Обложка Ведомство. План "Перехват"

Ведомство. План "Перехват"

Евгения Озерова

0% прочитано
Стандартный
Евгения Озерова

Ведомство. План "Перехват"

Часть I, глава 1

Проверено.

Все имена, оперативные псевдонимы, а также сведения, составляющие государственную тайну, намеренно изменены.

Все совпадения с реальными событиями совершенно случайны.

К публикации допустить.

Ведомство

— А вы, я смотрю, у нас постоянный посетитель! — глянув в базу, кокетливо произнесла новенькая регистраторша.

— Ну, до звания почетного донора мне еще далеко, — отмахнулся Вдовиченко и прошел на кресло. — Да и брать его не буду…

Новенькая понравилась ему больше прежней. «Поболтаю, как закончу с этим…» — подумал он, глядя, как медбрат ловко перехватывает жгутом предплечье и ищет вену.

— В горячих точках служили? — увидев татуировку, спросил тот, и Вдовиченко сдержанно кивнул.

Игла пронзила кожу, и он отвернулся: несмотря на весь опыт, смотреть на бегущую по прозрачной трубке темно-красную струйку жизни было неприятно…

Уже года полтора как в конце каждого месяца мобильный донорский пункт останавливался в небольшом сквере неподалеку от его дома, и однажды майор запаса спецназа ГРУ Вдовиченко решил, что сдавать кровь — лучший способ почтить память тех, кто не вернулся когда-то из боя, тех, кого он знал лично и совсем незнакомых ребят. Льгот и наград за это он не ждал — и без того был ими не обделен. Просто считал, что его вторая отрицательная обязательно спасет кому-нибудь жизнь…

— Мало что-то сегодня… — зевнув, произнесла врач за столиком.

— Да погодите, Татьян Иванн, они после часа потянутся. Тогда и наберем… — откликнулся медбрат.

— После часа алкаши местные потянутся, — сморщила нос регистраторша. — Только и смотри, чтобы без запаха… Нормальные после трех.

— Да вон уже… — начал было молодой парень у входа, чьи функции до сих пор не были понятны Вдовиченко — вроде, тоже в белом халате, а в медицинских манипуляциях не участвовал ни разу, — и вдруг замолк.

В фургончик мобильного пункта влетели двое. В балаклавах.

…Впоследствии Вдовиченко не раз думал о том, что приди он всего на пять минут раньше, не задержись, допустим, в булочной — все можно было бы предотвратить.

Но — не сложилось…

Увидев у крупного парня с огромным крестом на груди оружие в руках, он автоматически начал вставать из кресла. Неприятно дернуло и потянуло иглу. Его сильно прихватил за руку медбрат, все еще не веря в происходящее:

— Сидите, сидите, еще не закончили…

— А что это мы тут делаем? — осведомился вошедший, поднимая помповое ружье. — А, понятно. Нежить кормим!

Голос был уверенный и злой.

— Бей-убивай! — взлетел вдруг высокий девичий голос, кричала вторая вошедшая, поднимая пистолет. — Упокоим вампиров!

Вдовиченко успел удивиться: девушка! С травматом!

Скинув, наконец, руку медбрата и выдернув иглу, он начал двигаться автоматически, глаза уже нашли идеальную траекторию, чтобы загородить собой медиков и вышибить из минивэна этих двоих, тело само приготовилось к атаке, но крупный парень поднял ружье…

Выстрел отбросил его назад, он успел услышать крики: «Бей-убивай! Смерть вампирам! Упокоим нежить!», потом увидел, как содрогнулся фургон от второго выстрела, — вроде бы, пришедшего снаружи в стенку, — и потерял сознание.

…— Ты меня понял? Тогда вставай и повтори, — бросил тренер.

Влад тяжело поднялся с мата, пытаясь восстановить дыхание так, чтобы не показать, что он его вообще сбил.

Проклятые ребра до сих пор не давали вдохнуть полной грудью, а тренировки приносили настоящие страдания. Врачи, сначала в Лукоморье, потом в московском спецгоспитале поколдовали всерьез, обещали, что, хотя сломанные ребра обычно болят долго, у него проблем не будет…

И, наверное, будь Влад обычным гражданским, их действительно и не было бы. Но он был тем, кем был.

Что касается тренировок — рычаг руки наружу, рычаг руки внутрь, загиб руки, задняя подсечка получались у него идеально, как и бросок через колено. Но вот броски через грудь и спину, а также удушающие приемы…

— Первый, второй, бросок через грудь! — услышал он команду.

Защита, расслабляющий удар, захват…

На этот раз Влад не смог сдержать болезненный вскрик.

Опять он лежит, задыхаясь, на мате!

— Хватит, Точицкий. В раздевалку. Квалификация через месяц, значит, не быть тебе мастером. Красавченко, со мной… — услышал он голос тренера.

Одевшись, он ждал на стуле окончания тренировки.

Точнее, ждал своего друга и вечного спарринг-партнера Игоря Красавченко.

Тот, войдя, сразу подступился:

— Ну ты чего, Влад? Совсем раскис или держишься? Пойдем как обычно, в «Белок», или другую кафешку поищем?

На первые два вопроса отвечать не хотелось, поэтому Влад коротко бросил:

— В «Белок». Давай быстрее, я не обедал еще.

Остальные ребята, одеваясь, проходили мимо, кто-то говорил слова поддержки, кто-то просто похлопывал по плечу. Влад предпочитал отделываться ничего не значащей улыбкой и кивком.

Ну действительно — не сдаст он квалификацию на мастера спорта, и что? Через полгода, значит, сдаст.

Но почему тогда так обидно и муторно на душе?

Ребра все еще ныли, хотелось вдохнуть полной грудью, но было нельзя. И от этого было еще обиднее.

Дверь снова открылась, заглянул тренер:

— Влад еще здесь? Ага, идем со мной. Поговорим.

— Я подожду, — крикнул Игорь, и Влад кивнул, не оглядываясь.

В тренерской окно было распахнуто, за ним оглушительно чирикали воробьи и пахло весной.

— Что с тобой? А? — начал наставник.

Влад повел плечами:

— Ребра болят, Алексей Михалыч. Что ж еще?

— Нет, Влад, ребра — это мелочи. Я тебя сколько лет знаю? Ты не такой, как обычно. И очень… не такой.

Влад снова лишь повел плечами, глядя в окно, но от Михалыча так просто было не отделаться.

— На службе все в порядке? С девушкой как?

— И на службе все в порядке, и девушка любит, — он позволил себе улыбнуться.

В общем-то, это было близко к правде. Близко, да не совсем.

— Тогда дело в тебе, — сухо бросил тренер. — Если хочешь, предложу… Хм, как у вас там это называется? Версию?

Влад молча моргнул в знак согласия.

— Чересчур ты привык быть сильным. Согласен, сломанные ребра долго болят, по себе знаю. Тем более, множественные переломы. И вот тут ты столкнулся со слабостью, с тем, что не можешь что-то сделать, — и все, сдался! Первая же проблема — и до свиданья! Теперь тупо выжидаешь, когда пройдет.

Влад молчал. Ну что же, может, и так…

— Стыдно, да? — решил зайти с другого конца тренер. — Стыдно и чувствовать себя слабым, и признаваться, что я прав, понимаю. Только знаешь, Влад, сколько болеть будет — еще неизвестно. А значит, либо ты решаешь эту проблему в течение ближайших двух недель, либо прощайся с квалификационными до следующего года!

Влад впервые взглянул Михалычу прямо в глаза. До следующего года?! Через полгода же!..

— Да, ты не ослышался! В этом году я тебя на мастера вообще не выпущу, если к этой квалификации не готов. Поэтому решай. И я бы предпочел, чтобы ты работал со своей слабостью, а не с ребрами. В этом и будет твоя сила. Через две недели спарринг со мной, и посмотрим. Все, гуляй!

Влад шел к двери в раздевалку, когда Михалыч снова окликнул его:

— Придешь на тренировку под обезболом — пойму сразу. Лучше больше не приходи вообще!

Они вышли из дверей спорткомплекса прямо в весну. Парк, который окружал здания, был расцвечен всеми оттенками нежной зелени, кое-где уже виднелись прозрачные белеющие кроны яблонь и вишен.

— Слушай, может, смотаемся в Шушмор на майские? Позвоним Денчику и Костяну, позовем, — предложил Игорь.

Идея была хороша, но Влад лишь неопределенно поморщился:

— Ближе к делу решим…

— Куда уж ближе? — удивился тот. — Пять… Ну ладно, шесть дней осталось…

— Машины перегонять к кафе не будем, может? — предложил Влад, чтобы перевести разговор в другое русло. — Вечер, у «Белка» все занято небось…

Он понимал, что немного покривил душой, сказав тренеру, что на службе все хорошо. Ну как — с самой службой все действительно было очень даже неплохо, и в «Захвате», и в отделе. Новых звезд на погонах после Китежской операции, конечно, не появилось, но денежные премии за нее и за митинг, который все-таки признали отработанным чисто, внушали уважение к самому себе. А Хватов самолично обещал по линии любимого ЧОПа внеочередной отпуск, которым Влад имел право воспользоваться в течение года, когда захочет. «С начальством твоим в ведомстве договорюсь, не беспокойся», — пообещал напоследок член Экспертного совета Комиссии по расследованию вмешательства иностранных государств в дела Российской Федерации.

Но вот как раз новый начальник отдела вызывал некоторое беспокойство. Слишком многое он сразу решил поменять, слишком глубоко лез в устоявшуюся систему, и иногда Владу казалось, что слишком резко и без размышлений отбрасывает наработанный в прошлом опыт, как ненужный. И уж только самому себе он мог признаться, что главную тревогу вызывает то, что новый руководитель — обычный человек, не маг даже, как был Звонков, а просто пересевший из кресла в кресло аппаратчик с высшим допуском. То есть, из тех, кто ранее по службе был всего лишь поставлен в известность о существовании отдела специальных энергоинформационных операций, и был совершенно незнаком с его спецификой.

И что новенький мог придумать для подчиненных на майские праздники — все еще стояло под вопросом. Одно было ясно: скорее всего, придумает непременно…

…Кафе «Белок & Со», куда они направлялись, в силу своего расположения — неподалеку от спорткомплекса, — было излюбленным местом плотного перекуса спортсменов, как профессиональных, так и любителей. Конечно, здесь не подавали столь ценимые некоторыми из них витаминные смеси и прочие питательные порошки, но кухня была — самое то для проголодавшихся после тренировки. Единственное только — не разрешалось демонстрировать принесенные с собой напитки, поэтому Игорь и Влад, не сговариваясь, перед входом достали из сумок пластиковые бутылки и заботливо замотали их в заранее принесенные пакеты.

— Опять по своему вампирскому пошел? — осведомился Игорь, увидев, что Влад заказал тартар.

Они дружили с детства, и между ними давно не было никаких секретов.

Ну, за исключением государственных: Игорь тоже пошел по силовой стезе, хоть и по другому профилю. Еще в школе у него обнаружился поразительный талант хакера, и теперь он служил старшим опером по особо важным делам в Управлении «К» Центрального аппарата МВД.

— Пельмени, даже здешние, негативно сказываются на спортивной форме в отличие от тартара, а ты их ешь, — дежурно отшутился Влад. — Ладно, чем сейчас занимаешься?

— Сначала ты мне расскажи, что Михалыч насоветовал?

— Либо мне нужен врач, либо… другой врач. Психиатр, в смысле, — решил придерживаться выбранной стратегии Влад. — А я даже не знаю, существуют ли психиатры для нас, кровососов. Гражданские, я имею в виду — к ведомственным обращаться, сам понимаешь…

Но друг не принял шутки:

— Послушай, ну пойди к врачу, действительно. У тебя же отдел соответствующий, неужели через ваших каких-нибудь крутых целителей не найдешь? С бубном там, с травками, не знаю…

— Вот и я не знаю, — мрачно произнес Влад. — И травками, и бубном, и еще боги знают чем лечили. Обещали, что все. Оно и было поначалу «все». С ногой никаких проблем, сам видишь. А ребра…

— Болят… — сочувственно кивнул Игорь. — Ладно, если не хочешь больше на эту тему, то оставим… Я вот знаешь что думаю? Надо нам все-таки дело какое-то поднять. Снова всем вместе, вчетвером. Уже больше года ничего, и ТГ-канал наш молчит…

— Скучно стало?

— Да не то, чтобы скучно… Но не встречались давно, и… Заряда какого-то нет. Тебе бы, кстати, тоже полегчало. Или действительно по Шушмору погонять хотя бы…

— Я бы не отказался, если честно, — кивнул Влад. — Но в Шушмор — это, возможно, часть от отпуска надо брать, а с новым начальством…

Они практически синхронно отодвинули опустевшие тарелки и достали бутылочки в пакетах. Отвинтили крышки и прихлебнули.

— Га-а-а-а! — внезапно догадался Игорь и стукнул ладонью по столу — аж приборы подпрыгнули. — Так ты отпуск для своей новой ненаглядной, потрясающей и единственной бережешь?! Ну все, пропали наши шашлыки и покатушки! Как же мы без тебя?!

— Без сарказма, пожалуйста, — предостерег Влад. — Ее Настей зовут.

— Я в курсе! Ты говорил уже! — энергично кивнул Игорь. — И как у вас все?

— Нормально.

— Хм… Что я слышу? Просто «нормально»?! На тебя не похоже… Неужели у вас по-прежнему конфетно-букетный период?! Это сколько, пятый месяц уже?!

— Игорь… Оставь, пожалуйста, эту тему, — очень внятно и тихо произнес Влад.

Но того было не угомонить:

— О-фи-геть… У тебя?! Пятый месяц — и только конфетно-букетный! Ха! Так понятно, почему ты такой стал в последнее время! Вот об этом Михалычу и надо было говорить! Вот в чем причина-то!

— Игорь…

Видимо, услышав в голосе друга по-настоящему угрожающие нотки, Игорь сдал назад:

— Ладно, хорошо, проехали… — он поднял руки, как бы защищаясь, но тут же склонился через стол и прошептал: — Вон та девица, между прочим, на тебя смотрит. Давно смотрит. Гимнастка, судя по фигуре. Для разрядки — самое то!

Влад молчал, в упор глядя на друга.

Напряженную ситуацию разрешил телефонный звонок.

— Але, да, зайчик, слушаю тебя!.. Хорошо, мое солнышко, уже бегу! Ага, ага… Понял, буду. Принесу! Ну пока… Через часок где-то, полтора… Да, пока!

Игорь нажал отбой.

— Ну вот, побегу я. К своей ненаглядной, единственной и неповторимой! А ты сиди здесь в одиночестве, допивай!

Влад, наконец, усмехнулся, расслабившись, и сделал новый глоток. Сейчас ему торопиться было некуда.

Игорь расплатился, подмигнул, бросил: «Удачи!», и исчез за стеклянными дверями «Белка».

Спустя минуту на его место, изящно изогнувшись, присела невысокая тонкая блондинка, вертя в красивых пальцах пустой бокал.

— Здравствуйте… Меня зовут Вероника. А вас как?

— Валентин, — бросил Влад первое, что пришло в голову.

— Очень приятно, Валентин. Не хотите угостить меня тем чудесным напитком, который спрятан у вас в пакете?

— Пожалуйста. Только не знаю, понравится вам или нет… — он сомкнутой в кольцо ладонью провел по бутылке, очистив ее от обертки, и поднял к бокалу. — Налить?

Девушка увидела надпись «Ряженка», отдернула бокал и поморщилась.

— Ну, раз так, вам надо было к другу моему обратиться, — спокойно произнес Влад. — Он йогурт любит. Кажется, в этот раз черничный у него был…

Гостья, судя по всему, не потеряла интерес, несмотря на очевидный отказ:

— Может быть, у вас для меня найдутся другие напитки? — она затрепетала ресницами. — И, может быть, даже не здесь? Признаться, меня не устраивает ассортимент в этом баре: все для спортсменов…

— В другом месте, Вероника, могу предложить кровь. Может быть, даже вашу собственную. Вам обычную или сварить вкрутую?

— Оригинал! — захихикала девушка и придвинулась к столу, демонстрируя декольте.

Влад провел ладонью по лицу, снимая морок, и широко улыбнулся.

Девушка отшатнулась:

— Дебил… Маньяк какой-то…

— Люблю дурачиться, — пояснил Влад и снова навел морок.

Она фыркнула и не очень твердой походкой направилась к своему одинокому месту, где немедленно направила взгляд на следующую ничего не подозреваюшую жертву…

Влад снова упрятал бутылку в пакет, спокойно допил ряженку, расплатился, и вышел из кафе в весну.

…— Еще раз, Настя! Сконцентрировалась… Левое плечо вперед. Теперь правую руку выкидываешь… Хорошо! И пальцами… Нет! Нет, я сказала! Давай сначала.

Настя, тихонько вздохнув, сделала полшага назад на исходную позицию. Сегодня, кажется, у нее так ничего и не получится. Впрочем, как обычно, что уж греха таить…

Алина Сергеевна, которая сразу попросила звать ее просто Алиной, была магом-оружейником и личным тренером Насти по магической самообороне. Поначалу Настя боялась, что назначат ей какого-нибудь замшелого старика, поэтому была рада, когда ее познакомили с молодой девушкой, всего на шесть лет старше нее самой… Но очень скоро стало очевидно, что Алина — действительно мастер, относится к порученному делу со всей душой и ответственностью, и Насте не удастся отвертеться от серьезной работы на тренировках.

В работу эту она вкладывалась, но результата до сих пор, уже третий месяц, не было практически никакого. Сама Настя винила в этом свои невеликие магические способности, Алина — ее нежелание понять важность самозащиты и надежду на неведомый авось, который внезапно свалится на подопечную в критической ситуации.

— Давай, Насть, еще раз. Стоишь на исходной. Вот мишень. Правая часть корпуса назад, левое плечо вперед. Резко полшага правой ногой, одновременно правая часть корпуса вперед. Руку выкидываешь… Стоп!

И тренерша, и ученица одновременно резко выдохнули — Алина от раздражения, Настя от безысходности.

— Настя. Это — дерево. Ни в чем неповинное дерево. Мишень — ближе и левее. Понимаешь? Будь у тебя сейчас настоящий боевой перстень, дерево погибло бы в муках! А здесь, между прочим, охранная зона!

Алина умела слегка разбавить укор шуткой, и, как обычно, Настя немного расслабилась. Ровно настолько, чтобы тихонько пожаловаться:

— Ну неудобно мне с этим муляжом… Тяжелый и мешает…

Учебный инвентарь действительно не блистал изысканностью — толстенные цепи, броши и перстни, сделанные, выражаясь языком протоколов, из желтого металла с цветными камнями, больше подходили какому-нибудь древнему варварскому королю, чем современному магу. Насте уже довелось примерить часть боевых украшений, которые были созданы Алиной и ее подмастерьями специально для нее, и была очарована тоненьким, почти незаметным перстеньком с гранатами и таким же изящным кулончиком… Но увы, выдать их ей должны были только после того, как она научится работать с муляжами.

А учеба не ладилась…

— Ладно, — смилостивилась Алина. — Время уже. Закончим на сегодня. Тебя подвезти?

Настя прикинула, что лучше — прогуляться по весеннему парку в одиночестве до остановки автобуса, который будет долго петлять по району, или прокатиться на машине тренерши с ветерком? Хотя, вероятно, ко второму варианту будут прилагаться Алинины внушения по поводу тренировок... Впрочем, она решила, что сегодня готова и к этому.

Они прошли по территории ВНИИ «Экология» к проходной в сторону Бутова, и Настя в который раз удивилась тому, как мало здесь народа, как редко сами сотрудники института бывают на природе. А ведь здешние пейзажи — старинный парк, водохранилище с островком посередине, на котором гнездились утки и даже лебеди, — были просто предназначены для того, чтобы ими любовались…

— Как на службе? И вообще, как жизнь? — спросила Алина, когда они сели в ее машину.

Настя обрадовалась: кажется, внушений все-таки сегодня не будет.

— И на службе, и в жизни — сплошная учеба, — усмехнулась она. — Еще и сессия снова на носу…

Это было правдой. После возвращения из Китежа отдел и «Захват» оставили ее в покое всего на неделю, во время которой она не отдыхала, а сдавала зачеты. А сразу после Нового года пришлось знакомиться с тренерами и новым распорядком жизни — он «вступил в силу» в конце января, как только она сдала свою первую сессию на факультете политологии. Сдала, как и предвидел Кот-Ученый, сама и без троек, но каникул у нее не было.

Вместо них «вообще жесть пошла», как она описала происходящее учителю и названому брату. Поддержки, впрочем, не получила: эксперт заявил, что это и есть настоящая жизнь. Настя тогда только жалобно вздохнула в ответ: получить кроме учебы на факультете три тренировки в неделю, по огневой, физической и магической подготовке, ну никак не входило в ее планы. Кроме того, до конца февраля каждые выходные ей пришлось безвылазно торчать в Китеже, чтобы постичь тайны служения Граалю. Обряды оказались несколько пышнее, чем посвящение, впрочем, проводить их положено было только четырежды в год — на солнцестояния и равноденствия, — что принесло Насте несказанное облегчение. Первую свою церемонию она уже успешно провела в марте, и теперь посещала Куб, только когда об этом просил Грааль. Хотя просил он об этом довольно часто…

Но Марго была права там, в госпитале Лукоморья: у Предназначения оказались и свои ништяки.

Во-первых, еще во время сессии ее вызвали в отдел специальных энергоинформационных операций и вручили удостоверение младшего лейтенанта, впрочем, опять обошлось без торжественной обстановки. Повышение она получила, минуя звание рядового. Новый начальник, полковник Семен Михайлович Парщиков, объяснил это и ее заслугами, и некой неведомой ей целесообразностью. К званию прилагалась неожиданно большая зарплата, и Настя начала понимать, откуда у Влада деньги на крутой тюнинг любимого внедорожника.

После вручения корочки позвонил Хватов, и сообщил, что документы на награждение за вклад в освобождение Китежа направлены на рассмотрение, и что он надеется вскоре вручить ей орден сам. Но пока никаких подвижек к тому не происходило.

Во-вторых, на каникулах пришлось освободить комнату в ДАСе: система ее охраны была пересмотрена, пришли к выводу, что в случае нападения ее тайные телохранители не смогут обеспечить безопасность ни ей, ни студентам в общежитии. Поэтому теперь Настя жила в служебной однокомнатной квартире в Южном Бутове, в новом жилом комплексе немного выше среднего уровня, который лишь при беглом взгляде казался обычным. Но в подъездах сидели не привычные консьержи, а моложавые дядечки, выправка которых и очень пристальный взгляд говорили о том, что в их ЧОП набирают не по объявлению, во дворе ЖК парковались машины со специфическими номерами, а сами жильцы были предельно ненавязчивыми.

Правда, переезд сразу аукнулся ей на факультете: однокурсники вновь заговорили, что она блатная, и на этот раз в ход пошли совсем уж несусветные слухи о том, что она внебрачная дочь какого-то известного политика, и, кстати, «айтишник», которым продолжали считать Влада, тоже неслучайно появился в ее жизни. Пришлось напомнить, что Кот-Ученый — ее двоюродный брат, и откровенно соврать, что это он решил расщедриться на съемную квартиру…

— Что на майские планируешь делать? — спросила Алина.

«Майские?.. — пронеслась мысль. — Ах да, впереди же праздники!»

На мгновение Настя расцвела: впереди несколько дней без тренировок, она успеет и отдохнуть, и написать часть рефератов, и почитать учебники…

И тут же скисла:

— Не знаю, — буркнула она. — Еще не задумывалась…

— Я тоже не задумывалась, — улыбнулась Алина. — Скорее всего, как в прошлом году — буду заниматься по очереди всем, что придет в голову.

«Во живут люди…» — вздохнула Настя.

Ее уже давно звала к себе бабушка, которая не понимала, почему внучка стала такой отстраненной в последнее время. И, пожалуй, Настя то ли действительно соскучилась по ней, то ли так устала, что возможность поездки в родное село впервые представала перед ней в радужных красках…

Но был Грааль, который мог вызвать к себе Настю простым «НАМ СКУЧНО», раздавшимся в голове. Собственно, потому и приходилось уже несколько раз носиться в Китеж без особой необходимости: мистическому источнику жизни нежити было одиноко и очень хотелось послушать рассказы новоиспеченной жрицы о том, как изменился мир за триста лет, пока настоящего контакта с реальностью у него не было. Хотя не триста, больше — Хор Грааля уже обмолвился о том, что перестал разговаривать с последней жрицей, впавшей в ересь аскезы, задолго до ее смерти, а у вампиров, как известно, жизнь длинная, очень длинная… Настя все собиралась спросить, сколько же Грааль был в одиночестве на самом деле, но забывала…

Просто потому, что в ее визитах в Китеж тоже были своя прелесть и свои плюсы.

Разрушенный на две трети город теперь активно восстанавливался, и одно удовольствие было гулять по улицам, где стучали топоры и визжали пилы, где остро пахло свежим деревом, наблюдать, как из груды бревен вдруг встает терем с резьбой — такой же внешне, как прежде, только лучше и современней…

В прошлый ее визит, две с небольшим недели назад, она забрела на площадь поближе к кремлю, где не была раньше, и обнаружила, что здесь скульпторы и целые их группы прилюдно ваяют памятники, посвященные сражению. Два монумента были закончены, над остальными еще трудились творческие коллективы — видимо, после восстановления города композиции собирались установить на окончательных местах. Она подошла поближе и не смогла сдержать улыбку.

Оба завершенных уже были с табличками. Первый, «Кикимора запускает боевую шишигу», изображал, естественно, кикимору в позе пращника, размахивающую шишигой, которая, судя по выражению морды, была готова погибнуть, но нанести максимальный ущерб врагу.

А второй… Второй монумент изображал ногу в женском сапожке, наподдающую скелет в военной форме Цитадели при полной боевой выкладке. Табличка гласила: «Непреодолимая магическая сила дает целеуказание наглым захватчикам».

Настя до глубины души прониклась метафорой. Что и говорить, выполнено было со всей душой, с намеком и чувством юмора, хоть и в жанре наивного искусства…

Китеж был хорош еще и другим. Пару раз она завершала свои визиты в город, заходя в гости к Иванову и Кисмерешкину, и получала истинное удовольствие, слушая истории Хранителей и их перепалки, возникающие по ходу рассказов. Кроме того, они обещали вскоре заново познакомить ее со Змеем Горынычем. Он был эвакуирован в Лукоморье сразу же, по первой тревоге, и до сих пор его не возвращали в Китеж: боялись, что живая база данных, очутившись здесь так скоро после сражения, пока воспоминания жителей еще свежи, перегреется от избытка информации, и тогда нового пожара не избежать…

…В перспективах на майские праздники поездка в Китеж была хороша, визит в родное село тоже, но больше всего хотелось бы, конечно, побыть с Владом. Насте казалось, что в последнее время он стал замкнутым и каким-то отчужденным, ушел в себя.

Понятное дело: у него была служба, у нее — постоянная учеба, обоим мешал график, но все же, все же…

Он часто забирал ее с факультета и подвозил домой или на очередную оперативку, они несколько раз гуляли вместе по Москве, он водил ее в рестораны и в кино… В конце концов, и новые потрясающие букеты с шоколадками и даже тортиками постоянно появлялись у дверей ее служебной квартиры, но Насте хотелось… Ну, хотя бы, какого-то прогресса. А Влад каждое свидание словно начинал все заново, в конце останавливаясь на достигнутом — и ни шагу дальше…

Иногда, впрочем, у нее появлялась мысль, что и она сама не делает ничего, что позволило бы выйти на новый круг отношений, но что именно делать для этого — она не знала в принципе. И часто даже жалела теперь, что всегда была погружена сначала в учебу, потом в работу, а теперь — снова в учебу, и, как оказалось, имела очень мало представления об обычной жизни…

— Что-то ты молчаливая сегодня… Непривычно даже! — произнесла Алина, и Настя вдруг поняла, что они уже подъезжают к ее жилищному комплексу.

— Устала, если честно, — пробормотала она. — Ты сказала про праздники, я загрузилась…

— Чем? — удивилась Алина.

— Ну… — Настя задумалась: может, и впрямь поделиться с ней проблемой, рассказать об отношениях с Владом, может, преподавательница посоветует что-нибудь?..

— Извини, погоди-ка… — Алина, внезапно встревожившись, потянулась к кнопкам магнитолы, и радио, раньше едва журчавшее, вдруг разразилось торопливой скороговоркой ведущего:

…— Место происшествия по-прежнему оцеплено, сейчас там работает наш корреспондент Михаил Рощин. Михаил, здравствуйте! Какая информация поступила к этому часу?

— Здравствуйте, Евгений, мы находимся в сквере на Коломенском проезде, где сегодня произошло вооруженное нападение на мобильный донорский пункт. Это случилось около двенадцати дня, как нам удалось узнать, преступников было девять или десять, сейчас эта информация уточняется. Двое нападавших ворвались в фургон и хладнокровно расстреляли персонал. Есть погибшие — это лаборант и медсестра-регистратор пункта, трое раненых, в том числе донор, пришедший на сдачу крови. Последний в тяжелом состоянии…

— Офигеть… — прокомментировала Алина. — Зачем им донорский пункт?..

— Преступники были вооружены помповыми ружьями и травматическими пистолетами, переделанными под боевые патроны, — продолжал корреспондент. — Снаружи медицинский фургон также подвергся обстрелу, кроме того, нападавшие закидали его футбольными фаерами, но, к счастью, возгорание было сразу ликвидировано...

— Михаил, скажите, мы получаем сообщения по лентам информагентств, что преступники выкрикивали какие-то необычные лозунги…

— Да, Евгений, свидетели уверяют, что нападавшие кричали «Смерть вампирам!», «Упокоим нежить!» или что-то подобное. И только что место событий покинул сотрудник Отдела общественных связей ГУ МВД по городу Москва Алексей Торговцев, он заявил, что один из нападавших был задержан неподалеку от сквера, где произошло преступление…

— Спасибо, Михаил, мы будем следить…

— Офигеть… — Алина снова сделала радио еле слышным и откинулась на сиденье.

Только тут Настя поняла, что машина стоит у самого ее подъезда.

— Придурки какие-то… Насмотрелись «Ван Хельсинга»… — выдавила она.

Новость на самом деле внушила ей немаленькую тревогу, и Алина в ответ только усилила ее:

— Насть, они охотились не на нежить, реальную или выдуманную. Они ударили по донорскому пункту. В конкретное очень слабое место. А значит, не насмотрелись. Значит, что-то знают…

Глава 2

Утро было серым и холодным, не чета вчерашнему по-настоящему весеннему дню. Впрочем, это не испортило настроения Насти: вечером позвонил Влад, и сегодня после последней пары они договорились встретиться. Куда пойти, еще не решили, но она не считала это проблемой: в конце концов, просто погулять вдвоем и посмотреть на Москву в предпраздничном убранстве — само по себе удовольствие…

Она размышляла над тем, не завалиться ли потом к Коту-Ученому, если он, конечно, будет свободен, когда услышала:

— МЫ НЕ ПОМЕШАЕМ? ТЫ ВЧЕРА ПОЧТИ ВЕСЬ ВЕЧЕР ТРЕВОЖИЛАСЬ. ПОЧЕМУ?

«Ну вот, блин, погружение на полную… Зачем вспомнили?» — пронеслось в голове. Настроение сразу покатилось вниз.

Настя, как могла, попыталась объяснить Граалю, чем опасно вооруженное нападение на пункт переливания крови, и что в данном случае это преступление опасно вдвойне: нападавшие, похоже, что-то знали о том, что частично кровь из банков поступает вампирам. А возможно, у них были и какие-то сведения о настоящих причинах создания Единой электронной системы обслуживания реципиентов.

Вскоре разговор, как это часто бывало между ними, увяз в прояснениях терминов и реалий современной жизни, и поэтому Насте пришлось завершить беседу предельным упрощением:

— Смотрите, преступники явно знают о существовании вампиров. И явно хотят нас уничтожить, раз пытаются лишить питания, и даже готовы убить для этого людей-доноров…

Она сказала, и вдруг замерла: в таком виде ей самой стала гораздо яснее причина ее тревоги!

«Ни фига себе… — ей на секунду стало по-настоящему страшно. — Сократила до сути…»

— ИЗВИНИ. МЫ ВСТРЕВОЖИЛИ ТЕБЯ ЕЩЕ БОЛЬШЕ. НЕ ХОТЕЛИ…

— Ничего, — отмахнулась она, и принялась собираться на учебу, пытаясь простыми планомерными действиями отогнать свой страх…

В метро она уже привычно осмотрелась, надеясь обнаружить своих телохранителей. Поначалу, зимой, она делала это из любопытства, потом решила, что это оттачивает ее профессиональную сноровку… Но, как обычно по утрам, народа на станции «Улица Горчакова» было полно, и Насте осталось теряться в догадках, охраняют ли ее вообще: наружка ничем не выделялась среди толпы.

В вагоне она встала у дверей, достала смартфон и углубилась в правоведение.

«Вроде, помогло…» — автоматически отметила она, переходя с Бутовской ветки на Бульвар Дмитрия Донского.

Во всяком случае, сейчас, после чтения учебника, перспектива сессии пугала ее больше, чем единичное странное преступление, произошедшее вчера…

День был обычным учебным днем: на лекциях и семинарах Настя, как всегда, старалась быть прилежной ученицей, хотя иногда улетала в мечты о сегодняшнем вечере, а на переменах болтала с девчонками. Как ни странно, после отъезда из ДАСа ее отношения с Катей и Светой, бывшими соседками, только укрепились — по крайней мере, они окончательно перестали упоминать при ней о блате, и теперь она могла свободно общаться с ними на равных. Обе уже побывали у нее в гостях, сумели удержаться от охов и ахов по поводу квартиры, и это ей понравилось. Пока она не могла назвать их подругами, но по крайней мере, с ними не было так одиноко. Хотя признаться себе в собственном одиночестве Настя не решалась.

Иногда подходили парни-старшекурсники, перекидывались парой-тройкой фраз и явно следили за ее реакцией. Настя теперь понимала, что от сложившейся репутации ей никогда не отделаться, и многие студенты откровенно ищут в ней в лучшем случае союзника на будущее, если не просто связей, поэтому относилась к большинству визитеров спокойно. Впрочем, если те были уж слишком навязчивыми, старалась отшить.

С одним из четверокурсников, Колей, с которым она познакомилась в достопамятный день Битвы за Китеж, она даже завела нечто вроде приятельства. Настя считала его наиболее адекватным, во всяком случае, он относился к ней серьезно, не пытался ни обаять, ни влезть в душу без мыла, и, похоже, сам искал в ней не союзника, а друга. Во всяком случае, разговаривать с ним было интересно, и разговоры эти велись как-то ненароком, но всегда по делу.

С Колей она и беседовала перед последней, третьей парой, когда вдруг увидела вдалеке Дракулина — тот был в гражданском, шел по коридору и с наигранно скучающим видом явно кого-то высматривал. Лейтенант, юный капер даркнета, не давал ей покоя почти на каждом совещании, по-прежнему откровенно пялясь на нее, часто со странной улыбочкой. Поэтому Настя решила не гадать, кого это он ищет на факультете политологии — предпочла извиниться перед Колей и затеряться среди студентов.

Но затеряться окончательно не удалось даже в аудитории. Едва она открыла тетрадь, а преподаватель озвучил тему семинара, раздался стук в дверь:

— Извините, Анастасию Горлинка можно?

Готовая ко всему, сжав зубы, она вышла в коридор.

— Приветики! Ну вот, я тебя и нашел! — Дракулин, улыбаясь как мог шире, привалился плечом к стене.

— Моя фамилия склоняется, — сообщила Настя. — Русский учи.

Дракулин улыбнулся еще шире, демонстрируя всем видом, что правила русского языка интересуют его в последнюю очередь.

Спасительная мысль мелькнула мгновенно:

— Осторожно, у тебя морок спал, — жестко предупредила Настя. — Заметят.

Хотя это было последнее, что вообще могло случиться с этим простейшим заклинанием, возможность снять его случайным похожим жестом все же существовала и весьма беспокоила каждого представителя нежити. Коридор даже во время пары не оставался полностью пуст, и Дракулин испуганно дернулся и провел рукой у лица, проверяя чары.

— А мне нравятся твои шуточки… — придя в себя, заявил он, впрочем, уже не так уверенно. — Меня, кстати, Романом зовут.

— И? — осведомилась она, подняв брови. — До сих пор жила как-то без твоего имени, и сдается, что дальше смогу жить не хуже.

Дракулин помолчал, снова изобразив улыбочку на лице, но Настя поняла, что он выбит из колеи и вынужден придумывать ответ.

— В этом и есть твоя главная ошибка, — наконец, сообщил он. — Без знания моего имени мы не сможем работать вместе, и, возможно, не только работать…

Он подмигнул. «О боги, за что это мне?» — пронеслась мысль.

— Письменный приказ о том, что нам надо работать вместе, — Настя величественно протянула руку в пространство. — Пожалуйста, соизволь.

Дракулин молчал. Улыбка несколько поблекла, как заметила Настя.

«Однако, я рискую… — подумала она. — А вдруг запихнут в одну команду… Если действительно уже не запихнули…»

— Ну? — осведомилась она. — Если это все, я пошла.

Она развернулась и направилась к двери, но он вдруг негромко крикнул: «Стой!», и Настя рефлекторно замерла.

— Ага, приказов слушаешься… Уже хорошо…

Она обернулась. Дракулин развернулся и теперь лениво удалялся по коридору — руки в карманах, — и Настя была готова поклясться, что он смеется про себя…

«Какого хрена?! Козел!» — она резко выдохнула и вернулась в аудиторию. Преподаватель недовольно посмотрел на нее: Настя, разозлившись, слишком громко хлопнула дверью.

— МОЖНО БЫЛО ПОЖЕЛАТЬ… ЭТО САМОЗАЩИТА… — услышала он шепот, и только покачала головой в ответ.

Что это вообще было?! Шутка?! Нападение?! Оскорбление?! А может, какая-то проверка?!

Или этот придурок действительно хочет ей что-то сказать и ищет контакт?!

Пока что он мешал ей только своими взглядами — а пялиться и лыбиться ведь не запрещено, — но это что-то из ряда вон!

И кому сказать? Владу? Ну уж нет, ни в коем случае! Влад, мягко говоря, встревожится, а последствия его тревоги в данной ситуации трудно предсказуемы…

Федору? Почему-то ей показалось, что эксперт и аналитик в этом случае вряд ли сможет ей помочь…

Алине? Они пока не так уж и близки, да и Дракулин у нее тоже тренируется, не будет ли выглядеть так, будто Настя наговаривает?

Маргоше?

«Блин, и как сразу-то в голову не пришло?! — Настя так обрадовалась, что уже было полезла в сумку за телефоном, но очнулась: — О боги, впереди еще полпары! И да, Влад же приедет… Ну, теперь только вечером ей позвоню…»

Оставалось, как говорится, главное: не испортить совместную прогулку. Ни словом, ни своим настроением…

Настя вышла из факультета вместе с Катей и оглянулась. Влада еще не было.

— Ждешь? — Катя улыбнулась. — Все-таки тебе везет…

— В чем? — удивилась Настя.

Неужели приятельница опять начнет что-то про блат? Вот уж об этом после визита Дракулина хотелось слушать в последнюю очередь…

— Ну… — бывшая соседка неопределенно повела плечом. — Мне кажется, он хороший, Влад твой…

— Нормальный, — отозвалась осторожно Настя и вдруг решилась. — У нас какое-то… невзаимопонимание. Ну, не знаю, как сказать… В смысле, взаимопонимание есть, а просто… Ну… Гуляем себе, все такое…

Слова никак не находились, и Настя уже хотела перевести разговор на другую тему, но тут Катя спросила:

— А ты сама ему что-нибудь предлагала?

— В смысле?

— Ну смотри, вот ты рассказываешь о нем, и я все время слышу: Влад тебя туда сводил, сюда сводил, Влад предложил, а ты согласилась, Влад тебе тортик прислал… А ты сама куда-нибудь водила его? Или подарила что-нибудь?

«Блин… Куда я его поведу, я же в Москве по-прежнему ничего не знаю! — запаниковала Настя. — И что я подарить могу?! Деталь к его внедорожнику?!»

— Ладно, если хочешь, давай что-нибудь придумаем вместе, — увидев Настину растерянность, подмигнула Катя. — Только надо, чтобы тебе самой это нравилось, что-нибудь из твоих увлечений… Он приехал, кстати. Опять позади тебя стоит у машины и смотрит. Очень няшно у него это получается, надо сказать!

Настя оглянулась, увидела Влада и попрощалась с Катей.

«Что-нибудь из моих увлечений? А чем я увлекаюсь-то?» — билась лихорадочная мысль, пока она шла.

Впрочем, мысль бесследно исчезла, когда Влад поцеловал ее в лоб и открыл дверь внедорожника. Просто потому, что ей стало хорошо и спокойно, как обычно рядом с ним.

— Не получится у нас, Настя, погулять сегодня, — немного грустно сказал он и тронул машину с места. — Срочная оперативка, новые вводные… Едем в отдел.

Они приехали заранее, и в зале совещаний было еще много свободных мест. Влад усадил Настю за стол, а сам, как обычно, устроился напротив. Это не вызвало у сотрудников никакого интереса, как бывало прежде: все уже привыкли, что они часто приезжают вдвоем, сидят вот так напротив друг друга и уезжают вместе.

Срочный вызов на оперативку ему не нравился. И дело было не в том, что сегодня ему хотелось просто побыть с Настей наедине — в конце концов, не привыкать внезапно менять планы, — а в том, что чем дальше, тем больше он чувствовал напряжение среди коллег. И не мог понять, связано ли оно с личностью полковника Парщикова, как было у него самого, или дело в чем-то другом…

Зал постепенно наполнялся, среди вошедших сотрудников показался новый человек, сразу вызвавший у Влада интерес. Первое, что бросилось ему в глаза — вошедший, который принялся оглядываться, выбирая место, по виду был среднего возраста, но что-то подсказывало, что возраст этот никак не соответствует облику. Он был гораздо, гораздо старше, чем казался.

Странный человек, наконец, уселся, и Влад осторожно попытался просканировать его… Тот сразу поднял голову и предостерегающе глянул исподлобья, и Влад слегка поднял раскрытую ладонь в ответ: мол, все, все, понял, не посягаю.

Вошедший был магом, и магом мощным. Правда, специализацию разглядеть было невозможно: на нем лежали заклинания секретности. Причем очень старые…

Влад поднял голову — в зал вошел новый начальник отдела, оглядел присутствующих, неожиданно громко плюхнул на стол тонкую папку и спросил:

— Ну, начнем?

Коллеги завозились, раскрывая блокноты.

— Для начала представлю вам Георгия Ивановича Корбута, ветерана Ведомства, члена Конгресса магов. Прошу любить и жаловать, товарищи. О причинах его возвращения в ряды — позже. Пока к делу. Последние новости все слышали?

Ах вот оно что!.. Выходит, за вчерашним нападением на донорский пункт стоит что-то большее…

Влад насторожился, решив быть предельно внимательным.

И тут же замер, почувствовав тревогу. Повернул голову едва заметно…

Да, он не ошибся — Корбут прощупывал Настю. Не так прямолинейно, как он сам пытался проделать это с магом несколькими минутами ранее — нет, гораздо осторожнее, словно присматривался, задавал наводящие вопросы, ходил вокруг да около, выжидая… Будто сеть плел!

Влад решил ответить прямым взглядом, без угрозы, как получилось у ветерана — мол, что тебя в ней так заинтересовало? В чем дело, поделитесь, товарищ? В ответ получил тот же жест ладонью и легкую улыбку: извини, понял, не буду… Маг отвернулся и стал слушать Парщикова.

Что происходит? Что за странный интерес к Насте? Заметил ли это кто-либо еще?

…— Так вот, это нападение привлекло внимание прессы только своей наглостью. Проблема вылезла на поверхность, так сказать. Предыдущие погромы банков крови происходили глубокой ночью и обходились без жертв, поэтому квалифицировались органами внутренних дел как хулиганство. Естественно, до сих пор никто не был пойман…

— Вопрос! — поднял руку кто-то позади. — Сколько в целом произошло нападений?

Парщиков досадливо крякнул и произнес:

— Точно пока неизвестно, не ясно так же, когда они начались. Только после вчерашнего нападения в МВД поняли, что это похоже на систему, и стали собирать данные о разрозненных случаях. Пока понятно, что есть несколько за последние два-три месяца по Центральному федеральному и Черноземному округах, вероятно, есть в Приволжском…

— Детали налетов? Можно поподробнее? — включился еще кто-то.

— В настоящий момент я, как и вы, знаю минимум. Полагаю, раз все предыдущие случаи квалифицировались как хулиганство, значит, и ущерб был невелик. Собственно, мы и узнаем эти детали, когда включимся в расследование.

— Нам передают это дело? — раздался еще голос.

— Потому я всех и собрал, — развел руками начальник отдела. — Есть мнение, что вчерашний случай стоит квалифицировать как теракт, и это, сами понимаете, уже наша епархия. Но сначала необходимо ознакомиться с материалами, которые нам подготовили в МВД. Или подготовят в ближайшее время. Анастасия Ромуальдовна, это дело для вас. Пора оправдывать доверие, так сказать, а то вы что-то все прохлаждаетесь…

Настя ахнула и отчаянно посмотрела на Влада.

— Спокойно, спокойно… — прошептал он ей одними губами.

Что происходит?! Что, о боги, сейчас происходит?!

— Коллеги, прошу оказывать всемерную помощь нашей единственной девушке в коллективе, — продолжал Парщиков. — Ну и вот еще… Учитывая… гм… опыт младшего лейтенанта Горлинки, была рекомендация выделить ей наставника посерьезнее. Георгий Иванович, Анастасия Ромуальдовна, надеюсь, вы сойдетесь характерами… Предлагаю начать прямо сейчас, потом зайдете за имеющимися данными. У меня, собственно, все, коллеги.

Влад сидел на лавочке под раскидистой липой неподалеку от входа в здание отдела и ждал Настю.

И боролся с острым желанием позвонить Хватову или Ионеску — гендиру «Захвата», и рассказать им о том, что произошло на оперативке.

Но что-то подсказывало, что звонить рано. Еще очень рано. Он должен хотя бы немного разобраться в ситуации сам. И принести им свои первичные выводы…

…Демоны, да какие тут выводы?! Была ведь договоренность о том, что работа Насти в отделе — только прикрытие и защита для нее как жрицы, что она здесь лишь числится! И не более! Кроме того, она не умеет ничего! Речь даже не об отсутствии опыта — она первокурсница непрофильного вуза, даже знаний у нее в буквальном смысле ни-ка-ких!

И этот странный наставник — кто он, откуда взялся?!

Разве это само по себе — не достаточный повод для звонка Хватову?!..

…Недостаточный. Ее всего лишь послали забрать дело из МВД, по большому счету. И Корбут не производит впечатление случайного человека. Очень может быть, что расследовать погромы в банках крови будет на самом деле он, а Настя тут так, по принципу «ну хоть что-то изобрази для приличия»…

…Вопрос только в том, кого Корбут представляет? Чьи интересы?

Конгресс магов, конечно, рекомендация хорошая, но один член Конгресса в отделе уже был, последствия до сих пор не расхлебали. Само по себе членство там не говорит ни о чем!..

…Наконец, дверь распахнулась, Корбут пропустил Настю вперед.

Влад встал, снова подавив желание — на этот раз броситься ей навстречу.

Настя шла быстро, но маг шагал широко, и подошел первым. Протянул руку:

— Извини, капитан. Ничего личного, только в интересах дела.

Влад понял, за что он извиняется, и только слегка кивнул молча, пожимая руку в ответ.

И вдруг осознал, что так насторожило его в моложавой внешности ветерана.

У него были глаза очень старого человека. Очень старого…

Настя подождала, когда Корбут отойдет подальше, и схватила Влада за руку:

— Он крутой, конечно… Но я боюсь!

Она заглянула ему в глаза — вопросительно и растерянно.

— Его? — спросил Влад и улыбнулся. — Его не надо бояться. Просто очень опытный старший… Наставник…

Хотел бы он сам быть уверен в том, что говорил…

— Нет, его не боюсь… Точнее, не прямо вот боюсь… Хотя страшновато, конечно… Нет, непонятно, скорее, — Настя путалась в словах, как всегда, когда нервничала. — Мы завтра в Главное управление МВД поедем, вот этого точно боюсь… Что скажу что-нибудь не то, что тупой буду выглядеть... Ну так как-то…

Они уже шли по тропинке к проходной.

— Помнишь, перед тем, как ты сдавала экзамен по этому самому страшному предмету твоему… — начал Влад, и она подхватила, уже догадываясь:

— По истории социально-политических учений…

— Ну да… Мы на скалодром съездили? Хочешь еще разок? Времени всего полседьмого, успеем!

Настя вошла в квартиру, бросила плащ на кушетку, не заботясь о том, чтобы повесить его, и прошла на кухню. Открыла холодильник, схватила герметичный пакет, надрезала и выпила кровь прямо оттуда, не затрудняя себя переливанием в стакан.

О боги, как она устала сегодня! Денек выдался еще тот, что и говорить…

Чувствуя разливающееся по телу тепло, она прошла в комнату и плюхнулась на кровать. Хотелось просто поваляться немного… Она зажмурилась.

Одним из плюсов новой жизни было льготное снабжение кровью. Нет, ни гематогенки, ни регистрация в ЕСОР никуда не делись — она все так же по понедельникам посещала банк крови, где выпивала положенные двести граммов. Но теперь ей дополнительно были положены два пакета в неделю, которые привозил курьер — они лежали у нее в холодильнике, замаскированные под упаковки популярных соусов. Впрочем, эту маскировку Настя не считала удачным решением — а вдруг придут в гости, допустим, те же Катя и Света, по общежитской привычке сунутся туда на предмет чего бы перекусить, и случайно схватят не тот пакет?..

Она потянулась и глянула на часы. Времени много, надо бы не валяться, а взять книжку и почитать, допустим, ту же историю социально-политических учений, часть вторую…

«Ладно, поваляюсь минут пятнадцать… Ну правда, я устала…» — разрешила она себе.

День действительно был непростым.

Она успела побывать на первой паре — слово «учиться» тут не подходило, Настя слишком нервничала перед встречей с наставником и поездкой в Главное управление уголовного розыска Центрального аппарата МВД. Звучало очень внушительно. Хотя Влад вчера сказал на прощание, что ничего страшного в этом нет, Корбут сделает все сам, а ее задача — следить, как это делается, и не больше, избавиться от волнения она не могла.

А жаль. Влад оказался прав. На все про все у них ушло чуть больше часа, да и то, около двадцати минут они просто ждали дежурного оперуполномоченного. Тот оказался аж в чине подполковника, что немало удивило Настю, но наставник лишь усмехнулся: «Что ты хочешь, это же Главное управление…»

Подполковник, несмотря на хмурый и озабоченный вид в целом, похоже, был просто счастлив избавиться от странного дела: на все вопросы отвечал с готовностью, даже пошучивал. В общем, все оказалось обычной бюрократической процедурой, и не более. Как показалось Насте, дежурный облегченно выдохнул, когда они покидали кабинет.

— Ты спешишь? Поговорим немного? — спросил Корбут, когда они вышли из Управления.

Прикинув, Настя согласилась: до тренировки у Маргоши оставалось время, да и вчера они, по большому счету, успели только познакомиться и рассказать друг другу о себе самый минимум. Хотя, впрочем, она успела понять со слов наставника, что он успел поучаствовать в тех операциях, которые уже относились к легендарным — как по значению, так и по давности…

Против ее надежд, он не повел ее в кафе, а предложил немного прогуляться, и в итоге они устроились на скамейке в сквере.

— Давай начистоту, Анастасия. Я знаю, кто ты, и знаю, что это не ты работаешь в нашем Ведомстве, а Ведомство, точнее, некая часть его, прикрывает тебя.

Настя кивнула, соглашаясь.

— Тогда предлагаю так. Я достаточно давно отошел от дел, и в нынешних молодежных субкультурах не понимаю ничего. Ты, мне кажется, сможешь в этом разобраться и мне помочь. Дело тут не только в возрасте, но и в том, что факультет твой дает для этого все возможности. Сразу скажу: о внедрении или настоящих оперативных действиях речи идти не может, в твоей ситуации это слишком опасно. Согласна?

Настя снова хотела кивнуть, но наставник прервал ее:

— Предупреждаю заранее: сведения могут понадобиться мне в любое время дня и ночи. Действительно в любое. Хотя беспокоить буду только по делу, обещаю. А если самой что-нибудь в голову придет — тоже звони, когда хочешь. Точнее, как только в голову придет — сразу и звони. Еще раз — согласна?

Похоже, условия были далеко не самыми ужасными, по крайней мере, даже не такими тяжелыми, как Настя ожидала, и на этот раз она решила произнести вслух:

— Согласна, Георгий Иванович.

— Отлично, — кивнул тот. — Тогда так. Все представленные документы я изучу и перешлю тебе копии — сегодня вечером. Ожидаю, что завтра с утра ты уже сможешь мне что-то сказать.

— Утро во сколько начинается? У вас? — улыбнувшись, уточнила Настя. — И честно, не ждите открытий так быстро. Я не тусовщица, если честно, и знания о субкультурах у меня на уровне болтовни однокурсниц типа «а ты знаешь, Вася стал урлоготом-эмопанком!» Или как их там…

Теперь улыбнулся Корбут:

— А я и не жду. Просто скажи, что смогла заметить и понять. Или что показалось, — он встал со скамейки, явно собираясь уходить, и добавил: — Утро в семь начинается. Я старенький уже.

Глава 3

В спортзал к Маргоше Настя бежала. Не потому, что опаздывала — наоборот, времени было с запасом, — а потому, что вспомнила, что собиралась позвонить названой сестре еще вчера вечером, рассказать об инциденте с Дракулиным и попросить совета. Она даже не удивлялась, как могла забыть об этом: слишком много событий навалилось…

Марго в марте открыла свой небольшой спортзал при фитнес-центре в Конькове. Тренировала она только нежить, и посетителей было пока немного. Сложно сказать, кто надавил, и каким образом в результате руководство — как отдела, так и более высокое, — согласилось предоставить Насте возможность проходить физподготовку и учиться самообороне у частного тренера, но для нее это был оптимальный вариант, что и говорить. Правда, оставалось условие, что зачеты и нормативы она будет сдавать официально, наравне со всеми остальными сотрудниками, и она побаивалась этого.

Обычная самооборона шла у нее несколько лучше, чем магическая. Настя предпочитала считать, что дело не в послаблениях, которые дает ей Марго по дружбе и родству, а в том, что та приготовила для нее самолично изобретенный эклектический стиль, главным преимуществом которого было почти полное отсутствие правил. Поэтому, если не получался один прием, можно было с чистой совестью пробовать другой, а Маргоша, оценивая ее усилия, со смехом говорила, что Настя, безусловно, поставит врага в тупик своей непредсказуемостью…

…— Марго! — с порога позвала Настя тренершу.

Тишина. В зале, похоже, сегодня посетителей не было. Маргоша тоже не отвечала.

— Марго! Ты где?

Настя прошла вглубь, огибая тренажеры и беговые дорожки. В душе у нее нарастала тревога.

Марго обнаружилась в дальнем конце зала. К окну был придвинут мат, на него широким прямоугольником падал солнечный свет, и под ним во весь рост растянулась тренер — шерсть золотилась под лучами. Настя замерла, не зная, как ей поступить.

Наконец, Маргоша соизволила вздохнуть и приоткрыть один голубой глаз:

— Ну что ты так кричишь? — укоризненно спросила она. — Пожар? Или на улице рыбов бесплатно раздают?

Настя рассмеялась над своими страхами. Марго потянулась и села на мат:

— Знаешь что, сегодня, пожалуй, просто на тренажерах разомнешься. Мне лениво, если честно. Солнышко немного вылезло… — она зажмурилась от удовольствия.

Это как нельзя более подходило Настиным целям.

— Давай начнем не прямо сейчас: двадцать минут почти до тренировки. Надо рассказать кое-что…

Она плюхнулась рядом на мат, и, торопясь, начала рассказывать о странном поведении Дракулина по отношению к ней — с самого начала. Марго слушала Настю, все больше мрачнея.

— Ты уверена, что это не провокация? — наконец, спросила она.

Настя только развела руками: конечно, провокация, только каковы цели и что за ней стоит? А может, кто?

— Ну, давай не будем тратить время на версии. Я предполагаю два крайних варианта, остальные будут так или иначе их разновидностями. Первый — худший. Скажи, ты Владу говорила об этом?

— Нет, конечно! — возмутилась Настя. — Еще не хватало его впутывать!

— И правильно… — вздохнула Марго. — Он видел, что этот Дракулин на тебя смотрит постоянно? На совещаниях, я имею в виду?

Настя поморщилась:

— На службе Влад и меня-то не видит… Ну так, смотрит в порядке исключения. Если дело именно меня и касается…

Марго долго молчала, прежде чем сказать:

— Знаешь, сомневаюсь, стоит ли это говорить тебе… Но раз уж завели разговор, то ладно. В общем, у меня есть сведения, что Владу очень не нравится то, что происходит сейчас в отделе…

— Он тебе сам говорил?! Ты с ним встречалась?! — перебив, подалась Настя навстречу.

— Мы иногда пересекаемся, — уклончиво сказала Марго. — Сам он этого напрямую не говорил, но не забывай, кто я… Двуногих, даже нежить, выдают не только случайные слова и жесты, но и запахи! Запах тревоги и беспокойства, например. А там — главное, правильно задать вопрос и проследить за реакцией…

Младшая сестра Кота-Ученого улыбнулась, но Настя не ответила взаимностью: у нее возникло ощущение, что проблемы захлестывают с головой.

— Ты хочешь сказать, что эту провокацию мог устроить кто-нибудь на службе? — наконец, выдавила она.

— Это наш первый вариант, — кивнула Марго. — И самый худший. Некто заметил интерес этого молодого вампира к тебе и решил его использовать… гм… для дестабилизации тебя лично и ситуации в целом. А второй… Он же компьютерщик, верно? А у них часто бывают странные представления о жизни вообще и девушках в частности. Звучит как стереотип, но это факт. Будем считать этот вариант лучшим.

«Блин, вот только бы так и оказалось!» — пронеслось в голове.

— И что мне делать? — спросила она.

— Переодеваться и вставать на дорожку. Начнем с кардио, — вставая с мата и потягиваясь, произнесла Маргоша. — Уже пять… Нет, семь минут с начала прошло.

— Марго, а с Дракулиным-то?! — подскакивая вслед за тренершей, спросила она.

— Пока ничего с Дракулиным, — бросила та через плечо. — Слишком мало информации, так что ждем. Владу — по-прежнему молчок!

…Сейчас, когда Настя вспоминала этот разговор, валяясь на кровати у себя дома, ей одинаково не нравились оба варианта, хотя второй поначалу действительно казался лучшим. Но даже если Дракулин поступает так с ней только по собственной инициативе — долго ли она сможет сдерживать его натиск? У нее нет опыта, и нервы не железные.

«Можно было пожелать…» — сказал тогда Грааль. Ну да, ну да…

После «воздействия непреодолимой магической силы» она решила в принципе не вмешивать древний артефакт в свои дела и не желать никому ничего даже мысленно. В первую очередь потому, что ей показалось: дело даже не в формуле пожелания, просто Грааль исполнил его с изрядной долей странного юмора, и сколько у него этого юмора в запасе — не знает никто.

Во всяком случае, когда потом она отсылала пленных на военную базу в Цитадели, где были готовы их принять, предварительно попросила точную карту, поинтересовалась широтой и долготой места приема, и еще перед этим внимательно рассмотрела снимки со спутников. Держать все это в голове, произнося формулу и название базы, было непросто, но лучше так, чем потом расхлебывать последствия…

…А ведь если Дракулин ее доведет, и она опять выкрикнет желание в эмоциональном запале, как тогда в Кубе, все может кончиться очень плохо…

Валявшийся радом на покрывале смартфон пиликнул, и Настя потянулась к нему. «Ну вот и почитала учебник, подготовилась! Молодец, что и говорить!» — попыталась она укорить себя, увидев в почте материалы от наставника. Но почему-то ни стыда, ни вины не почувствовала: да, провалялась гораздо дольше, чем рассчитывала, зато удалось отдохнуть хоть немного…

— Заходи, друг мой Владѝслав, — мурлыкнул Кот-Ученый, улыбаясь. — Давно не виделись. Проголодался, наверное? Извини, крови нет, а вот гематогенки теперь всегда имеются! Ну и мясо — по умолчанию!

Влад слегка улыбнулся в ответ, вспомнив, что Настя несколько раз говорила ему, что известный политический обозреватель и эксперт в последнее время все больше напоминает ей бабушку.

— Нет. Но от чая не откажусь. С гематогенкой, — сказал он, и, подумав, уточнил: — Одной.

— Тогда проходи в кабинет, я сейчас, — Кот-Ученый двинулся на кухню.

В кабинете Влад огляделся. Кресло у окна, которое в достопамятную ночь облюбовал Тхор, конечно, манило — после вчерашнего скалодрома ребра постоянно напоминали о себе, — но даже от двери было видно, что оно все в шерсти. Так что пришлось сесть на стул у журнального столика.

Все горизонтальные поверхности по-прежнему были завалены разнообразными печатными изданиями, от газет до толстенных томов, и он удивился — неужели эксперту в его работе не хватает интернета? Впрочем, когда-то он слышал, что дополнительную информацию специалисту в области информационной войны можно извлечь даже из расположения интервью или статьи на самой газетной полосе, а этой специфики явно не хватало в сети…

Кот-Ученый поставил на столик поднос и уселся напротив.

— Ну, с чем пришел? — осведомился он.

Прежде чем заговорить о своих проблемах, Влад решил поинтересоваться:

— Федор, скажи, почему ты больше не участвуешь в работе отдела?

Эксперт подпер лапой подбородок и посмотрел безопаснику в глаза:

— Люблю прямые вопросы, Владѝслав. Даже когда не могу ответить на них столь же прямо.

Влад поднял бровь.

— Ладно, — кивнул Кот-Ученый. — Тому есть причины объективные. Это мой график. После Сражения за Китеж число обращений ко мне за экспертной оценкой в СМИ выросло вдвое, это во-первых. Во-вторых, я очень загружен в Конгрессе магов — там были впечатлены моей работой с кристаллом… С Полюсом силы. И сейчас мы продолжаем с ним работать — его надо активировать как можно быстрее! Я думаю, это тебе известно и понятно…

— И есть подвижки? — заинтересовался Влад помимо воли.

— Очень мало, — отмахнулся Кот-Ученый. — Потому и пашем дальше изо всех сил.

Влад помолчал.

— Хорошо, я так понял, это ты ответил прямо и, по-моему, честно. А непрямой ответ? — наконец, спросил он.

— Меня туда теперь никто не зовет, — усмехнулся эксперт. — Причин не знаю, и гадать не хочу. На совещания к Хватову, как видишь, хожу, и ходить буду, но у него пока затишье.

Это было правдой — зампредседателя Союза реципиентов последний раз собирал их полтора месяца назад, и пока новых поводов для встреч не было. Впрочем, вот-вот «Захват» переедет в новый офис — и там дела обещали развернуться!

— Не знаешь причин вообще или не знаешь настоящих причин? — подумав, все-таки решил уточнить Влад.

Кот-Ученый изобразил, что закатывает глаза:

— Ох, Настя, бедная, бедная девочка! Ох и трудно тебе придется! — запричитал он, потом посмотрел прямо на Влада и конкретизировал: — С тобой трудно придется! Все до причин докапываешься, все-то тебе интересно…

Влад не принял шутку, молчал и смотрел на политобозревателя выжидающе, но тот не уступил:

— Это был непрямой ответ. Все. Закончили, — Кот-Ученый откинулся на спинку и сложил лапы на груди. — Лучше скажи мне, почему ты так напряжен? Ребра?

Влад не смог сдержаться — чуть отшатнулся. Кто мог ему сказать?!

— К Марго ходил? Она хорошо травмы лечить умеет… — предложил эксперт.

— Я с ней встречался недавно, но по другому вопросу, — расплывчато ответил он.

— Влад, у нас чемпионат по непрямым ответам? — осведомился Кот-Ученый. — Я не понял, мы что… не друзья теперь, что ли? Успокойся — твою боль видно за километр по тому, как ты двигаешься и сидишь! По тому, как ты дышишь! Точнее, как стараешься не дышать вообще…

— Что ж, спасибо, ты меня очень успокоил! — Влад не удержался от горькой усмешки. — Особенно тем, что это видно за километр…

— Ого, мы саркастируем! Как тебя припекло-то… — протянул Кот-Ученый, на этот раз посмотрев на Влада серьезно и встревоженно. — Сдается мне, тут дело не только и не столько в ребрах… Что ж, давай тогда с начала. С чем пришел?

Влад помолчал, успокаиваясь. С чего начать?

— Насте вчера дали первое дело. И наставника.

— Наставника — это само по себе хорошо, — кивнул эксперт. — Я сам предлагал в свое время. Видимо, долго предложение в высшем руководстве среди всяких-разных с допуском блуждало. Кого?

— В том-то все и дело. Я впервые его вижу и слышу о нем. Человек, на вид лет пятьдесят — пятьдесят пять. Но глаза…

— Маг, значит? — спросил Кот-Ученый. — Раз по взгляду видно, что гораздо старше?

Влад кивнул, не удивляясь, что эксперт догадался о глазах Настиного наставника, и продолжил:

— На нем «секретов» полно. И заклинания очень старые, я только слышал о такой манере… Корбут, Георгий Иванович. Как понимаешь, я уже посмотрел везде, где только мог…

— Понял, — наморщил лоб Кот-Ученый. — Корбут, Корбут… Кажется, что-то знакомое, правда. Но сам знаешь — у вашего брата ФИО и документы на раз-два меняются, в зависимости от текущей задачи… В общем, посмотрю. Что еще?

— Насте дали дело, — напомнил Влад. — А ведь были определенные договоренности!

— Тоже неплохо, по-моему. У вас там блатных нет, и, сам знаешь, в случае чего придется очень долго объяснять очень много кому, почему это младший лейтенант у нас только тренировки соизволяет посещать. И исчезает неизвестно куда частенько. А мы и так уже долго объясняли, почему вообще двадцатилетнюю барышню взяли, да еще и такую охрану ей обеспечиваем… Не переживай, наставник должен быть в курсе договоренностей. Она декоративные функции выполнит и все. Заодно действительно поучится.

Влад покачал головой:

— Ну, если ты спокоен насчет наставника, то меня все равно тревожит собственно дело, которым они должны заниматься. И само по себе, и то, что его дали именно Насте, — уточнил он. — О теракте на донорском пункте слышал? Ну так вот, это, оказывается, не в первый раз.

Эксперт вопросительно поднял бровь, и Влад рассказал ему о полученных на оперативке вводных.

— Мне не нравятся случайности и совпадения, — закончил он. — Настя — жрица. Грааль проснулся, и, поверь, мы все это очень хорошо чувствуем сейчас…

— Вампиры, в смысле? Как? — заинтересовался Кот-Ученый.

Влад хотел объяснить, но не смог подобрать слова:

— Трудно определить… Как ожидание чего-то… Предвкушение… Не крови, это не зов охоты уж точно. Оживление… Общее повышение тонуса… Подавляющее большинство ведь даже не знает, что это Грааль, и что дело в его пробуждении, но вот приток энергии какой-то чувствуют… И тут происходит теракт, очень специфический, согласись! И оказывается, что-то похожее, хоть и не в таких масштабах, творится по всей Центральной России уже два-три месяца! Понимаешь?

На этот раз Кот-Ученый задумался надолго.

— М-н-да… — наконец, протянул он. — Вампиры чувствуют Грааль, Настя — жрица, и дело о теракте и погромах в банках крови поручают именно ей. Мне тоже как-то в совпадения верится не сильно… Особенно в такие…

Влад потянулся к чашке, и обнаружил, что ни разу не сделал и глотка. Выпил остывший чай залпом — он, как часто у Кота-Ученого, был с какими-то травками. Гематогенка осталась нетронутой — расхотелось почему-то.

— Мне кажется, друг мой Владѝслав, что-то тебя еще беспокоит… — прищурился эксперт. — В целом, скажем так.

Но безопасник подумал, что, наверное, на этом стоит остановиться — он откровенно устал сегодня, и размышления по поводу своих тревог насчет общей обстановки на службе, пожалуй, надо отложить до следующего раза. Тем более, сам аналитик, похоже, отчасти догадывается о происходящем, раз не хочет говорить о причинах, почему его не зовут в отдел…

— Я пойду, — покачал головой Влад. — Извини, Федор, пока так…

Тот только кивнул, принимая ответ.

Лишь напоследок, уже открывая ему дверь, сказал:

— Что же, спасибо, что пришел с этим именно ко мне… Действительно благодарю! И да — не хочу быть бабушкой, как меня Настя называет иногда… Но все-таки, Влад, сходи к Маргоше, и как можно быстрее. Сдается, сейчас не время болеть — похоже, у нас опять на дворе времена интересные…

Поезд набирал ход, мимо пролетали московские окраины. Настя вернулась в купе и полезла на свою верхнюю полку. Дорога, как известно, время свободы, и она с чистой совестью может поспать. Ну, разве что Корбута заинтересует какой-нибудь вопрос, тогда она, конечно, возьмет трубку и ответит. Или подскажет, где искать ответ. Впрочем, она была уверена, что тот не позвонит: сам сказал утром, что информации много, и пару дней она точно свободна…

…Решение уехать возникло у нее совершенно спонтанно, и Настя не собиралась себя за него укорять: в конце концов, ну сколько можно учиться, учиться и еще раз учиться?! Она уже, помнится, работала, работала и еще раз работала, и, хотя получала немаленькую зарплату, оказалась практически не в состоянии потратить эти деньги хотя бы на отдых. У всех отпуска, а у Насти — карьера: съемки, текст, монтаж, эфир! За уже почти четыре года, что она в Москве, смогла только два раза недолго навестить бабушку, вот и все.

Сейчас она тоже направлялась в Белгород, к бабушке. Но не только.

Сегодня утром, оглядывая изрядно опустевшие коридоры факультета, Катя сказала ей:

— Блин, как в ДАСе хорошо стало, не представляешь! На майские куча народа домой смоталась… Тишь да гладь просто!

— Еще же три дня впереди! Ну два… — удивилась Настя.

— А кто сейчас учиться-то будет? Преподы тоже не дураки: сама увидишь, халява всякая пойдет…

Решение зрело постепенно, пока Настя приглядывалась, действительно ли на лекциях и семинарах ничего принципиально нового не объясняют, и к третьей паре оформилось окончательно: к бабушке! Но — не просто так.

Вчера вечером в тексте документов, присланных Корбутом, она дважды наткнулась на упоминание Белгорода. Во-первых, в конце февраля на местной станции переливания крови ночью побили окна и пытались поджечь обивку металлической двери, во-вторых, совсем недавно, в начале апреля, станция подверглась уже серьезному нападению, вполне укладывающемуся в картину погромов. Злоумышленники раздвинули чем-то прутья решеток на окнах, снова выбили их, и на этот раз проникли внутрь, там разнесли большýю часть аппаратуры, выбросили из холодильника пакеты с кровью и часть уничтожили, судя по всему, просто растоптав. Сложно сказать, были ли оба случая взаимосвязаны — по почерку казалось, совершили их разные группы, — но во втором у местной полиции оказался хотя бы один подозреваемый. Да, его выпустили за недостаточностью улик, но в других городах после аналогичных преступлений не было и такого. И Настя прямо-таки воспылала желанием получше познакомиться с ним, с местными пинкертонами и с делом — поподробнее, чем с сухой выжимкой, которую им с наставником передали в МВД.

План был хорош, как ни крути: два дня на все про все в областном центре, а потом к бабушке! Поэтому она еле дождалась конца последней пары и бросилась в Битцу, поскольку была уже в курсе, что необходимо соблюсти кое-какие формальности.

Парщиков принял ее незамедлительно: похоже, сам скучал в кабинете и мечтал о том, как проведет праздники.

— Хм… Инициативная, значит… — с непонятной интонацией пробормотал он, выслушав Настю. — Ну что же, давай, одобряю. И что про бабушку вспомнила — уважаю. Только третьего утром чтобы здесь была! И местных там не пугай слишком уж то…

Настя пообещала, что пугать не будет, и вскоре уже ехала в автобусе домой с выписанным командировочным удостоверением и финансами. Осталось только купить электронный билет и собрать вещи.

Звонить она принципиально никому не стала: Корбут ее практически отпустил, занятие по огневой подготовке не состоится, потому что попадало на праздничный день… Остальные — Кот-Ученый и Маргоша, например, — могли попытаться отговорить от поездки.

А Влад… Мог бы и сам позвонить, между прочим. Хотя бы сказать, какие у него планы на выходные. Не сможет встретиться — так не сможет, она не в претензии, у них на службе действительно все бывает, кто же спорит?..

Но позвонить лишний раз иногда все-таки можно, правда? Как расстались после скалодрома — так тишина в эфире… Два дня уже!

— ПОЧЕМУ ТЫ САМА ЕМУ НЕ ПОЗВОНИШЬ?

— Ой, всё… — Настя отвернулась в угол и постаралась заснуть.

Среди ночи она проснулась — из-за стенки слышались голоса. Негромко, но соседка снизу тоже заворочалась.

«Блин, вот чего людям мешать? — недовольно вздохнула Настя. — Вот сейчас послушаю, кто там трындит… Если действительно по делу — ладно, а если алкаши какие-то никак не угомонятся — пожалуюсь проводнице!» Она вздохнула, пытаясь сконцентрироваться.

«Слушать» по-вампирски ее научил Влад. Вообще-то, она знала, что эта способность есть с рождения у всех высших вампиров, просто ее надо развивать, но проблема была в том, что бабушка этим не занималась. Как не занималась, в сущности, развитием ни одной из положенных Насте по праву рождения способностей, даже всячески пыталась от них отучить, если они проявлялись сами — просто из опасений, что внучка наломает дров или кто-нибудь поймет, что она вампир.

А учиться самой, оказавшись в Москве и сразу окунувшись с головой в работу на Блуд-ТВ, у нее элементарно не было времени и возможностей. Так что до самой Битвы за Китеж жила она, практически, как обычный человек, даже летать толком не умела, и владела из всего положенного набора способностей только вампирским зрением, которое развилось само собой, а бабушка против не была…

…В соседнем купе на пониженных тонах разговаривали трое, судя по голосам, один — постарше, лет двадцати пяти, двое, наверное, были чуть помладше самой Насти. Старший травил байки:

— Я же сказал, криповое место! Там раньше, говорят, и шары огненные из-под земли вылетали… И, слышал, если вглубь леса пройти, там поляна есть, где проход в другой мир.

— Да ну, не интересно, — отмахнулся один из младших. — Я про мутантов и нежить собираю, а вот это все… Байки просто.

— Ну как хочешь, — старший, похоже, колебался, обидеться и замолчать ему или нет. — Туда, между прочим, «Космопоиск» приезжал… Года три назад, по-моему. Пол-лета с приборами там бродили, вроде, нашли что-то…

— Ага! «Космопоиск» везде найдет, — с какой-то двусмысленной интонацией протянул третий собеседник. — Главное — поехать куда-нибудь, а там завсегда, как говорится...

— Лех-ко! — добавил второй, и все трое засмеялись.

— Ладно, ребят, вспомнил вот… — смягчившись, начал старший. — Только я подробностей не знаю, не в курсах. Ориентировочно…

— Давай, давай! — подбодрил его один из собеседников. — Поспрашиваем — сами все найдем.

— Я прошлым летом в городе не был, отпуск начальник не дал. В общем, где-то в июле возле Шишино… А, не, не так рассказываю… В общем, там в лесу… Ну как в лесу — там озеро между окраиной и Шишино, даже не помню, называется ли как-то, а ближе к городу — лесок такой… Ну, мне мать рассказывала, еще весной, значит, один местный в полицию пришел: мол, там алтарь сатанинский. Проверили, конечно, говорят, сильно натоптано, ну ясно, в общем, что не в первый раз там люди тусили… Но крови нет, даже куриной какой-нибудь. Ну, как это у наших ментов бывает, алтарь разрушили и забыли.

— Ох, чую, не к добру это! — заупокойным голосом протянул один из слушателей.

Все снова засмеялись.

— Точно не к добру! — продолжил рассказчик. — В июле, я говорил, на том месте тело обнаружили. Девушка, разумеется…

— На алтаре?

— Да алтарь-то разрушили! Ты слушаешь, а? — раздраженно отозвался рассказчик. — А хотя… Не знаю, не спрашивал, может, снова построили… В общем, на том самом месте девушку мертвую обнаружили. Кровь до капельки высосанная! Вся в укусах, мать говорила.

Настя за стенкой затаила дыхание.

— А вокруг?

— Не знаю я, что там вокруг… Но, вроде, менты сказали официально, что их несколько было, убийц… А неофициально — что был один. Вампир. И долго с жертвой играл.

— Насиловал? — с интересом спросил один из слушателей.

— Вроде, нет. Вроде, даже девственницей была. Это ментов и озадачило, мать говорила… А потом…

Рассказчик замолчал ненадолго, и было ясно, что не интригует — просто пытается вспомнить.

— Ну, что потом-то? — нетерпеливо затеребили его.

— Да я даже не знаю, что и сказать-то… Слухов много ходило просто. Про алтарь и про первую девушку — мать по телефону рассказывала, а дальше… Я приехал, в октябре-то… Вроде, еще две жертвы минимум к тому времени было, но не там уже. Где — неизвестно, менты все засекретили. А люди места разные называли…

— Не поймали убийц?..

В этот момент Настина соседка с нижней полки постучала в стенку — мол, уймитесь, наконец. Голоса умолкли, затем один из младших произнес шепотом:

— Ладно, спать давайте… Спасибо за наводку, бро…

За стенкой завозились, укладываясь. Настя лежала с открытыми глазами, понимая, что заснет не скоро.

Понятно, что убийства были — по крайней мере, первое точно! Это ей подсказывал журналистский опыт. Рассказчик, даже со слов матери, привел достаточно подробностей, чтобы можно было сделать однозначный вывод: если Настя сейчас возьмет смартфон, то без особого труда найдет в сети и новость о нем, и даже заявление пресс-службы областного Управления МВД о том, что убийц было несколько.

Понятно также, что убийц не поймали, и тогда становится более чем возможным продолжение серии. Продолжение, о котором уже широко не сообщали.

А еще понятно, что действовал не вампир, и уж тем более не группа вампиров. «Однозначно не наша манера… — усмехнулась про себя Настя. — Зачем убивать-то? Кровь надо экономить: соблазнить жертву — дело не самое простое…»

В общем, было ясно, что убийцы — люди, и не важно, сатанисты или нет.

И таким образом, во весь рост, и весьма исполинский рост, вставал главный вопрос: связаны ли между собой убийства в прошлом году с погромами банков крови в этом? Ах да, кстати: а если копнуть в других регионах, не обнаружатся ли там тоже такие «предваряющие» убийства в якобы вампирской манере?

«Ой, бли-и-ин… — пронеслось в голове. — Это же придется Георгию Ивановичу звонить, и срочно… Без этого никак… А я в Белгороде…»

Наконец, выпал выходной, и Влад с утра собирался поехать в спорткомплекс, в качалку — позаниматься просто так, для собственного удовольствия. Но разбудил его не будильник, а телефон:

— Приветище! — судя по голосу, Красавченко был просто счастлив. — В общем, я все организовал.

— Что организовал? — не понял Влад.

— Позвонил Денчику и Костяну. Валим завтра вечером в Шушмор! Я уж понял, что от тебя действий ждать бесполезно, так что, если сможешь — присоединяйся, до вечера второго мы там. Погоняем на квадриках, шашлыков поедим! Если решишь все-таки — звякни, скажем, надо ли чего прихватить.

— Хорошо, — помолчав, отозвался он. — Если будет возможность — приеду. Спасибо за приглашение.

— Эй, ну ты чего? — встревожился Игорь. — Да что с тобой такое?

Влад не удержался от осторожного вздоха. Ребра по-прежнему болели.

— Нормально все. Не бери в голову. Работы много, устал.

На этот раз друг долго молчал — Влад подумал было, что связь прервалась.

— Знаешь, Влад… — наконец, начал Игорь очень странным тоном. — Я не знаю, что у тебя там на службе. Я не знаю, что у тебя там с девушкой. Я не знаю и даже не спрашиваю, решил ли ты свои медицинские проблемы, или хотя бы пытаешься их решить. Я одно знаю: раньше, скажи я тебе про Шушмор, и тем более, что мы уже собрались и только тебя ждем, ты бы уже прыгал по потолку, параллельно подыскивая лучшие сорта мяса для шашлыка и фонтанируя вариантами маршрутов! И вырвался бы в поездку, несмотря на свою занятость, любыми способами! И всего вышеперечисленного для меня достаточно, чтобы понять: тебе хреново что пипец! Верно?

«Не верно!» — хотел ответить Влад, но друг уже продолжал, словно эти слова уже прозвучали:

— Врать не надо! Вот мне врать не надо! И Дену с Костей тоже — дружим двадцать лет из тридцати, что живем на свете! Поэтому я предлагаю такой вариант. Вечером встречаемся. Хочешь — у тебя, хочешь — у меня, ради этого даже Аньку к родакам выпру на ночь. Сидим, отдыхаем, и ты мне все выкладываешь. Все, понял? Поработаю сегодня психотерапевтом сильной личности, хе-хе. Придумаем что-нибудь. Ну?!

Влад молчал. Потом неохотно произнес:

— Я подумаю…

— Думай. Позвони до вечера, скажи, у кого зависнем. Вариант «не зависнем» не принимается. И кстати, если не позвонишь — можешь вообще не звонить. Больше. Понял?

Красавченко отключился, похоже, даже не успев услышать ответ Влада: «Понял».

И тотчас телефон снова разразился звонком:

— Приветствую, друг мой Владѝслав! Не разбудил, надеюсь?

— Нет, друг Федор! Рад слышать, — Влада постарался ответить как мог тепло, но поймал себя на мысли, что не поверил бы собеседнику с таким голосом.

— Я по поводу твоего запроса, — не обратив внимания на тон, продолжил Кот-Ученый. — В общем, задачка серьезной оказалась. Когда можешь подъехать? Я во второй половине дня буду очень занят, извини, так что — либо сейчас, либо вечером.

Влад подавил искушение ответить «Вечером», чтобы было чем оправдаться потом перед Красавченко. Ну что же, качалка-то уж точно подождет несколько часов…

— Давай сейчас. Буду… — он прикинул время. — Часа через полтора точно буду!

В глубине души он чувствовал раздражение — как все ловко распоряжаются его жизнью даже в выходной!..

Дверь в подъезд была открыта, с верхних этажей доносился запах краски.

