Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь

Глава 1. Интриги и яд

Белладонна подняла голову и с ненавистью посмотрела на ту, кто привела её к такому ужасному финалу.

Глава столичного Ковена, разряженная в пух и прах как придворная дама, кокетничала с принцем Торвальдом Риэнном. В голове словно что-то щёлкнуло и встало на место. Она сразу поняла, что попала в лапы смерти по милости именно этих двоих.

Пламя лизало кожу, и каждый вдох отдавался горечью. Скоро боль станет нестерпимой, и колдунья лишится чувств. Температура уже выходила за пределы её болевого порога.

«Доза. Время. Последствия», – привычно пронеслось в голове, как спасительная ветка над пропастью. Только на этот раз противоядия у блондинки не было. Она верила своей Главе, за что и поплатилась.

Голос Гортензии звучал буднично, будто смерть сестры по дару на костре – это просто пункт в отчёте. Ей не было никакого дела до страданий собственной доверенной помощницы и бывшей ученицы.

Боль стала нестерпимой, когда тьма накрыла глаза, в сознании вспыхнуло единственное:

«Письмо. Тот день. У меня есть ровно один шанс, чтобы снова не угодить в эту подлую западню».

Через вздох она снова стояла у двери, и молодая колдунья, имени которой ведьма не знала, протягивала Белладонне Тисс злополучный конверт и флакон с ядом и торопливо уходит.

Белла не вскрывает послание сразу. Сначала считывает детали. Воск целый, печать не тронута. Оттенок жидкости ровно такой, как в её формуле. Знакомый до тошноты аромат. Никаких следов подмены. Это её собственный состав. Значит, Гортензия не подставляла её чужим ядом. Она использовала работу своей доверенной помощницы, как оружие.

Госпожа Тисс сжала сосуд ровно настолько, чтобы пальцы побелели, и тут же ослабила хватку. Паника ей сейчас ни к чему. Она напрасно потратит время и не придумает, как уцелеть в смертельных змеиных кольцах ловко закрученной Главой её собственного Ковена интриги. Ещё блондинка хотела узнать, кто ещё в деле с Гортензией, и что та им посулила за помощь или получит сама.

Ведьма с помощью родовых чар убедилась, что за ней никто не следит и с помощью узкого серебряного кинжала для ритуальных и иных целей вскрыла злополучный конверт. Девушка чуть не задыхалась от приторного аромата духов отправительницы послания. Беззвучно шевеля губами, снова прочла то треклятое письмо:

«Главный королевский экзорцист Дерек вель Гранн, видимо, решил истребить всех ведьм в королевстве. Ему мало побед над чёрными магами, колдунами, нечистью и ночными тварями. Спастись можно, только если незаметно отравить этого не в меру зарвавшегося человека без сердца, совести и чести! Иначе пострадают сёстры. Ковен перестанет существовать. Я не могу поручить это дело никому, кроме тебя, моя милая Белла. С любовью Гортензия».

Как же сейчас попавшей в ловушку там, где никогда бы и не подумала, колдунье хотелось разорвать в клочья лживую сестру по дару. Она перечитала послание один раз, второй, третий. Никакого скрытого ритма и иных следов принуждающих или иных чар она так и не обнаружила. Высказывать недовольство вслух было опасно. У стен могли быть не только уши, но и внимательные глаза.

Ведьма спрятала конверт, как улику, в зачарованную нишу. Оттуда её не сможет забрать даже Гортензия. В прошлый раз они с принцем сделали так, что ей не дали возможности оправдаться перед Королевской Инквизицией за содеянное. Повторять такую глупость девушка не собиралась. Флакон в специальном кожаном мешочке с рунами перекочевал туда же.

После чего Белладонна скользнула к своему шкафчику и начала без суеты проверять зелья и ингредиенты. На полках в специальных подставках из стекла, металла, камня и дерева стояли одинаковые склянки со снадобьями всевозможных оттенков. Некоторые из них даже испускали нежное сияние. Одна капля дарила спасение, две = смерть. Она взяла пустой флакончик и налила в него родниковой воды. Потом в небольшую плетёнку из тростника сложила нужные травы и корешки. На мгновение задумалась и прихватила одну из склянок с изумрудной жидкостью.

Потом блондинка разожгла в очаге колдовской огонь и поставила котелок. Ей надо было сварить такое зелье, что по виду и запаху будет неотличимо от оригинала. Только вместо яда настолько крепкое снотворное, что магистр проспит трое суток, как и в тот раз, но точно не погибнет.

Флакон с подменным зельем отправился в потайной отдел сумки, где стекло не коснётся кожи. Блондинка с грустью поняла, что придётся выкручиваться и искать третью тропу в будущее. Если она не исполнит приказ Главы своего Ковена, Гортензия ударит по сёстрам. Если исполнит – Главный королевский экзорцист Дерек вель Гранн умрёт.

Её ждёт позорное сожжение на костре, а второго шанса Небеса могут и не дать. В обоих вариантах событий погибнут маги, ведьмы и простые горожане. Королевская чета и аристократы тоже могут сильно пострадать. Принц, Гортензия и её сообщники никого не пощадят. Нужно узнать их конечные цели и помешать их достичь.

Тут в дверь Колдовской деликатно постучали, слуга вежливо пригласил:

– Прекрасная госпожа Тис, Глава Ковена Гортензия Шоасс просит вас поторопиться. Ужин подадут через пять минут. Позвольте мне проводить вас в пиршественную залу.

– Буду признательна, господин, – она обворожительно улыбнулась и лукаво посмотрела на собеседника.

Совсем ещё молодой мужчина отчаянно покраснел и предложил даме опереться на его руку. Белладонна никогда не заводила себе врагов среди слуг и владельцев торговых лавок. Они могли превратить в сущий ад жизнь любого. Даже королевской четы, аристократа или богатого торговца. Краем уха блондинка внимательно слушала и запоминала сплетни и слухи, которые можно было услышать на королевской кухне или конюшне. При грамотном подходе оттуда можно было добыть бесценные крупицы достоверной информации.

Через три минуты Белладонна стояла у дверей пиршественного зала и смотрела на свет свечей, струящийся изнутри. Колдунья вежливо поблагодарила своего нежданного кавалера. После чего глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться. Сердце билось часто, но лицо оставалось спокойным. Слишком много лет она училась скрывать страх. В прошлый раз излишняя доверчивость стоила ей жизни. В этот раз она не позволит себе допустить фатальную ошибку.

Ведьма с важным видом вошла в под звуки музыки и звон бокалов. Зал утопал в золоте, бархате и тяжёлых тканях. За длинным столом восседала королевская чета: король Эймарр, темноволосый и уставший, с карими глазами. Белла с грустью заметила, что них уже не было прежнего огня. Рыжеволосая королева Тирса сейчас больше всего напомнила девушке мышкующую лису. Острый и внимательный топазовый взгляд остро и внимательно приглядывал за всеми вокруг. Видимо, во дворце зрел очередной ядовитый заговор в погоне за пока занятым троном и короной.

По левую руку от своего царственного двоюродного брата с откровенно скучающим взглядом сидел в мягком кресле с высокой спинкой принц Торвальд Риэнн. Огненно-рыжий, безумно красивый мужчина с ледяной синевой бездонных глаз. Он всем лучезарно улыбался, но его взгляд нисколько не потеплел. Верный признак придворной фальши, за которой может скрываться отравленный кинжал, яд в бокале с вином или безжалостный удар наёмного убийцы.

Бывшая наставница Белладонны, а ныне Глава столичного Ковена Гортензия Шоасс, о чём-то щебетала в обществе придворных дам. Её хрустальный смех многим не давал спокойно спать по ночам. Платье цвета воронова крыла подчёркивало искрящийся шёлк волос и обманчиво наивные голубые глаза.

Она пила вино маленькими глотками и то и дело поглядывала на пустующее место напротив короля. Там обычно сидел Главный королевский экзорцист Дерек вель Гранн всегда, когда не покидал столицу по делам своей беспокойной и временами смертельно опасной службы.

Белладонна опустилась на своё место, достаточно близко, чтобы видеть всех, но не настолько, чтобы привлекать внимание. Перед ней стояла тарелка с нарезанными фруктами, графин с освежающим травяным настоем и пока пустой бокал. Налила себе напиток до половины, но пить пока не стала. Она ждала, когда интересующий её маг появится за столом.

Герольд громко возвестил:

– Герцог Дерек вель Гранн, Главный королевский экзорцист.

Только теперь колдунья видела его уже не впервые. Брюнет появился в дверях совершенно бесшумно. Высокий, с чёрными коротко подстриженными волосами и в строгом чёрном камзоле без гербов и вышивки. Никаких украшений, кроме стального браслета на запястье. Он прошёл к столу, коротко поклонился королевской чете и занял своё место почти напротив Белладонны. Всего через два кресла от неё.

Их взгляды встретились всего на мгновение. Мужчина посмотрел на неё пристально, холодно, будто сканировал на предмет скрытых угроз. Она выдержала неласковый взгляд, не дрогнув. Ментальный маг может быть смертельно опасен. Ведь видит скрытую суть и чует ложь за кружевами красивых слов и жестов. Сейчас блондинка не врала. Девушка просто сидела и смотрела на него со строго дозированным испугом, как смотрела бы любая целительница на уставшего экзорциста.

– Господин вель Гранн, – раздался недовольный голос короля Эймарра. – Вы опоздали. Это не похоже на вас.

Дерек перевёл взгляд на правителя и чуть склонил голову:

– Прошу прощения, ваше величество. Был срочный доклад по странным событиям на границе нашего королевства.

– Снова эти ведьмы? – оживился принц Торвальд. Он откинулся на спинку кресла, поигрывая бокалом. – Вы их уже всех переловили, или нам всё ещё стоит бояться собственных теней?

– Тени умеют лгать, ваше высочество, – ответил Дерек спокойно. – Люди – тоже. Я ищу правду.

Гортензия тихо усмехнулась в бокал, прикрыв чувственные губы длинными пальцами.

Белладонна сжала в пальцах маленький плоский флакон. Тот самый, что всегда был при ней. Никто не знал, что внутри. Одни считали, что яд, другие – противоядие. Теперь там было очень хитрое снотворное. Она приготовила его сама. Три капли сиропа из корня дремоты, отвар мятного листа и капля мёда, чтобы скрыть вкус. До заката оно не действует. После наступления темноты лишь усыпляет на три дня.

Никто не умрёт. Дерек не пострадает. Только один человек проспит три дня в глубоком, спасительном сне. Герцог буквально горит на своей работе. Поэтому такая долгая передышка будет благом для безумно уставшего организма.

Она терпеливо ждала удобного момента, легко поддерживая беседу за столом с соседями по этому утомительному ужину.

Глава 2. Доза. Время. Последствия

Принц что-то говорил о загородной охоте. Королева Тирса слушала кузена своего мужа с каменным лицом, король устало кивал. Дерек смотрел в свою тарелку и не пил. Белладонна поняла, что, если он так и не притронется к вину, её безупречный план провалится, даже не начавшись.

Она грациозно встала и подошла к столу, где стояли кувшины с вином и водой. Взяла один и наполнила пустой бокал. Потом шагнула ближе к месту Дерека и остановилась так естественно, будто случайно проходила мимо.

– Господин Главный королевский экзорцист, – голос прозвучал мягко, почти безразлично. – Вы выглядите уставшим. Я могу предложить вам воду с мятой и мёдом. Это снимет напряжение и не даст вам уснуть прямо сейчас.

Дерек поднял на неё долгий, нечитаемый взгляд. Тот буквально пробирал до костей, но она продолжала спокойно смотреть на своего собеседника.

– Я не пью на работе, – сказал он.

– Это не вино, – ответила блондинка и слегка улыбнулась. – Это просто вода. Я целительница и знаю, что полезно, а что нет.

Она подняла кувшин и налила воду в его бокал. Прозрачную, чуть золотистую от мёда. Если он выпьет её, ничего не случится. Это просто вода. Всё, что нужно, уже в его бокале с вином. Никто и не заметил, как она подлила в напиток три капли своего снадобья, ловко отведя глаза даже Гортензии.

Принц глумливо рассмеялся:

– Смотрите, Дерек, она о вас заботится! Может, и мне стоит пригласить такую целительницу?

– У вас есть своя, ваше высочество, – сухо ответила Белладонна, не поворачивая головы, и отошла к своему месту.

Пир продолжался. Кто-то говорил о налогах, кто-то о пограничных землях. Гортензия перекинулась парой слов с принцем, и они оба посмотрели на Беллу откровенно оценивающе. Она сделала вид, что не заметила неприятного для неё интереса.

Молодая ведьма взяла с тарелки кусочек яблока, откусила и довольно зажмурилась. Мякоть была приторно не сладкой, а с лёгкой кислинкой, как эта колдунья больше всего любила. Потом вернулась на своё место, взяла свой бокал и отпила глоток. Движения девушки были спокойными, неторопливыми и естественными.

Дерек сидел неподвижно, не притрагиваясь ни к воде, ни к вину. Она знала, что экзорцист внимательно наблюдает не только за ней, а за всеми сразу. Ментальные маги всегда сканируют эмоции. Особенно для них важны тонкие паутинки страха, злости, тревоги и обмана. Она дала себе слово не бояться, чтобы не упустить свой, возможно, единственный шанс на жизнь.

Прошло ещё полчаса.

Король произнёс витиеватый тост за здоровье королевы, за процветание Ульнарра. Все подняли бокалы. Дерек поднял свой с вином тоже. Не пил, но держал в руке.

В этот миг принц Торвальд обратился к нему снова:

– Вы всё ещё не пьёте, Дерек? Будто боитесь. Или вам не нравится наша королева? Вы не желаете ей здоровья и процветания королевству?

– Я не пью, когда работаю, – повторил мужчина.

– А вы сейчас работаете? – улыбнулся принц. – Разве пир – не время для отдыха?

Дерек перевёл взгляд на принца. Секунда. Другая.

– Хорошо, – сказал он тихо. – Один глоток.

Недовольно поморщился и поднял бокал с вином. Тот самый, в который Белладонна незаметно подлила своё зелье. Когда все смотрели на принца, Гортензия улыбалась. Тогда никто не заметил её пальцев с флакончиком над столом.

Он отпил.

Один глоток. Маленький, почти невесомый.

Белладонна не дышала.

За окном закат медленно окрашивал небо в пурпур и медь. Солнце почти скрылось. Ещё несколько мгновений, и напиток начнёт действовать. Только совсем не так, как в прошлый раз.

– Господин вель Гранн, как вам кажется, можно ли доверять тем, кто говорит сладкие речи, но в сердце носит холод? – спросила блондинка и с укоризной посмотрела на магистра вель Гранна.

Главный королевский экзорцист удивлённо посмотрел на неё, но не успел ничего ответить.

Его глаза закрылись на секунду. Он моргнул. Потом снова, веки стали уже тяжелее. Рука с бокалом дрогнула, вино выплеснулось на скатерть.

– Дерек? – подал голос король.

– Странно… – выдохнул брюнет, и голос прозвучал глухо. – Я… я не понимаю…

Он пошатнулся. Белладонна оказалась рядом раньше, чем кто-либо понял, что происходит. Она подхватила его под руку, легко, будто делала это сотни раз.

– Господин Главный экзорцист, вы перетрудились, – громко сказала она, поворачиваясь к королевской чете. – Я видела это по вашему взгляду ещё в начале вечера. Это просто переутомление. Он слишком давно не отдыхал, ваши величества. Позвольте мне проводить его в покои и присмотреть за ним.

Королева Тирса нахмурилась. Король кивнул с некоторым облегчением.

– Да, да, – сказал он. – Он действительно слишком много работает. Позаботьтесь о нём, госпожа Тисс.

