Веер и пиала
1 том глава 1. Пчелиный гул
Юноша уворачивался от ударов, попутно стараясь оставлять порезы металлическими концами веера на белоснежной коже нюйгуй(это дух женщины, умерших насильственной смертью или покончивших с собой из-за несправедливости. Считается, что они возвращаются, чтобы мстить). Девушка в красном свадебном одеянии с вуалью на голове, закрывающей её верхнюю половину лица, двигалась стремительно, периодически разрезая одежды парня и проникая под неё своими чёрными и до того острыми ногтями, что оставались рваные раны. Молодой человек был одет в чёрную закрытую одежду, а на голове занял место такого же цвета доули (азиатская шляпа) с вуалью из тёмной полупрозрачной материи, скрывающей за собой лицо.
Сделав выпад вперёд на один из мокрых валунов, располагающихся вблизи пруда, в который стекал водопад, юноша распахнул створки веера, использовав тешань – искусство, которое перенял у своего шифу(«учитель», «отец-наставник». Слово используется как почтительное обращение к монахам, монахиням, даосским монахам ) задолго до встречи с «невестой в красном». Девушка подпрыгнула, увернувшись в очередной раз от удара. Приземлившись на ближайший валун, она улыбнулась, явив гниющие зубы, заставляя юношу поморщиться от увиденного зрелища. Парень смог лишь несколько раз прорезать бледную кожу девушки. Из её ран вытекала чёрная кровь. Молодой человек смотрел на «невесту» сквозь вуаль, не то чтобы с ненавистью, скорее с неким презрением.
Бой длился четверть часа, и только спустя столько времени молодой человек внезапно припомнил слова своего учителя: «Цзян, используй оружие по полной возможности». Юноша было только подался вперёд и замахнулся рабочей рукой с веером, дабы метнуть его в свою соперницу, как тело неожиданно пронзила режущая, невыносимая боль. Девушка опередила его. Успев зайти за спину, она воткнула в спину когти по самые фаланги и с силой дёрнула их вниз, располосовав спину. Крик не успел вырваться с губ Цзяна. Он смог лишь сделать резкий, короткий вздох, который и то быстро прекратился. Нюйгуй вырвала свои когти из спины юноши, и тот в момент упал на мокрый камень, по которому потекли струйки горячей крови. От боли молодой человек не мог нормально дышать, не то что совладать с собственным телом. Он лежал на валуне, скрючившись, не в силах пошевелиться. Ткань верхней рубахи, пропитавшись кровью, прилипала к спине. Из глаз хлынули слёзы, а изо рта потекли маленькие струйки крови.
Доходил час Инь (это временной отрезок суток в Китае, который длится с 3:00 до 5:00), тело Цзяна покидала Ци, так же быстро, как и красная жидкость. Пилюль на этот раз у парня не оказалось с собой. В торопях, он и думать о них забыл. Видя, как человеку остаётся немного, «невеста в красном» поспешила исчезнуть, растворившись белой дымкой. Она в очередной раз смогла отомстить за свою смерть, которую несколько лет назад подарил ей супруг, столкнув несчастную, не умевшую плавать, в пруд, обременив её молодую душу на вечные страдания и попытки отмщения. Мысли Цзяна покидали голову, в глазах двоилось, а во рту стоял противный привкус металла.
«Наконец я смогу покинуть этот дрянной мир, полный страданий и грехов...» – его мысли становились всё мутнее, словно вода в болоте, но он не был волен осознавать и контролировать их. В конце концов его сознание совсем потеряло всякую нить сути, и душа покинула тело, что носило фамильный знак – Шангуань, а имя – Цзян. Он отправился на покой, где мог отдохнуть. Думал юноша так до тех пор, пока не ощутил на своём теле что-то иное, чем покой.
Шангуань Цзян очнулся от тошноты. Он раскрыл глаза, и его взгляд устремился в кроны деревьев. Приподнявшись на руках, он оглядел то, что его окружало: вокруг был лес, сквозь редкие ветви пробивались едва заметные лучики света. Сам Шангуань Цзян лежал в старой повозке, колесо которой то и дело поскрипывало, жалуясь на судьбу. Телегу тащила тощая кобыла, запряжённая под узцы. Кости у лошади выпирали в разные стороны. За вожжами сидел сгорбившийся мужчина.
– А-Мин, наконец-то ты очнулся! – воскликнул мужчина, которого юноша не сразу заметил. Он сидел в позе лотоса в углу повозки. – Знал бы ты, как я испугался, когда увидел тебя без чувств, лежащего на земле!
Шангуань Цзян поспешил сесть, оперевшись о края телеги, но схватившись за затылок. Голова раскалывалась, как бы подтверждая слова мужчины. Он не понимал, где находится и кто перед ним сидит. Он помнил лишь то, как погибал на пруду, лежа и глотая свою же кровь. Юноша посмотрел на руки и заметил, что кожа у них была, словно дорогой шёлк, гладкая и нежная, будто с рождения принадлежала девушке. Это были не его руки. Тело Цзяна перед смертью было сильным, а руки были покрыты мозолями из-за постоянных тренировок с веером. Эти же по виду не могли даже нож удержать, не то что былое оружие из чёрной стали. Парень заметил и то, во что был одет. Вместо чёрной закрытой одежды на нём был светло-зелёный ханьфу (традиционный костюм ханьцев Китая. Термин буквально означает «одежда ханьцев»), с незаурядными узорами на верхней рубахе. Шангуань Цзян перевёл взгляд на мужчину, который прежде обращался к нему:
– Ты как себя чувствуешь? – спросил неизвестный, и его лицо выразило сострадание.
– Не очень хорошо, – немного замешкавшись, ответил парень. – А что случилось?
– Как это «что случилось»? Ты ничего не помнишь? – шокированный новостью мужчина немного нахмурился. – Совсем?
– Да, – парень смотрел на мужчину с подозрением и немного с опаской.
– Я твой дядя – Лун Цзинь, тебя зовут Лун Мин, после смерти твоего отца постоялый двор «Чайная» перешел тебе.
– У меня был отец? – переспросил юноша. До того, как вся история пошла под откос, его воспитал его шифу – Чэн Вэй. Мужчина нашёл маленького Шангуань Цзяна в деревне, на которую напали демоны. Шангуань Цзяня нашли единственным выжившим в одном из уцелевших храмов. Из-за непонятных причин демоны не смогли проникнуть внутрь. Мальчик сидел за статуей божества. Скульптор изобразил Фэн Бо (божество ветра) в образе старца в жёлтом плаще, с длинной белой бородой и красно-синей шапкой. В руках у статуи был веер и мешочек, в котором по легендам тот носил ветер.
– Да, конечно! Ты даже этого не помнишь?! О, Верховный Владыка, что же нам теперь делать! – мужчина разошёлся причитаниями, но вскоре умолк, погрузившись в мысли.
Последовав примеру и тоже уйдя в себя, парень решил помедитировать и разложить все мысли по своим местам. Как же так вышло, что он погиб в одном из боёв с нюйгуй, а после просыпается и оказался в теле некого Лун Мина, юноши, владеющим постоялым двором. Неужели... Переродился. И что же делать?
Они ехали в повозке примерно четверть часа. Кобыла ступала осторожно, но телега то и дело шаталась, натыкаясь на камни и ветки. Когда повозка остановилась, Лун Цзинь кинул денежный мешочек в руки старику, который вёз их. Поблагодарив за помощь, юноша и мужчина поспешили откланяться. Перед глазами Шангуань Цзяна предстали городские ворота с каменной табличкой наверху.
Луань – торговый город на юго-западе Империи.
«О боги!» – мысленно воскликнул парень. Луань находился в нескольких неделях езды от деревни, в которой жил он с учителем.
– Зачем мы здесь? – спросил парень.
– Мы идем в Чайную, – ответил Лун Цзинь.
Пройдя ворота, мужчина с юношей вышли на главную улицу. На ней по обе стороны расположились торговые лавки. Каждый продавец расхваливал свой товар на все лады. Толпа покупателей и простых зевак сновали по улице. Стоял такой гомон, что можно было оглохнуть.
– Придётся идти сквозь толпу, – сказал Лун Цзинь. – Другие дороги не ведут вглубь города. Смотри, не потеряйся. – Сказав это, он направился прямо в толпу, словно в око смерча.
Немного потупив взгляд, юноша пошёл следом за дядей. Попав в толпу, та его чуть не сбила с ног своим потоком. Он протискивался меж людей, наступая на ноги прохожим, которые вскрикивали и бранились. Минув улицу, юноша увидел Лун Цзиня, который ждал его около каменного моста.
– Нам осталось немного, не отставай, – сказал мужчина и, развернувшись, ступил на известняк, из которого был сделан мост. Шангуань Цзян пошёл по переправе, которая оказалась довольно-таки крутой. Остановившись посередине пути, парень подошёл к краю моста и, облокотившись о камень, нагнулся вперёд. В воде отразился молодой человек лет восемнадцати. Его лицо, было столь нежным на вид, словно принадлежало девушке. Несколько передних прядей длинных волос были собраны на затылке деревянной, ничем не примечательной, шпилькой.
Постояв ещё несколько мгновений, любуясь своим новым преображением, Шангуань Цзян откинулся назад и посмотрел на уже стоявшего на другом берегу Лун Цзиня. У того было недовольное выражение лица. Юноша поспешил перейти оставшуюся часть моста. Подойдя к дяде, тот заговорил:
– Я же попросил тебя не отставать, а ты стоишь, любуешься собой, будто это сейчас так важно. Идём, осталось немного. – Буркнул себе под нос мужчина и, сложив руки за спиной, побрёл по дороге.
«Ой-ой-ой», – передразнил про себя молодой человек. – «Странно, отчего это он разозлился?»