У квартиры политического эксперта сидела трехцветная кошка. Завидев Влада, принялась ластиться то к нему, то к порогу, прося, чтобы открыли.

Влад, подумав, набрал номер Кота-Ученого:

— Федор, я у двери. Тут кошечка вьется, осторожнее…

— Трехцветка? — ключ в замке защелкал, поворачиваясь, и дверь распахнулась, кошка шмыгнула внутрь. — Заходи, это соседская. Днем ко мне часто приходит, когда хозяев дома нет. Тебе чайку с гематогенкой?

Влад кивнул и, повинуясь гостеприимному жесту эксперта, прошел в кабинет. Обивка кресла на этот раз явно была почищена, но он решил сесть на прежнее место, за столик — разговор все-таки предстоял деловой.

Кот-Ученый вошел с подносом, кошка вилась в ногах, но эксперт, похоже, предчувствовал ее движения: ступал всякий раз так, что подставиться той не удавалось.

— Ну и задачку ты мне задал… — вздохнул аналитик, усевшись, и вдруг обратился к кошке, тершейся внизу: — Видите ли, дорогая моя, сейчас не могу уделить вам достаточно внимания. Но потом часок у нас будет, обещаю. В спальне любая коробочка — на ваше усмотрение. Кровать и диван тоже. Пожалуйста.

Влад не без удивления наблюдал, как кошка, напоследок мазнув хвостом по задней лапе Кота-Ученого, плавной походкой направилась в коридор.

— Ну что ж, Корбут Георгий Иванович. ФИО, похоже, подлинные — вернул, выходя на пенсию, — начал эксперт. — А вот когда на службу поступил… Это вопрос. Копать пришлось глубоко, а я, конечно, не юный капер даркнета и не библиотечный червь, хотя и соображаю кое-что… В сети, естественно, материалов не особо много, больше в архивах Конгресса магов. Там его, кстати, почти никто и не помнит: не появлялся лет тридцать, если не больше, хотя взносы платит… В общем, так, Влад. Я бы мог сказать, что беспокоиться не о чем: похоже, этот человек служил в органах с самого момента их основания, с тех пор, когда они еще назывались ВЧК. Причем даже тогда был уже немолод и явно обладал немаленьким опытом…

Кот-Ученый помолчал.

— Мог бы? Но? — спросил Влад.

— Тут два «но». Первое — даже со времен ВЧК-ОГПУ прошло более ста лет, Влад. Менялись не только сами органы — менялся государственный строй. Та структура, в которой ты служишь сейчас — отдел специальных энергоинформационных операций, — вообще пережил больше полутора десятков реорганизаций, смен названий и даже функций, а несколько раз вообще временно переходил на нелегальное положение в виде тайного общества товарищей с магическими способностями, неравнодушных к судьбе Родины, и нежити… В зависимости от мнения политического руководства по поводу существования самой магии, пользы от нее, и отношению к вам лично.

— Колебались вместе с линией партии, — криво усмехнулся Влад, не понимая, куда клонит эксперт.

— Ну да, — кивнул тот. — И этот человек пережил все это. Все репрессии и чистки, реорганизации и переформирования. Повторю, что, похоже, успешно переживал подобное и до того. Понимаешь?

Влад задумался.

— Хочешь сказать, что это маг какой-то потрясающей силы? — наконец, спросил он.

— И это тоже, — снова кивнул эксперт. — Но не только. Вспомни, о скольких тайных проектах ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ ходили слухи? Да и сейчас о них всякие книги уфологи да эзотерики пишут… Большáя часть проектов, конечно, создавалась только для отвода глаз — в целях прикрытия того же отдела, как бы он ни назывался. Но сам отдел тоже занимался многими другими — настоящими, и, прямо скажем, поработал на славу! Хотя результаты почти в ста процентах случаев остались засекреченными даже от руководства ведомства…

— Стоп!.. — Влада озарило, голос сорвался.

Прежде чем продолжить, ему пришлось перевести дыхание:

— Я правильно тебя понял? — тихо и внятно проговорил он. — Ты хочешь сказать… Что Настя и Грааль… Это все какой-то проект?!

В груди кипело. Качалка становилась прямо-таки насущной необходимостью. А может, потом завернуть и в зал, потренироваться просто так, для себя? Спарринг-партнер всегда найдется…

— В принципе, ты прав. Но я бы сформулировал иначе, — покачал головой Кот-Ученый. — Это начало какого-то нового проекта — Настя, наверняка ты тоже, кстати, и, возможно, даже я — как учитель и названый брат. Грааль, подозреваю, тут несколько второстепенен, поскольку это Предназначение, которое никто изменить не в силах. Разницу понимаешь?

Влад только молча моргнул.

— Все-таки восхищаюсь твоей выдержкой, — пробормотал Кот-Ученый. — Пей чай, а то будет, как в прошлый раз. Гематогенку тоже съешь, пожалуйста.

Безопасник отпил из чашки и проглотил гематогенку, не почувствовав вкуса ни того, ни другого. Но ему действительно стало немного легче.

— А второе «но»? — спросил он. — Ты говорил, есть второе.

— Да. Знаешь, у очень старых магов, чем бы они ни занимались, в какой-то момент наступает… хм… вообще-то официального термина не существует… Но я называю это отстранением.

— Им становится не интересно? — нахмурился Влад.

— Нет. Им по-прежнему интересно, только интерес этот… Становится чересчур личным. Не в прямом смысле «личным интересом» — как раз было бы неплохо, если бы их можно было заинтересовать чем-то материальным, например… Нет — такой маг становится «сам себе игроком». Не скажу, что остальные для него лишь пешки, но — весь процесс становится не более, чем игрой… В которой проигрыш, как и выигрыш — лишь преходящие явления. Некоторые называют это «философским взглядом на жизнь», но, думаю, это название слишком неясно описывает феномен отстранения. Эдакая… Безразличная игра, в которой есть только маг — и прочее мельтешение… И опять-таки, дело не во власти — таким магам она уже не важна… Вот! Пожалуй, личное развлечение как цель игры — такое определение подходит лучше всего! Не особо понятное прочим развлечение… Причем сама игра может вестись на глобальном уровне!

— Понял… — протянул Влад.

Картина вырисовывалась уже не просто тревожная — откровенно страшная. Но…

— Послушай, Федор, — поднял голову он. — А доказательства какие-то у тебя всему этому есть? Или это просто твои умозаключения?

— Есть. Одно. От противного, правда, — ухмыльнулся Кот-Ученый. — Видишь ли, я до сих пор не смог узнать, кто назначил Корбута Настиным наставником. Ты понимаешь, что связи у меня немаленькие, под мороком или без него — но меня без преувеличения знает лично все твое вышестоящее начальство. Все — вплоть до самого верха. Так вот, у меня сложилось впечатление, что он назначил себя сам. Сидя у себя на даче, или где он там пенсионерствует, и не шевельнув даже пальцем. Это под силу магу его опыта и мощи.

— Тогда… — Влад почувствовал, словно его окатило холодной водой. — Тогда мы имеем… Что это — новый проект лично Корбута. Георгия Ивановича.

— Влад, — сочувственно посмотрел на него эксперт. — Послушай, есть же пределы… Встань и поколоти в стенку — вон же свободная! Я, когда это до меня дошло, всю когтеточку в спальне изодрал… Жду вот курьера с двумя новыми — одну тоже наверняка сразу уничтожу.

Влад отмахнулся:

— Я сейчас железо потягать поеду!

— Без ДТП по пути постарайся обойтись только… Ты нам еще ценен, — буркнул мрачно Федор. — У тебя форма допуска какая?

— Высшая. К нашим архивам — полная, — ответил Влад, имея в виду архивы отдела, и эксперт его понял:

— Хорошо Проектом «Ромб» там поинтересуйся, пожалуйста. Папки маркированы «Орион». Я сейчас не могу в отдел обратиться, сам знаешь, так что только общие сведения собрал: в Конгрессе все-таки очень мало информации от вас. Работы шли при Андропченко…

— Это же сорок лет назад! — удивился Влад. — Зачем?

— Пятьдесят! Когда Андропченко возглавлял Ведомство, а не генсеком был. Затем, что Корбут, похоже, руководил этим проектом: фамилия похожа, Кербитов. Имя-отчество другие, но это не важно. Впрочем, даже если насчет руководителя ошибаюсь, Корбут по своему уровню должен был в нем участвовать так или иначе. Ведь это вообще последний крупный проект Ведомства той эпохи…

— Хм… Понял тебя, Федор, — Влад прищурился и слегка улыбнулся — впервые с начала разговора.

Кажется, есть какая-то зацепка! Если он узнает, чем занимался тогда маг — можно будет понять, над какими проектами он вообще работал, а значит, и зачем ему понадобилась Настя…

Вероятно, можно…

— Знаешь, есть еще один момент… — протянул эксперт таким тоном, будто сомневался, стоит ли говорить об этом Владу. — Если я… если мы с тобой правы, Корбут обязательно должен выйти на контакт со мной. Рано или поздно ему это придется сделать.

Влад вопросительно посмотрел на Кота-Ученого.

— Я слишком сильно вмешан в судьбу Насти, — пояснил тот. — А я ведь сущность. И у меня своя игра.

Аналитик снова замолчал, и Влад не выдержал:

— Ты сможешь его переиграть?

— Честно — не знаю. Не имею представления о его опыте и мощи. Но навязать игру по своим правилам — смогу.

Глава 4

Настя потянулась, лежа одетой на постели в гостиничном номере.

«Блин, валяться так — это становится традицией», — пронеслось в голове, но почему-то она не почувствовала укола совести. Попробуй она улечься подобным образом у бабушки! Теперь, похоже, для нее это признак свободы…

…Знакомый город встретил легким весенним дождиком, и Настя подумала, что все получится. Она еще перед отъездом из дома проверила, существует ли по-прежнему маленькая частная гостиница на окраине, которой когда-то владела дальняя бабушкина знакомая: в ней Настя иногда ночевала, если приходилось задерживаться на записи программы областного ТВ, где она работала. В последний раз это было аж три с лишним года назад, целая вечность прошла!

Гостиницей, конечно, заправлял уже какой-то потомок той деловой старушки, то ли сын, то ли внук, Настя не разобралась. Регистрируясь, поняла, что ее не узнали, и подумала, не стоит ли передать привет прежней владелице. Решила, что не стоит: найдутся еще какие-нибудь знакомые знакомых, пойдут слухи: мол, уезжала покорять Москву наша телезвезда, и вот — вернулась, и наверняка несолоно хлебавши! Ведь о телеканале Блуд-ТВ, а значит, и о реальной карьере Насти, подавляющее большинство человеческих знакомых было не в курсе…

Позавтракав и хорошенько намазавшись солнцезащитным кремом, она направила свои стопы в УФСБ по Белгородской области: надо было отметить командировочное и навести кое-какие справки. Конечно, она волновалась, но все оказалось проще простого. Хотя именно это Настю и разочаровало: «проще простого», как обнаружилось, далеко не всегда означает «так, как хочется».

Для начала дежурный майор за столом уставился на нее, будто на диво дивное — похоже, больше всего его потрясла розовая прядь в челке. Потом помотал головой, приходя в себя, и осведомился как можно более скучным тоном:

— Цель командировки?

— Ознакомиться с делом о нападении на городскую станцию переливания крови, — ответила Настя.

— Так… Это… — майор, казалось, сейчас почешет в затылке, но он все же сумел удержаться от этого. — Мы ж вам отправили!

— Мы получили, — кивнула Настя. — Спасибо. Но хотелось бы поподробнее.

Майор долго молчал, снова искоса поглядывая на Настину челку, потом поднял брови до того, что глаза выкатились, издал какой-то непонятный звук, вроде «у-у-уйуха!», и схватил трубку служебного телефона на столе:

— Але, Димсргейч… Ага, я… Ага, все нормуль. Пасиб. Димсргейч, ты дело в Москву отправлял? Ага. Ага. То самое. Ага. Ну, щас гостя прими, ага. Гостью, точнее, — на этих словах майор покосился на Настю и снова задержал взгляд на челке. — Ага, ну всего…

Он бросил трубку и сообщил Насте:

— Вам в триста шестой.

— Где это?

Майор уткнулся в монитор и пошевелил мышкой. Настя колебалась: прием явно не был гостеприимным, так что стоит ли настаивать на своем или боги помогут найти нужный кабинет? Пожалуй, все-таки она попробует…

— Где это? — спросила она громче.

— А? — переспросил «коллега», отрываясь от монитора.

— Где. Триста. Шестой. Кабинет? — спросила она как могла громко и внятно.

— А-а-а, — протянул тот. — На третьем этаже, как подниметесь — налево по коридору.

Налево по коридору идти оказалось и правда недалеко. Дверь была приоткрыта, но Настя постучалась.

— Войдите, — откликнулся хозяин кабинета.

Им оказался капитан, наверное, немногим постарше Влада, но уже грузноватый. Настина челка, похоже, тоже сразу произвела на него неотразимое впечатление. Впрочем, по реакции дежурного она уже поняла, что действительно выглядела для местных коллег чудом и в силу возраста, и в силу выбранного имиджа. «Ну, что ж поделать, пяльтесь!» — раздраженно подумала она, с вызовом улыбнулась, поправив прическу, и только затем представилась.

Капитан, представившись в ответ, отвел, наконец, глаза от челки и произнес:

— А я все в Москву вам отослал. Как из УМВД передали — так отослал.

Настя вздохнула:

— Мне необходимо ознакомиться с делом поподробнее. Поговорить с задержанным, со свидетелями…

— А его же отпустили. Еще в МВД. Недостаточно улик, — ответил капитан.

— Я знаю, — Настя поняла, что ей стоит запастись терпением. — Но вы можете мне в этом помочь? Вызвать на беседу, например…

— А я телефонограммы не получал, — брякнул капитан.

Вот это уже было интересно! Настя на секунду замерла, не зная, что и сказать на это. Потом сообразила:

— Телефонограмма должна была поступить еще вчера. Думаю, она затерялась, и надо ее найти. Я-то здесь.

— А в СЭДе тоже ничего не было! — сообщил ей капитан с каким-то залихватским видом.

А вот этого уже в принципе быть не могло! На руках у Насти — выписанное по всем правилам командировочное, и каким образом не могло прийти даже извещение по системе электронного документооборота — представить было крайне трудно.

— Но я-то здесь! — напомнила она, и вдруг ее озарило: — Послушайте, а вы действительно в СЭДе смотрели?

Капитан моргнул несколько раз. Вид у него был такой, словно он старательно прятал растерянность.

— Давайте так. Я зайду во второй половине дня — все наверняка найдется! — она улыбнулась как можно более мягко.

— А меня, может, во второй половине дня не будет… — попытался возразить капитан, но вышло как-то без уверенности.

— Тогда я еще раз зайду завтра! — Настя улыбнулась еще очаровательней. — А пока тут поработаю.

Скрытая угроза подействовала на капитана: похоже, он представил себе, что может произойти, если упорная москвичка и впрямь поработает здесь без его помощи и ведома.

— А вы зайдите сегодня во второй половине, — сказал он так, словно это только что пришло в голову ему самому. — Постараюсь найти телефонограмму и коллегам передам, чтобы помогли. А может, и сам буду…

Он попрощался гораздо теплее, чем ожидала Настя, и это, похоже, был хороший знак.

Дальше ее путь лежал в УМВД по Белгородской области. Идти было относительно недалеко, и она специально пошла медленно, наслаждаясь весенней свежестью после дождя и видами города.

Впрочем, чем ближе она подходила, тем больше опасений у нее появлялось: она вдруг подумала, что в Управлении ее могут узнать. Настя в свое время сняла немало интервью с местными полицейскими чиновниками, и, хотя тогда, в старшей школе, придерживалась имиджа пай-девочки, все-таки нельзя было не учитывать, что взгляд у них профессиональный, наметанный…

«Ну узнают, ну и что? — в конце концов, сказала она себе. — Это если в гостинице поймут, что я вернулась, пойдут нелепые слухи, а туда я иду с корочкой и командировочным! Которые, кстати, в мой прежний образ вполне вписываются: хорошая девочка выросла и служит в ФСБ, ха! А розовая челка мне для прикрытия…»

Перед зданием она на минутку остановилась: захотелось проверить, не изменили ли белгородские полицейские своим вкусам. С некоторой иронией убедилась, что и сейчас, как и три-четыре года назад, почти все машины на стоянке белые, и только после этого устремилась к широкому подъезду. «Приятно знать, что хоть что-то в мире не меняется…» — пронеслась мысль…

— Присядьте, пожалуйста, Анастасия Ромуальдовна, оперативный дежурный на совещании, — сообщил ей капитан, и Настя, отметив про себя его вежливость, подумала, что здесь все пойдет иначе, чем в УФСБ.

Через час ожидания она поняла, что ошибалась. Оперативный дежурный так и не появился, а на ее расспросы капитан лишь пожимал плечами и разводил руками, все так же вежливо улыбаясь. В конце концов она сообщила, что придет еще раз во второй половине дня, и вернулась в гостиницу…

…За окном снова накрапывал весенний дождик, Настя посмотрела на часы… «Не, рано еще. Пусть в УФСБ еще малость подумают, поищут телефонограмму и в СЭД покопаются…», — решила она.

Лежать просто так было уже тяжко, и Настя потянулась за своим блокнотиком с мыслями и выводами по делу.

— Значит, что нам ясно-то? Что ничего не ясно… — пробормотала она вслух.

По поводу самих погромов на станциях переливания и в банках крови, во-первых, становилось понятно, что вряд ли это дело рук некой новой молодежной субкультуры. А вот образ секты или даже преступной организации вполне вырисовывался по многим признакам.

При этом не похоже, что осуществляется прямое руководство акциями из единого центра, или таковое руководство еще только формировалось: слишком разнилась манера нападений. В одном случае были разосланы предварительные письма с угрозами, в остальных — нет. Трижды в разных регионах преступники оставили надписи на стенах разгромленных банков крови — «Смерть вампирам!» и «Упокоим нежить!», — в других обошлось без этого. Часто, похоже, нападавшие даже не знали расположения помещений на станции: оставленные следы явно указывали на то, что холодильные шкафы с кровью они искали наугад…

Но вот что настораживало — ни в одном случае не удалось найти внятных следов, и даже те, что удалось обнаружить, не проходили по базам данных МВД. А теперь, после передачи дела им в отдел, стало ясно, что и по базам ФСБ тоже. Кстати, и тот задержанный, в надежде на обстоятельную беседу с которым Настя приехала в Белгород, ранее в каком-либо криминале замечен не был.

И это было во-вторых, поскольку означало, что действовала исключительно молодежь, возможно даже, подростки. Скорее всего, причем, из вполне благополучных слоев общества!

Вчера утром в разговоре Корбут предположил, что некоторые случаи из ранних нападений, когда банки крови еще не громили, а просто ограничивались битьем окон и прочим ущербом зданию, действительно вполне могли быть хулиганством. Или — элементарной местью за перелитую кому-то из родственников зараженную кровь. Что случаи последующие, с гораздо более серьезным ущербом, были всего лишь инициированы этими первыми.

Что же, может быть… Но ведь ни о каких случаях заражения в медучреждениях известно не было, да и месть обычно сопровождается более-менее внятным сообщением, за что и почему!

Ладно, а теперь вспомним ночной разговор в соседнем купе… Могут ли описанные попутчиком события и погромы быть связаны, и если да — то как?

Настя достала смартфон, и после пары минут поисков, как и ожидала, нашла и «текстовку» об обнаружении тела девушки в лесу возле Шишина — на портале «Белгород-24», и заявление пресс-службы УМВД о ходе расследования. Просмотрела ролик дважды, запоминая детали…

А ведь она знает этот лесок… Да какой лесок — это и рощицей можно назвать весьма условно! Точнее даже, это были разрозненные заросли ивняка. И озера никакого не было — во приврал ночной рассказчик, — просто заболоченная пойма реки! Хотя да, сейчас конец апреля, так что воды там полно… Интересно, если в тех зарослях соорудили целый алтарь, да еще и посещали его неоднократно — каким образом местные могли не заметить эти сборища?..

Ха, а не направиться ли туда самой? Посмотреть на месте, так сказать?

«Отлично! Сейчас смотаюсь в УФСБ, потом к полицейским — и туда! До ночи успею! А потом и Георгию Ивановичу позвоню — будет, что сказать», — глянув на часы, подумала она.

План был просто отличным!

В восемь вечера Настя сидела в небольшом кафе, где раньше не была никогда. Просто оно попалось по пути, а есть уже очень хотелось, она и зашла — безо всякой надежды получить что-нибудь похожее на тартар или карпаччо. Забегаловка и впрямь была обычной человеческой, но пельмени тут оказались весьма неплохие, мяса в них положили по-честному.

День можно было оценить серединка на половинку. Телефонограмма и документы в СЭД, конечно, нашлись, и разговор с капитаном был закончен на вполне оптимистической ноте: тот даже дал свой телефон и сказал, что она может звонить, если нужна помощь. Но вот в УМВД она наткнулась на глухое сопротивление, правда, опять очень вежливое: извините, мы не можем вам помочь, к сожалению, нам тоже необходима телефонограмма, и по СЭДу ничего не пришло. После долгих препирательств Настя поняла, что эти два слова сегодня будут ей сниться. Кроме того, было ясно, что в данном случае она добиться чего-либо вряд ли сможет: если касаемо своего ведомства у нее не было сомнений, что кто-то просто поленился вовремя отправить документы, а кто-то — вовремя поискать, то раз уж ничего не пришло в МВД… то, действительно, не пришло, и делать нечего.

Под самый конец она услышала, как изображавший бурную деятельность оперативный дежурный, выйдя в соседний кабинет якобы для того, чтобы спросить о телефонограмме, назвал ее в разговоре «фейсиком», да еще и «гиперактивной». Настя разозлилась, но сумела в относительно вежливой форме высказать ему свое «фэ» — мол, не стоит сотрудникам уважаемых ведомств пользоваться в отношении друг друга пренебрежительными кличками, — и тот малость поутих, видимо, удивившись Настиному слуху и поняв, что пойман с поличным, так сказать. Но на результаты розыска бумаг это никак не повлияло, увы.

Выйдя из УМВД, она набрала капитана Дмитрия Сергеевича, но тот уже покинул службу, хотя пообещал ей, что завтра наверняка сможет помочь, «только позвоните, Анастасия Ромуальдовна». Что же, вот и все, что ей оставалось…

После неудач сегодняшнего дня перспектива отправиться на розыски места, где была убита в прошлом году девушка, казалась ей весьма туманной. Настя повтыкала в смартфон, изучила карту, и поняла, что не знает ни конкретного места расположения алтаря в этом ивняке, ни по каким признакам его искать, а площадь, на которой раскинулись заросли, была весьма велика. Интересоваться у местных на ночь глядя показалось идеей несколько рискованной. В общем, все очевидно не клеилось…

— РЯДОМ… СЛУШАЙ…

Что за демоны? Она же договорилась с Граалем, что они не подслушивают и не подсматривают, чем она занимается! Если что-то показалось интересным, то сначала они должны спросить, можно ли присоединиться!

— ОПАСНОСТЬ… — пояснил свое поведение Грааль.

Ах да… Вот на это их договор не распространялся: Хор сам сказал, что будет предупреждать ее о возможных проблемах. Если они смогут их распознать — мир все-таки очень изменился… Какие эманации они чувствовали, или умели в какой-то мере предугадывать будущее — Настя не интересовалась.

— Прямо сейчас? — уточнила Настя.

— НЕТ. ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ. КОСВЕННАЯ… НО МНОГИМ. НАМ ТОЖЕ… — раздалось в ответ. — СЛУШАЙ.

Настя сконцентрировалась и снова включила вампирский слух — с каждым разом это получалось все легче и легче…

И сразу поняла, о ком речь.

Через ряд столиков, наискосок от нее, сидели два парня, обычных, ничем не примечательных. Один выглядел как типичный ботан — маменькин сынок с толстыми влажными губами, — второй был поспортивнее и как-то посерьезнее, что ли…

— Ну, предъявы насчет новичков — это ты рановано, брат, — покачал головой спортивный. — Да и не так уж их много приходит.

— Послушай! — понизив голос и пригнувшись поближе, ответил ботан. — Мы — будущая элита. Хищники. Чем нас меньше — тем дольше сможем продержаться в тайне, и тем больше будет кормовая база потом. Дюк тащит кого ни попадя…

— Дюк берет проверенных! Он тоже с умом, иначе не смог бы нас объединить!

«Будущая элита! Хищники! — рассмеялась про себя Настя. — Ну надо же, до чего комплексы людей доводят!»

— А то мы без него не объединились бы! И не доперли бы до сути! Ты вспомни ядро — ну, всю нашу компанию! С самого начала которая была! Что, мы тогда уже не понимали, что мы другие? Понимали! Что нам Дюк предложил? Только кровь! Как идею…

«А вот это уже интересно… — пронеслось в голове. — Ну-ну, говорите, я записываю…»

— Только кровь? А ты бы сам решился на это? Без него? — с вызовом осведомился спортивный.

— Хм… Просто додумался бы позже, и решился бы… — пожал плечами ботан.

Спортивный долго смотрел на него, не мигая.

— Может быть… Но здесь ключевое слово — «позже»! Так что вот прямо сейчас без Дюка мы сидели бы в том подвале вшестером, читали бы твои книжки средневековые, и до сих пор планы бы строили… А с ним — нас уже двадцать с лишним, и мы движемся! Делаем реальные дела, и кровь нас связывает реальная!

«Ого! Заявочка…» — Настя изо всех сил углубилась в остатки пельменей в тарелке, чтобы никто не заметил выражение ее лица. Но толстый ботан, похоже, то ли разочаровался в беседе, то ли просто утомился: он замолчал и откинулся на спинку кресла:

— Ладно, что уж… Согласен частично, так и быть. Не убедил, но…

— А ты сам с Дюком поговори сегодня, что уж стесняться-то? О том, что он торопится и не тех новичков приводит, например, — саркастически бросил спортивный. — Только сам знаешь — не рискнешь. Боишься. А то как бы…

Похоже, ботану разговор перестал нравиться в принципе:

— Пойду я. Дел еще полно, — он встал. — Надо успеть до Рощупа.

— Угу, — кивнул спортивный. — Встретимся, ну...

«Рощуп… Блин, Настя, придется сегодня малость полетать… — думала она, наблюдая, как парни пожимают друг другу руки. — Другого выхода нет…»

Урочище Рощупкино, покрытое негустым лесом, клином вдавалось в город с юга. Территория была немаленькая, и вполне заслуживала права называться именно лесом. Никакого иного варианта, кроме как попытаться с воздуха обнаружить таинственную сходку, на которую собирались сегодня парни, не предвиделось…

…Телефонный звонок ударил по ее обостренному слуху до боли в барабанных перепонках. Настя болезненно поморщилась, вернулась в реальность и взяла смартфон.

«Вот теперь — действительно блин…» — обреченно подумала она, глядя на отобразившийся номер.

— А… Але… Здравствуйте, Георгий Иванович… — пробормотала она.

— Анастасия… А… А ты где сейчас, собственно, находишься? — похоже, наставник понял по ее голосу все.

А может, и не по голосу вовсе… Настя вздохнула, и решила броситься в омут с головой.

— М-н-да… Ну… Хм… Блин… Вот честно, от тебя такого не ожидал… — вздохнул Игорь, когда Влад закончил, и потянулся за пивом. — Ну и каша, уж извини…

Влад грустно усмехнулся и уставился в окно, за которым угасал московский весенний вечер. Он и сам не ожидал, что выложит другу вот так — все разом. Начал постепенно, с самых безопасных тем, вовсе не собираясь вдаваться в подробности — надеялся, что так или иначе удастся свернуть с предложенного Игорем пути, превратить беседу в обычный мужской дружеский треп. Но не получилось: слова вдруг пошли сами собой, и он только удивлялся внутренне, как ему автоматически удается найти эвфемизмы, чтобы в принципе было ясно, о чем он, но по-настоящему секретной информации не касаться.

Друг не проронил ни слова, пока он говорил, но по лицу было видно, что рассказ поражает его до глубины души.

— В общем и целом, теперь понятно, с чего ты с ума сходишь… — протянул Игорь, выпив пиво и отставив банку. — Ну что же, давай отделим мух от котлет, что ли… Листочек есть? И ручка?

— Мне вставать лениво, в комнате в шкафу у стола пачка. Сходи, а? — бросил Влад и сделал глоток.

Красавченко принес с собой пиво, Влад от него отказался, заварил себе крепкий чай: после такой мощной тренировки алкоголя не хотелось. Мышцы приятно ныли, даже боль в ребрах поблекла на фоне полученного удовольствия.

Игорь вернулся, вооруженный бумагой и карандашом, и нарисовал круг.

— Итак. Номер раз. Что мы имеем? Ты работаешь одновременно и в отделе, и в «Захвате». Работал, работаешь, и будешь работать, тут никто ничего под вопрос не ставит. Но! Насколько я понял, и там, и там ты занимаешься одним и тем же делом с этим… э-э-э… Холдингом, по-моему, ты его назвал?

Влад моргнул:

— Это разные уровни и разные сферы одного дела. И они не дублируют друг друга, наоборот, в итоге получаем целостную картину. Без информации из-за рубежа, которую получаю в отделе, не могу работать по агентам «на земле» через «Захват», без информации об агентах или от взятых агентов в отделе не могут копать за рубежом…

— Понял, — кивнул Игорь. — А подчиненные у тебя есть?

— Приданные. В зависимости от задачи, — ответил Влад. — Могут быть оперативники, могут быть хакеры… Кроме того, я же не один работаю по Холдингу. Просто на своем направлении сижу, как и все остальные.

— Ну так требуй либо больше приданных сотрудников, либо выделения постоянных! Я так понял, дело очень объемное… Ты не вывозишь, Влад! Это элементарно! — заявил Красавченко.

— Вывожу! — упрямо глянул исподлобья он.

Игорь только вздохнул и развел руками — мол, тогда вообще о чем мы? Влад помолчал, глядя прямо перед собой.

— Ладно… Наверняка вывозил бы… Если бы не все остальное…— признал, наконец, он. — Попробую попросить, хотя бы в «Захвате»…

— Наконец-то здравая мысль, — покачал головой, будто удивившись этому, друг. — Не верю даже!.. Ладно, пойдем к этому остальному. Ты говорил про непорядок в отделе и про начальство…

На бумаге появился новый круг, и Влад с удивлением заметил, что прежний уже исписан Игорем, и от него ведет вниз стрелочка с надписью «Учиться делегировать ответственность подчиненным».

— Давай конкретно только, а то я услышал одни невнятные тревоги, — пробормотал Красавченко и занес карандаш. — Насколько можешь конкретно, конечно…

На этот раз Влад задумался. Он уже пытался понять, чем же так беспокоит его Парщиков, но утыкался в то, что считал свое мнение банальным предубеждением против начальника, и дальше мысль не шла.

— Ну давай уже, хотя бы в порядке бреда! — поторопил Игорь.

Ладно, в порядке бреда — так в порядке бреда…

— Он аппаратчик, и не имеет ни малейшего опыта работы ни с нежитью, ни с магией. А нас в отделе, — не только вампиров! — процентов шестьдесят, наверное. И люди почти все маги.

— А вот это само по себе серьезно, друг… — вдруг поднял глаза Красавченко. — Если бы надо мной поставили, скажем, завхоза, я бы тоже возмутился!

На секунду Влад улыбнулся, представив, что будет, если матерыми хакерами и антихакерами Управления «К» МВД попытается рулить завхоз, и вдруг пришло облегчение: так это у него не предубеждение! Все правильно! Парщиков, скорее всего, действительно не на своем месте! Хоть и не завхоз…

— Вижу, ты прямо расцвел, — усмехнулся Игорь. — Поделись, что за мысль пришла?

— Справки осторожно навести. И о самом товарище начальнике, и о том, как к нему… гм… коллектив относится… Только ли меня он напрягает? Для начала.

Игорь внушительно поднял палец:

— Вот! Вот что беседа с другом животворящая делает! Даже не спрашиваю, какие еще претензии у тебя к нему: дальше сам сообразишь!

Влад молча следил, как от круга снова пролегла вниз стрелочка, и как Игорь пишет: «Справки!!!» На душе действительно становилось легче.

— Так… — протянул Красавченко, удовлетворенно разглядывая свой чертеж на листке. — Ну, пойдем дальше. Что у нас там?..

— Настя, — не удержался Влад от вздоха, но тот отмахнулся:

— Да подожди ты, с ней вообще у тебя мешанина! Вот лучше про этого…

— Ее наставника?

— Ну да. Значит, я правильно понял, что это какой-то древний маг, который чуть ли не заставить солнце всходить на западе может, что он играет по своим правилам, и, видимо, хочет вовлечь Настю, тебя и еще этого… политолога твоего… в какое-то дело?

— Не вовлечь, — покачал головой Влад. — Я так понимаю, Настя и, возможно, я — и есть его проект.

Красавченко многозначительно поднял бровь и посмотрел на него долгим взглядом, Влад не смог удержаться от улыбки:

— Да не в этом смысле! И не в том… О боги!..

Он рассмеялся, и вдруг понял, что смеется впервые за долгое время. Красавченко потянулся через стол, толкнул его кулаком в плечо, и присоединился к смеху.

— Ладно, — махнул рукой Влад, успокаиваясь, но улыбка осталась на лице. — В общем, да, будем придерживаться твоей формулировки: он хочет вовлечь нас в какое-то дело. А может, уже вовлек. Причем мы не имеем об этом ни малейшего понятия. И, честно говоря, чтобы Настя в нем участвовала — я допустить не могу, и у самого желания работать с ним нет ни малейшего.

— Ты можешь с этим что-то сделать? — отреагировал Игорь. — Вот прямо сейчас?

— Сказал же, Кот-Ученый дал мне кое-какие наводки. Выясню, чем этот Корбут занимался раньше…

— Я сказал: «прямо сейчас», — очень внятно повторил Красавченко.

Влад поджал губы:

— Нет.

— Тогда, как говорится, до выяснения! — развел руками тот. — Просто постарайся узнать побыстрее, а пока… Бди. Кстати, по-моему, это единственная пока проблема, насчет которой тебе действительно стоит бдить! — Игорь снова поднял указательный палец. — А то правда — маг, который солнце взглядом останавливает…

Он рассмеялся шутке, и Влад присоединился к нему.

— Слушай, а этот политолог, Кот-Ученый, правда тоже из ваших? — спросил Красавченко.

— Он не политолог, а политический обозреватель, аналитик и эксперт, — поправил его Влад, но понял, что это уточнение другу безразлично. — Нет, не из наших. Не из вампиров, в смысле. Но союзник. И… Близко к нам, в общем. К нежити вообще.

На секунду он задумался, как отреагирует друг, если он скажет, что Кот-Ученый на самом деле — действительно из рода тех, которые «и днем и ночью по цепи», и решил не рисковать.

— Надо же, столько раз его по телику видел… — рассеянно вздохнул Игорь. — Прикольно… Ладно, теперь к самому главному.

— Настя… — снова вздохнул Влад.

— Друг, перестань, пожалуйста, — одернул его Красавченко. –Во-первых, я давно знаю, как ее зовут, а во-вторых, когда ты произносишь ее имя, у тебя становится такое лицо, что говорить с тобой серьезно совершенно невозможно. А я хочу серьезно! Помочь хочу!

— Ну отвернись! — отшутился Влад.

В начале разговора он боялся, что Игорь снова начнет стебаться, но сейчас понял: друг действительно хочет разобраться с его проблемами.

— Итак, что мы имеем? — спросил сам себя тот и погрыз кончик карандаша. — Ты влюбился, и влюбился настолько серьезно, что даже не хочешь использовать свои фокусы — ну, те, которые обычно применяешь с девушками… Кстати, а на вампирок они действуют?

— Это праздный интерес? — насторожился Влад.

Ему показалось, что разговор все-таки сворачивает куда-то не туда.

— Нет, — покачал головой Игорь. — Так действуют или нет?

Влад молча моргнул.

— Значит, действительно не хочешь, а то мог бы, ага, — кивнул Красавченко удовлетворенно. — Все серьезнее, чем я думал. Дальше. Оказывается, эта девушка владеет какой-то штукой, от которой вы все зависите…

— Не владеет! — возразил Влад. — Наоборот, она…

— Это принципиально? — скорчил унылую гримасу Игорь. — Обязательно нужна точность в терминах? Тем более, я так понял, подробности все равно секретны…

Влад поднял раскрытую ладонь — мол, все, все, сойдет и так.

— О чем я, бишь? Ах да, у этой девушки какая-то штука, от которой зависят все вампиры. Хорошо. И ты так влюбился, что поклялся ее защищать, еще не зная, что, наоборот, у нее будет целая система телохранителей, а у тебя должны быть, так сказать, свободные руки… И вообще, дорогие, живите и деточек наживайте, совет вам да любовь…

Влад кивнул:

— Как нельзя более точно!

— И тебе эта клятва мешает… Заметь, я даже не спрашиваю сейчас, действительно ли вампирская клятва…

— Да, все всерьез, — Влад кивнул, прервав Игоря. — Я использовал одну древнюю формулу — обережная клятва… На самом деле действительно ошибся: использовал под влиянием момента, не подумав о последствиях. В общем, теперь ситуация такая. Пока я о ней не знаю, о Насте, в смысле — где она сейчас, чем занимается, и так далее, — я чувствую себя более-менее свободно. Как охранник, сдавший смену. Стоит мне даже… не увидеть ее, а просто узнать, допустим, что она делает сейчас — у меня автоматически включается режим телохранителя, понимаешь? Ну, я только так могу объяснить…

— Ну да, ну да… — пробормотал Игорь задумчиво. — Вопросы безопасности прежде всего… И прежде самой любви?

— Нет. Я ее люблю… И хочу, если ты об этом, — Влад вздохнул, подпер лоб ладонью, глядя вниз, и продолжил почти шепотом: — Очень хочу… Но… Не могу найти достаточно безопасного места и момента… Когда она рядом… не смейся только — даже поцеловать ее нормально не могу! И стараюсь лишний раз не звонить — особенно когда на службе… чтобы не знать. Просто я очень устал. Я раздваиваюсь, понимаешь? Постоянно сканировать окружение, когда она рядом, думать о том, как она доберется домой, если всего лишь позвонила мне с факультета, думать, насколько безопасно ей сходить в магазин…

— Понял, — кивнул Красавченко, — Пасешь постоянно… М-н-да… Не позавидуешь… Кто-нибудь может снять эту клятву?

Влад молча пожал плечами, по-прежнему глядя вниз.

— Значит, пишем под стрелочкой: «найти, кто снимет клятву»… Ох, чувствую, у этого круга будет несколько стрелочек… Потому что следующий вопрос: как она сама к тебе относится, как думаешь?

Безопасник поднял глаза:

— Любит, я уверен. Мы оба… Не говорили об этом, но…

— Стоп! — скомандовал Игорь. — То есть? Ты до сих пор не признался ей в любви?! Вообще?!

Влад молчал.

— Влад. Я знаю, раньше ты не говорил девушкам, что любишь, потому что это была не любовь. Ну, не такая любовь… Зато ты пользовался своими фокусами, чтобы уложить их в постель. Теперь ты влюблен так сильно, так всерьез и искренне, что хочешь, чтобы все было по-честному и без этих фокусов. Но по-прежнему не говоришь девушке, что ты ее любишь… Потому что это и есть настоящая любовь. И ты не хочешь, видимо, опошлять ее словами, да? Знаешь, это гениально, друг! Я восхищаюсь твоим умом и безупречной логикой!

— Ну а как ей… — вяло запротестовал Влад.

Но Красавченко был беспощаден:

— Ртом! — он так разозлился, что отбросил карандаш. — И нафига я на это все подписался?!

Друзья молчали долго.

Игорь смилостивился первым:

— И ты еще говорил мне, что не понимаешь, почему она такая отстраненная, и редко звонит сама? Хотя уверен, что любит? Вот скажи мне, как вы время проводите?

— Ходим… Вместе…

— Куда?

— Ну, в прошлый раз на скалодроме были… Были много где, — Влад вспоминал, куда они ходили, и вдруг сообразил, что где-то здесь, кажется, кроется еще один подвох. — На картинге… На велодроме…

— Я правильно понял, что ты просто таскаешь ее за собой по своим увлечениям? — вздохнул Игорь. — И даже в кино только на боевики?

— Ну да…

— И ни разу не поинтересовался, куда ей самой хотелось бы пойти? А, что я спрашиваю… — Красавченко отмахнулся.

Влад молчал, глядя в пол и ругая себя последними словами.

— Влад, послушай. Если ты не интересуешься мнением девушки, девушка начинает поступать так, как вздумается ей самой. Логика, на самом деле, простая и прямая: раз меня ни о чем не спрашивают, значит, то, что я думаю, не считают важным, и соответственно, я могу делать что хочу. А мы потом ругаемся и удивляемся: с чего такой стервой стала…

— Понял… — произнес Влад через силу. — Рисуй тогда стрелочки…

— А ты это сделаешь? — подозрительно спросил Игорь. — Признаешься в любви и начнешь обсуждать с ней, куда пойти и как провести время?

— Наоборот только, — выдавил улыбку Влад. — Поменяй местами.

— Логично, — согласился друг и занялся рисованием.

Телефонный звонок разорвал тишину, оба вздрогнули.

Влад схватил смартфон — номер был неизвестен.

— Алло, капитан? — а вот голос был знакомым…

Внутри похолодело.

Владу пришлось сделать паузу, чтобы взять себя в руки.

— Как я могу к вам обращаться? — осведомился он.

На том конце провода вздохнули:

— Давай по именам и на ты. Так привычней.

