Неге_солай

Вечное Цукуёми

Глава 1: Последний Дождь и Первое Эхо

Роковой Дождь

Дождь…

На окраине города, там, где городские постройки плавно переходили в пригородные сельские угодья, двое людей стояли и задумчиво смотрели, как капли стучат по шиферной крыше и стекают на землю. Это были парень и девушка, на вид им было лет от двадцати до двадцати пяти. Однако их задумчивость имела совершенно разные причины.

– Почему никто не попал? Что я сделала не так, может, наживку поменять на более качественную? – это была Вуман, девушка, явно озадаченная своим провалом.

– Какого х** здесь делает шифер? – Мэн, её брат, не стал долго тянуть, переходя сразу к главному.

– Не матерись, говном вонять будешь. А это капкан, ловушка, западня, it's a trap! Неужели не видно?

– Разве если видно, что это ловушка, – это не плохая ловушка?

– Так если бы меня здесь не было, ты бы попытался что-то сделать и попал бы в ловушку. Или я не права?

– Ладно, оставим это на потом, куда важнее другое… Почему именно шифер? И почему ты взяла шифер от крыши?? В сарае должны были лежать ещё, если на то пошло! И это что, протеин? Ты откуда взяла протеи… ладно, тупой вопрос, его можно купить, но почему наживка – протеин???

– Так, наверное, я сама знаю, на что лучше ловить то, на что охочусь?! Тем более, что тебе не нравится? Это тебе чем-то мешает? Иди играй себе в компьютере.

– Так как мне спокойно сидеть за компьютером, если сверху течёт? Если ты не забыла, ты использовала шифер с крыши, в дождь!.. И кого это ты хотела поймать на протеин?

– Эль Примо.

– …А разве… Он помешанный на качалке? Он же, типа, рестлер и любить должен драться, а не качаться?

– А ты со многими рестлерами знаком? Вот я до этого провела социальный опрос среди наших соседей на тему "что любят рестлеры", и как ты понял, многие из них сказали качаться.

– …Зачем ты спрашивала о таком наших соседей? Нет, перефразирую, почему именно у них? Никто же из них не рестлер и не качается, насколько знаю… ЛАДНО! Это уже не важно, иди лучше в дом и следи, чтобы тазики с водой не наполнились, пока я буду убирать эту "ловушку" и ставить шифер обратно на крышу.

– А ты справишься? Может помочь?

– Нет, иди лучше, тем более сейчас начнут по телику показывать "Келин", если не успею, расскажешь, что было до этого.

– Точно! Почему раньше не сказал? Всё, я пошла, а ты работай под дождём один! – и она убежала.

"Эхх… ладно, в доме всё затопит, если не поставлю всё обратно. И зачем ей Эль Примо? Важен не персонаж, а скилл!" – думал я, подходя к швабре, которая держала шифер на манер обычных ловушек с палкой-верёвкой-коробкой.

Вот только, как только я взял и убрал швабру, поддерживая шифер сверху другой рукой, заработали механизмы ловушки, и подо мной стал изрыгать огонь огнемёт М2. Вот и помер дед Максим, так и не узнав, что Джагдош во время учёбы изменял Ананди, а сама Ананди после этого влюбится в Шерхана.

Между Мирами

Хм… так вот в чём была суть её ловушки… но почему я знаю всё это, я ведь умер уже?

– Да, ты умер. А знаешь ты всё это потому, что начал сливаться с миром, а так как твоя смерть – самое близкое к месту твоей смерти событие на момент твоей смерти. Поэтому ты уже знаешь, как именно ты умер, – сказал появившийся из ниоткуда яркий силуэт человека.

А не много моей смерти в одном предложении? И кто вы… А нормально, что я такой спокойный после своей смерти?

– Да, нормально то, что ты ничего не чувствуешь, а как ты будешь чувствовать что-то без гормонов? Без тела, которое будет вырабатывать эти гормоны? А я Бог Человеческий. Можешь звать меня Хитогами.

Ну, думаю, логично. И что теперь? Вы будете решать, куда меня отправить?

– Не-а, ты всё равно сольёшься с миром, с тобой я разговариваю потому что могу, ну и жду конец твоего слияния.

А, ок.

…

А это всегда так долго?

– Вообще-то нет, уже смотрю, почему так долго идёт дело…

Несколько мгновений спустя

– Так, я узнал, в чём дело, тебе не скажу, всё равно не поймёшь ничего, то что тебе нужно знать, это то, что тебя отправят в другое тело в другом мире.

Ого! А какие-нибудь плюшки можно выбрать?

– Чё??? Какие тебе плюшки? Тебе говорят, что ты проживёшь вторую жизнь с твоей же памятью, и ты хочешь сказать, что тебе ещё что-то должны? Тебе никто ничего не должен, особенно Я! Мне просто легче поселить твою душу в другое тело в каком-то мире и всё тут!

Я всё понял! Прошу прощения!... А мир вы сами будете выбирать?

– Да, просто по рандому кину и всё.

Ок.

Эхо Повторов

Ух… чё голова-то раскалывается… Как будто вчера всем коллективом пили алкоголь… Кхм, по воспоминаниям этого тела, именно это мы вчера и делали.

Вот уже неделя прошла с тех пор, как я очнулся в этом теле. За это время я успел относительно освоиться, хотя ощущение, будто я играю в чью-то жизнь, никуда не делось. Палочки для еды, которые можно курить, оказались ожидаемо странным изобретением, но коллеги были в восторге. Сам Башин Шофу, 24-летний работник в компании по инновационным разработкам палочек для еды, был парнем довольно неприметным, но его воспоминания были полезны: где что лежит, как работает этот странный местный аналог смартфона, и даже любимый магазин рамена. Кажется, его жизнь была довольно… простой. Слишком простой, пожалуй.

Живу в двухкомнатной квартире в верхних районах Конохи… Ничесе, попал в Наруто! Точнее в Боруто, но его я не хочу даже вспоминать… Так, дом мой, а точнее многоэтажка, находится на скале лиц Хокаге. Есть кот, и всё. Родители умерли во время Четвёртой Мировой Войны Шиноби. У самого меня дар средненький, а так как родители померли, прежний владелец тела забил на тренировки (НЕЕЕЕЕТ!!!!!)… Вырос и отучился, теперь работаю на работе мечты…

– Мао! – раздалось из дверного проёма. Чёрный кот с белыми лапами до колен, словно на параде, пошёл в сторону кухни, ожидая, когда его раб наконец даст ему еду.

"О, а вот и кот, надо будет его покормить…"

Я встал, потянулся и направился на кухню, где Мао уже сидел, выгнув спину и недовольно помахивая хвостом. Я насыпал ему корма, и он немедленно принялся за трапезу, урча, как маленький трактор. Обычное утро. Ничего необычного. Или почти.

Пока Мао ел, я подошёл к окну. Вид на Коноху открывался потрясающий: блестящие небоскрёбы, зелёные парки, гора с лицами Хокаге, возвышающаяся над всем этим великолепием. Внизу, на улице, прохожие спешили по своим делам. Один мужчина в ярком зелёном жилете, похожий на почтальона, проехал на велосипеде мимо небольшого фруктового ларька. Затем свернул за угол дома. Я отвернулся, чтобы взять себе кофе.

Когда я снова посмотрел в окно, тот же самый мужчина в зелёном жилете снова проезжал на велосипеде мимо того же фруктового ларька. И снова свернул за тот же самый угол.

"Что за чёрт?" – пронеслось в голове. Я нахмурился. Может, показалось? Или это какой-то круговой маршрут? Но его поза, скорость – всё было идентично до мельчайших деталей. Как будто перемотали плёнку на несколько секунд назад.

Я отошёл от окна, пытаясь отмахнуться от этого ощущения. Слишком мало спал, вот и мерещится всякое. Вернулся к Мао, который уже закончил есть и теперь старательно вылизывал лапу.

"СТОП, ЧТО???" – сердце забилось чаще. – "Но у меня же только один кот… Так, надо проверить, вдруг с головой проблемы, и у меня два кота, а не один." – подумал я, быстро повернулся и пошёл на кухню, проверять, всё ли так, как я думаю.

Но на кухне был только один недовольный своим рабом кот, который теперь смотрел на меня, моргая янтарными глазами. Он был один. Как и всегда.

Мозг закрутил шестерёнки, пытаясь осмыслить произошедшее. Кот. Почтальон. А что ещё? Вчера, во время празднования, мой коллега Харуто трижды рассказывал одну и ту же шутку про Хокаге, и каждый раз она звучала одинаково несмешно. Я тогда списал это на усталость и чрезмерное количество "курящих палочек". Но теперь…

"Так, что же получается… Сбой в матрице? Хех, но ведь, если это так, то я в матрице? ПОГОДИТЕ-КА!!! Не значит ли это, что «Боруто» — иллюзия, но на самом деле все всё ещё находятся во власти Вечного Цукуёми Мадары? А сбой обычно бывает, когда в матрицу заходят Агенты Смиты, чтобы убить тех, кто знает обо всём… Тогда получается, сбой был из-за того, что я попал в это тело? Тогда это объясняет, почему мир шиноби превратился в детский мультик, где умирающих спасает левый чел, появившийся из ниоткуда, и все будут счастливы, потому что потерь можно сказать и не было никогда за весь сериал Боруто…"

Мозг отказывался принимать эту теорию, но она была единственной, что объясняла эти повторяющиеся, нелогичные события. Слишком много совпадений, слишком много "дежавю", которые теперь казались не просто совпадениями, а намеренными повторами.

"Я в ловушке. Но если это Вечное Цукуёми, то оно должно быть идеальным. Почему же оно даёт сбой из-за меня?"

Я посмотрел на Мао, который теперь с любопытством смотрел на меня, будто пытаясь понять, что со мной происходит.

– Похоже, я знаю, к чему буду стремиться в этой жизни… – пробормотал я вслух, чувствуя, как в груди разгорается странное, но мощное чувство решимости. Я здесь не просто так. Я здесь, потому что что-то пошло не так. И, возможно, я единственный, кто это заметил.

Глава 2: Невидимые Швы Реальности

Невидимые Швы Реальности

Утро следующего дня было странным. Не из-за погоды – солнце светило так же ярко, как и вчера, освещая небоскребы Конохи. Странным оно было из-за меня. Я проснулся с ощущением, что провёл ночь не в кровати, а в каком-то учебном симуляторе, где мне крутили одни и те же сценарии по кругу. Слова "Матрица", "Вечное Цукуёми" и "сбой" крутились в голове, словно заевшая пластинка.

Я спустился на кухню. Мао сидел у миски, но вместо того, чтобы сразу же подать голос, он просто смотрел на меня, тихонько урча. "Наверное, ждет, что я снова его повторю, хех," – подумал я с горькой усмешкой, насыпая ему корм. Кот с жадностью принялся за еду, и на этот раз ничего не повторилось. Пока.

После завтрака, вооружившись телефоном Башина (который, к слову, выглядел как обычный смартфон, только с логотипом Конохи и какими-то символами шиноби на кнопках), я начал проверять свою теорию. Если это иллюзия, то в ней должны быть не только повторяющиеся действия, но и другие нестыковки. Например, логические ошибки или отсутствие глубины у второстепенных персонажей.

Я открыл местный аналог новостного портала. Заголовок дня: "Хокаге Наруто посетил детскую ярмарку благотворительности". Под ним – фотография улыбающегося Наруто, окруженного счастливыми детьми. Ничего необычного, правда? Но когда я пролистал вниз, увидел вчерашнюю новость: "Хокаге Наруто посетил ежегодный фестиваль воздушных змеев". И опять та же, почти идентичная улыбка, то же окружение, только теперь в руках у Наруто был воздушный змей. И ещё ниже: "Хокаге Наруто принял участие в церемонии открытия новой игровой площадки". Улыбка. Дети. Только фон немного менялся.

"Это же просто шаблоны! Неужели никто не замечает, что он постоянно делает одно и то же?" – пронеслось в голове.

Потом я начал проверять информацию о мире. Попытался найти что-то о Великой Четвёртой Мировой Войне Шиноби. Воспоминания Башина были смутными, полными скорби, но без деталей. В интернете же информация была подана так: "Великая Война, в которой наши герои сражались за мир и будущее. Благодаря усилиям Седьмого Хокаге и его друзей, мир был спасен, а потери были минимальны, быстро восполнены благодаря усилиям медицинских ниндзя".

Минимальные потери? Быстро восполнены? Моя память из реального мира кричала о тысячах смертей, о разрушении, о боли. А здесь всё было так гладко и стерильно, словно кто-то вымарал самые страшные страницы истории. Никаких имен погибших, никаких реальных последствий. Просто "мир и счастье".

На работе странности продолжились. Мой коллега, Харуто, тот самый, что рассказывал несмешную шутку про Хокаге, сегодня подошёл ко мне с той же самой шуткой. Слово в слово, даже интонация та же. Он выглядел таким же искренним, как и вчера. Или позавчера. Или когда там он он её рассказывал в прошлый раз? Я отшутился, но внутри всё сжималось. Он не помнил, что уже говорил это. Никто не помнил.

Я пошёл по офису. Заметил, как уборщица моет один и тот же участок пола, проходя его снова и снова, даже когда он был чистым. Как секретарь у телефона произносила одно и то же приветствие, даже если трубку не снимали. Это были мелкие, почти незаметные детали, но теперь, когда я начал искать, они бросались в глаза.

Вернувшись домой после работы, я чувствовал себя измотанным, словно пробежал марафон. Но это была не физическая усталость. Это была усталость от постоянного поиска, от попыток уловить эти неуловимые нити иллюзии. Я бросил ключи на тумбочку у входа. Мао, как обычно, выскочил из-за угла, мяукая и требуя внимания.

Я опустился на диван, запустив пальцы в мягкую шерсть кота, который тут же заурчал.

"Так, что мы имеем?" – начал я перечислять про себя. – "Повторяющиеся действия кота. Повторяющийся почтальон. Шаблонные новости. Затёртые, обесцвеченные воспоминания о войне. Коллега, который бесконечно рассказывает одну и ту же шутку. И эти мелкие, но постоянные глюки в окружении, которые раньше казались просто совпадениями."

Я закрыл глаза. Всё складывалось. Слишком много "совпадений". Моё появление, моё сознание, не принадлежащее этому миру, стало тем самым инородным телом, которое вызвало сбой в программе. Мадара хотел идеальный мир, в котором никто не знал бы боли, где всё было бы предсказуемо и управляемо. И он почти преуспел.

Но он не учёл одного – человеческое сознание извне. Моё сознание.

"Значит, это не бред. Я не сошёл с ума," – прошептал я. – "Я действительно в ловушке. В Вечном Цукуёми. И мир "Боруто" – это просто сладкая ложь, созданная для тех, кто пойман в эту сеть."

От осознания этого по спине пробежал холодок. Это было одновременно страшно и… почему-то освобождающе. Теперь я знал. Теперь у меня была цель. Я больше не был просто Башином Шофу, работником компании по палочкам для еды. Я был человеком, который видел швы на реальности.

"Мне нужно было проветриться. И заодно проверить кое-что," – решил я, наскоро поужинав.

Вечерняя Коноха была совсем другой. Улицы, которые днём кишели спешащими людьми, теперь были заполнены гуляющими парами, семьями с детьми, которые смеялись и играли на ярких детских площадках. Огни неоновых вывесок освещали магазины и закусочные, из которых доносились аппетитные запахи рамена и данго.

Я шёл по центральным улицам, впитывая атмосферу. И вот что было странно: сбоев почти не было. То есть, совсем. Никаких повторяющихся прохожих. Никаких зацикленных звуков. Дети смеялись, но каждый смех был новым, неповторимым. Пары обменивались фразами, и их разговоры звучали естественно, без эха и повторов.

Я даже специально заглянул в несколько небольших магазинчиков, пытаясь поймать кого-то на "глюке", как это было с уборщицей в офисе. Но продавцы вежливо отвечали, покупатели выбирали товары, всё было… нормально. Тревожно нормально.

"Почему?" – мысль билась в голове. – "Днем – сплошные повторы, а вечером – почти идеальная картинка? Неужели Мадара так хорошо настроил иллюзию, что даже я не могу заметить изъянов?"

Я дошёл до одного из центральных парков, где было особенно многолюдно. Фонтаны светились, играла тихая музыка. Здесь было ещё более "живо" и естественно, чем на улицах. Я присел на скамейку, наблюдая за людьми. Они казались такими настоящими, такими счастливыми в своей мирной иллюзии.

И тут меня осенило.

"Вспоминай, что ты знаешь о компьютерах, о сложных программах, – пробормотал я себе под нос. – Процессор направляет свои мощности в определённые области. Где больше ресурсов, там меньше сбоев. Где больше "действующих лиц", там и иллюзия должна быть стабильнее."

Днем я был в офисе, среди одних и тех же коллег, выполняющих рутинные задачи. На улицах, по которым я ходил, было не так уж много народу. Это были периферийные области иллюзии, где ресурсы системы могли быть распределены менее эффективно. А вечером… вечером люди выходили в центр, в парки, на площади. Здесь было больше "реальных" людей, больше сознаний, сосредоточенных в одном месте.

"Там, где больше реальных людей, там и больше духовной энергии сосредоточено, прямо как процессор направляет свои мощности в определенные области."

Слова Бога Человеческого, Хитогами, всплыли в памяти. Он говорил о "слиянии с миром", о "душе". Возможно, это было не просто фигурой речи. Если Вечное Цукуёми использует души людей как источник энергии или как основу для построения иллюзии, то там, где таких душ больше, иллюзия будет крепче и менее подвержена сбоям. Моё появление стало помехой, но система, видимо, старалась компенсировать это, перераспределяя ресурсы.

И тут же пришла следующая мысль, от которой волосы встали дыбом. Мадара уже один раз пытался провести Цукуёми. Но тогда, как я помнил, у всех в снах были разные моменты, когда что-то шло не так. Он это доработал. А как?

"Он разделил людей на группы," – осознание накрыло меня с головой. – "Они находятся не в одной огромной иллюзии, а в нескольких иллюзиях по группам. Может, по тысяче человек, может, по десять тысяч. Поэтому в моей "группе" и есть эти сбои. А в других… В других может быть всё идеально. Или свои уникальные, свойственные только их группе глюки."

Это объясняло, почему я не видел тотального коллапса иллюзии. Система работала сегментированно, как несколько параллельных серверов. И мой "сбой" влиял только на мой сегмент.

Я встал со скамейки. Сердце колотилось. Это было огромное, жуткое открытие. Мир, в котором я жил, был не просто одной большой ложью. Это была многослойная, разделённая на части ложь. И если я хотел выбраться, мне нужно было понять, как эти сегменты взаимодействуют. И что произойдёт, когда я начну разрушать один из них.

Впереди был долгий путь. Но теперь я хотя бы знал, куда смотреть.

Как тебе такой вариант второй главы? Я постарался расширить её, добавить больше деталей и логических выводов, которые герой делает на основе своих наблюдений. Добавил твои идеи о "процессоре" и группах людей в разных иллюзиях.

Глава 3: Тень Агентов и Зов Памяти

Осознание того, что мир вокруг меня – лишь хитроумно сотканная иллюзия, стало одновременно шоком и мощным стимулом. Я не сошёл с ума, я не был одинок в своих подозрениях. Просто моя "группа" оказалась той самой, где система дала сбой. И теперь я знал, почему: моё чужеродное сознание стало для Системы занозой, дестабилизирующей его идеальный сон.

Утром я проснулся с новым планом. Больше никаких беспорядочных наблюдений. Мне нужна была система. Я решил начать с самого очевидного: поиска других аномалий. Если моё присутствие вызывало сбои, то что произойдёт, если я попытаюсь нарушить привычный ход событий?

Первым делом я отправился в ближайшую кофейню – уютное местечко, где Башин обычно брал свой утренний кофе. Там всегда была одна и та же бариста с неизменной улыбкой. Я ждал. Ждал повтора её фразы, её движения, ждал момента, когда она снова сделает одно и то же. Но ничего не происходило. Она принимала заказы, обменивалась любезностями с клиентами, и всё было... слишком органично.

"Похоже, мелкие "глюки" проявляются только в моей непосредственной близости или в местах с низкой концентрацией "духовной энергии"," – пробормотал я, потягивая свой капучино. Центральные улицы и популярные заведения, вероятно, были "защищены" большим количеством людей, их коллективным сознанием, которое выступало своего рода стабилизатором.

По пути на работу я решил свернуть с привычного маршрута. Башин всегда ходил одной и той же дорогой. Я же пошёл по незнакомым переулкам, мимо старых домов и полузаброшенных двориков, куда, судя по воспоминаниям Башина, он никогда не заглядывал. Здесь было тише, почти безлюдно.

И вот оно. Почти сразу я наткнулся на мужчину, который красил забор. Он был весь в белой краске, и его движения были монотонными, как у робота. Я прошёл мимо, свернул за угол и через минуту вернулся. Мужчина всё ещё красил тот же самый участок забора. Та же манера движения, та же сосредоточенность на лице. Через три минуты я снова вернулся – он всё ещё красил ту же самую доску. Зацикленность. Как будто он был запрограммирован только на это. И никто вокруг не обращал на него внимания. Для них это было нормально.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Это было другое. Более явное проявление "глюка", чем кот или почтальон. Мужчина не просто повторял действие – он зациклился на нём. Это было похоже на зависание компьютерной программы. И это произошло именно там, где было мало людей. Моя теория о "процессоре" и распределении ресурсов подтверждалась.

На работе я продолжил свои эксперименты. Я специально задавал коллегам вопросы, которые выходили за рамки их повседневной рутины.

– Харуто, ты когда-нибудь думал о том, что происходит за пределами Конохи? – спросил я у коллеги, который в очередной раз готовился рассказать свою несмешную шутку.

Харуто запнулся. Его улыбка сползла, глаза на мгновение опустели, а затем он натянуто рассмеялся.

– Ох, Башин, конечно, думаю! Мир велик, но Коноха – наш дом, не так ли? – И тут же, словно по щелчку, его лицо снова озарилось привычной глуповатой улыбкой: – А вот, кстати, слышал шутку про Хокаге?..

Он снова начал рассказывать свою шутку. Я едва сдержал желание схватить его за плечи и потрясти. Их сознание сопротивлялось информации, которая не вписывалась в их "программу". Они не могли её обработать. Или, скорее, их подсознание, находящееся под контролем Цукуёми, возвращало их в безопасный, предсказуемый шаблон.

Это было похоже на то, как если бы я пытался запустить сложную игру на слабом компьютере – он просто зависал или выдавал ошибку. Мой вопрос был слишком "тяжёлым" для его "программы".

Вечером, сидя в своей квартире, я размышлял. Сбои, шаблоны, ограниченное сознание "аборигенов". Всё это кричало об одном: иллюзия была не просто картинкой, а полностью интерактивным миром, где сознания людей были захвачены и перепрограммированы. И те, кого я видел вокруг, были не просто голограммами, а реальными людьми, чьи разумы находились в плену.

Я подошёл к книжной полке Башина. Там стояли обычные книги: про экономику, инновации, какой-то роман. Ничего, связанного с шиноби или историей. Я достал одну из них, открыл наугад. Текст был понятным, но при этом каким-то… плоским. Слова были, но смысл ускользал, не оставляя глубокого следа. Как будто читал не книгу, а её конспект, лишённый деталей.

Я вспомнил, как Хитогами сказал, что мне "не скажут, в чём дело, всё равно не поймёшь ничего". И что меня "просто по рандому кинут". Слияние с миром, отсутствие гормонов, чувство спокойствия после смерти… Это было перерождение, но не обычное. Я был не просто душой в новом теле. Я был инородным элементом, который каким-то образом смог сохранить свою идентичность в этом море переработанных сознаний.

В этот момент, прямо посреди гостиной Башина, я почувствовал странное, мимолетное эхо. Это было не воспоминание, не мысль. Это было похоже на далекий зов, еле слышный, но настойчивый. Будто кто-то пытался до меня достучаться из-за толщи воды. Это было нечто, что выходило за рамки иллюзии.

"Может быть, это что-то, связанное с Мадарой? Или с настоящим миром?" – мелькнула мысль. – "Или… с другими, кто тоже видит эти сбои?"

Я пока не знал, что это было. Но это был первый раз, когда я почувствовал что-то, что не было частью этой лживой реальности. Это был первый намёк на внешний мир, на что-то, что существует за пределами Вечного Цукуёми.

"Похоже, я не единственный, кто проснулся," – подумал я, и моё сердце наполнилось новой, странной надеждой.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге