Ведьма, я тебя нашел, или Ты от меня не спрячешься -3

Глава 1

Я решила от греха подальше обогнать своего благоверного, а то уж очень напрягали собственные вопиюще развратные помыслы. Это где видано, чтобы ведьма исходила слюной при виде пятой точки мужчины?! Так вот, взяв себя в руки и отринув искушающие мысли, я обогнала Адимиса и ворвалась в комнату вперед него со словами:

— Кариим, тут твоему брату от счастья херовато стало!

Невольный сообщник уже окончательно взвесил все «за» и «против» и пришёл к верному выводу, что лучше быть с нами заодно, чем наживать себе проблемы, и тут же изобразил непонимание:

— Не может быть! — всплеснул он руками и рванул к Адимису, изображая крайнюю озабоченность состоянием брата.

Мой дорогой положил бесчувственное тело на диван, а я, проходя мимо Герты, увидела, что она усиленно делает вид, что читает учебник, держа его вверх тормашками. Я незаметно для всех выхватила его, испепелила осуждающим взглядом паникёршу номер один, перевернула кладезь науки в нормальное положение. И пока исправляла ошибки особо впечатлительной особы, мой направился к выходу из комнаты, но напоследок обрадовал меня:

— Адептка Кэтис, завтра, как и договаривались, жду вас в восемь часов у себя. — И этот псих так долбанул дверью со всей божественной дури, что штукатурка потрескалась и начала осыпаться.

— Мля-я-я, у меня никаких нервов не хватит учиться в таком мандраже! — Герта хлопнула учебником об стол.

— Не переживай, если у тебя с нервами напряг, займём у других, — пошутила я, глядя на Лиру, взявшую графин с водой и подошедшую к бесчувственному Аревилу. — Лир, у тебя что, инстинкт самосохранения вообще сдох?!

— Ой, да ладно, одним фофаном больше, одним меньше, — отмахнулась она. — Тем более, мне плевать на риски. Я ж от любопытства умираю при одной только мысли, какая у него будет рожа, когда он проснётся и увидит у себя метку!

Тут я её, конечно, понимаю и готова оценить её героизм — реакция действительно должна быть впечатляющей, а если это повернуть в нужное мне русло…

— Подожди! — воскликнула я перед тем, как девушка привела мою будущую жертву в чувство.

— Кэт, имей совесть! — заныла подруга.

— Лира, не спеши, обсудим изменения в сценарии. Короче, соврём ему, что я его пара…

— Да вы что?! Вообще моего брата угробить решили?! — не выдержал божественный водяной.

— Цыц, нервный, это вынужденная мера с воспитательным эффектом, — отрезала я.

— И правда, что за истерика? Я считаю, Кэт права, пусть гад помучается, — поддержала меня Адель.

— Адель, а кто у тебя родители? — не удержалась от вопроса, так как её поведение меня неимоверно радовало.

— Ну… папа — бог лжи, мама — богиня дисгармонии, а вот я не уродилась… — Она тяжело вздохнула, а у меня теперь всё встало на свои места.

— Ты это, на себя не наговаривай, ты хоть и богиня правосудия, но по характеру вся в своих предков.

— Правда? — тут же встрепенулась она.

— А то! Любая ведьма обзавидуется твоему пакостному характеру! — решила польстить ей.

— Ну, раз мы всё выяснили, считаю, пора утолить моё любопытство, — скороговоркой выпалила Лира и вылила содержимое кувшина на нашу жертву, а после отскочила на безопасное расстояние. Ага, про фофан была просто бравада.

— Что за!.. — Несчастный подскочил с дивана и, тут же узрев нас всех, замер, не понимая, что за чертовщина происходит.

— Аревил! — воскликнула я и изобразила вселенскую скорбь. Кстати, мои сообщники тоже не отставали от меня в этом. — Тут такое произошло, — начала я заламывать руки, — я нашла тебя в коридоре без чувств, только к тебе прикоснулась, как у нас с тобой на руках появились брачные метки. — Я зарыдала, сообщницы принялись успокаивать меня, а парень в ужасе уставился на свою руку.

— Не может быть… — охрипшим от волнения голосом произнёс он.

— Ещё как может! — показывая вязь на своей руке, всхлипнула я.

— Да я говорю: не может! Я своей паре метку уже давно поставил! — уверенно уничтожил он мой сценарий.

— Ладно, если не ты, то кто? Какая падла нам метки поставила?! — тут же решила перевести стрелки на выдуманного врага.

— Без понятия. Если бы поставили только мне, я бы решил, что моя пара отомстила, а так даже и не знаю, что сказать, — садясь на диван, признался он в своём бессилии.

— Так, меняем сценарий. Ты, Аревил, прикидываешься моей парой, которая в отместку крутит шашни с Адель, — показала рукой на сообщницу.

Тот проследил взглядом, куда я показываю, расцвёл, как роза на помойке.

— Ещё чего! Я с этим психом никаких дел иметь не собираюсь! — возмутилась она.

— Адель, должок. — Я изобразила грозу полей и огородов.

— Кэтис, он же бабник! Возврат долга — дело благородное, но ведь моя честь под ударом! — начала заводиться она.

А я восхитилась — как играет, аж дух захватывает! Короче, зависть пустила свои ростки, и я решила переплюнуть её в этом:

— Адель, всё будет сугубо в платонической плоскости: он клинья подбивает, а ты на людях ломаешься, но и не отталкиваешь совсем.

— А я не прочь и не в платонической плоскости романчик закрутить, — внимательно смотря на свою пару, поделился мыслями Аревил.

— Губа не треснет?! Кобелина потасканный! — взревела подруга, испепеляя его взглядом.

— Не-а, — похабно улыбаясь, ответил он.

— Слышь, ты, кобелина божественного разлива, на меня губу не раскатывай, мне такие, как ты, омерзительны! — Адель окинула его презрительным взглядом. — Займись лучше поиском того, кто тебя меткой наградил.

— Так одно другому не мешает, — стрельнул он в неё глазками.

— М-да, ты посмотри, как метка отразилась на его умственных способностях, — изрекла Мира и полезла в шкаф за чугунной сковородкой.

Герта тоже прикинула, что мордобоя всё-таки не избежать. Встала, тяжело вздохнула и принялась закатывать рукава. Адель тут же сориентировалась и соскочила со стула, а Лира метнулась к сумке и достала скалку. Ну а я, как и в прошлый раз, направилась за декоративной подушкой.

— Чучу звать будем? — спросила главная притворщица.

— Почему только Чучу? Зовём всех, чё уж мелочиться, воспитание — дело серьёзное, так что проведём его по полной программе, — кровожадно усмехнулась я.

— Кариим, они что собрались делать? — растерялась жертва нашего воспитания.

— Воспитывать, точнее, бить, — обрадовал его брат.

— Что?! — возмутился Аревил.

— Братик, поверь, лучше они тебя сейчас поколотят, чем потом мстить начнут, — высказал он своё мнение.

— Ты в своём уме?! Что значит «поколотить»? Что значит «мстить»?!

— А то и значит! Лучше быть битым ведьмой, чем испытывать на себе её месть, а тут их целых три, — заложил нас Кариим.

— Что? Какие ещё ведьмы? — не верил он словам брата, но, взглянув нам в глаза, испытал шок. — Не может быть!.. Ведьмы, и в академии богов... Твою ж мать! Какой дебил допустил подобное?! — Он схватился за голову.

А мы не понимали причины его паники. Ну, ведьмы, ну, в академии богов — что тут такого?

— Ты нам на жалость не дави, мы — ведьмы — к чужому горю нечувствительны, даже больше скажу — получаем от этого кайф. Так что заткнулся и со всем мужеством приготовился к получению своей заслуженной порции люлей!

— Вот же нытик! А ещё тёмный бог в будущем! Бракованный он какой-то, — рассматривая парня, как диковинку, высказала свои умозаключения Лира.

— А мне кажется, он боится не выдержать конкуренции с нами, — перехватив сковороду в другую руку, поделилась своими мыслями Мира.

Аревил обречённо рассмеялся.

— Брат, ты ведь знал об этом? Почему ректору не доложил, а? Ведь ведьма и божественная сила сродни пороху и искре. Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? — Он подскочил и рванул к выходу, чтобы сдать нас моему благоверному, но путь ему преградила Герта, а Адель подбежала сзади и со всей дури долбанула несостоявшегося стукача табуреткой по голове, отчего Аревил дёрнулся и рухнул на пол без чувств, как подкошенный.

— Да вы что, озверели?! — заорал Кариим и рванул к брату. — Братик, ты жив? — попытался он привести его в чувство.

— А ну руки прочь от этого гада! Иначе и тебя табуреткой приласкаю! Не для того вырубала, чтобы ты его сразу в чувство приводил! — остановила спасательную операцию Адель.

— Ты не женщина, а сатана в юбке! — заорал он. — Как ты могла свою пару по голове стукнуть? Не боишься, что сотрясение мозга ему обеспечила? Что он невменяемым станет?

— Не боюсь! Чтобы сотрясение мозга получить, его надо иметь, этот мозг! И о его вменяемости я бы тоже поспорила, — высказала она то, что думает о его брате. А затем принялась раздавать команды: — Так, Кариимчик, бери своего брата и усаживай в кресло, а мы пока поищем верёвки, чтобы его привязать — кто его знает, вдруг снова рванёт к ректору!

Кариим ругал нас на чём свет стоит, усаживая брата в кресло, Лира и Мира принялись связывать пленника принесённой Хапугой верёвкой.

— А теперь ты, Кариим. Как оказалось, ты — ненадёжный тип, требуем клятву о неразглашении нашей тайны, иначе… — начала я.

— А если я не дам её? — Он встал в позу.

— Мы найдем способ тебя убедить, и, поверь, лучше ты это сделаешь добровольно, — перешла я в режим угроз и мысленно поблагодарила муженька за эту науку.

— А что вы мне можете сделать? — усмехнулся он.

— Мы — ничего, а вот наши мужья могут, — ответила, садясь в кресло напротив бесчувственной тушки его брата. — Например, я скажу своему, что ты меня домогался. Понимаешь, какие последствия тебя ждут?

— Ха! Не получится! Твой может просмотреть прошлое, — ехидно ответил он.

— А кто сказал, что это будет понарошку? Я ведь и облик могу поменять. — Я изобразила улыбку крокодила. Наш несговорчивый нервно сглотнул, прикидывая последствия. — Ты же не сможешь быть уверен, что девушка, которую ты клеишь, не я.

— Вы не ведьмы, вы — исчадия ада! — запуская нервно пятерню в волосы, сделал он комплимент.

— Так как, добровольно клятву дашь, что никому не расскажешь, кто мы и наши мужья, или… — не отрывая от него взгляда, как удав от жертвы, спросила я.

— Чёрт с вами, согласен! — сдался он.

Мы не стали терять время, быстро приняли его клятву, и Лира — наш местный мастер приведения в чувство бессознательных — снова вылила воду на нашу жертву.

— Что за… — Пленник попытался подскочить с кресла, но тщетно. — Чёрт! Брат, помоги! — Тот опустил глаза. — Или ты с ними заодно?

— Не-а, он вынужденно нам помогает. — Клятва, сам понимаешь, — веселясь, ответила вражине.

— Ах вы, су… — начал он.

— Эй, ты! Полегче с выражениями, захотел ещё табуреткой по голове получить?! — предупредила своего мужчину грозная богиня.

— Ты у меня за это ответишь, считай, что хана твоей чести! Я тебя так отымею, что ты взвоешь, а затем я тебе такое устрою… — начал он угрожать ей.

— Ага, устроишь, с предвкушением жду этого. А вдруг не оправдаешь моих надежд, и я не взвою? Не боишься, что я тебе антирекламу сделаю? — посмеиваясь, спросила она и придирчиво осмотрела свою пару с ног до головы.

— Не боюсь, поверь, я из тебя послушную девочку сделаю, которая мне будет в рот заглядывать, — размечтался стукнутый по голове.

— Остынь, кот облезлый, ты не в моём вкусе, — охладила она его пыл. — Иди своих драных коз обхаживай, а таких, как я, тебе не видать.

— Посмотрим, — скрипя зубами, ответил он, прожигая Адель злым взглядом.

— Ну, раз вы закончили строить планы на будущее, предлагаю обсудить насущные проблемы, — перешла я к сути дела. — Дорогой наш Аревил, мне искренне жаль, что нам пришлось так плохо поступить с тобой…

— Вам? Жаль? — заржал он. — Врёшь, ведьмы на жалость неспособны! Как же я сразу не догадался по блеску в твоих глазах при слове «месть»? Думал, что ты просто немного чокнутая… — начал он сокрушаться.

— Ну, сильно не переживай, и на старуху бывает проруха, — решила немного успокоить страдальца. — И прекрати паниковать, ведьмы — это не так страшно, а если с нами сотрудничать, ещё и выгоду можешь получить.

При слове «выгода» вишенка напрягся.

— Выгоду, говорите?.. — Он посмотрел на Адель и кровожадно усмехнулся. — Хорошо, я согласен с вами сотрудничать, — решил он схитрить, — только вначале меня освободите и отдайте мне её, — показал на свою пару глазами, — тогда я с вами в деле.

— Ты, наверное, шутишь? — засмеялась я. — Где это видано, чтобы ведьмы своих подельников отдавали? Вот отомстить за них — это да. Так что и не мечтай, мы своими не торгуем! — зло сверкнув своими поросячьими глазками, ответила я.

— Тогда делайте со мной что хотите, я не буду с вами сотрудничать, — упёрся он.

— Брат, поверь, они найдут способ тебя убедить, лучше соглашайся, — решил вразумить его Кариим.

— А ты вообще заткнись, предатель! Чем они могли тебя купить, что ты на предательство родного брата пошёл? — выплюнул он обвинения в лицо, отчего Кариим побледнел.

— Ты поосторожней с обвинениями, потом стыдно станет, тем более от тебя ничего не требуется, кроме клятвы, что никому не скажешь, что мы ведьмы. Разве много требуем?

— Ты не поверишь — много! Может оказаться, что вы — диверсантки, работающие на наших врагов! — выплюнул он, прожигая меня взглядом, полным ненависти.

— И много у вас врагов? — решила поинтересоваться будущим полем деятельности, так как была уверена, что эти типы станут и нашими врагами.

— Кэтис, не у вас, а у нас, — поправила Адель.

— Хорошо, у нас. Много?

— Немало. У нас уже много тысячелетий вражда с другим создателем миров.

— Значит, вражда. Чудненько… И кто ведёт в счёте? — не удержалась я от любопытства.

— Да, в принципе, никто, идут ноздря в ноздрю, — разочаровала меня богиня.

— Непорядок, — высказалась Лира.

— Ага, нужно что-то с этим делать, — поддержала Мира. — Кэт, нужен план мести.

— Вы кому мстить собрались? — растерялся вишенка.

— Врагам, конечно, — ответила я. — Нет, ну честно, я разочарована! А говорили: Тёмный бог такой мститель!..

— Его соперник тоже не пальцем деланный, они друг друга стоят, — объяснил Кариим.

— М-да, работы непочатый край, когда всё успеть? — начала я сокрушаться, а потом вспомнила, зачем мы тут собрались. — Так, с другими проблемами будем разбираться по мере их возникновения, а сейчас, вишенка, с тебя клятва, и, поверь, я — ведьма нервная, могу и психануть. Но, чтобы тебя успокоить, мы готовы поклясться, что не являемся шпионами или засланными врагами.

— Хорошо, если вы принесёте клятву, то и я тоже, но от мести вам отказываться не собираюсь. — Он обвёл всех нас злым взглядом, остановившись на Адель. — И наше сотрудничество в силе, так как от развода я тоже не откажусь.

— Замётано, — обрадовалась я, что он скоро отсюда уберётся восвояси, и я наконец поем и отдохну от всей этой кутерьмы.

Все произнесли клятвы, и только после этого мы его освободили.

— Кариим, ты со мной пойдёшь или с ними останешься? — обратился он к брату.

— Ну нет уж, с этими змеюками я больше ни за что не останусь ночевать! — подорвался он к брату.

— Точное определение, — согласился Аревил, — пойдём, что ли, барьер между Академиями усилим, а то я уже сомневаюсь в его надёжности.

— Я не сомневаюсь, но меры предосторожности лишними не будут. — Младший направился к выходу.

— Минуточку, — остановил Аревил брата, и не успели мы и глазом моргнуть, как он оказался рядом с Адель, — порепетируем, радость моя, — сказав это, он внаглую её поцеловал. Подруга трепыхнулась для порядка и обмякла в его объятиях. Мы стояли в ожидании последствий, уверенные, что Адель так просто ему эту выходку не спустит. — Неплохо, девочка, но практики у тебя маловато, готов помочь в обучении, а то как-то некрасиво наши поцелуи будут смотреться со стороны. Понимаешь, зрителей не обманешь, им страсть подавай, — начал он глумиться.

— Согласна, — ответила Адель и влепила ему звонкую пощёчину, — так пойдёт, или посильнее нужно?

— Коготки выпускаешь? — рассмеялся он. — Ну-ну, выпускай, пока можешь, а целоваться ты всё равно не умеешь.

— Не переживай, Аревил, я эту проблему решу, у меня на примете есть достойный учитель гораздо опытнее тебя.

— Да? И кто это? — усмехнулся он.

— Адимис, — тут же нашлась она, а я дар речи чуть не потеряла, но потом прикинула — почему бы и нет? Но мой мысленный процесс прервала Лира:

— Адель, можно ещё с Дрекисилианом потренироваться, он тоже целуется классно, — предложила она своего мужа в качестве орудия мести. После этих слов наш вишенка психанул и повторил манёвр моего мужа — со всей дури хлопнул дверью.

— М-да, тоже нервный, как и мой, — смотря на опавшую штукатурку, высказалась я.

— Зато стойкий. Молодец! — похвалила его Герта.

— Ну да, крепкий орешек, и, чую, проблемы с ним будут, — высказала я опасения.

— Можно подумать, только с ним. Нам и Кариим тоже не друг, сходу заложил брату, что мы ведьмы, — засовывая скалку в пространственную сумку, пропыхтела Лира.

— Адель, а ты молодец, здорово придумала про Адимиса, теперь у твоего будет голова работать в другом направлении, — я похвалила её за находчивость.

— Ага, он ещё её и к моему будет ревновать, — хихикнула Лира.

— Это, конечно, всё весело, но у нас проблема: они собрались защитный барьер усилить, а это не есть хорошо.

— Это плохо, но не настолько. Пусть усиливают, а мы пока с зельем разберёмся да девчонок подготовим к разведывательной миссии, — поделилась соображениями Мира.

— Действительно, чего я парюсь почём зря? У нас послезавтра выходной, нам вообще-то шар нужно стырить из мира Хаоса, они пусть поработают немного, а то без этого их разочарование будет не столь острым, — хохотнула я.

— Ага, столько трудов — и насмарку, — поддержала меня Лира.

— Всё, давайте ужинать и отдыхать, нужно силы копить. Мне ведь завтра к мужу с отчётом идти. — Тяжело вздыхая, я встала с кресла и пошла к столу.

— Интересно, сколько дур на эту мульку купится?

— Лир, вот завтра и посмотрим, у скольких будут лица разукрашены, — присаживаясь за стол, ответила ей Герта.

А я стала мысленно молиться богу, потом вспомнила, кто у меня муж, и матюгнулась — обратиться за помощью не к кому. «Как жить дальше? Кого просить о помощи в случае чего?» — загрустила я.

Глава 2

Я опять не выспалась, и всё из-за Фенички — загулял наш оракул, видимо, и его любовь не обошла стороной. Ругать гулёну не стали, хоть он нас и разбудил, случайно угодив в нашу наспех приготовленную ловушку — закрепленное над дверью ведро. И ведь правильно Хапуга возмущалась, говорила, что мы дурью маемся, но нет, мы ведьмы, нам лучше знать, как с диверсантами бороться. Вот же дуры, нафига было это делать? У нас же фамилиары есть! Но, как говорится, хорошая мысля приходит опосля. В итоге пришлось выпить успокоительные капли, так как нервы у всех уже были порядком расшатаны. Утром мы были как сонные мухи, еле пережили зарядку и уже привычно вознесли матерные молитвы нашим благоверным.

— Я не выдержу в таком темпе пятьдесят лет, — заныла на обратном пути с полигона Лира.

— Не трави душу, — остановила её.

— А я и не травлю, а ставлю в известность, что ещё немного в таком духе, и можете мне смело петь «Со святыми упокой», — не унималась она.

— Ведьма со святыми не тусуется, — решила напомнить ей.

— Да неважно, главное — я на пределе, — ответила она, поднимаясь по ступенькам, кряхтя и охая.

В общем, налицо падение боевого духа в нашей команде, нужно придумать что-то, чтобы взбодрить всех.

— Лир, послезавтра на дело пойдём и подлечимся, — намекнула ей о послаблении в выходной.

Та даже как-то подобралась вся. И только я собралась лицезреть возвращение подруги к жизни, нам навстречу выскочило пять богинь с вопиющей просьбой:

— Срочно нужно, чтобы вы нам по лицу ударили так, что увечья сразу в глаза бросались, — выдала одна из ненормальных.

— Вы что, совсем сбрендили?! — возмутилась я.

— Вам что, жалко? Мы же не бесплатно просим!

— Да? — спросили хором и тут же встали в стойку Лира и Мира.

— Разумеется, мы честные богини. — Вот это они загнули, с ними нужно держать ухо востро.

— И какие ваши предложения? — спросила Герта, скрестив руки на груди.

— А что нужно? — тут же активизировалась одна из ушлых богинь, надеясь, что мы простушки несусветные.

— Это вам нужно, а не нам, — усмехнулась я. — Что вы готовы предложить за услугу?

— Ну, не знаем… что вам предложить… — сделала вид, что задумалась аферистка.

— Да что с ними разговаривать? Мы тут из последних сил держимся после тренировки, а они даже предложить ничего дельного не могут! Пойдёмте отдохнём, что ли, — начала провокацию Лира.

— Почему не можем? Можем! Я могу зелье для восстановления сил предложить, — начала богиня торг, надеясь, что этим отделается.

— Хорошо, тогда и зелье, и его рецепт, — установила я цену.

Богине моё предложение не понравилось, но, видать, кого-то из наших мужей она хочет больше.

— Согласна, — скрепя сердце согласилась она.

— Ну, пойдем, — позвала я её в наш блок.

— А мы? — растерялись остальные.

— А что вы?

— Ну как же, вам же Виола предложила зелье за услугу…

— Виола предложила, мы ей услугу и окажем.

— Так скажите, что вам нужно?! — хватая меня за рукав, спросила чересчур нервная богиня.

— Лично нам — ничего, но, возможно… — Я взяла театральную паузу, типа задумалась.

— Что возможно? — приплясывая от нетерпения, спросила меня девушка.

— Принесите клятву, что исполните любое наше желание.

— Да вы что, совсем, что ли?! — возмутилась одна из богинь.

— А чего ты так испугалась? Наше желание будет выгодно обеим сторонам и не затронет вашу честь. Обещаю.

Воцарилась тишина, но ненадолго.

— Согласны, пойдёмте. — Богини поспешили к нашему блоку.

— Эй, не так быстро! — я остановила их. — В комнату заходить по очереди и только после того, как я занесу вас в список. Лириан примет от вас клятвы, а Гертруда и Миранда выполнят нашу часть сделки. И не забудьте написать расписки, что претензий за нанесение телесных повреждений не имеете, всё сугубо по вашей инициативе.

— Бюрократы вы, а не богини! — пробурчала одна из них.

— Не нравятся условия — свободны!

— Что вы, нас всё устраивает! — примирительно ответила Виола.

— Ну, смотрите. Ещё раз услышу от вас что-то подобное — считайте, сделке конец. — И я наградила богинь предупреждающим взглядом.

Они отнеслись к предупреждению со всей серьёзностью и строго в порядке очереди мужественно шли получать увечья во имя любви. Их не пугали ни крики подруг, ни звуки то звонких, то глухих ударов за дверью. А я поняла, что девчонки кулаки жалеют и используют подручные средства — скалку и сковородку. Ну, в принципе, правильно — нечего кулаки сбивать. В течение дня мой список медленно, но верно, пополнялся, так что было с каким отчётом идти к мужу. Не знаю, помогла ли вчерашняя моя мольба в никуда, но дур оказалось всего ничего — сорок штук.

— Ну, всё, я пошла на ковёр к мужу, — складывая вдвое листок с именами, отрапортовала я.

— Ну, ни пуха ни пера, — пожелала Мира.

— К чёрту! — ответила, открывая дверь комнаты.

— Ты это, сплюнуть забыла! — прокричала вдогонку Лира.

— Ага!

Я трижды сплюнула и рванула испытывать судьбу. Или нервы мужа.

Глава 3

Секретарь мужа смотрел на меня с подозрением. Я его понимала: только вчера мы вчетвером ходили и шокировали народ своим расписным видом, а сегодня к нам присоединились ещё сорок неформалок.

— Добрый день, — поздоровалась я, подвинулась ближе и доверительным тоном начала безбожно врать: — Вы видели?

Вот ничего с собой поделать не могу — вру всем, и всё тут, прямо проклятие какое-то!

— Что? — напрягся он.

— Адепток вот в таком же виде. — Я показала ему на свою шишку.

— Ну? — он не понял, куда я клоню.

— Не «ну», а беспредел! — изобразила я возмущение.

— В смысле?

— А смысл в том, что тут полно бессовестных, которые готовы на что угодно, чтобы гениальную идею умыкнуть, — начала ему разжёвывать, а сама подумала: нафига это делаю?

Хотя… я же с ним налаживаю контакт, чтобы нужную инфу мне сливал! Так сказать, прощупываю его слабые места: падок ли он на жалость?

— Не может быть!

— Ещё как может! Вон, сорок штук не погнушались в наглую плагиатом заняться. Кошмар! Как учиться с такими змеями?! — изображала я страдалицу. — Скажите, а можно из этого рассадника завистников уйти без потерь? Ведь сами понимаете, что сгину в этом месте, сглазят меня завистницы, если вперед не придушат. Вот опять ректор к себе вызвал, и теперь меня ждут неминуемые репрессии от его поклонниц... Спасите несчастную деву от неминуемой гибели! — Я была уже готова пасть на колени, чтобы этот тормоз проникся и сказал, как отсюда слинять, ибо утренние тренировки нас уже достали …

И так вжилась в эту роль, что не заметила, что за моей игрой уже наблюдает не только секретарь, но и виновник моих бед.

— Адептка Кэтис, — услышала голос ненаглядного, — прекращайте спектакль, и марш в мой кабинет.

— Какой спектакль?! — я хлюпнула носом. — Это суровая правда жизни! — скорбно ответила и прошмыгнула мимо него в кабинет.

— Разберёмся, — ответил он мне. И добавил уже секретарю: — Врок, сегодня больше не понадобишься, можешь быть свободен.

«Что значит свободен? Это как — свободен? Это зачем свободен?» — я начала впадать в самую настоящую панику.

— Э-э, я на такое не подписывалась! — Подхватила юбку и рванула к двери, но этот гад меня, ведьму, как нашкодившего кота, за шиворот схватил и развернул обратно, затем отпустил и шлепнул по попе для увеличения скоростного режима, да так, что я не заметила, как достигла кресла возле его стола. — Что вы себе позволяете?! — пискнула, как мышь, — от волнения голос пропал.

— Ничего такого, что вы сегодня себе не позволили, — надвигаясь на меня, словно танк, начал он.

— А чего я себе позволила? — Начала перебирать в памяти все свои прегрешения за день, за которые заслужила поджопник, но, как ни напрягала извилины, ничего не припомнила.

— Вы, Кэтис, разукрасили лица ученицам, — начал он.

— Я? Не было такого! Да я вообще рисовать не умею! — я была возмущена до глубины души.

— Я не в прямом смысле говорю, а иносказательно. Как вы посмели избить сорок девушек?!

— Что?! Мы? Избить?! Это поклёп! — Я испепеляла его гневным взглядом.

— Да что вы говорите? А факты говорят об обратном!

— Какие факты? Всё было сугубо добровольно, по их настоятельной просьбе, у меня и расписки имеются. Сбегать за ними?

— Не стоит, я прекрасно знаю, что это была ваша провокация, их специально ввели в заблуждение.

Вот же попала! Совсем забыла, что он мог в коридоре наш разговор подслушать! Так, и что же делать? По попе получать я точно больше не хочу… Ладно, попробую старый проверенный способ — ответный наезд. Всегда безотказно работал!

— А кто меня назначил своим главным шпионом, а? Я, между прочим, для вас старалась! Можно сказать, первый отсев подозреваемых произвела! Вот список дур, которые ради вас на жертвы идут, — протянула ему листок. — А Вы… меня… за мой труд поджопником отблагодарили! Всё, я больше на вас не работаю! — приняла я обиженно-оскорблённый вид и направилась к выходу.

— А ну стоять! — рявкнул он.

Я с перепуга споткнулась.

— Ну что ещё?! — решила не уступать.

— Мы не закончили… — уже на тон ниже ответил он.

— А нам больше не о чём говорить! Вы меня оскорбили, облапали, зная, что у меня тут пара учится! — вошла я в раж.

Но, увидев его лицо при слове «пара», поняла, что это упоминать не стоило. «Мама!» — мысленно заорала и рванула из кабинета. Жить хотелось долго, а его взгляд явно отсчитывал оставшиеся мне секунды.

Я почти добежала до двери, как вдруг врубилась в препятствие, и чем? Многострадальным лбом!

— Ой… — взвыла не столько от боли, сколько от обиды, ведь он поймал меня!

После пронзительного стона я стала медленно оседать на пол, решила использовать Лирин способ ухода от проблем — изобразить полуобморок. На полный не решилась — кто его знает, может, как только отключусь, он меня того… Хотя я и сама не прочь, но мы ведь от мужей прячемся, так что облом и мне, и ему. У-у-у! И хочется, и колется! Вот дилемма: предаться разврату или не предаться! «Э-э-э, Кэт, ты что-то не в том направлении мыслить стала, стоило только в руках мужа оказаться!» — мысленно призвала себя к порядку. Ведьма я или кто?

Ладно, полуобморок так полуобморок. Хоть узнаю, может, жалость у него есть? А если нет, будет время обмозговать ситуацию, найти способ выйти из нее без потерь. Хотя, если подумать, что мне терять? Правильно — нечего! Хотя… И вновь меня повело не в ту сторону. Я ведь сейчас плюну на инкогнито, а этого допустить никак нельзя — это ж самая настоящая подстава друзей! И мне есть, что терять — свободу!.. А зачем мне свобода? Да фиг её знает, да и неважно, главное, как звучит — СВОБОДА!

Пока вела мысленную беседу, супруг посадил меня в кресло. Думала, будет нежными словами в чувство приводить, а эта падла использовала Лирин способ — из графина плеснул водой мне в лицо! После такого хамства я тоже решила не миндальничать и продемонстрировала способ Герты — заехала мужу прямиком в глаз. Такой прыти он от меня не ожидал и, разумеется, пропустил удар. Окрылённая победой, я решила закрепить результат — взяла мраморный письменный прибор и врезала Адимису в лоб. Ну, думаю, если сознание не потеряет, то салют я ему точно обеспечила, пусть полюбуется на световоепредставление, а сама снова рванула из кабинета, но снова была поймана жертвой моего гнева.

— Ну, всё, допрыгалась…

— Ничего подобного! Я ещё не начинала. — Стала выкручиваться из его захвата.

— И не начнёшь! — рявкнул он и сжал меня так сильно, что дышать стало нечем.

— Что, решили меня лишить жизни через удушение? — спросила его сдавленным голосом.

— Ещё чего! Ты так просто за своё поведение не отделаешься! Я собираюсь тебе долго мстить, — «обрадовал» он меня, но захват ослабил, и я смогла вдохнуть полной грудью.

— Как вам не стыдно запугивать маленькую девочку?! — решила воззвать к его совести. Кто знает, может, она у него имеется? У меня-то нет такой роскоши.

— Представь себе — ни капельки не стыдно.

И что теперь делать? Точно! Нужно якобы за свою честь бороться!

— Да прекратите вы меня лапать! — изобразила я крайнее возмущение. — У меня пара есть! — решила вновь рискнуть в надежде, что прокатит.

— Я ещё не начинал, — вновь усаживая меня в кресло, «обрадовал» он.

— И не нужно этого делать! И вообще, у вас жена есть! — напомнила ему о святом, о себе любимой.

— Я готов развестись, — облокотившись на стол и скрестив руки на груди, ответил он, не отрывая от меня хищного взгляда.

Так вот, значит, как? Развестись? Интересно, это проверка на вшивость, или он действительно готов от меня отказаться? Обидно и больно, но вида не покажу, не дождётся! «Каков подлец!» — мысленно возмутилась я, но тут же взяла себя в руки, пострадаю потом, а пока буду дальше ломать комедию. Ибо я ведьма, а не хухры-мухры! Но дома поплачу обязательно, когда никто этого не увидит.

Ну, держись, божественный изменник…

— Лучше не надо! — я изобразила испуг за свою честь. — Если вы забыли, у меня жених имеется.

— Ничего страшного, я тебя отобью.

Охренеть! Он серьёзно? Я даже растерялась, но всё же взяла себя в руки и продолжила:

— А что он — моя пара, вас это не смущает? — решила прощупать почву, может, и есть способ избавиться от него, потому что после такого заявления я с ним ни за какие коврижки жить не буду!

— Нет, а должно? — Он посмотрел на меня с прищуром.

— Конечно, ведь пара — это святое, это навечно!

— Правда? Как интересно слышать это от тебя, — пронзил он меня злым взглядом.

Вот сейчас я по-настоящему испугалась как никогда в жизни — неужто просёк? Но я была бы не я, если бы поддалась на провокацию. Вспомнила, как поступают мудрые евреи, и ответила вопросом на вопрос:

— Почему? — Изобразила кристально честный взгляд и хлопнула для полноты образа ресницами.

— Понимаешь, вот смотрю я на вас, и сразу в глаза бросается, как ты к своей паре непростительно плохо относишься, — продолжая сканировать меня взглядом, высказал он своё умозаключение.

— Протестую! У нас притирка в самом разгаре! — я воспаряла духом, потому что, кажется, это всё же проверка на вшивость.

— Хорошо, — неожиданно быстро согласился он.

— То есть вы меня больше не собираетесь отбивать?

— Если поможешь мне найти жену, то нет, а ес-сли-и… — многозначительно протянул он.

— В лепёшку разобьюсь, а вашу жену найду!

— Ну, раз обещаешь… Но смотри, не затягивай с поисками, а то я злопамятный и про подлые твои удары не забыл.

— Да я это чисто автоматически, — начала привычно изворачиваться.

— Угу, — он сделал вид, что поверил, но по выражению лица было видно, что ни капельки. А значит, затаил обиду и будет мстить.

Я, конечно, его понимаю, месть — это святое, но ведь не за что, честное слово! Я его физиономии, как оказалось, никакого вреда не нанесла, а даже обидно. Мне снова взгрустнулось от осознания того, что я сильно рисковала, и всё коту под хвост! Ну, ничего страшного, у нас с ним вся жизнь впереди, ещё разукрашу его наглую рожу.

— Раз мы всё выяснили, я могу идти?

— А мы всё выяснили? Уверена? — зловеще усмехнулся он, прищурившись.

— А что, ещё что-то осталось? — я снова начала впадать в панику.

— Конечно. Например, твоя тяга к науке. Или ты передумала свои способности развивать?

Я мысленно матюгнулась — вот же дура, могла что-нибудь другое придумать, теперь эти способности нужно развивать! И ведь не откажешься, а то сразу попаду под подозрение.

— Нет, конечно, это для меня так же актуально, как и раньше, — изобразила жажду знаний.

— Ну что ж, похвально. После выходных плотно займёмся их развитием.

С одной стороны, он меня обрадовал — можно линять отсюда, но с другой — его слова «плотно займёмся» уж больно напрягали. Но я тут же подавила зарождавший мандраж, поднялась с кресла, приняла стойку суслика, чтобы, если что, дать стрекача уже более удачно.

— Ну, я пойду?

— Вас не подлечить?

— Не, шишку нельзя трогать, мадам Фугуус запретила, — пожаловалась на деспотичную преподавательницу.

— Я имел в виду другое лекарство, — усмехнулся он. — Вы же сейчас сильно перенервничали, сам бог велел подлечить нервы.

— Какой бог? — тут же врубила режим полной дуры, понимая, что этот подлец продолжал прощупывать почву. Если, конечно, уже и так не догадался, что я его жена. Но проверять, так ли это, не собиралась, буду отнекиваться до конца.

— Про бога — это так, к слову. Я спрашивал, не налить ли вам настойки?

— Вы хотите мне дать примочку для шишки? Так я же сказала: нельзя.

Вот гад, по больному бьёт!

— Я не про наружное применение, а про внутреннее, — усмехаясь, ответил провокатор.

— Вы что, специально меня провоцируете, чтобы потом годков пять припаять за пьянство?! — возмутилась я, и возмущение не было притворством. Что б тебя моль почикала, изверг!

— Значит, не хочешь. Молодец, прошла очередную проверку, — похвалил он.

Я даже немного расслабилась, хотя прекрасно понимала — это только начало, чувствовала, что Адимис что-то задумал и мне это точно не понравится.

— Теперь я могу идти? — Уже действительно с мольбой посмотрела на супружника.

— Теперь можете, но помните: если что…

— Ага, — ответила я, не стала дослушивать и рванула прочь от садиста, который сегодня порядком расшатал мою нервную систему.

И всё-таки узнал он меня или нет? Чую — узнал, а это значит, что он играет. Ну ничего, в эту игру можно играть вдвоём. А может, не узнал? Нужно срочно тырить шар! От неопределённости я просто свихнусь!

Глава 4

Адимис

Смотря на свою любовь и головную боль в одном лице, когда она одухотворённо ломала комедию перед секретарём, я осознал, что она может хоть как личину менять, но привычка постоянно врать и выкручиваться её выдаст обязательно. Ну не может моя ведьмочка без этого, прям даже и не знаю, как с этим её недостатком быть… Бесит и веселит одновременно! Так мало того, что просто врёт, она же, зараза, девушек сегодня изувечила — вон, сорок штук разукрашенные ходят и томные взгляды на нас с братьями бросают в надежде, что мы обратим на них внимание! Обратили, только не так, как они рассчитывали: ещё один финт с их стороны — и загон им обеспечен.

Решил прервать её представление и поговорить начистоту. Поговорили, мать вашу! Ну не удержался я и слегка ударил по её аппетитной попе, а она? Эта нахалка заехала мне в глаз и в лоб — вот этого от неё я точно не ожидал и, разумеется, даже не увернулся, но на будущее учту, что она и на такое способна. Как змея, постоянно выкручивается и кусает, правда, пока только словами, но, уверен, недалеко то время, когда зубки пустит в ход. У всех жёны как жёны, а у нас с братьями — ведьмы, причём с бандитскими наклонностями, не говоря уже о тяге к распитию спиртного! Да уж, Мать всего сущего, мсти с размахом.

Моя попытка спровоцировать её провалилась с треском — держалась она стойко, на провокации не поддавалась, хотя расширенные зрачки говорили, что я попал в точку. А как выкручивалась при этом — аж заслушался… Посему решил повременить и не показывать, что узнал её — пусть немного побудет в неведении, а я за это время придумаю, как наказать её за выходку с попыткой избить меня...

— Ад, привет! — Прервав мои мысли, ввалились в кабинет братья. — Мы тебе сейчас такое покажем… — рассмеялся Эд, и к нему присоединился Дрейк.

И показали. Во время просмотра эпизода из жизни наших жён я смеялся… нет — я ржал как никогда. Мы втроём хохотали до слёз, особенно понравился момент нарушения ими техники безопасности. Я непроизвольно потрогал глаз, вспоминая, что со мной моя ведьма поступила точно так же. Ну и бандитка!

— Слушайте, мне ещё вот этот момент понравился! — посмеиваясь, сказал Эд и продемонстрировал, как его Мира со зверским видом смотрит на адепток, которые пытаются заинтересовать его, а потом моя ей что-то прошептала, и та тут же сменила выражение лица на придурковатый.

— Нет, вы вот этот момент посмотрите, — посмеиваясь, Дрейк показал, как они метку адепту ставили, а затем угрозами заставили его дать клятву, как до этого и его брата.

— Ты посмотри, и богиня к ним в банду прибилась с такими же наклонностями. Правильно говорят: подобное тянется к подобному, — подметил я.

— Да-а, они у нас ещё те штучки — что творят… — покачал Дрейк головой. — Даже не знаю, что и делать… Под замок их не посадишь, бить поздно…

— Бить точно не стоит — чревато последствиями, да и девушек как-то не принято бить, — решил напомнить, что он о женщинах говорит.

И тут же всплыло воспоминание, что я поступал гораздо хуже со своей парой. Пусть не собственноручно это делал, и всё же действовали по моему приказу. За это я и заслужил подобный геморрой: вечные поиски, и стоило было мне её найти, она умирала, и всё начиналось заново. Сколько раз уже это повторялось, уже и не помню, кажется, что вечность. Надеюсь, на этот раз у нас всё получится.

— Но я же имел в виду по попе, любя, — вывернул меня из воспоминаний насмешливый голос Дрейка.

— Не поможет, сегодня попробовал, в итоге она якобы в обморок упала. Кстати, у твоей научилась, — намекнул брату, что его Лира частенько притворяется, — а затем мне в глаз и в лоб засветила, — поделился своим печальным опытом.

— Понятно, но всё же я рискну. Может, до моей дойдёт через мягкое место, что так себя вести нельзя. Я уже чёрт знает сколько раз пожалел о нашей выходке. Жёны дуры — это ещё то испытание.

— Давно скалкой не получал? — решил ему напомнить, какой у Лиры воспитательный процесс своего мужа.

— Не переживай, дважды со мной такой номер не пройдёт, — отмахнулся он. — Тем более они нам за козлов должны ответить. Не знаю, как вы, а я просто так эту выходку не оставлю!

— Согласен, за свои выходки они должны ответить, такое спускать на тормозах нельзя, предлагаю не показывать им, что мы раскрыли их инкогнито…

— Ты что, совсем! — возмутился Эд. — Вы со своими уже обряд провели, а моя ходит свободной!

— А кто тебе мешает? И ты пройди, но так, чтобы она об этом не догадалась. Как это сделать, надеюсь, объяснять не нужно? — Я посмотрел на брата, а у него глаза загорелись — сразу видно, продумывает, как это провернуть, и, уверен, уже несколько способов нашел.

— Действительно, что я всполошился?.. Тем более за ней должок: я ей цирк с подменой не простил, — вспомнил он.

Хорошо, что обо мне не вспомнил, а то пришлось бы ему мстить, так как последнее слово всегда за мной. Хотя понятно, почему он затих — боится, я ведь ему храмы припомню, так что у нас с ним ничья — один-один.

— Как я понял, мы пока не показываем, что узнали их. Но что дальше? — поинтересовался Дрейк.

— Будем развлекаться с божественным размахом. Хотят игр — не вопрос, но на наших условиях. Посмотрим, на сколько наших ведьмочек хватит. Уверен, что ненадолго.

— Хорошо, поиграем, — согласился Эд, — а что мы будем делать с тем, что они собрались шар у Бога Хаоса украсть?

— Не будем им мешать. Почти. — Я рассмеялся, предвкушая игру со своей любимой.

Глава 5

Стоило мне войти в свой блок, на меня набросились с вопросами, и, как всегда, в этом деле лидировала Лира.

— Кэт, ну как всё прошло? Не спалилась? Что хотел изверг? Силы проверяли? — затараторила она, смешно выпучив глаза.

— Цыц, нервная! — остановила её трескотню.

Её нос забавно сморщился и сейчас напоминал сморчок.

— Знаешь, Кэт, это ты нервная, особенно когда от своего приходишь, — обиделась она.

— Извини, что-то я правда вспылила… Просто чую, что мы на грани грандиозного шухера — разоблачения, — поделилась подозрением с подругами.

— Да ты что?! — воскликнула Герта, резко вскочила со стула, схватилась за сердце и рванула к дивану, чтобы занять козырное место

Увидев это, Лира возмутилась:

— Герта, у тебя совесть есть? Между прочим, обморок — это моя фишка!

Она застыла.

Я присмотрелась к Герте. Судя по всему, это чувство у нее присутствует, хотя девушка и пыталась это скрыть.

— Нет, — соврала она не моргнув глазом и отреклась от дефицита под названием «совесть». Тут же отмерла и плюхнулась на диван.

Что, в принципе, и правильно — сначала советь, потом, не приведи господи, на добрые дела потянет! Я ужаснулась подобной перспективе.

— Лира, не буянь, твой обморок — неэффективное средство ухода от проблем, — начала я, подруга в ответ встрепенулась и пронзила меня злобным взглядом. Только открыла рот, чтобы вылить на меня поток контраргументов, я жестом руки остановила её. И тут же в красках описала всё то, что недавно пережила.

— Каков наглец! Ведьму по попе стукнул! — возмутилась Мира после окончания моего рассказа.

— Кэт, нужно было табуреткой его бить — проверенный способ! — поделилась боевым опытом Адель.

— Ну ты и сказанула! Это как, будучи в обмороке, искать табуретку, которой в помине у него в кабинете нет?

— Ну, да, обморок действительно лишает простора для манёвра, — согласилась Лира, печально потупив взор.

— Ёшкин кот! Если они нас узнали, что будет… Ой, что будет!.. — хватаясь за голову, запричитала Герта.

— А ну отставить панику! — остановила я её стенания. — После озера у тебя характер стал паршивый: ты то агрессивная, то трусливая — определилась бы с линией поведения! А то никогда не знаешь, чего от тебя ожидать. Вдруг, когда мы на твою помощь будем надеяться, ты решишь уйти от проблем Лириным способом. Что тогда делать? Твою бесчувственную тушку спасать или отбиваться от врагов? — наехала я на неё, надеясь, что это поможет привести её в чувство.

— Не переживай, когда назревает драка, желание упасть в обморок меня покидает — помахать кулаками я люблю, — подобралась она, но только испуганно бегающий взгляд говорил, что сама не верит в то, что сказала. Вот гадство, не помогло.

— Надеюсь, ты права. А то свяжем и обратно в озеро кинем, — намекнула, что ей грозит в случае, если она и дальше будет изображать припадочную.

— А в глаз? — тут же нашлась она.

— А в два? — не осталась я в долгу.

— А в три? — влезла Мира, после чего мы с Гертой в недоумении посмотрели на сестру, силясь понять, у кого из нас она нашла три глаза. — А имею в виду вас обеих. Нам нужно обсудить план на завтра, а не слушать, как вы друг другу угрожаете.

— Упрёк принимается, — согласилась с ней

— И правда, что-то мы увлеклись не тем, — поддержала Герта.

— Это всё из-за того, что настойку давно не употребляли. Она сближает нас, — тут же нашла причину Лира, и мы спорить не стали, а то действительно что-то по лекарству соскучились.

— Феня-я-я! — заорала я во всю мощь лёгких. Скрипнула дверь, ведущая в лабораторию, и из неё показалась рыжая голова с испуганными поросячьими глазками, прям как у меня.

— Что-то случилось? Нас раскрыли? — дрожащим от волнения голосом спросил он.

— Нет, мы сейчас будем обсуждать план, как стырить шар.

Феня выдохнул.

— А что тут планировать? Есть план места, где находится шар, всего-то нужно отвлечь охранников, — выходя из своего укрытия, перешёл он сразу к делу.

— Чё?! — воскликнула Лира.

— Каких ещё охранников? — охнула Герта, с ужасом смотря на нашего колобка.

— Ну, зашибись! Только охранников нам и не хватало! — поддержала их Мира.

— Так, отставить волнения! Мы что, с какими-то охранниками не справимся? Глазки построим, мозги запудрим, пока, допустим, Феня и Хапуга шар тырить будут, — попыталась остановить зарождающуюся панику.

— Ну да, а если что, так мы их табуреткой по голове, — тут же внесла предложение Адель.

— Ты что, собралась в мир хаоса с табуреткой в руках отправиться? — я поразилась её недальновидности. — Ну вот как, скажите, строить глазки с табуреткой в руках?

— Зачем с собой? — не поняла она меня.

— Но ты же сказала, если что, то…

— Кэт, я богиня и учусь на втором курсе, уж такую мелочь, как табуретка, я в состоянии материализовать.

— А нам? — тут же оживилась Лира.

— И вам тоже.

— Лучше бы дубинку, как у наших полицейских, или электрошокер, что ли… — Адель зависла — не понимала, о чём я говорю. — Ну да ладно, можно и предметом мебели — не принципиально. Тем более способ-то проверенный, значит, сюрпризов не будет. Хорошо, с охранниками решили. Тащи план здания, где этот супершар находится, — дала команду Фене.

Тот быстро сбегал в лабораторию, принёс план, и мы детально с ним ознакомились.

— Так он что, рядом со дворцом Бога Хаоса находится? — уже я начала очковать.

— Ну да, — состроил невинную мордашку Феня.

— Очешуеть! — не выдержала я. — А ты не думаешь, что он может к своему оракулу на огонёк заглянуть? Одно дело охранников табуреткой отоварить, а тут сам бог! Ты хоть представляешь, что будет, если запалимся?

— Ой, да ладно! Он туда вообще не ходит, — как-то уж спокойно отмахнулся он от реальной угрозы.

— Ты о законе подлости слышал? — выдала Герта.

— Слышал, но это не наш случай, я точно говорю — не ходит!

— Слушайте, ходит или не ходит — не имеет значения. Шар нам нужен, так что выхода нет, — тут же включилась в разговор Мира, — либо шар, либо наши озлобленные мужчины.

Я тут же вспомнила злое лицо мужа и решила: да пофиг, пусть приходит этот Бог Хаоса, я его меньше боюсь, а если вдруг — выкрутимся как-нибудь.

— И действительно, чего мы очкуем, один бог — это не три наших злых мужа, сдюжим как-нибудь с ним, — я решила настроить всех на нужный лад, паника нам ни к чему.

— А если что, мы потом настойкой нервы подлечим, — подала Лира голос, и все повеселели.

После этого мы ещё немного обсудили план, между разговорами обменялись угрозами и с хорошим настроением отправились спать.

Ура! Скоро выходные, а значит — свобода!

Глава 6

Утро началось с сюрприза: к нам заглянула Фугу. Окинув нашу дружную компанию строгим взглядом, задала вопрос, после которого закралось подозрение, что богиню по голове чем-то отоварили и теперь она страдает провалом в памяти. Иначе как объяснить её слова?

— Вы почему такие расписные?

В комнате повисла оглушающая тишина — мы в недоумении уставились на мадам.

— Так… вы же сами при этом присутствовали, — отмерла Мира.

— Я спрашиваю, почему до сих пор ходите в таком виде? — продолжала она наседать. Или просто ей придраться к нам хотелось?

— Как — почему? — не выдержала я. — Вы же сами сказали, чтобы мы не смели себя лечить, а ходили и радовали «красотой» народ…

— Да? — теперь уже она зависла. — Точно, было дело. Я, наверное, забыла вам сказать, что запрет на лечение снят. И напоминаю: ваши выходные длятся два дня. Послезавтра в пять часов вечера вы должны быть на месте, иначе конюшня вам обеспечена! — пригрозила она кулаком, коим нас уже не напугать, и с чувством выполненного долга, гордо задрав голову, покинула комнату.

— Фух… Я думала: всё, Фугу умом тронулась. Даже волноваться начала, пока она не пригрозила конюшней, — отмерла Лира.

— И не говори… Ну, собираемся, что ли? Хапуга, закусь готова? — поинтересовалась я об обеде.

— Обижаешь! Всё готово, и не только закусь. А где будем харчеваться, когда дело провернём? — Она приподнялась на лапки и поочерёдно обвела нашу диверсионную группу своими чёрненькими глазками.

— М-да, об этом как-то не подумали… — сказала я. — Может, ко мне рванём, на Землю?

— А наши туда не нагрянут? — удивила свое проницательностью Лира.

— Могут, — не стала отрицать, — так где?

Дверь открылась, и залетела Адель.

— Ну что, готовы? — с нездоровым огнём в глазах спросила она.

— Готовы, только у нас вопрос не решён, где потом праздновать будем, «культурно» отдыхать, — поделилась новой проблемой.

— Тоже мне, нашли над чем голову ломать! Как я поняла, у себя дома мы не можем собраться, значит, остаётся только снять номера в гостинице, например, в моём мире.

Мы оживились и дружной компанией — я, Лира, Мира, Адель, Герта, Хапуга и Феня — отправились на дело, но перед уходом избавились от боевых ран.

***

Пройдя порталом в мир Адель, тут же открыли следующий — в мир Хаоса. М-да, мирок просто улёт: кругом пески.

— Мы что, в пустыне вышли? — первой заволновалась Герта, озираясь по сторонам.

— Похоже, — согласилась я с ней. — Феня, иди-ка сюда, GPS-навигатор ты наш бракованный.

— Почему сразу бракованный? Ты просто неверно выход из портала настроила, — пробурчал он, обиженно сопя.

— Феничка, а куда я должна была выход настроить? — зло прищурившись, обратилась к горе-оракулу. Блин, из него предсказатель как из меня ангел!

— Вот. — Он вытащил свой шар и показал изображение. Я напрягла зрения, вглядываясь в его «компас».

— Дай сюда. — Выхватила у него ориентир. — Что, сразу не мог дать? — немного поворчала для порядка и тут же начала настраиваться на нужное место.

На этот раз мы вышли возле дворца Бога Хаоса — прям райское место посреди песков!

— Ну, хоть тут нормально, а то кругом просто жуть: пески, и… — начала я.

— Хаос, — продолжила за меня Лира.

— Точно. Ну, и что дальше? — посмотрела я на Феню, ожидая дальнейших указаний, надеясь, что хоть на этот раз нас не подведёт.

— А дальше, — он разложил карту, — нужно вырубить охранников, потом расскажу, что делать.

Сдаётся мне, оракул чего-то не договаривал, вот чуяла подвох, хоть тресни!

— Ладно. Я, Герта и Мира будем отвлекать охранников, а вот на вас с Адель я накину личину милых кошечек, и, пока мы отвлекаем, ваша задача пробраться им за спину и при помощи грозного оружия вырубить. Всем ясно? — обратилась я к членам банды.

— Нет, не всем. Я, например, хочу отвлекать, а Герта пусть вырубает — это по её части! — возмутилась Лира.

— Ладно, я, Лира, Мира отвлекаем, вы вырубаете, теперь всё? — посмотрела я на подельников.

Слава богу, больше никто не возмущался, Герта только нервно икнула, но спорить не стала. Я же накинула на группу быстрого вырубания иллюзию, и мы, как разведчики, поползли на боевую позицию. Достигнув места, я, Мира и Лира сняли с себя иллюзии и направились соблазнять жертв. Увидев объект соблазнения, я чуть не рванула обратно — у входа стояли два здоровых демона.

— Ёперный театр! — запаниковала я. — Демоны в боевой ипостаси… Что делать будем?

— Уговаривать их принять человеческий облик. В таком виде мы их не вырубим даже чугунной табуреткой, — дала дельный совет Мира.

— Ну, Феня, ну, удружил! Надеюсь, это единственный сюрприз? — посмотрела я на рыжего котяру, тот мяукнул в ответ, из чего я сделала вывод — не единственный.

Вот же гад! Ну да ладно, будем импровизировать. Делать нечего, придётся поиграть роль соблазнительницы, шар-то нужен.

— Доброе утро, мальчики! — Подошла к рогатым Мира и обворожительно улыбнулась.

— Для кого добрый, а для кого-то… — прогремело серо-буро-малиновое чудовище с рогами.

Вот это «красота»! У меня аж глаз задёргался. Надеюсь, они примут это за подмигивание.

— Не знаю, для кого как, а для нас с подругами добрый, потому что повезло сегодня встретить столь мужественных и, надеюсь, выносливых демонов, — проворковала Лира, а я поразилась её стойкости.

«Выносливых»? До меня только дошло, о чём она сказала.

— Даже так? — засмеялось второе чудовище. — А что ваша подруга молчит? Ей мы не по нраву?

— Что вы! Очень понравились, просто она немая, — ответила Мира, а затем, окинув меня строим взглядом, мол, не вздумай рот открыть, а то запалимся. У меня от возмущенья глаза стали квадратными, но, взглянув на демонов, решила, что сестра права, и меня вновь пробил нервный тик. — Вон как вам активно подмигивает, и, вообще, она у нас такая затейница…

Я всё же смогла взять себя в руки и изобразила, как мне казалось, обворожительную улыбку. Но, судя по вопросу первого громилы, всё же показалось.

— Она у вас с головой не дружит?

— Нет, просто она в экстазе от вашего вида, уже представляет, каково с демонами…. Ну… сами понимаете что. Разве при этом обязательно нужно с головой дружить? — продолжала Лира пургу гнать, да так складно, что я даже заслушалась.

— Верно, необязательно, красавица, — расслабился второй, — у нас скоро пересменка, подождите немного, и мы вам покажем страсть демонов.

— Ах! — воскликнула восхищённо Мира. — Но только… — она замялась и потупила взор.

— Что?

— Ну, вряд ли мы вас выдержим, когда вы в боевой ипостаси, — тяжело вздохнула она.

— Не переживай, мы человеческий образ примем.

— Правда? А покажите, какие вы в человеческом обличии? А мы пока в сторонке посидим, предаваясь мечтам о вас, — продолжала провоцировать Лира.

Мужик и в Африке мужик, хоть и демон — не смог побороть тщеславие и, разумеется, принял человеческий облик. Мы дружно изобразили вздох восхищения. Второму демону пришлось не по душе, что лавры красавца достались товарищу, и он тоже решил покрасоваться перед нами. Я быстро сняла иллюзию с группы нападения, и, не теряя времени, сообщники отоварили несостоявшихся любовников по голове. Они ничком рухнули на землю.

— Эх, такая красота пропадает, — смотря на громил, произнесла я.

— Кэт, а ты чего молчала? — спросила Герта.

— Я просто не хотела портить гениальную игру девчонок, — я решила не сознаваться, что трухнула.

— А глаз почему дёргался? — спросила уже Мира.

— Я аплодировала вам в экстазе от вашей игры. А что? — спросила, а сама с умным видом стала создавать иллюзии охранников.

— А этих куда? — спросила Адель, смотря на пострадавших.

— В кустики оттащить, я на них иллюзию пеньков накину.

Мы, как бурлаки на Волге, потянули туши демонов в ближайшие заросли.

— А почему пеньки? — покраснев от натуги, поинтересовалась Лира.

— А я знаю? — ответила ей, и до меня дошло — я ж могу иллюзию создать и вес поменять. — Стоять!

Народ остановился и в недоумении уставился на меня. Я сделала пас руками и превратила демонов в сусликов, взяв их за хвост, отнесла в кусты.

— А раньше не могла? — Герта схватилась за спину.

— Герт, ты не поверишь, но забыла я, что могу так, — развела я руками.

— Хорошо, что все-таки вспомнила, — великодушно простила она.

— Так, Феня, и где обитает местный оракул? — я посмотрела на рыжика.

— Сейчас, судя по времени, он кушать изволит, значит, шар отнёс в надёжное место.

Вот это мне уже не нравилось.

— Феничка, а не подскажешь, где это надёжное место?

— Ну…

— Феня, не томи, говори как есть, — не выдержала Герта.

— Ну, если как есть… то шар находится в кабинете Бога Хаоса, — отходя на безопасное расстояние, ошарашил он.

— Что?! — взревели мы хором.

Глава 7

— Ведьмочки, спокойно! — Он выставил руки вперёд, медленно пятясь назад. — Помните: нервные клетки не восстанавливаются! — не отрывая испуганного взгляда, старался отсрочить неизбежные люли.

«Непорядок, потери нам не нужны! — подумала я и сделала глубокий вдох, потом выдох, мысленно повторяя, словно мантру: — Я спокойна… Я спокойна… Мне всё пофиг…»

Не помогало! Мне ни фига не пофиг! Я очковала и очень сильно хотела нашего колобка пнуть под зад. Прям хоть плачь! А лучше хлебнуть настойки для смелости! О, точно! Скоро буду пить настойку и успокаивать нервы! Фух, кажется, отпустило.

Я выдохнула — вот что делает одно только упоминание о божественном напитке! А то думала, всё — колобку конец!

А в это время разборки шли полным ходом…

— Мы спокойны, насколько это возможно в данной ситуации, — расстреливая его взглядом, прошипела Мира. А вот Герта тянула к нему руки, чтобы ухватить за шкирку и основательно потрясти негодника.

Сразу видно — сестра еле сдерживается, в отличие от демоницы, да и Лира с Адель начали заходить с тыла. Да… колобок никогда не был так близок к получению пендаля. Хотя был, даже получал, но в прошлой нашей жизни, и не пендаля, а по голове — вспомнила я рассказ богинь.

— Спокойны? — икнул он, испуганно смотря на нас. — Ведьмочки, только не волнуйтесь, всё будет хорошо! Точно говорю, я по своему шару смотрел будущее, — попытался остановить нас.

Лукавил — дураку понятно, что пытался спасти свою шкурку. Впрочем, правильно делал.

— Ты кому вкручиваешь? Вещун косячный! — не выдержала Герта наглого обмана.

— Это называется «спокойны»? — огрызнулся он и отскочил от Адель с Лирой.

— Это ведьмы спокойны, а я — демоница! И я нифига не спокойна! — сотрясаясь от злости, рычала подруга.

— Ну, в последнее время это твоё нормальное состояние, — не унимался камикадзе, а гнев Герты набирал обороты.

— А в глаз?! — подбоченилась она.

А вот Лира вновь совершила манёвр и уже оказалась за Феней, прожигая свою жертву злобным взглядом, протянула руку, чтобы ухватить его за шкирку.

— М-да, ну и гаденький у нас коллективчик, — сделала я выводы, наблюдая эту картину.

— Да нормальный у нас коллектив! — не согласилась Герта. — Мы же не всерьёз угрожаем, а так, нервы успокоить и его вдохновить на точные предсказанья.

— Понятно… Ну что, пойдём шар тырить, или дальше будем собачиться? — посмотрела на сообщников осуждающим взглядом, надеясь, что им станет стыдно, а потом вспомнила, что у нас совесть атрофирована и есть только одно средство поднять боевой дух и вдохновить на ратный подвиг. — Чем быстрей это дело провернём, тем быстрее «культурно» отдохнём. Адель с нами этим делом ещё не занималась, а это непорядок.

— Точно! — встрепенулась Лира, забыв про склоку, схватила виновника скандала за руку и потащила его в сторону здания.

— Лира, ты хоть знаешь, куда нужно идти? — спросила я, догоняя её.

— Он знает, — показала она глазами на притихшего колобка. Феня, наверное, уже раз сто пожалел, что вызвался нам помочь.

— Да знаю я, куда идти, не паникуйте! Давайте быстрей покончим с этим грязным делом и отдохнём как полагается, а то мне этот сухой закон вот где! — И он провёл рукой по шее.

Ну, дела-а, и колобка испортили! Теперь и он проникся духом алкоголизма! Что-то эта тяга к распитию спиртного меня стала напрягать, прям напасть какая-то! Мы же, кроме настойки, ничего другого не употребляем, может, есть в ней какой-то ингредиент, из-за которого такая тяга? А если это так, мы влипли! Пока я шла и мучилась вопросом — пить или не пить, — мы подошли уже вошли в здание и оказались возле какой-то двери.

— Феня, где шар спрятан? — тихо спросила Лира, вытаскивая Хапугу из пространственной сумки. Тот молча показал рукой на дверь, опасливо озираясь по сторонам.

— Что, уже пора? — зевая, спросила сонная крыса.

— Ага, — пыхтя от нетерпения, ответила Лира, опуская любительницу тырить на пол. Крыса носом повела, и в стене появилась дыра.

— Ну, я пошла. — Домушница медленно двинулась туда, но стоило ей сунуть в нее морду, она тут же попятилась назад. — Я туда не пойду — там кот! — Она, быстро перебирая лапками, забралась на плечо Миры. — Я ещё не готова умирать!

— И всё? — осмелела я. Кот — это не бог, можно, не таясь, забрать нужную нам вещь. Адель, видно, тоже об этом подумала, осторожно открыла дверь и тут же её прикрыла, и сообщницу знатно перекосило.

— Адель, что там? — начала я вновь паниковать, так как её реакция говорила о том, что там засада!

— Мужик там, большой такой, — не отойдя от потрясения, ответила она, — табуретки будет маловато, чтобы такого вырубить.

— Красивый? — поинтересовалась Герта.

— Я в шоке, отстань… — шёпотом ответила богиня.

— Герта, я не пойму, какая разница, красивый он или нет! Козе понятно, что мы встряли! — тихо возмутилась Мира.

— Да я так просто спросила, — пожала она плечами. — Что делать-то будем?

Ну сама напросилась!

— Герта, вся надежда на тебя! — начала я обрабатывать подругу.

— Чего? — тут же напряглась она.

— Ты самая красивая из нас, он, возможно, тоже не лишён привлекательности… — Я посмотрела на Адель, та сразу смекнула, куда я клоню.

— Не то слово, красавчик — секси! — начала рекламную компанию Адель

У Герты после слова «секси» глаза заблестели. Но, увы, дурой она не была.

— Даже пусть он будет богом секса, это нам не поможет шар без последствий украсть.

— Ещё как поможет! — не сдавалась я. — Тебе, собственно, делать-то ничего не нужно. Порази его своей красотой!

— Чё?! — тихо возмутилась Герта. — Совсем, что ли, умом тронулась?! — Она покрутила пальцем у виска. — Когда это красотой можно было противника поразить?

— Герта, ты у нас не только красивая, но и самая сильная, — привела я второй аргумент.

— Была, до озера, — поправила она меня, окинув осуждающим взглядом.

— Ерунда! Ты ж боевая демоница, опыт никуда не делся. Тем более, это всего лишь мужик — единственное препятствие, которое мешает нам хорошенько расслабиться.

Герта встрепенулась и приняла грозный вид.

— Препятствие, говорите? — Закатывая рукава, она решительно направилась к двери, но тут же встала как вкопанная — опять очкует.

— Герта, порази его красотой! — шёпотом подбадривая её, я подталкивала к двери, подруга упиралась, не веря, что красота ей поможет. Я тоже сомневалась на благополучный исход. И всё же была надежда, что в минуту опасности она превратится в грозную демоницу.

Адель тут же сориентировалась, открыла дверь, и мы с Мирой впихнули Герту в комнату, резко закрыв, подпёрли её.

— Как думаете, она справится? — Лира подошла и, бесцеремонно оттолкнув Адель, заняла самую выгодную для подслушивания позицию.

— Не знаю, может, мы зря её одну туда отправили? — начала переживать Мира.

— Ну что там? — не скрывая волнения, спросила я главного слухача.

— Кажется, флиртуют, — не отрывая уха от замочной скважины, ответила Лира.

— Ну, раз флиртуют, всё нормально, — немного успокоилась я.

— Ага, он ей колечко дарить собрался, — транслировала Лира происходящее за дверью.

— А Герта что? — спросила я.

— Герта, как порядочная девушка, ломается, — хихикнула Лира и тут же напряглась. — Чё за фигня? — воскликнула она.

— Лир, что случилось? — испугалась я за демоницу.

— Я говорю: фигня, возня там какая-то, — растерянно ответила она.

— Адель, может, Герте табуретку намагичишь? — обратилась я к богине.

— Ой, девочки, кажется, они дерутся! — воскликнула Лира.

— Адель, срочно магичь табуретки — наших бьют! — Я рванула ручку двери.

Открыв дверь нараспашку, с табуретками в руках, мы дружной толпой ворвались в комнату. Как оказалось, бой был, но пострадал мужик, а на столе, поджав ноги, сидела перепуганная подруга.

— Герта, ты его чем? Приставал? — поинтересовалась я, подходя к мужику.

— Ага, чуть не совратил окаянный! — ответила она и дрожавшим от страха голосом добавила: — Вот этим я его приласкала. — Она протянула мне медную статуэтку. Взяв в свои руки грозное орудие от совращения, я не удержалась от комментария:

— Тяжёленькая…

— Боже-е-е, нам конец! — взвыл Феня и схватился за голову.

— Прекращай панику! — рыкнула на него, надеясь, что это приведёт его в чувство. — Да что не так-то?!

— Катастрофа! Ой, нам хана! — заныл он.

— Феня… — с нажимом произнесла его имя, намекая, чтобы он наконец объяснил, что мы, собственно, опять натворили!

— Кэт, это конец! Герта самого Бога Хаоса вырубила, — показывая глазами на статуэтку в моих руках, продолжал впадать в отчаянье.

— Ко… — начала Герта и запнулась, с ужасом смотря на колобка. — Ко… Кого?

— Феня, я дико извиняюсь, но это всего лишь статуэтка! — не поняла я, почему он с ужасом смотрит на неё, утверждая, что моя подруга её повредила. Присмотрелась — она цела.

— А я не о ней, я об этом… — Он показал глазами уже на поверженного мужчину.

— А зачем тогда глазами на статуэтку показал?!

— Так это его статуэтка, — пояснил он.

— Да ладно! — Я подошла к бесчувственному телу, перевернула его, чтобы сравнить оригинал с предметом в руке. — И правда похож, — нервно хохотнула я.

Демоница взвыла.

— Точно, и красивый, как ты и хотела, Герта, — рассмеялась Адель.

— М-да, я всегда знала, что культ личности — это не к добру, и вот прямое тому доказательство, — посмеиваясь, показала взглядом на мужчину. Он слабо застонал, явно приходя в себя. — Ёшкин кот! — воскликнула я и ещё раз долбанула божественного по голове, после чего он передумал приходить в себя, а Феничка взвыл с удвоенной силой.

— Всё, мы покойники! Найдёт нас и в пыль сотрёт! — чуть не плача, запричитал он.

— Феня, где чёртов шар? — рявкнула я.

— У меня он, — ответила Хапуга и тут же лишилась трофея — Феня отобрал его.

— А как же кот? — удивилась я, что крыса спокойно разгуливает по комнате.

— Лежит без чувств, — показала она на божественного.

— Серьёзно? — хохотнула я, представляя его в образе кота. — Интересно, зачем он иллюзию кошака накидывал?

— Специально! Он знал, что я за шаром приду, — спрыгивая со стола, ответила Герта.

— И? — не поняла я.

— Он мне рассказал. Сдаётся мне, его оракул круче. — Она тяжко вздохнула, смотря на мужчину.

— И ничего он меня не круче, тут всё дело в шаре, — насупился Феня.

— Этот гад хотел меня совратить! — неожиданно заорала Герта, и как пнёт бога хаоса по ноге.

— Ты что, совсем?! — я остановила её, боясь, что пинками приведёт бога в чувство.

— Герта, не хочу тебя расстраивать, но он не совратить тебя хотел, а заявить на тебя права. Колечко-то не жмёт? — спросил пришедший в себя вещун.

— Так… причём тут колечко? — напряглась я.

— Она его пара — мне было видение в шаре.

— Твою ж… Ты какого не предупредил?! Вещун косячный?! — взвилась Лира, ну а дальше пошла сплошная нецензурщина. Понятно — она отрывается.

Герта по обыкновению схватилась за сердце, Феня принялся оправдываться, мол, думал, что это очередной сбой в предсказании. В ответ в его сторону посыпались оскорбления, он принялся огрызаться. Я поняла, что, если их не остановить, их сора затянется на долго.

— Молчать! — рявкнула я на них. — Валим отсюда, и срочно! Отложите свои обмороки и нецензурные выражения. — Я открыла портал и дала команду на старт.