— Хорошо, Георгий.

— Владислáв, ты в курсе, что Анастасия в Белгороде?

— Чт… Что?!

— Уехала вчера, занялась собственным расследованием. Уже навела шороху на местных… Значит, и тебя не предупредила, вижу. Ладно, извини, что побеспокоил, капитан…

— Стойте! Подождите!

— Да?

— Кто… Как она оформила документы?! Кто разрешил?!

Корбут хмыкнул:

— Парщиков, вестимо… Но вообще, я не в курсе… Хотя должен был быть. Капи… Владислáв, скажи, поедешь за ней?

— Поеду. Прямо сейчас.

— Тогда… Я не настаиваю, конечно, но ты — сотрудник опытный, посмотри по обстановке там. Если все еще не так плохо, как мне отсюда кажется, привези хоть какой-то результат, а?

— Сделаю, — пообещал Влад.

Нажал отбой и остановился посреди кухни: сам не заметил, как метался по ней во время разговора.

— Что, включился режим телохранителя? — сочувственно спросил Игорь.

Влад кивнул:

— Мне надо срочно собраться. Я уезжаю. Извини…

— М-н-да… Похоже, вот твоя девушка и начала поступать, как ей вздумается, — прокомментировал тот.

Но Влад уже не слышал, лихорадочно соображая, кому звонить в «Захват»: оформить командировку напрямую через отдел он уже не успеет. Да и не сможет, наверняка…

Глава 5

Ночной лес был полон влажных весенних запахов: молодой листвы, первых цветов, птичьих гнезд, проснувшихся после зимней спячки грызунов… Обоняние у Насти, рывками лавирующей между ветвями деревьев, сейчас обострилось до предела, и уже не раз она недобрым словом вспоминала момент, когда отмахнулась от предложения Влада научиться находить кого-либо или что-либо с его помощью. Это была одна из тех самых врожденных способностей высшего вампира, и как раз сегодня она бы очень ей пригодилась: так или иначе, запахи тех двух парней в кафе отпечатались в ее подсознании незаметно для нее самой… Но тогда, месяца полтора назад, идея Влада показалась ей не важной и в чем-то даже смешной.

На остальные органы чувств полагаться было нельзя. Зрение у вампира во втором обличье было гораздо лучше, чем у обычной летучей мыши, но сильно уступало человеческому, а слух… Слух был задействован почти исключительно в качестве ультразвукового радара, и его диапазон весь перешел в область высоких частот.

Поняв, что времени на поиски уже потрачено немало, Настя решила вернуться: похоже, все бессмысленно, необходимо признать поражение и успокоиться. Ну, как успокоиться?..

Корбуту вечером она рассказала о своих злоключениях в ФСБ и МВД, о ночном разговоре в соседнем купе. О том, что нашла подтверждение ему в сети — тоже. Не утаила ничего и о странной парочке в кафе. А вот о планах поискать таинственную сходку умолчала. Причины, побудившие Настю поступить так, были просты: наставнику почему-то очень не понравился ее рассказ о том, как ее приняли в местных ведомствах, и еще больше встревожила история о «повязанных кровью хищниках». Испытывать его терпение, предложив проследить за парнями в Рощупкино, она уже не решилась. И теперь главные Настины опасения были о том, что он и сам догадался о ее планах. Не важно, как именно — читает ли он, хотя бы частично, ее мысли, или предвидит будущее, как Звонков, — но очевидно, что по возвращению в Москву ее ждет суровый разбор полетов. И Влад, конечно, в этом разборе примет самое деятельное участие…

И вот из-за этого успокоиться окончательно Настя не могла.

Ну что же, значит, она им все расскажет, и пусть дальше Корбут занимается делом сам. А она действительно перестанет своевольничать, и в дальнейшем будет только обрабатывать для него информацию. И выполнять его указания, если они будут.

И не больше! С нее хватит…

…Внизу мелькнула полянка с ярким пятном посередине, ток тепла подкинул ее вверх, и, снова влетев под деревья, она не успела скорректировать курс, задела крылом ветку…

…Взмолилась: «Только не копчиком!»…

…Падая, задела еще одну ветку, и таким образом притормозила…

…И плюхнулась на землю плашмя.

Дыхание вышибло.

И тотчас слух и зрение вернулись к ней: впереди, за кустами на полянке, неярко горел костер, тепло от которого сыграло с ней злую шутку, вокруг него сидели несколько человек.

— Кортик, сходи, посмотри, что там…

Один из сидевших явно нехотя поднялся и направился прямиком к лежащей Насте.

«Может, перекинуться обратно? — пронеслась мысль. — Летучая мышь на земле, даже крупная, всяко незаметнее человека…»

Но парень очевидно не горел желанием шариться в поисках неизвестно чего по уже покрытым нежными листочками темным кустам. Он просто остановился, приглядываясь и прислушиваясь, потом вернулся к костру:

— Птица, наверное, какая-то… Шарахнулась…

Настя, наконец, восстановила дыхание, очень осторожно поднялась на четвереньки, отползла подальше и встала за деревом. С вампирским зрением видно все было прекрасно, секунду подумав, она решила подключить к делу и вампирский слух.

«Ага, вот они, оба-два… — Настя даже со спины узнала давешних парней, ботана и спортивного, они сидели рядом. — А вот это чудо, значит, Дюк… Ха! Любопытно…»

Дюк сидел к ней боком, в длиннополом плаще с капюшоном, надвинутом так, что она была уверена: сидящие в круге видят в лучшем случае лишь подсвеченный отблесками костра подбородок и, может быть, иногда блеск глаз…

— Вампиров называют нежитью. Но мы живые, раз дышим, едим, пьем, — странным речитативом говорил он. — Мы живем дольше, чем люди. Гораздо дольше. Так заведено: у людей есть скотина, и люди живут дольше, чем скот. Это доказывает, что люди — всего лишь кормовая база для вампиров. Мы хищники, и люди — наша скотина… Обычных людей тошнит и рвет от крови, нас — нет! Мы — избранные!

«Слышал бы тебя Хватов!.. — пронеслось в голове. — Он и наших-то с такими взглядами всю жизнь предпочитал… гм… ну ладно, теперь только поразмыслить над своим поведением в вечную мерзлоту отправляет, да. А уж вас-то…»

— Только избранные достойны пробуждения. И эти избранные — здесь, со мной. Вы скажете: но мы же люди, мы выглядим, как люди, мы живем, как люди, у нас людская кровь! Нет, мы — избранные! Причащаясь живой крови, мы пробуждаемся! Да, процесс этот долгий, он происходит постепенно, шаг за шагом… Братья, кто из вас уже чувствует в себе вампира? Кто осознает свою силу?

Раздался нестройный хор голосов, и Настя внезапно порадовалась этой несогласованности: похоже, еще не все потеряно! Превращение в вампиров как-то сбоит, видать…

«Блин, вот это, кстати, уже тянет на вполне оформившуюся молодежную субкультуру… Пусть пока и крайне замкнутую… — промелькнула мысль. — Или все-таки секта? Да какая разница?!»

— Вы скажете — а где же жертва? Где источник нашей силы? Где то, что сделает нас вампирами? — продолжал Дюк. — И я вам отвечу! Все происходит постепенно, шаг за шагом. Не время, сегодня не время еще, братья! Но я знаю вашу жажду, чувствую ее, братья! И потому я принес вам подарок силы!

Дюк протянул руку вниз, Настя вытянула шею, но кусты загородили то, за чем он нагнулся. Осторожно-осторожно, затаив дыхание, она вышла из-за дерева и сделала пару шагов к кругу…

…И увидела, как предводитель достает из обыкновенного магазинного пакета…

…Упаковки донорской крови!

«Не поняла?! Так это они виноваты в погромах?! Но…»

В том-то все и «но»… Что-то подсказывало ей, что интрига, часть которой она наблюдала сейчас, гораздо, гораздо сложнее…

Пакеты с кровью пошли по рукам, кто-то уже достал ножик. Настя видела: группу действительно охватил азарт — руки у людей начали трястись, послышались невнятные возгласы и вспышки смеха… Упаковки торопливо надрезались или протыкались, люди поднимали их над головой и заливали содержимое прямо в рот… Жадно глотали, отфыркивались… Хохоча, принялись брызгаться запачканными кровью руками друг на друга, потом мазать лица…

«Что за гадство?! — Настю передернуло. — Вот уроды!»

Один из упивавшихся кровью оторвался от своего пакета — возможно, только чтобы отдышаться, — и вдруг поднял глаза прямо на нее. Застыл на секунду…

— Жертва! Наша жертва! Я вижу ее!

Настя развернулась и понеслась через лес.

Нет, настоящего страха не было. Она чувствовала: сегодня, вот именно сейчас, они еще не готовы убивать. И потому, что верят Дюку, а тот сказал, что еще не время для жертвы. И потому, что Настя поняла: их азарт и возбуждение просто прикрывают ужас от содеянного. От того, что они преступили некую черту. По большому-то счету, вот так хлестать кровь прямо из упаковки — нехилое потрясение для человеческой психики, пусть даже эти ребята и считают себя избранными. И, когда Настю заметили, эти подростки и молодежь вряд ли уже были способны на что-то, кроме собственно погони — эмоциональный пик пройден…

Но ей необходима была фора — чуть меньше минуты, — чтобы перекинуться. Настоящему вампиру светиться перед «этими» уж точно не стоило! Поэтому лишь через полкилометра, поняв, что немного оторвалась от орущей и улюлюкающей толпы, Настя остановилась, чтобы перекинуться, и до кромки леса неслась нетопырем.

У въезда с трассы на Белгородскую окружную Влад позволил себе остановиться. Припарковал внедорожник на стоянке дальнобоев. Надо было хотя бы прикинуть план.

Солнце едва показалось над городом — вряд ли Настя сейчас носится где-нибудь в поисках преступников. Для начала надо узнать, где она остановилась. Что ж, магические метки с нее никто не снимал…

Он поправил гарнитуру и набрал знакомый номер.

— Дежурный лейтенант Кузнецов у телефона, слушаю.

— Я Сармат, привет, Леха!

— А, привет, Влад, — мирно отозвался тот. — Раненько ты…

— Я в Белгороде. Скажи, Анастасия где сейчас?

— Она тоже там, что ли? Ай-яй-яй, потерял девушку! Как же ты так, а? — попытался пошутить маг. — Сейчас, сейчас сообразим ее тебе…

Влад услышал, как дежурный, что-то напевая под нос, щелкает клавиатурой, выводя картинку себе на экран.

— Гостиница «Домик на окраине». Маленькая совсем, уютная, наверное… — наконец, ответил тот. — Адрес…

— Сам найду, — сказал Влад. — Скажи лучше, вы по меткам за ней следили эти сутки?

— Я — нет, зачем? Мне приказ никто не давал. Я и не знал, что вы в командировке. А в предыдущую смену — понятия не имею. Могу в журнал глянуть, могу трассеры посмотреть. Хочешь?

И без журнала было ясно, что предыдущей смене приказ тоже не давали. Влад со злостью ударил кулаком по рулю: какого черта?! Что происходит в отделе?!

— Трассеры посмотри, пожалуйста, — попросил он.

— Так, подожди… Ага, вот… Побежали, побежали стрелочки… Ну, в три двадцать восемь она сегодня в гостиницу пришла… До этого… Тут лес или парк какой-то, сейчас… Урочище Рощупкино, ага. Странно — металась по этому лесу, стояла… Долго, с полчаса стояла. Не знаю, что за место. Посреди леса прямо. Перед этим… Полтора часа, нет, больше, по лесу бродила. Тоже траектория странная. Вечером в гостинице сидела, вышла в этот свой лес в двадцать два пятьдесят четыре…

— Лех, давай так, — устал ждать Влад. — Скинь мне на телефон целиком трассинг с момента, как она приехала в Белгород. Это утром вчера было, увидишь.

— Ага, понял. Загрузится — скину. В реальном времени тоже давать?

— Да, пожалуйста. На всякий случай.

— Окей, подключу. Все тогда?

— Да, отбой! До связи!

Влад вывел на экран карту. Ага, вот она, гостиница «Домик на окраине». Хм, и правда на окраине. Ну что же, надо искать, где припарковаться… И как маскироваться. Он усмехнулся неожиданной рифме.

Где поесть, и, между прочим, прямо сейчас, пока Настя спит — это, кстати, уже очень актуальный вопрос…

Через полчаса он вышел из ночного магазина неподалеку от Настиной гостиницы с батоном белого, сырокопченой нарезкой, бутылкой ряженки и бананами — хватит и на сейчас перекусить, и впрок останется, на всякий пожарный. Сел в машину и принялся за завтрак, размышляя, как поступить.

Показаться ей сразу? «Привет, я приехал забрать тебя?» Ну уж нет, он никогда не обидит ее так! И принимать решения о том, стоит ли ее отправить ее домой или просто помочь в деле, он не будет, пока не выяснит, что здесь с ней происходило.

«Если все еще не так плохо, как мне отсюда кажется» — сказал вчера Корбут. Влад был готов плюнуть на гордость и опасения в отношении наставника Насти, позвонить и спросить, что тот знает о ее приключениях здесь, но что-то очень настойчиво подсказывало ему, что вот как раз сейчас этого делать не стоит. Позже — да, но, опять-таки, когда он все узнает сам…

Влад снова взял смартфон и хмыкнул, глядя на экран: трассинг все еще загружался. Ну ладно, эти файлы всегда были громадными…

Ладно, пока стоит уделить внимание кое-чему другому: солнце уже слепило, день будет теплым. Он полез в бардачок за кремом и принялся мазать лицо и руки.

Влад понимал, что больше всего его беспокоит именно ночная вылазка Насти. Зачем и почему она это сделала, что искала в этом неведомом урочище Рощупкино? Послал ли ее туда Корбут, и знал ли об этой вылазке вообще? Скорее всего, ни то, ни другое, но какую-то подобную выходку подопечной предчувствовал — потому так и беспокоился. Кроме того, Кузнецов сказал, она металась по лесу, и по пути туда, и по пути обратно. Значит, скорее всего, обращалась, значит, летала. Настя? С ее опытом полетов и откровенным страхом перед ними?.. Странно, более чем странно…

И все равно, объявиться перед ней сразу и пристать с расспросами — означало обидеть… А возможно, и потерять…

Ну что же, придется временно поработать наружкой. Последить скрытно, понять, что она собирается делать сегодня, и действовать, только когда он это узнает. Кстати! А почему бы не обратиться к ее настоящей наружке, не расспросить ребят поподробнее? Позвонить Кузнецову прямо сейчас и узнать, кто ведет Настю в командировке?

Нет, придется полагаться на свои силы — дежурный считает, что в командировке они вдвоем, просто произошло какое-то недоразумение. Не надо давать сотрудникам повод думать там, где им думать совсем не надо…

Значит, решено! Вступить в контакт с наружкой самостоятельно и расспросить.

Смартфон пиликнул: загрузка завершена. Ну-ка, посмотрим, посмотрим…

Да вроде, ничего такого, о чем следовало переживать, вчера не происходило — поезд — гостиница — УФСБ — УМВД — гостиница — УФСБ — УМВД… Кафе какое-то…

Ладно, тогда оставим это. Надо хоть немного отдохнуть, день, похоже, будет не самый легкий…

…Спустя два часа из черного внедорожника с московскими номерами вышел высокий парень, приметным в котором был только рост, а так — несколько моложе Влада и более массивного телосложения. Подумав, Влад решил не накладывать морок на номера машины: и энергии при работе с неживой материей тратится слишком много, и вряд ли Настя забредет на эту стихийную стоянку, даже несмотря на то, что гостиница в полукилометре. Нечего ей тут делать.

Что же, уже почти девять, а Настя по-прежнему в гостинице. Возможно даже, все еще спит после ночных приключений, возможно, планы поменялись: Влад не сомневался в том, что изначально она думала снова отправиться по кругу УФСБ-УМВД, закончить явно незавершенные вчера дела. А может даже, огорошить местных правоохранителей новостью, что происходит у них под носом в Рощупкине…

…Зачем же она туда лазила ночью, а? И даже летала?..

Влад недовольно помотал головой, пытаясь отвязаться от приступа навязчивого любопытства: вскоре все будет ясно. А вот и гостиница — вон, двухэтажный дом в конце улицы, напротив немаленький сквер! Как удачно, однако!

Подходя, он просканировал местность. Ага, вот эта немолодая женщина! Он ее видел уже несколько раз в Москве. Выгуливает собачку, значит? Надо взять приемчик на вооружение!

А где остальные? У Насти же прописано трое в постоянном сопровождении!

— Здравствуйте, товарищ лейтенант! Хороший морок с «собачкой»! Отличная работа! — с этими словами Влад на несколько секунд показал свой настоящий облик.

— Лейтенант Сазонова, — представилась та. — Здравствуйте, товарищ капитан.

— Где остальные?

— Вы меня спрашиваете? — саркастически усмехнулась сотрудница отдела наружного наблюдения. — Приказ был мне одной!

Влад на секунду не поверил своим ушам, но Сазонова только развела руками — мол, да, вот так!

Да что же такое творится в отделе, а?! Настя практически без прикрытия!

Ладно, с этим разберемся позже.

— Что заметили? Что объект делал, в смысле? — поправился он.

— Вчера ходила то в ФСБ, то в МВД, подробностей не знаю, я не слухач. Но так понимаю: ее везде футболили, пусть и вежливо.

— Причины вам тоже неизвестны?

Сазонова неопределенно повела руками:

— Москвичка. Возраст. Внешний облик. Нехарактерные обороты речи… Недоверие, прежде всего.

Влад мысленно согласился с выводом, добавив про себя основной прокол Насти: с точки зрения местных, не будут посылать в провинцию по такому резонансному делу младшего лейтенанта.

— Куда она ночью ле… Ходила?

— Летала, летала, что уж там, капитан. Поэтому и не знаю, куда. До опушки леса я за ней четко следовала, а когда она перекинулась… — она снова развела руками. — Лесопарк большой, я найти не могла по определению.

— Возвращение зафиксировали?

— Я сюда вернулась, ждала. В половину четвертого, ну, плюс-минус, она пришла. Отсыпается, наверное.

— Ладно, спасибо за службу. Я буду поблизости.

Женщина кивнула, и будто потеряв интерес к случайному собеседнику, позвала «собачку», направившись с ней вдаль по улице.

Влад решил посидеть в скверике, повтыкать в смартфон.

Настя проснулась и сразу почувствовала себя разбитой. После ночного приключения ей снилась кровь, а последний на эту неделю льготный пакет остался в холодильнике в Москве. Впрочем, сегодня вечером она будет у бабушки, а та, конечно, ради такого случая пожертвует курицей на суп… И не только на суп — полстаканчика из пернатой наберется. Да уж, вкус детства…

Ну а пока гематогенки — две, а то и три разом… Хотя в следующую командировку надо не забыть пакет крови с собой!

Ага, если она будет, эта следующая командировка! Зачем вообще она ввязалась в эту авантюру: Корбут сказал ей, что ее участие в деле не подразумевает ни оперативного внедрения, ни каких-либо действий вообще! Сиди и анализируй, что он раздобыл, помогай ветерану… Действительно, что за вожжа ей под хвост попала? Ну хотелось на родину, к бабушке — вот и поехала бы сразу! А теперь…

А что, собственно, теперь? Сегодня надо попытаться все-таки пробить глухую оборону хотя бы коллег из ФСБ: она была практически уверена в том, что когда расскажет о вечеринках… да нет, об оргиях с донорской кровью в ночном лесу — получит и помощь, и поддержку! Говорить ли о возможной связи с прошлогодним делом об убийстве девушки возле Шишина? Вот в этом Настя сомневалась: все-таки далеко не факт, что компания Дюка — те самые шишинские. Что же, она скажет только о сегодняшней ночи — они сами связь найдут, если таковая имеется…

Все равно обо всем придется поведать Корбуту и, наверное, Владу. Настя поежилась, представляя, как попадет ей и за само своеволие, и за допущенные проколы в самом лесу. Ну конечно, ее же эти «хищники» видели, когда придут в себя после оргии — наверняка поймут, что их тайна под угрозой… Встревожатся и примут меры, что усложнит их окончательное раскрытие.

…Ладно, хватит валяться, десять с мелочью уже. И, пожалуй, сначала стоит поехать на автовокзал, купить билет на вечерний рейс: пару лет назад электричку в родное село отменили, говорили, что временно, но пока что-то ничего не видно в волнах… Маршрутки ходили раз в полтора часа, но Настя опасалась, что, приди она ко времени отправления, билетов уже не достанется.

Что ж, хорошо, после завтрака сначала на автовокзал, потом к давешнему товарищу капитану в УФСБ.

Ах да, надо все-таки Корбуту позвонить… Впрочем, это лучше сделать по пути с вокзала. Надо посоветоваться, как ей рассказать о ночной оргии здешним коллегам.

Прямого автобуса от района, где была гостиница, до автовокзала не было, и на пересадке Настя решила не ждать, а пройтись пешком последние несколько остановок: и прогуляется, и отвлечется от дурных мыслей о предстоящем разговоре с наставником. Настроится на предстоящий день, так сказать.

Ночное приключение само по себе не казалось ей чем-то ужасным. Во-первых, Грааль не предупреждал об опасности, во-вторых… во-вторых, омерзение от оргии, устроенной Дюком, было сильнее, перекрывало весь страх…

…Наверное, Настя была слишком погружена в свои мысли, иначе нельзя объяснить, почему все случилось так неожиданно.

Она ойкнула от прикосновения и внезапно обнаружила себя окруженной цыганками. Попыталась шагнуть влево… вправо… Пройти прямо… Они будто приклеились, двигаясь вместе с ней!

— Стой, золотая, стой, брильянтовая! — завела свою шарманку одна, самая увешанная украшениями.

Настя сделала еще одну неудачную попытку выйти из круга. Оглянулась. Центр города, все спешат по своим делам…

— Всю правду расскажу, ни в чем не обману!

«Да что ж такое?! Закричать?!»

Влад сопровождал Настю на удалении, все еще в образе массивного парня. Он заметил опасность задолго до того, как цыганки обступили Настю — видел, как они стреляют глазами, оценивая прохожих. Она была лакомой мишенью — брела задумчиво, не глядя по сторонам…

Сам он оказался слишком далеко, и вдобавок шел по другой стороне улицы!

Он мгновенно нашел взглядом Сазонову: та, в образе старушки с тележкой, уже тоже все поняла и ускорила шаг.

Но куда там…

— Вижу, печаль на сердце у тебя!

«Блин, запела по-старинке! Ладно-ладно!»

Настя двинулась прямо на нее, собираясь, если придется, сбить с ног, но…

Не хватало смелости. Куда-то вдруг испарилась вся…

— Любишь человека достойного, любишь, и не знаешь, что на сердце у него!

Настя замерла и нахмурилась: а ведь правда…

Влад почти добежал до перехода. Пусть на красный, но…

Но перед ним был сплошной поток машин!

Сазонова где?! Вон, торопится… Тоже бежит уже!

Ну почему он выбрал сегодня вариант дальнего контакта?! Зачем?!

Думал, что в провинциальном городе ничего не случится?!

— А преследует тебя человек недостойный, ох, нехорошие мысли у него!

Память услужливо подкинула образ Дракулина, и Настя покорно кивнула цыганке...

— Дай монетку, только в бумажку заверни…

«Сейчас-сейчас, мелочь в кармане… была где-то…» — мысль шевелилась лениво-лениво…

Сгрудившиеся цыганки гладили Настю по плечам, по рукам, по спине, сочувственно ахая и поддакивая... Она полезла в карман — движение медленное, заторможенное…

Рука одной из цыганок скользнула в ее сумочку…

А вот этого уже нельзя было допустить ни в коем случае!

Влад бросился наперерез машинам, на ходу сбрасывая морок, нырнул за автобус, лавируя между легковушками, уходя финтом…

Ему просигналили пару раз, но он был очень быстр…

— Эй, чавалэ? — раздался знакомый голос рядом.

Влад? Влад!

— Ты гадать умеешь?! Такая молодая и умеешь?!

Настя растерянно переводила взгляд с цыганки на… Влада.

И правда, Влад!

— Если бы твоя мама так сказала — я бы еще подумал. А так — сворачивайте бизнес.

Влад вдруг зло улыбнулся, и Настя ойкнула — он был без морока! Вообще!

Цыганка заохала и заторопилась… Попыталась заторопиться куда-то: Влад железной хваткой держал ее за предплечье.

Остальные, отворачиваясь, засеменили прочь.

— Видишь меня? Отдай то, что взяли! Ты мне не нужна, другую люблю! Зато ночью к детям твоим приду, их кровь заберу, умрут дети твои![1] Выть потом будешь, муж бить будет!

Цыганка застыла, вытаращив глаза, потом закричала:

— Ай, Лада! Верни, что взяла, ай! Кэрдо мулеса[2] они! Горе нам будет, беда!

Настя увидела, как одна из улепетывающих бросила что-то на асфальт. Влад отпустил руку цыганки, усмехнулся, крикнув вслед:

— Запомни меня! Я следить за тобой буду!

Он повернулся к Насте, все еще улыбаясь, и провел по лицу, вновь наложив морок:

— Ну вот и подурачился…

Какая-то женщина с сумкой-тележкой уже подавала ей кошелек и… И корочку! «Корочку, о боги!» — Настя не выдержала, застонала вслух от стыда.

— Спасибо! Спасибо огромное! — поблагодарил женщину Влад и добавил почему-то: — Доложу!

Та кивнула и пошла по своим делам.

— Ты… Ты как здесь? — спросила Настя.

И вдруг все поняла, и застонала снова, закрывая лицо руками.

— Все в порядке. Все хорошо, Настенька, — он прижал ее к себе, обнимая. — Все хорошо, слышишь?

После долгой паузы она всхлипнула, потихоньку успокаиваясь:

— И что теперь?

— Теперь?.. Ну… Пойдем в кафе вон посидим, успокоишься. Расскажешь мне все, что было… А потом…

Он понял, что пока не в силах сказать ей честно: «Потом куплю тебе билет, и вернешься в Москву». Оставлять ее в Белгороде с собой нет никакого резона: Корбут просил привезти хоть какой-то результат…

— Потом подумаем… Решим… — он крепко взял ее за руку и повел в кафе.

Над Мещерскими лесами, пронизанными туманом, вставало солнце, когда Влад припарковал машину на окраине деревеньки. Дальше, до места, где он с друзьями всегда ставил палатку в Шушморе, можно было проехать на квадроцикле, а можно было пройти пешком. Их квадрики, на которых они частенько гоняли по этому лесу, круглогодично хранил за определенную плату местный житель в своем гараже, но Влад решил не будить его так рано, да еще и в праздник. Лучше размять ноги, пройтись по чащобе, которая считалась заколдованной, заодно и подумать надо всем, что произошло в Белгороде… Собственно, потому он и решил сразу поехать сюда, не заворачивать домой: были новости, которые лучше сначала обсудить с компанией.

Да и просто потусоваться с друзьями очень хотелось — здесь, на природе, пусть и всего один день: ведь Красавченко сказал, что они договорились до сегодняшнего вечера. Раньше они выбирались сюда вместе несколько раз за сезон, а иногда и зимой, но что предстоит в этом году лично ему — Влад уже зарекся предполагать, поэтому надо было пользоваться случаем.

Он переоделся — благо, походный комплект всегда лежал в багажнике, — захватил пакет с мясом, купленным вчера на Белгородском рынке, и зашагал по еще широкой у деревеньки колее в лес, обходя раскатанные шинами ямы, полные воды. В утреннем лесу повсюду поднимался туман, птицы пробовали голоса…

…Полтора суток, что он провел в Белгороде, выдались на редкость насыщенными.

Влад хмыкнул. То ли ему так конкретно повезло, то ли… Думать о том, что в обществе назревает потихоньку какая-то катастрофа, не хотелось. Но, с другой стороны, не могли же все проблемы вылезти одновременно к его приезду в Белгород!

Он ведь поехал всего лишь завершить дело, начатое Настей: побеседовать с единственным подозреваемым в погроме на станции, пусть с него теперь эти подозрения и сняты, узнать больше подробностей у белгородских коллег… Ну еще — вытащить ее, если она действительно во что-то влипла.

Но, получается, по ходу открыто еще два дела! Минимум два — еще не известно, к чему они приведут, какие ответвления дадут…

И, главное, самое первое дело, о погромах в банках крови, все равно осталось без особых подвижек.

Конечно, ему пришлось воспользоваться кое-какой магией — и чтобы в МВД разрешили ознакомиться с прошлогодним «шишинским» делом, и чтобы неофициально побеседовать с тем самым единственным задержанным. Задержанным, да отпущенным… Впрочем, то, что тот действительно был совершенно ни при чем, теперь несомненно: на допросе с применением магических средств не лгут, во всяком случае, такие допрашиваемые. Парень оказался просто пациентом психушки со стажем, со сложной системой бреда на тему крови и наследственности, и на время обоих нападений на станцию переливания имел стопроцентное алиби. Под подозрением оказался только потому, что пару лет назад устроил возле нее одиночный пикет с шизофреническими требованиями. Вот и все, собственно.

Убийство же в Шишине оказалось первым, но действительно не последним. Да, Настин ночной попутчик не врал, точнее, не врали слухи, на которые он опирался. Еще две жертвы были обнаружены в прошлом году, но не в самом Белгороде, а по области. Несмотря на очевидную схожесть, а именно, неуклюжее для посвященного подражание вампирам, дела даже не объединили, оставив пылиться первое — в Белгороде, и два остальных — в районных ОУМВД. Добиться того, чтобы их объединили в одно, прямо сейчас Влад не мог — они проходили по другому ведомству, а его командировка была оформлена через «Захват». Но он пообещал себе, что сделает все, что необходимо для этого, как только вернется в Москву. После пинка местные, конечно, забегают, но… Слишком много времени было упущено.

В том, что в этих трех убийствах хоть чем-то, да замешана по меньшей мере часть присутствовавших на шабаше в Рощупкине, и уж конечно, сам таинственный Дюк, Влад не сомневался ни минуты. А вот чтобы заставить задуматься об этом товарища капитана, к которому безуспешно обращалась за помощью Настя, пришлось попотеть.

Под конец их разговора тот вообще сделал потрясающее заявление: мол, в городе, оказывается, есть парень, который объявил себя кибердружинником, так вот он уже два года треплет, что в Белгороде действует тоталитарная секта, подражающая вампирам — так что, по каждому его слову проверку проводить?! Влада эти его слова ошеломили так, что он открыто пригрозил коллеге неполным служебным соответствием. До капитана, видимо, что-то все же дошло, и он покорно выдал данные кибердружинника, и в дальнейшем явно старался угодить грозному «московскому гостю».

Да, одна из прелестей таких командировок в провинцию заключается в том, что тебя даже высшие по званию, не говоря уж о равных или младших, считают «засланным казачком», и Влад умел пользоваться этим. Хотя предпочитал не злоупотреблять.

Кибердружинник, которого звали Глеб Сергутин, оказался, как говорится, хакером на всю голову. По уровню, конечно, уступал паре Дракулин-Татарский из отдела, но в даркнете плавал уверенно. Его радость по поводу внезапного внимания, да еще сразу — со стороны опера ФСБ из Москвы, не поддавалась описанию, во всяком случае, Владу поначалу с трудом удавалось вставить хоть слово в его рассказ. Зато две флешки, забитые информацией о секте подражателей, или, как хакер их называл, псевдовампиров, он получил безо всякого труда. Флешки сейчас ждали в бардачке внедорожника вместе с другими бумагами, но даже со слов кибердружинника картина вырисовывалась, мягко говоря, невеселая.

Конечно, речь шла об этой самой компании Дюка — здесь все было ясно.

Но первое, что настораживало — члены секты, оказывается, вели активную переписку с другими регионами. Это могло означать только одно, и в расшифровке не нуждалось. Адресатов с белгородской стороны в даркнете оказалось немного — максимум шесть, и здесь Влад вспомнил рассказ Насти о парочке из кафе: те говорили о неком первоначальном ядре из шестерых, в котором потом появился Дюк…

Но самым главным было даже не это. Даты, в которые переписка резко активизировалась, совпадали с примерными датами прошлогодних убийств, а сленг, использовавшийся в письмах, наводил на определенные мысли…

Впрочем, все это потом, потом, в Москве — не раньше, чем завтра.

Сейчас надо подвести промежуточный итог.

Итак, на руках было так и не раскрытое и даже не продвинувшееся дело о нападениях на банки крови — теперь оно целиком принадлежит Корбуту, и то, что Владу удалось узнать, будет доложено наставнику Насти. Настя, добравшись до Москвы, уже рассказала тому все, что знала сама, Влад в этом был уверен.

Второе дело — о псевдовампирах и прошлогодних убийствах, — будет на контроле у белгородского коллеги. После внушения, сделанного Владом, и предоставленных Сергутиным данных можно не сомневаться, что худо-бедно работа пойдет. Самому же ему придется контролировать все это через «Захват». То есть, не далее чем завтра надо довести обо всем произошедшем до сведения руководства любимого ЧОПа в лице Ионеску, до Хватова лично, и, пожалуй, Кота-Ученого — без его аналитического таланта здесь не обойтись.

Возможно даже, ответственность за разработку Холдинга придется действительно переложить на плечи подчиненных, как советовал Игорь. А то и, вероятно, совсем отказаться от текущих дел, хотя бы временно: если его подозрения верны, ситуация складывается тревожная в масштабах всей Центральной России, если не страны в целом, и это сейчас важнее…

И было еще третье дело. Хотя, возможно, он ошибается, принимая свои подозрения и не оформившиеся еще предчувствия за истину. Именно поэтому заявлять об этом ни в отделе, ни в «Захвате» нельзя. Сначала надо проверить информацию и собрать больше данных.

Ну что же, ему с друзьями заниматься подобным не впервой. «Я вот знаешь, что думаю? Надо нам все-таки дело какое-то поднять. Снова всем вместе, вчетвером. Уже больше года ничего», — сказал Игорь неделю назад, в «Белке & Co». Ну что же, вот теперь нашлось, чем заняться…

…Влад спустился по колеям квадроциклов к мыску извилистого безымянного ручья, которому они постоянно пытались придумать название — так, ради развлечения. Еще издалека в нос ударил запах дымка и жареного несколько часов назад шашлыка. Потом он услышал храп в три глотки... Нет, в две: Денчик не храпел, а сопел, впрочем, тоже не особо тихо.

Три квадроцикла стояли рядком под старыми соснами, а за ними он увидел палатку, кострище со сковородкой, на которой красовались остатки жареной картошки, и воткнутые рядком в землю шампуры.

Влад постоял с минуту, улыбаясь, бросил к бревнышку у кострища пакет с мясом, и полез в палатку:

— Эй, раздолбаи! Разлеглись тут, чуйку потеряли! Не слышат ничего! К вам на огонек нежить из леса пришла, принимайте! С добычей!

Когда приветственные вопли, тычки и объятия утихли, а Костя с Денисом занялись будущим шашлыком, Влад объявил, что хочет хоть немного отдохнуть, анонсировал на потом серьезный разговор, и остался в палатке, надеясь подремать. Но, едва удалось устроиться поудобнее и закрыть глаза, к нему вперся Игорь.

— Ну как, спас принцессу? — осведомился лучший друг, укладываясь поверх спальника и подпирая голову кулаком.

Отвечать не хотелось.

— Почему принцессу? — приоткрыв один глаз, спросил Влад.

— Ну… Раз владеет таинственным артефактом, и ее надо спасать, значит, принцесса, — пожал плечами Красавченко.

— Она не владеет артефактом, я уже говорил… — попытался увести разговор в сторону он, но Игорь был тоже непрост:

— Так, давай огород не городи! Я задал конкретный вопрос. И он, между прочим, кое-что подразумевает. Конкретное.

Влад помолчал, потом вздохнул:

— Ее не пришлось спасать. В общем и целом, по заданию сделала все, что могла, и даже больше. Скажем так, справилась соответственно опыту и званию.

Он был уверен, что с Настей будет трудно, но в своем представлении об этих трудностях, как оказалось, ошибался. Она решила крепиться изо всех сил, и к этому Влад был совершенно не готов. Да, ее губы дрожали, иногда она тайком всхлипывала, но держалась гордо, даже когда он объявил, что никаких поездок к бабушке после всех приключений не допустит, теперь — только в Москву. И из-за этой сдержанности было жаль ее еще больше, и еще больше хотелось махнуть на все рукой и оставить ее в Белгороде, рядом с собой. А это было невозможно, он понимал — невозможно в первую очередь из-за того, что режим телохранителя не даст ему работать.

В какой-то момент вообще захотелось стукнуть кулаком по столу и заорать: «Блин, ну расплачься же наконец!» По крайней мере, он знал, как утешить плачущую девушку…

Он сам проводил Настю на вокзал, купил билет в СВ, посадил на поезд и уверился в том, что Сазонова успешно устроилась в соседнем купе. И стоял на платформе, пока хвост состава не скрылся вдалеке.

А по пути с вокзала обратно в УФСБ пришлось постоянно напоминать себе, что ему предстоит работа, и раздваиваться, нет, даже троиться — любить Настю, следить за ее безопасностью, и заниматься всем этим нагромождением странно сочетающихся белгородских происшествий и преступлений, — он просто не в состоянии, и потому поступил правильно…

— А не по заданию? — напомнил о себе Игорь.

— Не по заданию тоже… — рассказывать об инциденте с цыганками не хотелось, Влад прикрыл глаза ладонью, показывая, что хочет поспать.

Впрочем, добился он только того, что друг разозлился:

— Хватит мне тут тайны разводить! Ты ее спрашивал о том, что ей нравится? В любви признался? Ну, Владос?!

На этот раз Влад разозлился и сам:

— О боги, Игорян, ты думаешь, у нас там был романтический вечер под луной, что ли, чтобы об интересах болтать и в любви признаваться?! Мы оба работали! Дай отдохнуть хоть немного! С того момента, как мы с тобой расстались, я спал в общей сложности часов семь! За двое с лишним суток, блин!

Игорь неопределенно хмыкнул, но внял и выполз из палатки. Влад, наконец, с чистой совестью натянул на голову куртку и задремал.

Заснуть по-настоящему не удалось, и дело было не в разговорах ребят, судя по всему, уже успешно замариновавших шашлык и лениво болтавших у разгоревшегося костра. Во-первых, слишком многое беспокоило, во-вторых, от весеннего утреннего холода, а может, просто на твердой земле, жесткость которой чувствовалась сквозь туристические пенки, снова заныли ребра, о которых он забыл с момента, как позвонил Корбут… В конце концов он не выдержал и вылез из палатки.

Игорь у костра встретил скептическим:

— Уже?..

Влад решил отшутиться:

— Похоже, не спать мне спокойно, пока не принесу вам весть… — он ухмыльнулся и обвел взглядом повернувшихся к нему друзей. — Кажется, дело у нас появилось, товарищи капитаны.

Денис, коллега Влада, служивший в контрразведке, среагировал первым:

— В Ведомство почему не хочешь нести?

— Я… Не уверен. Очень не уверен… В общем, так.

…Когда Влад уже думал, что длинная беседа с кибердружинником Глебом завершена, когда флешки по делу о псевдовампирах уже лежали у него в кармане, а голова, если честно, готова была лопнуть от обилия полученной информации, тот вдруг спросил:

— А вас только секты интересуют, или разные там махинации тоже?

Слово «махинации» было чересчур расплывчатым, и Влад уже хотел отказаться под благовидным предлогом — мол, до следующего раза, — но парень, в одиночку «поднявший» псевдовампиров, смотрел так серьезно-просяще, и вдобавок вызывал у него такое уважение и доверие, что безопасник уселся обратно, и только бросил:

— Рассказывайте.

И не пожалел о своем решении.

По словам Глеба, в области существовала не то, чтобы банда, но некая организация, занимавшаяся таинственными делами с кровью, и, похоже, даже с человеческими органами. Терминологией хакер не владел абсолютно, но, как понял Влад, речь шла об утечке биометрических данных, а также, возможно, действительно о торговле донорской кровью и материалами для трансплантации. У кибердружинника было досье, впрочем, вовсе не такое объемное, как на псевдовампиров, а чтобы московский опер удостоверился в серьезности происходящего, он предложил гостю прогуляться на другой конец города, чтобы показать «кое-что».

«Кое-чем» оказался скромный «Форд Фокус». И вот тут Владу пришлось приложить усилия, чтобы скрыть свою реакцию и не испугать Глеба: от машины разило кровью и мясом так, будто там совсем недавно убили человека. Легкое магическое сканирование показало, что, конечно же, убийств там не совершалось, но кровь и другие донорские материалы перевозились так часто и помногу, что эффект для вампира был налицо, как говорится…

— Навалом, что ли, возят? Ну, раз ты почуял? — спросил как всегда прямолинейный и лаконичный Костя.

— Нет, просто в больших объемах, — еще раз уточнил Влад для друга-росгвардейца. — Я думаю, бизнес очень давний, возят часто, и даже ведь сквозь термосы что-то просачивается. Запахи, во всяком случае, дает.

— Откуда берут? — деловито уточнил Денис.

Влад пожал плечами:

— Вот это и надо выяснить. Глеб сказал, есть одна местная служба доставки. Говорит, сам видел несколько раз, как курьер передавал термосумки владельцу «Форда». После чего тот уезжал.

— Границу пересекал? — снова спросил Денис.

— Возможно. У Глеба нет машины, проследить не мог. Но всего через несколько часов, максимум на следующие сутки, «Фокус» всегда возвращался, значит, ездит куда-то недалеко.

Все помолчали, обдумывая ситуацию.

— Ну хорошо, — протянул задумчиво Игорь. — Ты сказал, у этого парня материалы есть?

Влад молча моргнул.

— У тебя уже?

— Нет. Досье у него в компе, а свободных флешек уже не было. Обещал скинуть в наш ТГ-канал сегодня к вечеру.

Все снова помолчали, потом Денчик произнес:

— Ну что, мошенничество в особо крупных мы расследовали? Расследовали, и успешно. Одно загадочное убийство тоже. Разгадали. Черных риелторов сдали за решетку? Сидят, как миленькие. Потянем торговлю органами, а, товарищи капитаны?

— Капитан-вигиланты… — усмехнулся Игорь. — Я бы взял.

Костян, очень не любивший лишних слов, только кивнул согласно.

— Тогда ждем, что нам Глеб пришлет, — с облегчением выдохнул Влад. — И давайте уже я шашлык буду делать, угли вон созрели! Последний раз я, между прочим, шестьсот километров назад ел…

Вечером, после гонки на квадриках обратно к деревеньке, когда все уже рассаживались по своим машинам, к внедорожнику Влада подошел Игорь:

— Владос… Не обижайся, но есть вопрос…

Влад поднял глаза на Красавченко.

— Ты не много на себя берешь? Я так понял, ты там, в Белгороде, нехило себе ношу прибавил. И еще и это дело…

Влад вздохнул, потом твердо посмотрел в глаза Игорю:

— Завтра. Завтра я со всем этим разберусь. И в «Захвате», и на службе.

Красавченко помолчал, потом произнес:

— Послушай… Нас тогда звонок этот прервал. После чего ты унесся. Понимаю, в общем-то. Но мне кажется… Кажется, в общем, что даже тогда ты не договорил до конца. Есть у тебя еще что-то… Важное.

Сказать было нечего, Влад смог только улыбнуться в ответ.

— Ну, как хочешь… — Игорь махнул рукой и пошел к своей машине. — Давай, до встречи!

[1] Цыганские вампиры пьют только кровь детей, взрослые их интересуют лишь с сексуальной точки зрения. Представителей противоположного пола они «залюбливают» до смерти, при этом моногамны.

[2] Вампиры. Буквально – «сделанные мертвецом».

Часть II, глава 1

В новом офисе «Захвата» Настя не была еще ни разу — переезд в него начался всего месяц назад, на некоторых этажах и в кабинетах еще шли отделочные работы. Располагалось здание в таком же новеньком, точнее, еще только строящемся бизнес-квартале возле МЦК, на месте давно выведенной промзоны. Всего пару лет назад ей довелось снимать репортаж о проблемах таких заброшек почти в центре Москвы: разрушенные здания служили приютом для бомжей и источником опасных развлечений для подростков. Попала в сюжет и эта территория, и теперь, идя по новенькому тротуару к двадцатиэтажному стеклянному «наконечнику копья» среди строящихся и свежепостроенных офисов, Настя не могла не порадоваться контрасту между воспоминаниями и сегодняшним видом.

В марте на последнем совещании в Госдуме Хватов произнес в самом конце, обведя зал глазами и улыбаясь: «В следующий раз встретимся не здесь уже, коллеги! У нас вот-вот будет свое собственное помещение!». Теперь, глядя на вырастающий перед ней офис, Настя невольно задумалась о том, что зампредседателя Общества досточтимого Грааля вампирского и член экспертного совета при Комиссии Госдумы по расследованию вмешательства иностранных государств в дела Российской Федерации умеет привлекать ресурсы…

Так, собственно, и оказалось: среди табличек у входа Настя увидела несколько названий медицинских и фармакологических компаний, заподозрить которые в сотрудничестве с нежитьским сообществом непосвященному было крайне трудно, а также вывески с неведомыми ей ФГУП, что вообще с трудом укладывалось в ее представления о бизнес-схемах.

В чистом холле с блестящим новеньким керамогранитным полом она еще раз прочитала все вывески на большом табло — на этот раз с указаниями, на каком этаже находится та или иная организация. Засомневалась, на какой этаж ей ехать: ЗАО «ДОЧКо», аффилированная с «Захватом» компания, созданная для его прикрытия, судя по указателям, занимала сразу четыре на самом верху, и где находится зал заседаний, сказано не было. Потом решила, что поедет на нижний этаж из принадлежавших «ДОЧКо», семнадцатый, а там уж разберется…

В ожидании лифта она успела восхититься остроумием дизайнера, создавшего логотип фирмы-прикрытия — Добровольческой охранной частной компании. На нем была изображена девочка в шлеме, раскинувшая руки — как бы для того, чтобы обнять… или… захватить.

В самых дверях лифта ее нагнал Кот-Ученый:

— Ну, здорово, ученица… — он сразу покачал головой укоризненно и грустно. — Натворила делов, да?

— Ничего я не натворила, — решила огрызнуться она. — Командировку мне оформили официально, и все претензии к начальству!

— Да ладно тебе! Пошутить даже нельзя, — эксперт уже улыбался. — Натворила делов — в смысле, еще минимум два дела из Белгорода своего привезла, вместо того, чтобы расследовать первое. Возможно, этим инициировала целую череду дел, в том числе, в других регионах. Задача безопасника состоит в обратном, знаешь ли…

Настя хотела сказать, что шутки в последнее время у названого брата и учителя стали дурацкие, но лифт останавливался на промежуточных этажах, люди входили и выходили, спрашивали об организациях на этажах, еще не сориентировавшись в новом здании, и она решила промолчать.

Собственно говоря, она не очень понимала, зачем ее вызвали в «Захват» на совещание, и волновалась из-за этого. Во-первых, в Белгороде ей показалось, что Влад крайне недоволен, даже разозлен ее поведением. Вчера вечером он, приехав в Москву, позвонил, не сказал ни слова о личном, только сообщил, что она может не волноваться: все, что надо, он Корбуту передал. Разговор, по ее мнению, был, мягко говоря, несколько суховат.

Во-вторых, сам наставник после ее возвращения тоже был как-то чересчур лаконичен с ней, даже после рассказа о приключении в Рощупкине и о предварительных выводах, ею сделанных: сказал только, чтобы больше она без обсуждения с ним никаких самостоятельных действий не предпринимала.

И вдруг, сегодня утром, когда она собиралась на учебу — звонок из «Захвата» с сообщением о совещании! Поэтому теперь в глубине души она переживала: наверняка будут прилюдно ругать, а то и, следуя давнему обещанию Звонкова, посадят под замок… Последнее, впрочем, она возможным не считала, но предполагала, что какие-то действия на случай превышения разумных пределов ее самостоятельности у начальства и телохранителей предусмотрены. Как у Парщикова в отделе, так и в «Захвате»…

Хотя в составе ЧОПа Настя не числилась, она была уверена: «спортсменам» и лично Хватову, как владельцу, она важна гораздо больше, чем сотрудникам отдела, где служила официально.

Двери лифта разъехались, Кот-Ученый сделал было шаг наружу, но тут же вернулся:

— Семнадцатый, а нам на двадцать первый, на самый верх. Зал там, — он нажал кнопку. — Могу я тебя попросить кое о чем? Пока мы одни.

Настя пожала плечами: почему нет-то? Хотя вступление, конечно, настораживает: раньше эксперт так к ней не обращался.

— Хорошо. Просьба очень важная, Насть, поверь. Можешь сделать так, чтобы…

Двери лифта снова разъехались, на этот раз она вышла первой. Коридор был пуст, на противоположной стене она увидела табличку: переговорные под номерами налево, залы направо… Большой зал — тоже направо. Наверное, им туда. Кот-Ученый придержал ее за руку:

— Так, чтобы Влад встретился с Граалем? — глядя на нее очень серьезно, спросил он.

Настя вытаращила глаза, собираясь спросить, зачем, собственно…

— ДА, — услышала она в голове, и автоматически повторила вслух:

— Да!

— Отлично! — эксперт ощутимо расслабился. — А можешь сделать это побыстрее?

«Какого черта?! — возмутилась она. — Договорились же: не подслушивать!»

— МЫ НЕ ПОДСЛУШИВАЛИ. ПРОСТО ЭТО БЫЛО ГРОМКО. И ВАЖНО.

— Вам что, всем не терпится меня сосватать побыстрее?! — брякнула вслух она.

— А кому еще? — заинтересовался Кот-Ученый.

Настя демонстративно громко выдохнула и помотала головой: мол, ну вообще!

— Всем! — отрезала она. — Скажи, зачем?!

— А что, вы поссорились? — осведомился эксперт. — Неожиданно…

— Да не поссорились! — Настя топнула ногой от злости и бессилия. — Я спрашиваю, зачем Владу надо к Граалю?

— Владу пока не надо… Точнее, он не знает, что ему туда надо. Очень надо. Но ты же можешь сделать это как-нибудь… Ненавязчиво? — вкрадчиво объяснил эксперт, еще больше запутав и даже испугав ее.

— НАДО. СДЕЛАЕМ НЕНАВЯЗЧИВО, — ей показалось, или в этом согласии опять звучали иронические нотки?

К счастью, открылись двери второго лифта, оттуда вышли двое полузнакомых ей сотрудников «Захвата», и она только махнула рукой:

— Ладно, сделаю. Потом объяснишь…

Она вздохнула и зашагала вслед за аналитиком к огромным дверям в глубине коридора.

Зал был действительно прекрасен. Оформленный в стиле хайтек, он сразу настраивал на деловой лад, а панорамное окно, из которого открывался вид на половину Москвы, невольно подсказывал посетителю мысли о грядущих перспективах компании. Впрочем, Настя уже слышала, что всеми помещениями на двадцать первом этаже можно будет пользоваться не только «спортсменам»: они могли быть заказаны ко времени любой организацией, располагавшейся в новом здании.

Она огляделась: народа еще было мало, пустые места красовались даже перед столом президиума. Чуть подумав, Настя решила выбрать стул как можно дальше от него, и не только чтобы скрыться с глаз начальства, но и потому, что понимала: она, в сущности, даже по званию самая младшая, и наверняка сейчас лишь в статусе приглашенного лица, которое позвали в силу сложившихся обстоятельств.

Кот-Ученый, впрочем, поначалу потянул ее поближе к президиуму, но, фыркнув едва слышно в усы, махнул лапой и уселся рядом с ней.

Зал постепенно заполнялся, и Настя отметила про себя, что все обходят место напротив нее — видимо, настолько привыкли, что там обычно усаживается Влад, что и в новом здании решили придерживаться этого правила. К моменту, когда появился он сам, почти все стулья были заняты, и он довольно улыбнулся и подмигнул ей, устраиваясь поудобнее.

У Насти слегка отлегло от сердца: если он и злился на нее в Белгороде, сейчас это позади. Впрочем, подмигнув, Влад сразу отвернулся и словно исключил ее из сознания — как всегда на совещаниях…

Хватов и Ионеску, владелец и гендир «Захвата», вошли вместе. Еще не усевшись за стол президиума, зампредседателя Общества досточтимого Грааля вампирского с улыбкой оглядел зал и сидящих в нем, и проговорил:

— Что, нравится? Мне тоже! Прямо гордость какая-то… Первое совещание… Ну что ж, с почином!

В зале захлопали, и Настя присоединилась, пока довольный Хватов занимал свое место.

А вот Ионеску явно не разделял всеобщей радости. Усевшись, он без предисловий приступил к делу:

— Ну что ж, начнем. Ситуация нелегкая, коллеги. Пришла, откуда не ждали, как говорится… Давайте так: сразу новости и перестановки, а вводные потом — основное здесь, дальше в индивидуальном порядке. Дела не ждут.

Он оглядел собравшихся, все дружно закивали и открыли блокноты.

— То, что сейчас сообщу, для сотрудников отдела спецопераций — не новость. Остальным слушать внимательно! Ориентировочно с февраля в Европейской части России отмечен целый ряд преступлений, изначально квалифицированных…

Поначалу Настя решила не слушать — сказали же, что для «отдельцев» это не новость, — но подача информации в исполнении Ионеску настолько отличалась от парщиковской, размеренно-равнодушной с неожиданными вкраплениями неуместного юмора, что пальцы сами потянулись к ручке. Да, эту вводную она сама могла произнести наизусть, но теперь ее действительно хотелось записать!

…— И вот сегодня совершен второй теракт. Час… Нет, уже полтора назад… вооруженное нападение на мобильный донорский пункт, практически полностью повторяющий преступление недельной давности в Коломенском, произошло в Санкт-Петербурге…

Настя замерла. Вот тебе и секта…

Как там сказал Кот-Ученый? Что она, вместо того, чтобы выполнять задачу безопасника — расследовать дела, — умножает их? Похоже все-таки, они умножаются безо всякого участия с ее стороны… Во всяком случае, что касается данных конкретных дел…

— Журналистов пока сдерживают, официально новости об этом появятся не раньше восемнадцати ноль-ноль. Удалось договориться и дать фору нашим агентам в городе, чтобы занялись этим негласно — совместно с УФСБ Питера. В отдел информацию предоставим, будет к вечеру. Но, конечно, в интернет-каналах уже началось… грхм!.. безобразие…

Настя зажмурилась, представив себе масштабы «безобразия». В журналистской жизни, которую она привыкла считать прошлой, ей приходилось сталкиваться с придерживанием информации, и она прекрасно понимала, о чем речь и какие будут последствия… Все силовые структуры еще долго будут обвинять в преступном замалчивании, эхо будет длинным и станет отзываться порой в совершенно неожиданных ситуациях.

Из воспоминаний ее вырвало собственное имя, упомянутое Ионеску:

— Кроме того, Анастасия, которую, думаю, вам представлять не надо, побывала по собственной инициативе в Белгороде, и столкнулась со… скажем так, с необычными аспектами этого дела. Пожалуйста, товарищ Горлинка… Потом ты, Владѝслав…

У Насти окончательно отлегло от сердца: никто не собирался ни ругать ее, ни, тем более, сажать под замок! Ее позвали как свидетеля и непосредственного участника событий в Рощупкино!

Впрочем, похоже, хвалить ее тоже никто не собирался, но после того, как она подробно ответила на дополнительные вопросы о сходке в урочище, заметила даже уважение в глазах ветеранов «Захвата»…

Влад эффектно дополнил ее рассказ материалом с двух флешек, которые были отданы ему белгородским кибердружинником, давно заявлявшим о секте псевдовампиров — его заявления оставались без внимания как в местном МВД, так и в ФСБ. По материалам выходило, что подобные секты существовали и в других городах Европейской части, просто, видимо, еще не проявили себя.

— Итак, — подвел итог Ионеску. — Добавлю важную информацию, полученную прямо перед заседанием. В Подмосковье, в Талдомском районе, сегодня утром в лесу обнаружен труп девушки, манера убийства схожа с белгородскими. Как видите, новости в буквальном смысле атакуют… Прямых данных, указывающих на то, что дело о банках крови, дело об убийствах и псевдовампирской секте, которую обнаружила в Белгороде Анастасия, нет, но рассматривать их будем во взаимосвязи. Выводы об этом напрашиваются, как говорится. Так что образуем рабочую группу по преступлениям в этой области. Точицкий, ты назначен руководителем, подчиненных даю право выбрать самостоятельно. Думай, кого возьмешь, пока идет совещание. А пока лови папку, после совещания съезди сам на место, в Талдом! Там ждут, есть договоренности. Твое направление по Холдингу сдашь мне… Скажи мне только, кого из ребят к себе заберешь. И вообще тем, что Холдинга касается — в широком смысле, и по Цитадели, и по России, — в дальнейшем буду заниматься я сам. Все подробности и вводные позже, в личном порядке. Коллеги, всем все ясно?

Коллеги загомонили разом, по пути передавая папку Ионеску на дальний конец стола Владу. Настя уже думала, что Хватов, доселе молчавший, воспользуется своим знаменитым приемом, но кому-то и без его вмешательства удалось перекричать всех:

— Я правильно понял, что группа Точицкого будет работать без взаимосвязи с отделом?

— Верно! — кивнул Ионеску. — Фактически, мы ведем независимое расследование. У отдела специальных энергоинформационных операций в настоящий момент… несколько иные задачи, скажем так.

От Насти не ускользнуло, что Влад, сразу погрузившийся было в изучение документов из папки, поднял глаза и обменялся странным взглядом с Ионеску. Тут же она услышала хмыканье сбоку и повернулась к Коту-Ученому. От его внимания, похоже, это невербальное общение тоже не укрылось — сложив лапы на груди, он пристально смотрел на Влада, вновь ушедшего в бумаги.

«О боги, что-то затевается…» — пронеслась мысль. Любопытство требовало немедленно после совещания подловить по отдельности обоих и всерьез расспросить. Да ведь не ответят…

— Михаил Герардович, у меня вопрос! — прорезался сквозь разговоры еще чей-то голос. — Мы докладываем Точицкому абсолютно все, что может относиться к делу? Ну, к делам?

Тот кивнул:

— Незамедлительно! Даже подозрения и личное субъективное мнение. Лучше уж в группе разберутся, относится оно или нет, чем потом локти кусать.

Задавший вопрос замахал поверх голов Владу, явно привлекая внимание — мол, я первый к тебе с информацией! А может, с подозрением или личным субъективным… Тот, оторвав взгляд от бумаг, только кивнул молча. Затем сам спросил:

— Я могу привлечь к работе человека постороннего? Но который знает больше нас — уже сейчас?

Все замолчали, Хватов и Ионеску нахмурились.

— Я имею в виду Глеба Сергутина, кибердружинника из Белгорода. Это он дал мне свое досье на псевдовампиров…

— Почему нет? — впервые за все совещание подал голос Хватов. — Если доверяешь и убедился, что человек дельный — конечно. Труды оплатим, можешь гарантировать.

Влад сдержанно кивнул.

— Есть еще вопросы, коллеги? Время не ждет, — Ионеску обвел зал глазами. — Нет вопросов. Тогда так. Заканчиваем, Влад, зайди ко мне сейчас, обсудим кандидатуры в твою группу. И к делу.

Все засобирались и принялись вставать, и тут до Насти дошла суть ее двойственного положения!

— Подождите! Михаил Герардович, Иван Силантьевич, подождите! У меня вопрос! Мне назначили в отделе наставника, мы, ну, точнее, он… В общем, занимаемся делом о банках крови. Я ему, конечно, докладывала о том, что в Белгороде видела. Так что же, мне ему не говорить теперь ничего? У нас… В смысле здесь, в «Захвате», независимое расследование же!

В повисшей тишине она услышала голос эксперта:

— Я думаю, он и так все уже знает, Насть…

Настя ждала Влада у главного входа в офис — он сам предложил довезти ее до ближайшей станции серой ветки метро, чтобы она могла вернуться домой с одной пересадкой. Конечно, ожидала она большего, но было ясно, что с такими новостями и новыми назначениями в «Захвате» времени друг для друга у них будет еще меньше.

Наконец, он появился, улыбнулся ей еще из-за стеклянных дверей — немного грустно, как показалось. Влад нес не только папку, которую передал Ионеску, но и еще две или три пообъемистее, ему пришлось засунуть их под мышку, чтобы обнять Настю и поцеловать в лоб, как обычно.

— Пойдем… — позвал он. — Извини, придется поторопиться немного…

Она попыталась унять любопытство, чтобы хотя бы не спросить прямо об обмене взглядами с гендиром «Захвата», и это почти удалось:

— Влад… А почему Ионеску сказал, что расследование будет независимым? И так странно выразился об отделе — «несколько иные задачи»? Одно же дело, верно? И вообще, если бы там не занялись банками крови, то я бы не поехала в Белгород… Ну, ты понимаешь…

Влад не обернулся, только вздохнул:

— Отдел принадлежит Ведомству, а оно — структура государственная. Там объединить дела — задача та еще. Бюрократия, — он пожал плечами. — Да и вообще, объединять дела на основании исключительно подозрений и личных ощущений… «Захват» может себе это позволить, отдел — нет.

Объяснение было, на ее взгляд, вполне приемлемым, но что-то ей подсказывало, что Влад от ответа ускользнул. От настоящего ответа. Причем ускользнул очень ловко.

Они подошли к машине, и он, как обычно, усадил ее первой. Сел сам, надел гарнитуру, повернул ключ…

— Настя… Хочу предложить кое-что…

Она замерла, ожидая. Пауза была длинной: Влад выворачивал с парковки, потом встраивался в поток машин на улице…

— Давай сходим куда-нибудь вместе на эти выходные. Или даже съездим, а? Только туда, куда ты сама хочешь. А то я все время… — он оборвал сам себя. — Куда-нибудь, где сама хочешь побывать, в общем.

«В Лукоморье! — отчаянно забилась надежда в груди. — Я хочу с тобой в Лукоморье!»

— А давай поедем в Китеж, а? — сказала она вслух.

Влад удивился, даже повернулся к ней:

— В Китеж? А что там? Ну, в смысле, там же сплошная стройка сейчас!

«В Китеж! — согласилась Настя сама с собой. — Но потом обязательно в Лукоморье!»

— Там, во-первых, памятники… Их прямо сейчас строят… Ну, ваяют, в смысле. Два ты точно должен увидеть! И остальные, если их доделали, тоже, — принялась расписывать преимущества Китежа Настя. — Во-вторых, можно навестить Иванова с Кисмерешкиным. Они знаешь, какие байки рассказывают! Им сейчас скучно, Змея Горыныча из Лукоморья еще не вернули, так что они будут рады нас видеть. И в-третьих…

— Понял, понял! — он засмеялся. — Поедем в Китеж!

— И в-третьих, можно шашлыки на озере устроить, — неумолимо закончила она.

— Хорошо. Я обещаю… Не буду клясться, — он почему-то болезненно поморщился. — Но обещаю тебе, что полностью освобожу выходные и даже отключу телефон. Чтобы мы поехали в Китеж!

— Мясо для шашлыка я сама выберу! — предупредила она.

Влад только покачал головой, восхищенный ее предложением.

В офис Влад вернулся, когда уже стемнело. Толкнул новенькую и потому туго открывавшуюся дверь кабинета, который спешно выделили новообразованной группе — на ней уже кто-то успел прилепить скотчем криво написанную бумажную вывеску «Группа крови». Уже войдя, чуть усмехнулся, оценив чувство юмора писавшего.

— Как съездил? — без приветствия обернулся к нему от компьютера новый сотрудник.

Впрочем, не новый. С Никитой Богословым, хакером, они уже пересекались по работе пару раз серьезно — при совместном раскрытии дел, и несколько раз поверхностно, помогая другим группам. В хакерском отделе «Захвата» работали почти исключительно люди — техника вообще давалась нежити не очень, — и Никита, совершенно очевидно, был одним из лучших специалистов. Потому, собственно, Влад и назвал его в числе первых кандидатов к себе — сумел уже оценить его профессиональные качества.

— Во-первых, сейчас скину тебе координаты Сергутина, из Белгорода… — Влад достал смартфон.

— Понял, того кибердружинника. Ловлю, — кивнул Никита. — А съездил-то как?

— Во-вторых… — продолжил Влад, убедившись, что контакты дошли. — Дело ясное, что дело темное…

— В смысле? — подал голос второй сотрудник, тоже решивший задержаться в первый же день работы группы. — У нас все дела темные, сам знаешь. Это что, темнее всех остальных?

С Володей Федотовым они еще не работали ни разу, но Влад слышал отзывы о нем как об отличном опере, и решил попросить Ионеску тоже взять его в группу. Был Федотов родом откуда-то из Поволжья, потому упорно именовал себя не вампиром, а вупаром, и настаивал на том, чтобы его так называли другие. Сейчас он решил, видимо, навести порядок в шкафу, хотя непонятно, что там было наводить, если пока что в их распоряжении всего четыре папки, да и те Влад только что принес с собой…

— Строительная пыль, — пояснил Володя в ответ на вопросительный взгляд. — Я аллергик. Вытираю вот.

Он помахал фиброй с серыми разводами, и Влад усмехнулся в ответ.

— Темнее всех остальных… — задумчиво проговорил он. — К сожалению, эту жертву убил действительно вампир. Точнее, вампиры.

Две пары глаз ошарашенно уставились на него…

…В отделе УФСБ по Талдомскому району Влада действительно уже ждали. Его корочка подверглась придирчивому осмотру лейтенанта, чуть постарше него самого: понятно было, что об отделе специальных энергоинформационных операций тот слышит впервые. Впрочем, покончив со знакомством, лейтенант не стал медлить, сразу предложил подъехать к месту преступления:

— Если не возражаете, на вашей машине, товарищ капитан. Внедорожник у вас, вижу, тюнингованный — как раз для таких мест. Тут недалеко, конечно, но торфяники, сами понимаете… Наша не проедет, а пешком идти не хочется.

Влад согласился, хотя, пока ехал, думал, что сначала надо бы отправиться в морг, если тело уже там. Но, в принципе, какая разница?

Подъехав прямо к месту, Влад сразу оценил действия талдомских коллег: оцепление, судя по всему, выставили сразу, уничтожить улики не успели. Мысленно он отметил про себя, что в Белгороде тут уже побывало бы полгорода…

— Тело обнаружили грибники, муж и жена, — сообщил лейтенант, и в ответ на удивленный взгляд Влада пояснил: — Сморчки, грибы такие весенние. Самое время!

— Где пара сейчас?

— Дома же! Они пожилые, стресс, все такое… Отдыхают. Но поговорить не откажутся, сами сказали.

Влад кивнул и приподнял протянутую между деревьями стоп-ленту, пролезая на место преступления.

Здесь по-прежнему работали криминалисты, хотя тело было обнаружено еще утром.

— Следов много, товарищ капитан, — поморщился один из них. — Человек двадцать, не меньше. Далеко не все удастся идентифицировать: топтались по своим собственным…

В центре полянки красовался заросший снизу мхами ледниковый валун, плоская вершина была от мха тщательно очищена.

— Убийство произошло здесь, — прокомментировал другой эксперт, что-то записывавший в планшет, сидя у основания камня. — Крови нет. Точнее, крови практически не было и в самом трупе…

— Разве тело на камне нашли? — спросил Влад.

— Нет, возле. С той стороны, — отозвался криминалист.

— Тогда сделайте, пожалуйста, соскоб на микрочастицы с вершины. Отсюда, — он указал пальцем на центр и пояснил: — Здесь наверняка что-то стояло, вон царапины.

— Убийство, похоже, ритуальное! — заспорил тот. — Здесь девушка лежала!..

— Убийство ритуальное, — моргнул Влад спокойно. — Поэтому девушку высо… Убили внизу, под камнем. Где нашли тело. А значит, сделайте, пожалуйста, анализ с этого места — здесь что-то стояло.

Не рассказывать же непосвященному, какая именно картина развернулась перед внутренним взором Влада!

Он уже несколько минут, с того момента, как увидел из-за ленты валун в центре полянки, пытался подавить в себе тяжелые предчувствия. Удавалось так себе.

Белгородские псевдовампиры сооружали алтарь, исписанный сатанинскими знаками. Или даже знаками, которые они сами считали сатанинскими. И, хотя все три тела находили под алтарями, не было сомнений, что убивали их на самом сооружении: на это указывали потеки крови.

Здесь все было иначе. Всего лишь природный валун с ободранной от мха вершиной вместо алтаря и никаких знаков. Никакой крови, чисто. И тело обескровлено. Тому, кто знаком с образом действий настоящих вампиров, все очевидно.

Но эксперт, похоже, собирался артачиться дальше, отстаивая свою версию.

— Я слово волшебное знаю: «н-н-нада-а-а»! — усмехнулся эксперту лейтенант, и пояснил: — Товарищ из особого отдела.

Лейтенант подчеркнул интонацией слово «особый», и это сыграло свою роль: криминалист, хоть и пожал плечами, но приступил к делу.

— Когда примерно произошло убийство, известно? — спросил Влад у коллеги, направляясь обратно к машине.

— Эксперты сказали, на месте определить трудновато, — покачал головой тот. — Крови, похоже, в трупе действительно практически нет, трупные пятна очень слабо определимы. Только вскрытие, короче… Но так, чисто по опыту… Хотите?

— Давайте чисто по опыту… — Влад улыбнулся.

— Всего лишь вчерашней ночью, может, даже в первой половине дня. Сейчас в морге сами увидите. Это совпадение, что ее так быстро нашли.

— Очень удачное совпадение… — протянул Влад.

В машине они долго молчали, наконец, лейтенант продолжил:

— Короче, мы это… Ищем сейчас, откуда ее привели. Не меньше двадцати человек же, эксперты говорят. Такая толпа должна была откуда-то приехать, припарковаться! Скину вам координаты, как только найдем, контакты оставьте…

Он помолчал, словно не решаясь задать вопрос, потом все-таки спросил:

— Товарищ капитан, а ваш отдел действительно ритуальными убийствами занимается? Я о таком не слышал, если честно…

Влад подумал, прежде чем ответить. Ладно, может быть, с этим коллегой еще придется сотрудничать…

— Не только. Необычными преступлениями в принципе, — сказав, он понял, что это только породит новые вопросы, и решил окончательно завуалировать все смесью шутки с полуправдой: — Похищение инопланетянами — это не к нам. К нам — когда подозревается психоэмоциональное воздействие на жертву и соучастников. А здесь оно имеет место быть, очевидно.

Звучало очень весомо, и лейтенант закивал с уважением.

В морге Влада ждало печальное подтверждение наихудших опасений: шея, запястья, даже щиколотки девушки — все места с близким расположением к коже артерий и вен, — были в характерных множественных следах тонких клыков. В Белгороде псевдовампиры резали лезвиями и прокалывали кожу жертв «неустановленным тонким острым предметом», как пишут в протоколе, и главное — повреждения наносились почти беспорядочно…

Впрочем, в этом случае судмедэксперт тоже предпочел написать в акте про этот неустановленный предмет — а что ему оставалось?

С последней надеждой Влад попросил его дать на анализ хоть пару капель крови жертвы. Тот, конечно, осведомился, зачем, пришлось отделаться стандартным объяснением — образец, мол, нужен в отделе. В действительности кровь была ему необходима для окончательного подтверждения: в одной из медлабораторий, негласно входивших в бизнес Хватова, недавно научились определять наличие слюны вампира в биологических материалах. Точнее, наличие характерного фермента, понижающего свертываемость крови.

В лабораторию, скрывавшуюся под вывеской медицинской фирмы прямо в здании «Захвата», Влад уже зашел, и ему пообещали, что анализ будет готов к завтрашнему вечеру.

Впрочем, надежда, что фермент не обнаружат, была не просто призрачной, а прозрачной: слишком все очевидно.

Хотя главным потрясением Влада в морге стало вовсе не это…

…— Вот так, ребят. Получается, я жертву знаю, — откинувшись на кресле с заложенными за голову руками, произнес он, глядя в потолок. — Неделю назад в кафе «Белок&Со» ко мне клеилась. Представилась Вероникой.

Никита присвистнул ошеломленно, Володя цокнул языком:

— Так значит, опознание — дело техники! Быстренько пробьем, поспрашиваем, к кому еще она приставала…

Влад грустно усмехнулся и покачал головой:

— Обстоятельства знакомства интересные. Точнее, обстоятельства… хм… отказа в более тесном знакомстве. Я снял морок, чтобы ее отпугнуть — уж слишком навязчивая была.

Никита сообразил первым:

— Если на камерах это не зафиксировано, тебе вообще беспокоиться не о чем!

— Прошла неделя, Никит, — снова усмехнулся он. — Как думаешь, она не растрепала всем своим подругам, что видела… скажем так, странного парня?

Возникла пауза.

Потом Володя произнес задумчиво:

— По-моему, ты утрируешь, Влад. Во-первых, у тебя наверняка есть куча свидетелей всех твоих передвижений за последнюю неделю. Во-вторых, по камерам даже твою командировку в Белгород можно отследить: ты же возвращался, в машине ехал, на заправке выходил, пока ее убивали совсем в другом месте! В-третьих — ну какой человеческий следователь… Ох…

— Понял теперь? Какой человеческий следователь будет заниматься версией с вампирами всерьез, ты хотел сказать? — спросил Влад. — В том-то и проблема. Этим делом занимается нечеловеческий следователь. Я. Лично. И если насчет «Захвата» я более-менее спокоен, то если информация дойдет до отдела… Я ведь даже не о подозрениях конкретно в мой адрес: в конце концов, по записям будет понятно, что девушка, так сказать, старательно искала приключений и нашла их… Я о слухах, порожденных случайным совпадением. Странная смерть — а за неделю до того странная встреча.

— Так ты о компрометирующих подозрениях? О проверке твоих возможных связей? — спросил Никита. — О том, что кто-то решит, что ты можешь быть… наводчиком, скажем так?

Влад кивнул.

— В Битце действительно все так плохо? — осведомился Володя, сам никогда еще не сотрудничавший с отделом напрямую. — Что, реально из-за дурацких совпадений проверку могут назначить?

Влад только вздохнул:

— Боюсь, что даже хуже, чем я сам думаю… Хочу поговорить с гендиром лично, узнать, почему он сегодня фактически прикрыл прямое сотрудничество по этим делам. Если честно, я устал, ребят. В последнее время слишком много неприятных неожиданностей что-то… Ладно, давайте, что ли, к делу! Раскидаемся по ответственностям.

— Я в Питер, если что! — мгновенно отреагировал Федотов. — Завтра утром на «Сапсане» там буду. Поговорю с тамошними агентами, сам на месте сориентируюсь, и вечером домой! Доложу.

— В Питер, вроде, Веночкин хотел… — нахмурился Влад.

— Хотел, но ушел! — парировал опер. — А я ждал тебя здесь! Сравни готовность, как говорится!

— Понял, — кивнул он. — Езжай. Только сделай одолжение: оповести всех, что в десять завтра совещание, раскинем остальных.

Федотов значительно покивал и взял смартфон, а Никита сообщил степенно:

— Меня раскидывать не надо, я уже сам раскинулся. Покопался тут в сети малость. Тебе распечатать или на флешке? Не знаю, конечно, может, материалы дублируются с теми, что тебе твой кибердружинник дал…

— Никит, я не успею до завтра прочитать, — покачал головой Влад. — Мне тоже иногда отдыхать надо. Давай до завтра! Я домой сейчас.

Похоже, по его виду и так все было понятно, так что Никита только улыбнулся в ответ.

Глава 2

Проснувшись и посмотрев в окно, Настя сразу поняла, что этот день ей не понравится. Ну хорошо, не день, а только утро — в любом случае, ближайшие несколько часов будут неприятными. За окном моросил мелкий противный дождик, больше подходящий середине осени, а не началу мая, да и похолодало изрядно.

Ее предчувствия начали сбываться тут же. В ванной она ударилась мизинцем ноги о тумбочку, потом мыло упало и ускользнуло куда-то под ванну, затем позвонили из курьерской доставки и сказали, что льготные пакеты крови привезут только послезавтра: какой-то сбой. Талоном ЕСОР вчера, в понедельник, Настя не воспользовалась, как раз понадеявшись на служебную льготу. Впрочем, в последнее время она и так часто пропускала понедельничные визиты в банк крови. Ну что же, пусть это будет ей уроком, как говорится…

Но на этом неприятности не закончились.

Новые колготки разъехались стрелками, еще когда она их надевала, пришлось их выбросить и вскрыть еще одну упаковку. Уже прямо перед выходом из дома какой-то парень ошибся номером, но, услышав Настин голос, немедленно возжелал с ней познакомиться. Ей бы бросить трубку и заблокировать его, но воспитанная бабушкой ложная вежливость и естественные опасения по поводу специфического юмора Грааля вынудили потратить время, подыскивая эвфемизмы, чтобы внятно и не нарушая правил приличия объяснить новоиспеченному влюбленному, где лес, и что юг сразу за ним.

В метро Настя влетела уже разозленная, озираясь в ожидании новых неприятностей, но именно там все, к ее удивлению, утихло. Доехала до МГУ она без приключений, и к факультету подошла практически в состоянии умиротворения.

Но именно там ее ждала главная засада.

У входа торчал Дракулин — она заметила его издалека, — очень характерно, можно сказать, профессионально оглядывая пространство в ее поисках. Вроде бы, просто любовался площадью перед факультетом с легкой улыбкой, но на самом деле «выцеплял» из толпы студентов кого-то. Ее, конечно.

Разворачиваться и уходить было поздно, она подошла слишком близко, и юный капер даркнета узнает ее и со спины. Ну что же, попробуем…

— О-о-о-о! — протянул Дракулин, направляясь к ней и расставив руки будто для объятий. — Кто пожаловал! Как я долго тебя ждал!

— ПОЖЕЛАЙ, — услышала она Хор. — ЕСЛИ НАДОЕЛ, ПОЖЕЛАЙ.

«Отстаньте! — скомандовала она. — Неприятностей потом не оберешься…»

Настя пошла прямо на него, слегка улыбаясь, и лишь в последний момент поднырнула под руку, сделав подсечку — как учила Маргоша. Дракулин споткнулся, но не упал. Развернулся к ней.

— Вот как… Интригуешь меня! — он паскудно лыбился. — Интересно, в постели ты такая же ловкая?

«Твою ж налево!» — выдохнула Настя. И тотчас спохватилась: слишком близко от пожелания! Не словесного — внутреннего, от всей души, как говорится…

Дракулин наступал, прижимая ее к лестнице. Вокруг студенты торопились на пару, боясь опоздать: никто не обращал на них внимания. Так, скользили взглядами иногда. Наверняка даже не понимали, что ее атакуют.

— Отстань, — ровно сказала она. — По-хорошему.

— А что будет, если по-плохому? — поднял брови он. — Братику старшему пожалуешься?

— Отстань, — повторила Настя.

— Ну-ну… Продолжай. Красивая прелюдия.

«Хоть бы кто знакомый прошел! Хоть бы кто знакомый!» — молила она.

Собственно, она знала, что вот так всегда и бывает: именно в моменты, когда остро нуждаешься в помощи, все твои друзья и знакомые или те, кто так себя называл, оказываются временно отсутствующими. Наверняка все те старшекурсники, которые искали знакомства с ней, либо уже сидят в аудиториях, либо стоят в пробках, рискуя опоздать.

— Жаловаться я не буду, — скривила губы она. — На тебя? Слишком много о себе возомнил. Ты мне проблем не доставляешь, уж извини за честность — не в состоянии просто их доставить. Как бы ни пытался.

— Вау! — сделал изумленное лицо Дракулин. — Наша птичка запела! На совещаниях молчишь или сбиваешься постоянно, я даже думал — как журналисткой-то работала? А тут вдруг! Целая тирада! О-фи-геть!

Он по-прежнему наступал — буквально по сантиметру, и Настя вдруг поняла, что еще полшага назад, и она окажется на лестнице! А там неминуемо споткнется и упадет…

Было ясно, что вряд ли, конечно, он прямо вот бросится и изнасилует ее среди бегущих на занятия студентов, но унижаться еще больше, упав на его глазах, не хотелось совершенно.

И вдруг ее охватил неудержимый смех: она вдруг очень ярко, в деталях, представила себе, как Дракулин пытается прилюдно изнасиловать ее прямо здесь, а у него ничего не получается! Она засмеялась так, что слезы покатились из глаз… Согнулась от хохота, упершись руками в колени…

— Какие-то проблемы? — осведомился кто-то рядом.

— Ника… Ника…ких… проблем, — все еще подвывая от смеха, произнесла Настя.

Зажмурившись, она не видела реакции Дракулина, но понимала, что такой хохот, почти истерика, не мог не озадачить его. Во всяком случае, пока что он молчал…

— Хм… — похоже, подошедший оценивал ситуацию. — Молодой человек, а почему бы вам не проследовать известным маршрутом? Видите, девушке при взгляде на вас аж плохо становится!

Насте, наконец, удалось выпрямиться, немного продышаться и проморгаться. Рядом с ними стоял высокий молодой вампир в длинном плаще — руки в карманах, — лицо его было знакомым.

Дракулин оценил ситуацию — появившийся был выше и явно мощнее его, — бросил: «Пока! Еще увидимся!», и энергично зашагал к метро.

— Вас проводить? — спросил вампир, и Настя его вспомнила.

То ли выпускник, то ли даже аспирант — она видела его на факультете уже много раз, как правило, серьезно обсуждающим что-то с преподавателями, иногда со старшекурсниками. Имени его Настя не знала, производил он впечатление мажора — не показного, а по жизни. Эдакий парень с хорошими средствами, богатством своим не кичащийся, а даже старающийся его оправдать самостоятельно вложенными в учебу усилиями.

— Не надо, спасибо, сама дойду, — все еще подхихикивая над постепенно уплывающей из воображения картинкой, ответила Настя.

— Хорошо, — серьезно согласился тот. — Если что, меня Эдик зовут. Эдуард Краснов. Думаю, встретимся как-нибудь.

Настя представилась в ответ, еще раз поблагодарила его за спасительное вмешательство, и двинулась ко входу. Первая пара еще не началась, но поторопиться стоило…

Уже садясь за парту в аудитории, она подумала, что о сегодняшнем случае Маргоше стоит сообщить обязательно. Да, тренировка только завтра, но поговорить необходимо: словами о ловкости в постели Дракулин, очевидно, перешел все границы!

Надо как-то решать эту проблему.

Влад сидел один в кабинете и перелистывал на экране компьютера документы, которые ему передал Никита. К сожалению, в большинстве своем они действительно дублировали полученные от Сергутина, но попадалось и кое-что новое. В частности, хакеру «Захвата» удалось пробить некоторые айпи, и таким образом подтвердить предположения, что картина более чем печальная: филиалы секты псевдовампиров вовсю действовали практически во всех регионах Европейской части. Хотя до убийств, похоже, дело дошло только в Белгороде. Или остальные шифровались серьезнее, а может быть, меньше афишировали свои действия.

