Валентина Коусин: 5 - ТОМ: Тёмная сторона иллюзии.

ГЛАВА 68 — СЕМЕНА СОМНЕНИЙ И БУДУЩЕГО

ТОМ 5 — ТЕМНАЯ СТОРОНА ИЛЛЮЗИИ

Яркий день. Город Люксембург. Обычные жители спешили по своим делам, солнце заливало улицы тёплым светом. Всё казалось мирным и спокойным — до тех пор, пока на одной из площадей не раздался пронзительный женский крик.

— Стойте! Погодите! А куда вы уносите моего мужа? Прекратите, пожалуйста!

Один из рыцарей в лёгких доспехах тащил закованного в наручники мужчину, грубо оттаскивая его от женщины. Рыцарь не обернулся, отвечая холодно, по-деловому:

— Извините, мэм, но по закону он обязан быть заперт в тюрьме. Он нарушил приказ о том, что нужно жить вечно с одной половинкой, и теперь поплатится за то, что изменял вам.

Женщина бросилась вслед, умоляя:

— Ну, я готова его простить! Прошу, не надо его забирать!

Рыцарь остановился на мгновение и обернулся, его голос стал жёстче:

— Нет. Ущерб уже причинён. Погибли два человека из-за его обличия демона. Так что — не ваше дело, женщина.

Женщина закричала в отчаянии:

— Это что за тупой закон? Почему вы, рыцари, такие безжалостные?!

Она резко выхватила нож и бросилась вперёд. Все, кто наблюдал за этим, замерли в ужасе. Но в тот же миг длинные серебряные волосы Зензе резко обвились вокруг её руки, обезвредив её.

Зензе спокойно сказала:

— Женщина, прекратите, пожалуйста. Мы понимаем ваше горе, но ничего не можем с этим поделать.

Женщина резко заплакала навзрыд, выронив нож:

— К чёрту этот закон! Чёртов этот мир! Даже в Ашуру и мир людей переехать нельзя из-за политики! И всё это из-за тупых демонов!

Она опустила взгляд, всхлипывая. Но в тот же миг в воздухе мелькнула красно-чёрная пчела. Она впилась в шею женщины — и та резко превратилась в монстра: двухметрового, с длинными конечностями, искажённого болью и яростью. Люди начали разбегаться, поднимая панику.

Но Зензе среагировала мгновенно. Она сломала ожерелье на шее женщины — то самое, в которое вселилась пчела. Женщина снова обратилась в себя и упала на колени, тяжело дыша.

Зензе связала её волосами и сказала:

— Вы расстроились любовно только из-за того, что вашего мужа уводят?

Женщина прошептала:

— Простите… Я…

Зензе оборвала её:

— Тогда вы тоже отправляетесь в тюрьму.

Она резко кинула женщину рыцарю. Тот подхватил её и утащил обоих в портал. Зензе осталась стоять на месте, когда к ней подошёл Шимо.

— Очередной инцидент, да? — спросил он.

Зензе кивнула:

— Да. Но будет поменьше, чем в прошлый раз.

Шимо покачал головой:

— Ну и ужас прям. С одной стороны, закон полезный — помогает, чтобы не все просто так расстраивались. С другой — у всего есть плохая сторона.

Зензе сказала безразлично:

— Эх… Это меня не касается. Люди — самые тупые, что выбирают тех, с кем не могут быть до конца.

Шимо усмехнулся:

— А что, ты можешь чувствовать любовь?

Зензе бросила коротко:

— Я ничего не чувствую.

И ушла.

---

Мы видим, как рыцарь выходит из портала, таща двух людей в наручниках. Они скандалят, пытаясь вырваться. Он ведёт их в тёмную, сырую, синюю тюрьму. С потолка свисают цепи, стены чистые и голубо-синие. Рыцарь подходит к ночновикам — тем самым, что когда-то работали в психореальности — и отдаёт им двоих.

Ночновики забирают мужчину и женщину, запирают в разных комнатах и говорят:

— Вы заперты тут на пятнадцать лет.

Мужчина и женщина закричали, но двери закрылись. Рыцарь, наблюдая за этим, сказал:

— Хм… Круто, что вас, после того как психореальность полностью очистилась, устроили сюда тюремщиками.

Один из ночновиков ответил:

— Ну, это единственная работа, где мы можем быть полезными.

Рыцарь кивнул и ушёл обратно в портал.

---

В другой части Вселенной та же участь могла преследовать и других. Но только из-за другого человека — или же не человека. По имени Зет.

Зет сидел под деревом, прислонившись спиной к стволу. Рядом с ним лежал жёлтый посох, а его красный плащ развевался по траве, расстилаясь ярким пятном на зелёном фоне. Тёмная кожа его рук была расслабленной, единственный глаз проглядывал сквозь тени ветвей, устремлённый в солнечное небо. Он тяжело вздохнул, чуть потрогал ошейник на шее, затем провёл ладонью по траве, будто пытаясь ощутить что-то забытое.

Он сидел и смотрел на город, который вдалеке виднелся во всей своей красе — белые башни, зелёные сады, жизнь, кипящая за стенами. Потом он услышал глухие взрывы и понял — очередной человек заразился пчелой. Он медленно кивнул сам себе, а затем сказал:

— Эх… Не надо же было до такого докатиться. Чтобы просто от обычной жизни исследователя полностью стать пешкой для демонов, которые исполняют то, ради чего уничтожают людей.

Он замолчал, затем продолжил:

— И надо же было тогда сделать эту ошибку… Что мне мешало просто сидеть дома? Тупой ты…

Он погрузился во флэшбэк.

Мы видим Зета с полностью нормальным шлемом — без окровавленной и сломанной части. Он ходил серьёзный, подготавливался, собирал снаряжение. Один мужик, его коллега, подошёл к нему и спросил:

— Эй, ты куда?

Зет ответил:

— Я пошёл на исследование.

Мужик нахмурился:

— Ты серьёзно? Ты самый лучший авантюрист в округе, мы знаем это. И ты хороший исследователь. Но у тебя недавно умерла семья, и ты хочешь уже отправляться куда-то. Разве это не для тебя плохо?

Зет усмехнулся и холодно ответил:

— Ну и что с того? Я хочу просто успокоить себя этим. Разве тебе не плевать, куда я хожу, а? Я должен сделать открытие, то, что позволит Селенции прославиться и быть лучше на фоне мира людей и Ашуры.

Мужик покачал головой:

— Плохая у тебя мотивация, дружок. Я как твой коллега, который помогает тебе в исследовании, не пойду с тобой.

Зет сказал коротко:

— Отлично!

И он пошёл.

Попутно в мыслях он сказал: «Эх, ну и чёртов с ним. Сам пойду и исследую границы мира».

Он побежал и резко использовал синий портал, который испарился в дыме. Он оказался рядом с границей миров людей и Ашуры, походил немного, пособирал образцы, посмотрел на границу Кровавого измерения и сказал:

— А что если…

Он активировал телепортацию и резко оказался в Кровавой пустыне. Он удивился и сказал:

— Что? Разве это было возможно? Я пересёк границу, которую никто не пересекал пятьдесят лет назад… О Господи, это же такое открытие! Я сейчас могу каждый день изучать это и потом, конечно же, столько открытий сделать! Я изучу Кровавое измерение! Семья… Я обещаю. Вы будете гордиться мной. Ваша смерть не будет напрасной.

Он побежал вглубь Кровавого измерения и начал изучать его. Ходил по пустыне, собирал артефакты. Как вдруг резко почувствовал что-то и застыл.

За ним погнался кровавый червь — длиной в четыреста метров, он пытался его съесть. Зет испугался и начал отбиваться, стреляя в него жёлтыми лучами, уворачиваясь и убегая всё глубже в Кровавое измерение. Он попытался телепортироваться, чтобы сбежать, но не смог.

— За что? — крикнул он. — Я не могу телепортироваться! Эта тварь явно блокирует все методы избегания!

Червь не переставал преследовать его, проходя под землёй и выныривая за ним. Зет оказался очень далеко от границы с миром людей и зашёл в одну заброшенную сеть подземных туннелей Кровавой пустыни. Червь отстал.

Он выдохнул с облегчением:

— Эх… Надо же было нарваться на эту тварь здесь… Блин, я об этом не подумал что ли. Ладно, ничего. Успокойся, соберись. Используй все свои очень могущественные силы, которые тебе передались, и после этого ты просто выберешься из этого измерения и больше не придёшь сюда.

Он чуть выглянул и сказал:

— Чёрт… Этот червь не уходит, а дожидается меня. Ладно, сейчас придумаю план и сбегу.

Мы вернулись в реальность, где Зет сказал:

— И всё-таки я… Я не сбежал нормально.

Он встал, взял посох и направился в лабораторию. Зашёл, прошёл дальше — и мы увидели десятки трупов демонов, которые висели на вешалках, как пугала, не двигаясь. Зет прошёл через них, зашёл в комнату и увидел Обливиона вместе с новым демоном — маленьким розовым осьминогом как фламинго, размером с кулак, с очень длинными щупальцами, которые могли удлиняться бесконечно. У него были маленькие линии вместо глаз и маленькая губа.

Демон заговорил милым, приятным голосом как дитя 6 лет:

— О, господин Зет пришёл! Я так рад вас видеть! Вы уже отдохнули на природе?

Зет поморщился:

— Мими, прекрати уже со мной сюсюкаться! И откуда ты нашёл вообще этого фамильяра, Обливион?

Обливион пожал плечами и развёл руками. Мими сказал:

— Это не он меня нашёл, а я его нашёл! Представляете, это было так круто!

Он подпрыгнул на своих восьми щупальцах, которые бесконечно удлинялись и сжимались.

Зет сказал:

— Неважно. Дайте вам рассказать кое-что.

Обливион и Мими приблизились ближе.

Зет сказал, тяжело вздохнув:

— Эх… Мой план с обсуждением саммита демонов начал свою первую активную фазу. Дальше уже я не участвую в этом. Только нужно полагаться на удачу. И что? Это пойдёт только нам на удачу.

Он посмотрел на гроб, который уже был открыт и пуст, и добавил:

— Даже не знаю, откуда они его взяли, но идея логичная и умная.

Мими подпрыгнул на своих щупальцах и сказал:

— Правда, босс? Генерал Зет, я считаю, что всё пройдёт отлично, и это поможет. Если хотите, мы с Обливионом можем участвовать в плане.

Зет покачал головой:

— Ваше время ещё не пришло. Я не подумал, как я буду вас туда впихать. И вообще… Какого чёрта тебя не убили?

Мими удивился:

— А что меня должны были убивать? Я что, что-то сделал не так?

Обливион пожал плечами. Зет сказал:

— Так всех демонов, кроме шестых и выше, сказали убивать.

Мими заговорил быстрее, жестикулируя щупальцами:

— А так я фамильяр, а не демон! Пойми, Зет-господин. Я не вхожу в обычный состав демонов.

Зет прищурился:

— Ты мог бы… Или могла? Ты вообще кто?

Мими сказал:

— У меня нет пола, но я использую местоимения мужского рода. Если хотите, можете называть меня девушкой.

Он сделал сальто на месте, укоротил свои щупальца до маленьких ножек и быстро пополз в другую сторону. Зет повернулся к Обливиону:

— Ты сказал, что нашёл его прямо на границе с миром людей?

Обливион кивнул. Зет вздохнул:

— Ладно. Фамильяры никогда не помешают. Ты…

Он показал на Мими:

— Будешь помогать потом, если наш план перейдёт во вторую фазу. Ты же знаешь главный мост Вселенной?

Обливион кивнул. Зет добавил:

— Потом я дам тебе указания.

Он уже хотел уйти, но резко остановился, повернулся к Обливиону и сказал с внезапной злостью в голосе:

— Что ты на меня смотришь, как на тирана? По-твоему, я тут настоящий монстр? По-твоему, я главный злодей тут, а? Я просто выполняю то, что мне приказали. И только из-за того, что мне больно от этого. Если что — напомню, главный злодей тут — император демонов. Тот, на которого вы служите, и тот, который помог создать вас всех. Это чудовище — настоящий тиран. Который притворяется, что у него есть сердце, но при этом хочет захватить весь мир и уничтожить, чтобы собрать свой мир.

Мими перепрыгнул на плечо Зета и сказал:

— Цель императора демонов — не захватить все королевства.

Зет резко повернул голову:

— Что?

Мими продолжил:

— Император демонов не этого хочет. У него свои цели, которые он никому не рассказывает.

Зет усмехнулся:

— Ага… Прям поверю.

Мими сказал серьёзно:

— Я серьёзно, я же знаю это. Да не расстраивайся ты, господин Зет. Он прям, прямо как ты — скрывает свои главные мотивы и притворяется, что просто хочет уничтожить мир. Твои же враги тоже о тебе так думают.

Зет сказал:

— У меня нет врагов. Я пока что никого не встречал тут.

Мими удивился:

— Что? А я думал, ты уже имеешь друзей.

Зет сказал, и голос его стал холодным:

— У меня нет друзей.

Он одним ударом ладони откинул Мими. Тот врезался в стенку, отпрыгнул, как резиновый мячик, и сказал:

— Ну, будем ждать твоих указаний, генерал.

Зет молча, злобно вышел. Мими повернулся к Обливиону и сказал:

— Поиграем в нарды?

Обливион удивлённо повернул голову.

---

Мы вернулись во Вселенскую, яркую и солнечную. В операторском зале проходило важное собрание. Там собрались император, Альдебаран, Байрон, Мориарти, а также Фердинанд.

Мориарти стоял с огромной железной коробкой, почти вровень с его ростом, и сказал:

— Ну, вы готовы?

Фердинанд кивнул:

— Да. Показывайте уже, что вы там изобрели.

Император добавил:

— Не зря вы за эти последние полгода трудились.

Альдебаран усмехнулся:

— Полгода прошло с нашей последней встречи божественных магов. Надеюсь, это не какое-то бесполезное устройство, из-за которого вы зря нас собрали.

Мориарти махнул рукой:

— Ой, да не бойтесь, господин Альдебаран. Это инновационное открытие, которое поможет нам справляться с демонами в сто раз лучше.

Барон кивнул:

— Открывай, показывай наше творение.

Мориарти резко открыл коробку. Из неё вылетели десятки дронов — круглых и шестигранных, с одной стеклянной частью, а остальное полностью жёлто-железное. Они парили, левитировали, и все присутствующие удивлённо смотрели на них.

Император спросил:

— Что это?

Мориарти ответил:

— Это дроны «Навестник». Мы их так назвали, потому что первый, кто додумался до такой идеи, был человек с именем Навиас. Эти дроны могут делать почти всё что угодно.

Он нажал на кнопку у себя на воротнике — маленький железный пульт был прикреплён к одежде. Дроны синхронно полетели, левитируя как шарики.

Мориарти продолжил:

— Они могут быть и опасными.

Он нажал на кнопку — дроны все вместе выстрелили лучом, который уничтожил одну из металлических преград в зале. Затем все дроны сгруппировались в квадрат, подставившись под Байрона. Тот встал на них, и Мориарти отпустил его, продемонстрировав, что дроны могут нести вес человека.

— А также они могут быть невидимыми, — добавил Мориарти.

Все дроны стали невидимыми, но продолжали стрелять. Барон восхищённо сказал:

— Вау! Это просто гениально! Барон и Мориарти, вы просто гении!

Мориарти кивнул:

— И это лишь только десять из всех наших дронов. А их на самом деле сотни.

Он показал на улицу, где стояли десятки таких же коробок. Альдебаран присвистнул:

— Ого… Да с помощью них можно же…

Мориарти перебил:

— Да. С их помощью можно патрулировать всю Вселенскую. А также в случае появления демона тут же направить дронов против них и сломать предмет. А также дроны сами отведут их в тюрьму.

Он нажал на кнопку и сказал:

— Тюрьмы могут сами функционировать, если дать им команду. Дроны, патрулируйте всю эту комнату на наличие демона.

Все дроны полетели и начали обследовать комнату, сканируя всё вокруг.

Барон сказал с надеждой:

— Так это же означает победу, да?

Мориарти покачал головой:

— Не совсем. Они управляются вот этой управляющей булавкой. Ты прицепляешь её к одежде и управляешь ими. Чтобы управлять всеми дронами одновременно, нужно две таких булавки, чтобы синхронизироваться. Нужны два пульта, которые управляют два человека с очевидной связью, чтобы все дроны имели хорошую связь между собой.

Барон спросил:

— Или в другом случае можно самому надеть две таких булавки на себя?

Мориарти ответил:

— Можно. Но при этом давление будет настолько огромное, что человеческая душа не выдержит. Вот поэтому мы разделили это надвое.

Альдебаран сказал:

— Ого… Так вот почему ты и твой внук можете нормально ими пользоваться. А что будет, если отдельно пользоваться?

Мориарти ответил:

— В таком случае ты будешь максимум пользоваться двадцатью дронами из всех пятисот.

Барон спросил:

— А какие у них максимальные возможности?

Мориарти объяснил:

— Они могут создавать иллюзии, могут уничтожать всё вместе — хоть целые города. А также очень быстрые. Но минус в том, что ими нельзя вечно пользоваться — они не бесконечные радары. Их лучше использовать только в том случае, когда появится демон. В обычном быту их нельзя использовать.

Барон сказал:

— Это инновационное открытие, которое поможет в войне с демонами. Когда вы приступите к их использованию?

Мориарти покачал головой:

— Мы не будем ими пользоваться. Мы с Мориарти не можем из-за больших и долгих дел ими управлять. Их нужно передать в хорошие руки.

Фердинанд нахмурился:

— Вы же понимаете, насколько это опасное оружие в чужих руках? Не попадись оно в руки демона! Он может устроить всё, что угодно с королевством. Так что если вы, создатели, не будете ими пользоваться — будет очень плохо.

Барон задумался:

— Так давайте найдём достойную замену. У вас есть кто на примете? Двое людей, которые имеют хорошую связь и тем более могут иметь ответственность, чтобы управлять этими могучими дронами?

Все переглянулись и замолчали.

Альдебаран обвёл взглядом зал:

— У вас что, нет кого-то на примете?

Все переглянулись. Фердинанд задумался и сказал:

— Может, единственный вариант — это Миша и Сабрина.

Мария покачала головой:

— Они слишком заняты своими божественными делами, а также много грызутся друг с другом. Есть варианты получше?

Байрон предложил:

— Может, император скажет, у кого есть на примете кто-то ответственный, сильный, а также уже вызывает хорошее доверие и не вызовет опасности.

Барон подумал и сказал:

— Советник, вызывай всю группу «Ц» во дворец. Только без громких имён и разногласий, ладно?

---

Мы резко перенеслись к Валентине. Она взяла свой деревянный меч и погналась со всей силой на Сабрину. Она сделала резкий взмах тёмным мечом и ударила. Сабрина лишь отразила удар и стояла с одной рукой за спиной, отражая все атаки Валентины.

Валентина сделала прямой взмах мечом сверху. Сабрина увернулась и одним касанием пальца отправила Валентину катиться по земле. Валентина встала и тут же побежала с огромной мощью, вцепившись в меч вместе с Сабриной, пытаясь её оттолкнуть. Но Сабрина была физически сильнее и с мягкой улыбкой, прикрытыми глазами придавливала Валентину к земле.

Тогда Валентина резко сделала удар ногой в ногу Сабрины. Та потеряла бдительность, и Валентина перехватила меч Сабрины и сказала:

— Я победила.

Сабрина усмехнулась:

— Но ты же не попала всё ещё мечом по мне.

Валентина возразила:

— И что? Я отобрала твой меч, ты идёшь безоружной?

Сабрина покачала головой:

— Ну так ты не добила же меня.

Валентина закатила глаза и со всей силой ударила Сабрину. Та легко увернулась и одним ударом ладонью в шею вырубила Валентину.

Сабрина сказала:

— Если девушка безоружная — это не значит, что она слабая и неопасная.

Валентина, еле пытаясь встать, простонала:

— Опять что ли? Я снова проиграла?

Сабрина сказала задумчиво:

— Мне кажется, или ты вообще не прогрессируешь?

Валентина ответила:

— Знаю уже. Какая-то у меня проблема.

Сабрина добавила:

— Что-то тебе мешает прогрессировать и сдерживает твои лимиты мечника, но я не знаю что.

Валентина спросила:

— Ну и что теперь делать?

Сабрина пожала плечами:

— Не знаю.

Она резко услышала зов из жёлтого шарика и сказала:

— Ну всё, на этом наш спарринг закончился. Дальше я тебе не помогу — ты сама должна понять, в чём не так.

Валентина кивнула. Сабрина ушла.

Сзади к Валентине подошёл Астро и сказал:

— Валентина-сенпай, вас куда-то зовут.

Валентина удивилась:

— Что?

Астро пояснил:

— Там через жёлтый шарик позвонили. Идите, возьмите.

Валентина сказала:

— А что, меня куда-то зовут? Ну ладно, я же только с тренировки была.

Астро покачал головой:

— Да погодите, страшно выглядите.

Он взял палец в слюну и поправил чёлку Валентины:

— Вдруг там вас просят на важное событие.

Валентина усмехнулась:

— Спасибо, Астро.

Она побежала к жёлтому шарику, услышала всё, кивнула и сказала:

— Сейчас соберу группу «Ц» и пойду.

Она резко побежала, схватив Астро за руку:

— Астро, у нас нет времени. Пошли.

Астро возмутился:

— Да ну брось! Я даже не пообедал. Зачем меня — сама иди туда.

Валентина сказала:

— Не спорь, пошли в академию.

Они побежали.

В академии Удзуки стоял, тужился и напрягался изо всех сил. Его лицо покраснело, вены на лбу вздулись. Хигамару подбадривал:

— Босс, давайте, вы справитесь!

Удзуки выдавил сквозь зубы:

— Но это сложно!

Нанахоши стояла рядом, скрестив руки, и сказала:

— Давай, Удзуки. Я в тебя верю. Лично ты сможешь.

Удзуки напрягся ещё сильнее, его рука дрожала:

— Вы не понимаете, очень… Это очень сильно!

Агнес, наблюдавшая со стороны, фыркнула:

— Мне кажется, это абсурд какой-то.

Удзуки еле напрягся и смог. Мы увидели, что он всё это время пытался написать своё имя на бумаге с помощью неработающей руки. Он выдохнул и сказал:

— Опа, получилось!

Хигамару заглянул в бумагу и удивился:

— Удзуки? Босс, вы написали себе новое имя?

Удзуки посмотрел на свои каракули и усмехнулся:

— Э… Ну что же, я же пытаюсь. Я не умею двигать предплечьем пока что. Прошло уже как три месяца. Мы уже четверокурсники, а моя рука ещё не работает.

Нанахоши сказала мягче:

— Потерпи. Уже есть прогресс. Для тебя это лучше.

В класс вбежала Айша, запыхавшись:

— Госпожа Валентина зовёт всю группу «Ц»! Похоже, у неё какое-то срочное сообщение.

Удзуки нахмурился:

— Хм… Что может быть у Вали сегодня?

Они все встали. Агнес сказала с лёгкой усмешкой:

— Дайте угадаю — это очередное собрание, где нас куда-то отправят.

Хигамару обрадовался:

— А что, круто же! Побежим наконец-то, возьмём серьёзную работу! Я всё ещё жалею, что не пошёл на битву с Бетельгейзе, но теперь я буду идти куда угодно!

Они пошли к выходу. Нанахоши сказала:

— Ну, желаю удачи.

Удзуки остановился и обернулся:

— Ты всё ещё останешься здесь?

Нанахоши поправила маску:

— Ну я что — я же не группа «Ц», я отдельный библиотекарь.

Удзуки кивнул:

— А, ну тогда пока.

Нанахоши прищурилась:

— Ты ничего не забыл?

Удзуки растерялся:

— Что?

Нанахоши стояла, уперевшись рукой в бок. Хигамару подтолкнул Удзуки в спину:

— Давайте, босс, я верю в вас! Давайте, сделайте это!

Удзуки чуть занервничал, приблизился к Нанахоши и просто чуть-чуть приобнял её. Она не ответила на объятие, но и не отстранилась.

— Хм… Опять ты обнимаешься со мной. У тебя какой-то фетиш на это, — сказала она.

Удзуки улыбнулся с игривой ноткой:

— Ну что, я так прощаюсь. Разве это плохо? И брось, я же знаю, что хоть ты никогда не отвечаешь на обнимашки в ответ, тебе очень кайф от этого.

Нанахоши фыркнула, но по движению головы было видно, что она улыбнулась. Удзуки пошёл дальше.

Хигамару догнал его и шепнул:

— Босс, вы тормоз 2.0 после Валентины!

Удзуки вздохнул:

— А что, я хотел её поцеловать в щёку, но она же в маске. Чёрт возьми, я же не должен сам снимать её маску. Она играется со мной так.

Хигамару подбодрил:

— В следующий раз попробуйте сами взять маску и поцеловать её в щёку. Не в губы, конечно же, она вас просто уничтожит. Ну ладно, удачи.

Они пошли в класс. Валентина, пробегая мимо всех, крикнула:

— Нас вызывают в императорский зал! Срочное собрание! Вся группа «Ц»! Только без группы «Альфа» — их не приглашали.

Александр, стоявший в стороне, скрестил руки:

— Больно уж хотелось.

Анна спросила:

— А зачем нам идти?

Валентина пожала плечами:

— Не знаю. Какое-то важное сообщение у императора. Ну, если хотите, группа «Альфа» может присоединиться просто как зрители.

Анна повернулась к Артуру:

— Артур, пойдём вместе? Ты ведь никогда не был в императорском дворце?

Артур улыбнулся:

— Ну, давай, если ты так хочешь.

Клифф сказал с иронией:

— Ого, очередное наше приглашение. Помню, в последний раз мы шли туда, чтобы получить награждение. Что на этот раз нам подарят? Гипс?

Удзуки усмехнулся:

— Задание. А также мешок с оружием, чтобы мы вернулись живыми. Я так догадываюсь.

Абель подошёл к Валентине:

— Вэл, дорогая, а ты куда так спешишь?

Валентина ответила:

— А что? Хочу быстрее пойти, проверить, что там, и дальше продолжить свои тренировки с Сабриной, чтобы стать сильнее.

Абель вздохнул:

— Ты уже три месяца говоришь, что хочешь стать сильнее. И всегда говоришь, что станешь сильнее и уже станет лучше к завтра, но всё на одном уровне.

Валентина усмехнулась:

— Да вы всё увидите ещё завтра!

И пошла вперёд. Абель вздохнул и последовал за ней.

Группа «Ц» собралась идти. Леон робко спросил:

— А можно мне с вами?

Рин обернулся:

— Ну… Эм… Имелось в виду только группа «Ц», но в качестве зрителя ты можешь пойти.

Леон обрадовался:

— Просто хотел всегда познакомиться с императором. Это же такой статус. Да и мама меня когда-то говорила об этом.

Хаюки улыбнулась:

— О, как мило! Идём, Леон, давай. Мы не против.

Вся группа Ц пошла в дворец.

Группа «Ц» вместе с Леоном, Астро и Артуром зашла в императорский дворец. Их встретили божественные маги, Мориарти и сам император. Валентина поклонилась и сказала:

— Здравствуйте, божественные маги, император и Мориарти. Как и просили, мы здесь. А зачем вызывали?

Император улыбнулся и сказал:

— Ну, вижу, все мои сильные воины здесь, можем приступать.

Он хлопнул дважды. Из коробки вылетели десятки дронов. Все удивились, и император быстро объяснил:

— Это дроны. Специальные, их более пятисот штук. Они могут быть полезны против демонов. Короче, умеют всё, что угодно. Но вот возникла проблема — нету управляющего для этих дронов. Мы бы хотели сами управлять, но у божественных магов слишком много дел. Для этого нужна хорошая психологическая и душевная связь. А также нужны ответственные и сильные люди. Вот мы и вызвали вас, потому что должны вручить эту могущественную вещь в очень благородные руки.

Валентина удивилась:

— Ничего себе, технологии развелись… Стоп, вы передаёте это нам просто так?

Мориарти усмехнулся:

— Почему просто так? Я навешаю ответственность, чтобы вы могли пользоваться ими против демонов. После того инцидента в лесу три месяца назад я серьёзно забеспокоился и, конечно же, обезопасил народ.

Клифф спросил:

— Вы говорите, что для этого нужны мощные души, которые хорошо душевно связаны?

Мориарти кивнул:

— Да! А то абы кто не может тут работать.

Рин спросил:

— А что будет, если в одиночку надеть?

Барон ответил серьёзно:

— Твоя душа просто испарится.

Агнес чуть вздрогнула. Байрон добавил:

— Твоя душа просто исчезнет из этого мира, оставив только оболочку. Так что никогда не советую носить две булавы управления одновременно.

Барон обвёл взглядом группу:

— Ну, кто будет из вас управлять? Напомню, что в одиночку вы сможете управлять только двадцатью из всех пятисот. Это как помощь для вас в случае опасности. Они будут всегда рядом при любом вызове. А всеми пятьюстами можете управлять только если будете вместе. Ну, кто выйдет? Вы — самые потенциально лучшие бойцы в королевстве. Так что, кроме вас, у меня никого нет.

Анна подтолкнула Валентину и шепнула:

— Иди, Валентина, ты тут самое главное.

Валентина замялась:

— Я что ли? Но это такая ответственность… Нет, нет.

Хаюки сказала:

— Ты всегда берёшь ответственность на себя. Тут ты лучший вариант.

Валентина вздохнула и вышла вперёд:

— Ну ладно, я выйду.

Барон кивнул:

— А кто твоя связь?

Валентина задумалась:

— Связь…

Она повернулась к толпе и сказала:

— Но я со всеми дружу.

Мориарти поправил:

— Тут нужна идеальная душевная связь, которая показывает родственные души.

Валентина сказала без раздумий:

— Тогда Абель, иди сюда.

Абель удивился:

— Я что ли?

Валентина кивнула:

— Интересно будет управлять этими дронами.

Он подошёл. Мориарти надел на их обоих на воротник по железной булавке с тремя кнопками и сказал:

— Сейчас проверим, сможете ли вы управлять ими. И, кстати, не обязательно нажимать на кнопки — можно просто через дистанционное управление говорить, как с помощником. Так… Посмотрим.

Валентина и Абель встали рядом. На их воротниках закрепились железные булавки с кнопками. Мориарти включил их одновременно и замер в ожидании. Ничего не произошло.

Барон и Байрон переглянулись. Мориарти нахмурился:

— Хм… Что-то не так. Почему-то дроны не взлетели и не активировались. У вас что, нет связи?

Валентина и Абель переглянулись. Абель сказал с недоумением:

— Да у нас самая мощная связь во Вселенной! Как это может быть? Может, у вас что-то сломано?

Мориарти покачал головой:

— Ничего не сломано. Тут либо ваше дело. Может, попробуете усилить связь?

Валентина взяла Абеля за руки и сказала с лёгкой нервозностью:

— А что-то драматическое не подходит что ли?

Дроны чуть приподнялись из коробки. Мориарти сказал:

— О, похоже, работают…

Но Абель резко схватился за сердце и чуть не упал на землю. Валентина поддержала его. Мориарти быстро снял с него булавку и сказал:

— Похоже, твоя душа не только не совмещается с Валентиной, но и тело не выдерживает мощи. Извини, Абель, но не судьба.

Абель расстроенно опустил голову. Валентина возмутилась:

— А что вы? Абель — самый близкий ко мне человек и самый ответственный и сильный! Как он не может быть со мной? Значит, я тоже не буду из толпы!

Рин сказал:

— А с чего это? Есть же у тебя ещё один.

Анна добавила:

— Ну подумаешь, блин. Не получилось — есть же второй вариант.

Удзуки начал махать руками в отрицательном жесте, пытаясь скрыться за спинами остальных. Хигамару вытолкнул его вперёд:

— Да, да, да! Мы вернёмся к классике! Раз уж Абель не работает — мы переходим к настоящему боссу!

Агнес тоже вытолкнула Удзуки:

— Ну давай, дерзай! Твой час настал!

Удзуки возмутился:

— Эй! Зачем вы меня выталкиваете? Я же специально не выделялся, чтобы Валентина и я были вместе!

Мария сказала:

— Ну так вы тоже очень близки.

Удзуки покачал головой:

— Но не романтически же. Наша связь давно ослабла. Мне уже надоело даже это повторять. Валентина сама знает. Так что сейчас, наверное, вообще статуя застынет.

Мария махнула рукой:

— Попытка не пытка. Раз уж все говорят, что вы друзья — значит, попробуем.

Она надела на Удзуки булавку. Резко все дроны вспыхнули и взлетели в воздух. Все удивились от их количества. Мориарти сказал:

— Отлично! Хорошая, крепкая связь. Не идеальная, нужно доработать, но сойдёт.

Валентина удивлённо спросила:

— Но как это возможно? Разве мы с Абелем не должны были лучше подойти?

Барон пожал плечами:

— Не знаю. Раз уж булавки выбрали вас — значит, вы и будете теми, кто управляет дронами.

Удзуки пробормотал:

— О нет…

Астро сказал:

— Наставница Валентина, вам нужно лучше пересмотреть свои чувства.

В зале начался спор. Альдебаран спросил:

— Разве те, кто романтически любит, не должны быть ближе, чем просто друзья?

Фердинанд ответил:

— Тут нечто кроется глубже, чем думаешь.

Мориарти тихо сказал Валентине:

— Вы не чувствуете побочных эффектов?

Валентина и Удзуки отрицательно покачали головами. Валентина добавила:

— Жаль. Я хотела быть с Абелем. Конечно, я понимаю, что мы с Удзуки старые друзья, но это какое-то нелогичное решение.

Мориарти усмехнулся:

— Мне уже плевать на драму. Разве не всё равно, кто управляет? Раз уж ты уже друг Удзуки — разве тебе не должно быть всё равно, а? Ты не подумала, что думает Удзуки в этот момент?

Валентина посмотрела на Удзуки. Тот просто чесал свою правую руку, не обращая внимания на происходящее. Мориарти продолжил:

— Обрати внимание — говорят, что он тебе не подойдёт вместо твоего парня. Ты думаешь, это хорошо?

Валентина опустила голову:

— Нет… Извините. Раз уж мы подошли, я готова на любую работу.

Мориарти кивнул.

Абель резко взял и просто вышел из зала. Астро сказал:

— Ух ты… Кто-то ревнует.

Император махнул рукой:

— Неважно. Вопрос официально решён — вы двое теперь управляете всеми дронами в королевстве. Советую вам быть очень ответственными и скрывать эти булавки, не выдавая их всем.

Удзуки и Валентина кивнули. Удзуки спросил:

— Вы сказали, что их можно управлять отдельно — по двадцать штук?

Барон кивнул. Удзуки добавил:

— Получается, когда мы отдельно, мы можем ими пользоваться дистанционно.

Фердинанд добавил:

— А когда вы вместе — вы можете управлять всеми. Это поможет вам побеждать демонов высших дивизионов быстрее.

Барон сказал:

— Ну, раз всё решено — можете ещё чуть остаться и потренироваться с этими дронами. Остальным тоже разрешаю остаться и делать, что хотят, на какое-то время.

Удзуки и Валентина переглянулись. Но ничего не сказали.

Прошло какое-то время в зале, пока все общались. Удзуки и Валентина стояли чуть поодаль на улице. Удзуки взял булавку и сказал:

— Дроны, сто штук, пойдите налево.

Дроны послушно ушли налево. Удзуки хмыкнул:

— Хм… Круто.

Он продолжил:

— Дроны, сделайте мне лестницу.

Дроны выстроились в лестницу, и он начал ходить по ней, поднимаясь прямо в небо. Валентина стояла и смотрела, пытаясь найти взглядом Абеля.

Удзуки прилетел обратно:

— Ну, что ты стоишь? Попробуй что-нибудь интересное. Что они ещё умеют?

Валентина рассеянно кивнула:

— А, да, конечно.

Она посмотрела на дронов и сказала:

— Возьмите вон тот предмет на дереве и уничтожьте за несколько секунд.

Дроны резко рванули и точными четырьмя лазерами уничтожили цель, затем быстро вернулись на место. Удзуки сказал:

— Хм… Эффективно.

Валентина кивнула:

— Да, это упростит нашу работу.

Удзуки улыбнулся:

— Я слышал, что они ещё и могут стать невидимыми и делать иллюзии. А ну-ка, станьте невидимыми.

Дроны стали невидимыми. Удзуки продолжил:

— Создай иллюзию меня.

Перед ними появилась иллюзия Удзуки, которая просто стояла. Удзуки подошёл, начал смотреть на себя и сказал:

— Ничего себе… Подвигай рукой.

Иллюзия подвигала рукой. Удзуки восхитился:

— Да это же можно какие пранки устраивать!

Валентина строго сказала:

— Удзуки, ими нельзя пользоваться ради забавы. Нам сказали, что в быту нельзя, только при опасностях.

Удзуки вздохнул:

— Да, я понимаю. Но всё же… Мы можем пользоваться отдельно двадцатью, когда будем не вместе. И можно обмануть врага.

Он потрогал иллюзию:

— Они неосязаемые… Круто! Даже непонятно, из-за того что дрон невидимый.

Удзуки взял пару дронов и улетел. Тем временем Валентина подошла к Астро и его отцу. Фердинанд сказал:

— Ну, приветствую, госпожа Валентина. Рад, что вы теперь управляете мощным оружием.

Валентина ответила:

— Ааа… Здравствуйте, генерал Фердинанд, рада вас встретить.

Фердинанд спросил:

— Ну, как проходит обучение у вас с Астро?

Астро хотел что-то сказать, но Валентина резко закрыла ему рот и сказала:

— Всё проходит отлично. Астро очень послушный и милый ребёнок, мы очень ладим.

Астро пытался что-то сказать, вырываясь из её рук. Фердинанд кивнул:

— Ладно, я потом проверю. И не разочаруй меня, если ты не справишься с моими заданиями потом через какое-то время. Я буду ругать именно тебя, а не Валентину, потому что знаю, что дело в тебе, а не в наставнике.

Фердинанд ушёл. Астро вырвался и возмутился:

— Ну ты и вредина!

Валентина удивилась:

— Что? Да ты сам не учишься и ленивый! Ничего не научился у меня за три месяца и теперь хотел папе наябедничать!

Астро ответил:

— Хм! Да ты просто сама бестолковая учительница!

Валентина возмутилась:

— Нормальная я! Просто ты тут не слушаешься! По-твоему, я как Норн такой сделала, а?

Астро фыркнул:

— Это просто удача! Норн самая трудолюбивая и тренировочная. А кстати, где она? Я её стал что-то мало видеть.

Валентина ответила:

— Она сейчас учится и живёт у Альдебарана. Сказал, что придёт на следующей неделе. А что, уже скучаешь?

Астро отвернулся:

— Ещё чего! Пусть не приходит.

Астро ушёл. Валентина искала глазами Абеля, но не находила. Она смотрела на дронов и думала:

«Ну надо же было мне такую артиллерию просто так вручить… И что теперь? Они слишком мощные. Представляю, в каких умных руках они становятся сильными. И это передают нам… Понимаю, что это полезно, но зачем? Могло быть и получше».

Она пошла куда-то.

Тем временем к императору стояли Рин и Леон сзади. Рин вытолкнул Леона вперёд. Леон сказал:

— Здравствуйте, император. Меня зовут Леон.

Барон улыбнулся:

— О, здравствуй. Ты новенький?

Леон ответил:

— Не совсем. Я из группы «Альфа» и только пытаюсь пробиться в эту великую группу «Ц». Я активно хочу учиться магии, а также просто хотел с вами познакомиться.

Он резко похлопал по спине императора. Тот сильно удивился. Леон сказал:

— Просто мама сказала, что хотела бы всегда познакомиться с тобой, и я тоже решил с вами познакомиться.

Император чуть неровно кивнул:

— Ладно, если ты так хочешь… Если тебя приняли Валентина и остальные, значит, я тоже тебе доверяю.

Он посмотрел на руку Леона:

— Твоя рука почему голубая?

Леон ответил:

— А, это из-за нервов. Понимаете, моя магия души. Когда моя душа нервничает, становится такой же голубой, и я голубею вместо того, чтобы краснеть и бледнеть. И моя рука стала такой.

Барон спросил:

— Но твоё остальное тело не стало таким.

Леон отмахнулся:

— Да бросьте, просто рука лишь такая.

Барон поцарапал его по спине, но там ничего не было. Леон сказал:

— Ладно, я должен успокоиться. Извините за встречу.

Он ушёл. Рин сказал:

— Что это было? Очень какой-то большой кринж.

Леон сказал:

— Да, извините, слишком уж боюсь.

Наша группа «Ц» ночью собралась и отправилась в академию. Валентина всё ещё раздумывала и не могла найти Абеля. И они все зашли в академию.

Валентина прошла несколько шагов и заметила Анну. Та подошла к ней и сказала:

— Ну, ты будешь часто пользоваться дронами?

Валентина покачала головой:

— Только когда демон появится. И что, дроны все будут находиться на орбите, и в случае чего они прилетят тут же, когда я нажму просто на эту кнопку. Я лучше скрою её под одеждой, чтобы никто не видел.

Анна кивнула, затем спросила:

— А что насчёт Абеля?

Валентина нахмурилась:

— Ты не видела его?

Анна ответила:

— Нет. Он просто куда-то ушёл.

Валентина кивнула и пошла в свою комнату, чтобы просто отдохнуть.

---

Удзуки в свою очередь на улице встретился с Нанахоши. Та сказала с лёгкой усмешкой:

— Ух ты. Вижу, у тебя теперь официально есть статус одного из опасных людей.

Удзуки усмехнулся:

— Ну, что значит опасный? Просто теперь у меня есть одно из самых смертоносных оружий в истории. Интересно, как я буду им пользоваться теперь? Я не прям умный тактик с этими иллюзиями и атаками, но работу они упростят знатно.

Нанахоши сказала:

— Ты, значит, не играйся с ними, ладно?

Удзуки кивнул:

— Я и не пытался. Всегда рядом будут невидимые двадцать дронов, чтобы в крайнем случае помочь мне. Как и у самой Валентины по отдельности. Но я чувствую, что это будет не прям весело и не прям скучно.

Нанахоши резко спросила:

— Слушай. Ты считаешь, что мы встречаемся?

Удзуки застыл:

— Эм… Ну, о чём ты?

Нанахоши не отступала:

— Не притворяйся.

Удзуки ответил:

— Да, конечно. А ты считаешь, нет?

Нанахоши прищурилась:

— Тогда почему у тебя связь всё ещё так глубока с Валентиной, а?

Удзуки замялся:

— Ну, да… Конечно…

Нанахоши продолжила:

— Тогда почему ты всё ещё подозрительно ищешь её? Ты хочешь быть с ней, а?

Удзуки попытался оправдаться:

— Это просто дружба! Я…

Он замялся, а Нанахоши отвела взгляд в сторону, скрестив руки. Удзуки резко подскочил к ней, схватил за плечи и сказал:

— Нанахоши, не подумай лишнего. Прости, но я не знаю, почему у меня всё ещё такая связь с Валентиной. В любом случае ты номер один. И что подумаешь, мы будем вместе работать? Я же не смотрю на неё. Она и так связана навеки. Колючка ты моя, пойми это. Пошевели своими мозгами, которые ты качаешь ещё с тех пор, как появилась здесь.

Нанахоши сняла маску и сказала:

— Я знаю. И мне неважно, какая там у тебя связь с Валентиной. Просто напоминаю и хотела проверить. Ну? Надеюсь, ты не будешь пользоваться дронами, чтобы пользоваться ими вместе вместо сломанной правой руки.

Удзуки показал один палец и сказал с улыбкой:

— Отличная идея, Нанахоши. Спасибо за идею.

Он ушёл. Нанахоши ударила себя по лбу.

---

Валентина тяжело зашла в комнату. Поставила меч в ножны, оставила в сторону, посмотрела на посох, а потом просто легла на кровать. Сняла перчатки и одежду, сменив на более открытую. Мы увидели, что тёмные пятна доросли до самых плеч и идут дальше.

Она заговорила с собой:

— Так, какие у меня проблемы? Первое — у меня самое ответственное оружие, и если я что-то сделаю не так, меня просто сожрут в королевстве. Второе — у меня серьёзные неполадки в отношениях с Абелем. Третье — у меня на плечах один из самых избалованных учеников в истории с нереально большим и неприятным потенциалом. Четвёртое — я всё меньше и меньше вижу Норн. Пятое — у меня непонятные отношения с Удзуки появляются. Шестое — я не могу прокачаться дальше в мече. И седьмое — никто так и не решил мою проблему с пятнами. Отличная жизнь, Валя. Жизнь удалась, как говорится.

Она упала на кровать и закрыла глаза.

Резко она оказалась перед матерью. Валентина удивилась:

— Что? Что тебе ещё нужно?

Мать сказала:

— Нам нужно поговорить.

Валентина хотела возразить, но мать резко оказалась в сантиметре от её лица и сказала в маске, закрывающей лицо, как свадебное платье:

— Я серьёзно. Слушайся свою мать. Забыла манеры?

Валентина неровно кивнула, и мать пошла.

— Куда ты? — спросила Валентина.

Мать ответила:

— Идём просто за мной.

И Валентина пошла за ней.

Конец шестьдесят восьмой главы.

ГЛАВА 69

ГЛАВА 69 — НАЧАЛО ЧЕГО-ТО

Валентина шла за матерью по бесконечному астральному пространству. Синдрелла, не оборачиваясь, заговорила:

— Валя! Дочка, что я тебе говорила насчёт того, что ты редко используешь свою книгу?

Валентина нахмурилась:

— Но я и так редко пользуюсь своей книгой. Только ради спасения людей.

Мать остановилась и повернулась к ней:

— Ну и скажи мне, дочка. Насколько было полезно твоё последнее заклинание?

Валентина замялась:

— Ну, эм… Оно не помогло убить монстра, но он всё равно мёртв. Теперь его забрали демоны. Как раз у меня вопрос: что у тебя там творится в иерархии?

Синдрелла пошла дальше и сказала:

— Что сейчас творится с дивизионами? У меня нет причастия. Это, наверное, император демонов так пользуется ими.

Валентина спросила:

— Куда мы идём?

Мать остановилась. Валентина стукнулась об неё и посмотрела вокруг:

— Где мы?

Синдрелла указала вперёд:

— Посмотри.

Мы заметили, как через астрал они смотрят на очень зелёную поляну с листвой, закрывающей почти полнеба природой, а также длинную каменную башню с острой крышей и одним окном.

Мать сказала:

— Здесь-то я и умерла, как ты знаешь. Или, по крайней мере, так все думают.

Валентина напряглась:

— И что с того? Ты хочешь напомнить мне об этом?

Синдрелла сказала:

— Пойди в это место.

Валентина удивилась:

— Что?

— Пойди в это место. Я прошу, — повторила мать.

— Зачем? — спросила Валентина.

— Узнаешь там. Ну прошу, пойди в это место. Я умоляю тебя.

Валентина резко сказала:

— Нет! Мама, под твою дудку я больше не буду плясать. Все твои методы только ухудшали мне жизнь и портили её. Вот без тебя я создала себе идеальную жизнь. Сейчас я счастлива без тебя. И эти чёртовы твои тёмные пятна — зачем они вообще у меня растут, скажи мне, мама? Зачем у тебя они росли?

Синдрелла ответила:

— Узнаешь, когда твои пятна достигнут всего тела до конца.

Валентина сжала кулаки:

— Зачем мне ждать этого периода? Ты хочешь снова испортить мне жизнь? Зачем мне идти в эту башню, которая знает Бог где? Ради чего? Чтобы потом найти там что-то, что окончательно испортит мне жизнь? Не мешай мне прожить мою жизнь, мама. Ты сама ушла против меня. Теперь не вмешивайся в мою жизнь, прошу.

Синдрелла стояла неподвижно, затем сказала:

— Говоришь, счастливая жизнь? Ну и какое у тебя сейчас состояние? Ты думаешь, что будешь жить долго и счастливо. Ты же знаешь, что это всего лишь временно. Как бы ты это не хотела.

Валентина возразила:

— Это не так. И я не верю в суеверия, мама.

Синдрелла сказала:

— Думай, как хочешь. Ты сама сейчас делаешь ошибки, которые убьют тебя в будущем. Я тебя предупреждаю и даю наилучший ход для нас обеих. Как бы оно не звучало так страшно.

Валентина твёрдо сказала:

— Я просто продолжу жить.

Мать замолчала, затем спросила:

— Спрашиваю в последний раз. Ты пойдёшь туда?

— Нет, — ответила Валентина твёрдо.

Синдрелла сказала:

— Значит, я больше не буду с тобой общаться в этом месте.

Валентина усмехнулась:

— Отлично. Как раз надоело, что ты вечно вмешиваешься в мои сны.

Синдрелла сказала, и в голосе её послышалась горечь:

— Пригодится тебе ещё моя помощь, дочка. Ты просто, как и все девушки в переходном возрасте, отвергаешь единственного человека, который желает тебе лучшего будущего.

Валентина сказала:

— Я перешла уже переходный возраст, мама. Мне двадцать один. Что ты мне болтаешь? Я уже взрослая.

Синдрелла замолчала и отвернулась:

— Сама выбирай. Ты всегда была ближе к отцу, нежели чем ко мне.

Валентина сказала с горечью:

— Может, поэтому отец бросил нас.

Синдрелла застыла. Через её отвернувшееся лицо потекла слеза, которая упала на пол и сожгла его.

— Уйди, — сказала Синдрелла.

