Ведьмак 23го века. Открытая вражда
Пролог.
Пролог
- Так, а что у нас с Францией? - Премьер-министр Британии, герцог Артур Веллингтон бегло просматривал поданные ему секретарями документы, готовя своей еженедельный отчет для её величества, в котором будет кратко поведано о важнейших событиях в мире за последние семь дней. Ну а если правительницу Англии что-то заинтересует, то короткая справка непременно должна смениться полным и обстоятельным докладом. – Я имею в виду, помимо казни того молодого придурка, заигравшегося в интриги и сумевшего Деспота по-настоящему разозлить своей самодеятельностью.
- Осмелюсь заметить, это была не самодеятельность, а выполнение распоряжения его деда, министра экономики Франции. - Отозвался тот из помощников герцога, который отвечал за европейские события вообще и ближайшего соседа Англии в частности. Пусть Париж утратил большую часть своего былого величия и мощи, но списывать его со счетов или недооценивать все ещё было опасно. Пару раз Британия об это забывала и напоминания получились...Болезненными.
- Нет, это именно самонадеянность одного молодого идиота, который старым дураком уже не станет. – Хмыкнул герцог, откладывая в сторону стопку прочитанных документов.- Если бы Старый Меняла устроил эту интригу, она была бы выполнена на порядок качественнее, и следы никогда не привели бы к его внуку...Скорее всего он буркнул чего-то вроде: «Бонапарт опять не в свои дела лезет», а много возомнивший о себе мальчишка воспринял это как намек...Итак, что-нибудь заслуживающее внимания помимо этой казни за последнюю неделю во Франции все-таки произошло?
- Ну, это все равно явно связано, но... Русский боярин Святослав из Больших Грибов, один из двух виновников уничтожения Канберры как раз и являлся целью той неудачной интриги, экстренно покинул страну на своем судне, отправившись обратно в Индию. – Последовал ответ. – Если верить сообщениям наших информаторов, так быстро покидать Францию он изначально не собирался. И дальнейшим планом архимагистра и его друга Коробейникова должно было оказаться возвращение в Россию. А на борту улетевшего корабля находится переданная Бонпартом партия из полусотни алхимических реакторов, пусть даже представленная преимущественно старыми и списанными образцами, отработавшими свое...
- Добыча пиратов, которую они сняли с гражданской техники и нагребли по всяким помойкам, - скорчил пренебрежительную гримасу сын и наследник герцога, по совместительству являющийся его старшим секретарем. Пусть Веллингтон не собирался подавать в отставку или тем более умирать, но все равно считал, что подготавливать свою возможную замену стоит задолго до того, как возникнет риск сойти со сцены. Если все пройдет плохо, то будет кому вести дальше остальной род, ну а пока катастрофы не случилось, на правильно обученного потомка можно время от времени скидывать часть работы, лишь проверяя результат. – В Новом Ричмонде явно планируют из неё склепать для индусов самоделки, которые едва держатся в воздухе, летают со скоростью беременной черепахи, жрут неприлично много топлива и рано или поздно сами по себе развалятся...Впрочем, эти мартышки и вполне современную технику угробят чуть ли не быстрее, а подобного хлама все-таки хватит на десяток тренировочных полетов и один настоящий бой, после которого от их убогих корабликов все равно одни только щепки останутся.
- Согласен, сынок, - не стал спорить со своим помощником и наследником Веллингтон. – Однако всё может быть совсем не так просто. Всегда рассчитывай на то, что в действиях противника есть двойное дно. Как минимум двойное! А в данном случае их, скорее всего, даже несколько. Святослав из Больших Грибов – это не тот враг, чей интеллект можно недооценивать! Да, он талантливо носит маску деревенского дурачка...Очень талантливо носит, видимо из-за желания поиздеваться всласть над окружающими...Но это именно маска, ибо архимагистр дураком быть не может! Особенно такой, который взялся словно бы из ниоткуда, годами скрываясь под личиной ничем особо не примечательного сельского самородка, покуда не показал свое истинное могущество, вступив в сражение с принцем Георгом и не проиграв!
Про то, что результат сражения ничьей можно было назвать только технически, герцог вслух говорить не стал. Как и называть оный результат откровенным поражением. Да, он был верным слугой её величества, который доказывал свою преданность и лояльность столетиями службы и десятками блистательных побед на военном, дипломатическом и даже экономическом фронте, но все-таки даже персоне его ранга не следовало изрекать некоторые слова вслух. Во всяком случае, находясь в королевском дворце. Даже если они более чем очевидны, ибо хотя то поле боя осталось за англичанами, но когда один из возможных наследников трона в панике бежал до самого Лондона, на месте процветающего города остались лишь руины, откуда сбежали лишь те, кому повезло, а виновники сей катастрофы удалились целыми и невредимыми, набив мешки и карманы вытащенными из британского бюджета сокровищами, то радости в подобной «ничьей» нет абсолютно.
- Но как же теория, что седьмого ранга этот русский и его дружок Коробейников достигли только благодаря алхимии архимага Баломахана или вмешательству короля йогов? – Осторожно уточнил Веллингтон-младший. – В таком случае, ранги их – дутые...Ну, то есть сила у них действительно есть, но одна только сила, не знания и не мастерство...
- Ты в чем-то ошибаешься, но в чем-то и прав...Да, их сила без сомнения неестественна, но источник у неё не Манидер Садхир и уж тем более не зелья и ритуалы, которыми Баломохан приторговывает. Этот старый труп - действительно один из лучших алхимиков мира, мало чем уступающий нашим величайшим мастерам, а король йогов является той еще занозой в заднице, которую все никак не получается вырвать... – Веллингтон опять решил быть дипломатичным, слегка преуменьшив достижения последних архимагов Индии, успешно переживших и всех своих сверстников и всю «молодую» поросль возрастом в тысячелетие или два. - Но если бы они действительно могли вот просто так взять и превратить в магистров и архимагистров обычных истинных магов, ну пусть даже талантливых истинных магов, которых лишь недостаток сил удерживал от перехода на пятый ранг, то мы об этом уже знали, поскольку их клиенты обязательно поддержали бы своих благодетелей. Вот только в обозримом историческом промежутке орд, отрядов или хотя бы мало-мальски крупных объединений высших магов никогда не стояло ни за одним, ни за другим. Нет, сынок, с этой парочкой русских бояр кое-что другое...Кое-что, что наше разведка уже раскопала, но подробности для некоторых из здесь присутствующих секретны.
- Даже так? – Удивленно хмыкнул главный секретарь премьер-министра, обводя взглядом ряды безмолвно замерших своих «коллег». Людей, поголовно обладающих благородным происхождением и немалыми заслугами, а также высокопоставленных, старательных, умелых и умных...Но все-таки находящихся отнюдь не на вершине социальной лестницы Британской Империи, а потому не допущенных к некоторым её секретам. Всего-то чиновников, пусть и служащих, пусть и самой королеве в лице её премьер-министра. В то время как герцог Веллингтон или его наследник правили этой страной. – А если вкратце? Боюсь, этот доклад разведки прошел как-то мимо моего внимания.
- Если вкратце – чернота. Запретная чернота, на фоне которой даже османские заигрывания с демонами смотрелись бы чем-то приемлемым и почти безопасным. – Пожал плечами премьер-министр, не став выдавать секретной информации, но и воздержавшись от того, чтобы разводить тайны на ровном месте. Тем более, озвученный вывод можно было в некотором роде назвать очевидным, и он бы лично выгнал взашей того из своих секретарей, кто посчитал бы будто парочка уничтоживших Канберру русских бояр добилась своего могущества в ходе упорных тренировок или благодаря каким-нибудь секретным пилюлям из тысячи ингредиентов, которыми так грезят те из восточных даосов, кто поленивее и поглупее.- Ведь не потому она запретная, что церковь против или какие-то там законы нарушаются, а потому, что шансы сдохнуть и сильно загадить окружающую территорию в радиусе полусотни километров почти стопроцентные.
- Но эти двое выскочек, ставших русскими боярами – живы, - отметил Веллингтон-младший. – И с ними невероятно сильная женщина-оборотень ещё...Насколько мне известно, основной состав свиты Святослава из Больших Грибов, ранее известного как вольный отряд Олега Коробейникова, с момента своего создания никаких ощутимых потерь не понес. Тем более процентов в девяносто и выше.
- И тут ты прав, - не стал спорить герцог с сыном, который в связи со своим происхождением и по роду деятельности имел доступ почти к полному перечню тех же документов и материалов, которые были доступны его отцу. Почти, но все же не совсем. -Отсюда может быть два вывода. Либо эта компания образовалась на самом деле намного раньше, чем все её нынешние участники якобы случайно встретились в русском училище для армейских ведьмаков и представляет из себя выживших участников какого-то тайного ордена, а может секты, либо эти люди умнее, хитрее и предусмотрительней чем девяносто девять процентов чернокнижников, решивших пойти той запретной дорожкой в поисках великой силы.
- В последнем случае об их истинных планах мы все равно не догадаемся, пока они не вскроются. – Недовольно пробурчал Веллингтон-младший. – И это... Нехорошо. Может быть даже опасно. Ну, для тех, кто будет наводить порядок в Индии, когда кончится это дурацкое перемирие – так точно. Полсотни мелких, слабых и примитивных корабликов, построенных индусами из всякого мусора и старых алхимреакторов - это конечно не проблема, с подобным с позволения сказать «флотом» справится всего один высший маг или же тяжелый крейсер, если ворон ловить не будет, но настоящие проблемы начнутся, если таких партий за время мира к мятежникам отправится штук десять или двадцать, причем все они пойдут в дело, а не окажутся угроблены по дурости, разворованы или переделаны в какие-нибудь роскошные позолоченные самодвижущиеся кареты...
- Даже всего пятьдесят подобных корабликов – уже подобны гноящемуся чирью, от которого можно заиметь много беспокойства. Полсотни таких лоханок смогут взять штурмом не сильно крупный город в провинции или же долго кошмарить собою сельскую местность, покуда их по одной не собьют. Особенно если мятежники перепродадут их..Да хоть тем же ракшасам, которые в войне с демонами не участвовали, никаких соглашений не подписывали, а потому могут пиратствовать и грабить наших вассалов сколько их душе угодно. – Поморщился герцог Веллингтон, переводя взгляд на того из своих секретарей, который заведовал воздушными пиратами, корсарами, каперами, чрезмерно жадными контрабандистами, беспринципными наемниками, не совсем чистыми на руку торговцами и даже всякими мелкими аристократами, не считающими зазорным пополнить свою казну за счет неудачников, которых больше никто и никогда на найдет. А если найдет, то только отдельно от их имущества и на рабских рынках. – Корнелий, есть ли возможность отправить кого-нибудь из прикормленных нами каперов на перехват судна этого архимагистра...Как его...Кажется, «Ветерок?».
- Так точно, «Ветерок», - подтвердил специалист по воздушным пиратам, носивший типичное римское имя, которые в Британии все ещё были достаточно популярны благодаря тому, что многие англичане выводили свои родословные от офицеров легиона, который когда-то контролировал территорию оловянных островов. – Но перехват...Маловероятен. Во-первых, это броненосец. Во-вторых, под управлением архимагистра, специализирующего на управлении воздушной стихией. В-третьих, он вылетел из Парижа больше суток назад, и мы не знаем его точный маршрут. Девяносто процентов наших каперов подобную добычу тупо не догонят при всем желании, даже если судно как-то сумеет оказаться у них в зоне видимости. А оставшиеся десять, умеющие ловить курьеров, яхты высшей аристократии и прочие особо быстрые цели, не станут связываться с настолько зубастым противником. И массовую засаду уже не организовать, для этого время нужно...
- Плюс один или два пирата – это нормально, а вот в армаду эти крысы сами по себе не собираются. Всем сразу станет понятно, что это мы постарались, и Англии могут ввинить нарушение международных соглашений, чего не хотелось бы... – С явным сожалением отказался от попыток перехвата русского боярина герцог Веллингтон. – Ладно... Что ещё происходит во Франции? Что там делает этот чернокнижник Коробейников?
- Вызывает в фурор в научных и исторических кругах Французской Академии наук, предоставив ей копии текстов, а в некоторых случаях и подлинники текстов из царства Кащеева, что по своей форме и содержанию должны быть идентичны трактатам легендарной Гипербореи. – Продолжил свой доклад тот из помощников герцога, что отвечал за европейские события. – Магическая ценность этих книг, правда, весьма сомнительна, ибо посвящены они лишь первому или второму рангу, а то и вовсе обыденным мирским наукам вроде физики или математики, но тем не менее определенное признание благодаря им он получил...
- Будет вербовать выпускников, студентов и тех преподавателей, кто излишне амбициозен. Ожидаемо. – Пожал плечами герцог, который примерно чего-то такого от этого русского выскочки и ожидал. Даже считал, что это может при удаче пойти Британии на пользу. Да, уничтожившие Каберру бояре давали своим слугам и солдатам очень многое...Но и смертность среди них била многие рекорды. А чем меньше французов или выученных французами одаренных останется в живых к тому моменту, когда выйдет срок международных соглашений о мире – тем лучше для Англии. Если же Лондону совсем повезет, то по Академии Наук ещё и расползется ересь, после которой главную кузницу кадров их старого врага и основного конкурента Оксфорда проще будет сжечь дотла, чем привести в порядок. Возможно вместе с остальным Парижем. – Что-нибудь ещё?
- Срочные новости! – Кто-то яростно забарабанил в дверь премьер-министра, заставив его удивленно поднять бровь и насторожиться. Карьерных самоубийц да и просто самоубийц, осмеливающихся столь грубо нарушать режим работы одного из первых лиц Британской Империи в его ведомстве испокон веков было немного, обычно страдающие суицидальным идиотизмом личности отсеивались на должностях куда более низких, а значит почти наверняка произошло нечто крайне серьезное. – Герцог Веллингтон должен срочно это узнать!
- И что конкретно я должен узнать? – Полюбопытствовал оный герцог, когда повинуясь его усилию мысли, дверь кабинета все-таки отворилась, открывая вид на какую-то всю растрепанную и взволнованно дышащую девушку в стандартной серебряно-серой мантии магов астрала и с нашивками, выдающими её принадлежность к группе, отвечающей за международную связь.
- Мадагаскарская патрульная эскадра уничтожена в полном составе вместе с торговым караваном, который она сопровождала! – Последовал ответ, и на какой-то момент герцогу Веллингтону захотелось, чтобы все это оказалось не более чем шуткой...Или чтобы воспользовавшись подобным предлогом эта девица сейчас попыталась бы броситься на него с каким-нибудь проклятым кинжалом из кости архидемона...Или чтобы на месте волшебницы стоял нынешний фаворит её величества, собирающийся вручить премьер-министру уже подписанное королевой его прошение об отставке. – Это левиафаны! Целых четыре левиафана, которые совместно набросились на наши корабли и расколотили их в щепки! Выживших - единицы, что достаточно хорошо умели летать даже в созданный монстрами из ничего двенадцатибальный шторм.
- Два крейсера, восемь эсминцев, одно специализированное судно, являющееся плавучей драконьей конюшней. – Без какого-либо напоминания выдал справку тот из секретарей, который отвечал за южную часть Африки включая расположенный неподалеку Мадагаскар. – А также два десятка транспортных барж разного тоннажа находящихся в собственности подданных её величества и три иностранных суда, прибившихся к нашему каравану.
- Лучше бы русские бояре совместно с французами против нас попытались бы устроить какую-нибудь интригу или диверсию. – Тяжело вздохнул герцог Веллингтон, который точно мог сказать, что королева таким новостям не обрадуется. Совсем не обрадуется! И хотя премьер-министр даже будучи архимагом никак не мог повлиять на события, которые произошли от него за тысячи километров и, вероятно, очень быстро...Его работа подразумевала, что так или иначе любая неудача англичан – это в некотором роде его неудача, поскольку он кого-то вовремя не убил, не заменил, не остановил или не предупредил. – Будь прокляты те поганые твари, из-за которых чертовы живые горы чуть ли не поголовно взбесились! Это уже шестое масштабное нападение левиафанов на наши суда за месяц, что ровно в два раза больше, чем количество случаев их агрессии за весь предыдущий год!
Дополнительный пролог. Заслуженная награда.
Дополнительный пролог. Заслуженная награда.
- Хаким, морда ты басурманская, а отойди-ка ты назад шагов эдак на пятьдесят со всей своей кодлой. – Очень душевно и очень вежливо, ну по его понятиям, вежливо, попросил бывший боцман дальневосточного речного флота, хмуро оглядывая собравшуюся перед ним толпу людей. Большую толпу, очень большую. Ну, если можно было назвать толпой выстроившихся ровными шеренгами бойцов, облаченных в крайне добротное, пусть и несколько разномастное обмундирование и, конечно же, не забывших оружие с собой прихватить. Правильные квадраты выстроившихся как на параде сотен, а вернее даже тысяч солдат заняли большую часть свободного места перед зданием городской администрации, и это заставляло обитателей этого самого здания, мягко говоря, беспокоиться. - А то чей-то я нервничаю при виде ваших наглых рож, а когда я нервничаю, у меня палец чешется. Тот самый, который на спусковом крючке сейчас лежит.
- Яким Александрович, не надо нервничать! – Примиряюще поднял руки вверх тот, к кому он обращался, предусмотрительно не разворачивая ладони к собеседнику. Ибо видавший виды боцман, который насмотрелся на разнообразных монстров, бандитов, ходячих мертвецов и солдат враждебных держав задолго до того как бросил свою карьеру и подался в наемники, мог бы посчитать подобный жест со стороны боевого мага третьего ранга как подготовку к атаке. – Мы ничего такого не хотим, не надо нервничать...Ну вот неужто я тебе врать бы стал?! Мы же с тобой земляки!
- Отойди, земеля, последний раз добром прошу! – Лязгнул сталью голос ветерана речного флота примерно так же, как могло бы сделать это его оружие...Конечно, если бы то уже давно не находилось в полной боевой готовности. - Вы тут, конечно, те ещё черепахи неубиваемые, но спаренный тяжелый пулемет в моих руках тоже не хухры-мухры, а у солдат и гранаты имеются....С полсотни ублюдков да положим, прежде чем вы, бунтовщики фиговы, меня и моих ребят из-за прикрывающих здание щитов выковырять успеете.
- Какие ещё бунтовщики?! Сотник, о чем он говорит?! – Забеспокоился вдруг один из ближайших солдат, который говорил на русском с жутким акцентом, что было, в общем-то, неудивительно. Видневшееся под рогатым самурайским шлемом бородатое лицо было настолько черным, что этого индуса могли бы перепутать с одним из своих ближайших родственников даже коренные жители Африки. – Разве мы...
- Тихо! Молчать, волчья сыть! – Рявкнул на подчиненного Хаким, резко развернувшись и вперив в осмелившегося задавать вопросы солдата яростный взгляд, от которого даже прошедшей через десятки битв солдат рефлекторно пожеился и сделал шаг назад, нарушив геометрическую правильность строя. – Мы выполняем приказ нашего тысячника!
- А мы – нашего...Но что-то я ни черта лысого понять не могу, а что тут вообще происходит... – Недовольно и вместе с тем довольно громко произнес другой солдат, который от большинства товарищей по оружию отличался заметно более качественной экипировкой, заткнутым за поясом магическим жезлом из слоновой кости и шикарным алым плащом, по которому время от времени пробегали яркие всполохи света. – Я думал, будет внеочередной смотр или же учения...Но чего-то охрана здания администрации на нас смотрит через прицел! Вы чего удумали, господа командиры? Мне против Коробейникова бунтовать нельзя, нет...За такое знаете какие штрафы в контракте прописаны?! Да даже демоны с ними, со штрафами! Я вообще против нашего нанимателя воевать не хочу! Все, кто пробовал – все плохо кончили! Мне некоторых из них своими руками закапывать пришлось!
- Во-во, - поддержал его другой из солдат, что в начале рабочего дня неожиданно для себя и своих товарищей по оружию оказался на площади перед администрацией Нового Ричмонда. А после демонстративно вытащил магазин из своей винтовки, поискал куда его убрать, но так и на нашел, поскольку он носил трофейные рыцарские латы. И в этой стальной скорлупе создатели предусмотрели многое: амортизирующую подкладку, не дающую заброневому воздействую попавших в воителя выстрелов превратить носителя лат в отбивную, круговые защитные барьеры второго ранга, амулеты против косвенных воздействия вроде сглазов или боевого целительства, чары мускульного усиления, небольшую встроенную автоаптечку, климат-контроль...А вот для самых обычных карманов места уже не хватило. – Мне тоже идти против начальства карма не велит, после того как оно меня три раза из кусочков собирало и молодость вернуло отцу...
Сотники и другие командиры попытались призвать своих солдат к порядку, но громких криков те, кто ходил под пулями и грудь в грудь схватывался в недавней войне с демоническими тварями не боялись. А ещё они сражались не за какие-то туманные обещания или шанс получить медаль, нет, их преданность в большинстве своем строилась на регулярном выплате жалования. Того самого жалования, которое насчитывали как раз в здании администрации. Вдобавок бойцы в большинстве своем высокое начальств уважали, а иногда и побаивались, причем куда больше, чем назначенных этим же самым начальством офицеров среднего и старшего звена. Смешавшие свои ряды люди начали очень недружелюбно поглядывать на тех, кому почему-то в голову взбрело внезапно вытащить их сюда без какого либо согласования с властями города. И были хорошо вооружены, а потому меры физического воздействия по отношению к ним мог бы применить либо самоубийца, либо архимаг, либо какой-нибудь особо одаренный богатырь, неуязвимый для пуль, зачарованных клинков и алхимических гранат, предназначенных для подрыва небольших укреплений и тяжелой техники. Только таких на площади не имелось.
- Они там сдурели все?! – Громогласно возмущался какой-то десятник, отпихивая сотника, который пытался его заткнуть. Я со своими воевать не подписывался! У меня, между прочим, младшая сестра в канцелярии работает!
- Ладно, допустим здания администрации мы возьмем, чего б не взять, это же все-таки не крепость... – Курил трубку отошедший к стене ближайшего дома наемник в компании из нескольких таких же ветеранов. Причем основное оружие их находилось отдельно от самих бойцов, на расстоянии нескольких метров, состыкованное в пирамиду. - Вот только с летного поля подымется авиация и всех придурков, которые попытаются бунт поднять, с землей смешает! А там ведь солдаты, которые русским магистрам преданы до гроба, у них семьи в Сибири живут...
- Да зачем ей взлетать? Стрельнут один раз из башни светом да и все, сметайте пепел метелкой, как лава булькать перестанет! - Хмыкнул проходящий мимо боевой маг, явно намеревающийся уйти из этого места поскорее от греха подальше.
- Вернись назад, трус! Это дезертирство! Я тебя уволю! С позором! Ты у меня навечно в рядовых поселишься! – Насел на него сотник, пытающийся остановить одного из лучших своих бойцов. – И вообще орудие небоскреба не может бить так близко к его подножию!
- Ну-ну, - неопределенно хмыкнул чародей, взлетая в воздух и перескакивая вставшего на его пути офицера. – Ты это скажи тому одержимому какой-то дрянью шпиону, которого она испарила...Да ладно, пусть не стреляет...Ты лучше скажи, как вы собираетесь пережить гнев высшего мага? Да не одного, а целых двух, причем ещё вопрос, кто из них опаснее, пусть даже господин Святослав и архимагистр...Пожалуй даже трех с учетом девы, в чьих жилах течет толика божественной крови. Я бы вот не надеялся на заступничество тех, кто подбил тебя на эту дурость. Или на то, что спрятаться удастся...
-Это не мятеж! Не бунт! Не восстание и не нарушение контрактов, которые все мы заключили! – Громко надрывался Хаким, стремясь вернуть войскам хоть какое-то подобие порядка и дисциплины. – Мы просто хотим, чтобы назначенные боярами слуги нас уважали! Они – не наши наниматели! И не имеют права так с нами обращаться!
- Отменить унизительные наказания вроде собственноручной чистки казарм и нужников! Для этого есть слуги! – Поддержал его другой сотник, что почти уже остался в гордом одиночестве, поскольку все его подчиненные разбежались от такого офицера в разные стороны. - Сделать сдачу нормативов не ежемесячной, а ежегодной! Зачем их вообще проверять так часто! Повысить жалование, идущее в то время, когда не ведется никаких боевых действий! Сейчас ведь почти нет настоящих врагов и боевых выплат поэтому тоже не будет!
Некоторые из начавших расползаться в разные стороны солдат останавливались или хотя бы притормаживали, поскольку эти призывы нашли определенный отклик в их душе. Люди всегда хотели делать поменьше, а получать побольше, а уж для наемных солдат данный принцип вообще стоило возводить в квадрат, если не больше. Вдобавок вместе с властью над жизнью и смертью окружающих неминуемо приходил определенный уровень гордости...Гордости, которая подпитывалась твердым знанием – в соседних провинциях никто не заставит успешного и богатого воителя чистить на кухне картошку или же стирать свои носки, не говоря уж о чем-то ещё более обременительном и унизительном. А уж в отношении одаренных подобное и вовсе являлось чуть ли не нонсенсом, который даже за шутку бы не сочли...Скорее уж за повод для вызова на дуэль или объявления кровной мести. Однако в этот момент, мягко и осторожно протиснувшись мимо бывшего боцмана, крепко сжимающего спаренный пулемет размером чуть ли не больше его самого, из здания администрации стали выбираться те, кто и собрал на площади такую массу солдат. Тысячники. Могущественные одаренные и талантливые офицеры, каждому из которых под командование было доверено по десять сотен бойцов, причем зачастую вместе с какой-нибудь техникой и вспомогательными подразделениями. И сейчас по ступеням крыльца шагало целых четверо из них.
Одни из самых могущественных, влиятельных и богатых людей этого города, да впрочем, и всего региона, держались единым фронтом. И фронт этот шатался и трещал, поскольку двигались его составляющие на подкашивающихся ногах, вид имели крайне бледный и громко стучали зубами. Ну, последнее делал только один из них, но поскольку во рту у него стояли металлические протезы, то громкий цокающее-лязгающий звук разносился на всю площадь, замершую в напряженной тишине.
- Я думал – обосрусь! – Громко и отчетливо заявил во всеуслышание тот из них, кто шел первым. А после стянул с себя глухой рыцарский шлем-горшок, выпуская на свободу стоящие дыбом седые волосы. И если цвет их неожиданностью не являлся – у мага-наемника четвертого ранга подобный окрас шевелюры наблюдался уже лет восемьдесят, то вот столь экстравагантную прическу у одного из своих командиров собравшиеся на площади солдаты видели впервые.
- А я вот вообще о таком не думал, - хмыкнул семенящий следом за ним китаец в нарядном мундире, который хоть и был всего-навсего сильным подмастерьем, но с полным на то правом мог считаться одним из ветеранов этой маленькой частной армии, в которой прошел сотни битв, а потому пост тысячника занимал по праву. – Мне для этого было слишком страшно...
- Зачем я вас послушал, ну вот зачем?! Зачем я пошел вместе с вами предъявлять этот нелепый список требований?! – Громко стенал от досады бредущий по его пятам широкоплечий и высокорослый детина, которого от попытки рвать волосы на собственной голове останавливал главным образом выбритый до синевы череп. Впрочем, чем-то синеватым его кожа отливала не только там, а вообще везде. Да и пропорции тела, слишком уж массивного и несколько отличающегося от обычной человеческой анатомии, намекали на то, что в родословной этого типа без джинов не обошлось, пусть даже принадлежащий к иной расе могущественный одаренный был ему то ли дедом, то ли прадедом. – О, горе мне, горе скудоумному...
- Н-н-не т-т-тебе, а н-н-нам. И не г-г-горе, а с-с-скорее уж, в-высочайшее н-неудовольствие. – Идущий последним тысячник пытался держаться стойко, несмотря на стучащие друг об друга зубы. Подобно своим коллегам он был бледен как мел, что прекрасно показывал контраст с покрытой мерцающими рунами черной кирасой, прикрывающей его торс. И даже голуби на площади вероятно уже догадались, что попытка этих могущественных одаренных предъявить администрации какие-то там требования пошла, мягко говоря, не по плану. – В-вообще-то н-нам -ррадоваться н-надо, что к-кончилось в-всего-то ш-штрафом, п-понижением в з-звании для нас и наших п-подчиненных, п-перегруппировкой рот, а т-также отлучением от б-библиотеки и л-лишением всех -ннадбавок к ж-жалова...Ургх!
- Ты прав, радоваться надо. Ведь могли бы и на кол посадить. – Произнес потомок джиннов, резко развернувшийся и влепивший идущему следом за ним человеку такой мощный удар объятым пламенем кулаком, что черная кираса чуть не лязгнула передней своей стенкой об заднюю, изрядно деформировавшись и стиснув внутренние органы носителя. А может быть и разорвав их. Ну а стандартный магический барьер, способный перехватить и пулю, и пушечное ядро, по какой-то непонятной для окружающих, но наверняка понятной агрессивному тысячнику причине сформировался с сильным запозданием. Тогда, когда в нем и смысла уже не было. – Во всяком случае, когда я служил эмиру Тамтукханскому, с его излишне зарвавшейся гвардией, потребовавшей от него дополнительных привилегий, проделали именно это...И на то, чтобы уподобиться тем кретинам подбил меня именно ты!
- Эй, не трогай его! – Попытался заступиться за товарища обладатель седых волос, что вздыбились словно во все стороны сразу, придавая обладателю данной шевелюры некоторое сходство с одуванчиком. Одними лишь словами этот тысячник ограничиваться явно не собирался, схватившись за висевшую у него на поясе саблю...И полетел вверх тормашками, поскольку китаец несмотря на свой невысокий рост с воплем: «Это ты меня втянул!» провел просто таки образцовый борцовский захват своего коллеги, а после с размаху обрушил его головой об мостовую. А затем приподнял и снова обрушил. И снова, и снова, и снова..
- Д-да п-пошли в-вы! – Проблемы с речью и превращенные в лепешку внутренности не помешали первой жертве междоусобных разборок отфутболить потомка джиннов прямо в китайца. Причем бил он не столько своими ногами, сколько напоминающими концентрированный ураган потоками ветра, которые их окутали. – М-можно п-подумать, ч-что в-вас заставили с-силком! Я т-только с-саму идею п-предложил,а в-вот...
Договорить у тысячниками не получилось. Частично из-за проблем с речью, частично из-за здоровенного куска брусчатки килограмм так на пятьдесят, который вырвали из земли и запустили прямо ему в лицо. Разумеется, опытный боевой маг отбил такую грубую и примитивную атаку, но следом за нею последовала некротическая зеленая молния, попытавшаяся его поджарить, но рассыпавшаяся на отдельные искры после столкновения с покрывающими изуродованную кирасу рунами.
- Змееязыкая гадина! Интриган помойный, чтоб тебя вернуло обратно в ту зловонную дыру, из которой и вытащило! – Рявкнул потомок джиннов, начавший пытаться всерьез прикончить своего соперника, ибо даже живучесть одаренных мало чего сможет противопоставить чарам из арсенала боевой некромантии, специально предназначенных для того, чтобы убивать. Однообразные, но до предела мощные зеленые молнии так и сыпались одна за другой с его руки, на которой словно бы источал флюиды смерти массивный золотой браслет, украшенный изображениями клыкастых летучих мышей. – Из-за твоего сладкоречивого яда я и весь мой клан теперь будут в опале!