Он покачал головой, в очередной раз удивившись тому, насколько ко времени пришлось Настино своеволие. Да, опасный поступок, да, по большому счету, она скомпрометировала себя неумелыми и глупыми действиями в УФСБ и УМВД, но… Словно нажала незаметно какую-то кнопку, и на поверхность вылезло все тайное…

А может, она действительно нажала… Не в прямом смысле, конечно, но ведь она жрица, и до сих пор ей самой не известны собственные возможности. Может, так было предусмотрено Граалем, допустим...

…Он задумался, сам не заметив, как погрузился в уже совсем не относящиеся к делу мысли о Насте и мечты о поездке в Китеж, когда раздался звонок.

— Точицкий, — прозвучал в трубке голос Ионеску. — Можешь сейчас подойти? Поговорить надо.

— Могу, — отозвался Влад.

— А что голос такой довольный? С Анастасией, что ли, говорил только что?

— Михаил Герардович… — начал Влад, уязвленный этими словами, но гендир прервал:

— Ладно, ладно. Извини, если задел. Жду. Помнишь, какой мне кабинет отвели, пока настоящий не доделан?

В кабинете Ионеску Влад был не далее как вчера, но вопрос был не праздным: переезд пока не закончился, многие сотрудники часто путались.

— Заходи, садись… — предложил гендир, когда Влад постучался. — Распределил задачи?

— Уже, — моргнул Влад. — Все при делах. Я материалы читал, когда вы позвонили…

— Давай как обычно, на ты. Я от переезда старше и ростом выше не стал, — поморщился Ионеску. — Это во-первых. А во-вторых, предварительным отчетом вечером поинтересуюсь. Я за другим тебя позвал. По-моему, ты вчера прямо напрашивался на откровенность…

Влад сощурился, понимая, к чему клонит начальник, но решил походить вокруг да около, чтобы быть уверенным:

— Каким образом, разреши узнать?

— А взгляды интересные в интересный момент, — усмехнулся Ионеску. — Ладно, давай напрямую. Ты — один из лучших сотрудников нашей организации, и ты — один из лучших сотрудников в отделе. И мне сдается, что происходящее там тебе не нравится…

— Хорошо, раз так, — согласился Влад. — Скажи, Михаил… Фактически ты вчера запретил сотрудничать с отделом в расследовании, скажи, почему?

— Есть мнение, что в настоящий момент отдел специальных энергоинформационных операций перестал работать в целях нежитьского и магического сообщества. Как минимум. А может быть, и в целях Ведомства, — спокойно констатировал Ионеску. — Я думаю, ты сам это понимаешь. А вот что еще видишь — мне интересно.

Понятно. Все сказано настолько откровенно, что ясно: от него ждут ответной откровенности.

— Ну, во-первых. Парщиков появился как черт из табакерки и должности не соответствует, — начал он, но Ионеску прервал его:

— Влад, давай конкретно. Нам нужен реальный список ошибок. Размышления о том, интересы какой группировки он представляет, насколько соответствует занимаемой должности и почему, пожалуйста, оставь нам. Ошибки!

— Только за последние пять-шесть дней, — грустно усмехнулся Влад. — И только о Насте. Ей поручили дело. Это раз. Да, назначили наставника, но… Сам знаешь — договоренности. Ей подписали командировочное. Да, она превысила полномочия и компетенцию, но — подписали же! Хотя есть договоренности! В Белгород ее отправили с урезанной наружкой — вместо трех человек сопровождал только один. Женщина…

— Что?! — судя по реакции, последнее известие стало для Ионеску совершеннейшим сюрпризом, и откровенно взбесило его. — Ты серьезно?!

— Куда уж серьезнее! Я сам на нее вышел — лейтенант Сазонова делала все, что могла, маг она очень неплохой, кроме того. Но она поехала одна, и сама не понимала, почему дан такой приказ!

Ионеску выругался вполголоса и задумался. Вздохнул:

— Да, что-то картина получается… Совсем уж… Невольно Звонкова вспомнишь — зря отстранили, мол… Как думаешь, это некомпетентность или?..

Влад понял, какое слово имел в виду гендир, и решился его произнести:

— Это вредительство, Михаил. Парщиков не может не знать обо всех договоренностях. Да, он не в курсе, что Настя — жрица, он ничего не знает и не должен знать про Грааль. Но, повторю, не знать про договоренности, про ее ценность он не может!

Ионеску, внимательно следивший за Владом, вдруг хмыкнул:

— А знаешь… Тебе очень трудно про нее говорить. Ничего не имею в виду, но… Постарайся поспокойнее. Тренируй реакцию — не дай боги, пригодится, как говорится. Извини, если что, давай дальше.

Влад помолчал несколько секунд, справляясь с собой после услышанного. Потом решился все же сказать то, в чем уверен не был:

— Была еще одна странная история. Уведомления о приезде Насти в Белгород: телефонограмма и извещение по СЭД. После того, что я от нее услышал, возникло ощущение, что они пришли гораздо позже, чем должны были. Конечно, фактор лени местных отрицать не стоит — они и сами полезли смотреть только после ее появления. Но и отправили их явно позже положенного, будто кто-то… — он засомневался, говорить ли дальше.

— Будто кто-то хотел создать ей максимум трудностей, — продолжил за него начальник. — Понятно.

Оба помолчали, задумавшись: Влад размышлял, что сказать еще, Ионеску переваривал информацию.

— Ну а в целом как? — наконец спросил начальник.

— В целом… — Влад снова вздохнул. — Я, например, спрашивал Кота-Ученого, почему он больше не появляется в отделе. Ответил, что его не зовут, при этом сам же сообщил, что этот ответ — непрямой…

— Ого! — вскинулся Ионеску. — Это серьезно! Похоже, прямой ответ — сцепились они с Парщиковым, и столкновение было нешуточным…

Влад кивнул, соглашаясь, и продолжил:

— И еще. Атмосфера в отделе стала аховая. Причем изменилось все очень резко. Сколько я был в госпитале, потом в отпуске по ранению? Месяц с небольшим. Вышел — и уже раздрай. А ведь Парщикова назначили далеко не прямо день в день с провалом Китежской операции и снятием Звонкова! Почти три недели Тарасов был врио…

— И в чем же аховость? — усмехнулся начальник.

— Только на уровне ощущений. Личных… — поморщился Влад. — Так, вроде, дела идут, все движется куда-то… Расследуем, решаем… А словно без эффекта. Ни так, ни сяк. И будто по обязанности все, нехотя… Сотрудники больше чаи гоняют и болтают, чем делом занимаются.

— Ха… Думаю, тебе будет интересно знать, что от дела о банках крови Парщиков всеми силами пытался отделаться, всеми конечностями упирался! И так и сяк уговаривал, что не ваше оно, не отделу им заниматься… А оно видишь, чем оборачивается…

Влад только поднял брови: мол, укладывается в общую картину, ничего другого и не ожидал.

— Ладно, все, вроде, сказали друг другу? Что делать-то будем? — осведомился Ионеску, потирая лоб.

Вопрос, похоже, был риторическим:

— Вот что, — продолжил он, посмотрев на Влада. — Благодарю за прямолинейность — такого, что ты сообщил, я не ожидал, а наверху не ожидают тем более. Проверим, посмотрим. Работы дофига, чувствую… Знаешь, если опять какие-нибудь фокусы с Настей начнутся — сообщай тут же, немедленно! Лучше сразу через «Захват» займемся. С таким, блин, прикрытием…

Гендир не договорил, но Влад понял, что он имел в виду.

С таким прикрытием ей попросту опасно.

Влад шел по тротуару бизнес-центра к парковке, когда зазвонил телефон.

Номер был не знаком.

— Точицкий Владислáв Сигизмундович? Архив вас беспокоит, — осведомился на том конце женский голос. — Заказ свой получать по электронке будете? Или утром завтра заберете? Мы закончили работу.

Он хотел спросить, какой заказ, и вдруг вспомнил. Позавчера, уже вернувшись из Шушмора домой, он позвонил в архив и заказал материалы по проекту «Ромб», о котором говорил Кот-Ученый. Там долго уточняли и проверяли форму допуска, потом отложили трубку и ушли куда-то. Затем вернулись и попытались уверить его, что таких документов не существует. Потом кто-то рядом с телефоном — он слышал голос, — сказал, что «Ромб» велся подразделением, которое было предшественником отдела специальных энергоинформационных операций, значит, все в порядке…

И вот он напрочь забыл, что сегодня должен был получить эти дела.

Влад усмехнулся — надо же, как заработался, — и ответил:

— На электронку рабочую. Спасибо!

Спать ему сегодня, похоже, не придется…

…Первый день работы группы прошел успешно — удалось больше, чем ожидалось, о чем, собственно, он и доложил Ионеску только что, перед уходом. А вот выводы совсем не радовали.

Во-первых, вернувшийся из Питера Федотов сообщил, что ему удалось побеседовать с двумя задержанными по поводу нападения на донорский пункт. Ребята словоохотливыми не были, но, конечно, Ионеску позаботился на сей счет заранее, выдав негласное разрешение на допрос с применением магии. Знали они все-таки маловато — были рядовыми исполнителями, сами огнестрелом не владели, только собирались приобрести, и в теракте играли роль массовки: громили битами внутренность фургона и окна. Один, правда, сумел навесить себе причинение тяжких телесных минимум одному человеку из медицинского персонала.

Оба, как оказалось, также участвовали в погроме банка крови при одной из больниц Северной столицы в начале марта. Оба, так сказать, были идейными: верили в вампиров с детства. Звучало, конечно, смешно для обычного современного человека, но один всерьез считал, что его любимую погубили «кровососы». Федотов не поленился, успел пробить информацию: девушка умерла от острого лейкоза, ничего криминального, парень просто верил в свою сказку.

Структуру организации задержанные практически не знали. Но, с их слов, руководил всем некий Князь, лица его они не видели: все время в балаклаве или глубоком капюшоне. Услышав кличку и описание, Влад сразу вспомнил белгородского Дюка: ну как-то чересчур все складно, хотя цели прямо противоположные! Князь сам вышел на обоих задержанных в конце января, да и вообще находил новых членов банды по их запросам в сети — по крайней мере, так он объяснял. Рассказал про то, что есть возможность не просто отомстить, а победить вампиров раз и навсегда: мол, они теперь пользуются донорством, чтобы не быть столь заметными, как раньше. И, если уничтожать банки крови, можно лишить их источника питания…

Простая логическая связь — если вампиров лишить банков крови, они снова переключатся на людей, — видимо, мозгам этих парней была совершенно недоступна…

Лично у этих двоих погром банка крови был до теракта единственным «подвигом», но стало ясно, что организация Князя гораздо шире. Между этим преступлением и нападением на мобильный донорский пункт в Питере были разгромлены еще несколько банков, в том числе, при больницах — в них участвовали, видимо, другие группы Князя. А может, существовала и некая дублирующая организация. Следовательно, стоило ожидать подобного и в остальных крупных городах.

По словам задержанных, начиная с середины апреля Князь начал намекать на некое «настоящее дело», которое им предстоит. И всего несколько дней назад вдруг заявил, что громить надо донорские пункты, днем, прилюдно: мол, о банках крови практически никто и не говорит, а так есть возможность обратить внимание общественности на проблему. Новоявленные боевики, недолго думая, согласились: руки чесались уже давно…

Из этого также следовал интересный вывод: либо на обычных банках крови организация до сих пор просто тренировала своих «бойцов», либо «кукловоды» действительно поняли, что эффекта не достигают, и решили повысить ставки.

Когда Федотов закончил свой рассказ, один из членов группы вспомнил, что, между прочим, уже неделю где-то в закромах «пылится» задержанный после московского теракта, и что он, по идее, вроде бы переведен в отдел. Оперативное ведение дела осуществляли Настя с наставником, а вот беседовали ли они с ним? В любом случае, стоило поинтересоваться судьбой парня.

Федотов в отделе не числился, сам Влад в ближайшие дни будет слишком занят в «Захвате», так что вызвался один из сотрудников, которого он позвал вчера в группу.

На этом с Питерским делом было покончено на сегодня — если что, тамошние агенты работу продолжали, — но оставалось еще многое.

Например, во-вторых. Никита Богослов сообщил, что связался с Сергутиным, вместе им удалось составить список «задействованных» регионов, точнее, два списка. Первый, очень подробный и явно окончательный на данный момент — где происходили погромы банков крови и в каком количестве. Второй, пока неоконченный — в какие области страны тянулась переписка между членами секты псевдовампиров.

Максимально подробно хакеры исследовали связи между убийствами в Белгороде и псевдовампирами, но пока в этом направлении был полный тупик. Ни в одном из сообщений по мейлу или на форумах в даркнете не говорилось хоть сколько-нибудь прямо о жертвах или их умерщвлении. Да, переписка очевидно активизировалась близко к датам смерти девушек, да, авторы пользовались специфическим сленгом, но… Это к делу не пришьешь — улики косвенные.

Стало ясно, что в Белгород придется нанести минимум еще один визит. Его, как и выбор кандидатуры для командировки, Влад предпочел отложить на несколько дней: ничего нового в старых делах и показаниях наверняка не раскопают, а Сергутин и тот капитан, на которого попала Настя, будут бдить. Дмитрию Сергеевичу еще бы не бдить теперь — после того, как вместо Насти с ним «посотрудничал» Влад и пригрозил неполным ходом!

Бдить будет и Богослов, в этом он уверен.

И было, наконец, в-третьих. Очень важное в-третьих.

Рассказывать всему коллективу о вчерашних открытиях в Талдоме было тяжело, и после того, как Влад закончил, в кабинете повисла мрачная тишина.

— Влад. Не беспокойся, я уже занялся этой Вероникой, — Богослов невольно сделал такое движение рукой, что Влад понял: если бы Никита сидел ближе, положил бы ему руку на плечо. — Сегодня просто с Глебом долго общались, а завтра закончу — на блюдечке принесу. И личность, и связи, и кто ее из «Белка» забрал — сразу все станет ясным.

— Она могла не только там клиентов ловить, — буркнул кто-то.

— И что? — развел руками Володя Федотов. — Там себе хоть чипсу одну купила — номер карты уже есть, дальше не проблема!

Влад покачал головой:

— Ребят, дело не в этом. Я уже забрал анализ из лаборатории. Никаких сомнений. Вампиры.

Ему показалось, или все дружно вздохнули?

Потом кто-то неудачно попытался пошутить:

— Не понял, так мы по скольким делам одновременно работаем? Не многовато будет?..

— Сколько ни есть, все наши… — мрачно ответил Федотов. — И у меня уже есть версия. Судя по твоему описанию места преступления, Влад, это тоже секта, не просто так детишки развлекались. Возможно, даже попытка повязать некую группу кровью, извратив жертвоприношение Граалю: все знают, что в реальности он убийств не требует и не требовал никогда...

Последнее, как Владу показалось, было сказано поволжским вупаром явно в расчете на его уши: Володя хотел подчеркнуть, что в нем можно не сомневаться, он плохого не подумает.

— Ну да… — протянул Влад. — Все мы знаем…

Он подчеркнул слово «мы», имея в виду сотрудников «Захвата» — мол, мы-то действительно в курсе, за других не ручаюсь.

— А учитывая то, что Грааль проснулся и все вампиры это чувствуют… — покачал головой Федотов. — Очень ко времени все. Секта, короче.

— Мало, блин, с нас этих «псевдо» было… Компромат изо всех щелей так и прет… — отозвался оперативник, который пошутил насчет количества дел одновременно.

— Стойте! — Богослова озарило. — Компромат изо всех щелей! Ребята, не зря все дела вместе решили рассматривать! Смотрите — погромщики пытаются лишить вас пищевой базы, это с одной стороны. С другой — псевдовампиры с громкими убийствами. И с третьей — настоящие вампиры-убийцы! Понимаете? Эти дела… Блин, как бы это сказать-то? Ну, подтверждают сами себя! Подкрепляют! Ну, как углы и стороны в треугольнике!

Он торжествующе обвел глазами присутствующих. Понял, что они выжидательно смотрят на него, и закончил:

— Пошла атака на нежить! Со всех сторон!..

…— Да, похоже, это атака, — согласился с выводами группы Ионеску только что. — По всем фронтам причем. И наверняка из единого центра…

Да, это атака. Об этом Влад думал уже как-то буднично, глядя на погасший экран смартфона.

Да, это атака.

Атака.

Заканчивала Настя день практически в таком же плохом настроении, как и начинала.

Маргоше она позвонила в первый раз еще после первой пары, та сказала, что сейчас в Лукоморье и будет только вечером. И вот уже вечер, хуже того, для некоторых одиннадцать — уже ночь, а подруга и тренер упорно не отвечает!

Но это еще ладно: завтра тренировка, Марго с самого начала предупредила, что сама пропускать занятия не будет, и ей не рекомендует, так что встретятся они обязательно, и до этого Настя уж потерпит как-нибудь! А если Дракулин объявится снова — будет больше материала для обсуждения, как говорится…

Хуже было то, что днем звонил наставник. Она была на паре, ответить не могла. А когда перезвонила на перемене, Корбут начал спрашивать ее о том, чего она не знала и, по ее мнению, знать не могла: не отмечалась ли в последнее время среди студентов подозрительная активность, похожая на белгородскую? Не было ли слухов о необычных вечеринках у кого-нибудь на факультете или среди знакомых? И, наконец, самый странный вопрос — не навязывался ли кто в друзья к ней за прошедшие две-три недели?

Настя успела ответить только на первый — нет, никаких странных групп и компаний не замечала, при ней никто о собственном превосходстве над другими, о том, что он хищник, а люди — жертвы, не говорил… Сообщила также, что она, конечно, может ненавязчиво поинтересоваться у знакомых, не встречались ли им такие персонажи… И тут прозвенел звонок на пару. Корбут, судя по всему, услышал его в трубке, поскольку хмыкнул и сказал только:

— Ладно, иди учись. После позвоню.

И вот прошло уже много «после», а он все не звонил и не звонил. За это время Настя успела много раз мысленно обосновать свою жизненную позицию в рамках ответа на остальные два вопроса: мол, она предпочитает вести себя на факультете замкнуто, и на то есть причины. Ей, во-первых, надоело слышать от обычных людей, что она блатная, а во-вторых, немногочисленные вампиры-студенты при близком общении наверняка узнают ее по работе на Блуд-ТВ, и этого ей очень не хочется. Но вот в друзья ей навязываются постоянно — как раз из-за предполагаемого блата, и поэтому она вообще старается свести общение к минимуму. И вот уж слухи она будет ловить в последнюю очередь, особенно перед сессией!

Эта пламенная речь в разных вариантах крутилась и крутилась у нее в голове, а Корбут все не звонил. От того, чтобы позвонить самой, ее сдерживала, как она считала, гордость, а на самом деле банальное упрямство: сам побеспокоил — пусть сам перезванивает! У нее другие дела есть.

Собственно, единственным ее делом была сессия — она действительно надвигалась с неумолимостью танка, и почитать конспекты и учебники стоило. Но вот именно этого делать почему-то очень не хотелось.

Настя еще раз набрала номер Маргоши — безуспешно, решила подождать звонка наставника еще полчаса, и лечь спать. В итоге план, что и говорить, удался на все сто!

И конечно, телефон зазвонил ровно в три часа ночи. Сонно вперившись в экран, Настя даже не сразу поняла, что звонит названый брат.

— Какие планы на завтра? — удивительно бодрым для такого времени суток голосом спросил Кот-Ученый.

— После твоего звонка поменялись, — пробурчала Настя, заставляя себя проснуться. — Раньше думала, в универ, потом на тренировку к Марго, и домой. Теперь обойдусь без тренировки, спать сразу после учебы поеду — ты же разбудил…

— Порядочные вампиры, такие, как Влад, между прочим, в это время вовсю работают! — заявил эксперт. — Давно мы не виделись — по-домашнему, я имею в виду. Пора возобновить традицию.

— Ясно, Федь, — вздохнула Настя. — После тренировки, значит…

— После тренировки. Жду, — подтвердил аналитик.

Настя уже задремывала, когда до нее дошло.

Влад не спит, сказал Кот-Ученый. Значит, он звонил эксперту. Что случилось — гадать бесполезно, главное в другом: это Влад позвал их собраться! Значит, она его увидит! Увидит лишний раз!

Она сама не замечала, что засыпает с улыбкой.

Глава 3

Сегодня на факультете, как показалось Насте, царила особая нервозность. До второй части майских праздников оставалась всего пара дней, а потом, еще через неделю, начиналась сессия. Число студентов, к которым она подкралась крайне неожиданно, было весьма велико, и им, естественно, казалось, что если вот сейчас они настреляют конспектов и как-нибудь сорганизуются, чтобы прочитать разом все учебники, все у них получится…

И Настя с Катей, как могли, отбивались от назойливых просьб дать списать — тетрадки самим пригодятся, готовиться надо.

Корбут так и не перезвонил, и Настя решила ненавязчиво поспрашивать знакомых о каких-нибудь странных слухах или даже странных людях среди студентов. Получалось, по ее мнению, плохо. Казалось, что всем понятно, с какой целью она интересуется, что ее попытки перевести разговор на эти темы назойливы и прямолинейны, а придуманное ею оправдание — что скучно и захотелось с кем-то интересным познакомиться, — попросту смешно. Каждый раз Настя краснела и запиналась, и уходила совершенно уверенная, что над ней смеялись втайне, пока болтали, и смеются сейчас в спину открыто…

За две перемены Настя стала счастливой обладательницей нескольких удивительных «фактов». Во-первых, один из ее поверхностных знакомых с пятого курса — свингер. Да-да, у него девушка — тоже свингерша, а как же! Потому и постоянная, что… Ну, ты поняла. Во-вторых, другой ее знакомый — мальчик по вызову, который стал содержанкой… или содержанцем… ты не поверишь, у одного депутата! Зато диплом и даже диссер теперь в кармане. Третья старшекурсница, жившая в общаге на этаже вместе с Настей… Нет-нет, ну что ты, Насть, конечно, не проститутка! Зато завсегдатай элитного притона. А папа у нее вообще оружием торгует, нелегально, конечно, представляешь?..

Нужной информации не находилось, зато уже на третьей паре Настя чувствовала, что мозги закипают, и понимала, что лично ее история с блатом от «двоюродного брата» — еще цветочки, и что она совершенно правильно берегла себя раньше от всей этой грязи. Которой, как оказалось, на факультете хоть залейся.

С этим настроением она вышла на третью перемену, и вдруг заметила идущего неподалеку Колю. Вот уж кого она рада была видеть в этой ситуации! Николай никогда к ней не клеился, связи от нее, похоже, были ему совершенно не нужны, с ним можно было просто поболтать, в том числе и на действительно актуальные для Насти темы: как принимает экзамен тот препод, какие вопросы лучше не затрагивать в рефератах у этого, а какие, наоборот, надо осветить и раскрыть, и даже стоит ли идти сдавать первой на зачете у такого-то.

Судя по Колиному лицу, он тоже был рад ее видеть, и Настя ускорила шаг. Вдруг ее окликнули.

Из бокового коридора появился давешний спаситель — Эдик.

— Привет! Ну как, все в порядке? Без последствий? — спросил он.

— Привет. Спасибо, все в порядке, — Насте сейчас совершенно не хотелось задерживаться с ним дольше.

— Ну окей, еще встретимся! — судя по всему, он понял ее стремление уйти побыстрее, и не стал настаивать на продолжении разговора.

Настя ускорила шаг, и вдруг заметила, каким взглядом провожает Эдика Коля.

— Ты его знаешь? — спросил он сразу после приветствия.

— Нет, — она пожала плечами. — Так, вчера случайно познакомились — отогнал от меня одного приставалу.

Скрывать от Коли обстоятельства знакомства с Эдиком она причин не видела.

— Ну-ну… — протянул он.

Этим, судя по всему, Николай и хотел ограничиться, но какая-то часть внутри Насти сделала охотничью стойку.

— А что? — с вызовом спросила она.

— Ничего, — в свою очередь пожал плечами четверокурсник. — Просто хорошие девочки с такими не общаются. Это только мое личное мнение, если что.

Коля улыбнулся и явно хотел сменить тему, но Настя подняла бровь:

— Я, по-твоему, хорошая девочка? Ого!

— А кто ты еще? Вон как яростно от обвинений в блате отбиваешься! Да и видно, что действительно учишься сама…

— Коль, ты забалтываешь, а мне стало интересно. Реально интересно: что это за человек такой, с которым хорошим девочкам лучше не общаться? — Настя решила быть максимально откровенной. — И не надо про учебу, честно скажи, почему считаешь, что я — хорошая?

Она подумала, не стоит ли добавить классическое: «мне твое мнение важно», но решила, что Коля достаточно умен, чтобы понять эту превосходную манипуляцию.

Тот вздохнул:

— Насть, по-честному — согласись, я не самый глупый студент, а? Я подписан в сети на твоего кузена, смотрю почти все программы с ним — он, очевидно же, связан со спецслужбами! Подобную степень доступа к информации очень специфического характера я лично могу трактовать только так. Хотя да, как политобозреватель, он максимально независим, даже объективен — судя по тому, как использует полученные сведения… И «айтишник» твой… Я пару-тройку раз его видел — как он тебя привозит и увозит. Но этого достаточно, поверь! Мой папа в «Вымпеле» служил — я узнаю силовика, даже если он шифруется! Кстати, шифруется твой парень отлично, не переживай.

Настя ошарашенно смотрела на Колю, не в силах прервать. Вот оно как, значит…

— Ну, кто может быть двоюродной сестрой такого политического эксперта и девушкой сотрудника спецслужб? Только хорошая девочка! Даже очень хорошая!

Он улыбнулся своим словам, и ей не оставалось ничего, как ответить на улыбку.

«Блин, и как мне теперь с ним? С умным таким?..» — пронеслась мысль.

— Ладно, принято, — Настя кивнула, решив не опровергать Колины умозаключения сейчас, но при случае расспросить его подробнее. — Так почему мне нельзя с Эдиком этим общаться?

— Почему нельзя, можно, — разрешил Коля. — Но про него слухи разные ходят.

Он помолчал. У Насти все внутри кипело: «Ну говори же, блин! Сейчас звонок будет!»

— В общем, я и сам не знаю, Насть. Я к сплетням не прислушиваюсь. Только говорят, у него то ли наркопритон, то ли секта какая-то. А может, и то, и другое одновременно, — сообщил, наконец, Коля.

В аудиторию Настя шла притихшая и задумчивая.

В сущности, слух практически ничем не отличался от того, что она слышала утром — о девушке, бывшей ее соседке по этажу в общежитии. Но почему-то применительно к личности Эдика Краснова это не казалось только лишь слухом, и заставляло задуматься…

— Настя еще не приехала? — первым делом спросил Влад у Кота-Ученого.

Тот махнул лапой внутрь: проходи, мол.

— Что волнуешься так, друг Владѝслав? — осведомился эксперт, запирая за ним дверь. — Договорились же: сначала с тобой поговорим, потом все втроем. Она на тренировке у Маргоши, если так переживаешь, и предупредила, что задержится еще минут на двадцать после.

Влад принужденно улыбнулся, Кот-Ученый пригласил его в кабинет, а сам пошел на кухню.

Как только безопасник устроился за привычным столиком, в комнату вошла трехцветная кошка, потерлась о его ноги, потом села и подняла глаза. В них читался вопрос: можно, я на колени к тебе? Влад, подумав, пожалел брюки и покачал головой, кошка, все поняв, встала и направилась в коридор.

— Она уже у тебя окончательно обосновалась, я погляжу? — спросил он, увидев Кота-Ученого с подносом.

— Нет, — эксперт поставил на стол чашку и блюдце с гематогенкой. — Хозяева на майские уехали, я сам предложил взять. Иногда бывает одиноко.

Устроив нехитрое угощение перед Владом, он уселся сам и поднял на него глаза:

— Хм… Устал, конечно, это видно, но выглядишь лучше. Свободнее как-то. Что, ребра отпустило, друг Владѝслав?

Влад улыбнулся:

— Ребра по-прежнему болят. Просто пока пришлось уменьшить спортивные нагрузки. К сожалению, нет времени, — он с грустью вспомнил уплывающую в неведомые дали квалификацию на мастера спорта, и осторожно вздохнул. — Просто говорить учусь. Ртом. Товарищ посоветовал. Ты тоже, впрочем, руку к этому приложил, друг Федор, когда намекнул, что я слишком сдерживаюсь.

Кот-Ученый рассмеялся:

— И как тебе без бронежилета на душе? Оказалось, не все так страшно? Боестолкновения не за каждую пядь биографии идут?

Влад только хмыкнул: эксперт понял все правильно.

— Давай так, друг Федор, — начал он. — О том, для чего Настю позвал — только при ней и будет сказано. А то получится, что мы заранее все обсудили и решили, а ее перед фактом поставим… Не думаю, что это правильно, если дело напрямую ее касается.

Кот-Ученый поднял уши торчком, зрачки расширились:

— Что я слышу? Ты не только научился говорить ртом, ты и к моей ученице любимой по-другому стал относиться?

Стало стыдно, и Влад знал, почему: потому что раньше даже в голову не приходило подобное. Он кивнул, глядя в пол, и попытался отшутиться:

— Понял, что девочкам не подходят силовые решения. А я, к сожалению, предпочитаю по жизни именно их.

Воцарилась тишина, когда Влад поднял глаза, он увидел, что Кот-Ученый смотрит на него, не мигая, брови изумленно топорщились.

— Ну-ну… — только и смог в конце концов протянуть эксперт.

С полминуты помолчав, аналитик продолжил:

— Давай к делу, а? А то еще придет раньше, чем обещала…

— К делу, — согласился он. — Неделю назад ты сказал мне, что тебя больше не приглашают в отдел, и это непрямой ответ. Скажи, какой прямой?

Аналитик снова долго молчал, на этот раз глядя на него как-то странно. Потом ответил вопросом на вопрос:

— Скажи, кто копает под Парщикова?

— Я, — честно ответил Влад, выдерживая взгляд. — И руководство «Захвата». Ионеску. Думаю, что лично Хватов. Ну, по меньшей мере, он в курсе. Ты же был на совещании, слышал, что сказал гендир: у отдела в настоящий момент иные задачи…

— Это-то я помню, — кивнул эксперт. — И ваш обмен взглядами тоже. Инициатором был ты, кстати…

— Да. Поэтому позже у меня был разговор с гендиром. Частный. И честный. В нем он выразился еще определеннее: отдел перестал работать на интересы нежити и магического сообщества. Возможно, и Ведомства тоже.

— У тебя карт-бланш? — прищурился эксперт.

— Насколько я понимаю, нет, — покачал головой Влад. — Пока речь только о сборе информации. Ошибки Парщикова, нерабочая атмосфера в отделе, текучка, затягивание дел…

— Ты уже что-то предпринял?

Влад усмехнулся:

— Пока по связям пытаюсь узнать дополнительные данные. То, как к нему относятся в самом аппарате. Есть у меня друг в контрразведке… Ведь согласись, перевод в наш отдел для хорошего аппаратчика повышением не выглядит…

— А для такого, который раньше только допуск имел, а в наших делах вообще ни ухом ни рылом… — протянул Кот-Ученый.

— Либо, как говорят в таких случаях, гони зайца дальше, пока за ним волк не пришел, либо… — продолжил Влад.

— Либо отдел решили развалить, — предложил эксперт. — Такое в голову не приходило?

Влад покачал головой: это вряд ли. После Китежа-то?!

— Зря отмахиваешься. Противник тоже не спит… Ладно, — он вдруг будто решился. — Слушай прямой ответ. Еще пока ты в госпитале лежал, я пришел к Парщикову познакомиться. И встретил, мягко говоря, стену непонимания. Мол, зачем нам приглашенный эксперт, да еще в чине советника, да еще телевизионщик? У нас все должно быть секретно, вдвойне секретней, чем в самом Ведомстве, своих аналитиков полно, сами справимся. Я попытался показать на примере Китежа, как справились. Помнишь ведь — у нас со Звонковым все некрасиво закончилось, когда я заявил, что пойду в Китеж сам, надо срочно оборону будить-поднимать. Ну и…

Кот-Ученый замолк и покачал головой, вспоминая.

— Ну и? — переспросил Влад.

— Точно так же закончилось. Некрасиво. Среди прочего Парщиков мне заявил, что мои интриги — дымовая завеса, которая отвлекает сотрудников от настоящих дел, и он со мной разберется на высшем уровне. Каково?

Влад неопределенно хмыкнул, поняв, что эксперт решил воспроизвести еще не самое резкое высказывание Парщикова в ходе той ссоры. Но даже после такого — и в этом он мысленно согласился с ним, — уходить надо было сразу и резко.

— Как ты понимаешь, больше ни я ему, ни он мне не звонил, — закончил эксперт.

Оба помолчали. Потом Влад произнес:

— Знаешь, друг мой Федор, странное чувство. С одной стороны, я рад, что мои собственные подозрения так подтвердились — да, рад, как ни странно. Потому что еще дней десять назад мне казалось уже… Разное. Даже то, что я предвзят к Парщикову, потому что он человек, даже не маг, и аппаратчик притом… А с другой — очень печально нести Ионеску и, наверное, Хватову, вот это все… дерьмо, скажу прямо.

Аналитик усмехнулся:

— Вот что умение говорить ртом делает! Успехи несомненны! Ладно, ты же, наверное, хочешь узнать, что дальше будем делать?

Влад моргнул, потом решил все-таки совершенствовать умение говорить ртом:

— Ты же у нас самый умный, потому я и пришел к тебе.

— Не льсти коту, а то сметаны не досчитаешься! — пригрозил тот в шутку пальчиком, продемонстрировав также острый и длинный коготь. — В ближайшее время, как обычно, ничего не будем делать. Только ждать известий от этого твоего контрразведчика, следить за руками Парщикова и делиться информацией…

В прихожей зазвонил домофон, Влад и Кот-Ученый, не сговариваясь, с улыбкой кивнули друг другу: договорились, мол, и даже успели закончить вовремя.

Настя ехала к названому брату в несколько раздерганном состоянии.

Для начала, когда она уже шла от метро к Марго, позвонил-таки Корбут. Она посчитала нужным даже остановиться у какой-то лавочки, чтобы произнести ему заранее заготовленную речь о своей замкнутости. Тот слушал молча, только хмыкнул в конце и произнес: «Ну, в общем-то, я в курсе: ты же сама в самом начале сказала, что не тусовщица, и твои знания о субкультурах ограничиваются каким-то Васей, урлоготом и эмопанком одновременно…»

Настю это задело, она решила показать, что все-таки старалась, поэтому как могла более подробно рассказала о своих розысках на факультете. Корбут снова молчал в трубку, потом сказал, что она молодец, надо продолжать, через пару дней с ней сами начнут заговаривать о слухах и прочих необычностях. И, мол, таким образом мы обязательно найдем искомое.

Чуть подумав, она решила, что на этот раз наставник не иронизирует.

Они уже попрощались, когда Настя вспомнила, что не сообщила ему о знакомстве с Эдиком Красновым и о словах Коли о нем. В первую секунду она дернулась за телефоном, потом передумала: «Ну и ладно. Наведу еще напраслину на невинного парня. А то слухи действительно разные ходят… — она вспомнила про девчонку, которая якобы была завсегдатаем притона, а ее папа торговал оружием. — Лучше сначала проверить все самой».

К Марго она все-таки успела приехать пораньше, хотя и не настолько заранее, как собиралась, и разговор был начат еще до тренировки

Выслушав ее, Маргоша помрачнела:

— Знаешь, я по-прежнему не могу определиться, первый вариант у нас или второй… Но, к сожалению, теперь склоняюсь к первому.

Настя нахмурилась, вспоминая, о чем они говорили в прошлый раз. Ах да, первый — это если Дракулин провоцирует ее по заданию кого-то, второй — если у него из-за тяжелой хакерской жизни искаженные представления об отношениях с девушками.

— А почему ты так думаешь? — испугаться она не успела, чувствовала только интерес.

— Как-то в этот раз и границы он, действительно, со словами о постели перешел, и удивительно ко времени все, как говорится…

— В смысле, ко времени? — не поняла Настя.

Тренер бросила на нее быстрый взгляд, и, словно что-то сообразив, произнесла:

— Насть, давай к тренировке: уже пора, после договорим.

В занятие обе вложились по полной: на месте противника Настя представляла себе Дракулина, и, словно поняв это, Маргоша начала подначивать ее:

— Давай его! Подсечку, подсечку ему! Захват!

И, хоть имени «врага» Марго ни разу не назвала, Настя по-настоящему завелась.

Впрочем, любопытство мучило ее по-прежнему.

— Марго, ты сказала, что это ко времени… — даже не отдышавшись, начала она, как только тренер сказала, что на сегодня достаточно.

Та вздохнула:

— Кажется, я проговорилась. Коснулась того, чего не должна. Помнишь, я упоминала, что Влад переживает из-за обстановки в отделе? Дело как раз в этом, но, собственно, большего я не имею права говорить, если ни он, ни Федор тебе не сообщили до сих пор… Поэтому извини.

Настя сначала разозлилась и попыталась упросить ее, потом, поняв, что Марго действительно ничего не скажет, обиделась: ну что она, маленькая девочка, в конце-то концов?! Потом решила, что обижаться надо на Влада и Кота-Ученого — за то, что держат ее за эту маленькую девочку, поэтому извинилась, и попрощались они с тренершей тепло, как обычно.

Зато по пути к названому брату Настя продумывала новую пламенную речь — о том, сколько можно таить от нее правду.

Порядком накрутив себя, она влетела к Федору ракетой — тот даже удивленно попросил ее притормозить немного. Уклонилась от поцелуя с Владом — он глянул на нее вопросительно, — плюхнулась на придвинутый экспертом стул, и набрала воздуха в грудь…

— Настя, пожалуйста, выслушай меня очень внимательно и серьезно, — решив, что с отсутствием поцелуя разберется потом, начал Влад. — Мне… Нам всем крайне важно, чтобы ты поняла и усвоила полностью все, что я тебе сейчас скажу.

Воздух пришлось выпустить. Потом снова набрать:

— Влад, я не маленькая девочка, чтобы говорить со мной таким тоном! — сообщила она грозно. — Я взрослый вменяемый вампир!

Первоначальная причина гнева мгновенно наложилась на новую — действительно, слишком неожиданны были слова и интонация Влада, так с ней он не говорил никогда. Настя разбушевалась не на шутку, и почувствовала, что сдерживаться не в силах.

— М-н-да? Взрослый вампир? — мурлыкнул эксперт, делая вид, что полирует когти. — Твои последние поступки говорят об обратном. Например, неожиданная командировка…

— Кот! Прекрати стебаться! — она аж привстала со стула.

Внезапно названый брат превратился в демона:

— Стебаться?! О, я еще даже не начинал! — грозно зашипел Кот-Ученый. — И если ты не прекратишь устраивать тут балаган, дорогая ученица, боюсь, тебе придется узнать, как я стебусь по-настоящему!

Влад с подчеркнуто нейтральным выражением лица сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.

У Насти от злости расширились ноздри, глаза метали молнии, но независимый политический обозреватель выглядел сейчас куда как страшнее! Шерсть дыбом, хвост хлестал по бокам, пасть ощерена, где-то в глубине груди нарастал глухой рык… И Настя сдалась:

— Блин, ну почему все со мной как с маленькой? — жалобно и беспомощно прошептала она, снова садясь.

Кот-Ученый словно бы сглотнул комок гнева, шерсть улеглась, он тоже сел:

— Не как с маленькой, а как с самой дорогой… — он вздохнул. — Как с драгоценностью! Ладно, тебе чай с гематогенкой?

— Можно с тремя? — немного оживилась Настя. — Служба льготной доставки подвела, а понедельник я пропустила...

Эксперт укоризненно покачал головой — мол, а говоришь, что взрослая, — и скрылся на кухне.

Оставшись вдвоем, они с Владом немного помолчали: после слов учителя о драгоценности Насте было стыдно. Потом Влад сказал:

— Извини. Я не хотел. Не подумал, — он отхлебнул остывший чай и начал разворачивать себе гематогенку.

Мысленно он ругал себя последними словами. Ну ведь несколько минут назад сказал Коту-Ученому, что понял: девочкам силовые решения не подходят!

— Это ты меня извини. Я завелась… — она махнула рукой. — Потом расскажу, сначала ты.

Теперь ей очень хотелось прижаться к нему и поцеловать, тем более, что названый брат, судя по звукам на кухне, заново наполнил чайник, и теперь тот только раскочегаривался. Но почему-то казалось, что не время.

— Подождем Федора, — покачал головой Влад. — Я хочу при нем все сказать…

Она не выдержала и взяла его за руку, Влад пожал ее в ответ, и тогда Настя потянулась к нему. И тотчас чайник на кухне звякнул, порыв пришлось унять. Впрочем, ладони они расцеплять не стали, даже когда Кот-Ученый вернулся.

— Ну, говори, Влад, — скомандовал эксперт, водружая на стол не только чашки и блюдце с гематогенками, но и сам чайник с пакетиками чая и печеньем в вазочке. — Я подумал, разговор длинный будет, так что…

— Хорошо, — вздохнул Влад. — Настя. Я очень тебя прошу: в ближайшее время держись подальше от отдела и от Парщикова. Любыми способами.

Зрачки Кота-Ученого расширились: сказано было как-то чересчур прямолинейно. Зато Настю проняло:

— Блин… — прошептала она. — Все так плохо? Мне Марго говорила…

— Что именно? — насторожился эксперт.