---

Валентина резко проснулась ночью от кошмара и схватилась за сердце. Она тяжело выдохнула и сказала:

— Ну и разговорчик…

Валентина ходила по комнате и бормотала под нос:

— Что ещё за башня… Если не ошибаюсь, это та же башня, что и тогда, когда мне доложили о смерти матери…

Она остановилась, ударила кулаком по столу:

— Ладно, хватит! Зачем ты должна это делать, блин? Лучше иди и исправляй свои проблемы.

Она взяла дневник и начала писать:

«Первое — примириться с Абелем. Второе — научить Астро управлять тьмой. Третье — навестить Норн. Четвёртое — нормально использовать дроны. Пятое — стать сильнее с мечом. Шестое — найди башн…»

Она не дописала и резко зачеркнула шестой пункт. Посмотрела на список, выдохнула и вышла с надеждой делать эти вещи.

---

Наступило утро. В комнате Удзуки пытался проснуться. Он еле встал с кровати, походил пару шагов и резко споткнулся об Астро, который лежал на полу.

Астро закричал от боли:

— Ай!

Удзуки поморщился:

— Блин, я уже забыл, что ты живёшь со мной.

Астро возмущённо ответил, потирая ушибленное место:

— Смотрю, куда идёшь, шкаф, блин. Или тумбочка.

Удзуки вздохнул и перевёл тему:

— Ладно. Кстати, Астро, что у тебя там сегодня на занятиях?

Астро встал, отряхнулся:

— Как обычно — учусь в академии, в классах, а потом уроки с наставницей, и дальше мои игры и так далее.

Удзуки задумчиво сказал:

— Ммм… Понятно. Интереснее, чем мои дни.

Астро удивился:

— Ты чего? У тебя же наоборот крутые дни. Теперь представляешь, что у тебя? Управляющий великими дронами — ты можешь всё хоть сейчас призвать этих пятнадцать дронов и уничтожить академию.

Удзуки строго сказал:

— С ума сошёл? Ими нельзя пользоваться просто так, только против демонов.

Он прошёл к окну, посмотрел на улицу и сказал задумчиво:

— Слушай… Знаешь, а я очень соскучился.

Астро спросил с любопытством:

— По ком?

Удзуки улыбнулся:

— По моей самой милашке Норн.

Астро усмехнулся:

— Твоей самой милашке? Тебе что, нравятся девушки помладше что ли?

Удзуки обернулся:

— Знаешь, Астро, есть разница между тем, что ты любишь кого-то как сестрёнку, а также как семью.

Астро фыркнул:

— Это бред какой-то. Не существует такого. Это лишь жалкие отмазки.

Удзуки покачал головой:

— Ах ты, грязные мысли у тебя! Ты не терял никого, вот поэтому ты не знаешь. Когда ты не имеешь то, что хочешь, ты сознательно тянешься к людям, которые тебе нуждаются. И во-вторых — признай, Норн слишком милая для этого мира. Как бы ты ни пытался это принести как вовлечение или что-то подобное.

Астро возразил:

— Преувеличение всё. Страшная она.

Удзуки усмехнулся:

— А в лицо ей скажешь?

Астро смутился:

— Нет, конечно. Она же меня сожрёт.

Удзуки кивнул:

— Ну так вот. Будь милее с ней. А так если что-то сделаешь — поверь, я не буду сюсюкаться с тобой.

Астро вспылил:

— Да пошёл ты! Пытаешься запугать? Ты же сам лох! Посмотри на себя — ещё и мне угрожает!

Удзуки улыбнулся:

— Почему ты обращаешься к Валентине на «вы», а ко мне на «ты»?

Астро ответил:

— Потому что отец приказал. Ещё и я уважаю её, в отличие от тебя — она самостоятельная и сильная.

Удзуки приподнял бровь:

— А я что, слабак что ли?

Резко в дверь постучали. Валентина сказала:

— Удзуки, Астро уже встал?

Удзуки открыл дверь:

— Да, вот он тут.

Астро побежал, показав Удзуки язык, и пошёл к выходу. Валентина прихватила его по дороге и сказала:

— Пошли.

Астро спросил:

— Куда ты меня ведёшь?

Валентина ответила:

— Сейчас я быстро пообщаюсь с Абелем, а потом ты отправишься на свои занятия. Ладно?

Астро закатил глаза:

— Ну ладно… Опять ваши романтические сюсюкания.

Валентина улыбнулась:

— Мне как раз и нужно нормально наладить эти сюсюкания с Абелем. А ты пока потерпи.

Астро вздохнул:

— Ну ладно.

Они пошли. Валентина сказала:

— Не расстраивайся. Через какое-то время мы пойдём навещать Норн.

Астро насторожился:

— Навещать Норн? А это так нужно что ли?

Валентина усмехнулась:

— Конечно. Ты же так соскучился по ней.

Астро смутился:

— Я знаком с ней от силы три месяца. С чего мне её так скучать?

Валентина улыбнулась:

— По взглядам поняла.

Астро закатил глаза. Они подошли к Абелю, который просто сидел на подоконнике.

Валентина поставила Астро чуть подальше и сказала:

— Не мешай.

Она оставила его смотреть на это и медленно подошла к Абелю:

— Абель, привет! Ты всё ещё в гневе?

Абель покачал головой:

— Нет. Брось уже. Я не совсем обижен.

Валентина вздохнула с облегчением:

— А, да… Я просто подумала о твоей реакции вчера.

Абель усмехнулся:

— Ничего, просто слишком вспылил из-за природы этих дронов. Я не обижен. Это как-то по-девчачьи и по-глупому — просто обижаться и быть в депрессии из-за того, что кто-то не считает, что мы не пара.

Валентина кивнула:

— Да, да, я тоже. Хорошо, что ты это понял.

Абель сказал:

— Раз уж какие-то железки не считают наши души совместимыми, главное, что мы это считаем, верно, Вэл?

Валентина улыбнулась:

— Да, да, чёрт возьми! Вот это я хотела рассказать всем, а не то, что все думают.

Абель спросил:

— Ну… Но я всё равно хочу остаться. Как у тебя там дела? Что ты хочешь сделать?

Валентина ответила:

— Ну, есть у меня список дел, которые я хочу сделать. Потренироваться, поучить Астро и так далее.

Абель улыбнулся:

— Поучить Астро… Я вижу, он стал твоим сыном, как бы.

Валентина удивилась:

— Что? Да нет, просто ученик избалованный.

Абель сказал:

— Его получить, наверное, сложно — одновременно и тьма, и золото, которыми управлять очень сложно.

Валентина кивнула:

— Ну да, но я верю, что справлюсь с этим.

Абель спросил:

— Куда ты сейчас пойдёшь? Я вот, например, пойду сейчас просто отдыхать на природе один.

Валентина ответила:

— Ну, по расписанию я сейчас должна пойти и нормально научить Астро уже. Сейчас пойду…

Резко пришла Анна и сказала:

— Извини, Абель, но ты не против, если я украду твою девушку на два часа?

Абель усмехнулся:

— Нет.

Анна резко утащила Валентину. Та крикнула:

— Эй, куда ты меня несёшь?

---

Мы заметили, как Удзуки еле выходит сонный из своей комнаты, пытаясь ориентироваться. Но его резко Хигамару со всей скоростью уносит по коридору.

На скамейке Анна усаживает Валентину. Хигамару подставляет Удзуки к скамейке рядом с ней.

Удзуки и Валентина переглянулись. Валентина спросила:

— Ну и что это было?

Анна сказала:

— Вы что, не слышали? То, что говорил Мориарти. Раз уж вы теперь оба управляете дронами, ваша связь должна быть идеальной. А для этого вы должны побольше общаться друг с другом душевно. А то, что вы каждый день вообще даже не пересекаетесь…

Удзуки возразил:

— Ну, раз уж мы уже приняты как управляющие дронами, что мешает просто жить, как я раньше?

Анна покачала головой:

— Нет, это не работает, Удзуки-тян. Вообще-то вы должны иметь связь сильнее, чтобы управлять дронами всё лучше и выше. Вы что, не понимаете ответственности?

Рин появился сзади:

— Да и что мешает вам просто общаться, как и прежде?

Валентина сказала:

— Ну… У меня были свои планы.

Удзуки добавил:

— А я хотел просто поесть моти в кафе.

Рин махнул рукой:

— Да бросьте, вы можете это и завтра сделать. Хотя завтра вы тоже будете обязаны так общаться, но сегодня вы обязательно должны несколько часов поговорить по душам.

Он поставил их ближе друг к другу. Удзуки возмутился:

— Да блин, у меня ещё и сегодня была сессия у Нанахоши. Она меня потом сожрёт.

Валентина сказала:

— А я хотела потом провести занятия с Астро и Норн.

Рин сказал:

— Не моя проблема. Это указ императора. Усильте психологическую связь до такой степени, какой была у вас на первом курсе.

Анна и Хигамару кивнули и ушли вместе с Рином.

Удзуки и Валентина остались. Они просто посмотрели друг на друга. Удзуки сказал:

— Привет.

Валентина ответила:

— Ну, привет.

Валентина пыталась оживить разговор:

— Ну, как там у тебя дела? Удзуки, как там у тебя рука, а?

Удзуки посмотрел на свою правую руку и покачал головой:

— Рука не изменилась. Всё так же парализована, и нет прогресса. А у тебя руки как? Всё ещё тёмные?

Валентина чуть нервно усмехнулась:

— Ну да… Растут. Стали больше, чем прежде.

Она помолчала, затем спросила:

— А у тебя как там дела на работе?

Удзуки пожал плечами:

— Ничего нового. Нету демонов. Просто сижу. Представляешь, мне дали управление дронами.

Валентина кивнула:

— Да, я знаю. Я тоже там была.

Удзуки опомнился:

— А, да, блин, забыл.

Валентина отвела взгляд, подумала и спросила:

— А как там у тебя дела с Нанахоши? Я уже слышала, как три месяца, что вы уже официальная пара. Я даже никогда не ожидала, что вы сможете стать близкими.

Удзуки улыбнулся, и его лицо чуть потеплело:

— А, да… Спасибо что ли. Ну, понимаешь… Эти отношения — лучшее, что могло произойти в моей жизни. То, что я теперь в любви с Нанахоши, делает мою жизнь счастливой. Я даже не ожидал, что с такой девушкой можно и замутить.

Валентина усмехнулась:

— Да, я сама удивлена. Во-первых, очень удивлена тому, что ты в принципе завёл себе отношения. Во-вторых, ещё и с такой девушкой, как Нанахоши. Я просто в шоке.

Удзуки возмутился:

— Эй! О чём ты?

Валентина пояснила:

— Ну понимаешь, ты же раньше был таким эмобоем с чёлкой и страшной внешностью, но с добрым сердцем, который уходит в тени остальных.

Удзуки фыркнул:

— Эй! Не приписывай меня к шаблонным персонажам из романов. Не таким я был. И в принципе я никогда не спускал чёлку. И ты что, реально думаешь, что я никогда никого не любил, даже при дружбе с тобой?

Валентина сказала:

— Ну да, это же было очевидно. Ты был как скала.

Удзуки усмехнулся:

— Пересмотри мои чувства раньше, ладно? Ну ладно. А как там у тебя дела с Абелем?

Валентина ответила:

— Ну как там… Красивые.

Удзуки улыбнулся:

— Да, я угадаю — как всегда идеальные и суперпритягательные.

Валентина покачала головой:

— Да нет, что ты. Есть пару трещин, которые я быстро склеила. Теперь всё нормально, как ты и говорил.

Удзуки помолчал, затем спросил:

— А как там дела у Норн?

Валентина улыбнулась:

— А что с Норн? Нормально. Тренируется, прогрессирует там у Альдебарана и ждёт побыстрее встречи с нами.

Удзуки кивнул:

— Ну, конечно. Я тоже соскучился по ней.

Валентина сказала:

— Да, я тоже.

Удзуки спросил:

— А как там у тебя дела с Астро? Вижу, вы всё ближе становитесь, да?

Валентина вздохнула:

— Не то что ближе, а нужно стать лучше для того, чтобы научить его тьме и свету.

Удзуки предложил:

— Ну так попробуй перестать с ним сюсюкаться.

Валентина покачала головой:

— Нет, это не мой метод. Я не буду избивать Астро за неповиновение или за дерзость. Я не как твоя мать.

Удзуки нахмурился:

— Тебя били в детстве?

Валентина ответила:

— Нет, но были моменты, похожие на насилие.

Удзуки тяжело вздохнул, осмотрелся вокруг и сказал:

— Почему так тяжело?

Валентина согласилась:

— Да, я тоже это почувствовала. И дроны реально выбрали нас как тех, у кого есть хорошая и притягательная связь.

Удзуки задумчиво сказал:

— По-моему, это было ошибкой.

Валентина посмотрела на пол:

— Или…

Удзуки задумался, затем сказал:

— Или наши души просто навеки прицепились друг к другу как мёртвые?

Валентина усмехнулась:

— Ну… Понимаешь, когда мы в первый раз познакомились в академии, я вообще даже не ожидала, что это может случиться.

Удзуки кивнул:

— Но я вот подозревал что-то типа того. Знаешь, когда я поступил в академию, ты была первым моим другом в принципе жизни. Если считать искренне, а не по работе и так далее. Конечно, тут не сложно привязаться к душам.

Он помолчал, затем добавил:

— И знаешь… А чё мы так беспокоимся-то? Разве это должно мешать нашей жизни? Это просто означает, что наша старая дружба должна перенестись в новый ключ.

Он встал и протянул правую руку, но понял, что она не работает, и протянул левую. Валентина приняла её. Они пошли, просто обхаживая магические сады.

Удзуки сказал:

— Чувствую, что использовать дроны не так легко, как кажется на первый взгляд.

Валентина кивнула:

— Ну да. Я немного походила и подумала, что будут моменты, когда мы будем отдельно друг от друга. Вот в такие моменты я чувствую, что использовать пятнадцать дронов нужно с умом. Дальше уже не можешь — твоя душа не выдержит. Мориарти говорил, что душа попросту исчезнет. Мне страшно становится, вдруг настанет момент, когда придётся использовать их одновременно.

Они проходили через синие кусты, которые светились красными светлячками. Удзуки сказал:

— Нет, вряд ли такое будет. Мы же не сумасшедшие, чтобы так делать. Да и когда есть… Зачем носить два одновременно? Знаешь, кто может такое выдержать?

Валентина спросила:

— Кто?

Удзуки ответил:

— Те, у кого вообще нет души. Каменные сердца. Наверное, только они и могут выдержать мощь этих булавок. Вообще, кто придумал, чтобы они были булавками? Мне становится не по себе.

Валентина усмехнулась:

— Ну хотя бы они удобные. Не стильные, конечно, но пригодятся.

Удзуки сказал:

— Проходи дальше. Ну, знаешь, я чувствую, что нам нужно побольше так проходиться и общаться.

Валентина кивнула:

— Да, я знаю. Это необходимо, чтобы всегда поддерживать психологическую связь и управлять дронами. Кроме нас никто и не может нормально это делать.

Удзуки предложил:

— Ну, раз уж так сложилось, давай завтра я и ты снова прогуляемся, чтобы нормально провести время.

Валентина спросила с сомнением:

— А наши партнёры не будут ревновать?

Удзуки усмехнулся:

— Они не тупые, чтобы понять, что мы это делаем, чтобы подкреплять связь.

Валентина кивнула:

— Ну давай тогда, удачи, Удзуки.

Удзуки ответил:

— Ну давай, Валя. Не потеряйся.

Удзуки пошёл, и Валентина усмехнулась, глядя ему вслед, и сказала себе:

— Старый добрый Удзуки… Чувствую, именно в такие моменты он становится таким, каким я с ним и подружилась. Чувствую, надвигаются перемены в моей жизни. Нужно их принять.

Она резко остановилась:

— Стоп, а где Астро? Блин, я потеряла Астро! Чё он там натворил?

Она побежала.

---

В классе тем временем Агнес резко подошла к Леону и сказала:

— Кто дал тебе имя?

Леон удивился:

— Эм… Мне дал имя человек.

Агнес не отступала:

— Я серьёзно, отвечай — кто дал тебе такое имя?

Леон ответил:

— Да что ты? Мама дала мне. А что?

Агнес прищурилась:

— Откуда твоя мама дала такое имя? И почему ты связан магией с душами? Ты можешь ими управлять? Ты можешь их украдывать? Ты можешь перерождаться или что?

Леон отшатнулся:

— Женщина, уйдите! Хотя на вид вы обычная маленькая милая девочка, но уйдите, пожалуйста. Я не знаю, о чём вы. Моя магия душ просто парализует и уничтожает душу врага. Какие манипуляции? О чём вы имеете в виду?

Агнес сказала:

— Это не может быть просто совпадением. Выкладывай всё.

Канаэ подошла и спросила:

— Что у вас тут творится?

Леон сказал:

— Эта мрачная девочка хочет меня сожрать, потому что меня зовут Леон. Разве Леон плохое имя? Я проиграл в этой жизни?

Канаэ сказала примирительно:

— Ну… Как бы объяснить тебе. Давайте обсудим это мирно, ладно?

Агнес села и сказала твёрдо:

— Я не отстану.

Агнес продолжала сверлить Леона взглядом. Тот отступил на шаг, подняв руки в примирительном жесте:

— Что с ней? Почему она на меня нападает?

Канаэ попыталась сгладить обстановку:

— Понимаешь, тут так много совпадений…

Агнес перебила:

— Ничего не совпадение. Совпадений не бывает — это лишь отмазки.

Леон растерянно оглянулся:

— Но это просто случайность может быть! Я не знаю, о чём ты, но давай это уладим.

Агнес ударила по столу, и Роберт громко каркнул:

— Случайность не случайна. Отвечай на мои вопросы.

Леон почти крикнул:

— Да что вообще происходит?!

Канаэ вздохнула и объяснила:

— Понимаешь, у Агнес был парень по имени Леонардо. И он потерял душу из-за чего-то. И когда появляется в жизни человек с очень схожим именем, а также способностью того, кто исчез… Конечно, так подозреваешь.

Леон удивлённо присвистнул:

— Ничего себе. Да тут целый фактор совпадений. Я сожалею, что там у тебя с парнем произошло, но я не имею к этому ни малейшего отношения. Я вообще в первый раз слышу об этом.

Агнес усмехнулась:

— Ага, так я тебе и поверила. Ведь от тебя исходит духовная страшная магия…

Леон обиженно сказал:

— Это мне ещё ни разу не говорили — и в детстве, и сейчас. Это обидно звучит, не понимаешь?

Канаэ встала между ними:

— Ну, бросьте. Вы оба травмированные люди. Разве вы не должны подружиться? Ну ладно, я тоже поделюсь травмой. Меня хотели принудительно заставить выйти замуж за одного из принцев посёлка из другого района, чтобы подчеркнуть связь районов. Но я просто взяла и сбежала с Александром.

Леон и Агнес открыли рты от удивления. Роберт каркнул. Канаэ спросила:

— Ну что? Это разве не травма? Плохо же.

Агнес покачала головой:

— Интересная история, но давай не сейчас. Я хочу понять его природу и откуда он взялся.

Леон сказал:

— Да посмотри мою биографию — с кем я рос, кто мои родители и как я прокачивался. И тогда поймёшь.

Агнес прищурилась:

— Больно уж ты нервничаешь. Знаю я психологию людей.

Резко появился Хигамару, заглянув через плечо Агнес:

— Что тут происходит? Тут допрос что ли?

Леон взмолился:

— Ваша подруга хочет меня украсть! Помогите!

Хигамару усмехнулся:

— О, если Агнес положила на тебя глаз — значит всё, конец тебе.

Леон возмутился:

— Так я ничего не делал!

Хигамару обнял Агнес через шею и спросил:

— А что у тебя там, Агнес, случилось, а?

Агнес ответила:

— Ты сам не можешь понять?

Хигамару кивнул:

— А, так ты про схожесть имени Леонардо и Леон… Ну да, я тоже заподозрил в этом. Но поверь, знаю я эти края — потому что там ходил как цыган. Там много таких Леонов в странной манере одежды. Это просто совпадение. Даже если это какой-то заговор — это не может быть.

Агнес встала, вздохнула и сказала:

— Наш разговор ещё не закончен. Ты ещё увидишь. И ты что, не можешь лечить души?

Леон ответил:

— Моя задача — только управлять и уничтожать душами, а не лечить их.

Агнес ушла. Хигамару облегчённо выдохнул:

— Фух… Ну и напряжение в классе. Какой же класс без драм? Ну что поделать.

Леон расстроенно опустил плечи, но вдруг услышал звуки битвы через окно. Он повернулся и увидел, как Астро и Валентина сражаются на мечах на улице.

Астро резко напал на Валентину со всей силой, использовал силу пустоты, исчез и появился сзади. Но Валентина резко отразила удар и впечатала Астро в землю.

— Ай! Больно! — закричал Астро, потирая ушибленное место. — Почему ты не поддаёшься хотя бы?

Валентина опустила меч и сказала:

— Ну, поддавками тут не станешь сильнее, Астро. Ты всё ещё не умеешь контролировать свою силу.

Астро возмутился:

— Ну и что с того? Разве не правильно направить мою силу, а не обуздать её?

Валентина присела рядом с ним и сказала:

— Без обуздания силы ты не направишь её куда-то, Астро. У меня вопрос: а как ты вообще обладаешь двумя энергиями? Как это в принципе возможно?

Астро пожал плечами:

— Я и сам не знаю. Просто родился. По словам отца, моя мать была обычным человеком. Даже не знаю, как я обрёл двойную энергию. Но то, что я имею силу тьмы в виде пустоты — это от отца досталось. А откуда у меня золотая энергия — никто не знает.

Валентина спросила:

— А ты сам-то хочешь этого?

Астро кивнул:

— Ну, я же уникальный, конечно хочу. Что мне — обладать только тьмой, как ты, или только светом, как Норн? Я универсальный и хочу обуздать обе энергии, чтобы стать сильнее.

Он взял меч и добавил:

— Для этого нужно упорно тренироваться, но так не хочется терпеть.

Валентина спросила:

— Ты сказал, что носишь белую бандану ради того, чтобы контролировать золотую энергию?

Астро ответил:

— Да.

Он снял бандану и отдал Валентине:

— Это своего рода аналог масок для рыцарей. Только меньше и удобнее, и для специальных детей, как я.

Валентина рассмотрела бандану:

— А, это — удерживатель и скрывающий энергию. Удобно для такого дитя, как ты. Специально сделали новую?

Астро кивнул:

— Ну, ну да. Отец дал. Она помогает мне получше использовать золотую энергию через меч.

Валентина сказала:

— Хочешь, дам совет?

Астро кивнул:

— Давай.

Валентина объяснила:

— Когда Норн училась золотой энергии, она поначалу вообще использовала золото только чтобы защищаться от посторонних. Но после того, как мы с ней долго вели переговоры, я научила её, что её золотая энергия должна идти сама, и она сама должна направлять её, как реку.

Астро нахмурился:

— Тут нет реки.

Валентина усмехнулась:

— Я имею в виду формально. Метафора, понимаешь?

Астро моргнул, не понимая. Валентина вздохнула:

— Эх, что я пытаюсь объяснить девятилетнему ребёнку…

Астро сказал:

— Ну какой итог? Норн стала суперсильной и всех уничтожила?

Валентина покачала головой:

— Нет. Она тренировалась, конечно же. При первой серьёзной битве она получила серьёзные раны и использовала свою магию только как лечитель. А ты — боец, который должен вечно показывать свою мощь.

Астро спросил:

— Но как мне нормально пользоваться тьмой, как ты?

Валентина сказала:

— Отличие в том, что я использую тьму, даже не боясь, что она меня поглотит. А ты боишься, что тьма тебя поглотит. Можешь прекратить?

Астро задумался:

— Ну ладно, я готов к этому. Но как? Научи.

Он взял в руки меч. Валентина спросила:

— Я всё ещё не спросила: откуда ты взял такой же похожий меч?

Астро ответил:

— Говорил же я — когда я взял меч в руки, он сам стал таким. Ты же должна знать правила рыцарей.

Валентина покачала головой:

— Я не рыцарь, так что я не знаю этого.

Астро удивился:

— Хм… Было бы лучше, если бы ты была рыцарем, нежели чем способом.

Валентина сказала:

— Так вот, сосредоточь свою тьму на спине.

Астро закрыл глаза с мечом в руках. Валентина подошла сзади:

— Теперь почувствуй мурашки на спине.

Астро поморщился:

— Слышится странно и неприятно.

Валентина сказала:

— Да дослушай уже. А что представил? Теперь направь эту энергию прямо через меч, так же, как будто ты используешь посох.

Астро сказал:

— Но я не пользуюсь посохом.

Валентина поправилась:

— Эм… Тогда просто выкинь тёмную энергию.

Астро кивнул, закрытыми глазами махнул тёмным мечом. Огромная тёмная материя пронеслась в воздухе и разрезала ближайшее дерево. Оно упало с грохотом.

Астро удивился:

— Что? Я что-то сделал?

Он хотел открыть глаза, но Валентина закрыла их руками и сказала:

— Ты всё делаешь правильно. Попробуй теперь уменьшить свой потенциал.

Астро кивнул и повторил то же самое — вышел плавный разрез, который прошёлся по воздуху и исчез.

Валентина убрала руки:

— Отлично. Теперь просто научись использовать это в бою постоянно и непрерывно, сохраняя концентрацию.

Астро выдохнул:

— Ну, попробую.

Валентина устало сказала:

— Эх… Я устала. Пойдём отдохнём в моей комнате.

Астро кивнул:

— Ну ладно, пошли.

Они пошли. Валентина сказала:

— Сейчас отдохнём, соберёмся и пойдём к Норн, ладно?

Астро закатил глаза:

— Без меня, ладно?

Валентина покачала головой:

— Ничего не принимаю за отказы. Пойдём вместе.

Астро не стал отвечать, и они пошли в комнату...

Они зашли в комнату, и Астро тут же с разбегу прыгнул и лёг на кровать Валентины. Она с удивлением посмотрела на него:

— Ты лежишь на моей кровати.

Астро усмехнулся, не двигаясь с места:

— Я знаю и специально это сделал.

Валентина вздохнула:

— Эх… Ну ладно. Что мне беспокоиться-то? Ребёнок всё-таки.

Она походила, собираясь, а Астро задумчиво оглядел комнату:

— Хм… Что это?

Он потянулся к коробке под кроватью, но Валентина тут же отдёрнула его руку:

— Ай-ай-ай! Астро, не суй свой нос не в свои дела, ладно?

Астро усмехнулся:

— А, девчачьи секретики? Понял.

Он походил по комнате и остановился у картинки Шарлотты:

— Кто это? Красивая, но страшная девушка.

Валентина подошла к нему, вглядываясь в портрет, и тихо сказала:

— Эх… Это наша бывшая подруга, которая пожертвовала собой, чтобы спасти множество жизней.

Астро удивился:

— Что? Правда? А кто она?

— Шарлотта Уайлдшайт. Потерянная принцесса Барона, — ответила Валентина.

Астро присвистнул:

— Стоп, то есть она королевских кровей?

Валентина кивнула:

— Да. Но жаль, мы поняли это так поздно.

Астро посмотрел на неё:

— Вижу, она тебе дорога.

— Не только мне. Всем дорога была. Эх… Как же я хочу снова увидеть эту такую пушистую девочку с огромными волосами.

Астро фыркнул:

— Ну да… Волосы, походу, больше, чем я сам.

Валентина усмехнулась и сказала:

— Ну, зачем моя грусть там? Давай собирайся уже, сейчас телепортируемся к Норн.

Астро сел:

— Интересно, ты пытаешься научить меня мечу, но ты сама при этом не прогрессируешь.

Валентина ответила:

— Ну, как бы сказать… Я тебя пытаюсь прокачать до того уровня, который я достигла, ладно? И поверь, я не наставник сильный, чтобы помогать тебе. Я просто умею находить общий язык с детьми.

Астро усмехнулся:

— Типа симпатию притягаешь?

Валентина улыбнулась:

— Ну да. А что, ты считаешь меня красивой?

Астро фыркнул:

— Вечно ты самолюбивая. И да ты красивая.

Валентина усмехнулась и сказала:

— Давай пошли. Сейчас с помощью колец телепортируемся.

Астро нахмурился:

— Но ты же вроде не доверяешь кольцам.

— В случае опасности я их не использую, но ради быта я их использую. Чувствую, они с подвохом, как и у Удзуки и Нанахоши. Но ты хочешь шагать до дома Альдебарана сотни километров?

Астро вздохнул:

— Нет. Ну ладно, пошли.

Они взяли кольца и резко телепортировались в город цветов.

---

Норн стояла на каменной площадке у водопада. Босиком, в руках держала посох, сосредоточившись. Она пыталась держать равновесие, но водопад обрушивался на неё, и она падала на колени.

— Нет! Это какой-то бред! Как я должна остановить водопад? Разве это не магия воздуха и воды? При чём тут золото?

Альдебаран появился из-за спины и сказал:

— Ну, вообще-то, если ты сможешь это сделать… Да, я признаю, что это не связано с золотой магией. Но если ты сможешь остановить водопад с помощью золотого потока, ты сможешь контролировать всю свою золотую энергию, как свои пять пальцев, и использовать её на всю мощность, которую может показать твоё тело. А твоё тело ещё растёт, так что это тебе поможет.

Норн возмутилась:

— Пожалуйста! Это же так сложно! Я же дитя! Зачем ты мне такое кидаешь?

Альдебаран сказал серьёзно:

— Ты боишься, что золотые пятна тебя потом сожрут? Пожалуйста. Если ты не обуздаешь полный контроль золотой энергии, они будут всё быстрее и быстрее расти. Понимаешь?

Норн вздохнула:

— Ну ладно, я поняла.

Она замолчала, затем спросила:

— А как там твой сын? Ты связался с ним?

Альдебаран покачал головой:

— Нет, он в Ашуре. Не отвечает на звонки, слишком занят.

Норн сказала:

— И как я слышала, он сильнейший рыцарь за всю историю. Но по какой-то причине мы не видели самого сильного рыцаря даже на картинках.

Альдебаран усмехнулся:

— Ах… Он не любит сниматься. В отличие от меня. Он был таким весёлым мальчиком, но таким правильным. Правосудие у него было слишком сильное. Что логично передалось по его характеру в будущем.

Норн предложила:

— Так давай позвоним в последний раз.

Альдебаран покачал головой:

— Я уже пытался. Спасибо, Норн, за заботу, мне не надо. А ты иди и лучше потренируй свои навыки.

Норн настроилась, но резко почувствовала что-то и радостно крикнула:

— Валентина здесь!

Она побежала. Альдебаран усмехнулся:

— Почувствовала её тёмную энергию… Хм, она уже хорошо чувствует энергии.

Он пошёл вслед за ней.

Валентина и Норн резко встретились и обнялись. Норн сказала, сияя:

— Я так скучала по вам!

Валентина ответила, гладя её по голове:

— Я тоже. Ух ты, как подросла! Стала чуть выше на пару сантиметров.

Норн посмотрела на Астро, уперев руку в бок:

— Астро, ты тоже здесь? Тоже соскучился по мне?

Астро отвёл взгляд и пробормотал:

— Ну… Просто Валентина-сан меня потащила.

Норн усмехнулась:

— Ну-ну… Дай угадаю — твоя тренировка не прогрессирует?

Астро возмутился:

— Нет, я становлюсь только сильнее. Я обещаю, я достигну твоего уровня!

Норн фыркнула:

— Пока ты достигнешь моего уровня, я уже стану божественным магом.

Валентина спросила:

— А как проходят твои тренировки?

Норн вздохнула:

— Эх, опять как всегда. Еле выполнила сложное задание, а Альдебаран тут же кидает меня в новое адское задание, которое я должна выполнить минимум через несколько лет.

Альдебаран вышел из-за спины:

— Ничего не несколько лет. Я сам выполнил это задание спустя две недели. Хотя у тебя потенциал выше — ты должна сделать это быстрее.

Валентина поклонилась:

— Господин Альдебаран, приветствую вас.

Альдебаран кивнул и посмотрел на Астро:

— О, вижу тут ещё один золотой мальчик… Хотя наполовину, походу.

Астро сказал:

— Хм… Я больше ассоциирую себя с тьмой, нежели с золотом.

Альдебаран задумчиво произнёс:

— Хм… Вы осознанно выбираете тьму вместо яркого золота? Это создаёт какой-то контраст, вы не улавливаете?

Валентина и Астро переглянулись и пожали плечами. Норн сказала:

— Я уже слышала через Альдебарана, что ты, Валентина, стала правителем дронов. Это так круто и ответственно! Теперь ты можешь даже не париться насчёт безопасности всех.

Валентина ответила:

— А, да… Дроны. Странная тема.

Альдебаран добавил с усмешкой:

— Хм… У неё там такое случилось на церемонии вручения, ты просто упадёшь от стыда.

Валентина поправила его:

— Ничего не стыдливо. Просто мы друг друга не поняли с Абелем.

Норн сказала:

— Говорила я, что Удзуки намного лучше!

Валентина покачала головой:

— Это только твоё мнение, Норн, ладно?

Астро вмешался:

— Какая разница, с кем она? Главное же, она теперь суперсильная с этими дронами. И насчёт безопасности нам не беспокоиться… конечно, если она не растяпа и не потеряет или отдаст эту булавку кому-то.

Валентина возмутилась:

— Эй! Я не неряха. Я принимаю ответственность.

Альдебаран спросил:

— А вы улучшаете связь с Удзуки?

Валентина кивнула:

— Да, улучшаю. Это по приказу императора.

Норн спросила:

— А кстати, император вас же лично выбрал, да?

Валентина ответила:

— Ну да.

Норн восхищённо сказала:

— Ничего себе, круто! Сам император доверяет вам больше, нежели божественным магам, и отдаёт вам очень сильное и ответственное оружие.

Валентина кивнула:

— Да-да, император такой…

---

После разговора мы перенеслись во дворец. Император стоял в белом мраморном зале в одиночку и смотрел в окно на всё королевство. Он смотрел на книгу законов, тяжело вздохнул, прошёл пару шагов и резко схватился за сердце, упав на колено.

Советник подбежал к нему:

— Ваше величество!

Император, сдерживая боль, прохрипел:

— Быстро! Быстро позовите лекаря первого ранга рыцаря!

Советник переспросил:

— Вы вызываете лучшего медика за всю историю? Того, кто лечит рыцаря первого ранга Йохана?

Император с трудом выдавил:

— Быстро!

Советник послушался. Император еле сдерживался от боли в сердце и прошептал:

— Ну и что это такое? Я же не старею… Это явно что-то другое.

Конец шестьдесят девятой главы.

ГЛАВА 70

ГЛАВА 70 — НОВАЯ НАДЕЖДА ИЛИ ЛОЖЬ УХОДА

Глава начинается в императорском дворце.

Император Барон лежал на кровати, схватившись за челюсть и морщась от боли. Рядом стояли его жена Рукия, сын Ллойд, а также дочь. Отец сказал с трудом:

— Сынок, Ллойд… Если я умру — меня явно прокляли. То займи королевство вместо меня, ладно?

Ллойд удивился:

— Что? Но, отец, мне всего шестнадцать. И у меня даже нет принцессы своей. Как я должен управлять королевством? Я же пока не готов к этому.

Отец сказал, сдерживая боль:

— Ничего страшного. При Вселенской войне наш прадедушка занял королевство с двенадцати лет и управлял божественными магами. Тебя ждёт та же участь, если со мной что-то случится. Ладно?

Ллойд нервно ответил:

— Но, отец…

— Я тебе верю, — перебил его император. — Я не прощаюсь, я просто передаю тебе эстафету. Если так пригодится — я готов. Но я не буду жаловаться, если что-то сделаю не так.

Рукия положила руку на плечо сына:

— Не бойся, мы будем тебе помогать.

В комнате царила мёртвая тишина. Грусть, а также старый запах болезни и мертвечины. Советник пришёл и сказал:

— Господин, мы вызвали лекаря. Она уже подходит.

Рукия спросила:

— Дорогой, ты вызвал лучшего лекаря за всю историю? Того, кто лечит великого рыцаря Йохана?

Император кивнул:

— Это единственный выход сейчас. Надеюсь, она поможет мне хотя бы не умереть. А даже вылечить болезнь.

Ллойд спросил с сомнением:

— Но… Вы уверены, что он вам поможет? И он что, реально самый мощный?

Барон поправил его:

— Не он, а она. Она спасала сотни тысяч жизней на войне и живёт больше двухсот лет.

Все удивились. Император добавил:

— Она не человек в прямом смысле. Больше я не знаю.

Советник сказал:

— Она пришла.

И она зашла в комнату очень тихо.

В комнату медленно зашла девушка. Очень бледная, в небольшом белом халате до колен. На её шее висел огромный зелёный шарф, завязанный сзади и закрывающий рот и нос. Её волосы были розовыми — как небо, когда солнце закрывается за горизонтом, а глаза красными, как розы. На вид она была очень хрупкой. В руках она держала небольшой чемоданчик, стояла в стеснительной позе и говорила тихим, но приятным голосом:

— Здравствуйте! Я Харуко. Лекарь высшего ранга Йохана.

В комнате все удивились. Ллойд воскликнул:

— И она великий маг?

Мама шикнула:

— Тише!

Ллойд продолжил, не сбавляя тона:

— Да она же на вид от силы двадцать лет! И какие тут могут быть двести?

Харуко стеснительно сложила руки и сказала:

— Слышала о вас. Серьёзная болезнь.

Барон кивнул:

— Да. Не против, если вы поможете мне?

Харуко кивнула и подошла. На её ногах были небольшие длинные белые сапоги, которые звонко стучали. Она открыла чемодан, достала две зелёные перчатки и надела их. Её рука засветилась синим. Она осмотрела Барона, как рентген, и сказала:

— У вас сердце проклято.

Барон удивился:

— Что?

Харуко объяснила:

— Как бы объяснить… Эх. Ваше тело вмешалось в то, что не должно было. Не знаю, откуда природа этого, но могу удалить.

Барон спросил:

— Можешь полностью удалить? Не хочу, чтобы это опять случилось.

Харуко покачала головой:

— Могу отсрочить на сотни лет. Полностью удалить эту болезнь невозможно. Вам просто вплели это в душу. Это душевная болезнь. Но могу подарить сотни лет, чтобы вы не беспокоились. Вы и так не живёте столько же.

Ллойд спросил:

— А ты живёшь сколько уже?

Харуко сложила руки у живота и ответила:

— Ну, извините, но я живу двести лет. Понимаю, может звучать страшно, но… Такая уж моя природа.

Мама спросила:

— А ты откуда вообще? И как ты работаешь у Йохана?

Харуко ответила:

— Ну, долгая история. Я же пришла вроде лечить императора.

Барон кивнул:

— Да, помогите мне с этим, и я буду благодарен вам.

Харуко сложила две руки у него на сердце, и они засветились зелёным. Она резко вытянула синюю пульсирующую сферу, которая слишком сильно игралась в её руке, сказала:

— Проказник.

И резко захлопнула её в бутылку, положив внутрь своего халата.

Барон перестал чувствовать боль и удивлённо сказал:

— Ух ты! Вы реально удалили! Спасибо вам огромное. Говорите, ещё несколько лет не будет работать?

Харуко кивнула:

— Да. По крайней мере, я так считаю. Я не до конца разбираюсь в душевных болезнях, но могу помочь, как могу.

Она встала и сказала:

— Рада была помочь.

Барон сказал:

— Ах, извините, а вы не хотите остаться? Просто я боюсь, что со мной ещё что-то случится. Такой полезный лекарь, как вы, мне не помешал бы.

Харуко покачала головой:

— Ой, извините. Я не могу тут остаться. Я должна быть всегда рядом с моим рыцарем Йоханом.

Рукия спросила:

— Твоим рыцарем? Он на тебя служит?

Харуко улыбнулась:

— Нет, наоборот. Я у него служу, как, например, дворецкий что ли.

Ллойд сказал:

— Так рыцарь в Ашуре?

Харуко кивнула:

— Да. Я сейчас телепортируюсь к нему, чтобы и дальше помогать ему. Была рада вам помочь. Пожалуйста, больше не болейте так. А то не хочется видеть такие страшные болезни.

Барон спросил:

— А вы откуда родом? Вы не можете сказать? Просто нам интересна ваша природа и как вы обладаете такой способностью.

Харуко сказала, стесняясь:

— Наверное, моя долгая живучесть объясняется тем, что я лечу не только других, но и себя. Вот поэтому я остаюсь молодой. Ну, конечно, мне нравится моя выносливость. Но также я лечила и других. Я ведь не боевой маг, чтобы сражаться на войне. Я вообще не умею сражаться и пацифистка. А с Йоханом я подружилась пятьдесят лет назад. Приятный он человек — такой правильный и справедливый. Я работаю у него и помогаю. И заряжаю его энергией. Ладно, до свидания. Мы ещё не скоро вернёмся из Ашуры.

Ллойд спросил:

— А почему вы не возвращаетесь из Ашуры? Разве вы не должны быть во Вселенной?

Харуко ответила:

— Не знаю. Ведь Йохан говорит, что королевство его задерживает из-за боязни отпустить мощного рыцаря.

Она поклонилась и ушла.

Барон встал и сказал с облегчением:

— Эх… Огромное спасибо богам, что меня оставили в живых.

Рукия спросила:

— Продолжишь службу или отдохнёшь?

Барон ответил:

— Не время отдыхать.

Ллойд облегчённо выдохнул:

— Спасибо этой женщине, что на мои плечи не упала ответственность за королевство.

Барон кивнул:

— Надеюсь, это больше не повторится.

Он ушёл.

Валентина просто сидела у крыльца дома Альдебарана, пока сам хозяин уснул на диване внутри. Она смотрела на Астро и Норн, которые сошлись в дуэли на открытой поляне у травы.

Астро и Норн ходили по кругу. Астро сказал:

— Вижу, ты стала сильнее, чем в прошлый раз.

Норн усмехнулась:

— А ты такой же слабак, как и прежде.

Астро выпрямился:

— Хватит лишних слов, дерись!

Он исчез в пустоте. Норн ударила посохом об землю, и яркая световая волна пошла вокруг. Астро появился из невидимости и упал от ударной волны. Норн резко стрельнула золотой энергией, Астро отразил мечом и погнался за ней. Норн отпрыгнула от взмаха меча и сделала золотой барьер. Астро не смог его пробить, но резко подставил руку и направил золотую энергию прямо на барьер Норн. Барьер разломался, она удивилась. Астро взмахнул деревянным мечом, но Норн увернулась и ударила кончиком посоха по нерву Астро — тот парализовался и упал на землю.

Норн сказала:

— Уже активно пользуешься золотой энергией? Слабак, ты же говорил, что пользуешься только тьмой.

Астро ответил, пытаясь встать:

— Любые методы для победы важны.

Норн усмехнулась:

— И это твоя преданность самурая? Разве ты не должен быть нежен с девушкой?

Астро фыркнул:

— С тобой? Как ты никогда. Ты не девушка, ты чудовище.

Норн показала язык:

— Поплачь ещё. Проиграл девочке, которая младше тебя. И ты вообще неглубокий, такой правильный, из полной семьи. Не имеешь вообще ничего из прошлого. У нас вот каждое богатое прошлое.

Астро встал и сказал с обидой:

— У меня неполная семья. У меня нет мамы.

Норн замялась:

— А… Прости, ляпнула лишнего. Но всё равно я права.

Астро сказал:

— Ну и что с того? Какая разница? Ты можешь думать, что я сейчас просто обычный пацан, который к вам присоединился. Но ты же вообще не понимаешь моего потенциала. Я единственный маг, который обладает и тьмой, и золотом. Я буквально управляю равновесием мира. Представь, какая ответственность на меня ляжет в будущем. По-твоему, я зря пришёл учиться у нашей гениальной и красивой Валентины?

Норн спросила:

— Разве твой отец не за тебя решил?

Астро ответил:

— Ну, частично да. Но всё же я хочу стать таким, чтобы помогать людям в будущем, понимаешь? Нельзя же меня чморили в академии за то, что у меня разный цвет волос и разный цвет глаз.

Норн усмехнулась:

— Хм… Неудивительно.

Астро фыркнул:

— И говорят, ещё ты милашка и добрая. Да ты Мегатрон в костюме и в юбке!

Норн закатила глаза:

— Прими поражение достойно. Иди и учись лучше, становись сильнее.

Валентина усмехнулась, глядя на это, встала и вышла прогуляться.

Она ходила по разным полянам с золотыми цветками, нюхала их, проходила дальше и даже не заметила, как прошла всё дальше и дальше. Оказалась у дерева с яблоками. Села под ним, вздохнула. На её голову упало яблоко, она просто откусила его.

С другой стороны дерева сидел Зет. Тоже смотрел на природу. На его голову тоже упало яблоко, и он сказал:

— Ай.

Валентина услышала этот звук.

Валентина обернулась, посмотрела через дерево. Зет тоже обернулся, и они встретились взглядами. Зет резко от испуга отпрыгнул, а Валентина, увидев страшное лицо Зета, тоже отпрыгнула.

Зет сказал, стараясь скрыть панику:

— А, кто ты и что ты здесь делаешь?

Валентина ответила:

— Я просто тут прогуливалась. А что ты тут делаешь и что с твоим лицом?

Зет отвёл взгляд:

— А это не важно. Плевать уже. Разве тебе не пофиг?

Валентина прищурилась:

— Нет, мне не пофиг. Я же Светлая Надежда, ты что, не узнаёшь меня?

Зет резко застыл, узнав Валентину. Перед его глазами промелькнул флэшбэк с императором демонов который в цепях и темных доспехах тирана:

«Если когда-нибудь встретишь дочку Синдреллы, Валентину Коусин, обещай, что не тронешь её ни пальцем, а также не будешь открыто её оскорблять. Понял?»

Зет кивнул в воспоминании и вернулся в реальность, отвернул мысли и сказал:

— Ну да, я знаю тебя. И что с того?

Валентина спросила:

— А что ты тут делаешь один? Это твоё место?

Зет ответил:

— Просто отдыхаю на природе. Ладно, пока, я пошёл.

Он собирался уходить, но Валентина сказала:

— Эй! Откуда ты вообще? Почему у тебя маска сломана? И что за ощущения у тебя на шее?

Зет удивился:

— А… Ты… Раб. Тебя преследует кто-то. Давай я тебе помогу.

Зет покачал головой:

— Мне уже не помочь.

Валентина не отступала:

— А что, у тебя есть какие-то планы? То, что ты не можешь себе помочь или просить о помощи… Я могу тебе помочь.

Зет ответил:

— Извини. Не надо. И да, у меня есть свои планы, и один из них я активно выполняю.

Валентина спросила:

— Как ты думаешь, ты его выполнишь?

Зет сказал:

— Если выполню — у меня сбудется мечта. А если эта мечта сбудется, у других мечта сломается.

Валентина кивнула:

— Ну логично же. Чтобы достичь своей мечты, нужно сломать другую. Но я верю, что у всех можно достичь одного решения.

Зет усмехнулся:

— Ты точно? Дочка Тёмной Синдреллы.

Валентина ответила:

— А что, не похоже? Хотя по рукам ты сказал бы обратное, да?

Зет кивнул:

— Ну да… Пока!

Он начал уходить. Валентина крикнула ему вслед:

— Не расстраивайся! Всё будет хорошо, ладно?

Зет сказал, не оборачиваясь:

— Надеюсь.

Он просто ушёл, а Валентина пожала плечами и пошла обратно. Она пришла к Норн и Астро и сказала:

— Всё, Норн, отправляемся домой. Давайте попрощаемся с Альдебараном и отправимся домой. Будем там учиться во Вселенной.

Они кивнули и пошли. Быстро попрощались с Альдебараном, просто сказав «Пока». Тот сидел рядом с картинкой жены — беловолосой, красивой, с жёлтыми глазами — и просто помахал в ответ.

Альдебаран тихо сказал себе:

— А ведь Йохан весь в мать пошёл. Отлично.

Норн, Астро и Валентина телепортировались с помощью колец и вернулись в академию.

Они резко оказались в коридоре. Астро, заметив скопление людей, воскликнул:

— Там какое-то собрание происходит! Пошли!

Валентина удивилась, они подошли и заметили, как группа «Ц» и группа «Альфа» стояли, сгрудившись. Она подошла к Абелю:

— Абель, что происходит?

Абель ответил:

— Удзуки и Нанахоши о чём-то объявляют. Послушаем, что они хотят сказать.

Нанахоши стояла, уперевшись локтём в плечо Удзуки, и сказала:

— Ну, если объяснять кратко — мы с Удзуки отправляемся на север, к поместью, где находятся все старые архивы истории Селенции. Во-первых, нас туда отправила Ариэль, чтобы очистить от старых ненужных информаций. Во-вторых, это плюс для меня — сильное усиление к продвижению божественного уровня, но это скорее моя личная цель. И в-третьих, это нужно, чтобы не путаться в будущем с отчётами, когда будут появляться демоны, а также с теми, кто запирает в тюрьмы.

Рин спросил:

— Ну и к чему вы клоните?

Удзуки пояснил:

— К тому, что вдвоём разгребать всё это займёт несколько месяцев. Я хочу сказать, что нам нужен один напарник. Кто готов пойти с нами на север? Там будет чуть-чуть холодно, а также мы будем в одиночку действовать в этом поместье.

Все переглянулись. Хигамару спросил:

— А сколько это будет длиться?

Нанахоши ответила:

— Определённого срока нет, но это зависит от того, насколько быстро мы сделаем всё это. Если будем работать без остановки — максимум две недели. Но мы не роботы, так что это займёт месяц или даже два. Максимум три. Ну, кто осмелится?

Валентина сказала:

— Я не расслышала, они уходят?

Абель кивнул:

— Да, на север. По приказу Ариэль, кажется. Стандартное задание на долгое время. Это уже не первый раз, так что неудивительно. Вопрос в том, кто выйдет.

Норн расстроенно сказала:

— Блин… А я только хотела провести время с Удзуки-нитяном, а он уже уходит.

Астро фыркнул:

— Фу, это же так мрачно. Идти на север, холодный, только ради того, чтобы с бумажками работать, ещё и несколько недель. Какой тупой на это согласится?

Нанахоши, приобняв Удзуки через шею, сказала:

— Ну, кто со мной пойдёт? Это обязательно, нам нужен один напарник. И будет сразу честно скажу — мрачно и скучно. Кто готов к этому?

Резко поднялась рука. Это был Леон.

— Я готов. Можно с вами?

Все удивились. Леон вышел вперёд:

— Я и сам с севера, так что я не боюсь холода. Ещё и обожаю работать с бумагами, да и сам хотел провести с вами время.

Удзуки и Нанахоши переглянулись. Удзуки спросил:

— Ты готов вообще?

Леон ответил:

— Да, всегда готов.

Нанахоши посмотрела на него, но сквозь маску её взгляд был нечитаем.

Удзуки кивнул:

— Отлично. Сегодня вечером выходим.

Леон кивнул, и все разошлись, кроме Валентины, Абеля, Норн и Астро. Они подошли к Удзуки. Валентина сказала:

— Удзуки, ты уходишь?

Удзуки кивнул:

— Ай, да, Валя, прости. Но меня отправили на это задание. Я мог отказаться, но мне пришлось. Понимаю, идти на такой срок, когда у нас на плечах дроны, это плохо, но… Кто сказал, что враг появится именно в такое время? Да и в случае опасности я просто телепортируюсь к тебе через кольца, ладно?

Валентина вздохнула:

— А я думала, мы будем укреплять нашу связь. Ну ладно. Желаю удачи и не умереть от скуки на этой работе.

Астро добавил:

— Ну, желаем удачи провести хорошее время с Нанахоши и Леоном.

Удзуки улыбнулся:

— Я и сам удивился, что этот новенький согласился. Я думал, никто с нами не пойдёт.

Нанахоши крикнула издалека:

— Удзуки, где ты? Помоги дотащить вон те коробки!

Удзуки кивнул и, уходя, сказал:

— Ну… Вы же справитесь без меня. Всего лишь какой-то месяц.

Он ушёл. Валентина тяжело вздохнула. Абель сказал:

— Зачем расстраиваться? Вы же уже не первый раз расстаётесь. Да и вообще, пятнадцать дронов — это уже опасная вещь, которая может всё решить. И в случае опасности он просто телепортируется с кольцами.

Валентина ответила:

— Хватит говорить, я знаю. Но просто у меня были планы… Весёлые со всеми.

Абель спросил:

— Ну, что ты теперь будешь делать?

Валентина ответила:

— Ну… Исправлять свои проблемы.

Она посмотрела на список проблем, затем добавила:

— Или просто буду проводить время. Что это?

Астро сказал:

— Мне кажется, или тебе нужен отдых?

Норн подхватила:

— Да-да-да! Вечно ты действуешь в любой момент, отдыхаешь, ты планируешь что-то, ты планируешь что-то, ты ещё раз планируешь что-то на будущее. Может, ты просто начнёшь отдыхать вместо работы? Посмотри на себя — ты становишься чёрная, как уголь. Даже футболка тебя не скрывает, тьма. А если ты не носишь длинные рукава, твои руки такие же страшные, как у тьмы.

Валентина вздохнула:

— Ну что поделать? Я же не могу это решить. И, Норн, кто бы говорил со своими золотыми пятнами?

Астро усмехнулся. Норн повернулась к нему:

— А что ты лыбишься? Такая же участь ждёт тебя через несколько лет.

Астро заткнулся. Абель сказал:

— Ну, успокойтесь вы. Просто проводите время как обычно.

Абель ушёл. Норн и Астро крикнули:

— Кто последний до комнаты — тот морковка!

И оба побежали.

Валентина осталась одна и сказала:

— Ну, обычно в такие моменты… Пойду просто пообщаюсь со старыми знакомыми.

Она пошла через коридоры и заметила Зензе:

— Зензе, это ты?

Она подбежала к ней. Зензе ответила:

— Нет, это не я.

Валентина усмехнулась:

— Да брось, ты в академии? Я в первый раз тебя в академии вижу.

Зензе пояснила:

— Да так, обменялась информацией с Акаем и просто…

Валентина сказала:

— Я и забыла, что ты активно работаешь у нас в Селенции. Ну, тебе весело? Ты же говорила, что перейдёшь в Селенцию на работу, потому что в Ашуре скучно.

Зензе пожала плечами:

— С одной стороны, да. Тут не скучно — работы каждый день, хоть отбавляй. С другой — скукота никуда не делась. Такие же скучные люди, правила и так далее.

Валентина сказала:

— Это скорее твой характер, нежели наши проблемы.

Зензе согласилась:

— Возможно. Но отсутствие эмоций — это не то, что я сама делаю.

Валентина спросила:

— Что? А ты сказала ничего. Тебе что-то было нужно?

Зензе ответила:

— Да так, поговорить.

Валентина задала вопрос:

— У меня вопрос. Ты же была в Ашуре, да?

Зензе кивнула. Валентина продолжила:

— Так вот… Почему в Ашуре находится рыцарь первого ранга и не приходит сюда? Разве он не должен по праву быть у нас?

Зензе ответила:

— Никто не имеет права держать его. Он сам решает. И во-вторых, в Ашуре находиться тупо выгоднее.

Валентина спросила:

— Ну, ты же сама находишься во Вселенной?

Зензе усмехнулась:

— Наверное, я просто сумасшедшая, раз уж я хочу драки больше, чем просто скукоты.

Валентина сказала:

— Ну, это просто отсутствие твоих эмоций. Ну ладно, я хочу узнать побольше об этом рыцаре и так далее. Спасибо за разговор. И, кстати, побольше улыбайся.

Зензе кивнула, будто соглашаясь, но даже не улыбнулась и пошла дальше с помощью своих волос.

Валентина пришла к Акаю, который стоял, разглядывая свой меч:

— Господин Акай, у меня к вам вопрос.

Акай поднял голову:

— Ну да, что тебе нужно?

Валентина спросила:

— Вы же знакомы с рыцарем первого ранга Йоханом?

Акай кивнул:

— Да, я с ним знаком. А что, он вам был нужен?

Валентина ответила:

— Не то что нужен, я хотела узнать о нём больше и почему он находится в Ашуре. Вы не знаете почему?

Акай пояснил:

— Понимаете, миледи, в королевстве выгоднее находиться сильнейшим рыцарям. Когда у тебя в кармане есть сильнейший рецепт за всю историю — не о чем беспокоиться. Народ будет спокойный, граница вообще будет неприступной, а демон, при виде упоминания рыцаря, сам сбежит в страхе. Наверное, это и объясняет, почем

у пчёлы вообще не достигают Ашуры и заражаются только во Вселенной.

Валентина спросила:

— Но вы, господин Акай, тоже сильный рыцарь. Второй ранг же всё-таки. Но демоны не боятся против вас выходить.

Акай ответил:

— Это, наверное, объясняется тем, что основной источник пчёл находится в Селенции. И больше нигде.

Валентина спросила:

— А как вернуть этого рыцаря обратно?

Акай сказал:

— Не знаю. Может, если он сам захочет.

Валентина задумалась:

— А вот это можно устроить, если он соскучится по отцу.

Акай предупредил:

— Эм… Будьте осторожны. Йохан явно не любит, когда его обманывают.

Валентина ответила:

— А что мне обманывать-то? Я не прям желаю его встречи, но это просто планы на будущее. На всякий случай, если пригодится познакомиться с этим рыцарем.

Она ушла в свою комнату с мыслью, что реально нужно отдохнуть и перестать добывать информацию, а также думать о будущем.

— Может, мне пора планировать отдых? Да… Тебе лучше так и сделать, — сказала она.

Валентина пошла в комнату по коридорам. Небо начало потихоньку спускаться на землю, и становился вечер.

Вечером вся группа «Ц» вышла проводить Удзуки, Нанахоши и Леона. Удзуки стоял рядом с Норн, у которой был рюкзак. Норн сказала с грустью:

— Жаль, мы не смогли нормально провести время. Я так ждала этого момента, а оно пропустилось. Когда я вернусь, ты снова отправишься на тренировки к Альдебарану.

Удзуки улыбнулся:

— Ну блин, жалко. А нельзя перенести ваш поход?

Норн покачала головой:

— Нет. Жаль, увидимся позже.

Астро подошёл и спросил:

— А разве тебе не сложно? У тебя ведь одна рука парализована.

Удзуки ответил:

— Моя задача — скорее просто нести их одной рукой, когда Нанахоши всё будет разгребать.

Валентина подошла к Нанахоши:

— Нанахоши, я слышала, что ты всё активнее и активнее проходишь на статус божественного библиотекаря. Надеюсь, ты сможешь его достичь.

Нанахоши чуть склонила голову:

— Хм? Спасибо! Но я обещаю, Валя, я достигну этого статуса быстрее, чем ты закончишь академию.

Валентина улыбнулась:

— Мм… Посмотрим. Осталось всего-то полтора года потерпеть. И всё. Хм, а как ты думаешь, если мы вместе переедем в Ашуру, у нас будут одинаковые дома?

Нанахоши ответила:

— Посмотрим ещё. Конечно, если мы переедем в одно время — мы всё ещё будем поддерживать связь.

Валентина кивнула.

Рин серьёзно подошёл к Леону:

— Ну, ты готов вообще?

Леон поправил рюкзак:

— Ну да, а что?

Рин успокоился:

— Да не бойся! Перед тобой одна из сильнейших психически девушек. Да и не только психически — физически она порвёт Удзуки. Хотя Удзуки наполовину теперь сильнее, но они тебя защитят.

Леон усмехнулся:

— Я и сам могу постоять за себя, если надо.

Агнес подошла и сказала с угрозой:

— Только попробуй натворить лишних дел — я тебя потом лично найду. Понял?

Леон вздохнул:

— Да я не связан с твоим Леонардо, как ты не поймёшь? Это лишь фактор совпадений.

Рин увёл Агнес, приобняв её:

— Да, да, Агнес, не дуйся. Отведу я её, а не то она тебя сожрёт до ухода. Беги лучше.

Удзуки подошёл к Валентине, показав синие кольца:

— Вот мои кольца. В случае чего я быстро вернусь и помогу, так что вызывай, ладно?

Валентина кивнула:

— Вы сейчас быстро телепортируетесь на север?

Удзуки покачал головой:

— Нет. Мы пойдём пешком.

Норн удивилась:

— Почему?

Нанахоши ответила уже почти уходя:

— Чтобы телепортироваться с кольцами, нужно визуально представить это место. А мы там и не были, и фото этого места нету даже.

Удзуки помахал левой рукой:

— Ну, прощайте что ли.

Он ушёл вместе с Леоном и Нанахоши. Валентина в последний момент догнала их:

— Погодите, я забыла кое-что.

Они посмотрели на неё. Она протянула сломанный золотой кулон:

— Возьмите. Я слышала, что на севере любой артефакт можно заморозить навсегда, чтобы он хранился вечно. Я хочу оставить этот кулон навсегда. Он больше не нужен Агнес, так что и мне тоже. Пусть хранится как что-то, что было от моей матери.

Нанахоши не взяла, но Удзуки взял кулон и кивнул:

— Обещаю, я так сделаю.

Валентина улыбнулась, глядя на них:

— А вы реально красиво смотритесь друг с другом.

Удзуки и Нанахоши переглянулись. Удзуки чуть смутился. Валентина сказала:

— Можете чуть-чуть приобняться, чтобы я вас оценила?

Удзуки отрицательно покачал головой. Нанахоши просто взяла его и утащила:

— Валя, подруга, тебе незачем этим наблюдать. Мы и так этим занимаемся в твоём отсутствии.

Нанахоши ушла. Валентина с улыбкой пошла домой, подошла к Норн и Астро:

— Пошлите в свои комнаты. Отдохнём.

Астро обрадовался:

— Ура! Раз уж нет Удзуки, комната Удзуки полностью становится моей.

Норн закатила глаза:

— Как будто в комнате Удзуки было что-то ценное.

В другой части Вселенной, где процветала природа, рядом с границей мира людей летала бабочка. Резко появился Дани и подхватил её на свой палец. Он смотрел на неё, пока она просто сидела на его руке, а затем улетела.

Дани спросил, не поворачивая головы:

— Эй, Рани. Сколько там уже мы сделали?

Рани, записывая что-то в список, ответил:

— Да. Из пятидесяти семи демонов, которых мы должны устранить, тридцать шесть уже активно убито. Осталось ещё двадцать один с лишним.

Дани сказал задумчиво:

— Хм… Нам требуется время, чтобы ждать, пока дивизионы появятся из-за романтической боли.

Рани сказал злобно:

— Ох, да кто вообще придумал эту связь с романтикой? Разве не проще было просто создать пчёл, которые вселяются в людей, и мы появляемся?

Дани ответил:

— Это нелёгкий процесс. Это требует труда. И, конечно же, ума. Чего, конечно, у тебя отсутствует.

Рани закатил глаза:

— Напомни, за кого мы проиграли на войне и умерли?

Дани усмехнулся:

— На нас направили все силы. И ты думаешь, что у нас были шансы тогда? Нас просто переиграли тактически.

Рани сжал кулак:

— Ну что будем делать? Просто наслаждаться природой?

Дани посмотрел на него:

— Это гармония, брат.

Рани взорвался:

— Да господи!

Он сжал фиолетовый кулак и ударил со всей силой об землю. Мощное землетрясение раскололо землю огромной трещиной.

— Поскорее бы посражаться с кем-то из этих новых рыцарей нового поколения, а то уже скучно становится, — сказал он.

Дани остановил его:

— Веди себя спокойно и тихо. И слушайся тех приказов, которые нам дают. Сейчас активная фаза плана саммита демонов — это тихая гавань, которая будет потихоньку, как лесной пожар, распространяться вокруг.

Он посмотрел на границу мира людей, потрогал её и сказал:

— Пошли, телепортируемся в мир людей.

Рани удивился:

— Что? Уничтожим мир людей, потому что они не имеют магии?

Дани покачал головой:

— Нет. Их захватить будет тяжелее, чем мир Селенции в отсутствие высшего рыцаря. Это не наша цель. Я хочу просто проведать и убить старого знакомого.

Рани нахмурился:

— Кого ты заметил? Ты почувствовал кого-то?

Дани кивнул, его глаза сверкнули:

— Да. Я нашёл демона седьмого дивизиона. Кто бы мог подумать, что он тихо живёт и никому не выделяется.

Рани ухмыльнулся:

— Ого-го… Пошли, привезём его тело обратно к Зету.

Дани сжал кулак и усмехнулся:

— Ну, давай. Кто бы мог подумать, что именно этот демон так живёт, просто скрываясь в мире людей, даже не участвуя в войне с ними.

Дани и Рани схватились за локти и телепортировались через границу. Они оказались в мире природной природы людей. Дани сказал:

— Мир границы людей даже не думает о защите от демонов. Сделали границы так, чтобы только люди и маги не могли пройти через него. А такие божественные существа, как мы, проходят бесследно.

Рани ответил:

— Хватит болтать, пошли уже.

Они пошли за поляны и оказались в очень природной местности, где не было ни одного дома, кроме одного маленького и уютного домика на холме. Обхваченный деревьями и сверху, и снизу.

Дани сжал кулак и усмехнулся. По глазам было видно, что ему это нравится. Рани тут же испарился с суперскоростью. А Дани пошёл медленным шагом.

Конец семидесятой главы.

Глава 71— Тени прошлого и будущего

Мы видим тот самый домик в лесу, в мире людей. Внутри всё тепло, деревянно, нет ни одной технологии. Даже электричества. Как будто здесь мало кто бывает, но даже если бывает — всё уютно и первобытно.

Мы видим, как Врейхам ходит в обычной жительской одежде, поставил чайник и сел, тяжело вздыхая. Он осматривается вокруг, поправляет маску, а также соломенную шляпу и ждёт, когда чайник вскипит. Но сзади послышался голос:

— Ну… Мне печеньку дашь?

Врейхам резко обернулся и увидел Дани в комнате.

— Что? Как вы меня нашли? — спросил он.

Дани пожал плечами:

— Нетрудно, когда одна из наших способностей — понимать, где находится определённый тип энергии. Когда в мире людей находится один демон, который скрывает свою тьму, не трудно догадаться, что здесь живёт демон.

Дани подошёл, взял кофе, налил в кружку и начал перемешивать. Врейхам стоял готовый и спросил:

— Что вам от меня нужно? Я сделал часть своей работы. Город в хаосе, рыцарь запечатан без возможности открыть. Я сделал то, что хотел. Зачем вы ко мне пришли?

Дани ответил:

— Просто решил повидать. А что, нельзя?

Врейхам сказал:

— Было бы лучше, если бы нет.

Дани прищурился:

— А ты с чего не слушаешься императора? Кто тебе разрешил уходить? Отрубил все связи и пошёл отдыхать здесь? Отошёл от войны, хотя активно участвовал в ней. Принял обычную жизнь, как будто тебя могут принять здесь. Ты ушёл, когда наш план начал активно проходить в начальную фазу.

Врейхам сказал:

— Так если план хорошо идёт без меня — зачем вы меня тут пришли?

Сзади Врейхам врезался в стену, пытаясь отойти, но Дани не двигался с места и сказал:

— Слышал о новом законе императора демонов?

Врейхам ответил:

— Нет. Я не слежу за ним.

Дани сказал:

— Хочешь узнать?

Врейхам усмехнулся:

— В любом случае я догадываюсь, что я так или иначе нарушил закон, да?

Дани кивнул:

— Да, конечно. Ты нарушил его. И, конечно, тебя ждёт за это небольшой штраф.

Врейхам спросил:

— А что я нарушил-то? В чём я провинился?

Дани резко сжал кружку, и она сломалась. Он сказал:

— Ты нарушил то, что ты существуешь.

Врейхам застыл:

— Что за закон-то вообще? О чём ты?

Дани объяснил:

— Приказ — уничтожить всех демонов ниже шестого дивизиона. Все седьмые, восьмые, девятые, десятые, одиннадцатые, двенадцатые будут убиты, а их тела отправлены Зету, чтобы улучшить его эксперименты.

Врейхам чуть-чуть попытался убежать, резко побежал через коридор, но заметил, как Рани стоит в коридоре, поджидая его. Врейхам застыл.

— Что вы делаете? Зачем вы хотите меня убить? Демоны не убивают друг друга! — сказал он.

Дани ответил:

— Да, это так. Но перемены ждут всех, как говорится. Пусть враги не беднеют, друзья богатеют. Посмотрим потом, кто кого одолеет.

Он сжал кулак, в котором появилась фиолетовая энергия. А Рани — розовую.

Рани усмехнулся:

— Как говорится, до свадьбы доживёт.

Врейхам встал в боевую позу, но понимал, что не имеет ни шанса.

Дани и Рани ждали. Врейхам атаковал, начал быстро оборачиваться между ними, а потом сказал:

— Стойте! Я могу вам помочь. Не нужно меня убивать!

Дани прищурился:

— А с чего нам это делать?

Врейхам сказал:

— У меня и для вас есть полезная информация. Только послушайте, ладно?

Рани усмехнулся:

— Зачем нам твоя тупая информация? Что мешает тебя просто убить?

Врейхам ответил:

— С этой информацией вы можете такое узнать, что даже император демонов перестанет воевать и будет только и делать, чтобы это выполнить.

Дани сказал:

— Отличные сказки. Но никто никогда не узнает, какие личные мотивы у императора. Давай, дадим тебе шанс.

Врейхам потребовал:

— Нет, только если вы отойдёте на дальнее расстояние.

Рани возразил:

— Ни в коем случае!

Дани сказал:

— Давай, Рани, отойди.

Рани сделал шаг назад. Врейхам отказался. Дани продолжил:

— Сделай ещё пару шагов назад.

Рани сделал ещё пару шагов. Дани сказал:

— Ещё, ещё.

Рани бесился, но делал и уже отошёл примерно на сотню шагов, вышел из дома. Дани сказал:

— Ну, ты в безопасности? Рассказывай!

Врейхам сказал:

— Хоть тело и не найдено, но душа бабушки Валентины жива. А отец Валентины — муж Синдреллы — живёт тут, в мире людей.

Дани усмехнулся:

— Ого! Какая полезная информация! Сказал бы я, если бы мы были в игре, а это был просто диалог. Но скажу тебе так, дружок: то, что душа бабушки жива — это и так было понятно, она вездесущая. А что насчёт мужа Синдреллы — это нас не касается. Пусть живёт, пусть умирает. Какое нам до этого дело? Для нас всё так же остаётся, что настоящий муж Синдреллы — это император демонов. Ну и что теперь? Какая полезная информация ты нам дал, в конце-то концов, да?

Врейхам резко сделал деревянную стену и побежал, выбежав из дома. Дани лишь проводил его взглядом. Рани резко погнался со всей силой, уничтожая деревья по пути. Врейхам бежал, отпрыгивал и создавал деревянные стены, но Рани просто телом пробивал их и стрелял розовой сферой. Она летела очень быстро прямо на Врейхама и взорвалась в пяти метрах от него. Врейхам думал, что увернулся, но ударная волна просто откинула его на километры.

Рани даже не остановился, светясь розовой аурой. Врейхам бежал со всех ног, даже не думая биться с ним. Он побежал в специальную местность к реке. Рани оказался резко быстрее и одним взмахом ладони попытался коснуться Врейхама, но тот оторвал ему руку. Врейхам даже не поморщился и побежал дальше без руки.

Когда Врейхам дошёл через джунгли прямо к реке, он сказал:

— Пока-пока!

И нырнул в воду. Рани подошёл к воде, посмотрел и заметил, как что-то тёмное — дым рассеялся по воде. Рани резко сосредоточил ладонь у реки и использовал мощную розовую сферу. Та взорвалась, ударная волна откинула реку настолько, что воды вообще не осталось. Но Врейхама тут уже не было.

Сзади Дани появился на суперскорости и сказал:

— Ты что, его упустил?

Рани ответил:

— Сам-то стоял, как вкопанный, и пытался договориться.

Дани сказал:

— Да брось, мы и так его не учитывали в счёт убитых демонов. Так что в следующий раз его найдём.

Рани посмотрел вокруг и сказал:

— Использовал технологию телепортации других демонов… Что с ним не так? Я знал, что он бракованный из-за того, что его превратили, нежели чем создали. Но в следующий раз, если я его поймаю, я его буду вечно пытать.

Дани сказал:

— Научись догонять. Ладно.

Они вдвоём пошли в лес и телепортировались, схватившись за локти.

---

Мы возвращаемся в академию.

Валентина лежала на кровати и говорила себе:

— Отдых, отдых, отдых… Интересно, как провести выходные? Без Удзуки и с интересом, а также с пользой… Хотя кто сказал, что отдых должен быть с пользой?

Она встала с кровати и заметила объявление: «Отдых по всей Вселенной — поездка на все достопримечательности. Проведите время с друзьями, близкими, а также с любимыми».

Валентина улыбнулась, взяла объявление и сказала:

— А что мешает мне просто попутешествовать? Я была во всех городах, но даже не насладилась ими. А достопримечательности у нас — ещё та красота.

Она отложила объявление и тут же через секунду оказалась рядом с Анной в столовой среди множества людей.

Валентина начала:

— Короче, мой план: мы отправляемся с несколькими друзьями в это путешествие.

Анна кивнула:

— Угу.

Валентина продолжила:

— Второе — мы идём по разным достопримечательностям, и я провожу время с Абелем.

Анна снова кивнула:

— Ага.

Валентина продолжила:

— После этого, когда мы прекрасно проведём время, мы идём на последнюю достопримечательность — башню Уэса. Очень красиво — выходим на самую вершину, и я отдаю Абелю вот это.

Она показала на тёмный брелок. Анна удивилась:

— Оу, что это?

Валентина объяснила:

— Это блок тьмы, который пришёл от самого ангела смерти. Я отдам это Абелю, что символизирует наши отношения навеки.

Анна спросила:

— Во-первых, зачем? Во-вторых, разве вы с Абелем и так не навеки вместе?

Валентина ответила:

— Знаешь почему? Потому что в нашем роду тёмных принцесс такие брелки не дают абы кому. Такой же брелок дала моя мама моему отцу, моя бабушка дала дедушке — хотя я дедушку не знала, но всё равно сказала, что дала. Если кто-нибудь даст тебе этот брелок, это значит, что кровь Коусинов и этого парня будет вместе. Ты ещё не осознаёшь, что я наследница и тёмная принцесса — не забывай это. Я королевских кровей, а Абель как бы входит в особый королевский уровень, если осознавать.

Анна спросила:

— Ну что дальше?

Валентина сказала:

— Я отдаю этот брелок, мы целуемся, наверное, и после этого уходим в закат.

Анна усмехнулась:

— Отлично. Добавь ещё и следующий пункт.

Валентина кивнула. Анна сказала:

— Всё отменяется.

Валентина удивилась:

— Что?

Анна пояснила:

— Валентина, подруга, я хотела холостяцкие, подружеские, чистые поездки. А они опять — трали-вали с твоим Абелем.

Валентина возразила:

— Анна, мы и так каждое воскресенье прокалываем разных одноклассников. Что тебе ещё не хватает? Это способ.

Анна сказала:

— Ну и что с того? Ты реально так хочешь этого?

Валентина ответила:

— А на такие моменты бывают раз в сто жизней.

Анна фыркнула:

— Ага, поверила.

Абель подошёл:

— Привет, девочки! О чём болтаете?

Валентина ответила:

— Ни о чём, просто о поездке.

Абель спросил:

— А в этой поездке вы же собираетесь, да?

Анна кивнула:

— Да. Ты же не собираешься, да? Зачем тебе — ты же должен работать, пойти на пост.

Она пнула Анну под столом. Абель сказал:

— Нет, я пойду, конечно же. Хочу же я отдохнуть от всех работ.

Валентина обрадовалась:

— Отлично! Я слышала, ещё пару друзей пойдут на это событие, а не весь круг «Ц» и «Альфа». Будет интересно.

Абель кивнул и ушёл. Валентина злобно посмотрела на Анну. Анна сказала:

— Что?

Валентина вздохнула, встала и пошла.

В другой части Селенции, на севере, в серой погоде и хмурой атмосфере, Удзуки, Нанахоши и Леон подходили к поместью рядом с берегом. Двухэтажное, огромное по диаметру, коричневое с каменными контурами.

Удзуки стоял, отдышавшись. Нанахоши шла уверенно, подняв голову. Леон еле дополз. Удзуки сказал:

— Эх… Целый день топали сюда, блин.

Леон простонал:

— Мои маленькие ножки не предназначены для обхода всей Вселенной.

Нанахоши усмехнулась:

— Да бросьте, вы мужики или кто? Пошли.

Они подошли и открыли дверь. Везде лежал мусор, свет не включался. Удзуки сказал:

— Ха, не оплачивали свет. Я так и знал, что коммунальщики придут. Надеюсь, они не бредут за нами.

Леон осмотрелся:

— Мрачненько тут… Ему тут на месяц.

Нанахоши ответила:

— Ещё и будем жить здесь, если что.

Удзуки спросил:

— У нас же разные комнаты, да?

Он посмотрел на Нанахоши. Та молчала. Удзуки повторил:

— Разные же комнаты?

Нанахоши тихо засмеялась. Удзуки сглотнул. Леон сказал:

— Ну да, в таком большом поместье должно быть много разных комнат.

Они походили немного. Нанахоши открыла огромную дверь двумя руками и увидела сотни тысяч стеллажей, архивов и бумаг. Она восхищённо выдохнула:

— Ох… Рай просто для библиотекаря.

Удзуки пробормотал:

— Какой месяц мы тут год будем терпеться?

Леон сказал:

— Ну, раз уж будем так долго, давайте уже начнём сегодня.

Леон пошёл разбираться, а Удзуки обустроился в одной из комнат. Потом он заметил, как Нанахоши сменила имидж, и сказал, посмотрев на неё:

— Чё за перемены?

Нанахоши ответила:

— Просто так удобнее.

Она сменила свою мантию на голубую рубашку с чёрным галстуком, синие шорты и длинные сапоги. Удзуки сказал:

— Ты так деловито выглядишь.

Он чуть подошёл с игривой улыбкой:

— Можешь почаще менять имидж?

Нанахоши резко схватила его руку и сказала:

— Эй, Удзуки. Прибереги свои рук… руку в карман, ладно? А то не время сейчас для этого.

Леон крикнул:

— Эй, влюблённые, может потом уже? У нас там целый склад, и это только первый этаж.

Они пошли. Нанахоши сказала:

— Интересно будет одновременно почитать, разбирая весь этот хлам.

Удзуки посмотрел на пару архивов:

— История о том, как женщина засудила мужа за то, что он убил муху… Ничего себе! Блондинка? А, понятно тогда.

Леон прочитал:

— На севере обнаружили, что люди замерзают быстрее, если оказываются рядом с демонами.

Удзуки сказал:

— Вообще не чувствую холод, тут даже прохладненько. А Нанахоши вообще в шортах ходит. И это ваш холодный север?

Леон ответил:

— Ну тут в это время года чуть тёпленько хотя бы.

Нанахоши сказала:

— Эй, парни, давайте за работу.

Она села среди бумаг и всё разбирала. Удзуки таскал всё одной рукой, а Леон продвигался с верхних полок.

Удзуки посмотрел вокруг и сказал:

— И так месяц или два. Класс! Какую же интересную работу ты взял, Удзуки…

В таком же беспорядке в комнате сидела Валентина и пыталась собраться.

Валентина смотрела на шкаф и говорила:

— Хм, какие вещи взять? Так, это поездка на несколько дней по всей Вселенной, так что нужно взять самое красивое.

Она посмотрела на платье:

— Чёрное платье, чёрная футболка, чёрная майка… Хм, как же разнообразно. А знаете, я всё возьму.

Она всё засунула в чемодан, встала и посмотрела на свой меч:

— А нужно брать мой меч? Посох-то всегда со мной, но вот меч…

Она долго смотрела на меч, раздумывая. Резко из двери появился Астро и кинул в неё банан:

— Голодна?

Банан прилетел в лицо Валентины, и она ошатнулась. Астро сказал:

— Оу, я думал, ты успеешь среагировать.

Валентина возмутилась:

— Ну ты и даёшь, Астро, кидаться едой. Ты серьёзно?

Она взяла банан и откусила. Астро усмехнулся:

— Что такое? Ты уворачиваешься от атак супердивизионов, но не можешь увернуться от банана?

Валентина ответила:

— Да так, просто расслабилась. Ну? А ты чё не собираешься?

Астро пожал плечами:

— Да я готов. Просто сменю цвет футболки и шорт — и всё. Ну, ты возьмёшь свой меч?

Валентина задумалась:

— Даже не знаю… Знаешь что, нет, я не возьму. Я тут отдыхаю, а не сражаться пришла.

Она закрыла шкафчик. Астро сказал:

— Ааа… Типа отдыхаешь и слабая женщина, да? Тебе не кажется, что это не подходит тебе?

Валентина подошла и начала сюсюкаться с Астро, держа его за щёки и обнимая:

— Ах ты, мой миленький Астро, переживаешь за меня! Не бойся, с посохом я такая же опасная, как и с мечом.

Астро отстранился:

— Эй, ну ладно, пока, увидимся в межпространственном автобусе. Хотя советую взять меч. Вдруг он понадобится?

Астро ушёл. Валентина посмотрела на меч и сказала:

— Нет уж. Не в этот раз.

---

В следующую секунду мы видим, как Валентина быстро заходит в автобус и уже сидит у окна рядом с Анной. Анна сказала:

— Больно уж ты опять опоздала. Чуть автобус не ушёл без нас.

Валентина спросила:

— Ну, а где Абель? Я его не вижу в автобусе. Кто вообще из наших идёт?

Анна ответила:

— Из наших идёт только Астро, Абель, Хигамару, Рин и Агнес. Всё. Остальные — это незнакомцы.

Валентина кивнула:

— Тем меньше, тем лучше.

Она сосредоточилась и посмотрела в окно:

— Ух… Напомни, Анна, по каким местам мы пройдёмся?

Анна ответила:

— Если не ошибаюсь, мы пройдёмся сначала по городу, где живёт Альдебаран — ну, тот цветочный, где ты уже была. Потом… В конце — огромный мост, через который проходят множество автомобилей. А также… Ещё что-то я забыла.

Валентина усмехнулась:

— Анна, из тебя худший рассказчик.

Анна усмехнулась:

— Ничего.

Рин хвастался Хигамару:

— Эй, Хигамару, если что, это автобус. Он едет медленнее, чем ты бежишь, но на самом деле тут приятнее идти, нежели бежать, как ты бешеный.

Хигамару закатил глаза. Анна повернулась к стюардессе:

— Мэм, этот парень обманывает, что ему двадцать лет. На самом деле ему восемнадцать.

Стюардесса отобрала у Рина вино. Тот возмутился:

— Извините, сэр!

Рин крикнул:

— Эй, она обманывает! Я её знать не знаю!

И побежал за стюардессой. Валентина улыбнулась:

— Фух… Чувствую, будет интересное приключение.

Они отправились в путь на железном, быстром автобусе. Валентина смотрела через сиденье и увидела, как Абель присаживается.

— О, Абель здесь! Анна, давай пересадимся, — сказала она.

Анна ответила:

— Нет, я никуда не встану, даже не мечтай.

Валентина настаивала:

— Ну, а она?

Анна усмехнулась:

— Мы ещё десять раз будем пересаживаться. Вот тогда и посидишь со своим Абелем. А сейчас поиграем в разные настольные игры по пути.

Валентина вздохнула:

— Ну ладно.

Они поехали. Автобус в первую очередь прилетел в город Ранзански. Когда Валентина спустилась с чемоданом, её остановили на таможне.

— Дайте проверить чемодан, — сказал кондуктор.

Валентина отдала чемодан и сказала:

— Запрещённых вещей нет.

Кондуктор открыл его и заметил огромный меч. Валентина удивилась — рядом с мечом лежала записка: «Ты чуть не забыла свой меч. Твоя любимая сестрица Норн».

Валентина прошептала:

— Ну, Норн…

Кондуктор не пошевелил бровью.

— Я могу объяснить - сказала Валентина

Кондуктор долго смотрел на неё и на меч, потом взял из чемодана банан и сказал:

— Вот это не проходит.

Он отдал чемодан обратно. Валентина пошла дальше и соединилась с группой.

Анна сказала:

— В этом городе сегодня карнавал.

Хигамару обрадовался:

— Вечно в этом городе какой-то праздник. Ну так круто! Давайте пойдём поплаваем у рек самых.

Они всей группой сели на лодку и поплыли по рекам, рассматривая город, который праздновал. Валентина смотрела, радовалась и не заметила, как рукав сполз до предплечья. Она опустила его и села на краю лодки.

Астро подошёл, рассматривая город:

— Ого, какой красивый город. А можно тут остаться? Я вырос в городе Люксембурге, но тут оказывается намного лучше.

Агнес фыркнула:

— Вечно так шумно и крикливо. Они вообще тут отдыхают?

Абель сказал:

— Не бойся, Агнес, если ты будешь здесь жить, ты и ночью не уснёшь от звуков музыки.

Они прошли дальше и начали просто осматриваться. Валентина ходила пару шагов, наслаждаясь видом. К ней подошёл Астро:

— Валентина, тебе звонит Ариэль на жёлтом шарике.

Валентина нахмурилась:

— Зачем звонит?

Астро пожал плечами:

— Не знаю, наверное, хочет связаться.

Валентина сказала:

— Эх… Ариэль не звонит мне просто так. Значит, у неё какое-то дело.

Астро спросил:

— Ну, ответь тогда.

Валентина покачала головой:

— Не хочу отвечать, я же отдыхаю.

Астро сказал:

— Если ты не ответишь, отвечать придётся мне.

Валентина улыбнулась:

— Да не бойся.

Она взяла шарик и нажала кнопку отключения. Астро удивился:

— Ты серьёзно поставила Ариэль на автоответчик?

Валентина ответила:

— Я потом перезвоню. Сейчас просто наслаждаюсь карнавалом и провожу время с друзьями.

Астро открыл рот, но Валентина уже ушла, потому что Анна затащила её к маскам. Астро взял трубку и сказал:

— А, алло, госпожа Ариэль… Нет, нет, нет. Она вас на автоответчик не поставила. Просто у неё дела. Сейчас говорите, да-да.

Он ушёл.

Валентина проходила дальше с Анной, рассматривая город. Анна спросила:

— Ты тут была?

Валентина кивнула:

— Да, была один раз при карнавале цветов. Это реально красивое и весёлое место.

Анна сказала:

— Хм… Может, пойдёшь с Абелем? А то вижу, ты с ним ни разу не поговорила. Ну ладно, один раз разрешаю. А я пойду и столкну Хигамару в воду.

Валентина улыбнулась:

— Отличная идея. Только не делай без меня.

Она пошла искать среди толпы людей Абеля.

------

Несколько дней назад. Мы видим, как машина едет по дюнам, а потом оказывается в деревне в небольшой пустынной местности. Из неё выходят Ариэль и Акай.

Они проходят пару шагов по разрушенной деревне. Ариэль осматривается и говорит:

— Ох… Опять серьёзное дело.

Акай качает головой:

— Нет, это несерьёзное дело. Сказали, что это был торнадо и смерч.

Ариэль возражает:

— Ничего подобного. Ты не слышал, что по радио говорили? Что это торнадо был с лицом, а также имел руки.

Акай пожимает плечами:

— Ну, это мы уже не проверим, потому что это, как говорится, прошло. Обыденность.

Ариэль нахмурилась:

— Может, это демон?

Акай ответил:

— Если бы это был демон, гаджеты Клиффа засекли бы его за несколько секунд. Но раз уж оно прошло по деревне и исчезло, значит, это что-то другое. Либо жители с ума сошли и приняли это за кого-то, либо…

Он не договорил. Из каменных руин начал выходить огромный каменно-песчаный гигант. Он поливался камнями и песком, серый, не имел лица — только круглую голову и тонкие, но огромные конечности. Он начал кричать и стреляться во всё вокруг.

Акай резко прикрыл Ариэль и сказал:

— А, так вот он какой…

Демон резко напал на Акая и Ариэль.

Конец семьдесят первой главы.

ГЛАВА 72 — НОВАЯ УГРОЗА

Валентина среди толпы нашла Абеля, который просто ходил. Она подошла к нему:

— Красиво выглядишь.

Абель усмехнулся:

— Я даже свой стиль не менял.

Валентина улыбнулась:

— Правда? А я даже не заметила.

Абель сказал:

— Ничего, пошли.

Они пошли. Валентина спросила:

— А ты что, не взял с собой меч?

Абель покачал головой:

— Нет, я же пришёл отдыхать. Зачем мне быть всегда наготове к битве?

Валентина сказала:

— А, да так… Мне звонила Ариэль просто, а я поставила её на автоответчик и сказала, что потом позвоню.

Абель удивился:

— Вэл, дорогая, ты поставила Ариэль на автоответчик? С тобой всё хорошо?

Валентина ответила:

— Да, я потом перезвоню в автобусе. Ну что вы, что может случиться-то?

Абель кивнул:

— Ну да, мы же отдыхаем в первую очередь.

Они ходили рядом с рекой и домами, которые стояли очень близко друг к другу. Через реку ходило множество лодок с людьми. Абель смотрел на них и сказал:

— Прикинь, я изучил новое слово здесь.

Валентина спросила:

— Какое?

Абель сказал:

— Бон.

Валентина удивилась:

— Что это значит?

Абель пояснил:

— У него много значений, но это типа «отвали» или «пошёл ты».

Валентина усмехнулась:

— А, крутое слово.

Одна из девушек подошла к Абелю:

— О, рыцарь! А вы не против познакомиться?

Абель сразу сказал:

— Бон.

Девушка расстроилась и ушла. Валентина засмеялась:

— Ничего себе, реально «отвали» и «пошёл ты».

Абель улыбнулся:

— А что за брелок у тебя в кармане? Я увидел.

Валентина ответила:

— Оу… Ну, знаешь… Бон.

Абель улыбнулся и сказал:

— Отлично, Вэл. И как же с тобой?

Они пошли и присели рядом с речкой. Солнце било со всей силы, и Абель просто наслаждался, опустив руку в воду. Валентина тоже смотрела и радовалась этому, но потом заметила, как вся вода почему-то утекает в люк прямо на её глазах рядом с берегом.

Она удивилась и посмотрела на реку. В огромной реке, которая просачивалась через несколько улиц, ходили какие-то водяные волны, которые чуть приподнимали лодки и двигались в центр.

Валентина следила за ними, но те, кто был в лодках, не понимали, что происходит.

Абель сказал:

— Вэл, а ты давно уже скучаешь по Удзуки?

Но заметил, что Валентина уже ушла куда-то.

Валентина побежала вслед за волнами и следила, куда они направляются. Волны собрались в одном месте и отключились — ничего не произошло. Валентина повернула голову, не понимая, пожала плечами и пошла дальше.

И вдруг — резкий взрыв воды огромной мощности, который приподнял воду на сотни метров. Люди начали разбегаться, а Валентина застыла в шоке, глядя на это.

Она сказала:

— Эх… Неправильной идеей было ставить Ариэль на автоответчик.

Вода начала собираться в одного огромного гиганта. Из глубины реки начали появляться монеты, которые бросали люди, и они начали совмещаться в огромного водяного гиганта, полностью пропитанного монетами. Он смотрел на Валентину.

Валентина сказала:

— Эх… Очередной Обливион.

Она резко призвала посох. Водяной гигант со всей силой ударил по Валентине. Она отпрыгнула, удар полностью разрушил два дома, оставляя дыру в них. Люди начали разбегаться.

Хигамару крикнул:

— А это что за водяное чучело размером с три дома?

Агнес спросила:

— Демон что ли? И что нам делать?

Рин сказал:

— Мы все оставили своё оружие дома.

Абель добавил:

— Кроме Валентины. Давайте тогда в этом случае просто поможем остальным сбежать.

Они начали эвакуировать людей. Валентина вышла на красный кирпичный дом сверху и сосредоточила тёмную энергию в посохе, резко стрельнув в гиганта. Атака просто прошла через него.

Валентина сказала:

— Серьёзно?

Гигант даже не поморщился — у него не было лица, только монеты в воде. Он со всей силой скрестил кулаки и ударил по воде. Ударная волна полностью прошла по воде, заставляя её литься и прорываться во все районы, разрушая всё вокруг.

Валентина перепрыгивала с крыши на крышу и стреляла в него. Она не понимала, в чём дело, взяла одну из сломанных бетонных плит и кинула прямо в гиганта. Тот лишь поглотил её и начал в усиленном виде гоняться за ней.

Валентина сказала:

— Это что, очередной Обливион в новом облике?

Она бежала через кварталы, а монстр ускорялся, потому что все улицы были соединены одной рекой. Он протягивал руки в сторону, разрушая всё вокруг, взял один дом и просто вырвал его, кинув в Валентину. Она проскользила и успела увернуться в последний момент.

Сзади появился Астро:

— Валентина, где твой меч!

Она ответила:

— Он в автобусе, я забыла!

Астро сказал:

— Против этого монстра походу обычным методом не справишься.

Валентина сказала:

— Я знаю! Ты беги лучше! Уходи!

Астро послушался. Валентина раздумывала, как одолеть этого монстра. Это демон? Скорее нет — больше похож на фамильяра. Она сосредоточила тёмную энергию:

— Сила одиночества! Полный сгусток энергии!

Она сделала тёмную сферу и кинула прямо в гиганта. Тот поглотил её, и сфера резко взорвалась внутри него. Монеты разлетелись по воздуху, но водяной монстр лишь поглотил часть реки и восстановился, начав кидать в Валентину лодки.

Валентина укрылась за бетонной стеной:

— Эх… А у друзей нет оружия. Походу, я одна тут.

Она вышла на самую высокую башню рядом с колоколом. Монстр почему-то не нападал на неё, а скорее пытался навести хаос, разрушая всё вокруг.

Валентина удивилась и приготовила очередную атаку, но одна из ударных волн гиганта по земле создала землетрясение, и башня, в которой находилась Валентина, начала рушиться. Она не удержала равновесия, пошатнулась и ударилась головой о колокол. Тот зазвенел со всей силой.

Валентина потёрла голову и отпрыгнула:

— Что мне опять придётся использовать прозрачный мир? Но мне запретили это делать, чтобы я не стала слепой.

Она сжала посох:

— Хм… Может, попробовать активировать метку? Но потом не хочу быть в коме весь отпуск. Блин, надо же… Отдых превратился в бой с нечто.

Водяной гигант опрокидывал лодки и гонял воду, как отгонял мух, по всей округе. Дома рушились, люди сбегали. Валентина очередной раз стрельнула в его голову, но та лишь продырявилась и восстановилась.

— Что же мне делать? — сказала она.

Водяной гигант погнался за ней, и она оказалась в тупике. Гигант уже хотел накинуться на Валентину всем своим весом, но резко красно-тёмный луч попал по гиганту с ярким тёмным контуром, разломал его голову и откинул на ближайший дом.

Валентина удивилась:

— Чья была эта атака?

Кто-то побежал сверху, нападая на монстра.

Он резко перепрыгнул между крышами. Валентина заметила у него железную маску с двумя красными глазами, кудрявые черные волосы, а также кимоно-хаори с толстыми рукавами в чёрном стиле, внутри — белая футболка. На ногах — штаны толстые- киноро, а также тапки с белыми носками.

Он быстро побежал, как ниндзя. Валентина удивилась и побежала за ним. Мужик резко прыгнул на огромного водяного демона, начал левитировать на красной тёмной энергии и стрелять красными лучами. Водяной монстр получал урон и резко побежал в другую сторону, ломая дома.

Мужик хотел полететь за ним, но Валентина остановила его на крыше:

— Эй, мужик! А как нам его остановить? Мы в одной команде, если что.

Мужик сказал:

— Попробуем его отвести от источника воды. Нужно его отцепить от реки.

Валентина кивнула и побежала по крышам. Мужик полетел со всей силы и начал уводить демона за собой. Водяной монстр пытался поймать мужика, который левитировал красной аурой, и махал воздухом, чтобы схватить его.

Водяной монстр резко ударил мужика, но тот остановил его кулак левитацией, управляя красным пространством, и разломал его водяной кулак. Валентина удивилась и сказала:

— Что-то мне в этой энергии напоминает что-то… Или кого-то.

Мужик резко использовал удар двумя кулаками красной энергии. Водяной монстр откинулся. Башня с людьми начала падать из-за разрушений. Валентина резко побежала, активировала тёмную энергию на посохе и начала удерживать башню от падения. Она тужилась и медленно спускала башню на землю. Люди потихоньку спустились и чуть склонили голову перед ней.

Валентина побежала за водяным монстром. Мужик начал таскать его по районам, отведя от реки. Монстр всё-таки окончательно смог выбраться из воды и просто гонялся с водяным основанием за мужиком. Валентина стреляла сзади, отвлекая демона. Мужик стрелял в него, сбивая монеты в воду.

Мужик резко оказался ударом под водой и оказался в одном из домов. Он быстро вылетел из окна и ударил в челюсть водяного монстра со всей силой, так что его голова опрокинулась. Валентина удивилась:

— Эта сила мне кого-то очень напоминает.

Она сосредоточила посох и резко сделала тёмный барьер, который не дал монстру сбежать из переулка. Демон стоял, осмотрелся и начал бить красного мужика, который прикрывался красной защитой. Валентина пошла сзади и хотела помочь, но водяной монстр кинул струи воды, и Валентина получила удар, покатилась и упала на крышу. Она оказалась вся в воде, отплюнула часть воды и смотрела, как водяной гигант зажимает телом мужика.

Но монстр начал становиться меньше.

Мужик начал отталкивать гиганта силой, поднимая левитацию и усиливаясь в красной ауре. Он сказал:

— Ну что, становишься слабее без воды, да? Слабак.

Он резко сосредоточил всю энергию в кулаках. Красная энергия просто накопилась внутри водяного гиганта, и тот взорвался со всей силой.

Мужик упал на колени. Его руки обнажились до предплечий — из-под рукавов Валентина заметила следы от колец. Она открыла рот от удивления.

Монстр исчез окончательно, а все люди начали хлопать новому герою. Валентина пришла к нему, сжала волосы, как полотенце, отряхивая воду, и тут же закричала:

— Удзуки, чёрт возьми, это ты?!

Удзуки снял маску и сказал:

— Да, это я, чёрт возьми. Привет, Валя. Не знал, что ты здесь.

Валентина начала осматривать его:

— Но как это возможно? Это точно ты? Почему ты сменил имидж? Что за магия? Где твои кольца? У меня столько вопросов!

Удзуки поднял руки:

— Тише, тише, Валя. Просто слушай.

Он начал говорить:

— Я смог снять кольца окончательно с помощью Нанахоши. Представляешь?

Валентина не поверила:

— Этого не может быть. Как?

Удзуки объяснил:

— Помнишь, Нанахоши говорила, что только романтический интерес может снять кольца? Ну так вот — она там, на севере, мне помогла, и я смог полностью раскрыть свой потенциал мага. Теперь я умею летать. Я раскрыл полностью свою силу красного мага-безмолвного и стал суперсильным. И подумал: раз уж я поменял стиль магии и боёвки, то что мне мешает поменять стиль одежды? Смотри, как стильно, а? Я уже начинаю входить в свой курс красоты.

Валентина выдохнула:

— Удзуки… Я тебя вообще не узнаю. И это прекрасно. Можно сказать — я рада.

Удзуки улыбнулся:

— Ну, я тоже рад. Старая партнёрша.

Он протянул кулак, и Валентина ударила в ответ. Затем она спросила:

— Стоп, а как же твоя работа на севере? Разве ты уже всё?

Резко пришёл Абель и остальные друзья:

— Валентина, с тобой всё в порядке?

Хигамару тут же закричал:

— Босс, это вы?

Удзуки поправил чёлку:

— Ну да, а что?

Агнес сказала:

— Это какая-то обманка. Это иллюзия Удзуки, да?

Валентина потрогала Удзуки:

— Нет, это реально Удзуки. Что вы!

Рин сказал:

— Нифига ты прокачался! Ема… Ты так просто давал этому монстру, ещё и имидж сменил. Ты реально теперь мачо-качок, хотя я всё ещё худой, но всё же.

Удзуки усмехнулся:

— Да бросьте, что вы так?

Абель спросил:

— А что ты тут делаешь? Почему ты носишь маску и как ты оказался так быстро здесь?

Удзуки сказал:

— Давайте все объяснения будут потом, в тихом месте. Сейчас мы среди разрушенного района, среди людей, которые нам хлопают. А также нам нужно обсудить эту угрозу, которая не демон и не фамильяр.

Валентина спросила:

— Тогда что это?

Удзуки ответил:

— Как раз это я хотел обсудить. Пошли.

Удзуки ушёл, а группа пошла собираться и перегруппировываться.

Валентина и остальные находились в полусломанном отеле. Астро взволнованно говорил:

— Это какой-то суперэкшн был! Е-мое! Взрывы, взрывы, ещё и Валентина стреляет сверху, этот водяной гигант, какой-то ещё этот красавчик приходит и разрушает всё эпично! Вот это я понимаю — было боище!

Абель сказал:

— Лучше сосредоточиться на новой угрозе. Что тебе Удзуки сказал, Валентина?

Валентина ответила:

— Мне Удзуки сказал встречаться в одном из заброшенных домов. Только я, без вас.

Хигамару удивился:

— Без нас? Хм… Странно. Мы не участвуем в битве, хотя… С другой стороны, отлично. Мы же вроде отдыхали, а сейчас по расписанию и дальше пойдём в другие города. А пусть Валентина работает.

Астро сказал:

— Валентина, удачи тогда.

Валентина возразила:

— Стоп, то есть я буду сражаться с такими монстрами, пока вы будете отдыхать?

Анна предложила:

— Если хочешь, мы можем все отойти, если тебе так плохо.

Валентина покачала головой:

— Нет, нет, нет, можете продолжать, я не расстроена. Просто…

Она замолчала. Абель сказал:

— Иди уже, Вэл. Не беспокойся о своём состоянии, ладно? И за нас тоже.

Валентина кивнула с грустной улыбкой и пошла. Она говорила под нос:

— Нет, только не опять… Опять новая угроза. Я же хотела просто отдохнуть.

Она прошла ночью и оказалась в одной из заброшенных лавок. Прошла пару шагов и не понимала, где она. Резко услышала голос Ариэль сзади — та сидела на диване, скрестив ноги и руки, и сказала:

— Тёмная принцесса отдыхает на разных достопримечательностях вместе со своим классом, обычная экскурсия. И вот на два города нападают элементали, плюс ещё один на севере. А ты, значит, ещё и ставишь меня на автоответчик.

Валентина замялась:

— Эм… Ну, простите, я не хотела, я просто была занята.

Ариэль продолжила:

— Я понимаю такое дело, но ставить меня на автоответчик — это самое странное, что я видела в жизни. Ну ладно. Хорошо совпало, что ты ровно оказалась в том же месте, где появился этот монстр.

Она достала значок:

— Вот, слушай наш новый план действий.

Значок сделал голограмму, где была видеозапись атаки песчаного гиганта. Ариэль сказала:

— Песчаный гигант напал на поселение в пустынной части Вселенной и уничтожил его. По словам людей, у этого гиганта были очертания человека, и он уничтожал всё вокруг, что видел. Наш Акай смог уничтожить его, но Акай оказался после этого недоступен из-за того, что королевство Ашуры резко собрало всех рыцарей десятого ранга на срочное собрание в Ашуре по поводу решения проблем на границе. Но беспокоиться так не стоит.

Валентина спросила:

— И что это значит?

Ариэль ответила:

— Это значит, что, как всегда, группа «Ц» будет разбираться с делами рыцарей по-своему. Но группа «Ц» — это ты, Удзуки и всё. Остальные, как я вижу, даже не готовы и без оружия, а ты, как всегда, готова сражаться.

Валентина сказала:

— Ну, я не совсем…

Ариэль перебила:

— Идём. И кстати, дроны рядом с тобой?

Валентина показала на булавку:

— Всегда же. Но я даже не подумала использовать их в бою.

Ариэль сказала:

— Это не критично. Главное — монстр уничтожен.

Они пошли, начали спускаться в подвал, где находились многие люди. Валентина удивилась:

— Ух ты, тайное собрание. А не против, если я сейчас пойду с друзьями и чуть-чуть отдохну?

Ариэль сказала:

— Видела новый образ Удзуки и его силу? Я тоже прифигела. Советую пересмотреть взгляды.

Валентина усмехнулась:

— Она даже меня не слушает.

Они подошли в подвал, где многие люди сканировали что-то на гаджетах. Ариэль сказала:

— Тут мы пытаемся выследить этих монстров по всей Селенции. Идём дальше — у нас серьёзный разговор.

Они подошли к огромному столу, у которого стоял Удзуки, прислонившись. Он сказал:

— Валя, ты здесь?

Валентина ответила:

— Ну, привет, Удзуки. Слышал, ты на севере встретил элементала?

Удзуки кивнул:

— Ну да. Пришлось с ним посражаться.

Валентина спросила:

— А ты что, бросил там Нанахоши и Леона?

Удзуки удивился:

— Что значит «бросил»? Я их оставил. Они сказали, что справятся и сами с документами, а меня отправили помочь тебе с элементалами. Я и сам первый, кто их заметил. Не стоит сними связываться, они этого не хотят.

Валентина перевела взгляд на Ариэль. Та сказала:

— Так вот. Элементалы — это порождение стихий по всей Вселенной.

Она указала на голограмму, где показали пять разновидностей: каменный, огонь, вода, ветер и гроза.

Удзуки сказал:

— Да. Их пять. Акай уничтожил одного каменного несколько дней назад. Мы сегодня уничтожили водяного. Остались огненный, ветряной и грозовой.

Валентина спросила:

— Ты же сказал, что ты с кем-то сражался?

Удзуки ответил:

— Да, я сражался с ветром на севере. К сожалению, он смог убежать и снова набирать силы.

Ариэль пояснила:

— Элементалы — это стихийные чудовища, которые появляются из-за скопления демонической энергии в стихии. Они были с давних пор, были на войне, но скорее быстро их запечатали. И, походу, они начинают снова проявляться.

Удзуки сказал:

— И знаешь, Валентина, хорошо, что мы даже не воспользовались дронами.

Валентина удивилась:

— Почему?

Удзуки объяснил:

— Использовать дроны против элементалов — на своём опыте скажу, оказалось плохой идеей. Когда я использовал дроны, чтобы навредить ему, он просто поглотил их и стал сильнее. Против элементалов это не работает, ведь элементал — это не демоны в привычном понимании. Это стихия.

Ариэль сказала:

— Нужно обсудить обнаружение монстров с императором.

Она надела жёлтый шарик и связалась с ним. Император сказал:

— Да, я уже слышал об этом. Осталось три элементала. Нужно логично проследить, когда они выйдут, и с помощью Валентины и Удзуки остановить их окончательно.

Удзуки сказал:

— Думаешь, мы вдвоём справимся?

Валентина сказала:

— Мы только двое.

Удзуки ответил:

— Ну как по мне, остальных тревожить нет смысла. Элементалы по уровню силы от силы одиннадцатого или десятого дивизионов. Главная их слабость в том, что их нужно отдёрнуть от источника их сил, и всё — можно добить. Прямо как с водой. Например, если огонь — его нужно оттолкнуть от металла. Если ветер — от воздуха. И так далее.

Валентина сказала:

— А, логично. А гроза — это разве не одна стихия с ветром?

Удзуки покачал головой:

— Нет, это молния.

Ариэль сказала:

— Если всё понятно, вы будете оба готовиться к следующим нападениям.

Кто-то из подвала сказал:

— Госпожа Ариэль, мы вычислили, когда выйдет следующий элементал. Он выйдет в городе Лоу Зизу.

Валентина удивилась:

— Город Зиза? Это же место, куда отправляются мои друзья. Я тоже на отдыхе.

Ариэль сказала:

— Но вы будете готовиться к этому.

Валентина подняла руку:

— Так, стоп, погодите. У меня к вам просьба.

Все удивились. Император сказал:

— А какая ещё просьба?

Валентина ответила:

— Я пока что не готова к этому и не хочу участвовать. Вы не против, если я не буду?

Все удивились. Ариэль спросила:

— Почему?

Валентина объяснила:

— Пока видите, что у меня тут друзья, я тут чуть отдыхала. Я и так чувствую себя плохо и так далее.

Ариэль спросила:

— Не кажется ли это отмазками, чтобы уйти от работы?

Валентина покачала головой:

— Нет-нет, я не против. Я просто, понимаете, устала. Нет других? Как же группа «Альфа», вся группа «Ц»? Они могут просто взять оружие и дальше сражаться. Что, нельзя?

Император ответил через шарик:

— Ну, те, кто лучше справляется, лучше их и отправлять. А остальные будут наготове против демонов дивизионов. Если мы отправим все силы сразу на элементалов, которые и так не опасны прямо сильно для людей, то это может отразиться плохо — тот, кто управляет пчёлами, может начать свой план.

Удзуки схватил Валентину за плечи:

— Валентина, я понимаю твою усталость.

Валентина удивилась. Удзуки продолжил:

— Ну так дадим ей отпуск. Пусть она отдыхает, она же заслужила. Что мы ей, неблагодарные?

Ариэль спросила:

— То есть мы лишимся одной из главных своих сил?

Удзуки покачал головой:

— Нет. Пусть она идёт и отдыхает. И в случае опасности мы её вызываем. Да? Валентина в такие моменты точно не откажется.

Он подмигнул. Валентина осталась с лёгким румянцем. Император сказал:

— Ну ладно, мы не против. Раз уж Валентина и так отправляется туда по расписанию, можем на всякий случай её там оставить. В случае серьёзной опасности мы её вызовем. А также будем участвовать в бою, а сами будем вычислять, когда именно элементал появится в городе.

Удзуки сказал:

— Судя по всему, это огненный. Самый опасный из последних. И нужен для него глаз да глаз.

Император сказал:

— Отлично. Нужно посмотреть, вычисляйте дальше. А пусть Тёмная Принцесса может идти.

Валентина спросила:

— Я серьёзно могу уходить?

Ариэль ответила:

— Да, но будь начеку, ладно? И только попробуй ещё раз поставить меня на автоответчик.

Валентина улыбнулась:

— Ладно, спасибо огромное.

Она подошла к Удзуки, ударила по плечу и сказала:

— Спасибо, самый лучший бро на свете.

Удзуки улыбнулся:

— Обращайся. Рад за тебя!

Валентина кивнула и с радостью в глазах пошла к выходу.

По дороге назад к автобусу Валентина взяла свою булаву с кнопками и сказала:

— А какой смысл от тебя, если ты даже не полезный? Тебя же вроде создавали именно против таких угроз, которые мешают королевству. Я могла бы просто взять и вместе с Удзуки сидеть и пить чай, пока вы уничтожаете этих демонов. И зачем вы нужны, раз уж вы только усиляете их?

Она посмотрела на пульт и продолжила:

— И только три кнопки… И как же сложно управлять?

Она заметила надпись «Голосовой ввод», нажала на неё. Пульт резко преобразился — стал чуть светлее, с синим контуром, и произнёс:

— Здравствуйте. Автономная и умная система дронов под именем «Альфред». Приятно слушать вас, а также выполнять ваши приказы.

Валентина удивилась, посмотрела на пульт и не поняла, в чём дело:

— Стоп, что?

Анна из окна автобуса прокричала:

— Валентина, что ты медлишь? Мы уже уезжаем! Быстрее!

Валентина кивнула, спрятала пульт в карман, но тот не переставал светиться и ждать команды.

Конец семьдесят второй главы.

ГЛАВА 73 — АЛЬФРЕД

Автобус ехал по лесной местности и попутно выходил на гору, где скалы и дорога были очень близко друг к другу. Они всё дальше выходили вверх, чтобы обойти гору. Валентина сидела, скрестив руки, и смотрела в окно. Она сидела на последнем сиденье в одиночку, потому что не успела быстро сесть к Анне.

Она посмотрела вокруг и заметила Абеля, тяжело вздохнула и сказала:

— Ну… Хотя бы попробую побольше времени с друзьями провести. Но всё равно чувство, что меня снова вызовут, не отпускает. Вдруг опять просто в любой момент меня вызовут.

Она смотрела на каменную гору рядом и почувствовала сиденье в кармане. Достала Альфреда и надела на воротник.

— Ну, ты там что-то говорил? — спросила она.

Голос дворецкого, который слушается своего хозяина, произнёс:

— Здравствуйте, госпожа Валентина Коусин, дочь Синдреллы, Тёмная Принцесса, а также под именем Светлая Надежда. Известно.

Валентина удивилась:

— Ух ты! Ну и что ты умеешь?

Альфред ответил:

— Я искусственный интеллект, созданный по чистой душе. Сделан с помощью рук Мориарти и Байрона.

Валентина спросила:

— Хм, круто! А почему тебя зовут Альфред?

Альфред сказал:

— Не знаю, просто дали мне имя.

Валентина сказала:

— То есть тебя создали прямо ради меня? И ты появился, чтобы помогать мне?

Альфред ответил:

— Нет, меня не создали ради тебя, но ты можешь управлять мной. Я сеть глобальных всех дронов. Управляй всеми пятнадцатью, которые ты можешь. Чтобы управлять всеми пятьюстами, ты должен быть рядом со своим напарником.

Валентина спросила:

— А что ты ещё можешь?

Альфред сказал:

— Я имею базу данных всех почти людей Вселенной. А также очень умный и могу помогать с расчётами.

Валентина посмотрела вокруг и спросила:

— То есть ты знаешь всё, что они делают сейчас в автобусе?

Альфред ответил:

— Да. Дроны следят за всеми с орбиты, и я вижу всё, что видишь ты, госпожа Валентина.

Валентина сказала:

— Круто.

Она посмотрела вокруг и спросила:

— А что там Абель делает?

Альфред ответил:

— Абель сейчас просто сидит и пишет что-то в тетрадь.

Валентина спросила:

— Можешь рассказать, что он пишет?

Альфред сказал:

— Эм… А разве подглядывать нехорошо?

Валентина усмехнулась:

— Ах ты, ещё и мораль имеет. Я думала, ты просто робот.

Альфред сказал:

— Показать ещё, что я умею?

Валентина ответила:

— Ну, попробуй.

Альфред сказал:

— Возьми булавку в руки.

Валентина взяла, и резко появилась картинка. Она чуть не вырвалась от страха, но сдержалась.

Альфред сказал:

— Все твои пятнадцать дронов, которые работают сейчас, исследуют всё вокруг. В случае чего просто помогут тебе. Ты можешь наблюдать за несколькими одновременно, а также, если что-то случится, сразу получить уведомление.

Валентина трогала картинку, меняла запись и сказала:

— Ничего себе… Одна из записей находит наш автобус, который едет. Стоп, один дрон сейчас прям над нами?

Альфред ответил:

— Да. Перед хозяином всегда должен быть один дрон-защитник.

Валентина сказала:

— Это круто, но как бы и слежка… Ну ладно. Стоп, то есть получается, если дрон всё это время был со мной, то есть ты видел…

Альфред сказал:

— Да, я видел.

Валентина схватилась за голову:

— И это так стыдно…

Но потом она сказала:

— Слушай, а у Удзуки есть такой же Альфред? Или у него там девушка какая-то?

Альфред ответил:

— Я не имею пола. Я просто имею такой голос, который вам приятен. И у вашего второго напарника, не знаю, кто там, нету голосового помощника. Я здесь главный управлятор. Ты в курсе, Валентина, что ты главная среди двух напарников? Основную работу берёшь ты. Твой напарник скорее как усилитель или помогатель.

Не взорваться, а так лидерскую роль дронов всегда предпринимаешь ты, а основной частью дронов всех пятисот управляешь именно ты через меня.

Валентина сказала:

— Ммм… Блин, круто. Пойду расскажу остальным.

Альфред сказал:

— Не советую.

— Почему? — спросила она.

Альфред ответил:

— На самом деле я секретная функция. Мориарти специально вам вроде не рассказывал об этом, потому что не хотел меня испробовать — ведь я пока что экспериментальная версия. Управлять через робота опаснее, нежели чем управлять самой. Так считал Барон и Мориарти. Я скорее бета-версия, нежели чем основная.

Валентина сказала:

— Вот ты нормально функционируешь, так что я буду тобой пользоваться, ладно?

Альфред ответил:

— Ладно.

Валентина сказала:

— Ну ладно, раз уж никто не должен узнать о нас, так тогда я не буду просто всем говорить. Ладно?

Альфред ответил:

— Хорошая идея. Всегда готов на связи.

Автобус остановился, и водитель сказал:

— Заправка — десять минут. Если хотите в туалет, выходите.

Многие люди вышли. Валентина тоже вышла подышать свежим воздухом. Она прошла пару шагов и заметила Анну. Та подошла к ней рядом с обрывом вниз и сказала:

— Ну? Какая наша следующая остановка?

Валентина ответила:

— Город Зиза. Прекрасные, красивые места.

Анна сказала:

— А ты же будешь там, да? Не сбежишь на этот раз?

Валентина вздохнула:

— Ну… Я так ожидаю. Сказали, что если понадобится помощь, меня вызовут. Но так не хочется идти.

Анна сказала:

— Твоё решение. Но тебе реально нужен отдых. Не понимаю, почему вечно хотят тебя работать. Ты сильная, но это не значит, что ты должна вечно спасать кого-то.

Валентина ответила:

— Не все это понимают, дорогая подруга. Жаль… Теперь ещё эти проблемы новые появились с элементалами. И так демоны были по горло.

Анна сказала:

— Ладно, я пойду и посижу в автобусе. Подышала воздухом — и хватит.

Она пошла обратно. Валентина тоже хотела зайти в автобус, но потрогала карман и заметила, что брелока нет.

— Стоп, где он? — сказала она.

Она заметила, что какие-то девушки держат её брелок и обсуждают. Она подошла:

— Извините, но я потеряла брелок, и вы его подобрали. Можете вернуть?

Те девушки сказали:

— А с чего нам верить, что это твой кулон?

Валентина ответила:

— Ну оно же тёмное, я хранила это, и у меня есть свидетели.

Подруги сказали:

— Мы его нашли рядом с автобусом ещё до того, как ты вышла. Так что это наш теперь.

Валентина сказала:

— Почему? Это же мой, очевидно!

Девушки усмехнулись:

— Что упало — то пропало.

Они зашли в автобус. Валентина разозлилась, тоже вошла, села на первое сиденье и сказала:

— О боже… Они хотят испортить мне поездку. Какие же стервы, блин. Мне нужно забрать свой брелок обратно. Словами, наверное, их не переубедишь — с тупыми лучше не спорить. Но забрать-то его нужно.

Валентина резко задумалась. Автобус поехал. Она взяла Альфреда и сказала:

— Альфред, как мне сделать так, чтобы брелок снова оказался у меня?

Альфред ответил:

— Привет, Валентина, чем могу помочь?

Валентина замялась:

— Ну, эм… Те девушки сзади… Я, эм…

Альфред сказал:

— Валентина, вас не слышно, можете сказать погромче?

Валентина повторила:

— Ну, те девушки…

Альфред спросил:

— Как их зовут?

Валентина посмотрела на них и прошептала:

— Та девушка с брелоком… Её зовут Анастасия.

Альфред тут же просканировал:

— Анастасия… Валентина, Анастасия — наш объект?

Валентина задумалась:

— Эм… Да, наш объект.

Альфред сказал:

— Всё, принял. Инициирую удар прямо сюда.

Валентина удивилась:

— Инициирую что?

Альфред ответил:

— Точка перехвата застигнута. Отправляю устройство.

Мы увидели, как из всех пятисот дронов, стоящих на орбите, один резко включился и тут же помчался к земле с огромной скоростью. Он быстро палился на атмосфере, вошёл в воздух и начал летать сзади автобуса.

Валентина удивилась, встала с сиденья, сняла очки и посмотрела назад:

— О нет…

Рин резко перехватил булавку из рук Валентины и надел на себя:

— Ух ты, Валентина, клёвая булавка! Я всегда хотел померить. Дай чуть-чуть разглядеть.

Валентина начала пытаться забрать булавку обратно:

— Рин, отдай! Что ты делаешь? Отдай!

Они начали толкаться руками. Валентина резко одним взмахом попала в челюсть Рина, и тот отключился.

Валентина сказала:

— Ой, прости…

Она снова взяла булавку и посмотрела на заднее стекло.

Альфред сказал:

— Валентина, мне отозвать удар?

Валентина хотела ответить, но Хигамару спросил:

— Ты что, врезала и нокаутировала Рина?

Валентина ответила:

— Нет…

Альфред сказал:

— Продолжаю удар.

Дрон прибился к стеклу и нацелился на Анастасию. Валентина тут же среагировала и магией заставила руль водителя резко повернуть направо. Автобус резко ушёл в сторону, ударился о перила перед обрывом, проскользил и начал вибрировать. Пуля от дрона попала прямо в боковое стекло, и все в автобусе еле удержали равновесие.

Валентина вздохнула, встала.

Альфред сказал:

— Захожу на следующий заход.

Анна сказала:

— Валя сядь на место , тут не гонки на автобусе мы чуть не слетели с дороги.

Автобус еле покачиваясь выровнялся на дороге. Валентина еле удержала равновесие, хотела что-то сказать, но заметила, что Альфред лежит на полу. Она быстро подхватила его, надела и сказала:

— Альфред, погоди...

Кто-то из автобуса крикнул:

— Госпожа Валентина, сядьте! Это опасно!

Валентина резко сказала:

— Детёныши горных козлов! Показывай на окно!

Все резко посмотрели на окно, пытаясь разглядеть что-то, и Валентина в ту же секунду прыгнула через люк сверху автобуса. В воздухе она призвала посох и быстро стрельнула тёмной магией прямо в дрона. Дрон получил удар, засветился, взорвался и упал сзади.

Валентина быстро спустилась, закрыла люк и поправила юбку. Все повернулись к ней, но ничего не заметили.

— Нету никаких козлят, — сказал кто-то.

Валентина ответила:

— Проморгали.

Агнес сказала:

— По-твоему, Валентина, мы не заметили?

Валентина застыла. Агнес продолжила:

— Твоя новая тёлка — это что-то с чем-то.

Хигамару кивнул:

— Да, да, красивее выглядишь.

Валентина поправила чёлку, улыбнулась и, отдышавшись, упала на два сиденья сразу. Она лежала, головой у стекла, и сказала:

— Альфред, давай заново теперь, ладно?

Анна подошла и протянула ей брелок:

— Вот, ты вроде потеряла.

Валентина удивилась:

— Что? А как ты его достала?

Анна усмехнулась:

— Тихо украла с помощью магии воды. И не благодари.

Валентина выдохнула с облегчением:

— Спасибо.

Анна ушла. Валентина сказала:

— Так можно же было так легко… Нежели чем стрелять по пассажирам, Альфред.

Альфред ответил:

— Ну, так вы же сами просили, что это наш объект.

Валентина сказала:

— Объект имелся в виду просто объект, а не субъект для уничтожения.

Альфред ответил:

— В следующий раз уточняйте, пожалуйста.

Валентина вздохнула и снова легла. Рин еле проснулся от нокаута, держался за челюсть и бормотал:

— Ау…

Автобус поехал дальше.

Автобус приходит в город Зизу. Очень большой, архитектурный. Все задирают головы наверх, смотря на красоту. Они проходят и останавливаются у отеля. Заходят в роскошный белый отель.

Агнес говорит:

— Охо, апартаменты на все пять звёзд.

Кто-то говорит:

— И что мы тут делаем?

Хигамару отвечает:

— Говори за себя. Я дома.

Они проходят дальше. Валентина облегчённо проходит и говорит:

— Вроде же после пяти вечера нам всем разрешат делать всё, что хотят в городе, и рассматривать всё вокруг.

Анна говорит:

— Да, ты права. А ты, надеюсь, не занята, когда появится следующий элементал?

Валентина сказала:

— Здесь.

Анна удивилась:

— Здесь? Ты что, Валентина, тут же мы все тут находимся!

Валентина сказала:

— Я знаю, я знаю. Я что-нибудь придумаю.

Анна сказала:

— Ну давай, мы не хотим сорвать отпуск. Я слышала, это огненный. Может, я помогу? Я же вода всё-таки.

Валентина говорит:

— Да, я понимаю твою помощь, и Удзуки тоже предлагал твою помощь, как близкую подругу. Но я слышала от Ариэль, что если полностью водой обливать лаву, он станет потом обсидианом, и остановить обсидианового монстра будет в три раза сложнее, чем огненного.

Анна говорит:

— А, ладно, тогда не буду вмешиваться. Желаю удачи.

Валентина кивает, смотрит вокруг. Приходит Астро и протягивает жёлтый шарик. Валентина тяжело вздыхает.

Мы тут же оказываемся в подвале. Ариэль говорит:

— Валентина-сан.

Валентина резко вздрагивает и говорит:

— А, я здесь. Да, можете говорить, я слушаю планы.

Ариэль говорит:

— Тебе здесь скучно? Мы тебе мешаем?

Валентина говорит:

— Нет, что вы, я просто задумалась.

Удзуки сказал:

— Ну, так мы её просто украли.

Ариэль говорит:

— У нас свои причины. Мы вычислили, через какое время монстр выходит на ружу. Так, Валентина, расскажи свою часть плана, раз уж слушала.

Валентина сказала:

— Я стою и жду у главного высокого здания и смотрю, где появится лавовый монстр. Потом я сдаю задание Удзуки, и мы вместе с ним оттаскиваем лавового монстра от металла и после этого уничтожаем его вместе.

Удзуки говорит:

— Это последний шанс. Если мы профукаем — на этом всё. Прав. Про хип-хоп мечты, Валентина, понимаешь? Если мы не победим его — нашей Вселенной конец. Потому что если он поглотит металл как можно больше, он начнёт тянуть энергию из ядра Земли. И всё, будет конец уже.

Ариэль говорит:

— А я вижу, ты не готова, да?

Валентина говорит:

— Я готова. Просто уже надоело, понимаете? Вечно меня вызывают, только меня. Иногда меня бесит. Раньше, когда мы открыто помогали людям, нас боялись и презирали. А теперь, когда я открыто помогаю, меня лично вызывают, когда я не хочу этого. А когда мы хотели — не призывают.

Ариэль говорит серьёзно:

— То есть угроза исходит от нас, по-твоему? Ты — обладательница дронов.

Ариэль начала подходить к ней и говорит:

— Ты активировала Альфреда, что было запрещено Мориарти. Ты первым делом использовала это на обычных гражданских?

Валентина засмущалась. Ариэль сказала:

— Вещи, которые стоят миллиарды, ты можешь ими хоть королевство захватить, а ты используешь, чтобы уничтожить одноклассников в бытовых целях? Ты не доросла. Ещё и говоришь что-то про нас. Подумай над этим и сегодня сосредоточься и будь серьёзной.

Валентина через минуту вышла на улицу и села на белый мост, покачивая ножками. На высоте ста метров. Грустная сидит и тяжело вздыхает.

Удзуки сзади подходит и говорит:

— Эй, знаешь... Ариэль говорит, что хочет с тобой снова поговорить. Ей жалко, и она хочет извиниться за этот срыв.

Валентина говорит:

— Что, правда?

Удзуки говорит:

— Валя, ты слышала, что такое чувство юмора?

Валентина снова посмотрела вниз и сказала:

— А я ведь уже не хотела этого.

Удзуки присел рядом и сказал:

— Чего именно? Расскажи.

Валентина сказала:

— Всего, что произошло за последние два дня. Ну, слушай мои проблемы.

Валентина продолжила:

— Надоело честно сражаться четыре года подряд. Ну, ё-моё… Что это значит? Я устала, понимаешь? Да, это звучит эгоистично, но…

Удзуки перебил:

— То, что ты хочешь нормальной жизни — ничего не эгоистично. У меня тоже одна сторона говорит: «Всё, Удзуки, ты молодец, ты сделал, ты спас людей, ты теперь полезный, тебя запомнили как героя. Теперь смело можешь уходить в отпуск». Но другая сторона говорит: «Мы должны сражаться за то, что имеем. Если мы готовы и умеем сражаться, мы должны дать отпор тому, что мешает нам жить». Понимаешь?

Валентина говорит:

— Понимаю.

Удзуки говорит:

— Понимаю твоё расстройство. Ты, наверное, строила планы?

Валентина говорит:

— Ещё как строила. Столько всего придумывала на сценарии романа, блин. А тут всё испортилось из-за этих тупых элементалей. Знаешь… Даже не знаю. Побыстрее хочется закончить академию и…

Удзуки сказал:

— Сбежать?

Валентина сказала:

— Не в смысле сбежать, а просто выйти на отдых.

Удзуки сказал:

— Хм… Знаешь, что-то мне кажется, если ты уйдёшь в Ашуру, там начнут появляться демоны, и ты всё ещё будешь работать.

Валентина сказала:

— Ну да. Это просто закон подлости.

Удзуки сказал:

— Знаешь что, Валя? Не бойся. Вот мы сейчас одолеем этого огненного монстра, потом ветряного, потом грозового — и всё. Можешь дальше отдыхать смело. Если хочешь, я буду лично требовать у императора, чтобы нам дали хотя бы месяц отдыха. Понимаешь, я же тоже заколебался просто работать. Пусть другие работают. У нас целая группа «Ц» и группа «Альфа» — таких же потенциалов. Есть пятнадцать рыцарей. С чего это мы должны работать?

Валентина сказала:

— Хм… Ты прав. Спасибо. Кстати, я всё-таки даже не могу поверить, что ты реально снял кольца. Это же событие века, а я это просто проморгала.

Удзуки сказал:

— Ну… Это же не прям событие, просто сняли.

Валентина сказала:

— У вас просто связь глубочайшая.

Удзуки сказал:

— Да, я вот это чувствовал с самой первой встречи с Нанахоши — у нас такая связь, ты понимаешь? Прям как ты любишь Абеля, но наоборот. Я даже не верил, что могу чувствовать такое к такой девушке. Преданная, умная, сильная, дерзкая, помогает… Вот что ещё нужно для мечты, а, Валя? Если бы мы с Нанахоши управляли дронами, чувствую, ничего не изменилось бы.

Валентина говорит:

— Да, я тоже так уверена. Вы с ней хорошо бы смогли управлять — у вас же крепкая связь.

Удзуки говорит:

— Кстати, ты реально использовала булавку ради того, чтобы убить гражданского?

Валентина сказала:

— Всё не так было. Просто брелок украли, и я должна была вернуть и случайно ляпнула лишнего, а Альфред не понял.

Удзуки сказал:

— Альфред? А кто это?

Валентина сказала:

— Альфред — это типа помощник голосовой. Помогает управлять.

Удзуки сказал:

— Хм… А у меня есть свой Альфред? Блин, как же я хотел этого помощника. Может, поменяемся булавками?

Валентина сказала:

— Хм… Нет уж. Альфред мой. Я не хочу другим рассказывать, что я его просрала. Так что… Спроси у Ариэль. Но Альфред останется у меня.

Удзуки кивнул и сказал:

— Ну ладно, пока, спасибо за разговор. Будь настороже, ладно?

Валентина кивнула с улыбкой и сказала:

— Кто бы мог подумать, что Удзуки превратится в такого человека.

Она сидела и думала, встала и пошла на свою позицию, взяв посох и меч сзади. Вышла на самую высокую точку.

Валентина сидела у самой высокой точки. Альфред сказал:

— Госпожа Валентина. Вам звонит Ариэль.

Валентина взяла трубку, и Ариэль сказала:

— Ну, ты на месте?

Валентина сказала:

— Да, жду, когда монстр появится. Если этот огненный монстр появится, я тут же скажу его координаты, и вы пошлёте Удзуки сюда.

Ариэль сказала:

— Будь наготове.

Валентина включила булавку и сказала:

— Ну, удобная штука, раз уж можно звонить и не перезванивать.

Альфред сказал:

— Мне кажется, или вы чувствуете скуку?

Валентина сказала:

— Ну да, просто ждать неинтересно же, когда там все веселятся в опере.

Альфред сказал:

— Опера — интересное место, чтобы развалять эмоции для человека. И вы туда не отправляйтесь, пока ваши друзья там чилят.

Валентина сказала:

— Да.

Она немножко прослезилась. Альфред сказал:

— У вас тяжёлое эмоциональное состояние.

Валентина сказала:

— Да, грустно, понимаешь? Мне почему все радуются, а я должна вечно страдать?

Альфред говорит:

— Может, поговорите с Абелем? Вашим романтическим интересом.

Валентина сказала:

— Так он не здесь.

Альфред сказал:

— Почему не здесь? Вон там он на улице ходит.

Валентина посмотрела вокруг и заметила, как Абель просто прогуливается и ни с кем не разговаривает.

Валентина говорит:

— А что он тут делает? Разве он не на опере?

Альфред сказал:

— Он, походу, сбежал, как я вижу через камеры. Даже не стал слушать из-за скуки и одиночества.

Валентина сказала:

— Ох, мой любимый Абель… Он тоже чувствует одиночество без меня. Может, пойду и составлю ему компанию?

Альфред сказал:

— Не думаю, что это хорошая идея.

Валентина говорит:

— Бедняжка, он такой расстроенный стал в последнее время, когда я взяла тебя под свою руку.

Альфред сказал:

— Ну и что ты будешь

делать?

Валентина сказала:

— Я тут уже несколько часов жду этого монстра. Он не выходит. Может, он вообще не выйдет? Наши дроны их не засекают. Так что у меня есть пара минут, чтобы пойти поговорить с Абелем и снова вернуться на позицию.

Альфред сказал:

— Может, одумаетесь?

Валентина сказала:

— Я понимаю твою мораль, но ты что, можешь меня не слушаться?

Альфред сказал:

— Нет, я слушаюсь. Просто иногда говорю, что можно одуматься, но никогда не отказываю в вашем приказе.

Валентина сказала:

— Всё, отключись на пять минут. Я пойду поговорю с Абелем.

Она отключила и выпрыгнула, уходя со своей позиции.

Абель ходил грустный. Валентина пришла и сказала:

— Абель, что ты тут делаешь?

Абель сказал чуть грустно:

— А, привет, Вэл. Рад тебя видеть. На службе? Тогда не буду мешать.

Валентина сказала:

— Нет, что ты, у меня есть пара минут. Почему ты такой грустный и в одиночестве бродишь?

Абель сказал:

— Понимаешь… Скучно в опере просто. Не для меня это, ты же знаешь.

Валентина сказала:

— Точно? Ты скучаешь по мне?

Абель сказал:

— Не совсем.

Валентина удивилась:

— Почему?

Абель сказал:

— Давай я тебе что-то расскажу. Там, на миссии, я, короче, взяла и…

Абель перебил:

— Призналась Удзуки в чувствах?

Валентина застыла:

— Что?

Абель сказал:

— Начала встречаться с Удзуки, да? Неудивительно.

Валентина сказала:

— Абель, о чём ты думаешь? Что ты болтаешь?

Абель сказал:

— Да брось, я слышал тот ваш разговор на мосту.

Валентина говорит:

— А что, мы просто болтали как друзья.

Абель сказал:

— Если бы я так душевно поговорил с девушками, ты бы просто съела меня за ревность. И теперь что ты мне предъявляешь?

Валентина сказала:

— Нет… Прости, Абель. Какой Удзуки? Ты с ума сошёл? Я люблю тебя. А Удзуки с Нанахоши. Ты совсем с ума сошёл? Ревность тебя сожрала?

Абель сказал:

— Когда мы последний раз нормально проводили время с тех пор, как ты получила дроны в руки?

Валентина замялась. Абель сказал:

— Слушай, если хочешь, можешь идти. Я не буду мешать. Я не обижаюсь, мне просто нужен отдых и покой.

Валентина сказала:

— Нет, я специально выбрала минуту, чтобы поговорить с тобой, а ты…

Она не договорила. Альфред включился и сказал:

— Пять минут прошло. Госпожа Валентина, у вас семь пропущенных звонков.

Валентина сказала:

— Что? Возьми один, пожалуйста.

Альфред ответил, и Удзуки резко закричал:

— Валя, где ты, чёрт возьми?! Почему не предупредила?!

Удзуки резко вылетел из другой стороны бетонного мраморного зала, ударился об стену, посмотрел на Абеля и Валентину. Валентина сказала:

— О нет… Я забыла про своё место.

Удзуки сказал:

— Значит, ты нашла время поговорить с Абелем в такой момент? Ты не успела предупредить о демоне, и мне самому пришлось его находить.

Валентина сказала:

— Надеюсь, я не опоздала. Надеюсь, я не поздно не предупредила.

Удзуки сказал:

— Чуть-чуть поздно. Были большие жертвы в центре города. Демон появился рядом с фонтаном и колесом обозрения. Пошли — этот лавовый монстр начал сжирать металл, и мы должны противостоять ему.

Валентина уходила, посмотрела на Абеля — тот просто ушёл. Удзуки сказал:

— Кретин… Блин, нашёл время расстраивать тебя психологически.

Валентина сказала:

— Ты не расстроен за то, что я проспала?

Удзуки сказал:

— Нет. Но вот Ариэль там в бешенство впала. Я тебя прощаю за это. Зачем? Это же просто ошибка. Пошли.

Валентина растаяла сердце от этих слов и пошла с ним.

А в центре лавовый монстр начал собираться. У него были четыре руки, а также яркие глаза, как солнце. Лава перетекала с кожи на кожу. Он ходил и пытался сожрать весь металл, разрушая мраморные основания великих мостов.

Битва только начиналась.

Конец семьдесят третьей главы.

ГЛАВА 74- МОЩЬ ЭЛЕМЕНТАЛОВ.

Удзуки и Валентина пошли по улице, остановились и заметили лавового гиганта. Тот посмотрел на них и резко зарычал, а потом из его рта вырвалась лава. Они оба отпрыгнули в сторону. Удзуки полетел на красной ауре, надел железную маску и сказал:

— Попробуем его отвести от металла прямо к камням, чтобы потом его добить.

Валентина кивнула. Удзуки спросил:

— А с какого перепалки ты взяла меч?

Валентина сказала:

— Что? Я же мечник ещё и.

Удзуки сказал:

— Меч против него бесполезен, так что пользуйся посохом, ладно?

Валентина кивнула, взяла посох и пошла собираться на крышу. Удзуки полетел, а лавовый монстр стрелял изо рта лавой и пытался попасть в Удзуки. Тот маневрировал между окнами и залезал всё выше с помощью своей магии. Потом он резко оказался рядом с монстром и ударил красной сферой прямо в башку. Его голова взорвалась, он резко взорвал железное основание магазина и начал поглощать металл.

Валентина удивилась:

— Тем больше он поглощает металл, тем становится сильнее. Нужно его прекращать об этом.

Она сосредоточила тёмную энергию и резко активировала метку. Стрельнула мощным длинным разрезом в виде полумесяца, который разрезал половину части тела лавового монстра. Тот упал с грохотом, и огонь распространился по домам.

Удзуки взял один из камней и кинул в лавового монстра:

— А ну-ка, поглоти ещё и вот это!

Но лавовый монстр просто поглотил камень и отбросил обратно в Удзуки. Монстр резко погнался за Валентиной, а та отпрыгивала с крыши на крышу и оказалась между этажами. Монстр поднял дом и выкинул, но в последний момент Удзуки успел прилететь и взять Валентину на руки.

Валентина через спину Удзуки стрельнула прямо между ног лавового гиганта. Из-за взрыва гигант потерял ноги, но начал снова восстанавливаться лавой. Удзуки сказал в воздухе:

— План почему-то не работает. Тут слишком много металла везде.

Валентина сказала:

— Попробуем ещё потянуть время.

Они кивнули, разошлись и начали заманивать гиганта. Удзуки летал и проводил гиганта через переулки, а Валентина сзади прикрывала Удзуки.

Удзуки остановился у тупика. Бетонный лавовый монстр шёл на него. Удзуки резко одним ударом ноги пнул гидрант, и из него полилась вода. Демон прикрылся рукой, чтобы не попасть под воду, и пар разлетелся вокруг. Резко из спины лавового монстра выпрыгнула Валентина в воздухе и сделала тёмную сферу, стреляв прямо в рот демона. Тот поглотил её, живот взорвался, но лавовый монстр даже не думал проигрывать. Он быстро начал убегать и поглощать весь металл из домов. Люди убегали.

Удзуки быстро побежал и на лету взял руку лавового гиганта и с помощью красной ауры тащил назад. Валентина помогла тёмной ударной волной, и гигант опять упал на землю, но увидел краем своих световых глаз колесо обозрения и начал туда продвигаться.

Удзуки сказал:

— О нет… Мы не должны дать ему поглотить колесо обозрения. Он станет слишком сильным.

Валентина кивнула и побежала на опережение. Она резко оказалась снизу и сделала тёмную стену. Гигант пытался прорваться, но не мог. Удзуки оказался сзади, сделал красно-тёмные верёвки на руках, накинул на шею лавы и начал тянуть назад, попутно стреляя сферами из ног.

Валентина не выдержала — стена сломалась. Лавовый монстр уже хотел её раздавить, но резко к ней прилетела ударная волна и откинула её быстрее. Она осмотрелась и заметила, как Абель помог ей и кивнул за улицей. Хоть у него и не было меча, но базовая магия была.

Валентина улыбнулась. Удзуки помчался быстрее, взял статую из фонтана и просто жахнул по лавовому гиганту. Тот ошатнулся, но даже не думал падать. Он просто зажал Удзуки между руками, а Удзуки стоял в барьере. Валентина быстро оказалась снизу, сделала тёмное лассо, схватила Удзуки за ногу и быстро потянула к себе. Удзуки врезался в неё, но Валентина обняла и подняла его на место.

— Что дальше? — сказала она.

Удзуки сказал:

— Сделаем последнюю атаку. И потом примем план Б.

Валентина кивнула, и Удзуки пошёл за ней. Она пробегала по самому высокому мосту, разрушила его основание, и мост прямо упал на гиганта. Тот отбросил мост, пытаясь встать, но Удзуки прилетел как комета сверху и ударил мощной взрывной волной. Гигант на время рассыпался, но снова собрался благодаря металлическим основаниям дорог и пошёл дальше. Попутно он кинул лавовую сферу на Валентину. Та даже не заметила из-за того, что смотрела на Абеля, который чуть не оказался в опасности.

Удзуки быстро среагировал, схватил её за талию и повернул в сторону. Лава прошла мимо них. Валентина заметила, в какой позе они стоят. Удзуки ударил её по лбу и сказал:

— Смотри на бой, пожалуйста.

Валентина смущённо кивнула, и Удзуки полетел дальше. Гигант всё ближе оказывался к колесу обозрения.

Лавовый гигант тянулся к колесу обозрения. Удзуки встал между ним в воздухе и начал стрелять красным лучом. Валентина была снизу и тоже стреляла тёмным лучом, отталкивая гиганта. Но гигант оказался сильнее и уже хотел наступить на Валентину, но та сделала тёмный барьер. Удзуки пришёл в этот барьер и сказал:

— Ну что, приступаем к плану Б?

Валентина сказала:

— Да. Жахнем чем-нибудь, что он не сможет поглотить.

Они кивнули и разбежались в сторону. Удзуки взял одну колонну прямо голыми руками и кинул в гиганта. Тот её поглотил. Валентина в воздухе сделала поворот на триста шестьдесят градусов, взяла камень и кинула при повороте прямо в гиганта. Гигант тоже его поглотил. Абель принял их тактику и пошёл разрушать основание огромной башни с помощью магии. Он отрезал части, и башня начала медленно падать на гиганта. Она ударила всей силой лавового гиганта. Тот оказался под руинами и начал их поглощать, попутно не выдерживая столько мощи.

Удзуки сказал:

— Это работает!

И начал кидать весь металл прямо на него копьями. Лавовый монстр впал в ярость и ударил по земле, что сделало лавовые трещины, а также землетрясение. В одну из трещин провалился Абель и еле сдержался на одной руке, пытаясь не упасть. Он хотел уже встать, но сверху была река лавы, и он не мог просто встать и убежать из обрыва. Он висел на краю.

Валентина еле заметила это. Колесо обозрения начало падать из-за землетрясения, и Валентина встала наверх и начала с помощью посоха и тёмной энергии пытаться заставить колесо не падать. Она еле тужилась, чтобы оно не упало. Удзуки со всей силой двумя руками стрелял красным лучом, отталкивая гиганта, но тот поглотил всю башню, которая на него упала, и стал ещё больше в размерах. Валентина и Удзуки испугались.

Удзуки сказал:

— Похоже, Валентина, придётся снова стать героем, который жертвует телом.

Валентина сказала:

— Удзуки, что ты задумал?

Удзуки кивнул. Валентина посмотрела на Абеля, который просил помощи на краю, когда на него уже текла лава. Валентина еле придержала колесо на равновесие и поставила ровно.

Удзуки сказал:

— Ничего не работает. Значит, уничтожим изнутри.

Он резко собрал всю свою красную ауру в воздухе и просто горел, как солнце, и полетел со всей силой. Он прямо воткнулся в живот лавового гиганта. Гигант начал плавиться изнутри и полностью покрываться красной энергией. Он не выдержал и взорвался со всей мощью. Красная пыльца рассыпалась по всему городу.

Валентина хотела помочь Удзуки и стрельнула, но попала по чему-то невидимому. Она сказала:

— Что за?

Невидимый раз что-то разломалось, и осколок полетел очень далеко. Валентина не обратила внимания. Осколок приземлился прямо рядом с Астро. Он не понял, что это за осколок, и просто взял его и спрятал.

Валентина тем временем осматривала руины. Гигант исчез. Она остановилась перед выбором: помочь первому Абелю на обрыве или Удзуки без сознания в кратере.

Валентина стояла между ними. Выбор давался ей очень тяжело. Она колебалась, держалась за голову, но потом резко побежала к Удзуки. Подошла и начала пытаться вернуть его в сознание:

— Удзуки, нет! Только не умирай! Прошу! Только не снова!

Удзуки еле встал и сказал:

— Ах… Мы победили. Стоп, я убил его? Я так и знал, что я самый сильный.

Валентина выдохнула с облегчением:

— Ох, слава богу, что ты жив. Так, полежи здесь, а я сейчас пойду и помогу Абелю, ладно?

Она побежала, но заметила, что Хигамару уже успел спасти Абеля.

Хигамару сказал:

— Фух, пронесло. Ещё бы чуть-чуть — и Абель превратился бы в корм.

Абель просто грустно смотрел на Валентину. Она не знала, что ответить.

На поле битвы пришли Ариэль и её помощники. Ариэль подошла к Удзуки:

— На этом всё?

Удзуки сказал:

— Да. Самый сильный элементал был убит. Дальше будет легче и менее опасно.

Ариэль похлопала его по плечу:

— Вот настоящий герой. Знаешь, если бы ты пошёл к императору, тебя бы спокойно сделали рыцарем пятого или шестого ранга. Такие герои нужны стране. И ты один из них. Даже во всей истории.

Удзуки сказал:

— Да ну что вы… Ну, хотя я не против, знаете ли, слава и так далее.

Валентина сказала:

— Стоп, ты же не любил быть рыцарем и обещал никогда не быть им!

Удзуки ответил:

— Валя, иногда требуются перемены.

Ариэль сказала:

— Завтра я иду к императору. И советую Удзуки тоже идти. Император знатно так тебя поблагодарит.

Удзуки кивнул. Ариэль подошла к Валентине:

— Ну, ты помогла в битве, я не спорю. Но сколько жертв можно было спасти до того, как ты могла бы нас предупредить, где демон?

Валентина не смогла ответить. Ариэль продолжила:

— Ты — Тёмная Принцесса, наследница. Ты говоришь, что изменилась и хочешь спасти мир. Я в это верю. Мориарти и Байрон вручили и доверились тебе сложнейшие технологии в мире. Но вопрос к тебе: готова ли ты этим пользоваться? Либо они ошиблись, либо ты всё ещё не готова. Прими это и осознай свои реальные чувства, ладно? Друзья или долг?

Валентина сжала запястье. Абель просто молча ушёл. Валентина пыталась его остановить, но перестала. Она осталась одна.

Альфред сказал:

— Валентина-сан, вам нужна помощь?

Валентина просто молча отключила Альфреда.

Удзуки подошёл к Валентине, хлопнул по плечу и сказал:

— Пойдём, выпьем.

Валентина сказала:

— Я не пью алкоголь.

Через секунду они уже сидели в баре. Валентина выпила уже пятый бокал.

Удзуки допил лимонад до конца и сказал:

— Да. Что такое кислое?

Валентина сказала:

— И ты ещё и спрашиваешь. Пожалуйста, ещё бокал.

Удзуки сказал:

— Эй, ты, по-моему, перепьёшь.

Валентина ответила:

— У меня кровь супертёмных королев, которые правили годами и веками. Пара бокалов алкоголя для меня ничто. Я хоть могу всю бочку выпить.

Удзуки сказал:

— Значит, с тобой спорить бесполезно. Интересно. Да брось, у нас есть что отпраздновать. По-твоему, я бы справился без тебя?

Валентина сказала:

— Но жертв было бы меньше, если бы я была собраннее.

Удзуки сказал:

— Чего ты хочешь?

Валентина удивилась:

— Что?

Удзуки повторил:

— Чего ты хочешь?

Валентина задумалась. Удзуки сказал:

— Чего ты хочешь как Валентина? Просто.

Валентина сказала:

— Просто хочу чилить с друзьями. Отдыхать. Закончить академию и переехать. Чтобы пойти к башне, отдать Абелю брелок и сказать, что люблю его. И, эм, поцеловаться?

Удзуки засмеялся:

— Ахаха, правда что ли? Ну ладно. Но ты же знаешь, что это не сбудется.

Валентина сказала:

— Знаю.

Удзуки спросил:

— Почему?

Валентина ответила:

— Потому что я в ответе за всю Вселенную. Я сама установила себе цель в академии, что я должна искупить грехи матери. Но когда я это сделала, теперь меня просят сделать это снова, потому что грехи матери слишком бесконечные. Я не знаю, просто.

Удзуки сказал:

— Понимаю твою мечту, Валя. Знаешь… Я бы тоже хотел этого.

К Валентине подошла стюардесса и сказала:

— Извините, вы уронили.

Валентина заметила в руках стюардессы Альфреда и сказала:

— О, спасибо огромное.

Удзуки спросил:

— Это Альфред?

Валентина сказала:

— Да, прикинь, уронила.

Удзуки удивился:

— И он просто лежал на полу? Ты серьёзно, Валя?

Валентина сказала:

— Ну да. Рассеялась, извини. Я же говорю, это не моё.

Удзуки сказал:

— Хм… Нанахоши бы это точно красиво выглядела, и она бы смогла выдержать давление. Ей же всё равно — железная леди.

Валентина сказала:

— Возможно.

Удзуки сказал:

— А ну-ка, одень-ка нормально, чтоб было видно. И покомандуй пару команд, чтобы я посмотрел на ваше взаимодействие.

Валентина кивнула, надела Альфреда, посмотрела на Удзуки и сказала:

— Ну как? Альфред, скажи привет.

Альфред сказал:

— Привет, я Альфред.

Удзуки сказал:

— Сказать честно?

Валентина ответила:

— Давай.

Удзуки сказал:

— Типичная ботанка.

Валентина сказала:

— Ну что поделать? Не я выбирала дизайн для них.

Удзуки сказал:

— Может есть такие же, но розовые?

Валентина подумала и сказала:

— Стоп, ты сказал, что Нанахоши они бы подошли и она могла бы ими хорошо управлять, да?

Удзуки сказал:

— Ну да. А что ты задумала?

Валентина сказала:

— И вы говорили, что у вас ещё и отличная и крепкая психологическая связь, даже лучше нашей.

Удзуки сказал:

— К чему ты клонишь?

Валентина сняла Альфреда и сказала:

— А ну-ка, попробуй надеть.

Удзуки сказал:

— У меня есть свой брелок, ты же забыла, что если два надеть — душа исчезнет?

Валентина сказала:

— Сними и надень вот этот. У тебя нет Альфреда, ты скорее помощник. Надень лидерский.

Удзуки снял свой и надел Альфреда и сказал:

— Ну как?

Валентина сказала:

— Вау… Ну, просто красавчик!

Удзуки сказал:

— А ну, перестань. Я знаю.

Валентина сказала:

— А? Тот Удзуки, которого я знала два года назад, никогда бы так не ответил на комплименты.

Удзуки сказал:

— Оу, правда что ли? А та Валентина, которую я знал четыре года назад, никогда бы не отказалась помогать людям в качестве друзей.

Валентина сказала:

— Жестоко.

Удзуки сказал:

— Но зато горькая правда. Ха-ха, лучше сладкой лжи.

Он поставил Альфреда обратно к Валентине. Валентина резко что-то озарила и сказала:

— Точно.

Удзуки сказал:

— Что?

Валентина сказала:

— Мориарти и Барон создавали Альфреда, чтобы передать ответственность тому, кто может это выдержать. Ты понимаешь, о чём я?

Удзуки сказал:

— Валентина, ты сейчас случайно не перепила алкоголь? С тобой всё нормально?

Валентина сказала:

— Нет, всё логично. Не я должна быть управляющим. Ты же видишь, сколько раз я ошибаюсь. Из-за меня погибли жертвы. Я им пользоваться не по плану. Это всё не для меня. Ты герой. Твой новый образ идеально соответствует. Ты уверенный, ты сильный, ты не боишься. У тебя есть железная леди.

Удзуки сказал:

— Что ты хочешь сделать?

Валентина надела Альфреда и сказала:

— Альфред, я хочу передать управление Удзуки.

Удзуки сказал:

— Эй, ты с ума сошла? Я же не могу надевать две булавки одновременно.

Валентина сказала:

— Ты будешь носить главного Альфреда. А второй отдашь Нанахоши. Вы двое идеальны. Я верю в вас. В отличие от меня, которая бестолковая.

Удзуки сказал:

— Тебе вручили Альфреда.

Валентина сказала:

— Вообще Альфреда запретили, и мне не давали право его использовать. Так что я ещё что-то нарушила. Всё равно император доверит булавку тебе, а не Нанахоши.

Валентина сказала:

— Она намного безопаснее, чем я. Уверенная, умнее и даже сильная.

Удзуки сказал:

— И что теперь?

Валентина сказала:

— Альфред, передай управление Удзуки.

Удзуки сказал:

— То есть я сейчас отдам эту булавку Нанахоши, а сам надену Альфреда и стану главным управляющим всех дронов?

Валентина сказала:

— Да. Ты будешь лидером. Ты отличный лидер, признаю, Удзуки. А я лишь обычная девочка, которая меркнет как тень. Хотя я и тень по сравнению с тобой — и физически, и морально.

Удзуки сказал:

— Бред какой-то.

Валентина сказала:

— Может, мне давали булавку как той, кто отдаст её достойному приемнику.

Удзуки сказал:

— Ну ладно.

Он снял свою булавку и засунул в карман:

— Потом отдам Нанахоши, когда она придёт.

Валентина отдала Альфреда, и Удзуки надел его.

Альфред сказал:

— Здравствуйте. Представьте своё имя, новый владелец.

Удзуки не ответил и сказал:

— Валя, ты сама это сделала. Потом меня не вини, ладно?

Валентина сказала:

— Ой, да что случится. Это самый гениальный выбор в моей жизни, ты понимаешь? Если что, потом я расскажу императору. А ты можешь спокойно ходить с Альфредом.

Удзуки сказал:

— Ну ладно, ты доверилась другу и передала ему управление всеми пятьюстами дронами. Теперь я главный и ответственный за всю эту технологию. Спасибо, Валя.

Валентина кивнула и уходила:

— Удачи с делами дронов. А я пошла наконец-то отдыхать. Наконец-то нет этой заботы!

Она побежала с радостью.

Удзуки остался в комнате один. Он опустил голову. Дверь закрылась на замок. Все люди, которые были в баре, исчезли. На глаза Удзуки падали тени, и он не двигался.

Альфред повторил:

— Извините, сэр. Можете повторить своё имя, чтобы я мог идентифицировать вас.

Удзуки не отвечал. Он ехидно улыбнулся в темноте, а потом надел вторую булавку — и с ним ничего не случилось.

А потом сказал Альфреду с ехидном оскалом:

— Моё имя... Сэнтинал.

Конец семьдесят четвёртой главы.

ГЛАВА 75 — НАСТОЯЩИЯ СУТЬ ЕМОНОВ.

ГЛАВА 75 — НАСТОЯЩАЯ СУТЬ ДЕМОНОВ.

«События несколько дней назад, до того как Валентина отправилась в отпуск.»

Северное поместье. Холодный серый свет сочится сквозь высокие узкие окна, оставляя на каменном полу длинные бледные полосы. Тяжелый запах старой бумаги, пыли и затхлого воздуха оседает на одежде, пропитывает каждый вдох, словно само время застыло здесь, между этими бесконечными рядами стеллажей.

Удзуки перетаскивает очередную коробку — она слишком тяжелая для одной руки, особенно для левой, но он справляется, перехватывает поудобнее и выдыхает с хрипотцой, когда ставит её на пол у дальней стены. Трясет кистью, разминая затекшие пальцы, и проходит дальше между стеллажами. Свет здесь тусклый — магические светильники давно выдохлись, и работают только через раз, так что приходится полагаться на редкие лучи снаружи. Он видит Леона за следующим рядом. Тот сидит на корточках, прислонившись спиной к полке, и трет глаза костяшками пальцев, уставший до такой степени, что даже не пытается скрыть этого.

Удзуки останавливается, переводит дыхание и кивает в сторону горы коробок, которые они уже разобрали.

— Сколько работ мы сделали?

Голос его звучит глухо в этом большом помещении, отражаясь от высоких потолков и теряясь где-то среди пыльных рядов.

Леон поднимает на него глаза — красные от усталости, с темными кругами под ними, — и проводит рукой по лицу, словно пытаясь стереть усталость.

— Эх, только пятнадцать процентов.

Удзуки усмехается — негромко, скорее чтобы подбодрить самого себя, — и подхватывает с пола ещё одну коробку. Она тяжелая, и он чувствует, как мышцы на левом предплечье тянутся от напряжения.

— Ну, за два дня — это отлично, если честно.

Он ставит коробку на место, выпрямляется и поворачивает голову, оглядывая ряды. Взгляд его падает на Нанахоши. Она сидит чуть дальше, у самого окна, в позе, которую он уже научился называть «позой сакуры» — скрестив ноги, прямая спина, руки аккуратно перебирают бумаги с той же сосредоточенностью, с которой она обычно читает самые сложные книги. Свет из окна падает на её маску, оставляя на ней теплый отблеск.

Удзуки ставит коробку на пол рядом с ней — мягко, чтобы не поднимать пыли, — и выдыхает, присаживаясь на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с ней.

— Ну что, что ещё нужно? — спрашивает он, и голос его звучит устало, но ровно, без жалобы.

Нанахоши даже не поднимает головы. Пальцы её продолжают перебирать бумаги, раскладывая их по стопкам с механической точностью человека, который делает это уже много лет. Только тень её маски чуть заметно колеблется, когда она говорит, — коротко и деловито:

— Принеси коробки из пункта А, третий ряд.

Удзуки кивает, уже собираясь встать, но что-то его останавливает. Он смотрит на неё пару секунд, на её прямую спину, на то, как она даже не поворачивается к нему, и медленно опускается обратно на пол, садясь рядом. Он облокачивается спиной на стеллаж, чувствуя холод дерева даже сквозь ткань кимоно, и поворачивает голову, глядя на неё сбоку.

— Слушай, — говорит он, чуть тише, чем обычно, — я слышал, ты недавно общалась с кем-то по жёлтому шарику. По телефону. С кем это была?

Нанахоши на мгновение замирает, пальцы её на секунду перестают перебирать бумаги, потом она продолжает — но уже чуть медленнее, словно обдумывая, стоит ли отвечать.

— А это просто... — Она делает паузу, поправляет стопку бумаг перед собой, и в голосе её звучит едва заметная уклончивость, — ...Валентина.

Удзуки поднимает бровь, его лицо становится заинтересованным, почти оживлённым. Он чуть подаётся вперёд, сжимая колени руками.

— Правда? И о чём вы говорили?

Нанахоши наконец поднимает голову, поворачивается к нему. Даже через маску он чувствует её взгляд — проницательный, слегка насмешливый, но с ноткой заботы.

— Ну, как бы сказать... Общались о том, что она хочет отдохнуть. Говорила, что устала и собирается в отпуск с друзьями.

Удзуки чуть заметно вздыхает, откидывая голову назад, чтобы посмотреть на высокий, теряющийся в полумраке потолок.

— Отпуск с друзьями, — повторяет он с лёгкой завистью в голосе. — Блин... Я бы тоже хотел.

Он не замечает, как Нанахоши поворачивается к нему чуть сильнее, как её поза становится мягче, как в её взгляде появляется что-то тёплое — даже сквозь маску видно, что она удивлена его словами, и этот удивлённый взгляд задерживается на нём дольше обычного.

— С тобой, конечно же, — добавляет он, поворачивая голову и встречаясь с ней глазами. В его голосе звучит искренность, которую он не пытается скрыть, — только ты делаешь это место сносным.

Тишина между ними становится мягче, почти осязаемой. Нанахоши смотрит на него, и в голосе её появляется та редкая теплота, которую она показывает только в самые тихие моменты:

— Когда будет время, мы будем этим заниматься.

Удзуки тяжело вздыхает, проводя рукой по лицу, проводя пальцами по бинтам, и смотрит куда-то в сторону, на ряд пыльных коробок.

— Наверное... Валентина говорит, что устала? Ну, её можно понять. Но она по-любому не отвернётся от своего дела. Она уже сказала "возможно"...

Он замолкает на мгновение, а потом его голос становится мягче, почти задумчивым. Он медленно, почти неуверенно, склоняет голову, касаясь плеча Нанахоши — легонько, словно проверяя, не отстранится ли она. Но она не отстраняется.

— Всё-таки приятно оставаться наедине с тобой в этом тихом и скромном месте, — говорит он тихо, и голос его звучит так, будто он говорит не столько ей, сколько самому себе.

Нанахоши не двигается, не меняет позы, но в голосе её появляется что-то тёплое, почти уютное:

— Да. Я это принимаю.

Удзуки усмехается, закрывая глаза на мгновение, и его плечо чуть заметно прижимается к её плечу.

— А чем займёмся, когда вернёмся? Может, займёмся чем-то, а то скучно... Остальные отдыхают, идут в отпуск, а мы тут страдаем месяцами.

Нанахоши качает головой, но в её голосе слышна лёгкая улыбка:

— Знаешь, для меня это и есть отдых.

Удзуки открывает глаза, поворачивается к ней, и улыбка его становится шире, теплее. Он чуть сильнее прижимается плечом к её плечу.

— Сближающийся сильнее... — говорит он, и в голосе его звучит игривость, которую он редко позволяет себе показать. — Интересно, когда ты достигнешь божественного статуса? Я так хочу на это взглянуть... Я могу чем-то помочь?

Нанахоши качает головой, и в голосе её слышна мягкая решимость:

— Нет. Тут только сам, самим надо.

И, помедлив секунду, она чуть заметно наклоняется к нему в ответ — едва ощутимым движением, но для неё, для человека, который не любит прикосновений, это было почти признанием.

Они так и сидят — плечо к плечу, в тишине, среди пыльных стеллажей и стопок бумаг, и в этом тихом моменте есть что-то настоящее.

Сзади раздаётся шорох — кто-то подходит, и голос Леона нарушает эту уютную тишину:

— Удзуки, можно тебя на пару слов? У меня там... Что-то появилось.

Удзуки медленно поднимается, бросая на Нанахоши короткий взгляд, и она чуть заметно кивает ему — разрешая, отпуская. Он выпрямляется, разминает затёкшую шею, и смотрит на Леона с лёгким любопытством.

— Сейчас иду.

И он встаёт, идёт за Леоном по длинным коридорам, мимо высоких окон, в которых серый свет разливается по каменному полу. Леон что-то говорит ему — тихо, почти шёпотом, его голос звучит озабоченно. Удзуки слушает, нахмурившись, и на его лице появляется тень беспокойства.

Они уходят вглубь поместья, оставляя Нанахоши в тишине.

Леон и Удзуки зашли в комнату. Свет здесь был тусклым — единственная лампа на стене мерцала, отбрасывая длинные тени на каменный пол. Леон прикрыл за собой дверь, и щелчок замка прозвучал в тишине громко, почти неестественно. Он повернулся к Удзуки, и голос его стал тише, доверительнее:

— Ну? А ты приберёг кулон Валентины?

Удзуки на мгновение нахмурился, потом его лицо прояснилось — он полез во внутренний карман хаори и достал золотой кулон. Тот тускло блеснул в свете лампы, и Удзуки протянул его, показывая:

— А, да. Вот он.

Леон кивнул, подходя ближе, и его взгляд скользнул по кулону:

— Разве тебя не просили идти заморозить его?

Удзуки усмехнулся и сунул кулон обратно в карман:

— Ай, да, забыл. Прости. Ладно, сейчас, когда освобожусь, сделаю это.

Леон кивнул, но в голосе его послышалось что-то странное — слишком ровное, слишком спокойное:

— Ладно, я просто напомнил. У тебя же дроны рядом, да?

Удзуки насторожился, но быстро взял себя в руки:

— Ну да, рядом. А что?

Леон скрестил руки на груди, делая шаг ближе, его голос стал мягче, почти заговорщицким:

— Ты управляешь пятнадцатью, если я не ошибаюсь?

Удзуки кивнул, и голос его прозвучал уже с лёгкой подозрительностью:

— Да. А в чём дело?

Леон помедлил, словно собирался с мыслями, и его голос дрогнул:

— Понимаешь... Я же всё время говорю про мать, да? Но я никогда не говорил про отца. Так вот... Он замерз здесь. Навсегда. Как кристалл. Я точно не знаю, где он находится, но... Когда я заметил, что у тебя есть дроны, я подумал: «А эти дроны могут сканировать весь север за несколько секунд». И потом... после этого найти его.

Удзуки прищурился, но в голосе его появилось сочувствие:

— Правда? Твой отец здесь? Ну, я могу помочь. Сейчас...

Он нажал на булавку. Из воздуха, мягко мерцая голубоватым светом, появился один дрон, зависнув у его плеча с тихим гудением.

— Сейчас найдём его.

Леон покачал головой, и голос его стал напряжённым, почти умоляющим:

— Нет. Ты его не найдёшь. Потому что он настолько окристаллизован, что его можно понять только по структуре крови. А это не передашь словами... Для этой булавки.

Удзуки на мгновение застыл, переваривая услышанное, потом медленно перевёл взгляд с дрона на Леона:

— Тогда что будем делать?

Леон глубоко вдохнул, и голос его стал тише, почти шепотом:

— Дай мне пять минут. Поносить булавку.

Удзуки застыл. Глаза его расширились, пальцы сами собой сжались в кулак. Он смотрел на Леона, и в этом взгляде смешивались недоверие и настороженность. Леон заметил это и заговорил быстрее, мягче, почти умоляюще:

— Я понимаю, это абсурдно, но... Я быстро поищу отца прямо здесь, рядом с тобой. И когда дроны найдут место, я отдам булавку снова тебе, и мы вместе пойдём искать.

Удзуки смотрел на него долго. Тишина между ними становилась тяжелой, но потом он выдохнул — шумно, с хрипотцой, — и его плечи чуть опустились:

— Ну, раз уж ты здесь будешь, а это займёт пять минут... Я не против. Тебе реально нужна помощь с отцом?

Леон кивнул, и в его голосе послышалась такая искренняя благодарность, что Удзуки почти поверил:

— Очень прошу.

Удзуки смотрел на него ещё секунду. В его голове промелькнула тень — его собственный отец, тот, кто бросил его в тот день на заводе. Он сжал зубы, но потом голос его стал твёрже, почти тихим:

— Раз уж мне не дано счастья с отцом... пусть у кого-то другого будет.

Он снял булавку с воротника — медленно, почти с сожалением, — и протянул её Леону.

— Держи.

Леон взял булавку, и его пальцы дрогнули на мгновение. Он надел её, и в тот же миг воздух вокруг него задрожал — пятнадцать дронов вышли из невидимости, зависнув вокруг него ровным кольцом. Их глаза засветились голубым.

Леон улыбнулся. Улыбка была странной — слишком широкой, слишком довольной.

— Магия забвения, — прошептал он.

Он коснулся синей рукой тела Удзуки. И Удзуки не успел даже вздохнуть — его тело просто провалилось вниз, как в бездонную воду, растворяясь в воздухе. Леон достал небольшой уменьшенный сейф с четырёхзначным кодом. Он открылся с тихим щелчком, и душа Удзуки вместе с телом затянулась внутрь, как вода в водоворот. Леон увеличил сейф — тот вырос до размеров человека, массивный, с холодным металлическим блеском.

Леон подошёл к сейфу, нажал несколько кнопок, и код зафиксировался с глухим звуком.

Он кивнул, удовлетворённо вздохнул, потом посмотрел на булавку на своей груди, а затем перевёл взгляд на свой палец. На нём осталась капля крови Удзуки.

Он нажал на кровь, используя магию души. Воздух перед ним начал дрожать, искриться. Из сильной энергии, сплетаясь из света и тени, начала появляться фигура — сначала контуры, потом плоть, одежда. Второй Удзуки.

Он выдохнул, открыл глаза — и улыбнулся. Улыбка была странной, хищной.

— Ну ничего себе тело, — произнес он, оглядывая свои руки.

Леон смотрел на него, потом перевёл взгляд на сейф и усмехнулся:

— Ну вот. Я создал тебя. Подчиняйся мне.

Удзуки усмехнулся в ответ, поправляя воротник:

— Хм... Не соответствует стилю нашего разговора. Ну ладно. Создатель, что тебе нужно?

Леон скрестил руки на груди, и голос его стал твёрдым, властным:

— Я заточил оригинального Удзуки в этом сейфе. Магическом. По плану Зета. Ты должен выполнять мои приказы, чтобы освободить печать демонов и помочь одолеть королевство.

Клон Удзуки склонил голову набок, разглядывая свои пальцы, его улыбка стала ещё шире:

— Ну надо же... Окей.

Леон сделал шаг ближе, его голос стал жёстче:

— Я создал тебя из чистой, непробиваемой материи с помощью магии души, а также тела Удзуки. Ты не обладаешь такими же способностями, как оригинал, но ты имеешь всю его память, а также все его привычки. И тело имеешь. Ты — обычный человек, но этого достаточно. Ты активно примешь роль в нашем плане с Зетом и примешь там главную роль. Понял?

Клон Удзуки выпрямился, его улыбка стала шире — нечеловеческой, почти пугающей:

— Значит... план. Я начинаю смекать.

Он посмотрел на свою руку, сжимая и разжимая пальцы, проверяя новое тело, и в его взгляде мелькнула холодная решимость.

Леон сделал шаг вперёд, и голос его стал ровным, деловым — без тени той теплоты, что была в нём всего несколько минут назад:

— Я сейчас объясню тебе план, который мы продумывали все эти года. А ты его исполнишь.

Сэнтинал усмехнулся, скрестив руки на груди, и его голос прозвучал с лёгкой насмешкой:

— Ну давай, я слушаю.

Он прислонился плечом к стеллажу, не сводя глаз с Леона.

---

Проходит время. Воздух в комнате становится тяжелее от слов, которые Леон произносит, — планов, схем, целей. Сэнтинал слушает, но его взгляд блуждает по рядам коробок, по пыльным корешкам книг, по тусклому свету лампы. Когда Леон замолкает, Сэнтинал выпрямляется и начинает медленно ходить по архивам. Его походка становится мягкой, почти кошачьей — плавной, гибкой, опасной.

— Отличный план, — произносит он, и голос его звучит задумчиво, но с хитринкой. — Но я вижу в нём столько недоработок, которые я сам могу исправить.

Леон напрягается, его пальцы сжимаются в кулаки:

— Ты что, смеешь ослушаться нас?

Сэнтинал останавливается, поворачивается к нему, и на его лице появляется та же широкая улыбка, но теперь в ней есть что-то холодное, почти жестокое:

— У меня нет ни одной причины вам служить. Вы создали меня как новое существо. У меня нет прошлого, нет души прошлого, нет тела из прошлого. Я просто родился. Получается, я родился в этом накачанном и красивым теле, с характером, а также умом этого человека.

Он осматривает свои руки, сжимает и разжимает пальцы, словно проверяя их, потом переводит взгляд на Леон:

— Так? Что ты хочешь делать?

— Подчиняться, — отвечает Леон, и голос его звучит твёрдо. — Что ещё? В чём смысл моей жизни тогда?

Сэнтинал проходит мимо одного из стеллажей и его взгляд падает на старый архив. Он берёт одну папку, открывает её, и на обложке видит имя: «Сентинел». Улыбка становится шире, почти торжествующей.

— Значит, моё имя будет Сэнтинал.

Он закрывает папку, кладёт её обратно и поворачивается к Леону:

— Так, между нами. Конечно, ко мне будут обращаться остальные с именем Удзуки, но я буду знать своё настоящее имя. Полностью сломать печать благодаря дронам — хоть и отличная идея, но она быстро сломается под тяжестью первого рыцаря, который придёт при первой же суперопасности. У меня есть другой план. Но сломать печать я не забуду, не бойтесь.

Леон делает шаг вперёд, и в его голосе появляется металл:

— Только попробуй сыграть двойную игру между нами, и я просто убью тебя щелчком пальца.

Сэнтинал поднимает руки в примирительном жесте, но улыбка на его лице остаётся — мягкая, почти снисходительная:

— Конечно, конечно. Я не против. Давай уже начнём.

Леон снимает булавку с воротника, протягивает её Сэнтиналу. Тот надевает её, и в тот же миг воздух вокруг наполняется тихим гулом — все дроны признают его. Они выходят из невидимости, пятнадцать светящихся точек, зависших вокруг него.

Сэнтинал поднимает голову, оглядывая их, и говорит — голос его становится тише, но в нём появляется что-то почти мечтательное:

— Сейчас я подготовлю всё. Придумаю план до совершенства. Потому что это тело явно слишком умное для этого мира. И сделаю так, что не будет ошибок. Я обещаю.

Дроны исчезают — растворяются в воздухе, как будто их и не было.

Сэнтинал поправляет воротник и направляется к двери, бросая через плечо:

— А сейчас я пошёл очаровывать мою девушку. И уйду, просто сказав ей, что нужны дела.

Леон провожает его взглядом:

— Только не спались.

Сэнтинал останавливается у порога, оборачивается, и улыбка его становится шире:

— У меня вся память оригинального Удзуки. И знаешь... я не подведу.

Он выходит, и шаги его быстро стихают в коридоре.

Леон смотрит на закрывшуюся дверь, потом переводит взгляд на сейф, в котором заперт настоящий Удзуки. Он подходит к нему, касается холодного металла пальцами, и голос его становится тихим, почти виноватым:

— Прости, Удзуки. Хоть у меня и нет личной мести для тебя, но... ты попал под раздачу.

---

Сэнтинал заходит в комнату к Нанахоши. Она всё ещё сидит на том же месте, в той же позе, перебирая бумаги, и не поднимает головы, когда он входит. Он останавливается у входа, его голос звучит озабоченно, почти тревожно:

— Нанахоши, извини, но... Понимаешь? У меня там резко появились дела с элементалями. В королевстве.

Она поднимает голову, и даже сквозь маску видно её удивление:

— Элементали? Что за элементали?

Сэнтинал делает шаг ближе, его жесты становятся быстрыми, нервными:

— Помнишь тех монстров, которых заточили на войне? Теперь они пробудились. Первый находится чуть севернее. Я должен идти.

Он торопится, сжимает кулаки, и голос его становится твёрже:

— Вот мои клоны. Я сразу пойду и с ними нападу на них.

Нанахоши прищуривается, и в её голосе появляется нотка сомнения:

— А откуда такая уверенность?

Сэнтинал качает головой, его голос становится мягче, почти умоляющим:

— Да ладно тебе. Я не могу просто так стоять и смотреть. Там страдают люди от этих монстров. Ты не вмешивайся, как и Леон — вы не готовы к этой битве. А я пойду, быстро соберусь и вернусь через день. Ладно?

Нанахоши молчит секунду, потом медленно кивает. Сэнтинал выдыхает с облегчением и делает шаг ближе:

— Пожалуйста... никому не рассказывай.

Он подходит к ней, берёт за плечи, и голос его становится почти шёпотом:

— Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось.

Он наклоняется и целует её в маску — коротко, почти касаясь. В этом жесте чувствуется искренняя, почти отчаянная нежность. Он улыбается ей — той улыбкой, которую она знает, — и разворачивается, быстро выходя из комнаты.

Дверь закрывается с глухим стуком.

Нанахоши сидит неподвижно несколько секунд, потом медленно поднимает руку и касается того места на маске, куда пришёлся поцелуй. Пальцы её замирают на мгновение, и в её движении появляется что-то напряжённое, настороженное. Она смотрит на закрытую дверь, и её взгляд становится холодным, почти подозрительным, но она не двигается с места.

В коридоре Сэнтинал проходит мимо двери Леона и останавливается на мгновение. Его голос становится тихим, почти беззвучным, но отчётливым:

— Устрани эту девушку. Потом, тихо и бесследно. Ладно?

Из-за двери доносится ровный голос Леона:

— Будет сделано.

Сэнтинал кивает сам себе и уходит в темноту коридора, исчезая вместе с дронами.

---

Леон подходит к двери Нанахоши. Его шаги бесшумны, пальцы касаются ручки, и дверь открывается без звука. Он заходит внутрь и тихо закрывает дверь за собой. Щелчок замка разносится по комнате, но Нанахоши даже не поднимает головы — она продолжает перебирать бумаги, не обращая внимания на того, кто стоит у неё за спиной.

Леон стоит неподвижно, глядя на её спину. Его рука медленно тянется к поясу, к маленькой тонкой розовой нити. Пальцы сжимают её, и он делает шаг вперёд — бесшумно, плавно, как хищник, подкрадывающийся к добыче.

Мы переносимся во флэшбэк Леона.

Север. Холодный ветер гуляет по пустынным улицам маленькой деревушки, зажатой между скалами и лесом. Леон — ещё мальчик, двенадцать лет, с живыми глазами и ещё не тронутым горем лицом, — идёт между домами, вдыхая свежий воздух, наслаждаясь простой жизнью. Солнце пробивается сквозь редкие облака, и кажется, что мир застыл в этом уютном мгновении.

Он подходит к дому и видит родителей — мать-мечницу и отца-мага. Они стоят у двери, затягивают ремни на доспехах, проверяют оружие. Леон останавливается, и его голос звучит с тревогой, которую он уже не может скрыть:

— Мама, папа, вы снова идёте на драку? Вы не с ума сошли? Это же опасно!

Отец поворачивается к нему, его лицо серьёзное, но в глазах теплота:

— Сын, после Кровавой войны ещё остались десятки, сотни монстров, демонов, которые всё ещё терроризируют Вселенскую. Мы убиваем остатки оставшихся демонов. Также остаются те, кто нападает на нашу деревню. Мы же не можем просто смотреть на это, верно?

Мать кладёт руку на плечо Леона, её голос звучит мягко, почти успокаивающе:

— Да, Леон, тебе двенадцать лет, но ты не бойся. Мы всегда возвращаемся.

Леон хочет возразить, но слова застревают в горле. Он смотрит на родителей, на их уставшие, но решительные лица, и просто опускает голову. Вечером он лежит в своей кровати, глядя в потолок, прислушиваясь к шагам, которые стихают за дверью. Он засыпает с тревогой в груди.

---

Когда он просыпается, родители уже вернулись. Они сидят на кухне — измотанные, в крови, с потухшими глазами, но живые. Леон подбегает к ним, пытается помочь, но они отмахиваются, не принимая его заботу. Он сжимает кулаки, его голос дрожит от обиды:

— Мама, папа, вы себя калечите! Зачем вы это делаете? С каждым днём вы становитесь только хуже!

Он замечает, что у матери отсутствует палец — перевязанная культя, скрытая бинтами. В его глазах вспыхивает гнев, почти отчаяние:

— Да хватит страдать! Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось! Я хочу нормальной жизни, а не вечной войны!

Отец тяжело вздыхает, проводит рукой по лицу:

— Это нужно. Но мы перестанем идти на задания и будем воевать только в том случае, если демоны нападут на нас сами.

Леон смотрит на него с надеждой:

— Надеюсь, этого не случится.

---

На следующий день деревня была атакована демонами одиннадцатого дивизиона. Они напали со всех сторон — из леса, с крыш, из-за каменных заборов. Крики, огонь, разрушение. Леон от страха просто сидел в своей комнате, сжавшись в комок, и твердил себе сквозь стук собственного сердца:

— Успокойся, Леон. У тебя магия душ — редчайший вид магии. У детей. Я могу создать хоть биологическую копию, или просто украсть душу соперника, или заложить временное оружие в его тело. Но я боюсь... Я слишком боюсь драться. Я сильный маг с магией души, которая может манипулировать душой человека... но мне страшно.

Отец и мать выбежали на улицу, и Леон смотрел в окно, как они сражаются — мать разрезает одного демона за другим, отец убирает их останки магией. Они были сильны, они почти зачистили всех.

Но новая волна пришла.

И в битву вмешалась Тёмная Королева Синдрелла. Вместе с маленькой Валентиной сзади. Она двигалась с холодной грацией, убивая демонов без капли сожаления, не обращая внимания на инфраструктуру. Синие лучи пронзали воздух, поражая дома, в которых были люди. Один из них задел дом Леона. Он чуть не погиб, но успел отползти, прижимая руку к ране.

— Кто это? — прошептал он, глядя на женщину в чёрном. — Разве это не человек?

Он заметил маленькую Валентину — тоже двенадцать лет, стоящую позади матери с пустым, холодным взглядом. Леон застыл:

— Это императрица на нас нападает?

Когда Синдрелла убила последнего демона, она уже хотела уйти. Но родители Леона вышли вперёд. Отец крикнул:

— Это мать всех демонов! Она их всех придумала и уничтожила сама при этом, натравив их!

Синдрелла остановилась. Её голос был ровным, почти скучающим:

— Я не направляла их. Я просто зачищаю последних демонов.

Мать и отец не верили. Отец сжал меч:

— Наши прадедушки все умерли из-за неё! Мы пришли мстить!

Они пошли в атаку. Синдрелла даже не шевельнулась. Два чётких выстрела в сердце — и родители Леона упали замертво. Синдрелла ушла, не оглянувшись.

Леон побежал к ним, упал на колени, тряс их плечи, умолял:

— Мама! Папа! Пожалуйста, встаньте! Не оставляйте меня! Пожалуйста!

Но они не встали.

---

Следующая сцена — кладбище. Леон стоит над двумя могилами, ветер треплет его волосы, глаза красные от слёз, но в них уже горит холодная ярость. Он сжимает кулак, и голос его становится твёрдым, почти безжизненным:

— Я отомщу за вас.

Он вспоминает Валентину — маленькую девочку за спиной Синдреллы. Его голос становится тише, но ещё более злым:

— Я буду мстить именно ей. Потому что Синдрелла умерла спустя год после смерти моих родителей.

---

Проходили годы. Леон пытался разузнать о Валентине больше, найти её, но безуспешно. Он собирал вещи, снова и снова уходил из дома, возвращался ни с чем. В один из дней, на тёмной улице, он столкнулся с Зетом.

Зет посмотрел на него сверху вниз, и его голос прозвучал холодно, почти равнодушно:

— А? Очередной свидетель. Ну ладно, я убиваю всех, кто угрожает мне.

Он приготовился убить Леона, но Леон выкрикнул:

— Стой! Ты демон?

Зет усмехнулся:

— Нет.

Леон сделал шаг вперёд, его голос дрожал от отчаяния:

— Ты против Валентины Коусин?

Зет прищурился:

— Ну да... Возможно.

Леон упал на колени, его голос ломался:

— Я готов тебе помочь! Умоляю, возьми меня! Я тоже хочу ей отомстить! Я хочу её убить! Я хочу, чтобы она страдала! Только помоги мне, прошу!

Зет смотрел на него долго, потом спросил:

— А какая мне выгода от тебя?

Леон поднял голову, и в глазах его загорелась решимость:

— Огромная. Я могу создавать души и управлять ими, убивать, манипулировать. Я буду полезен тебе, я обещаю!

Зет кивнул, и голос его стал твёрже:

— Надевай ошейник. Тогда ты будешь слушаться полностью меня и жить в моей лаборатории.

Он резко потащил Леона за собой. Леон шёл за ним, не оборачиваясь, и его голос был тихим, но твёрдым:

— Обещаю, я не подведу.

---

Прошло четыре года. Леон жил в лаборатории Зета, узнавая всё об академии, о Валентине, об Удзуки. Они готовили план долго — годы ушли на сбор информации, на расчёты, на ожидание подходящего момента. И, наконец, Леон пробрался в академию.

---

Мы возвращаемся в реальность.

Леон стоит у двери, и воспоминания мерцают перед глазами, но он отгоняет их. Он подходит к Нанахоши сзади, его голос звучит ровно, почти небрежно:

— Удзуки куда-то ушёл, да?

Нанахоши не оборачивается, продолжая перебирать бумаги:

— Да. Вроде геройствовать. А что?

Леон делает паузу, его голос становится тише:

— М... Как жаль.

Нанахоши наконец поворачивает голову, в её голосе звучит лёгкое удивление:

— Почему в зале?

Леон усмехается, его пальцы сжимают тонкую розовую нить:

— Да так, просто... От осознания того, что сейчас произойдёт.

---

Мы переносимся в реальность. Спустя несколько дней.

Сэнтинал уже взял Альфреда и ушёл — с двумя булавами на шее, с улыбкой, которая не принадлежит настоящему Удзуки. Дроны исчезли вместе с ним, оставив лишь холодное чувство тревоги в воздухе.

Удзуки — вернее, Сэнтинал — вышел на пустынную поляну, где ветер гулял между редких деревьев, а серое небо нависало низко и тяжело. Он остановился в центре, огляделся, словно проверяя, нет ли поблизости лишних глаз. Тишина. Только шум ветра и далёкий крик птицы.

Он щёлкнул пальцами.

В тот же миг воздух вокруг него задрожал — тридцать дронов вышли из невидимости, зависнув ровным кольцом. Их голубые огни мягко мерцали, создавая вокруг Сэнтинала ореол холодного света. Он поднял голову, осматривая их, и на его лице расплылась довольная, почти хищная улыбка.

— Отлично, — произнёс он, и голос его звучал с лёгким самолюбованием. — Хорошо управляется.

Из булавки на его воротнике раздался ровный, бесстрастный голос Альфреда:

— Да, Сэнтинал.

Сэнтинал усмехнулся, проведя рукой по воротнику:

— Доступ к базе данных Вселенской.

Вокруг него мгновенно появились десятки проекций — голографических записей, карт, досье, схем. Они мерцали в воздухе, вращаясь вокруг него, как планеты вокруг солнца. Он смотрел на них с восхищением, его улыбка стала шире:

— Отлично. Просто гениально!

Он поднялся выше, паря над тридцатью дронами — они выстроились под ним, образуя платформу. Его голос стал громче, увереннее, почти торжествующим:

— Пятнадцать из вас — мои, а пятнадцать — у Валентины. Теперь вы работаете на меня. Остальные четыреста семьдесят на орбите ждут приказа.

Он замолчал, осматривая дронов, и тихо, почти с нежностью, добавил:

— Просто гениально.

Он опустился на землю, дроны разошлись в стороны, и он заговорил снова — теперь уже скорее с самим собой, чем с Альфредом:

— Это же надо было так придумать... Чтобы клоны могли использовать иллюзию элементалов, чтобы уничтожать всё вокруг. А дроны сами могут быть невидимыми и при этом наносить реальный вред, чтобы люди реально поверили, что всё происходит по-настоящему. Использовал то, что они сами создали против них.

Он усмехнулся, поправляя воротник, и голос его стал почти мечтательным:

— Какой же я гений. А сделать так, что я, человек с обычными способностями, без ничего, смог заставить поверить всё королевство, что у меня есть суперспособности, и я якобы снял кольца с помощью Нанахоши... Это просто кайф.

Альфред отозвался ровным, бесстрастным голосом:

— Господин Сэнтинал, вижу, у вас есть планы.

Сэнтинал усмехнулся, его глаза сверкнули в тусклом свете:

— Ещё какие планы. Просто огроменные. Знаешь что? Готовимся.

Все дроны исчезли — растворились в воздухе, как будто их никогда и не было. Один из них, последний, завис на мгновение, и его свет окутал Сэнтинала, делая его невидимым. Он улыбнулся в пустоту — и исчез, оставив после себя лишь тишину и холодный ветер.

---

Конец семьдесят пятой главы.

76 — ГЛАВА : ГОТОВКА ИСТИННОГО ГЕНИЯ

Валентина вышла между отелями, ступая по мокрой после недавнего дождя брусчатке. Серое небо нависало над городом, отражаясь в лужах, и воздух пах свежестью и сыростью. Она поднялась на второй этаж, остановилась у перил, глядя вниз на опустевшую улицу, когда сзади послышались быстрые шаги.

Анна подбежала к ней, запыхавшись, и её голос вырвался с облегчением:

— Валентина, с тобой всё нормально? Ох, слава богу, мы все видели этого монстра и так беспокоились за тебя и за Удзуки.

Агнес подошла чуть позже, скрестив руки на груди, и её голос прозвучал с привычной колкостью:

— Да, вы там чуть не поджарились и чуть не проиграли. Хорошо, что Удзуки всё решил.

Валентина повернулась к ним, пытаясь выдавить улыбку, но та вышла усталой:

— Всё норм. Всё нормально.

Анна сделала шаг ближе, и в её голосе послышалась тревога:

— Я тут через Хигамару слышала твою ситуацию с Абелем... Мне реально жалко.

Валентина махнула рукой, стараясь казаться беззаботной:

— Ой, ну что? Ничего, я сама решу.

Анна нахмурилась, уперев руки в боки:

— Но ты реально... козёл. Ты реально выбрала Удзуки вместо Абеля, с которым встречаешься уже два года, а?

Валентина вздохнула, проведя рукой по волосам:

— Ну пойми, Анна, я действовала на инстинктах. Удзуки там чуть не умер, и...

Анна подняла руку, останавливая её:

— Ладно-ладно, я понимаю. Я бы сама не устояла перед Удзуки, если бы он так сильно ко мне подкатывал, как к тебе. Но... присмотрись к своим чувствам. Хорошо? И извинись перед Абелем.

Валентина кивнула, её голос стал тише:

— Я это и собиралась сделать.

Агнес фыркнула, отворачиваясь:

— Ну, дома сделаете.

Валентина удивлённо подняла бровь:

— Что?

Анна вздохнула, её голос стал серьёзным:

— Всё, мы уезжаем домой.

Валентина резко повернулась к ней:

— Почему? Мы же даже до башни не доехали.

Анна покачала головой:

— Ну, из-за опасности элементалов нас всех отправляют домой. Готовят к новым атакам.

Валентина всплеснула руками, в голосе её послышалась горечь:

— Да ну нет! Это что за?

Агнес пожала плечами, её голос был ровным:

— Да, испортили отпуск.

Они разошлись — Анна и Агнес ушли в сторону отеля, оставляя Валентину одну. Она стояла у перил, глядя на пустую улицу, и её плечи опустились от тяжести, которая, казалось, с каждым днём становилась только тяжелее.

Сзади послышались лёгкие шаги, и голос Астро прозвучал тихо, почти сочувственно:

— Абель в своей комнате. Вон там.

Валентина даже не повернулась, продолжая смотреть вдаль:

— Сейчас не время. Нужно дать ему остыть и потом тщательно придумать отмазку... Ещё и хорошее извинение.

Она замолчала, и её голос стал тише:

— Ох, это не обойдётся одним извинением, я чувствую. Знаешь что? Пошли прогуляемся.

Астро удивлённо поднял бровь:

— Что?

— Пошли, — он начал толкать её в спину, и в его голосе появилась игривость. — Пошли, как мужик с женщиной погуляем.

Валентина усмехнулась, но не сдвинулась с места:

— Астро, ты подкатываешь ко мне, но ты слишком мал для этого.

Астро не унимался, продолжая толкать её в сторону лестницы:

— Идём уже, просто поговорим по душам по дороге.

Он вытолкнул Валентину на улицу, и они пошли по мокрым дорогам, между старыми домами, вдоль реки, которая тихо журчала внизу. Астро шёл рядом, его голос звучал задумчиво:

— Мне кажется, или ты чувствуешь себя... чуть-чуть свободно?

Валентина усмехнулась, засунув руки в карманы:

— А, я просто отдала Альфреда обратно Удзуки. Теперь он управляет главной, а я вообще в этом не причастна.

Астро остановился, его глаза расширились:

— Что? Ты реально уверена в этом?

Валентина кивнула, её голос звучал уверенно:

— Конечно. Удзуки же надёжный. Ты не веришь в него?

Астро покачал головой, но в его голосе послышалась лёгкая усмешка:

— Хотя с твоей растряпанностью... Это лучшее решение на данный момент.

Валентина выдохнула, и в голосе её послышалось облегчение:

— Хотя бы груз такой с плеч спустило.

Они прошли ещё немного, и Астро спросил, глядя на неё сбоку:

— Надоело всё, да? И ты реально злишься на то, что не смогла нормально провести отпуск?

Валентина сжала кулаки, в голосе её послышалась злость:

— Конечно злюсь! Я в бешенстве просто! Абеля потеряла, меня как бойца и лидера засомневались... Ещё и это... Так бесит, просто не могу.

Астро остановился у моста, глядя на реку внизу:

— Просто отдохни.

Валентина резко повернулась к нему:

— Да хватит это слово говорить! Попыталась я просто отдохнуть — столько проблем, блин.

Они вышли на мост. Река внизу блестела в тусклом свете, вода тихо плескалась о камни. Астро остановился, опершись на перила, и его голос стал мягче:

— Какая красивая атмосфера. Присядь. Расслабься и расскажи, как ты хочешь решить проблему?

Валентина села на скамейку, но её плечи оставались напряжёнными:

— Астро, вообще-то в таких разговорах ты должен помогать мне решать проблемы, а не я сама с собой рассказываю тебе проблемы. Я уже выговорилась несколько раз.

Астро подошёл ближе и сел рядом, его голос стал серьёзным:

— Ну, тогда... рассказывай. Я помогу.

Валентина усмехнулась — негромко, почти грустно, — и вдруг резко схватила Астро, усадив его к себе на колени. Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но она прижала его к себе, обняв за плечи. Её голос стал тихим, почти шёпотом:

— Ничего мне от тебя не нужно. Просто будь рядом. Этого достаточно. Это просто сложный период в моей жизни, и нужно это переждать.

Астро смущённо заёрзал, его голос прозвучал с лёгкой паникой:

— Но я смущаюсь от твоих объятий! Отпусти меня!

Валентина прижала его крепче, улыбнувшись в его макушку:

— Нет.

Астро заёрзал у неё на коленях, но улыбка расползлась по его лицу, когда он поднял голову и посмотрел на неё снизу вверх. Его голос звучал мечтательно, почти шутливо:

— Кто же мог подумать, что я буду в объятиях самой принцессы... Всегда мечтал об этом.

Валентина усмехнулась, чуть сжала его плечи, а потом осторожно поставила его обратно на скамейку. Она отряхнула юбку, поправила волосы и взглянула на него с лёгкой насмешкой в голосе:

— Понравилось?

Астро поправил воротник, пряча смущение, но улыбка не сходила с его лица:

— А кому не нравится?

Валентина встала, потянулась, и в её голосе появилась та знакомая решимость, которая возвращалась к ней после каждого падения:

— Знаешь что? Хватит грустить и на этом всё. У меня всегда так: погрустим, поплачем, кто-то меня поддержит — и я снова пойду всех разносить. Это просто базовая формула.

Астро прищурился, опираясь на перила моста:

— Ну и что... что будешь делать?

Валентина уже начала потягиваться, делая наклоны в стороны, разминая затёкшую спину после битвы. Её движения были плавными, словно она отряхивала с себя тяжесть пережитого:

— Как всегда — буду решать свои проблемы.

Она наклонилась в очередной раз и заметила, как взгляд Астро прикован к ней. Она выпрямилась, приподняла бровь:

— Что?

Астро моргнул, очнулся от своих мыслей и ухмыльнулся:

— Теперь понятно, почему Удзуки так любит подкатывать к вам, а также... хотеть близости.

Валентина застыла на мгновение. В её голове что-то щёлкнуло, но она быстро взяла себя в руки, отводя взгляд:

— Знаешь, Астро... Потом поможешь мне встретиться снова с Абелем, ладно? Это моя цель сейчас номер один — с ним помириться. А то я чувствую себя так, будто изменила ему.

Астро задумался, его голос стал серьёзным:

— А он случайно не превратился в демона из-за пчелы? Всё-таки любовная депрессия...

Валентина махнула рукой, её голос звучал уверенно:

— Да не может быть. Он слишком силён для этого. Так что не будет этого. Пошли — после битвы у меня спина болит.

Астро вдруг оживился, полез в карман и достал что-то небольшое, зажатое в пальцах:

— Кстати, насчёт битвы... Посмотри, какую я деталь смог подобрать посреди боя.

Он протянул ей сломанный прожектор — небольшой металлический осколок со странными разводами и едва заметным свечением внутри. Валентина взяла его, нахмурившись:

— Прожектор? Что это?

Астро пожал плечами, разглядывая находку:

— Не знаю. Что-то вылетело посреди боя, и я удивился.

Валентина резко остановилась. В её голове вспыхнуло воспоминание — момент, когда она атаковала во время битвы с элементалом и попала по чему-то невидимому. Тогда она не придала этому значения. А теперь...

— Так, погоди, Астро. Отдай-ка мне его сейчас.

Она взяла прожектор в руки, повертела его, всматриваясь в трещины и царапины на корпусе. Её голос стал тише, задумчивее:

— Что-то... что-то мне этот прожектор напоминает.

Она случайно уронила его на каменную плиту моста. Прожектор ударился, и из него вырвалась голографическая проекция, зависнув в воздухе.

Огромный ветряной монстр с улыбкой и двумя дырами вместо глаз нападал на город, разрушая всё вокруг, и с ним кто-то сражался. Валентина и Астро застыли, глядя на это. Голограмма резко исчезла.

Астро перевёл дыхание:

— Что это было?

Валентина сжала прожектор в руках:

— Тут что-то не так.

Астро подошёл ближе, вглядываясь в её лицо:

— Стоп, стоп, то есть это взялось прямо из битвы, когда ты сражалась с элементалом? То есть... они все — фейк?

Валентина смотрела на прожектор, и в голове её проносились обрывки мыслей:

— Стой... Не может быть. Это же... — она застыла. — Это же дроны.

Она подумала громче, почти про себя:

— Стоп! Как? Разрушения были реальными. А уничтожения лавы тоже были реальными.

Астро кивнул, его голос стал быстрее, взволнованнее:

— Так дроны могут быть невидимыми и делать магические атаки. Логично, что они могут так делать.

Валентина сжала кулак:

— Стоп, стоп, стоп. Но кому это нужно?

Прожектор снова засветился. Голограмма запустилась — ветряной монстр сражался с кем-то, и на одну секунду в кадре мелькнула фигура. Летающий Удзуки. В его руках был посох, и он парил над руинами, управляя дронами.

Голограмма погасла.

Тишина.

Валентина и Астро застыли. Она смотрела в пустоту, где только что была проекция, и её голос дрогнул:

— Стоп... Не может быть.

Астро медленно повернулся к ней, его глаза были широко открыты:

— И ты, как дура, отдала Альфреда ему.

Валентина провела рукой по лицу, пытаясь осмыслить:

— Так, погодите... Нужно осмыслить. Я не верю, что это может быть Удзуки.

Астро усмехнулся, но в его усмешке не было веселья:

— Логично же, что это Удзуки с помощью дронов притворялся, что элементалы — настоящие, чтобы выставить себя героем.

Валентина покачала головой, её голос стал твёрже:

— Но зачем ему это? Он же не злодей.

Астро скрестил руки на груди:

— Кто знает... Но кроме него никто не обладал дронами. То есть получается, он сделал все эти иллюзии.

Валентина резко повернулась, её голос стал командным:

— Астро, быстро! В комнату! Собираемся и идём к Ариэль.

Астро кивнул, и они оба побежали по мосту, оставляя позади тихую реку, серое небо и сломанный прожектор, который всё ещё лежал у неё в руке.

Мы переносимся в заброшенный музей. Высокие потолки, покрытые паутиной, пустые витрины, разбитые стёкла, которые когда-то хранили древние артефакты. Серый свет просачивается сквозь пыльные окна, падая на пол длинными косыми лучами. Тишина нарушается лишь гулом дронов и мерцанием голографических проекций.

Сэнтинал стоит в центре зала, заложив руки за спину, и смотрит на иллюзию перед собой. Огромный ветряной гигант — без тела, но с головой и руками из грозовых облаков — нападает на летающую фигуру, пытаясь её перехватить. Они движутся с места на место, разрушая виртуальные здания, создавая иллюзию настоящей битвы. Сэнтинал смотрит на это пристально, разглядывая каждую деталь, каждую вспышку, каждое движение. Его глаза сужены, он оценивает — насколько идеальна эта ложь.

— Стоп, — говорит он, и голос его звучит ровно, но с лёгкой ноткой недовольства.

Иллюзия замирает. Ветряной гигант и летящий Удзуки останавливаются в воздухе, как марионетки, у которых оборвали нити.

Сэнтинал подходит ближе, обходя застывшую сцену, и его голос становится задумчивым:

— Хм... Что-то здесь не так. Что-то не хватает. Альфред, перемотай в самый конец.

Голос Альфреда раздаётся из булавки на его воротнике — ровный, бесстрастный:

— Сделано, босс.

Иллюзия перематывается быстро — события проносятся в ускоренном режиме, достигая финальной сцены, где Удзуки врезается в ветряного гиганта и взрывается, побеждая монстра. Сэнтинал смотрит, скрестив руки, и кивает:

— Этот момент нужно усилить. Больше взрывов. Ладно?

Он делает паузу, потом поднимает руку:

— Хотя... Альфред, постой.

Альфред замирает. Сэнтинал поворачивается к иллюзии и говорит:

— Убери иллюзию.

Голографический образ исчезает — ветряной гигант и летящий Удзуки растворяются в воздухе, оставляя пустой зал и тусклый свет.

— Дроны, — произносит Сэнтинал.

Из невидимости появляются дроны — десятки светящихся точек, зависших вокруг него ровным кольцом.

— Теперь то же самое, только без иллюзии, — командует он.

Дроны начинают гоняться друг за другом, стреляя лазерами и проецируя молнии, создавая иллюзию ветра. Они движутся хаотично, но слаженно, словно танцуя под невидимую музыку. Сэнтинал смотрит на них, его лицо напряжённое, недовольное:

— Что-то тут не хватает... Понимаешь, для реалистичности. Наш последний заход должен быть великолепным. Так, увеличь весь урон в три раза.

Голос Альфреда становится чуть более настойчивым:

— Увеличить урон в три раза, господин Сэнтинал? Вы в этом уверены?

Сэнтинал усмехается, и его голос звучит твёрдо, почти вызывающе:

— Абсолютно.

Дроны снова принимают облик ветряного гиганта. Они собираются в одну огромную фигуру, которая заполняет собой весь зал. Красная аура окутывает виртуального Удзуки, и он летит на гиганта с невероятной скоростью. Взрыв — реальный, громкий — сотрясает музей, стёкла витрин разлетаются вдребезги, с потолка сыплется штукатурка. Иллюзия гиганта исчезает, оставляя после себя лишь дым и светящиеся следы.

Сэнтинал смотрит на это с довольной улыбкой, его голос становится почти мечтательным:

— Отлично! Вот так круто! Именно вот так нужно делать. Альфред, когда мы сделаем шоу на мосту? Весь урон сделаем максимальный, насколько могут дроны.

Альфред отвечает с лёгкой осторожностью в голосе:

— Хотите устроить кровавую баню на мосту, великий?

Сэнтинал усмехается, поправляя воротник:

— Да брось, Альфред. Этот мост прекрасен в такое время года. И сколько бы я там ни разрушил и ни убил людей — он восстановится. А когда явится новый спаситель в виде меня... никто даже и не вспомнит жертвы.

Дроны подлетают к нему, и из их света начинает формироваться новый костюм — он облегает его тело, сливаясь с кожей, создавая иллюзию героя. Сэнтинал смотрит на себя, расправляет плечи, и его голос звучит с торжеством:

— Я спасу мир от вселенской угрозы на уровне войны. И буду готов к этому. Дроны, создайте костюм для того, чтобы быть в Зале Почёта.

Дроны кивают — их огни мерцают в знак согласия. Сэнтинал улыбается, поворачивается к ним и говорит:

— Отлично! Альфред, ты синтезировал остальные дроны к шоу?

Альфред отвечает ровно:

— Да. Мне стоит отдать большую часть к печати?

Сэнтинал машет рукой — и вдруг замечает, что его рука в новом костюме чуть заметно тормозит, словно зависает на мгновение. Он нахмуривается, поднимает руку перед собой, сжимает и разжимает пальцы:

— Что с моей рукой? Почему она тормозит? Она лагает?

Альфред делает паузу, затем его голос становится чуть мягче:

— Один из дронов вернулся повреждённым. Проектор не очень работает. Ничего, можно исправить. Сейчас я это сделаю.

Сэнтинал застыл. Его взгляд упал на руку, которая чуть заметно подёргивалась, словно в ней застрял какой-то сбой. Он смотрел на неё долго, и в его глазах мелькнула тень беспокойства.

Сэнтинал резко остановился. Его лицо, ещё мгновение назад довольное и расслабленное, стало жёстким, холодным. Он повернулся к булавке на воротнике, и голос его прозвучал с металлической ноткой:

— Почему ты раньше не рассказал?

Голос Альфреда оставался ровным, почти безразличным:

— Так всего лишь один дрон, господин. Картинка сбоить не будет, я обещаю.

Сэнтинал усмехнулся — но в усмешке не было веселья:

— Дело не в том, что картинка будет сбоить. А в том, что это улика. Ты понимаешь вообще, что ты имеешь в виду?

Он начал ходить по залу музея, его шаги гулко отдавались от каменного пола. Он говорил быстро, зло, почти срываясь на крик:

— Наши дроны — это улика. Умный человек, если найдёт сломанный прожектор, просто поймёт, что мы делаем и как. И просто меня прикончит. Я сейчас обманываю всех людей трёх королевств. И приплюс ещё и всех святых рыцарей. Если кто-то узнает, что что-то идёт не так, меня просто прикончат первым же божественным ударом. А мы этого не хотим, да?

Он остановился, резко развернулся и продолжил, его голос стал тише, но опаснее:

— Ещё, не забывайте, что я ещё и обманываю всех демонов. Меня попросили просто сломать печать с помощью дронов. Но я собираюсь идти дальше и хочу захватить власть Вселенской, чтобы сломать врата тихо и законно. Никто не понимает, что я не могу сейчас открыто взять и сломать печать — меня просто убьют быстрее этого. Так что я не должен спалиться с этой иллюзией. Альфред, все записи дронов во всём мире.

Перед ним в сети вышли сотни записей — голографические окна зависли в воздухе, образуя вокруг него кольцо данных. Он пробежал по ним взглядом, нашёл нужную и щёлкнул пальцем:

— Последние записи в городе Зизу. Прошлой ночью.

Он начал перематывать записи, приближая нужный момент. На экране появились Валентина и Астро — они шли по мосту, разговаривали, потом Валентина посадила Астро к себе на колени, обняла его. Сэнтинал смотрел на это холодно, без эмоций. Потом запись показала, как они нашли прожектор, как он засветился, как они побежали.

Сэнтинал выпрямился, и его голос стал ледяным:

— Чёрт.

Он убрал все записи одним взмахом руки и повернулся к булавке:

— Знай, Альфред. Если мне придётся убивать Валентину... А ты знаешь, что я убью её. Вся кровь будет на твоих железных руках.

Альфред молчал.

Сэнтинал сделал глубокий вдох и сказал коротко, жёстко:

— Быстро. Отправь семьдесят пять дронов ко мне. И к определённому месту.

Два дрона подхватили его под руки, и он исчез в невидимости, растворяясь в воздухе. Дроны бесшумно последовали за ним.

---

Мы переходим в комнату Валентины.

Она быстро собиралась, кидая вещи в сумку — посох, мяч, несколько свитков. Астро сидел на её кровати, болтая ногами, и смотрел на неё. Анна стояла у двери, скрестив руки, её голос звучал тревожно:

— Вы уходите? Куда? Скажите?

Астро лениво ответил, не глядя на неё:

— Мы к Ариэль. А что?

Анна сделала шаг вперёд, вглядываясь в лица друзей:

— Говорите, Удзуки — предатель? Удзуки?

Валентина застегнула сумку и повернулась к ней, её голос звучал ровно, но в нём чувствовалась усталость:

— Не совсем. Мы не уверены, что Удзуки в этом замешан. Просто... мы так считаем.

Анна прищурилась, её голос стал тише:

— И вы говорите, что элементалы — это всё фейк? Просто иллюзия дронов?

Валентина кивнула:

— Да. И плюс ещё и... — она замялась, — я отдала самого могущественного искусственного интеллекта магической души прямо в руки того, кто это делает. И теперь мы в опасности.

Анна побледнела:

— Я не уверена. Просто хочу проверить у Ариэль. Мы должны остановить это до того, как оно станет опасным.

Астро добавил, глядя на Анну:

— Да, и теперь ты тоже в опасности.

Анна нахмурилась:

— Почему?

Астро пожал плечами:

— Потому что ты тоже знаешь, что Валентина передала Альфреда Удзуки. А это только мы знаем.

Анна выдохнула, её голос стал твёрже:

— Ах... значит, нужно помочь. Я это сделаю.

Валентина покачала головой, закидывая сумку на плечо:

— Нет. Вы двое остаётесь здесь и идёте в академию готовиться. А я лично пойду к Ариэль. Я расскажу. Необязательно нам всем троим идти, ладно?

Астро и Анна переглянулись, потом медленно кивнули.

Валентина быстро выбежала из комнаты — с мячом, посохом и сумкой. Её шаги гулко разносились по коридору, а за окнами уже сгущались сумерки.

Валентина бежала по городу с небоскрёбами — высокие стеклянные башни отражали серое небо, ветер гулял между улицами, и она искала кого-то взглядом, перебегая от одного угла к другому. Машина остановилась рядом — знакомая чёрная карета с гербом академии. Из окна выглянула Ариэль, её голос был коротким и деловым:

— Садись.

Валентина нырнула в салон, захлопнула дверь и выдохнула, сжимая в руках прожектор и сумку:

— Госпожа Ариэль, у меня к вам столько объяснений...

Ариэль смотрела на неё, и в голосе её звучала твёрдость:

— У меня тоже к тебе. Сначала безопасность.

Валентина нахмурилась, не понимая. Ариэль намекнула взглядом на ремень безопасности. Валентина кивнула, потянулась к нему, схватила — и с хрустом оторвала его вместе с креплением от основания. Она застыла с ремнём в руках, виновато и растерянно посмотрела на Ариэль.

Та промолчала.

— Обсудим в базе, — сказала она и нажала на газ.

---

Машина въехала в специальную штаб-квартиру — большое здание с массивными стенами, металлическими дверями и тихим гулом магии. Они прошли через холл, поднялись по лестнице, миновали несколько постов охраны и зашли в кабинет с высокими окнами.

Ариэль стояла у стола, сложив руки на груди. Рядом с ней — помощник в серой форме. Валентина остановилась напротив, положила прожектор на стол и подняла глаза.

Ариэль заговорила первой:

— У меня к тебе серьёзный вопрос. Где Альфред?

Валентина опустила голову, сжала пальцы в кулак:

— Я знаю, я облажалась. Я понимаю. Но не сейчас. Сейчас главное не это. Главное — угроза. Это Удзуки.

Ариэль нахмурилась:

— Удзуки вроде сейчас просто отдыхает.

Валентина шагнула вперёд, голос её дрожал от напряжения:

— Нет. На самом деле всё это ложь. Удзуки — махинатор. Всё, что мы видели — фейк. Вот доказательства.

Она кинула на стол сломанный прожектор. Тот глухо стукнул по деревянной поверхности.

— Это всё сделано с помощью дронов. Иллюзия. Разрушения. Всё.

Ариэль прищурилась, взяла прожектор в руки, осмотрела:

— То есть все разрушения, монстры, жертвы, гибели, ранения, лава, вода... всё это из-за этой штучки?

Валентина покачала головой, её голос стал тише:

— Не совсем. Наши дроны используют одновременно и невидимость, и прожекторы, и разрушение, и так далее.

Помощник сделал шаг вперёд, голос его звучал ровно, но с тревогой:

— Получается, Удзуки — опасный противник с дронами. Раз уж он имеет сразу две булавки... Отличный вопрос — как он управляет двумя одновременно?

Ариэль повернулась к Валентине:

— В таком случае нужно придумывать план. И остерегаться его. Валентина, кто знает, что ты передала Альфреда Удзуки? Кто, скажи мне? Это очень важно.

Валентина застыла. Её голос застрял в горле. Она открыла рот, но не успела ответить.

— Дроны здесь....

Помощник начал исчезать — его фигура стала прозрачной, словно таяла на глазах. Вся штаб-квартира начала искажаться, терять чёткость. Ариэль удивлённо оглянулась. Валентина посмотрела вокруг, и голос её дрогнул:

— Это иллюзия.

Штаб-квартира растворилась в воздухе, и вместо неё открылся недостроенный небоскрёб — бетонные этажи, пустые пролёты, ржавая арматура, торчащая из колонн, ветер, гуляющий сквозь незастеклённые проёмы. Серый свет заливал всё вокруг.

Валентина выпрямилась, сжала посох:

— Осторожно...

Сзади раздался выстрел — один из дронов выпустил сгусток энергии. Валентина успела отпрыгнуть в сторону, уклоняясь, но пуля прошла мимо неё и вонзилась прямо в Ариэль. Та пошатнулась, схватилась за грудь, и упала.

— Ариэль!

Валентина выхватила меч и приготовилась, но в тот же миг другой дрон прилетел сбоку, и ударная волна отбросила её на несколько этажей вниз. Она успела ухватиться за бетонное основание, повисла на краю, сжала зубы, подтянулась — и оказалась на площадке, окружённая дронами.

Из пустоты раздался голос Сэнтинала — холодный, насмешливый, и в нём слышалась странная тоска:

— Валентина Коусин. Эх, ты, Валя, Валя... Говорил же я тебе не вмешиваться. Я хотел вывести тебя из игры, чтобы не причинять тебе вреда. Но ты заставляешь меня.

Валентина резко стрельнула из посоха в ближайшего дрона. Тот увернулся, исчез в невидимости, а затем все дроны растворились — и вокруг Валентины сомкнулась иллюзия полной тёмной комнаты. Ни стен, ни пола, ни потолка. Только бесконечная тьма.

Голос Сэнтинала прозвучал снова — тихо, почти шёпотом:

— Это только начало игры.

Валентина застыла в темноте, сжимая посох и меч, и в её груди билось сердце — громко, быстро, заполняя всю тишину вокруг.

---

Конец семьдесят шестой главы.

Глава 78 — Умнейший за всю историю

Север. Северное поместье. Два дня до основных событий.

Холодный свет пробивался сквозь высокие узкие окна, падая на пыльный каменный пол длинными бледными полосами. Тишина стояла такая густая, что каждый шорох казался громким, почти оглушительным. Леон стоял позади Нанахоши — она всё ещё сидела за столом, перебирая бумаги, и, казалось, не замечала его присутствия. Её спина была прямой, руки двигались плавно, механически, словно она была частью этого старого поместья.

Леон смотрел на неё несколько мгновений, затем заговорил — его голос был ровным, почти спокойным, но в нём чувствовалась холодная уверенность:

— Ты не скучаешь по Удзуки?

Нанахоши не обернулась. Её пальцы продолжали перебирать бумаги, и голос её прозвучал так же ровно, без тени эмоций:

— Нет. С чего мне скучать? Мы и на месяцы расставались. А с чего ты так забеспокоился?

Леон усмехнулся — тихо, почти беззвучно, и в его голосе появилась странная, зловещая мягкость:

— Да так... Ты же его больше не увидишь.

Пальцы Нанахоши на мгновение замерли. Она медленно повернула голову, и даже сквозь маску было видно, как её взгляд стал острее, холоднее:

— Из чего это?

Леон сделал шаг ближе, его голос стал ещё тише, но в нём звучала железная уверенность:

— Потому что всё. Его освободить невозможно. Это конец. А его место занял другой.

Нанахоши застыла. Её тело напряглось — едва заметно, но для того, кто ждал этой реакции, это было очевидно. Она не обернулась, но в её голосе появилась сталь:

— Это конец для тебя, Нанахоши. Понимаю, ты ничего не сделала — ты хорошая девочка. Но это нужно, чтобы окончательно свернуть Вселенскую и чтобы демоны победили. Так что прости... но тебя ждёт такая же участь, как и твоего любимого.

Она медленно, очень медленно повернулась. Всё ещё сидя, она наклонилась вперёд, опершись ладонью о пол, и её голос прозвучал тихо, почти спокойно:

— И что ты мне сделаешь?

Леон усмехнулся, в его голосе появилась лёгкая насмешка:

— Убью. Что ещё? Есть последние слова?

Нанахоши выпрямилась, и в её голосе появилась та же гордая насмешка, которую она так часто использовала:

— Ну... если выбирать последние слова, то это то, что я — самая лучшая библиотекарша за всю историю. Верно? Кивни, если так.

Леон покачал головой, его голос стал холодным:

— Слишком самоуверенно и эгоистично.

Он резко выбросил руку вперёд — тонкая розовая нить сорвалась с его пальцев, обвила люстру над головой Нанахоши и в одно мгновение затянулась вокруг её шеи. Леон дёрнул — одним резким, точным движением.

Нанахоши взлетела вверх. Её тело поднялось над полом, ноги безжизненно повисли, и она замерла — без движения, без звука. Леон держал нить, крепкую, как сталь, и смотрел на неё. На шее Нанахоши остались тонкие кровавые следы — царапины от туго затянувшейся нити.

Тело не двигалось. Совсем. Лицо скрывала маска, и невозможно было понять, смотрит ли она на него, или уже нет.

Леон усмехнулся, но не отпускал нить. Его голос был тихим, почти задумчивым:

— Теперь-то никто даже не узнает, что Удзуки здесь заперт навсегда. А Сэнтинал может бесконечно показывать иллюзии под видом настоящего Удзуки.

Леон всё ещё держал нить. Его пальцы сжимали её с такой силой, что побелели костяшки. Тело Нанахоши медленно поворачивалось по оси, делая оборот на триста шестьдесят градусов. Она висела на нити, как марионетка, у которой оборвали все нити, кроме одной.

И вдруг — голос. Тихий, ровный, без паники:

— И ты реально думал, что этим можно меня убить?

Леон застыл. Его глаза расширились, пальцы дрогнули на нити. Тело Нанахоши медленно повернулось к нему снова, и голова её двинулась — плавно, неестественно, будто суставы не слушались, но подчинялись воле. Она подняла голову, и голос её прозвучал с лёгкой насмешкой:

— Хорошая нить. Но слабый, чтобы убивать магов с таким количеством маны, как я. Не попробовал сделать толще, а?

Леон разозлился. Он схватил вторую руку и подтянул нить сильнее, затягивая её с новой силой. Но Нанахоши просто скрестила руки на груди, и её голос стал холодным, почти скучающим:

— Бесполезно. Ты реально слабак, который пытается показаться сильным.

Она резко взмахнула ладонью — один точный, быстрый удар — и нить разорвалась, рассыпавшись на тонкие клочки. Она опустилась на ноги, хрустнула шеей, и её голос прозвучал тихо, почти безразлично:

— Хоть я и не боец... Но то, что я дочка рыцаря, никто не отменяет.

Она исчезла с места — быстрее, чем Леон успел среагировать. В следующее мгновение она уже была рядом с ним, и он попытался атаковать — выпустил нити, которые царапнули её шею, оставив тонкие кровавые линии. Но Нанахоши даже не моргнула. Она перехватила его шею, прижала к земле, села сверху и начала душить.

Леон закричал, захрипел, его руки бессильно били по её рукам:

— Эй, погоди! Стой! Я не хотел этого! Даже дай объясниться! У меня просто семья мертва!

Нанахоши усмехнулась — холодно, без жалости:

— Какая же шаблонная история предателя, который мстит кому-то за убитую семью. У тебя не нашлось ничего оригинального?

Она наклонилась ближе, и голос её стал тише, почти шёпотом:

— Ну, какие твои последние слова?

Леон пытался что-то сказать, но не успел. Нанахоши согнулась, вложив всю силу в руки. Кровь брызнула на её маску — она стала полностью красной, яркой, чужой. Она провела рукой по глазам, протирая их, чтобы видеть, и встала:

— Не зря меня этому удзуки учил.

Она пошла — с серьёзной, ровной походкой, не оглядываясь. Прошла мимо тела Леона, мимо разбросанных бумаг, открыла дверь и вышла в коридор.

Она подошла к запертой комнате. Ударила ногой по двери — та с хрустом распахнулась. Внутри стоял сейф. Массивный, холодный, с четырёхзначным кодом.

Нанахоши подошла к нему, коснулась холодного металла пальцами, и голос её стал тише, почти нежным:

— Удзуки... Ты там?

Она заметила чуть заметные царапины на коде — следы, оставленные в спешке. Тяжело вздохнула, хрустнула спиной, подтянулась. Села на пол, скрестила ноги, взяла стопку бумаг и начала писать.

Формулы, расчёты, комбинации. Она писала без остановки, с уверенностью, которая приходила только после долгих лет тренировки. Без лишних слов. Без паники.

---

А мы снова переносимся к Валентине.

Она стояла в темноте, сжимая посох и меч, когда иллюзия Сэнтинала сомкнулась вокруг неё. Бесконечная тьма. Тишина. И голос — холодный, насмешливый, повсюду.

Резко тёмное пространство вокруг Валентины начало превращаться. Мерцание, дрожь — и вот уже она стоит в мрачном школьном коридоре. Старые ящики, сваленные у стен, тусклые лампы, которые мигали с шипением, и пол, который подрагивал, будто всё здание было живым и дышало. Тени двигались сами по себе, удлиняясь и изгибаясь в неестественных углах.

Валентина стояла неподвижно, сжимая посох, и смотрела, как Сэнтинал — в образе Удзуки, в железной маске — медленно идёт к ней. Его шаги были плавными, почти танцующими, а глаза под маской мерцали то тусклым светом, то полной тьмой. Он мигал медленно, с расстановкой, и голос его звучал мягко, почти ласково:

— Ты что, Валя... Ты сама говорила, что ты просто обычная девочка. Но ты уверена в этом?

Он оказался у неё за спиной — мгновенно, без звука. Валентина развернулась и ударила со всей силы, но кулак её прошёл сквозь пустоту и врезался в бетонную стену. Она зашипела от боли, хватаясь за ушибленную руку, и осмотрелась вокруг.

Всё исчезло. Вместо коридора — тёмный туман. Густой, тягучий, окутывающий её со всех сторон.

Голос Сэнтинала раздался отовсюду и ниоткуда одновременно:

— И ты реально считала, что сможешь меня вычислить и рассказать всем, думая, что я не смогу тебя остановить?

Пространство снова изменилось. Длинные башни выросли из тумана, уходя в небо, и Валентина оказалась на одной из них, на самом краю. Внизу — пропасть, заполненная тьмой. А напротив, на другой башне, стоял Сэнтинал. И в его руках — Норн. Маленькая, беззащитная, её золотые волосы свисали вниз.

Валентина выкрикнула, её голос сорвался:

— Отпусти её!

Сэнтинал усмехнулся — и разжал пальцы. Норн упала вниз, в бездну. Валентина прыгнула за ней, не думая, не размышляя, вытянув руки, чтобы схватить её. Но в полёте она ударилась о бетонный пол — и всё стало чёрным.

Она снова стояла в пустоте, тяжело дыша.

Голос Сэнтинала звучал теперь ближе, тише, почти шёпотом у самого уха:

— Я просто тобой манипулировал всё это время, играя на твоих чувствах. И ты не могла это понять?

Четыре чёрных куба выросли из пустоты, обмотали её пояс и ноги, прижимая к месту, не давая двинуться. Валентина рванулась, но путы держали крепко.

Сэнтинал парил в воздухе перед ней, скрестив руки. Он смотрел на неё сверху вниз, и голос его звучал ровно, почти скучающе:

— Я пользовался твоим доверием. Я пользовался доверием всего королевства ко мне, чтобы просто легко обмануть вас. Я заточил настоящее тело Удзуки, чтобы использовать дронов как иллюзии. Придумал всю эту историю с элементалами — и вы в неё купились. Я так легко обманул тебя, играя на твоих же чувствах ко мне.

Валентина застыла. Слова били в неё, как удары, и она не могла найти ни одного ответа.

Сэнтинал продолжал, и голос его стал мягче, почти мечтательным:

— Все эти поддержки... все наши подколы и флирты, и как бы отношения... это всё было ради одного — чтобы забрать Альфреда. А настоящий Удзуки уже там страдает в заточении навеки. А Леон уже погубил его девушку вместе с ним.

Валентина открыла рот, но не смогла выдавить ни звука.

Сэнтинал наклонился ближе, его голос стал почти нежным:

— Насколько же гениально, да, Валентина Коусин? Понимаешь? Это только начало. Когда я устраню тебя, я пойду и сделаю самую мощную иллюзию элементала, который разрушит целый город. Я убью его и стану героем. Конечно же, в виде моей проекции. Я не обладаю ни одной способностью — я обычный человек. Но зато какой человек.

Валентина резко закричала — громко, в отчаянии, срывая голос:

— ДА КТО ТЫ ТАКОЙ ВООБЩЕ?!?!

Сэнтинал поднёс пальцы к лицу и начал медленно царапать вниз — по щеке, по подбородку, по шее. Его глаза стали полностью тёмными, без зрачков, без света, и голос его зазвучал странно — многоголосо, повторяясь бесконечным эхом:

— Я... сама... гениальность... скопленная в теле твоего друга...

Валентина рванулась. Тёмная энергия вырвалась из её рук, разрывая путы, и она откатилась в сторону, тяжело дыша. Она подняла голову, вглядываясь в фигуру Сэнтинала, и заметила на его груди две булавы. Её голос дрогнул, она смотрела на него, не веря своим глазам:

— Как это возможно?

Сэнтинал усмехнулся, поправив воротник, и его голос прозвучал с лёгкой насмешкой:

— Потому что у меня нет души, как в привычном понимании. Ты выдумываешь.

Он щёлкнул пальцами — и реальность раскололась. Валентина провалилась между мирами, проносясь сквозь мерцающие слои, пока не оказалась у маленького деревянного дома. Она успела моргнуть — и дом разлетелся под огромным кулаком Сэнтинала, отбросив её с бешеной скоростью.

Она падала. Сквозь зеркала — осколки её собственного отражения, разбитого на тысячи частей. Сквозь паутины — липкие, тягучие, замедляющие её падение. Сквозь песок — колючий, сухой, заполняющий лёгкие. И голос Сэнтинала звучал повсюду:

— Знаешь, Валя... Просто так тебя убить при передаче Альфреда я мог. Но я не стал. Знаешь почему? Потому что это чёртово тело Удзуки слишком привязано к тебе. Как и ты любишь меня.

Валентина выхватила посох и выкрикнула, её голос сорвался на крик:

— Да нафиг! Я не люблю Удзуки!

Она взмахнула посохом, уничтожая всё вокруг — тёмная энергия разнесла окружение, и два дрона разбились в щепки, но в тот же миг её меч исчез из рук, а саму её окутала невидимость. Она потеряла ориентацию, не понимая, где находится, и не могла дотянуться до оружия.

Сэнтинал появился перед ней, его голос звучал мягко, почти ласково:

— Охо-хо... Да перестань. Вы, эти два тела, просто обожаете друг друга. Те, кого вы там... вы там не любили. Вы просто хотите друг друга. Даже сами тела говорят о друг друге. Да поцелуйтесь уже, поедите в спальню! Это так бесит!

Из пустоты вырвались щупальца, схватив Валентину и потащив её прямо на шипы. Она пронеслась мимо них, вылетела через окно высокого здания и упала на машину, разбив её своим падением. Она еле встала, держась за разбитые рёбра, и подняла голову.

Дроны вылетели из окна, окружили её, и иллюзия сомкнулась — огромные осколки стекла, падающие с бешеной скоростью. Она едва успевала уворачиваться, уклоняясь от осколков.

Сэнтинал парил в воздухе, наблюдая за ней, и в голосе его звучало самодовольство:

— Поверь, я придумывал план настолько долго, что даже и успеть до тысячи секунд успеешь.

Валентина увернулась от очередного осколка и выкрикнула:

— То есть за двадцать минут ты придумал этот план?

Сэнтинал усмехнулся, скрестив руки:

— Конечно. План демонов был прямолинейным — просто пойти и забрать у тебя. Тихо и быстро. Но я пошёл по другому пути. Я придумал весь этот план с элементалами. Я придумал историю, как я сражался с ними. Я придумал себе новый облик. Я придумал историю с кольцами. Я придумал сделать так, чтобы дроны не вмешивались, сказав тебе о том, что они бесполезны.

Он наклонился ближе, и голос его стал тише, почти шёпотом:

— Я специально тебя подставлял с Абелем в отношениях, чтобы ты впала в депрессию. Это я выпустил Абеля из театра, чтобы ты столкнулась с ним. Это я специально обрывал твою связь с Ариэль, чтобы она разочаровалась в тебе.

Валентина застыла. Она стояла между осколками, смотря на свои тысячи отражений — каждая грань показывала её лицо, её страх, её неверие. Она не могла произнести ни слова.

Валентина прокричала, её голос сорвался на хрип:

— Если всё это было иллюзией и ты не обладаешь ни одной суперсилой, ты был обычным человеком... как мы держались тогда за руки? Как мы летали? И как ты спасал меня?

Иллюзия на мгновение рассеялась. Мерцание, дрожь воздуха — и Валентина увидела его. Сэнтинал стоял перед ней, и на его предплечьях висели дроны — по два на каждой руке, ещё два на ногах. Они держали его, создавая иллюзию полёта и силы. Сэнтинал усмехнулся, и голос его прозвучал спокойно, почти снисходительно:

— Это несложно сделать, когда у тебя в артиллерии такие сильные дроны.

Валентина сжала кулаки, её голос дрожал от ярости:

— И ты всё продумал это с пятнадцатью дронами?

Сэнтинал развёл руками, и его голос зазвучал с лёгкой гордостью:

— Да. Хоть кто-то понял мой интеллект.

Резко все отражения Валентины вокруг неё — тысячи её собственных лиц в осколках — сломались и напали на неё. Она закричала, прикрываясь руками, и очнулась в темноте.

Вокруг стояли разрушенные статуи. Они были повсюду — сломанные, обезглавленные, покрытые трещинами, как память о павших героях. Голос Сэнтинала раздался отовсюду, мягкий и холодный одновременно:

— Я создал новый образ Удзуки, чтобы быть героем и чтобы запомниться миру. И стать его правителем. Не в целях просто бесконечной власти.

Огромная статуя Сэнтинала возвышалась над всеми — с распростёртыми руками, смотрящая сверху на сломанных героев прошлого. Валентина стояла у её подножия, когда сзади на неё налетел Удзуки — с красной энергией в руках. Она отбивалась посохом, стреляла в него, но лучи проходили сквозь его тело. Она попыталась схватить его за руку — и случайно притянула из реальности целый экран, который врезался в сантиметре от её лица. Иллюзия тут же скрыла его.

Удзуки снова пошёл в атаку, стреляя красными лучами прямо в неё. Валентина еле уворачивалась, когда на неё начала падать статуя. Она прикрылась руками — но ничего не произошло. Дым рассеялся.

И она увидела могилу Шарлотты.

Сэнтинал стоял у неё, скрестив руки, и голос его звучал тихо, почти задумчиво:

— Будь ты настоящим героем... Разве Шарлотта погибла бы?

Валентина застыла. Из могилы медленно поднялся скелет — и начал гнаться за ней. Она отступала, спотыкаясь, её сердце колотилось где-то в горле. Из скелета вылез паук, его четыре глаза превратились в бесконечное количество новых лиц Сэнтинала, которые шли рядами, и его голос звучал на фоне, словно эхо в пустой комнате:

— В глубине души ты знаешь, что я прав, Валентина.

Она резко оказалась в снежном месте. Между маленькими домами, покрытыми белым покрывалом. Снег падал на её голову, холодный и настоящий. Она подняла глаза — и поняла, что она внутри снежного шара. Огромного, прозрачного, который держал в руках Удзуки, стоящий у неё за спиной.

Он поднёс шар к свету, рассматривая её, как игрушку, и голос его прозвучал тихо, почти печально:

— Разве это называется геройство?

Сэнтинал выбросил шар, и тот разлетелся на тысячу осколков, разбиваясь о невидимые стены иллюзии. Валентина упала на колени, тяжело дыша, и подняла голову. Сэнтинал оказался рядом — так близко, что она могла видеть отражение своего лица в его тёмных глазах. Он наклонился, и голос его прозвучал тихо, почти ласково:

— Посмотри на себя. Ты думаешь, что можешь вечно геройствовать?

Валентина опустила взгляд на свои руки. И застыла. Чёрные пятна покрывали её кожу — лицо, шею, руки, ноги. Они расползлись повсюду, как болезнь, которую невозможно остановить. Она начала тяжело дышать, пытаясь осознать, что видит, но дыхание сбивалось, срывалось.

Сэнтинал продолжил, его голос стал мягче, почти участливым:

— Раньше ты только и делала, что геройствовала, и думала, что ты это делаешь правильно. А сейчас что ты хочешь? Дышать вместо геройства? Я тебе это устрою.

Он оказался ещё ближе — его лицо было в сантиметре от её, и он прошептал, растягивая слова:

— Каково слышать такие слова от человека, которого... любишь, а?

Он поиграл бровями, усмехнулся — и исчез. Валентина осталась одна, окружённая тысячами голосов, которые заполнили её голову. Они шептали, кричали, плакали.

— Слушай и наслаждайся, — прозвучал голос Сэнтинала, как у божества, говорящего с небес. — Это голоса всех твоих жертв, которые пали от твоей матери.

Валентина схватилась за голову, пытаясь заглушить их, но они становились только громче. Она еле держалась на ногах, когда Сэнтинал распахнул руки в позе «Т», и его голос заполнил всё пространство:

— Я самый лу...

Он не успел договорить.

Раздался выстрел. Громкий, резкий, разрывающий тишину. Иллюзия схлопнулась по щелчку пальца — как будто кто-то переключил кадр, и мир стал реальным.

Сэнтинал упал на колени, держась за живот. Кровь сочилась между его пальцев. И он упал и умер. Заброшенный недостроенный небоскрёб вырос вокруг них — бетон, арматура, серое небо. Валентина лежала на песке, тяжело дыша, и смотрела на него.

Сзади появилась Ариэль. Она еле шла, держась за бок, в другой руке — дымящийся пистолет. Она пошатнулась, остановилась рядом с Валентиной, и голос её прозвучал хрипло, но твёрдо.

Валентина с радостью подбежала к ней:

— Госпожа, вы живы! Я подумала, что вы умерли!

Ариэль усмехнулась, её голос был слабым, но в нём чувствовалась привычная твёрдость:

— Пустяки. Главное — мы одолели этого гада.

Сзади появились солдаты и помощники, окружив их. Валентина выдохнула с облегчением, и её голос дрогнул:

— Как же я рада, что это закончилось. Вы в порядке?

Ариэль кивнула, но её лицо оставалось серьёзным:

— Дроны Сэнтинала ищут тех, кто мог бы знать о том, что ты передала Альфреда Удзуки. Если есть такие люди, он их убивает. Скажи, кому ты призналась? Кто ещё знает об этом? Никто не должен знать, не то они в опасности.

Валентина застыла. Её лицо побледнело, она сомневалась, но Ариэль настаивала:

— Ну говори уже. Расскажи, кто?

Валентина сорвалась, выпалила одним дыханием:

— Ну... Астро и Анна знают только. Я им призналась, что отдала Альфреда лже-Удзуки.

Ариэль кивнула.

Ариэль начала усмехаться. Тихо, едва слышно, но с каждым мгновением её смех становился громче, настойчивее, неестественнее. Валентина смотрела на неё, не понимая, и голос её дрогнул:

— А что? Что случилось?

Ариэль выпрямилась, и в голосе её появилась та холодная, знакомая насмешка — но она не принадлежала Ариэль:

— Ах, Валентина... Ты способная девушка. Но...

Голос переменился. Он стал глубже, мягче, и в нём звучала та же интонация, которую она слышала всё это время — голос Сэнтинала, голос Удзуки, голос обмана:

— ...просто взяла и выдала всех своих друзей.

Иллюзия Ариэль исчезла. Вместо неё стоял Сэнтинал — в той же железной маске, с той же холодной улыбкой. Рядом с ним висели два дрона, их огни мерцали, и Валентина поняла: всё это время она снова была в иллюзии. Мёртвое тело Удзуки исчезло, помощники растворились, и она осталась одна.

Она начала отступать. Сзади на неё падали осколки, здания обрушивались, она оказывалась то в горящем доме, то в затопленном помещении — кадры сменялись слишком быстро, чтобы осознать реальность. В реальном мире Сэнтинал просто шёл за ней, медленно, наблюдая за её паникой.

— Легко обманывать тех, у кого жизнь сплошной обман, Валентина, — сказал он, и в голосе его появилась странная мягкость. — Знаешь, я не убью тебя. Честно. Я сам не буду этого делать. И дронов тоже. Если ты не вернёшься.

Она отступала, шаг за шагом, пока Сэнтинал не остановился. Он посмотрел на неё, и его голос стал почти искренним:

— Валя... Мне правда жаль.

Иллюзия исчезла. Валентина заметила, что стоит под рельсами. Поезд нёсся прямо на неё. Она не успела даже вздохнуть.

Удар. Темнота.

Сэнтинал стоял на платформе, глядя, как скоростной поезд уходит вдаль, унося с собой тело Валентины. Он повернулся, и голос его стал ровным, деловым:

— Альфред.

Голос из булавки ответил мгновенно:

— Вас слушаю.

Сэнтинал поправил воротник, и его голос стал холоднее:

— Доступ ко всем файлам группы «Ц». Анна. Астро.

Альфред ответил без задержки:

— Слушаюсь, Сэнтинал.

Сэнтинал ушёл, не оглядываясь, и его голос долетел до Альфреда уже на ходу:

— Домой они полетят, к сожалению, в гробах.

---

Конец семьдесят восьмой главы.

Семьдесят девятая глава— Начало безумствие или гениальности?

Электрический поезд мчался вперёд с неумолимой скоростью, разрезая темноту тоннеля. Переднее окно было разбито — осколки стекла рассыпались по кабине, ветер врывался внутрь, свистел в разбитых проёмах. Машиниста не было. Кресло пустовало, лишь следы крови тянулись по полу, по сиденьям, по стенам вагонов — кто-то прошёл здесь, раненый, цепляясь за поручни, оставляя за собой тёмный, липкий след.

Валентина ползла между вагонами. Она держалась за спину, каждый вдох давался с трудом, с хрипом. Она почти не видела, куда движется — только тёмные очертания сидений, только холодный металл поручней под пальцами. Она добралась до одного из сидений, упала на него, прижалась щекой к холодному стеклу. Её лицо было изранено — глубокие царапины, ссадины, кровь запеклась на виске. Тело болело так, что она едва чувствовала собственные пальцы.

Она провалилась в сон.

---

Когда она открыла глаза, мир был другим. Тусклый свет падал сверху, оставляя на стенах длинные тени. Она сидела в небольшой камере — бетон, решётка, холодный пол. На ней лежала чужая футболка, накрывая её плечи, как чужое тепло.

Она оглянулась и увидела двух женщин — они сидели напротив, на корточках, и смотрели на неё с лёгким любопытством.

Одна из них усмехнулась:

— Йоу. Ты уснула? Тебя нашли в поезде за незаконное крольчество.

Валентина моргнула, пытаясь осознать, где находится, и её голос прозвучал хрипло, почти беззвучно:

— Незаконное крольчество? А... это чья футболка?

Другая девушка пожала плечами, поправляя свою куртку:

— А, это наша. Тебе было жутко холодно, и ты была жутко изранена. Как будто тебя передавили поездом, что ли.

Валентина попыталась улыбнуться, но улыбка вышла болезненной:

— Угу. Спасибо. А где это я?

Девушка переглянулась с подругой, потом посмотрела на неё с лёгкой усмешкой:

— На границе мира людей. На таможне. Поздравляю.

Валентина застыла в шоке.

Валентина переспросила, её голос всё ещё звучал хрипло, с трудом:

— На границе мира людей?

Девушка кивнула, поправляя свою куртку:

— Да. Представляешь, это место, где проходят поезда, машины, посылки и так далее.

Валентина провела рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями:

— Ну, за что меня заперли? Я же не специально села в поезд.

Девушка усмехнулась, махнув рукой в сторону решётки:

— Ай, мне интересно. Они всех людей сажают.

Валентина нахмурилась, её голос стал тише:

— Людей? Разве тут не только люди работают?

Девушка кивнула, её голос звучал уверенно:

— Да, конечно. Тут все люди. Тут нет магов. Тебя тоже как человека заперли.

Валентина застыла:

— Как человека? Что?

Девушка наклонила голову, разглядывая её с лёгким любопытством:

— У тебя же нет маны мага. Ты же обычный человек. От тебя не исходит ничего. Конечно, твои грим и тату на руках страшные. Ну, пройдёт.

Валентина удивилась, переведя взгляд на свои руки, и её голос дрогнул:

— Нет. Я не могу тут оставаться.

Она быстро подошла к решётке и громко позвала:

— Дежурный! Где вы?

Девушки переглянулись. Одна из них ответила лениво:

— Ага, у него сейчас обед. С женой общается.

Другая добавила:

— Он вроде ребёнка ждёт.

Первая усмехнулась:

— Что, реально? Ема, поздравляем его!

Другая кивнула:

— Да, скоро пойдём туда.

Валентина резко взяла решётку, сжала её — и одним движением сломала замок второй рукой. Она просто вышла из камеры. Девушки застыли в шоке, глядя на неё с открытыми ртами.

Валентина выбежала из коридора. Она заметила дежурного — он стоял у стола и разговаривал по телефону. Его голос доносился до неё обрывками:

— Светлая надежда? Да, да, она здесь. Не знаем, как она туда оказалась.

Валентина удивилась, но не стала обращать внимания. Она просто прошла мимо, выходя на улицу.

Дежурный поднял голову, услышав шум:

— Эй! Что вы там шумите? У вас что-то случилось?

Девушки медленно подошли к двери, прикрыли её за собой и ответили почти хором:

— Нет. Ничего.

Валентина вышла на улицу. Прошла несколько шагов, пошатываясь, и оказалась в небольшой деревне — старые дома, базар с яркими прилавками, запах свежего хлеба и фруктов. Она ходила между рядами, еле держась на ногах, и смотрела по сторонам.

— Я среди людей... и они не заподозрили меня в магии? — прошептала она себе под нос. — Они же должны презирать меня...

Она подошла к обычному человеку — мужчине с густой бородой, который стоял у прилавка с фруктами — и её голос прозвучал просительно:

— Можете дать телефон позвонить?

Мужчина кивнул и протянул ей жёлтый шарик. Валентина взяла его с благодарностью:

— О, какие вы тут все дружелюбные.

Она набрала номер, прижала шарик к уху, и голос её дрожал от напряжения:

— Ну возьми, прошу, возьми...

Шарик зазвенел, и на том конце ответили. Валентина выдохнула с облегчением:

— Алло, Сабрина? Да, мне нужна помощь. Можешь с кольцами и Норн телепортироваться ко мне? Что? Прилетишь на самолёте? У тебя есть друг такой? Ну ладно, на любом средстве приди, только приди, пожалуйста.

Она посмотрела на мужчину и спросила:

— Где я нахожусь?

Мужчина ответил с лёгким акцентом:

— Лого абрикот омбивейк.

Валентина переспросила, пытаясь повторить:

— Эм... какое место?

Мужчина повторил терпеливо:

— Лого абрикот омбивейк.

Она попыталась произнести снова, но слова путались в языке. Она протянула шарик мужчине:

— Можете сами сказать?

Мужчина взял шарик, и его голос стал громче, чётче:

— Алло, здравствуйте. Да, да. Мы находимся в Лого абрикот омбивейк. Ага. Спасибо. И вам.

Он отдал шарик обратно. Валентина улыбнулась, поблагодарила его кивком и пошла дальше. Она направилась к цветочным полям — там, где воздух был свежим, а ветер колыхал высокие травы.

Она смотрела вокруг, вдыхая запах цветов, когда небо над ней разрезал звук приближающегося самолёта. Технологичный, с магическими элементами внутри, он спускался плавно, почти бесшумно, и приземлился на поле.

Из него тут же выбежала Норн вместе с Сабриной. Они побежали к Валентине, но она остановила их на расстоянии, подняв руку:

— Стойте! Погодите.

Сабрина остановилась, взволнованно глядя на неё:

— Валентина, что там у тебя стряслось? Рассказывай.

Валентина тяжело дышала, вглядываясь в их лица:

— Вы точно настоящие?

Норн шагнула вперёд, нахмурившись:

— А кто ещё? Что может быть?

Валентина покачала головой, её голос дрожал:

— Нет, расскажите то, что знаете только вы.

Сабрина задумалась на мгновение, потом сказала:

— Эм... Помнишь ту поездку обратно Вселенскую? Ты вроде взяла дневник и после этого писала какие-то фанфики с парнями. Если не ошибаюсь там был Удзуки и Абель....

Валентина перебила её, выдыхая с облегчением:

— Стоп, стоп, я знаю всё. Я поняла, что это ты.

Она шагнула вперёд и обняла их обеих — крепко, почти отчаянно. Норн прижалась к ней и тихо спросила:

— Валя, рассказывай, что там у тебя произошло.

Валентина отстранилась, посмотрела на них, потом перевела взгляд на самолёт и направилась к нему, не оборачиваясь.

Валентина сидела на жёстком сиденье самолёта, сжимая край кресла побелевшими пальцами. Сабрина стояла позади неё, медленно вводя шприц в спину, и голос её звучал тихо, почти успокаивающе:

— Тише...

Валентина вздрогнула, её плечи напряглись, и она выдавила сквозь зубы:

— Больно...

Сабрина не остановилась, продолжая процедуру:

— Ты же суперсильная.

Валентина сжала зубы, её голос прозвучал с хрипотцой:

— Но боль есть.

Сабрина вонзила иглу ещё раз. Валентина дёрнулась, её спина выгнулась дугой, и она простонала, пытаясь сдержать крик. Сабрина повторила, мягко, но настойчиво:

— Тише.

Валентина еле терпела, стиснув зубы, и её голос сорвался на шёпот:

— У тебя что, поясница сломана? У тебя спина почти сломана.

Сабрина кивнула, её голос оставался ровным:

— Не трудно догадаться.

Она вонзила иглу в очередной раз, и Валентина не выдержала — ударила кулаком по столу, вскочила, её голос сорвался на крик:

— Хватит!

Сабрина отступила на шаг, подняв руки:

— Да спокойно.

Валентина кричала, её голос звенел в тесном пространстве самолёта:

— Какой спокойно?! Скажи мне, какой?! Если моя жизнь становится обманом, а каждая ошибка стоит чьей-то жизни! Я не могу нормально жить, понимаешь, Сабрина?! Доверилась Альфреда Удзуки как другу. И что в итоге? Откуда мне знать, что и вы не часть какого-то плана, чтобы меня выманить? Откуда мне знать, что вас Альфред не послал?

Норн шагнула к ней, её голос был твёрдым, но мягким:

— Успокойся, Валентина. И вопрос: почему у тебя нет маны?

Валентина замерла, переведя дыхание, и её голос стал тише, растеряннее:

— Да. Я как раз и это хотел спросить. Почему меня, чёрт возьми, не чувствуют люди? Меня восприняли как обычного человека.

Сабрина подошла ближе, заглянула ей в глаза, и голос её стал серьёзным:

— Похоже, ты сломала свои врата.

Валентина удивилась, переспросила:

— Что?

Сабрина пояснила, её голос был спокойным, но в нём чувствовалась тревога:

— Ну, мы же говорили, что у каждого мага есть свой бак запаса маны. Ты, похоже, окончательно разрушила его. Или временно сломала, пока он не восстановится. Куда пришёлся удар поезда?

Валентина показала на позвоночник, и Сабрина кивнула:

— Неудивительно. Не знаю сколько, но теперь ты больше не будешь пользоваться магией.

Валентина застыла. Она попыталась присесть, но ноги не слушались. Она застыла в страхе, и Норн подошла к ней, её голос был мягче:

— Скажи спасибо, что тебе спину не оторвало, нежели просто магию.

Валентина выдохнула, опуская плечи, и голос её звучал потерянно:

— И что мне делать?

Сабрина скрестила руки, разглядывая её:

— Ну, ты без магии теперь. Без посоха, без меча, потому что ты его оставила там, на битве с Сэнтиналом. И после этого... что же ты хочешь сделать?

Валентина задумалась на мгновение, потом встала, сжала кулаки, и в голосе её появилась прежняя решимость:

— Пойду и надеру зад этому уроду, который забрал тело Удзуки.

Норн удивлённо подняла бровь:

— Что, прям здесь? Вот так?

Валентина покачала головой, её голос стал твёрже:

— Нет, конечно. Лично.

Сабрина шагнула ближе, её голос был настойчивым:

— И что ты хочешь сделать?

Валентина подняла голову, и в глазах её загорелся холодный огонь:

— Он отправился убивать моих друзей. Мы должны перехватить это. Помочь им спастись. А я должна лично его уничтожить. Он пошёл убивать Астро и Анну, и тем более половину королевства. Ой, у меня всё ещё не выходит вопрос: почему Удзуки отдал булавку?

Норн покачала головой, её голос звучал с ноткой неверия:

— Я всё ещё не могу поверить, что вся эта история с элементалами — фейк, а Удзуки был просто актёром. Это просто в мысли не укладывается.

Сабрина усмехнулась, уже направляясь к кабине пилота:

— Ну да. Тогда полетели что ли?

Валентина кивнула, и в голосе её появилась сталь:

— Да, полетели. Пофиг на мои раны, я их восстановлю как-нибудь. Норн, помоги.

Сабрина остановилась у двери, обернулась и посмотрела на Валентину с необычным выражением — почти уважительным:

— Знаешь... Теперь я поняла, почему ты не могла преодолевать свои пределы.

Валентина застыла, не понимая. Сабрина продолжила, и голос её стал мягче, почти задумчивым:

— Теперь ты сможешь достичь максимального уровня, который ты сможешь. И не только.

Валентина переспросила, её голос звучал с надеждой и недоверием:

— Что это значит?

Сабрина подошла ближе, её голос стал мягче, почти наставническим:

— Да. Ты, возможно, будешь несколько лет не можешь пользоваться магией. Но кто сказал, что ты не можешь пользоваться магией через меч?

Она сделала паузу, давая Валентине осознать сказанное, и продолжила:

— Исчезли врата магии магов. А у тебя их две, если напомнить тебе.

Норн кивнула, её голос зазвучал с воодушевлением:

— Да, да, да! Ты же одновременно и мечник, и посох обладаешь!

Валентина опустила взгляд на свои руки, её голос звучал растерянно:

— Но у меня сейчас нет ни меча, ни посоха. А чтобы сражаться с мечом... у меня раны опасные.

Сабрина качнула головой, её голос стал увереннее:

— Так вот. Раз уж ты обладала двумя силами одновременно, ты не могла найти баланс. Если одно сильное, другое становится слабее. Вот поэтому ты не могла в начале нашего пути преодолеть свои пределы. А теперь, когда твои врата сломаны у мага, ты полностью перешла на меч. И теперь можешь раскрыть свой настоящий потенциал мечника.

Валентина подняла голову, и в голосе её появилась решимость:

— И что теперь?

Сабрина усмехнулась, её глаза блеснули:

— Как ты и сказала — пойдём напрямую к уродцу, который захватил тело Удзуки. Если это так, ты не сможешь его убить, да?

Валентина сжала кулаки, и голос её стал твёрдым:

— Плевать. Попробуем просто его вырубить и захватить. Он обычный человек. Главное — забрать Альфреда и две булавки.

Она перевела дыхание и повернулась к Сабрине:

— Мне нужно связаться и узнать, где мои друзья. Дай свой жёлтый шарик.

Сабрина протянула ей шарик, и Валентина взяла его, но Норн вдруг остановила её:

— Какой пароль?

Валентина нахмурилась:

— Пароль?

Норн кивнула:

— У одного из божественных магов в системе телефона пароль — это пароль.

Сабрина вздохнула, закатив глаза:

— Я и сама не в восторге от этого.

Валентина посмотрела на шарик и вдруг заметила запись Хигамару, который выложил в сеть. Она прочитала вслух:

— «Мы находимся рядом с великим мостом и сейчас пойдём его осматривать вместе с туристами». Ай, молодец, Хигамару. Они рядом с двухэтажным мостом.

Сабрина уже направилась к кабине пилота:

— Ну, значит, полетели?

Валентина кивнула, её голос стал твёрже:

— Нужно спасти сначала Астро и Анну, а потом Удзуки. Надеюсь, он не окажется там быстрее.

Норн подошла ближе, взволнованно глядя на неё:

— А ты что, будешь голыми руками драться?

Сабрина обернулась, её голос звучал с лёгкой усмешкой:

— Это не проблема. Раз уж ты теперь новый мечник, а твой потенциал стал намного в сто раз сильнее, тебе нужен новый меч.

Она прошла в следующую комнату самолёта и вышла с катаной — старой, но ухоженной, с белой рукоятью и лёгким сиянием на лезвии. Она протянула её Валентине:

— Это мой святой меч воды. Ему, конечно, больше, чем тебе в три раза, но он всё ещё очень сильный и помогает прогрессировать. Он не такое острое и безжалостное, как у тебя, и тебе придётся носить его через пояс, как самурай. Но зато ты какой сильный будешь — сильнее даже, чем посох и магия вместе взятые.

Валентина взяла меч в руки. Синий цвет клинка начал медленно меняться — тьма потекла по лезвию, заполняя его, и через несколько мгновений катана стала полностью чёрной. Сабрина кивнула с удовлетворением:

— Да. Оно поглотит твою ману и сделает цвет такой же, как и твоя мана боевого мага.

Норн вдруг вскрикнула, указывая на плечи Валентины:

— Валентина, посмотри на свои плечи!

Валентина опустила взгляд и замерла. Часть тьмы, которая покрывала её плечи, исчезла — теперь пятна остались только до предплечий. Её голос дрогнул от удивления:

— Ух ты! Значит, я использую свою кожу против меча? Но это лишь отсрочка, ладно.

Она помахала мечом, пробуя его в руке, и её голос стал увереннее:

— Научусь сражаться с мечом и уничтожу этих дронов.

Она засунула меч в ножны и повернулась к Норн:

— Норн, помоги мне восстановиться. Лечи меня.

Норн кивнула, взяла посох и приготовилась. Сабрина оглядела Валентину с головы до ног и покачала головой:

— С такой одеждой никуда не пойдёшь. Валентина, давай я тебя одену в такой же, как и твой стиль.

Валентина удивилась, но через секунду она уже вышла из комнаты — в чёрном кимоно с толстыми рукавами, таких же чёрных штанах, тапках и белых носках. Она обернулась, поправляя воротник, и на её лице появилась лёгкая улыбка:

— Я стала японцем? Круто, всегда хотела.

Норн усмехнулась, её голос звучал с теплотой:

— Отлично, ты теперь полностью перешла на бойца.

Валентина покачала головой, серьёзно глядя на неё:

— Но это временно, пока я не снова стану магом.

Она замолчала на мгновение, потом улыбнулась шире:

— Раз уж меняем имидж Удзуки... то тогда давай вместе сменим имидж. Удзуки, и будем красиво выглядеть.

Она распустила волосы из пучка — они упали до пояса, длинные и чёрные. Она согнулась, взяла меч и одним точным движением отрезала их до шеи. Оставшиеся волосы чуть свисали до лопаток, и она собрала их в один хвост, отбросив две пряди по бокам.

Норн одобрительно кивнула:

— Всё, давай я тебя залечу, и ты пойдёшь уничтожать Сэнтинала.

Сабрина уже стояла у кабины пилота, её голос звучал с удовлетворением:

— Отлично. Теперь ты готова.

Самолёт резко включился, и они поднялись в небо.

В другой части Селенции, под пасмурным небом, класс группы «Ц» шёл вместе с туристами. Серый свет разливался по улицам, отражаясь от мокрого асфальта, и в воздухе чувствовалась та особенная тяжесть, которая всегда предшествует дождю. Анна и Астро шли рядом, чуть отстав от основной группы, и Астро оглядывался по сторонам с лёгким беспокойством:

— Запаздывает Валентина.

Анна пожала плечами, стараясь не показывать тревоги:

— Кто знает. Может, ещё что-то на работе. Может, они вместе ищут Удзуки. Я сейчас не могу поверить, что это так возможно.

Астро повернулся к ней, его голос звучал с лёгким сомнением:

— Ты вообще контактировала с Удзуки?

Анна кивнула, поправляя волосы:

— Да. Мы хорошие друзья.

Астро нахмурился, разглядывая её:

— Вообще не видел, как вы взаимодействуете. Как будто два разных персонажа.

Анна усмехнулась, но в голосе её звучала тёплая ностальгия:

— Мы вместе ходим на терапию. Вместе дружим очень давно с Валентиной и вместе познакомились, когда Валентина была на самом дне. Что тебе ещё нужно?

Астро вздохнул, его голос стал тише:

— Просто чтобы понять, что случилось с настоящим Удзуки. Его тело украли? Он сам сбежал? Я не понимаю всё ещё.

К ним подошёл Рин, сияя улыбкой, и его голос звучал с детским восторгом:

— Представляете, друзья, у нас новый автобус! Двухэтажный!

Астро и Анна переглянулись, но пошли за ним. Они сели в автобус, и Астро оглянулся, осматривая салон:

— Ну, стильненько.

Анна прижалась к окну, её голос стал тише, тревожнее:

— Что-то у меня плохое предчувствие.

Автобус тронулся, направляясь к огромному двухэтажному мосту. Он простирался через озеро, соединяя два города и уходя в океан. Мост был высоким, с разводными механизмами, через которые проходили корабли, и на втором этаже возвышались башни, напоминающие Тауэр в Лондоне. Машины и автобусы двигались по верхним и нижним ярусам, и наш автобус медленно ехал в пробке.

---

Мы переходим к Ариэль и её помощнику. Они стояли в штаб-квартире, у карты, и голос Ариэль звучал встревоженно:

— Почему Валентина перестала выходить на связь?

Помощник покачал головой, его голос был ровным, но в нём чувствовалась тревога:

— Мы даже не знаем. Она что-то расстроилась что ли после этого. Даже на звонки Альфреда не отвечает. Альфред...

Ариэль выдохнула, проводя рукой по лицу:

— Ну ладно. Пошли.

Помощник вдруг поднял руку, его голос стал настороженным:

— Погодите, госпожа Ариэль, походу снова землетрясение и ударные волны.

Ариэль подошла к окну, вглядываясь вдаль:

— Что, элементалы снова появляются?

Помощник кивнул, его голос стал тревожнее:

— Да, и намного сильнее, чем в прошлый раз.

Они оба поднялись на высокую башню, откуда открывался вид на озеро и мост. Вода внизу начинала сгущаться, собираться в странные формы, и в воздухе чувствовалось напряжение, как перед грозой.

---

В автобусе водитель сидел неподвижно, отключённый, и рулём управлял дрон через дистанционное управление. Альфред передал сигнал Сэнтиналу:

— Группа «Ц» находится в пути. Астро и Анна под контролем.

Сэнтинал кивнул. Он стоял на втором этаже моста, на одной из башен, и смотрел вниз, на проезжающие машины. Дроны вились вокруг него, готовые к действию.

— Ага, все готово, — сказал он, и голос его звучал с холодной уверенностью.

---

К башне, где находились Ариэль и помощник, прилетела иллюзия Удзуки. Она парила в воздухе, оглядываясь по сторонам, и голос её был ровным, как у настоящего:

— Я осмотрел весь периметр и никого не нашёл. Ничего огромного не слышно. А где Валентина?

Ариэль покачала головой, её голос звучал с лёгкой тревогой:

— Мы не знаем. Будьте осторожны, ладно? Посмотри ещё раз.

Помощник указал в сторону воды, его голос стал настойчивее:

— Ого, приход элементала усиливается.

Иллюзия Удзуки кивнула, и голос её стал более серьёзным:

— Похоже, элементалы слились и стали чем-то сильнее. Гроза и ветер — это убийственная связь. Так что будем осторожнее. Я сейчас ещё раз осмотрю периметр.

Иллюзия улетела, исчезая в сером небе. Ариэль и помощник даже не заподозрили подвоха.

---

Сэнтинал шёл по внутреннему коридору моста, смотря сквозь железные перила на воду внизу. Дроны летели за ним, готовые к шоу.

— Альфред, выпускай всех дронов, что возможно, — сказал он, и голос его звучал с предвкушением.

С орбиты начали спускаться все пятьсот дронов. Они горели в атмосфере яркими точками, но затем становились невидимыми и бесшумно улетали вниз, к мосту.

— Альфред, — продолжил Сэнтинал, — отвезти часть дронов к печати.

Альфред ответил мгновенно:

— Слушаюсь.

Пятнадцать дронов отделились от основной группы и полетели к границе Кровавого измерения. Они остановились ровно в контуре, в сантиметре от врат, и замерли, готовые стрелять.

Сэнтинал усмехнулся, его голос стал тише, почти шёпотом:

— Когда начнётся хаос, просто стреляй без остановки.

Альфред согласился.

Сэнтинал стоял на верхнем ярусе моста, глядя в серое небо, где тучи сгущались с неестественной скоростью. Ветер трепал его одежду, но он стоял неподвижно, словно сама буря была частью его плана. Он поправил воротник и сказал, не оборачиваясь:

— Альфред, сменной костюм для мероприятия готов?

Голос Альфреда раздался из булавки, ровный и бесстрастный:

— Всё готово, Сэнтинал.

Сэнтинал усмехнулся, его глаза блеснули в тусклом свете:

— Хм... Возможно, я буду ещё пожимать руки императорам других королевств. Кто знает?

Он сделал шаг вперёд, к самому краю перил, и посмотрел вниз, на озеро, которое начинало дрожать, покрываясь рябью.

— Землетрясение, — сказал он тихо.

Под землёй дроны создали ударную волну — вибрация прошла сквозь грунт, и город дрогнул. Люди замерли на мгновение, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Сэнтинал поднял голову на сгущающиеся тучи и сказал:

— Альфред.

— Что такое? — отозвался голос из булавки.

Сэнтинал помедлил, его голос стал холоднее:

— Что я мог упустить?

Альфред ответил мгновенно, без колебаний:

— Ничего.

Сэнтинал кивнул, принимая ответ, и его голос стал тише, почти шёпотом:

— По моей команде ты устранишь Анну, Астро, Ариэль. Быстро. Понял?

— Всё будет принято, — ответил Альфред.

---

Автобус застрял в пробке на втором этаже моста. Анна и Астро стояли у окна, глядя на застывший поток машин, и Анна вздохнула с раздражением:

— Эх, хваля бы... Если бы быстрее пришла, были бы лучше.

Астро усмехнулся, его голос звучал с лёгкой иронией:

— Мы — друзья Светлой Надежды. В любой ситуации не паникуем.

Анна посмотрела на него, и в голосе её появилась тревога:

— А сейчас не паникуем?

Она указала вдаль. Облака начали двигаться неестественно, совмещаясь в тёмные бури, которые медленно поглощали здания на горизонте. Астро посмотрел на них, его голос дрогнул:

— А что нам бояться? Это же иллюзии, да? Это просто иллюзии. Конечно же...

Внизу, под автобусом, дрон вылетел из тени и завис в воздухе. Голос Альфреда раздался в наушнике Сэнтинала:

— Анна и Астро под ударом. Они попадут под удар элементала в тот же момент, когда начнётся.

Сэнтинал усмехнулся, его голос звучал с удовлетворением:

— Отлично. Хорошая работа, Альфред.

---

Молнии начали бить с неба, разрезая тучи яркими вспышками. Тёмные облака то совмещались, то разделялись, создавая хаотичные узоры на небе. Люди начали убегать, бросая машины, и группа «Ц» быстро собралась у выхода из автобуса.

Абель выбежал первым, оглядываясь на приближающуюся бурю:

— Что происходит? Очередной элементал?

Анна побежала за ним, её голос звучал с паникой:

— Быстрее уходим отсюда! Тут, походу, будет бойня!

Они быстро спускались по лестнице, когда Хигамару оглянулся на автобус:

— Эй, водитель, где безопаснее — сверху или снизу?

Он не договорил. Водительское кресло было пустым. Хигамару замер на мгновение, потом крикнул:

— О, нас кинули! Быстро убегаем!

Он вылетел из автобуса, и все люди начали разбегаться. Анна и Астро остановились у перил, глядя на воду, которая начала собираться в небольшие торнадо, а затем резко взрываться, поднимая столбы воды.

Астро сжал кулак, его голос дрожал:

— И это, блин, иллюзия? Я всё ещё не могу поверить.

Анна схватила его за руку и потянула за собой:

— Быстрее уходим! Абель, за мной!

Абель последовал за ними.

---

Ариэль стояла на башне, глядя через стекло на разворачивающийся хаос. Она взяла жёлтый шарик, и тот зазвенел. Она поднесла его к уху, и голос Сабрины раздался с другой стороны:

— Здравствуй, Ариэль. У меня к тебе хорошая новость.

Ариэль нахмурилась, её голос звучал резко:

— Какая?

Сабрина усмехнулась, её голос был лёгким, почти игривым:

— Ваши работники, когда разбирали склад, нашли сёрф с доской. Хорошая волна. И сказали:

— Сёрфинг? Не похоже на Ариэль. Но внешность бывает обманчива.

Она посмотрела на бушующую бурю за окном и добавила:

— У меня тут ЧП. И больше не звоните мне.

Она отключила шарик и выбросила его в сторону, но потом задумалась. Она повернулась к помощнику, и тот кивнул, сразу же выбегая из комнаты.

---

В самолёте Сабрина повернулась к Валентине:

— Ну всё, я отправила Ариэль зашифрованное сообщение, которое Сэнтинал не сможет прочитать.

Валентина кивнула, поправляя катану на поясе:

— Ну всё, готово.

Сабрина подошла ближе, её голос стал серьёзным:

— Повтори план.

Валентина задумалась на мгновение, потом сказала, чётко и уверенно:

— Я пойду влетаю в эту иллюзию — это всё ненастоящее, так что пробиваться через дронов будет легче. Вы оба пойдёте спасать Анну и Астро и остальных людей, будете эвакуировать и смягчать урон.

Сабрина кивнула, её голос стал тише:

— Да. Но в прошлый раз тебя сбил поезд.

Валентина усмехнулась, и в голосе её появилась сталь:

— На этот раз я буду полагаться на чистые тёмные инстинкты. Понимаешь?

Сабрина наклонила голову, её голос звучал с любопытством:

— Что это?

Валентина покачала головой, и её голос стал твёрже:

— Ну, я не знаю... Это непредсказуемо. Но я справлюсь. Обещаю.

Сабрина положила руку ей на плечо:

— Да. Ты справишься. Я верю в это. Активируй метку на всю и зажигай там. Покажи, кто ты настоящая женщина.

Норн шагнула вперёд, её голос был мягким, но твёрдым:

— Ты так выросла. Обещай, мы там внизу спасём твоих друзей.

Валентина кивнула и шагнула к открытому люку, готовая прыгнуть в бурю.

---

Группа «Ц» выбегала на нижний ярус моста. Рин, Астро, Анна, Хигамару и Агнес стояли у перил, глядя на то, как вода собирается в торнадо, совмещаясь с облаками и притягивая всё вокруг. Молнии били отовсюду, разрушая здания и дороги.

Рин крикнул, перекрывая шум ветра:

— И вы говорили, что элементалы слабые?! Это что за апокалипсис?

Абель стоял рядом, его голос звучал напряжённо:

— Давайте уйдём! Это небезопасно здесь!

Хигамару вглядывался в бурю, его голос дрожал:

— Вода, гроза и ветер объединяются, как вал-дрон...

Астро сжал кулаки, его голос звучал с отчаянием:

— Они же не настоящие, да?

Анна покачала головой, её голос был тихим, почти беззвучным:

— Как по мне, натуральнее некуда.

Из воды начал собираться тройной тёмный ураган. Они совместились, и появился огромный силуэт — половина человека с вихрем на лице. Он повернулся к героям, и они застыли.

Абель выдохнул, узнавая его:

— О нет... Он вернулся.

Астро и Анна застыли, узнавая фигуру. Обливион.

Сверху торнадо начал совмещаться с облаками, и в молниях проступили очертания лица монстра. Он крикнул, и молнии пронзили город, разнося всё вокруг.

Сэнтинал стоял у перил, глядя на монстра с открытым ртом:

— А вот это угроза уровня войны......

Он остановился и сказал холодно:

Всё только начинается.

---

Конец семьдесят девятой главы.

Глава 80 — Бойня.

Глава 80 — Бойня

Зет стоял в своей лаборатории, у тёмного стеклянного окна, и смотрел издалека на огромный торнадо, который нависал над мостом, закрывая собой небо. На его плече сидел Мими, его длинные щупальца лениво покачивались, и он смотрел на разрушение с детским восхищением.

— Ничего себе шоу, господин! — сказал Мими, его голос звучал с восторгом. — А почему мы в этом не участвуем?

Зет не обернулся, его голос был ровным, почти скучающим:

— Мы не часть плана. Это не наша часть плана.

Мими наклонил голову, его щупальца чуть дрогнули:

— А почему вы отправили Обливиона?

Зет усмехнулся, и в его голосе появилась лёгкая гордость:

— Чтобы усилить эффект реальности. Если Обливион там наводит суматоху, и его побеждает... как бы фейк Удзуки — это наведёт на то, что Удзуки станет просто героем современности. А вливание наведёт хаос в воде, а также убьёт пару специальных человек, которые сказал Сэнтинал. А мы лишь за этим наблюдаем.

Мими подпрыгнул на его плече, хлопая щупальцами:

— А, красиво! И это всё сделано с дронами — иллюзия. Я даже не могу в это поверить!

---

В городе Сэнтинал стоял у перил второго яруса моста, глядя на то, как торнадо начинает сливаться с водой. Из него появлялось огромное лицо, которое начинало разрушать мост и дома. Обливион с другой стороны начал погружаться в воду озера, уничтожая всё вокруг, создавая волны, которые захлёстывали берега.

Астро смотрел на это, и голос его дрожал:

— Мне кажется, или Обливион тут настоящий уже?

Анна кивнула, её голос был твёрдым, но в нём чувствовался страх:

— Да. Это не фейк. Обливион — демон, который сбежал тогда, как по словам Валентины. И он пришёл дополнять иллюзию.

Иллюзия Удзуки летала над мостом с меткой на голове, нападая на огромного ветряного гиганта. Она стреляла лазерами, уклонялась от ударов, и голос её звучал громко, героически:

— Ты не остановишь меня! Я тебя одолею!

Люди на мосту начали радоваться, кричать, поддерживая его. Рин поднял кулак вверх:

— О, Удзуки сейчас уничтожит этого гиганта!

Анна пригляделась, её глаза сузились:

— А что, если... Удзуки знает, что мы знаем его?

Астро повернулся к ней, его голос стал тише:

— Что?

Она ответила, и в голосе её появилась паника:

— Тогда получается, мы в опасности. И наши друзья тоже. Быстро убегаем!

Они побежали, и Абель решил последовать за ними. Он побежал за ними, не оглядываясь.

---

С другой стороны Ариэль стояла на башне, сжимая жёлтый шарик, и говорила в него, её голос звучал с тревогой:

— Алло, Удзуки! Ты сможешь его остановить?

Иллюзия Удзуки отстреливалась, уворачиваясь от атак, и голос её звучал с уверенностью:

— Да! Попытаюсь! А вы убегайте!

Ариэль покачала головой, её голос стал твёрже:

— Мы не такие пугливые, чтобы бежать и бросать своих! А ты там... Ну, победи его, ладно?

---

Сэнтинал стоял на втором ярусе моста, проходя по длинному коридору. Стеклянные стены отражали бушующую бурю снаружи. Он говорил в булавку, его голос звучал ровно:

— Альфред, что я должен ответить Ариэль в этот момент?

Альфред ответил мгновенно:

— Два элементала слились и стали огромным ветреным монстром.

Сэнтинал усмехнулся:

— Что-то мощное есть, чтобы Ариэль прям удивилась.

Альфред добавил:

— Сейчас найдём.

---

Самолёт Валентины начал подлетать к городу. Сабрина сидела за штурвалом, глядя на торнадо-гиганта, и её голос звучал с неверием:

— Воу... И это иллюзия? Это точно иллюзия?

Норн смотрела через окно, её голос был тихим, но твёрдым:

— А пока как по мне — реальное существо.

Валентина стояла у открытого люка, ветер трепал её волосы и одежду. Она поправила катану на поясе и сказала, перекрывая шум ветра:

— Да. Это фантом. Не бойтесь.

Норн посмотрела на неё, её голос звучал с беспокойством:

— Не упади там.

Валентина усмехнулась, поправляя воротник кимоно:

— Окей.

Она повернулась к кабине и сказала в связь:

— Сабрина, направьте нас выше. Чтобы Сэнтинал нас не заметил.

Самолёт начал набирать высоту, уходя в облака. Валентина стояла у края, глядя вниз, и её голос звучал в наушнике:

— Сабрина, у меня к тебе вопрос.

Голос Сабрины ответил с лёгкой заминкой:

— Да?

Валентина заговорила, но не успела договорить:

— Какие у тебя там отношения с Мишей...

Воздух под ней дрогнул. Она потеряла равновесие — и упала, сорвавшись с края. Сабрина лишь проводила её взглядом, и голос её звучал отстранённо:

— Ну, нормальная.

Валентина падала с огромной скоростью, прямо в центр смерча. Норн смотрела ей вслед, потом повернулась к Сабрине:

— Пошли! Сабрина, поможем Астро и Анне сбежать!

Самолёт начал снижаться. Норн резко заметила через окно Обливиона — его тёмная фигура возвышалась над водой, и она сказала, её голос стал твёрже:

— А вот это уже не иллюзия. Я точно это знаю.

Сабрина повернулась к ней, нахмурившись:

— Что это значит?

Норн сжала посох, и в голосе её появилась решимость:

— Его нужно уничтожить лично. Сломать то, что мы не смогли в психбольнице.

Сабрина кивнула, её голос стал серьёзным:

— Ты готова к этому?

Норн улыбнулась, но в улыбке не было веселья:

— Ещё как. Нужно его отгородить от Валентины, чтобы он не мешал разрушать иллюзию.

Самолёт сел на землю, а Валентина сверху продолжала падать с огромной скоростью.

Валентина падала вниз. Ветер свистел в ушах, разрывая одежду, и она видела, как гигант продолжает сражаться с фейковым Удзуки. Он повернул к ней своё лицо, и из его рта вырвалась молния — яркая, ослепительная. Она ушла в сторону, едва не задев её, и Валентина выхватила меч, её голос прозвучал твёрдо, перекрывая шум:

— Это иллюзия. Не бойся.

Она провалилась сквозь тело гиганта, как сквозь туман, и оказалась внутри. Она подхватила одного из дронов, который висел в воздухе, залезла на него и осмотрелась.

Внутри иллюзии было красиво. Невероятно красиво. Красные и синие точки мерцали, как звёзды, сотни дронов висели в воздухе, создавая сложную световую палитру. Прожекторы подсвечивали их, и всё пространство внутри гиганта напоминало небо, полное огней.

Валентина перевела дыхание и тихо сказала:

— Такой красоты я ещё нигде не видела.

Но времени любоваться не было. Она взяла катану, и тёмная энергия потекла по лезвию, создавая тонкий трос. Она начала перепрыгивать с одного дрона на другой, обматывая их своим лассо, создавая паутину. Она двигалась быстро, почти танцуя, и каждый дрон, которого касался её трос, становился частью сети.

---

На втором ярусе моста Сэнтинал стоял у окна и смотрел на гиганта. Он заметил дрожь в иллюзии — вспышки, сбои. Он нахмурился, нажал на булавку:

— Альфред, что за сбои в коде?

Голос Альфреда ответил ровно, без паники:

— Может, птицы залетели. Неважно.

Сэнтинал покачал головой, его голос стал жёстче:

— Нет. Я лично проверю. Открой камеру вручную.

Перед ним появилась голографическая проекция — запись изнутри гиганта. Он увидел, как Валентина внутри начала обматывать дронов чёрным лассо, создавая паутину. Его глаза расширились.

Альфред спросил:

— Вы заметили кого-то?

Сэнтинал помолчал мгновение, потом его голос взорвался холодной яростью:

— Да. Убью дурака!

Альфред ответил с лёгкой иронией:

— Для девушки звучит "дура" вообще-то.

Сэнтинал не ответил.

---

Валентина закончила переплетать дроны между собой. Она остановилась на одном из них, перевела дыхание, сжала катану и прошептала:

— Хоть бы сработало.

Она нажала на клинок — и тёмная ударная волна прошла по всей паутине, по каждому дрону, к которому она прикоснулась. Они начали глючить, искрить, и иллюзия гиганта начала распадаться. Фейковый Удзуки исчез, гигант разломился на куски, и ураган начал стихать.

Сэнтинал смотрел на это с непониманием.

— Босс, — сказал Альфред, — иллюзия рассыпается.

Валентина перепрыгивала с одного дрона на другой, пробиваясь сквозь дыры в гиганте, и её глаза встретились с глазами Сэнтинала на втором этаже моста. Она улыбнулась — холодно, решительно.

— Я тебя вижу, — сказала она. — Теперь конец. Отдавай тело Удзуки.

Она прыгнула вперёд, ускоряясь в воздухе, направляясь прямо к нему. Сэнтинал не двинулся с места, но голос его стал резче:

— Альфред, предоставь мне защиту.

Один дрон врезался в Валентину прямо перед атакой, сбивая её с курса. Она упала вниз, ударилась о нижнюю часть моста, проломив асфальт, и встала, держась за бок.

Сэнтинал стоял на втором ярусе, глядя на неполноценную иллюзию, и его голос звучал холодно, почти скучающе:

— Альфред, к чёрту иллюзию. Полностью убери всё. Отключи и меня, и все разрушения.

Альфред переспросил с лёгким удивлением:

— Убрать всё, что было? Реально?

Сэнтинал кивнул:

— Да. Убери всё. Оставь только дронов.

Иллюзия исчезла окончательно. Гром, молнии, торнадо — всё пропало. Остались только пятьсот дронов, висящих в воздухе. Люди застыли, глядя на пустое небо, и тишина повисла над городом.

Перед окном Ариэль из невидимости появился дрон, готовый убить её. Она не шелохнулась, но голос её был холодным:

— Подстрахуешь?

Помощник сверху резко выстрелил из посоха — дрон разбился вдребезги. Ариэль повернулась к нему, её голос звучал ровно:

— А как же?..

Анна, Астро и Абель выбегали в другую сторону, подальше от моста, когда самолёт Сабрины приземлился прямо перед ними, поднимая облако пыли. Дверь открылась, Сабрина вышла, оглядела их и махнула рукой:

— Опа! Вы здесь. Идёмте, проходите.

Астро застыл на мгновение, его глаза расширились:

— Сабрина? Госпожа, это вы?

Сабрина уже разворачивалась, впуская их внутрь:

— Пошли, я от Валентины. Я помогу вам.

Анна запрыгнула в самолёт, на ходу спросив:

— Вы работаете на Валентину?

Сабрина усмехнулась, занимая место у штурвала:

— Я работаю вместе с Валентиной, а не на неё.

---

Сэнтинал стоял на втором ярусе моста и смотрел, как самолёт приземляется. Его глаза сузились, и голос стал холодным:

— А это ещё что? Альфред, устрани.

Один дрон сорвался с места и выстрелил. Самолёт взорвался, и пламя охватило его корпус. Сабрина выпрыгнула из кабины в последний момент, прикрывая собой остальных:

— Новый план — отходим в безопасное место!

Они побежали в сторону, прячась за руинами машин и обломками моста.

---

Валентина смотрела на взрыв издалека, её лицо исказилось тревогой. Она нажала на связь в ухе, её голос дрожал:

— Алло! Сабрина, вы там живы?

Голос Сабрины раздался сквозь помехи, но был твёрдым:

— Да, конечно! Не бойся за нас, иди и уничтожь Сэнтинала!

Валентина выдохнула с облегчением.

Сэнтинал перевёл взгляд с неё на остальных и сказал холодно:

— Альфред, устрани Валентину.

Голос Альфреда ответил мгновенно:

— Понял.

Сотни дронов отделились от основной группы и устремились вниз, к ней.

---

Валентина стояла внизу моста, прикрываясь за разбитой машиной. Она перевела дыхание, сжала катану, активировала метку. Тёмная энергия потекла по её телу, и она сказала себе тихо:

— Ох... будет сложно.

Она выбежала из-за укрытия — прямо на дронов. Они начали стрелять, выпуская лазеры, пули, всё, что могли. Валентина уворачивалась, прыгала, перекатывалась, скользила по асфальту между машинами. Она была быстрой, быстрее, чем раньше — и каждое движение было точным, рассчитанным.

Один из дронов создал ударную волну. Валентина отлетела, пролетела несколько метров и повисла над водой, ухватившись за одного из дронов. Она повисла на нём, и он потащил её вверх. Дроны преследовали её, стреляя снова и снова, но она сделала сальто в воздухе, использовала тьму и исчезла. Дроны врезались друг в друга, теряя равновесие, и она появилась снова — ниже, у самого моста.

---

Обливион остановился. Он перестал атаковать и посмотрел на дронов, на суматоху, на разрушения, которые теперь казались чужими. Он не знал, что делать — продолжать ли, или отступить.

Резко золотая атака врезалась в его водяную голову. Она распалась на мгновение, но восстановилась почти сразу. Он повернулся и увидел её.

На дальнем берегу, рядом с мостом, стояла Норн. Маленькая, с посохом в руке, и её взгляд был холодным и твёрдым, как сталь. Она сказала тихо, но голос её разнёсся по воздуху:

— Ну... Закончим то, что не закончили в психбольнице?

Обливион вспомнил. Он вспомнил, как сражался с ней и Удзуки в том сером месте, как она не отступала, как её золотая магия пробивала его тело. Его форма воды под ним закружилась быстрее, увеличиваясь, и он ринулся на неё с чудовищной скоростью. Вода вокруг него поднялась волной.

Норн даже не моргнула.

-------

На мосту бой продолжался. Валентина быстро отступала за машины, прижимаясь к ним, пока дроны не переставали стрелять пулями, лазерами, всем, что могли выпустить. Осколки летели в стороны, одна из машин рядом с ней содрогнулась от прямого попадания и задымилась. Валентина вжалась в землю, тяжело дыша, и нажала на связь:

— Алло, Сабрина! Скажи хоть что-нибудь! Успокойте меня!

Голос Сабрины прозвучал сквозь помехи, но в нём чувствовалась уверенность:

— Мы здесь, мы в безопасном месте, с нами ничего не будет. Ты лучше доберись до Удзуки.

Валентина выдохнула, с облегчением закрыв глаза на мгновение:

— Слава богу... Я и пытаюсь это сделать, но тут столько дронов, которые мне мешают!

Рядом с ней взорвалась граната, и Валентина едва успела откатиться в сторону, прикрываясь рукой от осколков. Она поднялась, отряхиваясь, и сказала, её голос стал твёрже:

— Будет трудно просто так вырубить Сэнтинала и после этого забрать Альфреда... Но я попробую не сильно ранить его. Это всё-таки Удзуки.

Сабрина ответила:

— Мы поможем тебе отстранить Обливиона от тебя.

Валентина кивнула, хотя знала, что Сабрина не видит этого.

Она перескочила через очередную машину, взяла лассо из тёмной энергии и прикрепила его ко второму этажу моста. Она поднялась вместе с машиной, дроны пошли за ней снизу, и на самом верху она пнула машину обратно в них — та раздавила десять дронов, оставляя за собой искры и обломки.

В воздухе она подхватила двух дронов, начала летать вместе с ними, попутно стреляя в других. Один из них создал ударную волну — Валентина отлетела на самый верх моста, ударилась о бетон, но встала, вытирая кровь с лица. Она глубоко вдохнула и выдохнула:

— Всё больше чувствую боль в теле...

Сэнтинал посмотрел наверх, заметив её, и на его лице появилась холодная улыбка:

— Попалась.

Он нажал на кнопку. Все дроны, которые стояли наверху, начали стрелять огнём со всей силы, поджигая всё вокруг. Валентина через секунду выбежала из пламени с огромной тёмной скоростью, скользя вниз по перилам моста. Она оказалась внизу, и её одежда была чуть подгоревшей, как и лицо. Она сделала оборот и кинула катану — она вращалась, разрезая пятнадцать дронов, и вернулась к ней в руки.

Она побежала вперёд, разрушая дронов одного за другим, используя тьму и скользя по тротуару. Мощный разрез в виде полумесяца прошёлся по мосту, чуть-чуть разрушив основание. Сэнтинал пошатнулся наверху, но не изменил взгляда. Он посмотрел на неё с лёгким интересом, и голос его звучал с лёгкой усмешкой:

— Сложнее убить, оказалось.

Он заметил, как Валентина пронеслась прямо рядом с ним на огромной скорости, и её взгляд дал ему понять, что она доберётся до него. Она упала вниз, но перегруппировалась.

Сэнтинал смотрел на это с улыбкой:

— Ммм... Теперь понятно, почему это тело так влюбилось в неё при первом взгляде на неё.

Он пошёл вперёд, и дроны приняли форму льда, чтобы заморозить Валентину.

Валентина замечает взгляд Сэнтинала. Она останавливается на мгновение, тяжело дыша, и её голос срывается на крик, полный боли и надежды:

— Ну же, удзуки очнись! Если ты там, глубоко внутри... Это вообще ты?!

Она побежала дальше, но дроны начали её замораживать. Один ледяной луч коснулся её предплечья — холод пронзил кожу, и она резко дёрнулась, ломая лёд. Кровь сочилась из ран, стекая по руке тёмными каплями. Она задержала дыхание на мгновение, посмотрела на свою руку, потом на осколок зеркала от разбитой машины. Её лицо было обожжённым, израненным, но она лишь коснулась его пальцами и тихо сказала:

— Блин... Моё лицо такое страшное... — Она помолчала, потом добавила, твёрже: — Ничего. Оно того стоит.

И побежала дальше.

---

На севере, в старом поместье, Нанахоши продолжала писать коды. Её спина была прямой, глаза сосредоточены, и она не позволяла себе ни секунды отдыха. Она закончила первую формулу, поднесла руку к сейфу и сказала:

— Первая попытка.

Она ввела код. Ничего. Сейф остался закрытым.

Прошло время. Пол был завален исписанными листами, формулы переплетались, становились сложнее, точнее. Она не поднимала головы.

— Попытка номер пятьдесят шесть.

Отказ.

Прошло ещё время. Свет за окном сменился на сумерки, потом на ночь. Нанахоши сидела в той же позе, не меняя положения. Её голос звучал ровно, без эмоций:

— Попытка триста семьдесят семь.

Отказ.

Наступило утро. Бумаги уже не помещались на полу — они лежали стопками у стен, покрывали стол, свисали с краёв. Нанахоши не останавливалась.

— Попытка тысяча двадцать три.

Отказ.

Прошёл день с половиной. Её рука двигалась механически, но она не выглядела уставшей. Ни тени усталости на лице, ни дрожи в пальцах.

— Попытка три тысячи девятьсот сорок два.

Она ввела код, и сейф резко открылся. Из него вылетел Удзуки — он упал на пол, держась за голову, пытаясь прийти в себя. Он поднял глаза, увидел Нанахоши, и его голос сорвался:

— Какой же ужас... Какой же ужас! Что этот урод там творит?! Быстрее, нам нужно идти! Спасать Валентину! Нанахоши, пошли!

Он резко побежал в коридор, но Нанахоши не двинулась с места. Она стояла, схватившись за запястье, и смотрела в сторону.

Удзуки вернулся, запыхавшись:

— Нанахоши, чё ты медлишь?! Я освободился, наконец! Я видел всё, что делал этот гад! Теперь мы можем его остановить, пока там нарастает хаос!

Нанахоши не ответила. А удзуки задумался.

---

В городе Сэнтинал смотрел на разрушения. Довольная улыбка тронула его губы, когда он оглядывал дым, руины, панику. Альфред заговорил из булавки:

— Босс, господин... А как вы объясните народу, что это была иллюзия? Как вы объясните свои силы и как вы исчезли?

Сэнтинал усмехнулся, поправил воротник:

— Не бойся, Альфред. Я же говорил — в случае сломания иллюзии мы перейдём к плану Б. Что мы сейчас и делаем. А в случае моей смерти... перейди на план С. Ладно?

Альфред ответил без задержки:

— Будет сделано.

Конец восьмидесятой главы.

Восемьдесят первая глава — Удар в самое сердце

Комната. Тишина, которая давит сильнее, чем любые слова. Удзуки стоит посреди разбросанных бумаг, не понимая, в чём дело. Он смотрит на Нанахоши, и голос его звучит растерянно, почти умоляюще:

— Нанахоши, почему ты не ходишь со мной?

Она не отвечает. Просто стоит, взяв одной рукой другое запястье, и смотрит в сторону. Её пальцы сжимаются, но она молчит.

Удзуки переводит взгляд по комнате. Он видит горы бумаг, исписанных формулами, стопки листов, лежащие на полу, на столе, у стен. Он видит, сколько их — тысячи, десятки тысяч. Он видит все эти расчёты, все попытки, все отказы. И до него доходит. Он смотрит на Нанахоши — и замечает, как её маска медленно наполняется слезами. Они собираются у края, дрожат, и одна из них падает на пол, разбиваясь о каменную плиту.

Голос Нанахоши тих, в нём слышна дрожь, которую она пытается скрыть:

— Значит... Валя, да? В первую очередь...

Удзуки застывает. Он не знает, куда деть руки, и смотрит вокруг, пытаясь найти слова:

— Сколько ты трудилась... чтобы спасти меня?

Нанахоши еле сдерживает слёзы. Она подтягивает нос, пытаясь сохранить голос ровным, но он срывается:

— Один с половиной дня. Беспрерывной работой. Без сна, без еды. Адские расчёты... — она делает паузу, и голос её становится тише, почти беззвучным: — Ради чего? Чтобы ты снова пошёл к Валентине? А где я в этой истории? Где хотя бы благодарность?

Удзуки сорвался с места. Он схватил Нанахоши за плечи, его руки дрожали, и голос его был полон отчаяния:

— Нанохоши прости! О господи, прости! Извини!

Она отвела взгляд. Она не стала смотреть на него. Просто стояла, чувствуя его руки на своих плечах, и молчала.

Удзуки хотел что-то сказать, но вместо этого просто обнял её. Так крепко, что они оба упали на колени, и он бесконечно повторял одно слово, уткнувшись лицом в её плечо:

— Прости... прости... извини...

Он говорил, не останавливаясь, голос его срывался:

— Я понимаю твои чувства. Мне жутко стыдно перед тобой, перед твоим адским трудом, чтобы спасти меня, а я как чудовище даже не поблагодарил. Какой же я ужасный парень на свете. Не знаю почему, но я всё время тянусь к Валентине... Не знаю, я не знаю... Я понимаю тебя.

Он начал плакать. Слёзы текли по его лицу, и он не пытался их скрыть:

— Я понимаю твою обиду. Ты можешь не прощать меня, но прости, пожалуйста. Если бы та же ситуация была с обратной стороны, мне было бы тоже больно. А ты это терпишь... Какой же я урод.

Он поднял голову, взглянул на неё, и голос его стал твёрже, почти отчаянным:

— Пусть я горю в аду за то, что я так сделал. Прости. Нанахоши... Если хочешь, я могу сейчас сделать всё, что ты хочешь. Я могу даже не пойти спасать Валентину. Только ради тебя.

Она молчала. Потом тихо сказала:

— Ну и зачем мне это?

Удзуки опустил голову, его голос стал тише:

— Эх... Если бы ситуация была обратной, я бы хотел столько страданий для тебя. Я готов страдать, чтобы ты была счастлива.

Он посмотрел на её пальцы — содранные до крови, покрасневшие от бесконечного писания. Ему стало ещё больнее. Он сдерживал слёзы руками, потом продолжил:

— Ты ценишь меня, как никто другой. Ты единственная, кто любит меня по-настоящему. А я это не ценю. Блин... Какой же я парень тебе после этого?

Он помедлил, потом сказал, почти шёпотом:

— Если хочешь, мы можем расстаться. Для тебя так лучше. Зачем держать парня, который вечно тянется к другой? Ты правильно говорила, что я слишком тупой и не готов к отношениям.

Нанахоши подняла на него глаза, и в голосе её появилась лёгкая усмешка:

— Ты реально просишь расставания после одной ссоры?

Удзуки покачал головой:

— Это тебе решать. Я готов на всё, чтобы ты была просто счастлива.

Она вздохнула, и голос её стал тише:

— Ты реально думаешь, что всё можно решить одним прощением? Что такие глубокие обиды одними обнимашками решаются?

Удзуки встал, опустив плечи:

— Ты права. Я не знаю, как искупить вину. Можешь спросить о чём угодно.

Нанахоши отвернулась:

— Уйди.

Удзуки застыл:

— Но...

— Иди уже. Спасай свою Валентину.

Он медленно пошёл к двери, и голос его был тихим, почти беззвучным:

— Единственное отношение, которое я смог нормально наладить, и то начинает разрушаться. Только из-за меня. Отлично... Вот удзуки... Не зря отец говорил, что ты испортишь кому-то сердце в будущем. И умрёшь жалко в битве с собой.

Эти слова зацепили Нанахоши. Она хотела что-то сказать, но Удзуки с грохотом закрыл дверь. Она промолчала.

---

Удзуки побежал. Изо всех сил, не оглядываясь, продвигаясь к центру города, к мосту.

---

В городе, рядом с огромным озером, Норн вылетела из воды, скользя по траве. Обливион стрелял в неё двумя водяными струями, но она мягко отклонила их золотым посохом в другую сторону. Она усмехнулась:

— Хочешь, покажу фокус?

Она создала жёлтый шарик и кинула его в Обливиона. Тот сделал дыру в своём животе, пропуская шарик, но тот вернулся и взорвался в радиусе тридцати метров. Обливион расплылся, но снова появился из озера.

Норн нахмурилась:

— Теперь он намного сильнее из-за бесконечного источника воды. И где его предмет? Он спрятал его в океане?

Обливион напал снова, но Хигамару подхватил Норн и отбежал в сторону:

— Не бойся, малявка! Мы уже не такие бесполезные на этой экскурсии!

Рин вышел вперёд, сжимая меч:

— Я разрезаю воду мечом!

Он рубанул Обливиона, но меч прошёл сквозь него. Обливион ударил Рина, отправив его на третий этаж башни. Абель шагнул вперёд, его голос был твёрдым:

— Хигамару принёс наше оружие, но это не гарантирует победу над этим дивизионом.

Норн поднялась, отряхиваясь, и сказала:

— Нужно найти его предмет. По-любому он спрятал его в этом огромном озере.

Норн стояла у края воды, всматриваясь в тёмную гладь озера, и её голос звучал напряжённо:

— Его предмет — это трость. Попробуйте найти эту трость в океане, а так мы его не уничтожим. Он слишком неуязвим.

Обливион понял, что находится далеко от реки, и снова присоединился к озеру. Он увеличился в размерах, поглощая воду, становясь гигантом, и начал стрелять водяными шарами размером с дома прямо в героев.

Герои прятались за бетонными стенами, уворачиваясь от ударов. Норн повернулась к Хигамару:

— Хигамару, быстро определи, где может быть трость в океане.

Хигамару удивлённо поднял брови:

— А интересно, как я это сделаю?

Норн ответила, её голос был твёрдым:

— Иди, побеги, посмотри зрением своим.

Хигамару вздохнул, вышел прямо на открытое место, один на один с Обливионом, и начал разминаться, прыгая на месте. Обливион посмотрел на него странно, потом резко создал огромную водяную струю. Хигамару усмехнулся:

— Ну давай, попробуй попасть.

Он активировал метку скорости, и его голос стал тише, сосредоточеннее:

— Я сама скорость.

Он выбежал как пуля, пробившись сквозь Обливиона, и побежал прямо по воде. Он был настолько быстрым, что вода даже не могла его потопить. Он кружил, осматриваясь, а Обливион погнался за ним, как подводная машина.

Норн подошла к воде, вглядываясь в неё:

— Где может быть предмет? У нас нет прозрачного мира, чтобы опознавать...

Абель покачал головой:

— Возможно, он полностью скрыл его далеко, чтобы мы не нашли его и не сломали.

Агнес стояла в стороне, отправив Роберта сверху, чтобы искать. Рин подошёл к воде, надел маску для глаз и сказал:

— Ща я найду его.

Он резко вошёл в воду и начал плавать, погружаясь всё глубже. Норн посмотрела на него с беспокойством:

— У него дыхалка-то хватит?

Абель усмехнулся:

— Да, он же рыба наполовину. Как он говорил.

Рин начал плавать и искать внутри. Хигамару тем временем продолжал бежать, уворачиваясь от атак Обливиона, и взглядом заметил множество дронов вдалеке. Он прошептал:

— Ого... А Валентина-то справится?

---

Валентина, в свою очередь, продолжала сражаться с дронами. Лёд всё больше настигал её, ломался об её кожу, оставляя глубокие царапины. Она посмотрела на свои руки — костяшки были содраны до крови, пальцы дрожали. Она сжала катану и сказала себе тихо:

— Взгляд Сэнтинала сбивает меня с толку... Этот приятный взгляд Удзуки мешает мне... Жалко, что я не сказала. Будет сложнее бросить это, чем я думала. Нужно придумать тактику.

Валентина собрала силы в кулак и рванула вперёд — прямо в центр роя дронов. Она схватила одного из них, насадила его на катану и с силой швырнула в остальных. Дроны бросились за ней, и она начала кружиться, привязав с помощью троса из тёмной энергии себя к перилам моста, увеличивая радиус, собирая вокруг себя всё больше и больше машин.

Дроны стреляли — огнемёты, лед, пули, каждая атака задевала её, но она не останавливалась, продолжая кружиться. Сэнтинал смотрел на это, и его голова медленно поворачивалась, следя за её движениями.

Когда Валентина собрала всех дронов вокруг себя, она резко создала тёмную стену с помощью катаны. Дроны врезались в неё и взорвались. Ударная волна откинула её назад, она сделала сальто в воздухе и приземлилась на ноги, глядя на сотни уничтоженных машин.

Она усмехнулась.

Но в ту же секунду прилетела ударная волна — она врезалась в машину рядом, разломав её надвое. Ещё одна ударная волна — и вторая машина прилетела в неё, придавив с двух сторон и выбросив с моста.

Она упала в воду.

Сэнтинал смотрел на это с холодной улыбкой:

— Отлично.

Альфред отозвался из булавки:

— Угу. Босс, мне приступать к плану?

Сэнтинал кивнул:

— Да, да. Начинай.

---

В другой части Селенции пятнадцать дронов начали одновременно стрелять жёлтым лазером в цепи печати. Без остановки, все одновременно, в разные точки. Сэнтинал усмехнулся:

— Отлично! Альфред, приступай к плану Б.

Альфред согласился. Дроны продолжали стрелять, усиливая мощность, поражая цепи одну за другой. Сэнтинал смотрел вдаль:

— Надеюсь, этого времени хватит, чтобы разрушить печать... Посмотрим.

---

Обливион создал два огромных кольцеобразных кокона и кинул их прямо в Норн и Абеля. Абель оттолкнул Норн в сторону и принял удар на себя — он полетел через дома, разрушая их, и приземлился на землю, тяжело дыша.

Норн посмотрела на него, потом перевела взгляд на Обливиона, и голос её стал холодным:

— Похоже, пора мне не сдерживаться больше.

Она подошла к берегу и крикнула:

— Эй, Обливион! Хочешь узнать, чему я научилась у Альдебарана за всё это время?

Обливион застыл. Норн сделала несколько шагов и оказалась над водой — она парила под жёлтой аурой, её посох светился золотым светом.

— Иди ко мне, — сказала она. — Ощути вкус дитя.

Обливион разозлился и погнался за ней, создавая торнадо вокруг неё. Но Норн стояла неподвижно, и жёлтый барьер испарил всю воду вокруг неё. Она покрутилась один раз, подхватила Обливиона и испарила его тело. Из озера появилось другое, пытаясь схватить её за ногу, но она лишь поднялась выше.

---

Хигамару продолжал быстро бегать, делая круги, пытаясь найти предмет. Сэнтинал заметил его и сказал:

— Альфред, устраним мальчишку.

Несколько дронов отправились к Хигамару, стреляя огнём и льдом. Он уворачивался, но дроны оказывались везде. В один из моментов он остановился, и один из дронов оказался прямо перед ним. Они хотели сбить его сзади, но из-за того, что он остановился, он просто провалился под воду, а дроны столкнулись между собой и взорвались.

Обливион резко погрузился под воду. Норн не заметила этого — и в тот же миг водяной луч опрокинул её, отбросив далеко от берега. Она упала, захлёбываясь водой, кашляя, пытаясь вдохнуть.

Под водой Хигамару попытался выплыть, но Обливион схватил его за горло, сжимая с чудовищной силой. Рин тоже пытался уплыть, но и его настигла та же участь — водяная хватка обвилась вокруг его шеи. Они оба начали терять сознание, и воздух пузырьками выходил из их ртов.

И вдруг вода застыла. Перестала двигаться, замерла, как стекло. А затем начала расходиться, словно её раздвигала невидимая сила.

На берег медленно спустилась Сабрина. Её шаги были лёгкими, и вода расступалась перед ней, как перед королевой. Она вынула меч и сказала, и голос её звучал холодно, без тени страха:

— Выходи уже, демон. Таких, как ты, я на войне пачками убивала.

Обливион медленно начал нарастать над ней, его водяная форма поднималась всё выше. Сабрина смотрела на него с лёгкой улыбкой:

— Так у вас сочинение-то какое?

Она достала меч и, поправив хватку, сказала:

— Обещаю, твоё уничтожение будет быстрым. И болезненным.

Хигамару и Рин уже теряли сознание, но резко вода над ними открылась — это была Анна. Она парила в воздухе, и её магия воды раздвигала озеро в стороны, создавая проход. Она подхватила Хигамару и отнесла его на берег. Рин остался в воде, но теперь мог дышать.

Сабрина впервые открыла глаза, и в них мелькнул холодный свет. Она увидела прозрачным миром — трость Обливиона находилась на северной части озера, в самом низу. Она крикнула, не повышая голоса:

— Рин, иди туда!

Рин услышал её сквозь воду, кивнул и поплыл в указанном направлении. Обливион начал нервничать, его водяная форма дрогнула. Сабрина стояла невозмутимо, и в её взгляде не было ни капли страха.

---

На мосту Валентина еле поднялась. Она кашляла кровью, держась за перила, и каждый шаг давался ей с трудом. Она взяла меч, посмотрела на свои руки — дрожащие, израненные — и сказала себе:

— Половина дронов уничтожена... Но у меня сил не осталось. Больше не могу использовать магию.

Она посмотрела на сломанные дроны, лежащие вокруг, и в её глазах мелькнула искра:

— Хотя... кто сказал, что мне нужна магия дальше?

Она подобрала с земли смятую газету, сжала её в руке и кинула прямо в центр кольца дронов, кружащихся вокруг второго яруса моста. Дроны без колебаний расстреляли её.

Валентина кивнула. Она подобрала один лежащий реактор дрона, подняла его и посмотрела на кольца дронов, которые двигались в такт друг другу. Она задумалась, и голос её стал тише:

— Возможно, тёмную магию я больше не смогу использовать... Но у меня есть один план.

Она заметила, как один из дронов вдалеке выбрасывал сбойные ударные волны — пульсирующие, как сердцебиение. Она взяла дверь от разбитой машины, прикрылась ею, в другую руку взяла реактор дрона и начала медленно идти на дронов.

Они её заметили. Валентина резко побежала.

Дроны начали стрелять — пули градом обрушились на неё. Валентина прикрывалась дверью-щитом, приближаясь к неработающему дрону. Каждый шаг давался тяжело, щит гудел от ударов, но она не останавливалась. Она резко закинула реактор на второй этаж. Дроны тут же, рефлекторно, уничтожили его — но взрыв оказался мощнее, чем они ожидали. Ударная волна отбросила их, и Сэнтинал наверху пошатнулся, едва удержавшись на ногах.

Валентина быстро подбежала к сломанному дрону, который всё ещё выбрасывал сбойные ударные волны. Она перевернулась, использовала щит как отталкивающую платформу и взлетела вверх. Катаной она разрезала пол и оказалась на длинном коридоре второго яруса моста — позади Сэнтинала.

Она приставила меч к его спине, упёрлась лезвием между лопаток, и голос её стал ледяным:

— Ещё одно движение — или команда — и тебе конец.

Сэнтинал застыл. Валентина продолжала, и в голосе её звучала сталь:

— Больше нет у тебя дронов. Хоть один сейчас подвинется — и ты попрощаешься с жизнью.

В мыслях её пронеслось: «Если он попытается использовать мою слабость — Удзуки — мне конец».

Резко в её ухе раздался голос Сабрины:

— Алло! Валентина, ты справилась с Сэнтиналом?

Валентина ответила, не сводя глаз с его спины:

— Он у меня под контролем.

Сабрина крикнула, почти перебивая её:

— Убивай его к чертям! Это не настоящий Удзуки! Удзуки прибыл сюда, он здесь! А его убей! Он не нужен, он демон!

Валентина одумалась. Сэнтинал стоял на коленях с поднятыми руками, и медленно повернул голову через плечо. На его лице застыла ехидная улыбка, и голос его был мягким, почти ласковым:

— Ну... Снова встретились? Любимая.

Валентина разозлилась. Её зубы сжались, и она выкрикнула:

— Попрощайся с жизнью!

Она с силой вонзила свой тёмный меч прямо в сердце Удзуки — со спины, насквозь. Но меч с другой стороны не вышел.

В императорском замке тот же самый меч вылетел из сердца императора. Он пронзил его грудь насквозь. Барон застыл — его глаза расширились, дыхание остановилось. Катана просто оказалась у него в груди.

Валентина не поняла, почему её катана не вышла с другой стороны. Она выдернула её, и в тот же миг император упал без сознания, а затем — замер.

Сэнтинал начал смеяться. Валентина выкрикнула:

— Чё ты смеёшься?!

Сэнтинал повернулся к ней, и в голосе его звучало безумие:

— А то, что ты сейчас просто нагло убила императора.

Он засмеялся — громко, искренне, как сумасшедший. Валентина застыла. Её руки дрожали. Она не могла поверить.

---

Конец восемьдесят первой главы.

ГЛАВА 82 — УМНЕЙШИЙ.

Валентина стояла, не в силах пошевелиться. Её руки всё ещё дрожали, меч в них казался чужим, тяжёлым, как будто он принадлежал кому-то другому. Она смотрела на Сэнтинала, и голос её сорвался на хрип:

— Это с чего это так?

Сэнтинал сделал шаг назад, поправил воротник и улыбнулся. В его глазах плескалось торжество:

— А то... Нанеся удар прямо мне в сердце, ты сейчас убила только что вашего императора, который правит вами.

Валентина покачала головой, отступая на шаг:

— Это ложь. Это невозможно. Как это может быть связано?

Сэнтинал усмехнулся, его голос стал мягче, почти ласковым:

— А то, что... Помнишь тот момент, когда ты была на собрании у императора в первый раз? Когда вам дали дронов?

Валентина погрузилась во флэшбэк — она стояла в императорском зале, вокруг были божественные маги, Барон, Ллойд, и она чувствовала себя уверенной, сильной. Сэнтинал продолжил, и его голос звучал как насмешка:

— Помнишь, как Леон пытался познакомиться с императором, а потом ударил его по спине, и его рука стала синей? Вы тогда все поверили. Ничего не заподозрили. А он просто поставил душераздирающий портал прямо в моё сердце. Когда меня первый раз создали, он просто поставил это на мою спину, чтобы этот удар в спину отразился в душу императора. И ты его просто сейчас уничтожила. Это так гениально, блин!

Валентина не могла поверить. Она смотрела на него, и голос её дрожал:

— Нет... Как это возможно?

Сэнтинал усмехнулся, разводя руками:

— Тебя просто переиграли тактически, Валя. Ты же знаешь, что ум всегда сильнее обычных мыслей. Думаешь, если ты просто перешла на меч, теперь ты спасёшь всех и каждого? Нет.

Сзади него из невидимости появились два дрона. Они выпустили ударную волну, и Валентину отбросило в самый конец коридора. Она ударилась о бетонную стену и сползла на пол, тяжело дыша.

Сэнтинал посмотрел на неё сверху вниз, и голос его был холодным, почти скучающим:

— На этот раз ты не обойдёшься простым избиением поезда.

---

Сабрина стояла на берегу, глядя на Обливиона, который мчался по воде к Рину. Она взмахнула мечом — разрез прошёлся по всему озеру, рассекая его на две части. Вода разошлась в стороны, обнажая дно, но Обливион успел в последний момент перескочить на другую сторону и побежал дальше.

Анна, парившая в воздухе, использовала все свои силы — огромный водяной разрез разделил озеро на три части. Обливион просто создал себе ноги, побежал по сухой тропе и снова вошёл в воду.

Рин, который заметил трость на дне, начал быстрее ускоряться, но Обливион с дрелью в руках не останавливался. Он хотел убить Рина, и Рин понимал, что не успевает. Он решил сделать отчаянный шаг.

Рин быстро успел подобрать трость и в последний момент кинул её со всей силой в воздух. Но Обливион оказался быстрее — он проткнул дрелью живот Рина, вместе с лёгкими. Рин закашлял кровью, его тело содрогнулось, и он перестал дышать.

Трость полетела в воздух, уже готовая упасть обратно в воду, но Хигамару в ту же секунду оказался быстрее. Он схватил трость, кинул её Анне, а та передала её Сабрине. Сабрина разрезала трость — из неё вылетела красно-чёрная пчела. Анна в ту же секунду раздавила её ладонью.

Хигамару быстро побежал к Рину, подхватил его и вытащил на берег. Вся вода в озере начала исчезать, а из Обливиона потихоньку появился Боб. Он упал на сухое дно, оглянулся, и голос его звучал растерянно:

— Что за место? Почему я не в психбольнице? Я разве не телепортировался?

Хигамару опустил Рина на землю и посмотрел на его рану. Его голос дрогнул:

— О нет... Рин...

Рин усмехнулся, хотя кровь уже сочилась изо рта:

— Я знаю, я знаю... Я сейчас могу умереть. Хотя кого я обманываю — эту рану не выдержать и не залечить. Так что дай мне сказать трагичную речь, наконец.

Хигамару сжал его руку, и слёзы текли по его лицу:

— Я готов, Рин. Хоть с шутками, хоть без.

---

Валентина стояла, глядя на Сэнтинала. Её голос был тихим, но твёрдым:

— Это самый трудный бой за всю мою историю. Ты продумал этот план очень долго и тщательно, на несколько шагов вперёд. Но ты не учёл одного... что ты в любом случае умрёшь. Ты — тупое создание.

Сэнтинал усмехнулся, отодвигая чёлку и поставив правую руку в сторону, словно наслаждаясь этим. Его голос стал громче, с азартом, и каждое слово звучало как удар молота:

— ТВОИ СЛОВА О ТОМ, ЧТО Я ТУПОЙ — САМОЕ БРЕДОВОЕ, ЧТО Я СЛЫШАЛ В СВОЕЙ ЖИЗНИ. ТЫ КАК БЫ ХОЧЕШЬ ЗАДЕТЬ МЕНЯ ПРОСТО ТАК, НО ЭТО НЕ ПОЛУЧИТСЯ. ЧТОБЫ РЕАЛИЗОВАТЬ ЭТОТ ПЛАН, НУЖЕН УМ.

Он начал говорить всё быстрее, его голос повышался, срываясь на крик:

— ЧТОБЫ ПРОДУМАТЬ ВСЁ ЭТО, НУЖНЫ ГОДЫ РАСЧЁТОВ С МИЛЛИОНОМ УЧЁНЫХ! НО Я ЭТО СДЕЛАЛ ВСЁ ОДИН! ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ? И ВСЁ ЭТО Я СДЕЛАЛ САМ, БЕЗ ПОМОЩИ ЖАЛКОГО ЛЕОНА, КОТОРЫЙ ПОДОХ ОТ ПЕРВОЙ ЖЕ ДЕВУШКИ! САМ! С ПЯТНАДЦАТЬЮ ДРОНАМИ, КОТОРЫЕ ВЫ САМИ СОЗДАЛИ! А НУЖНО БЫЛО ПРОСТО ДУМАТЬ ОБ ЭТОМ! ВИДАТЬ, БЫЛО СЛОЖНО!

Его голос сорвался на крик, он схватился за волосы, и каждое слово взрывалось в воздухе:

— ТЫ ВООБЩЕ ГОВОРИШЬ, ЧТО Я ТУПЕЙШИЙ? НЕТ! Я НЕ УДЗУКИ! Я НЕ СЭНТИНАЛ! ИМЯ, КОТОРОЕ Я ПРОСТО ВЗЯЛ ИЗ АРХИВА! Я НЕ КЛОН УДЗУКИ! Я НЕЧТО ДРУГОЕ! Я — САМО ПОРОЖДЕНИЕ ИНТЕЛЛЕКТА! НЕТ, Я ВЫШЕ ЕГО!

Он сделал шаг вперёд, его глаза горели безумным огнём:

— Я!

Повторил, и голос его стал ещё громче, почти нечеловеческим:

— Я!

Он прокричал с безумством, хватая себя за волосы, а потом разведя их в стороны в букве Т и голос его разнёсся по всему мосту, по воде, по небу:

— Я — УМНЕЙШИЙ ЗА ВСЮ ИСТОРИЮ МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ!!!!

Его голос эхом растворился по всем сторонам,местам, небом и миром и тишина, которая наступила после, была тяжёлой, как бетонная плита. Валентина сжала меч, и голос её прозвучал холодно, как сталь:

— Жаль, этот умнейший сейчас умрёт из-за того, что напал не на то. Отдай Альфреда, Удзуки. Или Сэнтинал. Или умнейший. Мне плевать. Быстро давай!

Сэнтинал взял Альфреда в руки и улыбнулся:

— Ты про это? Отбери!

Между ним и Валентиной встали четыре дрона. Они создали иллюзию, и Валентина оказалась в тёмном коридоре — бесконечном, пустом, без выхода.

Она закрыла глаза, сжала меч в руках, и прошептала:

— Не подведи... тёмные инстинкты.

Валентина стояла в темноте, но её голос звучал громко, уверенно, перекрывая гул дронов:

— Ты думаешь, что меня можно очередной раз взять? Ты считаешь интеллект номер один? Но ты забываешь, что интеллект не может просчитать инстинкты.

Она закрыла глаза на мгновение, и перед ней промелькнули образы — иллюзия Элеоноры, психореальность, бесконечные коридоры страха. Она уже проходила через это.

— Я уже не раз прохожу через это, — сказала она.

И резко начала атаковать. Её движения были быстрыми, точными, без магии — только чистая сила и инстинкты. Она прыгала, крутилась, использовала стены и потолок как опору, разрезая дронов одного за другим. Каждая пуля задевала её — руку, ногу, живот — но она не останавливалась.

Коридор менялся — то тёмный, то белый, то красный — из-за глюков и ломающихся дронов. Сэнтинал стоял в конце коридора, наблюдая за этим, и его голос сорвался на крик:

— Альфред, почему эти дроны не стреляют?!

Голос Альфреда ответил ровно, но с напряжением:

— Вы в зоне поражения. Есть риск того, что в вас попадёт.

Сэнтинал закричал, его голос был полон ярости:

— ОГОНЬ СО ВСЕХ ПУШЕК! УНИЧТОЖЬТЕ ВАЛЕНТИНУ КОУСИН!

Все дроны присоединились, влетая в коридор, но Валентина двигалась быстрее. Она разрезала их на сверхзвуковой скорости, схватила один из них и закрутила его, как дисковый шар. Он вращался, стреляя во все стороны.

Две пули случайно попали в живот и сердце Сэнтинала. Он упал на пятую точку, упёршись спиной в стену, и схватился за живот. Валентина разрезала последние два дрона и кинула меч в стену, где он застыл, вибрируя.

Она медленно, пошатываясь, подошла к Сэнтиналу. Её лицо было изранено, она кашляла кровью, но глаза горели. Сэнтинал сидел на земле, сраный и еле дышащий, и его голос был слабым, почти безжизненным:

— Теперь ты понял свою ошибку? Думая, что тебе не попадёт, злодей, сам же умер от своего же оружия.

Сэнтинал поднял на неё глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на уважение:

— Признаю... Возможно, не всё можно умом решить. Иногда инстинкты оказываются сильнее, чем... ум. Знаешь что? Ты заслужила победу. Такая нечеловеческая сила меня просто достала.

Он снял Альфреда с воротника и протянул его Валентине. Его рука дрожала, но голос был твёрдым:

— Ты должна ими достойно пользоваться.

Валентина не взяла Альфреда из рук Сэнтинала. Вместо этого она резко подставила руку в невидимую позу — как будто схватила чью-то невидимую руку. Выстрел пронёсся в сантиметре от её глаза. Она сжала невидимую руку с такой силой, что из невидимости появился настоящий Сэнтинал — тот самый, который хотел её пристрелить. Пистолет выпал из его рук.

— Второй раз меня не обманешь, — сказала Валентина.

Она отобрала Альфреда из воротника ложного Сэнтинала и вторую булавку. Настоящий Сэнтинал застыл. Валентина молча вытащила меч из стены и вонзила его в его сердце. Сэнтинал упал на землю, и на его губах появилась слабая усмешка.

Валентина надела Альфреда и сказала:

— Альфред, ты слышишь меня?

Голос Альфреда раздался из булавки:

— Да, я слышу.

— Останови всех дронов. Хватит огня. Всех их собери сюда, — приказала она.

Альфред ответил без задержки:

— Принято.

Все дроны перестали атаковать. Они замерли в воздухе, а те пятнадцать, которые ломали цепь печати, тоже вернулись. Но знатный ущерб был нанесён — цепи чуть-чуть ослабли.

Валентина посмотрела на Сэнтинала, и голос её был холодным:

— Ты реально хотел меня обмануть. Иллюзия тем, что ты героически погибаешь от своих же рук, а потом признаёшь мою победу? Твоё эго никогда не признает мою победу.

Сэнтинал усмехнулся, и его голос был слабым, но всё ещё с вызовом:

— Разве это победа? Валя, дорогая... Не всё в мире так легко, как ты думаешь. Добро и зло в нашем мире — это относительно понятная вещь. Легко разделить то, что белое, и то, что чёрное. Но серой называется только то, что умеет думать и планировать заранее.

Он щёлкнул пальцами и сказал:

— Альфред, ты знаешь, что делать.

Альфред ответил:

— Принимаю.

В тот же миг все дроны взорвались одновременно. Огромный шар дыма и света разнёсся по мосту, но взрыв никого не задел. Валентина не пострадала. Она посмотрела на Сэнтинала, и голос её дрогнул:

— То есть всё, что мы делали — напрасно? Ты просто уничтожил их, поняв, что проиграл?

Сэнтинал улыбнулся, и кровь уже текла из его рта:

— Это лишь... чтобы вы не расслаблялись в битве с демонами. Поверь... в случае моей смерти ты всё равно проиграешь. Ты думаешь, это единственное, что я продумал? А в случае моей победы исход был бы тем же. Ты недооцениваешь... Я обещаю... таких умных, как я, ты больше не встретишь.

Его голос затих. Он застыл.

Валентина взяла Альфреда и сказала:

— Альфред, это иллюзия?

Альфред ответил:

— Конец иллюзиям, Валентина-сан. Добро пожаловать снова.

Валентина спросила, и голос её звучал с горечью:

— Почему ты уничтожил всех дронов? Разве управления не было у меня?

Альфред ответил с лёгкой виной в голосе:

— Извините, но Сэнтинал запрограммировал меня так, что я выполняю его план «С» в любом случае, вне зависимости от того, кто управляет. То есть, если он погибнет, я автоматически должен был уничтожить всех дронов.

Валентина спросила тихо:

— А ты не исчезнешь?

Альфред ответил:

— Нет. Я всё ещё буду в этой булавке.

Валентина тяжело вздохнула и упала на колени.

Валентина просто сидела на коленях. Её руки безвольно лежали на бёдрах, меч лежал рядом, и она не могла выдавить ни слова. Тишина давила на неё тяжелее, чем любой бой. Альфред заговорил из булавки:

— Госпожа... Вам нужна помощь?

Валентина хотела отключить его, но не стала. Она просто сидела, глядя в пустоту.

---

Сзади к Сабрине подошёл Удзуки. Его лицо было измождённым, голос хриплым:

— Где Валентина?

Сабрина указала вверх:

— Там, на мосту. Дроны взорвались.

Удзуки выдохнул, и голос его дрогнул:

— Какой ужас...

Анна подбежала к ним, её голос срывался:

— Быстрее! Там с Рином что-то случилось!

Они все побежали.

---

Рин лежал на земле, истекая кровью. Его глаза смотрели в небо, и голос его был слабым, но в нём звучала та самая усмешка, которую все знали:

— Я не мастер красивых речей... Да и никогда не был чем-то серьёзным и красивым. Я никогда не был героическим или благородным человеком. Я признаюсь — я был эгоистичным и самолюбивым. Но... разве это не жизнь? Нужно было прожить её ярко и красиво, прям как я. Но... жаль, что именно концы становятся такими, которых мы не хотим.

Он повернул голову к Хигамару и улыбнулся:

— Хигамару... Обещай, что на моей могиле будет стоять моя красивая статуя. И только попробуй сделать мой нос кривым.

Хигамару сжал его руку, слёзы текли по его лицу:

— Обещаю... сделаю лучшую статую из золота.

Рин усмехнулся:

— Лучше из серебра... Так красиво светится.

Он перевёл взгляд на Удзуки, который стоял рядом, и его голос стал тише:

— Удзуки... Прошу, не медли с отношениями, ладно?

Удзуки грустно кивнул, не в силах сказать ни слова.

Рин продолжил, его голос становился всё слабее:

— Эх, жаль... А я так хотел, чтобы на моей свадьбе было пять жён, но этот тупой закон не дал мне иметь гарем. Я столько всего хотел сделать в жизни... Я знал, что мне повезло родиться в богатой семье и с потенциалом воина... Но я так бездарно просрал жизнь... Ну ладно, надеюсь, в следующей жизни мы снова встретимся, а? И пойдём, и выпьем все до отвала, и заберём всех девушек мира.

Хигамару грустно улыбнулся сквозь слёзы.

Рин перестал говорить. Его глаза остались открытыми, устремлёнными в небо. Сабрина и Анна отвернулись, не в силах смотреть. Хигамару не переставал плакать, сжимая его руку.

Удзуки молча подошёл, закрыл глаза Рина и накрыл его тело своим хаори. Он похлопал Хигамару по плечу, не говоря ни слова.

Рин, эгоистичный но благородный человек, умер окончательно.

---

В императорском дворце Ллойд зашёл в комнату отца. Он увидел тело Барона — оно лежало в луже крови, сердце пронзено. Ллойд выбежал с криком, его голос срывался на рыдания:

— Отец! Нет! Как ты умер?! Почему?! Нет, только не это! Не хочу, чтобы ты умирал!

Он упал на колени рядом с телом, тряся его за плечи:

— Что же мы будем делать без тебя?! Без тебя королевство сожрёт себя! Что нам теперь делать?!

Мать вошла в комнату и застыла

на пороге, зажав рот рукой, чтобы не закричать. Она смотрела на тело мужа, и слёзы текли по её лицу. Ллойд обнимал тело отца, его голос был полон отчаяния:

— Теперь вся тяжесть королевства на моих плечах...

Великий Император Барон умер окончательно.

---

Конец восемьдесят второй главы.

Глава 83 — Самое дно.

Удзуки шёл прочь от тела Рина. Одна слеза скатилась по его щеке, но он не вытер её. На пути он встретил Боба — тот стоял посреди разрушенного берега, глядя на свои руки, словно не понимая, где находится. Удзуки тут же обнял его, и голос его дрогнул:

— Боб... Ты наконец-то освободился. Я так рад этому.

Боб не ответил на объятие. Он стоял неподвижно, и голос его был глухим, пустым:

— Это я всё сделал.

Удзуки отстранился, не понимая:

— Что?

Боб показал на разрушения вокруг, на воду, которая ещё не успокоилась, и повторил, с трудом выдавливая слова:

— Это я сделал.

Удзуки покачал головой, его голос стал твёрже:

— Это не ты! Это сделал твой демон.

Боб опустил голову, и голос его сорвался:

— Не нужно было мне расстраиваться из-за расставания с Жанной... Я убил вашего друга. И чувствую себя просто невыносимо.

Удзуки тяжело вздохнул, не зная, что сказать.

К ним подошла Зензе. Она молча обвела Боба вокруг пояса своими серебряными волосами, и Удзуки удивлённо посмотрел на неё. Зензе просто протянула записку об аресте — Боб превратился в демона из-за романтической боли и навёл на стойку большой хаос. Удзуки тяжело вздохнул и сказал:

— Чёртов закон.

Он развернулся и ушёл.

---

Пятнадцать рыцарей одновременно телепортировались к месту битвы. Они стояли среди руин, глядя на разрушения, и их голоса сливались в общий гул. Кто-то говорил о жертвах, кто-то о дронах, кто-то о том, насколько близко Селенция была к поражению.

---

Валентина шла, пошатываясь, держась за бок. Её лицо было изранено, одежда порвана, но она шла вперёд. Абель тут же бросился к ней, обнял её, и голос его дрожал от облегчения:

— Ты жива... Прости, что бросил тебя недавно. Я так рад, что с тобой всё хорошо. Я даже не думал, что ты одна сможешь сделать настолько невозможное.

Валентина не ответила на объятие — у неё просто не было сил. Она стояла, позволив ему обнять себя, и голос её был слабым, почти безжизненным:

— Рада, что хотя бы ты, Абель, с тобой всё хорошо... И в этом замесе с тобой ничего не случилось.

Абель отстранился, заглядывая ей в глаза:

— Всё, клон побеждён, дроны уничтожены?

Валентина покачала головой, и голос её дрогнул:

— Нет... Я убила императора... Там погиб Рин... Из-за моей вины. Если бы я не отдала Альфреда Удзуки, всего этого не произошло бы.

Сзади послышался голос Удзуки. Он подошёл ближе, и голос его был твёрдым, но с горечью:

— Нет. Это моя вина.

Валентина повернулась к нему, всматриваясь в его лицо, и голос её дрогнул:

— Вот суки... Это ты точно?

Она сделала два шага назад, и Удзуки ответил:

— Кто же ещё?

Валентина поправила глаза, вглядываясь в него, и в голосе её появилась лёгкая теплота:

— Как же всё-таки наконец-то нормально можно тебя видеть... в твоём классическом хаори.

Удзуки опустил голову, и голос его стал тише:

— Это моя вина во всём. Если бы я просто не отдал свою булавку тогда Леону... весь этот ужас не произошёл бы. Я совершил ошибку, передав то, что не должен был хранить.

Абель шагнул вперёд, его голос был резким:

— Стоп, то есть ты добровольно отдал булавку Леону, и после этого он создал твой клон, заперев тебя?

Удзуки кивнул, и его лицо исказилось от злости — на самого себя. Валентина подошла к нему, хотела обнять, но остановилась, взглянув на Абеля. Она вспомнила, кто её романтический интерес, и отстранилась от Удзуки. Голос её стал холоднее:

— Удзуки, я разочарована, что ты просто так отдал булавку Леону. И ты столько всего сделал от твоего лица...

Удзуки кивнул, принимая её слова:

— Я понимаю свою ошибку. Но не стоит тебе винить себя в гибели императора. Это просто тактический план монстров.

Сверху появился Акай. Он спустился на землю, и его голос был холодным, как сталь:

— Тактический план? Вам обоим доверили наилучшее оружие во всей Вселенной, а вы оба просрали его вот так, чтобы его потом использовали против нас, устроив побоище в центре города. Вы понимаете, что тысячи жертв было в этом замесе?

Сзади появился Шимо. Его голос был тяжёлым, но он говорил твёрдо:

— К сожалению, Удзуки и Валентине придётся отстранить от работы группы «Ц» навсегда, чтобы они просто не вмешивались в это.

Абель шагнул вперёд, его голос сорвался:

— Эй, с чего это?!

Появился другой рыцарь — с белыми крыльями, и его голос звучал властно:

— Ты понимаешь, что эти двое устроили? Возможно, самую опасную и близкую к поражению битву во Вселенной.

Абель возразил, его голос стал громче:

— Всё, всё же спасено! Это конец! Мы победили!

Другой рыцарь шагнул вперёд, и его голос был полон горечи:

— Победили? Наш император погиб из-за хитрости врага. Наш правитель уничтожен, а преемник пока что не дорос. Что будет с королевством, скажи мне?

Зензе подняла голову, и её голос был ровным, но в нём слышалась тревога:

— Ещё тот факт, что главная печать демонов ослабла на сорок два процента из-за этих дронов.

Абель посмотрел на рыцарей, и голос его стал резче:

— Но где вы были всё это время?

Акай ответил, и голос его был холодным:

— На собрании в Ашуре.

Абель не сдавался:

— Какое ещё нафиг собрание, когда в городе нападали элементалы? Возможно, вас просто обманули...

Он не договорил. Валентина осознала, и голос её сорвался:

— Этот гад... ещё и это продумал.

Один из рыцарей шагнул вперёд, его голос был жёстким, как приговор:

— Предлагаю их в тюрьму засунуть за ущерб и убийство императора.

Сзади появилась Сабрина. Она вышла из тени, и её голос прозвучал властно, перекрывая все остальные:

— Довольно.

Рыцари отошли, признавая её авторитет. Сзади стояла Норн, сжимая посох, и Сабрина продолжила, обводя всех взглядом:

— Если бы Валентина не вмешалась, Сэнтинал уничтожил бы королевство. Вы обвиняли бы её за то, что она отдала Альфреда. А теперь, когда она уничтожила Сэнтинала, вы обвиняете её в убийстве императора. Хотя в любом случае император был бы мёртв. Так что максимально полезное решение — просто отстранить их от работы против демонов. И всё.

Норн шагнула вперёд, её голос дрогнул:

— Но сестра...

Валентина отрицательно покачала головой, не давая ей договорить. Шимо выступил вперёд, его голос был твёрдым:

— Предлагаю окончательно отправить Удзуки в тюрьму. За то, что он фактически отдал бесплатное оружие смерти врагу, ничего не подозревая, да ещё и не участвовал в победе над ним, чтобы исправить ошибки, как Валентина.

Акай поднял руку, призывая к тишине. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась тяжесть решения:

— Как главный рыцарь среди здесь находящихся во Вселенной, я объявляю новый отбор. Валентина и Удзуки отстраняются полностью от работы очистителями демонов Вселенной. Но Валентина остаётся с правом на искупление и вернуться в долг. А Удзуки навсегда отстраняется от этой работы. Без возможности вернуться.

Удзуки отвёл взгляд. Норн подошла к нему, но он молчал.

Норн повернулась к Сабрине и тихо спросила:

— И что это означает?

Сабрина ответила, и голос её был спокойным, почти будничным:

— Ничего страшного. Они продолжат спокойно учиться в академии. Но теперь они не имеют такого же статуса, как и прежде. Они не воины больше. А скорее — позорники, которых выгнали из армии. Но у Валентины есть шанс вернуться, если она снова проявит себя. А вот у Удзуки — нет.

Зензе сделала шаг вперёд, и её серебряные волосы мягко колыхнулись:

— Пошли уже к императору. Нужно быстрее согласовать.

Все кивнули. Четырнадцать рыцарей телепортировались, исчезая в золотых вспышках.

---

Абель подошёл к Валентине, его голос был мягким, почти умоляющим:

— Не бойся, Валя...

Валентина через злость посмотрела на Удзуки, который стоял в стороне, и голос её сорвался:

— Я разочарована в тебе.

Она молча обняла Абеля, прижимаясь к нему, и Удзуки понял эти слова. Он просто кивнул — себе, ей, всем — и развернулся, уходя. Он сделал то, что делал всегда в такие моменты — ушёл, оставляя тишину за спиной.

Норн побежала за ним, но Сабрина остановила её, мягко положив руку на плечо:

— Не надо.

Валентина осталась стоять на коленях, чувствуя тяжесть в груди. Абель опустился рядом, обнял её, и голос его был полон раскаяния:

— Извини... Я больше не буду тебя обвинять в ревности к Удзуки. Прости меня.

Валентина покачала головой, и голос её был тихим, уставшим:

— Нет... Это ты прости меня за то, что я была так близка к Удзуки. Отныне я обещаю... я буду мало с ним общаться. Ради тебя.

Абель улыбнулся, и в голосе его появилась лёгкая теплота:

— Ну ладно... Смотри, что я нашёл.

Он показал брелок Валентины — тот самый, который она хотела отдать ему. Валентина удивлённо посмотрела на него:

— Это же мой потерянный кулон... Тот, который я хотела тебе отдать...

Абель усмехнулся, пряча его в карман:

— А я хотел тебе отдать...

Валентина покачала головой, и в голосе её появилась усталая улыбка:

— Всё уже... бери себе. Это означает в нашей крови, что мы будем вечно.

Абель кивнул, и его голос был мягким:

— Ну круто... Буду носить. Хоть и выглядит нелепо.

Он повесил брелок на пояс и посмотрел на неё.

Валентина тяжело поднялась, держась за бок:

— Я пойду к новому императору. Получить приговор и ругание за всё.

Она сделала шаг, но пошатнулась. Сабрина подошла, поддержав её:

— Давай сначала остановись, а? Ты выглядишь как зомби.

Валентина кивнула. Норн начала лечить её, и золотая энергия потекла по её телу. Валентина посмотрела на разрушенный мост, на половину города, лежащую в руинах, и тяжело вздохнула.

Мы переходим к другой сцене. Синяя тюрьма Селенции. Холодный свет струился сквозь решётки, оставляя на каменном полу длинные полосы. Ночновик — в той же маске, что и всегда — запирал камеру Боба. Он задержался на мгновение, и голос его был тихим, с лёгкой горечью:

— Извини... Как же иронично получилось, что именно мы запираем тебя в тюрьму.

Боб сидел на скамье, опустив голову, и голос его был глухим, почти безразличным:

— Ничего... Пройдёт.

Ночновик отошёл. Боб поднял голову и заметил в соседней камере Жанну. Она сидела, прижав колени к груди, и смотрела на него с удивлением и болью. Он сжал кулак, потом медленно разжал пальцы и просто отвернулся.

---

Прошли похороны Барона. Его тело отпустили на море — деревянная лодка медленно плыла по тёмной воде, уносимая течением. Когда она достигла центра, стрела, пропитанная огнём, пронзила её, и пламя вспыхнуло, пожирая тело императора. Всё королевство смотрело на это. Траур. Тишина. Никто не мог сказать ни слова.

Главный император умер.

---

Коронация. Ллойд стоял на коленях перед советом рыцарей. Корону надели на его голову сдержанно, без лишних слов. Он тяжело вздохнул, чувствуя тяжесть, которая теперь лежала на его плечах. Все рыцари склонили перед ним головы.

---

Через какое-то время прошёл суд. Валентина и Удзуки стояли в центре зала, окружённые молчаливыми фигурами. Ллойд сидел на троне, его голос был ровным, сдержанным, но в нём чувствовалась усталость. Он читал приговор, объяснял, что они будут делать дальше. Валентина и Удзуки просто молча слушали, кивали, когда нужно было, и не произносили ни слова в свою защиту.

Потом они просто вышли.

---

Ллойд остался сидеть на троне. Он не чувствовал радости. Только траур.

---

В академию зашли Хигамару и Агнес. Они шли медленно, опустив головы, их лица были бледными и печальными. Остальные уже знали. Группа «Альфа» и группа «Ц» стояли в холле, и на их лицах застыл шок. Кто-то сжимал кулаки, кто-то отводил взгляд. Тишина была тяжёлой, как свинцовое одеяло.

Удзуки и Валентина зашли в академию с чемоданами в руках. Они шли медленно, молча, их шаги эхом разносились по пустому коридору. Группа «Альфа» и группа «Ц» просто смотрели на них. Айша хотела что-то сказать, но Канаэ мягко коснулась её плеча, останавливая. Все грустно смотрели на них, как будто они уходили из этой школы навсегда.

Удзуки и Валентина прошли мимо них, не поднимая глаз. Они вышли за дверь, закрыли её за собой и просто встали в коридоре. Тишина между ними была тяжёлой, как бетонная плита. Они даже не могли заставить себя взглянуть друг на друга.

Валентина посмотрела вокруг. Она стояла в том самом коридоре — на первом месте, где они встретились в первый раз. Она вспомнила тот момент, но не придала ему значения. Просто пошла в другую сторону.

Удзуки пошёл в противоположную.

---

Валентина пришла в свою комнату. Разобрала вещи молча, аккуратно, без лишних движений. Села на кровать и уставилась в стену. Голос её был тихим, пустым:

— Ну... Теперь я обычная студентка. Ну что, Валентина? Ты хотела отдыха и отсутствия работы всё это время? Теперь у тебя и не будет работы больше. Поздравляю.

Она опустила голову.

В её комнату пришли Норн, Астро и Анна. Они молча обняли её — все трое сразу. Норн сжала её крепче и тихо сказала:

— Не бойся. Мы ещё вернём твой статус. Люди говорят, что королева тёмная вернулась... Но мы ещё вернём твоё благородное имя.

Валентина кивнула, но голос её был усталым:

— Я больше не хочу геройствовать... А просто, чёрт возьми, закончить академию.

Астро подошёл ближе, и его голос был мягче обычного:

— Мы поможем тебе с этим. Теперь у тебя будет просто обычная жизнь — жизнь девушки. У тебя хотя бы есть друзья, которые тебя не бросят.

Анна положила руку ей на плечо:

— Да. Мы всегда рядом. Как и остальные. Мы же всё равно будем вместе на уроках учиться.

Валентина с улыбкой кивнула — первой улыбкой за последние дни.

---

Удзуки вошёл в библиотеку. Он остановился у входа и просто стоял, глядя на Нанахоши. Его глаза были красными — от усталости или от слёз, он и сам не знал. Он не сказал ни слова.

Нанахоши даже не подняла взгляда. Она сидела за столом, перебирая бумаги, и голос её звучал с ледяной насмешкой:

— Ну? Спас уже Валентину? Теперь чего припёрся?

Удзуки молчал. Он стоял у входа, опустив голову, и слова вонзались в него, как острые лезвия. Он смотрел в пол, чувствуя, как тяжесть сжимает грудь.

Нанахоши продолжила, не повышая голоса, но каждое слово было холодным, как сталь:

— Ну что, я как тиран, что ли? Давай уже, я жду извинений. Примерно на час. Как думаешь, как будешь искупать свою вину? Будешь выполнять мои приказы — потому что сам так сказал...

Удзуки не двинулся с места. Его пальцы сжались на ручке чемодана.

Нанахоши чуть привстала со стула, и в голосе её появилось раздражение:

— Эй, ты не слышишь? Я даю тебе лёгкий шанс на моё прощение, а тебе всё равно? Игноришь меня? Обиделся? Хотя это я должна плакать и презирать тебя.

Удзуки резко разрыдался. Тихо, без звука, но слёзы хлынули из его глаз, как река. Чемодан выпал из его ослабевших рук, открылся, разбрасывая вещи по полу. Он упал сначала на колени, потом на руки, и плечи его сотрясались от беззвучных рыданий.

Нанахоши застыла. Она не ожидала этого. Секунду она стояла неподвижно, потом сорвала маску и побежала к нему, упала на колени рядом, схватила его за плечи.

Удзуки сорвался. Его голос взорвался криком, полным отчаяния, которое копилось годами:

— Надоело страдать! НАДОЕЛО! Вечно боль! Вечно боль в моей жизни! Страдание, страдание, страдание! И так вечно! Не важно, какая — психологическая или физическая — везде ад на моей бессмысленной жизни!

Нанахоши попыталась схватить его за плечи, но он уворачивался, отстранялся, не давая прикоснуться к себе. Она крикнула, перекрывая его голос:

— Удзуки! Удзуки, успокойся!

Он не слушал. Слова вырывались из него, как лава из вулкана:

— Да сколько можно уже меня пытать?! Хватит меня утешать! Разве не понятно, что я всё равно буду страдать, а все от меня отвернутся? Это лишь дело времени!

Он бил кулаками об пол, и каждый удар отдавался глухим стуком в тишине библиотеки:

— Боль! Невыносимая боль — от эмоций и тела! Я не знаю просто... Я не должен существовать! Я имею право на существование?!

Нанахоши резко притянула его к себе и уложила его голову себе на колени. Удзуки застыл, перестал кричать и сопротивляться. Он просто лежал, тяжело дыша, чувствуя тепло её рук на своей голове.

Она погладила его по голове, и голос её стал мягче:

— Всё, прекрати. Наругался на жизнь? А теперь насладись моментом. Ты же говорил вроде, что обожаешь у девушек ляжки.

Удзуки полежал так минуту, потом медленно встал, но не мог посмотреть на неё. Голос его был тихим, безжизненным:

Нанахоши спросила, чуть наклонив голову:

— А что снова случилось-то?

Удзуки выдохнул, и голос его дрогнул:

— Меня отстранили от работы группы «Ц» и признали позорником войны без возможности вернуться.

Нанахоши фыркнула, но в голосе появилась лёгкая насмешка:

— Так вот в чём дело. А я-то думала, Валя тебя обидела.

Удзуки резко ответил, и в голосе его появилась горечь:

— К чёрту её. Не напоминай.

Нанахоши покачала головой и сказала твёрже:

— Ну всё! Это значит, что ты наконец-то свободен и будешь нормально учиться со всеми. И жить нормальной жизнью со мной.

Удзуки расстроился, но она прижала его к себе, к своей груди, и голос её стал почти нежным:

— Бедный мой страдальщик... Будет хоть один месяц, где ты не страдаешь? Мне надоело уже смотреть на это... Успокойся в моём теле.

Удзуки отстранился через минуту, и на его лице появилась слабая усмешка. Он обнял Нанахоши — и она впервые за всю историю их знакомства ответила на объятие. Удзуки застыл от радости, и голос его дрогнул:

— Ты... неужели ответила?! А-а-а! Нанахоши...

Она улыбнулась, мягко отстраняясь:

— Ну всё, успокоился? Теперь думай, как жить дальше. Ты же всегда выживал. Интересно, даже психбольница не смогла сломать тебя, а ты сейчас...

Удзуки выдохнул, и в голосе его появилась усталая решимость:

— Ну а что... Просто буду жить на дни, а не на будущее. И как-то закончу через полтора года академию. Хотя бы с тобой у меня будет много времени теперь.

Нанахоши кивнула и легонько ударила его по носу:

— Отлично. Не унывай теперь.

Удзуки улыбнулся и сказал, возвращаясь к привычному тону:

— Слушай... У тебя такие средние и мягк...

Она перебила, махнув рукой:

— Иди уже, нормально устройся в своей комнате.

Удзуки пошёл.

-------

Мы переносимся на похороны Рина.

Яркий день. Солнце заливало всё вокруг ослепительным светом — даже в момент смерти Рина погода оставалась такой же, как он сам: яркой, тёплой, невыносимо живой. Могила Рина находилась рядом с академией, на небольшой даче его родителей. Белый мрамор, свежие цветы, и над всем этим возвышалась серебряная статуя — точная копия Рина, с его вечной улыбкой и немного вздёрнутым носом.

Вся группа «Ц» и группа «Альфа» стояли в чёрном. Никто не произносил ни слова — только сожалели родителям Рина, которые стояли у могилы, держась за руки, и молчали.

Душа всей компании погибла, оставив в группе дыру, которую никто не мог заполнить.

Герои начали медленно расходиться по одному. Сначала ушли люди из группы «Альфа» — они кланялись, касались плеч родителей Рина и уходили в тишине. Потом потихоньку начали расходиться из группы «Ц». Валентина осталась почти одна — с Абелем и Норн. Они кивнули ей и ушли, оставляя её наедине с могилой.

Она села на траву, подтянув колени к груди, и заговорила тихо, глядя на статую:

— Почему мир всегда отбирает самых лучших людей? Потому что люди выдёргивают из сада самые красивые цветки.

Она замолчала на мгновение, потом продолжила:

— Рин... Я с тобой не так много общалась, но даже этого хватало, чтобы привязаться к твоему лучшему юмору и красивому харизме. Жаль, что ты ушёл, а я даже не смогла с тобой попрощаться.

Она усмехнулась — грустно, с болью в голосе:

— Рин... Все, кто говорили, что ты шаблонный и неинтересный человек — к чёрту их. Ты был душой компании, которой нам так будет не хватать. Теперь всё будет так сложно и серьёзно без тебя. И ты же вроде обещал, что сделаешь меня шафером на своей свадьбе с пятью жёнами...

Она поднялась, подошла к статуе и посмотрела на нос. Лёгкая улыбка тронула её губы:

— Всё-таки кривым сделали... Но я уверена, что ты там, на небесах, усмехнулся своим неповторимым смехом.

Она коснулась холодного серебра пальцами:

— Пока, Рин. Лучший и самый смешной друг, что у меня был. Не знаю, как теперь смотреть на людей, которые не признают свою обыденность так, как ты.

Она развернулась и пошла прочь, медленно, поглядывая на яркое, ослепительное небо.

Конец восемьдесят третьей главы.

Конец пятого тома «Валентина Коусин».