Алдиярбек Яхияев

Валентина Коусин: 4 - Том

Глава 51

Пятьдесят первая глава.

Тёмное пространство. Голос Удзуки звучит тихо, с лёгкой усталостью, будто он говорит сам с собой, глядя в пустоту:

«Иногда, сколько бы ты ни помогал людям... всё равно одна твоя ошибка может испортить тебе жизнь. Просто расслабиться, как все, нам не позволено. Никак. Хоть ты на миг расслабишься — мир снова впадёт в опасность. А ты обязан это делать, потому что... тупой герой. Но, конечно же, самое лучшее время — это когда проводишь время с близкими».

Он замолкает на пару секунд, затем добавляет тише, почти шёпотом:

«Ну... или по крайней мере с теми, кого ты считаешь близкими. Даже если не взаимно».

Голос Валентины врывается в темноту, тёплый и слегка насмешливый:

— Удзуки... Эй, ты заснул?

Удзуки резко открывает глаза. Он сидит на траве, прислонившись спиной к стволу старого дуба. Солнце пробивается сквозь листву, рисуя на его лице золотистые пятна. Валентина смотрит на него сверху, чуть наклонив голову. Её бровь приподнята, губы тронуты лёгкой улыбкой, а в глазах — искорка веселья.

— Ты так смешно выглядишь в этих косичках из цветков, — говорит она, и в голосе её звучит сдерживаемый смех.

Удзуки моргает, трогает голову и нащупывает тонкие плетения из полевых цветов, которые кто-то аккуратно вплеёл в его волосы. Он смотрит на Валентину с недоумением, но в следующую секунду из-за её спины появляется Норн. Она держит в руках ещё один венок — уже почти готовую корону из ромашек и васильков — и с хитрой улыбкой надевает её на голову Удзуки.

Они обе заливаются смехом. Норн отступает на шаг, складывая руки на груди, и смотрит на свою работу с гордостью. Удзуки поначалу застывает с открытым ртом, затем его плечи расслабляются, а на лице появляется тёплая, почти смущённая улыбка. Он вздыхает — тихо, со дна души, — и качает головой.

— Вот это я имел в виду, — говорит он, вставая и отряхивая траву с одежды. Он поправляет корону, которая немного съехала набок, и смотрит на Норн. — Реально красиво. Норн, это ты сделала? Ты реально мастер.

Норн задирает подбородок с довольным видом, пряча улыбку за небрежным жестом:

— Конечно. Я же давно так умела. Знаете, после того как мы очередной раз освободили демона благодаря силе Валентины, я посмотрела на эту полянку и подумала: надо прийти сюда. Красиво же.

Валентина обводит взглядом поляну: высокие травы, клонившиеся на ветру, разноцветные цветы, усеивающие землю, и лёгкий аромат лета, смешанный с запахом сухой листвы. Она улыбается:

— Кто знал, что рядом с деревней, на которую напал демон двенадцатого дивизиона, окажется такое красивое место?

Они идут обратно к академии: Удзуки в цветочной короне, Норн рядом с ним, заложив руки за спину, Валентина чуть впереди, оглядываясь на них через плечо. Ветер шевелит её волосы.

Через некоторое время герои заходят в академию. Валентина идёт впереди, чуть приподняв подбородок, и говорит, оглядываясь на остальных:

— Раз уж мы сегодня смогли одолеть ещё одного демона — можем отдохнуть целую неделю.

Норн, шагающая рядом, закатывает глаза, но в голосе её слышится лёгкая усмешка:

— Конечно. Мне бы ещё одного демона. Хотя инциденты уменьшились за последнее время.

Удзуки, идущий чуть позади, задумчиво смотрит в пол и говорит:

— Это всё из-за нового закона об отношениях. Он решает множество проблем, но иногда добавляет и новые — из-за супругов, которые несчастны вместе.

Норн поворачивается к нему, приподняв бровь:

— Ну да... Так что нужно выбирать себе пару с умом.

Валентина, услышав это, оборачивается и с гордой улыбкой говорит:

— Я же выбрала себе лучшую пару на будущее. Представляете? — она закатывает глаза в шутливом восторге. — А вы такие — лучшие.

Норн и Удзуки одновременно закатывают глаза. Удзуки фыркает, Норн едва заметно улыбается в ответ, пряча улыбку за небрежным жестом.

Валентина смотрит на часы и вдруг говорит:

— А, да. Как раз у меня тренировка с Абелем. Давайте, пока.

Она разворачивается и быстро уходит. Удзуки провожает её взглядом, затем тихо, почти себе под нос, говорит:

— Даже не думал, что Валентина станет рыцарем.

Норн поправляет воротник и отвечает, глядя в ту же сторону:

— Она просто нуждается в том, чтобы овладеть мечом на уровне рыцарей. Пошли, Удзуки, к остальным.

Удзуки молча кивает, и они вместе направляются в класс.

---

Валентина приходит к Абелю. Он уже стоит с мечом в руках, в лёгкой позе ожидания. Увидев её, он слегка улыбается. Она подходит и обнимает его, затем отступает на шаг и берёт в руки деревянный меч. Глаза её горят.

— Ну, продолжим?

Абель слегка наклоняет голову, рассматривая её с любопытством:

— Что-то ты сегодня более весёлая, чем обычно.

Валентина пожимает плечами, и улыбка её становится шире:

— Не знаю. Почему-то у меня всегда такое прекрасное настроение, когда я рядом с тобой.

Абель усмехается, поднимает меч и становится в стойку:

— Хм... Ну ладно. Сможешь в этот раз меня одолеть?

Валентина резко нападает — удар справа, быстрый, почти молниеносный. Абель легко отражает, но в его глазах мелькает удивление. Он контратакует и бьёт её по плечу. Она ошатывается, но не падает. Наоборот — делает сальто, и уже сверху обрушивает удар на Абеля. Он пригибается, но клинок слегка задевает его волосы.

Он выпрямляется, поправляя прядь, и смотрит на неё с новым интересом:

— Ничего себе... Ты стала быстрее, чем в прошлый раз.

Валентина усмехается, и они снова сходятся в бою — клинки сталкиваются, воздух вокруг них наполняется звоном и лёгким ветром.

---

В классе Удзуки заходит и видит привычную картину: Хигамару спит на парте, из его носа надувается прозрачная капля, готовая упасть. Удзуки подходит и легонько толкает его:

— Хигамару, братишка, что у вас тут творится?

Хигамару резко просыпается, дёргается и падает с парты, грохнувшись об пол. Он поднимается, потирая голову, и говорит сонно:

— Да ничего... Как обычно. Скучаем.

Клифф, сидящий в углу с раскрытой книгой, не отрываясь от страниц, говорит безразлично:

— Говори за себя.

Удзуки подходит к нему, заглядывая через плечо:

— Клиффу всегда не скучно с книгами.

Клифф поднимает голову и поправляет очки:

— Да, я просто хочу освоить знания на уровне божества.

Норн, которая только что вошла, удивлённо поднимает бровь:

— На уровне божества?

Клифф закрывает книгу и смотрит на неё с лёгкой улыбкой:

— Да. Вы не слышали?

Удзуки и Норн переглядываются, затем одновременно качают головами:

— Нет.

Клифф поправил очки и, чуть приподняв подбородок, сказал с важным видом:

— На самом деле, императорство создало новый уровень. Силы или знаний — короче, это не даёт ничего, просто статус. Если ты самый умный или самый лучший в битве — тебе дают божественный статус. Базовый уровень силы получили только Акаи и рыцарь первого ранга. А я хочу стать самым умным несовершеннолетним в Селенции.

Удзуки скрестил руки на груди, чуть наклонив голову:

— Эм... А на что ещё влияют эти божественные статусы?

Клифф пожал плечами и ответил, перелистывая страницу:

— Если не ошибаюсь, почти во всех навыках можно достичь этого уровня. Этот статус даёт и деньги, и славу, и доступ ко всему крутому. Я хочу этого достичь.

Удзуки усмехнулся и покачал головой:

— Ты... мы же все только третьекурсники.

Клифф поднял голову и посмотрел на него поверх очков, с лёгким вызовом в голосе:

— И что? Это же круче. До моего совершеннолетия ещё год — так что у меня есть время.

Норн, стоящая рядом, повернулась к Удзуки и спросила с любопытством:

— А что, Удзуки, ты хотел бы стать божественным?

Удзуки качнул головой, и голос его прозвучал ровно, почти безразлично:

— Нет. Кроме драться, я ни в чём не хорош. Да и если божественную силу уже забрали Акаи и тот рыцарь первого ранга... я не вижу смысла переходить на силу.

Они пошли дальше по классу. Удзуки заметил Марию, Хаюки и Агнес, стоящих у окна, и направился к ним, слегка приподняв бровь:

— Девочки, о чём болтаем?

Хаюки повернулась к нему, скрестив руки на груди, и сказала с лёгкой задумчивостью:

— Ни о чём. Просто говорим, что в других частях Вселенской начали появляться другие группы, которые защищают от демонов.

Удзуки нахмурился:

— Стоп... То есть те, кто похожи на нас?

Мария кивнула, поправляя прядь волос:

— Да. Просто другие охотники и маги, которые освобождают демонов параллельно с нами. По указанию императора.

Удзуки выдохнул и усмехнулся:

— У нас появились конкуренты.

Хаюки покачала головой и мягко поправила его:

— Нет, скорее коллеги.

Агнес, стоящая чуть поодаль, добавила тихо, глядя в окно:

— Так вот почему у нас работы стало меньше.

Норн подошла ближе и спросила с любопытством:

— Интересно, а мы сможем с ними познакомиться?

Удзуки пожал плечами, и в голосе его послышалась лёгкая ирония:

— Навряд ли. Для этого они должны учиться с нами в одном классе, а в академии почти нет никого, кто сравнится с нами. Так что не мечтайте.

Он отошёл и направился дальше по классу, но остановился у зеркала, где Рин поправлял причёску с видом, полным самодовольства. Удзуки заложил руки за спину и спросил:

— У меня вопрос.

Рин, не оборачиваясь, ответил с лёгкой усмешкой:

— Спрашивай.

Удзуки помедлил, затем сказал:

— А как ты обычно ищешь девушек?

Рин усмехнулся и поправил воротник:

— Я не ищу девушек. Это девушки ищут меня.

Удзуки прищурился, голос его стал чуть тише:

— А если серьёзно?

Рин наконец повернулся к нему, в глазах его загорелся интерес:

— Ищешь любовный совет, друг?

Удзуки дёрнулся, оглянулся и зашипел:

— Тише, тише... Ну да.

Рин развёл руками и громко, на весь класс, произнёс:

— Прикиньте, Удзуки ищет любовный совет!

Все сразу заинтересовались. Хигамару вскочил с парты и подбежал:

— Босс, вы намерились на будущее?

Клифф поднял голову от книги, с любопытством:

— Я бы хотел узнать, кто эта девушка.

Мария усмехнулась, скрестив руки:

— Неужели у нашего скромного Удзуки появились чувства?

Хаюки улыбнулась, наклонив голову:

— Ну давай, не стесняйся, скажи.

Удзуки покраснел, поднял руки в защитном жесте и быстро сказал:

— Да нет, нет... Я просто спросил, хотел получить опыт от Рина.

Рин усмехнулся и похлопал его по плечу:

— А, так это было секретом? Зачем ты тогда спросил?

Удзуки отступил и сказал с лёгкой колкостью:

— Просто хотел услышать мнение такого эгоиста, как ты.

Он отошёл к своей парте, сел и уткнулся взглядом в книгу, делая вид, что занят. Норн в свою очередь тихо вышла из класса и направилась в свою комнату, не сказав ни слова.

---

Мы переходим к яркому дню. Солнце заливало тренировочную площадку, где Валентина продолжала сражаться с Абелем. Их клинки сталкивались с глухим звоном, каждый удар сопровождался быстрым движением и лёгким дыханием. Абель парировал, уходил в сторону, и Валентина снова атаковала, не сбавляя темпа. Её глаза горели, на губах застыла сосредоточенная, но довольная улыбка.

Валентина проскочила мимо очередного удара Абеля, ловко уйдя в сторону, и он, слегка запыхавшись, сказал с лёгким интересом в голосе:

— Тебе не трудно одновременно сражаться с мечом и посохом? Ты умеешь их чередовать?

Валентина, не сбавляя темпа, снова атаковала, стараясь пробить его защиту, и ответила, чуть запыхавшись:

— Если нужно, я буду драться с мечом, а если нет — буду сражаться посохом. Логично ведь, нет?

Абель оттолкнул её клинок и, сделав шаг назад, улыбнулся:

— Мы уже так тренируемся два месяца. Ты очень быстро прокачиваешься. Знаешь... я тут подумал: если выбрать одно — ты выберешь меч или посох?

Валентина на мгновение замерла, посмотрела на меч в своей руке, затем перевела взгляд на Абеля и ответила, почти не задумываясь:

— Посох, конечно. Всё-таки я маг. Но одновременно — и мечник.

Она вновь пошла в атаку и, блокируя его удар, добавила, чуть склонив голову:

— Слышал о том, что коллеги твоего отца — Акаи и рыцарь первого ранга — добрались до божественного уровня?

Абель усмехнулся, парируя её удар, и сказал с лёгкой гордостью:

— Ха, да. Кстати, моя цель в будущем — стать таким же сильным и лучшим рыцарем.

Он сделал резкий выпад, и Валентина едва успела отскочить. Она выдохнула и сказала с улыбкой:

— Ну, желаю удачи. Или хотя бы просто — чтобы ты был вежливым на лестницах.

Абель закатил глаза и усмехнулся:

— Ну, Вэл, подумаешь, один раз пропустил тебя быстрее, чем ты ожидала. Ты всё ещё обижена?

Валентина фыркнула, отражая его удар:

— Нет. Просто это запомнилось. Ты ещё и на ногу мне тогда наступил.

Абель отступил на шаг и, чуть прищурившись, сказал с лёгкой насмешкой:

— Знаешь, я не извиняюсь. Ты тогда заслужила это своим количеством.

Валентина усмехнулась и, снова сцепившись с ним в бою, сказала:

— Ну, а я даже не пытаюсь достичь этого уровня.

Абель удивился и, пропуская её удар мимо, спросил:

— А, да, кстати, зачем? Это же такой статус!

Валентина пожала плечами и ответила, уворачиваясь от его клинка:

— Ну, во-первых, я и так не страдаю от недостатка внимания. «Светлая надежда» — тебе напомнить?

Абель рассмеялся и покачал головой:

— А, да-да. Это тупое название, которым тебя называют только дети.

Валентина возмущённо вскинула бровь:

— Эй! — но тут же улыбнулась. — Ну ладно. Но всё же это просто статус. Он даёт жалкие привилегии и всё такое.

Абель сделал выпад и сказал, слегка задыхаясь:

— Уверена? Те, кто обладает божественным статусом, могут даже в Ашуру бесплатно переехать.

Валентина задумалась на мгновение, затем ответила:

— Ну, возможно. Но мне осталось потерпеть всего два года здесь. Мы сейчас третьекурсники. Закончим третий курс, потом четвёртый, потом пятый — и на этом всё.

Абель остановился, опустил меч и посмотрел на неё внимательнее:

— Всё? Ты уверена? А разве это не начало новой истории? Ты реально хочешь, чтобы всё это быстро закончилось? Ты не задумывалась, что будет после? Когда ты переедешь или закончишь академию?

Валентина замерла, опустив клинок. Её взгляд стал задумчивым, брови слегка сдвинулись. Она молчала несколько секунд, затем сказала тихо:

— Хороший вопрос... Но давай хотя бы доживём до этого.

Она снова подняла меч, но Абель резким движением выбил его из её руки и прижал её к земле, слегка нависая сверху с победной усмешкой:

— Знаешь, миледи... всё-таки у вас руки слишком хрупкие. Может, пойдёте на кухню?

Валентина фыркнула, пытаясь вырваться, и с улыбкой ответила:

— Да пошёл ты, Абель.

Абель усмехнулся, поправляя рукоять меча, и сказал, чуть прищурившись:

— Знаешь, Вэл, за два месяца ты уже освоила все базовые трюки и бои с катаной. И, возможно, будешь осваиваться дальше. Но твоя сила, скорость и ловкость пока что очень слабы. Ты хороший мечник, но для стабильного уровня тебе ещё тренироваться и тренироваться.

Валентина вздохнула и, опустив клинок, сказала с лёгкой усталостью:

— Ой, да знаю я. Просто скучно слишком долго оттачивать одни и те же приёмы.

Абель сделал шаг вперёд и, подняв меч, резко провёл разрез в воздухе — золотой клинок оставил светящийся след, который медленно растворился в воздухе. Валентина восхищённо выдохнула. Абель продолжил:

— Ну, Вэл... Это тебе не магия, где ты изначально имела огромный потенциал. Тут нужна долгая практика. Чтобы иметь наилучшую силу для битв.

Он опустил меч и добавил с лёгкой насмешкой в голосе:

— Поэтому, знаешь... может, обменяемся? Я же знаю, что у тебя небольшая выносливость. Ты не продержишь долгие тренировки со мной.

Валентина села на траву, опершись руками о землю, и, глядя на него снизу вверх, ответила с игривой улыбкой:

— Это не я толком не могу сражаться. Это ты просто быстро ленишься — после пары драк сразу же убегаешь в тень.

Абель усмехнулся, присаживаясь рядом с ней на корточки:

— А что тебе мешает в битве быть обычной красивой девушкой?

Валентина приподняла бровь и сказала с лёгкой усмешкой:

— А что, ты не считаешь?

Абель наклонился ближе, их лица оказались почти вплотную, и он тихо сказал, с тёплой хрипотцой в голосе:

— Всегда считал. Но может, хоть раз ты будешь доминировать? А то я...

Он не договорил — их прервал голос Вильгельма, раздавшийся сбоку:

— Эй, Абель!

Они резко отшатнулись друг от друга. Вильгельм подошёл и протянул Абелю меч.

— Хватит хранить свой клинок в моём шкафчике, — сказал он с лёгкой укоризной.

Абель взял меч и виновато улыбнулся:

— А, прости, Вильгельм. Ну, использовал один раз.

Вильгельм покачал головой, но в голосе его не было злости:

— Это уже не в первый раз. У меня в шкафчике много места, но это не значит, что вы все должны хранить там свои вещи.

Валентина поднялась с земли, отряхнула юбку и спросила, переводя взгляд с одного на другого:

— А что с твоим шкафчиком?

Абель отмахнулся с лёгкой небрежностью:

— Ай, да так... Просто не хочется портить вещи в тесном пространстве, а у Вильгельма такое приятное и мягкое место.

Вильгельм фыркнул и, поправив воротник, сказал, уже разворачиваясь и принимая какие-то таблетки:

— Ага. Найди себе новое место, а не мучайся с моим.

Он ушёл, оставляя их вдвоём. Валентина проводила его взглядом и сказала, чуть улыбнувшись:

— Хм... Как непривычно, но так приятно видеть Вильгельма снова в группе.

Абель пожал плечами, пряча меч в ножны:

— Не знаю. Даже если он излечился, он всё ещё пьёт лекарство от нервов.

Валентина мягко ответила:

— У каждого свой путь.

Абель усмехнулся, но вдруг услышал, как его отец зовёт его с другого конца двора. Он обернулся и сказал, чуть разочарованно:

— Ну, пока, Вэл. Меня отец зовёт на маршировку в центр. Так что бывай.

Валентина шагнула к нему и, чуть прыгнув поцеловала его в щёку. Затем отступила и сказала с лёгкой улыбкой:

— А я думала, мы сегодня хотя бы на прогулку — свидание сможем пойти.

Абель улыбнулся в ответ и сказал, уже направляясь к отцу:

— В следующий раз, — и помахал ей рукой.

Валентина постояла мгновение, глядя ему вслед, затем вздохнула и направилась в сторону академии.

Абель подошёл к отцу. Тот, стоя рядом с повозкой, посмотрел на него с одобрением и сказал:

— Хорошая женщина. Я рад за вас, Абель.

Абель усмехнулся и сказал с лёгким смущением:

— Ну, папа...

Отец положил руку ему на плечо и сказал с серьёзным, но тёплым голосом:

— Только попробуй эту прекрасную миледи потерять. Я тебе такую взбучку устрою. Знаешь, твоя мать такой же была в наши молодые годы. Мы так хорошо проводили время вместе.

Абель опустил взгляд и тихо сказал:

— Не сомневаюсь.

Отец хлопнул его по плечу и добавил:

— Познакомь меня с ней как-нибудь в следующий раз. Ладно?

Абель кивнул, и они сели в повозку.

---

Норн зашла в свою комнату. Дверь за ней медленно закрылась, и она на мгновение застыла, прижавшись спиной к холодной поверхности. Затем тяжело выдохнула, опустила плечи и, пошатываясь, подошла к кровати. Она села на край, руки безвольно повисли вдоль тела. Тишина в комнате казалась гулкой и давящей.

Она медленно, словно боясь увидеть, начала снимать белые перчатки. Сначала одну, затем другую. Пальцы дрожали. Она вытянула правую руку перед собой и замерла — вся кисть, от запястья до кончиков пальцев, сияла неестественным золотым светом, будто её кожу покрыли тонким слоем расплавленного металла. Затем она перевела взгляд на левую руку — там процесс только начался, но большой палец уже полностью стал золотым.

Норн застыла. Её глаза расширились, дыхание сбилось. Она сжала руки в кулаки, до боли прикусив губу. Несколько секунд она сидела неподвижно, затем медленно, с усилием, выдохнула — глубоко, до самых лёгких. Она выпрямилась, набрала в грудь воздуха и, будто приняв решение, встала.

Она тихо выскользнула в соседнюю комнату — к Валентине. Её шаги были почти бесшумными. Она начала оглядываться, заглядывая в ящики, перебирая вещи, пока не нашла старую картинку — сделанную два года назад, до того как она появилась в академии. На ней была Валентина, и её руки были видны. Норн поднесла картинку к свету, приложила к своей руке, сравнивая. Её глаза бегали, сопоставляя размеры пятен — где началась тьма у Валентины, когда закончилась, как быстро росла.

Голос Валентины раздался сзади, ровный и спокойный:

— Норн... Что ты делаешь в моей комнате?

Норн вздрогнула, чуть не выронила картинку, быстро спрятала её за спину и, стараясь улыбнуться, ответила:

— Ай, да нет... Я просто искала тебя и... эм...

Она замялась, не находя слов. Валентина подошла ближе, опустилась на одно колено перед ней и мягко протянула руку:

— Отдай.

Норн заколебалась, но затем протянула картинку. Валентина посмотрела на неё, перевела взгляд на Норн и спросила тихо:

— Ты сравниваешь свои руки с моими?

Норн стояла с опущенной головой, чуть покачиваясь, спрятав руки за спиной. Она кивнула — коротко, почти незаметно.

Валентина взяла её за руку, повернула ладонью вверх, провела пальцем по золотой коже. Её лицо оставалось спокойным, тёплым.

— Ты боишься, что твои золотые пятна будут прогрессировать быстрее, чем мои?

Норн снова кивнула, на этот раз чуть заметнее. Её губы дрогнули.

Валентина улыбнулась, притянула её к себе и поцеловала в макушку. Затем подняла свои руки, показывая тёмные предплечья.

— Смотри. Мои руки максимум за три года выросли до предплечий. А твои — даже года не прошло. Ты уже почти девятилетняя. И уже сто сорок сантиметров.

Норн подняла голову и сказала, голос её дрожал:

— Да, но... что будет дальше? Меня это мучает. Чем закончится это превращение? Вдруг через пятнадцать лет мы полностью станем золотыми или тёмными? Что тогда?

Валентина взяла её за плечи, заглянула в глаза и сказала твёрдо, без тени сомнения:

— Не бойся. Мы найдём способ прекратить это. Ещё до этого. Я обещаю.

Она погладила Норн по голове. Та на мгновение прикрыла глаза, затем тихо сказала:

— Знаете... я поглядывала за окном за вами... за тобой и Абелем.

Валентина усмехнулась и приподняла бровь:

— Ну и что? Завидуешь, что у нас такая крепкая любовь?

Норн фыркнула и закатила глаза:

— Да нет. Что мне завидовать? Я девятилетняя девчонка. Я же просто не доросла.

Валентина мягко покачала головой:

— Никогда не рано влюбляться, Норн. Знаешь, в твоём возрасте я тоже влюблялась в парней. Мы с Нанахоши обсуждали их.

Норн опустила взгляд, теребя край рукава:

— Да... но мне не с кем это обсуждать. Вы все взрослые, у вас свои интересы, а меня воспринимают как маленькую. Ну... кроме Удзуки. Он лучший. Но с остальными я не прям ладила, как близкие друзья. Только ты, Абель и Удзуки.

Валентина улыбнулась и взяла её за руку:

— Не бойся, мы найдём тебе друга. Если хочешь — ровесника. У тебя ещё будет время.

Норн слабо улыбнулась, затем кивнула.

В такой же обстановке, в яркой и светлой атмосфере, под чистым голубым небом, Обливион пробирался по поляне среди деревьев и кустов. Его водяное тело скользило по траве, оставляя влажные следы. Он вышел на открытую поляну, которая вела к городу, и, опираясь на руки, как зверь, приблизился к заброшенному дому.

Дверь резко выбила нога — из проёма вышел Зет. Он оглядел Обливиона с лёгким раздражением:

— Чё так долго? Я уже заждался.

Обливион начал оправдываться жестами, разводя руками, но Зет перебил его, махнув рукой:

— Всё, уже нет смысла радоваться. Пошли.

Он развернулся и пошёл в тёмный коридор. Обливион двинулся за ним, оглядываясь по сторонам. Вдоль стен стояли банки с жидкостями, странные механизмы, клетки с существами. Он замедлил шаг, рассматривая эксперименты, и придержал руку у невидимого рта, будто сдерживая удивление. Но Зет даже не обернулся:

— Быстрее.

Они спустились в бункер. Обливион подошёл к столу и взял старую фотографию — на ней был Зет в человеческой форме, счастливый, со своей семьёй, смеющийся в объектив. Обливион умилился, но Зет резко выхватил снимок из его рук, спрятал в карман и холодно сказал:

— Ты вообще генерал или кто? У тебя есть разум?

Обливион кивнул. Зет продолжил, голос его стал жёстче:

— Тогда слушайся меня. Я тебе не полковник, чтобы управлять тобой, но я временный лидер. Я не хочу этого, но попрошу тебя не трогать ничего здесь и просто выполнять мои приказы.

Обливион снова кивнул, и они пошли дальше. Они зашли в комнату, где создавались пчёлы — тысячи красно-чёрных насекомых копошились в стеклянных контейнерах, мерцая в тусклом свете. Обливион оглянулся, но Зет сказал, уже отворачиваясь:

— Короче, я собираю план. Масштабный, долгий, поэтапный. Ты станешь его частью. Но не жди, что будешь выходить и драться со всеми. Жди здесь. Будешь жить здесь. Понял?

Обливион кивнул и сел в угол, как ребёнок, подобрав колени. Зет подошёл к своему посоху, поставил его на пол, закрыл один глаз — второго не было видно — и сосредоточился. Он открыл глаза и оказался в императорском зале Кровавого измерения.

В конце зала сидел тот самый гигант в тёмных доспехах с красным контуром — трёхметровый, многогранный, с мечом, воткнутым рядом, полностью скованный золотыми цепями. Зет шагнул вперёд и сказал:

— Здравствуйте, император. Я бы хотел обсудить с саммитом демонов операцию моего плана.

Император ответил грубым, роботическим голосом:

— Как у тебя продвигаются дела с демонами?

Зет склонил голову:

— По крайней мере, хорошо. Случаи начали уменьшаться из-за нового закона, так что мне пришлось перейти на более точный план, чтобы раскрыть печать.

Император кивнул:

— Ну ладно. Я сейчас перемещу тебя из моей головы к голове саммита демонов.

Зет оказался в другой комнате, где сидели десять человек в красных капюшонах — маги и мечники. Он сказал:

— Приветствую вас.

Один из них откинул капюшон, и перед ним оказался старый элегантный мужчина с зелёными волосами. Он взял посох и спросил:

— Что ты хотел обсудить?

Зет кинул на стол бумаги с планом на непонятном языке. Остальные члены взяли их, изучили. Одна девушка сказала с сомнением:

— По-моему, слишком рискованно. Нет гарантии, всё строится на удаче.

Зет ответил:

— Удача на нашей стороне. Без этого мы не справимся.

Другой из группы сказал:

— Можно попробовать.

Главный мужчина посмотрел на Зета и сказал с холодной усмешкой:

— Зет, ты не воспринимаешь нашу помощь? Мы помогаем тебе, а ты так с нами обходишься?

Зет склонил голову, стараясь говорить спокойно:

— Что вы, я пытаюсь помочь. Я просто сижу и жду.

Мужчина нажал на пульт, и Зет начал страдать от ошейника. Его тело согнулось, руки схватились за шею, но он молчал. Мужчина сказал:

— Тихо. Знай своё место. Мы согласовываем твой план и поможем приступить к первой стадии. Свяжешься с нами снова через астрал. Тогда мы дадим тебе ресурсы. Но не думай, что сможешь от нас отвязаться.

Зет сжал кулак и выдавил сквозь боль:

— Ненавижу тебя... Ненавижу тебя Аллан!

Мужчина усмехнулся:

— Не называй моё настоящее имя, иначе сделаю больнее. Всё, убирайся.

Зет, пошатываясь, начал уходить, бормоча под нос:

— Как же я ненавижу этот саммит демонов... Сборище уродов, которые поймали меня, пытали, заставили работать на них... И теперь на мне этот непробиваемый ошейник... Господи. Когда я освобожусь?

Он открыл глаза в лаборатории. Обливион сидел в углу, смотрел на него. Зет выдохнул и сказал:

— Всё понятно. Ничего не изменилось.

Он посмотрел на Обливиона:

— А ты что смотришь?

Обливион развёл руками, пожимая плечами. Зет развернулся и пошёл дальше вглубь бункера, оставляя его одного в тусклом свете.

В академии в это время Валентина и Норн сидели в комнате. Норн, задумчиво покачивая ногами, посмотрела на Валентину и спросила с любопытством:

— Говоришь, ты влюблялась в парней в девять лет? Хм, интересно... А ты знаешь, кого любила Нанахоши? И любила ли вообще?

Валентина усмехнулась и покачала головой:

— Ой, нет. Она больше никогда не любила парней. Но, по крайней мере, много парней любили её — даже несмотря на то, что она не раскрывает свою внешность.

Норн наклонила голову, разглядывая потолок:

— Хм... Интересно. Загадочная женщина. Ну, такая красивая и саркастичная. А также вот это вот — фигурное, длинное...

Валентина усмехнулась:

— Ну да. Она одного роста с Удзуки — сто семьдесят пять. Но всегда кажется выше из-за того, что Удзуки вечно сутулится.

Норн вскочила с кровати и сказала с энтузиазмом:

— А давай её проведаем? Просто зайдём в библиотеку и пообщаемся с ней.

Валентина кивнула, поднимаясь:

— Хорошая идея. И знаешь... как раз у меня есть одно предложение, с которым, по-моему, мы сможем раскрыть её внешность.

Норн округлила глаза:

— Что? Реально? Тогда давай пойдём!

Они быстро выбежали из комнаты.

---

Тем временем в библиотеку зашёл Удзуки. Он зевнул, потянулся и прошёл между стеллажами, оглядываясь. На месте Нанахоши никого не было. Он нахмурился, пошёл дальше и, услышав шаги за поворотом, начал говорить, ещё не видя её:

— Э, Нанахоши... у тебя есть истории о романах или гаремах? Не подумай, я просто... — он замялся, почувствовав, как краснеет. — Да не в смысле гарема, я просто хотел почитать истории для себя. Или для кого-то... то есть я имел в виду...

Он вышел из-за угла и резко застыл. Нанахоши стояла перед ним опираясь одной рукой в бок, и её вид был совершенно другим. Она сменила образ: красная юбка до колен, белая рубашка, и большая синяя мантия до пояса, которая закрывала плечи и поднималась высоким воротником. Удзуки смотрел на неё с открытым ртом.

— Ничего себе... Ты выглядишь...

Нанахоши приподняла бровь, скрестив руки:

— Что, не нравится?

Удзуки замотал головой:

— Наоборот... А что за смена обстоятельств?

Нанахоши поправила мантию и ответила с лёгкой небрежностью:

— Просто решила сменить образ. Смена обстоятельств работы — новая форма.

Она посмотрела на него с насмешкой:

— Чего смотришь, как будто мне голову оторвали?

Удзуки усмехнулся, не сводя с неё глаз:

— Да так... просто наслаждаюсь видом.

Нанахоши прищурилась и сказала с той же холодной усмешкой:

— Это подкат?

Удзуки замялся, не зная, что ответить — в этот момент дверь библиотеки открылась, и вошли Валентина и Норн. Валентина сказала с удивлённой улыбкой:

— Привет, Нанахоши. Привет, Удзуки.

Норн подбежала ближе и воскликнула:

— Нанахоши, вау! Ты просто богиня в этом новом костюме!

Нанахоши усмехнулась:

— Ха. Я знаю. Незачем меня восхвалять.

Валентина перевела взгляд с Нанахоши на Удзуки и сказала с лёгкой усмешкой:

— О, опять вижу вас двоих вместе. Приятно это видеть.

Нанахоши повернулась к Валентине и спросила с лёгким любопытством:

— Что вас всех троих обеспокоило ко мне прийти?

Норн сказала:

— Просто решили проведать тебя.

Валентина шагнула вперёд, взяла паузу и сказала, глядя Нанахоши прямо в глаза:

— Знаешь... я хотела сказать очень важную вещь.

Нанахоши насторожилась:

— Что именно?

Валентина перевела взгляд на Удзуки, затем снова на Нанахоши:

— Это то, что мы пытались на протяжении двух с половиной лет. А я пыталась ещё с самого нашего детства, когда мы познакомились.

Нанахоши приподняла бровь:

— Стоп. Ты говоришь о...

Валентина кивнула:

— Да! Я хочу раскрыть твою маску. И, по-моему, я поняла, почему рыцари носят их.

Удзуки застыл, его глаза расширились:

— Неужели, Валя? Ты реально узнала об этом? Круто просто.

Норн нетерпеливо дёрнула Валентину за рукав:

— Ну давай, не медли.

Нанахоши застыла на мгновение, затем сказала с лёгкой усмешкой:

— Ну давай, попробуй.

Валентина глубоко вздохнула, посмотрела на всех и сказала:

— Так вот...

Конец пятьдесят первой главы.

Глава 52

Пятьдесят вторая глава.

Библиотека. Тёплый свет струился сквозь высокие окна, оседая золотыми пятнами на книжных корешках и старых деревянных столах. Все герои стояли в полукруге, глядя на Валентину. Она глубоко вздохнула и начала:

— Так вот. Знаете, что я поняла за всё это время, пока тренировалась с Абелем и была близка к рыцарям?

Все наклонили головы в ожидании. Валентина на мгновение прикрыла глаза, и перед ней пролетел флэшбэк.

Она стояла на тренировочной площадке рядом с Абелем, держа в руках деревянный меч, и спросила, запыхавшись после очередного удара:

— Абель, а ты не знаешь, почему рыцари носят маски?

Абель поправил воротник, вытирая пот со лба, и задумался:

— Честно? Нет. По словам моего отца, маску дают только в том случае, если ты официально входишь в ранг двадцати пяти. Но ты можешь и не носить её, если захочешь. Раньше все были обязаны носить маски — примерно десять лет назад. Поэтому Зензе и Акай перестали их носить.

Валентина вздохнула с разочарованием:

— Значит, ты не знаешь? Эх, жалко. Было бы круто, если бы мы узнали поскорее.

Абель прищурился, задумчиво водя пальцем по рукояти меча:

— Знаешь... у меня есть одна теория.

Валентина оживилась:

— Какая?

Абель облокотился на меч и сказал, чуть наклонив голову:

— Я слышал, маски носят, потому что они одновременно питают их и скрывают истинную силу.

Валентина округлила глаза:

— Правда? Это реально?

Абель пожал плечами:

— Не знаю. Это ведь догадка. Маски не всегда так просты, как кажутся.

Флэшбэк оборвался. Валентина открыла глаза и продолжила:

— Так вот, после этого я пошла к Зензе.

Она пришла к Зензе в её уголок, где та сидела в своём привычном кресле, волосы лениво перебирали книгу. Валентина остановилась перед ней и спросила:

— Зензе, а ты не знаешь, почему рыцари носят маски? Все — даже первый ранг?

Зензе даже не подняла головы:

— Это просто бесполезная безделушка, чтобы скрывать красивое лицо.

Валентина нахмурилась:

— И всё? Она ничего не делает?

Зензе наконец подняла взгляд, и в голосе её проскользнула лёгкая ирония:

— Делает. Но я не знаю, что именно. Я в жизни не носила маски, потому что они тупо больше моего лица.

Валентина усмехнулась:

— Не расстраивайся ты из-за своей детской внешности.

Зензе осталась непоколебимой, даже не шевельнув бровью. Валентина махнула рукой и направилась к выходу.

Следующий флэшбэк: она стояла перед Акаем. Он застыл, узнав её, чуть склонил голову в знак уважения.

— Акай, господин, у меня к вам вопрос. Зачем вам маска? И зачем вы её носили и перестали носить?

Акай улыбнулся, и в его голосе послышалась теплота:

— Миледи Валентина, если у вас есть интерес, я могу рассказать. Но зачем вам это? Это не скрытая информация, но и не прямо распространённая.

Валентина опустила голову, затем подняла глаза:

— Я не могу найти этот ответ. Моя подруга носит маску, хотя она не элитный рыцарь.

Акай приподнял бровь, затем кивнул:

— Если ваша подруга носит маску, значит, она либо хочет полностью скрыть свою ману, либо быть невидимой и похожей на обычного человека, либо просто так легче ходить без ощущения маны. Маски носят рыцари, чтобы подпитываться от них и одновременно быть наготове, скрывая свою ману от врагов. И ещё — это просто стильно.

Валентина ахнула, её глаза загорелись:

— Спасибо! Я очень рада.

Акай склонил голову:

— Обращайтесь, миледи. Я всегда готов.

Флэшбэк оборвался. Валентина вернулась в реальность и, глядя прямо на Нанахоши, сказала:

— И мой окончательный ответ: ты носишь маску, и рыцари носят маски только ради того, чтобы скрывать свою энергию и ману, подпитываться силой от неё, а также чтобы быть стильными и красивыми. И через неё жить лучше и качественнее.

Она сделала паузу и добавила:

— Теперь неудивительно, откуда у тебя маска. Твой отец ведь был одним из рыцарей, верно?

Нанахоши слегка сжала руку у маски, затем медленно выдохнула:

— Верно.

Валентина улыбнулась:

— Теперь всё встало на свои места.

Норн и Удзуки с открытыми ртами переглянулись. Затем медленно перевели взгляд на Нанахоши. Та тяжело вздохнула, как будто сбрасывая с плеч многолетний груз.

— Всё-таки догадались, — сказала она с лёгкой хрипотцой. — Ну ладно. Я сказала — я сделаю.

Удзуки выдохнул и добавил с лёгкой улыбкой:

— Только попробуй на этот раз без шуток со второй маской.

Нанахоши усмехнулась — только уголками губ, но в этом был целый мир. Она поднесла руку к маске и медленно начала её снимать.

Нанахоши медленно сняла маску — без лишних движений, без театральности. Просто отстегнула её и отбросила в сторону, на стол, где та мягко звякнула о дерево. Затем она смущённо поправила волосы, убирая прядь за ухо, и сказала с лёгкой хрипотцой:

— Ну... разрешаю наслаждаться.

Все трое застыли.

Перед ними стояла девушка, которая на вид не выглядела на двадцать лет. Скорее на пятнадцать, от силы на четырнадцать. Её лицо было тонким, с ярко выраженными, почти скульптурными линиями — острые скулы, аккуратный подбородок, но при этом кожа оставалась мягкой, почти детской. Но самое примечательное — её глаза. Они были не просто голубыми. Они были сапфировыми, глубокими, с игривым, лисьим прищуром, который выдавал характер ещё до того, как она открывала рот.

Валентина выдохнула и сказала с теплотой:

— Нанахоши... Спасибо, что доверилась нам и раскрыла свою внешность.

Норн подалась вперёд и с восторгом сказала:

— Да ты вообще не выглядишь на двадцать! Ты как яркий, дерзкий подросток! И вообще — у тебя глаза такие красивые, необычные...

Нанахоши скрестила руки на груди, слегка приподняв бровь, и сказала с лёгкой усмешкой:

— Возможно, моя внешность объясняется тем, что я носила маску. Она делает меня моложе. Я могу выглядеть лицом моложе, чем Валентина или остальные девушки.

Валентина заметила:

— Но телом ты самая высокая и самая старшая.

Норн добавила, не скрывая восхищения:

— У тебя такая красивая внешность... и такая игривая, хитрая улыбка.

Нанахоши усмехнулась, но в этот раз мягче:

— Ну, по крайней мере, такой реакции я от вас и ожидала.

Валентина перевела взгляд на Удзуки и заметила:

— Удзуки, твои кольца бирюзовые. Что это значит?

Удзуки дёрнулся, опустил взгляд на свои руки и сказал с растерянностью:

— Не знаю... Наверное, это значит, что я чувствую смешанные чувства.

Нанахоши прищурилась с лёгкой ухмылкой:

— Это из-за меня, Удзуки?

Удзуки мотнул головой, стараясь говорить спокойно:

— Да нет... Просто я не думал, что ты окажешься именно такой.

Нанахоши склонила голову набок, и голос её стал чуть тише:

— В каком смысле?

Удзуки на мгновение замялся, затем ответил, глядя в сторону:

— Я ожидал, что ты либо суперкрасивая модель... либо суперуродина, чтобы скрывать свою внешность. А ты оказалась золотой серединой. Не то что я ожидал но ладно. Акцент не твоёй красоте внешности , а на том что ты раскрылась и не стесняешься больше. А эти глаза... просто вишенка на торте.

Нанахоши усмехнулась, но в этот раз в голосе было что-то почти тёплое:

— Не знаю, флирт это или нет, но мне не очень понравилось. — она помолчала, затем добавила: — Хотите узнать, почему у меня такие глаза?

Все трое кивнули. Нанахоши выдохнула и сказала:

— Это цвет моей маны. Цвет моей силы. У вас у всех разные — у Вали тёмный, у Норн золотой, у Удзуки почти отсутствует. А у меня — ярко-голубой, сапфировый конечно. Я почти не пользуюсь ею, поэтому она так и сохранилась.

Удзуки чуть наклонил голову, разглядывая Нанахоши с новым интересом, и спросил:

— Это значит, что ты типа маг? Боец? Ты же говорила, что не боец.

Нанахоши усмехнулась и поправила воротник:

— Если я имею ману, это не значит, что я боец, Удзуки. Я в жизни ни с кем не дралась. Я не супервсесильная и скрытая мощью девочка. Просто имею такой уровень, чтобы соответствовать библиотекарше. — она перевела взгляд на Валентину. — Скажи, Валентина.

Валентина кивнула, подтверждая:

— Да, да, да. Нанахоши никогда не отличалась боевыми искусствами или умением драться. Но магические способности у неё хороши.

Норн всплеснула руками и сказала с довольной улыбкой:

— Ну... наконец-то этот момент настал. Круто было! Ну всё, Нанахоши, мы пошли.

Удзуки уже направился к выходу, но остановился и обернулся:

— Ты теперь снова наденешь маску? Ну всё, один раз понаслаждались, теперь всё...

Нанахоши приподняла бровь и ответила с лёгкой усмешкой:

— Нет, с чего бы? Буду ходить без неё сегодня.

Удзуки возмущённо всплеснул руками:

— Какого? То есть мы мучились два с половиной года, чтобы раскрыть твою внешность, а ты теперь будешь показывать её другим просто так, потому что тебе хочется?

Нанахоши пожала плечами и села на стол, скрестив ноги:

— Моя жизнь — мои правила. Если захочу — буду носить маску, если нет — не буду. Вы в любом состоянии можете меня видеть. Хоть с маской, хоть без.

Она слегка наклонила голову и спросила:

— А как вы хотите меня видеть?

Валентина улыбнулась:

— Всё-таки без маски ты выглядишь очень приятным человеком.

Норн энергично закивала:

— Да-да, соглашусь!

Удзуки отвёл взгляд, слегка пожимая плечами:

— Ну... как по мне, нам без разницы. Ты есть ты.

Нанахоши усмехнулась, и в голосе её послышалась редкая тёплая нотка:

— Ладно... попытаюсь меньше носить маску. Всё равно я ношу её только потому, что она осталась от отца.

Она подмигнула, приставив палец к щеке. Они ушли. Удзуки, шагая по коридору, сказал с лёгким изумлением:

— Кто мог ожидать, что под внешностью Нанахоши окажется такая девчонка. Вообще не привычно. Теперь я буду по-другому обращаться с ней, когда буду видеться.

Валентина обернулась к нему с хитрым прищуром:

— Что это были за чувства, Удзуки? Твои браслеты были бирюзовыми. Это первый раз, когда я вижу их такими.

Удзуки смущённо отвёл взгляд и пробормотал:

— Да я сам тоже...

Норн задрала подбородок и сказала с гордостью:

— Вау! Она оказалась просто богиней. Теперь она самая лучшая девчонка академии — и точка!

Норн, ты, по-моему, переувеличиваешь. Всё-таки есть девушки покрасивее.—Сказал удзуки немножко глядя на Валентину.

Валентина не заметила и сказала улыбкой длинной:

— Это просто детская наивность, Норн. Она идеализирует всё, что видит.

Они пошли дальше по коридору.

---

День спустя.

Спустя день Валентину вызвал император. Она удивилась, прочитав записку, которую принесла жар-птица. В ней говорилось, что это не серьёзная встреча, а лишь лёгкая беседа и просьба о чём-то. В конце было приписано: «Прихватить с собой Норн».

Валентина кивнула, отдала записку жар-птице и пошла собираться. Позже она уведомила Норн. Та удивилась, но быстро согласилась — они уже не в первый раз направлялись к императору.

Валентина и Норн уже были в пути. Дорога вилась между полями и редкими деревьями, и Норн, шагая рядом, спросила, задумчиво глядя вперёд:

— Зачем нас император вызвал на этот раз? Что-то не так у него?

Валентина пожала плечами, поправляя сумку на плече:

— Не знаю, жар-птица сказала, что это не прям серьёзное дело. И что кое-что приучат нам.

Норн усмехнулась, подпрыгивая на ходу:

— Ну посмотрим.

Через какое-то время они уже сидели во дворце, перед императором. Барон выглядел задумчивым, но не встревоженным. Он сложил руки на столе и начал:

— Ну, в общем... Как вы знаете, были шесть божественных магов, да?

Они обе кивнули. Барон продолжил:

— Так вот. Одна из них была твоя мать. Она уже не с нами, но остальные пять ещё живы. Я хотел бы с ними снова повидаться — собраться, поговорить, узнать, как прошло время, как живётся. Я уже отправлял жар-птиц и других бойцов, но они либо не доходили, либо их просто не впускали. Так что я хочу дать вам задание: найти их и переубедить прийти в мой дворец хотя бы на один вечер.

Валентина удивлённо подняла бровь:

— Те пять божественных магов, что закрыли печать? Ничего себе... Они живы?

Барон кивнул, чуть улыбнувшись:

— Да. У них уже есть семьи, внуки. Это будет не сложно, но и не прям легко. Так что... сможете пойти?

Валентина ответила без колебаний:

— Да, без проблем. Мы и сами хотим их увидеть.

Норн подалась вперёд:

— А где их дома?

Барон поморщился, проведя рукой по лицу:

— Вот это самое сложное. Они все далеко друг от друга — почти по всей Вселенной разбросаны. Пока вы туда доберётесь, пройдёт несколько дней.

Валентина усмехнулась:

— Стойте... То есть это бесплатное кругосветное путешествие по Селенции?

Барон усмехнулся в ответ:

— Можно и так подумать.

Норн тут же вскочила и сказала с воодушевлением:

— Мы согласны! Пошли, Валентина, собираться!

Барон поднял руку и добавил:

— Я дам вам местонахождение каждого из них через жар-птицу. И можете взять одного спутника на выбор.

Валентина кивнула и они вышли.

По дороге назад Норн почти бежала рядом с Валентиной и говорила, размахивая руками:

— Мы увидим тех пять божественных магов! Мы обойдём всю вселенную, увидим разные места! — она остановилась и посмотрела на Валентину. — Ты вообще готова? Мы будем долго ходить, ноги не устанут?

Валентина усмехнулась:

— А что? Мы же возьмём с собой одного спутника.

Норн подпрыгнула и хитро прищурилась:

— Удзуки меня понесёт!

Валентина замялась, прикусила губу, и в её взгляде мелькнула тень сомнения:

— Удзуки... эм...

Она подумала: «А я хотела взять Абеля... Ну ладно, потом разберёмся».

Они вошли в академию и направились к Ариэль, чтобы сообщить о задании.

Валентина и Норн сидели в кабинете Ариэль, и та, откинувшись на спинку кресла, с лёгкой усмешкой сказала:

— Путешествие по Вселенной в поисках божественных магов... Ничего себе, вам квест дали. Хм, а вы готовы?

Норн тут же выпрямилась и с вызовом ответила:

— Ещё как! Вы готовы встретиться с ними и уговорить их прийти хотя бы на одно чаепитие с Бароном?

Ариэль покачала головой, скрестив руки на груди:

— Не думайте, что это будет так легко. Некоторые божественные маги не слишком гостеприимны или вообще не любят, когда к ним приходят.

Валентина спокойно ответила:

— Ну, ради этого нас и позвали. Мы попытаемся хотя бы.

Ариэль спросила:

— Когда отправляетесь?

Валентина пожала плечами:

— Нам не сказали срок. Значит, сегодня.

Ариэль приподняла бровь:

— Вы только двое?

Норн быстро вставила:

— Ещё Удзуки.

Валентина удивлённо обернулась к ней:

— Нам сказали одного спутника.Не имён удзуки а просто спутник

Норн махнула рукой, будто это было очевидно:

— Ну, ну да... Всё равно очевидно же.

Валентина смутилась, но промолчала. Ариэль усмехнулась, заметив это, и сказала, сделав кавычки в воздухе:

— Я поняла, поняла. Можете собираться и идти. С «спутником».

Валентина кивнула и встала:

— Спасибо. Мы сейчас приготовимся, оденемся, попрощаемся с друзьями и пойдём.

Они вышли и направились в комнату. По дороге Норн задумчиво сказала:

— Интересно, а как они выглядят? Надеюсь, это не столетние старики-ворчуны, которые будут нас магией отталкивать.

Валентина усмехнулась и покачала головой:

— Они вроде ровесники моей мамы. Так что им не больше восесьдесяти. Некоторым. Есть те, кто и больше семидесяти, но они почти не стареют. Всё может быть — я ведь не видела их.

Норн вздохнула и сказала, уже бодрее:

— Ну, пошли прощаться с друзьями!

Валентина улыбнулась:

— Да! Конечно.

Они пошли вдвоём в сторону класса.

В классе тут же воцарилось оживление. Хаюки первой подскочила с места и выпалила:

— Что? Реально, что ли?

Валентина кивнула, сдерживая улыбку:

— Ну да, это правда.

Хигамару тут же начал носиться вокруг них с криками, размахивая руками:

— Возьмите меня, пожалуйста! Прошу, возьмите меня!

Он схватил Норн за руки и начал трясти, заглядывая в глаза:

— Норн, возьми меня! Я хоть буду тебя до самого конца света таскать и поднимать! Возьмите меня, я хочу посмотреть на это место!

Норн с трудом вырвалась из его хватки и сказала с лёгким раздражением:

— Хигамару, я уже выбрала спутника. И это не ты.

Удзуки оттащил Хигамару от Норн и сказал, удерживая его за плечи:

— Хигамару, ты уже десять раз обошёл Вселенскую, когда был цыганом. Зачем тебе ещё раз?

Хигамару надулся и пробормотал:

— Ну так весело же...

Клифф подошёл ближе и сказал спокойно:

— Ну, желаем вам удачи. Интересно будет встретиться с шестью великими людьми истории.

Мария скрестила руки и добавила с серьёзным видом:

— Будьте осторожны. Знаю я их — могут и навредить, если вы им не понравитесь.

Агнес, стоявшая чуть поодаль, мягко сказала:

— Просто будьте вежливыми и добрыми — и это сойдёт с рук. В конце концов она и сама одна из них.

Валентина задумалась и сказала:

— Ну да, Агнес, ты права. Я должна пользоваться тем, что я дочь одной из их коллег. Может, тогда они меня выслушают?

Анна подошла и с хитрым прищуром спросила:

— Ну, Валентина, наверное, ты уже определилась со своим спутником?

Валентина замялась и отвела взгляд:

— А, да... да.

Норн, заметив её смущение, фыркнула и сказала,прыгая и толкая Удзуки в плечо:

— Удзуки, что ты стоишь как бомж? Иди собирайся, мы отправляемся сейчас.

Удзуки удивлённо поднял брови:

— А, сейчас что ли? Ну ладно. Подождите, я сейчас выйду.

Но Валентина, покраснев, выдавила из себя:

— Удзуки... нет.

Удзуки застыл, не веря своим ушам:

— Что?

Валентина отвела взгляд и повторила, стараясь говорить твёрже:

— Ты... не идёшь.

На мгновение в классе повисла полная тишина. Удзуки и Норн удивлённо переглянулись, затем Норн спросила:

— Валя, ты чего?

Валентина подняла голову и сказала, стараясь звучать убедительно:

— Я решила взять Абеля.

Тишина стала ещё глубже. Удзуки смотрел на неё, затем медленно кивнул:

— Ну... эм... ну ладно. Пусть берёт.

Норн не унималась:

— А с чего такие выводы?

Валентина заговорила быстрее, стараясь оправдаться:

— Ну, я поняла, что в этом путешествии нам пригодится более общительный с магами человек. Тот, кто ближе к ним по золотой энергии, по рыцарству, и... вежливый.

Анна прищурилась и спросила с лёгкой усмешкой:

— То есть ты намекаешь, что Удзуки невежливый и отстранённый от людей?

Валентина замахала руками:

— Нет, нет, нет, что вы! Я просто...

В этот момент в класс зашёл Абель и, улыбнувшись, спросил:

— Ого, что у вас тут за собрание? Можете мне тоже рассказать?

Рин усмехнулся и сказал громко:

— Тебя взяли как спутника на кругосветное путешествие с двумя девчонками.

Абель удивился:

— Ух ты! Круто! А что, куда идём? Зачем?

Хигамару выскочил вперёд:

— К пяти божественным магам! Вы должны их переубедить пойти к императору.

Абель улыбнулся и повернулся к Валентине:

— Ага, я даже мечтал об этом всегда! Неужели у нас выпал шанс? Вэл, любимая... тебе реально так сказали?

Валентина смущённо кивнула. Абель подошёл ближе и сказал с энтузиазмом:

— Так что мы стоим? Сегодня отправляемся, да?

Валентина ответила:

— Ну да, конечно.

В классе снова повисла тишина. Удзуки первым нарушил её, пожав плечами:

— Ну... желаю удачи. Принесите какой-нибудь аксессуар мне, ладно?

Норн злобно посмотрела на Валентину, но та, подойдя к Удзуки, сказала с мягкой улыбкой:

— Удзуки, ты не обижайся, ладно? Это просто одна миссия.

Удзуки слегка повёл плечами и ответил сдержанно:

— Я не обижаюсь. Я понимаю, что божественные маги вряд ли примут бывшего убийцу на переговоры. Да и я не силён в переговорах, ты же знаешь.

Валентина выдохнула:

— Ну ладно, мы пошли.

Они вышли из класса. Норн, шагая рядом с Валентиной, злобно сжала губы, не произнося ни слова. А в классе Рин подошёл к Удзуки и положил руку на его плечо. Сказал он грустно наигранно:

— Тяжело быть изгоем общества.

Удзуки приподнял бровь:

— Это ты про кого?

Анна сзади похлопала по спине:

— Соболезную, Удзуки.

Удзуки возмущённо поднял руки:

— Вы о чём вообще говорите?

Хигамару подбежал и с искренним сочувствием сказал:

— Босс, пойдёмте, мы вам купим по одной моти, чтобы вы не плакали.

Удзуки вспылил:

— Да что вы, чёрт возьми, несёте?!

