Вавилон-6: 4. Сезон "Древний шторм"

1. Серия: «Длинная ночь»

Система змееловов. Возле седьмой планеты:

Идёт расправа над флотом альянса. Появившийся из огромных врат флот Неприкаянных беспощадно сносит всех на своём пути.

В эфире звучит кричащий голос Келла: Отступать! Немедленно выйти из боя! Уходите!

Но шансов не остаётся. Самые дальние корабли союзников пытаются открыть переходы, однако стаи дронов-осьминогов настигают их и принимаются терзать.

Вскоре всё кончено. Флот Неприкаянных удаляется, оставляя за собой облако опалённых обломков.

Камера поворачивает в сторону, и в поле зрения попадает Тёмная звезда. Она повреждена, но не сильно. Дрейфует в пространстве.

Борт «Нинро». Мостик:

На мостике гробовая тишина. Все всматриваются в главный экран, показывающий итоги поражения. Обгорелые обломки разгромленного флота альянса дрейфуют в пространстве.

Офицер разведки: Есть несколько кораблей, сохранивших относительную целостность. Множество спасательных капсул.

Келл: Николай?

Волков: Им на нас наплевать. Они уходят.

Вслед за словами видно, как вдали открываются гиперпереходы. Флот Неприкаянных уходит.

Борт «Нинро». Мостик:

Дринмор: Смотрите. Несколько осьминогов осталось.

Открытый космос:

Тут и там несколько дронов летают среди обломков и уничтожают спасательные капсулы.

Келл (зло): Сволочи! Добивают.

Дринмор: Надо спасать своих.

Келл: Согласен. Сигнал «Кууро» и «Латинье»! Атакуем. Собираем выживших и уходим.

Открытый космос:

Скрывавшиеся среди обломков Тёмные звёзды включают двигатели и атакуют дронов. Вдали видна пара истребителей нарнов, которые пытаются делать то же самое.

Виден тяжело повреждённый «Центурион», дрейфующий среди обломков. Помимо срезанной правой гондолы у него также напрочь срезана носовая секция.

Борт «Центуриона». Мостик:

На мостике повреждения. Тяжело раненного капитана Чена уносят на носилках. Трохт садится за консоль пилота. Конрад с окровавленным лицом садится в кресло капитана. Взгляд суров и полон решительности.

Конрад: Двигатели? Оружие?

Трохт: Нет и нет. Разве что мы сможем чем-нибудь без прицела выстрелить и выдать с одного из оставшихся маневровых двигателей короткий импульс. Но это бессмысленно. Летать и сражаться мы не можем.

Эдон внимательнее всматривается в показания датчиков. Конрад замечает это.

Конрад: Что?

Трохт: Вижу Тёмные звёзды. Они атакуют дронов, чтобы защитить уцелевших.

Конрад: Есть связь?

Трохт (возясь с приборами): Попробую установить.

Открытый космос:

Тёмные звёзды, маневрируя среди обломков, хирургически пытаются стрелять по дронам Неприкаянных. Те, благодаря своей манёвренности, делают эту задачу не такой простой.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл (зло): Какие вёрткие… заразы!

Офицер разведки (привлекая к себе внимание): Засекаю гиперпереходы!

Открытый космос:

В некотором отдалении от места произошедшей битвы открываются переходы, и в обычное пространство выходит несколько десятков кораблей.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл (узнавая силуэты): Скрытный режим!

Дринмор (немного растерявшись): Это же…

Келл: Да, я вижу. (переглядываются с Волковым) Это новый флот Земли.

Дринмор: Они не помогут нам с эвакуацией?

Келл: Это правильный вопрос. Мы с Николаем им как кость в горле. Что будет, если они обнаружат нас здесь? Не увидят ли они в этом отличную возможность убрать нас с дороги?

С минуту все молчат, размышляя и наблюдая. Тем временем через экран видно приближение земных кораблей. С них стартуют истребители, челноки и технические дроны.

Офицер разведки: Флот Земли приступил к сбору выживших.

Все облегчённо выдыхают.

Офицер разведки: Есть сигнал по частотам Альянса. Пытаются связаться… Есть ответ… Это «Центурион».

Офицер разведки включает громкую связь. Звучит голос Конрада.

Конрад: Это выжившие с «Центуриона». Помогите нам с эвакуацией, пока эти чёртовы осьминоги нас не добили.

Все смотрят на Кристофера, ожидая его решения.

Келл: Незаметно улетаем. Курс на «Вавилон-6». Максимальная скорость.

Они изучали Вселенную, когда Древние делали свои первые шаги. Они представляли собой силу, когда наши миры только зарождались. Мы не знали о них, они ненавидели нас. Мы строили свои империи, воевали и мирились, они ждали.

Наступил год, о котором многие из нас боятся вспоминать, год, заполненный болью и ужасом, год… когда они пришли мстить.

Разъярённые... невероятные... Не живые и не мёртвые...

У нас остался лишь один выбор... умереть или отдать последние силы в борьбе с... Неприкаянными.

2344-й год. Год Древнего Шторма.

(Одновременно с этими словами показываются кадры сражения у Врат Неприкаянных, появление возле станции корабля кор‘хааров, битва возле Примы Центавра, Долион, ещё больше мутировавший Ведьмак, временное искажение в Секторе-14, бой на станции, люди в панике, кадры битвы на планете Нум-Ри-Хар-2).

Орбита Торины-5:

Возле станции относительно спокойно. Огни горят, плановая «ночь».

Серый сектор. Центр управления дронами:

Полутемный коридор с панорамным иллюминатором. За стеклом медленно проплывающий транспортный корабль.

Дежурный техник Моритц (человек, 60+) сидит за консолью. На экране бесконечный список рутинных отчётов. Рядом К’Лисс, нарн в преклонном возрасте, худощавый, с неподвижным лицом. Он смотрит не на экран, а в космос.

Моритц (не отрываясь от работы): Ты вообще когда-нибудь моргаешь?

К’Лисс: Иногда. Когда это имеет смысл.

Пауза.

Моритц: Ну и… имеет?

К’Лисс: Пока нет.

Моритц усмехается, отпивает из кружки.

Моритц: Знаешь, раньше я думал, что служба на такой станции – это что-то… великое. Перекрёсток судеб. Центр истории.

К’Лисс: А теперь?

Моритц: А теперь я три часа жду, пока грузовой лифт перестанет застревать между уровнями. Ещё ты стоишь, как истукан, уставившись в пустоту.

К’Лисс медленно поворачивает голову.

К’Лисс: Если уметь смотреть, можно увидеть движение там, где, казалось бы, ничего не происходит. Ты должен был это усвоить за долгие годы нашего знакомства, друг мой.

На консоли Моритца мигает индикатор. Короткий, почти незаметный сигнал. Сразу гаснет.

Моритц (нахмурившись): Странно… Был всплеск на внешних сенсорах. Меньше секунды.

К’Лисс: Что именно?

Моритц (пожимает плечами): Не знаю. Система даже не успела классифицировать. Как будто… кто-то передумал появляться.

К’Лисс снова смотрит в иллюминатор.

К’Лисс: Или не захотел, чтобы его видели.

Тишина. За окном всё тот же спокойный космос.

Моритц несколько секунд смотрит на погасший индикатор… потом возвращается к работе.

Моритц: Ладно. Если Вселенная хочет поиграть в загадки, пусть подаст заявку через диспетчерскую.

К’Лисс не улыбается на шутку. Или это была вовсе не шутка?

К’Лисс: Она никогда так не делает.

Камера следит за взглядом нарна, поворачивается к иллюминатору, где в черноте космоса можно разглядеть Тёмные звёзды, вынырнувшие из гиперпространства.

«Вавилон-6». Малый купол:

Тут более оживлённо, чем обычно. Рейнджеры и сотрудники станции суетятся. Входят Келл и Волков.

Келл: Что у нас, сержант?

Сандер выглядит сонным (видимо, был поднят по тревоге), но сконцентрированным.

Сандер: Сканируем все частоты по всем секторам.

Келл: Вы связались с афаари?

Сандер: Пытаемся.

Келл: Как только получится, сообщите, что нам срочно нужно поговорить.

Сандер: Так точно.

Орбита Минбара:

Вокруг планеты больше военных кораблей, чем обычно. В движениях чувствуется тревога.

Мимо экрана пролетает корабль Серого Совета.

Борт «Валент‘Та». Кабинет Рамин:

Рамин стоит перед консолью. Перед ней горит три голографических экрана. На центральном экране – список задач: переформатировать приглашение для делегации с Ипшира, согласовать порядок рассадки, уточнить цвет церемониальных лент, свести протокол правок к третьей редакции.

Она перечитывает фразу: «Совет приветствует ваше присутствие с должным уважением…». Удаляет «должным». Пишет «надлежащим». Стирает. Возвращает «должным».

Рамин раздражённо смахивает всё с экрана и вызывает копию протокола приказов для рейнджеров. Всматривается. Выражение на её лице с раздражённого меняется на недоумевающее.

Открывается дверь. Входит Карал.

Рамин спешно смахивает протокол приказов, возвращая текст приветственной речи.

Карал подходит ближе, наклоняется к её панели и открывает предыдущее окно с отображением протокола приказов рейнджерам.

Карал: Ты слишком торопишься знать то, что не тебе предназначено.

Рамин: Я хочу быть полезной.

Карал: Ты уже полезна.

Он жестом указывает на текст приглашения.

Карал: Совет держится не только на решениях. Он держится на форме.

Рамин смотрит на экран.

Рамин: Форма не спасёт нас, если решения будут приняты неправильные.

Тишина.

Карал выпрямляется.

Карал: Твоя задача – научиться выдержке. Пока ты не можешь спокойно переписать одно предложение – ты не готова переписывать курс истории.

Рамин: Я согласилась стать Вашей помощницей не для того, чтобы утопать в формальностях и повседневной бюрократии. И Вы мне давали другие указания.

Карал: Умерь свой пыл. Напором ты лишь загубишь дело.

Он выходит. Дверь закрывается.

Рамин смотрит на текст. Она стирает всё приветствие целиком. Затем на секунду возвращает скрытое окно и быстро копирует обрывок данных из протокола.

Файл исчезает в личном архиве.

Рамин возвращается к работе. На её лице уже не раздражение, а решение.

Орбита планеты Морада-7. Открытый космос:

В пространстве мечутся космические истребители и другие боевые машины обороняющихся. Лазерные лучи и смертельные импульсы пронзают вакуум.

Камера немного сдвигается и показывает надвигающуюся пару гигантских крейсеров Неприкаянных, окружённых стаями дронов-осьминогов. Все попытки нанести им вред бессмысленны. Дроны кидаются на противника и буквально рвут его на части. Залпы с крейсеров вспарывают любую оборону.

Ещё секунда, и дрон накидывается на камеру, разворачивая её. На экране виден центральный «глаз» дрона, смотрящий прямо в камеру. Вспышка.

«Вавилон-6». Синий сектор. Зал заседаний:

Помещении заполнено послами. В центре большая голограмма, показывающая планету, на которой прямо с орбиты видны огненные полосы.

Келл (несколько обречённым тоном): Родной мир Токати… атакован. Из гиперпространства вышло несколько кораблей Неприкаянных… Оборона прорвана, поверхность… выжжена. Попытки сопротивления… результатов не дали. Итого уже три мира подверглись атакам. Мы должны…

Таррок (перебивает): Капитан! Что мы ещё должны? Вы не понимаете, что происходит? Мы истощили свои силы в войне с плеританами, корпашами и ситтанексами! Вы взяли флот, чтобы остановить прибытие, но вас смели! Мы ничего не можем сделать! Хватит! Нам пора подумать о нашем выживании.

Звучат возгласы поддержки Таррока. Послы вскакивают и расходятся. Волков стоит рядом с Кристофером. Подходит Шу‘Корт.

Шу‘Корт (философским тоном): Вот и проявился наш большой и злой хищник.

Кристофер обречённо смотрит на нарна.

Келл: Нам нужно перегруппировать свои силы, а не разбегаться по углам. Как обстоят дела на фронтах?

Шу‘Корт: Необычайно тихо. С момента прихода Неприкаянных все остальные свернули свои наступательные действия и сконцентрировались на обороне.

Келл: Сидят тише воды, ниже травы?

Нарн кивает.

Шу‘Корт: Я займусь перегруппировкой войск. Посмотрим, что у нас осталось.

Уходит. Кристофер поворачивается к Волкову.

Келл: Свяжись с Блэком. Пора брать за жабры калистианцев.

Николай кивает и уходит.

Орбита Минбара:

Видна планета с тёмной стороны крупным планом. Камера наезжает ещё ближе, концентрируясь на пятне из множества крохотных огней.

Тузанор. Штаб-квартира Анла‘Шок. Галерея:

Рамин спешит по галерее. Она настроена серьёзно. Однако перед входом в здание ей преграждает путь пара рейнджеров-стражей. Рамин в недоумении останавливается.

Рамин: Мне нужно встретиться с Эрленом.

Рейнджер (сухо): Приказано не пускать.

Рамин: Кто приказал?

Рейнджер: Энтил‘За.

Рамин (пытаясь всё же пройти): Я задам всего один вопрос. Это не потребует много времени.

Однако рейнджер останавливает её рукой, не давая пройти. Это возмущает Рамин. Она хочет предпринять ещё одну попытку прорваться, всё надеясь на свои авторитет и известное знакомство с Энтил‘За, но второй рейнджер кладёт руку на посох, предупреждая, что применит силу.

В этот момент ещё одна рука опускается на его посох на поясе, удерживая. Рейнджер смотрит на только что появившегося и делает шаг назад. Это Сандел.

Он грозно и предупреждающе смотрит на рейнджеров, буравящих его взглядами в ответ. Юноша хладнокровно поворачивается к Рамин и спокойно склоняет голову в приветственном жесте.

Сандел: Рамин, к сожалению, мы не сможем пройти. Позволь нам уйти миром.

Рамин несколько секунд думает, переводя взгляд от одного на другого, затем кивает, соглашаясь. И они с Санделом удаляются.

Галерея:

Рамин и Сандел идут рядом.

Рамин: Благодарю тебя, мой защитник. Мне показалось, они собирались силой вышвырнуть меня.

Сандел: Я выполняю поручение брата. Он просил присматривать за тобой.

Рамин (меняя тему): Сандел, я не понимаю, что происходит. Я видела приказы Энтил‘За. Он отзывает рейнджеров к Минбару.

Сандел: Да, на перегруппировку. Ты видела сводки. Эти Неприкаянные… Они Изначальные. Враг непреодолимой мощи.

Рамин (эмоционально): Значит, мы должны сражаться с большей отдачей. Но меня даже не пустили к Эрлену. Здесь атмосфера осаждённой крепости. Мы же на Минбаре, Сандел. Когда наш мир стал таким?

Сандел: Это временное явление. Пойми, все очень взволнованны... Многие годы минбарцы убеждали себя, что они самые сильные в регионе, почивали на лаврах победы в войне с Тенями и уходе ворлонов. Но…

Рамин: Такой враг… (понимает) Во имя Валена… Они перепуганы.

Сандел виновато кивает, словно признался в чём-то постыдном. Рамин не обращает на это внимание, погрузившись в свои мысли.

Рамин: Но тут что-то ещё. Я знаю Эрлена. Может быть, Серый совет и напуган, но Энтил‘За бесстрашен.

Сандел (пожимает плечами, принимая слова собеседницы): Я не знаю его так, как ты.

Рамин (решительно): Но я это выясню.

Сандел (склоняя голову): Если понадобиться моя помощь…

«Вавилон-6». Зелёный сектор. Коридор:

Спецназовцы крадутся по коридору, распугивая дипломатов. Из двух коридоров к одной двери подбирается две группы спецназа. Одну возглавляет Блэк, другую Волков.

Блэк вопросительно смотрит на Волкова. Тот на несколько секунд концентрируется, затем открывает глаза и кивает. Эндрю звонит в дверь.

Блэк: Говорит начальник службы безопасности Эндрю Блэк! Посол, по приказу командующего станции «Вавилон-6», вы будете задержаны и помещены под стражу.

Вместо ответа дверь открывается, молчаливо приглашая войти. Пару секунд все недоумевают, затем Блэк жестом даёт команду входить. Спецназовцы с оружием наготове входят внутрь.

Квартира Тахт-Та Зелы:

В помещении сам посол и его помощник. Спецназовцы входят и наводят на них оружие. Появляются Блэк и Волков. Тахт-Та Зела смотрит на них вызывающе спокойно. Никакого сопротивления. Никаких попыток бегства. Зела смотрит прямо на Волкова.

Зела: Наконец-то. Мы начали беспокоиться, что вы не столь сообразительны, как показала наша аналитика.

Помощника уже проверяют. Он спокойно разводит руки.

Блэк: Посол, вы обвиняетесь в шпионаже и передаче стратегической информации противнику.

Зела слегка кивает.

Зела: Формулировка ожидаемая. (пользуясь коротким замешательством) Прежде чем мы продолжим, обозначу условия. Мы предпочтём домашний арест и, как вы любите говорить, гуманное обращение. Допросам, пыткам и… телепатическим фокусам – категорическое нет.

Волков: И что заставит нас пойти вам навстречу? Вы не находитесь в позиции торговаться.

Зела: Напротив. Именно сейчас единственный момент, когда я могу.

Он поднимает руку. Спецназ мгновенно наводит оружие. Тахт-Та Зела останавливается.

Зела: Спокойно. Если бы я хотел причинить вред станции, разговор был бы короче.

Он касается браслета на запястье.

Зела: На борту моего корабля находится заряд антиматерии. Стандартная система самоуничтожения. Полностью легальная для дипломатического судна моего мира. Система связана с нашими жизненными показателями. (пауза) Если я умираю… Если фиксируется принудительное вмешательство в мозговую активность… Если телепат попытается проникнуть в сознание…

Он делает короткую паузу.

Зела: Заряд детонирует.

Блэк: Радиус поражения?

Калистианец смотрит ему прямо в глаза.

Зела: Достаточный, чтобы вопрос об юрисдикции станции потерял актуальность.

Волков (тихо): Вы готовы уничтожить себя? Не похоже на вас.

Зела: Нет. (пауза) Но наша роль сыграна до конца. Отныне никакая информация, исходящая от нас, не будет приниматься вашими противниками. Обмануть их посредством дезинформации, как получилось в ситуации с Землёй, не выйдет.

Волков: Почему мне кажется, что и в тот раз вы не сильно нам поверили?

Тахт-Та Зела невинно пожимает плечами, ничего не отвечая.

Тем временем Блэк бросает короткий взгляд на одного из своих бойцов, который что-то проверяет по каналу связи, затем коротко утвердительно кивает.

Боец: Есть сигнал… биометрическая связка подтверждается.

Волков смотрит на калистианца пристально, словно пытаясь услышать что-то, проникнуть сквозь защиту.

Волков: Вы уверены, что всё рассчитали?

Зела: Разумеется.

Волков делает шаг ближе. В воздухе повисает напряжение, словно невидимая сила сковывает всех. Зела чуть заметно напрягается.

Волков: Потому что сейчас… прямо сейчас… я чувствую, как система реагирует на любое изменение вашей нейроактивности. У вас есть некоторая защита от телепатов, но вряд ли от серьёзной попытки моего уровня.

Он склоняет голову.

Волков (спокойно): Если я ошибусь хотя бы на долю секунды…

На браслете Зелы тихо вспыхивает индикатор.

Несколько бойцов инстинктивно сжимают оружие.

Тахт-Та Зела поднимает ладонь.

Зела: Я бы предпочёл, чтобы мы не проверяли пределы вашей интуиции, капитан.

Волков смотрит на индикатор ещё секунду. Потом отступает. Индикатор гаснет.

Блэк наблюдает за этим молча.

Блэк: Хорошо.

Он поворачивается к бойцам.

Блэк: Оружие вниз.

Несколько стволов медленно опускаются.

Блэк снова смотрит на калистианца.

Блэк: Посол Тахт-Та Зела, вы переходите под домашний арест в пределах этих апартаментов. Все каналы связи будут заблокированы. Любая попытка преодолеть блокаду будет расценена как враждебное действие и повлечёт за собой последствия.

Посол слегка склоняет голову.

Зела: Разумное решение.

Блэк: Ваш корабль остаётся под наблюдением службы безопасности.

Зела: Разумеется.

Эндрю жестом приказывает отступить, и отряд службы безопасности вместе с Волковым покидает квартиру посла.

Дверь закрывается.

Тишина.

Несколько секунд Тахт-Та Зела стоит неподвижно, словно прислушивается к удаляющимся шагам в коридоре. Затем медленно выдыхает. Он даже не оборачивается.

Зела: Охрана?

Помощник подходит к панели и коротко проверяет датчики. На экране появляются сигнатуры вооружённых постов за дверью.

Он молча кивает.

Зела: Связь?

Помощник едва заметно отрицательно качает головой. Зела задумчиво кивает.

Зела (с философской ноткой в голосе): Всё идёт по плану.

Орбита Торины-5:

Вокруг станции тревожная тишина. Немногие корабли летают между станцией и вратами. Звенья Громовержцев проносятся мимо – режим повышенной готовности.

Центаврианский лайнер отлетает и уходит в гиперпространство.

«Вавилон-6». Синий сектор. Квартира Келла:

В помещении тусклый свет. Камера медленно движется, показывая интерьер. Беспорядок. Звучит звонок в дверь. Ничего не происходит. Звонок повторяется. Камера продолжает движение, показывая кухню, перемещаясь к дивану, опускается ниже. Возле дивана на полу сидит Кристофер. Над ним горит голографический экран, на котором в автоматическом режиме проводятся симуляции. Результаты симуляций всегда одинаковы – поражение.

На лице Келла усталость и отчаянье.

Звонок продолжает перебивать отчёты о результате симуляции.

В конце концов, Кристофер приказывает открыть, и внутрь врывается свет из коридора. В двери фигура Лины Тари. Она на секунду замирает в дверях.

Свет из коридора режет полумрак комнаты.

Лина медленно закрывает дверь. Квартира снова погружается в тусклый свет голографического экрана.

Лина Тари делает несколько шагов вперёд, осторожно обходя разбросанные на полу планшеты и распечатки.

На экране очередная симуляция заканчивается знакомым итогом.

ПОРАЖЕНИЕ.

Компьютер сразу запускает новую.

Лина смотрит на экран.

Тари: Вы уже нашли вариант, где мы побеждаем?

Кристофер не поднимает головы.

Келл: Нет. (пауза) Но компьютер очень старается.

На экране снова вспыхивает схема флотов. Линии манёвров. Красные маркеры постепенно заполняют карту.

Лина тихо подходит ближе.

Тари: Сколько раз?

Келл (устало усмехается): Я перестал считать после четырёхсот.

Новая симуляция.

ПОРАЖЕНИЕ.

Лина смотрит на него несколько секунд.

Тари: Вы не открывали дверь.

Келл: Я надеялся, эта война закончилась.

Пауза.

Лина подходит к столу и выключает звук у компьютера. Отчёты продолжают появляться, но теперь без монотонного голоса системы.

Комната становится тише.

Тари: Мой муж улетел.

Келл впервые поднимает взгляд.

Келл: Я видел.

Тари: Он считает, Альянс продержится ещё три месяца.

Келл: Оптимист.

Лина слабо улыбается.

Тари: Я сказала ему то же самое.

Пауза.

Келл смотрит на экран, где снова появляется красная надпись.

ПОРАЖЕНИЕ.

Келл: Мы проигрываем быстрее, чем думаем.

Он проводит рукой по лицу.

Келл: Каждый сценарий заканчивается одинаково. Мы теряем флот… потом колонии… потом столичные миры.

Лина медленно садится на край дивана.

Тари: Вы ищете способ выиграть войну?

Келл смотрит на неё.

Келл: Я ищу способ, при котором мы не проиграем.

Пауза.

Лина долго смотрит на экран.

Тари: Иногда победа и выживание – не одно и то же.

Келл усмехается, но в этой усмешке нет веселья.

Келл: Если вы пришли сказать мне, что нам стоит сдаться, и нас пощадят…

Лина качает головой.

Тари: Я центаврианка. Мы никогда не говорим такого, если не уверены.

Новая симуляция.

Карта медленно краснеет.

Келл смотрит на неё.

Келл: Тогда зачем вы здесь?

Лина отвечает не сразу. Она смотрит на беспорядок вокруг, на усталого человека на полу, на экран, который снова и снова показывает один и тот же результат.

Тари (тихо): Потому что ты здесь.

Пауза. Келл опускает взгляд.

Тари (добавляет чуть тише): И потому что иногда даже командующему станции нужен кто-то, кто скажет ему… что он всё же человек.

Келл закрывает глаза на секунду.

На экране очередной отчёт.

ПОРАЖЕНИЕ.

Келл (тихо): Лина… если мы проиграем эту войну… ничего уже не будет иметь значения…

Он не заканчивает фразу. Лина смотрит на него внимательно.

Тари: Я знаю.

Долгая пауза. Она наклоняется чуть ближе.

Тари: Именно поэтому это имеет значение сейчас.

Между ними почти нет расстояния. Келл медленно поднимается с пола, оказываясь рядом с ней. Лицом к лицу. Они смотрят друг на друга. Ни один не делает шага назад.

Келл (тихо): Лина… это плохая идея.

Тари (почти шёпотом): Да.

Пауза.

Ни один из них не двигается. Свет от голограммы скользит по комнате. Кажется, ещё секунда – и дистанция исчезнет.

В этот момент резкий сигнал коммуникатора разрывает тишину. Келл вздрагивает, закрывает глаза на секунду, словно проклиная момент. Лина отступает первой. Келл включает канал.

Келл: Келл слушает.

Голос офицера с мостика напряжён.

Голос: Капитан, из гиперпространства выходит неизвестное соединение. Много кораблей.

Келл мгновенно становится другим человеком. Усталость исчезает.

Келл: Сколько?

Короткая пауза.

Голос (растерянно): Больше, чем у нас есть.

Келл смотрит на Лину. Их взгляды на секунду встречаются снова – уже совсем иначе.

Келл (в коммуникатор): Тревога! Я иду на мостик.

Он быстро выходит. Дверь закрывается.

Лина остаётся одна в полутёмной комнате.

На экране продолжается симуляция. Через несколько секунд появляется очередной результат.

ПОРАЖЕНИЕ.

Командный мостик станции:

Дверь открывается и вбегает Келл.

Келл (тяжело дыша): Доклад!

Холдер поворачивается к нему, и едва заметная улыбка касается его губ.

Холдер: Успокойтесь, капитан. Это свои.

Келл вопросительно смотрит на Сандера, стоящего рядом у консоли.

Сандер: Новый флот Земли, капитан. (немного виновато) Дежурный не распознал сразу и… поднял панику.

Кристофер успокаивается, но остаётся настороже.

Келл: Что нужно новому флоту Земли у нас?

Холдер: Он привёз выживших при битве у врат Неприкаянных. Примите?

Келл (Сандеру): Сержант, приступайте к приёму. Сообщите доктору Ли!

Сандер: Так точно!

Кристофер бросает взгляд на Холдера и выходит.

Флэшбек. Борт «Центуриона»:

Тревожная сирена.

Узкий коридор. Искры, дым, обрывки проводки свисают со стен.

Эдон Трохт, Джеймс Конрад и ещё несколько рейнджеров медленно продвигаются вперёд. Оружие наготове. Все потрёпаны.

Где-то впереди металлический скрежет.

Конрад (тихо): Контакт впереди. Осторожно.

Трохт кивает. Шаг. Ещё шаг. Вдруг резкое движение. Из пролома в стене вырывается дрон. Быстрый. Нечеловечески быстрый. Один из бойцов не успевает среагировать – дрон врезается в него, разрывает броню.

Крики. Огонь. Конрад открывает огонь. Трохт стреляет. Дрон исчезает. Тишина на долю секунды. Затем он появляется сбоку.

Слишком близко. Трохт успевает только повернуть голову. Дрон бросается на него. Слышится жуткий хруст и хлюпанье.

Чёрный экран.

Тишина. Сквозь неё голос. Мягкий. Тёплый.

Голос: …Эдон…

Пауза.

«Вавилон-6». Медотсек:

Голос (чуть живее): Ну же… не заставляй меня волноваться.

Трохт медленно открывает глаза. Свет бьёт в лицо. Размытые силуэты. Звуки гулкие, далёкие. Над ним склоняется лицо.

Лина Тари. Её взгляд обеспокоен… но в нём уже есть улыбка. Лёгкая, живая.

Трохт моргает. Фокусируется. Понимает. Он лежит на каталке. Его везут. Вокруг медики, движение, команды.

Лина осторожно проводит рукой по его голове. Но теперь в этом жесте не только забота – в нём есть мягкая, почти игривая уверенность.

Тари (с облегчением): Вот так. Я уже начала думать, что ты решил устроить себе внеплановый отпуск.

Трохт пытается говорить. Голос хриплый.

Трохт: Дрон…

Лина наклоняется ближе. И на этот раз улыбается чуть шире.

Тари: Уничтожен. Вас спасли.

Пауза. Она чуть прищуривается, разглядывая его.

Тари: А ты… Тебя потрепало… немного.

Трохт слабо улыбается. Почти неосознанно.

Трохт: Я… старался…

Лина тихо смеётся.

Очень мягко. И снова проводит рукой по его волосам.

Тари: В следующий раз постарайся меньше.

Пауза. Её голос становится чуть теплее.

Тари: Таких, как ты, так просто не ломают.

Короткая пауза. Она смотрит ему прямо в глаза.

Тари: И уж точно не какая-то железка.

Трохт смотрит на неё. Мир всё ещё расплывается. Но она чёткая. Он будто держится за её голос.

Трохт: Вы… здесь…

Лина слегка склоняет голову. С лёгкой, почти кокетливой теплотой:

Тари: А где ещё мне быть? (пауза) Ты же не думал, что я пропущу такое представление?

Трохт закрывает глаза на секунду. Словно просто чтобы удержать этот момент.

Когда открывает, она всё ещё рядом.

Медики начинают перекладывать его на стационарную платформу. Один из них обращается к Лине:

Медик (сурово): Нам нужно работать.

Лина отступает… но не сразу. Её рука на мгновение задерживается на его плече. Она наклоняется чуть ближе.

Тари: Выздоравливай.

Пауза. В её взгляде непонятная печаль.

Трохт едва заметно кивает. Его взгляд всё ещё прикован к ней. Даже когда его отворачивают. Даже когда она выходит из поля зрения. Камера остаётся на Трохте. Его глаза медленно закрываются. Боль притуплена, как и всё восприятие сильными медикаментами.

Камера отдаляется, и видно больше, чем только лицо Трохта. Видно, что его тело сильно повреждено и нет правой руки.

У выхода из медотсека стоит Лина. Она задерживается. Смотрит на него. Улыбка медленно исчезает, на глаза накатываются слёзы. На мгновение остаётся только тишина и что-то более тяжёлое в её взгляде. Затем она берёт себя в руки. Разворачивается. И уходит.

Орбита Торины-5:

Возле планеты много новых земных кораблей. Идёт активное движение челноков и транспортников между ними и станцией.

«Вавилон-6». Малый купол. Координационный центр:

Вокруг круглого стола сидят Келл, Волков, Шу‘Корт, Ардал, несколько других дипломатов и военных альянса, а также Джеймс Конрад. Конрад ранен в плечо, а также у него пара красных рубцов на лице и место правого глаза закрывает повязка. Выглядит он не лучшим образом, но собран. Все внимательно смотрят на Конрада.

Конрад (не спеша, вспоминая): Неприкаянные улетели, оставив своих дронов для добивания выживших. Флот Земли прибыл не вовремя для битвы… Вероятно, даже к лучшему. Я не знаю, что мы могли бы сделать… В общем, когда мы подали сигнал бедствия, дроны кинулись на нас. Начали пробиваться через броню, влезать во вскрытые отсеки, желая добраться до нас. Но…

Джеймс осторожно касается рубца на лице, затем смотрит на пальцы с размазанной кровью. Его единственный левый глаз обводит присутствующих.

Конрад: В общем, земные десантники нас спасли в последний момент. Дроны были уничтожены, выжившие эвакуированы.

Шу‘Корт: Это хорошо. Взаимопомощь это то…

Конрад (перебивая): Не хорошо. Нас не ставили в известность, но мне удалось подслушать разговоры офицеров, пока нас перевозили в медотсек. Говорилось что-то про старт с седьмой планеты системы змееловов чего-то.

Шу‘Корт: Чего?

Конрад: Не знаю. Но земной флот очень быстро ретировался оттуда, видимо, не желая сталкиваться с этим чем-то.

Шу‘Корт (смотря на Келла): Нужно выяснить, что взлетело с планеты.

Однако Кристофер сидит, опустив взгляд, и как будто вообще не слушает разговор. Не отвечает. Постепенно все взгляды оказываются направлены на него.

Шу‘Корт (осторожно): Капитан?

Келл (разражённым тоном): Хорошо. Я спрошу. Только в чём смысл? У нас нет шансов.

В комнате становится заметно тише. Ардал медленно откидывается на спинку кресла.

Келл устало проводит рукой по лицу.

Келл: Мы теряем флоты. Колонии. Союзников. Каждая новая информация лишь подтверждает одно и то же.

Никто не отвечает.

Волков наблюдает за Келлом внимательно, но молчит.

Келл (продолжает): Мы всё время говорим о стратегиях, планах, новых союзах… Но факты остаются фактами. (смотрит на присутствующих) Мы не знаем врага. Мы не можем его остановить. И каждый новый день лишь приближает момент, когда они придут сюда.

Тишина. Даже Конрад выглядит несколько ошеломлённым.

Один из дипломатов (тихо): Если всё действительно так…

Он не заканчивает фразу.

Шу‘Корт смотрит на Келла всё более тяжёлым взглядом.

Келл устало откидывается назад.

Все молчат. Комната наполняется тяжёлым молчанием.

Шу‘Корт медленно встаёт.

Шу‘Корт: На сегодня достаточно. (обводя присутствующих взглядом) Совещание окончено.

Люди и представители других рас начинают подниматься из-за стола. Разговоры звучат тихо, приглушённо, почти шёпотом. Атмосфера напряжённая и мрачная.

Келл выходит одним из первых. Словно пытается убежать.

Коридор малого купола:

Келл быстрым шагом идёт по коридору. Позади слышатся быстрые шаги. Шу‘Корт догоняет его.

Шу‘Корт: Капитан.

Келл останавливается, но не оборачивается. Шу‘Корт подходит ближе.

Шу‘Корт (жёстко): Что это было?

Келл (устало выдыхает): Правда.

Шу‘Корт: Нет. (пауза) Это было пораженчество.

Келл поворачивается. В глазах нарна огонь.

Келл: Вы слышали доклад.

Шу‘Корт: Я слышал. Но я также слышал Вас.

Он делает шаг ближе.

Шу‘Корт: Вы – наш лидер. Люди в той комнате смотрят на Вас, чтобы понять, есть ли у нас шанс. (пауза) И сегодня вы сказали им, что шанса нет.

Келл раздражённо качает головой.

Келл: Я сказал им правду.

Шу‘Корт (тихо, но твёрдо): Иногда правда – это роскошь, которую командир позволить себе не может.

Келл молчит.

Шу‘Корт (продолжает): Если вы потеряете веру – они потеряют её раньше Вас. (пауза) И тогда мы действительно проиграем. (смотрит Келлу прямо в глаза) Не потому, что враг сильнее. (короткая пауза) А потому что наш командующий сдался раньше битвы.

Кристофер подавлено смотрит на нарна, который буравит его испытывающим взглядом.

Шу‘Корт (упирая указательный палец в перчатке прямо в грудь Кристофера): Я больше НИКОГДА не хочу слышать от Вас такие слова. Это ясно?

Долгое молчание.

Шу‘Корт разворачивается и уходит по коридору.

Келл остаётся стоять один.

Вдалеке слышится гул станции и тревожные переговоры по связи.

Келл смотрит вслед Шу‘Корту – и впервые за сцену видно, что слова нарна задели его сильнее, чем он готов признать.

Минбар. Йедор. Учебный комплекс:

День. Светлый двор, окружённый изящными минбарскими зданиями. Всё идеально: дорожки, деревья, ученики в одинаковых одеждах, движущиеся спокойно и почти синхронно.

Слишком правильно.

По дорожке идут Рамин и Сандел. Сандел держится прямо, шаг выверен. Но взгляд его невольно цепляется за всё новое.

Впереди, на каменной скамье, сидит Кэти. Она резко выбивается из окружения: сидит развалившись, минбарская форма явно переделана под себя – облегает сильнее, чем положено, и открывает больше, чем прилично, нога закинута на ногу, в руках металлический жетон, который она лениво крутит. Она замечает Рамин. Мгновенно оживляется.

Кэти: О, наконец-то кто-то нормальный.

Рамин и Сандел подходят. Сандел на секунду замирает. Его взгляд задерживается на Кэти чуть дольше, чем он сам замечает. Он быстро отводит глаза.

Рамин подходит ближе, присаживается рядом.

Рамин (спокойно): Ты хорошо устроилась.

Кэти (фыркает): Если под «хорошо» ты имеешь в виду «меня пытаются превратить в статую» - тогда да, идеально.

Она вскакивает и начинает ходить вокруг них. Сандел невольно следит за её движениями.

Кэти: Они тут все такие… (пытается изобразить) «Мы должны быть спокойны. Мы должны быть сосредоточены…»

Она резко останавливается перед Санделом.

Кэти: Ты тоже такой, да?

Сандел чуть смущается.

Сандел: Это… помогает не совершать ошибок.

Кэти: Скучно.

Рамин наблюдает за ними с некоторым удовлетворением.

Рамин: Ты конфликтуешь с наставниками?

Кэти оживляется.

Кэти: О, у меня уже есть любимчик.

Садится обратно, подаётся вперёд.

Кэти: Как его… Ша’лен? Ши’лан? Ша… (машет рукой) «Ша-что-то-там».

Рамин: Ша’Лин.

Кэти: Да, этот. Я зову его «Ша-линька».

Сандел едва заметно вздрагивает – для него это почти святотатство.

Кэти: Он мне говорит: «Ты должна научиться отпускать эмоции.» (пауза) А я спрашиваю: «Зачем?»

Сандел слушает уже внимательно.

Кэти: Он: «Эмоции мешают ясности мышления.» (наклоняется вперёд) А я ему: «А если мне нравится, когда неясно?» (пауза) Он молчал минуту.

Сандел: И?

Кэти: И отправил меня медитировать на три часа. (пауза) Я уснула.

Сандел невольно опускает взгляд, пытаясь скрыть лёгкое смущение и, возможно, тень улыбки.

Рамин внимательно смотрит на Кэти, не столько на слова, сколько на неё саму. На то, как она двигается, говорит, реагирует.

Рамин: Ты не пытаешься понять их.

Кэти (возмущённо): А они не пытаются понять меня. Зачем нужны эмоции, если их надо постоянно подавлять и контролировать? (пауза, тише) Я здесь чужая.

Рамин: Да.

Кэти морщится.

Кэти: Ты даже спорить не будешь?

Рамин (спокойно): Не только люди могут быть чужими на Минбаре.

Пауза. Кэти смотрит внимательнее. Сандел тоже.

Рамин: Иногда ты рождаешься здесь… и всё равно будто чужая. (короткая задумчивая пауза) А иногда это выбор, понимание, что так неправильно.

Сандел поднимает взгляд на Рамин. Он явно не ожидал такого.

Тишина. Кэти прищуривается.

Кэти: Ты тоже не «их», да?

Рамин не отвечает прямо. Её взгляд на мгновение становится жёстче – затем снова спокойным.

Рамин (слегка натужно улыбается): Ты слишком живая для этого места.

Кэти: Это плохо?

Рамин: Для них – да.

Пауза. Рамин чуть склоняет голову, изучая Кэти.

Рамин: Когда-то давно Деленн говорила мне, что у людей есть одна уникальная черта: они создают сообщества. Если лишить их одного, они создадут другое… В этом и заключается их сила. Думаю, я заразилась от людей чем-то таким.

Кэти ловит эту фразу. Её улыбка становится чуть более внимательной.

Сандел переводит взгляд с одной на другую, не до конца понимая, что именно сейчас произошло, но чувствуя, что разговор стал глубже.

Рамин отступает.

Рамин: Нам пора.

Кэти (разочарованно выдыхает): Ты ещё придёшь?

Рамин (слегка улыбается): Если будет повод.

Кэти кивает.

Кэти: Не переживай на этот счёт.

Сандел чуть удивлённо смотрит на неё.

Они с Рамин разворачиваются и идут к выходу. Кэти остаётся на скамье, снова закидывает ногу на ногу, но уже не так расслабленно – она провожает их взглядом.

Дорожка у выхода из двора:

Рамин идёт вперёд. Сандел идёт рядом… но почти не смотрит перед собой, постоянно оборачивается. Кэти всё ещё видна вдалеке. Сандел задерживает взгляд. Слишком долго. Он сам этого не замечает.

Рамин замедляет шаг. Краем глаза наблюдает за ним. Её губы едва заметно трогает улыбка – спокойная, понимающая. Она не смотрит на него прямо.

Но тихо произносит:

Рамин: Любопытство – полезное качество.

Сандел чуть вздрагивает, словно пойманный. Быстро отворачивается.

Сандел: Я просто… наблюдал.

Рамин (кивает): Конечно.

Они продолжают идти. Сандел больше не оборачивается. Но его мысли всё ещё там. Рамин это понимает. И её улыбка становится чуть глубже.

«Вавилон-6». Зелёный сектор. Оцепленный коридор:

В коридоре стоят несколько спецназовцев. У двери стоят ещё двое. Оружие опущено, но готово к применению.

Квартира Тахт-Та Зелы:

Дверь открывается. Внутрь входит Кристофер Келл.

В помещении всё так же спокойно и аккуратно, как будто здесь не произошло ничего необычного. Тахт-Та Зела сидит за столом, словно ожидал визита. Его помощник стоит у стены – неподвижный, широкоплечий, молчаливый.

Зела (поднимая взгляд): Командующий станции лично. Должен признать, мы польщены.

Келл проходит внутрь, не реагируя на иронию.

Келл: Мне доложили о ситуации.

Короткая пауза. Он переводит взгляд на браслет на запястье Зелы.

Келл: О бомбе на вашем корабле. О системе, связанной с вашими жизненными показателями. И о том, что произойдёт, если с вами что-то случится.

Зела слегка кивает.

Зела: Приятно знать, что ваша служба безопасности работает столь тщательно.

Келл смотрит на него спокойно.

Келл: Я пришёл не обсуждать детали.

Зела чуть наклоняет голову.

Зела: Тогда зачем?

Келл не отвечает сразу. Он проходит к панорамному экрану, на котором видна кривая дуга станции и далёкие огни доков, словно это окно наружу.

Зела наблюдает за ним с лёгким любопытством.

Зела: Вы знаете… в моей юности я служил на одной из окраинных колоний. Небольшой мир. Пустынный. Там почти не было воды.

Он говорит спокойно, словно вспоминая давнюю историю, одновременно не сводя взгляда со спины капитана.

Зела: Раз в несколько лет приходили песчаные бури. Настоящие бури. Стена пыли высотой в километры, сметающая всё на своём пути. (пауза) Местные жители знали: если буря идёт на город, нужно уходить в убежища и ждать. Никто не пытался остановить её. После неё не было города, лишь руины. Но те, кто спрятался, кому удалось пережить бурю, уйти с её пути вовремя, могли начать всё сначала.

Он чуть пожимает плечами.

Зела: Но однажды один самоуверенный молодой офицер решил, что можно построить барьеры. Он приказал вывести технику, поставить генераторы, создать силовой щит. (смотрит на Келла, словно желая понять, слушает ли тот его внимательно) Он искренне верил, что сможет остановить бурю.

Келл (тихо): И что произошло?

Зела (отвечает почти мягко): Буря пришла. (пауза) Когда всё закончилось, от барьеров не осталось ничего. А от офицера – почти ничего.

Он складывает пальцы перед собой.

Зела: Иногда сила природы просто… больше.

Келл медленно оборачивается.

Зела: Можно быть храбрым. Можно быть благородным. Можно даже быть правым. (пауза) Но это не меняет масштаб явлений. (смотрит на Келла внимательно) Именно поэтому разумные цивилизации учатся различать два вида борьбы. Борьбу, которую можно выиграть… и борьбу, в которой остаётся лишь выбрать как проиграть.

Несколько секунд тишины.

Келл делает шаг вперёд.

Келл: Вы недооцениваете людей.

Зела слегка улыбается.

Зела: Я достаточно подробно изучал людей и их союзников. Поверьте… я не склонен их недооценивать. (пауза) Но я также научился распознавать бури.

Тахт-Та Зела медленно откидывает плащ и расстёгивает одежду. Под тканью видно изуродованное тело. Часть груди и плеча заменена кибернетикой. Там, где осталась живая плоть, кожа испещрена грубыми шрамами, словно её когда-то сточили абразивом.

Келл несколько секунд смотрит на это. Понимание приходит без слов. Он подходит ближе, говорит спокойно, но твёрдо.

Келл: Мы разблокируем вам канал связи для одного сеанса. Вы передадите сообщение Неприкаянным… и всем, кто им служит.

Зела слегка наклоняет голову.

Зела: Какое именно?

Кристофер смотрит прямо на него.

Келл: Мы готовы искать мирное решение. Мы готовы говорить. Мы готовы слушать. (делает ещё шаг) Но мы не сдадимся.

Келл разворачивается к выходу, но у уже открывшейся двери останавливается.

Келл (не оборачиваясь): Мы остановим бурю.

Он выходит. Дверь закрывается.

Экран темнеет.

Сайт проекта "Вавилон-6": https://babylon6.toposrednik.ru/

Аудиоверсии на Ютуб: https://www.youtube.com/c/ToposrednikRu

Аудиоверсии на mave: https://babylon6.mave.digital/

2. Серия: «Союзники»

Вокруг Торины-5 много кораблей и прежде всего транспортов. Видно, что на станцию хотят попасть больше, чем она может вместить.

«Вавилон-6». Жёлтый сектор. Зона таможни:

Тут битком инопланетян. Сотрудники службы безопасности в усиленном режиме проводят контроль. Блэк тоже здесь, пытается разруливать сложные ситуации.

Крики, шум. Все на нервах.

Тут к Эндрю подходит ещё один сотрудник и что-то говорит на ухо. Блэк внимательно слушает и кивает. Сотрудник остаётся, а Блэк уходит.

Жёлтый сектор. Служебный коридор:

Блэк идёт по коридору, минует с пропуском служебные двери, выходит к бухтам.

Бухты:

Тут стоит ещё один сотрудник службы безопасности, а рядом крупная фигура в плаще с капюшоном.

Блэк (подходя): Махо, кто тут у тебя?

Сотрудник не успевает ответить, как фигура поворачивается лицом и скидывает капюшон. Это Дэмиан Грин. Однако его внешний вид изменился. Теперь часть его кожи покрывает нечто чуждое, похожее на дополнительный толстый слой кожи или какой-то органической брони.

Лицо пока ещё не сильно задето, но на шее и протянутой для приветствия руке изменения очевидны.

Грин (едва заметно улыбаясь): Приветствую вас, Эндрю.

Блэк не спешит пожимать руку, несколько ошарашенно разглядывая Грина.

Блэк: Дэмиан, вы...

Грин (опускает руку): Изменился ещё больше. Верно. И поэтому я здесь. Не хотел пугать людей на таможне, решил воспользоваться знакомством с вами.

Блэк: Я сообщу доктору Ли...

Грин: Мне не нужен врач.

Блэк (удивлённо): Но...

Грин: Очевидно, я превращаюсь в некую боевую единицу, обладающую превосходящими способностями в сравнении с обычными десантниками. И также очевидно, что идёт война. Я хочу помочь победить.

Блэк не спешит отвечать. Видно, что у него на устах застыло всё то же «но...».

Грин: Я не очень понимаю, как это (указывает на себя) работает, но с недавнего времени я ощущаю усиливающуюся тягу к… участию в войне. Я хочу быть полезен. И вы знаете, я могу быть полезен.

Блэк: Я... поговорю с нужными людьми на ваш счёт. Думаю, где-нибудь в десанте вы могли бы проявить себя. Идёмте, найдём для вас подходящее жилище.

Грин: Я слышал, майор Руссо нынче возглавляет десант.

Блэк: К сожалению, уже нет. Произошли... некоторые события... В общем, Руссо ушёл со службы и покинул станцию. Я не знаю, где он теперь.

Грин явно удивлённый такими новостями смотрит на Блэка, снова накидывает капюшон, и оба уходят.

Синий сектор. Кабинет Келла:

Кристофер встаёт из-за стола, начинает на ходу накидывать китель и собирается выходить. В этот момент входит Волков.

Келл: Николай?

Волков: Привет. Есть минута?

Келл (начиная застёгиваться): Конечно.

Волков: У нас война с одной из рас Изначальных...

Келл (слегка язвительно): Пока что очевидно.

Волков бросает недовольный взгляд на друга.

Келл: Прости. Я... не в лучшем настроении.

Волков: В прошлый раз, когда велась подобная война, нам очень так пригодились телепаты. Они, как ты знаешь, даже были созданы для той войны. Поэтому я хочу создать спецподразделение из телепатов для участия в спецоперациях и рейдах во вражеские территории. Нам пригодится любая поддержка. Возможно, с телепатами мы поймём причины войны и сможем достучаться до Неприкаянных.

Кристофер несколько секунд думает, тяжело вздыхает.

Келл: Согласен. Пока всё выглядит так, что силой нам не одолеть. Нужно использовать все возможности. Какой твой план?

Волков: У меня есть координаты одного места, где можно найти подходящих кандидатов. Хочу слетать туда.

Келл: Один?

Волков: Я возьму кое-кого в помощь.

Келл: Хорошо. Кто-то должен прикрывать тебе спину.

Волков: А ты куда направляешься?

Келл: Вести неприятный разговор. Но в сложившейся ситуации, я не вижу другого выхода. Нам нужны союзники.

Николай понимающе кивает. Оба выходят.

Синий сектор. Квартира Конрада:

Полутёмное помещение. В воздухе ощущается напряжение и усталость.

Джеймс Конрад стоит у стола, опираясь на него обеими руками. Движения сдержанные, ранения ещё дают о себе знать. Повязка на глазу, шрамы, выглядывающие из-под неё.

Голографическая карта с маршрутами передвижения сил сменяется активированным каналом связи.

Фигура Эрлена возникает в виде голограммы. Спокойный, собранный… холодный.

Несколько секунд они просто смотрят друг на друга.

Конрад начинает первым.

Конрад: Я получил обновлённые маршруты. Сначала подумал – ошибка.

Пауза. Он чуть выпрямляется. Лёгкая, нервная усмешка.

Конрад: Но когда третья группа развернулась на полпути к нам… это уже не случайность. (смотрит прямо на Эрлена) Ты хочешь объяснить, что происходит?

Эрлен (спокойно, без колебаний): Идёт перераспределение сил. Мы усиливаем стратегически важные направления.

Конрад медленно кивает, словно обдумывая услышанное.

Конрад: Стратегически важные.

Он делает шаг в сторону, как будто собирая мысли.

Конрад: Интересно, что все эти «важные направления» почему-то ведут в одну сторону. (снова смотрит на Эрлена) На Минбар.

Тишина. Эрлен не спешит отвечать, продолжая хладнокровно смотреть на собеседника. И именно эта задержка, отсутствие мгновенного опровержения, меняет выражение лица Конрада.

Конрад: Подожди…

Пауза. Он делает шаг ближе к голограмме.

Конрад: Это не перегруппировка в связи с появлением нового врага, да? (тише) Ты их выводишь.

Эрлен (спокойно): Я концентрирую силы там, где они будут иметь значение.

Конрад замирает. Секунда. Две. И затем в его голосе появляется недоумение. Осознание.

Конрад: Ты отводишь флот. (пауза) Сейчас. (делает шаг вперёд, вплотную к голограмме) Когда фронт рассыпается. Когда Альянс держится на честном слове.

Он качает головой, медленно выдыхает, теперь уже окончательно понимая.

Конрад: Ты решил… что мы проиграли. (пауза) И решил сохранить силы.

Эрлен (всё так же спокойно): Я решил не потерять всё.

Конрад смотрит на него долго, словно пытаясь увидеть, понять, что изменилось, когда его командир и друг стал другим.

Конрад: И этим «всем» оказался не Альянс. А Минбар.

Эрлен не отрицает.

Конрад: Значит, это правда.

Он отступает на шаг. Качает головой.

Конрад: Я дурак не хотел верить, думал, я чего-то не понимаю, думал, у тебя есть хитрый план, думал… ты мне объяснишь. (с толикой сарказма в голосе) Но минбарцы же не врут. Ты оставляешь нас.

Эрлен: Я сохраняю рейнджеров.

Конрад (резко): Нет. Ты прячешь тех, кто должен быть на передовой, кто должен защищать галактику. Ради чего? Ради спасения лишь Минбара?

Во взгляде Эрлена на мгновение что-то меняется, проскакивает эмоция. Мышцы на лице дёргаются, но затем снова выпрямляются.

Эрлен: Я выполняю свой долг.

Конрад делает вдох. Тяжёлый. Затем говорит уже ровнее. Но твёрже.

Конрад: Я не буду выполнять этот приказ.

Тишина. Эрлен смотрит на него внимательно.

Эрлен: Это не просьба.

Конрад: Я знаю. Но я остаюсь здесь. С теми, кто всё ещё сражается и не намерен сдаваться. (короткая пауза) Даже если это уже не имеет значения.

Эрлен: Это имеет значение. (пауза) Просто не то, на которое ты рассчитываешь.

Конрад (с горкой усмешкой): «Мы живём ради Единственного. Мы умрём ради Единственного».

Связь обрывается. Голограмма исчезает. Конрад остаётся один. Он медленно опускается в кресло. Сжимает пальцы в кулак. Закрывает единственный глаз.

Они изучали Вселенную, когда Древние делали свои первые шаги. Они представляли собой силу, когда наши миры только зарождались. Мы не знали о них, они ненавидели нас. Мы строили свои империи, воевали и мирились, они ждали.

Наступил год, о котором многие из нас боятся вспоминать, год, заполненный болью и ужасом, год… когда они пришли мстить.

Разъярённые... невероятные... Не живые и не мёртвые...

У нас остался лишь один выбор... умереть или отдать последние силы в борьбе с... Неприкаянными.

2344-й год. Год Древнего Шторма.

(Одновременно с этими словами показываются кадры сражения у Врат Неприкаянных, появление возле станции корабля кор‘хааров, битва возле Примы Центавра, Долион, ещё больше мутировавший Ведьмак, временное искажение в Секторе-14, бой на станции, люди в панике, кадры битвы на планете Нум-Ри-Хар-2).

«Вавилон-6». Синий сектор. Командный мостик станции:

Тут, как всегда, рабочая смена. Холдер стоит на посту. Открывается дверь, входит Келл. Он дожидается, когда Холдер повернётся к нему.

Келл: Командор, прошу за мной.

Он поворачивается и выходит.

Малый конференц-зал:

Келл входит и садится за стол. За ним появляется Холдер и, следуя за приглашающим жестом Кристофера, садится напротив.

Келл (уставившись на свои сложенные на столе руки): Я… не сказал спасибо за помощь с эвакуацией выживших, после нашего сокрушительного… поражения.

Холдер (с довольной улыбкой): Вот я здесь. Скажите.

Келл поднимает лишь взгляд. Он понимает, что Холдер наслаждается ситуацией.

Келл: Спасибо. Вы, действительно, спасли жизни, и я признателен за это.

Холдер: Пожалуйста, капитан.

Он демонстративно встаёт, давая понять, что хочет уйти.

Келл: Это ещё не всё.

Холдер с ещё большей улыбкой снова опускается на стул.

Холдер: Да, капитан?

Кристофер не спешит начинать, но всё же собирается.

Келл: Неприкаянные – угроза для всего живого в этой галактике.

Долгая пауза. Холдер терпеливо выжидает, когда Келл скажет заветные слова.

Келл: Земли это тоже касается. Мы уже сотрудничали и смогли победить в тяжёлой битве. Прилетел ли земной флот в систему змееловов специально позже или же удачно опоздал, я не буду спрашивать. Вряд ли он смог бы что-то изменить. Но он сохранился. И… (пауза) нужен для продолжения войны.

Холдер (довольно, но серьёзно): Капитан, вы предлагаете союз? Тем, с кем всячески боролись и подставляли, вынуждая идти навстречу? Очень дерзко, я скажу. (пауза) И я даже понимаю, почему. Ваши союзники потрёпаны и разбегаются по углам. Все те, на кого вы так высокопарно делали ставку, прячутся в надежде выжить. И правильно делают, как по мне. Эти Неприкаянные кажутся непобедимыми.

Келл: Тени тоже такими казались, но…

Холдер (перебивая): Их не победили. Их просто пережили.

Келл: Им дали отпор. Единым фронтом.

Холдер (ухмыляется): Тени и ворлоны – это сорившиеся из-за нашего воспитания родители. Неприкаянные – это бухой злой сосед, которому безумно хочется разнести всё вокруг.

Келл (теперь он горько усмехается): То есть вы предлагаете спрятаться и переждать, пока он протрезвеет? (пауза, взгляд на Холдера) Опыт из детства?

Холдер (холодно): Не ваше дело.

Наступает затянувшаяся пауза. Оба думают о своём. Кит встаёт и собирается выходить, но останавливается у выхода.

Холдер: Чтобы ввязываться в настолько неравную драку, нужно иметь хотя бы шанс на победу. Дадите такой шанс, Дракула будет готов сотрудничать. Но пока его нет, Земля не будет высовываться. Мы предпочтём ограничиться лишь спецоперациями и разведывательными вылазками, не привлекающими внимания «бухого соседа».

Холдер выходит, оставляя Кристофера наедине с тяжёлыми мыслями.

Гиперпространство:

Через гиперпространство летит видавший виды бракирийский средний транспортник.

Камера приближается к нему.

Борт транспортника. Пассажирский салон:

Камера движется по салону, показывает разношёрстных пассажиров, медленно поворачиваясь. И тут в кадре появляется Волков в гражданской одежде. Он смотрит перед собой.

Флешбэк от лица Николая:

Перед ним Долан Алаас в пилотском комбинезоне. Он выглядит впечатлённым.

Алаас: В голове у неё полная каша, но летает она, словно рождена в истребителе. Взял бы её в свою эскадрилью, если там (указывает на голову) порядок навести.

Снова кадр с Волковым. Камера поворачивается дальше, показывая соседнее сиденье, до этого скрытое телом Николая. На нём сидит Натали Клэрилл, наблюдающая с детским выражением лица в иллюминатор за вспышками в гиперпространстве.

«Вавилон-6». Синий сектор. Медотсек. Палата Трохта:

Эдон спит. Слышится нежный женский голос. Это голос Лины Тари. Слова не разобрать поначалу. Трохт медленно просыпается, приоткрывает глаза. Голос Лины Тари изменяется, превращаясь в голос Джоанны Ли.

Ли: Это очередное чудо, что он выжил – земные медики хорошо потрудились – но вот с рукой… Я постараюсь раздобыть качественный протез.

Конрад: Прошу вас, доктор. Он должен вернуться в строй. Для него это жизненно важно.

Ли: Хорошо. Я сделаю всё, что в моих силах. Но ничего не обещаю.

Камера показывает Конрад и Ли, стоящих рядом. Они замечают, что он проснулся.

Ли: А вот и наш засоня. (Конраду) Я вас оставлю.

Джоанна выходит, но не совсем, останавливается за прозрачной перегородкой. Наблюдает.

Конрад делает шаг ближе.

Конрад: Как самочувствие?

Трохт: Терпимо. (косится на культю) Какие новости?

Конрад (поморщившись): Неприкаянные разделили свои силы и теперь атакуют несколько миров сразу, выжигая под корень.

Трохт: А альянс?

Конрад: Пока в шоке. Мы пытаемся перегруппироваться.

Трохт: Эрлен?

Конрад: Обещал подкрепление. Теперь, когда он снова в строю…

Джеймс осекается на полуслове.

Конрад: В общем, ты выздоравливай. Ещё придётся повоевать. (пытаясь звучать бодро) Получим новый корабль и снова в бой.

Он делает прощальный жест и выходит.

Ли: Хорошо, что вы не минбарец, Джеймс.

Конрад вопросительно смотрит на неё.

Ли (пожимая плечами): Можно и соврать.

Конрад (оборачиваясь на Трохта): Ему не нужно знать всего. Не сейчас.

Окраинная планета. Посадочная зона колонии:

Транспорт касается поверхности с мягким толчком. За иллюминатором небольшая колония: низкие сборные здания, антенны, редкие огни. Всё выглядит обжитым… но слишком тихим.

Люк открывается.

Николай Волков выходит первым. На мгновение замирает, словно прислушивается не к звукам, а к чему-то… иному.

Клэрилл выходит следом. Щурится на тусклый свет.

Несколько колонистов уже стоят на расстоянии. Не подходят. Просто смотрят. Слишком внимательно.

Клэрилл (тихо): Они нас ждали?

Волков (продолжая сканировать взглядом округу): Да. (пауза) И не рады.

Он делает шаг вперёд. Колонисты не двигаются, но между ними словно проходит невидимая волна напряжения.

Клэрилл ближе подходит к Волкову, почти прижимается. Видно, она чувствует себя неуютно. Николай рукой слегка прикрывает её, словно защищая.

Клэрилл: Они… странные.

Волков (чуть поворачивает голову): Они осторожные.

Клэрилл: Кто они?

Волков (не переставая медленно идти и водить напряжённым взглядом вокруг): Не обычные люди.

Он направляется в сторону центрального здания. Колонисты расступаются неохотно, не сводя с них глаз.

Волков (негромко Клэрилл): После 2265 года кризис телепатов начал разрастаться. Обычные люди и Пси-Корпус пытались подавить восстание беглых телепатов. В итоге конфликта, получая взамен ДНК телепатов, нарны предоставили телепатам планету для колонизации…

Они близко проходят мимо стоящих людей, слегка проталкиваются.

Волков: Пси-Корпус прекратил своё существование, а некоторые его высшие чины скрылись. Общее число телепатов-людей в результате конфликта сильно сократилось. Позже, опасаясь иметь под боком неконтролируемых телепатов, нарны пропустили в свои территории земной корабль, который уничтожил колонию. Официально многие телепаты, нашедшие там прибежище, разыскивались за терроризм. Никто из «нормалов» сожалеть не стал. Да и знали об этом единицы.

Николай ведёт за собой Натали внутрь большого купола.

Купол:

Волков: Большинство телепатов, тех, что выжили, после конфликта контролировались новыми законами, более приемлемыми. Но не для всех. Некоторые телепаты продолжали скрываться от наблюдения и преследования, в том числе за настоящие преступления.

Клэрилл слушает, оглядываясь по сторонам.

Все присутствующие не отводят от них глаз.

Волков: Они прячутся там, где про них никто не вспомнит. В страхе и ненависти к… нормалам.

Он на секунду задерживает взгляд на одном из колонистов. Тот сразу отводит взгляд. Николай переводит на другого, тот также отворачивается.

Сзади слышится шаг. Не громкий. Но его достаточно. Волков не оборачивается сразу. Затем медленно поворачивает голову. Позади них стоит мужчина. На вид обычный колонист. Но его взгляд слишком прямой. Слишком уверенный. Рядом с ним ещё двое. Они не скрываются. Но и не приближаются.

Мужчина: Наш ответ нет.

Клэрилл чуть пододвигается ближе к Волкову, словно ища защиты.

Клэрилл (шёпотом): Он… громкий.

Волков едва заметно кивает.

Мужчина слегка склоняет голову. Клэрилл сжимается, на лице выражение муки. Николай закрывает собой Натали.

Волков (грозно): Прекрати!

Тишина. Воздух словно становится плотнее.

Мужчина: Ты здесь не имеешь власти.

Волков (со сталью в голосе): Если хочешь жить, прекрати!

Незнакомец отступает назад. Клэрилл становится легче, она расслабляется.

Волков: Поговорим?

Мужчина: Мы знаем, что ты хочешь сказать.

Волков: Я всё равно скажу.

Мужчина проходит за стол, стоящий недалеко, садится и жестом приглашает незваных гостей сесть.

Мужчина (когда Волков и Клэрилл садятся): Меня зовут Дракс. Давай без предисловий. Почему мы должны участвовать в вашей войне, Николай Волков?

Волков не отвечает сразу. Несколько секунд он просто смотрит на Дракса.

Вокруг по-прежнему тихо, но тишина эта живая, наполненная вниманием десятков невидимых слушателей.

Волков: Война не может быть нашей или вашей, если речь идёт об уничтожении всех.

Дракс (едва заметно усмехается): А я думал, ты начнёшь с просьбы.

Волков: Просьбы звучат там, где есть выбор. Сейчас его нет. Ни у нас, ни у вас.

Дракс сцепляет пальцы, изучая его лицо.

Клэрилл переводит взгляд с одного на другого, чувствуя напряжение, но не понимая всех смыслов.

Дракс: Значит, нас будут стыдить? Напоминать о долге? О том, что мы обязаны спасать мир, который боится и ненавидит нас?

Волков наклоняется вперёд.

Волков: Нет. (пауза) Вас будут знакомить с реальностью. Вы привыкли видеть себя особенными, а кроме того, угнетёнными, невинными жертвами. И в то же время убегаете от ответственности, трусливо прикрываясь презираемыми вами нормалами. Вы контролируете всех в этом поселении. Они лишь ваши марионетки, лишённые собственной воли. Здесь вы построили себе маленький «уголок счастья», зомбировав (обводит рукой окружающих) обычных людей своим даром. А ведь сейчас это они умирают там (взгляд вверх) за вас.

Дракс: Мы обезопасили себя. Нормалы использовали нас, теперь мы используем их. Мы не воюем. Мы не хотим быть снова оружием. Мы хотим лишь мира.

Волков: Мир – это роскошь, за которую, как это не прискорбно, необходимо постоянно бороться. Вы же трусливо скрываетесь под личиной нормальности, впустую мечтая о чём-то, ради чего надо порою беспощадно сражаться. Если в вашем понимании мир – это вот это (разводит руками, показывая на окружение), то такой мир не для меня. На свете есть множество прекрасных вещей, ради которых я любому голову оторву. Мне дорога вся Вселенная, а не лишь ничтожная её часть, крохотный свой личный уголок. Вы почитаете Байрона как святого, как пророка. Но что он принёс вам, кроме множества проблем и смертей? Свободу? (снова обводит руками вокруг) Вот это ваша свобода?! Вы ничего не сделали, а хотите, чтобы нормальные за вас клали головы под топор войны. Не пора ли помочь им отстаивать ОБЩУЮ нашу родину и свободу.

Дракс (пытаясь как-то ещё отстаивать свою позицию): Ты забыл? Нас создали как оружие, как пушечное мясо. Мы сделали своё дело в войне против Теней.

Волков: Кто вы?! Ты воевал? Кто из вас сделал своё дело на той войне? Никого из вас там не было. И те телепаты, кто бился с Тенями, кому поджаривали они мозги, заслужили, и уважение, и свободу. Байрон же был мечтателем, принёсшим телепатам много горя своими необдуманными действиями. Да, в конце концов, телепаты выторговали себе планету на нарнской территории и основали там свою колонию, казалось бы, райский уголок. Но она была позже уничтожена и по вполне понятным причинам. И вы, телепаты, должны были подумать об этом заранее. Вы должны были быть реалистами, а не фантазёрами.

Дракс: Ты говоришь так, словно ты не один из нас, будто ты не телепат.

Волков: А я не один из вас. И никогда им не буду, потому что не прячусь за чужими спинами и не пытаюсь казаться особенным. Я часть этого мира, и весь этот мир – я. И я буду сражаться за него до последней капли крови. И в этом моя свобода. Большинство конфликтов в галактике начинались с того, что кто-то считал себя лучше других.

Дракс замолкает, явно слушая мысли других телепатов, мысленно совещаясь. Проходит минута.

Дракс: Ладно, мы подумаем над твоими словами. Какова твоя вторая просьба?

Вместо ответа Николай смотрит на Клэрилл.

Орбита Торины-5:

Открывается гиперпереход, и в пространство врывается огромный линкор афаари.

«Вавилон-6». Синий сектор. Малый конференц-зал:

Присутствуют Келл, Блэк, Ли, Ветров и Холдер. Очевидно, идёт планёрка. Присутствующие переговариваются между собой, но голосов почти неслышно. Кристофер молчит и задумчиво переводит взгляд с одного пустого места на другое, не сразу осознавая, что все замолчали и смотрят на него.

Блэк: Мы закончили, капитан?

Келл (отвлекаясь от своих мыслей): А? Да… все свободны.

Все встают и расходятся. Лишь Джоанна Ли остаётся с Келлом.

Ли: Да, Кристофер, их нет.

Келл (поднимая взгляд и замечая, что доктор ещё здесь): Кого?

Ли (обходя пустые стулья): Роберта, Джона, Пьера… (в голосе звучит печаль и даже толика вины) Джессики. Николая…

Келл (пытаясь звучать бодро): Волков, я надеюсь, скоро вернётся.

Ли (игнорируя его слова): Да, мы многих потеряли… многих друзей… Но ты не один.

Кристофер несколько скептично кивает.

Джоанна некоторое время молчит, разглядывая пустые кресла так, будто они всё ещё заняты. Потом медленно проводит рукой по спинке одного из них и, не глядя на Келла, начинает говорить спокойно, почти буднично.

Ли: Знаешь… когда я только начинала работать, мне казалось, что медицина это про спасение.

Она чуть усмехается, но в этом нет веселья.

Ли: Первая смена в хирургии. Первая серьёзная операция. Я тогда была уверена, что если всё сделать правильно… если не ошибиться… если быть внимательной… человек обязательно выживет.

Пауза. Келл слушает, не перебивая.

Ли: Это был мужчина. Обычный. Ничем не примечательный. Я даже имени его сейчас не вспомню… Но помню, как держала его за руку, пока его везли в операционную.

Она на секунду закрывает глаза, будто возвращаясь туда, в то время и место.

Ли: Он всё спрашивал, всё ли будет хорошо. И я сказала: «Да».

Тихая пауза, нарушаемая лишь едва слышным гулом вентиляции и доносящимися снаружи звуками.

Ли: Он умер через сорок минут.

В комнате становится словно ещё тише. Келл слегка отводит взгляд. Ли продолжает всё так же ровно, казалось бы, даже обречённо.

Ли: Потом был второй. И третий. И десятый. Сначала я пыталась запоминать их лица. Потом имена. Потом хотя бы… случаи.

Она переводит взгляд на Келла.

Ли: А потом поняла, что, если я буду помнить каждого… я просто не смогу работать дальше. Не смогу… жить дальше.

Пауза. Она мягко касается стола, как будто видит перед собой не его, а операционную.

Ли: Но знаешь, что самое странное?

Келл поднимает на неё взгляд.

Ли: Я всё равно помню. (тихо) Не всех. Не полностью. Какие-то детали. Взгляд. Интонацию. Последние слова. (делает вдох) И каждый раз кажется, что можно было что-то сделать иначе. Чуть быстрее. Чуть точнее. Чуть… лучше.

Келл (тихо, словно опасаясь потревожить чужие мысли): Но нельзя.

Ли смотрит на него внимательно.

Ли: Иногда нельзя. (пауза) Но это не освобождает от ответственности продолжать.

Она делает несколько шагов, обходя стол, направляясь к выходу.

Ли: Я не могу спасти всех своих пациентов, Кристофер. Никто не может. (пауза) Но я всё равно иду в следующую операционную.

Тишина. Келл смотрит на пустые кресла.

Келл (тихо): А если ты знаешь, что следующий… тоже не выживет?

Ли отвечает не сразу. Смотрит на него спокойно, почти мягко.

Ли: Тогда тем более. (пауза) Потому что, пока он жив, это ещё не решено. И у меня всегда есть шанс сделать чуть-чуть правильнее или быстрее.

Келл медленно проводит рукой по лицу.

Келл: Я теряю их, Джоанна.

Ли (кивает): Я тоже. (пауза) Каждый день.

Она затихает. Глаза блестят от влаги, но взгляд жёсткий, полный решимости.

Ли: Разница только в том, что ты думаешь, будто должен перестать терять.

Кристофер смотрит на неё, встаёт, подходит.

Ли: А я знаю, что не перестану. (пауза) Но это не повод прекращать пытаться.

Он неожиданно обнимает её, прижимает крепко к себе.

Келл (почти шёпотом): И когда становится легче?

Она кладёт голову ему на плечо. По щекам текут слёзы.

Ли: Не становится. (пауза) Ты просто учишься идти дальше… с этим.

Она отстраняется, выпрямляется, смотрит на него твёрдо.

Ли: И они идут с тобой. (кладёт руку ему на грудь) Вот здесь.

Они несколько секунд смотрят друг на друга так, словно стали очень близки духовно. И тишину вдруг нарушает вызов коммуникатора.

Кристофер нажимает принять, подносит руку ко рту и коротко отворачивается.

Келл: Да?

Сандер (голос из коммуникатора): Прибыли афаари. Вы просили сообщить.

Келл: Хорошо. Иду.

Он снова поворачивается к Ли, но её уже нет. Кристофер ещё раз окидывает пустой стол, но его взгляд уже не так печален.

Окраинная планета. Колония. Купол. Помещение:

Тёмное помещение, в центре которого стоят Волков и Клэрилл, окружённые несколькими телепатами.

Дракс (Волкову): Результат не обещаю, но мы попытаемся.

Телепаты обступают Клэрилл, начиная сканирование. Николай стоит рядом, также сконцентрированный поддерживает телепатически Натали и контролирует процесс.

Вместо комнаты мерцают вспышки с разными событиями. Трудно разобрать, что конкретно, но узнаются кадры космических сражений, даже скорее расстрела кораблей и гражданских судов от первого лица.

Телепаты напрягаются ещё больше.

Появляются другие кадры от первого лица. Что-то из детства, что-то из юности. Но всё перемешивается с другими кадрами, показывающими расстрел пленных гражданских, стоящих связанными перед стрелком. Поворот головы, и больше стрелков и гражданских.

У Клэрилл подкашиваются ноги, но Николай подхватывает её. Она кричит от боли и стонет. Но телепаты не останавливаются даже, когда она на мгновение теряет сознание. Практически сразу придя в себя, она пытается вырваться. В глазах безумие загнанного зверя. Однако Николай крепко держит её, не давая возможности сбежать.

Ещё мгновение... и она обессиленная соскальзывает на пол, опускаясь на колени, складывается, словно отпущенная марионетка.

Телепаты опускают руки и отступают назад.

Николай опускается к Клэрилл, берёт её за плечи.

Натали трясёт. Она поднимает на него дрожащий взгляд. В глазах боль и слёзы. Но взгляд становится совсем другим. Более осознанным, более «взрослым», более... тяжёлым.

Клэрилл (дрожащим голосом): Что... я?

Волков: Ты – солдат.

Клэрилл (всё также дрожащим голосом и мотая головой): Я... монстр.

Николай помогает ей подняться.

Волков: Пойдём. Тебе надо отдохнуть.

Комната:

Открывается дверь, и Волков вводит Натали, поддерживая за плечи. Проходят до кровати. Он укладывает её.

Волков: Тебе нужно поспать.

Клэрилл: Я вижу кошмары.

Волков: Понимаю. Я побуду с тобой.

Он кладёт руку ей на лоб, закрывает глаза. Через минуту она засыпает.

Бар:

Внутри немного людей. Снаружи пробиваются огни фонарей, слышны беспокойные порывы ветра.

Входит Волков, проходит вглубь и устало садиться за один из свободных столов.

Через минуту появляется Дракс с двумя кружками чего-то мутно-коричневого, ставит одну перед Николаем, а сам садится напротив.

Дракс: Мы отвыкли от подобных задач. Было нелегко. Некоторые из нас должны восстановиться… после такого.

Николай вместо ответа лишь едва согласно кивает.

Дракс (с сочувствием): Как она?

Волков: Спит.

Дракс: Мы попробовали восстановить её личность, но… (качает головой) там она была не одна. Обрывки воспоминаний…

Волков (перебивая): Я видел.

Дракс: Она никогда не станет… нормальной… прежней… и тем более такой как… в детстве.

Николай не отвечает, лишь кивая, словно погружён больше в свои мысли, чем в разговор. Но тут он поднимает взгляд.

Волков: Вы приняли решение?

Дракс: Да, мы приняли решение. Остаётся только прояснить один вопрос. (короткая пауза) Цена.

Волков: За девушку я заплачу, сколько скажете. Это личное. За войну… ничего. Скорее всего, никто из нас её не переживёт. Есть лишь выбор как погибнуть.

Дракс: Не очень оптимистично, Николай Волков.

Волков (соглашаясь): Нет.

«Вавилон-6». Синий сектор. Малый конференц-зал:

В помещении Келл и два афаари – Кер-Зар и ещё один сопровождающий. Афаари, словно две башни, возвышаются над Кристофером.

Келл: Я благодарен вам за то, что согласились провести переговоры. Надеюсь, вы изучили предоставленную информации относительно нового врага.

Кер-Зар (через переговорное устройство, висящее на шее в виде медальона): Нам незнаком этот враг.

Келл: Понимаю. Однако вы, как одна из древних рас, обладаете технологическими и военными возможностями, способными повлиять на исход войны с Неприкаянными.

Кер-Зар молчит несколько секунд. Его взгляд неподвижен, тяжёл, как будто он оценивает не слова, а самого Келла.

Кер-Зар: Вы просите нас вступить в войну, о которой сами знаете слишком мало. Это неразумно.

Келл не отводит взгляда.

Келл: Это неизбежно.

Второй афаари едва заметно поворачивает голову к Кер-Зару – жест, почти незаметный, но значимый.

Кер-Зар: Многие войны казались неизбежными… для тех, кто в них погиб. (пауза) Мы пережили достаточно, чтобы не торопиться с выводами.

Келл делает вдох.

Келл: Именно поэтому я здесь. Вы умеете видеть дальше, чем мы. Вы пережили эпохи, о которых мы только читаем в старых архивах. (пауза) Когда-то разные расы уже объединились против силы, которую считали непреодолимой. Вы знаете, о ком я говорю.

Кер-Зар (медленно, величественно): Вы говорите о древних войнах.

Тишина затягивается.

Кер-Зар: Вы просите нас вмешаться в не нашу войну. (пауза) Это противоречит нашему пути.

Келл: А ждать, пока угроза придёт к вам, соответствует ему?

Тишина. Кер-Зар не отвечает сразу.

Келл (пытаясь усилить нажим): Тем более, вы уже вмешались в войну на нашей стороне, и это было значительной победой. Я знаю, вы заработали большой авторитет в некоторых кругах.

Кер-Зар не отвечает сразу. Тишина становится плотной, почти осязаемой.

Келл: Мы проигрываем.

Второй афаари чуть поворачивает голову. Кер-Зар остаётся неподвижен. Келл делает шаг ближе, словно хочет рассказать секрет.

Келл: Альянс трещит. Миры один за другим закрываются, отступают… или исчезают.

Он не повышает голос. Наоборот, говорит почти спокойно.

Келл: Подумайте, что будет, если ваше участие поможет объединить миры в единый союз против общего врага. Им нужен тот, кто поведёт.

Второй афаари делает едва заметное движение, словно впервые по-настоящему заинтересован.

Кристофер продолжает, мягко, но точно:

Келл: Тот, кто не испугался. Тот, кто вышел вперёд, когда остальные не смогли. (чуть склоняет голову) Афаари могут стать тем самым. (пауза) Не союзниками. (пауза) Основой нового порядка.

Тишина.

Кер-Зар (медленно произносит): Вы предлагаете нам… власть?

Кристофер слегка качает головой.

Келл: Я предлагаю вам ответственность.

Вдруг в помещении начинает темнеть, как будто в него закрадывается тьма. Дальний угол словно превращается в чёрную дыру, из которой доносится зловещий шёпот.

Мут‘Хазат (презрительно): Эти ничтожества не помогут вам, капитан.

Из черноты проступает силуэт. Лицо Мут‘Хазата частично скрыто мраком, но четыре глаза светятся холодным светом.

Кер-Зар замирает, словно статуя. Второй афаари выдаёт из себя некий испуганный «птичий» визг, перья взъерошены, глаза таращатся в угол. Он делает шаг назад. Его движение слишком быстро даже для человеческого глаза. Из-под плаща поднимается рука, держащая некое… оружие?

На мгновение чёрные щупальца биотека за спиной кор‘хаара меняют положение. Мут‘Хазат медленно поднимает взгляд.

Слышится влажный треск. Афаари издаёт глухой, нечеловеческий рык и падает на одно колено. Рука безвольно повисает, искривлённая под невозможным углом. Искорёженное оружие падает на пол, будто что-то сдавило его чудовищной силой изнутри.

Кристофер выходит из моментного оцепенения и встаёт между ними.

Келл (стараясь звучать властно): Хватит!

Мут‘Хазат медленно поворачивает голову к Келлу. А Кер-Зар помогает своему товарищу подняться. Афаари пятятся назад и спасаются, покидая конференц-зал.

Кристофер непонимающе смотрит на кор‘хаара.

Келл: Что вы делаете?

Мут‘Хазат: Оберегаю вас от ошибки.

Келл: Какой ошибки? Да, я понимаю, что афаари – ваши давние враги. Они воевали против Теней, и Тени, как мы знаем, неоднократно были биты другими Изначальными…

Хриплый зловещий смех из мрака перебивает его.

Мут‘Хазат: Эти ничтожества и предатели не древняя раса. На вас, возможно, они могут произвести впечатление. Вы молоды, и почти все старше вас. Говоря вашими понятиями, им лишь около трёхсот тысяч лет.

Келл (обрабатывая услышанное): Даже если так, они сильнее любой из наших рас. Нам нужны сильные союзники.

Мут‘Хазат: Они служили сархайлам, Изначальным, как вы называете. И когда пришли Тени, они ударили им в спину, чтобы захватить их технологии и бежать. Бежать так далеко, где их не найдут Тени и не найдёт месть тех, кого они предали. (зловещая усмешка) Сархайлов не стало, Тени ушли, некому наказывать предателей, но мы всё знаем.

Келл (эмоционально): И как это нам поможет? Вы прилетели, сказали, хотите помочь. Вы можете предоставить флот равносильный силам афаари?

Мут‘Хазат: Такие войны не выигрываются грубой силой.

Келл: А как они выигрываются? Скажите мне!

Кор‘хаар поднимает ладонь, и над ней загорается голографическая карта, на которой отмечено несколько точек.

Мут‘Хазат: Неприкаянные сейчас выжигают миры, известные им из прошлого. Те самые, кто воевал против них тогда. Они движимы местью.

Келл: В большинстве своём это мёртвые миры, либо миры, снова заселённые другими расами.

Мут‘Хазат: Скоро очередь дойдёт до вас, если не будете провоцировать. Многие умрут, но ещё есть немного времени, чтобы подготовиться.

Гиперпространство:

Через красную дымку летит небольшой транспорт. Разряды вокруг разрывают характерный шум чуждого пространства.

Борт транспорта. Каюта Клэрилл:

Натали готовится ко сну. Звонок в дверь. Она подходит и открывает. На пороге стоит Волков.

Волков: Можно?

Клэрилл кивает, и Николай проходит внутрь.

Волков: Как ты себя чувствуешь?

Клэрилл: Голова ужасно болит и...

Она закрывает глаза. Видно, что она не может просто объяснить происходящее в её сознании.

Клэрилл (поднимая руки к голове): Вспышки... образы... Я... убивала людей.

Она отступает, будто пытается уйти от самой себя. Дыхание сбивается.

Клэрилл: Это… это была я… Я это чувствовала…

Волков медленно подходит.

Волков (спокойно, твёрдо): Нет.

Она резко смотрит на него.

Волков: Ты это пережила. Но это не ты.

Клэрилл мотает головой.

Клэрилл: Я видела… как нажимаю… как они падают… (голос срывается) Я знала, что делаю.

Николай подходит ещё ближе.

Волков: Потому что та личность знала. (пауза) Её встроили в тебя. Использовали. Ты была… носителем. Она управляла тобой.

Клэрилл (тихо): А если… она всё ещё там?

Её взгляд становится испуганным, почти детским.

Клэрилл: Если она снова… возьмёт меня?

Волков (не отводит взгляд): Я этого не допущу.

Пауза.

Клэрилл: Ты не можешь знать… Я тоже не знала.

Тишина. И вдруг резкое движение. Она хватает его за руку. Сильно. Прижимает ладонь к своему лицу, почти отчаянно.

Клэрилл (шёпотом, срываясь): Убери её… Пожалуйста…

Её дыхание горячее, неровное. Глаза полные слёз буравят, моля.

Волков замирает на мгновение. Затем его свободная рука осторожно ложится ей на плечо.

Волков (тихо): Слушай меня. (пауза) Она – не ты. (чуть приближается, слегка сжимает её плечо) И она больше не управляет тобой.

Девушка отчаянно качает головой, не отпускает его руку. Наоборот, сильнее прижимает.

Клэрилл: Я чувствую её…

Николай медленно поднимает вторую руку с плеча, касается её виска. Осторожно.

Волков: Это лишь след. (пауза) Той личности больше нет.

Клэрилл смотрит на него. Слишком близко. Слишком открыто.

Клэрилл (тихо): Останься.

Не просьба. Не приказ. Отчаянный взгляд буравит его, ища ответа.

Николай не отвечает словами. Его рука остаётся у её лица.

Он чуть наклоняется ближе. Их дыхание смешивается. Николай проводит большим пальцем по её щеке, стирая следы слёз.

Она закрывает глаза.

На мгновение. И в этом мгновении – доверие. И нечто большее. Не просто желание. Жажда, выдаваемая неровным горячим дыханием.

Когда она снова открывает глаза, между ними уже нет прежней дистанции.

Она тянется первой.

Медленно. Неуверенно. Как будто спрашивает.

Его взгляд пронизывает её и… его самого, ища… разрешения? запрета? Рухнувших границ?

Николай замирает на долю секунды. Этого достаточно, чтобы остановить всё. Но он не останавливает.

Она всё ближе. Её ладони обхватывают его лицо. Горячий поцелуй срывает рамки. Он отвечает не менее страстно.

Клэрилл не отстраняется. Наоборот, тянется к нему всем телом, словно в этом единственное, что ещё держит её здесь.

Поцелуй становится глубже, отчаяннее. В блестящих от слёз глазах мольба, застывшие слова: спаси меня!

Оба словно цепляются друг за друга, чтобы не провалиться обратно – в боль, в память, в прошлое, в то, что ждёт снаружи, за пределами этой маленькой каюты.

Её пальцы скользят по его плечам, сжимают, будто проверяют, настоящий ли он.

Волков отвечает тем же. Уже без остатка контроля. Его лоб касается её, дыхание тяжёлое. Рамки сброшены. Мысли сливаются воедино, образуя нечто иное, новую личность, одну вместо двух.

Она тянет его назад. Резко. Они почти падают на кровать… неуклюже, вместе, не разрываясь ни на мгновение.

Тени на стенах сдвигаются, сливаются.

Одежда мешает и исчезает где-то на границе внимания, как всё лишнее.

Остаётся только тепло.

Свет в каюте гаснет до полумрака. Движения замедляются.

Экран темнеет.

Орбита Торины-5:

Камера показывает гиперврата. По ним пробегают разряды, и открывается переход. Из него выныривает челнок класса «Кинша». Он проносится мимо камеры, которая поворачивается следом, показывая вдали планету и точку «Вавилона-6».

«Вавилон-6». Чёрный сектор. Доки:

В огромном помещении разные ящики и оборудование. Появляется Келл. Через минуту подходит Ветров, здоровается. Почти сразу же появляются Блэк и Грин, вопросительно смотрят на Кристофера.

Блэк: Капитан?

В этот момент неподалёку открывается выход с одного из причалов, и показывается Долион.

Келл: Сейчас узнаем.

Все направляются ему навстречу.

Долион (когда люди подходят): Для любой войны нужно разное оружие. Победу приносит мощное оружие, но она невозможна и без малого.

Он вытягивает руку ладонью вверх, и над ней загорается голограмма, отображающая некие технические чертежи. Ветров сразу же подходит ближе и внимательно рассматривает голограмму.

С минуту все стоят, ждут. Алексей задумчиво чешет затылок, бормочет что-то невнятное на русском, затем поворачивается к остальным.

Ветров: Не, ну…

Он снова смотрит на чертежи, хмурится, жестикулирует в процессе внутреннего диалога.

Келл (теряя терпение): Алексей!

Ветров (сбивчиво): Это его видение… Я бы назвал это… ракетой.

Келл: Ракетой?

Ветров: Ну-у… с натяжкой. Такое ещё надо суметь воспроизвести и…

Келл: Ты сможешь?

Ветров (отрицательно качая головой): Точно не на станции. Собрать ещё как-то, но… составляющие… (разводит руками).

Долион: Используй Машину.

Все смотрят на него, но тут за его спиной раздаётся недовольное бормотание, и появляется… Затрас. Он тянет за собой гружёную тележку, останавливается, смотрит на присутствующих, упирает руки в бока.

Затрас (кивая): Да… да. Используй Машину… Да.

Удивлённое молчание в ответ.

Затрас указывает на груз.

Затрас: У нас много работы.

Тут, наконец, Ветров срывается с места, желая рассмотреть, что привезли.

Грин (направляясь туда же): Я помогу.

Камера отлетает назад, пронзает стенки станции, выходит в открытый космос, показывая медленно удаляющийся «Вавилон-6».

Экран темнеет.

Сайт проекта "Вавилон-6": https://babylon6.toposrednik.ru/

Аудиоверсии на Ютуб: https://www.youtube.com/c/ToposrednikRu

Аудиоверсии на mave: https://babylon6.mave.digital/

3. Серия: «Волокна реальностей (ч. 1)»

Орбита Торины-5:

Из гиперпространство выходит транспортник и направляется к станции, виднеющейся вдали. Возле «Вавилона-6» висит линкор афаари.

«Вавилон-6». Жёлтый сектор. Зона таможни:

Келл стоит в ожидании, смотрит на выходящих из коридора пассажиров. Сзади раздаётся знакомый голос.

Алаас: Капитан.

Кристофер разворачивается и видит командира эскадрильи Сигма.

Келл: Долан. Какими судьбами?

Алаас: Капитан Волков просил сопроводить пассажира.

Келл (немного недоумевая): Сопроводить пассажира?

В этот момент появляется Волков, подходит. Вид у него мрачнее обычного.

Келл: Николай. Как прошло?

Волков (безэмоционально): Успешно.

Он слегка поворачивается, и становится видно, как несколько телепатов входят на станцию.

Келл: Возможно, участие телепатов поможет в некоторых операциях. Ты молодец, что привлёк их. Разместишь у себя в Чёрном секторе?

Николай кивает. Видно, что он не собран. Кристофер замечает это.

Келл (настороженно): Ты не выглядишь удовлетворённым.

Волков (всё так же): Нет.

Келл (решая не поднимать тему): Ну что ж. Идём, мне надо с тобой поделиться одной идеей.

Николай кивает и направляется к выходу, удивляя Кристофера поспешностью. Как только они отходят, появляется Клэрилл. Она выглядит обеспокоенной и ищет глазами того, кого не находит. В конце концов, она замечает Алааса и подходит к нему.

Синий сектор. Коридор:

Келл и Волков идут по коридору. Видно, что разговор уже идёт какое-то время.

Келл: Слава богу, мне удалось замять этот конфликт, ведь афаари собирался напасть, и Мут'Хазат защищался. Он почти испортил мне все переговоры. К счастью, Кер-Зар, видимо, позарился на мои хвалебные речи и искренние извинения, выслушал и в итоге согласился на альянс.

Волков (скептически): Он позарился на предложение власти. Ты обрисовал ему перспективы господства над альянсом, если удастся победить Неприкаянных.

Келл (серьёзно): Верно. Если удастся. Неприкаянные – враг, который слишком силён. Мы должны собрать все силы, чтобы победить. Кто из нас выживет, тот уже и будет определять новый порядок в галактике. И честно сказать, наши шансы пока что ничтожно малы.

Минутное молчание. Встречающиеся на пути офицеры здороваются, капитаны отвечают.

Келл (обеспокоено): Ты сам не свой. Что с тобой?

Волков (хмуро): Это личное.

Пауза. Кристофер внимательно смотрит на друга, затем кладёт руку ему на плечо.

Келл: Кто из нас не совершает ошибок. И вот тебе одна из моих предстоящих.

Они заворачивают в кабинет Келла и видят там Долиона.

Орбита Торины-5:

Рядом со станцией из гиперпространства выныривают все три Тёмные звёзды.

«Вавилон-6». Зелёный сектор. Квартира Тахт-Та Зелы:

Тахт-Та Зела сидит в кресле и что-то читает. Его помощник сидит в углу и как будто медитирует.

Открывается дверь, и входит Кристофер Келл.

Зела (отвлекаясь от чтения): Могли бы и позвонить, капитан.

Келл: Не думаю, что наши отношения сейчас к этому располагают. Всё-таки вы, скорее пленные, чем дипломаты.

Зела: Тем не менее. (с лёгкой усмешкой) Вдруг я не одет.

Кристофер игнорирует последние слова калистианца.

Келл: В нашу последнюю встречу мы говорили про бурю.

Заложив руки за спину, Кристофер начинает медленно ходить из стороны в сторону. Тахт-Та Зела с лёгким любопытством наблюдает за ним, в то время как помощник вообще не реагирует.

Келл (останавливается, смотрит на калистианца): Вы ведь ненавидите Неприкаянных. (продолжает ходить) Они подчинили вас силой, заставили напасть на Межзвёздный Альянс, пожертвовать своим флотом. Я не ошибаюсь?

Зела молчит, но взгляд в общем подтверждает слова Келла.

Келл: Мне нужна от вас информация.

Зела: За помощь вам мой народ могут наказать.

Келл: Вы всё равно считаете, что Неприкаянных не остановить, так что все наши попытки должны оказаться безуспешными. Что вы теряете? (пауза) Но в противном случае, если нам удастся победить… не хотите ли вы быть причастны к победе?

Тахт-Та Зела внимательно смотрит на Кристофера, словно пытаясь заглянуть в его голову.

Зела: Что вы хотите знать?

Келл: Когда вы впервые столкнулись с Неприкаянными?

Они изучали Вселенную, когда Древние делали свои первые шаги. Они представляли собой силу, когда наши миры только зарождались. Мы не знали о них, они ненавидели нас. Мы строили свои империи, воевали и мирились, они ждали.

Наступил год, о котором многие из нас боятся вспоминать, год, заполненный болью и ужасом, год… когда они пришли мстить.

Разъярённые... невероятные... Не живые и не мёртвые...

У нас остался лишь один выбор... умереть или отдать последние силы в борьбе с... Неприкаянными.

2344-й год. Год Древнего Шторма.

(Одновременно с этими словами показываются кадры сражения у Врат Неприкаянных, появление возле станции корабля кор‘хааров, битва возле Примы Центавра, Долион, ещё больше мутировавший Ведьмак, временное искажение в Секторе-14, бой на станции, люди в панике, кадры битвы на планете Нум-Ри-Хар-2).

«Вавилон-6». Серый сектор. Ангар эскадрильи «Сигма»:

Ангар гудит привычной жизнью.

Техники работают возле истребителей. Где-то звенит инструмент. В воздухе запах металла и перегретых систем.

На обзорной платформе стоит Долан Алаас, наблюдая за подготовкой «Громовержца». В руках кружка с давно остывшим напитком.

Шаги.

Он оборачивается и видит Клэрилл. Она подходит неуверенно, словно сама ещё не решила, зачем пришла. Останавливается рядом и некоторое время просто смотрит вниз. Алаас молчит, позволяя ей начать первой.

Клэрилл (неуверенно): Он меня избегает.

Долан слегка поворачивает голову.

Клэрилл: Я думала… после всего… (сбивается) А он будто исчез. Всё время занят. Или делает вид.

Внизу запускают диагностику двигателя. Низкий гул проходит по платформе.

Алаас опирается на перила.

Минута задумчивой тишины.

Алаас: Если речь о Волкове… обычно он избегает вещей, которые мешают работе. (короткая пауза) И вещей, которые… начинают значить слишком много.

Она быстро смотрит на него.

Клэрилл: Он тебе что-то сказал?

Алаас (качает головой): Николай не из тех, кто обсуждает личное за чашкой кофе.

Он переводит взгляд на ангары.

Алаас: Но люди часто похожи на свои корабли.

Клэрилл хмурится. Алаас кивает вниз.

Алаас: Есть машины, которые красиво выглядят в доках. Есть такие, что разваливаются в первом бою. А есть другие… перегруженные бронёй, страховками и аварийными протоколами. (чуть улыбается) Летают они прекрасно. Но попробуй открыть корпус, сломаешь половину инструментов.

Клэрилл: Я не понимаю.

Алаас: Он боится.

Клэрилл: Чего?

Долан молчит, словно взвешивая ответ. Он косится на неё.

Алаас: Можно сказать одну вещь?

Она настороженно кивает.

Алаас: Ты изменилась.

Натали растерянно смотрит на него.

Алаас: После возвращения. (осторожно, без жалости) Раньше ты была словно… «поломанный ребёнок». Инфальтильное существо, которое было жалко, о котором нужно было позаботиться, хотелось помочь. (пауза) А сейчас нет.

Клэрилл невольно напрягается. Ей не нравится сравнение, но она молчит.

Алаас: Теперь ты стала… цельнее. (подбирает слово) Взрослее. (тишина) И это хорошо. (твёрдо) Очень хорошо.

Натали смотрит на него, не зная, радоваться или бояться.

Клэрилл: Но при чём здесь Николай?

Долан медленно выдыхает.

Алаас: Раньше всё было проще.

Он не смотрит на неё.

Алаас: Ты нуждалась в защите. В заботе. Это понятная территория для таких людей.

Клэрилл хмурится.

Алаас: А теперь… всё иначе. (слегка разводит руками) Теперь ты не просто человек, о котором надо заботиться. (пауза) Ты стала причиной.

Клэрилл (не понимая): Причиной чего?

Алаас долго смотрит на работающие внизу машины.

Алаас: Потери контроля.

Тишина. Слова оседают тяжело. Видно, что Натали всё ещё не совсем понимает.

Алаас: Николай производит впечатление человека, который всё держит под контролем. (усмехается) И, насколько я понимаю, он в этом больше не уверен.

Клэрилл: Ты думаешь, он боится меня?

Алаас (качает головой): Нет. (пауза) Я могу лишь догадываться, что между вами произошло, но думаю, он боится за тебя. И… боится себя… такого, каким он становится рядом с тобой.

Долан говорит без осуждения.

Алаас: Николай живёт так, будто всё хорошее рядом с ним рано или поздно пытаются отнять. Его… жизнь научила.

Клэрилл (сжимает руки): Это несправедливо.

Алаас (тихо выдыхает): Да. Но справедливость – не самая распространённая вещь в галактике.

Некоторое время они молчат. Внизу поднимают на подвесах разобранный двигатель.

Клэрилл (едва слышно): Но мне больно.

Долан смотрит на неё, и в его взгляде появляется печаль.

Алаас: Знаю. (пауза) Иногда хорошие чувства появляются в очень плохое время. (качает головой) Мир вообще гадкое место для вещей, которые по-настоящему чисты.

Клэрилл (с отчаянием в голосе): И что мне делать?

Тишина. Потом Долан поднимает на неё взгляд.

Алаас: В «Сигме» не хватает пилотов.

Натали моргает.

Алаас: А ты последние дни бродишь по станции как потерявшийся шаттл.

На её лице появляется слабая виноватая улыбка. Рука вытирает накатившие слёзы. Алаас кивает вниз, на истребители.

Алаас: Полёты всегда были твоей страстью. Даже больше всего остального они как якорь удерживали твою личность тогда, когда от неё оставались лишь осколки. Почему бы не воспользоваться этим и сейчас.

Он чуть наклоняет голову.

Алаас: Так что скажешь? Хочешь летать под моим командованием официально?

Клэрилл смотрит на чёрные блестящие корпуса «Громовержцев». Кажется, ей нравится идея, и она как будто сглатывает горечь темы разговора. Нет, не облегчение, но пауза.

Орбита Торины-5:

Вокруг «Вавилона-6», как всегда, много движения. Из станции вылетает челнок класса «Кинша». Камера следит за ним, показывает, как он приближается к «Нинро», влетает. Тёмные звёзды ускоряются и ныряют в гиперпространство.

Буквально через несколько секунд огромная туша афаарианского линкора сдвигается с места, ускоряется и уходит в квантовое пространство.

Гиперпространство:

Тёмные звёзды летят сквозь дымку.

Борт «Нинро». Коридор:

Келл и Волков идут по коридору.

Келл: Мне всё ещё не нравится идея оставить станцию без присмотра. Ты должен был остаться. Холдер не преминёт воспользоваться возможностью.

Волков: В том, что ты задумал, тебе понадобится телепат. И друг. (без намёка на шутку) И, вообще-то, неимоверная удача, библейское чудо и помощь всех остальных сверхъестественных сил.

Келл: Именно поэтому нам не стоит лететь вместе.

Волков: Всё уже решено, и мы летим. Нет смысла продолжать меня уговаривать. (пауза) Я общался с адмиралом Льюисом. Он скоро освободится и прибудет на «Вавилон-6». А пока за ней присмотрят Шу‘Корт и Конрад.

Келл: Кстати, как там на центаврианском фронте?

Волков: Спокойно. Оставшиеся силы плеритан отступили и затаились на своих базах в приграничных с Минбаром территориях. Уцелевшие центаврианкие силы и феланнский флот должны справиться с обороной самостоятельно.

Келл: Если прибудут Неприкаянные?

Волков: Против них и эскадра Льюиса не поможет. Так что лучше ей охранять «Вавилон-6»… от всего остального.

Они подходят к двери.

Гиперпространство:

Тёмные звёзды скрываются в красной дымке, разрываемой разрядами.

Сектор-14. Открытый космос:

В пространстве висит флот афаари из двенадцати линкоров. Рядом с ними крейсер класса «Платри» и одна Красная звезда.

В трёх местах неподалёку раскрывается гиперпространство, и Тёмные звёзды появляются оттуда. Они тормозят рядом.

Борт «Нинро». Мостик:

Открывается дверь, входят Келл и Волков. Кристофер смотрит на Дринмора.

Келл: Инструкции отправлены?

Дринмор: Да. Оборудование также уже устанавливается. Мы почти готовы.

Келл: Вы выглядите напряжённым.

Дринмор: Это вполне оправдано.

Сзади снова открывается дверь, и входит Долион. Его величественная фигура приковывает внимание и на несколько секунд заставляет замолчать всех.

Дринмор (снова обращая взгляд на Келла): Это будет трудная миссия.

Келл (пытаясь звучать расслабленно): К счастью, вам не привыкать.

Дринмор (угрюмо): Или наоборот.

Он прислушивается, получая информацию прямо в наушник.

Дринмор: Корабли докладывают о готовности. Мы можем начинать.

Кристофер глубоко выдыхает, не спеша отдавать приказ. Смотрит на Долиона, словно ожидая от него какой-то реакции, но тот лишь медленно поворачивает голову, смотря в ответ.

Кристофер отводит взгляд. Собирается.

Келл (негромко, словно сам боится этого слова): Вперёд.

Открытый космос:

Камера показывает корабли, затем медленно поворачивается влево, и на экране появляется временной разрыв. Он пульсирует, с каждым разом немного увеличиваясь в размерах.

«Нинро» и «Латинья» ускоряются и ныряют внутрь. Вслед за ними уходит Платри, затем один за другим линкоры афаари и Красная звезда. Последним исчезает «Кууро».

Временное измерение:

В характерном хаосе потоков, искажающих и меняющихся, летит совместная эскадра.

Борт «Нинро». Мостик:

Все напряжённо наблюдают за «феерверком» снаружи. Николай подходит к Кристоферу, стоящему у экрана.

Волков (негромко, почти на ухо): Надеюсь, калистианец дал тебе верную информацию. Всё-таки он враг.

Келл: Не вижу причин для него лгать.

Волков: Как и нет причин говорить правду.

Келл: К тому же Долион взял с запасом.

Волков: Сколько?

Келл: 30 лет. Это почти вдвое. Думаю, достаточно.

Николай закрывает глаза. Кристофер это видит.

Келл: Головная боль?

Волков (коротким движением головы указывая на всполохи снаружи): Ещё бы.

Келл: Надо было оставаться на «Вавилоне-6».

Волков: И пропустить такое веселье…

Келл (хмурясь): Веселье вряд ли будет.

Николай выглядит не лучшим образом. Видимо, измерение давит на телепата сильнее.

Волков: Пойду прилягу.

Он удаляется. Кристофер провожает его взглядом, затем снова поворачивается к экрану. Его лицо становится задумчивым, словно он что-то вспомнил.

Флэшбэк:

Квартира Мут‘Хазата:

Почти полная тьма.

Лишь слабый фонарь у входа освещает Келла. Всё остальное тонет во мраке. В глубине помещения угадывается неподвижный силуэт Мут‘Хазата.

Между ними вспыхивает голограмма.

Сначала помехи. Древние символы и строки неизвестного языка быстро сменяют друг друга, словно оживает старый архив. Затем изображение стабилизируется.

Появляется звёздная система. Одна из планет выделена тусклым светом.

Мут‘Хазат (неспешно, хрипло, с холодным величием): Архивы Теней. Последняя запись той войны.

Изображение начинает двигаться. Вокруг планеты вспыхивают отметки флотов. Крошечные сигнатуры сталкиваются, исчезают, растворяются во вспышках.

Мут‘Хазат: Сокрушив Неприкаянных в космосе… низвергнув на твердь их родного мира… Тени решили завершить войну окончательно. (пауза) Они создали биогенетическое оружие. Вирус. Разработанный специально для этой расы.

На голограмме отображается планета, заволакиваемая тёмными пятнами.

Мут‘Хазат: Он должен был проникать, изменять, уничтожать. Лишить Неприкаянных будущего… уничтожить всё живое.

Келл наблюдает молча.

Архивная запись меняется.

Планета словно утопает во мраке, падает во тьму.

Мут‘Хазат: Но Тени хорошо понимали цену собственных творений.

Вся система вокруг заражённого мира постепенно погружается в чёрную сферу.

Мут‘Хазат: Вирус оказался слишком опасен. Слишком живуч. И, чтобы обезопасить всю остальную галактику от заражения, Тени сотворили нуль-поле – непреодолимую пустоту, не дающую как проникнуть внутрь, так и выйти наружу.

Голограмма показывает огромную сферу пустоты, словно кусок пространства просто вынули из бытия, продырявив космос.

Мут‘Хазат: Совершенную изоляцию. Непреодолимую пустоту вокруг заражённого мира. Чтобы болезнь никогда не покинула пределы системы.

Келл внимательно смотрит на запись.

Келл (негромко, поражённо): Исполинский карантин.

Мут‘Хазат: Да.

Тишина. Голограмма тает, растворяясь в темноте.

Мут‘Хазат: Миллион лет она выполняла свою задачу.

Келл переводит взгляд на силуэт кор‘хаара.

Келл: Но Неприкаянные здесь.

Пауза.

Мут‘Хазат: Следовательно… нуль-поля больше нет.

Келл (понимая): Кто-то отключил его.

Мут‘Хазат молчит несколько секунд.

Мут‘Хазат: Возможно. Мы знаем лишь итог. Пустота дала трещину… и из неё явилось прошлое.

Неизвестный сектор пространства. Открытый космос:

Видна чёрная пустота космоса.

На экране загорается надпись: 2276 год.

Вдруг в пространстве возникает сначала трещина, затем его будто разрывает, и в обычное пространство «вываливаются» корабли эскадры. Светящийся пульсирующий проём остаётся.

Борт «Нинро». Кают-кампания:

В помещении Келл, Волков, Дринмор, Долион. Голограммами присутствуют капитаны других кораблей и представитель афаари. Кажется, это Кер-Зар лично.

Долион: Помните, мы преодолели не только время, но и расстояние. Разрыв будет существовать лишь какое-то время и сам по себе закроется. Если не успеем, придётся лететь к Большой Машине «обычным» способом и пытаться снова открыть разрыв. Это нежелательно.

Келл: Одним словом, надо вовремя снова нырнуть в разрыв, чтобы вернуться в наши время и место. Но сначала надо выполнить миссию. Её цель – предотвратить войну, которая уничтожает Межзвёздный Альянс. Следуйте плану, следуйте приказам, и у нас всё получится.

Дринмор: Мы подлетаем.

Келл кивает, голограммы отключаются. Остальные встают и покидают кают-кампанию.

Мостик:

Двери открываются, и входят Келл, Волков, Дринмор и Долион.

Офицер разведки: Мы приближаемся к… пустоте.

Дринмор: На экран!

Главный голографический экран загорается, и среди звёздного неба видно чёрное пятно, плавно увеличивающееся в размерах.

Келл: Каковы размеры нуль-поля?

Офицер разведки: Оно огромно. Сенсоры не могут определиться, но речь идёт о… (проверяет ещё раз данные) сотне миллионов километров.

Келл (поражённо, словно сам себе): Как они могли такое создать… (собирается) Есть сигналы?

Дринмор: Пока нет. Мы ещё очень далеко.

Келл (смотрит на Волкова): Николай?

Волков: Тихо.

Офицер разведки: Есть энергетический всплеск. Похоже на гиперпространственный переход.

Келл: Покажите.

Картинка на экране изменяется, значительно увеличивается и показывает воронку перехода, из которой вылетает корабль неизвестной конструкции.

Келл: Они нас заметили?

Дринмор: Не похоже. Мы ещё слишком далеко. Нам повезло засечь переход, иначе мы бы тоже ещё долго не знали о них.

Дринмор манипулирует своим пультом управления.

Дринмор: Я просчитал его траекторию полёта.

Изображение на экране меняется. Появляется линия маршрута, и камера движется вдоль неё.

Келл: Смотрите! Там что-то есть.

Изображение на экране увеличивается. Чернота нуль-поля закрывает весь экран, но перед ней можно разглядеть сооружения.

Дринмор: Это похоже на космическую станцию, несколько кораблей и… ещё механизмы.

Кристофер косится на Николая, но тот пока лишь смотрит на экран.

Келл (подходя ближе и рассматривая происходящее на экране): Может ли это быть научная станция, изучающая нуль-поле? (и словно в ответ на непрозвучавший вопрос) Ну, оно существует тут уже миллион лет. Оно могло привлечь научный интерес здешних рас. Нет?

Дринмор: Не исключено.

Минута тишины. Видимо, все погружены в свои мысли.

Открытый космос:

Сводная эскадра приближается к нуль-полю.

Борт «Нинро». Мостик:

На главном экране медленно растёт чёрная стена пустоты. Перед ней крошечные силуэты незнакомых станции и кораблей.

Офицер связи: Обнаружены локальные передачи. Узкий диапазон. Кодировка неизвестна.

Дринмор: Они переговариваются между собой.

Кристофер продолжает смотреть на экран.

Келл: Нас засекли? Говорят о нас?

Офицер разведки: Неизвестно.

Келл: Сколько кораблей?

Офицер разведки: Подтверждено пять. Возможно больше. Часть объектов скрыта помехами нуль-поля.

Дринмор склоняется над консолью.

Дринмор: Станция выглядит старой. Но вот этот механизм (указывает на конструкцию на некотором отдалении от станции) кажется чем-то новым. От него исходит странное излучение, направленное в нуль-поле.

Келл (поворачиваясь к Волкову): Николай?

Волков, стоящий чуть в стороне, продолжает молча смотреть на экран. Минута тишины. Затем он слегка отрицательно качает головой.

Келл: Установим контакт.

Дринмор (сразу поворачивается к нему): Капитан, мы ничего о них не знаем. Это может быть опасно. Если они имеют отношение к происходящему с нуль-полем…

Келл: То тем более стоит выяснить это сейчас.

Дринмор: А если это военный объект?

Волков медленно подходит ближе к экрану.

Волков: Совпадений слишком много.

Все смотрят на него.

Волков: Нуль-поле существовало миллион лет. И именно здесь, именно сейчас, мы обнаруживаем неизвестную базу и корабли.

Келл: Если это исследователи, они могут знать больше нас.

Дринмор (обеспокоенно): Или уже знают. Мы достаточно приблизились, чтобы быть обнаруженными в любой момент.

Келл смотрит на станцию.

Келл: Никто не строит подобное рядом с такой аномалией случайно. Возможно, они смогут нам многое рассказать о природе нуль-поля, поделиться знаниями…

Долион: Миссия ясна. Нуль-поле должно сохраниться любой ценой. Это вопрос выживания.

Келл переводит взгляд на Николая.

Келл: Ты что-нибудь чувствуешь?

Волков отвечает не сразу. Он продолжает смотреть на экран.

Волков: Нет.

Тишина.

Долион: Я помогу.

Он кладёт одну руку на плечо Николаю, а другую на консоль. Тот закрывает глаза.

На мостике воцаряется напряжённое молчание.

Через какое-то время на лице Николая начинает проявляться движение. Глаза под веками мечутся из стороны в сторону.

Волков: Я вижу существ. (пауза) Они заняты… работают…

Снова несколько секунд тишины.

Волков: Мы уже встречали этот вид. Один… проникал на станцию… пытался убить тебя.

Флэшбэк (из 47 серии «Покушение»):

«Вавилон-6». Малый купол:

Келл и Эрлен идут, разговаривают. И тут вдруг раздаётся какой-то шум. Оба поворачиваются и видят вбежавших в купол Блэка и Грина. У Грина в руках меч. Рейнджеры настораживаются и хватаются за оружие. Блэк на бегу кричит, что здоровенный мужик с оружием с ним.

В этот момент за спиной Келла и Эрлена открывается люк в полу, и едва различимая тень вылезает из него. Отвлечённые суматохой у входа капитан и Первый рейнджер не замечают её. Они слышат, как Блэк что-то кричит, а Грин бросается к ним. И тут Эрлен оборачивается, замечает опасность и резким движением отталкивает Келла в сторону. Тот падает и видит, как полупрозрачный силуэт пронзает Первого рейнджера.

В ту же секунду подскакивает Грин и взмахом меча отрубает то, что держит Эрлена. Тот падает на пол, а в груди у него конечность незнакомого существа. Само существо становится видимым. С головой чем-то похожей на голову леопарда, с четырьмя конечностями… теперь с тремя, оно опирается на все и становится в боевую позу, готовое сражаться.

Грин накидывается на него, резво размахивая мечом. Его скорости можно позавидовать, но существо не уступает ему, передвигаясь рывками, увиливая от ударов мечом. Вот, отпрыгивая назад, оно разрывает дистанцию, и направляет руку со встроенным оружием на человека. Выстрел. Мощный импульс разрывает пол там, где только что стоял Грин. Существо, не теряя ни секунды, поворачивается к Келлу, который только пришёл в себя и достаёт свой PPG. Импульс устремляется в Криса, но тот в последнее мгновение отскакивает, роняя PPG. Очередной удар ведьмака разрезает лишь воздух. Убийца уже мчит к Келлу. Доля секунды, и вот он уже в прыжке, готовый пронзить капитана.

Конрад: Капитан!

Рефлекторно повернувшись на зов, Келл видит летящий к нему маленький металлический цилиндр. Он ловит его и тут же наживает на кнопку. Минбарский шест молниеносно раскрывается и, упираясь в пол одним концом, другим останавливает, падающего сверху убийцу. Выстрел из оружия разрывает пол справа от головы Кристофера. И в ту же секунду из груди существа вылезает лезвие меча. Оно вздрагивает и падает рядом с капитаном. Над ним стоит Грин, вонзивший свой клинок ему в спину и спасший Келла.

Но капитану некогда. Он бросается к Первому рейнджеру. Тот лежит в луже крови. Блэк уже вызывает медбригаду.

Конец флэшбэка.

Келл: Выходит, враг. Только мы прибыли гораздо раньше даты, названной калистианцами.

Волков: Они могли встретиться с Неприкаянными не сразу.

Дринмор: Предлагаю осторожность. Держать дистанцию. Поднять защиту. Боевые системы подготовить, но не наводить.

Келл (медленно кивает): Согласен.

Он подходит к центральной консоли.

Келл: Но, тем не менее, я хочу сначала поговорить. Откройте канал.

Дринмор (внимательно смотрит на него): И что вы собираетесь сказать?

Кристофер ещё несколько секунд смотрит на станцию перед чёрной бездной.

Келл: Попробуем с правдой.

Офицер связи начинает подготовку передачи. Но вдруг оживляется офицер разведки:

Офицер разведки (взволнованно): Афаари выпускают штурмовики и выстраиваются в боевой порядок.

Келл (напряжённо): Связь с Кер-Заром! Срочно!

Открытый космос:

Корабли афаари выдвигаются вперёд, выбрасывая перед собой волны беспилотников-штурмовиков. Пять кораблей рейнджеров теряются на их фоне.

Борт «Нинро». Мостик:

На главном экране, поверх отображения происходящего появляется голограмма Кер-Зара.

Келл (возмущённо): Что вы делаете?!

Кер-Зар (невозмутимо): Мы прилетели сюда уничтожить тех, кто отключил нуль-поле. Мы делаем это.

Келл: Я хочу сначала поговорить с ними… разобраться.

Кер-Зар: У нас есть эффект неожиданности. Это хорошая возможность.

Келл: Тем не менее…

Голограмма Кер-Зара исчезает.

Открытый космос:

Передние звенья штурмовиков афаари, достигая дистанции атаки, открывают огонь. Они сметают первые два корабля неизвестных выдвинувшиеся на перехват.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл (гневно): Проклятье!

Офицер разведки: Засекаю сигнал.

Келл: Они зовут на помощь?

Офицер разведки: Не могу сказать.

Волков: Они не вызывают подкрепление.

Все смотрят на него.

Волков: Они предупреждают своих.

На экране продолжается бой.

Открытый космос:

Штурмовики афаари уже подходят к станции. Последний оставшийся корабль пытается уйти от преследования, но его настигают. В пространстве, усеянном боевыми машинами афаари проскакивают спасательные капсулы. Один из линкоров афаари подходит ближе, затягивает к себе несколько, оказавшихся поблизости. Остальные расстреливают штурмовики, лишая малейшего шанса выжить.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл (связисту): Вызовите мне афаари!

Несколько секунд тишина, затем появляется голограмма Кер-Зара.

Келл: Они передали сигнал.

Кер-Зар не проявляет удивления.

Кер-Зар: Мы перехватили его. И взяли пленных. У нас есть координаты их мира.

Келл (ошарашенно): Кер-Зар… нет.

Кер-Зар: Если этот мир связан с нуль-полем, он представляет угрозу.

Келл: Мы ничего не знаем!

Кер-Зар: Теперь знаем достаточно.

Келл: Это может быть гражданская колония!

Кер-Зар: Тогда им не следовало вмешиваться в дела древних.

На экране появляется трёхмерная карта сектора. В её глубине вспыхивает удалённая звезда.

Офицер связи: Получаем координаты.

Кер-Зар: Следуйте за нами.

Келл (отчаянно): Кер-Зар! Нет!

Но связь обрывается чуть раньше.

Открытый космос:

Линкоры афаари отворачивают от места расправы и собирают штурмовики. Ещё минута, и в пространстве раскрываются переходы в квантовое пространство.

Борт «Нинро». Мостик:

Все смотрят на экран, где корабли афаари один за другим ныряют в переходы, и те закрываются.

Келл (эмоционально): Проклятье… они собираются стереть целый мир.

Дринмор: Следуем за ними? Через гиперпространство нам потребуется в два раза больше времени.

Келл (зло): Они так и хотели… чтобы мы не мешали им.

С минуту он думает, уставившись на экран, где разлетаются опалённые обломки чужой станции и кораблей. Долион безучастно смотрит, ожидая решения.

Николай, закрыв глаза, пытается нащупать чужие мысли там, среди обломков. И вдруг перед его внутренним взором появляется спасательная капсула, дрейфующая в пространстве.

Келл (решительно): Летим за афаари!

Волков (открывая глаза): Подожди!

Все поворачиваются к нему.

Волков: Я чувствую чужие мысли. Кто-то выжил.

Келл (офицеру разведки): Найдите его и поднимите на борт!

Тот кивает и берётся за поиски.

Открытый космос:

«Нинро» медленно маневрирует среди обломков. От него протягивается тяговый луч, цепляет обнаруженную спасательную капсулу и поднимает на борт.

Через минуту открывается гиперпереход, в который входят Платри и Красная звезда. Тёмные звёзды ныряют следом.

Орбита Торины-5:

Вокруг станции относительно спокойно. Торина медленно уходит за планету, погружая станцию в темноту ночи.

«Вавилон-6». Синий сектор. Обзорная галерея:

За прозрачной стеной медленно вращается Торина-5. Планета кажется спокойной, почти безразличной ко всему, что происходит внутри станции.

Галерея пустая, лишь только Клэрилл стоит у обзорного стекла. Стакан в руках уже тёплый, но она всё ещё держит его, словно он даёт ей опору. Взгляд направлен в космос, но внимание рассыпано – она постоянно возвращается мыслями к тому, что не даёт ей покоя.

Лёгкое напряжение в груди. Не страх. Пока ещё нет. Скорее… ощущение неправильности.

Шаги. Ровные. Выверенные. Почти бесшумные.

Натали оборачивается раньше, чем успевает осознать почему.

Холдер. Он выглядит так же, как всегда: спокойный, аккуратный, почти безупречный. Лёгкая улыбка – уместная, ничего не значащая.

Но у Натали внутри что-то резко сжимается. Как будто подсознание поняло что-то раньше разума.

Холдер: Мисс Клэрилл.

Он становится рядом, смотрит на планету, будто они обсуждают прогноз погоды.

Холдер: Красиво.

Клэрилл не отвечает. Её взгляд слегка дрожит, хотя она старается держать лицо ровным.

Где-то глубоко внутри всплывает воспоминание. Голос Волкова. Чёткий. Без эмоций.

«Холдер опасен. Избегай его.»

Тогда она не поняла, почему должна опасаться кого-то. Теперь понимает ещё меньше, но чувствует опасность.

Холдер: После некоторых событий люди обычно становятся… другими. Иногда это заметно сразу. Иногда нет.

Натали чувствует лёгкий холод в груди. Необъяснимую опасность, исходящую от спокойного и неподвижного собеседника.

Клэрилл (заставляет себя как-то ответить): Вы часто наблюдаете за людьми?

Холдер (слегка улыбается): Это полезная привычка на моей должности.

Он чуть наклоняет голову, рассматривая её внимательнее.

Холдер: Иногда достаточно одного правильного… или неправильного воспоминания, чтобы всё изменилось.

Клэрилл (сжимает стакан сильнее): Я не понимаю, о чём вы.

Холдер (с ноткой сарказма в голосе): Разумеется.

Он снова смотрит на планету. И почти между прочим:

Холдер: Контакт с телепатами иногда оставляет след. Не всегда в памяти. Иногда в реакции.

Клэрилл чувствует, как по коже проходит тонкая волна напряжения. Холдер стоит так близко, что видит, как волосики на её коже вздымаются словно от холода.

Клэрилл: У меня нет никаких… реакций.

Холдер молчит пару секунд дольше, чем нужно. Слишком внимательно смотрит.

Холдер: Разумеется. (пауза и как будто между прочим) Знаете… у меня был знакомый криптограф. Он любил повторять странную фразу. (голос остаётся почти ленивым) «Серый сад спит под северным дождём».

Натали моргает, ничего не понимая. Лишь лёгкое недоумение. Холдер внимательно наблюдает.

Клэрилл (стараясь как-то ответить, чтобы не казаться невежливой): Красиво.

Холдер (кивает): Да. (пауза) А ещё он говорил… «Последний свидетель не видит рассвета».

Тишина. Натали хмурится.

Клэрилл: Это должно что-то значить?

Ни дрожи. Ни затуманенного взгляда. Ни узнавания. Только настороженность.

Холдер смотрит на неё ещё несколько секунд. Что-то в его взгляде едва заметно меняется, словно внутри завершился расчёт. Он отворачивается.

Холдер: Вероятно, нет.

Клэрилл крепче сжимает стакан, как будто сейчас решается её судьба, хотя она совершенно не понимает, откуда такое ощущение. Решается.

Клэрилл: Зачем вы вообще подошли?

Холдер слегка улыбается.

Холдер (немного загадочно): Проверяю состояние экипажа.

Она не верит. И он знает это.

Холдер смотрит на планету, явно о чём-то размышляя.

Холдер (как будто бы сам себе): Что ж, кажется, я отдал долг.

Натали недоумённо смотрит на него.

Холдер: Надеюсь, вы хорошо восстанавливаетесь, мисс Клэрилл.

Его голос снова становится нейтральным, почти тёплым.

Холдер: Война и без того ломает людей сильнее, чем следовало бы. (пауза) Передавайте привет капитану Волкову. (делает вежливый кивок) Доброго вечера.

И уходит.

Натали провожает его взглядом. Что-то в разговоре тревожит её. Не слова. Ощущение. Будто только что рядом стоял человек, решивший её судьбу. Будто она едва разминулась со смертью.

А за поворотом коридора Холдер останавливается лишь на секунду. Лицо остаётся спокойным. Но взгляд становится холодным. Он поднимает руку, раскрывает ладонь, в которой виден мини-инжектор, смотрит на него, затем убирает в карман.

Сайт проекта "Вавилон-6": https://babylon6.toposrednik.ru/

Аудиоверсии на Ютуб: https://www.youtube.com/c/ToposrednikRu

Аудиоверсии на mave: https://babylon6.mave.digital/

4. Серия: «Волокна реальностей (ч. 2)»

В прошлой серии:

Оказавшись в отчаянном положении, капитан «Вавилона-6», Кристофер Келл решается на отчаянный шаг. Он хочет отправиться в прошлое и предотвратить возвращение расы Изначальных – Неприкаянных, выживших в войне против Теней и запертых внутри исполинского нуль-поля.

В качестве основной ударной силы Келл вынужден взять эскадру афаари, с которыми он договорился о союзе. Однако более старшая и развитая раса не намерена исполнять приказы человека. Она действует по-своему и уничтожает исследовательскую базу незнакомой расы, обнаруженную возле нуль-поля.

Оказавшись бессильным повлиять на решение афаари Келл теперь вынужден искать возможности для успешного завершения миссии.

Гиперпространство:

Красная дымка гиперпространства пульсирует, разрываемая далёкими молниями энергетических штормов. Сначала кажется, будто впереди сгущается сама тьма. Затем из неё возникает силуэт. Громада крейсера класса «Платри» проносится мимо камеры. За ней следом Красная звезда и одна за другой Тёмные звёзды.

Эскадра идёт быстро. Будто старается обогнать само время.

Борт «Нинро». Ангар:

Показывается ангар Тёмной звезды с Кинша в центре. Камера поворачивается чуть в сторону, где лежит спасательная капсула неизвестной расы. Ещё дальше появляются Волков, Келл и Дринмор, стоящие перед решёткой-заграждением, за которой стоит... или сидит существо, похожее на то, что покушалось на жизнь Келла (серия «Покушение»). Худое, непривычно устроенное тело напряжено. Большие тёмные глаза следят за людьми и минбарцем с насторожённостью существа, пережившего слишком многое за слишком короткое время.

Николай делает шаг вперёд, медленно поднимает ладонь, показывая, что не собирается вредить существу. Он закрывает глаза, концентрируется.

С минуту ничего не происходит.

Волков (медленно, словно на ходу переводя информацию): Они зовут себя… Идрари. (пауза) Учёные. Они обнаружили нуль-поле столетия назад... изучали его в надежде открыть секрет... (пауза) Много поколений они смотрели на... дыру во вселенной, чтобы понять... И лишь в этом поколении они приблизились к разгадке. Они нашли способ...

Келл: Значит, мы прибыли вовремя.

Николай открывает глаза, поворачивается к Кристоферу.

Волков: Дальше я не могу описать... много чужих научных терминов и понятий. (пауза) Он не скрывает, не пытается сопротивляться. Думаю, он видит возможность наладить контакт, понять нас.

Келл (с долей уважения): Настоящий учёный. Мы уничтожили его станцию, убили собратьев, а он пытается понять.

Дринмор: Это были не мы.

Келл: Но он этого не знает. (пауза) Мы привели сюда афаари. (пауза) Возможно, Мут'Хазат был прав. Не стоило с ними связываться.

В этот момент капитан «Нинро» прислушивается к голосу по внутренней связи.

Дринмор: Мы подлетаем.

Все тут же разворачиваются и уходят. Вместо них появляется пара рейнджеров, которые остаются охранять пленного идрари.

Орбита планеты Идрари. Открытый космос:

Через черноту космоса пробегает вспышка, раскрывающаяся в гиперпереход, из которого выскакивают корабли рейнджеров.

Борт «Нинро». Мостик:

Мы видим всё те же лица: Келл, Волков, Дринмор, Долион и другие рейнджеры. Только теперь они с ужасом смотрят на экран.

Келл делает пару шагов вперёд. Камера облетает его и показывает главный экран. И становится ясно, почему мостик молчит.

Орбита планеты превращена в кладбище. Тучи обломков медленно вращаются в чёрной пустоте. Остовы станций. Разорванные корпуса. Сотни… тысячи тел идрари, дрейфующих среди искорёженного металла. Но они не были беззащитными жертвами. Как минимум четыре расколотых на части линкора афаари дрейфовали в туче обломков. Афаари тоже заплатили кровью.

Они изучали Вселенную, когда Древние делали свои первые шаги. Они представляли собой силу, когда наши миры только зарождались. Мы не знали о них, они ненавидели нас. Мы строили свои империи, воевали и мирились, они ждали.

Наступил год, о котором многие из нас боятся вспоминать, год, заполненный болью и ужасом, год… когда они пришли мстить.

Разъярённые... невероятные... Не живые и не мёртвые...

У нас остался лишь один выбор... умереть или отдать последние силы в борьбе с... Неприкаянными.

2344-й год. Год Древнего Шторма.

(Одновременно с этими словами показываются кадры сражения у Врат Неприкаянных, появление возле станции корабля кор‘хааров, битва возле Примы Центавра, Долион, ещё больше мутировавший Ведьмак, временное искажение в Секторе-14, бой на станции, люди в панике, кадры битвы на планете Нум-Ри-Хар-2).

Орбита планеты Идрари. Открытый космос:

На орбите картина разыгравшейся трагедии. Камера уходит левее. Туда, где продолжается война. Оставшаяся эскадра афаари висит над планетой. Она ведёт огонь по поверхности из главных калибров. По атмосфере бегут вспышки. Города исчезают в море огня. Континенты покрываются раскалёнными шрамами.

Борт «Нинро». Мостик:

На лице Кристофера написаны всего его эмоции. Сзади подходит Николай.

Волков: По сути ты планировал именно это, когда собирался в прошлое. Ты хотел помешать разрушению нуль-поля… любой ценой. (пауза) Вот эта цена.

Молчание. Кристофер наблюдает, пока корабли приближаются, и огромные туши линкоров увеличиваются на экране.

Офицер связи: У нас есть канал связи с флагманом афаари.

Келл берёт эмоции в кулак и коротко кивает соединить. На экране появляется Кер-Зар.

Кер-Зар: Мы почти закончили.

Келл (сдерживая гнев): Вы испепелили планету с миллиардами жизней.

Кер-Зар: Не всю. Мы оставили шрамы, которые не позволят им забыть. Это развитая цивилизация, старше вашей. Она подошла к границе, которую не следовало тревожить. Мы сокрушили их защиту и предали огню место, откуда исходила угроза. (небольшая пауза) Но мы не оборвали их род.

Он чуть склоняет голову, не оправдываясь, а констатируя.

Кер-Зар: Их миры за пределами этой системы останутся жить. Их дети будут помнить сегодняшний день дольше, чем их архивы помнили нуль-поле.

Тяжёлое молчание вместо ответа.

Кер-Зар: Порой жизнь сохраняют не милостью… а страхом. (его взгляд неподвижен) Теперь они отвратят взор от пустоты. И галактика избежит беды, которую вы сами признали недопустимой. Мы сочли это достойным исходом.

Келл поворачивает взгляд к офицеру связи, и контакт обрывается. Кристофер тяжело дышит, затем поворачивается к Николаю.

Келл: Я хочу, чтобы они узнали нашу версию. И у нас есть подходящий посланник.

Он направляется к выходу. Волков следует за ним.

Борт «Нинро». Коридор:

Двери мостика раскрываются.

Келл идёт быстро, почти стремительно. Волков догоняет его через несколько шагов.

Несколько секунд оба молчат. Слышен лишь гул корабля.

Волков: Ты уверен?

Келл не замедляется.

Келл (эмоционально): Нет. Чёрт! Я уже больше ни в чём не уверен. (пауза) Но афаари оставят после себя не только страх, но и горечь поражения. Мы не знаем эту расу, но когда-нибудь, когда они снова наберут силу, они могут возжелать мести и осознанно вскрыть нуль-поле.

Они сворачивают в боковой коридор, останавливаются перед дверьми.

Келл: Я хочу, чтобы ты вживил в его память уверенность, что вскрывать нуль-поле нельзя. (пауза) Даже если придётся выжечь это прямо на коре его мозга.

Орбита планеты Идрари:

Эскадра афаари висит на орбите, собирая своих выживших с уничтоженных линкоров. Закончив, она, не спеша отворачивает от планеты, одновременно расстреливая крупные обломки своих кораблей, очевидно, не желая оставлять свои технологии без присмотра.

Корабли рейнджеров следуют за афаари.

Через некоторое время вдалеке открываются переходы в квантовое пространство, но теперь в них уходят все.

От уходящей последней Тёмной звезды отделяется маленький предмет и дрейфует в сторону планеты. Это спасательная капсула идрари.

Временное измерение:

Повреждённая эскадра афаари движется сквозь пространство. Рядом с ней корабли рейнджеров.

Борт «Нинро». Машинный отсек:

Открываются двери, и входят Келл, Волков и Дринмор. Внутри уже стоит Долион, который обращён к реактору, на котором прикреплено устройство стабилизации времени.

Келл: Что случилось?

Долион (не оборачиваясь): Я не вижу изменения.

Келл: То есть?

Долион: Мы не предотвратили отключение нуль-поля.

Дринмор: Почему?

Долион: Не знаю. Я этого не чувствую. Волокна реальностей прежние.

Келл: Мы ничего не изменили?!

Долион: Нет.

Минута напряжённого… недоумённого молчания.

Реактор гудит ровно и спокойно. Стабилизатор времени мерцает бледным светом.

Келл (первым нарушает тишину): Тогда что произошло?

Долион некоторое время смотрит на устройство.

Долион: Ничего.

Келл: Мы отправились в прошлое. Мы нашли тех, кто исследовал нуль-поле. Мы уничтожили их базу. (эмоционально) Чёрт возьми! Мы уничтожили целую планету!

Долион: Да.

Келл: И это ничего не изменило?

Долион наконец оборачивается.

Долион: Я уже объяснял вам. Существуют сверхизмерения, в которых располагаются динамичные временные волокна реальностей. По ним скользит ваша действительность.

Он касается стабилизатора. Вокруг устройства вспыхивают тонкие световые линии. Они появляются лишь на мгновение и тут же исчезают.

Долион: Каждый выбор создаёт отклонение. Каждое решение изменяет направление движения. Наша действительность осталась на прежнем курсе.

Дринмор: Мы приняли множество решений.

Долион: Да. (пауза) Но я не наблюдаю изменения направления.

Волков хмурится.

Волков: То есть мы остались в том же временном потоке?

Долион: Практически.

Келл делает шаг вперёд.

Келл: Как это возможно?

Долион: Вы исходили из предположения, что отключение нуль-поля является следствием действий идрари. (пауза) Однако наша действительность сохраняет прежнюю траекторию даже после их уничтожения.

Волков: Значит, причина в другом.

Долион (медленно кивает): Причина не была устранена.

Келл: Или мы её не нашли.

Долион: Или даже не приблизились к ней.

Слова повисают в воздухе.

Дринмор: Тогда получается, афаари уничтожили целый мир без всякой необходимости.

Долион некоторое время молчит.

Долион: Или именно эти действия сохранили нашу версию истории.

Келл: То есть, всё, что мы сделали, является частью формирования того настоящего, которое мы знаем?

Долион едва заметно кивает.

Келл (поражаясь своей догадке): А не мы ли своими действиями спровоцировали отключение нуль-поля? Может, мы не так всё поняли, и эти идрари наоборот, хранили нуль-поле в целости?

Волков (уверенно): Нет. Они хотели его вскрыть и, судя по мыслям нашего «гостя», были близки к этому.

Дринмор: А мы знаем, что конкретно они планировали сделать? Как это всё работает?

Келл: Это всё очень сложно, но из слов Мут‘Хазата я понял, что нуль-поле – это некое пространственное искажение, лабиринт, из которого нет выхода, хотя физически это не барьер. Просто ты никогда не найдёшь путь наружу.

Волков: В памяти идрари были воспоминания о многих кораблях, посланных внутрь… Ни один не вернулся и не подал признаков жизни.

Келл (драматично): Они буквально ныряли в никуда.

Дринмор: Однако они считали, что нашли способ. Какой?

Волков: Это я выяснить не смог. Инородные мысли и термины. Даже если и была нужная информация… не у меня.

Долион: Если это лабиринт, то выбраться можно только зная путь.

Келл: Идрари узнали путь?

Долион: Маяк. (пауза) Они построили маяк, чтобы их корабли знали, как вернуться, но…

Келл (догадываясь): Они показали Неприкаянным путь наружу.

Снова минута напряжённого молчания.

Келл (решительно): Мы должны вернуться и попытаться снова.

Долион (чуть повысив тон): Нет. Ресурс Большой Машины не безграничен.

Келл: Не понимаю. Причём тут Большая Машина?

Долион: Если в моём времени Машина будет истощена, никто не сможет отправить её «семя» в прошлое. (пауза) Тогда она никогда не появится на Эпсилоне-3.

Келл (хмурится): Но если она не появится...

Долион: ...её не будет нигде.

Он медленно проводит рукой над стабилизатором времени. Свет вокруг устройства начинает пульсировать.

Долион: Вы воспринимаете время как цепочку событий. Прошлое рождает будущее. Будущее приходит после прошлого. (пауза) Но некоторые объекты существуют иначе.

Его светящиеся глаза устремлены на реактор.

Долион: Большая Машина является причиной самой себя.

Молчание.

Долион: Она возникла потому, что была отправлена в прошлое. А была отправлена в прошлое потому, что сохранилась для будущего.

Дринмор (медленно произносит): Замкнутый цикл.

Долион: Да. (пауза) Хрупкий цикл.

Он переводит взгляд на присутствующих.

Долион: Разорвите его в любой точке, и исчезнет всё кольцо.

Стабилизатор времени вспыхивает чуть ярче.

Долион: Не только её будущее. Не только её прошлое. Всё её существование.

Тишина.

Келл: Ты хочешь сказать, что каждая новая попытка может уничтожить Большую Машину?

Долион: Я хочу сказать, мы расходуем ресурс объекта, который поддерживает собственное существование через миллион лет истории. (пауза) А я не знаю, где находится предел.

Он впервые звучит почти тревожно.

Долион: И что произойдёт раньше – спасение вашей эпохи или исчезновение одной из важнейших опорных точек реальности.

Молчание.

Долион: Некоторые двери нельзя открывать бесконечно. Особенно если они удерживают открытыми самих себя.

Все молчат, переваривая сказанное. Кристофер, наконец, нарушает затянувшееся молчание.

Келл: Значит, нам придётся сражаться с Неприкаянными и победить их… обычными способами.

Долион (словно уловив нечто через связь с устройством стабилизации времени): Но есть ещё один шанс.

Все мгновенно обращаются вслух.

Долион: Мы движемся обратно в наше время и можем пробить проход, не задействуя Большую Машину. Мы можем ударить по Неприкаянным здесь и сейчас, когда они не готовы к схватке.

Волков (озадаченно): И где это здесь и сейчас?

Где-то в регионе Неприкаянных. Открытый космос:

Видна пустота космоса. Где-то слева виднеется далёкая туманность, отливающая слабым светло-голубым светом.

На экране появляется надпись: 2333 год.

Вдруг пространство разрывается, и из разрыва вылетает сводная эскадра рейнджеров и афаари.

Несколько секунд ничего не происходит. Вокруг лишь звёзды. Затем сенсоры начинают оживать.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер разведки напряжённо смотрит на поступающие данные.

Офицер разведки: Мы на окраине звёздной системы. (глаза бегают, изучая поступающие данные) Судя по данным навигации, мы в нескольких световых годах от местоположения нуль-поля. (пауза, беглый взгляд по поступающим данным) Самого нуль-поля не наблюдаю.

Келл (мысли вслух): Неприкаянные на свободе. (офицеру) Соседняя система?

Офицер разведки: Возможно.

Он продолжает сконцентрировано обрабатывать данные, пока все остальные с нетерпением ждут дальнейшей информации.

Офицер разведки: Здесь странное строение системы. Планеты и другие тела поменьше имеются, но они…

На главный экран выводятся данные, все всматриваются. Минута молчания, нарушаемая безмолвной работой офицеров мостика.

Дринмор (задумчиво): Как будто…

Келл (завершая за него): Их выпотрошили. (пауза, слегка шокировано) Это ресурсная система.

Снова долгая пауза. Присутствующие продолжают наблюдать, делая выводы.

Дринмор: Следы древней выработки?

Офицер разведки: Не могу сказать. Данных недостаточно.

Келл: Нет… Чтобы выпотрошить целую систему нужны тысячи лет, сотни тысяч.

Волков (вступая в разговор): Я так понимаю, Неприкаянные были весьма способными в… «молодости».

Келл (с сомнением): Но настолько…?

Вдруг оживляется офицер связи.

Офицер связи: С флагмана афаари поступают разведданные. Они засекли… сигналы…

Дринмор: На экран!

На экране появляется карта системы, в одной точке которой что-то отмечено. Вид приближается. Появляется планета. На первый взгляд мёртвая. Серая. Лишённая океанов.

Но затем изображение ещё увеличивается. Все молча смотрят на экран, не спеша делать выводы. Даже Долион делает шаг вперёд, покидая свою привычную позицию в дальнем углу мостика.

Келл (наконец нарушая молчание с интонацией утверждения и вопроса одновременно): Это верфь…

Вся поверхность покрыта структурами неизвестного назначения. Континенты прорезаны светящимися линиями. В космос поднимаются гигантские конструкции.

Келл (со смешанными чувствами): Мы нашли верфь.

Долион (сухо): Нет.

Все смотрят на него.

Долион: Вы нашли инкубатор.

Снова молчаливая пауза.

Дринмор (подавленно): Во имя Валена…

Келл (драматично): Они выращивают тысячи кораблей для войны против нас. Используя планету, как донора?

Долион: Они не ожидают нападения.

Офицер связи снова даёт о себе знать.

Офицер связи: Нас вызывает флагман афаари.

Келл: Соединить!

На экране появляется Кер-Зар.

Кер-Зар (без предисловий): Нас обнаружат в любое мгновение. Нужно бить. Сейчас!

Келл: У нас мало данных. На таком расстоянии…

Кер-Зар (с оттенком приказного тона): Прыгайте с нами через квантовое пространство к цели. Данных будет больше.

Долион (предупреждая): Время играет против нас.

Кристофер коротко бросает взгляд на офицера разведки.

Офицер разведки: Наше появление могли уже заметить…

Волков: Подготовка к обороне, возможно, уже начата.

Келл не спешит с решением. Он напряжённо думает.

Келл (с сомнением): А если это нападение и станет причиной войны? Мы не смогли установить контакт с Неприкаянными, когда они прибыли… Они не хотели с нами говорить… испытывая лишь боль и гнев. А что, если потому что мы здесь и сейчас первыми напали на них? Что, если мы этим нападением уничтожим любой шанс на мир?

Волков (контраргументируя, медленно проговаривая слова): Неприкаянные пришли мстить из-за Теней. Они хотят уничтожить нас за то, что Тени обрекли их на гибель, стараясь защитить младшие расы, наше существование. Эту войну не остановить.

И снова напряжённое молчание. Тяжёлые ожидающие взгляды устремлены на Кристофера. Николай подходит вплотную к другу.

Волков (шепчет на ухо): Если мы и сейчас воздержимся, и афаари атакуют – а они атакуют – то мы потеряем их как союзников. Мы для них перестанем быть вообще каким-либо авторитетом. (пауза) Ты соблазнил их властью. И они теперь готовы взять её.

Кристофер бросает тяжёлый взгляд лишённого выбора человека, которому предстоит сделать то, что он хотел бы не делать.

Келл (с обречённостью в голосе): Если влез в драку… дерись до конца.

Он поворачивается к экрану, на котором в ожидании всё ещё замер Кер-Зар.

Келл (решительно): Прыгаем!

Неизвестная система. Дальняя орбита. Открытый космос:

Планета-инкубатор вблизи выглядит, как исполинский клубок, по поверхности которого что-то постоянно движется, шевелится, пульсирует.

Камера поворачивает в сторону от планеты, показывая далёкие холодные звёзды. И вот одна из них вдруг вспыхивает, начинает ускорение, а затем вдруг взрывается пространственным переходом, из которого вываливается сводная эскадра.

Борт «Нинро». Мостик:

Все напряжённо всматриваются в экран. Офицер разведки продолжает анализ. И вдруг замирает.

Офицер разведки: Неприкаянных нет.

Дринмор: Повтори.

Офицер разведки: Нет… тех огромных древних кораблей…

Келл подходит ближе.

Офицер разведки: Здесь работают только автоматизированные системы.

Молчание.

Офицер разведки (встревоженно): Вижу активность! Нас обнаружили!

Орбита планеты-инкубатора:

Казалось бы, мёртвые тела, похожие на крохотные луны планеты, покрытые слоем пыли, притянутой слабой гравитацией, вдруг встрепенулись, оживая.

Борт «Нинро». Мостик:

Все внимательно наблюдают за происходящим на орбите. «Луны» медленно раскрываются, словно цветы.

Долион (несколько загадочно): Стражи просыпаются.

Офицер разведки (неуверенно): Кажется, активируются защитные системы планеты.

Дринмор: Афаари начинают атаку!

Келл (оживляясь): Все орудийные системы к бою! Нам понадобится всё, что у нас есть. Следуем за афаари. Цель – планета.

Орбита планеты-инкубатора:

Восемь афаарианских линкоров выпускают стаи штурмовиков в сторону стражей. Сами же идут прямым курсом на сближение с планетой.

Следом ускоряются Платри, Красная звезда и Тёмные звезды.

Тысячи беспилотников устремляются вперёд плотным роем.

Древние конструкции медленно разворачиваются навстречу атакующим. Их поверхность покрывают вспыхивающие линии энергии.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер разведки: Энергетические показатели растут.

Открытый космос:

Первый Страж открывает огонь. Из его центра вырывается ослепительный луч, и целая группа афаарианских штурмовиков исчезает.

Через секунду второй луч прорезает строй ещё глубже.

Сотни машин превращаются в облако раскалённых обломков. Но остальные продолжают нестись вперёд. Их слишком много.

Первый рой достигает цели.

Штурмовики обрушиваются на Стража со всех сторон. Вспышки. Взрывы. Удары.

Страж закрывается энергетическим полем. Но рой уже облепил его полностью. Словно стая насекомых атакует гигантского зверя.

Борт «Нинро». Мостик:

На вспомогательном экране виден мостик флагмана афаари. Кер-Зар наблюдает за происходящим.

Кер-Зар: Не смотреть на когти! (он указывает на планету) Уничтожить сердце!

Орбита планеты-инкубатора:

Линкоры афаари открывают огонь. Вслед за ними стреляют рейнджеры. Десятки энергетических разрядов устремляются к поверхности.

Первый удар.

Второй.

Третий.

Вся поверхность планеты состоит из исполинских живых конструкций.

На первый взгляд кажется, эффекта нет. Стрельба лишь разворошила гигантский улей. Отдельные малые корабли пытаются подняться с поверхности. А вместе с ними тысячи дронов-осьминогов.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл всматривается в изображение.

Келл: Красной звезде, истребителям и штурмовикам! Уничтожать взлетающие корабли!

Камера приближается к экрану, отображающему планету. Под её корой что-то движется. Шевелится. Растёт.

Офицер разведки: Во имя Валена!

Келл: Что?

Офицер разведки увеличивает изображение.

На экране под слоем малых недостроенных кораблей и мечущихся в атмосфере дронов появляются огромные силуэты, словно материки, лежащие на поверхности.

Келл: Уничтожить! Я не хочу знать, что это может сделать, если покинет планету.

Открытый космос:

Третий Страж вырывается из окружения. Часть его корпуса пылает. Но он всё ещё боеспособен. Он поворачивается к линкорам афаари. И стреляет.

Энергетический разряд проходит сквозь пространство, и один из линкоров буквально разламывает пополам.

Обе половины ещё несколько секунд продолжают движение, потом взрываются.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер связи: Потерян линкор афаари!

Дринмор: Продолжать атаку! Запустить термоядерные ракеты!

Офицер вооружения: Сколько?

Дринмор: Все! Бейте по всем точкам, которые кажутся важными!

Орбита планеты-инкубатора:

Оставшиеся корабли подходят всё ближе. Теперь они уже внутри орбитального пояса.

Ближе.

Ещё ближе.

Почти вплотную. Словно пытаются добить зверя в упор.

Главные калибры афаари начинают стрелять непрерывно. Удары один за другим выжигают поверхность.

Ракеты устремляются вниз. Не все долетают, но одна за другой обзор перекрывают яркие вспышки.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл: Не останавливаться!

Открытый космос:

Платри бьёт из главного калибра, прожигая путь ракетам, бьющим каскадом в одну точку.

Стражи наконец, справляются с плотными стаями штурмовиков и открывают огонь по афаари. Сразу три линкора афаари вспыхивают. Два уничтожены, третьему сносит корму.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер вооружения: Боезапас ракет исчерпан!

Дринмор: Главными орудиями огонь! Не останавливаться!

Открытый космос:

Нескольким малым машинам врага удаётся подняться на орбиту. Они открывают огонь по Красной звезде, оказавшейся ближе всего. Ловким манёвром ей удаётся избежать прямого попадания. Но она получает серьёзные повреждения, теряет манёвренность, и её настигает несколько дронов-осьминогов. Юркие машины цепляются за корпус и своими лучами начинают прорезаться внутрь.

Пара Ниалов с Платри пытаются помочь Красной звезде, но быстро уничтожаются врагом.

Борт «Нинро». Мостик:

Резкий звук вдруг заставляет всех схватиться за головы.

Келл: Что это?

Офицер разведки: Сильный сигнал… пробивающий наши системы подавления связи.

Волков (обхватив голову руками): Они зовут их!

Келл: Кого?!

Волков: Создателей!

Офицер разведки бледнеет.

Офицер разведки: Гиперпространственные всплески!

Дринмор: Покажите!

На некотором отдалении вспыхивает первый переход. Потом второй. Третий. Четвёртый.

Они появляются один за другим. Знакомые силуэты огромных крейсеров.

Волков (смотрит на них и почти шепчет): Неприкаянные...

Орбита планеты-инкубатора:

Тем временем поверхность начинает раскалываться, покрываясь трещинами. Вторичные взрывы десятками сверкают внизу.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер разведки: До прибытия противника меньше двух минут!

Дринмор: Всем кораблям готовить отход!

Келл: Ещё рано!

На экране планета продолжает получать удары. Поверхность медленно покрывается бушующими огнями. Лава вырывается наверх. Кажется, ад разверзся там.

Но линкоры афаари подходят ещё ближе. Опасно близко. И одновременно дают полный залп.

Открытый космос:

Восемь лучей энергии вонзаются в одну точку, расширяя возникший разлом, высвобождая магму.

Недостроенный флот. Древние механизмы. Целые континенты. Всё исчезает в катастрофе.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер навигации: Переходы готовы!

Дринмор: Уходим!

Открытый космос:

Оставшиеся линкоры афаари один за другим отходят от планеты, готовясь к прыжку. Корабли рейнджеров тут быстрее и уже набирают скорость.

В этот момент в стороне неподалёку открывается переход, и оттуда появляется крейсер Неприкаянных. Он сразу же открывает огонь, разрезая на части центральный афаарианский линкор.

Ещё мгновение, и переходы открыты. Красная звезда ныряет первой, за ней первый Дар‘Веллар, затем второй…

Яркий луч прочерчивает пространство, срезая правое крыло Платри. Крейсер рейнджеров разворачивает, он теряет манёвренность, и следующий выстрел топит его в огненном шаре.

Борт «Нинро». Мостик:

Все с болью во взглядах наблюдают за уничтожением линкора и Платри.

Дринмор (трагичным тоном): Уходим!

Открытый космос:

Тёмные звёзды совершают свои «нырки», оставляя за собой раскалённую планету, разгневанный флот хозяев… И уже никто из рейнджеров не видит, как последний афаарианский линкор настигает выстрел Неприкаянных, взрывая уже открывшего переход гиганта.

Сектор-14. Открытый космос:

Временной разлом пульсирует. Через мгновение он расширяется, и из него появляются повреждённые линкоры афаари. За ними сильно потрёпанная Красная звезда и Тёмные звёзды.

Борт «Нинро». Мостик:

Келл смотрит на главный экран, где видны Дар‘Велары, чья броня опалена прошедшими боями.

Келл: Откройте канал. Я бы хотел поговорить с…

Офицер разведки (перебивая): Они уходят.

На экране видно, как открывается переход, и корабли афаари уходят в квантовое пространство.

Кристофер наблюдает за этим с некоторой растерянностью. Волков подходит сзади.

Келл: Они ещё наши союзники?

Волков (философски): Время покажет. Они потеряли в этой миссии больше, чем готовы были.

Офицер разведки: Засекаю появление незнакомого объекта. (всматривается в показания сенсоров) Похоже на… зонд.

Келл (поворачиваясь): Чей?

Офицер связи: Передача данных! Идентификатор кор‘хааров.

Открытый космос:

В пространстве висит едва видимый объект, частично скрываемый каким-то маревом. Его дизайн чем-то похож на дизайн корабля кор‘хааров.

Борт «Нинро». Мостик:

Офицер связи: Зонд запрашивает прямое соединение.

Кристофер переглядывается с Волковым.

Келл: Принимайте. По изолированному каналу.

Свет на мостике на мгновение меркнет. Главный экран заполняет рябь помех. Затем возникает знакомый силуэт. Только это не голограмма в привычном смысле. Скорее запись. Тёмный силуэт кор'хаара едва различим среди клубящейся тьмы. Горят лишь глаза.

Мут'Хазат: Если вы наблюдаете эту запись, значит, вы вернулись.

Келл невольно напрягается.

Мут'Хазат: И, вероятно, потерпели неудачу.

Все молчат, недоумённо переглядываются.

Мут'Хазат: Я предполагал подобный исход.

Перед фигурой кор'хаара возникает голограмма Тёмной звезды.

Мут'Хазат: Ваши корабли несут в себе наследие наших богов. Многие системы известны нам лучше, чем вам самим.

Появляется изображение крошечного устройства.

Дринмор (узнавая): Это зонд с одной из Тёмных звёзд.

Мут'Хазат: Пока вы путешествовали во времени, я разместил ваш автономный наблюдательный зонд возле нуль-поля.

Келл резко поднимает взгляд.

Келл: Что?!

Мут'Хазат: Не благодарите. (пауза) Вы отправились искать прошлое. Я предпочёл его наблюдать.

Изображение меняется. На экране возникает знакомая чёрная бездна нуль-поля.

Надпись: 2289 год.

Все на мостике мгновенно замолкают.

Запись зонда:

Видна исследовательская станция идрари. Она разрушена. Вокруг дрейфуют обломки. Чуть дальше останки нескольких штурмовиков афаари.

Проходит несколько секунд. Затем несколько минут.

Открываются окна гиперпространства, и оттуда появляются корабли.

Келл узнаёт их первым. Он делает шаг вперёд. На лице шок. Голограмма приближает облик кораблей. Это корабли калистианцев.

Келл: Курс на «Вавилон-6»!

«Вавилон-6». Зелёный сектор. Квартира Тахт-Та Зелы:

Тахт-Та Зела сидит, что-то изучая в планшете. Его помощник стоит на кухне, как будто готовит пищу.

Дверь вдруг распахивается. В помещение стремительно врывается отряд спецназа и сразу же, не давая возможности отреагировать, расстреливают помощника посла. Тахт-Та Зела вскакивает. Он точно не ожидал такого. Он в растерянности.

Входят Келл и Волков.

Тахт-Та Зела (стараясь вернуть себе самообладание): Капитан… что вы наделали?

Келл (гневно): То, что должен был сделать уже давно.

Следом, словно соткавшись из тени, появляется Мут'Хазат.

Зела замирает. Его взгляд останавливается на кор‘хааре.

Мут'Хазат поднимает руку. Освещение меркнет.

Зела смотрит на браслет.

Ничего не происходит.

Келл (сурово): Он блокировал всё. Ваш корабль не взорвётся. (поворачивается к Волкову) Действуй!

Волков делает шаг вперёд, касается виска. Зела пятится назад.

Серый сектор. Док «Багуша»:

Ветров и Блэк идут вдоль тёмного корпуса корабля калистиан.

Вокруг работают технические дроны станции.

Блэк: Управление полностью заблокировано.

Ветров: Подключайте буксиры. Выводим этого клопа отсюда.

Дроны закрепляются на корпусе.

Медленно, очень медленно, корабль начинает покидать док.

Зелёный сектор. Квартира Тахт-Та Зелы:

Спецназ также стоит настороже, распределившись по помещению. Келл напряжённо наблюдает. Чуть дальше окружённый мраком Мут‘Хазат. Камера показывает Тахт-Та Зелу, лежащего на полу. Видно, что он упал. Из носа кровь. Глаза зажмурены, а руки защищают голову, словно его только что били.

Над ним возвышается Волков. Он держится за голову, медленно опускается на подлокотник большого кресла, в котором ранее сидел Зела.

Келл (устав ждать): Николай?

Волков: Идрари… они были самыми развитыми в их регионе. Старшая раса… с продвинутыми технологиями.

Волков некоторое время молчит. Видно, что чужие воспоминания всё ещё проходят через него.

Волков: Калистианцы и идрари знали друг о друге давно. Контакты были редкими, но мирными. Идрари держались обособленно, не вмешивались в дела соседей и крайне неохотно делились своими технологиями. Предпочитая науку войне. (делает паузу) Со временем калистианцы начали видеть в этом угрозу. Они были убеждены, что идрари намеренно сохраняют своё превосходство и однажды подчинят себе окружающие миры. Чем больше росли амбиции калистианцев, тем сильнее становился страх.

Келл: И они решили ударить первыми.

Волков медленно кивает. Он закрывает глаза, вновь обращаясь к чужой памяти.

Волков: Одновременные удары по научным центрам, станциям связи, пограничным базам. Первые месяцы принесли успех. Калистианцы захватили несколько систем и были уверены, что идрари сломаются. (открывает глаза, смотрит на Зелу) Но этого не произошло. (пауза) Идрари оправились от первого шока, собрались, развили военное направление. Их флот начал теснить калистианцев по всем фронтам. Технологическое превосходство оказалось слишком велико. В памяти Зелы есть разговоры о поражении, чрезвычайной мобилизации, подготовке к эвакуации центральных миров.

Все внимательно слушают.

Волков: Чтобы выиграть время, калистианцы постоянно меняли направление ударов, открывали новые фронты, били там, где их не ждали. Но это уже ничего не меняло. Война была практически проиграна. (хмурится) А потом... всё изменилось. (тишина) По какой-то причине идрари внезапно утратили способность продолжать войну. Их основные силы исчезли. Просто... исчезли. Калистианцы так и не узнали, что произошло. (пауза) Они решили, что это результат их собственных действий. Что идрари наконец сломались.

Николай усмехается без тени веселья.

Волков: После этого война превратилась в охоту. Калистианцы брали мир за миром, захватывали архивы, лаборатории, научные центры. Не имеющие ценности колонии стирались с лица планет. (снова пауза) Воодушевлённые таким положением дел, калистианцы бросили все силы в наступление. Они действовали быстро, без пощады выбивая всю экономическую базу идрари, не давая им возможности восстановиться. (драматичная пауза) Через два года всё было кончено. Цивилизация идрари была повержена, а выживших превратили в рабов.

Волков бросает взгляд на Тахт-Та Зелу, который тоже слушает этот рассказ.

Волков: Зела не знает. Никто из калистианцев не знает, что случилось. Что за божественное вмешательство им помогло. Но официально всё подавалось так, будто победа достигнута решимостью, стойкостью и превосходством калистианского оружия. (пауза) Но они не знали одного…

Он смотрит на Келла многозначительным взглядом, и тот вдруг понимает.

Келл (шокировано): Боже мой! Афаари…

Волков (кивает): Их удар переломил ход войны, сломал хребет военной машины идрари и сделал калистианцев главной силой региона.

Кристофер отступает на шаг.

Келл (почти шёпотом): Мы привели их туда...

Никто не отвечает.

Келл словно снова видит горящие города идрари, обломки кораблей на орбите, линкоры афаари, уходящие прочь, выполнившие свою миссию.

Волков: Победа над идрари стала началом новой вехи всей калистианской цивилизации, нового технологического прорыва, взрыва экспансии. Доказательством того, что нет силы, которую нельзя покорить. Нет знания, которое нельзя отнять. Нет двери, которую нельзя открыть.

Кристофер отступает на шаг.

Келл (тихо произносит): И поэтому они открыли нуль-поле.

Волков (медленно кивает): Да. Потому что были уверены, что и на этот раз победят.

Кристофер переводит взгляд на лежащего на полу Зелу, слушавшего весь разговор. Несколько секунд он просто смотрит на него.

Келл (с нарастающим гневом): Из-за вашей гордыни вы выпустили Неприкаянных. Вы освободили тех, кто теперь уничтожает мир за миром. Тех, кто убьёт миллиарды.

Тахт-Та Зела медленно открывает глаза. В них нет ни раскаяния, ни страха – только усталость и возвращающееся хладнокровие.

Зела (хрипло): Да. Не вам говорить мне о цене, капитан.

Он с трудом садится, вытирая кровь с лица.

Зела: Мой народ уже заплатил за эту ошибку. (пауза) Наши миры горели. Миллионы погибли. (горькая усмешка) Флот сгинул в боях за Минбар.

Он поднимает взгляд на Келла. Во взгляде превосходство.

Зела: Но не вам обвинять меня, капитан. Именно вы обеспечили нашу победу над идрари. Разве нет?

Орбита Торины-5:

Дроны тянут обесточенный калистианский корабль прочь от станции. Рядом наготове звено истребителей.

Через некоторое время, когда «Багуш» оказывается на безопасном расстоянии, дроны отцепляются и удаляются. Истребители остаются неподалёку.

Зелёный сектор. Квартира Тахт-Та Зелы:

(продолжение эпизода)

У Келла раздаётся вызов коммуникатора.

Келл (в коммуникатор): Да?

Блэк (голос из коммуникатора): Мы вывели транспорт.

Келл: Хорошо.

Кристофер опускает руку, смотрит на Мут‘Хазата. Тот шевелит пальцами, и браслеты на руках калистианцев рассыпаются, а системы внутри каюты снова оживают.

Келл (сухо): Ваш корабль больше не представляет угрозы. Он зафиксирован на дальней орбите. Сдвинется, будет уничтожен.

Давящее молчание. Лишь взгляды.

Келл и Волков разворачиваются и выходят. Спецназ следует за ними. Кор‘хаар исчезает в темноте, которая следом растворяется.

Тахт-Та Зела всё ещё на полу. Он не спешит вставать. Подавлен. Он поворачивает голову вправо, задумчивым взглядом смотрит на труп помощника.

Орбита Торины-5:

Виден обесточенный «Багуш», висящий в пустоте. Крошечной точкой вдали на фоне планеты виден «Вавилон-6» в рою различных кораблей.

Борт «Багуша»:

Внутри мрак. Несколько секунд ничего не происходит, затем слышится лёгкий гул. Системы начинают перезапускаться. Включается аварийное освещение.

Плохо видно, но можно разобрать, как камера медленно плывёт с мостика, через коридор дальше.

В кадр вплывает массивная цилиндрическая установка, скрытая за полупрозрачным кожухом. Она также оживает. По корпусу пробегают полосы тусклого голубого света.

Рядом вспыхивает консоль.

На экране одна за другой появляются строки (на калистианском):

«Аварийный протокол активирован»

«Обнаружена потеря биологической единицы»

«Проверка генетического архива... завершена»

Короткая пауза.

«Запуск процедуры восстановления»

Внутри цилиндра начинает медленно подниматься густой белёсый туман.

Из глубины установки доносится едва различимое ритмичное биение.

Экран меняет сообщение:

«Стадия 1: инициализация»

Камера продолжает медленно отдаляться.

Двери отсека с тихим шипением закрываются.

«Вавилон-6». Малый купол:

Координационный совет в сборе: Келл, Конрад, Шу‘Корт, Лина Тари. Все сидят за столом. Чуть в стороне стоит Волков и шепчется с Долионом.

Очевидно, совещание идёт уже какое-то время. Над столом висит голограмма, отображающая стоп-кадр уничтожения планеты-инкубатора Неприкаянных.

Келл: Главной цели достичь не удалось, но получилось нанести им тяжёлый удар. Мы уничтожили огромный флот.

Конрад (впечатлён): Это первый и весьма значительный успех в этой войне. Нужно сообщить союзникам, что Неприкаянных можно бить.

Келл (резче и испуганней, чем хотел): Нет! (спокойней) Мы не можем рассказать об этом. Это была крайне опасная и секретная миссия, о которой нельзя говорить.

Конрад: Но… Стоит ли этот секрет возможности пересобрать всех в единый кулак?

Кристофер смотрит на Волкова и Долиона, не спеша отвечать. Долион едва заметно отрицательно качает головой, отвечая, видимо, на вопрос Николая. Тот поворачивается и подходит к Келлу.

Волков (шёпотом, чтобы никто не слышал): Большая Машина может не выдержать, и мы «схлопнем» всё её существование.

Кристофер задумчиво буравит взглядом друга, но у того на лице не дрогнет даже мускул.

Келл (обращаясь к остальным): Мы не будем никому говорить о миссии. (твёрдо, словно отдаёт приказ) Это крайне важно! (мягче) Будем знать, что на поверхности планеты их «юные» корабли уязвимы, и мы смогли лишить их большого флота.

Шу‘Корт (с толикой сарказма): Осталось дело за малым, разобраться с теми, что всё-таки прилетели.

В этот момент входит Кит Холдер. Подходит.

Келл не успевает отключить голограмму.

Холдер (Келлу): Вот отчёты за время вашего отсутствия.

Холдер коротко косится на голограмму. В его глазах мелькает узнавание, хотя он не подаёт вида. Однако Келл замечает это.

Келл (насторожившись): Вам знакома эта картинка, коммандер?

Холдер замирает на несколько секунд, размышляет.

Холдер: Не вся.

Келл: То есть?

Кит не спешит отвечать, переводит взгляд с одного на другого. Тут он достаёт свой планшет, нажимает пару кнопок и кладёт на стол.

Планшет начинает отображать ещё одну голограмму рядом с той, что висит над столом. Все всматриваются в неё, пытаясь понять, что именно показывает запись.

Очевидно, съёмка велась с огромного расстояния. Видна планета, окутанная облаками. Несколько секунд ничего не происходит.

Затем поверхность начинает светиться.

Что-то огромное медленно поднимается над атмосферой.

В помещении воцаряется тишина. Конрад подаётся вперёд.

Конрад: Что это?

Келл некоторое время молчит. Его взгляд мечется между двумя голограммами.

На первой последние мгновения планеты-инкубатора. На второй исполинская тень, поднимающаяся над поверхностью знакомого мира.

Лина Тари первой замечает сходство.

Тари (тихо): Подождите...

Все вновь переводят взгляд на голограммы.

На обеих отчётливо различимы одни и те же гигантские структурные элементы.

Шу‘Корт (недоверчиво): Это не может быть совпадением.

Келл медленно поднимает взгляд на Холдера.

Келл: Что это за запись?

Холдер (выдерживает короткую паузу) Вы хотели знать, что взлетело с седьмой планеты системы, где открылись врата Неприкаянных, и заставило ретироваться флот Земли.

Келл хмурится. Все снова смотрят на голограмму.

Исполинская конструкция продолжает медленно подниматься с поверхности планеты.

Долион подходит ближе. Его светящиеся глаза не отрываются от изображения.

Волков (почти шёпотом): У них есть.

Келл (переводит взгляд на него): Что?

Камера медленно приближается к двум голограммам, висящим рядом.

Долион: Убийца планет.

5. Серия: «Знакомый голос»

Орбита Торины-5:

«Вавилон-6» висит на орбите, окружённый обычным количеством транспортных, технических и военных кораблей. Однако можно заметить, что военных кораблей разнообразных рас неожиданно больше.

«Вавилон-6». Синий сектор. Зал заседаний:

Келл выступает перед полным собранием.

Келл: Мы несём тяжёлые потери, если пытаемся вступить в бой с Неприкаянными. В настоящий момент их корабли значительно превосходят наши по всем параметрам. (пауза, в рядах послов тихое недовольное бормотание) Мы работаем над поиском средств, способных нам помочь в этой войне, но пока что могу посоветовать лишь избегать столкновений с ними. (снова возмущённые перешёптывания) У нас есть один небольшой плюс. У Неприкаянных не так много кораблей, и они атакуют не так много целей, поэтому…

Кристофер переводит взгляд на Шу‘Корта. Тот поднимается.

Шу‘Корт: Мы должны избегать контакта с врагом насколько это возможно. Необходимо экономить корабли, накапливать силы, выбивать всех тех, кого мы можем выбить. Я говорю про плеританов, корпашей и ситтанексов, а также этих… фуртаноков. Они отступили на укреплённые позиции и тоже сидят тихо. Без необходимости мы туда лезть не будем, но вот все остальные шансы должны использовать. Разведка, молниеносные удары, эвакуация планет перед атакой Неприкаянных. Мы будем избегать крупных сражений. Пока.

Келл (перенимая): Мы сейчас работаем над списком потенциальных целей, чтобы предугадать предстоящие удары врага. Помогите нам! Предоставьте транспорты для эвакуации колоний, находите безопасные зоны. У нас есть маленький запас времени…

Таррок (поднимаясь): Всё это звучит логично, капитан. Но есть ли план победить?

На минуту в зале воцаряется тишина. Все смотрят на Келла, ожидая ответа.

Келл (глубоко вдыхая): Врать не буду. Шансы крайне малы. У нас есть некоторые наработки, но о них пока рано говорить. Важно сейчас экономить боевые соединения для момента, когда можно будет нанести удар. Когда это будет, сказать не могу. Но все должны быть готовы.

Таррок: В идеале звучит неплохо, капитан. Но что делать, если Неприкаянные атакуют родную планету одного из членов альянса? Продолжать избегать сражений?

Кристофер долгое время молчит, медленно переводя взгляд с одного посла на другого. В конце он останавливается на после дрази.

Келл (хмуро): Я не знаю ответа на этот вопрос. Если у нас не будет средств противостоять этому врагу… (тяжело вздыхает, длинная пауза) Будем решать по мере поступления информации. Для этого прошу отслеживать активность Неприкаянных, но не вступать в бой.

Кажется, послы более-менее удовлетворены ответом.

Келл: А сейчас хочу предоставить слово… гостю собрания. (поднимает руки) Прошу спокойно выслушать его.

В зале начинает сгущаться тьма, и в центре зала появляется фигура кор‘хаара.

Это вызывает достаточно бурную реакцию послов, некоторые вскакивают с мест, но через минуту всё же они успокаиваются и рассаживаются снова.

Мут‘Хазат (своим обычным хриплым, зловещим шёпотом): Вы все дети богов… покинувших эти пределы. (короткая пауза) В своей гордыне и наивности вы отвергли их дар и теперь платите за эту ошибку. (снова пауза) Возвращение древнего врага, стремящегося покарать вас за то, что вас когда-то защитили Тени – это кара за вашу глупость.

Келл выглядит недовольным, как поворачивается выступление. Он хмурится.

Келл (грозно): Мут‘Хазат, не нужно лишней драмы. К делу!

Кор‘Хаар, стоя спиной к Кристоферу, коротко слегка поворачивает голову, словно хочет посмотреть на того, кто перебил его.

Мут‘Хазат: У вас есть оружие против Неприкаянных. Возьмите его.

После этих слов по залу проходит волна удивления и заинтересованности. Слышатся фразы вроде: «Что это?».

Кор‘хаар выдерживает драматическую паузу.

Мут‘Хазат: Тени уже сражали их. Возьмите их наследие и сокрушите древнего врага.

Келл: Вы предлагаете нам технологии Теней?

Мут‘Хазат: Да.

По залу пробегает смешанная волна удивления и возмущения.

Орбита Торины-5:

Показываются бухты эскадрильи Сигма. Открываются створки, и из двух из них вылетают Громовержцы. Отходя от станции, они делают вираж и уходят в сторону планеты.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас: Сигма-1 Сигме-11!

Клэрилл (голос по каналу связи): Сигма-11 слушает.

Алаас (с улыбкой): Натали, тебе, пожалуй, стоит придумать позывной.

Клэрилл: Например?

Алаас: Хм… Надо подумать.

Клэрилл: А какой у тебя?

Алаас: Шиликун.

Клэрилл: Интересно звучит. Что это значит?

Орбита Торины-5:

Громовержцы облетают планету, заходя на её другую сторону. Вдали появляется силуэт корабля кор‘хааров.

Кабина Громовержца Сигмы-11:

Клэрилл управляет истребителем.

Алаас (по каналу связи): Это старое слово одной из народностей Земли. Означает что-то вроде духа воды. Злого духа.

Клэрилл (со смешком): Ты совсем не похож на злого.

Алаас: Это как посмотреть. (пауза) Ладно, давай протестируем лётные характеристики машин с новыми системами. Ветров много работал над ними. Попробуем доложить ему об успехе.

Орбита Торины-5:

Громовержцы уже облетели планету и приближаются к кораблю кор‘хааров, который кажется кроваво-чёрным шрамом на теле вселенной.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас смотрит на корабль и хмурится.

Алаас: Компьютер, это всё тот же корабль, который прибыл в первый раз?

Компьютер: Корабль не отбывал.

Алаас: Натали?

Клэрилл: Да?

Алаас: Тебе не кажется, что эта штука изменилась?

Клэрилл (через пару секунд): Он стал… цельнее?

Орбита Торины-5:

Корабль кор‘хааров вблизи выглядит несколько иначе. Ранее на нём были видны следы старых сражений, следы прошедших эпох. Сейчас, кажется, будто он «залечил раны». Броня более целостная, корпус строен.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас: Ладно, летим к сектору учений.

Клэрилл: Погоди. Ты тоже это видишь?

Орбита Торины-5:

Пространство вокруг корабля начинает «разрываться», образуя провал.

Кабина Громовержца Сигмы-1:

Алаас: Натали! Уходим!

Орбита Торины-5:

Видно, что Громовержцы подлетели слишком близко к кораблю. Образующийся провал «проглатывает» корабль кор‘хааров и вместе с ним истребители станции. На месте, где они были, больше ничего нет.

Они изучали Вселенную, когда Древние делали свои первые шаги. Они представляли собой силу, когда наши миры только зарождались. Мы не знали о них, они ненавидели нас. Мы строили свои империи, воевали и мирились, они ждали.

Наступил год, о котором многие из нас боятся вспоминать, год, заполненный болью и ужасом, год… когда они пришли мстить.

Разъярённые... невероятные... Не живые и не мёртвые...

У нас остался лишь один выбор... умереть или отдать последние силы в борьбе с... Неприкаянными.

2344-й год. Год Древнего Шторма.

(Одновременно с этими словами показываются кадры сражения у Врат Неприкаянных, появление возле станции корабля кор‘хааров, битва возле Примы Центавра, Долион, ещё больше мутировавший Ведьмак, временное искажение в Секторе-14, бой на станции, люди в панике, кадры битвы на планете Нум-Ри-Хар-2).

Минбар. Йедор. Улица:

Ночь.

Рамин в плаще покидает дом, поворачивается и пугается. Перед ней стоит Сандел.

Сандел: Прошу прощения, что испугал, Рамин.

Рамин: Что ты здесь делаешь?

Сандел: Как я уже говорил, Киран просил присматривать за Вами, защищать, помогать.

Рамин: Ты теперь неотступно будешь следовать за мной?

Сандел: Так просил брат. Защищать и помогать.

Рамин думает с минуту, затем достаёт листок бумаги, что-то втайне пишет на нём, но зритель видит, что там написано: «Задержи его». Протягивает Санделу.

Рамин: Ну раз помогать… Прошу, отнеси эту записку Кэти. Ты помнишь, где её найти?

Сандел очевидно теряется при упоминании человеческой девушки, но также в его глазах загорается искра предвкушения, которую он тут же пытается скрыть.

Рамин (кланяется): Ступай.

Вавилон-6». Синий сектор. Коридор:

Келл, Волков и Шу‘Корт идут по коридору. Все они выглядят достаточно мрачно.

Шу‘Корт: Меня очень беспокоит предложение кор‘хааров. Оно…

Келл: Меньшее зло?

Шу‘Корт (недоумевая): Что? (думает) Это то, на чём хочет сыграть Мут‘Хазат. Вы так не считаете?

Келл: И зачем ему это? Я так понимаю, он действует по принципу: враг моего врага – мой друг. Нет?

Шу‘Корт: Не считая Изначальных, это самая старая раса, с которой мы встречались. Трудно понять их истинные замыслы. Хотя его слова звучат логично. В отсутствие доступа к планетам ворлонов технологии Теней – это самое мощное оружие, которым мы можем обладать. (пауза) Но какой ценой?

Келл: Велика ли цена выживания? В чём смысл пренебрегать чем-то, пусть даже опасным, если речь идёт о спасении галактики?

Шу‘Корт: Вы за то, чтобы принять это предложение, капитан?!

Келл: А есть ли у нас выбор?

Шу‘Корт (думает): А если сделать наоборот? Максимально дистанцироваться от наследия Теней? Если Неприкаянные мстят за действия Теней… Мы можем доказать, что Тени были врагами наших цивилизаций на протяжении тысяч лет.

Волков (с сомнением качает головой): Думаю, для них это не имеет значения. Они… за гранью логики. Они не мыслят рационально. Больше нет. Мне ни разу не удалось телепатически до них достучаться. Либо они не слышат, либо игнорируют. Я натыкаюсь на… (пытается подобрать слова) трудно объяснить… барьер. Барьер из… бешеного гнева.

В этот момент у Келла даёт о себе знать коммуникатор.

Келл (в коммуникатор): Слушаю.

Сандер (взволнованно): Капитан! Э-э…

Келл: Что, сержант?

Сандер: У нас ЧП…

Келл (возмущённо): Сержант, мне из тебя каждое слово вытягивать?

Сандер: Корабль кор‘хааров пропал.

Келл: И?

Сандер (виновато): Простите. Два Громовержца пропали вместе с ним.

Келл: Чьи?

Сандер: Алааса и… Клэрилл.

Волков тут же срывается с места.

Гиперпространство:

Мрачный силуэт корабля кор'хааров летит через красную дымку, разрываемую далёкими разрядами.

Камера приближается к его корпусу, ныряет ниже, и мы видим два Громовержца, прикреплённые к кораблю.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас проверяет приборы, затем устанавливает канал связи.

Алаас: Натали, ты как?

Клэрилл: Я в порядке. (короткая пауза) Что произошло?

Алаас: Похоже, нас затянуло в воронку гиперпространства, когда корабль в него уходил.

Клэрилл: Это не захват?

Алаас: Не похоже. Кажется, мы просто оказались не в то время не в том месте.

Клэрилл: И что теперь будем делать? Стоит ли отделиться и вернуться на «Вавилон-6».

Алаас (проверяя данные с приборов): Боюсь, так просто не получится. Я не засекаю сигналов знакомых маяков. Если мы отцепимся, велика вероятность остаться в гиперпространстве навсегда. Пока лучший вариант держаться за корабль.

Клэрилл: А... они нас не обнаружат?

Алаас (мысленно пожимая плечами): Да кто их знает. Я настроил связь между нами через лазер. Её обнаружить не должны. А так... (меняет тему) С твоей машиной всё в порядке?

Клэрилл: Да.

Алаас: Похоже, нам придётся протестировать все новые системы, а не только как они влияют на манёвренность машины.

Гиперпространство:

В этот момент открывается переход, и корабль кор'хааров выходит в обычный космос.

Перед ним в пространстве висят несколько кораблей разных конструкций. Среди них есть пара кораблей дракхов.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас: О, о! Кажется, нас обнаружили.

Клэрилл: А разве эти… кор‘хаары нам враги? Может, они нам помогут?

Алаас: Насчёт них не уверен, а вот те – точно враги. (взволнованно) Стартуем!

Открытый космос:

Громовержцы отсоединяются от корабля кор'хааров и, ускоряясь, несутся прочь. От Орфикса (корабль кор'хааров) отлипают два малых силуэта, похожих на восьмиконечные звёзды (такие же мрачные, как и материнский корабль) и преследуют Громовержцев.

Однако у тех есть некоторое преимущество во времени, поэтому через несколько минут, преследователи отстают.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас: Кажется, ушли.

Клэрилл: И что теперь?

Алаас (проверяя приборы): Судя по данным навигации, мы не очень далеко от станции. (заминается) Ну... как не далеко... Если в гиперпространстве.

Клэрилл: А если нет?

Алаас (озадаченно): Кажется, у нас проблема.

Долан ещё немного колдует над приборами.

Алаас: Согласно навигации в пяти днях пути есть зона перехода, которой мы могли бы воспользоваться.

Клэрилл: Но?

Алаас: Ресурса жизнеобеспечения нам не хватит для длительного перелёта. (думает) Что ж, придётся нам уже сейчас протестировать системы гибернации, установленные Ветровым. Пересылаю инструкцию по активации.

Клэрилл (через пару секунд): Приняла.

Её голос звучит достаточно спокойно, но Долан решает немного взбодрить.

Алаас (пытается звучать весело): Выспимся хоть, пока долетим. А там до дома рукой подать. (короткая пауза) Спокойной ночи.

Он активирует систему гибернации.

Минбар. Йедор:

Ночь. Город раскинулся внизу, словно узор из мягкого серебристого света. Высокие башни поднимаются над тёмными садами, их стены разбиты на строгие грани, которые ловят свет фонарей и отражают его холодными отблесками.

Камера медленно скользит над городом на высоте птичьего полёта.

Архитектура Минбара выглядит почти кристаллической – вытянутые шпили, высокие арки и тонкие мосты соединяют здания, словно грани огромного минерала, выросшего из земли.

Между башнями проходят узкие водные каналы. На их поверхности отражаются фонари, похожие на парящие капли света. Иногда по мостам проходят фигуры минбарцев – тихо, неторопливо.

Камера постепенно опускается и фокусируется на одном здании.

Оно скромнее соседних храмовых башен, но построено в том же стиле: светлый камень, плавные линии, высокий арочный вход и широкие окна, затянутые полупрозрачными панелями.

Похоже, это жилой дом.

Жилой дом. Жилище Каема:

Комната освещена мягким янтарным светом нескольких настенных ламп. Свет отражается от гладких каменных поверхностей и делает помещение почти тёплым, несмотря на ночную прохладу.

Жилище выглядит аскетичным, но не бедным.

У одной стены расположен низкий стол для медитаций, вокруг которого лежат тонкие подушки. На столе аккуратно разложены свитки и несколько тонких кристаллических табличек для записи.

На стене висит тканое полотно с древним символом Валена, выцветшим от времени.

В стене вырезана узкая высокая ниша. Внутри неё стоят предметы культа: чаша с тлеющими ароматическими ветвями и небольшой прозрачный кристалл памяти, внутри которого мерцает слабый свет. От ветвей поднимается тонкая струйка дыма, медленно растворяющаяся под сводом комнаты.

Однако среди привычных для жреца вещей есть несколько странных деталей.

Над медитационным столом закреплено круглое металлическое кольцо из тёмного сплава. Оно покрыто тонкими гравированными линиями, напоминающими концентрические волны. При слабом освещении кажется, будто линии едва заметно мерцают.

На полу рядом лежит плоская пластина из прозрачного кристалла, на которой выгравированы сложные узоры – они больше похожи на карты потоков энергии, чем на религиозный орнамент.

У дальней стены стоит узкая стойка с несколькими небольшими гладкими камнями. Они лежат строго по кругу, словно образуя незримый центр.

В центре комнаты сидит сам Каем.

Минбарец около пятидесяти пяти лет. Его костюм жреца аккуратен и прост – светлая ткань, глубокие складки, длинные рукава. Костяной гребень на голове слегка поседел у основания.

Он сидит прямо, почти неподвижно.

Напротив него – его гостья.

Она сидит спиной к камере. Её фигура скрыта под тёмным плащом. Капюшон низко опущен, полностью закрывая голову.

Несколько секунд в комнате царит тишина.

Где-то за окнами слышен слабый шум ночного города.

Каем внимательно смотрит на свою гостью.

Каем: Всё это очень волнующе, Рамин. Но чем я могу помочь?

Теперь камера показывает и молодую минбарку.

Рамин: Я хочу выяснить правду.

Каем (философски): Разве этого хотят не все?

Рамин: К сожалению, нет. Серый Совет решил возродить пост Избранного. И… (в её руках загорается голограмма Кирана) это их выбор.

Каем (кивает): Несмотря на молодость – это очень волевой и острый умом минбарец. Возможно, я бы подождал хотя бы несколько лет, но, полагаю, Киран достоин такого высокого поста.

Рамин: И тебе не кажется это подозрительным?

Каем: Что именно?

Рамин: Откуда у него столько влияния в таком возрасте? Почему члены Серого Совета прислушиваются к нему? Кто он, в конце концов?

Каем лишь пожимает плечами, невинно улыбаясь.

Каем: На эти вопросы я не могу дать тебе ответ.

Рамин: Но ты можешь попытаться…

Каем (становясь серьёзным): Я не могу влезать в мысли другого без разрешения. Это запрещено.

Рамин (становясь настойчивей): От этого могут зависеть миллиарды жизней, Каем. Минбар оттянул все свои силы с фронтов. Даже рейнджеров. Как самая старшая раса мы являемся лидером в Альянсе. Наше отступление… изоляция… Мы отставляем борьбу за выживание целой галактики. Самоудаляемся. С какой целью? Выжить?

Длинная пауза. Каем не знает, что ответить. Рамин пытается дожать.

Рамин: Это очень подозрительно. И я хочу выяснить, почему молодой малоизвестный минбарец вдруг имеет такое влияние в обществе и как это связано с нашей новой самоизоляцией. Помоги мне, Каем!

Минбарец-телепат долго думает, затем кивает.

Каем: Я помогу тебе. Но… (вскидывает руку, предупреждая открывшую рот Рамин) Я буду делать это по-своему.

Рамин склоняет голову в знак благодарности.

Рамин: Ты окажешь мне и всему Минбару неоценимую услугу.

Орбита Торины-5:

Вокруг станции обычная суета.

Вдруг в стороне открываются гиперпереходы. Оттуда вылетают несколько десятков земных кораблей.

«Вавилон-6». Синий сектор. Командный мостик:

Сандер стоит перед главным экраном, наблюдает за прибывшими кораблями.

Сзади открывается дверь. Входит Келл.

Келл (смотрит на экран): А, это эскадра адмирала Льюиса. Прекрасно.

Сандер (кивает): Нас вызывают. Это адмирал.

Келл: Соедини!

На экране появляется достаточно замученное лицо адмирала.

Льюис: Капитан! Рад вас видеть. Разрешите ступить на борт?

Келл: Мы вам всегда рады, адмирал. Очень буду рад встретить вас лично.

Льюис (настораживается): Но?

Келл: У нас пропали два пилота. Мы готовим поисковую операцию.

Льюис (устало кивает): Понимаю. Вы можете рассчитывать на мои корабли.

Келл: Спасибо, адмирал!

Фиолетовый сектор. Квартира Мут‘Хазата:

Открывается дверь, входит Волков. Он выглядит грозно.

Мрак в комнате шевелится, и показываются глаза кор‘хаара.

Мут'Хазат (спокойно): Ты вошёл без приглашения.

Волков (не скрывая раздражения): Два истребителя исчезли во время ухода вашего корабля.

Небольшая пауза. Мут'Хазат молчит.

Волков: Я хочу знать, что произошло.

Мут'Хазат: Ты уже решил, что виноват я.

Волков: Ваш корабль был последним, что они видели. (сжимает кулак) Если с ними что-то случилось...

Мут'Хазат (перебивает): «...ты заставишь меня ответить.» Так?

Тишина. Волков ничего не говорит.

Кор'хаар приближается почти вплотную.

Мут'Хазат: Когда исчезает звёздная система, я не позволяю себе гнев. Потому что он бесполезен. (пауза) А ты готов начать войну из-за двух пилотов.

Волков: Они не «два пилота».

Мут'Хазат (снова немного отстраняется): А-а. Кто-то, кто тебе дорог?

Волков (тяжело дышит): Если ты знаешь, где они...

Мут'Хазат: Не знаю. (небольшая пауза) Но начинаю понимать.

Кор'хаар закрывает глаза. Несколько секунд стоит неподвижно. Потом медленно произносит:

Мут'Хазат: Мой корабль ушёл в гиперпространство, отправляясь по делам. Если истребители находились слишком близко... Их могло затянуть в образовавшийся поток.

Молчание.

Волков: Они ещё живы?

Мут'Хазат: Ваши машины хрупкие.

Волков (грозно): Если…

Темнота вокруг Мут'Хазата едва заметно приходит в движение.

Мут'Хазат: Договори.

Пауза.

Волков: Если ты знаешь, что произошло и скрываешь… я войду в твой разум.

Несколько секунд тишины.

Потом кор'хаар... смеётся. Не громко. Очень тихо. Хрипло. Но от этого смеха по стенам проходит едва заметная рябь.

Волков закрывает глаза. Концентрируется.

На мгновение кажется, что даже тени в комнате шарахаются в стороны.

Но... ничего. Только глаза Мут'Хазата становятся ярче.

Мут'Хазат: Любопытно...

Волков усиливает давление. Его начинает слегка трясти от напряжения.

Кор'хаар впервые перестаёт выглядеть совершенно спокойным. Он слегка отодвигается обратно во мрак. Совсем немного.

Мут'Хазат медленно поднимает руку. И... Волкова бросает о дверь за спиной.

В голове появляются тысячи чужих голосов.

Николай с трудом выпрямляется, хотя ему тяжело стоять на ногах.

Мут'Хазат (всё тем же спокойным голосом): Так ощущается мой разум. (пауза) Ты действительно хотел войти внутрь?

Давление усиливается. Волков падает на одно колено. Из носа течёт кровь. Он всё ещё пытается держать контакт.

Мут'Хазат: Ради двух пилотов? (пауза) Или всего одного? (звучит насмешливо) Самки. Вы Младшие так примитивны.

И вот здесь впервые... Мут'Хазат, снова выдвинувшийся из тьмы, словно теряет контроль. Щупальца биотека за спиной вздрагивают и замирают.

Мут'Хазат (в хриплом шёпоте непроизвольно проскакивает обеспокоенность): Невероятно... (пауза) Ты всё ещё здесь.

Николай с трудом поднимает голову. Улыбается. Через кровь.

Волков (дрожащим голосом): Тени тоже… в своё время… недооценили… людей.

Глаза Мут'Хазата вспыхивают ярче, и Николая прижимает к двери, словно придавливает тяжёлой плитой. Но в то же время можно заметить, что кор‘хаар не совсем контролирует положение. Щупальца непроизвольно вздрагивают.

Мут'Хазат (грозно): Тени…

Он не продолжает, вдруг ослабляет давление. Отступает.

Николаю становится легче дышать, он отлипает от двери, склоняется, но держится на ногах.

Мут'Хазат: Пропажа твоих пилотов – случайность. Я узнаю их судьбу. А теперь уходи. (короткая пауза) И больше не приходи ко мне, иначе… я не буду столько благосклонен.

Кор‘хаар отодвигается во тьму, исчезая из виду.

Неизвестный сектор. Открытый космос:

Два Громовержца скользят сквозь пустоту по инерции с отключенными двигателями.

Борт Громовержца Сигма-11:

Клэрилл спит, находясь в гибернации прямо в кресле пилота. Мониторы показывают состояние машины и пилота. Всё в порядке.

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас также в гибернации. Вдруг показания сенсоров вздрагивают. Несколько секунд ничего не происходит, затем снова. Когда повторяется снова, в кабине раздаётся тревожный сигнал, а система гибернации начинает выводить пилота из сна.

Через пару минут Долан с трудом открывает глаза, медленно приходит в себя, осматривается. Замечает показания сенсоров. Включает канал связи.

Алаас: Натали?

Ответа нет.

Алаас: Натали?

Снова нет.

Алаас: Компьютер, проверить состояние пилота ведомой машины!

Клэрилл (сонно): Долан?

Алаас: Натали. Ты как?

Клэрилл (заторможено): Кажется, в порядке. Что случилось?

Алаас: Сенсоры обнаружили объект впереди по курсу.

Клэрилл (бодрее): Что это?

Алаас (колдует с приборами): Сейчас узнаем.

С минуту они оба пристально смотрят на показания датчиков, затем начинает что-то проясняться.

Алаас (озадаченно): Вот те раз. Натали, видишь?

Клэрилл (настороженно): Вижу.

Открытый космос:

Впереди по курсу камера показывает плеританский эсминец класса «Хатуда».

Борт Громовержца Сигма-1:

Алаас внимательно наблюдает за показаниями.

Клэрилл (по каналу связи): Манёвр уклонения?

Алаас: Погоди. Пока наши системы выключены, нас сложнее обнаружить. И не похоже, чтобы нас заметили.

Клэрилл: Но мы летим прямо на них. Потом может не быть шанса уйти.

Долан не спешит отвечать. Он обнаруживает кое-что.

Алаас: Смотри! У него повреждение по правому борту. Он не движется.

Клэрилл: И что это значит?

Алаас: Если он повреждён и эвакуирован, у нас есть шанс пополнить там запасы. Наше жизнеобеспечение долго не протянет, даже с гибернацией. Запаса на полтора дня. А до врат лететь ещё как минимум трое суток.

Клэрилл: Ты хочешь сказать, у нас нет другого выбора?

Алаас: Ну раз вляпались, так вляпались по полной.

Открытый космос:

Громовержцы подлетают к Хатуде со стороны правого борта, в котором видна достаточно большая дыра. Истребители заходят на корму и влетают в ангар.

Камера медленно облетает плеританский эсминец и показывает левый борт. К нему пристыкован небольшой корабль неизвестной конструкции.

Минбар. Йедор. Мемориал:

Вечер.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Разрушенные кварталы города тонут в золотисто-красном свете. Вода продолжает размеренно падать в небольшой бассейн.

Рамин стоит у самого края. Позади раздаются знакомые шаги. Она не оборачивается.

Рамин: Я подумала, что снова встречу тебя здесь.

Киран подходит и становится рядом. Несколько секунд оба молчат.

Капля. Ещё одна.

Киран: Ты выглядишь так, словно нашла ответ.

Рамин (спокойно): Нет. (пауза) Скорее вопрос.

Киран едва заметно улыбается. Рамин наконец поворачивается к нему. Её взгляд спокоен, но в нём виднеется жёсткость.

Рамин: Я изучала архивы.

Киран никак не реагирует. Будто ожидал этого.

Рамин: Проект «Тёмная звезда».

Молчание. Киран продолжает смотреть на разрушенный город.

Киран: Достойный проект.

Рамин (слегка растерянно): Достойный?

Киран: Разве нет? Тёмные звёзды сейчас там (коротко смотрит в небо) и выполняют свои задачи. Жаль только, что Эрлен передал их «Вавилону-6». Они бы нам сейчас больше пригодились. Надеюсь, мы это исправим.

Рамин молчит, снова собираясь мыслями, потому что ответ Кирана сбил ей.

Рамин: В архивах проекта упоминается твоё имя. Хотя ты не был официальным участником программы.

Теперь Киран переводит взгляд на неё. Долгое молчание. Вместо ответа он делает несколько шагов вдоль бассейна. Рамин идёт следом.

Киран: Я лишь помог принять решение.

Рамин: Именно ты убедил Мастеров начать работу. Именно ты добился одобрения Совета. Именно ты курировал программу подготовки экипажей. (пауза) Для обычного Воина, который официально не занимал никакой должности… слишком много влияния.

Киран (слегка усмехается, кажется, пытается пошутить): Ты впечатлена?

Рамин: Я напугана.

Неожиданный ответ для Кирана.

Рамин (продолжает): Почему минбарец, который так много говорит о традициях... является потомком клана, верно служившего ворлонам… решил использовать технологии Теней?

Киран некоторое время смотрит на воду.

Киран: Потому что традиции существуют не для того, чтобы погибнуть вместе с нами. (спокойно продолжает) После Битвы за Минбар... мы впервые за долгие годы почувствовали страх. Все увидели одно и то же. Минбар больше не неприкосновенен. Мы могли продолжать повторять древние молитвы... или начать готовиться к следующей войне. Мы знали, она будет. Только некоторые снова решили не видеть и не знать.

Рамин: Ценой того, против чего сами же сражались тысячу лет?

Киран: Нет. Ценой использования оружия против оружия. Это разные вещи. Мы победили. Трофеи достаются победителям. Я не прав?

Рамин (внимательно смотрит на него): Архивы утверждают… для создания технологий Теней использовались живые существа. Для Тёмных звёзд… тоже?

Киран спокойно выдерживает её взгляд.

Киран: Да. Приговорённые пираты. Безнадёжно больные. Добровольцы. Только те, чья жизнь уже подходила к концу.

Рамин: Да, я видела. Мастера получили именно такие гарантии, прежде чем дать согласие. Это правда?

Киран (пристально смотрит на собеседницу): Минбарцы не врут. Разве нет?

Рамин не отвечает. По её взгляду понятно, она прекрасно знает всю эту кухню с «минбарцы не врут», что обычно вовсе не означает, что они говорят правду.

Киран (отвечая на этот взгляд): Мастерам этого оказалось достаточно.

Его ответный взгляд прекрасно подчёркивает то, что многим минбарцам удобно не видеть истины, прикрываясь чужими словами.

Рамин: Ты понимаешь... ты всё равно переступил черту?

Киран впервые улыбается шире. Не насмешливо. Скорее... с сожалением.

Киран: Рамин... черта существует только для тех, кто боится сделать следующий шаг.

Он медленно проводит ладонью над водой. Капля падает. Круги расходятся по поверхности.

Киран: Когда-то Серый Совет решил, что лучший способ сохранить Минбар – ничего не менять. И посмотри... куда это нас привело. Война. Бомбардировка столицы. Страх.

Рамин: Ты говоришь так, словно только ты способен всё исправить.

Киран: Нет. Я говорю: каждый из нас способен на это. Нужно только решиться. Я лишь тот, кто должен был начать.

Пауза. Рамин делает ещё один шаг.

Рамин: Ты ведь не остановишься. Даже если тебе придётся идти одному. Даже если Мастера передумают. Даже если Совет запретит.

Киран смотрит ей прямо в глаза.

Киран: Нет. Потому что однажды история спросит не о том, соблюдали ли мы правила. Она спросит, смогли ли мы сохранить свой народ. Что останется от великой культуры Минбара, если самого Минбара больше не будет?

Тишина. Только звук падающей воды.

Рамин: Ты опасный человек.

Киран: Для врагов Минбара – безусловно.

Рамин (качает головой): Нет. Для самого Минбара.

Киран: Разве? Деленн ведь тоже такая, но она твой идеал. Она приняла решение и не побоялась последствий. Она пошла против всех. В итоге это привело к победе и развитию Минбара.

На мгновение между ними возникает напряжение. Но Киран неожиданно смягчается. Он смотрит уже не на Рамин, а куда-то за горизонт.

Киран: Знаешь... что меня всегда поражало в тебе? Ты продолжаешь искать истину, даже когда она неприятна и причиняет тебе боль. Большинство давно выбрало бы сторону, ушло от ответственности, предпочитая молчать. Ты продолжаешь задавать вопросы. Именно поэтому ты мне нужна.

Рамин (слегка хмурится): Нужна?

Киран: Не как последователь. И не как человек, который будет соглашаться со мной.

Он делает шаг ближе. Спокойно. Уверенно.

Киран: Мне нужен союзник, способный остановить меня, если однажды я действительно ошибусь. Потому что вокруг меня становится всё больше тех,

кто предпочитает соглашаться. А такие люди опаснее любых врагов.

Рамин внимательно изучает его лицо. Пытается понять... искренен ли он.

Киран: Ты хочешь изменить Минбар. Я тоже. Разница лишь в том, что ты веришь, будто его можно исцелить, не вскрывая старые раны. А я слишком хорошо знаю, что иногда хирург вынужден сделать разрез, чтобы спасти жизнь.

Он делает небольшую паузу. Делает шаг почти вплотную, смотрит пристально в глаза.

Киран: Не становись моим противником, Рамин. Минбар уже пережил слишком много расколов. Стань рядом со мной. Не позади. Не впереди. Рядом. И тогда однажды мы сможем оставить потомкам Минбар, который больше не будет бояться собственного будущего.

Рамин ничего не отвечает. Она сначала отвечает таким же пристальным взглядом, затем смотрит на воду.

Капля. Ещё одна.

Рамин: А как же Совет? Разве не он правит Минбаром?

Киран (с презрительной уверенностью в голосе): Совет… Совет больше не указывает мне… и рядом со мной, он не будет указывать и тебе.

На лице Рамин невозможно прочитать, отвергла ли она эти слова... или впервые задумалась, что Киран действительно может верить в каждое из них.

Неизвестный сектор. Открытый космос:

В пространстве висит плеританский эсминец класса «Хатуда» с явными следами повреждений. К нему пристыкован небольшой корабль.

Камера облетает Хатуду с кормы и влетает в ангар.

Там видны два Громовержца.

Борт Хатуды. Коридоры:

Алаас и Клэрилл медленно идут по тёмным коридорам. В руках у них оружие. Они наготове. Присматриваются и прислушиваются. Фонари в руках скользят по стенам.

Они идут уже какое-то время, но пока им встречаются только мёртвые плеритане. Никого живого нет.

Алаас (опуская и осматривая внимательно мертвеца): Убиты из плазменного оружия. Похожее на наши военные образцы.

Они идут дальше. Вдруг слышится какой-то звук. Они настораживаются, прислушиваются. Звук повторяется, и теперь понятно, откуда он идёт. Алаас делает короткий кивок головой, и они сворачивают в нужный коридор, становясь ещё более осторожными.

Коридор перед машинным отсеком:

Алаас и Клэрилл подкрадываются к машинному отсеку и заглядывают внутрь.

Машинный откек:

Здесь больше освещения. Внутри несколько человек в форме земного десанта. Они заняты разборкой оборудования.

Клэрилл удивлённо смотрит на них, потом поворачивается к Долану. Тот выглядит ошарашенным, а не просто удивлённым.

Клэрилл: Что такое?

Алаас: Я их знаю.

Клэрилл: Это же хорошо. Значит, они друзья.

Она хочет сделать шаг вперёд, но Долан достаточно резко одёргивает её назад.

Алаас: Они все должны быть мертвы. (короткая пауза) Они погибли в прошедших боях.

Теперь уже Натали ошарашена.

Клэрилл: Как такое может быть?

Долан не успевает ответить. Из другого коридора появляется знакомая фигура.

Алаас (поражённо шепчет): Руссо?!

Голос сзади: Да, это он.

К виску Долана приставлено дуло автомата. Он медленно поднимает руки. Клэрилл делает то же самое.

Голос: Командир! Смотри, кого я тут нашёл!

Все в машинном отсеке оборачиваются на оклик. Сначала настораживаются и вскидывают оружие, потом, видя, что ситуация под контролем, расслабляются.

Руссо тем временем, увидев Алааса и Клэрилл, сначала тяжело вздыхает, затем подходит, кладёт руку на плечо пилоту.

Руссо: Рад тебя видеть Долан. (пауза) Хотя обстоятельства весьма странные. (ещё пауза) Что вы тут делаете?

Алаас: Если честно… мы сами не знаем, где оказались. Корабль кор‘хааров уходил в гиперпространство…

Руссо: Корабль кого?

Алаас (отмахивается): Не важно. В общем, мы случайно тут оказались. Думали конец. Но системы засекли этот корабль. Он был повреждён и не отвечал. Мы решили, что экипаж либо эвакуировался, либо погиб. У нас оставалось совсем немного ресурса систем жизнеобеспечения, поэтому мы решили рискнуть. Восполнить запасы, сориентироваться. Пристыковались… а дальше ты знаешь.

Руссо (кивает): Значит, просто повезло.

Алаас: Но меня больше интересует, как вы тут оказались? Уверен, твоя история будет невероятней.

Руссо некоторое время молча смотрит на Алааса, словно решая, насколько вообще стоит отвечать.

Руссо: После того как я покинул «Вавилон-6», я вернулся на планету, где когда-то обнаружили одну машину.

Алаас: Я, кажется, припоминаю что-то об этом.

Пьер переводит взгляд на одного из бойцов.

Руссо: Эта машина… она способна…

Алаас: Создавать людей.

Долан и Клэрилл невольно смотрят туда же.

Руссо (кивает): Не возвращать погибших. Не воскрешать. Создавать новых.

На несколько секунд повисает тишина.

Алаас: Тогда кто они?

Руссо: Это зависит от того, что ты называешь человеком.

Алаас смотрит на Руссо уже совершенно иначе.

Руссо: Я потерял много людей. Хороших людей. Я помнил их голоса, привычки, истории, то, как они шутили, как ругались, как вели себя в бою. Машина смогла использовать мои воспоминания. (делает небольшую паузу) И создала их.

Алаас переводит взгляд на бойцов. Теперь он рассматривает их уже не как солдат, а как нечто, чему пока не может подобрать определения.

Алаас: Но это не они.

Руссо (слегка опускает глаза): Нет. (пауза) Я знаю.

Алаас: Тогда кто?

Руссо долго не отвечает.

Руссо: То, что я о них помню.

Он говорит это спокойно, но в голосе впервые появляется усталость.

Руссо: Я не знал их мыслей. Не знал, что они делали, когда меня не было рядом. Не знал, что они чувствовали в последние минуты своей жизни. Машина не могла создать то, чего не было в моей памяти.

Алаас: Значит, она заполнила пробелы сама?

Руссо: Она очень умная. (смотрит на одного из бойцов) Поэтому иногда они удивляют меня. Иногда говорят то, чего я от них не ожидал. Но чаще всего… они остаются такими, какими я их помнил.

Алаас хмурится.

Руссо: Это не совсем то, чего я хотел. (пауза) Но это лучше, чем рисковать настоящими людьми.

Рядом с Клэрилл проходит один из бойцов. Он замечает её, останавливается.

Боец: Хочешь расскажу забавный случай?

Клэрилл неуверенно кивает.

Боец: Тогда слушай. У нас с Хэнком однажды была история… сидим мы после боя в столовой. Хэнк уже пьяный, а напротив него эта девчонка из снабжения. Он ей говорит: «Если ты сейчас улыбнёшься, я женюсь на тебе прямо здесь».

Клэрилл едва заметно улыбается.

Боец: А она ему: «Сначала протрезвей». А он отвечает: «Тогда ты мне точно не понравишься».

Боец смеётся сам, словно воспоминание действительно забавляет его.

Боец: Потом они ушли вместе. Утром Хэнк пришёл без рубашки, с разбитым носом и заявил, что это была лучшая ночь в его жизни. (качает головой) А через час выяснилось, что он всю ночь провёл в кладовке.

Клэрилл тихо усмехается.

Боец: Вот такой был Хэнк.

Он разворачивается и уходит. Клэрилл провожает его взглядом.

Алаас продолжает разговор с Руссо.

Алаас: А Хэнк?

Руссо: Погиб.

Алаас: И тот?

Руссо: Тоже.

Алаас (бросает взгляд на ушедшего бойца): Но ты его помнишь.

Руссо: Конечно.

Алаас (меняет тему): А что с Хатудой?

Руссо: Мы сами её взяли. Притворились обломками. Дождались, пока они перестанут считать нас угрозой. Потом ударили. Вывели из строя орудия, двигатели и взяли корабль на абордаж.

Алаас: И решили его восстановить?

Руссо: Хотели. Но плеританская техника сложнее, чем казалось. Мы можем разобрать её, понять отдельные системы, снять то, что нам нужно. А восстановить весь корабль – пока нет. (кивает на оборудование) Поэтому собираем всё ценное. Может пригодиться.

Клэрилл смотрит в сторону коридора. Через некоторое время тот же боец возвращается. Останавливается возле неё.

Боец: Хочешь расскажу забавный случай?

Клэрилл медленно поворачивается. Несколько секунд удивлённо смотрит на него.

Боец (не дожидаясь ответа): Тогда слушай. У нас с Хэнком однажды была история…

Клэрилл перестаёт улыбаться. Те же слова. Тот же тон. Та же интонация.

Боец: …сидим мы после боя в столовой. Хэнк уже пьяный, а напротив него эта девчонка из снабжения. Он ей говорит: «Если ты сейчас улыбнёшься, я женюсь на тебе прямо здесь».

Клэрилл смотрит на него, не моргая. Он продолжает рассказ слово в слово.

Боец: А она ему: «Сначала протрезвей». А он отвечает: «Тогда ты мне точно не понравишься».

Клэрилл переводит взгляд на Руссо. Тот не смотрит на неё, с печальным взглядом слушает рассказ.

Боец: Потом они ушли вместе. Утром Хэнк пришёл без рубашки, с разбитым носом и заявил, что это была лучшая ночь в его жизни. (пауза) А через час выяснилось, что он всю ночь провёл в кладовке. (снова усмехается) Вот такой был Хэнк. Верно, командир?

Руссо (кивает): Верно, Гарри.

Клэрилл ничего не говорит. Боец уходит. Она продолжает смотреть ему вслед.

Клэрилл (поражённо): Это не человек… Это ожившее воспоминание.

Она медленно опускает взгляд. И впервые за всё время пребывания на корабле ей становится по-настоящему не по себе.

Алаас: Это… (потирает ладонью лоб в попытке найти подходящие слова) Пьер…

Руссо становится хмурым.

Руссо (холодно): Мы ведём войну. Я устал терять людей и теперь действую иначе. Я использую возможности, какие у меня есть.

Клэрилл: Но…

Натали ловит грозный взгляд Пьера и замолкает.

Руссо: Когда мы закончим здесь, мы доставим вас к ближайшим вратам. Вы сможете вернуться на «Вавилон-6».

В этот момент несколько солдат протаскивают неподалёку трупы членов плеританского экипажа. Алаас и Клэрилл недоумённо прослеживают за ними взглядом.

Руссо (немного смягчившись): Машине нужна биомасса для… (он замолкает) Для работы.

Пауза затягивается. Пьер тяжело вздыхает, отвечая на хмурый, неодобряющий взгляд пилота.

Руссо: У каждого свой путь, Долан. (снова кладёт руку на плечо пилота) Нам предстоит провести пару дней вместе. Давай не будем усложнять. Лучше расскажите, что случилось в моё отсутствие?

Он разворачивается и уходит.

Минбар. Йедор. Учебный комплекс:

День.

Кэти сидит на невысокой каменной ограде внутреннего сада. Вокруг проходят ученики разных рас.

Позади раздаётся знакомый голос.

Сандел: Здравствуй.

Кэти оборачивается. Искренне удивляется.

Кэти (улыбаясь): Ого... Ты?

Сандел слегка склоняет голову по-минбарски.

Сандел: Я.

Неловкая пауза. Кэти спрыгивает с ограды.

Кэти: Ну? Что на этот раз? Рамин опять решила использовать тебя как курьера?

Сандел (качает головой): Нет.

Кэти выжидающе смотрит. Ничего. Она вопросительно разводит руками.

Кэти: И?

Сандел (спокойно, но слегка растерянно): Ничего.

Ещё одна пауза.

Кэти: Подожди... Ты пришёл... (нарочно делает драматическую паузу) ...без поручения?

Сандел (совершенно серьёзно): Да.

Кэти смотрит несколько секунд. Она смотрит на его руки.

Кэти: Либо минбарцы научились передавать сообщения взглядом.

Сандел (опускает взгляд): У меня нет сообщения.

Кэти ждёт продолжения. Его нет.

Кэти: Всё?

Сандел: Да.

Она смотрит на него. Потом начинает смеяться.

Кэти: Ты пришёл сюда просто сказать, что ничего не принёс?

Сандел (серьёзно отвечает): Нет. (пауза) Я пришёл увидеть тебя.

Это выбивает её сильнее, чем если бы он сказал что-то романтическое. Потому что он произносит это совершенно без игры. Просто факт.

Кэти на секунду теряет привычную лёгкость. Потом неожиданно улыбается гораздо теплее.

Кэти: Это... неожиданно.

Они медленно идут по аллее. Несколько секунд молчат.

Сандел явно не знает, с чего начать разговор. Кэти спасает ситуацию.

Кэти: Ну и о чём обычно разговаривают минбарцы, когда приходят без поручения?

Сандел (честно задумывается): Не знаю.

Кэти (тихо смеётся): Это лучший ответ, который я сегодня слышала. И самый честный. Хоть минбарцы всегда и говорят, что не лгут, фальшью от них воняет на милю.

Девушка понимает, что сказала нечто неприятное.

Кэти (виновато): Прости.

Сандел: Ничего.

Они проходят мимо небольшой группы учеников. Кэти мельком наблюдает за ними, пытаясь найти тему для разговора.

Кэти: Знаешь, я начинаю думать, что это место специально создано, чтобы проверять людей на прочность.

Сандел: Минбарские школы существуют уже тысячи лет.

Кэти: Вот именно. Тысячи лет люди… минбарцы приходят сюда и добровольно соглашаются, чтобы их учили… (подражает поучительному тону) сидеть неподвижно и молчать.

Она смотрит на него.

Кэти: Вы странные.

Сандел (едва заметно улыбается): Возможно. С нашей точки зрения, вы гораздо более странные и… непонятные. Беспорядочные.

Кэти смотрит вперёд, словно между делом.

Кэти: А вы с братом любили ходить в школу?

Сандел останавливается. Не резко, но достаточно, чтобы Кэти заметила.

Сандел: Киран?

Кэти (пожимает плечами): Да.

Сандел несколько секунд смотрит на неё.

Сандел: Кажется... я не говорил тебе о нём.

Пауза. Кэти понимает, что он заметил. Но быстро выкручивается.

Кэти: Нет? (делает вид, что вспоминает) Может, Рамин упоминала. Или я слышала от кого-то ещё. Он же такая известная личность. Расскажешь мне о нём?

Сандел всё ещё немного удивлён, но принимает объяснение. Они продолжают идти.

Сандел: Киран действительно известен. Но он… (говорит о брате с заметным воодушевлением) Он другой. (пауза) Когда он входит в комнату, на него обращают внимание. Не потому, что он требует этого. Просто... так происходит.

Кэти слушает внимательно, стараясь расслышать что-то важное.

Сандел: Он уверен в себе. Он знает, чего хочет. Он быстро принимает решения. Видит то, чего не видят другие. (небольшая улыбка) Он всегда был таким.

Кэти: И ты хотел быть таким же?

Сандел (задумывается): Когда был младше. (пауза) Наверное, все хотят быть похожими на того, кем восхищаются.

Кэти (смотрит на него): А сейчас?

Сандел (опускает взгляд): Сейчас я понимаю, что мы просто разные. Я никогда не буду, как он. Мне не дано. У меня нет его амбиций и талантов для их осуществления.

Он говорит это без обиды. Скорее спокойно.

Сандел: Киран сильный. Умный. Он может вести за собой других. (пауза) А я... я не такой.

Кэти останавливается. Сандел тоже.

Кэти: Знаешь, это странно.

Сандел: Что?

Она смотрит на него с лёгкой улыбкой.

Кэти: Я никогда не встречала твоего брата. (пауза) Но почему-то думаю, что ты мне понравился бы больше.

Сандел явно не ожидал такого ответа.

Сандел: Ты даже его не знаешь.

Кэти (пожимает плечами): Именно. Но я знаю тебя. (пауза) Я уже знаю достаточно людей, которые слишком уверены, что всегда правы. Из этого всегда выходит какая-нибудь бяка. (смотрит на него) А ты хотя бы сомневаешься.

Кэти неожиданно берёт его под руку. Сандел замирает.

На мгновение он даже перестаёт идти. Не потому, что ему неприятно — наоборот. Просто он не знает, как правильно реагировать. В его мире такие жесты не происходят случайно.

Кэти замечает его реакцию, но не отпускает.

Кэти (с улыбкой): Что? Расслабься. Я не собираюсь похищать тебя.

Сандел смотрит на неё, пытаясь понять, шутит она или нет.

Кэти (смеётся): Вот. Опять. Ты всё анализируешь. (слегка тянет его вперёд) Иногда можно просто идти.

Сандел ещё несколько секунд смотрит на неё, затем медленно делает шаг.

Они продолжают идти по аллее. Теперь уже не просто рядом. Вместе.

Орбита Торины-5:

Возле станции помимо прочего корабли эскадры адмирала Льюиса, но не все.

«Вавилон-6». Командный мостик:

Келл стоит возле главного экрана, на котором отображается звёздная карта с одной стороны, а с другой стороны карта гиперпространства.

Сзади подходит Сандер.

Сандер: Капитан, на связь выходили поисковые группы из сектора, указанного Мут‘Хазатом. (короткая пауза) Пока никаких новостей.

Келл (кивает, не оборачиваясь): Я понял, сержант. Продолжайте!

Сандер не успевает отойти, как раздаётся сигнал открытия врат.

Орбита Торины-5:

Через открытые гиперврата выходят два Громомвержца.

«Вавилон-6». Командный мостик:

Голос Алааса (по каналу связи): «Вавилон-6»! Говорит Сигма-1. Соскучились?

На лицах сотрудников радостные улыбки.

Серый сектор. Склад:

Волков входит. Вокруг царит полумрак. Но посреди помещения стоит Долион. Перед ним в воздухе парит сложная многомерная структура – бесконечно переплетающиеся линии и поверхности, которые постоянно меняют форму, словно он наблюдает саму ткань пространства сразу в нескольких измерениях.

Долион неподвижно следит за её изменениями, иногда едва заметным движением руки изменяя отдельный фрагмент.

Николай останавливается рядом.

Волков: Сделай меня сильнее.