Мира и Лира, схватив под руки находившуюся в полуобморочном состоянии Герту, поволокли ее в открывшийся переход. Я взяла статуэтку, стукнула бога по голове ещё раз, чтобы дольше пролежал без чувств.

— Ну, как-то так, — проговорила, поставив предмет стол.

Соратники встретили меня с немым вопросом в глазах, и всё же первым решился его озвучить Феня:

— Чё делать будем? Он же теперь нас искать начнёт. Уверен, его мести нам не избежать…

— М-да, сложный вопрос, тут без пол-литра не обойтись, — высказалась я, поскольку никакой умной мысли в трезвую голову не пришло. Не знаю, как мои соратники, а я пребывала в шоковом состоянии после всего этого.

— Согласна, нужно выпить, — поддержала меня Лира и остальные члены команды. Больше всех кричала Герта, улепётывая от своего жениха, что жаждет напиться и забыться.

Надеюсь, что распитие лекарства поможет нам забыть горести и найти выход. «Главное, чтобы не наоборот», — тут же мелькнула мысль.

Глава 8

Мы сидели с братьями и ждали вестей от друга. Было интересно посмотреть, как наши неугомонные женщины провернут свою операцию.

— Адимис, может, не будем дожидаться Ларииона, посмотрим на наших крошек… — и только Эд произнёс слово «крошки», из портала не вошел, а вылетел наш друг, и, судя по перекошенному гневом лицу, он был на взводе. А учитывая, что у него во лбу звезда горела, то есть наливался синяк, стало понятно — что-то пошло не по плану.

— Ну, знаете, — начал он, — у вас не жёны, а… — тут он запнулся, явно осознав, что нас больше и если оскорбит их, будут проблемы. — Мало того, что воровки-рецидивистки, так они ещё и мокрушницы!

— Лари, не наговаривай на наших крошек, — решил я вступиться за ведьмочек.

— Крошек? — как-то зло рассмеялся он. — Если хочешь знать, твоя в этой банде вообще главарь, мало того — именно твоя «крошка» дважды долбанула меня со всей дури статуэткой по голове. Будь на моём месте кто-то другой, его бы жизнь оборвалась! Да когда же нашему наказанию придёт конец! Мне кажется, что мы с лихвой заплатили за бунт…

— Ты бы, друг, шишку убрал, что ли, а то как-то Богу Хаоса не солидно с таким украшением щеголять, — хохотнул Дрейк, тем самым прервав обвиняющий монолог друга.

— Действительно, убери украшение и прекрати стенать, мы как никогда близки к нашей цели. Лучше расскажи, как всё прошло? — стараясь не ржать, попросил его рассказать подробности.

— Вот же, совсем забыл об этом, — ругнулся он, щёлкнул пальцами и тут же сел в материализовавшееся кресло. — Да как тут не забыть, — продолжил он жаловаться на наших девочек. — Представляете, накинул иллюзию кота, чтобы крысу, которая должна была воровать шар, спугнуть, зная, что ваши, судя по предсказанию, отправят мою пару отвлечь меня. Понимаете? Отвлечь! Но не попытаться грохнуть! — вновь возмутился он.

— По твоим словам, первая тебя решила пришить Герта, так? — допытывался я.

— Так, — не стал он отрицать, по его лицу было видно — демоницу ждут серьёзные испытания за такое обращение с ним.

— Тогда причём тут моя Кэт?

— Как причём? — он от переизбытка чувств даже всплеснул руками. — Когда моя меня отоварила, благо успел артефакт активировать, хоть и с боем. Так вот, меня моя ударила, я тут же прикинулся поверженным, чтобы они смогли украсть то, за чем пришли. Твоя ведьма начала меня обвинять в культе личности. Лежу и думаю: вот кто так грабит? Им нужно шар хватать и бежать, а она демагогию развела. Короче, дай, думаю, сделаю вид, что прихожу в себя, ну и застонал, намекая, мол валите отсюда нахрен. А она хрясть меня статуэткой по голове! Пришлось заткнуться и дальше изображать, что без сознания. Но твоей показалось этого мало, она перед уходом меня для верности ещё раз отоварила по голове. И кто она после этого? Мокрушница и хулиганка! У меня два демона в кустах в образе сусликов без сознания валяются, и это её рук дело!

— Хочешь сказать, их тоже моя Кэт вырубила? — поразился я кровожадности своей пары.

— Нет, она только руководила, а вырубила их моя пара и богиня.

— Слушайте, давайте уже посмотрим, я просто от любопытства изнываю, — взмолился Эд.

— Смотрите, только не смейте надо мной ржать! — предупредил нас друг.

— Ещё чего! — отмахнулся я от его просьбы. — Ты мне лучше скажи, то, что мы просили, сделал?

— Обижаешь, всё как договаривались! — усмехнулся друг.

Когда мы стали просматривать приключение наших шальных жён и их сообщников, ржали всё, даже пострадавший от них Лариион.

Глава 9

Для проведения общего собрания, которое плавно должно переходить в лечение нервов, мы выбрали ничем непримечательную гостиницу, так как светиться нам было никак нельзя. Ведь кто знает, через сколько времени очухается стукнутый трижды по голове божок, страдающий культом личности? Интересно, моя методика лечения ему поможет избавиться от столь странного недуга? Как пить дать после пробуждения кинется на поиски невесты и виновников побоев, чую, что ещё и за охранников отвечать придётся. И если невесте, кроме сексуального домогательства, ничего не грозит, то нам он точно шеи свернёт за нанесение телесных и моральных повреждений. Прям хоть к мужу возвращайся, чтобы спасти свою шкурку, — жить-то хочется, но и это опасно. Да что ж такое?! Как ни крути, а репрессиям быть. Пока я впадала в отчаянье и сетовала на незавидную судьбу, Хапуга накрыла стол. Первой взяла слово Мира:

— Ну, какие предложения? — разливая лекарство, спросила она.

— А какие тут могут быть предложения? Ясень пень, что нам хана! — выдвинул свою версию наш вещун, даже не заглядывая в свой злополучный шар, из-за которого мы все огребём.

— Может, мужьям сдаться? Они точно нас в обиду не дадут, — как-то неуверенно предложила Лира, попутно глотая слюну, смотря на настойку.

— Не вариант, если мы им сдадимся, нам вдвойне хана, так как за разрушение храмов и подрыв авторитета они нам такое устроят... Не говоря о козлах скользящих и нашем побеге, — обрисовала я развитие событий в случае добровольной сдачи врагам.

После моего монолога все тяжело вздохнули, а Герта начала вновь рыдать навзрыд.

— А ну прекратить потоп! — Мира стукнула по столу кулаком, да с такой силой, что чуть рюмки с налитым лекарством не попадали.

— Эй, сестрёнка, просьба приказы отдавать не так буйно, — хватаясь за свою рюмку, остудила пыл дебоширки. — А ты, невестушка, горем убитая, прекращай слёзы лить, прям стыдно за тебя, демоница ты или кто? — Так как в нашем коллективе и чувство стыда — дефицит, безутешная Герта продолжала лить крокодильи слёзы. Пришлось воспользоваться благородными мерами, то есть шантажом. — Герта, ныть будешь — настойку не дам! — рявкнула я.

После моих угроз горький плачь славянки резко прекратился.

— Всё, я в норме, — шмыгнув носом, ответила она.

— Ну, раз в норме, может, выпьем по первой, а? — подала голос Лира, с мольбой смотря на народ.

Тут никаких возражений не было, и мы без тоста выпили по первой стопке, прислушалась к себе на предмет умных мыслей — штиль. Смотрю — и у других такая же история, не сговариваясь, мы налили ещё по одной, затем повторили и только после четвёртой смогли думать.

— Слушайте, а что мы паримся? Герта же была без личины, как и мы, а значит, кипиш отменяется! — обрадовалась я, что наконец мозги встали на место.

— Точно! А я алиби сделаю, ну, типа, мы у моей бабушки всё время провели, — поддержала меня Адель.

Тут нас всех мандраж отпустил окончательно, и жизнь заиграла новыми красками. Веселились мы до полуночи, как говорится, отвели душу и завалились спать довольные и умиротворённые.

Утром, плотно позавтракав, вернулись в тюрьму строгого режима, то есть в Академию младших богов в приподнятом настроении. Но наша невестушка, падла, решила-таки испортить нам настроение.

— Слушайте, я вот о чём думаю, — начала она делиться пагубными для наших нервных клеток мыслями, — мы же не всю жизнь под этими личинами ходить станем, что будем делать, когда их снимем?

После её слов народ замер и позабыл, как дышать, было слышно, как у нас шестерёнки в мозгу заработали, ища выход. Вот кто её просил думать, ведь так хорошо всё было!

— Когда придёт время, мы уже с мужьями помиримся! — первая отмерла Лира. — И они Богу Хаоса наваляют.

— Но-но, попрошу моего не трогать! — тут же заступилась паникёрша за своего трижды стукнутого жениха.

— Ого, уже и твой! — хохотнула Мира. — Кстати, ты нам так и не поведала, каким это способом он умудрился тебя окольцевать.

— Точно! Ты снять-то его можешь? — Не скрывая ехидства интересуюсь.

— Я? Нет! — тут же покраснела Герта.

— Опачки! Если мне не изменяет память, ты дала согласие быть его женой, я же ничего не путаю? — напомнила ей, как «мудрая» демоница отчитывала меня, когда я маху дала. Не смогла скрыть своего сарказма по этому поводу.

— Я… я… — начала она заикаться.

— Отставить заикания, а ну колись, как ты смогла так лохануться? — приняла я грозный вид, как палач в пыточной.

— Как-как… Да я вообще считала, что это просто флирт! — занимая место на диване, принялась плакаться она.

— Считала она, — начала бурчать Лира, недовольная тем, что Герта заняла её место.

— Теперь сто пудово он её искать будет, как и Эд Миру, — расстроилась я. — Феня, ты по своему шарику можешь посмотреть, когда нам в мир иной собираться? — Попутно прикидывала, насколько быстро я смогу собрать свои пожитки в случае экстренной эвакуации из этого мира.

— Хорошо, посмотрю, но вечером, мне к нему привыкнуть ещё нужно, контакт наладить, — поглаживая добычу рукой, ответил он.

Ладно, побег временно отменяется.

— Если нужно, то налаживай, конечно. — Встав, я направилась в лабораторию.

— Кэт, ты куда? — подхватилась Лира.

— Пойду зелье готовить, чтобы плетение магии лучше увидеть, так как только месть поможет поднять мое настроение. А то с такими потрясениями я скоро совсем размазнёй стану.

— Я с тобой, — она тут же упала мне на хвост.

До обеда мы с Лирой и Нерушем занимались тем, что варили зелье, и благодаря этому смогли отвлечься. Оставив настаиваться, мы с остальными членами банды отправились на обед. Там мы встретились с нашей новой подругой.

— Адель, собери вечером всех обиженных и оскорблённых богинь, буду речь толкать, — тут же я перешла к делу, ибо месть — это святое, и грех его откладывать на потом.

— Да? И о чём? — насторожилась она, наверное, подозревая, что мы вновь готовим вылазку в другой мир для грабежа. Она, наверное, от последней ещё не оправилась. Если так, то ошибается — мы в этом ещё шороху не навели, пусть другие миры пока подождут.

— Мы же собрались отомстить нашим обидчикам, так вот, чтобы быстрее найти брешь в блоке, нужно, чтобы девчонки ночью занялись этим вместе с нами.

Напряжение из взгляда Адель пропало.

— Что, и зелье уже готово?

— Готово будет завтра, а сегодня нужно провести для наших жертв вводное занятие.

— Хорошо, сегодня всех надёжных оповещу о сборе. Кстати, а где собираться будем?

— Не знаю, — пожала я плечами. — А где лучше? — обратилась к ней за советом, ведь Адель тут всё лучше нас знает.

— Есть актовый зал, скажем, что будем готовиться к балу, — подала она идею.

И только мы с ней закончили разговор и зашли в столовую, нас ждал очередной удар.

— Ой, девочки, — восхищённо лепетала какая-то богиня с фиолетовыми волосами — сразу видно, идёт на любые хитрости, лишь бы привлечь к себе внимание. — Вы слышали, теперь и Бог Хаоса будет у нас преподавать!

«Это финиш», — подумала я, и мой глаз предательски дёрнулся.

— Нам конец, — пискнула Герта и начала заваливаться.

— Полный! — ловя её, процедили сквозь зубы Лира с Мирой.

Девчонкам чудом удалось поймать демоницу, народ в столовой затих и в недоумении уставился на нашу дружную компашку. Да и понятно, где это видано, чтобы боги, пусть и младшие, страдали таким недугом? Или, может быть, страдают, а мы не в курсе? И только я стала искать причину для объяснения, по которой случился этот конфуз, нас уже ждал очередной удар судьбы в виде ненавистной четвёрки.

— Что здесь происходит?! — взревел Бог Хаоса, увидев полулежащую на руках у девчонок невестушку.

Я воспылала праведным гневом — вот зараза, своим обмороком нас подставила! М-да, сплошное огорчение, мало того, что подруга совсем плоха стала, так ещё и враги просто с невероятной скоростью множатся, а главное, все, как на подбор, нервные какие-то! Точно, это — карма! Я сразу догадалась, в чём корень зла, правда за что, не поняла. Прикинула так и эдак — ничего в прошлом такого не совершала, чтобы так катастрофически не везло. А значит, карму отрабатываем авансом — успокоила себя. И принялась, как обычно в таких случаях, безбожно врать…

— Обморок у неё из-за усиленной физической нагрузки. — А вдруг прокатит? И нам дадут послабление, а то, ей богу, я скоро от этой зарядки по утрам свихнусь. Где это видано, чтобы ведьмы, как пуганые тараканы, по полигону носились? Нам вообще физические нагрузки противопоказаны: кровь в голову — мозг в отключке, а это опасно для окружающих, полоумная ведьма — это ж катастрофа!

— Адептка, что вы такое говорите, какая физическая нагрузка, у вас же было два выходных дня? — влез мой.

Смотрю — злится голубчик. М-да, прокололась, но тут же нашла выход из патовой ситуации. Нас голыми руками не возьмёшь!

— Это вы ей скажите, — показала рукой на бесчувственную демоницу, — что в выходной зарядку делать опасно! А то она заладила: зарядку нужно делать каждый день, вот и результат. Еле от неё отбились, а то так же валялись бы тут без чувств. — Я тяжело вздохнула, нужно было бы ещё для пущей убедительности слезу пустить, но, увы, не получилось.

— И вы хотите, чтобы я в эту чушь поверил? — не сдавался мой зловредный мозгоклюй, и все четверо вражин принялись расстреливать меня взглядом.

Прям как на казни себя ощутила, её богу! Но ведьмы без боя не сдаются, и я тут же стала судорожно искать выход, что соврать, как вдруг помощь пришла откуда не ожидала — от поклонниц наших мужчин. Видать, они решили, что это очередной наш хитроумный план, и тут же решили присоединиться к нему.

— Да-да, адептка Кэтис права, я сама от такой нагрузки в обморок упала недавно, — подходя к нам, сказала стройная рыженькая богиня — красотка, между прочим.

Во мне зашевелился червь ревности, но тут же был придавлен, так как сейчас не время для личных переживаний, тут грандиозный кипиш назревает, это в лучшем случае, а про худший даже и думать не хочу. На моё счастье к разлучнице подключились и другие не менее обворожительные барышни. Врали они слаженно, даже я заслушалась, да и мои сообщницы потеряли дар речи от их выступления. Мало того, Герта пришла в себя и тоже с недоумением следила за происходящим, при этом её челюсть порядком отвисла, и она здорово смахивала на психически нездоровую деву, только слюнок для полного образа не хватало. А меж тем наши спасительницы вошли в раж и продолжали самозабвенно заниматься плагиатом, но на этот раз я была даже за, так как обманывать одной — это хорошо, а толпой — ещё лучше.

После всеобщей бессовестной лжи мой беззвучно матюгнулся, наверное, надеясь, что никто не поймёт. Вот это он зря, я по выражению глаз определю, когда матом покрывают. Вот же наглец, девушек — и матом?!

— Адептка Гертруда, это правда? — задал вопрос и испытующе уставился на подругу Бог Хаоса.

Гертруда? Интересно, когда этот трижды стукнутый по голове узнал, как нашу невестушку зовут? Что-то мне подсказывает, нас нагло развести решили!

— Да, это так! — тут же она подобрала порядком отвисшую челюсть и мужественно выдержала сканирующий взгляд жениха. А затем, наверное, и до неё дошло, что он её по имени назвал, так как другой причины найти не могу, по которой эта зараза в очередной раз заваливаться начала.

— Достала, падла! — не выдержала Лира и перешла на русский ругательный, ловя при этом подругу.

Ёшкин, кот! Мы никогда не были так близки к провалу! Наши знают, что только Лира так безбожно матерится. И только я собралась уже, как обычно, впадать в отчаянье, как нас вновь спасла божественная саранча. Никогда не думала, что они на такую несусветную глупость способны. Я, конечно, в курсе, что любовь на мыслительные процессы влияет, но не так же! Я всегда считала, что боги — умнейшие создания, а тут такое! Нет, не всех поразил недуг глупости на любовной почве, но пятерых несчастных он накрыл основательно, иначе как объяснить их матерный сленг, да такой, что я потеряла дар речи, не говоря уже про Лиру. Та даже вначале дёрнулась к сумке, наверняка чтобы достать заветную тетрадь, но вовремя опомнилась, видать, поняла, что нас чуть под монастырь не подвела своим желанием записать витиеватые выражения.

Но самое поразительное — не смотря на то, как эти ненормальные нецензурно выражаются, я испытала чувство, неведомое мне ранее, — отвращение. Посмотрела на остальных членов нашей банды и поняла, они такого же мнения, если я, конечно, не ошибаюсь. И всё же, судя по мимике их лиц, мои сообщницы были явно не в восторге от местного сленга. Кроме Герты — та находилась вне зоны действия сети — в отключке.

Пока божественные красотки убивали наш слух местным нецензурным фольклором, а мой, как вулкан, готовился к извержению, я мелкими шажками пятилась к выходу, так сказать, разведать путь к отступлению. И стоило мне оказаться в коридоре, как мой взгляд зацепился за спасителя — Кариима. Тот, конечно, не в курсе, что на него сейчас будет возложена ответственная миссия по спасению нас любимых, и, уверена, этот гад начнёт упираться, но это он зря — ведьма в период опасности становится чертовски убедительной и невероятно изобретательной на месть.

Глава 10

— Карим, как же я рада нашей встрече! — Нагнала жертву своих коварных махинаций и вцепилась мёртвой хваткой в его руку.

Смотрю на нашего будущего «героя» с обожанием, а его при виде меня знатно так перекосило. Ага, не рад, значит, ну это нормально — учитывая недавние события, другой реакции быть и не могло, сразу видно — не простил он нас. Но, с другой стороны, когда ведьму волновали чужие чувства? Да никогда!

— Тебе чего, злыдня? — спросил наш спаситель, убивая меня взглядом.

Ой, да ладно, я и не такие красноречивые взгляды выдерживала.

— Но-но, ты это, следи за своим речевым потоком, а то, неровен час, на плотину мести нарвёшься! — предупредила его о последствиях.

Верно расценив мой посыл, несчастный проникся, а точнее, трухнул.

— Извини, погорячился, — тут же в нём проснулся инстинкт самосохранения. — Ты чего хотела?

— Я? Да ничего! Шла, увидела тебя, дай, думаю, спрошу, который час, ну или узнаю про погоду, — начала ёрничать.

— Чё? — завис он.

— Не чёкай и не задавай глупых вопросов — не получишь глупых ответов! Разумеется, по делу подошла, — решила из тебя героя сделать!

Тот нервно сглотнул. Видимо, догадался, что героя ему присвоят посмертно.

— Я тебя умоляю, давай обойдёмся без героизма с моей стороны! Готов прожить с пятном труса на репутации! — попытался он спаси свою жизнь.

Ага, сейчас, так и я и отстала!

— Да ладно, так уж и готов? — деланно я ужаснулась.

— Да! — с гордо поднятой головой ответила моя жертва.

— Ты о детях подумал?

— Каких ещё детях? — растерялся бедолага.

— О твоих, разумеется, не о моих же.

— Кэтис, с тобой всё нормально? — Постучал пальцем по своей голове, смотря мне в глаза, наверное, надеясь увидеть в них нездоровый блеск. — У меня детей нет, если что, — развёл он руками.

— Будут! Не сейчас, конечно, но когда-нибудь обязательно. Неужели ты готов их опозорить? Каково им будет жить с пятном позора?! — Я состроила такое страдальческое лицо, что товарищ спёкся.

— Ладно, уговорила, провокаторша. Что нужно? — тяжело вздыхая, спросил он.

— Вот, это уже другой разговор! — потирая руки от удовольствия, перешла к сути дела: — Короче, так, меняем сценарий!

— Что?! — заранее испугался он.

В принципе, правильно сделал — роль у него хоть и героическая, но травмоопасная. Уверена — он огребёт по полной. А может, кончится всё и летальным исходом. Ну, это не страшно, главное — не мы.

— Кариимчик, да не трясись ты как осиновый лист на ветру, я же тебе, ей-богу, не враг! — посмотрела на свою жертву, словно любящая мать на сына, в надежде, что поведётся.

— Ясный перец, не враг, ты — ведьма, и этим всё сказано! — ишь ты, не повёлся.

Но изобразить обиженную и оскорблённую сам бог велел. Вот же, опять бог, хоть присказки новые придумывай! Тьфу-тьфу на божественных всех разом, так, на всякий случай, как говорится: не вспоминай лихо, пока тихо!

— Не думала, что ты не толерантен… — начала было я умничать.

— Чего? — не понял он значения слова.

— Эх, темнота, толерантность — это терпимость к иному мировоззрению, образу жизни, поведению и обычаям.

— Кэтис, попрошу не путать понятия, ведьма — это зло!

Перегнул-таки он палку, так как ведьмы — самые милые женщины во всех мирах, если, конечно, их не обижать. А вот если обидеть… то, конечно, да, держи фашист гранату. А что, каков посыл — таков ответ.

— Совсем, что ли, страх потерял?! Ты на кого, малёк, пивом дышишь, на мать божественной демократии?! — воспылала я гневом.

— Знаешь что, мать дермократии, — переиначил он слово на свой лад, вот же поганец!

Хотя этот вариант больше подходит к значению слова, так как у нас на Земле, если начинают где-нибудь демократию прививать, всё — писец стране: ни производства, ни рабочих мест, в итоге люди без работы в лучшем случае, а в худшем начинается гражданская война с делёжкой всего, что ранее не украли. Одним словом — хана всему и всем. Но он-то не в курсе всего этого, поэтому я прищурила глаза, изобразила вселенское зло и…

— Отомщу! — прошипела, как змея, в ответ.

— Не нужно, — тут же он дал задний ход, — я это, погорячился.

Присмотрелся ко мне — я ещё зла, и добавил:

— Давай потом поскандалим, а? — Уже умоляюще посмотрел на меня, и этот взгляд говорил о том, что на страсти-мордасти он не настроен. Да и у меня, к глубочайшему сожалению, на это благое дело времени не было.

— Ладно, потом так потом, — согласилась и тут же перешла к главному: — В общем, так, Кариим, теперь ты — пара Гертруды…

— Кэтис, что-то меня твоя замена напрягает… — начал он упираться, но, увидев мой предостерегающий взгляд, сдулся. — Ладно, пусть будет Гертруда, что дальше?

— А дальше мы сейчас врываемся в столовую, ты подхватываешь бесчувственную тушку невесты и тащишь её к нам.

— И всё? — не поверил он, что я его только в грузчики наняла.

— Не совсем, конечно, ты при этом должен изобразить беспокойство о любимой.

Я решила не раскрывать ему всей правды, уверенна, узнай он, кто её жених, на него мои угрозы не подействуют. Сто процентов упрётся рогом, одно дело — месть, а вот кранты от Бога Хаоса — это уже посерьёзнее будет.

— И всё? — не поверил он, что всё так просто.

— Да!

В итоге мы рванули обратно в столовую, откуда до сих пор доносились нецензурные выражения пришибленных любовью богинь. Услышав это, Кариим в недоумении посмотрел на меня.

— И не говори, ужас, что творится. Я сама в шоке, а вот Гертруда не такая стойкая оказалась, услышав местный сленг, вообще лишилась чувств, прикинь? — решила хоть так объяснить бессознательное состояние подруги.

Видать, его сильно впечатлила речь богинь, что поверил и тут же вжился в роль. Изобразив на лице беспокойство, он с криком:

— Любовь моя, что с тобой?! — Подлетел к Лире с Мирой, выхватил из их рук демоницу, завалил её на плечо, как мешок картошки, резко повернул к выходу и, развивая при этом крейсерскую скорость, дал дёру из столовой, словно за ним все черти ада гнались.

Он так быстро всё провернул, что наши вражины — мужчины — растерялись от его прыти. И не только они — матершинницы тоже от удивления замолкли. Зато моя банда была на высоте: запричитали все разом, как наседки, когда к тем в курятник за яйцами заходят, с оханьем и аханьем покинули столовую, не уступая в скоростном режиме Карииму. И пока боги были в ступоре, я тоже поспешила скрыться из эпицентра проблем. Как говорится, спасайся кто может!

Глава 11

Догнать свой табун мне не удалось. Но, когда я вошла домой, Герта уже лежала на диване, а народ, отойдя от неё на метр, с грустью смотрел на бесчувственное тельце.

— Кэт, как думаешь, привести её в чувство экстренно или подождать, когда сама к нам вернётся? — задала риторический вопрос Лира, а сама уже направилась к графину с водой.

— Лир, может, не стоит так рисковать? Второй раз красивыми ходить как-то неудобно, что ли, — решила предостеречь подругу от опрометчивого шага Мира.

— Неудобно спать на потолке — одеяло сваливается, — пробухтела Лира, беря графин и хватаясь за спину, — лежит, падла на моём диване, а я спину сорвала, ловя её! — Кряхтя, она подошла к «умирающей», резко плеснула из графина ей в лицо воды и с ловкостью горной серны отскочила на безопасное расстояние.

Герта, как обычно, резко подскочила и, не открывая глаз, начала размахивать своими клешнями. Одно радовало, что поблизости с этой агрессивной особой никого не было.

— Лира, ну ты и ловка! — похвалила свою подругу.

— А то! Безопасность — наше всё! — держась за поясницу, ответила она, зло смотря на Герту. — Эй, ты, малахольная, кончай воздух мутузить, — обратилась она к нашей невестушке. Та резко открыла свои гляделки.

— Я? —та выпучила глаза, осматривая своё место локации.

— Ты, убогая, кто ж ещё! — продолжала пылать праведным гневом Лира.

— Но-но, попрошу не оскорблять меня! — возмутилась Герта.

— Рот закрой, коза падучая, я по твоей вине спину сорвала, и вообще чуть из-за тебя не запалились! — разошлась не на шутку подруга.

— Не может быть! Лир, ты это, прости меня, сама не знаю, что со мной происходит, как узнала, что мой тут преподавать будет, от ужаса сознание потеряла, а когда меня по имени назвал, повторно ушла в небытие, — чуть ли не плача ответила наша хворая.

Жалка-то как её стало.

— Так, я не понял, а кто её? — тут же всполошился Кариим, так как осознал, что его опять подставили.

— Бог хаоса, кто же ещё! — ошарашила его новостью Лира.

— Мля-я-я-я-я-я, — взвыл он, хватаясь за голову, — лучше бы ты отомстила, Кэтис, теперь всё — хана мне. Хотя нет, это тебе хана, сейчас я твою дурную голову откручу, ведь там только дурные мысли рождаются, после которых у других проблемы начинаются! — направился он ко мне.

— А ну отставить членовредительство, и прекращай впадать в панику, он же не знает, что она — его невеста! — решила хоть как-то успокоить его, отходя от несчастного на безопасное расстояние. Не помогло, поэтому пришлось припугнуть его: — Тронешь меня — и тебя Адимис в порошок сотрёт! — услышав имя моего супружника, Кариим остановился как вкопанный, только дёргавший глаз говорил, что он потерял уйму нервных клеток.

— Что б тебе… — начал он, но его прервала Хапуга.

— Народ, давайте разборки оставим на потом, тут к вам через три минуты гости нагрянут. Кто — говорить, конечно, не нужно! — обрадовала она нас.

Кариим, услышав новость, чуть, как Герта, не лишился чувств.

— Всё, мне конец! — взвыл он.

— Да прекрати ты паниковать! Иди в свою комнату, и, что бы тут ни происходило, не смей нос высовывать. Выйдешь, когда я тебя позову. Усёк?

— Угу, — ответил он и скрылся в своей комнате.

— Так, девочки, эти нахалы как пить дать без стука к нам ворвутся, так что начнём их обучать хорошим манерам, — решила озвучить свой план.

— Ага, давай, а как? — тут же согласилась Лира и уставилась на меня в ожидании приказа.

— Как-как, раздевайтесь, — тут же огласила начальный план действий.

— Чё?! — заорали в голос подруги, а сами принялись разоблачаться — вот это я понимаю, соратники.

Когда Лира осталась в одном неглиже и собралась с ним распрощаться, уже не выдержала я:

— Лира, я тебя умоляю, ну не совсем же!

— Да? — замерла он. — Уф, ты меня успокоила, а то я думала, сейчас придётся голой задницей светить перед мужиками, — с облегчением вздохнула она.

— И ты бы на это пошла? — поразилась я.

— Конечно, пошла, куда деваться, жить-то хочется, — невозмутимо ответила подруга, и только я хотела высказаться по поводу того, что она развратница малолетняя, как открылась дверь, и, как я предполагала, наши благоверные ввалились в комнату без стука. А зря, стучаться не просто так придумали.

Вы, наверное, слышали, как звучит сирена скорой помощи? А теперь представьте: пять сирен разом взвыли, правда, пятая — Адель — перешла в конце на ультразвук. Вот и они не слышали, мало того, у них от вида нас глаза на лоб полезли. Но они даже не покраснели, бесстыжие! Зато мы орали так вдохновенно, что окна завибрировали, а мужчины, получив контузии, к сожалению, лёгкой степени тяжести, вылетели из комнаты пулей. На наш надрывный зов о помощи прилетела взволнованная Фугу, при виде неё мы закрыли рты и прекратили издавать душераздирающие звуки.

— Что за… — начала она, увидев нас полураздетых, и, видать, сопоставила четверых мужчин, стоящих возле нашей комнаты, явно пытавшихся избавиться от временной глухоты, поняла, что нас напугали.

— О, мадам Фугуус, — начала я первая изображать оскорблённую деву, — эти нехристи пришли надругаться над нами, бедными и невинными! — оговаривая мужчин, я и мои верные соратницы быстренько начали одеваться.

— Что значит — надругаться? Как? — внимательно следя за нашими действиями, попыталась понять, в каком месте мы невинные.

— Что значит как? Очень просто…

И только я продолжила наглым образом оговаривать вражин, как раздался стук в дверь, и, не дожидаясь разрешения войти, эти гады ввалились вновь. Этого хамства никто из нас вытерпеть уже не мог, и мы, не сговариваясь, схватили первые попавшиеся предметы в руки и швырнули в нарушителей спокойствия, за исключением, конечно, Адель — она-то понимала, мы, если жаренным запахнет, личины снимем и, возможно, избежим наказания, а вот она — нет.

Наши метательные снаряды, конечно, не достигли цели, но наш посыл нахалы поняли, правда, не покинули нас.

— Поделитесь с нами, адептка Кэтис, как мы собрались над вами, бедными, надругаться? — процедил сквозь зубы мой благоверный особенно последнее слово.

— Не маленькие, вам ого-го сколько лет, так что сами знаете значение этого слова! Или склероз подкрался незаметно? — от злости я забыла, что меня могут тут и прокопать.

— Хамим? — усмехнулся он зло. — Или напрашиваемся?

— Не-а, огрызаемся! — не осталась я в долгу. Но во мне закралось подозрение, что всё-таки нас раскрыли.

— Понятно, значит, мы вас домогались. Забавно, а не подскажете как? — ехидненько спросил он.

— А может, вы нам подскажете, что вам нужно было от нас, полуодетых дев? — перевела я стрелки.

— От вас нам нужно ровно столько, сколько и от остальных адептов — соблюдение дисциплины! — изобразил саму строгость мой «дорогой».

— А когда мы её нарушали? — возмутилась Лира.

— Конкретно вы, адептка, когда начали ласкать наш слух нецензурными выражениями, — ответил уже Дрейк.

— Ну, извините, когда спину срываешь, за словоизвержением не следишь! — насупилась она, хватаясь за спину.

— Что значит спину сорвала?! — всполошился её муженёк и выдал себя. Теперь я была уверенна на девяносто девять процентов — нас раскрыли.

— Адептка, если у вас действительно проблемы со здоровьем, сходите к лекарям, пусть вам помогут, а с ненормативной лексикой советую завязать, так как за это предусмотрено наказание — две недели плюсом к учёбе!

Вот почему у меня муж такой вредный?!

— Не было такого ранее! — возмутилась уже Адель.

— Не было, теперь есть, — невозмутимо ответил мой.

Что б тебя моль почикала!

— И почему вы решили раздеться в гостиной комнате? — задал провокационный вопрос Адимис.

Думал, я не успею придумать отмазку. Ага, держи карман шире, ведьмы не хуже угря выскальзывать из захвата умеют.

— Мы решили мерки снять, ведь бал скоро, а красивые наряды мы не имеем права магией сварганить, вот приходится, как простым смертным, к портным обращаться.

— Да? — изобразил удивление он. — Могли бы в ателье это сделать, а не тут, тем более у вас и знаний таких нет, чтобы правильно мерки снять!

— Вот тут вы ошибаетесь, есть у нас знания, я ещё, например, умею крестиком вышивать! — решила похвастаться своим умением, правда, не стала уточнять, где и чем это вышивавшие грозит моим жертвам.

— А я гладью! — влезла Адель.

— А я бисером! — тут же подала голос Лира.

— А я выжигать паяльником умею, — уже похвасталась Герта, правда, не уточнила, где и для чего, уверена, она про пытки говорит — с неё станется.

— Всё, хватит, верю, что вы мастерицы на все руки. Кстати, а где Кариим?

— А зачем вам наш сосед? Он-то матом не ругался, а подругу помог донести домой, — решила заступиться за невольного соучастника.

— Я что, должен отчитываться перед вами, адептка, зачем мне нужен ученик? — разозлился-таки мой дорогой.

— Нет конечно, и всё же зачем? — решила довести его до белого каления.

— Мадам Фугуус, этих, — показал он на нас глазами, — на болото, отрабатывать наказание!

— За что? — удивилась она.

— Много на себя берут, впредь будут с уважением разговаривать со старшими, и вообще, проведите воспитательную работу с вашими подопечными, а то совсем не умеют себя вести!

Со старшими, значит? Ну-ну, я это запомню — закусила я удила. А с другой стороны, если бы они нас раскрыли, то точно на болота не отправили бы. Я расслабилась от осознания того, что, кажется, тревога была ложной.

— Так рано им туда, не обучены! — попыталась она заступиться за нас.

— Через три месяца они буду готовы, так что как только, так сразу. И ещё, я лично проверю, как они справятся с поставленной задачей.

— А что им делать: осушать болота или заселять? — решила уточнить она.

— Пусть вначале осушать научатся! А вас, адептка, жду в восемь часов у себя в кабинете с отчётом! — разворачиваясь к выходу, «обрадовал» душегуб.

— Ага, бегу и тапочки теряю! — не выдержала я и нахамила вновь, а потом, как осознала, что ляпнула, испугалась знатно, особенно после того, как увидела перекошенное гневом лицо муженька.

— Что вы сказали, адептка? — с угрозой в голосе спросил оскорблённый ректор.

— Буду ровно в восемь, — тут же внесла поправочку, так как уж больно кровожадный взгляд был у мужа, аж в дрожь бросило от него.

Стоило только уйти этим извергам, Фугу повернулась к нам и, сокрушаясь, начала:

— Кэт, ты что, специально на неприятности нарываешься или думаешь, раз Адимис — твой муж, то он тебе позволит хамить? Если так, то ошибаешься, — он не щадит никого, если в ярости, так что на твоём месте я бы не испытывала его терпение. Тем более тебе ещё отвечать придётся за свои проказы, которые ранее совершала, так что не усугубляй своё и так незавидное положение.

— А развестись с ним можно? — тут же струхнула я, вспомнив его недавний взгляд, которым он меня одарил. Попутно вспоминая, есть ли мир, в котором он меня не отыщет.

— Нет, развестись нельзя, а вот умнеть, думаю, уже пора начинать. — Тяжело вздыхая, села она на стул. — В общем, так, девоньки, сейчас вам нужно быть тихими и незаметными, если будете и дальше так вести себя, то расплата не заставит себя долго ждать, и то, что они ваши мужья, вам не поможет.

— Как Вы думаете, они уже знают, кто мы? — тут же озвучила я волнующий меня вопрос.

— Точно сказать не могу, и если даже и знают, то уверена, ждите с их стороны подлянок, так как они ваши выкрутасы без ответа не оставят, а значит, будут мстить.

— Что значит мстить?! Как же так?! Они же боги, а не ведьмы, это нам положено мстить, а не им! — уже не выдержала Мира.

— А вот так, мстить будут с божественным размахом, так что у вас только один выход: учиться в усиленном режиме, чтобы с достоинством им ответить, или же стать тихими и послушными жёнами — других вариантов нет.

М-да, перспектива, конечно, не радужная, но вот если Фугу права, и если мы ударимся в учёбу, то сможем им противостоять.

— Я за учёбу, так как тихой и послушной быть не смогу, лучше сразу со святыми упокой! — решила высказать своё мнение.

— Со святыми не получится, они вам этого не позволят, обряд пройден, а значит — всё, вам от них не скрыться.

И при этом у неё взгляд стал какой-то гарусный. Вернее, словно она что-то знает, а сказать не может. Ох и не нравится мне эта недосказанность.

— Вот же засада! — взвыла Лира. — Выбора-то нет, придётся учиться.

— Ладно, что икру мечешь, знания ещё никому не вредили, — решила пожурить её.

— Рада, что вы меня правильно поняли, — вставая со стула и направляясь к выходу, похвалила нас Фугу, что не вписывалось в её прошлое поведение.

Что-то с ней не то, теперь я точно уверена. Не могла она враз так перемениться к нам. А её взгляд… Ладно, с переменой поведения этой богини потом разберёмся, а сейчас у нас более актуальные проблемы нарисовались. А между тем Лира направилась к столу, где лежала её сумка.

— Согласна, знания нам не повредят, — ответила она и полезла в сумку за заветной тетрадью с таким скорбным видом, что у меня в груди защемило.

— Лир, ты чего? — не поняла её действий.

— Да вот, вечером буду сжигать свой труд! — разрыдалась она в голос.

— А ну прекратить всемирный потоп, мы твоей тетради достойный погребальный костёр организуем и заведём новую нашей безопасности, — пообещала я ей альтернативу.

— Да? Какую? — тут же прекратила она слёзы лить.

— Её начнём записывать вечером, что там будет, пока не имею представления. Но умные, придумает.

— Тогда за уроки! — Она схватила учебник.

— Эй, не стоит так резво начинать! — остановила я её, Лира в недоумении уставилась на меня. — Учиться, конечно, хорошо, а излишне много — это уже плохо. А сейчас давайте перекусим и пойдём грызть гранит науки во имя мести нашим кровопийцам! Кариим! — позвала я нашего невольного сообщника.

После моего крика дверь его комнаты приоткрылась, и оттуда показалась голова несчастного.

— Ушли? — нерешительно спросил он.

— Ага, — ёмко ответила я.

— Девчонки, а вы чего так истошно орали?

— Решили повредить слух узурпаторов, правда, попытка провалилась с треском, — отшутилась я, но тут же добавила: — А если серьёзно, решили научить их стучаться перед тем, как входить к кому-то в гости.

— И как думаете, получилось? — Выглянул в коридор, проверяя, есть там кто-либо.

— Кто этих кровососов знает… — пожала я плечами.

— И то верно, ну всё, я пошёл, — скороговоркой проговорил он и юркнул в коридор.

— Адель, наша месть не отменяется, так что в шесть часов пусть все будут в назначенном для собрания месте.

— А как же предостережения Фугу? — заволновалась она.

— А кто сказал, что мы будем действовать открыто? Найдём того, кто к власти неравнодушен, а сами будем серыми кардиналами.

— Ну ты и интриганка! — восхитилась Адель.

— Ты даже не представляешь насколько. Не знаю, как вы, а я своему не прощу угроз и наказаний, он ещё пожалеет, что женился на мне!

Глава 12

— Кэт, ты, конечно, всё правильно говоришь, только не подскажешь, куда собралась идти, чтобы грызть гранит? — удивила меня вопросом Лира.

— Как — куда? На занятие, конечно, — ответила ей, доставая из шкафа учебник по созданию рас. — Что за глупый вопрос?

— Ага, на занятия, значит, — усмехнулась подруга, — твоё рвение, конечно, похвально, но считаю нужным тебе напомнить, что сегодня как бы выходной.

— Лютики-цветочки! — воскликнула я и в сердцах себя по лбу со всей дури приласкала учебником, — вот же удав ушастый! Совсем в голове всё перемешалось из-за его отчёта, хоть генеральную уборку там делай, ей-богу! Вот же засада, теперь придётся думать, что ему в восемь часов врать, и, главное, халтура не прокатит!

— Ты это, по голове-то сильно себя не бей, а-то сотрясение ненароком обеспечишь, — забеспокоилась о моём здравии сестра.

— Не переживай, были бы у меня мозги, это давно бы случилось, а судя по тому, как меня то и дело обставляют, шиш, нет у меня их, — начала я заниматься самоедством.

— Кэт, не наговаривай на себя, — решила успокоить меня Адель. — Выкрутишься, ты же умная, изворотливая.

— Ага, как змея. Ну, раз выходной, пойду-ка я в библиотеку мосты наводить, сами же понимаете, кто владеет информацией, тот владеет всем, а кто её может нам дать, а? — обратилась я к народу.

— Мужья? — как всегда отличилась Лира.

— Не поминай узурпаторов всуе! — возмутилась я, но потом всё же сбавила градус гнева. — Они, конечно, могут дать, и не только информацию, но и практические занятия проведут, причём экстремальные — с них станется. А секретную информацию можно добыть и в библиотеке, ибо зуб даю — Адимиса, разумеется, — тот пройдоха точно заныкал несколько интересных фолиантов.

— Этот может, — согласилась Адель, — и не только заныкать, но и засунуть куда-нибудь так далеко, что сам потом отыскать не может.

— А что так? — решила полюбопытствовать Лира.

— Он же Бог Виноделия, так вот как с праздника вернётся — всё, лучше в библиотеку не заходи: либо задохнёшься от сивушного аромата, либо потеряешь время — это в лучшем случае, а в худшем можно ещё и огрести хорошенько.

— Боже! Неужто членовредительством занимается, изверг! — возмущённо испуганно воскликнула Лира, за что была расстреляна нашими гневными взглядами, точнее, за то, что вновь бога упомянула всуе.

— Упс, согласна, не то сморозила, — признала она свой промах.

— Ладно, прощена, так ты что хотела сказать-то, косячная ведьма? — смилостивилась я.

— Но-но, попрошу не оскорблять меня, тут все этим грешат! — тут же нашлась она с ответом. Что тут скажешь, права выдра белобрысая — все этому недугу подвержены. — Я хотела спросить, как алкоголика в библиотекари взяли?

Ты посмотри на неё, трезвенница, блин, с десятичасовым стажем! Главное, сама вчера за воротник закладывала ого-го как, а этого осуждает! Так ей и хотелось сказать: «Лир, на себя посмотри!»

— А что тут удивительного? Он проспорил Адимису, вот и батрачит тут уже двадцать лет, осталось тридцать, если, конечно, вновь, не попытается твоего обставить. Как рассказывала мне мама, он не впервой сюда загремел, а с завидной регулярностью повинную тут отрабатывает.

— Ого, так у нас есть единомышленник! Зуб Кариима даю, что бедолага пытается моему отомстить, правда, постоянно терпит неудачи. Уверена, закон бумеранга срабатывает, ну или мой более опытный. А значит, враг моего мужа — наш друг.

— Возможно, — согласилась с моими выводами Лира, — и все равно непонятно, как могут пьянчужку к книгам допускать, у них что, духов нормальных нет?

— Лира, во-первых, Бог Виноделия спиться не может; во-вторых, когда ценный фолиант будут воровать, твоего духа развеять могут; в третьих, какой идиот в здравом уме и трезвой памяти согласится книги сторожить? — объяснила нам Адель.

— Слушайте, да какая разница? Главное — его переманить в нашу банду, — решила поделиться своими соображениями. — Хапуга, тащи контрабанду, пойду связь налаживать под видом тяги к учёбе. А заодно подберу материал, как болота осушать и как заселять, а то меня это наказание что-то напрягает.

— И небезосновательно, — испортила мне настроение своим ответом Адель.

— Что, уже осушала? Или заселяла? Что сложней? — тут же перешла к допросу Мира.

— Не-а, бог миловал, — ответила она, за что тут же была расстреляна нашими злыми взглядами. — Да что же такое! Прям хоть что-то новое придумывай! — озвучила она общую мысль.

— И не говори, — согласилась с ней Лира, а затем начала ныть о наболевшем: — просто невыносимо так жить, постоянно приходится следить, о чём говоришь. А теперь вообще гайки закрутили — матом без последствий не ругнёшься!

— Да ладно, тоже мне проблема — матом не ругаться. Не знаю, как вам, а мне как-то выступление саранчи слух резануло. Так что будем думать об альтернативе.

Почему думать? Потому что у меня в голове полный штиль, наверное, придётся к импровизации прибегнуть.

— Адель, так в чём там сложность? — не унималась Мира.

— Если коротко: видела адептов после наказания — зомби краше будут и чище.

— Ну, это мелочь! — отмахнулась я от предупреждения, и вдруг неожиданно дал знать о себе инстинкт самосохранения: «Кэт, это не мелочи, это вообще попадос!» Так как товарищ никогда меня не обманывал, я всё же решила пойти разузнать, в чём корень зла.

— Ну-ну, — со скепсисом ответила Адель.

— Не нагоняй волну, — строго посмотрела на неё и показала глазами на притихшую Герту. Та, кажется, намёк поняла и прекратила нам пророчить беду. — О проблемах поговорим потом! Хапуга, ты что там копошишься?

Хвостатая пособница зарождающейся коррупционной ячейки выдала мне бутылочку божественного напитка. Откуда достала, я даже спрашивать не буду, уверена: сто пудов стырила! По-другому она не может — зачахнет без любимого хобби, вот же клептоманка хвостатая!

— Кэт, может, завтра сходишь, а то у нас народ в выходные остерегается посещать библиотеку, ведь, правда, небезопасно это для здоровья и психики, — принялась вновь страху нагонять Адель, но когда дело обещает принести ого-го какие дивиденды, меня такими мелочами не проймёшь.

И вообще, риск — дело благородное, а месть — святое! Ради неё я постараюсь преодолеть любые препятствия, тем более, чего бояться? Алкаш алкаша всегда поймёт. Нет, я, конечно, ещё не настолько втянулась, но всё же уже где-то близко. Так что общий язык найдём, тем более аргумент с градусами у меня имеется, против такого товарищ точно не устоит.

— Я тебя умоляю, ты думаешь, что я с алкашами дел не имела? У нас дядя Ваня из тридцать третьей такие концерты устраивал, что участковый чуть ли жить к нему не перебрался, чтобы не терять время на дорогу, а заодно и не дать ему пить. Правда, сам пристрастился, еле спасли бедолагу, пришлось его менять на язвенника, ибо тот пить не будет — опасно для жизни. Посмотрели мы на болезненного, так жалко его стало... Ну, и решили перевоспитать буйного соседа, и, скажу вам, удачно так — теперь не пьёт и здоровый образ жизни пропагандирует. Ну да ладно, а то что-то меня на лирику потянуло, — решила прервать поток воспоминаний, — всё, я на дело, не скучайте! — Пряча взятку в пространственную сумку, я направилась налаживать контакт с тем, кому сухой закон по барабану.

Глава 13

Зайдя в библиотеку, я была готова дать дёру обратно за противогазом, и не только! М-да, дядя Ваня этому любителю выпить в подмётки не годится, сразу видно — бог спиртного. Что делать? Скрыться, пока дебошир не заметил, или же…

Разумеется, я — бесстрашная, точнее, дурная, — выбрала вариант «или». А куда деваться, коррупцию развивать нужно, без неё нам писец, причём полный. Хотя, нет, полный будет, когда наши душегубы пытать нас, несчастных, начнут своей лекцией, как подобает себя вести жёнам. Тут я точно умом тронусь! А это опасно, чокнутая ведьма — это ж угроза всему живому и не только, как начнёт мстить всем и вся, всё, кранты! Она ж в таком состоянии до потери сил и вдохновения местью заниматься будет! А может, ещё и хуже произойти, например, как у моей знакомой ведьмы: её после мести на добрые дела потянуло. Ужас что потом было…

М-да, не радужная перспективка в случае проигрыша вырисовывается, может, в рай рвануть, если серьёзный кипиш начнётся? А что, отличная идея! У меня там и связи хорошие, между прочим, если что, схоронюсь до лучших времён, заодно и просветительской работой там займусь, можно и к практическим занятиям затем перейти: и мне не скучно, и им хоть какое-то разнообразие. Встряска ещё никому не вредила, наоборот — даёт толчок эволюции.

Хорошо, что у меня на некоторых компромат есть, отказать не смогут, тогда уже у них будет пятно на их репутации, и такое — фиг отмоешься! Да уж, мы в прошлый раз нехило пошалили и отомстили, правда, потом они опомнились, что сотворили, слёзно просили никому не говорить об их причастности. Так как я ведьма с «добрейшей» душой, согласилась взять вину на себя, но взяла с них клятву — короче, навешала на них груз должков. С процентами, разумеется, без них никак, я благотворительностью не занимаюсь. Всё-таки коррупция — штука нужная, всегда можно уговорить оппонента шантажом, если в отказ пойдёт. Точно, если что, сразу туда рвану. Уверена, крылатые примут ради своей репутации, тем более сами же в таких невыносимых условиях живут. Им же, бедным, по несколько раз на дню лекции читают, как жить свято!

«Бр-р… не приведи господи подобное пережить!» — на автомате перекрестилась я, а когда осознала, о чём подумала, в сердцах сплюнула. Тьфу ты, опять упомянула всуе нехристя!

Эх, жаль, что выпить для смелости сухой закон запрещает! А то бы поговорили с бедолагой на равных, обменявшись сокровенными фразами, что мы друг друга уважаем. И, считай, в нашей банде уже было на одного члена больше.

Жаль, что без определённой подготовки, а точнее, дозировки, такими святыми фразами не обмениваются. Так что придётся обойтись подкупом, лестью, ну а в конце всплакнуть о тяжкой доле из-за Адимиса, его братцев и трижды стукнутым по маковке их друга.

И пока я вдыхала сивушные пары, изо всех сил стараясь подавить рвотные позывы, виновник этих выхлопов копошился в шкафу для книг — стопудово там тайник для заначек! Ты смотри, выражается, между прочим, нелитературными словами, хотя нет, одно было — сука. А вот остальные я бы не рискнула вслух произнести, мне лишний срок в тюрьме строгого режима учиться не хочется.

— Эй, милейший, — позвала я скунса божественного, хватит в облаках летать, я и так тут уже три минуты медитирую.

И вообще, мне надоело лицезреть его пятую точку! После моего окрика тот обернулся, и я непроизвольно вздрогнула от его «красоты». Умереть не встать, вот это чудо чудное, от лицезрения которого можно немым остаться — это в лучшем случае, а в худшем можно сразу окочуриться на месте! И всё же прежнее его положение было лучше, по крайней мере, для моей психики. Нет, я не из пугливых, но этот образ у меня в памяти останется навечно!

«Это ж сколько и чего он выпил?» — поражалась я, рассматривая индивида с перекошенной опухшей физиономией, непонятно к какой расе относящейся. Глаз вообще не видать — китайский пчеловод, вступивший в неравный бой с роем без своей защитной амуниции, отдыхает. Да у него вообще глаз нет, что ли? А губы — это ж гигантские вареники! Про уши вообще молчу, теперь понимаю, откуда выражение «уши пухнут». Новый вид чебурашки, а точнее — чебурген-переросток, который мутировал!

А между тем, этот неопознанный объект разлепил пальцами веки. Ну прям как Вий, но не он. А вот если бы он произнёс фразу «поднимите мне веки», точно бы за этого персонажа приняла. А так — нет, согласна только на сходство, разумеется, визуальное, но уши всё равно как у чебурашки-мутанта.

— Ты кто? — прокряхтело оно сиплым голосом. Ясно — трубы горят, даже, бедный, говорить не может нормально.

— Твоя спасительница, — сразу взяла я быка за рога. Тот приподнял одно веко, чтобы рассмотреть, кто тут на грубость нарывается.

— Что, на место груши для битья претендуешь? — начал злиться горе-экспериментатор, так как ясен пень — тут либо результат неудачного эксперимента, либо пил с кем попало и что попало. Третьего не дано.

— Я бы на вашем месте перед тем, как фонтанировать небезопасными для здоровья выражениями, подвергла их строжайшей цензуре, так как слово не воробей, вылетит — береги скворечник! — После моих слов тип стал наливаться, как помидор по осени, красным цветом.

Ан-нет, ошибочка, как вишня, присмотрелась, а этот хамелеон божественный продолжал менять цвет лица, да что б его черти слопали! Как теперь определить его настрой? Придётся воспользоваться дедуктивным методом. Итак, если красный — злится, а вишнёвый что означает? Точно — сильно злится! И пока я разгадывала ребус, что значит смена цветовой гаммы, этот тип в очередной раз удивил.

А точнее, сменил цвет лица на сливовый! Во мужик даёт, прям чудеса мимикрии демонстрирует! Стою, жду, что будет дальше, не каждый раз такое цветопредставление увидишь, может, он сейчас вообще всеми цветами радуги начнёт переливаться, креативненько бы смотрелось! Но тут меня настиг облом — остановился на сливовом, и всё же немного порадовал клоун, у него то и дело пятна проявляться стали вишнёво-красные. Понятно, мужика плющит, причём конкретно, злится, гад, придётся к святому прибегнуть, то бишь к шантажу.

— А может и худшее случиться, вот сейчас развернусь и уйду, а вы останетесь с перекошено-опухшей физиономией!

— А ну вали отсюда, убогая, да побыстрей, или тебе для увеличения скоростного режима пендаля влепить?

Ах ты хам! Ну, ничего, и тебе отомстим!

— Слышь, ты, жертва экспериментального пойла, следи за своими варениками, губошлёп божественный! Я ведь тоже могу ответить, а точнее, ректору пожаловаться, а он мужик суровый, враз тебе годков пятьдесят припаяет за членовредительство адептке! — не сдержалась я.

После моей угрозы у него один глаз сам раскрылся, и я смогла лицезреть, какого он цвета. Ничего себе, глаз-то у него красный! Ёшкин кот, и всё же чем его поили?! М-да, времени для разговора нет, придётся срочно мужичка реанимировать, ведь окочурится сейчас, несмотря на то, что бог!

— Ты… — начал он и спёкся.

— Не тыкай, на брудершафт не пили. — Я полезла в сумку за контрабандой. Тот уже второй глаз приоткрыл, правда, не обошлось без помощи пальцев.

— Это то, о чём я думаю? — с трудом выдавил из себя предположение страдалец.

При этом он, продолжая поддерживать веки, голодным взглядом красных глаз впился в контрабанду.

— Если вы думаете о лекарстве, то да, это оно, — ответила я, — или мне всё же удалиться из библиотеки, не прибегая к вашей услуге? А то, знаете, моя попа не предназначена для пендалей. Да и добрые дела как-то не по моей части, я даже больше скажу — это позор на моей репутации!

— Нет! Только не это! — взмолился он и тут же кинулся за сосудом для спиртного, а сосуд-то немаленький такой, скажу вам!

Я протянула ему спасительную жидкость…

— Нет, лучше ты, а то у меня руки ходуном ходят, весь резерв контроля на них истратил, когда руками глаза открывал. Сама же понимаешь — опасно было их не контролировать, чуть дёрнулся бы, и всё, я — циклоп!

— Согласна, безопасность — наше всё! — открывая сосуд, ответила я. Только я вылила содержимое в кубок, ибо по-другому назвать не могу эту тару, тот вновь обратился с просьбой:

— Слушай, достань из правого кармана сосуд с эликсиром и вылей туда же.

Нет, ты посмотри на него, какой предприимчивый, два в одном: и пить, и от похмелья заранее лечиться собрался.

— А что ж сразу не обезопасили себя от нежелательных последствий возлияния?

В голове не укладывалось, как он мог маху дать? Это ж как отче наш: пошёл пить — прими эликсир, дабы избежать нежелательный последствий. И стоило мне только вылить содержимое сосуда, как этот несчастный кинулся к кубку, схватил его изрядно трясущимися руками и стал жадными глотками осушать его, и чем больше выпивал, тем меньше у него руки тряслись.

— Десять секунд, — пробормотал он и рухнул в рядом стоящее кресло.

Стою, жду, что будет дальше. И тут этот тип стал приобретать человеческий образ: опухоль начала спадать на глазах, вареники превратились в губы, а уши больше не напоминали локаторы чебургена-переростка!

«Ну и чудеса!» — удивилась я скоротечному преображению, единственное, что ещё не пропало, — так это сивушный запах в библиотеке.

И тут бывший мутант открыл глаза, которые оказались красивого василькового цвета, да и сам он был не лишён привлекательности.

— Я у тебя в долгу, спасибо, что спасла меня, — поблагодарил он меня, не была бы я ведьмой, то, наверное, зарделась бы от удовольствия, а так скривилась при слове «спасла». Увидев выражение на моём лице, он усмехнулся, — О позорном пятне на твоей репутации я никому не скажу.

— Замётано, — обрадовалась я. — Слушайте, а где вы так наклюкались и, главное, что пили? — решила утолить любопытство. — Вы не думайте, я не из праздного любопытства спрашиваю, за свою безопасность переживаю, кто знает, может, это контрафактное пойло уже в свободном доступе! Не приведи господи случайно на него нарваться! Я, конечно, не ярый поклонник красоты, но и с перекошенной физиономией не горю желанием ходить.

— Ну, где — это сложно сказать, начал с ведьмами гулять, посетил один шабаш, затем другой, всё как всегда, был в норме. И тут Адимис, будь он неладен, дал задание проверить способности богов виноделия из Академии старших богов — эти неучи решили новый сорт спиртного изобрести, ну я, разумеется, отобрал у них экспериментальный вариант ради их же безопасности. Так вот, пока принимал проверенные напитки, всё было неплохо, а когда закончил, тут уже меня повело, решил догнаться на свой страх и риск конфискатом.

— Неужели в Академии старших богов учатся по выходным? — ужаснулась я.

— Нет, в выходные не учатся, — успокоил он меня ответом, — это я потерялся на эти дни, только сейчас очнулся, кинулся к заначке, ведь не только вам на территории Академии нельзя держать спиртное, но и мне. Мог бы портал открыть… хотя нет, не мог, — тут же поправился он.

— Кошмар, какая у вас опасная работа, слыханное ли дело — испытывать на себе эксперименты нерадивых учеников! — согласилась я с ним, и тут же у меня родилась в голове гениальная идея: — А убойное пойло ещё осталось, или рецепт его состава?

— С какой целью интересуешься? — прикинулся партизаном недавний мутант.

— Цель у меня святая — месть, — не стала лукавить.

— Во как! — развеселился он. — И кому? — задал он неудобный вопрос. Вот что делать: врать или…

Выбрала вариант «или», то есть выкрутиться, а что, между нагло врать и выкручиваться разница небольшая, но есть. Враньё — это когда уже понимаешь точно, каков должен быть окончательный результат твоего титанического труда. А вот выкручиваться — это неизведанный и тернистый путь, который фиг знает, куда тебя приведёт. Может, вообще случится страшное — сдуру ляпнешь правду, и тогда все твои мыслительные потуги будут напрасны.

— Тому, кому бы и вы с превеликим удовольствием отомстили! — приступила к «или», то бишь начала выкручиваться.

— Понятно, имя называть не хочешь? Хорошо, задам вопрос по-другому, — согласился он, — уверена, что сдюжишь? И чем он тебе так насолил, что ты в камикадзе подалась?

Ты посмотри на этих божественных, вечно неудобные вопросы задают! Всё, перехожу к грозному оружию — импровизации, ясно же, что без неё не выкрутишься.

— Это уже два вопроса, — тут же дала ему понять, что считать я умею.

— Действительно, два, — согласился он, — но хоть на один из них ответить, надеюсь, ты сможешь?

— Затрудняюсь, — прикинулась я веничком, — и вообще, в память о спасении мною вас могли бы не задавать таких сложных вопросов! Может, я и брюнетка, но в душе самая настоящая блондинка, а значит, мне думать вредно! — ответила ему в надежде, что поймёт, о чём я толкую.

Если серьёзно, цвет волос на мыслительный процесс не влияет, и степень ума по этому принципу не определишь, это только мужчины так считают, раз блондинка, то обязательно глупая. Вот тут их ожидает сюрприз: думал, женился на дуре, а тут опа, нежданчик, жена-то хитрой бестией оказалась, не разводиться же из-за этого незначительного факта, в самом деле. Тем более, если жена умна, всегда найдёт способ убедить мужчину, что он оказался прав и лучше спутницы для жизни ему не найти, а значит, это он самый умный, и его эго не нанесён ущерб.

— Я бы сказал, увиливаешь от ответа, — начал он глумиться надо мной.

Нет, ты посмотри на него, какой прозорливый на мою голову нашёлся! Я его спасла, а он…

— Это сути не меняет, так что, рецептик есть или чудо-отрава? — перешла я в атаку.

— Да… видно, он сильно задел за живое, — сделал выводы он, — это ж как тебя проняло, что даже на преступление пошла: украсть из личных запасов «мерад» у самого Адимиса! И, кстати, он у него сварен по уникальному рецепту, такого напитка ни у одного бога не найдёшь!

Вот это подстава! Всё, приду домой и из Хапуги хомячка сделаю: отрублю к чертям её длинный хвост. Уверена, после этого она тысячу раз проверит, что ворует!

— Можно подумать, вы к нему неземной любовью дышите, — напомнила ему об их вражде.

— Согласен, у нас с ним есть некоторые разногласия, но не до такой степени, чтобы я пошёл на необдуманный риск.

— А на обдуманный? — тут же нашлась я с вопросом.

— Ну, если обдуманный, и не нанесёт Адимису сильного вреда, а так, пощекочет нервы, то я, наверное, не прочь поучаствовать.

— Отлично! — обрадовалась я.

— Знаешь, на моей памяти только одна женщина его так ненавидела — жена. — Он изучающе на меня посмотрел. — Представляешь, она даже на крайние меры шла — обрывала несколько раз в расцвете сил свою жизнь, чтобы избавиться от него.

Да что ты говоришь! Избавиться решила, совсем мозги пропил, кто от такого мужчины отказывается?! Тоже мне, нашёл дуру, я таким способом, может, перевоспитываю Адимиса! Уверена, другие тоже так думают, теперь понятны поползновения богинь в сторону моего мстительного! Ага, сейчас, шиш вам, а не Адимис! Клеймо, что ли, ему на лбу поставить, что занят? Ну да ладно, потом на него права заявлю, а то, смотрю, свободным гад прикидывается! Вот отомщу разок, ну, может, и не разок, так сразу оповещу всех и вся, что этот тиран занят! Если он меня не прикопает за пакости. Страшно, конечно, но что делать, месть — это святое, так что личное и страхи оставим на потом. А сейчас нужно заполнить пробел о прошлом, чем я и занялась.

— С чего вы взяли, что она его ненавидела, может, она хотела, чтобы он за ней побегал? — После слова «побегал» Бог Виноделия посмотрел на меня, как на ненормальную. — Я имела в виду, чтобы он добивался её долго и разными способами, своего рода ролевая игра. И, если не секрет, сколько раз она такой финт ушами проделывала? — Интересно узнать, сколько раз я перерождалась, чтобы стать сильней, а если окружающие считали это актом отчаянья — плевать. Меньше знают — мне же лучше!

— Мне известно о пяти случаях, — огорошил он меня.

— Ничего себе! — присвистнула я от удивления, это ж какая я умная и сильная должна была быть, а на проверку — дура дурой! Может, ещё пяток раз откинуться, чтобы поумнеть? И тут он продолжил:

— Стоит ему её найти, она себя убивает. — Чего? Я что, совсем умом раньше не блистала? — Мстит так… — Ну если месть, то это всё объясняет. Хотя… тут нашу задушевно-просветительскую беседу прервал боевой клич подруг.

— Кэт, держись! — кажется, кричала Лира.

— Мы этого монстра сейчас мигом скрутим, наваляем и в клетку посадим! — а вот это уже Мира.

— Точно, пускай ректор разбирается, откуда в Академии неизвестные монстры! — поддержала девочек Адель.

Девчонки наперебой обещали мне защиту и каюк монстру. Правда, последний в красавца превратился, но они же не в курсе событий!

Я повернулась на источник шума, не веря в происходящее. Ёшкин кот! Передо мной стояла моя банда, правда, не в полном составе: Мира, Лира, Адель и «смелая» Герта.

Эти ненормальные ворвались в библиотеку, и, судя по их воинственному виду, они сюда не за книгами пришли, потому, что они были вооружены! Мира размахивала чугунной сковородкой, Герта почему-то была вооружена Лириной скалкой, Адель же не меняла своих предпочтений и держала в руке табуретку. Зато Лира была не с привычной для нас скалкой — на этот раз она предпочла изображать туземца с копьём, и со зверским выражением лица размахивала враждебно настроенной Чучей, которая грозно потрясала своими прутьями. Какого лешего они сюда ввалились?

— Где оно?! — сканируя библиотеку взглядом, спросила воинственная Лира.

— А вот и остальные ведьмочки! — смеясь, поверг нас в шок Бог Виноделия. — Две ведьмочки, одна демоница и богиня, — поправился он.

У меня было ощущение, сравнимое лишь с контрольным выстрелом в голову. Упс! Кажется, нам каюк! Может, в обморок хлопнуться, чтобы переждать кипиш?

Глава 14

Таким образом мне уйти от неизбежного кипиша не удалось, и всё из-за супер «смелой» Герты: эта злыдня меня опередила! Ха, и не только меня, судя по зверскому выражению лица Лиры, она тоже хотела воспользоваться своим излюбленным и проверенным способом. Пока я искала другой метод выражения паники, Лира от злости напрочь забыла про штраф, который исчисляется неделями, принялась высказывать всё то, что о Герте думает. Изливала она своё горе словами, которые в приличном обществе не говорят.

— Лира, прекращай фонтанировать нецензурными выражениями, такими темпами ты сейчас на пожизненный срок начирикаешь. — После моих слов подруга осознала, что она чуть не попала. — И вообще, ты кому выговариваешь своё неудовольствие? Герты пока с нами нет, — показала на тушку на полу.

— Ёжики кудрявые! — воскликнула она. — Чуть себе срок не намотала! — воскликнула она и прикрыла рот ладошкой, чтобы ненароком не вырвались слова гнева и обиды, при этом начала моргать глазами и озираться по сторонам.

— Да прекрати ты глазищами хлопать, а то с мысли сбиваешь! — разозлилась я, так как её внешний вид сбивал с тревожного настроя. При взгляде на неё просто невозможно удержаться, чтобы не рассмеяться в голос.

— Угу, — промычала она и посмотрела на меня в ожидании умных мыслей. Как назло, у меня таких не наблюдалось, слиняли гады с перепугу, что ли?

— Девочки, если этот нас узнал, значит, и наши уже, так? — первая пришла в себя Мира и, задав правильный вопрос, вернула мне способность думать в нужном направлении.

— Не исключено, — согласилась я с ней, — так что нужно придумать, как выживать будем, — взгрустнулось мне, когда я представила последствия раскрытия инкогнито.

— А может, пронесёт? — подала голос Лира.

— Лира, проносит только от несвежих продуктов и от молока с селёдкой, а это не наш случай.

— И то верно, что делать будем? — задала она вопрос, на который у меня, как назло, не было ответа, так и хотелось ответить: «Огребать мужественно!»

— Девочки, а вы не хотите вашу подругу в чувство привести? — подал голос виновник нашего нервозного состояния.

«Ты ж моя радость!» — мысленно обрадовалась я, найдя способ поднять себе настроение и боевой дух.

— Мы-то хотим, но ведь это мужская прерогатива — спасать дев из затруднительных положений, — начала я обработку своей жертвы.

— Да? И как это сделать? — вставая с кресла, поинтересовался он методом воскрешения подруги, видать, он женщин привык укладывать в горизонтальное положение, а не наоборот.

— Как-как? Взять графин с водой и вылить содержимое ей в лицо! — Лира раскусила мой план мести за потерю нервных клеток и вступила в игру.

После её предложения жертва воскрешения Герты взял графин с водой и направился прямиком получать по мордам. Мы же, зная реакцию подруги, наоборот, удалились из эпицентра мордобоя. Затаились, ждём, когда месть свершится. Не прошло и пяти секунд, как наш слух усладил вой боли несчастного.

Боже… как он взвыл! Это просто услада моих ушей, правда, после он перешёл на ругательный, так как Герта основательно его лупила скалкой, которую позаимствовала у Лиры, когда шла меня спасать.

— Вот ведь ведьмы! — взревел он после очередного удара и вырвал из рук Герты орудие отмщения.

— Демоница! — попыталась она его пнуть.

— Да угомонись ты, ненормальная! — попробовал удержать он её.

— Я бы на вашем месте сильно её руками не лапала, вдруг её жених, трижды стукнутый по голове предметом своего культа, ревнивый, — решила помочь освободиться подруге от злющего бога.

— Что? — застыл он на месте, и зря, между прочим. Герта, не теряя времени даром, вывернулась из захвата, как змея, при этом прихватив уже легендарную скалку. И чувствительно вновь приложила богу Винопития по хребту, а тот взвыл. — Да чтоб тебя… — Он стал надвигаться на Герту, забыв о моём предупреждении.

Так как в мои планы входила месть, а не уничтожение божественного, я решила прекратить потасовку, а точнее, убийство. Кто знает, что Гертин жених с ним сделает за порчу шкурки невесты? Вдруг реально может прикопать любителя выпить.

— Эй, гладиатор со скалкой, кончай божественного мутузить, он тебя, между прочим, в чувство приводил, а ты, неблагодарная, чем его за доброту и заботу отблагодарила?

Буйная опустила руку с орудием мести, и… короче, опозорилась — извинилась!

Нет, между собой такое допустимо, а извиниться перед посторонним — это ж залёт, причём конкретный. Ни в какие рамки не лезет! «Я вам отомстила, извините меня на причинённые неудобства!» Так, что ли, мы теперь мстим? Отомстил и тут же извинился? Срамота, да и только!

— Дай сюда! — Лира подошла к Герте и выхватила у провинившейся подруги скалку, осуждающе посмотрев на неё.

— Ну не злитесь вы на меня, я нечаянно в обморок упала! — решив, что именно этот инцидент — причина всеобщего неудовольствия, взмолилась она.

— А причём тут обморок? — не выдержала Лира, но, увидев мой взгляд, который говорил, что тут лишние уши, сквозь зубы процедила: — Дома поговорим.

— Так, девочки, этот инцидент обсудим дома, а сейчас давайте искать выход, как от наших не огрести по полной, — вынесла вопрос, который стоял на повестке сегодняшнего дня, и вчерашнего, кстати, — и ещё уверена, что долго будет стоять в приоритетных.