Гортензия улыбнулась Белладонне так широко, как никому в этом зале сегодняя. Её глаза сияли торжеством.

Она думает, что я убила его. Яд начал свою коварную и безжалостную работу.

Белладонна не ответила на улыбку. Она развернулась и повела Дерека к выходу. Такого тяжёлого, безвольного, спящего глубоким и долгим сном, в котором не было ни боли, ни смерти. Только восхитительная для безмерно уставшего ментального мага тишина.

Ведьма знала, что теперь у неё есть три дня, чтобы найти слова и сделать из врага верного союзника, когда он проснётся. Три дня, чтобы раскрыть заговор. Три дня, чтобы выжить. Она вела его по длинному коридору, чувствуя на себе чужие взгляды. Слуги провожали странную парочку любопытными взглядами, но никто не осмелился остановить их. Белладонна шла неспешно, с прямой спиной. Целительница будто несла не тяжёлое тело Главного королевского экзорциста, а просто сопровождала уставшего гостя с пира в отведённые ему покои.

Дерек вель Гранн оказался тяжёлым. Не столько телом, сколько весом своего положения, репутации, неуёмной веры в долг. Она почти чувствовала, как от него исходит напряжение даже во сне. Ментальные маги не умеют отдыхать. Они всегда настороже. Даже когда спят так крепко, что можно заподозрить, что уже мертвы.

Покои Главного королевского экзорциста находились в восточном крыле дворца. Белладонна знала это, потому что в прошлой жизни ей довелось побывать тут один раз. Тогда она пробралась туда и подлила яд в вино и густую мясную похлёбку из оленины. В тот день вошла сюда с дрожащими руками и глухой болью в груди. Теперь же с ясной головой и холодным расчётом.

Белла толкнула дверь плечом, потому что руки были заняты. Внутри горел камин. Дворцовые слуги уже позаботились о тепле. Большая кровать, застеленная тёмным бархатным покрывалам, терялась в тенях. Массивный письменный стол, заваленный бумагами, стеллажи с книгами и свитками. В углу царило кожаное кресло, продавленное годами сидения. Всё просто, без лишней роскоши. Кабинет, в котором работают и живут.

Белладонна уложила Дерека на кровать, стараясь не слишком его тревожить. С помощью бытовых чар переодела в одежду для ночного отдыха. Он не проснулся. Снотворное работало безупречно. Три дня. Она знала, что в этот раз магистр не умрёт, но всё равно проверила пульс. Ровный, спокойный, немного замедленный. Всё пока что шло, как надо.

Ведьма села в кресло напротив и устало прикрыла глаза. Только сейчас, когда никто не видел, девушка позволила себе с облегчением выдохнуть.

Три дня.

Предательница Гортензия думает, что Дерек мёртв или это произойдёт совсем скоро. Предавшая её сестра по дару будет ждать вестей, планировать следующий шаг, радоваться своей удаче. У неё нет причин сомневаться. Ведь Белладонна всегда была её самым надёжным инструментом. За все годы работы в Ковене она ни разу не подвела Главу. Ни разу.

Только это было до предательства и казни на костре.

Пламя, обжигающее кожу. Дым, разъедающий глаза. Голоса Гортензии и принца, звучащие с трибуны. Ещё ужасные и циничные слова, которые она не могла забыть и теперь слышала даже в тишине этой комнаты: «Она убила Главного королевского экзорциста, но мы вовремя вмешались, и королевская чета осталась невредимой. Эта девчонка предала Ковен. Она опозорила всех сестёр по дару».

Какое наглое и циничное враньё!

Белладонна открыла глаза и посмотрела на спящего Дерека. Он выглядел моложе и уязвимее без этого своего холодного взгляда. Удивительно, но теперь она знала, что этот человек – не враг. Все нелепые и ужасные слухи о нём распускают те, кому выгодна его смерть. Что при нём ведьм не сжигают. Только изгоняют из королевства, если они действительно опасны. Увы, в той жизни, как полная дура, поверила Гортензии. Она сделала то, что велели. Теперь придётся всё исправить, чтобы они оба смогли жить дальше столько, сколько позволят Небеса.

Тишину комнаты нарушил лёгкий стук в дверь.

Белладонна мгновенно собралась, встала и подошла к двери. На пороге стояла горничная с подносом. Чайник, чашка, тарелка с ломтиками хлеба, варёного мяса и сыра.

– Госпожа Тисс, – девушка отвела взгляд. – Госпожа Гортензия велела сказать, что вы можете оставаться здесь до утра. И ещё… – она запнулась. – Она велела передать, что всё идёт по плану и что очень вами довольна.

Белла взяла поднос и выдавила из себя тёплую улыбку.

– Передай госпоже Шоасс мою благодарность. Скажи, что я буду здесь до тех пор, пока состояние господина вель Гранна не стабилизируется.

Горничная понятливо кивнула и исчезла.

Блондинка закрыла дверь и поставила поднос на стол. Есть совсем не хотелось. Целительница мысленно отругала себя за глупость и заставила отрезать кусочек хлеба, намазать толстый слой сливочного масла и положить солидный шмат мяса и увенчать всё это тонким ломтиком свежайшего сыра. Силы понадобятся, сейчас не время для эмоций. Чтобы переиграть заговорщиков, голова колдуньи Тисс должна быть холодной и рассуждать надо трезво. Придётся опережать их на несколько шагов, чтобы снова не угодить в смертельную западню по собственной глупости.

Она снова села в кресло, глядя на спящего Дерека.

«Три дня. Что я скажу ему, когда он проснётся? Правду. Только правду», – пронеслась в голове отрезвляющая мысль.

Она расскажет ему о письме, о яде, о костре, о том, что случилось в прошлый раз. Признается, что тогда убила его и вернулась, чтобы спасти. Поверит ли он? Ментальный маг, который чувствует ложь. Сможет ли Дерек поверить в правду, которая звучит как безумие?

Белладонна не знала, но у неё не было другого выбора.

Ведьма взяла с подноса кружку и отпила немного мятного, горьковатого травяного чая. Вкус напомнил ей о доме, которого у неё больше не было. О наставнице, которая стала предательницей. О доверии, которое стоило жизни им обоим.

За окном тем временем окончательно стемнело. Тишина заполнила комнату. Где-то далеко звучали голоса и звон бокалов. Королевский пир продолжался. Здесь, в этих тёмных покоях, теперь струилась первая ночь её новой жизни.

Белладонна откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Не спать. Нельзя. Нужно думать.

План был простым до безумия. Сначала терпеливо дождаться, пока Дерек проснётся. Сразу же рассказать ему всю правду. Попытаться убедить его, что она на его стороне. Вместе остановить Гортензию, принца и их сообщников.

Она не знала, как Главный королевский экзорцист отреагирует на такие признания. Поверит ли. Но знала точно: если она не попытается, то снова сгорит на костре.

«Ещё три дня, – сказала она себе. – Потом всё так или иначе изменится».

Где-то вдалеке пробили часы. Первый час новой ночи. Первый час её отсрочки. Белладонна Тисс, ведьма и мастер ядов, смотрела на спящего экзорциста и терпеливо ждала своей новой участи.

Глава 3. Три дня ада

Она не спала все эти три ужасных дня. Просто не смогла и на несколько минут сомкнуть налившиеся свинцовой тяжестью веки.

Белла сидела в продавленном кожаном кресле, глядя на танцующие в камине языки пламени. За окнами давно стемнело, тишина восточного крыла почти ничем не нарушалась. Лишь редкие шаги стражи в коридоре и треск дров в очаге давали понять, что она жива.

Дерек вель Гранн лежал неподвижно. Тёмный силуэт на тёмном бархате, он почти сливался с постелью. Мужчина не шевелился, не бормотал во сне, не метался. Снотворное держало его в том глубоком, бездонном сне, где нет сновидений, боли и ничего, кроме уютного беспамятства.

Увы, всё же она знала. Даже во сне он не переставал быть тем, кем был. Ментальный маг, привыкший чувствовать чужую ложь, читать лица, жесты, улавливать все оттенки дыхания. Когда маг проснётся, его первый взгляд снова раз за разом будет сканировать её насквозь.

Вопрос: что он увидит?

Колдунья несколько раз перебирала в голове горькие факты. Первое, что скажет ему. Потом второе и третье. Складывала фразы, как ингредиенты для сложного зелья. Каждое слово должно лечь точно. Никаких лишних эмоций. Особенно, неуверенности. Если он почувствует малейшую слабину, попросту не поверит.

Если это случится – она пропала.

Белладонна поднялась и подошла к окну. Ночь стояла глубокая, чёрная, беззвёздная. Где-то там, за стенами дворца, Гортензия, вероятно, уже праздновала свою маленькую победу. Принц Торвальд строил планы на трон. И кто-то третий, тот, чьё имя она пока не знала, явно готовился занять место Дерека. Она не знала его лица, имени, но чуяла, что он существует. Тот, кто пожинал плоды чужих интриг и неправедных трудов, пока другие убивали.

Глубокая тьма за окном не давала ответа.

Когда в комнате начало сереть в первых, едва заметных проблесках рассвета, колдунья поняла, что просидела у окна далеко не один час. Она вернулась в кресло, села, выпрямив спину, и стала ждать.

Дерек пошевелился в постели. Не резко, не вскинулся, как от удара. Скорее, как человек, который медленно возвращается из очень долгого пути и безумно устал в затянувшейся дороге. Он повернул голову, и его пальцы, лежащие поверх одеяла, дрогнули.

Она смотрела на Главного королевского экзорциста, не отрываясь.

Дерек открыл глаза.

В первый миг взгляд был мутным, невидящим. Потом включилась память. Ментальные маги не теряют сознание полностью, они просто отключаются от тела. Он сразу понял, что с ним что-то не так.

Магистр сел рывком, слишком резко для человека, который проспал почти трое суток. Его рука вцепилась в браслет на запястье, пальцы легли на сталь, и Белладонна увидела, как он с облегчением выдохнул. Защитный артефакт на месте, амулеты не сняты, он жив.

Потом глаза Дерека нашли молодую блондинку в кресле неподалёку от его постели.

– Что вы здесь делаете? – голос сорвался, и он замолчал, прочищая горло. – Что…

– Вы проспали почти трое суток, – сказала она ровно. – Это было необходимо.

Он не ответил. Сейчас смотрел на неё так, будто видел в первый раз. Белладонна знала: сейчас сканирует незваную гостью и не сопротивлялась чужой магии. Читает каждую эмоцию, движение лица, биение сердца. Она позволила ему увидеть всё, что было: страх, усталость, отчаяние. Возможно, что-то ещё, что она сама не могла назвать.

– Объяснитесь, – сказал брюнет тихо.

Она встала. Подошла к постели, с достоинством королевы замерла на расстоянии вытянутой руки. Если он ударит сейчас, Белла не успеет увернуться. Колдунья знала это и всё равно стояла.

– Вчера на пиру я подлила вам в вино снотворное, – начала она. – Оно совершенно безопасно. Вы проспите урывками ещё около двух с половиной дней. Потом полностью очнётесь, без последствий.

Он молчал. Она видела, как мужчина переваривает сказанное, методично проверяет её слова на ложь. Его лицо оставалось холодным, бесстрастным.

– Я должна была отравить вас, – продолжила она. – У меня был приказ от Главы столичного Ковена. Вот, – она вынула из складок платья конверт и протянула ему.

Дерек взял письмо. Прочёл. Лицо магистра не изменилось, но Белладонна заметила, как напряглись его пальцы.

– Гортензия Шоасс, – сказал он. – Моя старая знакомая.

– Она приказала мне убить вас.

– Но вы не убили.

– Нет.

Он поднял на неё взгляд. И она поняла, что настал момент, которого боялась больше всего.

– Почему? – спросил он тихо.

Она сделала вдох. Достаточно глубокий, чтобы голос не подвёл свою колдунью и предательски не дрогнул.

– Потому что я уже убила вас один раз.

Тишина повисла в комнате. Такая плотная, что Белладонна слышала, как в камине падает уголёк.

– Что вы сказали? – спросил Дерек.

– Я убила вас, – повторила она. – В той жизни. Вы умерли от моего яда. Меня схватили, осудили и сожгли на костре.

Дерек молчал. Он смотрел на неё так, будто пытался разглядеть за словами что-то ещё.

– Это невозможно, – сказал он. – Временные переходы…

– Я не знаю, как это объяснить, – ответила Белла честно. – Я просто была там, сгорела, а потом проснулась в тот день, когда получила письмо с приказом отравить вас травяным ядом от Гортензии. Только сейчас сама решила: в этот раз всё будет иначе.

Он снова замолчал. Колдунья терпеливо ждала. Секунды тянулись бесконечно.

– Вы говорите правду, – произнёс он наконец, и в голосе его прозвучало удивление. – Я не чувствую лжи или утаивания фактов. Разве что совсем не понимаю, как это возможно.

– Я тоже не понимаю, – призналась она. – Я ведьма и целительница, мастер ядов и зелий, а не теоретик магии и чар. Не знаю, почему Небеса дали мне этот шанс. Но он у меня есть и я не вправе его потерять.

Герцог вель Гранн долго рассматривал её точно новый вид нежити в собственной спальне. Потом опустил взгляд на письмо, лежащее у него на коленях, и спросил:

– Почему вы не убили меня в этот раз?

Белладонна выдержала его пытливый взгляд спокойно и тихо сказала:

– Потому что я поняла, что вы не враг. Все слухи о вас, что вы убиваете ведьм без разбора, – ложь. Я знаю это. Вы изгоняете самых опасных за пределы королевства, но не сжигаете даже виновных. Совсем не хочу, чтобы вы погибли по чужой воле.

Дерек откинулся на подушку, прикрыв глаза. Белладонна видела, как он устал. В этом человеке вообще было много въевшейся, глубокой, старой усталости. Она вдруг поняла, что он уже давно носит на себе чужую войну, не свои ложь и предательства. Эта тяжкая ноша медленно убивает его вернее, чем любой яд.

– У нас есть три дня, – сказала она тихо. – Вы можете не верить мне до конца. Но Гортензия явно что-то замышляет, как и принц. Скорее всего, у них есть чётко продуманный план. Они давние союзники и сообщники. Вы не сможете защитить ни короля, ни королеву, ни страну.

Он открыл глаза.

– Что вы предлагаете?

– Я не знаю, что заговорщики замышляют сейчас, – призналась она. – Зато мы можем выяснить это вместе.

Дерек молчал. Белладонна видела, как он переваривает её слова. Проверяет каждую деталь. Ведьмино чутьё тут же наябедничало, что Дерек уже начинает ей верить. Даже если даже самому себе не хочет в этом признаваться.

– Вы сказали, что принц Торвальд тоже в этом участвует, – произнёс он.

– Да. Мне кажется, Гортензия – его инструмент. Возможно, сам метит на трон.

Дерек нахмурился.

– Как вы это узнали?

– Я видела их перед казнью, – сказала она. – Она бесстыже строила глазки королю, а сама вовсю кокетничала с его братом.

Повисла тишина. Долгая, тягучая, почти осязаемая. Дерек смотрел в стену, в какой-то видимый ему одному зазор между прошлым и будущим.

Колдунья подошла на шаг ближе. Остановилась напротив кресла, не садясь, но опустив голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

– Мы должны быть осторожными. Если кто-то узнает, что вы живы, они изменят свои планы. Тогда уже никогда не узнаем их истинных намерений, и у нас не будет доказательств.

– Осторожность – моя вторая натура, – произнёс он сухо, и Белладонна впервые за эти часы почувствовала, как внутри неё отступает страх.

Не полностью, но достаточно, чтобы выдохнуть.

В камине догорал последний уголёк, и в сером утреннем свете, пробивающемся сквозь шторы, она увидела его профиль. Жёсткий, волевой, но с какой-то тонкой трещиной усталости, которую он даже не пытался скрыть.

– Я покажу вам всё, что знаю, – сказала она. – Письма, яды, людей, которые могли быть в курсе заговора. Но сначала вы должны восстановить силы. Я оставлю вам целебное зелье, чтобы ускорить процесс, и кое-какие записи.

Дерек повернул голову и встретился с ней взглядом.

– Вы действительно надеетесь, что я вам поверю?

– Нет, – ответила она честно. – Но очень надеюсь, что вы дадите мне шанс доказать свою правоту.

В ответ он молча взял с прикроватного столика лист бумаги и перо.

– Начинайте, – сказал он.

Она рассказала всё: о Ковене, о Гортензии, о принце, о том, как работает теневая кухня их заговоров. Дерек записывал, иногда перебивая вопросами: когда именно, с кем, где. Он задавал их холодно, коротко, как человек, привыкший выуживать правду из собеседника.

Белладонна отвечала без запинки. Она не врала, не утаивала, не пыталась выглядеть лучше, чем была. Спокойно призналась в том преступлении, что сделала в прошлой жизни. Признала свою глупость и то, что была лишь пешкой в чужой игре.

Закончив, она замолчала, глядя на его склонённую голову. Рука, державшая перо, остановилась.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Я проверю ваши слова. Если они подтвердятся, вы получите мой ответ.

– Я не прошу вашего доверия, – произнесла она, вставая. – Я прошу только времени.

Дерек поднял взгляд.

– У нас его нет. Три дня – слишком мало, чтобы разрушить заговор, который плели годами.

– Три дня – достаточно, если знать, куда смотреть, – ответила она, направляясь к порогу. – Я буду у себя, если понадоблюсь.

Она вышла в коридор, притворив за собой дверь, и прислонилась к стене. Только сейчас девушка позволила себе почувствовать, как дрожат руки.

Почти три дня. Они есть у них. Она сделает всё, чтобы не потратить их зря.

Глава 4. Чужие следы

Дерек периодически засыпал и ненадолго просыпался. Действие её зелья начинало слабеть. Поэтому периоды бодрствования становились всё чаще и длиннее. Белладонна слышала это раньше, чем замечала, что колдовской дар заботливо присматривает за тоже получившим шанс на жизнь магу.

По приказу Главы Ковена Гортензии Шоасс она находилась при Главном королевском экзорцисте, как целитеьница. Едва уловимый звук дыхания, слишком тихий и прерывистый. Будто её подопечный только что вернулся из места, где воздух не предназначен для живых. Она открыла глаза, поднялась с кресла и увидела, что он смотрит на неё. Мутным после долгого сна, тяжелым взором. Брюнет с усилием фокусировал взгляд на так странно ведущей, по его мнению, молодой ведьме.

– Сколько я провалялся в беспамятстве? – голос сорвался, сухой и хриплый.

– После пира пошли вторые сутки, – ответила она. – Вы выглядите так, будто вас уже похоронили, господин вель Гранн. Я бы на вашем месте не торопилась доказывать обратное.

Дерек попытался приподняться, но рука дрогнула, и он опустился обратно на подушку. Белла подошла ближе, присела на край кровати и взяла его за запястье. Пульс был слабым, неровным, едва ощутимым. Снотворное держало его на грани, и она видела это. Каждый вдох давался ему с трудом, кожа была бледной, почти серой, а веки тяжелели с каждой секундой бодрствования.

– Вы на грани, – сказала она. – Снотворное делает своё дело. Любой, кто посмотрит на вас со стороны, решит, что уже при смерти. Это наша единственная защита.

Дерек закрыл глаза, затем снова открыл.

– Хорошо, – выдохнул он. – Значит, у меня есть время.

– Есть, – подтвердила она. – Только совсем мало. Меньше двух дней.

Девушка грациозно поднялась, подошла к столу и взяла пузырёк с тёмной жидкостью. Она налила в серебряную ложку ровно восемь капель. После чего вернулась к кровати и поднесла снадобье к губам Дерека. Он невольно залюбовался этой молодой, полной сил и смертельно опасной ведьмой. Такую особу лучше не иметь во врагах.

Потом блондинка почти промурлыкала:

– Пейте. Это восстановит силы, но действует медленно. Иначе можно навредить достаточно сильно здоровью.

Он послушно проглотил горький травяной напиток, поморщился от неприятного вкуса, откинул голову на подушку и надолго замолчал. Белладонна видела, как тяжело ему даётся даже такое маленькое усилие. Три дня в состоянии, близком к смерти, неизбежно оставляют след. Организм забывает, как работать, как бороться, как дышать полной грудью.

Она села в кресло напротив и тихо заговорила:

– У нас мало времени. Я должна понять, почему Гортензия и принц хотят вашей смерти. Это не просто «Вы им мешаете». За этим стоит что-то личное или политическое. Либо и то, и другое.

Дерек медленно повернул голову:

– Вы думаете, я не пытался это понять? – голос его звучал глухо. – Единственное, что сделал «не так» за последние месяцы – не дал повышение одному магу из Столичного Магистрата. Он был близок к принцу Торвальду. Звали его барон Вернар Тусс.

– Тусс? – Белладонна нахмурилась. – Маг четвёртого круга?

– Да. Он хотел третий. Я отказал, потому что магистр не прошёл проверку по этике. Обычная процедура. Я даже не думал, что этот чурбан воспримет это как личное оскорбление. Но, видимо, этот человек так и отнёсся к этому досадному происшествию.

– Как давно это было?

– Месяц назад. Может, чуть больше.

Белладонна замолчала. Месяц. Значит, заговор начался не с письма Гортензии. Не с приказа отравить. Всё началось раньше. С заслуженного отказа, который перекрыл кому-то путь наверх. Этот кто-то нашёл союзников среди тех, кто уже давно точил зубы на власть.

– Дерек, можно мне взять ваш амулет? – сказала она.

Он приоткрыл глаза, посмотрел на неё, затем кивнул. Белладонна взяла с прикроватного столика его старый серебряный амулет. Сильно потёртый, без гербов, простой, почти невзрачный. Она закрыла глаза и коснулась оберега своим даром. Родовое чутьё отозвалось слабым холодом. Оно сразу же заинтересовалось чужим, почти стёртым следом. Это была магия. Чистая, структурированная, без примеси ведьмовской силы. Это был кто-то из Столичного Магистрата.

– В ваших покоях кто-то был, – сказала она, открывая глаза. – Не ведьма. Маг. Он не пытался убить. Просто наблюдал. След старый, но ещё читается. Оставлен примерно в то же время, когда вы отказали барону Туссу.

Дерек приподнялся на локте, и Белла заметила, как он напрягся:

– Вы уверены?

– Да. Чужая магия всегда оставляет отпечаток. Он никогда не рассеивается полностью сразу, как и следы чар, аромат трав или табачная вонь. Он выветривается, но не сразу. Я чувствую его.

– И что это значит?

– Это значит, что магистр Тусс не просто обиделся, – сказала она. – Он начал действовать. Нашёл союзников. Возможно, через принца или Гортензию. Даже через них обоих сразу.

Главный королевский экзорцист откинулся на подушку, глядя в потолок. Белладонна видела, как он перебирает в голове лица, имена, разговоры, которые тогда казались случайными. Теперь всё складывалось в одну картину.

– Я помню барона Тусса, – сказал он наконец. – Он всегда держался в тени принца. Я думал, это просто карьерные амбиции. Теперь понимаю, что ошибался. Это было нечто большее.

– Вы не можете проследить его связи? – спросила Белладонна. – У вас есть доступ к документам Магистрата.

– Был, – ответил он. – Сейчас я «мёртв». Если появлюсь там, весь наш план рухнет.

Белладонна кивнула. Она понимала это лучше, чем кто-либо. Они оба сейчас – тени. Любое необдуманное движение может стать фатальным для кого-то одного или обоих.

– Тогда я пойду туда, – сказала она.

Дерек приподнял бровь.

– Вы? В Магистрат?

– Официально, – она усмехнулась. – Я пойду как ведьма, которая пришла подзарядить и проверить бытовые колдовские амулеты и убедиться, что никто не находится под действием любовных чар или опасных проклятий. У меня есть знакомые, которые могут знать Тусса и не любят его.

Дерек смотрел на неё долго, пристально. Она невозмутимо выдержала его взгляд. Ментальный маг несколько раз просканировал собеседницу, но не обнаружил и тени обмана или скрытых мотивов.

– Вы действительно готовы рискнуть своей жизнью ради того, чтобы узнать правду? – спросил он.

– Я уже сгорела один раз, – ответила Белладонна. – Второй раз проходить через унизительную и позорную смерть на костре не желаю. И, честно говоря, совсем не хочу, чтобы вы умирали по-настоящему.

На мгновение настала такая тишина, что стало слышно, как во дворе шепчутся две дворцовые служанки. Дерек отвернулся, глядя в стену.

– Я дам вам защиту, – сказал он. – У меня есть кольцо. Оно не даст вас услышать тем, кто использует магию прослушивания. Возьмите его. Также оно не позволит никому, кроме меня, сканировать вас заклинаниями ментальной магии.

Он расстегнул ворот рубашки и снял с шеи тонкую серебряную цепочку с маленьким кольцом. После чего протянул ей.

– Наденьте. Пока оно с вами, никто не сможет подслушать ваши разговоры. Кроме вас и того, с кем вы говорите.

Белла взяла артефакт, надела на палец и почувствовала лёгкое покалывание. Защита мгновенно вступила в силу.

– Я вернусь через час, – сказала она, вставая. – Если этого не произойдёт, значит, кто-то меня предал.

Дерек хотел что-то сказать, но она уже выскользнула за дверь.

Коридор восточного крыла был пуст. На стенах коридора чадили редкие факелы, создавая нервно пляшущие тени. Белладонна шла быстро, стараясь не стучать каблуками. Она знала, что в этом дворце любое движение может быть замечено. Любой звук отмечен. В голове пронеслась очень здравая мысль, с которой она была полностью согласна:

«Если Небеса дали тебе второй шанс, не трать его на тех, кто уже однажды сжёг тебя заживо на костре».

Она успела сделать всего несколько шагов, как за поворотом мелькнул силуэт. Ведьма замерла и приготовилась отвести глаза его хозяину. Только он исчез так же быстро, как появился. Белла так и не успела разглядеть лица. Не поняла, какого роста, мужчине принадлежал или женщине. Только тень в тени, движение, которого не должно было быть.

Кто-то беспардонно следил за ней. Это точно не была Гортензия. Белла чувствовала это так же ясно, как запах дыма после костра. Кто-то другой. Возможно, тот, кто тоже искал ответы, или враг, или союзник, которого она ещё не знала.

Ведьма сжала пальцы в кулак, чувствуя на пальце холод кольца, и заставила себя идти дальше.

Глава 5. Сплетение интриг

Белладонна вошла в здание Столичного Магистрата с видом человека, который делает это каждый день. Высокие своды, запах старой бумаги и воска, приглушённый гул голосов. Здесь не было ни пыли, ни суеты. Только та особенная тишина, какая бывает в местах, где принимают судьбоносные решения. Или, по крайней мере, думают, что переписывают всё под свои желания и долгосрочные планы.

На входе её встретил дежурный маг. Молодой, с цепким взглядом, но лишних вопросов задавать не стал. Белладонна с важным видом протянула ему лист с печатью Ковена. Стандартное официальное разрешение на проверку защитных амулетов и бытовой магии в Магистрате и королевских покоях.

– Госпожа Тисс? – он скользнул взглядом по тексту и вернул бумагу. – Вас ждут в третьем кабинете.

Она кивнула и прошла внутрь.

Коридоры тут были такими же бесконечными, как и в прошлой жизни, когда она приходила сюда с дрожащими руками и глухой болью в груди. Тогда она боялась не столько магов, сколько того, что её разоблачат. Теперь она опасалась только одного – не успеть спасти их обоих от неминуемой смерти.

В третьем кабинете её встретил писарь по имени Феликс. Пожилой, с седыми висками и вечно уставшими глазами. Он работал в Магистрате больше двадцати лет и помнил всех, кто хоть раз переступал порог этого здания. Белладонна знала его ещё по делам Ковена. Он часто подписывал бумаги о перемещении ведьм за пределы королевства.

– Госпожа Тисс, – он поднялся, но не стал пожимать руку. – Давно не виделись. Что привело вас на этот раз?

– Проверка амулетов, – она положила на стол ещё один лист с росписью Гортензии. – Стандартная процедура.

Феликс пробежал взглядом по документу и согласно кивнул.

– Всё в порядке. Можете забирать списки и проходить в хранилище. Вы хорошо себя чувствуете? – он задержал взгляд на её лице. – Выглядите не так, как обычно. Вы вообще спали?

Белладонна не ответила на вопрос. Она положила на стол стопку бумаг, которые принесла с собой, и негромко спросила:

– Вы помните барона Вернара Тусса?

Феликс нахмурился.

– Тусса? – он помедлил, как будто проверял память. – Маг четвёртого круга, близок к принцу. С ним что-то не так?

– Я просто хочу знать, с кем он встречался в последнее время. Особенно из Ковена.

Феликс не спешил отвечать. Он перебирал бумаги, делал вид, что сосредоточен на документах, но Белла видела, что он знает куда больше, чем говорит.

– Госпожа Тисс, я не спрашиваю, зачем вам это – сказал он наконец, – Если вы копаете под принца, будьте осторожны. Это игра, где не прощают малейшие ошибки.

– Я знаю, и всё же, – ответила она.

Он помолчал, потом открыл ящик стола и достал потрёпанный журнал посещений. Перелистал несколько страниц, задержался на одной и подвинул к ней.

– Здесь записи за последние два месяца. Видите, напротив имени Тусса стоит дата и имя посетителя. Доверенное лицо Гортензия Шоасс встречалось с ним трижды.

Первый раз – за месяц до того, как она получила письмо.

Белладонна пробежала глазами по строкам. Имена, даты, пометки. Всё сходилось. Вернар встречался с людьми из Ковена, и происходило это ещё до того, как она получила приказ отравить Дерека. Значит, этот маг был частью убившего их обоих заговора с самого начала.

– А вы не знаете, где сейчас этот человек? – спросила она.

– Кто именно? – уточнил Феликс.

– Барон Тусс.

– Он сейчас в городе, – сказал писарь. – Вчера был на заседании. Говорят, готовит доклад для принца.

Белладонна кивнула и закрыла журнал. Скопировала наличные письма с помощью специального заклятья. Перевязала шёлковой алой лентой и спрятала в специальную шкатулку для секретной документации. Достать их оттуда могла только она сама.

– Спасибо, Феликс. Вы мне очень помогли.

– Госпожа Тисс, – он понизил голос. – Я не знаю, во что вы ввязались, но будьте осторожны. Барон Вернар Тусс не из тех, кто прощает любопытство к его делам.

Она усмехнулась.

– Я не ищу его общества. Мне нужна правда.

На выходе из Магистрата она снова почувствовала, что за ней наблюдают. На этот раз более настойчиво. Она замедлила шаг, обернулась и увидела молодого мага. Блондин стоял у входа и смотрел на неё так, будто пытался запомнить каждую чёрточку лица.

Она не стала отводить ему глаза. Слишком поздно, мужчина уже её запомнил. Вместо этого колдунья просто кивнула ему, как старшая по званию, и вышла на улицу.

Обратно во дворец она шла быстрым шагом. В голове прокручивались даты, лица, встречи. Вернар, Гортензия, принц. Три звена одной цепи. Ещё тот факт, что письмо с приказом пришло не от Гортензии напрямую, а через человека барона Тусса, означал только одно: заговор был спланирован заранее.

Когда она вошла в покои Дерека, он уже сидел в кресле. Бледный, но с ясным взглядом. Снотворное отступало быстрее, чем она рассчитывала.

– Вы вернулись, – сказал он с лёгким удивлением.

– Да и узнала кое-что важное, – она сняла плащ и села напротив.

Колдунья рассказала ему всё: о записях Феликса, о встречах Вернара с доверенным лицом Гортензией Шоасс. О том, что приказ пришёл не случайно, а был частью многолетней интриги.

– Вернар не просто обиженный маг, которому вы отказали в повышении, – сказала она. – Он связующее звено. Прилежно передаёт информацию между принцем и Гортензией. Он знал о планах убить вас ещё до того, как я получила письмо с фатальным для нас обоим приказом.

Дерек слушал молча. Его лицо оставалось бесстрастным, но Белладонна чуяла, как он напряжён.

– Если этот магистр всё знал, значит, уже донёс до принца, что я «мёртв». – сказал он наконец. –Теперь они будут действовать быстрее.

– Да, – подтвердила она. – У нас осталось меньше суток.

Ведьма подошла к окну и посмотрела на закат. Солнце уже клонилось к горизонту. Тени от дворцовых башен косо ложились на площадь.

Она поставила шкатулку на стол перед Дереком и открыла крышку.

Внутри лежали письма. Аккуратно сложенные, перевязанные шёлковой лентой. Главный королевский экзорцист взял одно, развернул, пробежал глазами по строкам. Его лицо оставалось бесстрастным, но Белладонна заметила, как напряглись его пальцы, сжимающие бумагу.

– Это почерк Гортензии, – сказал он тихо. – Я узнаю его.

– Не только, – ответила она, протягивая ему второе письмо. – Посмотрите на подпись.

Дерек взял и прочёл. На мгновение он замер, затем перечитал снова, медленно, будто не веря своим глазам.

– Здесь упоминается перемещение личной гвардии короля, – сказал он. – За три дня до моего отъезда на границу. Они планировали оставить правителя без защиты.

– Они планировали не просто убить вас, – сказала Белладонна. – Они готовили переворот. Принц Торвальд хотел занять трон после того, как король Эймарр будет устранён. А Гортензия – стать его королевой. Ваша смерть была лишь первым шагом.

Экзорцист поражённо молчал. Он перебирал письма одно за другим, и с каждым прочитанным его лицо становилось всё жёстче. Белла не перебивала. Она знала, что ему нужно время, чтобы осознать масштаб предательства.

Наконец он отложил письма и поднял на неё взгляд. В нём не было гнева. Только холодная, почти ледяная решимость.

– Мы должны действовать сегодня, – сказал он. – Если они узнают, что письма скопировали, они изменят планы. Мы потеряем элемент неожиданности.

– Сегодня ночью, – согласилась она. – Я пойду к королеве. Она должна знать правду. Тирса – единственная, кто может остановить принца, не поднимая опасного сейчас шума.

– Вы уверены, что она поверит вам?

Белладонна усмехнулась.

– Она ведьма. Мгновенно почувствует ложь так же, как вы. К тому же, – она коснулась шкатулки, – у меня есть письма. Эта колдунья не глупа. Она увидит то же, что и вы.

Дерек кивнул. Он поднялся на ноги медленно, но твёрдо. Снотворное отступало, и он уже почти не шатался.

– Я пойду с вами, – сказал он.

– Вы ещё слишком слабы.

– Я сильнее, чем кажусь, – ответил он. – Если они увидят меня живым, это будет для них ударом. Они считают меня мёртвым. Пусть увидят, что рано празднуют победу.

Госпожа Тисс посмотрела на него долгим взглядом. В его глазах она видела то же, что и в своих – страх, смешанный с отчаянной решимостью.

– Хорошо, – сказала она. – Но будьте осторожны. Если они поймут, что мы знаем, ударят первыми.

– Я знаю, – ответил он. – Поэтому будем действовать быстрее.

Она вышла из покоев первой, держа в руках шкатулку с письмами. За ней, слегка прихрамывая, но твёрдо, шёл Дерек. В коридоре было пусто. Время близилось к полуночи.

Они направились к покоям королевы Тирсы. Туда, где ещё горел свет и можно успеть остановить заговор, который мог разрушить Ульнарр. Откуда-то Белладонна знала: если она ошибётся, второго шанса у неё не будет.

Глава 6. Тишина между ними

Королева Тирса приняла их в своем личном рабочем кабинете, небольшой комнате с высокими окнами, выходящими в зимний сад. Здесь благоухало сухими травами и воском. На столе лежали раскрытые свитки. У стены стоял шкаф с флаконами, расставленными с той же любовью к порядку, с какой Белладонна хранила свои яды и лечебные снадобья.

Коронованная ведьма сидела в кресле с высокой спинкой, сложив руки на коленях. Топазовые глаза королевы внимательно скользнули по Дереку, бледному, с правой рукой на перевязи, но живому. Затем по молодой колдунье. Блондинка стояла чуть позади, как подобает помощнице, но правительница видела намного больше. Кольцо вель Гранна сразу сказало, что всё не так просто. как эти двое пытаются представить всем вокруг.

– Ты носишь его кольцо, – сказала Тирса без вопросительной интонации. – То, что дал тебе для защиты от сканирования ментальными магами и прослушивания.

Спутница магистра не дрогнула:

– Обстоятельства сложились так, что я обязана была его принять. От этого зависит слишком много жизней и дальнейшая судьба королевской династии.

– Расскажите мне всё, – повторила старшая ведьма и перевела взгляд на Дерека. – Ты выглядишь так, будто три дня был мертв. Все так и думали. Только госпожа Тисс знала правду.

Главный королевский экзорцист едва заметно кивнул:

– Она подменила яд особым сильнодействующим снотворным.

Тирса медленно выдохнула. Белладонна видела, как королева собирается как ведьма, аристократка, женщина, которая выживает при дворе уже десять лет. Тирса никогда не задавала лишних вопросов. Она разложила всё в голове по полочкам за мгновение и сделала правильные выводы.

– Гортензия, – сказала она тихо, словно пробуя имя на вкус. – Моя бывшая наставница. Как и твоя тоже. Она приказала тебе отравить, а ты ослушалась её воли и подменила яд. – правительница помолчала. – Спасла герцога, но почему?

Белладонна не отвечала некоторое время, собиралась с мыслями и подбирала точные слова. Тирса посмотрела на кольцо, затем на Дерека, затем снова на его неожиданную союзницу уже требовательно в ожидании честных ответов.

– Ты не просто подчинилась, – продолжает королева. – По своей воле пошла против Главы столичного Ковена ради него, – она кивнула на Дерека. – Я желаю знать, почему.

Теперь у Белладонны есть выбор. Девушка может признаться в том, что произошло, солгать или ловко совсем уйти от ответа.

Белладонна молчала. Тирса не ждала ответа.

– Ты вернулась из мертвых, – продолжала королева, глядя на неё в упор. – Я чую это. Ты пахнешь пеплом, Белла. Не тем, что от костра. Он у тебя внутри, как метка. Ты уже горела.

Дерек дёрнулся, но Тирса властно подняла ладонь:

– Я не спрашиваю, как и почему. Спрашиваю, что ты принесла мне?

Белладонна шагнула вперед и выложила на стол шкатулку с копиями посланий Вернара. Письма, амулет с трещиной от применения магии из кабинета Главного королевского экзорциста, записи о встречах с доверенным лицом Гортензией и другими.

– Заговор, – сказала она просто. – Торвальд, Гортензия, Вернар Тусс. Они планируют сместить короля. Вас оставить формальной королевой, но без власти. Ваш муж должен умереть, если откажется подписать отречение.

Тирса взяла письмо дрожащими пальцами, но голос остался ровным:

– Я знала, что Торвальд не успокоится, но чтобы Вернар... – она подняла глаза на Дерека. – Твой человек.

– Был, – ответил Дерек. – Он возжелал получить моё место.

– Им с принцем и Гортензией нужно, чтобы я исчезла, – добавила Белладонна. – Тогда другая колдунья слепо выполнит приказ Главы Ковена и взойдёт на костёр.

Королева откинулась на спинку кресла. Секунду она молчала, затем резко встала и подошла к окну. Зимний сад за стеклом казался спокойным, зелень, подсветка, капли воды на листьях.

– Мы не можем действовать открыто, – сказала она, не оборачиваясь. – Если я сейчас позову стражу и арестую Гортензию, Торвальд успеет уйти. У него есть люди в Магистрате, в гвардии, в самом дворце. Мой муж доверчив, он не видит врага в родственнике.

– Поэтому мы и пришли к вам, – сказал Дерек. – Вы единственная, кто может вызвать короля без лишних глаз и ушей.

Тирса обернулась. В ее взгляде мелькнула усталость. Точно такая же, как у Белладонны, когда та стояла над телом Дерека в прошлой жизни и понимала, что всё кончено.

– Я вызову его, – сказала королева. – Но вы оба останетесь здесь. Если кто-то войдет, вы мои советники. Если кто-то спросит, мы обсуждаем будущий весенний бал. Белла, ты умеешь врать?

– Умею, – ответила Белладонна. – Но вы не спросили, умею ли я держать язык за зубами, когда надо и хранить верность тому, кто этого достоин.

Тирса усмехнулась, впервые за весь разговор.

– Я ведьма, – сказала она. – Понимаю, что ты умеешь больше, чем показываешь. Поэтому я сейчас вызову мужа амулетом, который он сам дал мне на такой крайний случай. Белла, будешь стоять рядом. Если что-то пойдёт не так, я скажу, что ты моя гостья, а не помощница Главного экзорциста. Тебя никто не тронет.

– А если вы ошибаетесь, моя королева? – осторожно спросил Дерек.

Тирса посмотрела на него с легкой грустью:

– Тогда я скажу, что защищаю ведьму от несправедливости. Мне не привыкать.

Она подошла к шкафу, достала хрустальный колокольчик и легонько дыхнула на него. В воздухе прозвучала всего на мгновение невообразимо прекрасная нота и растаяла без следа.

Тирса повернулась к Белладонне и сказала то, что та не ожидала услышать:

– Ты сделала правильно, что пришла ко мне, а не к кому-то ещё. Потому что я знаю, что такое быть ведьмой при дворе. Знаю, что такое гореть. Ты сгорела, Белла, а теперь снова дышишь. Не дай им отнять это у вас обоих. Небеса просто так не дают шанс исправить собственные проступки. Особенно настолько горькие и страшные.

Король вошел через пять минут, взъерошенный, в домашнем камзоле, с недоуменным лицом. Увидел Дерека, живого, и остановился.

– Что... – начал он, но Тирса подошла и взяла его за руку.

– Сядь, Эймарр, – сказала она мягко, но твёрдо. – Нам нужно поговорить. О твоем кузене и о тех, кто хочет занять твой трон или отнять у нас власть.

Незапланированное совещание в рабочем кабинете жены правителя затянулось почти до самого утра.

Королева показала мужу письма, улики и рассказала вкратце всё, что узнала от нежданных гостей. Она сидела в кресле с прямой спиной. Лицо не отражало ни тени эмоций. Только глаза выдавали: она прочитала всё и между строк.

– Что нам следует предпринять, чтобы заговор не увенчался успехом? – король был неприятно удивлён происками собственного брата, с которым они росли после того, как его родителей унесло моровое поветрие.

Когда Дерек закончил говорить, Королева помолчала ровно столько, сколько нужно, чтобы взвесить каждое слово.

Потом сказала:

– Я всё сделаю. Дайте мне день, чтобы разработать достойный наших врагов план. Госпожа Тисс, уверен, поможет мне с честью справиться с этим грязным дельцем.

– Можете не сомневаться в моей преданности вам троим, – блондинка не собиралась снова угодить в сплетение чужих интриг, где ей отводилась лишь роль безропотной и на всё согласной пешки.

Они вышли от королевы Тирсы за час до рассвета. В коридорах ещё горели свечи, но за окнами уже начинало сереть. Вместе с ночью отступала та липкая тьма, что последние дни тянулась за Белладонной следом.

Теперь, когда вдвоём шли по пустому коридору восточного крыла, колдунья чувствовала, как с плеч медленно спадает груз, который она несла на себе трое суток подряд. Не полностью – но достаточно, чтобы выдохнуть. Она скользила чуть позади Дерека, машинально поправляя платье, и вдруг поняла, что у неё нет сил даже улыбнуться. Безумно хотелось есть и спать.

Они вошли в покои Главного королевского Экзорциста. Он, слегка прихрамывая, добрался до кресла и опустился в него с тихим вздохом облегчения. Белладонна осталась стоять у двери.

– Я разбужу вас через несколько часов, – сказала она, не глядя на него.

– Вы не спите уже третьи сутки, – ответил он. – Сядьте.

Она хотела возразить, но тело уже не слушалось. Со вздохом облегчения опустилась в кресло напротив, и тишина повисла между ними. Она была не враждебная, но плотная. Такая, в которой слышно своё и чужое дыхание.

Дерек развязал шнуровку на вороте рубашки и вдруг замер:

– Вы всё ещё носите кольцо.

Белладонна взглянула на палец. Серебряное кольцо на цепочке – то самое, которое он дал ей для защиты – всё ещё было с ней.

– Забыла снять, – ответила она ровно.

Это была ложь, и они оба это знали.

Дерек не стал уточнять. Только слегка качнул головой, и Белладонна заметила, что уголки его губ дрогнули. Не улыбка, а мимолётная тень, но она заметила её.

– Вы не ушли, – сказал он. – Тогда, когда я был без сознания. Вы могли бросить меня на произвол судьбы, и никто бы не узнал.

– Бежать некуда, – она пожала плечом. – Я уже сгорела однажды. Не хочу повторять этот пренеприятный опыт.

Он помолчал. Взгляд его изменился. Он смотрел на неё так, будто видел впервые не ведьму, не правую руку Главы Ковена, а женщину, которая тоже устала, боится и просто пытается выжить.

– Вы действительно верите, что Небеса дали вам второй шанс? – спросил он.

– Я не знаю, – ответила она честно. – Но не собираюсь его потратить впустую.

И снова наступила красноречивая тишина.

Белладонна поднялась, подошла к столу и налила ему чая. Просто так, без просьбы. Поставила чашку рядом на прикроватный столик, поправила край одеяла, которое сползло с его плеча.

Дерек поднял на неё взгляд.

– Вы не обязаны заботиться обо мне.

– Я знаю, – ответила она. – Только делаю это не из чувства долга.

Он не стал спрашивать, из-за чего тогда. Белла села обратно в кресло и наконец позволила себе закрыть глаза.

Она почти улыбнулась – уголки губ дрогнули. Ему показалось, или прекрасная ведьма правда сделала это?

– Вы улыбнулись, – сказал он почти шёпотом.

– Я просто вспомнила ваше лицо, когда вы осознали, что живы, хотя мне было велено убить вас.

Он хмыкнул. Это было похоже на смех.

Мгновение – такое короткое, что его можно было бы и не заметить, но оно было.

За окном уже занимался рассвет. Во дворе послышались голоса слуг, начавших новый день. Где-то в западном крыле, наверное, уже бродил Вернар, ещё не подозревая, что копии его бумаг лежат у королевы на столе.

Белладонна знала: скоро начнётся новый виток интриги. Принц Торвальд не сдастся. Гортензия попытается уничтожить её. Вернар – тем более. У них есть сторонники, их никто не собирается бросать в тюрьму по первому подозрению.

Сейчас, в этой короткой передышке, она позволила себе просто посидеть в тишине. Рядом с человеком, который ещё недавно был её врагом.

– Если станет слишком опасно, уходите. – услышала она его голос, – Я вас прикрою.

Белла открыла глаза.

– Я уже уходила однажды, – сказала колдунья. – Теперь остаюсь. Вы меня не прогоните, магистр вель Гранн.

Он хотел возразить, но не успел. Потому что в дверь тихо, но настойчиво постучали.

Белладонна встала и открыла. Колдовское чутьё дало знать, что никакой опасности для них сейчас нет.

Слуга протянул ей записку с королевской печатью. Она развернула её, пробежала глазами по строчкам и снова встретилась взглядом с Дереком.

– Всё готово, – сказала она. – Завтра утром нас ждут в будуаре королевы. Для всех мы занимаемся будущим Весенним балом.

Глава 7. Игра теней

Белладонна открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Спина затекла, шея онемела от неудобной позы. Ведь она так и уснула в кресле, поджав ноги. Теперь тело платило за пренебрежение к его комфорту тупой болью. В покоях экзорциста Дерека было тихо. За окном уже давно рассвело, серый утренний свет заливал комнату, делая её чужой и непривычной.

Она повернула голову и удивлённо замерла.

На столике рядом с ней стояла чашка чая. Ещё тёплая. Рядом лежал кусок хлеба с толстой пластиной копчёного мяса, сыра и веточкой розмарина, накрытый чистой салфеткой. Поражённая тишина накрыла их обоих плотным покрывалом.

Дерек стоял у окна, спиной к ней. Плечи напряжены, правая рука на перевязи, левая сжата в кулак. Он смотрел на двор, но видел, наверное, совсем другое. Ту самую ночь, когда проснулся в своей постели живым, хотя должен был быть мёртвым.

Белладонна не сказала ни слова. Она просто взяла чашку, сделала глоток. Чай был горьковатый с освежающей мятой. Именно такой, какой она любила. Ведьма не знала, откуда Дерек знает, какой Белла любит и пьёт чай по утрам. Наверное, заметил в прошлый раз, когда она заваривала сама.

Она отпила ещё и почувствовала, как внутри разливается живительное тепло от травяного напитка.

Дерек обернулся, увидел, что она проснулась, и коротко кивнул. Никаких «доброе утро», никаких неудобных вопросов.

– Через час нас ждут у королевы, – сказал он ровно. – Нам нужно выглядеть так, будто мы готовимся к балу.

Она поставила чашку на стол и спокойно проронила:

– Я готова.

Он посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнуло что-то, что она не смогла прочитать. Просто вполне заинтересованный мужской взгляд.

– Вам нужно поесть, – сказал Дерек и отвернулся к окну, давая ей время на трапезу.

Белладонна не стала спорить. Она съела бутерброд, допила чай и заставила себя встать. Ноги дрожали. Она не спала трое суток. Этот ночной отдых в кресле был первым, что колдунья позволила себе за всё это время. Теперь тело отказывалось слушаться, но блондинка заставила его подчиниться.

Через час они вышли в коридор.

Она шла чуть позади Главного королевского экзорциста, как и положено добропорядочной столичной ведьме и верной помощнице. В руках для вида девушка несла пустую папку. Любой, кто увидел бы их, подумал: экзорцист и нанятая королевской четой бытовичка идут к королеве обсуждать Весенний бал.

В конце коридора, у поворота, застыл с ошарашенным видом магистр четвёртой степени Вернар Тусс. Белладонна увидела его раньше, чем он их. На мгновение она замедлила шаг и тут же снова пошла, не ускоряя шаг. Дерек тоже заметил его, но ни выражением лица, ни жестом не выдал этого.

Вернар стоял, прислонившись к стене. Он сложил руки на груди. Лицо его было спокойным, даже приветливым. Но когда его взгляд упал на Главного королевского экзорциста, Белла увидела то, что он пытался скрыть.

Лицо потеряло всякое выражение, словно он не верил самому себе. Потом в глазах проскочило напряжение. Они нехорошо сузились, выдавая всплеск ярости и лютой ненависти к более удачливому магу. Пальцы на руке, которую он держал на груди, сжались в кулак так, что побелели костяшки.

Это длилось лишь долю секунды. Потом Вернар фальшиво улыбнулся.

– Герцог вель Гранн, рад видеть вас в добром здравии. По дворцу ходили упорные слухи, что вас отравили, – сказал он. Его голос прозвучал мягко, почти дружелюбно. – Вы уже на ногах? А мы думали, пока что отдыхаете после болезни. Говорили, были совсем плохи.

Дерек остановился. Он не улыбнулся в ответ.

– Сон для слабаков, Вернар, – сказал магистр. – Я смотрю, тоже не спите. Прогуливаетесь?

Его собеседник неопределённо пожал плечами:

– Дел много. Вы же знаете, как это бывает, когда Главный королевский экзорцист... отсутствует.

Он посмотрел на Белладонну. Почти змеиный взгляд скользнул по ней, и девушка почувствовала, как внутри всё похолодело. Он оценивал её. Не как женщину, а как потенциальную угрозу. Белла видела это в блёклых серых глазах.

– Госпожа Тисс, – кивнул он ей. – Вы, я слышал, помогали магистру вель Гранну. Ваши целительские таланты вернули его к работе быстрее, чем все ожидали.

– Я просто выполняю свой долг, магистр Тусс, – ответила она и скромно потупила глаза.

Вернар задержал на ней взгляд на секунду дольше, чем следовало, и ведьма сразу поняла. Он знает, что яд не сработал. Как и то, кто именно подменил отраву. Перед ним та, посмела встать между ним и местом Дерека.

Он не произнёс этого вслух, но колдунья прочитала правду в его глазах.

– Ну, не смею задерживать, – сказал маг и отступил на шаг, давая им пройти. – Вы, наверное, к королеве. Весенний бал – важное дело.

– Очень важное, ведь на него прибудут гости из соседних королевств, баронств и империй, – сказал Дерек и пошёл дальше, не оборачиваясь.

Белладонна неторопливо пошла за ним. Спина горела. Блондинка чувствовала взгляд Вернара на себе до самого поворота.

Когда они завернули за угол, ведьма выдохнула:

– Он знает.

– Знает, – согласился Дерек. – Теперь наши враги будут действовать быстрее.

Они вошли в будуар королевы без стука. Тирса сама открыла им дверь. Лицо её было бледным, под глазами залегли тени. Король Эймарр сидел в кресле у камина, взлохмаченный, с красными глазами. Было видно, что ночь для царственной четы прошла в трудах и заботах. Слишком уж ядовитый заговор зрел в столице.

– Сядьте, – сказала Тирса, указывая на диван. – Мы обсуждали патовую ситуацию до самого рассвета.

Дерек опустился на гостевой диван. Белладонна осталась стоять. Она не знала, можно ли позволить себе такую вольность в присутствии обоих правителей.

– Сядьте, Белла, – сказала королева, и это «Белла» прозвучало теплее, чем ожидала девушка.

Она молча приняла приглашение.

– Мы не можем арестовать их открыто, – начала Тирса. – У Торвальда слишком много союзников при дворе и в гвардии. У Гортензии в Ковене. У Вернара в Магистрате. Если ударим сейчас, они успеют замести следы. Мы потеряем улики, а они выйдут сухими из воды.

– Так что, ждать, пока они убьют меня? – голос короля дрогнул. – Я не могу сидеть сложа руки, пока мой родственник готовит мне нож в спину!

– Никто не говорит, что надо бездействовать, – Тирса положила руку ему на плечо. – Надо немного подождать, пока они раскроются. Заговорщики не знают, что мы уже всё знаем. Наивно думают, что всё ещё остаёмся в неведении. Это наш главный козырь.

Правитель помолчал. Потом согласно кивнул и устало проронил:

– Хорошо. Что вы предлагаете?

Дерек наклонился вперёд:

– Мы оставим ложный след. Вернар хочет моё место, я дам ему повод думать, что он может его получить. Просто пустим слух, что из дворца вывозят улики, чтобы спрятать их в Магистрате. Он попытается перехватить их, чтобы уничтожить. Мы его возьмём с поличным.

– Кто понесёт улики? – спросила Тирса.

– Я, – сказал Дерек.

– Нет, – коротко возразила Белладонна.

Все посмотрели на неё.

– Вы не пойдёте, – сказала она. – Он ждёт именно вас. Во мне же только пешку, помощницу, которая по каким-то причинам ослушалась Главу столичного Ковена. Я сама отнесу ложные бумаги. Предатель попытается перехватить их. Тогда возьмёте его.

Дерек смотрел на неё долго, потом сказал с непониманием в глазах:

– Вы хотите использовать себя как приманку?

Белладонна спокойно встретила его взгляд:

– Это моя и война тоже, магистр.

Наступила тишина. Тирса смотрела на молодую колдунью, и в её взгляде промелькнуло уважение.

– Если она готова пойти на оправданный риск, я разрешаю, – сказала королева.

– Возражаю, моя бесценная супруга, – сказал король. – Вы не можете отправить женщину в ловушку.

– Я ведьма, ваше величество, – сказала Белладонна. – И я знаю, что делаю.

Король хотел возразить, но Тирса сжала его руку.

– Доверься ей, Эймарр, – сказала она тихо. – Она уже один раз спасла Дерека. Прекрасно знает цену малейших ошибок.

Король замолчал.

– Хорошо, – сказал он после долгой паузы. – Но, если что-то пойдёт не так, вы отступаете. Это приказ.

– Клянусь вам, что не буду рисковать собой без крайней нужды, ваше величество, – честно сказала Белла.

Они вернулись в покои Дерека ближе к вечеру. В коридорах было тихо. Слуги уже разошлись, свечи горели тускло. Белла шла молча, чувствуя, как напряжение снова наваливается на плечи.

Она закрыла дверь и прислонилась к ней лбом.

– За нами весь день следили, – сказала девушка тихо. – Я чувствую их. В коридорах, когда мы шли, и когда возвращались. Они не приближаются, но наблюдают издали.

Дерек сел за стол и устало потёр лицо здоровой рукой:

– Вернар уже знает, что мы собираемся что-то делать. Он не будет ждать.

– Пусть попробует, я с удовольствием надаю этому сообщнику Гортензии по рукам, – сказала колдунья, поворачиваясь к нему. – Мы сделаем так, чтобы он сам пришёл к нам.

Она подошла к столу и села напротив. Дерек с удивлением воззрился на свою невозможную союзницу. Затем взял лист бумаги и начал рисовать схему коридоров. Западное крыло, лестница, выход в сад.

– Ты пойдёте тут, – сказал он, показывая на коридор. – Здесь будет ждать ловушка. Мы расставим людей за углами. Как только Вернар появится, мы его схватим.

– Он не придёт один, – сказала Белладонна. – У него есть сообщники.

– Мы готовы и к этому, – Дерек поднял на неё глаза. – Я хочу, чтобы вы знали: если что-то пойдёт не так, сразу же уходите. Бросаете бумаги и убегаете. Вы не герой, а крайне соблазнительная и коварная приманка.

– Значит, я ценная фигура в этой партии в борьбе за спокойное будущее для всех, – она почти улыбнулась. – Я не брошу добытые мной улики, магистр, и обязательно доведу это дело до конца.

Он смотрел на неё почти с уважением, потом отодвинул пергамент в сторону и устало сказал:

– Я не знал, что ведьмы могут быть такими.

– Какими?

– Такими, как вы.

Она не ответила.

– Я не про чары, – добавил он. – Именно про то, что вы остались, когда могли уйти. Знаете, что будет опасно. Вы могли сбежать в любую минуту, но остались.

Она некоторое время смотрела на огонь в камине, на его отблески на стенах, потом тихо почти прошептала:

– Та, что могла уйти, сгорела, – сказала она тихо. – Я теперь совсем другая.

Дерек молчал. Потом он подошёл к камину и поправил дрова. Сел ближе к ней. На край кресла, в шаге от колдуньи.

– Мне жаль, что вы прошли через это, – сказал брюнет.

Она не знала, что ответить. Белла совсем не привыкла, чтобы ей говорили такое. Чтобы кто-то, тем более, тот, кого она уже один раз убила, жалел её.

– Не надо, – сказала ведьма. – Я сама выбрала этот путь.

– Вы выбрали спасти меня, – сказал Дерек и ласково провёл пальцами по бархатистой щеке девушки.

– Я выбрала не повторить ошибку, – ответила она и отстранилась, непрошенная ласка заставила её смущённо вспыхнуть.

Их взгляды на несколько мгновений встретились. Впервые за всё время между ними не было ни напряжения, ни недоверия. Просто усталость и что-то ещё. Только сейчас было совсем не подходящее время разбираться с этими странными чувствами, что связали их тогда, когда никто из этой пары не был готов к такой шутке судьбы.

– Завтра мы сделаем то, что должны, господин вель Гранн, – сказала блондинка тихо.

Он смотрел на неё, на её золотые волосы при свете камина, на усталые глаза.

– Знаю, госпожа Тисс, – ответил Главный королевский экзорцист, его голос прозвучал неожиданно тепло.

Ночь опускалась на дворец. Где-то в западном крыле Вернар готовил ловушку. В своих покоях богатых Торвальд ждал вестей от сообщников. Колдунья Гортензия плела новую интригу.

Но здесь, в этой комнате, в тишине, сидели двое, которые уже больше не были врагами. Завтра они начнут игру, из которой не все выйдут живыми.

Белладонна знала это. Она чувствовала, как где-то там, в сгущающейся тьме, уже точили клинки и варили яды. Белла собиралась переиграть всех врагов на их же поле. В этот раз она уже действовала не в гордом одиночестве на свой страх и риск.

Глава 8. Коварство пешки

Белладонна открыла глаза и несколько мгновений просто лежала, глядя в потолок. Серый утренний свет пробивался сквозь плотные шторы, наполняя комнату мягким, почти прозрачным сиянием. Она не сразу поняла, где находится, но потом вспомнила. Анфилада покоев Главного королевского экзорциста Дерека вель Гранна. Комната, которую он выделил ей. Отдельная, с широкой кроватью, тёплым одеялом и высоким окном, выходящим во внутренний двор.

Впервые за много дней она почувствовала себя отдохнувшей. Сон был глубоким, без видений и леденящих душу кошмаров. Без того липкого и противного страха, который преследовал её последние недели. Она повернула голову и заметила на столике у кровати сложенный вчетверо лист дорогой бумаги. Почерк ровный, уверенный, без лишних завитушек она уже знала:

«Я в кабинете. Завтрак на столе. Приходите, когда будете готовы действовать дальше, Белла. Д.в.Г.»

Она невольно улыбнулась, сама не замечая этого. Подпись – сокращённая, почти неформальная. Дерек вель Гранн, Главный королевский экзорцист. Человек, который не давал себе слабины ни в чём, подписал записку инициалами, как делают только для близких.

Белладонна встала, привела себя в порядок и вышла в коридор, соединяющий её комнату с его кабинетом. Толстая ковровая дорожка заглушала шаги, и она почти не слышала себя, когда приближалась к приоткрытой двери.

Дерек сидел за столом, перед ним были разложены бумаги, схемы, карты. Он поднял взгляд, когда она вошла, и на мгновение его лицо смягчилось. Белла могла бы не заметить, если бы не смотрела на него в этот момент.

– Доброе утро, – сказал он. – Завтрак на столе. Садись.

Она села напротив, взяла чашку с чаем и сделала глоток. Густой аромат гречневой каши с мясом, грибами и пряностями приятно щекотал её ноздри.

– Королева Тирса подтвердила, – сказал он, не отрывая взгляда от бумаг. – Слух сработал. Гортензия уже знает, что мы собираемся вывезти улики в Магистрат. Она приказала Вернару отнять их у вас. Сегодня вечером он будет ждать в засаде в западном крыле. Ваша сестра по дару применила свой дар предвидения.

– Я готова, – сказала она, и голос прозвучал ровнее, чем сама ожидала.

Дерек поднял на неё глаза. Долго смотрел. Потом тихо добавил:

– Я буду рядом.

В этом не было обещания. Не из долга, не по приказу. Просто потому, что не может поступить иначе.

День прошёл в хлопотах. Супруга правителя прислала доверенного гвардейца с последними инструкциями. Где именно ждать, сколько людей, какой сигнал. Белладонна слушала внимательно, кивала, запоминала. Краем глаза она всё время видела Дерека. Магистр сидел в кресле у камина, сложив руки на груди, и смотрел на неё как на прекрасную женщину, а не на ту, что однажды оборвала нить его жизни коварным ядом.

Она не знала, когда этот суровый придворный перестал быть чужим. Это притягивало и отталкивало одновременно. Впервые в жизни Белла несколько растерялась, и сама не знала, что ей следует предпринять в ответ на такую странную усмешку собственной судьбы. Подобное случалось с молодой колдуньей впервые.

К вечеру они вышли в коридор. Белладонна шла впереди, с папкой в руках. Внутри лежали пустые листы, подшитые так, чтобы выглядеть как важные документы. Дерек шёл позади под защитой полога невидимости из чар, которые сплела королева Тирса. Как надёжный и заслуживающий доверия мужчина, который по собственной воле готов прикрыть ей спину.

В западном крыле было темно. Кое-где горели тусклые факелы. Длинные тени падали на стены, а каждый звук казался громче, чем тот был на самом деле. Белладонна шла по коридору, чувствуя, как сердце бьётся ровно и спокойно. Она не боялась. Когда уже сгорела однажды в языках пламени, ничего не страшно. Хуже всё равно не будет.

Она услышала заговорщиков раньше, чем увидела. Тяжёлое дыхание, шаги. Они были слишком уверенные, чтобы быть случайными. Вернар ждал её у поворота, прислонившись к стене. Когда молодая колдунья появилась из полумрака, на его губах заиграла та самая фальшивая улыбка, которую та уже видела.

– Госпожа Тисс, – сказал он, и голос его прозвучал почти ласково. – Если честно, я думал, вы отдыхаете. Что же такая обворожительная особа бродит по дворцовым коридорам в гордом одиночестве?

– Работа, магистр Тусс, – ответила она ровно. – Улики нужно перевезти в Магистрат. Вы же знаете, как это бывает.

– Знаю, – сказал он и шагнул ближе. – Только вот беда, я не могу позволить вам унести то, что принадлежит короне.

Она остановилась. Мужчина приближался, и она видела его глаза. В них была ярость, ненависть, страх. Он знал, что она подменила яд и именно та ведьма, кто стоит между ним и местом Дерека. Вернар был готов прямо сейчас задушить бунтарку собственными руками.

– Отдайте бумаги, и я отпущу вас, – сказал он тихо.

– Никогда не лгите колдунье, магистр! – холодно проронила Белладонна. – Вы убьёте меня сразу же, как только завладеете папкой с уликами. Вы ждали момента, когда я останусь одна.

Вернар усмехнулся. В его усмешке не было тепла. Только холодная, злая насмешка.

– Умная ведьма, – сказал он. – Жаль, что вы выбрали не ту сторону. Гортензия дала вам шанс, и вы его упустили. Теперь заплатите за предательство.

– Кто бы говорил! Не я плету заговор против королевской династии.

Он сделал шаг вперёд, и Белладонна отступила ровно на столько же назад. Так, чтобы их враг оказался в свете факела. Она чувствовала его ярость, видела, как его пальцы сжимаются в кулак. Он был уверен, что блондинка слабее и не сможет оказать ему достойного сопротивления. Думал, что боится.

Вернар жестоко ошибался!

– Вы думаете, я пришла одна? – спросила девушка тихо.

Магистр Тусс замер. Его глаза тут же зашарили в полумраке коридора. Он не успел ничего заметить. С ослепительной улыбкой Белладонна ласково погладила скромное колечко на указательном пальце правой руки. Это был сигнал для остальных.

В следующее мгновение из-за угла появился Дерек. За ним – гвардейцы. Четверо. С мечами наготове.

Вернар дёрнулся. Его лицо исказилось. Изменник запоздало понял всё. Ловушка. Ложный след. Белла была приманкой с самого начала.

– Вернар Тусс, – сказал Дерек холодно. – Вы арестованы по обвинению в государственной измене. Сопротивление бесполезно.

– Ты… – прошипел Вернар, глядя на Белладонну. – Ты всё подстроила. Ты, ничтожная ведьма.

– Я сделала то, что должна была, – ответила блондинка с ледяным достоинством. – Вы недооценили меня, магистр. Вы видели во мне пешку. Но пешка, дошедшая до конца доски, становится ферзём.

Барон рванулся к ней, но гвардейцы не стали церемониться и скрутили его. Он вырывался, лицо интригана побагровело от ярости, но преимущество было на другой стороне.

– Это не конец! – крикнул он, когда пленника тащили по коридору. – Вы все пожалеете о собственной дерзости и глупости…

Его голос вскоре затих за поворотом. Гвардейцы увели его в дворцовое подземелье.

Белладонна стояла в пустом коридоре, держа папку в руках. Она молча протянула Дереку «улики» и с явным облегчением выдохнула. Экзорцист неторопливо принял папку из рук обманчиво хрупкой блондинки и улыбнулся. Его лицо было спокойным, но она видела, как бьётся жилка на его виске. Он был напряжён. Дерек явно боялся за неё. Она знала это. Удивлённо заметила, что его пальцы дрожат. Совсем чуть-чуть, почти незаметно.

– Вы блестяще справились, Белла, – удивлённо сказал он.

Она подняла на него глаза.

– Мы сделали это вместе, – ответила тихо.

– Вы и не должны были рисковать собой одни, – сказал он.

– Я была под защитой чар королевы Тирсы, – ответила ведьма с лукавой улыбкой.

Он посмотрел на неё, и в его взгляде было что-то, чему девушка так и не смогла дать название.

– Идёмте, – сказал он и вежливо предложил ей руку, на которую блондинка благодарно оперлась.

Они шли молча. Коридоры были пустыми, факелы догорали, воздух был прохладен и чуть душен. Она шла рядом с ним и терялась в догадках, чего ещё ждать от этого невозможного мага.

Когда они вернулись в его кабинет, он налил ей горячий напиток с мятой, чтобы взбодрить. Она взяла чашку, села в кресло у камина и почувствовала, как напряжение отпускает.

– Я не знал, что ты умеешь так… – он не закончил фразу.

– Коварно? – Белла вопросительно подняла бровь.

– Умно, – поправил он.

Ведьма почти улыбнулась.

– Меня все недооценивают. Это моё главное оружие.

Он сел напротив, и они снова замолчали. Тишина между ними была той же, что и вчера. Тёплой, уютной и совсем не враждебной. Она начала привыкать к ней.

– Вернар не был главным, – сказала Белла. – Торвальд и Гортензия на воле. Они не остановятся.

– Знаю, – ответил он. – Зато королевская чета в курсе заговора. Мы знаем, кто наши враги.

– Этого мало, – сказала девушка.

Он удивлённо поднял на неё глаза.

– Мы справимся, – сказал он. – Вы – не пешка. Вы ферзь. Поэтому все участники этой нечестной игры будут найдены и примерно наказаны по законам нашего королевства.

Она не знала, что ответить. Белла поспешно отвернулась к окну, чтобы он не увидел выражения её лица.

Дворец продолжал безмятежно дремать в объятиях ночной тьмы. Где-то в своих покоях метался принц Торвальд. Он сразу понял, что безупречный план рушится. Ведьма Гортензия уже плела новую интригу, пытаясь спасти то, что ещё можно. Зато здесь, в кабинете, сидели двое, которые уже не были врагами.

Белладонна пожелала магистру спокойной ночи и царственно удалилась к себе. Она сидела в своей комнате у окна и смотрела на луну. Поражённо думала о том, что сделала. Колдунья закрыла глаза и позволила себе поверить, что второй шанс требует не просто выжить. Он был дан для того, чтобы исправить собственные ошибки и обрести в награду заслуженное счастье. Она использовала его не для мести или побега от самой себя.

Она ослушалась колдунью Гортензию. Переиграла собственную судьбу. Пока что королевская чета в безопасности, Дерек жив, а она сама – не пешка, которую двигают другие, а властно ведёт всю партию.

В это самое время Дерек тоже стоял у окна в своём кабинете и смотрел на луну. Он думал о молодой и умной ведьме. О том, как волшебно звучал её хрустальный голос, когда она говорила о пешке, которая становится ферзём.

Он сжал браслет на руке и прошептал в тишину:

– Вы изменили всё, Белла. Ослушалась и спасли всех и всё. Стали той, кто переиграл собственную судьбу.

За окном занимался рассвет. Серый свет разливался по дворцу. Утро было уже совсем близко, а он так и не сподобился хоть немного поспать после опасной вылазки в дворцовых коридорах.

Глава 9. Тени несбывшихся грехов

Белладонна не спала. Она сидела на подоконнике в своей комнате, поджав ноги, и смотрела на дворцовый сад, утонувший в предрассветной серости. Луна уже почти скрылась за крышами, но звёзды ещё не погасли. Город за стенами дворца молчал. Только где-то внизу хлопнула дверь, и звук гулко разнёсся по пустому коридору.

Ведьма провела пальцем по стеклу, оставляя влажный след, и тяжело вздохнула. Сон не шёл. Мысли путались, возвращаясь к одному и тому же: к его взгляду у камина, к мужским пальцам, дрожавшим, когда он забирал у неё папку. К этому глубокому голосу, когда он сказал: «Ты изменила всё». От него у неё по спине забегали предательские мурашки.

Она не знала, что с этим делать. Как быть рядом с человеком, которого однажды бездумно убила по приказу Главы столичного Ковена Гортензии Шоасс.

Прошлое стояло между ними как крепостная стена. Она помнила всё: его лицо перед смертью, глаза, которые смотрели на неё с непониманием. Ту секунду, когда она поняла, что совершила непоправимое. Жадный костёр, оборвавший её прошлую непутёвую жизнь бездумного орудия бывшей наставницы. Помнила горький аромат дыма. То, как Небеса дали ей второй шанс.

Она вернулась в собственное прошлое, чтобы всё исправить. Увы, не думала, что это будет так сложно. Не предполагала, что он станет для неё кем-то больше, чем союзником.

Белладонна прикрыла глаза и прошептала в темноту:

– Прости меня за всё.

В кабинете Дерека горела одна свеча. Он сидел за столом, но перед ним не было бумаг. Экзорцист смотрел в одну точку, и мысли его были далеко.

Он думал о ней. О том, как она стояла в коридоре с папкой в руках и не дрогнула. О том, как Белла сказала: «Мы справились». Как испуганно отстранилась, когда коснулся безупречной щеки.

Магистр знал, что именно эта похожая на ангела блондинка отравила его в прошлой жизни. Она сама рассказала. Он видел всё это с помощью своего дара, когда девушка рассказывала о костре, о пепле, о втором шансе. Она не оправдывалась, не просила прощения. Просто сказала вслух горькую правду.

Теперь маг не знал, что с этим делать.

Главный королевский экзорцист, вроде бы, должен был ненавидеть её. Держать на расстоянии. Вместо этого взял ведьму под своё покровительство, поселил в своих покоях. Завтракал с ней, смотрел, как она пьёт чай, и ловил себя на мысли, что смотрит на неё дольше, чем позволяют правила приличий.

Это было неправильно. Он знал это, но не мог остановиться.

Дверь кабинета приоткрылась, и в щель проскользнул свет из коридора. Дерек поднял голову и увидел Белладонну. Она стояла на пороге в домашнем платье из тонкой шерсти и зябко куталась лёгкую шаль. Волосы водопадом спадали до бёдер, лицо бледное, глаза уставшие. Она выглядела так, будто тоже не спала всю ночь.

Колдунья шагнула в кабинет и закрыла за собой дверь. Пламя свечи дрогнуло от сквозняка.

– Не спится, магистр вель Гранн, – спросила Белла тихо.

– Мне тоже, – ответил он.

Она подошла к столу и села напротив. Брюнет молчал. Тишина между ними была той же, что и вчера – тёплой, плотной, по-домашнему уютной. Сейчас в ней было что-то ещё. То, что они оба чувствовали, но не могли назвать.

– Я не могу забыть, что бездумно лишила вас жизни по чужому приказу, – сказала она вдруг.

Он поднял на неё глаза:

– Что?

– То, что сделала. – Она смотрела на огонь свечи, и её голос был ровным, но в нём слышалась боль. – Я отравила вас в прошлой жизни. Даже в мельчайших подробностях помню ваше лицо, когда вы поняли, что умираете. Как с лёгким укором смотрели на меня. Потом было предательство Гортензии и скорый суд, после чего меня сожгли на костре.

Дерек молчал. Ведьма отвернулась, но продолжала говорить:

– Я думала, что это мой долг. Что должна подчиняться, иначе меня убьют. Я боялась, Дерек. Так сильно, что не видела другого выхода. А когда вы умерли практически у меня на руках, внезапно поняла, что совершила ошибку. Только тогда уже было поздно что-то менять.

Она подняла на него глаза. В них стояли слёзы, но она не дала им пролиться.

– Я вернулась, чтобы исправить это. Не для того, чтобы спасти себя. Для того, чтобы отдать вам то, что украла у вас по чужому приказу. Вашу жизнь, Дерек. Потому что вы совсем не заслужили умереть. Потому что я не хотела вас убивать. Увы, это не значит, что я забыла о совершённом преступлении.

– Я знаю, – сказал он тихо.

Она моргнула, не ожидая такого ответа.

– Я знаю, что вы всё помните, – продолжал он. – Я тоже не забыл. Как проснулся в своей постели живым, хотя должен был быть мёртвым. Знаю, что вы сделали это, Белла. Подменили яд снотворным и спасли меня от гибели.

Он помолчал. Потом сказал:

– Это не отменяет того, что было, но это даёт нам обоим новые возможности. Вы сказали, что Небеса дали вам второй шанс. Возможно, они дали его нам обоим.

Белладонна смотрела на него, и её сердце билось быстрее. Она не знала, что ответить. Ведьма испытала шок и иррациональный ужас. Этот невозможный мужчина понимал собеседницу так, как самого себя.

– Я не знаю, как теперь со всем этим быть, – сказала блондинка честно. – Как теперь правильно поступать и перестать бояться, что кто-то снова заставит меня совершать преступления по приказу.

Он протянул руку и накрыл её ладонь своей. Его пальцы были тёплыми, и девушка не отстранилась.

– Вы не должны никому ничего доказывать. Уже сделали больше, чем могли. Спасли меня, королевскую чету и перестали быть пешкой в жестоких интригах леди Гортензии.

– Это вы так считаете, – сказала она тихо.

– Нет, это знают все. Даже наши общие враги.

Она хотела что-то ещё сказать, но слова предательски застряли в горле. Белла почти с благоговейным ужасом смотрела на его руку, накрывающую её ладонь, и чувствовала, как внутри разливается непривычный жар. Она не знала, что с ней происходит и не собиралась разбираться во всём этом в ближайшее время.

– Я не знаю, когда это случилось, – сказала она. – Когда вы перестали быть врагом. Даже не знаю, что мне с этим теперь делать.

Дерек посмотрел на неё. На её распущенные волосы, уставшие глаза, пальцы, которые медленно переплелись с его пальцами, словно сами собой.

– Может быть, ничего и не надо делать, – сказал магистр тихо. – Пусть события идут своим чередом. Спешить нам обоим по большому счёту некуда и ни к чему.

Странная на взгляд придворных пара просидела молча до самого рассвета. Свеча догорела, но ни один не поднялся, чтобы зажечь новую. Тишина между ними была уже не просто тёплой, она стала частью их тайного мира.

Дворец медленно просыпался. Слуги начали новый день, но здесь, в кабинете, сидели двое, которые уже не были врагами. И тот, кто однажды убил, и тот, кто однажды умер.

За окном занимался рассвет.

– Я никогда не думала, что буду сидеть в кабинете экзорциста и пить чай с человеком, которого отравила, – сказала ведьма почти беззвучно.

Он услышал и впервые за всю ночь улыбнулся.

– Я тоже никогда не думал, что буду сидеть в своём кабинете и пить чай с ведьмой, которая меня отравила, – сказал он.

Она насмешливо фыркнула. Это было похоже на смех. Настоящий, весёлый, а не на истерику или злость. Искренний смех, который неожиданно вырвался на волю. Вскоре их голоса переплелись в странном танце.

И в этом смехе не было боли. Не было прошлого. Только сейчас и лёгкость, которую они оба не ожидали.

Она перестала смеяться первой, но улыбка всё ещё оставалась на её губах.

– Спасибо, – сказала она тихо.

– За что?

– За то, что не ушёл. За то, что дал мне шанс.

Он смотрел на неё, и в его взгляде было что-то, чему она так и не смогла дать название. Белла больше не пыталась убежать от собственных чувств.

Белладонна встала и подошла к окну. Солнце уже поднималось, и дворцовый сад заливал золотистый свет. Колдунья стояла, глядя на новый день, и чувствовала, как на плечи опускается усталость. Теперь она была приятной.

– Нам придётся сегодня снова идти к королеве, – сказал он, подходя к ней. – Леди Тирса ждёт. Нужно поскорее решать, что делать с Торвальдом и Гортензией.

– Я знаю, – ответила девушка, не оборачиваясь. – Но можно мне ещё несколько минут просто постоять здесь?

Он остановился рядом, не касаясь её. Просто стоял и смотрел в окно рядом с ней.

– Можно, – сказал он.

Колдунья бессовестно любовалась восходящим солнцем. На душе у неё впервые за много лет было тепло, легко и преступно спокойно. Ей казалось, что она уже не один раз переродилась за эти дни и чувствовала себя удивительно живой и необыкновенно счастливой.

Дерек был рядом не как враг или союзник, а как мужчина, который может стать для такой ведьмы, как она, достойной доверия опорой до последнего вздоха.

Белла не знала, что будет завтра. Как и то, чем закончится борьба с Торвальдом и Гортензией. Не мучила себя поиском ответа на вопрос, осмелится ли он довериться ей до конца. Сейчас, в час, когда встаёт солнце, и мир за окном заливает золото его лучей, когда Дерек стоит рядом, всё стало проще. Она позволила себе хотя бы на мгновение поверить, что второй шанс был не просто для того, чтобы выжить.

Белладонне подарили возможность испытать то, чего её долгие годы лишали коварные сёстры по дару из собственного Ковена.

– Я готова, – сказала она, поворачиваясь к нему. – Идёмте к королеве.

Он кивнул, и они вышли в коридор.

За их спиной занимался новый день. В нём было что-то, чего они оба не ждали и не планировали, но чувствовали сердцем. Там, где в душе колдуньи оставалась только боль от непрощённых ошибок, сейчас начинала прорастать трепетная надежда. Им предстояло пройти ещё много испытаний, но впервые за долгое время они шли рядом просто как двое людей, которые начали верить в то, что совместное будущее стоит того, чтобы рискнуть.

Глава 10. Тенета лжи

Утро встретило их серым светом, пробивающимся сквозь высокие окна дворцового коридора. Белладонна шла рядом с Дереком, чувствуя, как напряжение сковывает плечи. Она не спала почти всю ночь, но сейчас, когда наступил решающий час, усталость отступила. Вместо неё пришла холодная решимость.

Они вошли в будуар королевы без стука. Тирса уже ждала их. На ней было строгое тёмное платье без украшений. Она готовилась к битве, хотя внешне казалась спокойной. Король Эймарр сидел в кресле у камина, и вид у него был не просто колоритный. Правитель был очень зол.

– Гортензия созывает внеочередное собрание Ковена, – сказала правительница без предисловий. – Она хочет официально объявить тебя предательницей и лишить дара.

Белладонна почувствовала, как внутри всё сжалось. Она знала, что Глава не простит предательства, но не думала, что та решится на такой жестокий шаг.

– Если она сделает это, ты потеряешь не только родовой талант, – продолжала Тирса, – Потеряешь врождённое право быть ведьмой. Ты станешь изгоем. Никто не примет тебя, не даст убежища.

– Она уже изгой, – резко сказал Дерек. – Гортензия сделала всё, чтобы лишить её защиты. Вы же сами говорили.

– Я говорю о том, что будет дальше, – Тирса посмотрела на Белладонну. – Если она не выступит сейчас, если позволит Гортензии диктовать правила, та победит. Тогда мы все проиграем.

Опальная колдунья подняла глаза и спокойно спросила:

– Что вы предлагаете, ваше величество?

– Я пойду с тобой, – сказала Тирса. – Я королева, я ведьма, и я имею право присутствовать на собрании. Ты скажешь правду перед всеми. Я встану на твою сторону.

– Я не могу просить вас об этом, – тихо сказала Белладонна.

– Ты и не просишь. Я предлагаю сама.

– Тоже пойду с вами, – сказал король, поднимаясь из кресла. – Если Гортензия затеяла суд, пусть он будет справедливым. Я не позволю превратить заседание Ковена в дикую и бесполезную расправу.

Белладонна поражённо смотрела на них. На королеву, готовую рискнуть своим положением ради неё. На короля, который не желал, чтобы правосудие превратилось в фарс. Её сердце сжалось от странной смеси благодарности и страха.

– Что я должна сделать? – спросила она.

– Сказать правду, – ответила Тирса. – Всю правду. О письме, о яде, о том, что ты подменила его. О заговоре. О том, как Гортензия использовала тебя и продолжает использовать других. Ты должна заставить их увидеть, кто она на самом деле.

Дерек шагнул вперёд.

– Это слишком опасно, – сказал он. – Вы не можете посылать её одну.

– Я и не посылаю, – Тирса посмотрела на него. – Я иду с ней. А ты будешь ждать за дверью. Тебя не пустят в Ковен, Дерек. Ты – экзорцист, даже если и королевский. Тебе там не место.

Герцог упрямо сжал челюсти, но не стал спорить. Белладонна видела, как он сдерживает слова, которые готовы сорваться с губ.

– Я буду ждать, – сказал брюнет, глядя прямо на неё. – Сколько понадобится, Белла.

Она встретила его взгляд и не отвела глаз.

Они вышли от королевы через час. Белладонна шла по коридору, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в груди. Рядом с ней шли Тирса и король. А чуть позади – Дерек.

– Вы не обязаны идти со мной, – сказала она ему, когда они свернули в пустой коридор.

– Я пойду, – ответил он без колебаний.

– Это не ваша война.

Магистр остановился и посмотрел на неё.

– Теперь моя, – сказал он.

Коротко. Жёстко. Без лишних слов.

Колдунья растерялась, ведь сама не знала, что ответить, но внутри неё что-то дрогнуло.

Они подошли к залу, где собирался Ковен. Тяжёлая дубовая дверь была закрыта, но за ней слышались приглушённые, напряжённые голоса. Ведьмы уже ждали опальную сестру по дару и предвкушали расправу над отступницей.

– Я войду первой, – сказала Тирса. – Когда подам знак, ты переступишь порог. Ни мгновением раньше.

Белладонна кивнула. Она стояла перед дверью, сжимая в руках флакон, который Дерек сунул ей перед уходом.

– Возьмите, – сказал он, протягивая его ей.

– Что это?

– Усиливает колдовской дар. Предосторожность просто на всякий случай.

Она взяла неожиданный презент и спрятала его в потайной карман юбки.

– Вы всегда носите это с собой?

– Только когда дело касается вас.

Она не знала, что на это ответить. Поражённо смотрела на него, на лицо, в глаза словно впервые. В его взгляде не было ни страха, ни сомнений.

Дверь открылась снова. Королева-колдунья Тирса шепнула ей:

– Пора.

Белладонна шагнула вперёд. Дерек остался в коридоре. Когда дверь закрылась, он прислонился спиной к стене, закрыл глаза и сжал браслет на руке так, что побелели костяшки.

– Только не снова, – прошептал он в пустоту.

В зале Ковена было темно. Высокие свечи горели по кругу, и их свет падал на лица ведьм, собравшихся в центре. Белладонна стояла в круге, чувствуя, как её дар отзывается на присутствие сестёр слабо, но отчётливо.

Гортензия возвышалась в центре, и её голос звенел в тишине.

– …Госпожа Тисс обвиняется в предательстве Ковена. Она добровольно пошла на сговор с экзорцистом, действовала вопреки воле Главы и подвергла опасности всех нас. Я требую лишить её дара и изгнать из королевства навсегда.

Белладонна выпрямилась и холодно проронила:

– Гортензия врёт.

По залу пробежал ропот. Глава Ковена нехорошо прищурилась, но не дрогнула.

– Ты смеешь обвинять меня во лжи?

– Я не обвиняю, – сказала Белладонна. – Просто говорю правду. Вы приказали мне отравить Дерека вель Гранна. Прислали приказ в письменном виде. Я подменила яд на снотворное, потому что поняла – это заговор. Не против одного экзорциста. Против короны.

Она перевела дыхание. Потом продолжила:

– Гортензия Шоасс действует в сговоре с принцем Торвальдом. Они хотят устранить короля. Я – свидетель, а не предательница.

По залу пробежал шёпот. Гортензия побледнела, но быстро взяла себя в руки.

– Ты лжёшь, – сказала она. – У тебя нет доказательств.

– Есть, – сказал голос сбоку.

Тирса шагнула в центр круга. Она достала из-за пояса сложенный лист – письмо, которое Белладонна вынесла из кабинета Вернара.

– Вот доказательство, – сказала она. – Оно далеко не единственное. Король и я – мы подтвердим каждое слово Белладонны. Гортензия Шоасс, вы обвиняетесь в государственной измене.

Ведьма испуганно отшатнулась и прошипела:

– Это провокация!

– Это правда, – сказал король, вставая с места. – Я лично подтверждаю это. Если кто-то из ведьм сомневается, пусть спросит себя. Кто принёс Белладонне письмо с приказом об убийстве? Кто скрывал заговор? Кто пытался уничтожить свидетельницу, когда та воспротивилась?

Зал замер. Колдуньи смотрели на Гортензию, и в их глазах Белладонна видела сомнение. Затем его сменило осуждение. Тирса сказала правду, которую они не могли опровергнуть, и теперь каждое слово Главы столичного Ковена безнадёжно тонуло в тенетах лжи, которые она же сама и сплела.

– Я требую немедленного расследования, – сказала одна из старших ведьм.

– Я тоже, – поддержала другая.

Гортензия стояла в центре круга, и Белладонна видела, как её лицо заливает восковая бледность.

– Это суд не надо мной, – прошипела она. – А над Беллой.

– Суд будет, – ответила Тирса. – Над теми, кто его заслужил.

Она кивнула Белладонне, и та поняла – она выстояла. Честно сказала правду. Ковен услышал.

Колдунья вышла из зала через час. Голова шла кругом, ноги дрожали, но внутри неё было странное чувство. Необыкновенная лёгкость, которую не испытывала очень давно. Она сделала это. Вышла из круга свободной и без пятен на безупречной репутации.

Дерек стоял в коридоре, прислонившись к стене. Увидев её, он выпрямился. Когда она подошла ближе, осторожно взял её за руку. Просто чтобы убедиться, что колдунья жива и вернулась невредимой.

– Вы справились, – сказал он.

Девушка подняла на него глаза.

– Мы справились, – ответила молодая ведьма. – Вы ждали. Это было важно для меня.

Она заметила, что его пальцы дрожат. Совсем чуть-чуть, почти незаметно. Он отпустил её руку и улыбнулся.

– Я знал, что вы сможете.

Белла впервые за весь день улыбнулась в ответ. Они неспешно пошли по коридору, и в их шагах чувствовалась усталость.

– Гортензия села в лужу, – сказала Белладонна.

– Я слышал, – ответил он. – Её авторитет пошатнулся.

– Она посмела оболгать меня перед Ковеном. Теперь все знают правду.

Дерек посмотрел на неё, и в его взгляде было уважение.

– Вы победили, – сказал он.

Белладонна покачала головой.

– Это не победа. Просто… я сказала правду.

– Иногда это и есть единственный способ уцелеть в слишком лихом переплёте, – ответил Дерек.

Они вышли во внутренний двор. Солнце уже поднялось высоко, и сад заливал золотистый свет. Белладонна остановилась, подняла лицо к небу и закрыла глаза.

– Что будет дальше? – спросила она.

– Дальше мы закончим то, что начали, – ответил Дерек. – Торвальд не сдастся. Он попытается вытащить Гортензию, но сегодня вы выиграли битву.

Она открыла глаза и повернулась к нему.

– Спасибо, – сказала она.

– За что?

– За то, что ждали.

Он посмотрел на неё и ничего не ответил. Но она увидела то, что он не сказал вслух, в его глазах. Колдунья отдала должное их негласной связи. В тот момент, когда она стояла перед дверью, точно знала, что магистр ждёт её возвращения. Это дало ей силы пройти неприятные испытания.

За их спинами остался зал Ковена. Сейчас они стояли рядом, и Белле казалось, что всё может быть хорошо всегда.

Впервые за долгое время она позволила себе поверить в это.

Глава 11. Незаконченная фраза

Белладонна проснулась от почти пугающей тишины.

В комнате было светло. Солнце уже поднялось над дворцом, и его лучи пробивались сквозь плотные шторы, оставляя на полу золотистые полосы. Она лежала, глядя в потолок, и чувствовала странную пустоту внутри. Вчера она выиграла. Храбро сказала правду перед Ковеном, и Гортензия была посрамлена. Тирса и король встали на её сторону, и оболганная ведьма вышла из круга свободной.

Только сейчас она не чувствовала радости. Только тишину. Ещё блондинку мучил вопрос, который не давал ей покоя: «А что дальше?»

Она больше не принадлежала Ковену. Даже если формально её не изгнали, девушка стала чужой среди сестёр по дару. Не могла вернуться в свою комнату в Замке Чар, смотреть в глаза колдуньям, которые вчера смотрели на неё с осуждением. Она была свободна, но новая жизнь оказалась пустой. Белла стала никем.

Белладонна села на кровати, провела рукой по волосам и глубоко вздохнула. Где-то в коридоре послышались шаги, и она услышала голос Дерека. Главный королевский экзорцист отдавал распоряжения слугам. Она прислушалась, и внутри неё что-то дрогнуло. Единственный человек, который остался рядом, этот невозможный ментальный маг, который когда-то был её врагом.

Она оделась и вышла в кабинет. Он уже сидел за столом, перед ним стояли две чашки с чаем. Одна явно предназначалась для неё. Дерек поднял голову, когда ведьма вошла, и на его лице промелькнула тёплая улыбка.

– Доброе утро, госпожа Тисс, – сказал он. – Я подумал, вы захотите чаю.

– Спасибо, – сказала девушка и опустилась напротив брюнета в кресло.

Она взяла чашку, сделала глоток и почувствовала, как горьковатый вкус мяты разливается по телу. Он смотрел на неё, и Белла знала, что всегда может рассчитывать на его помощьи поддержку. Магистр сразу заметил, что девушка слегка не в себе. Он всегда видел больше, чем ведьма хотела ему показывать.

– Вы о чём-то жалеете? – спросил мужчина тихо.

Она отрицательно покачала головой. Потом продолжила вслух:

– Нет, не жалею. Я сделала то, что должна была, – она помолчала, потом продолжила. – Я просто не знаю, что мне теперь делать. Я была пешкой. Потом стала свободной. А теперь и вовсе никто.

Он молчал несколько мгновений, потом сказал:

– Вы – та, кто спасла корону, выстояла перед Ковеном. Та, кто перестала быть пешкой. Это не «никто», Белла.

Она подняла на него глаза. Он впервые назвал её по имени. Это прозвучало тепло, почти интимно.

– Вы так считаете? – спросила колдунья.

– Я это знаю, – ответил он.

Девушка хотела ещё что-то сказать, но тут в дверь настойчиво постучали. Вошёл слуга с запиской от королевы. Дерек развернул её, прочитал и нахмурился.

– Королева Тирса ждёт нас, – сказал он. – Прямо сейчас.

Они прошли в будуар правительницы, и Белладонна сразу почувствовала напряжение в воздухе. Тирса стояла у окна, сложив руки на груди, и смотрела на дворцовый сад. Когда они вошли, она повернулась к ним, и её лицо было бледным.

– Гортензия не сдалась, – сказала она без предисловий. – Она отстранена от дел Ковена, но это не остановило её. Она тайно связалась с Торвальдом. У них новый план.

– Какой? – спросил Дерек.

– Они хотят убрать короля и обвинить в этом Белладонну, – сказала королева Тирса. – Если правитель умрёт, а она окажется рядом, её показания станут ложью. Никто не поверит ведьме, которая убила высшего аристократа королества.

Белла почувствовала, как холод пробежал по спине. Она думала, что битва выиграна, но оказалось, что это был только первый раунд.

– Мы не можем ждать, пока они ударят первыми, – сказал Дерек. – Нужно действовать.

– Увы, нельзя арестовать Торвальда без доказательств, – ответила Тирса. – Нам нужно поймать его с поличным. Он должен сделать ошибку, и мы должны быть готовы.

Белладонна молчала, но внутри неё что-то менялось. Она снова была в центре игры. Теперь как полноправный игрок. Ведьма знала это и была готова бороться с не меньшим упорством, чем загнанная в угол котом мышь. Внимательно слушала обсуждение, но не стала пока принимать в нём участие.

Они вернулись в анфиладу комнат Дерека, когда солнце уже начинало клониться к закату. В коридорах было тихо, и Белладонна шла рядом с магистром, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Она остановилась перед дверью в их кабинет, они уже начали называть его так, хотя он принадлежал ему.

– Я боюсь, – сказала Белла тихо.

Он повернулся к ней.

– Чего?

– Что они снова сделают меня пешкой, чего я не выдержу.

Он шагнул ближе.

– Вы выдержали Суд Ковена и жестокие козни колдуньи Гортензии. Вы вполне способны справиться и с этими неприятностями.

– Откуда вы знаете, что не сломаюсь? – ведьма посмотрела на него в упор, и её голос дрогнул.

Белла неожиданно обнаружила в его взгляде что-то, чего она не смогла прочитать.

– Потому что видел, как вы сражаетесь с врагами и самыми крупными неприятностями, – магистр помолчал, потом продолжил. – И потому что я…

Он не закончил. Слова повисли в воздухе, тяжёлые и незаконченные. Белла ждала, но маг молчал. Её сердце билось быстрее. Она хотела спросить: «Что вы хотели сказать?» – но не смогла. Ведь сама боялась услышать ответ.

Она отвела взгляд и тихо сказала:

– Я устала. Простите, герцог вель Гранн, лучше пойду к себе отдыхать. Иначе от меня никому не будет никакой пользы.

Он кивнул, не сказав ни слова. Девушка сбежала в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Внутри у неё всё дрожало.

Она не спала всю ночь, думая о его незаконченной фразе. Что он хотел сказать? Что так и не смог произнести вслух? Колдунья не знала. Смешно, но боялась даже думать об этом.

В кабинете Дерека горела магическая лампа. Он сидел за столом, но перед ним не было бумаг. Брюнет смотрел на огонь и думал о том, что не сказал. Герцог знал, что это неправильно. Белла была его врагом. Отравила его в прошлой жизни. Даже если она получила второй шанс и теперь спасла его – прошлое оставалось между ними.

Только он больше не чувствовал к ней ненависти. Чувствовал что-то совсем другое, чему пока не мог дать имя. Дерек честно хотел сказать ей это, но слова застряли у него в горле.

Он сжал браслет на руке и прошептал в ночную мглу:

– Просто дай нам время.

Белла вышла из своей комнаты ранним утром. Она не спала, но чувствовала странную ясность, которая приходит после бессонной ночи. Прекрасно знала, что должна сделать. Просто спросить и узнать правду.

Дерек стоял в коридоре, прислонившись к стене. Он смотрел на неё, и в его взгляде было столько же усталости, сколько и в её. Они оба так и не смогли сомкнуть глаз.

– Вы не спали? – спросила она.

– Я ждал вас, – ответил он.

Ведьма удивилась, но спросила прямо:

– Зачем?

– Чтобы сказать: что бы ни случилось, вы не одна, – он сделал шаг вперёд. – Я буду рядом. Обещаю вам.

Она посмотрела на него, и внутри неё что-то дрогнуло. Белла хотела спросить, что магистр так и не сказал вчера, но слова не шли.

– Спасибо, Дерек, – сказала колдунья тихо.

Он посмотрел на неё, и его голос прозвучал мягко:

– Всегда готов помочь вам, Белла.

Она не знала, что это значит. Как и что будет завтра. Но сейчас, в этот момент Главный королевский экзорцист осознал, что все интриги и козни придворных, Ковена и Магистрата не значат ничего. Внезапно возникшая симпатия заставила их смотреть друг на друга без прежней ненависти.

Она не спросила. Ведь совсем не была готова услышать честный ответ. Только когда-нибудь соберётся с духом, спросит и получит его от ментального мага.

За их спинами занимался новый день, и в нём было что-то, чего они оба не ждали. Надежда, которая росла из тишины и недосказанных слов, что витали в воздухе, как та самая тайна между ними. Белладонна не знала, долго ли продлится это спокойствие, но она чувствовала, что вдвоём справятся со многими проблемами.

Глава 12. Ловушка для принца

Утро встретило Белладонну серым светом, пробивающимся сквозь шторы. Она лежала в постели и смотрела в потолок, чувствуя странное спокойствие. Вчерашний разговор с Дереком не выходил из головы. Он сказал, что будет рядом. Почему-то пообещал, а она взяла и поверила ему на слово.

Белла не была готова спросить о том, что он не договорил. Она боялась услышать ответ. Девушка знала одно: Главный королевский экзорцист ей не враг, и это было важно.

Ведьма оделась и вышла в кабинет. Он уже сидел за столом, перед ним стояли две чашки с чаем. Магистр поднял голову, когда девушка вошла, и его лицо смягчилось.

– Доброе утро, – сказал он.

– Доброе утро, – ответила тепло.

Она села напротив и взяла чашку. Чай был с мятой, как всегда. Сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу.

– Королева Тирса ждёт нас, – сказал Дерек. – Она уже получила сведения от своих доверенных шпионов.

Белладонна поставила чашку на стол и поднялась. Они вышли из кабинета и направились в будуар жены короля. В коридорах было тихо, но колдунья чувствовала напряжение, которое плотной кисеёй висело в воздухе.

Правительница ждала их у окна. Она повернулась, когда они вошли. Её лицо было бледным.

– Торвальд готовит покушение, – сказала она без предисловий. – Я получила достоверные сведения. В ближайшие дни он попытается убить Эймарра. Гортензия передала ему яд, который невозможно обнаружить обычными способами.

– Мы должны перехватить флакон с отравой по пути, – сказал Дерек. – До того, как он лично подойдёт к королю.

– У нас есть план, – сказала королева Тирса, глядя на Белладонну. – Но он потребует от тебя риска.

– Я готова, – ответила девушка без колебаний.

– Мы сами организуем «покушение», – продолжала рыжеволосая колдунья. – Предоставим Торвальду ложную возможность, чтобы он раскрылся. Кузен моего мужа должен уверовать, что всё идёт по его плану.

– Он не поверит, если всё будет слишком просто, – сказала Белладонна.

– Поэтому мы сделаем так, чтобы принц думал, что сам всё придумал, – ответила Тирса.

Дерек шагнул вперёд.

– Белладонна будет приманкой, – сказал тихо, и в его голосе слышалось напряжение. – Она передаст Гортензии через доверенную служанку королевы ложные сведения. Скажет, что хочет вернуться в Ковен и готова помочь устранить короля. Ей нужен новый покровитель в столице. Торвальд поверит, что она перешла на их сторону.

Белладонна почувствовала, как холод пробежал по спине. Она знала, что это неоправданно большой риск, но другого способа попросту не существовало.

– Я сделаю это, – тихо сказала колдунья.

– Вы уверены? – спросил Дерек, глядя на неё.

– Это единственный способ не дать заговорщикам достичь своих целей.

Они разработали детальный план. Белладонна должна была написать письмо Гортензии, убедительное и правдоподобное. Сказать, что поняла свои ошибки, что может вернуться в Ковен, если ей гарантируют полную безопасность. Чтобы доказать свою лояльность бывшей наставнице и принцу, готова помочь устранить короля. Это был риск. Если Гортензия заподозрит ложь, Белладонна не выживет. Блондинка согласилась. Она знала, что это единственный шанс спасти правителя.

Вечером она сидела в кабинете Дерека и долго и мучительно писала коварное письмо. Герцог сидел напротив и со странной тоской смотрел на неё. Он видел, как она меняется. Как талантливая актриса входит в роль. Лицо становится спокойным, голос звучит уверенно, когда девушкаа произносит слова, которые должны спасти корону.

– Вы уверены? – спросил он снова.

– Это единственный способ, – ответила она.

Она закончила письмо и протянула его Дереку. Он прочитал пару десятков строк и понял, что сильно недооценил новую союзницу. Правда ничем не выдал своего прозрения по поводу прекрасной блондинки, о которой с завистью и злобой шептались в будуарах придворных сплетниц.

– Она поверит, – сказал он. – Это убедительно.

– Я на это надеюсь, – ответила Белла.

Они сидели в тишине. Безмолвие между ними не было напряжённым. Такое возникает лишь тогда, когда люди вместе прошли через многое.

– Я никогда не думала, что буду писать письма своим врагам, чтобы спасти короля, – с изумлением в голосе проронила девушка.

– С жадным нетерпением первого свидания буду ждать ответа на такое письмо, – ответил магистр.

Блондинка улыбнулась, как и Главный королевский экзорцист.

Ответ от Гортензии пришёл ночью. Дерек развернул записку, прочитал и поднял глаза на Белладонну.

– Она клюнула, – сказал он.

– Что дальше? – спросила Белла.

– Дальше вы идёте к ней и передаёте «ценнейшие сведения». Потом отсылаете письмо принцу. Говорите, что не доверяете ни королевской чете, ни мне, ни, тем более Гортензии. Потом ждёте, пока Торвальд раскроется.

Белладонна молчала. Внутри неё было холодно, но она знала, что должна сделать.

Блондинка не спала всю ночь. Зябко куталась в ажурную шерстяную шаль, стояла у окна и смотрела на луну. Она размышляла о том, как изменилась её жизнь только потому, что Небеса подарили ей пресловутый второй шанс на жизнь и счастье. Да, она сейчас играла с огнём. Если Гортензия или Торвальд что-то заподозрят, ей не выжить.

Дерек зашёл в её комнату без стука. Магистр стоял на пороге, и девушка с удивлением поняла, что он тоже не спал.

– Я не смог заснуть, – сказал он. – Меня раздражает, что никто не может гарантировать вашу безопасность в этом опасном деле, Белла.

– Таков путь любого, кто играет в жестокие придворные игры, – ответила она.

– Я знаю, должен был сказать вам это.

– Что?

Он шагнул вперёд и остановился рядом с ней.

– Я обещал быть рядом и сдержу своё слово, – тихо проронил брюнет.

Она смотрела на него, и внутри неё что-то дрогнуло. Блондинка хотела спросить о том, что он не сказал вчера, но так и не решилась.

– Я знаю, Дерек, – сказала она. – В своюочередь тоже обещаю, что выживу всем врагам на зло.

Впервые она сказала не «постараюсь», а «выживу». Это было обещание колдуньи тому, кого она в прошлой жизни убила, просто бездумно выполнив жестокий приказ Главы столичного Ковена Гортензии Шоасс.

Наутро Белладонна оделась в простое тёмное платье и собрала волосы в аккуратный пучок. Она выглядела как ведьма, которая идёт на встречу с наставницей. Скромно, незаметно, без даже скрытого вызова.

Дерек ждал её в коридоре. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на неё, когда она вышла.

– Вы готовы? – спросил магистр вель Гранн.

– Да, – ответила колдунья.

Они вышли в коридор, готовые к решающему дню. Белла шла к заговорщице Гортензии с подложным письмом в руках. Дерек остановился и сказал:

– Я буду ждать вас, как всегда.

Она обернулась:

– Знаю. Поэтому обязательно вернусь, – и пошла вперёд.

Впереди была игра, в которой ставка – её жизнь. Только тот, кто трусит, обычно быстро сходит с шахматной доски придворных интриг, подлости и лести.

Дверь за девушкой закрылась, и в шагах ведьмы читалось что-то новое. Не страх, не покорность, а холодная решимость, которая приходит, когда человек знает, что должен сделать.

Дерек стоял в коридоре и смотрел в пустоту. Он закрыл глаза и сжал браслет на руке.

– Жди её, – прошептал он. – Просто жди.

Дверь за Белладонной закрылась. Вокруг опустилась тишина, и остался только он. Тот, кто ждал и верил, что всё будет хорошо. Надежда на возвращение этой невозможной ведьмы становилась почти осязаемой. Он ни на мгновение не сомневался, что всё будет хорошо.

Главный королевский экзорцист медленно выдохнул. Мужчина только сейчас понял, что на эти несколько минут их разговора не сделал ни одного вдоха. Торопливо провёл ладонью по лицу, убирая с кожи испарину. Тишина сейчас давила на плечи тяжелее, чем любой груз. Магистр привык ждать и контролировать всё вокруг. Но сейчас уже невозможно было ни на что повлиять.

Её шаги стихли за поворотом, и он остался один в пустом коридоре с одной лишь мыслью. Белла идёт в логово врага, а Дерек не может пойти с ней. Ему оставалось лишь верить в то, что решимость и острый ум ведьмы окажутся сильнее подлых и весьма ядовитых уловок Гортензии.

Брюнет сжал браслет на руке, подарок короля, и медленно провёл пальцами по холодному металлу. Этот жест стал для него теперь почти ритуалом. Когда всё шло не по плану, когда страх брал верх, он касался украшения и вспоминал, что больше не один. Белладонна была рядом всего несколько дней, а магистр уже и не представлял, как раньше жил без её взгляда, голоса и даже хвалёного ведьминого упрямства. Он смотрел на закрытую дверь и беззвучно шептал в пустоту слова: «Ты справишься. Ведь сильнее их всех и меня тоже».

Маг заставил себя отойти от стены, развернулся и медленно направился в кабинет. Нужно было чем-то занять голову и руки. Иначе он попросту может сойти с ума от беспокойства на радость своим тайным и явным врагам. Мужчина сел за стол, разложил бумаги, но строчки сейчас расплывались у него перед глазами. Внутри была пустота. Он просто сидел и ждал звука знакомых шагов в коридоре. Предвкушал тот миг, когда дверь откроется и она войдёт. Уставшая, но живая. Только тогда с облегчением сможет выдохнуть и сказать ей то, что так и не решился произнести вслух вчера.

Время тянулось медленно. Каждая минута казалась вечностью. Дерек смотрел на пламя свечи и думал о ней. О том, как она стояла у окна и смотрела на луну. О том, как она улыбнулась, когда сказал, что будет ждать. В этот миг Главный королевский экзорцист поклялся самому себе: если Белла вернётся, больше не будет молчать.