Норн и Валентина собирались в комнате. Валентина взяла меч, надела его на рукоять, перекинула через спину, затем натянула длинные сапоги и белые перчатки до локтя. Она выглядела собранной, готовой к долгой дороге. Норн в это время молча собиралась, её движения были резкими, будто она старалась не смотреть на Валентину.

Валентина заметила это и мягко спросила:

— Эм... Норн?

Норн ответила, не оборачиваясь:

— Чего тебе?

Валентина присела рядом:

— Ты обижаешься?

Норн резко повернулась, её глаза блеснули:

— Нет, конечно. Есть же не обязательно то, что ты взяла своего парня ради того, чтобы целоваться с ним по дороге, вместо того чтобы взять верного и доброго человека, который души в тебе не чает.

Валентина растерянно моргнула:

— Ну что ты... Я же сказала причину.

Норн отвернулась и сказала, стараясь говорить спокойно:

— Я не обижаюсь. Честно. Я понимаю: Абель для тебя как мужчина намного лучше, чем Удзуки. Я принимаю это. Если выбор между Удзуки и Абелем ради твоего счастья — я выбираю Абеля.

Валентина нахмурилась:

— Что значит «выбор»? О чём ты?

Норн пожала плечами, застёгивая рюкзак:

— Ничего. Просто я принимаю Абеля так же хорошо, как и Удзуки. Вы должны быть вместе. Но я сама лично предпочитаю любовь в момент Удзуки. — она подняла голову и посмотрела на Валентину. — Ты видела, как ему больно?

Валентина растерянно переспросила:

— Ты чё, Удзуки больно? Он не чувствует боли, ему всегда плевать. Он самый сильный психически человек, которого я видела.

Норн покачала головой и тихо сказала:

— Похоже, ты мало знаешь про Удзуки.

В этот момент в комнату зашёл Абель. Он был одет в более тёмную, закрытую одежду — подходящую для долгой дороги. Он улыбнулся и сказал:

— Ну, девчонки, собираемся?

Валентина кивнула:

— Пошли.

Они вышли из комнаты и направились к выходу из академии. Все трое были одеты в авантюристическую одежду — лёгкую, но прочную, готовую к долгому пути.

Они пошли по лесной тропе. Норн, шагая впереди, спросила:

— Ну и кто первый, кого мы должны встретить?

Валентина взглянула на карту и ответила:

— В городе Зиза — ярком, красивом, архитектурном городе — живёт маг воды божественного уровня. К нему первому и пойдём.

Абель оживился:

— Маг воды? Она же женщина, если не ошибаюсь. И она использует катану. Значит, она тоже когда-то была рыцарем.

Валентина улыбнулась:

— Отлично, не зря мы Абеля взяли.

Абель усмехнулся и бросил взгляд на Норн, но та лишь фыркнула и отвернулась, ускоряя шаг.

Они пошли дальше по тропе, оставляя академию позади.

Конец пятьдесят второй главы.

Глава 53

Пятьдесят третья глава.

Наши герои шли по лесной тропе. Солнце пробивалось сквозь густую листву, рисуя на земле золотистые пятна. Валентина, шагая впереди, внезапно обернулась и сказала:

— Абель, Норн, я вам говорила про проклятую книгу моей матери?

Абель нахмурился, вспоминая:

— Нет, вроде.

Норн ответила, поправляя рюкзак:

— Да, ты рассказывала. Про ту книгу, в которой мы использовали заклинание в животе Барсика.

Валентина кивнула и достала из небольшой сумки тёмную, очень старую книгу. Обложка была потёртой, с едва заметными символами, вытесненными на коже.

— Эта книга моей матери. Она писала там все свои опасные заклинания — на память. И это передалось мне.

Абель с любопытством наклонился:

— Её можно открыть? Мы случайно сейчас не сдохнем?

Валентина усмехнулась:

— Да нет, конечно.

Она открыла книгу — внутри были пустые страницы. Абель удивлённо присвистнул:

— Вау, Вэл, такая интересная книга. Тебе не скучно каждый день читать это?

Норн нахмурилась:

— Валентина, ты что, видишь то, чего не видим мы?

Валентина закрыла книгу и хитро улыбнулась:

— Вы не сможете там ничего увидеть, потому что заклинания скрыты очень тщательно и только для тех, кто чистокровный Коусин.

Она подмигнула и сказала:

— Хотите, прочитаю любое заклинание здесь?

Норн кивнула. Валентина закрыла глаза, затем открыла свой прозрачный мир и увидела страницы, покрытые текстом, написанным кровью, с жуткими иллюстрациями и сложными символами. Она перелистнула несколько страниц, выбирая самое безобидное.

— Ну, давайте приступим к самому безобидному.

Она подошла к деревьям, призвала посох и сосредоточилась. И сказала:

—Ал луга!

Из посоха вырвался мощный разрезающий луч, который с хрустом срезал десять деревьев подряд. Те рухнули с грохотом, поднимая облако пыли и листьев.

Норн и Абель одновременно крикнули:

— Бежим отсюда, пока нас не спалили!

Они сорвались с места и побежали по тропе, пока не скрылись за поворотом. Остановившись, Абель выдохнул, переводя дыхание:

— Ничего себе, «базовое»? Ты просто уничтожила всё вокруг.

Валентина спрятала книгу обратно в сумку и сказала с лёгкой улыбкой:

— Я же говорю — они опасные. И не для созидания. Ну ладно, перестану пользоваться этим ради забавы.

Они двинулись дальше по тропе, оставляя позади поваленные деревья.

Валентина шла впереди, разглядывая карту, и говорила, не оборачиваясь:

— Ну, после этого леса мы дойдём до города Зиза. Мы направляемся от самого юга до самого конца севера Селенции, так что мы пройдём всю страну за несколько недель, если не больше. И кстати, этот город — самый большой и архитектурный. Можно легко заблудиться в разных уровнях высоты.

Абель шёл рядом, разглядывая листву над головой:

— Ну да, красиво там просто.

Норн, шагая чуть позади, спросила:

— Валентина, а когда была создана эта книга?

Валентина задумалась на мгновение:

— Если не ошибаюсь, ровно в тот день, когда я родилась.

Абель и Норн удивлённо переглянулись. Валентина продолжила:

— Моя мама создала эту книгу, похоже, только для меня — чтобы я приняла её наследие. Но я почти не пользуюсь ею, потому что, во-первых, это слишком опасно, а во-вторых, каждый раз, когда я ею пользуюсь, мои тёмные пятна только увеличиваются.

Норн подошла ближе и спросила с любопытством:

— А мы можем ей пользоваться?

Валентина покачала головой:

— Нет. Твоя кровь — не кровь Коусинов. Но есть пара заклинаний, которые были расписаны рукой моего отца. Ими вы можете воспользоваться. Но я забыла среди этих тысяч заклинаний, какой был от отца, какой от матери, а какой от тёти... или бабушки.

Абель резко остановился:

— Стоп, стоп. Валентина, у тебя есть бабушка?

Валентина кивнула и отвела взгляд:

— Ну, была бабушка. Когда мне было три года, она умерла. Слишком старая была. Я о ней ничего не помню — мама не рассказывала, папа не рассказывал... Но я помню её взгляд и как она меня убаюкивала и рассказывала истории.

Она замолчала на мгновение, и перед её глазами промелькнул флэшбэк.

Маленькая Валентина лежала на кровати, а рядом с ней сидела пожилая женщина в тёмном одеянии и тёмной шапке, с седыми волосами. Её глаза были тёмно-белыми, почти страшными, но голос был мягким, убаюкивающим. Она гладила Валентину по голове и говорила:

— Спи, моя внучка. Обещаю, тебя ждёт самое непредсказуемое будущее в мире. Я ведь знаю это. Ты просто запомни меня — в будущем пригодится.

Маленькая Валентина расплакалась, и флэшбэк оборвался.

Валентина вернулась в реальность, поправила сумку и сказала с лёгкой улыбкой:

— Ну... идёмте. Надеюсь, нас потом не накажут за вред природе.

---

В академии класс «Ц» просто развлекался. Удзуки и Рин сидели за партой, сцепив руки в армрестлинге. Удзуки с лёгкостью повалил руку Рина, даже не напрягаясь. Клифф записал счёт и объявил:

— Всё, Удзуки — десять, Рин — ноль.

Рин возмущённо вскинул руки:

— Да нечестно! У меня просто рука потекла от того, что я смотрел на красивых девушек в классе.

Хигамару усмехнулся, сидя на парте:

— Эй, не ври. Уже десятый раз одну и ту же отмазку придумываешь.

Хаюки и Анна играли в шахматы. Анна легко одолела Хаюки, и та с разочарованием выдохнула:

— Да как?! Откуда ты такая умная?

Анна усмехнулась и поправила пешку:

— Поверь, шахматы — это моё ремесло. Я лучшая везде.

Мария сидела в углу и точила свой меч, сосредоточенно водя по лезвию точильным камнем. Агнес смотрела на часы, как будто чего-то ожидая.

Внезапно дверь класса распахнулась, и влетела жар-птица. Она зависла в воздухе и сказала громким мужским голосом:

— У меня для вас всех важная новость.

Все застыли и медленно повернулись к ней.

Жар-птица сделала паузу, обводя взглядом класс, и продолжила:

— Из-за обстоятельств в западной зоне Селенции одна из групп спецназа, прям как вы, была вынуждена отступить. Их база была разрушена опасным демоном неизвестного дивизиона — определить не удалось. На время всех этих учеников перенесут в нашу академию. Они будут временно учиться с вами.

Все сразу удивлённо переглянулись. Хигамару вскочил с места и закричал:

— Ура! Новички!

Жар-птица кивнула:

— Они будут работать с вами до неопределённого срока — пока запад не будет полностью зачищен или их база не будет отстроена заново.

Агнес закрыла лицо руками и пробормотала:

— О, Господи... только не это.

Анна нахмурилась:

— Стоп... То есть мы будем делить один класс, все уроки и задания с другими такими же, как мы?

Рин усмехнулся, откинувшись на спинку стула:

— Ага. Пусть они наслушаются, всё-таки мы самая лучшая группа в Селенции.

Хаюки покачала головой:

— Каждая группа так думает. Не исключено, что они будут считать себя выше нас.

Мария задумчиво провела пальцем по лезвию меча:

— Хм... значит, у нас будет не дружба, а скорее соперничество.

Хаюки вздохнула и сказала примирительно:

— Да ну, бросьте. Давайте попробуем с ними подружиться. Зачем ссориться, если у всех одна цель — освобождать демонов?

Рин поправил причёску и сказал с довольной улыбкой:

— Новые ученики — новые девушки. Пора соблазнять новых!

Он отряхнул чёлку, и девушки синхронно вздохнули. Удзуки, стоящий у окна, повторил задумчиво:

— Новые девушки...

Рин обернулся к нему и усмехнулся:

— И да, Удзуки, тебе тоже не помешает.

Удзуки задумался на мгновение, затем покачал головой:

— Не нуждаюсь... или у меня...

Анна перебила его, подняв палец:

— Вы что, забыли про закон?! Если войдёте в отношения, больше никогда не выйдете. Так что нужно искать с умом. Я лично не буду даже смотреть на них!

Хаюки спросила:

— А когда они придут?

Жар-птица ответила:

— Сегодня или завтра. Примерно пять-шесть человек.

Все удивились. Жар-птица взмахнула крыльями и вылетела в окно. Хигамару хлопнул в ладоши:

— Ну, значит, нужно наладить отношения! Сделаем!

Клифф поправил очки и сказал с лёгкой иронией:

— Попробуйте хотя бы в группе наладить отношения со всеми, потом уже на новых переключитесь...

Хаюки усмехнулась:

— Кто бы говорил.

Удзуки молча поднялся с места и, не сказав ни слова, вышел из класса. Дверь за ним закрылась, и он направился по пустому коридору, засунув руки в карманы.

Удзуки молча шёл по коридору, засунув руки в карманы. Его шаги отдавались эхом в пустом пространстве. В голове крутились мысли:

«Новые люди... Хм. У меня всегда знакомство с новыми оборачивалось катастрофой. Ну ладно, потерпим. Раз уж временно... Наверняка не на два года и не больше».

Он зашёл в библиотеку. Внутри было тихо, пахло старой бумагой и деревом. Нанахоши сидела за своим столом, что-то писала, склонившись над бумагами. На её лице снова была маска — но теперь она казалась почти привычной. Она подняла голову, заметив его, и сказала с лёгкой насмешкой:

— А, чё случилось? Опять гаремники пришёл считать?

Удзуки усмехнулся и подошёл ближе:

— Да нет. Слышала новость? К нам целую группу новичков временно переводят.

Нанахоши отложила перо и откинулась на спинку стула:

— Я уже слышала. В первую очередь.

Удзуки присел на край стола:

— Ну, как ты на это реагируешь?

Нанахоши пожала плечами и снова взяла перо:

— А как мне реагировать? Обычные новые ученики. Я же не с вами учусь — это они с вами будут учиться. Я с ними почти не пересекусь.

Удзуки наклонил голову:

— А что, если они придут сюда почитать книги? Тебе же придётся с ними знакомиться.

Нанахоши усмехнулась и покачала головой:

— Удзуки, ты та-коооой тупой. Я каждый год сижу в библиотеке, и ко мне приходят тысячи учеников почитать книги. Я что, не потерплю ещё несколько новых?

Удзуки вздохнул и почесал затылок:

— Мда... тупой вопрос был.

Он помолчал, затем спросил:

— Раз уж ты о них знаешь, можешь рассказать? Что-то о них.

Нанахоши тяжело вздохнула, оттолкнулась ногой и на стуле с колёсиками подъехала к соседней полке. Она взяла бумагу, просмотрела её и сказала:

— Группа «Альфа». Не знаю, почему они так назвались — походу, сами придумали. Группа с запада. Они, как и вы, стандартно зачищают демонов — до тех пор, пока на их базу не напал опасный демон, который всё разрушил и исчез. Демона не удалось распознать из-за его габаритов и скорости. По словам очевидцев, такой демон не участвовал в войне. На самом деле из всех демонов дивизионов только шестьдесят процентов были открыты — ведь в каждом дивизионе столько же демонов, сколько и номер дивизиона. Суммарно их больше сотни, а мы не открыли больше шестидесяти.

Она сделала паузу и продолжила:

— Их теперь временно зачисляют в Селенцию. Из той академии, где они учились, приедут примерно пять, шесть или семь человек — в зависимости от того, сколько согласятся перейти.

Удзуки задумчиво кивнул:

— Ого... А что про них индивидуально слышно?

Нанахоши покачала головой:

— Этого я уже не знаю. Их биографию я не читала. Извини, Кашимо.

Удзуки прищурился:

— А они сильные?

Нанахоши усмехнулась, и в голосе её проскользнула лёгкая ирония:

— А что, хотел подраться с ними? Нормальные, стандартные. Кто-то может быть сильнее некоторых из вас, кто-то слабее. Всё возможно.

Удзуки слегка смутился и ответил:

— Да так... просто подумал. Раз уж каждая группа считает себя сильной, возможно, они преувеличивают по сравнению с нами.

Нанахоши насмешливо и саркастично отшивая сказала:

— Ой, дорогой, не бойся ,не бойся. Ты тут самый сильный, это все знают. Не нужно хвастаться, ладно?Это вме что ты хотел спросить?

Удзуки подумал и сказал:

— Ну... почти да.

Нанахоши отложила перо и насмешливо прищурилась, глядя на Удзуки поверх бумаг:

— Что значит «почти»? Говори свою мысль и иди уже. Я хочу побыть одна и заняться своими делами.

Удзуки усмехнулся, заложив руки за спину:

— А что? Я просто хотел поговорить с моей близкой подругой. Просто скучно же.

Нанахоши фыркнула и снова взялась за перо:

— Нашёл бы время потом.

Удзуки покачал головой:

— А потом ты скажешь «ещё потом», и ещё потом, и ещё потом...

Он замолчал, пристально глядя на её маску. Нанахоши, заметив его взгляд, подняла голову:

— Что?

Удзуки чуть наклонил голову:

— Знаешь... в маске ты один человек, а без неё — совсем другой.

Нанахоши усмехнулась и, поправив мантию, сказала с лёгкой иронией:

— Ой, хочешь, чтобы я опять сняла?

Она быстро сняла маску и положила её на стол:

— Теперь так нормально?

Удзуки пожал плечами:

— Да хоть любой вид. Мне всё равно.

Нанахоши фыркнула и снова взялась за бумаги, оставив маску лежать в стороне. Удзуки ходил вокруг её стола, заглядывая через плечо, и спросил:

— А к чему ты готовишься? Что ты так отчаянно пишешь? Ты сменила образ, а всё ещё не сказала — почему.

Нанахоши, не поднимая головы, ответила:

— Просто есть свои личные цели на будущее.

Удзуки наклонился ближе:

— Что за цели? Может, расскажешь?

Нанахоши качнула головой, голос её стал холоднее:

— Нет. Сама знаю.

Удзуки прошёлся за её спиной, осматривая полки с книгами, потом сказал:

— Неправильно скрывать что-то от своих друзей.

Нанахоши резко обернулась и посмотрела на него:

— И это говорит тот, кто сам скрывает своё прошлое.

Удзуки остановился:

— Ну, что я скрываю? Сказал, что я убийца, сказал — что ещё нужно? В детали лучше не проникаться.

Нанахоши усмехнулась и отвернулась к бумагам:

— Тогда и не проникай в мои детали.

Удзуки смотрел на неё сзади, слегка ухмыляясь, затем заметил шкаф с бумагами и что-то внутри. Он сделал шаг, чтобы открыть его, но Нанахоши мгновенно схватила его за руку, отдёрнула и сказала с резкостью в голосе:

— Это уже лишнее. Не входи в моё личное пространство, ладно?

Удзуки посмотрел на свою руку, которую она держала, и с лёгкой усмешкой сказал:

— Мы держимся за руки.

Нанахоши тут же оттолкнула его и, отворачиваясь, сказала:

— Тебе не понять, Удзуки. Или мне повторить?

Удзуки нахмурился:

— Да ну что ты... Чего ты так срываешься? Хочется же узнать о тебе больше. Еле раскрыла маску, а теперь опять закрываешься.

Нанахоши ответила, поправляя бумаги:

— Всему своё время. Сегодня открыла маску. А завтра что — сразу всё тебе рассказать?

Удзуки вздохнул:

— Ну ладно, ладно... Что ты такая колючка?

Он уже хотел уйти, но краем глаза заметил на столе кольцо — серое, с узорами, лежащее рядом с бумагами. Удзуки застыл. Он резко подхватил кольцо и спросил с внезапной яростью в голосе:

— Откуда ты это взяла?

Нанахоши удивлённо посмотрела на него:

— О чём ты?

Удзуки сжал кольцо, его взгляд стал тяжёлым, почти злым:

— Нанахоши, я серьёзно. Откуда ты это взяла?

Его рука дрожала. Перед глазами всплыла картина — чужая рука с этим кольцом, серая кожа, зелёные вены. Она сжимается в кулак. Она бьёт его. И снова бьёт. Он зажмурился, отгоняя видение, но голос остался резким, почти грубым:

— Отвечай.

Нанахоши отступила на шаг, её голос дрожал, но она старалась держаться ровно:

— Это просто кольцо. Мне случайно досталось.

Удзуки сжал его в кулаке, и голос его стал низким, почти угрожающим:

— Случайно? И откуда? Кто тебе дал?

Нанахоши нахмурилась, но не отвела взгляда:

— А зачем тебе это?

Удзуки резко шагнул вперёд, прижимая её к стене. Его глаза горели, голос сорвался на крик:

— Не играй со мной сейчас! Отвечай — откуда?!

Нанахоши стиснула зубы и ответила, стараясь сохранять спокойствие:

— Отец дал мне его. Просто как украшение. Я не знаю, почему для тебя он такой опасный. Я в этом не причастна.

Удзуки сжал кольцо так, что костяшки побелели:

— Откуда, чёрт возьми, твой отец его взял? Я слышал, он рыцарь. Может, он вообще причастен к этому?

Нанахоши подняла голову и спросила с вызовом:

— Почему ты так пугаешься? Что это для тебя значит?

Удзуки замер, затем его голос стал холодным, почти мёртвым:

— Это кольцо носил тот, кто разрушил мою жизнь. Несколько лет назад. Я думал, он сбежал, исчез, что с ним покончено. А ты носишь его кольцо — потому что тебе дал его отец?

Он закричал:

— Откуда, мать его, твой отец нашёл это кольцо?!

Нанахоши выдержала его взгляд:

— Я не знаю. Откуда я могла знать?

Удзуки отстранился на шаг, провёл рукой по лицу и сказал с горечью:

— Это невыносимо... Я терпел, что ты дочь рыцаря, но это уже слишком. Ты слишком много скрываешь. Вечно закрытая. Я пытаюсь помочь тебе, но никто не пытается помочь мне. Либо ты рассказываешь, как твой отец получил это кольцо, либо я сам с ним поговорю.

Нанахоши качнула головой:

— А вот это я не скажу.

Удзуки шагнул к ней:

— С чего это?

Нанахоши усмехнулась, но в глазах блеснули слёзы:

— А с чего я должна? Чтобы ты пошёл и опять подрался с моим отцом, как с Шимо? Ты не умеешь контролировать свои эмоции. Ты ненавидишь рыцарей, потому что тебя так научили. Ты никогда не отречёшься от своего прошлого.

Удзуки вспылил:

— А что, я тут только скрываюсь? Да ты посмотри на себя! Вечно сидишь в своей библиотеке и даже не думаешь о будущем. Библиотекарь, да? А что тебе мешает самой раскрыться? Обвиняешь других, что я закрытый, а на себя посмотри!

Нанахоши сорвалась на крик:

— Да, я скрываю многое! Да, я закрытая! Может, потому что у меня такая травма?! Может, потому что я так хочу, потому что мне так удобнее? Ты не знаешь моего прошлого и хочешь меня обвинять?!

Она резко прижала его к стене, схватив за воротник, её голос дрожал от гнева и боли:

— Я пытаюсь помогать людям через знания! Но эти же знания погубили тех, кто был в моей деревне. Моя мать бросила моего отца только ради этого!

Она ударила его в грудь, затем ещё раз, с каждым ударом голос становился тише, срываясь на плач:

— Я хочу стать библиотекарем уровня императора. Хочу стать великим информатором для всех королевств. Хочу, чтобы моё имя запомнили. Я хочу переехать в Ашуру — как Валентина. Отец уже там работает. У меня нет ни братьев, ни сестёр. Я была одна. Единственное утешение я находила в крови врагов, которых убивала мать Валентины.

Она ударила ещё раз — слабее, почти без силы, и уткнулась головой в его грудь.

— Пойми... я такая же, как ты.

Удзуки застыл. Он не мог выдавить ни слова. Он смотрел в стену, чувствуя, как она дрожит в его руках, и вспомнил — Валентина тоже так срывалась на него. Тогда он просто стоял молча, пока она плакала. И сейчас он снова стоял молча, опустив руки, не зная, что сказать.

Удзуки стоял молча, прижавшись к стене. Нанахоши тихо плакала, уткнувшись лицом в его грудь. Он чувствовал, как её плечи вздрагивают, но не двигался, не знал, что сказать. Его взгляд упал на кольцо в своей руке.

На две секунды перед глазами мелькнула картина — та самая рука, сжимающая его горло, он в крови, бесконечный крик боли. Затем видение исчезло. Он сжал кольцо, ощущая, как металл врезается в ладонь. С яростью он отшвырнул его в сторону, но затем, сделав глубокий вдох, медленно притянул Нанахоши ближе и обнял её, прижимая к себе.

— Прости, — сказал он тихо. — Зря я на тебя так выплеснулся.

Нанахоши застыла на мгновение, затем медленно отстранилась и вытерла глаза. Она посмотрела на него, её голос был хриплым, но спокойным:

— Ну ладно... Ты тоже прости, что я так тебя избила.

Удзуки усмехнулся, потирая грудь, и посмотрел на стену, где остался небольшой след от удара.

— Ничего себе... Ты сильная.

Он поморщился, коснувшись ребра:

— Ты, по-моему, мне что-то хрустнула.

Нанахоши фыркнула, вытирая щёку рукавом:

— Сам виноват.

Удзуки вздохнул и сказал, глядя в сторону:

— Прости. Я даже не думал, что у тебя такое прошлое. По-моему, мне пора завязать с тем, что я вечно страдаю от прошлого.

Нанахоши подняла на него взгляд:

— Ну и что ты будешь делать с этим кольцом? Бери, если надо. Мне не нужно оно.

Удзуки поднял кольцо, посмотрел на него, затем спросил:

— Я сделаю с ним то, что хотел сделать с его владельцем. Ты не против?

Нанахоши пожала плечами:

— Валяй.

Он резко сжал кольцо в кулаке — металл хрустнул, сломался, и он выбросил обломки в окно. Затем повернулся к ней и сказал:

— Наверное, твой отец убил того, кто носил это кольцо. Он ведь был демоном. Наверное, он взял его как трофей и отдал тебе, раз уж оно красивое. А я как дурак думал, что твой отец и мой враг связаны. Но это неудивительно — тогда рыцари для меня были такими же, как и демоны. Врагами.

Нанахоши посмотрела на него, и в её голосе проскользнула лёгкая усмешка:

— Доволен? Заставил уже двух девушек расплакаться и эмоционально страдать.

Удзуки улыбнулся:

— Ну да, это входит в мой план по завоеванию мира. Но... спасибо, что хотя бы раскрылась. Я рад за тебя. Стать библиотекарем божественного уровня — я верю, что ты сможешь. Удачи. Теперь я понял, почему ты сменила образ.

Он развернулся и пошёл к выходу. Нанахоши проводила его взглядом, тяжело вздохнула и тихо сказала:

— Почему... Хотя ладно.

Она села обратно, взяла перо, но на мгновение задержала взгляд на маске, лежащей рядом. Затем, помедлив, отодвинула её в сторону и продолжила писать — уже без неё.

Мы плавно переходим к Валентине.

Валентина, Норн и Абель шли уже несколько часов. Лес сменился каменными тропами, петляющими между скал. Абель помогал Валентине и Норн перебираться через валуны, иногда подавая руку, иногда придерживая за плечо. К вечеру они остановились у небольшого костра. Норн дрожала от холода, кутаясь в свою лёгкую куртку, и Абель, заметив это, снял с себя тёмную куртку и накинул ей на плечи. Норн удивлённо посмотрела на него, но промолчала, только сильнее завернулась в ткань.

Утром они двинулись дальше — через горы, по пшеничным полям, где их чуть не затоптала стадо коров, и наконец перед ними открылся город Зиза. Он стоял между двумя горами, огромный, устремлённый ввысь. Белый мрамор сиял на солнце, дома были построены друг на друге, некоторые парили на длинных основаниях в воздухе. Высокие мосты соединяли здания, прозрачные туннели проходили сквозь скалы, а склоны для ходьбы вились по воздуху.

Норн задрала голову и выдохнула:

— Как красиво и технологично... Как это вообще построили?

Валентина улыбнулась:

— Чудо магии, Норн.

Абель оглянулся по сторонам и спросил с лёгкой тревогой:

— Мы тут случайно не запутаемся?

Валентина кивнула:

— Ну да, здесь запутаться легче, чем что-то найти.

Норн спросила:

— А сейчас мы куда? Выйдем?

Валентина указала вперёд:

— Сейчас мы должны подняться на высоту пятьдесят метров по этому белому воздушному мосту.

Они вышли на мост. Норн приблизилась к перилам, заглянула вниз и побледнела:

— Ой... Не, чё так высоко? Если мы упадём — мы сдохнем.

Абель усмехнулся:

— Тут вроде нельзя упасть. Мосты не дадут.

Они пошли дальше, разглядывая город. Абель спросил:

— Сколько тут вообще уровней высоты?

Валентина ответила, разглядывая карту:

— До пятисот метров можно найти разные переходные места. Тут нет машин или транспорта — все ходят пешком.

Норн смотрела по сторонам, не скрывая восторга:

— Как красиво... Тут много цветов, и белый мрамор такой красивый.

Они перешли через мост и вышли на улицу. Валентина остановилась у небольшого мраморного дома с колоннами:

— Вот это — дом Мака, мага воды.

Абель подошёл ближе:

— Ну, зайдём без стука?

Норн с любопытством спросила:

— А она живёт одна? Или у неё есть муж и дети?

Валентина пожала плечами:

— Это мы и узнаем.

Она подошла к двери и постучала. Через несколько мгновений дверь открылась.

Все трое одновременно подняли головы вверх.

Конец пятьдесят третьей главы.

Глава 54

Пятьдесят четвёртая глава.

Дверь распахнулась. Все трое одновременно подняли головы вверх — перед ними стояла высокая женщина, почти на голову выше Абеля. Её длинные волосы цвета океана спадали на плечи, а глаза были закрыты, но она смотрела прямо на них, словно видела сквозь веки.

Валентина выдавила из себя:

— Эм... здрасте!

Женщина мгновенно выхватила катану и направила лезвие к шее Валентины. Абель среагировал быстрее — оттолкнул Валентину в сторону и встал между ними, выставив вперёд руки:

— Осторожнее! Что вы делаете?

Женщина застыла. Её клинок замер в воздухе. Она прищурилась, всматриваясь в них, затем медленно опустила меч:

— А... стоп. Так вы не демоны?

Абель выдохнул с облегчением, но голос его был напряжённым:

— Конечно нет! Что вы делаете? О чём вы думали? Мы обычные ученики академии.

Женщина убрала катану в ножны, и её лицо расслабилось:

— А... тогда простите меня.

Перед ними стояла женщина лет тридцати с длинными, волнистыми волосами цвета океанской волны. Её глаза были прикрыты, но она двигалась с уверенностью человека, который видит всё вокруг. Она была одета в синюю облегающую форму и длинное синее платье, струящееся по фигуре.

Она слегка поклонилась и сказала, поправляя рукоять меча:

— Извините за атаку. Я подумала, что у этой девушки первобытная тёмная энергия, и приняла её за демона. Рефлексы сработали быстрее, чем надо.

Абель шагнул вперёд, всё ещё не скрывая раздражения:

— Вы чуть не убили её. Если бы не я — вы убили бы мою девушку.

Норн возмущённо подхватила:

— Да! Ещё бы нас задели! Разве вы не понимаете, что это опасно?

Женщина опустила голову и сказала с искренним сожалением:

— Я понимаю, что сделала ошибку. Могу я что-то сделать в качестве примирения?

Валентина, всё ещё бледная, перевела дыхание и сказала:

— Ну... может, хотя бы войдём внутрь?

Женщина посторонилась и жестом пригласила их в дом:

— Конечно, проходите. Могу выполнить любую вашу просьбу в качестве извинения.

Они зашли внутрь. Норн, оглянувшись на женщину, тихо сказала Абелю:

— Странная она.

Абель кивнул:

— Похоже, затворник.

Они прошли дальше по коридору. Сабрина сняла свой меч с синими ножнами и повесила его на стену. Из клинка исходила синяя, глубокая аура, напоминающая океанскую тьму. Норн застыла, глядя на него. Валентина тоже перевела взгляд на свой меч, но промолчала, слегка нахмурившись.

Они вошли в гостиную и сели на пол, поджав ноги. Норн огляделась и шепнула:

— А у неё нормальных стульев нет?

Абель приложил палец к губам:

— Тихо. У них так принято. В этом городе все так сидят.

Сабрина вошла с чайником, опустилась на пол напротив них и поставила чашки. Её голос был спокоен, но в нём чувствовалась лёгкая настороженность:

— Ну... я готова познакомиться с вами.

Валентина представилась:

— Я Валентина Коусин. Это Норн Лилеуш, а это Абель Сландербофски. А вы, наверное, Мак, да?

Сабрина удивлённо приподняла бровь:

— Мак? Это не моё имя.

Все трое переглянулись. Норн спросила:

— Как это значит?

Сабрина усмехнулась и отпила чай:

— Мак — это моё боевое прозвище. А так меня зовут Сабрина.

Абель повторил, пробуя имя на вкус:

— Сабрина... интересное имя.

Сабрина пожала плечами:

— Ну да. Не сама же выбрала. Так, зачем вы ко мне пришли?

Валентина выпрямилась и заговорила:

— Мы пришли из академии по поручению императора. Он хочет, чтобы вы встретились с ним — просто проведаться. Как в былые времена.

Сабрина задумалась, гладя на парящий пар над чашкой:

— Император хочет нас встретить? Наверное, соскучился. После стольких лет разлуки...

Норн, не сдержавшись, спросила:

— А сколько вам лет?

Сабрина усмехнулась и качнула головой:

— Невежливо спрашивать у женщин их возраст, маленькая девочка.

Норн смутилась:

— Простите...

Сабрина легко улыбнулась и сказала:

— Мне просто шестьдесят девять.

Все удивлённо переглянулись. Абель сказал:

— Ничего удивительного. Почти все рыцари и божественные маги могут держаться молодо до старости.

Сабрина кивнула:

— Всё верно.

Валентина наклонилась вперёд:

— Но почему вы раньше не соглашались? Вам же отправляли письма, жар-птиц...

Сабрина отставила чашку и задумчиво посмотрела в стену:

— О, извините, если я раньше не отвечала. Просто меня не было дома.

Абель нахмурился:

— А где вы были?

Сабрина ответила просто:

— Я была в озере.

Норн не поняла:

— В каком смысле?

Сабрина улыбнулась:

— Буквально. Внутри озера. Задерживала дыхание. Это мой способ медитировать и концентрировать энергию.

Норн округлила глаза:

— Ух ты... Необычные у вас методы.

Валентина тихо спросила:

— А кем вы были тогда? До того, как стали божественным магом?

Сабрина усмехнулась и, откинувшись назад, опёрлась на руки:

— Хотите узнать моё прошлое? Как дети... — она сделала паузу и добавила: — Хотя вы и так дети.

Абель возразил:

— Мы достаточно взрослые.

Сабрина застыла, её пальцы на мгновение замерли на чашке. Она перевела закрытые глаза на Валентину и переспросила, голос её стал тише:

— Стоп, погоди. Какая у тебя фамилия?

Валентина ответила:

— Коусин.

Сабрина замолчала. На несколько секунд в комнате повисла тишина. Абель, заметив это, осторожно спросил:

— Вам что-то не нравится?

Сабрина медленно покачала головой, затем сказала, глядя в сторону:

— Ты ведь дочка...

Валентина перебила, стараясь, чтобы голос звучал ровно:

— Да, всё верно.

Сабрина тихо выдохнула:

— А ведь смерти твоей матери прошло уже семь лет, да?

Валентина кивнула:

— Да, всё верно. Вы правы.

Сабрина опустила взгляд и сказала с грустью:

— Жаль... Хорошая была девушка. Мы дружили.

Все удивлённо переглянулись. Валентина подалась вперёд:

— Вы дружили с моей матерью?

Сабрина отпила ещё глоток чая, затем поставила чашку:

— Ну, по крайней мере, когда была война. Дальше мы не связывались — пути разошлись. А так... добрая женщина. Я верю, что она искренне пыталась раскаяться перед всеми королевствами. И делала добро. Без неё мы бы не запечатали печать.

Абель, до этого молчавший, заговорил с любопытством:

— Вот мы сто раз слышали про печать. Вы можете рассказать об этом? Как это вообще произошло?

Сабрина на мгновение задумалась, затем вздохнула:

— Ну... чёрт. Я вообще не хотела это вспоминать. Больно уж тогда мне было сильно больно. Я вроде в кому упала после этого.

Норн, не унимаясь, сказала:

— Вы же сами говорили, что примете любую просьбу, раз уж согласились идти к императору. Расскажите нам. Всё-таки мы живём один раз и встречаем божественных магов один раз в жизни.

Сабрина усмехнулась, глядя на неё с лёгким уважением:

— Хитрая ты девчонка. Ну... ладно. Отвечу на ваши любые вопросы в качестве извинения. У нас в городе Зизу гостеприимство — в первую очередь.

Валентина кивнула:

— Ну, давайте, рассказывайте.

Сабрина откинулась назад и, прикрыв глаза, заговорила:

— Это было пятьдесят лет назад. Прямо перед запечатыванием врат. Демоны были суперсильными и распространялись везде. Они выходили из портала бесконечным потоком.

Она провалилась в воспоминания.

---

Флэшбэк.

Молодая Сабрина стояла на поле боя, вся в крови, тяжело дыша. Вокруг неё бушевала война. Она смотрела вперёд — из огромного портала выходили сотни тысяч демонов, не прекращаясь ни на мгновение. Она встала на ноги, подняла руки, и из океана вырвался гигантский водяной смерч диаметром в сотню метров. Он пронёсся сквозь ряды демонов, уничтожая их, смывая с лица земли.

К ней подлетел мужчина в белом одеянии и крикнул:

— Сабрина! Пошли! Похоже, у главных есть план!

Сабрина вытерла кровь с лица и спросила:

— Какой план? Что тут можно предпринять? Мы убегаем?

Мужчина схватил её за руку:

— Мы можем закончить это!

Он утащил её в воздух, и они подлетели к башне. Внутри стояли несколько магов. Сабрина, запыхавшись, спросила:

— Мы так и будем стоять здесь, пока демоны новой волной пробиваются?

Один из магов — в бело-сером халате, с длинными серыми волосами — ответил:

— Почти. Но у нас есть план закрытия врат.

Сабрина удивлённо подняла бровь:

— Что, вправду? Откуда?

Маг перевёл взгляд в сторону, и Сабрина проследила за ним. В углу стояла Синдрелла — в своём тёмном одеянии, с закрытым лицом, молчаливая и неподвижная.

Сабрина прошептала:

— Синдрелла... Неужели? Ты реально на это готова?

Синдрелла ответила тихим, но твёрдым голосом:

— Я же уже говорила. Я готова на всё, чтобы искупить свои грехи.

Кто-то из магов фыркнул:

— Да, это ложь. Мы знаем тебя.

Синдрелла не ответила. Сабрина вмешалась:

— Всё, хватит ссориться! Она с нами. Что надо делать?

Маг в сером халате объяснил:

— Нужно объединить все наши мощные артефакты и вместе создать запечатывающую силу. Мы должны отдать все свои силы — каждую каплю. Некоторые из вас могут не выдержать и остаться без магии.

Синдрелла добавила:

— Я просто предупреждаю.

Сабрина молча достала свой тёмный водяной меч и поднесла его к кругу. Остальные маги сделали то же самое — посохи, цепи, перчатки, верёвки. Их оружие засветилось, и в центре образовалась радужная сфера. Она взмыла в небо и со всей силы ударила по порталу, закрывая его белыми и радужными цепями.

Все, кроме Синдреллы, упали на землю от истощения. Сабрина потеряла сознание.

---

Флэшбэк оборвался.

Сабрина открыла глаза и вернулась в реальность. Она сидела на полу, обхватив чашку руками, и тихо сказала:

— Ну... и после этого я проснулась через полгода. Ещё примерно пять лет не могла пользоваться магией.

Норн выдохнула с восторгом:

— Вау... просто потрясающе!

Валентина задумчиво смотрела в пол, затем подняла голову:

— То есть моя мама была такой доброй? Она говорила такие слова и помогла вам всем... Она была главным источником?

Сабрина кивнула:

— Да. По крайней мере, я так помню.

Валентина встала, сжала рукоять своего клинка и сказала, глядя на оружие Сабрины:

— Я слышала от матери, что единственным боевым магом среди вас была только вы на войне.

Сабрина удивлённо открыла рот, затем усмехнулась:

— Ну, по крайней мере, меч использовала только я.

Абель присвистнул:

— Ничего себе! То есть вы единственная женщина, которая сражалась с мечом на войне? А как же рыцари?

Сабрина покачала головой:

— Я единственная среди божественных магов. Объясню поконкретнее, чтоб вы не запутались.

Она подняла палец и продолжила:

— Божественные маги — это просто те, кто обладает одной магией лучше других. Я была вызвана в ряд божественных магов, потому что была сильнейшей среди стихийных магов. Моя магия воды могла унести целые города в Кровавой пустыне. Ну, конечно, в пустыне нет городов, но вы поняли сравнение. Так что меня вызвали. Но из-за того, что я пользуюсь стихией через меч, а не через посох, был вызван ещё один божественный маг стихийного уровня, который пользуется посохом. Это мой друг — вы, наверное, к нему пойдёте потом.

Норн спросила:

— То есть остальные маги — это те, кто использует другие магии?

Сабрина кивнула:

— Да, вы всё верно поняли. Кто-то — духовный маг, кто-то — потусторонний, кто-то — тьма, кто-то — свет.

Норн удивлённо сказала:

— Ух ты! А почему только эти магии?

Сабрина пожала плечами:

— Этого я не знаю. Магию света, духовную и стихийную вы уже знаете. Тьма есть у одной — это ты, наверное. И ещё у твоей тёти была. А потусторонняя магия — это только один человек в мире обладает, тот самый божественный маг.

Все замолкли. Сабрина вздохнула:

— Больно уж сильно я вас перегрузила своими воспоминаниями, да?

Абель покачал головой:

— Нет, нет, нет, мы вам огромное спасибо за это.

Валентина задумалась, затем подняла голову:

— Я хотела спросить одно. Это будет эгоистично, но я хочу это сделать.

Сабрина наклонила голову:

— Что вы хотите?

Валентина встала со стола и сказала:

— Я хочу, чтобы вы немножко обучили меня мечом.

Все вокруг застыли.

Сабрина чуть наклонила голову и задумчиво посмотрела на Валентину, затем перевела взгляд на её руки, сжимающие рукоять меча.

— А почему ты хочешь научиться мечу? Ты же вроде маг тьмы. Твоя мать пользовалась тьмой даже без посоха. — она помедлила и добавила: — Разве ты не идёшь по стопам матери?

Валентина покачала головой, и голос её стал твёрже:

— Нет. Я никогда не буду той версией мамы, которая убивала людей. Я буду спасать их. Я хочу пользоваться мечом на уровне посоха, чтобы совмещать их. Я признаю: я вообще бестолкова с мечом. Я не могу даже одолеть базового рыцаря. Вот мой парень Абель меня тренирует, но прогресс слишком медленный. И Абель сам не прям опытный рыцарь — он всё-таки младший.

Абель усмехнулся и скрестил руки:

— Эй. Я не виноват, что ты просто бестолковая.

Норн тут же вступилась:

— Это ты виноват! Не обижайся, сестрица.

Сабрина задумчиво посмотрела на них и сказала:

— Всё равно это как-то не очень просьба. Я могу объяснить тебе базовые механики меча, чтобы ты стала более профессиональной и сильной. Могу дать тебе путь, по которому ты будешь двигаться. Но я напомню: я стихийный маг, а ты духовный. Ты используешь эмоции, как и все маги, а я использую стихию. Это первое отличие. Во-вторых, как я вижу, ты грубый мечник.

Валентина удивлённо подняла бровь:

— Грубый? Я же никого не оскорбляла.

Абель пояснил:

— Грубый в смысле — ты носишь меч через спину и делаешь более тяжёлые и разрушительные удары.

Сабрина кивнула:

— Вот именно. А я ношу меч через пояс, так что у нас разные стили боя. Научить тебя будет сложнее. И в-третьих, чтобы сменить этот стиль на поясовый, нужно время и быстрый потенциал.

Валентина замялась, затем сказала:

— Ну ладно... Я принимаю, что вы не можете меня научить всему. Я наверняка не стану уровнем меча равна вам. Кто ещё в мире смог достичь такого уровня?

Сабрина усмехнулась и чуть склонила голову:

— Если хочешь, могу объяснить просто базовую технику всех мечников, чтобы ты лучше пользовалась им. На практике.

Абель тут же оживился и сказал с лёгкой усмешкой:

— Да-да, вы можете это сделать! А то она меня вообще не слушается и больно уж ленивая.

Валентина возмущённо повернулась к нему:

— Ну а Абель!

Сабрина рассмеялась — искренне, от души:

— Ха-ха-ха... Даже никогда не ожидала, что наследники тьмы и золотого света когда-то будут вместе. Представляю вашего сына.... Смесь темного и светлого.

Абель и Валентина застыли и оба покраснели. Норн, заметив их смущение, нетерпеливо подпрыгнула:

— Давайте, давайте, покажите, что вы умеете на практике! Мне интересно.

Сабрина взялась за меч прямо в коридоре. Валентина удивлённо сказала:

— Стоп, мы будем заниматься здесь? Разве это не опасно?

Сабрина усмехнулась, легко крутанув клинок:

— Я вам не неопытный мечник, который разрушит всё вокруг. Я могу и тут показать стили.

Норн и Абель застыли, и Абель тихо спросил:

— Может, мы отойдём?

Сабрина даже не повернула головы:

— Не бойтесь! Я быстрее вас в сто раз и не обязательно попаду по вам. И кто сказал, что я такая неуклюжая, чтобы задеть вас?

Норн прищурилась и тихо сказала:

— При первой нашей встрече вы доказали обратное.

Сабрина усмехнулась и покачала головой:

— Как ты вообще существуешь? Разве восьмилетние девочки бывают такими умными? Я в твоём возрасте даже считать не умела.

Норн гордо подняла подбородок:

— Ну, это же я просто.

Сабрина хмыкнула и, подняв меч, заговорила серьёзно:

— Ладно, просто запоминайте. Меч — это альтернативная версия посоха. Вы просто используете те же способности через меч. У магов — вы используете эмоции и воспроизводите свою энергию как разные атаки: свет, луч, разрезы по воздуху в цвете вашей маны.

Норн вздохнула:

— Это уже понятно. Это похоже на учебную лекцию.

Сабрина усмехнулась и резко оказалась с другой стороны комнаты. В её руке уже была прядь волос Норн, которую она отрезала с лёгкостью:

— Чем быстрее мечник — тем сильнее его искусство. По крайней мере, когда ты носишь меч через пояс.

Валентина нахмурилась:

— А что, носить через спину плохо?

Сабрина пожала плечами и сделала разрез по воздуху, оставив синий водяной след:

— Нет. Но для меня плохо.

Она опустила меч и продолжила:

— У каждого мага есть свой «бак» — запас энергии. Он истощается каждый раз, когда ты используешь способность. Мечники истощаются быстрее.

Валентина перевела взгляд на Абеля, но тот отвёл глаза и пробормотал:

— У меня нормальная выносливость, не смотри на меня так.

Сабрина убрала меч в ножны и закончила:

— Ну ладно. Чтобы лучше сражаться с мечниками, нужно качать скорость и запас энергии. Или же «бак» — систему твоего тела.

Норн посмотрела на Валентину:

— У тебя же и так большое количество маны.

Валентина кивнула:

— Ну да, но я не умею пользоваться ей через меч.

Сабрина задумчиво посмотрела на неё:

— Я удивлена, что ты вообще можешь им пользоваться. Это же впервые в жизни.

Валентина пожала плечами:

— Не знаю. Наверное, от матери передалось. Или от отца.

Сабрина кивнула и отошла к стене:

— Ну, на этом всё.

Норн возмутилась:

— Как на этом всё? Вы просто прочли нам лекцию, отрезали мне один волос, ударили в воздух — и всё?

Абель усмехнулся:

— Было интересно, прямо уж.

Сабрина скрестила руки:

— Я же говорю — я дала вам путь. Если ты поймёшь его, возможно, пойдёшь по моим стопам.

Валентина задумалась, затем сказала:

— Я поняла.

Все удивились. Валентина добавила:

— Я поняла вас, Сабрина. Но окончательно — не поняла. Ну ладно, неважно. Я буду следовать вашим стопам с мечом. А с посохом хочу стать великим магом. Не против, если мы будем дружить?

Она протянула мизинец. Сабрина посмотрела на него, затем улыбнулась и сцепила свой палец с её:

— Я не против быть тётей для дочери своей подруги.

Они уходили. Норн обернулась и крикнула:

— Не забудьте пойти к императору со своими коллегами!

Сабрина махнула рукой:

— Да-да, я помню. Спасибо, что зашли.

Они вышли на мост. Валентина сказала:

— Ну, первый божественный маг готов. Осталось ещё четыре.

Абель оглянулся на белый город:

— Добрая она оказалась. Ты с ней хорошо подружилась. Теперь у тебя в друзьях целый божественный маг. Желаю удачи с ней в тренировках.

Норн усмехнулась:

— То есть ты бросаешь Абеля как учителя? Давно пора.

Валентина кивнула:

— Да-да, слишком бестолковый он учитель.

Абель возмутился:

— Эй! Я нормальный учитель! Просто у кого-то руки растут не из того места.

Валентина вскинула брови:

— Эй, да как ты смеешь вообще обо мне так говорить?

Норн скрестила руки на груди и гордо сказала:

— Сам он закомплексованный, да ещё и нашей красавице что-то говорит! Как тебе не стыдно? Удзуки такое в жизни не сказал.

Валентина, не заметив, сказала:

— Конечно.

Она опомнилась, смутилась и быстро добавила:

— Ну ладно, Абель, ты всё-таки лучший во всём, кроме психологии и выносливости.

Абель почесал затылок и усмехнулся.

Норн посмотрела вперёд, на белый город, и сказала с лёгкой грустью:

— Куда теперь? Такой красивый город не хочется покидать.

Валентина убрала карту и сказала:

— Ну, один город из шести в Селенции мы прошли. Осталось ещё четыре города и четыре мага. Теперь путь в город Лонзи — к божественному магу сверхъестественного.

Они все вместе пошли по мосту — с оптимизмом и лёгкостью в шагах.

Валентина посмотрела на небо — солнечный свет начал сменяться облаками, которые медленно плыли над Академией Селенции.

Удзуки вышел из библиотеки. Он остановился на мгновение, посмотрел на свои кольца — те были тёпло-оранжевыми, а затем снова стали жёлтыми. Он усмехнулся и уже хотел пойти дальше, как услышал карканье Роберта, сидящего на плече Агнес. Она стояла в тени и сказала с лёгкой усмешкой:

— Ну и что ты там делал?

Удзуки слегка смутился:

— Эм... читал.

Агнес прищурилась:

— Читал? Со слезами и ударами в грудь?

Удзуки пожал плечами:

— Ну... пообнимался чуть-чуть с Нанах

оши, и чё?

Агнес фыркнула:

— Ну ты и извращенец, раз уж обнимаешь девушек.

Удзуки усмехнулся, шагнув к ней:

— А чё плохого? Давай, тебя я обниму.

Агнес отступила на шаг, подняв руку:

— Обойдёшься. Вечно ты с этой притягательностью к объятиям. То с Валентиной вечно обнимаешься, то с Нанахоши, то с Хигамару... Ещё и теперь меня хочешь задушить в объятиях.

Удзуки ухмыльнулся:

— А что, приятно же. А что ты тут делаешь? Подслушиваешь?

Агнес отвела взгляд:

— Нет. Ты же знаешь, что я всё вижу.

Удзуки прищурился:

— Подглядывать нехорошо. Я же не подглядываю, что ты там делаешь в своём складе.

Агнес замялась и быстро сказала:

— А ты что, видел?

Удзуки нахмурился:

— Что? Нет, конечно. А что, скрываешь что-то?

Агнес потёрла палец о палец, явно нервничая:

— Ну нет... эм...

Удзуки резко подошёл вплотную, заглядывая ей в глаза:

— Агнес, я, похоже, понял.

Агнес впала в лёгкий страх и переспросила:

— И что же?

Удзуки стоял с ехидной улыбкой, затем хлопнул её по плечу и сказал:

— Ты же, наверное, в кого-то влюбилась! Поэтому стала такой отстранённой. Вечно сидишь в своём складе, целуешь картинку, обнимаешь подушку и мечтаешь ходить с ним за ручку. Верно?

Агнес облегчённо выдохнула и кивнула:

— Да, да, да... Ты можешь так считать.

Удзуки улыбнулся и, развернувшись, помахал рукой:

— Ну, удачи тебе!

Он ушёл. Агнес и Роберт одновременно облегчённо вздохнули.

---

В классе все просто сидели. Клифф отчаянно учился, попутно говоря парням, которые его не слушали:

— Вы же знаете, что если стать божественным статусом по уму, мне дадут все знания мира! Я буду очень умным и буду раскрывать новые открытия для человечества! Ох, вы же понимаете, сколько премии я получу?

Рин, ковыряясь в одном из гаджетов Клиффа, сказал с лёгкой усмешкой:

— Да-да, ты таким умным будешь... Ты же и так душнила на три комнаты.

Он взял один гаджет и спросил:

— Это что?

Клифф, не оборачиваясь, ответил:

— Ароматизатор. Для вонючих мест.

Рин хмыкнул:

— Ага, теперь понятно, чьи это уродские страшные духи вечно пахнут от тебя. А я думал, это запах немытых подмышек Хигамару.

Клифф и Рин посмотрели на Хигамару. Тот сидел, обхватив ноги в позе лотоса, и смотрел в пустоту, будто там было что-то важное. Рин окликнул его:

— Эй, ты даже не отреагировал! Что с тобой?

Хигамару тихо сказал, не меняя позы:

— Хочу к родителям.

Клифф и Рин резко переглянулись и одновременно переспросили:

— Что?

Хигамару повторил, глядя в одну точку:

— Хочу к маме и папе.

Клифф и Рин застыли на мгновение. Затем Рин сказал, пытаясь разрядить обстановку:

— А я хочу стать Бэтменом... У нас почти всё одинаково.

Хигамару повернул голову и серьёзно сказал:

— Я серьёзно.

Рин откинулся на спинку стула, скрестив руки, и спросил с лёгким любопытством:

— А с чего такие резкие выводы?

Хигамару пожал плечами, всё ещё глядя в пустоту:

— Да так... Подумал и вспомнил про них. Они же бросили меня. Хотя неосознанно им нужно было... Деньги или просто способ выжить, и они отдали меня другому клану цыган. Не знаю, тогда мне было как-то всё равно, но сейчас... тоскую по ним. Хотелось бы встретить, обсудить всё.

Клифф поднял голову от книг и нахмурился:

— Хигамару, это вообще на тебя не похоже. Ты болен? У тебя температура? Я могу дать лекарство.

Хигамару усмехнулся и ответил с лёгкой горечью:

— Дай лекарство от психического расстройства.

Рин прищурился:

— Так, тут что-то не так. Наш малыш Хигамару стал говорить такие умные слова на серьёзные темы. У тебя кто-то сдох? Хомяк? Кот? Мышь? Крыса?

Хигамару покачал головой:

— Да нет... Просто обстановка с боссом напомнила мне это. Он вечно говорит про свой мёртвый клан, семью, сестру, мать... И я тоже подумал: а что, если я такой же? Почему я вечно думаю, что я никому не нужен? Что я просто свободный весельчак? Я хочу быть героем всей земли. Хотя моя семья ждала меня, если бы меня не продали — моя жизнь сложилась бы по-другому.

Рин и Клифф переглянулись. Клифф спросил:

— Ну и что ты хочешь предпринять?

Хигамару задумался:

— Не знаю... Может, попробую как-то в будущем поискать их, хотя это бесполезно. Или пробежать по всей Вселенской и закричать: «Я Хигамару! Я ваш сын! Найдите меня!»

Рин поднял бровь:

— А ты готов к этой встрече?

Хигамару опустил голову:

— Нет... Это же было семь лет назад. Ладно... Мечты есть мечты. Как говорил мой босс: засовывайте мечты глубоко, когда видите первую большую преграду в виде красавчика. Так что... я соглашусь.

Он поднял голову и посмотрел на Клиффа:

— И кстати, реальность и духи — это отвратительная вещь. Больше не делай их, ладно? А я-то думал, что это реально пахнет от меня.

Клифф возмутился:

— Эй! Я думал, это нравится девушкам!

Рин фыркнул:

— Не нравится. Больше не пшикай в себя это — плохо.

Рин в это время тихо украл те самые духи у Клиффа, положив их в карман. Клифф даже не заметил.

Перед ними прошла Хаюки занятая книгами и Рин подхватил это и подошёл за плечо Клиффу .

Рин перевёл тему:

— Кстати, Клифф, а что у тебя там с Хаюки?

Клифф пожал плечами:

— Эм... ну, нормальные, а что?

Хигамару усмехнулся:

— Он врёт. У него там выжженная земля.

Рин с любопытством прищурился:

— О-хо-хо, бедняжка! Ты всё ещё не попросил прощения из-за того инцидента на экскурсии?

Клифф вздохнул:

— Она не из-за этого ревнует. Просто обижена на то, что я провожу время с Агнес больше, чем с ней.

Рин ухмыльнулся:

— Проводишь больше времени с Агнес? Хм... Я понимаю тебя. Она тоже по-своему милая, такая миниатюрная и маленькая.

Клифф напрягся:

— Эй, я же говорю: не в романтическом смысле! Я просто помогал ей с кулоном. Мне пришлось много времени с ней проводить, объясняя, что делать.

