Ведун. Книга 2.

Ведун. Книга 2. Глава 1.

ВЕДУН. Книга 2.

Глава 1.

Внезапно чья-то широкая ладонь зажала Андрею рот. В нос едко ударил запах давно не мытого тела. Молодой человек выпучил от неожиданности глаза и, не понимая, что с ним происходит, стал рефлекторно громко мычать и брыкаться, извиваясь всем своим связанным телом. Неужели его решили в дороге по-тихому задушить!? Какой ужас!

- Тихо, ведун, не шуми и себя и нас погубишь, - кто-то горячо зашептал ему прямо в ухо.

Андрей замер, перестав брыкаться. Он не мог поверить! Это был голос Микши, его старого друга и лучшего дружинника покойного князя Вятко. Но как? Быть того не может! Откуда он тут? Андрей считал его давно погибшим в той дикой резне в лесу, на третий день его собственной свадьбы. Прошло уже столько дней. Неужели он каким-то чудом уцелел?!

- Не шуми, - повторил Микша и снял руку с его рта.

Вокруг стояла тихая безлунная ночь. Совсем невдалеке от них, в центре небольшого походного лагеря, ярко полыхал костёр и слышались приглушённые голоса ночных дозорных.

- Микша! Ты жив!? – тихо воскликнул Андрей, - Вот радость то! Откуда ты здесь?

- Ш-ш-ш, да тихо ты, - зашикал на него дружинник, - Знамо дело – жив, коли ёрзаю тут перед тобой на коленках. Мы за обозом по следам шли, чтобы выручить тебя из неволи. Сейчас я верёвки перережу, - сказал он, доставая кинжал.

- И давно уже идёте?

- Да уж третий день. Со мной кузнец наш из Кордно Пушта, небось помнишь его, и ещё пара верных отроков. Мы были совсем рядом, да всё случая подходящего не было, чтобы тебя освободить, - отвечал Микша, возясь с верёвками.

Андрей терпеливо ждал. Его конвоиры, получив строжайший приказ князя Божедара - доставить в целостности важного пленника в Хазарию, глаз с него не спускали ни днём, ни ночью. О побеге нечего было и думать. Шли вместе с обозом, в котором везли Кагану ценные подарки и других рабов. Каждую ночь Андрея связывали по рукам и ногам, чтобы не сбежал и ещё дополнительно привязывали к обозной телеге, в которой он и спал под ворохом тряпья и соломы.

По началу его «тюремщики» относились к нему с некоторой опаской. Что и говорить, слухи о могуществе ведуна гуляли по всей земле вятичей. Но, поняв, что ничего страшного им не грозит, они стали обращаться с ним, как с обычным пленником, проданным в рабство.

- Как там дома? Как моя Весна? – торопливо спрашивал Андрей, пользуясь случаем.

- Я-то сам в городище не совался, после того как тогда в лесу от душегубов Божедара еле ушёл. В лесу жил. Одичал совсем, прямо как леший стал, - отвечал Микша, - Но Пушта сказывает, супруга твоя жива и здорова, но пребывает в большой печали. Оплакивает тебя, словно умершего. А в городище на вече Божедара новым князем избрали. Он в смерти Вятко и его нарочитых людей обвинил северян. Дескать они засаду учинили. Грозится походом на них пойти. Кровной мести добыть за убийство брата. А в Кордно теперь всем первый старейшина Хорив, да Верховный волхв заправляют. Они, люди говорят, тоже в сговоре с Божедаром были.

- Лживые паскуды, предатели, - выругался сквозь зубы Андрей, - Чтоб им сдохнуть!

- Для начала, нам бы самим тут не сдохнуть, - разумно заметил Микша, - Еле поспели за вашим обозом. Ну, всё, ты свободен.

- Вы очень вовремя, - сказал Андрей, энергично разминая затёкшие конечности, - Я слышал обрывки разговоров моих провожатых. Завтра мы уже доберёмся до окраинных границ Хазарии и там они передадут меня людям Великого Кагана. Радовались, бестии, что в обратный путь скоро.

- Значит нужно спешить, - тихо отвечал Микша, - Другого случая уже не будет. В Хазарии, боюсь нам тебя уже не достать. Там, в степи, всё как на ладони. Ну, поднимайся. Идти можешь?