Мужчины шли минут десять. За это время они успели преодолеть несколько поворотов, что показалось подозрительным Шангуань Цзяну. Сам он в городе находился впервые, но слышал о нём очень много от учителя.
«Луань сам по себе небольшой торговый городок», – рассуждал он про себя. – «Так почему мы так долго идём?»
Не успел он закончить мысль, как понял, что оказался опять на главной улице среди толпы. Рядом не было Лун Цзиня, и среди мелькающих голов его тоже не оказалось. Останавливаться посреди улицы нельзя – сметут. Поэтому он решил «плыть по течению», возможно, как-нибудь выберется.
«Течение» унесло его с середины улицы куда-то в сторону, так, что парень проходил мимо прилавков впритирку. Он несколько раз чуть не снёс, лежащий товар рукавами ханьфу.
Раздался громкий звук разбившегося стекла где-то поблизости. Никто не обратил внимание на столь мелкое явление и, толпа продолжила свой путь. Лишь Шангуань Цзян решил поинтересоваться, кто стал виновником. Но лишь успел он повернуть голову в сторону звука, как его с силой схватили за руку и рывком вырвали из толпы. Не успел он опомниться, как ощутил сильный толчок в спину, после которого повалился, ударяясь о стены угла.
Звук «пчелиного улья» раздавался где-то рядом, но был приглушен. Шангуань Цзян зажмурился от боли, которая пронзила его тело. Некто, похитивший юношу средь бела дня, сейчас избивал его чем попало. Это были ноги, палки, которые лежали поблизости. Удар, ещё удар. Боль пронизывала всё тело, приходясь по самым болезненным местам. От отвращения к себе, к беспомощности этого бездарного тела ему хотелось провалиться, исчезнуть. Исчезнуть, чтобы его больше никто не видел. В глазах темнело, а боль из невыносимой переходила в ту, которую больше не мог ощутить. Это чувство притупилось. Шангуань Цзян начал задыхаться, он не мог ничего сделать, он был, словно брошенная собака, которую сейчас отпинывают за ее существование. Цзян лежал, скрючившись от боли – его хотели убить.
«Неужели, Небеса всё-таки передумали о своём решении и сейчас пытаются лишить его второго шанса? Неужели, так закончится моё перерождение и я отправлюсь вслед за шифу? Этот, ни на что не годный человек умрёт, лёжа в грязном углу во всех нечистотах города?» – Мысли смешались воедино и крутились в голове, создавая непрерывную цепь. Сколько времени над ним издевались, юноша не помнил, но запомнил яркую вспышку, а после крик, доносившийся, словно сквозь закрытую дверь.
Продолжение следует...
Тгк: ~беседка Чунхуа~
1 том глава 2. Пилюля
Шангуань Цзян очнулся от мощного храпа, который доносился откуда-то поблизости. Его взгляд устремился в деревянный тёмный потолок. Повернув голову, по направлению звука, парень увидел пожилого человека, сидящего на табурете со сложенными руками на груди. Он спал.
Шангуань Цзян предпринял попытку привстать с постели, однако сильная ноющая боль в мышцах и раскалывающаяся голова встали преградой перед ним. Стиснув зубы до скрипа, он улёгся обратно. Юноша мысленно посылал проклятия на голову того, кто пытался его убить и отправить к Чэн Вэю.
«Меня явно не просто так хотят убить, кто-то хочет избавиться от меня. Однако очень странно...Что делал рядом со мной Лун Цзинь, после моего перерождения? - размышлял парень под монотонное похрапывание старца, погружаясь в самую глубь размышлений.
Из бурного потока мыслей юношу вывел кашель и неожиданное «О!». Что за «О!»? Шангуань Цзян повернул голову и увидел, проснувшегося старика, который наблюдал за ним.
Несколько секунд прошли в напряжённой тишине, прежде чем старик нарушил её, разорвав зрительный контакт с парнем.
- Молодой господин, наконец-то вы пришли в себя! - воскликнул тот, и поднявшись с табурета, подошёл к столу, с которого взял пиалу. Вернувшись обратно, он протянул её к губам юноши. - Вы проспали четыре дня, - продолжал старик, заливая мутный, словно болото настой.
Как только жидкость попала в рот парню, лицо исказилось от горечи. Шангуань Цзян поспешил отстраниться от пиалы и несколько раз сглотнуть слюну, дабы прогнать отвратительный вкус лекарства. Но настой взял своё, и язык начало вязать.
- Кто вы? - только и смог вымолвить юноша.
- Что, простите? - переспросил старик. - С вами что-то случилось, господин Мин?
- Я ничего не помню. Помню лишь то, как очнулся в повозке с Лун Цзинем.
- Господин, вы точно ничего не помните? - переспросил старик.
- Да, совершенно ничего, - ответил парень, и хотел было закончить разговор, как вдруг спросил. - Кто тот человек, кто меня спас?
Немного замешкавшись, пожилой мужчина ответил:
- Вас спас юноша. Сейчас он находится в комнате для гостей на втором этаже и ждёт, пока вы очнётесь.
- Вот и славно! - сказал Шангуань Цзян, и хотел что-то добавить, как его остановил старик, сказав:
- Вам пока запрещено вставать,прошло всего четыре дня после случившегося, - напомнил он. - Ваше тело не успело восстановиться.
- Я вас понял, - сказал парень, а сам уже продумывал план, как попасть к тому юноше. - Как ваше имя?
- Меня зовут Лей Зиан,(значение: Лей- «гром», Зиан - «мирный») - представился старик.
- Хм...В какой же ссоре находились ваши родители, раз не определились со значением имени.
Мужчина промолчал на это, но после сказал:
- Господин Мин, я схожу за лекарем.
Ничего не ответив, Шангуань Цзян дождался, пока Лей Зиан покинет комнату. Дверь тихо прикрылась за стариком, и юноша поспешил сесть. Его тело пронзила боль, но сжав зубы ещё сильнее, парень смог встать с постели.
Ноги дрожали от напряжения, но Шангуань Цзян решил во что бы то ни стало встретиться с тем юношей. Он попытался сделать шаг, но чуть не повалился на пол. Всё таки тело в этой жизни не такое уж и сильное. Сделав ещё несколько таких же тяжёлых шагов, парень остановился передохнуть, удерживая равновесие на неокрепших ногах.
«Да что это такое?! Я буду всю жизнь добираться до него такими темпами!» - в этот момент его взгляд упал на одинокую пилюлю, лежащую на столе. Не придумав ничего лучше, Шангуань Цзян доковылял всё теми же мелкими шажками до стола, и облокотившись на него, взял в ладонь пилюлю. Таблетка слегка поблёскивала на свету.
«Дай бог, меня не хотят отравить, подсунув пилюлю», - с этими словами он всунул её в рот, , вновь почувствовав горький вкус, на этот раз оболочки таблетки. Всё же, осилив себя, смог проглотить её. - «Да есть ли на этом свете хоть одно нормальное лекарство!» - взвыл про себя парень, но в этот момент почувствовал, как растекается тепло, окутывая тело словно одеялом, облегчая боль. Мышцы перестали так жалобно ныть, а голова болеть. Шангуань Цзян посмотрел на свою руку и, крепко сжав её, понял, что пилюля помогла ему.
Посмотрев в сторону выхода, парень ринулся к нему, и прижавшись ухом к двери, начал прислушиваться. За ней было тихо, лишь вдали разносились эхом голоса.
Приоткрыв дверь и убедившись, что никого нет поблизости, юноша вышел из комнаты и, тихо прикрыв за собой, двинулся по направлению звука.
Пройдя по коридору со множеством дверей, Шангуань Цзян увидел лестницу, ведущую вниз.
«Значит комнаты владельцев чайной находятся в самом верху здания», - подметил про себя парень.
Юноша поспешил спуститься по лестнице, настолько тихо, насколько мог. Эхо нарастало, оно доносилось снизу. Спустившись на этаж ниже, Шангуань Цзян огляделся по сторонам. Все двери были заперты, кроме одной, которая была открыта нараспашку и находилась в самом конце коридора. В комнате горел свет, падающий на деревянный настил.
Уверенным шагом парень ринулся к ней, но, подойдя ближе, остановился, задумавшись:
«И что же я буду говорить? У меня ведь даже плана нет», - размышлял Шангуань Цзян. - «Ладно, будь что будет» - и, встав напротив входа в комнату, он поднял взгляд.
За столом, стоящим напротив дверей, сидел юноша в тёмно-синем ханьфу с наручами. У него были тёмные длинные волосы, доходившие ему до пояса, с собранными передними прядями наверху заколкой. В руке он держал кисть, и что-то выписывал на бумаге. На столе стоял чабань (поднос для чайной церемонии), на котором были расположены фигурки трёх обезьян (не вижу, не слышу, не говорю) и посуда для чайной церемонии. Видимо, Лей Зиан постарался обеспечить комфортное пребывание спасителя. Парень был сильно увлечён письмом на бумаге, что не заметил, как Шангуань Цзян очутился в комнате, перешагнув порог. Юноша в светло-зелёном ханьфу медленно и тихо приблизился к столу. Сидящий парень, только сейчас заметив Шангуань Цзяна, и словно испуганная косуля, вздрогнул, и поставил жирную кляксу на бумаге.
- Я приветствую вас, господин, - встав со стула, юноша поклонился. Он был выше Лун Мина. - Чем этот недостойный может вам помочь? - спросил он.
- Как тебя зовут? - поинтересовался Шангуань Цзян.
Удивившись заданному вопросу, но не подав виду, юноша поспешил ответить:
- Ву Юншен (значение: честный, вечно живой), господин.
- Какое хорошее имя, тебе подходит, - сказал Шангуань Цзян, и Ву Юншен засмущался, его скулы слегка порозовели. - Что ж, Ву Юншен, - продолжил парень. - Ты спас мою жизнь, и я хочу тебя отблагодарить за это. Проси, что душе угодно.
Юноша, не долго думая, ответил:
- Господин, я покинул своих родителей несколько недель назад из-за давней ссоры, что произошла меж нами. Я начал странствовать по Империи, и сейчас постоянной крыши над головой у меня нет, - сказал Ву Юншен, смотря сверху вниз на парня.
-И что же ты хочешь этим сказать? - Шангуань Цзяну стало не по себе, внутри что-то сильно сжалось.
- Не мог бы достопочтенный господин дать этому недостойному бродяге работу в вашей чайной, и выделить комнату? - спросил Ву Юншен.
В глазах Шангуань Цзяна эта просьба показалась сверх наглости, но всё же он согласился её выполнить.
- Хорошо, будет тебе и работа, и крыша над головой.
- Спасибо вам большое, господин, - поблагодарив, юноша вновь поклонился, на его лице появилась лёгкая улыбка.
Ничего не ответив на прощание, Шангуань Цзян развернулся и собирался было покинуть комнату, вернувшись обратно в свои покои, как вдруг спросил:
- Где тот человек? - не поворачиваясь, поинтересовался он.
- Я произвёл допрос, - ответил Ву Юншен серьёзным голосом.
- И что ты выяснил?
- Ему заплатили не малую сумму.
- Кто?
-Лун Цзинь, господин Мин, - ответил парень.
Шангуань Цзян резко повернулся, ожидая увидеть усмешку на лице юноши, но тот был настроен серьёзно. Значит, все догадки о странности того мужчины не подвели его. Но что тогда на самом деле произошло в лесу, когда Шангуань Цзян только очнулся в новом теле?
- Где он сейчас? Кто-то ещё знает об этом? - уже шёпотом с напряжением в голосе спросил парень в светло-зелёном ханьфу?
- Лун Цзинь пропал, никто не знает, - ответил Ву Юншен.
-Хорошо, - с облегчением выдохнув, ответил Шангуань Цзян. - Можешь оставаться в комнате для гостей до тех пор, пока тебя не переселят в другую.
Закончив фразу, Шангуань Цзян развернулся и покинул комнату, оставив дверь в неё открытой.
Он шёл по тёмному коридору, как вдруг в его глазах начали метаться чёрные круги, мышцы пробила жгучая боль, а ноги подкосились. Не успев опомниться, Шангуань Цзян упал на пол, не дойдя до лестницы, ведущей на третий этаж.
***
Словно из-за тумана, раздалась мелодия, постепенно нарастая и эхом отзываясь в теле. Не в силах больше слушать её, Шангуань Цзян приоткрыл глаза и, щурясь от слабого света, начал смаргивать пелену. Рядом раздался шорох, и тонкие женские пальцы дотронулись до правой щеки.
- Не вставай пока, - произнёс кто-то нежным голосом.
Шангуань Цзян повернул голову и увидел перед собой молодую девушку в светло-фиолетовом ханьфу. Она сидела рядом на табурете, поглаживая нежную кожу парня. Её глаза выражали спокойствие и умиротворение, в них можно было утопать, словно в реке парного молока. Засмотревшись, юноша потерял дар речи и даже пропустил мимо ушей слова девушки.
- А-Мин. А-Мин? - позвала вновь девушка.
- А, простите, задумался, - растерявшись, ответил парень.
- Да, ничего страшного, - ответила она, мило улыбнувшись. - Как ты себя чувствуешь, сяоди (младший брат)?
- С-сяоди? - не сразу поняв, переспросил Шангуань Цзян.
- Ой, прости, - вдоволь нагладив щёку брата, девушка поспешила убрать руку. - Я и позабыла, что мне сказал Лей Зиан. Тогда будем знакомиться с тобой вновь, - девушка положила руку на свои колени. - Меня зовут Лун Мэй-Син (прекрасная звезда), я твоя шицзе (старшая сестра), - представилась она.
- Приятно познакомиться, - ответил Шангуань Цзян, всё так же лёжа в постели, укрывшись одеялом. Он не решался вновь подняться с кровати.
- Ты даже не спросишь, что с тобой произошло? - поинтересовалась Лун Мэй-Син.
Юноша промолчал. Тогда сестра начала рассказывать:
- Представляешь, я сижу в своей комнате, а ко мне врывается Лей Зиан со словами: «Господин Мин потерял сознание!». Я так перепугалась, что мигом побежала к тебе, мой сяоди. Я вбегаю в комнату, а рядом с тобой стоит симпатичный юноша, - она улыбнулась, представив образ Ву Юншена. - Он-то тебя и перенёс в твои покои. Парень сказал, что спустя некоторое время, после того как ты его покинул, он услышал странный звук в коридоре и пошёл посмотреть, что случилось. Там-то он и увидел тебя, лежащего около лестницы. Лекарь сказал, что это всё из-за переутомления, мой бедный А-Мин. Он был в шоке, когда узнал, что ты спустя лишь четыре дня смог подняться с постели. Так ещё и не просто встать, а спуститься на этаж ниже. Но хорошо, что больше ничего не произошло с твоим телом, - закончила свой рассказ сестра.
Шангуань Цзян вновь промолчал. Во второй раз его спасает один и тот же человек.
- Сяоди не хочет узнать ещё чего-нибудь от своей шицзе? - поинтересовалась Лун Мэй-Син.
Ненадолго задумавшись, Шангуань Цзян ответил:
- Да, расскажи про родителей и про наш род.
- Хорошо, - ответила она, тяжело выдохнув. - Нашему отцу - Лун Цяну с самого рождения принадлежала эта чайная, - начала свой рассказ сестра. - Наш род испокон веков поклонялся дракону, но после пожара, который случился более столетия назад, он исчез, и больше не появлялся.
- А мама? - спросил Шангуань Цзян.
- Нашу матушку зовут -Лун Гуан. Она заклинатель и родом с Севера.
- Я знаю, что отец почивает в мире мёртвых. Но где тогда матушка? - спросил парень.
- Она находится на службе у Императора Вэй. Больше нам ничего известно. Раз в год она отправляет нам письмо, где рассказывает, что у неё всё хорошо, и что она ждёт с нетерпением нашей с ней встречи, - закончила сестра. Её глаза перестали мерцать, они погасли, словно звёзды каждое утро.
- Шицзе, - обратился к сестре Шангуань Цзян. - Спасибо тебе большое за то, что рассказала мне и побыла со мной, но я хотел бы побыть один.
-Да-да, конечно, - понимающе кивнув, девушка с грустным видом поднялась с табурета и, прихватив со стола туаньшань (круглый веер), не спеша покинула комнату.
Шангуань Цзян некоторое время пролежал в постели, переосмысливая сказанные слова.
Из мыслей юношу вывел странный звук. Он доносился откуда-то из под кровати. Парень, медленно приподнявшись, сел на постель, и свесившись головой вниз, увидел нечто странное. Под кроватью пухлыми ручками скребся маленький человечек. Увидев появившуюся голову парня, он схватил острый ножичек, который в его руках походил больше на меч, и побежал на Шангуань Цзяна.
Юноша в момент поднялся обратно на кровать, в то время как человечек выбежал из-под неё и стал карабкаться по спущенному на пол концу простыни. Не успевшего добраться до вершины существа, Шангуань Цзян схватил, как котёнка за шкирку, и тот выпустил из ручек нож. Парень приподнял это странное пухлое тельце на уровень глаз и, опустив на ладонь, несколько раз подбросил. Существо, свалившись на спину животом вверх, всеми усилиями старался перевернуться на него. Он дрыгал своими маленькими конечностями в точности, как черепаха, пытающаяся перевернуться с панциря в исходное положение.
Немного подождав, пока человечек выдохнется, Шангуань Цзян заговорил:
- И кто же ты такой? - спросил он, снова взяв за шкирку это пухлое тельце.
Человечек снова начал размахивать ручками и ножками, зажмурив глазки-пуговки. Не добившись ответа, Шангуань Цзян неуверенно встал с кровати и направился обходить комнату в поиске чего-то подходящего, куда можно было бы поместить это существо. Человечек ещё некоторое время пытался вырваться из пальцев парня, но после нескольких неудачных попыток сдался.
Шангуань Цзян обходил комнату. На одной из стен было натянуто полотно с изображением дракона, в углу стоял сундук, а рядом с ним был расположен деревянный шкаф с исписанными дверцами. Парень двинулся к нему, и открыв одну из створок обнаружил лишь сложенную одежду. В этот момент раздался стук. Шангуань Цзян вздрогнул от неожиданности, но всё же спросил:
- Кто?
Ответ последовал моментально.
- Это Ву Юншен, господин, - отозвался с другой стороны парень. - Лей Зиан сказал зайти к вам, чтобы... - он не успел договорить.
- Входи, - дал добро Шангуань Цзян.
Юноша, открыв дверь, вошёл в покои и обнаружил, стоящего посреди комнаты парня в одном исподнем белье. Ву Юншен резко отвернулся, дав понять Шангуань Цзяну, что тот находится в ненадлежащем виде. Парень и сам забыл, что был сейчас без ханьфу.
- Простите этого безмозглого простолюдина, что вторгся к почтенному господину, - сказал Ву Юншен, стоя спиной юноше. - Я сейчас же выйду.
Парень собрался было покинуть комнату, как вдруг Шангуань Цзян сказал:
- Нет, стой. Не уходи. Не поворачивайся, просто протяни мне руку, - сказал он.
Ву Юншен удивился, но всё же сделал, как ему велели. Он протянул руку, при этом не поворачиваясь к Лун Мину. Его лицо полыхало от смущения, словно обдало огнём. Шангуань Цзян подошёл ближе и поставил на ладонь парню маленького человечка, сказав:
- Держи его крепко, он слишком шустрый.