— Может, ну этот маскарад, всё равно огребать, так какая разница: раньше или позже? — первая внесла своё предложение мазохиста Лира.

Ну надо же, какое открытие! Вот никогда за ней не замечала добровольной тяги к люлям! Что делается… Но так как я — ведьма без специфических наклонностей, с предложением подруги была в корне не согласна, тем более мне угрожает расправа двух богов.

— Лир, ты что, совсем, что ли? — Покрутила у виска. — Какой сдаться? Тебя, может, твой только отшлёпает, а меня, между прочим, двое! Тем более, один из них может вообще прихлопнуть!

— Кто? За что? — удивлённо спросила любительница жёсткого.

— Да вот Гертин трижды стукнутый жених, — показала на виновницу моих бед.

— А почему ты постоянно повторяешь «трижды стукнутый»? Его же всего два раза отоварили, один раз Герта, а второй ты — я считала, — спросила Адель, сидя на своём орудии мщения — табуретке.

— Это Герта один, а я два — второй раз долбанула перед тем, как слинять порталом. Ну, чтоб фора была, а то, кто его знает, вдруг раньше времени очухался бы, — покаялась в двойном членовредительстве.

— Если с такой точки зрения смотреть, ты, конечно, поступила правильно, но, вот с другой стороны, тебе кранты! — «обрадовала» меня Мира.

— Может, всё-таки Адимису сдашься, он хоть тебя защитит, — подала голос Лира.

— Ага, защитит так же, как и твой тебя за всё разом: за козлов скользящих, за подрыв авторитета, ах, да, ещё про разрушения храмов забыла, и…

— Не нужно «и», я и так поняла, что нам конец, — с досадой согласилась она, что её план никудышный, обещающий массу болевых ощущений в случае реализации.

— Девочки, может, поделитесь своими горестями? — с довольной миной на лице поинтересовался несчастный бог алкоголизма.

Ха, горестями? Да не вопрос, сам напросился!» — мысленно хохотнула я, доставая из кармана платок. Подруги, увидев, что я собралась делать, дружно решили поддержать меня в этом мокром деле. Заказывал песню «Девки взвыли» в исполнении трёх ведьм, демоницы и богини? Нет? Не волнует — вою быть! После нашего хорового плача ты мне не только рецепт контрафактного пойла достанешь, ты нам явки с паролями сдашь, ибо слёзы женские ни один мужчина выдержать не может, а тут целых пять солисток голосить будут в унисон. «Итак, три-четыре, начали!» — мысленно посчитав, я заголосила, мой проникновенный плач поддержали остальные участницы хорового пенья. Выли мы проникновенно, переходя от низких звуков к высоким, Лира так вошла в раж, что пару-тройку раз выбилась из общей массы своим повизгиванием и даже хрюкнула разок. Импровизация подруги пошла на пользу, благодаря этому наше пение стало более трагичным, что ли. Божественный, слушая нас, уже сотню раз пожалел о своих опрометчиво сказанных словах и только хотел остановить наш поток, как Лира, громко всхлипнув, начала солировать о святом:

— Они нам выпить не дают, представляете?! — после этих слов она смачно высморкалась, а мы её поддержали дружным воем, что означало — в правильном направлении действуешь.

После своеобразного одобрения с нашей стороны Лира, войдя в раж, продолжила делиться горем горьким:

— А нам — ведьмам — настойку пить необходимо, мы же не ради развлечений это делаем! — Ну тут она, конечно, слукавила, иногда и ради развлекухи. — А они, садюги-и-и…

Слово «садюги» она взяла так высоко, что я думала, что оконное стекло разлетится вдребезги. Не знаю, какими повреждениями нашего здоровья после взятых ею высоких нот всё закончилось, но нас спас бог-выпивоха. И хвала ему, ибо мы отделались лишь небольшой контузией.

— А вот это они зря! — возмутился наш, надеюсь, соратник, и этим остановил Лиру. — Нельзя так с ведьмами поступать, они что, не знают, что могут быть последствия?!

— Да как же им не знать, они же боги! — продолжала ныть Лира.

— Тогда я не понимаю их… — задумался он на несколько секунд, а затем и его посетила, надеюсь, умная мысль. — В общем, так, девы, нытьё прекратить, я вам одну травку достану, кстати, секретный ингредиент гномьей настойки, вам из-за неё пить приходилось спиртной напиток.

— Не, я курить не буду, мне клейма алкоголички достаточно! — сразу открестилась от курения дури, если даже и не дури, не буду — не пробовала и нечего начинать.

— Что значит — курить? — забеспокоилась Мира.

— Сестра, это убивать себя добровольно, а ещё за это и приплачивать, — после моего объяснения у моей банды челюсть отвисла порядком, а затем глаза превратились в щёлочки, и они зло посмотрели на выпиваху.

Кое-кто начал закатывать рукава, чтобы прибить душегуба. Тот тут же смекнул, что вновь назревает конфликт, и поспешил успокоить нас, нервных.

— Так, курить никто не будет, — послышался дружный вздох облегчения, — её нужно заваривать, но с пропорциями нужно быть очень аккуратным. Если переборщите, то вместо усмирения ваших сил они выйдут из-под контроля. И тогда последствия могут быть страшными.

— Да вы что, какой кошмар! — удивилась я, а с другой стороны, обрадовалась, так как одной загадкой у меня стало меньше. Теперь хоть буду знать, что это за трава такая, которую гномы держат в строжайшем секрете.

— Даже не представляете какой, ведь только поэтому, когда гномы готовят настойку, специальные мои помощники строго по пропорциям туда засыпают траву.

— Вы хотите сказать, что и гномы не знают, что это? — удивилась я.

— Разумеется, этот ингредиент особенный, специально для ведьм из мира врага Адимиса приготовлен. Понимаете, дело такое… — замялся божественный, понимая, что сболтнул лишнего. Так, получается, мы из мира вражин?

— Та-ак, а можно поподробнее про ведьм из другого мира? — начала я надвигаться на болтуна, гипнотизируя его, как удав кролика.

— У своего спроси, это его рук дело, — перевёл стрелки божественный алкоголик.

— Ага, у своего, значит, — остановила я наступление, — ладно, — сделала вид, что удовлетворена ответом.

— Кэт, сдаётся мне, что мы из-за наших гадов должны пить настойку, — высказала всеобщее мнение Лира.

— В точку, подруга, мы из-за этих вражин с клеймом алкоголичек ходим! Что делать будем? — обратились к подругам по несчастью.

— Мстить! — единодушно ответили Лира и Мира.

— Я, конечно, не ведьма, — взяла слово Герта, — и пристрастия к алкоголю не имею — так, шалю за компанию, от коллектива же отрываться плохо, но у меня как бы печень одна, так что я за месть.

— Ну а я за любой кипиш, кроме добрых дел, — вставая с табуретки, Адель дала согласие на участие в «благом» деле. — Ну что, когда начнём?

— Как план придумаем, — начала я, но тут меня перебила Лира:

— Кэт, задолбала ты нас уже со своими планами! Мы только и занимаемся тем, что строим планы, а мужики ходят обделённые местью с нашей стороны! — приняла она стойку бойцовой курицы.

— Да, сестрёнка, непорядок получается, — присоединилась к анархистке Мира.

— Никак бунт на корабле? — Посмотрела на народ пронзительным взглядом.

— Никак нет, просто выносим вопрос на повестку дня, как быстро отомстить и успокоиться, — тут же сообразила Лира, что я не в восторге от её выступления и обязательно буду мстить.

— Уверена, что успокоишься? — усмехнулась я, ибо, зная нас, уверена, что мы никогда не успокоимся.

— Ты что! Как без мести?! Это я о конкретном случае говорю. Ну… Кэт, — заныла она, — ведь правда мочи уже терпеть нет, они ходят, издеваются над нами, а мы?..

— А что мы? — задали мы единодушно вопрос и обратили свои взоры на нашу революционерку начинающую.

— То-то и оно, что ничего, только рыдаем да жилы рвём на зарядке! — начала толкать она вдохновляющую речь на благое дело, то бишь месть. — И вот ещё, они нас на болота, душегубы, отправили. И вот что обидно: даже возмутиться и шантажировать сладким нельзя, потому что мы ведь под прикрытием! — начала она шмыгать носом, намекая на то, что готова разрыдаться с досады.

— Лира, только не начинай! — взмолилась я. Кто знает, может, она сразу с высокой ноты выть начнёт, а у меня после её припева ещё в голове шумит. — Ладно, никаких планов, будем импровизировать, — дала добро на беспредел, хотя понимала, что это нам ой как дорого обойдётся, но и им тоже теперь несладко будет.

Зато Лира не будет надрывать свои голосовые связки, да и мы будем спасены от повторной контузии.

Глава 15

— Вам плохо? — забеспокоилась Лира, решив, что у того кукушка поехала, ибо с чего ему смеяться?

— О… нет, мне хорошо оттого, что понял: Адимису и его братьям мне мстить и не нужно. Им судьба отомстила, дав вас в жёны.

— А Чучей? — угрожающе тряхнула своей метлой Лира, переходя на режим угроз.

— Можно ещё сковородкой для верности добавить, — дала команду Мире к оружию.

— Не вопрос, — принимая боевую стойку, ответила сестра.

— Я думаю, и табуреткой, — присоединилась Адель.

— Уверена, окончательный аккорд скалкой тоже нелишним будет, — присоединилась к ним Герта.

— А я… а мне… — пискнув не хуже Лиры, я стала озираться по сторонам, ища глазами, чем бы и мне ему заехать, не книгами же, честное слово, это вандализм в прямом смысле.

— Вот там, на диванчике, подушка есть — твоё, Кэт, излюбленное оружие, — решила помочь мне Герта.

— Неощутимо, — не согласилась я с предложением подруги и направилась к столу за пустой бутылкой. Тут, видимо, выпивоха вспомнил, что я один раз не бью и, вообще, опасная личность, прекратил ржать и в недоумении уставился на нас.

— Адептки, вы не боитесь последствий? — заходя за стол, спросил он нас.

— Не-а, чего нам бояться? — надвигаясь на него, ответила Лира. — Вы нас и пальцем не тронете, ведь понимаете — в случае чего наши вам гурьбой наваляют.

— А своих мужей? — тут же нашёлся он с вопросом.

— А что нам, собственно, их бояться? Всё равно нам от них огребать, подумаешь, на один раз больше, — невозмутимо ответила Лира.

— Ну почему же сразу огребать, у нас есть альтернативный вариант, — усмехнулась Герта.

— Какой? — Прекратив наступление, мы уставились на подругу.

— Сладкое, — рассмеялась она, и я поняла, что в ней проснулась развратница-Герта. Раньше бы я возмутилась подобному предложению решения проблем, а сейчас, не желая получать по шеям, зацепилась за идею.

— Герта, да ты гений! Только есть малюсенькая проблема: как мы сможем их шантажировать под прикрытием?

— Над этим нужно подумать. — Она потёрла переносицу, наверное, надеясь, что это ей поможет ускорить мыслительный процесс. Зря старается — от силы трения можно только искру высечь, чтобы огонь добыть, а на умственный процесс такое действие не влияет.

— Чего стоим? Мы будем воспитывать в физической форме бога-алкоголика или обойдёмся словесным выговором, который повлечёт за собой нервный срыв? — перебила мои размышления воинственная Лира.

— Между прочим, у меня имя есть, Силевер, если что, и я не алкоголик, — насупился наш новый знакомый.

— Пусть, Силевер, — согласилась Лира, — но не станете же вы отрицать, что с вашей подачи зараза алкоголизма поражает, как раковая опухоль, все миры? А сколько горя принёс этот недуг — я вообще молчу! — Услышав, о чём она толкует, мы застыли с открытыми ртами.

«Куда это её понесло? Не на ту тему речь толкает!» — зависла я.

— Лир, с тобой всё нормально? — взволнованно спросила Мира, чем вывела меня из ступора.

— Ясно дело, что подруга бредит, и, главное, когда сленга с моего мира успела набраться? — не удержалась-таки я от комментария.

— Почему сразу бредит? Правильно она говорит, — поддержала ее, кажется, уже трезвенница-Герта.

Ощутив поддержку, подруга воспряла духом и собралась дальше нам читать лекцию о вреде пьянства. Но я перехватила инициативу:

— Настойки больше не налью, — ударила по больному.

После моей угрозы Лира передумала изображать трезвенницу и захлопнула свою говорильню.

— А… — начала Герта.

— И тебе тоже, — пригрозила ей.

Совсем с ними забыла о главном! Я ж сюда мосты пришла наводить, а не сжигать! Если не поменяем тактику, то не видать нам травки заветной и других плюшечек.

— Дамы, мы закончили со взаимными оскорблениями? — поинтересовалась наша будущая жертва — а что он ею будет, ни у кого из нашей дружной компашки сомнений не возникло.

— Разумеется, пора закругляться со словесной перепалкой и переходить к главному. Так что, вы с нами? Или против нас? — задала вопрос, который выйдет ему боком, если он отрицательно на него ответит.

— А у меня есть выбор? — усмехнулся он.

— Выбор всегда есть, огрести или нет — тут дело сугубо личное. Вам как больше нравится? — влезла моя «добрейшей» души сестрёнка.

— Мира, да как ты можешь, он же будущий наш соратник! — пристыдила её, боясь, что ещё немного — и рыба сорвётся с крюка, а я не для этого на него контрабанду переводила, да и его выхлопами дышала.

Благо в нашей банде дураков нет, все смекнули, что нужно изображать любовь к ближнему.

— Действительно, что-то нас не туда повело, вы простите ведьм неразумных! Понимаете, гнёт мужей очень плохо на нас отражается, то и дело ожидаешь подвоха от ближнего, — доставая платок, перешла Лира к пению — к испытанию на прочность нервов Силевера. Видать, у того ещё не улеглись впечатления после нашего душераздирающего воя, раз он взмолился:

— Девочки, только не начинайте, я с вами, помогу чем смогу! Только, молю, не нужно слёз! У меня же сердце разрывается от сострадания к вам, пощадите, у меня и так с печенью проблема, не хватало ещё и с сердцем маяться! — перешёл на режим вранья ушлый алкоголик.

«Ты кому вкручиваешь? Ты ж бог, какая, к чёрту, больная печень!» Но делать нечего, пришлось принять его правила игры, но только пока.

В итоге вербовка прошла успешно, не считая мелких шероховатостей. Божественный на радостях, что наш шумный табор покинет его богадельню, достал из тайника ценный фолиант, который, по его словам, нам поможет справиться с наказанием на болотах. Мы, предварительно спрятав своё грозное вооружение, направились к себе домой, где я буду готовить благоверному отчёт хрен знает о чём. Ну, а Чуча вернулась в свою стаю, чтобы патрулировать на территории Академии.

— Вот даже не представляю, что ему говорить, — начала я делиться с подругами своим горем.

— Соври что-нибудь, — дала совет года Лира.

— Лир, я именно об этом и говорю, что у меня беда: врать не знаю что!

— Тоже мне проблема, сориентируйся по ситуации или вообще скажи ему, что пока была на выходных, не занималась шпионажем, — дала дельный совет уже Адель.

— Точно, вот так и поступлю.

И только я обрадовалась, нам навстречу вырулил Эд. Ну, думаю, неспроста этот гад тут рядом пасся, что-то задумал, аферист.

— Адептки, а куда вы ходили? — оскалился лживый бог.

— Это риторический вопрос, или требуется ответ? — перешла на режим хамства Мира, за что и пострадала — «смелая» Герта наступила ей на ногу. — Ой! — воскликнула она и пронзила подругу злобным взглядом.

— Мы в храм знаний ходили, — потупила я глазки в пол, изображая скромняжку, а если честно, то опасалась, что огонь в глазах выдаст меня с потрохами, ведь я уже начала продумывать план мести.

— Похвально, и какие вы там знания искали? — изобразил он заинтересованность.

— Как болото осушать! — вновь влезла Мира, как оказалось, зря.

— О как! Значит, решили приготовиться к наказанию? Молодцы, ничего не скажешь, придётся вам помочь.

«А вот этого не нужно!» — мысленно ответила добровольному помощнику — чую, помощь эта будет нам дорого стоить.

— Не стоит на нас, глупых, время и силы тратить, сами постараемся справиться, — попыталась я откреститься от проблем. Но фортуна, видать, на этот раз была не на нашей стороне.

— А я на вас всех и не буду тратить время, возьмусь одну из вас обучать на эту тему, а вот она уже будет вам рассказывать пройденный материал. Итак, кто горит жаждой знаний? — Ясен перец, что никто. В коридоре повисла гробовая тишина, ну а мы дружно заинтересовались красотой стен и пола. — Понятно, добровольцев нет.

— Право слово, нам как-то неловко вас утруждать, — предприняла я очередную попытку отмазаться.

— Ну что вы, милые девушки, для меня дарить знания — это наивысшее наслаждение! — при слове «наслаждение» он неотрывно смотрел на Миру, которая пыталась сделать вид, что в упор не замечает его повышенного интереса к ней.

Ну а я поняла — нас раскрыли. Стою, думаю, как выкручиваться? Ситуация-то патовая! Тут Мира выключила игнор и перешла в наступление.

— Безмерно благодарны за предложенную помощь, но мы лучше о помощи попросим мадам Фугуус, сами понимаете, нам лишние пересуды не нужны.

Молодец, сестрица, так его! Я обрадовалась, но, как оказалось, зря.

— Адептка, ваша соседка ведь ходит к ректору по вечерам с отчётами, и ничего страшного в этом нет. Так что жду Вас завтра у себя в восемь часов вечера, — сделал-таки выбор божественный, и кто бы сомневался, что под раздачу попадёт Мира.

— Но… — начала она.

— Никаких «но», — ответил он, и в его руках появилась увесистая стопка книг. Мы в недоумении уставились на источники знаний. А он с мстительной рожей всучил Мире эти книги со словами: — Прочесть верхний учебник, вечером спрошу.

И пока мы всей дружной толпой стояли с открытыми от удивления ртами, этот аферюга открыл портал и, насвистывая какую-то мелодию, скрылся в нём.

— Сдаётся мне, инкогнито раскрыто, — поделилась я мыслями.

— Ага, — согласилась Мира.

— Что будем делать? — заволновалась Лира.

— Они притворяются, и мы тоже будем. Заодно я своему на него же и жаловаться буду, пусть послушает, что я о нём думаю!

— А что, отличная идея! — поддержала Лира.

— Вам-то хорошо, а мне как быть? Ведь я своего толком-то и не знаю, да и жаловаться он, скорее, должен на меня, а не я на него, — поделилась горем Герта.

— Не переживай, доведём мы твоего до греха, так что будет повод жаловаться, — пообещала посодействовать ей в приобретении проблем.

— На вас только и надежда, только смотрите, не переборщите, я жить хочу, — сразу предупредила она нас, чтобы мы действовали осторожно и без фанатизма.

Жаль, конечно, что нельзя оторваться по полной. Но, учитывая, что у нас самих проблем выше крыши, это даже к лучшему.

Глава 16

— Обижаешь, я умных к нашему плану и не подпущу, а то потом проблем не оберёмся. Удачи, Кэт, с отчётом, — напоследок взбодрила она меня.

Ну вот кто её просил мне настроение портить?! Пришла домой, стала искать Хапугу, чтобы из неё хомячка сделать за подставу.

— Лариска, ты Хапугу не видела? — обратилась к своему фамильяру.

— Пока не остынешь, нет, — невозмутимо ответила моя нахалка.

— Ну, знаешь, — начала я, а потом махнула на хвостатых интриганок рукой, что я, кошка — за крысами бегать, а вот как она потеряет бдительность, я её и поймаю.

Тут высунул свою мордашку Неруш-енот справиться, как у нас дела. Мы ответили, что всё в штатном режиме, сдали свои сопливчики ему на постирушки. Тот забыл о своих опытах, схватил богатство и ушёл медитировать в ванну.

А я пригорюнилась, не помню, чтобы не могла придумать, как соврать половчее, ну да ладно, будем действовать по обстановке, всё-таки импровизация — убойная штука. Повздыхала немного, делать нечего, пошла к мужу за неприятностями, ну или ему их устроить — последний вариант мне нравится больше. Интересно, а чего я на него взъелась-то? Ах, ну да, он же меня обманом замуж заставил выйти, вот негодник! Я начала настраивать себя на нужный лад, вспоминая прошлое. Когда дошла до его приёмной, была уже порядком на взводе. Увидев мой воинственный вид, секретарь напрягся. Сразу видно, что у него чуйка работает отменно.

— Добрый вечер, — изобразила саму любезность, — не подскажете, господин ректор у себя?

Тот растерянно посмотрел на меня, ведь сразу видно — мужик настроился на пакость с моей стороны, а тут на тебе — облом.

— Ага, — ответил он в несвойственной ему манере.

— Вы доложите ему обо мне? — продолжала разрушать его шаблоны и поражать своим культурным поведением.

— Не нужно, ректор ожидает вас уже как пять минут, — принял он невозмутимый вид, намекая, что я опоздала.

Дорогой, пять минут ожидания для моего — это миг, он и дольше ждал — десятилетиями. Озвучивать я свои мысли, разумеется, не стала. Изобразив виноватый вид, бодренько направилась к своему «любимому». Стукнула в дверь от души, изображая гром без молнии, но, увы, искры и разряды пока создавать не умею, а жаль, потому что этот спецэффект бы подошёл, чтобы стало понятно — жена соизволила явиться.

— Можно? — приоткрыв дверь, попросила добро на захват кабинета.

Мой посмотрел на меня, прищурив глаза, что говорило: «Ты что опять придумала, неугомонная?» Я ему своими поросячьими глазками послала ответ: «Увидишь!»

— Уже пять минут как нужно, — ответил рисковый мой.

— Пять минут — это миг, а вот если бы лет двадцать к вам шла, тогда понятен был бы упрёк, — ответила я-камикадзе.

Мой перестал изображать китайца и одарил меня гневным взглядом. «Фи, на меня такое уже не действует!» — послала ему ответ взгляд не менее грозный, и тут до меня дошло — я его нифига не боюсь! Страх пропал, осталась одна жажда мести, и неважно за что.

— На болото захотела? — поменял он тактику.

— Очень, сегодня материал взяла в библиотеке, так просто жажду на практике применить знания. Мне присесть можно, или…

Вот что «или» мне не дали сказать, ехидненько дали добро на посадку.

— Присаживайтесь, в ногах правды нет.

«А у меня её нигде нет», — опять мысленно ответила, садясь в кресло.

— Меня просто радует ваше рвение ко всему новому, готов и далее расширять ваш кругозор.

— Вы очень добры, но не стоит тратить своё время на одну меня, вон сколько неучей ходят, наказания просят, — дала намёк, чтобы придержал коней, а злость пусть на саранче срывает. Меня нужно любить и лелеять, а их пора бы поставить на место — нечего на моё добро зариться.

— А почему просят? — сделал вид он, что не понял намёк.

— Так им учиться нужно, а они на чужих мужчин охоту устроили, вот и займите их делом, не Академия, а вертеп разврата! — уже прямо ему озвучила, что мне совсем не нравятся поползновения богинь в его сторону.

— Насколько мне известно, ещё никого не совратили, всё мужчины держат оборону, — облокотившись на спинку кресла, развеселился он, играя ручкой. — А если и поддадутся соблазну, то их жёны сами виноваты: нечего своими мужчинами пренебрегать, всегда найдутся те, кто их заменит.

— Ну раз так, то и терять таких кобелей не жалко, тем более на них свет клином не сошёлся, вон сколько бесхозных, молодых да красивых ходит! — озвучила ему, что его ожидает в случае измены.

Смотрю — напрягся, наверное, примеряет рога. Тут до него доходит, что фасончик-то не его, из-за этого он принялся злиться. Пусть, ему полезно, а то «заменят». Смотри, как бы самого не заменили!

— Пусть только попробуют, — процедил он, и от весёлого настроения не осталось и следа.

Знай наших! Обрадовалась я, но результат решила закрепить. Пусть гады не расслабляются.

— Не попробуют, а сделают, если только узнают об измене. Я вот своему сразу статус присвою «бывший».

И настроение поднялось враз: от услышанного мой стал темнее тучи, а затем — хрясь! — ручку сломал, доигрался-таки нервный.

— Не получится, он у тебя пара, — тут же взял себя в руки.

— Так и у него не получится, но ведь попытаться можно, чем чёрт не шутит. И вообще, знаете, как мне с ним тяжело, может, подскажете способ, как избавиться от него? Просто мочи терпеть его тиранские замашки нет!

Уже собралась устроить плачь славянки для драматизма, но вовремя вспомнила, что платок сдала Нерушу — вот досада — пришлось только всхлипнуть.

— А ты веди себя прилично, и проблем не будет, — не остался он в долгу.

— Что значит «прилично»? — Я от возмущения даже забыла, что недавно страдания изображала.

— Тебе видней, ты же своего доводишь постоянно. Я вот, например, его понимаю, у самого не лучше, а возможно, даже хуже. Ведьма, одним словом, да ещё бракованная.

— Это почему бракованная? — растерялась я. Ну, не могла даже представить, где у меня брак. По мне, я само совершенство.

— Неважно, тем более как-то некрасиво свою жену при посторонних обсуждать, — решил оставить он меня в неведенье.

Ну уж нет, я хочу знать, где у меня брак! Посему я выдвинула ему предложение:

— Слушайте, у меня пара — козёл. — При слове «козёл» моего знатно так перекосило, но он молодец, сдержался, ну а я продолжила: — У вас якобы бракованная, а почему бы нам не побыть друг другу психологами? Ведь вы же мне уже доверились, когда попросили найти вашу жену, и я готова довериться, заодно, может, и подскажем друг другу, как нам быть дальше.

— М-м… заманчивое предложение, — сделал он театральную паузу, изобразив, что думает, — хорошо, — согласился он на вынос мозга, который я ему гарантирую.

И всё же, почему я бракованная?

Глава 17

— Так, с чего начнём? — тут же оживилась я.

— Для начала начнём с развития твоего дара.

Обломал-таки меня муженёк, у меня от злости чуть пар из ушей не пошёл. Но я взяла себя в руки и изобразила невероятное рвение к учебе:

— Хорошо, я готова, какой конкретно дар будем развивать? — решила поинтересоваться, какую он мне подлянку уготовил, ведь уверена, что именно так и будет.

— Начнём с самого необычного: пробуждение желания в мужчине, — ехидненько озвучил он задание, внимательно смотря на мою реакцию.

Ну сволочь, чтобы тебе пусто было!

— Может, с чего-нибудь полегче, а?

— Нет, начнём именно с этого, — настаивал он.

Гад! Но меня голыми руками не возьмёшь.

— Ладно, но я требую, чтобы при этом присутствовал преподаватель женского пола! — тут же нашлась я.

— Исключено, она будет только мешать процессу, — не остался он в долгу.

— Хорошо, нет так нет, что делать-то?

Я не стала больше ломаться, если в процессе он будет изнасилован мной — сам виноват. Кто знает, как меня переклинит, а судя по тому, как я соскучилась по своему вредному, может случиться всякое.

— Смотри на меня, мысленно представь, что я пара, и пошли мне импульс, — начал он.

— Какой импульс? — напряглась я.

— Ну, после которого твоя пара захотела бы тебя, — продолжал он издеваться.

— Ну, — сделала вид, что задумалась, — думаю, ничего не выйдет, так как у меня может быть только один импульс к своей паре — оторвать ему голову!

— О как жестоко, безрассудно, да и невыполнимо, — усмехнулся он, понимая причину моей злости, а затем продолжил своё издевательство: — Постарайтесь подумать в другом ключе.

«Я сейчас так постараюсь, что сам не рад будешь, комедиант божественный!» Одарив мужа гневным взглядом, я стала вспоминать наши с ним брачные игры, да так увлеклась, что, кажется, ушла в небытие. Хотя нет, вначале у моего глаза вспыхнули голубым цветом, и уже потом провалилась во тьму. Пришла в себя оттого, что он пытается привести меня в чувства.

— Адептка, очнитесь, — услышала я его голос и пришла в себя.

Адимис склонился надо мной и изображал озабоченность из-за им же подстроенного обморока. Только вот при этом у него такой довольный вид… Чую, опять развёл, только вот в чём подвох?

— Что со мной случилось? — включилась я в игру, а сама мысленно представила, как сворачиваю ему шею.

— Вы потеряли сознание, наверное, перестаралась, — развёл он руками и направился обратно на своё место. Ага, так я и поверила! А он продолжил издеваться: — Или воображение тебя подвело, кстати, а о чём думала?

— О лютиках-цветочках, естественно, ведь у меня пара в этом деле слабак, так что, как могла — опыт-то у меня никакой, но я старалась. Получилось? — не удержалась от едкого комментария, а мой аж замер.

— Плохо старались, придётся нам с этим что-то делать, — изобразил он, что задумался над проблемой.

— А что тут думать, нужно действовать, может, я с кем-нибудь другим попробую, заодно и опыта наберусь? — начала мстить за подставу.

Адимис меня пронзил злым взглядом и коварно усмехнулся.

— Хорошая идея, и мы обязательно её осуществим, но не сегодня.

Не поняла, мне что, дали добро на измену?

— Ладно, потом так потом, — сделал вид, что согласилась, — а сейчас можно я пойду домой, а то после потери сознания что-то неважно себя чувствую? — решила надавить на жалость, чтобы слинять от мужа. А то сейчас вспомнит про отчёт.

И мне, между прочим, к собранию готовиться нужно, воспитывать, так сказать, новое поколение анархисток — это не лёгкое дело. Чем не достойная месть мужу: устроить революцию в Академии? Представляю, сколько он потеряет нервов, усмиряя бабий бунт.

— Хорошо, можешь идти. — Только я готова была стартануть, как этот прохиндей продолжил: — Но только после отчёта о поиске моей жены.

Я чуть не взвыла от досады, вспомнил-таки! Но тут же взяла себя в руки и перешла к операции «отмазаться»:

— О каком вы отчёте говорите, у меня же выходные были! А это дело святое, моему молодому организму отдых полагается, иначе может случиться страшное. — Я округлила глаза, изображая ужас, надеюсь, это не выглядело комично.

— Да вы что? И в чем ваше «страшное» заключается?

— Так козе понятно, что нервный срыв случиться может, а это ещё то испытание для окружающих. Ну так что, я могу удалиться с ваших глаз долой? — хотела добавить «из сердца вон», но вовремя прикусила язык, так как оттуда меня теперь ни за какие коврижки не выгонишь. Мой Адимис, и точка, а то, что я ему голову морочу, так это в воспитательных целях.

Мой благоверный внимательно посмотрел на меня сканирующим взглядом, я же в этот момент постаралась как можно достовернее изобразить святую — надеюсь, получилось.

— Ну, раз ваш нервный срыв опасен для окружающих… — Он сделал паузу. — Не смею вас задерживать, но завтра жду с отчётом.

— Да вы издеваетесь?! Что я один день смогу разузнать?! — попыталась оттянуть очередную встречу, дел-то невпроворот, и так голова пухнет, а он меня ещё лишний раз грузит.

— Ну, ты у нас особа деятельная, узнаешь что-нибудь, заодно и пообщаемся с тобою на тему, какие наши пары плохие, глядишь, и подскажешь мне, как со своей действовать, а я тебе.

— Так я и сейчас могу сказать — любить её надо, лелеять, потакать её слабостям, — перешла я к списку требований со своей стороны, но тут же была остановлена.

— Давай вы завтра продолжите излагать свои мысли, а насчёт последнего даже слышать не хочу — если потакать её слабостям, свихнуться можно! — огорошил он меня ответом.

— А вы, оказывается, слабенький, — перешла я на режим «слабо», — никогда бы о вас так не подумала, ну да ладно, у каждого свои недостатки. Ну что, я могу удалиться из вашего поля зрения?

— Не смею задерживать, проницательная ты наша, — дал добро на старт, чем я тут же и воспользовалась, но стоило только достигнуть двери, как этот негодник выдал: — Завтра в восемь жду.

Что б тебе икалось самогоном! Но произнесла лилейным тоном свершено другое.

— Как скажете, — ответив, юркнула в открывшуюся дверь.

Адимис

Ты посмотри на неё — козлом меня обозвала! Ведь нагло в глаза оскорбляет, уверен, она поняла, что я уже знаю, кто она. Нет, продолжает ломать комедию! Ну ничего, я подыграю тебе, но ты мне дорого заплатишь за маскарад. Одно радует, что, когда её вырубил, успел заменить артефакт, меняющий личину, — теперь постоянно буду видеть её истинный облик. Хочешь игр — будут тебе игры, и попробуй меня обвинить, что я не потакаю твоим прихотям.

Глава 18

Вернувшись к себе, застала сестру за выполнением задания её жениха. Та усиленно пыталась заниматься, но, судя по её недовольному выражению лица, всё тщетно.

— Кэт, ты уже вернулась? — горестно вздыхая, спросила она, закрывая гранит науки, который её, видать, доконал.

— Сестрёнка, это не я, а моя астральная проекция, а тело сейчас с Адимисом предаётся разврату! — не удержалась я от подколки, но всё же решила прояснить, что это с ней случилось. — Никак упорное изучение данного Эдом материала отразилось на твоих умственных способностях?

— Если честно, то я действительно враз поглупела, у меня в голове такая каша, и всё из-за большого объёма информации! Скажи, как мне с этим справиться? — заныла она.

Я как любящая сестра пришла на помощь дельным советом?

— Как-как? Нашим любимым способом: будешь врать и изворачиваться.

— На тему? — тут же оживилась она и приготовилась внимать мою очередную гениальную идею.

— На тему плохого самочувствия — упади у него на глазах в обморок якобы от умственного переутомления. Ну, а дальше действуй по обстоятельствам. И ещё советую для убедительности попросить Лиру, чтобы она обучила искусству падать в обморок без телесных повреждений. — Затем, подумав, добавила: — Можешь, конечно, и Герту попросить, она у нас тоже в этом теперь ас, но всё же Лира предпочтительней, ведь у неё опыт, приобретённый годами.

— Точно! Вот так и поступлю, а он пусть испытает муки совести! — Она бросила гранит науки на стол.

— Так, с тобой всё понятно, а где Лира и Герта? — поинтересовалась остальными отсутствующими.

— Герта в ванной, а вот Лира ворону пошла ловить — она же сегодня вновь её удобрила. — И не успела сестра рассказать о пикантном случае, как в дверь ворвалась Лира собственно персоной, злая до чёртиков, что говорило о том, что ворона на свободе.

— Лира, а где дичь? — не удержалась я от подколки.

— Припасы пополняет, чтобы меня завтра удобрить, падла! — Она плюхнулась на стул и надула свои щёки, как хомяк.

— Слушай, может, попросить наши метёлки, ну, чтобы они её хорошенько поколотили? — выдвинула я дельное предложение, так как гадить на мою подругу — это оскорбление нам всем. Как ни крути, но наказание ворона заслужила.

— Нет, это не вариант, я хочу себе ручную ворону уже давно. Раньше-то я жалела пернатых, свобода и всё такое, а эту падлу не жалко! — Она стукнула кулаком по столу.

— Понятно, решила отомстить ей собой, ничего не скажешь, ворону уже жалко, но, в принципе, заслужила, нечего ведьме оскорбление наносить. Я предлагаю вот что, — решила и ей подарить гениальную идею, — вороны падки на всякие блестящие вещи, так вот, ты завтра невзначай урони артефакт, который её усыпит на время, а я на него иллюзию наложу, чтобы блестел, как стразы Сваровских.

— Замётано, — обрадовалась Лира, потирая руки в предвкушении.

— Ну, раз с проблемой разобрались, теперь ты помоги Мире: объясни технику безопасности при падении в обморок и не забудь прорепетировать с ней, чтобы выглядела убедительно.

— Это ещё зачем? — удивилась Лира и с подозрением и неудовольствием посмотрела на нас, явно считая, что её заставляют очередную конкурентку собственноручно воспитывать.

— Лира, не паникуй почём зря, она тебе не соперница, — начала я успокаивать подругу. — Тут дело такое: ей Эд заданье дал, а Мира не в состоянии за столь краткий срок усвоить материал, посему нужно финт ушами сделать, дабы время выиграть, а я пока с Нерушем поищу рецепт, как сделать зелье, чтобы помогало быстро усвоить материал.

— Кэт, а ты когда про зелье придумала? — восхищённо спросила сестра.

— Вот сейчас и придумала. А что делать? Хочешь хорошо жить — шевели мозгами и импровизируй, если, конечно, получится с последним, так как тут талант необходим. — Я подняла указательный палец кверху, изображая важность и ценность себя любимой.

Как говорится: кто, если не ты, причислит себя к гениям? Вон, мой вообще брак где-то нашёл. Ума не приложу, в каком месте? Куда ни глянь — красавица, про ум и находчивость вообще молчу — тут я вообще талантище! Мои мысленные дифирамбы себе любимой прервал ехидненький голос сестры:

— Ну конечно, талант, Кэт, ты от скромности не умрёшь, — с осуждением посмотрела она на меня.

— Конечно, от неё не умирают, от неё чахнут, и вообще, где ты видела скромную ведьму? — задав вопрос, намекнула сестре, что она глупость сморозила.

— Ну да, что-то я берега попутала, — согласилась она и тут же нашла отмазку, которая объясняла её промах: — Я ж говорила: враз поглупела.

— Ладно, забыли. Ну так как, Лира, ты готова дать мастер-класс по безопасному падению в обморок?

Смотрю, подругу мучают сомненья: учить или не учить? Так как времени было мало — на носу важное мероприятие по воспитанию анархисток, да и идею устроить бабий бунт я не выкинула из головы, главное, нужно провернуть так, что мы тут не при делах. Но об этом буду думать потом, сейчас нужно Лирину жабу придавить или же путём убеждения сподвигнуть её на благое дело. Тьфу ты, одно слово «благое» вызывает раздражение. Делать нечего, начала сгущать краски:

— Лира, ты же понимаешь, нам нужно время для манёвра, эти же душегубы нас учёбой загрузят так, что мы не сможем заниматься святым делом — местью! — Слово «месть» подругу привело в чувство, и она, сверкнув очами, приняла стойку боевого суслика. Тут я поняла, что мастер-классу быть, но всё же решила закрепить результат. — Столько народу ходит неотомщённым, а это непорядок.

— Ладно, уговорила, языкастая, научу, но требую, чтобы, когда выгодно, никто меня не опережал, мне одной конкурентки достаточно. — Она показала на дверь в ванной, где принимала водные процедуры Герта.

Надеюсь, она там не утонула, что-то я переживаю за неуравновешенную демоницу, а то кто знает, увидит паука — херакс, и в обморок головой об ванну, и всё, со святыми упокой. Что-то я не в том направлении думаю. А тем временем мои соратницы перешли к делу:

— Замётано, — потирая ладони, оживилась сестрица и приготовилась внимать инструктаж по технике безопасности.

— Девочки, новоявленную русалку проверьте, а то что-то я за неё переживаю, — не удержалась и частично озвучила свои тревожные мысли.

— Ладно, посмотрим, что она там так долго, уверенна, пены набрала и лежит, балдеет, плесень, — проворчала Лира, видать, до сих пор на демоницу в обиде из-за того, что та теперь успевает раньше неё применить полюбившийся и проверенный способ ухода от проблем.

Дав указания, направилась к Нерушу, чтобы тот помог сделать зелье, улучшающее память. Тот как раз был с колобком в лаборатории, и они о чём-то вели беседу, но вот лица были мрачные, словно кто-то помер.

— Никак у нас проблемы? — я сходу решила выяснить, по какому поводу траур.

— Да вот с шаром никак не могу совладать, странный он какой-то, то ли я разучился им пользоваться, то ли он бракованный, — начал он, ну а я поняла, что нас развели, как детей малых.

— То ли нам подсунули не тот шар.

— Вот и я ему о том же толкую, а он: «Не может быть…» — поддержал мою версию Неруш-енот.

— А если так, что делать? — задал глупый вопрос, ведь ясен перец тырить.

Тут уже честь затронута, и я даже знаю, кто это сделает. Придётся Хапуге замаливать грешок за контрабанду, ведь в любой момент мой обнаружит пропажу. И как всегда крайней буду я. Или, может, найти врага и на него стрелки перевести? После озарения я судорожно стала искать жертву, но мой мыслительный процесс прервал взволнованный голос колобка:

— И чем нам это грозит?

— Очередными проблемами! Что за глупый вопрос? Меня больше другое интересует: что эти душегубы задумали? Неспроста они нам шар бракованный подсунули и сделали вид, что не в курсе нашего грабежа с телесными поврежде… — последнее слово я так и не договорила — меня пробила нервная дрожь от паники. — Мля-я-я… мне конец! — пискнув, я начала оседать, а точнее, терять сознание. Только сейчас осознала, что за избиение Бога Хаоса репрессиям быть, и это при лучшем раскладе!

— Адимис! — заорал колобок, и я тут же передумала терять сознание, резко обернулась к двери, думая, что там мой «драгоценный», но, как оказалось, тревога была ложная.

— Ты что моего мужа вспоминаешь всуе, совсем, что ли? — Покрутила у виска пальцем и постаралась изобразить грозу полей и огородов, как будто это не я несколькими секундами ранее собиралась уплыть в небытие.

— Я хотел сказать, что Адимис может тебе помочь, — не обратил внимания на мой грозный вид колобок.

Нет, ты посмотри на него, иммунитет у него выработался, раньше бы орал, как резанный, либо трясся как осиновый лист. Мысленно возмутилась и порадовалась за Феню, но виду не подала — нефиг расслабляться, ему ещё над собой работы непочатый край!

— Да? И каким способом? — со злобным выражением лица спросила у нашего ученика.

— Попроси у него защиты, зуб даю — вишенки, разумеется, — он тебя в обиду не даст.

Ты посмотри, и этому научился! Но тут он немного перегнул палку, придётся ему указать на ошибку.

— Ты чего чужим добром разбрасываешься? Заведи своих врагов и лишай их зубов налево и направо, а пару Адель не трогай! Моли бога, чтобы она не узнала о твоём промахе, соратница хоть на своего и зла, но посторонним трогать его не позволит: ей единолично хочется портить ему жизнь. Усёк, гопник?

— А какому богу молиться, если не секрет? — ехидненько поинтересовался он.

Нет, ты на него посмотри, совсем от рук отбился! Хотя молодец, правильным путём идёт товарищ, мысленно поставила ему пять за стойкость и находчивость. Но опять виду не подала, нечего, а то похвалишь, и всё — возгордится мелочь пузатая.

— Какому хочешь, — дала ему право выбора и обратилась к Нерушу-еноту, который с невозмутимым видом наблюдал наш балаган. — Скажите, мудрейший, — перешла на лесть, — может оракул делать предсказания без кристалла?

— Ну теоретически может, а на практике они ленятся развивать эту способность, куда проще в шар судьбы смотреть, — сдал нашего колобка архимаг.

— А ну-ка иди-ка сюда, лодырь. — Схватила за грудки оракула-недоучку.

— Кэт, ты что, озверела? — испуганно поинтересовался он моим состоянием.

— Хуже — я в ярости, вот скажи, ты чем в своей богадельне столько лет занимался? Что, трудно было научиться владеть своим даром без стекляшки?! Да если бы не твоя лень, то мы грабить не пошли бога хаоса и я бы не попала под раздачу, понял?!

— Тебя бить его, причём дважды, никто не заставлял, это была сугубо твоя инициатива, — попытался он из меня сделать виноватую. Ага, так я и признаюсь, что могла обойтись без членовредительства, посему перешла в наступление:

— Цыц, лентяй, а то мстить начну! — пригрозила ему расправой, и тут же обратилась к Нерушу-еноту: — Есть способ развить его дар?

— Ну, теоретически есть, только для этого нужен один очень редкий фолиант, не знаю, есть он тут или нет.

— Блин! — мысленно я ещё и взвыла, да что же это такое, опять придётся к выпивохе наведаться. — Пошли. — Дёрнула за руку рыжика-оракула.

— Куда? — испуганно спросил он и уцепился одной рукой за стол.

— За знаниями, или всю жизнь готов от этой стекляшки зависеть? — решила задеть его гордость, и, как оказалось, была права.

— Нет. — Тут же опустил руку и чуть ли не вперёд меня рванул из комнаты.

Стоило выйти из лаборатории, мы увидели своеобразную картину: Герта, хвала богам, жива и здорова, сидит за столом и наблюдает за обучением моей сестры. Возле дивана ворох подушек, которые девчонки принесли из комнат, и Мира пытается вжиться в роль падучей девушки.

— Ну как успехи? — поинтересовалась я.

— Переигрывает, — поделилась наблюдением демоница.

— Согласна, мало того, что переигрывает, так ещё перед тем, как упасть, постоянно выдаёт себя тем, что глазами ищет место, где безопаснее приземлиться, а это, между прочим, залёт! — озвучила Лира.

— Да что вы говорите! Да у меня на попе живого места нет — один сплошной синяк! — возмутилась сестра.

— А ты бы не на попу падала, плашмя нужно, как я показывала, но предварительно рассчитай траекторию приземления, чтобы аккурат оказаться на диване или в рядом стоящем кресле. И вообще, ты чего возмущаешься? Мы тебе вон сколько подушек на пол накидали! — не осталась в долгу Лира.

— Накидали, но после того, как я себя попу отбила, и вообще, если плашмя падать, то можно и головой стукнуться, а это, между прочим, пострашней синей пятой точки! — продолжала огрызаться сестра.

— Ну раз не можешь правильно падать, может, сядешь и выучишь задание? — я предложила ей альтернативный вариант.

— Ну уж нет, буду учиться правильно падать, эта наука может ещё в жизни пригодиться, — открестилась она от предложения.

— Ну раз так, не смею вам мешать. Феня, пошли, устроим богу-выпивохе вынос мозга.

— А мне можно с вами? — тут же оживилась Герта. — Я тоже хочу в этом поучаствовать!

— Не-а, самой мало. — Хватая колобка за руку, поспешила удалиться, и побыстрее, так как чувствовала, что сейчас конкурентка на хвост упадет, а мне этого не нужно. У меня, можно сказать, стресс, и мне срочно нужно поднять себе настроение.

— Слушай, а он нам даст то, что нужно? — поинтересовался колобок.

— Разумеется, у него выбора нет, а то я заплачу, — озвучила, чем собралась выбивать знания для колобка.

— Чего? — удивился он и даже с шага сбился. — Кэт, ты что, думаешь, слёзы помогут?

— Эх, темнота, видать, не слышал, как ведьмы воют, а то бы не задавал глупых вопросов! Кстати, у тебя платочек есть? А то я свой Нерушу отдала, — вспомнила, что забыла важную деталь шантажа.

— Есть, только он у меня в горошек, но чистый, я его не использовал.

— Да хоть в полосочку! Мне он для антуража нужен, без этого предмета переговоры могут затянуться, а окрас и размер не имеют значения. И мне через пятнадцать минут уже на собрание нужно бежать.

— Считаешь, с ним быстрее переговоры пройдут? — не поверил Феня.

— Не думаю, а уверена, сейчас я тебе продемонстрирую самые скоростные переговоры, смотри и учись. Хотя нет, тебе этот способ не поможет, — тут же поправилась я. Так как женщинам рыдать — это одно, а вот мужчинам как-то странно.

Стоило нам войти в храм науки и обозначить своё присутствие, у бога алкоголизма приподнятое настроение враз скатилось до отметки ноль. Ну а у меня, наоборот, поднялось, так как наблюдать, что только от одного твоего вида кому-то дурно — это ж какой скачок в самооценке! А я ведь даже рта ещё не открыла. «Ну что, радость моя, готов к потере нервных клеток?» — мысленно хохотнула и принялась поднимать свой статус вредной, пакостной и злобно-мстительной ведьмы…

— Ещё раз здравствуйте, — «мило» улыбнулась ему, на что у того глаз дёрнулся.

И всё-таки у богов существует недуг в виде дёргающего глаза, тут же вспомнила и других таких же хворых. Божественный сумел взять себя в руки и с опаской спросил:

— Здоровались уже, что на сей раз привело тебя ко мне? — пробурчал недовольно.

— Жажда знаний, — с горячностью ответила я.

— А те, что получили полчаса назад, чем не устроили? — осторожно спросил, стараясь не спровоцировать меня.

— Почему не устроили? Очень даже устроили, просто мой друг, — указала рукой за свою спину, где на данный момент прятался колобок, — очень сильно желает развить свой дар.

Выпивоха вытянул шею, словно жираф, приподнялся на носки, чтобы узреть дурака, который дружит с ведьмами.

— Боюсь даже спросить какой. Так как он твой друг, — слово «друг» он произнёс с интонацией, которая говорила, что в это слово он вкладывает совсем другой смысл — оскорбительный, что тоже требует отмщенья. — И это говорит о многом, что он тоже социально-опасная личность, как и все вы.

Надеюсь, Феня правильно поймёт его посыл, и в нём разгорится жажда мести: оскорбление оставлять безнаказанно никак нельзя! Услышала за спиной пыхтение и поняла — колобок разрабатывает стратегию мести. «Молодец, мелочь, далеко пойдёшь!» — мысленно похвалила ученика и перешла к делу, так как времени катастрофически мало осталось, и посему решила не ходить вокруг да около и рубанула правду-матку:

— Мне нужен фолиант, который поможет оракулу развить свой дар предсказания, не прибегая к шару судьбы!

— Только не говори, что за твоей спиной прячется оракул, — не поверил он в услышанное.

Ну а я решила удовлетворить его любопытство, отошла в сторону, чтобы тот смог узреть Феничку. После увиденного у божественного брови приподнялись, он прикрыл глаза, затем встряхнул головой, надеюсь, что таким способом ему удастся мозги поставить на место. Но вот это он зря: сколько головою ни тряси, умнее не будешь. Не говоря о том, что гением стать — этот дар врождённый, как у меня, например. Только мысленно я перешла к лести самой себе, и тут меня наглым образом перебили:

— Скажи, как так случилось, что ты с ведьмами связался? Это ж уму непостижимо и опасно для окружающих! — начал он отчитывать Феню.

— Не выдержал гнёта угроз и страданий.

Ну Феня и молодец, ишь как вывернулся! Хотя угрозы были, и не просто угрозы, ещё и в физическом плане убеждали его, настучав при этом по его лысине, чтобы быстрей проникся, а про похищение вообще молчу. М-да, натерпелся друг от нас, но, с другой стороны, сейчас у него жизнь заиграла новыми красками, главное, чтобы они не проступали на теле в виде синяков.

— Они могут, — с осуждением во взгляде ответил божественный. — И знаешь что, не нужно тебе дар развивать, так как они могут заставить тебя его использовать в своей мести окружающим.

А вот тут ты не прав, Феня и сам уже порядком испорчен и к мести относится как к святому, так что, дорогой голубчик, ты заблуждаешься насчёт нашего ученика. Ну да ладно, чувствую, пора ускорить переговоры, посему я молча достаю платок, шмыгаю носом громко, так, чтобы привлечь этим действием вынужденного зрителя. Стоило ему посмотреть в мою сторону, и я тут же принялась завывать:

— Ой, да что вы такое говорите? Мы ж исправиться хотим, вот и помогаем Фенечке, чтобы загладить свою вину, а вы, бессердечный… — на последнем слове я взяла высокую ноту, которая не уступала Лириной, и только хотела продолжить экзекуцию, как уже божественный взвыл:

— Всё, хватит, дам я вам этот фолиант, только прекрати выть, у меня сегодня лимит потери нервов исчерпан на месяц вперёд!

Что? Только на месяц?! Теряем профессионализм, непорядок, нужно что-то с этим делать! И пока я занималась мысленным самобичеванием, ища брешь в наших способностях, божественный сунул Фене в руки фолиант и отправил нас восвояси. Стоило нам оказаться в коридоре, как наш друг решил высказаться:

— Кэт, вот это я понимаю — скоростные переговоры! Когда ты взвыла, я был сам готов кинуться на поиски фолианта!

— Угу, — буркнула я в ответ, так как настроение опять скатилось до отметки ноль — вспомнила про мужа.

Что-то часто в последнее время думаю о нём — непорядок.

— Он, конечно, дал нам, что мы просили, — продолжал разглагольствовать мой друг, — но за оскорбление я обязан отомстить.

Слова Фени были сродни бальзаму на сердце, и это только от осознания того, что товарищ в нужном направлении мыслить начал! Представляю, какой у меня будет восторг, когда он действовать начнёт.

— Отомсти, дорогой, порадуй друзей, — дала добро на благое дело.

Глава 19

Распрощавшись с Феней, я рысцой поскакала на место нашего собрания, точнее, сбора будущих анархисток. Там меня поджидали подруги и сестра, которая то и дело морщила носик, если кто-то случайно, проходя мимо, задевал её тельце, особенно оберегала свои тылы, что говорило о том, что они всё-таки серьёзно пострадали.

— Ну-с, все заговорщики-революционеры в сборе? — обратилась я к Адель.

— Собрала всех надёжных и мстительных, — отрапортовала она мне.

— А надёжных подставлять можно? — решила определить границы возможностей.

— Разумеется.

После того как был дан карт-бланш, я приступила к действию, как Ленин на стачке, начала толкать речь, копируя его жесты, так как сейчас чувствовала себя именно им.

— Товарищи, нам нанесли оскорбление, и кто? Те, кто обязан нам оды слагать о нашей неземной красоте! А они посмели втоптать её в грязь, изуродовать до неузнаваемости! Вспомните, что они сделали с вами, неужто не отомстим за поруганную честь и красоту?! — после этих слов бабьё божественное загалдело, высказывая мнение по этому поводу, причём нецензурно.

— Я не против мести, но как? — первой взяла слова рыжая богиня, красивая, падла!

Это я отметила мысленно и взяла эту личность на заметку, а то кто знает, может, она на моего виды имеет? Почему — сначала не поняла, а затем вспомнила — блин, она ж моему глазки строила! Да я ей… Так, что-то меня не в ту сторону потянуло, сейчас нужно думать о святом — мести! Правда, зачем нам-то это нужно, что-то запамятовала… Подумав немного, решила, это по привычке или чтобы не потерять сноровку. Ну да ладно, потом займусь анализом наших действий и мыслей. Просто чем дальше, тем я больше склоняюсь к мысли о глупости наших действий, но это если углубиться в анализ, а так вроде всё как должно быть, но… Вот это «НО» в последнее время часто всплывает и сбивает с привычного настроя. А при одной мысли, что Адимис может на другую свой взор обратить, у меня всё холодело внутри. Да что со мной происходит?! Я испугалась своих чувств и тут же взяла себя в руки. Всё потом, а сейчас дело.

— Для начала нужно найти брешь в защитном барьере, — после этих слов раздался гул голосов, я подняла руку вверх, призывая к порядку. — Молчать! Брешь будем искать с помощью зелья. А вот насчёт мести — предлагаю все ваши гениальные предложения записать и опустить в специально отведённую коробочку, а затем на всеобщем собрании выбрать, чья месть более коварная. И ещё нужно выбрать главу нашего сообщества, — ту же решила найти того, на кого можно будет стрелки перевести, а мы как бы и не при делах.

К моей радости, такая нашлась — брюнетка. Тоже, падла, красивая, до меня только дошло, сколько у моего соблазна вокруг, и если я дальше буду ушами хлопать, то уведут. Я хоть и не страшная, но до их красоты явно не дотягиваю. А они всё-таки богини, хоть и младшие, и, возможно, могут придумать, как увести моего, несмотря на то, что я его истинная пара. Жизнь — штука непредсказуемая, всякое может случиться.

— Хорошо, с местью мы определимся на собрании, но каков будет приз у победителей? — задала вопрос наша новая глава, точнее — жертва.

— Кэт, а что, за месть ещё и премируют? — не удержалась от вопроса Лира в недоумении уставившись на меня.

Она, как и я, находится в растерянности. Ведь по нашим понятиям само осознание, что месть удалась, — это уже счастье, а тут целый приз! Неужто мы все время себя обделяли?

— Предлагаю: тем, кто выиграл, остальные не мешают, а всячески помогают заполучить понравившегося мужчину, — внесла коварная рыжуха предложение, которое все богини приняли на ура.

А вот мы напряглись, посмотрели друг на друга, понимая — сейчас наши мужья в опасности. Как оказалось, наши опасения сбылись! Девы стали составлять список мужчин, которых считают достойными спутниками жизни.

— Кэт, что делать будем, наших увести хотят?! — заволновалась Мира, к ней присоединилась Герта, забыв, что недавно своего боялась. Вот что делает жадность — страх убивает напрочь! Нет, Миру с Гертой понять можно, наши нам уже мужья, а вот их ходят бесхозными.

— Дома поговорим, — шикнула девчонкам, а сама, если честно, тоже стала волноваться: мой хоть и муж, но как бы свободный. Гадство!

Богини вписывали в пергамент свои имена и предпочтения, и когда очередь дошла до нас, мы отказали, мотивируя тем, что сейчас у нас другие приоритеты, и те спорить не стали. Да и понятно, чем меньше народу, тем больше шансов на победу. Договорились с ними, что в обед передадим первой группе разведки зелье, помогавшее увидеть магическое плетенье. Мы направились домой, каждая думая о своём, первой не выдержала Мира:

— Кэт, есть средство от синяков? — обратилась она ко мне.

— Есть, конечно, а зачем оно тебе?

— Мне завтра к своему лжецу идти, — ответила она как-то странно.

— И? Допустим, тебе к нему идти на дополнительные занятия. Скажи, где связь между синей попой и твоими познаниями предмета?

— А тут связь не нужна, вы как хотите, а я готова сдаться своему, пусть будет что будет! — озвучила она мысли, которые бродили в голове у нас всех.

— Эй, ты совсем, что ли, от ревности умом тронулась, а как же инкогнито? — тут же возмутилась я.

— К чёрту инкогнито! У меня мужика увести хотят, а я что, по-твоему, должна продолжать комедию ломать? Вы как хотите, а я за своё счастье бороться собираюсь, и если для этого нужно будет попу продемонстрировать Эду, то я это сделаю! — продолжала бушевать она.

— Мира, а когда лжец твоим счастьем стал? — удивилась я. — Что-то я сей момент пропустила. — Закралось у меня подозрение, что сестрица что-то не договаривает.

— Неважно, главное, что он моё счастье, и точка! И вообще, мы только и думаем о мести! Ответь, сестра, что, другого в жизни нет? А как же любовь? — убила она меня вопросом.

— Так, Мира, не горячись, давай возьмём тайм-аут на три дня, а за это время придумаем, как примириться со своими без последствий, — попросила у неё время, чтобы обдумать услышанное, потому что в её словах было зерно истины.

Как ни крути, а с нашими мужчинами мириться нужно, ведь уведут вертихвостки божественные! Дело за малым: надо придумать, как это все провернуть без последствий для себя любимых. М-да, задача сложная, но решаемая, придется поразить харизмой ведьм. Но как это половчее сделать?

Целый день ломала голову, как это устроить, но пока ничего путного придумать не могла. Хоть плачь! Когда нужно, умные мысли покидают светлую голову, вот же дезертиры! В обед, как и договаривались, мы встретились и передали зелье сообщницам по подрыву авторитета мужской половины Академии старших богов. А также договорились с ними, что первая вылазка произойдёт в час ночи.

Глава 20

И вот, в назначенное время первая разведгруппа собралась возле блока, разделяющего наши академии.

— В общем, так, — начала я, — выпиваем зелье и занимаем места в травке, лежим, ищем брешь в магическом узоре. Сегодня я на шухере, буду делать вид, что выгуливаю своего домашнего питомца «енота». — Против такого расклада никто не возразил, и мы приступили к делу.

Диверсанты рассредоточились и заняли наблюдательные позиции, правда, некоторые залегли сразу там, где и стояли, и ползком стали продвигаться к наблюдательному пункту, выбранному ими. Вот только делали это халтурно. А определила я это по движущимся в траве пятым точкам, которые то и дело появлялись в траве и прекрасно освещались полной луной. Короче, палево натуральное.

— А ну попами не светить! — рыкнула я.

Миг — и нарушительницы маскировки исправили свой промах: пятые точки больше в траве не сверкали, диверсанты залегли на свои наблюдательные позиции и затихли, только звуки, издаваемые комарами и сверчками, нарушали тишину. Хотя нет, были и другие звуки, которые говорили, что комара настигла страшная кара. Неруш-енот метался вдоль блока, ища брешь, топая лапками, как слон. Надо же, такой маленький, а сколько шума от него!

Я сидела, рассматривала сложное магическое свечение, исходившее от узоров, и злилась — брешь не находилась. А ещё завидовала своей банде, которая мирно спит, пока я тут комаров кормлю. И только Неруш-енот составлял мне компанию, хоть не так обидно. Так вот, сидела, никого не трогая, не считая комаров, которые решили, что им позволено пить кровь ведьмы без последствий, за что и поплатились жизнями.

— Блин, комары как вампиры! Достали, падлы! — ругнулась, убивая очередного кровопийцу.

— Адептка, а что вы тут делаете? — услышала голос своего благоверного, и от осознания того, что мы на грани грандиозного шухера, мне поплохело.

«Адимис, вот что тебе не спится, а?» — это первое, что хотела спросить, но вовремя остановила сей порыв. Все затихли, и даже Неруш-енот притворился мёртвым — упал, где был, на тропинке, а бедные богини лежали в траве и страдали оттого, что комары их беспощадно жрут.

— Да вот, питомца выгуливаю, разбудил меня, нужду ему приспичило справить, — изобразила я негодование. Неруш-енот понял, что мёртвым притворяться нет смысла, теперь у него другая роль, посмотрел на меня своими глазками с осуждением и побежал делать вид, что ищет место, куда бы нагадить. И, главное, удалился подальше, стеснительный, блин.

— О как? — усмехнулся Адимис и сел рядом со мной. Тут я поняла — дела наши плохи, нужно что-то срочно предпринять.

— А вы почему не спите?

— Вот как о своей жене подумаю, сон как рукой снимает, — изобразил он грусть.

— А что так? — взыграло у меня любопытство.

— А как я могу спать спокойно, не зная, что с ней сейчас? Может, она с кем-то шашни крутит!

— Да ладно, так уж и крутит, — усмехнулась я, — не думаю, что она настолько ветрена.

— Возможно, и не крутит, — согласился он, — но уверен, она опять ввязалась в какую-нибудь авантюру. Вот же неугомонная ведьма!

Так, меня уже подозревают, нужно срочно сворачивать балаган и уводить отсюда под любым предлогом муженька.

— Ну так это ж им по статусу положено, — решила заступиться за себя любимую. А сама попутно думала, как провернуть стремительное удаление с наших горизонтов Адимиса.

— Не говори глупости, ей положено другое по статусу. — Я на него посмотрела, мол, моя не понимает. — Я имею в виду супружеский долг. — Уточнил он, я невольно поперхнулась воздухом. — Но она как-то не спешит выполнять возложенные на неё обязанности.

Так, я не поняла, это что, упрёк, что я его воздерживаться заставляю? Нет, конечно, он тут прав, но когда женщина признавала свой промах? Да никогда! Тем более ведьма, а вот оставить виноватым мужчину — это первое дело.

— У меня тоже проблемы со своим, — принялась я воплощать задуманное.

— Да? И в чём же? — изобразил он удивление и заинтересованность.

Шут божественный, будто не знает, что его тотальный контроль меня достал!

— Да много в чём, — изобразила вселенскую скорбь. — Он такой у меня тиран, постоянно ругается, контролирует, ужас просто, и главное — обвиняет меня во лжи. А сам, представляете, врёт безбожно! Прям беда с ним!

— Кошмар, как же тебе, девонька, не повезло, он у тебя просто деспот! Саму честность миров, да во лжи обвиняет! Саму покладистость и скромность контролирует! — начал он издеваться.

Что-то я не поняла, а в каком я месте нескромная? Я зависла на несколько секунд, а затем продолжила:

— Вот и я о том же, сил терпеть больше нет, — шмыгнула я носом и тут же вспомнила, что на него охоту богини открыли. Прикинула и решила, что это замечательный повод мужу намекнуть: я буду крайне недовольна, если он посмотрит на другую. — А ещё, представляете, он у меня кобель блудливый!

Теперь уже Адимис поперхнулся воздухом и на несколько секунд, не мигая, уставился на меня. Наверное, переваривал информацию и никак не мог понять, на что я намекаю. Затем его глаза опасно сверкнули, и я поняла: мой муж что-то задумал, и, уверенна, мне это не понравится.

— М-да, тяжело тебе с ним, сочувствую, — решил он изобразить, что проникся моим горем.

Не верю! Печёнкой чую, сейчас он перейдёт в контрнаступление.

— Спасибо, и я вам тоже сочувствую, — решила использовать его же метод.

— У меня есть предложение. — Я насторожилась, но подалась корпусом к нему — изобразила, что готова внимать его мысли. — Тебе твоя пара плохо делает, мне моя. — Затем он сделал паузу на минуты две.

А я уже начала изнывать от любопытства. Давай, говори, не томи!

— И?

— Я предлагаю им отомстить, — ошарашил он меня предложением. А с другой стороны, месть же — это святое? Как от такого заманчивого предложения отказаться?

— Как? — тут же оживилась я, даже не подумав, что, собственно, мстить собрались и себе тоже.

— А ты согласна? — изучающе посмотрел он на меня.

— Вы ещё спрашивайте?! Давайте, говорите, как мстить будем? — начала напирать на него, так как я уже умирала от предвкушения.

— Хорошо, пойдём, расскажу и покажу. — Открыв портал, он схватил меня на руки и внес… в свою спальню!

— Не поняла? — Посмотрела вопросительно на мужа, а затем на кровать.

— Сладкая, а что тут не понять? Он у тебя кобель, а моя не даёт, так что считаю святым делом отомстить им вот так. — И он впился в мои губы обжигающе горячим поцелуем.

Глава 21

— Вы же обещали не покушаться на мою честь?

— Твоя честь от того, что отомстишь, не пострадает, главное, если мстить будешь со мной, — он вновь накрыл мои губы своими.

Боже, как же хорошо! Нет, неверное определение его поцелую — божественно! Казалось, что ещё немного — и я умру от удовольствия! У меня сердечко забилось как сумасшедшее, а ноги предательски ослабли, и если бы он не удерживал меня, я бы уже стекала по его телу аккурат к ногам.

— Так как, радость моя? — оторвавшись от моих губ, спросил он голосом с лёгкой хрипотцой.

Это он о чём? Попыталась наладить мыслительный процесс, но что-то получалось не очень. Да я вообще после этого крышесносного поцелуя потеряла нить разг

— Вы же обещали не покушаться на мою честь! — возмутилась, как только он прервал поцелуй.

— Твоя честь от мести не пострадает. — Я только открыла рот, чтобы высказать своё мнение по поводу его бессовестной лжи, как он продолжил: — Главное, если мстить будешь со мной. — Он вновь накрыл мои губы своими.

Я тут же забыла о том, что якобы возмущена его вероломным поведением. Боже, как же хорошо! Нет, неверное определение его поцелую — божественно! Казалось, что ещё немного — и я умру от удовольствия! У меня сердечко забилось, как сумасшедшее, а ноги предательски ослабли, и если бы он не удерживал меня, я бы уже стекала по его телу аккурат к ногам.

— Так как, радость моя? — оторвавшись от моих губ, спросил он голосом с лёгкой хрипотцой.

Это он о чём? Попыталась наладить мыслительный процесс, но получалось не очень. Да я вообще после этого крышесносного поцелуя потеряла нить разговора.

— М… — только это смогла произнести.

— Мне это можно считать за положительный ответ? — лукаво улыбнулся он и слегка прикусил мою губу. Отстранившись, он нежно и не спеша обвёл мои губы пальцем, с жадностью смотря на них.

— На что? — млея от удовольствия, всё же поинтересовалась, на что, собственно, подписываюсь.

А этот искуситель продолжал виртуозно соблазнять меня, уже водя руками по моему телу, которое перешло в режим возбуждения.

— На месть, разумеется, — тихо рассмеялся коварный мой.

Слово «месть» на меня подействовало не хуже возбуждающего зелья, и я со словами:

— Месть — это святое, так что я за!

Сама начала проявлять инициативу. А точнее, стала пытаться расстёгивать пуговицы на его рубашке. Заразы никак не хотели поддаваться, посему я, ругнувшись нецензурно, наплевав на последствия, а точнее, штраф, перешла к решительным действиям: решила покончить с этим грязным делом банально простым способом — оторвать их одним махом с корнем. Нечего возбуждённой ведьме препоны чинить, я тут святым делом заняться соизволила!

— Сладкая, не так быстро, — хохотнул он.

— А что медлить-то? — пробурчала я и добавила: — за нецензурную лексику просьба не наказывать.

— Договорились, когда мы мстим, все запреты сняты. — Он хохотнул и продолжил: — Ты права, нет смысла медлить. — Мой, как обычно, щёлкнул пальцами, и мы оказались в неглиже. — Думаю, это ускорит процесс осуществления мести.

— Ещё как, — ответила я, с жадностью рассматривая шикарное тело мужа, а мои ручки шаловливые потянулись к источнику соблазна.

Так и хотелось сказать: «Боже, как же я скучала по тебе!»

Но решила, что лучше промолчу — не фиг раскрывать свои чувства. И так понятно, что я уже плохая ведьма, а точнее — влюблённая. Но об этой проблеме я подумаю завтра, а сейчас мстить и ещё раз мстить, и со страшной силой!

Как оказалось, мой тоже со всей серьёзностью был настроен на месть. Он обрушился на меня, словно ураган. Казалось, его руки и губы были везде, он целовал меня, словно изголодавшийся зверь, поглощая мои стоны. Не знаю, как оказались на кровати, там мой муж решил перейти к сладостной пытке, возбуждая меня до предела, да так, что я словно сгорала в огне его страсти. Мне казалось, он решил свести меня с ума, возбуждая и доводя грани, и как только я готова была переступить её, он тут же отступал и начинал пытку вновь. Меня уже трясло, мне было мало его ласк, я хотела большего, почувствовать в себе, но он не давал того, что я жаждала. Может, он меня наказывал так? Не знаю, но одно точно могла сказать — я его желала как никогда в жизни.

— Адимис… — взвыла я, меня уже трясло от перевозбуждения.

Он посмотрел в мои глаза горящим от страсти взглядом, а затем одним резким движением вошёл, заполняя меня полностью. Моё тело словно разрядом тока пронзило, и я закричала от нахлынувших острых ощущений, от которых моё тело сотрясала дрожь. А он же заглушил мои крики властным поцелуем, которые вырывались из горла снова и снова при каждом его движении, жадно выпивая их. Он продолжал доводить меня до исступления, уже не ласкал, брал жёстко, вбиваясь остервенело, словно дикое животное, рыча. Его поцелуи стали слегка болезненны, но мне это нравилось безумно, я кричала от восторга, срывая голос. И тут он сделал последнее движение, заполнив до предела, и мы вместе с ним вознеслись на небеса.

И я поняла, что потеряла себя окончательно. Он — моя жизнь, он — часть меня, от него исходил умопомрачительный запах, которым я не могла надышаться. Как же я хотела сбросить маски, но не могла подвести подруг.

— Это была самая сладкая месть в моей жизни, — искренне призналась ему и тут же испугалась своих чувств, которые проснулись во мне.

— Я рад, что тебе понравилось, — усмехнулся он, но вот взгляд его был напряжённым, казалось, он ждёт моего признания.

А я… я — женщина, которая изнывает от потребности стать с ним единым, сбросить маски, но нутро ведьмы противится этому, словно предупреждая: ещё один шаг — и возврата не будет, я стану целиком и полностью принадлежать ему, а это конец. Я не знаю, что делать, душа изнывает от отчаянья, хочется кричать в голос. Но беру себя в руки и…

— Ну, я пойду? — осторожно спросила.

И он разочарованно вздохнул. Его взгляд пронизан болью. Мысленно молила простить, опуская глаза — не могу видеть этого. Хотелось сказать: «Адимис, мне тоже больно, я в растерянности, не знаю, как дальше жить!»

— Уверена? — в голосе так и сквозит обида.

Надела привычную маску…

— Разумеется, мне же завтра на зарядку рано вставать, — ответила наигранно радостным голосом. — Вещички вернёте?

— Верну, но только ответь: на этом всё?

Это он о чём сейчас? Нужно срочно выкручиваться, не готова я пока признаться ему, что люблю.

— Вы по поводу мести?

Он злился, но сдерживался.

— Да, я именно про неё и спрашивал, — процедил он сквозь зубы.

— Ну уж нет, я ещё не удовлетворена…

— Хорошо, продолжим тебя удовлетворять. — И он протянул руку ко мне.

— Нет, отложим месть на завтра, — не подумав, ляпнула я.

— Хорошо, завтра придёшь ко мне в восемь часов в кабинет, — не просьба, а приказ.

— С отчётом? — я начала злиться, а то уже достало отчитываться и врать.

— Нет, мстить, — убил он меня ответом. Я, не скрывая удивления, смотрела на него, а он так ехидненько: — А что ты так смотришь? Сама сказала, что не удовлетворена местью, так что буду рад помочь, — развёл руками, — да и сам, если честно, чувствую себя неотомщённым.

Ну вот что тут скажешь? Ведь прав Адимис на все сто! Эх, Кэт, язык — твой враг, теперь придётся опять мстить себе самой. Стоп, это что же получается? Я сама себе изменила? М-да, дела, вот тебе и отомстила! Кому, спрашивается? Ах, ну да — себе! Так что душевная боль — заслуженная «награда» за такую оплошность. Жила же раньше, ревновала только, а теперь… Беда…

— Девочка, ты сейчас о чём так напряжённо думаешь? — выдернул он меня из пучины самоедства.

— О мести, разумеется, прикидываю, как ловчее сделать, — ляпнула, что первое в голову пришло, так как умные мысли залегли в спячку, и, чувствовала, что до утра явно их не добудиться.

А когда дошёл смысл сказанного, я даже покраснела. Я — и покраснела! Ну это вообще катастрофические метаморфозы в моём поведении!

— Давай об этом буду думать я, — рассмеялся муж, а затем-таки отомстил: — Очень мило краснеешь.

— Можно без оскорблений? — насупилась я.

— Хорошо, — ответил он и вернул мне одежду. — Я открою портал около входа в твою комнату, не смей больше никуда ходить. Узнаю, — а я обязательно узнаю — если ослушаешься — заберу тебя до утра и буду упиваться местью.

Нет, ты посмотри на него, опять угрожает!

— Попрошу не пугать меня сексом! Я и сама могу так отделать, что у вас сил не останется! Но есть огромное НО.

— Какое? — еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, спросил он.

— Спать нужно, зарядка же утром, — напомнила ему, что он садист.

— Хорошо. — Встав с кровати в чём мать родила, муж подошёл ко мне вплотную.

А он опять в приподнятом настроении!

— Вы бы это, — занервничала я, — оделись, что ли, не провоцировали бедную девушку.

— Ты имеешь в виду то, чем угрожала тут недавно? Лишить меня сил? — Он приподнял бровь.

— Ага, это. Боюсь, если будете разгуливать при мне в таком виде, рискуете быть изнасилованным.

— Очень на это надеюсь. — Он притянул меня к себе и накрыл мои губы.

«Нужно срочно остановить его, а то точно домой не попаду», — мелькнула у меня мысль, которая соизволила проснуться.

— Беги, сладкая, — оторвавшись от губ, чуть хрипло дал команду он.

Глава 22

Я рванула в портал от соблазна, как чёрт от ладана, и, не успев притормозить, со всей дури врезалась в дверь. Та от моего напора неожиданно открылась, и я плашмя рухнула на пол.

— Мля-я! — взвыла, а затем вспомнила, что все спят, и прекратила издавать звуки страдания.

— Так, вторая вернулась, — услышала голос своей крысы.

— А кто первая? — подымаясь с пола, кряхтя и охая, спросила я.

— Герта вот в ванну пошла.

Мне тоже нужно в ванну сходить. И…

— Не поняла, а куда она ходила? И почему вторая? — я запаниковала — тут что-то неладное происходит.

— Ясное дело куда! К своему ходила, а вторая, потому что Лиры и Миры ещё нет.

— Не может быть! — пробормотала я, прямиком направляясь к дивану.

Села на него на всякий случай. Я, конечно, падучестью не страдаю, но кто знает, какие сюрпризы мне приготовили соратницы? Тут дверь ванной комнаты открылась, и оттуда бодренькой походкой вышла демоница. Увидев меня, застыла как вкопанная. Выпучив глаза, явно прикидывала, как ловчей соврать. Зря старается, я профи в этом деле, ложь чую за версту.

— Ну что стоишь, как неродная, присаживайся. — Я похлопала ладошкой по дивану, приглашая блудливую к себе. Та поняла, что смысла напрягать извилины нет, потому что её раскусили, и села рядом.

— Кэт, а ты чего не спишь? — решила гулёна перевести стрелки на меня.

— Да вот, других любительниц сладострастия решила подождать.

Герта виновато посмотрела на меня, удручённо вздохнула, но отрицать, что предавалась разврату, не стала.

— Ладно, подождем, а кого конкретно?

— Знамо дело кого — Лиру и Миру.

— Что, и они тоже?

— Ага.

— А у тебя как всё прошло? — задала она вопрос, на который и ответить сложно.

— Ты о чём конкретно спрашиваешь? — решила уточнить.

— Ну, я о вылазке.

— Да фиг его знает, — не менее тяжко вздохнула я.

— Не поняла? И ты тоже? — удивилась Герта.

— А чем я хуже вас? — С укором посмотрела на неё. — Как говорится, от коллектива отрываться — последнее дело.

— А как же вылазка? Ты что, на неё не пошла? — пристала она с этим вопросом, как банный лист к заднице.

— Ещё чего, конечно, я там была. Сидела, никого не трогала, кроме кровососов, и тут Адимис нарисовался, фиг сотрёшь падлу! Пришлось огонь брать на себя, чтобы не запалились все участники диверсии.

— Ты сразу его в кустики увела?

— Герта, у тебя совсем с головой проблемы? — ошалела я от её предположения.

— Извини, не подумав, сказала.

— Да ладно, с кем не бывает. Ты меня тоже извини, я как бы чертовски зла, вот и рычу, как ненормальная, — не стала уточнять, что на себя.

— М-да, дела, — посочувствовала подруга, — так ты злишься из-за того, что инкогнито раскрыто?

— Нет, пока делаем вид, что он не знает, кто я, а я делаю вид, что не знаю, что он знает.

— А что злишься тогда, если всё как раньше?

— Так я же изменила Адимису.

— Да ты что? С кем? — ужаснулась подруга.

— С Адимисом, разумеется, а он мне, представляешь?

— Не поняла? — зависла Герта, судорожно пытаясь понять, как такое возможно.

— А что тут непонятного?! Я ему изменила с собой, — стала объяснять, как ребёнку.

— Ах, ну да, логично, ты с ним, а он с тобой, — согласилась она и рассмеялась в голос. — Короче, подруга, ты бредишь. Какая тут измена?

— Нет, это не совсем измена, мы друг другу мстили, — вновь внесла я ясность. После моих слов демоница начала ржать.

— Ну вы даёте! Мстители, мать вашу! — вытирая глаза от слёз, изрекла она. — Ну и как, месть удалась?

— Ещё как, завтра вечером опять пойду упиваться местью.

— Ну и правильно, если мстить, так со всей страстью, — продолжала она глумиться.

— Ты это, прекращай смеяться, колись, что инкогнито спалила? — решила узнать, как она половину ночи скоротала.

— Ты что? Нет конечно! — возмутилась она. — Я своему на глаза попалась, тот не выдержал и решил совратить меня как адептку. Ну а я не дура, чтоб от удовольствия отказываться, причём со своим же мужчиной.

— Ну да, зачем себе отказывать, — согласилась я и не удержалась от вопроса: — Кайф-то словила?

— Спрашиваешь! Мужик у меня просто огонь! — хохотнула Герта.

Тут наше веселье прервали — в открывшейся двери появилась голова Миры, которая решила проверить, всё ли тихо. Но, увидев нас, поняла — шифроваться не имеет смысла. Посему зашла с гордо поднятой головой и направилась к столу. Ведь думает, разборкам быть, она же ещё не в курсе, что мы сейчас в одной коалиции.

— Что, караулите? — с места в карьер начала она.

— Что-то в этом роде, да ты садись, подождём ещё одну гулёну. — хохотнула Герта.

— Да? И кого же?— тут же оживилась сестра, осознав, что не ей одной отбиваться от наших якобы нападок.

— Ясно дело кого, — заржала я, увидев в двери голову Лиры, которая с опаской заглянула, а затем поняла, что её застукали с поличным, смачно ругнувшись, зашла в комнату.

— Что не спите, делать, что ли, нечего? — строго спросила она нас. Сразу видно, выбрала тактику нападения, ну и правильно, ведь это самое лучшее средство защиты.

— Да как-то не спится, а ты где прохлаждалась? — поинтересовалась я.

— На улицу ходила, а что, нельзя? — ощетинилась она.

— Можно, конечно. А ты на улице что делала? Звёзды считала или цветочки нюхать ходила? Так сказать, медитировала перед сном.

— Обсмеяться можно, тебе-то, Кэт, какое дело?

— М-да, дела… Ты посмотри, какая агрессивная. Нужно Эду выговор сделать, ведь только неудовлетворённая женщина такой злой бывает, — хохотнула я.

— А ты, посмотрю, добрая, — всё ещё злясь, ответила она.

— Разумеется, мой со своей задачей справился.

— Да ты что? — Лира тут же забыла, что якобы зла, и с любопытством посмотрела на меня.

— Да, Лира, случилось страшное, я сегодня предавалась разврату с мужем, — развела я покаянно руками.

— Уф, а я думала, что одна грешна,— с облегчением выдохнула она. — Кэт, так ты что, инкогнито раскрыла?

— Ты что? Нет конечно! — возмутилась я.

— Она мстила, и ещё завтра вечером пойдёт, — рассмеялась Герта.

— Вот же везёт некоторым, а меня просто совратили, — расстроилась сестра.

— Это как? — Мы уставились на неё в ожидании пикантных подробностей.

— Ну я после собрания сильно расстроилась, дай, думаю, к своему схожу, поверю, один он там или нет. Взяла учебник, предлог же нужен, думаю, попрошу его разъяснить некоторые моменты, которые мне непонятны… — И тут сестра замолчала, закрыла глаза, а лице появилась улыбка полного блаженства. Ясный перец вспоминает, что там было.

— Ну? — не выдержала Лира рекламной паузы.

— Что ну, он, конечно, вначале удивился моему приходу, а затем взял меня и совратил. Говорит, что давно на меня смотрит и страдает. Короче, врал красиво так, что я даже заслушалась. В общем, мы с ним решили завести любовную интрижку.

— Ну понятно, одной Кэт повезло, надо же — мстит, — позавидовала мне Лира.

— Да, девочки, сегодня мы с вами, мягко сказать, дали маху.

— Ага, нестойкими оказались, — согласилась со мной сестра, — один только Фе… — сестра хотела сказать Феня, но не успела, ибо дверь открылась, и появилась голова «стойкого» члена банды, — …ня, — договорила сестра и уставилась на оракула.

Наш целомудренный побледнел, потом покраснел, словно перезрелый помидор. Его понять можно, ведь на него смотрели четыре женщины с явным вопросом: ну, и где ты шлялся?

— А чего вы не спите? — спросил Феня.

— Тебя ждём, представляешь? — начала я измываться.

— Да, и где тебя черти носят, скажи на милость? — упёрла руки в бока Лира, изображая из себя ревнивицу.

— Я это… — замялся наш гулёна.

— Феня, кайся, мы всё поймём, — дала добро на исповедь. Тот, тяжело вздыхая, подошёл к столу, сел за него и начал:

— Я на свидание ходил, ну с той, что к нам подходила по просьбе Адель.

— Не может быть?! — взвизгнула от восторга Лира.

— Тот и оно, что не может, — шмыгнул он носом. — Я же ей нравлюсь в ложном облике. Представьте, что будет, если увидит меня в истинном облике? Ведь вы правы, я колобок на ножках, к тому же лысый и лупоглазый…

Он много о себе за вечер рассказал, а мы слушали его и рыдали в голос.

— Фенечка, — всхлипывая, выла Лира, — зато в душе ты у нас красавец!

После слова «красавец» дружный вой резко прекратился, и мы с подругами посмотрели друг на друга. Решение было принято.

Глава 23

— Фенечка, солнышко ты наше, уже время позднее, нужно спать ложиться, — беря под белые ручки, повела Лира колобка в его комнату, а он, собственно, и не сопротивлялся, видать, углубился в пучину своей проблемы.

Наш друг был настолько расстроен, что и не понял: против него назревает заговор. Хотя не совсем верно — у нас созрел план, как помочь бедолаге. Стоило вернуться Лире, мы, не сговариваясь, направились к Мире в комнату, там-то нам точно не помешают.

— Ну и как заставить его воду из озера выпить? — задала вопрос Мира шёпотом.

— Может, на него капнем? Ну, когда он спать будет, — предложила Лира.

— Лира, он на ночь закрывается и креслом дверь подпирает, — поделилась я наблюдением.

— Точно, совсем забыла, ведь каждый вечер слышу характерный звук движущейся мебели, — почесала она сосредоточенно переносицу, чую — что-то замышляет.

— М-да, не доверяет нам бедолага, — посочувствовала ему Герта, — это ж в каком напряжении живёт колобок!

— Но знаете, как-то обидно даже, мы что, звери дикие, чтобы от нас запираться? — расстроилась Лира, а у самой так глазки и бегают. Ой, не к добру это…

— Если вспомнить, как он от нас натерпелся, то мы хуже, — напомнила в надежде отвести беду от Фени. Если Лира сосредоточена на мыслях, как помочь, то всё — считай, настала в жизни чёрная полоса.

— И то правда, — согласилась она, и я мысленно выдохнула — кажись, отвела беду от колобка. — Может, в чай капнем?

— А вот это мысль! — воскликнула я уж больно радостным голосом, но затем осознала, что это своего рода риск, и тут же решила найти добровольца: — И кто будет исполнителем?

В комнате воцарилась тишина. Да и понятно — народ очкует и правильно делает.

— Может, врагов попросим? — нерешительно подала идею Лира.

Хорошая идея, но неисполнимая, посему я тут же указала на брешь:

— Ага, где я тебе в три часа ночи врага найду?! — возмутилась.

— Ну да, время позднее, враги спят, — согласилась Лира, — а кстати, кто у нас здесь враги? — тут же оживилась она.

— Нет у нас тут врагов! Только претенденты на столь почётное звание, — дала намёк ей, что тут у нас непорядок.

— Печалька, — расстроилась Мира, — что-то мы совсем плохими ведьмами стали: не мстим, врагов нет — докатились.

— Врагов нажить — плёвое дело, будут тебе враги, не ной! Я спрашиваю, что делать будем? — я обвела взглядом свою банду, которая погрязла в пороке под названием «любовь».

— У меня есть идея! А давайте Неруша попросим, ему всё равно терять нечего, — внесла предложение предприимчивая Лира.

И хорошее, хочу сказать.

— Кто против? — начала я голосование, так как другой альтернативы не видела. Посмотрела — против никого. — Кто за?

Все подняли руки, а значит, предложение принято единогласно. Мы понимали, что спать ложиться уже нет никакого смысла, посему я направилась за зельем, которое нам поможет пережить день. Подкрепившись, направилась уламывать Неруша на авантюру, но гад долго ломался.

— Да как ты не поймёшь?! Такой шанс выпадает раз в жизни! — уже отчаявшись его уговорить, перешла я на режим заманухи. — Разве тебе не интересно, что произойдёт, если оракула водичкой окропить?

Наш учёный муж сдулся и дал своё согласие на научный эксперимент.

***

Утром наш пособник пришёл якобы требовать у нас платки на постирушки и напомнил про уговор. И пока Лира возмущённым воплем отвлекла нашего подопытного, Неруш влил ему полпузырька водички. У меня от дозы чуть глаза на лоб не полезли, но я всё-таки решила не акцентировать внимание на этом — потом разберёмся.

Ага, разобрались, блин!

Наш оракул выпил чай с сюрпризом, и через минуть десять началось, а точнее, — стул под ним хрустнул, и жертва енота рухнула на пол, издав такой грохот, будто упал бык.

— Ну что, пора проверить, в кого превратился наш Феня. Уверена — красивым стал, он же у нас ранимый малый, — подходя к руке с браслетом-артефактом, шёпотом произнесла Лира. И главное, с такой нежностью в голосе оскорбила сообщника! — Что за фигня?! — тут же испуганно воскликнула она, отскакивая от него.

— А что не так? — настороженно поинтересовалась я и посмотрела на предмет эксперимента, с которого спал морок.

— А-а-а-а-а-а! — заголосили мы в унисон — на полу лежала огромная туша, напоминавшая Халка.

— Нихрена себе! — сдавленным голосом высказала всеобщее мнение Герта, оседая на пол.

— Что делать-то будем? — испуганно спросила Лира. — Кэт, чует мое сердце, он нам за нашу самодеятельность наваляет. Вот всегда знала, что добрые дела к телесным повреждениям, — заныла она.

— Не паникуй, мужьями пригрозим, — пробурчала в ответ, а сама начала искать верный способ обеспечения безопасности наших шкурок, так как понимала: если до мужей не успеем добежать, битыми нам быть однозначно. Так что как ни крути, а добрые дела всегда выходят боком, поэтому мы — ведьмы — их и не совершаем, так как безопасность — наше всё.

— И то верно, — согласилась Лира, немного успокоившись. Зря. Я лично на положительный исход этой ситуации не рассчитывала, но решила промолчать, а то ещё её нытьё терпеть придётся. Она же начала внимательно разглядывать наш неудавшийся эксперимент. — Нет, кто бы мог подумать? Я с виду-то пай мальчик, а на деле — монстр… — показала она на тушу.

— Слушайте, что мы придираемся? Вообще-то он выглядит миленько, — подала голос Герта, уже успевшая оправиться от стресса.

— Ага, но было лучше, — высказала свое мнение Мира.

— Да, девки, ждут нас всех тяжёлые времена, — изрёк доселе молчавший Неруш.

— В смысле? — насторожилась я.

— А без смысла, наваляет он нам всем, как очнётся, и до мужей не успеете добежать.

— А что мы тогда ждём? Может, к своим уже сейчас рванём да покаемся… — принялась Лира паниковать, её настроение тут же передалось сообщникам.

Ну всё, началось…

— Не спеши, попробуем с ним договориться и заодно подумаем, как всё исправить, — начала я.

— А что думать-то? Иди к своему, кланяйся, тут только Адимис сможет помочь, — обрадовал меня Неруш.

— А без этого никак?

— Почему никак? Есть ещё вариант уже озвученный — огрести люлей всем хором.

От такой перспективы мне что-то взгрустнулось. Не знаю, как кто, но я лично против выяснения недоразумения в физической форме. По отношению ко мне, разумеется.

Мда, ну и натворили мы делов…

Поглядывая на неудачный эксперимент, я стала судорожно искать выход, как выкрутиться из очередной щекотливой ситуации. Хотя, даже не щекотливой, а травмоопасной, ибо чуяла печёнкой, что Феня может в порыве гнева припомнить нам и прошлые заслуги. И тогда… Ох, даже думать не хочу, что тогда будет...

И тут очередной раз меня посетила гениальная идея, я решила поделиться с соратниками:

— Придумала! — После моего радостного вопля вся банда посмотрела на меня, как на героя. — Нужно попросить наших невольных сообщников, чтобы его перенесли на кресло и надёжно привязали.

— Кэт, идея привязать мне нравится, но есть проблема — как мы пройдём через заградительный блок? И ещё — в свете последних событий, я что-то сомневаюсь, что они будут нам помогать добровольно, — выразила сомнения Герта.

— А кто сказал о добровольном согласии? Мы их, как всегда, шантажом и угрозами заставим. И ещё, зачем сейчас к ним бежать, давайте Фени впендюрим укол со снотворным. Пусть отдыхает, ему полезно немного набраться сил перед нервным потрясением.

— Ага, где ты шприц возьмешь? Тут такой штуковины нет, — тут же влез Неруш, — Да и игла такой зад не возьмёт.

— Был у меня шприц Жане, на Земле его применяют для промывания желудка, ну а я для других целей приобрела. Он возьмёт. — Я направилась в комнату, порылась в пространственной сумке и достала что искала. В это время Неруш метнулся за снотворным.

— Держите убойное средство, до обеда должен спать, как убитый, — он протянул мне сосуд со спасительным для нас средством.

Я, недолго думая, набрала лекарства и стала искать добровольцев.

— Ну, кто будет Фене попу колоть? — я посмотрела вопросительно на Лиру.

— Где ты тут попу нашла? — начала по обыкновению отмазываться она. — Это ж целый…

Вот что «целый», Лира так и не придумала, стояла и судорожно подбирала культурное слово, но оно на ум не приходило. А вот если бы можно было высказаться нецензурно, она бы сразу нашла словечко подходящее, и не одно.

— Не дрейфь, подруга, зато не промажешь, вот какое поле деятельности, — показала я рукой на попу нашей жертвы.

— Да хватит вам рядиться! Давай сюда эту штуковину, сейчас я ему быстро укольчик впендюрю, — Герта выхватила из моих рук шприц.

— Минуточку, — остановила её Мира и рванула к шкафу, где лежала кухонная утварь.

Лира и я намёк поняли, посему я взяла табуретку, а Лира скалку — так, на всякий пожарный.

Так вот, только Герта со всей дури вколола иглу в зад нашей жертве, тот решил подать признаки жизни. А вот это он зря сделал, так как тут же получил чугунной сковородой по голове, скосил глаза к носу, но не вырубился. Пришлось табуреткой добавить, после моего «успокоительного» удара Феня пискнул и отрубился. Лира же кровожадна ведьма, хотела добавить ещё скалкой для верности, пришлось остудить её пыл, я и так опасалась, что удары по голове могут отрицательно сказаться на психике оракула.

Глава 24

— Ну-с, клиент в отключке, что делать будем? Спать ложиться смысла уже нет — через час подъём и на зарядку, — напомнила Мира о каторге.

Вот кто её просил? И так настроение хуже некуда, так она нас добить решила. Нам никак боевой дух терять нельзя, нам ещё шантажировать сегодня предстоит, а с таким настроем ничего путного не выйдет, так что придётся народ взбодрить, ну или успокоить на крайний случай.

— Ну тогда посидим, помедитируем, что ли. Раз настойку использовать нельзя, остаётся только это.

Моё предложение всё одобрили, и мы, дружно замолчав, принялись заниматься успокоением нервной системы. Хотя подозреваю, что каждая из нас в голове прокручивает встречу со своим мужчиной. Точно, конечно, не могу утверждать, лично я думала об Адимисе — уже соскучилась, блин, так и тянет вновь заняться местью!

В думах время пролетело незаметно, и мы поплелись на зарядку. Там меня подловили встревоженные участницы ночной вылазки.

— Кэтис, ты как? Адимис сильно зверствовал? — они забросали меня вопросами. Волновались, что ли? Не верю.

— Очень, — изобразила я страдание, — думала, на болота отправит, но…— начала я, но нас прервали, и мы пошли выполнять каторжные работы, которые, говорят, полезны для здоровья. Не знаю, для чьего здоровья они полезны… но точно не для нашего. Ползли мы домой, в очередной раз нецензурно ругаясь — про себя, разумеется, вслух никто не решался, так как про нехилый штраф никто не забыл. — Нужно своего попросить смилостивиться над нами, — высказала я свои мысли, хотя не верила в положительный исход, но всё-таки была призрачная надежда — чем чёрт не шутит? Говорят, ради любви мужчина на многое готов. Пусть он и бог, но ведь мужчина же…

— Кэт, не сотрясай воздух почём зря, твой на это не пойдёт. Больше скажу — будет утверждать, что это поможет укрепить твою физическую форму для секс-марафона, — убила Мира все мои надежды избавиться от утреннего издевательства. Видать, уже испытала темперамент своего жениха, раз так здраво рассуждает, как ни прискорбно, но в её словах — истина.

— Права, так и скажет, садюга! — согласилась я и ещё долго могла бы высказываться по этому поводу, но тут из-за угла, как ураган, на нас налетела Адель.

— Кэт, ты как? Девчонки сказали, что Адимис вчера нагрянул, и ты мужественно вызвала огонь на себя!

«Ого! Я теперь для них герой!» — мысленно усмехнулась и тут же перешла к делу:

— По этому поводу не стоит волноваться, у нас появилась новая проблема, и для её решения нужны Аревил и Кариим.

— Что, всё так плохо, да? — взволнованно спросила она меня, обвела взглядом нашу банду и, увидев всеобщую неподдельную печаль, всё поняла. — Ух ты ж, и правда беда стряслась! — всплеснула руками.

— Не то слово, она может закончиться членовредительством, а в худшем случае — не исключён и летальный исход, — решила я сгустить краски, чтобы подруга немедля рванула исполнять возложенную мной на неё задачу, — и только ты можешь нам помочь спастись: уговори Аревила явиться к нам, а то после последней встречи парни нас избегают.

— Не избегают, а разрабатывают план мести, — выдвинула она версию, в которой была истина.

Насколько я успела узнать Аревила, этот гнус не успокоится, пока не отомстит за оскорбление. Вот смотришь на него и думаешь, а не течёт в его жилах кровь ведьм? Уж больно у этого гада мстительный характер. Не то чтобы это плохая черта, наоборот — хорошая, но только когда это не касается конкретно тебя.

— Пускай прервутся ненадолго, заодно наберутся побольше мотивации, пообщавшись с нами, а то, наверное, страсти у них поутихли, — хохотнув, высказалась Герта.

— Девочки, всё поняла, ждите, через пятнадцать минут мы будем на месте, — рассмеявшись, Адель побежала за невольными помощниками.

Ну а мы, вернувшись к себе в комнату, сели возле Фенечки и, поочерёдно вздыхая, принялись страдать. Нет, а как тут не страдать? Он как-никак свой, а мы его мало в Халка превратили, так ещё и по голове настучали.

— Бедный… — всхлипнула Лира.

— Не реви, сейчас очнётся, и бедными будем мы, — остановила её стенания Мира.

— Битыми, — поправила я сестру, смотря на нашу жертву.

Лира тоже хотела высказать свои опасения, но дверь открылась и зашли парни. Увидев на полу тушу, ошарашенно посмотрели на нас, а из-за плеча своего жениха выглянула Адель. Узрев наш трофей, направилась к нему.

— Кэт, это ещё кто? — спросила, рассматривая нашего друга.

— Правильнее спросить — что, так как это побочный эффект доброго дела.

— Чего? — удивилась она ещё пуще. Что мы притащили домой монстра — это мелочь, а вот что мы добрыми делами занимаемся — это разрыв шаблона.

— С каких пор полумёртвые монстры стали назваться добрым делом? — подойдя поближе к нашей жертве, поинтересовался Аревил. — Или вы решили его прибить, но силёнок не хватило, посему решили воспользоваться нашей помощью?

— Я тебе убью! — рявкнула Лира.

— А что ты сделаешь, пигалица? Зальёшь меня слезами до утопления? — начал глумиться он.

— Да я тебя за Феню порву и ещё мужу пожалуюсь! — начала она.

— Феню? Ты хочешь сказать, это — наш друг? — удивлённо переспросила Адель.

— Ага, — тут же всхлипнула Лира.

— Это вы чем его так? — полюбопытствовал Кариим. — Если у ваших добрых дел такой результата, то я выбираю вашу месть.

— Кариим, да прекрати ты! И так тошно! Лучше сделайте то, зачем мы вас сюда позвали… — начала уже я возмущаться.

— Кстати, а зачем вы нас позвали? — поинтересовался вишенка.

— Да дело плёвое — привязать его, чтобы, когда очнется, на нас напасть не мог, — начала Герта вводить в курс дела временных сообщников.

— Напасть, говорите? — задумался гнус и тут же выдал. — А не будем! Пусть он очнётся и вам наваляет хорошенько — заслужили.

— Не сделаешь — водичкой окропим из озера особенного. Вон, что со святым оракулом стало, представь, какой из тебя монстр получится?! — присоединилась Адель к угрозам. Ну, насчёт святого она, конечно, загнула, но ведь они же этого не знают, так что пусть будет святой.

— Ничего, я Адимиса попрошу снять эффект, — тут же нашёлся он. Видать, знает много о возможностях моего мужа, в отличие от меня.

Даже как-то обидно стало, а точнее, стыдно: я — жена, а ни шиша о своём не знаю! Нужно этот пробел заполнить, но это потом, а сейчас я его обломаю.

— А я попрошу мужа тебе не помогать, — ответила, не скрывая ехидства. А что, инкогнито всё равно раскрыто, так что шифроваться нет смысла, тем более под гнётом угроз они дадут нам клятву о неразглашении тайны.

— Ты? Жена Адимиса? — заржал он. — Да не смеши меня! Он на такую образину даже не посмотрит!

— Что ты понимаешь в своеобразной красоте! — возмутилась от вопиющего хамства, а затем, подумав, решила немного отомстить: заставить их извилины поработать: — Не на лицо смотреть нужно, а на душу девушки, а у меня она настолько прекрасна, что Адимис не устоял!

Конечно, про красоту душевную я нагло врала, но так как враньё у ведьм в крови, дискомфорта по этому поводу не почувствовала. А вот Кариим, зараза, покатился со смеху и чуть всю малину не испортил. Да и Аревил оказался не из дураков, сволота, заржал, как конь!

— Ну ты и загнула, ведьма — и душевная красота!

Обидно, конечно, но ведь прав, недаром мы водички с озера опасаемся. Наверное, боимся окочуриться, увидев в отражении зеркала нашу истинную суть.

— А мы свою красоту всяким проходимцам не демонстрируем, только достойные смогут разглядеть это сокровище.

После моих слов оба заткнулись и начали упорно искать то, чего нет в этом облике. Минут пять мучились, бедолаги, а я хлопала поросячьими глазками, сбивая искателей сокровища с нужного настроя. Наконец, первым не выдержал Аревил.

— Бред какой-то, — тяжко вздыхая, сдался он.

— Слабак, — тут же не удержалась Адель.

— Неверное определение. Я по природе своей не дурак, и поэтому за версту чую, когда меня обманывают.

Ха! Представляю, как он тяжко переживет падение самооценки, когда раскроется, что его постоянно водили за нос.

— Действительно, Кэт, прекращай свои шуточки, давайте уж займёмся тем, зачем сюда пришли, — решила подыграть ему Адель. Ну а я, разумеется, от группового вранья никогда не отказывалась, посему, скорчив виноватую мину и жалостливо смотря на «умного», начала:

— Аревил, помоги бедным девушкам, очнётся монстр и уроет нас всех скопом. А я жить хочу, детей нарожать… — по поводу детей, конечно, загнула, но решила, что это обстоятельство добавит пикантности к моей просьбе.

— Таким, как ты, размножаться вредно, — оскорбил будущею мать-героиню Аревил.

Хотела закатить скандал, но вовремя прикусила язык, так как Феню без их помощи никак не связать. Заткнулась, но пообещала устроить им незабываемый кипиш, правда, какой — ещё не придумала. Адель же, понимая, что уговоры не помогут, перешла на подкуп:

— А если я тебя поцелую?

Аревил посмотрел на неё с прищуром и выдал себе на погибель:

— Киска, ты, конечно, хороша, и я бы с тобой скоротал вечерок, но месть как-то предпочтительней поцелуев. У меня и без тебя желающих доставить мне удовольствие полно.

Ой, дурак… После его слов такое началось! Короче, мы решили отбить у него желание изменять Адель.

— Ах ты, сволочь потасканная!.. — схватив табуретку, рванула в атаку подруга.

Все, кроме меня, моментально вооружились своим излюбленным оружием. Девчонки стали брать парня в окружение, но тот решил спастись бегством. Ага, кто бы ему позволил?! Я рванула наперерез и, пробегая мимо дивана, по привычке схватила подушку, но тут же передумала и поискала глазами более весомый аргумент, который убедит этого кобеля, что верность для него теперь не пустое слово, а норма жизни. Как назло, ничего путного не нашлось, а между тем девочки настроились на членовредительство со всей ответственностью, и больше всех Адель — в её глазах отражалась жажда крови:

— Ну, хорёк, я из тебя сейчас кастрата сделаю!

— Адель, умерь свой пыл! Как-никак он отец твоих будущих детей, — испуганно заорал Кариим.

После слов брата Аревил застыл с открытым ртом и захлопал глазами и ртом, как идиот. Затем зажмурил глаза, тряхнул головой, а после попытки заставить мозг работать вновь открыл очи и, прищурившись, зло посмотрел на нас. Мда, кажись, его мозг не заработал. В принципе, и понятно — не тот метод выбрал. Ничего, сейчас я тебе помогу…

— Адель, делай ему анестезию табуреткой, я сейчас для этого благого дела ножечек достану, — я рванула к шкафу для кухонной утвари, открыла ящик и растерялась. — А какой по размеру ножик брать? — обратилась я будущему хирургу.

— Самый маленький, — не отрывая злобного взгляда от своего пациента, дала она указание. Немного погодя ехидненько так добавила. — И потупее, пожалуйста.

— Уверена? — уточнила я, крутя в руках маленький ножечек, напоминавший перочинный.

— Конечно, для его срама самое то.

— Что ты сейчас сказала, коза драная? — начал закатывать рукава Аревил, чтобы навалять Адель. Кажись, он не понял намёк брата. Хотя какой намёк?! Он ему прямым текстом сказал.

— Аревил, ты что, собрался бить мать твоих будущих детей? — попытался остановить его Кариим.

— Какая, нахрен, мать?! — не сводя с Адель горящего ненавистью взгляда, процедил он.

— Да остановись ты, она твоя пар…

Слово «пара» он не успел сказать по причине того, что Лира тихим сапом пробралась ему за спину и отоварила со всей дуги Кариима по голове. Тот вздрогнул и рухнул на пол.

— Лира, ты этого стукача к праотцам отправила или ненадолго отключила? — невозмутимо поинтересовалась Адель.

— На десять минуть, а то совсем распоясался, балабол, — переступая бесчувственное тело, ответила она.

— Да вы совсем, что ли, с ума сошли?! — возмутился Аревил и побледнел — наверное, до него дошло. — Не может быть… — сдавленным голосом произнёс он.

— Ещё как может, — снимая амулет, мстительно произнесла Адель, — ну что, драгоценный будущий супруг, сейчас я начну, как нужно творить справедливость...

— Какую? — поедая жадным взглядом её новый облик, тихо произнёс он.

— Сейчас узнаешь, — усмехнулась она и как крикнет: — Кэт, тащи нож!

— Слушай, а может, я его зельем, лишающим мужской силы, из строя выведу, а? — решила, что подруга уж больно жестоко решила с ним поступить, да и сама, как остынет, пожалеет.

— Адель, давай правда обойдёмся бескровным методом? — решила поддержать меня Мира.

Та, немного помолчав, дала добро.

— Я мигом, — я сорвалась с места и рванула в свою комнату за зельем.

Пробегая мимо Фени, чуть не упала — он решил подать признаки жизни. Застонав, колобок начал подниматься, а я приготовилась к спасительному обмороку — на всякий случай.

— Феня, спать!

Воскликнула Мира и тут же приласкала его по голове сковородой, тот дёрнулся и отключился.

— Спасибо, сестрёнка!

Поблагодарив её, забежала в комнату, нашла зелье и пошла лишать мужской силы кобеля. Наивный так и не понял, что мы серьёзно настроены. Вернувшись, увидела картину: Адель с горящими ненавистью глазами медленно надвигает на своего гада, тот же, выставив руки вперёд, медленно от неё отходит — чует негодник, что пахнет жареным.

— Да ладно тебе злиться, сама виновата, что я с другими кружился! Зачем от меня пряталась? Тем более ничего страшного не произошло, подумаешь, немного развлёкся на стороне!

Вот о других ему сейчас бы помолчать — Адель настроена серьёзно, видать, сильно настрадалась из-за его похождений.

— Я тоже так считаю. Вот сейчас лишу тебя мужской силы и тоже на всю катушку развлекусь, — описала она ему перспективу на ближайшее будущее.

— Только попробуй с кем-нибудь закрутить! — взревел он.

— Не с кем-нибудь, а много с кем! — продолжала она издеваться.

— Да я тебя… — взревел он и стал увеличиваться в размерах.

— Кэт, давай быстрее зельем его окропи, а то потом ничего не поможет, — заорала Адель.

Ей виднее, посему я быстро открыла пузырек и только собралась плеснуть его на Аревила, как раздался возмущённый голос ТЁТИ.

— Катерина! Вредительница малолетняя, не смей гробить своего брата!

Воцарилась гнетущая тишина. Даже наша жертва прекратила буянить и с ужасом уставилась на меня. Как и я на него. Я в шоке!

Глава 25

Вы когда-нибудь слышали звук хлопающих глаз? Нет? А я услышала, так как хлопали ими все без исключения. Я же медленно повернулась на голос, а потом заорала, так как на меня смотрела Фугу. Сейчас сто пудов срок намотает за членовредительство.

— Не ори нервная, совсем от рук без меня отбилась. — Проворчав, она направилась к бесчувственной тушке ещё одного моего брата.

Без неё? У меня братья? Боги? Ничего себе сюрприз! А я-то всё голову ломала, были ли у них в роду ведьмы… М-да, чуйка меня не подвела. И всё же не могла поверить в происходящие.

— Мира, скажи мне, что это иллюзия, — обратилась я к сестре в надежде, что это очередное наваждение. Та же стояла с не менее с растерянным видом, и, кажется, дар речи ненадолго её покинул. Она, как рыба, открывала и закрывала рот, не издавая ни звука. — Аревил, скажи, что это иллюзия и Фуугс не моя тетя, обратилась сдавленным голосом я к «брату», желая, чтобы он все опровергнул. Ну не готова я к такому родству, и всё тут.

— Ни хрена это не иллюзия, это Лориала, моя вторая тётя-близнец Фуугс, — сдавленным голосом ответил вишенка. Видать, и для него это тоже было потрясением.

— Катрина, прекрати тупить, что, свою любимую тётю не узнаёшь? — Женщина резко развернулась ко мне.

— Разумеется, не узнаю вас в гриме. Вы точно моя тётя Лариса? — спросила, ища руками стульчик, чтобы присесть, а то уж больно хотелось уйти в небытие ненадолго. Там поразмыслить над ситуацией и вернуться с чётким планом. А так в голове не то что штиль — полная пустота, кажется, постучишь по ней и услышишь характерный звук.

— Кэт, я учила тебя мстить, а не родню гробить, бедный мой мальчик лежит бледненький. — Она вновь наклонилась к нашей жертве. — Вы, чем Кариима приласкали? — посмотрела она на меня.

— Табуреткой, — тяжело вздохнув и присаживаясь на стульчик, раскололась я. Если это действительно моя тётя и я участвовала в мордобое родни, то ждёт меня взбучка. Короче, всё плохо.

— А если табуреткой, то ничего страшного, пускай отдохнёт немного. — Она махнула рукой на тело поверженного, потом посмотрела на меня и погрозила пальцем. — А вот этого мужской силы лишать не нужно, ему наш род надо продолжать. Если ещё раз увижу, что вы собачитесь между собой, на прополку огорода отправлю! — Слово «прополка» у Герты и Лиры вызвало нервный тик, ну а я окончательно убедилась, что передо мной моя горячо любимая родственница.

— Теперь верю, что ты моя тётя, а чего личину надела-то? Верни прежний вид, а то мне нынешний что-то не нравится, ассоциации, знаешь ли, — решила хоть как-то увести её от неприятного разговора о членовредительстве. А тем временем она подошла ко второй нашей жертве, и тут я напряглась, понимая, что люлей теперь точно не избежать.

— Ничего, ты у меня стойкая, привыкнешь, — рассматривая уже Феню, ответила она. — А с этим что сделала? И, вообще, это кто ещё такой?

— Оракул, — ответила уже Лира, пытаясь справится с нервным тиком.

— И что этот бедолага вам сделал? — внимательно рассматривая его, поинтересовалась она.

— Он-то ничего, это мы его изуродовали из добрых побуждений, — покаялась я, и тут же зажмурилась, ожидая неизбежного скандала. Может, уши заткнуть? Так хоть контузии можно избежать.

— Что?! — взревела тётушка, как раненый вепрь.

Ну всё, началось…

Не, возмущение её понять, конечно, можно, потому что ведьмам как-то не пристало заниматься подобным. Или мы себе сами придумали этот запрет? Присмотрелась к оракулу и поняла: нет, всё-таки нам добрыми делами заниматься противопоказано.

— Что кричишь? Я понимаю, что неправа, налицо недостаток воспитания. Сама виновата, где пропадала всё это время? — решила перевести стрелки, а то чувствовала, что огород маячит.

— Судя потому, как ты виртуозно перевела на меня стрелки, нормально у тебя с воспитанием. — не согласилась она со мной, а вот это плохо, может и наказать.

Мне взгрустнулось.

— Тётя, ты от разговора-то не увиливай! Где всё время прохлаждалась? Пока я нервные клетки с Мирой оплакивала, что безвременно почили из-за тебя? И вообще, что разоралась, всё же нормально получилось! Жертва есть, наказан, и неважно, что случайно, главное же результат!

— Ага, отмстили авансом, — тут же поддержала меня Лира, наконец справившись с нервным тиком.

— Да ну вас, — махнула с досадой тётя рукой, продолжая ворчать. — Где-где, по делам нужно было отлучиться. Ты мне зубы не заговаривай, — пригрозила мне пальцем, — нервные клетки она оплакивала. Я в курсе, как ты с Адимисом горю предавалась, пока я семейными делами занималась.

— Да, вру, мне по статусу положено, а насчёт Адимиса ты что-то тётя путаешь, — решила не признаваться в своей маленькой шалости.

— Да ладно, а сегодня ночью вы с ним чем занимались? — с прищуром посмотрела она на меня. — Стихи декламировали или всё-таки любовью занимались?

— Чем? — поперхнулась я воздухом от такого оскорбления. — Тётя, какая любовь?! Мы с ним друг другу мстили! — возмутилась.

— И как, месть удалась? — не скрывая ехидства, поинтересовалась она.

— Разумеется, сегодня ещё пойду мстить. Сама понимаешь, что это дело святое, от такого отказываться грех, — сразу дала понять, что вечером я занята.

— Тёть, а она что, правда моя сестра? — все ещё не веря в происходящее, поинтересовался братик.

— Она и вон та, что с открытым ртом стоит. — Показала глазами на Миру.

— А Лира? — тут же решила узнать. Так, на всякий случай.

— Нет, Лира вам не родня, а дочь подруги мамы Миры и Кэт.

— Ага, а мама у нас кто? И где она? – решила узнать как можно больше о родственниках.

— Мама-то так же, как и я, покровительница ведьм, а точнее, прародительница, только она как бы в зоне действия сети.

— Вот оно как… А я всё голову ломала, что земные ведьмы к тебе с почтением относятся. Да что ведьмы, сам Сатана на цырлах ходит. Дела… — высказала мысли в сух, а затем: — Тёть, а вне зоны действия сети — это где?

— Где-где, в отключке она, себола её цапнула, вот и лежит наша спящая красавица уже который год, ждёт, когда её разбудят.

— Говорили же, что это сделать невозможно! — я вспомнила рассказ мужа. Значит, врал опять, козлина божественная!

— Подожди, почему невозможно? Помнишь, Феня говорил, что мы спасём кого-то, поломав что-то там? — оживилась Лира. — Может, речь о твое маме шла?

— Честно — не помню, придётся нашего друга будить и голову пеплом посыпать, чтобы он нам освежил память, — призналась, что страдаю провалом памяти.

— А мстить будем? — не унималась подруга.

— Кому? — удивилась я.

— Как кому? — возмущённо произнесла она, затем с радостью в голосе: — У нас как-никак враг появился!

— Логично, — согласилась я с ней, — за маму нужно отомстить с размахом.

— Тётя, а кто этот счастливчик? — решила поинтересоваться личностью будущей жертвы. А у самой даже мир окрасился разными цветами, хоть что говорите, а ведьма без достойной мести — птица без крыльев.

— Понимаешь, тут не всё так просто. Он как бы случайно маму твою спать уложил, — начала выкручиваться тётя. Чувствую, темнит она, и неспроста.

— Случайно или нет, это не спасёт его от наказания. — Я бы и дальше продолжала разглагольствовать, но мою пламенную речь, призвал стон Кариима.

— Какая падла меня вырубила? — принимая сидячее положение, спросила жертва анестезии Адель.

— Вот теперь верю, что мы родня, падла — моё любимое ругательство, — не удержалась от подколки я.

— Ты что несёшь, шальная? Какой я тебе брат! — возмутился он и врубил грозного дознавателя: — Я спрашиваю, какая коза меня огрела?

— А ну не рычи. Не огрела, а убедительно уговорила отдохнуть, — влезла уже тётя, — и ещё, Катерина, Мира действительно твои сестры, так что прекращай девочек обижать, теперь твоя обязанность их защищать.

— Не может быть! Этих… — потрясённо проговорил он, показывая на нас рукой. — Ударьте меня ещё разок. Надеюсь, когда очнусь в следующий раз, всё будет как раньше.

— Ещё как может. Добро пожаловать в Индийское кино! Джими-Джими, ачи-ачи. Вот такая она, братец, тяжёлая правда жизни, — принялась я глумиться. Он страдальчески закатил глаза и взвыл от отчаянья.

— И не говори! Это ж надо так, судьба над нами пошутила, таких оболтусов в братья подсунула, теперь всё, прощай беззаботное существование. И здравствуй женская доля: придётся воспитывать детин, — поддержала меня Мира, всем видом изображая вселенскую скорбь.

— Кажется, всё-таки у меня слуховые галлюцинации, полежу-ка я ещё немного, может, отпустит, — пробормотал Кариим и принял вновь вертикальное положение, тяжко вздохнув, закрыл свои очи.

Наивный.

— Может, в него водичкой плеснуть? — предложила свою помощь сердобольная Лира.

— Подруга, не стоит. Если он вмажет, а это не я в нынешнем облике, ты фонарём под глазом не отделаешься. А приляжешь аккурат туда, где он лежит, причём твой принудительный отдых может затянуться надолго, — предупредила о последствиях перестраховщица Герта.

— И то верно, — согласилась с ней скорая помощь-Лира. — Эй, какой лежать? Нам Феню нужно связать! — начала она по обыкновению паниковать.

— Да, кстати, об оракуле. Что вы грех на душу взяли, занимаясь добрыми делами, я уже поняла. Только никак не могу в толк взять, что за доброе дело имеет столь шикарный результат? – рассматривая нашу жертву, поинтересовалась тётя, которая, я уверена, считает, что это результат какого-то нового зелья.

— Так это, водичкой из озера его опоили, думали, душа у него прекрасная, он и красавцем станет, как Герта. — Я показала глазами на демоницу.

— Ага, красавицей, значит, стала демоница, — внимательно рассматривая подругу, задумчиво произнесла тётя. — И что, никаких последствий после преображения?

Упс…

— Последствия есть — она в обморок падает постоянно, ловить замучались, — сдала её Лира.

Вот что сдала, тут её понять можно, конкурентка, как-никак. И всё же задумчивый вид тёти немного напрягал. Да какой немного! Офигеть как сильно напрягал! Всё, теперь буду ночи не спать в ожидании от Герты пакости. М-да назревает напряжёнка в нашей банде. Один может побить, а вторая даже и не знаю, на что способна, но, раз тётя задумалась, нам хана. Мля, куда ни глянь, везде засада и угрозы телесных повреждений.

— Кэт, нужно к Адимису обратиться, чтобы он побочный эффект убрал? А то, я боюсь, дальше хуже будет? — запаниковала мина замедленного действия. Не, с одной стороны её волнение понять можно, жить и не знать, что выкинешь, — не комильфо. Беда… Причём мы в большей опасности, чем я поспешила поделиться:

— Куда уж хуже, — удручённо начала я. — Если тётя считает, что обмороки это так, мелочь, То хочу заметить, что мы каждый день рискуем здоровьем, ловя её. Да чёрт с этим здоровьем, его поправить можно. Тут репутацию можно потерять, а на восстановление её гораздо больше времени уйдёт. Где это видано, что ведьмы и демоны в обморок падали?! — Герта посмотрела на другую падучую. — Лира не в счёт, — тут же поправилась я. — Она у нас особенная, да и на ведьму не похожа. Мне кажется, хуже не бывает! — приуныла я от осознания надвигающей катастрофы. Если одну можно прикрыть в случае чего, то двух физически не сможем. Посмотрела на Феню, поправилась: — Бывает.

— Тёть, а изменения как быстро коснутся Герты? Мне сейчас бежать к Адимису, или немного потянуть можно? — с надеждой спросила я. Что-то не горела желанием прекращать ролевые игры. Уверена, как притворяться с ним перестанем, коварный соблазнитель превратится в злобного тирана.

— Как я поняла, это произошло совсем недавно, буквально перед поступлением в академию. А значит, у вас приблизительно недели три в запасе есть.

— А что будет-то? — начала впадать в панику Герта.

— Как — что? Полное изменение личности. Была демоницей — станешь ангелом, — вынесла убийственный приговор тётя.

«Герта, яду дать? Или просто застрелишься?» — чуть не вырвались у меня мысли вслух, так как, если случится то, о чём тётя говорит, проще прекратить своё существование. Хотя, что я сразу так кардинально проблему решать собралась? Точно! Я как услышала, что Герте нимб с крыльями светит, напрочь забыла про Адимиса. Выход у неё всё-таки есть: мои знакомые ангелочки нормальные ребята. А вот если я сдам явки, пароли Адимису — считай, конец беззаботной жизни. Какая-то трагичная картина получается…

— Катерина, прошу, не тяни три недели, не губи меня. — Она упала на колени и взмолилась. Мы в ужасе смотрели на происходящее. Раньше же чуть что, сразу за грудки хваталась, а сейчас.… Ох, дела, кажется, совсем плохи. Вот гадство, придётся сдаваться!

— Ну что я говорила? Деградация налицо, — подлила масло в огонь тётушка

— Герта, не рви душу в клочья, я поговорю с Адимисом… — Тут же прикинула, сколько мне времени ещё нужно, чтобы оторваться на всю оставшуюся жизнь. — Через пять дней. — Мало, конечно, но хоть столько. Услышав горестный всхлип подруги, тяжко вздохнув, поправилась: — А может и раньше.

— И всё-таки это не сон, — решил вернуться к нам Кариим. Я посмотрела, на контуженного, у которого уже бледность с лица пропала, смотрит на нас зло, значит, в норме.

Глава 26

Мне стало интересно, почему мой второй «братик» затих. Наверное, замышляет неладное. Ан-нет, он свою пару внимательно осматривает, как купец товар на рынке, а вот Адель делает вид, что не замечает этого, но старательно демонстрирует свои прелести. Дразнит, зараза! Короче, у «брата» от такого вида слюна чуть ли не капала. Нормально, его мозг сейчас занят, и это означает, что не до козней ему.

— Да не сон это, вставай уж, бедолага по голове стукнутый, забвение тебе не поможет. Прими мужественно свою судьбу, — посмеиваясь, ответила Карииму тётя, затем перевела взгляд на оракула и продолжила допрос: — Вы чем его так приласкали-то? Нет, я не то что бы против, просто праздное любопытство: каким предметом смогли вырубить такую махину?

— Табуреткой… — начала Адель.

— А ну прекратить врать! — рявкнула тётя.

— Какой врать? Я только перечислять начала, — возмутилась Адель, что её прервали и обвинили во лжи.

— Ладно, продолжай.

— Так вот, табуреткой, скалкой, сковородкой чугунной. Два раза, — внесла она уточнение, — но до этого мы зельем со снотворным эффектом его опоили.

— Фи, как скучно, — разочаровал тётю ответ, — ну да ладно, давайте посмотрим, каков у него побочный эффект.

После её слов народ начал нервно переглядываться и медленно отступать к входной двери, дабы, если что, слинять по-быстрому от неприятностей. И я была не исключением, медленно встав с табуретки и прихватив её с собой, чтобы в случае нападения отбиться.

— Стоять, дезертиры! — после тётиного окрика мы резко прекратили отступление и вытянулись в струну, как солдаты на плацу, даже дышали через раз. — То-то же смягчилась она. — А теперь вы, — строго она посмотрела на братьев, — быстро жертву добрых дел связали, и к стеночке его.

— А к стеночке-то зачем? — забеспокоилась я за друга, так как выражение «к стенке» у меня вызывают ассоциацию с расстрелом.

— Катерина, у тебя, что, вообще мозг перестал работать на любовной почве? — догадалась-таки тётя о причине моей зарождающейся паники. А вот про любовь она зря сказала, ещё больше испортила настроение, хотя казалось, что хуже быть не может.

— Какой любовной? У меня сплошной стресс от тирании мужа! — решила прикинуться несчастной, что в принципе правда. Почти.

— Молодец Адимис! Теперь я его ещё больше уважать стал, отомстил тебе за нас, — пыхтя от натуги, съязвил Аревил.

Вот гад!

— А ну отставить разговорчики, когда делом опасным занимаетесь! — рыкнула на них тётя. — А-то смотри, наш новый вид оракула очнётся и с испугу обороняться начнёт. — После её слов ребята молча сделали свою работу и отошли к нам. Вот сразу видно — родня, спасение себя любимых у нас в крови.

— Ну? — Я вопросительно посмотрела на тётю.

— Не «ну», а «ждём». — Ответив, она села на табуретку у стола, принялась молча сверлить взглядом нашу жертву. Но самое страшное — она о чём-то усиленно думала, и это наводило на мысль, что всё может оказаться очень плохо.

Моя банда тоже время даром не теряла и изучала внимательно наших с Мирой братцев, наверное, прикидывали, как с ними теперь вести. Ведь родня — это святое, её беречь нужно. А этих таки и хочется прибить или хотя бы напакостить им.

Эх, какой соперник пропал! Мысленно я начала сокрушаться, и тут этот процесс прервал слабый стон Фени. Наш несчастный открыл глаза, тяжело вздохнул и …

— Вот скажите, зачем по голове бить? Что, поговорить не вариант? — это были его первые слова, и у нас как плотину прорвало. Горестнее всех начала причитать Лира:

— Феничка, родненький, прости ты нас, окаянных, мы ж как лучше хотели, красавца из тебя сделать решили, — заламывая руки, начала она каяться. Тётя усмехнулась, щёлкнула пальцами, и он стал свободен от пут.

— Ага, красавца, значит! И сдаётся мне, что-то пошло не так? — трогая большую шишку на голове, сразу догадался о нашем провале.

— Угу, — шмыгнула уже я носом и приняла эстафету у Лиры. — Понимаешь, мы артефакт сняли, а ты изменился, нет, не чтобы страшным стал, вернее сказать, устрашающим.

— Нет, то, что снова напортачили, понятно, у вас всегда всё через одно место — это закономерность. Но, спрашивается, зачем, было меня бить и связывать? — как-то уж больно спокойно он отнёсся к своему изменённому облику, наверное, из-за того, что в зеркало себя ещё не видел.

— Феничка, прости ты нас, природа взяла своё. Мы ж ведьмы, во время опасности не ведаем, что творим, — тут уже Мира подключилась к покаянию.

— Ну да, чуть что, сразу переходите к угрозам или членовредительству. Плавали, а точнее, получал, помню, — опять он как-то флегматично отнёсся к своему избиению.

— Фень, так ты что, не злишься? — Я осторожно начала подходить к нему.

— Катерина, на вас злиться — это только зря время терять. Ведь ты сама сказала, что природа у вас такая. А вот на то, что добрыми делами решили заняться, скажу одно: завязывайте с этим, не ваше это. Вот и меня изменили, кстати, дай зеркало, хочу посмотреть результат вашего позора.

— А ты бить не будешь? — поинтересовалась Лира, а сама отправилась за зеркалом.

— Ага, ищи дурака, я не горю желанием иметь дело с разгневанными богами.

— И то правда, — осмелела Лира и сунула ему зеркало поднос.

— Кх… своеобразный результат, но не настолько плох, как я предполагал ранее, только нужно скрыть его от всех, нам это в играх поможет.

— Феня, каких играх? — заволновалась я насчёт повреждения его головы.

— В тех, что мы всем скопом участвовать будем, — усмехнулся он, а затем подмигнул мне и выдал: — Поздравляю с приобретением братьев и, наконец, возращением вашей тёти.

— А это ты откуда знаешь? Слышал, да?

— Нет, просто знаю, — ответил он невозмутимо.

Ой, что мы натворили! Кажется, Феня умом тронулся… Хотя какой тронулся — он же про тётю и братьев знает! Это что же получается, мы действительно на игры загремим? Засада!

— Всё понятно — у него дар предвиденья развился полностью, — поставила диагноз тётя.

— Это из-за удара по голове? — решила узнать причину Лира. Вдруг с него за помощь можно магарыч стрясти!

— Нет, побочный эффект от воды из озера.

Не видать нам премии, обидно.

— Подождите, если это всё из-за воды, то когда я Адимиса попрошу помочь, он потеряет эту способность? — забеспокоилась я, так как у меня вновь созрел гениальный план. Согласно ему, Феня будет нам предсказывать будущее, а мы делаем все наоборот. Глядишь, и удастся избежать участия в играх. А если мой муж всё исправит, то будет плохо.

— Это ты у своего спроси, куда его вдохновение заведёт, — сие мне неизвестно. Не путай мои возможности и Адимиса. Да и много знать таким, как мы, не дано, а вот он…

Нет, то, что мой крут, я поняла. Но вот выгодную для нас всех способность Фени терять желания вообще не было. Ладно, со своим поговорю об этом, если понадобится, шантажом заставлю оставить ему способность.

— Тёть, ему бы вид поменять, а то слишком из массовки выделяется.

— Ты потом мне за мой внешний вид спасибо скажешь, — усмехнулся наш бывший колобок на ножках.

— А чего его менять? Пусть надевает артефакт, и всё будет как прежде, — невозмутимо ответила она. Феня, наверное, чтобы нас не нервировать своим внешним видом, или же всё-таки опасался нашего неадекватного поведения, быстро сделал, как она ему посоветовала. После того как он принял облик рыжего паренька, наша банда вздохнула с облегчением. И тут я вспомнила про его недавние слова:

— Феня, так что ты там нам про игры говорил? — тут же я зацепилась за его оговорку.

— А что я про них говорил? — прикинулся он веничком. — Ничего не помню, наверное, недавние удары по голове сказываются.

Издевается гад….

— Фень, ты мстишь, да? — решила пожурить его Мира.

— Я на вашем месте не сильно-то пока бы доверила его предсказаниям. У него первое время то и дело будут сбои, — предупредила нас тётя и направилась к выходу.

— Эй, ты куда? — окликнула я её.

— По делам, — отмахнулась она от меня и уже открыла дверь, чтобы покинуть нас.

— А как же поговорить? — всполошилась я, так как боялась, что она опять исчезнет, а у меня масса вопросов накопилась, посему я решила уточнить: — Тётя, ты покидаешь надолго?

— Размечталась, теперь я с вас глаз не спущу, а то ещё племянниками обзаведусь. — Она сделала шаг, а затем звучным голосом произнесла: — Мальчики, за мной, разговор есть. Наши новоиспечённые братья быстро вняли её зову и рванули бодрой походкой.

— Ну, зашибись, пришла, внесла хаос в наши умы и у шуршала. И как на это реагировать? — начала было возмущаться Лира.

— Да никак, она всегда так поступает, так что забей. А сейчас займёмся важным делом. — После этих слов я пошла за тетрадью, чтобы набросать план. Взяв всё необходимое, вернулась к друзьям.

— Кэт, ты что опять замышляешь? — подсаживаясь ко не рядом за стол, поинтересовалась Лира, а у самой глаза блестят от предвкушения.

— План хочу наметить на ближайшее будущее, а Феня нам поможет.

Глава 27

— Кэт, ты забыла, что тётя сказала? — флегматично поинтересовался Феня.

— То-то и оно, помню, так что начнём, — потирая ладошки в предвкушении, начала уже обдумывать план аферы века, в груди разгорелся огонь азарта. И тут я посмотрела на нашего вещуна, но сразу же пожалела об этом. Он сидел на диване, и весь его вид говорил, что он смиренно принял свою судьбу. Такое безразличие, не знаю, кого как, а меня напрягало, причём очень. Чуяла неладное. Отмахнулась от невесёлых мыслей, не до этого сейчас, тут наклёвывалась грандиозная авантюра, и пессимистическому настроению не было места. Но об этой проблеме я обязательно подумаю потом, а сейчас главное записать минимум информации.

— Ну-с, Феня, порази нас изобилием предсказаний. Итак, первое — это игры, и, как я поняла, мы туда загремим все скопом, так?

— Так, — подтвердил он.

Засада! Этот вариант ответа меня не устроил, только я хотела поинтересоваться о другом варианте развития событий, ведь обычно их несколько, но меня наглым образом перебили:

— Феня, а отмазаться можно? А то что-то мне эти игры уже не нравятся, — поинтересовалась «смелая» Герта.

— Попробуйте, — ответив, он пожав плечами.

Ну, и как понимать этот жест? Как да или нет? Темнит друг наш. Ой, темнит. Не нравится мне это, ну да ладно, ведьма по-любому найдёт выход, а сейчас…

— Ага, так и запишем вторым пунктом: нужно найти возможность туда не попасть, — сделала вид, что повелась на его уловку. — Что ещё нас ожидает новенького?

— Ну, придётся украсть из другого мира для Люция подругу, — убил он меня ответом.

— Серьёзно? — удивилась я.

— Феня, ты что! Мы же ведьмы, а не конокрады! — возмутилась уже Лира.

— Не конокрады, а единорогокрады, — поправил он её.

— Да какая разница! — Она даже покраснела от негодования.

— Разница, между прочим, огромная. Когда коней воруешь, проблем меньше. — После этих слов Герта начала нервно ёрзать на стуле. Я тоже напряглась, проблемы новые нам сейчас ни к чему, нам бы со старыми разобраться. Накопилось их, между прочем вагон и маленькая тележка.

— А можно её не воровать? — попыталась она найти лазейку, чтобы как-то обойти это предсказание. Мы в ожидании ответа, даже дышать перестали. Ладно, воровать, это ещё куда ни шло, но вот проблемы…

— Нельзя. Вам обязательно нужно это провернуть.

«Засада!» — ругнулась я. И тут же стала дальше интересоваться, каких ещё нам ожидать неприятностей. Почему неприятности? Да потому что в последнее время только они у нас и сеть, как сглазил кто-то . Тяжко вздохнув, продолжила допрос:

— Ладно, что там дальше. На болота нас всё-таки отправят, или обойдётся? — поинтересовалась я тем, что меня беспокоило в последнее время. Не знаю, как моим сообщникам, а меня на болота как-то не тянет повинную отрабатывать.

— Ага, целых два раза, — с некой радостью огорошил нас Феня. Я чуть не задохнулась от возмущения.

— А второй-то раз за что?

— Будет за что, — неопределённо ответил он.

Мля-я-я, успокоил! Теперь ходи думай, как бы чего не натворить ненароком.

— Требую уточнения! — уже влезла Мира.

— Ответ на этот вопрос недоступен, — обломал-таки он нас.

Зараза! Может, ещё раз его сковородкой по голове приласкать? А что? Хрясь по чайнику, глядишь, и доступ откроется. Хотя, может быть, и обратный эффект, а это нам не выгодно. Беда...

— Ладно, оставим это на потом, — сделала вид, что удовлетворена ответом. — Дальше что нас ожидает?

— За Герту отомстите… — хоть что-то хорошее нам в будущем предрёк, а он продолжил: — Новый вид живности Лира сотворит, и не один. — А вот это уже напрягает. Зная её воображение, представить страшно, каков будет результат, да и слово «сотворит» что-то слух резало. Какой там режет! Я начала уже опасаться за свою шкурку.

— Есть ещё что-нибудь, о чём нам не мешало знать? — задала вопрос и боялась услышать ответ.

— Не-а, пока тишина, да и голова жутко разболелась, пойду-ка я отдохну, — технично он ушёл от ответа. Стоило ему скрыться в своей комнате, первой не выдержала Мира:

— Вот хоть что говорите? А он от нас скрыл инфу, печёнкой чувствую!

— Знамо дело, врёт, уверена, мстит за нашу «доброту», — согласилась Герта с моей сестрой.

— Врёт или не врёт, это уже неважно. Ясно одно — придётся опять надеяться на самих себя и на наше везение, — высказала я своё мнение на сей счёт.

— Ага, которого у нас нет, — рассмеялась истерично Лира.

— Значит, будем его искать, — попыталась я вновь разрядить обстановку. А сама понимала, что подруга права, ведь в последнее время у нас сплошные проколы. Может, нас кто-то проклял на обычный сглаз, такая напасть не тянет? Учитывая наше прошлое, вполне вероятно, нужно посмотреть, как от него избавиться, правда, не знаю от какого, а то что он есть, я подсознательно чувствовала. Ну, не может так катастрофически не везти!

— Насчёт везенья не уверена, что получится найти. Зато проблем, судя по списочку, искать даже и не нужно. С другой стороны, одной больше, другой меньше, какая в принципе разница, — пожав плечами с неким безразличием, подытожила Лира. Я тоже, как ни странно, успокоилась. Нет смысла нервные клетки тратить. Подумаешь… проблемы? Да я уже к ним привыкла.

— Ну что, пойдёмте, что ли, приключение на пятую точку поищем? – нервно хохотнула Мира, тоже смирившись с неизбежным.

— Девочки, оставить кислые мины, благодаря трудностям наше мастерство растёт и крепнет. Так что я с вами… — решила нас взбодрить Адель.

А вот это легкомысленный поступок с её стороны, даже не представляла, на какие неприятности подписывалась. Она же с нами не так долго общается и посему не в курсе, какие испытания её ждут. Да мы и сами толком не знаем, но могу гарантировать — скучно ей точно не будет. С другой стороны, чем больше народу, тем веселей страдать о превратностях судьбы.

Глава 28

Мы ещё немного поворчали на эту тему для порядка и засобирались на занятие. Только я направилась к выходу, окрик Лиры меня остановил:

— Кэт, где артефакт, который ты мне обещала?

— Лира… — взвыла я. — Только не говори, что ты сейчас собралась ворону ловить.

— Сейчас нет, а на перемене буду. Меня уже эта подлюка задолбала! Да и птичку хочу себе, даже клетку ей приготовила, вон, смотри, какая красивая. — С довольной миной подняла руку, в которой клетка. Вот когда она всё успевает? Ведь не было у неё в руках ничего пять минут назад. Шустра подруга. Ну, а что я собственно удивляюсь, это же Лира. А она продолжала разглагольствовать: — Хочу научить её разговаривать.

Дурдом… Мне ещё не хватало вороны говорящей! Передёрнуло меня от подобной перспективы.

— Тебе что, крысы мало говорящей? — возмутилась. Честное слово, надоели её закидоны, тут и так проблемы намечались, а она новые создавала.

— Крысы не летают, — выдвинула она весомый аргумент.

— А ты её за хвост возьми, раскрути хорошенько, и в окно, гарантирую: ты увидишь полёт крысы, причём со смачными «комментариями» от пилота и летательного аппарата в одном лице, — заржала я.

— Ты совсем что ли? — Лира покрутила у виска и вновь надула щёки, как хомяк.

«Сама такая!» — хотела ей ответить, но решила не разбрасываться комплиментами, как ни крути, а с присвистом мы все, и гордимся этим. И всё же я не удержалась от подколки, Лира ответила в той же манере. Короче, после обмена любезностями мы дружной толпой отправились ума набираться.

Сегодня было занимательное занятие, как создавать предметы. Оказывается, вначале нужно чётко представить то, что желаешь получить, благо, что на данный момент, мы не практиковали, а вот завтра должны перейти к практическим занятиям. В связи с этим я немного напряглась, понимая, что вечером все мы начнём штудировать материал, и не факт, что не рискнём попробовать создать чудо-предмет самостоятельно. Опасно.

Вернувшись с занятий, мы с девочками решили поужинать, Хапуга была прощена, и с воодушевлением заглаживала свою вину, накрывая нам ужин, который предварительно сто процентов у кого-то стырила. Но моральный аспект меня на данный момент не волновал, потому что я хотела зверски есть.

— А Лира где? — присаживаясь за стол, поинтересовалась у своих подруг.

— Ворону ловит, — ответил Тигр как-то обиженно. Может, он обиделся на то, что я его предложила в качестве летательного аппарата использовать, или ревнует?

— Она уже как несколько дней её ловит, — рассмеялась Герта.

— Пускай ловит: чем бы ведьма ни тешилась, лишь бы не пакостила, — метко подметила Хапуга, продолжая сервировать стол. И только я хотела согласиться с её высказыванием, как входная дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела, словно ураган, Лира с орущей вороной, которую она держала мёртвой хваткой за хвост и лапы.

— Кэт, я всё-таки эту тварюгу поймала! — заголосила она, пытаясь перекричать истошный ор птицы. И ведь действительно, пернатая не каркала, как ей полагается, а орала так, что аж уши закладывало.

— Клетку, скорее! — усилила свои децибелы Лира. На её крик о помощи отозвалась Герта и уже неслась к ней навстречу с клеткой в руках. Ворона увидела, что сейчас её ждёт заточение, попыталась избежать участи узника. Издав очередной истошный вопль, она начала вырываться из цепких рук Лиры, в ходе неравной борьбы вороне удалось высвободить лапы, и когда казалось, что вот она, свобода…

— Не уйдёшь падла! — заорала подруга и тут же схватилась за хвост второй рукой. Ворона сделала отчаянный рывок и… лишилась части оперения. В итоге себя не спасла и перьев решилась. Птица поняла, что явно что-то не так, или у неё зад замерзать стал. Неважно. Она медленно повернулась, и у неё не произвольно открылся клюв, что сильно смахивало на отвисшую челюсть от удивления. И немудрено, такое потрясение испытать — осталось-то всего два пера в хвосте, а остальные были в руке не менее удивлённой Лиры.

— Лира, ты что натворила! — всплеснула руками Герта.

— Не кричи, сейчас всё поправим, — ответила деловым тоном охотница и трофеем, что у неё в руке, со всего размаху вонзила в оголённый зад птицы. Я в ужасе закрыла глаза. Такое издевательство моя психика не могла перенести. Слышу: опять крик птицы, отборный мат Лиры, хлопанье крыльями жертвы и звук закрывающийся клетки. Я тут же открыла глаза — самое страшное было позади.

— Уф…Сейчас немного отдохну и вновь попытаюсь перья на место вставить.

Ан-нет, рано я обрадовалась.

— Дура! — послышалась из клетки, — ты что, не знаешь, что вырванное перо назад не вставить!

— Кэт, я её разговаривать научила! — от радости захлопала в ладоши Лира. — Ты не переживай, я в одной книжке видела способ, — обратилась она к пострадавшей стороне, — как перья назад вернуть, сейчас поем и займусь тобой вплотную.