Хигамару удивился:

— И из-за этого Хаюки обиделась? Это как вообще действует у вас? Разве она не понимает, что это помощь?

Клифф закатил глаза:

— Вот именно, она не понимает. Вот поэтому и обиделась. А я, значит, должен просить прощения? С чего бы? Я сейчас на мировом открытии буду первым несовершеннолетним с божественным статусом. А тут она дуется... Разве я должен смотреть на женщин в такое время?

Рин усмехнулся:

— О-хо-хо, да у нас тут альфа-самец! Взял яйца в руки. Но это плохо, настоящий мужчина должен извиняться, верно, Хигамару? Ради женщины, которую любишь.

Хигамару, который снова ушёл в свои мысли, поднял голову:

— А? Ты что-то сказал?

Рин тяжело вздохнул. Клифф возмущённо сказал:

— Эй! Кто сказал про любовь? Это не про меня! И вообще, человек чисто теоретически не должен просить прощения, если он не виноват.

Рин покачал головой:

— Эх... слишком ты неопытный, Клифф. Не зря ты зануда.

Клифф поправил очки и с важным видом сказал:

— Ага, я неопытный? Я знаю о любви всё. Как меняются дофамины, как перегружаются эмоции человека и как он на это реагирует.

Рин усмехнулся и покачал головой:

— Нет, нет, нет. Любовь нужно ощутить. — он игриво провёл рукой по своей мускулистой груди. — Нужно это ощутить телом. Тепло женщины и её ласку — ради этого все принимают любовь.

Хигамару скривился:

— Фу... Как же отвратительно. Только не эти целовашки-маловашки.

Рин посмотрел на него свысока:

— Дитя, не вмешивайся в разговор взрослых. Так вот, Клифф. Ты сейчас берёшь яйца в кулак, идёшь и извиняешься перед Хаюки.

Клифф возмутился:

— За что? Я ничего не делал!

Рин вздохнул с видом знатока:

— А неважно! Просто иди и попроси прощения. Говори «прости» хоть тысячу раз за то, что ты сделал то, чего не знаешь. Я, как самый опытный среди женщин, могу тебе точно сказать: если ты ей что-то подаришь, она будет потом таять от тебя. И знаешь, каких мужиков Хаюки любит?

Клифф задумался:

— Если не ошибаюсь, больших и мужественных. Но если она любит честно, то может и любых любить.

Рин усмехнулся, позируя:

— Больших и мужественных — это про меня. Я сто восемьдесят пять сантиметров чистых мышц, а ты на двадцать сантиметров ниже меня. Худой как спичка.

Клифф опустил взгляд:

— Спасибо, что унизил мою самооценку.

Рин захлопнул книгу и сказал с угрозой:

— Ну всё. Ты сейчас идёшь и просишь у неё прощения. А иначе я порву твою книгу.

Клифф испуганно поднял руки:

— Нет-нет! Ну ладно... Давно пора было.

Он пошёл к Хаюки. Хигамару проводил его взглядом и спросил:

— А что с этого будет? Ну попросит он прощения, и что с того?

Рин усмехнулся:

— Ты слишком мелкий, Хигамару, для понимания любви. Клифф, я обещаю — если у вас всё получится и вы сразу же поцелуетесь очень страстно, хоть даже здесь, я потом куплю вам отдельную яхту, чтобы вы были вместе, как в «Титанике».

Хигамару тут же оживился и показал на свои рваные сандалии:

— Эй! Если ты можешь купить ему яхту, то купи мне новые сандалии! А то мои уже при забегах стали страшными.

Рин отмахнулся:

— Обойдёшься. Не хочется слишком много тратить.

Клифф подошёл к Хаюки. Та обернулась с холодным видом:

— Что тебе?

Клифф выдохнул:

— Прости...

Хаюки прищурилась:

— Ну и что с того? Твои прощения?

Клифф замялся:

— Эм... ну, прости меня за что-то.

Хаюки переспросила с едкой усмешкой:

— За что-то? А что это за что-то?

Клифф растерянно посмотрел на неё:

— Ну... я не знаю, что это.

Рин и Хигамару одновременно ударили себя по лбам. Хаюки фыркнула:

— Ты с ума сошёл?

Клифф сбился:

— Ну... я прошу прощения. Извини за то, что я был таким... каким...

Хаюки перебила:

— Каким?

Клифф повысил голос:

— А, да, да! Ты что, женщина, пытаешься до меня докопаться? Я и сам не знаю!

Хаюки усмехнулась с презрением:

— Пришёл просить прощения, ещё и так со мной говоришь?

Клифф сжал кулаки:

— Да, я просто... В чём я виноват? Я даже не виноват! Скажи мне, в чём я виноват, я попрошу прощения в этом!

Хаюки отвернулась:

— А ты не можешь сам догадаться?

Клифф развёл руками:

— Какие же у вас нелогичные ответы!

Хаюки фыркнула и сказала, уходя:

— Тоже мне парень... Все вы такие одинаковые.

В этот момент в класс влетела жар-птица и громко объявила:

— Кар! Из группы «Альфа» с запада пришли! Идите их встречать!

Хигамару тут же вскочил:

— Ничего себе! Уже? Пошли встречать!

Он рванул с места с такой скоростью, что только ветер остался. Хаюки молча вышла, не взглянув на Клиффа. Тот тяжело вздохнул и злобно посмотрел на Рина. Рин пожал плечами:

— Ну ты и лох. Я давал советы — ты сам их провалил.

Клифф крикнул:

— Тоже мне мастер!

Рин усмехнулся:

— Был бы я на твоём месте, я бы уже десять таких, как Хаюки, себе присвоил. Просто лень.

Клифф развернулся и пошёл к выходу, бормоча:

— Не понимаю я, что вообще творится с Хаюки. Я больше не буду просить прощения.

Рин посмотрел ему вслед и покачал головой:

— Эх... Вы двое, мои тупые влюблённые. Почему с вами так сложно?

Он пошёл за остальными, добавив:

— Ладно, посмотрим, кто там к нам пришёл.

Все направились встречать группу «Альфа».

Конец пятьдесят четвёртой главы.

Глава 55

Пятьдесят пятая глава.

Вся группа «Ц» стояла в классе, кроме Удзуки. Все ждали. Мария, скрестив руки, сказала с лёгким любопытством:

— Ну, сейчас посмотрим, кто эти люди. И как их нам подкинули?

Хаюки поправила воротник и примирительно сказала:

— Давайте сразу без конфликтов. Попробуйте подружиться. Мы же не должны соперничать?

Рин усмехнулся:

— Конечно, конечно. Возможно, мы будем вместе сражаться, но кто сказал, что мы не можем соперничать в обычном быту?

Клифф задумчиво поправил очки:

— Интересно, а там есть самый умный, который управляет группой интеллектом?

Хигамару скучающе зевнул:

— Да плевать уже. А когда они придут?

Резко в дверь постучали. Анна собралась, поправила волосы и сказала:

— Ну, встречаем их, что ли?

Она открыла дверь и застыла. Перед ней стояла маленькая девочка с тёмно-красными волосами, в обычной рабочей форме. Она подняла голову и спросила:

— Это вы, группа «Ц»?

Анна удивлённо моргнула:

— Эм... ну да. А ты, девочка, потерялась?

Девочка покачала головой:

— Нет. Я из группы «Альфа». Вроде же нас сюда послали.

Все удивлённо переглянулись. Анна присела на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне:

— Стоп, то есть ты из группы «Альфа»? Ты там работаешь?

Девочка ответила спокойно:

— Нет. Просто помогаю. Я не обладаю магией, но обязана с ними помогать — в быту или раны заживлять. Но я никакой не маг, хотя имею энергию.

Все застыли. Анна спросила:

— А как тебя зовут?

Девочка улыбнулась:

— Я Айша. Мне восемь лет. Я из группы «Альфа», самая младшая.

Рин подошёл ближе:

— А где твои остальные? Ты одна пришла?

Айша покачала головой:

— Нет. Они чуть-чуть опоздали — придут по отдельности. Дорога была разной.

Сзади раздался тяжёлый шаг, и из коридора вышел огромный мужчина. Все обернулись. Рин присвистнул:

— Ничего себе!

Перед ними стоял мужчина ростом под сто девяносто пять сантиметров, с тёмно-жёлтыми волосами и огромным мечом за спиной. Он вышел с лёгкой улыбкой и тихим, но добрым голосом сказал:

— Извините за опоздание. Так получилось. Я Артур. Боевой маг стихии камня.

Хигамару, задрав голову, выдохнул:

— Ничего себе... Машина! У него грудь больше, чем у Рина.

Рин возмутился:

— Эй! Как не стыдно?

Артур усмехнулся и кивнул на Айшу:

— Ну, это Айша, а я — один из группы «Альфа». Приятно познакомиться.

Анна выдохнула и представилась:

— Я Анна.

Хигамару тут же подскочил к Артуру, схватил его руку и быстро пожал:

— Привет, я Хигамару!

Он дёрнул руку и поморщился:

— Ай, больно! Ты такой сильный!

Артур смущённо убрал руку:

— Ай, да не стоит. Не считайте меня таким опасным большим. Хотя, если надо, я помогу.

Он обернулся и крикнул в коридор:

— О! И, похоже, Александр тоже подходит. Александр, иди сюда!

Хаюки удивлённо переспросила:

— Александр? Ничего себе имя...

Мария сказала, заметив кого-то в коридоре:

— О, а у нас подходят Удзуки уже с другой стороны.

Агнес, стоявшая в тени у стены, тихо сказала:

— Чувствую, эти новые опять такие же, как мой класс в первые годы.

Удзуки подошёл, сонно почёсывая затылок, и спросил, оглядывая класс:

— Что тут происходит?

Мария махнула рукой в сторону новичков:

— Удзуки, знакомься с новичками.

Удзуки подошёл к Айше и Артуру. Артур стоял ровно, слегка склонив голову. Удзуки протянул руку:

— Ну, привет. Я Удзуки.

Артур не пожал руку — лишь кивнул с лёгкой, приветливой улыбкой:

— Я Артур. Приятно познакомиться. Если не ошибаюсь, ты лидер здесь?

Удзуки удивлённо показал на себя:

— Я лидер?

Он обернулся на класс, увидел, что все смотрят на него, и неуверенно пожал плечами:

— Наверное, так.

Айша быстро подскочила и сжала его руку в своём маленьком кулачке:

— А я Айша! Приятно познакомиться!

Удзуки посмотрел на неё с удивлением:

— Стоп... А ты что тут делаешь, маленькая девочка?

Айша гордо подняла подбородок:

— Я помогаю группе «Альфа»!

Удзуки слегка усмехнулся:

— Хм, значит, местная Норн. Интересно.

В этот момент из коридора послышался громкий, властный голос с диктаторскими нотками:

— Да где вы пропали? Чего так сложно было идти вместе? Навалились тут по пачкам и теперь входим в класс как обычные смертные!

В класс зашёл Александр. Его одежда была белой с красными вставками, обтягивающей — классический стиль рыцаря. На руках виднелись железные основания для удержания меча. Волосы были острыми, а глаза ярко-красными. Он осмотрел класс и остановил взгляд на Удзуки.

— Я Александр. Святой наследник меча, рыцарь девятого ранга, — объявил он.

Мария скрестила руки и усмехнулась:

— Можно было и без пафоса.

Александр резко заметил Удзуки и мгновенно обнажил меч. Анна встала между ними:

— Эй, успокойся! Что тебе не нравится?

Александр прищурился:

— Чувствую элементы убийства от него. То, что ты скрываешь.

Удзуки вздохнул и почесал затылок:

— Да ну, боже... Может, хоть одна моя встреча закончится без нападения из-за того, что я бывший участник Смертельного круга?

Александр удивился:

— Бывший участник Смертельного круга? Серьёзно? Они всё ещё живы?

Удзуки покачал головой:

— Нет. Я — последний. Ты, наверное, из-за этих колец переживаешь, но не бойся. Я уже не такой.

Александр опустил меч, но его голос остался напряжённым:

— Поверю на первый раз. — он осмотрел класс. — Ну и кто находится в этой великой группе «Ц»?

Клифф тихо пробормотал, поправляя очки:

— Не нравится мне что-то он.

Хаюки усмехнулась:

— Будет получше, чем ты.

Анна вышла вперёд и представила всех:

— Ну, я Анна. Это Мария, это Агнес, это Удзуки, Хигамару, Рин, Хаюки, Клифф. — она указала на Удзуки. — Вроде лидер.

Александр кивнул:

— Я главный отряда группы «Альфа». А кто у вас главный?

Рин толкнул Удзуки в спину, и тот сделал шаг вперёд, явно нехотя. Анна тоже подтолкнула его. Александр посмотрел на Удзуки и сказал:

— Значит, будем вместе править.

Удзуки тяжело вздохнул:

— Наверное...

Айша подскочила и попыталась снять напряжение:

— Эм, а сейчас, если не ошибаюсь, придут последние двое!

Анна спросила:

— У вас ещё двое осталось?

Артур кивнул:

— Да. Одна девушка и один мальчик.

Хаюки улыбнулась и сложила руки:

— Надеюсь, мы хорошо сдружимся и будем ладить.

Айша радостно воскликнула:

— Конечно! Я так рада этому!

Александр холодно посмотрел на неё и сказал:

— Наша цель — работать, а не вместе тусить.

Александр осматривал всех, словно оценивая. Он остановил взгляд на Удзуки и сказал:

— Ты — безмолвный маг.

Затем перевёл взгляд на Рина и добавил с лёгкой усмешкой:

— Маг меча-цветка.

Рин возмущённо дёрнул плечом:

— Эй! Не цветок, а роза вообще-то!

Александр даже не повёл бровью:

— Да мне плевать.

Он перевёл взгляд на Хигамару:

— Макс скорости.

Хигамару упёр руки в боки:

— Не маг, а боевой маг!

Александр махнул рукой с безразличием:

— Ой, да не важно. — он посмотрел на Марию. — Это я? Если не ошибаюсь, тоже мечник?

Мария фыркнула, но промолчала. Александр перевёл взгляд на Анну:

— А ты — маг воды, если не ошибаюсь.

Артур тут же заинтересованно подался вперёд:

— Маг воды? Ничего себе! Моя мама тоже была магом воды.

Анна смущённо улыбнулась:

— А, правда что ли? Ну, круто!

Айша, стоявшая рядом, спросила, оглядывая класс:

— А это вся ваша группа?

Анна покачала головой:

— На самом деле есть ещё трое. Они сейчас на задании. Когда придут, мы обязательно познакомимся.

Александр кивнул, затем вдруг спросил, слегка прищурившись:

— Да, кстати, я хотел познакомиться со Светлой Надеждой, а также с моей коллегой.

Удзуки нахмурился:

— Коллегой? Кто это?

Александр удивлённо поднял бровь:

— Абель. Вы что, не знаете его?

Удзуки переглянулся с остальными и кивнул:

— А, знаем мы этого рыцаря.

Александр слегка поклонился:

— Ну ладно. Познакомимся позже. А имена остальных я запомню позже.

Он развернулся и вышел из класса. Клифф проводил его взглядом и буркнул:

— Больно уж надо запоминать наши имена.

В этот момент из коридора послышался другой голос, молодой и дерзкий:

— Что за пафос тут творится? Да и без меня?

Удзуки усмехнулся:

— Нормальный мужской голос. Похоже, сейчас будет пацан лет пятнадцати.

Он не договорил. В дверях появился мальчик лет десяти. Его волосы были разделены на две стороны — одна абсолютно тёмная, другая белая. Глаза тоже были разными: один серый, другой ярко-голубой. Он вышел с лёгкой надменностью и сказал:

— Ну, что они рассказали? Что у вас знакомые проходят? Я думал, мы сразу в комнату отправимся.

Айша скрестила руки и сказала:

— Астро, будь вежливее! Тут вообще-то группа «Ц» великая! Где твои манеры?

Астро вздохнул, затем взял свой тёмный меч, как у Валентины, и склонился на одно колено:

— А, извиняюсь. Я Астро. Приятно познакомиться!

Все удивлённо переглянулись. Удзуки пробормотал:

— Детский сад какой-то...

Артур одёрнул его:

— Эй, будь вежливее. Хоть он и выглядит младше, он хороший боец.

Мария нахмурилась:

— Вы детей отправляете на бой?

Артур усмехнулся:

— А вы не отправляете ту золотую девчонку на битву?

Хаюки замялась:

— Эм... ну, справедливо.

Астро обиженно вскинул голову:

— Эй, вообще-то речь идёт обо мне!

Удзуки подошёл ближе, разглядывая его меч:

— Откуда у тебя такой?

Астро пожал плечами:

— Я его покрасил. А что?

Удзуки удивлённо переспросил:

— Магия?

Астро кивнул и погладил лезвие:

— Когда я впервые взял его в руки, оно само стало чёрным.

Он поправил свою мягкую футболку и с гордостью сказал:

— Мне десять лет. Вы можете подумать, что я мелюзга, но по словам моего отца, я имею потенциал стать рыцарем первого ранга.

Рин ухмыльнулся:

— Всё больше детей, которые имеют огромный потенциал. Ты вообще участвовал в битвах?

Астро усмехнулся:

— Ещё как. Могу любого здесь порвать. Я ведь рыцарь пустоты и одновременно света.

Все застыли. Клифф поправил очки и переспросил:

— Что-то ты хочешь сказать? Что ты одновременно двойной маг?

Астро гордо кивнул, показывая на свои волосы:

— Да, конечно. Вы не видите мои волосы?

Удзуки прищурился:

— Ты что, гибрид?

Астро фыркнул:

— Эй, сам ты гибрид! Уродливый ты. Я просто так родился. Я постоянно пользуюсь пустотой, нежели золотой энергией.

Он осмотрел всех и спросил:

— Ну? Чё там у вас? Кто есть кто?

Анна махнула рукой:

— Ну, я Анна, хотя мне лень представляться. Вот тебе список.

Она протянула ему лист. Астро пробежал глазами, остановился на одном имени и поднял голову:

— Удзуки Кашимо... Тот самый?

Удзуки усмехнулся:

— Не знаю, откуда ты меня слышал, но, наверное, я тот самый.

Астро удивлённо приподнял бровь:

— Так ты же известен среди рыцарей как враг.

Удзуки вздохнул:

— Неудивительно.

Айша попыталась сгладить атмосферу:

— Вижу, он вам понравился? Мы хорошо поладили!

Анна подняла руку:

— Погодите, погодите! У меня столько вопросов про этого мальчика! Можно задать?

Артур посмотрел на Астро и тихо сказал:

— Астро не любит, когда его так много обсуждают.

Удзуки поднял руку, останавливая поток представлений, и сказал:

— Э, всё, познакомились, мы очень рады. Теперь можете идти в свои комнаты и знакомиться со всеми отдельно. А я пошёл уже.

Он уже хотел уйти, но в этот момент из коридора раздался мягкий, добрый голос:

— Уходишь, Удзуки? Жаль. А я хотела познакомиться с этой легендой так сильно.

Удзуки обернулся. Хигамару возмущённо крикнул:

— Эй! Называть босса «легендой» могу только я!

Из коридора вышла женщина с длинными голубовато-прозрачными волосами, струящимися по спине. Она была одета в мягкую длинную одежду и держала в руках необычный посох с двумя яркими шарами по бокам. Она улыбнулась и сказала:

— Извините за опоздание. Я Канаэ. Маг кристаллов. Из группы «Альфа».

Все парни застыли. Артур облегчённо выдохнул:

— Канаэ, ты забыла Астро с собой взять.

Канаэ вздохнула, глядя куда-то вдаль:

— Астро сбежал. Опять меня не слушается.

Астро уже бежал в сторону коридора, крикнув на ходу:

— Я сам знаю, ладно! Пошёл!

Хигамару с восхищением смотрел на Канаэ и сказал, почти шёпотом:

— Откуда ты, ангел?

Канаэ усмехнулась и мягко ответила:

— Ай, что ты... Я просто из города Зизу. Обладаю базовыми способностями мага кристаллов и использую их через этот посох.

Удзуки нахмурился:

— Стоп. Ты сказала, что знаешь меня?

Канаэ улыбнулась:

— Конечно, знаю. Как забудешь того, кто спас наше поселение несколько лет назад?

Удзуки растерянно переспросил:

— Спас ваше поселение? О чём ты?

Канаэ усмехнулась и покачала головой:

— Не зря Валентина говорила, что ты забывчивый.

Анна удивилась:

— Ты знаешь Валентину?

Канаэ кивнула:

— Да. Мы работали вместе однажды, примерно пять лет назад. Валентина проходила через наш город, и мы помогли одному фермеру. Хорошая девочка. Теперь снова с ней познакомиться придётся.

Рин вышел вперёд и неуверенно представился:

— Ну, эм, я Рин. Маг розы... то есть через меч... то есть...

Канаэ понимающе кивнула:

— Я поняла. Спасибо.

Клифф поправил очки и сказал:

— А я Клифф. Пока что не использую магию, скорее использую ум как магию.

Канаэ пожала ему руку и тепло сказала:

— Ничего себе, я слышала, ты хочешь стать божественным гением. Верю, у тебя получится. Это очень похоже на тебя.

Айша воскликнула, наблюдая за всем:

— Ого! Похоже, Канаэ сразу понравилась всем!

Агнес фыркнула и, развернувшись, вышла в коридор, пробормотав:

— Какой же бред... Клоунада.

Она скрылась в темноте. Артур проводил её взглядом и спросил у Анны:

— Что с ней? Она всегда такая?

Анна вздохнула:

— Не обращай внимания. Она всегда такой была. Ей сложно влиться в коллектив.

Артур кивнул:

— Ну, попытаемся потом познакомиться.

Хаюки и Мария смотрели на происходящее с лёгким презрением. Хаюки тихо сказала:

— Как только появилась женщина, все наши парни сразу потекли.

Мария скрестила руки:

— Ага... Не нравится мне эта девушка.

Канаэ подошла к Марии и Хаюки и с доброй улыбкой протянула руку:

— Здравствуйте, девочки! Приятно познакомиться.

Хаюки пожала её руку с натянутой улыбкой:

— Э, знакомо, да... Прям рада.

Хаюки посмотрела на её одежду и спросила:

— А ты из какого города?

Канаэ ответила:

— Из города Зизу.

Мария резко выхватила катану и направила на Канаэ. Рин тут же оттолкнул её и крикнул:

— Мария, что ты делаешь?!

Мария, не опуская меча, сказала с холодной усмешкой:

— Знаю я ваших, из города Зизу. Вечно высокомерные люди, которые отобрали место и жизни у многих с моего севера.

Канаэ спокойно ответила:

— Не знаю, о чём ты говоришь. Но если что — прости.

Мария убрала меч и, фыркнув, развернулась:

— Больно уж не надо твоё жалкое «прости».

Она ушла. Артур усмехнулся и сказал:

— Какое знакомство без драк?

Айша вздохнула:

— Эх... А я думала, всё будет намного радужнее.

Удзуки махнул рукой и сказал:

— Ну, раз уж так получилось, давайте осваиваться все вместе.

Он кивнул, развернулся и добавил:

— Удачи.

И ушёл. Остальные из группы «Альфа» тоже разошлись по своим комнатам. Анна проводила их взглядом и сказала:

— Оказалось всё намного лучше, чем я думала.

Клифф кивнул:

— Ага. Так она и оказалась доброй и нежной.

Рин добавил с усмешкой:

— О да, намного приятнее, чем наши стервы.

Анна возмутилась:

— Эй! Сразу променяешь нас?

Хигамару задумчиво сказал:

— А тот Артур какой-то слишком большой и добрый... Классика, которая работает вечно.

Хаюки посмотрела на остальных:

— Вас не смутило, что у них работают двое детей?

Удзуки, уже уходя, ответил:

— Нужно побольше познакомиться с этим Астро. И кстати, мне нужно расспросить Канаэ о том, что я там спас. Я помню, что после комы помогал людям, но не помню, чтобы я помогал городу Зизу. И почему Мария так отреагировала?

Анна вздохнула:

— Вечно у Марии какие-то проблемы с прошлым. Кто-то ей навредил.

В соседней комнате Артур расставлял вещи и спокойно сказал:

— Нормальные люди. Чего ты так возмущаешься?

Александр, стоявший у окна, скрестил руки и ответил с лёгким раздражением:

— Говорил мне отец — убивать всех, кто из Смертельного круга. Но этот почему-то живёт в законе и ему простили все грехи за то, что он спасает людей.

Айша, сидевшая на кровати, спросила:

— Ну, так если он добрый, что тебе мешает с ним дружить?

Александр пожал плечами:

— Дружить мы вряд ли будем, но работать с ним придётся. Так что посмотрим, что будет дальше. С одной стороны — интересно же дружить с тем, кто раньше убивал людей.

Астро, сидевший в углу и разглядывавший свой меч, спросил с обидой:

— Почему на меня смотрели так, будто я аномалия?

Айша улыбнулась:

— Потому что ты и есть аномалия.

Астро фыркнул:

— Я обычный пацан с двумя энергиями и с мечом. Что тут удивительного?

Канаэ подошла сзади, положила руки ему на плечи и мягко сказала:

— Ничего, конечно же. Просто расслабься. Это обычная реакция людей. Все они добрые по-своему, если не имеют своих скелетов в шкафу. Так что со временем мы подружимся.

Артур посмотрел на Канаэ:

— Ты же вроде не поладила с той девочкой — Марией.

Канаэ задумалась:

— Возможно. Север часто ненавидит город Зизу из-за тёмного прошлого. Но я никак не связана с этим. Почему она на меня так вспылила?

Айша вздохнула и спросила:

— А я что буду делать, пока вы будете тренироваться, дружить и учиться с группой «Ц»? Почему я должна работать в библиотеке?

Астро усмехнулся:

— Ха, будешь работать в пыльной местности с очень старой старушкой, которая будет тебя ругать.

Айша испуганно вскрикнула:

— О нет, я не хочу этого!

Артур успокаивающе положил руку ей на голову:

— Да иди, не бойся. Если кто-то тебе навредит, скажи мне — и я его порву.

Айша кивнула, чуть успокоившись:

— Ну, надеюсь, библиотекарь не окажется такой уж страшной. Я слышала, она женщина. Так что я пошла.

Она вышла из комнаты и пошла по коридорам, поднимаясь на самый высокий этаж. Когда она добралась до двери, её ноги уже гудели. Она остановилась и посмотрела вниз:

— Ох, как тут высоко... Мои ножки устали.

Она взяла себя в руки и прошептала:

— Ну, ты — лекарь группы «Альфа». Ты всегда помогаешь в быту и не даёшь им падать морально. Почему ты боишься какой-то библиотекарши?

Она открыла дверь и зашла. Внутри сидела Нанахоши в маске. Она подняла голову и с лёгкой усмешкой спросила:

— Ты что-то здесь забыла?

Айша удивлённо заморгала:

— Эм... меня отправили сюда работать на подработке.

Нанахоши встала, подошла к ней и, поставив руки в боки, оглядела её с головы до ног:

— Кто тебя отправил?

Айша показала записку:

— Тут так написано.

Нанахоши взяла записку, прочитала и хмыкнула:

— Какая же ты маленькая... И тебя отправили сюда?

Айша подумала в голове:

«Какая приятная и женственное тело у нее.»

Айша кивнула:

— Я из группы «Альфа».

Нанахоши покачала головой:

— Какой же бред — в наше время выпускать детей на бой.

Айша ответила, поправляя воротник:

— Я не выхожу на бой. Просто помогаю им — лечу, поддерживаю морально.

Нанахоши фыркнула:

— Сейчас и такие люди есть. Ладно, короче. На тебе список дел. Будешь их делать, а дальше можешь делать что хочешь.

Она передала Айше бумагу. Айша взяла её и спросила:

— Спасибо... Но мы разве не познакомимся?

Нанахоши уже повернулась к столу и ответила:

— Я — Нанахоши. А ты Айша, как я поняла. Ну всё, этого хватит. Будешь работать у меня, делать дела, получать долю и уходить. Ладно? Давай, иди уже.

Айша посмотрела ей вслед и пробормотала:

— Грубая девочка...

Но она всё же пошла разбирать упавшие книги.

---

Тем временем мы переносимся к Валентине, которая шла с Абелем и Норн по открытой поляне, усыпанной большими камнями в разных местах. Травы почти не было — только серые камни и сухая земля, уход

ящая за горизонт.

Они вошли в мрачную, пустынную местность. Абель оглянулся и сказал:

— Довольно мёртвое место здесь.

Норн, тяжело вздохнув, добавила:

— Такое же мёртвое, как и настроение Удзуки по воскресеньям.

Валентина усмехнулась и покачала головой:

— Не бойтесь, это специально такое мёртвое поле. Город Лонзо, где живёт маг сверхъестественного, — необычный. Там нет больших построек, как в Зизу. На самом деле это более деревенский город, самый непродвинутый из шести городов Селенции.

Абель огляделся и спросил:

— Да, но почему так трудно до него дойти?

Валентина ответила, поправляя лямку рюкзака:

— Потому что туристические дороги никогда не ремонтировались, и всё засохло на пути.

Норн остановилась, уперев руки в бока:

— Я устала! Мы уже пятнадцать километров идём по этому месту. И кроме тупых камней и мёртвой земли ничего не видим. Абель, поноси меня!

Абель усмехнулся и покачал головой:

— Норн, это вредно. Не надо лучше.

Норн надула щёки, но промолчала. Валентина задумчиво посмотрела вперёд:

— Если не ошибаюсь, через семнадцать километров мы должны пройти через границу. Может, мы уже должны были прийти?

Абель нахмурился, вглядываясь вдаль:

— А мы случайно не заблудились?

Валентина уверенно покачала головой:

— Нет. Никак.

Норн, заметив что-то, указала вперёд:

— Мне кажется, или эти камни указывают дорогу прямо после этого леса?

Валентина посмотрела туда, куда она показывала, и кивнула:

— Этот лес наполовину мёртвый из-за камней и травы, и наполовину живой из-за зелёных ёлок. Ну давайте пойдём по этой местности — тут ближе.

Они пошли. Абель, оглядываясь, сказал:

— Чувствую этот странный туман.

Норн глубоко вдохнула и выдохнула:

— Тут хотя бы дышать чем-то можно. Может, мы уже дойдём?

Валентина вздохнула:

— Не зря этот город называют самым скучным и самым тоскливым — дойти до него так сложно.

Абель кивнул:

— Дойти до него не так сложно обычным путём, но мы идём пешком, и к тому же от города Зизу прошли горную местность, а теперь ещё и тут ходим.

Норн остановилась и сказала с капризной ноткой:

— Я проголодалась! Что вообще творится?

Валентина положила руку ей на плечо и мягко сказала:

— Потерпи. Ещё немного осталось.

Они шли так долго, что казалось, будто время остановилось, а земля под ногами стала бесконечной. Ноги уже еле передвигались, дыхание сбивалось, и даже воздух казался тяжёлым.

Валентина остановилась, оглядываясь:

— Мне кажется, или мы тут уже были?

Абель покачал головой, опираясь на меч:

— Ну, мы идём прямо. Только прямо.

Норн перепрыгивала с камня на камень, раздражённо бормоча:

— А я говорила, что лучше обойти.

Валентина ответила с лёгкой усталостью:

— Тогда бы мы шли ещё дольше, Норн, и ты бы жаловалась ещё больше.

Норн надулась и отошла подальше от Абеля. Валентина подошла к ней, взяла за руку:

— Норн, успокойся. Это обычный долгий путь. Потерпи немного, будь рядом — и всё.

Норн дёрнула плечом и резко ответила:

— Я не про это. Я всё ещё зла на тебя за то, что ты не взяла Удзуки вместо Абеля.

Валентина удивлённо подняла бровь:

— Серьёзно, Норн? Ты взяла бы Удзуки только ради того, чтобы он тебя нёс?

Норн скрестила руки:

— И всё? Это самое мелкое, что он может сделать. Если ты попросишь, он и тебя вместе со мной понесёт. С ним веселее, чем с Абелем. У него духу не хватает, чтобы попросить парня нести тебя.

Валентина вздохнула:

— Норн, не капризничай. Что ты вообще хочешь?

Норн села на ближайший камень и устало сказала:

— Я устала. Давайте отдохнём. Мои маленькие ножки не предназначены для долгих путей. Нужно было брать Хигамару — он бы нёс нас туда-сюда.

Валентина усмехнулась:

— Ага, чтобы он потом все наши припасы за один день съел. Нет уж.

Они остановились у огромного камня и разбили лагерь. Темнело. Абель и Норн сидели у костра. Норн закуталась в одеяло и спросила:

— Почему тут такая странная атмосфера? Земля мёртвая, ёлки одинаковые, туман веет...

Валентина, глядя в огонь, ответила:

— Похоже, это место таинственное и мрачное.

Абель заметил, что она встала, и спросил:

— Валентина, ты куда?

Валентина поправила перчатки:

— Просто сделаю свои дела. Ты хочешь посмотреть?

Абель смутился и отвернулся:

— Нет, конечно. Я же не извращенец.

Валентина отошла подальше от лагеря, села на землю и сняла перчатки. Тьма на её руках разрасталась до самых бицепсов. Она вздохнула, надела перчатки обратно и осмотрелась.

«Мне кажется, или мы идём по одному и тому же пути?.. Что-то явно не так».

Она отошла ещё дальше от группы, встала между ёлками и вдруг почувствовала опасность. Она достала меч и осмотрелась. Всё замерло. Вдруг меч выпал из её рук.

Из-под земли, в сотне метров от неё, начала подниматься огромная белая фигура. Сначала появилась рука, затем тело, прорывая землю и ломая камни. Гигант ростом с четыреста метров возвысился над горизонтом. На его круглой белой голове виднелся странный иероглиф.

Валентина, увидев это, задрожала, упала на колени и прошептала:

— Нет... Не может быть... Нет... Мы все умрём... Нам конец...

Её пальцы дрожали, слёзы потекли по щекам. Она повторяла:

— Только не это... Нет... Это не настоящее...

Гигант посмотрел на неё, затем издал страшный крик без лишнего движения, который разнёсся по всей поляне, и он встал на ноги. И резко побежал прочь и исчез в тумане, словно его и не было.

Валентина не выдержала — её дыхание сбилось, глаза закатились, и она упала на землю без сознания. Как будто кто-то её вырубил резко , а не она сама потеряла сознание.

Мы провалились в сознание Валентины. Она видит свою бабушку, которая сидит рядом и мягко улыбается:

— Успокойся, Валентина. Обещаю, я расскажу тебе столько историй, сколько ты никогда не услышишь в своей жизни. Хочешь, расскажу историю о моём фамильяре?

Валентина что-то лепечет на детском, непонятном языке. Бабушка усмехается и гладит её по голове:

— Не бойся, я обещаю. Ты не встретишь его. А если встретишь... знай, ты умрёшь.

Она показывает маленькую фигурку того самого гиганта. Валентина резко начинает плакать со всей силы. Голос отца раздаётся за кадром:

— Ну, бабушка, как вы можете опять пугать нашу маленькую Валю? Вам не стыдно?

Он забирает Валентину, унося её прочь. Бабушка напоследок улыбается и говорит:

— Запомни мои слова, Валя. Тебе это ещё пригодится.

---

Валентина открывает глаза. Она лежит в кровати у камина. Рядом сидит Абель, сжимает её руку и говорит с облегчением:

— Вэл, с тобой всё нормально? Я так испугался... Ты просто упала и лежала без сознания несколько часов. Мы еле тебя нашли.

Валентина, всё ещё слабая, спрашивает:

— Где я?

Абель отвечает:

— В доме сверхъестественного божественного мага.

Валентина удивлённо переспрашивает:

— Что? Мы в его доме? Как?

Абель объясняет:

— Он нашёл нас и помог отвезти тебя сюда на помощь.

В коридоре слышатся шаги. Абель напряжённо говорит:

— Похоже, это он и есть.

Валентина садится и тихо спрашивает:

— Абель... ты слышал тот крик и того белого монстра?

Абель хмурится:

— О чём ты?

Из коридора раздаётся голос, который перебивает их:

— Только встала и сразу начала задавать вопросы, хотя у меня столько же вопросов к вам.

Валентина и Абель застывают.

Конец пятьдесят пятой главы.

Глава 56

Пятьдесят шестая глава.

В тёмной комнате у камина зажглись новые языки пламени, когда в коридор вошёл Марк — маг божественного уровня сверхъестественного. Он остановился в проёме и оглядел Валентину и Абеля.

— Я вроде не ждал гостей, — сказал он.

Валентина смотрела на него, и в свете камина увидела огромного мужчину с серыми волосами, пряди которых спадали до плеч. Его лицо было покрыто несколькими шрамами, а суровый взгляд можно было почувствовать даже без прямого контакта. Он носил огромный халат, больше его тела, и тот был обшит белым мехом сзади.

— Ну, очнулась, — сказал он.

Валентина кивнула:

— Да, нормально чувствую себя.

Байрон прищурился:

— Точно? Уверена? Можешь отдохнуть, если что.

Валентина встала:

— Нет. Вы — маг сверхъестественного уровня?

Мужик кивнул:

— Да. Это я. Меня зовут Байрон. А ты, наверное, дочь Синдреллы?

Валентина подтвердила:

— Да, вы правы.

Байрон усмехнулся и сложил руки на груди:

— Я уже забыл, что у Синдреллы был муж и семья. Ну и какими судьбами у меня в доме и в моих краях?

Валентина выпрямилась:

— Мы от императора пришли вам доложить.

Байрон усмехнулся:

— От императора? Ха. Дайте угадаю — он прислал, чтобы я пошёл к нему?

Абель шагнул вперёд:

— Просто чтобы повидаться. Мы уже встретили другого божественного мага — Сабрину, и она согласилась. Может, вы тоже пойдёте?

Байрон задумался:

— А что, я должен идти?

Валентина настаивала:

— Ну да. Он же просит — император всё-таки.

Байрон фыркнул:

— Император нам не указ. Мы здесь самые лучшие и спасли мир. С чего это мы должны выполнять просьбы обычных магических тварей?

Абель попытался возразить:

— Но вы помогли нам — значит, вы хороший человек, да?

Байрон перевёл взгляд на Валентину:

— А где Норн?

Валентина ответила:

— Норн не могла прийти. Она вымоталась после того, как я лежала без сознания.

Байрон прищурился:

— Что с тобой вообще случилось? На тебя кто-то напал здесь?

Валентина покачала головой:

— Нет. Это тяжело объяснить, но я сейчас расскажу. Хотя это могут быть даже мои галлюцинации... Но главный вопрос остаётся: вы пойдёте или нет?

Байрон подождал мгновение, затем ответил:

— Нет.

Валентина сжала кулаки и спросила, глядя прямо на Байрона:

— Почему нет?

Байрон усмехнулся и скрестил руки:

— Потому что я так желаю. Кто сказал, что я должен подчиняться дочке Синдреллы и недо-рыцарю?

Абель шагнул вперёд, его голос стал жёстче:

— Эй! Будьте вежливы. Вы оскорбляете память матери Валентины и мою честь как рыцаря.

Байрон фыркнул, не скрывая презрения:

— Рыцари были жалкими солдатами, которые гибли пачками на войне. Посмотри на себя — ты даже не готов к нормальной битве с демоном. У тебя маны едва на час хватит.

Валентина скрестила руки и ответила с вызовом:

— А вы, типа, крутой? Раз уж один раз запечатали печать, а теперь сидите тут и смеётесь над остальными?

Байрон прищурился, его голос стал низким, почти угрожающим:

— У тебя длинный язык для обычной девчонки. Закрой пасть, а не то хуже будет.

Валентина не отступила:

— Нет. Я не закрою пасть, пока не переубедю вас. Нас отправили сюда, чтобы вы пошли к императору. Что так сложно — просто проведать его? Он же просто хочет побеседовать.

Байрон усмехнулся и махнул рукой:

— Обойдётся. Что я ему — друг, что ли? Выпить вместе? Кто он мне такой? Сидит на троне уже пятнадцать лет и думает, что мы все его близкие друзья.

Абель покачал головой:

— Это грубо по отношению к императору. Вы и раньше были таким?

Байрон посмотрел на него с лёгкой усмешкой:

— Возможно. Но это вас не касается.

В комнату зашла Норн. Увидев Валентину, она бросилась к ней и обняла:

— Валентина, ты встала!

Валентина обняла её в ответ. Байрон удивлённо посмотрел на Норн:

— Откуда у этой девочки золотая энергия? Вроде не припомню, чтобы у божественного мага с золотой энергией были потомки.

Анна ответила:

— Кто сказал, что Норн — потомок какого-то мага? Она просто девочка с золотой энергией.

Байрон нахмурился:

— Это же невозможно. Девочки никогда не рождаются с золотой энергией.

Норн фыркнула:

— А я родилась, и что? Завидуешь, старый дед?

Байрон шагнул к ней, его голос стал угрожающим:

— Слушайте, вы пришли ко мне домой. Приказываете мне что-то, великому магу, который помог спасти мир. Наезжаете и оскорбляете меня. Если бы вы знали, что мы делали с людьми, которые неправильно смотрели на божественных магов тогда...

Валентина перебила его:

— Нам не интересно, что было тогда. Сейчас не те времена, чтобы править диктаторски. Вы правильно сделали, что запечатали печать, но теперь вас забыли.

Байрон резко выбросил руку вперёд — невидимый, прозрачный удар. Валентина мгновенно выхватила меч и отбила атаку:

— Уже нападаете? Как вам не стыдно?

Норн тут же среагировала и кинула золотой луч. Байрон призвал серое зеркало, которое поглотило энергию, и усмехнулся:

— Больно уж ты сильная для своих лет. Вижу, у тебя огромный потенциал.

Абель встал между ними:

— Да прекратите! Зачем мы дерёмся с божественным магом?

Валентина сжала меч:

— Он сам напал.

Байрон остановился, на его руках уже засветились серые острые круги. Он сжал их, но затем убрал и сказал:

— Эх... Слушайте. Уйдите лучше спокойно из моего дома. У меня нет смысла с вами драться и убивать вас.

Валентина шагнула к нему:

— Да как вы не понимаете? Просто пойти — это так сложно?

Байрон махнул рукой и отвернулся:

— Нет. Уйдите лучше.

Он ушёл в другую комнату. Валентина, Абель и Норн вышли из дома, тяжело вздохнув, и сели у крыльца. Норн первой нарушила тишину:

— Ну и что будем делать?

Валентина посмотрела на закрытую дверь:

— Не знаю. Опять ситуация, где мы должны переубедить затворника. Классика, которая никогда не устаревает.

Валентина встала, осмотрелась и увидела город Лонзо. Она замерла, разглядывая его:

— Ничего себе...

Перед ними раскинулись десятки домов, не выше двух этажей. Все они были выдержаны в мрачном осеннем стиле, словно сама грусть поселилась здесь и не хотела уходить. Туман будто держался только на границе города, окутывая его своей пеленой.

Норн вздохнула и сказала, оглядываясь:

— Не зря этот город называют самым тоскливым.

Абель кивнул, разглядывая мрачные улицы:

— Да уж, атмосфера здесь гнетущая.

Норн неожиданно оживилась:

— У меня есть идея!

Абель повернулся к ней:

— Какая?

Норн заговорщически улыбнулась:

— Помните, наш класс ходил на экскурсию? Был экскурсовод по имени Мориарти.

Абель подхватил, вспоминая:

— Да, да, да! Точно! Он говорил, что он внук сверхъестественного мага. Так давайте через него попробуем помочь!

Валентина задумалась:

— А он здесь вообще? Разве он сейчас не на экскурсии?

Абель ответил:

— Как я слышал, у него обычно по выходным выходной.

Норн энергично кивнула:

— Пойдёмте поищем его в этом мрачном городе.

Валентина согласилась:

— Да, а потом попробуем переубедить его.

Абель остановил её:

— Погоди, Валентина. Ты всё ещё не рассказала, что с тобой произошло там.

Валентина вздохнула и посмотрела на них:

— А, да, точно... У меня к вам вопрос. Когда я ушла, вы ничего не слышали или не видели?

Норн и Абель переглянулись и одновременно покачали головами. Норн сказала:

— Нет.

Валентина нахмурилась:

— Вы точно уверены? Крик? Шёпот? Землетрясение?

Абель и Норн снова переглянулись. Абель ответил:

— Нет. А ты что-то видела?

Валентина опустила взгляд, затем подняла его и сказала:

— Я видела одного белого гиганта. Из моих кошмаров. Я слышала, что если он появится — это конец миру. Я не понимаю, что произошло дальше. Я просто ходила, он резко появился и испарился, а я просто вырубилась. Не знаю почему.

Норн прищурилась:

— А ты точно уверена, что видела его? Это не твои галлюцинации?

Валентина ответила:

— Я не знаю.

Абель положил руку ей на плечо:

— Вэл, дорогая... Ты вечно страдаешь от психических расстройств. У тебя вечно были проблемы с мозгом. Так что неудивительно, если тебе померещился монстр. Такой гигант мы бы за километры услышали, а местные рыцари сразу бы пришли на помощь. Байрон пришёл только из-за того, что почувствовал твою тёмную энергию. Он заметил тебя, и мы нашли тебя.

Валентина ударила себя по лбу:

— Ладно... Прихожу в себя. Пошли искать Мориарти через местных.

Они пошли. Мрачная обстановка окутывала их, словно не хотела отпускать. Туман, оседающий на плечи, создавал ощущение бесконечной тоски.Мрачная обстановка сменяется ярким днём в академии.

-----

В академии группа «Альфа» только осваивалась. Канаэ сидела на скамейке, поглаживая свой двусторонний посох, и мягко улыбалась, разглядывая его. К ней подошёл Рин, с улыбкой и явно намереваясь флиртовать. Он что-то начал говорить, но Канаэ с лёгкостью, но мягко его отшила. Рин печально опустил плечи и отошёл.

Клифф сидел в углу, уткнувшись в книгу. Вдруг он заметил строчку: «Любовь всегда вечна, и она нужна каждому, даже самым умным». Он задумался, отвлёкся от текста и посмотрел вокруг, никого не нашёл, тяжело вздохнул, поправил очки и продолжил читать.

В библиотеке Айша таскала сотни книг на руках, еле справляясь с их весом. Нанахоши стояла рядом, обмахиваясь веером, и сказала:

— Ой, нет, я передумала. Поставь их вон туда.

Айша возмутилась:

— Серьёзно? Вы издеваетесь?

Нанахоши невозмутимо ответила:

— Возможно. Ну давай, делай — что стоишь?

Айша стиснула зубы и пошла переставлять книги, бормоча под нос:

— Тащи... Астро не такой капризный, как она. Что у неё в голове вообще? Я должна работать с ней всё время, пока нашу базу не восстановят... О, Господи, я же не для этого предназначена. Я хотела с ней подружиться, но не получилось. Она просто послала меня.

Тем временем Артур стоял в коридоре, рассматривая свой меч. К нему подошла Мария, и они начали о чём-то болтать.

— Ты говоришь, ты мечник-каменщик? — спросила Мария.

Артур кивнул:

— Да, всё верно. А вы?

Мария ответила:

— Магия гордости.

Артур усмехнулся:

— Ничего себе. Живая железная леди.

Мария фыркнула:

— Фыркай, фыркай, думай как хочешь. Ты типа артиллерийский урон?

Артур улыбнулся:

— Ну, я помогаю в сложных местах, где остальным больно.

Мария задумчиво спросила:

— А Александр что? Астро что делает? Канаэ чем помогает в битве?

Артур замялся:

— Эм, ну, э...

В этот момент подошла Анна:

— Чем вы тут занимаетесь? Мария, что ты мучаешь его вопросами?

Артур облегчённо выдохнул:

— А, это ты? Тебя же вроде Анна звали?

Анна кивнула:

— Да. Мария, там вроде Вильгельм твою рукоять украл — для полировки посоха.

Мария возмутилась:

— Опять? Ну, он сейчас у меня получит.

Она ушла. Артур сказал с благодарностью:

— Спасибо тебе огромное! А то она уже донимала меня вопросами о битве, силе и так далее.

Анна улыбнулась:

— Ну, что ты? Я просто люблю помогать людям.

Артур задумчиво посмотрел на неё:

— Ты маг воды, да? Интересно... В тех краях, где я обучался, говорили, что маги воды — самые спокойные и грациозные. По твоему виду это явно понятно.

Анна удивлённо подняла бровь:

— Я спокойная и грациозная? По-моему, я знаю, что это какая-то аномалия.

Артур усмехнулся:

— Аномалии более притягательны, чем ты думаешь. Ладно, спасибо за разговор.

Он ушёл, а Анна осталась стоять с лёгким румянцем. Из ниоткуда появился Хигамару со скоростью пули и с хитрой улыбкой сказал:

— А-оу, кто-то влюбился!

Анна возмутилась:

— Хигамару, я тебе сейчас волосы в одно место засуну! Уйди, чего подслушиваешь?

Хигамару начал передразнивать её, жестикулируя:

— А какая девчонка там говорила: «Я не буду заводить отношений... Не про меня... Я самая стойкая, бла-бла-бла...»

Анна рявкнула:

— Тебе конец! Я тебя сейчас так напою, что у тебя будет беременный живот!

Она погналась за ним, и Хигамару, смеясь, убежал.

---

На улице, при ярком свете дня, Александр взял один из деревянных мечей и сказал, глядя на Удзуки:

— Ну, значит, безмолвный маг. Ты не дерёшься на мечах?

Удзуки стоял в тренировочной форме и ответил:

— Нет. Вообще не пользуюсь. Хотя иногда брал в битвах, но это скорее из-за того, что сложно было пробить врага.

Александр покачал головой:

— Это плохо. Когда-то это обернётся против тебя.

Удзуки усмехнулся:

— Возможно. А вечная зависимость от катаны тоже когда-нибудь встанет против тебя в будущем.

Александр промолчал, затем взял меч в руки и сказал:

— Увидим ещё.

Он встал в боевую позу и спросил:

— Ну, готов?

Удзуки вздохнул, встал напротив него и ответил:

— Эх... Нападай.

Александр резко сорвался с места и пронёсся мимо Удзуки, но тот увернулся и одним ударом попал по земле. Александр отпрыгнул, приземлился и спросил:

— Как вообще действуют твои кольца?

Они ходили по кругу, и Удзуки ответил:

— Стандартно. Просто не дают всей энергии взорваться внутри тела и перенаправляют её на врага. А ты чем обладаешь?

Александр усмехнулся:

— У меня магия разрезов. Стиль разрезов. Если у твоего братана стиль скорости, то у меня — стиль разрезов. Хочешь узреть?

Удзуки кивнул:

— Давай!

Александр резко выбросил руку вперёд:

— Стиль разреза. Средняя мощь.

Четыре воздушных разряда полетели в Удзуки. Тот прыгнул в шпагат, увернулся от двух, но третий попал в него, и он упал на землю. Александр усмехнулся.

Удзуки встал и отряхнулся:

— А что у вас там на западе случилось? Что заставило вас прийти сюда?

Александр резко напал — они начали обмениваться ударами. Каждый удар Удзуки едва проносился мимо лица Александра, и тот удивился скорости. Удзуки заблокировал один из ударов и пинком отправил Александра в полёт. Тот сгруппировался, упал на землю и сказал:

— Мы даже не ожидали. В тот момент на нашей базе все были в отъезде, кроме меня и Канаэ. И в этот самый момент на базу напал демон.

Удзуки сделал удар ладонями, обманув Александра — тот подумал, что это ударная волна. Но Удзуки оказался быстрее и опрокинул его на землю, уже занося руку для удара. Александр отразил деревянным мечом и ударил по шее Удзуки. Тот оттолкнулся и спросил:

— Демоны? Разве их было несколько?

Александр покачал головой:

— Даже не знаю. Всё произошло так быстро, что я не успел понять. Единственный путь был — отступление. Демоны были очень мощными, или, по крайней мере, один демон — слишком быстрый и с разрушительной мощью. Я сразу понял, что драться против него нет смысла, и просто взял Канаэ и убежал.

Удзуки удивлённо поднял бровь:

— Ничего себе. А я думал, у рыцарей запрещено отступать.

Александр усмехнулся:

— Это тактическое отступление. Ты же знаешь как воин: сражаться против врага, который в сто раз сильнее тебя, нет смысла.

Удзуки кивнул:

— Я это знаю. Я не осуждаю, что вы сбежали. Я просто не могу понять, что на вас напало.

Александр снова напал — меч пролетел рядом с животом Удзуки. Тот сделал оборот, сальто и ударил Александра в бок. Тот проскользил по земле, оставляя след, и сказал:

— Единственное, что я смог увидеть — это тёмный дым и фиолетовые сферы, которые разрушают всё на молекулярном уровне. Ударная волна была сильнее самого взрыва.

Удзуки нахмурился:

— Ничего себе. И он потом сбежал?

Александр кивнул:

— По словам очевидцев — да. Больше там никого не было. Если бы демон остался, сейчас это место не ремонтировали бы.

Удзуки задумался:

— Но кто знает, вдруг оно вернётся?

Александр встал, отряхнулся и уверенно сказал:

— На этот раз мы будем готовы.

Удзуки и Александр сцепились в быстром бою. Их удары были быстрее ветра — они блокировали друг друга, не давая коснуться противника. Но Удзуки всё же опередил и ударил Александра по лицу. Тот отлетел, покатился по земле, встал, вытер кровь и сказал с удивлением:

— Мне кажется, это нестандартно сильные физические данные для обычного человека, который не тренируется по-рыцарски.

Удзуки пожал плечами:

— Просто у меня генетически восьмикратная плотность мышц.

Александр усмехнулся:

— А, талант с рождения. Всегда ненавидел таких.

Удзуки ответил:

— Возможно. Но упорный труд без таланта не нужен — как и талант без упорного труда.

Александр хмыкнул:

— Научись формулировать свои мысли.

Удзуки усмехнулся:

— Ну, я победил. Не в первый раз.

Александр подошёл ближе:

— Ты не обижайся, но как тебе новость, что я уже убивал людей из Смертельного клана?

Удзуки на мгновение задумался, затем ответил:

— Ну... нормально. Это же очевидно, что рыцари и Смертельный клан сражались. И, возможно, ты убил кого-то из моих. Знаешь, у меня тоже к тебе новость: я тоже убивал рыцарей. Как тебе такая новость?

Александр пожал плечами:

— Потерянные жертвы уже не вернуть. Ладно. Слишком затянулся бой.

Сзади появился Астро и сказал:

— Ничего не затянулся. Теперь моя очередь.

Удзуки удивлённо поднял бровь:

— Опа, мелкий Астро. А вы откуда его подобрали?

Александр задумался:

— Даже не помню. Как ты вообще к нам присоединился?

Астро фыркнул:

— Ты забыл уже? Меня сюда отец отправил, когда понял, что у меня огромный потенциал. Примерно год назад. Теперь я хочу стать лучшим мечником на планете. Достичь божественного уровня, как Акай или первый рыцарь ранга.

Он посмотрел на Удзуки:

— Ну, хочешь со мной сразиться?

Удзуки усмехнулся:

— Конечно. Ты не против, если я тебе морду набью?

Астро выхватил меч:

— Папа меня учил бить таких, как ты. Извини, если задену.

Удзуки встал в стойку:

— Нет, я не в обиде. Хочешь спарринговаться? Нападай, покажи, на что способен.

Астро взял деревянный меч и сказал:

— Стиль пустоты.

Он резко испарился в воздухе. Удзуки удивился, но тут же почувствовал удар сзади — Астро пытался ударить его по голове. Удзуки увернулся и сказал:

— Ничего себе. Цыганские фокусы.

Астро разозлился, испарился в тумане и начал бить Удзуки с невидимой скоростью со всех сторон. Удзуки отбивался, но несколько ударов попали в него, и он упал на землю. Быстро встав, он встретил самую сильную пустотную атаку Астро — и поймал её двумя пальцами.

— Знаешь, — сказал Удзуки, — попробуй в следующий раз не скрывать ману. А то это тебя выдаёт в невидимости.

Астро разозлился, выхватил катану и сказал:

— Если пустота не действует, у меня есть план Б.

Волосы на светлой стороне его головы и голубой глаз засветились белым, меч тоже стал светлым. Удзуки восхищённо сказал:

— Как эффектно!

Астро резко атаковал золотой энергией:

— Сила света! Абсолютная мощь!

Он запрыгнул в воздух и ударил, как золотая комета. Удзуки отбил удар одним предплечьем. Астро отлетел, скользнул по земле, но приземлился. Удзуки посмотрел на своё предплечье, увидел ожоги и сказал:

— Вау... Сильный ты. Но до уровня Норн тебе ещё расти и расти.

Астро нахмурился:

— Это что ещё за Норн?

Удзуки усмехнулся:

— Девчонка чуть младше тебя. Вредная и милая(очень!). Но она уже сильнее тебя в сотни раз. Жаль, что ты проигрываешь девчонке.

Астро надул губы:

— Да пошёл ты! Я тебя ранил — я победил!

Удзуки миролюбиво поднял руки:

— Ладно, ладно, твоя взяла.

Астро надулся, а Александр спросил с интересом:

— Хм... Ты что, уже сражался с обладателями золотой энергии?

Удзуки смущённо вспомнил, как Абель избивал его, и пробормотал:

— Ну... был один раз...

Удзуки усмехнулся, вытирая пот со лба, и сказал:

— Ну... хорошо подрались. По-мужски. Ладно, бывайте.

Он развернулся и пошёл к скамейке, оставляя Астро и Александра переглядываться. Те усмехнулись и тоже ушли.

Удзуки сел на скамейку, вытер пот и посмотрел на свои кольца. Он задумался, глядя на них:

— Интересно... А если я одновременно разозлюсь? Меня вырвет, я одновременно буду рядом с Нанахоши без маски или Валентины в другом одеяние . — Я одновременно буду зол на Хигамару из-за того, что он украл мою еду, и расстроен из-за того, что пропустил урок физкультуры... Мои кольца превратятся в радужную смесь всего на свете, или п

росто взорвутся от неприятия реальности.

Сзади послышался голос Канаэ:

— Хм... Весёлый ты Удзуки Кашимо.

Удзуки резко обернулся и чуть не подскочил:

— А, это ты, Канаэ! Блин, ты что подслушивала?

Канаэ усмехнулась:

— Ты сам ко мне подсел и начал что-то говорить про гнев, про Нанахоши...

Удзуки махнул рукой:

— Ладно, ладно, забудь. Это просто бред.

Он помолчал, затем спросил:

— Слушай... Можешь рассказать подробнее, откуда ты меня знаешь? Я думаю, что я спас твоё поселение, но я никогда ничего полезного не делал.

Канаэ открыла рот от удивления:

— Удзуки, о чём ты думаешь? Ты что, не помнишь?

Удзуки покачал головой:

— Нет.

Канаэ вздохнула и перенеслась в воспоминания:

— Мы жили на окраине города Зизу, у самой границы. Наши дома были маленькими, посёлок уютным. В один из дней маг воды, который строил дамбу на вершине горы, случайно сделал ошибку — дамба провалилась. Вода хлынула прямо на нашу деревню, грозя снести все дома и затопить округу. Но ты быстро пришёл вместе со своими друзьями. Вы пнули огромную скалу и заблокировали путь, перенаправив воду. После этого вы пошли дальше, будто ничего не случилось. А я запомнила твоё лицо и твои ярко-блестящие кольца — не такие ржавые и старые, как сейчас.

Удзуки удивлённо посмотрел на свои кольца:

— Они не моются... Но ладно. А с чего ты взяла, что это я? Я не помню, чтобы помогал при цунами.

Канаэ усмехнулась:

— Удзуки, ты был белым вороном среди чёрных. Остальные были либо страшными, либо уродами, либо в масках. А ты — открытый, оптимистичный, с лёгкой улыбкой. Как тут не запомнить такого парня? Через какое-то время я попала в группу «Альфа» и услышала о твоих подвигах с Валентиной. Я вспомнила — это же тот, кто спас меня и нашу деревню. Мы тогда не смогли тебя поблагодарить, потому что ты ушёл, даже не оглянувшись. Вот я и хочу отблагодарить тебя сейчас.

Удзуки ошарашенно смотрел на неё:

— Ничего себе... Не знаю, у меня эпилепсия или нет, но я ничего не помню об этом моменте.

Канаэ мягко улыбнулась:

— Бывает. Когда делаешь добро просто так, даже не вспоминаешь, что делал. Тебе вечно говорят, что ты убийца и так далее, но теперь я понимаю фразу: «Сто раз помоги — забудут, один раз ошибись — никогда не забудут».

Удзуки задумался:

— Ничего себе... Интересно, смогу ли я вспомнить девушку с синими одеяниями и сине-прозрачными океанскими волосами...

Канаэ усмехнулась:

— Не думаю, что ты тогда смотрел на меня.

Удзуки кивнул:

— Это и верно. Я бы запомнил.

Канаэ улыбнулась и спросила:

— Ты только что пришёл со спарринга с Александром?

Удзуки кивнул:

— Ну да. Кстати, как ты познакомилась с Валентиной? Я вообще в шоке, что кто-то до того, как Валентина стала светлой, смог с ней подружиться, когда она была Тёмной принцессой.

Он усмехнулся, но затем стал серьёзным:

— Ну, ты поняла.

Канаэ хотела ответить, но её позвал Астро:

— Сестрица! Можешь помочь мне с одеянием?

Канаэ обернулась:

— А, да, мне пора. Иду, Астро! Ты опять порвал комбинезон?

Астро ответил издалека:

— Это же тренировки!

Канаэ ушла. Удзуки остался на скамейке, задумчиво глядя в пустоту:

— Хм... Я делал добро в прошлом? Как это возможно? Это какая-то ошибка природы... — он усмехнулся. — Ну ладно. Добрая она оказалась женщиной. Неужели я опять поладил с девушкой, даже не замечая этого?

Он хотел уйти, усмехнувшись, но заметил Нанахоши, стоявшую у стены со скрещёнными руками. Она сказала с лёгкой усмешкой:

— Ух ты! Вижу, ты подружился.

Удзуки улыбнулся:

— Ооо...

Яркий день резко обрывается.

---

Мы переходим в тёмный заброшенный склад. Чья-то тень двигалась по помещению. К ней подлетел ворон — Роберт. Агнес оглянулась и спросила:

— Никто за мной не следил?

Роберт отрицательно покачал головой. Агнес кивнула и сказала:

— Приступаем к следующей попытке.

Она ушла дальше в темноту.

Агнес спустилась в лабораторию. Внутри стояли разные приборы, покрытые пылью.

Она прошла мимо них, затем остановилась у одного демона, который был связан и мычал. Агнес приложила палец к губам и тихо сказала:

— Тише. Сам виноват в этом.

Она соединила шприцы с его кожей, а затем поместила кулон Валентины в специальный механизм. Тот закрылся, и кулон начал светиться из-за близости демона. Агнес перевела взгляд на огромную железную конструкцию ввиде прямоугольника с синим и красным индикатором. Она стояла с надеждой, ожидая, пока механизм заработает.

Демон начал мучиться. Прошло несколько минут. Затем механизм резко сломался, кулон вылетел, индикатор остался красным. Агнес разозлилась и сказала:

— О боже, да что на этот раз? Опять?

Она взяла кулон и прошептала:

— Что с тобой не так? Либо я тут не понимаю, либо... — она замолчала, затем осознала. — Либо мне снова нужна помощь.

Она спрятала кулон, уже хотела уйти, но напоследок посмотрела на демона, приложила палец к губам и ушла, выключив свет. Роберт прокаркал на всю лабораторию, затем тоже улетел.

Конец пятьдесят шестой главы.

Глава 57

Пятьдесят седьмая глава.

Валентина, Норн и Абель шли по осенней деревне, вдыхая запах сырости и мокрой листвы. Абель оглянулся и сказал:

— Тут вечно такая атмосфера.

Валентина кивнула:

— Возможно. У каждого из шести городов Селенции своё магическое взаимодействие с погодой.

Норн, перепрыгивая через лужи, спросила:

— Ну и где мы найдём этого Мориарти?

Валентина остановилась у небольшой скамейки:

— Расспросим местных.

Они подошли к случайной девушке, и Валентина спросила:

— Простите, девушка, а когда обычно приходит мистер Мориарти?

Девушка задумалась:

— Ну, если не ошибаюсь, он приходит ровно в три и уходит ровно в пять. Он мало отдыхает, но сегодня у него должен быть выходной.

Норн обрадовалась:

— Спасибо! А где его дом?

Девушка указала в сторону:

— Обычно в любом месте, но его дом вон там.

Они заметили выделяющийся среди серых домов яркий, разукрашенный как цирк. Абель ухмыльнулся:

— А теперь понятно, где живёт Мориарти.

Они подошли к двери, и Валентина постучала. Норн удивлённо сказала:

— Валя, сестрица, ты тупая? Мориарти здесь нет, зачем ты стучишь?

Валентина пожала плечами:

— Ну, а вдруг кто-то есть дома?

Никто не открыл. Абель предложил:

— Зайдём.

Валентина заколебалась:

— А это не грубо?

Норн махнула рукой:

— Да нет.

Они зашли внутрь и начали осматриваться. Везде лежали разные артефакты, предметы Мориарти, его фотографии и сотни железных рук — острых и страшных. Норн поёжилась:

— Чуть-чуть жутковато.

Абель осмотрел одну из рук:

— Хм. Но он мощный маг. Неудивительно, что у него так много вещей для экскурсий или просто для жизни.

Валентина подошла к фотографии и сказала:

— Вот реально его снимок с дедушкой.

Они посмотрели на фото. Абель спросил:

— А у него есть отец и мать?

Норн предположила:

— Должны же быть, если есть дедушка, значит, и они тоже есть.

Валентина покачала головой:

— Мы не знаем, что с ними случилось, так что лучше не вдаваться в подробности. Понимаете?

Она сделала пару шагов и заметила красную перчатку для людей, лежащую отдельно. Она почувствовала что-то и уже дотягивалась до неё, не осознавая этого.

Вдруг чья-то рука — рука Мориарти — схватила её запястье, и голос раздался рядом:

— Вам что-то нужно, мэм?

Валентина застыла.

Валентина смущённо отвела взгляд и сказала:

— А, извините, господин Мориарти. Я просто случайно не выдержала и залюбопытствовала.

Мориарти не отпускал её руки:

— А что вы делаете в моём доме?

Абель и Норн подошли ближе, и оба застыли. Мориарти перевёл взгляд на них:

— Вы меня грабите?

Абель поспешно сказал:

— Нет-нет-нет, извините! Мы просто вас искали и думали, что вы дома. Мы хотели с вами поговорить.

Мориарти отпустил руку Валентины и сказал:

— Могли бы меня позвать хотя бы? Я бы вышел.

Норн возмутилась:

— Так вас не было! Откуда, блин, мы вас вызовем?

Мориарти задумался:

— Тоже верно. Тогда прошу извинения. Вам что-то нужно?

Валентина выдохнула и начала объяснять:

— Да. Вы говорили, что вы внук божественного мага. Так вот, император зовёт его повидаться, а он не выходит, ещё и нас побил, и послал на три буквы.

Мориарти усмехнулся:

— Повезло, что он не сильно побил. А то таких, как вы, он обычно избивал.

Абель шагнул вперёд:

— Так вот, у нас просьба: вы можете его переубедить?

Мориарти задумался:

— Хм... Интересно, смогу ли я? Это так прям нужно?

Валентина настояла:

— Это же приказ императора, господин Мориарти. Вы что, не понимаете?

Мориарти пожал плечами:

— Ну да. Мой дедушка думает, что он выше закона, как и остальные божественные маги. Но я считаю, что он не прав. — он улыбнулся. — И знаете... я помогу. Я всегда рад помочь.

Все облегчённо выдохнули. Мориарти потихоньку спрятал красную перчатку, но Валентина заметила и спросила:

— Что это за перчатка?

Мориарти застыл на секунду, затем ответил:

— Это специальная перчатка для усиления хватки и приёмов через меч или магию.

Валентина удивилась:

— Ого. А откуда она у вас?

Мориарти усмехнулся:

— А что, не видите? Я же коллекционирую руки.

Норн посмотрела на его механические пальцы и сказала:

— Не хочу грубить, но у вас руки в страшном стиле.

Мориарти погладил её по голове своими острыми пальцами и мягко сказал:

— Да-да, понимаю, девочка. Тебе может показаться это страшным, но они самые эффективные — не то что обычные красивые руки, которые ломаются от моей магии. Так что не пугайся, ладно?

Норн застыла от его прикосновений. Абель отдёрнул её и спросил:

— Вы сейчас попытаетесь переубедить деда или потом?

Мориарти улыбнулся:

— Знаете, вы, наверное, столько шли от города Зизу до центральной Селенции. Так что можете идти дальше — вы же, наверное, всех божественных магов собираете?

Валентина удивлённо подняла бровь:

— Что? Реально? Ну да, вы правы. А вы сможете?

Мориарти загадочно улыбнулся:

— Конечно. Если я красиво попрошу своими глазками — вы их не видите, но всё равно. Он обязательно согласится. Мой дед добрый, просто не любит это показывать.

Абель переспросил:

— Вы точно уверены? У нас приказ собрать всех.

Мориарти махнул рукой:

— Да не бойтесь, я справлюсь.

Валентина задумалась, затем сказала:

— У меня есть ещё вопрос. Можно задать?

Мориарти кивнул:

— Конечно. Что угодно.

Валентина помедлила и спросила:

— А где ваши родители?

Мориарти застыл на мгновение, затем ответил ровно:

— Ну... они мертвы. Логично же, что их нет.

Валентина опустила взгляд:

— Оу... Сожалею.

Мориарти отмахнулся:

— Это было давно. Ладно, какой следующий вопрос?

Валентина подняла голову:

— Вы можете исследовать все места с помощью своей магии?

Мориарти кивнул:

— Ну, частично.

Валентина наклонилась вперёд:

— Примерно час назад. Вы можете отсканировать весь Лонзо?

Мориарти прищурился:

— Зачем? Вы кого-то заметили?

Валентина ответила:

— Ну... да. Попробуйте.

Мориарти застыл на секунду, его голова начала поворачиваться от левого до правого быстро, затем остановилась. Он сказал:

— Ну, я просканировал всю местность Лонзо. А что вы искали?

Валентина притихла и сказала:

— Бога смерти.

Мориарти застыл. Его тон изменился — стал серьёзным, почти холодным. Он медленно повернулся к Валентине и спросил:

— Откуда ты знаешь это имя?

Валентина выпрямилась и ответила твёрдо:

— Я дочь императрицы демонов, а также внучка матери императрицы демонов. И ты думаешь, я не должна знать это имя?

Норн удивлённо переспросила:

— Что за бог смерти?

Абель нахмурился:

— О чём вы болтаете?

Мориарти поцарапал свою маску, задумавшись, и сказал:

— Ты точно уверена, что видела его?

Валентина покачала головой:

— Вот именно — нет. Если он здесь был, вы должны были его заметить.

Мориарти снова отсканировал окрестности, затем резко вылетел через окно, поднялся на небеса и повёл рукой по всему лесу. Через мгновение он спустился и сказал:

— Никого нет. Даже следов. В лесу несколько лет никто не появлялся.

Валентина опустила голову:

— Тогда это моя галлюцинация... от бабушки? Я всегда боялась этого.

Мориарти посмотрел на неё долгим взглядом:

— Если бы он был реальным и находился здесь, не только ты бы его видела. Это не одномерная сущность, которая видится избранным.

Абель подошёл ближе:

— Да что, чёрт возьми, происходит?

Мориарти обернулся к нему и сказал:

— Благодарите за то, что его здесь нет.

Все застыли. Мориарти сменил тон на более лёгкий и сказал:

— Ну... извините, что задержал. Я знаю, вы заняты. Можете идти к следующим городам и переубеждать остальных божественных магов. А я сам схожу к деду — так что не беспокойтесь.

Они настороженно кивнули и пошли к выходу. Мориарти закрыл за ними дверь, постоял в тишине, затем направился к дому деда.

---

Валентина, Норн и Абель начали выходить из города. Абель оглянулся на мрачные дома и сказал:

— Такой жуткий, сюрреалистичный тип. От него так и веет зловещей долиной. Он точно не человек.

Норн задумалась:

— Возможно, он киборг. У него всё механическое, и голова по ходу тоже.

Валентина покачала головой:

— Да бросьте, у него человеческая душа. Мы же все это чувствуем. И он добрый — или по крайней мере пытается. Раз уж маг его уровня не смог никого обнаружить, значит, это была просто моя галлюцинация.

Абель усмехнулся:

— Я и сам это подумал. Знаешь, в прошлый раз ты бредила, что видела огромное бегущее моти и говорила, что нам всем конец.

Валентина вспыхнула:

— Эм, это другое, Абель! И не вспоминай эту тему.

Норн улыбнулась и потянула их за рукава:

— Ну, давайте выходить из этого мрачного города и идти к остальным.

Валентина кивнула, и они пошли по дороге вместе.

-----

В центральном городе Селенции, в ярком дне академии, Нанохоши стояла, прислонившись к стенке, и смотрела на Удзуки. Она скрестила руки и с лёгкой усмешкой сказала:

— Ух ты, вижу, ты себе новую подружку завёл.

Удзуки смущённо почесал затылок:

— А, ты про Канаэ? Ну да... Возможно.

Нанахоши прищурилась, поправляя маску:

— Ну-ну. О чём болтали?

Удзуки пожал плечами:

— Представляешь? Оказывается, я когда-то спас целую деревню — ну, или посёлок. Несколько людей от наводнения.

Нанахоши усмехнулась, почти с насмешкой:

— Что? Ты спасал людей раньше? Да не брось, не смеши мои уши. А чего?

Удзуки неуверенно пожал плечами:

— Я и сам до конца не верил в это. Но раз уж она говорит... А я этого не помню. Так что, возможно, это и хорошо.

Нанахоши наклонила голову:

— А я-то думала, ты сразу после комы пошёл в академию.

Удзуки задумался:

— Я не помню, это было до комы или после.

Он подошёл ближе и спросил:

— Ну, а у тебя как дела?

Нанахоши поправила маску и сказала:

— А что? Представляешь, у меня в библиотеке появилась новая служанка.

Удзуки удивлённо поднял бровь:

— Служанка? Тебе? Ох, бедняжка. Кто бы это ни был...

Нанахоши хмыкнула:

— Эй, посмотри на себя, блин. По-твоему, я стерва?

Удзуки усмехнулся:

— Это мягко сказано.

Нанахоши продолжила:

— Ну так вот. Та девочка — Айша, вроде. Оказывается, она работает как помощница по быту и моральная поддержка для группы «Альфа». Её записали ко мне, чтобы она не страдала без дела.

Удзуки хмыкнул:

— Ничего себе. Мне кажется, или она уже завтра уволится?

Нанахоши фыркнула:

— Кто знает.

Удзуки спросил:

— А как она тебе вообще? Нравится?

Нанахоши чуть смягчилась:

— Ну... норм девочка. Видно, повзрослела раньше возраста.

Удзуки перевёл тему:

— А как тебе в принципе группа «Альфа»? Ты их встречала?

Нанахоши кивнула:

— Да. Пару двоих я встретила: того мелкого — Астро, и ещё какого-то пухляша. И всё. Они пришли, осмотрелись, увидели меня и сбежали.

Удзуки удивлённо поднял бровь:

— Сбежали? Да как они могут? Они что, испугались тебя?

Нанахоши пожала плечами:

— Возможно. Но видно, они не из тех, кто любит читать.

Удзуки задумался, затем спросил:

— А ты слышала о том, что случилось на западе? Александр сказал, что на их базу напала какая-то тьма, дым, сферы с ударной волной сильнее взрыва. Они сбежали.

Нанахоши кивнула:

— Ну да. Я слышала. Посмотрела записи и узнала, что атака была резкой, вечером. Так быстро, что никто даже не отреагировал — как будто это было спланировано. Сейчас ведутся стройки с охраной, но кто знает, что с демоном произошло? Никто его не видел, поэтому дивизион не определили. Судя по моим догадкам, раз уж он умный и сильный, он минимум восьмого дивизиона.

Удзуки задумался:

— Интересно, что там у Валентины и остальных? Наверное, им так весело.

Нанахоши усмехнулась и покачала головой:

— Удзуки, ты вечно страдаешь от скучания по Валентине. Ты не замечаешь?

Удзуки вспыхнул и резко ответил:

— Ты что, с ума сошла? Нет, конечно.

Удзуки задумался, посмотрел на Нанахоши и спросил с лёгкой улыбкой:

— Эй, а на что ты намекаешь?

Нанахоши скрестила руки, её голос звучал ровно, но с едва заметной усмешкой:

— На то, что ты либо тормоз, либо просто слепой.

Удзуки усмехнулся и шагнул ближе:

— Знай, колючка, тормоз — важная часть машины. Без него она не поедет. Так что думай перед тем, как говорить.

Нанахоши приподняла бровь:

— Ты мне, как лучшему библиотекарю Селенции, говоришь, что нужно думать?

Удзуки подошёл ещё ближе, в его глазах мелькнула игривая искорка:

— Но возможно, не вечно же ты можешь доминировать надо мной.

Нанахоши чуть склонила голову, не сводя с него взгляда:

— А ты что, хочешь сам этого делать?

Удзуки улыбнулся:

— Я не против.

В этот момент резко ворвался Хигамару, размахивая водяным шаром:

— Босс! Посмотрите, что я умею!

Он кинул шар между ног, подпрыгнул, сделал сальто и поймал его ртом. Затем с гордостью сказал:

— Правда, круто?

Удзуки отступил от Нанахоши и с раздражением сказал:

— Хигамару, серьёзно?

Хигамару просиял:

— Могу через нос показать!

Удзуки поднял руку:

— Не надо, не надо!

Хигамару схватил его за рукав и потащил:

— Босс, пойдёмте! Там Анна делает такие же водяные шары для вас! Пошли!

Удзуки, уже уходя, обернулся к Нанахоши:

— А, ладно... Пока тогда.

Нанахоши молча махнула ему рукой. По дороге Удзуки резко ударил Хигамару по затылку, тот возмутился:

— Эй! Вы чего?

Удзуки ответил, не оборачиваясь:

— За моральное убийство.

---

В классе Хаюки и Анна сидели за партой, а Артур сидел сзади, в пустом классе. Анна повернулась к нему и спросила:

— Стоп, ты сейчас серьёзно говоришь, что ты рос сначала в лесу?

Артур кивнул:

— Ну да. По словам моих приёмных родителей, меня нашли в лесу, когда мне было пять. Оказывается, я рос с животными, а потом меня приютили в лагере каменных рыцарей.

Хаюки удивлённо посмотрела на него:

— Ничего себе. А как ты себя чувствуешь? Тебе не больно?

Артур улыбнулся:

— Ну что вы, девочки. Это можно вытерпеть. Я почти не помню, что там произошло. Но можно понять — это было не к лучшему.

Анна наклонилась вперёд:

— А как ты пользуешься камнем? Я слышала, это один из сложных для освоения стилей меча.

Артур кивнул:

— Да, я и сам пока не до совершенства освоил этот стиль. Но скажу так — достаточно хорошо обладаю.

Хаюки и Анна переглянулись. Хаюки сказала:

— У всех всё хреново. Там вроде самые известные цитаты и предсказания из твоих краёв, да?

Артур кивнул:

— Ну да. Я не хочу сейчас читать перед вами стихи или так далее.

Анна улыбнулась:

— Ну давай, попробуй. Мы хотим.

Артур задумался, затем сказал:

— Есть одна цитата для мага доброты и мага воды.

Хаюки и Анна повернулись к нему. Артур продолжил:

— Если когда-то стихийный маг и духовный маг подружатся, эта дружба будет крепче даже каменного сердца брошенного человека. А если они ещё и будут сражаться друг за друга, эту дружбу может сломать только одно. Не смерть. Не разлука. Не другие друзья. А именно то, что они вместе встретят конец и вместе встретят новое начало.

Анна восхищённо выдохнула:

— Вау... Стоп, да это же я и Валентина буквально!

Хаюки кивнула:

— Вау! Реально круто! Хотя мы тут все — духовной магии кроме Анны, а Анна со всеми дружит.

Артур улыбнулся:

— Наверное, потому что Анна открытая и гиперактивная девушка.

Анна смутилась и отвела взгляд:

— Ой, ну что ты... Я же не прям такая.

Клифф сидел за партой, сжимая в руке карандаш, и смотрел на смеющихся Хаюки, Анну и Артура. Он тяжело вздохнул, опустил взгляд на тетрадь и снова начал писать. Рядом ходил Рин, злобно сжимая кулаки.

— Да ты посмотри на него! — процедил Рин, кивая в сторону Артура. — Появился новый шарик у нас. Сразу же перевёл на себя взгляд самого мощного и сильного. Хотя же понятно — качество мышц у меня лучше, чем его большие габариты. Ещё и внимание девушек отобрал, и такой собой милый и невидимый... Это просто какой-то бред.

Клифф не поднимая головы, ответил:

— Ага. Ещё и Хаюки ему поддакивает, как будто он мастер.

Рин фыркнул:

— Ага. Да ты посмотри — она таким восхищается, а ты ходишь и читаешь свои книги про пубертат. Серьёзно? Для достижения божественного статуса знаний не нужно быть пубертатом?

Клифф закатил глаза:

— Эй, это просто на всякий. Я уже выучил всю основную программу на сто дней. Теперь просто страховка.

Рин остановился перед ним:

— А ты так и будешь учиться, пока не сдохнешь от знаний? Может, пора действовать? Пора брать яйца в кулаки.

Клифф резко поднял голову:

— Хватит уже про яйца в кулаки! Надоело. Видел я, что ты мне советуешь.

Рин усмехнулся:

— Ну ладно, так и оставайся здесь гнить под знаниями. Только запомни: пока ты тут учишься, в других местах процветает романтика.

Клифф сжал карандаш так, что тот треснул. В этот момент в класс зашли Канаэ вместе с Астро. Рин тут же оживился:

— Опа... А вот и лучшая вайфу. Запомни мои слова, Клифф, я с ней обязательно буду мутить.

Клифф скептически посмотрел на него:

— Все кенты так говорят. А она будет смотреть только на... наверное, из нас на Удзуки. Почему ему вечно везёт с девчонками?

Рин отмахнулся, уже направляясь к Канаэ:

— Ай, не завидуй. Ты же знаешь моё обаяние. Так что давай, пока!

Он ушёл. Клифф вздохнул, снова открыл книгу и пробежал глазами по странице. Вдруг он заметил статью о напряжении между королевствами из-за демонов. В Ашуре произошёл инцидент: кто-то пересёк границу с пчелой и устроил беспорядок. Теперь там серьёзно ужесточают меры на границе.

Клифф нахмурился:

— Не может быть... Значит, пчёлы стали настолько умными и мутируют — сами выжидают момент, чтобы ужалить. Тактика... Нужно серьёзно к этому относиться.

Он закрыл книгу и твёрдо сказал себе:

— Так. Стой. Я тоже не могу так сидеть. Нужно действовать.

Он посмотрел на девчонок, затем на свои руки:

— Пора думать о будущем, Клифф. Да, ты. Я понимаю, я не прям красивый и не притягательный, но кто сказал, что внешность — главное? Хотя... кого я обманываю. Внешность — это номер один сейчас в отношениях. Ну ладно. Давай, Клифф, вперёд!

Он резко встал из-за парты, но в тот же миг чья-то рука мягко, но сильно схватила его за запястье. Это была Агнес. Она посмотрела на него и тихо сказала:

— Мне нужна твоя помощь.

Клифф застыл.

Клифф задумался на мгновение, затем серьёзно ответил:

— Нет.

Агнес нахмурилась:

— Ну, помоги.

Клифф покачал головой:

— Нет. Больше тебе не буду помогать.

Агнес шагнула ближе, в голосе её послышалась настойчивость:

— Мне нужна твоя помощь, пойми.

Клифф отвёл взгляд:

— Помню, чем это в прошлый раз обернулось. Я испортил отношения с Хаюки, а потом ты чуть не сдохла, и это привело к опасностям.

Агнес скрестила руки:

— В прошлых событиях я не виновата. Моя жизнь — моя ответственность. Разве это тебя должно беспокоить?

Клифф усмехнулся и отвернулся:

— Раз уж меня это не беспокоит, я не буду тебе помогать. Извини.

Агнес опустила голову и мягко сказала:

— Ну, Клифф...

Клифф поднял руку:

— Не надо игриво меня называть. Это моя слабость перед девушками.

Агнес продолжила настаивать:

— Мне нужен твой интеллект. Ты единственный, кто может помочь мне с одним делом. Это последнее, что я прошу у тебя. Сделаешь это — просто исправишь одну машину. И всё.

Клифф подозрительно прищурился:

— Какую машину?

Агнес уклонилась:

— Давай без подробностей. Ну помоги!

Клифф посмотрел на Хаюки, затем снова на Агнес и покачал головой:

— Нет, извини. Это слишком для меня.

Агнес вздохнула, затем неожиданно взяла свои волосы в два пучка, наклонила нежно тело изображая кошку, и сказала с притворной нежностью:

— Ну помоги, Клифф, пожалуйста... Я была бы благодарна тебе, а?

Она подмигнула. Клифф застыл, покраснел, затем прокричал:

— Это что такое вообще было? Откуда ты это нахваталась?

Агнес выпрямилась, отряхнула руки:

— Просто запомнила где-то. Ну ладно, поможешь?

Клифф скрестил руки:

— Нет. Я серьёзно. Какая мне с этого выгода?

Агнес пожала плечами:

— Никакая. Но хотя бы ты мог бы помочь и порадовать хоть одну девушку.

Она произнесла это, потерев пальцы друг о друга. Клифф задумался, посмотрел на Хаюки, затем тяжело вздохнул:

— Эх... Если на этот раз я снова буду в опасности, я тебя при первой возможности брошу.

Агнес кивнула:

— Не бойся. Ты просто должен починить одну машину.

Они уже собирались уходить, когда Агнес резко поднесла палец к губам и тихо сказала:

— Никому не рассказывать о том, что мы будем делать и что здесь обсуждали. Ладно?

Клифф кивнул, слегка встревоженный:

— О боже... Мы воскрешаем мёртвых, что ли?

Агнес пожала плечами с загадочной улыбкой:

— Если нужно — воскресим.

Они вышли вместе. Хаюки проводила их взглядом через весь класс, затем фыркнула и продолжила общаться с остальными.

---

Тем временем Рин подошёл к Канаэ и Астро, сидевшим за партой. Он расправил плечи, поправил волосы и, улыбнувшись, начал подкатывать к Канаэ, стараясь выглядеть уверенно и непринуждённо.

Рин вздохнул после очередного отказа и спросил с лёгкой досадой:

— Эх... У тебя вообще были девушки?

Астро, сидевший рядом с Канаэ, нахмурился и ответил с вызовом:

— А ты что, докапываешься? Чего тебе не нравится?

Рин махнул рукой:

— Мелкий, не мешай взрослым.

Канаэ спокойно ответила:

— Ну, был у меня один парень. Нам пришлось расстаться из-за разных путей в Селенции.

Рин заинтересовался:

— А каким он был вообще?

Канаэ задумалась:

— Ну, если не ошибаюсь, он был добрым, милым, невысоким и благородным.

Рин усмехнулся и выпрямился:

— Ничего себе! Что за слабак? Да я все эти качества в три раза лучше!

Астро фыркнул, глядя на Рина:

— Да ты же как терминатор по мышцам. Какой ты невысокий?

Рин нахмурился:

— Ну и что? Вообще-то парни должны быть защитниками девушек.

Канаэ покачала головой, и в голосе её послышалась лёгкая сталь:

— А вот я так не думаю.

Рин и Астро удивились. Канаэ взяла в руки синий кристалл и сказала:

— Кто сказал, что женщины не ответственные и должны прятаться за мужчинами? Это же женщины правят миром, верно?

Рин замялся:

— Эм... С чего бы?

Канаэ улыбнулась:

— Потому что самый сильный божественный маг был женщиной. Кто сейчас самый популярный охотник на демонов? Конечно, благородная Валентина. Сколько девушек по сравнению с мальчиками в вашей группе, а?

Рин оглядел класс и нехотя признал:

— Ну... девушек побольше.

Канаэ кивнула, и кристалл подлетел к её руке:

— А кто самый умный библиотекарь? Тоже женщина. Не недооценивайте нас. Мы сами за себя можем постоять. Если ты примешь мои мысли и моё мнение, я могу сходить с тобой на одну прогулку.

Рин оживился:

— Реально что ли? Да, да! Хоть сразу! Я принимаю твоё мнение!

В этот момент в класс зашёл Александр. Он оглядел их и спросил:

— Эй! Что у вас тут происходит?

Рин удивлённо обернулся. Канаэ спокойно ответила:

— Просто болтаем.

Александр прищурился:

— Правда? А я-то думаю, вы тут флиртуете.

Рин усмехнулся:

— Ну да, я флиртую. Какое тебе дело вообще?

Астро тихо сказал, глядя на Александра:

— Ооо, ему конец.

Александр резко схватил Рина за воротник и сказал, его голос стал холодным:

— Эй, вообще-то она моя девушка. И хоть попробуй к ней ещё раз подкатить — я тебя в порошок сотру.

Рин застыл, перевёл взгляд на Канаэ и спросил:

— Ты его девушка?

Канаэ кивнула:

— Да. А ты что, не знал?

Рин раздражённо отдёрнул руку Александра:

— А чего сразу не сказали-то, блин? Ну и бред какой-то!

Александр отпустил его и холодно сказал:

— Ещё раз кто-то к тебе подкатит — скажи мне, я его уничтожу.

В класс зашёл Вильгельм с посохом, взволнованный, и громко объявил:

— Народ! Представляете? Оказывается, теперь границы между миром людей и Селенцией полностью закрыты!

Мария подняла бровь:

— А что, это не было очевидно? Мы же знали, что мы закрыты друг от друга.

Вильгельм покачал головой:

— Вы что, не понимаете? Полностью закрыты. По новому закону даже короли и важные лица, даже обмен товарами теперь запрещён. Два отдельных королевства.

Рин спросил:

— Почему?

Вильгельм объяснил:

— Ну, точности не знаю, но, судя по новостям, какой-то важный чиновник переходил на переговоры в мир людей. И по дороге он случайно прихватил пчелу. Она вселилась в него только в тот момент, когда он пересёк границу, и из-за этого он превратился в демона девятого дивизиона и устроил хаос в одном районе. Там нет таких сильных магов, как мы. И из-за мер предосторожности границы полностью закрыли. Такой же закон рассматривают и в Ашуре, если ситуация ухудшится.

Анна сказала с тревогой:

— Какой ужас... Надеюсь, не закроют Ашуру. Это же просто бред. В мир людей мы и так не могли идти, а в Ашуру мы просто не переживём.

Артур серьёзно сказал:

— Нужно лучше следить за влюблёнными и за пчёлами, и за границами. Иначе это приведёт к большим жертвам.

Александр усмехнулся, скрестив руки:

— Ну и ну... Ситуация с демонами с каждым годом только усугубляется.

----

В другой части Селенции, у выхода из города Лонза, Валентина, Абель и Норн остановились. Валентина обернулась, посмотрела на мрачные очертания города и сказала:

— Надеюсь, Мориарти справится, и мы больше никогда не вернёмся в этот город. Особенно в тот лес.

Норн положила руку ей на плечо:

— Валентина, не расстраивайся. Это просто твои кошмары.

Абель задумчиво посмотрел вперёд:

— Знаете, следующие города ещё дальше, чем обычно. Нам придётся ещё больше топать. — он повернулся к ним. — Знаете, что я предлагаю? Осталось ещё три божественных мага. Если мы разделимся — двое на одного и один на другого, а потом встретимся все вместе у последнего, — так мы быстрее сократим время.

Валентина задумалась:

— Да, это верно. Но ты уверен, что сможешь переубедить их один?

Абель усмехнулся:

— Конечно. Не зря же у меня дар обаяния, статус рыцаря и ещё кое-что.

Валентина с сомнением посмотрела на него:

— Других рыцарей тоже посылали.

Абель улыбнулся шире:

— Не бойся, я буду упрямым и настойчивым — прям как ты. Чтобы они в конце концов согласились.

Норн нетерпеливо махнула рукой:

— Да-да, иди уже, быстрее.

Абель усмехнулся:

— Вон Норн уже меня прогоняет. Ну, желаю удачи, девушки. Надеюсь, вы не потеряетесь по дороге.

Валентина кивнула:

— Я буду следить за Норн. Ты сам тоже не пропадай. Встретимся в конце, ладно?

Абель кивнул. Валентина протянула ему жёлтый шарик:

— В случае чего связываемся через телефоны.

Абель взял шарик и улыбнулся:

— Конечно. Буду каждую ночь звонить тебе.

Валентина ответила с лёгкой улыбкой:

— Я тоже.

Норн закатила глаза и потянула Валентину за руку:

— Пойдём уже.

Абель махнул им и сказал:

— Ну, я пойду в город Люксембург. А вы?

Валентина ответила:

— Ближайший город — Ранзанский. Светлый, музыкальный. У нас ближе, так что дойдём быстрее. Д

авай.

Они попрощались и пошли по разным дорогам. Валентина вздохнула и тихо сказала:

— Эх... Будет без Абеля так скучно.

Норн, идя впереди, ответила:

— Зато так свободно.

Конец пятьдесят седьмой главы.

Глава 58

Пятьдесят восьмая глава.

Байрон расхаживал по старой комнате, его шаги эхом отдавались в тишине. Он остановился у окна, посмотрел на серое небо и вспомнил слова Валентины: «Вы трус. Который сидит и думает, что выше закона». Он вздохнул, провёл рукой по лицу и подошёл к старому комоду. На нём стояла фотография в рамке — шесть божественных магов, ещё молодых, улыбающихся. Он взял её в руки, провёл пальцем по стеклу и тихо сказал:

— Уже как сорок восемь лет не виделись.

Он поставил фотографию обратно и перевёл взгляд на портрет жены. Его лицо помрачнело, он тяжело вздохнул и прошептал:

— Прости.

Затем он резко призвал прозрачный нож и с силой метнул его через комнату. Клинок вонзился в стену в сантиметре от головы Мориарти. Тот даже не вздрогнул и спокойно сказал:

— Всё-таки заметил.

Байрон повернулся к нему с холодным взглядом:

— Что ты здесь делаешь?

Мориарти усмехнулся и поправил маску:

— Да так, дедушку хотел проведать. И, кстати, я знаю, что ты специально не хотел попасть по мне.

Байрон отвернулся и бросил:

— Уйди, я хочу побыть один.

Мориарти не двинулся с места:

— Ой, да ну брось! Давай поговорим по душам.

Байрон стиснул зубы:

— Мориарти, у меня нет сейчас сил с тобой общаться и выносить твой оптимизм.

Мориарти шагнул ближе:

— У нас всего один разговор. Помнишь, что я тебе говорил насчёт твоей депрессии и отстранённости? Напомнить?

Байрон смягчился, но всё ещё смотрел в сторону:

— Что нужно?

Мориарти спокойно сказал:

— Да я так... О том разговоре с приказами императора.

Через секунду Мориарти вылетел из окна с огромной силой, покатился по земле, встал и отряхнулся:

— Эх... Это будет сложнее.

Он снова зашёл в комнату и сказал уже мягче:

— Ну, нет. Я понимаю, ты всё ещё скорбишь по смерти дочери и жены. Но я-то жив?

Байрон посмотрел на него с горечью:

— Какой ценой? Посмотри на себя, урод.

Мориарти усмехнулся, разведя руками:

— Ну и что? Красота — не главное, а то, что внутри. Знаешь что? Это не твоя вина.

Байрон отвернулся:

— Не нужно мне было заводить семью. И тебя тоже.

Мориарти покачал головой:

— Ты хочешь мне смерти? Это грубо. Знаешь, ничего тебе не мешает просто пойти выпить чая, кваса, сходить в баню с этим императором и со всеми старыми друзьями. Ну конечно, кроме Синдреллы.

Байрон резко повернулся:

— Вот именно. Не весь состав полный. И кто знает, что с ними произошло за все эти сорок восемь лет?

Мориарти пожал плечами:

— Ну и что? Как раз взглянешь. Что тебе мешает в последний раз уйти, посмотреть на них, а? Я понимаю, тебе сложно выйти из дома, потому что это напоминает о тех днях, да?

Байрон резко прижал Мориарти к стене, схватив за горло:

— Опять напоминаешь мне? Ты что, перестал бояться меня?

Мориарти, не пытаясь освободиться, спокойно ответил:

— Да.

Байрон отпустил Мориарти и, отвернувшись, глухо сказал:

— А стоило бы... И я не пойду.

Мориарти выпрямился, поправил воротник и ответил с нажимом:

— Ах так? Ты будешь идти! Тебя не грызёт вина за то, что я страдаю? Посмотри на меня, дедушка.

Он приложил руку к своей металлической шее и продолжил:

— Ты погубил меня. Ты угробил меня. Посмотри на мои руки. Зачем ты это сделал? И в качестве искупления ты должен пойти и показаться друзьям.

Байрон усмехнулся, но в его голосе не было веселья:

— Тупая попытка. Я и так переживаю.

Мориарти подошёл ближе:

— Ох, знаешь... Я ведь подумал: остальные божественные маги тоже так сидят. Слышал, что Сабрина уже идёт туда? Что тебе мешает тоже пойти?

Байрон покачал головой:

— Сабрина всегда была активна. А я — нет.

Мориарти усмехнулся:

— Так иди пассивно, как всегда, старый пень. Скучаешь по своим друзьям?

Байрон задумался, а Мориарти продолжил, его голос стал тише:

— Ну, подумай... Жена не выдержала твою пустотную энергию и погибла от истощения. Это передалось дочери, которая меня родила, и её мужу. И это ещё и на меня передалось. Но повезло, что отец успел сделать последнюю помощь в виде перезапуска моего тела.

Байрон посмотрел на него с болью:

— Вот именно. Посмотри на себя. Ты счастлив? Скажи мне.

Мориарти усмехнулся и развёл руки:

— Очень счастлив. Я работаю на работе мечты, у меня много друзей. Что мне с того, что лицо не человеческое, а сердце из металла? Главное — друзья и счастье. Знаешь, имея всего двадцать пять процентов человеческих органов и кожи, я уже счастлив. А ты, прожив полвека, думаешь, что должен умереть и вечно каяться. Выбор за тобой. Если не будешь идти — ты докажешь, кто ты на самом деле.

Мориарти развернулся и пошёл к выходу. Байрон стоял неподвижно, затем тихо сказал:

— Стой... Ладно. Только один раз.

Мориарти обернулся и довольно кивнул:

— Отлично. Садики достучался до старого пня.

Байрон спросил:

— Что нужно этому императору? Он младше меня, ещё и...

Мориарти усмехнулся:

— Легко говорить, когда ты не стареешь.

Байрон вздохнул и махнул рукой:

— Ладно, свяжусь с остальными и тоже пойду.

Мориарти подмигнул:

— Ну ладно, пока.

Он вылетел на своей тарелке. Байрон остался один. Он в последний раз посмотрел на дом, затем улыбнулся и тихо сказал:

— Эх... Хотя бы внук есть. Хоть семью я и угробил, но хоть единственное наследие оставил. Любовь.

Он вышел в пустоту.

---

Мы смотрим на Валентину которая продолжает путь.

Валентина и Норн шли уже очень долго. Локации сменяли одна другую: города, пустыни, деревни, леса, горные тропы. С каждым шагом обе чувствовали, как силы тают, но они продолжали идти. Наконец перед ними открылась чистая поляна до самого горизонта. Они остановились, переводя дыхание.

Валентина выдохнула и тихо сказала:

— Эх... Так скучно без шуток Абеля.

Норн остановилась, повернулась к ней и сказала серьёзно:

— Валя, у меня к тебе серьёзный разговор.

Валентина удивлённо подняла бровь:

— Какой?

Норн посмотрела ей прямо в глаза:

— По поводу твоего будущего. Что ты будешь делать, когда закончишь академию?

Валентина растерянно моргнула:

— Норн, с чего такие серьёзности? С чего так резко?

Норн пожала плечами, но взгляд оставался твёрдым:

— Я обдумывала это всё.

Валентина задумалась:

— Ну... закончив академию, я, конечно же, перееду в Ашуру.

Норн нахмурилась:

— А что дальше?

Валентина ответила с лёгкой улыбкой:

— Буду жить там так, как захочу.

Норн не отступала:

— А как же мы? Что будет с нами?

Валентина замялась:

— Ну... я буду вас проведывать. Мы же не насовсем расстанемся.

Норн скрестила руки на груди и серьёзно сказала:

— Ты не можешь меня удочерить. Я не могу перейти границу Ашуры до восемнадцати лет. Что со мной будет?

Валентина положила руку ей на плечо:

— Норн, не переживай. Ты не одна будешь. Понимаешь, Ашура — это моя мечта. С детства мне описывали это место как рай. Селенцию я всегда видела как место бойни, потому что мы с матерью убивали оставшихся демонов. Мир людей я не люблю. А Ашура — это рай. И я не могу бросить мечту, которая строилась всё моё детство.

Норн опустила голову и тихо сказала:

— Значит, я останусь одна.

Валентина быстро обняла её:

— Нет, что ты! У нас ещё два с половиной года вместе. Я буду приезжать к тебе каждые выходные. Большие каникулы.

Норн подняла на неё глаза:

— Кто знает, что будет через два с половиной года?

Валентина попыталась улыбнуться:

— Знаешь, я оставлю тебя с Удзуки. Он тебя вырастит. Он сам говорил, что ему плевать на будущее — главное жить и зарабатывать.

Норн фыркнула:

— Он хотя бы верный до конца. В отличие от тебя.

Валентина удивлённо отстранилась:

— Что?

Норн вытерла слёзы и сказала с горечью:

— Он верный до конца, а ты бросаешь всех своих друзей и людей в опасности только ради своей мечты.

Валентина мягко сказала:

— Ну, Норн... Кроме меня есть сотни магов, которые одолевают демонов. Это не так. Если хочешь, ты сама можешь переехать в Ашуру, когда вырастешь.

Норн вздохнула и посмотрела вдаль:

— Я и так с ним собиралась... — она замолчала, затем продолжила: — Знаешь что? Твоё будущее — твои желания. Я хочу провести эти два с половиной года очень счастливо. Так что не разочаруй меня, ладно? И побольше открывай глаза в своих чувствах.

Валентина улыбнулась и погладила её по голове:

— Норн, когда ты стала такой умной?

Норн гордо подняла подбородок:

— Я всегда была такой.

Валентина и Норн прошли дальше, выходя на бетонную местность. Валентина остановилась и спросила, чуть наклонив голову:

— А ты что, уже обсуждала это с Удзуки?

Норн кивнула и пошла дальше, не сбавляя шага:

— Да. И уже не раз. Это было очевидно ещё с тех пор, когда ты в первый раз рассказала о своей мечте. Я тогда сразу поняла, что ты всё равно будешь идти к ней, несмотря ни на что.

Она замолчала на мгновение, и перед ней пролетел флэшбэк.

---

Академия. Норн сидела за столом и писала домашнее задание. Удзуки стоял в углу комнаты, лениво жуя яблоко. Норн положила ручку и повернулась к нему:

— Удзуки, у меня к тебе вопрос.

Удзуки обернулся, прожевал и кивнул:

— Да-да, давай.

Норн серьёзно посмотрела на него:

— Что ты будешь делать, когда закончишь академию?

Удзуки застыл, перестал жевать и растерянно моргнул:

— Ну... эм... я...

Норн перебила его:

— Ты же знаешь, куда поедет Валентина, да?

Удзуки отвел взгляд и тихо сказал:

— Конечно. Я знаю с первого дня нашего знакомства.

Норн наклонила голову:

— Ну и как ты на это отреагируешь?

Удзуки пожал плечами и попытался улыбнуться:

— Ну как... как обычно. Пусть будет рада. И будет счастлива. Кто я, чтобы решать её судьбу?

Норн прищурилась:

— А тебе не будет одиноко?

Удзуки на мгновение замолчал, затем ответил тихо:

— Ну... конечно, одиноко. Больно же, когда наша Валя уходит из своего гнезда.

Норн подалась вперёд:

— И что ты будешь с этим делать? Ты тоже переедешь в Ашуру?

Удзуки задумался, затем покачал головой:

— Я думал об этом, но... какой смысл? Я там не очень люблю жить. Мне и тут хорошо — тут мои друзья, хорошая работа. А что там? Ради чего я должен туда идти? Только ради Вали? Это странно выглядеть будет. Я останусь и буду иногда проведывать её, конечно.

Норн нахмурилась:

— И где ты будешь жить?

Удзуки пожал плечами:

— После академии я просто найду тихое место, буду работать, встречаться с друзьями и продолжать жить. Может, и семью заведу.

Он уже хотел уйти, но Норн резко крикнула:

— А как же я?!

Удзуки обернулся, удивлённо:

— Что?

Норн сжала кулаки, её голос дрогнул:

— Вы все хотите меня бросить? Я опять останусь сиротой, потому что вы после академии уйдёте, а мне тут ещё гнить десять лет.

Удзуки быстро подошёл к ней, присел на корточки, чтобы быть на её уровне:

— Ой, Норн... Тебе так одиноко? Твоя опекунша Валентина ни в коем случае не поменяет твой выбор. Но если хочешь, я могу остаться в академии.

Норн удивлённо подняла на него глаза:

— А разве так можно? Ты же не будешь учиться.

Удзуки улыбнулся:

— Ну... хотя бы буду рядом с тобой. Раз уж мы потеряем Валентину, зачем терять друг друга?

Норн шмыгнула носом:

— Ты серьёзно? Ради меня?

Удзуки кивнул и улыбнулся закрыв веки:

— Ради тебя.

Норн с силой пошла к нему в объятия и уткнулась в его плечо, громко плача, а Удзуки погладил её по голове , сам плакал еле и сказал:

— Я никогда тебя не брошу, обещаю.

Норн мычала, как котёнок, и прошептала:

— Спасибо тебе огромное.

---

Флэшбэк закончился. Норн вытерла слезу и улыбнулась:

— Откуда ты вообще взяла Удзуки?

Валентина усмехнулась и покачала головой:

— Не знаю... Мы как-то случайно встретились.

Она замолчала, затем добавила, глядя вперёд:

—Но это была одна из лучших встреч в моей жизни. И самое правильное решение в моей новой жизни— подружиться с Удзуки.

Норн вдруг остановилась, указала вперёд и радостно крикнула:

— Валентина, смотри! Я вижу город! Наконец-то мы пришли!

Обе радостно побежали вперёд.

Они прошли через границу и остановились. Перед ними раскинулся розовый город — всё было сделано из розового бетона, дома стояли близко друг к другу, не выше трёх этажей, и везде были красивые цветы. Норн восхищённо выдохнула:

— Вау, тут что, праздник?

Валентина улыбнулась, оглядываясь:

— Да, если не ошибаюсь, сегодня они отмечают фестиваль цветов.

Норн крутилась на месте, разглядывая всё вокруг:

— Как красиво!

Рядом проходил танцующий мужчина, он радостно протянул им по два букета и поздравил с праздником. Они с теплотой приняли цветы. Валентина сказала, вдыхая аромат:

— Вау, вот это город! Я понимаю.

Норн подпрыгнула и с хитрой улыбкой спросила:

— А что тебе мешает сюда переехать? Тут так красиво и приятно!

Валентина покачала головой:

— Здесь всегда красиво отмечают праздники. В отличие от Лонзо или центральной Селенции, где всем всё равно. Тут так ярко!

Они пошли дальше, чувствуя запахи музыки, огня, еды и праздника. Норн взяла один цветок, понюхала, улыбнулась и сказала:

— Может, задержимся немного?

Валентина покачала головой, взяв её за руку:

— Норн, у нас нет времени. Давай пошли. Если не ошибаюсь, дом божественного мага — вон тот, самый высокий.

Норн посмотрела в указанную сторону:

— Сразу видно. Выше всех.

Они прошли через праздничные улицы, подошли к большому залу на холме. Валентина остановилась у двери и сказала:

— Ну, давай входим.

Они зашли внутрь. В огромном зале сотни людей синхронно танцевали под живую музыку. Норн на мгновение замерла, а затем сама начала слегка пританцовывать.

— Ну а где этот божественный маг? Это же вроде золотой маг, да? Как я? — спросила она.

Валентина огляделась:

— Да, это божественный маг света. Он сразу должен выделяться.

Она взглянула наверх и заметила его — он стоял на возвышении, дирижируя всем происходящим с широкой улыбкой, в бело-жёлтых одеждах, с золотыми волосами до плеч. И огромным святым мечом на спине , с светящиеся рукояткой белой.

— Это он. Пошли.

Они побежали к нему. Валентина попыталась привлечь его внимание:

— Эм... привет!

Альдебаран даже не повернулся, продолжая дирижировать, и с радостью ответил:

— А! Я Альдебаран! Приятно познакомиться, женщины! С праздником!

Норн сказала, уже начиная терять терпение:

— Это понятно, но...

Валентина попыталась перекричать музыку:

— Мы к вам по поводу серьёзного дела!

Альдебаран улыбнулся, не сбавляя темпа:

— Угу. Что может быть серьёзнее, чем праздник?

Норн шагнула вперёд:

— Да послушайте же нас!

Альдебаран наконец отвлёкся от дирижирования, спустился к ним и, схватив Валентину за руку, прокрутил её вокруг себя, затем подхватил Норн, подбросил в воздух, прокрутил три раза, а затем отпустил, так что та едва удержалась на ногах. Норн пошатнулась, но выпрямилась и, переводя дыхание, сказала:

— Я понимаю, вы рады, но можно с вами поговорить?

Альдебаран махнул рукой и улыбнулся:

— Дайте закончить!

Норн и Валентина переглянулись, затем обе топнули ногами и уставились на часы. Ждали.

И вот музыка стихла. Норн и Валентина облегчённо выдохнули и уже открыли рты, чтобы заговорить, но Альдебаран тут же взмахнул руками и начал новый цикл танцев, даже не взглянув в их сторону. Норн и Валентина опустили руки.

Норн с разочарованием сказала:

— Он так похож на ангела... У него же такая золотая энергия, как у меня, да?

Валентина кивнула, наблюдая за ним:

— Норн, у всех золотых рыцарей такая же мана, как и у тебя. Но он — создатель этой золотой энергии. Так что он — эталон.

Норн с надеждой посмотрела на него:

— Классно... Я могу у него столько всего спросить!

В этот момент из дверей вышел мужчина в зелёном хаори, с толстыми штанами и длинным двойным мечом за спиной. Он двигался слегка шатаясь, с синими волосами, и явно был немного пьян.

— А, боже, Альдебаран! Можно уже хватит? А то я устал, — сказал он.

Альдебаран обернулся к нему с широкой улыбкой:

— Друг! Миша! Не бойся, мы только начали! Давай, вставай, иди ко мне! Будем вместе!

Миша махнул рукой и покачнулся:

— Ладно, сейчас пойду...

Он еле пошёл, шатаясь. Валентина и Норн переглянулись. Валентина быстро сказала:

— Стоп... Погоди-ка.

Норн прошептала в ответ:

— Это то, что ты думаешь?

Валентина кивнула:

— Да. Похоже, это так.

Они быстро подбежали к Мише. Валентина почтительно сказала:

— Господин Миша! Вы — божественный маг стихийного уровня, но только с посохом!

Миша остановился, посмотрел на них мутным взглядом и улыбнулся:

— А, да, вы правы... Но называйте меня просто Бродяга.

Норн скривилась и тихо сказала:

— Какое уродливое имя...

Валентина быстро закрыла ей рот рукой и добавила:

— Мы бы хотели с вами и с господином Альдебараном кое-что обсудить.

Миша похлопал их по плечам и сказал с лёгкой усмешкой:

— Девочки, вы обычные деревенские, не мешайте нам, ладно? — он посмотрел на Валентину. — Да, ты, тёмная девчонка, смени свой вкус. Тёмный тебе не идёт.

Валентина застыла с презрением на лице. Миша пошёл дальше, не оборачиваясь. Валентина сжала кулаки и процедила сквозь зубы:

— Как он смеет? Я — Тёмная Принцесса Кровавого Измерения! И никогда не поменяю свой стиль.

Норн повернулась к ней:

— И что будем делать? Эти двое алкашей празднуют, а нам нужно их переубедить! Мы сразу двух божественных магов в одном месте нашли!

Валентина задумалась:

— Значит, если Абель переубедит последнего божественного мага, а мы убедим этих двоих, то мы закончим всё сразу.

Норн просияла:

— Одним выстрелом — двух зайцев! Но как привлечь их внимание?

Валентина посмотрела на танцующих, затем нахмурилась и достала из сумки книгу матери. Она открыла страницу шестьдесят семь и прочитала заклинание:

«Осмысление тьмы»

Над Валентиной поднялась тёмная, серая аура, окутанная чёрным контуром. Все в зале замерли, почувствовав её присутствие. Альдебаран и Миша переглянулись.

Миша прошептал:

— Напомни, кто эта девушка?

Альдебаран ответил:

— Ну... она явно разозлена. А мы знаем — разозлённая женщина — самая опасная вещь на земле. Пошли, не будем злить её.

Они приземлились перед ней, извинились, и все вместе отошли в другую комнату.

---

А в другой части Селенции, на западе от юга, Абель продолжал свой долгий путь.

Абель продолжал свой путь, идя по извилистым тропам. По дороге он помогал — перевёл через дорогу испуганную кошку, снял с дерева игрушку для плачущего ребёнка, очистил небольшую речку от мусора. Каждый раз он делал это с лёгкой улыбкой, не останавливаясь надолго.

Он шёл через природную местность и думал:

«Хм... Я иду в город Люксембург. Это военный город, построенный для войны пятьдесят лет назад. Сейчас он более населён, но дисциплина там осталась прежней. Я специально взял это место, чтобы не мучить Валентину и Норн. Там нужно договариваться как рыцарь с рыцарем. Но будут ли меня слушать из-за моего ранга? Младший рыцарь... Я должен переубедить главного божественного мага. Это будет сложнее, чем я думал. Но всё должно пройти гладко — я ведь иду не с опасностью».

Он перешагнул через упавшее дерево и вышел на равнину, где два холма разделяло огромное расстояние. Он остановился и, глядя на открывающийся вид, тихо сказал:

— Красиво... Хотел бы я привести сюда Вэл и Норн.

Он пошёл дальше и вскоре увидел город, окружённый высокой круглой стеной.

— Самая большая и крепкая стена Селенции. Буквально непробиваемая крепость, которую никто не смог захватить во время войны.

Он уже собирался подойти к окраинам, как вдруг на него напали. Он резко отбился от удара мечом и увидел перед собой девушку в деревянной маске, с распущенными волосами, красными шортами и двумя маленькими кинжалами. Она быстро пошла в бой, и он начал уворачиваться и парировать. Он оттолкнул её, но в тот же миг за его спиной взорвалась стрела, распылив дым. Абель с помощью золотой энергии рассеял его. Кто-то схватил его за ногу верёвкой и опрокинул на землю.

Девушка медленно подошла, поставила ногу ему на грудь и спросила с насмешкой:

— Рыцарь, что ли?

Абель, лежа на земле, ответил с лёгкой усмешкой:

— Конечно, блин. Это сложно было понять, вместо драки? Понимаю, у вас традиция — бить, а потом думать. Но можно было просто спросить.

Девушка хмыкнула:

— Зачем ты сюда пришёл, младшенький?

Абель спокойно ответил:

— Я хочу поговорить с божественным магом-генералом.

Девушка рассмеялась:

— Ты думаешь, что сможешь просто так попасть к нему? А? Думаешь, всё так легко? Нет уж. Но если ты так хочешь пойти к нему, мы устроим встречу. Ты ответишь за то, что без предупреждения хотел войти в город.

Абель поднял голову:

— Я просто хотел зайти и постучать.

Девушка скрестила руки:

— Ты знаешь правила рыцарей: нужно сообщить о переходе в другой город от других рыцарей. Ты этого не сделал.

Абель пожал плечами:

— Ну вот. Сейчас ты будешь отчитываться как раз перед этим божественным магом.

Абель почти обрадовался:

— Как раз мне это и нужно.

Они прошли в город. Ворота открылись, и Абель, со связанными руками, пересёк мост через реку и вошёл внутрь. Он оглядывал развитой военный город, где жили и обычные горожане, и солдаты — маги, мечники, рыцари, рукопашники. На него смотрели с подозрением.

Абель усмехнулся и сказал девушке:

— Вы же так славитесь гостеприимством.

Девушка обернулась и холодно спросила:

— А что, у тебя претензии?

Абель промолчал.

Абеля грубо затолкали пинками в комнату генерала. Он вошёл, пошатываясь, и остановился перед высоким мужчиной с белыми крыльями, в чёрной диктаторской одежде. Его глаза были закрыты чёрной широкой банданой, но он, казалось, видел всё.

— Рыцарь, сын Людвига? — спросил он низким, властным голосом.

Абель выпрямился и ответил:

— Всё верно. Прошу прощения, генерал, эм...

Генерал резко перебил его:

— Я не генерал. Называй меня божественным магом. Именем — Фердинанд.

Абель сглотнул, чувствуя напряжение, и начал:

— У меня к вам разговор...

Фердинанд снова перебил, его голос стал жёстче:

— Сядь! Как ты вообще себя ведёшь? Рыцарь твоего ранга, ну и новое поколение... Ещё и маны мало.

Абель заметил следы крови на его белых крыльях и на мгновение замер, но быстро взял себя в руки.

Фердинанд медленно прошёлся перед ним и остановился, скрестив руки:

— Так значит, ты из Селенции...

Конец пятьдесят восьмой главы.

Глава 59

Пятьдесят девятая глава.

Селенция. Облачное небо нависало над академией, предвещая дождь. В библиотеке Нанахоши сидела в своём кресле на колёсиках и, глядя в окно, лениво сказала:

— Похоже, сегодня будет дождь.

Она оттолкнулась и проехала мимо Айши, которая стояла с тряпкой у полки.

— О! Круто, обожаю дожди. — Нанахоши остановилась и посмотрела на неё. — А ты чего перестала вытирать пыль?

Айша стиснула зубы, но послушно взялась за тряпку и начала вытирать полку. Однако она не сдержалась и тихо, почти шёпотом, пробормотала:

— О боже... Наверное, в её десять так же родителей били, раз уж она так отыгрывается на мне.

Нанахоши застыла. Она медленно повернулась и спросила ровным голосом:

— А что, с тобой так обращались?

Айша застыла, не ожидая такого вопроса, и быстро ответила:

— Э... нет, я не это имела в виду. Простите.

Нанахоши подъехала ближе и повторила:

— Нет, я серьёзно. Что с твоими родителями?

Айша опустила взгляд и замялась:

— Ну... эм. Родители... Эх. Они передали меня. Не хочу об этом рассказывать. Но если коротко — они просто избавились от меня.

Нанахоши помолчала, затем сказала:

— Ну, соболезную.

Айша, чувствуя неловкость, пошла дальше, но Нанахоши догнала её на кресле и спросила:

— А как именно ты помогаешь группе «Альфа»? И как ты к ним присоединилась?

Айша остановилась и нехотя ответила:

— Ну... помогаю им в быту: мою вещи, прибираю комнаты, чищу оружие. Всё такое. А как присоединилась... Это было недавно. После того как я осталась одна, меня встретил Артур и помог устроиться к группе «Альфа». С тех пор я с ними от начала до конца.

Нанахоши кивнула, коротко сказав:

— Ммм... Круто.

Она развернулась и уехала. Айша смотрела ей вслед и тихо пробормотала:

— Я-то думала, она хоть что-то скажет, кроме двух слов...

В этот момент Нанахоши снова появилась между стеллажей книг и сказала:

— О, вот и остальные пришли.

Айша удивлённо спросила:

— Кто именно?

Нанахоши улыбнулась и махнула рукой:

— Да так, из группы «Ц». Настал час терапии.

Айша не поняла:

— Что?

Нанахоши пояснила, уже отворачиваясь:

— Каждую неделю некоторые собираются здесь и выговариваются. Кружок, можно сказать.

Айша удивилась:

— Ничего себе...

Айша с надеждой спросила:

— Можешь тоже послушать?

Нанохоши сказала уходя:

— Только после окончания работы.

Айша стиснула зубы и вернулась к уборке, а Нанахоши покатила в противоположную сторону.

Удзуки прошёл по коридору, засунув руки в карманы, и тихо пробормотал себе под нос:

— Так... мне скучно. Пойду побесить мою Нанахоши.

Он направился в библиотеку, уже продумывая, что бы такое сказать, чтобы её задеть. Но когда он открыл дверь и зашёл внутрь, то застыл.

В центре библиотеки в кругу из кресел сидели несколько человек. Анна, Хигамару, Рин, Вильгельм, Мария и сама Нанахоши, которая стояла чуть поодаль, прислонившись к стеллажу с книгой в руках.

Хигамару первым заметил его и радостно крикнул:

— Босс! Вы тоже к нам присоединились?

Удзуки нахмурился и закрыл за собой дверь:

— Э... Что тут происходит?

Он подошёл ближе, оглядывая сидящих. Анна подняла голову и сказала:

— Удзуки, ты не знаешь? Это кружок терапии.

Удзуки удивлённо переспросил:

— Терапии? То есть вы тут...

Вильгельм кивнул, поправляя воротник:

— Да. Мы выговариваемся о прошлом, о чувствах, чтобы не потеряться и чтобы стало легче.

Удзуки присвистнул:

— Ничего себе. Хм... А как долго это длится?

Хигамару, сидевший в кресле, ответил:

— Уже месяц.

Удзуки перевёл взгляд на Рина:

— А чего мне никто не сказал?

Рин усмехнулся:

— Мы пытались тебе донести, но тебе всегда было как-то пофиг. Ты не из тех, кто любит рассказывать о своём прошлом.

Удзуки помолчал, затем неловко спросил:

— Ну... а можно? Мне тоже один раз? Просто послушать, не участвуя. Мне интересно побольше узнать о вас всех.

Все взгляды обратились на Нанахоши. Та пожала плечами и сказала:

— Эх... ну конечно. Не буду же я отказывать.

Удзуки облегчённо выдохнул и сел на свободное кресло:

— Спасибо. — он оглядел всех. — Ну... о чём болтаете?

Хигамару вздохнул и сказал:

— Ну... так вот, с тех пор я ни разу не видел своего друга.

Все одобрительно закивали, а Удзуки переспросил:

— Ну, что это было?

Анна, сидевшая рядом, пояснила:

— Он рассказал историю о друге, которого потерял. Мы идём по кругу, и теперь очередь Рина.

Рин поднял руки:

— Не, не, не! Сначала Мария.

Мария вздохнула и закатила глаза:

— Эх... ну ладно. Сейчас расскажу. Блин.

Она помолчала, затем спросила:

— Вы не против, если я расскажу историю о том, как я бросила боевые искусства меча на полгода?

Все заинтересованно закивали. Мария выдохнула и начала:

— Ну, так вот... Слушайте. Это был болезненный период в моей жизни.

Она перенеслась во флэшбэк.

Мария тренировалась с мечом, раз за разом ударяя по деревьям. Меч застревал в коре, она пыталась его вытащить и падала на землю.

— Да что ж такое-то? — простонала она, вставая. — Дальше второго уровня никак не пройти. Да господи!

Она вытащила меч, посмотрела на него и с раздражением сказала:

— Да чёрт! Я уже столько раз пытаюсь провести свои лимиты до конца и наконец-то полностью освоить силу гордости, но нет, конечно же. Я девушка, и из-за этого мой потенциал ниже. Да чёртово это тело!

Она вонзила меч в землю и ушла.

— Так... нужно отдохнуть от меча и спросить у остальных, как стать сильнее.

Она пришла домой и увидела отца.

— Пап! — крикнула она.

Отец обернулся:

— Что?

Мария подошла к нему:

— У меня вопрос. Я застряла на одном уровне с мечом и не могу пройти дальше. Что мне нужно делать? Как преодолеть свои границы?

Отец вздохнул и покачал головой:

— Мария, мы же обсуждали, что тебе не идёт путь мечницы.

Мария нахмурилась:

— Вот именно. Мы много раз об этом говорили, но я уже приняла решение. Я хочу стать мечником. Я тебя нормально спрашиваю.

Отец пожал плечами:

— Ну... честно, я не знаю. Я никогда не владел мечом. Возможно, это знак того, что меч тебе не предназначен.

Мария застыла, затем молча развернулась и ушла. Она шла по коридору, сжимая кулаки:

— Да как он смеет так говорить?

Она направилась к тренеру по мечу.

— Тренер, у меня никак не получается усилиться дальше. Что это значит обычно для рыцарей?

Тренер задумался:

— Ну... это просто пик. Когда ты доходишь до тупика, есть только два выхода: либо ты упорно трудишься и становишься сильнее, либо это конец — твоё тело просто не справляется.

Мария спросила:

— То есть мне просто нужно больше трудиться? Через сколько я смогу стать сильнее, даже если я в тупике?

Тренер ответил:

— Минимум пять-шесть лет.

Мария застыла:

— Пять-шесть лет на одном уровне? Нет, спасибо.

Она ушла, задумавшись. Подойдя к своему мечу, она тихо сказала:

— Я, получается, достигла предела? Это конец? Я не смогу больше усиливаться? Мой уровень даже не базовый, скорее новичок... Я должна бросить меч, потому что моё тело не справляется, а потенциал низкий. Это плохо... Я не хочу этого, но... Это конец?

Она взяла меч, посмотрела на него, затем с силой вонзила в землю.

— Ну и пофиг! Не нужен мне этот меч, раз я не могу стать сильнее только потому, что я женщина.

Она ушла.

Прошло время. Мария жила без меча, и жизнь казалась легче. Её принимали как друга, а не как девочку, которая избивает мальчиков. Она думала: «Без меча так хорошо живётся. Может, это действительно было ошибкой — взяться за меч?»

Однажды ночью она шла по улице и увидела, как двое парней избивают девочку в переулке. Она пошла туда, так как раньше уже спасала таких.

— Отпустите её! — крикнула она.

Парни усмехнулись:

— А что ты сделаешь?

Мария схватила лежащую на земле палку и пошла на них, но она не умела драться без меча. Парни легко переиграли её настоящими деревянными мечами и избили.

Она пришла домой вся в крови. Родители обеспокоенно помогли ей. Через некоторое время Мария подошла к своему мечу, посмотрела на него и сказала:

— Что будет, если в будущем меня убьют за то, что я не могу себя защитить? Без меча это невозможно.

Она взяла меч и сказала:

— К чёрту. Пять-шесть лет — неважно. Нужно быть всегда готовой.

Она продолжила тренироваться.

---

Флэшбэк закончился. Мария сидела в кругу и спокойно сказала:

— Но после этого я смогла побороть свой потенциал и овладела силой гордости до конца. Вот и всё.

Все посмотрели на неё с сочувствием. Рин хлопнул её по плечу:

— Отличная история. Очень трагичная. Особенно тот момент, когда тебя избили.

Мария усмехнулась:

— Спасибо, что упомянул.

Рин тут же перевёл взгляд на Вильгельма:

— Ну, Вильгельм, твоя очередь.

Вильгельм удивлённо поднял бровь:

— Почему я?

Рин усмехнулся:

— Потому что.

Вильгельм вздохнул и сказал:

— Ну... могу рассказать, что я чувствовал в психбольнице в тот следующий год.

Хигамару хотел что-то сказать, но быстро закрыл рот. Вильгельм продолжил:

— Надеюсь, вам понравится.

Нанахоши поправила его:

— Мы тут не радуемся, а соболезнуем и помогаем. Мария рассказала о своей слабости без меча и о том, как ей было трудно. Мы тебя тоже поймём.

Вильгельм кивнул и тихо сказал:

— Ну ладно... Слушайте.

Удзуки, сидевший в углу, задумчиво сказал:

— Хм... То есть вы рассказываете мини-байки из своего прошлого? Интересно. Хочу дальше послушать.

Мы проваливаемся в воспоминания Вильгельма.

Он сидит в своей клетке в психбольнице. Тишина нарушается только шагами ночновиков и далёкими криками других пациентов. Голос Вильгельма звучит на фоне:

«Это был тот момент... Тех пор, пока демонов окончательно не раскрыли, я так и не выбрался из психбольницы».

Вильгельм сидит, дрожа, обхватив колени. К нему пододвигают газету. Он берёт её, читает и видит заголовок: «Группа «Ц» одолела демона восьмого дивизиона». Он смотрит на это, удивляется, а затем в испуге бросает газету. Он сидит, обхватив колени, и начинает слышать голоса.

— Нет, нет... Извини, брат, — шепчет он. — Откуда я знал это? Хотя бы твоя душа упокоилась, когда они победили этого демона.

Голос в его голове отвечает:

«А демон-то не мёртв. Его освободили, а не убили. Его дыхание исчезло окончательно, лишь тело навсегда исчезло».

Вильгельм начинает кричать от страха и боли. В клетку заходит ночновик, надевает на него ошейник, который бьёт током.

— Тише, — говорит ночновик. — Если не хочешь больше страданий, просто не издавай шума, ладно?

Вильгельм смотрит на Боба, стоящего чуть поодаль. Тот отводит взгляд. Вильгельм кивает и пытается сдерживаться.

«Рутина, — продолжает голос. — Одно и то же. Завтрак, терапия, физические работы, прогулка, и снова гниение в клетке. Мне давали множество таблеток, но они не помогали. Чувство беспокойства и страха не покидало меня».

На терапии Вильгельм сидит и смотрит, как ночновик показывает ему картинки демонов одну за другой. У него начинается приступ в сердце. Ночновик делает выводы, что-то записывает, и Вильгельма снова вывозят в клетку.

«В тот момент я думал: раз ничего не помогает, а я уже почти сошёл с ума, зачем мне идти в мир, если всё равно уже не будет как прежде? С моей травмой и смертью брата...»

Он сжал кулаки и стал пассивным, опустошённым. Он перестал кричать от боли — просто принимал голоса в голове.

«Так продолжалось до тех пор, пока не пришли Валентина, Удзуки и Норн. Они разломали почти все слои астрала, и я наконец перестал слышать голоса в голове. Тогда я решил помочь им и сделать хоть что-то полезное. С тех пор я пытаюсь перестать бояться прошлого».

Он выпил две таблетки и закончил:

— И теперь я здесь. Я очень рад этому.

Все похлопали ему. Хигамару подбодрил:

— Не бойся! Мы тебя примем, какой бы ты ни был сумасшедший.

Удзуки покачал головой:

— Ничего себе... Да это какой-то ад, а не психбольница. Хорошо, что мы освободили это место.

Нанахоши с лёгкой улыбкой сказала:

— Ну вот. Хорошо, когда кто-то раскрывается и говорит о прошлом.

Она краем глаза заметила Айшу, которая подслушивала, но та быстро скрылась. Нанахоши промолчала. Следующим была Анна.

— Ну, я что ли уже? — она задумалась. — Не хотите узнать, как я познакомилась с Валентиной?

Все сразу закивали:

— Да! Давно хотели это узнать.

Анна улыбнулась:

— Хм... Дайте подумать. А! Так вот...

Мы проваливаемся в воспоминания Анны.

Семилетняя Анна играла на площадке со всеми друзьями, радостно поправляя волосы. Она подбежала к отцу и спросила:

— Отец, отец! А где моя палочка? Ты не знаешь?

Отец усмехнулся:

— А что, хочешь пользоваться магией прямо во дворе?

Анна кивнула с воодушевлением:

— Ну да! Смотри, там все играются, некоторые пользуются магией. Я хочу показать, что я уже умею делать водяные атаки из рук, я хочу их облить!

Отец рассмеялся и протянул ей маленькую палочку:

— На-на, держи.

Анна взяла палочку и спросила:

— А папа, когда я смогу пользоваться огромным посохом и быть супермагом?

Отец погладил её по голове:

— Только когда вырастешь. Или примерно через десять лет. А пока для детей есть маленькие палочки, так что пользуйся на здоровье.

Анна кивнула и побежала к друзьям. Она облила всех водой и радостно крикнула:

— Я лучший стихийный маг в округе!

Друзья возмутились:

— Эй, нечестно! У тебя просто хороший потенциал. Это слишком!

Анна гордо подняла голову:

— Конечно! Я же всегда такая.

Она играла дальше и думала: «Как же круто осознавать, что я самая популярная и хорошая девочка, у которой есть все друзья».

Вдруг она остановилась и заметила маленькую Валентину, которая сидела на качелях в одиночестве, читая книгу. Она ни к кому не присоединялась. Анна подошла к одной из подруг и спросила:

— А кто эта девочка?

Подруга скривилась:

— Да это Валентина. Изгой. Не играй с ней, она странная. И она дочь той самой страшной Синдреллы.

Анна удивилась:

— Серьёзно?

— Да.

Анна посмотрела на Валентину и сказала:

— Хм... На вид обычная девочка. И любит чёрный цвет.

Она направилась к ней, несмотря на предупреждения подруги.

— Ты куда? — крикнула та.

— Хочу познакомиться, — ответила Анна.

Она подошла к качелям и сказала:

— Привет.

Валентина подняла голову и тихо ответила:

— Привет.

Анна улыбнулась:

— Ты книгу читаешь?

Валентина показала обложку:

— Ага. Книгу моей матери.

— О чём она? — спросила Анна.

— Разные заклинания, — ответила Валентина.

Анна заглянула в книгу и нахмурилась:

— Ну так... там пусто.

Валентина спокойно ответила:

— Как пусто? Вот тут всё расписано. Я вижу.

Анна повернула книгу и снова посмотрела:

— Она что, реально странная? — прошептала она. — Там ничего нет.

Она повторила громче:

— Там пусто, девчонка. Ты не видишь?

Валентина пожала плечами:

— Ну, как хочешь. А зачем ты пришла?

Анна села на соседние качели:

— Просто хотела узнать, как тебя зовут.

— Валентина, — ответила та.

— Я Анна. А какой магией ты пользуешься?

Валентина задумалась:

— Я пользуюсь магией одиночества.

Анна удивилась:

— Ты духовный маг? Ничего себе... Сила одиночества. То есть ты становишься сильнее, когда чувствуешь одиночество?

Валентина кивнула:

— Ну... в каком-то смысле да.

Анна с сочувствием посмотрела на неё:

— Как же грустно... Давай я помогу тебе. Нельзя, чтобы человек был одинок.

Она протянула руку:

— Я Анна, стихийный маг воды. Приятно познакомиться.

Валентина неуверенно пожала её руку:

— Воды? Круто. Рада познакомиться.

Анна спросила:

— Тебя все ненавидят?

Валентина опустила взгляд:

— Возможно. Но я привыкла. Спасибо, что хотя бы ты послушала.

Она встала и собралась уходить. Анна крикнула:

— Эй, куда ты?

— Домой, — ответила Валентина.

Анна догнала её:

— Пойдём поиграем. Мы же теперь подруги.

Валентина застыла:

— Подруги? А что это?

Анна улыбнулась:

— Ну, типа когда мы много времени проводим вместе, делимся секретиками и поддерживаем друг друга.

Валентина задумалась:

— Я никогда не делала этого с посторонними людьми.

— Тогда теперь будешь, — сказала Анна. — Пошли, я тебя поддержу, поиграем в магию. И если мы поделимся секретами, то станем ещё ближе.

Она указала на беловолосого мальчика:

— Я поделюсь секретом: я влюблена вон в того красивого парня.

Валентина улыбнулась:

— Круто! А хочешь услышать мой секрет?

— Давай!

Валентина понизила голос:

— Я случайно прочитала заклинание матери, и птица рядом с гнездом просто взорвалась.

Она засмеялась. Анна застыла на мгновение, но затем тоже рассмеялась:

— Крутое у тебя восприятие для девчонки.

Они пошли играть.

---

В реальности Анна закончила рассказ:

— С тех пор мы выросли вместе и прошли через многое.

Удзуки покачал головой:

— Ничего себе... А я думал, что первый поверил в неё.

Анна похлопала его по плечу:

— Удзуки, дорогой, когда ты ещё спасал в коляске, я уже дружила с Валентиной. Так что не принимай на свой счёт.

Рин усмехнулся:

— Ничего себе. Понимаю, каково это — быть изгоем в детстве.

Мария добавила:

— И ты поверила в неё. Хм... Думаю, это было одно из самых правильных решений для неё.

Нанахоши тихо сказала:

— Не забывайте, что первая подруга, хоть и была Анна, а самая старая подруга — это я.

Все удивились. Вильгельм спросил:

— А ты расскажешь, как познакомилась с Валентиной?

Нанахоши отмахнулась:

— Нет, лень.

Хигамару воскликнул:

— Ух ты, круто, Анна! Интересная и хорошая история! Кто теперь?

Рин красиво поправил причёску:

— Ну, значит, я что ли?

Анна замахала руками:

— Нет-нет-нет, может, кто-то другой?

Рин нахмурился:

— Кто другой? Все уже рассказали!

Анна посмотрела на Удзуки:

— Ну, например, Удзуки.

Удзуки поднял руки:

— Я что ли? Эм, пас. Вы же знаете, я хочу просто послушать.

Рин усмехнулся:

— Вот, Удзуки не хочет рассказывать, значит, я расскажу!

Хигамару попытался сменить тему:

— А может, Нанахоши расскажет что-то о себе? Или сменим тему?

Рин восторжествовал:

— Нет! Что вы пытаетесь отвести внимание? Пришла моя очередь, и я расскажу!

Все тяжоло вздохнули кроме удзуки.

Удзуки сказал непонимающе:

—А что в этом такого? Давайте послушаем.

Анна наклонилась к уху Удзуки прикрыв рукой и тихо сказала:

— Каждый раз, когда Рин рассказывает, это похоже на хвастовство, а не на трагичную историю.

Удзуки удивлённо кивнул. Мария пригрозила:

— Рин, если на этот раз ты опять будешь говорить про то, что тебе было трудно завязывать шнурки, я выкину тебя из библиотеки.

Рин тихо сказал:

— Нет-нет! На этот раз у меня настоящая трагичная история! Она связана со смертью моего хомяка!

Все удивились. Нанахоши заинтересованно сказала:

— Что-то новенькое.

Хигамару подбодрил:

— О, давай! Рассказывай! Надеюсь, ты его не убил придавив деньгами.

Рин возмутился:

— Какой же ты грубый! Я ведь не смеялся над твоей истории клоун!

Вильгельм кивнул:

— Ого, похоже, это действительно трагично, раз Рин так серьёзно настроен. Давайте послушаем.

Рин сказал, закрывая своё лицо рукой, оставляя глаза открытыми:

— В общем, это было очень давно. Когда было моё одиннадцатилетие.

Мы переносимся во флэшбэк, где Рин стоит на своём дне рождения. Мать приходит и даёт ему коробку. Рин открывает и видит хомяка. Он сначала выбросил его в мусорку.

— Мне дали красивого хомяка на день рождения, но я тут же выбросил его в мусорку, потому что посчитал бесполезным. На этом всё.

Все застыли в шоке и недопонимании. Удзуки сказал:

— Мне кажется, или это слишком трагичная история?

Рин усмехнулся:

— Да, шучу, шучу. Ладно, продолжу. Через какое-то время меня заставили взять хомяка обратно через ремень и кулаки.

Рин подошёл, взял хомяка и отвёз в свою комнату, сидел с ним пару часов. На фоне он продолжал:

— Я очень думал, как его назвать. Больно уж он был милым и красивым, так что я принял самое рациональное решение — назвать его Рин-младший.

Мария усмехнулась:

— Ого, а я думала, ты назовёшь его Рин-красавчик.

Рин махнул рукой:

— Тихо!

Он продолжил:

— И вот мы с ним начали очень сильно дружить. Играться с ним было так весело и мило. Он намного приятнее кошек и удобнее собак. Это было лучшее.

Мы видим, как он кружится с хомяком, гоняется за ним, кормит его золотым тортом. Хигамару вмешался:

— Ты кормил его золотым тортом? Получается, он богаче, чем вся моя родословная?

Рин оттолкнул его:

— Да пошёл ты, это мой флэшбэк, не мешай.

Он продолжил:

— И вот, как и в любой трагичной истории, у всего счастливого есть конец.

Рин приходит домой после тренировки и спрашивает:

— Мам, пап, а где мой Рин-младший?

Отец удивился:

— У тебя вроде нет младшего брата.

Рин сказал:

— Я имею в виду хомяка.

Отец пожал плечами:

— Я даже не знаю.

Рин начал искать по всему дому, не нашёл, разозлился, заплакал и нанял сотни сыщиков по всему району. Но его не нашли.

— Несмотря на все усилия, он просто пропал, исчез, как будто его утащили. Это сильно сломало меня. Я не выходил из комнаты до следующего дня. Родители пришли и сказали, что нашли его. И привезли мне моего младшего. Я обрадовался, но через какое-то время задумался: а это ли мой настоящий? Он вообще не был похож по поведению. Я понял сразу — это лишь новая версия. Меня это сломало ещё сильнее. Я плакал в кровати. Это длилось долго... но я вышел из депрессии на следующий день, потому что понял, что просто запер хомяка в шкафчике и забыл об этом. Грусть сменилась смехом. Я взял своего Рин-младшего и свёл его с новой Рин-младшей — потому что та была самкой. Я думал, что всё будет лучше, но после того, как они завели свою семью, они просто ушли из дома, и я больше их не видел. Конец.

Мы возвращаемся в реальность. Все застыли в недоумении. Удзуки сказал:

— А как на это реагировать?

Рин почти плакал, но сдерживался. Мария сказала:

— Эм... Соболезнуем твоим хомякам.

Хигамару подбодрил:

— Не бойся, мы тебе нового хомяка купим.

Рин покачал головой:

— Нет, спасибо. Моих Рин-младших никто не заменит.

Удзуки и Анна неловко переглянулись. Нанахоши сказала:

— Ну, хотя бы что-то трагичное в твоей истории всё-таки есть. А не твои проблемы, где тебе было сложно считать деньги.

Она зашла в центр, прошлась дальше и сказала:

— Все закончили истории?

Хигамару сказал:

— Не все.

Все повернулись к нему. Хигамару добавил:

— А босс-то всё ещё молчит.

Все посмотрели на Удзуки. Он сказал:

— Я же сказал, я не хочу.

Нанахоши сказала:

— Не бойся, рассказывай. Выговориться всем нужно, тебе станет только легче.

Рин добавил:

— Ты представляешь, насколько мне было сложно рассказать мою историю? Тебе тоже советую, легче станет.

Мария кивнула:

— Да, не стесняйся, мы тебя не осудим. Ты вечно скрываешь своё страшное прошлое, так просто расскажи.

Удзуки вздохнул:

— Так я не готов. Я не думал, что в такой атмосфере расскажу свою историю. Я думал, это будет как-то в быту, с близкими.

Нанахоши сказала:

— А мы что тебе не близки?

Удзуки ответил:

— Близкие, просто не так быстро. Я не готов к этому.

Все тяжело вздохнули. Анна положила руку ему на плечо:

— Удзуки, друг, расскажи. Тебе станет только лучше. Давай!

Удзуки покачал головой:

— Нет, простите.

Нанахоши сняла маску и сказала:

— Знаешь, а если я расскажу своё прошлое полностью, ты потом расскажешь своё?

Все удивились. Удзуки замялся. Нанахоши продолжила:

— Отказы не принимаются. Это самое большое, что я могу сделать. Так что, если ты не расскажешь, я обещаю — ты сам знаешь, что я с тобой сделаю.

Удзуки сглотнул и сказал:

— Это как-то нечестно. Ты играешь на своих условиях.

Нанахоши откинулась в кресло и сложила руки:

— Ну ладно, придётся рассказать. Слушайте внимательно.

Конец пятьдесят девятой главы.

Глава 60

ГЛАВА 60

Нанахоши начала свой рассказ. Её голос звучал ровно, без лишних эмоций, но в нём чувствовалась та самая лёгкая колючесть, к которой все уже привыкли. Она сидела напротив Валентины, Удзуки и Норн, сложив руки на столе, и смотрела куда-то в сторону, будто видела не их, а что-то далёкое.

— В общем… Всё началось, когда я была совсем маленькой.

Мы перенеслись в её воспоминания.

Флэшбэк.

Маленькая Нанахоши — ей не больше четырёх лет — сидит на полу в тёплой комнате. В руках у неё плюшевый медведь, которого она сжимает с такой силой, что швы на игрушке начинают трещать. Её глаза светятся ярко-синей энергией — нестерпимо, почти ослепительно. Медведь в её руках буквально начинает разрываться на части, и она, не понимая, что делает, продолжает сжимать его.

Отец стоит в дверях. Он — высокий рыцарь с короткой седой бородой, в лёгких доспехах, и смотрит на дочь с гордостью и тревогой одновременно.

— Уже имеет хорошую энергию для дитя.

Мать подходит ближе, заглядывает в глаза дочери, и голос её дрожит:

— Ты думаешь, что это хорошо? Разве хорошо, что дети имеют нестандартную энергию для своих лет?

Отец пожимает плечами, скрещивает руки на груди:

— А что? Скажи спасибо, что ей не передалась моя золотая энергия. А — скорее, твоя водяная.

Мать качает головой, и голос её становится тише, тревожнее:

— Нет. Потому что… по ходу, наши энергии смешались и появилось новое. Ты же знаешь, что шанс того, что появится новая сила при соединении двух других — очень маленький. Она… она, походу, имеет новую энергию, раз уж её глаза светятся новой энергией.

Отец задумчиво смотрит на дочь, потом отворачивается и говорит, будто подводя черту:

— Ну… Это уже другая проблема. Ну всё, ладно.

Он уходит. Мать остаётся с Нанахоши, садится рядом, гладит её по голове и говорит мягко, почти шёпотом:

— Не бойся, Нанахоши. Ты растёшь очень умной девочкой. Я обещаю.

---

Проходит время. Нанахоши уже около шести лет. Она стоит перед зеркалом, трогает своё лицо, и голос её дрожит от боли:

— Мама, папа! А почему мне так больно держаться за лицо?

Мы видим её отражение — лицо шестилетней девочки, но оно не похоже на человеческое. Черты искажены, будто энергия, которую она не могла контролировать, начала менять её тело.

Мать подбегает, в ужасе прижимает руки ко рту:

— О боже… Что с тобой?

Отец подходит медленнее, осматривает дочь, и голос его звучит ровно, но с ноткой вины:

— Походу… из-за того, что она не совладает со своей силой, повлияло на её тело. Но у меня… у меня есть для этого решение.

Он отводит дочку в сторону. Она плачет, утирая слёзы, которые текут по искажённым щекам. Он усаживает её на колено и говорит тихо, но твёрдо:

— Не бойся. У меня есть для тебя очень хорошая мысль.

Нанахоши смотрит на него с надеждой, и он протягивает ей белую маску. Она удивлённо берёт её в руки, вертит:

— Что это?

Отец поправляет маску, улыбается уголками губ:

— Это поможет исправить твоё лицо в будущем. А также будет одновременно скрывать твою силу. И ещё… одновременно помогать тебе жить.

Она кивает, медленно надевает маску. Та садится идеально, закрывая всё лицо, оставляя лишь прорези для глаз. Она смотрит на себя в зеркало, и в голосе её появляется тихая решимость:

— Хорошо.

---

Проходит несколько лет. Нанахоши выходит из дома и слышит громкие голоса — ссору отца и матери.

Мать кричит, и голос её срывается:

— Говорила я тебе, хватит связываться с этой фирмой рыцарей! Тебя же в опасность тянут всё время!

Отец отвечает спокойно, но в голосе его чувствуется усталость:

— Я хочу просто помочь. Нормально то, что демоны, оставшиеся после войны, убивают в других деревнях? Я не перестану работать, пока все оставшиеся демоны не будут уничтожены.

Мать кричит ещё громче:

— Тогда посмотри на себя! Столько ран! Ещё и дочь в эту опасность втягиваешь, когда носишь её туда-сюда!

Отец пожимает плечами:

— Ей это хотя бы нравится. И она хочет побольше взять знаний. Что ты её тянешь? Думаешь, что она обычная девчонка?

Мать заламывает руки:

— Так я хочу, чтобы она была обычной! А не супер-магической, как ты, блин!

Отец тяжело вздыхает, разворачивается:

— Отлично.

Он уходит. Мать остаётся одна, опускает голову и плачет.

Нанахоши стоит за углом, невидимая, и тихо вздыхает:

— Эх. Опять ссорятся…

---

Она идёт в казарму — небольшое здание с бумагами и столами. Садится за работу, начинает таскать документы туда-сюда. Это её подработка, которую она взяла, чтобы быть полезной.

В один из дней в казарму заходят две фигуры — женщина в тёмном одеянии и маленькая девочка с чёрными волосами.

Синдрелла подходит к стойке и говорит спокойно, без лишних интонаций:

— Можешь дать нам специальные бумажки для осветления кожи?

Нанахоши застыла, увидев их. Она узнала женщину — и девочку. Она молча взяла бумаги, передала их Синдрелле, но на мгновение задержала взгляд на маленькой Валентине, которая стояла рядом, оглядываясь по сторонам с любопытством.

Синдрелла взяла бумаги и уже развернулась, чтобы уйти.

Валентина дёрнула мать за руку и спросила:

— А почему эта девочка в маске?

Синдрелла, не оборачиваясь, ответила:

— Прекрати. Она, наверное, просто дочь рыцарей.

Они ушли. Нанахоши смотрела им вслед, чувствуя, как внутри что-то сжимается.

---

Она возвращается домой. И слышит от отца новость — мать их бросила. Ушла к какому-то богачу.

Нанахоши стоит в дверях, онемевшая. Она медленно проходит в свою комнату, садится на кровать, и слёзы начинают течь из-под маски. Она не вытирает их.

Отец заходит к ней, садится рядом. Его голос звучит глухо, с трудом:

— С одной стороны… ты виновата в этом. Потому что она не принимала твою роль и ту жизнь, которую я тебе дал. Но с другой — хотя бы мы друг у друга есть. Так что я прошу… не бросай меня, ладно?

Она кивает, и голос её дрожит, но в нём слышна твёрдость:

— Всегда. Я готова стать такой, какой ты хочешь меня видеть.

Отец сжимает её плечо:

— Я просто хочу, чтобы ты была лучше. И всё.

Она снова кивает. И с этого дня начинает учиться усерднее, чем когда-либо.

---

В один из дней она замечает маленькую Валентину, которая стоит у окна мастерской и подсматривает за тем, как делают посохи. Нанахоши подходит к ней, скрестив руки на груди:

— Наблюдаешь, а?

Валентина вздрагивает, краснеет:

— А… нет, я просто…

Нанахоши наклоняет голову:

— Вредно же так делать. Тебе не стыдно?

Валентина опускает взгляд:

— Мне стыдно. Я знаю. Но просто так интересно же.

Нанахоши смотрит на неё с любопытством:

— А откуда ты?

Валентина пожимает плечами:

— Ну… нет конкретного места. Я просто из земли.

Нанахоши усмехается:

— Да ладно. Я думала, из луны.

Валентина улыбается, но смущённо.

Нанахоши вздыхает и говорит, уже мягче:

— Хм… Если тебе так интересно узнавать, как создают посохи, ты можешь мне помогать в моей работе. Я могу тебе ещё и доплатить. А также — смотреть на это.

Валентина расплывается в улыбке:

— Правда?

Нанахоши кивает:

— Конечно. Если будешь помогать мне.

Валентина кивает, и они вместе уходят.

---

Голос Нанахоши возвращается в настоящее, перекрывая флэшбэк:

— С тех пор Валентина и я полностью работали вместе. И в библиотеке, и в казарме, и при боевых действиях, когда Валентина вела всё. И так далее.

---

Проходит ещё несколько лет. Нанахоши, уже одиннадцатилетняя, стоит перед зеркалом. Она уже выше, увереннее. Маска всё ещё на ней.

Отец подходит сзади, кладёт руку ей на плечо:

— Ну, дочка. Ты долго трудилась. И теперь ты окончательно можешь поступить в настоящую серьёзную академию — и управлять там.

Она смотрит на своё отражение в маске и говорит:

— Ну, я пока что хорошо оправдываю ожидания.

Отец кивает:

— Да. Конечно. Для меня этого достаточно.

Он протягивает ей кольцо — простое, но с тусклым камнем.

— Представляешь? Я заметил это кольцо у одного демона, которого убил.

Она берёт кольцо, рассматривает его, потом прячет в карман:

— Знаешь, папа… А как там у тебя дела в рыцарских? Ты рыцарь двенадцатого ранга… А демоны-то исчезли?

Отец пожимает плечами:

— Ну… не совсем. Но по-любому стало меньше.

Она кивает.

Отец добавляет:

— Удачи.

Она уходит в свою первую библиотеку.

---

Нанахоши садится за стол, оглядывает пустой зал и говорит себе под нос:

— Как я поняла, уже сто раз… Обычной добротой уже не сможешь нормально работать в библиотеке с капризными клиентами. Так что буду немного жёстче и колючей.

---

Проходит ещё время. В кабинет к Нанахоши заходит Ариэль. Она смотрит на неё с лёгкой улыбкой:

— Вижу, ты очень хорошо справляешься с работой великого информатора. А также библиотекаря. У меня есть к тебе очень хорошее место, где ты будешь работать.

Она протягивает ей билет — золотой, с печатью академии.

Нанахоши принимает его, кивает:

— Спасибо. Была рада, конечно.

Ариэль уходит. Нанахоши смотрит на билет, потом на пустой зал, и тихо произносит:

— Ну… после этого я здесь уже работаю два года. Мы примерно с Валентиной с одиннадцати лет не виделись… и потом снова встретились.

Она замолкает на мгновение, потом продолжает:

— Всё-таки, несмотря на ту энергию, которую обещали мне, и пророчество, что я буду сильной… никак не всплыла. Потому что я всё время подавляла её. Теперь я просто использую базовую магию без никакой особенности, ведь я всё потратила тупо на знания. Как уже сказала. А моя мечта — переехать в Ашуру. Потому что… сама хочу этого. И там лучшие условия. Я хочу самого лучшего и достичь божественного статуса библиотекаря, ведь отец хотел этого. Нежели чем моя мать. Вот. Так что я пытаюсь победить отца — нежели чем мать, которая нас бросила.

Она замолкает.

Библиотека зависла в тишине. Воздух стал тяжёлым, будто каждая минута, которую Нанахоши провела за рассказом, оставила в комнате невидимый осадок. Она смотрела на маску, которую держала в руках, опустив голову. Её пальцы слегка сжимали края, но она не надевала её обратно.

Все молчали. Не могли сказать ни слова.

Вильгельм первым услышал капли дождя у окна и заметил, как по стеклу заскользили первые струи воды. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал и промолчал.

Резко раздался глухой стук. Книга упала с полки.

Все обернулись и увидели Айшу, которая застыла в шоке, прижав руки к груди. Она смотрела на Нанахоши с широко открытыми глазами, не в силах скрыть удивление.

— А почему ты скрывала своё такое трагичное прошлое? — спросила Айша, голос её дрожал.

Нанахоши подняла голову, посмотрела на неё и пожала плечами:

— Да так, просто. Зачем рассказывать о своём прошлом каждому рандомному человеку, если он всё равно этого не поймёт?

Анна покачала головой и мягко сказала:

— Не говори так. Мы поймём. Ты сама основала этот кружок ради этого. Теперь ты сама открылась — это же круто! Ты сама основала этот кружок, но ни разу в нём не участвовала как участник. А теперь ты рассказала своё истинное прошлое, которое объясняет всю тебя. Это даёт нам повод и соболезновать, и поддерживать тебя одновременно.

Мария кивнула, сложив руки на груди:

— Да, да, да. Мы теперь тебя любим ещё больше.

Вильгельм, всё ещё глядя на дождь за окном, обернулся и спросил:

— Легче тебе стало?

Нанахоши задумалась на мгновение, затем ответила:

— Ну, по крайней мере, наполовину.

Хигамару подался вперёд, его голос звучал с лёгким упрёком:

— А я щас сказал: если бы ты раньше рассказала, к тебе бы так не относились, как так колко и отстранённо. Надо было хорошо говорить.

Нанахоши усмехнулась и поправила рукав:

— Я сама так выбрала относиться. А это вообще плохо?

Анна подняла руку:

— А вот у нас все уже рассказали. Через несколько дней знакомств, чтобы все друг друга понимали и были вместе.

Нанахоши резко повернулась к Айше и строго сказала:

— Эй!! Эй! А ты что тут делаешь? Ты закончила работу?

Айша замялась и виновато опустила голову:

— Нет.

Нанахоши махнула рукой и сказала с тем же холодным тоном:

— Вали тогда!

Айша надула губы, развернулась и, обиженно шаркая ногами, вышла из библиотеки.

Все сидели в тишине, пока дверь за ней не закрылась. Хигамару нарушил молчание и спросил, наклонив голову:

— То есть эта маска помогла тебе исправить лицо?

Нанахоши кивнула и провела пальцем по своему лицу:

— Да. Вы же видите, какое моё лицо стало.

Удзуки, сидящий в углу, тихо сказал:

— Ну да. Отличной она стала.

Мария улыбнулась и добавила:

— Отлично. Но, Нанахоши, побольше так раскрывайся. Ты ведь мне рассказала ещё много чего. Спасибо, что резко и неожиданно сегодня открылась.

Нанахоши покачала головой и посмотрела в сторону Удзуки:

— Нет. Она не просто так это сделала. Она сделала это именно в тот день, когда Удзуки здесь.

Все перевели взгляды на Удзуки. Он поднял брови и спросил, пытаясь скрыть смущение:

— Эм, на что вы намекаете?

Анна скрестила руки и сказала с лёгкой усмешкой:

— Да блин, ради тебя девушка раскрылась. Теперь твоя очередь. Она сдерживает слово. А ты нет?!

Удзуки поднял руки в защитном жесте:

— Э, но я ведь не давал обещание.

Все на него злобно посмотрели. Он оглядел их лица — и повсюду видел только ожидание.

— Что? — переспросил он. — Реально же, вы же сами выбрали за меня. Я не обязан сейчас говорить.

Хигамару упёр руки в боки и возмущённо сказал:

— Босс, у вас сердца нет?

Рин покачал головой, изображая разочарование:

— Какой же ты сердцеед в плохом смысле. Вильгельм сказал покачивая головой:

— это грубо, пацан.

Удзуки посмотрел на Нанахоши. Её лицо было пустым, без каких-либо эмоций. Она просто смотрела на него, не отводя взгляда, и молчала. Удзуки тяжело вздохнул и сказал, стараясь говорить ровно:

— Пожалуйста, не расстраивайтесь. И можете не страшиться — или потом на меня плохо смотреть, ладно?

Рин махнул рукой:

— Конечно. Если что-то там хоть… убивал кого-то — нам будет пофиг.

Все странно посмотрели на Рина. Он замялся и быстро добавил:

— Ээ, я просто в шутку, ладно?

Удзуки, еле сдерживаясь, выдохнул и сказал:

— Ну… эм… начнём.

Он открыл рот, но воздух застрял в горле. Не мог выдохнуть. Не мог произнести ни слова. Он встал, отошёл в сторону и сказал, не глядя на остальных:

— Так, дайте секунду. Я не могу рассказать. Погодите.

Он прислонился к стеллажу, закрыл глаза и глубоко вдохнул. Раз. Два. Три. Когда дыхание выровнялось, он медленно вернулся на место и снова сел.

Тяжело вздохнул.

— Ладно. Начнём.

Он помолчал, собираясь с мыслями, затем сказал, глядя в пол:

— Эх… Эх. В 4, года назад. Когда мне было шестнадцать лет.

Все затаили дыхание.

Мы перенеслись во флэшбек Удзуки.

Мы видим закрытый лес. Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, падая на мшистую землю редкими пятнами света. Бабочка с прозрачными крыльями медленно кружила над полевым цветком, покачиваясь на ветру, и наконец села на его лепесток.

Резко чья-то нога наступила на цветок, раздавив его вместе с бабочкой.

Это был красный рыцарь с ярко-алыми волосами, в доспехах, покрытых царапинами и свежими следами крови. Он отбивался из последних сил, но врагов было слишком много. Меч в его руке дрожал от усталости, дыхание сбивалось. Он сделал шаг назад, пытаясь отступить, но позади него уже никого не было — только лес и бесконечная тишина.

Внезапно из-за деревьев вылетел Удзуки.

Он налетел на рыцаря с дикой, почти звериной скоростью. На его лице застыла яркая садистская улыбка — неестественно широкая, с искорками безумия в глазах. Рыцарь едва успел поднять меч, чтобы отразить первый удар. Клинки столкнулись с лязгом, но Удзуки не отступал. Он бил снова и снова — руками, ногами, используя каждую часть тела как оружие.

Рыцарь уворачивался от его атак, но Удзуки был быстрее. Три резких удара пришлись в рёбра рыцаря — тот хрипло выдохнул, сплюнул кровь и, собрав остатки сил, полоснул мечом по плечу Удзуки. Лезвие разрезало ткань и кожу, оставляя алую полосу.

Удзуки даже не поморщился. Он лишь усмехнулся шире и, оттолкнувшись ногой, ударил рыцаря с такой силой, что тот отлетел к дереву.

Рыцарь попытался встать, но из-за спины Удзуки уже вышел другой член Смертельного круга. Они набросились на рыцаря вдвоём, избивая его без жалости. Он упал на землю, обхватив голову руками, но удары продолжали сыпаться градом.

Удзуки схватил рыцаря за горло, приподнял его над землёй, затем повернулся к своему товарищу и холодно сказал:

— Иди уже, остальным помогай. Я сам с ними разберусь.

Тот кивнул и побежал вглубь леса, исчезая между деревьями. Удзуки осмотрелся вокруг — весь Смертельный клан двигался в сторону леса, попутно отбиваясь от рыцарей. Крики, лязг мечей, взрывы магии разносились по округе.

Удзуки рассмеялся и, сжимая горло рыцаря, сказал с презрительной усмешкой:

— Ну и ты реально думал, что сможете нас остановить?

Он стоял над поверженным врагом. Внешность удзуки была другой в тот момент. Его длинные, густые волосы были разделены по центру и падали до ушей, а белую бандану он носил так, чтобы она приподнимала чёлку, открывая глаза. Длинный чёрный воротник свисал до самой груди. Но хаори и браслеты были на месте , а его тело ни чем не отличаются от сегодняшнего кроме роста(159 см) . Садистская улыбка не сходила с его лица.

— Есть что сказать напоследок? — спросил он.

Рыцарь с трудом поднял голову и прохрипел:

— Вы ещё все погибнете...

Он не успел договорить. Удзуки резко свернул ему шею — сухой хруст разнёсся по поляне. Тело обмякло и упало на землю.

Удзуки даже не посмотрел на него. Он развернулся и побежал дальше, вглубь леса.

Крики и взрывы не стихали. Смертельный клан продвигался вперёд, оставляя за собой только пепел и руины.

Мы переносимся в дом. Там, в уютной комнате, залитой тёплым светом, женщина с жёлтыми волосами спокойно плела что-то из ниток и не обращала внимания на происходящее снаружи. На улице тем временем Удзуки вместе с пятью своими друзьями из клана прошёл мимо разрушенных домов. Они смеялись, переговариваясь, и Удзуки жестикулировал, показывая, как убивал рыцаря.

— Да, ага, ещё этот, этого рыцаря красиво убил, вот так, так, так! — он показал движение руками, размахиваясь.

Друг из клана ответил с усмешкой:

— Да брось, вот удзуки. Ты ведь сам приказывал идти там, ты же говорил, что там пусто и никого нет.

— Ну, какая разница? — пожал плечами Удзуки. — Прошли ведь уже.

— Угу, — кивнул другой. — Мы уже как… начиная уже с трёх лет назад начали действовать как Смертельный клан. И уже таких успехов добились. Много земель завоевали. Только эту проблему с рыцарями нужно как-то решить, а то они так заколебали, если честно.

Удзуки усмехнулся и, подняв голову, сказал с уверенной, почти наглой улыбкой:

— Ну и что? Не бойтесь, это будет легко, я обещаю. Я ведь управляю вами — и, конечно же, благодаря мне вы победите.

Один из друзей тихо заметил, что Удзуки лицемерен и самолюбив. Тот мгновенно остановился, резко повернулся и схватил его за горло, прижимая к стене.

— Может, и так, — сказал он, заглядывая в испуганные глаза товарища. — А тебе что-то не нравится? Или ты не слушаешься своего генерала?

Тот испуганно закивал, не в силах вымолвить ни слова. Удзуки держал его пару секунд, затем отпустил. Похлопал по плечу.

— Ладно, — сказал он уже спокойнее. — Я пошёл к семье. Пообщаюсь с ними. И потом мы выйдем на следующую деревню. Там я вроде слышал — есть перчатка, красная, увеличивающая хватку.

Он повернулся и пошёл прочь, отделившись от всех.

— Ну, ладно. Потом увидим. А сейчас я хочу пойти домой.

Он ушёл, оставляя друзей за спиной. Длинные волосы покачивались в такт шагам, а глаза всё ещё горели тем же холодным, жестоким огнём.

Он резко открыл дверь и, входя в дом, громко сказал:

— Очередное задание и очередной успешный захват! И, конечно, вся ответственность нам не была!

Он прошёл в комнату, где сидела та самая блондинка в закрытой жёлтой одежде, и обратился к ней:

— Мама, мама. Ты слышала уже? Или тебе отец уже всё рассказал?

Мать даже не подняла головы, продолжая вязать, и ответила спокойно, без тени волнения:

— Нет, конечно. Отец ещё не пришёл с ног. Надеюсь, ты никого не убивал.

Удзуки усмехнулся и, подойдя ближе, сказал с лёгкой гордостью в голосе:

— Конечно, убивал. Мама, как я по-твоему должен это делать? Я должен это делать, потому что иначе никак. Я же всё-таки генерал.

Мать вздохнула и покачала головой:

— Эх... Не нужно всё-таки было тебя отдавать в высшее училище для Смертельного круга.

Удзуки подошёл к ней, положил руку на плечо и сказал, стараясь звучать мягче:

— Мам, не расстраивайся. Я ведь это делаю для вас.

Он отстранился, оглянулся по сторонам и крикнул на весь дом:

— Бяко! Где ты?

Из соседней комнаты выбежала маленькая девочка лет семи. На ней была лёгкая юбка, её пышные, ярко-золотые волосы в сложеные два пучка с двух сторон жвасияли в свете ламп, а кукольное лицо с розовыми глазами смотрело на Удзуки с лёгким недовольством.

— Эй, я же говорила не называть меня так! — возмутилась она. — Я Беатрис!

Удзуки подошёл к ней и, улыбнувшись, дёрнул её за щёки:

— А что? Мне же нравится называть тебя Бяко. Это так мило. Разве тебе не нравится?

Беатрис оттолкнула его руки и сердито сказала:

— Убери руки! Ты убивал этими руками — и ещё потом держишь меня за этими? Ну тебя!

Удзуки усмехнулся и, отпустив её, сказал с лёгкой иронией:

— Эй, поверь, Бяко, если бы ты была мальчиком, тебе бы тоже пришлось это делать.

Он оглянулся по сторонам и задумчиво добавил:

— Хм... А реально, почему девушек не надевают браслеты?

Мама, сидевшая в углу, подняла голову и мягко сказала:

— Сынок, почему ты так думаешь? Нам же физически это не дано, и мы слабее. Ты же знаешь.

Удзуки повернулся к ней и уверенно ответил:

— Вот именно! Но, мама, если бы ты была слабой, разве у тебя родился бы такой физически сильный сын? Восьмикратные мышцы — это же просто офигенно!

Беатрис фыркнула и, сложив руки на груди, сказала с лёгкой насмешкой:

— Ага. Мда. Ты худой по сравнению с остальными, хоть и сильный очень. Но тело у тебя не очень.

Удзуки прищурился и махнул рукой:

— Я нормально и сильно выгляжу до двенадцати лет. Бяко, уйди лучше, иди поиграй с игрушками.

Мать отложила вязание и серьёзно сказала:

— Хм... Удзуки, у меня к тебе разговор.

Удзуки обернулся и кивнул:

— Да, да.

Мать посмотрела на него и спросила, стараясь говорить спокойно:

— Куда вы завтра направляетесь?

Удзуки пожал плечами и ответил:

— Если не ошибаюсь, на север. Надо забрать один мощный артефакт.

Мать помолчала, затем тихо сказала:

— Можешь на этот раз... не убивать людей? Можешь просто отдать своим напарникам и не убивать, а?

Удзуки нахмурился и удивлённо сказал:

— Но, мам...

Мать посмотрела на него грустно и повторила, почти умоляя:

— Пожалуйста, ради меня. Я это не терплю, ты же знаешь.

Удзуки вздохнул и подошёл к ней ближе:

— Мам, ты единственная женщина, которая не рада за сыновей и отца, когда они убивают людей. Ты серьёзно? Да ещё и у меня максимум десять убийств за все эти три года, когда у моих друзей по двадцать-тридцать.

Мать покачала головой и сказала с лёгкой грустью:

— И, конечно же, это же моя заслуга, потому что я тебя останавливала от этого. И прошу, на этот раз можешь не убивать людей, а?

Удзуки усмехнулся и, глядя на неё, сказал с лёгким раздражением:

— Ты это уже просишь каждый раз, когда я иду на очередное задание.

Мать смотрела на него долго, не отводя взгляда. Удзуки сдался, тяжело вздохнул и сказал:

— Ну ладно. Как скажешь.

Мать тут же встала, подошла к нему и крепко обняла, прижимая к себе:

— Эх... ты же мой милый Удзуки. Родились бы мы в другом месте... Я же знаю, каким ты милым котиком вырос бы.

Удзуки попытался отстраниться, но не слишком настойчиво:

— Я не милый котик. Это про Беатрис так говорили, а не про меня. Я свирепый боец.

Дверь с другой стороны комнаты открылась, и Удзуки, услышав шаги, обернулся и сказал:

— Ой. Походу, батя пришёл.

Отец зашёл в комнату. На вид ему было около сорока лет — небольшая борода и усы, сливающиеся с ней в единый образ, придавали ему суровый, безразличный вид. На его теле виднелись лёгкие доспехи, а открытые руки были покрыты браслетами — по четыре с каждой стороны. Он шагнул через порог, и мать тут же встретила его с тёплой улыбкой:

— Привет, любимый. Как прошло всё?

Отец с любовью посмотрел на неё и ответил, обнимая:

— Всё отлично прошло, дорогая. Не бойся, со мной ничего не случилось. Надеюсь, ужин готов?

Мать кивнула, не сводя с него глаз. Но когда Удзуки попытался незаметно уйти в сторону, отец перевёл на него взгляд и серьёзно спросил:

— Ну… Как там прошло у вас? Нападение.

Удзуки остановился, обернулся и ответил с лёгкой усмешкой:

— Как всегда — стопроцентный успех. А ты что, сомневался?

Отец прищурился и сухо сказал:

— Ага. Смотря на прошлый раз, я не могу сказать точно.

Он прошёл дальше и встретил Беатрис. Та с радостью бросилась к нему, и он поднял её на руки, прижимая к себе.

— Это чувство… Ох, Беатрис, когда ты станешь взрослой, ты станешь самой красивой девушкой, как твоя мать.

Беатрис довольно улыбнулась и ответила:

— Угу, конечно.

Удзуки тяжело вздохнул, глядя на эту сцену. Отец отпустил Беатрис и, повернувшись к нему, спросил более жёстко:

— Кстати, Удзуки. А вы использовали тот план, который я тебе давал?

Удзуки резко застыл, пытаясь уйти, но сказал коротко:

— Нет.

Отец нахмурился:

— Почему?

Удзуки пожал плечами и ответил с лёгкой небрежностью:

— Я решил пойти по своему методу. И сработало всё равно.

Отец резко, с силой спросил:

— Сколько жертв было? Сколько пострадали?

Удзуки замялся и неохотно сказал:

— Эм… Ну, двое умерли. Но это не важно. Всего лишь два каких-то жалких человека погибли. Всё равно.

Он не договорил.

Резко прилетел удар от отца, и Удзуки отлетел в стену, упал на пол. Он встал, вытирая кровь с губ, и закричал:

— Эй! Чё тебе не нравится? Результат-то один, блин!

Отец шагнул к нему и холодно сказал:

— Ты не ценишь жизнь своих товарищей. Дебил, блин. Чем я тебя, чёрт возьми, воспитывал, а?

Удзуки встал, сжимая кулаки, и ответил с вызовом:

— Ты воспитывал меня быть серьёзным убийцей и машиной для убийства. И что я, по-твоему, делаю, а?

Отец посмотрел на него сверху вниз и сказал с презрением:

— Ты ничего не оправдываешь. Я тебя сделал генералом, потому что ты имеешь потенциал. Из-за моей силы колец, а также слабости моей мамы у тебя зародились восьмикратные мышцы из моих предков. Я думаю, ты имеешь все основания быть лучшим в клане. А ты вот так оправдываешь себя. Жалкий ты.

Удзуки усмехнулся, но в глазах его вспыхнула злость:

— Так как же, чёрт возьми, тебе, папа, всё не нравится? Вечно я что-то делаю не так, а? А Беатрис ты любишь только за то, что она есть, как и маму. А я должен вечно плохо оправдывать отца? К чему нам, чёрт возьми, твари из этих двух тупых?!

Отец ещё раз резко ударил. Удзуки хотел встать и ответить, но отец одним пинком отправил его обратно к стене. Удзуки кашлянул кровью и прохрипел:

— Чёрт возьми… Дай мне вырасти, отсталый ты!

Отец навис над ним и холодно сказал:

— Ну и тогда, наверное, ты не такой сын, какого я тебя выращиваю. Ты не ценишь ни семью, ни друзей. А думаешь, что выше всех.

Удзуки сжал живот, с огромным усилием сдерживая боль, и кашлянул кровью. Отец, не глядя на него, развернулся и ушёл вместе с женой в другую комнату.

К Удзуки подошла Беатрис. Она присела рядом и тихо спросила:

— Эй! С тобой всё в порядке?

Удзуки попытался улыбнуться, но вышло криво:

— Конечно, блин. Меня только что избили, батя снова. Хотя бы не ремнём. И поругал за то, что я не делал по его плану.

Беатрис наклонила голову и спросила:

— А что тебе мешало делать его план?

Удзуки посмотрел на свои руки и сказал с горечью:

— А с чего я должен вечно его слушаться? Раз уж я генерал, я должен сам делать задания. Или что, его планы передаются по наследству? Бред какой-то.

Беатрис помолчала, затем спросила тише:

— А что насчёт твоих слов по поводу меня и мамы?

Удзуки опустил взгляд и тихо сказал:

— Прости. Я это лишнее ляпнул.

Беатрис посмотрела на его кольца — те постепенно перестали быть красными и снова стали жёлтыми. Она мягко улыбнулась:

— Ну, я тебе верю, раз уж твои кольца снова стали обратными.

Удзуки усмехнулся и покачал головой:

— Как-то трудно жить с мыслью, что тебе верят только по твоим доказательствам в эмоциях.

Беатрис села рядом и сказала серьёзно:

— Ну… Когда ты имеешь брата-убийцу и отца-полководца убийц — это уже не норма. Но я же всё равно люблю вас.

Удзуки схватил её маленькую руку и сказал с лёгкой улыбкой:

— Вряд ли ты такая милая, когда утешаешь.

Беатрис начала вырывать руку, попутно мило ворча на непонятном языке, и Удзуки рассмеялся. Она надулась, но он лишь покачал головой и вдруг вспомнил — завтра у него снова поход.

И вот мы переходим на следующий день.

Удзуки шёл молча среди остальных. Впереди, как всегда, отец вёл главу. Он смотрел на его спину и стискивал зубы, сдерживая гнев. Потом, медленно выдохнув, успокоился и позволил себе вспомнить весёлые моменты с ним в детстве. Немного улыбнулся, затем покачал головой и сказал себе:

— Но это стандарт. Мы с батей уже не первый раз ссоримся. Так что всё пройдёт. Мне просто нужно оправдать его ожидания.

Один из друзей подошёл к нему и спросил:

— Эй, Удзуки. Ты будешь нам в этот раз приказывать, где именно убивать, а где нет?

Удзуки пожал плечами и ответил с лёгкой небрежностью:

— Ну… да. Ну или не совсем прямо. Короче, я сам скажу.

Они подошли к месту. Удзуки отдал команду, и все напали, начиная наступление. Он пробирался через толпу врагов, уклоняясь от ударов, когда заметил, как один стражник прицелился в него. Удзуки резко подскочил к нему, выбил оружие, опрокинул на землю и прижал к ней коленом. Уже занёс руку для добивающего удара — но вдруг вспомнил слова матери.

Он замер на мгновение, затем одумался и просто сказал:

— Соберите его.

Он откинул стражника своим товарищам и сам побежал дальше. Так он сделал уже трижды — не убил никого, хотя мог. Только оглушал и передавал другим.

В конце, когда они пришли к главному дому, их встретил мудрец. Он стоял у входа, скрестив руки, и спокойно сказал:

— А красную перчатку уже увезли. Вы опоздали.

Отец Удзуки разозлился и рявкнул:

— Да как это возможно вообще? Ты вообще понимаешь, что тебе будет за это?

Мудрец пожал плечами, не выражая ни страха, ни сожаления:

— Это уже неважно. Я отдал их в хорошие руки. Так что можете делать со мной всё, что хотите.

Отец разозлился, сжал кулаки, но затем просто развернулся и ушёл, даже не тронув его. Удзуки удивлённо посмотрел на отца и крикнул:

— Ну ты даже не вытянешь из него правду?

Отец не обернулся, но ответил ровно:

— От этого нет смысла. Мы не убиваем без причины.

Удзуки просто пошёл за ним, и все удивились. Он сказал себе, почти шёпотом:

— Я не понимаю… Меня обучали как… Что убийство — это норма. А что? Ещё чуть-чуть — и чем дальше убивать, тем лучше. А тут он принимает добрую сторону людей?

Они пошли дальше. Отец сказал коротко:

— Домой.

Все направились обратно. Удзуки догнал отца и спросил:

— Отец, с чего ты стал таким добрым?

Отец вздохнул и ответил устало:

— Я просто хочу отдохнуть. Уже как-то надоело мне. Думаю выйти на пенсию потом.

Удзуки удивлённо поднял бровь:

— Уже на пенсию? В сорок лет? То есть передаёшь мне уже наследие?

Отец покачал головой:

— Нет. Ты ещё слишком мал для этого.

Удзуки нахмурился:

— Но… какой человек в шестнадцать лет уже имеет мощь, чтобы поднимать дома и разрушать скалы?

Отец усмехнулся и ответил:

— Тебе лишь повезло.

Удзуки фыркнул, и они отправились домой.

Когда они пришли, их встретили мама и Беатрис. Мама подошла к отцу и спросила:

— Как прошло?

Отец тяжело вздохнул и сказал:

— Бессмысленно. Просто потратили время.

Беатрис подбежала к Удзуки и спросила с любопытством:

— А что делал Удзуки?

Удзуки усмехнулся и ответил:

— Я никого не убивал, как просила мать.

Мать обрадовалась и, подойдя к нему, обняла:

— Вот, вот мой сынок. Это мой сын, которого я люблю.

Удзуки усмехнулся и подумал про себя: «Но ради этого я, наверное, живу, кроме как убивать».

Они пошли ужинать. За столом отец сказал:

— Хм… Знаете, я принял решение. Через год я выхожу на пенсию.

Все удивились. Мать спросила:

— А что будет дальше?

Отец пожал плечами и ответил спокойно:

— Ничего кардинального не изменится. Мы всё также будем здесь жить в Смертельном клане. А также Удзуки будет работать здесь. Что изменится? Я просто перестану работать и, наконец, сниму эти кольца с помощью тебя, любимая.

Беатрис обрадовалась:

— Как классно! Отец будет больше дома!

Удзуки закатил глаза:

— О, Господи, только нет.

Отец посмотрел на него и сказал серьёзно:

— Удзуки, сынок. Знаешь, к чему я тебя подготавливаю?

Удзуки нахмурился:

— К чему?

Отец откинулся на спинку стула и сказал:

— Я хочу, чтобы ты отправился на северную часть Смертельного круга. На северную часть Селенции.

Удзуки резко встал, уперев руки в стол:

— Эй, с чего это? Отец! То есть ты хочешь, чтобы я переехал через всё королевство только ради того, чтобы там жить и работать?

Отец холодно посмотрел на него:

— Как ты смеешь с отцом так разговаривать? Я тебе подготавливаю лучшее будущее. Туда поступают самые лучшие из лучших. Я туда прошёл только из-за того, что имею хорошие связи. И тебя отправляют туда бесплатно вообще.

Удзуки сжал кулаки:

— А меня спросить ты не вздумал? Если я туда пойду, я перестану видеть Беатрис и маму!

Отец махнул рукой:

— Ну будешь по летам нас навещать.

Удзуки крикнул с горечью:

— Зачем я там? На это тупое военное место быть? А кто сказал, что меня по дороге элитные рыцари не вырежут?

Отец встал из-за стола и сказал твёрдо:

— Решение уже принято. Я сейчас уйду. И, кстати, ты уже никак не можешь опровергнуть — ведь все в Смертельном клане это уже приняли.

Удзуки резко разозлился и закричал, срывая голос:

— Ненавижу тебя, отец! Как же мне надоело это! Единственное, что меня оберегало от этой тупой жизни — теперь я и не буду видеть каждый день и только работать над своим телом!

Он резко выбежал из дома, сжимая кулаки, полный злости и грусти. Отец вздохнул и сказал, поднимаясь:

— Эх… Сейчас найду и с ним поговорю.

Он ушёл. Мать проводила его взглядом и тихо сказала:

— Будь добрее с ним.

Беатрис опустила голову и прошептала:

— Ну, хотя бы… Хотя нет. Жалко, что не будет видеть Удзуки целых девять месяцев. Жалко же. Зачем отец так поступил?

Мама покачала головой и сказала задумчиво:

— У меня есть теория, что он это сделал специально, чтобы оградить Удзуки от нас.

Удзуки вышел на тёмную поляну. Вокруг — ни души, только холодный ветер и звёзды, скрытые за пеленой облаков. Его кольца горели алым цветом, пульсируя в такт бешеному сердцебиению. Он был в гневе. Он сжал кулак и со всей силы ударил по земле. Мощный удар оставил огромный кратер — земля треснула, разлетелась в стороны, поднимая облако пыли.

Он пошёл по кругу, сжимая кулаки, и заговорил сквозь зубы:

— Ну что это такое за моя жизнь, а? Вот что?! Почему я не могу просто жить с моей сестрой и мамой? Тупой ты, отец! Зачем? Скажи мне!

Он остановился и замер. Вдалеке заметил, как какой-то дом горит. Языки пламени взмывали вверх, и он услышал звуки битвы — лязг мечей, крики, взрывы магии.

Он пошёл в ту сторону, подошёл к одному из членов Смертельного клана и спросил:

— Эй, а что происходит?

Тот, тяжело дыша, ответил с паникой:

— Генерал Удзуки! Небольшая часть отрядов демонов, которые уцелели после войны, резко напали на наш клан без предупреждения. Помогите нам отбиться!

Удзуки кивнул и пошёл помогать.

---

Тем временем отец шёл и искал Удзуки. Он кричал в темноту:

— Удзуки! Где ты?!

Он остановился, сжал кулаки и прорычал сквозь зубы:

— Да ты бестолковый сын! Как же я не хотел, чтобы у меня родился ещё один сын! Очень невыносимо! Я не ожидал, что у него будет восьмикратная плотность мышц. Ах, как же я жалею об этом!

К нему подбежал один из членов клана и крикнул:

— Господин! У нас чрезвычайное происшествие! Поможете нам?

Отец посмотрел в сторону горящего дома, сжал зубы и сказал:

— Где?

Он побежал защищать клан от демонов.

---

Тем временем Удзуки сражался против нескольких демонов. Один из них бросился на него, но Удзуки одним точным ударом заставил взорваться его голову. Он сплюнул и сказал с холодной усмешкой:

— А вот демонов-то убивать уже никак не стыдно. Это вообще нужно даже делать. Хм… Делаю добро неосознанно.

Резко какая-то ящерица напала сзади, но Удзуки одним пинком отправил её в воздух, а другой его напарник добил её. Удзуки пошёл дальше помогать.

Он подошёл к одному демону, который уже был почти добит. Тот, тяжело дыша, прохрипел:

— Хм… Вы всё равно сдохнете.

Удзуки нахмурился:

— Почему?

Демон показал взглядом на границу — бетонная стена была сломана, и через неё выходили десятки элитных рыцарей со всей Вселенной.

Удзуки выдохнул с ужасом:

— О, Господи! Только не это сейчас. Этого ещё не хватало!

Резко пришёл отец Удзуки. Он схватил сына за плечо и приказал:

— Иди и уводи остальных — детей и женщин отсюда! Остальные Смертельные кланы, драться безжалостно!

Те послушались, но Удзуки дёрнулся:

— Но я сам хочу помочь!

Отец резко развернул его и крикнул с яростью:

— Чёрт возьми, слушайся, если хочешь быть полезным! Вечно ты бесполезный!

Эти слова задели Удзуки. Он сжал кулаки, но послушался и пошёл помогать остальным. Он выводил людей, попутно оглядываясь на поле боя — элитные рыцари разных рангов методично уничтожали его клан.

Удзуки прошептал с ужасом:

— Ох, чёрт… Да это же самые лучшие рыцари Вселенной. Это что? Извини… Беккинсон… Все, все, кто имеет от десятого до первого ранга — здесь что ли? Господи, мы даже не готовились! Этот хаос демонов привлёк их внимание. Как же обстоятельства пришли плохо.

Через какое-то время, когда он помог всем сбежать, он пошёл присоединяться к битве.

Резко мощный луч жёлтой энергии пришёлся по всей округе — и все Смертельные кланы упали на землю. Это был рыцарь первого ранга. Он медленно спустился с небес, как ярко-белая фигура, в которой ничего не было видно, кроме ослепительного свечения. Руки его были скованы друг с другом, но в этом не было слабости — только мощь.

Удзуки не задело почему-то. Он встал и прошептал:

— Что это было? Их всех убили?

Рыцарь спустился на землю и сказал остальным рыцарям:

— Всё. Почти вся часть этих монстров убита. Идите и зачистите оставшихся выживших.

Все кивнули и разошлись. Удзуки сглотнул.

Резко пришёл отец, схватил его за плечо, утащил в укрытие и закрыл ему рот рукой. Рыцари искали по всей округе, добивая выживших. Отец прошептал:

— Терпим тут до утра.

---

Они продержались до утра. Когда первые лучи солнца осветили руины, отец вышел, оглядел разрушенный лагерь и тихо сказал:

— Эх… Даже не ожидал, что так может произойти.

Удзуки, еле сдерживая слёзы, спросил:

— И это всё?

Отец посмотрел на него и сказал с усталостью:

— Я сейчас пойду и найду выживших и помогу им. Мы должны хотя бы… Единственных найти. Даже если один клан Смертельного круга жив — клан будет жить. А ты постой здесь.

Удзуки кивнул и смотрел на это с ужасом и травмой. Отец ушёл.

Удзуки стоял среди тысяч жертв и не мог отвести взгляд. Он прошептал:

— А это может быть правдой?

Он резко застыл. Вспомнил про свою семью.

И побежал.

Удзуки открыл дверь. Со страхом.

Он увидел руку. Она лежала на полу в коридоре, безжизненно вытянутая, пальцы слегка сжаты в предсмертной судороге. Удзуки застыл. Его дыхание перехватило, сердце пропустило удар.

— Нет... нет... нет...

Голос его дрожал, превращаясь в шёпот. Он сделал шаг. Потом ещё один. Медленно, будто каждая секунда была пыткой.

Он зашёл в комнату и увидел тело сестры. Беатрис лежала на полу без движении.

Удзуки застыл. Слёзы хлынули из его глаз, но он не мог издать ни звука. Он медленно повернулся назад и увидел другую комнату — мать. Точно так же не двигающиеся.

Удзуки заревел.

Он упал на колени, обнял холодное тело сестры и начал кричать, срывая голос:

— Нет! Беатрис! Бяко! Нет! Нет! Только не ты! Мама! Почему?! Почему?! Кто это с вами сделал?! Нет! Я этого не хотел! Извините! Я... я мог вас защитить! Нет! Нет! Нет! Только не вы! Зачем?! Почему мир такой несправедливый?!

Слёзы лились рекой. Он не отпускал тело сестры, прижимая её к груди так крепко, будто мог вернуть к жизни.

В комнату зашёл отец. Он услышал крики, и когда увидел ту же картину, просто застыл. Его лицо побелело. Он прислонился к стенке, медленно сполз на пол, не говоря ни слова. Он даже заплакать не мог. Пытался что-то сказать, но голос не слушался — только беззвучно открывал рот.

Удзуки отпустил тело Беатрис, схватил руку матери и снова закричал:

— Нет! Извините! Прошу! Нет!

Он сжимал её руку, но она была холодной. Мёртвой.

Удзуки отпустил. Его глаза загорелись яростью. Кольца на руках, которые до этого были синими, вспыхнули суперкрасным цветом, пульсируя от гнева.

— Кто это сделал? — спросил он, голос его стал низким и опасным. — Отец. Скажи.

Отец поднял голову, его голос был пустым:

— Это точно не рыцари. Все рыцари забрали детей и женщин под свою опеку и выделили им нормальное безопасное место. Ну, по крайней мере, тех, кто не был связан со Смертельным кругом по убийствам.

Удзуки сжал кулаки:

— Тогда кто, чёрт возьми, убил мою маму и Беатрис?!

Один из выживших Смертельного круга шагнул вперёд и сказал, запинаясь:

— Зайди в окно... Извините, не хотелось сейчас ещё больше расстраивать, но... если я не ошибаюсь, это был демон.

Удзуки и отец застыли. Удзуки спросил:

— Какой именно?

Парень покачал головой:

— Я не видел его внешность полностью. Но это был какой-то старик-монах. Без одежды, кроме одеяния, которое свисает с его плеча до пояса. Типичный старый монах, с зелёной кожей и накачанным телом. Он зашёл в дом, потом вышел... ну, не сложно догадаться, что случилось. А потом он сбежал в сторону завода.

Отец прищурился:

— В сторону завода. Заброшенного. Вон там, через несколько километров.

Парень кивнул.

Удзуки и отец посмотрели друг на друга. Сжали кулаки. Встали.

Удзуки сказал, и голос его звенел от ненависти:

— Кто бы ни был этот демон, он жив сейчас. Я заставлю его страдать.

Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели, и добавил:

— Отец. Я не люблю тебя, и ты меня тоже. Но давай отомстим за наших любимых.

Отец встал, и его голос стал твёрдым:

— Конечно. Пошли. Заставим мучиться этого демона до конца своих дней.

Они вдвоём пошли в сторону заброшенного завода, что стоял в нескольких километрах от них.

Удзуки шёл и смотрел вперёд, сжимая кулаки. Он прошептал:

— Бяко... мама... Обещаю. Я никогда не забуду вас. И мама... я буду держать твою философию вечно.

Конец шестидесятой главы.

Глава 61

ГЛАВА 61

В библиотеке повисла тяжелая, густая тишина. Воздух словно стал плотнее —

казалось, каждый звук или вздох способен разрушить эту хрупкую атмосферу. Все

замерли. Никто не мог выдавить ни слова.

Удзуки стоял перед друзьями, выглядя совершенно опустошённым. Его плечи поникли,

но он продолжал держаться. Кольца на его руках переливались цветом глубокого

океана. Он поднял голову и произнес — голос его был тихим, но отчетливо

различимым:

— Возможно, именно это событие стало главной трагедией моей жизни. И

одновременно — самым опасным решением в моей жизни.

В его глазах начали собираться слезы. Он посмотрел в потолок, пытаясь

сдержаться, и продолжил:

— Может… Поэтому я вечно так хочу быть близок к Норн. Потому что она напоминает

мне о ней… О Бяко.

Он на мгновение замолчал, до хруста сжимая кулаки, чтобы не дать воли рыданиям,

и выдохнул:

— Наверное, это наказание от Бога за то, кем я был тогда. За ту жестокость.

Анна первая нарушила тишину, шагнув вперед: — Нет, что ты! Удзуки! Тут нет твоей

вины. То, что ты сам выжил — это уже чудо!

Удзуки горько покачал головой: — Лучше бы я исчез тогда вместо них. Что они

сделали миру?

Он вытер лицо и сказал, стараясь придать голосу твердости: — Да уж. Знаете… это

можно назвать переломным моментом сразу в двух смыслах.

Рин опустил голову и глухо произнес: — Мы сочувствуем, бро.

Нанахоши открыла рот, желая что-то сказать, но сдержалась. Она просто смотрела

на него, и в её взгляде сквозь маску читалось что-то необычайно теплое, почти

материнское.

Хигамару подошел сзади и молча обнял Удзуки. Тот не сопротивлялся, просто стоял,

принимая эту поддержку, и через минуту окончательно взял себя в руки.

— Ну, хватит, хватит ныть. Думаете, я не выдержу? Я справлюсь.

Он стер остатки слез и выпрямился. Вильгельм кивнул: — Спасибо, что нашел силы

открыться.

Мария спросила осторожно: — А дальше вы одолели того врага? Наверное… можешь не

рассказывать, если не хочешь. В принципе, и так все понятно.

Удзуки на эти слова лишь промолчал. Мария приподняла бровь: — А что, было как-то

иначе?

Удзуки вздохнул и криво усмехнулся: — Эх… Самое сложное началось потом. Хотите,

чтобы я продолжил?

Вильгельм переглянулся с остальными и ответил за всех: — Тебе решать. Мы поймем,

если ты захочешь остановиться. Но если готов — мы слушаем.

Удзуки взглянул на свои кольца, которые снова сменили цвет на

приглушенно-жёлтый, и твердо произнес: — Что началось — то должно быть

рассказано до конца.

Он поднял голову, и в его взгляде мелькнула старая решимость.

Мы снова погрузились в его флэшбэк.

Удзуки и его отец шли по выжженным руинам. Вокруг — только серый пепел, обломки

стен и тлеющие остовы домов, которые всё еще дымились после ночного кошмара.

Мальчик осматривался, сжимая пальцы в кулаки:

«Эх… И всё это за один день. За одну секунду. Что это за мощь такая? Рыцари

настолько сильны? Что это была за белая фигура, сошедшая с небес и стершая всё

сопротивление мгновенно? А почему на меня это не подействовало? И на отца тоже…»

Он покосился на отца. Тот шел молча, сжимая рукоять висевшего за спиной меча. Их

путь лежал прямо к заброшенному заводу в лесной глуши.

Удзуки нарушил тишину: — Отец, зачем ты взял меч?

Отец даже не обернулся, ответил сухо: — Лишних вопросов не задавай. Это для

дела.

Мальчик кивнул. Гнев бурлил в нем, глаза горели яростью. — Кто бы ни стоял за

этим — он ответит. Я найду этого монстра и заставлю его пожалеть о содеянном.

Отец, идя впереди, предупредил не оборачиваясь: — Будь осторожнее. Делай, что я

скажу. И не смей лезть на рожон.

Удзуки фыркнул: — Я сам разберусь. Если найду его — я уничтожу эту тварь. Он не

кажется мне таким уж непобедимым.

Отец тяжело вздохнул и покачал головой: — Самоуверенный… У тебя тело взрослого

бойца в твои-то годы. Из-за физической мутации ты в двенадцать лет сильнее

любого из наших ветеранов. Но разум у тебя всё еще детский и упрямый. Потому и

лезешь в самое пламя.

Удзуки упрямо ответил: — И что с того? Главное — результат. Я поймаю его.

Отец отрезал холодно: — Не послушаешься — выручать не стану.

Мальчик лишь пожал плечами: — Я тебя тоже.

Они вместе вышли к заводу и проникли внутрь через одно из разбитых окон.

Внутри было очень темно. Заброшенный завод всё ещё подавал признаки жизни:

мерцали тусклые лампы, где-то в глубине утробно гудели механизмы. Вокруг стоял

запах сырости и тяжёлых испарений.

Отец осмотрелся и произнес: — Судя по всему, здесь перерабатывали уголь и газ, а

в тех котлах когда-то плавили металл.

Удзуки нахмурился: — Это же городской завод. Он давно должен был остановиться.

Отец лишь криво усмехнулся, поправляя меч за спиной: — Демоны не ищут простых

путей. Он прячется здесь, используя остатки оборудования.

Удзуки огляделся. Повсюду под ногами хрустел строительный мусор, виднелись

обломки чьей-то амуниции. Удзуки замер на мгновение: — Похоже, мы тут не первые.

Они осторожно продвигались сквозь переплетение металлических конструкций,

заглядывая в каждый тенистый угол. В заводе стояла тишина, прерываемая лишь

случайным капаньем воды. Тишина казалась обманчивой.

Отец остановился в центре просторного цеха и разочарованно бросил: — Хм… Никого.

Удзуки сердито прищурился: — Быть не может. Поищем еще.

Отец покачал головой: — Ты опять не слушаешь. Здесь пусто.

Удзуки не выдержал, вышел на открытое пространство и, расправив плечи,

выкрикнул на всё здание: — Да что ты вечно осторожничаешь?! Есть только один

способ выманить его! ЭЙ, ТЫ! АУ!

Его крик гулким эхом разнесся по заводу.

Резко, словно соткавшись из теней, вперед вылетела фигура. Удзуки едва успел

среагировать: мощный порыв воздуха, сопровождавший удар, сбил его с ног. Удзуки

пролетел несколько метров и болезненно ударился спиной об огромную трубу. Тяжело

дыша, он поднялся на ноги.

В центре цеха в боевой стойке стоял монах. Его кожа имела нездоровый зеленоватый

оттенок, всё лицо и налитые мышцы пересекали глубокие морщины. Длинные волосы

были стянуты в тугой пучок. Он был одет в открытые монашеские одежды, глаза его

оставались закрытыми, а на лице не отражалось ни одной человеческой эмоции.

Отец вышел из тени, его пальцы крепко сжали рукоять меча: — Вот ты где.

Удзуки, тряхнув головой, огрызнулся: — Я же говорил, что он выйдет на голос!

Они заняли боевые позиции. Удзуки до хруста сжал кулаки.

Отец заступил Удзуки дорогу. Удзуки дернулся: — Эй, мне не нужны телохранители!

Отец ответил ледяным тоном: — Делай, что сказано. И только попробуй оказаться

бесполезным.

Удзуки опешил от этой грубости, но замолчал, затаив обиду.

Отец обнажил меч и начал медленно кружить вокруг противника. Монах двигался

синхронно, выставив ладонь в классической стойке боевых искусств. Отец

анализировал каждое его движение: — Техника восточных стилей… Понятно.

Противник молчал. Отец нахмурился: — Немой?

Ответа не последовало. Отец резко сократил дистанцию, нанося серию ударов. Меч

рассекал воздух, но монах с невероятной гибкостью уходил от стали: приседал,

уклонялся, буквально проскальзывал под клинком.

Удзуки наблюдал за этим с нарастающим напряжением: — Он куда сильнее тех тварей,

что напали на лагерь…

Когда отец в очередной раз занес меч для удара, монах резко нырнул вниз и нанес

сокрушительный удар открытой ладонью прямо в корпус. Отец пролетел через зал,

снося металлические ящики, и с грохотом врезался в опору.

Монах замер на месте, короткими движениями призывая их продолжать бой, словно

насмехаясь над ними.

Удзуки яростно сжал кулаки: — Сталь его не берет. Посмотрим, как он выдержит мои

удары!

Он рванул вперед, нанося мощнейший удар по стене, мимо которой скользнул монах.

Бетон пошел трещинами, кулак Удзуки на миг застрял в камне. Монах тут же

воспользовался моментом: в прыжке он нанес Удзуки удар ногой, впечатывая его в

обломки.

Кое-как выбравшись из завала, Удзуки прохрипел: — А он непрост…

Отец снова бросился в бой, пытаясь достать противника мечом. Они менялись

позициями в бешеном темпе. Отец осознал, что противник не использует видимую

магию, полагаясь лишь на физическое превосходство.

Улучив момент, отец точным взмахом перерубил магистраль под потолком. Ледяная

вода под огромным давлением обрушилась на монаха. Воспользовавшись секундным

замешательством врага, отец нырнул в поток и вцепился в противника. Они

сцепились прямо в воде, борясь за инициативу. Отец сумел ранить монаха мечом, но

тот даже не обратил внимания на боль, отвечая тяжелыми ударами.

Удзуки подбежал к панели управления и вырвал рычаг, заставив воду стечь. Демон

тут же отскочил на безопасное расстояние и вновь принял свою издевательскую

стойку.

Отец, тяжело дыша, обернулся к сыну: — Где ты болтался? Я едва не упустил его!

Удзуки огрызнулся: — А сам-то?! Почему он всё еще стоит?!

Отец до побелевших костяшек сжал рукоять: — Надо нащупать его слабость. Он

слишком ловкий в открытом бою.

Удзуки усмехнулся: — Значит, будем быстрее.

Они рванули одновременно, атакуя монаха с двух сторон. Сражение переросло в

вихрь неразличимых движений. Удзуки наконец удалось достать противника — монах

отлетел, но быстро восстановил равновесие.

В какой-то момент отец направил острие в корпус демона, но тот перехватил клинок

рукой, сделал резкий кувырок и прижал меч к полу. Сложив пальцы в кольцо, монах

нанес концентрированный энергетический удар. Отца отбросило воздушной волной, он

вылетел в оконный проем и оказался в соседнем помещении.

Удзуки тут же занял его место, засыпая врага градом ударов. Монах долго лишь

защищался, а потом резко контратаковал. После сокрушительного обмена ударами

монах схватил Удзуки за руки, завязалась борьба на износ. Демон нанес резкий

удар лбом — из разбитого носа Удзуки брызнуло красным, но тот лишь свирепо

осклабился и ответил двойной мощью. Монах пошатнулся, закашлялся, и Удзуки с

диким торжеством отшвырнул его в другой конец зала.

Тут же Удзуки подобрал меч отца и перебросил его владельцу: — И кто тут теперь

бесполезный?

Отец крикнул: — Сзади! Берегись!

Монах в прыжке метнул десяток длинных стальных игл, придавая каждой ускорение

ударом ноги. Оружие со свистом вонзалось в перекрытия. Одно из них задело плечо

Удзуки, оставив рваную рану, но Удзуки лишь рывком выдернул занозу и отбросил

её, едва скривившись.

Противник схватил массивную доску и ринулся на отца. Тот парировал мечом, но

мощный удар древесиной в лицо заставил его рухнуть на землю.

Удзуки хотел прийти на выручку, но монах внезапно использовал магический импульс

— синюю сферу чистой энергии. Удар был такой силы, что Удзуки пронесло через

несколько кирпичных стен, которые осыпались от столкновения. Удзуки лежал в

руинах, в голове звенело. — Что это было?… — прошептал он, стирая грязь и

красное со лба.

Отец, поднявшись, прокричал: — Это концентрированная энергия высшего порядка!

Дурак, не открывайся перед ним! Он же сравняет тебя с землей!

Бой вспыхнул с новой силой. Соперники переместились вглубь цехов. Монах

окончательно перехватил инициативу, загнав отца в угол и выбив меч из его рук.

Когда демон уже готов был нанести решающий удар, Удзуки с воплем влетел в центр

схватки: — Бесполезный, говоришь?! Да я сам сотру его в порошок!

В ярости он наносил удар за ударом, буквально не давая врагу вздохнуть. Скорость

Удзуки на мгновение превысила реакцию монаха. Демон получал один тяжелый удар

за другим, но вскоре начал приспосабливаться, читая ритм Удзуки. Встречный удар

коленом отправил Удзуки в глубокий нокдаун.

Отец, выглядя совершенно измотанным, прошептал: — Великий небо… Он учится прямо

во время боя. Копирует наши движения.

Монах замер, его пустой взгляд был направлен на противников. — Это существо…

Демон одного из высших дивизионов, — тихо произнес отец.

Удзуки, пошатываясь, подошел к нему: — Он становится только опаснее…

Отец кивнул: — Это закономерно. Чем дольше бой, тем сильнее он адаптируется. Это

дивизион.

Удзуки нахмурился: — О чем ты вообще? Какой дивизион?

Отец не отрывал взгляда от знака на плече врага — римской цифры XI. —

Одиннадцатый, — глухо сказал он.

На лице отца отразился подлинный ужас. Удзуки спросил: — И что это значит?

— Демон двенадцатого дивизиона когда-то в одиночку вырезал мой элитный отряд на

севере. А этот… на порядок выше.

Удзуки на мгновение оцепенел, но потом дерзко ухмыльнулся: — Ну и плевать. Нас

двое. Вместе и прикончим!

Они одновременно сорвались в атаку, обрушивая совместную мощь на монаха. Удары

посыпались со всех сторон: меч отца и кулаки сына сплелись в единую

разрушительную цепь. Демон молча принимал атаки, успевая отвечать обоим.

Отец подсек ногу монаха, тот пошатнулся, и Удзуки сокрушительным ударом в корпус

отправил врага под самый потолок. Поднявшись за ним, они получили отпор: демон

начал швыряться всем, что попадало под руку — от обломков аппаратуры до бетонных

балок.

Удзуки хохотнул: — И это всё, что ты можешь?!

Отец вдруг закричал, в его голосе слышалась паника: — Удзуки, отойди! Смени

стойку! Он готовит что-то!

Удзуки лишь отмахнулся: — Я справлюсь!

Отец сорвался на крик: — Слушай меня, щенок! Это смерть!

Монах мгновенно оказался между ними, концентрируя в руках заряды синего и

красного света. Удар разбросал отца и сына в разные стороны с такой мощью, что

Удзуки оказался на крыше пристройки, всё его тело горело от жара.

Сбив пламя с одежды, Удзуки прорычал: — Магия одиннадцатого уровня… черт. Его

нужно кончать сейчас, одним ударом!

Он посмотрел вниз, на отца. — Я докажу тебе, что я чего-то стою!

Удзуки бросился вниз на монаха. Тот одним резким движением сбил Удзуки с ног и

начал жестоко подавлять его сопротивление. Серия тяжелых ударов обрушилась на

подростка. Удзуки захлебывался болью, но в какой-то момент, превозмогая

слабость, он извернулся и вцепился в горло демона: — Вот тебе… как и ты мне…

В глазах Удзуки полыхало безумие. Он уже готов был нанести фатальный удар,

когда голос отца прорезал воздух: — Осторожно! Снизу!

Монах извлек из складок одежды скрытый кинжал и направил его в незащищенный бок

Удзуки. Отец среагировал быстрее — он буквально заслонил сына, принимая на себя

весь урон. Страшный удар лишил отца возможности продолжать бой, его рука тяжело

повисла, по рукаву потекло густое красное.

Удзуки застыл. Монах воспользовался заминкой и вырвался.

Удзуки смотрел на тяжело дышащего отца: — Зачем?! Почему ты…

Отец, стиснув зубы, прохрипел сквозь муку: — Ты бы погиб там… бесполезный идиот.

Я же говорил — слушайся. Видишь, чего это мне стоило?!

Удзуки почувствовал, как сердце обливается горечью. Внезапно монах замер, глядя

куда-то за спину Удзуки.

Удзуки обернулся и похолодел. Из тьмы выходила новая фигура. Демон в серой

обтягивающей одежде, в черной волчьей маске и длинном развевающемся плаще. На

его плече стояла цифра — XII.

Прежде чем Удзуки успел вскрикнуть, мощный удар по спине заставил его пробить

собой металлические перекрытия. Удзуки летел, пока не рухнул в соседнем отсеке

завода.

Еле дыша, он поднялся. — Кости трещат… — Удзуки прижал руку к спине. —

Одиннадцатый и двенадцатый вместе. Отец говорил, что один двенадцатый уничтожил

весь его отряд. А этот монах еще опаснее. Отец тяжело ранен… Мы в ловушке.

Отец появился рядом, опираясь на одну здоровую руку, пошатываясь: — В этот раз…

в этот последний раз… делай только то, что я скажу.

Удзуки молча кивнул.

Вперед выступили оба врага — зеленый монах и серый волк. На заводе воцарилась

гробовая тишина, предвещающая конец.

Отец произнес шепотом: — Волк убил моих друзей. Я знаю его стиль. Займись

монахом, раз уж ты смог его достать!

Сцепившись в решающей схватке, противники разлетелись по разным залам завода.

Отец и демон в волчьей маске оказались в газовом цеху. Повсюду висели трубы,

шипел выходящий пар. Отец сразу понял, что дело плохо: — Здесь пахнет смертью…

Волк ответил тихим смехом и мгновенно переместился за спину врагу. — Ненавижу

твои прыжки в пространстве! — прорычал отец.

Демон атаковал сериями телепортов, атакуя с непредсказуемых сторон. Отец

защищался одними инстинктами. Ему удалось оставить след на костюме волка, но тот

даже не дрогнул.

Захватив отца за ногу, Волк перенес его над бурлящим котлом и швырнул вниз, а

сам исчез. Лишь в последний момент мужчина сумел создать импульс и отскочить в

сторону. В этот миг демон возник вновь и сокрушительным ударом ноги выбил меч из

единственной здоровой руки отца, отправив оружие прямиком в груды металлолома.

Отец посмотрел на свои руки. Оружия не было. Путь назад отрезан. Волк

растворился в воздухе, играя с жертвой.

В это же время в другом конце здания Удзуки и монах сражались среди раскаленных

углей. Жара была невыносимой, пот застилал глаза. Они обменивались ударами у

самого края огненного котла, их одежды начали тлеть, но ярость Удзуки была

горячее любого пламени.

Они схватились за горло друг друга у самой пропасти, их кожа пузырилась от жара.

В последний миг они оба осознали, что через секунду просто сгорят, и

одновременно оттолкнулись.

Удзуки потер обожженную щеку и криво ухмыльнулся: — Что, горячо? А мне только в

радость!

Он увидел, как медленно заживает лицо демона. Монах взмахом руки отправил в

Удзуки тяжелую угольную вагонетку. Удзуки не успел уйти — металл впечатал его в

стену, следом посыпались груды угля и другой лом, погребая подростка под

собой.

Монах подошел к куче хлама, но вдруг почувствовал холодную уверенность за

спиной. — Запомни, — раздался шепот. — Не слушай слова врага. Следи… следи за

моими руками!

Монах обернулся, и Удзуки с яростным криком схватил его. Вместе они проламывали

перегородки, катясь сквозь цех, пока не вылетели обратно к залу, где сражался

отец.

Резко из двери вырвался Удзуки и кинул монаха через весь зал. Тот покатился и

ударился об трубу. Удзуки усмехнулся и сказал:

— Отец, а ты всё ещё не разобрался со своим?

Отец лишь тяжело вздохнул и сказал:

— Эх… У нас что, реально нет шансов?

Удзуки посмотрел на Волка и сказал:

— И ты этого урода не можешь остановить. Ладно, поотдохни. У тебя ведь ранена

рука и, как я вижу, меча тоже нет. Я сам попробую с ними справиться.

Отец сказал:

— Нам нужно действовать в команде! Что ты делаешь?

Удзуки резко помчался к этим двоим. Волк в свою очередь пошёл и коснулся своей

тёмной рукой плеча монаха. Тот кивнул, и они вместе пошли. Удзуки не понял, что

происходит — каждый раз, когда Волк хлопал, они с монахом менялись местами.

Удзуки удивился, а монах и Волк начали быстро меняться, перемещаясь, и начали

избивать Удзуки.

Тот был не промах — одним ударом он схватил руку монаха и кинул его на Волка.

Тот его схватил, телепортнулся. Снова приземлился. Монах начал отвлекать Удзуки

ударами, а Волк в этот момент приземлился сверху и обрушил на него основание

крыши. Удзуки подхватил монаха, и обломки крыши попали прямо по нему. Монах

вывернулся и тут же нанес удар в лицо Удзуки.

Лицо Удзуки уже не было похоже на человеческое — всё в отметинах от ударов и

ожогах. Но ему было наоборот приятно. Он сказал с ухмылкой:

— На… И это всё?

Он начал избивать монаха быстрее и сильнее. Хватал за ногу, бил об стены, кинул

в окно. Появился Волк, и Удзуки резко схватил его руку и сдавил до хруста. Волк

испарился. Удзуки приземлился. В свою очередь он увидел, как отец приземлился

рядом — совершенно измотанный и израненный.

Удзуки удивился. Откуда он так сильно прилетел? Монах опять синим энергетическим

ударом ударил в корпус Удзуки. Послышался глухой, сильный звук перелома. Удзуки

снова отлетел в бетонную стену и разломал её к чертям.

Он встал и сказал:

— Всё… Каждый раз сложнее вставать. Но нужно.

Он поднялся и спросил:

— Ну, отец, вставай. Где твой меч? Отец? Где ты?

Удзуки замер. Он увидел отца на три этажа выше — тот стоял и смотрел на него,

собираясь уходить. Отец сказал:

— Нам их не одолеть.

дзуки застыл:

— Что?! Что ты говоришь? В смысле не одолеть?

Отец ответил:

— Посмотри на них.

Удзуки посмотрел — монах и Волк снова появились, стояли вместе. Отец сказал:

— Это демоны высшего дивизиона. Двенадцатый и одиннадцатый. Мы никогда таких не

побеждали. Они восстанавливаются и очень опасны для нас. Они не нашего уровня —

только рыцари могут их уничтожать. Запомни это.

Удзуки сказал:

— Ты трус что ли?! Куда ты сбегаешь?

Отец закричал на него:

— Знаешь, лучше отступить! Даже если мы их не остановим, это не вернёт жизнь

матери и Беатрис!

Удзуки закричал в ответ:

— Да! Зато это освободит их души! И они не будут страдать из-за того, что их

враг жив!

Отец сказал:

— Ты всё ещё веришь в это? Какой же ты глупый. Я всегда не хотел, чтобы ты

родился.

Удзуки удивился. Отец продолжил:

— Я не оставляю тебя не потому, что не люблю. Если хочешь остаться здесь драться

— давай. Ты же меня никогда не слушаешь. Все думают, что ты тут самый сильный,

хочешь всех уничтожить — валяй. Знаешь, почему я тебя оставляю? Знаешь?

Удзуки застыл, не веря в это.

Отец сказал:

— Потому что ты бесполезный. Ты мне не помогаешь. Если бы ты слушался меня, если

бы мы действовали в команде — мы бы остановили монаха уже там. Если бы ты просто

делал то, что я велел ещё там, в деревне — трагедию можно было бы предотвратить.

Если бы ты просто сидел дома и не сбежал во время ужина. Ты бесполезный. Я

ухожу.

Отец медленно развернулся и начал уходить.

Удзуки закричал ему вслед:

— Не бросай меня! Как я буду против них один?!

Он остался один. Он посмотрел на демонов и сказал с надеждой:

— Ну хотя бы демоны его не отпустят, да?

Демоны неловко переглянулись и не двинулись с места. Удзуки крикнул им:

— Зачем вы на меня смотрите?! Идите за ним! Там раненый противник важнее!

Демоны даже не дрогнули. Удзуки застыл. Он опустил голову, затем сжал кулаки и

сказал:

— Не бросайте меня… Я не хочу… Помогите мне кто-то… Я же один тут остался.

Он поднял голову, в глазах его горела ярость, и сказал уже громче:

— Ну и уходи. Ты трус, жалкий предатель! Я буду здесь сражаться ради памяти моей

матери и сестры!

Он стоял, смотрел на этих двоих, встал в боевую позу и сказал:

— Может, я и не в лучшей физической форме сейчас, но я в самом яростном

состоянии. А ярость — это моя главная сила.

Он смотрел на этих двоих, как резко услышал огромный грохот со спины. Удзуки

застыл и сказал:

— Только не говорите, что…

Удзуки повернулся к грохоту и заметил, как из облака пыли выходит огромная

фигура. Трёхметровый, невероятно мощный мужик, чьи мышцы, казалось, вот-вот

разорвут кожу. Он скалился из-под массивного железного шлема, прикованного к шее

и очерченного красным светом. Из мышц и вен выходили трубки, ведущие к

металлическому устройству за спиной. На руках были тяжелые железные перчатки.

Он вышел и сказал механическим голосом:

— Альфа и Бета. Доложите обстановку.

Монах просто показал на Удзуки. Великан просканировал его и вынес вердикт:

— Убить.

Монах и Волк приготовились, а Удзуки выставил руки вперёд:

— Погодите! Можете хотя бы назвать свои имена?

Он заметил на плече гиганта цифру XII и сказал:

— Как я вижу, здесь двое из двенадцатого дивизиона и один из одиннадцатого. Кто

вы такие?

Великан ответил:

— Монах — Альфа. Волк — Бета. Я — Рестер.

Удзуки кивнул:

— Понятно. Вы лишь инструменты в руках экспериментаторов.

Он сорвался с места, пытаясь удержать на себе внимание всех троих. Все трое

атаковали его одновременно. Удзуки резко оказался под прицелом Рестера — тот

направил на него руку, и из нее вылетел раскаленный заряд размером с самого

Удзуки. Тот еле успел уклониться — заряд попал в печь и мгновенно её расплавил.

Удзуки выдохнул: — Каждый следующий демон опаснее предыдущего… Господи. Кажется,

пора бежать.

Он начал отступать, но Бета перемещался быстрее, сокращая дистанцию. Он настиг

Удзуки рядом с Альфой, и в воздухе швырнул его прямо под удар монаха. Альфа

ногами придавил Удзуки к земле. Тот сумел вырваться и попытался скрыться, но

подоспел Рестер: он схватил Удзуки за ногу, ударил о пол несколько раз и швырнул

через весь зал. Сила Рестера была чудовищной. Альфа и Бета продолжали

перемещаться рывками, загоняя Удзуки в угол.

Удзуки встал и сказал, тяжело дыша: — И что мне остается?

Он метался по заводу, а в голове стучали мысли: «К чёрту всё… Почему отец меня

оставил? За что он так со мной?»

Он бежал, не видя дороги, охваченный отчаянием: «Как всё могло так закончиться?

Еще вчера я был с семьёй. Как жизнь могла так рухнуть в один миг?»

Он закричал от бессилия: — Господи!

Сферы Рестера летели одна за другой. Удзуки чудом уворачивался — жар обжигал

лицо. Он падал, поднимался и снова бежал. Бета оказался впереди — резкий удар

ногой отправил Удзуки прямо к ногам Рестера. Удзуки попытался нанести удар

великану в ответ, но кулак лишь слегка оцарапал металл брони. Рестер просто

развёл руки, насмехаясь над слабостью человека.

Внезапно монах напал сзади, захватив Удзуки, и швырнул его прямо на горячие

трубы. Удзуки сильно ударился и упал вниз, а Бета в тот же миг нанес резкий удар

лезвием в грудь. Боль обожгла тело, кровь хлынула из раны. Удзуки перестал

чувствовать конечности, силы покидали его. Альфа и Бета продолжали избивать его

со всех сторон. Рестер лишь молча наблюдал за экзекуцией.

Удзуки принимал удары, как безжизненная кукла. Напоследок Альфа встал над ним,

концентрируя энергию в ладони, и нанес финальный сокрушительный удар в живот.

Удзуки с невероятной силой отлетел в сторону, пробороздил землю и замер в глубоком кратере, перестав двигаться. В его теле зияла тяжелая рана. Непонятно было, теплится ли в нем еще жизнь.

Альфа и Бета встали рядом с Рестером. Посмотрев на неподвижное тело, великан развернулся и начал уходить. Волк вскоре последовал за ним. Лишь монах осталсястоять на месте, выжидая чего-то в тишине завода.

В реальности, в библиотеке, кружок терапии взорвался эмоциями.

Вильгельм закричал, вскакивая с места: — А?! Нет! Ты... ты не мог там умереть?!

Это не конец?!

Рин подался вперёд, затаив дыхание: — Удзуки, не тяни! Что было дальше? Говори!

Удзуки поднял руку, его голос звучал измученно и устало: — Погодите… Дайте собраться с мыслями. Дальше произошло самое странное и непонятное в моей жизни.

Посчитаете меня безумцем — ваше право. Ну ладно… Я продолжу.

Конец шестьдесят первой главы.

Глава 62 : 1- часть

ГЛАВА 62 1- ЧАСТЬ

Удзуки лежал на холодном бетоне завода, тяжело раненый. Грудь едва поднималась от слабого дыхания. Рядом остался только монах — Альфа. Он стоял неподвижно, глядя на тело, но не уходил. У него было очень развитое чувство мастера — он чувствовал, когда противник мёртв, а когда нет. От Удзуки исходило нечто иное.

Удзуки просто лежал с закрытыми глазами.

Резко его сознание провалилось в белый астрал — пространство, смешанное с серым дымом, бесконечное и пустое. Он открыл глаза, встал и осмотрелся.

— Значит, я умер? — сказал он тихо, с горечью. — Так жалко. Это что, рай?

Резко раздался голос — расслабленный, приятный, похожий на голос переводчика или просто доброго робота:

— Нет, ты не умер. И это не рай. Это другое место.

Удзуки нахмурился:

— А что это за место? Это ты меня забрал?

Голос ответил:

— Да. Я тебя забрал. Скорее ты ко мне пришёл, если сказать правильно.

Удзуки усмехнулся:

— Ой, ну зачем это? Пришёл меня спасать или убивать?

Резко перед ним в воздухе появился полностью тёмный шарик. Он левитировал, слегка покачиваясь, и сказал:

— Да. Я пришёл тебя спасать. Моя цель — спасать людей психологически, душевно убитых. Как я вижу, смотря на твоё состояние, у тебя сейчас полностью отсутствует желание жить, верно?

Удзуки посмотрел на своё израненное тело в отражении и сказал:

— А что, по-твоему, тут как-то можно думать о жизни? При таких условиях? Всё… Перекатите.

Голос продолжил:

— Верно. Тебе сложно. Но дай помочь — это моя задача.

Удзуки подошёл к шарику и сказал с раздражением:

— Да кто ты такой вообще? И что ты вообще? Шарик, который говорит в воздухе? Я сошёл с ума?

Он начал отгонять шарик, но тот сказал:

— Погоди, погоди. Нет. Если честно, я могу рассказать. Я — дух высшего слоя астрала, концентрирующийся на духовной энергии людей.

Удзуки моргнул два раза, пытаясь осмыслить.

Шарик продолжил:

— Если тебе нужна короче — я душа из высшего слоя астрала. Дух, как говорите вы, люди.

Удзуки усмехнулся:

— О, класс. Ещё и мистика припасла сюда. Ну и зачем тебе помогать мне?

Шарик сказал:

— Это наша задача — духов помогать людям. Физически мы не можем, пока не имеем оболочку, которую создал с нами человек или маг. Но мы помогаем как можем.

Удзуки спросил:

— А твоё имя?

Дух ответил:

— Да… Моё имя отсутствует. Я высокоразвитый интеллект. Дух, очень автономная и интеллигентная сущность за гранью восприятия человека. Вот. Но если в кратком виде, ты можешь называть меня Джефф.

Удзуки повторил, пробуя на вкус:

— Джефф… Ну ладно, Джефф. Почему ты шарик?

Джефф объяснил:

— Я шарик, потому что ты меня так видишь. У меня нет оригинального тела или оболочки. Настолько, насколько я могу стать таким — ты меня видишь. И голос такой же. Некоторые слышат меня как девушку, а некоторые как мальчика.

Удзуки прищурился:

— Так значит, ты девушка?

Джефф сказал:

— Нет. Я не имею пола.

Удзуки усмехнулся:

— Может, почему тогда твоё имя мужского рода?

Джефф ответил с лёгким раздражением:

— Слушай. Ты хочешь умирать?

Удзуки пожал плечами:

— Так всё кончено уже. Зачем дальше продолжать?

Джефф сказал:

— Я могу тебе помочь принять свою жизнь.

Удзуки покачал головой:

— К этому нет смысла. Я всё равно сдохну сейчас.

Джефф тихо сказал:

— А кто сказал, что ты умер?

Удзуки обернулся и сказал:

— Что это значит? Ты меня спас?

Джефф ответил:

— Внимание, объявляю. Я не умею спасать. Я не умею лечить. Твоё тело и так не умерло — просто впало в обморок. Если я сейчас тебя чуть-чуть помучаю, ты тут же от болевого шока встанешь.

Удзуки усмехнулся и показал на свою рану:

— В каком смысле я не сдох? Ты посмотри на эту дыру в животе. О, можно даже чай налить. Тебе не видно?

Джефф сказал:

— Ну, возможно. Хочешь, чай налью?

Он превратился в форму чайника. Удзуки вздохнул:

— Ох… Страшный ты. Кто ты вообще такой? Что за волшебство астрала? Что такое астрал? Откуда это?

Джефф снова стал шариком и ответил:

— Астрал — это место под названием психбольница. Короче, там есть три уровня слоя, и я нахожусь в третьем, как живущий там дух с остальными. Но что я тут тебе объясняю? Моя же цель другая. У меня вопрос: ты будешь жить дальше или нет?

Удзуки опустил голову:

— А какой смысл? Нет семьи, нет отца, нет друзей, нет клана, нет дома, нет будущего. Зачем мне жить?

Джефф сказал:

— Ну, знаешь, за убийство демонов дивизиона платят очень хорошо, а также снимают вроде все преступления.

Удзуки застыл.

Джефф продолжил:

— Ну, пойдёшь дальше отстаивать свою хорошую жизнь?

Удзуки покачал головой:

— Хм… А какой смысл, ещё раз я тебе скажу? Я там что сделаю им? Мы вместе с моим сильным отцом ничего не смогли одному, а тут ещё и трое таких, которые работают вместе, как калода в игре.

Джефф сказал:

— Да, да. Таких будет сложно одолеть. Но что тебе мешает использовать свою настоящую силу? Зачем ты их скрываешь? Я так и не понял.

Удзуки нахмурился:

— Что?

Джефф спросил:

— А что бывает, когда человек достигает своего предела сил и возможностей?

Удзуки не ответил. Джефф продолжил:

— У него появляется метка. Урок физкультуры, четвёртый курс начальной школы.

Удзуки усмехнулся:

— Я не ходил в школу.

Джефф ответил:

— Оно и видно.

Удзуки спросил:

— Что за метка? Что она делает?

Джефф объяснил:

— Эх, если коротко — это просто узор на лице, который даёт тебе способность на какое-то время. Время зависит от того, насколько сильная твоя метка. Обычно она базово усиливает все твои способности, а потом даёт уникальную, как вы говорите, люди — обычную обилку. И ты с ним сражаешься, но после этого будет трудно встать с кровати.

Удзуки спросил:

— А что у меня есть метка?

Джефф сказал:

— Конечно, блин. У всех в Селенции внутри есть метка. Ну? Когда ты встанешь, у тебя уже на лице будет метка, потому что ты уже исчерпал боль настолько, что она сама появилась без напряжения. Если хочешь, могу рассказать, что она у тебя делает, потому что я просканировал твою память.

Удзуки кивнул:

— Ну, помоги, пожалуйста. Я готов убить именно этих демонов, потому что они навредили моей матери и сестре. Чтобы отомстить и освободить их души.

Джефф спросил:

— А потом ты будешь жить нормальной жизнью, да?

Удзуки замялся. Джефф сказал:

— Ну, ну тогда я не буду рассказывать.

Удзуки выдохнул:

— Ну, как скажешь. Буду пытаться жить. Помоги только, расскажи. А то я не буду драться без знаний.

Джефф сказал:

— Твоя метка усиливает тебя от боли. Насколько ты получаешь урон — настолько ты сильнее.

Удзуки усмехнулся:

— Да это же самая мазохистская способность, что есть.

Джефф подтвердил:

— Да. Но зато какая сильная. Весь полученный твой урон переместился и умножился на твоё текущее состояние, и ты сейчас должен чувствовать себя просто как баклажан.

Удзуки скривился:

— Странное у тебя формулирование.

Джефф сказал:

— Возможно. Я же просто дух, интеллект, созданный в астрале. А не какая-то живая душа.

Удзуки спросил:

— А тебе не одиноко?

Джефф ответил:

— Я не чувствую одиночества. Я могу имитировать, что похож сейчас на реального собеседника, но я просто Джефф.

Удзуки кивнул:

— Ладно. Я буду делать то, что могу. Попытаюсь, даже если мне будет больно — значит, всё логично. Я буду просто с ними драться. Они меня бить, возможно, избивать будут, но я буду становиться сильнее. Попутно я буду отключать нервы, чтобы не чувствовать боль. И всё — готовая формула победы. Конечно, ещё нужно разобраться с этими тремя одновременно. Но… невозможное возможно.

Он уже хотел уйти, но обернулся:

— Эй, Джефф. А мы потом можем встретиться?

Джефф сказал:

— Кто знает? Может встретимся, может нет. И если ты хочешь жить дальше, мы больше не встретимся, потому что если ты не попадёшь снова в такую депрессию… Ня.

Удзуки усмехнулся:

— Ну тогда удачи.

Он уже шагнул в пустоту, но Джефф крикнул:

— Куда ты уходишь? Это я держи. Это я выбираю, когда ты уходишь.

Удзуки обернулся:

— А, да, прости. Давай тогда, можешь это сделать?

Джефф резко ударил током Удзуки. Тот начал дрожать, а потом резко задергался в реальном мире.

Он очнулся.

Рестер и Бета, которые отошли чуть дальше, застыли от этого. А монах тут же сжал кулак.

Удзуки стоял на верхней ступени, глядя на троих демонов сверху. Он усмехнулся и сказал, его голос звучал уверенно, почти расслабленно:

— Ну-ну… Втроём избивать двенадцатилетнего мальчика? Хотя признаю, у меня тело двадцатитрёхлетнего, но всё же. Теперь, когда у нас условия равны, думаю, можно начать битву заново.

Он вышел на высшую ступень, посмотрел на них и продолжил:

— Знаете, как действует моя метка? Давайте я вам расскажу свой план. Моя метка усиливает меня от боли. И чем больше вы меня бьёте, тем сильнее я становлюсь. А вы думаете, наверное: «Раз уж не будем его бить, он будет становиться слабее, да? И потом выдохнет». Ничего подобного. Я не использую магию, из-за этого я могу сколько угодно с вами драться. Я не буду становиться слабее. Думаете я тупой раз уж выложил весь свой козырь. А нет! Просто это никак вас не спасёт. А то, что вы меня до этого избивали очень сильно, скопилось и просто умножилось на новую метку. Так что я сейчас…

Он не договорил. Резко ударил кулак об ладонь, и весь пар ушёл в стороны.

— …Сейчас я очень сильный.

Монах стал в боевую позу — серьёзный, готовый. Рестер приготовил кулак. Бета подготовил телепортацию. Они все смотрели на Удзуки. Тот смотрел на них в ответ — в расслабленной, но выдающейся позе.

Удзуки подумал: «Теперь нужно думать, как их одолеть всех отдельно. Но попробую».

---

В реальности Хигамару закричал, перебивая тишину:

— И вы всех потом побили, да, босс?! Очень круто, да?!

Рин встал и сказал:

— Да, красивая была история. Пошли все?

Удзуки поправил воротник:

— Вообще-то самое интересное только впереди.

Анна вздохнула:

— Вечно у тебя всё интересное самое впереди.

Удзуки поднял голову и сказал, глядя на всех:

— Ну, так дослушайте хотя бы до конца. Потом можете комментировать всё, что хотите.

— То что против тебя вышли трое демонов дивизиона и ты сейчас нормально сидишь тут . Говорить о многом. И у меня очень много теории об природе этих демонов— рассказала Нанохоши рассуждая.

Рин присоединился:

—Да я заметил эти демоны какие-то странные для обычных дивизиона.

Хигамару непонимающе:

—А летающая черная сфера вас не удивила?

Удзуки возмущаясь:

—Эй ! Я же тут не закончил , только только супер экшен начинается. А вы .....

Все замолчали.

Удзуки: —Так вот...

Удзуки полетел задом наперёд на очень высокой высоте и проскользил по огромному складу. Он заблокировал удар Рестера и осмотрелся вокруг — везде были коробки, препятствия, а также клешни, которые таскали грузы, бегательные площадки для транспортировки и многое другое. Он слышал загрохоты — остальные начали приближаться.

Альфа и Бета тут же телепортировались и пошли со всей силы на Удзуки. Бета оказался быстрее и начал избивать его, но когда удар пришёлся в лицо, Удзуки просто не отреагировал. Бета удивился, и Удзуки ответил быстрее — ладонь прямо на маску волка. Она треснула пополам, но не развалилась, и Бета отлетел далеко.

Появился монах, и они начали очень быстро обмениваться ударами — даже не пытались блокироваться, каждый удар прилетал быстрее и быстрее. Резко Альфа отпрыгнул, и вместо него прилетела лавовая сфера. Удзуки успел увернуться и сказал:

— Хм… Короче, в роли. Интересно. А как против монаха сражаться? Я вечно усиливаюсь, а он вечно адаптируется. Ладно, хватит болтовни во время битвы. Есть у меня пару идей.

Он резко побежал через весь складной зал прямо к Рестеру, который стрелял в него лавовыми сферами. У него получилась перезарядка, и Удзуки резко оказался рядом, но Рестер со всей силой и мощью ударил кулаком. Удзуки заблокировал удар двумя предплечьями и пытался не согнуться под тяжестью силы Рестера. И когда он почти сдался, он почувствовал прилив сил от метки и тут же опрокинул Рестера на лопатки, пытаясь вырвать его трубы.

Но быстро пришёл Бета, взял его за хаори, телепортнул прямо к клешне, которая носила коробки наверху, и его там повесило. Удзуки успел в последний момент взять Бету за ногу и избивать им о крышу — туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда. Но снизу прилетела железная коробка от Альфы, и они оба упали.

Удзуки встал. На него тут же полетели Альфа и Бета и начали избивать с двух сторон — каждый удар был быстрым и точным. Но Удзуки не пытался уворачиваться, иногда принимал удары, иногда нет. В один из моментов его метка начала ало пульсировать, и он начал быстрее выворачиваться и быстрее отвечать им. Теперь каждый удар Удзуки был очень мощным, сопровождающийся небольшим землетрясением.

Он двумя мощными ударами ног оттолкнул их обоих, и те полетели через весь склад и приземлились рядом с Рестером. Тот успел восстановиться, взял один из металлов, расплавил его в руке с помощью своей же лавы и начал пулять ими как стрелами.

Удзуки оказался быстрее и начал перепрыгивать через препятствия, чтобы не попасться под стрелы. В один момент он прикрылся за стеллажом, но Альфа просто перекинул этот стеллаж и начал обмениваться ударами. Удзуки в один из моментов резко перехватил Бету и со всей силы ладонью ударил его маску — она треснула наполовину, но не упала.

Удзуки продолжал биться. Он чувствовал, что хоть ему и очень больно, и тело уже не похоже на человеческое, но сил было как у дьявола.

Резко Удзуки взял чайник из коробки и ударил им в лицо Альфы. Альфа взял настольную лампу и врезал об голову Удзуки. Тот не отставал — взял стол и разбил его об тело Альфы. Альфа тут же взял огромный столб с фонаря и начал пытаться попасть по Удзуки, но тот пригнулся, потом прыгнул, а потом лёг, чтобы не попасться. Отбил и побежал в более выгодную позицию.

Удзуки оказался в другой комнате, полностью собранной из хлама и мусора. Резко сзади появился монах и снова вступил с ним в бой. Удзуки активно наступал и пытался пробить защиту, но монах адаптировался под него — стал быстрее и начал отражать все атаки, бить по животу, шее, лицу. Удзуки чуть откинулся, упал на землю и заметил несколько зеркал. Он посмотрел на себя и застыл:

— О, Господи… И это моё лицо сейчас?

По реакции Удзуки было понятно — оно было ужасным. Резко пришёл монах, схватил Удзуки за шею и начал бить его обо все зеркала, ломая их. Удзуки подхватил одно сломанное зеркало и вонзил в голову Альфы, затем тут же сбежал.

Появился Бета и начал бить, исчезать, бить и снова исчезать. Удзуки пытался сконцентрироваться и предугадать его движения. Он резко схватил Бету за руку, но появился монах и отбил руку Удзуки. Альфа и Бета одновременно откинули его в стороны, как между ними резко появился Рестер и со всей мощи ударил своим железным кулаком по Удзуки.

Удзуки очень быстро проскользил по мусору, смягчая падение, и мусор призамедлил его. Он остановился, вытер кровь с лица и сказал:

— Устали? Я нет.

Все трое демонов стояли. Удзуки продолжил:

— Всё, я активно усилился сильнее. Теперь стоит быстрее ускорить битву.

Он резко погнался. Альфа и Бета тоже, а Рестер начал стрелять. Удзуки в один из моментов резко прихватил Альфу и кинул прямо на лавовую сферу. Та попала по Альфе, и его спина стала страшной. Пока он восстанавливался, Бета тянул внимание Удзуки на себя.

Удзуки взял Бету за руку и начал телепортироваться через всю округу — то в лавовый отсек, то в угольный, то в другой. Удзуки пытался вырваться и ударить его, но Бета прыгал по телу Удзуки туда-сюда. В один из моментов они резко телепортировались к самому небу. Удзуки от страха схватил Бету, чтобы тот не телепортировался без него, но Бета не думал возвращаться.

Они вместе со всей скоростью падали через облака прямо на завод. Удзуки схватил Бету за шею, начал сжимать и попутно говорить:

— Если сдохнем — сдохнем вместе. Подумай об этом.

Бета в последнюю секунду от падения на крышу телепортировался, но они всё равно от ускорения упали с огромной мощью в другой части. Удзуки встал, но Беты уже рядом не было. Он похлопал по голове:

— Как?

Сзади появился Рестер и начал его бить. Удзуки медленно и уверенно уворачивался, говоря:

— Слишком ты медленный.

Рестер впадал в ярость от этих слов и начал бить чуть быстрее. Удзуки схватил один огромный кулак Рестера, потом другой и начал с ним толкаться. Сначала Рестер побеждал, но потом Удзуки с холодной серьёзностью и упрямством преодолевал его и начал тащить сильнее, а потом сжимать так, что слышался хруст его кулаков.

Когда он оттолкнул Рестера, резко пришёл Альфа и одним ударом вмазал его в соседнюю лестницу. Удзуки, лёжа, бьёт ногой Альфу и отталкивает его. Сам встаёт. Приходит Бета и бьёт его по голове железной трубой. Удзуки начинает быстро перемещаться прямо к Альфе — глазам казалось, будто он телепортируется, но на самом деле это была чистая скорость.

Удзуки резко оказался рядом, ударил апперкотом, чтобы дезориентировать Альфу, а потом нажал правой ногой на ступеньку края, не давая ему опуститься, и начал быстро бить его головой. Тело Альфы валялось то назад, то вперёд от ударов, а он не мог уйти, потому что Удзуки зафиксировал его ногу под своей. Удзуки делал это настолько быстро, что на одну секунду он одной рукой бил его лицо, а другой поправлял волосы на миг, не глядя на это. Затем ударил двумя руками об живот Альфы, и тот полетел.

Рестер поднёс руку к несуществующему уху и сказал:

— Бета. Отвези его. Попробуй телепортировать к лавовым подвалам.

Бета кивнул и пошёл делать, забирая Удзуки за собой.

Бета резко перехватил хаори Удзуки и начал телепортироваться. Удзуки оказался над огромной дырой, уходящей вниз через большинство нижних этажей, и Бета кинул его туда. Удзуки начал проваливаться, попутно врезаясь в разные платформы. Он оказался на одной из них и не упал, усмехнувшись:

— Не получилось скинуть меня, да?

Резко пришёл Альфа и одним ударом ногой выбил Удзуки. Они начали вместе лететь вниз, попутно сражаясь в воздухе. Удзуки в последний момент схватился за цепь, не давая себе упасть в лаву. Альфа висел над ним, пытаясь его встряхнуть, но не получалось. Бета пришёл и начал пытаться перерезать цепь, но безуспешно.

Удзуки спрыгнул на другой нижний этаж и начал драться прямо с Бетой в очень тесном пространстве, где каждый удар попадал в бетон. Они быстро уворачивались, а Удзуки всё принимал больше ударов сзади от Альфы, который очередной раз адаптировался, как монстр.

Рестер стоял на самом верху, даже не видя, что там происходит. Он хотел уже спрыгнуть, но резко услышал голос через механическое радио:

— Алло, Рестер. Что у вас там творится? Ты проверил, что за звуки были в заводе?

Рестер ответил:

— Э, да, я проверил. Оказывается, тут у нас небольшая проблема. Тут один пацан с какой-то божественной мощью сражается с нами. Мы сейчас пытаемся его ликвидировать.

Голос сказал:

— Быстрее разберитесь с ним. И лучше, чтобы это место никто не узнал. Не призывайте шума для остальных.

Рестер сказал:

— Всё, этот пацан и мужик случайно отсюда забрели, тут никто не может ещё прийти. Мы сейчас быстро с ним разберёмся.

Он выключил радио и резко вылетел, ударил Рестера и погнался за ним со словами:

— Давайте, догоняйте!

Рестер разозлился, его трубы начали красным светиться. Он пошёл, говоря:

— Повезло тебе, что у меня ярость...

Он начал стрелять струями лавы, которые пронзали спину Удзуки. Тот посмотрел на спину и сказал:

— Э, спине конец. В тридцать лет будет грыжа. Класс, блин.

Он помчался дальше, перепрыгивая огромные дыры. Бета и Альфа тоже вышли и помчались за ним.

Удзуки снова оказался в первой комнате и сказал:

— Опять здесь. Клещи и платформы.

Рядом

оказался Альфа и начал избивать Удзуки — удары у него были быстрее. Удзуки выдохнул:

— Чё за? Почему ты такой быстрый? Как тебя нафиг одолеть?

Монах начал усиливать свои кулаки синей энергией и сильнее избивать Удзуки. Потом он перехватил одну руку Удзуки и одну ногу. Сзади появился Бета, обхватил ногами шею Удзуки и начал тянуть на себя. А слева появился Рестер, схватив другую руку Удзуки и ногу, не давая ему двинуться.

Удзуки застрял. Три демона начали тянуть его в разные стороны, пытаясь разорвать. Удзуки тужился, очень сильно скривился, а потом начал рычать. Его метка начала суперсильно гореть, пульсировать, и Удзуки резко со всей силой закричал и вырвался из схватки.

Он погнался за монахом, одним хорошим ударом ногой отправил его через всё здание. Потом приступил к Бете и окончательно сломал его маску одним ударом. Под маской оказался человек с изуродованным лицом, но тот не сдался и надел другую маску, продолжая сражаться, но уже отлетел далеко с тяжёлой раной в животе.

Удзуки приступил к последнему — самому раздражающему Рестеру — и сказал:

— Нужно сначала полностью избавиться от тебя. Потом от Беты, а потом уже от монаха. Так будет легче.

Он погнался, но монах перегородил путь. Удзуки сказал:

— Для этого мне нужно полностью убрать Бету и Альфу с дороги, чтобы добраться и обезвредить Рестора окончательно.

Он погнался за монахом, и они начали драться на максимальных скоростях. Удзуки становился всё быстрее и сильнее, а монах всё быстрее адаптировался. Они двигались как пули. Бета даже не успевал за их движениями — они уже оказались в другой комнате через окна.

Удзуки просто пришёл к железным палкам, скрутил их вокруг монаха и прикрепил к стене, сказав:

— Полежи тут немножко.

Удзуки не мог его добить, потому что Альфа слишком много сопретевлялся, и он сбежал прямо к Рестеру.

Удзуки резко побежал к Рестеру, появился рядом и начал бить его быстро по груди и рукам. Но Рестеру было пофиг — он отвечал тем же и использовал лаву под собой. Удзуки получил страшные ожоги по всему телу. Он лишь похрипел, а потом продолжил сражаться.

Появился Бета и начал отвлекать его внимание, телепортируясь вокруг. Удзуки от этого только разозлился. Тем временем Рестер, перехватывая дыхание, опять услышал голос в радио:

— Слушай... А человек, который сейчас в нашем заводе — это случайно не тот, из семьи которого мы отправили убить Кая?

Рестер ответил:

— Да. И вот поэтому он пришёл мстить.

Голос спросил:

— Интересно... Значит, получается, что-то пошло не так? И его мы убить не смогли?

Рестер сказал:

— Тут ещё и отец его был.

Голос ответил с раздражением:

— Да как вы могли? Ещё и отец остался жив? Я же хотел, чтобы вся семья Кашима была мертва!

Рестер оправдывался:

— Но, господин Аки, это не я шёл — это Кай, монах, пошёл.

Аки сказал:

— Ладно, не важно. Быстрее разберитесь с ним. А отца как-нибудь я потом найду. Я же специально устроил день так, чтобы было идеальное время, когда вся семья Кашима будет в сборе. А демоны нападут, и Кай успеет убить их всех быстро и незаметно.

Рестер сказал:

— Ну, не всегда планы идут по плану.

Удзуки резко оказался рядом. Бета уже висел на его предплечье с помощью верёвки и не имел сознания. Рестер удивился, и Удзуки резко перехватил одну трубу Рестера, пытаясь её вырвать. Рестер пугался, беспокоился и одновременно бил по лицу Удзуки. Тот лишь усмехался, потом перехватил ступню Рестера, схватился за трубы одной рукой, а другой фиксировал другую руку и начал пытаться вырвать их.

— Значит, тут твоя лавовая сила хранится, — сказал Удзуки. — А что будет, если я их вырву?

Рестер закричал:

— Ты дебил! Ты просто их вырвешь и взорвёшь! Лава потечёт с такой силой, что будет испарять всё на своём пути!

Удзуки усмехнулся:

— Даже сталь?

Рестер ответил:

— Да. Только мою броню не сможет.

Удзуки резко перехватил положение своё — Рестера сзади — и отобрал одну часть рюкзака, но Рестер снова надел его и сказал:

— Что ты делаешь? Мы застряли! Бета, включайся быстрее!

Удзуки, осматривая свою доску, сказал:

— А знаешь... Есть у меня один план.

Рестер спросил:

— Ты хочешь и себя, и нас убить? Ты с ума сошёл?

Бета начал просыпаться и пытаться вырваться из хватки Удзуки, сопротивляясь. Удзуки посмотрел вдалеке и заметил, как монах начал быстрее выбираться из труб, злясь и усиляясь. Удзуки посмотрел на руку Рестора и тут же начал сильнее тянуть трубы из его вен. Они начали трескаться, и первые трещины начали разрастаться.

Удзуки сказал:

— Сейчас начнётся последнее шоу.

Конец шестьдесят второй главы 1-часть.

Глава 62 : 2-часть.

Шестьдесят вторая глава — вторая часть.

Удзуки стоял рядом с Рестером, подготавливая огромную железную доску, сделанную из брони Рестера, отобранную через его рюкзак. Он проверил её ногой. Рестер спросил:

— Что ты делаешь?

Удзуки ответил, не глядя на него:

— Наблюдай просто.

Бета начал вырываться из схватки Удзуки и пытался сбежать, избивая его своими кулаками. Удзуки резко вырвал одну из вен-труб. Лава накапливалась очень медленно в воздухе, а потом со всей силой взорвалась — мощный луч диаметром пятнадцать метров пронёсся по всему заводу. Удзуки с помощью доски прижал её к спине и начал лететь вперёд вместе с Бетой в руках, под огромным давлением. Он прижал Бету к стене и начал стирать его голову об стену, быстро летая на потоке мощной лавы. От перенапряжения голова Беты просто исчезла в воздухе вместе с телом.

Удзуки быстро оторвался от луча лавы, разрушающего всё вокруг, и заметил, как монах выбрался. Кай с огромной яростью и синими сферами в руках быстро побежал на Удзуки. Удзуки сделал то же самое — они оба прыгнули друг на друга и ударили кулак об кулак. Ударная волна разнесла весь этаж. Они быстро перешли на другие стороны и начали сражаться в последних силах, не сдаваясь.

Рестер в свою очередь снова воткнул трубы в вены, чтобы лава не просочилась, и пошёл помогать с дальнего расстояния, приближаясь медленно.

В процессе битвы Удзуки заметил катану отца — ту самую, которую он бросил. Он быстро подхватил её и погнался за Каем, начав его быстро резать. Кай тоже не отставал — нашёл полусломанную катану на земле, и они начали быстро драться, как самураи. Каждый взмах катаны разрезал воздух, они то сражались в воздухе, то быстро менялись местами на земле.

В один из моментов Удзуки перерезал сломанную катану Кая и начал его быстро резать. Более пятнадцати десятков разрезов появились на теле Кая слой за слоем. Удзуки доминировал, таская тело Кая повсюду. В конце концов он просто пришёл и одним мощным ударом в колени отправил Кая прямо в поток огромного котла с лавой.

Удзуки даже не стал смотреть, как Кай упал туда. Он посмотрел на Рестера и сказал:

— Ты следующий.

Рестер резко вздрогнул и начал кидать лавовые сферы без остановки прямо в него. Удзуки помчался с мечом.

Начинается последний забег. Удзуки ускоряется с мечом, как быстрый самурай. Рестер в отчаянии начинает кидать лавовые сферы. Удзуки уворачивается — то вправо, то влево, то прыжком, то сальто. Он сокращает дистанцию всё быстрее и быстрее. В один из моментов он просто защищается мечом и проходит дальше, оказываясь рядом. Одним ударом ногой он отправляет Рестора очень далеко.

Тот приземляется и с огромной яростью начинает стрелять самыми мощными лавовыми лучами. Удзуки опять идёт на него, пригибаясь. Один из лучей пролетает в сантиметре от его лица. Его метка горит как никогда. Он не останавливается. Когда он оказывается в пятнадцати метрах от Рестера, тот кидает свою последнюю силовую сферу. Но Удзуки разрезает её своим мечом, проскальзывает до самого верха лавовой струи и разрезает шею Рестера. Голова отделяется от тела, остаётся в воздухе, а Удзуки пролетает вверх тормашками, заканчивая разрез. В конце он падает на землю.

Голова Рестера лежит на земле. Из радио доносится голос:

— Рестер! Что у вас там происходит? Только не говори, что твоё тело отключилось от основного источника!

Рестер пытается что-то сказать, но из его рта вырывается лишь хрип.

— Господин... у нас тут чрезвычайное происшествие!

Удзуки резко появляется сверху, смотрит с огромным презрением на Рестера и говорит:

— Отдай сюда.

Он отбирает рацию и говорит в неё:

— Так это ты, значит, Аки? Тот, кто заказал смерть моей семьи?

Голос из рации отвечает:

— А, Удзуки... Это ты, значит. Недооценил тебя. Знаешь... Я не против, если ты останешься жив. Я просто устранил твою семью, потому что боялся, что они мне помешают. Понимаешь? Ты же, как член Смертельного круга, знаешь, что в первую очередь нужно устранять явные первые угрозы.

Удзуки сжимает рацию:

— Какой от этого смысл? Обещаю. Если я когда-нибудь тебя найду, я сделаю с тобой то же, что и со всеми твоими подручными.

Аки отвечает:

— Знаешь, эту встречу я сам жду. И когда ты меня увидишь, поверь — этот день настанет в момент, когда будет дело явно не до вражды. Сынок.

Удзуки говорит сквозь зубы:

— Ещё посмотрим, чудовище. Ты, судя по голосу, обычный человек. Так что мучить я тебя буду очень долго, я обещаю. Или просто быстро.

Он разламывает рацию в руках, смотрит на голову Рестера и говорит:

— Почему ты не испаряешься?

Рестер отвечает:

— Может, потому что я машина. Что у меня в рюкзаке?

Удзуки разворачивается:

— Ну и лежи здесь. Дальше мне жестоко убивать нет смысла.

Он уходит. Но резко чувствует что-то и бежит вниз, на несколько этажей ниже. Из лавы выходит монах — Альфа — и начинает ползти по полу, быстро восстанавливаясь. Он полностью восстанавливается и начинает медленно уходить из завода. Но останавливается, застыв от ужаса.

Сзади звучит голос Удзуки:

— Что? Не можешь адаптироваться?

Альфа медленно поворачивается. Удзуки стоит в темноте и говорит:

— Нет больше Беты и Рестора.

Монах встаёт в боевую позу. Удзуки усмехается:

— Да брось. Может, ты уже проиграл сотни раз? Прими как самурай поражение.

Но Удзуки резко застывает, хватается за сердце. Его метка начинает мигать и гаснуть. Он теряет равновесие.

Альфа понимает, что делать, и не теряет момент — резко ударяет Удзуки в лицо. Тот летит.

Удзуки откинулся и начал говорить в мыслях:

«Ах, чёрт возьми… Почему я чувствую такую адскую боль?»

Его глаза начали слезиться. Он чувствовал, как вся боль, которую он терпел всю битву, и все раны просочились наружу. Стоило метке погаснуть — он не мог её держать.

Альфа начал избивать Удзуки. Он взял его за ногу и начал таскать по всему полу, кидать вокруг, бить по животу. Потом пришёл и со всей силой синим кулаком ударил в живот Удзуки. Тот полетел через весь край, ударился о бетонную стену, и его завалило бетонными обломками. Из-под завала торчала только его рука. Он не двигался.

Альфа смотрел на это и уже хотел уйти. Сделал пару шагов — как Удзуки резко вырвался из-под обломков. Он начал медленно, как зомби, идти, пошатываясь и сильно дрожа. Он пытался не падать, но потом потерял равновесие и начал падать назад. Резко перехватил ногу, выдержал, не упав. Стоял, опустив руки, глядя вниз, не двигаясь.

Свет просачивался через его спину, лицо было закрыто тенью. Он тихо сказал:

— На этом всё?

Альфа разозлился очень сильно, снова призвал синий кулак и побежал со всей скорости прямо на Удзуки. Когда он оказался в миллиметре от его лица, Удзуки стоял. Он больше не мог ни увернуться, ни убежать, ни принять удар. У него не было ни метки, ни силы, ни выносливости, ни скорости.

Удзуки успел лишь подумать перед этим: «Неужели это конец теперь реальный? Может, кто-то мог бы мне прийти на помощь? Интересно… Сколько мне тут страдать? Это будет для меня самый жестокий или правильный конец?»

Он успел улыбнуться перед ударом и сказал:

—Наверное, это расплата за то, что я так безжалостно убивал людей. Надеюсь, убив двух демонов, я смог быть полезным хотя бы для кого-то. Извините, мама и сестра… Не смог я убить этого монаха.

Удар прилетел по животу Удзуки, и ситуация с первым ударом повторилась. Он отлетел и просто вмазался в стену, перестав двигаться. Его лицо застыло в ужасе с белыми глазами.

Альфа уже хотел уйти, но резко услышал голоса в заводе. Он понял, что тут кто-то есть, и резко удрал со всех ног.

В завод прилетел один рыцарь, а также маленькая девочка в зимней белой шапке и закрытом розовом халате, с белыми волосами. Они посмотрели вокруг, и рыцарь сказал:

— Мы тоже слышали звуки битвы здесь. Что здесь произошло?

Девочка посмотрела на Удзуки и сказала:

— Посмотри на это… Какой ужас.

Они подошли к нему. Рыцарь поморщился:

— Ой, фу. Что с ним вообще случилось? Его пытали?

Девочка сказала:

— Неважно. Дай, сейчас я ему помогу.

Рыцарь нахмурился:

— Зачем ты ему поможешь? Он же мёртв.

Девочка приложила руку к его груди и сказала:

— Нет… не верю своим глазам. У него пульс. Он ещё дышит. Он притворился мёртвым, чтобы остановить сердце на минуту и избежать окончательной добивки от врага. Видно, воин.

Она начала потихоньку залечивать его огромную рану. Рыцарь сказал:

— Эй! Помнишь, что я говорил тебе? По его кольцам видно, что он из Смертельного клана.

Девочка ответила:

— А разве вы не вырезали Смертельный клан?

Рыцарь сказал:

— Ну, не на сто процентов же. Были вот такие оборванцы.

Девочка покачала головой:

— Да пофиг. Давай попробуем его воспитать. Раз уж с ним такое сделали, мы должны понять, кто это сделал.

Рыцарь возразил:

— Да ну. Но такие, как он, должны быть убиты. Он убийца.

Девочка сказала твёрдо:

— Мы не знаем, кто он и что он сделал. Так что давай молча помоги отвезти его в главную медбольницу и попытаться вернуть его в нормальное состояние, а не в болевой шок.

Рыцарь подчинился. Они отвезли его.

---

Мы вернулись в реальность, где Удзуки сказал:

— Но после этого… Я нифига не стал. Был в коме два года.

Удзуки откинулся и начал говорить в мыслях:

«Ах, чёрт возьми… Почему я чувствую такую адскую боль?»

Свет просачивался через его спину, лицо было закрыто тенью. Он тихо сказал:

— На этом всё?

Он успел улыбнуться перед ударом и сказал:

Альфа уже хотел уйти, но резко услышал голоса в заводе. Он понял, что тут кто-то есть, и резко удрал со всех ног.

— Мы тоже слышали звуки битвы здесь. Что здесь произошло?

Девочка посмотрела на Удзуки и сказала:

— Посмотри на это… Какой ужас.

Они подошли к нему. Рыцарь поморщился:

— Ой, фу. Что с ним вообще случилось? Его пытали?

Девочка сказала:

— Неважно. Дай, сейчас я ему помогу.

Рыцарь нахмурился:

— Зачем ты ему поможешь? Он же мёртв.

Девочка приложила руку к его груди и сказала:

Она начала потихоньку залечивать его огромную рану. Рыцарь сказал:

— Эй! Помнишь, что я говорил тебе? По его кольцам видно, что он из Смертельного клана.

Девочка ответила:

— А разве вы не вырезали Смертельный клан?

Рыцарь сказал:

— Ну, не на сто процентов же. Были вот такие оборванцы.

Девочка покачала головой:

— Да пофиг. Давай попробуем его воспитать. Раз уж с ним такое сделали, мы должны понять, кто это сделал.

Рыцарь возразил:

— Да ну. Но такие, как он, должны быть убиты. Он убийца.

Девочка сказала твёрдо:

Рыцарь подчинился. Они отвезли его.

---

Мы вернулись в реальность, где Удзуки сказал:

— Но после этого… Я нифига не стал. Был в коме два года.

В библиотеке зависла мёртвая тишина. Воздух стал таким тяжёлым, что, казалось, каждый вдох давался с трудом.

Вильгельм первым нарушил молчание, его голос звучал тихо и растерянно:

— А как обычно на такие истории реагируют?

Удзуки усмехнулся — коротко, безрадостно:

— Ха… Не знаю. Даже сам не знаю. Никогда не рассказывал никому.

Он сделал паузу, глядя в пустоту перед собой, и продолжил:

— Когда я встал, честно скажу… я в первую очередь удивился, почему я жив. А когда сказали, что я был в коме два года, я просто не мог поверить своим ушам.

---

Мы возвращаемся во флэшбэк.

Удзуки стоит рядом с врачами в белых халатах. Они показывают ему зеркало. Он видит своё почти нормальное лицо — восстановленное, зажившее, уже более-менее похожее на человеческое.

Голос Удзуки звучит за кадром:

«Мне лицо восстановили. А также руки и ноги. Это всё практика на два года. Но всё, что скрыто под телом… Врачи уже скрыть не могли. И это то, что я показывал Норн и Валентине. И никому больше. И здесь я показывать не желаю своё тело».

---

Удзуки возвращается в реальность, поднимает голову и продолжает:

— Как я понял по словам людей, меня спасли одни из тех, кто зачищал этот завод. Ну и что тогда? Знаете… Я удивился. Ведь по словам рыцарей, которых туда отправили, их намеренно послали по просьбе одного человека. Он анонимно отправил сообщение, что в заводе убивают человека. Рыцари немедленно пошли и не прогадали. Кроме меня, как человека, там никого не было. Завод конфисковали рыцари. А та девочка и рыцарь были лекарем и боевым рыцарем. Я хотел их найти и поблагодарить, но просто не смог. Жаль.

Он замолкает.

Все всё ещё стояли, переживая его историю. Хигамару первым выпалил, его голос срывался от восхищения:

— Босс, вы человек вообще? Я всё ещё не могу поверить, что когда мы сейчас все вместе страдаем против девятого дивизиона, а вы в одиночку сражались против двенадцатого. В двенадцать лет. С голыми руками. Это вообще какой-то фантастика!

Анна мягко сказала:

— Ты за это заплатил огромную цену.

Удзуки кивнул, глядя в пол:

— Я знаю. После того как я проснулся после комы… Честно, я вообще по-другому себя чувствовал. Не тем человеком, кого я раньше знал. И после этого начал формировать свою новую жизнь. Новый характер. В другом месте.

Он поднял голову и посмотрел на всех:

— Всё-таки реально я убил демонов одиннадцатого и двенадцатого дивизионов. Из-за этого не простили на время прошлые грехи. Проходят в этом.

Тишина в библиотеке была удушающая, но не неловкая. А уважительная. Даже Рин не смог выдать ни одной шутки.

Удзуки поднял голову, посмотрел в окно и сказал:

— О, походу и дождь закончился. Прям как и мрачность в моей предыстории.

Мария покачала головой:

— Да уж… И как спать после этого? Раздумывая, как человек может такое пережить?

Удзуки пожал плечами:

— Не знаю даже. Как мне дали такую жизнь?

Нанахоши встала, поправила воротник и сказала:

— Так, Удзуки, огромное спасибо тебе, что раскрылся всем нам. Теперь нам понятна твоя история. И мы тут уже сидели пять с половиной часов. Если ты собираешься в будущем признавать свою историю ещё и Валентине и Норн… представляю, как это будет трудно.

Удзуки выдохнул:

— Эх, блин, точно. Я же им тоже должен раскрыть историю. Тебе снова им пересказывать так долго.

Нанахоши усмехнулась:

— Ну ладно, хватит печали. Слишком много мрачности. До свидания. Э, всё, спасибо.

Удзуки поднялся:

— Всё, ты как? Тюрьма.

Нанахоши махнула рукой:

— Давайте сменим тему. Терапии все заживали.

Она обвела взглядом всех и сказала:

— Простой вопрос к вам всем. Что даёт вам эйфорию или дофамины?

Хигамару нахмурился:

— Эйфа? Дофо? Что это значит?

Нанахоши усмехнулась:

— Кайф, короче. Понятно?

— А, — сказал Хигамару, раздумывая.

Мария спросила:

— А что мы должны по типу ответить?

Нанахоши пожала плечами:

— Да любой. Что вы обожаете делать больше всего? Для человека, вместе с ним или без него. Давайте, рассказывайте.

Рин поднялся, поправил причёску и сказал с гордостью:

— Давайте я начну. Я очень обожаю…

Он замолчал, дразня всех.

Мария крикнула:

— Да не тяни ты уже, рассказывай!

Рин принял позу скачка и выпалил:

— Когда кто-то комплиментирует мою накаченность!

Все закатили глаза. Нанахоши приподняла бровь:

— Тебе от этого в кайф — получать комплимент? Ну ладно. Следующий.

Мария вышла в центр, скрестила руки и сказала с хищной улыбкой:

— Я обожаю сражаться с напарником. И одолевать его, унижать и побеждать. Да, это звучит эгоистично и эгоцентрично, но что мы тут скрываем-то? Это же кружок терапии. Я просто обожаю это делать. Кайф, когда чувствуешь, как доминируешь над кем-то в бою.

Все похлопали.

Следующим вышел Хигамару, почесал затылок и смущённо сказал:

— Ну… я обожаю… эм… бегать.

Все застыли. Анна усмехнулась:

— Хигамару, ты такой оригинальный. Мы бы не догадались, что ты обожаешь бегать. Может, есть что-то, что ты любишь с остальными?

Хигамару замялся, покраснел и сказал тихо:

— Ну… обожаю, когда меня… эм… гладят по голове.

Нанахоши умилилась:

— О, как мило! Вот нормальная привычка.

Вильгельм вышел и задумчиво сказал:

— Ну, если подумать… обожаю аскорбинки есть. Это так приятно, ещё и полезно.

Анна удивилась:

— Эм… А если с кем-то другим можно что-то сделать, что ты получаешь?

Вильгельм покачал головой:

— Да ничего, кроме этой кружки, я не обожаю делать с кем-то. В одиночку лучше. И вам советую.

Он сел обратно. Анна вышла радостная, всплеснула руками:

— В общем, я обожаю… эм… идти на шопинг с Валентиной, с подругами, играюсь, просто дурачиться — мне в кайф очень. Я обожаю просто сражаться водяными шариками против остальных, купаться…

Нанахоши усмехнулась:

— Эхе… У тебя какой-то уже список. Мы поняли, мы поняли.

Анна села с улыбкой.

Потом, когда дело дошло до Удзуки, он почему-то провалился в мысли.

Нанахоши позвала:

— Аля! Вот так и…

Удзуки встал и растерянно сказал:

— А что? Что у вас тут творится?

Нанахоши вздохнула:

— Ты не слушал.

Удзуки почесал затылок:

— А, блин… пытался вспомнить, как того мужика звали из моего флешбека.

Нанахоши мягко сказала:

— Удзуки, можешь больше не вспоминать дальше твой флешбэк. Потому что дальше будет и тебе сложнее, и нам тоже.

Удзуки кивнул:

— Ну ладно. А что вы тут теперь обсуждаете?

Нанахоши сблизилась и сказала:

— То, что ты любишь делать больше всего. С кем-то или сам, или что любишь делать кому-то.

Удзуки задумался:

— Типа… я получаю кайф от этого?

Нанахоши кивнула. Удзуки пожал плечами:

— Эм… я даже не знаю.

Нанахоши подбодрила:

— Ну скажи что-нибудь.

Мария добавила:

— Можешь ляпать что угодно. То, что тебе нравится, даже просто так.

Рин подхватил:

— Давай, не стесняйся. Можешь даже показать хотя бы?

Анна сказала:

— Да, скажи, что любишь. Просто играть в игры или драться, наверное.

Удзуки спросил с сомнением:

— Я могу это здесь показать?

Нанахоши развела руками:

— Да.

Удзуки переспросил:

— Точно?

Нанахоши фы

ркнула:

— Ой, да что ты мне не доверяешь что ли? Делай всё, что захочешь. Я не против, конечно же. Делай что хочешь. Ещё раз повторюсь.

Удзуки: —ладно я предупредил.

Нанахоши удивилась, и Удзуки в тот же момент обнял её. Обхватив и руки, и очень сильно прижав к себе. Все вокруг удивились, а Удзуки сказал тихо:

— Я обожаю просто обниматься. Знаете, то чувство, когда ты слишком одинокий, но одно объятие между близким человеком может растопить твою душу. Это же так приятно и тепло.

Нанахоши стояла с удивлением, не двигаясь.

Хигамару закричал, размахивая руками:

— Да, давайте, босс! Хорошо! Я знал, что у вас любимое занятие — обниматься!

Анна усмехнулась:

— Так вот почему ты вечно обнимаешь Валентину?

Рин подскочил:

— Ого, Удзуки начал действовать! Давай, Нанахоши, я обниму в ответ!

Нанахоши ответила холодно:

— Нет.

Удзуки спросил, всё ещё держа её в объятиях:

— Ты же не против, да? Ты просто была самой близкой ко мне сейчас на расстоянии, так что я решил тебя обнять. Ты ведь не против?

Нанахоши закатила глаза:

— Нет. Ты же сам сказал, что будешь это делать. А я сказала — делай, что хочешь. Ты, значит, воспользовался этим, да, извращенец?

Удзуки усмехнулся:

— Возможно. А возможно, и нет.

Вильгельм сказал:

— Ну, обними ты его в ответ. Почему ты так держишься?

Нанахоши фыркнула:

— С чего я должна это делать?

Удзуки отпустил её. Она поправила юбку.

Хигамару сказал с укором:

— Грубо было, когда вы не ответили ему на объятия. Он же просто дружески это делает.

Нанахоши отмахнулась:

— Ой, поверь, братишка. Это не в первый раз, когда он так делает.

Анна резко подошла и обняла Удзуки, уткнувшись головой в его грудь:

— Ну раз уж Нанахоши не буду, я обниму Удзуки, чтобы ему не было грустно.

Удзуки обрадовался. Сзади появился Рин и обнял его:

— Я тоже тогда.

Хигамару крикнул:

— Меня не забудьте!

И прыгнул в общую кучу. Мария присоединилась, а в конце Вильгельм подошёл и спросил:

— А я в кадр попаду? Можно мне тоже?

Его притянули. Нанахоши усмехнулась на это, глядя, и вообще не чувствовала обиды.

После какого-то времени этот комок объятий распался. Удзуки сказал, улыбаясь:

— Спасибо. Я же говорю — обожаю, когда так делаете.

На часах пробило шесть вечера. Рин сказал:

— Конец кружка, расходимся.

Все начали расходиться. Удзуки сказал, глядя им вслед:

— Да, друзья, это было, по-моему, лучшее раскрытие и тихий вечер за мою жизнь. Просто и просто словами.

Хигамару крикнул уже у двери:

— Да-да, больше приходи, босс!

Удзуки кивнул:

— Обязательно.

Мария обернулась:

— И меньше переживай из-за прошлого теперь. Раз уж ты нам всем открылся — теперь меньше переживай из-за этого, ладно?

Удзуки кивнул:

— Обязательно.

И после этого все разошлись. Кроме него и Нанахоши.

Она сказала:

— Мда, Удзуки. Даже не ожидала, что у такого, как ты, может быть такая история.

Удзуки усмехнулся:

— Что там о моей истории? Я не ожидал у тебя такой истории. Знаешь, я что-то ожидал типа: тебя вырастили в пробирке, потом ты росла среди таких же свиней.

Нанахоши фыркнула:

— Богатая фантазия у тебя.

Она хотела уйти, но Удзуки сказал:

— Теперь понятно, почему ты имеешь кольцо моего семьи — убийцы монаха. Раз уж отправили в тот день рыцарей на завод, возможно, тогда и твой отец был среди них. И убил монаха, и забрал его кольцо в виде трофея.

Нанахоши остановилась:

— Хм… Твоё тело, говоришь, стало слишком страшным?

Удзуки кивнул:

— Ну да. Частично.

Удзуки додумался:

—А че хочешь взглянуть?

Нанахоши скрестила руки:

— Это самое последнее, что я хочу увидеть в этом мире.

Она ушла. Удзуки вздохнул долго, проводив нанохоши взглядом, но потом посмотрел в окно и сказал:

— Блин… Валентина, Норн, были бы вы тут и услышали мою историю. Как бы я этого хотел? Но мне не лень. Придите в следующий раз сюда. Я обещаю, я готов снова рассказать именно вам двоим всю мою историю заново, что

бы вы были ближе ко мне. А что? Разве не этого я хочу? —Быть полезным ради друзей.

Конец шестьдесят второй главы, вторая часть.

Глава 63

ГЛАВА 63

Комната. Валентина стояла, скрестив руки, и смотрела сверху вниз на двух божественных магов, которые сидели на корточках, словно провинившиеся школьники. Она сказала с укоризной в голосе:

— И вы оба называете себя божественными магами?

Миша и Альдебаран переглянулись. Альдебаран развёл руками, пытаясь оправдаться:

— Ну да… Ну, мы прошлое. Сейчас мы же не божественные маги, мы же не пользуемся драками.

Валентина покачала головой:

— Да как вы можете о себе так говорить? Вам не стыдно вообще?

Миша толкнул Альдебарана локтем и прошептал:

— Ох, железная женщина. Вся в мать, посмотри!

Альдебаран кивнул в ответ, тоже шёпотом:

— Не, больше в отца по характеру. Мать-то Синдрелла была немножко мягкой и смягчённой, а тут она даже и не думает сдаваться.

Норн, стоявшая рядом с Валентиной, топнула ногой:

— Эй, чё вы шушукаетесь? Непонятно вам что ли? С вами девушки общаются!

Миша вздохнул:

— Вот это мелкая ещё и такая же… Блин, чё они нас тут придавили?

Альдебаран поднял голову и спросил:

— Сфокусируйся-ка, девочка. Как тебя зовут?

Норн гордо ответила:

— Норн меня зовут. А что?

Альдебаран удивлённо приподнял бровь:

— Ты девочка восьми лет, а уже имеешь золотую энергию? Я что-то проспал, или таких не существует, если не ошибаюсь?

Норн усмехнулась и скрестила руки:

— Да-да, я уникальная. Всё типа того — таких никогда не было в истории, и я единственная, кто лечит. Доволен? А ты, как я слышала, создатель золотой энергии.

Альдебаран поправил её:

— Ну, не в смысле создатель. Скорее первый, кто начал её использовать активно. Ну, одну да. А так все магию золотую энергию через меч и посох пользоваться я придумывал.

Норн наклонила голову:

— А что вы, имея такую мощь, не вы рыцарь?

Альдебаран покачал головой:

— Нет, я сейчас не служу нигде. Я могу использовать и меч, и посох, но скорее ближе к посоху. Так что мы ближе.

Норн фыркнула:

— Нет уж, я сама буду учиться.

Альдебаран удивлённо посмотрел на неё. Миша спросил:

— А зачем вы нас собрали тут? Зачем вам ваши божественные магии среди праздника?

Валентина ответила:

— Так приказ от императора.

Альдебаран и Миша переглянулись. Миша сказал:

— Дядя Баран?

Альдебаран покачал головой:

— Что ему нужно от нас? Мы же сказали — не беспокоить нас.

Валентина ответила:

— А так, а вот так. Он просто хочет пойти и проведать вас, познакомиться с вами. Короче, провести с вами время, как прошлые старые друзья.

Миша усмехнулся:

— Старые друзья? Ну ничего себе. Нам-то мы едва ли десять лет дружим.

Норн фыркнула:

— Вам двум старикам десять лет мало? Это же больше, чем я живу.

Миша задумался и сказал:

— Эх… Я пользоваться своим посохом двойным чуть призабыл, нежели чем помню лицо этого Барона.

Валентина перевела взгляд на Мишу и спросила с любопытством:

— Двойной посох? Что это значит? Господин божественный маг Миша, напомните, какой вы маг?

Миша пожал плечами и ответил с лёгкой небрежностью:

— А… Я? Божественный маг стихии. А именно воды.

Норн удивлённо приподняла бровь:

— Воды? Погодите-ка. Так Сабрина же тоже вода.

Миша усмехнулся:

— Хм… Я первый, кто начал пользоваться водой. А она лишь жалко начала повторять это только через меч, а не через посох.

Валентина задумчиво сказала:

— Хм… Та Сабрина рассказывала, что есть и другой маг, который пользуется стихией. Вы оба, наверное, единственные, да?

Норн запуталась и махнула руками:

— Так, я запуталась. Можете объяснить? Сколько стихийных и духовных магов, божественных магов?

Альдебаран поднял руку, привлекая внимание, и сказал медленно и спокойно:

— Ну, слушай. В божественных магах четыре духовных мага и два стихийных. Один — Миша, стихийный. Другой — Сабрина. Остальные все четыре — духовные. Золотая, сверхъестественная. Или же пустота. Угу. Следующий — это кровь. Тот, что на севере. И последнее — это тьма. Как у самой вашей Валентины. Мать ваша. Теперь понятно?

Норн кивнула и спросила:

— Ааа… Ну? Вы пойдёте?

Альдебаран и Миша переглянулись. Миша пожал плечами:

— А зачем? Да ну его нафиг.

Альдебаран задумался:

— М… Пойти-то нужно стоит, потому что приказывает император. Кто может отказываться?

Миша фыркнул:

— Мы те, кто спасли мир, детка! Мы можем делать всё, что хотим. Ты же помнишь, что императоры нам и слова не могут сказать.

Альдебаран скрестил руки:

— Хм… Даже и не знаю. Хотел бы я пойти и сам повидаться со старыми друзьями. Я ведь кроме с тобой никто не общаюсь. Посмотреть, что стало с рыцарями. Интересно же.

Валентина спросила:

— А вы что, рыцарей не смотрите? Разве вы не первородитель всех рыцарей?

Альдебаран покачал головой:

— О нет, я просто лишь тот, кто дал силы всем этим рыцарям на десятки поколений. Ну… Когда я начал пользоваться золотой энергией, постепенно начали появляться мои последователи. И, конечно же, это передалось всем по крови золотого поколения рыцарей. А дальше уже после войны я не смотрел на состав рыцарей. Хотел посмотреть. Но знаю всех. Не знаю всех, кроме одного — моего сына.

Норн удивилась:

— У тебя есть дитя?

Альдебаран усмехнулся:

— Детка, когда живёшь семьдесят плюс лет, полюбому хочется хоть одной семьи.

Валентина наклонилась вперёд:

— А кто ваш сын?

Альдебаран улыбнулся с гордостью:

— Йохан. Да, Йохан. Рыцарь первого ранга.

Норн и Валентина с открытыми ртами переглянулись. Валентина сказала:

— То есть получается, он самый сильный в истории?

Альдебаран кивнул:

— Да. Он ещё с тех, с тех пор, как родился в первый раз, пятьдесят лет назад. Он очень старый. Он держит звание первого рыцаря ещё с тех пор войны. Хоть он и не участвовал в ней. Но после этого он всё ещё держит первый ранг. Я горжусь им. Жаль, мало вижу.

Норн спросила с надеждой:

— Можете показать фото?

Альдебаран покачал головой:

— У него нет фото. А сейчас Йохан работает в Ашуре.

Норн сказала:

— Ну ладно, попробуем с ним потом встретиться. Это же лучший рыцарь почти что за историю после вас.

Миша нетерпеливо дёрнул Альдебарана за рукав:

— Ну что ты, Альдебран, разговорился с девчонками. Пошли уже, а их медленно отшьём, тебя никто не заметит.

Валентина вскинула руки:

— Эй, мы же всё слышим!

Альдебаран усмехнулся и повернулся к Мише:

— Ну что ты, Миша. Понимаешь, там ещё и Сабрина будет. Вы как в старые добрые времена можете.

Он взглядом намекнул на что-то. Миша возмутился:

— Эй! Ты что, это же было пятьдесят лет назад. Мы сейчас старики. О чём ты?

Норн перебила:

— Эээ, о чём вы болтаете? Притормозите!

Альдебаран пояснил:

— Ну понимаешь, когда в группе два человека одного стиля магии, они безуспешно… хорошо подружиться.

Миша покраснел:

— Эй! Я никогда не дружил с Сабриной! Мы просто вместе тренировались!

Валентина добавила с хитрой улыбкой:

— Ммм… Да, да, да, понимаю. Всё, всё, я вам помогу. Противоположности или одинаковости всегда притягиваются.

Миша замахал руками:

— Эй! Что вы говорите? На что вы намекаете, блин? Я и Сабрина? Вы с ума сошли!

Альдебаран достал из кармана старую фотографию и показал её:

— У меня было фото вроде, где ты уснул после боя и заснул на плече Сабрины.

Валентина и Норн засмеялись. Миша возмущённо выхватил фото:

— Ты всё ещё хранишь это спустя пятьдесят чёртов лет?

Альдебаран ухмыльнулся:

— Что? Смешно же.

Миша уже направился к выходу, пряча фото в карман:

— Неа. Без меня. Да, я имею в виду.

Альдебаран засмеялся ему вслед, а потом повернулся к Валентине и спросил тише:

— Угу… Знаешь, Валентина, а ты не тоскуешь по смерти матери? Буквально же недавно было. Вроде, э… два года назад.

Валентина поправила:

— Семь лет.

Альдебаран смутился:

— О, прости. Я даже сейчас что-то время сбился. Я даже забыл. Можешь, если не трудно, припомнить, от чего она умерла? Я думал, она вечно живёт.

Валентина задумалась, и голос её стал тише:

— Но я сама и отчасти не помню. Могу сказать, что последний раз помнила…

Норн сказала:

— Валентина, извини, если хочешь, не можешь рассказывать.

Валентина покачала головой и мягко ответила:

— Нет, ничего. Я уже приняла смерть матери.

Она замолчала на мгновение, вспоминая, и продолжила:

— Если честно, моя мама умерла. По словам отчётов о смертях… Я сама это видела. Ангелы смерти… То, что просто её тело вышло на пределы. И её тело не выдержало. Она умерла в самой высокой и загадочной башне между границами мира людей и Вселенской. Я тогда была в пути, потому что она отправила меня за специальными лекарствами.

Мы видим флэшбэк.

Маленькая Валентина, которой было двенадцать лет, быстро бежала по зелёному полю, сжимая в руках сумку. Она думала про себя:

«Зачем мама так торопилась? И она была больно уж такой странной в этот момент. Какой-то нервной что ли. Я впервые такое вижу».

Она застыла перед длинной каменной башней, стоящей посреди природной местности. Из неё вышел один летающий серый монстр без лица и отрицательно покачал головой. Валентина просто упала на колени.

Она продолжила голосом за кадром:

— С тех пор даже на похороны не были составлены, потому что тело мамы мы с тётей перевели. Просто маленькую церемонию для нас обеих.

Норн мягко сказала:

— Оу… Сожалею, Валентина. Очень сильно.

Валентина выдохнула:

— Нет, ничего. Я пережила.

Альдебаран задумчиво сказал:

— Да, грустная ситуация, но очень-очень неоднозначная. Тебе должны смерть ангелы смерти, да? Специальные монстры для похорон тел. Знаешь, никогда не верь им. Никогда не понятно, что они тебе могут сказать. Хорошо, что они вымерли. Мы не знаем точно, жива ли твоя мать, стала ли она духом, или окончательно исчезла, или всё ещё жива. Раз уж вы были на башне между границами людей, то вообще-то ситуация неоднозначна.

Валентина удивлённо переспросила:

— Что? Ещё раз?

Альдебаран махнул рукой:

— Ну ладно, хватит темы с плохого. Знаете, я уже буду готовиться и идти. Всё-таки нужно же проведать барана. И ещё Мишу с собой подхвачу. Он-то идёт, я уверен. Он от Сабрины никогда не откажется.

Он улыбнулся и пошёл к выходу.

Валентина посмотрела на лицо Норн и сказала:

— Норн, у тебя нет чего спросить у господина Альдебарана?

Норн кивнула:

— Да. Не знаете, что делать с этими пятнами?

Она показала свои руки. Альдебаран подошёл, взял их, посмотрел и сказал:

— Похоже на мои. Которые были у меня пятьдесят лет назад, когда я переизбытал свою энергию в пространстве.