— Да ничего особенного. Я, собственно, и разозлилась потому, что меня за маленькую держат. Просто в прошлый раз она упомянула, что ты… Что Влад обеспокоен ситуацией в отделе, как-то так. И сейчас сказала, мол, ты переживаешь. И что больше она говорить не имеет права, раз вы сами мне ничего не сообщили. Я и обиделась, что… Не ругай ее, пожалуйста, Федь, она случайно… Вот.

Она замолчала и пожала плечами, поочередно переводя взгляд с эксперта на Влада.

— Ладно, будем считать это окончательными извинениями. У тебя есть предлог, чтобы не появляться в Битце? — осведомился аналитик.

— Так сессия же! — она улыбнулась и развела руками. — Взятки гладки! Правда, только с пятнадцатого, но я же сейчас готовлюсь…

— Отлично, — кивнул Кот-Ученый. — Влад, что с охраной? С наружкой, я имею в виду?

— Ионеску в курсе всего, я утром с ним еще раз говорил. Выделяло тебе наружку Ведомство, но из-за специфики работают по тебе в основном наши, из отдела… Так что… Сейчас Михаил Герардович решает вопрос — вероятнее всего, переведем на своих, из «Захвата». Настя, ты поняла?

От последнего вопроса снова повеяло какой-то взрослой повелительностью по отношению к ней, но она решила, что Влад всерьез беспокоится, и только кивнула.

— В случае форс-мажора тоже, пожалуйста, не звони в отдел. Пока — мне, Федору или… Чуть попозже дам экстренный номер для связи. Договорились?

Настя задумалась о том, что же происходит в отделе, и Влад слегка склонился, ища ее взгляд — действительно поняла ли? Она улыбнулась, глянув в ответ:

— Ты, конечно, пока ничего не расскажешь?

Он покачал головой.

«Как всегда… Ну ладно, потом наверняка узнаю как-нибудь…» — пронеслось в голове. И вдруг Настя вспомнила!

— Блин! У меня же завтра занятие в Битце! С Алиной!

Влад и Кот-Ученый переглянулись. Федор поджал губы и покачал головой, Влад моргнул:

— Я с ней поговорю, тоже ближе к вечеру. Посмотрим, либо отменим временно, либо… Ну, опять-таки есть полигон «Захвата», можно туда перенести…

— Нет, — покачал головой эксперт. — Я не поддерживаю идею любого контакта с отдельскими в такой ситуации. Даже на вашем полигоне.

Настя внутренне возликовала: ура, долой ненавистную подготовку по магической самообороне! И тут же притормозила: «Значит, про Дракулина надо сказать? Ну да, скажи такое прямо сейчас!.. Я подожду чуток, как события развиваться будут. Уж хоть что-то я способна решить сама?»

— ХМ… — раздалось в голове.

Настя решила не реагировать на этот раз.

— Ладно, к вечеру проясню, — согласился Влад. — Все, вроде?

— Наверное, да. Огневая подготовка у меня на главной базе. Последнее занятие перед сессией.

— Тоже не стоит, — покачал головой названый брат. — Там могут оказаться свои.

Влад поморщился — вероятно, снять ее с огневой подготовки будет труднее, — но кивнул.

— Тогда должно быть все, — она пожала плечами, эксперт, чуть подумав, произнес:

— Тогда главное. Корбут. И проект «Ромб».

У нее похолодело внутри: «Так все-таки он опасен?» Настя молча переводила взгляд с Влада на Кота-Ученого. Оба молчали: эксперт выжидательно, Влад — потирая лоб, словно затруднялся найти слова. Или решался на что-то.

Первым не выдержал названый брат:

— Насть, ты понимаешь, что мы не могли оставить просто так ситуацию с назначением тебе в наставники неизвестно кого неизвестно как…

— Влад, ты же сказал, что его не надо бояться… Тогда, в Битце… — Настя вопросительно посмотрела на него.

— Его и не надо бояться, — торопливо сказал Влад, подчеркнув слова «не надо» и с напором посмотрев на Кота-Ученого. — А вот знать кое-что необходимо. Понимаешь, Федор раскопал о нем…

— Так не пойдет. «Надо», «не надо»… — категорично заявил вдруг эксперт. — Либо все, либо ничего.

— Ну хорошо… — Влад поднял руки, будто сдается. — Тогда все. В общем, мы выяснили. Настя, Корбут — мощнейший маг. Очень древний. В органах лет сто минимум... А вообще, не знаю, может, и при императорах служил… Поэтому мы пришли к выводу, что его неожиданное появление в качестве твоего наставника означает, что мы его чем-то заинтересовали…

— Мы? — уточнила Настя, прищурившись.

Влад моргнул:

— Именно мы. И дело тут не в Граале, точнее, не совсем в нем. Но до сих пор это были наши подозрения. Федор узнавал о нем в Конгрессе магов, мы вышли на некий проект «Ромб», которым занимался… занималась… скажем так, одна из структур КГБ, предшествовавших отделу. Полвека назад…

— Помнишь, я предположил, что вел его сам Корбут? — спросил Кот-Ученый. — Это так?

— Похоже, да, — кивнул Влад. — Среди документов мне попался личный дневник одного из участников — видимо, его конфисковали, когда обнаружили, ведь подобные записи вести запрещено. Внешность руководителя он описывает очень похоже, фамилия похожа тоже. Ну, это ты и сам знал…

Влад снова потер лоб, потом помассировал глаза, и Настя поняла, что он очень устал.

— Я не спал почти всю ночь, пришлось продираться через терминологию. Помните, вы говорили, что когда работали с кристаллом, пытаясь понять, что это такое…

— Ну да, метафоры! — улыбнулась Настя. — Каждый, кто с ним сталкивался, называл его по-своему…

— Пришлось применить тот же метод. В общем, у меня практически нет сейчас сомнений. «Ромб» был посвящен исследованиям кристалла! И они пытались его включить…

Настя ахнула, Кот-Ученый хлебнул воздух, будто хотел что-то сказать, но так и не смог найти слов. Потом выдавил:

— Полюс силы?!

— Да, — Влад кивнул подчеркнуто медленно. — Если хочешь, оставлю тебе выжимку — описания те же, хотя они как только его не называли! Предмет, объект, кристалл, опал, многогранник, зонтик, защитник, щит, аккумулятор или конденсатор поля…

— Оставь, посмотрю, — отмахнулся Кот-Ученый. — Но я в тебе уверен и так. Сейчас важнее другое. Корбут вышел на Настю! Если кто-то еще не понял — повторю: Корбут занимался когда-то Полюсом, а теперь вышел на Настю! Вот демоны…

— Я о том же, вообще-то… — подчеркнуто нейтрально напомнил Влад.

Воцарилось молчание, только эксперт, нахмурившись, барабанил по полированной поверхности столика когтями. Настя вздохнула: в том, что произошедшее ей чем-нибудь, да грозит — она практически не сомневалась. «Вот что за жизнь? — пронеслось в голове. — Куда ни кинь, всюду засада какая-нибудь».

— Так… — наконец, произнес Кот-Ученый. — Ну что же… Значит, интуиция меня не подвела: Корбута интересуем именно мы, втроем. Извини, мне надо это проговорить вслух. Смотри: мы с Настей занимались исследованием кристалла, и поняли, что это. А ты фактически его спас — тогда, на митинге. Мы втроем, получается, больше всего вмешаны в судьбу Полюса… Теперь на нас вышел Корбут. Он занимался его исследованием раньше. Тогда исследования не закончились ничем, Влад, я правильно понял?

Влад кивнул:

— Проект шел долго, почти семь лет, и, по-моему, в аппарате КГБ, а может, и выше, в правительстве, к нему просто потеряли интерес…

— Сделаем вывод, что Корбут продолжил исследования самостоятельно, и не ошибемся! — Кот-Ученый поднял пальчик с розовой подушечкой вверх. — И именно мы стали вдруг ему нужны — вот прямо сейчас, когда кристалл, скажем так, заново открыт, и мы узнали, что это. Соответственно, делаем еще один вывод… Нет, не клеится! Ну совсем!

Разочарование на лице эксперта было так велико, что Настя не удержалась:

— Что не клеится?

— Вы оба вампиры, я вообще сущность, а Полюс — артефакт человеческий!

— Ну и что? — не поняла она.

— Ну… В общем, было одно предположение, не важно, — отмахнулся Кот-Ученый.

— Важно, — покачал головой Влад. — Ты ведь хотел сказать, что по мнению Корбута, мы уже знаем, как его включить, просто не догадываемся об этом?

Эксперт хотел возразить, потом хмыкнул:

— А так больше похоже на правду, спасибо! Я-то думал по-другому: Корбут считает, мы можем его включить как-то ненароком, просто не знаем, что можем. А если мы знаем, как, просто не осознаем этого знания… Тогда и то, что Полюс силы — человеческая магия, значения не имеет: поняв, что делать, всегда можно сказать людям… Ладно, давайте оставим эти филологические изыскания Корбуту, подумаем лучше, как вести себя в этой ситуации…

— Надо исходить из того, что мы не знаем главного: зачем Корбут вышел на нас и на артефакт, — предложил Влад. — Надеяться на хорошие намерения я бы не стал.

— Согласен, — протянул Кот-Ученый, тарабаня когтями по столу. — Но и чрезмерная осторожность тут опасна: обрыв всех контактов может его спровоцировать…

— А давайте я скажу, а? — Настя почувствовала, что ей становится одиноко среди этих титанов мысли и колоссов безопасности. — Может, оставим пока все как есть? Я и так его достаточно боюсь с самого начала, чтобы быть настороже постоянно. И думаю заранее, что и как ему сказать… Кроме того, мне кажется, он и без того знает, о чем мы тут говорим.

— Не знает, — покачал головой Кот-Ученый. — Я недавно дополнительно с безопасностью квартиры поработал… В общем, если он захочет, узнает, что вы ко мне пришли, но о чем говорили — нет. Даже он. И потом не сможет узнать, если только кто-то из нас сам не решит ему сказать — иначе даже допрос с применением магии не сработает.

Влад помолчал, потом улыбнулся:

— Я правильно понял, что именно у тебя теперь и проводятся заседания Мирового правительства?

Кот-Ученый усмехнулся:

— Одной из его фракций, скажем так. А то ты сам почти каждый раз на этих заседаниях не присутствуешь! Ладно, хватит шуток, друг мой Владѝслав. Ты сам выбрал говорить все, а потом, как я погляжу, сразу заспешил, заторопился, и ловко объехал огромный подводный камень… Я понимаю, пугать Настю и мне не особо хочется, но…

Влад сложил руки на груди и невольно поморщился — было видно, что говорить ему очень неохота:

— Настя, главная опасность Корбута для нас — даже не то, что мы не знаем его намерений. Ни по отношению к нам, ни по отношению к Полюсу силы. А в том, что маги, достигшие такого мастерства, обычно просто играют сами с собой. Развлекаются. Понимаешь?

— А то! — с нехорошей ухмылкой ответила она, и, заметив, что Кот-Ученый с беспокойством покосился на нее, продолжила: — А то! Не беспокойтесь, у меня все хорошо! Я — жрица Грааля, из-за этого за мной охотятся все разведки мира и ежедневно таскается взвод охраны. Мой парень постоянно рискует жизнью, о чем я имею право только догадываться и переживать: он молчит обо всем, да и встречаться времени нет у нас обоих. Мой названый брат и учитель постоянно придумывает мне сногсшибательные приключения…

— А твой наставник — маньяк-игрок, и способен взглядом остановить солнце, — Кот-Ученый мягко улыбнулся.

И этим остановил поток Настиных эмоций, грозивший превратиться в настоящую истерику. Она разжала кулаки и выдохнула:

— Ладно… Забыли. Я правильно поняла, что должна вести себя с Корбутом так, будто ничего не случилось? Будто я ни о чем не догадываюсь?

Безопасник и эксперт синхронно кивнули.

— И лучше запоминай разговоры поподробнее, потом мне пересказывай, — добавил Кот-Ученый.

Глава 4

Влад отвез Настю домой и уже по привычке удостоверился, что она хорошо заперла дверь, никуда выходить не собирается, что чоповец в подъезде бдит, и, вернувшись к себе, заказал на завтра доставку ей букета и пирожных. А когда положил трубку, раздался звонок. Звонил Федор — странно, они расстались всего пару часов назад.

— Можешь говорить? Я имею в виду, Настя не с тобой? — сходу осведомился он. — Я о ней хочу побеседовать…

— Слушаю тебя, друг Федор… — вздохнул Влад, поглядывая на микроволновку, где разогревалась всего одна, но очень большая, в меру непрожаренная котлета — ровно такая, чтобы слегка кровила на разрезе.

— Тебе ничего не показалось странным?

Печка звякнула, заявляя, что все готово, и Влад поторопил эксперта:

— Федор, я очень устал и хочу есть, давай к делу, а?

— Ладно. Смотри, она сегодня дважды была на грани истерики…

— Да, — согласился Влад. — Меня это тоже очень беспокоит. Она устала, по-моему. Учеба, Грааль, служба, задание… Неудачная командировка…

Аналитик хмыкнул:

— Ты понимаешь, зачем она ездила в Белгород?

Влад разрывался между желанием уточнить, зачем, и мыслями об остывающей котлете. Победило все-таки желание:

— Чтобы хоть за что-то похвалили? Чтобы доказать себе самой…

— Это все вторичные мотивы, — отмахнулся Кот-Ученый. — А первичный — ей хочется отдохнуть. Хочется домой. В место, где когда-то не было учебы, службы, заданий, Грааля… Всего вот этого вот, как говорится. К сожалению, сама она этого не осознает.

— Понял… — протянул Влад. — Ну что же, вообще-то мы на эти праздники в Китеж собирались…

— Это она предложила? — быстро спросил эксперт, и, услышав утвердительный ответ, осведомился: — На день или с ночевкой?

— Не знаю… — Влад засомневался, о чем именно они с Настей договаривались. — Шашлыки, она сказала, сама купит и сделает… Еще хотела памятники мне показать новые и к Иванову с Кисмерешкиным сходить… Может, действительно палатку взять?

— Это уж сами договоритесь, но заранее. Пожалуйста, друг мой Влад, ты высказал здравую мысль в нашем разговоре: не надо решать за нее. Говори ртом, у тебя неплохо получается.

Эксперт хихикнул, и Влад уже собрался попрощаться, но внезапно Кот-Ученый продолжил:

— И, пожалуйста, сходи к Граалю. Попроси ее об этом, она с радостью все устроит.

— Зачем?! — чуть не поперхнулся безопасник.

Пока что, насколько Влад знал, кроме Насти к Граалю из вампиров ходил только Хватов — когда-то очень давно, но у него частенько бывали сотрудники ВСЕМАГИ и некоторые человеческие маги. Действительно, ему-то зачем туда?

— Ну… — протянул аналитик. — Я уже давно об этом думаю. Мне кажется, таким образом ты решишь хоть часть своих проблем. По меньшей мере, часть…

— Это каких еще проблем?! — начал закипать Влад.

Федор помолчал, потом вздохнул:

— Извини. Очень меня заинтересовало, что это Маргоша сообщила Насте о твоем беспокойстве по поводу отдела. Я сделал вывод, что вы с сестрицей встречались и о чем-то беседовали. Ну не об отделе же — с Марго! Эти проблемы могли выплыть в разговоре только случайно, дополнительно… При этом по поводу лечения болей ты к ней тоже не обращался… Странно, правда? Зачем вам встречаться, что обсуждать? Но у вас есть одно общее — ранение в Китеже…

Влад понял, что сейчас взорвется. Вздохнул несколько раз, но злость не утихала:

— Какого демона?!.. — только и смог выдавить он.

— Извини! — повторил эксперт так твердо, что было ясно: никакой вины он не чувствует, даже наоборот, уверен в своей правоте. — Подумай о Насте. Влад, так сложилось, что ты дорог и важен нам не только как великолепный спец, но и как ее… скажу прямо: жених. Ее благополучие зависит и от твоего тоже. Так получилось, это судьба. Возможно, твое личное Предназначение…

Влад тяжело дышал, уговаривая себя успокоиться.

— Влад, обещаю, все останется между нами. Но только сам Грааль может ответить тебе на вопрос… гхм… воскресил ли он тебя ради Насти там, в Китеже, или тебе действительно повезло, и ты выжил сам. Настоящий ты или подделка… Думать, что ты зомби какой-то, оживленный ради одной функции — это невыносимо. Я понимаю, как это для тебя важно, поэтому — только Грааль, понимаешь?

Повисло тяжелое молчание.

— Возможно, ты прав… — сумел, наконец, немного унять гнев Влад, но голос все равно звучал хрипло. — Марго повезло: она тогда не потеряла сознание. А я помню, как…

— Только Грааль, — повторил Кот-Ученый вкрадчиво, и добавил: — Прости Маргошу. Она раскрыла мне твой секрет только после того, как я привел ей те же аргументы. Она тоже будет молчать…

Нажав отбой, Влад задумался.

Ну вот, его тайна стала известна.

Он не мог рассказать ее Красавченко — даже для привыкшего ко многому друга это было бы чересчур. Но Игорь ведь как-то почувствовал, что Влад не договаривает…

Эти мысли пришли не сразу после того, как он очнулся в госпитале Лукоморья, наверное, только перед выпиской — уже здесь, в Москве. Он гнал их от самого себя до тех пор, пока, примерно с месяц назад, стало совсем невмоготу. И он позвонил Маргоше…

Но та ничем не могла ему помочь — она действительно не теряла сознания после боя в разгромленном дестоерами сквере. Она помнила все.

А вот он… Он помнил, как размахнулся дестроер, помнил, как полетели в их сторону громадные глыбы, как крикнул бойцам: «Берегись!»… Крикнул зря, впустую: удар был рассчитан точно, бетонные обломки угодили по пылающему зданию и подломили его стены…

Помнил, как медленно, словно в кино, осело строение, погребая под собой и своих, и чужих. Помнил накрывшую его темноту, невыносимую боль, невозможность вдохнуть…

И темнота превратилась в кромешную тьму и поглотила его…

Он не мог выжить — ведь погибли все.

После этого разговора Влад ожидал еще одной бессонной ночи, но почему-то, упав в постель, сразу провалился в сон без сновидений, и впервые за долгое время проспал всю ночь, как убитый. Не лезли в голову ни мысли о Насте, ни служба, ни явно ускользающая в никуда спортивная квалификация. Даже надоевшая по самое не могу боль в ребрах отступила.

Здоровый сон очевидно сказался на его физическом самочувствии. Во всяком случае, утром он понял, что вполне способен, если что, не спать следующую ночь. Но вот настроение стало еще хуже: тяжелые мысли вернулись с пробуждением, и в кабинет с кривой надписью «Группа крови» на двери он входил, погрузившись в них полностью…

— Влад, я ее пробил! — встретил его взволнованный Никита Богослов.

— А? Кого? — Влад с трудом отвлекся от своих размышлений.

— Девушку эту! Веронику! Ну, которая в кафе к тебе клеилась!

— О! И как? — немного оживившись, он подошел к компьютеру Никиты.

— Вот, смотри. Действительно Вероника. Вероника Александровна Багрова, двадцать два года…

На экране замелькали черно-белые кадры без звука, сразу с двух камер: вот в «Белок & Cо» входят они с Игорем Красавченко, а эта девушка сидит одна в углу. Временами отпивает из бокала и вертит головой в поисках клиента. Или добычи, если она просто нимфоманка либо жаждет приключений, как показалось тогда Владу… Никита включил ускоренную прокрутку, они с Игорем комично задергали руками, потом Красавченко вдруг выкатился из кафе, и Вероника внезапно оказалась за его столом. Хакер притормозил видео.

Разговор, Влад протягивает ей бутылочку…

— Чем это ты ее угостил? — хохотнул Богослов. — Не кровью же, надеюсь? Ну и рожу скроила!

— Да так… Ряженкой… — усмехнулся тайком Влад, вспоминая.

Никита заржал и даже нажал на стоп, чтобы отсмеяться:

— Ряженкой, Бог ты мой! Влад, ты же вечно с бутылкой! Вампир с ряженкой — ой, не могу! Сколько в тебя вмещается?!

Влад смущенно покосился на сумку.

— Ну… Да… Люблю очень… Много… — он, наконец, открыто улыбнулся.

Настроение почему-то действительно улучшилось.

— Ладно, давай дальше смотреть, — Никита запустил видео снова. — О, а вот, видимо, ты морок снял — вон как отшатнулась. Та-а-ак… Видно только сбоку на одной камере, на другой… Нет, слишком далеко. В общем, по этому вопросу успокою тебя: вряд ли кто-то будет докапываться. Это только в сериальчиках кадры можно увеличить настолько, чтобы разглядеть твои иглы. А здесь… Смотри… Размытие — и аллес! Пиксели!

Влад снова усмехнулся: он верил профессионализму Никиты, и значит, эта проблема больше таковой не является. Ну, хоть что-то…

— Ладно, понял, спасибо огромное! — сказал он. — Давай тогда по самой девушке.

— Та-а-ак… На чем я… Ага. Снимает квартиру неподалеку от спорткомплекса, живет одна. Не сказать, чтобы зарабатывает проституцией, скорее, натура увлекающаяся, но иногда денежку за секс не против получить. Далеко не ходит, два-три раза в неделю тусуется в основном в трех других кафе поближе к дому, в «Белке» вашем бывает нечасто. Потому ты раньше и не встречал ее. Что интересно — я пробил по базам, пока ее никто не ищет.

— Родители? Место рождения? — спросил Влад. — Прошло… Хм.. Пять дней или около того…

— Место рождения — Талдомский район, как раз неподалеку от места убийства. Похоже, нашла она своего вампира не в этих кафе, во всяком случае, по камерам я ничего найти не смог. В Талдоме, скорее.

— А ты проверял? Всякое бывает. Может даже, она из Москвы решила поехать с преступником или преступниками потому, что собиралась навестить родителей…

— Проблема в том, что Багровых в Талдомском районе нет… — покачал головой Богослов.

— Девичья фамилия? — спросил Влад.

— О! — Никита вытаращил глаза и крутнулся на кресле к компьютеру. — Не пришло в голову…

— Работай, хакер, солнце еще высоко! — Влад с усмешкой потрепал его по плечу. — Успехов!

Он сел за свой стол и принялся просматривать отчеты остальных сотрудников группы. Точнее, делать вид, что просматривает. Потом все-таки решился:

— Никит, скажи, сколько мы с тобой знакомы?

— Да года полтора, наверное… — рассеянно отозвался хакер, уткнувшись в экран.

— Как считаешь, я изменился за последнее время? Ну, хоть сколько-нибудь?

— Курс личностного роста в интернете купил, что ли? — Богослов обернулся с улыбкой.

Влад покачал головой:

— Нет… Просто кажется, наверное… Ну, в общем, просто интересно…

Хакер с сомнением скривил губы и поднял брови:

— Не знаю, Влад… По мне — так ничего особого. С начала прошлой осени, когда мы с тобой под тех клоунов из банка Осинского копали — ничуть не изменился. Ну, грустнее стал — факт. Замотаннее. Злее как-то. И при этом — разговорчивее. Хотя разговорчивость — это у тебя в последнее время только. Можно сказать, за три дня вдруг появилась… Так что да, на курсы личностного роста как-то не особо тянет… — Никита рассмеялся, и вдруг оборвал самого себя: — А, ну да! Вот еще… Извини, но когда про девушку твою говорят, прям кринжово как-то на тебя смотреть становится… Не мое дело, конечно, но эмоции так и прут. А ты их давишь… И пытаешься сделать вид такой: «Я чо? Я ничо! Все в порядке! Это не я!»

Хакер снова заржал, а Влад внезапно почувствовал, что лицо пошло пятнами, и только пробормотал: «Спасибо! Понял…»

Ну что же, если верить Никите, выходит, что заметных изменений в характере не произошло… Интересно, а настоящие, не киношные зомби сильно меняются?..

Влад помотал головой, пытаясь отогнать навязчивые мысли. Особого облегчения попытка выяснить, как его воспринимают другие, не принесла, но все-таки, все-таки…

Несколько минут прошло в молчании, пока он пытался снова сосредоточиться на отчете сотрудника, который таки посетил задержанного после московского теракта. Получалось так себе.

Внезапно дверь распахнулась, без стука вошел Ионеску:

— Привет-привет... А где все?

— На заданиях, Михаил Герардович, — Влад привстал и протянул руку. — Отчет представить?

Но тот руку пожал, а от отчета отмахнулся:

— Потом! Подготовь к вечеру общий. Завтра собираемся в одиннадцать в одной из переговорных, номер позже скажу.

— В переговорной? — удивился Влад.

— В узком кругу, — кивнул Ионеску. — Насте не говори, ее не зовем — новости тревожные. Точнее, выводы из новостей…

Он вышел так же энергично, как и зашел, и тотчас Никита прокомментировал:

— Офигеть… Даже не позвонил, а сам пришел! Ну, похоже, какой-то настоящий шухер начинается… И, Влад, расслабься и лицо, лицо попроще сделай…

Помолчав, Влад решил отвлечь Никиту от своей персоны обычным образом — вернув к работе:

— Скажи, у тебя же подключение к эмвэдешным сетям есть? Если кто обратится с заявлением по поводу этой Багровой — сигнализируй сразу…

Настя решила, что сузит круг поисков. Не надо разбрасываться и спрашивать у всех про всех: Эдик — хороший кандидат на более внимательное изучение. Раз даже Коля, к сплетням равнодушный, что-то знает об этом типе, значит, сплетни эти ходят, и их много…

Впрочем, первая перемена прошла без особого улова. Она узнала еще пару-тройку удивительных «фактов» о других студентах — самым поразительным из них было сообщение о том, что одна лично не знакомая ей, но приметная старшекурсница зарабатывает диплом сексуальными услугами, и непрерывно совершенствуется в искусстве секса где-то в Таиланде. Хотя, собственно, ожидать чего-то другого и не следовало: девушка была красивая.

А вот на второй перемене она снова увидела Колю, и вспомнила, что не задала ему в прошлый раз очень интересующие ее вопросы.

— Коль, а все-таки, почему ты решил, что Влад из спецслужб? Раз, говоришь, он отлично шифруется?

Приятель усмехнулся:

— Я же сказал, папа у меня в «Вымпеле» служил. Как-то я научился понимать такие вещи…

— Ну Коля! — Настя состроила обиженное лицо, чего раньше себе с ним не позволяла.

— Ну вот, теперь я точно уверен, что он из спецслужб! — засмеялся он. — Потому что ты сейчас пытаешься узнать, как я догадался, чтобы разубедить меня в этом!

Настя помолчала и решила, что лучшая политика — это честность:

— Да, ты прав, он из спецслужб. Но разубеждать я не пыталась: хотела просто узнать, как именно ты это понял. Но, если это и впрямь просто привычка, то извини…

Коля сморщился:

— Ну блин, Насть! Вот я сейчас выдам тебе: мол, взгляд у него профессиональный, или выправка заметна, даже когда расслаблен… А это все будут мои домыслы! Может, на самом деле я сделал такой вывод потому, что ты мне что-то когда-то случайно сказала, даже совершенно… косвенное, и у меня подсознанка сработала! Или видел я что-то… Я правда не знаю, как у меня это получается! Просто насмотрелся на папиных сослуживцев… Расслабься — девяносто девять процентов людей вокруг твердо уверены, что он айтишник, и будь довольна этим. Значит, шифруется по-настоящему хорошо!

Эти слова действительно ее успокоили, и она уже собралась попрощаться, но Коля ее остановил:

— Если хочешь, узнал кое-что новенькое о твоем знакомом. Об Эдике. Не знаю, зачем тебе это, может, ты сама на спецслужбы работаешь или Владу рассказать хочешь, — пошутил он, наверное, на этот раз вполне представляя себе, насколько близок к истине. — Все-таки секта у него, похоже. Причем странная: поклоняются, вроде бы, какому-то Граалю. Руководит всем не он сам, а некий жрец. Если тебе очень нужны подробности, я с этой девушкой еще попробую поговорить…

— Не надо, — быстро сказала Настя. — Лучше скажи, как девушку зовут.

— Сама ее найдешь? — усмехнулся он. — Это однокурсница моя, Вика. Вика Тонкошеева. Весьма экстравагантная особа, кстати…

Прозвенел звонок, Настя торопливо поблагодарила Колю и побежала на пару.

Очень интересно, как говорится. Знакома она с Викой не была, но видела ее часто: Коля, конечно, и понятия не имел о том, что она тоже вампирка.

Значит, в секте поклоняются Граалю, и руководит всем некий жрец… Еще интереснее, что и говорить!

«Ух, если я в ближайшее время не встречу самого Эдика! — вертелось в голове, пока преподаватель томительно медленно писал что-то на доске. — Лопну от любопытства!»

Однако, ей повезло. Уже когда она шла к метро после учебы, увидела вдалеке в толпе студентов знакомую спину в плаще. Вопрос о том, догонять или нет, разумеется, уже не стоял.

— Привет! — улыбнулась на ходу Настя Эдику, делая вид, что страшно торопится.

— Ха! Ну здравствуй, — было похоже, что он действительно рад ее видеть. — Как дела?

Настя слегка притормозила, демонстративно посмотрела на часы и махнула рукой: мол, подождут, кто бы там ни ждал.

— Да ничего… К сессии готовлюсь. А я смотрю, ты зачастил на факультет…

— Сессия тоже… Педпрактика… — туманно произнес он.

«Ах да, он же аспирант! — мысленно кивнула она самой себе. — Как бы его… подцепить-то?»

— Не у нашей группы принимать будешь, случайно? — пришла в голову блестящая мысль.

Эдик степенно ответил, что нет, у второкурсников, Настя состроила разочарованное лицо: мол, ну вот, а я так надеялась… Тогда он засмеялся:

— Ну, тогда жди нового семестра, я преподавать у вас буду! А впрочем…

«Ну же, ну!» — подначивала его мысленно она.

— Если думаешь, что ждать все лето долго, можем встретиться, поболтать на днях. После праздников, а то сейчас я занят. Надо — помогу чем могу, нет — так просто пообщаемся. А?

— Десятого! — выпалила Настя, не веря своей удаче.

— Отлично! Десятого я здесь буду, после трех свободен. Давай у входа, чтобы не искать, ага? Могу, кстати, познакомить кое с кем. Из наших… — он состроил загадочное лицо.

— А познакомь! А то я все одна и одна… Одна без наших, я имею в виду, — Настя млела от собственной смелости.

— С людьми скучно, да? — понимающе кивнул Эдик. — Ну ничего, у нас действительно весело.

На прощание он не попросил телефон — будто обо всем уже договорились, — и Настя понеслась в библиотеку как на крыльях…

Переговорной еще не пользовались, и Владу с Котом-Ученым, пришедшим заранее, пришлось ждать, пока две уборщицы второпях протирали дубовый полированный стол от строительной пыли. Федор, догнавший безопасника в лифтовом холле, был мрачен и неразговорчив, и сообщил лишь, что он уже говорил с Хватовым, и на совещании будет сделано крайне важное заявление.

Наконец, уборщицы покинули помещение, Кот-Ученый, оставшись наедине с Владом, явно вознамерился все-таки что-то сказать, но появилась офис-менеджер и принялась расставлять бутылочки с водой и стаканчики. Потом пришел Кровкин, заместитель Ионеску, и аналитик, махнув лапой, буркнул только:

— Потом. Либо на совещании, либо после…

Кровкин тоже оказался сосредоточен и молчалив, лишь поздоровался кивком, и воздухе повисло напряжение, хотя обстановка этому не способствовала: панорамное окно переговорной, как и в зале, выходило на залитую солнцем праздничную весеннюю Москву. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Влад сначала принялся пролистывать отчет в своей папке, но быстро понял, что выбрал не тот способ борьбы со своим настроением, и решил считать проезжающие по МЦК поезда, благо видно было прекрасно. На счете четыре дверь снова распахнулась, и вошли Хватов с Ионеску

Влад удивленно приподнял брови: вчера гендир «Захвата» предупредил, что встреча будет в узком кругу, но что он будет настолько узким, ожидать было трудно. С другой стороны, было приятно осознавать, что он — один из допущенных в этот круг.

Впрочем… Подобный допуск светил новой ответственностью, еще более серьезной. В глубине души Влад признался себе, что хотел бы ее избежать.

— Так… — без приветствия начал Хватов. — Все отчеты потом. Впрочем, может, просто передадите, сам ознакомлюсь. Я зачем вас позвал…

Член экспертного совета Комиссии Государственной думы по вмешательству иностранных государств во внутренние дела России обвел собравшихся тяжелым взглядом:

— Положение у нас, друзья мои, крайне тревожное. Я в курсе всех событий… хм… по вечер вчерашнего дня, верно, Михаил?

Ионеску кивнул, и Хватов продолжил:

— У нас, если не ошибаюсь, три дела. Вроде бы, разрозненные, но поразительно взаимосвязанные по своей сути. И знаете, какой я делаю из всего этого вывод? Это не просто атака на нежить, это заговор!

Вновь, как перед началом совещания, повисло тяжелое молчание. Наконец, Кровкин осведомился:

— С какой целью?

— Подумай сам, Василь Николаич. Есть погромщики, с одной стороны, и они мало того, что в курсе о настоящих причинах появления ЕЭСОР, так еще и лозунги весьма… гм… нелицеприятные выкрикивают. На весь белый свет, как говорится… Есть те, кого вы псевдовампирами назвали. Убивают, подражая вампирам…

— Ну! — возразил Ионеску, откидываясь на стуле. — Пока никаких улик и связи…

— А что, есть другие варианты?! — деланно удивился Хватов. — Просто вы до этих улик и связей не докопались еще. Работать надо лучше, особенно в таких обстоятельствах!.. И есть, с третьей стороны, настоящие вампиры — те, кто убил девушку в Талдоме… Уж не знаю, как вы их называете, я лично так и назову — убийцы! Вы что, до сих пор не поняли?.. Ну вот, даже о том, что эти дела подкрепляют и дополняют друг друга, судя по отчетам, у вас простой хакер догадался — как его, Златоуст, что ли… Ах да, Богослов…А не опера и аналитики!.. Не опера и аналитики! — Хватов повысил голос. — Только вот это — не просто атака на нежить! Идет обработка общественного мнения! Медленная, постепенная. А потом, когда накал достигнет нужного градуса, нас просто выдадут тепленькими испуганному и взбешенному обывателю!

Влад непроизвольно дернулся, чтобы возразить: уж слишком все прямолинейно!..

И вдруг понял, что нет, совсем не прямолинейно, раз сами не догадались: интрига закручена очень мощная, и работал над ней мастер!

— Все равно не складывается! — покачал головой Кровкин. — Было бы логично, если бы работали одни погромщики и… гм… ну, пусть будут младовампиры — в Талдоме которые девушку убили. Одни привлекают внимание к нам и служат боевиками в случае чего, вторые — те самые преступники, которые демонстрируют обывателю, что всё это правда, не домыслы нескольких ограниченных групп сумасшедших. А псевдовампиры… Ни к селу, ни к городу!

Влад вспомнил рассказ Насти и подробности белгородских убийств, и покачал головой:

— Как раз и к селу, и к городу, по-моему. Пятая колонна среди человечества — это во-первых. Для обывателя это прекрасно дополнит образ врага. Во-вторых, даже тот извращенный ритуал, к которому прибегли… младовампиры в Талдоме, абсолютно не зрелищен. Не доведет обывателя до требуемого уровня ужаса. Аккуратные укусы, даже множественные, и обескровленный труп, причем об отсутствии крови известно только узкому кругу — как раз тем, кто будет хранить тайну следствия. А в Белгороде — алтари с пугающими знаками, на них потеки крови, исколотые тела! Настоящий триллер! И это видели многие! Как раз работа на общественное мнение, как говорится…

Хватов оценивающе глянул на него и слегка кивнул головой:

— Молодец… Умеешь и обобщать, и выводы делать…

Ободрившись, Влад закончил:

— И еще. Ну сколько нас, вампиров, вообще? Какой процент населения? Позволю себе заметить: подавляющее большинство на сегодняшний день полностью довольны своим положением — зов живой крови оказался не так уж и силен, и больше обусловлен проблемами прошлых голодных времен. Так что еженедельной донорской порции по ЕСОР и гематогенок вполне достаточно. И плюс все остальные блага цивилизации, какими мы обязаны людям! Так что младовампирами может быть совсем уж исчезающий процент чем-то недовольных... Или решивших выделиться как-то. Кстати, наверняка это действительно молодежь — просто из свойственного ей нонконформизма. Талдомское убийство — первое и пока единственное, а за прошлый год только в Белгороде точно убиты трое! Не знаю пока, до чего сейчас докопались тамошние коллеги, но, вероятнее всего, виновники — все же именно псевдовампиры!

Он посмотрел на Хватова, потом на Ионеску, и гендир задумчивокивнул:

— Массовость. Верно. Псевдовампиры обеспечат охват и огласку, поскольку убийство, совершенное младовампирами, органы постараются засекретить — уж очень необычно… Хотя…

Ионеску замялся, и вдруг Кот-Ученый, до сих пор сидевший с закрытыми глазами, словно очнулся:

— Хотя если их будет больше, чем одно, которое имеем сейчас, органы возьмутся за это дело всерьез, и тогда наоборот — жди утечки и широкой огласки? Ты это хотел сказать, Михаил Герардович?

Гендир «Захвата» кивнул, поджав губы.

— А я больше скажу, — продолжил аналитик, и обратился к Хватову. — Все гораздо хуже, чем ты думаешь, Иван Силантьевич. У меня, конечно, доступ к материалам сейчас не такой, как у тебя, но… Следи за моими выкладками, и поправь, если что. Вампиров можно назвать самой прогрессивной частью нежити и магического сообщества — вы первыми освоили города, и сейчас в процентном отношении именно вас здесь больше всего. Соответственно, вы выше всех социализированы и социально активны. После прошлогоднего Съезда остальные сообщества сначала собирались воспользоваться вашим опытом, а потом как-то незаметно стали перекладывать ответственность по защите собственных интересов на вас. Верно, Иван Силантьевич? Сколько раз всего за последние полгода ты самолично организовывал депутатские запросы от леших и русалок с водяными по защите природоохранных территорий, например, а? То-то и оно. Поэтому и атака первоначально пошла только на вас. Но — она три месяца уже идет, если судить по активности погромщиков, или около года — если брать псевдовампиров, и пока, кроме нескольких смертей и крайне ограниченных территориально слухов, добиться особых успехов не удалось…

— Так кто следующая жертва? Что предполагаешь? — сразу сообразил и напрямую бухнул Хватов.

— Маги. Человеческие маги, — сказал аналитик, как о чем-то само собой разумеющемся. — В сообщества нежити лезть бессмысленно — они инертны и сейчас представляются людям чем-то вроде забавных приложений к лесам, водам и даже домам. Узнав о том, что они реально существуют, обыватель, скорее, умилится: ах, домовушечки, русалочки и лешачочки, какая прелесть! По-прежнему страшны вы и настоящие колдуны. Не те, которые в «Битве экстресенсов» участвуют или в газете объявления о снятии порчи дают, а те, которые, оказывается, действительно в состоянии управлять миром. Причем заметьте, уважаемые: вы, вампиры, как раз с человеческими магами очень плотно взаимодействуете! Речь не о работе в отделе спецопераций, а в целом — так исторически сложилось: они вас не боялись в силу образованности, а вы даже в древние времена признавали в них равных, потому и шли на контакт.

— Маги… — нахмурившись, пробормотал Ионеску, словно эхо, и вдруг засомневался: — Да ну не! Мы после Китежа не просто восстановились — мы мощь укрепили в разы, сами китежские корпорации нам во все помогают! Учли ошибки, оборону усилили…

— Михаил Герардович, так это в основном после Китежа и началось! — напомнил вдруг Кровкин. — Смотри, тогда они попробовали напролом — не получилось. Естественно, они теперь другим путем пошли! Тихой сапой изнутри! Учли опыт! Потихоньку-полегоньку уверят людей, что среди них нежить и маги живут, поднимут возмущение, а там и беспорядки с самосудами не за горами! Цель — не просто столкнуть нас с людьми лбами, нет! Цель — именно народные волнения! Не сомневаюсь, что стоит за этим все тот же Холдинг…

— Стоп-стоп-стоп! — поднял руку Хватов. — Ты, друг мой пушистый Федор Богданович, получается, считаешь, что через нас и магов враг получит ключ ко всему нежитьскому и магическому сообществу, а ты, Василь Николаевич, фактически, подразумеваешь… попытку цветной революции?!

Повисло тяжелое молчание, потом Кровкин развел руками:

— Не я это сказал. Но да. Подразумевал.

— Я как раз не имел в виду прямое нападение, — кивнул Кот-Ученый. — Противник исчерпал его возможности. С магами все будет так же изощренно, как с вами. Погромщики, псевдовампиры, младовампиры… Спасибо, кстати, Василий Николаевич, за «младовампиров» — очень удачный термин!.. Так что, думаю, следует ждать каких-то странных необъяснимых магических нападений. Ну, например, у людей будут регистрироваться случаи внезапного помешательства, а потом они заявят, что их маг с ума свел… Или такие же «магические» кражи денег и документов… Честно, не знаю, что-то в таком роде. Может быть, вскроется общество какое-то мистическое, фальшивое, разумеется — ведь сам-то Конгресс магов противник вряд ли сможет напрямую достать… Главное, чтобы все эти действия приносили вред самой жертве и вызывали страх и возмущение у остальных людей. Только развиваться это будет куда энергичнее и стремительнее, чем в вашем случае: и времени в начале кампании враг много потерял, и люди до сих пор верят в саму магию куда больше, чем в вампиров…

— И это не значит, что мы должны полностью переключиться на магов и забыть про вампирские убийства, — пробормотал Хватов, и покачал головой: — Эх, как нам сейчас отдела не хватает! Там никаких улучшений, Владѝслав Сигизмундович, а? Не обрадуешь?

Влад только молча покачал головой: в папке с отчетом по делу, который он ранее намеревался зачитать, а теперь — просто передать Хватову в конце совещания, был также листок с докладной о том, что двое очень неплохих сотрудников отдела специальных энергоинформационных операций подали рапорты по собственному. В личной беседе они сообщили, что этот бардак их достал, и Влад их понимал.

— М-н-да… — протянул Кот-Ученый. — С таким объемом дел «Захват» сам справиться не сможет, я верно уловил?

Ионеску кивнул.

— А если «ДОЧКо» подключить? — осведомился аналитик.

Все дружно замотали головами и заговорили разом: мол, это всего лишь аффилированная структура, там работают обычные люди, не имеющие ни малейшего представления о «Захвате» и его целях…

Внезапно Влада осенило:

— Послушайте, Михаил Герардович, Иван Силантьевич! Нам же не надо их посвящать в подробности! Пока что — попросить только мониторить ситуацию с возможными необычными преступлениями, где могут быть замешаны маги… Это-то сделать они в состоянии?

— Дело говоришь! — сразу сообразил Хватов. — Считай, наполовину «Захват» разгрузил! Можно их даже на поиск дел для твоей группы сориентировать! И вообще, давайте мыслить по мере поступления, так сказать. Идею с мониторингом донесешь до руководства «ДОЧКо», Михаил Герардович! А теперь давайте в остальном наметим…

— А что тут намечать? — пожал плечами гендир. — Влад, вечером зайди — поговорим, как расширить группу, кем усилить… Эх… Да куда усиливать-то, двенадцать оперов всего в «Захвате», половина уже у тебя… Требуется интенсивнее работать, значит. Потом — я сейчас сам веду все дела по агентам Холдинга в стране, и получается, зря так отделился. Нам нужен обмен информацией, максимальный обмен. Надо выходить на кукловодов. На хозяев.

— Конгресс магов я сам предупрежу, — сказал Кот-Ученый. — И не просто предупрежу, но и попробую стратегию борьбы в сложившейся ситуации совместно выработать. Сейчас уже не отсидятся в своих кабинетах и библиотеках… О результатах расскажу, Иван Силантьевич. Может быть, придется отдельную встречу с ними устроить.

Хватов кивнул и задумался, глядя на Влада. Потом спросил:

— Мне Михаил твое мнение о делах Парщикова передал. Повторить в глаза сможешь?

Влад моргнул и спокойно ответил:

— Это вредительство. Не знаю только, сознательное, или…

— Как вредительство может быть неосознанным? — усмехнулся член экспертного совета Госдумы.

Влад бросил короткий взгляд на Кота-Ученого — тот явно напрягся.

— Аппаратчика могли поставить с целью развалить отдел, — решился ответить он. — Некомпетентного руководителя — специально. Признáюсь, на эту мысль меня навел один разговор с Федор Богданычем.

Хватов крякнул и с силой хлопнул ладонями по столу.

— М-н-да… Ну… Ладно… — проворчал он. — Поделюсь информацией, послужит пищей для плодотворных размышлений. Все доступные мне источники уверяют, что на самом верху Ведомства отдел после Китежа, наоборот, считают нужным укреплять и всячески способствовать его усилению и развитию. Что, собственно, и делают, по их мнению. Ясно?

Намек был настолько прямой, насколько это вообще возможно: все-таки дело в новом начальнике лично. Влад снова коротко глянул на аналитика — тот сидел, прикрыв глаза, и опять демонстрировал полное спокойствие.

— Сам не светись перед Парщиковым, — проворчал Ионеску. — Информацию в разговорах добывай и передавай по возможности сразу. В общем, будь максимально осторожен.

Влад даже обиделся: не первый год служит, чтобы выслушивать такие советы…

Влад подогнал машину прямо ко входу в офис «Захвата», чтобы ненароком не пропустить Кота-Ученого, и теперь ожидал его, опершись спиной на крыло: тот предупредил, что напоследок ему надо будет переговорить с Хватовым наедине.

Как только аналитик вышел из здания, безопасник распахнул дверь:

— Садись, друг Федор! Подвезу до дома.

— А разве тебя дела не ждут? — прищурил один глаз эксперт, улыбаясь. — Ну, там младовампиры всяческие, алтари, жертвы?

— Ждут, — согласился Влад, садясь и вдевая в ухо наушник гарнитуры. — Но сейчас час дня всего. Опера начнут возвращаться только к трем, а ты мне ведь что-то сказать хотел. Или я ошибся?

Кот-Ученый смотрел на него с восхищением, пока он заводил машину и выезжал на улицу с территории бизнес-квартала. Потом произнес:

— Не узнаю тебя, друг Владѝслав! Каждый день что-то новенькое! В этот раз — иные обороты речи, гораздо более свободные, неожиданно вольное обращение со служебным временем! И да, кстати: на совещании сегодня… Я бы так сказал: раньше ты только выглядел умным, да и то, когда по заранее заготовленной бумажке читал, хотя и сам ее готовил. А теперь и сам говоришь умно, и поступаешь так же. Не зря тебя Хватов ценит…

— Ну хватит! — отмахнулся Влад, сдерживая улыбку. — Захвалите…

— Настя в таких ситуациях говорит: «Не стебись, кот!» Тебе тоже разрешаю, — важно кивнул Кот-Ученый.

Влад не выдержал и рассмеялся:

— Не стебись, друг мой Федор!

— Перестал, — внезапно став серьезным, ответил он. — Как думаешь, не пора ли нам Корбуту позвонить?

Это было так неожиданно, что Влад чуть не нажал на тормоз посреди Третьего кольца.

— Зачем?! Тьфу, демоны, по какому поводу?!

— По всем сразу, — спокойно ответил эксперт. — Во-первых, Полюс силы. Он бы сейчас пригодился как нельзя более кстати, но скажу честно: исследования в Конгрессе зашли в полный тупик. Никто не знает, что с ним делать дальше, и я тоже. Во-вторых, перед нами маячит немаленькая возможность удара по магическому сообществу — мне же предстоит поднимать этот вопрос среди магов, и Корбут мог бы оказать серьезную поддержку…

— Ты же говорил, он там лет тридцать не появлялся, его уж и забыли… — пробормотал Влад.

— Как раз в таких ситуациях восстание мертвецов может произвести колоссальный эффект! — воздел палец в воздух аналитик. — То, что надо! Ну и в-третьих… Настя не говорила, он ей вообще как давно звонил? Он ведь что-то копает, если я не ошибаюсь, и по погромщикам, и по белгородскому делу? Или уже рукой махнул?

— Не знаю… — Влад задумался. — Я сам ей не каждый день могу звонить. А знаешь, друг Федор, вот ты спросил — и что-то мне тревожно стало… Кажется, все-таки давненько он с ней в последний раз разговаривал — дня три прошло…

Действительно, пусть Настя в расследовании — фигура декоративная, но должен же официально назначенный наставник как-то с ней взаимодействовать? Поначалу ведь, вроде, даже на помощь ее надеялся… Три дня — слишком долго… Впрочем, Корбут должен быть в курсе, что у нее начинается сессия — может, молчание связано с этим?

— Не гадай, — будто услышав его мысли, сказал Кот-Ученый. — Давай возьмем паузу… Ну, скажем… Вы когда из Китежа вернетесь?

Влад замялся, не зная, как признаться в том, что они с Настей еще не обговаривали, с ночевкой поедут или только на день, но эксперт дотронулся лапой до плеча:

— Вот как приедете оттуда, так и позвоним… Честно, мне обидно, я просчитался тогда. Думал, он сам на меня первым выйдет, теперь вот оттягиваю момент…

Они помолчали, потом Влад решился сказать то, что беспокоило его с самого заседания:

— Федор, ты сегодня выдал прогноз о необычных магических нападениях…

— А что, уже были? — насторожил уши эксперт.

— Не знаю… Вообще ни в чем не уверен. Более того, в моменте мне показалось, что ничего ненормального не происходит — слишком стремительно все разворачивалось. Учти — только тебе, в рапорт я это не включал, сам никому не говорил, и Насте отсоветовал…

Влад рассказал Коту-Ученому о том, как в Белгороде цыганки пристали к Насте — тот слушал, временами внимательно поглядывая на него.

— Ну и что тебя насторожило? — подняв бровь, спросил он наконец.

— В моменте — ничего, повторю, — покачал головой безопасник. — Просто цыганки, просто девушка. Обычные приемы… Корочку вытащили случайно, захватив вместе с кошельком… А теперь, как ты сказал про нападения — вот сам посуди. Настя была под мороком, конечно, но… Цыгане нас как-то чувствуют и, как правило, боятся.

— Тебя же испугались! –развел лапами эксперт.

— Не сразу, кстати. Я ведь морок снял, а мне даже пригрозить пришлось! — напомнил Влад.

— Хм… — протянул Кот-Ученый. — Что-то мне кажется, на Белгороде слишком много всего сошлось… Совпадение? Не думаю. Цитата, если что…

Они снова помолчали. Внедорожник Влада уже свернул на Садовое и приближался к метро Парк культуры, а значит, к переулку за ним, где жил эксперт.

— Знаешь что? Это, конечно, могло быть классным ходом со стороны кукловодов — начать именно с тех сообществ, которых, вроде, на словах никто не боится, но которым приписывают максимум непостижимых и темных способностей! И могло быть невероятным совпадением, что цыганки встретили именно вас… Но, думаю, дело в другом. Ты же сам сказал их главной, что гадать она не умеет… А Настя… Надо привыкать, друг мой, к тому, что она практически на всех производит впечатление беззащитной и неспособной постоять за себя. И потому вызывала и будет вызывать у одних — желание воспользоваться беспомощностью, у других… Ты и сам знаешь, по себе.

Влад с опаской оглянулся на него:

— Надеюсь, ты не всерьез? Насчет желания воспользоваться?

Аналитик вздохнул:

— Я почти всегда всерьез, хотя, как правило, тщательно скрываю это. А так — кто ж теперь знает, почему к ней пристали? Разве что ты сам поедешь в Белгород, заново найдешь этих цыганок и попытаешься вытрясти из них душу на предмет, что это было…

На этот раз вздохнул Влад: где их искать теперь, цыганок этих? Точнее, когда выпадет время на такие поиски?.. Хотя утешало, конечно, что в том происшествии Кот-Ученый не видит ничего особенно тревожного.

— Впрочем… — продолжил эксперт. — Я бы все-таки сделал на твоем месте запрос о происшествиях с цыганами по стране. В рамках мониторинга странных магических инцидентов — раз уж решили подключить «ДОЧКо». Логично начинать большую кампанию с малого, согласись. А эту общность действительно привыкли не воспринимать всерьез.

Безопасник кивнул — сделаю, мол, и одновременно притормозил перед подъездом Кота-Ученого. Улыбнулся про себя, вспомнив, как оказался здесь впервые, и впервые встретился с Настей…

— Владѝслав, друг мой, — аналитик снова положил ему лапу на плечо. — Хочу тебя спросить напоследок вот о чем. Очень уж ты навострился в гляделки играть, и вовсю пользовался этим умением, когда Хватов тебя о Парщикове спрашивал. Что сказать-то мне хотел?

Влад нахмурился — он гнал от себя мысль, о которой напомнил аналитик, как мог. Однако высказать ее было необходимо — хотя бы для того, чтобы удостовериться, что он ошибся.

— Помнишь, я рассказывал тебе о ситуации в отделе, а ты сказал, что, возможно, отдел хотят развалить, а главное — что противник не дремлет?

Аналитик усмехнулся:

— Это всегда следует допускать. Если ты помнишь, — он сделал ударение на слове «ты», — я еще Звонкову порекомендовал искать «крота». Незадолго до нападения на Китеж. Ну так сегодня Иван Силантьевич ясно сказал: у Ведомства твоего намерение отдел всемерно укреплять. А он разваливается почему-то…

Влад покачал головой, выдохнул, собравшись, наконец, задать прямой вопрос, но Кот-Ученый похлопал его по плечу и потянулся, чтобы открыть дверь. Напоследок сказал:

— Думай, умник! У меня доказательств никаких. До скорого!

Глава 5

Вернувшись из библиотеки, Настя решила посвятить весь вечер премудростям правоведения и истории социально-политических учений. Ну, второе — это если успеет, конечно. Как ни странно, планы удались полностью, даже с лихвой! Она уже поглядывала на часы, мысленно отмечая, что пора бы поужинать и идти спать с чистой совестью и неподдельным чувством удовлетворения, когда смартфон разразился трелью.

Настя ругнулась тихонько, вспомнив, что с самого начала решила положить «трубу» на полку в прихожей, чтобы не отвлекаться: вставать с кровати не хотелось. Однако, увидев, кто звонит, она ойкнула и тут же резко выдохнула, чтобы немного поумерить свою радость, прежде чем ответить:

— Привет! Что делаешь? — спросил Влад.

— Привет… Да так, учусь вот… Все повторяю, повторяю…

Отчаянно хотелось добавить: это чтобы выходные освободить, но она твердо решила держаться до последнего. Пусть сам вспомнит про обещанную поездку в Китеж!

— У, небось измучилась со всеми этими конспектами и терминами! — решил он подыграть ей.

— Да ужас просто! — Настя попыталась изобразить кокетливо-утомленный голос, как у инстадив. — Одна радость — это всего лишь еще на пять лет! Представляешь? Что такое пять лет в свете вечности?

Влад рассмеялся, Настя восприняла это как комплимент ее актерским способностям и хотела продолжить в том же духе, но он спросил:

— Сударыня, утомленная моя, вы мясо для шашлыка уже купили, как обещали?

Помимо воли она восторженно ойкнула, поняв, что он не забыл про поездку, что действительно освободил выходные, и тут же взяла себя в руки:

— Мясо завтра, Влад! Или даже послезавтра утром! Оно же не будет двое суток в холодильнике ждать!

— Логично, — пробормотал он, и спросил: — Так когда точно отправляемся?

Настя растерялась:

— Ну… Послезавтра… Мы же договорились…

— Настя, — вздохнул он. — У тебя, вроде, планы довольно большие на поездку были. Надо успеть… Я имею в виду, выедем утром, днем… или вечером?

— А! — ей показалось, что она поняла. — Ну, давай утром — тогда за день все успеем! И по городу погулять — памятники посмотреть, и к Иванову с Кисмерешкиным…

— А может, днем? Выспимся, а потом…

— Так не успеем, — протянула она разочарованно.

Влад помолчал, потому предложил как-то неуверенно:

— А с ночевкой если? Успеем, как думаешь? Посмотрим на праздничную иллюминацию вечером, погуляем… Часть программы — на следующий день… Но если ты не можешь, учиться надо, то ничего, все нормально…

Настя вдруг поняла, что в первый раз ей действительно только показалось, что она поняла. Она помолчала, пытаясь унять бешено забившееся сердце. Почувствовала, что не удастся, поэтому произнесла:

— А… Ну давай… Тогда днем… — голос сильно дрожал. — А где ночевать? Там гостиница еще не…

— УЖЕ. ГОСТИНИЦА УЖЕ, — раздалось в голове.

Сил возразить Граалю почему-то не было. Тем более, она и сама знала: восстанавливают гостиницу в Китеже новым способом с применением магии, на уже построенных нижних этажах жить было можно со всеми удобствами, и номера вовсю сдавались многочисленным командировочным.

— Палатку на берегу Светлояра поставим, — как-то легко и между делом бросил Влад. — И шашлыки там же сделаем…

— ТАК ДАЖЕ ЛУЧШЕ! — прокомментировал Грааль.

Настя только топнула ногой — подсказки Хора начали ее злить.

— А… А не холодно еще? — напрямую спросить про спальники она побоялась.

— Ну, у меня пенки, два спальника, на такую погоду как раз, — как ей показалось, голос Влада звучал несколько напряженно, и последнюю часть он произнес совсем уж скороговоркой: — Их вообще-то можно вместе состегнуть, ну, если холодно будет…

— А… Ну тогда ладно… — пробормотала она тихонько и решила свернуть так сильно волновавшую ее тему: — Тогда договорились… Днем послезавтра выедем…

— Ну, там ближе к делу уточним, — похоже, Влад и сам был рад закруглить этот вопрос. — У меня к тебе на самом деле просьба одна есть…

— Давай, — Настя сама не заметила, как кивнула, хотя он ее не видел: щеки горели, сердце по-прежнему билось неистово, хотелось то ли прыгать с визгом от восторга, то ли плюхнуться с разбегу на постель и зарыться под подушку от смущения.

На этот раз он молчал очень долго, а когда заговорил, голос звучал очень напряженно:

— Можно мне поговорить с Граалем?

— ДА! ЖДЕМ! — раздалось в голове.

Но на этот раз Настя решила немного поизображать непонятливость:

— А зачем? Ты же можешь меня спросить, я все передам…

— ЭТО ТОЛЬКО НАШЕ С НИМ ДЕЛО. СКАЖИ, ЧТО ДА! МЫ ОЧЕНЬ ЖДЕМ, ЖРИЦА.

Пауза на том конце виртуального провода снова затянулась. Потом Влад произнес каким-то чужим голосом, растерянно и грустно:

— Настя… Пожалуйста…

И она вдруг поняла, что задела его, что ему эта встреча нужна и важна, что просить ему неприятно и даже больно, и что Грааль прав — наверняка Хор уже что-то знает или догадывается…

— Извини меня, — попросила она. — Конечно, можно. Как прибудем — сразу туда пойдем, а потом уже… Все остальное. Только удостоверение возьми: там территория вся еще разбита, ее охраняют. Меня уже знают, а других не пускают.

— Хорошо. Спасибо, — на этот раз ей не показалось, она точно знала: Влад произнес это с облегчением, успокоенный.

Она закончила разговор со смешанными чувствами: было и стыдно за попытку выпендриться перед Владом и вытянуть из него хотя бы намек на то, по какому поводу он решил вдруг пообщаться с Граалем, и в то же время внутри пульсировали восторг, смущение, волнение и предвкушение перед обещанной ночевкой. Настя села на кровать, бессмысленно пялясь в стену напротив с глупой улыбкой, временами вздыхая и охая, потом пробормотала:

— Ну… Я не знаю…

И вздрогнула от нового звонка.

Глянула на экран. Номер был незнаком.

С одной стороны, это вполне мог быть Корбут, и тогда трубку надо взять обязательно, с другой — портить себе настроение беседой с ним не хотелось. С третьей… Жизнь уже приучила ее, что звонки с незнакомых номеров могут быть очень важными. Самыми важными на ближайшее время.

— Алло? Анастасия? Здравствуй.

Настя ответила не сразу — голос, в отличие от номера, оказался очень знакомым, но вот услышать его хотя бы еще раз в жизни она не ожидала совсем. Хотя немного надеялась.

Интересно, что делают с бывшими начальниками отдела специальных энергоинформационных операций, не оправдавшими доверия? Похоже, прямо сейчас ей и предстоит это узнать…

— Здравствуйте, Александр Васильевич… — растерянно протянула она.

— Привет, — спокойно произнес Звонков, будто ничего не случилось. — Как дела? Я в Москве ненадолго, на праздники дочку навестить прилетел. Вот, решил позвонить.

Настя попыталась придумать, что сказать, и вдруг поймала себя на мысли, что даже не представляла себе Звонкова семейным человеком. Сотрудник Ведомства, начальник, маг, член Конгресса… Но никак не муж и отец! Слишком сухой и сконцентрированный на службе. Хотя… Ему это не помогло.

— А… А вы где сейчас? — выдавила она.

Тот усмехнулся:

— Физически в данный момент — на Преображенской площади. А так — на Дальнем Востоке. Возглавляю территориальный отдел.

— Ясно, — пробормотала Настя. — А я вот учусь… Еще тренируюсь… Ну вот так…

Что еще сказать опальному бывшему начальнику, она не знала. Впрочем, инициатива была явно у него:

— Как Влад… Владислáв Сигизмундович? Как у вас дела?

— Ничего… Нормально… Вот, сейчас как раз разговаривала с ним…

— Ну, что приветы мне не передает — не сомневаюсь, — снова усмехнулся Звонков.

Настя возмутилась несправедливостью: ведь Влад же не знал, что тот приехал, что за обвинения! Может, и хотел бы передать… Но бывший начальник продолжил, и продолжил неожиданно:

— Я очень перед ними виноват. Они все вправе быть разочарованными во мне, даже обиженными. Знаешь, как говорят — я совершил не преступление. Это было гораздо хуже. Это была ошибка. И это правда, увы.

Он вздохнул. Настя молчала. Потом все-таки осмелилась спросить:

— Извините, Александр Васильевич. Но зачем вы мне позвонили и говорите это?

— Потому что ты смелая, — ответил тот. — И не зажата стереотипами.

— Я ведь не видела того, что было между вами, — осторожно сказала Настя. — Я имею в виду, в отделе перед… Перед тем, как…

— Перед тем, как стало ясно, что я провалил операцию, своими действиями угробил много людей и почти сорвал оборону, ты хочешь сказать? — прервал ее Звонков. — А разве это имеет значение — видела, не видела? Сейчас, когда все ясно?

Настя молчала.

— Не буду томить, Анастасия. Мне очень надо с тобой встретиться. Точнее, с кем-нибудь из отдела, но они… откажутся встречаться, сама понимаешь.

— Поэтому вы позвонили мне?

— Настя. То, что я должен сказать, никому не принесет вреда. Это точно. И чем быстрее я передам это, тем лучше.

— Я свободна только одиннадцатого, — быстро сказала Настя.

Это было и правдой, и… Он ведь сказал, что приехал на праздники? Так может, не дождется, уедет раньше? «Мне уж точно будет проще…» — пронеслось в голове.

— Одиннадцатого? Хорошо, я задержусь. Буду очень ждать, Анастасия. Разреши позвонить десятого… Ну, скажем, в это же время — договоримся, где встретиться.

Положив трубку, Настя вопросительно уставилась на стену: что такого важного хочет ей сказать бывший начальник отдела, что ради этого решил задержаться? Да, понятно, что он в опале, и что служба в каком-то территориальном отделе — это так, ни уму, ни карьере после такой должности… Но это все-таки служба, и чтобы задержаться хотя бы на день, Звонкову придется идти на серьезные ухищрения, может быть, даже писать объяснительные, что в его положении, и без того аховом, сложно вдвойне.

Стена не отвечала, как и после звонка Влада.

«Блин, я точно лопну от волнения и любопытства за это время! — пронеслось в голове. — Ох, мамочки!..»

Она покачала головой, вспомнив, как всего полгода назад рептилоид Тхор во дворе дома Кота-Ученого сказал ей: «Просто так такое не случается…»

Жизнь тогда впервые показалась ей удивительной и интересной…

Влад вошел в кафе и, оглядевшись, выбрал столик у окна. Удивляться, что он оказался свободным, не приходилось: «Мы скоро закрываемся» — предупредила проходившая мимо официантка. Он лишь кивнул в ответ.

Завтра они встретятся вчетвером, со всей командой, но отдельно обсуждать на этой встрече с Денисом свою просьбу он не хотел, потому и попросил друга поговорить сегодня. У обоих времени было мало, потому и пришлось выбрать это кафе, работавшее только до полуночи: Денчик снимал квартиру в Южном Тушине, и забегаловка располагалась примерно посередине между их районами — удобно обоим.

Заказывать ничего не хотелось: он успел перекусить в столовке «Захвата», но подумал, что оставлять официантку совсем уж без работы неприлично, и потому попросил ее принести мясную тарелку: Ден наверняка не откажется, а он сам так… Приложится, как говорится.

Контрразведчик не заставил себя долго ждать, и принесенному заказу обрадовался, от себя попросив еще принести чаю и пирожного.

— Давай так, Влад, — начал он сразу, как официантка отправилась выполнять заказ. — По-быстрому расскажу, что узнал про твоего «пациента», а теплые беседы — до завтрашней тусовки. Устал зверски, честно.

— Полностью поддерживаю. Аналогично, — кивнул Влад.

Официантка вернулась, и, поставив чашку и тарелочку с пирожным, принялась вызнавать, сейчас они собираются оплачивать или будут еще заказывать — похоже, несмотря на самый конец рабочего дня, плечистые ребята все-таки произвели на нее впечатление. Даже когда Влад выложил наличные, не забыв про чаевые, она не сразу отошла от столика, словно ждала чего-то.

— В общем, объект твой произвел странное впечатление, — сообщил друг. — Обратись ко мне не ты, озвучив просьбу просто проверить, а кто-то другой — непременно взял бы в разработку.

— А если я попрошу взять? — спросил Влад, и, не дожидаясь ответа, уточнил: — Чем впечатление странное?

— Зигзагами биография двигалась. Командировки, о которых нет вообще никаких сведений, и очень неожиданные возвращения.

— Ну, это у всех резидентов бывает, если я не ошибаюсь, — пожал плечами Влад.

— Чтобы сведений вообще никаких, даже в доступных источниках внутри конторы? — усмехнулся друг. — И возвращения — без повышений, без понижений…

— То есть, ни успеха, ни провала? — понял Влад.

Понял — и удивился.

— То есть, так. Ты мне ведь сказал, что он откуда-то из аппарата к вам был переведен, верно? Ну так аппарат тоже разным бывает. Он к вам из Академии пришел. Преподавал там после последней командировки. Долго. И преподавательским составом тоже был очень нелюбим, что интересно.

— А до полковника дослужился все-таки… — протянул Влад. — Нет, я знал, конечно, что тип мутный, но что настолько непрозрачен…

Денчик усмехнулся, дожевывая бутерброд с колбасой:

— Какие-то еще заказы мне будут?

Влад непонимающе уставился на него, и контрразведчик пояснил:

— Ну, я, считай, ничего тебе не принес. Серьезного, я имею в виду. Так что да, по твоей просьбе я бы в разработку взял.

Влад задумался. Денис скромничал: информацию он принес, и еще какую!

Парщиков был резидентом, но, очевидно, не самым удачливым: возвращения были неожиданными, а значит, его отзывали срочно. Карьера не шла ни вниз, ни вверх, звания, судя по всему, он получал просто за выслугу, соответственно отзывы не были связаны ни с его провалами — проваливался кто-то другой в сети, ни с его успехами — поощрять, значит, было не за что. Но чтобы каждый раз так — ни провала, ни успеха?

Однако! Никакой информации о том, где именно он не проваливался и не добивался успехов, не было! Даже внутри и даже на уровне слухов… И кто в сети тогда проваливался? Точнее, почему?

— Ну, если хочешь, пусть твои «спортсмены» им займутся, — неправильно понял молчание Влада Денис, решив, что тот раздумывает, можно ли работать по Парщикову на уровне «Захвата».

— Не потянем, — покачал головой Влад, посчитав, что Денис заслуживает честного ответа, и с чувством добавил — У нас сейчас такая… запара!

— По вашему основному профилю? — поднял брови контрразведчик.

— Да. По нежити и магам. Внутри страны. Я начал копать самостоятельно под Парщикова, потому что, по идее, этими делами должен заниматься именно отдел, но… Он сам не дает. Серьезно — начальник профильного отдела не дает! Я получил поддержку начальства в «Захвате», чтобы понять, что он за птица… Но потому и обратился к тебе, что даже вампиры троиться не умеют… Слишком много всего одновременно свалилось.

— Понял, — серьезно кивнул друг. — Считаю, просьбу ты озвучил. Но высоких достижений не обещаю: если только не нарвусь на что-то крупное, никого привлечь к разработке себе в помощь не смогу. Да ты и сам понимаешь: по идее, у меня сейчас ни по званию, ни по должности никакого допуска к информации по вашему отделу не было бы, а есть он только потому, что мы с тобой с детства дружим. Странно скрывать от сотрудника то, что он и так знает.

Друзья усмехнулись, и официантка, не отводившая взгляд от их столика, подошла с вопросом: не хотят ли они заказать что-то еще?

Влад переглянулся с Деном, и они синхронно покачали головами и встали из-за стола.

— До завтра! — они пожали друг другу руки.

Официантка была очевидно разочарована.

Влад опаздывал на встречу «капитан-вигилантов», как назвал их команду Игорь Красавченко. Причина опоздания была уважительная, но он вообще не любил задерживаться и задерживать других, и потому теперь торопился.

Оперативка с «Группой крови» закончилась практически вовремя, были кое-какие радующие подвижки, хоть и незначительные — в частности, нашли родственников Вероники Багровой, жертвы, и уже работали с ними. Но потом, когда Влад уже собирался уходить, пришел руководитель только что созданной группы «ДОЧКо» по мониторингу преступлений и происшествий со скрытым психоэмоциональным воздействием — пока ее решили назвать так. Коллега, конечно, хотел не только познакомиться и узнать поподробнее, на что конкретно обращать внимание: в основном, им двигало любопытство, чем вообще вызвано такое задание. Был он, конечно, обычным человеком, хотя и ветераном МВД, участником боевых действий, и, несмотря на все уважение к нему, Влад уже к середине разговора чувствовал глухое раздражение. Руководитель, конечно, понимал, что основной объем информации от него скрывают, был не удовлетворен основной легендой, которую ему выдало начальство, и пытался задавать вопросы позаковыристее, чтобы хоть как-то прояснить для себя, чем на самом деле его группе предстоит заниматься.

Наконец, Владу удалось показать новому коллеге, что большего от него тот не добьется, как бы ни пытался, и вот теперь он с опозданием больше, чем на полчаса, припарковался у клуба со странным названием «Стоп-кран», который их четверка давно выбрала в качестве штаб-квартиры при расследовании дел. Машины друзей уже стояли тут же.

Несмотря на раннее по клубным меркам время и потому еще небольшое количество посетителей, музыка ударила вошедшего Влада по ушам. В зале царил полумрак, лазеры и прожектора над танцполом вовсю работали, хотя на нем вяло дергались в ритм ударных еще только человек пять.

Влад огляделся, заметил друзей за столиком в самом дальнем углу — не всегда здесь удавалось занять такое удачное место, — и направился к ним. Перед троицей уже красовались тарелки со снедью.

— Как мы тебя ждали! — Игорь с сарказмом изобразил, что всплескивает руками. — Только ты можешь избавить нас от этого ужасного грохота!

Влад поморщился — заклинание «купол» он не любил, по его мнению, оно могло привлечь ненужное внимание к ним, — но решил подыграть:

— Я вам только за этим нужен?

Костян посмотрел на него молча, без улыбки, потом тоже решил пошутить:

— А для чего же еще?.. А, ну да — бвана нам задания давать. Мы копать, потом тебе отчитываться. Биг босс…

Влад снова поморщился — шутка задела его. Впрочем, не сказать ведь, что Костя мастер шутить: странно даже, что он отважился на такую длинную фразу…

— Кость, давай не будем. Сам знаешь, это впервые, и сейчас у «биг босса» действительно серьезная запарка, — примирительно произнес Денис и обратился к Владу: — Садись уже. И действительно, Влад, надо бы нам «купол» твой. День предпраздничный, скоро тут толпа будет… Музон уже мозги вышибает.

— После заказа, — Влад уселся на свободное место. — Как в целом дела?

Официантка подлетела почти сразу, и сразу же унеслась, услышав, что все как обычно плюс дополнительный стейк с кровью. Здесь они были частыми клиентами, и после одного случая, когда им пришлось применить силу к группе разбушевавшихся братков, клиентами очень уважаемыми.

Беседа шла вяло, да и велась чисто для приличия, пока еще через несколько минут перед Владом тоже не оказалась тарелка — с тартаром и двойным стейком. Пахло аппетитно, но для начала он все-таки навел «купол». Сразу же лица друзей повеселели: с одной стороны, их никто не услышит, с другой — заклинание не заглушало, конечно, музыку полностью, но шум больше не бил по ушам, говорить можно было свободно, не наклоняясь друг к другу и не крича. Это и напрягало Влада при использовании «купола»: ему казалось, что на общем фоне их компания выглядит необычно. Впрочем, он мысленно отмахнулся в очередной раз от своих подозрений, считая их профессиональной паранойей.

— Ну что, я первый, пожалуй, — начал Красавченко и достал блокнотик. — Издалека начну — так все равно потом понятнее будет. Если кто знает, при Институте общей генетики существует сайт одной из его лабораторий, которая занимается исследованием гаплогрупп. Все в курсе, что это такое?

Он оглядел друзей, Денис кивнул в ответ:

— По ДНК можно определить национальность человека.

— В той лаборатории — не только национальность, но и склонность к генетическим заболеваниям, и еще многое, но не суть, — ответил Игорь. — Высылаешь по адресу, указанному на сайте, например, волос с фолликулом или каплю крови, переводишь относительно небольшую сумму денег — и получаешь подробный ответ. Так вот, в материалах, собранных твоим Глебом, Влад, несколько раз упоминается этот сайт. Честно — я удивился: неужели это они занимаются криминалом с донорским и ампутационным материалом? Слишком уважаемое заведение…

— Давай без описания твоих личных переживаний, — поторопил Денис. — Ты решил проверить, и…

— И обнаружил, — безо всякого смущения продолжил Красавченко, — что при определенной формулировке запроса поисковики направляют пользователя не на настоящий сайт, а на его полную копию, где отличается только физический адрес, по которому надо высылать свои образцы!

Он торжествующе оглядел остальных.

— Не понял, — честно признался Костя. — Что за формулировка? И адрес…

— Ну смотри. Если ты напишешь просто: «определить гаплогруппу по крови», тебе выдадут ссылку на правильный сайт. А если ты упомянешь название региона или его номер, то на сайт-копию…

— И этот регион — Белгород? — догадался Влад.

— Или этот сайт-копия выдается вторым, после настоящей ссылки, — закончил хакер как ни в чем не бывало, и пояснил: — Не только Белгород. Ростовская область, Воронежская, Курская тоже. Частично — Брянск и Орел.

Было видно, что он наслаждался своим исследованием в процессе, и теперь был рад рассказать о его результатах. А вот у Влада все внутри похолодело. Он коротко глянул на Дениса: тот сидел, нахмурившись, и едва заметно кивнул — мол, да, я думаю о том же…

Очень интересно эти регионы складывались на карте… Очень…

Только Влад подумал еще и о другом. О том, что список почти полностью совпадает с двумя другими, составленными Богословым: в первом — регионы, где были отмечены погромы в банках крови, во втором — где существовали псевдовампирские секты, пусть даже еще и не реализовавшиеся конкретными делами…

Опять — связь?..

— Но это еще не самое интересное, — продолжил Игорь. — Есть еще минимум одна копия-клон поддельного сайта. Она не работает. Но устроена так, что заработает, если поддельный сайт будет как-либо заблокирован или отключен. Причем на этой копии указан еще один физический адрес, отличающийся от…

— Делов-то! — заявил Костян. — Заявиться по этим адресам, и все! Сразу по обоим!

— И наверняка обнаружить там совершенно невинные конторы, сотрудники которых уверены, что работают на благо науки и общества, — покачал головой Денис. — Да уж, противник серьезно подстраховался…

Они помолчали.

— Ты все? — спросил у Красавченко Костя. — Ну, тогда я сразу…. Те же регионы и Московская область. Во-о-от… В самой Москве вроде не было…

Росгвардеец обвел взглядом друзей, те выжидающе молчали. Он сглотнул и продолжил:

— В общем. Такие медицинские отходы — класса А есть. Там разное в списке… Опасное. И… ампута… ампутационный материал. Дела — они раньше начались. Месяца три назад. Расследуются, только безрезультатно. Во-о-от. Похищают эти отходы.

Костя замолчал и посмотрел на Влада так, будто уже закончил.

— И? — спросил Красавченко. — Дальше-то что?

Тот пожал плечами, наморщил лоб, потом вздохнул. Помолчал и снова продолжил:

— Машина — «призрак». Номера спертые. Во-о-от. Подразделение по борьбе с наркотиками. Потому их и не задерживали... Приезжают, забирают, уезжают. Ничего больше не интересует. Ноги, руки ампутированные только. Наркотики даже не берут. Из клиник, в смысле. Во-о-от. Было, военизированная охрана выезжала — успели смыться. Будто знают все про сигнализацию там в больницах, все такое… И про график патрулей… Один раз погоня была… Ну, за «призраком» — оттуда скинули пакет. Патруль проверил. Рука ампутированная оказалась…

Красавченко рассмеялся немного нервно:

— Ну и работенка! Детская страшилка, блин…

Костя недовольно посмотрел на него и снова пожал плечами:

— Работа как работа…

— Погоди, Кость, не обижайся, — попросил Игорь. — Одна и та же машина во всех регионах? По камерам установили?

— Ну да, — с облегчением кивнул он, увидев, что друзья поняли. — И по камерам… И видели их… И один раз погоня вот… Даже… Я говорил.

— «Форд-Фокус» белгородский? А? — хакер посмотрел на Влада. — Который тебе Сергутин показал…

— «Хиундай-Солярис», — уточнил Костя.

— Не он… — Игорь, похоже, был разочарован.

— Погоди, — Денис поднял палец. — Говоришь, они знают, похоже, заранее о сигнализации и графике патрулей? Сомневаюсь, конечно, но вот что скажу. Ростов-на-Дону и Московская область. Расследуется сейчас у нас в конторе, но не по моему профилю. Точных чисел не помню, но где-то в начале весны с интервалом примерно в неделю были похищены двое «шишек» из состава военизированной охраны — полковник и подполковник. Оба найдены на третьи сутки убитыми, со следами пыток. И третий — позавчера…

— Хочешь сказать, пытали, чтобы узнать график работы патрулей? — Влад недоверчиво покачал головой. — Чтобы ампутированные руки-ноги похитить из больницы?

Денис, задумавшись, поджал губы. Помолчав, ответил:

— Не знаю. Ни в чем не уверен. Просто… по ассоциации всплыло.

— Почему нет? — спросил Костя. — Видно же: эти по-крупному… Очень даже!

— Очень, — протянул Игорь. — Я даже задумался: а мы справимся с объемами?

— Предлагаешь уже на том этапе официально начальству доложить, чтобы реализоваться? — спросил Денис. — Не получится реализоваться. Вот если все данные удастся по-настоящему объединить, найти все ниточки, все взаимосвязи — поднимем уже готовое. А пока…

Они помолчали, каждый, очевидно, думал о том, какие оперативные мероприятия предпринять. Потом Влад решился:

— Я на следующей неделе в Белгород поеду. И Сергутина навещу, и «Форд-Фокус» проверю, и… еще там у меня завязки есть. В УФСБ.

М-н-да, капитана, которому он пригрозил неполным ходом, надо будет потормошить… Уже почти неделю от него ни весточки о следах по намеченной Владом траектории…

Он вздохнул: поначалу ведь хотелось послать туда кого-нибудь из своих «спортсменов»… Ему бы легче было. Но, если еще и это дело поднимать — только самому…

— Еще вспомнил, — вдруг произнес Костян и посмотрел на Дениса. — Тоже ассо… ассоциация. Во-о-от… Но подробностей никаких. В конторе кто-то… говорил. В Ростове-на-Дону и Белгороде… В позапрошлом году, кажется… Шайка там. Странная. Шифруются под… этно… В общем, собирают сказочки. Разные. Этот… фольклор!

— Этнографы, — вполголоса подсказал Игорь.

Костя кивнул и продолжил:

— Учительница какая-то там… Сразу их раскусила. После них вещи пропадали.

Денчик не удержался и фыркнул:

— Обычное дело для шаек таких этнографов-фольклористов!

— Вещи необычные, — обиженно набычился росгвардеец. — Не драгоценности. Во-о-от… Не иконы даже. Мусор этот… Старая обувь, расчески, кружки… Ну, мелочи всякие… Бытовые. Этой… ценности исторической нет.

— О! — сразу сообразил Игорь. — С этих предметов же ДНК можно снять! И даже будет с указанием принадлежности к представителю коренного населения региона…

— Ну дык я о чем! — откликнулся Костян. — Вспомню, кто рассказывал — спрошу.

— Отлично, — кивнул Денис. — Давайте уже думать, что дальше делать. Я правильно понял, Влад, ты в Белгороде прояснишь по всем вопросам?

Влад моргнул: не беспокойся, мол, я отвечаю.

И подумал с тревогой, как бы не привезти оттуда еще парочку дел. На десерт, как говорится…

— Костян, скинь мне первым делом номер этого вашего «призрака», — попросил Игорь. — Есть у меня кибердружинники знакомые здесь, в Москве, они помогут. Все камеры пробьем, по регионам тоже. Надо понять, где он базируется. А то разъезжает по нескольким областям…

Влад молча смотрел на Дениса: скажи, мол, о чем думаешь. Это по твоему профилю, поэтому сам скажи, и займись этим. Выскажи догадку, и твою, и мою. Ребята ведь еще не поняли, в чем, похоже, дело…

И контрразведчик, наконец, решился:

— Ладно, я займусь вопросами разработки биооружия. Подниму все имеющиеся данные. Есть у меня… специалисты…

Игорь и Костя молча воззрились на него. Наконец, Красавченко осведомился:

— Думаешь?..

— Практически уверен, — усмехнулся тот.

Уже у машины Игорь догнал Влада — как тогда, в Шушморе.

— Ты как? Полегче?

— Нормально, — Влад похлопал друга по плечу. — Живой. Спасибо за тот… психоанализ… Ртом говорю, ответственность перекладывать учусь. Кое-кто даже видит результаты.

— С принцессой своей… контакт наладил? — быстро спросил тот.

— Завтра едем… отдыхать на одно озеро…

Китеж был одной из тем, которые нельзя было рассекречивать даже друзьям.

— Ну… Давай! — Красавченко не решился ничего добавить, только горячо пожал руку.

Влад моргнул в ответ с улыбкой.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге