Ваншот: Кровавая баня (Oneshot: Blood bath)

ГЛАВА 11. СМЕРТЬ

ГЛАВА 11. СМЕРТЬ

– И тут еще. Да сколько же вас?! – Динк осторожно выглянул в оконце запасного выхода. Дверь держали под прицелом крашер класса «В++» и засевший на балконе соседнего дома боец с пулеметом. Возможно, поодаль были и другие враги, но угол обзора из небольшого окна оказался маловат.

Основными «глазами» обосновавшихся в таксопарке Потрошителей являлась система видеонаблюдения, но снайперы врага первым делом уничтожили все внешние камеры, лишая осажденных обзора. Теперь оставалось лишь осторожно выглядывать в окна, но их держали под прицелом стрелки, реагируя на малейшую тень, заставляя Потрошителей жаться к полу и стенам. Швец попробовал было «огрызнуться» свинцом, но огневой перевес находился на стороне противника, и после двух ранений Никола бросил эту затею, решив не рисковать понапрасну. Так никаких аптечек не напасешься.

Таксопарк располагался в трехэтажном, вытянутом в длину здании. На первых двух этажах находилась стоянка автоматического такси, а третий был жилым. С верхнего уровня парковки мобили могли съезжать вниз по длинному бетонному серпантину. Сейчас машин было мало – большая часть оказалась на выездах. Лифты в здании отсутствовали, этажи связывали три лестницы: широкая основная, которая шла с первого уровня до самой крыши, и две боковые вспомогательные между вторым и третьим этажами.

Центральные ворота таксопарка выходили на Желтую площадь, названную так за цвет облицовки зданий. На противоположной стороне от логова Потрошителей разместилось двухэтажное кафе быстрого питания – не самое популярное местечко Бродвея. В домах по-соседству гнездились магазины, мастерские, парикмахерская и спа-салон. Но сейчас они были закрыты, да и в кафе внезапно наступил санитарный день – интерфейс игры стремился убрать с площади посторонних, минимизируя случайные потери среди шотхоллов.

Закончив обход периметра, Динк поднялся наверх в общий холл к Николе, сообщил:

– На площади дофига бойцов и три крашера. Засели за машинами и в кафе, суки, только стволы наружу торчат. У двух запасных выходов одно и то же: крашеры и пулеметчики.

– Обложили, гады, – откликнулся Ник. Он протянул рингуанцу ракетную установку «Пожар» с тремя оставшимися снарядами. – Если пойдут в атаку, дуй на крышу и стреляй, не задумываясь.

– А ты чего? – удивился Динк.

Первоначально планировалось, что именно Швец, который в отличие от Динка не потерял навыков стрельбы, будет использовать их главные калибры: «Пожар» и снайперскую винтовку «Сюрприз», а рингуанец вооружится плазмометом «Шторм». Динк взял из арсенала сразу несколько штук, чтобы в бою не тратить время на перезарядку. Так же притащил себе и Нику ящик гранат и несколько дробовиков «Копец» для ближней дистанции, благо захваченный у Круизников арсенал позволял вооружить небольшую армию, а уж на двоих оружия хватало с лихвой. Жаль только что некоторые убойные игрушки Потрошителям по уровню не подходили.

– Держи-держи, – Швец всунул в руки напарнику «Пожар». – Это временно. Вернусь, заберу.

– Откуда вернешься? Ты что задумал? – Динк свел все три глаза в кучку и сфокусировал их на Нике.

– Заминирую входы-выходы и вообще расставлю пару-тройку зарядов на случай, если враг прорвется внутрь. Заодно, если повезет, пулеметчиков у запасных выходов отстреляю.

– Слушай, – остановил его Динк, – а может, нам самим на прорыв пойти? Шуранем из ракетомета по роботу у запасного выхода, грохнем из снайперки пулеметчика, расчистим проход и…

– …поляжем под пулями сидящих в засаде стрелков, – договорил Швец.

У Николы, как и Динка, не было полноценного боевого опыта, разовые стычки с геймерами или отдельными представителями других банд не в счет, да и навык «Тактика боя» у обоих застрял на нуле. В отличие от них в банде Карло имелся некий перс Челубей с воинской специализацией «Штурмовик» – главная боевая единица Центральных. Судя по слухам, перед тем, как прибиться к шайке Карло, Челубей успел принять участие в Третьей Галактической войне с Шосторями. Швец был уверен, что именно он сейчас возглавляет бойцов противника и ничуть не сомневался, что в реальных боевых условиях штурмовик даст им с Динком сто очков вперед. Николе оставалось лишь руководствоваться здравым смыслом, который подсказывал, что вряд ли Челубей оставил запасные выходы на одного крашера и пулеметчика. Скорее всего, боковые улицы входят в сектора обстрела снайперов. Или на соседних крышах есть еще пулеметы, незамеченные Динком.

– Выходить из таксопарка не вариант, – повторил Ник. – Мне еще пожить охота.

«Мне тоже», – подумал про себя Динк, а вслух сказал:

– Значит, держим оборону.

– Держим. И ждем подмогу. Мел приведет.

– С Острова?

– Скорее всего.

– Это долго будет.

– У нас есть время. Не очкуй, – Ник ободряюще подмигнул Динку, – Мел что-нибудь придумает. Вытащит нас, не сомневайся.

– А может, связаться с ним еще раз?

– Зачем? – удивился Швец. – Как только у него появятся новости, он сам нам сообщит. А от того, что мы будем его дергать по пустякам, ничего не изменится. Уверен, Ром и без наших пинков делает все, что надо. И даже больше. А мы только станем его отвлекать зазря.

– Значит, просто ждем?

– Ждем и готовимся. Мы и сами кое-что могем.

Швец ушел минировать и отстреливать.

Динк остался один. Оглядел разложенный на барной стойке у стены арсенал. Проверил, есть ли ракета в установке, и вытер о штаны вспотевшие ладони. Сказал сам себе:

– Мел нас вытащит. Ага. Только его самого-то здесь нет. Он, небось, заныкался в безопасном месте, и на нас ему насрать. Подумаешь, пару бойцов потеряет. Новых наберет. – Динку припомнился склад Круизников. Да, там Мел не стал отсиживаться в стороне, бестрепетно принял на себя основной удар и добровольно встал на острие атаки. Но речь тогда шла о спасении его собственной жизни. А сейчас на кону лишь жизни его бойцов. Рингуанец вздохнул и посмотрел в расположенное у противоположной стены окно. Сквозь пробитое снайперами стекло виднелся кусок темного неба, частично засвеченного яркими дневными, висящими высоко в воздухе фонарями. – Ну, и чего они ждут? Почему не атакуют?

С одной стороны, чем позже начнется бой, тем больше шансов дождаться подмоги. С другой, неопределенность и ожидание выматывали похуже смерти. Динку почти хотелось, чтобы враги пошли в атаку, тогда можно будет сосредоточиться на стрельбе и прогнать малодушные мысли прочь. У рингуанца всегда было так – мандраж до боя, но с первым выстрелом страх моментально испарялся, на смену приходили кураж и хорошая боевая злость.

Но враг все медлил, а затянувшееся ожидание пилило и пилило нервы, словно нудная зубная боль…

* * *

Николе Швецу всегда нравились две вещи: взламывать замки и минировать. Вернее, нравились в нынешней, игровой жизни. То, что это – отголоски его реального прошлого, он, естественно, не знал.

Прихватив из арсенала коробку мин «Привет» и связку гранат, Швец занялся делом. Спустившись на первый этаж, Ник остановился перед въездными воротами, прикидывая. Можно заминировать порог, но тогда взрыв унесет жизнь только одного врага. Лучше расположить мины так, чтобы рухнули перекрытия, обваливая потолок, и тогда под обломками бетонных плит окажется несколько персов, а если повезет, то и крашера можно нейтрализовать, как тогда на складе Круизников.

Да, такой вариант определенно предпочтительнее. Впрочем, мин завались, хватит на оба варианта. И еще что-нибудь придумаем. Никола засвистел легкомысленный мотивчик и принялся за работу…

* * *

Спок очнулся в промзоне в точке респауна на небольшом пустом складе, все еще кипя от раздражения. Мало того, что уровня было жаль, так еще и выводило из себя воспоминание о довольной роже Швеца, когда тот разряжал в геймера свой дробовик. Особенно выбешивала эта его паскудненькая ухмылочка, с которой он всегда смотрел на Спока, будто тот нуб голимый, а не хороший, крепкий игрок.

«У, дебилоид звезданутый! Он с самого начала постоянно цеплялся ко мне. Стебался, и даже шестеренку в голову бросил, тварь, – Спок сжал кулаки и помечтал, как лихим апперкотом отправляет Швеца в нокдаун, а потом добивает мощными ударами, а тот размазывает по лицу кровавые сопли и просит пощады. – Как по мне, так гнать его из банды взашей! И чего Ром с ним нянчится? Лучше бы набрали таких, как Динк. Вот он боец, что надо. Понимает, что я не нубяра какой-нибудь, а вполне себе скилловой».

Геймер намеревался высказать все это Мелу, но на стоянке грузовиков вместо главаря его поджидала сексапильная бетианка. Она объяснила, мол, ее Ром послал, чтобы передать лефт.

Кошмар с одной стороны обозлился, почему Мел не нашел времени, чтобы лично прийти, хотя Спок ради него на виртуальную смерть пошел – уровень потерял. А с другой, очень уж ему девчонка понравилась. Правда, она его быстро отшила, сунула лефт и тут же смылась – вернулась к ожидающему ее мобилю.

Спок посмотрел ей вслед, любуясь, как короткая расклешенная юбка задорно колышется при каждом шаге красотки, обнажая безупречные ноги. Кажется, вот-вот и можно будет увидеть трусики, достаточно легкого ветерка. Но нет. Облом. Девчонка исчезла в салоне мобиля, и тот сорвался с места в карьер.

Спок мечтательно причмокнул языком. Вот бы замутить с такой, да не в игре, а в реале. Хотя и в игре сойдет. Геймер тут же вспомнил, как она его отшила, и настроение рухнуло в бездну. Тьфу на нее! Фифа какая! Подумаешь! И покрасивее видали. А с ней Спок и сам бы не пошел. Ну, ничего в ней особенного нет. Вообще.

Тут в личку пришел вопрос от Мела:

«Порядок, Спок? Лефт получил?»

Раздраженный до крайности Кошмар примостился на бордюрном камне и принялся набирать ответ:

«Да. А чего ты сам не пришел? Послал какую-то дуру. Она ведь и потерять лефт могла, и место встречи перепутать».

«Ну, не перепутала же. Ладно, Спок, теперь все от тебя зависит. Продавай, и как можно скорее. И сразу мне пиши по итогам. Ок?»

– Вот все на мне! – Споку хотелось поворчать, чтобы выплеснуть раздражение. Он быстро набрал в окне диалога:

«Мел, да в реале уже почти полночь. Сколько мне еще в игре зависать? Завтра понедельник. На работу пойду не выспавшийся, буду как зомби весь день».

«Спок! Ты Потрошитель, а значит, выдержишь! От тебя сейчас зависят жизни Динка и Ника, пойми ты. Они не геймеры, одним уровнем не отделаются».

«Да ладно, Мел, чего ты так серьезно к игре относишься? Они же просто неписи, код компьютерный. Одних убьют, другие будут».

К счастью, геймер не видел, как исказилось от ненависти лицо той самой бетианки, когда она читала сообщение. Ей, вернее, пребывающему в ее обличии Мелу, потребовалось время, чтобы справиться с собой.

«Нет, Спок. Это не просто неписи безликие, это товарищи наши. Потрошители. Они считают себя живыми. Для них игра – реальность. И смерть тут настоящая. Такая же, как для тебя в реале».

«Да я же не отказываюсь, – принялся оправдываться Кошмар. – Я говорю, что поздно уже».

«Вот и не тяни. Приступай быстрее».

Ворча и брюзжа, геймер открыл окно аукциона, выставив интервал торгов в полчаса.

Прошли восемь минут, заявок на покупку не было. На десятой минуте появился один покупатель, но предложил меньше меньшего. Спок заскучал, загрустил и не сразу заметил, как появились еще две заявки. А потом еще. И еще.

Видно кто-то растрезвонил в общем чате о редчайшем лоте, и геймеры хлынули рекой. Вскоре появился Грохот и взвинтил цену так, что Спок просто глазам не поверил. С Грохотом сцепились игроки с никами Хан Батый и Прогрессор. И понеслась. Цифры увеличивались в геометрической прогрессии. Ни один из троих не хотел уступать.

Внезапно Споку в личку пришло сообщение от Батыя:

«Я продюсер медиаканала “Двадцать пять планет”. Мы планируем цикл ток-шоу о “Ваншоте”, и нам необходим этот лефт. Он ценен не только тем, что подписан популярным боссом Морфием, но и самим текстом, прикольным и интригующим. Остановите аукцион, отдайте лефт нам и станете приглашенным гостем в студии. Почетным гостем на весь цикл передач с постоянным оплачиваемым гонораром. Предлагаем немедленно встретиться в реале в одной из наших студий, чтобы обсудить детали и подписать договор. Если назовете свой адрес, вышлем за вами мобиль».

Кошмар перечитал дважды, а потом еще раз – хотел убедиться, что понял правильно. В груди сладко заныло. Вот он – настоящий успех! Спока увидят на всех обитаемых планетах, узнают, как одного из самых лучших игроков суперпопулярного «Ваншота». Он станет знаменит. Возможно, ему даже предложат стать лицом какого-нибудь модного бренда. А это деньги. Большие, таких Спок раньше и в глаза не видел. Можно будет бросить опостылевшую работу и почивать на лаврах. Автограф-сессии, фанаты и, главное, фанатки. Красивые, ухоженные девушки будут искать его общества, а он сможет выбирать.

Естественно, успех с ним разделит Ром Мел. Спок не собирался его кидать и забирать чужое. Вдвоем даже лучше. У Спока наконец-то появится настоящий друг в реале.

У геймера закружилась голова, и перехватило дыхание от открывающихся радужных перспектив…

* * *

Подгоняемые Борисом Петровским бойцы-островитяне собрались в рекордно короткий срок.

Вернее поначалу Эф-Двенадцатый-Из-Третьей-Кладки принялся выступать, мол, чего это Петровский тут раскомандовался. У Эфа и уровень повыше, к тому же он на Острове старожил и у бойцов в авторитете. А Борис считай новичок – меньше двух месяцев служит и не успел еще обзавестись кодлой дружков-приятелей, как Эф.

Но Петровский быстро показал характер. Правда, пришлось приврать маленько, якобы Ром Мел выгонит на хрен каждого из бойцов, кто не прибудет в назначенную точку ровно через полчаса. Парни пошушукались, но нарываться не рискнули. Знали уже горячий нрав нового хозяина. Такой и вправду выгонит, глазом не моргнет, хорошо если вообще не прибьет.

Погрузившись в несколько бронемобилей, оснащенных пулеметами и плазмометами, отряд галопом направился к шлюзу-переходу в Центральный сектор.

И тут Петровского поджидал неприятный сюрприз – за проезд полагалось платить. Боря, естественно, знал об этом, сам не раз наведывался в увольнительные в кабаки Центрального, но в суете сборов данный момент как-то вылетел у него из головы. Чтобы выслужиться перед новым хозяином, Петровский был готов заплатить из своих, кровных, но сумма оказалась неподъемной – за четыре машины класса «броневик» с вооружением и аж двадцать бойцов набегало прилично. А за два месяца службы на Острове Борис не успел толком ничего накопить.

Делать нечего, пришлось связываться с хозяином. Но Мел повел себя странно. Вначале ответил: «Без проблем. Сейчас кину на твой счет лефты», а потом вдруг исчез. Денег не перевел, и на сообщения перестал откликаться.

Бориса охватила тревога. Он растерялся, не зная, что предпринять…

* * *

«Внимание! В альтернативном облике доступ к банковскому счету блокируется!»

Такого подлого удара я не ожидал и продолжал бессмысленно пялиться на системное сообщение. Блокируется, значит. То есть у меня сейчас ни денег, ни уровней. Даже оружия толком нет, кроме ножа. Долбанная-долбанная-долбанная «Темная Лошадка»!

Раз я сам не могу, надо, чтобы кто-то другой перевел Петровскому деньги. Например, Швец, у него же остался доступ к казне Потрошителей.

Но я не успел ничего предпринять. Внезапно на улице загрохотало. Взрыв, другой, третий. Злые трели автоматных очередей и яростное пулеметное стаккато.

Звуки доносились со стороны нашего таксопарка. Я встрепенулся и схватился за бинокль.

Я занимал позицию на крыше высокого для Бродвея, шестиэтажного отеля, находившегося неподалеку от таксопарка, и с помощью мощной оптики мог обозревать как само логово Потрошителей, так и прилегающие улицы. А главное, у меня как на ладони были видны боевики Папы Карло.

Эх, если бы не мой первый уровень, перестрелял бы отсюда врагов, словно зайчиков в тире. Но сейчас, как боец, я был абсолютно бесполезен. Зато мог бы наводить своих островитян, координировать их действия в бою.

Ага, мог бы, если бы они не сидели сейчас без денег в шлюзе Правого сектора.

Я поспешно вызвал Ника и Динка, пусть кто-то из них оплатит проход. В ответ – молчание. Ну, да, им сейчас некогда. Они, небось, и вызова моего за грохотом стрельбы не услышали.

Я набрал Спока. У него, конечно, аукцион в самом разгаре, но ответить-то он сможет.

Как бы ни так! Кошмар не откликался. А он-то куда пропал?!

По-хорошему надо было держать его здесь, рядом со мной, пусть бы с крыши аукцион проводил. Изначально я и собирался увезти его из промзоны, но в последний момент передумал. Мой облик бетианки явно сразил его наповал. В такой ситуации было бы ошибкой сказать ему, кто перед ним на самом деле, иначе потом, после моего возвращения к внешности иррийца, он подсознательно станет ассоциировать меня с девчонкой, а такое совсем не на пользу авторитету.

Но что же делать? Где раздобыть денег для Петровского? И куда, фейсом его об тейбл, подевался Спок?..

* * *

Вражеская атака застала Швеца на первом уровне парковки такси. Работа по минированию была в самом разгаре, когда на логово Потрошителей обрушился огненный шторм.

Сразу несколько выпущенных из гранатометов выстрелов влетели в окна третьего этажа таксопарка и ударили в глухую стену первых двух.

Гранатометы, которые использовали Центральные, по убойности и близко не стояли рядом с ракетной установкой «ПЖ», поэтому заряды не смогли пробить железобетонные стены с одного попадания, и все же Николе показалось, будто здание содрогнулось и застонало. Посыпалась штукатурка, насыщая воздух мелкой взвесью, уши заложило от страшного грохота.

Глухая стена послужила неплохой защитой для Ника, он не пострадал, разве что расчихался от пыли. В отличие от него Динк находился на третьем – жилом – этаже с множеством оконных проемов, и ему могло прилететь по полной.

Швец поспешно активировал рацию:

– Динк! Ты как?

– Порядок, – после паузы откликнулся рингуанец. – Контузило только. Я попробую убрать гранатометчи…

Окончания Швец не услышал из-за нового залпа – очередная порция смерти решила проверить здание на прочность.

– Динк!

Рингуанец не отозвался. Никола рванул наверх.

Общий холл превратился в руины. Оба покореженных холодильника лежали на полу с оторванными дверцами, бутылки с «хлоркой» и пивом разбились, стоял насыщенный запах спирта. Мебель превратилась в хлам. На остатках дивана чадил несмелый пока огонек будущего пожара.

Присыпанный обломками мебели Динк лежал без сознания у лестницы на крышу в обнимку с «ПЖ». Швец ухватил рингуанца за плечи, намереваясь оттащить вниз, на второй этаж, где было безопаснее переждать обстрел.

Не успел. В окно влетели очередные выстрелы. Большая часть легла в стороне, обрушивая некапитальные межкомнатные стены, но одна граната ударила прямиком в лестничный пролет, к счастью, выше того места, где находились Потрошители. Их задело лишь краем. Пластиковые детали перилл шрапнелью ударили по Нику. Он застонал от боли, ощущая, как линия жизни проседает на треть. Возникло сообщение о кровотечении.

– Марсоходом же об Юпитер! – взревел Швец и с тревогой взглянул на товарища, проверяя, пережил ли тот взрыв. – Жив, курилка! От молодца.

Никола подхватил Динка и шустро поволок вниз по лестнице, спустил на один пролет и активировал аптечки: себе и рингуанцу.

Динк очнулся, открыл глаза, приподнялся на локте, спросил:

– Ну, как у нас тут?

– Как на курорте: жарко и пьяно, – хохотнул Швец. В воздухе и впрямь все еще ощутимо стоял аромат спирта, забивая даже запах пыли и дыма от тлеющего дивана.

Грохот очередных разрывов заставил обоих замолчать и машинально вжать головы в плечи.

– Как думаешь, много у них зарядов осталось? – спросил Динк, как только воцарилась относительная тишина. Он говорил громче, чем обычно – его линия жизни еще не успела до конца восстановиться и контузия пока не прошла.

– На нас хватит, – снова хохотнул Ник. В отличие от товарища он успел вылечиться полностью. – Ты давай восстанавливайся, а я с «ПЖ» на крышу. Пора показать этим долбанным Центральным буку с бякой. Будут знать, что на Потрошителей нельзя безнаказанно класть из-под хвоста.

* * *

Я наблюдал за обстрелом в бинокль и скрежетал зубами от бессилия. Потрошителей гасят у меня на глазах, а отряд, способный их спасти, застрял в получасе езды!

«Ник, Динк, отзовитесь», – в который уже раз безрезультатно стучался в личку я, жалея, что нельзя связаться с ними по рации – расстояние не позволяло, далеко слишком. У наших раций радиус всего тридцать метров, вся остальная связь в игре через личку, а иконку нового личного сообщения в суете боя легко можно не заметить.

«Спок! Куда ты пропал?» В ответ тишина. Неужто все-таки вышел из игры, поганец этакий?!

Я прекратил бесполезные попытки и задумался. У кого бы занять?

За время моего короткого пребывания в игре я не успел толком обзавестись знакомыми. Их всех можно по пальцам пересчитать: Тротил, Морфий, Лебедь, Котар. И ни один из них мне ни разу не приятель. Хотя Тротил в этом смысле все же предпочтительнее остальных.

Инженер откликнулся сразу, но на просьбу ответил отказом:

«Нет у меня денег».

Мне составило большого труда удержать себя в руках и не вспылить: моих друзей там убивают, а этот гад жмотится!

«Тротил, я отдам сегодня же. Втройне. Хотя бы в память о Керре займи. Нас Карло зажал. От этих денег зависит жизнь двух хороших парней: Ника и Динка».

«Ты не понял, Мел, – снизошел до развернутого ответа инженер. – Я не торгуюсь. Но у меня сейчас и правда пусто, Морфий отобрал все до последнего лефта. Наказание за строптивость, так он сказал. Иначе я дал бы тебе не в займы, а просто так. Все-таки Швец мне не чужой. Но у меня сейчас полный голяк, ни действующих роботов, ни денег. Могу сам прийти, помочь, если нужно. Правда, боец из меня так себе в тротиловом эквиваленте».

«Приходить не надо, – толку от него без роботов, только погибнет зря. – Лучше скажи, у тебя вторая глушилка есть?»

«Нет. Она в единственном экземпляре была».

Облом! Хотя есть у Тротила еще кое-что невероятно полезное. То самое, ради чего Круизники начали осаду его мастерской.

«А “Переходник”? Его сможешь одолжить на время?»

«Переходником» эту штуку называл Динк, когда рассказывал мне о причине ссоры Тротила с Круизниками. Якобы устройство открывает проходы в тайные технические коридоры. По слухам, ими пользовались какие-то загадочные «техники», чтобы быстро и незаметно перемещаться между локациями.

Больше ничего толкового о «Переходнике» трехглазый рингуанец не знал. Я же предположил, что упомянутые техники – это админы или какие-то вспомогательные боты, которые обслуживают игру. А «Переходник» – своеобразный чит, который позволяет быстро передвигаться по карте «Ваншота».

Если задуматься, невероятно козырная вещь. Перед ее обладателем открываются самые радужные перспективы – он может проникнуть в любую точку «Ваншота» быстро и незаметно. Появиться внезапно внутри даже самой охраняемой крепости, выскочить, как чертик из табакерки. Если бы такой «Переходник» был у меня при выполнении бонусной миссии, то я получил бы «Жемчужную звезду» без крови, без потерь и не так болезненно. Отшельник остался бы в живых, и Философ не стал преследовать меня. Правда, и Острова я бы не получил. Но если выбирать между Островом и Философом, предпочту отказаться от трофея, лишь бы не иметь в кровниках такого садюгу, как он.

Перед тем, как отправиться в гости к Отшельнику, я всерьез размышлял о том, чтобы выцыганить «Переходник» у Тротила, но так и не смог разработать беспроигрышную схему психологического давления на изобретателя. А добровольно в тот момент он мне девайс не отдал бы.

Но это все в прошлом. Сейчас же на кону жизни моих ребят. С помощью «Переходника» я смогу незаметно проникнуть в таксопарк и вывести оттуда Ника и Динка. И раз Швец для Тротила не чужой, может, изобретатель поступится принципами и даст мне «Переходник» для спасения Николы.

Тротил не отвечал больше минуты. Затем последовало осторожное:

«Не понимаю, о чем ты».

Блин! Ну, не хочет он по-хорошему!

«Мне известна причина твоей осады, Тротил. Динк – бывший Круизник, он все рассказал».

Теперь изобретатель завис минут на пять.

«Мел, у меня нет “Переходника” и не было никогда. Я сдуру сболтнул одному из парней Трефа, что знаю, как сделать такую штуку. Всего лишь мысли вслух. Не более».

Ну, предположим, поверили.

«А ты и в самом деле способен создать такое?»

«Это долгий разговор, Мел. Давай не сейчас», – изобретателю явно хотелось побыстрее закрыть тему.

Я начал злиться. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Разберусь с Центральными и тут же займусь тобой.

Тротил словно мысли мои прочел:

«Мел, как только решишь вопрос с Папой Карло, приезжай ко мне в мастерскую. Поговорим о “Переходнике”. С ним все не так просто, существует реальная угроза. Короче, приезжай, поговорим».

«Лады», – вот теперь я действительно поверил ему. Смахнул окно диалога и задумался. Тротил – это перспектива, а кто же поможет сейчас?..

Деньги-мани-бабосы-кэши. Где ж вас взять, чтобы быстро? Ну, хоть ты банк грабь. Или на панель иди. Как раз и облик подходящий. Ха-ха.

Следующий в списке моих знакомых – Лебедь. Я, правда, ему и так уже задолжал, а просить снова, не отработав предыдущий долг, стратегически неверно. Он решит, что я из породы вечных попрошаек, а таких не ценят и презирают.

Плевать! Пусть думает, что хочет. Я готов рискнуть репутацией в глазах босса всемогущей корпорации ради жизни моих ребят.

Вызвал окно диалога с Лебедем. То, что я сейчас прошу – для него сущая мелочь. Неужто откажет?

Отказал, гад. Причем красиво так:

«Политика компании запрещает выдачу второго аванса пока не отработан предыдущий. При всем желании я не могу нарушить правила и сделать исключение даже для такого ценного сотрудника, как вы, Ром. Сожалею».

Остались двое: Морфий и Котар. Причем последний меня явно терпеть не может.

После секундной паузы я постучался в личку к Морфию. Конечно, от моей нахальной просьбы он офигеет, но, думаю, денег все-таки даст. Уверен, в глубине души ему импонирует моя расчетливая умная наглость.

«Тук-тук. Денис, есть минутка? Дело очень срочное».

«Не сейчас, Ром. Давай минут через сорок». Морфий отключился. В нашем с ним диалоге появилось системное сообщение «Временная блокировка».

Блин! Блин! Блин!

Уже ни на что не надеясь, я отправил сообщение Котару, предельно честно обрисовав ситуацию и пообещав возвратить долг в десятикратном размере.

«Перевел лефты. В десятикратном не надо. Вернешь, сколько взял», – пришел неожиданный ответ.

Перевел?! Уже? На кого? На меня?!

Будто издеваясь, почти одновременно тренькнули два системных сообщения: «На ваш счет поступили лефты», и «В альтернативном облике доступ к счету блокируется».

Меня пробило на нервный смех. Кто ж знал, что он отреагирует так быстро! Я не успел ему назвать, на кого переводить.

«Котар, спасибо, конечно, но можешь повторить перевод?..»

* * *

Швец ушел на крышу отстреливать из «ПЖ» гранатометчиков. Оставшийся в одиночестве Динк затаился за лестницей, используя пролет, как укрытие, и продолжил лечиться, ощущая, как уходит слабость, возвращается слух, а руки перестают дрожать. Аптечка закончилась, не восстановив линию жизни на десять хелсов. Рингуанец потянулся за следующей, благо их хватало с лихвой, но тут заметил мерцающую иконку личного сообщения от Мела.

«Что, Ром?» – поспешно набрал Динк.

«Ну, наконец-то! Как вы там?»

«Как на курорте», – рингуанец припомнил слова Швеца.

«Жарко? Держитесь, ребята, помощь уже в пути. Еще минут двадцать максимум. Мы вас вытащим. Главное, не лезьте на рожон».

«Понял, Ром».

Динк закрыл окно диалога, не сознавая, что его губы сами собой расплываются в улыбке. Их не бросили! Спасение уже близко. Надо продержаться совсем чуть-чуть. Всего каких-то двадцать минут!

Правда, в бою эти двадцать минут могли оказаться длиною в жизнь…

* * *

По краю плоской крыши таксопарка шел довольно высокий парапет, человеку примерно по пояс. Никола Швец укрылся за ним, дождался нового выстрела, по вспышке определил местонахождение гранатометчика и привстал, чтобы выпустить ракету. Не успел. Пуля снайпера отбросила его назад, разом стирая две трети хелсов. Вражеские стрелки прятались за машинами, прикрывая гранатометчиков, и, как выяснилось, бдительно следили за крышей.

– Вот ведь предусмотрительный сукин сын, – приложил Челубея Швец, отползая к лестнице и ясно сознавая, что воспользоваться «ПЖ» так просто ему не дадут. – Вот значит ты как, да? Ну, ладно. Хочешь круто? Будет круто! Я тебе устрою марсианские ночи!

Швец поспешно вылечился и активировал рацию:

– Динк, слушай внимательно. Сейчас ты сделаешь так…

Глава 11 (продолжение)

* * *

Швец не ошибся – операцией по зачистке Потрошителей действительно руководил Челубей. Отиравшиеся весь день возле таксопарка шпионы сообщили, что у Потрошителей есть три крашера и уйма другого оружия, в том числе уникальная для Бродвея ракетная установка «Пожар». О том, что кит на роботов у Спока давно закончился, Челубей, естественно, не знал и строил план атаки, принимая крашеров в расчет. Он не полез сразу в лобовую атаку, опасаясь нарваться на шквальный огонь роботов, а начал с массированного гранатометного обстрела, который имел своей целью если не уничтожить, то хотя бы повредить крашеров, а еще заставить Потрошителей забиться по щелям, не позволяя воспользоваться «Пожаром». Тем временем собственные крашеры Центральных пойдут в атаку под прикрытием плотного гранатометного огня.

Да, таков был план. И он определенно работал, потому что Потрошители, а их по донесениям шпионов в таксопарке находилось четверо, почти не пытались отстреливаться. Вернее, один из них появился на крыше, но предпринять ничего не успел – снайперы Центральных моментально заставили его залезть обратно в ту гнилую нору, из которой он выполз.

Челубей решил: пора наносить решающий удар и врываться внутрь логова врага. Он приказал инженеру перегруппировать своих крашеров и приготовиться к атаке. А пока гранатометчикам предстояло дать еще два завершающих залпа по таксопарку, причем сейчас основной целью был первый этаж. Ворота уже вынесли прямым попаданием, теперь следовало загнать в образовавшийся проход как можно больше выстрелов, чтобы подавить возможное сопротивление и расчистить путь для крашеров.

Четыре бойца с гранатометами заняли позицию напротив ворот. Сюда же подтянулся инженер с тремя крашерами, готовый по сигналу Челубея послать своих бронированных монстров в бой.

– Огонь по готовности, – хотел было отдать приказ гранатометчикам Челубей.

Не успел.

Внезапно из ворот таксопарка на предельной скорости вылетело автоматическое такси и, будто наведенная на цель торпеда, устремилось в сторону Центральных. За первым мобилем показались еще два. И еще. Такси выезжали одно за другим и в форсированном режиме неслись на позиции бойцов Карло.

– Огонь по машинам!!! Стреляйте! Стреляйте все! Остановите их! Не подпускайте к нам! – завопил Челубей, перехватывая из-за плеча автомат.

Отдав такой приказ, он совершил фатальную ошибку, но только за мгновение до гибели в полной мере осознал это…

Да, Челубей все понял правильно – машины несли в себе смерть – были напичканы взрывчаткой под завязку. Благодаря мгновенной реакции штурмовика Челубей успел расстрелять ближайшее такси на безопасном расстоянии, и взрыв от сдетонировавших мин и гранат не причинил Центральным вреда. Бойцы последовали примеру командира, открыв огонь по машинам. Такси было много, почти полная дюжина, и работы хватило на всех. Яркие взрывы, один за другим, озаряли площадь, выворачивая тротуарную плитку и дробя в щепки одинаковые, словно вырезанные под копирку, деревца. Мобили взрывались, не причиняя Центральным вреда. Но Швец и не рассчитывал уничтожить противника с помощью такси. Его замысел заключался в другом…

Расправа над мобилями оказалась короткой, но Швецу времени хватило. Он привстал над парапетом крыши и навел прицел «Пожара» на позиции Центральных. На этот раз стрелки не заметили его – призванные отвлечь внимание врага такси отлично исполнили свою роль. Вместо того чтобы продолжать контролировать крышу, бойцы со снайперскими винтовками принялись увлеченно палить по мобилям, выполняя приказ Челубея.

Швецу удалось без помех выпустить одну за другой две ракеты. Позиции врага накрыли огненно-черные шапки разрывов. Никола находился в стах метрах от эпицентра, и все же до него долетел поднятый перепадом давления от взрывов ветер. Он был горячим и пах по-особенному: раскаленным металлом, гарью и чем-то копченым.

Никола целился в группу из трех крашеров, но ракеты легли чуть левее, одна из них по иронии судьбы угодила аккурат под ноги Челубею. Главная боевая единица Центральных перестала существовать. Взрыв такой мощности мгновенно обратил его в прах, как и четырех гранатометчиков, инженера и еще пятерых бойцов. Один крашер превратился в металлолом. Два других получили серьезные повреждения, но уцелели, жалобно помигали красноватыми «глазами» видеокамер, будто брошенные хозяином щенки, и выключились. Их примеру последовали и те крашеры, которые охраняли запасные выходы – после гибели своего инженера, роботы превращались в безобидные консервные банки и вскоре должны были исчезнуть, удаленные интерфейсом игры.

Досталось и зданиям, находящимся за позициями Центральных: стекла разлетелись мелким крошевом, фасады испещрили дыры от осколков.

Сам Папа Карло не пострадал, как и несколько бойцов, расставленных Челубеем по периметру, чтобы отрезать Потрошителям путь к бегству. Небольшой перевес в численности у Центральных еще сохранялся, и все же они фактически проиграли этот бой.

А дальше ошибку совершил уже сам Швец. Ему следовало поберечь снаряды, затихариться и дождаться помощи, но, окрыленный успехом, он снова приготовился стрелять из «ПЖ». Третья ракета разнесла террасу с пулеметчиком. Банда Карло сократилась еще на одного бойца. Тут Швец сообразил, наконец, что тратить драгоценные снаряды, чтобы убрать всего одного противника, это как палить из пушки по воробьям, но было поздно. В главном оружии Потрошителей закончились боеприпасы, и оно стало не опаснее кувалды.

Тем временем Папа Карло, скрежеща зубами от ярости, наблюдал за разгромом своей банды. Трусоватый и осторожный он занял безопасную позицию среди декоративных кустов и деревьев на открытой веранде здания, стоящего в соседнем переулке, и наблюдал за театром военных действий в бинокль. Взрывы ракет поначалу ввели его в ступор, он несколько минут пялился в бинокль, холодея от мысли, что его банде, по сути, пришел конец, а потом бросился отправлять сообщение Катюше:

«Ты где? Срочно сюда!»

«Заблокировано», – прилетело в ответ.

– Вот ведь сука. Да ты никак предала меня? Уничтожу, тварь! – матерясь, Карло поспешно вызвал тынянина Лоташа, предводителя банды Технарей.

«Мне нужны твои бойцы. Очень срочно!»

«Да? Неужто Потрошители оказались тебе не по зубам? Их же всего четверо. А у тебя почти двадцать бойцов. Правда, ими еще надо уметь руководить. Воевать это тебе не торговцев обирать», – не упустил случая поиздеваться Лоташ.

Лицо Папы Карло пошло пятнами, но он был вынужден проглотить оскорбление. Чтобы не лопнуть от распирающей его бессильной ярости, Карло ухватил один из стоящих на веранде горшков с декоративным папоротником и хряпнул об пол. Охраняющий Карло стритфайтер одиннадцатого уровня по прозвищу Буллар едва успел закрыть рукой лицо от брызнувших во все стороны осколков керамики.

Немного успокоившись, Карло вернулся к диалогу с Лоташем:

«Так ты поможешь или нет? Учти, этот выскочка Мел никого не оставит в покое. Как знать, возможно, следующий у него на очереди как раз ты».

«Да мне с ним вроде нечего делить. У нас разный бизнес», – возразил тынянин.

Банда Технарей и впрямь промышляла не на самом Бродвее, а в космосе. Они были пиратами, нападавшими на пролетающие в данном секторе Галактики торговые корабли. Поэтому и состав банды был специфическим: пилоты, инженеры, стритфайтеры и киллеры, привыкшие к абордажному бою, имеющие высокие для Бродвея уровни, отличное снаряжение и немалый опыт боевых действий, чего так не хватало бойцам Папы Карло.

«Я заплачу. Много! Сколько скажешь!» – Карло принялся уговаривать главаря Технарей, хватаясь за него, как за соломинку.

«Отдашь мне Остров», – Лоташ сразу повысил цену до максимума. Он явно уже начал присматриваться к Рому Мелу и собирать информацию о нем. Знал про Отшельника, Остров, выполненный бонус и многое другое.

«Договорились, – скрежеща зубами, вынужден был согласиться Карло. – Как только стану наследником Мела, тут же получишь дарственную. Только, Лоташ, бойцы мне нужны срочно. Очень!»

«Тебе повезло. Четверо моих ребят сейчас в “Бриззере”. Через пять минут будут у тебя».

«Этого мало!»

«Для Потрошителей хватит с лихвой. Мои ребята не чета твоим. Они бойцы, а не шваль подзаборная. Я сам их воевать учил в то время, как ты водку жрал да девок трахал».

Карло от этого сообщения чуть удар не хватил. Он весь посинел и начал задыхаться.

– Папа, что с тобой? – испугался его охранник Буллар.

Главарь Центральных ответил ему матом. И в том же стиле вбил сообщение в переписку с Лоташем, но спохватился, стер написанное и ввел заново:

«Остров стоит дороже. Не захочешь ты, я к Законникам обращусь».

«Ладно, хрен с тобой, – уступил Лоташ. – Пришлю еще троих, но они подъедут чуть попозже».

* * *

Не успел отгреметь последний взрыв от выпущенной Ником ракеты, как пришло сообщение от Петровского: «Мы миновали шлюз. Нам осталось минут пятнадцать езды».

«Поторопитесь», – откликнулся я и тут же набрал Швеца: «Да ты гений! Военный талант! Как ты их!.. Просто песня!»

На этот раз он ответил сразу:

«А то, – не стал скромничать Ник. – Мой трюк достоин капитана Шепарда, скажи».

«И даже лучше. Но больше не рискуй. Сидите с Динком тихо. Сейчас прибудут островитяне и разберутся с тем, что осталось от банды Карло…»

Я осекся – в боковой улочке наметилось движение.

«Погоди, Ник, тут что-то происходит, – я прильнул к биноклю. – Ятитьская сила!»

«Что там такое, Мел?»

К таксопарку по боковой улице приближалась целая армия: семнадцать крашеров в сопровождении пятерки дронов и четырех бойцов в крутой силовой броне аналогичной той, в которой щеголяли мои островитяне. Метка принадлежности к банде говорила, что это Технари. И шли они явно на подмогу Карло.

– Пипец! – вырвалось у меня. – «Ник! По Пятнадцатому переулку к вам движется до фига врагов. Приласкай их ракетой. С крыши, с самого угла, достанешь. Давай, пока они в куче, не разбрелись».

Таких крутых бойцов, конечно, одной ракетой не положишь, но хотя бы броню собьешь.

«Да не осталось у меня больше ракет», – Ник в сердцах стукнул себя ладонью по лбу, проклиная за бездарно использованный последний снаряд, и помчался на третий этаж к Динку…

* * *

Привыкшие к абордажным схваткам на космических кораблях бойцы Лоташа применили многократно опробованную тактику – разбились на три отряда и с разных сторон ворвались в таксопарк.

Основная ударная группа, которая атаковала выходящие на площадь центральные ворота, состояла из двух изобретателей: бетианца Улея и человека Алексея Мостового по прозвищу Мост. Улей имел аж шестнадцатый левел и управлял поистине могучей силой: пятеркой высокоуровневых беспилотников «ББ-15» и тремя крашерами «В++». Мост был послабее на пять уровней. У него имелся выбор, что взять для этого боя: пятерку дронов «ББ-10» или четырех роботов «В+». Управлять и тем и другим не хватало навыков, и Мост предпочел крашеров.

Оставшиеся два изобретателя, тынянин Гар тринадцатого уровня и бетианец Дариг четырнадцатого, в любом бою предпочитали роботов, и теперь в сопровождении десятка своих бронированных монстров двинулись к запасным выходам – каждый к своему. Впереди бронеходами перли крашеры, на ходу раскручивая шестиствольные пулеметы, готовясь стрелять.

Им и досталось первым.

Два взрыва у каждого из запасных выходов прозвучали с разницей в минуту – под ногами бронированных махин сработали поставленные Николой возле дверей растяжки. Они активировали расположенные в ключевых точках «Приветы». Мин в каждой связке было по несколько штук, да еще усиленных гранатами, поэтому бабахнуло знатно. Перекрытия здания просели, потолочные плиты рухнули, погребая под собой роботов. Два из десяти крашеров перестали существовать. Остальные затоптались у завалов – крупные осколки железобетона с торчащей арматурой перегородили проходы, отрезая путь внутрь таксопарка.

Матерясь и обещая минеру Потрошителей персональную и очень лютую казнь, Гар и Дариг двинулись к главным воротам, туда, где на территорию таксопарка уже входила основная группа захвата под предводительством Улея.

Наступление он начал на двух уровнях одновременно: крашеры бодро потопали по первому этажу, а дроны влетели через выбитые окна третьего и рассосредоточились в поисках спрятавшегося врага. Мост шел сразу позади крашеров, а Улей задержался на площади перед входом, анализируя данные с видеокамер своих беспилотников. Он увидел, как один из дронов успел зафиксировать чей-то размытый кряжистый силуэт и тут же сигнал от него пропал. Зато другой беспилотник обнаружил цель и приготовился открыть огонь…

* * *

Динк занял позицию за лестницей на площадке между вторым и третьим этажами, укрывшись за баррикадой из покореженных холодильников, которые положил боком друг на друга. Холодильники были большими и тяжелыми, но прокачавшему силу до максимума рингуанцу не составило труда перетаскать их в одиночку. Едва он закончил оборудовать себе стрелковую точку, как в ближайшее окно влетели два дрона.

Динку несказанно повезло – в этот самый момент у него в руках был плазмомет, причем рингуанец целился в окно, примеривая «Шторм» к руке. Ему оставалось лишь чуть-чуть довернуться всем корпусом и нажать на спуск. Вокруг беспилотника вспыхнуло яркое солнышко. Динк машинально закрыл рукой лицо – больно было смотреть. Дохнуло страшным жаром, словно из сопла взлетающего космолета. Прямое попадание высокотемпературной плазмы мгновенно расплавило микросхемы, превращая дрон в бесполезный кусок композита.

Зато второй беспилотник не только не пострадал, но и успел сделать выстрел. Выпущенный почти в упор мощный заряд из «Пробойника» играючи смел баррикаду, разрывая листы из нержавеющей стали и сминая пластины из ударопрочного пластика, словно конфетные обертки. И все же именно холодильники спасли Динку жизнь, приняв на себя основную мощь выстрела. Рингуанца отбросило к стене и сильно ранило. Хелсбар разом покраснел на три четверти, замаячили сообщения о критах. Перед глазами поплыло, рот наполнился кровью, накатила слабость, мускулы превратились в кашу. В бедре, будто стилет, глубоко засел острый кусок металлопластика, вылетевший из разодранной морозильной камеры.

Но и дрону требовалась передышка, точнее перезарядка. Силовое ружье «Пробойник» было мощным и убойным, но батареи хватало лишь на один выстрел. Боевой беспилотник включил режим перезарядки и завис напротив Динка, не выпуская его из прицела видеокамеры.

Потерявший ориентацию от сильных ранений рингуанец сел, сплюнул тягучую кровавую слюну и помотал головой, пытаясь вернуть себе ясность восприятия. Беспилотник перед глазами троился и качался. Динк со стоном выдернул из ноги острый металлический «зуб», машинально отметив, что в этом месте началось обильное кровотечение. На аптечку не оставалось времени. Сначала – враг, лечение потом. Динк пошарил рукой в поисках оружия, но при падении плазмомет отбросило в сторону. Расшвыряло и заботливо приготовленные рингуанцем для боя дробовики.

Тем временем полоска перезарядки на «Пробойнике» неумолимо наливалась синим. Еще несколько секунд и оружие вновь будет готово стрелять.

Следующего выстрела не пережить, рингуанец отчетливо сознавал это. Он вскочил на ноги, подхватив первое, что попалось под руку, заорал благим матом и со всей силой обрушился на врага. Предметом, которое послужило оружием, оказалась межкомнатная дверь, сорванная с петель во время гранатометного обстрела. Поврежденная с одного края, она оставалась массивной и тяжелой. Дрон порскнул в сторону, чудом уходя из-под удара. Не переставая вопить, Динк замахнулся вновь, ловко орудуя дверью, словно гигантской мухобойкой.

– А-а-а-ах!!! Вот тебе, гад! Получай!

Беспилотник заметался из стороны в сторону, как подорванный.

Хрясь! Мимо. Зато разлетелась в щепки и без того покосившаяся барная стойка. Бамс! Опять промах. Вместо дрона под раздачу попали остатки гипсокартонной некапитальной стены. От чудовищных замахов рингуанца поднимался ветер.

Беспилотник решил, что с него хватит, и подался к окну, но выскочить не успел – удар дверью перехватил его, как мячик от пинг-понга, и отфутболил вверх. Дрон врезался в потолок, срикошетил и рухнул на пол, надрывно жужжа сервоприводами. Подбитый, но еще «живой», он попытался развернуть ствол зарядившегося «Пробойника» в сторону Потрошителя. Не успел. Не прекращая орать во все горло, Динк набросился на поверженного, бил дверью, топтал ногами, пока от беспилотника не осталось лишь бесполезное крошево деталей.

– Так тебе! Получай, тварь! Сдохни! – в азарте драл глотку Динк.

Его вопли эхом разносились по немаленькому таксопарку, достигая даже первого этажа.

* * *

Пока Динк расправлялся с беспилотниками, Никола Швец прятался в пультовой – крошечной комнатке на первом этаже, где располагался пульт управления автоматическими такси, и украдкой наблюдал за входящими через главные ворота крашерами. Услышав воинственные дикие вопли рингуанца, которые сопровождались столь же громкими ударами чем-то тяжелым по полу, Швец удивленно присвистнул, на слух пытаясь определить, чем там занимается Динк.

– Фигасе! Во, дает! В рукопашную он там с крашером сцепился, что ли?

Но вызывать по рации рингуанца Ник не стал – явно же занят чувак, зачем отвлекать? Да и самому Швецу было недосуг. Он ждал, пока порог переступят как можно большее число врагов.

Два. Три. Четыре. Шесть.

Седьмой помедлил у входа. За его спиной маячили два изобретателя.

– Ну, и чего вы там жметесь в дверях? Проходите, не стесняйтесь, гости дорогие, у меня для вас и угощение есть, – шепотом поторопил врагов Ник.

Пальцы Швеца замерли на сенсорном пульте управления, словно у пианиста, готовившегося дать свой коронный концерт.

Помедлив, седьмой крашер все-таки вошел в таксопарк. Следом за ним потянулся один из изобретателей. Второй, к разочарованию Ника, так и остался на улице и вроде как впал в нирвану. По крайней мере, так выглядело со стороны.

Теперь все крашеры основной группы захвата были внутри. Повинуясь команде изобретателя, они разошлись широким веером по довольно просторному этажу. Машин тут почти не осталось – все такси полегли в торпедной атаке на Центральных. Стояло лишь несколько автоматических грузовиков, захваченных на заводе Круизников, да огромный ремонтный эвакуатор с платформой для перевозки неисправных мобилей.

Швец помедлил еще чуток, с надеждой поглядывая на второго изобретателя Технарей, который остался на улице.

– Ну? Может, войдешь, а?

Но тот и не думал двигаться с места, а крашеры уже готовились открыть огонь.

Всё! Больше ждать нельзя! Швец быстро «заиграл» на пульте, посылая команды машинам.

* * *

Улей остался на улице, не пошел в таксопарк, так как был занят под завязку – руководил дронами, используя их видеокамеры в качестве дополнительных «глаз». Уничтожение двух беспилотников озверевшим рингуанцем он воспринял, как личный вызов, и теперь подтягивал к трехглазому Потрошителю всех своих оставшихся летунов, намереваясь стереть гада в порошок. Сосредоточенность на внутреннем управлении помешала ему расслышать, как в таксопарке внезапно заработали моторы. Двигатели нескольких грузовиков и эвакуатора включились практически одновременно с разницей всего в несколько секунд.

Зато его напарник Алексей Мостовой гул работающих моторов услышал преотлично. Он вошел в таксопарк, чтобы лучше контролировать обстановку, но предусмотрительно держался за спиной одного из крашеров, используя его, как прикрытие, хотя собственная силовая броня изобретателя могла выдержать даже прямое попадание гранаты.

Когда одновременно заработали двигатели всех, находящихся на этаже машин, Мостовой насторожился, но останавливать движение своих бронированных подопечных не стал. Ну, в самом деле, что может сделать машина боевому роботу? Чтобы сбить крашера с ног, грузовик должен основательно разогнаться, но в таксопарке места для хорошего разгона просто нет. А на близком расстоянии крашеру класса «В» не опасен даже массивный эвакуатор. Правда, в машинах могли прятаться стрелки противника. Но тем хуже для них самих.

Мост отдал команду роботам продолжать движение и открыть огонь, а сам, на всякий случай, хотел было вернуться на улицу к Улею.

Не успел.

Машины дружно пришли в движение, перегородили выход, разъехались по этажу, останавливаясь в непонятных Мостовому местах: у несущих опорных колонн, у стен или под балочными перекрытиями.

Шестиствольные крупнокалиберные пулеметы крашеров начали стрельбу. Пули пробивали кабины, рвали в клочья шины, взрывали мелким крошевом стекла, превращали в решето двигатели. Очереди расчертили стены, выбивали бетонные кратеры на колоннах.

Мостовой с затаенной гордостью глядел на своих подопечных. Крашеры – это действительно сила. Его ребятки вынесут кого угодно. Что им какие-то грузовики!

…Изобретатель понял, что угодил в ловушку, только когда басовитое тарахтение пулеметов внезапно потонуло в грохоте подрывов. Расставленные Швецом в нужных местах заминированные машины взрывались от попадания пуль крашеров, полностью обрушивая центральную часть здания таксопарка, погребая под завалом ударную группу Технарей.

Броня Мостового помогла ему пережить чудовищный удар, он потерял сознание, но был еще жив, хотя самостоятельно выбраться из-под завала уже не смог бы. Как и его бронированные солдаты, оказавшиеся под кусками железобетонных плит, раздавленные, покореженные, сломанные, будто куклы в руках жестокого ребенка.

* * *

Еще два изобретателя банды Технарей, Гар и Дариг, которые двигались со своими крашерами от заваленных запасных выходов, оказались возле центрального входа за несколько секунд до подрывов.

– Ну, что тут у вас? – успел спросить Гар Улея.

И тут рвануло.

Взрывной волной изобретателей и крашеров отбросило в сторону и опрокинуло навзничь. Гара контузило, Дариг и Улей отделались ушибами. Силовая броня не подвела – серьезных травм у Технарей не оказалось. Разве что поднятые взрывом тучи пыли резанули по глазам, выдавливая слезы, забили легкие и носоглотку, заставляя чихать и кашлять. Уцелели и крашеры. Зашевелились, поднимаясь на ноги. Пыль попала в их сенсоры, и теперь они жалобно слали своим хозяевам сообщения об ошибках выполнения программ. Но Технарям пока было не до них.

Кое-как прокашлявшись и утерев руками слезящиеся глаза, изобретатели уставились на таксопарк. Большая часть здания превратилась в руины. Уцелело лишь западное крыло, но проникнуть туда теперь не представлялось возможным. Разве что взлететь на крышу.

– Это Мост сделал? Зачем?! – не врубился в обстановку Дариг.

– Ты дурак что ли? Это они! – резко ответил Улей.

– Потрошители? Подорвали сами себя?! – не поверил Дариг.

– Нашего Моста и его крашеров, точняк. Он на вызовы не отвечает, но еще жив. Небось, в отключке. Долбануло-то его конкретно. Но теперь к нему так просто не пробиться, завалы кругом, – в отличие от товарищей Улей быстро взял себя в руки и вновь стал просматривать картинки с камер оставшихся дронов.

Один беспилотник накрыло взрывом, но два других не пострадали, находясь выше и левее основного места действия. Улей запустил обоих на облет развалин.

– Да эти Потрошители больные на всю голову! И зачем только Лоташ с ними связался, – Даригу больше не хотелось драться с таким отмороженным противником. Защитники космических грузовиков, с которыми обычно приходилось иметь дело Технарям, свои корабли не взрывали, таких камикадзе там ни разу не было.

– Вот зря мы из «Бриззера» ушли, – поддержал сослуживца Гар. Он активировал себе аптечку, убирая контузию, и сказал, явно передразнивая Лоташа: – По-быстрому метнитесь… Покажите этим обдолбышам Центральным мастер-класс…

– Да подстава стопудово. По ходу Карло нашего Лоташа просто развел, – согласился Дариг.

– Он может. Тот еще упырь хитрожопый. А вообще, парни, думаю, наша миссия выполнена, Потрошителям хана, такой взрыв не реально пережить. Они вместе с Мостом уже того. Давайте вернемся в «Бриззер», а? – Гар с надеждой посмотрел на Улея, как старшего группы.

– Не-а. Сообщения, что банда перестала существовать, не было. Значит, ничего им не сделалось. По крайней мере, пара Потрошителей точно живы. Они на крыше в западном крыле. Пока – живы, – Улей отдал команды своим беспилотникам атаковать цель.

* * *

Задав маршруты движения грузовикам, Швец выскочил из пультовой, зайцем метнулся к лестнице, взбежал по ней, перепрыгивая через три ступеньки, схватил Динка за руку и потащил за собой, на бегу пытаясь объяснить:

– Шустрее, блин! Сейчас все рухнет!

Они успели выбежать на крышу в последний момент – оставшаяся без опоры лестница уже проседала под ногами, расползалась крошевом, будто оползень.

Выскочив на крышу, оба, не сговариваясь, побежали к самому краю, подальше от следующих один за другим взрывов. Уперлись в парапет. Ник присел на корточки, машинально ища укрытие от снайперов. Потянул за собой Динка:

– Пригнись, блин!

Рингуанец послушался, не сводя всех трех глаз с оседающей части здания. Зрелище было завораживающим, будто смотришь на снежную лавину.

Перед глазами Швеца замелькали системные сообщения о начисленных очках, повышении уровня и прочем. Но Никола не стал вчитываться. Отмахнулся, сбрасывая все известия разом. Не сейчас. После боя разберемся.

– Ник, а сюда не добьет? Не рухнем? – высказал опасения Динк.

– Не боись. Все рассчитано. Здесь безопасно.

Уже несколько минут спустя Никола ясно осознал, что с последним утверждением поторопился.

Два дрона налетели с разных сторон. Одного Швец сбил из дробовика. Зато второй успел выстрелить практически в упор.

Мощный заряд сбросил Потрошителей с крыши, минусуя хелсы, ломая кости и разрывая внутренние органы.

Во время выстрела Ник случайно оказался прямо перед Динком, и невольно принял на себя большую часть удара. Странно, но боли он не ощутил. Перед глазами встала густая кровавая пелена, за которой не удавалось ничего разглядеть. А потом появилась огромная черная надпись. Она загораживала весь сектор обзора. Швец сначала попытался смахнуть ее, но не смог. Машинально прочитал:

«Внимание! Вы убиты».

«Что?! Как?!» Ник попытался проверить свой хелсбар, но его не было. Исчезли все навыки и достижения. И окно инвентаря стало недоступно. Швецу вообще не удалось открыть ни одного привычного окна. Он видел только кроваво-красную пелену и черную надпись-приговор: «Вы убиты».

«Странно, я же могу думать». Швец совершенно не чувствовал своего тела, но продолжал осознавать себя.

Внезапно надпись изменилась: «Достижение “Темной стороны” активировано. Вы бессмертны в течении трех минут. Внимание! Достижение нельзя удалить или видоизменить по желанию пользователя. Как хотите назвать достижение?»

– Зомби, блин! Как же еще, – нервно хохотнул Ник.

Он сразу поверил – это всерьез. Швец не привык сомневаться в системных сообщениях. Они ни разу не обманывали и не давали сбоев. А значит, у него действительно осталось всего три минуты жизни, и сейчас он стал неуязвим.

Пелена перед глазами исчезла, восстановились все окна, но полоска хелсбара так и не появилась. Зато вернулось полное восприятие и контроль над телом. А вместе с ними пришел страх смерти. Ужас. Засосало под ложечкой, в груди появилась щемящая пустота.

«Неужели конец?!»

Никола тяжело сглотнул и внезапно осознал, что лежит в луже крови на асфальте, в том самом месте, куда его отбросило выстрелом из «Пробойника». Динк валялся поодаль без сознания, в его линии жизни зеленело всего несколько хелсов. Вражеский беспилотник последовал за ними, и теперь завис напротив, перезаряжаясь, готовясь следующим выстрелом добить Потрошителей.

– Ну, сука! Я сдох, и ты сдохнешь! – Никола вскочил на ноги, с ненавистью буравя взглядом своего убийцу, выхватил из окна инвентаря дробовик «Копец» с помповой перезарядкой и пошел на дрона, стреляя на ходу. Беспилотник сумел уклониться от первого выстрела, но угодил под второй или третий, плюхнулся на землю, теряя отстреленные детали. Швец приблизился к нему и мстительно добил в упор, размазывая выстрелами по асфальту.

– Вот тебе, тварь! Думал, меня переживешь? А вот хрен, – Швец смачно сплюнул на останки дрона и завертел головой, оглядываясь. У него по-прежнему ничего не болело. Он чувствовал себя как никогда здоровым и сильным. Даже страх почти прошел, вернее, отошел на задний план. И только сильно действовали на нервы цифры обратного отсчета, которые светились на самом краю зрения: «155… 154… 153…»

Швец хотел подбежать к Динку, чтобы активировать для него аптечку. Не успел. На площадь внезапно вылетел мобиль, завизжал тормозами на развороте. Из мобиля выскочили три высокоуровневых слеера из банды Технарей и открыли огонь из автоматов.

Никола выпрямился во весь рост и пошел на них, на ходу перезаряжая дробовик. Вражеские пули толкали его в грудь, в плечи, в живот, били по лицу, молотили по рукам и ногам, словно град, но на теле не оставалось и следа. Он и в самом деле стал неуязвим. Только идти из-за попадавшего в тело свинца оказалось трудновато. Швец зарычал, низко наклонил голову и побежал на врага, двигаясь словно против сильного ветра. Выстрелил на бегу, затем передернул скользящее цевье, загоняя в патронник новую порцию смерти, и снова нажал на спуск. Раз, другой, третий. Броня Технарей неплохо держалась против низкоуровневого дробовика, но все же проседала раз за разом от каждого попадания. Расстояние между противниками сократилось до трех метров. Теперь враги расстреливали друг друга в упор, только у Технарей не было неуязвимости Ника. Зато его самым страшным врагом стало время.

«100… 99… 98…»

Медленно, но неумолимо с вражеских слееров слетала броня. С мрачным удовлетворением Никола видел на оставшихся без шлемов лицах изумление, переходящее в панику.

Один из Технарей не выдержал и дал деру, крикнув на прощанье:

– Да ну, нафиг! Он просто монстр какой-то!

Его напарники переглянулись и бросились за ним со всех ног. В спину вместе с выстрелами полетел сатанинский хохот Потрошителя, заставляя Технарей обмирать от ужаса и прибавлять скорости. Никогда в жизни они еще не бегали так быстро.

Швец не стал преследовать их – у него появилась проблема посерьезнее. В его сторону от бывшего главного входа в таксопарк бодро топали крашеры, раскручивая свои шестиствольные пулеметы.

«65… 64… 63…»

Время Ника подходило к концу. Он ясно понимал, что за такой короткий срок не успеет разделаться с целой оравой бронированных роботов, и, когда Швеца не станет, они добьют рингуанца.

Ник сознавал, что не сможет спасти Динка, но нужно попытаться хотя бы выиграть для него время. Вдруг именно за эту минуту и подоспеют островитяне.

Швец не был бы Швецом, если бы не боролся до конца. Он показал приближающимся крашерам средний палец и бегом вернулся к Динку. Схватил его в охапку и поволок за угол в поисках подходящего укрытия. Нашел щель в руинах таксопарка, которая образовалась между двумя рухнувшими бетонными плитами, запихнул туда рингуанца, кинул ему на грудь аптечку, активировал ее и успел заслонить товарища собой в самый последний момент, перед тем как по спине ударила злая пулеметная очередь.

«22… 21… 20…»

Никола закрывал своим телом пролом, в который едва поместился массивный и крупный Динк, впивался скрюченными пальцами в бетон стены и вздрагивал от каждого попадания – крупнокалиберные пули тяжело били по голове, спине, ногам, рукам, словно стремились разорвать в клочья. Но боли по-прежнему не было. Подумалось невольно: «А зомбяком быть прикольно. Эх, жаль, что недолго». Уснувший было страх накатил с новой силой. Никола пожалел, что не может кинуться в бой. Так ему было бы намного легче.

«12… 11… 10…»

Линия жизни Динка потихоньку росла, он слегка очухался. Открыл один глаз, уставился на Николу, не понимая, что происходит.

«8… 7… 6…»

– Где мы, Ник?

– Как всегда – в жопе, – Швец хохотнул и ободряюще подмигнул Динку, с горечью сознавая, что все его усилия прошли впустую. Островитяне не успели, а значит, через шесть секунд им обоим конец. «По ходу я ошибся. Эти три минуты надо было провести как-то иначе. Действовать более эффективно. А! Плевать! Как там говорит Мел? Когда это мы боялись сотрясения мозга».

«5… 4… 3…»

– И все-таки мы им показали. Да, Динк? – улыбка Швеца была отвязной, как никогда. – Запомнят Потрошителей, суки.

– Да уж, – слабо улыбнулся рингуанец в ответ. – Не забудут.

«2… 1… 0…»

«Внимание! Время действия достижения “Зомби, блин!” истекло. Спасибо за хорошую игру. Game over».

Ник успел прочитать системное сообщение, прежде чем утонуть в знакомой кроваво-красной мгле.

ГЛАВА 12. ЗА ТРИДЦАТЬ СЕРЕБРЕННИКОВ

ГЛАВА 12. ЗА ТРИДЦАТЬ СЕРЕБРЕННИКОВ

«Швец вышел из банды Потрошителей».

«Динк вышел из банды Потрошителей».

Холодея, я пялился на системные сообщения. Ведь это могло означать только одно из двух: «Слепой снайпер» или…

«Ник! Динк! Отзовитесь!» – я не видел их сейчас со своей крыши, они были от меня за углом.

«Аккаунт не найден», – безжалостно развеяла программа мою надежду.

Не найден… А это значит…

Не успел я до конца осознать потерю, как объявился Петровский:

«Мы на месте. Какой приказ?»

«Вынести эту шваль! Всех, до последнего обдолбыша! Размазать! Порвать в лоскуты! Не дайте им уйти!»

Сломя голову, я бросился к лестнице, порываясь бежать вниз, к руинам таксопарка, чтобы лично отыскать Ника и Динка. Возможно, они просто сильно ранены. Возможно, мы успеем им помочь.

«Нет. Они мертвы, – заговорил холодный голос рассудка. – Им не помочь. И ты прекрасно понимаешь это. А вот отомстить тебе вполне по силам».

Огромным усилием воли я заставил себя остановиться. Закрыл глаза и сделал два глубоких медленных вдоха-выдоха, очищая сознание, чувствуя, как сердце замедляет свой бешенный адреналиновый перестук, и в груди поселяется спокойная ледяная пустота. Вернулся обратно на крышу и вызвал Петровского: «Буду координировать тебя».

В бинокль я отлично видел, где прятались бойцы Центральных. Они по-прежнему находились в домах на площади. Карло явно приказал им не лезть в бой, но и не отводил, видно, все еще рассчитывая победить, опираясь на помощь Технарей. Кстати, три подчиненных Лоташа до сих пор торчали перед руинами таксопарка. Те самые, чьи крашеры убили Ника и Динка.

«Подгоняй бронемобили на площадь. Пусть расстреляют изобретателей, пока роботы к ним не вернулись», – приказал я Петровскому.

«Пленных не брать?» – деловито уточнил Борис.

«Если сдаются, то брать. И отправь поскорее несколько ребят за Карло. А то сбежит, паскуда. Он на веранде пятого этажа на углу Двенадцатой и Четырнадцатой. И с ним один боец».

«А если Карло окажет сильное сопротивление, можно его погасить?»

«Нет! Он мне нужен живым. Пообещай ему жизнь, чтобы сдался. Скажи, что сможет откупиться. Он ведь трусоват, значит, поведется».

«Понял. Сделаю».

Рейтинг Петровского в моих глазах сильно вырос. Борис не хуже меня понимал, что я не сдержу данное Карло обещание, и все же собирался выполнить приказ.

Полчаса спустя все было кончено. Банда Папы Карло фактически перестала существовать. Несколько сдавшихся бойцов, включая самого Карло, стали моими пленниками. И то ненадолго. Я не собирался оставлять их в живых, но мне требовался расходный материал для повышения своего уровня и поисков очередной точки Ваншота. Так почему бы не использовать их?

Теперь на свободе из банды Центральных оставался один единственный перс.

* * *

Не успели отгреметь последние выстрелы, как в личке объявилась Катюша.

«Поздравляю с победой, Мел. Банды Карло де-факто больше нет».

(* Де-фа́кто – лат. de facto — «на деле», «фактически» — то, что фактически существует в действительности, но не оформлено юридически).

«Есть. У Центральных остался на свободе еще один боец».

«Ты обо мне?» – кем-кем, а дурой она точно не была.

«Именно».

«Но я на твоей стороне, Мел. Мы же союзники. Я помогла тебе!»

Пришлось возразить:

«Ты помогала только себе, на нас тебе было плевать. Вообще, Кэт, отдаю тебе должное. Шикарная многоходовка: моими руками избавиться от Папы и возглавить банду самой».

По законам «Ваншота» бандиты не имели возможности убить своего главаря, как бы сильно им этого не хотелось. Так же как островитяне не могли прикончить меня, своего работодателя, пока между нами действует контракт.

Еще во время нашей переписки с Катюшей в «Бриззере» я понял скрытые мотивы ее предательства. Это же очевидно и лежит на поверхности. Так чего она удивляется, что ее раскусили? Или наемница совсем меня за дурака держит? Считает тупым кровожадным бычарой? Кстати, не исключено, что именно Кэт и уговорила Карло напасть на нас. Я не уверен, это всего лишь подозрения. Но если виновница – она, долго ей не прожить. Я скоро узнаю правду – на пыточном столе Папа Карлорасскажет мне абсолютно все.

Катюша молчала с полминуты, придумывая, как вырулить из сложной ситуации в нужную ей сторону. Вскоре последовало осторожное:

«Мел, да ты чего? По сути банды Центральных больше нет, осталось лишь название. И не зови меня Кэт».

«Ну, заново набрать бойцов дело нескольких дней. Уверен, ты предусмотрительно прокачала Лидерство и сможешь стать главарем. Ведь твой план был именно таков, Кэт?»

«Допустим. И что здесь плохого? Я помогла тебе, ты мне. В любом случае, мы с тобой теперь на одной стороне».

«Нет. Возможно, сейчас мы не враги, но и не союзники это точно».

Даже пьяным в стельку или в бреду я не стал бы доверять ей. Безопаснее заключить союз с гремучей змеей, чем с Катюшей.

«И к чему ты клонишь?» – после паузы отозвалась она.

«”Слепой снайпер”. Тебе придется воспользоваться им, чтобы выйти из банды Центральных».

«Какая глупость! Я не хочу перераспределять очки, сейчас у меня оптимальный набор навыков. Он меня более чем устраивает. Я слишком долго прокачивала нужные характеристики, что бы сейчас, одним махом, их потерять».

«И все же тебе придется».

«А если нет?»

«Тогда ты разделишь участь остальных. Так или иначе, но банда Центральных перестанет существовать. Вся, до последнего бойца. Так что или “Слепой снайпер”, или… Решай, Кэт».

«Да прекрати ты называть меня Кэт! Терпеть этого имени не могу. Я Катюша, понятно тебе?» – наемница пришла в бешенство.

«Да, Кэт. Твое решение?»

«А ты, оказывается, та еще неблагодарная сволочь, Мел. Какой бы мотив у меня не был, по факту я помогла тебе. Предупредила».

«Я не забыл и обязательно расплачусь с тобой. Но только после того, как ты перестанешь быть Центральной».

«Но я же могу создать себе новую банду. Ты прав, я прокачала Лидерство и стану главарем, как только захочу».

«Конечно, Кэт, но только не на Бродвее. Не здесь».

«Ты изгоняешь меня?»

«Да, если ты станешь главарем».

«А будучи одиночкой я смогу остаться?»

«Сколько угодно, Кэт».

С минуту она молчала, обдумывая наш диалог.

Пришлось поторопить ее:

«Твое решение, Кэт?»

«Да подавись, сволочь!»

«Катюша вышла из состава банды Центральных», – оповестила программа.

«Ты должен мне, не забывай», – вместо «до свидания» пришло от Катюши. Бывшая подручная Папы Карло завершила диалог.

– Я помню, – сам себе сказал я и пошел вниз на площадь.

* * *

Перед тем как показаться на глаза островитянам, я отправил Борису в личку сообщение: «Сменил облик после использования ”Темной лошадки”. Предупреди бойцов».

«Понял, Ром».

Ни он, ни остальные островитяне моему новому облику ничуть не удивились – привыкли уже. Похоже, Отшельник пользовался «Темной лошадкой» частенько. Бойцы искренне старались смотреть мне только в глаза, игнорируя женские прелести, хотя пару взглядов украдкой на свою попу я все же поймал. М-да, надо как можно скорее восстановить прежний аватар, благо расходного материала теперь хватало.

Да-да, именно так – расходный материал. Понимаю, звучит цинично, но я не мог думать о пленниках по-другому. При одном взгляде на метку банды Центральных или Технарей, во мне поднималась ненависть. Тяжелая, горячая. Ведь именно эти две банды убили Ника и Динка.

Кстати, о Технарях. Я собирался заняться ими прямо сейчас.

Легок на помине, объявился Лоташ.

«Приветствую, Мел. Кажется, между нами возникло небольшое недоразумение. Ты как насчет того, чтобы уладить все без стрельбы? Понимаю, что совершил ошибку, когда повелся на уговоры Папы Карло. Поэтому хочу преподнести тебе презент: космический перехватчик класса ”Махан++” с полным вооружением. Быстрее и круче корабля в нашем секторе Галактики не найти».

В сообщении было что-то еще, но я уже не смог дочитать – буквы расплывались, превращаясь в одну бесформенную кляксу. В глазах потемнело. От моего наносного спокойствия не осталось и следа. Сердце пулеметной очередью ударило по ребрам.

За Ника и Динка – какой-то перехватчик?! Пусть и лучший в Галактике!

Ослепленный яростью и горем, я воспринял щедрое предложение Лоташа, как издевку, как оскорбление.

«Не пойдет. Этого слишком мало», – меня потряхивало от ненависти, зубы стучали так, что с них отлетала эмаль.

* * *

– Мало?! – Лоташ просто глазам своим не поверил. – Да ты издеваешься! Мой перехватчик стоит, как половина твоего долбанного Острова!

Главарь Технарей собирался ответить оборзевшему Потрошителю в резкой матерной форме, но его внимание привлекли системные сообщения:

«Той ан Рин активировал ”Слепого снайпера” и вышел из состава банды Технарей».

«Алекс Лор вышел из состава банды Технарей».

Виртус… Корбин… Ламберт…

…вышел…

…вышел…

…вышел…

Один за другим, пираты шли на крайние меры – применяли «Слепого снайпера», чтобы покинуть банду.

Лоташ сейчас находился в своем кабинете в резиденции банды Технарей, которая, естественно, располагалась в Правом секторе Бродвея, причем в самой фешенебельной его части – на берегу Курортного озера.

Сообщения о том, что его банда сокращается прямо на глазах, застали Лоташа врасплох. Он выскочил из кабинета и громко позвал своего первого помощника:

– Барнс! Что происходит?

Бетианец Реджинал Барнс в этот самый момент шептался о чем-то в холле еще с тремя бойцами. Увидев разъяренного главаря, Технари исчезли так быстро, словно поголовно владели навыками «Хамелеон». Все, кроме Барнса. Лоташ успел ухватить его за предплечье:

– Ты, паскуда, заговор против меня плетешь?!

– Нет, капитан. Никогда!

– Тогда что тут происходит, ктулх меня раздери?!

Барнс замялся, избегая взгляда главаря.

– Говори, – Лоташ постарался справиться с нарастающим гневом и взять себя в руки. – Реджи, ты не можешь меня предать. Мы же с тобой столько вместе. И разве я тебя хоть раз с хабаром обижал? Или парней? Они что, недовольны дележом?

– Не в этом дело, капитан. Ты хороший главарь, – сказал правду Барнс. – Все делишь по-честному. И в бою за нашими спинами не прячешься.

– Тогда почему вы бежите из банды, как крысы с тонущего корабля?

– Мы боимся, – пряча глаза, признался Барнс. – Зря ты подписался с Карло против Потрошителей. Их главарь теперь не успокоится, пока нас всех под корень не изведет. Он же псих конченный. Да и все они там монстры отмороженные. За два дня уже две банды положили. В совокупности бойцов семьдесят в минус отправили. И это вчетвером.

– Случайность. Повезло просто.

– Нет. У них явно есть секрет, делающий их суперменами. Может, артефакт какой-то, не знаю. Вон чего Тимми с Лором рассказывают. Ты когда их втроем на площадь послал, против них вшивая «семерка» вышла. В одиночку. Без брони. С низкоуровневым дробовичком. А у Лора и остальных левелы от одиннадцатого и выше, сам знаешь. Плюс броня высшего класса.

– Ну? – поторопил Лоташ.

– Наши парни выпустили по этой «семерке» почти по три магазина, причем в упор, а Потрошителю хоть бы хны! Даже не закашлялся, гад! Зато он с наших почти всю броню снял. Они, говорят, еле ноги от него унесли. Еще чуть-чуть и им бы хана. Он просто бессмертный какой-то, урод!

– Небось, Тимми с Лором пьяные в хлам были, – не слишком уверенно возразил Лоташ. – С двух шагов мазали. Тремоло рук, глаза в кучку, вот и не попадали по нему.

– Ага. А Улей с Мостом тоже пьяные были? – заспорил Барнс. – Улея нашего положить, это тебе не зайчику икнуть.

Улей и впрямь считался одним из лучших бойцов Технарей. Умный, хладнокровный, умелый. Однажды на спор да ради куража он в одиночку со своими роботами взял ахтерийский транспортник с весьма богатым грузом.

– А теперь к Потрошителям еще и помощь с Острова подошла. А ты сам знаешь, что там за бойцы. Мы же два раза пытались Отшельника атаковать – и на Острове, и просто засаду устраивали, когда он в Центральный сектор ездил… Короче, не по зубам нам сейчас Мел, у него и количественный, и качественный перевес. Надо или с ним договариваться, или валить с Бродвея на хрен, – резюмировал Барнс.

Лоташ изменился в лице, чувствуя, что поддается всеобщей панике, но, будучи по характеру бойцом, привычно подавил в себе страх, загнал в самую глубь подсознания. Спросил:

– Ты тоже применишь «Снайпера», Реджи?

– Нет, – Барнс покачал головой. – Я не брошу тебя, мы ж вроде как кореша. Ты только это… Постарайся сгладить терки с Потрошителями. Уж очень неохота…

Он замолчал, не договорив. Лоташ понимающе кивнул:

– Я постараюсь.

Главарь поредевшей банды космических пиратов вернулся в кабинет и набрал сообщение Рому Мелу:

«Сколько ты хочешь отступного? Назначь свою цену!»

«Жизнь. Твоя и всех остальных Технарей», – недвусмысленно прилетело в ответ.

Лоташ закрыл переписку и несколько минут бездумно пялился в окно на зеленеющие кусты и раскидистые деревья парковой зоны, которая окружала особняк-резиденцию зеленым кольцом, а затем постучался в личку к Морфию: «Денис, я прошу твоей защиты. Мы сейчас сможем поговорить?»

* * *

– Здесь мы закончили, Мел, – ко мне подошел Петровский. – Наши дальнейшие действия?

– Возвращаемся в Правый сектор. По дороге закинем пленных на Остров и в гости к Технарям.

Я повернулся спиной к руинам таксопарка и пошел в бронемобиль, не оглядываясь. Здесь мне больше делать нечего. Я знал, что сюда уже не вернусь. Это место перестало быть моим домом, превратившись в склеп, в котором навеки остались друзья.

Да, я знаю, что по правилам «Ваншота» через пару-тройку дней тут может стоять новенькое, с иголочки здание, битком набитое такси, лишь бы были лефты и желание вкладываться в ремонт. Но я не стану ремонтировать его. Пусть руины навеки останутся памятником двум отличным бойцам…

* * *

Возле резиденции Технарей нас поджидал сюрприз – ворота охраняли бойцы Морфия. При виде нашей вооруженной колонны, состоящей из нескольких бронированных машин, подчиненные короля Бродвея гостеприимно распахнули ворота, приглашая проезжать внутрь. Оружие висело у них за спиной, и вообще вели они себя совершенно не агрессивно.

– Наши действия? – сидящий рядом с водителем Петровский обернулся ко мне.

– Паркуйтесь на обочине и ждите меня, – я вылез из мобиля.

– Мел, может, отправить с тобой бойцов?

– Не надо, Боря. Просто ждите меня.

«А ты уверен, что вернешься?» – крупными буквами было написано у него на лице.

Я лишь плечами пожал. Если в дело вмешался Морфий, о войне с Технарями пока придется забыть. Хочется надеяться, что король Бродвея намерен усадить нас с Лоташем за стол переговоров и заставить помириться. Но, зная Морфия, на такой простой вариант он вряд ли пойдет. Уверен, Денис задумал какую-то пакость. Блин, и почему криминальным королем не мог оказаться кто-то глупее меня? Например, Папа Карло. Или тот же Лоташ. Так нет. Мне достался Морфий, этот гениальный сукин сын.

Ко мне подошел один из охраняющих ворота бойцов, обозначил легкий поклон и пробасил, стараясь придать голосу максимальную вежливость:

– Ром Мел? Вас Морфий ждет. Пойдемте, я провожу.

Что характерно, ни одного Технаря поблизости не было, двор наводнили только подчиненные короля. Плохой знак. Очень и очень плохой.

Денис ждал меня в небольшом внутреннем дворике, сидел в одиночестве на скамейке у тынянского розария, расслабленно откинувшись на спинку, и любовался цветами.

Боевик привел меня и тут же деликатно испарился. Мы остались вдвоем.

Морфий ни чуть не удивился моему женскому облику, значит, знал. Успели доложить. Интересно. Кто-то из островитян явно стучит ему.

– Присаживайся, – Денис благожелательно указал на скамейку. Выглядел он спокойным, умиротворенным и довольным, как слон.

Я помрачнел.

– Постою.

Сильный запах тынянских лиловых роз назойливо лез в ноздри, и как ни странно, успокаивал, вернее, гасил эмоции, окутывал пахучим ватным одеялом безразличия. Моя боль от потери ребят, злоба, настороженность, ярость постепенно развеивались, как дым после взрыва ракеты. Мне становилось все равно. Мысли скользили четко, плавно, словно я вдруг превратился в лишенный всяческих эмоций чистый холодный разум.

Накатило блаженство. Это состояние мне чрезвычайно понравилось. Только разум и никаких эмоций. Моя недостижимая мечта…

– Скажи, кайф? – Морфий посмотрел на меня с пониманием.

– Кайф, – согласился я.

– Жаль только, что розами часто дышать нельзя, иначе наступят необратимые изменения в психике.

– В смысле?

– В прямом. Крыша поедет.

– Ясно… Денис, поговорим о Лоташе. Ты не отдашь его мне, ведь так? И мирить нас не собираешься. Тогда что ты задумал?

Морфий проигнорировал вопрос, зато спросил сам:

– Знаешь, Ром, за что я люблю «Ваншот»?

– За драйв?

– За ощущение жизни. Нет, правда, только здесь я по-настоящему понял, что такое жить. Ведь там, в реальном мире, я был калекой, привязанным к инвалидному креслу, без надежды хоть когда-нибудь пройтись босиком по траве. Мне оставалось лишь думать и считать. Я создал финансовую империю с нуля, спонсировал кучу медицинских исследований в надежде на исцеление. А потом появился «Ваншот». И я понял, вот то, что надо.

Опаньки! Вот это откровенность.

– Здесь опасно. Ты мог бы выбрать любой мир-рай, – я вспомнил рассказы Спока о корпорации «Вторая жизнь», которая создавала для богатеев виртуальные миры с полным погружением, куда они могли переселяться после смерти.

– Я пробовал, покупал демо-версии, но это все лажа, – возразил Морфий. – Скучное, пресное, ненастоящее.

– В «Ваншоте» не заскучаешь, это точно, – я протянул руку к ветке с розой, резко сжал пальцы, чувствуя, как длинные острые колючки рвут кожу, и ладонь становится мокрой от крови. Странно, но даже боль была приглушенной и какой-то ленивой.

– Эти розы – эмоциональный наркоз. Из них делают лекарства для психических больных. Ты не знал? – Морфий улыбнулся.

– Нет. Я почти ничего не знаю о твоем реальном мире.

– Странно. Я думал… И как много ты забыл при оцифровке? – Денис нахмурился. Морфий был уверен, что я, как и он сам, помню абсолютно все.

– Я ничего не забыл. Просто не знал. Скажи, а как ты понял, что мне известно про «Ваншот»?

– После аукциона, на котором ты выставил мой лефт. Вернее, твой геймер за тебя. Обычный шотхолл не способен на такой шаг. Вообще, крайне мудрый ход с твой стороны: взять в помощники геймера, – Денис сделал паузу. – А ты? Когда про меня все понял ты?

– Во время нашего первого разговора. «Жизнь игра», и еще кое-какие твои оговорки. Ты так проверяешь всех шотхоллов? Помнят они или нет?

– Проверяю, – согласился Денис и предложил: – Может, расскажешь, кто ты и откуда? Ведь ты понимаешь, что дальше меня твои откровения не пойдут.

– А нечего рассказывать. Несчастный случай. Брак при оцифровке. Я сохранил память и личность и сумел уговорить оцифровщика не удалять меня.

– А кем ты был до смерти? На какой планете жил в реальном мире?

– Денис, сейчас я не готов это обсуждать. Возможно, позже. Кстати, ты не боишься, что «Ваншот» рано или поздно закроют? Тогда всем шотхоллам, и тебе в том числе, придет конец. Это же коммерческая игра, а не твой личный мир. Она существует, пока у геймеров есть к ней интерес.

– Игра будет существовать до тех пор, пока моя корпорация финансирует разработки. А денег там хватит на сто жизней. Так что я бессмертен, – Морфий фыркнул, но быстро стал серьезным. – Что ж, раз ты отказываешься ответить мне откровенностью на откровенность, то вернемся к делам. Итак, Лоташ. Ты хочешь отомстить ему.

– Вот именно. И ты прекрасно понимаешь, что не сможешь защищать его вечно. Я все равно достану эту сволочь. Если не здесь, на Бродвее, так в космосе. Устрою ловушку в виде подставного транспортника, а когда Технари нападут, положу их всех. Они же пираты, подловить их легче легкого.

– Согласен, – Денис кивнул. – Поэтому я не намерен его защищать. Я поступлю иначе. Пойдем.

Мы покинули розарий, вошли в красиво обставленную гостиную. Там на шикарном ковре на коленях стояли Лоташ и несколько Технарей. Их держали под прицелами боевики короля.

– Ты ж гад, – я понял замысел Морфия, восхищаясь им и досадуя на него одновременно.

Денис подмигнул мне: типа, ты же и сам все понимаешь, по-другому я поступить не могу.

Я лишь руками развел. Морфий снова обыграл меня. Уберечь от моей мести Лоташа он бы не смог – я четко дал понять, как именно уничтожу банду. Но и отдавать Технарей мне Денис не собирался, ведь став наследником богатой банды космических пиратов, я вновь получил бы скачок в развитии, завладев их флотом. А Морфию сильный конкурент в моем лице на Бродвее совсем ни к чему. И он нашел изящный выход в свою пользу. Одним выстрелом Морфий сейчас убьет сразу трех зайцев: напомнит всем, кто на Бродвее хозяин, не даст мне развиться, и сам станет наследником Лоташа.

Мне оставалось лишь смотреть, как он берет бластер и разносит череп Лоташу, а его боевики гасят остальных пиратов.

«Банда Технарей больше не существует».

– Доволен? Твои ребята отомщены, – Морфий подошел ко мне. – Официальная версия такова. Весь Бродвей знает, что развязывать войну без моего разрешения нельзя. Центральные и Технари нарушили этот закон, первыми напав на Потрошителей, и понесли наказание.

– Браво, – был вынужден признать я. – Ты та еще сволочь, Денис, но очень умная.

Мы говорили тихо, чтобы его боевики нас не слышали.

– Я очень щедрая сволочь, раз не стал отбирать у тебя Папу Карло. Ты приподнимешься за его счет, – возразил Морфий.

Я скорчил выразительную гримасу. Центральные хоть и процветали, но даже рядом не стояли с Технарями, которые были самой богатой бандой Бродвея, в финансовом смысле уступая лишь самому Морфию.

– А теперь давай серьезно, Мел, – продолжал Денис. – Если ты сцепишься еще хоть с одной бандой Бродвея, то в следующий раз на коленях передо мной уже будешь стоять ты. Это последнее предупреждение. Так что прошу тебя, Мел, угомонись. Я не хочу воевать с тобой. Но Бродвей – это моя делянка, и я не намерен делиться ни с кем. Развивайся где-нибудь в другом месте, а на Бродвей возвращайся отдыхать и развлекаться. И тогда на МОЕЙ станции я гарантирую тебе полную и абсолютную безопасность.

Я хмыкнул: вот ведь ирония судьбы. Всего полчаса назад я фактически изгнал Катюшу с Бродвея, а теперь Морфий прогоняет меня самого.

– Договорились, Ром? – поторопил с ответом Денис.

– Я подумаю об этом, – может, он и прав. Я и сам чувствовал, что на Бродвее мне становится тесно.

– Думай, но не тяни с решением. Кстати, если захочешь поболтать за рюмкой коньяка, приходи в любое время. Буду рад такому собеседнику, – Денис протянул мне руку на прощанье. Я искренне ответил на рукопожатие.

* * *

Всю ночь и следующий день я провел в пыточной Острова с пленниками, безуспешно пытаясь нащупать очередную точку «Ваншота».

Мои удары хоть и не давали желаемого результата, но мало-помалу приносили очки опыта. Еще бы! При наших-то с пленниками разницах в левелах. Так что я почти не удивился выскочившему системному сообщению:

«Достигнут новый уровень. Альтернативный облик отменен. Возврат к основному аватару. Раса: ирриец. Текущий уровень: одиннадцатый.

Достижения основного облика – статус: действующий, блокировка снята.

Навыки основного облика – статус: действующие, блокировка снята.

Навыки и достижения альтернативного облика аннулированы».

Несколько минут неприятных ощущений, и вот он я – ирриец одиннадцатого уровня во всей красе.

Радости не было. Облегчение – да, но с некоторой толикой равнодушия. Предложи мне кто сейчас поменять жизни ребят на все мои навыки, уровни и достижения, согласился бы, не раздумывая. Но в «Ваншоте», как и в жизни, не бывает чудес…

Дважды приходил Петровский, звал сперва на завтрак, а потом на обед, но я отсылал его прочь, уверенный, что не смогу проглотить ни кусочка. При мысли о еде меня начинало мутить.

Я с новой силой обрушился на Папу Карло – именно он сейчас был прикован на пыточном столе, – пытаясь обнаружить точку Ваншота.

Я бил и лечил. И снова бил.

А уже под вечер заявился Спок. Он цвел и пах, был в приподнятом настроении и выглядел абсолютным победителем.

– Ром, я сейчас такое скажу, закачаешься. Новости – блеск! Сообщение тебе отправлять не хотел, тут надо лично, чтоб выражение твоего лица увидеть, когда ты услышишь, – он хихикнул в предвкушении. – Я сделал…

– Где ты был все это время, Спок? – перебил я. Сказал вроде и спокойно, но геймер малость побледнел. В моей душе с глухим ворчанием зашевелился зверь темной стороны, взглянул на Спока из-под набухших век, блеснул зрачками из покрасневших от многодневной усталости глаз.

– Ром, да ты чего? – Кошмар возмущенно всплеснул руками. – Я устроил наше с тобой будущее! Ты мне еще спасибо скажешь, когда узнаешь…

– Ты продал лефт? – вновь перебил я. С ножа в моей руке капала кровь, а на лезвии играли отблески огня жаровни. На столе громко стонал Папа Карло.

– Продал, – Споку стало не по себе. Он кивнул на пленника и заискивающе спросил: – А ты чего с ним делаешь? Точку Ваншота ищешь?

– Где деньги? – я проигнорировал вопрос.

– Так я не за деньги, – Кошмар оживился. – Лучше, гораздо лучше. Я подписал контракт с компанией… – он сделал паузу, многозначительно посматривая на меня. – Ни за что не угадаешь! «Двадцать пять планет»! Прикинь? Крутяк, да? Мы с тобой теперь богаты и знамениты. Ты понимаешь это, Ром?

Он счастливо засмеялся.

На миг я прикрыл глаза, пытаясь справиться с собой. Заговорил еще спокойнее и тише:

– Почему ты не продал лефт за эрды и не купил кит, как мы договаривались?

– Ром, да ты чего? Какой кит? Ты не понимаешь, что ли? Это ж самая крупная масмедийная компания на всю Вселенную! Да такой шанс бывает в жизни один раз. И я им воспользовался для нас обоих!

– В жизни один раз бывает только смерть, – я больше не мог владеть собой. Ярость прорвалась в голосе, во взгляде. – Динк и Швец погибли! Твои товарищи! Потрошители, как и ты. Их больше нет! Из-за тебя, – слова вылетали тяжелые, как могильные плиты. – Ты предатель, Спок. Ты продал ребят за горстку серебренников.

– Продал? О чем ты говоришь? Это ж всего лишь игра, а они шотхоллы, – геймер искренне не понимал, как можно переживать за компьютерный код.

– А кто, по-твоему, я? А?! – я подался вперед, почти касаясь кончиком ножа лица Спока. Тот отшатнулся.

– Ты… Ты геймер, как и я.

– Да? – я издевательски засмеялся. – А почему ж меня нет в геймерском чате?

– Потому что ты админ или тайный игрок, проверяющий, – Спок осекся. Только сейчас до него дошло, что отмазка-то гнилая. Ничто не мешало админу или тайному игроку присутствовать в общем чате. Доступ туда был закрыт только шотхоллам.

– Не может быть! – Спок охнул и уставился на меня круглыми совиными глазами.

– Я шотхолл, такой же, как были Динк и Швец. Понял? Мы живем, здесь, в «Ваншоте». По-настоящему живем! Так же, как ты там у себя в гребанном реале. Это – наша жизнь. Всё, что у нас осталось. Мы такие же, как ты. Между нами лишь одна разница. Ты в полной безопасности, а мы каждый миг ходим по краю. Ежечасно рискуем нарваться на пулю или нож. Ты думаешь, мы не боимся смерти? Или нам хочется жить меньше чем тебе? Отвечай!

Но он молчал, только смотрел обижено и растерянно.

– Ты все еще не понимаешь, да? Положи руку на стол! – внезапно резко приказал я.

– Что? – Мысли у него явно путались, а мир перевернулся.

– Руку. На. Стол. Ты что, боишься?

Спок пожал плечами, с деланным равнодушием выполняя требование.

Я ударил клинком, пробивая ладонь геймера насквозь, пришпиливая ее к столу. Кошмар вздрогнул и попытался оттолкнуть меня.

– Ты совсем офигел?!

– Спокойно, Спок. Просто скажи, что ты сейчас чувствуешь? Не игровой персонаж ЯТвойКошмар, а ты, настоящий? Тот самый парень, который сейчас лежит в игровой капсуле…

– Не в капсуле, они уже прошлый век, – машинально возразил Спок: – Сейчас в ходу зоны невесомости с передающими вирт-лучами. А чип идентификации внедряется прямо в мозг еще при рождении. На него и идет трансляция любой передачи или игры с полным погружением… М-да…

– Интересно. Я не знал про зоны… Так что ты чувствуешь?

– Давление на кисть. Как сильное нажатие, – с запинкой произнес он.

– А боль?

– Нет. Скорее неудобство.

Я вытащил лезвие, высвобождая руку геймера, и резко, двумя руками, вбил клинок по самую рукоять в подреберье Папы Карло, намеренно задевая нервный центр. Крик пленника едва не взорвал барабанные перепонки. Капли крови брызнули фонтаном, оседая на наших со Споком лицах. – А ему сейчас больно? Как думаешь, что чувствует он?

– Боль, мать вашу! – Карло выгнулся дугой, насколько позволяли оковы, и захрипел. – Мел, не надо. Остановись. Мы можем договориться. Я откуплюсь. Заплачу!

– Заплатишь. Обязательно. За все и сполна. А сейчас заткнись. – Я вновь повернулся к геймеру. Повторил: – Для шотхолов это не игра. Это жизнь. И здесь все всерьез: боль, кровь и смерть.

Глаза Спока сузились. Лицо стало хмурым и напряженным, губы превратились в нитку.

– Если б я мог сейчас причинить тебе боль, настоящую, как ему, – я кивнул на стонущего пленника, – то сделал бы это, не задумываясь. А потом прикончил бы тебя. За ребят, за предательство. Раздавил, как мерзкого жука-вонючку. Но я не могу. Ты же у нас бессмертный геймер, – в моем голосе прозвучали ненависть и презрение. – Поэтому просто уходи. Ты больше не Потрошитель.

«ЯТвойКошмар исключен из банды Потрошителей», – зафиксировала мое решение программа.

– Давай, шагай навстречу своему богатому и знаменитому будущему, ты сполна заплатил за него кровью ребят.

Спок не тронулся с места. Стоял и молча смотрел на меня, а его взгляд наливался ненавистью.

– Убирайся! Проваливай, урод! И больше никогда не попадайся на моем пути. Если встречу, раздавлю! Ты понял?!

Он резанул меня лютым взглядом и пошел прочь неестественной прямой походкой, будто зомби.

А я повернулся к Карло, в который уже раз пристраивая аптечку у него на груди.

– Зачем ты это делаешь? – прохрипел он. – Мстишь за своих? Просто убей!

– Обязательно. Но чуть позже.

Я постарался взять себя в руки, жалея, что на Острове нет садика излиловых тынянских роз, и погрузился в размышления, надеясь холодной логикой восстановить душевное равновесие и хоть чуть-чуть притупить невыносимую боль от потери Ника и Динка.

Итак, точки Ваншота. Все имеющиеся на теле человека критические зоны я перепробовал. Но такие крутые точки и не должны лежать на поверхности.

Наверняка, разрабам приходилось уже неоднократно менять расположения «ваншоток», изобретать какую-то новую систему. Не думаю, что точки назначались совсем уж рандомно. До сих пор разрабы выказывали себя чрезвычайно эрудированными и следующими логике людьми. Рандом – не их стиль.

Так какие же еще системы, связанные с телом человека, мы знаем? Китайское иглоукалывание? Гирудотерапия? И там, и там за основу берут точки акупунктуры. Их я уже попробовал – перебрал одну за другой. Порожняк.

Есть еще разные тайные восточные боевые системы, например, знаменитый китайский Дим Мак – «ядовитая рука» или искусство поражения нервных центров. Его еще называют «отсроченная смерть». Один из таких приемов показан в блокбастере «Убить Билла».

Дим Мак – не просто набор ударов, это скорее настоящая философия боя, основанная на мудрости древних даосов. Техника «отсроченной смерти» строится на стимуляции определенных энергетических точек, которая через некоторое время приводит к обмороку, увечью или летальному исходу в зависимости от целей того, кто наносит удар.

В свое время я увлекался изучением этой системы, собирал по крупицам информацию, но на практике, естественно, применять не доводилось. До сих пор.

Вообще, цели у Дим Мака и ударов в стиле Ваншот разные – первый подразумевает отсрочку приговора, а второй, наоборот, несет мгновенную смерть, что следует даже из самого названия. Да, на первый взгляд, системы противоречат друг другу. Но, может, разработчики приняли данный парадокс за основу и пошли на то, чтобы сочетать не сочетаемое?

А что мне мешает проверить?

Насколько я помню, одна из точек Дим Мака находится между бровями в области так называемого третьего глаза. Она называется «Инь-тан» или «точка управляющего сосуда». Но по некоторым данным она все ж таки внеканальная. Зато другая – «Лин-сюй», «точка канала почек», – действующая. Располагается в межреберье и ее стимуляция, читай поражение, вызывает летальный исход.

Ну, что ж, попробуем. Я тщательно проверил, чтобы линия жизни Папы Карло полностью восстановилась, и нанес удар.

Пленника на краткий миг охватила внутренняя дрожь, я ощутил ее по тремоло клинка – так бывает, когда пробиваешь сердце. Но сейчас я бил немного ниже и все же явственно ощущал знакомую дрожь. Папа Карло дернулся в последний раз и затих, его расширившиеся глаза начали стремительно стекленеть, а хелсбар упал до нуля.

Готов. С одного удара. А значит…

Бинго!

«Внимание! Удар “Ваншот” зарегистрирован, – подтвердила мой успех программа. – Два из десяти, до следующего достижения осталось восемь».

«Банда Центральных больше не существует».

«Вы достигли двенадцатого уровня. Есть нераспределенные очки. Распределить?»

А, пожалуй, пора. У меня накопилось аж шесть очков. Так куда же их вложить?

Думал не долго: три в Интеллект и три в Лидерство.

«Получено: Интеллект: 300 баллов. Всего 440 баллов. Присвоено достижение: “Умник”. Теперь вы можете активировать и использовать артефакты четвертого уровня».

Не бог весть что, конечно. К примеру, артефакты уровня «Сундука мертвеца» мне все еще не доступны. Зато могу теперь использовать всякие лечебные или повышающие навыки, а их в моей копилке полно, благодаря Круизникам.

«Получено: Лидер 300 баллов. Всего 420 баллов. Присвоено достижение: “Предводитель”. Теперь вы можете набирать в свою банду до двадцати пяти бойцов».

«Рейтинг банды Потрошителей + 100. Внимание! Банда вышла из антитопа!».

Наш рейтинг ощутимо подрос, еще недавно он был минус двести. Следующее сообщение пояснило причины такого роста:

«Основной бизнес: территория всего Центрального сектора теперь подконтрольна Потрошителям». Ну, да, ведь банда Папы Карло перестала существовать.

«Вы стали наследником…»

Дальше я читать не стал. Смахнул сыплющиеся, словно зерно с элеватора, системные сообщения. И так ясно, что Потрошители в очередной раз сильно приподнялись.

Потрошители?!

Мне захотелось выть в голос и колотить кулаками по стенам: какие к черту Потрошители, если в банде остался я один?!

Ник… Динк…

Никогда не думал, что так тяжело терять…

Словно прочитав мои мысли, объявился игровой бот и развернул целый список новичков, которых предлагали в банду Потрошителей – алгоритм «Ваншота» стремился заполнить образовавшуюся пустоту.

Кто бы еще смог заполнить пустоту в моей душе!..

Чтобы отвлечься, я принялся внимательно изучать кандидатуры. Как ни крути, а Потрошителей надо возрождать. И, кстати, пора бы уже, наконец, вплотную заняться Островом – познакомиться с персоналом, проверить баланс доходов и расходов. Чувствую, следующие несколько дней у меня будет хозяйственных дел невпроворот. Оно и к лучшему – мне сейчас, что угодно сойдет, чтобы заглушить боль от гибели ребят.

Я занимался делами всю ночь напролет, а под утро внезапно объявилась Катюша:

«Мел, надо срочно встретиться», – упало в личку.

Хочет получить награду за помощь? Скорее всего. Что ж, я готов. Долги надо отдавать в срок.

«Ок, Кэт. Давай через полтора часа в “Бриззере”».

Чуть ранее,

Реальный мир,

Август 2555 г.

Прочитав почту, Алексей Тур издал сдавленный звук, то ли закашлялся, то ли подавился, а затем громко и от души выматерился.

– Чего там? – забеспокоился Томас.

– Он сделал это, – пояснил Тур. – Сделал!

– Наш джокер?

– Кто ж еще.

– А поподробнее? – Томас нахмурился.

– Он засветился по полной. И даже раньше, чем мы рассчитывали.

– Рассказывай по порядку, с чувством, с толком, с расстановкой, – потребовал Томас.

– Ладно. Начнем с того, что некая Кон ан Дим подала на него заявление в полицию.

– В смысле? – не догонял Томас. – Что за полиция в «Ваншоте»?

– Да причем тут «Ваншот»! Она заявила в РЕАЛЬНУЮ полицию! В свою, тынянскую, но заявление тут же перенаправили галам (*галы – бытовое название галактической полиции Содружества Млечного Пути, аналог нашего интерпола). Делами геймеров именно они занимаются.

– Геймеров?! – вытаращился на напарника Томас.

– Ага, – Тур хмыкнул. – Слушай. Два дня назад жительница планеты Тын-ян некая Кон ан Дим обратилась в местное отделение полиции с требованием защитить ее от геймера под ником Ром Мел. Он якобы угрожал ей расправой, причем в реале. Ему вроде как известен ее адрес, ай-пи и прочее.

– Во дает! – Томас хмыкнул и в восхищении ударил себя ладонями по коленям. – Джокер блефует, конечно, но зверски убедительно, раз она поверила. А свой адрес девчонка, небось, сама ему дала. Наверняка перепихнулись в игре. Я видел, как они поднимались в траходром.

В тот день, о котором шла речь, была его очередь наблюдать за джокером. Он видел, как тот ошивался в «Бриззере», как разговаривал с разными персами, в том числе женщинами, и пару раз поднимался в вип-кабинет. Что происходило в вип-кабинетах, оставалось за кадром, камеры удалось установить только в общем зале клуба. Поэтому едва не прозевали смену образа Джокера. Помогло полученное задание на устранение главаря Потрошителей, Тур успел взять его у некоего Папы Карло до того, как тот погиб.

– Потом ей добавки в реале захотелось, – продолжал Томас, – вот и сказала ему, кто она и где живет. А он, видно, втирал ей, что геймер.

– Кон ан Дим утверждает, что секса не было, – возразил Тур. – Адрес ему не давала, он сам узнал. И начал угрожать.

– Интересно, зачем? – удивился Томас.

– Какая разница. Главное в другом. Галы тут же провели предварительную проверку и убедились, что никакого геймера с таким ником в игре нет. Есть простой шотхолл. Вот из переписки дознавателя с оперативником… – Алексей пролистал почту, отыскивая нужный фрагмент, зачитал вслух: – «У дамочки, видать, крыша-то в полете, а куда летит, сама не знает. Перепутались в ее бедном мозгу вирт и реал». «Ох, уж мне это полное погружение». «Мужика ей хорошего надо». «Или психиатра»… Дальше в том же духе. Дело даже не было открыто ввиду отсутствия состава преступления.

– А в чем тогда засветка? – не понял Томас.

– В том, что барышню такой результат не устроил, и она теперь сидит в чатах и рассказывает всем страшилки о маньяке-убийце Роме Меле, который вроде как и шотхолл, но способен выходить в реал из виртуального пространства и убивать.

– Пипец, – резюмировал Томас. – Ну, что, поднимай ребят. И еще нам нужны дополнительные наблюдатели.

– Вот-вот, – Тур поспешно активировал сигнал экстренной связи: – Внимание, группа. Боевая готовность. Джокер засвечен. Охота на живца началась…

ГЛАВА 13. BLOOD BATH

ГЛАВА 13. BLOOD BATH

(*Blood bath – англ. Кровавая баня)

В шлюзе Правого сектора я заплатил офицеру «Феникса» пошлину за проезд, привычно отмахнулся от нищих и собирался сесть в мобиль, но тут дорогу заступил один из неписей-попрошаек. Лицо было мне знакомо – он постоянно отирался в шлюзе, вот только сейчас его поведение не вписывалось в стандарт. Обычно, получив отказ, НПС тут же отваливали в сторонку, но этот проявил неожиданную настойчивость, схватив меня за рукав.

«Админы скрипты ему изменили, что ли?» – промелькнула мысль.

– Друг, купи, а? – загнусавил непись, протягивая какой-то грязный и рваный кулек. – Недорого возьму.

– Ничего не надо, – я брезгливо отстранился, но попрошайка и не думал отступать. Он развернул свой пакет и настойчиво ткнул мне в лицо содержимое: бутылку «хлорки» в замызганной пластиковой таре. В качестве оберточной бумаги использовался сальный, весь в пятнах, обрывок какой-то топографической карты.

– Купи, камрад, – продолжал канючить непись, очевидно не собираясь пропускать меня к мобилю. – Всего десять лефтов. Почти даром.

– А ты не оборзел? – хотел было возмутиться я, но в последний момент сдержался.

Что-то здесь не так. Лицо попрошайки странновато подергивалось. Поначалу я решил, будто это нервный тик, но внезапно понял – он мне подмигивает! Видно админы меняли поведенческий сценарий непися на скорую руку и не успели сделать ему качественную анимацию.

– Ладно, убедил, покупаю, – не торопясь, я отсчитал десять лефтов, лихорадочно пытаясь понять, что здесь происходит. Сценарное задание? Тогда почему нет оповещения от системы? Почему не спрашивают, согласен ли я?

Все страньше и страньше…

– Вот спасибо, добрый человек, – попрошайка заулыбался и сделал вид, будто передает мне бутылку, а сам развернул передо мной обрывок карты и прошептал одними губами: – Сфоткай. Быстро!

Он имел в виду встроенную функцию всех персонажей: «фото и видео съемка», но я лишь отрицательно покачал головой. Карта уже крепко-накрепко впечаталась в память.

Попрошайка кивнул и протянул мне «хлорку», а карту быстро скомкал и спрятал в кулак, для верности заведя руку за спину. Похоже, требовать ее бесполезно. Судя по решительному настрою, бродяга готов съесть этот грязный кусок бумаги, если я буду настаивать. Да и хрен с ним. Пусть подавится.

Покинув Правый сектор, задал автопилоту мобиля маршрут и принялся рассматривать карту. Незнакомый городской квартал, причем полуразрушенный, судя по завалам посреди улиц. В «Ваншоте» так выглядели поселения, пострадавшие в результате войны с Шостарями – десятки, если не сотни, тысяч городов. Целые планеты до сих пор лежали в руинах.

М-да. Кажется, у меня проблема. Чтобы понять, где находится этот квартал, нужно просмотреть охрененную тучу карт, но в «Ваншоте» их нет в свободном доступе, можно только купить за деньги. Сотни тысяч карт! Огромные траты. Так стоит ли игра свеч?

Оповещение системы о полученном задании так и не поступило.

Я никак не мог решить, что делать с доставшимся мне странным образом «богатством». На ум пришла избитая фраза некоего генерала из популярной комедии:

– Что это было? Ну, вы, блин, даете!

* * *

Клуб «Бриззер» как обычно встретил полутьмой и музыкой, целью которой явно было взорвать слушателям мозг.

Я пробился к барной стойке, заказал «хлорку» и стал осматриваться в поисках Кэт.

– Не ищи, Катюша не придет, – раздался рядом со мной мужской голос. Он принадлежал персу восемнадцатого уровня, класс Аномал из расы людей. Геймер, значит. – Тебя позвал я.

Проигнорировав его, я залпом опрокинул в рот «хлорку», поморщился – крепкая зараза, и повернулся, собираясь уходить.

Он малость подзавис – такой реакции от меня явно не ожидал. Думал, я накинусь с расспросами, и тогда контроль над разговором будет у него. Ага, щас. Видно, не встречал ты еще настоящих прирожденных манипуляторов, лошара. Иначе знал бы, что лучший способ заставить противника играть по твоим правилам и вынудить сразу выложить козыри на стол, это сделать вид, что тебе на него забить. Типа, абсолютно не интересно, чего он такого важного может сказать.

– Стой, – Аномал ухватил меня за плечо, останавливая. – Нам надо поговорить.

– Мне – не надо, – я продолжал придерживаться выбранной тактики разговора.

Сработало. Геймер матернулся и сказал с растерянностью и злостью, явно не то, что собирался изначально:

– Твой Динк у нас.

Такого удара ниже пояса я не ожидал. Резко повернулся к Аномалу, смерил тяжелым взглядом:

– Динк погиб.

– Он жив. Мы вытащили его.

– Кто вы? И куда вытащили?

– Ага. Значит, сейчас ты готов поговорить? – геймер издевательски осклабился, но быстро стал серьезным. – Только не здесь. Тут все пишется. На улице стоит темно-синий мобиль, садись в него, отъезжай за угол и жди меня.

Его не было минут десять, я уже начал терять терпение. Наконец, дверца мобиля открылась, геймер плюхнулся на сидение рядом со мной и велел:

– Двигай по дороге в Правый сектор.

Я спорить не стал, задал путевому компьютеру нужное направление.

– Ну, что, Роман Мельников, давай знакомиться, – вновь заговорил геймер. – Я Алексей Тур.

Настала моя очередь подвисать. Не поручусь, что в этот самый момент у меня челюсть не упала ниже колен.

– Да, Рома, да, я знаю про тебя все, – подтвердил Тур.

Из меня едва не посыпались самые бестолковые вопросы в мире: откуда, как, почему? Но от изумления вначале не смог и слова произнести, а потом в сознании всплыло главное: Динк. То, что геймер знает обо мне правду, может иметь тысячи объяснений, и самое очевидное: ему рассказал тот самый оцифровщик Виталий Лирков с ником Лирик, который внедрял меня в игру. В любом случае, осведомленность геймера мало что меняет. Поэтому сейчас самое приоритетное – известие о рингуанце.

– Ты сказал, что Динк жив? Где он? – мой голос прозвучал почти спокойно, но чего мне это стоило, знал только я сам.

В глазах геймера промелькнуло нечто, похожее на уважение с толикой удивления. Видно, он снова ожидал от меня совсем другой реакции и других слов. Тем не менее, Тур ответил:

– В Бладбатле. Слышал о таком?

– Нет. Судя по названию, «Кровавая Баня». Веселое, должно быть, местечко.

– Да уж, там точно не соскучишься, – геймер скорчил выразительную гримасу.

– И где этот Бладбатл находится? В «Ваншоте»?

– Конечно. Так называются закрытые комнаты или можно назвать их локациями, где проходят особые сражения, – начал рассказывать Тур. – В «Ваншоте» кроме обычного открытого мира и всевозможных миссий есть еще нечто вроде площадок для гладиаторских боев, где можно делать ставки на победу одной из сторон, заключать пари.

Пари! Так вот о чем говорил Лирик, когда мы с ним сговаривались, что он будет зарабатывать на мне деньги в игре!

– Странно. Я никогда ни от кого не слышал о Бладбатле, – высказал я свои сомнения. Игровая память персонажа Негатива так же не содержала сведений об этом месте.

– Все верно, – Тур кивнул. – Ты же шотхолл, а «Кровавая Баня» – чисто геймерская развлекуха. Вам о нем знать не положено.

– То есть шотхоллам вход закрыт? – еще больше удивился я. Как же Лирик собирался пропихнуть меня туда, интересно? И как там оказался Динк?

– Напротив, шотхоллы в Бладбатле – главное «пушечное мясо», только они потом не помнят об этом. Если шотхолл остается в живых после боя, то, прежде чем вернуть в открытый мир, ему заменяют последний пласт воспоминаний, например, на то, как он пил весь день в компании со шлюхами, а потом дрался в баре. Это чтобы не вызывало вопросов повышение опыта и навыков. Их в Бладбатле отмеривают сполна, щедрой рукой. Многие игроки и ходят туда, чтобы качаться. Правда, для геймеров участие платное. Ну, типа, как покупают входной билет.

Алексей поглядел в окно, что-то прикидывая, и скорректировал задание для путевого компьютера. Электромобиль съехал с главной улицы в переулок.

– Попетляем маленько, – пояснил свои действия Тур.

– Расскажи по порядку про Бладбатл, – попросил я.

– Обязательно. Ведь тебя тоже скоро возьмут туда.

Опаньки!

– Но об этом чуть позже, – продолжал геймер. – Вначале общая информация. Итак, предположим двое или больше игроков хотят организовать тотализатор, заключить пари на бой. Тогда они активируют меню Бладбатла. Далее, оплачивают создание комнаты и выбирают локацию из существующего списка или создают свою с помощью конструктора миров. Это могут быть городские улицы или этажи внутри здания: тюрьмы, завода, клиники. Или природный ландшафт: лес, горы, берег реки, лунный или калипсианский пейзаж. Короче, выбор огромный. Комнате дают имя в зависимости от фантазии организатора. Потом туда помещают персов. Тут тоже есть варианты, но чаще всего геймеры выходят против шотхоллов. Причем организатор локации продает билеты тем игрокам, кто хочет выйти на бой в его комнату. Выбор сражений огромен: дуэль один на один, группа против группы – все, что организаторам на ум придет. Иногда туда добавляют неписей-монстров, чтобы придать перчинки. Кстати, клановые войны между игроками тоже происходят в Бладбатле.

– А уровни? Равновесие в уровнях-то хоть соблюдается?

– Не всегда, но чаще все-таки противники равны, иначе кто же будет ставить бабки. Бладбатл ведь и создан ради тотализатора.

– А кто выбирает противников?

– Организатор данной конкретной комнаты, – ответил Тур. – Для Динка комнату создавал мой напарник Томас.

– А ты уверен, что Динк еще жив? – забеспокоился я. – Система сообщила, что он вышел из банды. И что его аккаунт не найден.

– Ничего ему не сделается, – Алексей ободряюще улыбнулся. – Томас ему спецом противников выше семерки не дает. А по поводу сообщений… Оказавшись в Бладбатле, Динк, как мне кажется, запаниковал маленько и зачем-то активировал «Слепого снайпера». Что уж там у него в башке крутилось, фиг разберешь, да только он зафигачил все очки в «Скорость реакции». Ну, и, естественно, перестал быть Потрошителем.

– А аккаунт? С ним что?

– Да все в порядке, я же говорю. При переходе в «Кровавую баню» иногда выскакивают сообщения про удаление аккаунта. Глюк. Но он быстро проходит.

Я вновь послал запрос. Теперь система оповестила, что Динк в «Ваншоте» и впрямь есть, только доступ к личным сообщениям заблокирован.

– Пообщаться не получится, – подтвердил Тур. – Пока игрок или шотхолл находится внутри боевой локации, связь с ним недоступна. Это сделано, чтобы отсечь возможность подсказок со стороны зрителей – требование тотализатора, ведь на пари крутятся немалые деньги. Короче, завтра вернем его тебе, примешь обратно в банду. Раньше никак. Комната покупается на три дня, и если она будет пустовать, то это вызовет подозрение, потому что плата за ее создание немаленькая, уж ты мне поверь.

Тур вздохнул про себя. Идея спасти хотя бы одного из Потрошителей была целиком и полностью их с Томасом, причем начальству об этой авантюре даже не докладывали, заранее зная ответ: не вмешиваться! Соответственно и бюджет на комнату для Динка им никто не выделял, да и времени не было его пробивать, так что они с Томасом скинулись из своих, кровных.

Зачем? Да чтобы хоть чуть-чуть завоевать доверие Джокера, потому что, когда тот узнает правду… Его реакцию на виновников своих бед не трудно предсказать. А Туру необходимо было склонить Джокера к сотрудничеству. И да, вступая с ним в прямой контакт, Алексей действовал на свой страх и риск, пойдя на прямое нарушение приказа начальства.

Тур снова вздохнул, понимая, что неприятностей со стороны руководства не избежать. Прилетит по полной, как пить дать. Но Алексей был абсолютно уверен, что Джокер должен знать, что происходит. Тогда у него появится хоть какой-то шанс уцелеть…

– А зачем вы Динка вообще туда запихнули? Не понимаю, – мой вопрос вывел геймера из задумчивости.

– Чтобы спасти ему жизнь, – просто ответил Тур. – В Бладбатл шотхолла можно выдернуть в любой момент, если за него проголосуют минимум два геймера. Правда, с одним и тем же шотхоллом повторять такое можно не чаще, чем раз в три месяца. Исключение составляют Боссы и персы, завязанные на сценарий, их вообще трогать запрещено… Ну, вот. Мы с Томасом увидели, что твоим парням вот-вот хана, проголосовали на скорую руку и организовали комнату.

«И, получается, заплатили за нее. С чего вдруг такая забота?» – я не на шутку встревожился, понимая, что Туру и Томасу что-то нужно от меня. За просто так эрды не башляют, а бесплатный сыр только там, где бошки летят. Впрочем, за жизни своих Потрошителей я готов на многое.

– А Швец? – мой голос дрогнул. В душе забрезжила безумная надежда.

– Его не успели, – Тур сочувственно посмотрел на меня. – Пока создали комнату, пока объявили тотализатор… К этому времени в живых оставался только Динк. Да и его успели выдернуть в самый последний момент. Еще секунда и… Не знаю, в курсе ли ты… Швец погиб первым, но у него открылось «Темное достижение» – я игровые логи подсмотрел. На три минуты он стал бессмертным. Собственно, Швец и спас Динка. Если бы не эти три дополнительные минуты, мы бы нипочем не успели.

– Понятно, – я отвернулся к окну, не в состоянии справиться с лицом, чувствуя, как предательски заблестели глаза, а горло скрутил спазм.

– Это твоя первая потеря? – тихо спросил Тур. – Раньше не доводилось товарищей терять?

– Нет. А тебе? – я кое-как взял себя в руки и выглядел почти спокойным.

– Приходилось, – в его голосе прозвучала такая тоска, что я понял, речь идет не об игре, а о реальной жизни.

– Говорят, со временем станет легче?

– Не станет. Ты просто учишься с этим жить, но иногда как накатит…

– Кто ты такой, Тур? А? – сам собой вырвался вопрос.

– Расскажу, Рома. Чуть позже. Если вернешься с Бладбатла живым… – Он осекся и поправился: – Когда вернешься, мы обо всем поговорим. А сейчас времени у нас с тобой в обрез, поэтому давай о главном. Ты наделал адского шума. Помнишь некую Кон ан Дим? Она прославила тебя на весь галанет (*аналог интернета в пределах Галактики Млечного Пути). Тобой заинтересовались серьезные игроки. Сейчас в геймерском чате только и разговоров, как ты разгромил Круизников и Центральных, получил лефт с автографом Морфия и выполнил бонус «Жемчужная Звезда». Многие игроки двадцатого-тридцатого уровня брались за этот бонус, но безуспешно, а ты, нубовая пятерка… Короче, комната уже создана. А не выдергивают тебя только потому, что несколько геймеров сцепились за право сражаться с тобой. Вернее, за право первого боя. Поэтому они устроили аукцион. Сейчас торги в самом разгаре. И ставки, скажу я тебе, не малые, – он фыркнул удивленно-восхищенно. – Создатель твоей комнаты просто обогатился!

– А кто он, не знаешь?

– Некий Лирик. Знакомы?

– Нет, – соврал я, подумав, что мы с Виталием Лириком теперь в расчете: похоже, он сполна получил обещанную плату за то, что не убил меня при оцифровке. – Ты говоришь, что шотхолам после Бладбатла стирают память. И мне сотрут?

– Обязательно. Позволь им сделать это. Не сопротивляйся, иначе выдашь себя. На самом деле, ничего страшного, пусть стирают. Забудешь только то, что было в самой «Кровавой Бане», а все остальные воспоминания останутся с тобой.

Ну, уж нет. Не хочу терять ни крошки информации. Правда, есть простой выход.

– Леш, а сможешь сделать запись моих поединков?

– Легко. Томас уже купил мне зрительский билет. Так что, после возвращения увидишь свои подвиги в полном объеме, – Тур ободряюще потрепал меня по плечу.

– М-да, – чего-чего, а подвигов мне совершать абсолютно не хотелось. На собственном опыте уже убедился, что подвиги хороши только по телеку, а в реале это страшно, больно и кроваво. – И когда меня призовут?

Прежде чем ответить, Тур сделал паузу, видно общался с кем-то в личке. Сообщил:

– Торги еще идут. Немного времени есть. Слушай внимательно о каждом из бойцов, их сильные и слабые стороны. Кстати, если успеем, покажу тебе игровые записи… Итак, среди противников есть один клан, называется «Дети тумана». Они выставят от одного до трех бойцов. Трое это максимум, больше нельзя – Лирик наложил ограничения.

Ага, видать боится, что толпой меня затопчут слишком быстро, и он не сможет продавать билеты на второй и третий день боев. Но даже три противника одновременно – слишком много. Вот гад же, Лирик! Мог бы ограничиться дуэлями один на один. Так ведь нет. Жадность его заела, обдолбыша.

– Но самый опасный среди противников некто Философ, – продолжал Тур.

– Кто?! – у меня упало сердце. Значит, этот маньяк-садист решил не ждать, когда я стану двадцаткой. Или испугался, что меня прикончит кто-то другой, и он не успеет отомстить. – А как же наша с ним разница в уровнях? Для тотализатора важно, чтобы противники были равны. Кто будет ставить на меня против такого монстра?

– Ты удивишься, – Тур неловко хмыкнул, – но ставки три к четырем. Говорю же, ты стал легендой. Но слушай о каждом из геймеров…

Алексей торопливо сливал информацию о противниках, я машинально кивал, а в мозгу стучала только одна мысль: «Философ! Против него мне не выстоять! Не выстоять…»

А вот интересно, существуют рай и ад для шотхоллов? Если да, то, кажется, мы с Николой скоро встретимся. В аду. Потому что рай не для нас…

ИСТОРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Выдержка из учебника новейшей истории реального мира, издание 2553 года:

«…в начале 23 века происходит резкий прорыв в технологии компьютерных игр. Создается так называемое полное погружение. Начинается бум масмедийной культуры. Происходит окончательное срастание кинематографа с игровой индустрией.

Полное погружение в виртуальную реальность начинает использоваться повсеместно, в частности для обучения при подготовке сотрудников полиции, астронавтов, бойцов космического патруля, а так же колонизаторов других планет.

Следующим шагом становится разработка процесса оцифровки матрицы человеческого (а впоследствии так же бетианского и тынянского) мозга в 2409 году. Считается, что такой процесс – путь к бессмертию. Умерший получает второй шанс на жизнь в виртуальном пространстве. Сама оцифровка не является дорогостоящей. Однако эксплуатация и обслуживание серверных центров требует огромных денежных вложений.

Создается межгалактическая корпорация под названием “Вторая жизнь”. Она предлагает самым состоятельным из граждан Звездного Содружества Млечного Пути заключать контракты на “жизнь после смерти”. Для оцифрованных олигархов в виртуальной реальности воссоздается их привычный мир до мельчайших подробностей, вплоть до компьютерного воплощения любимой собаки, интерьеров яхт, клубов, ресторанов, включая обслуживающий персонал и посетителей. Кроме того, оцифрованные имеют возможность по-прежнему руководить бизнесом, присутствуя на переговорах и совещаниях виртуально.

Так же для оцифрованных на выбор имеются еще несколько виртуальных миров фэнтезийного и исторического плана. Заключивший контракт на вторую жизнь может провести ее среди орков и эльфов или пиратствовать в Карибском море вместе с Морганом. Однако выбор становится окончательным, переписать код и переместить его в другую виртреальность не удается из-за особенностей процесса оцифровки.

Для организации и последующего ежедневного обслуживания виртуальных пространств корпорации “Вторая жизнь” требуются десятки тысяч профессионалов разной направленности: от дизайнеров и рендерщиков, до мощной службы безопасности для отражения многочисленных хакерских атак. Так же нанимаются сотрудники, которые отыгрывают ближайшее окружение оцифрованных олигархов, что бы воссоздать иллюзию настоящего человеческого общения, которое не в состоянии дать мобы.

В 2511 году некая, малоизвестная на тот момент компания-разработчик компьютерных шуттеров “Зертек” объявляет об использовании оцифрованных в качестве мобов в своих играх. Первые контракты на подобную оцифровку заключались с малоимущими тяжелобольными гражданами, которые получали солидные денежные вознаграждения с условием полного стирания личности и замены ее выдуманным персонажем. Тогда же впервые появляется термин “шотхолл”.

Заявление становится сенсацией, а опубликованная “Зертеком” игра взрывает рынок, выйдя на первые строчки популярности.

Новшество мигом подхватывают остальные компании сектора игровой индустрии, а так же корпорация “Вторая жизнь”, заменяя реальных игроков из обслуги олигархов шотхоллами.

На всех обитаемых планетах открываются стационарные и мобильные оцифровочные пункты, а навязчивая реклама настойчиво предлагает землянам, тынянам и бетианцам заключать соответствующий контракт…»

ТЕХНИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Текущий статус команды Рома Мела:

Ром Мел по прозвищу Негатив (ирриец) – класс Бандит, специализация Стритфайтер – главарь банды Потрошителей – двенадцатый уровень

Временный статус: Должник Морфия

Достижения:

«Главарь Потрошителей» – нашивка: оскаленная тигриная морда;

«Мастер-край корпорации Феникс» – нашивка: два огненных скрещенных меча;

«Мастер Ваншота» (ТОП-10) – нашивка: стилизованная мишень;

В «Копилке Ваншота» 2 удара из 10, осталось 8 до достижения «Виртуоз Ваншота»;

«Темная лошадка 1 ранга» (ТОП-10) – нашивка: черный, вставший на дыбы, силуэт коня на сером поле;

«Песочные часы» (ТОП-10) – нашивка: стилизованные песочные часы;

«Ловец Удачи» (низшее в своем классе) – нашивка: подкова счастья;

«Фартовый» – (среднее в классе) – нашивка: четырехлистный клевер;

«Хозяин Синей птицы» (максимальное в своем классе) – нашивка: ультрамариновая птица с раскинутыми для взлета крыльями и взъерошенным хохолком;

«Переговорщик» – за 300 очков в Харизме (низшее в своем классе) – нашивка: стилизованное рукопожатие;

«Шустрый веник» – за 300 очков в Скорости Реакции (низшее в своем классе) – нашивка: размытый перс, словно заснятый в момент очень быстрого бега, как супергерой Флэш.

«Умник» – за 300 очков в Интеллекте (низшее в своем классе) – нашивка: раскрытый ноут, на клаве которого лежат круглые, как у Гарри Поттера, очки;

«Предводитель» – за 300 очков в Лидерстве (низшее в своем классе) – нашивка: горный пик с короной набекрень.

Достижения «Темной стороны»:

(Нашивок не имеют)

Секретный класс. Только для шотхоллов.

«Зверь, который во мне сидит» – самопроизвольно активируется при виде аланийцев, тогда у Мела сносит башню, и он их убивает. Деактивируется, когда Мел видит свое отражение в воде или зеркале.

Навыки (максимально возможный 1000):

Новый навык открывается, если получено +100 очков или если распределяется балл, полученный за новый уровень, тогда сразу дается 100 опыта и открывается выбранный навык.

Достижения присваиваются при навыках: 300, 500, 1000.

Основные навыки (открытые):

Удача: 1000 – максимально возможное, далее очки за удачу не начисляются

Лидер: 120 + 300 (распределены очки за три уровня) = 420

Скорость реакции: 325

Харизма: 345

Стрельба: 110

Тактика боя: 100

Ближний бой: 256

Интеллект: 140 + 300 (распределены очки за три уровня) = 440

Неосновные навыки (неоткрытые):

Открытым навык считается от 100 единиц, и только тогда используется бонус, присущий данному навыку. При навыке менее 100 единиц бонус навыка не активирован, идет просто его накопление до сотни.

Скрытность: 40

Подрыв: 65

Защита: 5

Нападение: 67

Никола Швец (человек) – класс Бандит, специализация Громила, Потрошитель – восьмой уровень – достижение Темной стороны «Зомби, блин!» – погиб.

Динк (рингуанец) – класс Бандит, специализация Громила, Потрошитель – девятый уровень, максимально прокачана «Скорость реакции», достижение «Молния».

Спок (бетианец), геймер, игровой ник ЯТвойКошмар – класс Техник, специализация Инженер – шестой уровень – исключен из банды Потрошителей Ромом Мелом.