, зеленых, желтых, иногда темных тонов. Достойная конкуренция зарвавшемуся пятому. Однако сила у них была не настолько сконцентрирована, чтобы заполнить собой все пространство; она медленно истощалась с каждым творимым заклинанием хозяина. От глаз стихийника, привыкшего подмечать все самые незначительные детали, данная метаморфоза не укрылась. Он еще раз криво усмехнулся и приготовился вкушать забавное представление – развязку осталось ждать недолго.

***

Зарин с легкостью преодолел препятствие каменного вала, всего лишь перелетев через него с помощью вихрей. Он бы порадовался за себя, но его соперники дышали ему в спину, потому магу воздуха было некогда расслабляться. Впереди маячила еще одна преграда – воздушный ядовитый заслон. Магу пришлось сбавить ход и развеять вихри. Создав вокруг себя сферу из сгустка чистого воздуха, Зарин неспешно вошел в туман. Ядовитые пары, разъедающие кожу, легкие и скверно влияющие на прочие органы, окутали шар, в котором находился маг. Зарин только хмыкнул, разглядывая серо-зеленое марево. Его воздушная структура в виде сферы отличалась превосходной прочностью и избирательностью. Даже на дне океана шар был способен не пропускать воду и вытягивать из соленой жидкости кислород, что уж говорить, о парах яда. Зарин много времени тратил на плетение структур и на совершенствование собственных сетей. В результате он достиг определенных высот в этом искусстве. Ему не было равных среди своих по заковыристости плетений. Иногда сам маг не всегда понимал, что он сплетал, особенно когда увлекался этим делом.

Над ним раздались три свистка и голос свыше прогоготал: «Все игроки прошли каменный вал. Очки по сложности применяемых заклинаний, быстроте прохождения и умению показать свои знания уже распределены на табло. Все участники вошли в ядовитое облако. Дополнительное задание! Определить состав». Зарин усмехнулся. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять, что находится снаружи его шара. Серая пелена магического зрения фиксировала каждую молекулярную структуру газов. Их было не так много. Эти вещества он еще во времена своей бурной молодости сподобился вызубрить. Воздушник поднес к губам усилитель звука и проговорил:

- Ядовитые вещества – хлор, плавиковая и сенильные кислоты, угарный газ и окислы азота. Убойная смесь.

- Благодарю, игрок под номером пять. Участнику причисляется еще десять очков. Пока он лидирует среди всех! – вновь отозвался глашатай. Трибуны загалдели. Маги, оценивающие игроков, продолжали безмолвно следить за всеми. Любого могла обмануть их расслабленная поза и скользящий, ни на ком не задерживающийся подолгу отстраненный взгляд. Однако по прошествии предыдущих туров, все участники знали, что вся небрежность старых магов лишь показная. Они в любой момент могли сорваться с места и предотвратить какой-нибудь катаклизм или вышвырнуть играющего не по правилам юношу.

Воздушник самодовольно улыбнулся и перевел взгляд на трибуны, где стихийники и обычные Смертные веселились и наслаждались действом. Он подмигнул двум девушкам, активно болеющим за своего нового кумира. Маг любил такие развлечения, как соревнования среди лучших. Они помогали ему вспомнить славные студенческие годы и не забыть те знания, что он когда-то получал в своей академии. Для него это была тренировка, а вот для других игроков – цель всей жизни. Каждый год они рьяно боролись за место рядом с Верховным, и каждый год их цель была все так же недосягаема, как и в прошлые разы. Зарин сочувствующе оглянулся назад. Маги пытались обогнать наглого пятого. Краем глаза воздушник успел заметить в парах ядовитого облака еще один труп. Парнишка решил схитрить и использовать такой же шар, как и у впереди идущего, только не учел один фактор – его защитная сфера пропускала воздух. Он не прошел и пяти метров, как слег бесформенной кучей тряпья. Зарин злорадно ухмыльнулся. Он никогда не любил тех, кто пытался воспользоваться его идеями без согласия его самого. Это было сродни воровству, а за взятие чужого в законах прописан отдельный пункт.

До финиша оставалось немного. Казалось, еще чуть-чуть и можно будет переступить светящуюся линию, отрезающую полосу препятствий от всего остального мира. Но это был очередной обман, желание затуманить участникам ум. И Зарин чуть было не повелся на легкую победу, вовремя заметив серию пренеприятных сюрпризов, незаметных на первый взгляд даже магическим зрением. До замаскированного смертельного заклятия маг не добрался всего на полпальца. Только чудо блестящей реакции смогло удержать его на месте и не кинуть в объятия ласково улыбающейся смерти. Зарин глухо выругался, когда перед глазами заискрились нити воздушного смертельного заклинания высшего порядка. Узор был настолько характерным, что маг не мог не узнать это плетение – атакующее, вихрем разрывающее на части, отрывающее конечности и раскидывающее их по разным сторонам – быстрая и легкая смерть. Был маг – раз, и мага не стало. Зарин подался назад и облегченно сглотнул, когда маскирующие чары вновь накрыли плетение.

- Демоны, - совсем тихо прошептал воздушник и покосился на сосредоточенных старых магов. – На этот раз они превзошли себя.

Вылетевший в след за Зарином мужчина не ожидал каких-либо плетений сразу же после ядовитого облака (те, кто составлял эту игру, и не слышали о таком понятии, как правила), а потому точненько вписался в сеть. Все поле, частично захваченное чистым финишем с красиво украшенными и отбеленными местами, частично – отравленной ядовитыми парами землей, обагрилось алой жидкостью. Зарин мрачно оглядел свою серо-голубую парадную накидку, окроплённую брызгами крови, и невольно скривился. Он столько золотых выложил за новую, украшенную сапфирами и аметистами, выходную форму, а теперь ее можно было только выкинуть за ненадобностью. Кровь мага даже с помощью силы просто так не исчезает. Зарин возвел очи к небу и, кажется, проклял весь род неудачливого мага. Плюсом было только то, что он не является Путником, способным не только смотреть в будущее, но и умеющим незначительно влиять на ход вещей. В противном случае, его проклятие ушло бы к конкретной семье, и словесная форма преобразовалась бы в материальную.

Разбросанные кишки, из которых вытекала вязкая субстанция переваренной еды; валяющиеся в разных частях участка ошметки органов, выглядевших при свете дня не лучшим образом; оголенные кости, светящиеся своими белесыми боками из-под слоя мышц и порванных связок, раскиданные обрывки человеческой кожи с приличными ломтями мяса и небольшой прослойкой жира; лежащие на песке кусочки раздробленного черепа и расположившейся неподалеку целый глаз – все, что осталось от мага после смертельного заклятия уровня высшей школы воздуха. Зарин старался не смотреть на то великолепие, что открылось его взору. Он боялся, что его вырвет на глазах у всех. А этот феномен сильно повлияет на его и без того шаткую репутацию, естественно, не в лучшую сторону, ведь маги всегда должны быть сильными и уметь держать себя в руках в любых ситуациях.

Народ на трибунах быстро отошел от шока и взвыл. Кто-то в голос гоготал и хлопал в ладоши – для таких эти состязания были сродни обычному хорошо разыгранному спектаклю, кого-то нещадно выворачивало наизнанку – Зарин был не первым, вкусившим прелести жизни магов, а некоторые оставались так же невозмутимы и спокойны, как и вначале соревнований, когда юноши умирали чуть ли не на каждой минуте.

- Ти-и-и-ихо-о-о-о-о! – проорал глашатай и гомон возбужденных неожиданной развязкой существ немного поутих. – Из состязания выбыл игрок под номером одиннадцать. Соревнования продолжаются!

Зарин, стараясь не кидать взгляд на ошметки некогда живого организма сосредоточился на заклинании. Он провел рукой перед наложенными маскирующими чарами и хмыкнул. Заклинание, потратив всю заложенную в нее силу, стало уже неактивным. Плетение без энергии развеялось в пространстве, образовав пустоту. Скрытых источников внутри не было. Зарин с легкостью перешагнул остатки медленно исчезающей кружевной паутины и уверенной походкой двинулся к финишу. Чувство опасности и какой-то подставы в который раз кольнуло сердце молодого мага. Оставался шаг до светящейся голубой линии, которая знаменовала конец полосы препятствий и начало новой жизни. Однако мужчина почему-то медлил. Обернувшись назад, он различил силуэты конкурентов в ядовитом облаке и нескольких парней, настороженно прощупывающих пространство неподалеку от останков своего сотоварища. Умирать никому из них не хотелось, а потому участники были как никогда сосредоточены. Взгляд Зарина переместился на голубую линию, так отчетливо выделяющуюся на песке. Последний шаг… но что-то останавливает!

Зарин по нескольку раз проверил наличие ловушек и скрытых даже от магического зрения заклинаний, что находились под маскировочными чарами. Было пусто. Проход казался чистым и открытым для каждого. Оставался всего лишь шаг… шаг до победы.

Мужчина уже хотел перебороть свою паранойю, как его взор упал на нечто странное – старый воздушник улыбался. При этом улыбка старца, сидящего в коллегии и оценивающего каждого участника, не была добродушной, скорее заинтересованной и алчной. Это было не то, что неожиданно, а выходило за любые мысленные рамки. Постоянно серьезные, сосредоточенные, жестокие и безразличные стихийники, и тут – такой жуткий оскал, адресованный не какому-нибудь неучу, а конкретному игроку, почти дошедшему до финиша. Пронизывающий взгляд старика, казалось, прожигал даже душу. Зарин передернул плечами, стараясь избавиться от навязчивых глаз и странного дурного предчувствия. Жизнью своей мужчина очень дорожил, да и к славе, как таковой, не сильно стремился, а потому, парень устроился поудобней на песке рядом с финишной линией и все внимание направил на своих конкурентов. Если его предчувствие относительно ловушки на выходе из полосы препятствий не обманывает, то будет намного лучше, если налетит на нее кто-нибудь другой. А если ощущения ложны, и никакой скрытой подставы нет, то… об этом Зарин старался не думать. Он лидировал по очкам, но приход к финишу первым давал игроку еще сотню дополнительных баллов – это в три раза меньше, чем можно было набрать на состязании в целом, однако все же приличная сумма. Сейчас Зарина устроило бы и второе место.

Мужчина средних лет первым подошел к загорающему на солнышке парню и хмуро осмотрел этот интересный феномен. Затем придирчивым взглядом серой пелены глаз он оглядел финишную линию. Думал маг минут пять, все внимание уделив странному пространству, через которое забоялся переступать его конкурент. Зарин из-под полуопущенных ресниц наблюдал за соперником. А затем мужчина под удивленным взором пятого участника, расположился на песочке недалеко от него и о чем-то сильно задумался. Зарина так и подмывало спросить, что маг смог увидеть такого, что тоже не решился переступать. Вдруг, парень не заметил какую-то интересную деталь, а его соперник понял, в чем загвоздка и теперь думает над разгадкой. Но говорить друг с другом, помогать или препятствовать было строго запрещено правилами состязания. За это исключали парами. А пятый пока не горел желанием быть вышвырнутым с позором. Хотя любопытство из него так и сквозило. Кинув взгляд на стихийников, Зарин недовольно поджал губы. Они снова были спокойны и, кажется, безразличны ко всему происходящему. Может улыбка воздушника ему показалась? На подходе были и остальные игроки. Зарин хотел было вновь прикрыть глаза, чтобы немного отдохнуть и расслабиться, как голос свыше громом разнесся над ним:

- Испытания успешно пройдены пятым, шестым и четырнадцатым игроком. Третье место занял четырнадцатый игрок, второе – шестой, первое – пятый. Поздравляем победителей состязания «Игра Верховного»! Вы можете пройти через финишную черту! Все чары сняты.

Зарин с удивлением распахнул глаза, услышав голос глашатая, и мгновенно оказался на ногах. Рядом с ним уже стояли не менее пораженные таким заявлением маги – двое, не возжелавших переступать загадочную линию. Остальные же соперники еще не добрались до финиша в силу своей заторможенности или по другой, более веской причине. В любом случае, все поле оказалось деактивировано и искать ловушки было бесполезно. Навстречу победителям уже бежала радостная толпа. При виде несущихся во весь опор людей и магов с жутко довольными лицами маньяков, Зарин невольно сглотнул. Соревнования прошли, а главное испытание со сложностью в пять звездочек еще было впереди и недвусмысленно намекало о своей пугающей неотвратимости. Парень поймал на себе два сочувствующих взгляда воздушников, некогда являющихся его соперниками, и тяжело вздохнул, смиряясь со своей тяжелой участью быть раздавленным и затисканным всеми и сразу. Лавры победителей никогда не были легкими.

***

Зарин, дико матерясь, вывалился из толпы точно пьяный. У него сильно ныли ступни, утоптанные десятками ног, раскалывалась голова от гомона счастливого до невозможности народа и болело все тело от слишком усердных объятий магов. Его пытались поздравить даже бывшие соперники, только воздушник не совсем понимал цель таких проявлений чувств, заключавшихся скорее всего в соревновании, кто сильнее пережмет ему глотку. В общем, Зарин с лихвой насладился любовью народа и больше подобного повторения в ближайшее время явно не желал.

Мужчина хмуро брел к замку Верховного. Последняя ловушка все не давала ему покоя. Он пытался вспомнить все свои ощущения, но ничего, кроме странно-леденящей душу опасности не испытывал. Это было необычно и как-то неправильно.

Кто-то хлопнул парня по плечу, и тот мгновенно обернулся, намереваясь прикончить нахала, посмевшего до него дотронуться. Еще одних смертельных объятий Зарин бы не выдержал не только физически, но и морально. Воздушник с удивлением отпрянул от победителя, глаза которого вновь заполнились серой пеленой.

- Зарин, это же я, Венай! – недоуменно проговорил мужчина, и с облегчением обнаружил на лице своего друга узнавание. – Прости. Я помешал твоим мыслям. О чем задумался?

Стихийник небрежно махнул рукой и вошел на территорию замка Верховного. Охранная система без проблем пропустила его. Друг последовал за ним. Какое-то время они шли молча. Сад, наполненный птичьими переливами и отзвуками насекомых, глушил возрастающую неловкость между мужчинами и дарил некое чувство умиротворения. Зарин дошел до фонтана и, умывшись, посмотрел в болотного цвета глаза друга.

- Они использовали магию, не относящуюся к стихийной. Я не знаю, какую – черную или белую – сейчас это не имеет значения. Однако маги нарушили этим правила, законы игры. За подобное их всех надо предать казни. Чудо, что первые три мага, включая меня, не повелись на этот обман.

- Я тебе говорил, что это плохая идея! Говорил?! Игра Верховного – это не просто какое-то там липовое соревнование, вроде академических состязаний. Там жизнями магов не дорожат и попу недорослям никто не подтирает. И это основное отличие подобной резни от развлечений в нашей академии.

- Тебя, кстати, не было на трибунах. Не пришел меня поддержать? – перебил Зарин друга.

- Нет! Я ненавижу скотобойни. Сначала они дают магам надежду, завлекают их славой, а потом отбирают жизнь. У них не остается ничего! Нет даже шанса выиграть или хотя бы проиграть. Только смерть, при этом смерть даже для лучших. К дьяволам такие соревнования!

- Ах, да. Я же и забыл, что ты у нас дико правильный. Грех, что не родился серафимом, сейчас бы нес свою проповедь людям и раздражал бы каждого встречного-поперечного, постоянно намекая ему, почему тот неправ. Ну, во всяком случае до тех пор, пока не получил бы в глаз от излишне чувствительного к критике мага, - хихикнул Зарин.

- Тебе бы все развлекаться, - недовольно засопел стихийник. – А если бы тебя там убило? На подобных соревнованиях очень хитроумные ловушки! Мы в жизни их никогда не встретим. Ты меня слушаешь вообще?

Зарин печально кивнул, наблюдая за маленькой птичкой, перепрыгивающей с ветки на ветку. Ему нравилось, когда друг находился рядом, даже если тот в это время ругался. Его грела мысль, что он не один в мире и у него есть кто-то близкий, кто переживает за него, как за себя самого. А вот птичка была одна. Она чирикала, звала кого-то, но никто к ней не спешил. Воздушник не хотел бы оказаться на ее месте. Именно в эти моменты Зарин ощущал некое превосходство и радость.

- Объясни мне, упрямый ты баран, чего тебе удалось добиться этим? – тяжело вздохнул Венай, чем привлек внимание рассеянного Зарина. - Ну, войдешь ты в замок, дальше-то что? Ты каждый раз туда входишь без приглашения и творишь там, что вздумается. Ну, и куролесил бы в своем замке, так нет же! Твою грандиозную филейную часть снова потянуло на приключения! А знаешь почему?

- Почему?

- Потому что ты абсолютно безголовый. Самый бесшабашный Верховный из всех, кого я знаю!

- И многих Верховных ты знаешь? Могу всех пригласить, познакомишься.

- Поверь, одного тебя мне вполне достаточно. К тому же я уверен, что другие таким самоубийством не занимаются. Ты знаешь хоть одного мага, который бы рискнул своей жизнью, не ради чего-то, а просто так?

Мужчина усердно сделал вид, что задумался над этим вопросом, но глаза, искрящиеся весельем, его выдали с головой.

- Зарин! Не смешно! Когда ты уже начнешь слушать своего лучшего друга? И ладно бы друга, но голос разума еще никто не отменял!

- У меня он в отключке с самого рождения, - отмахнулся Верховный. – Да и, если бы не я, все участники завалились бы на последнем испытании, при том в прямом смысле этого слова. Так что слава мне три раза.

Воздушник покачал головой.

- Ты не исправим. Неужели тебе государственных обязанностей не хватает?

- Хватает, но они все скучные и мне осточертели. К тому же большую часть из них делаешь ты, так что у меня хватает времени на все!

- А если бы ты там умер!?

- Народ и Создатель выбрали бы нового Верховного, - небрежно проговорил Зарин.

- А как же я? – выложил последний козырь стихийник, и правитель захохотал.

- Пережил бы как-нибудь. Зато мы узнали, что твориться на знаменитой игре Верховного.

- Очень познавательная информация. – не поддержал друга Венай. - Теперь тебе осталось ее приложить к нужному месту так, чтобы в пору пришлась.

- Не волнуйся, приложим. И к моему месту, и к месту этих зазнаек старейшин, и на остальных Верховных тоже примерим.

Воздушник с неописуемым ужасом на лице отпрянул от своего правителя и в крайнем удивлении прошептал:

- Только не говори, что ты в это втянешь и остальных. Они же тебе голову открутят, а вместо нее повесят светлячок. Будешь в истории вторым Верховным с вечно сияющей башкой.

Зарин заливисто захохотал.

- Ладно, уговорил, не буду. А то, чего доброго, и в самом деле открутят. Нужно самому разбираться с этим делом.

Стихийник поднялся с бортика фонтана и направился в сторону замка. Его ждала обширная библиотека с увлекательно-нудными книгами формул, графиков, расчетов и заклинаний. Его друг двинулся в след за ним. У него тоже были дела, но не касающиеся добычи знаний. У библиотеки они пожали друг другу руки и разбрелись в разные стороны. Время близилось к обеду.

***

Зарин перелистнул пожелтевшую от времени страницу и вновь его взор обратился к заковыристым буквам. О черной магии было написано скупо и явно предназначалось для ознакомления с миром стихийников в возрасте десяти лет. О белой магии так же не говорилось ничего внятного. Конечно, Верховный и не надеялся найти подробное описание высших заклятий белых и черных магов, но особенности каждой расы в его библиотеке должны были быть. Следующая книга тоже не блестела нужными знаниями.

Зарин печально отложил еще один том во все возрастающую стопку. Было бы проще об особенностях магии спросить у самих магов, но если белые легко раскроют азы своего искусства, то с черными такая наглость не сработает, да и восемь телепортаций за день – это слишком много, даже для Верховного. Оставался только один вариант – книги, в которых почему-то умалчивалась нужная информация. Перелистав все тома по характеристикам рас, Зарин с сожалением потянулся, удовлетворенно отметив, как хрустнули кости. Произнеся короткое простенькое бытовое заклинание, мужчина пронаблюдал, как книжки разлетелись потоком ветра по своим местам. Вновь подойдя к полкам, стихийник просмотрел названия толстых фолиантов, в основном предназначенных для воздушников.

Вдруг, взгляд его упал на тоненькую, отличающуюся ото всех остальных книг, тетрадку, зажатую между толстенными талмудами. На первый взгляд она была такая не заметная, что Зарин не сразу обратил на нее внимание. Но когда поток ветра, разносивший другие книги, случайно задел ее и из тетрадки выскочил уголок какого-то листочка, она стала выделяться из общей массы нестандартностью и тут же привлекла к себе интерес мага.

Осторожно вытащив небольшую тетрадь, Зарин сел за стол и раскрыл ее на первом же листе. Почерк ему был незнакомом, но инициалы в углу заставили задуматься. Такие же он видел на многих бумагах, когда стал Верховным, а потому мужчина без труда догадался, кто являлся истинным хозяином этой вещи. Первые строки заставили стихийника удивиться, и он с головой ушел в чтение, забыв, казалось, обо всем. Тут определенно была вся информация, которая могла бы ему понадобиться.

***

Мир пал. Я не помню, когда это было, может мгновение назад, может вечность. Осталась только боль. Сильная, раздражающая, она постоянно меня убивала, каждый день. Я еще тогда не знал, что являюсь Верховным. Никто из нас не знал. Мы ведь были одним народом, одним целым, братьями. А потом все начало меняться. Слишком быстро. Мы ничего не смогли сделать. Это было уже не остановить. Мясо, кости, внутренние органы – все преобразовывалось, менялось, разрушалось, совершенствовалось. Мы стали другими, и не только внутренне…

Когда вдруг все закончилось и боль отступила, подарив сознанию ясность, мы взглянули друг на друга и ужаснулись. Внешность у многих сильно изменилась. Пришлось искать себе имена, чтобы не остаться безликими каждый в своей расе. Все назвались так, как захотели сами. А ведь раньше такого не было. Оглядываясь назад, на наше детство, я понимаю, что хоть тогда мы и казались рослыми состоявшимися мужчинами под опекой Создателя, в душе и по уму каждый из нас являлся всего лишь несмышленым ребенком, которому хотелось играть и веселиться. Мы оказались не готовы к обрушившемуся на нас возмездию Отца.

Я помню Серхата… задорный светлоликий парень, любивший устраивать каверзы всем и каждому. Но его проделки никогда не были направлены на желание обидеть или унизить. Все они носили добрый характер дружеского подначивания. Он был нашим заводилой во многих играх, и часто придумывал все новые и новые правила. С ним никогда не было скучно. Недавно я навестил его. От прежнего БеЗсмертного не осталось и следа. Краснокожий, хвостатый, рогатый – яркий представитель расы дьяволов. Он стал жестоким, бессердечным, не знающим ни пощады, ни жалости, признающим только силу и власть. Но все еще любящим игры. Мы проговорили с ним до утра с бокалом вина, вспоминая отрочество и веселое юношество. Он бережно хранил в своем сердце все воспоминания и с нежностью, так несвойственной этой расе, рассказывал о них, как о самом великом своем сокровище. Может быть, истинный Серхат все еще жив, но вынужден надевать маску самодура? Я надеюсь на это, ведь проклятие Создателя хоть и меняет сущность, но оно не в силах изменить чувства...

Магия порталов и пространственная – ему доступна в любых количествах, в отличии от остальных Верховных, с трудом рассекающих пространство. Боевая тоже есть. Он легко забирает души и, как хозяин чистилища, может решать достойна та или иная душа переродиться, или лучше будет ее уничтожить. Да, душу убить можно. Я слышал, как голос Серхата наполнялся сожалением и горечью, когда он рассказывал о своей нелегкой доле. Может эта работа с дьяволами и постоянная борьба за свою жизнь его и обозлила? Я не знаю… но выглядел он скверно.

Я помню Путника… застенчивый, скромный мальчишка, всегда неохотно вступающий в любые веселые переделки. Он редко с кем разговаривал, много улыбался и старался не вмешиваться не в свои дела. Я помню, когда его первый раз накрыло. Он стал будто бы безумным, кидался на всех с выпученными глазами, что-то невнятное кричал. Темным пришлось держать его, чтобы он не навредил ни себе, ни другим. Мы все его очень любили, а после перевоплощения Путник стал сам не свой. Он был безумным, постоянно находился в полуобморочном состоянии. Ему так виделось будущее. Я редко, когда заставал его в сознании и адекватном разуме. Видно, Отец не любил его больше всех, раз наградил таким даром.

Путник мог прозревать возможные варианты будущего. Но оно постоянно менялось. Я не знаю, как он еще не сошел с ума от этого слишком тяжелого бремени. Путник пытался изменить некоторые пути. Иногда ему это удавалось. Может сейчас он достиг нужных высот? Я не знаю, я почти не вижу в его глазах разума.

Я помню Алистрата… бойкий, активный молодой БеЗсмертный, всегда готовый заступиться за слабого и поучаствовать в каких-нибудь проказах Серхата. Он был верен своим принципам до конца, вплоть до перерождения. Любимый Отцом больше остальных, Алистрат первым вонзил кинжал в Его грудь, когда остальные были на подходе и бряцали оружием почти у самых дверей. Мы вломились тогда, а Отец уже был почти мертв. Он смотрел с улыбкой на наши брезгливые лица и умирал. А Алистрат окровавленными руками держал Его и, как маленький мальчик, плакал, уткнувшись Ему в грудь. Он убил Творца ради нас. Это было сложно, переступить через себя, ведь Алистрат всегда любил Отца и старался во всем ему помогать, даже в доставке БеЗсмертных и превращении их в людей. Он окупил свою вину и заслужил прощение остальных. Сами бы мы с Ним не справились, примени Отец свою магию. После этого, в нем что-то сломалось. Алистрат стал больше походить на Серхата – язвительный, жестокий, нелюдимый, одинокий с огромной дырой в душе, которую он пытается чем-то закрыть, чтобы не было видно его окровавленного сердца. Но надолго ли его хватит? Сможет ли он продержать эту стену сарказма и иронии до самой своей смерти или расколется раньше? Я не знаю. Последний разговор с ним был тяжелым как для меня, так и для него. Я разбередил его душу, заставил снять лживую маску, которую он никогда не снимает, оголив настоящее лицо брата. То, что я увидел, было жалко. Мальчик, сидевший перед умирающим Отцом и снова и снова повторявший – прости, прости, прости… да, его рану не залечило даже время. Он молча выставил меня. Вот уже больше столетия мы не общаемся, я из-за этого очень переживаю. Хочу ему помочь, но не знаю, как. Может, и правда люди говорят, что стоит иногда оставить все как есть.

Алистрат – чистая магия тьмы, боевая форма. Описывать тут нечего. Он рожден убивать. У Отца блестящее чувство юмора, и вдобавок к этому – совершенно черное.

Я помню темного эльфа… нет, имени я не скажу, даже не просите. Он был предателем, часто доносил Отцу, о том, что мы делаем, и как. С его помощью Творец всегда знал о каждом своем избранном чаде. О таких магах не пишут. Он получил по заслугам – сдох в пещере драконов от своей излишней жадности и корысти. Такие долго не живут. Но это не отличительная черта всей расы, это гниль конкретного индивида. Его имя стерто со страниц истории, и упоминать о нем не будет никто.

Темные эльфы – загадочные существа. Их магия – магия прогресса. Точный, математический склад ума, расчётливость, сосредоточенность, умение подмечать любую деталь. В работе с гномами их приборы стоят целые состояния! Они – сердце магического мира, ведь без них, у магов не было бы ничего. Их удивительное умение примечать каждую вещицу, оценивать ее по достоинству, находить выход из любой ситуации, даже, если она на первый взгляд кажется безвыходной – все это говорит и о другой стороне медали их уникальной магии, за что темных эльфов и не любят. Но этот мир был бы до безобразия скучен без воров, умеющих открывать любой замок, без скрытных шпионов, добывающих нужную информацию, и без наемных убийц, тихо и неслышно зарабатывающих легкие деньги.

Я помню Лирна… плаксивый паренек с вечно недовольными глазами и усталым лицом. Как ни странно, Лирн был одним из самых старших мужчин в нашей банде, но покапризничать все же любил, несмотря на то что являлся для всех примером. У него не имелось чувства само значимости, он не ощущал ответственности и был, впрочем, не плохим парнем. Лирн обладал бесспорно превосходным качеством – он умел слушать и слышать собеседника. Если что-то случалось, шли к нему. Лирн молча выслушивал навалившиеся на парней невзгоды и кивал головой. Сам он не жаловался никому, кроме, пожалуй, Алистрата. Эти мальчишки были с самого начала не разлей вода, хотя склоки у них иногда все же случались. После того, как они изменились, дружба их не угасла, а продолжила существовать, что было редкостью. Наверное, Лирн единственный, кто остался собой после перерождения. Я ему завидую. Для многих это было сложно, не столько физически, сколько душевно. Поменялись принципы, желания, цели, ломались стереотипы, рушились традиции; ты становился будто бы совсем другим – две души в одном теле. А он либо смог перебороть свое второе «Я», либо ему настолько повезло, что проклятие, наложенное на него, поменяло только структуру, но не тронуло душу. О том, что же на самом деле произошло, можно только догадываться.

Лирн – белый маг, чистая боевая магия света. Рожденный воином, таким же убийцей, как и Алистрат. Про его народ ничего характерного сказать нельзя. Он такой же разнообразный, как и черные маги.

Я помню Странника… любитель приключений, походов, игр. Он никогда не был главным в задумках, но всегда старался принимать активное участие и поддерживать своих братьев. Как и Лирн с Алистратом, Странник сильно сдружился с Путником. Когда все отвернулись от сумасшедшего мужчины, который был распят между реальностями, он один стал заботится и ухаживать за ним, ведь темный не всегда был в здравом уме. Но несмотря на это, Странник все же стал другим. Я не могу сказать точно, изменился ли он, в лучшую сторону, или, наоборот, в худшую. С одной стороны, мне казалось, что я вижу того же мальчишку, мечтающего о дальних путешествиях и под шумок сбегающего из лаборатории, а с другой – это был совсем взрослый мужчина, в глазах которого читалась мудрость прожитых столетий.

Не шутка ли, Странник обладает магией иллюзий или ее еще называют маскирующей магией. Нет, такую силу может использовать любой маг. У каждого в арсенале есть небольшое плетение маскирующих чар, которые помогают скрыть многие заклятия. Однако никто в совершенстве не может овладеть магией иллюзий, кроме странников. Сделать так, чтобы даже маг не мог отличить реальность ото сна, очень сложно и кропотливо. Только странникам под силу превратить убогое жилище в великолепный замок, и, наоборот. Его магия так же пассивна и вреда не несет, но она основана на красивом обмане, что заставляет настораживаться.