- Спокойно, спокойно, не нужно доводить до непоправимого! - Положил кипящему как чайник тысячнику руку на плечо его седовласый коллега, успевший не только вывернуться из захвата, но и связать любителя борьбы непонятно откуда взявшимися железными цепями. – Во-первых, это запрещено тем же уставом, который мы сегодня, ну, почти нарушили...А во-вторых, если ты его убьешь, то больше чем уверен, все обязательные выплаты на тебя же и навесят внагрузку ко штраф..Ам!
Потомок джиннов поблагодарил успокаивающего его советчика отменно выполненным апперкотом, только зубы в разные стороны брызнули. А после полетел вверх тормашками, поскольку обматывающие туловище цепи ни капли не помешали выходцу из Империи Золотого Дракона подпрыгнуть в воздух из положения лежа, а после закрутить в воздухе вертушку, с размаху приложив латными сапогами по отливающей синевой лысой макушке. Правда, у него от всех этих акробатически-боевых выкрутасов видимо закружилась голова, поскольку поток какой-то едкой алхимической жижи, что он изрыгнул, окатил не кого-то из противников, а обладателя сплющенной кирасы, поспешившего на выручку к товарищу.
С каждой секундой четырехсторонняя битва всех против всех только набирала обороты, и ей никто не мешал. Очень предусмотрительно отбежавшие на безопасное расстояние солдаты не слишком-то желали лезть в разборки начальства. Особенно когда это начальство явно пыталось втравить их непонятно во что, и особенно когда это самое начальство уже вполне может оказаться разжалованным, если ни чего похуже, но продолжает оставаться опытнейшими и опаснейшими боевыми магами. Охрана здания городской администрации бдила, даже не думая расслабляться и по-прежнему подозревая собравшийся народ в чем-то нехорошим. Обитатели этого здания торчали в окнах, довольствуясь ролью зрителей. Примерно тем же самым занимались и те из обитателей Нового Ричмонда, кто при виде происходящих на площади событий не решил экстренно изменить свой маршрут и планы на день, экстренно отправившись куда-нибудь ещё.
Конец сражению положила громадная тень, принадлежащая не менее громадному кораблю, с оглушительным ревом упавшему откуда-то с очень-очень высоких небес и затормозившему буквально за сотню метров до того, как он бы сокрушил своим бронированным килем всех, кто ещё находился на площади.
- Клянусь небом...Этот день, похоже, уже не может быть хуже, - выдохнул поток джиннов, разжимая свои пальцы и роняя на землю китайца, которого секунду назад душил. – А господина Святослава, что, тоже эта рогатая дочь шайтана призвала? Ууу, ябеда-а-а-а...
-Да ну не...Телепортировать такой корабль прямиком из Франции – это надо архимагом быть...А лучше двумя. – Прошепелявил обладатель седых волос, сплевывая свои последние зубы куда-то в сторону обладателя металлических челюстей, который при виде очень знакомого ему броненосца начал один создавать звуковой аккомпанемент за целый хор из кастаньет.
- А долететь оттуда сюда минут за тридцать-сорок, думаешь, сильно легче? – Фыркнул откуда-то снизу выходец из Империи Золотого Дракона. – Мы точно вывели своих солдат на площадь меньше часа назад, чтобы оказать давление на эту инфернальную дрянь и подпевающих ей слабосилков, прикрывающихся распоряжениями начальства...
- Г-г-господин К-к-коробейников н-нас в-вроде уже н-наказал... - обладателя проблем с дикцией в этот момент заботили не столько границы сил внезапно объявившего в Новом Ричмонде начальства, сколько его намерения. Ибо сражаться с ним он бы в любом случае не стал! Уж слишком силы были неравны...Возможно даже в несколько раз больше, чем ему казалось раньше. – А в-вот к-как д-думаете, а г-г-господин С-с-святослав от с-с-себя с-сильно м-много добавит? Н-ну, раз уж он с-специально с м-места с-сорвался, чтобы н-наградить н-нас п-по з-заслугам за н-нашу с-самодеятельность...
Глава 1
Глава 1
О том, как герой участвует в громкой битве, не может вырвать врагу хобот и отправляется решать самую важную свою проблему.
С громким лязгом щит, в который Олег врезался плечом, отлетел в сторону. Вместе с тем, кто этот щит держал, само собой, хотя сдвинуть с места одной лишь мускульной силой двухметрового накаченного верзилу, с ног до головы облаченного в тяжелую зачарованную броню, было совсем не просто. Металлические сапоги этого латника пробороздили в камне пола настоящие борозды, пытаясь словно бы слиться с тем в единой целое и тем остановить хозяина от непреднамеренной передислокации, но возможностей артефакта просто не хватало на то, чтобы полностью нивелировать полученный остальным телом импульс.
- Медленно, канальи! Слишком медленно! – Рявкнул Олег, одним топором блокируя устремившийся к его голове двуручник, а вторым проламывая шлем и череп ещё одному щитоносцу, попытавшемуся зайти чародею во фланг и явно намеревающемуся сломать русскому боевому магу локтевой сустав аж светящейся от влитой в неё магии булавой. Одновременно с чисто физическими действиями опытный боевой маг ещё и магией пользовался вовсю. Вызванный им огонь охватил владельца почти двухметровой сплющенной шпалы, порхающей в воздухе подобно невесомой тростиночке, но способное очень быстро расплавить даже камни пламя не доставляло какого-либо заметного дискомфорта рыцарю, бронированному лишь чуть-чуть хуже, чем сам чародей. Встающий же с ног латник, уроненный пару секунд назад, вдруг обнаружил, что выпрямиться не может, поскольку размягчившиеся плиты пола вдруг взяли и начали его засасывать. – И как с такими навыками вы только осмелились прийти сюда, а?!
Резкий всплеск чувства опасности и четыре практически одновременных и чертовски мощных выстрела в затылок, от которых шлем чародея загудел, резко дернувшись вперед, а шейные позвонки даже немного треснули, послужил очередным доказательством того, что говорить во время драки, конечно, можно...Но вероятность для красноречивого оратора потерпеть поражения из-за этого или хотя бы какой-нибудь удар пропустить резко возрастает. Отбив в сторону вновь попытавшийся пронзить ему лицо двуручник, чей владелец оказался уж больно тугоплавким, Олег сместился в сторону так, чтобы одним глазом присматривать за теми тремя врагами, с которыми он уже знаком, а другим высматривать новую угрозу, ухитрившуюся подобраться к русскому боевому магу незамеченной...Но её не было! Во всяком случае, на виду. Всё, что смог углядеть чародей, так это легкий и очень быстро рассеивающийся дымок на расстоянии пары метров от себя.
- Пороховые газы, - понял чародей, чисто рефлекторно сращивая обратно пострадавшие участки позвоночника вместе с прилегающими к нему мягкими тканями и тем самым устраняя полученный ущерб без следа. Впрочем, его враги занимались примерно тем же самым, пусть и с заметно меньшим успехом. Обладатель раскроенного черепа и шлема заливал рану на своей башке каким-то зельем из зависшей в воздухе бутылочки. И хотя он заметно пошатывался, кренясь на левую сторону, но это не мешало ему выдалбливать из каменного пола своего собрата-щитоносца, одновременно прикрываясь от Олега массивной металлической плитой, украшенной каким-то светящимися гербом и длинными цепочками магических рун. Ну а владелец двуручника, продолжавшийся находиться в эпицентре огненного столпа, пытался отодвинуть от себя пламя при помощи исходящего от его доспехов ореола солнечного света...И даже каких-то минимальных успехов добился. – Они просто отвлекали мое внимание от какого-то невидимки с парочкой крупнокалиберных двустволок!
Волна холодного водяного пара, разошедшаяся в разные стороны от Олега, по меркам одаренных первого-второго ранга могла бы считаться очень даже неплохой атакой. Сила, с которой этот туман рвался вперед, преодолевая за долю секунды с десяток метров была достаточной, чтобы свалить с ног человека, причем пока он вставал бы на ноги то обязательно успел бы простыть до соплей...Но истинная цель этого заклятия была в другом. Стать невидимым для глаз и даже большинства сканирующих чар было тяжело, но вполне себе возможно. Однако если добавить к этому сочетанию ещё и бесплотность, то тогда такая задача оказалась бы по плечу разве только высшему магу, и кого-нибудь из них сегодняшние противники русского боярина вряд ли могли себе позволить.
- Нашел, - довольно ухмыльнулся чародей, когда капельки аномально холодной воды осели на материальном объекте, что беззвучно парил в воздухе на расстоянии пары десятков шагов от него и даже имел относительно себе гуманоидную форму. Руки, ноги, хобот, голова...- Ну, сейчас я кому-то что-то оторву к чертям собачьим!
Рывок к обнаруженному противнику оказался прерван еще одним залпом из вытянутой вперед длинной и странно изогнутой штуки с небольшим раструбом на конце, поскольку та оказалась не растущим из головы хоботом, а каким-то подобием странного четырехствольного ружья, из которого в Олега старательно целились. Пронзившиеся воздух с огненными росчерками зачарованные пули безошибочно ударили в лицо чародея...Вернее, преднюю поверхность сегментного шлема, являющегося единым целым с остальной броней и способным выдержать гораздо более серьезные испытания, чем слаженный квартет микровзрывов, случившихся когда явно зачарованные боеприпасы прошили навылет защитный барьер, чтобы расцвести вспышками микровзрывов уже после столкновения с целью.
Невидимка обладал довольно неплохой реакцией, но весьма посредственной защитой и довольно щуплым телосложением...Или правильнее было бы назвать его изящным? Когда подлетающий Олег попытался ударить его топором, тот почти увернулся, но все же оказался зацеплен краешком древнего оружия, и этого ему хватило, чтобы отлететь в далеко сторону, выронив по пути свое оружие, выплюнув на пол пригоршню крови и скрючившись, словно червяк. И чародею показалось, что это была женщина, во всяком случае характерная выпуклость в верхней передней части торса намерзшей изморозью обрисовывалась. Впрочем, по отношению к стреляющим ему в голову противникам боевой маг был весьма толерантен и вне всяких сомнений был готов вмазать со всей дури абсолютно любому, без каких-либо скидок на возраст и пол.
Естественно, оставшиеся внизу трое врагов не хотели сложа руки наблюдать за тем, как разделываются с их соратником и, кажется, по совместительству главной ударной силой. Оба щитоносца попытались поразить Олега клубками то ли мелких воздушных лезвий, то ли чего-то подобного, которые послали в летящего волшебника взмахами своих дубинок. Правда, тот из них, кто ещё не отошел от последствий сотрясения мозга промахнулся метра на три, а второй хоть и поразил цель, но ни малейшего ощутимого результата эта атака не дала. Чувство опасности чародея молчало, словно спящая рыба, лишенная языка, а тело даже и не шелохнулось, вообще не заметив от этого враждебного действия какого-либо эффекта от проскребывавших по ней маленьких потоков острого ветра Возможно, будь он в латах классом похуже и что-нибудь бы изменилось, но не факт. Дар оракула услужливо подсказал своему обладателю, что данная атака является единственным доступным им методом поражения на расстоянии. И предназначена она вообще-то для небронированных целей, желательно больших и мягоньких. Ну а рыцарь с двуручником тем временем все-таки поднапрягся, усилил окутывающий его ореол и рассеял то пламя, которое все ещё за него цеплялось даже без того, чтобы Олег сознательно поддерживал силой это заклятие.
- Сдаетесь или мне все-таки пересчитать вам кости? - Полюбопытствовал чародей, и ответом ему послужило нечто среднее между солнечным лучом и ослепительно яркой молнией, сорвавшаяся с кончика здоровенного клинка. Защитный барьер её остановил, не пропустив сквозь себя даже маленькой искорки, но ведь метили, ему между прочим, опять в голову! То ли в надежде поразить наиболее важную часть организма могущественного одаренного, которого бы и вырванное сердце не вдруг остановило, то ли из расчета, что несколько раз пораженный в том месте элемент доспехов утратил часть своих защитных свойств. – Понятно...
Вторая порция сжатых в клубок воздушных лезвий разлетелась на части едва сформировавшись, поскольку по воле Олега с земли подскочили небольшие камешки, дестабилизировавшие вражеские чары в самом начале траектории. И если по латам противником они проскребыхали в целом без особого вреда, ну максимум несколько свежих царапин оставили, то вот уже щеголяющий дырой в шлеме противник получил вторично в пострадавшее место словно бы скользящий удар ножом и с коротким вскриком рухнул лицом вниз. Его коллегу же сначала окатило небольшим водопадом наколдованной воды, а потом эта жидкость резко замерзла, сковывая пленника внутри ледяной глыбы. Без возможности хоть как-то пошевелиться расколоть её было не так-то просто, а значит на то, чтобы расправиться с последним противником у русского боевого мага имелось как минимум минутка. Целая бездна времени, раза в три-четыре превышающая то количество, которое ему в самом деле требовалось.
Ещё одна ярко-светлая молния, выпущенная из кончика двуручника попыталась впиться в русского боевого мага, но впустую пронзила то место, где он был секунду назад, поскольку Олег обладал куда лучшими рефлексами, чем пытающийся атаковать его рыцарь. И, конечно, пикировал к своей добыче противозенитным зигзагом. Впрочем, это было по большому счету действием боевых рефлексов и перестраховкой, рассчитанные главным образом на сопротивление магии доспехи этот разряд выдержали бы шутя, примерно с таким же успехом на него этот тип мог бы посветить и фонариком.
- Надо было сдаваться, когда я предлагал! – Обух одного боевого топора врезался в колено европейского специалиста по ближнему бою, и со скрежетом сминаемого металла то выгнулось в неправильную сторону. Вторым же своим оружием русский боевой маг как следует саданул по пальцам противника, сжимающим длинную рукоять массивного зачарованного клинка. Сломал или ушиб – он и сам не понял точно, но в любом случае удержать тяжеленное оружие у его владельца теперь получалось с трудом, а уж о каком-то фехтовании не могло быть и речи. – Видно же было! На заявленный уровень вы – не тянете!
Финальный тычок плечом заставил рыцаря с лязгающим грохотом завалиться на каменные плиты пола спиной вперед. И одновременно с этим по просторному подземному залу, где можно было бы даже не в футбол играть, а какие-нибудь гонки на колесницах устраивать, пронесся громкий и пронзительный визг звукового сигнала, оповещающего о завершении схватки.
- Что...Что значит...Не тянем?! – Задыхаясь и одновременно очень возмущаясь просипел рыцарь, с большим трудом поднимаясь на ноги, и чуть не падая обратно. Спасли сапоги, словно бы вросшие в каменный пол и тем не позволившие своему обладателю избежать потери равновесия.
- Задумка с отвлечением моего внимания очевидной угрозой в то время, как истинная опасность заходит в тыл была хороша. Уже после начала боя узнать, что вы на самом деле не слаженное боевое трио, а вполне себе квартет – было для меня неожиданностью. – Признал Олег, начиная исцелять того из щитоносцев, которому лишь совсем недавно проломил и шлем, и череп. Резанувшее уже непосредственно поверхность мозга воздушное лезвие в любой другой ситуации могло бы оказаться для него крайне опасным, а может и смертельным...Но с учетом того, что свежесть раны измерялась считанными секундами, а опытнейший целитель был в прямом смысле на расстоянии вытянутой руки, пострадавшему бедолаге стоило бояться разве только временного локального облысения. И то только в том случае, если чародею окажется лень с восстановлением волосяного покрова заморачиваться. – Но вот все остальное не выдерживает никакой критики. Вы заявили себя как слаженная группа, способная противостоять высшему магу, а я разделал вас секунд за двадцать...
- Тридцать одну, - поправила его Анжела, находящаяся в дальней части зала под защитой мощных защитных барьеров с часами в руке и ведущая хронометраж. А кроме неё за поединком наблюдало ещё полтора десятка телохранителей самого чародея и четверо – его супруги. Олег считал себя человеком храбрым, но отнюдь не глупым или безрассудным. Посланные к нему убийцы должны были бы оказаться полными идиотами, если бы проигнорировали возможность приблизиться к своей цели вполне официально, с оружием в руках и явно проявленным намерением применить это самое оружие по назначению.
- Ну, пусть тридцать одну, - не стал спорить с женой русский боевой маг. – Все равно это мало, ничтожно мало...А ведь я – сдерживался! Причем очень сильно сдерживался.
- Что-то..Ух...Непохоже...- Пробормотал его пациент, страдальчески морщась, хотя по идее никаких неприятных ощущений испытывать был не должен. Во-первых, Олег воспользовался чарами наркоза, наложенными на кожу его головы. А во-вторых, мозг сам по себе не имеет того типа нервных окончаний, которые отвечают за боль, и потому ранения туда могли оказаться смертельно опасными, но вот погрузить человека в агонию не могли. – Мы же договаривались, что насмерть бить не будем, а у меня от вашего чуть башка не оторвалась и шлем испортился...
- Вот именно! А я ведь тебя саданул не лезвием топора, а обухом, если не заметил, - посмотрел Олег скептически на этого симулянта, всеми силами изображающего из себя умирающую селедку. Или не изображающего, а просто сильно перенервничавшего, но это было даже хуже. Чародей отлично понимал, что все люди разные и некоторые куда хуже справляются с боевым стрессом, чем другие...Но ведь он сегодня испытывал не кисейных барышень или каких-нибудь тыловых специалистов, а пришедшую наниматься к нему группу наемников! – Кроме того во время боя я не использовал бронебойных заклинаний после того как осознал недостаточно высокое качество вашей экипировки из боязни слишком уж навредить вам либо ей. Да и атакующими возможностями вашей группы остался не сказать, чтобы впечатлен. Использованные против меня удары были простыми, медленными и слабыми, а чары тянули в лучшем случае на нижнюю планку четвертого ранга, пронять таким высшего мага можно лишь в том случае, если он не сопротивляется.
- А как же я? – Подала голос единственная женщина этой группы, которая лежала на каменных плитах пола и встать даже не пыталась. Впрочем, у неё хотя бы были к тому оправдывающие обстоятельства в виде отбитых внутренностей, которые по возможности не следовало тревожить лишний раз. – У меня же получилось вас достать! Дважды!
- Если ты сама зачаровывала боеприпасы для этого...Ээээ...Мушкетона? Тогда – атакующие возможности приемлемы, пусть и со скрипом. – Олег затруднился с тем, чтобы опознать оружие поверженной одаренной, ибо по внешнему виду то представляло из себя какой-то противоестественный гибрид губной гармошки с дробовиком. – Однако отличная скрытность никак не компенсирует невозможность держать удар. На поле боя осколки и пули летают в огромных количествах, и бьют они вообще-то куда сильнее, чем мои топоры, когда повернуты лезвиями не в ту сторону. Нет, господа, на заявленный уровень, позволяющий враждебного высшего мага или угрозу сопоставимого масштаба остановить, а может хотя бы притормозить, вы не тянете. Вот в абордажную команду или штурмовики взял бы без вопросов, но сами понимаете, условия контракта по части жалования там иные, совсем иные...
- Я шевальеМондран де Кауразов, и я честью своего рода клянусь, что у нашего отряда был успешный опыт противостояния высшему магу. – Шагнул вперед рыцарь, снимая свой шлем и являя всем желающим словно бы вырубленную из камня суровую физиономию с резкими чертами лица и изрядной сединой на висках. – И опыт тот был успешен, о чем даже есть соответствующие записи в гильдии наемников Парижа. Сей факт также отражен в наших рекомендательных грамотах, ибо победа над пусть младшим, но магистром, это заслуживающее всяческого внимания деяние...
- Я верю, и даже рад за вас, - чуть заметно поклонился явному командиру группы Олег, начиная исцелять волшебницу, которой все потроха отбил. Оказывается, броня на любительнице атак из невидимости все-таки была. Легкая, кожаная, очень облегающая...Смотрелось весьма неплохо, да и антимагические свойства шкура дракона, пошедшая на её изготовление, частично сохранила, но против тупой грубой силы сей костюмчик все же защищал недостаточно хорошо в связи со своей мягкостью. – Я на своем опыте могу сказать, что везение можно считать одним из главных качеств успешного солдата удачи. Однако это абсолютно ничего не меняет. Могу предложить вам контакты элитных ударных сил в моих войсках и гарантию сохранения вашего отряда одним подразделением, за исключением случаев перегруппировки прямо в бою, но не более...
- Мы обдумаем ваше решение, - безукоризненно вежливо ответил рыцарь, но благодаря своему дару оракула Олег сразу осознал, что это отказ. Шевалье не понравились услышанные слова о собственной слабости, и пожилого дворянина задело, что сработанную группу из его племянников и дочери какой-то русский выскочка оценил так низко...Только чародею на душевные переживания этого титулованного французика было немножечко так наплевать. Он не собирался оплачивать его услуги в три-четыре раза больше, чем те действительно стоили. Во всяком случае, сейчас, когда такой уж острой необходимости в бойцах, пусть и элитных, у него не имелось.
- Дорогой, тебе не стоит тратить свое время на то, чтобы привести подвал в порядок. – Отвлекла его от собственных мыслей и восстановления пострадавших плит пола супруга, как-то незаметно подобравшаяся к чародею. – Среди нашей свиты целых четыре геоманта имеются!
- Да трое из них маги земли лишь формально, их умений едва хватает на первый ранг, - заупрямился Олег, быстренько разглаживая камень, пострадавший во время короткой но жестокой сшибки. – И потом, мне же не сложно...
- Мог бы уделять больше времени мне и детям, вместо того, чтобы всякой ерундой заниматься, - непреклонно заявила Анжела, таща его к выходу в жилую часть особняка, который находился всего-то в нескольких километрах от Лувра и с недавних пор им принадлежал. Ну, вернее формально Святославу, однако если бы чародей вдруг захотел по всем правилам завладеть данной недвижимостью, то ему бы оказалось бывшего крестьянина достаточно просто попросить. – И потом, им потренироваться полезно будет! А то целыми днями только едят, бездельничают, сплетничают...Ну и таскаются за нами по Парижу, это да, но платить за такое сотни и даже тысячи золотых каждому явно чересчур...
- Хорошо, как скажешь, - пожал плечами Олег, не имеющий ничего против, чтобы отложить ненадолго дела и отправиться решать свою самую важную на настоящий момент проблему. А именно заняться воспитанием детей. Всё равно его расписание было свободно, поскольку никаких важных финансово и политически дел на сегодня больше запланировано не было.
- Какой-то ты больно покладистый...- Подозрительно покосилась на супруга Анжела, начиная восхождение по лестнице, ведущей к верхним этажам. - Задумал чего?
- Ну, знаешь, как обычно...Выживать, есть, размножаться...- Приобнял Олег блондинку чуть пониже спины, предварительно убедившись, что их телохранители немного отстали и не находятся в зоне видимости. Возможно родовитые аристократы и почитали прислугу чем-то вроде мебели, не делая исключений даже для своих солдат, которые есть автоматы, к винтовке приставленные...Но чародей хоть формально и мог считаться одним из них, но считал себя более-менее обычным человеком, а не каким-то высшим существом, которому по определению нечего людей стесняться. – Программа действий надежная, проверенная, ей миллионы моих предков на протяжении миллиардов лет занимались...
- Вот почему-то я тебе не верю, - фыркнула Анжела, в свою очередь прижавшись к мужу поплотнее. – Вернее, верю, ты же у меня по упомянутым дисциплинам чемпион практически...Но ведь это же ещё не всё?
- Не всё, - с готовностью подтвердил Олег, что привык добиваться поставленных перед собой целей благодаря тщательному планированию. А целей у него было много...И вообще, и конкретно здесь, во Франции. – Но для реализации дальнейших планов нужно немного времени. Чтобы в Академии Наук распробовали наживку, которую я им закинул, Святослав пригнал из Индии караван котяток, закрепив наши соглашения с Бонапартом, а Доброслава наладила дипломатические отношения со своими дальними родственниками...
Глава 2
Глава 2
О том, как герой чуть не оказывается покрыт шерстью, портит перила и получает предложение примерить корону.
Два чудовищных монстра, напоминающих гибрид волка и человека, бросились навстречу друг другу живыми мохнатыми ракетами, двигающимися так быстро, что глаз едва успевал за ними уследить. Размазавшиеся от скорости громады, каждая из которых была намного больше и тяжелее чем положено людям, без тени сомнения сшиблись грудь в грудь, а после покатились по земле как единый ком, в котором было толком ничего не разобрать, слишком уж резво эти груды меха перекатывались, пытаясь заломать соперника в борцовском захвате, одновременно безжалостно полосуя его острейшими когтями и пытаясь при помощи своих ужасных пастей побольнее куснуть, а в идеале так и кусок мяса на килограмм-другой из него вырвать.
- Олег, а ты не ревнуешь? – Слегка пихнула чародея в бок его супруга, отвлекая от поединка двух оборотней. – Все-таки там твоя любовница в пыли катается, причем в обнимку с чужим мужиком, а все на них смотрят...
- Да знаешь, как-то не очень, - пожал плечами русский боевой маг, силой мысли останавливая кусок окровавленной шерсти размером с ладонь, который чуть не приземлился ему на лицо. – Даже по меркам вервольфов для заигрываний это несколько чересчур. И потом, они же по арене катаются, а в драках перевертышей между собой без близкого контакта по определению никак. Плюс старейшина Парижской общины, по-моему, достаточно стар, чтобы того самого Бонапарта помнить и когда он в человеческом облике, по нему это очень даже видно...И потом, они же одеты. Ну, вроде как...
Публика неистовствовала. Орала, свистела, скакала, рычала, стреляла в воздух и выла на луну, несмотря на то, что никакой луны ясным днем вообще-то не было и чуть ли не стояла на ушах в самом прямом смысле слова. Впрочем, это было ожидаемо, Олег мог любому подтвердить, что вервольфы – существа крайне энергичные и азартные, если не сказать буйные, а именно вервольфами и были зрители, расположившиеся на трех из четырех трибун. Впрочем, некоторое количество перевертышей с иным обликом среди них тоже присутствовало, пусть и держались те группы несколько обособленно, но медведей, разного рода котов и прочей экзотики тут в общей сложности присутствовало раз в шесть или семь меньше, чем волков. Хотя последние вели себя в целом корректно, если сделать скидку на шум. Скалили зубы и энергично жестикулировали, иной раз хлопая друг друга по плечам или махая оружием, но тем не менее не устраивали драк с собратьями или представителями несколько иных разновидностей своей расы, не пытались броситься на арену, чтобы вмешаться в ход поединка и даже не бросали каких-либо неприязненных взглядов в сторону человеческой зоны, где собрались жаждущие экстрима зрители из числа обитателей или гостей Парижа и группа моральной поддержки Доброславы, бросившей вызов главе местной общины.
Меховой клубок распался, поскольку один из оборотней мощным пинком обеими нижними лапами в живот отбросил своего соперника далеко и высоко. Врезавшийся в верхнюю часть ограждающего арену полупрозрачного магического барьера вервольф громко хрустнул всеми своими костями, а потом ссыпался мордой вниз...Но вместо того, чтобы шлепнуться на землю подобно мешку с картошкой, довольно ловко перекрутился в воздухе и приземлился на все четыре лапы, а после злобно зарычал в сторону обидчика, скаля здоровенные клыки. Тот, впрочем, особо не испугался, ведь у него самого были такие же, но и на сближение идти пока не спешил. Замер в напряженной стойке, заращивая многочисленные кровоточащие раны, покрывающие его шкуру и, в первую очередь, регенерируя свой левый глаз, выколотый удачным ударом когтя несколько секунд назад.
Старейшина Парижской общины перевертышей, которого выкинули бы с арены, если бы не магический барьер, был настоящим великаном по меркам своего племени имея рост в районе четырех метров и минимум пару тонн живого веса, покрытых светло-серой, практически белой шкурой, которую толком не могло скрыть даже некое подобие коротких штанов из материала, выдержавшего и трансформацию вервольфа, и последующую жестокую битву. Не без прорех, правда, но прорехи эти сейчас стремительно зарастали, поскольку отдельные лоскутки ткани словно бы цеплялись друг за друга, вновь образуя единое целое. Но Доброслава, чей окрас был куда более темным, по габаритам его даже превосходила слегка, а также носила и некое подобие едва не лопающего на широкой груди топа...Впрочем, если бы он все-таки не выдержал и лопнул, ну или же слетел в пылу схватки, никаких проблем в этом Олег не видел. Да, трибуны сейчас были забиты тысячами зрителей, что глазели вниз на арену, а также свистели, кричали, улюлюкали, пытались как-то подбодрить бойцов и большая их часть являлась как раз таки мужчинами...Однако различить у полностью принявшей свой второй облик кащенитки-изгнанницы хоть чего-нибудь под слоем длинной шерсти удалось бы разве только обладателю рентгеновского зрения.
Соперники по какому-то молчаливому соглашению дали друг другу несколько секунд на то, чтобы собраться с силами и перевести дух, ну а потом решили показать своим многочисленным зрителям, что оба они сегодня настроены очень серьезно. Длинная шерсть старейшины распушилась во все стороны, когда по его телу забегала паутина электрических разрядов, все больше и больше и набирающих яркость и скорость с каждым мгновением, но это было ещё далеко не все. Вставший на задние лапы вервольф как-то по особому взмахнул передними конечностями, словно вспарывая своими когтями пространство, и прорезанная в воздухе брешь выпустила две его точных копии, только ажурные и словно бы свитые из молний. Колдовать перевертышам было сложно, очень сложно. Никого бы не удивил оборотень, который кроме самого процесса трансформации во вторую ипостась, ну и связанных с этим побочных эффектов вроде чудовищной регенерации, ловкости и силы, ничего бы больше в волшебстве не смыслил. Однако этого седеющего патриарха Парижской общины с полным на то правом следовало называть истинным магом, и его целеустремленность, позволившую добиться столь значительных результатов вопреки собственной природе, нельзя было недооценивать или не уважать. Однако и Доброслава тоже как волшебница отличалась от подавляющего большинства вервольфов в лучшую сторону и имела чего показать своим европейским сородичам. Повинуясь её воле вода начала конденсироваться из воздух вокруг любовницы Олега, застывая на её могучем теле толстыми пластинами льда, что образовывал примитивные, но все же вполне себе действенные доспехи. А кроме того перед нею возникло некое подобие сделанного из жидкости спрута, чье основное «тело» было размером с большую бочку, а вытянутые в разные стороны «щупальца» достигали длины в два десятка метров, благо размеры арены позволяли.
- Вода против электричества, - цыкнула зубом Анджела, наблюдая за тем, как соперники медлят, накачивая свои чары дополнительной энергией и стараясь придать им избыточную стабильность, без которой в бою двух крайне живучих, толстошкурых, быстрых и маневренных оборотней от заклинаний толку особо не будет, ибо легких травм ни один из вервольфов не боялся. – Неудачный расклад для Доброславы.
- Ну, они это не специально, просто совпало так, - развел руками чародей. – Что она, что старейшина явно оттачивали свои любимые стихии задолго до этого дня, когда впервые друг друга увидели.
Сотканные из разрядов энергии оборотни ринулись вперед по дуге, заходя Доброславе то ли в тыл, то ли во фланги, в то время как оригинальный старейшина просто и безыскусно рванул в лоб, явно рассчитывая разнести на части созданный соперницей конструкт, который может и мог бы своими объятиями разорвать человека на лоскутки или там бронетехнику переломать какую-нибудь, но главный оборотень Парижа под усилением явно был бы сравним даже не с тяжёлым танком, а с целым бронепоездом особой компактности и пушистости...И, вероятно, очень удивился, когда земля под его ногами вдруг осыпалась, открывая глубокий и широкий провал площадью в пару десятков квадратных метров, из-за чего набравший уже неплохую скорость монстр на бегу взял и провалился в большую яму.
Распластавшаяся по земле часть жидких щупалец была далеко не всеми конечностями созданного Доброславой псевдоспрута. Ничуть не меньше водяных жгутов, оказывается, отходили от основного тела её конструкта под землю. И незаметно для всех, но очень быстро бурили её, по воле кащенитки-изгнанницы подготавливая ловушку на кратчайшем пути между собой и соперником. А заодно схватила попавшуюся в неё добычу, пытаясь ту обволочь и заодно превращая ближайшие кубометры почвы в подобие грязевого болота, подчиняющегося магии любовницы Олега и попытавшегося немедленно засосать свою добычу. Естественно, старейшину оборотней было подобным фокусом не пронять, он полыхнул во все стороны разрядами молний, рассеивая и выжигая чужое волшебство, а заодно разбрасывая в стороны от себя излишне жидкий грунт, а после выпорхнул из получившейся ямы как кошка, брошенная жестокими детьми в канаву – недовольным и грязным, но не более. Однако импульс этот французский перевертыш все же потерял и на пару мгновений отвлекся, чего Доброслава, в общем-то, и добивалась.
Закованное в ледяные доспехи тело сбросило с себя эти самые доспехи, которые брызнули в разные стороны шрапнелью, накрыв собою приблизившихся уже вплотную то ли духов, то ли просто повторяющих очертания тела создателя энергетических конструктов. Те были быстры, сильны, опасны, способны к автономным действиям, а заодно могли обжечь и даже изжарить любого, кто сойдется с ним в ближнем бою...Ничего из этого не помешало Доброславе превратить их сначала в очень-очень дырявое решето, где целых мест осталось как бы не меньше, чем дырок, а потом и в лужицы колдовского электричества, бессильно расплывшиеся по земле.
- Неплохо, - вновь выдала свой комментарий Анжела. – Но медленно, слишком медленно по меркам младших магистров, которые за такой срок успеют эту мохнатую задаваку как следует приложить раз или два.
- И она это даже без какой-либо защиты переживет, став от боли только злое и опаснее, - пожал плечами Олег, продолжая наблюдать за тем, как дерутся на арене два могущественных оборотня, каждого из которых с полным на то правом можно было бы назвать одним из опаснейших представителей данной расы. Доброслава в паре со своим водяным псевдоэлементалем лупцевали старейшину парижской общины с двух сторон, причем действуя удивительно слаженно. Уходя из под укуса или когтей любовницы чародея тот неминуемо подставлялся под жидкие щупальца, что в момент контакта с целью морфировались скорее в некое подобие огромных кос, что секли и шерсть, и скрытую под ней плоть. Не слишком глубоко, а ранки мгновенно подживали, но даже могучий организм перевертыша имел ограниченные запасы жизненной энергии и крови. Ответные удары же электричеством, то и дело перескакивающие на одного из противников, особого эффект на тех не производили. Один не был живым и не мог бояться или чувствовать боль, вторая бы соперника не постеснялась отчебучить собственными оторванными лапами, если тот сумел их ей оторвать. – Конечно, если ей с первого уже удара не снесут голову. Но это – маловероятно. Ты ведь не забывай, свои главные козыри она пока ещё в общем-то даже не применяла...
Глава общины перевертышей Парижа понял, что проигрывает в битве на истощение и решил пойти ва-банк. С громким нечленораздельным ревом силуэт старого оборотня словно вспыхнул изнутри аурой жизненной силой, которой оказалось настолько много, что она из-за своей предельной концентрации даже стала видимой и словно бы окружила его коконом...Но то были лишь паразитные потери, ведь основные потоки этой энергии перетекла в шерсть на его боках и загривке...А шерсть та зашевелилась, выметнула из себя отдельные длинные-длинные волоски, которые вытянулись на несколько метров и ударила точно в Доброславу, пронзив её в сотнях мест одновременно! Навылет пронзив, ведь все эти окровавленные иглы, несущие на себе заодно мельчайшие кусочки внутренних органов и костей фонтаном выметнулись из спины кащенитки-изгнанницы.
Как-то отстраненно Олег услышал жалобный треск сломавшихся металлических перил, в которые он сам не заметил как вцепился со всей имеющейся силы, силе оборотня не сказать чтобы уступающей. Рефлексы опытного целителя не только разогнали его собственный разум до максимально возможных значений, заставив окружающий мир словно замедлиться, но и тщательно анализировал схему повреждений, пытаясь понять, насколько серьезный вред нанесен здоровью любовницы чародей. Удар старейшины пришелся ей в грудь, живот и даже руки с плечевым поясом, а пара прядей издырявила горло превратив то в подобие чайного сита, но голова вроде бы была не задета и только потому русский боевой маг ещё не спрыгнул на арену, наплевав на все местные порядки. Покуда был цел головной мозг, специалист его уровня мог бы исправить любые повреждения тела, даже будь оно превращено в натуральный дуршлаг...Если это вообще понадобится. Ведь атака, попавшая по кащенитке-изгнаннице, могла бы с гарантией вывести из строя почти кого угодно...Но очень-очень сильный метаморф, одним из сильнейших качеств которого являлась просто таки сумасшедшая регенерация как раз и мог являться тем самым исключением, которому плевать на какие-то там микротравмы, пусть даже количество тех измерялось сотнями, если не тысячами. А потом по ним ударили густые и яркие разряды колдовского электричества, поджаривая изнутри то, что было навылет пробито.
Лифчик Доброславы треснул и отлетел куда-то далеко в сторону, а штаны так и вовсе чуть ли не взорвались клочьями, когда их во все стороны сразу с чудовищной скоростью стало распирать тело, увеличившееся ещё раз в пять. На месте очень-очень большого оборотня, который мог бы войти в дверь дома только согнувшись в три погибели, появился оборотень просто гигантский, который бы тот же дом мог либо перешагнуть, либо снести пинком. Все раны на его теле либо исчезли без следа, либо расширились и обзавелись когда зубами, когда глазами, когда торчащими наружу щупальцами-языками, а когда и всем этим одновременно. И достающий ему в лучшем случае до колена старейшина парижской общины кажется понял, что теперь он по-настоящему попал. Во всяком случае, Олег точно видел, как судорожно движется вверх и вниз мохнатый кадык.
От устремившегося прямо к нему мохнатого кулака, оставившего в поверхности арены глубокую яму, сильнейший оборотень Парижа увернулся, в последний момент сместившись в сторону. Затем ему пришлось высоко подпрыгнуть, чтобы пропустить под собой размашистый удар нижней лапы Доброславы, который следовало бы назвать круговой подсечкой, если бы в нем не было столько дури, что хватило бы снести с рельсов целый бронепозед, причем с рельсами заодно. А вот дальше удача старейшине изменила, ибо его захлестнуло той конечностью, которую вервольфы в общем-то имеют, но в бою как таковую не используют. Хвостом. Относительно тонкая и слабая веревка, болтающая где-то с тыла и имеющая объем лишь благодаря покрывающей её шерсти даже в могучем организме перевертыша служила то ли помехой, то ли декоративным украшением... Только вот у кащенитки-изгнанницы, открывшей в себе талант метаморфа, эта часть тела налилась мускулами и силой в достаточной мере, чтобы щелкнуть подобно хлысту, обвиваясь вокруг одной из ног европейского оборотня. Тот попытался сначала вырваться, а потом и перекусить поймавшую его штуку, и в принципе мог бы добиться успеха секунды за две-три. Только вот любовнице Олега и одной вполне хватило на то, чтобы как следует размахнувшись впечатать когтистой лапой своего противника в землю. Вернее даже не впечатать, а вбить, сантиметров эдак тридцать-сорок в глубину. Потом отлепить от земли пинком, подбросив в воздух и снова стукнуть, отправляя вниз. Повторить...
На заполненных оборотнями трибунах, где и раньше-то творилась та ещё вакханалия, окончательно воцарился полный хаос! Вервольфы и их кузены с иным обликом натуральным образом орали в исступлении, повскакивав со своих мест и вздевая к небесам когда руки, когда лапы. Орали, взирая на Доброславу, но не с гневом за своего лидера, а с...Восторгом? Восхищением? Радостью? Надеждой? Вероятно, так бы выглядели фанаты, прикладывающие все силы, чтобы впечатлить своим ором суперзвезду, исполнившую свой коронный номер на двенадцать баллов из десятки возможных.
- Думаю, это уже нельзя назвать дракой, - решил чародей, наблюдая за тем, как старейшина парижской общины летает то вверх, то вниз, земли касаясь лишь на какие-то доли мгновения, которых ему не хватало, дабы обрести нормальную точку опоры и попытаться вырваться. Нет, он пытался, несмотря на множественные переломы костей, общий ушиб всего организма и периодически появляющиеся глубочайшие дыры от когтей на лапах Доброславы, которые лишь каким-то чудом не растерзали избиваемого вервольфа на несколько частей и даже не отрезали от него особо крупных кусочков. – Это уже баскетбол...
Словно услышав его слова, Доброслава наконец-то прекратила издеваться над не способным оказать ей достойного сопротивления противником, сгребла в одну кучу ту переломанную груду мяса, в которую тот превратился и покрыла её льдом, придав получившемуся образованию шарообразную форму. Но играть ею в футбол не стала. Просто поставила на неё свою ногу, утверждая свой триумф, оглядела пристальным взглядом невольно замершие под её взором трибуны и покатила в сторону выхода с арены, где уже дожидались своего часа аптечки первой помощи для вервольфов в виде парочки коров, что даже в магическом сне тяжело дышали и периодически тревожно дергали ногами, явно ощущая присутствие рядом с собой опаснейших хищников, от которых мирным травоядным животным как можно скорее нужно бежать. А также не очень мирным хищникам и большей части опасных для всего живого магических монстров вместе с небольшими армейскими подразделениями численностью в несколько сотен человек, не располагающими достаточным количеством тяжелого вооружения и могущественных магов. Старейшина парижской общины оборотней это убедительно доказал, когда всего одним укусом мгновенно оторвал голову отнюдь немаленькому парнокопытному несмотря на то, что представлял сейчас из себя по сути конструктор из плоти, держащийся более-менее одним куском скорее каким-то темным чудом, чем благодаря законам физики и биологии.
- Пойдем, поздравим Доброславу? – Несколько неуверенно предложила Анжела, посматривая то на недавно дравшихся друг с другом оборотней, которые теперь дружно чавкали свежим парным мясом, задорно похрустывая позвоночником, ребрами и прочими костями, то на зрителей, которые накал если и сбавили, то совсем чуть-чуть и были бы сейчас, вероятно, в состоянии вот просто взять и напугать своим видом и ором средних размеров демоническую армию, убедив ту резко бросить все свои дела и вернуться обратно в преисподнюю. Все-таки перевертышей во Франции было много и, как большинство французов, проживали они преимущественно в Париже. Даже отдельная и довольно крупная арена для проведения поединков, публичных казней, собраний, спортивных состязаний и прочих важных общественных мероприятий ничуть не выглядела каким-то излишеством, ведь вся она была забита битком, вместив не меньше двадцати тысяч зрителей, только четверть из которых являлась людьми.
- Лучше полетим, - с сомнением оглядел Олег бушующее море зрителей, которое хаотически бурлило и волновалось...Но, как ни странно, за границы размеченных секторов не перехлестывалось, хотя те границы были всего-то проходами между длинными скамейками, а не какими-то нерушимыми магическими барьерами. Да и вообще вело себя в рамках, пусть это и были бы рамки не сильно трезвых футбольных фанатов на мировом чемпионате. Однако от оборотней, тем более в столь большой концентрации, чародей как-то подсознательно ожидал ещё большего буйства, так и норовящего перейти в кровавую резню, однако же парижские перевертыши вели себя на удивление пристойно. То ли потому, что каждый из находящихся вокруг субъектов являлся их знакомым, а то и родственником, причем многие пришли посмотреть на поединок вместе с маленькими детьми, то ли потому, что за порядком следили натыканные тут и там дружинники, пребывающие в своей боевой форме, причем таскающие тяжелые доспехи, как раз на оную форму и рассчитанные и вооруженные очень тяжелыми даже на вид двуручными дубинами. Осмелившемуся всерьез скалить клыки на ближних своих вервольфу мигом бы провели сеанс экстренного удаления всей челюсти представители той же расы, обладающие примерно теми же физическими возможностями. – Так быстрее будет, да и не протолкаться сейчас к спуску на арену, даже если сесть в какого-нибудь пилотируемого голема...
К моменту, когда чета Коробейниковых достигла своей цели, от двух довольно упитанных коров осталось так мало обрывков, что их могло бы не хватить даже на то, чтобы сварить всего одну кастрюлю холодца. Даже рога и копыта оказались разгрызены на мелкие кусочки и поглощены бездонными утробами могучих оборотней, способных переварить и не такую гадость, особенно если они очень голодны, поскольку им пришлось потратить ресурсы организма на регенерацию не только мяса, но и костей, которые надо из чего-то восстанавливать.
- Ох и славно ты же меня отделала, девочка...Ох и славно! – Бормотал на английском с рыкающим акцентом согнувшийся в три погибели седой мужчина, который был явно очень стар, но широченного размаха плеч и виднеющихся под одеждой бугров мускулов не утратил даже несмотря на морщины, густо покрывающие его лицо.Правда, потихоньку он выпрямлялся. С громкими щелкающими звуками, видимо свидетельствующими о том, что какие-то отделы его позвоночника потихоньку встают на положенное от природы место. – Я уж думал, прямо там дух испущу...Могла бы быть немножко со стариком и поласковее...
- А нефиг было совать свои когти в мой глаз! – Фыркнула Доброслава, формально одетая в какое-то простое светлое платье...Вот только если хорошенько присмотреться, то можно было заметить, что «ткань» не надета на девушку, а растет из неё. В Париже было очень много модных магазинов, в том числе и специализирующихся на удовлетворении очень особых запросов, например таких, какие могут предъявить маги-метаморфы. Однако обычно они трансформировались все же не столь масштабно, а у местных мастеров все же были свои пределы, и потому даже при работе на заказ покуда не удалось обнаружить одежды, которая могла бы выдержать резкий переход кащенитки-изгнанницы к максимальным габаритам и в процессе уцелеть. – Мы же договорились, смертельных ударов не наносить! Скажи спасибо, старый сморчок, что я тебе вообще голову не открутила!
- Случайно получилось...Рефлексы... - повинился глава парижской общины оборотней и, как Олегу показалось, даже не лукавил. О том, что Доброслава заметно превосходит его в магической мощи, он ведь знал задолго до начала поединка, а драки с соперником на целый ранг выше чаще всего ведут к весьма понятному финалу. И идти на эскалацию поединка для сильнейшего перевертыша Парижа было совсем не в его интересах. Репутация непобедимого чемпиона своей расы – дело конечно хорошее, но второе место это тоже очень даже неплохо, ведь жизнь как-то подороже будет чем одна лишняя ступенька на неофициальном пьедестале... – Скажи, милочка, а ты случайно не хочешь стать моей преемницей? Я, как видишь, хоть и не растерял своей силы, но все-таки стар. Более того, по меркам нашего народа я безумно стар, и даже ритуалы умников из Академии Наук с каждым годом помогают все меньше, и лет через пять, ну может семь, мне точно пора будет кому-то передать место главы нашей общины...Землю и титул, которые мне ещё Наполеон Бонапарт пожаловал, тоже передам...
- Вот ещё! Делать мне нечего, кроме как такой геморрой себе на плечи взваливать! – Высокомерно фыркнула Доброслава. – Тем более, вдовесок к этому титулу наверняка пойдет какой-нибудь твой внук или правнук, а свой выбор я уже сделала! Лучше не мешай мне искать молодых щенков, которые хотели бы чужие края повидать и крови вкусить наконец-то! А заодно объясни всем остальным доходчиво, чтобы всякие идиоты не пытались мне докучать и тем более свататься, если не хочешь, чтобы тебя опять так же взгрели!
- За это можешь не переживать милочка, - фыркнул старый-старый оборотень, возможно бывший самым древним представителем данной расы из ныне живущих. – Молодежь к тебе теперь сама толпами повалит, за компанию со вполне себе опытными волками, замучаешься их отгонять ещё. И лезть к тебе под хвост они после увиденного забоятся, а если найдется идиот какой, я ему сам текстикулы вырву, будь он хоть и из числа моих потомков. Тут же дураку ясно – не потянут они тебя, нет, не потянут...Может насчет места моей преемницы все же подумаешь, а? Ну, дай старику надежду...И крупнейшей общине нашего народа, какая только существует в Европе. Без надежного защитника не продержаться же ей, даже во Франции и даже при Деспоте, которому наши воины нужны. Заклюют ведь этих лоботрясов мохнатых волшебники, как есть заклюют...
- А вы разве в стране единственный истинный маг-перевертыш? – Удивился Олег, который знал, что магически сильные оборотни встречаются редко...Да только с учетом того, сколько зрителей сейчас на трибунах бесились, просто по статистике талантливые и упорные одаренные посреди такой толпы должны были найтись! А ведь ещё и пришли не все, наверняка. У кого дела, из-за которых нельзя даже на часок отлучиться, кому неинтересен был этот поединок, кто просто в Париже отсутствовал...
- Еще пятеро есть, но трое из них на ранг истинного мага претендуют больше по опыту, да и брать свое предпочитают больше алхимией, ритуалами и артефактами, а последняя парочка не из истинных, а обращенные, пытавшиеся сменой расы убивавшие их проклятия с себя скинуть. – Вздохнул старейшина, в раздумьях потирая свой дряблый морщинистый подбородок. – Не то, чтобы они были плохими людьми или слабыми заклинателями, но и ничего особо выдающегося из себя, в отличии от меня, тоже не представляют...Кстати, сударь Коробейников, а вы не думали тоже оборотнем стать?
- Вообще-то думал, - хмыкнул чародей, вероятно очень изумив тех, кто прислушивался сейчас к их разговору. – Но довольно давно, ещё когда был ведьмаком, ну может подмастерьем...А вот сейчас то, даже если чисто гипотетически, мне это зачем?
- Ну, став одним из нас, вы бы могли попробовать объединить разрозненные стаи, племена и общины, дабы стать королем всей нашей расы? – С какой-то странной интонацией предложил ему старый-старый перевертыш. – Нет, ну а что? За вами пойдут! Вновь иметь собственную землю, причем именно собственную, а не данную каким-нибудь аристократом во владение – давняя мечта многих меняющих облик...Да и королева для такого у вас уже есть!
Глава 3
Глава 3
О том, как герой изумляется успехам скотоводства, раздумывает над сотнями оборотней и получает немного не ту поддержку.
Старейшина оборотней и его гости путешествовали по отведенной для перевертышей части Парижа с большим эскортом, измеряемом тысячами оборотней. Ну, не совсем эскортом, собственно охранять одних из самых опасных существ в этой стране особо ни от кого не требовалось, а защитить кого-то от них мало кому оказалось бы по плечу. Но многотысячная толпа зрителей, внезапно получивших нового кумира, определенно хотели бы держаться к Доброславе поближе, а также расспросить её о многом, может быть дотронуться...Однако держалась подальше, на расстоянии примерно сотни метров. Оборотни мало чего боялись и их тяжело было заставить придерживаться определенных границ тем, кого они не уважают, но пара десятков громких начальственных рычащих рявков от патриарха общины все-таки заставила их отступить, держа дистанцию. Хотя и не сказать, чтобы эта самая дистанция как-то помешала обладателям невероятно чутких ушей активно подслушивать беседу, которой коротала время прогуливающаяся по улочкам города компания.
- Должна признать, оборотни во Франции живут достаточно неплохо...Ну, если сравнивать с обычными парижанами, во всяком случае. – Решила потенциальная королева всей расы перевертышей, каким-то хозяйским взглядом окидывая благоустроенные улочки, напоминающие Олегу не то элитные жилищные поселки его родного мира, не то картинки о так называемой американской мечте. Большие светлые дома на два-три этажа с примыкающими к ним солидными участками были выстроены по линеечке и окружены аккуратненькими линиями низких заборчиков из тонких реечек, достигающих высоты где-то полуметра и вряд ли бы сумевших остановить даже решительно настроенную курицу. Впрочем, а зачем было напрягаться и городить нечто большее? Вервольфа, решившего заглянуть на огонек к соседям без спроса, останавливать следовало, по меньшей мере, крепостной стеной. Да и то перевертыш по ней, скорее всего, влезет без особого труда, вбивая когти в стыки между камнями или даже в сами камни. Ну а грабителей в район, обитатели которого могли принять на грудь пару-тройку выстрелов из дробовика, а после этот самый дробовик разгрызть и сожрать вместе с руками, которые его держат или же выследить по запаху обнесшего их жилище злоумышленника, пришлось бы затаскивать силком, причем грабители те в процессе наверняка бы попробовали упираться и кричать.
- Спасибо, - подбоченился патриарх парижской общины перевертышей, не без оснований принявший сию похвалу на свой счет. – А вы ожидали чего-то ещё?
– Я думала, что увижу здесь нечто вроде обнесенных колючей проволокой и сторожевыми чарами гетто, куда наш народ пытались загонять в Австро-Венгрии и Польше или в лучшем случае отдельную деревню за пределами городских стен вроде тех, что для перевертышей возводят в Империи Золотого Дракона... – Призналась кащенитка-изгнанница, жадно принюхиваясь к идущим откуда-то ароматам...Ароматам свежей выпечки. Хоть оборотни и любили мясо, но придерживаться характерной для плотоядных диеты уж точно не собирались, уделяя свое пристальное внимание любой другой калорийной и вкусной пище, которую только смогло придумать человечество. – Нет, контрабандисты, которые добирались до Сибири, конечно рассказывали совсем другое и даже фотографии показывали...Но мой дед считал их не более чем пропагандой, при помощи которой они сманивали всяких наивных дураков, и я была с ним согласна...
- Ну, в принципе, до восшествия на престол Деспота и разорения большей части Франции мы испытывали, скажем так, куда большие трудности. И с тем чтобы оказаться нормально принятыми в обществе, и банальные финансовые. – Вздохнул старик, который видел своими глазами и четыре Мировые Войны, и многое из того, что было до первой из них. Может не столь масштабное, но ничуть не более гуманное. И в первую очередь представители человечества всегда любили гнобить тех, кто их чем-нибудь раздражает, например, относительно немногочисленных инородцев...Хотя те же стихийные погромы в отношении организованных общин перевертышей когда-либо случались вряд ли. Ибо чтобы примучить всего одного вервольфа, пусть даже самого захудалого, требовались не вилы, факелы, ножи и какой-нибудь допотопный карамультук, а как минимум десяток опытных бойцов с соответствующей экипировкой. И, следовательно, минимально необходимый для нападения на этот квартал масштаб мероприятия равнялся плюс-минус войсковой операции. А вот их правители или какие-нибудь кардиналы как раз время от времени и санкционировали, а то и возглавляли, лично потроша вервольфов и прочих оборотней. Ну или сжигая целыми десятками и сотнями до состояния пепла, который уж точно никого не укусит. – А вот потом..Потом у нас получилось добиться очень многого.
- Доказавших свою силу, преданность и умение грамотно мыслить на поле боя перевертышей стали назначить на офицерские должности, поскольку старую аристократию в значительной мере либо убили, либо изгнали, а кто-то должен был усиливать простых солдат? – Предположила Анжела, видимо припомнив события, приведшие в Российской Империи этого мира к свержению царя, а также последствия революция.
- Ну и это тоже, но вообще-то процветание нашей общины больше связано не со службой в армии, а со скотоводством. – Удивил своих слушателей старейшина. – Я не скажу, что мы полностью подмяли под себя разведение лошадей во Франции и выпас крупного рогатого скота...Но наша доля в нем точно больше, чем у всех остальных вместе взятых. И, кстати, лучшие шерстяные изделия для путешественников и жителей холодных стран, которые делаются в Париже – делаются из нашего сырья. Да и у ресторанов, где зажиточные горожане могут попробовать нежнейшую говядину, а не какую-нибудь трижды перемороженную за время пути и все равно тухловатую солонину, именно мы основной поставщик.
- Это...Неожиданно, - в который раз удивился местным оборотнем Олег, косясь на Доброславу, но та выглядела примерно столь же ошеломленной подобными известиями. – Мне казалось, у перевертышей нет каких-то особых талантов в звероловстве...
- Скорее к этой школе магии у нас есть определенный антиталант. Впрочем, как и ко всем остальным. Нет, тут дело в другом. Мы одновременно и хорошо умеем пугать животных, заставляя их двигаться туда, куда нам надо, и способны обеспечить за ними достаточно качественный надзор. На равнинах Франции бесхозных земель теперь в десятки раз больше, чем обрабатываемых полей, есть где развернуться. – Если старейшина и стеснялся того, что гордые вервольфы с его подачи массово выполняют обязанности пастушьих собак, то ни капли этого не показывал. – Тем более всего один перевертыш в состоянии не только с вполне приемлемым уровнем комфорта проводить целые месяцы вдали от цивилизации, питаясь дичью и наплевав на такие мелочи как непогода или отсутствие доступа к чистой воде, но и способен заблаговременно обнаружить любую угрозу стаду. А также защитить животных от их собственной глупости вроде попыток влезть в магическую аномалию и тех, кому они только могут быть интересны. Обычные хищники, девяносто процентов монстров или низшая нежить и к самому паршивому вервольфу не сумеют подкрасться, даже если он спит, а если все-таки попробуют, то им же хуже. С разбойниками, вернее теми, кто разбойниками только притворяются, дела обстоят похуже...Но десяток конных бандитов или аналогичного размера шайка на какой-нибудь летучей лодке не станут связываться с представителем нашего народа, поскольку несколько тонн вырезки, которую они могли бы спереть, банально не стоят достаточно много, чтобы драться с оборотнем. А гонять какой-нибудь парящий эсминец ради возможности из пушек по живым мишеням пострелять – слишком дорого.
- В сложившихся обстоятельствах вы смогли придумать и реализовать просто блестящую экономическую стратегию, мистер Эмильен, - вполне заслуженно похвалил Олег старого покрытого морщинами француза, в котором теперь просто нельзя было заподозрить то огромное чудовище, которое совсем недавно носилось по арене как наскипидаренное. – Мои поздравления.
- Спасибо-спасибо, - ухмыльнулся этот тип, вопреки сложившимся в обществе стереотипам о яростных, прямолинейных и туповатых вервольфах оказавшийся достаточно умным, хитрым и расчетливым субъектом, чтобы вместе со всем своим народом процветать в стране, практически непрерывно находящейся в состоянии осады. Барон Эмильен де Вульф, а именно так звали сию престарелую машину смерти, может и оборачивался волком, но явно был в душе тем ещё хитрым лисом повышенной наглости. Иначе бы не предложил он Олегу и его любовнице свою поддержку в деле захвата власти над перевертышами Парижа, а в потенциале и всего мира...Что могло быть полезно близким старейшины, собирающегося в ближайшем будущем отправиться в края вечной охоты для перевертышей, но уж точно не для одного конкретного русского боярина. Да и не для Доброславы, пожалуй. Дело было даже не в проблемах с фертильностью и психикой, которые могли бы настигнуть чародея, решись он сменить свою расу. Просто мировым лидерам объединение оборотней вокруг какого-нибудь центра силы точно не пришлось бы по нутру. Да, имея за спиной несколько десятков тысяч живых машин смерти повышенной лохматости относительно заурядный высший маг бы автоматически возвысился бы если и не на уровень Деспота Парижского или Великого Хана джиннов, то по крайней мере оказался бы с ними сопоставим по уровню влияния...Но и проблемы бы тогда Коробейникову окружающие немедленно постарались подсыпать с воистину государственным размахом! – Но я так думаю, в нашу общину вы тоже пожаловали не только для того, чтобы покрасоваться перед молодежью, демонстративно выбив пыль из моих старых косточек? И, если что, та глупая история с министерством экономики меня не смущает абсолютно! Любой благородный человек, ну в моем случае перевертыш, имеет право заключать сделки с другим таким же благородным человеком, пусть даже тот и происходит родом из иной державы. Это – закон, пусть даже формулировка в правовых кодексах Франции вроде немного другая, а коли уж какой-то придурок счел необходимым из чужой торговли обязательно взять свой процент, какой ему должны были отстегивать видимо за красивые глазки, то без такого идиота всем однозначно будет только лучше!
- Действительно. Имей это министерство полную монополию на любые сделки с представителями иных держав, и контрабандисты с прочими торговцами в Париж заглядывали бы куда как реже. – Со смешком согласился Олег, извлекая один из заранее подготовленных буклетов, где описывались товары Нового Ричмонда, которые чародей мог бы предложить по оптовым ценам и в оптовых же количествах. Не совсем любых, конечно, но очень и очень серьезных. Главной проблемой являлся вес и объем грузов, которые доставлять в иную страну пока имелась возможность сугубо при помощи летучих кораблей, чье число было ограниченным и не слишком-то большим. – Вот тут у меня информация по оружию, бытовым артефактам, сухофруктам, специям и прочей мелочевке...Но именно для вас есть и иное предложение. Персональное. И вполне способное очень даже значительно на всю парижскую общину повлиять.
- Причем я заранее убедила этого хитрого типа назначить для моих сородичей адекватную цену, а не ту, которую он хотел раньше! – Слегка пихнула Олега кащенитка-изгнанница, ничуть при этом не соврав. До разговора с Доброславой чародей хотел за свое особое и в чем-то даже уникальное предложение взять куда как меньше. Однако его любовница настояла на увеличении стоимости предлагаемого продукта почти в десять раз, утверждая, будто в противном случае Эмильен и прочие лидеры перевертышей могут затянуть сделку или вообще отменить её, почуяв какой-то подвох!
- Заинтриговали... – Наполовину обернувшись, старейшина грозно посмотрел на взволнованно расшумевшихся сородичей, по-прежнему тащащихся следом, и всего одного недовольного зырка с его стороны хватило, дабы многотысячная толпа оборотней резко сбавила уровень производимого ею шума. - Итак, что же такого могут предложить нам русские бояре, заполучившие неплохие связи в далекой Индии?
- Рецепты примерно полудюжины зелий, адаптированных специально под энергетику и физиологию перевертышей. Частично из библиотек царства Кащеева, а значит и самой Гипербореи, частично из записей брахманов. – Взяла слово Анжела, которая в искусстве более-менее равного торга стратегическими активами вероятно понимала больше чем её муж или тем более Доброслава, которая от всяких бухгалтерских расчетов и прочих хозяйственных дел при первой возможности старалась удрать куда подальше. Вероятно, даже серебряные пули не пугали бы её сильнее, чем необходимость сводить дебет с кредитом или рассчет предполагаемой прибыли от той или иной операции, особенно если речь идет не о чисто товарных отношениях, а о таких сделках, где наравне с прочими факторами учитывается репутация, возможности для долговременного сотрудничества и неудовольствие со стороны властьимущих, которое может вызвать распространение информации, которую они раньше полагали своим родовым секретом. – Также схемы нескольких артефактов, предназначенных для перевертышей в качестве оружия, брони или вспомогательных инструментов. И, как вы понимаете, продажа их всего лишь за золото нас не слишком интересует...Разве только за очень-очень большое количество золота или ценностей иной природы, чьи ориентировочная стоимость начинается от сотни тысяч золотом. Правда, мы не исключаем, что у вас могут найтись их аналоги или даже точно те же самые рецепты, придуманные много тысяч лет назад...Но Доброслава признала, что у кащенитов ничего схожего не было со времен падения Кащея, а значит они могут оказаться для вас интересными.
- Ну, мы действительно многого добились, где собирая древние тайны, где проводя полноценные научные исследования, которыми занимались умники из Академии по заказу нашей общины. Вот, например, одежду теперь можем делать, которую любой, ну почти любой оборотень способен совмещать с процессом трансформации. Однако все равно это интересно! Очень интересно... – Эмильен попытался скрыть свою заинтересованность в этом, но по резко возросшему уровню шума, вновь доносившемуся со сторону все ещё продолжающих плестись по пятам оборотней, у которых не было более важных дел чем желание поглазеть на Доброславу, понял бесполезность своей стратегии. Наследие древних магических цивилизаций в этом мире уважали, практически боготворили. И не сказать, чтобы совсем незаслуженно. Олег сам не раз видел подтверждения тому, что до уровня Атлантиды или Гипербореи, ну или хотя бы их осколков, гордящимся своими сегодняшними успехами высшим магам было примерно новорожденному мальку до большой белой акулы. Слишком уж часто люди, почти постоянно воющие между собой, теряли знания и технологии. А когда открывали их тем или иным образом – слишком любили держать все в секрете, иногда даже от союзников и ближайших родственников, чтобы надежно обеспечить свое положение на верхушке иерархической пирамиды или же годами получать сверхдоходы, ничего особо не делая. – А если не золото, что чего бы вы хотели взамен?
- Ну, один из рецептов мы можем уступить за доступную вам информацию по особым способностям сильнейших оборотней. Тех, у кого четвертый ранг или даже пятый, - пожала плечами Доброслава, с которой этот момент давно уже согласовали. – Боюсь, известные мне сведения больше похожи на сказки или даже на криво пересказанные и много раз приукрашенные байки, на основании которых эти сказки когда-то писались. Вот ты, Эмильен, вроде старый почти как мамонты...Ты других младших магистров-перевертышей кроме меня когда-нибудь видел?
- Одного, в молодости, когда сам едва-едва из щенков вышел. В армии Наполеона, того самого. – С готовностью кивнул патриарх Парижской общины. – Ему где-то под Краковом польский магнат Бородевич голову срубил, а после сжег...И тело тоже сжег, а после ещё долго пепел святой водой поливал. Кажется, он тогда решил, что столкнулся не просто с особо сильным оборотнем, а одержимым. Тогда много кто такую ошибку совершал из-за дополнительных глаз и пастей, которые у настолько могущественных перевертышей как-то непроизвольно сами собой появляются, словно прыщи у мучающихся перестройкой организма подростков. По вашим меркам такое – нормально. Даже у меня они проклевывались в боевом облике раз или два, когда я ещё не был настолько старым, чтобы после перехода в человеческую форму исчезнуть бесследно. Да, кстати, чувствительность к серебру и светлой магии у таких как ты хоть и заметно выше нормы для перевертышей, но не настолько, чтобы это играло заметную роль. Во всяком случае, святая вода до сих пор должна действовать скорее как средство утоления жажды, чем как нечто ещё.
- Насчет неё я уже в курсе, это было одно из первых исследований, которые я провела. – Буркнула девушка, которая периодически начинала походить на какое-то порождение нижних планов...Скорее всего, использованное древними магами при создании первых оборотней. – Но чую, тут все не так просто...
- Ну, может быть. Во всяком случае, выписки из наших архивов в обмен на действительно интересный рецепт зелья, полезного представителям нашей расы, я сделать вам точно дам, не такое уж его содержимое и секретное...И не так уж много тех, кому его содержание могло бы оказаться полезным. – Пожал плечами старейшина перевертышей. – Кстати, а что там за алхимию вы отыскали? Не обычные же припарки для быстрого заживления ран...
- Ну, что-то подобное тоже было. Для людей смертельное, ну может за исключением богатырей и даосов, зато нам способное отрастить оторванные лапы вместе с половиной туловища, которую кто-нибудь откусил, оторвал или сжег, секунды за три. Причем без впадения в голодное бешенство, что как по мне и является самым главным. – Пожала плечами Доброслава, что была главным экспертом по нуждам перевертышей, как истинных, так и относившихся ранее к числу людей. – Ещё мы нашли рецепт зелья, облегчающего для организмов обращенных адаптацию к новым возможностям...Правда, ценою увеличения рисков для психики. Остальное – мелочи, которые однако же могут вам очень даже пригодиться, поскольку будут в каждой масштабной битве спасать кому-то жизнь. Стимуляторы, которые на несколько часов или дней сделают когти или клыки прочнее и способными наносить вред энергетике добычи, усилители органов чувств, шампунь-бальзам для шерсти, после которого шкуру пробить окажется в пару раз сложнее, чем обычно.
- А для сохранения стабильности психики обращенных ничего не было? Или для того, чтобы вторую форму было легче менять? – С надеждой поинтересовался старейшина перевертышей. – Я точно знаю, что такое когда-то было, причем именно у Кащея, из-за чего ему многие из нас и присягнули, стягиваясь к его владениям со всех концов земли...И никаких денег не пожалею за то, чтобы эти секреты вернулись к тем единственным, для кого они не бесполезны. Если моих накоплений не хватит, кредит у Деспота возьму хоть на десять миллионов, хоть на пятьдесят. А уж за возможность обретения облика волшебного существа хотя бы для кого-то из детей так вообще все отдам. Дам клятву пожизненного служения, сколько бы той жизни мне не осталось. И три сотни лучших моих воинов заставлю сделать то же самое...
- Увы, если такие сведения и сохранились где-то, то не в аналоге магической школы, которую нам повезло обнести, а в личных записях Бессмертных или же их библиотеках. – Развел руками Олег, мысленно вспоминая, что вообще-то знакомые, весьма вероятно владеющие подобного рода информацией, у него есть! А три сотни оборотней, причем оборотней матерых, это вообще-то очень даже серьезно. В наземной битве против такой армии перевертышей мало кто будет способен устоять, включая батальоны тяжелой техники и крепости. – Честно говоря, большая часть рецептов стимуляторов для вашей расы вообще была скопирована нами в Индии, из гримуара одного лояльного англичанам князька, правившего, в том числе, и небольшой деревенькой оборотней-тигров.
- Печально. Ожидаемо, конечно, но все равно печально, - вздохнул Эмильен, видимо действительно готовый на многое, лишь бы дать своему народу большие шансы на выживание в этом жестоком мире, столь недружелюбному к слабым...А перевертыши, как ни крути, проигрывали сильнейшим представителям человечества, причем с очень большим отрывом. И даже численность их, несмотря на возможность искусственно пополнять свои ряды, по сравнению с людской являлась, откровенно говоря, ничтожной. Оборотней в Париже проживали десятки тысяч, обычных французов – миллионы. И далеко не все из них относились к числу безобидных обывателей, которых любой вервольф способен смести одним ударом лапы.
– Если у вас с собой чисто случайно найдутся образцы этих зелий, можем сразу зайти в нашу больницу, мы к ней приближаемся как раз. – Кивнул старейшина в сторону высокого серого здания, обнесенного пятиметровым каменным забором, а потому очень выделяющегося на фоне аккуратных маленьких домиков...И сильно смахивающего на тюрьму благодаря толщине решеток на каждом окне, прочно вмурованных в камень. Кроме того по железным прутьям время от времени пробегали голубые искры разрядов. А ещё по периметру данного учреждения здравоохранения стояло четыре пулеметные вышки. Причем часовые, стоящие у орудий, направляли их не наружу, а внутрь. Судя по всему, перевертыши приняли все необходимые меры, чтобы те из них, кто нуждался в каком-то лечении тела или разума, не представляли угрозы для окружающих.
- Найдутся, конечно, - Олег заранее предполагал, что потенциальные покупатели захотят проверить в деле предлагаемый им товар, а потому загрузил партию алхимических препаратов в то пространственное хранилище, где таскал всякую полезную в быту мелочевку, от пары тысяч золотых монет до сухих носков. – Кстати, предварительные испытания на добровольцах они уже прошли, и пока из выявленных побочных воздействий отмечалось лишь временное повышение аппетита.
- Вот в последнем даже и не сомневался! – Хмыкнул в ответ старейшина оборотней. – Когда представители моего народа чем-то расстроены, они хотят жрать, когда ранены – хотят жрать, когда им скучно тоже...Наш голод - это лишь немногим меньшая константа, чем Жажда вампиров! Кстати, а с артефактами что?
- Защитные амулеты, во время смены обличья плавно трансформирующиеся в не мешающую движениям малозаметную сбрую, сохраняющую свои свойства. – Принялась перечислять Доброслава. – Накладки на когти с разными свойствами, что в обычное время играют роль перчаток. Клинки, что могут выдержать силу большинства оборотней и в то же время способны к почти полностью самостоятельному формированию энергетических зарядов за счет жизненной силы владельца, чтобы тот мог атаковать на дистанции...
Здание больницы, к которому они уже подошли, вовсе не пустовало. Внутренний дворик его был украшен неплохим количеством зелени, между которой стояли скамеечки, на которых сидели люди и перевертыши, что проживали в данном районе и в медицинской помощи нуждались куда сильнее, чем в зрелищах, пусть даже самых захватывающих. Оборотней насчитывалось всего четверо: какая-то почти постоянно покашливающая старушка, чья аура почти лишилась жизненной силы и, кажется, находилась на половине пути к естественному угасанию, усыпанный жуткими нарывами лысый мужчина, явно поймавший лицом воздействующее в том числе и на энергетику организма боевое заклинание, а также какая-то очень недовольная мамаша с заметно выдающимся вперед животом, выдающим поздние сроки беременности, несмотря на свое состояние крепко удерживая еще одного карапуза, которому было лет пять. А вот представителей человечества тут присутствовал целый десяток: все как один были облачены в военные мундиры, преимущественно парадные, и все как один щеголяли костылями, инвалидными колясками или просто какими-то увечьями вроде отсутствующих рук, глаз или настолько перекошенной фигуры, что Олег без всякого рентгена и сканирующих чар мог сказать – позвоночник им собирали из обломков.
- Потенциальные кандидаты на пополнение моей общины, - поймав заинтересованный взгляд чародея пояснил Эмильен. – Для тех ветеранов, кто не может собрать деньги на лечение, наша община за счет Деспота проводит проверку на пригодность к обращению...К сожалению, большинству приходится отказывать: либо свихнутся быстро, либо просто становление оборотнем имеют слишком мало шансов пережить...А кусать всех налево и направо как какой-нибудь кровосос даже я, увы, не могу себе позволить. Заряд копится медленно...
- Мы называли это звериным ядом, - хмыкнула Доброслава, внимательно разглядывая ветеранов французской армии, скорее всего пострадавших в стычках с какими-нибудь демонами или духами, которые и до закрытия адских врат толпами просачивались в мир, и сейчас еще за месяц били любые рекорды десятилетней давности. – И сколько неофитов из десятка вы кусаете?
- Из двух десятков. Одного. – Эмильен кивнул солдатам, которые несмотря на свои увечья постарались выпрямиться и отдать ему честь. Вероятно, старого оборотня в Париже многие знали, когда лично видели его в бою, когда просто слушали рассказы своих бабушек и дедушек, которые видели... – Мы разработали очень точные методики, а у бывалых военных психика достаточно своеобразная и обычно не конфликтующая с тем, чтобы стать волком-перевертышем. Благодаря этому семь из десяти неофитов становятся в целом полноправными членами нашей общины, единственное, вынужденные во время полнолуния к мерам ограничения прибегать, еще двое остаются более-менее вменяемы, во всяком случае в нужную сторону воевать могут, и только одного приходится усыпля...
Стена здания вдруг содрогнулась от удара, а решетка на одном из окон ярко вспыхнула...И со звоном вылетела наружу, разбрасывая во все стороны крупные осколки камня. Из дыры наружу со злобно-надсадным ревом выметнулась темная тень, размерами тому же старейшине в его боевой ипостаси уступающая не сильно, но имеющая отчетливые медвежьи черты.
- Да вашу ж... – Подавился ругательством Олег, вскинувший руки по направлению к падающим объектам и едва успевший предотвратить массовую трагедию на пределе сил. Явно пребывающий в неадекватном состоянии перевертыш падал на группу солдат, а вот вырванная им решетка должна была приземлиться на молодую мамочку. И пусть пришедшая к больнице женщина близкое знакомство с тяжеленной металлической фигней скорее всего пережила бы, она все же сама оборотень, то вот насчет её детей имелись у чародея серьезнейшие опасения. – Быстро сделайте уже что-нибудь! Этот кусок сала вырывается! Я его долго не удержу!
Барахтающийся в воздухе, бешено ревущий и машущий всеми конечностями медведь, размеры которого были просто таки аномально гигантскими, действительно был упитанным. Очень упитанным. Даже далекий от ветеринарной науки или знания дикой природы человек сходу мог бы поставить ему диагноз: «ожирение» благодаря пузу, которое при ходьбе волочилось бы по земле, разбухшему во все стороны туловищу и висящим лоснящимся щекам, сделавшим бы честь хомяку аналогичных размеров. Однако лишняя масса отнюдь не делала этого перевертыша забавным и нестрашным, доказательством чего являлась дыра в стене, рассчитанной вообще-то буйствующих оборотней останавливать. Правда, сейчас беснующийся вовсю монстр не имел точки опоры, а потому не мог никому навредить. Только вот удержание в воздухе живого объекта, который вдобавок активно сопротивляется не только за счет мускульной силы, но и ауру свою напрягая под воздействием каких-то инстинктов, давалось чародею совсем не просто. Вероятно, так бы он чувствовал бы себя лет десять назад, внезапно схватив руками вытащенную из воды щуку длиною почти с себя – ты вроде и сильнее, а вот надежно зафиксировать добычу, готовую ради свободы чуть ли не пополам порваться, не получается.
С громким стрекотом заработали пулеметы на двух ближайших вышках, и шкура громадного и в то же время чудовищно жирного медведя стала содрогаться под натиском пуль, когда рикошетящих от неё, когда запутывающих в шерсти и вырывающих её клоки, а когда и проникающих внутрь...Не слишком глубоко. Человека бы таким шквалом разорвало в кровавые клочья, а перевертыш-медведь стремительно лысел, одновременно обзаводясь ссадинами, похожими больше на следы работы гигантской терки, чем на настоящие раны. Впрочем, после нескольких десятков обычных свинцовых боеприпасов в лентах стрелков явно располагались особенные, нужные на тот случай, когда даже последнее предупреждение в виде стрельбы на поражение решительно настроенного оборотня остановить не может. Зачарованные пули в полете выглядели в принципе как обычные, да только при контакте с целью взрывались. И соседствовали с серебряными, несмотря на мягкость данного металла пронзающими громадную тушу чудовища куда глубже, а ещё из оставленных ими ран кровь обильно сочилась, в то время как другие повреждения зарастали чуть ли не быстрее, чем появлялись. Сопротивление зависшего на половине пути между окном и землей беглеца стало слабеть, а потом и вовсе сошло на нет, поскольку тот взял и потерял сознание, заодно начав медленно принимать человеческий облик.
-Не, ну я вообще-то имел в виду вырубить, зафиксировать или ещё как-нибудь обезвредить, - несколько растерянно буркнул Олег, опуская на землю истекающего кровью мужчину неопределенного возраста, вокруг которого ему пришлось поставить защитный барьер, ибо хотя один пулеметчик и убрал руки от спускового крючка, второй явно пытался довести дело до конца, всаживая в нарушителя больничного режима по несколько выстрелов в секунду. – Впрочем, так тоже, в принципе, сойдет. Тем более и операционная должна быть рядом...
Глава 4
Глава 4
О том, как герой расходится во мнениях с коллегой, думает о том, чтобы вызвать больному суккубу и находит себе несколько сомнительных союзников.
Пятьдесят восемь деформированных пуль, отлитых из смеси серебра и стали, валялись на хирургическом подносе. В операционной пахло кровью и свежим мясом. Санитары, негромко ругаясь себе под нос, собирали в плотный не пропускающий влагу мешок то немногое, что осталось от выданной оборотню-медведю «таблетки» в виде крупного упитанного барана. Впрочем, не то, чтобы у них было много работы, даже не приходя в сознание перевертыш принял свое второе обличье и сожрал поднесенную прямо к нему добычу...После чего вновь погрузился в царство Морфея, причем даже куда глубже, чем прежде. Естественно не сам собой, а при помощи магии, созданной массивным ритуальным кругом, который когда-то сделал Деспот для того, чтобы медики и целители могли без особой опаски за свою жизнь оперировать служащих Франции перевертышей. С помощью этого стационарного артефакта врачи могли не только надежно фиксировать своих пациентов в любой удобной позе хоть на полу, хоть прямо в воздухе, но и менять их облик туда и обратно как им только заблагорассудится.
- Проблемы с отсутствием чувства насыщения – частый побочный эффект для обращенных, но обычно они проявляются сразу. Ну, максимум в течении первого месяца, когда организм и психика новоявленного перевертыша все ещё достаточно пластичны, и гораздо легче могут принять навязываемые им извне перемены. Тогда при помощи сочетания ментальной магии, самовнушения и строгих дисциплинарных методов в исполнении опытного палача можно приучить неофита к тому, чтобы он держал себя в руках. Ему по-прежнему будет постоянно хотеть чем-нибудь набить себе живот, особую тягу испытывая к плоти разумных существ, но в то же время он станет знать, что на самом деле ему это не нужно. - Грустно рассказывал Эмильен, взирая на одного из постоянных обитателей клиники, который своим почти удавшимся побегом чуть было не увеличил число пациентов у докторов...Или же количество могил на местном кладбище. Скорее все-таки последнее, причем одной или двумя жертвами дело бы точно не ограничилось. - К сожалению, неутолимый голод появился у Дюбуа уже спустя полтора десятилетия после того, как он стал членом нашей общины. И первое время он свое состояние скрывал, стыдясь признаться в подобной слабости...
- Скорее просто думал, что с такой мелочью прекрасно справится сам! А если не справится, то всегда можно просто обожраться до предела и ненадолго облегчить свое состояние, съев побольше мяса, каши, картофельных очисток, древесных опилок...Медведи – они такие. Самоуверенность прет через край, а мозги хоть и есть, но этой самоуверенностью успешно подавляются! – Ехидно хмыкнул главврач этого заведения, естественно тоже относившийся к числу оборотней. И, ожидаемо, вервольфов, доказательством чего являлся массивный золотой медальон в виде оскалившейся головы волка, болтающийся на шее этого истинного мага-перевертыша. Причем, судя по всему, был он из истинных, которые на обращенных поглядывали несколько свысока, ибо те были, во-первых, послабее своих чистокровных собратьев, а во-вторых, частенько страдали разнообразными психическими отклонениями. Частенько даже по меркам оборотней, которых нормальные люди поголовно считали как минимум слегка двинутыми. – К сожалению, способность голыми лапами рвать на части боевых големов и грудью отбивать пушечные ядра от проблем с желудком, которые на самом деле проблемы с башкой, не помогает вообще! К ещё большему сожалению, этот придурок успел жениться и завести детей, а также покрыть свое имя славой, не просто сумев остановить налет британских каперов на одно из наших стад, но и сшибив три летучих лодки пиратов удачно запущенными с земли пеньками.И теперь его просто не усыпить, выдав тело родственникам и списав безвременную гибель на капризы судьбы да последствия старых травм энергетики!
- Жак, ты вообще-то должен лечить наших сородичей, а не подыскивать удобные предлоги для того, чтобы провести им эвтаназию! - Нахмурился старейшина общины, отвлекаясь от созерцания огромного медведя, который давно бы должен был умереть от инфаркта из-за забивших все сосуды холестериновых бляшек, если бы не его частично магическая природа.
- А этому ничего другое уже в принципе не поможет, - безразлично-цинично пожал плечами врач-вервольф, который точно мог бы стать просто образцовым санитаром леса, успешно отбраковывающим слабых и больных.– Всё, что мы можем сделать, так это не допустить, чтобы он навредил окружающим. В конце-то концов, ублюдок при помощи родни отбивался от наших санитаров и меня лично даже после того, как слепому стало ясно – у него проблемы, большие проблемы, ибо перевертышу нажрать лишних несколько тонн массы нельзя ни за день, ни за неделю, тут месяцы нужны, если не годы!...И во что это вылилось, если не считать словесного ушата помоев, которые нам слушать пришлось? В попытку сожрать собственную супругу! И черта с два бы эта косолапая дура сумела вырваться и позвать на помощь, если бы истинной не была. И хорошо ещё, что дети их тогда были в школе, они бы точно удрать от свихнувшегося папаши не сумели...
- Но Дюбуа ещё не совсем безумен! Время от времени приходит в себя достаточно, чтобы говорить! – Заступился за бессознательного медведя старейшина. – Бывают случаи, что такие как все-таки со временем приходят в норму...
- Бывают, - не стал спорить с ним врач, очень обиженный на своего пациента. – Но я все равно настаиваю, чтобы с Дюбуа поступили на общих основаниях, как с общественно опасным перевертышем, пытавшемся сбежать из места своего содержания с попыткой причинить вред сородичам и людям...Серебряную мизекордию в ухо волкам вкручивают и за меньшее! Почему медведи такие особенные?!
- Потому, что политика, ведь Дюбуа не только очень удачно женился и неплохо прославился, но ещё и является правнуком одного из лучших парижских артефакторов, благодаря чему наши заказы в их гильдии идут в приоритетном порядке и с некоторой скидкой. – Вздохнул старейшина общины, состоящей отнюдь не только из вервольфов.- И потому, что по грубой сила эта туша сейчас может десятку сильнейших наших воинов замыкать...
- Скорее двадцатку. И только по грубой силе, которая, как известно, далеко не панацея и может спасовать перед умным или просто хорошо подготовившимся врагом, - буркнул врач-вервольф, поглядывая на своего пациента примерно как на особо вонючий кусок гнилого мяса. – Господин Коробейников, а что вы делаете в тех случаях, когда убить кого-то очень хочется, но он все-таки нужен?
- По ситуации, - с тяжелым вздохом признал чародей, которому приходилось в жизни сожалеть о многих, кого он убил...И многих, кого стоило бы прикончить, но пока либо возможности не было, либо последствия для Олега оказались бы слишком губительными. – Но я все-таки своих людей предпочитаю воспитывать. Когда личным примером, а когда и личными пинками...
- На этого не подействует, - поморщился доктор. – Наш народ вообще к трепке устойчивый, а уж поехавший медведь так подавно...Их в разы проще прибить, чем убедить в собственной ошибке.
- Известный недостаток, - покивал головой старейшина. – Впрочем, он же и достоинство, убедить их изменить своим идеалам – так проще сдохнуть...Кстати, как он решетку-то вырвать ухитрился? Почему его защитой не отбросило, оповестив о попытке побега вонью паленой шерсти в радиусе километра?
- Вынужден признать, что как минимум мозги у этого комка сала жиром заплыли не до конца, несмотря на явное безумие. – Поморщился доктор больницы особого режима, по сравнению с которой любая тюрьма из родного мира Олега смотрелась бы санаторием для школьников. – Он несколько суток ковырял стену в том месте, где проходят энерговоды, но сами энерговоды до поры до времени не трогал. И результаты своей работы маскировал, смешивая пыль с собственной слюной и размещая тонкую корочку получившегося состава поверх дырок...
- Мда, высшая нернвая деятельность как минимум частично в наличии. – Вздохнул Олег, которому было бы гораздо проще, окажись перед ним полностью съехавший с катушек перевертыш, у которого разума нет, одни инстинкты. – Вы уверены, что хотите испытать мои составы именно на нем? Нет, за его здоровье я не переживаю ни капли...Если не будем за один раз применять больше трех разных видов зелий. Но вдруг очнется и начнет буйствовать уже в усиленном виде?
- Да вроде не должен, - в сомнении почесал затылок выросшими на пальцах когтями доктор, оглядывая ритуальный круг. – Целительство, конечно, не самая сильная сторона Деспота, он больше по стратегическим чарам, сметающим все на своем пути от горизонта до горизонта...Но если вдруг чего – этого дебила жирного не жалко. И даже будет повод сказать его родичам, что издох с честью, совершив благое дело во славу всей общины!
- В таком случае выбирайте, с чего начнем, - Олег бы предпочел ставить эксперименты на добровольце, но раз местные хозяева решили иначе – так тому и быть. Тем более, на самом деле никакими экспериментами или рисками тут даже близко не пахло, все рецепты были проверены и перепроверены тысячи раз. Большей частью в глубокой древности, когда ими активно пользовалась, но и Доброслава с несколькими перевертышами из числа служащих чародею наемников ещё в Индии опробовала. Правда, на кащенитку-изгнанницу усиливающего действия составы почти не оказали, она видимо и за счет своей естественной магии уже усилена была до предела, но вот остальным пользу в бою могут принести ощутимую. – А потом, если позволите, я попытаюсь помочь этому бедолаге с его вечным голодом...
- Помощь? С голодом?! Со всем уважением, боярин, но вы лишь впустую потратите здесь свое время и силы! – Высокомерно задрал нос глава Жак, видимо привыкший считать себя главным авторитетом во всех вопросах, мало-мальски связанных с перевертышами. – Не то, чтобы я умалял ваши таланты, но облегчить проблемы, связанные со становлением перевертышем, с глубокой древности так и не смог ни один великий маг, хотя многие пытались! Даже ментальная магия самых хитроумных визирей павшей Османской Империи тут не помогла бы, поскольку внушения на оборотней очень плохо действуют и очень быстро с них слетают. А приставить к больному магистра данной направленности на двадцать четыре часа в сутки, мягко говоря, сложновато...
- К сожалению, Жак прав. Мы привлекали к лечению обращенных многих выдающихся специалистов...И многие великие чародеи древности, желающие получить армии служащих им оборотней, брались за эту задачу по собственной воле и с привлечением таких ресурсов, о которых наша община может мечтать. – Поддержал врача Эмильен. – Однако во всех случаях вердикт был примерно одинаков. Все болезни нашего народа делятся лишь на две категории: мелочи и непоправимое. Мелочи проходят сами, когда через день, когда через год, главное не запускать проблему и не забывать усиленно питаться. Ну а непоправимое...Оно потому и непоправимое, что даже наша природа не может взять верх над болезнью или же вообще лишь способствует ей.
- Ну, если я попробую, хуже ведь уже не станет? – Пожал плечами Олег, который вспомнил про проводящуюся в его родном мире процедуру для жертв ожирения или подиумных див, которым стройный внешний облик дороже собственного здоровья. Ушивание желудка. Или это правильнее называется все же резекцией? В любом случае при уменьшении доступного объема резервуара, в котором переваривается пища, организм испытывал чувство насыщения легче и быстрее. А тут, если чародей правильно понимал суть проблемы, беда оборотня-медведя заключалась именно в абсолютно излишних сигналах тело о том, будто ему все ещё нужны питательные элементы, как можно скорее и как в можно большем количестве. – Если уж лечащий врач настаивает на проведении эвтаназии – куда ещё хуже то...
- А и попробуйте, вдруг получится. - Вдруг усмехнулся оборотень-врач, который хоть явно был с Олегом не согласен...Но перечить ему все-таки не стал. – Как минимум с моих плеч эта проблема в любом случае исчезнет...Подождите только, пока выбью разрешении от Академии Наук, жандармерии и церкви на использовании запретной магии. У нашей общины в этом плане репутация почти безукоризненная, справлюсь быстро.
- Хирургией обойдусь, - отмахнулся от подобного предложения чародей, уже раздумывая, как бы ему поаккуратнее уменьшить желудок оборотня-медведя так, чтобы его природная регенерация вкупе со способностью к смене ипостаси в кратчайшие сроки не вернули все обратно. Требовалось воздействовать на ауру и саму душу пациента, причем точечно и, желательно, безболезненно...Идеальным вариантом, который первым же пришел на ум Олегу, была суккуба. Во всяком случае, одна знакомая ему полукровка чисто теоретически справилась бы...Если бы её удалось убедить как следует поцеловать больного в больное место, обнажившееся благодаря скальпелю доктора. Имитировать процесс питания демоницы при помощи каких-нибудь энергетических воздействий или же все же воспользоваться, так сказать, натуральным продуктом? Уж в Париже-то найти его проблемой не станет... – Хотя, возможно, не только ей. Скажите, в каких отношениях ваша община с питомниками полукровок?
- Враждебно-нейтральных. Мне пришлось разорвать несколько глоток, чтобы убедить заваривших эту дурь магистров, что женщины нашего народа там содержаться и использоваться как скот для размножения не должны, а мужчины в подобное место если и зайдут, то только добровольно. Ну и не только мне вообще-то, но лишь я тогда выжил. – Пожал плечами старейшина оборотней, который не стеснялся для блага своей общины лить кровь как свою, так и чужую. Однако на всех остальных ему было плевать с высокой колокольни, если бы ту колокольню поставили на верхушку Эйфелевой башни. И судьба представительниц иных рас, находящихся в этих питомниках, его не трогала абсолютно. – И потом и нам, и им, Деспот очень даже чувствительно выказал свое неудовольствие, поскольку существование этого места важно для Франции вообще и Академии Наук в частности, ну а оборотни всегда служили его трону надежной опорой и испытывать нашу лояльность на прочность этим придуркам не следовало. До казней дело тогда не дошло, но было близко...А что? Это плохо?
- Ну, как сказать... – Хмыкнул целитель, пациенту которого теперь пришлось бы на своем опыте испытать всю ту гамму непередаваемых ощущений, которые сопровождают повреждения души. Олег по своему опыту абсолютно точно знал, любой обычный наркоз, заодно с подавляющим большинством известных ему магических, в подобном деле помогут не сильно. Зато у чародея, очень желавшего бы закрыть все питомники по разведению полукровок во Франции и, заодно, расстрелять их сотрудников, в этом деле появилось некое подобие союзника. Пусть даже руководствовались оборотни не какими-то там соображениями гуманности, а старыми обидами и, вероятно, желанием устранить конкурентов своему привилегированному положению в обществе.Ведь целью данных заведений было насытить войска леговосполняемым, живучим и притом вполне себе эффективным в бою пушечным мясом, которого тем не менее высшие маги не слишком-то опасались. А перевертышей в древности как раз для этой задачи и создавали, судя по всему. – И да, и нет...
Спасибо за чтение
Вернуться к книге