Вечная странница 2. Собирая осколки

Глава 1

Я опаздывала на лекцию, это было так банально и нелепо, что даже почти смешно, хотя я терпеть не могла опаздывать. Но даже сам факт, что у меня снова были лекции, пока так до конца и не уложился в голове. Впрочем, опаздывала я не поэтому. Проспала. Просто не смогла проснуться вовремя, со мной такое время от времени случалось, несмотря на то, что с момента возвращения прошла уже декада. Хотя, что такое 10 дней, в сравнении с перспективой раствориться в пустоте?

И вот я бежала по коридорам Цитадели, без завтрака, с едва почищенными зубами и кое-как собранными в пучок волосами. Неудобная сумка с тетрадями и книгами била по заднице, весело подпрыгивая при каждом движении, и я обещала себе, что обзаведусь удобным рюкзаком, даже если мне придется его изобрести.

То, что я не успевала, было очевидно, а это всего-лишь мой третий день. В итоге все будут пялиться, а магистры снисходительно кивать и смотреть чуть ли не с жалостью. Мерзость. Мне и так пришлось пропустить пол декады, и это даже несмотря на то, что начало занятий перенесли — дожидались пока магический фон полностью стабилизируется. Благо, не попала я в основном на вводные лекции и ознакомительные практики, ничего по-настоящему серьезного.

К аудитории я подлетела на 3 минуты позже, чем требовалось. Не критично в сущности, но опоздание есть опоздание. Поэтому пришлось стучаться и вежливо просить разрешения присоединиться к занятию. Магистр, высокий и худой мужчина средних лет с серыми, хотя вроде как еще не седыми волосами, поприветствовал меня по имени и пригласил занять любое свободное место. Это было неловко — меня заранее знали все. Я же не знала никого, хоть и успела запомнить несколько имен и лиц в предыдущие дни.

Нас было немного — весь поток 23 человека, включая меня. Когда я в первый день поняла, что это все, кто есть, и никакого деления на группы до выбора специализации не будет, слова Теи о том, что сильных магов рождается все меньше, заиграли новыми красками. Да, это были лучшие из лучших в трех соседних королевствах, но я все равно не думала, что их будет настолько мало. Маги поступали, конечно, и в другие школы попроще, где требования были значительно ниже, но и там, как я уже успела узнать, ситуация была не на много лучше.

Надежда только на то, что теперь все постепенно начнет налаживаться. Как я узнала после возвращения, разрушающийся разлом выкинул на эту сторону несколько сотен Странников, неизвестно сколько еще успели погибнуть в другом мире, пока переход не закрылся окончательно. 28 из них каким-то чудом все-таки удалось спасти. А ведь это уже готовые маги, которых осталось только обучить. И неизвестное количество одаренных детей в следующих поколениях. План глобальный, ни больше, ни меньше на ближайшие 30-40 лет.

Я не могла сказать, что именно чувствую по поводу произошедшего. Количество погибших ужасало, неизвестная судьба моего прежнего мира вызывала горечь, густо замешанную на чувстве вины, ни с кем из выживших я пока что не встречалась — они все еще проходили лечение и реабилитацию, хотя их состояние было гораздо менее тяжелым, чем у меня или второй Странницы в свое время. И все же, все они смогли выбраться из ловушки бесконечной череды перерождений в мире, который раз за разом их калечил и медленно убивал. Да, чудовищной, невообразимой ценой, но мне хотелось видеть в этой ситуации хоть что-то светлое.

Я вынырнула из своих не слишком веселых мыслей и попыталась сосредоточиться на лекции. Это были Основы стихийной магии, о которой, как мне казалось, я и так знала больше чем хотелось бы, при чем все больше на практике.

— Как мы с вами уже узнали на предыдущем занятии, — вещал лектор, — у большинства магов есть предрасположенность к тому или иному виду стихийной магии. Это значит, что эффективнее выходит взаимодействие с соответствующим источником, менее энергозатратными получаются заклинания с использованием именно этих стихийных нитей, а отдельные универсальные заклинания выполняются с преобладанием определенного элемента.

Я зевнула, старательно прикрываясь сразу и ладонью, и тетрадкой. Все это я уже и так знала из прочитанных книг, к тому же уж больно монотонно звучал голос магистра. На первой лекции, на которую он ссылался, я не присутствовала, но, видимо, не так уж много и пропустила. Главное все-таки не заснуть, а то потом опять будет крайне неловко.

— Тем не менее, нередки случаи, когда у мага есть предрасположенность сразу к двум стихийным элементам, как правило, это пары земля-вода и огонь-воздух, встречаются и упоминания о более редких сочетаниях вода-воздух и воздух-земля, — я поморщилась и потерла запястье, скрытое очередным широким браслетом, теперь на нем было уже три полосы: голубая, красно-оранжевая и снова голубая, — Если верить историческим документам, примерно 350 циклов назад магистрина Каэтриалис Наорэ владела способностью черпать силу сразу из трех источников. Но с тех пор ни одного подобного случая больше не было зафиксировано.

Интересно, когда все-таки Странники начали застревать в другом мире? Около 100 циклов назад они перестали возвращаться как Странники, но проблема магической демографии явно старше, раз уж далеко не первое поколение тут занимается селективным деторождением… Это ж выходит, что скоро в договорных браках полностью отпадет необходимость, и та же Тея, например, сможет разорвать свою помолвку и выбрать кого-то, кто будет по-настоящему ей по душе. Хотя, там королевская семья, такие помолвки просто так не разрывают. Тео, конечно, нормальный парень, но кто знает, как отреагируют на такие новости его родственнички…

— Кто ответит, почему сочетание земли и огня встречается крайне редко? — решил немного растормошить сонное царство магистр.

Руку подняла девушка со светло-рыжими, медовыми волосами, сидевшая на втором ряду.

— Представьтесь, — попросил магистр, и я запоздало сообразила, что его имени как раз таки и не знаю.

— Леата Вайсар, магистр. Поток огня очень агрессивен и плохо взаимодействует с другими, за исключением потока воздуха, который способен его усилить. Сам поток воздуха при этом ослабевает.

— Отлично, госпожа Вайсар. А что насчет пары огонь-вода?

— Такая пара существовать не может, так как эти два потока взаимно уничтожают друг друга.

Прелесть какая. Ну да, ломать устоявшиеся магические законы, так начиная с самых основ. И это даже не считая того факта, что я далеко не единственная, кто умудрился получить посвящения от двух взаимоисключающих источников. Ну да не будем о грустном. Надеюсь это вопрос не попадется мне на зачете, а то придется делать нелегкий выбор — шатать устои, или шпарить по учебнику не задействуя интеллект.