- Кажись могу, - не очень уверенно отвечал Андрей, чувствуя слабость в ногах, - Ослаб я очень.

- Да выглядишь неважно, - окинул его взглядом дружинник, - Исхудал, да оброс весь. Небось кормили скверно?

- Не то слово… сволочи. Одними объедками.

- Ладно, идём по-тихому, - у нас тут кони недалече.

Но «по-тихому» не вышло. А вышло, как всегда, «через одно место». Это только в фильмах герои ловко одурачивают своих врагов и в самый последний момент ускользают невредимыми. На этот раз всё случилось до боли банально. Один их ночных дозорных решил отойти по нужде подальше от костра и случайно наткнулся прямо на беглецов. Вот он - Его Величество Случай. И приспичило же, блин, человеку не ко времени!

- Тревога, братцы! К оружию! – завопил он, - Тут чужаки! Ведун сбегает!

В следующую секунду из ночной черноты соседних кустов вылетела стрела и вонзилась дозорному прямо в горло. Его крик резко оборвался, и он с каким-то хриплым бульканьем рухнул в снег, захлёбываясь кровью. Но было поздно, своё дело он сделал. В лагере послышались крики и поднялась суматоха. Из походных шатров выскакивали вооружённые люди. В ночной темноте ярко вспыхнули факелы. Теперь беглецов заметили и другие.

- О Боги! Ведун сбегает! За ним! – послышались крики, - Вон они! Смотрите!

- Беги, Андрейка, вон в те кусты, - быстро шепнул ему Микша, - Там Пушта притаился с лошадьми.

- А как же ты?

- Обо мне не думай – выкручусь! Не впервой. Ну же – беги!

И он ловко метнул кинжал в подбегавшего дозорного. Тот, словно споткнувшись, повалился на землю. Ещё одного сразила стрела Пушты. Андрей изо всех сил припустил по указанному Микшей направлению. А дружинник, выхватив меч, встретил преследователей лицом к лицу. Клинки со звоном скрестились. Молодой воин, ловко увернувшись от страшной секиры, одним ударом уложил очередного противника. Но уже подоспели остальные.

- Торопись! – крикнул Микша, отбиваясь от наседавших врагов.

Легко сказать. Бежать по рыхлому снегу на ослабевших ногах, да в рваной обуви было нелегко. Андрей, задыхаясь и путаясь в полах свиты, напрягал все силы, чтобы добежать до спасительных кустов. Но когда он уже был от них в нескольких шагах, то увидел, как там вдруг замелькали факелы и послышались отчаянные крики, звон оружия и звуки борьбы. Очевидно преследователи обнаружили Пушту и его отроков. Андрей не знал, что теперь ему было делать. Но тут из-за кустов прямо на него выскочила осёдланная лошадь, вероятно, одна из тех что держал наготове бывший кузнец. Резкие звуки спугнули животное. «Спасибо тебе, Господи!» - воскликнул Андрей про себя, хватая поводья. Не мешкая ни секунды, он вскочил в седло. А теперь – бежать!

Он слабо себе представлял куда именно бежать – главное подальше от лагеря его тюремщиков. А там видно будет. Некоторое время он просто нёсся напролом сквозь лесную чащу, почти не разбирая пути, то и дело понукая свою лошадь. Наконец, немного успокоившись, он остановился, давая перевести дух и себе и лошади. Беспокойно огляделся вокруг и прислушался. Кругом тишина. Непроглядную ночную темень разгоняли лишь редкие звёзды на ночном небе, да отражённый блеск снега. Звуков погони не было слышно. «Ну ты даёшь, Андрюха! – ожил, молчавший всё время, внутренний голос, - Просто Рэмбо какой-то! И что дальше?» А и правда. Что же дальше?

Бывший учитель истории средней школы № 25 из нашего XXI-го века, оказавшийся в одночасье по воле невероятного случая в далёком-предалёком VIII-ом веке, за несколько месяцев, проведённых в большом славянском племени вятичей, сделал там «блестящую карьеру». Используя свою находчивость и некоторые не хитрые вещи из современного ему мира, он сумел быстро подняться по социальной лестнице среди своих простодушных и суеверных предков от простого пленника и дурачка-баламошки до могущественного ведуна – советника и огнищанина местного князя Вятко. Даже женился на прекрасной девушке из знатного рода с прекрасным именем - Весна.