Взяв в руки пухлое тельце, Ву Юншен посмотрел на человечка, который снова пытался сбежать, барахтаясь меж пальцев.
- Что с ним делать? - спросил парень.
- Закрой его, чтобы не сбежал, - сказал Шангуань Цзян.
- Хорошо, господин, я пойду.
- Да-да, иди, но после сразу возвращайся, ты хотел что-то сказать, да и разговор имеется.
- Хорошо.
Ву Юншен покинул покои, тихо закрыв дверь. Из коридора послышался странный вздох.
Продолжение следует :>...
Тгк: ~беседка Чунхуа~
1 том 3 глава. Слухи
Прошло от силы минут семь, как Ву Юншен постучал в дверь, возвратившись обратно. Шангуань Цзян к этому времени уже успел перерыть весь шкаф в поиске подходящего ханьфу. На удивление, у Лун Мина почти вся одежда оказалась различных оттенков зелёного. Достав из шкафа тёмное ханьфу, парень поспешил надеть его. Плотная ткань хорошо прилегала к телу, создавая ощущение некой защиты. Полы верхнего халата были в различных узорах.
Поправляя последние детали, Шангуань Цзян ответил на стук коротким «Входи!». Получив ответ, Ву Юншен вошёл с подносом в руках. Поприветствовав Шангуань Цзяна, парень прошагал к столу, поставив на него носитель блюд.
- Что это? – спросил парень в тёмно-зелёном одеянии, почувствовав приятный запах горячей, только приготовленной еды.
- Господин, это еда. Лей Зиан попросил отнести вам кушанье, вы ведь не ели четыре дня, – ответил Ву Юншен.
- И то верно, дело правое, – согласился Шангуань Цзян, заслышав урчание давно полого желудка у себя в животе.
Подойдя к столу, Шангуань Цзян поспешил сесть, дабы отведать приготовленные блюда. На подносе стояла чжоу (рисовая каша), приправленная соевым соусом, и чайник с пиалой. Взяв в правую руку керамическую ложку, юноша зачерпнул кашу и, засунув её в рот, почувствовал, как консистенция расплылась, приятно обжигая полость. Проглотив, Шангуань Цзян ощутил, как еда, делясь своим теплом, проходит дальше по пищеводу в желудок. Испытав некое облегчение в теле, юноша расслабился, удовлетворённо зачерпывая последующие ложки и наслаждаясь вкусом.
Доев кашу, Шангуань Цзян принялся за чай. Только первые капли коснулись дна пиалы, как парень почувствовал нежный, цветочный аромат. Он будто оказался на цветочной поляне, где росли орхидеи. В чайнике был заварен светлый улун. Увлёкшись процессом, Шангуань Цзян только сейчас вспомнил про всё это время стоявшего Ву Юншена. Налив достаточное количество чая и отставив от себя глиняный чайник, Шангуань Цзян обратился к юноше:
- Ранее ты ко мне приходил, – припомнил он. – Зачем?
- Господин, вы разрешили оставаться в вашем доме, я готов приступить к любой работе, – ответил Ву Юншен.
«И на какую должность его можно пристроить?» – задумался Шангуань Цзян, проводя кончиками пальцев по краям пиалы. – «Может, на кухню куда-нибудь?»
- Ты готовить умеешь? – спросил он.
- Нет, господин, – ответил Ву Юншен.
- Что ж, – сказал Шангуань Цзян. – Раз ты меня спас, значит, и мечом владеешь отменно, и мускулатура наверняка развита, – поднявшись из-за стола, парень подошёл к Ву Юншену, чья голова была склонена. Обойдя молодого человека вокруг и оценив размах плеч, Шангуань Цзян продолжил. – Ты будешь моей личной охраной, – объявил своё решение парень.
Подняв голову, Ву Юншен посмотрел на Шангуань Цзяна, чьё лицо было расслаблено и не выражающее ни единой эмоции.
- Хорошо, господин Мин, – смог лишь ответить Ву Юншен.
- Я сегодня хотел сходить кое-куда, – перевёл тему разговора Шангуань Цзян. – Так что ты идёшь со мной, – уверенным голосом закончил он, дав понять собеседнику, что он не настроен на рассмотрение других планов.
Подойдя к шкафу, где ранее он нашёл хэбао (ручная кладь), Шангуань Цзян достал и посмотрел в него. В сумке лежало несколько мешочков с монетами, которых бы хватило на снятие сыхэюань (традиционный китайский дом с общим прямоугольным двором) на две ночи или на плотный приём пищи в постоялом дворе.
Выйдя из комнаты, юноши направились к лестнице. Спустившись на второй этаж, Ву Юншен сказал:
- Господин Мин, этот недостойный забыл свой меч, – извиняющимся голосом проговорил он.
- Ничего, бывает, – спокойно, без капли злости сказал Шангуань Цзян.
Ву Юншен поспешил до своей комнаты. Зайдя в неё, он быстро схватил меч, лежавший на столе, и, кинув кроткий взгляд на шкаф, быстрым шагом пошёл обратно.
Стоило молодым людям спуститься на первый этаж, как на них волной нахлынул весь гул. Посетители сидели, попивая чай из пиал, и наслаждались разговорами о бытие. Между столиков метались служанки в серых платьях, разнося сладости по столам. Юноши было пошли к выходу, как их окликнули. Повернувшись на звук, Шангуань Цзян увидел Лей Зиана, который, прихрамывая, направлялся к парням.
- Молодой господин, – поклонившись, обратился мужчина. – Вы куда-то собираетесь? – спросил он.
- Я хочу проветриться, – ответил парень.
- Молодой господин, вы ещё не восстановились, может, послать с вами охрану? – с волнением в голосе спросил Лей Зиан.
- Нет надобности, – спокойно ответил Шангуань Цзян. – Я полон сил, да и со мной теперь личный слуга и напарник, который в любой момент сможет спасти меня, – он указал рукой на всё это время стоящего сзади Ву Юншена.
- Да, хорошо, господин Мин, хорошей прогулки, – вновь поклонившись, сказал мужчина.
Дождавшись, пока Шангуань Цзян отвернётся и пойдёт к выходу, Лей Зиан схватил рукав Ву Юншена и, притянув за него юношу, прошептал на ухо:
- Гляди в оба, господин Мин тебе доверяет. Не подведи, – сказал он строгим голосом. Его выражение лица мигом сменилось на лёгкую улыбку, как только Шангуань Цзян, не обнаружив рядом Ву Юншена, развернулся.
Отпустив рукав, Лей Зиан вновь поклонился, провожая взглядом покидающих шумную чайную молодых людей.
Юноши, выйдя из здания, оказались на улице. Пойдя по улице, парень в зелёном ханьфу завёл разговор:
- Ты знаешь город? – спросил он.
- Нет, господин. Я лишь четвёртый день здесь, – ответил Ву Юншен.
«Как и я», – подумал про себя парень.
– Ву Юншен, – обратил вновь он к юноше.
- Да, господин Мин? – спросил молодой человек.
- Прекращай звать меня по статусу, – сказал хозяин чайной.
- Хорошо, госп…, – Ву Юншен осёкся, моментально поправив. – Лун Мин?
- Да, так и называй, – согласился Шангуань Цзян. – Нам нужна лавка слухов, – перевёл тему молодой человек.
- Лавка слухов? – переспросил женский голос.
Повернувшись в сторону, откуда донёсся вопрос, юноши увидели молодую девушку в чёрном ханьфу с доули на голове. На её лицо была надвинута соломенная шляпа так, что не было видно лица. На поясе висел мешочек цянькун (магический мешочек, пространство внутри которого расширяется, благодаря чему в нём можно хранить большое количество предметов).
- Вы знаете, где она? – спросил Ву Юншен.
- А кто ж не знает, – ответила девушка.
- Не могли бы вы поделиться с нами этой информацией? – спросил Шангуань Цзян.
- Конечно, – вежливо ответила она и собиралась было уже провести юношей, как вдруг остановилась. – Как странно, – задумчиво протянула девушка. – Один из вас хозяин чайной, унаследовавший заведение, и не знает, где находится лавка слухов? Что-то с вами случилось, господин Мин?
- Амнезия, – коротко ответил Шангуань Цзян.
- Ясно, ну пойдёмте, мне как раз по пути, – сказав это, девушка развернулась и пошла вниз по шумной улице.
Юноши, переглянувшись, двинулись за ней.
«Странная девушка», – подумал Шангуань Цзян. – «Почему прячет лицо?»
Они прошли несколько крутых мостов и оказались на центральной улице. Протискиваясь мимо прохожих, девушка шла прямо, явно не желая останавливаться. Молодые юноши не отставали. Пробираясь меж людей, парни спешили за ней. Резко девушка повернула вправо, успев проскочить в свободное пространство меж покупателей, оказавшись на крыльце лавки. Шангуань Цзян и Ву Юншен повернули за незнакомкой, но лишь столкнулись с другими людьми.
- Смотри куда прёшь, щенок! – вскрикнул один из мужчин, с которым столкнулся Шангуань Цзян. Прохожий толкнул парня с такой силой, что он не удержался и повалился на земь.
Разъярённый мужчина поспешил уйти. Ву Юншен подошёл к Шангуань Цзяну и поднял его за локоть. Парень в тёмно-зелёном одеянии начал отряхивать халат от грязи и пыли.
- Ты в порядке, Лун Мин? – обеспокоенно спросил Ву Юншен.
- Да, всё нормально, – поникшим голосом ответил он.
«Это тело настолько слабо, что даже не может устоять на месте! Нельзя это так оставлять», – подумал про себя Шангуань Цзян.
- Ву Юншен, – обратился он к парню. – Как вернёмся, потренируемся, – закончив фразу, Шангуань Цзян повернулся к девушке, которая с интересом наблюдала за происходящим.
- Давайте пройдём внутрь, там поспокойнее, – предложила она.
Молодые люди проследовали за ней. Зайдя в лавку, их встретила мрачная обстановка. Деревянные стены, сделанные из чёрного дуба, приглушали падающий свет. Как только Ву Юншен прикрыл за собой дверь, к юношам вышел мужчина средних лет. Девушка, привёдшая молодых людей, сняв доули, поклонилась. Её волосы были заплетены в длинную косу, которая достигала линии поясницы.
- Приветствую вас, отец, – сказала она.
Никак не отреагировав, мужчина обошёл стороной согнувшуюся в поклоне дочь и, подойдя к юношам, поприветствовал их:
- Хозяин лавки слухов приветствует вас, какой слух вас интересует? – спросил он.
- Мне нужен адрес мужчины, что водит старую телегу с худой кобылой, – ответил Шангуань Цзян.
- Хм… С худой лошадью? – задумчиво протянул он. – Был такой, да ещё и интересный слух мне несколькими днями назад продал. Кстати, связанный с вами, господин Мин.
Шангуань Цзян развязал хэбао и, достав оттуда мешочек с деньгами, передал в руки Ву Юншену. Взяв, парень передал хозяину лавки.
- Столько хватит? – с недоверием спросил хозяин чайной.
- Более чем, – ответил мужчина и жестом пригласил молодых людей проследовать за ним. Девушка за это время поспешила отойти в сторону.
Пройдя вглубь, владелец лавки провёл юношей в одну из комнат. Остановившись напротив стены, мужчина, достав из рукава бумагу и лезвие, сделал глубокий надрез на ладони и, собрав достаточное количество крови, нарисовал печать. Закончив с этим делом, он приложил окровавленный лист бумаги к стене, и та вмиг показала следующую комнату, заставленную стеллажами со свитками. Пройдя к ближайшей к выходу полке, он прошёлся глазами и, найдя нужный пергамент, взял его чистой рукой. Выйдя обратно, комната скрылась с виду.
- Вот, что вы просили, – сказал мужчина, протягивая свиток Шангуань Цзяну.
Развернув и бегло просмотрев текст, юноша сложил пергамент и передал обратно вытирающему кровь с ладони мужчине.
- Благодарю вас, – сказал Шангуань Цзян и, развернувшись, пошёл из комнаты.
Дойдя до входной двери, молодых людей окликнул владелец лавки:
- Господин Мин, вам не нужен проводник? – спросил он, резко подведя к себе за плечо девушку. – Моя дочь знает каждый уголок Луаня, она сможет вас провести, – сказав это, мужчина быстро метнул взгляд на пояс Шангуань Цзяна, куда был привязан хэбао.
«И правда, ни я, ни Ву Юншен не знаем города», – подумал про себя парень и, достав несколько монет из мешочка, передал их стоящему рядом парню. Тот вновь передал деньги мужчине. Владелец лавки, в свою очередь, приняв плату, с силой оттолкнул от себя дочь.
«Что же ты за гнусная мразь», – подумал Шангуань Цзян.
Покинув лавку слухов, юноши и девушка вновь оказались на центральной улице. Люди сновали по ней, словно муравьи. Влившись в «течение», компания во главе Шангуань Цзяна выбралась из потока, оказавшись около моста.
- Как тебя зовут? – обратился хозяин чайной к девушке.
- Шунь Шун(подчиняться), – робко, не поднимая взгляда, ответила она.
- Шунь Шун, – задумчиво протянул Шангуань Цзян. – Кто ж тебя так возненавидел? – спросил он, но ответ так и не последовал.
- Ладно, Лун Мин, – вмешался Ву Юншен. – Зачем тебе адрес мужчины? – поинтересовался он.
- Надо кое-что узнать, – не вдаваясь в подробности, ответил Шангуань Цзян.
- Вам нужен дом Ма(лошадь)Бэя(белый)? – спросила девушка, приподняв голову. Хоть доули и скрывало за собой лицо, но малейшего движения головы хватило для того, чтобы парни смогли увидеть её лицо, усыпанное шрамами. На нём виднелись как новые, не успевшие зажить, так и совсем давние, от которых остались лишь белые полосы.
- Что с твоим лицом? – встревоженным голосом спросил Шангуань Цзян.
- Н-ничего, – запинаясь, ответила она и резко опустила голову так, чтобы доули вновь скрыло лицо. – Нам надо идти.
- Хорошо, – растерянно ответил владелец чайной. – Веди.
Шунь Шун прошла между молодых людей и побрела вперёд, ступая на мост. Как только она отдалилась, Шангуань Цзян заговорил:
- Как думаешь, это сделал её отец? – негромко спросил он Ву Юншена.
- Безусловно. Ни один нормальный родитель не будет использовать в виде наказания вырезание лица собственного ребёнка, – ответил парень.
Шангуань Цзян двинулся вперёд за уже перешедшей мост Шунь Шун. Постояв ещё несколько мгновений, Ву Юншен поспешил за владельцем чайной.
Доходил час Сюй (19:00-21:00), на улице становилось прохладно. Перед Шангуань Цзяном предстала ветхая хижина. Во дворе были высажены грядки, а перед домом стоял стол, за которым сидел пожилой мужчина, вырезающий из обрубков дерева ложки. Компания, открыв такую же старую деревянную, как сам дом, калитку, пересекла границы двора. Заметив краем глаза движение, Ма Бэй повернул голову и, заметив среди группы людей Шангуань Цзяна, резко встал. Не выпуская маленький нож, он бросился в дом. Удивившись такой реакции, Шангуань Цзян, дойдя до хижины, постучал в неё.
- Ма Бэй, я Лун Мин и хотел бы с вами поговорить, – начал владелец чайной.
- Проваливайте, а то будет хуже! Я не собираюсь с вами разговаривать! – раздался недовольный возглас старика.
- Ма Бэй, мы хотим лишь кое-что спросить, – попробовал вновь Шангуань Цзян, но почувствовал, как кто-то дотронулся до его плеча. Это был Ву Юншен. Прочитав в глазах «Отойди», юноша поспешно отошёл от входа. Внезапно дверь хижины с грохотом упала, чуть не придавив собой старика, вовремя успевшего отпрянуть от неё.
- Зачем ты.., – он не успел договорить.
- Он бы и не открыл иначе, – легко, словно каждый день этим занимается, ответил Ву Юншен. Сзади прилетел подзатыльник.
Перейдя порог хижины и перешагнув через дверь, Шангуань Цзян вошёл в дом. Старик с испуганным взглядом, словно косуля, загнанная в угол, пятился назад.
- Ма Бэй, мы хотим с вами лишь поговорить о случившемся в лесу, – спокойным голосом, будто пытаясь успокоить плачущего ребёнка, сказал Шангуань Цзян, медленно приближаясь к мужчине, который уже стоял около стены, ожидая худшего.
- Нет! Уходите! А то будет хуже! – закричал он и кинулся прямо на владельца чайной, замахнувшись ножом, который всё это время был у него. Расстояние моментально сократилось, но некто встал перед Шангуань Цзяном. Ву Юншен. Старик, не успев понять, что произошло, с силой попытался воткнуть нож в руку парня. Тот лишь отмахнулся. Ножик упало на пол. Не став медлить, Ву Юншен схватил пожилого человека и, скрутив его руки, усадил на стул, который стоял в помещении.
- Что ты творишь, щенок!? – вскрикнул старик.
- Мы хотели спокойно с вами поговорить, – начал Шангуань Цзян, ставя стул напротив мужчины. – А вы взбеленились и стали размахивать ножичком. Очень глупо, – закончив, парень поднял с пола нож. Сев на стул, он придвинулся ближе.
- Не надо, господин! – взмолила Шунь Шун, бросившись к ногам Шангуань Цзяна и схватившись за полы одежды.
- Успокойся, – ответил он, слегка улыбнувшись. – Мы любезно поболтаем, а ты пока выйди. Мы недолго.
Нехотя девушка встала с колен и покинула хижину, усевшись за столом во дворе. Проводив её взглядом, Шангуань Цзян повернул голову к мужчине, уставившись на него.
- Не бойтесь, это лишь для безопасности, – сказал он, указывая на нож. – Давайте сначала. Ма Бэй, вы подвезли меня и моего дядю до Луаня. Что произошло ранее?
Видя, что деваться некуда, мужчина выпалил:
- Вас пытались убить.
- Кто?
- Ваш дядя. Он замахивался камнем, когда я проезжал мимо. Я решил сделать вид, будто ничего не видел, и проехать дальше, но он меня остановил. Отчаянным голосом молил довезти его до Луаня. Сказал, что вы потеряли сознание, и что он просто приглядывал за своим господином.
- Вот как, – задумчиво сказал Шангуань Цзян. – Ву Юншен, отпусти Ма Бэя и верни дверь на место. Мы уходим.
Встав со стула, владелец чайной побрёл к выходу. Подойдя к Шунь Шун, он положил нож на стол и устало выдохнул.
«Что же ты, Лун Мин, наделал такого, что мне приходится разгребать все последствия за тебя? Может, просто уйти и начать жизнь с чистого листа?» – подумал Шангуань Цзян.
Вскоре подошёл Ву Юншен, закончив с дверью.
- Куда дальше, Лун Мин? – поинтересовался он.
- Шунь Шун, можешь нас провести в кузнецу? – уставшим голосом спросил Шангуань Цзян.
- Да, конечно, господин.
Кузня находилась недалеко от чайной, в нескольких кварталах. Печи горели в ней и днём, и ночью, обволакивая жаром соседние дома. В самом помещении стояла духота, не дающая не привыкшим к таким условиям людям спокойно дышать. В кузнеце работало восемь умелых мастеров, на загорелой коже которых блестел пот.
К компании подошёл мужчина средних лет, вытирая рукой пот со лба.
- Чем могу помочь? – спросил он.
- Нам нужен кузнец, который сможет сделать стальной веер, – ответил Шангуань Цзян, смотря снизу вверх на высокого, словно скалу, мужчину.
- Веер? У вас есть чертёж? – спросил кузнец.
- Чертёж?
- Лун Мин, держи, – сказал Ву Юншен, протягивая неизвестно откуда взятый пергамент и чернильницу с кистью.
Ничего не сказав, Шангуань Цзян взял лист бумаги и, облокотившись на стол, стоящий в кузнеце, начал вырисовывать чертёж веера, попутно делая пометки к вееру. Закончив, юноша отдал кузнецу набросок для изготовления оружия.
- Как будет готово, отправим в чайную весточку, господин.
Расплатившись, Шангуань Цзян поспешил покинуть кузнецу. От духоты жгло лёгкие. Уйдя на улицу и вдохнув полную грудь воздуха, юноша ощутил лёгкую прохладу, которая успокаивала боль в груди.
- Лун Мин, зачем тебе веер? – спросил Ву Юншен, выйдя с Шунь Шун следом за парнем.
- Потом узнаешь, – коротко ответил Шангуань Цзян. – Пора возвращаться, час Хай начался (21:00-23:00), – он посмотрел на небо, в котором уже появился закат, настолько наливного цвета, что казалось, что в небе повисла целая ягода.
Продолжение следует... :>
Тгк: ~беседка Чунхуа~
ЭКСТРА новогодняя
– Вы уже слышали? – вполголоса спросила одна из учениц школы заклинателей, идя по тропинке, засыпанной снегом.
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что ходят слухи, что скоро лучших учеников пошлют на выполнение заданий.
Скрывшись за деревом, человек поспешил уйти.
– А-Мин, – громко позвал своего друга Ву Юншен, закрывая за собой дверь и обстукивая сапоги от снега. – Ты уже слышал про следующее задание? – спросил он, снимая с себя цю (шуба) и садясь на кровать.
– Чего ты так базлаешь (кричишь)?! – Крикнул в ответ Шангуань Цзян, испугавшись резко появившемуся другу. – Какое задание? Мы ведь только недавно вернулись с предыдущего.
– Слушок пошёл, что глава школы собирается лучших учеников послать. Понимаешь?
– Ага, и нам с тобой не отвертеться, – с досадой произнёс Шангуань Цзян.
– Да. Ну ничего, помирать, так молодыми! – С оптимизмом сказал Ву Юншен.
«Вот идиот», – подумал про себя молодой человек. – Ладно, давай спать, завтра опять вставать в час Мао (5:00-7:00) на тренировку Сы Юаня (размышляющий о далёком).
Юноши разделись и улеглись на свои кровати. В эту ночь они оба не могли долго уснуть.
Первый проснулся Шангуань Цзян. В комнате было темно, лишь падал свет из окна на тёмный пол. Встав с кровати, молодой человек подошёл к окну, за которым хлопьями валил снег. На улице было светло, словно днём, и пусто. Казалось, как будто в этом мире остался только он.
«Бедный Хао Жань (могучий дух), – подумал про себя парень. – Ему завтра придётся весь двор чистить от снега». – Улыбнувшись, он начал наблюдать за красотой зимы.
– Ты чего не спишь? – Тихо прошептал на ухо Ву Юншен, незаметно подкравшись сзади. Шангуань Цзян вздрогнул от неожиданности. Ву Юншен медленно склонился к его шее и нежно, точно дуновение ветра, поцеловал нежную кожу. Поцелуй был тихий, вкрадчивый, потом чуть увереннее, словно парень пытался передать без слов то, для чего не находил подходящих фраз.
– Ву-эр, хватит, – тихо, почти беззвучно прошептал Шангуань Цзян.
– Почему? Тебе не нравится? – Ненадолго прервавшись, спросил Ву Юншен на ухо парню так, что у того побежали мурашки по телу.
– Не то, чтобы нет, я сегодня устал, – смущённо сказал Шангуань Цзян.
– Хорошо, тогда давай просто постоим. – Сказав это, Ву Юншен обнял со спины юношу.
***
– Шангуань Цзян, тебя и Ву Юншена зовут к главе, – догнав юношу, сказала молодая заклинательница.
Остановившись около дерева и переведя дух от долгого бега, Шангуань Цзян отыскал взглядом Ву Юншена и подозвал к себе.
– Молодые люди, куда это вы собрались? Не уж-то уже пошли отбывать наказание за неповиновение мастеру? – Окликнул парней Сы Юань, сидящий среди снега в тёплом цю. Это был пожилой заклинатель, доживавший последние годы жизни.
– Мастер Сы, нас вызвал глава школы, – вежливо ответил Ву Юншен.
– А, хорошо, хорошо, – потирая меж пальцев седую редкую бородку и покуривая в длинную трубку, сказал старик. – Помните, – уже переключившись на оставшихся учеников. – Сегодня тяжело, завтра будет ещё тяжелее, но послезавтра будет прекрасно.
Ву Юншен взял за плечи Шангуань Цзяна и развернул его.
Уйдя с тренировки Сы Юаня, юноши дошли до навесного моста, ведущего к главному пику. Пик со всех сторон окружала пропасть, чью глубину до сих не могли определить. К мосту стекались другие заклинатели.
– Как думаешь, глава позвал нас для того самого дела? – Шагнув на мост, спросил Ву Юншен у своего друга.
– Кто знает, – коротко ответил он и пошёл за парнем.
Перейдя пропасть и оказавшись на земле, перед юношами предстало большое здание. Войдя внутрь, друзей встретили стены, исписанные именами лучших заклинателей, обучающихся в школе, и после ставшими известными.
За последними входящими с грохотом закрылись каменные двери.
– Приветствую вас, заклинатели, – раздался громкий мужской голос, доносящийся с середины зала. Шангуань Цзян и Ву Юншен подошли ближе. – Сегодня вас – сорок человек я позвал не просто так. Глава города Сиань сообщил нам о участившихся нападениях. Он утверждает, что очевидцы видели существо, непохожее на человека. Ваша задача — разделиться по парам и патрулировать город во время Чуньцзе (новый год). При встрече с нападавшим — убить. Вы отправляетесь завтра, на сегодня для вас обучение закончено, готовьтесь к заданию. – Сказав это, глава школы Зелёного нефрита одарил учеников взглядом, после чего те поклонились и спешно покинули зал.
Уйдя с главного пика, парни пошли до своей комнаты собирать вещи в дорогу.
Город Сиань находился в шичэне (2 часа) от школы.
***
Группа заклинателей шла по толком не проснувшемуся Сианю, с интересом засматриваясь на украшенные улицы. Город готовился к Чуньцзе, длящемуся пятнадцать дней. Праздник весны всегда заканчивается фестивалем фонарей. Дойдя до постоялого двора, компания, состоящая из десяти заклинателей, вошла в здание. Внутри их уже ждали.
– Добро пожаловать, заклинатели школы Зелёного нефрита. Мы рады видеть вас в нашем скромном постоялом дворе. — Улыбнувшись, сказала пожилая женщина, стоя перед молодыми юношами и девушками. – Для вас отделено всё правое крыло второго этажа. Располагайтесь.
Пройдя мимо хозяйки, каждый поклонился ей, выражая почтение к пожилому человеку. Шангуань Цзян и Ву Юншен шли рядом, держа при себе лишь цянькунь и спрятанные под плащами мечи. Молодые люди оказались замыкающими в толпе заклинателей. Пока все ученики разбрелись, занимая комнаты, юноши лишь поднимались по центральной лестнице, рассматривая здание изнутри, оно было роскошным.
– Слушай, а всегда постоялые дворы выглядели как бордель? — шёпотом спросил Шангуань Цзян у друга.
– У нас есть и такая услуга, – внезапно раздался голос старухи, являющейся хозяйкой заведения. – Простите, что подслушиваю.
Парни одновременно вздрогнули, не ожидая, что их разговор будет подслушан. Они остановились, пропуская женщину вперёд. Когда хозяйка скрылась за поворотом второго этажа, молодые люди смогли выдохнуть.
– Ладно, чего стоять-то, – сказал Ву Юншен, медленно поднимаясь по лестнице. – Пойдём, остальные, поди, прибрали себе лучшие комнаты. Как говорится: «Нам конфетки, вам объедки».
Ничего не ответив, Шангуань Цзян побрёл за другом. Поднявшись на второй этаж и повернув в правое крыло, парни пошли по очереди проверять, какие комнаты остались свободными. Постучав в первую дверь, они услышали раздражённое женское «занято!». Пройдя несколько комнат прислушиваясь, парни дошли до последней двери в крыле. Прильнув к ней ухом и ничего не услышав, молодые люди вошли. Комнатка оказалась довольно маленькой. Она вмещала в себя лишь одну кровать, деревянный стол со стульями и платяной шкаф.
– Ага, и как это воспринимать? – Задался вопросом Ву Юншен.
– Ну ничего, нам не привыкать. А тут довольно-таки мило. А что за вид у нас за окном, давай глянем, – Шангуань Цзян подошёл к окну и, открыв его, увидел лишь облезлую стену соседнего дома.
– Да уж, вид – шик, – с сарказмом протянул Ву Юншен. – Всё-таки, как я и говорил, они забрали себе лучшее...
– Вы двое, – молодой парень указал на других заклинателей. – Патрулируете район рядом с пекарней Фэй. А вы, – он посмотрел на Ву Юншена и Шангуань Цзяна. – Идёте в центр города и патрулируете вот этот квартал, – он ткнул пальцем в карту, обводя квартал удовольствия. – Вас всех сменят в час Хай (21:00-23:00). Начинаем!
Заклинатели начали расходиться по своим районам. Им предстояло находиться на ногах с часу Ше (9:00-11:00).
Выйдя на улицу, Шангуань Цзяну попал солнечный свет, сильно ударивший по глазам. Он начал тереть их.
– Вот чёрт! Что за день-то такой?! То дают комнату с одной кроватью, то посылают к куртизанкам, то это солнце проклятое! – Возмущался он. Со стороны выглядело так, будто он плакал, как плачут маленькие дети, протирая руками заплаканные глаза.
– Миленько, – озвучил мысли вслух Ву Юншен, смотря на своего друга.
– Я тебе сейчас дам! Мило ему! – Ву Юншен получил очередной подзатыльник от Шангуань Цзяна.
– Ладно тебе, пойдём уже.
Юноши дошли до «места работы». Улица была украшена не зажжёнными фонарями, развешанными меж двух зданий. Хоть и был день, девушки публичного дома расхаживали, зазывая клиентов.
– О, юный господин! – сказала одна из куртизанок, приблизившись легко, словно плывя по воде. От неё исходил приятный аромат жасмина, окутывающий и затуманивающий разум. – Поговаривают, молодость мимолётна, как бабочка на ветру, – заигрывающим голосом сказала она, обняв молодого человека за руку. – Позволь мне показать, как можно поймать её дыхание в тишине моих покоев. – Её голос был мягок и нежен, он успокаивал и гипнотизировал. На один миг Шангуань Цзян поддался чарам девушки. В его голове появилась приятная пустота.
– Ты говоришь с изяществом, достойным придворной поэтессы, но моё сердце уже сделало выбор. Пусть твои покои остаются местом, где время замирает для других. – сказал Ву Юншен, вырывая словами Шангуань Цзяна из гипноза и отстраняя ладонью руки девушки.
Парни поспешили дальше по улице, не собираясь вновь останавливаться.
– И какой там выбор сделало твоё сердце? – подначивающим голосом спросил Шангуань Цзян друга. Ву Юншен ничего не ответил. На его лице расползлась улыбка.
***
Парни вошли в комнату, захлопнув за собой дверь.
– Наконец-то! Последний день! Как же хорошо, что нападавшего смогли поймать и нас сменили! – Кричал от радости Шангуань Цзян. Юноша с разбега прыгнул на кровать, чуть не сломав её. – Эй, Ву-эр! – Сказал он, лёжа пластом, уткнувшись лицом в подушку. – Пойдём на фестиваль, всё-таки сегодня последний день Чуньцзе, – он повернул голову, смотря на своего друга, который сел рядом на кровать.
– Хорошо, А-Мин. Давай сходим, – сказав это, он склонился над щекой Шангуань Цзяна и, немного помедлив, небрежно поцеловал его.
– И что это было? – С неким возмущением сказал юноша, переворачиваясь на бок. – Разве это поцелуй? Смотри и учись!
Первым из комнаты вышел раскрасневшийся Ву Юншен, на чьей шее красовалось красное пятнышко. За ним последовал не лучше выглядящий Шангуань Цзян.
Улицы Сианя были украшены фонарями. С домов свисали целые «ленты» из них. На центральной улице расположилась ярмарка, а на площади, куда стекалось больше всего людей, разыгрывался традиционный танец дракона. Под ногами приятно хрустел свежевыпавший снег, продолжающий падать хлопьями на плечи юношей.
– Смотри, почти солнце зашло, – заметил Шангуань Цзян, смотря на небо, становящееся тёмного цвета.
– Быстро за мной, – сказал шёпотом Ву Юншен и, развернувшись, пошёл быстрым шагом. Шангуань Цзяну нечего было делать, как пойти за своим другом. Протискиваясь меж людей, парень стремительно шёл, стараясь не выпускать из виду Ву Юншена. Выйдя из толпы, юноша заметил своего друга, стоящего около дома, нервно посматривающего на небо.
– Быстрее! – Поторопил Ву Юншен, заворачивая в пространство между зданий.
– Да куда ты так гонишь?! – Сказал Шангуань Цзян, следуя за парнем. Наконец нагнав своего друга, юноша остановился. – Ну и зачем мы здесь?
– С Новым годом, А-Мин, – сказал Ву Юншен, доставая из цянькуня шпильку, украшенную различными узорами. Это была не просто шпилька для волос, которые раньше были у Шангуань Цзяна, это было нефритовое украшение, подаренное дорогим человеком!
– Спасибо тебе, Ву-эр! Безмерно благодарю тебя! – Не переставал восклицать слова благодарности парень.
Раздались восторженные голоса, свидетельствующие о том, что фонари были запущены. Молодые люди посмотрели в небо. Оно озарилось тёплым светом. Снег продолжал падать на лица друзей. Друзей, у которых были только они сами. Друзей, переживших тёмные и светлые полосы этой жизни.
P.S. Дорогие читатели, лично от себя хочу поздравить и пожелать, чтобы у вас было замечательное настроение в это чудесное время года, как Новый год, и чтобы у вас были такие же крепкие отношения с друзьями, как у моих мальчиков. С наступающим!
Ли Чунхуа:3
Аu-экстра новогодняя
Аu-альтернативная вселенная.
Если бы персонажи «Веера и Пиалы» отмечали Новый Год в России.
В маленькой съёмной квартире царил предновогодний хаос. Шангуань Цзян, завязывая волосы в хвост, в сотый раз проверял по списку купленные продукты. Ву Юншен же, насвистывая весёлую мелодию, развешивал гирлянды на стены.
– Слушай, а может, ёлку настоящую возьмём? – Предложил Ву Юншен, смотря на искусственную, доходящую до пояса.
– Она же осыпаться будет, – ответил Шангуань Цзян, не отводя глаз от списка. – Хотя… знаешь, – задумчиво сказал он. – В этом что-то даже есть.
Ву Юншен посмотрел на Шангуань Цзяна и, спустившись со стремянки, пошёл в коридор за куртками.
Друзья шли по нарядным улицам города Х. Гирлянды висели на вывесках закрывающихся магазинчиков, обволакивали стоящие в снегу деревья. Дойдя до прилавка, в котором обычно продавались пушистые красавицы, юноши обнаружили лишь то, что осталось. Облокотившись о стену, стояли облезлые, почти голые ёлки.
– М-да, ты эти ёлочки хотел? – С усмешкой спросил Шангуань Цзян, смотря на друга.
– Мужчина, извините, – обратился к продавцу Ву Юншен. – И это всё, что осталось?
– Здравствуйте, молодой человек, – поприветствовал он парня. – У нас остались только эти, но раз вы пришли за несколько часов до Нового года, я вам помогу.
«Удивлюсь, если у него есть ещё несколько ёлок в запасе в шикарном виде», – подумал про себя Шангуань Цзян, потирая руки от холода и провожая взглядом уходящего Ву Юншена. Парень скрылся за дверью прилавка.
Не прошло и двух минут, как юноша вышел, держа в руках пушистую зелёную красавицу, от которой исходил хвойный, сводящий с ума, запах.
Зайдя по пути в магазин и купив несчастный зелёный горошек, который вся страна ежегодно забывает купить, друзья направились счастливые домой.
Пока Ву Юншен устанавливал ель в углу комнаты и развешивал гирлянды, Шангуань Цзян колдовал на кухне. Он добавлял горох в салат. Покончив с этим, парень принялся за особое праздничное угощение – имбирное печенье с глазурью.
– А-Мин, а давай сделаем что-то необычное? – Предложил Ву Юншен, доставая с верхней полки шкафа коробку с игрушками.
– Что, к примеру? – Спросил Шангуань Цзян, выкладывая на противень готовое тесто для печенья.
– Например, повесим на ёлку несколько игрушек, с которыми связаны наши общие воспоминания.
Идея захватила обоих. Поставив в духовку печься печеньки, Шангуань Цзян подошёл к своему другу. Достав из коробки серебряного ангела, юноши повесили его на самую верхнюю ветвь. Эту игрушку они купили на первую совместную зарплату. После в дело пошёл олень – память о поездке в горы, и даже маленькую фигурку пингвина, которую нашли у бабушки Ву Юншена на верхней полке шкафа.
– А у нас в семье знаешь как было принято? – Начал Шангуань Цзян, развешивая оставшиеся шары на нижние ветви ели.
– И как же?
Самую верхнюю ветвь занимала игрушка часов времён Советского Союза, ниже справа висел дед Мороз, а слева висела Снегурочка с размазанным лицом. Они были стеклянными, а закреплялись за проволоку. Каждый раз, вешая их, я натыкался на острые иголки. После этого все руки чесались. О, а знаешь, как наша собака относилась к этому всему! Этот маленький пёс-барбос, пока нас не было рядом, проходил, обтираясь об дерево. Из-за него каждый раз приходилось перевешивать игрушки выше.
– Интересно у вас было, – сказал Ву Юншен поникшим голосом.
– Так, нечего вешать нос! – Сказал Шангуань Цзян, заметив грустный взгляд друга. Придвинувшись поближе, он приобнял Ву Юншена. – Ну чего ты, Новый год же. Наверстаешь ещё упущенное.
– Ты прав, чего-то я расклеился под канун праздника, – сказал он, шмыгая носом. Он встал на ноги в тот момент, когда прозвенел будильник, напоминающий о имбирных печеньях. – Пойду достану, – сказал он и быстро направился к духовке.
– Руки прочь! – Закричал Шангуань Цзян, вставая с пола и одновременно кряхтя, побежал за другом. Словно молния, он в момент оказался около юноши, вовремя схватив того за руку. – Этого мне ещё не хватало! В предыдущий раз ты чуть мне кухню не сжёг, разогревая на плите варёную картошку!
***
«Так, пока А-Мин ушёл переодеваться, пойду скоммунизжу печеньку», – подумал про себя Ву Юншен, тихо подкрадываясь к столу.
Как только он взял одну и засунул себе в рот, на пороге комнаты появился Шангуань Цзян.
– Не мог бы ты, пожалуйста, застегнуть пуговицы на спине рубашки, – попросил парень, не обращая внимание на Ву Юншена, стоящего с округлыми глазами по пять копеек и целым печеньем во рту.
Ничего не ответив, парень подошёл сзади к другу и начал застёгивать пуговицы, одновременно стараясь незаметно прожевать халявное угощение.
Почуяв запах имбиря, Шангуань Цзян обернулся и уставился на друга. Тот, не сдержав улыбки, начал смеяться, давясь крошками.
– Ах ты придурок! Это было на Новый год! – Закричал Шангуань Цзян, ударив рукой по спине друга.
***
– Знаешь, за этот год, прожитый вместе, я могу сказать, что наша дружба становится всё крепче и крепче, как это вино! – Провозгласил Ву Юншен, доставая из дверцы холодильника красное вино. В этот момент часы на его руке засветились, показывая полночь.
В эту ночь два друга поняли: настоящее счастье – это не в подарках под ёлкой и не в шумных вечеринках. Оно в простых моментах, проведённых с теми, кто тебе дорог, и в умении создавать волшебство своими руками.
За окном кружились снежинки, словно подтверждая, что Новый год – это время чудес, которые мы создаём сами.
P.S.: Вот так мои любимые мальчики встретили праздник в альтернативной вселенной. А я пожелаю вам хорошего настроения в такой чудный момент, как Новый год. С наступающим!!!
Ли Чунхуа :3
1 том 4 глава. Задний двор
Возвратившись в чайную, юнош встретил Лэй Зиан. Как только он поклонился, позади него раздался женский крик:
– Сяоди! Мой милый сяоди! – испуганным голосом воскликнула Лун Мэй-Син, быстро спускаясь с лестницы поддерживая подол ханьфу. Подбежав к молодым людям, девушка бросилась с объятиями к брату.
– Почему я узнаю от Лэй Зиана, что ты ушёл, не сказав мне?! Ты ведь только недавно очнулся! – Лун Мэй-Син отпрянула от юноши, взяв его за плечи. – А если бы что случилось! – на её глаза начали наворачиваться слёзы. – Ты же знаешь, что ты и мама остались лишь одни у меня! А если бы что-то случилось, ты об этом подумал?! – по её щекам потекли слёзы, а губы охватила дрожь. Девушка опустила голову, не в силах поднять.
Не ожидая такого поворота событий, Шангуань Цзян стоял неподвижно, не зная что делать.
– Шицзе, послушай, – собравшись с мыслями, заговорил парень, нервно потирая руки, – всё хорошо, не волнуйся, со мной ничего не случилось. Я здесь, – сказал он спокойным голосом, пытаясь скрыть нотки волнения и нервозности в голосе. За него в прошлой жизни ещё никто так не переживал, все происходило впервые. Не зная, что делать, Шангуань Цзян повернул голову к Ву Юншену, ожидая, что тот поможет. Парень же жестами показал, что стоит обнять сестру.
Повернув голову обратно к сестре, молодой человек, аккуратно, словно боясь обломать лепестки дивного цветка лотоса, обнял девушку.
– Лун Мэй-Син, послушай, – сказал Шангуань Цзян, чувствуя как его плечо постепенно намокает, – если бы со мной что-то произошло, то в любом случае, у меня есть мой личный охранник, который в любую минуту сможет помочь.
Сестра, выскользнув из объятий, посмотрела на рядом стоящего Ву Юншена, и шмыгнув носом, сказала:
– Ты прав сяоди. Этот молодой юноша дважды спас тебя, значит сможет спасти и ещё раз.
– Госпожа, – тихо сказал Лэй Зиан, подойдя к Лун Мэй-Син. – Вам стоит отдохнуть.
– Хорошо, – хрипловатым голосом сказала девушка. – Доброй ночи, сяоди.
Мужчина проводил сестру по лестнице до её покоев.
– Нам бы тоже пойти, – сказал Шангуань Цзян, обратившись к Ву Юншену. – Завтра встречаемся в час Мао на первом этаже – ты согласился со мной тренироваться.
– Хорошо, – ответил парень. – Доброй ночи. – сказав это, Ву Юншен поклонился и пошёл на второй этаж в комнату для гостей.
Дождавшись пока за юношей хлопнет дверь, Шангуань Цзян побрёл в свои покои, погрузившись в раздумья.
Он думал о многом, но у всех мыслей была одна общая нить, ведущая в его прошлое. Молодой человек прокручивал в голове фрагменты воспоминания, того, как будучи совсем ребёнком начал жить с незнакомцем.
На момент вынырнув из воспоминаний, словно делая глоток воздуха посреди океана, Шангуань Цзян понял, что лежит на кровати в своей комнате. Палочка благовония, стоящая в курильнице, догорала, наполняя пространство приятным ароматом жасмина.
«Надо постараться уснуть. Завтра вставать на тренировку – это тело очень слабо для внешнего мира» – подумал молодой человек, и закрыв глаза, сам того не заметив, моментом уснул.
В комнате раздался короткий, но громкий стук. Стук, который мог означать лишь одно – он проспал. Через силу продирая глаза, до Шангуань Цзяна донёсся голос Ву Юншена:
– Лун Мин, доброе утро, – сказал юноша из-за двери. – Пора на тренировку. – Не услышав ответа, он хотел было ещё раз постучать, как услышал возню в покоях своего господина. – Лун Мин, я буду Вас ждать на первом этаже, – сказав это, Ву Юншен ушёл.
«Вот черт. Надо же было так крепко уснуть» – подумал про себя Шангуань Цзян, нехотя вставая с кровати.
Омыв лицо прохладной водой из кувшина, стоящего в углу комнаты на комоде, молодой человек надел ханьфу. Заколов волосы шпилькой как можно выше, дабы не мешались, Шангуань Цзян поспешил на первый этаж чайной.
Оказавшись внизу, парень увидел Ву Юншена, потупившего в одну точку.
– Ну что, пойдём? – спросил Шангуань Цзян подойдя ближе.
– Да, конечно, – слегка вздрогнув от неожиданности, ответил Ву Юншен.
Молодые юноши вышли на задний двор. Солнце поднималось с каждой минутой, где-то вдали в другом районе города кричали петухи, оповещая всех о наступлении утра. Простые рабочие просыпались, собираясь на работу, в то время как элита, мирно досыпали в своих покоях.
Задний двор чайной представлял собой полузаросший сад, в котором росли деревья, чьи кроны плотно переплетались между собой, создавая купол.
– Лун Мин, зачем Вам нужны тренировки? – спросил Ву Юншен не оборачиваясь.
– Понимаешь ли, – начал Шангуань Цзян, – у меня тело очень слабое. Настолько, что любой прохожий может меня повалить с ног, – сказал он, упомяная ситуацию на центральной улице.
– Я Вас понял, – ответил парень. – Вы хоть когда-нибудь занимались ушу? – спросил Ву Юншен.
– Да, но это было очень давно, – солгал Шангуань Цзян. В прошлой жизни шифу его натренировал так, что юноша мог среагировать на любую атаку моментально. Что на счёт этой жизни: тело и вправду слабо. Навряд ли, предыдущий хозяин хоть раз занимался чем-то подобным. Шангуань Цзян был уверен, что за несколько дней у него не могли пропасть знания, накапливаемые годами. Но вот в чём он точно колебался, так это: сможет ли его новое тело, перенять все навыки.
– Отлично, – сказал Ву Юншен, поворачиваясь к парню. – Тогда приступим.
Сказав это, молодой человек занял низкую позицию мабу (стойка всадника), расставив ноги на ширину плеч и согнув их в коленях.
Не став медлить, Шангуань Цзян занял защитную позицию гунбу (лук и стрела), выставив вперед правую ногу, при этом с силой сжав кулаки у пояса.
Первым кто сделал шаг был Ву Юншен. Его движения были резкими, но при этом точными. Подойдя ближе к Шангуань Цзяну, он попытался нанести прямой удар чунцюань в корпус, но тот ответил блоком, отведя атаку в сторону.
– Очень хорошо, – заметил Ву Юншен и слегка улыбнулся.
Никак не отреагировав на слова, Шангуань Цзян попытался сменить тактику, меняя роли. Теперь он нападал, а Ву Юншен отбивался. Сделав несколько выпадов вперёд, молодой человек попытался сделать бросок шуайцзяо, схватив своего соперника за рукав. Но что-то в этот раз пошло не так. Он не смог перекинуть Ву Юншена. Вместо этого Шангуань Цзян разом ощутил острую боль во всём теле. Не успев опомниться, он инстинктивно закрыл глаза и рухнул на землю. Ощутив твёрдую поверхность под собой юноша открыл глаза. Вокруг всё сменилось. Вместо заднего двора чайной был густой непроходимый бамбуковый лес. Повернув голову, пейзаж не поменялся. Шангуань Цзян стоял в гуще.
– Кричать здесь бесполезно, – раздался тихий голос поблизости. – Тебя никто не услышит.
Вздрогнув от неожиданности, Шангуань Цзян стал искать источник звука.
Бесполезно, меня ты не увидишь, – произнёс вновь голос.
– Кто ты? – задал вопрос парень.
– Тебе не обязательно знать. Ты здесь по другой причине.
– По какой?
Продолжение следует :>...
Тгк: ~беседка Чунхуа~
Спасибо за чтение
Вернуться к книге