Дальше было про целительные свойства водного источника и водной магии, с которыми я была знакома даже чересчур близко, про ментальную магию, в том числе ясновидение и предвидение будущего, которые питались от воздушного источника (то-то Эйри периодически выглядит так, как будто как минимум половина нее шляется где-то на тонком плане), про источники земли, отвечающие за взаимодействие с материальным, физическим миром. И напоследок про огненные источники, редкие, но всегда невероятно мощные. Кроме огромного количества боевых заклинаний огненная стихия каким-то образом отвечала еще и за эмоциональную сферу. Любые яркие эмоции связывались именно с ней, хотя каким образом это происходило и в чем именно заключался смысл этой связи, из лекции понятнее не стало. У меня и вовсе сложилось впечатление, что магистр опасался развивать эту тему. То ли знал, что умудрился натворить Эйв, то ли это был уже далеко не первый такой случай… Черт, я же не собиралась обо всем этом думать!

В итоге от лекции в моей тетради осталась только дата и название темы: “Виды стихийной магии, их особенности и возможные сочетания”. Следующая лекция планировалась в этой же аудитории, так что перемещаться куда-то было не нужно. Двух потраченных впустую часов было немного жаль, особенно учитывая отсутствие завтрака, но такова уж нелегкая студенческая доля. Следующим в расписании стояло “Травничество”, вызывавшее какие-то смутные ассоциации. Зато после будет длинный и долгожданный обеденный перерыв.

Что странно, первую лекцию группа, за редким исключением в виде меня, слушала внимательно и заинтересованно, а вот вторая настолько явно не вызывала у них энтузиазма, что я отчетливо осознавала, что в очередной раз чего-то не понимаю. Травничество вела небольшого роста старушка абсолютно ведьмовского вида, с гривой непослушных седых локонов и множеством мелких амулетов на шее. Она представилась “для тех, кто успел подзабыть с предыдущей лекции”, и звали ее магистрина Меора, рассказывала бойко и интересно, сыпала различными примерами, составами залий, свойствами трав в зависимости от места их произрастания, сезона и даже фазы луны. Подробно объясняла, почему важно изучать ее предмет наравне с целительством, и как две эти дисциплины дополняют друг друга, вместо того, чтобы конкурировать между собой.

Я даже не пыталась запомнить названия и внешний вид всех растений, изображения которых появлялись на белом участке стены сразу за преподавательской кафедрой, но такой задачи перед нами и не ставили. Магистрина Меора явно хотела увлечь своих учеников, переломить непонятное мне предубеждение, которое они явно испытывали по отношению к ее предмету. Но пока все ее усилия были тщетны. Разве что я исписала не меньше 10 страниц в тетради и сделала себе пометку взять в библиотеке учебник по Травничеству для первой ступени. Кажется, его у меня пока еще не было.

***

Обеденный перерыв подкрался незаметно. Нигде мой неопределенный статус не был так заметен, как в столовой. Почти все ученики из группы так или иначе уже были знакомы друг с другом задолго до поступления в Цитадели. Они были выходцами из старых магических семей, которые не просто поддерживали контакт между собой, но и зачастую имели родственные связи. Наверняка, многие из них были если не родными братьями-сестрами в местном широком смысле, то как минимум двоюродными или троюродными.

Со мной никто не стремился общаться, я тоже не знала, как подойти и познакомиться первой, да и не была уверена, что действительно этого хочу. За время, проведенное в Цитадели, я привыкла обедать с Теей, Эйри, а потом и Тео. Но Тея снова была постоянно занята, что и неудивительно, учитывая все произошедшее, Эйри почти перестала появляться, после того, как начались занятия. А Тео перешел на третью ступень, где у него был уже свой сложившийся круг общения, и разве что время от времени здоровался при встрече. Моя только-только устоявшаяся жизнь в очередной раз изменилась до неузнаваемости, но у меня пока не было никаких моральных ресурсов что-то предпринимать по этому поводу.

Я единственная среди учеников жила в собственной комнате, остальные жили по двое. Но менять свой комфорт на кота в мешке в виде рандомной соседки, не было ни малейшего желания, тем более что нас на потоке было нечетное количество и кому-то в любом случае пришлось бы жить в одиночестве. Так почему бы не мне? Тем более что к комнате своей я успела привыкнуть. Но, с какой стороны ни посмотри, нужно было собирать себя в кучу и как-то социализироваться, потому что дальше наверняка пойдут различные парные и групповые задания, и метаться в поисках хоть какой-нибудь компании откровенно не хотелось.

Я уже почти доела свой обед и собиралась приступать к десерту, когда за мой столик неожиданно подсела Тея с подносом, нагруженным едой. Сказать, что я была ей рада — ничего не сказать. Но выглядела она настолько уставшей, что мне даже стало немного не по себе. Бледная, осунувшаяся, явно не выспавшаяся, с волосами убранными в непривычную косу, она казалась тенью себя прежней. Я не могла даже примерно представить, сколько всего на нее навалилось за прошедший неполный месяц.

— Привет, — улыбнулась я.

— Привет, — искренне, хоть и немного грустно, улыбнулась она в ответ.

— Приятного аппетита, — пожелала я, приступая, наконец, к своему десерту.

— Спасибо. Получилось выкроить время чтобы нормально поесть. До этого совсем дела не отпускали, — поделилась она, подовигая к себе одну из двух тарелок с жареным мясом, — Расскажешь, как у тебя?

— Да что у меня? Лекции и практики, практики и лекции. Сплю по-прежнему какое-то невообразимое количество часов. Пытаюсь понять, что успела пропустить, но по всему выходит, что практически ничего.

— Понятно… а боевая подготовка уже была?

— У всех да, у меня нет. Сегодня будет последней парой, — пожала я плечами, хотя немного нервничала, не зная, что ожидать от этого занятия.

— Парой? — переспросила Тея, удивленно приподняв брови, параллельно она не забывала уделять внимание уже второй порции мяса. Хотя бы аппетит у нее оставался здоровым.

— Ну, у нас так назывались сдвоенные занятия, которые по два часа. Хотя они были не совсем по два часа, скорее по полтора, — пояснила я, впервые задумавшись о том, что “пара” — это по сути сленг.

— Понятненько. Прибавились какие-нибудь новые знакомства?

— В что, похоже? — недоуменно посмотрела на нее я, разводя руки в стороны. За большим столом, действительно, никого, кроме нас не было, и это достаточно красноречиво говорило о наличии, вернее отсутствии у меня каких бы то ни было знакомств, — Я не особенно понимаю, что они думают на мой счет. Явно же были какие-то слухи, и, судя по реакции большинства, они были не слишком положительные.

— Ты просто неизвестная величина для них, — возразила Тея, — Они привыкли знать всех в своем окружении, привыкли понимать, что и от кого можно ожидать. А кто ты, они на самом деле понятия не имеют, ты для них непредсказуема, сама на контакт не идешь, взаимодействия избегаешь. Вот они и отзеркаливают твою манеру поведения, выжидают, что будет дальше.

— Может быть и так. Но я пока не готова изображать показную доброжелательность и дружелюбие, — мой десерт закончился, но я продолжала задумчиво возить вилкой по тарелочке. Приятно было наконец обсудить происходящее хоть с кем-то.

— От тебя этого никто и не требует. Всем нужно время. К тому же ты ведь не единственная, кто выбивается. Обращала внимание вон на нее? — Тея небрежно махнула вилкой в сторону, где через столик от нас точно так же в одиночестве, как я недавно, сидела одна из учениц моей группы.

Я не знала как ее зовут, при мне она не отвечала на занятиях и не общалась с кем-то из группы. Смуглая, темноволосая, с непривычно широкими для девушки плечами и запястьями, украшенными толстыми кожаными браслетами, больше похожими на наручи. Простая одежда неярких цветов — туника, пояс, штаны и ботинки. Она действительно выбивалась из толпы, и то, что я не увидела этого раньше, можно было объяснить только тем, что я в принципе мало обращала внимание на окружающих.

— Кто это? — решила я утолить любопытство, потому что Тея явно знала если не все, то достаточно, чтобы составить собственное мнение.

— Ее зовут Бьярна, фамилии нет, рода, как понимаешь, тоже. Самородок, редкость по нашим временам, по крайней мере пока… даст Богиня и уже через пару лет все начнет меняться в лучшую сторону. В общем, родилась и выросла она в мелкой деревушке на юге, в Итафии, проявился дар, отправили провериться в ближайший город, а там потенциал такой, что аж зашкаливает. С тех пор место в Цитадели ее и ждало.

— Ее хоть читать-писать научили? — спросила я, потому что крестьянское происхождение отлично объясняло мощную мускулистую фигуру, но и значительно ограничивало возможности получать знания.

— Научили, местный маг и учил, грамоте, простым бытовым заклинаниям и с выбросами магическими справляться. Они у детей часто случаются в период становления магического ядра. Но это вам подробнее на основах целительства расскажут.

— И что ты предлагаешь? Подружиться с ней? — с сомнением протянула я.

— Да ничего я не предлагаю на самом деле, — пожала плечами Тея, — У вас из общего только обеды в одиночестве. Так себе основа для дружбы. Просто всегда есть те, кто отличается, и это нормально. В начале следующей декады на вашей ступени будет пополнение, кстати.

— Мм? — удивилась я.

— Она выбрала себе имя Эния… Странница, которую мы нашли в маленьком водном источнике. Удивительно быстро восстановилась и решила не терять целый год на дополнительную подготовку. Ей уже безопасно заниматься магией с небольшими ограничениями, так что я согласилась допустить ее до занятий. Может быть после этого твои соученики придут, наконец, к пониманию, что привычный им мир начинает меняться.

— Все может быть…

Глава 2

На занятие по боевой подготовке мои сокурсники пришли в форменных серых пижамках. Наверное, это было логично, учитывая, что придется много двигаться, но предупредить об этом меня никому в голову не пришло. Так что я явилась в своей обычной одежде, менять что-то времени уже не было, поэтому я просто разулась у входа в зал — в похожем начинались наши занятия с Теей — и встала в общий ряд. Рубашка у меня была достаточно свободной и легкой, не стесняла движения и хорошо пропускала воздух, да и в штанах я пару раз уже бегала, так что больших проблем не должно было быть.

Точно минута в минуту в зал вошел магистр — здоровенный плечистый мужик с собранными в хвост черными волосами, форма (называть ее пижамой язык уже не поворачивался) на нем была коричневая с зеленым поясом.

— Я смотрю, у нас пополнение, — почти прорычал магистр, очевидно, имея в виду меня, — В следующий раз без формы можешь просто не приходить.

Очаровательно, вот только казарменного строя мне для счастья и не хватало. В жизни не поверю, что не нашлось никого с хотя бы крошечными зачатками таланта к преподаванию на эту должность.

— В прошлый раз у вас была возможность подержаться за меч, — не дождавшись от меня ответа продолжил магистр, — Сегодня посмотрите, как работать с боевым посохом. А пока стандартная разминка. Приступайте!

Рявкнул он реально как на плацу, аж в ушах зазвенело, но остальные спешно распределились по залу и начали вразнобой выполнять упражнения. Это была привычная последовательность, с которой начиналась каждая моя тренировка все последние месяцы, так что я встала, чтобы никому не мешать, и начала разогревать и тянуть мышцы. Взглядом параллельно я скользила по залу, оценивая уровень подготовки остальных. Уровень был разный — кто-то выполнял все быстро и уверенно, легко переходя от одного движения к другому, кто-то явно чувствовал себя неловко и постоянно сбивался, не дотягивал, а то и вовсе откровенно нарушал технику безопасности. Но магистр смотрел на все это и не вмешивался.

Больше всех выбивалась Бьярна, было очевидно, что ее этому не учили. Тем не менее, она упорно смотрела по сторонам и повторяла одно упражнение за другим. Абсолютно неправильно, но очень целеустремленно.

На учебный процесс все происходящее пока было похоже мало. Разминку мы мучили долго, я уже подумывала, не пойти ли на второй круг, нарываться и привлекать к себе излишнее внимание, правда, не хотелось. Но кого волновали мои желания. Стоило последним из однокурсников закончить, и магистр снова вышел в центр зала, неся пару длинных шестов с концами в мягкой обмотке.

— Иди сюда, новенькая, покажешь, что умеешь, — неприятно усмехнулся магистр и, не дожидаясь какой-либо реакции, кинул мне шест.

Поймать-то я его поймала, с этим проблем у меня никогда не возникало, но в остальном дела обстояли не важно. Когда я занималась с магистриной Элеате, оружие было совсем другим, подобранным мне по росту, легче и иначе сбалансированным. Меня явно планировали показательно раскатать в блин.

— Едва ли за пару месяцев можно многому научиться, магистр, — ответила я, не собираясь ни оправдываться, ни строить из себя кого-то, кем явно не являюсь… например, непобедимую воительницу.

— При желании все возможно, особенно для уникумов с запредельным потенциалом, — здрасьте, приехали. Это что, зависть?

Сформулировать что-то в ответ мне просто не дали времени, боевой посох с неприятным звуком рассек воздух и устремился мне в голову. Первый удар мне удалось отбить. От второго я уклонилась. Третий был подсечкой, я рухнула на маты, но успела сгруппироваться и откатиться, прежде чем посох встретился с моими ребрами. Восприятие смазалось, словно все происходящее было не совсем реальным. Какая-то часть меня просто не верила, что меня на самом деле могут избить в тренировочном зале посреди занятия, а другая часть была точно так же уверена, что магистр не остановит движение в последний момент. Должно было быть страшно, но прилив адреналина пока заглушал все сильные эмоции.

Я снова уклонилась, блокировала очередной удар, хоть и не слишком удачно — вибрация болью прошлась по рукам, отдаваясь в суставах. Мои движения были слишком медленными, а посох слишком длинным, я просто не успевала перемещать его в нужное место достаточно быстро. Прилетело по ногам, вскользь, но чертовски больно. На мгновение я потеряла концентрацию, а когда проморгалась, поняла, что посох снова летит мне в голову, и я не успеваю ничего сделать.

Щит сплелся сам, я даже за нити не бралась, или, по крайней мере, точно не делала этого осознанно. Голубой переливающийся водный щит встретил удар и мягко спружинил. Я выдохнула, хотя даже не заметила, что задержала дыхание. Сердце билось в груди с такой силой, что было почти что больно.

— На этих занятиях мы не используем магические плетения, — глухо прорычал магистр, отступая, — И ты бы знала это, если бы побывала на первом занятии.

— Прошу прощения, магистр. Это вышло непроизвольно, — пробормотала я, все еще пытаясь отдышаться.

— Значит учись лучше контролировать себя, — выплюнул он прежде чем выдернуть посох из моей руки.

Дальше досталось всем по порядку. Без радикального членовредительства, слава Богине, но свою порцию синяков и ссадин получили все, даже Бьярна, от удара которой посох магистра в конечном итоге переломился на две части. Кажется, ей, наконец, удалось впечатлить местное общество. Впрочем, не ей одной, судя по тому, что на выходе из зала, когда я шнуровала свои ботинки, со мной решилась заговорить рыженькая Леата:

— Родерик сегодня прямо лютует…

— Так вот как зовут этого козлину, — не сдержалась я, — Его профнепригодность видно невооруженным взглядом. Почему он вообще здесь все еще преподает?

— Брат рассказывал, что он мастер своего дела, несмотря на жесткие методы, — ответила явно не совсем уверенная в собственных словах Леата.

— К первокурсникам-то его зачем запихнули? Пусть бы готовил боевых магов после распределениях, — пожала плечами я, — У мужика явно превратное представление о том, кем большинство из нас планирует стать в будущем.

— А ты какую специализацию планируешь выбрать? — то ли из вежливости, то ли из реального любопытства спросила она.

— У меня было не слишком много времени, чтобы определиться. И три ступени впереди, чтобы что-то решить. Но едва ли это будет боевая магия, особенно после таких тренировок на протяжении нескольких… циклов, — мне все еще каждый раз хотелось сказать “лет”, но тут этого слова, в отличии от многих других, почему-то не понимали.

— А я в целительницы пойду. Как магистрина Аггарвалла.

Колесики в моей голове какое-то время крутились вхолостую, а потом, наконец, что-то щелкнуло.

— Это Тея в смысле? — уточнила я.

— Я так тебе завидую, ты общалась с ней лично! Она иногда ведет занятия у старших ступеней, но до пятого цикла я даже мечтать не могу с ней встретиться, — печально вздохнула Леата, и опустила голову.

Мне стало неловко, учитывая, что мы с Теей сидели за одним столом не далее как несколько часов назад, не говоря уже обо всем, что происходило с момента моего появления в Цитадели. Я уже даже подумала о том, чтобы предложить познакомить Леату с объектом ее восторга и поклонения. Но потом решила, что лучше сначала спросить мнение самой Теи.

— Твой брат давно тут учился? — решила перевести тему на что-нибудь более безопасное я.

— Да он все еще учится, — улыбнулась она, похоже, действительно, отвлекаясь от грустных мыслей, — на пятой ступени. Как раз будет боевым магом.

— Ну тогда я понимаю, почему он в таком восторге от Родерика. Есть такой тип людей, особенно мужчин, которым такой стиль, прости Богиня, преподавания подходит идеально. А для женщин, наоборот, это одно сплошное вредительство. Мы иначе воспринимаем учебный процесс, нам не нужно преодолевать и превозмогать, нам нужно… стремиться к цели что ли.

Я задумалась, откуда все это взялось в моей голове, но не смогла найти точного ответа, было ли это воспоминанием о моей земной жизни, или еще более ранним опытом. Моя память все еще оставалась похожей на большую корзинку со спутанными нитками для вышивки… кажется у меня когда-то была такая.

— Да, наверное, ты права, — снова вздохнула Леата, — Но, что поделать, он с нами до конца третьей ступени.

— Или до того момента, пока он кому-нибудь голову не проломит. Это разве что мы с Бьярной тут особо никому не нужны, а у вас есть семьи, которые за порчу наследников спасибо точно не скажут, — я, конечно, сомневалась, что Родерик реально калечил кого-нибудь из учеников, но все равно считала его манеру проведения занятий ненормальной и не собиралась этого скрывать.

Конечно, я кривила душой, и мне было к кому обратиться в случае реальных проблем, но остальным знать об этом было совершенно не обязательно. Я и так слишком явно выделялась из толпы, дополнительно заявлять о своем привилегированном положении было излишне.

— Вряд ли до этого дойдет, — улыбнулась моя спутница и, похоже, тоже решила сменить тему, — Ты на ужин сейчас пойдешь или сначала переоденешься?

Я задумалась. С одной стороны пропотеть как следует я не успела, да и валяли меня по идеально чистым матам. Но душ принять все равно хотелось и довольно сильно.

— Пожалуй, переоденусь. К тому же в библиотеку надо зайти, у меня не все учебники есть, как выяснилось.

— А каких предметов тебе не хватает?

— Травничества и, кажется, Теории плетений, у меня по ней есть книга, но это не то же самое, что учебник.

— Травничество можешь не брать, его никто не берет, — дала странный совет Леата.

— Почему? — удивилась я.

— Лекций всем за глаза хватает, а зачеты Меора и так всем ставит.

— Слушай, я как раз хотела спросить, — уцепилась я за возможность понять, наконец, что происходит, — Почему вы так странно все к этому предмету относитесь?

— Да потому что это для знахарок деревенских работа травы собирать и смешивать. К магии это никакого отношения не имеет. Абсолютно бесполезная трата времени, благо, со второй ступени можно от нее отказаться.

Да, пожалуй, это многое ставило на свои места. Местная аристократическая молодежь просто была выше всего этого ковыряния в листиках и корешках. Ничего удивительного, учитывая, что они собирались вершить судьбы мира. Но мое мнение о непопулярном предмете это особо не изменило, мне по-прежнему было интересно.

— Ладно, я в библиотеку и мыться, — махнула я прощаясь.

— Встретимся в столовой, — отозвалась Леата, видимо, приглашая за свой столик. По крайней мере я планировала за него сесть и разнообразить, наконец, свой круг общения еще парочкой однокурсников.

***

В библиотеке меня встретил неизменный магистр Аламер. Я взяла нужные учебники, пару книг из своего бесконечного списка, и еще одну по рекомендации библиотекаря, пообещала на днях вернуть уже прочитанные, но он заверил, что я могу не торопиться. Времени на чтение у меня в последний месяц было, мягко говоря, немного, а моя комната уже испытывала необходимость хотя бы в паре книжных полок. Потому что те пять томов, которые я волокла в этот раз, пришлось складывать на пол — на стол и на тумбочку уже ничего не помещалось.

Я быстро приняла душ, переплела волосы, переоделась и отправилась ужинать. Есть после безумной и абсолютно бессмысленной тренировки хотелось просто зверски. Так что я набрала побольше мяса, овощей из тех, что пришлись мне по вкусу, сразу три порции компота, чтобы было чем все это запивать, и отправилась искать Леату. Мой явно улучшившийся аппетит по-прежнему несказанно радовал, и организм каждый раз отзывался на нормальное потребление белков, жиров и углеводов приливом сил.

Леата обнаружилась в компании еще троих наших однокурсников: двух девушек и парня.

— Это Тарита, Фэй и Мартон, — представила она своих друзей, — Мэй вы все, наверняка, уже знаете.

— Всем приятного аппетита, — пожелала я, садясь на свободное место.

Тарита была светлокожей брюнеткой с длинной косой и синими глазами такого оттенка, что в своем мире я бы заподозрила цветные линзы. Фэй была блондинкой с льняными, довольно короткими по местным меркам волосами чуть ниже плеч, и прозрачными серо-голубыми глазами. Мартон был чем-то неуловимо похож на Тео, но гораздо менее запоминающимся. Возможно, они были родственниками, но я не знала, насколько уместно об этом спрашивать.

— Что у нас завтра с утра? — спросила Тарита. В первый момент я подумала, что она просто хочет поддержать беседу, но потом поняла, что, кажется, она действительно, еще не запомнила расписание. Впрочем, я тоже.

— Бытовая магия, — ответил Мартон, — А потом Целительство, там задавали первые три главы учебника прочитать.

Зашибись своевременная информация…

— Кажется я знаю, что буду делать сегодня вечером, — пробормотала я, дожевав очередную порцию фиолетовой морковки.

— И я, — грустно согласилась Фэй. Судя по согласным вздохам с обеих сторон, за домашку еще не садился никто.

— Что-то еще задавали, о чем я не знаю? — решила поинтересоваться я, чтобы снова не сесть в лужу как с одеждой для занятий.

Мартон достал из сумки толстую тетрадь и начал перелистывать страницы, останавливаясь то тут, то там. Если он умудрился столько исписать всего за 1,5 недели, то, кажется, у нас есть отличный претендент на звание главного ботаника потока, даром, что тут и слова-то такого не знают.

— Были задания по Истории и Теории плетений, но ты на этих занятиях уже была, — в конце концов заключил он.

Ладно, уже легче. А то порядком поднадоело не знать, чего ожидать. Я почти доела все, что взяла, но пока не поняла, сыта я или хочу чего-то еще. Тарита встала и отправилась за десертом, я проводила ее взглядом, но сладкого все-таки не хотелось.

— Ладно, ребятки, приятно было со всем познакомиться, но три главы Целительства сами себя не прочитают, — сказала я, поднимаясь из-за стола, — Всем до завтра.

— До завтра, Мэй, — ответила Леата, а остальные только покивали.

В конце концов пока мне и не требовалось с ними дружить, достаточно было перестать быть совсем уж аутсайдером.

Вернувшись в комнату, я перебрала все книги, в отдельные стопки сложила то, что нужно будет вернуть в библиотеку, и то что понадобится на завтра. Оставшиеся все-таки удалось кое-как разместить на столе. В выходной я пообещала себе решить вопрос с полкой. И с рюкзаком, сумка меня откровенно добивала даже несмотря на то, что спина у меня больше не болела. Происходящее в моей жизни, наконец, начинало напоминать рутину, и какая-то часть меня даже радовалась этому простому факту. А другая очень боялась увязнуть и заскучать, потому что когда мне становилось неинтересно, все, даже самые важные дела, переставали иметь какой-либо смысл. Я знала это из своей прошлой жизни, даже, наверное, из нескольких.

Но память теперь играла со мной еще более странные шутки, чем раньше. Я помнила свою жизнь до того, как меня выкинуло в новый мир, пусть разрозненно и не по порядку, но помнила. Только вот с тем же успехом это могла бы быть и не моя жизнь вовсе, как кино смотреть… не слишком логичное артхаусное кино. Можно даже сопереживать героям или пробовать ставить себя на их место, но не более того. Странное ощущение на самом деле. Но не помнить ничего вообще было хуже.

Я как раз собиралась завалиться на кровать с учебником Целительства, когда полог на окне замерцал, и в комнату, оборачиваясь на ходу, ввалилась Эйри. Мы не виделись чуть ли не с того момента, когда пришла в себя в источнике. Тея говорила, что Эйри провела со мной несколько дней после, но я тогда по большей части спала.

— Привет, — махнула я рукой, осознавая, насколько же мне не хватало ее общества.

— Привет, — отозвалась она, как всегда бесцеремонно падая на кровать, — Как учеба? Еще не хочется вынуть мозги и положить в коробочку?

— Не, для таких радикальных мер еще точно рано. Тебя долго не было…

— Пришлось смотаться домой, навестить семью, — пожала плечами она, — После закрытия разлома всех знатно тряхнуло.

— Все в порядке? — на всякий случай поинтересовалась я.

— Более чем. Брат ловит новые озарения, мама целительствует, у остальных так и вовсе ничего не изменилось. Просто источник несколько дней был нестабилен, вот они и забили тревогу.

— Ты никогда не рассказывала, как выглядит воздушный источник, — я пыталась его себе представить, учитывая те два святилища, в которых успела побывать, но воображение буксовало.

— Захочешь, сможем побывать там… да хоть на следующую ночь огней, как раз выходные подлиннее будут. Познакомлю тебя со своими. Они славные, хоть и немного не от мира сего, — я была не уверена, что хочу знать, как для Эйри выглядит “не от мира сего”, учитывая что она сама границы приемлемого воспринимала крайне широко.

— Посмотрим, до этого еще дожить надо, — ответила я, хотя в глубине души уже знала, что соглашусь.

— Я собственно зачем пришла, — спохватилась Эйри, — Ты погулять в выходной не хочешь? А то ты кроме Цитадели толком ничего и не видела.

— Так здесь кроме Цитадели и деревни ничего рядом и нет, — удивилась я, потому что все окрестности мы успели обойти не по одному разу еще в предыдущие три месяца.

— Узко мыслишь, — усмехнулась Эйри, — Смотаемся на денек в столицу, поедим вкусненькое, попялимся на дворец, посмотрим, что интересного есть в лавках.

— Денег у меня по-прежнему нет, — напомнила я.

— Значит надо потрясти нашу главную магистрину на тему подъемных и содержания. Тебе, как Страннице они положены, странно, что этим никто до сих пор не озаботился, — Эйри совершенно по-кошачьи перевернулась на другой бок и запрокинула голову, чтобы продолжать смотреть на меня.

— Так не до того было. Да и пока меня всем обеспечивали, деньги были особо не нужны, — мне было странно просить у кого-то денег, и даже в голову не приходило, что мне положено какое-то содержание, кроме полного пансиона в Цитадели.

— Деньги лишними никогда не бывают, — выдала бесспорную истину Эйри и перевернулась обратно, — Так что трясем завтра Тею, а послезавтра отправляемся веселиться. Давай, не перезанимайся тут!

Она соскочила с кровати, махнула на прощанье рукой, а потом исчезла за пологом также стремительно, как и появилась. Временами моя хранительница была похожа на локальное стихийное бедствие. Но, чего греха таить, мне в ней это даже нравилось.

Глава 3

Следующий день прошел удивительно спокойно, хотя на практическое занятие по боевой магии я шла с опасениями. Началось оно, впрочем, абсолютно нормально, мы тренировали заклинание простого стихийного щита, который я, как и еще половина группы, уже умела создавать. Так что после нескольких повторений нам предложили поэкспериментировать с другими стихийными потоками, и вот тут началось настоящее веселье, потому что, как и говорил магистр на Стихийной магии, базовый поток у большинства был один. Попытки использовать другой элемент либо проваливались с треском, либо давали неожиданные результаты. У парнишки, который стоял рядом с Таритой, щит вроде и получался, по крайней мере визуально картинка была похожей, но вот толку от него было ноль — и магия и физическое воздействие проникали сквозь него свободно, не встречая сопротивления.

Я несколько раз повторила вчерашний водный щит, пытаясь как следует запомнить последовательность плетения, а потом решилась попробовать огненный. Первая попытка провалилась, огненные нити слушались сложнее и все время пытались уползти куда-то не туда, словно у них были собственные идеи о том, каким должно быть плетение. Но, в конечном итоге, щит вспыхнул. Я осмотрела его, проверила, насколько было возможно, и уже собиралась сворачивать, когда прямо в центр прилетел сгусток энергии, да такой мощный, что пришлось отступить на шаг, чтобы удержаться на ногах.

С четким намерением открутить голову неизвестному шутнику, я скинула щит, стараясь проследить траекторию “выстрела”. Но тут возникла загвоздка, потому что в той стороне с донельзя невинным видом стоял магистр, молодой симпатичный мужик, по которому уже к концу сезона будет сохнуть почти вся женская половина потока. Я бы, наверное, тоже повелась, но последняя попытка в романтику, похоже, надолго отбила желание снова ввязываться во что-то подобное. Тем более магистр в качестве лирического интереса — заведомо проигрышный вариант. У него нас таких каждый цикл по пачке.

— А если бы не выдержал? — стараясь сделать голос как можно более ровным, поинтересовалась я.

— Тогда я не стал бы этого делать, — пожал плечами магистр.

— Хотите ваш тоже проверим? Какой у вас вторичный элемент? — я понимала, что шансов мало, но и оставлять эту выходку безнаказанной не хотелось. Я моргнула, перестраивая зрение и увидела бледно-зеленую сетку каналов с легким голубым свечением на концах, — Земля — основной и вода — вторичный. С вас водный щит, магистр.

— А чем атаковать-то найдется? — беззлобно усмехнулся он, но щит создал.

— Вот и проверим, тем более что у меня неплохая группа поддержки, — я обвела рукой зал, предлагая остальным присоединиться.

Атакующие заклинания я знала только в теории, ничего серьезнее магического светлячка мне раньше создавать не доводилось. Но была одна идея, которую я давно хотела проверить на практике. Пробовать щит магистра на прочность никто не решался, ждали первого шага от меня, видимо. Ну что ж, я знала во что ввязываюсь, в худшем случае народ поржет. Я вскинула руку “пистолетом”, создала на конце пальца крошечный огненный сгусток и придала ему ускорения. Целилась я самонадеянно — почти на ладонь выше левого плеча. Секунду ничего не происходило, и я уже успела подумать, что идея таки провалилась, но потом щит пошел яркими трещинами и осыпался, словно разбитое стекло.

В зале повисла тишина. Я ошарашено моргала, эффект оказался, мягко говоря неожиданным. Магистр выглядел не менее пораженным, так что версия о том, что мне банально подыграли отпадала.

— П-простите, — пробормотала я.

— Как ты это сделала? — одновременно спросил магистр.

— Просто физика: маленький объект, большая скорость, высокая пробивная способность… Как у лука, или скорее арбалетного болта, — более точных аналогий в этом мире, похоже, просто не было, а лекцию об устройстве огнестрельного оружия прямо сейчас читать я была не готова.

— Хорошо, что меткость у тебя пока оставляет желать лучшего, — попытался пошутить магистр.

— Я просто боялась попасть, — пожала плечами я, а у него, кажется, дернулся глаз. Ну да, если бы после нашего занятия преподавателя пришлось бы выносить с круглой аккуратной дырочкой во лбу, это было бы, мягко говоря, неловко. И явно не пошло бы на пользу моей и так неоднозначной репутации.

В тот момент я впервые по-настоящему осознала, что моя сила не просто безобидная игрушка, способная облегчить жизнь. И настоящих пределов этой силы я пока просто не представляла. Это была тревожная мысль, и одновременно с этим вселяющая уверенность — я больше не была беззащитна против этого мира. Вчера я смогла защитить себя, а сегодня ответить ударом на удар.

Дальше занятие пошло своим чередом, я попыталась создать воздушный щит как у Эйри, он долго не давался, но все-таки получился, хоть и слабенький. А вот с землей у меня не задалось с самого начала, я старалась до самого конца занятия, но так и не преуспела. Я предполагала, что магистр захочет обсудить произошедшее один на один, но он так ничего и не сказал, так что я вместе с остальными потянулась на выход.

На ужине я снова сидела за столиком вместе с Леатой и ее друзьями, пришлось несколько раз подряд рассказать, как я создавала боевое заклинание, но это была малая цена за их искренний интерес. Честно говоря, я опасалась, что реакция будет обратной, но поражение красавчика-магистра никто слишком близко к сердцу не принял.

Я поняла, что так и не поговорила с Теей, только когда подошла к двери своей комнаты. Было не то чтобы поздно, она наверняка еще даже не думала ложиться, а, скорее всего, продолжала работать. Но сил идти узнавать по поводу денег прямо сейчас я в себе все равно не находила. Мне было неловко поднимать эту тему после всего, что Тея для меня сделала, и я ничего не могла с собой поделать, поэтому просто решила отложить все до завтрашнего утра.

Правда, когда я зашла в комнату, выяснилось, то ничего узнавать уже не требуется. Видимо, Эйри подсуетилась самостоятельно, потому что на моей кровати лежал толстенький кожаный кошелечек с увесистым содержимым. Эта проблема по сути даже не была настоящей проблемой, но облегчение от того, что не нужно больше об этом думать, я испытала такое, словно гора с плеч свалилась.

У меня были заданные на следующую неделю главы по Истории развития магической науки и книга по землеописанию, которую я рассчитывала дочитать сегодня. Завтрашняя экскурсия по Катриону хоть и вызывала волнение, но это было больше предвкушение, чем тревога. С Эйри мне было спокойно.

***

Утро началось с зудящего ощущения чужого взгляда, что было бы достаточно стремно, если бы я не была уверена, что знаю, кому он принадлежит. В конце концов, в моем окружении пока только одна личность страдала настолько откровенным пренебрежением к персональным границам. Вернее, страдать приходилось в основном объектам ее повышенного внимания.

Приоткрыв один глаз, я с укором уставилась на Эйри, которая, примостив подбородок на краю кровати, с нетерпением пялилась на меня в ответ.

— Доброе утречко! — радостно возвестила она, — Ну и горазда же ты спать!

— Ну, не всем же быть жаворонками, — отозвалась я, душераздирающе зевнув, — Вставать с рассветом точно не мое.

Я отодрала себя от кровати и поплелась умываться. Вернее собиралась, потому что по дороге умудрилась запнуться о слишком длинный подол рубашки и полететь на пол. Руки я подставить успела, но было все равно чертовски больно, аж слезы на глазах навернулись. От резкого выброса адреналина немного потряхивало.

— Ненавижу эти гребаные рубашки! Начерта их до пят то шить? — прошипела я, потирая ноющее запястье.

— Из архаичных соображени о приличиях, — пожала плечами Эйри, — Подшей, как удобно, чего мучиться то.

— Да не умею я, — теоретически я, конечно, умела, хотя у меня не было ни ниток с иголкой, ни даже подходящих ножниц, не говоря уже банально о времени, чтобы об этом хотя бы подумать, не то что заняться.

— Отдай швее в деревне, — она протянула руку, чтобы помочь мне подняться, но на середине движения остановилась, — Это что?

Изменившаяся интонация заставила меня вынырнуть из мыслей о надругательстве над злосчастными рубашками и сосредоточиться на вопросе. Эйри очень редко бывала серьезной, не говоря уже о мрачной сосредоточенности, которая была написана у нее на лице прямо сейчас. И указывала она при этом на мои ноги, выглядывающие из-под задравшегося подола. Покрытые синяками после позавчерашней тренировки ноги.

— Практика по немагической боевой, — как можно более спокойно отозвалась я.

— Кто это сделал? — в глазах Эйри вспыхнуло что-то откровенно пугающее.

— Да препод у нас долбанутый на всю голову, — в конце концов, решила выложить все как есть я. Какой бы шебутной не была моя хранительница, свои обязанности она воспринимала серьезно, особенно после того, что произошло при попытке закрыть разлом. Тем более вряд ли она бросится прямо сейчас убивать магистра.

— Родерик? Он совсем с катушек съехал боевые спарринги с первой ступенью устраивать? — практически прорычала Эйри, казалось еще чуть-чуть и наружу начнет лезть ее вторая ипостась, скаля маленькие, но очень острые зубы.

— Мне сказали, что он всегда отличался странными представлениями о способах преподавания. Судя по всему, он решил, что я считаю себя особенной, и захотел сбить с меня спесь буквально. Хотя как по мне, это они все считают меня особенной, сами назначили, сами обиделись…

— Короче так, ты иди умывайся, собирайся, одевайся, а я пойду… побеседую с твоей магистриной, а то она что-то совсем мышей не ловит. Закопалась в свои бумажки, так что даже ушей не видно, а прямо под носом у нее такая ересь творится. И пусть этот кретин молится Богине, чтобы не попасться мне по пути. Так уж и быть, специально искать его не буду. В этот раз. А ты не молчи! Если кто-то тебя обижает, я должна об этом знать. Если магистры позволяют себе такое, об этом должна знать Аггарвалла, это ее работа!

Ух ты, она назвала Тею по фамилии, должно быть ситуация реально выбила ее из колеи. Я сама, если честно, не воспринимала ее настолько серьезно, хоть и подозревала, что одним выпадом в мой адрес дело может не ограничиться. Это никогда так не работает, тем более что показательно размазать меня Родерику не удалось.

— Слушай, а ты не почувствовала, что мне угрожает опасность? — решила я утолить свое любопытство, а заодно немного сменить тему.

— Что-то почувствовала, но это было скорее похоже на азарт и возбуждение, к тому же очень быстро закончилось. Ты была на занятиях, я решила, что какая-то часть учебного процесса тебя взволновала, может даже немного напугала. Но это же нормально для начала первого цикла. Как таковой опасности я не почувствовала, жизни твоей скорее всего, действительно, ничего не угрожало. Но это не делает ситуацию приемлемой, — Эйри в запале сделала режущее движение ладонью, словно отсекая саму возможность того, что подобное повторится.

— Я так до конца и не знаю правил игры, что приемлемо, а что нет. Группа восприняла случившееся достаточно спокойно, тем более, что в конечном итоге досталось не только мне. Так что я решила, что подобное тут в порядке вещей, — что было абсолютной правдой и возвращало меня к тому, насколько многое мне все еще предстояло наверстать. В конечном итоге я пока даже толком не умела писать, хоть и начала потихоньку тренироваться.

— Калечить учеников не может быть в порядке вещей, — Эйри все-таки оскалилась, хищно сузив глаза.

— Ну, меня никто не покалечил, — пожала я плечами, думая о том, что это, возможно, была скорее заслуга моя и моего рефлекторно выставленного щита.

— Разумеется, в противном случае, Тея уже бы искала магистра на замену. Потому что учить боевой подготовке с вырванными руками было бы проблематично, — голос ее, наконец, звучал спокойно, хотя, если задуматься, пугало это не меньше, — Все, давай, собирайся. Встретимся…

— В столовой, — вставила я, — Потому что без завтрака я никуда не пойду.

— Могли бы поесть уже в городе, но, как скажешь, — отозвалась Эйри уже с той стороны двери.

Теперь оставалось надеяться, что это внезапное вмешательство действительно поможет разрулить ситуацию, а не добавит мне дополнительной головной боли в будущем. Потому что такие брутальные кадры с явным комплексом превосходства, склонны обижаться до глубины души, если им вдруг прилетает сверху, не говоря уже о внезапном осознании, что они, оказывается, не могу делать все, что взбредет им в голову.

После умывания я надолго зависла перед шкафом, размышляя, как мне стоит одеться, но в конечном итоге выбрала простую рубашку и привычные штаны с ботинками. Не на королевский прием собираемся все ж таки. Волосы пришлось долго расчесывать, они начали виться, и теперь нещадно путались. Отрасли они уже до середины спины и, кажется, не собирались останавливаться на достигнутом. Всегда мечтала о таких, но в прошлой жизни длина до лопаток была моим абсолютным максимумом, вне зависимости от того, стриглась ли я регулярно, раз в 3-4 месяца или просто забывала о парикмахерской на год. Но теперь я всерьез задумалась, действительно ли я хочу начинать каждое утро с плетения кос, или шокирую местное сообщество какой-нибудь экстремально короткой стрижкой… потому что если уж избавляться от такого богатства, то радикально. Впрочем, пока я точно не была готова к настолько решительным шагам. Так что коса, иначе к вечеру опять придется разбирать колтуны.

Когда я спустилась в столовую, Эйри еще не было. С одной стороны это значило, что я смогу спокойно и не спеша поесть, а с другой, что разнос, устроенный Тее, затянулся. И это меня совершенно не радовало, потому что дел той и без меня хватало за глаза и за уши. К тому же мне было неловко от того, что проблемы за меня решает Эйри. Приятно, но неловко.

Учеников было мало, в выходные все завтракали в разное время, а кто-то и вовсе предпочитал спускаться только к обеду. Знакомых лиц не наблюдалось, так что я собрала себе поднос и устроилась за ближайшим свободным столиком.

— Можно к тебе присоединиться? — поинтересовался абсолютно незнакомый женский голос.

Я удивленно подняла глаза от своей тарелки и кивнула. В конце концов отказывать причин у меня не было. Девушка, поставившая рядом собственный поднос, действительно была мне незнакома. Короткие, едва до плеч, русые волосы и странно контрастирующий с ними пронзительный взгляд потомственной ведьмы. Хотя я даже не могла с ходу сказать, какого цвета у нее глаза — то ли серые, то ли ореховые, а в какой-то момент вообще показалось, что голубоватые.

— Меня теперь зовут Эния, мы уже встречались, но та встреча прошла без моего непосредственного участия, — сказала она, и у меня в голове, наконец, что-то щелкнуло. Волосы. У нее были длинные черные волосы, вот почему я ее не узнала. Не говоря уже про жуткие синяки под глазами и остальные последствия крайней стадии истощения.

— Прости, ты очень сильно изменилась… с нашей последней встречи, — признала свою невнимательность я.

— Если уж начинать жизнь с чистого листа, то по полной программе, — она улыбнулась, но все равно совершенно не выглядела веселой, — Я хотела спросить, это правда, что тебе удалось вернуть память?

Вопрос был логичным, особенно если учесть, что я на своем собственном опыте успела узнать, каково это жить без воспоминаний.

— И да, и нет, — наконец ответила я, — В любом случае, свой способ рекомендовать не могу.

— Почему? — порывисто спросила Эния.

— Потому что… — я на мгновение задумалась, как лучше сформулировать, но так ничего и не придумала, — потому что перед тем, как я получила назад свою память, через меня пропустили чудовищной мощи огненный поток, выкинули в другой мир на пороге апокалипсиса, а потом я умерла. И даже если все это покажется тебе вполне приемлемой ценой, ко мне не вернулась память в привычном смысле этого слова. В моей голове появилось, кажется, бесконечное количество несвязанных друг с другом воспоминаний о том, что было до перехода и о неизвестном количестве предыдущих воплощений. И я стараюсь весь этот багаж даже не трогать лишний раз… потому что он скорее погребет меня под собой, чем принесет хоть какую-то пользу.

Я первый раз говорила об этом вслух и это было странно. Я не хотела даже пробовать подбирать слова, чтобы объяснить то, что чувствовала, когда пыталась погружаться в воспоминания в первые дни после того, как пришла в себя. Как пытаться плыть в море битого стекла, но как объяснить все это кому-то, кто никогда не испытывал ничего подобного? Я быстро оставила попытки выстроить свою память в какую-то привычную картину. Может быть придет время, когда я решу предпринять новую попытку, но точно не сейчас. Сейчас это давалось слишком тяжело.

— Значит все так и останется? — на лице Энии все еще горела отчаянная надежда, что я смогу дать ей другое решение.

— Я слышала, что те, кто занимаются ментальными практиками, со временем могут научиться заглядывать в прошлые жизни. Но на это уходят годы… — в конце концов, это все, что я могла ей предложить, — Постарайся отпустить прошлую жизнь, мне стало значительно легче, когда я погрузилась в учебу, в этот новый мир. То прошлое, которое ты не помнишь, больше не имеет значение, оно осталось там, по ту сторону.

— Значит это правда? Наш мир разрушен? — в ее голосе звучало болезненное нежелание верить, что все закончилось именно так.

— Я не знаю, — у меня не было ответов, я сама несколько раз пыталась понять, что произошло на самом деле, но даже рассказ Теи о том, что было по эту сторону разлома, не сильно помог.

— Но должен же быть способ это выяснить?!

— Возможно. Но я здесь всего на несколько месяцев дольше, чем ты, и сама ничерта толком не знаю. Можно поговорить с Теей или покопаться в библиотеке. Если найдешь что-нибудь интересное, что покажется тебе важным, можем обсудить. Если захочешь.

— Ты не хочешь узнать? — прозвучал ли в ее вопросе упрек или мне он только почудился, сложно было сказать. Но чувствовать себя виноватой я отказывалась.

— Это ничего не изменит, вот и все. Теперь моя жизнь здесь, а наш мир меня чуть не убил… хотя, собственно, я же умерла, иначе бы не оказалась здесь. Так что никаких “чуть”. Я не хотела, чтобы он был разрушен. Но я никак не могу повлиять на то, что случилось. Что бы там ни случилось.

И в этот момент я с удивлением поняла, что все, что я сказала — правда. Я действительно оставила прежнюю жизнь позади, окончательно и бесповоротно. Что бы не произошло с нашим миром, для моего будущего это не имело никакого значения. Произошедшее было виной и ответственностью Эйва, и, может, немного Теи, которая проглядела в брате наклонности социопата и продолжала верить ему до последнего. Разрушен ли мир полностью или просто какая-то часть его пострадала от энергетического выброса, я уже ничего не могла с этим сделать и никак не могла на это повлиять. Более того, это уже никак не могло повлиять на меня.

Эния молчала, я допивала свой травяной чай, над столом повисло напряжение. Не надолго, правда, потому что уже через пару минут в столовой появилась взъерошенная и какая-то словно наэлектризованная Эйри. Видимо, ее разговор с Теей вышел действительно напряженным.

— Родерик получил втык, а мы можем отправляться! — громко объявила она, не доходя до нашего столика десяток шагов. Пусть учеников было и немного, но все без исключения посмотрели в этот момент на нее, а следом на меня. Интересно, какой вид к вечеру приобретет новая горячая сплетня…

— Эния, это Эйри — моя хранительница. Эйри, это Эния — вторая спасенная Странница. Эния, возможно, захочет изучать ментальные науки, чтобы восстановить свои воспоминания. Я подумала, что ты сможешь ей что-то посоветовать, учитывая, специализацию твоей семьи.

— Привет, — улыбнулась Эйри, возвращаясь к своей привычной легкости, и протянула руку.

— Приятно познакомиться, — отозвалась Эния, неуверенно сжимая предложенную ладонь, — Я пока ничего не знаю о ментальных практиках, но раньше… я видела что-то вроде истинных сущностей людей. Особенно тех, у кого была сила.

— Интересная способность, — кивнула Эйри, — Я поговорю о тебе со своим братом, это все по его части. А теперь нам пора.

— Еще увидимся, — попрощалась я, поднимаясь из-за стола.

Не знаю, чего я ожидала от нашего знакомства, возможно, наивно рассчитывала встретить родственную душу. Но получила я в итоге точно не это. И, похоже, разочаровали мы друг друга взаимно.