Ворона, прикинув, что её ожидает очередная пытка, или наконец до неё дошло, что хозяйка с придурью, не выдержала такого «счастья» и упала без чувств. Лежала на спине, лапки кверху, голым задом светила. Красота…

— Померла? — чуть слышно поинтересовалась Герта.

— Нет, наверное, решила передохнуть, а заодно найти положительные стороны в своей ситуации. Теперь, как я поняла, несанкционированные полёты отменяются, пока не пройдёт курс молодого бойца у Лиры, — хохотнула Мира.

— Точно, полёты! — стукнула себя полбу Лира. — Девчонки, я видела, как ворона перелетала беспрепятственно барьер, что между академиями.

— А вот это уже интересно, — подобралась я, — нужно завтра её выпустить и посмотреть, сможет она это проделать вновь или нет.

— Нет! — воскликнула Лира, — у моего летательного аппарата хвост повреждён! — Вот точно с моего мира словечко подцепила, вот что нужно не помнит, а всякую хрень запоминает. — И, вообще, я потом её ещё полгода ловить буду, так что нужно найти другой вариант.

— Так, и кого запускать будем? — задала я вопрос, и все дружно посмотрели на Тигра.

Тот осознал, что он в любой момент может в космонавты загреметь, принялся придумывать отмазки одна круче другой.

— А почему сразу Тигр? Я крыса мужского рода в единственном экземпляре, а значит, меня беречь нужно! А вот женского рода аж две штуки есть, берите любую. — Он показал лапками в сторону застывших от шока Хапуги и Лариски. Затем, подумав немного, поправился: — Нет, Хапугу трогать не нужно, она харчами снабжает, вон, Лариску в расход пускайте, от неё всё равно толку нет.

— Совсем охренел! — возмутилась моя крыса.

— Нет, я свой хвост спасаю, да и не горю желанием летать, меня укачивает при полётах.

— Ты что несёшь… — начала Лариска.

— Ладно, — решила прекратить зарождающий раскол в нашей банде, — тебя не трогаем, давайте ворону в чувство приведём и разузнаем, как у неё получилось перелететь барьер. — Все тут же посмотрели на бесчувственную тушку птицы.

— Уверена, что она расколется после того, как её перьев варварским способом лишили и в клетку посадили? — с сомнением в голосе поинтересовалась Мира.

— Так пытки ещё никто не отменял, — флегматично ответил претендент номер один на полёты. Услышав это, ворона мелко задрожала, что говорило: симулирует пернатая, но тут Лира нас удивила:

— Не смейте трогать мою птичку! — И загородила собой клетку.

— Ладно, пока твоего орла голозадого трогать не будем, — согласилась я с подругой и опять перевела взгляд на Тигра.

— Не нужно на меня так кровожадно смотреть, я к полётам негоден, у меня и справка есть с подписью и печатью. — Я кинула на него взгляд, который говорил: ты что несёшь, хвостатый?

— Ладно, зайдём с другой стороны, — тут же он начал искать способ, как отмазаться. — Вот скажите, зачем вам этот блог преодолевать?

— Как зачем? Чтобы… — хотела сказать «мстить», но тут дошло, что как бы некому.

— Вот же засада! – воскликнула я в сердцах.

— Кэт, что стряслось?

— Тигр прав, мстить-то некому, вишенка теперь моя родня, а это конец всем моим коварным планам.

— А много-то планов было? — оживилась Лира и достала тетрадь, чтобы их законспектировать.

— Не придумала пока, — решила не делиться ценной информацией, плагиата опасаясь.

— Что тогда зря икру мечешь? — пробурчала недовольно она, засовывая тетрадь обратно.

— Ты не бурчи, а иди готовься к ночной вылазке, сегодня твоя очередь на шухере сидеть и комаров кормить, — обрисовала ей перспективу на ближайшую ночь.

Та спорить не стала, видать, крем от кровососов имеет. Мы, наконец, сели за стол, и принялись за трапезу.

— Узницу кормить? — поинтересовалась Лариска.

— Разумеется, кормить, или вы собрались меня ещё с голоду уморить? – тут же очнулась пострадавшая.

— За твои пакости тебя кормить не следует, но я ведьма добрая, обиду долго не держу. Учитывая, что ты наказание как бы уже понесла: теперь тебе долго нам всем голый зад демонстрировать... — После этой фразы ворона опустила клюв. — Не кисни, пошутила я на счёт долго, сейчас подкреплюсь и придумаю, как прикрыть твой срам.

После слов подруги вороне совсем стало плохо. Она покачнулась и упала на голый зад. Но, видать, прикинув, что ей силы понадобится для борьбы, кряхтя встала и поковыляла к тарелке с едой.

Глава 29

После сытного ужина я, немного отдохнув, навела марафет, ведь святым делом собралась заняться — мстить со страшной силой Адимису. Тот, думаю, тоже уже заждался, и ему не терпится мне отомстить. Надеюсь.

Выхожу из своей комнаты и вижу: ворона лежит животом вниз, подперев свою голову крыльями, терпеливо сносит издевательства Лиры, которая читает учебник, то и дело хмуря брови. Даже покраснела — явно злится или пытается заставить работать мозг. Хотя зря, ведь всё равно ничего путного не получится, её мозг только бредовые идеи генерирует.

— Эй, а ты что делаешь? — решила поинтересоваться я, сдерживая смешок, рвущийся наружу. На её комичный вид без смеха смотреть невозможно.

— Не мешай, я пройденный материал на практике закрепляю, —пробурчала она.

Чего? На практике? У меня от этой новости озноб пробежал по спине, а инстинкт самосохранения истошно завопил: «Валим отсюда, лучше с Адимисом мстить, чем находиться в эпицентре зарождающей катастрофы!» Тут я с ним была абсолютно солидарна и, развивая крейсерскую скорость, рванула к двери.

— А ты куда намылилась? — Она оторвала взгляд от учебника, с удивлением наблюдая, как я стремглав рванула к двери с квадратными глазами.

— Я? — Зависла, бегая воровато глазами из стороны в сторону, придумывая причину столь спешного ухода. —— Да это... решила сходить к Адимису, быстренько отомстить, чтобы потом не отвлекаться и тоже за учёбу сесть, — уже схватившись за ручку, быстро протараторила я.

— Быстренько не получится, — пробурчала она и опять уткнулась в учебник. Я только собралась открыть дверь, как заметила одну странность.

— Лира, а почему ворона не улетает?

— Так это… я ей привязку сделал на крови, — невозмутимо ответила она.

— Ты что, совсем обалдела?! Ты ж нас всех запалишь! Забыла, что магичить нам нельзя! — якобы взорвалась я, так как, по большому счёту, нашла способ остановить эксперимент подруги, который может закончиться плачевно, а возможно и трагически. Не для нас, конечно, тут без вариантов, мужья спасут, а для птички. Мне неожиданно голозадую стала жалко, чертовщина какая-то. Я даже закрыла глаза и помотала головой, вдруг опустит.

— Кэт, умерь свой гнев, мы уже давно запалились, и ничего не случилось, так что иди-ка ты отсюда… — как от назойливой мухи, отмахнулась она от меня.

— Куда? — решила поинтересоваться, куда эта выдра собралась меня послать.

— К Адимису, разумеется, мстить, только сильно не увлекайся, а то нам ещё уроки делать. И ещё нужно обмозговать, как будем решать проблему, с которой скоро столкнёмся, — говорила она действительно разумные вещи, чем меня очередной раз ввела в ступор. Не уж то, поумнела?

— Которой из них? – поинтересовалась, о чём конкретно толкует она. А то, может, я рано радуюсь за подругу?

— В принципе, это не совсем наша проблема, а окружающих, мы же настойку-то давно не употребляли, а значит, скоро начнётся.

Ёкарный бабай! Со всем из-за новых передряг забыла про нашу особенность, нужно срочно за травкой кого-то отправить. Так, и кого? Начала я озираться по сторонам, ища надёжного человека для ответственной миссии. Точно! Сестра.

— Лир, попроси Миру к богу винопития завтра нагрянуть, пусть она у него травку возьмёт и подробно узнает о дозировке. Хорошо?

— Я сама к нему схожу, мне всё равно нужно в библиотеку.

Я прикинула так и эдак, пришла к выводу, что раз подруга поразила меня своим умом, почему бы и нет, пусть сходит. В итоге благословила её, о чём пожалела впоследствии, что сама лично не сходила за травой. Мы после её травушки-муравушки так… накуролесим. Но это мелочь, главное, какая за это последовала кара. И от кого? От мужей. Обидно. Но ожидаемо, ведь они только на это и способны.

Стоило мне было выйти из нашей комнаты, как я попала в объятия жутко мстительного типу. Он, как и я, жаждал заняться святым делом — местью, и тут я решила показать, что круче его, и началось.... Короче, месть удалась на славу, но вот физическое состояние в разы ухудшилось. Особенно пострадала моя походка, потеряла былую лёгкость, и, падла, дрожь во всём теле никак не проходила. Чё-то мы перестарались, нужно было к этому подходить без фанатизма. Ну да ладно, сейчас муженька на зелье раскручу и буду как новенькая.

— Вы такой ненасытный… — решила подлизаться, сделав ему комплимент. Мой дураком не был и сразу просёк, что подлизывалась я не так просто. Чуял, что опять что-то затевала, но инкогнито никто не отменял, посему он злился молча.

— Говори уж, что нужно?

— Сущий пустяк, что-нибудь для бодрости, а то что-то устала, — не стала я юлить и сказала почти правду, можно сказать, прогресс. Адимис посмотрел на меня смеющимся взглядом и выполнил мою просьбу. Договорившись и далее делать вид, что я его только адептка и никаких интимных встреч между нами нет, распрощались.

Глава 30

Так вот, шла я опять летящей походкой домой, счастливая, удовлетворённая, но стоило открыть дверь, весь положительный настрой как ветром сдуло.

Лира стояла возле стола красная, как рак, что говорило: подруга в гневе. С чего бы это? Но, самое удивительное, остальные члены банды валялись на полу, истерично ржали. Не уж то массовое помешательство? Или они что-то психотропное приняли? Э…нет, походу дела, Лира что-то опять отчебучила.

— А что, собственно, происходит? — Закрыв за собой дверь, я с опаской направилась к Лире. Видно же было, что она своим «мощным» телом кого-то, или что-то прятала. А почему с опаской? Да не факт, что его очередная выходка безобидная, от этой ненормальной можно ожидать всякого. Резко затормозив, пристально взглянула на раскрасневшуюся подругу и задумалась, стоило ли рисковать?

— Кэт, ты в туалет для начала сходи, — хохоча, предупредила Герта о последствиях.

Я напряглась.

— Что, так серьёзно? — слегка нервозно поинтересовалась и тут же начала отступать в сторону места, куда мне предложила сходить подруга. Думала воспользоваться её советом, дабы ненароком не оконфузится. А также я дурой не была, просекла, что раз народ в лёжку, беды не миновать, точнее, подмоченной репутации. Так вот, сделав правильные выводы, я бешеной пчёлкой метнулась в комнату раздумий, быстренько сделала то, что мне посоветовали. Затем с опаской открыла дверь, а массовое ржание не ослабло, правда, Адель уже заикаться начала.

Повторно напряглась. Ох и не понравилось мне это. Но я же смелая, хоть и дурная, поэтому предприняла ещё одну попытку разузнать, что, собственно, произошло.

— По какому поводу ржём?

Никто отвечать не желал на поставленный вопрос, народ так вошёл в раж, что и слово вымолвить не мог. Делать нечего, пошла выяснять причину массовой истерии, надеясь, что меня не постигнет та же участь. Стоило мне подойди к Лире, как та встала грудью и всеми правдами и неправдами попыталась скрыть причину безудержного веселия всей частной компании.

Да ладно!

— Лира, отойди, дай посмотреть, что ты опять натворила! — пытаясь отодвинуть, грозно рявкнула.

— Кэт, может не нужно, а? — с мольбою в голосе предприняла попытку она меня остановить.

Ага, шаз! Мне уже стало любопытно, страх притупился, теперь меня легче убить, я не успокоюсь пока не выясню причину всеобщего веселья.

— Лира, отбрось таинственность, я чёрт знает сколько лет тебя знаю, и ты думаешь, что можешь меня чем-нибудь удивить? — врала нагло я. Лира, может не только удивить, но и шокировать. Та тяжело вздохнула и отошла в сторону. Посмотрела на то, что подруга так отчаянно от меня скрывала. И никак не могла понять причину смеха друзей и злость Лиры. Ничего смешного тут нет: на столе, прикрытая тряпкой, лежит страдалица ворона, и, кажется, она всё, сдохла. Тут как бы печалится полагается, а они, бессовестные, ржут яки кони.

— Что-то я не поняла, пернатая откинулась, и вы по этому поводу протираете собой пол?

— Кэт, а ты тряпочку-то сними! — рыдая уже от смеха, посоветовала мне Мира. Вот после этих слов я как никогда с опаской протянула руку, резко сдёрнула ткань, и мля… чуть не ослепла.

— Беру свои слова обратно, удивила, — оседая от шока на пол, чуть слышно произнесла, тыча пальцем в ворону. — Это что за… — Бедолага же в этот момент открыла глаза и опять вырубилась. Жива-таки. Но, видать, не готова пернатая лицезреть свою ослепительную красоту. Ну, а кто к такому может быть готов? Я бы тоже лишилась чувств, если Лира со мной такое проделала. Хотя нет, я бы Лире отмстила и уже потом позволила себе слабость.

— Эксперимент, правда, неудачный. Но по доброте душевной.

— Лира, мы, кажется, уже выяснили, что ведьма и доброта — это тяжкие последствия для объекта и душевные терзания для нас. Ты бы не экспериментировала, что ли…

— Да не совсем это эксперимент, я по учебнику нашла, как перья вставить, — начала косячная наша изображать из себя саму невинность, при этом прикрывала тряпкой нашу новоявленную жар-птицу.

— А ну-ка, дай сюда книгу знаний. — Вытянула руку, но вставать не стала, вдруг ещё сюрпризы будут. Лира со скорбным видом подала мне учебник и ткнула пальцем на заклинание. Я прочла его, но там даже и не упоминалось о таком ослепительном результате. — Но как? — Я поражённо развела руками, потому что результат-то ослепительно ошеломляющий.

— А я знаю? — всхлипнула подруга, растерянно пожав плечами и вновь громко шмыгнув покрасневшим носом. Наверное, надеялась на сочувствие с моей стороны. Зря, я вон лучше вороне посочувствую, она сторона пострадавшая и менее опасная.

— Да она, наверное, когда заклинание проговаривала, думала об этом, — продолжала глумиться над ней Адель.

«Чё, серьёзно так можно?» — удивилась я.

— Лира, — я с нажимом в голосе произнесла имя и строго посмотрела на неё. Надеясь, что та проникнется и выложит всё как на духу.

— Ну… — зашаркала она ножкой. — Было дело, подумала о сверкающих перьях.

Тут опять вся частная компания вновь ржать принялась, а вот у меня волосы встали дыбом. Ведь, в отличие от легкомысленных, я понимала, что это только начало проблем и её воображение нас ещё не раз шокирует, и не факт, что будет весело. Всё, теперь на практические занятия буду ходить исключительно после того, как по серьёзному в туалет схожу, что-то мне подсказывало, тут не только подмоченной репутацией пахнет — тут моя нежная психика в опасности. А, возможно, и жизнь! Чё-то мне плакать захотелось от этой перспективы.

— Кэт, а тебе что не смешно? — поинтересовалась Лира. Я медленно встала с пола, не отрывая от неё злющего взгляда, и выдала:

— Во, — подсунула ей под нос кулак, — видела? — Та скосила глаза на мой кулак, затем в недоумении посмотрела на меня.

— Вижу, и что это означает?

— Это означает, — отвечаю вибрирующем от злости голосом, — если ещё раз не в том направлении думать будешь, врежу, и это будет не актом насилия, а спасительной миссией окружающих. Усекла?

Народ резко ржать прекратил, видать, наконец до них дошло, что тут впору плакать или улепётывать со всех ног в другой мир от необученной Лиры.

— Посыл понятен, — убирая рукой мой кулак от своего носа, произнесла она. — Но… миссия практически невыполнима, — опять горестно вздохнула она.

— А ты уж постарайся. — Я зло посмотрела на неё, затем на валяющийся народ, рявкнула уже на них: — Что разлеглись, в дозор никому не нужно? И ещё, даю пять минут, чтобы придумать, как скрыть неудачный эксперимент нашей соратницы или как его исправить.

После моих слов дверь комнаты Фени открылась, и оттуда высунулась его голова.

— Я настоятельно рекомендую не убирать последствия необычного эксперимента, а скрыть его. Нам эта фишка в играх ой как поможет.

«Чёрт! Ещё эти игры!» — мысленно взвыла я. Но как представила, что и эта с присвистом будет с нами, совсем что-то нехорошо стало.

— Фень, так ты про то, что мы участвовать в играх будем, не шутил? – Начала искать рукой стульчик, так как силы меня враз покинули. И всё же осталась призрачная надежда, что обойдётся. Ну, не может же так не везти сразу такому большому количеству почти святых женщин!

— Нет, не шутил.

— Чёрт! Ну точно нас прокляли!

— Скажи, а как мы туда загремим? — решила вновь попытать счастья и узнать причину наших будущих бед.

— Твой приговорит в качестве наказания. — Он почесал голову. — А вот за что, не знаю.

Почему-то я не удивлена, что виновник наших бед — это божественная сволочь, конкурент, которые постоянно меня обставлял по всем фронтам, успевал работать на опережение. Вот как сейчас: он ещё не отмстил, а я уже переживала и страдала заочно. Вот это я понимаю, виртуоз...

— Слушай, напряги свои радары, покушай в пространстве, может, увидишь мельком в грядущем, чего мы там отчебучим? — Сложила руки в умоляющем жесте, в надежде, что его проймёт.

— Кэт, я бы с радостью, но мне словно кто-то мешает…— Он печально развел руками.

Что-то мне подсказывает, что этот кто-то — мой драгоценный.

— Так, слушаем мою команду! Ночные вылазки прекратить, всем затихнуть и усердно учиться.

— А… месть? — начала Литра, но тут же я её перебила грозным рыком:

— Про неё тоже забыть, или в играх участвовать хотите? — Я обвела взглядом притихших друзей.

Тишина. По скривившимся лицам было видно, что эта перспектива не вдохновляла. И Адель убила предсказанием:

— Нет, на игры нам никак нельзя, там могут реально навалять!

— Навалять? — сдавленным голосом переспросила Лира.

— Именно, и с особой жестокостью, — продолжала сгущать краски Адель.

Твою ж… Вот за что? Мы же ещё ничего не сделали, даже мысленно!

— Девоньки, что ж делать-то? — заволновалась Герта, хватаясь за сердце. — Я не хочу огребать на каких-то играх.

— Можно подумать, тут желающие имеются, — с сарказмом ответила ей Мира.

— Отставить стенания, нам ещё не наваляли, — решила немного успокоить народ, который уже впадал в панику. — Предлагаю проголосовать. Кто за то, чтобы залечь на дно и подождать, когда других претендентов загребут? — Как я и ожидала, народ решил меня поддержать в этом нелёгком деле. Для нас это сродни смерти. Когда такое было, чтобы ведьмы, и не пакостили?! А про нашу шайку и говорить не стоит: что ни день, то залёт. Хотя ради целостности шкурки можно стать на время и примерными девочками. Но как? Хотя... может, у ангелов взять мастер-класс? А что? Они в этом деле профи, да и отношения у меня с ними хорошие, точнее, рычаг давления имелся, как-то мы с ними вместе грешили, тьфу ты, ад в рай превращали. Воодушевившись новой идеей, я успокоилась и решила связаться со своими должниками по принуждению в ближайшие дни. Но как выяснилось, залечь на дно не получилось, и опять из-за этой Лиры! Если бы я знала об этом, то не тянула с шантажом и связалась сразу с крылатыми, а теперь всё, пропали мы, одна надежда на счастливый случай. Хотя…

Глава 31

Следующие две недели выдались сложными, и это не из-за ночных вылазок — от них мы виртуозно отмазались. Сослались на то, что мы с девчонками под особым наблюдением. А так как свидетели были, когда Адимис меня застукал, в эту почти ложь поверили все без исключения и взяли на себя тяжёлое бремя поиска бреши в блоге. В принципе, это бесполезное дело, потому что если наши мужья что-то делают, то качественно, так что брешь искать таким способом нет смысла. Пообщавшись с Адимисом, я это ясно сознавала. Сверкающая же ворона изображала из себя жертву и пребывала оскорблённо обиженном состоянии, поэтому эта зараза не выдавала секрет. А ведь мы ей угрожали, видать, самое страшное для неё уже случилось и другие наши страшилки тьфу — сущая мелочь.

Так вот, пока богини-недоучки ползали по ночам, а ворона ушла вглухую несознанку, наша банда всё это время напрягала свои извилины, пыталась постичь науку младших богов. Особенно меня напрягал предмет по физическому проявлению мысли образов. Нет, меня не сам предмет напрягал, а Лира, которая могла выкинуть чёрт знает что. С её-то богатым и не совсем нормальным воображением могло произойти всё, что угодно. И даю сто процентов, что последствия будут для нас печальными. Посему я сама занималась в усиленном режиме и её гоняла со страшной силой, надеясь, что поможет. Хотя…

Я даже со своим практически не виделась, из кожи вон лезла ради нашей безопасности. Мой злился, а я сетовала, что из-за учёбы сил ни на что нет. В эту отмазку он особо не верил, так как на его предложение насчёт зелья восстановления силы я отвечала категорическим отказом. Нет, ну а как тут не отказаться-то? Он меня на игры сошлёт после такой информации, я уже обиженная хожу. Да и от повинности на болоте он меня не освободил, а значит, через три дня всей честной компанией предстояло осушать болота. Как это сделать в теории, знали, а вот на практике… даже страшно представить, особенно страшно, когда Лира этим займётся. Хотя, есть плюс, нам не нужно будет его заселять, а вот если бы пришлось, то я бы, наверное, подалась в бега, потому что жизнь и здоровая психика дороже.

Была ещё одна странность: наша тётя практически с нами не общалась, так, вскользь. Братья ходили надутые, как индюки, и постоянно бросали на нас злобные взгляды, мы отвечали им тем же. Наконец я не выдержала.

— Кариим, ещё раз кинешь в мою сторону такой взгляд, и последствия тебе не понравится, — хватая братца в коридоре за рукав, перешла я к воспитательному процессу. Совсем обнаглел!

— Что, своему нажалуешься? — ехидно поинтересовался он.

— Нет, гляделку подобью, — сказала первое, что мне пришло в голову. Не устрашающе, согласна, подумав секунд пять, добавила: — Лиру попрошу поразить тебя воображением. — Тот о трагической судьбе вороны был наслышан, Феня, гад, проговорился. И вообще, он к ним что-то зачастил, непорядок.

— Хорошо, так смотреть не буду. — Он попытался вырвать руку из моего захвата. Это он зря. Я вцепилась в руку мёртвой хваткой и собиралась отпустить только после того, как разрешим наши разногласия.

— Кэт, да что ты с ним возишься, — влезла в разговор гроза всей нашей банды Лира.

— Твои предложения?

— Давай я на нём новое заклинание проверю, — решила подыграть она мне. Ведь на самом деле она себе дополнительные годики к учёбе добавлять не будет. Может, она и с присвистом, но не дура полная. Но ведь Кариим об этом не знает, и её предложение дало положительные плоды:

— Хорошо, давайте выпьем мировую!

После этих слов мы дружно сглотнули, дабы не забрызгать слюной пол. А так же у меня мелькнула мысль, что Лирины промахи можно использовать как устрашающий элемент при переговорах. Вон как братик трухнул, даже выпить предложил. Стоп. Выпить?

— Издеваешься? — пришла в себя первая Мира. Пока я размышляла о выгоде и капала слюной, то упустила момент, когда наш брат нас решил подставить.

— Или подставить хочет, — подтвердила мои мысли Герта, ведь ясно как день, что это самая что ни на есть подстава! Тем более, когда нам игры светят. Кариим полоснул злым взглядом на демоницу, что разгадала его коварный замысел, но промолчал.

— Предлагаю, мировую чайком обмыть, — тут же сориентировалась Лира.

Молодец, подруга! Так его, гада!

— Я сегодня за травкой собралась... — невинно хлопая глазами, продолжала над ним глумится. Новоявленный братец скривился от такого предложения, но отказываться от чаепития во имя мира не стал. Ну как ему отказаться? Скажет, что против, — ему тётя шею намылит, да и мы нервную систему можем порядком расшатать. Как выяснилось позже, зря.

Со злобным оскалом на лицах мы забили стрелку через четыре дня. Каждый, наверное, очковал, что чаепитие может закончиться отравлением или другими последствиями. Как ни крути, но родственных чувств между нами не возникло, зато желание сделать друг другу гадость возрастало с каждой минутой всё сильнее.

«Господи, только бы пережить это чаепитие без последствий!» — мысленно взмолилась я. А потом поняла, что творю, и чуть ли не сплюнула от досады. Совсем умом повредилась, прошу самого главного врага своего! Надеюсь, он мои молитвы не услышал. Так, а, чё я, собственно, переживаю? Я же не сказала, к кому конкретно обращалась.

А тем временем народ перешёл к обсуждению места и времени встречи. Немного поспорив для порядка, сошлись, что встречаемся у нас. Брат, как и положено, скривил моську, но дал добро. Напоследок мы постреляли в друг друга злобными взглядами и распрощались, мысленно желая друг другу «благо». Хотя сейчас бы нам удача не помешала. Ведь мы шли на занятие, которого я опасалась.

Глава 32

— Кэт, вот хоть что говори, но кругом какая-то нездоровая движуха, — начала делиться своими мыслями Мира, встревоженно озираясь по сторонам.

— И то верно, наши-то постоянно куда-то сваливают. Вот сегодня опять из новеньких преподов вести практику будет, — хмурясь, уже поделилась информацией.

Я напряглась.

— А вот это хреново. — Строго посмотрела на Лиру, показывая взглядом, из-за кого я так считаю. В ответ подруга лишь беспечно отмахнулась от меня.

— Зря вы так волнуетесь. Я, например, абсолютно готова, и мне плевать, кто будет вести. Более того, я так жажду применить свои знания, — оживилась наша мина замедленного действия, затем чуть слышно: — Я, кстати, ещё кое-что от себя добавлю, чтобы эффект был покруче!

ЧЕГО?! Только не это!

—Слышь, ты, экспериментатор хренов… — начала я грозно и тут же ей поднос сунула напоминалку — кулак. Намекая этим, что в случае чего расплата за потраченные нервы прилетит ей незамедлительно.

— Кэт, ты прекращай, всё под контролем. — Она скосила глаза на моё предупреждение и осторожно его отодвинула от лица своей рукой.

Не впечатлило.

Хотя, может, я зря пургу нагоняю, и у Лиры действительно всё под контролем? А я из-за грядущих проблем параноиком становлюсь, от каждой мелочи ожидаю катастрофических последствий?

Ладно, решила ради разнообразия ей поверить.

Начались занятия спокойно, да и задание было, по сути, несложным: мысленно придумать маленького зверька и этот мыслеобраз преобразовать в физическом плане. Ведь правда несложно придумать что-то милое? НО… Лира, как всегда, учудила!

Падла с креативными заскоками!

Эта ненормальная вместо милого зверька создала огромного монстра, у которого чёрт знает сколько глаз и зубы, как у акулы, острые, в три ряда. Младшие боги быстро сориентировались и кинулись врассыпную. Мало того — эти божественные сволочи, кинувшие нас на растерзание чёрт знает кого, улепётывая со всех ног, преодолевали при этом встречающиеся на их пути препятствия с такой сноровкой, что наша земная группа «Альфа» им в подмётки не годится! Я такого скоростного исчезновения и умения сливаться с местностью в жизни не видела! Обзавидоваться можно! Кстати, препод тоже стремительно ушёл в туман, зараза! Так вот, мы, в отличие от других, такого таланта не имели, посему с весёлыми матерками, наплевав на последствия из—за запрета на нецензурную брань, рванули короткими перебежками из аудитории. Но эта тварь зубастая нам отрезала путь.

Злыдня!

Ох, я себя и костерила, наворачивая круги от зубастой скотины, что поверила Лире, мол, всё у неё подконтролен. Ну почему я не догадалась просто перед входом в аудиторию обезвредить её одним ударом по маковке?! Лира в отключке, и все могут временно жить без потрясений. Ведь у этой ненормальной всё через одно место! В последнее время меня всё чаще посещали мысли, что мы все с брачком, постоянно во всякого рода неприятности влипаем. Может, нас прокляли, а мы не в курсе? Хотя почему не в курсе, вот сейчас я окончательно уверовала в проклятие!

Узнаю кто — убью!

— Лира, падла, ты что опять натворила! — заголосила я, забираясь на шкаф, шустро перебирая всеми четырьмя конечностями. Кстати, там уже сидела более расторопная Мира и тоже высказывала нецензурно своё мнение на сей счёт.

— Кэт, я нечаянно, — забираясь на другой шкаф и с опаской поглядывая на своё творенье, всхлипнула она. Эта же зверюга следила за нами всеми своими глазищами и никого не упускала из виду.

— Герта! — заорала во всю мощь лёгких, стоило мне оказаться в относительной безопасности. Я, внимательно осмотрев место погрома, недосчиталась одного члена банды. — Девочки, а где Герта? — продолжала я сокрушаться.

— Чё орёшь! — скривилась сестра, тряся головой. Видать, я слишком громко тревогу огласила, кажись, она лёгкую степень контузии получила от моего взволнованного ора. — Вон, на колонне висит? — Показала глазами, где потеряшка, но до этого полоснула меня злым взглядом. Не спорю, заслужила. Я посмотрела в правый нижний угол и не узрела свою пропажу, а затем…

— Кэт, с другой стороны, под потолком, — услышала дрожащий от страха голос Лиры. Повернула голову, а Герта висит, как ленивец, и трясётся от страха.

Короче, сидим мы на шкафах приблизительно минут пять, печалимся, а некоторые висят, и тоже страдают. А как тут не предаться унынию? До окон добежать не успели, до двери тоже, а эта зараза стала медленно подбираться к нам.

— Девочки, кажется, этот монстр сейчас шкаф грызть начнёт, вон как глазом подозрительно на него смотрит, — заволновалась Лира.

— Каким из тридцати? — зло процедила я.

Спросите, почему из тридцати? Да пока я тут сидела, от нечего делать решила их пересчитать. Вот смотрела на эту падлу и терялась в догадках, кого первым она сожрать собралась? Смотрит-то она на всех сразу. Единственный, кто в относительной безопасности, это Герта. Колонна каменная, зверюга грызть замучится, и то это под вопросом, потому что подруга может и упасть. Короче, нам однозначно хана, если нас не спасут.

— Всеми, — перебила мой мыслительный процесс Лира.

— Слушай, ты мне ответь, вот какого ляда ты такую зверюгу создала, а? – начала сокрушаться Мира.

— Ну… я об играх думала и представила, что нам бы не помешал защитник, — начала она. Мы дружно посмотрели на зверя. Нет, зверюга, конечно, устрашающая, тут не поспоришь. Но кто нас-то от неё защитит? Я бы своего позвала, но его нет в этом мире. Печалька.

— Ага, значит, в качестве защитника его придумала, тогда что сидишь на шкафу и пыль протираешь? Иди укрощай плод своего больного воображения. — После моих слов Лира посмотрела на зверя, потом начала воровато озираться, и стоило её взгляду упасть на Миру, она выдала:

— А почему я? Пусть Мира этим занимается, это по её части, — перевела она стрелки технично на сестру.

— Я? — спросила осипшим от возмущения голосом сестра, тыча в себя пальцем.

— Угу… — махнула Лира головой.

— Точно, Мир, ты же богиня, которая как бы с животными связана? – решила я поддержать уже Лиру, ведь в её словах что-то было... — Действительно! Кто, как не богиня всего живого, укротит зверюгу.

— Кэт, ты чего, совсем, что ли? — Она покрутила пальцем у виска. — У меня эти качества неразвиты, — продолжала возмущаться, а я медленно, но верно стала сестру оттеснять к краю шкафа.

Мудро рассудив, что в экстренной ситуации её способности враз разовьются. Так, между прочим, меня тётя плавать учила. Выкинула с лодочки — и всё, либо плыви, либо теряй волосяной покров, когда тебя за волосы вытягивать из воды она будет. Я выбрала первое, потому что волосы терять тогда мне было никак нельзя. В тот момент у меня была любовная лихорадка, и я всеми возможными способами старалась привлечь внимание виновника моего недуга. Но это было тогда, а сейчас проблема посерьёзнее…

— Мира, наша жизнь в твоих руках, — поддержала нас уже Герта, — да не тяни ты, я уже из последних сил держусь, — заныла демоница.

— Кэт, ты чего медлишь? Ты же богиня правосудия — действуй! – решила меня расшевелить Лира, видя, как я ненадолго замешкалась, поддавшись воспоминаниям.

— Да вы совсем рехнулись! — возмутилась Мира и покрутила повторно у виска. — Какой из меня укротитель тварей? Пускай, вон, Лира сама со своей зверюгой разбирается. — Она зло посмотрела на ту, что с завидной регулярностью нам создавала проблемы, и продолжила возмущаться: — Тоже мне ,богиня мудрости, а на проверку — дура дурой!

— Я не дура! — возмутилась обвиняемая и приступила к защите своей чести: — Я о нас, между прочим, забочусь, напрягаю извилины, ищу способ, как эти долбанные игры пережить без телесных повреждений!

— Ну раз так, то пошевели ещё раз своими извилинами и придумай наконец, как зверюгу успокоить! Ты же создатель, мать твою! — взревела Мира. А вот это уже весомый аргумент, раз она создатель, пусть сама и разгребает за собой. Мы тут как бы сторона пострадавшая, с неё ещё компенсацию надобно потребовать за потерю нервных клеток. Я посмотрела на виновницу наших бед и уже решила ей озвучить свою претензию, как …

— А по мне, вы все тут умом не блещите, — раздался рокочущий голос, и, кажется, это сказала зверюга. Я даже не поверила сперва, подумала, слуховые галлюцинации, посмотрела на источник опасности, а эта тварь сидит и своими глазищами так кровожадно смотрит. Если она ещё и разумная, то всё, считай, нам пора петь «Со святыми упокой». Точно сожрёт, гадина!

— Лира, она может говорить, или у меня слуховые галлюцинации? – обратилась к подруге, устроившей нам квест.

Та только махнула головой, мол, может. Но по её огромным глазищам и тупому выражению на лице было видно — она сама не ожидала такого результата.

Вот что делать в такой щекотливой ситуации? Я посмотрела по очереди на подруг, поняла, что помощи от них не дождёшься. Все сидят, как дуры, и хлопают увеличенными в разы глазищами. Пришлось, как обычно, брать всё в свои руки и начать переговоры, а то Герта неровен час, как спелая груша, рухнет на пол, и зверюга ею может и отзавтракать.

— Глубокоуважаемая… — начала я и тут же замолкла, подбирая нужные слова, но, как назло, ничего в голову не лезло.

— Чё замолчала-то? — спросила рокочущим голосом зверюга, а у меня от этого звука волосы встали дыбом, причём ВЕЗДЕ!!!

— Да вот думаю, с чего начать, — начала я юлить, в надежде, что эта жуткая тварь сама даст понять, в каком направлении льстить. А то что придётся это делать, тут и к гадалке не ходи. Но, смотря на монстра, понимала, что нет у меня лестных эпитетов, и всё тут!

— Ты уже начала, а теперь пошевели своими мозгами, если таковые у вашей компашки имеются, и придумай мне достойное имя.

И только? Имя? Лесть отменяется? Уф… Выдохнула я, и тут до меня дошло, что эта тварь считает нас дурами!

«Чего? Ты кого безмозглыми решил выставить? Нас, ведьм в десятом поколении! — начала было я мысленно возмущаться. Вслух не рискнула, боясь погубить свою дипломатическую миссию.

— Глазунья, — раздался восторженный голос Лиры.

Ага, Лира решила ответить симметрично на оскорбления. Хоть тут не сплоховала.

Зверюга же посмотрела на свою создательницу, издала утробный рык, от которого наше временное убежище затряслось, что вызвало у меня некий мандраж. Ну а как тут не волноваться? Ножки сейчас не выдержат, хрясь — и мы прямиком этой зверюге в пасть угодим. Бр-р-р… нерадужная перспектива. Пока я мысленно оплакивала наш безвременный конец, это чудище плюнуло в сторону Лиры огненной струёй, не сильно, но шкафчик слегка обуглился.

Нам конец. Я обречённо прикрыла глаза. Но в этот момент…

— Эй, ты чего творишь, зараза глазастая! — завопила подруга.

— Дура, я мужского рода! — пророкотало чудовище.

Это хорошо, что мужского, и в одном экземпляре, а то, как представлю выводок таких монстров, так вздрогну. Хотя, если мы не найдём с неё общий язык, нам как-то будет всё равно скоро, какого она пола. Душам бестелесным вообще на плевать на земные перипетии, единственная надежда на моего, он обязательно воскресит нас. Хотя, и это перспектива не вызывала оптимизма, воскресит-то он нас в новых телах, и опять начнётся кутерьма сначала. Осознание, что нас может ожидать повтор приключений, заставило меня встрепенуться и начать спасительную миссию.

— Спасибо за уточнение, — решила я отвлечь эту тварь от подруги, у которой шкаф стал медленно гореть. — Как насчёт имени Тузик? — ляпнула первое, что в голову взбрело. Понимала, что неоригинально, а что поделаешь, от страха все умные мысли дезертировали. Молчал, глазищами своими смотрел на меня, аж в дрожь бросало от такого зрелища. — Может, Шарик? — несмело внесла очередное предложение. Зверюга скривилась, словно лимон съела, и выдала:

— Не, Шарик мне не нравится, пусть уж будет Тузик. —Монстр завилял хвостом.

И всё-таки Глазунья ему бы больше подошло.

— Вот и ладненько, имя мы вам придумали, что дальше? — влезла уже Мира.

— Хватит разглагольствовать! — взревела Герта. — Пока вы будете вести светские беседы, я упаду! Спросите прямо, будет он нас жрать или нет?

— И то верно! — согласилась с подругой, которая из последних сил держалась и уже тряслась от напряжения. — Многоуважаемая, вы завтракали? — начала я, но меня вновь перебил возмущённый возглас Герты:

— Кэт, ты заболтала, он же мужик! — взревела она, а затем обратилась к животине: — Тузик, ты жрать нас будешь или нет?

— Я? Вас? — И пауза, а мы даже дышать перестали в ожидании ответа. — Жрать?— вновь задал зверюга вопрос и тут же плюхнулся на попу. — Я что, на самоубийцу похож? Да от вас в лучшем случае несварение заработать можно, а в худшем — окочуриться! — Послышался дружный вздох облегчения. Наверное, каждая из нас подумала о преимуществе быть мстительной натурой. Вот, даже зверюга отравиться боится. Я всегда знала — месть вкупе с жутким характером — это великая вещь!

— Вот и славненько, — ответила Герта и начала бодро спускаться, но последующее слова Тузика-мутанта, остановили её стремительный спуск.

— Но покусать могу. — И он расплылся в зловещей улыбке, а потом щёлкнул своими зубами.

«Чтоб у тебя кариес развился!» — мысленно пожелала ему блага.

— Зараза! — воскликнула Герта и не менее стремительно начала взбираться по колонне вверх, напоследок, выдав: — Вот же падла многоглазая!

Глава 33

А вот это она зря обзывается. Туз — так я решила сократить его имя, может обидеться и реально цапнуть её за аппетитный зад, позабыв об опасности отравления. Посмотрела на Герту — взмокла, бедная, уже и не трясётся, так как весь свой резерв сил потратила на спуск-подъём, и теперь реально в любую секунду могла шмякнуться. И что-то мне подсказывало, что она уже мысленно прощалась со всеми нами.

Не знаю, чем бы это закончилось, но тут, на радость нам, дезертиры, то есть умные мысли, решили вернуться, и так ехидненько:

«Что-то у этой падлы много нервных клеток. Как насчёт того, чтобы уменьшить их количество?»

«Гениально!» — мысленно ответила им и перешла к делу.

— Лира, — начала я ехидненько, — а не кажется тебе, что твой эксперимент не совсем удался? Может, ты его малость того… подправишь?

У подруги глаза опасно сузились. Глядит на монстра кровожадно так, словно расчленяет тушку. Зверюга, увидев, что сейчас может случиться страшное, враз потерял свой воинственный вид. Даже меня её взгляд не оставил равнодушной, что уж говорит о животине! Вон, всеми своими глазищами испуганно захлопал, и по телу проскочила мелкая дрожь. Очкует. Пришлось ей показать жестом, что физическое устранение — это перебор даже для нас.

— Действительно, что-то я об этом не думала, — смекнула она-таки, куда я клонила, и принялась беспощадно уничтожать нервы Тузу. — Сейчас прикину, как бы ловчей исправить свой промах. — Нахмурив брови, она стала изображать мыслительный процесс.

— Не нужно ничего менять, — заныл он, и в его голосе появились скулящие ноты. И так… проникновенно посмотрел на свою создательницу всеми своими глазами. Жуткое зрелище, скажу я вам.

— Ну не знаю…— потянула Лира, делая вид, что думает, потом принялась рассуждать: — Понимаешь, с брачком ты у меня вышел. Где это видано, чтобы творение своего создателя и его друзей кусало? Определённо нужно что-то делать… — Она вновь замолчала, смотря на стремительно терявшего нервные клетки животного.

— Я? Кусать? — тут же начал выкручиваться зверюга, чем вызвал во мне уважение. —Да ни в жизнь, я своих не кусаю…

— А кто свои? — натужным голосом спросила страдалица, висящая на колоне.

— Все в этой комнате и, разумеется, на кого покажете, что кусать нельзя, — оставила-таки себе лазейку зверюга зубастая.

— Уф… — Я услышала возглас Герты, звук скользящего тела по колонне и шмяк. Это означало, приземление свершилось. — Ты, чего голову морочил! — отряхаясь, зло посматривая на Туза и ворча как старая бабка, поинтересовалась она.

— Так, я это… — начал отвечать Тузик, при этом его глаза бегали из стороны в сторону, что означало — он ищет достойную отмазку.

— Да не напрягай ты мозг, скажи, что это была проверка нашего умения смотаться по-быстрому от опасного противника, — решила помочь ему, а то мне его жалко стало: с нами ему ещё предстоит жить, а это, я скажу, ещё то испытание на прочность.

— Ну да, именно это и делал, — виляя хвостом и круша им близстоящую мебель, поддержал мою версию он.

— Зачёт! Вот врёт и не краснеет, весь в нас, — одобрительно усмехнулась Лира, а затем как заорёт: — Чуча!

После её крика метёлка материализовалась из воздуха, а мы с Мирой посмотрели друг на друга, понимая, что самые настоящие тормоза в экстренной ситуации забыли, что могли раньше вызвать свои мётлы.

— Что-то мы последнее время тупим, причём по страшному. — Сестра отмерла и начала спускаться.

— И не говори, сглупили, — согласилась с ней и тоже начала спуск, ругая себя на чём свет стоит.

— А с другой стороны, — продолжала она разглагольствовать, спускаясь и отрывая меня от самобичевания, — мы бы так быстро не приручили зверюгу. Мы ведь её приручили? — спустившись и поправив юбки, с опаской смотря на чудо чудное, поинтересовалась она. От спасительного шкафа не спешила уходить.

— Конечно, приручили, — изобразила уверенность, а у самой мандраж всё-таки был, и от шкафа я тоже не спешила отходить: покусанной нет никакого желания ходить, да и доверия эта глазастая морда не вызывала.

— Не переживайте, будет плохо себя вести — я поражу его своим воображением, сидя на метле, — с неким ехидством озвучила наказание в случае неповиновения Лира. — Да прекращай ты хвостом вилять из стороны в сторону, не всю ещё мебель в хлам разнёс?! — рыкнула на Тузика подруга. Тот печально посмотрел на неё своими глазищами, издал вздох полный грусти и печали, замер в ожидании последующих распоряжений.

— М-да, кажется, нам сегодня на конюшню идти, вон, как тут всё разнесли знатно, — осматривая помещение, подвела итог нашего маленького приключения я.

— Я только за, чтобы к Люцию в гости наведаться, — хохотнула Мира, немного расслабившись.

— Конюшни — это, конечно, хорошо, но что будем делать с Тузиком? – поинтересовалась Герта, продолжая с недоверием смотреть на чудика.

— А что с ним делать? — в унисон задали мы вопрос и Мирой, так как не поняли, в чём, собственно, проблема.

— Вы на его внешний вид посмотрите. — Мы все повернулись к Лириному монстру, а тот на нас смотрел уже с легким испугом. Нет, его, конечно, понять можно, если сейчас мы решим покреативить немного, результат нашего творческого порыва весьма туманен.

— Может, оставим как есть? — нерешительно поинтересовался Туз.

— Нет, как есть нельзя, ты слишком заметной личностью получился. А как оружие стратегического назначения, должен быть замаскирован от противника, дабы не испортить сюрприз, — выдала я на одном дыхании, после моих слов зверюга тяжело вздохнул и понуро опустил голову. Короче, приготовился к страшному.

—Может, артефакт или амулет сварганим сейчас по-быстрому, всё равно магический фон тут есть, не запалимся, надеюсь, — подала дельную идею Лира. После её предложения Туз с надеждой посмотрела на нас всеми своими глазищами. Бр-р-р! Ну никак ещё не могу привыкнуть к этой «красоте», дрожь, то и дело, пробегает по телу при созерцании этой «красоты».

— Ты, конечно, придумала хорошо, но, блин, у нас знаний недостаточно, чтобы провернуть такое дельце! — указала ей на брешь. Туз вновь сник.

— Уж ты ж… — почесав затылок, воскликнула Лира и начала озираться по сторонам. Можно подумать, тут прячется тот, кто поможет нам в этом нелёгком деле.

— Ну, вы тут и натворили делов, — услышали возле входа взволнованный голос Адель, а рядом с ней стояли Кариим и её суженный.

— Ну, вы и бедовые, — присвистнул уже Аревил, рассматривая погром.

— Но-но, попрошу не оскорблять! — возмутилась я.

— Может, хватит восхищаться нашими «достижениями» в области разрухи? Поможете нам для Тузика сделать амулет? — влезла Мира.

— Кого? — завис Кариим и, увидев нашего «малыша», присвистнул. — нифига себе! Кто этот гений, что такого «красавца» сотворил?

— Я! — воскликнула Лира и зарделась от удовольствия.

Брат решил подойти к нашей минисобачке, но тот, рыча и скаля зубы, неожиданно кинулся на него.

— Твою ж мать! — заорал он и метнулся от тварюги со всех ног. Ну что могу сказать, Кариим, оказывается, неплохо бегает, да и забирается на шкаф быстрее, чем мы. Кстати, Аревил не стал дожидаться нападения, а показав нам мастер-класс по скоростному подъёму на колонну, заголосил:

— Сестра, спасай братьев!

— Какая из нас? — усмехаясь, поинтересовались мы с Мирой.

— Обе, — дал уточнение уже Кариим, сидя на шкафу и с интересом рассматривая зверюгу.

— А что, сами не можете? — ехидно поинтересовалась Адель.

— Ты что, совсем? — покрутил он у виска. — Кто в здравом уме такой экспериментальный экземпляр развеет! — ответил ей, Кариим, продолжая рассматривать «шедевр» Лиры.

— Тут я с тобой согласна, малыш просто прелесть получился, — ответила она ему и, подойдя к зверю, потрепав его за ухом, начала сюсюкаться: — Ты ж мой хороший, ты ж мой многоглазый красавчик. — Тот заурчал от удовольствия и вновь стал разносить всё своим хвостом.

— Адель, а почему он на тебя не кинулся? — поинтересовался Аревил.

— Красивых девушек не кусаю, а вот вредных родственников… — начал отвечать Тузик.

— Бездна, он ещё и разговаривает, я восхищён! — не переставал сыпать комплиментами Кариим, сидя на шкафу.

— Да ладно вам, — смущённо произнесла подруга, а затем как рявкнет: — Прекращай вилять хвостом. — Тот вновь тяжело вздохнул и прекратил разрушительную деятельность. — Тузик, этих, не трогать, свои, — показала она глазами на братьев.

— Точно? — с разочарованием в голосе поинтересовался он.

— Точнее не бывает, — тяжело вздыхая, убила его надежду на членовредительство. — Ну что там засели? Спускайтесь! — крикнула я братьям.

— Жаль, — вновь вздохнул зверюга, плотоядно посматривая на спустившихся парней.

— Ну, вы тут делов и натворили, — вновь оглядев бедлам, произнёс Аревил. Покачав головой, продолжил: — Кариим, ты амулет делай, а я тут всё в нормальный вид приведу, а то девчонкам запорчу имущества академии болота светят.

— Как болота? — всплеснула я руками. Нас бросили, и мы ещё и виноваты?

— Молча выпишут вам путёвку на исправительные работы, и будете вы их осушать и заселять до посинения, — «обрадовал» он нас.

— Кэт, а мы через три дня точно осушать их только будем? – взволнованно поинтересовалась Лира.

— Насколько мне известно, да.

Но у своего уточню, так, на всякий случай. Пообещала ей, а сама думала, как это сделать, не вызвав подозрения у благоверного. Что-то мне подсказывало, если он узнает о новом создании, то тут же развеет его к чертям.

— Ага, уточни у своего, а то что-то я волноваться начинаю.

— По мне, волноваться начинать нужно нам, если ты болота заселять начнёшь, — влезла в разговор Герта, с упрёком смотря на подругу. Видать, ещё злится на Лиру, что пришлось обезьянкой на колонне висеть.

Лира после её слов надулась, как хомячок, но спорить не стала, прекрасно понимая, что демоница права. Аревил минут пять потратил, чтобы устранить последствия эксперимента подруги, а мы дружной компании в это время давали указания Карииму, какой хотим получить результат. Тот терпел мужественно наш всеобщий галдёж, Тузик, слушая нас, поскуливал, и по его телу то и дело пробегала нервная дрожь. В итоге брат не выдержал, рявкнул на нас так громко, что у меня перепонки в ушах завибрировали. Уверена, у других такой же был результат. Короче, получив лёгкое степени контузию от братца, стояли, ждали результата деятельности громкоголосого Кариима.

— Всё, готово, — с довольной миной потирая руки, произнёс наш творец.

Не успел он и глазом моргнуть, а Тузик испугаться, как артефакт был схвачен цепкими руками Лиры и тут же надет на зверюгу. Я зажмурила глаза и затаила дыхание, ожидая криков «спасайтесь» и топота множества ног, но из состояния страуса меня выдернул звонкий лай собачонки. Приоткрыв один глаз, посмотрела в сторону звука. Ну что могу сказать: можно жить спокойно, амулет удался, Тузик уменьшился в размерах, одна пара глаз, но только порода собаки подкачала. И всё из-за того, что я хотела болонку, Лира же ещё, находясь под впечатлением, попросила сделать псину такой же, а получилось что получилось. Короче, двортерьер с примесью благородной крови, маленький, как Жучка, а кудрявый, как болонка.

— Зачёт, — хохотнула я. Лира взяла своего минимонстрика в руки и, с интересом его рассматривая, начала:

— Ага и, главное, можно его спрятать в случае… — вот в случае чего это делать нужно, она не договорила, так как услышали приближающиеся голоса своих мужчин.

— Сматываемся!

— А… — начала было возмущаться подруга.

— Б, — ответил ей похититель её «шедевра». — Хочешь, чтобы Тузика развеяли? — шёпотом поинтересовался он.

— Нет конечно, спасай моего золотого, только верни его к вечеру.

— Верну, но не сегодня, а послезавтра вечером, уверен, они сейчас начнут искать твоё творенье. Неположено оставлять эксперименты первокурсников — опасно.

— Даже такие шикарные? — я не поверила, что наши готовы на такой вандализм.

— Даже такие, ведь никогда не знаешь, как поведёт себя дальше создание, — подтвердил мои опасения Аревил.

— Если так, то они могут, — согласилась я, а затем меня осенила идея: — Слушай, может, им подсунем твою златохвостую ворону!

— Я тебе подсуну, — пригрозила Лира кулаком мне. После такого предупредительного жеста я поняла, что идея неудачная, и заткнулась. А между тем голоса неумолимо приближались.

— Адель, ты чего стоишь, проблем хочешь? — окликнул её жених, находящийся уже возле окна. Подруга, видать, проблем не хотела и бешеной пчёлкой рванула к своему «любимому». Тот сунул перепуганную псину брату, который уже был на улице, схватил своё сокровище на руки, и… мама родная, выкинул её из окна!

— Ты что, совсем! — заголосила я, ужасаясь варварскому поступку брата и опасаясь за подругу.

— Не переживай, её мой брат там поймал, — хохотнул он, — всё, сестрёнка, жди нас послезавтра на чай, — при слове чай он поморщился и, перемахнув через подоконник, скрылся из виду.

Эх, если бы он знал, каков будет результат после нашего якобы невинного чаепития, то уже тогда начал биться головой об стену.

Глава 34

И вот настал день, когда мы собрались у нас, чтобы во имя мира выпить… тьфу, даже думать об этом противно! Чашку чая! Позор, да и только! Сидим за столом, со скорбными выражениями на лицах, ждём Лиру, когда она принесёт сена, которое мы будем заваривать.

— Может, хоть кто-то скажет, что не всё так плохо? Чай полезен, — начала я.

— Кэт, мы врать не умеем, — ответила Герта и покраснела, понимая, что сморозила глупость несусветную. — Врём мы профессионально.

— Да хватит вам кукситься, давайте на выходных в другой мир рванём, развеемся, — под словом «развеемся» Адель подразумевала выпить хорошенько, а потом пошалить.

Я воспрянула духом.

— А что, неплохой план! Потом в мой мир рванём и бывшему моему жениху отмстим. А что, мужик местью обделён. Непорядок. Баланс нарушается, — оживилась Герта. — Да и засиделись мы, учёбой только занимаемся. Скучно.

По поводу скучно она загнула, Лира нам этого не давала, да и ворона, падла златохвостая, взялась по утрам стихи декламировать. И всё про неволю, сегодня не выдержали, выпустили её из клетки, чтоб волю комнатную почувствовала. Заткнётся хоть ненадолго.

— Тогда нужно хорошенько развеяться, чтоб месть с размахом получилась. Кариим, — обратилась я к брату, — если мы в свой выходной в другом мире дебош небольшой устроим, нам за это ничего не будет?

— За небольшой? — уточнил он, а у самого глаза от предвкушения заблестели. Сразу видно, родная кровь, нас хлебом не корми, дай попроказничать.

— Ага, малюсенький такой. — Показала ему расстояние на пальцах в сантиметр.

Он скривился, показывая всем видом, что маловато будет. Но вслух произнёс другое:

— За такой ничего не будет, — тут же влез Аревил, а сам гад подмигивал и показывал на стены, намекая, что нас подслушать могут.

Тут мой градус настроения резко скакнул вверх. Ох, мы и шороху наведём в другом мире!

— Ну-с, тогда жизнь продолжается. — Мира потёрла ладони в предвкушении — тоже правильно поняла намёк братьев.

— А вот и я, — зашла Лира с бумажным кульком в руке, — давайте, что ли, бормотуху заваривать.

Слово «бормотуха» меня насторожило. А вот других знатно так перекосило, особенно моих братьев и Адель. Видать, они эту хрень уже пробовали, а если и нет, то наслышаны о ней.

— Лира, прошу уточнить, что ты в это слово вкладываешь? — начала я аккуратно прощупывать степень опасности от травки неизвестной. А то, кто знает, может у неё слабительный эффект, а может, и ещё хуже… Я начала впадать в панику, а потом, вспомнив, что в настойке она якобы главный ингредиент и побочных эффектов не было, помимо излишней активности, успокоилась.

— Да ничего я не вкладываю! — взвилась подруга. — Мне говорить как есть тошно. Сама не в восторге, что эту хрень пить собрались. А так хоть какая-то перчинка. Сами посудите, как забавно звучит «бормотуха»…— Она мечтательно закатила глаза, когда произнесла это слово. Затем, словно опомнившись, скривилась, матюгнулась чуть слышно и вновь вспылила: — И, вообще, не порть настроение, которого и так нет!

Мы молча наблюдали, как Лира с деловитым видом заваривает напиток позора. То и дело тишину нарушали вздохи печали.

Разговор не шёл, все ждали, когда эта гадость заварится.

— Слушайте, — встрепенулась Лира, — а давайте, мысленно нашаманим настойку!

— Не вздумай даже мыслить в этом направлении. — И показала ей весомый аргумент в виде кулака под нос, который в случае чего мыслительный поток может враз остановить.

Посмотрела она на него и от бредовой идеи отказалась. Разлила напиток по чашкам.

— Лира, а ты пропорции соблюла? — вспомнила я предостережение бога выпивохи.

— Конечно, всё сделала строго как он наказывал. — утвердительно ответила она.

Поверила.

Зря.

— Ну, что товарищи трезвенники по принуждению, взбодримся чайком? — начала она.

Ну мы и взбодрились…

Как говорится, после бурной ночи наступает утро туманное, а в этот раз лучше бы оно не наступало! Открываю глаза — черепица, переворачиваюсь с трудом на спину — голубое небо.

Что за хрень?

Тут же в голове всплыл другой вопрос: как я оказалась…

Кстати, где это я?

Повернула голову, попыталась сфокусировать взгляд — всё словно в тумане. С третей попытки удалось. Какая-то железная перекладина. Перевернулась на живот, кряхтя и охая уж больно писклявым голосом, подползла к ней. Подняться пока было тяжеловато. В голове гул, а тельце штормит. Да какой штормит! Я еле передвигалась ползком. Так вот, постанывая, я приблизилась к краю, вновь сфокусировала взгляд и обомлела.

Как меня занесло на крышу? Ещё и не на территории своей академии? Ландшафт какой-то странный. Кругом надгробные камни, тыквы, ещё какая-то хрень. Хеллоуин, что ли, тут праздновали? Куда нас, к лешему, занесло?

Сфокусировала взгляд, чтобы определить место, где я, собственно, оказалась.

О, и зомби валяются, правда, какие-то они пёстрые? Значит, кладбище, уже легче. Вновь присмотрелась. Хотя, нет, некоторые плоском передвигаются — живы. А вот это напрягает.

Может, мы в другом мире? Что-то я местность не узнаю. Интересно, куда меня нелёгкая занесла и где остальные члены банды?

Прочистив горло, издала пискляво сиплый звук.

— Как меня сюда занесло? Кх… Кх. На крышу? Где я?

— Тебя удивляет, что мы на крыше? — раздался писклявый голос рядом, правда, не поняла ещё кого. Наверное, травка нам голоса изменила.

— Ну… — начал я, но меня тут же нагло перебили:

— А то, что мы сурикаты, тебя не удивляет?

Чего? Кто?!

После этой новости на меня напал ступор, мыслительный процесс не шёл, я с невероятными усилиями всё-таки смогла повернуть голову, чтобы осмотреться. По крыше с розовой черепицей лежали сурикаты, и было такое ощущение, что их тельца разбросало ударной волной.

— Что за…

— Отходняк, — услышала рядом голосок, повернула туда голову. Ага, рядом лежал тощий сурикат, по глупому выражению мордочки я безошибочно определила — это Лира.

— Сдаётся мне, мы погуляли с размахом…

— Угу, — пробурчала моя подруга.

— Это я поняла, но что, собственно, произошло?

— Не помню, — простонала она.

Засада. Обидно как-то огребать, не зная за что.

— Что, у всех амнезия? — решила поинтересоваться у товарищей по беспределу.

Повернула голову вправо и застыла. Неподалёку лежал шмель мутант с немного помятыми крыльями.

— А полосатый мух что тут делает?

— А я знаю? Ты заорала: «Билайн всегда рядом», а потом этот тут и появился, — начал рассказывать сурикат с перекошенной мордой.

— А где связь? — робко поинтересовалась, силясь понять, нахрена мне сотовый в мире магии.

Тишина.

— Я спрашиваю: зачем мне это понадобилось и по какой причине я вспомнила про… ну сами поняли про что?

— Так вы братьям рассказывали про свои приключения, потом ты заныла, что скучаешь по какому-то Неру. — Походу дела, рядом со мной Адель, уж больно сурикат деловито рассуждает.

— Лира ответила, что его нет. А ты как заорёшь… — Я резко её перебила:

— Допустим, а шмель по имени Билайн при чём тут? Связь-то спрашиваю где? — Я никак не могла понять, почему вместо сотового материализовался шмель. Хотя… это, наверное, образ из рекламы — тут же смекнула я.

Всё, больше рекламу не смотрю.

— Кэтз-з-з, связ-з-зь з-з-з-десь, я и есть Нерз-з, — прожужжал полосатый мутант.

— Да ладно! Нер? И кто ж тебя так? — Я приложила лапку к сердцу.

— Его ты… — начал с перекошенной мордой зверёк.

— Я?

Тишина.

Не верю.

— Лира, падла, опять не в том направлении думала! — взревела я, так как, хоть стреляйте, но была уверена, что это ненормальной подруги проделки.

— Кэт, на этот раз ты хрен знает о чём думала. Кстати, нас и себя тоже ты… — убил и меня ответом.

— Не может быть, а за что нас-то наказала? — поочерёдно смотря на своих жертв, потрясённо поинтересовалась .

— Ты хочешь сказать, что тебя одну амнезия посетила? Я тоже урывками помню. Мы разные облики принимали, а когда очередь дошла до тебя, видать, что-то пошло не так, — шмыгнул носом самый маленький сурикат. Что-то мне подсказывало, что это моя сестра.

— А снять заклинание не пробовали, чтобы убрать с нас этот беспредел? Ну, кто был в состоянии?

— Ага, снимешь его, ты ж ведьма, — постучал более крупный сурикат лапкой по голове и тут же скривился, словно от боли. — А когда вы вдохновенно что-то творите, дохлый номер исправлять. — махнул рукой и упал на крышу.

— А ты кто? — поинтересовалась у несчастного.

— Аревил. — обречённо вздохнул он, — теперь придётся ждать, когда развеется. Или к мужу твоему обратиться, и он снимет.

— Нет, пускай само рассосётся. — Я выставила лапки вперёд, понимая, что мой мне хвоста накрутит.

— Само или нет, но отвечать придётся, наш «маленький» дебош незамеченным не останется, сейчас все проснутся, купол защитный спадёт, и наши проказы смогут лицезреть все. Да что я говорю, вон адепты уже просыпаются… — Он показал глазами в сторону кладбища.

— Это ты про пёстрых зомби? — затаив дыхание, интересуюсь.

— Если бы только зомби… — обречённо махнул он лапкой.

Мне поплохело.

— И этих я, да?

— Нет, тут мы креативили всем скопом, — успокоила меня Лира.

— Кстати, и пострадавшие тоже в этом принимали участие, — добавил Аревил.

— Ты… ты хочешь сказать, что мы тут на всю академию вечеринку закатили? — ужаснулась я масштабам катастрофы.

— Угу… — Адель печально посмотрела на меня.

Ну всё, нам конец!

Я непроизвольно впала в панику. Так что тут не нужно быть провидцем, чтобы понять, что на этот раз лёгким выговором не обойдётся. На этот раз мы превзошли самих себя — устроили грандиозную попойку с привлечением адептов академии. Адимис точно нас накажет. Стоп! Тут же вспомнила про барьер, который пока скрывает наши проказы.

— Аревил, наши мужья не в курсе произошедшего? Барьер скрывает результат нашего маленького дебоша? — тут оживилась я.

— Тоже мне сказала маленького… — обречённо усмехнулся он. — И про какой ты барьер спрашиваешь? Если тот, что разделал академии до этого, то его больше не существует…

— Да ладно?! — не поверила в услышанное, присмотрелась к кислой мордочке брата и поняла — не врёт. — И кто его… того…

— Вы… — Зло полоснул меня своими маленькими глазками.

— Нет, это, конечно, греет душу…— замялась я. А саму распирало от гордости. Чёрт возьми, как приятно сломать то, что никто до нас не мог. — Только жаль, что не помню, как совершила сей подвиг.

— Не переживай, ваши мужья вас просветят, а если не они, то у златохвостой спроси, ведь эта тварь всё помнит.

— А ты? — тут же обратилась к брату.

— У меня в голове каша, пока общей картинки нет. Но вот то, что эта зараза виновата, помню. Это она вас уговорила взять штурмом неприступную крепость.

Понятно, этой падле надоело сидеть дома, вот она и решила проветриться, заодно и нас подставить. Ну, попадись она мне, я из неё вновь голозадую сделаю!

— Слушайте, раз мы всю ночь буянили и нас не остановили, то это означает, что никто не в курсе, и наши мужья тоже! — оживилась Лира.

— Нет пока, и то только по двум причинам: их нет в этом мире, и я купол защитный установил, скоро защита спадёт, и начнётся….

— Какой начнётся! Давайте думать, как заметать следы преступления, или, на крайний случай, найдём козла отпущения, на него всё свалим. — Поочерёдно посмотрела на сообщников дебоша, силясь определить, кто есть кто. Вот хоть убейте, точно знаю только трёх: Лиру, Нера и Аревила, а с остальными то и дело непонятки. Может, я ещё не протрезвела?

— Кэт, ты что несёшь? Как мы в такие краткие сроки дурня найдём, а? — прогундосил самый мелкий, но толстый сурикат.

— Феня, дорогой, и ты тут! — всплеснула я руками, с сочувствием смотря на друга. Вечно он из-за нас в чудную попадает.

— Ага, — тяжко вздохнул он.

Не ошиблась. Значит, трезва.

— А Неруш? — Начала озираться по сторонам, ища мага.

— Его с нами нет, когда всё началось, он рванул в лабораторию и забаррикадировал дверь. Причём ваши фамильярны последовали его примеру. Смылись под шумок, пока мы пытались выбить дверь...

— И что, у нас получилось?

— Не, нас отвлекла ворона. Предложила поиграть в стаю перелётных птиц.

— Да ладно, и мы на такую хрень повелись? — не поверила я.

— Вначале нет. А когда она сказала, что только таким способом можно преодолеть магический бартер и устроить дебош, то мы все мигом оседлали мётлы…

— Всё равно не верю… — не сдавалась я.

— Верно, мы с первого раза не согласились на её провокацию, а только после того, как выпили ещё по одной кружке чая. Кстати, выпить предложила тоже она.

— Вот теперь верю. Только... не пойму, как мы могли напоить других адептов? Вот хоть что говорите, а моя жаба бы меня задушила.

— А вот тут ты неправа, напоили мы их не просто так, а чтобы отомстить за младших богинь, что пострадали от их коварства.

— Ну… тогда верю. Только где мы взяли столько травы? И как заставили их ужраться до состояния зомби?

— Кэт, да какие зомби! — возмутился, кажется, Кариим, а может, и не он, сейчас меня это проблема меньше всего волновала. — Да и заставить их выпить не составило труда. Нужно было им только внушить, что это сон, и тут всё можно. А настойку Лира нашаманила, правда, какую-то убойную, ей- богу! Так как они после первой начали штурмовать магический барьер, причём всем скопом. А вы, заразы, ещё и подначивали их: «А слабо пробить барьер! Да какие вы боги, что не можете преодолеть эту преграду». Ну и всё в таком ключе. Короче, барьер всеобщими усилиями удалось уничтожить. Благо брат успел свой создать быстро. Иначе даже не представляю, какие последствия были.

Теперь понятно, почему они, словно зомби, помятые и почему такие расписные. Считай, наши девы отомщены за унижение при поступлении.

— Эврика! — воскликнула я, так как нашла выход из ситуации. — Давайте на них стрелки и переведём. Барьер же с этой стороны взломали, а то, что мы были зачинщиками, никто не докажет. Не было нас тут, и всё!

— Кэт, отстойный план. — не поддержал меня сурикат — предположительно Кариим.

— Он гениальный! — не согласилась я с ним, в ответ тот только покачал головой.

— Да она ещё от травы не отошла, вот и несёт невесть что, — ответил крупный сурикат с перекошенной мордой, но это точно Аревил. — Я разозлилась и поползла, чтобы аргументировать с помощью грубой физической силы, что мой план гениален! Но стоило подползти к анархисту, который оскорбил главаря банды, то есть меня, чуть не задохнулась от сивушного выхлопа.

— Что за херня? — пискнула я и поползла обнюхивать остальных членов банды.

— Кэт, ты чего делаешь? — поинтересовался Нер-шмель, от которого тоже несло сивушным выхлопом.

— Так, — приняла я вертикальное положение и подбоченилась, — может, кто-то объяснит мне, почему от пятерых соучастников перегаром несёт за версту? — начала я разбор полётов. Ведь, насколько я поняла, пили спиртное только жертва нашей мести, а мы чайком баловались.

— А что ты хотела? Вы с Лирой и Мирой как чудить после чая начали, нам тоже захотелось, вот и нашаманили себе контрабанду, от которой запаха нет, а на подвиги тянет. А дальше уже было всё равно, что употреблять, страх потерян, в глазах азарт, тянет на подвиги, — произнёс другой сурикат, и я поняла, что, кажется, запуталась, кто есть кто. Вот пять минут знала, отвернулась, и всё — забыла. Гадство, всё-таки я не протрезвела. Убойная травка!

— Так, давайте определимся, кто из нас кто, а то я что-то не пойму, с кем веду беседу. — После моих слов каждый представился.

— Значит, вы пили спиртные напитки, а с нами не поделились? — якобы обиделась я.

А про себя: «Слава богу!»

— Какой делиться! Мы первое время вас сдерживали, а когда сравнялись… — Кариим замолк.

— Так что случилось, когда сравнялись? — заволновалась я.

— Не помню, — пожал он плечами и кинул на меня печальный взгляд.

Засада, да что ж мы натворили?!

— Я тоже ничего не помню, — трагическим голосом призналась Герта в своей амнезии. — Хотя… нет, слона помню, спор с Нером помню.

Хоть что-то. Я обрадовалась. Глядишь, общими усилиями сумеем восстановить события чумовой ночки. Итак, что мы имеем: был слон, зачем он понадобился — неизвестно. Далее Нер с кем-то поспорил. И?

— Так, с кем Нер спорил? — попыталась хоть как-то собрать информацию, ещё мысленно гадая, зачем кому-то понадобился слон.

— Как с кем? Со слоном, конечно. — Герта посмотрела на меня, как на душевнобольную.

Очуметь!

От полученной информации я охренела, но взяла себя в руки и продолжила допрос:

— Ладно, а слон откуда взялся?

— А ты спроси у Аревила, зачем он в слона превратился! — перевела стрелки Герта. По её мордочке было видно, что разговор ей давался с трудом, и всё же пыталась помочь мне восстановить прошлые события.

Горжусь подругой, стойкая она у нас! Не каждый способен с бодуна показания давать. А вот брат меня разочаровал…

— Аревил, ты зачем в слона перекинулся? — начала я допрос. Тот потрогал свой заплывший глаз лапкой и выдал:

— А мы с Нером решили проверить, сможет ли шмель-мутант прокусить кожу слона, ну и устроили следственный эксперимент.

Да… походу дела, вчера у нас было массовое помешательство. Досадно. Но ожидаемо.

— И как, смог? — послышался тонкий голосок неисправимой экспериментаторши Лиры.

— То, что смог, по его перекошенной морде видно, — ехидно подметила Мира.

Зачёт!

— Дебилы, — подытожила Адель.

— Нер, — обратилась я к другу, — ну ладно мы были не в адеквате, ты-то как умудрился напиться?

— Мочала бы, кто орал больше всех: «Штрафную»? — уже нормальным голосом начал обвинительный процесс друг. Кажется, его отпускать стало, значит, и мы скоро нормальный облик принять сможем.