Но, к несчастью, произошёл «дворцовый переворот». Власть захватил младший брат князя – Божедар. Он, как это обычно и бывает в таких случаях, благополучно перебил всех своих «политических противников» и их сторонников. Неугодного же ведуна попросту продал в рабство хазарам, у которых на того был большой зуб.

Андрей многому уже успел здесь научиться, кроме одного. Ему, сугубо городскому жителю, так и не удалось научиться ориентироваться в глухом и незнакомом лесу, тем более ночью. Здесь не было мощёных дорог с фонарями, ни адресов, ни указателей с названиями улиц, ни даже прохожих, которые могли бы подсказать правильный маршрут. Не было у него с собой ни карты, ни компаса, а его тачка модели «лошадь», к сожалению, JPS-навигатором не была оборудована. Ориентироваться по звёздам, как древние мореплаватели он, книжный червь, редко покидавший в своей жизни стены академических кабинетов, тоже не умел. Побродив наугад по бескрайнему лесу, он окончательно заблудился и совершенно не представлял себе куда ехать. Вот незадача!

Между тем, нервное напряжение спало, адреналин в крови «успокоился» и он отчётливо представил всю хреновость своего теперешнего положения. Совершенно один, зимой в глухом лесу, одетый в рваньё, без припасов, без оружия, без огня, чтобы согреться. А вокруг мороз, снег и дикие звери. Вот такие дела! Мороз и голод стали уже давать о себе знать. Он был и так сильно ослаблен, а теперь, после всех потрясений, и вовсе чувствовал такую дикую усталость, что еле держался в седле. «Похоже, приятель, мы вырвались с тобой на свободу только лишь для того чтобы свободно здесь сдохнуть» - грустно констатировал факт внутренний голос. И он был не далёк от истины. Помощи ждать было не от куда.

Но Андрей решил не сдаваться. Надо только поискать любую дорогу, которая могла бы вывести его хоть к какому-нибудь жилью. Выбрав направление, он поехал шагом, мерно покачиваясь в седле. Лошадь тоже от усталости еле волочила ноги. Бывший ведун замерз и зубы начали выстукивать барабанную дробь. Попытался плотнее завернуться в старенькую рваную свиту, но это не очень помогало. Сколько он уже ехал было не понятно. Счёт времени он уже давно потерял. Глаза слипались от холода и усталости. «Только не спать!» - приказывал он сам себе. Сколько ему ещё скитаться по этому долбанному бескрайнему лесу?! Кажется, скоро рассвет. Надо было найти хоть какое-то укрытие и немного передохнуть.

Голова стала словно чугунная, и уже перестала что-либо соображать, руки и ноги не слушались. Удивительное дело - он уже почти ничего не чувствовал, ни холода, ни голода. Постепенно на него накатывало какое-то блаженное небытие и безразличие. Лошадь, почуяв свободу, уже брела сама по себе. «Эй, чувак! Очнись! – беспокойно воскликнул внутренний голос, - Ты же не собираешься тут грохнуться в обморок посреди леса?!». Нет, конечно же, он не собирался. Сейчас поищет ночлег. Но силы окончательно покинули его измученное тело. В глазах все потемнело. Сладостное небытие радушно раскрыло свои объятья, и он провалился в её безмолвную пустоту.

*************************

Глава 2

Глава 2.

Свободный полёт поистине был прекрасен. Он летел! Он был абсолютно свободен! Ему было хорошо! Его душа, словно птица, парила в каком-то невообразимо огромном, безмерном пространстве, окружавшем её со всех сторон. Было так свободно, легко и приятно! Андрей изо всех сил пытался осознать, что же это за пространство такое? Куда он попал? Но тщетно. Понять он ничего не смог.

«Наверно, я умер?» - задал он мысленно вопрос в пустоту. «Нет, Андрей. Ты вовсе не умер, - неожиданно ответил ему знакомый голос, - Проста твоя душа проходит первый этап преображения». «Сима! – обрадовался он, - Что с мной? Где я». «Потерпи немного. Скоро ты всё узнаешь, - отвечала двуединая Богиня, - Сейчас твоя цель – Хазария! Ты попадёшь туда не просто так. Всё было предначертано твоей новой Судьбой. Помнишь – мы её изменили, с твоего же согласия? В Самандаре ты отыщешь другого Смотрящего по имени Берендей. Он тебе всё объяснит. Дальше следуй его указаниям. А с тобой мы свидимся позже». «Подожди, Сима…» - воскликнул он. «Позже, Андрей, позже, - слышался затухающий в дали голос, - А теперь, будь добр – ВСТАВАЙ!».

- Вставай! – кто-то сильно тряс его за плечи, - Эй, очнись! Ты жив ли? Проклятие! Может он замёрз тут до смерти?

- Да, нет – вроде жив, дышит. Просто в беспамятстве, - сказал другой голос.

Андрей с трудом открыл глаза, веки словно клеем смазали. Сознание медленно возвращалось в тело. Значит он не умер. Это хорошо! Он шевельнулся и тихо застонал.

- Жив, - удовлетворённо заметил тот, кто тряс его за плечи, - Только закоченел весь, повезло ещё, что не помер, да и звери до него не добрались. Везунчик, что и говорить!

Андрей окончательно пришёл в себя. Он спасён! Нашлись же добрые люди. Он поднял глаза, чтобы посмотреть на своих спасителей и поблагодарить их. Но слава застряли в горле и вместо благодарности он испустил тихий вой – это были его «тюремщики»! Твою мать! Опять - двадцать пять.

- Что, удивлён? Не ждал? – осклабился в щербатой улыбке его старший «надзиратель», - От чего ушел – к тому и пришёл. Так то, ведун. От Судьбы не уйдёшь и от нас тоже.

- Вообще, ты благодарить нас должен, - сказал другой, - Кабы не нашли мы тебя по следам, то к утру насмерть замёрз бы тут, али дикие звери тебя растерзали бы. А так – ты жив-живёхонек! Радуйся.

- Чему радоваться то? – еле прохрипел пленник посиневшими губами, - Хазарской неволе?

- Ну, любая неволя, должно быть, лучше смерти, - философски заметил его конвоир.

- Ладно, возвращаемся в лагерь, - скомандовал старший, - Надо ведуна выходить. Приказ князя – живьём его хазарам передать. Теперь мы уже точно к сроку не поспеем.

Вернувшись в лагерь, Андрея энергично растёрли, укутали в шерстяное одеяло и посадили поближе к огню. Кто-то сунул ему в руки миску обжигающе горячей похлёбки. Слава богу, кажется, сильного обморожения избежать удалось. Постепенно согреваясь и приходя в себя, он прислушивался к тому, что говорят у костра. Из дальнейших разговоров он узнал, что Микше снова удалось сбежать.

- Словно навья какая-то, просто растворился в ночи без следа, - разводили руками ратники, охранявшие обоз, - Может это был демон?

- Хватит брехать вздорное, - одёрнул их воевода, - Какие там демоны?! Человек это был, но вельми проворный, шельма. А с ним ещё трое. Одного мы посекли на месте, а ещё одного, верзилу такого, Дыняк копьём ранил. Но тот ушел, паскуда. Зато третьего мы повязали.

- Прикончить его! Они троих наших положили, ещё двоих поранили, - зашумели вокруг костра.

- Тише вы, баламошкины дети! Толку-то от него, от мёртвого? - рявкнул воевода, - Отрок молод и крепок. Мы его завтра хазарам отдельно от остальных продадим и серебро поделим. Никто и не прознает. Смекаете?

- Ну, так-то, знамо дело, лучше будет, - согласились все.

- А что с ведуном? – спросил вдруг кто-то.

Все повернули голову в сторону Андрея. Сам он тоже насторожился и прислушался.

- Ничего хорошего, - вздохнул воевода, видно было, что личной неприязни к несчастному пленнику он не испытывал. Просто выполнял приказ князя, - Слышал я, что вроде бы, по прибытии в Самандар, Каган намерен казнить его публично на центральной площади своей столицы.

- Вот это, да! Это для чего же? Мы то думали, что в неволю его везём.

- Показать всем, тщится - что ждёт тех, кто супротив его воле восстаёт. Дескать, вот даже могучий славянский ведун, дерзнувший выступить против него, и тот окончит свою жизнь на плахе в его столице. Никто в мире не смеет противиться его божественной власти и правом повелевать народами, - тоном наставника объяснял воевода.

Андрей чуть не поперхнулся своей похлёбкой! Так вот значит какие на его счёт «планы» у правителя Хазарии? Всё оказывается ещё хуже, чем он думал. Вместо неволи его ждала казнь. Плохи твои дела, Андрюха! А хотя, может оно и к лучшему. Чем многолетняя тяжкая неволя и ежедневные унижения, так уж лучше сразу… чик и готово! Как говориться: «Лучше ужасный конец, чем ужас без конца!» Эх, но всё-таки, жаль, что попытка Микши не удалась. И с Весной всё так нескладно вышло. Муж называется.

Как только взошло Солнце, воины начали сворачивать лагерь и собираться в дорогу. Андрея опять связали и накрепко приторочили к коню, которого должен был вести в поводу один из охранников. Но бывшему ведуну и так было не до побега. Ему нездоровилось. Видимо ночные прогулки по морозному лесу и долгое валяние на снегу не пропали даром. Похоже он заболел. Но его сторожей это не сильно волновало. Совсем скоро они передадут хазарам их пленника вполне живым, а дальше – не их забота. Всё в руках Богов.

- Послушай, воевода, там некий муж тебя спрашивает, - доложил ратник главе обоза.

- Чего-чего? – изумился тот, - Какой-такой ещё муж? Откуда ему здесь взяться то, посереди леса?

- А почём мне знать? Вон он там стоит, сам посмотри.

И действительно, на окраине лагеря появился высокий человек крепкого телосложения. Выглядел он необычно. Немного вытянутое вперёд, бледное узкое лицо и густые длинные, ниже плеч волосы, какого-то не то грязно-белого, не то серо-стального цвета. Взгляд его глубоко посаженных глаз, был тяжёлым, холодным и не очень приятным. Одет он был на хазарский манер, но уж очень легко, лишь в шаровары и суконный кафтан что явно не соответствовало погоде. Видно было, что мороз его не очень беспокоил. Никакого оружия воевода при нём не заметил. Незнакомец терпеливо ждал, пока воевода подъедет к нему.

- Доброго тебе утра, человече, - сказал начальник обоза, - Кто ты? Как здесь очутился? И о чём хотел со мной говорить?

- Кто я и откуда – сие не важно, - отвечал необычный человек низким, словно лающим голосом, - А говорить я хотел с тобой о пленнике. Желаю купить и за ценой не постою.

- Есть у нас один на продажу, - оживился воевода, - Добрый муж, молодой и крепкий. Прекрасный раб получится. Хочешь взглянуть?

- Нет, - коротко бросил странный человек, - Хочу вон того!

И он недвусмысленно указал на Андрея. Глаза воеводы сразу потускнели. Тихо ругнувшись себе под нос, он вслух громко сказал:

- Прости, но того никак не можно. Это личный подарок Великому Кагану. Может глянешь других?

- Другие мне не надобны, - отрезал незнакомец, - Требуется только тот. Я золотом заплачу. Сколько скажешь.

Вот это да! Золото в те времена редко ходило в славянских землях и ценилось очень высоко. Было настоящей роскошью. Его имели лишь князья, да старейшины родов. А тут ещё и цену можно назначить, сколько пожелаешь. Соблазн был велик. Воевода, не задумываясь, продал бы любого пленника, предназначенного Кагану, а после объявил бы его умершим в пути. Но ведун – совсем другое дело! Тут вопрос «дипломатический». По сути, весь обоз ради него и снарядили. Он был самым главным «трофеем» Кагана. Лишив его этого «подарка» Божедара, можно было и самому лишиться головы.