Я помню Хеталя… милый озорной мальчонка с превосходной чарующей улыбкой и сияющими радостью глазами. Мы часто играли вместе. С ним было весело. Он всегда удивительно вовремя предлагал свежие идеи. Мы творили вместе. Какие красивые получались структуры! Только Отцу они почему-то не нравились. Теперь все стало не так, как было раньше. Острые ушки, темная кожа, узкие глаза, но все еще живые, полные жизни зрачки! Он хоть и надевает маску хмурого целителя, но меня не так легко обмануть. Под этой личиной, я замечаю все того же парня. Или, может, мне просто хочется это видеть? И на самом деле он так же изменился, как и все? Я уже ни в чем не уверен. Но мне хочется верить…

Светлые эльфы на деле темнокожие, живущие почти на экваторе, - очередная шутка нашего веселого и злобного Создателя. Когда я его не ненавижу, мне даже кажется, что люблю… Хеталь обладает целительской силой. Он прекрасный лекарь. Мне кажется, что умри я, то Хеталь поднял бы меня в два счета. А ведь уходить мне уже скоро надо будет. Короткая у меня получилась жизнь. Возможно, когда-нибудь светлые эльфы изобретут что-нибудь, что спасет многие народы от старости. Жаль, что я этот прорыв уже не увижу.

Я помню Серафима… добродушный мальчуган с открытой душой и легким нравом, всегда готовый помочь любому нуждающемуся, даже если он ничего не понимал в проблеме. Было мило смотреть, как он пытался подбодрить обиженного Отцом Серхата или Лирна, который часто дулся по пустякам. Все изменилось после перестройки организмов. Серафим постоянно жаловался на чесотку по коже, пока не повылезали перья изо всех мест. Мы его пытались как-то утешить, говорили, что теперь его желание летать станет явью, а может он и нас сможет покатать потом. Поначалу он улыбался, отшучивался, но мы чувствовали, как внутри него зрела тревога. Потом он совсем зарос, а затем засиял. Теперь мы не знаем ни что он чувствует, ни что он думает; мы о нем вообще ничего не знаем. Его лицо скрыто от нас. Разговаривать по душам он не особо стремился. С каждым годом Серафим все больше замыкался в себе и отстранялся от нас. Его доброта и всепрощение ушло вместе со смертью Создателя. Иногда мне кажется, что он стал слишком жестокосердным и бесчувственным. В его голосе ощущались нотки какой-то странной доброты, больше похожей на уступчивость более низшим и менее разумным существам, и властности, но любви там не было. Часто я ловлю себя на мысли, что было бы интересно взглянуть на его душу. Она стала такой же черствой, как и сердце, или в ней все еще теплится что-то вроде любви? Наверное, я узнаю это только в своем следующем воплощении, если, конечно, буду помнить.

У Серафима неповторимый тип белой магии. Ее нельзя обнаружить практически. Для нее нет плетений и ключевых слов. Магию этой расы можно только почувствовать за шаг от заклятия. Если ни с того, ни с сего ощущается что-то похожее на волнение или тревогу, то заклятия этой группы – средние, и коли принесут вред, то небольшой. Это не так страшно. Но при паническом чувстве опасности, когда все внутри кричит и вырывается, останавливая хозяина, стоит бежать, не оглядываясь, подальше от этого места, чтобы ненароком не задеть смертельное заклятие. Серафимы редко, когда используют свою силу, но их заклинания отличаются небывалой мощью и могут сравниться только с боевыми плетениями дьяволов или заклятиями, что активно использовались до Создателя. Неповторимый народ со своей скрытной историей.

Я помню…

***

- Верховный! – в библиотеку чинно вошел дворецкий и поклонился в пояс. Зарин с неохотой оторвался от тетради и взглянул на нарушителя спокойствия волчьим взглядом.

- Я прошу прощения, Верховный, что отвлекаю, но уже обед. Вы не желаете подкрепиться? К тому же Вы приказали мне напомнить, что…

Зарин закатил глаза.

- Да, помню я, помню! Уже иду. Свободен.

Слепой дворецкий отработанным движением вышел из библиотеки. Воздушник хмуро проследил за ним.

- И как он каждый раз узнает, где я нахожусь, слышит, что ли? – пробурчал стихийник и все же отложил тетрадку. Свободное время Верховного закончилось, пора было приступать к своим прямым обязанностям.

Зарин бросил жадный взгляд на тетрадку и хмуро направился к своему кабинету. На полпути его догнал Венай, счастливый до невозможности, потрясая какими-то бумажками.

- Я понял! Понял! Зарин! Я все понял!

Стихийник скривился и мизинцем прочистил правое ухо, в которое с таким усердием орал его помощник.

- Да-м? И что же ты такого понял?

- Я понял, что нашим не хватает еще инвентаря для проекта и решил…

- Денег нет, - категорично отозвался Зарин, прочитав гениальную идею по лицу друга.

- Вот жмот! Тебе что, жалко, что ли?

- Да, жалко. Денег нет.

- Да, ты еще больше каждый год срубаешь на налогах, тебе-то что…

- Тогда налоги подниму.

- Давай только без этого. Нам второго восстания за этот год не хватает...

- Тогда, нет. Ищи деньги в других карманах. Не в моих, учел?

Стихийник вмиг погрустнел и скорчил жалобную мордашку, только слезки еще лить не начал. Зарин, наблюдавший за всем этим спектаклем, ухмыльнулся.

- Я серьезно, у меня денег на подобную ерунду нет. Можешь не пытаться разжалобить меня, все равно не выйдет.

Стихийник прекратил корчить из себя жертву народного произвола и вновь посерьезнел.

- Как у тебя дела с библиотекой?

- Это серафимы. Их магия была на финишной черте.

- Тебе помочь?

- Нет. С этим я разберусь сам, и если потребуется вырежу всех этих лже-старейшин, чтобы не морочили магам головы и следовали определенным правилам.

- Справишься-то сам?

Зарин самодовольно усмехнулся.

- Я??? Я же Верховный. Естественно, я справлюсь! Только займусь этим чуть позже, когда время будет.

- Как бы тебя твоя уверенность в безоговорочной победе не сгубила. Ладно, а сейчас что делать будешь?

- Обещал к землЯникам заглянуть. Нужно кое-какое дельце провернуть.

- Не нравится мне это. Опять куролесить будешь, а вдруг что случиться.

- Если случиться, то ты будешь следующим Верховным, - улыбнулся Зарин, и, не дожидаясь реакции друга, нырнул в портал, предварительно забрав из кабинета какую-то важную бумагу.

Глава 24 Смешение магий

Влажный субтропический лес встретил Верховного ярким солнцем и легким ветерком. Зарин уже столько раз бывал в этих местах, но все никак не мог привыкнуть к здешней совершенно дикой природе. У него большую часть земли занимали полупустынные степи и редкие подлески. Живности, особенно крупной и хищной, было мало. Влажность казалась низкой. Каждый участок обдувался любым лепестком розы ветров. Верховного данный климат вполне устраивал. И правитель чувствовал себя на территории землЯников некомфортно – слишком опасная местность, населенная всевозможной не шибко дружелюбной фауной, и, что примечательно, флорой тоже. Покосившись на хищную мухоловку и на прекрасно маскирующуюся под лианами змею, Зарин противно скривился. Не сильно он любил природу, но тут уже ничего не поделаешь. Территорию маги не выбирали.

Верховный осторожно выбрался из чащи на уже знакомую ему поляну. Если бы не прекрасная ориентировка в пространстве, воздушник ни за что бы не догадался, что лес заканчивался в двух шагах от него. Магия природы… или ее особенность? Гадать можно было долго.

Вспахивая землю, на поле трудился один единственный мужчина. Его силуэт вдалеке заставил правителя насторожиться. Портал он открыл правильно. Местность была ему не знакома, но ошибки никакой быть не могло. Тут должен был обретаться его друг. Зарин вгляделся в работягу. Соха, запряженная в полного силы мустанга, поднимала целину и взрыхляла верхний слой почвы. Землепашец в холщовой замызганной рубахе и таких же грязных штанах прилагал все свои силы, чтобы работа вышла так, как надо. С него градом тек пот, ноги устало подгибались, но он понуро шел вперед и даже не думал о маленькой передышке. Зарин не сразу распознал в нем своего товарища.

Воздушник припустил по почти вспаханному полю. Пробежав версту, он остановился прямо перед хмурым землепашцем. Сложно было распознать в мрачном крестьянине, донашивающим старые обноски, одного из сильнейших землЯников. Образ могущественного мага на столько не вязался с оригиналом, что Зарин даже несколько опешил от такой картины. Он с удивлением осматривал своего друга, которого было словно не узнать, и будто бы решал, того ли мага он нашел.

Если закрыть глаза на одежу, пропитанную потом и грязью, землЯник являлся статным, широкоплечим и высоким мужчиной, ровесником воздушника. У многих он ассоциировался с огромным реликтовым деревом. И дело тут было не в росте, хотя почти все землЯники на несколько голов выше людей, а в недюжинной силе, которой этот гигант делился с природой, и во взгляде, где, казалось, было море внимания и понимания. Маг производил впечатление добродушного и всепрощающего великана. Но первое ощущение часто бывает обманчиво. Об этом Зарин знал не понаслышке. Воздушник вздернул голову, чтобы взглянуть в лицо друга, но жаркое солнце ослепило его, не дав осуществить желаемое. В глазах поплыли темные круги.

- Кого я вижу? Зарин! Какими судьбами в наших краях?

- По-нашему с тобой делу, Кралк.

Великан думал недолго. Видимо, он ждал этого ответа, а потому бросил соху, распряг мустанга и направился к чаще, махнув другу следовать за ним. Зарин не возражал. Солнце знатно припекало макушку. Воздушник даже позавидовал землЯнику, на голове которого красовалась сплетенная своими руками соломенная шляпа.

- Так, что? Ты добыл? – заинтересованно проговорил маг, усаживаясь в теньке под сенью молодых деревьев.

- Ага, - довольно отозвался Зарин, показав мужчине свитки, аккуратно перевязанные ленточкой, и предупредил следующее действие Кралка. – Только не своими грязными лапищами. Помой сначала. Я их с таким трудом у Руфима вымаливал. А он жадничал. Все равно ведь не его, а Серхата.

- Серхата? Он что, библиотеку дьявола взломал?

Кралк тяжело поднялся и направился к небольшому ключу, что бил холодным потоком рядом с их местом.

- Ну-ну, конечно, мечтай! – фыркнул Зарин, наблюдая, как с рук великана стекает грязная вода, оголяя загорелую чистую кожу. – Ты хоть в глаза видел эту библиотеку? Мне кажется ее в принципе, как таковой, не существует. Научно не доказанный факт. Скорее всего Руфим просто попросил покопаться в архивах.

- Враки, - простодушно отозвался землЯник, с усердием отмывая руки в мелкой речушке, не забывая и о земле под ногтями. – Не даст Серхат никому копаться в своих документах. К тому же Руфим ему не брат, не сват, и не, упаси Создатель, друг – то есть, одним словом, вообще никто. С чего бы дьяволу отдавать ценные свитки в руки мальчишке, а для него не то, что пацан несмышленый – малыш!

- Я не знаю. Наверное, Серхат ему что-то задолжал.

- Что бы Серхат, да и кому-то и задолжал? Не смеши меня. Скорее у него все в должниках ходят. Нет, тут что-то другое. Ладно, позже с этим разберемся, если не забудем, конечно.

Маг земли выхватил у хмурого Зарина свиток, осторожно развернул и пробежал глазами по кривым строчкам алых букв. На его лице сверкнула ухмылка.

- Надо же, и правда он. Руфим у тебя случайно не поинтересовался, зачем тебе этот ритуал?

- У нас с ним уговор. Он не задает мне глупые вопросы, а я не лезу в его дела.

- Мудро. Остается только догадываться, как вы вдвоем пришли к такому взаимопониманию.

Зарин пожал плечами.

- Как-как… так же, как и вы вдвоем. Хотя у вас дела обстоят куда как сложнее. Только ленивый не в курсе, что вы друг друга сильно недолюбливаете. И это еще мягко сказано. А, ты, я смотрю, пашешь. Нашел себе развлечение по душе?

- Надо землю готовить к посадке, - печально вздохнул Кралк и убрал свиток за пазуху. – Мы же основные поставщики продовольствия для всех рас. Пока у нас плодоносит земля, мы строго выполняем свои обязанности.

- Это обязанности всех стихийников, если ты не забыл. Ваша, правда, первоочередная, но и нас со счетов скидывать не стоит. В земле роются в основном Смертные или совсем слабые маги, для этого они и нужны. А у нас несколько иная задача.

- Смотреть, чтобы они сильно не зарывались?

- Именно. Так, за чем ты пахал?

- Успокаивает меня это занятие.

- Опять что-то стряслось?

ЗемлЯник развел руками, как бы говоря, что понятия не имеет, о чем разговор. Но на его лице отчетливо читалась грусть. Зарин не стал настаивать. Кралк был далеко не из тех, кто стремился поделится со всем светом своими проблемами и попросить совета. Он стойко переносил все невзгоды личной жизни самостоятельно. Эдакий одинокий волк, самодовольно ушедший из стаи и решивший искать счастья в уединении. Будет ли он от этого счастлив? Зарин в этом сильно сомневался. Воздушник сам не представлял, каково это – остаться одному. Верховного всегда кто-то окружал. Он лучше чувствовал себя в компании, и потому ему было жаль землЯника, который не стал искать себе друзей, а выбрал в компаньоны соху и грязную работу крестьянина.

Кралк тем временем шел широким шагом в направлении своего укромного местечка. Он с завидной периодичностью поглядывал на задумчивого Зарина, и убеждаясь, что тот следует за ним, продолжал свой путь. Небрежным движением землЯник откинул очередную стопку дряблых лиан, загораживающих ему проход, и обезвредил которую по счету ловушку, поставленную в основном от диких зверей. Хищники очень осторожно относились к земляным магам и на рожон не лезли, уже почувствовав на собственной шкуре, что данный вид вкусного деликатеса к питанию крайне непригоден и может привести к чему-нибудь похуже заживо закопанной тушки. Свои же маги в самую гущу субтропического леса носа не совали. Не было нужды. Им хватало земли на севере, где преобладали богатые черноземные почвы. Таким образом, Кралк не боялся за обнаружение своего маленького эксперимента. Ничего незаконного он делать не собирался, но любопытные маги или просто звери могли подпортить ему результаты, поэтому лишняя мера защиты была, как показывала практика, далеко не лишней. Маг хмуро взглянул на окровавленный труп дикой свиньи, не так давно напоровшийся на острые колья земляной магии, и со вздохом оставил на ней метку, чтобы не забыть потом подобрать дичь, пойманную без особого труда. Зарин скользнул по туше мимолетным взглядом. Не удивительно, что его не впечатлила эта картина. На игре Верховных были сценки в тысячу раз хуже, только с участием разумных. После определенного мысленного порога напрочь теряешь чувствительность к некоторым видам убийств.

Наконец, Кралк вышел на небольшую полянку и улыбнулся своему творению. Зарин чуть позади поднял взгляд и ошалело перевел его на создателя этого убожества.

Перед магами возвышалось пятиметровое нечто, отдаленно напоминающее какое-то существо в куче свежеприготовленного навоза. Форма, если у него и была, то давно уже потеряла свои очертания под огромной грудой то ли земли, то ли глины, то ли еще более благоухающего материала. Зарин больше склонялся к третьему варианту, так как вся поляна пропахла чем-то странным и убойно отвратительным. И чем ближе маги подходили к безмолвному гиганту, тем вонь становилась сильнее.

- Демоны, а я ведь хотел еще пообедать. Благо, Создатель уберег от такого глупого поступка. Теперь неделю точно ни одного куска в рот не возьму. Кралк, что ЭТО?

- Мой первый голем и неповторимый в своем роде! – маг гордо вздернул подбородок и подбоченился, отчего стал еще выше.

- То, что оно не повторимое, я и так вижу, и даже чувствую. Такое извращение создать мог только ты. О, Творец! Отчего же оно так воняет?

- Ой, да, забыл, - внезапно вспомнил о чем-то землЯник и снял заклятие массового поражения, усиливающее ароматический эффект.

Зарину стало легче, но полной грудью он все еще вдохнуть не мог.

- Магия воздуха уровня неуча. Есть прорехи, но в целом превосходно для землЯника, - проговорил воздушник, стараясь дышать через раз.

- Благодарю. Я знал, что ты оценишь, - довольно отозвался Кралк и вновь с любовью посмотрел на свою скульптуру, намешанную из всего, что попалось под руку. – Не волнуйся. Полчаса и ты привыкнешь к его запаху.

- Это вряд ли. Я все-таки воздушник как-никак. Мы к запахам не привыкаем, - с сомнением проговорил Зарин и обошел сие чудо по кругу, стараясь держаться от него на приличном расстоянии. – Знаешь, скульптор из тебя отстойный вышел. Не берись больше за это неблагодарное занятие.

- Сейчас вот обидно было, - надулся Кралк. Он считал свое творение верхом совершенства.

Зарин сочувствующе посмотрел на землЯника. Его замкнутый образ жизни старого отшельника скверно сказался не только на общении с разумными расами, но и на душевном самочувствии самого мага.

- Хорошо, - мрачно проговорил воздушник, по достоинству оценив степень помешанности друга. - Сам посуди – ни рук, ни ног нет. Как оно, по-твоему, передвигаться будет? И еще такой нескромный вопрос – ОНО вообще девочка или мальчик?

- Пацан! – не задумываясь отозвался маг земли, за что был удостоен странно-удивленного взгляда.

- И где тогда, позволь спросить, его… э-э-э… кхм… признаки пола?

- Внутри, - без тени сомнений сказал землЯник.

- Внутри чего?

- Внутри него.

Зарин с показным любопытством вгляделся в бесформенное нечто, но ничего, кроме грязи и палок не обнаружил.

- Нет, конечно, дело твое, можешь дать этому бесполому мутанту шанс на псевдожизнь, но я бы на твоем месте все переделал, прежде чем раскрывать свиток и начинать подготовку к ритуалу.

- Настолько все плохо? – огорченно проговорил Кралк.

- Да, - безжалостно добил самолюбие мага Зарин. – На мой взгляд, гаже не бывает.

Кралк тяжело и как-то особо печально вздохнул и умоляюще взглянул на непримиримого воздушника.

- Поможешь мне тогда сделать из него настоящего голема?

Зарин приподнял бровь и вновь взглянул на труды мага земли.

- Это нужно будет туда лезть, и нюхать всю эту разлагающуюся на солнце кучу? Определенно, нет. Я на такое не подписывался.

- А ты мне помоги не как Верховный, а как друг. К тому же, ты говорил, что можешь себе оболочку чистого воздуха сделать. Чего тебе стоит помочь? Ведь бумерангом тебе потом все вернётся.

- Только не надо давить на мою совесть, - скривился Зарин, но взглянув на грустное лицо друга, все же сдался. - Ладно, уговорил.

Кралк в отличии от его помощника с чувствами не играл и масок никаких не примерял, что воздушнику в нем, определенно, нравилось. Сейчас таких магов становилось все меньше. ЗемлЯник просиял, убедившись, что Зарина он все же уломал.

Маги принялись за дело. Вместо сферы, не пропускающей даже воздух, Зарин создал более энергетически выгодный вариант – тонкую тягучую оболочку концентрированного воздуха около пространства головы, в точности повторяющую форму шара. Выглядел он при этом забавно. Находился бы воздушник в более многолюдном месте ни за что бы не применил подобное заклятие на себе. Над ним смеялся бы каждый встречный и над его маленьким резервом или жуткой экономией на себе – тоже. Такого унижения маг бы не выдержал.

- Не смотри на меня, - зло отозвался Зарин, увидев, как друг еле сдерживает улыбку. – Сейчас откажусь, будешь это говно сам разбирать.

Кралк понятливо поскучнел и приступил к сортировке грязи. Оказалось, что импровизированный голем состоял не из одной большой дурно пахнущей кучи, а из комочков разного радиуса. ЗемлЯник поочередно снимал с них заклятия удержания и направлял магией в разные стороны, при этом совершенно не заботясь о их направлении движений. Зарин, чтобы не дай Создатель, на него не налетел какой-нибудь «небольшой» по словам мага земли комочек и не раздавил воздушника, поднимал их заклятиями в воздух. Часто он даже успевал это сделать. А когда ему не хватало сноровки или же внимания, маг дико ругался и пытался отодрать от травы свое грязное и жутко воняющее разложением и тухлятиной тело, пока его не прижал следующий шар. Однако мстить Кралку за его рассеянность было бы мелочно, а вот устроить выговор – можно. В итоге маги чуть не поругались, но вовремя одумались и стали дальше работать сообща. Зарин, с видом профессора, принимающего у нерадивого студента экзамен, осмотрел каждый грязевой комок, висящий в метре над землей, и вынес вердикт:

- Вот эти и эти пойдут на туловище и голову, остальные на конечности.

Кралк присмотрелся к чертежу, что накарябал на одном из комков воздушник, и понятливо кивнул. Соединив несколько крупных шаров и хорошенько отшлифовав грудь, маги водрузили ее на уже готовые лапищи. Держаться без энергии она, естественно, никак не могла, а посему мужчины закрепили ее разными заклинаниями, впрочем, как и другие части тела. С руками проблем не возникло, только разногласия были на счет пальцев. В процессе каждый сделал такую руку, какую сам увидел. Непризнанных художников не судят, а скульпторов – тем более. А вот с головой возникли серьезные разногласия. Но и они спустя какое-то время решились. После долгих споров маги пришли к компромиссу, водрузив на место головы шар приличных размеров. Несколько угольков должны были послужить для будущего голема глазами. Кралк, щурясь от удовольствия, провел по лицу толстую линию, обозначающую широкую улыбку. Зарин с ухмылкой изучал довольного землЯника, что был больше похож на ребенка-переростка, чем на взрослого. Спор, кто станет творить лицо, был очень долгим и нудным, и все же воздушник отступил под весомым аргументом товарища: «Это мой голем, рисовать буду я!» - и не пожалел. Зрелище оказалось забавным. А уж каким счастливым был Кралк!

***

Маги, уставшие, грязные, но жутко довольные собой взглянули на нового голема глазами циничных критиков.

- Руки разные. У одной пальцы есть, а у другой – варежка, - хмыкнул Зарин.

- И ноги не сказать, что одинаковы. Вроде одна больше другой, хотя я могу и ошибаться.

- И голова какая-то не совсем круглая, - прищурился воздушник.

- Может ему волосы нужны? Хотя… точно! Я понял, чего нам не хватает!

- И чего?

- Признаков пола!

- О, ужас.

- Ты же первый это предложил.

- Я ляпнул, не подумав. Кто ж знал, что ты мои слова воспримешь серьезно!

- Нужно было думать, - нравоучительно отозвался Кралк. – Будет пацан. И точка.

- А, почему не девочка, - приподнял бровь Зарин.

- А, ты хочешь девочку?

- Ну, допустим, - отозвался Зарин, даже не представляя, как будет лепить мужское достоинство.

- Давно по своему городу гулял? У тебя их в стране просто тьма. Зачем тебе еще одна?

Воздушник хмуро взглянул на ехидно сверкающего глазами Кралка и поднял с земли две веточки. Зарин поднес их в ладони к магу земли и произнес.

- Это чтоб все было честно. Длинная – мальчик, короткая – девочка. Вытаскивай.

С легкой руки Кралка было решено, что будет все же мальчик. ЗемлЯник так не радовался выигрышу уже достаточно давно. Зарин лишь печально вздохнул, но против судьбы играть не стал.

- Мне сейчас даже интересно, как мы ЭТО ему сделаем, - воздушник хмуро осмотрел место работы.

- Ну, возьмем ствол дерева, облепим глиной, накатаем еще пару шариков и прикрепим, - без особых размышлений предоставил идею Кралк.

- Может он будет фиктивно мальчиком. Как бы за глаза мы будем считать его парнем. А? Меня вот не прельщает идея заниматься обработкой достоинств мужиков.

- А, ты считай, что своими руками делаешь сына.

- Делаю сына я несколько другим способом, более приятным.

- Что ж ты без фантазии-то! Нет, этот сын будет таким, каким ты хочешь его видеть.

- Я и так смогу сделать сына, которого захочу. Если первый образец не получится, можно сделать еще и еще с разными… материалами, пока не выйдет нужный результат.

- А остальных куда?

- Не ко мне.

Кралк закатил глаза.

- Странное у тебя понятие о детях. Ну, ладно. Давай я буду делать, а ты наблюдать.

- Я тебе что, извращенец, наблюдать за процессом деланья детей? Лучше посмотрю на птичек.

Маг земли фыркнул и принялся за дело, время от времени замечая, как взгляд воздушника то и дело опускался чуть ниже его птичек. Наконец, Зарин не выдержал и заржал. Кралк вопросительно взглянул на веселящегося Верховного.

- Нет. Беру свои слова обратно. Скульптор из тебя все же выйдет хороший. Очень утонченно передаешь образ, странно, что только одного места.

У носа воздушника вмиг материализовался далеко не маленький кулак землЯника, заставив того от удивления подавиться смехом.

- Либо помогай, либо не мешай.

- Ладно-ладно… все, - поднял руки маг в примирительном жесте. – Как скажешь. Не мешаю. Твори, на здоровье. Только можно вопрос?

- Будешь ехидничать – получишь в морду без разбирательств, - предупредил Кралк.

- Хорошо, - Зарин взял себя в руки и надел на лицо маску серьезности и ответственности пред предстоящим делом. – Зачем тебе ТАКОЙ мальчик? Ему же этот инструмент будет мешать ходить.

- Не будет. Мы его под углом установим.

Зарин чуть не подавился от такого ответа, видимо представив картину, и быстро заменил смех на более подходящий случаю кашель.

- Тогда с таким богатством ему нужна будет и самка.

Кралк на минуту задумался. Воздушник в миг прикусил язык, вспомнив, что слишком щепетильный и внимательный ко всем деталям землЯник может воспринять его слова буквально. Вывод последовал быстро, заставив Зарина устало закатить глаза.

- Да, ты прав. Сделаем и самку. Ты мне поможешь? Нужно будет тогда ей отверстие проделать.

На секунду воздушник мысленно представил весь труд еще раз, а заодно и расчистку прохода у «девушки» для самца, и передернул плечами от отвращения.

- Нет. Это уж точно без меня. К тому же ты неправильно меня понял. Это была шутка.

- Да, ладно тебе! Весело же было! И с самкой тоже весело будет.

- Мне самку жаль.

- В смысле?

- В прямом. Если ты собрался ему пристраивать этот длинный ствол под углом, то мне искренне жаль девушку, у которой будет постоянно маячить перед угольками одна сплошная проблема. Главное – парня за такой дылдой она не увидит. И поверь мне, эти индивидуумы будут заниматься точно не твоей дорогой распашкой земель. Ты ведь только ради этого пытаешься сделать голема?

- Ну, да. А ради чего еще? Я думаю, что вместе им пахать будет веселее.

- Да, ты прав, пахать они и правда будут как твои мустанги, только не на полях и не в том направлении, в котором ты хочешь.

Некоторое время Кралк думал над тем, что Зарин сказал, а потом с непередаваемо детским выражением лица взглянул на воздушника:

- Считаешь, у них могут быть маленькие големики?

Зарин был не в силах сдержать дикий ржач. Он видел многое, но ему никогда не доводилось смотреть, как размножаются груды дерьма. Его слабая психика этого бы не выдержала. Кралк сильнее насупился и отвернулся от хохотавшего до колик в животе воздушника. Он искреннее не понимал, отчего тот веселиться.

- Знаешь, иногда ты меня просто убиваешь своими словами, - вытерев выступившие слезы проговорил Зарин, вновь усаживаясь рядом с землЯником, но тот отказался ему отвечать.

***

Последний штрих был установлен. Кралк не мог сдержать восторга от осознания того, что он своими руками сотворил чудо. Зарин тоже. Воздушник тихо постанывал от смеха за кустами и уже был не в силах предаваться истерики дальше. А посмотреть было на что.

Слепленное из кусков земли, глины, песка, известковых пород и прочих камней, что неосторожно попались под руку вдохновленному магу, на небольшой поляне стояло нечто. Оно было определенно мужского пола или это была третья нога? Зарин так и не понял до конца. Большая отдающая перегноем голова, которая еле держалась под действием заклятий; такое же здоровенное туловище приплюснутой формы; интересного вида верхние конечности, разного размера и строения, а нижние – тоненькие с широкими ступнями – лепешками – обычная скульптура ребенка лет семи, только в разы больше стандартных поделок из глины. И, единственное, что отличало взрослую модель от детской – это находящаяся в самом центре внимания огромная, почти с ногу часть ствола молодого дерева, расположенная строго под определенным углом. Длинный, толстый и определенно твердый, по сравнению с самим телом, инструмент раздражающе маячил перед глазами, как красная тряпка пред быком. Не обратить внимания на него было невозможно. Скульптор не поскупился и придал голему небывалое могущество, которому позавидовал бы любой ненормальный. Потому как нормальные и адекватно соображающие могли только посочувствовать бедолаге, наделенному такой сверх силой.

Зарин выполз из кустов и еще раз взглянул на плод долгих мытарств. Голем смотрелся эффектно и даже как-то устрашающе, но воздушника все же пробирало на смех. Маг перевел взор на радостно подготавливающего все к ритуалу Кралка. Тот с помощью магии поправлял на земле линии, время от времени сверяясь с рисунком из свитка. Зарин взял себя в руки и с серьезным лицом подошел к другу.

- Слушай, меня пугает этот новый вид оружия на его теле. Может исправим, пока не поздно?

- Нет, я уже все сделал, - качнул головой Кралк. – К тому же так он выглядит, как настоящий мужчина. А мне не нравится, когда что-то не идентично. Все должно быть, как у человека.

- Не хочу тебя огорчать, но не всякий со стоячим достоинством считается настоящим мужчиной.

- Кто тебе такое сказал? Неважно, мы с тобой из него все равно сделаем достойного пацана.

- Вот это-то меня и страшит. Настоящего мужчину из него будешь делать ты. Я в этом процессе не участвую. У меня вообще какое-то странное нехорошее предчувствие имеется от всей этой затеи.

- Зря, - отозвался Кралк, закончив выводить силовые линии. – Все идет как по свитку, видишь? И место я выбрал правильное. Присмотрись.

Поляна располагалась на изгибе тихой речки. Она словно окаймляла это место. Четыре стихии были тут едины – солнце, символизирующее огонь, река – чистая энергия воды, земля, и ветер, которому ничто не мешало бродить по полю и качать ветки редких деревьев. Зарин чуть ли не всей кожей ощутил большую концентрацию природных сил. Такие места были редкостью и являлись в некотором роде священными. В каждой стране имелось от силы 3-4 подобных природных святилища. Они не являлись искусственно созданными, как, скажем, замки Верховных, в которых энергия бурила нескончаемым потоком. Это были естественные источники силы, и не просто силы, а именно сотворенные стихиями. Где-то должна была быть точка пролома между энергетической оболочкой земли и материальной. Зарин обострил свое чувство до максимума, но даже приблизительный выход в под оболочку разглядеть не смог. Воздушник попытался что-то вспомнить о таких явлениях природы. Его знания были поверхностны. Он никогда сильно не увлекался теорией энергий, которую в обязательном порядке преподавали в каждой академии стихийников. И, видимо, все же напрасно. Сейчас он бы знал больше особенностей таких мест. Пока маг помнил, что есть точки, переплетающие две оболочки между собой. Кто-то травил байки на счет того, что единственными в своем роде они не являются. Некоторые считали, что есть и другие слои этого мира помимо материального и энергетического. Однако их никто не видел и даже не чувствовал, поэтому такая идея многоярусного мира была отвергнута, как антинаучная и фантастическая. Две оболочки очень плотно переплетены друг с другом. Потоки энергий неразрывно связаны с жизнью, смертью, прочими процессами, в результате которых происходят разные метаморфозы. Именно благодаря энергетической составляющей маги могут контролировать многие функции организмов, населяющих планету, относительно легко изгибают пространство, создавая некие порталы, смотрят на мир не как на материю, а как на реки сил. Мир магов – энергия. Мир людей – материя. Одно без другого существовать не может. Скажем, сила в заклинаниях не принесет никакой пользы без плетения, а организм без внутреннего стремления к жизни быстро загнется. Да, энергия для существ, не наделенных кровью Создателя, не больше, чем красивая сказка, некая легенда, которая, как они считают, на самом деле не существует. Но маги живут в этом мире, мифе для других организмов и видят сплетения и яркую взаимосвязь двух таких разных оболочек. Они много времени проводят в медитациях, легко переходя из материального мира в энергетический, и там наблюдают за тем, откуда берутся потоки разных энергий. Точки выхода – источники маленьких ключей, которые со временем сливаются и разливаются, превращаясь в потоки рек. Эти проломы – уникальное явление, где тонкая грань между двумя оболочками истощается настолько, что можно увидеть, как вся природа преобразуется в разные виды энергий и уходит, или, наоборот, приходит к каждой крохотной частичке мира. Ярко выраженный баланс. К сожалению, заметить переходы может только действительно могущественный маг, который в энергетической оболочке ощущает себя, как в своей родной среде, и легко различает любые колебания сил. Остальные же просто чувствуют сильную концентрацию энергий, будто они попали во второй слой мира. Она не давит на магов, скорее, наоборот, дает им больше сил, стремлений, воодушевления, появляется желание творить. Из священных мест можно без зазрения совести пополнять свой резерв, не заботясь о благополучии остальных обитателей. Конечно, из других областей, не являющихся проломами, тоже легко вытащить энергию, но есть вероятность, что организм не выдержит такого истощения и погибнет, а если выживет, то сила у него будет восполняться очень долго. Весь мир пронизан тоненькими мостиками, соединяющими две оболочки, но явные провалы, где происходит постоянный баланс энергий, существуют далеко не везде. И именно эти прорехи в материальной составляющей и являются священными. Именно там и стараются проводить большинство сложных ритуалов, требующих колоссальных затрат энергий. Именно эти места так ценятся стихийниками и оберегаются, как самое сокровенное, разумеется, при условии, что они найдены. Примечательно, что для светлых и темных магов данные святилища бесполезны. У них совершенно другой тип энергий, не относящийся к природе ни коим образом.

- Вот ведь… демоны! – присвистнул Зарин.

- Долго соображал, - ухмыльнулся Кралк. – Я думал, догадаешься раньше.

- А, с виду обычная полянка.

- Они все с виду обычные. Но именно ее я долго искал, даже очень долго. И в итоге нашел и отгородил ото всех, чтобы никто больше на нее не наткнулся «случайно».

- Хитрый лис! И ты будешь использовать энергию земли провала, как основу под голема?

- Конечно! Что я, сумасшедший, растрачивать свой резерв на довольно-таки сомнительный эксперимент? Вдруг, он меня за хозяина не признает, и что потом мне без сил на его уничтожение делать? Только молиться. Но против такой махины это не поможет.

- Разумно, - кивнул Зарин. – Я б не додумался до такого легкого способа воссоздания мнимой жизни.

- Ты б ни о чем не задумывался, в том числе и о последствиях. Я ж тебя знаю, бесшабашный ты наш.

- Э! – Зарин вздернул острый носик и с возмущением взглянул на Кралка. – Как ты смеешь?! Я вообще-то Верховный! Оскорблять меня – преступление!

ЗемлЯник довольно фыркнул и продолжил работу. Силовые линии вокруг голема уже были нанесены в точности как на рисунке. Все пропорции, длины и расположения точек, что так важны при пропускании потоков энергий, оказались строго выверены с максимально возможной точностью. На их правление Кралк потратил достаточно времени и средств, так что в правильности основных элементов он был уверен, как никогда раньше. ЗемлЯник вновь обошел голема, перепроверяя себя еще раз. Четыре основные точки выходов энергий, передатчики которых направлены на узлы сложнейших плетений школы земли, были расположены по разным сторонам света, образуя на ровной поверхности земли квадрат. Далее шли переплетения силовых линий, больше напоминающих лабиринт на плоскости. Они обязаны были забирать энергию из самой земли и снабжать точки выхода силой. Линии занимали большую часть поляны и были выточены еще задолго до создания голема совместными усилиями двух магов. Кралк кропотливо вычерчивал их в гордом одиночестве несколько недель назад. Если смотреть обычным зрением, то они представляли собой небольшие рытвины, на которых ни что не росло. Создавалось впечатление, что кто-то не так давно небольшой лопатой вспахал землю и плотно ее утрамбовал. Кралк критически с видом придирчивого профессора подправил очередную линию и снова осмотрел светящийся силой рисунок.

- Ну, а дальше-то что? – подошел к другу Зарин.

- А, дальше нужно дать толчок силы к земле, дабы ее пробудить. Линии сами впитают энергию, если смогут до нее дотянуться.

- Проблема в том, что она находится слишком глубоко?

- Именно. Если бы источником был я, было бы все намного проще, но тогда от моего резерва осталась бы обугленная головешка.

- Но источник энергии есть и на поверхности. Смотри, тут же много растений, животных, значит, и концентрация наибольшая.

Кралк хмуро взглянул на Зарина.

- И как ты в академии учился? Небось, одни незачеты были. А практику вообще сдавал с помощью чуйки?

Зарин насупился, а землЯник мрачно объяснил:

- На поверхности наиболее большое разнообразие в следствии смешения разных видов сил, - воздушной и земляной; под землей – земляной и огненной; в воде – водной и воздушной и так далее. При этом энергии взаимодействуют друг с другом в малых концентрациях так, чтобы не конкурировать между собой. Чем дальше друг от друга и от границы разных видов они расположены, тем сильнее их источники. Например, тебе проще брать воздух в горах, чем на низменности. Он более разряжен, более податлив, более силен. Близка взаимосвязь с потоками сил именно с энергетическим слоем. Мне же удобнее брать энергию из недр земли. Чем глубже и дальше от воздушной с одной стороны и огненной с другой она находится, тем проще и легче дается. Именно там проходит река сил земли, которая излучает энергию во все стороны. Однако, чем дальше от потока она отходит, тем больше смешивается с другими стихиями и менее концентрированной становится. На разделении сред несколько типов энергий находятся в достаточно шатком равновесии и это приводит к возможному возникновению жизни. Места прорывов, конечно же, уникальны в этом плане. Там концентрация разных видов энергий чуть больше, чем в других областях, и поэтому силы находятся друг с другом в некотором дисбалансе. Растительность и живность, если и есть, то немного. Им тут некомфортно. Приживаются только стойкие. Например, деревья. Их корни уходят достаточно глубоко под землю, чем обеспечивают организм хорошей порцией энергией земли, а верхушка дерева возвышается над поверхностью на приличном расстоянии, что говорит о достатке сил воздуха. Ему абсолютно нипочем конкурирующие на границе сред стихии. И это ты тоже должен был изучать. На самом деле, там все сложнее немного в плане энергетического слоя, но для тебя, горе-Верховного, таких знаний должно быть достаточно, чтобы иметь хотя бы небольшое представление о втором подслое мира.

- Ну, благодарю, - зло отозвался Зарин. – Я бы и сам почитал, если бы мне нужна была эта бесполезная теория.

- Ну, смотри, как я буду выгодно использовать твою «бесполезную» теорию.

Кралк воссоздал плетение, напитал его своей энергией и отправил под землю. Грань между материальным миром и энергетическим сеть должна была пройти без проблем. Именно специфический вид узлов, не характерный для обычных плетений, мог позволить заклинанию пересечь тонкую границу между двумя подслоями и провзаимодействовать непосредственно с потоком. Кралк напряженно ждал. Он знал, что одно из сложнейших по виду заклятий может и не пробраться в другой подслой, ведь в энергетическом мире материй нет, только сила, да и сам переход имеет много проблем. Поэтому землЯник не был уверен до конца в том, что эксперимент ему удастся, хотя само плетение Кралк создал из своей ауры, что отвергает саму суть материальной вещи. Такое бывает, только если магу абсолютно безразлична его магическая оболочка и даже сама сущность. Поймав вариант подобного заклятия можно наложить такую порчу на создателя плетения, что тот вовек не сможет отмыться. Маг с клейменной аурой, как человек с поганой душой; вроде обычная на взгляд личность, но стоит присмотреться, как тут же выплывет наружу вся его гниль. Выпустив такое плетение, Кралк сильно рисковал, но по-другому проникнуть в энергетическую оболочку мира не представлялось возможным.

Когда уже землЯник отчаялся получить хоть какой-то знак от посланного плетения и хотел уже справляться своими силами, ответ пришел неожиданно. Заклинание, влившись в реку соответствующей силы, образовало с помощью части ауры создателя неразрывный мостик с ним, и из недр земли хлынул мощный поток, устремившись к мужчине. Кралк с ужасом сглотнул, понимая, почему маги перестали использовать ауру, как составляющую плетения, заменив ее материальной структурой силы, которую можно и пощупать, и понюхать, и ощутить вкус; правда, лучше этого не делать, особенно когда сеть - атакующая. Мужчина одним пассом развеял плетение из собственной ауры, частичку себя то он чувствовал даже на большом расстоянии. Мостик между слоями растворился. Та сила, что не успела выйти за пределы своего мира, вернулась обратно; а другая часть по инерции расползлась по поверхности земли. Коснувшись энергетических линий, она мгновенно впиталась в них, и по каналам дошла до точек выходов. Все произошло настолько стремительно, что Зарин ничего не успел понять, как голем вдруг ожил.

***

Кралк восторженно смотрел на трехногое чудо, которое пыталось найти баланс в пространстве. Собранное из подручных материалов и магии, грязевое нечто с дурно пахнущим содержимым петляло из стороны в сторону. Третья нога явно мешалась. Голем, что примечательно – мальчик, поскреб огромной лапищей лысую голову, пытаясь понять, что делать с лишней конечностью, и случайно вытащил из шара огромную ветку. Если бы он мог удивляться, то давно бы уже слег с инфарктом. Тот у кого-то отпадала часть головы, должен был понять бедолагу. Глаза-угольки, горящие переизбытком энергии, изучающе осматривали новый материал, а руки ощупывали место изъятия интересного приспособления. Наконец, до гиганта начало что-то понемногу доходить. Он вновь осмотрел себя и издал какой-то булькающий звук, больше похожий на вой отчаяния. Переполненные магией глаза быстро пробежали взглядом по окружающей обстановке, выискивая виновных. Те нашлись быстро. Два мага в крайнем изумлении с любопытством рассматривали получившееся нечто. Голем же оценил их идеальные тела, потом перевел взор на свое убожество и гулко взвыл. Его глаза загорелись завистью и желанием мести. Неуклюже гигант развернулся к магам и, припадая на третью ногу, двинулся к горе-создателям с явным намерением удовлетвориться за их счет. Хоть лицо у него и продолжало сверкать лучистой улыбкой, нарисованной косоруким ребенком, но что-то такое в движениях выдало с головой все недалекие намерения лже-живой скульптуры доисторического времени.

- Бежим, - первым отмер Зарин и потянул землЯника за рукав в противоположную от движущегося гиганта сторону.

Голем возмущенно заурчал, поняв, что его творцы нагло пытаются избежать возмездия.

- Оно живое? – Кралк все не мог оторвать взгляда от своего создания.

- Живое-живое… - буркнул Зарин. – Двигайся быстрее, иначе оно нас сожрет или что еще хуже и более вероятнее - изнасилует.

- Откуда ты знаешь? Может оно хочет с нами подружиться!

- Скорее, совокупиться. А проверять на практике я это не хочу.

В подтверждение его словам кусок гнили, кинутый големом, впечатался в ствол и без того перекошенного дерева неподалеку от магов. Мужчины на секунду оторопели.

- Он может кидаться, - констатировал очевидное Кралк.

- Промазал! – крикнул воздушник, и, заглушая его слова, по полю прокатилось разочарованное ворчание гиганта. Следующий комок был брошен намного точнее предыдущего. Маги еле успели отклониться от траектории полета тяжелого снаряда.

- Надо же. Он еще и разумный! И обучается очень быстро, – с восторгом отозвался землЯник.

- Я бы на твоем месте этому факту не радовался, - зло процедил Зарин, на полном ходу влетая в чащу субтропического леса.

- Почему? Это же прекрасно! То, что мы создали…

- Хочет нас убить, - закончил мысль воздушник.

- Ну, хочет. Его всего-то в этом надо переубедить.

Гигант добрался до леса и почти натурально зарычал. Деревья закрывали ему весь обзор, и найти магов средь них было достаточно проблематично. Напролом идти по чаще – чревато случайно оставленными конечностями, потому голем выбрал наименее затратный вариант – стал обходить полянку по кругу, надеясь, что выход найдется сам собой.

- А-а-а. Ну, вперед, переубеждай! Я тебя тут подожду, - Зарин махнул рукой в сторону поляны.

Кралк опасливо выглянул из-под толстого ствола дерева. Горящий уголек тут же засек потенциальную жертву и там, где секунду назад стоял маг, уже красовалась куча свежего навоза. ЗемлЯник скривился и прикрыл рукавом грязной рубахи нос.

- Он стреляется говном!

- Прям как люди, - фыркнул Зарин. - У них тоже идет выработка всякой дряни в мировых масштабах. И что же мы такое сделали-то, а? Мозги у этой твари есть, но не сильно много, на уровне зачатков разума. Ты случайно не из низменной энергии взял душу и переместил ее в голема?

- С низменной энергией могут работать только дьяволы, ты ведь знаешь. Другим магам никак нельзя с ней взаимодействовать. Она просто не откликнется на зов.

- Ну, мало ли. Вдруг, ты начинающий дьявол, а я не в курсе этого.

- Очень смешно, - мрачно отозвался Кралк. – Я же все делал по инструкции. Взял концентрированную силу земли, перенаправил в новое тело. Почему такой эффект? Он должен был принять меня за хозяина.

- Ты взял нейтральную силу, а нужно было свою. Может в этом все дело? Хотя… там нейтральная, как запасной вариант тоже указывалась. Я заметил в твоих плетениях на нем сложные структуры подчинения, но сейчас их не стало. Они растворились в магии. Не слышал, что такое бывает.

- Я тоже увидел, правда не сразу. Но такого не может быть! И мыслящее существо еще ни у кого не получалось создать. А он явно что-то соображает! Может, проклятие Создателя спадает понемногу?

- Ага, жди, - пессимистично отозвался Зарин. – Нет. Создатель тут не при чем. И еще кое-что. Моя магия не действует на голема.

- Ну, это логично.

- Разве?

- Да. А ты что, забыл, как удерживающие плетения на него накладывал? Ты же не выкидываешь на свои же сети атакующие заклинания. Толку не будет. Да, и защитную магию я на него наложил, на всякий случай.

- Ты просто… - Зарин на секунду задумался, подбирая подходящее слово, - кретин. Зачем ему защитные? Кому вообще в глуши понадобиться куча дерьма, кроме тебя? Иногда я поражаюсь твоей смекалке.

- Я лучше перестараюсь, чтоб потом все было идеально, чем махну рукой и не доделаю, а в итоге получится, что все выйдет мне боком.

- Все и так через пятую точку вышло! А ты своей скрупулезностью и страхом ошибиться усугубил ситуацию до предела. Как теперь мы с этим монстром управимся? Создали непонятно что… хотели ведь тупое подчинение сделать, чтобы грядки пропахивал, стволом, правда, как главным инструментом, которым так великодушно наградил его папаша, и все же! В итоге получилось вполне здравомыслящее существо, да еще защищенное ото всех. А учитывая, что наша магия переплелась между собой, то и мне атаковать смысла особого нет. В защитке ведь и моя энергия течет, не только твоя. Атакующее с моей стороны просто не подействует на мою же силу. Это… у меня просто нет слов!

Зарин зарылся руками в свои пепельные волосы и прикрыл глаза. Кралк молча смотрел, как друг распылялся, и в конце речи тяжело вздохнул.

- Что ты так переживаешь? Ну, голем. Подумаешь, невидаль. Справимся. Не впервой. Ты будешь его отвлекать. Я же стану снимать с него удерживающие и защитные. По частям разберем. Да и можно попробовать взломать его защиту более мощными плетениями.

Зарин поднял голову и хмыкнул.

- Я выйду из леса только после Вас.

Кралк пожал плечами и отправился обратно на поляну. На полпути его догнал воздушник. Шли молча недолго.

- Берегись!

Странно-гадкая субстанция разъела место, где не так давно стоял землЯник. Голем с каждой минутой постигал все новые возможности своего тела. Увидев выходящую из чащи парочку, он не преминул использовать свой новый навык, которым он только-только овладел. Магия, плескавшаяся в нем, вполне успешно смешалась с частью воздушной, потому гигант стал в несколько раз опаснее, чем был до этого. До мужчин дошло не сразу, что они потеряли в обсуждениях бесценное время. Зарин глухо выругался, когда увидел, как его же магия, смешанная с земляной летит к нему навстречу бурной лавиной. Воздушник с трудом отразил чужую энергию и прорычал что-то нецензурное сквозь зубы.

Голем получился действительно прекрасный, не смотря на жуткую внешность. Воздушные и земляные заклинания, что накладывались одновременно и вместе в качестве пассивных вариаций, образовали любопытный симбиоз. Один вид медленно двигался по одним каналам, другой – по другим; иногда они пересекались, обмениваясь структурами. С каждой минутой все больше магии в капиллярах плетений носили смешанный характер – два разных потока шли по одному каналу различных сетей. Смешение сил обладало уникальными свойствами, с которыми маги столкнулись только сейчас. Оно принимало энергии своих создателей, смешивало их и могло возвращать в уже преобразованном варианте. Такой тип энергии маги впитать не могли, только отразить или блокировать заклинаниями. Они оказывались не способны отделить свою силу от чужой – слишком хорошо те сошлись. Это интересное свойство стихийных энергий можно представить проще: человек, пытающийся выделить чистые кристаллики соли из соленого раствора. Данная процедура – напрасная трата времени и сил. К тому же, если соль добавлять в горячий раствор, она будет в нем растворяться, так же, как и сахар. Потому сколько бы маги не вливали своей энергии в голема, та впитывалась в творение, преобразовываясь в поток. А такие структуры, которые не могли перейти во внутрь плетения оставались на поверхности конкретными сетями. Маги с ужасом на лице наблюдали, как одно из наиболее сильных атакующих заклинаний осело на гиганте, не причинив тому ни малейшего вреда. Только после этого они поняли, что что-то явно сделали не так, и виноват в этом был не свиток, а они сами. Зарин отклонился от очередного летящего на него вихревого нечто и крикнул Кралку:

- Начинай распутывать свои плетения. Я попробую со своими.

ЗемлЯник хмуро кивнул. Магическое зрение подсказало ему, где еще не закончилось слияние сил и возможен обратный процесс. Не теряя времени даром, маг уворачивался от месива, которым так щедро швырялся голем, и одновременно распутывал те сети, что еще не поддались симбиозу с другими такими же, но уже слившимися структурами.

Земляной гигант спустя время почувствовал что-то неладное. Его кожа будто бы обнажалась в некоторых местах. Он ощутил себя голым. Голем не был совсем уж глупым, чтобы не понять, что стоять на одном месте и кидать грязевые и воздушные мячики дальше нельзя; так можно остаться и без защитного слоя. Поэтому он выбрал наиболее выгодную с его точки зрения стратегию игры – двинулся на противника.

Зарин обомлел, когда узрел, что на него, наиболее близко стоящему к гиганту, движется огромная грязевая туша со злобными глазками-угольками.

- Кралк! – возопил он, сорвавшись на фальцет. – Надо бежать! Оно ко мне идет! Ты, когда закончишь?!

- Жди. Скоро. Отвлеки его пока на что-нибудь.

- На что?

- Да, хоть на себя!

Зарин оглянулся в поисках спасения, но ничего такого, что могло бы ему помочь, так и не увидел. Хотелось бежать, что есть мочи, но оставлять землЯника одного было сродни предательству. Мужчина вновь попытался применить магию, но с таким же результатом он мог просто попинать великана, толку вышло бы больше. Трехногий гигант передвигался до омерзения неуклюже и не так уж и быстро, хоть и большими шагами. У Зарина еще было время трусливо скрыться в зарослях. Маг покосился на Кралка, снимающего последние целые структуры. Убегать было сопоставимо с предательством, бегать вокруг лап гиганта – с самоубийством, поэтому Зарин стоял молча, с силой сжимая зубы и все еще надеясь на чудо. Великан неумолимо приближался.

«А, хорошо, что мы решили сделать из него мальчика. Если бы Кралк вытащил девочку, то наши шансы выжить были бы еще меньше. Двуногое нечто двигалось бы быстрее трехногого. В такие моменты я начинаю верить в судьбу и даже в наблюдающего за своими нерадивыми детьми Создателя. Какая ирония» - хмыкнул про себя Зарин еще раз проверяя, не осталось ли на теле голема его чистых сетей.

Огромная ручища-варежка подняла мага над землей и поднесла к глазкам-бусинкам. Бегать вокруг голема было бессмысленно. Зарин сейчас меньше всего хотел быть раздавленным навозом.

- И что ты на меня смотришь, мутант-переросток? Я, между прочем, один из твоих создателей, так что поуважительнее со мной, понял?

Голем что-то угрожающе булькнул, явно несогласный со словами свеже-пойманного мага, и с силой впихнул Зарина в свой корпус в его же плетения, оставив снаружи только голову.

Что бывает, когда маг натыкается на собственные сети, да еще иногда и на атакующие, вопрос риторический. Если это его чистая магия, то непосредственно никакого вреда она создателю не несет; небольшое жжение, легкое головокружение, немного тошноты, чуть-чуть боли – минимальный отрезвляющий эффект для мага. Особой опасности от подобной неосторожности нет. Однако смешанная магия обычным законам не поддается. И Зарин ощутил за себе всю прелесть своей грандиозной ошибки.

Его всосало в голема строго до шеи. Дальше не позволили удерживающие чары, которые тут же активировались и приняли в себя еще одну новую частичку. Остатки защитных слившихся заклинаний и атакующие плетения, наложенные не так давно двумя сильными магами, также не остались без дела. Зарин взвыл от дикой боли. Вырваться из благоухающего гнилью корпуса голема он не мог. Удерживающие заклинания прекрасно выполняли свою работу, связав все части воедино и обеспечив существу только несколько простых движений, характерных для любого организма. Мага, попавшего в поле их действия, им спеленать не составило труда. Защитные заклинания тоже были не хилого десятка. Кралк потрудился, создавая такие хорошие структуры. Часть из них насылала на существо неимоверный страх, отпугивая случайных животных, другая состояла в связках с атакующими, а некоторые относились к характерной защитке, которую было просто так не пробить ни одним заклятием средней силы. ЗемлЯник пытался вытащить друга, используя и высшую школу магии земли, но особенности смешения сил были непоколебимы. Кралку пришлось прибегнуть к другим способам.

Атакующие заклинания пронзали тело мага, точно податливое мясо, чем он и являлся в данный момент. Свои нерастворенные заклятия доставляли лишь толику неудобств, а вот земляные – медленно и мучительно убивали мужчину. Острые шипы легко вспарывали поверхность, вонзаясь глубоко в тело; кожа каменела, превращаясь в жесткий панцирь, а внутри что-то разрывалось и разрасталось. Зарин кричал. Ему было безумно больно. Сознание почти покинуло его. Разум давно уже отступил. Остались только инстинкты – слабые попытки вырваться. На глазах слез не было, лишь мучительная ноющая боль отражалось в безумном взгляде. Наконец, беспамятство смилостивилось над ним. Он провалился в темноту.

***

Зарин с трудом разлепил веки. По глазам резанул яркий свет огненного светлячка. От неожиданности и боли мужчина зажмурился. Вторая попытка увенчалась определенным успехом. Он смог оглядеться. Маг находился в просторной комнате с большим окном, открывающим вид на яркое звездное небо и верхушки огромных деревьев. В помещении было немного вещей – столик с лекарствами, тумбочка с инструментами, заляпанная кровью с краю, и несколько деревянных стульев, предназначенных скорее для посетителей, нежели для больного. Кровать, где Зарина положили, застелена белым бельем, от которого пахло хвойным лесом и свежей выпечкой. Маг скривился. Он никогда не любил сдобу. Небольшой шум за дверью, и в его комнату ввалились маги. Помимо Кралка к нему явился Руфим, что ожидалась, учитывая огненный светлячок, висящий над головой, и Хеталь, который тут же кинулся к своему очередному пациенту.

- Как чувствуешь себя? Сносно? Есть неприятные ощущения? Следи за движением моего пальца. Зрение вроде работает хорошо. Моторика рук… сожми – разожми пальцы. Лучше, чем ожидалось, но недостаточно для твоего организма. А как на счет…

- Все хорошо, - сморщил носик Зарин, наблюдая, как внимательно Верховный светлый эльф наблюдает за каждым его движением. – Что произошло? Мне кажется, я что-то упустил. Что это вообще за голем был такой? Все так запуталось…

- Хеталь, может ему стоит еще полежать и помолчать? – хмуро отозвался Руфим, чинно усаживаясь на ближайший к кровати стул.

- Он может говорить, но перенапрягаться ему все же не стоит, - пожал плечами эльф, угрюмо разбирая флаконы с зельями. – И что же сегодня за неделя такая. Все Верховные калечатся. То одних вытаскиваю из-под крыла смерти, то других выдергиваю почти у ворот в иной мир. Раньше хотя бы раз в полгода чудили; теперь решили чаще умирать. Наверное, это как-то связано с проблемой ухода из этого мира. Честно, мне и самому иногда хочется повеситься, после посещения библиотек и разбора новых данных. Но вы учтите, я не всемогущ, и многих вернуть к жизни с помощью травок и собственной силы мне не удастся.

- Да, мы знаем, - Руфим мрачно покосился на притихшего Кралка и взглянул на осунувшегося и бледного как приведение Зарина. – Я постараюсь, чтобы этого больше не повторилось. Тут у каждого второго мозги едут от переизбытка мужского гормонального фона.

- Если бы все было так просто. Думаете тот случай в подвале для этой кучки магов остался безнаказанным? Очень сомневаюсь. Серафим рассматривает монетку с магией светлого, очень скоро он найдет тех, кто посмел применить запретный ритуал воскрешения, и они будут убиты, как враги народов. Так что кара их не минует. Я очень не советую вам надеяться на то, что она сможет обойти и вас, если вдруг вы решите пренебречь законами мироздания. Так что впредь десять раз подумайте, прежде чем куда-то лезть: а стоит ли это ваших жизней? За собой я прятать никого не буду.

- Да, мы не делали ничего незаконного! – вклинился в монолог эльфа Кралк, но тут же запнулся под тяжелым взглядом Руфима.

- Знал бы я раньше, на что пойдет этот несчастный свиток, под страхом смерти не согласился бы отдать этим двум оболтусам такую вещь.

- Главное, что ничего непоправимого не произошло, - устало выдохнул Хеталь и сонно зевнул, протерев тыльной стороной ладони осоловевшие глаза. – Его жизнь шла на секунды. Еще чуть-чуть и мага с именем Зарин в этом мире уже не существовало бы. Смертельные заклятия высших школ снимаются очень сложно. Только переносятся на другой организм, правда обычно с летальным исходом для обоих существ. Тебе, мальчик мой, просто-таки фантастически повезло. А вот моему любимому кролику, к сожалению, нет. Ну, ничего, зато крольчатину поем, везде надо искать свои плюсы. Так что, Зарин ты должен благодарить свой стойкий организм за неимоверное стремление к жизни. Верховного до тебя со смертельным заклятием я спасти не смог, как не пытался. Он умер у меня на руках. Потом долго ходили слухи, что это я его специально убил. Тоже стихийником был, бедолага.

Хеталь в очередной раз зевнул и всучил изумленному Зарину пузырек со снадобьем.

- Я пойду спать, а вы вдвоем проследите, чтобы он все выпил.

- Благодарю, - услышал эльф слабый голос Зарина за своей спиной, но внимания на него не обратил. Он и так вторую ночь глаз не смыкал, пытаясь вытащить самоуверенного паренька почти с того света. Откладывать сон на более долгий срок было бессмысленно.

- И так, - когда дверь за светлым закрылась, Руфим обвел жестким взглядом палату и остановил свой взор на зелье в руках воздушника. – Мне пришлось потратить все свои силы на то, чтобы прийти к вам, уничтожить жуткого монстра, созданного смешением магий; откачать до приемлемого состояния Верховного мага воздуха, потом еще привести в чувство Верховного мага земли, который бегал с выпученными от ужаса глазами по всему священному месту и явно искал пятый угол; а дальше прорезать портал в магически защищенном месте, рискуя остаться без частей тела, и запихнуть туда двух ненормальных вышеупомянутых магов, потратив на перемещение почти весь свой оставшийся резерв. Я ничего не упустил? Ах, да, еще и повозиться в говне, отковыривая из него через чур самоуверенного воздушника. И где моя благодарность? Лавры там на шею… корону на голову… цветы под ноги… полцарства и гарем девственниц в придачу. М-м-м?

- Благодарю, Руфим, - прохрипел Зарин, откупоривая зелье. Нос тут же прочистился резким и гадким запахом снадобья. Маг скривился. – Как выздоровею тут же и рассчитаюсь золотом.

- Зачем мне золото? У меня и так его полные подвалы. Самому девать некуда такое богатство.

- Чего же ты хочешь?

- Услугу. От обоих.

- Смотря какую, - философски отозвался Кралк.

- Какую надо, - грубо перебил его Руфим. – Если мне захочется – кукарекать будете из окон своих замков каждый день в пять утра на протяжении года. И мне глубоко до фени будет то, о чем подумает весь город.

- Это унижение.

- Это – выгода. Я ваши жизни спас, а заодно и священное место. Вы мне должны.

Кралк грустно вздохнул. Против правды бессильна любая сила, даже сила убеждения.

- Хорошо. Что надо делать?

- У меня есть одна работка, только вот Илилая еще надо найти. Этот пацаненок мне тоже знатно задолжал. Вы его не видели, случаем?

- Зачем тебе этот желторотый юнец? Он же абсолютно бесполезен. Сил двух могучих Верховных вполне достаточно для любой работы.

Руфим мрачно скривился.

- Определенно, нет. Вашу сладкую парочку надо кем-то разбавить, иначе апокалипсис начнется раньше срока. Два дня назад я вполне отчетливо наблюдал, насколько вам хватило сил для плевого дела на одно хорошенькое точное заклятье. Я скоро у вас двоих буду уроки брать – как создать проблему из ни черта, жаль, что буду получать не высший бал. Таких великих наставников мне все же не переплюнуть.

- Ну, зачем оскорблять-то. Мы же не знали, что магия умеет… сливаться? – тихо проговорил Кралк.

- Это мозги твои сливаются… из головы по-тихому, а магия смешивается, болван. Не задумывались, почему типов магий три, а не двенадцать? Совсем все плохо было с теорией? Типы сил между собой смешиваться не могут при их одновременном использовании – они друг другу противоречат, а вот виды или подтипы – легко! Их всего четыре штуки в каждой тройке. Ладно, светлые, темные маги… о них отдельный разговор, там свои мирки со своими законами, но цветные! Свою то стихийную магию вы должны были изучить вдоль и поперек. И если одновременно используется несколько видов похожих друг на друга сил на одном объекте, то со временем произойдет их смешение – они станут единым целым, что нельзя сказать о разных типах энергий, которые могут переплетаться, но соединиться - никогда. Только из-за такого расклада, где концентрация магии не сильно большая, соответственно, смешение тоже будет минимальным, взять энергию из окружающей среды никто из вас не сможет. Чистой стихийной силы в природе очень мало. Только на глубинах, куда вам уже телесно не попасть, ее можно найти в больших количествах. А потому мы не восполняем резерв за счет природы. Это не выгодно по крупицам собирать силу, растрачивая время и изматывая концентрацию. Мы тоже живые существа, и также имеем связь с энергетическим миром. Спустя время резерв сам восстановиться до нужных объемов. Ведь нельзя забывать о равновесии энергий – большее переходит к меньшему, и усиленно восполняет пустой сосуд, в данном случае мага.

- Что ты читал? Этого не было ни в наших академиях, ни в библиотеках!

- Я просто по разным местам полазил, и кое-где начерпал нужных сведений.

- Где?

- Этого я вам сказать не смогу, - задумчиво проговорил Руфим.

Огневик и сам не знал, откуда в огромной библиотеке Серхата берутся книги и свитки о стихийной магии, да еще такие, которые он никогда в жизни не видел. То, что они лежали там еще во времена Создателя, было маловероятно. В то время не имелось многочисленных книгохранилищ, а вся информация хранилась непосредственно у Отца за семью печатями, чтобы не дай Творец что-то из секретных данных попало в руки непоседливым магам. Руфим вполне Его понимал. Он бы тоже все книги огородил множеством защитных стен в версту толщиной и в длину до звезд, да еще и цепных псов с человеческий рост поставил бы рядом с охранками. Так что вариант с Создателем сам собой отпадал. К тому же большая часть Его не до сожжённой библиотеки перекочевала к драконам, а безобидные знания распределились между Верховными. У Руфима было только одно предположение, откуда у дьявола могли взяться книги не его вида магии. Огневик на секунду представил Серхата, крадущегося в ночи к библиотекам в замках Верховных и под шумок утаскивающего понравившиеся фолианты в широких штанах, и усмехнулся. Определенно, правитель в возрасте, солидный маг не стал бы заниматься подобной ерундой. Память услужливо подсунула хозяину его поход ночью в академию водников и наглое обворовывание ректора, и в чувства Руфима закрались сомнения. Или стал бы?

- Эй. Ты что, заснул?

Огневик вздрогнул и огляделся. Пора было ему уже в постель.

- Да, день выдался тяжелым, да и вчера был не лучше, а про позавчера я вообще молчу. Так, что там на счет Илилая? Мелкого поганца видел кто-нибудь из вас?

- Вчера видел. Ну, то есть, если отсчитывать от того момента с големом, – понуро отозвался Зарин. – Зеленый был уставший и какой-то задумчивый, приходил договор оформлять на магов.

- А почему зеленый? - не понял Кралк.

- Потому что не спелый. Мальчишка ведь еще.

- Тогда уж голубой, - фыркнул Руфим и охотно пояснил, - он же водник, а они все поголовно голубые. Куда не плюнь, одни… кхм… синенькие расхаживают.

- Не надо оскорблять чувства верующих, - хмыкнул Зарин. – Пусть зелененьким побудет. А то голубой маг как-то не очень звучит, мне не нравится. Так, что, мне кажется, он у себя в замке должен быть.

- Был я там, и по его городу гулял, и прохожих спрашивал, где можно найти их Верховного. Толку – ноль. Пятый день порог его замка околачивал.

- Наверное, ты просто ему что-то такое плохое наговорил, вот он и обиделся, больше с тобой не общается. Это же ребенок. Ему свойственно дуться по всяким пустякам, да и перепады настроения еще никто не отменял. Сам таким же был раньше.

- Ты таким же и остался, - усмехнулся Руфим. – В голове ветер, в пятой точке большой жирный гвоздь, который тебе покоя не дает постоянно. Я тебя уже замучился спасать твою венценосную зад… кхм… попку из всякого дерьма. При том последний раз я вытаскивал тебя из реального навоза в прямом смысле этого слова. Сколько можно-то, а?

Зарин передернул плечами и, кривясь, одним залпом осушил флакон с зельем. Ему очень хотелось выплюнуть эту гадость, но под бдительными взглядами двух Верховных особо было не покривляться. Проглотив вязкую субстанцию, мужчина почувствовал, что проваливается в сон.

- Пора, - тихо проговорил Руфим, наблюдая, как воздушник осторожно приобнял подушку и что-то пробурчал, окончательно уходя в оздоровительные видения. – Идем спать.

- Я еще посижу, - шепотом проговорил Кралк. – Мне хочется побыть с ним рядом.

- Идем, - огневик с силой приподнял двухметрового мага. - Прекращай казнить себя. Ты не виноват, что это горюшко вписалось в твое смертельное заклинание высшей школы, предназначенное для голема.

- Я должен был это предусмотреть, - не согласился землЯник. – А если бы не я, то он был бы уже мертв.

- Ну, бывают в жизни огорчения. Не велика была бы потеря. К тому же, если бы не ты, он бы по любому умер. Думаешь, Зарин оставил бы свиток лежать на полке, а не воспользовался бы им сам? Или считаешь, что он бы переломил свою гордость и попросил кого-нибудь прийти на помощь, когда понял, что резерва у него на нуле, а голем еще даже не запыхался? Не-е-е-ет. Так что можно сказать, что только благодаря тебе, вовремя вспомнившем о том, что есть еще другие маги помимо вас двоих, этот полудурок остался жить. Но, без меня, конечно, тебе бы спасти его не удалось. Так что еще раз – слава мне!

- Люблю себя любимого, - закатил глаза Кралк.

- Именно так. Каждый маг должен себя любить и уважать. А не как ты делаешь. Если будешь каждый раз пеплом голову посыпать в случае малейших неудач, то какой же ты после этого маг? А правитель? Зато приобрел жизненный опыт.

- Ты так легко об этом говоришь. Тебе совсем магов не жалко, даже близких друзей. Совесть не мучает? Тебе вообще сколько лет, что ты так рассуждаешь? Тысяча? Две? Три? Как ты можешь так свободно рассказывать, так спокойно на это реагировать?

- А я должен по твоему примеру бегать по полю с выпученными глазами и рвать на себе волосы? Если бы так и было, дорогой мой друг, Зарин бы сейчас не лежал на койке у светлых эльфов, а был в несколько ином месте.

- У тебя просто огромное самообладание, повышенная жестокость и абсолютное безразличие ко всему. Ты себя-то хоть чувствуешь?

Руфим поджал губы. Не любил он Кралка, а тот недолюбливал его. Они были слишком разные и часто не понимали друг друга. Огневику было все же легче принять мировоззрение землЯника. Он раньше был таким же беззаботным и наивным, пока не стал учеником Серхата. С той поры многое изменилось. Взгляды на жизнь поменялись кардинально. Мир перевернулся. Ему открыли глаза на многие вещи. Как только Руфим увидел другую жизнь иного народа, не своего, прежний внутренний мирок мага разрушился, как карточный домик от дуновения легкого ветерка. Мужчине ничего не оставалось сделать, как развернуться и уйти спать. В нем кипела злость, хотелось выплеснуть ее на кого-то, но тогда он бы перебудил большую часть лечебницы и окончательно испортил отношение со всеми Верховными, включая Хеталя.

Огневик остановился в одном из коридоров и привел свои мысли в порядок. Нужно было успокоиться и настроить себя на мирный лад. Самовнушение – хорошая штука, помогающая во многих сложных ситуациях.

Невольно мысли Руфима вернулись на сроки его тут пребывания. Несколько дней придется сидеть рядом с Зарином, помогая Хеталю, иначе светлый эльф может сильно обидеться на него. В чем-то огневик понимал лекаря. Мало того, что он вторгся на эльфийскую землю второй по счету раз за месяц без предупреждения, так еще и сбагрил больных на голову Верховного, которому и так есть, чем заняться. Плюсом еще шли растраченные лекарства, которые, к слову, стоят прилично, и нервы Хеталя. Руфим тяжело вздохнул, понимая, что нянькаться с Зарином будет еще несколько дней. Затем следует все же найти несносного мальчишку и поговорить с ним, а заодно собраться всем вместе и обсудить перед носом маячившую проблему – прием у Серхата. Глаза Руфима блеснули каким-то странным озорством. В его голове уже давно созрел план, касающийся именно этого приема. Осталась самая малость – собрать всех Верховных-стихийников вместе и заставить их сделать то, что ему было надо.

Глава 25 Небесный город

Фигура, облаченная в белые одежды, брела по бескрайней пустыне. Легкий ветерок сдувал мелкие песчинки с барханов, кружил их и постоянно перемещал с места на место, будто играл в чехарду. Солнце слепило настолько ярко, что издали могло показаться, что крупинки состоят из чистого золота. Они поблескивали в жарких лучах своими зернистыми боками. Раскаленный песок обжигал кожу ног даже через плотные ботинки. Маг отвык от горячей сыпучей бездны под ступнями – слишком долго не был в пустыне. Но все же вскоре он перестал обращать внимания на такие неудобства.

Солнце нещадно палило. Не было ни одного живого существа, которое бы решило высунуться из дюн и погреться на песочке. Слишком велик был риск спалить свою драгоценную шкурку или поджарить твердый чешуйчатый панцирь. Ни одного, кроме упорно идущего к своей цели мага. Такая температура окружающей среды не была ему в новинку. Он выдерживал и более действенные пытки, потому его стойкости мог позавидовать любой темный.

Мужчина вдруг остановился и вскинул голову. Это было то самое место, куда ему нужно было прийти. Однако тут никого не оказалось. Маг точно помнил, где расположены врата в небесную столицу. Эти знания время так и не смогло выжечь из его памяти. Мужчина еще раз огляделся, пытаясь понять, что изменилось с его последнего прихода сюда. Ярко-голубые глаза пробежались по безмолвным дюнам, сосредоточенно рассмотрели безоблачное небо, и опустились под ноги. Ключ определенно находился там же. Криво выгравированный на каком-то камне символ лишь слегка был засыпан песком, дабы отвести взгляды случайных путешественников. Маг, конечно, сильно сомневался, что кто-то в здравом уме будет бродить по самой большой и жаркой в мире пустыне ради собственной прихоти, но он так же и прекрасно знал, насколько ангелы бывали дотошными в некоторых вещах.

- Чего тебе надобно? – громогласно отозвались одновременно отовсюду.

Если бы вместо мага, возле камня стоял человек, то от испуга у него бы остановилось сердце, отказавшись дальше работать по причине мгновенного ухода в отпуск навсегда. Мужчина поганенько хмыкнул. Он ждал этого вопроса. Его такой детской страшилкой для Смертных было не запугать. Маг в который раз убедился, что за последние тысячу лет у ангелов мало что изменилось.

- Открывай, свои!

- Свои??? – прорычал голос. – А, Вы уверены?

- На все сто процентов, - буркнул маг.

Ему так не хотелось снова тащиться в небесный город, но приказы начальства не подлежат рассмотрению. Сказано – умри, но сделай; и ты идешь умирать, но делать.

Странный, точно потусторонний, голос по ужасающему взвыл, и перед мужчиной предстали два сияющих создания. На серафимов они явно не тянули по одной простой причине – их тело не было одним сгустком чистого солнечного света. Обычные ангелы-сторожа ворот – самые низшие слуги серафимов, вроде чертят в Преисподней. Каждый ангел был привязан к какому-то своему хозяину высшего чина, в точности как эти же черти – к дьяволу. Тут вообще много схожих моментов между Преисподней и Поднебесьем. Магии у ангелов, как правило, не имелось, поэтому до верхушки, где происходят заседания серафимов, никто из них никогда не добирался. Однако, если они верой и правдой служили стране, то проходили обряды посвящения и повышались в чинах, приобретая силу. Со временем двукрылые могли дойти до серафимов и обрести чистую светлую магию посредством ужасающих ритуалов. Мужчина прекрасно помнил, в чем заключалась суть каждого обряда, обязательного для восхождения на следующую ступеньку к власти. Ни за что на свете он бы не повторил весь путь заново, даже если бы ему грозила мучительная смерть.

Каждый чин в Поднебесье выполнял свою функцию. Скажем, ангелы – самые низшие из всех возможных чинов – делали самую грязную работу за своих хозяев. Они следили за людьми и прочими расами, что-то исследовали, наверное, поведенческие инстинкты разумных; занимались проповедью своей воли и воли Отца, хотя, скорее всего ангелы просто были не в курсе, что Создатель давно уже почил, то есть, по-другому, двукрылые были обычным расходным материалом – рабы Отца, как они сами себя называли. Всех данная трактовка вполне устраивала, включая и серафимов, которым было абсолютно до фени, что о себе думают их слуги; главное, чтобы свою работу выполняли исправно. Так же есть и другие чины, повыше – архангелы, власти, господства и прочие. Чтобы перейти из одной касты в другую, нужно не только иметь хорошие связи, но и достигнуть определенного уровня просвещения или безумия, как по-иному понимал это безобразие мужчина. При этом чем безумнее становилось существо, тем ярче оно светилось, тем страннее становилась его структура и тем интереснее была работа. У серафимов – высшей касты, имеющей приличный уровень светлой магии, и из-за этого относящихся к одной из двенадцати магических рас – был крайний уровень помешанности. Только эти существа могли делить мир на черное и белое, на правильное и неправильное, на хорошее и плохое, совершенно игнорируя разные цвета и их оттенки. При этом все, что отличалось от мировоззрений шестикрылых считалось порчей дьяволов, хотя этим товарищам было глубоко до фонаря то, что происходит не под землей. Мужчина нахмурился, вспоминая, были ли среди серафимов нормальные личности, не зацикленные на противостоянии добра и зла. Да, были – единицы, но и им более старшее поколение успешно промывало мозги на этот счет. Все же проклятие Создателя – каверзная штука.

Сейчас перед ним стояли молоденькие парни с бледно-голубой кожей, сверкающий, как чистейший снег в солнечный день, и с блестящим оперением сзади. Их нежным крылышкам, доходящим почти до стоп, могли позавидовать любые обитатели наземно-воздушной среды. Орлиные перья, у одного – слепяще-белого цвета, что говорило о его возможном дальнейшем продвижении минимум до господств; у другого – яркий окрас охры; лежали строго один к одному. Ангелы очень щепетильно относились к своей внешности. А крылышкам уделялось двойное внимание, ведь с помощью них небесные обитатели могли быстро и легко без использования порталов перемещаться на большие расстояния. По этой же причине некрасивых служителей неба не имелось.

Мужчина клыкасто улыбнулся, осматривая двух молоденьких ангелочков. Те в свою очередь с благоговейным ужасом уставились на гостя.

- Мальчики! Не поверите, но как я рад вас видеть! – преувеличенно-бодро воскликнул маг и крепко приобнял двух абсолютно ошарашенных ситуацией парней, чтобы те ненароком не смылись в небесный город без него. Ему было противно вновь находится на полпути к столице серафимов, но выбирать оказалось не из чего. Верховный с него шкуру спустит, если мужчина вернется без ничего.

- Мы… Вы… - замешкался охристый, но на помощь ему тут же пришел его компаньон:

- Вы – дьявол?

- Ого! Как догадался? – оскалился мужчина, показывая слабонервным ангелам свои начищенные по такому важному делу белоснежные зубки. Хотя, если бы зубы были в крови, эффект от почти добродушной улыбки был бы тот же. Ангелы резко побледнели, хотя куда еще им белеть – было не понятно, и так на не совсем свежих покойников походили, только что оттенок голубизной отдает.

- Вы… красный, - заикаясь, проговорил самый старший охранник врат. Охристый пребывал в почти полуобморочном состоянии.

- Какое потрясающее наблюдение! Превосходно! Тебе сразу надо пройти обряд на серафима, раз ты настолько умный, - осклабился маг, чем поменял цвет кожи белокрылого с мертвенно-бедного на слабо-зелёненький. Эта перемена в цветовой гамме была настолько явной, что бывшего ангела даже посетила интересная мысль – а если его еще попугать, может он изменит цвет на розовенький в фиолетовую крапинку? Но, немного подумав, маг решил, что для острастки этого вполне достаточно, иначе ангелок рискует поменять цвет штанов на мокро-коричневый.

- Вы правда так думаете? – тихо проговорил охранник, стараясь, чтобы голос не дрожал.

- Определенно! Если ты считаешь, что только цвет отличает дьявола от не дьявола, я уже не говорю, о других жителях Преисподней – чертях, бесах, демонах, и прочей всяческой мерзопакостной живности – перечислять очень долго. Знания серафимов тоже на этом же уровне, что и твои, так что ты недалеко от них ушел – мужчина кивнул на небо и предположил. – Ну, что, полетели?

- Туда? – проблеял охранник и покосился на своего компаньона, пребывающего почти в абстракции.

- Туда-туда, - уверенно сказал маг. – Мне нужно переговорить с одним из ваших главных Серафимов, иначе уже мой главный из меня отбивную сделает, а потом съест в одну харю, не с кем не поделившись. Да, не удивляйся, вот такой он у меня жмот.

- Вы дьявол, вам нельзя, - как можно тише проговорил ангел.

- Слушай, жертва правды мертвого Создателя. Если я туда не попаду, ты тоже туда больше не попадешь. Сечешь? Я найду другого ангела, более сговорчивого, и попрошу его. Думай быстрее. Мое время – деньги. А ты меня сейчас в наглую обкрадываешь. Как нехорошо… ангел, а ворует.

- Я в жизни ничего не украл! – возмутился охранник, и маг понял, что нашел правильную ниточку. Осталось только потянуть за нужный конец, чтобы развязка была той, что ему требовалась.

- А, ты уверен?

- Да!

- На твоем месте я бы не был таким самоуверенным. Вот сейчас ты крадешь время из моего кармана, да еще и из кармана своего хозяина. Насколько я знаю, ты прислуживаешь серафиму.

- Откуда?

- На лбу у тебя написано, - фыркнул маг в ответ на глупый вопрос, - твой хозяин меня очень ждет, в гости пригласил на чай с баранками, а ты его так подводишь! Какой ты нехороший слуга, прям беда какая-то… летающая. А вот если ты быстро меня к нему приведешь, то он, может, и смилостивится над тобой, даже скорее всего поднимет до архангела, а может и выше. Хочешь, я лично за тебя словечко замолвлю.

Белокрылый думал недолго.

- Он и в самом деле вас ждет? У меня не было приказа встречать гостей.

- Правильно, не было. Ты хоть знаешь, какой это скандал будет, если кто-нибудь узнает, что серафим и дьявол решили примериться и сыграть партийку в фишки? Вы же, ангелы, язык за зубами держать совершенно не умеете! А вот я тебе, как другу, по секрету рассказал. Ну, не гневи хозяина. Или ты считаешь, что серафим настолько слаб, что в случае чего не сможет на своей территории спеленать дьявола?

- Нет, мой хозяин сильный!

- Кто бы сомневался, - хмыкнул гость. Охранники врат – слуги самого Верховного, а кто из них сможет усомниться в могуществе своего хозяина? Да, никто! Гость указал аккуратно наточенными коготками, что были в несколько раз меньше обычных дьявольских, на небо. – Полетели.

Охранник хмуро кивнул, соглашаясь с аргументами гостя, и через минуту мужчины уже стояли на центральной площади небесного города. Нет, никаких романтических полетов под ручку по бескрайним просторам пустыни не было. Особенностью крылатых являлась быстрая транспортировка разных грузов в абсолютно любую точку на карте. При этом необязательно было загружать себя вещами, которые стоило перенести; достаточно одного прикосновения. Эта загадка давно тяготила умы всех магов… всех, кроме серафимов. То ли крылья у ангелов были настолько сильные, что поднимали вместе с телом хозяина любой по габаритам груз и мгновенно перемещали его в пространстве, то ли это был новый вид порталов, хотя магией обладали только серафимы, то ли явление такого переноса имело место быть из-за какого-то неучтенного наукой пространственного фактора – гадать можно было до бесконечности. А серафимы принципиально не раскрывали остальным секреты своего народа. Однако всем было точно известно, что данная особенность являлась универсальной и врожденной для небесных обитателей.

Мужчина хмыкнул и легким массажем висков когтистыми пальцами привел в чувство кружащуюся от такого своеобразного полета голову. На удивление, петлять, как подвыпивший Смертный, он перестал быстро, а вот ангела, которого маг с перепугу схватил за шкирку, знатно штормило.

- Э, ладно я, но ты-то каждый день так путешествуешь, с чего вдруг такая реакция?

- Ты мне крылышко помял! – захныкал паренек, трепетно осматривая свою уже не сильно красивую, но определенно важную часть тела. При этом ноги у него как-то странно заплетались. – Зачем хвататься то так!

- Мне страшно было, - пожал плечами маг. Если уж навешивать лапшу на уши несмышленому мальчишке, то и мелочиться не стоит. Лучше сразу все ведро опрокинуть, чтобы вопросов больше не возникало никаких.

- Мне тоже страшно было… с тобой летать, - угрюмо отозвался ангел и огляделся. Поверил, однако.

Все жители небесного города, что были на площади, вовсе глаза рассматривали незваного и неожиданного гостя их столицы. Кто-то смотрел с отвращением, у кого-то на лице читался откровенный ужас, в поведении некоторых угадывалось пренебрежение, и лишь немногие пялились на пришлого с интересом сумасшедших ученых, нашедших новую диковинку. Мужчина неприятно передернул плечами. Не любил он оказываться в центре всеобщего внимания, хотя последние полтысячелетия он бывал там часто. До сих пор маг не мог привыкнуть к негативным взглядам, которыми одаривали его все без исключения – в Преисподней в силу характеров дьяволов и прочих неприятных типажей, а на небе – из-за непохожести на обычное сияющее нечто. По закону справедливости, или, если смотреть с точки зрения пришлого мага, подлости в своей стране ангельские чины не так уж и сильно сияли, оголяя все свои эмоции и чувства. По лицам недомагов, не привыкших скрывать свое реальное отношение ко многим вещам, можно было прочитать все их помыслы и желания. С одной стороны, это удобно, а с другой – все слишком просто. То ли дело главы Домов, которые при всех мило улыбаются, называя каждого другом и соратником, а как свеже-названный товарищ отвернется, то у них за спиной сразу же материализовывается острое лезвие.

Мужчина уловил некоторое движение в толпе ангелов. К нему или к его провожатому спешил один из местных серафимов. Жаль, что не тот, который был нужен. Хоть они все и сияли, как фонарики, но у себя на Родине их тела вместе с лицами прояснялись, снимались некие защитные механизмы. Кожа магов продолжала светится изнутри, но не так сильно, и не слишком слепяще, поэтому выглядели они почти как люди. Падший ангел легко различил бегущего им навстречу мага. Не к этому лицу нужно было прийти. Мужчина тяжело вздохнул и морально приготовился раздавать бочки с очередными порциями лапши, потому как одного ведра на целого серафима будет явно маловато. Такого просто так провести не получится.

- Кого ты притащил? Кто это? – рыкнул серафим, взяв горе-ангела за грудки и хорошенечко встряхнув.

- Этот дьявол пришел к хозяину! Он попросил его провести к Верховному!

- Как ты посмел? – серафим с силой откинул всхлипывающего мальчишку в сторону. Тот с хрустом в печатался в стену ближайшего здания. Маг даже не обратил на стон парня внимания и мрачно посмотрел на шаркающего мыском сапога гостя, который старательно делал вид, что его тут нет; и, вообще, он новый тип приведений, просто местные еще не в курсе, вот и переполошились.

- Зачем явилось?

- Я мужчина вообще-то! – насупился маг.

- Не уверен. Ни на дьявола, ни на беса, ни еще на кого-то из этой погани ты не похож. И не надо мне говорить, что это не так, - оскалился серафим, как только заметил, что гость пытается что-то сказать. – В отличии от этих юнцов я прекрасно знаю элементарные отличительные признаки некоторых рас, как магических, так и нет. Ты не относишься ни к одной из известных мне категорий!

- Может, просто ваши знания недостаточно полны?

- Мои знания вполне соответствуют действительности. Повторяю, свой вопрос – зачем явилось?

Хитрить и увертываться от ответа было не самой лучшей идеей. Гость находился на чужой территории, где все было пропитано враждебной магией. Он почти ощущал, как воздух накаляется от большой концентрации светлой силы, что может говорить только об одном – лишнее слово, и мужчина из живого тут же превратиться в мертвого. Маг в который раз за день помянул добрым словом Серхата и, тяжело вздохнув, печально проговорил.

- Мой Верховный послал меня к вашему правителю с особой просьбой. Хозяин кое с чем не справляется, и ему нужна помощь самого сильного из вас. В ответ, он готов предложить то, что интересует серафимов.

Да, простит Серхат своему подчиненному маленькую ложь, но по-другому заинтересовать эту необычную и до противности правильную расу у него бы не получилось. Все прекрасно знали, чего добивается уже которое по счету столетие поднебесный Верховный у дьявола. Светло-бежевые брови серафима в немом изумлении взлетели на небывалую до этого высоту. Мужчина в чем-то понимал мага. Был бы тут Серхат, у него бы тоже нижняя челюсть кочевала где-нибудь внизу у поверхности земли.

- Что ж, твой владелец, - это слово серафим выплюнул, как ругательное, - сам не явился?

- А он боится ступать на враждующую с подобными ему территорию, - Серхат бы точно убил за такие слова, но мужчине было принципиально важно в данный момент остаться живым. - Честно, я тоже с превеликим удовольствием остался бы внизу и преспокойно занимался своими делами, но увы, вредное начальство отправило меня с поручением в райские кущи, дабы перед глазами не маячил. Так что, смилостивитесь, я лишь исполнитель, не более.

- Да м? – мрачно проговорил серафим, оценивающе всматриваясь в лицо гостя, словно пытаясь понять степень его вранья. Однако мужчина настолько изловчился в сокрытии своих эмоций в нужные моменты времени, что прочесть по его мордашке что-то было просто невозможно. Универсальная маска под названием «лицо – кирпич» – абсолютно непробиваемая любым зорким глазом; действует на всех одинаково. Серафим исключением не был.

- Со всеми другими условия сделки я обсуждать отказываюсь. Мне нужен конкретный светлый маг, дабы сообщить все ему. Приказ начальства, - проговорил гость все строго по пунктикам. Еще бы кто-то осмеливался что-то у него выпытать. Приказ начальства объяснял в принципе любую ситуацию и являлся превосходной отмазкой на все случаи жизни.

- Хорошо, - свистяще на выдохе проскрежетал зумами маг. – Я отведу тебя к Верховному, но если он чем-то останется недовольным, ты отсюда уйдешь только в качестве бестелесной души. Я понятно изъяснился?

- Более чем, - слегка склонил голову гость.

Большего от данного серафима было бы все равно не добиться. Немного лести, чуть-чуть давления на жалость, и самое главное – пробуждение интереса – вот и все, что требовалось, чтобы состоялся разговор с Верховным. Было трудно держать себя в руках, не сорваться и не покалечить кого-нибудь правдолюба, но это являлось очередным успешно пройденным испытанием, с которым мужчина себя в очередной раз поздравил. Теперь можно было наслаждаться видами столицы, пока тебя милостиво провожают до кабинета Верховного. Однако не долго оставалось мужчине блаженствовать под мягкими лучами солнца – пора было задуматься над тем, как он будет выбираться из этого «райского места».

***

Небесный город был великолепен. Он оставался таким же прекрасным, как и тысячу лет назад, когда мужчина пробегал по его улицам молодым студентом. Тогда он спешил на занятия, потом на работу – ему некогда было рассматривать свой родной город. Теперь же появилось время насладиться великолепием столицы.

Блестящие на солнце, точно покрытые легкой коркой инея, здания были выжжены до кристальной белизны могучим и жарким светилом. Легкие неровности в структуре многих домов успешно маскировались под цвет окружающего пространства и необычную архитектуру, характерную только для данной расы. Вытянутые в длину постройки с остроконечными шпилями, сделанными в основном из стекла, стремились достичь солнца. Одно здание соревновалось с другим в высоте и тонкости ювелирных работ. Их декор был по-настоящему причудлив. Нигде в мире никто не сможет найти столь уникальное сочетание хроник исторических лет и искусно показанную природу столь многообразного мира. Тут были вырезаны и объемные статуэтки в полный рост, превосходно передающие всю прелесть образа нагих мужчин и женщин; и живые сценки из жизней знаменитых магов, Верховных то бишь, хотя их скорее всего можно отнести к простым скульптурам, чем к дополнениям архитектуры сооружений. Также на камнях зданий были высечены интересные узоры, определенно что-то обозначающие, но мужчина, хоть и изучал эти рисунки когда-то, уже не помнил из данных иероглифов ни один символ – слишком много времени утекло с той поры. Гость скользнул взглядом по фундаменту строений, испещренной всевозможными переплетениями рунного алфавита со скульптурами людей и животных, и поднял взор вверх. Многоярусные здания доходили казалось, что до самого светила. Ничего не поделаешь – серафимы любили высоту, и считали, что чем ближе они к небу, тем лучше крепнет их связь с Создателем. Хотя, наверное, только гость помнил о том, что Отец всегда больше любил землю, и все свое внимание уделял обычным земным организмам, а не бесконечно далеким звездам.

Витражные стрельчатые окна с изображениями исторической хроники возникновения заоблачной столицы выступили из общей массы зданий яркими пятнами и тут же внесли в белоснежные улицы каплю цветовой необычности. Ратуша – великое сооружение, о которой ходило достаточно много легенд и мифов. Их в основном и распустил сам Верховный, дабы история столицы была не столь скучна. Говорят, чем абсурднее ложь, тем охотнее народ в нее верит. Гость усмехнулся своим мыслям. Он прекрасно помнил Верховного серафимов и его уникальное умение манипулировать народами в угоду каким-то своим интересам. В принципе, ничего удивительного тут не было. Правители, к какой бы расе они не принадлежали, какими бы ярко выраженными добродетелями не обладали, так и останутся управляющими с определенными лидерскими замашками, нечеловеческой хитростью и изворотливостью.

- Идемте быстрее, - раздраженно шикнул серафим, увидев, как скептически гость рассматривает их великое творение и гордость всей страны.

Падший лишь немного повел плечами, как бы намекая, что ему неприятен пренебрежительный тон провожатого, и вошел в святую обитель магов. Мужчина чуть не засмеялся, увидев в главном холле здания, отделанную золотисто-бежевыми тонами двухметровую скульптуру Верховного из мрамора и злата, с распростертыми руками возведшего очи к небу. Раньше, насколько он помнил, это почетное место было адресовано неизвестной обнаженной девушке в память о вечной женской красоте. Теперь же серафимы яро воспевали прелесть мужской формы конкретного индивида.

- Что вас так рассмешило? – зло отозвался провожатый, заметив клыкастую улыбку своего подопечного. Он привык, что попадая в обитель светлых магов, все испытывают благоговение и восторг от увиденного; ведь убранство и сама архитектура здания была необычна и великолепна для пришлых. В самом деле, даже у светлых эльфов нет такой сдержанной роскоши и уникальной обстановки, как у ангелов. Однако на это существо не действовала магия сего священного места. У серафима было несколько предположений – то ли данный маг уже был тут, то ли он оказывался в еще более прекрасном месте, потому особого впечатления от столицы серафимов не получил. Эти варианты были до того абсурдны, что провожатый еще раз покосился на ухмыляющегося недодьявола.

Мельтешащие кругом разные чины ангелов, куда-то скоро торопились, что совершенно не вязалось с излучающей умиротворение ратушей.

- Они что, меня так испугались? – недоуменно проговорил гость.

- Нет. У них утечка чистых душ.

- А-а-а, - понимающе протянул мужчина. – Знакомый базар. У нас тоже из чистилища души иногда пропадают. Находим их потом… после того, как хозяин половине подчиненных головы сносит. А, вообще, я впервые слышу, чтобы у ангелов пропадали чистые души. Они же уже пришли очищение и, соответственно, должны быть покорными и без остаточной памяти.

Серафим хмуро взглянул на стоящего рядом подопечного, который с растерянностью на лице наблюдал за беснующимися ангелами. Те в свою очередь не обращали внимания ни на кого. Мужчине даже показалось, что появись тут все представители Домов дьяволов во главе с Серхатом, крылатые даже носом бы не повели, уткнувшись в свои расчеты.

- Не твое дело, краснокожий, - грубо отозвался серафим. – Это их просчеты, пусть сами и разбираются. Идем… те. Нам на второй этаж.

Гость сочувствующе посмотрел на забившегося в угол ангелочка, явно пребывающего где-то на грани сна и обморока, и отправился в след за провожатым.

Глава 26 Серафим

Мужчина в отчаянии зарылся руками в перьевые волосы и застонал. Кто-то крадет их души и подделывает бумаги? Это точно не могут быть низшие чины, скорее всего господства или престолы – вся документация лежит на их плечах. Хотя, не исключено, что в таком деле учувствуют и более высшие чины в этой не совсем верной иерархии. Слишком много вопросов, и нет ни одного ответа, даже никаких зацепок не имеется. Маг поднялся с кресла и, сделав пару почетных кругов вокруг письменного стола, вновь сел, уткнувшись немигающим взглядом в беспорядочно раскиданные по всему кабинету бумаги, точно в них были сокрыты все тайны этого мира. Однако сокровища просто так открываться серафиму не хотели, сколько бы он не гипнотизировал белоснежные свитки. Мужчина быстро это понял, и отвел взгляд. Его взор упал на монетку, что он нашел на запретном обряде воскрешения. Маг сразу же узнал характер светлой магии. С этим видом силы мужчина работал несколько столетий, а потому легко вычислил бы его из тысячи подобных.

- Самаэль… мальчик мой, - горько проговорил маг, крутя в руках уже почти полупустой источник силы. – Я найду тебя обязательно, и приведу домой, к твоей семье. Серхат отдаст мне твою душу рано или поздно. Я добьюсь этого любыми средствами. Самаэль…

***

В голове возник образ маленького мальчика с еще не оперившимися крылышками. Он играл с солнечными бликами и смеялся, но его взгляд отражал печаль.

- Ребенок, ты чей?

Ясные голубые глаза недоуменно воззрились на незнакомца, и ребенок добродушно улыбнулся.

- Пока ничей. Я один тут.

- А, где твоя мама, папа?

- Маму я не помню. Отец говорит, что она ушла в лучший мир в день моего рождения. А папа у меня – могучий воин! Он находится сейчас в легионе, и скоро должен прийти домой. Я его тут жду.

Мужчина на несколько секунд задумался и достал списки тех, кто не так давно погиб за передел территорий.

- Так, как, говоришь, зовут твоего папу?

Маленький мальчик доверчиво стал рассказывать все внемлющему ему серафиму: и про отца, и про то, как живет, и про соседскую вредную девчонку, и про игры. Он говорил и говорил, делясь со своим собеседником всем самым сокровенным, что у него было. Мужчина с каждой историей наивного ребенка становился все серьезней и мрачнее.

- Дяденька, у вас что-то произошло?

- Самаэль, верно? Послушай, мне очень жаль, но отец не придет. Он тоже ушел к твоей маме.

На минуту на детском личике проступило выражение крайнего недоумения и удивления.

- Как, не придет? – в разы побелевшими губами проговорил мальчонка. – Он обещал!!! Обещал!!! Он сказал, что обязательно явиться и заберет меня!

Из глаз малыша брызнули слезы. Он попытался развернуться и убежать, но серафим не дал ему этого сделать, крепко обняв пацана. Мальчонка не смущаясь ни присутствия взрослых, ни своего мужского пола, заревел навзрыд, орошая тогу мужчины соленой влагой.

- У тебя есть родные? Бабушки, дедушки, дяди, тети… - спросил серафим, когда вой мальчишки немного поутих.

Мальчонка удивленно посмотрел на незнакомца. Его красные заплаканные глаза в изумлении расширились.

- А, кто это?

Серафим чуть ли не сплюнул с досады. Как же он мог забыть, что Создатель умер только недавно, соответственно, у такого более взрослого ребенка никаких родственников, разумеется, не имелось.

- Это такие очень близкие тебе души ангелов.

Мальчишка покачал головой, снова начав всхлипывать.

- А, знаешь, хочешь, я буду твоим дядей?

- Правда?

- Конечно. Будем жить с тобой вдвоем, учиться у меня будешь. Да, точно! Я сделаю тебя своим учеником.

- Но я хочу к папе! – промямлил Самаэль и в очередной раз всхлипнул.

Серафим приобнял паренька, слегка поглаживая ему спинку, дабы успокоить и не дать истерике вновь разразиться.

- Я бы тоже сейчас хотел к папе.

- А, он от тебя так же ушел?

- Да. Я заставил его уйти. Теперь жалею, - тихо проговорил маг и почувствовал, как детские ручки обнимают его за щетинистую шею.

- Мне жаль твоего папу. Наверное, он был хорошим ангелом. Значит, ты тоже будешь таким же хорошим, как и он.

- Я надеюсь на это, - тяжело вздохнул маг и чуть слышно проговорил. – Меня зовут Серафим.

- Серафим? Они же высшие! Ты высший, да? А магией владеешь? А почему тебя так странно назвали?

Вопросы из мальчишки сыпались, как из рога изобилия. Чуть позже он перестал всхлипывать, и на время точно забыл о своей потере. Паренек расспрашивал мага, а тот охотно с ним делился информацией. Мальчонка не замолкал, постепенно проникаясь симпатией к незнакомцу. А когда ладошка доверчивого малыша легла в сильную руку мага, Серафим впервые за несколько десятилетий после обращения почувствовал себя по-настоящему счастливым. Его душа, наконец, прекратила метаться и сердце успокоилось.

Мужчина шел по улицам города. Рядом с ним бежал любопытный мальчонка, которому выпала необычайная возможность быть в центре внимания. Они вдвоем в этот момент казались такими радостными и выглядели в точности как любящие друг друга отец и сын.

***

Далекие воспоминания Серафима прервал напряженный стук в дверь. Мужчина мгновенно очнулся, вынырнув из совсем давних грез. Перед его глазами все еще стояла улыбающаяся и лучащаяся озорством мордашка его маленького ученика, быстро преобразовавшаяся в лицо парня со все еще такими яркими голубыми глазами и добродушной улыбкой доверчивого мальчишки. Верховный спрятал в руках лицо, прогоняя навязчивый образ пропавшего уже достаточно давно паренька. Наваждение ушло так же быстро, как и появилось. Не проходило и дня без воспоминаний о Самаэле. Это порядком выматывало правителя, но полностью изгнать мальчонку из своей жизни Серафим не мог, как ни старался. Даже время ему не помогало избавиться от дикой привязанности к исчезнувшему мальчику.

Стук повторился. Серафим протер лицо ладонями, приводя себя в более-менее рабочее состояние, и командирским тоном гаркнул:

- Войдите!

Дверь открылась и на пороге оказался один из его подчиненных. Шестикрылый был явно чем-то озабочен, а потому даже не обратил внимания на бардак в кабинете начальника.

- Что надо? – грубо проговорил Верховный. – Вы нашли виновных в пропаже душ?

- К сожалению, пока нет, правитель. Но…

- Плохо. Ищите. Крыса должна быть среди своих. Других тут больше нет. Пошел вон.

Под подозрением были все высшие и средние, включая и этого серафима, а потому у Верховного не было особого желания с ними сейчас общаться. С каким бы удовольствием он распотрошил каждого предателя, но, к сожалению, массовое убийство всего народа дурно скажется на его репутации и поставит под сомнение воспеваемые ангелами вечные законы Создателя, придуманные самим Верховным. А этого допустить было никак нельзя, потому правителю приходилось сдерживать свои мстительные порывы. Чистые души – очень ценный материал, которым Преисподняя не всегда готова делится. Такое потерять просто невозможно. Каждая душа была строго на счету и хорошо охранялась, и, вдруг, десяток просто исчез без следа. В точности как Самаэль…

Мужчина передернул плечами, вновь вернувшись мыслями к душам. Его воспоминания – его проклятие. От них очень сложно сбежать, но правитель вновь и вновь будет пробовать, пока не получится. Только спустя какое-то время Верховный заметил, что подчиненный все еще мнется у порога.

- Пошел вон, - тихо проговорил он, глядя в глаза шестикрылому.

- К Вам гость пришел, - быстро проговорил серафим, пока Верховный его не выставил, применив магию.

Правитель тяжело посмотрел на настойчивого подопечного.

- Гони его прочь. Я не хочу никого сейчас видеть.

- Но он от Серхата. Это дьявол! Точнее, почти дьявол. Я в этом не уверен, но, кажется, какая-то помесь.

- Этого не может быть. Дьяволы не спариваться с существами, которые ниже их по иерархии. Никогда. За это мгновенная кара – смерть, - задумчиво проговорил Серафим.

В любом случае, гостя ему придется принять. В Преисподней очень скверно относятся к пренебрежению – там свои законы, и связанные с этим дуэли[1] периодически заканчиваются смертью обоих дуэлянтов. Хотя все это было как-то странно. Дьяволы никогда до этого не появлялись в поднебесном царстве. Им намного приятнее сидеть у себя в пекле и с добродушным оскалом принимать там любых гостей, не понравившихся можно было выкинуть из своего убежища, «подышать свежим воздухом». Чтобы дьявол сам подорвался и куда-то пошел, выйдя из своей зоны комфорта, да еще и на враждебную территорию, такого никогда не случалось. Обычно все к ним топали на поклон. Видно, у Серхата возникли какие-то проблемы вот он и послал, кого не жалко.

- Так, примете его?

- А, у меня есть выбор? – меланхолично отозвался Серафим, а затем добавил. – Пусть заходит, а тебя чтобы я больше не видел в моем кабинете.

Подчиненный поклонился в пояс своему правителю и чинно удалился. Дверь вновь отворилась, и первое, что Серафим увидел – яркие голубые глаза цвета неба. Кошмар, смешанный с воспоминаниями, продолжился.

[1] Дуэли дьяволов – наиболее частое развлечение данного народа, а заодно и способ разрешения споров. Характерны только для жителей Преисподней. В ходе поединков выигравшему достается все имущество, которым обладал соперник, включая и живой товар.

Глава 27 Старый друг или новый враг

Мужчина стоял около двери на втором этаже возле лестницы и хмуро наблюдал, как множество ангелов медленно сходят с ума. Да, втык от начальства получать неприятно, особенно, когда ты тут совершенно ни при чем, а страдаешь, как козел отпущения. Это было наглядно показано на конкретных примерах. Кричащих в порывах злости серафимов не услышал бы только глухой. Однако руки они к своим подчиненным не прикладывали, что, несомненно, огорчало гостя – хоть какое-то было бы развлечение во время ожидания приема. На самом деле, парень дико боялся заходить к Серафиму. Тот мог его узнать, наорать за побег и за перевоплощение или сделать еще что-нибудь нехорошее и противоестественное. Этого мужчине было не нужно. Серхат и так пообещал падшему все муки Ада, если тот струсит пред своим бывшем наставником и вернется в Преисподнюю ни с чем. В данный момент гость склонялся к мысли кинуть все и сбежать пока не поздно. Но где-то глубоко в сердце нагло вякала гордость и грели душу светлые воспоминания. Уйти просто так, не сказав даже: «Привет!» - было бы кощунственным самообманом и трусостью. Истинные дьяволы так не поступают.

Мимо него пробежали запыхавшиеся ангелы, что-то бубня себе под нос и мрачно изучая бумажки. Вдруг, один из них резко остановился и взглянул на скучающего гостя.

- Ты кто?

- Сам… кхм… - детские воспоминания заставили мужчину на некоторое время позабыть, где он сейчас находится и кем является. – Самый прекрасный и премудрый из всех дьяволов на этой ничтожной планете!

- Самаэль!? – удивленно проговорил мужчина, явно узнав в краснокожем мутанте своего старого друга. На колкость падшего он не обратил ни крохи внимания.

Маг резко развернулся и показал свои острые зубы:

- Вы меня с кем-то путаете.

- Самаэль, ты все-таки вернулся! – ангел бросил свои бумаги, подошел к старому другу со студенческой скамьи и крепко его обнял, так, что у того хрустнуло несколько суставов. – Мы все тебя так ждали… о, Создатель, на кого ты похож! Прям дьявол в своем истинном обличье! Ну, не переживай, это мы исправим. Покрасим тебя, крылышки покромсаем и новые приделаем, рога подпилим, хвост отрежем – будешь как новенький!

- Не надо, - бледно поблеял гость, видимо представив все описываемые ангелом действия.

- Серафим теперь тебя не отпустит больше, - как ни в чем не бывало продолжил житель Поднебесья. - Он так убивался, когда ты пропал, чуть с ума не сошел. Всех на уши поднял, заставил тебя искать. Ты ведь был светочем в его жизни. Ох, Отец! Как же он обрадуется, когда узнает, что ты, наконец, дома!

- Он меня убьет, - обреченно проговорил мужчина, и, заткнув светлому рот, дабы тот не распространял жизненно-важную информацию всему свету, ввел ангела в первое же попавшееся пустое помещение и только после этого отпустил.

- Эй, ты чего?

- Я – не я, то есть я – не Самаэль, ты ошибся.

- Я не ошибаюсь. Самаэль, я все понимаю, но ты теперь дома, так что можешь не волноваться и не скрываться. Серафим позаботиться о том, чтобы тебя больше не крали.

- Да, не крали меня! – рыкнул мужчина. – Я сам ушел!

- Сам? Но почему? – неверующе взглянул на друга ангел. По его ярко-голубоватому сиянию кожи можно было сказать, что скоро он будет проходить обряд на серафима. Справиться ли он, или умрет – это уже другой вопрос, в данный момент гостя мало волнующий.

- Потому что не хочу тут быть. А к своему бывшему наставнику я пришел по поручению моего хозяина. И если хоть одна ангельская душа узнает, кто я такой, я твои кишки намотаю на вертело. Ты меня понял?

- Самаэль, но… - ангел выглядел до того огорченным, что, казалось, еще чуть-чуть, и он заплачет.

- Не называй меня так. У меня теперь другое имя, и в отличии от предыдущего мне оно вполне подходит.

- Почему ты нас бросил? Тебе совершенно безразлично, что мы тут все волновались, переживали за тебя, непутевого? А ты просто всех кинул и ушел.

- Поверь, так надо было. После всего того, что я узнал, мне стало противно тут оставаться, нужно было скрыться. Я больше не мог жить с ним, со всеми вами. Даже дьяволы так не поступают со своими учениками, как он хотел поступить со мной. А я еще тогда был таким наивным дураком! Повелся, как маленький. Больше его уловки на меня действовать не будут. Я немного пожил среди дьяволов и научился массе полезных вещей. Он не сможет вновь меня использовать, и пусть катится в Бездну[1]! – чуть ли не выкрикнул мужчина. Ему было душевно больно. Снова. А ведь он еще даже не разговаривал со своим проклятым наставником. На его плечо сочувствующе легла теплая ладонь ангела. А ведь в своей злости, он забыл даже близких друзей, к которым падший питал такие же нежные чувства, что и они к нему.

- Что он сделал? Расскажи, - тихо проговорил ангел.

- Нет.

- А если я помогу тебе сделать так, чтобы правитель тебя не узнал, тогда расскажешь?

Падший обернулся и взглянул в лукавые глаза друга.

- А, ты сможешь пойти против своего хозяина?

- Почему против? Только за. Что он знать не будет, то ему не повредит. Я думаю, ты не выложишь нашему правителю мой покров.

Гость засмеялся. Его друг так и не изменился за столько лет.

- Ты такой же хитрый змий, каким и был раньше. Главная заводила в нашей маленькой компашке, хоть и прикидываешься наивным мальчишкой.

- Ты – мой друг, и я действительно хочу, чтобы ты был счастлив. Если тебе будет лучше в Преисподней, то так тому и быть. Я готов помочь, как и раньше. Но если ты все же захочешь вернуться домой на Родину, я буду безмерно рад этому и приложу все усилия, чтобы тебе больше никто и ничто не помешало стать прежним. Ты ведь мне как брат.

Ангел печально улыбнулся и протянул руку падшему.

- Так что, по рукам? Я тебе прикрытие, ты мне доскональный рассказ.

- Как в старые добрые времена, - ухмыльнулся гость и пожал руку другу. – Только остальным про меня – ни слова!

- Договорились. Я только нашей банде расскажу о тебе.

- Вель! – рыкнул Самаэль, и ангел рассмеялся.

- Ты правда считаешь, что я смогу скрыть от нашей милой студенческой кампании какие-нибудь интересные вести? Знаешь же, что проще пробраться в святилище Верховного незамеченным, чем сокрыть от наших саму задумку этого приключения.

- Вельзевул! Твой рот должен быть на замке, иначе я поднимусь в Поднебесье снова и примагно заберу тебя в нашу просто-таки уникальную во всех смыслах пыточную.

- Ладно-ладно, не буду, - шутливо поднял руки вверх маг, однако на его лице вполне отчетливо читались другие намерения. – Во всяком случае постараюсь, но ничего не обещаю.

Гость погрозил мужчине когтистым пальцем и хотел было уже спросить про прикрытие, как дверь распахнулась и на пороге появился растрепанный и злой до чертиков серафим. Друзья как по команде отпрянули друг от друга на приличное расстояние, чтобы не дай Создатель пришедший не подумал что-то не то. А он подумал, и более того – озвучил свои мысли в слух.

- Это вы тут уединились, да? За моей спиной! За спиной Верховного! Решили поболтать о свержении правителя или о нарушении законов? Вель! У тебя ритуал на носу. Ты долго шел к этой цели, готовился, и что я вижу? Ты губишь все своими же руками!

- Это я его сюда притащил, - передернул плечами гость, и горящий злобой взгляд переместился на него.

- С Вами, сударь, у нас разговор будет позже, когда вы, наконец, сдохните.

- Тогда вам придется очень долго ждать.

- Я никуда не тороплюсь. Вас Верховный вызывает. Будьте добры, в его кабинет. Живо!

Гость скривился от властно-приказного тона серафима. Ни один дьявол не потерпел бы подобного обращения к своей персоне. Однако, разжигать скандал всего лишь из-за слов, брошенных в гневе светлым, было как-то мелочно. Мужчина кинул взгляд на мрачного Веля, не подающего вообще никаких знаков, развернулся и вышел из комнаты. За Вельзевула он не беспокоился. От обряда его теперь не избавит даже массовое убийство всех магов в ратуше, правда сообщать ему об этом никто не будет. А вот наказать за неподчинение – по любому накажут. У ангелов с этим очень строго. Каждый ребенок хоть раз испытывал на себе все методы воспитания светлой личности. Те, кто часто совершали ошибки, а таких было большинство, подвергались дополнительным пыткам. В некотором роде серафимы превзошли дьяволов по частоте причиняемой боли. Культ ангелов – культ страданий. Каждое действие связано с самопожертвованием и очищением через дикую раздирающую боль. Мужчина поежился, вспомнив, как на нем за малейшую шалость отыгрывались взрослые. Нет, больше он сюда не вернется.

***

Покров ангела – обнаружить его мало возможно, как и остальные заклинания серафимов – особенность данного типа магии. Когда-то падший тоже умел создавать разные структуры, которые не засекались ни магическим зрением, ни сканирующими заклятиями, а некоторые даже не чувствовались душой, что было достаточной редкостью. Магию ангелов могли видеть только ангелы. Аксиома. Теперь мужчина ангелом не являлся. Он не прошел обряд – сбежал, растерял всю свою светлую силу, но получил взамен темную. Возможно, какая-то мизерная часть магии серафимов в нем все же осталась, но ее было настолько мало, что она себя не проявляла абсолютно никак и ничем не обнаруживалась. Вель его узнал не по силе, что текла в мужчине темным потоком, а по схожим чертам. Да, над внешностью ему придется поработать. Хотя через несколько поколений его тело будет абсолютно другим, все же нужно было придумать что-то прямо сейчас.

Мужчина остановился возле двери в кабинет Верховного и занес руку для стука. Внезапно его поразила дрожь, а тело на несколько долгих мгновений окоченело. Гость сглотнул, постепенно приходя в себя. Ощущения были не из приятных. По коже разлилось тепло, и ноги стали ватными. Маг сполз по стеночке вниз. Нужно было переждать интересный феномен. Мысли текли вяло, и думать абсолютно ни о чем не хотелось. Мужчина прикрыл глаза, погружаясь в себя. Магию на враждебной территории хватило ума не использовать. Серафимы мгновенно реагируют на малейшие колебания среды атакующими заклятиями далеко не среднего порядка. Потому в принципе гостей у них никогда не бывает, точнее они живыми просто не уходят. Законы – очень интересная вещь. В каждой стране они свои, а у ангелов – особенные.

Мужчина прислушался к своим ощущениям. Ему становилось лучше. На лицо медленно наползла благоговейная улыбка. В прошлый раз, когда на него накладывали покров, такого сильного отката не было. Видно, конкурирующие силы – это не просто слова, а реальная проблема для многих магов. Гость с трудом поднялся и оглядел себя. Ни магическим, ни обычным зрением каких-либо особенностей он не заметил. Но при движении парень резко чувствовал какую-то скованность и медлительность – побочные эффекты полога. Будь мужчина ангелом, заклятие бы доставляло ему в разы меньше неудобств.

Падший тяжело выдохнул, улыбнулся своим мыслям и вошел в кабинет.

За широким столом сидел его бывший наставник. При виде его, внутри гостя что-то с силой сжалось. Серафим почти не изменился. Серые печальные глаза удивленно воззрились на вошедшего. Волосы, что больше походили на перья по своей структуре, были распущены и водопадом ниспадали до плеч. Хмурое, морщинистое, в разы постаревшее с их последней встречи лицо бывшего наставника хранило отпечаток времени. Сердце гостя ухнуло куда-то в район пяток, когда тот увидел, насколько сильно постарел маг и как он все еще пытается держаться на плаву, хотя желание уйти на покой было показано в каждом его пренебрежительном движении. Взгляд мужчины опустился ниже. Щетинистая шея у основания плеч была открыта. Мешковидная белоснежная одежда не мешала рассматривать направление и четкое изменение прорезающихся через кожу острых перышек, что уходили за спину. Белые мощные крылья располагались строго, как и всех серафимов: первая пара росла от лопаток, вторая брала свое начало из середины позвоночника, третья – самая маленькая – от тазовой кости. Лишь тип и расположение перьев слегка изменились – острые, твердые, будто сделанные из стали, беспорядочно лежащие и местами выдранные, точно их хозяин пролетел через колючий кустарник несколько десятков раз. Тот Верховный, которого гость знал, более щепетильно относился к своей внешности и с любовью ухаживал за собой, да и выглядел он тогда намного лучше – моложе. Это было около пяти ста лет назад, а, может, и семи ста. С того времени многое изменилось. Теперь перед ним сидел маг, которому было абсолютно наплевать, что о нем думают, и как он выглядит. От таких индивидуумов стоит держаться подальше. Как правило, им уже нечего терять.

- Привет! – брякнул гость первое, что пришло в голову. Это было глупо, но молча выдержать прицельный тяжелый взгляд бывшего наставника оказалось не под силу. Магу все время чудилось, что правитель видит его насквозь, и теперь решает к какому виду пыток следует прибегнуть в случае возвращения блудного сына.

Серафим не отрывал взгляд от голубых глаз пришедшего. Он был так похож на Самаэля, когда тот ушел. Но сейчас ангел должен быть чуть младше его самого, а пред ним стоял молодой очень странный дьявол, возможно, полукровка. Сын? Правитель отмел эту мысль, как совершенно бредовую. Старательно достроенная каменная стена, защищающая разум мага от воспоминаний, вновь дала трещину, через которую просочился очередной образ. Светлый скривился и отвел взгляд. Секунда, и он уже не помнит силуэт вошедшего паренька. Серафим нахмурился, а в душе возросла тревога. Мужчина вновь посмотрел на пришедшего, потом на шкаф, затем снова на гостя – на тумбочку. Никакой информации о дьяволе в его памяти не сохранилось. Догадка пришла моментально. Полог ангелов – то еще затрепанное заклятие средней руки, используемое всеми и каждым. Различить его взрослым магам достаточно легко. Верховный полуприкрыл глаза и из-под ресниц взглянул на ауру гостя магическим зрением. Светлые, переплетающиеся и размазанные в пространстве линии заклятия ангела легко различались среди прочего черно-красного марева дьявольской силы, точно кто-то по темному полотну провел кисточкой с белой краской. Да, у серафимов плетений нет, какие присутствуют у остальных магических рас, и это дает им не только большое преимущество пред всеми, но и также огромную уязвимость. Если кто-то узнает природу их магии, которой Создатель так добродушно с ними поделился, будет большой не то, что скандал, а возможно и битва, где серафимы, к сожалению, могут легко проиграть, даже не вступив в драку. У многих и так возникают вполне логичные вопросы. Например, почему низшие чины ангелов не владеют силой, средние уже имеют зачатки на уровне самых слабеньких магов, а высшие – вполне сносно управляются с энергией; однако только серафимы причислены к магическим расам? И, вообще, как так случается, что обычный ангел добирается до высшей ступеньки иерархии, и он уже ангелом, по сути дела, не является, ведь серафимы – это не двукрылые, а шестикрылые существа; они – другая более высшая раса, как те сами говорят. Пока эти вопросы Верховному удается заминать и игнорировать. В отличии от дьяволов, которые вообще никуда не путешествует, тем паче на землю, ангелам приходится несладко. Они обязаны иногда появляться на людях и проповедовать свои мысли и чувства. Так наказал Отец. И вся информация, что не является особо секретной попадает в руки магам и людям. И если Смертные такие данные воспринимают, как сказочку перед сном, то бывшие БеЗсмертные на счет этого задумываются и задают на зависть правильные вопросы, над которыми сами низшие ангелы только недавно стали размышлять. Серафим каждый день придумывает все новые и новые отмазки для других магов. В том клубке лжи, что он сплел, только бы отгородить свой народ от тотального уничтожения, не разобрался бы и сам Создатель, но это того стоило.

Маг легко сотворил новое заклинание и пустил его по ауре дьявола на достаточном расстоянии от черной магии. Борьба между светлыми и темными силами в миг погасла – заклятие ангела распалось.

«На любой прием есть контрприем», - улыбнулся своим мыслям Серафим, пронаблюдав, как под действием его магии светлая линия исчезает и растворяется в сгустке темной ауры. Тут же пришла информация считывающего заклятия, отправленного до разрушающего – маг, решивший прикрыть дьявола, будет успешно обличен. Даже без детектора Серафим уже знал, кто так «помог» краснокожему. Структура силы каждого мага, в скором времени проходящего обряд, в обязательном порядке досконально просматривается Верховным.

Правитель перешел на свое обычное человеческое зрение и раскрыл глаза. По недоуменному выражению лица гостя и его заинтересованному взгляду, серафим понял, что сделал все чисто. В противном случае, в кабинете уже летали бы темные сгустки боевой магии, и слуга Серхата имел бы на это полное право. Минимальное воздействие на ауру дьяволов без их согласия по закону этого непростого народа карается моментальной смертью. Хотя, если копнуть глубже, Серафим никоим образом не задевал внешнюю оболочку. Он только снял с поверхности лишние линии, конкурирующие с темными потоками, и по сути дела им же мешающие. Но слушать его домыслы мало кто стал бы.

- Итак, - тихо проговорил Серафим, решивший сразу начать с главного вопроса. – Кем тебе приходится Вельзевул?

Мужчина заметно подрастерялся. На его хмуром лице, так напоминающем одного небезызвестного серафиму знакомого, отразилось удивление и… волнение? Руки сами собой переплелись за спиной. Эта привычка была только у одного ангела, что часто любил ослушаться и стоять на ковре пред наставником с виноватым лицом прокаженного. Острый взгляд Серафима фиксировал любое движение гостя, ожидая ответа.

- Никем. Я его вообще не знаю, - наконец, взял себя в руки гость из Преисподней, поняв, что ведет себя в точности, как раньше. Что поделать, но под тяжелым взглядом бывшего наставника было неуютно. Мужчина вновь ощущал себя маленьким мальчиком, наворотившем глупостей по самое никуда, и отделаться от этих чувств было сложно. Мысленно маг постоянно себе повторял, дабы окончательно не забыться: «Я не Самаэль, не Самаэль. Он не узнает меня. Я не Самаэль».

- Неужели? – серая бровь Серафима в немом изумлении поднялась, заставив гостя отвести взгляд.

«Люцифер, соберись! Ты выдаешь себя с головой. Вот я – держите меня, пришел с белым флагом покаяния. Где твоя хитрость, смекалка, лживые маски? Где они? Если бывший наставник так умело ими пользуется, почему у тебя не выходит делать то же перед ним? Ты можешь ему перечить, лгать, изворачиваться от его колкостей. Он – не твой отец, давно уже перестал быть даже твоим дядей. Ты под защитой Серхата, его подопечный. Теперь твой дом – Преисподняя, и причинить тебе боль бывший наставник не сможет. Ты – не в его власти. Так, чего же бояться? Дай ему отпор!» - легкая пощечина самому себе привела мужчину в чувство и разожгла в его глазах огонь бунта.

- Не понимаю, о чем вы говорите. Хотя… если вы про того ангелочка, что крутился возле меня не так давно и пытался что-то узнать, то приструните своих слуг. Я не намерен разговаривать с каждым недосерафимом, который захочет поболтать за жизнь со служителем Преисподней.

Верховный сощурился, на его скулах заиграли жевалки. Он ненавидел, когда кто-то указывал ему, что следует сделать. Маг напряженно всматривался в лицо гостя, который глядел на правителя ощетинившимся волком. Казалось, еще немного, и пришедший набросится на Верховного и перегрызет тому глотку заостренными клыками, но время шло и ничего не происходило. Острый приступ повторения напомнил Серафиму последний день его общения с напроказничавшим мальчишкой – тот же непримиримый взгляд, та же мрачная решимость на лице и такая же оборонительная стойка настороженного юнца, готового с пеной у рта отстаивать свою правду. Как все это было похоже! Тогда правитель яро вспылил, и произошло непоправимое. Теперь же нужно было избрать другую стратегию, чтобы не остаться один на один со своими неразрешенными вопросами.

- Сядь, - немного подумав, правитель добавил, – пожалуйста.

Гость удивленно воззрился на бывшего наставника. Никогда раньше Верховный никого ни о чем не просил. Этот миролюбивый жест был очень необычным, а потому мужчина решил, что стоит пока поиграть по правилам серафима, дабы узнать, что такого интересного задумал этот странный маг. Пришедший осторожно пододвинул широкий стул к столу Верховного с противоположной от правителя стороны и сел, предварительно проверив предмет мебели на какие-нибудь пакостные заклинания. Это было бесполезно, но, а вдруг?

- Не доверяешь мне?

- В свете последних событий я привык верить только себе, - хмуро отозвался мужчина, уютно располагаясь в кресле.

Серафим хмыкнул, рассматривая гостя с мрачным интересом. Двух магов разделял широкий стол переговоров, который одновременно являлся и полем битвы.

- Как тебя зовут?

- Люцифер.

- Переводится как несущий свет?

- Верно.

- Странное имя для дьявола, точнее полукровки, верно?

- Мы будем обсуждать мое происхождение? Давайте тогда уж и разъясним весь процесс зачатия меня любимого. Раз уж вам так интересна моя история, то почему бы не начать с самого начала зарождения моей жизни. Думаю, вам будет интересно. Опыт отцовства, который вам, к сожалению, неведом, может передаваться и из уст в уста.

Спокойное лицо Серафима на мгновение дрогнуло, обнажив ревущую в его душе ярость, но в следующую секунду оно приобрело умиротворенное выражение. Люцифер хмыкнул. Серхата эта маленькая колкость ничуть бы не задела. Ему и без детей забот хватает, не говоря уже о том, что некоторые взрослые вполне состоятельных Домов гадят похлеще мелких поганцев и, что интересно, примерно на их же уровне.

- Хорошо. Давайте поговорим, зачем Вы явились, - попытался круто перевести тему Серафим. Падший не стал заострять на этом внимание и согласно кивнул, протянув магу темную, перевязанную алой кожистой ленточкой бумагу. Данную вещь сложно было назвать именно бумагой, так как в Преисподней используется особый вид писчего материала, который был тверже своего мнущегося собрата и намного термоустойчивее его же. Расплавить такую структуру, особенно если на ней еще наложены защитные заклятия, достаточно проблематично. Обнаружение подобных свитков, документов и прочих бумажных разновидностей приравнивалось в некоторых странах не так давно к измене своей Родине. Материал действительно был очень редок и добывался в самой Преисподней, а потому без сговора с дьяволами достать его было невозможно. А учитывая, что некоторые представители Верховных Домов те еще интриганы и постоянно пытаются влезть в любую дырку, лишь бы не было миру так скучно; общение с жителями Ада приносило просто-таки грандиозные скандалы, порой даже мировых масштабов. Люцифер знал конкретных дьяволов и дьяволиц, которые придумывали всевозможные гадости только для того, чтобы развлечься за чужой счет. При этом яркие представители своей расы напрочь отказывались куда-то уходить из Преисподней. Снаружи им было некомфортно, и вредили они непосредственно из безопасного для себя места. Все повторялось ровно до той поры, пока к ним с клыкастой улыбочкой добродушного дяденьки не заявлялся Серхат и подробно не разъяснял каждому его неправоту посредством не совсем приятных и полезных для организма действий.

Серафим мрачно забрал из когтистых пальцев письмо и недовольно посмотрел на черную картонку. Он прекрасно знал особенности таких бумажек, ведь ангелы были первыми, кто объявил всему миру о запрете дьявольских вещей. И такое требование было скорее не из-за того, что общение с жителями Преисподней казалось опасным и приносило вред государству – скорее, наоборот, оно было достаточно выгодным, а по совсем другой причине, понятной и серафимам, и Серхату. Правда, дьяволов пренебрежение к их материалам нисколько не задело, что, разумеется, огорчило ангелов.

- Что это? – лицо Серафима исказилось от отвращения.

- Письмо. Откройте, вместе посмотрим, а то мне тоже любопытно, с чего это Серхат решил вам оду настрочить, - передернул плечами гость, но по выражению его мордашки можно было точно сказать, что интерес того мучает меньше всего.

Маг хмуро посмотрел на беззаботного служителя Преисподней и вернулся вниманием к бумаге. Осторожно развязав алую ленту, Серафим развернул послание и вчитался в его содержимое. Размашистый каллиграфический почерк Серхата он узнал легко. Пробежав глазами по летящим ровным строкам, маг опустил удивленный взгляд в конец листка. Там, как и всегда, стояла обширная роспись, закрепленная личной печатью правителя. Мужчина изумленно взглянул на гостя. Тот пожал плечами.

- Я – только исполнитель и за действия своего хозяина не отвечаю.

- Это приглашение на прием. Серхат приглашает меня к себе???

- А, что в этом удивительного? Вы ведь его брат, почему бы и нет. Будет праздник, а серафимы еще обидятся, что их правителя обделили вниманием. А вы и так вечно надутые ходите. Так, придете?

- Наши с ним отношения оставляют желать лучшего. Думаю, если я приду, то непременно случится скандал.

- Зря Вы так считаете. Серхат, когда надо, умеет держать себя в руках. Другое дело, что эту уступку он делает очень редко и для избранных. Но, по-моему, любимому братику он окажет одолжение и будет очень милым и снисходительным к его блаженности.

- Издеваешься? – глаза Серафима сверкнули недобрым огнем, а лицо исказилось злобой. – Это он мне будет уступать?! После того, что он сделал, это я должен оказывать ему одолжение!

- А, что он, собственно, сделал?

- Как будто Вы не знаете!

- Нет.

- Он увел у меня сына! – рыкнул Серафим и на несколько долгих мгновений закрыл лицо руками, восстанавливая растрепанные чувства. – Скорее всего его держат где-нибудь взаперти, пытают или вообще убили. Я не знаю. У меня одно предположение хуже другого. Да еще ты на него так похож, будто бы моего мальчика использовали как… как… неважно.

Маг горько махнул рукой и вновь с ненавистью взглянул на черный листок.

- Сына? – тихо проговорил Люцифер. Он и не знал, что своим уходом настолько сильно ранил бывшего наставника. Мужчина думал, что правителю будет все равно, что с ним случится дальше, хотя тот, определенно, его найдет только чтобы наказать за непослушание и все же провести обряд до конца. На несколько секунд мага затопила жалость и сожаление о своем поступке, но разум мгновенно напомнил всю историю раскрывшейся правды, и сердце снова очерствело.

- Серхат никогда ничего мне не расскажет на счет него. Он старательно делает вид, что ничего не знает и не разу не слышал имя «Самаэль». Хотя… может ты ответишь на мои вопросы вместо своего хозяина? Я знаю, что мой мальчик все еще в Преисподней, так что просто скажи мне – он хотя бы жив? И если он мертв, почему Серхат не хочет отдать мне его тело? Неужели я о многом прошу?

Взгляд, полный надежды, обратился на гостя. Тот скривился, будто соленым рассолом плеснули ему на открытую рану.

- Он жив, но к вам больше не вернется. Вы его обманули и предали. Он сам ушел от вас. Никто его не заставлял.

- Ложь, - вскочил со своего места маг. - Я делал для него все, что мог! Я отдавал ему всего себя. Мое внимание целиком принадлежало ему одному. Я любил его, как собственного сына, да он и был моим сыном, единственным, кто дарил мне смысл жизни! А теперь его нет рядом со мной. Чем вы соблазнили маленького мальчика? Славой? Богатством? Развратом? Чем?

- Свободой от лживой тирании дяденьки, - прорычал Люцифер. – И он этим вполне доволен.

- Да, как ты смеешь, щенок! Что ты вообще знаешь? – зашипел Серафим, не в силах сдержать ненависть и негодование.

- Что я знаю? Все! Скажи мне, любимый отец захотел бы превратить своего сынишку в послушную куклу, которой так легко управлять? Сколько тебе голосов на совете серафимов не хватало. Трех? Четырех? Всех ангелов использовал? Или, может, это был твой хитрый план с самого начала – взять побольше учеников и создать из них абсолютно управляемую армию магов.

- Откуда ты…

- Оттуда. Знаешь, настоящий отец никогда бы не пожертвовал своим сыном – родной душой – ради власти и абсолютного подчинения. Даже дьяволы бы до такого не додумались, хотя и среди них есть сумасшедшие и повернутые на могуществе существа.

- Ты не понимаешь, - печально тихо проговорил Серафим. - Я хотел, как лучше. Он бы стал действительно сильным магом. Конечно, пришлось бы многим пожертвовать, но без этого он бы не смог встать на одну ступеньку со мной, а может быть и выше. Я бы потом все честно ему рассказал, не стал бы ничего привирать. А сейчас он мог уже быть Верховным, а я, наконец, отправился бы на покой.

- Как жалко это звучит, жаль, что слезки пускать над такими рассказами меня уже давно отучили. У нас в Преисподней и покрасноречивее байки плели, - с отвращением проговорил Люцифер.

- Прошу, передай эти слова ему. Я все еще его жду.

- Чтобы закончить проклятый обряд?

- Нет. Уже нет. Я жду его как отец ожидает прихода блудного сына.

- Я бы, может, и поверил Вам, если бы не был твердо уверен в том, что лживыми масками Вы владеете в совершенстве.

- Почему?

- Вы ведь его постоянно обманывали. Почему отец не поинтересовался у сына, чего тот хочет и чем он готов пожертвовать ради этого? Не-е-е-ет, правитель все решил за него и за десяток других таких же перспективных ребят. При этом все поголовно скрывали от парня суть обряда. Только благодаря воле случая ему удалось выудить правду. Он ведь просил вас отменить ритуал, умолял… что вы ему на это сказали?

- Правду. Не я выбираю будущих магов для обряда, это не моя прихоть. Избираются сильные ангелы, достигшие приемлемого уровня просветления, и проходят достаточно болезненный ритуал. Отменить его нельзя.

- Если бы Вам что-то было не по душе, Вы непременно бы приложили все усилия для того, чтобы избавить себя от нежелательных последствий. Вы – Верховный! Вы – правитель! Но Вам, к сожалению, было наплевать на своего сына, или «любимый отец» преследовал какие-то личные цели и выгоду в след за ними. А в тот день, Вы просто накричали на юношу, как на бестолкового барана, даже не удосужившись объясниться!

- Если бы он не упрямился, как этот самый баран, и не перечил старшим, с пеной у рта доказывая свою правоту, то получил бы свои объяснения, - выкрикнул Серафим прямо в лицо гостю.

- Хорошо, - тихо сказал Люцифер, почувствовав, как вокруг него смыкается кольцо светлой магии – неприятные ощущения. – Теперь у вас есть возможность рассказать об этом обряде – я все ему передам, когда увижу.

- Чужаку?! Пошел вон! Ты от меня ничего не добьешься, - мрачно проговорил Верховный, постепенно успокаиваясь.

- Так я и думал, - кивнул своим мыслям падший и, последовав примеру своего собеседника, поднялся с кресла, собираясь уходить.

Легкое, незаметное на первый взгляд движение руки, и монетка, лежащая на столе, тут же оказалась между пальцами гостя, а затем переместилась в один из карманов одежды. Серафим, смотревший в это время в другую сторону, не увидел мелкую проделку гостя. Он был слишком занят разбором настоящих чувств и не смолкавших поверхностных эмоций. Люцифер, заприметив свой источник с самого начала появления в кабинете правителя, правильно подобрал время и забрал то, что принадлежало только ему.

- Итак, Вы явитесь на прием, Верховный? – холодно проговорил падший.

Серафим, очнувшись от своих мыслей, взглянул на гордый профиль мужчины, уже стоявшего возле двери, и со вздохом проговорил:

- Скорее всего нет. У меня слишком много работы.

- Я заметил, - повел головой Люцифер, как бы указывая на творящийся в округе беспорядок. – В целом, как хотите. Моей главной задачей было доставить письмо. А уж выкроить время и развлечься в замке хозяина или как дряхлый старикашка корпеть над бумажками – ваша воля. Да, и к слову, прием будет большой. Все Верховные приглашены в обязательном порядке вместе с именитыми Домами каждого. Возможно, и Ваш сын туда явиться, если, конечно, захочет Вас видеть.

Серафим в надежде поднял на мужчину взгляд. Тот хмыкнул своим мыслям и вышел из кабинета. Тут же его поглотил светлый портал. Умеют ангелы подгадать время.

[1] Бездна – одно из основополагающих понятий в Преисподней. По данным эльфов, составляющих свой словарь терминов, подобное ругательное слово изначально имело другой смысл и назначение. Многие считают, что Бездна – имя всепоглощающей прародительницы Ада. Мнения расходятся до сих пор.

Глава 28 Чуть позже в Преисподней.

Молодая дьяволица тихо пробиралась по коридорам огромного замка в сторону предполагаемой сокровищницы. Она слышала краем уха разговор Верховного со своим казначеем, и теперь ей не терпелось собственными глазами увидеть несметные богатства правителя, пощупать их, и чего греха таить – немножко позаимствовать. Следом за ней шел молодой наследник Дома Авариш[1] – ее близкий друг и соратник в нелегком деле. Уже сформировавшийся мужчина готовился к принятию главенства над своей землей. Для этого ему нужно было пройти ряд не слишком сложных для сильного темного мага испытаний. Часть из них он уже миновал, и потому решил отпраздновать удачную полу победу и слегка поразвлечься, подсобив своей старшей сестренке. Но в данный момент дьявол чувствовал не азарт, который предвкушался изначально, а волнение, граничащее со страхом. Его сестра, наоборот, испытывала жгучее желание и неутомимый интерес, как в игре без правил.

- Ахманта, ты уверена, что твой план сработает? – тихо проговорил мужчина.

- Впервые вижу, что ты трусишь, - фыркнула дьяволица и прошептала. – Нам осталось немного, за поворотом должен быть вход. Чего ты боишься?

- Замок Верховного – это все же та еще крепость, а не прогулочная площадка. И, не думаю, что до его сокровищницы можно так легко добраться.

- Вот для этого ты мне и нужен, - мурлыкнула дьяволица. – Кто из нас почти занял трон своего папаши – я, или ты или четыре твоих уже мертвых брата? Да и к тому же, мужчина всегда сильнее женщины, поэтому твоя магия тут как раз-таки и пригодиться.

- А, что же ты тогда будешь делать, если я один могу со всем справиться?

- Я знаю путь, - отрезала женщина, самодовольно качнув пушистым наконечником хвоста. Мужчина хмыкнул. Она всегда была упряма, и часто недальновидна. Дьяволицам это прощалось, как ребенку – глупости. Ведь женщины были созданы далеко не для походов и захватывающих стратегий, у них было другое, более приятное предназначение.

Ночь в замке Верховного пробирала до мурашек. Ни единого шороха, скрипа, какого-нибудь звука слышно не было, будто все строение в один момент вымерло вместе с его обитателями, как разумными, так и не очень. За широкими окнами шумел ураганный песчаный ветер, раздувая реки магмы, переворачивая огромные валуны и играясь с неосторожными существами, случайно вышедшими из своих укрытий. При этом в здании не было слышно даже еле уловимого шепота погоды, сходящей с ума на улице. И это пугало мужчину еще больше. Ему постоянно казалось, что за ними кто-то следит и со временем нагнетает обстановку все больше и больше. Возможно, это ощущение опасности было наигранным, ведь причин для беспокойства пока не имелось. Однако, что-то в глубине души говорило о том, что тут все не так просто, и нужно убираться из этих коридоров, пока не поздно. А с интуицией парень дружил, хоть та и помогала ему редко.

Крутой поворот; мужчина уже хотел было остановиться и сказать сестре, что дальше он не пойдет, даже если та предложит ему все сокровища мира, как перед глазами искателей приключений предстала дичайшая картина. И если мужчина сглотнул, вовремя подавив готовый сорваться крик, то женщина сдержаться не смогла и на особо высокой ноте взвизгнула, спрятавшись за спину брата. Существо во тьме гостей заметило – глухим от рождения не было. Оно поднялось от трупа их отца и ощетинило испачканные в свежей крови острые зубки, издав какой-то потусторонний утробный рык.

- Быстро назад, - с благоговейным ужасом, дрожащим от переизбытка эмоций голосом проговорил мужчина. Женщина кивнула, но с места не сдвинулась. Ее точно парализовало от страха. Наследник, бросив еще один взгляд на убитого и растерзанного в ходе жуткого ритуала отца, затем на существо, которое он, определенно, узнал, а потом – на сестру, вжавшуюся в каменную стенку. На принятие решения ушло меньше секунды. Грубо схватив за руку полуживую дьяволицу, парень развернулся и припустил обратно в спальни для гостей, силком утаскивая женщину за собой. В комнате хотя бы была видимость безопасности. Однако, это – лишь иллюзия. Разумом мужчина понимал, что существо, убившее и поглощавшее их отца, любого в этом замке может легко достать, не прилагая к этому совершенно никаких усилий. Его мелко била дрожь при мысли, что вместо отца мог быть он или его зазнайка-сестра.

Сзади раздался чей-то зловещий смех и громкий голос с рычащими нотками – «Трусы!». В любой другой обстановке наследник бы не выдержал подобного оскорбления и приложил бы все усилия, чтобы это существо никогда не заговорило больше. Но, после того, что он увидел, его планы и мировоззрение в целом на многие вещи резко переменилось. Об этом Верховном с его проклятым замком многие рассказывали такие жуткие байки, что волосы вставали дыбом. Мужчина никогда в них особо не верил, так как был вполне здравомыслящ. Но все меняется. Увидев правителя, с аппетитом поглощающего своих слуг, и тем паче отца, который был предан государству до последней капли крови, мужчина готов был поверить в любую ересь, связанную с Верховным. Осталось только добежать до спален и привести в чувство сестру, а там уже будущий глава Дома Авариш найдет способ, как отгородить свою семью от посягательств правителя Преисподней.

***

- Трусы! – прорычал в след убегающим гостям Верховный. И убедившись, что те исчезли во тьме и возвращаться не намерены, Серхат сел, облокотившись о каменную стену старого замка, и застонал от раздираемого смеха. Его голый торс был прекрасно виден даже при тусклом свете свечей, расставленных возле трупа наподобие пентаграммы. Хорошо подобранная атмосфера, наложенные заклинания, красивая и в то же время мрачная обстановка гадкого темного ритуала с участием свежего трупа и моря крови – все говорило о блестящем таланте дьявола организовывать просто-таки потрясающие спектакли на тематику ужасов. А прекрасную игру одного актера вполне заценили все, включая Алистрата, в полный голос хохотавшего за ближайшим поворотом, дабы не мешать постановке под названием – «Я и мои сумасшедшие тараканы».

- Демоны, ты видел их лица? Это же… ух-ха-ха. Они позеленели все, бедненькие, хотя должны быть красными. Может, на них так фаза луны подействовала, и на самом деле они оборачиваются, перевоплощаясь днем в дьяволов?

- Да, ты на них как глянул плотоядно, даже я бы в штаны наложил на месте этих малышей. А они держались молодцом. Ты подумал, как будешь объяснять главам Домов, что на самом деле ты питаешься чистейшей травкой с зеленых лугов, собранной нагими девственницами, а от запаха свежего мяса тебя воротит?

- Вот еще, - фыркнул Серхат, выплевывая совершенно безвкусную кровь, - фу, гадость какая. Больше не буду так извращаться, а просто убью двух малолетних придурков – милосерднее будет. Сколько пудов наглости нужно, чтобы собраться посетить мою сокровищницу!? Наивные дети… это же прогулка в один конец. Я ведь их, ненормальных, от смерти спас. Снова! И где моя благодарность? Ничего они не скажут. Главы Домов им не поверят, а если и поверят, то виду не покажут. Надеюсь, им-то хоть дороги их жизни.

- А, они…

- Тихо!

Серхат осторожно поднялся, прислушиваясь. За углом, повинуясь предостережению правителя, так же затихли. Кто-то рьяно открывал портал в замок.

- Ну, допустим, - тихо сказал правитель, мысленно давая разрешение к посещению своего убежища. Тут же пред ним на мгновение раскрылся зев светлого портала, выплюнув свою жертву. Брови Серхата чуть приподнялись, увидев знакомую фигуру матерящегося мужчины. Правитель перевел взгляд на черный провал окна, затем на позднего гостя и хмыкнул.

- Час ночи, Люцифер. Неужели, серафимы настолько тепло тебя приняли, что ты решил у них остаться гульнуть до полуночи, а уже потом, взглянув на время, засобирался домой? Знаешь, если бы я спал, ты бы вряд ли вообще попал в замок.

- Я в курсе, - рыкнул падший, отодрав свою тушку от стены, куда его так полюбовно вышвырнуло порталом. – Серафим меня в карман засадил, гад! Этот юродивый решил отыграться на моих нервах, свою самооценку поднять, чтоб ему в свету сгореть. Я уверен, сейчас он до сих пор лыбиться, вспоминая, как заковал темного мага. Я туда больше не пойду! Не заставишь! Ты…

Мужчина запнулся, наконец, подняв возмущенный взгляд на Серхата, и удивленно моргнул. Правитель стоял весь в крови, что было не особо оригинально – он и раньше часто ходил в таком виде и пугал этим уже давно заикающихся слуг. На оголенном краснокожем торсе были хорошо прорисованы разнообразные древние руны, широко известные во времена Создателя. Сейчас они не имели совершенно никакой ценности – их смыслы растерялись со смертью Отца. В данный момент руны на теле смотрелись эффектно, но удивила мужчину не потрясающая точность прорисовки старых символов, а то, в чем, собственно, и был одет его хозяин. Широкие пижамные штаны розового цвета с нашивками всевозможных мишек потрясла мага до ужаса.

- Что ЭТО? – тихо проговорил он, рассматривая кровавые потеки на свободных штанах.

- Люцифер, как неприлично пялиться на причинное место мужчины! – пожурил Серхат своего подопечного. – Ты ведь не красна девица, чтобы разглядывать мой таз. Знакомьтесь, Люцифер – это пижамные штаны, штаны – это Люцифер. А теперь давай отходи от ступора, пока я еще с чем-нибудь тебя не познакомил, разумеется, из того, что при мне сейчас.

- Да я… я… Ты спишь в этом?

- Ты меня считаешь совсем ненормальным, да? – получив утвердительный кивок, Серхат тяжело вздохнул и закатил глаза. – Да, не мое это. Я сплю голым вообще-то, а сегодня играю роль приведения. Мера необходимости на данную ночь, дабы отгородить от скверных помыслов разгуливающих по замку гостей. А в лунатизм, уж простите, я не верю.

Один из дьяволов, точно по команде, появился из-за поворота, но, увидев правителя в не совсем приглядном виде и его заместителя на фоне трупа главы Дома Авариш, гулко сглотнул и по-быстрому ретировался. Вытянувшуюся мордашку и ошарашенный взор заметили все присутствующие.

- Во! Видел? – самодовольно проговорил Серхат. – Это он от моей скромной персоны такой удивленный ушел. Главное – никаких вопросов! Посмотрел и исчез!

- Логично. Выглядишь как окончательно помешанный.

- Так и было задумано. У меня тут полный замок непослушных гостей, а их воспитанием кроме меня заняться больше некому. Кто ж еще наглым дьяволам разъяснит по понятиям всю их неправоту? Интересно, сколько еще магов подслушивало мой разговор с казначеем.

- Может, еще пара дьяволов, не больше, я думаю, - из другого поворота вышел Алистрат. Черный, украшенный золотом и несколькими сапфирами выходной наряд мага прекрасно подчеркивал синие глаза и смольные пряди волос, свободно ниспадающие на плечи. Подвернутые длинные рукава и расстегнутые у шеи пуговицы, открывающие обзор на ключицы, указывали на то, что мужчина только недавно ушел с какого-то празднества, и ему было некогда переодеваться в костюм попроще и посвободнее, поэтому он использовал то, что есть.

- Оригинально, - хмыкнул Люцифер, взглянув на старого друга Серхата. – И у кого из вас такая больная и в конец развращенная фантазия?

- Разве у великих творений может быть только один автор?! – усмехнулся Серхат, с гордостью выпятив грудь. – Правда, красота? А Алистрат, раз уж все равно тут, мне помог. Нужно совмещать приятное с полезным, иначе я скоро так совсем двинусь крышей. Смотри, мы почти возобновили старый ритуал Создателя. Я помню, тут еще имелись какие-то руны, но что это было – вот вопрос. Сейчас никто рунический алфавит целиком не помнит, да и зачем он нужен, в принципе, тоже. Но я что-то такое припоминаю, что он был важным звеном и что-то связывал, но хоть убей не знаю, что. Будто мне кто-то очень тщательно память прочистил.

- Нам всем прочистили. Проклятием, – хмуро отозвался черный маг и вернулся мыслями к трупу. Он тоже припоминал лишь обрывки возводимых им когда-то заклинаний. – Хотели у тебя спросить, когда ты вернешься. Ничего не знаешь на счет рун? Может, твои бывшие наставники или отец тебя чему-нибудь такому-эдакому научили?

- Нет. Наставник вообще мне мало что рассказывал, особенно то, что касалось жизненных вещей, - мрачно отозвался Люцифер. – А с чего вы вообще решили тут пугать народ, и зачем главу Дома Авариш убили? В отличии от других дьяволов, он был более-менее нормальным представителем своей расы. Мне вот его жалко.

- А, мне – нет, - выплюнул с отвращением черный маг.

- Люцифер, слишком много ненужных вопросов. Ну, ладно, я так уж и быть тебе объясню. А то какой же ты после этого мой заместитель, коль ничего не знаешь, - сделал одолжение Серхат, отчего его подопечный только закатил глаза. - Понимаешь, сегодня был прием глав Домов. Каждый правитель обязан перед созывом Верховных на праздник изначально пригласить на совет своих уполномоченных, чтобы обсудить все вопросы, касающиеся вверенных каждому земель. Ну, это ты знаешь. Так вот, эти «умники» очень на меня обиделись, что я не приглашаю их веселиться в моем замке. К слову, вполне обоснованно. Я ведь не идиот, чтобы знакомить наших коварных и хитрых дьяволов с остальными Верховными. Если правители от них наберутся всякой гадости (а они наберутся!), то я очень сочувствую поверхностному миру, и ладно бы только ему, так мне еще с этими чудиками придется как-то выживать на совете магов. Я и так там на взводе каждый раз, как наша милая компания из двенадцати рас собирается вместе. Соответственно, они мне устроили темную, благо рядом Алистрата со мной не было. Его кожа к такому скоплению дьявольской силы и пекла не приспособлена. Ну, я решил, что всех сильных магов убивать чревато слишком сильным улучшением своей репутации в глазах остальных, и потому пошел на попятный. Я предложил главам Домов только для них провести прием у меня. Они согласились, и ночевать остались в замке. И как видишь, оказывается, наши слуги страдают очень редкой болезнью, лунатизмом называется. При этом – все поголовно. А я, как прекрасный доктор с хорошим стажем в тысячу лет, их лечу понемногу. Заодно совершенно бесплатно избавляю своих пациентов от заикания и шизения, тоже страшная болезнь, кстати, тут каждый второй ей заражен. Так что ты поаккуратнее!

- А, при чем тут Дом Авариш?

- При том, - грубо перебил Серхата черный маг. – Он пытался нас отравить, обоих! Никогда на меня не покушались так нагло и бездумно.

- Он обозвал Алистрата моим прихвостнем, тот рассвирепел. Была драка, в результат которой были втянуты все главы Домов. В общем, пришел бы ты вовремя, все увидел своими глазами, а не стоял бы сейчас абсолютно шокированный нашим поведением.

- Меня Серафим в карман заточил, я еле оттуда выполз! Пока вникал, как из него выбраться, время утекало. И то, мне кажется, меня выкинули оттуда не потому, что я нашел выход, а просто ангелу надоело меня там держать или он вдруг вспомнил обо мне, случайно, и решил вернуть домой.

- Тс-с-с-с, - приложил когтистый палец к губам Серхат. – Ты что, с ума сошел? Серафимов ангелами называть никак нельзя. Это две разные расы – одна из них магическая, другая – нет. Они же на такое сравнение смертельно обидеться могут, потом вовек от их дерьма не отмоешься. Только с помощью мочалки, и то не факт. Это все равно, что дьявола назвать демоном, или беса – чертом. В глаз получишь минимум, максимум – в живых тебя уже не будет. Лучше расскажи, что тебе Серафим сказал. Поскольку ты тут, я могу сделать вывод, что своего дражайшего сыночка он в тебе не узнал.

- А, ты думал, что он меня не отпустит? – Люцифер с настороженностью покосился на Алистрата, единственного из них троих, кто был не в курсе его происхождения.

- Ему можно доверять. Он в отличии от некоторых лишних вопросов не задает, и знает, что у каждого тут есть свои собственные тайны. – Серхат правильно расценил взгляд своего подопечного. – Так что, ты не его сыночек?

- Слава Создателю, нет. Зато меня узнал мой старый друг, точнее догадался, кто я. У него всегда все было в порядке с интуицией, но в ближайшие дни его можно не ждать.

- Самое главное, за чем я тебя посылал, ты сделал?

Люцифер кивнул и протянул правителю золотую монетку.

- Ты так и не рассказал, как мой источник оказался в руках у бывшего наставника.

- Много будешь знать, станешь таким же старым, как и я, - хмыкнул Серхат, повертев в когтях маленький источник светлой ангельской силы. Он мог ему еще понадобиться, а потому терять такую находку было бы непростительной роскошью. Да и оставлять в руках серафимов лишнюю улику, доказывающую всю гниль дьявольской расы, ох как не хотелось. Они с ней могли бы многое провернуть, и загрузить Серхата массой проблем с внешним миром, а их и так достаточно благодаря козням шестикрылых. А кто лучше всех может сделать дело, как не тот, кто прекрасно знает повадки правителя и достаточно ловко умеет ими воспользоваться? Такой приближенный был у дьявола как раз-таки под рукой, грех им не воспользоваться.

- Интересно, - тихо проговорил Верховный, пряча монетку в широких штанах, - когда Серафим узнает о пропаже, что он предпримет?

- У них там чистые души исчезли, не думаю, что ему будет дело до какой-то там монетки.

- ЧИСТЫЕ души?! Серафимы в конец обнаглели разбрасываться таким ресурсом! Алистрат… ты слышал?! Наглость и разбазаривание собственных сокровищ. Если что-то и будет меняться на протяжении веков, то все, что угодно, только не особенно дорогой разменный материал. А чистая душа в этом мире не просто редкая вещица, а катастрофически наиредчайшая и уникальная штука. Если бы мои потеряли хоть одну подобную вещь, они бы медленно подыхали в моей пыточной до скончания веков. Ну, да ладно. Проблемы ангелов – не мои проблемы. Ты уговорил Серафима явиться на прием?

- Да, я уверен, что он придет.

- Отлично. Даже не стану спрашивать, каким чудом ты этого добился. Главное, чтобы мой заносчивый братик был тут в нужное время. Значит так, я – в своем кабинете, а ты, раз уж так вовремя появился, побудешь здесь в качестве немого указателя, куда всем желающим сокровищ и славы нужно топать и в какую конкретно сторону. Не смотри на меня так, я не хочу снова разгребать свои подвалы от трупов. Их и так там скопились горы, вонизм такой, что к сокровищам без средства защиты носа не пробраться.

- Да, я поспать планировал.

- В следующей жизни выспишься. Посыл понятен?

- Угроза принята к сведению, - печально кивнул Люцифер.

- Молодец. Все-то ты понимаешь.

Серхат приблизился к сидящему на полу возле трупа Алистрату. Тот хмуро чертил какой-то символ на листке бумаги, зачеркивал и чертил снова и снова.

- Получается?

- Да, художник из меня просто замечательный, вот тренируюсь для показа на площади своих картин, - ядовито отозвался черный маг, и скомкав неудавшуюся руну, опустил лицо на руки. – Как же она пишется-то, а? Что ж за беда…

- Не расстраивайся, я тоже не разбираюсь в твоих каракулях, - Алистрат скосил глаза на ухмыляющегося Серхата, но от ответной язвительной реплики воздержался. - Мы просто сильно устали. День сегодня был сложным, пора отдохнуть несколько часиков. Вставай. Пока Люцифер будет на страже порядка, мы успеем немного поспать. Правда для начала мне нужно заглянуть в кабинет, а то, чувствую, там что-то не то твориться. Идем со мной.

- Опять будем пугать магов? Да, нам с тобой не Верховными надо быть, а бабайками. Только обычно этими персонажами детей пугают, а мы будем страшить взрослых.

- Поверь, нормальные взрослые сейчас мирно обнимают подушку и сладко посапывают во сне. И да, предвидя твой вопрос, отвечаю: мы – ненормальные взрослые. А те дьяволы, что сейчас путешествуют по замку с мыслью чем-нибудь существенным поживиться, к взрослым вообще никакого отношения не имеют. Дети! При этом совершенно безголовые. Потому как существа с даже самыми крошечными мозгами, точно знают, что трогать что-то у темного сильного мага, тем более у Верховного, запрещено и карается неминуемой смертью, иногда не очень приятной и быстрой. Тут же везде жирным шрифтом это написано. Я, наверное, скоро даже на собственном лбу это накалякаю, дабы им попонятнее было! Но нет же, они все равно лезут в самое пекло. А ты терпи, эта ночь будет сложной, но нам нужно ее пережить.

Алистрат собрался с мыслями и, тяжело вздохнув, поплелся в след за Серхатом.

***

Верховный еще издалека увидел несколько истекающих кровью тел. Дьяволы, рискнувшие покуситься на святая святых, были вполне наказаны за свое самодурство. Кабинет Серхата – это то место, куда современным магам, к сожалению, попасть незаметными и живыми никогда не удастся. Проще улететь на Луну и основать там колонию, чем пытаться проникнуть через охранку правителя. Мужчина каждый месяц ее обновлял все новыми и совершенными заклятиями, придуманными им же. Эта структура абсолютно уникальна. Казалось, что она даже имеет собственный разум, настолько сложны и тонки были в ней плетения. Серхат мог по праву гордиться своим творением.

Алистрат бросил печальный взгляд на краснокожих магов, застывших в неестественных позах. Смерть забрала их очень быстро. Они не мучились. Об этом говорили их лица, на которых отражалось удивление и боль. Магов и магичек было пятеро. Торжественно одетые в парадные костюмы и тончайшей работы платья, они теперь являлись лишь пустыми бездушными оболочками – мертвые куклы, украшенные каплями темной крови.

- Это было бы красиво, если бы не было так грустно, - тихо проговорил Серхат, заметив взгляд друга.

- Они все молодые. Ну, более-менее. Не больше двухсот лет.

- Конечно. Умудренных опытом дьяволов так просто не поймаешь. Этих осторожных лисов вообще ничем не проведешь, даже тем дешевым спектаклем, что мы вдвоем устроили. Они мыслят более зрело. Их не тянет на приключения. Они знают цену дармового лакомства. Я уверен, что сейчас хитрые морды спят, чтобы подгадить мне с утра, когда я окажусь вытрепан малолетками и буду меньше всего ждать удара в спину.

- Это же их дети… племянники… родная кровь.

- Да. И что? На этот случай, у нас во всех нормальных семьях не меньше десяти детей. К тому же, думаешь, они не предупреждали свою «родную кровь», дабы та сидела ночью дома и не высовывалась из комнаты? Предупреждали. Думаешь, эта мелочь осталась бы мирно спать на кроватях, когда вокруг столько приключений для их пятой точки? Три раза «ха». Себя вспомни в подростковом возрасте, это где-то лет сто со смерти Создателя.

- Да, помню я.

- Тогда не задавай глупых вопросов, - пожал плечами Серхат.

- Но ведь жалко эту мелочь, совсем еще маленькие. Неужели их никто настолько строго не воспитывает так, чтобы они слушались?

- Воспитывают. Розги и кнуты широко применяются нашими отцами как наказание и в качестве профилактики. Не всегда помогает. Природу дьяволов так просто не искоренить. А совсем тупые могучей стране без надобности. Такие умирают первыми, и никто обычно по ним не плачет. Эти тела, что ты видишь – отщепенцы общества. Они легко могли подохнуть даже у себя в родных владениях. И бегать за ними с охами и ахами там никто бы не стал. С чего мне лить по ним слезы? Я и так делаю все, что могу, но везде успеть у меня, как ты сам видишь, не получается. Если я уберег от глупого поступка наследника Авариш, то взамен пожертвовал этими малолетками. Согласись, того стоило. А если бы мне была глубоко безразлична судьба моего народа, я бы, наплевав на всех с высокой вышки, лег бы сейчас спать, а не бегал, как сумасшедший, по коридорам своего замка в столь не приглядном для Верховного виде. Правда, с утра меня бы в разных уголках замка ждали бы небольшие подарочки, но я этот траур пережил бы как-нибудь.

- Ты бы с утра вообще не встал от раздираемой боли.

- Тоже верно, - кивнул дьявол. – Иногда мне кажется, что Создатель за нами все же приглядывает. Иначе как объяснить тот факт, что при вырезании народа по вине их правителя, тот чувствует себя несколько дней так, что лучше бы уж сдох вместе со всеми.

- Он просто нам всем намекает, что надо жить дружно, - ухмыльнулся Алистрат.

- Да-да. Знаем мы Его благородные порывы, - выплюнул Серхат. - Ладно, оставь эти трупы. Завтра, конечно, мне придется несладко, но тут уж ничего не попишешь. Идем.

Дьявол схватил друга за руку, свободно открыл дверь кабинета и перешагнул защитный контур, утянув мага за собой. Алистрат только и успел, что зажмуриться от искрящихся темно-красных нитей. Мужчина выдохнул далеко не сразу.

- Какого демона… что за? Как ты меня провел? Я же видел, что структура активна и была настроена против меня атакующими заклинаниями. Меня могло убить!

- Не могло. Я – хозяин, и тебя провел. За ручку. Обязательное условие – плоть к плоти. Отключать всю структуру сродни моему самоубийству. Видел сколько там всего намешано? Я бы остаток ночи восстанавливал контур с нуля, и к утру до конца бы его так и не возобновил. А шатающейся по ночам мелюзге в моем кабинете делать нечего. Тут есть вещицы и поопаснее мгновенной смерти. К тому же у меня такой замечательный бархатный коврик и мебель из мореного дуба, еще не хватало, чтобы они мне все это великолепие своей грязной кровью запачкали.

Алистрат огляделся. Просторный кабинет, обставленный дорого и со вкусом, сразу наводил на мысль о богатом и сильном хозяине. Множество мелочей и незначительных с первого взгляда вещиц, располагавшихся на постаментах, были изолированы каждая своим защитным плетением и более каверзными атакующими заклинаниями. Опыт черного мага легко позволил ему определить ценность и уникальность предметов небольшой коллекции дьявола. Полки с книгами, которыми была заставлена одна из стен помещения, также неплохо охранялись. Алистрат прошелся по названием на обложках, и его брови взлетели вверх в немом изумлении. Эти фолианты содержали в себе важные сведения не только о дьявольском народе. Тут были книги и о других магических расах, написанных далеко не для средних умов.

- Эти экземпляры я получил в результате очень долгих и нудных торгов с остальными Верховными, - охотно пояснил Серхат. – Зря вы думаете, что дьяволы сидят в своей Преисподней и носа оттуда не кажут. У нас тоже есть некоторые обязанности на поверхности по приказу Создателя, как и у серафимов. Правда, другое дело, что мы их выполняем, только когда совсем уж припрет к стенке.

- Это прекрасно, - благоговейно прошептал Алистрат, подходя к полкам с книгами. - И все завязано на крови?

- Почти нет. У нас магия крови сильнее, чем у черных магов, а потому ей мы редко, когда пользуемся. Заклятия на крови получаются слишком нерушимы, и если ты что-то захочешь в последствии изменить, то это сделать уже не сможешь.

- Да, я помню. У вас на крови происходят только брачные обряды, и то не все. Но разве ты не хочешь это великолепие раз и навсегда закрыть от остального мира?

- Я, конечно, тот еще эгоист, но не безумец. Верховный, что придет после меня, должен представлять, чем он будет заниматься и что будет делать, дабы окончательно не погубить свой народ. Тут собраны все книги, которые могут ему понадобиться, чтобы разобраться не только в особенностях дьявольской расы, но и в других тоже. Каким бы не был невыносимым мой народ, я все же пока его правитель, и, соответственно, должен заботится не только о нем, но и о его будущем без меня. А ты все подготовил после своего ухода, или все еще считаешь себя беЗсмертным?

- Я думаю над этим, но достойного претендента на свое место пока не увидел, - развел руками черный маг.

- Тогда тебе стоит поскорей прозреть. Если мы решим отсюда сбежать, то наши жизни нашими уже не станут.

- Я знаю, - печально отозвался Алистрат. – Поставлю эту задачу, как приоритетную, но во что это выльется – понятия не имею. Наш уговор все еще в силе? Ты окучиваешь на приеме светлых, я цветных? А кому достанется Путник?

- Да уж. Жду не дождусь общения со светлыми, - скривился Серхат. - Путник стар и прозревает будущее. Думаю, он увидит, к чему обряд приведет, и сам согласиться нам помочь или, наоборот, нас предостережет, что тоже достаточно неплохо. А сюда я пришел за одной вещью, которую хочу отдать тебе. На время, разумеется.

Алистрат оторвал жадный взор от коллекции книг и удивленно взглянул на Серхата. Дьявол подошел к одному из постаментов, легким взмахом руки дезактивировал заклятие и, забрав кулон, протянул его другу.

- Что это? – маг не спешил брать в руки странную вещь. Он прекрасно знал, что помимо внешнего заклинания, в самом предмете могут быть интересные и не всегда приятные сюрпризы. Серхат, точно прочитав мысли друга, улыбнулся.

- Не опасно. Это обычный против иллюзорный кулон или, лучше сказать, анти иллюзорный. Точнее, не совсем обычный. В отличии от остальных он очень сильный и на раз сметает иллюзию любой сложности. Я хочу, чтобы на приеме ты его надел.

Алистрат покрутил в руках интересную вещицу. Кулон представлял собой несколько стеклянных колец, переплетающихся между собой и переходящих одно в другое под определенными углами. В целом структура напоминала приплюснутый шар. Маг вгляделся в свое кривое перевернутое отражение и вздрогнул – чистая сильная иллюзорная магия.

- Что увидел? – полюбопытствовал Серхат, с ухмылкой понаблюдав за изменившемся лицом друга.

- Я не знаю, что это было, но меня будто бы засасывало туда. Я видел… пустоту в своем отражении?

- Оригинально, да? А вот я изначально увидел полуголую дьяволицу, манящую меня пальчиком на ложе. Поаккуратнее с этой штукой. Магия самообмана самая коварная из всех существующих сил, несмотря на то что светлая.

- Зачем мне это? Пусть тут и остается.

- Понимаешь, брат, - глубоко вздохнул Серхат. – Я буду говорить со светлыми. И если от Хеталя, Серафима и Лирна я примерно знаю, что ждать, то от Странника – нет. Этому может в голову прийти абсолютно все, что угодно. А учитывая, что он дни напролет проводит время вместе с сумасшедшим Путником то, что меня ждет в ходе разговора с ним – не решусь предсказать. Ты будешь моим якорем, и вытащишь меня, если вдруг что-то пойдет не так. Я очень люблю жизнь, и не хочу умирать таким молодым.

- Тогда надень его себе на шею.

- И что тогда будет?! Я к нему подхожу и говорю: «Давай поболтаем по душам, но, как ты уже заметил, я решил перестраховаться и вот у меня от тебя защита. Давай, выкладывай, как ты относишься к своей смерти». Его реакцию хорошо представил? Конечно, если он очень сильно постарается, то меня и этот кулон не спасет, но все же рисковать мне не очень хочется.

- Я его должен просто надеть? Никаких побочных эффектов нет?

- Нет никаких побочных эффектов, не переживай. Да! Просто надеть и смотреть очень внимательно за моим поведением на приеме. Заметишь что-то выбивающееся, берешь меня в охапку и переправляешь в страну странников. Координаты я тебе сейчас напишу – запомнишь. Там есть один мой хороший знакомый, задолжавший мне по горло. Он разберется, что со мной делать потом.

- Я с тебя удивляюсь. Сколько должников ты успел себе поднабрать в разных странах?

- Надеюсь, это риторический вопрос? Вообще-то я не первое столетие живу.

- Ладно. Все с тобой понятно. Хорошо, я надену. Мне нужно быть в курсе на счет кого-то из цветных магов?

- Нет. Никого из них не знаю, проверяй всех. А как Лирн отнесется… ну… к нашему делу?

- Понятия не имею. Мы с ним на тему его смерти не говорили.

- Потрясающе, - отозвался Серхат и рухнул в кресло, прикрыв глаза.

- У нас будут еще какие-нибудь походы ночью, или мне можно идти спать?

Верховный покачал головой. Головная боль разрасталась.

- Слишком много сегодня смертей в моем замке, - маг на мгновение сжал пальцами переносицу и с мукой в глазах взглянул на своего друга.

- Тебе чем-нибудь еще помочь?

- Вряд ли ты сможешь снять боль. Тут бессилен даже Хеталь.

- А если его хорошо попросить?

- Даже, если его заставить под пытками. Единственное, что он скажет, что нечего было убивать кучками своих подданных. И что я ему на это отвечу? Что они сами на нож прыгали? Вряд ли он поверит. Иди спать. Через два дня будет прием Верховных. Тебе стоит отоспаться. Чувствую, он будет тем еще испытанием.

- И как же я выйду? Только если на тот свет. Контур все еще активен.

- Ах, да, тебя же за ручку проводить надо, - лукаво улыбнулся Серхат, вставая. – А я и забыл.

- Очень смешно, - хмыкнул черный маг.

- Спокойных снов. И про кулон не забудь!

Серхат проследил за тем, как черный маг скрылся за поворотом и покачнулся. Боль усиливалась. Ноги подогнулись и перестали слушаться хозяина. Дьявол вывалился в свой кабинет прямо на ковер и с мукой на лице взглянул на узорчатый потолок. Ночка будет жуткой, а утро окажется еще не краше. Но Верховный обязан выжить и не сойти с ума, иначе, какой же он после всего этого правитель?

[1] Дом Авариш – один из великий Домов Преисподней, наиболее близок к правящей династии дьяволов.

Глава 29 Хитрый план

Трое цветных магов открыли портал из лечебницы Хеталя, направив его на местонахождение четверного Верховного. Сколько бы Зарин и Кралк не пытались доказать Руфиму наличие у них достаточного количества разума и силы для того, чтобы справиться с любой задачей вдвоем, огневик был твердо уверен в обратном. Воздушник и землЯник – тот еще дуэт. В этом Руфим убеждался не раз, а случай с големом в который раз доказал его правоту и окончательно поставил точку в решении. План огневика маги будут претворять в жизнь только со здравомыслящим Илилаем. С ним риск испортить задумку сводился к минимальной цифре.

Маги вышли на небольшую полянку возле речки. Водника было прекрасно видно с холма над журчащим бурным потоком. Он хмуро вчитывался в книгу, затем обращался взором к реке и пытался плести заклятие. Но что-то у мальчишки не выходило. Водник злился. Река волновалась. Маги переглянулись.

- Неплохо вы его нашли. Вот мою поисковую магию он блокирует, не дает себя отыскать, - тихо проговорил Руфим.

- Значит, ты его чем-то обидел, что не удивительно, учитывая твой характер, - пожал плечами Кралк.

- Эй, ребята! Я нашел тропинку. Давайте спускаться, пока пацан с таким настроением себя не утопил, - еле слышно проговорил Зарин, указывая на протоптанную тропу.

Маги осторожно направились с крутого склона вниз к реке. Руфим не сводил с Илилая пристального взгляда. Плетения у мальчишки получались, но что-то постоянно его не устраивало. С каждым промахом маг все больше ярился, отчего родная стихия рядом с ним становилась более бурной и неуправляемой. Это могло кончится плохо. Благо, парень выбрал пустынное безлюдное место, навредить кому-то кроме себя самого ему бы не удалось.

- Что он делает? – тихо прошептал Зарин, дабы не перебить у мальчишки концентрацию.

- Учится, - печально отозвался огневик.

- Странно он учится. Каждый нормальный маг знает, что вымещать злость на родную стихию чревато нехорошими последствиями. Магия ведь все чувствует и подобно хозяину так же воспринимает все в штыки. Так и откат от реки недолго заработать.

- Кто бы говорил… - фыркнул огневик. – Тебе напомнить голема?

- Ты мне его всю жизнь что ли напоминать будешь? К тому же я тогда на него не злился.

- Правильно, ты тогда кирпичики в штаны откладывал, как порядочный строитель.

- Руфим, прекращай, - вклинился в разговор Кралк. – Это была ошибка молодости.

- Три дня назад? Не думал, что за эти сутки вы так постарели.

- Зато поумнели.

- Очень сомневаюсь.

Перепалку магов водник уловил краем уха. Илилай удивленно обернулся, только сейчас заметив трех Верховных, что стояли у него за спиной. На лице совсем еще мальчишки отразился испуг, потом вскипела злость, затем руки сами стали плести сложнейшее заклятие. Зарин, наиболее внимательно наблюдавший в последние секунды за водником, среагировал быстрее всех, бросив в мага легкое, но оттого не менее эффективное заклинание обездвиживания.

- Правило номер один – не трать силы на что-то грандиозное и величественное, когда есть наиболее простой и абсолютно такой же по основным показателям вариант. Плюсом еще выигрываешь лишние несколько мгновений на дополнительное заклятие, - нравоучительно начал Зарин, но вовремя замолчал, взглянув на Руфима.

Илилай стоял точно в коконе, перевязанном воздушными лентами. Он не мог пошевелить ни верхними, ни нижними конечностями, а посему решил прояснить для себя один важный момент:

- Убивать будете?

- Знаешь, если бы мы хотели тебя убить, ты бы давно уже был мертв, - Руфим подошел к кокону у усмехнулся.

- Значит, решили поиздеваться?

- Нет. Нам твоя помощь нужна.

- Что? Опять? С Саиром сидеть не буду! Не заставишь. Этот заносчивый бездушный ребенок…

- Я знаю, - огорченно прошептал Руфим. – Я знаю, почему ты ушел. Мне нужно было время, чтобы понять твой поступок. Поначалу я думал, что ты меня предал, а потом пригляделся ко всему этому… к своему ребенку. Ты оказался прав, как мне не больно это признавать. Саир стал очень черствым и перестал ценить чужие жизни. Мне даже, наверное, стоит тебя поблагодарить за то, что вовремя открыл мне глаза.

- И как же до тебя эта истина дошла? Явно не по возвращении в замок с горами трупов.

- Да, со временем. Как только Саир собственноручно убил одну из своих нянек, чтобы запугать остальных. Поначалу причину он отказался называть, а потом признался, что они ему просто надоели. Тогда я по-другому посмотрел на твой уход.

- И что же дальше? Он жив?

- Да, но под арестом. Я вплотную занялся его перевоспитанием. Буду вырабатывать в нем такие важные для правителя качества, как прощение и милосердие. Зарин, отпусти его. Нападать он больше не станет.

Воздушник, что стоял чуть в стороне и разговаривал с Кралком, а потому не слышал всего разговора, уловил только последние громко сказанные огневиком предложения и легким движением снял путы.

- Благодарю, - передернул плечами Илилай. Зарин слегка улыбнулся, благодушно кивнув. – Ты сам-то как, после ночи с поголовным убийством десятка сильных магов страны?

- В порядке. Правда целый день был отвратным, но лучше уж мои муки, чем смерть сына.

- И что от меня снова потребовалось? – приступил к главному вопросу водник.

- Ты помнишь, что ты еще мой должник?

- Мне показалось, что мы в расчете.

- Я простил тебе побег, но долг – нет.

- Замечательно, - протянул водник. – И до какой поры я буду тебе должен?

- Это последняя работа. Выполнишь ее хорошо – свободен как ветер!

Илилай тяжело вздохнул, посмотрел на реку, что текла тихим потоком, опустил взгляд на раскрытую на камне книгу и, решив, что сегодня все равно не получится нормально позаниматься, поднял взор на Руфима.

- Что я должен делать?

- Для начала нам нужно в мою спальню.

***

Огневик раскрыл забитый всевозможными платьями шкаф жены и вытащил оттуда наиболее понравившиеся экземпляры, кинув те на постель. Маги скептически наблюдали за действиями хозяина замка, но комментировать его странное поведение поостереглись. Выбрав самые шикарные наряды, предназначенные для торжественных приемов, Руфим критически просмотрел набор из пяти комплектов и серьезно воззрился на присутствующих в комнате стихийников.

- Только не говори, что ты созвал нас для того, чтобы мы выбрали, какое платье лучше подойдет твоей жене, - мрачно проговорил Кралк, разглядывая украшенное камнями искусство. – Я в этом абсолютно ничего не смыслю.

- Я – тоже, - напряженно отозвался Зарин и добавил, - А Илилай слишком маленький, чтобы понимать женщин. Я-то в них не всегда разбираюсь.

Водник хотел было уже возразить воздушнику, дабы он не принижал его достоинства, как Руфим перебил подростка:

- Нет. Мне нужно, чтобы вы их надели.

Лица магов вытянулись. По ним можно было легко прочесть диагноз огневика.

- ЧТО мы должны сделать? – рыкнул Кралк. – У тебя огненная горячка на фоне помешанности? Я ЭТО не надену! Кто-нибудь позовите Хеталя, тут Верховному совсем плохо.

- Мне кажется, Верховному, наоборот, слишком хорошо. Поэтому Хеталь должен прийти незамедлительно, - добавил от себя Зарин. - Руфим, ты за кого нас принимаешь? Решил, что раз твоей женушки сейчас нет, то можно нас припрячь за место нее? Да еще и в спальне… ты о чем думаешь вообще?

- Я… просто мрак, - описал в целом всю ситуацию водник.

- Друзья, - после этих слов маги синхронно шагнули от огневика назад и приготовились к активации заклятий. – Слушайте, я не это имел ввиду.

- По-моему ты как раз ЭТО и имел ввиду, - напряженно отозвался землЯник.

- Мне нужна от вас помощь.

- В этом деле мы тебе не помощники. У тебя есть прекрасная подруга – твоя правая рука; и еще одна подруга – левая, если вдруг первая справляться не будет, - добавил от себя Зарин, отчего Илилай слегка покраснел.

- Так, - огневик поднял руки вверх в примирительном жесте. – Дайте мне сказать. У меня есть план.

Маги одновременно покосились друг на друга, затем на постель и быстро выставили руки, готовясь плести сети. Руфим хмыкнул про себя: «Ну, ничего, вы мне поверите все равно. Я заставлю вас делать то, что нужно. У меня неплохо получается убеждать. Как бы вы сейчас не сопротивлялись, я сумею каждого из вас переубедить и направить в нужное русло. К тому же вы мне должны, так что никуда никому из вас не деться». На публике же маг наигранно тяжело вздохнул и продолжил:

- У Серхата будет прием. Я недавно, ну, относительно недавно был у него. Серхат явно что-то задумал. Просто так дьявол никогда бы не устроил прием, значит он преследует какие-то свои цели, и эти цели касаются каждого из нас. И Алистрат тоже в курсе этого. Дьявол постоянно с ним что-то обсуждает и это что-то, я уверен, причастно к приему и к Верховным, что на нем будут. В нашем истинном обличье никакой информации мы достать не сможем, скорее из нас ее вытащат, зная Серхата, любыми способами, даже раскаленными клещами в подвалах. Вам оно надо? И мне пришла в голову гениальная идея! Перевоплотиться. Мы вас переоденем в такой невинный образ, что даже сам дьявол ни о чем не догадается. Народу будет много, поэтому вопросов ни у кого не возникнет. Вы быстренько расспросите Серхата иль Алистрата, мы узнаем их задумку и может даже сможем предотвратить. Плюсом к женскому образу идет недалекость ума, то есть маги быстрее раскроются, чем если бы вы выбрали мужской тип; и умение соблазнять, что по любому выигрышно. Поймите, то, что они задумали скорее всего стоит наших с вами жизней! Вам ведь не охота подыхать, как без лапой собаке. Небось, пожить-то еще хочется, верно? А я предлагаю реальный план: попытаться узнать, с чего вдруг нелюдимый всеми Серхат решил устроить праздник, и пригласить на него всех Верховных, включая и Серафима!

Маги слушали Руфима и медленно вникали в его слова.

- А, вдруг твои опасения напрасны, и нам на самом деле ничто не угрожает?

- Ну, если ты так в этом уверен, Кралк, то можешь проверить мою догадку на собственной шкуре во время приема. Я тогда не гарантирую, что ты уйдешь оттуда живым. Ты же любишь экспериментировать, так что вперед. С големом вообще потрясающе получилось.

- А, ты тоже будешь переодеваться в женщину? – задал Зарин мучивший его вопрос.

- Нет. Я буду вас подстраховывать. Кто-то же из всех цветных магов должен появиться на приеме, чтобы Серхат знал, что все мы тут. Он ведь меня насквозь видит. Достаточно мне исчезнуть с его поля зрения, как он тут же заподозрит неладное, и тогда весь мой план накроется медным тазом. Да, чего вы боитесь? Вы будете под маскировкой! На вас и не подумает никто. А вот мне будет уделяться основное внимание. Я весь удар приму на себя, пока вы узнаете важные сведения.

- Почему нельзя наложить простую иллюзию? Зачем все так сложно – надевать платья? – вклинился Илилай.

- Да, кстати, хороший вопрос, - поддержал водника землЯник.

- Да, ничего вы не понимаете. Потому что простую иллюзию надо накладывать на уже готовую структуру, только чтобы слегка изменить черты. А лица у вас, я вам скажу, далеко не женственные. У Кралка так вообще борода проклевывается.

- А, что вы хотели, я несколько дней без ножичка, конечно, станет расти, - пожал плечами землЯник.

- Вот-вот. Чтобы ее убрать, мне надо сидеть всю ночь и кропотливо искажать реальность. А вот светлый маг иллюзий сделал бы это за пару секунд. А про плетение структур платьев и причесок я вообще молчу. Это уже уровень странников, мне подобное наложить не по силам. Поэтому придется вам примерять женские наряды, а так как своих жен у вас пока нет, я поделюсь с вами частью этих вещей, которыми забит весь шкаф. Надеюсь, теперь вы вникли в суть проблемы? А посему, девочки, хватит ломаться и разбираем понравившуюся одежку.

- Но ты понимаешь, что даже если на нас надеть эти платья, на девушек похожими мы не станем. Телосложение, форма лица, волосы – нас быстро узнают!

- Вот поэтому я договорился с одним странником, который за небольшую плату поправит вашу внешность. Но платья создавать с нуля он не будет, так что не смотрите на меня так. К тому же если легкое изменение внешности Странник, что будет на приеме, может и не заметить, то уж иллюзорный наряд не увидит, только если за день до приема окончательно ослепнет. А нам такое внимание сильного мага не нужно.

- Думаешь, по лицам он нас не узнает?

- Если хорошо оденетесь и украситесь, то он не станет заострять на вас свое внимание. Подумаешь, некрасивые девицы решили нанести иллюзию и слегка подправить внешность, чтобы подцепить богатенького дурачка. Такое явление кругом и всюду. Но бороду, Кралк, все же придется выбрить. Девушек с растительностью на лице не бывает.

Земляник фыркнул и взглянул на кровать, где лежали прекрасные платья жены Руфима.

- А, твоя женщина сюда случайно не зайдет? – настороженно поинтересовался Зарин.

- Нет. Ваш позор не увидит никто, кроме меня. Я ее отправил из замка вместе со слугами. И ближайшие пару часов тут никого не будет.

- Да м? Надеюсь, ты понимаешь, о чем нас просишь? Это не просто позор, это… у меня слов нет, - проговорил Зарин, рассматривая платья.

- Да, знаю. А кто узнает? НИКТО! Можете утешить себя тем, что вы мне таким образом отдаете долг. Больше я вас ни о чем подобном не попрошу.

- Еще б ты нас о чем-то таком попросил, в глаз бы получил без раздумий, - мрачно добавил Кралк и, тяжело вздохнув, первым взял одежку. Ему было не принципиально, что брать, а потому атласное платье медного цвета, попавшееся магу под руку первым, было приложено к туловищу землЯника. Мрачное выражение Кралка сменилось довольной ухмылкой. Платье, рассчитанное на миниатюрную фигурку среднестатистического мага, было в несколько раз меньше размера землЯника.

- Знаешь, Руфим, кажется, с твоим переодеванием я пролетаю.

Огневик хмуро осмотрел маленькую по сравнению с габаритами Кралка одежду и, кивнув, отдал платье Зарину.

- Ты прав. В одежду моей жены ты просто не вместишься. Тогда тебе задание – найти платье, которое подошло бы по размеру. Сядь пока, посмотрим на остальных.

- Счастливчик, - с завистью проговорил Зарин, на которого женская одежда свободного покроя должна была налезть по любому.

- Да уж, - мрачно проговорил Кралк, усаживаясь в кресло неподалеку от постели. – Я так и представляю – захожу к портнихе и рассказываю ей, что мне нужно платье на выход в свет, чтобы красоваться перед мужчинами и соблазнять их. Если я после этого ее откачаю от шока – это будет чудо.

- Найди шоко-устойчивую портниху.

- Только если на кладбище. Там им вообще все равно, и удивляться они точно ничему не будут – от удивлялись уже, - фыркнул землЯник.

- Ну, чего стоим? Раздеваемся, берем платежки и надеваем их! Быстрей сядем, быстрей выйдем.

На Руфима были брошены два злющих взгляда. Однако ослушиваться и качать свои мужские права маги не стали. Надо, значит надо. Зарин молча развязал плащ, расстегнул пуговицы, снял рубашку, затем стянул штаны, оказавшись совсем голым и легко надел платье, что всучил ему Руфим, отобрав у Кралка. На мужчине одежда смотрелась до того нелепо, что землЯник, которому со своего места было все отлично видно, заржал.

- Заткнись, Кралк, иначе я за себя не отвечаю, - грубо проговорил воздушник и показал очень мощный кулак, для убедительности еще и атакующее плетение сплел, но тут же его развеял.

- Подожди, давай я тебе с корсетом помогу, - вклинился Руфим.

- Тут еще и корсет есть?

- Ты его просто забыл надеть.

- Не надо! Убери от меня это оружие пыток! – взвизгнул Зарин, спрятавшись за ошарашенного Илилая.

- Слушай, прекрати ломаться. Тебе нужно его надеть. Где ты видел девушек на приеме без корсета?

- В постели!

- Надеюсь, до этого дела у тебя не дойдут, иначе твоего провожатого ждет большое разочарование.

Пока Зарин соображал, что Руфим имеет ввиду, был быстро пойман магом и обезврежен посредством затягивания корсета.

- А-а-а-а, мой воздух! – раздирающе закричал воздушник, подняв на уши, казалось, весь замок.

- Наколдуешь. Ты ведь маг воздуха или где? – безжалостно проговорил огневик, еще туже затягивая завязки.

- Или где, – хрипло отозвался Зарин, сгибаясь в три погибели. - Мои ребра…, по-моему, ты их сломал…

- К Хеталю заглянешь на обратном пути, он тебе все подлатает. Глянь на себя в зеркало, какая ты стала стройная, правда бледная очень, но привыкнешь.

- Издеваешься, - прохрипел измученный маг.

Зарин дышал через раз. Его мутило, голова кружилась, ноги подрагивали, но он стойко держался. Упасть – значило уронить вместе с телом свою мужскую гордость, которой, к слову, уже и не было.

- Слушай, у него что, фигура появилась? – удивленно присвистнул Кралк, оглядев воздушника. – Вот это я понимаю – магия, не то, что мы тут ерундой всякой занимаемся.

- На самом деле талия должна быть как у песочных часов, но, боюсь, если я еще потуже затяну корсет, Зарин будет валяться в глубоком обмороке. Он и так выглядит еле живым. Зарин! Ты меня слышишь? – несколько щелчков пальцами возле глаз воздушника, заставили того медленно моргнуть. – Крепись, к костюму прилагается еще верхнее платье под нижнее.

- Убейте меня лучше, - бледными губами прошептал воздушник.

- Нельзя. Живой ты нам нужен больше, чем мертвый. Я тебе помогу.

Руфим взял желтое приталенное атласное платье с разнообразными узорами, украшенное янтарем и рубинами, и натянул сверху на мага. Зарин был выше жены Руфима ростом и крепче ее по телосложению, а потому комплект платьев смотрелся на нем, как на медведе детский наряд.

- Замечательно. Чуть отпустить низ, чтобы щиколотки закрывало, подбавить рукава, и отлично будешь выглядеть.

Зарин с неподдельной грустью на лице взглянул на себя в зеркало и тихо проговорил:

- Больше никогда в жизни…

- Определенно, больше никогда. Последний день на приеме, и точно никогда. Женская одежда тебе не идет, да и как баба ты очень страшная. Я бы такую в постель не рискнул затащить. Особенно если бы знал, что на самом деле находится между ее ног.

- Фу, как пошло. Как тебе не стыдно, тут ребенок в комнате находится, - хмыкнул Кралк.

Покрасневший Илилай, еще не снявший тунику, возмущенно вскинул носик:

- Я не маленький!

- Не маленький - не маленький, - кивнул Руфим. – Это он не о тебе, а о Зарине. А, почему ты еще не разделся?

- Я стесняюсь. И боюсь. Не хочу корсет.

- Вот из кого получится отличная девственница. Ты будешь у нас звездой приема, - хмыкнул землЯник. Руфим хмуро покосился на него и проговорил:

- Тебе нечего переживать. Твой плюс в том, что ты еще не оформился, как мужчина. Тебе преображаться в девушку будет легче всех. Ростом ты чуть выше, чем моя жена, тело у тебя худощавое, так что проблем я вообще никаких не вижу. Давай скорей переодевайся, пока два часа не истекло, и моя жена не вернулась. То-то будет подарочек мне потом.

Водник мрачно взглянул на одежду, перевел взор на решительных магов, готовых при случае применить силу, если что-то будет не так, и понял, что лучше уж он сам оденется, чем его запеленают так же, как Зарина.

Легкое шелковое алое платье было вытянуто из вороха яркой одежды и тут же надето на голое тело подростка. Илилаю красный цвет очень не шел, учитывая, что маги привыкли видеть его в оттенках синего, но платье прекрасно легло по тощей фигуре пацана, только чего-то явно не хватало. Маги наклонили головы, пытаясь понять, что же стоит добавить к платью.

- Может пояском перевязать? – предложил альтернативный вариант Кралк.

Илилай взглянул на себя в зеркало. Рост соответствовал высоте одежды – юбка была в пол, закрывая тонкие ноги мальчишки. Корсет, что оказался вшит в платье, Руфим затянул не слишком туго, потому жаловаться на недостаток воздуха в отличии от воздушника воднику не было необходимости. Широкие рукава-фонарики неплохо подчеркивали еще не заросшие юношеские руки. Только вот…

- Точно! – просиял Илилай, смяв выступающие пустые чашечки на груди. – У меня же сисек нет!

- Знаешь, было бы странно, если бы они у тебя были, - хмыкнул уже пришедший в себя Зарин. Кралк тихо засмеялся, спрятав лицо в широких ладонях.

- М да. Ты прав, это портит все впечатление. Сейчас сделаем.

Руфим поднялся с кровати и принялся лазить по шкафам, ища что-нибудь мелкое и мягкое.

Маги не сразу заметили, как дверь в спальню открылась и появилось новое действующее лицо.

- Где же мне тебе найти женскую грудь?

- Дорогой?

Стальной голос женщины заставил мага с перепугу подскочить, и тот ударился затылком об открытую дверцу шкафа.

- Ух ё, - потирая ушибленное место, Руфим поднялся и взглянул на ошарашенное лицо супруги.

Та обозревала уникальную картину у себя в спальне с просто-таки мифическим спокойствием. Двое переодетых в ее парадные наряды мужиков с растерянными лицами не знали, куда себя деть от сгораемого стыда. Еще немного, и, казалось, они воспламеняться. Женщина амнезией не страдала и прекрасно узнала всех четырех Верховных, включая своего незадачливого мужа. Ее взор переместился в угол на постанывающего от смеха Кралка. Женщина поджала губы и вновь заострила внимание на своей пользованной одежке.

- Милая, я… в общем, это не то, что ты подумала!

Женщина мрачно взглянула на виновато разводящего руками мужа и с негодования метнула огненный шар в стену. Тот впитался замком, оставив отчетливый след.

- А, что я подумала?! – ее глаза метали молнии.

- Я клянусь, я люблю только тебя! – Руфим попытался сделать шаг к супруге, но та протянула руку, останавливая его в метре от себя.

- Я ЭТО больше не надену. – миниатюрный палец указал на двух полу мужчин-полуженщин.

- И не нужно. Я тебе новые наряды куплю!

- Все? – правая бровь взлетела вверх, как бы намекая на положительный ответ.

- Все куплю. Сколько захочешь!

Женщина еще раз бросила недовольный взгляд на свои бывшие платья и ухмыльнулась.

- Мальчики, мое нижнее белье находится в верхнем отделе тумбочки рядом с кроватью. Пользуйтесь, - благодушно отозвалась магиня, обаятельно улыбнувшись парням, и взглянула на мрачного мужа. – Не забудь про нижнее белье, дорогой. Вечером мои новые вещи уже должны быть на месте, а старые, я, так уж и быть, подарю нищим Верховным. До скорого.

Хозяйка замка резко развернулась на каблучках и гордо удалилась из комнаты.

- Милая, подожди! – крикнул Руфим, останавливая супругу.

- Развлекайся дорогой, только про покупки не забудь. И видеть я тебя сейчас не хочу. Какой пример ты подаешь ребенку?! Совести у тебя нет.

Женщина выдернула руку из хватки мужа и продолжила свой путь. Руфим зло пронаблюдал за уходом своей жены, но догонять ее не стал. Сейчас было не лучшее время пытаться ей что-то объяснять. Сначала она должна была поостыть. Ему хватило прожженного пятна на стене в спальне, не хотелось, чтобы это же пятно красовалось на его теле. Маг вернулся в комнату. Его встретил веселый смех Кралка.

- У тебя не жена, а ходячая бомба!

- Не смешно. Ты хоть знаешь, сколько ее тряпки стоят? А нижняя одежка выйдет дороже самого шикарного платья, хотя ткани на нее расходуется в разы меньше! У меня столько лишних денег нет! Это же целое состояние! И где я такое количество золота достану? – со злости прокричал Руфим. Ему тоже хотелось сейчас кого-нибудь покалечить только, чтобы выпустить пар, но стреляться огненными шарами было бы очень недальновидно. Прибрать магический огонь слуги не смогут, и восстановить выжженное место – тоже. Благо, Саира рядом с ней не было.

- А, ты купи на ярмарке одежку по дешевке, - предложил Зарин. – я там всегда беру украшения для своих пассий.

- Думаешь, моя жена не сможет различить качество материалов и сравнить работу мастера и его ученика? Нет. Поймет с лету, потом все мозги вынесет. Оно мне надо?

- Тогда держись. Ничего посоветовать не могу. С чего она вообще так рано явилась? Ты же сказал - два часа.

- Так и есть. Понятия не имею. У нее сейчас должно быть собрание за чертой города. Может вездесущая женская интуиция подсказала, что домой нужно пораньше прийти?

- Женская интуиция работает только в одном случае, когда баба чувствует, что что-то неладное твориться с ее чадом. Тогда да. А это, дорогой мой, уже чуйка на благоприятный момент для выбивания новых вещичек из мужа, - философски изрек Кралк. – Ладно, не унывай, мы тут тебе по чуть-чуть скинемся на одежду твоей супруге, хотя в этом ты сам виноват, правда ведь?

Маги дружно кивнули.

- Знаю, что сам. Благодарю, конечно, но я сам как-нибудь справлюсь.

- Ну, как знаешь, - пожал плечами воздушник и напомнил. - Давайте лучше вернемся к вопросу о грудях.

- Нижняя одежда в верхнем ящике, - подсказал Кралк, чем заслужил неодобрительные взоры магов. – А что? Она все равно ей не будет больше пользоваться, так, какая разница?

- Я не стану набивать себе грудь этим ужасом! – вклинился в разговор возмущенный Илилай.

- Не переживай, они должны быть постираны, - вступил в игру Зарин. - Не думаю, что жена Руфима, грязнуля. Она показала себя превосходно, одета с иголочки.

- Ни за что на свете! – Илилай зло сложил руки на груди.

- Есть и другой вариант, засунуть туда мужские подштанники. Они самые тоненькие и мягкие из всей мужской одежды. Правда, их мало кто носит. Они у тебя прекрасно уместятся, только грудь большая будет, но мужчинам это, наоборот, даже нравится.

Илилай отпрянул от воздушника на почтительное расстояние и умоляюще посмотрел на задумчивого Руфима.

- Зарин в чем-то прав. Вряд ли странник согласиться делать вам грудь, а посему тряпки – это хороший выход. Задание вам троим, да, Кралк, тебе тоже, и прекращай ржать, как конь – найти такую одежду, чтобы грудь была мягкой и помещалась в мужскую ладошку. И давайте серьезно к этому отнесемся. Это очень ответственный момент. Если будут дойки – новую грудь найду я вам всем – из верхнего ящичка супруги.

- Обалдеть, о чем мы тут только говорим, - вздохнул Зарин. – Ну, нам можно уже переодеваться в свою одежку?

- Нет. У нас впереди еще полно работы.

- Это какой же?

- А, выработать стратегию вашего поведения?

Кралк вновь спрятал в руках лицо, предаваясь хохоту в почти реальном хаосе.

- А разве и так не понятно? – начинал злиться Зарин. – Подхожу, хлопаю глазками и спрашиваю.

- Что спрашиваешь?

- Как ваше самочувствие? Какая прекрасная сегодня погода, не правда ли?

- В Аду-то? Да, прям райская! Нет. Изменим правила игры. Давайте сделаем небольшую сценку. Я буду магом, которого надо допросить, а вы – две прелестные девушки, решившие выпытать у меня важную информацию. Поехали!

Руфим встал с кровати и подошел к воднику, взял его ручку и чуть склонился над ней для поцелуя, легко коснувшись губами кожи.

- Вы сегодня так прекрасны, о дева, сошедшая ко мне с небес. Как вас зовут, свет очей моих?

Маг чуть покраснел, заправил прядку волос за ухо и выговорил еле слышным шепотом:

- Илилай!

- Это катастрофа, - в ответ отозвался Руфим. Кралк сквозь слезы прохрипел:

- Вы меня решили уморить смехом? Прекращайте. У меня уже живот болит.

- Ладно, пойдем другим путем.

На этот раз Руфим приблизился к Зарину. Тот от неожиданности отступил назад, но огневик вовремя схватил мага за руку, не дав тому подхватить свои юбки и позорно сбежать с места действия.

- О, богиня моего сердца, как зовут такое чудесное создание, что посетило меня столь ярким видением?

- Лина, - похлопав ресницами, выдавил из себя маг, попытавшись выдернуть руку из пальцев наглого огневика. Не получилось.

- Лина – какое потрясающее имя для такой милой особы! И что же восхитительная девушка делает тут одна?

- Гуляю, - проблеял маг.

- Я могу погулять с вами? Или может, уединимся в более укромном месте? – Руфим слегка приобнял красотку, и парень в облике девушки заорал, предварительно вдарив мужчине по чувствительному месту далеко не мягкой коленкой:

- А-а-а-а-а-а. Насилуют! Убивают! А я еще так мо-о-о-оло-о-о-од!

Руфим, сконфузившись, отпрянул от орущего во всю свою могучую мужскую глотку воздушника. Поток слов сменился нецензурной бранью и под конец все стихло. Огневик взглянул на Зарина, ускакавшего в другой конец спальни, и тяжело выдохнул:

- Это будет сложнее, чем я себе представлял.

- Знаешь, а у меня идея, - сквозь смех выдавил Кралк, обратив на себя внимание всех магов. – Что мы мучаемся, у нас под рукой есть настоящая хитрая баба, почему бы не попросить ее помочь нам?

- Если ты про мою жену, то она не пойдет на прием, - категорично отозвался Руфим. – К тому же ее там все знают, и Серхат с Алистратом по любому о ней уже наслышаны, так что обвести их вокруг пальца ей не удастся, даже если она состроит ангельски невинное личико.

- Да при чем тут… нет, - махнул рукой Кралк. – Мы ведь ничего о бабах не знаем, и это логично, мы ведь сами женщинами не являемся. Обольстить кого-нибудь нам не по силам. А вот твоей жене это на раз плюнуть! Почему бы ей не поучить нас нескольким женским хитростям. До приема осталось не так много времени. Если нами займется твоя жена, то мы вполне успеем освоить хотя бы азы этого сложного искусства, потому как ты сам видишь – все это выглядит очень безнадежно.

Руфим с тоской взглянул на закрытую дверь и печально проговорил:

- Не думаю, что она согласиться, даже если я ее очень хорошо попрошу.

- Не попробуешь – не узнаешь, так что – идешь?

- Будет сложно.

- А, кому в наше время легко? Она и так сейчас тебя считает сумасшедшим, так что хуже уже не будет.

Руфим с надеждой взглянул на магов, но те ему помогать в трудном деле по уговору жены были не намерены. Мужчина с тяжелым сердцем мрачно вышел из спальни, направившись на поиски супруги.

- Сейчас станет по-настоящему весело, - усмехнулся Зарин.

- Думаешь, она согласиться? – поинтересовался Илилай, уютно расположившись на кровати.

- Ты что?! Конечно да! А то как же вездесущее женское любопытство?

- Только если Руфим не напортачит, - отозвался Кралк и прикрыл глаза, намереваясь вздремнуть. Ему казалось, что уговоры будут долгими. Как ни странно, тут чуйка магу изменила. Через полчаса жена Руфима с высоко поднятой головой быстро перешагнула порог, разделяющий коридор и спальню супругов.

Глава 30 Преображение

Несколько дней прошли как в кошмаре не только для подопытных магов, но и для самого Руфима. Хозяйка замка всерьез занялась перевоспитанием Верховных, то гоняя их по этикету и этике, то оттачивая с ними мастерство правильной ходьбы и поклонов, то занимаясь с невеждами зубрежкой всяких ненужных обычному мужчине сведений, вроде модных фасонов платьев и красивых слов, которые делали из деревенской простушки настоящую леди высшего общества. Мужской коллектив выл в голос, слушая постоянные наставления женщины, чьи стальные нервы, вспыльчивый нрав, и безграничное спокойствие заставляли трудиться магов не покладая рук.

- Я к годовым экзаменам так в академии не готовился, как к этому приему, - пожаловался Зарин.

- Вот ты и вырос неучем!

- Неправда!

- Разговорчики! – рыкнула магиня, и мужчины мгновенно вникли в чтение девчачьей романтики, от которого многих из них просто выворачивало наизнанку.

- Что за бурда! Кто в здравом уме такую чушь читает? По любому автор где-то напился до белочки, при том пил видно всю книгу. Мрак. Дорогая, можно хоть я это шизонутое произведение читать не буду?

- Взял книгу в руки и продолжил изучать учебное пособие для начинающих девушек! – погрозила супруга мужу кулаком. – Ты обещал меня слушаться на время обучения.

- Я не обещал учиться! Не буду же я девушкой, честное слово!

- Может хоть после прочтения этой книги ты поймешь, как мне тяжело общаться с молодыми девицами и перестанешь выпроваживать на совещания одну!

- Ты моей смерти хочешь? Я не намерен ходить по бабским кружкам. Это же сто процентный вынос мозга. Моего, разумеется, так как у них его, по-моему, его вообще нет.

- Себя тебе, значит, жалко, а дорогую жену – нет? Читай давай!

Руфим тяжело вздохнул. Следующий час был посвящён легкой походке. Так как мужчины обычно ходят далеко не легко, особенно боязно было за могучего Кралка, занятие всегда проходило очень сложно, иногда с руганью. Жена не боялась прикладывать руку к великим магам, иногда наказание было в виде применения огненной магии, особенно когда горе-ученики засыпали на занятиях или пропускали мимо ушей какой-то важный с ее точки зрения материал. Спать все ложились, как и вставали, по времени, и к концу второго дня у некоторых стали подрагивать руки и дергаться глаз.

- Как бабы с этим всем живут – непонятно. Или это только у Руфима такая женщина, что не дай Создатель ей что-нибудь доверить? – проговорил Кралк, осторожно двумя пальчиками беря в руки кружку с чаем.

- Зря вы так. Свою работу моя супруга выполняет жестко и строго. Так, что не прикопнешься. Она очень ответственная.

- И поиздеваться любит, - добавил Зарин. - Благо вся эта учеба кончилась. Вечером прием. Нужно обсудить, что делать будем. К Серхату всем скопом пойдем, очаруем, вскружим голову и под шумок расспросим?

Руфим хмуро покачал головой, наблюдая как маги друг дружку одевают в разнообразные выходные платья под цвет своей стихии. Никто из них не захотел воспользоваться нарядами супруги Руфима, купив себе свой – тот, что не вызывал у хозяина одежды стойкого отвращения. Женщина даже не обиделась, когда узнала, и, пожелав парням удачи в самоубийственной авантюре, куда-то ушла, оставив магов наедине со своими проблемами. Те были ей в некотором роде даже благодарны.

- Так. Почему нет? Я думал, что у нас Серхат самый главный затейник, потому с него и надо начинать.

- Нельзя с него начинать. Он вам не по зубам, - пробормотал Руфим. – Если вы его очаруете, я вам гарантирую девочками-девственницами вы пробудете недолго. В постель мгновенно затащит.

- Я думал, у дьяволов с совокуплением все строго – только со своими, даже со средней кастой, то есть с демонами, нельзя.

- А Серхату до фени этот закон. У него все равно детей быть не может, он из старой дюжины, потому совокупляться он хоть с овцами может, разницы вообще не будет никакой, даже блеять не начнет.

- Подожди, - оторопел Зарин. – Он не сможет затащить никого из нас в постель.

- Почему это? – Кралк удивленно посмотрел на воздушника.

- Ну, мы мужчины.

- А, ты уверен, что он это в темноте увидит?

- А, мы ему подсветим, чтобы получше рассмотрел.

- Ты думаешь, он даже при свете сможет заметить внизу какой-то мелкий отросток?

- Вот сейчас обидно было, - надулся воздушник. – Если ты два метра ростом и с телосложением бравого вояки, то это не значит, что все такие.

- Ну, а я про что говорю?

- Руфим!!! Он меня обижает! Скажи ему что-нибудь нехорошее по отношению к его достоинству.

- Скажу, что жаждущему совокупления дьяволу будет абсолютно без разницы, кто перед ним находится – девочка или мальчик. Если у вас нет третий дырки внизу, то он вам ее сделает, при этом совершенно бесплатно. А уж Кралк, который непомерно гордиться длиной и шириной своего главного думающего органа, будет еще и первым в мире магом с признаками двуполого существа.

- Э! Мы так не договаривались!

- Верно. Поэтому охоту начнете на Алистрата.

- Я его боюсь, - проговорил Илилай. – Знаете, в нем есть что-то такое пугающее.

- Брось, - отмахнулся огневик. – В отличии от Серхата девушек он избегает, хотя все бабы почему-то от него без ума.

- Потому что он сильный. Магия очень сильная, а источник нужен всем, - ответил Кралк.

- Возможно, но у каждого Верховного магия такая же мощная, а все девчонки все равно липнут только к нему.

- Вы просто завидуете. Он просто очень харизматичный персонаж, вот и весь секрет, - проговорил Зарин, сосредоточенно взвешивая в руках правую и левую груди и пытаясь понять, куда лучше добавить остаток ткани.

- И удивительным это не будет выглядеть со стороны, что трое девиц будут приставать к определенному магу. Да и флиртовать с ним можно сколько угодно – в постель и так, и так не затащит. Кругом плюсы.

- А, он нас точно не узнает? – тихо спросил Илилай.

- Не смешите меня, вас даже родная мама не узнает! А Алистрат… Ну, только если у него не окажется под рукой какой-нибудь против иллюзорной вещички, что, конечно же, вряд ли – настолько судьба нам подгадить не может, он легко поведется на наш маскарад. Главное, стройте ему глазки побольше и намекайте на продолжение в более укромном месте. Можете даже поцеловать в щечку для эффекта. Просто запомните: вы не мужчины – на одну ночь вы стали прекрасными девушками, и ведите себя соответственно. То есть никаких разумных умозаключений и сложных слов, побольше хихикайте, флиртуйте, в общем делайте все, как наставляла моя жена, и будет результат.

- У тебя есть какие-то мысли по поводу их задумки? Что нам вообще искать и как понять, что маг говорит о нашем деле?

- Легко. Он станет рассказывать о Верховных, возможно охарактеризует каждого, так что будьте готовы услышать о себе не очень хорошие вещи. У черного мага тот еще характер. Я знаю, наслышан. А потом Алистрат станет говорить, зачем все это нужно, конечно, если вы его правильно очаруете. На прием пронос холодного оружия строго запрещен, а посему ваша главная привилегия – это женственность и красота. Если что, я буду рядом с Серхатом или со Странником и постараюсь отводить их внимание от вас. Ну, собрались? Тогда сейчас я позову своего знакомого – он из вас конфеток сделает, а потом на прием. Удачи нам всем!

Чуть позже в комнате стояли три прекрасные куколки с обаятельными лицами молодых и невинных дев и одетый в свою парадную форму Верховный маг огня. Мужчина осторожно взял девушек под руки, лучисто улыбнулся окружавшей его красоте и открыл портал в замок Серхата. Прием должен был начаться с минуты на минуту. Маг, свободно вздохнув, сделал шаг и утонул в портале, утянув чудесных дев с неземными личиками за собой навстречу открывающейся истине. Во всяком случае, Руфим этого очень желал. И он правды добьется, если не от самого Серхата, то от окучиваемого девочками Алистрата – точно.

Конец первой книги.

Эльфийский словарь

1 БеЗсмертные – уникальные существа, обладающие неограниченными возможностями. Над ними не властно время.

2 Фишки – азартная настольная игра магов с использованием дара.

3 Оргус – некое успокоительное, придуманное эльфами, чтобы обезопасить остальные расы от ярости дьяволов, конфликт с которыми часто заканчивается поголовным вырезанием разумных второй неуравновешенной ипостасью. Зелье не выдерживает высоких температур, поэтому применяется, в основном, на поверхности.

4 Сейба – древесное растение, растущее в тропических лесах; высота от 2 до 50 метров, имеет раскидистую крону. Стволы и ветви у некоторых видов усеяны шипами.

5 Кайсака – крупная ядовитая змея, достигающая 2-2,5 метров в длину. Туловище имеет серую или коричневую окраску с четкими крупными ромбами на спине, отороченными черной полосой.

6 Эпифиты – растения, произрастающие на поверхности других организмов и получающие свои питательные вещества и влагу из окружающего их воздуха и органических остатков.

7 Дуэли дьяволов – наиболее частое развлечение данного народа, а заодно и способ разрешения споров. Характерны только для жителей Преисподней. В ходе поединков выигравшему достается все имущество, которым обладал соперник, включая и живой товар.

8 Бездна – одно из основополагающих понятий в Преисподней. По данным эльфов, составляющих свой словарь терминов, подобное ругательное слово изначально имело другой смысл и назначение. Многие считают, что Бездна – имя всепоглощающей прародительницы Ада. Мнения расходятся до сих пор.

9 Дом Авариш – один из великий Домов Преисподней, наиболее близок к правящей династии дьяволов.

Составлен на основе полученных данных о мире и проживающих на земле существ.