— Ну да, если я пристану, то всё, гаси свечи! — согласилась с ним.

— Слушайте, что делать-то будем? Мы же на пожизненное обучение начипушили?! — заныла Лира.

Факт.

— Как — что? Давайте рвать отсюда когти, не было нас тут, и всё! — выдвинула дельное предложение Герта.

— Да как вы не поймёте?! Сбежим мы или нет, нас всё равно сдадут другие участники попойки. Тем более, когда у них мозги на место встанут, они поймут, что мы над ними тупо поглумились!

Вот лучше бы Кариим молчал, ей-богу!

— Скажем, что были пьяные и неведали, что творили, возможно, они купятся на эту отмазку? — тут же парировала Лира.

— Не думаю, что поможет это им забыть о позоре, — не согласился брат.

— Ну вот, а мы переживали, что врагов у нас нет! — истерично рассмеялась я.

— Ну да, с этим у нас проблем теперь нет. Только у меня целая академия старших богов во врагах, даже для нас многовато. Как выкручиваться будем? — заволновалась Мира.

— Я думаю, с этим проблем не будет, мы же как бы отомстили за нашу академию, значит, мы для них герои. Так что они нам обязаны помогать в оборонительной деятельности, — тут же нашла я выход.

— Всё, конечно, замечательно… — начала Лира. Я напряглась. Сто пудов сейчас какую-то гадость скажет! — Но только я боюсь их реакции, когда раскроется, что мы жёны богов, за которыми они охотятся...

— Ничего не скажу, залёт, причём конкретный. Но, я обещаю, что над этой проблемой подумаю, как только приду в себя. Но вот что, пока сказать не могу, у меня на данный момент мозговой процесс не особо фурычит.

— Ну так что, тогда домой? — робко поинтересовался Феня.

Я не успела ответить, как раздался писк Лиры «Чуча!», её метла тут же материализовалась в воздухе. Я тоже позвала свою, и мы, вцепившись, кто как в мётлы, полетели в свой корпус от греха подальше. Стоило нам прибыть домой, мы тут же рухнули на пол, как подкошенные, и стали ожидать, когда заклинание ослабнет. И только я задремала, как ворона, падла, со злорадством начала измываться над нами, беззащитными:

— Как насчёт подробного пересказа ваших ночных подвигов?

— Перья вырву, дезертирка проклятущая! — процедила я зло, распластавшись на полу. И пусть я пока свою угрозу не в состоянии выполнить, но как приду в себя, сто пудов ворону-подстрекательницу от перьев избавлю. Если бы не эта гадина, ничего бы такого не случилось.

— Не любите вы правду! — обиделась она и закрылась изнутри в своей клетке. Причём магию применила, зараза! Так, а магия у неё откуда?

— Лир, ты эту дрянь магией наделяла?

— Не, это не она, а Кариим, — ехидно ответила пернатая, а мы зло посмотрели на брата. Тот в ответ пожал плечами, мол, пьяный был, неведал, что творил.

Вот гадство!

— Никто не скажет, почему на территории академии старших богов ландшафт какой-то странный? Надгробные камни, тыквы и прочая фигня?

— Кэт, когда мы были на земле, я фильм один классный смотрела про Хэллоуин. А когда народ стал выглядеть своеобразно, я вспомнила его. Ну, думаю, цветочки как-то не вяжутся с их перекошенными мордами адептов, а кладбищенский пейзаж самое-то.

— Хорошо, что ты фильм про звёздные войны не смотрела…

— Фильм интересный, да? — тут же оживилась Лира.

— Не, отстой полный, смотришь и засыпаешь от скукоты, — соврала, не моргнув и глазом. Дабы кладбище народ переживёт, а вот звёздные войны — никто, даже Лира.

Все дружно замолчали, то и дело тяжко вздыхая. А вот ворона, падла, решила окончательно нас добить. Принялась в красках описывать нашу бурную ночку. После её пересказа мы окончательно поняли, что от наказания точно не отвертимся. Не прошло и часа, как к нам ворвалась злая тётя.

«Ну всё, сейчас начнётся!» — мысленно взвыла я и приготовилась к первому этапу взбучки.

— Кэт, вы совсем, что ли?! — начала она с порога. — Вы хоть представляете, что натворили!

— Нет, — отрапортовала я, так как действительно не представляла, да и ворона могла наврать с три короба, чтобы отомстить нам.

— Ну, ничего, сейчас я с вас заклинание сниму, и ваши мужья восстановят вам память! — «обрадовала» она нас.

— Может, не нужно, а? Может, болотами обойдёмся? — начала я осторожно.

— На болота вы и так загремите, а сейчас вам предстоит пережить гнев своих мужей. Они очень злы, но в то же время вы им в ножки должны кланяться — они последствия вашей гулянки уже устранили. Но это вас не спасёт от разноса, так что как только примете человеческий вид и немного оклемаетесь, я приду за вами, и готовьтесь... Поверьте, то, что вы их жёны, тут не поможет! — После этих слов она произнесла заклинание, мы приобрели человеческий облик. Тётя, посмотрев на нас строгим взглядом, сплюнула на пол и со словами «сто процентов дебилы!» покинула нас. Обидно, но, судя по всему, справедливо.

— Слушайте, а как мы ночью умудрились защитный блок преодолеть? — задала вопрос Лира, после которого стояла минут пять оглушительная тишина, видать, пытались действительно понять. Та версия про мётлы точно утопия. Насколько я помню из рассказов девушек, этот вариант они пробовали ранее и он не дал никаких результатов.

— Дичь, может, всё-таки расскажешь правду? — Та лишь на мой вопрос фыркнула и отвернулась.

Ну ничего, дай мне разрулить насущную проблему, и я тобой займусь. Ты мне за всё ответишь, сволочь пернатая!

Глава 35

Адимис

Мы все собрались в когда-то цветущем мире, теперь от него не осталось и воспоминания. Каждый из нас сделал защитный купол. Наши враги даже и не догадывались, что мы периодически собираемся здесь, обсуждаем план действий.

— Ты травку девочкам дал? — обратился я к богу виноделия. Эту траву мы специально создали, чтобы постепенно вернуть силы и память нашим жёнам. Делать это резко опасно. И для них, и для миров, но и не вернуть уже нельзя. Да и пока действует проклятие Роланды, которая помогла создать ей мать всего сущего, наши девочки будут и дальше в таком плачевном состоянии.

Но мы нашли способ, как снять его, и сейчас настало время. Мы слишком долго к этому шли, каждый исполнял свою роль, вводя заблуждение врагов, и саму *Люциду — мать всего сущего.

— Дал, Лире, — ответил наш друг, который тоже помогает нам справиться с этой проблемой.

— Ты что, озверел! – заголосил Дрекисилиан, — ты кому дал, моей?

— А что такого? — удивился он. — Она же в прошлом богиня мудрости.

— Адимис, он, что, все мозги пропил?! — обратился брат ко мне, а затем к нему: — Нет у неё мудрости, совсем не осталось! Забыл, что проклятие изменило их? Кто был мудрым, тот дураком стал. Ты сам посмотри, что бы она ни делала, всё через за… — тут он замолчал и покосился на богинь, наших сообщниц. — Ну, ты понял, всё оборачивается катастрофой.

— Ты хочешь сказать, что твоя жена — дура? — зацепилась за оговорку Тениис, подруга Лиры.

— Я это не имел в виду. Травка действует, сами знаете, но Лира по-прежнему как ходячая катастрофа!

— Да они как бы все опасны для окружающих, — выдал Эделианис и был застрелен злобным взглядом женщин. Но ведь он прав, чем дальше, тем хуже. Сил уже нет смотреть на их бестолковые выходки!

— Крепитесь, друзья, — нервно хохотнул я. Элд вздрогнул, а у Дрека предательски дёрнулся глаз. — Гарантирую, что в ближайшее время они обязательно что-нибудь выкинут. Ну не могут они без приключений. Но а мы их за это на игры отправим, не вызвав этим никаких подозрений. Ну а там всё будет зависеть от них, справятся они или нет. То, что им будут делать препоны, бесспорно. Арман ­— точно, он до сих пор винит Кэт в том, что я изменился. По его мнению, правильнее убивать свою пару вновь и вновь, чтобы не измениться.

— Адимис, препоны он будет делать как пить дать. Но и наши девочки опасны своей непредсказуемостью, а значит, шанс есть. Они обязательно найдут саркофаг с телом матери Кэт, а там подсказка, как действовать дальше, — попытался меня подбодрить Эд.

Мама моей жены специально пожертвовала собой, чтобы дать девочкам возможность спастись, и когда всё произойдёт, она и её муж вновь вернутся к жизни.

— Эд, ты оракулу ведения подкидываешь? — обратился к нашему непревзойдённому лжецу.

— Конечно, делаю всё так, что не подкопаешься, а после того как наши случайно его изменили, так вообще никто не догадается. У него сейчас такое… в голове творится, что определить, откуда к нему приходит информация, просто нереально.

— Я до сих пор теряюсь в догадках, почему Люцида так поступила? Зачем наказала наших жён и нас заодно? И почему помогла отъявленной твари? Есть только одно объяснение, это своего рода испытание, для них или нас — неважно, главное — его пройти.

— Адимис, я тебе уже не раз озвучиваю причину: это всё из-за агресов и их влияния на своих женщин. И не только, мы тогда много чего в них вложили! А этого делать никак нельзя. Так что не вы одни попали под раздачу, а все присутствующие здесь, — завела старую шарманку наша богиня любви.

Мы действительно тогда все перегнули палку нельзя было наделять агресов такими силами. Я тогда был чертовски зол, потому что моя пара отвергала меня. И в один из вечеров мы собрались тем же составом, что и здесь. Так вот, я сокрушался, что у меня не клеится, друзья и родственники утешали за рюмочкой горячительного напитка. Впоследствии этого группового излияния появилось новое существо — агрес.

— Слушай, сколько можно по этому поводу сокрушаться? Начудили мы тогда — не спорю. Но пусть Люцида хоть облезет, я мир с ними уничтожать не буду. Достаточно того, что я позволил гибридам от агресов в других мирах уменьшить силы, на этом всё. А первородным закрыл все порталы.

Но только не поэтому мы попали под раздачу. Вслух причину бед никто произносить не хотел, даже я. Опасно это было делать, никто рисковать не желал.

— Хватит киснуть, скоро всё закончится, наши девочки своим креативным подходом любого обыграют. Тем более мы с Кэт работаем над зельем, которое не позволяет влиять гибридам агресов на женщин, правда, пока с переменным успехом, — нервно хохотнула тётя Катерины и добавила: — На первородный не влияет вот совсем ничего. Хорошо, что их немного и размножаться только с истинными могут. Последних мы заныкали, надеюсь, мужские особи повымирают на той планете. А могут и выбраться, ведь эти пройдохи немногое способны.

Только мы завершили обсуждение, как к нам присоединилась Фугуус. Глаза большие как блюдца, волосы дыбом.

— Вы тут пока планы строите, наши девчонки там такого… натворили! — начала она голосить.

— Ты чего кричишь! Мы тебя там на кой оставили? У тебя была простая задача — следить за подопечными и чтобы они в нужных пределах набедокурили. Ты, что, замести следы не можешь, если в чём-то перебор получился? — подбоченившись начала отчитывать её сестра близнец.

— Перебор? — процедила вторая участница зарождающегося скандала. — Да я задолбалась по мирам за ними прыгать, заметать их перебор. Эти сволочи водой из нашего озера кучу народа окропили.

— Где? — ужаснулась тётя Кэт.

— В мире подружки своей, демоницы. С гиканьем, как нечистая сила, на мётлах опрыскали там уйму народу, изображали богов справедливости. Замучилась устранять последствия, а когда вернулась, то узрела новый дизайн в академии старших богов. Короче, у меня больше сил нет! Идите за своими всё убирайте, а то я уже выдохлась вся. И главное, меня поражает их неиссякаемый полёт фантазий! — развела она руками.

Нас всех это поражало и заставляло нервно вздрагивать.

После её рассказа я с некой опаской возвращался в мир, где обучались молодые боги, как и мои братья. Посмотрели на разгром и с облегчением вздохнули: по сравнению с тем, что они нам устроили перед побегом, мелочь. Единственное, что нас удивило, каким образом они умудрились преодолеть и уничтожить барьер, который мы сотворили? Невероятно. Мы договорились между собой, что будем изображать крайнюю степень возмущения.

*Согласно трактовке философов, Люцида считается воплощенной вселенной, одухотворенной искрой из которой Творец вылепил всё остальное, будто есть в мире. Люцида – это жизненная энергия в самой себе, прогресс, не прибегающая ни к стороне зла, ни к стороне добра.

Глава 36

В комнате была оглушительная тишина. Даже падла златохвостая заткнулась, видать, осознала, что за свою провокационную деятельность ей придётся ответить. Но и мы были подавлены, что скоро придёт расплата за наш дебош. Но больше всего нас огорчало то, что ни черта не помнили! Одно дело, когда знаешь, за что тебя накажут, другое — иметь представление о своих грехах с чужих слов. Обидно.

И когда к нам пришла тётя и сказала, что нас ожидает аудиенция у Адимиса, наше настроение скатилось до отметки минус десять.

— Я с вами. — Нер подскочил с кровати и тут же позеленел. Не отошёл, бедный, от групповой попойки, да и меня знатно штормило.

— Слушай, тебе-то зачем подставляться? Давай я тебе портал открою, и ты смоешься по-тихому? — решила помочь другу, тем более причины больше шифроваться нет, так как на пожизненное мы уже заработали.

— Ну уж нет! — попытался он сделать стойку грозного агреса, но его знатно так пошатнуло. — Короче, — уже тише, продолжая зеленеть, продолжил он, — вместе покуролесили, вместе и отвечать будем.

— Ладно, — согласилась я и пошла искать зелье от похмелья. В таком плачевном состоянии мы не сможем достойно принять удар судьбы. Выпив его, мы дружной толпой направились на казнь.

— Кэт, что делать-то будем? — семеня рядом со мной, начала Лира. Так как мне уже полегчало, я принялась искать способ, как бы выкрутиться из патовой ситуации.

— Будем применять старый и проверенный способ — рыдать, и этим вызывать у них жалость, — начала я, но меня перебил Кариим:

— Кэт, а ничего, что мы не умеем манипулировать таким способом? — возмутился он, и мужская часть нашей банды дружно махнула головами, якобы соглашаясь с ним.

— Вот и научитесь, — усмехнулась я, наблюдая, как у них вытягиваются рожи, — и не нужно благодарить, считайте это бесплатным мастер-классом. — Ребят знатно так перекосило от подобной перспективы.

— Обсмеяться можно, — фыркнул Аревил, который был не в духе, что было понятно, кому хочется огребать. Тем более он не мог поверить, что слёзы могут как-то смягчить гнев богов. Пусть я тоже не особо верила в это, но надежда умирает последней.

— Если не умеете, стойте глаза в пол и не мешайте профессионалам выкручивается! — разозлилась Лира.

Мы зашли в приёмную, там нас встретил с довольной рожей секретарь моего мужа.

Вот гад! Прям светится от счастья — сто пудов знает, что нас сейчас убивать будут.

— А вот и провинившиеся пришли, — начал он ехидно.

— Ещё раз рот откроешь, и я скажу Адимису, что ты наглым образом делал мне непристойные предложения, а вот они, — обвела я взглядом толпу, — подтвердят, что так оно и было.

Злая была ужасно, а тут ещё он!

Тот после моих слов приобрёл бледный цвет лица и тут же растерял своё красноречие, с опаской обходя меня стороной, юркнул в кабинет, чтобы доложить: команда для получения грандиозных люлей, явилась в полном составе.

Он быстро вернулся и дал нам знать, что нас ожидают. Делать нечего, пошли получать выговор. Стоило нам войти, мы смогли узреть всех наших мужчин в полном составе, и ещё к ним присоединился бог выпивоха, кстати, это мы из-за него попали в чудную. Хотя, конечно, не из-за него, но травку-то он дал, а значит, есть шанс перевести на него стрелки, если наша задумка с плачем провалится. Тогда будем обвинять его во всех грехах. Он как бы нам не друг и не соратник, так что его в расход пускать не жалко. Тем более, чего они ему сделаю-то? А вот нам…судя по их злобным взглядам, туго придётся.

— Вы ничего не хотите нам сказать по поводу вашего безобразного поведения? — начал мой, ну а я как главарь шайки взяла слово.

— А что тут говорить? Виновны, каемся и готовы понести заслуженное наказание, — развела я руками. А что, повинную голову меч не сечёт? За что получила ощутимый тычок от Лиры, которая явно эту поговорку не знала.

— Обязательно отработаете повинную, а теперь попрошу вас ответить нам, каким способом вы смогли умудриться преодолеть магический барьер? — перешёл к допросу муженёк. По-хорошему, конечно, ворону можно было бы и сдать. Но я предпочитаю лично расквитаться с диверсанткой. Сто процентов она нас подставила, так что перевод на неё стрелок отменяется. Тогда на кого? Зависла, ища мысленно жертву. И тут я вспомнила о нашем первоначальном плане и полезла за платком. Девочки намёк поняли, последовали моему примеру. Увидев это действие бог выпивоха, судорожно вздохнул и…

— Адимис, я тут вспомнил, у меня неотложное дело, так что, я думаю, вы тут и без меня разберётесь, — произнося сдавленным голосом свою речь, он уже дела пасс рукой, чтобы создать портал и слинять побыстрее. Видать, прошлое наше выступление произвело на него неизгладимое впечатление. Короче, он решил, что воспитательный процесс — это, конечно, хорошо, но его нервы важнее. Под предлогом неожиданно возникшего срочного дела наш алкаш технично слинял, оставив своих коллег нам на растерзание.

— Ну, так я жду ответа, — придя в себя после скоростного исчезновения друга, вновь перешёл к допросу мой, — объясните нам, как вы смогли преодолеть его?

— Не знаем, — заголосила я и этим дала команду своим подругам приступать к хоровому плачу. В общем, мы рыдали дружно. Лира, как всегда, брала высокие ноты, повизгивая не то от переизбытка чувств, не то попросту вошла в раж. Неважно. Главное, теперь даже у меня начала голова болеть от её воя. И тут нашу песнь под названием «Девки выли» прервал громогласный рык Эда.

Не оценили.

— А ну, прекратить вой с потопом! — После команды «отставить» рыдать мы дружно прекратили. Ушные перепонки нам ещё нужны, так что рисковать мы ими не стали, так как Лира что-то разошлась. Мы замерли в ожидании продолжения выноса мозга.

— Значит, понятия не имеете? — начал мой муж.

— Вот вам крест, — на автомате перекрестилась я, смотря преданным взглядом на мужа. — Не в курсе, как это произошло.

— Отлично.

Вот слово «отлично» меня невероятно напрягло, если бы Адимис начал ругаться, то это нормально. Но вот что он начал говорить спокойным тоном — плохо. Я затаила дыхание в ожидании неприятностей.

— Раз вы такие находчивые, — продолжил он.

— Да не находчивые мы, а бедовые, — смекнула Лира, что мы на грани катастрофы, и решила спасти нас.

Что-то мне подсказывало — поздняк метаться. Приговор уже давно нам вынесли, осталось только его огласить. Вот гады!

— Нет, именно находчивые, — продолжил Адимис ехидненько так и окинул каждого из нас хитрым взглядом.

Точно, нам хана!

— Мы приняли решение сделать вас участниками игр.

После его слов послышалась отборная нецензурная брань Лиры, сдавленный вскрик Герты и характерный звук падающего тела.

— Лови её! — заголосила Мира, и только мы рванули спасать нашу падучую, как её мужчина опередил нас.

— Ну и как нам в играх участвовать с такой нервной? — не удержалась от комментария Лира.

— Ничего, я её вылечу, к играм от её недуга не останется и следа, — бережно держа своё сокровище в руках, сухо произнёс он, при этом уж больно сосредоточенно смотрел на неё. Словно силясь придумать, как он лечить её будет. Ох, и не понравился мне его взгляд…

— А не подскажете, каким способом лечить собрались, а? – подбоченившись, приступила к допросу подруга.

— Дрек, успокой свою, — проработал бог хаоса, — а то совсем обнаглела, требует отчёта, как я буду лечить свою жену.

— Жену? — удивилась я и перешла в наступление не таясь. Изображать инкогнито уже не было смысла, нас раскрыли, и причём уже давно. — Что-то я не припомню, чтобы Герта рассказывала об обряде.

— Кэт, не лезь, иначе я тебя накажу, — влез в мои разборки муж.

— Накажешь? — Резко развернулась и полоснула его возмущённым взглядом. — Насколько мне известно, мы уже и так наказаны: болота, игры, конюшни, или есть что-нибудь ещё?

— Разумеется, и если будете продолжать в том же духе, то обязательно…

— Только попробуй, — перебила я его, — и на своей шкуре узнаешь, как я могу наказать!

— Угрожаешь? — в упор смотря на меня, поинтересовался тиран.

— Нет, ставлю в известность, тем более ты сам сказал, что мы находчивые. Так что на твоём месте я бы начала волноваться!

— Кэт, не нарывайся! — перебил он. Как же хотела наорать на него, но решила не испытывать его терпение. Злобу затаила.

— Хорошо, я нема как рыба, — пробурчала в ответ.

— Я рад, что ты научилась брать свои эмоции под контроль, — усмехнулся он. — Так вот, с завтрашнего дня у вас начнутся дополнительные занятия, а, точнее, подготовка к играм.

— А что за занятия? — подала голос Герта, видать, пришла в себя из-за нашего крика.

— Разные, но в основном будет упор на физические нагрузки. — После этой новости мы в прямом смысле взвыли. Кроме мужской части нашей банды — те смирено приняли наказание. А вот я не собираюсь в спортсмены записываться!

— Да вы что! Ведьма и физические нагрузки — вещи несовместимые, кровь в голову, дурь в массы! Вы хоть понимаете, что мы можем натворить в таком состоянии?! — попыталась я их вразумить.

— А вы представляете, что за вами будут гнаться орки, а вы убежать не сможете? — начал мой нас запугивать, но ведьм голыми руками не возьмёшь.

— А мы на мётлах от них? — выдвинула один из вариантов спасения.

— Может случиться так, что вы окажетесь в месте, где магия не действует, — тут же парировал мой.

Блин, орки — это чертовски скверно, они ведьм не жалуют. Вот засада!

— А если их оглушить? — неуверенно поинтересовалась Лира.

— Чем? — спросила Мира, и мы с надеждой посмотрели на нашу «мудрую».

— Криком, разумеется, — невозмутимо выдала очередную бредовую идею подруга.

— Не, этот вариант отпадает, — отмахнулась я и тут же стала думать, чем можно нокаутировать оков. Я даже на миг забыла, где мы и зачем здесь.

— А много их будет? — не удержалась от вопроса уже Мира.

— Очень, — убил мой ответом и продолжил: — На играх может случиться всякое, так что на вашем месте я бы не отлынивал от подготовки.

— Слушай, если вы хотите избавиться от нас, зачем же такие зверские методы? — не удержалась я от вопроса, который напрашивался. А что, ведь это в прямом смысле устранение, причём физическое. Если нас орки поймают, то нам точно хана. Ведьм они не любят, по крайней мере, в мире, где ранее жили Мира и Лира.

— Если бы хотели избавиться, то давно это сделали… — начал мой по обыкновению врать.

— Ты это, — показывая глазами на окно, — нашёл чем пугать, я сама от тебя таким способом линяла в прошлой жизни. Опять искать будешь. В следующий раз я буду более изобретательна, когда прятаться буду. И вообще… — начала я заводиться.

Мой взвыл!

— Адимис, может, действительно отпуск возьмёшь лет так... двадцать с небольшим, а? — послышался словно из ниоткуда голос нового действующего лица. Мы дружно повернули голову на источник звука. Смотрим — ещё один красавчик, только от его взгляда мороз по коже пробегает. Словно не человек перед нами, а сущее зло. Жуть. А он продолжал развлекаться: — А то ты уже весь нервный какой-то стал. Тем более, тебе не привыкать так поступать. Одним разом больше, другим меньше.

— Арман… — с нажимом произнёс он.

Что значит не впервой? Посмотрел на своего и поняла, что мой уже брал таким образом «отпуск».

— Кэт, что-то не догоняю, это он о чём? — влезла в разговор Лира.

— Друг, я бы на твоём месте сказал ей правду, ведь всё равно узнает, так лучше от тебя.

— О том, дорогая подруга, что мой муж меня к праотцам отправлял, причём самолично, — сжимая от злости кулаки, процедила я сквозь зубы. Мой молчал, на скулах желваки ходили, но не отрицал. Тогда я повернулась к более словоохотливому типу. — Не подскажете, а сколько раз он в отпуск таким образом ходил?

— Много.

Я чуть не задохнулась от возмущенья. А этот тип продолжил:

— Да ты не злись, вы тогда не общались. И тут ничего страшного нет, мы частенько так оттягиваем соединение с парой. Я, например, свою уже и не знаю, сколько раз перерождаться заставляю…

— Арман, какого чёрта! — взревел мой. Миг — и всё вокруг замерло, друзья, боги, и только мой, я и этот мужчина остались в нормальном состоянии.

— Ой, не начинай, — отмахнулся мужчина. — Я как бы по делу заскочил. Разговор есть, но не тут. Через три минуты защита падёт. Так что начинай, кайся, времени в обрез.

— В смысле? — не понял мой.

— Да в прямом! Мол, убивал, но каюсь, — заржал мужчина. А мне, как-то не до смеха было. — Да блин! Я же сказал, пусть от тебя узнает.

— Ты хочешь сказать, что они решили это в качестве козыря использовать?

— Ну, наконец догадался! Короче, я тебя предупредил, а ты уж сам решай, что с этим делать будешь. Можешь, конечно, заставить её забыть. А можете и разыграть это в свою пользу. Хотя...о нашей встрече твоей не мешало бы забыть. Не время мне выходить из тени. Всё, у вас одна минута.

— Кэт, я потом всё объясню, но, поверь, сейчас нам ругаться ну никак нельзя. Просто верь мне.

И темнота.

***

Очнулась — ночь. Встала с постели и не могла понять, приснилось мне это или нет. Вышла из комнаты, крысы о чём-то с вороной шептались.

— Что делаете? — чуть слышно поинтересовалась.

— Как — что?! Готовимся к вылазке.

— Какой?

— М-да… — почесала за ухом Хапуга. — Видать, от чаепития последствия всё-таки есть. Интересно, всех так накрыло, или только тебе, бедовой, досталось?

— А что, собственно, произошло?

— Как — что? Вас вызвали к мужьям, туда вы ножками пошли, а обратно вас принесли.

— Всех? — сипло спросила.

— Ага.

— А что за вылазка? — взыграло во мне любопытство.

— Так ты же сама сказала перед тем как вырубиться: «Идём воровать единорогов».

— Ко… — поперхнулась я воздухом. — Кого?

— Единорогов.

Потрогала лоб, может, я не хило приложилась, и у меня сотрясение? Шишки нет. Тряхнула головой, но память не восстановилась. Бред какой-то. Зачем мне единороги понадобились? Ничего себе откат от травки!

— Ладно, пойду-ка я посплю.

Спешно покинула крыс с вороной, а то вдруг ещё что-то новое узнаю. Может и сердце прихватит. Шла и думала: странный сон мне приснился. Или же глюк. Да фиг его знает! Завтра у народа спрошу, что они помнят. Но пока шла, дала себе зарок, что больше травку и не пью, и с алкоголем завязываю. Это ж как меня накрыло, что ничего не помнила!

Глава 37

Подлое утро, как всегда, припёрлось неожиданно. Настойчивый стук в дверь заставил подняться с постели. Настроение было ни к чёрту! Тут сразу, как вишенка на торте, вспомнилось, что сегодня нас ждёт спортивная каторга. Стало ещё хуже.

— Блин! — сплюнула я от досады и, накинув халат, пошла принимать душ, чтобы хоть как-то взбодриться. Резко открыла дверь, и ко мне ввалилась Лира. Вернее, её тело упало плашмя на пол.

— Твою ж… — раздалось, ну а дальше сплошная нецензурщина, перешедшая вновь в стон. Стояла, ждала, когда выговорится, но поток нецензурной брани не прекращался, думала уже идти в душ, как она выдала: — Всё, нахрен, завязываю с добрыми делами.

— Не поняла? — спросила, смотря удивлённо на стонущую тушку.

— А чё тут не понять-то? — пробурчала она поднимаясь. — Я тут стучусь битый час, ты не открываешь. Заволновалась. Хотела дверь выбить, а тут бац! Дальше ты всё видела, — развела она руками.

— Лир, а с каких пор ты стала двери выбивать?

Подруга застыла и начала усердно вспоминать, когда такое было. Причесала затылок, видать, так решила ускорить процесс, но тщетно. Пока подруга была в ступоре, я тоже задалась вопросом:

«А я с каких пор стала закрывать их изнутри?»

Вот чёрт, ничего не понятно! Сплошные ребусы! Тут она отмерла и вернула меня в реальность, выдав:

— Без понятия… — пожала она плечами. Выглядываю в гостиную, вся гопкомпания сидела молча и наблюдала за нами.

— Так… — Я вышла из комнаты походкой важного гуся. — У кого ещё проблемы с памятью?

Молчали. Пытались обработать запрос и, судя по выражению на их лицах, процесс шёл медленно, а у некоторых вообще полное зависание.

— Ладно, задам вопрос по-другому. Поднимите руки, кто сегодня проснулся и почувствовал в чём-то подлянку, а вот в чём, понять не может?

Вновь гробовая тишина. Народ усиленно пытается заставить шестерёнки двигаться, Лира так вообще покраснела он натуги — бесполезно. Тут уже я начала волноваться, что нас всех так основательно накрыло. И тут Лира как рявкнет:

— А ну живо подняли грабли, кто не помнит, как оказался в комнате!

Все как по команде подняли руки, даже крысы и ворона.

— А вы чего подняли конечности? — удивлённо посмотрела на живность.

— Не хотим от коллектива отрываться, — выдали крысы. А вот ворона назвала иную причину:

— А у меня инстинкт сработал, мол, сдаюсь, дабы избежать последствий. Так что попрошу учесть, что я добровольно подаю заявку на вступление в вашу банду.

Её опасения понять можно — один золотой хвост чего стоит. Но вот чтобы в банду вступить…

— Тебе-то зачем это? — тут же почувствовав подвох, всполошилась Лира.

— Так она же сказала: избежать последствий! Куда уж больше… — хватаясь лапками за живот, заржала Лариска, остальные фамильяры тоже принялись покатываться со смеху. А вот вороне, видать, было не до смеха, и она усиленно пыталась расстрелять взглядом веселящуюся компашку.

— А с нами поделиться не хотите новостью? Глядишь, и мы посмеёмся… — подбоченилась я.

Ну а что, можно для разнообразия и поржать.

— Да не вопрос, новаторы хреновы! — сплюнула с досады ворона и сняла артефакт.

Я чудом не ослепла! Зажмурила глаза и, когда услышала восхищённые возгласы своих сообщников, рискнула открыть их.

— М-да… — На нас смотрела не ворона, а шикарная птица со сверкающими перьями, да и внешность претерпела изменения. — Так вот чей образ описывался в русских былинах, ни дать ни взять жар-птица! Ты случаем в прошлое недавно не наведывалась?

— А откуда знаю, где я в ужасе металась, когда вы отключке валялись! — сдунув с клюва перья своего хохолка, проворчала она.

— Да ты подними их, мешаются же, — продолжая посмеиваться, решила помочь ей советом моя крыса.

— Да мне всё мешается! — взвилась жертва нашего креатива. Только вопрос: кто это её так. А между тем пернатая продолжала возмущаться: — Не ворона, а смесь павлина чёрт знает с кем. Весело вам? — полоснула по нам злым взглядом, у собутыльников, как и у меня, непроизвольно вырвались нервные смешки. — А мне-то как… Что ни день, то новые плюшки! Так что в банду вы меня обязаны принять. Это будет компенсацией за потерю нервных клеток. Тем более кто-то должен вам рассказывать по утрам, чего вы вечером выкинули.

Смех словно по волшебству прекратился. Все нервно принялись смотреть друг на друга, видать, решили, что преображение вороны — это ещё цветочки. Это что же получается, мы опять начудили?

— А чего вчера мы ещё выкинули? — настороженно поинтересовалась сестра, нервно теребя юбку.

— Не… вчера всё нормально было. — Все с облегчением выдохнули, но последующие слова нас вновь заставили нервничать. — А вот позавчера… — начала ехидно ворона, натягивая на себя артефакт.

— Не напоминай! — рыкнула на неё, не хотела подробностей, ведь и так понятно, что позавчера потрудились на славу.

Ворона, не скрывая досады, щёлкнула клювом, но заткнулась.

Смотрю на неё, прикидывая, какая от неё польза. С одной стороны, она может нам вместо фонарика по ночам светить. С другой… с ней запалиться можно, если на дело пойдём. И как быть?

— Не, а чего, давайте возьмём её! Нам разведчик не помешает, — решила за неё замолвить слово Хапуга.

— А на поруки её возьмёшь? — тут же решила я перестраховаться. У нас времени нет следить за пернатой.

— Возьму.

Без тени сомнения согласилась крыса. Спелись-таки! И когда успели? Да неважно! У нас сейчас другие проблемы.

— А… давайте вначале позавтракаем, и потом на каторгу, — решила, что на голодный желудок думать вредно. — Потом будем голову ломать, как быть дальше. То, что у нас проблемы, и ежу понятно.

— Ой! — махнула рукой Мира, направляясь к столу. — У нас сейчас всегда проблемы. Что ни день, то новая, я уже как-то привыкать к этому начала.

— А я вот нет! — пробурчала Герта, крутя в руках пустую чашку.

— Ой, да не переживай ты, и тебя вылечат от твоей напасти, — решила подбодрить её Лира. — Будешь, как и раньше, за грудки хватать народ! Хотя... по мне, забыться в обмороке, когда другие друг друга мутузят, более выгодная позиция: кипиш начался, упал в оброк, очнулся — всё кончено.

— Кому что, а вот я предпочитаю… — начала она и тут же осеклась, и с такой досадой выдала: — Предпочитала. Вот блин!

— Платочки постирать есть? — послышался знакомый голосок из открывшейся двери лаборатории. Понятно. Неруш вышел из научного запоя. Мы дружно развели руками, мол, работы для тебя нема.

— Нет. — Тяжкий вздох. — Жаль…

— Но будут! — после моих слов раздался стук когтей по полу, и уже рядом:

— Когда? — И такая надежда во взгляде, что не захочешь, но всплакнёшь от умиления. Дела…

— Сейчас сходим на каторгу, и всё будет, — ответила, а мысленно давала себе подзатыльник. Это ж как меня плющило. От умиления рыдать хотела.

— Ты ещё забыла сказать, о временной амнезии… — подлила масло в огонь Герта.

— А что с памятью-то? — спросил Неруш-енот.

— Не помним, как вечер закончился, — тут же принялась я жаловаться, одновременно вводя его в курс дела. — Причём все, кто ходил к Адимису на ковёр, имею в виду из присутствующих. Как дела обстоят у Адель и братьев, пока не ведаем.

— Понятно… — деловито изрёк он и тут же начал обнюхивать. Вначале меня, потом эта участь постигла и других членов банды.

— Эй, ты чего! — возмутилась Герта, когда до неё очередь дошла.

— Ищу признаки магического вмешательства, — невозмутимо ответил тот, продолжая обнюхивать подругу.

— Ну и как, нашёл? — не скрывая раздражения, спросила Герта.

— То и оно — нет.

— А, может, быть такой побочный эффект травы, что мы выпили?

— Всё возможно... Но нужно проветрить, чтобы точно сказать. Осталось ещё?

— Хапуга… — произнесла её имя с нажимом, строго смотря на нашу запасливую. Даю сто процентов она немного себе отсыпала. Ну не может эта крыса не своровать!

— А что сразу Хапуга? — заворчала она, но полезла в пространственную сумку, продолжая бурчать себе что-то под нос. Вылезла, и так недовольно: — Как от сердца отрываю. Надеюсь, на премиальные.

— А как насчёт того, что за воровство полагается по наглой рыжей морде? — тут же нашлась Мира.

— Ладно, отдаю добровольно, без каких-либо плюшек, — тут же пошла она на попятную, но чуть слышно добавила: — Крохоборы!

— Нам по статусу положено быть жадными и вредными, — вставила свои пять копеек Лира.

— Я смотрю, наши косячные к жизни возвращаются… — тут же открыла клюв ворона.

— Перья вырву! — нашлась подруга.

— Да вырывай! — растопырила крылья «смелая» птица.

— А как насчёт вставить? — зло щуря глаза, перешла к запугиванию Лира. Эффект был ожидаемым: ворона вновь щёлкнула клювом и тут же замолчала.

Глава 38

Быстро позавтракали и побрели на каторгу. Там уже народ собрался и бурно обсуждал позавчерашнюю ночь. Видать, инфа как-то просочилась из академии старших богов. Посему на нас смотрели как на героев, были и те, кто пытался слиться с ландшафтом от греха подальше. В принципе, верное решение, потому что мы сейчас не в духе, а значит, как мины замедленного действия. Хорошо, что им неизвестно, что мы ведьмы, а то сто процентов кинулись бы врассыпную. Не успели мы подойти к месту, где будет построение, как подбежала Адель. Ну я не стала расшаркиваться и сходу перешла к делу:

— У меня к тебе два вопроса. Ты помнишь, как вчера домой попала? Присутствует ли чувство, что тебя наглым образом обманули? И кто тот стукач, что растрепал про позавчерашний наш загул?

— Вообще-то, это три вопроса, — нервно хохотнула она, поправив меня. — А так, ни черта не помню. И да, ощущение подлянки присутствует. А насчёт кто сдал. Так шило в мешке не утаишь, тем более вы заклинания творили в творческом порыве и нетрезвом уме…

— Не поняла, — затормозила я.

— А что тут не понять? Последствия нашего загула проявятся внезапно и в самый неподходящий момент. Боги устали мотаться от одного адепта к другому. Короче, натворили мы делов, уже второй день разгребают. Теперь народ ходит и по углам шепчется, мол, вы около ста ковенов ведьм для разрушения барьера привлекли.

— Да где ж мы столько бы взяли-то?! — возмутилась Лира.

— Вы? — хмыкнула Адель, — Если было бы нужно, нашли.

— Ну… так-то оно да, — согласила было она, но тут же добавила: — Всё равно нереальные цифры.

— А почему сразу ведьмы-то? — тут же решила выяснить, по какой причине наш род сразу в злодеи записали. Не, с одной стороны, льстит, но вот с другой — чуть что, так сразу ведьма виновна. А потом костёр и другие неприятности. Не справедливо как-то.

— Так я и говорю, постоянно какая-то хрень проявляется. Только адепта вылечили, у него херакс — другая напасть вылезет. Не… на такое только ведьмы способны.

— На нас подозрение пало? — тут же напряглась я, как и члены банды.

— Не, вы не под подозрением. Единственное, что вам инкриминируют, — сговор с ведьмами.

— Фуф, и на том спасибо, — выдохнула я.

— Да ты не переживай, вы у нас теперь герои…

— Так, может, пока мы герои, покаемся… — дёргая меня за рукав, выдала очередную бредовую идею Лира.

— С чего? Не пойман — не вор! — начала было возмущаться я.

Не, ну нормально, а? Нашла что предлагать — явку с повинной. Когда такое было? Ведьмы даже на костре не колются. А тут на тебе — признаться.

— Да я не про это…

— А про что? — всё ещё настороженно поинтересовалась.

— Анархистки рано или поздно узнают, что мы замужем за их призами. Так что лучшего момента, чтобы признаться, не найти.

— А что, она дело говорит! — тут же зацепилась за идею Мира.

Может, Лира действительно права? Пока мы герои и нас опасаются, самое то для покаяния.

— А по какой причине соврали? — посмотрела на нашу «гениальную», в надежде, что она что-нибудь опять дельное выдаст.

— Ну… — почесала она затылок. Понятно, умные мысли кончились. Ну, как всегда, всё самой придётся придумывать.

— Ладно, скажем, что вынуждены скрывать из-за врагов.

— Каких? — тут же оживилась Лира.

— А это уже не наша головная боль, а их, пусть врубят воображение. Надеюсь, хоть с этим у них нет проблем.

— В смысле? — продолжала тормозить Адель.

— В прямом. Пусть сами придумают. Тут главное — побольше напустить таинственности.

— И то правда, — согласилась сестра. — Нам ещё нужно вспомнить, что вчера было.

— И позавчера! — вставила свои пять копеек Лира.

— А вот этого не нужно… — тут же открестилась от воспоминаний. Не хочу вспоминать, и всё тут. Стыдно.

Стоп! Стыдно? Да что за хрень со мной происходит?! Когда такое было, чтобы ведьме было стыдно за дебош? Ой, что-то мне нехорошо…

— Кэт, что случилось? — Подскочила ко мне сестра.

— Всё плохо…

Пошатываясь, ответила и потеряла сознание. Очнулась у себя в комнате — возле меня моя банда.

— Ну ты и хитрая! — хохотнула Лира. — Это ж нужно было так ловко придумать! — продолжала восхищаться она.

Тряхнула головой, чтобы мозги на место встали. А то смотрела на них и не могла понять, чего они такие счастливые, когда мне так плохо. Нет, тут я понять могла, кому-то плохо — ведьме радость. Но я как бы своя!

— Ты, падла, чему радуешься? — сипло спросила.

— Как чему? Ты потеряла сознание, и мы благодаря этому смогли улизнуть с занятий… — начала она, и тут до неё дошло. — Ты кого падлой назвала?! — возмутилась.

— Извини, погорячилась, думала, ты счастлива, что мне плохо.

— Ёшки-матрёшки, да ей реально херово! — всплеснула Лира руками. — Она извинения просит.

— Дела… — озадаченно протянула Герта, с сочувствием смотря на меня.

— Что делать будем? — окинув всю банду взглядом, спросила Лира.

— А давайте вы ничего делать не будете, само пройдёт.

Решила откреститься от их помощи, а то печёнкой чувствовала, что если лечить начнут, то всё — хана мне. Мне достаточно на ворону посмотреть, чтобы определить степень последствий.

— Ой, да чего вы всполошились, это стопудово от травки отходняк, — махнула крылом ворона, бегая по изголовью кровати. Легка на помине, только о ней подумаешь, и она тут как тут.

— И то верно. Меня, между прочим, тоже до сих пор плющит. — Все разом посмотрели на Лиру.

— Это как? — настороженно спросила Герта.

— Ну… — Наша «умная» почесала затылок. Понятно, опять зависла.

— Можешь не отвечать, и так видно… — отмахнулась от её ответа Мира. И тут же добавила: — Я сама как-то странно себя чувствую. Помимо ощущения подлянки прибавилось что-то новое.

— Что? — тут же всполошились все.

— Не могу описать, но что-то, что несвойственно ведьмам. А вот что за хрень, пока понять не могу.

— Дела… — изрекла Герта, ища глазами, куда примостить свой зад.

— Вы собираетесь единорога воровать, или как? — вставила свои пять копеек Лариска, и все с недоумением уставились на неё.

Первая отмерла Адель:

— Зачем?

— Как зачем?! — влезала уже Хапуга. — Вы же Люцию обещали вернуть его любимую!

— Когда? — хором спросили мы.

— Беда… — с жалостью посмотрела на нас Лариска. — Это же у вас было запланировано! Забыли? За Герту вы отомстили…

— Когда? — перебив её хором, спросили мы.

— Позавчера.

Тишина. Понятно — у всех провал памяти.

— Так… — Я соскочила с постели и побежала к своему шкафу. — Провал, значит, — процедила сквозь зубы. — У всех… Да хренушки это последствия травки! — перебирая пузырьки с зельями, начала делиться своим мыслями вслух. — Даю сто процентов, что это дело рук наших… — вот кого — я промолчала, потому что все сами догадались.

— Допустим, — согласилась Лариска. — А Единорога воровать будем?

— Да сдался тебе этот единорог! — рявкнула Герта.

Нашла нужные мне зелья и начала смешивать состав. Забавно: то, что было недавно, плохо помнила, а вот рецепты все наизусть знала.

— И всё-таки единорога мы воровать обещали или только планировали? — вопрос Лиры был сродни разряду электрического тока! Я чуть пузырёк не выронила.

— Ни слова! — рявкнула на неё, продолжая смешивать ингредиенты.

Приготовив зелье, мы проследовали на кухню, и я накапала всем строго по десять капель на полстакана воды. Больше нельзя, а то эффект может быть обратным, а мы и так ни черта не помним. Выпили, принялись ждать, когда память вернётся. Первая подала голос Лира:

— Слушайте, а где Нер?

— Действительно, когда мы за люлями ходили, он был с нами… — растерянно произнесла Герта и тут же с восторгом посмотрела на меня. — Кэт, ты гений, память-то восстанавливается!

— Знаю… — ни капли не смутившись, гордо ответила. — Но понадобятся сутки, чтобы всё вспомнить. Хотя, — повернулась к фамильярам, которые собрались в кружок и что-то тихо обсуждали. —Вы, хвостатые заговорщики, где Нер?

— Да чё вы пристали! — взвилась Хапуга. — Где Нер? Спит он в лаборатории, уже вторые сутки пошли.

— Охренеть, и вы молчали?! — возмутилась Лира.

— Да всё с ним нормально, мы его спрятали, но усыпили во избежание неприятностей. Скоро проснётся ваш подельник, не мечите икру почём зря. Лучше мозгами пошевелите, как единорогов воровать будете?

— Так, — подбоченилась я, — недавно звучало «единорог», в единственном числе, а сейчас во множественном. Не подскажете, с чего вдруг?

— Да скажи им! — ткнула лапкой Лариска Хапугу.

— Так и быть. Короче, на игры вы по-любому загремите, отмазаться никак не получится. Так вот, мы по своим каналам узнали, что будет задание, которое без помощи этих рогатых не выполнить.

— А что за задание? — перешла я к допросу. Я у самой такое чувство было, что определение «загремите» неверное. Подсознание вопило, что это свершившийся факт.

— Своруете хотя бы пять единорогов — скажу.

— А зачем воровать? Что, в этом мире единорогов нет? — задала правильный вопрос сестра. Чую, темнят хвостатые. Ой, темнят…

— Нет, вы должны своровать, и точка.

— А в грызло? — опасно щуря глаза, перешла к угрозам Лира.

— Но-но, попрошу без угроз, иначе помогать не будем… — решил заступиться за своих подруг Тигр. Чую, что в банде начинался раскол, а такого допускать пока нельзя.

— Так, успокоились все. Сегодня вечером соберёмся и всё обсудим. А пока план таков: вначале, идём к Люцию, узнаем, что там и как, потом кается, ну а вечером обсуждаем, как дальше жить. Адель, с тебя собрать всех анархисток. Ворона, ты позовёшь братьев. Что-то мне подсказывает, что времени прохлаждаться больше нет — пора действовать.

Мой план все приняли единодушно. Наверное, как и я, чувствовали надвигающую опасность. Что-то, а инстинкт самосохранения у ведьм развит отлично, значит, быть беде. Вот чувствую это, и всё тут.

Глава 39

Как говорится, не зря моё подсознание вопило насчёт игр. К нам зашла на огонёк дорогая тётушка и огласила приговор за дебош. Короче, придётся нам на играх корячится. Настроение стало ещё хуже, решили развеяться, заодно пожаловаться на жизнь. Пришли к Люцию, тот отчитывал кабанов за невыполнение плана. Ну ничего не меняется.

— Ой, да чё ты зря нервы тратишь? — подошла к нему Лира и принялась с деловитым видом разглагольствовать. — Не выполнили план, значит, на холодец их, и всех делов… — Не успела она договорить, как один из провинившихся, видимо, со слабой психикой, тут же исправился. — Фу! — Подруга закрыла нос и рванула к нам.

— Вот, ещё одно доказательство, что добрые дела наказуемы! — с умным видом изрекла я.

— Так я это, — показывая глазами на Люция, начал оправдываться Лира, — помогала подельнику. А он старается ради благого дела — мести.

— Ну, сейчас времена тяжёлые, законы мирозданья нестабильные, постоянно меняются… — начала уже я разглагольствовать, а, вернее, выкручиваться. Ведь, как ни крути, Лира не нарушила закон.

— Если бы только законы мироздания давали сбой, — тяжко вздохнув, начала вновь ныть Герта.

Ясный перец, намекала, что нужно срочно решать её проблему. Но только у меня пока ни одной умной мысли на этот счёт не было. Да что там! У меня вообще все умные мысли дезертировали, остались одни дурные, которые плодились с бешеной скоростью. Пока я сокрушалась по этому поводу, к нам подошёл Люций и с осуждением посмотрел на Лиру.

— Ты это… завязывай кабанам психику расшатывать.

— Да я же помочь хотела, — развела она руками.

— А вот этого не нужно! — испуганно произнёс он. Лира насупилась. — Ты что, забыла важную заповедь? Ведьма и добро — вещи несовместимые! Вернее, любое доброе дело ведьм заканчивается катастрофическими последствиями.

— Так уж и любое! — подбоченилась Лира, опасно сощурив глаза.

— Ну… — замялся он и только хотел продолжить, но тут в разговор вступила Мира:

— Ну раз так, думаю, не стоит возвращать в этот мир Люция возлюбленную.

— И то верно, — тут же согласилась я. — Девочки, спасительная миссия отменяется во избежание катастрофических последствий. Айда домой, от греха подальше.

— Эй! Подождите, я же сказал «ну». Вернее, вы меня перебили, не дав закончить, — затараторил однорогий.

А… испугался рогатый.

— Ну, чего замолчал? Давай ври, но только красиво, чтобы мы поверили, — не скрывая издёвки, якобы дала я шанс высказаться. Ведь, как ни крути, это нам нужен табун, а не ему. Люций усеялся на круп и, с опаской озираясь по сторонам, чуть слышно начал:

— Говорят, в другом измерении ведьмы не совсем такие, как вы.

— А… какие? — в унисон задали мы вопрос.

— Не знаю. Но точно не такие…

— Что-то ты как-то запутанно врёшь… — почёсывая затылок, озвучила наши мысли Лира.

— Рог даю, не вру я! — взвился он, а затем, словно испугавшись чего-то, вновь перешёл на шёпот: — Я знаю, кто может вам больше рассказать о них. Но вначале вы украдёте мою звёздочку.

— А луну с неба тебе не своровать?! — взвилась Лира.

— Лира, отставить скандальчик! — приструнила её, и тут моя сестра задала вполне резонный вопрос:

— А зачем нам это?

Действительно, нам дела нет до ведьм из якобы другого измерения.

— Вот вы дурынды! Это ж обмен опытом! — выдал он.

Мы замерли, пытаясь прикинуть, нужен нам этот обмен или нет. С одной стороны, знания лишними не бывает. Но, с другой… свои секреты только идиоты выдают. Выходит, любо они дуры, либо из нас ходят дур сделать. Оба варианта неприемлемы.

— Девочки, что-то меня этот обмен не вдохновляет… — начала я, но Люций меня перебил:

— А вот это зря, они же добро делают, и без катастрофических последствий. Врубаетесь, о чём я толкую?

Да ладно! Так и без последствий? Нам бы тоже этому научиться на всякий случай, а то в последнее время одни проблемы из-за этого.

— Вот гад, а говорил, не знает! — взвилась Герта.

— Так… — подбоченилась Мира а, затем как рявкнула: — Ты на что нас толкаешь, конь рогатый! Хочешь, чтобы мы, как эти малахольные, добро творили? Совсем мозгов нет!

— Да не ори ты! — остановила её Лира. Подбежав к Люцию, достала из кармана блокнот и спросила чуть слышно: —Координаты не подскажешь?

— Лира, нафига тебе координаты, где живут эти ненормальные?! — взревела Мира.

— Как зачем? Чтобы запечатать портал в это измерение навечно, а то мало ли, вдруг это зараза какая-то.

— А что, вполне вероятно, — согласилась с ней Герта.

— Слышь, «мудрая», а ты порталы-то запечатывать умеешь? — решила остановить надвигающую катастрофу двух измерений. Сто пудов подруга что-нибудь перепутает, и нам всем хана.

— Не-а, буду действовать по обстоятельствам…

Только я хотела заорать на неё, чтобы не смела, как виновник возможной гибели двух измерений выдал:

— Так это, — замялся рогатый придурок и тут же красиво так выкрутился: — не знаю я координат.

Я выдохнула. А сестра с подругой принялись обвинять единорога в умышленном сокрытии информации. Лира грозилась, если он не расколется, отпилить ему рог. Мира же подпряглась ей помочь не только физически, но и генерируя новые идеи, как изувечить единорога, если тот и дальше будет пудрить им мозги. Но Люций тоже в долгу не остался, пообещав накостылять копытами по задницам наглым ведьмам, если они от него не отстанут с этим вопросом. Лишь Герта, отойдя в сторонку и приподняв голову, что-то высматривала в небе. Посмотрела ввысь — ничего, лишь облака. Я подошла к ней, интересно же узнать, что она там увидела.

— Ты чего там высматриваешь?

— Жду, — как-то равнодушно ответила демоница.

— Ага... — махнула я головой, силясь обработать ответ. Поняла, что ничего не получается, решила уточнить. — А… кого?

— Да не кого, а что!

— Хорошо, чего ждём? — Встала с ней рядом и тоже принялась всматриваться в небо. Может, я чего-то не заметила, опять одни облака. — Слушай, нифига не вижу. Так чего мы ждём-то?

— Когда они собачиться прекратят. — Она показала глазами на скандалистов. — Знаешь, надоело уже это всё.

— И мне тоже… — тяжко вздохнув, согласилась с ней.

— Как у тебя дела с Адимисом? — задала она неожиданный вопрос.

— Всё сложно, — описала двумя словами то, что происходило между нами. — А у тебя как?

— Такая же херня, — теперь уже она тяжко вздохнула.

— Как ты думаешь, стоит нам принять меры, чтобы всё наладить, или пусть эта проблема сама рассосётся?

— Лучше пусть сама, — продолжая смотреть вверх, изрекла подруга и тут же добавила: — Так хотя бы новых проблем не приобретём.

— И то верно…— согласилась я, вновь тяжко вздохнув и осознав, сколько у нас сейчас проблем. Тут я вспомнила о её горе. — Герта, может, в библиотеку сходим?

— Зачем?

— Ну, проштудируем материал, глядишь, и найдём ответ, как с твоим недугом справиться. Сама понимаешь, твоему веры нет, а если мы будем экспериментировать, то можем ещё хуже сделать. Так что выход один — погрузится в океан знаний. Но вначале нужно извиниться, а то некрасиво поступили мы с девушками. — Я хотела ещё добавить, неплохо бы с собой в библиотеку плюшечек взять, ведь неизвестно, когда вынырнем оттуда, но меня перебил взволнованный голос Люция:

— Не понял. — Перевела взгляд на него и увидела, как три пары глаз смотрят на нас с Гертой в недоумении. — Что значит извиниться? Вы случаем не захворали?

— Вот чёрт! — всплеснула Мира руками. — Опять началось.

— А что началось-то? — заволновался Люций.

— Групповое помешательство! — заголосила Лира и начала судорожно искать глазами место, куда в обморок упасть, чтобы переждать очередной приступ. Тут и да нас Гертой дошло, что вести светские беседы для нас странно.

— Что делать будем? — испуганно спросила она и тоже начала искать место, где прилечь на время.

— Да вы расскажите, что произошло-то! — рявкнул Люций. Делать нечего, решили поделиться с ним горем, кто знает, может, поможет нам. Как порядочные девушки, полезли за платочками, но этот рогатый заорал: — Отставить потоп, предпочитаю воспринимать шокирующее новости на сухую.

— Что, совсем? — шмыгнув носом, поинтересовалась Лира.

— Да! — рявкнул психованный, обводя нашу дружную компанию злобным взглядом.

«Фи…какие мы нежные!» — мысленно хохотнула я, наблюдая, как чернявый нервно подрагивает ушами.

— Хорошо, обойдёмся без вступления. — Люций одобрительно фыркнул.

Ну, я ему и рассказала всё как на духу. Начиная со знакомства с Адимисом и заканчивая тем, как они нас вырубили. Пожаловалась, что теперь мы страдаем провалами памяти. А вот о том, какие были последствия после чаепития, умолчала. Не знаю почему, но за дебош, устроенный нами, стыдно до сих пор. Ну… вот точно нас прокляли! Теперь я в этом уверена.

— Чё-то нескладно ты врёшь или чего-то не договариваешь, — тут же просёк брешь в рассказе конь рогатый.

— Недоговаривает о наших ночных проделках, — влезла Лира.

— Только не говорите, что позавчера вы буянили в академии младших богов!

— Хорошо, не будем, — хором согласились.

— Понятно… — Люций замолчал и, с опаской посматривая на нас, принялся постукивать копытом по каменной дорожке.

— Эй, ты чего завис? — попыталась Мира узнать, по какой причине тот решил пробить копытом туннель в ад. Хотя я склоняюсь к версии, что решил переждать там, пока всё уляжется.

— Не мешай, я думаю, — пробурчал он, продолжая своим стуком действовать нам на нервы.

Мы недоумённо переглянулись, дружно пожали плечами и принялись ждать, когда на рогатого снизойдёт озарение. Ну а что делать? От нас сейчас точно никаких гениальных идей ожидать не стоит. Ведь в свете последних событий сто пудов опять очередную глупость придумаем. Или хуже… Хотя… Куда уж хуже! Тут послышался тяжкий вздох Люция, и…

— В общем, так! — начал он, а вот мы напряглись. По его тяжкому вздоху при вступлении стало понятно: всё плохо. — Дела у вас хуже некуда…

— Это мы поняли. Ответь, как сделать так, чтобы хуже не стало, — перебила его Герта, нервно теребя юбку.

— Да куда уж хуже, — убил он нас ответом.

Лира, недолго думая, всё-таки легла на траву и сложила руки на груди. Мы дружно посмотрели на неё.

— Лир, — обратилась к ней Мира, — если ты решила потерять сознание и переждать кипиш, то уж сразу впадай в глубокую кому, лет так… на сто.

— Да нет, — процедила симулянтка сквозь зубы, — я подумываю помереть…

— Что?! — охнули мы всем табором.

— А то! — подскочила несостоявшаяся покойница. — Достало всё! Вот! — Оглядела она нас всех строгим взглядом и продолжила вселять в наши сердца панику: — Каждая наша идя — это грандиозный провал. Разве вы сами не заметили? Даже обычное чаепитие обернулось катастрофой! Всё, я больше не могу. — Она вновь легла и чуть слышно: — Лучше копыта отбросить, чем так жить.

Наступила гнетущая тишина, мы с девчонками, как дуры, хлопали глазами, Люций, приподняв ногу, смотрел на своё копыто, потом медленно перевёл взгляд на её ноги и выдал:

— У тебя копыт нет, а свои я отбрасывать не собираюсь.

— Ох… — тяжко вздохнула она. — Это фигуральное выражение, и означает оно — умереть. С меня хватит, настрадалась на десять жизней вперёд.

— Ты посмотри на неё, настрадалась она! — взвилась Герта. — Это я пострадавшая сторона, связалась с вами, и всё, моя жизнь покатилась под откос, потеряла боевую мощь, в обморок постоянно падаю…

— Да ладно! — вновь подскочила покойница. — А как насчёт плюсов? — упёрла она руки в бока и со злым прищуром уставилась на демоницу.

— Каких ещё плюсов?!

— Мужа бога отхватила — это раз. Красавицей стала — это два. В академии богов учишься — это уже три.

— Но мощь боевую потеряла! — не унималась Герта. — Это все плюсы перекрывает. Мужу богу навалять не могу — это раз. А насчёт академии, дорогуша, ты погорячилась. Это ж тюрьма строго режима, причём неизвестно, сколько в ней корячиться придётся.

А ведь права, за малую оплошность срок увеличивают. Вот мой муж гад!

— Вы посмотрите на них, страдалицы! — вклинилась в их спор Мира. — Это я тут самая пострадавшая сторона. Это меня похитили и мучили…

— Ой, да замолчи ты! — взъелась на неё Лира.

— Да! — согласилась с ней Герта. — Пострадала она… Хватит врать! Ты вообще дрыхла, пока мы тебя не спасли.

И тут началось! Девчонки принялись сыпать друг в друга обвинениями. Галдёж стоял такой, что я не могла разобрать ни одного слова. Вступать с ними в перепалку я не рискнула, так как знала, что у меня грешков-то поболее будет. И если они всем скопом набросятся на меня, то у меня нет шансов от них отбиться. Не знаю, сколько бы ещё это безобразие продолжалось, но оглушительный рёв Люция заставил скандалисток заткнуться.

— Молчать! — от его «молчать» земля задрожала. От неожиданности Лира шлёпнулась на задницу, а Герта икать начала. — Вы чего тут балаган устроили? — рыкнул он на них.

— Так это, — развела руками Мира, — без понятия.

— И правда, чего это на нас нашло? — удивилась Лира, поднялась с земли. — Ну… точно наваждение! — потирая попу, продолжала она разглагольствовать.

— Всё возможно, — строго смотря на скандалисток, согласился с ней Люций. — В общем, девки, слушайте внимательно. Дела у вас дрянь. Вам кровь из носу нужно игры выиграть. А судя по тому, что вас усиленно хотят рассорить, кому-то это невыгодно.

А ведь точно, в последнее время мы стали часто ругаться.

— Да мы, собственно, не против выиграть. Только объясни, почему ты говоришь, что это нужно сделать обязательно? — обратилась к нему.

— Только там можно встретить мать всего сущего — Люциду. И что-то мне подсказывает, что без её помощи вам не обойтись.

Нифига себе! Вот это мы встряли, раз к ней нужно обращаться.

— Что-то имена у вас больно схожи, это случайно не твоя мамаша? Если так, может, сам перетрёшь с ней, по-родственному? — принялась его обрабатывать моя сестра.

А что, хороший вариант решения проблем.

— В какой-то мере мы все её дети.

Понятно, и тут облом.

— А может, наших мужей попросить, мол, нас обижают? — осторожно начала я, но Люций, фыркая, замотал головой. Ой, что-то мне нехорошо. Более того, я не понимаю, что, собственно, происходит, и, судя по удивлённым лицам девчонок, они тоже никак не могут понять.

— Нет, девоньки, ваши мужья вам не помогут. Думаю, они тоже находятся в опальном положении, как и вы.

— Допустим, кто-то на нас всех зол. Не подскажешь, кто этот самоубийца? — решила сразу узнать имя, кого проклинать скопом будем.

— Поработайте мозгами и сразу поймёте, кому под силу.

— Ты чего несёшь?! — возмутилась Лира. — У нас мозги временно не работают.

— Беда… — почёсывая бок копытом, протянул Люций.

— Ага, она самая, — согласилась я с ним. — Раз мы с этим разобрались, теперь нужно решать, как нам дальше быть, чтобы в этих играх победить.

— Сами вы точно не справитесь, — продолжал вгонять нас в тоску Люций.

— А мы не одни, с нами под раздачу и братья, и Адель попали. Глядишь, и ещё кто-нибудь накосячит, — тут же нашлась Мира.

— А если нет? — не унимался рогатый. Тут Лира подобралась и начала объявлять всех членов банды:

— А у нас есть: фамильяры, ворона златохвостая, мётлы, Нер, архимаг, правда, он сейчас в теле енота, но это, я думаю, мелочь. Далее Туз, оракул.

— Ворону с енотом видел, про остальных вы мне сейчас рассказали. Единственый, кого не упоминали, так это Туза, кто таков?

— Туз — это… — тут я замялась.

— Ой, да чего рассказывать-то, его показать нужно. Только это… кабанов чтобы тут не было при демонстрации.

— Сильно страшный? — заволновался конь.

— Не, нервный, — решила успокоить его Лира.

Наговаривала она на пёсика, нормально у него с нервной системой. Ну, погонял богов немного, но сами виноваты, нечего было его дразнить.

— Тогда приводи, посмотрим на вашего Туза. И всё же вам нужно больше сторонников.

— Так мы табун единорогов своруем, нормально будет тогда? — подала голос Герта.

— Табун, конечно, хорошо… — расцвёл Люций — явно сейчас представлял себя вожаком его.

— Эй, потом помечтаешь! — вернула его в реальность Герта своим окриком.

— Не мечтал я, а думал, куда этот табун определить… — принялся он выкручиваться. Ага, так мы и поверили. — В общем так, ищите ещё народ, самим вам точно не справиться. А теперь идите, не мешайте мне работать…

Выпроводил-таки нас мечтатель. Пока шли, решили, что покаяться перед младшими богинями не совсем уж и плохая идея, мы же заодно и завербовать их сможем. Так что с пополнением вопрос практически решён. Главное — выдержать их гнев. Ну а там пообещаем с три короба, никуда не денутся, согласятся. От плюшек ещё никто не отказывался.

Глава 40

До вечера мы дружно убивались, что судьба гадюка так сильно нас не любит. Так что для Неруша, сегодня был грандиозный праздник, платков у него было, завались. Бедолага даже забыл про свои научные опыты. Вон как инстинкты-то девствуют на мага. Беда…

Когда мы ему об этом намекнули то, он сам обалдел, посмотрел на очередной платочек в своей лапке, тяжко вздохнув, присел с нами рядом. Ну и правильно, если уж и страдать, то всей бандой. Нашу идиллию нарушил приход Адель, она как ураган ворвалась к нам в комнату, и зависла. Жаль, что она так быстро очухалась. Эта зараза, тут же принялась за допрос. Я бы ещё пострадала, так хоть новых проблем не нажила. А теперь всё, прощай спокойствие…

— Вы чего, как мешком пришибленные?

Окидывая нас взглядом, поинтересовалась обломщица. Можно подумать у нас повода для этого нет.

— У нас тут групповое страдание. — Просветила её.

— Нашли чем заняться! Лучше бы мозгами немного поработали, придумали, как покаяться и не огрести от новоявленных анархисток. Они через пять минут придут на очередное собрание. Чё врать-то будем? Не знаю как вы, но у меня нет желания быть в качестве пострадавшей стороны.

— Нашла о чём волноваться, — отмахнулась от проблемы Лира, — мы так врём, что заслушаешься. У нас это в крови, а когда наступает грандиозный кипишь, то мы тут вообще проявляем чудеса изворотливости. Так что, не мечи зря икру, будем врать по обстоятельствам.

— Лира, ты, конечно, всё складно излагаешь, но у нас как бы проблема… Это раньше врали, как профи, а сейчас что ни день, то лажа. Ну, и что делать будем? — Озвучила Герта, как ни прискорбно, но истинное положение вещей.

— А может им позволить нам навалять? — Ошарашила своим предложением Мира.

— Ты чего, со всем того? — покрутила я у виска.

— Да нет! Они нам наваляют, но не сильно, разумеется. Просто нужно продумать скоростной способ отступления. Главное, что их за это накажут. — Молчим, расстреливаем, её дружно возмущёнными взглядами. Это где это видано, чтобы ведьмы добровольно задницу под пендали подставляли? Ну точно умом тронулась. — Как вы не поймёте, тут же двойная выгода: они не будут знать, что мы ведьмы. Ну и на игры загремят. По-моему, план вполне разумный.

Не знаю, как остальным членам банды, а вот мне совсем не хотелось огребать. Да и на играх, эти злыдни могут в отместку по темечку стукнуть. С них станется.

— В общем, так. — Встала я, и гордо подняв голову, начала толкать речь: — Будем действовать проверенным способом, то есть, изворачиваться и врать, как ни крути, это мы делать в любом случае умеем. Лира права, у нас это в крови. А не выйдет, тогда приступим к выполнению этого безумного плана. Так что, хватит киснуть, пора принять бой. Будем считать, это генеральной тренировкой перед играми.

После моей пламенной речи, народ воспарял духом, даже Герта очковать перестала. Стоит, глаза горят, грудь вперёд, попа назад, красотища! Я хотела с собой и Нера прихватить, но, решила мужикам нечего участвовать в бабских разборках. Такое мероприятие, не для слабонервных.

— Вы как хотите, — вновь подала голос Адель, — а я Туза прихватила в качестве аргумента в нашу пользу. А ещё, магией все ходы запечатаю, чтоб ни одна змея не смогла улизнуть, пока не договоримся. Сейчас всё равно после нашей гулянки всё пропитано ей, надеюсь, не заметят.

— А если заметят? — всполошилась Герата.

— Ну…— замялась она и выдала: — нам всем уже терять нечего. Куда уж хуже? Если уж совсем кранты наступят, надеюсь, отмажете меня. Как ни крути, мужья тут ваши шишку держат.

— А где мой Туз? — ища глазами пса, спросила Лера.

— Под личиной невидимости, ждёт на улице, обещал вести себя прилично. Я с него маскировку сняла, чтобы не терять время даром, если вдруг они на нас скопом кинутся.

— Шикарный план! Только не пойму, почему ты сразу о нём не рассказала? — поинтересовалась я у Адель.

— Надеялась, что у вас есть предложение лучше. Туз, это уже когда, они по-хорошему не захотят. Вот тогда, придётся рискнуть и активировать щит. Но, лучше их уговорит, пусть при этом вам придётся врать. Нам союзники нужны.

***

Зашли в актовый зал, а там девушки образовали круг, и размахивая руками о чём-то оживлённо спорили.

— Кх… — покашляла, чтобы обратить на нас внимание.

Бесполезно.

— Эй, террористки! — заорала Лира, во всю мощь своих лёгких. После её крика, все в здании получили лёгкой степени контузия. Послышался жалобный скулёж, и на полу образовалась мокрая лужа.

Понятно, у Туза с непривычки нервы сдали.

— Не террористки, а анархистки… — чуть слышно ответила, поправляя её. — И вообще, откуда ты это слово-то знаешь?

— А когда у тебя были в гостях, прочла. Так что подруга, я знаю, что оно значит. Наши богини скоро превратятся в таких же головорезов, и начнут убивать нас невинных… — всхлипнула она.

— Не паникуй. — Одёрнула я её.

— Это мы-то невинные? — На пределе слышимости спросила Герта.

— Ой, да не придирайся к словам. — Небрежно отмахнулась она от её замечания.

—Эй, вы чего там шепчетесь.

— А вы о чём спорили? — нашлась Мира.

— Я говорю, что такое могли отчебучить только ведьмы в творческом порыве! Вернее… не совсем ведьмы. — Поправилась она. — И они обучаются у нас. — Отвечает рыжая. — Если с первым девочки согласны, то со вторым — нет. Говорят залётные ведьмы. А я говорю, что это невозможно!

— Почему? — Не удержалась от вопроса Лира.

— Не могут, так как в этой академии могут только учиться те, у кого божественное начало. Значит, это непросто ведьмы, а нечто большее!

— А конкретнее. — Решила узнать, кто же мы на самом деле.

— Шена — рыжая богиня, — уверена, что эти ведьмы в прошлом были богами. Вероятнее всего учились в этой академии. Видать, они не прошли испытание… — Отвечает нам чёрненькая.

— Какое ещё испытание? — охнула Герта.

— Продули игры.

— В смысле? — нащупав рукой стульчик, дрожащим от волнения голосом спросила Лира.

— Слушайте, вы откуда взялись такие дремучие? — В язвительной манере, поинтересовалась рыжуха.

— Да побочный эффект от заклинания, память отшибло. — Почесал затылок Мира. — Но, это временно. Говори, что знаешь, раз уж начала… Помоги нам несчастным.