Видя его сомнения, незнакомец, достал из-за пазухи увесистый мешочек с золотыми монетами и хорошенько им тряхнул. Презренный металл соблазнительно зазвенел:

- Тут столько золота, воевода, сколько ты за всю свою жизнь не имел, - сказал он, - Решайся. Выгодная сделка. Хазарам скажешь, что помер ведун в дороге и все дела, - закончил он, словно прочитав мысли начальника обоза, - Всё ведь в руках Богов, не так ли?

- Нет, говорю же тебе. Никак не можно. Возьми другого.

- Ну, как знаешь! – недовольно прорычал незнакомец и резко развернувшись, широкими шагами зашагал вглубь леса.

Его широкая спина быстро удалялась. Откуда он вообще пришел было не понятно. Воеводе вдруг стало так жаль кошеля, в котором столько золота «сколько он за всю свою жизнь не имел»! Но и отдать, себе на погибель, главный «трофей» Кагана тоже никак нельзя. Тут в его голове быстро созрел новый план. Зачем всё усложнять? Этот безоружный незнакомец был совсем один в глухом лесу, да ещё с кошелём, полным золота. К чему лишние церемонии? У воеводы тут целый отряд воинов под рукой. Можно ведь попросту взять это золото, да ещё и с хозяином в придачу. Он тоже сгодиться. За такого детину хазары двойную цену дадут.

- Эй, братцы! А ну ка давайте, за этим человеком. Взять его! – приказал он.

Ратники понимающе переглянулись и, бряцая оружием, побежали вслед за только что скрывшимся за деревьями незнакомцем.

- Эй, погоди! Воевода передумал! – притворно закричали они, но тот уже завернул за небольшой, покрытый снежной шапкой пригорок.

Самый молодой и быстрый из воинов первым заскочил вслед за ним за этот же пригорок и, судя по всему, настиг жертву. Послышались какие-то неясные звуки борьбы, а затем тишину леса разорвал душераздирающий вопль, резко оборвавшийся в один момент. Когда запыхавшиеся воины достигли этого места, их глазам открылась страшная картина. Молодой воин бился в конвульсиях. Его живот был так располосован каким-то острым оружием, что аж кишки вывалились на снег, а горло было буквально вырвано и на его месте лишь зияла ужасная рваная рана. И всё это произошло за считанные секунды!

При этом самого незнакомца нигде не было видно и в помине. Он словно растворился в воздухе! Чудеса, да и только!

- Смотрите, братья, следы обрываются! – воскликнул один из воинов, присев на корточки и внимательно разглядывая следы, довольно чётко видневшиеся на снегу, - Куда же он подевался?

Действительно, следы ног обрывались прямо сразу. Видно было, как незнакомец развернулся на месте, вероятно на встречу к настигавшему его ратнику. И всё! Снег вокруг несчастного был плотно притоптан, наверное, во время короткой борьбы. Но дальше нигде и никаких следов обнаружить не удалось, если не считать цепочку свежих волчьих следов. Очевидно, здесь недавно пробегал матёрый волк-одиночка. Тщательно обшарив все соседние кусты, люди вернулись к месту трагедии ни с чем. Незнакомец исчез, словно по волшебству, вместе с золотом, не оставив никаких следов.

Это происшествие ещё на некоторое время задержало отправку обоза. Воевода был вне себя от гнева, костеря на все лады треклятого незнакомца, свою нерешительность и нерасторопность своих подчинённых:

- Как же так! – кричал он, - Вас была целая толпа против одного безоружного! И он сумел уйти от вас, да ещё и одного из вас убил. Даже не понятно, как ему это удалось.

- Не иначе – это опять был демон, - оправдывались те.

- Я вам покажу демонов! Ишь, придумали отговорку – демоны, видишь ли, у них везде виноваты, а не они. Загляните в свои портки, может и туда вам демоны наваляли, сучьи дети.

Ратники угрюмо промолчали, опустив глаза. Возразить было нечего.

- Ладно, чего уж теперь попросту брехаться, - смягчился воевода, выпустив пар, - Похороним парня вместе с другими и в путь, - распорядился он, - Поспешайте. Хазары, небось ужо заждались!

Когда обоз, наконец, тронулся в путь, из лесной чащи за ним внимательно наблюдала пара глубоко посаженых глаз с тяжёлым, холодным взглядом. И не было в этом взгляде ничего доброго.

*************************