— Вы знаете, почему на игры берут только проштрафившихся? — Мира показывает на голову, намекая, что с памятью совсем проблема. И тут Адель выдала:

— Знаем, это своего рода второй шанс, кого хотели отчислить. И то, призрачный. Проигравших отправляют на несколько ступеней ниже эволюции. Обычно это ведьмы или колдуны. А кто выиграл, получают бурнусы, и их не отчислят. Если ты знаешь больше, так говори. — Ответила ей Адель. И тут же получила тычок в спину от Миры. За то, что скрыла от нас информацию. — Я думала, вы в курсе. — Пожала она плечами.

Не, то, что мы богини в прошлом, знаем. А вот инволюцию первый раз слышим. И про то, что игры — это подстава тоже только сейчас узнала. Я, конечно, чувствовала, что с играми засада. Но, блин не настолько же!

— Если мы проиграем, в принципе ничего не теряем. — Чуть слышно, произнесла Лира, встав со стула.

— Не факт. Это богов в ведьм и колдунов могут разжаловать. Чую печёнкой, нам так не повезёт. Сто пудов, в насекомых перевоплотят. — Дёргая её за рукав, начала впадать в панику Герта.

— А тебе-то чего боятся ты же демон? — Не поняла подруга, демоницы нервозность.

— Ха! — нервно воскликнула она, и чуть слышно. — Это меня не спасёт, я же с вами в одной связки. Если вам хана, то и мне тоже... — последнее слово она буквально пропищала.

— Погодите …— промямлила Лера и полезла в карман, и достав оттуда блокнот, начала шуршать листками. — Вот, нашла. Вы девки, чё-то путаете. Тут написано: за каждую маленькую провинность к учебным годам прибавляется неделя. Нет, не то. Во! На игру набирают в команду из лучших учеников… Далее, если команда проиграет, то все, кто участвовал в играх, заработают по двадцать лет дополнительной учёбы.

— Да что вы понимаете в божественном юморе! — взвилась рыжая дивчина. — Двадцать пять получат те, кто выживут!

— Ну, нафиг! — Взревела Герта. — Вы как хотите девоньки, а я на самоубийство не подпишусь. Одно дело, когда тебе наваляют, а другое прибьют. Я жить хочу! — заголосила она во всё горло.

— Мы не поняли, а чего вы вдруг про игры разговор затеяли, а? — начала наступать на нас рыжуха, подбоченившись. — Мы, как дуры ползали по ночам брешь искали, а вы гадюки отдыхали. За вас всю работу ведьмы недоделанные сделали! Подруги, пора этим безделицам рыла начистить.

— Ты у кого рыло нашла, а ? Базар-то фильтруй, а то договоришься — проклянём вас всех скопом! — взревела Лира, и от ужаса, что сболтала, прикрыла ладонью свой рот.

Воцарилась гнетущая, тишина. Но, богини быстро справились с оцепенением, начала надвигаться на нас.

— Бей ведьм! — Заорала чёрненькая, и у пяти богинь, в руках появились огненные шары. Одни полетел в сторону Миры.

— Всё, нам хана! Тузи-и-к…— пискнула Лира, — и начала шарить рукой, в поиски его.

Но тут раздался душераздирающий рёв, и богинь воздушной волной, откинуло к концу зала. Я повернула голову и увидела огромного демона, который играл огненным шаром в руках. Наверное, тем самым что летел в Миру, которая успела упасть на пол, и прикрыть голову руками.

— Поговорим? — оскалился демон, смотря на испуганных богинь.

— Я же говорила, что они террористки! А ты анархистки …анархистки… — передразнила меня Лира. Я лишь махнула рукой, чтобы она заткнулась.

— Герта? — охнула я, смотря на монстра с некой опаской. Ведь не известно, в каком она сейчас состоянии.

— Я же говорил, что сработает! — раздался радостный голос позади, я повернулась и наткнулась глазами бога хауса, и своего мужа.

— Герта, фас! — рявкнула я, показываю рукой на богов. Та развернулась и, как… зарычит!

— Какая же ты сейчас красивая? — принялся подхалимничать её муж, наша демоница начала уменьшаться в размерах.

— Герта, не ведись, они нас на бойню посылают! — Заорала Мира, но было уже поздно перед нами, вновь стояла красотка.

— Гадство! — сплюнула я от досады, потеряв грозное оружие в лице подруги. — Адимис, падла! Почему ты не рассказал, что на играх могут и прикопать? Что, торопишься стать вдовцом? — Молчит. — Говори, я сказала! — взревела.

— Кэт, я верю с вас.

— Нет, девочки, вы слышали? — обернулась я к подругам. — Этот душегуб верит в нас! Ты в своём уме? — Постучала я пальцем по своей голове. — Лира, дай блокнот. Пора прояснить ситуацию с этими чёртовыми играми, я сама записывала его слова на собрании. — Подруга отдала свой блокнот, и я, открыв страницу на своих записях протянула мужу. — Поясни, что за хрень? Ты говорил, что только двадцать пять лет влепят. Но, ни о каком перерождении речи не было! Это что, юмор такой? Если да, то шутите без нас!

— Это не шутка, и вы будете играть, не спорь со мной!

— Всё, я хочу развестись. Срочно! — заорала я, не в силах сдержать свою злость.

Это какой-то кошмар! Бесконечный лабиринт, куда ни сунься везде дурдом! Да что же это такое! В голове сумбур, не могу отличить правду ото лжи. Да что там, нас постоянно обманывают! Куда ни сунься, везде враньё!

— Кэт, это невозможно. Забыла, обряд!

— Да что б тебя черти слопали! — взвилась я, и уже спокойно. — Скажи, зачем вы нам врали, а? Сказали бы сразу, как есть: девочки, вы покойники. Но, нет, какую-то хрень придумали с играми и наврали, причём всем, что двадцать пять лет припаяют, если проиграешь.

— Раньше, погибшие в играх, это была редкость, один раз на несколько тысяч. А те, кто основался в живых из проигравших, учились пятьдесят лет. Вот почему ученики были рады послаблению. Но, я не буду тебе врать, эти игры будут сложнее, и могут быть жертвы.

— Ну, хоть спасибо, что сейчас не врёшь. — Ответила я обречённо.

Ох и не нравится мне всё это! Сердце чувствует, что будет всё очень плохо.

— Встали! — Посмотрел он в сторону притихших богинь. — Шали, Вита, Дора, Элея и Ада вы, нарушили закон, применили против учащихся магию. За это вы тоже будете участвовать в играх. — Девушки сдавленно охнули, но просит о пощаде, не рискнули. А вот мои сообщники злорадно потирали ладони. Хоть тут проблем нет. Но, они могут отомстить, с этих террористок станется!

— Адимис, сделай милость, оставь нас.

— Кэт.

— Оставь нас! — Произнесла я, чеканя каждого словно. Адимис лишь покачал головой, и он с богом хаоса словно растворились в воздухе.

— Девочки, голосуем, кто за то, чтобы стать вдовой? — Подала голос Мира, и тут же подняла руку. — Если есть желающее, поднимите руки!

— Нам ещё замуж нужно выйти, что стать вдовами. — Подала голос Шали.

Вновь воцарилась гатящая тишина, каждый мысленно оплакивали свою судьбу. Не знаю как они, а я уже начала подыскивать своему тельцу уютное место на кладбище. Жаль, что тут нет прижизненных договоров, а то бы выбралась себе шикарную карету (гроб) на тот свет, можно и на памятки раскошелится, на котором была написана эпитафия «здесь покоится жертва замужества».

— Я только не пойму, зачем эти игры вообще придумали? — Подала печально голос Герта, которая уже сидела на стуле.

— Мне бабушка рассказывала, что они были созданы, чтобы отсеять самоуверенных богов. — Начала Адель. — Ведь когда бог излишне самоуверен, миры обречены на уничтожение. И школа богов эта малая ступень в развития, наше обучение длится веками: сила требует контроля, и постоянного самосовершенствования. Ещё говорят, что победитель может попросить Мать всего сущего исполнить желание, она не может отказать. Есть вероятность, что вашим мужьям — эта встреча необходима. Что-то мне подсказывает, что вас всех связывает какая-то тайна.

Я сама уже стала подозревать, что всё не так, как выглядит. Наша жизнь стала напоминать на полосу препятствий, и мы, преодолевая их постоянно падаем носом в землю. Нутром чувствую, что это всё какой-то татар абсурдов. Единственный выход, развеять этот чёртов марок — выиграть. Другого пути у нас нет. Жаль, что остальные попали под замес из-за нас непутёвых.

— Товарищи, у всех нас одна проблема, и цель одна —выжить. — Начала я толкать речь. — Посему предлагаю зарыть топор войны, и приложить все усилия, для будущей победы!

— Да мы, собственно, уже не злимся ваши мужья — это сущее наказание. — Подала голос Ада, богине с золотистым цветом волос. — Более того, я счастлива, что судьба нас уберегла от подобного подарка.

— А я о чём. Свою любимую на амбразуру кидают! — Всхлипнула Лира.

— Отставить слёзы! — Рыкнула я. — Хотя —нет, поплачьте сегодня немного, побейтесь в истерики. А завтра начнём обдумывать страданию.

— А мне что делать? — подал голос Туз, явив нашей компашки свой облик. Богини, вначале увидев его, икнули, и сделали несколько шагов назад. Но любопытство перебороло страх, и они принялись рассматривать творение нашей бедовой.

— Это случайно не тот…— тыкая в него пальцем, перевела на меня взгляд Шали.

— Ага, тот. — Тут же согласилась я. Увы, других таких экспериментальных перцев в академии не было.

— Кх…— усмехнулась она. — Я думаю, что у нас есть шанс выиграть, поразим их своей непредсказуемостью.

— Скорее, Лиры воображением. — Поправила я её. — Но, этого мало для победы. Нам нужно подойти к этому мероприятью со всей ответственностью, для начала намешало бы поговорить с теми, кто уже участвовал в играх.

Глава 41

Как я говорила раньше, ничто не объединяет врагов, как единая цель — выжить, причём любыми путями. Наши анархистки рванули добывать информацию у тех, кто участвовал в играх. Верили ли мы в успех этого мероприятия? Конечно же нет. Ведь по закону подлости, который, кстати, никогда не подводит, вернее, всегда срабатывает, в этих играх всё будет иначе. Поэтому мы с бандой весь вечерь воодушевлённо выли — вдруг потом некогда будет, а поплакать от всей души о тяжкой судьбинушке дело-то святое. К нам даже мужья заглянули — видимой, мы выли знатно, раз они услышали. Попытались успокоить, ну не идиоты ли? Кто ж под горячую руку к ведьмам горем убитым лезет? Разумеется, получили от наших метёлок по хребту, ну и другими бытовыми предметами, что нам под руки попались. Орудия мести — мётлы — они развеять не рискнули, так, побегали немного от них и наших метательных снарядов по гостиной и с весёлыми матерками скрылись в портале. В общем, атаку мы вероломных мужей отразили, принялись дальше горевать. Долго мы убивались, пока Лира, всхлипывая, не выдала:

— Может, единорогов умыкнём? — Хоровой плач резко прекратился, все в недоумении посмотрели на подругу. — Не знаю, как вам, а мне очковать и рыдать надоело, хочу разнообразия!

— Ага, и ты ничего лучше не придумала, как заняться грабежом?

— А по мне, дело говорит! — Хапуга залезла на стол. — Грабёж — дело благородное, и, главное, когда этим занимаешься, все остальные проблемы кажутся мелочью.

Тут вся банда одобряюще загалдела. Даже трусливая Герта забыла, что в течение трёх часов повторяла одну и туже фразу: «Мы все умрём!» А Лира ей аккомпанировала своим воем, от которого у меня, между прочим, голова раскалывается.

— Кто «за» поднять конечности? — начала голосование Лира.

— А то, что там очковать тоже придётся, никого не напрягает?

Попыталась я их вразумить — бесполезно, народ настроился на грабёж века, все были за кроме меня одной. И что бы я ни говорила, ничего не помогло, так что пришлось с ними короткими перебежками, а где и ползком добираться до конюшни. Люций, увидев нас, охренел и чуть сам план не выполнил, когда словно из ниоткуда появилась Лира, всклоченная после полосы препятствий.

— Вы, — принялся он озираться по сторонам, — чего тут делаете, ночь уже?

— Так это… — Попыталась выровнять дыхание Мира, видимо, дорога сюда далась ей с трудом, раз её отдышка мучала. М-да, и они ещё на грабёж собирались, с таким-то физическими данными…

— Если вы решили мне тут разгром устроить, как в академии старших богов, не позволю! — Единорог принял угрожающую стойку.

— А ну опустил свои копыта, иначе на дело не пойдём! — рявкнула Лира, Люций внял и приземлился на четыре копыта.

— Ты чего орёшь? — вновь принялся он оглядываться.

— Упс. — Она прикрыла рот рукой, сообразив, что конкретно так подставила нас. Сейчас точно кто-нибудь услышит, донесёт мужьям, и наша дурная вылазка накроется медным тазом. Я, собственно, не против, но Единороги нам понадобятся в играх, так что придётся идти на дело, даже через «не хочу». Пришлось брать всё в свои руки.

— Короче, давай координаты и описание своей зазнобы.

— Чего? — завис он.

— Я говорю: время, — показала на руку, — цигель-цигель, ай-лю-лю примчится.

— Чего? — продолжил он тормозить.

— Я говорю: мужья могут накрыть наш шабаш. Лира всех оповестила о предстоящем мероприятии. — Посмотрела на виновницу кипиша, та покраснела и потупила взор. — Теперь только глухой не знает, что мы на грабёж собираемся.

— Я не специально… — заныла она.

— Да ну тебя, — отмахнулась от неё и вновь повернулась к Люцию. — Ну, говори явки, пароли, на всё про всё у тебя приблизительно три минуты.

С координатами конь рогатый справился быстро, а вот с описанием любимой была проблема.

— У неё на крупе пятнышко виде сердечка. — Показал копытом на свой круп. — С правой стороны оно немного неровное, а, может, и с левой — не помню.

Я в шоке, он, что, реально думает, что мы будем задницы коням рассматривать?

— Портал открывается! — заголосила Мира. — Дав понять, что с минуты на минуту нас накроют.

— Посторонись! — заорала я, выпуская в сторону, куда показывала сестра, магический шар. Этого должно хватить, чтобы мы успели слинять.

— Всё, мне хана! — взвыл Люций, садясь на круп.

— Отставить нытьё! — рявкнула я, и тут раздалось:

— Валим! — Гадство, опять Лира сдала нас с потрохами.

Мало того, что она открыла портал, так народ ломанулся в него, и мне пришлось тоже. Пока я бежала к нему, мысленно молилась всем, кого знаю, чтобы на этот раз она не напортачила. Но что-то мне подсказывало, что пыжусь я зря. Закон подлости никогда не подводил, работает гад, как швейцарские часы!

Бежали мы недолго, но очень быстро, и все силушки потратили на этот забег. Да уж… давненько так стремительно не удирали от люлей. Как выяснилось, короткие дистанции уже не мой конёк. Странно. Раньше такого за собой не замечала.

— Кажется, оторвались… — пискнула Герта и рухнула на землю недалеко от Лиры, которая там уже валялась, раскинув руки и ноги изображая звезду.

—Вам не кажется, что наша силушка богатырская куда-то делась? — всё ещё дыша, как лошадь после длительной скачки, спросила подруг по несчастию.

— Ну не знаю, что это за сила такая богатырская, а я чувствую себя так, словно пробежала пятьдесят километров! — пробухтела Лира, смотря в небо.

— Да ты отродясь таких дистанций не преодолевала! — фыркнула Мира, кстати, она тоже валялась неподалёку.

— Не бегала, — не стала косячная наша спорить. — Но это сравнение лучше всего отражает моё состояние: язык на плече, задница в мыле, ножки, ручки трясутся от перенапряжения.

— А руки-то почему трясутся? Ты же не на четвереньках улепётывала! — подметила я и прилегла недалеко от сестры, мне тоже отдохнуть намешало.

— Я же портал открывала…

Ну да, это не так уж и легко. Я было собралась ей посочувствовать, но тут неожиданно вышел из длительной спячки инстинкт самосохранения. Да как завопит:

«Всё, нам хана! Спасайся кто может! Вернее… поздняк метаться!»

«Ну хоть эпитафию я успею себе заказать на памятник?» — задала тупой вопрос, ведь, когда наступит хана, плевать, что напишу на надгробной плите.

«А смысл? — Верно, никакого смысла, а между тем тот продолжал разглагольствовать: —Вот зачем я очнулся? Ничего всё равно изменить не могу, ты ко мне не прислушиваешься».

«Это поклёп!» — возмутилась я и тут же стукнула ладошкой по лбу.

Дожила — спорю сама с собой! Всё, я сошла с ума! В принципе, ничего удивительного с такими-то потрясениями.

— Кэт, этот способ не запустит твою мозговую деятельность, — всё так же смотря в небо, принялась разглагольствовать наша косячная, — проверяла на себе: башка после этого трещит, ни одной умной мысли, а те, что были, либо затаились в надежде пережить землетрясение, либо дезертировали.

— У меня другая проблема, кажется… я схожу с ума… — пропищала я последнее слово. — Спорю с инстинктом самосохранения, прикиньте.

— Добро пожаловать в наш клуб «дурных и лихих», — хохотнула сестра.

— Ты забыла добавить «бедовых», — пробурчала я, не разделяя веселие сестры.

— Кэт, а может, это и к лучшему? — выдала Герта, и мы все посмотрели на неё. — Чего вы на меня уставились? Все знают, что дуракам всегда везёт.

— Везёт? Ха! — нервно размаялась я, вспомнив последние наши злоключения. — Может, им и везёт, а вот нам точно нет.

— Ну это с какой стороны посмотреть… — поднимаясь с земли, продолжала разглагольствовать Лира.

— Да с любой полная хрень! — чуть ли не сплёвывая от досады, отвечаю нашей «мудрой», тоже поднимаясь.

— Ты неправа, пока у нас получалось шикарно выкручиваться из щекотливых ситуаций. Более того — мы вон таких шикарных мужей отхватили...

— А вот о них не нужно. Мы из-за этих шикарных гадов в полной попе! — взвилась я. — И теперь выражение «они жили долго и счастливо» — не про нас.

— Ага, — шмыгнула носом Герта, — жизнь нашу можно сравнить с фейерверком: сверкнём и угаснем… — заныла она, тут остальные члены банды всхлипнули, осознав всю трагичность ситуации.

— Не хочу прерывать ваш хоровой вой, — послышался голос Хапуги, и все разом умолкли и напряглись. — Но не подскажете, куда нас к лешему занесло?

Все посмотрели на Лиру.

— Так… — начала я надвигаться на нашу косячную. — Ты о чём, лахудра белобрысая, думала, когда портал создавала?! — рявкнула последнее слово.

— Я? — пискнула она, нервно переводя взгляд с одного члена банды на другого, чует зараза, что сейчас огребёт.

— Ага, ты! — подскочила с земли Герта, закатывая рукава.

— Но-но, попрошу без членовредительства! А то я сейчас такое… чудо-юдо могу создать с перепугу, что Туз покажется лапочкой.

Его угроза подействовала как ушат холодной воды, все резко передумали её мутузить. Мы, конечно, дуры, но не самоубийцы.

— Лир, колись давай, куда нас твоё воображение закинуло? — отряхивая траву с юбки, миролюбивым тоном поинтересовалась Адель.

— Я это… о ведьмах думала, ну тех, о которых Люций рассказывал. Вернее, мысль молниеносно промелькнула, а потом я думала только о единорогах, вот вам крест! — перекрестилась она. Гадина, мою фишку украла.

— Не богохульствуй.

Одёрнула её, так как считала, что божество нечета нашим, — оно более правильное, что ли. Или нечто большее? Да неважно. Сейчас у нас другая проблема — пора выбираться отсюда. Попыталась открыть портал, но ничего не получилось.

— Что за фигня? — послышался рядом голос Адель. Она тоже пыталась открыть портал — такая же ситуация.

— Сдаётся мне… — начала я и замолчала, так как заметила три женские фигуры, выходящие из леса к нам на поляну.

Судя по одеждам, они точно не ведьмы. Ни шляп, ни метёлок не наблюдалось, они больше походили на простых жительниц сельской местности. Когда они подошли ближе, рядом с ними вспыхнул огонёк, озарив тёплым жёлтым светом поляну. Понятно, не селянки, значит. Вот даже не знаю, радоваться этому обстоятельству или начать паниковать? Бежать не вариант — сил нет.

— Приветствуем вас, веды, в нашем мире! — разнёсся по поляне завораживающий голос женщины с ярко-рыжей копной волос.

Кто? Какие ещё веды? Да пофиг, будем ведами, главное, пусть нам помогут отсюда выбраться.

— Здрасьте! — выдала Лира, пытаясь держаться непринужденно. — Мы тут как бы заблудились. Вернее, попали сюда по ошибке. Не подскажете, где тут выход?

— Заблуждаешься, деточка. — Женщина снисходительно улыбнулась и припечатала ответом: — Вы прибыли куда нужно. В наш мир может попасть только носитель крови вед, так что тут нет ошибки. Более того, мы ждали дочерей нашей сестры.

Она перевела взгляд на Миру, а потом на меня.

Что?

Глава 42

— Мы что, родственники? — охнула моя сестра, хватаясь за сердце.

Тут я её понимала. Не нужно нам ещё родни. Нам и братьев с тётей-Фугу достаточно, больше точно не потянем, а то нервишки и так шалят. Тем более, какие-то веды… Нафиг они нам сдались?

— Мы все тут в той или иной степени родственники… — тепло улыбнулась женщина.

— А вот это вряд ли! — упёрла руки в бока Герта. — Я, между прочим, демон. Просто… — Тут она явно вспомнила, что её грозный облик вновь не в зоне доступа, и всхлипнула. — Не успела вовремя притормозить и угодила в чёртово озеро.

— Демон ли? — Словно из ниоткуда материализовалась женщина в белых одеяниях рядом с нашей «смелой».

— Ёшкин кот! — заорала Герта, отскакивая от женщины. — Вы что, совсем? — Покрутила она у виска. — Я, между прочим, чуть не описалась от страха.

— Ничего, сейчас подлечим ваши нервишки, — усмехнулась женщина в белом.

— Ой, не нужно нам ничего лечить! — тут же всполошилась Лира. — Так пройдёт.

— Не пройдёт, вы же настойку уже не употребляете регулярно, вот и результат.

— Чай пить не будем, — решила вставить свои пять копеек Мира. — Мы после последнего чаепития и загремели на игры. Баста, хватит с нас приключения.

— Ну… — потянула рыжуха, — если хотите умереть, ну что ж, это ваш выбор, неволить не станем. — Они разворачиваются, явно намереваясь уйти.

— Ладно, лечите нас! — решила я пойти ва-банк. Мои подельники в недоумении посмотрели на меня. — Не, а чего мы теряем? Тут мы хоть окочуримся быстро, а на играх неизвестно каким способом. Может, нас толпа троллей дубинками забьет? — После упоминания троллей Герта нервно сглотнула. — Но я решила на этом не останавливаться и продолжила сгущать краски: — Или пытать вначале будут…

— Всё хватит! — заорала она. — Мы поняли, что это лучший вариант.

— Кстати, я где у вас тут единороги пасутся? — послышался голос Хапуги.

— В нашем мире нет единорогов, — расстроила нас ответом женщина в белом. — Но мы откроем вам портал в нужный для вас мир, а потом вы уже сами…

— Кстати, а почему у нас не получилось портал открыть? — решила узнать, у нас это просто сбой или подлянка вед.

— Наш мир закрыт, сюда могут попасть только веды по крови, — вновь взяла слово женщина в белом. — Но есть нюанс: если они не жители нашего мира, их силы блокируются. Да вы и сами заметили, что, попав к нам, почувствовали себя измождёнными. Это защита от других богов, в своё время они достали нас порядком. Вечно придумают какую-нибудь глупость, а мы исправляй. Вот и решили, пусть сами разгребают за собой.

— Так… — вот не знаю как других, а меня напрягло «других богов», — вы богини, что ли?

— Разумеется, мы прародительницы ведущих, в ваших мирах их называют ведьмами.

— Да ладно! — восхищённо всплеснулась руками Лира. — Так вы нас такими шикарными создали?

— Ну уж нет, такими бедовыми мы вас не создавали. — Возмутилась Рыжая. — И ведьмы те, что у вас, далеки от идеала.

Ну что тут скажешь, правы они. Знакомым ведьмам далеко до идеала, а нам так и подавно. Раньше хоть мстили с огоньком, а сейчас и этого сделать нормально не можем. Вроде бы и стараемся, а результат вечно с подвохом получается. Вот пусть что говорят, а я уверена, что нас прокляли, причём качественно так.

— Скажите, а вы умеете снимать проклятья? — тут же перешла к делу.

Ну а что стесняться-то? У нас беда, а они как бы родня, обязаны помочь. И пусть ведьмам заниматься добрыми делами опасно, но ведь Люций говорил… Так… А они, случайно, не те полоумные, что добрыми делами грешат?

— То, что на вас, нет.

Окидывая нас сочувствующим взглядом, отвечает рыжая.

— Вот корень зла! — воскликнула Лира. — Чего делать будем?

— Для начала нужно узнать, что это за проклятие, — хмурясь, предложила Мира.

— Не, для начала нужно узнать, кто та падла, что наложила его на нас, затем с размахом отомстить… — начала Лира загибать пальцы, проговаривая план действий. — Не, лучше я запишу… — Полезла в карман юбки за блокнотом. — Память дырявая у меня. — Итак, найти, навалять… — начала быстро записывать и тут же замерла. — Эй, народ, а что дальше-то делать? Допустим, мы наваляем, а как снять с нас эту напасть? — Не успели мы ответить, как она продолжила: — Меняю порядок. Найти, пытать, навалять. — Она вновь задумалась, смотря в листок. — Поправка: навалять со страшной силой и вот это вот.

— Чего? — хором переспросили у нашей гениальной, что она имеет в виду. Явно всех напрягло её «вот это вот», слишком абстрактно, а с Лирой лучше всё конкретно.

— Я ещё не определилась, как наказывать будем... А что? — удивлённо посмотрела она на нас.

— Лир, не хочу тебя обижать, но давай без твоего креатива, а ? И так проблем выше крыши, — заныла Герта.

Тут «умная» и «смелая» вступили в словесную перепалку. Я лишь отмахнулась, а то не до их склок. Тут проблема посерьёзнее. Из разговора с ведами стало понятно, что проклятие снять не могут даже они. А учитывая, какая у них мощная система безопасности, эти дамы не из слабых. Ах да, походу дела, они и есть те блаженные, что творят добро. Да уж… расклад так себе. Недаром мой инстинкт самосохранения очнулся от спячки. И не просто очнулся, а сразу тревогу забил.

«Вообще-то это была ложная тревога, решил о себе напомнить. А то что орал… Так в какое время не очнусь, у тебя всегда засада. Был уверен, что и этот раз такая же петрушка. Как вижу, попал в точку».

Твою ж… Опять голос в голове!

— Скажите, что вы там говорили насчёт лечения? — заорала я, да так громко, что спорщицы враз затихли и в недоумение посмотрели на меня. — Инстинкт самосохранения со мной на связь вышел… — пояснила причину своей паники.

Веды покачали головами, но раздали нам флаконы с голубой светящейся жидкостью. Мы на всякий случай попрощались друг с другом, даже всплакнули. Ну а что? Вдруг и правда отравят. Так вот, как с ритуалом прощанья было покончено, мы дружно открыли сосуды и, выдохнув, словно собираясь хряпнуть крепкий напиток, выпили содержимое до дна. Жидкость оказалась безвкусной, никаких побочных эффектов пока не наблюдалось. Никто из нас не начал биться в предсмертных судорогах. Странно.

— Так... А где приход? — первая не выдержала Лира.

— Действие этого эликсира немного иное, — улыбнулась Рыжая, — он поможет вам не сойти с ума, когда ваша сила начнёт возвращаться, а с ней… — а вот что ещё вернётся с силами, женщина так и не успела рассказать, потому что её перебила веда в белом:

— Нара… — многозначительно посмотрела она на рыжуху.

— Ну да, это лишнее. Итак, деточки, времени у нас мало, то, что завещала Камилла, мы выполнили.

— А кто такая Камилла? — решила уточнить, что это за ещё одно действующее лицо. Да и таинственность уже начала злить.

— Ваша мама. — Отвечает Нара, всё так же ласково смотря на нас с сестрой.

Вернее, так смотрят на душевнобольных. Что самое поразительное, когда она сказала «мама», у меня нигде не дрогнуло, это слово для меня пустой звук. Скорее, так оно и есть.

— Понятно.

— И всё? — удивилась рыжуха.

— Ну а чего вы от нас хотели? Мы эту женщину в глаза не видели и знать не знаем. — раздражённо отвечает Мира.

— Она пожертвовала собой ради вас! Она же ваша мать! — зло сощурив глаза, процедила сквозь зубы Нара.

Флаг ей в руки!

— То, что пожертвовала собой, глупо. Мы не просили её об этом. А насчёт матери… Вы уж извините, мы ведьмы, и сентиментальность не наш конёк.

— А как же любовь? — охнула веда в белом.

— Ну вы и загнули, ведьмы и любовь — вещи несовместимые!

Не, ну правда же. Какая к чертям любовь? Мы даже мужей-то своих не любим… Или любим? Да ну нафиг! Это чувство нам неведомо. Да, мы собственники, секс с ними нравится, но не более того. Да кому нужна эта любовь-то? Без неё проще живётся.

— Однако как всё запущено! — присвистнула рыжая. — Ну ничего, и вас вылечат. И всё же я хочу кое-что прояснить. Ведьма — это не сумасшедшая баба, которая мстит всем подряд и беспредельничает, а ведающая. Та, что владеет сокровенными знаниями мироздания, она дышит в унисон со вселенной и созидает прекрасное …

— Ой, меня сейчас стошнит… — пискнула Лира, прикрывая рот рукой.

— Что, приход словила? Сильно плющит? — всполошилась Герта.

Лира опустила руку и, нервно сглотнув, выдала:

— Не, это от перспективы, что мы можем стать такими же малахольными. Вот как чувствовала, что это лекарство с подвохом! — заныла она.

— Лир, отставить панику, для каждого прекрасное своё, для нас это красиво отмстить, для вед… — тут я замялась, так как фиг его знает, что для них хорошо. — Короче, не знаю как у них, а у нас всё как и раньше.

— Фуф, кажись, отпустило, — выдохнула подруга.

— Ну раз всё у нас хорошо, пора и честь знать. Загостились мы что-то, — решила увести из злачного места свою банду. Кто знает, может, «делать добро» болезнь заразная и передаётся воздушно-капельным путём? — Где тут выход?

— Минуточку, ещё кое-что.

— А… может, не стоит? — всполошилась Герта, веды удивлённо на неё посмотрели. — Не, ну правда, вы нас вылечили, мы вам не будем мстить — всё честно.

— У меня нет слов! — всплеснула руками веда в белом одеянии и добавила: — Приличных. Ну да ладно. В общем так, деточки, если жить хотите, рты закрыли, а вот слух и мозги, если они у вас ещё есть, напрягите. — Мы кивнули, не проронив и звука, жить все хотели. — На играх будет задание: добраться до горы золотого дракона.

— Фигня, мы на мётлах мигом доберёмся, — послышался звонкий голосок Лиры.

— Ага, оседлаете метёлки и поскачете на своих двоих! — рыкнула рыжая на Лиру. — Не взлетят ваши мётлы, потому что там магия блокируется. Более того, чтобы до горы добраться, нужно немало препятствий преодолеть. Одно из них —это кладбище богов, его преодолеть непростая задача.

— Ой, да чего там сложного-то? Кладбище для ведьмы второй дом, пройдём без проблем! — легкомысленно отмахнулась от предупреждения Лира. А вот я напряглась, всё, что связано с богами, ничем хорошим быть не может. Не знаю, как для других, а вот для нас точно.

— Как же хочется посмотреть, как вы, беспроблемные, будете от стражей там уворачиваться. Кстати, стражи озлобленные зомби. — Мы дружно икнули. Вот зомби мы не любили, причём совсем. Одно дело призрак, другое — мерзость разлагающаяся. — Они поднимаются из могил только во время игр и пытаются в это время оторваться по полной, — ехидно продолжает сгущать краски рыжая.

Гадство! Что же делать? Зомби — это плохо. Может, некромант с нами на игры загремит? Если нет, то мы ему поможем. Ну или выкрадем на время из какого-нибудь мира. Господи, ну какой некромант-то, мы же в академии младших богов! Придётся тырить из другого мира. Ну а что? Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

— Можно вопрос? — подняла я руку, как прилежная ученица. — А некроманта для этого дела выкрасть из другого мира не возбраняется? Ну или бога-смерти в команду завербовать?

— В этом случае никто из перечисленных с ними не справится.

Ясненько, придётся маскироваться. Во я дурында! Я же могу на нас личину накинуть, глядишь, и за своих сойдём.

— Можно ещё вопросик? — вновь подняла я руку.

— Прошу, — усмехнувшись, посмотрела на меня Нара.

— А иллюзию я смогу там накинуть, или тоже в том месте магия не сработает?

— Хороший ход! — воскликнула молчавшая женщина с чёрными, как смоль, волосами. — Вот. — Она достаёт флакон и протягивает Адель, та попятилась назад с опаской смотря на предмет. — Да не бойся ты, это всего лишь духи «Зомби апокалипсис». Гарантирую, пару капель этой дряни, и от вас будет вонять так же, как и от них. За своих сойдёте, если иллюзию, конечно, качественную сделаете.

— Ух ты, спасибо! — Схватила Адель подарок.

— А без этого никак? — робко поинтересовалась я, а то не хочу вонять, как скунс.

— Никак, — ехидненько ответила рыжая. — Держите нейтрализатор. — Сунула уже Лире пузырёк, та отказываться не стала, и только собралась засунуть его в пространственную сумку, как…

— Отдай Хапуге, ты сто пудов потеряешь! — вовремя всполошилась Герта. Лира спорить не стала, молча отдала нашей воровке.

— Для вас важно не проскочить не замеченными это место, — продолжила рыжая, — а найти вход в склеп своей матери. У неё в правой руке есть то, что вам поможет найти мать всего сущего. Найдёте её — выиграете, а нет… — окинула она нас всех взглядом, — сгинете вы и те, кто вам дорог.

Шикарная мотивация! Осталось мелочь, узнать, где она захоронена.

— Можно поконкретнее описать место, где там её искать?

— Куда уж конкретнее?

— Ладно, а кладбище большое? — решила узнать фронт работы, ведь кладбища разные бывают. Вдруг этот километров десять, тогда мы замучаемся искать, если раньше не задохнёмся от смрада.

— А вы как думаете? — увильнула рыжая злыдня от ответа.

— Ладно, думать будем потом, а сейчас пора «благим» делом заняться, — влезла Хапуга.

— Это ещё каким? — поинтересовалась Нара.

— А вы как думаете? — не осталась уже я в долгу.

— Даже думать не хотим! — отмахнулись они от нас и тут же окрыли портал. — Всё, ведьмочки, загостились вы уже.

Мы, конечно, упираться не стали, но злобу затаили. Не знаю кто как, а мне показалось, что нас чуть ли не пинками выпроводили из этого странного мира. А с другой стороны, плевать, ведь то, что нам нужно, получили. Или же мы приобрели больше проблем, дабы неизвестно, чем они нас напоили. Хотели быстрой смерти, а вместо этого... Ой, даже думать не хочу о побочном эффекте — сто пудов ничего хорошего не будет.

Глава 43

— А теперь куда нас нелёгкая занесла? — оглядывая скудный ландшафт и нервно теребя юбку, поинтересовалась наша «смелая».

— Без понятия… — пожимая плечами, отвечает ей наша «умная». — Главное, что выбрались живыми из мира долбанутых.

— Не хочу тыкать пальцем, но не ты ли нас туда завела? Знай: если будут последствия после той бормотухи, это на твоей совете!

Возобновила перепалку Герта. Видать, в том мире не весь пар спустила. Слава богу, что меня не обвинили, ведь это я предложила выпить яду на брудершафт, чтобы больше не мучиться.

— Ой, не паникуй по чём зря, — отмахнулась от паникёрши Лира. — Бормотуху выпили, никого с неё не прохватило, так что можно расслабиться.

— Пока не прохватило, — сверля оппонентку злобным взглядом, пробухтела Герта. — На твоём месте я бы не расслаблялась, а то вдруг булки расслабишь — и бац…

— Что, был подобный казус в твоей жизни?

Лира продолжала спасать свою шкурку. Можно подумать, мы не догадались, что она решила воспользоваться проверенным способом — нападением, чтобы не огрести от нас скопом за прокол с порталом. Наверное, народ ещё не понял: кто бы ни открыл портал, результат был таким же. Тут не мы решали — всё было предрешено заранее.

— Так… — Хапуга заползла к Лире на плечо. — Вы до седых волос собираетесь собачиться, или всё-таки займёмся грабежом века? — Подруга растерянно моргнула и скосила глаза на хвостатую, что упёрла лапки в бока. — Хватит рожи строить, табун единорогов за нас никто не украдёт.

— Да я, собственно, и не строю, — растерялась Лира.

— Кстати, а где нам этих рогатых искать? — всматриваясь вдаль, уже и забыв о скандальчике, вклинилась в их разговор Герта.

— А чего их искать-то? Вон, пасутся бедолаги… — Показывает Хапуга лапкой вправо. — Задолбались уже ждать, когда мы их умыкнём.

— Так чего мы ждём? Пойдёмте, что ли, оправдаем их надежды! — оживилась Лира.

— Вы уверены, что жаждут быть украденными? — вновь начала паниковать Герта, а когда мы подошли к пасущемуся табуну, её не хило так трясти начало. — Может, ну этот грабёж, а? Ведь накостыляют же нам копытами по жопам! Или забодают… — пропищала она.

— Герта, оставить панику! — шамкнула я на неё, борясь с предательской дрожью в руках.

Табун огромный, затопчет нас красивых и не заметят. Так что я сама нехило очковала, а тут ещё и она сгущала краски. Кстати, народ тоже порядком нервничал, только «умная» Лира поражала своим бесстрашием: глаза горят, на щеках румянец. Румянец? Ух ты ж! Она, наверное, от страха умом тронулась! Румянец-то нездоровый, блеск в глазах странный.

— Лира… — Подскочила к ней и схватила за руку. — Остановись, не губи нас! — теперь уже я пропищала последние слова.

— Кэт, ты чего? Я ж только обмануть их хотела? Тьфу ты! Поговорить сними.

— Подруга, — потянула её назад, — оставь разговоры профессионалам, а ты посиди тут, пока не полегчает. — И показываю глазами на траву.

— Да нормально я себя чувствую.

— У тебя лицо красное…

— Ясен перец, что оно у меня красное — я же злюсь!

— Ой Лир, ну чего ты завелась? Ну, вспылили немного, можно сказать, по-родственному, с кем не бывает? — начала к ней подлизываться Герта.

— Да при чём тут наша перепалка для поднятия настроения?! Я злюсь на ситуацию в целом! Раньше хоть только под градусом чудили, а сейчас на трезвую голову корки мочим.

— Подруга, не переживай, всё наладится… — попыталась её успокоить, хотя с трудом верила сама себе.

— Эй, вы чего тут разорались, не видите, что тут мы трапезничаем? — рявкнул крупный единорог, угрожающе надвигаясь на нас. Только ему до Люция далеко, так что у нас от его «грозного» вида ни один мускул не дрогнул.

— Не, вы поглядите, что за народ неблагодарный пошёл! — возмутилась деланно я. — Мы тут голосовые связки надрывает, помогаем им сберечь здоровье и стройные фигуры, а нас за добрые дела ещё и отчитывают!

— Чего? — затормозил конь с рогами.

— Того! Кто ж в здравом уме по ночам жрёт?

— У нас вынужденная бессонница…

Его ответ, мягко сказать, ставил в тупик. Что, значит, вынужденная? Я решила не ломать голову над их проблемой, а продолжила гнуть свою линию:

— Меньше по ночам жрать нужно, тогда и бессонница мучить не будет.

— А чего нам ещё делать, чтобы не уснуть?

— Можно поинтересовался, по какой причине бдите? — выглядывая из-за моей спины, поинтересовалась Лира.

— Ну так напасть могут.

— На вас, что ли? — притворно ужаснулась подруга, всплеснув руками.

— Угу, — тяжко вздохнул конь рогатый.

— Ой, люди добрые, чё делается-то, на святое покушаются! — заголосила Лира. — Это где это видано, что на единорогов при свете дня нападали…

— Ночью… — поправил ее парнокопытный.

— Да похрен! — рявкнула она, на секунду выйдя из образа, но тут же взяла себя в руки и всхлипнула. Но тут начала ныть Герта, рубя на корню игру Лиры:

— Ой, девоньки, бежать из этого гиблого места нужно. — И чуть слышно: — Пока сами не пострадали.

Но, увы, у единорога оказался отменный слух.

— А вы чего, неместные, что ли?

— Ага, — вновь включилась в игру Лира. — Мы тут по делу личному. Нашего друга возлюбленную насильно увели в ваш мир. Ой, как же он страдал, бедный, почернел от горя. Короче, мы не могли больше наблюдать, как он от тоски гибнет. Ну и решили её найти и вернуть. Можем и вас прихватить с собой, но вначале помогите найти возлюбленную Люция и пообещайте нам не отказать в помощи, когда придёт время.

— Кого?

Никого нужно спрашивать, а в чём подвох! Лопух, самое главное мимо ушей пропустил!

— Так я и сказала, друга нашего, Люци... трынь... трыть… херыть... — попыталась выговорить мудрёное имя единорога, но, судя по её «трынь», вспомнить не в состоянии.

— Она имела в виду Люцидорилориенсмахвала, — поразила нас своей памятью Аделия. Наверное, пять лет потратила, чтобы выучить это имечко.

— Почернел, говорите… — хмыкнул рогатый. — Как пить дать опять за старое взялся!

— Так вы знакомы? И что значит «за старое»? — принялась Мира допрашивать.

— Не просто знакомые, а он мой родственник дальний. А взялся за старое — так опять мстить начал, есть у него такой грешок. Вот как отпустит его эта напасть, вновь примет окрас серебристо-белый. Так что любовь к одной из кобыл тут не при чём.

— Ну, знаете… — начала я было возмущаться, а потом смекнула, что не стоит ему раньше времени знать, с кем имеет дело. Но злобу затаила. Ты посмотри, каков гад, месть — святое дело, напастью назвать. Ну ничего, и тебе отомстим, рогатый. Тут ко мне на плечо залезла Хапуга, и чуть слышно:

— Нафига нам весь табун? Нам и десяти единорогов за глаза. Давай отбраковывать, что ли. Мне, например, этот дальний родственник нашего соратника не нравится. Скользкий какой-то он тип, проблемы будут.

Окинула взглядом поле и поняла, что крыса права: такое количество, явно перебор. Их приблизительно штук сто, если не больше.

— Замётано, — ответила чуть слышно и вновь принялась вешать лапшу рогатому. — Нам неведомо, что было ранее, но в том, что он страдает из-за разлуки, уверены. Постоянно твердит одно и то же: «Где же моя красавица?».

— Прямо так и говорит? — послышалось рядом. Я повернула голову, а к нам подошла, кажется, кобыла, если судить по голосу.

— Ага, ещё и слёзы горючие льёт, — вклинилась в игру Лира. — Вы не подскажете, где его зазноба? А то загостились мы что-то, пора и честь знать.

— Ну раз он так убивается, то должен был описать подробнее, кто же его любовь, — почему-то со злостью ответила бабёнка рогатая.

— Так он и сказал: красивая, — не унималась Лира.

— Ну… тут все красивые, — раздался хор голосов вокруг нас.

Опаньки, кажись, нас окружили. Это плохо, могут гурьбой навалять. Ничего, нас голыми руками не возьмёшь. Только хотела сказать, что у неё сердечко на заднице, как послышался жуткий вой.

— Это что за хрень? — охнула Герта, с опаской озираясь по сторонам.

— Оборотни-мутанты вышли на охоту, — зло раздувая ноздри, пояснил дальний родственник Люция.

— Мутанты? — пискнула Лира.

— Та… так это и есть ваши враги? — заикаясь и тыкая пальцем в разные стороны, начала паниковать уже Герта.

— Они мутанты проклятые… Вывели их на нашу голову, теперь приходится… — начал было объяснять, что тут к чертям происходит, и застыл, так как раздался вой с разных сторон. Явно те решили взять нас в кольцо.

— Всё, нас окружили, — чуть ли не сплёвывая, пробурчал единорог. — Придётся дать бой.

— Кэт, ну эту любовь! — заголосила Герта. — Рвём когти отсюда, пока можем, я закуской для мутантов пока стать не готова!

— Поздно рвать, у нас только один выход — принять бой, — продолжал настаивать на самоубийстве придурок рогатый. Какой к чертям бой? Судя по звуку, там этих мутантов до хрена.

— В общем так, кто красивый, тот с нами, а остальные… — тут я недоговорила, потому что принялась срочно открывать портал. Я ведь ведьма, а не воин. Нам вообще по статусу драться не положено, в таких случаях мы предпочитаем сбежать, путь сильные и смелые мордобоем занимаются. Фуф, на этот раз быстро справилась. — Готово.

— Вы на спины прыгайте к нам, затопчем же.

Тут я спорить не стала, быть затоптанной копытами, пусть и единорогов, не входило в мои планы. Посему я шустро залезла на спину и как гаркнула:

— Красивые, отступаем! — Родственник Люция пустился в галоп, наверное, себя считал самым красивым.

— А остальные? — кто-то прокричал нам в спину.

— Пусть их сожрут! — проносясь мимо имея на кобыле, прокричала Герта.

— Что?! — кто-то возмутился.

— Не «что», а естественный отбор! — ответила я, и мы влетели в портал.

Глава 44

В общем, как выяснилось, некрасивых единорогов на поляне не было, все, гады, с нами сбежали. Правда, один из мутантов тоже ошибочно причислил себя к красавцам, за что и поплатился.

— Ты куда, падла! — рявкнул мой агрессивный жеребец и хрясь ему копытом по морде. Короче, отправил вражеского лазутчика домой, одарив напоследок сто процентов шишкой на лбу, а возможно и убил.

— Так, моя банда вернулась в полном составе? — начала я перекличку, спускаясь с единорога. Блин, ноги не с привычки соединить трудно, это тебе не на черенке гарцевать.

— Разумеется… — пробухтела Лира, тоже пытаясь свести свои ноги, помогая руками. — Сука, несколько минут скачки, и такие проблемы…

— Лир, ты это, думай, что говоришь, а то на срок сейчас себе начиркаешь. Мы как бы в тюрьму строго режима вернулись.

Та чертыхнулась и продолжила своё занятие. Герта, пошатываясь, направилась от табуна подальше на полянку, наверное, помедитировать, чтобы успокоиться после очередной передряги.

— Кстати, где Люций? — принялась крутить головой, ища виновника наших бед.

— Тут я, стою и охреневаю. Вы весь табун сюда пригнали? — Повернулась на голос и увидела, что наш друг сидит на заднице возле дерева.

— Ты, вообще-то, сидишь. Короче так: вон табун, сам ищи свою зазнобу с сердцем на жопе. Уж извини, нам не до этого было, — развела я руками, — мы свои шкуры спасали. Блин, чуть закуской монстров не стали.

— А чего так долго? — Поднялся Люций и подошёл ко мне.

— К родне заскочили.

— Брат! — заорал мне практически в ухо наш новый знакомый.

— Юрло? — опешил Люций, смотря на моего коня.

— Ага, — Замахал головой, виновник моей временной контузии.

— Живой! А я смотрю — тебя нет, думал, всё потерял брата. Чё за маскарад? Ты чего это белым-то кастратом прикинулся?

— Ах, это! — Миг — и передо нами второй чёрный единорог. — Маскировка. Ну, чтобы... — он замялся — Ты понял, о чём я. Ты что-то не спешил меня возвращать,— обиженно засопел этот проныра.

— Так никто не соглашался рисковать, пришлось ведьм обм… — начал он и тут же заткнулся.

— Сдаётся мне, — подошла ко мне Мира, — нас наглым образом развели. Нам нахрен не нужны были эти рогатые на играх.

В этот момент Хапуга вновь забралась на моё плечо и так ехидненько:

— Я сразу говорила, что этот козёл скользкий тип.

Согласна, лоханулись. Ну ничего, сейчас мы им за враньё жару-то зададим!

— Герта, Адель, Лира, собирай наших, нужно кое-кому рога обломать!

— Я пас! — послышался усталый голос демоницы. — Сами справитесь.

— Ты чего, в мордобое отказываешься участвовать? — взвилась я.

— Кэт, извини, на драку сил нет. Давай завтра пилить рога будем, а?

— А мстить? — напомнила о святом. Герта скривилась и начала подниматься.

— Мстить буду, — пробурчала она, всё ещё пошатываясь, направилась к нам.

— Мы тоже не прочь этим наглым жеребцам надавать копытами под зад! — послышался грозный голос белоснежной кобылы, к которой присоединился весь табун.

А вот это уже интересно.

Мужики поняли, что против табуна обиженных и нас обманутых им не сдюжить, поэтому принялись спасать свои шкурки, медленно отступая.

— Дамы, давай не будет принимать скоропалительных решений. — Посмотрел на нас щенячьими глазками Люций. — Да, я обманул, но у меня другого выхода не было. Юрло мой брат, не мог же я его бросить на произвол судьбы. Заодно и вас спас, красивые наши, мне кажется, все в выигрыше.

— Да? — начала надвигаться на него кобыла. — А по-моему, вы, гады, решили увильнуть от супружеского долга!

— Я? — Прижал Люций уши, воровато озираясь по сторонам. — И в мыслях не было! Вас же украли, и брата моего тоже. Но, милые, я очень переживал!

— А брат твой почему шифровался, кастрированным жеребцом прикидываясь?

— Да вы что, озверели? Да я бы сдох, если бы всех вас отгуливать пришлось! — взревел Юрло. — Тем более кобыл брата трогать не положено. А если бы я вас покрывал, им бы обидно стало. И тогда зависть в табуне начала расцветать буйным цветом, а так и до раскола недалеко. В такой ситуации я бы вас защитит не смог. Но вы не переживайте, мы с братом всё исправим…

— Как? — взревели единороги.

— Наверстаем упущенное.

— Ой, чё творит… — взвыл Люций.

— Я не поняла… — Я подошла вплотную к Люцию и чуть слышно сказала: — Это что, всё кобылы, что ли?

— Ага.

— А где твоя?

— Половина табуна мои, половина брата. Нам хана. Кстати, насчёт того, что вам наша помощь на играх понадобится, я не врал. Только не уверен, что в состоянии буду. Ну брат… Ну дурак… Вот зачем пообещал наверстать упущенное? Это ж работы непочатый край! А потом дети пойдут…

— А ты какого результата ждал? Чёрт знает сколько лет супружеский долг не выполнять и думать, что тебе за это ничего не будет? Я вообще удивлена, что они другого жеребца себе не нашли.

— А… они не могут, и мы не можем отказаться от них. Вот и выкручиваться приходится. Отдохнули, называется, друг от друга. Я-то думал, что он с ними всё уладил, мол, совесть не позволит одну половину отгулять, а другую с носом оставить. Они бы поняли. А он вот чё выкинул, маскироваться вздумал! Ой, дурак…

— Так я не поняла насчёт кражи… Это что, был хитроумный план, чтобы отдохнуть?

— Не, план был другой, но что-то пошло не так, и их украли. Мы договаривались только на лет пять, а получилось вот как. Теперь попробуй докажи, что я не баран. Как теперь выкручиваться? Они мне даже время на вздремнуть не оставят, — принялся он сокрушаться.

Не знаю почему, но решила помочь бедовому:

— Составь график, пусть приходит каждая в свой день.

— Не, день для одной слишком жирно. Да и способен я большее.

— Как выяснилось, ты способен только сачковать. Ну… разбей день по часам, пускай каждая в своё время приходит.

— Ну-ка, ну-ка, а вот об этом поподробнее. — Ну я ему всё подробно объяснила, а когда закончила, добавила: — Чуть не забыла: тебе ещё нужен табель рабочего времени, чтобы переборки не случилось. Не забудь, по Трудовому кодексу ты имеешь право на два выходных в неделю и отпуск.

— Да ты что! Отпуск? — Обрадовался любитель сачковать.

— Так отпуск… — посмотрела на Люция, прикидывая, к какой категории граждан его можно причислить. Решила не ломать голову и сразу жахнула: — Раз ты капитан дальнего плаванья с охрененным стажем, тебе положено шестьдесят суток в году, не считая времени на проезд к месту, где собираешься копыта греть, и обратно. — И чуть слышно: — Советую разбить отпуск на две части и преувеличить расстояние, где собираешься отдыхать, раз ты любитель сачковать.

Надеюсь, с него оправдательные документы не потребуют. Сюда, как я поняла, бюрократия ещё не добралась. Ну ничего, раз я здесь, то это не за горами. Я что, просто так несколько лет училась на кадровика? Всё-таки лучше бы я пошла на финансиста — это более востребованная специальность, причём во всех мирах. Из размышлений меня выдернул возмущённый голос Люция:

— Ничего подобного, я к своим обязанностям отношусь со всей ответственностью! Тем более, я соскучился по своим красавицам.

— Мы это заметили. — Скептически окинула недовольных кобыл взглядом.

Тут подошёл его братец, нервно подёргивая ушами.

— Брат, каюсь, сглупил. Чё делать-то будем? Я, конечно, тоже соскучился по интиму, но, блин, сразу всех не осилю.

Люций пощадил нервную систему брата, поделившись с ним планом по спасению. Я же время даром не теряла, а подошла к кобыле, что больше всех возмущалась. Нужно и с ними контакт налаживать. Ведь Люцию с его братом за обман мы отомстить обязаны.

— Вы мстить собираетесь, или как? — начала я сразу.

— Собираемся, только как, ещё не придумали.

— Чудненько. Хапуга позже придёт и всё растолкует, а пока их к себе не подпускайте.

Вернулась к нашим бедовым, а те бурно обсуждали план на ближайшую пятилетку. Да уж, теперь им придётся долго расшаркиваться перед кобылицами, стирая копыта в пыль. Увы, такое ну никак нельзя простить. Те повернули в мою сторону морды и напряглись. А… очкуют… И правильно делают. Я тоже хороша! Какого мне сбрело в голову всё делать по трудовому кодексу? Нет бы просто список, а я график… табель рабочего времени. Ладно, раз заварила эту кашу, придётся всё делать по уму, и неважно, что в этом мире о таком не слыхивали.

— Я вот ещё что хотела спросить. Вы по какому режиму труда собираетесь работать: стандартному, гибкому или сменному? Вахтовый вам не подходит. А сокращённый не предлагаю, потому что вы и так сачковали слишком долго.

— А поподробнее? — навострил Юрло уши.

— Кэт, ты издеваешься? Уже два час ночи! — Герта дёрнула меня за рукав и, приблизив лицо к моему уху, чуть слышно заныла: — Завязывай демагогию разводить, я сейчас описаюсь.

Короче, пришлось по ускоренной программе им объяснять. Сошлись на гибком графике. Хапуга направилась к кобылам провести перепись. Только мы собрались уходить, как Люций всё-таки испоганил нам настроение:

— Всё, конечно, хорошо, но у нас магией пользоваться нельзя, а копытами мы чертить и писать не умеем.

— Будет вам график, а табель рабочего времени, как хотите, но ведите сами. Кстати, переработка в вашем случае не зачитывается, — решила смухлевать. Они же не знают, что оплата в двойном размере полагается. Но и у нас не о деньгах речь идёт — парни проштрафились о-го-го как! Нужно ещё кобылам о процентах намекнуть, но долги пусть взимают с них после игр.

Иду домой и думаю нахрена это затеяла? Пусть сами свои проблемы бы решали. Ах ну да, нам же на играх единороги понадобятся.

— Кэт, как я поняла, этой ночью нам поспать не удастся? — обречённо произнесла Лира, еле передвигая ноги.

— Ну а что ты хотела, — развела я руками, — месть — это святое, ради такого дела можно и не поспать. Я вам зелье дам.

— Господи, как же я устала… — взвыла Мира. — Да так сильно, что уже и мстить не хочется.

Аналогично. Ни огня, ни искорки в душе. Значит, очередная халтура выйдет.

— Отставить нытьё! — рявкнула Адель, мы даже от неожиданности вздрогнули. —Через пятнадцать минут буду у вас с подмогой.

Мы даже мяу не успели сказать, как она скрылась во тьме. А следующей Герта стартанула, перейдя на сверхзвуковую скорость. Делать нечего, пришлось и нам последовать их примеру. Пока бежала, ругала себя на чём свет стоял за инициативу. Правильно говорят: не просят — не лезь. Одно радует, что Люций мужей со следа сбил, сказав, что мы решили прогуляться по местам боевой славы. Интересно, куда они в первую очередь рванули? Но то, что будут злы, как тысяча чертей, — факт. Так...нужно придумать, как их оставить виноватыми.

Глава 45

Три часа ночи, в это время нормальные люди спят, а мы, как дебилы, чертим графики. Вот спрашивается, кто меня за язык тянул, а? Ладно, я заслужила, дурная голова и всё такое… А остальные за что страдают? Члены банды понятно — нечего в главари ведьму с присвистом выбирать. А Адель и анархистки когда успели так нагрешить, а? Девок с постелей выдернули, стоят, бедные, в халатах, наспех надетых. Про причёски вообще молчу, умереть не встать: у кого воронье гнездо, явно причесаться не успели, вон как спешили на выручку; кто-то бигуди самодельные из бумаги — наверное, какой-нибудь фолиант на них извели — снимать не стал. Можно сказать, рискуют запалиться, за порчу казённого имущества их по головке не погладят. Но на судьбу не сетуют, работают труженицы.

Принялась сканировать взглядом гостей, прикидывая так и эдак, есть на них порча, или тоже чокнутые, как и мы. Ничего не нашла, начала злиться: сама дура и окружение не лучше, не у кого ума набраться.

— Кэт, ты чего? — напряглась Герта, прекратив чертить. — Ты это, прекращай генерировать идеи, ночь на дворе. И завязывай с добрыми делами, мало того, что это неблагодарное и трудозатратное дело, так ещё неизвестно, какие последствия нас ждут.

— А кто сказал, что я делаю по доброте душевной? — возмутилась.

Мыслено себя очередной раз обматерила. Но тут же нашла достойную отмазку — мол это всё последствия стресса и физической нагрузки. Как говорила ранее: кровь в голову, дурь в массы. Даже как-то легче стало, когда нашла себе оправдание.

— Знаете, что я думаю? — начала Шали — рыжая анархистка. Хотела ей ответить, что лучше не стоит на ночь думать, вечно из этого ничего путного не получаете. Например, как сейчас. Но, мудро промолчала, нечего другим знать, что мы хернёй занимаемся. Пусть считают это архиважным делом.

— Ты думаешь, как бы быстрее с этим закончить и на боковую, — пробурчала Герта, прочертив линию.

— Не совсем. Я вот что решила. Вот как стану богиней в моём мире никогда не будет такого.

— Ты это про график в целом или интим согласно графику? — интересуется Лира, аккуратно выводя имя кобылицы графике.

— Оба варианта.

— Ну тогда, то, что мы сейчас делаем, вдвойне правильно! И отомстим, и урок извлечём из этой ситуации, — продолжала я безбожно врать. — Кстати, вы чего-нибудь нового узнали об играх? — перевела я тему в другое русло от греха подальше.

— Ну…мама сказала, что каждая игра индивидуальна, не было повторов, — взяла слово Ада — богиня с золотыми волосами. — А ещё она посоветовала немного расшевелить пчелиный рой — противников. На эмоциях могу ляпнуть то, о чём следовало молчать.

Мы молча уставились на девушку, и первая отмерла Герта.

— Ни в какой вылазке участвовать не буду, а то меня в последней чуть не сожрали! Да ещё, кажется, отравили… — заныла она, вспомнив, что мы отведали неизвестное угощение от вед.

— Это она о чём? Кто чуть не отравил?

— Ой! — воскликнула Герта, прожигая злым взглядом Миру.

— Это она сон рассказывает, с утра достаёт, мол вдруг он вещий. Короче, не обращайте внимание, — принялась спасть положение сестрёнка.

Только Герта открыла рот, чтобы возразить, как раздался звук открывающего портала, и оттуда выскочили злые, как тысяча чертей, наши мужчины. Первая реакция мужей — шок. Их понять можно: ночь, толпа дев практически в неглиже уроки делает. Ну... думаю, сейчас хвалить будут или жалеть, мол зачем так перенапрягаться. Ага, размечталась. Мой подошёл к столу и увидел уже знакомый график.

— Катерина, ты опять взялась за старое! — взревел он и, схватив один из них, его спалил.

— Ты чего творишь, сволочь! — заорала я и, подскочив к мужу, принялась его отталкивать от стола, заметив, что он и на другие листы нацелился.

— То, что следовало сделать в первый раз, а не идти у тебя на… — он заткнулся, когда понял, что народу много и не всем следует знать, что у нас интим был по расписанию.

Если члены моей банды были в курсе той истории, то анархистки, прямо сказать, пребывали в шоке. Это кому сказать, не поверят, что тёмный бог с женой занимались интимом, согласно графику.

— Ты это, иди лучше… — попыталась его вытолкнуть, а то, не дай бог, ещё чего-нибудь ляпнет сгоряча. Видимо, дурь, падла передаётся воздушно-капельным путём… или половым? Да неважно! Главное, что моего тоже поразил этот недуг.

— Не раньше, чем ты мне ответишь, где шлялась?! — рявкнул он, как назло, прямо в ухо, которое недавно пострадало от ора брата Люция.

— Чего орёшь, ненормальный?! — Я тряхнула головой, чтобы привести в норму слуховой аппарат, который из-за этих горлопанов порядком пострадал.

Не помогло.

— Кэт, прекращай комедию ломать, я не настолько громко кричал, чтобы ты оглохла.

— Ну так ты не первый за сегодня, кто ей на ухо орал… — послышался недовольный голос Лиры. Я медленно разворачиваюсь к стукачке.

Вот кто её за язык тянул, а?

— Так… — Муж хватает меня за плечо, резко разворачивает к себе, и уже тише: — Последний раз спрашиваю… Где. Вас. Черти носили?

— А вас? — решила приметить любимую тактику — нападение. Но вначале отскочила на безопасное расстояние — так, на всякий случай. — Опять толпой по горам за козлами гонялись? Не надоело?

Ой не стоило мне напоминать про горных козлов. Мой опасно сощурил глаза и стал надвигаться на меня.

— Ну всё, ты меня достала… — процедил он сквозь зубы.

— Орудие к бою! — взвизгнула я и рванула от ненормального.

Герта вызывала и направилась к шкафу за сковородкой, Лира матюгнулась, доставая из пространственного кармана своё любимое орудие мести — скалку. Анархистки по-прежнему были в шоке, даже, казалось, забыли, как дышать. На их месте я бы схоронилась под столом на всякий случай.

— Метёлок звать будем? — обречённо поинтересовалас подруга.

— Зови всех! — заорала я, увернувшись от руки мужа.

Не знаю, чем бы всё закончилось, но нас прервал недовольный Нер, выглянувший из своей лаборатории.

— Кэт, хорош орать, раб… — И друг резко замолчал, нервно икнул, обводя округлившимися глазами на толпу в гостиной. — Я потом зайду. — Только он собрался скрыться от проблем, как мой опять заорёт:

— Стоять!

Этого я стерпеть не могла и молча взяла у Герты сковородку, да как хрясь своему по тыковке! От души так. А нечего ведьму глухой делать. Но, как назло, мой не потерял сознание, а медленно развернулся ко мне явно не с добрыми намереньями.

— Не смей трогать члена моей банды!

Адимис тяжко вздохнул, прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. А меня опять накрыло — стыдно так стало. Вот зачем скандал затеяла? Могла же попросту соврать. Эх, чего я творю? Родного мужа чуть не угробила.

— Ты это… извини, а? — Подошла к своему, а тот открыл глаза, и такая у него обречённость была во взгляде, что даже моё сердце дрогнуло.

— Кэт, твои выкрутасы скоро меня с ума сведут.

— Я думаю, что уже поздно волноваться на этот счёт. — Муж удивлённо уставился на меня. — Ну…муж и жена — одна сатана, и всё такое… — намекнула. Если дура я, то и он этим грешит.

— Логично, — хохотнул он, притягивая меня к себе. — Ну так, может, поделишься, что на этот раз натворила твоя банда? Хотя лучше сразу координаты мира, в котором вы устроили мини-апокалипсис?

— Ну знаешь, не стоит нас недооценивать… — подмигнула мужу, и тот напрягся. Нервный он какой-то. — Расслабься, мы всего лишь табун единорогов украли. А график чертим, чтобы Люций не сдох, пока будет исполнять супружеский долг. А ты пришёл и всё испортил, теперь придётся до утра чертить.

— Дурдом, — покачал мой головой, делая пасс рукой, и на столе появились новые графики.

— Слава тебе господи! — воскликнула Герта. Рада зараза, что больше этой ерундой не придётся заниматься.

— Всегда пожалуйста, — вновь нацепив на себя маску надменной сволочи, отвечает мой.

— Она не тебе хвалу возносила! — Пихнула его локтем в бок, чтобы вернуть на землю.

— Графики кто вам наколдовал? — Молчу, потому что его аргумент весомый. — Верно, я, значит, меня и хвалить нужно.

— Мне тебе орден нарисовать за отвагу, или медалью удовлетворишься?

Мой наклонился ко мне и чуть слышно сказал:

— Предпочитаю плату брать с тебя натурой. Ну так как, пойдёшь ко мне? Или сачковать, как Люций, собираешься?

Я? Сачковать? Да ни в жизнь! И тут вспомнила, что у нас немного другой сценарий.

— Мы же как бы мстим?

Муж завис на несколько секунд.

— Кому?

— Друг другу. Забыл, что ли?

— Было дело. Но это в прошлом, предлагаю…— Тот он заткнулся, сообразив, что слишком много народу уши греют. — Предлагаю пойти ко мне и обсудить новые варианты сотрудничества.

Я как бы не против. Только что с этого буду иметь? Ах да, удовольствие. Неплохо, конечно, но мало. Решила больше плюшек выторговать.

— Не могу, мне ещё нужно готовиться к наказанию…

— Какому? — вновь завис мой благоверный.

— Болта, забыл, что ли?

— Ах это… — С хитрецой посмотрел на меня, и чуть слышано: — Можем и это обсудить.

— А как насчёт выпить? — У моего глаза вновь округлились. — Ой, нервы полечить?

— Наглеешь… — покачал он головой. — Давай так, я вашего друга с миром домой отпускаю, даже развеивать не буду. Как тебе такой компромисс?

— Рискни здоровьем, развей, тогда тебе… — Я дёрнула его и, приподнявшись на цыпочки, чуть слышно ошарашила новостью: — Марика глаз на задницу натянет за свою пару, усёк?

— Да ладно? — Он перевёл взгляд на Нера, уже с интересом рассматривая его. — Ну это всё меняет… — Ехидненько усмехнулся муженёк. Ну всё, точно какую-нибудь пакость задумал. — Поздравляю, Нер, ты зачислен в академию младших богов, и тебе выпала честь участвовать в играх. — Ну не знаю, какую на реакцию рассчитывал Адимис, но наш друг лишь равнодушно пожал плечами и направился к плите, поставить чайник на огонь. — Ты, наверное, не в курсе, что участие на играх сопряжено опасностями? — решил мой дожать парня, вернее, запугать, явно не удовлетворившись такой реакцией.

— Отчего же, в курсе. — Нер повернулся к Адимису и, скрестив руки на груди, продолжил: — Но друзья стоят того, чтобы рискнуть, потому что вместе у нас хотя бы есть шанс выжить.

— А ничего, что твоё участие в играх может ударить по Марике?

— Ей ничего не угрожает, ведь мы не образовали пару. И моя девушка одобряет этот решение, в случае моей гибели готова ждать сколько потребуется моего воплощения. Кстати, у вас же дела обстоят иначе… Так что это вам нужно переживать насчёт своих шкурок, а не мне.

— Развею… — процедил мой сквозь зубы.

— Ну, давай… — раскрыл руки друг.

— А ну, прекрати! — одёрнула я своего. — А то на переговоры не пойду.

Угроза достигла цели — мой перевёл взгляд на меня. Смотрит так, явно решая, что лучше: месть или любовь-морковь. Я бы выбрала первое, а вот что муж выберет — не знаю.

— Ладно, чтобы через десять минут была у меня.

— Через двадцать, — начала я торг.

— Договорились.

Ну, это даже как-то неинтересно, ведь не поторговались толком. Я возмутиться не успела по этому поводу: портал открылся, и мужчины скрылись в нём.

— Странно, а почему ваши не скандалили? — обратилась к сообщникам.

— Сами в шоке, — развела руками Герта.

— Странные дела творятся, товарищи. Даже бы сказала — необъяснимые. И это чертовски напрягает.

Глава 46

— Кэт, а чего напрягаться-то? — раздался голос Тигра с подоконника. — Твой приходил один, а остальные обыкновенный морок.

— Вот это ещё хуже. Выходит, мой прохиндей опять что-то замышляет.

— Не твой, а наши, — поправила меня Герта, с шумом запихивая кухонную утварь обратно в шкаф. — Ты это, прекращай нас к мордобою призывать.

— Насколько мне не изменяет память, в прошлом ты была не прочь кулаками махать.

— Я и сейчас как бы не прочь размяться. Но не с такими же соперниками! — заорала она, вновь причиняя боль, моему многострадальному уху. —Ты чего нас убить захотела!

— Оставить истерику, наши нас и пальцем не тронут. Поорать, конечно, могут, в воспитательных целях, но не более того. Так что завязывай икру метать. Лучше давайте чай попьём. Лир…

— Травки больше нет, — тут же ответила она, приняв стойку суслика.

— Да я, вообще-то, хотела тебя попросить собрать все графики и отдать Хапуге, пусть к единорогам метнётся, заодно и кобылицам шепнёт на ушко, чтобы те до игр к себе этих лоботрясов не подпускали. Пущай теперь эти два брата-акробата круги наворачивают, копыта стирая в пыль, уговаривая.

— Мы не поняли, вы же им помочь собирались? — раздался удивлённый голос Ады.

— Ну ты даёшь! Мы, ведьмы, а не бюро добрых услуг. Тем более за обман отмстить Люцию просто обязаны.

— Ой, да чего ты тут распинаешься. — Хапуга влезла Хапуга на стол и тут же принялась запихивать листы в пространственную сумку. — Сейчас я быстренько туда сгоняю, посею зерно раздора и вернусь. Вы ж, бедные, наверное, проголодались, да и гостей за труды плюшками побаловать нужно.

— Так ночь же, кто в это время трапезничает? Сами понимаете, это вредно, калории и прочее… — не унималась Ада.

— Утром всё, что ночью накопила, на зарядке потеряешь, — успокоила её. — А чтобы были бодрячком, дам вам зелье волшебное, сами часто им пользуемся.

— А вы это часто так с мужем скандалите? — присаживаясь на стул, поинтересовалась Шайла. Интересно, что её больше волнует: наш секс согласно графику или когда я его сковородкой успокоила? — Не, у нас с Адимисом, скандалов не бывает. Это я что-то сегодня перегнула палку, — принялась я безбожно врать Честь мужа — святое. Нужно его попросить, чтобы он дамам память-то немного поправил, а то нечего им знать о наших склоках.

— Шайла, я тут вспомнила, — дёрнула её за руку Ада, — нам срочно нужно к себе. Та спорить не стала, и анархистки вместе с Адель умчались, даже не попрощавшись.

— Это чего сейчас было? — развела я руками.

— Сдаётся мне, они испугались, что ты их отравить собралась чудо-зельем, — хохотнул Нер.

— Не, то, что анархистки очкуют, это понятно. Но, почему Адель-то рванула из комнаты, как чёрт от ладана?

— Я думаю… — начали Лира, и… — Ой! — воскликнула и пропала. А следом все исчезли, в комнате остались только я с Нером, Тигр и Лариска.

— Пойду-ка Нерушу помогу. — И друг рванул в лабораторию.

А я, как дура, стою и глазами хлопаю.

— Мне кто-нибудь скажет, какого лешего тут происходит? Ой! — И я очутилась у мужа в комнате. — Так это ваши проделки?

— Ну извини, родная, ждать, когда вы трапезничать закончите, не было желания. Поэтому мы внушили вашим гостям, что им срочно нужно ложиться спать, заодно и память подправили. Ты прекращай кухонной утварью махать, а то могу и наказать.

— Согласна — со сковородкой был перебор. Ну-с, с чего начнём переговоры? — Я потёрла руками в предвкушении торга.

— Давай перейдём в горизонтальное положение, ведь так переговоры более продуктивные будут. Глядишь, и плюшки себе выторгуешь.

— Начни с уха, — показываю на пострадавший орган, — мне сегодня в него кто не лень орал, болит сильно.

— Так ты не врала насчёт контузии?

— Если бы… — всхлипнула, потому что мне реально жалко себя стало.

— Хочешь, я их всех покараю, а?

— Не, мстить предпочитаю сама своим обидчикам. Ты лучше меня пожалей да от наказанья на болотах отмажь. Не то что я боюсь сложностей. Скорее опасаюсь, что наши креатив ни одно болото не выдержит. Ты же Лиру знаешь, у неё что ни идея то с подвохом. Ну, так как там с болотами?

— А что с ними? — якобы удивился муж, попутно уделяя внимание моему пострадавшему органу слуха.

— Я говорю, отмазать сможешь?

— Ну вот и всё, твоё ухо как новенькое. — Он отошёл от меня, а глазки блестят, чую — недоброе замыслил.

— Ты это, с темы не соскакивай. Что нужно сделать, чтобы избежать наказания?

— А ничего не нужно делать. Пойдём в постельку, а? Не представляешь, как я соскучился…

Щелчок пальцами, и я с голым задом. М-да, в таком виде переговоры вести как-то не с руки.

— Аферист, — чуть ли не сплёвывая, процедила сквозь зубы и направилась в кровать, в надежде, что это поможет мужа настроить на нужный лад. Вернее, он будет удовлетворённый, а в таком состоянии нормальные мужики на многое соглашаются.

— Ведьма вредная! — хохотнул он, подхватывая меня на руки.

— А где это ты видел ведьму добрую?

Муж скривился.

— Есть такие экземпляры, ох уж и нудные они бабы.

Тут до меня дошло, что он о наших родственниках говорит, и прикусила язык. Потому что развивать эту тему не стоит, а то кто его знает, какая реакция у мужа будет? Вдруг разозлится, тогда точно вечно будем грызть гранит науки в стенах этой академии строго режима, пока зубы до дёсен не сотрём.

Что там я говорила про нормальных мужиков? Добры и на всё соглашаются. Совсем из головы вылетело, что мой к этой категории не относится. Как я и предполагала ранее, этот подлец обманул меня, доверчивую. Секс был, не спорю, качественный — чувствовалось, что со всей ответственностью подошёл к исполнению супружеского долга. Только у меня закралось подозрение, что этот манёвр был задуман, чтобы отвлечь меня от чего-то важного. Вот зуб даю — мужа, разумеется, — так оно и есть.

И от наказания не отмазал! Только заикнусь, а он сразу переводит тему на тычинки-пестики, задолбал уже, удав изворотливый.

— Кэт, ты чего пыхтишь, как ёж? — подперев голову рукой, спросил обломщик. — Может, мы повторим, и твоё настроение улучшится?

Принялся наглаживать мне животик, а вот этого не нужно. Не люблю телячьи нежности.

— Лапы убрал! — Шлёпнула ему по руке. — А то прокляну.

— Нашла чем пугать, — фыркнул он. — Мне твои проклятья не страшны, более того — это вы ко мне обращаетесь за помощью, когда пакости творите.

— Чего! — возмутилась я, подскакивая. — Ты про заговоры, что ли?

— И про них тоже.

— Остынь, я заговариваю только чирий, а чтобы он рассосался, много божественной силы и не нужно. Ну и геморрой, правда, с помощью молитвы к тебе. Но увы, таким способом он уж больно долго рассасывается. Моя примочка круче. — Рожа моего муженька вытянулась, а глаза опасно сузились.

— Да-да, родной, к тебе обращаюсь только с пустяковыми просьбами, а месть творю в творческом порыве, — подняла я палец вверх.

— Грудь прикрой, а то сейчас на очередной круг пойдём, — пробурчал он.

И ведь правда с голыми сиськами язвить не комильфо. Прикрылась и принялась его молча сверлить взглядом. Пусть голову поломает, теряясь в догадках, что за бредовые мысли у меня рождаются в этот момент. Мой терпел пять минут, потом нервно заёрзал и потянул ко мне руку.

— Давай мириться, а?

— Даже и не мечтай. Я обижена. Оскорблена. И вынашиваю план грандиозной мести. Мой тебе совет: начинай молиться.

— Кому?

— Явно не себе, ведь ты у нас бог с брачком — обещание не выполняешь.

— А вот это неправда, речи не было, что я тебя от наказания отмажу. Но могу помочь, чтобы всё прошло гладко.

— А конкретнее.

Вот не поверила я в его доброту, и всё тут.

— Помощь пришлю — анархисток, эти знают, как осушать болота. Завтра с утра туда и отправитесь, общими усилиями к вечеру справитесь. Ну так как, помог я тебе?

— Интересно, а за какие грехи ты их накажешь? Они как бы ведут себя прилично.

— А нечего фолианты на бигуди рвать.

Значит, я не ошиблась. Ну хоть тут не сплоховала. Стоп.

— Ну, не все они в бигудях были.

— Не переживай, они сегодня обязательно проштрафятся, гарантирую. Ну так как, молодец я?

— Не определилась ещё. Вот как вернусь из болот живой и невредимой, тогда и отвечу на твой вопрос.

— Знаешь, мне будет этого не хватать, — с какой-то грустью он это произнёс.

— Чего — этого? — насторожилась я.

— Ты в этом воплощении, пусть и дурная, но мне давно так не было весело.

— Я вот даже не знаю, ты сейчас комплимент сделал или меня оскорбил?

— Уже утро, тебе пора спать. — И вновь грустная улыбка.

— Минуточку, ещё кое-что. Разреши шмотки на бал наколдовать, а то я шить не умею.

— Спи, родная… — слышу его голос словно издалека.

Господи, что он опять задумал? Ой и не нравится мне это. Такие были последние мысли, перед тем как я провалилась во тьму.

Глава 47

Открываю глаза и понимаю, что настал очередной день сурка: в кухне ругается Герта с Лирой. Словно этим падлам заняться нечем! Или они решили заделаться будильниками? Не знаю. Но вот желание стукнуть им по голове чем-нибудь тяжелым у меня появилось.

Блин, как же мне всё это надоело!

Встала с кровати, накинула халат и, кряхтя, как старая бабка, поплелась в кухню, нужно же узнать, по какому поводу кипиш.

— Чего орёте с утра пораньше, ненормальные? — Окинула скандалисток грозным взглядом, подбоченившись.

— Мне тоже хотелось бы узнать, по какой причине эти куры раскудахтались, — послышался недовольный голос сестры. Она вразвалочку подошла к столу и плюхнулась на стул, подперев руками голову. — Ну, чего клювами щёлкаете, колитесь, по какой причине подъём нам устроили?

— Сама ты курица! — рявкнула Лира и вновь одарила Герту злым взглядом.

— Это ненормальная собралась сейчас болота осушать идти и меня собой звала, — начала закладывать подругу демоница. — А я ей говорю: побойся бога…

— Какого? — решила поинтересоваться я, какой козёл нам угрожает.

— Это образно.

— Понятно, продолжай.

— Так вот, а она ни в какую. Утверждает, что у своего в старинном фолианте прочла, как это дело быстро провернуть. А я отвечаю, что быстро только кошки рождаются и проблемы множатся. А она: пошли, я сейчас докажу, что права. Ага, знаю я, чем заканчиваются её демонстрации. Результат подобного финта по академии бегает, углы зданий метит с завидной регулярностью, Тузом зовут.

— Лир, без обид, но Герта дело говорит.

— Да вы не понимаете, этот фолиант реально крут. Недаром мой от меня его всё время прятал. Но я умная, прикинулась спящей, а только он ушёл в ванную комнату, достала фолиант и быстренько переписала, как болта осушать. Говорю же, в этот раз никакой беды не будет, — продолжала она нас подбивать на очередную авантюру.

Печёнкой чувствую, есть тут какой-нибудь подвох. Не про нас это, когда всё гладко.

— Ну не знаю… — начал сдавать позиции Мира. — Ты уверена, что сюрпризов на этот раз не будет?

— Зуб даю, Карима, разумеется, всё будет пучком!

И мы, дебилы, ей поверили. Только выдвинули одно условие: рисковать одни не станем, пусть с нами и анархистки будут. Раз мы все в одной команде, значит и проблемы должны быть общими. С нами даже Нер пошёл, мол, я с вами готов испить чашу горькую до дна. Вот наш человек и в горе, и радости… Правда, перед уходом шепнул мне, что на всякий случай позвал с собой мётлы. Ну, я не против, всегда должен быть подготовлен путь экстренного отступления. А что касается анархисток, тут уж извините, своя рубашка ближе к телу. Кто не успел спастись, тот лох. Таких не жалко. Такие нашей банде не нужны. Мы принимаем к себе самых подлых и изворотливых. Справятся — добро пожаловать на борт. А нет… Так и быть, споём «Со святыми упокой».

— Вот, — показала рукой на бесконечное болото Фугу, — ваш фронт работы. Осушают только первокурсники, остальные страхуют. Всём понятно? — Обвела она провинившихся взглядом.

Мы дружно, словно по команде, кивнули, но, судя по ошарашенным минам, никому ничего не понятно. Стоило нашей надзирательнице скрыться в портале, первая заголосила наша «смелая»:

— Давайте хоть пожрём перед смертью, а? Я же не завтракала.

— Типун тебе на язык, паникёрша! — рявкнула Лира и с деловитым видом начала осматривать территорию. — Так… тут мы откроем портал, — начала она, а мы дружно переглянулись и напряглись.

Судя по удивлённым лицам анархисток, портал они никогда не открывали, когда болта осушали. И всё же Лира утверждала, что фолиант ценный, там нет подвоха.

— А не подскажете, зачем нам открывать портал? — поинтересовалась Ада, нервно оглядываясь по сторонам.

— Наверное, чтобы сбежать, если что-нибудь пойдёт не так, — предположила Мира.

— Тогда я спокойна, — расслабилась Герта. — Если пусть отступления предусмотрен, то очковать не вижу смысла. Что-что, а удирать я мастер. — И чуть слышно: — В последнее время.

— Зачем такие трудности? Не проще по старинке? — Тут уже Адель очковать начала, она-то знала, что Лира у нас с присвистом.

— Эх вы… — покачал Лира головой. — Я тут по ночам не сплю, тырю секретные данные, чтобы облегчить нам жизнь, а вы — по старинке. Всё, хватит, теперь будем жить по-новому.

— Ой, что-то мне нехорошо… — заныла Герта и чуть слышно писклявым голосом: — Фрося-я?

— Ой, да хватит паниковать! — отмахнулась Лира. — Сейчас портал открою на счёт пять, от болота даже следа не останется.

— Нер, предлагаю дезертировать сейчас, не ждать, — шёпотом предложила подельнику план по спасению наших шкурок.

— А анархистки? Что с ними делать?

— Придётся спасать, у меня чего-то голоса нет…

— Где связь? — удивился он.

— «Со святыми упокой» спеть хорошо не получится, — разозлилась, — а я люблю всё делать красиво. — Друг посмотрел на меня, мол ты это серьёзно. — Ты мне зубы не заговаривай, хватай двух и взмывай в небо!

— Эй, вы чего там шепчетесь? — поинтересовалась Ада, подойдя к нам. Молчим, не хотим оговаривать нашего члена банды. — Что-то меня её затея нервирует. Пассы руками какие-то странные делает… — настороженно наблюдая, как Лира крыльями машет, заныла она.

Ну всё, у Герты появилась конкурентка! Недовольно скривилась от мысли о том, что теперь и эту успокаивать. А как вспомнила про игры, так дурно стало. Это что же получается, и эту малахольную придётся ловить, если она решит уйти в небытие в случае грандиозного кипиша? Не стала мозг терроризировать, гадая, страдает ли она потерей сознания в экстренных ситуациях, а спросила в лоб:

— Ты в обморок, когда страшно, падаешь?

Ада глазами заморгала, а затем как округлит их, словно фары у КАМАЗа. Кого-то мне это напоминает… Точно! Герту! Ох, что-то мне спину свою жалко стало.

— А ты откуда знаешь?

— Я же ведьма, вычисляю проблемных на раз, — бессовестно соврала.

— Ты только никому не говори, ладно?

Ага, и сорвать спину? Мне моих двоих падучих за глаза хватает, и спину я уже не раз срывала. Пусть я могу быстро излечиться, но от этого не легче, когда ловишь бесчувственное тельце — и в пояснице хрясь, а из глаз искры от боли...

— Не, на это я пойти не могу, здоровье, знаешь ли, у меня одно. Да и добрыми делами ведьмам заниматься опасно для здоровья и благополучия окружающих.

— Это да… — Она потёрла переносицу, хмуря брови. — Лучше упасть: синяки предпочтительней, чем побочный эффект после «добрых» дел ведьм.

— Я могу посоветовать на играх быть поближе к моему… — чуть не ляпнула «брату» и тут же поправилась: — Врагу — Карииму.

Ну а что, он у нас парень холостой, пусть потренируется ухаживать за девушкой, пока свою пару не встретит.

— Спасибо за совет, — поблагодарила, продолжая нервно поглядывать на Лиру. — И всё-таки меня очень напрягают эти неизвестные пассы руками. Она говорила, что на счёт пять всё будет, а воз и ныне тут. Может, что-то пошло не так?

— Не обращай внимание на её пассы, мы ж, ведьмы, всё делаем в душевном порыве. Видишь, какое у неё одухотворённое лицо?

— Допустим.

— Это означает, что всё идёт по плану.

— Знать бы ещё этот план… — Она закусила губу, нервно теребя юбку.

— Кэт, может, хватит демагогию разводить? Валить отсюда нужно, пока ещё живы! — раздался над ухом голос Герты, Ада нервно сглотнула и побледнела.

— Умоляю, только не падай в обморок, у нас экстренная эвакуация предусмотрена на случай непредвиденных ситуаций, — решила её успокоить. А куда деваться, спину-то жалко. Она со злым прищуром посмотрела на меня, как на врага народа.

— И часто у вас бывают проколы? — процедила она сквозь зубы.

— Последнее время — всегда, — сдала нас с потрохами Герта. — Кэт, — заныла она, дёргая меня за юбку, — валим, а?

— Отстань, зануда, — отмахнулась я от предательницы.

Демоница тяжко вздохнула и побежала Миру агитировать на побег. Не прогарцевала она и двести метров, как открылся портал и раздался жуткий гул. Я чудом успела на метлу заскочить, хватая за шкирку Аду. Та быстро сориентировалась и вцепилась мёртвой хваткой руками в черенок. Вовремя успели, иначе бы нас смыло потоком воды.

— Мля-я — завыла Ада, болтаясь в воздухе, — лучше бы эта идиотка по ночам спала, а не тырила секретные данные. Вот это она облегчила нам жизнь… ГАДИНА! — заорала она, явно в надежде, что это услышит наша «мудрая».

— Будешь ругать Лиру — с метлы скину, — предупредила, крутя головой, выискивая взглядом других членов банды и анархисток. — И вообще, ты должна спасибо Лире сказать за тренировку в экстремальных условиях. Считай это подготовкой к играм.

— Обязательно скажу, если выживу… — процедила она сквозь зубы, наблюдая за грязным потоком болотной жижи.

— Давай я тебя вон, — показываю глазами на островок, — на тот сухой берег подкину.

— Ну уж нет, лучше я тут побуду, пока всё не нормализуется. Кто знает, может, эта безумная ведьма ещё не прекратила творить в душевном порыве, — последние слова она с толикой ехидства произнесла.

— Тогда держись крепче, я сейчас облёт сделаю, нужно проверить, всем ли удалось выжить.

Я разворачиваюсь и делаю крутой вираж, Ада чуть слышно матюгнулась, но черенок не отпустила. Вот это я понимаю, желание выжить! С такими кадрами есть все шансы пережить игры. А с выкрутасами нашей «умной» и подавно. Ей всего лишь нужно шепнуть по секрету, что вот той группе людей нужна помощь. И всё, соперников можно смело списывать. Тут главное ей жертв постоянно подыскивать, чтобы она на нас не переключилась.

— Народ! — заорала я, подлетая к Нер с двумя анархистками за спиной. Когда эти шустрые успели заскочить на метлу?

— Учись… — показала глазами Аде на девушек, та лишь фыркнула, продолжая раскачиваться в воздухе.

— Где остальные? — ища глазами сестру и Герту, поинтересовалась у друга.

— Да чёрт его знает! — пожал Нер плечами. — Мне пассажирки своими юбками весь обзор закрыли, когда на меня забирались. Я зависла, силясь понять, как они могли закрыть обзор, если позади него сидят? Видимо, соратник понял, почему я впала в ступор, и решил прояснить ситуацию. — Это я их недавно назад перебросил, а до эти ненормальные мне на шею пытались запрыгнуть.

— Кх… — хохотнула я, представив эту картину. — Тут ничего удивительно, у нас на генном уровне заложено сидеть на шее мужчин и болтать ножками.

— Действительно, учиться есть чему: прыгнул на шею и мир спас от вредной ведьмы. Твоя же шейка тоньше, мой вес не выдержит, — раздался снизу ехидный комментарий Ады, оборвав моё веселье.

— Ещё один подобный комментарий — и будешь грязевые ванны принимать, если переживёшь экстренное приземление, — шикнула на остроумную, продолжая искать остальных жертв Лиры. — Да где же они все?

— Да тут мы… — раздалось злое из открытого портала. Присмотрелась, сестра, на метлу опираясь, ковыляет, следом появилась Герта на четвереньках. По уши в грязи, а у демоницы на голове лягушка с выпученными от ужаса глазами.

— А где наша косячная? — осторожно спрашиваю дрогнувшим голосом. Тишина. Только Мира зло сплюнула в болото. — Она хоть живая?

— Живая пока… — перебирая конечности, то и дело поскальзываясь, отвечает ползущая Герта.

— Угу, не смогли поймать, шустрая падла, увернулась.

— Ничего, Мир, мы её ночью, как только уснёт, подушечкой придушим.

— Ещё чего! Эта сволочь не заслужила такой лёгкой смерти, предлагаю на играх её в жертву принести.

— А что, там жертвоприношение должно быть?

— Не должно, но будет! — вновь раздалось снизу. — Я голосую за этот вариант отмщения.

— Неспелым грушам слово не давали…

— Я не груша! — проворчала Ада.

— Пока нет, но, если и дальше будешь бочку катить на Лиру, станешь грушей для битья. И зря радуешься, Лире ничего не угрожает, пробухтит немного и успокоится. — Меня перебил жалобный стон нашей демоницы. — Герта! — заорала я. — Хватит ползать, изображая из себя жертву.

Та зло зыркнула на меня, но приняла вертикальное положение.

— Да сними ты наконец с головы перепуганную жабу! И вообще, где твоя метла?

— Испугалась и дезертировала… — пробухтела подруга, пытаясь отодрать вцепившуюся мёртвой хваткой в волосы жабу. Не успела я съязвить в ответ, мол, какая хозяйка, такая и метла. Как из портала влетает Лира на своей Чуче, держа в руке, как копьё, метлу Герты.

— Я же говорила, что поймаю, а вы мне не верили. А зря… — Лира резко заткнулась, наткнувшись на несколько пар сверкающих злобой взглядов.

На болоте повисла гнетущая тишина.

Глава 48

— Ты ничего нам не хочешь сказать? — подбоченившись, обратилась к ней сестра.

— А чё сказать-то? — удивилась Лира. — Болото осушено, всё пучком.

— Какой на хрен осушено! — взревела продолжающая раскачиваться в воздухе Ада. — Грязи покалено!

— А что, должно быть иначе? — Она начала растерянно крутить головой. — По мне, — пожала она плечами, продолжая оглядываться, — всё как в книге, что я читала.

— Лира, затейница ты наша, верни Герте метлу…

Поманила её пальцем Мира, а в это время демоница из грязи лепила метательные снаряды. Ну точно, решила сбить виновницу наших бед. Не знаю, чем бы это закончилось, но послышался звук открывающего портала, раздался истошный рёв благоверного нашей косячной:

— Лира, мать твою! — Тут же рядом с Дреком материализовался Адимис, зависнув в воздухе, окинул взглядом работу моей подруги и присвистнул.

— Ничего себе. Солнышко моё, — повернулся он ко мне, — ничего не хочешь объяснить?

Ну и что мне ему сказать? Умного, как назло, ничего в голову не приходит, а закладывать Лиру не собираюсь. Остальные тоже молчали, даже вредная Ада тихонько качалась на ветру и не жужжала.

— Эксперимент вышел из-под контроля… — Я развела руками. Мой хмыкнул, а вот Дрейк буквально испепелял Лиру взглядом.

— Как тебе такой ответ, брат? — обратился мой к нему.

— Халтура, — отмахнулся он, а затем обратился уже к Лире: — Деятельная моя, я смотрю, ты воровством не брезгуешь…

Тут все члены моей банды фыркнули, ибо воровство для нас не порок, а так… увлечение. Тем более, мы же не грабим бедных, а в основном промышляем живой силой: парнокопытные, оракулы, вороны. И никто из них не жаловался. А ограбить богов — так это святое.

— Вы что ещё и воруете? — раздалось снизу удивлённое. Я опустила взгляд на Аду.

— Не без этого. Недавно вот бога Хаоса обокрали. Нечисто, конечно, пошло, с телесными повреждениями, и всё же это был грабёж. Кстати, вчера табун единорогов из другого мира угнали. Или спасли? — задумалась, я.

— Ну так что: угнали или спасли?

— А чёрт его знает, там всё запутано. — Не рассказывать же ей, что нас обманом вынудили совершить набег. А потом чуть монстры не сожрали, и мы с теми, кого должны были угнать, еле ноги, унесли.

— Так я не поняла, — отвлёк нас злой голос Лиры, — мы семья или полюбовники? Раз взять вещь мужа это воровством считается, то всё-таки первое. А, значит, нашим отношения конец.

— Хватит мучить метлу, отдай её хозяйке! — рявкнул Дрейк, и Лира наконец отпустила несчастную. Та рванула вниз к Герте и, подлетев к ней, прижалась, словно жалуясь на обидчицу. А между тем скандал набирал обороты. — И мы не любовники, а семья. Но ты, зараза эдакая, украла у меня книгу, которую я прятал!

— Плохо прятал, раз она смогла умыкнуть, — усмехнулся мой. — Кстати, а о какой книге речь-то идёт?

— Да сборник божественных анекдотов!

Его ответ был сродни разоравшейся мине: несколько секунд была оглушительная тишина, даже ветер затих, птички не чирикали. Лира краснела, а анархистки прожигали её ненавистными взглядами. Лишь члены нашей банды давились смехом, потому что для нас такой поворот вполне ожидаем. А вот мой решил дать волю чувствам и рассмеялся в голос. Внизу послышался тихий стон, и я чудом успела поймать Аду за шкирку. Та вспомнила, на какой высоте болтается, и активно начала забираться на мою метлу.

— Руки ослабли после этой новости, — обхватив меня своими конечностями, пояснила причину, по которой чуть в грязь не свалились.

— Это не с привычки, — отвечаю, готовясь наблюдать, как Лира своему хвоста накрутит.

— Ты смотри, оказывается, у ведьм совесть есть.

— Где? — начала я крутить головой, ища нечто не существующее.

— Я говорю, Лира покраснела, стыдно ей.

— Ха, так это она злится, сейчас Дрейка будет воспитывать.

— А его-то за что? — поразилась Ада.

— Сейчас увидишь… — И на моих губах расцвела ехидная улыбка. Мой как увидел, это резко ржать прекратил, насторожился. Я для пущего результата ему ещё и подмигнула, а он нервно сглотнул.

— Так какого ты какой-то сраный сборник анекдотов прятал? — взревела Лира.

— Мля, — раздалось над ухом, — она реально его обвиняет, вот же наглая!

— Да, чтобы избежать вот этого… — Дрейк показал глазами на грязную жижу.

— Да что ты говоришь, а по мне ты специально это делал, чтобы разжечь интерес!

Бедный Дрейк пошёл пятнами после её обвинения, или наконец дошло, что Лира права. Кто ж в здравом уме от ведьмы прячет? Для нас это как сигнал к действию. Плюс природное любопытство и любовь к экспериментам.

— Всё, хватит! — вмешался мой. — По мне, мы отделались лёгким испугом, могло быть хуже… — Он заткнулся, мы же навострили уши. — Короче, я сейчас им болото верну, но без живности, пусть заселяют. Не справитесь, — он обвёл нас взглядом, — плюс сто лет к учёбе. Кстати, заселять должна Лира, вы только на подхвате.

Ада икнула, а я решила мстить. Но позже. А нечего ведьмам угрожать, небезопасно это. Мой неуловимым движением рук всё исправил и, послав мне воздушный поцелуй, подтолкнул Дрейка в открывшийся портал. Мы спустились за землю, и все разом посмотрели на Лиру. Никто не забыл результат её полёта фантазии — Туза.

— Сама в шоке, — развела она руками. — Что делать-то?

— В общем так, я делаю образец, а ты повторяешь по нему одни в один. — Подошла к Лире Ада. — О творческом порыве, забудь, иначе… — Она поднесла кулак к носу Лиры, та скосила на него глаза, но не впечатлилась.

— Не пугай, чтобы самой не бояться. — Она убрала небрежно руку Ады. — Мы ведь ведьмы, народ мстительный, забыла, что ли?

— Мы тоже не божьи коровки, — парировала дева.

— А где Адель? — прервала их скандальчик. До мне только дошло, что её нигде не видно.

Все кинулись её искать. В небе не обнаружили, даже портал открыли в тот мир, куда Лира болота переправила, и там её не было. Вернулись, начали носиться по болоту, как угорелые, заглядывая под каждый куст, но всё тщетно. Когда уже отчаялись, послышался звук открывающего портала, и которого вышла Адель с двумя огромными баулами. Она окинула местность взглядом и выдала:

— Так вы ещё не начинали? — Тишина. — Ну, тогда я ещё немного подожду в другом мире.

И только она собралась уйти, я не выдержала:

— Стой! — заорала я. — Всё самое страшное позади. — И чуть слышно: — Кажется. — Ада закрыла портал и шагнула к нам. Звук стеклянной тары в баулах заставил меня забыть, что я её в дезертирстве собиралась обвинить. — А ты где была? — глотая слюну, интересуюсь, алчно смотря на её поклажу.

— Вот, за лекарством ходила, мне показалось, что после эксперимента Лиры нашим нервам нужна будет реанимация.

— Это да… — согласилась с ней Герта, заглядывая в сумку. — Это что, два баула лекарства, что ли?

— Не, даже для такой большой компании два баула — это перебор. Так что в одном закуска.

— А уверена, что нам этого хватит? — продолжая копошиться в сумке, спросила Герта, и тут же сама ответила, тяжко вдохнув: — Сто процентов за добавкой рванём.

— Если не хватит, пусть анархистки проставляются.

Мы разом посмотрели на притихших дев. Сейчас посмотрим, из какого они теста. Начнут юлить — значит не наши люди. Но они не подкачали, согласились, что проставиться обязаны. Лира же, мотивированная лечением нервов, к удивлению, быстро справилась с заданием. В приподнятом настроении, что на этот раз прошло всё гладко, мы ушуршали в дугой мир. Вначале мы лечили нервы, затем анархистки решили проставиться. А дальше… ничего не помню. Вернее, есть проблески, но лучше бы память отшибло, ей-богу!

Глава 49

После бурной ночи всегда наступает утро туманное: постель жёсткая, что-то твёрдое впилось в спину и мухи жужжат, спать не дают. Попыталась отмахнуться, чтобы ещё немного вздремнуть, не вышло, эта падла села мне на нос.

— Пошла вон, паршивка! — охрипшим спросонья голосом возмутилась. Замахала руками, пытаясь её согнать.

— Кэт, ты чего буянишь? — раздался слева недовольный голос Герты, нехотя открываю глаза.

Опаньки, сквозь крону густой листвы пробиваются утренние лучи солнца. Ага, мы не в академии, и не на крыше, — уже легче.

Или я рано обрадовалась?

— Мы где? — приняла положение сидя, кручу головой.

Опушка на краю леса, и народу тут полно, все мирно спят, только трое незнакомцев что-то бурно обсуждают, образовав кружок, а с ними и наши мётлы.

— На кладбище, наверное... — Со стоном произнесла Герта.

— Нет, сейчас мы на опушке леса. А про какое кладбище ты говоришь? И что мы там делали?

— Богов кладбище. Последнее, что я помню, как мы поминали бога плодородия почившего, а вот когда — не могу сказать. — Почесала она переносицу, а у меня глаз дёрнулся.

— А зачем мы его поминали? И зачем мы туда попёрлись?

— Изначально планировалась разведка. — Подала голос Лира. — Ну мы дружною толпой туда и направились. — У меня перед глазами всплыла картина: как толпа студентов, с улюлюканьем, как нечистая сила, через портал вломилась на кладбище. Зажмурилась, надеясь, что это разыгралось моё воображение, иначе некрасиво получилось. — Потом какая-то падла предложила помянуть, ну и понеслось.

— Случайно, это «заманчивое» предложение исходило не от тебя?

— Не, я в этот момент была занята, в сумке копошилась, прикидывая, хватит ли нам лекарства на всю толпу.

— И многих мы успели помянуть? — зажмурила от ужаса глаза, представив последствия этого мероприятия.

— Всех не успели, зомби пробудились, орали мы громко.

— И много мы зомби потревожили?

— Всех. — Убила меня ответом.

— Ну хоть убежать смогли. — Выдохнула, с облегченьем. — Или мы их упокоили каким-то чудом?

— Не, мы дружно решили оставить всё как есть. Глядишь к играм они свой воинственный пыл и поистратят. — Отвечает Лира, морща лоб, пытаясь воспроизвести в памяти весь беспредел. Видно тоже память частично отшибло.

— Ну хоть одна у нас здравая мысль родилась.

— А у нас выбора не было, они нас знатно потрепали. Кажется… Или мне это приснилось? — Окончательно проснулась демоница, встала на четвереньки кряхтя. — О! А это кто?

— Сложный вопрос. Но, главное, что с ними делают наши шустрые метёлки?

— Ой, да план игр обсуждают… — подползли к нам Ада. — Я вот чего хотела предложить: если мы на кладбище провернём тот же финт, и применим зелье, о котором Лира улепётывая талдычила, всё может получиться.

Знать бы, о какой она финте говорит. Хотела спросить у демоницы, но по её хлопающим глазам, поняла — не стоит, она тоже ничего не помнит.

— А чего там было-то? — решила признаться в амнезии.

— Я могу рассказать во всех красках! — Раздалось сверху. Подняла глаза. Наша ворона, замотала хвост в чёрную тряпочку и сидит на суку ехидничает.

— Рогатка есть? — обратилась к народу, но меня перебила Герта.

— Хоть кто-нибудь объяснит, почему помимо нашей банды и анархисток, ещё пятнадцать неизвестных личностей на поляне валяется? Не считаю троих совещающихся с нашими мётлами?!

Действительно, кто это такие?

— Ага, я тоже определить не могу. — Села рядом со мной Лира. — Там вроде бы орки… — потычет она пальцем на спящую группу, находящуюся левее от нас. Я от ужаса воздухом подавилась. — А там непонятно кто, на зомби вроде бы похожи… — Я икнула.

— Не может быть… — подползла к ней Ада, — мы же их на кладбище оставили. — Она принюхалась, я тоже, чисто за компанию. — На вид зомби, а не воняют. Ничего не понимаю. — Растерянно развела она руками, плюхаясь на задницу рядом с подругой.

— Может, мы их того… искупали? — робко спрашиваю.

— Кого? — Я взглядом на спящих зомби показываю. — Ты чего, совсем? — Покрутила она у виска, намекая, что в голове винтики раскрутились, оттого мой мозг прекратил нормально функционировать. — Вонь от зомби в воде ещё сильнее становится, глаза режет.

—А ты откуда знаешь?

— Ну так мы одного, когда улепётывали от озверевших зомби… — Она нахмурилась, явно вспоминает детали нашего безумия. — Короче, он нас обогнал и решил зайти с переднего фланга. Ну мы в озеро его дружной толпой, вооружённой дубинками, загнали. И такая вонь от него поднялась, мы чуть не задохнулись. Да ты и сама на четвереньках уползая, орала: «отступаем газовая атака». — Я в очередной раз нервно сглотнула, этот эпизод неожиданно всплыл в памяти.

— Это я помню. А вот чем закончилась битва на озере с зомби — нет.

— Ясное дело, чем: мы уползли дружно в открывшийся портал. — Вновь хмурясь, отвечает Ада.

— А вот и не нужно путать порядок событий! — Влезла Адель, которая тоже присоединилась к нам. — Там мы приняли бой…

— И как, кто выиграл?

— Кто выиграл и так понятно, раз мы отступили в итоге. — Вновь влезла в разговор Герта.

— А куда нам было деваться, когда наша грозная сила вдруг в обморок грохнулась в разгар битвы! — Кинула злой взгляд Адель на Герту, потирая поясницу. — Пришлось все силы бросить, чтобы эту тушу утащить в безопасное место. Не оставлять же на растерзание оголодавшим врагам.

— И где эта падла, из-за которой мы проиграли битву? — подбоченилась демоница.

— Зеркало дать? — отвечает ехидно Адель, Герта нервно заёрзала на месте.

— Не, обойдусь. Вы это, извините. Я же не специально…

— Не специально она… — Буркнула она. — А ведь так хорошо начиналось, Герта с перепугу в демона обратилась, распугав зомби. Ну, думаем, победа за нами! Но, те гады очухались, перегруппировались и в новую атаку пошли. Мы, как умные, перешли в тактическое отступление…

— Да какое тактическое отступление… — влезла ворона. — Вы портал открыли, думали удрать по-тихому, да боги не позволили.

— Какие?

— Все. — Убила ворона ответа.

— Говорят, раз тренироваться решили, то нечего сачковать. И пришлось вам горемычным трое суток по кустам и оврагам прятаться, зализывая раны, между стычками с зомби. И когда боги посчитали, что с вас хватит, то позволили отступить.

— Трое суток? — охнули мы все хором.

Ничего себе мы погуляли.

— Не, трое суток вы только на кладбище куролесили, а так, почитай, недельный загул получился. Или больше? — Она зависла. А я очередной раз нервно сглотнула. — Вот же с вашим беспределом, уже счёт дням потеряла! А главное, это всё безобразие тренировками перед играми назвали. Причём получили добро от богов. Где это видано — показывает в мою сторону крылом вредная птица — запой грандиозного масштаба в тренировку переименовать!

— Не могла бы ты рассказать, что, собственно, было. Желательно в хронологическом порядке. — Обратилась к вороне Ада.

— Это я могу, если гарантируете защиту от этой живодёрки! — показывает в мою сторону крылом вредная птица.

— Да не трону я тебя. — Улеглась поудобнее на земле, а то вдруг в обморок грохнусь от новостей. — Давай начинай нас бить правдой по мордам. Чую, мы это заслужили.

— Ага… — щёлкнула она клювам. — Минуточку, мне нужно аудиторию собрать. — Да как рявкнет. — Подъём! — Со всех сторон посыпались вопросы: кто? где? когда? Ну и другие наводящие вопросы людей, пытающихся определить, где находятся, что было ранее, и кто эти личности вокруг.

Народ, не признав друг друга, устроил потасовку. Я прикрыла глаза, решив ещё немного вздремнуть. А вот в Герте и Адель проснулся азарт, и они принялись делать ставки на участников массовой драки, даже вечно ноющая Ада к ним присоединилась.

— Кэт, а ты ставить будешь? — обратилась ко мне Герта.

Я молчу. Лень разговаривать. Голова гудит, будто в ней поселился рой озверевших шершней.

— Я говорю, будешь участвовать? — не унималась демоница. — У нас, между прочим, запасы настойки оскудели, нужно пополнить, причём срочно. А то вдруг… — последовала многозначительная пауза. — А скоро игры, мы без неё точно всё продуем, а так хоть шанс будет.

Так и подмывало сказать: шанс учудить по-крупному и прославиться на все миры? Последствия нашей «тренировки» на кладбище богов ещё аукались в каждой клеточке моего тела, а эти ненормальные уже новую грандиозную попойку замышляют.

Я тоже решила посмотреть, как дела обстоят, и нехотя приоткрыла глаз. Если дело примет серьёзный оборот — остановлю эту вакханалию, пригрозив местью. А то в таком состоянии я, ей-богу, не смогу спеть павшим чёрт знает за что «Со святыми упокой».

Кстати, зря беспокоилась — это барахтанье сложно называть даже лёгкой потасовкой. Всё как в замедленной съёмке.

— Не-а, черепашьи бои — не моё. — Зевнув, я прикрыла глаза. — Тем более я занята более важным делом.

— Каким? — раздался любопытный голос Ады, и следом послышался звук шуршания травы. Она нависла надо мной. — Так каким делом ты занята?

— Думаю я, — рявкнула на неё, — а ты с мысли сбиваешь.

— А может, я так пытаюсь спасти нас, бедовых, от будущих проблем. Как выяснилось, ваши мысли весьма опасны.

— Но-но, попрошу не путать грандиозную пьянку со святым! — пригрозила ей пальцем и, чертыхнувшись, села.

— А что в твоём понятии святое? — прямо-таки выпрашивала она неприятности.

— Месть.

— Ах, это… Ну тогда я отползаю.

И погарцевала к Герте на четвереньках. Я лишь мысленно матюгнулась — из-за этой заразы всё желание отдохнуть пропало.

А тем временем народ пытался выяснить, кто из них более стойкий. Я не знала, сколько бы это безобразие ещё продолжалось, но массовый мордобой прекратила ворона, заорав:

— А ну отставить бузу! Идите сюда! Сейчас рассказывать вам буду о делах ваших «великих»!

Я огляделась, присмотрела подходящее дерево и, кряхтя, подползла к нему. Прислонилась спиной, уселась поудобнее. Хотелось видеть всю свою сомнительную компашку, с которой предстояло позориться на Играх. Или героически пасть.

Наконец, все собрались. Даже те трое, которые о чём-то шептались с мётлами, подошли. Мы с членами нашей банды кидали на них подозрительные взгляды, силясь понять, кто это вообще такие. Тяжко вздохнув, незнакомцы сняли… амулеты.

Оказывается, это были мои два брата-акробата, и Нерс с ними. Ну, уже легче.

Ворона, собрав «благодарных» слушателей, щёлкнула клювом и начала ехидненько так:

— Ну что ж, пора вам рассказать о подвигах ваших... Слабонервным предлагаю сразу прилечь на травку.

— Ой, да завязывай ты с прелюдией! Здесь все с железиной психикой! — без зазрения совести соврала я.

А члены моей банды все разом посмотрели на Герту.

Та подняла голову и с интересом принялась наблюдать за мимо проплывающим облачком. А в этот момент ко мне вновь подползла Ада. Я скосила на неё взгляд: мол, чего надобно, гадюка?

— Мне как-то с тобой рядом спокойнее…

— Чего? — ошалело уставилась я на неё.

— Ну, в смысле, если случится страшное, то ты точно спасёшься.

Я бы на её месте не была в этом так уверена. Хотя, с другой стороны, мы, ведьмы, народ живучий, костлявой без боя не сдадимся.

Не успела я ответить, как ворона вновь продолжила:

— Ну как хотите. Так вот… Сидела я это дома, никого не трогала, перья чистила…

Да сказала бы прямо: обдумывала план мести нам за то, что мы её немного преобразили, и теперь ей без амулета не обойтись. Меня саму мучает вопрос, почему всё получилось скрыть, а вот хвост хоть и видоизменился, но светиться, гад, продолжал.

А ворона тем временем продолжала свой рассказ.

И тут… Дверь в лабораторию открывается, и в нее просовывается голова оракула, глаза с блюдца, да как заорёт:

— Я видел страшное! Спасайся, кто может!

Крысы, услышав команду «шухер», рванули к нему, и, пока я клювом щёлкала, эти проклятые дезертиры дверь закрыли и забаррикадировались.

— А оракул у вас откуда? — раздался голос из толпы.

— Да, знамо дело, украли его. Я своими глазами видела, как из открывшегося портала эта банда головорезов выскочила. И бедолагу тащили две из них… А потом вот эта, — показывает она крылом на Герту, — правда, тогда она была демоницей… Так вот, она со всего разбега в озеро плюхнулась. И всё, нет больше грозной демоницы, теперь она у нас нежный цветочек: что не так — в обморок падает.

— У кого-нибудь есть рогатка? — рявкнула Герта.

— Но-но, я попрошу без членовредительства… — выставила крылья вперёд ворона.

— Герта, не стоит, — послышался ехидный голос Адель. — Пусть живёт долго, тем более такую диковинку грех убивать. Не каждый день встретишь птицу с горящей жопой.

— Хвостом, — буркнув, поправила её ворона. — И он светится, а не горит.

— Ну не знаю, по мне выглядит, что горит, — не унималась Адель.

— Будешь издеваться — дальше рассказывать не буду.

— Всё, молчу.

— Так вот, — продолжила ворона. — Не успела я и глазом моргнуть, как вваливаются в комнату глава нашей банды со своими соратниками и анархистками. Хочу заметить, они уже были навеселе, порядком так. Затарились, закусь взяли и пошли, как они сказали, совершать великие дела. Ну а я следом — интересно же, чего они опять отчебучат.

Тут ко мне подползла Лира и устроилась рядышком.

— Я тут камешков набрала, если начнёт наш авторитет подрывать — будем сбивать.

Не успела я ответить, вновь последовало шуршание травы. Смотрю — остальные члены банды подползают. Явно решили, что кучно краснеть не так заметно.

— Я в деле! — плюхнувшись на задницу, произнесла Герта.

— А если конкретнее? — решила я на всякий случай уточнить.

— Мстить вороне. — Она кинула на птицу злой взгляд. — Совсем светозадая распоясалась.

— Ну, это не месть, а членовредительство, — не оценила я их затею.

— Есть предложения? — оживилась Лера.

— Ну… — Я призадумалась.

Итак, что мы имеем. По сути, это уже не ворона, а жар-птица. Выходит, она — редкий вид. Я бы даже сказала, что исчезающий — пары-то нет.

— Нужно выяснить, с кем у неё из воронов был конфликт, и именно эту особь как пару нашей вороне и втюхать. Разумеется, предварительно его тоже в жар-птицу превратив. Пусть притираются, выдёргивая перья друг у друга. И мы отомщены, и у неё не будет времени шпионить и разглашать наши тайны.

— Эй, вы чего там шепчетесь? — запаниковала будущая жертва.

— Да пытаемся вспомнить, о каких это делах мы говорили… — невинно хлопая глазками, отвечаю.

Не знаю, поверила она или нет, но, с минуту посверлив нас взглядом, продолжила рассказ:

— Так вот, понесла их нелёгкая мимо табуна недавно украденных ими, между прочим, единорогов.

Толпа в шоке уставилась на нас. Пришлось включить адвоката. А то эта крылатая на нас грехов навешает, потом фиг отмоешься.

— Поправочка: не украли, а вернули домой. Прошу не искажать информацию, а то людей нервируешь почём зря.

— Но вы же сами говорили, что воровать собираетесь?

— Мы? Воровать? — охнула Мира. — Ты кого в воры записала? Вот этих, — обвела всю нашу помятую компашку взглядом, — святых дев?

Особенно при слове «святых» нас знатно перекосило. Но никто возбухать не стал. Даже Ада сидела и не жужжала, что ей не свойственно.

— Не воры? — Ворона нахохлилась от возмущения. — Ну, слушайте дальше, святые вы наши. Так вот, проходят мимо, и тут эта… — показывая на Лиру крылом, — выдала: «Негоже кобылицам за любовью в очередь стоять». А потом и другие присоединились да как заорут: «Каждой кобыле по жеребцу». А те как услышали — сразу прониклись идеей. Стали думу думать, где жеребцов умыкнуть. Кстати, эту идею «не воры» подкинули.

— Господи, хоть бы у нас ничего не вышло… — взмолилась Герта. — Нам же Люций копытами по задницам настучит. Или забодает... — Последнее она пропищала.

— Ну, придумали? — спрашиваю, а сама, как Герта, боюсь услышать положительный ответ.

Люций такого коварства нам точно не простит. И помогать не станет.

— А как же! Ты и придумала: мол, давайте уведём табуны у наших соперников — и кобылам поможем, но главное — лишим их возможности перебраться через чёрт знает что на играх. Короче, с этой задачей эти «не воры» справились быстро. Я даже Люция не успела предупредить, как два табуна были в нашем мире.

Тут народ начал меня хвалить, мол, какая замечательная идея. Так-то оно так, но вот что нас ждёт дома…

— Не знаю, как вы, а я теперь конюшню буду обходить седьмой дорогой, — нервно заёрзав, произнесла Ада.

— Ясный перец, что нам ну никак нельзя с Люцием сейчас встречаться, — согласилась с ней Герта и, вновь едва не сплюнув, продолжила: — По-хорошему, вообще никогда.

Глава 50

— А ну отставить панику! — шикнула я на Герту. — Если будет бухтеть — скажем Люцию, что решили помочь ему с выполнением плана. Он же жаловался, что его подчинённые сачкуют — так пусть теперь берёт количеством.

Отмазка, конечно, так себе, но за неимением лучшей и эта пойдёт.

— Ну так что там было дальше? — обратилась я к вороне, иначе нытью Герты не будет конца.

— Ну а дальше вы топотом копыт и ржанием привлекли внимание мужей…

— Кажись, пора сбивать! — пробурчала Герта и протянула руку к Лире. — Дай камешек. Да побольше. Попробую с одного удара эту гадину уложить, пока все секреты не выдала.

— Ворона тут ни при чём, — потирая подбородок, влез в разговор Нер и плюхнулся рядом на траву. — Я точно помню, как вы всё сами разболтали, когда от зомби улепётывали.

— Да ладно… — удивилась я.

— Ага. Вы так костерили своих благоверных за то, что они не дали нам уйти порталом, что только тупой не догадался, кто вы им. А когда начали перечислять, как именно отомстите за их коварство, все сразу смекнули, что они застряли с ведьмами. Некоторые даже выдохнули, зная, что вы народ живучий, а значит есть шанс на спасение. Ну и ночка у нас выдалась…

— Не ночка, а недельный загул. Осталась мелочь: выяснить, кого ещё нужно седьмой дорогой обходить, — пробурчала Ада.

— Так вот, — продолжила ворона, наслаждаясь всеобщим вниманием, — боги примчались на шум. Злые-презлые. Начали отчитывать пьяниц и «не воров». Но, как всегда, теперь уже и ваш главарь… — ворона снова обвела всю толпу взглядом и посмотрела на меня, — наехала на Адимиса. Мол, это поклёп, и вообще, это вы, божественные изверги, во всём виноваты, а мы, бедные и несчастные девы, всего лишь ищем способ выжить на играх. После её пламенной речи всех божественных пробил нервный тик. Короче, те тоже психанули. А её благоверный… — она опять показала крылом на меня, — так ехидненько спросил: «Тренировки, значит? Ну хорошо». И со своими дружками скрылся в портале.

Наши кулёмы решили, что победа за ними, вернулись в мир, где до этого лечили нервы, и только собрались отпраздновать, что так легко отмазались, как вновь открылся портал. И оттуда толпа адептов хлынула! Короче, боги их, бедолаг, из постелей повытаскивали и силком пьянствовать притащили. А Адимис так ехидненько своей жёнушке: «Если дорогая решила тренироваться, то нужно это делать всей командой». И ушёл со своими дружками.

Главарь нашей банды недолго находилась в растерянности. Мудро решила, что трезвые на мероприятии хуже шпионов, и предложила вновь прибывшим выпить по штрафной. Некоторые, чуя подвох, попыталась прикинуться трезвенниками по медицинским показаниям. Но её слова, мол, иначе удачи не видать, быстро вылечили всех «больных».

— Да, это мы помним! — раздался голос из толпы.

— А это я не вам сейчас рассказываю, а вот этим память восстанавливаю, — вновь указала ворона на нас крылом. — Так вот, после штрафной наши предприимчивые смекнули: если так и дальше пойдёт, то накрылось их «лечение нервов». С таким-то количеством собутыльников их запасов настойки надолго не хватит. Вот и дали вам задание: добыть «топлива», после которого идеи генерируются с удвоенной скоростью. Причём соврали-таки, что они почти все гениальные. Вы же, лопухи, напуганные участием в Играх, повелись. Короче, план выполнили и перевыполнили.

— Завязывай с прелюдией, давай уже по делу, — разозлилась я. — Чего там дальше было?

— Ну а что дальше? Сначала — кладбище. Там вам наваляли по полной, вы вернулись помятыми и вновь принялись нервную систему восстанавливать. После приличного принятия на грудь лекарства вас, непутёвых, опять потянуло на подвиги. На этот раз вы решили заглянуть к оркам на огонёк под личинами, ну и, разумеется, вас в бар потянуло. В общем, долго вы там не задержались. На главаря нашей банды снизошло озарение: а не натравить ли нам друг на друга орков на играх, и пока они будут заняты мордобоем, мы успеем… Вот чего вы там успеете, я не разобрала.

— Да тут всё понятно: мы на время сможем их вывести из строя, — ответила я, делая умный вид. — Ну что там дальше было?

— Ну, вы решили потренироваться…

Я хмыкнула — да чего там тренироваться? Нам, ведьмам, скандал грандиозного масштаба, переходящий в драку, раз плюнуть спровоцировать.

— Короче, раззадорили народ, а когда начался серьёзный замес, вы дружной толпой технично и слиняли.

— Идея, в принципе, ничего, — задумчиво почесала затылок моя сестра. — Только вот чего мы неделю там куролесили, если бузу устроить — пара пустяков?

— Да вы ж не в одном мире этим занимались — почитай, десяток облазили, и не только орков стравили. Потом вернулись на базу, мозговой штурм устраивали, какие могут быть ещё задания на играх. Эта живодёрка, — и вновь на меня крылом показала, — даже записывала идеи.

— Что, правда? — оживилась я и полезла в карман.

Действительно, там был блокнот с ручкой. Открыла и принялась изучать свои каракули. Если вначале почерк был ровный и разборчивый, то в конце больше напоминал рецепты врачей. Я, кстати, до сих пор удивляюсь, как люди, работающие в аптеке, могут разобрать эту тарабарщину. Или это у них шифр такой, а фармацевтов специально обучают эти каракули понимать?

Да и не важно сейчас. А вот то, что удалось расшифровать, мне подняло настроение. Да что там — даже самооценку подняло. Выходит, наш загул принёс положительные результаты.

Но вот с лечением нервов нужно завязывать — каждый раз попадаем в чудную из-за этого.

— Я не поняла, так это всё, что ли? — разочарованно произнесла Лира.

— А вам мало? — охнула ворона.

— Да нет, нормально… — и чуть слышно: — Слава богу, что в этот раз сильно не начудили.

— А что, бывает и хуже? — уставилась на неё Ада.

— Это смотря с какой стороны посмотреть… — изобразила загадочность Лира.

— Да с любой стороны засада, — процедила сквозь зубы Герта. — У меня скоро будет нервный срыв.

— О настойках забудь, — тут же решила пресечь опохмелку, которая с вероятностью сто процентов может перерасти в очередной загул.

Только Герта рот открыла, чтобы возмутиться, как я добавила:

— Всё, до конца игр у нас сухой закон. Кто нарушит…

Я обвела нашу банду многозначительным взглядом.

— А что будет с тем, кто нарушит? — поинтересовалась Лира.

— Плохо с ним будет, — отрезала я. Достав уже со своими наводящими вопросами. — Кстати, — перевела взгляд на Нера, — а чего вы там с мётлами возле карты рассматривали?

— Да отмечали участки на кладбище, которые проверили. Они-то, в отличие от нас, нервы не лечили и помнят, где нас нелёгкая носила.

— И много там ещё осталось мест не проверенных?

— Не особо. Но больше всего не изведана левая сторона кладбища, которая за оврагом. Через него карабкаться не рискнули — уж больно он крутой и высокий.

— А по-другому никак туда не добраться?

— Почему же, — влез в разговор Карим, — есть там подход, но только нужно, как вошёл на кладбище, сразу поворачивать налево, там через метров триста должен быть мостик. Больше никак. Зомби за ноги хватают, когда по склону оврага карабкаться начинаешь. Проверено — еле отбился и ноги оттуда унёс.

— А тут мы как оказались?

— Так, знамо дело, вы решили зомби отомстить за поруганную честь. Заодно и проверить, можно их натравить друг на друга или даже пытаться не стоит. Вот только портал открывала Лира, и, как всегда, не туда.

— Да я специально сюда его открывала, чтобы спасти нас от новых травм! — взвилась подруга.

В этот раз я была рада, что это была она. Не уверена, что второй раз наша авантюра закончилась без потерь. Народ начал её хвалить за спасение, а я прикрыла глаза и начала обрабатывать полученную информацию. В принципе, наш загул прошёл хоть и не гладко, зато результативно.

Особенно мне понравилась идея поссорить между собой соперников. Ну, нужно это сделать до игр, и нам не обязательно скакать по мирам, чтобы натравить их друг на друга. Скоро наши жертвы сами к нам пожалуют на бал. Вот тут мы и обработаем.

Я поднялась и с важным видом начала толкать речь:

— Ну, раз с восстановлением хронологии событий покончено, предлагаю перейти к следующему этапу. — Некоторые из присутствующих позеленели. — Ай-я-яй, кто о чём, а алкоголики о пьянке. Сейчас речь о более важных делах. Мне нужна информация: кто из соперников участвует и их слабости. Всё это нужно мне предоставить хотя бы за двое суток до бала, иначе на подготовку времени у нас не будет.

— Кэт, а ты чего замыслила? — тут же оживилась Адель.

— Посеять зёрна раздора в командах наших соперников, чтобы они не об играх думали, а о том, как отомстить обидчику. Так что на вас всех, — я обвела притихших адептов взглядом, — возлагается особо важная миссия: узнайте самые пикантные подробности об их жизни, найдите слабости — и тогда появится небольшой шанс на победу. Иначе нам всем хана.

В принципе, речь ничего так получилась. Правда, начала я за здравие, а закончила за упокой. Но зато гляньте, как народ оживился! А мотивация-то какая — жить-то все хотят. Сто процентов из кожи вон вылезут, но нужную информацию нароют.

Глава 51

После моей «вдохновляющей» речи народ принялся судорожно вспоминать, у кого можно узнать, где достать список конкурентов. Даже мои тараканы ожили и давай, гады, нашёптывать: «Отомстить богам — святое дело. Негоже порядочной ведьме спускать им подобное». Я, как бы с ними согласна — нас же эти живодёры чуть ли не угробили. Но я так устала, что одно желание — рухнуть в тёплую постельку и проспать двое суток.

— Кэт, — дёрнула за юбку меня Лира. — Мстить-то будем?

— Будем, но потом, — процедила я сквозь зубы.

— Что значит «потом»? — взвилась она. — Такое откладывать никак нельзя. Иначе удачи не видать.

А если у нас эта удача? Мстим мы регулярно — можно сказать, план по мести перевыполняем. А проблемы, гады, только множатся.

— Я устала… — решила сказать как есть.

— Ничего, — не сдавалась Лира. — Домой вернёмся, зельем твоим подлечимся — и начнём мстить этим коварным с удвоенной силой.

— А что, она дело говорит, — влезла в разговор сестра. — Они-то думают, что мы после тренировок будем дрыхнуть без задних ног, ну и расслабятся… А мы — опа, и…

Она замолчала, пытаясь придумать, чем наших благоверных удивить. Только, видимо, ничего путного ей в голову не пришло. Кстати, и у меня с этим печалька. Ни одной умной идеи.

— Что — и? — начала я злиться.

— Ой, да чего вы голову ломаете? — влезла в разговор Герта. — Дома здоровье поправим — и придумаем.

— Нам сейчас не о мести думать нужно, а о том, как с соперниками разделаться, — попыталась я всех вразумить.

— Не умничай, это я тут богиня мудрости, — наехала на меня Лира.

Я в шоке смотрю на неё, прикидывая, где она мудрость свою прячет, и найти не могу. Ну нет у неё мудрости даже в зачатке.

А она продолжала читать мне нравоучения:

— Если сказали, что мстить необходимо — не ной, врубай воображение.

Так и подмывало ей напомнить, что богатое воображение — это по её части, но прикусила язык. Опасно.

— Отстань, — отмахнулась от неё.

И только отвернулась, чтобы сделать портал домой, — она хвать меня за руку.

— Что значит «отстань»?! Не хочешь мстить — ладно. Но наказать за издевательство мы просто обязаны Ты же богиня правосудия — от кары твоей никто не должен уйти…

Вот это она задвинула! Я после её пламенной речи даже растерялась. Мда… Странности продолжаются.

— Во-первых, я ещё не богиня, — возразила я, — а во-вторых…

Не успела я озвучить, что во-вторых, как раздался голос из толпы:

— Я вспомнил! — Мы все повернулись на голос. Там стоял парень в образе зомби. — Мама как-то рассказывала, что все списки хранятся у кого-то из преподов. Правда, никогда не знаешь у кого точно. Каждый раз у разных.

И сразу такой галдёж поднялся! Я словно оказалась на острове, где гнездится колония чаек! Все разом начали выдвигать предположения: кто же в этот раз может хранить столь ценную для нас информацию.

— Может, на этот раз они у ректора? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Ой, не думаю. Слишком это очевидно. Хотя… Вариант не стоит списывать со счётов, — ответила я.

— Гадство, — ругнулась чуть слышно Лира. — Придётся проверять всех.

— Но как? — влезла в разговор Адель. — В академии народа полно — сразу донесут, что мы шпионской деятельностью занимаемся.

Верно — доложат. Я невольно поморщилась. Остаётся один выход: выкурить из здания на время всех. Я вновь посмотрела на потрёпанных товарищей по несчастью. И тут Ада как заорёт:

— Да снимите вы уже иллюзию! Ваш внешний вид нервирует…

Так и подмывало сказать, что скорее он напоминает о позоре, который можно смыть только…

Эх, всё-таки придётся мстить. Я чуть не сплюнула от досады. И тут же на губах появилась коварная улыбка — нашла ответ.

— Сестрёнка, мне показалось, или ты задумала очередную гадость? — раздался рядом голос Кариима.

— Подобной ерундой не занимаюсь, — фыркнула я. — Гадости — по вашей части. А ведьмы мстят. И у меня есть идея: не только как отомстить, но и как добыть нужную информацию.

— А можно сразу озвучить, к чему готовиться? — раздался голос вороны. — Вы уж извините, но в последнее время всё ваши идеи обязательно заканчивается катастрофой.

— Тебе-то чего паниковать? Крылом взмахнула и покинула эпицентр кипиша, — пробурчала Герта.

— Да что ты говоришь! — взвилась ворона. — Что-то мне это умение не помогло…

— Неблагодарная. Мы из тебя сделали редкий вид, красивый… — начала было Лира.

— Отставить перепалку! Дел полно, — остановила я спор, а то это может растянуться надолго. — У меня есть план…

Все резко замолчали и уставились на меня.

— …В общем, так. Я сейчас домой сгоняю за настойкой от похмелья — и для свершения великих подвигов. Вам же за это время нужно привести себя в надлежащий вид, такой, чтобы окружающие улепётывали при виде вас.

— В смысле? — не поняла мой замысел Адель.

— Вид должен быть таким, чтобы на слезу пробивало, а богам стало стыдно за то, что чуть нас не угробили.

— Эту часть я поняла. А что там за настойка для свершения великих дел? Мы как бы ещё не отошли от недавнего загула.

— Тьфу ты! Не настойка, а зелье.

— Я, конечно, дико извиняюсь, — раздалось из толпы, — но мы ведь будущие боги. Нас внешним видом не напугать, да и не все способны сочувствовать.

— Внешний вид для антуража. А вот аромат разлагающегося зомби любого обратит в бегство. Кстати, нам нужно придумать, как себя обезопасить.

— Ты хочешь сказать, — вновь принялась бухтеть Адель, подбоченившись, — что нам нужно опять смотаться на кладбище, захватить одного зомби, разделать его на куски и раздать каждому, чтобы воняло? Уж извини, но твой план никуда не годится. От куска зомби убойного запаха не будет. И не факт, что с кладбища мы все живыми выберемся.

— Ну и воображение у тебя… — ужаснулась я ходу её мыслей. Это ж надо было додуматься до такого. — Никого на запчасти разбирать не нужно. Убойный запах зомби я вам гарантирую. С вас — придумать, как нам самим от него не задохнуться.

— Ну, избавимся от стукачей, и что потом? — не успокаивалась Адель.

— А потом… — Я обвела свою банду взглядом. — Мы избавимся от мужей.

— Под каким, интересно, предлогом? — ехидно поинтересовалась эта неугомонная.

— Предлог прост: если хотят нашего прощения — пусть исполняют супружеский долг. Срочно. И никакой магии.

Члены моей банды смекнули что к чему и злорадно рассмеялись. А вот Адель явно была шокирована. Но, гадина, быстро оправилась и вновь пошла в атаку:

— И всё равно я не врубаюсь. Где тут связь?

— А что непонятного? Смердеть от нас будет так, что они сто процентов предпочтут смыться.

— Фигня твой план, — махнула небрежно рукой Адель. — Они магией всё уберут.

— Это мы берём на себя. Ваша задача — избавиться от свидетелей. И держать оборону, пока ворона не даст знать, что шпионская вылазка прошла удачно.

— А если неудачно?

Ну всё. Адель меня достала.

— Ещё один вопрос в таком ключе, — подношу кулак к её носу, — и тебя уже эти проблемы не будут волновать. Будешь на облачке брынькать на арфе. Посыл понятен?

— Вполне, — буркнула она недовольно.

Я открыла портал и, шагнув в него, оказалась дома. А там дезертиры трапезничали. Завидев меня, Хапуга поперхнулась чаем.

— Ох, ничего себе вы погуляли. А остальные где? — принялась она крутить головой. — Неужто сгинули на кладбище? — всплеснула лапками и уже собралась слёзы лить.

Но я её остановила:

— Да живы все. Почти в норме. Будем мстить. А ты займёшься грабежом.

— Это я люблю, — принялась она довольно потирать лапками. — А кого грабить будем?

Я к ней поближе подошла и хвать за хвост:

— Наших благоверных.

— Ты что, совсем, что ли? На это я пойти не могу.

И она попыталась слинять, но я вцепилась в её хвост мёртвой хваткой.

— Отставить истерику. Мы их предварительно выкурим. Ты находишь нужные списки, мы их копируем и возвращаем на место. Если спалимся — вину берём на себя.

Она замерла… и с облегчением выдохнула:

— А вот это уже другой разговор.

Ну что ж… Вор согласен. Народ маскировкой занимается. Надеюсь, в этот раз всё пройдёт гладко.

Глава 52

Через час мы все уже были в сборе. И благоухали так, что мухи падали замертво, не долетев до наших окон метра два. Я смотрела на это с чувством глубокого удовлетворения — ну хоть кто-то еще страдает, кроме нас. Хотя мухи, наверное, теряли сознание от восторга. Или же померли от переизбытка чувств. Мда… аромат получился действительно убойный. Недаром Неруш нас вначале заставил выпить зелье, отбивающее нюх.

Эх, жаль, что мы не додумались так замаскироваться, когда на кладбище пошли. Нас бы точно зомби за своих приняли, да ещё и экскурсию провели, глядишь, мы бы нашли могилу мамы.

Странно, почему я ничего не чувствую? Мы, ведьмы, народ вредный, но не бездушные. Но нет никакой горечи от потери — вообще полный штиль. Умом понимаю, что это неправильно, но ничего с собой поделать не могу. Может, когда найдём у неё подсказку, хоть чувство благодарности проснётся.

— Так, — Лера залезла в пространственную сумку по плечо, завозилась, пыхтя.

Все уставились на неё. Те, кто уже знал нашу косячную, напряглись. Герта нервно принялась теребить и без того изрядно потрёпанную юбку. Да и Ада стала поглядывать на дверь, явно прикидывая, успеет ли смыться, если наша косячная опять учудит.

— Лира, давай сейчас обойдёмся без твоих гениальных идей. Мы ещё как бы от тренировки не отошли, — не выдержала уже Адель.

— Сейчас, погодите, — с тем же усердием продолжала она копаться в сумке, уже и лицо туда засунула.

— Лир, да что ты там ищешь? — спросила, уже тоже начав нервничать. — Времени нет, и план уже утверждён и корректировке не подлежит.

Это я так, на всякий случай сказала, хотя была уверена, что всё будет не так и опять придётся действовать по обстоятельствам.

— Да что ж такое-то! — буркнула она из недр сумки. — Где оно?

— Ты скажи, что ты ищешь! — рявкнула Мира и дёрнула её за юбку.

Лира вынырнула, растрёпанная, с красным лицом, и насупилась:

— Как что? Связь! Никому не приходило в голову, как мы узнаем, кто что нашёл, кто кого выкурил?

— А у тебя, значит, есть то, что поможет это узнать? — сверля её недовольным взглядом, спросила Мира, уперев руки в бока.

Сестра явно не поняла, про что говорила наша неугомонная, а мы с Гертой невольно хохотнули, вспомнив, как мы за Адимисом «Бубликом» следили.

— Что «и»? — рявкнула Лира, вновь нырнула в сумку, а следом раздался победный крик: — О, нашла!

Я уже поняла, что она достает наши старые переговорные устройства. Те самые, которые мы использовали, когда ректору подлянку готовили.

— Лира, — попыталась остановить её, — тут на всех не хватит. Нас вон сколько, — обвела я всех взглядом.

— Вот гадство! — почесала она затылок. — Действительно, не хватит. Что делать-то?

Тут Карим направился к ней походкой важного гуся:

— Можно амулеты переговорные задействовать. Уверен, у каждого из присутствующих тут есть такие.

Не знаю, как у других, а у нашей шайки таких штук нет.

— Хапуга… — чуть слышно позвала я к себе вора в законе. Крыса быстро забралась ко мне на плечо. — Как быстро сможешь умыкнуть эти штуковины?

Крыса забавно почесала ушко.

— Да чего тут репу чесать? В сумке своей посмотри — сто пудов, у тебя амулеты завалялись, — подала голос ворона, показывая крылом на торчащий из-за шкафа краешек пространственной сумки.

— Я ничего не воровала… — якобы возмутилась Хапуга.

И правильно: не пойман — не вор, а остальное лишь клевета.

— Ой, только нам тут не вкручивай! Знаем мы, насколько ты «честная», — возмущённо взмахнула крыльями наша «жар-птица». — Вечно всё тыришь: нужное и ненужное. Завязывай из себя строить святую, времени мало, грабёж века пропустишь.

Хапуга резко замерла. Такое важное событие пропустить ну никак нельзя.

— Ну да, были такие. Я сейчас.

Крыса Лиры вновь шустренько спустилась и побежала к своей пространственной сумке.

И тут раздался голос паникёрши номер два — Ады:

— А ничего, что нас могут подслушать?

— Кто? — в унисон спросили мы с Мирой.

— Ну, ваши благоверные, например… — не унималась она.

Вот чего я тогда её с метлы не скинула? Сейчас бы на одного паникёра меньше было.

— Ой, тоже мне проблему нашла, — отмахнулась Лира. — Они, когда с нами встретятся, будут думать только об одном: как бы сбежать, а не подслушивать.

Мы рассмеялись, представив рожи благоверных.

— Уверены? — продолжала паниковать Ада.

— Гарантируем. И хватит тут людей нервировать почём зря.

Хапуга залезла на стол со своим пространственным… складом. Мне вот интересно, насколько он большой? С виду сумка маленькая, но внутри тянет на ангар — там столько всего украденного!

— Вот, нашла, — начала она вытаскивать один за другим амулеты.

— Здорово, — обрадовалась Лира, взяв переговорное устройство. — Кстати, Кэт, у твоего погоняло Бублик, как и раньше?

Я лишь икнула, так как сказать вслух сейчас, что их ректор — хлебобулочное изделие, язык не поворачивался. Лира поняла иначе.

— Ну, раз Адимис так и остаётся Бубликом, то моего гада Рогаликом назовём.

Присутствующие тоже поперхнулись, кто-то даже побледнел. И их понять можно: прозвища преподам давать опасно — могут ещё годиков к учёбе прибавить.

— Или Пирожок? — задумчиво продолжала разглагольствовать Лира.

— А мой тогда Сухарик, — выдала Герта.

— Завязывайте ерундой заниматься! — рявкнула я, хватая переговорное устройство. — Никаких больше Бубликов, Сухариков и Ватрушек. Иначе нас всех ждёт учёба до седых волос.

— Да чё ты взвилась? Я только предложила, — насупилась Лира.

— Предложила она, — покачала я головой и повернулась к Кариму: — Как этой штуковиной пользоваться? В идеале — чтобы без слов было понятно, когда засада, а когда пронесло.

— Боже, неужели от нашей маскировки будет такой ужасный откат?! — завыла Ада. — Вот как знала, что расплата неминуема!

— Ты сейчас о чём? — зависла я, пытаясь понять причину очередной паники анархистки.

— Я о том, что нужно было предупреждать, что нам с собой стоило взять что-нибудь от диареи. Вдруг пронесет в самый неподходящий момент — и всё, нас все не только будут скунсами обзывать, но и засранцами.

В комнате стояла оглушительная тишина, нарушаемая лишь звуком хлопающих глаз. Явно ни у кого из присутствующих такой бредовой мысли не возникло.

— Эк куда тебя разбушевавшееся воображение завело, — покачала я головой. — Там, откуда я родом, «пронесло» — значит напакостил без последствий. Ясно?

Ада, покраснев, кивнула, а я перевела взгляд на брата. Мол, продолжим инструктаж.

Карим взял устройство и ткнул пальцем в красный камешек:

— Если кто-то нажмёт сюда — у всех одновременно вспыхнет красный. Это сигнал: всё, валим.

— А куда валим? — задала правильный вопрос Герта. — Сюда пока возвращаться — не вариант, искать начнут точно с нашей комнаты.

— И возле конюшни тоже не стоит, — вклинилась в разговор Адель. — Опасно.

Члены моей банды дружно закивали — никто не желал копытом по заднице получать.

— Тогда предлагаю объявить сбор в парке, который недалеко от входа в академию старших богов. Там нас точно искать будут не в первую очередь, — предложила Мира.

А что, неплохой вариант — в кустиках схорониться до лучших времён. Я бы, конечно, предпочла умотать порталом в другой мир, но не уверена, что сейчас это реально. Наши сто процентов всё перекрыли, как только мы домой явились — даю зуб любого из конкурентов по игре.