Норн с надеждой спросила:

— Ваши руки сейчас чистые. Получается, их можно вылечить? Да ещё и не только у меня — у Валентины.

Альдебаран покачал головой:

— Нет. У Валентины другой вид. Только её мать знала, как подавлять их и исчезать. А что насчёт моих? Я от них избавился скорее, чем вы. Вылечился. Знаешь, это когда можно сказать — оторвал кожу, чтобы яд не прошёл, а кожа потом срослась.

Норн испугалась. Альдебаран продолжил:

— Для этого потребовалось очень много времени на становление сильнее, освоение многих техник, а также становление очень зависимым от золотой энергии, а также много лечебных устных заклинаний.

Норн спросила:

— Сколько у вас ушло на это времени?

Альдебаран задумался:

— Ну… Я не знаю, примерно, но… Шесть-пять лет было точно.

Норн опустила взгляд:

— Знаете, если не смотреть, они уже через три года полностью захватят мои руки, а через ещё больше — полностью моё тело. Я боюсь. Мне всего девять лет. И у меня к вам просьба: вы можете взять меня своей ученицей, чтобы помочь мне залечить их раны? Вы единственный, кто пользуется золотым посохом, прям как я. А я единственная, кто пользуется посохом и может лечить людей. Разве это не судьба?

Альдебаран задумался:

— Взять в ученицы девочку девяти лет, которая будет пользоваться у меня золотой энергией? Интересно. А я должен тебе помочь с этим, но, блин, нужно же столько всего вспомнить из пятидесяти лет назад.

Валентина подошла к Норн, взяла её за щёки сзади и сказала:

— Давайте, давайте! А ну, господин Альдебаран, помогите ей! Она же такая милая! Посмотрите!

Альдебаран улыбнулся:

— Хм… А что мне с этого будет?

Норн выпрямилась и сказала твёрдо:

— Я помогу вам встретиться с вашим сыном и теплее подружиться. Сделаю так, что он буквально будет каждую неделю к вам ходить.

Альдебаран прищурился:

— А где гарантия?

Норн усмехнулась:

— Йоу, мужик! Я смогла вот эту тёмную девочку к себе привязать. А также ещё многих людей я смогла спасти, особенно неизлечимо больных психологических людей. Так что ты думаешь, для меня это проблема? Бери меня, пожалуйста.

Альдебаран посмотрел на неё долгим взглядом, затем кивнул:

— Ну… Вернуть мне божественный статус всё-таки стоит. И наследница мне не помешает. Ведь как раз раз уж ты имеешь огромный потенциал, я могу тебе помочь высветить этот потенциал. А потом, конечно же…

Валентина радостно хлопнула в ладоши:

— Отлично! Боже, куда ты меня ведёшь? Значит, получается, у Норн появился наставник! Круто! Я ведь тоже формально учусь у Сабрины как мечник. И хочу научиться и у неё тьмы меча.

Альдебаран кивнул:

— Круто! Она вас точно научит хорошему бою.

Сзади появился Миша и с возмущением сказал:

— Что? Какого? Сабрина есть наследник? Ага, я так и знал, она не выдержит первой!

Валентина удивлённо спросила:

— А что?

Миша объяснил:

— Мы пятьдесят лет назад спорили, что она и я не будем принимать наследников и преемников и учеников как к себе, как и другим. И вот она проиграла! Ха! Посмотрел бы я на её лицо.

Альдебаран сказал:

— Ну круто. Значит, если у тебя есть теперь причина идти к императору, то теперь пойди молча, ладно?

Миша вздохнул:

— Ну ладно, ладно, пойду. Посмотрим вместе.

Он пошёл дальше. Валентина сказала с облегчением:

— Есть! Почти всех божественных магов переубедили.

Норн посмотрела на Альдебарана и спросила:

— Но раз уж вы излечили свои раны золотой энергии… Насколько у вас были тогда золотые пятна?

Альдебаран задумался:

— Ну, если не ошибаюсь, до самого лица вроде. Еле-еле, чуть-чуть не осталось. Успел себя залечить или избавиться от всех золотых энергий.

Валентина застыла в шоке. Норн сказала:

— Ну… Наверное, из-за моей молодости я смогу быстрее с ними справиться. Надеюсь.

Альдебаран улыбнулся:

— Знаешь, раз уж я теперь наставник, и ты будешь приходить ко мне каждый день… Неделю — во вторник.

Норн удивилась:

— А почему во вторник?

Альдебаран пожал плечами:

— Потому что понедельник я не люблю. Так вот… Дам тебе первый урок.

Он подошёл к руке Норн, показал на воздух и сказал:

— Представь и сосредоточь золотую энергию у себя в голове.

Норн закрыла глаза и сосредоточилась. Альдебаран продолжил:

— Теперь отправь золотую энергию к рукам и представь, как делаешь шарик в голове.

Норн сделала шарик в голове. В воздухе появился яркий жёлтый шарик. Альдебаран сказал:

— И теперь просто облей лучами света этот шарик в голове — фантазии.

Норн сделала это, и резко появился золотой мячик, который упал на землю. Валентина резко подхватила его и сказала:

— Ничего себе! Норн, и что это было?

Альдебаран объяснил:

— Ну, теперь ты можешь создавать золотые предметы и атаки. Или специальные вещи. Любую вещь. Такая магия золотая.

Норн восхищённо сказала:

— Вау! Как круто! Я же могу всё буквально из золота сделать!

Валентина усмехнулась:

— Это не золото, это скорее сталь. Просто под видом золота. Но очень хорошая и качественная.

Альдебаран кивнул:

— Ну, раз уж первый урок готов, я прощаюсь с вами.

Норн и Валентина кивнули, сказали спасибо и ушли. Валентина сказала:

— Хм, молодец, что пришла в его ученики.

Норн кивнула:

— Сама в шоке, что теперь я могу создавать любой предмет с весом золота. Представь, мы заперты где-то, я создаю золотой ключ в голове, и мы уходим с помощью него.

Валентина улыбнулась:

— Тебе ещё долго расти. Но какой же ты станешь сильной в будущем! Кстати, как там у Абеля дела?

Абель сидел в комнате с Фердинандом. Тот ходил туда-сюда, заложив руки за спину, и говорил с лёгкой насмешкой в голосе:

— Сын Людвика, рыцарь двадцать второго ранга? Сейчас? Конечно, он не состоит в ранге. А в своей сильнейший гуд был двадцать вторым рангом. Я-то думал, он был повыше.

Абель сжал кулаки и резко ответил:

— Эй, не говори так о моём отце! Сильным он был. Просто да. И как в то поколение золотых рыцарей смогло пробиться в сильнейшие ряды.

Фердинанд усмехнулся, остановился и посмотрел на него:

— Да, в те времена все были сильными. Поверь. Но это не спасло никого от войны. А ты готов к этой новой войне, если границы спадут или печать сломается?

Абель выпрямился и ответил твёрдо:

— За своих близких, родных — да. Я готов на всё. Не смотря даже на мою маму.

Фердинанд кивнул, и на его лице появилась лёгкая улыбка:

— Хорошее упорство.

Абель посмотрел на его крылья и спросил:

— Я слышал, вы божественный маг с магией крови. Считал запретным. Вопрос у меня: зачем ты сюда пришёл?

Фердинанд остановился и посмотрел на него:

— Я пришёл сюда, потому что… Я пришёл от императора. И я должен был… эм… Извините. Доложить вам, что император хотел с вами встретиться.

Фердинанд махнул рукой:

— Сообщение об этом мне уже приходило.

Абель удивлённо поднял бровь:

— Так почему тогда меня отправили сюда?

Фердинанд резко раскрыл свои крылья на всю комнату, и воздух вокруг задрожал:

— Потому что я отказывал и не хотел идти туда. А тебя отправили меня переубеждать. А ты что думаешь, что у тебя это получится?

Абель не отвёл взгляда:

— Да, получится. Я готов на всё. Почему вы не хотите? У вас какая-то травма? Это бред.

Фердинанд усмехнулся, и в голосе его послышалась горечь:

— Хм… Травма? Какая ещё травма? Это я — травма сей войны. Про это мне больше не говорите. Знаешь, у меня к тебе просьба. Ты… Рыцарь младшего поколения. Слушай, давай лучше с тобой. Ты работаешь с Валентиной, верно? Светлой Надеждой, дочкой моей коллеги, верно?

Абель кивнул. Фердинанд улыбнулся — улыбка доходила до его банданы, которая закрывала глаза:

— Да так что… Всё. Тогда сразись со мной.

Абель застыл. Фердинанд продолжил:

— Если сможешь хоть одно моё перо спустить на землю — ты победил. Я хорошо уж отправлю тебя домой. А сам полечу к императору. А если нет — ты пойдёшь с позором и снизишься на ранг ниже.

Абель выдохнул и сказал:

— Мне плевать на свой ранг рыцаря. Главное, что я защищаю людей от демонов, а также счастлив со своей Валентиной.

Фердинанд одобрительно кивнул:

— Ого! Круто! Хороший настрой! Но жаль — войне хороший человек и то же самое говорил. Просто я не в бесконечном платье. Тогда.

Абель встал:

— Ну, давай, тащи меня. Готов я с тобой посражаться.

Фердинанд предупредил:

— Учти. В случае поражения я не буду идти.

Абель кивнул:

— Окей.

Его развязали, и они пошли.

Абель подумал про себя:

«У нас денег не хватает. Эх, придётся вложиться на всю максимум сразу же, а то я тут же проиграю сильнейшему генералу со всех времён. Он всегда правил рыцарями и давал приказы. Я думал, он будет более белым и ярким, нежели чем в чёрном одеянии и с окровавленными крыльями».

Они идут дальше по коридору. Весь военный город собирается, глядя, как они идут вдвоём. Люди выходят из домов, смотрят с балконов, шепчутся — генерал Фердинанд ведёт кого-то в центр.

Они выходят на большую круглую площадь в центре города. Фердинанд останавливается, поднимает руку — и из-под земли вырастает специальная арена, огороженная барьером. Он поворачивается к Абелю и говорит:

— Ну, давай. Коснись просто пера. Неважно какого — левого, правого. Просто так.

Абель достаёт меч и встаёт в стойку:

— И что мне нужно делать?

Фердинанд усмехается, расправляя окровавленные крылья:

— Мне главное — просто избить тебя так, что ты не встанешь на ноги.

Абель обезглавил меч и тут же пошёл со всей силой золотой энергии прямо на Фердинанда. Тот лишь резко прыгнул, взлетев наверх, и сказал с насмешкой:

— Ну и что ты будешь делать против тех, у кого есть способ летать, а?

Абель разозлился, сделал мощные золотые разрезы по воздуху и крикнул:

— Сила благородности!

Золотые лучи устремились к Фердинанду, но тот легко сломал их с помощью своих волос, сосредоточил руки в три пальца и создал кровавый луч, который со всей силой пронёсся по земле. Взрыв окутал кровью всё вокруг. Часть крови попала на тело Абеля. Фердинанд щёлкнул пальцами — и кровь взорвалась со всей силой, почти опрокинув Абеля.

Тот стоял, отряхивая кровь, и думал:

«Слишком сильный и слишком быстрый. У меня уже мало осталось маны из-за того, что его кровь высасывает и мою кровь. Тогда получается, нужно мне сразу впираться в потолок?»

Он сосредоточился — и на его лбу резко появилась золотая спираль. Со всей силы прокричав, он как комета пролетел вокруг арены, прыгнул и уже был на одном конце крыльев Фердинанда. Но тот увернулся и со всей силой коснулся его щеки. Кожа в том месте начала то распухать, то нет. Абель упал на землю и не мог встать от боли.

Фердинанд прилетел вниз и сказал:

— Знаешь, почему я ношу эту бандану? Потому что я настолько использовал технику прозрачного мира, что она просто изжала мои глаза. Я смотрю на мир только через своё тело и через свою кровь. А ты, в свою очередь, провалил задание и проиграл.

Он ударил ещё раз — последний раз ногой — и сказал:

— А в войне будет в сто раз сложнее. Эх, новое поколение... Всегда слабее старшего.

Он уходит. Абеля уносят медики, чтобы восстановить.

Абель бормочет, лёжа на носилках:

— Я проиграл? Так быстро что ли? Даже не показал нормально своей силы. Ну ладно, блин... И что же мне делать? Как мне его переубедить?

Фердинанд останавливается. Подходит к уходящему Абелю, которого уносят на носилках, и говорит:

— Хм... Кстати, передай Валентине, что пусть она будет внимательнее относиться к своей работе.

Абель ответил с вызовом:

— Ещё чего. Сам иди доложи.

Кто-то подошёл к Фердинанду и сказал что-то на ухо. Тот удивился, снова подошёл к Абелю и спросил:

— Ты же в группе «Ц» учишься, да?

Абель кивнул. Фердинанд задумался:

— У меня есть одна записка для Валентины. Ты можешь потом передать?

Абель усмехнулся:

— Только если вы пойдёте к императору, чтобы исполнить его приказ. А так — никогда.

Фердинанд нахмурился:

— Ну ладно. Через других передам.

Абель покачал головой:

— Я специально попрошу Валентину так, чтобы она не проверяла эту записку. Тогда я посмотрю, как вы будете через других. Единственная, кому она доверяет — это мне. Конечно. Ну что, вы будете идти?

Фердинанд усмехнулся:

— Ах ты шельма! Ставишь условия самому опасному генералу? Да кто ты такой, чтобы так делать?

Абель спокойно ответил:

— Я — Абель. Просто.

Фердинанд посмотрел на него долгим взглядом, затем кивнул:

— Хм… Посмотрим. Ну ладно.

Он отдал записку Абелю и сказал:

— Не считай. Если Валентина прочтёт — она сама поймёт. Ей не впервой. Эх… Мы с ней уже знакомы.

Абель удивился:

— Лжезнакомый? Ничего себе.

Фердинанд махнул рукой:

— Ладно уж, пойду к императору. По приказу. Ничего мне не терять — я же генерал и должен слушаться своего императора. Бывай!

Абель крикнул ему вслед:

— А почему у вас крылья кровавые? Вы так и не рассказали!

Фердинанд остановился на мгновение, не оборачиваясь:

— Просто сломаны они. Из-за этого… Координаты уходят.

И ушёл.

Абель тяжело вздохнул, но улыбнулся — он справился.

— Я всё-таки смог переубедить.

Через какое-то время, когда он восстановился, он вышел из города, остановился у ворот и сказал:

— Больше не вернусь в этот город как рыцарь.

Он пошёл по дороге, достал жёлтый шарик и позвонил Валентине:

— Ну, Вэл, я справился с работой. Как там у вас дела?

Валентина ответила взволнованно и быстро:

— Представляешь, Абель, у нас тут два божественных мага! Мы их смогли переубедить, ещё и Норн стала наставницей! Оказывается, Миша — это тайно влюблённый в Сабрину, а также мы тут же двух божественных магов в одном месте сразу же нашли! Это ты там одного — получается, все шесть!

Абель засмеялся и покачал головой:

— Вэл, тише-тише, я ничего не понял. Можно сначала?

Абель походил немного, слушая весь рассказ Валентины, затем остановился и сказал:

— Стоп. То есть на север мы не можем идти уже, да? Нет смысла.

Валентина ответила:

— Ну да. Больше нет смысла идти — все божественные маги переубеждены. Мы справились.

Абель улыбнулся:

— И что дальше? Домой теперь?

Валентина сказала:

— Нет. Не домой. Сначала мы должны встретиться в городе Лонзо, потом уже пойти домой. А то мы же не пойдём раздельно сейчас, верно?

Абель кивнул:

— Ну, я это и имел в виду. Пошли. Встретимся. Я очень рад за Норн, которая теперь ученица Альдебарана.

Норн фыркнула из динамика:

— Эй, я и не просила благодарности.

---

В другой, тёмной части уголка стоит Обливион. Он пытается собрать кубик Рубика, но тот резко разваливается. Он успел в последний момент украсть у Зензы из психбольницы кубик Рубика.

Появляется Зет и говорит:

— Эй. Я понимаю, ты, наверное, пугаешься. Всё-таки император, походу, даёт опасный указ. Знаешь, я и сам иногда побаиваюсь этого императора демонов. Знаешь, больно уж он слишком опасный и страшный. Он здесь главный и пользуется авторитетом у вас. Но мы должны его слушаться. И он выполняет свои обещания. Вот это отличает его от нормального человека. Хотя я не думаю, что он человек в этих страшных доспехах.

Он тяжело вздыхает и продолжает:

— Пора приступать к первой фазе плана, ладно? Ты в нём не участвуешь. Скорее, мы тебя собрали как последний сильный демон по ряду. Повезло, что ты именно шестой, а не седьмой.

Он резко открывает портал и уходит туда — прямо в королевство демонов.

---

Зет оказывается в тёмном дворце. Он осматривается — везде висят страшные картины, коридор тёмный, с красной дорожкой. Он проходит дальше и заходит в другую комнату, где сидит саммит демонов — двенадцать человек в красных капюшонах.

— Я пришёл, — говорит Зет. — Где то, что я просил? И то, что вы хотели мне отдать?

Выходят самые главные из них — мужчина с зелёными волосами. Он говорит:

— Снимай красный капюшон. Ты вообще уверен, что твой план сработает?

Зет отвечает с раздражением:

— Вы знаете, я не хочу снова ссориться и тянуть здесь время. Можете побыстрее, ладно?

Другие согласились и передали ему огромный длинный гроб. Зет сказал:

— О боже! Могли бы нормально его тут похоронить.

Он сел, начал тащить гроб и сказал:

— Всё должно пройти именно по плану. Если, конечно, не сломается. Я доложу вас об этом — вы даёте мне ресурсы, я их выполняю.

Они выходят из комнаты.

---

Мы слышим голос механического императора — усиленный, низкий:

— Знаете, мои подданные…

Все смотрят на него. Император продолжает:

— Я — император демонов. Существо, которое существует семнадцать триллионов лет. Это ровно столько же, сколько и наш мир. За всё моё существование я так и не смог дальше пройти границу Кровавого измерения. Я прошу вас: когда меня запечатали магические боги, божественные — освободите меня. Даже если у вас не получится, хотя бы перенесите весь замок прямо во Вселенскую. Зет, ты наша единственная надежда в этом. Так что исправь, ладно?

Зет кивнул.

Император продолжил:

— Знаете… А ведь некоторые демоны и не дают толком пользы. Некоторые, как десятый дивизион или одиннадцатый, просто существуют, чтобы поиграть от рук детей. На войне даже сейчас это видно. Вот чем были полезны, например, Рафаэль или Джиджи? Что они сделали? Какой-то бесполезный хаос.

Кто-то из саммита демонов сказал:

— Ну, они хотя бы запечатали Люциуса.

Император перебил:

— Ну и что с того? Его всё равно через какое-то время раскроют. Вы, саммит демонов — получеловеки и полудемоны, которые работают у меня и живёте на самой вершине над демонами дивизионов. Но я так и не чувствую пользы с вашей стороны.

Главный из саммита ответил:

— Эй, извините, сэр. То, что мы получеловеки, не значит, что мы имеем человеческую природу. Мы больше склонны к демонам, так что мы очень верны вам, не бойтесь. Наш план очень готов. И мы обещаем его выполнить.

Император сказал:

— Всё-таки у вас была другая тема разговора. Ну ладно. Я издаю новый закон и доложу об этом. Это будет серьёзный закон, который повлечёт за собой многие дела. И это ведь поможет твоему плану Б, да, Зет?

Зет удивился:

— Да… Вы хотите к этому приступить?

Император медленно кивнул. Зет сказал:

— Тогда я не подведу вас.

Он утащил гроб за собой и закрыл портал. Пришёл к Обливиону и жестами спросил: «Что это?»

Зет ответил:

— Поможет потом. Увидишь. И знаешь… Походу, началось.

Обливион удивлённо схватился за щёки. Зет сказал:

— Да, я сам в шоке. Ну ладно, тебе и мне беспокоиться не о чем. Но вот то, что мы будем видеть на протяжении следующих месяцев — это будет реально стрёмно.

Он замолчал, затем добавил:

— Хотел бы я не участвовать в этом, если бы не этот саммит демонов. Я так и не знаю ни одного нормального там человека. Они говорят, что они демоны — нифига. Они полностью человеки, внешность у них такая. Вот я, например, похож на

человека? Нет, конечно же.

Он закрыл книгу и сказал:

— С помощью этого гроба я смогу начать свой план. Приступаем. А также к будущей цели — создать пчёл, которые будут совершенны.

Конец шестьдесят третьей главы.

Глава 64

ГЛАВА 64

Тёмная лаборатория внизу академии. Сырой воздух, тусклый свет от редких ламп, запах металла и пыли. Где-то вдалеке капала вода. Агнес шла впереди уверенно, её шаги эхом отдавались в коридоре, а сзади плёлся Клифф, оглядываясь по сторонам с явным страхом.

— Что это за место? Где мы находимся? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал.

К Агнес подлетел ворон Роберт, что-то шепнул ей на ухо и улетел. Агнес кивнула, затем ответила:

— Да так, просто склад внизу академии. Тут почти никто не бывает.

Клифф нахмурился:

— И ты тут экспериментируешь, чтобы воскрешать мёртвых, да?

Агнес усмехнулась:

— Можно и так сказать.

Клифф оглянулся на тёмный коридор, ведущий в неизвестность:

— Ну и что нам тут надо? А… Тут паук. Мне страшно.

Агнес остановилась, повернулась к нему и приподняла бровь:

— Ты мужик или нет? Просто сейчас дойдём, а потом ты сделаешь свою работу и уйдёшь молча. И никому не расскажешь.

Клифф выдохнул:

— И всё? Что я получу взамен?

Агнес резко повернулась к нему впритык и посмотрела прямо в глаза:

— А чего ты хочешь от меня? Чего ты хочешь?

Клифф отшатнулся:

— Ну…

Агнес отвернулась и пошла дальше:

— Вот и ладно. Просто поблагодарю и всё. Если хочешь, могу заплатить.

Клифф покачал головой, догоняя её:

— Не надо. Денег не беру.

Они пошли дальше.

Клифф в мыслях прокручивал увиденное:

«Очень странное место. Как я вижу, тут много хороших приборов и гаджетов для наблюдений, а также для собирания информации и магии исцеления. Но зачем они Агнес? Что она скрывает здесь? Меня попросили молчать, но… Смогу ли я молчать перед всем этим?»

Они шли по узкому коридору, мимо полок с колбами и странными механизмами. Клифф заметил одну фотографию, приклеенную к стене, и тихо прочитал подпись:

— Клиника для сирот с проблемами мозга и социофобии… Агнес там что, училась? Хотя не удивительно.

Он оторвал взгляд от фото, когда услышал голос:

— Ну, Клифф, где ты там?

Клифф дёрнулся и быстро пошёл вперёд:

— Иду, иду.

Он подумал про себя:

«Так, Клифф, тебе страшно, и ты хочешь закричать, но перед девчонкой это ты покажешься слабым. И что ты пугаешься? Это наша Агнес — такая же, как и всегда. Я и так знал, что у неё там какие-то скелеты в шкафу».

Он случайно перевёл взгляд в сторону и увидел настоящий скелет в шкафу. Клифф застыл на мгновение, затем пробормотал:

— Я имел в виду формально. Но это скелет из биологии, так что неудивительно. Ура… Потерпи и сделай то, что ей нужно. А тебе будет благодарна девушка.

Они подошли к огромному прибору, занимавшему почти всю комнату — металлическому, с мигающими лампочками и сложной системой проводов. Агнес остановилась перед ним, повернулась к Клиффу и сказала:

— Ну вот. Делай.

Клифф застыл:

— Что?

Агнес повторила, чуть раздражённо:

— Ну делай. Чини этот огромный прибор.

Клифф растерянно осмотрел конструкцию:

— О чём ты? Что мне нужно чинить? Эм… Зачем чинить? И как он вообще действует? Ты не расскажешь?

Агнес указала на механизм:

— Видишь этот прибор? Оно не работает при включении. Каждый раз, короче, предмет она выплёвывает.

Клифф нахмурился:

— Предмет она выплёвывает? Что?

Агнес замялась:

— Ну, как бы… Эм… Типа туда засовывают что-то.

Клифф удивился:

— Туда ещё и что-то засовывают? Агнес, фу!

Агнес тяжело вздохнула, закатила глаза и достала из кармана кулон:

— Эх… Ну ладно. Вот!

Клифф узнал его:

— Ну, кулон Валентины. Мы знаем, что он у тебя, и не знаем, почему ты его хранишь. Ты хочешь сказать, что хочешь сломать его?

Агнес возмутилась:

— Что? С ума сошёл? Короче, я хочу объяснить тебе быстрее, чтоб ты меньше задавал мелких вопросов. Каждый раз, когда я вставляю этот кулон в механизм, он должен работать, но работает пару секунд, а потом выплёвывает кулон обратно. Я тебя сюда притащила, чтобы ты понял — почему.

Клифф перевёл взгляд с кулона на механизм:

— А зачем кулон туда?

Агнес посмотрела на него с яростью в глазах. Клифф быстро сказал:

— Ладно, ладно, помогу. Показывай, как вообще это действует.

Агнес положила кулон в специальное углубление, нажала на кнопку. Механизм начал работать, кулон раскрылся, засветился — но через пару секунд резко выплюнулся обратно, отлетев в сторону.

Клифф подошёл ближе, осмотрел механизм и сказал:

— Хм… Странно. А как кулон вообще работает без демонов?

Агнес замялась:

— Ну… Наверное, этот механизм как раз-таки и делает то, чтобы оно заработало.

Клифф покачал головой:

— Ничего подобного. Кулон работает только при наличии первобытной тьмы — как у Валентины, а также у демонов. Конечно, они не работают. Ты чё?

Агнес махнула рукой:

— Это сейчас не главное — работает ли оно или нет. Ты лучше проверь, почему оно выходит из механизма.

Клифф вздохнул:

— Ладно, попробую.

Он начал осматривать механизм — заглянул внутрь, проверил провода, постучал по корпусу. Затем спросил:

— А как долго этому механизму?

Агнес замялась:

— Ну… Не мало.

Клифф повернулся к ней:

— Агнес, говори точно, а то я не могу помочь.

Агнес ответила:

— Несколько лет.

Клифф присвистнул:

— Конечно, заржавело всё. Будет сложно, чтобы она качественно работала. Но я попробую.

Он залез в механизм, достал ключ и начал чинить провода, подкручивая детали. Агнес сказала с тревогой:

— Эй, будь осторожен! Таких нигде нету, если что.

Клифф не оборачиваясь, спросил:

— А откуда ты это достала?

Агнес ответила коротко:

— Я же говорила — без подробностей.

Клифф настаивал:

— Я должен понять, откуда это, чтобы понять, как с ними работать.

Агнес помедлила, затем сказала:

— Ну… Я создала сама. Понимаешь, на основе этого кулона.

Клифф удивлённо выпрямился:

— Ничего себе, ты сама? Это какой нужно быть гением, чтобы создать такое в одиночку? Какого чёрта?

Он задумался на мгновение, затем добавил:

— Или настолько тупым, чтобы создать такой некачественный механизм.

Агнес закатила глаза.

Клифф снова полез в механизм и сказал:

— Через пять минут закончу. Сделаю так, чтобы этот кулон не вылетал со всей силы из-за переизбытка. А куда мне нужно направлять силу кулона?

Агнес показала в сторону:

— Вон туда.

Она указала на железную коробку в углу. Клифф спросил:

— А там что?

Агнес резко ответила:

— Твоя мама!Клифф черть возьми можешь молча работать?

Клифф поднял руки:

— Ладно, ладно. Всё будет сделано.

Он отвернулся к механизму и подумал про себя:

«Эх… Не хочу я быть соучастником механизма конца света. А вдруг там атомная бомба? Что нам с вами тогда делать? Так нужно придумывать уже оправдание для королевства, а также для Хаюки».

Он посмотрел на кулон, потом на Агнес и тихо сказал себе под нос:

— Эх… Придётся попрощаться с божественным статусом.

И вот, через несколько минут Клифф закончил. Он вылез из механизма, отряхнул руки и отошёл на шаг. Механизм заработал — загудел, засветился, и индикаторы загорелись ровным, стабильным светом.

Агнес молча поставила кулон в углубление. Она ждала, пока всё заработает, и буквально грызла ногти от волнения. Когда кулон не вылетел, она облегчённо выдохнула, и на её лице появилась редкая, почти детская радость.

Клифф сказал с облегчением:

— Ох… Заработала.

Но затем он прищурился, всматриваясь в механизм, и его голос стал настороженным:

— Агнес… Мне кажется, или с механизмом что-то не так?

Он начал отходить на несколько шагов назад. Агнес обернулась:

— А что, тебе что-то не так кажется?

Клифф сказал, не сводя глаз с прибора:

— От него исходит такая же первобытная тьма, что и от Валентины в первой встрече.

Агнес кивнула:

— Оно-то и должно так делать.

Клифф нахмурился:

— Ну… Если ты хочешь сделать что-то плохое, не ввязывай в это меня, ладно?

Агнес повернулась к нему и сказала, и в голосе её впервые за долгое время послышалась искренняя благодарность:

— Ты мне больше и не нужен. Спасибо, Клифф! Я очень рада, что ты мне помогаешь. Ты единственный, кто может помочь мне, даже не спросив «зачем».

Клифф смутился:

— Ну что ты… Всегда готов помочь.

Агнес отвернулась к механизму:

— Ты мне больше здесь не нужен. Можешь уходить.

Клифф удивился:

— Что? Так… Так быстро? Я хотел посмотреть… Ну ладно.

Он уже направился к выходу, но остановился, обернулся и спросил:

— Агнес, напомни… Ты откуда?

Агнес застыла на мгновение, затем ответила:

— А зачем тебе?

Клифф сказал:

— Мы уже три года дружим, а ты всё ещё молчишь, откуда ты? Ты не понимаешь, что это странно?

Агнес ответила коротко, без эмоций:

— С приюта я.

Клифф кивнул, принимая ответ:

— Ну, вот. Вот теперь доволен.

— Ага, — сказал Клифф. — Просто удивлён, что с приюта в принципе кто-то пробился до Великой академии. И настолько умён, чтобы создать всё в одиночку.

Он развернулся и ушёл.

Агнес осталась одна. Она сжала кулак, подошла к железной коробке и сказала тихо, почти шёпотом:

— Можно приступать.

Она открыла шкафчик, где был спрятан связанный демон, и поправила его, чтобы тот не издал ни звука. Демон замер, и наступила тишина.

Но Клифф, уже уходя, услышал подозрительный звук. Он быстро вернулся и заглянул в комнату:

— Что это было?

Агнес прикрыла демона рукой, отступив к шкафчику, и сказала с натянутой улыбкой:

— Ничего. Просто я уронила предмет.

Клифф прищурился:

— Такой огромный предмет, что-то уронила?

Агнес быстро ответила:

— Стол просто. Не беспокойся, можешь уходить.

Клифф посмотрел на неё подозрительно:

— Агнес… Если что-то не так, я сейчас позову директора Ариэль.

Агнес призвала Роберта — ворон бесшумно сел на её плечо, и она сказала с угрозой в голосе:

— Только попробуй. Клифф, ты обещал, что будешь молчать.

Клифф поднял руки в примирительном жесте:

— Ладно, ладно. Просто не веди себя так странно. Тебе этого не понять, потому что ты не видишь со стороны.

Он ушёл окончательно.

Агнес выдохнула, прикрыла глаза и сказала:

— Чуть не спалилась.

Она посмотрела на демона, потом на кулон, и тихо заговорила с собой:

— Ну а что? Кулон не заработал без первобытной тьмы, а я не могу показать, что я пытаю демона вдали от всех, очень скрытно. Если бы Клифф заметил, он бы по-любому рассказал остальным. А без тебя кулон не заработает, и механизм тоже. Я не смогу спасти его…

Она замолчала, затем посмотрела на часы и сказала:

— Ну ладно. Щас, когда чуть-чуть ночь наступит, можем приступать. Через буквально несколько часов. Два-три.

Клифф шёл по коридорам и всё больше не доверял Агнес. Его шаги были быстрыми, решительными. Он направился прямо в кабинет Ариэль.

Он открыл дверь, вошёл и сел. После какого-то времени молчания Ариэль подняла голову от бумаг и спросила:

— Хочешь узнать, откуда… Я уже понятия не имею, как вы… Агнес?

Клифф кивнул:

— Да. Хочу понять, почему она такая. Откуда у неё Роберт и почему она вступила в академию.

Ариэль походила немного по кабинету, задумавшись, затем сказала:

— Хм… Я даже мало чего помню.

Она взяла пару документов, пролистала их и продолжила:

— Если не ошибаюсь, Агнес, по-моему, выиграла в конкурсе того, кто самый умный в приюте, чтобы пойти и учиться в академии после приюта. Это было три года назад. Я мало чего там помню, но помню детали.

Клифф поправил очки и сказал:

— Ох… Надеюсь, это поможет понять Агнес сейчас, а не просто её прошлое.

Ариэль кивнула:

— Так вот…

---

Мы перенеслись во флэшбэк.

Ариэль ходила по городу с охранниками, направляясь в один из приютов. Попутно она сказала охранникам:

— Знаете, с приюта всегда можно было ждать неожиданностей или странных магов. Если что-то пойдёт не так, вы знаете, что делать, ладно? А то не хочу рисковать своей жизнью ради бешеного приюта.

Охранники кивнули. Они подошли к воротам, и один из преподавателей вышел им навстречу:

— О, госпожа Ариэль, мы рады вас видеть. Взгляните на нашу прекрасную и добрую сиротскую местность.

Они смотрели на многоэтажный старый дом. Ариэль сказала, чуть смущаясь:

— Эм… Миленький и уютненький дом.

Преподаватель сказал:

— Пойдёмте, я вам покажу нашу отличницу.

Они прошли внутрь. Один из рыцарей сзади смотрел на детей, которые играли, шептались, и странно косились на пришедших. Ариэль спросила:

— Эм, вы уже провели конкурс, да?

Преподаватель ответил:

— Да, да, да, конечно. Специально для того, чтобы выбрать самого лучшего мага по потенциалу, а также того, кто… Представляете, мы ожидали, что выиграет либо сирота из Лонзо, либо сирота из Люксембурга. А победила какая-то незнакомая девчонка, которая всегда была скрытной, не выходила из своей комнаты и не дружила со всеми, кроме одного парня.

Ариэль сказала:

— Но такие люди всегда имеют огромный потенциал.

Они прошли дальше, и преподаватель добавил:

— Вот, посмотрите. Советую, если вам неправильно понравится, у нас есть другие хорошие маги и дети.

Ариэль покачала головой:

— Нет. Я готова её забрать, если она оправдывает свои ожидания.

Она зашла в комнату и заметила маленькую Агнес, которая стояла со своим маленьким Робертом на плече и не смотрела на неё.

Ариэль сказала с тёплой улыбкой:

— Ну, привет!

Агнес посмотрела на неё и коротко ответила:

— Привет. Что нужно вам?

Ариэль сказала:

— Я преподаватель и одновременно обладательница самой лучшей магической академии. Поздравляю, ты выиграла туда путёвку.

Агнес удивилась:

— Правда что ли? Я типа рада. Спасибо.

Ариэль не поняла её реакции, и преподаватель тихо сказал:

— Я же сказал — она странная. Но, по крайней мере, все у нас такие. Было очень странно, что такая, как она, выиграла среди всех учеников.

Ариэль спросила:

— А в чём твоя магия? Стихийное или духовное?

Агнес ответила:

— Духовное.

Ариэль заметила ворона на её плече:

— Вижу, у тебя есть жар-птица в руках. Я удивлена, что ты в такие годы смогла приютить такую.

Агнес сказала:

— Я её не приучила. Я с ней подружилась. Это Роберт.

Ариэль улыбнулась:

— Я не против. Знаешь, если хочешь, я могу в академии дать и твоему Роберту место. Вы будете вместе учиться.

Агнес оживилась:

— Правда что ли?

Ариэль кивнула. Агнес добавила:

— Но это не единственное, почему я хочу пойти туда. Я долго старалась, чтобы попасть туда.

Ариэль протянула ей руку:

— Ну, тогда пошли вместе.

Она взяла Агнес за руку, и они пошли. Ариэль спросила:

— У меня вопрос: какая твоя главная цель пойти в академию? Некоторые хотят денег, некоторые хотят пойти в Ашуру. А ты?

Агнес посмотрела вперёд и сказала:

— Есть у меня своя цель. Знаете… Помочь кому-то.

Ариэль удивилась:

— О, я понимаю это. А кому?

Агнес ответила:

— Близкому человеку.

Ариэль не стала спрашивать больше.

---

Мы вернулись в реальность. Ариэль закрыла документы и сказала:

— Ну, с тех пор Агнес учится с вами, как обычно. Надеюсь, смогла помочь тем, чем смогла.

Клифф задумчиво кивнул:

— Ну, теперь хотя бы чуть-чуть понятен её характер. Но на мои вопросы это не ответило.

Он встал, направился к выходу и сказал:

— Спасибо, госпожа Ариэль, но я не удовлетворён своими ответами.

Ариэль удивилась:

— А что хотел — о Агнес побольше узнать?

Клифф остановился у двери:

— Ну да. Типа…

Ариэль усмехнулась:

— Ничего себе. Хаюки будет не рада.

Клифф вздохнул:

— Она уже не рада.

Он закрыл дверь и пошёл по коридору. В мыслях пронеслось:

«Эх… Кроме поддержки друзей, у меня сейчас не остаётся ничего».

Он ушёл в класс.

На дворе наступала ночь.

В классе Хаюки сидела за партой, обхватив голову руками, и смотрела на других, которые веселились и болтали. Она тяжело вздохнула, перевела взгляд на учебник, потом снова отодвинула его. К ней подошёл Рин и с лёгкой улыбкой спросил:

— Эй, Хаюки, чё такая смурная?

Хаюки ответила, не поднимая головы:

— Ээ… Скучно просто. Не хватает чего-то.

Рин присел на край парты:

— Да. Наверное, без Валентины и Абеля скучно для тебя, но не бойся. Слушай, они уже закончили и уже направляются домой.

Хаюки покачала головой:

— Да нет, я не о них. Я о другом. Знаешь, мне не хватает чего-то.

Рин наклонился ближе:

— Чего именно? Ого, нашей Хаюки чего-то не хватает? Разве тебе наоборот не хватает всего в мире от радости?

Хаюки задумалась:

— Нет, бывают вещи, которые нужно ждать, а не активно искать.

Рин усмехнулся:

— Всё верно. Это ты про меня, наверное?

Хаюки фыркнула:

— Ой, да Господи, нет. Любовь я имею в виду.

Рин удивился:

— А, так ты, значит, страдаешь от одиночества?

Хаюки покачала головой:

— Нет, я не страдаю от этого. Я скорее страдаю от… Что ли тоски от чего-то.

Рин задумался, затем встал в позу кунг-фу мастера и сказал с пафосом:

— Хм… Понятно. Слушай от меня ответ. Самое ценное в мире — это то, что ты не ищешь любовь. А то, что оно само пытается быть рядом с тобой. Но ты не должна смотреть на это. А должна смотреть не на то, что называется любовь, а на того, кто окажется рядом. И просто будет близким. И поможет, конечно же. Пойми это — ведь не все главные герои это понимают.

Хаюки подумала, затем удивлённо сказала:

— Ничего себе, Рин. Не знала, что ты такой мудрый.

Рин усмехнулся и поправил причёску:

— Да я просто из одного комикса взял эту фразу. Ну если реально что-то нужно — спрашивай.

Хаюки улыбнулась:

— Рин, ты такой добрый, оказывается. Но нет, потом справлюсь. Я пока что осмыслила твои слова.

В комнату зашёл Клифф. Хигамару сразу заметил его и спросил:

— Что случилось? Ты чё, с лестницы упал? Очки наоборот надел.

Клифф поправил очки и сказал:

— Да нет… Да, есть, есть. Вы не чувствуете что-то странное?

Рин похлопал себя по голове:

— Вроде моя голова на месте, а что?

Клифф покачал головой:

— Да нет. Какая-то странное ощущение. У меня вопрос… А как вы познакомились с Агнес и приняли её в коллектив? Напомните, а?

Хигамару пожал плечами:

— А, это не про меня — я пришёл уже после этого.

Канаэ заинтересованно сказала:

— Да-да, можете рассказать? Я хочу понять, как вы подружились с такой замкнутой девчонкой.

Астро вскочил с места и выпалил:

— Дайте угадаю: был один парень, который помог ей влиться в коллектив, да, и она его полюбила, и она не может ему признаться. Я прав? Угадал?

Хаюки покачала головой:

— Ничего подобного. Зачем тебе это вспоминать, Клифф? Скажи мне.

Клифф замялся:

— А что, вы не понимаете, где она вообще? Вам ничего не кажется странным?

Вильгельм спокойно сказал:

— Всё просто. Наверное, любит побыть одна. Что ты её мучаешь?

Клифф сжал кулаки:

— Я не могу это оставить в сторонке. Мне нужно вспомнить.

Анна подошла к нему и сказала:

— Ну что ж с тобой… Всё произошло быстро, как ты помнишь, Клифф. Помню, что нам всем пришлось объединиться, хотя мы не дружили против Рафаэля.

Рин кивнул:

— Да. И нас всех — именно тех, кто геройствовал — поселили вместе в группу «Ц». А дальше уже всё прошло как по маслу.

Канаэ сказала с уважением:

— Какая у вас богатая история.

Клифф вздохнул:

— Но всё равно этого мало.

Хаюки сказала:

— Если хочешь, спроси у неё самой, а не у нас.

Клифф покачал головой:

— Эх… Было бы это легко.

Астро вскочил:

— Так давайте поищем её, что ли! Поможем ей!

Канаэ остановила его:

— Астро, братишка, для таких дел не вмешиваются, если что, ладно?

Астро нахмурился:

— Ну почему? Это же так логично.

Рин задумался:

— Хм… Не помешало бы её найти. А давайте все вместе пойдём! Я, найдём её, давайте!

Клифф поднял руки:

— О, нет, давайте не надо! Лучше реально оставить её одну!

Хаюки удивлённо посмотрела на него:

— А что теперь случилось? Раньше ты говорил, что хочешь найти её, а теперь нет? То есть тебе можно, а нам нет?

Анна добавила:

—Клифф, ты себя странно ведёшь.

Хигамару усмехнулся:

— По ходу, гормоны играют в сторону Уэнсдэй-девчонки, да?Да ботаник?

Клифф покраснел:

— Нет, нет, я не это имел в виду!

Рин махнул рукой:

— Всё, без лишних слов, пошли. Поищем и поможем ей.

Все начали собираться и выходить из класса. Клифф остался стоять один, глядя им вслед, и тихо сказал:

— Что я натворил…

---

В своей очередь , в подвале, Агнес начала свои дела.

Агнес глубоко вздохнула, дрожащей рукой положила кулон в механизм. Тот загудел, засветился, и кулон начал светиться золотой энергией. Демон в шкафчике забился, замычал от боли, и Агнес приложила палец к губам:

— Тише.

Она стояла и ждала, глядя на красный индикатор. Тот медленно замигал, затем загорелся зелёным. Агнес радостно выдохнула, подошла к железной коробке. Её оболочка открылась, и мы увидели, что внутри, в капсуле, лежит парень. С железной рукой, повязкой на глазу, чёрными волосами. Такой же возраст, как и у Агнес.

Она положила руку на стекло и тихо сказала:

— Не бойся. Я сделаю всё, чтобы механизм дошёл до конца, и я смогла спасти тебя.

Она смотрела, как механизм начал по чуть-чуть работать, передавая энергию в капсулу. В воздухе запахло озоном.

Наверху Акай почти уснул на службе, как резко почувствовал что-то. Он обернулся, прищурился и сказал:

— Тьма… Золотой свет… Тут где-то Абель или Норн работают? Но они же на командировке. Что происходит?

Он встал, поправил меч и быстро ушёл вниз.

Внизу Агнес смотрела на неподвижное тело парня и прошептала:

— Эх… Леонардо… Так долго я ждала этого момента. Но всегда не получалось. И сегодня это может случиться, если механизм, чёртов, заработает и кулон поможет мне это сделать.

Внезапно кто-то схватил её за руку. Это был Хигамару. Он крикнул:

— Агнес, что ты делаешь?! Ты делаешь механизм смерти?! А это кто?!

Агнес резко вырвалась, и Хигамару отлетел в сторону. Она крикнула:

— Что ты здесь делаешь?!

Хигамару, разбившись о стену, крикнул остальным:

— Эй! Остальные, Агнес походу хочет всех нас убить! Вот откуда исходит огромная сила тьмы!

Агнес резко посмотрела на Хигамару и одним движением руки опрокинула его через весь зал — он прилетел прямо к бетонной стене и вмазался туда.

Рин подошёл и сказал:

— Агнес, что ты делаешь?!

Агнес создала фиолетовую стену, отрезав путь. Хаюки пыталась вырваться и крикнула:

— Агнес, что ты делаешь?! Ты с ума сошла?! Ты хочешь нас убить?!

Агнес сказала холодно:

— Не вмешивайтесь. И не мешайте мне, прошу, пожалуйста.

Астро выскочил с мечом:

— Я так и знал, что с ней что-то не так! Пошли, добиваем её!

Он пытался прорваться через стену, пробил её и быстро побежал к Агнес с мечом. Он уворачивался от всего, когда оказался близко — Роберт заклевал его, и Агнес одним ударом в живот вырубила его.

— Я не дам никому помешать мне это сделать, — сказала она.

Краем глаза она заметила Клиффа, который только что вошёл, и сказала медленно, с горечью:

— Ну… Клифф.

Клифф отвёл взгляд.

Сзади появилась Мария и обхватила руки Агнес мечом:

— Агнес, с тобой что-то не так. Дай расскажешь, что случилось, без агрессии.

Агнес попыталась вырваться и закричала:

— Да просто не мешайте, всё!

Она посмотрела на механизм — тот начал искриться, почти взрываться. Мария крикнула:

— Уходим! Оно сейчас взорвётся!

Они пытались уйти, но Агнес не уходила. Она оттолкнула Марию и всё ещё с надеждой смотрела на капсулу.

Пришла Анна и хотела выстрелить в механизм, чтобы закрыть взрыв. Агнес помешала ей это сделать, и Анна сказала с горечью:

— Эх, Агнес, ты реально сумасшедшая.

Мария схватила Агнес и начала оттаскивать в сторону. Резко появился Акай, он уже хотел мечом разрезать и закончить всё это — но заметил грустный, потерянный взгляд Агнес и не стал.

Механизм перестал искриться. Из него со всей силой вылетел кулон, уже окончательно разбитый от перегрузки. Демон просто не выдержал и исчез.

Агнес вырвалась, подошла к капсуле и посмотрела на Леонардо. Он даже не двинулся.

Она молча села на колени, взяла сломанный кулон и заплакала.

Хигамару встал, потёр ушибленную голову, и сказал с недоумением:

— Что, чёрт возьми, произошло сейчас?

Все молча стояли. Никто не мог выдавить ни слова. Тишина в комнате была тяжёлой, давящей.

Хаюки первой нарушила молчание, её голос дрожал:

— Почему ты нам не рассказала?

Агнес не переставала плакать. Слёзы текли по её лицу, она сжимала в руках сломанный кулон, не в силах поднять голову.

Анна подошла ближе и сказала с горечью:

— Теперь кулон окончательно сломан… До конца. Я думала, это единственное, что может его спасти. Значит, раз уж и это не работает… Его никак невозможно спасти.

Анна переспросила:

— Кого?

Рин тихо сказал, глядя на капсулу:

— А… Походу, труп.

Акай посмотрел на всё это и сказал твёрдо:

— Давайте обсудим это в кабинете Ариэль.

Они отвезли Агнес туда. Она сидела, опустив голову, и все смотрели на неё. Ариэль скрестила руки и сказала с холодной строгостью:

— Ну и какие у тебя объяснения для этого?

Агнес молчала. Ариэль продолжила:

— Агнес, ты же понимаешь, что на кону твоё отчисление из академии за скрытые опыты, а также хранение демонов в академии, пренебрегая опасности для учеников. И незаконное хранение тела.

Агнес подняла голову и сказала с дрожью в голосе:

— Оно не мёртвое тело.

Ариэль удивилась:

— Что?

Агнес повторила:

— Леонардо… Он не мёртв. Как мне объяснить… У него просто отсутствует душа.

Акай нахмурился:

— Разве отсутствие души не означает, что он мёртв? Его душа ушла на небеса.

Агнес покачала головой:

— Но его оболочка не мертва. Его душу украли, понимаете? Его душа исчезла из тела просто резко в один из моментов. Я пыталась его вернуть.

Рин спросил:

— Но с чего ты была так уверена? И почему кулон Валентины? Откуда ты знала про механизм?

Агнес вытерла слёзы и сказала:

— Я взяла кулон Валентины, потому что оно обладает мощнейшей золотой энергией. Как говорили рыцари — это самый уникальный артефакт с огромной мощью. А как мы знаем, золотая энергия может восстанавливать душу, а также тело рыцарей. Так вот я думала, раз уж никто не может восстановить его, я сама через кулон сделаю это. Имея золотую энергию, я думала, что она поможет восстановить его потерянную душу. А оказывается… Нет.

Хигамару спросил:

— Так если нужно было воскресить и восстановить его, что мешало просто спросить у Норн? Она же золотая, может восстанавливать людей.

Агнес покачала головой:

— Норн только физически восстанавливает, а не психически и не душевно. Я думала, его можно спасти, а оказывается… Нет.

Мария шагнула вперёд:

— Почему ты раньше не сказала? Мы бы тебе помогли.

Агнес горько усмехнулась:

— Ага, конечно, помогли бы. Вы бы просто сказали, что я сумасшедшая. Что я люблю некрофилизм… Да, наверное?

Ариэль строго сказала:

— Нет, нет, нет. Но то, что ты делала это скрытно, ставит под угрозу твоё существование. Нам нужно полное объяснение, Агнес. Иначе мы не сможем решить, что с тобой делать, пока ты не расскажешь всё, что было. С самого начала.

Агнес вздохнула, посмотрела на всех и тихо сказала:

— Не люблю я прошлое рассказывать.

Ариэль твёрдо сказала:

— Но ты здесь вынуждена это делать.

Агнес тяжело вздохнула, сжала руки в кулаки и сказала:

— Ну ладно… Слушайте.

Мы перенеслись в её флэшбэк.

Агнес привезли в сиротскую клинику. Девять лет назад.

Она стояла грязная, с потрёпанными волосами и бешеным взглядом, сжав кулаки, готовая к любому удару. Молодой преподаватель-женщина посмотрела на неё, затем на двух мужчин в закрытой одежде с круглыми формами тела, и сказала:

— Очередная новенькая.

Один из мужчин хмыкнул:

— Представляете? Её бросили в канаву. И приложили записку. Если хотите — берите. Осторожно, кусается.

Они оба рассмеялись. Агнес стояла неподвижно, не сводя с них глаз.

Преподаватель сказала:

— Заберите её молча. Не хочу из неё растить страшную агрессивную девчонку. Поможем ей нормально вырасти.

Её отвели в комнату, помыли. Когда она вышла, её волосы уже были уложены, но она сама сделала чёлку закрытой, пряча свой взгляд.

К ней подошёл преподаватель и спросил:

— Как тебя зовут?

Агнес коротко ответила:

— Агнес.

Преподаватель кивнула:

— Раз уж тебя зовут Агнес… Это теперь твой дом. И ты здесь учишься, работаешь, ешь и живёшь. Ладно?

Агнес кивнула.

С тех пор началась её жизнь в клинике. Её не любили. Её избегали. Всё из-за тёмной ауры, которая проявлялась в её магии затворничества. Она это сама понимала и сама любила своё одиночество. Просто сидела и рисовала.

---

В один из дней, когда она просто ходила по коридорам клиники, она услышала странные звуки на складе. Она медленно прошлась туда и заметила, как кто-то запутался в одеяле и быстро выбирался из него.

Агнес подошла и резко раскрыла одеяло.

Ворон вылетел со всей силой и начал метаться по комнате, ударяясь о стены. Агнес испугалась, но ворон снова застрял. Она медленно подошла к нему и сказала:

— Эй… Не бойся! Я тебя не трону.

Ворон посмотрел на неё странно. Агнес заметила огромный шрам на его лице и сказала:

— О боже… Что с тобой?

Ворон показал взглядом на детей на улице. Агнес поняла:

— Это они с тобой сделали? Кидали камни? О господи… Иди ко мне, я тебе помогу.

Ворон отказался, но Агнес сказала мягко:

— Я могу тебе помочь. Ты же видишь — я сама открываю один глаз. Пожалуйста.

Ворон поддался. Она помогла ему, выпустила, дала лекарство для глаза. У ворона остался шрам, и он улетел.

---

Через какое-то время он вернулся. С запиской. Агнес прочитала:

«Меня зовут Роберт. Я жар-птица, выгнанная из академии жар-птиц из-за того, что не умею тщательно колдовать. Хочу вернуться. Был бы не против, если бы вы приютили меня».

Агнес улыбнулась и сказала:

— Ну, я, конечно, не против. Хорошо иметь друга здесь.

Ворон сел на её плечо и резко ударил её по голове. Агнес не поняла, а потом резко закрыла один глаз и начала видеть через другой — глазами Роберта. Она удивлённо сказала:

— Роберт… Полезный ворон. Хорошо следить за остальными будет.

С этого момента Агнес и Роберт всегда были вместе. Жили, работали, дружили. Агнес очень полюбила Роберта — игралась с ним, обнималась, спала вместе.

---

В один из дней Агнес сидела на скамейке и говорила Роберту:

— Роберт, а что будем делать, когда закончим в этом страшном месте? Уйдём куда-то. Какие у тебя идеи?

Роберт что-то шепнул. Агнес сказала:

— Не знаю… Ещё кивнул плечами. Агнес задумалась:

— Как тебе идея о том, чтобы уйти в горы и жить там очень медленно и красиво?

Роберт снова что-то шепнул. Агнес вздохнула:

— Да, плохая идея. А может попробовать?

Её резко перебил пацанский голос:

— Спасибо. Пойти в город и улучшить свои навыки магии.

Агнес и Роберт повернулись и заметили парня с повязкой на глазу и железной рукой. Он сказал:

— Ээ… Не бойтесь, я с миром. Я не пришёл вам грубить или обижать.

Агнес настороженно спросила:

— Ты зачем тогда пришёл? Мы тебе ничего не дадим.

Парень улыбнулся:

— Я Леонардо. Просто хотел познакомиться. Мне стало грустно из-за того, что вы двое всегда одинокие и отдаляетесь от всех. А у вас ходят грязные слухи. Но я не верю в них.

Агнес усмехнулась:

— С чего такой оптимизм и доброта к нам? Ты как прям из романов — просто приходишь, чтобы подружиться. И делаешь добро ради добра.

Леонардо пожал плечами:

— Да. Ну да, можно так сказать. Но что в этом плохого? И знаешь что? Я хотел с тобой подружиться не чтобы тебе помочь, а чтобы себе было выгодно.

Агнес удивилась:

— С чего бы?

Леонардо объяснил:

— Давай поможем друг другу. Знаешь, я хочу поступить в лучшую магическую академию Вселенской, но из-за своей внешности и магических способностей не могу это сделать. Через твоего Роберта я бы мог изучать информацию о других магах. А также брать советы у тебя, как у сильного потенциального мага затворничества.

Агнес прищурилась:

— А с чего мне тебе помогать?

Леонардо сказал:

— А я бы помог тебе влиться в общество. Я ведь тут популярный.

Агнес отрезала:

— Не нуждаюсь в этом.

Леонардо улыбнулся:

— Хочешь, тогда помогу тебе после этого помочь твоему Роберту нормально жить.

Агнес нахмурилась:

— Что ему сейчас мешает плохо жить?

Леонардо сказал:

— Твой ворон неофициально зарегистрирован. Если его найдут, полицейские его просто конфискуют. Потому что ты носишь его запретно.

Агнес задумалась, затем кивнула:

— Ну ладно… Я готова с тобой сотрудничать.

Они пожали руки.

---

Они начали работать вместе. Агнес помогала Леонардо через Роберта следить за состоянием магов. Леонардо помогал через своего отца сделать так, чтобы Роберт был официально у Агнес. Они проводили много времени вместе каждый день.

В один из дней Агнес спросила:

— Леонардо, а зачем ты хочешь пойти в академию Селенции?

Леонардо ответил:

— Понимаешь, Агнес… Это моя мечта. Стать великим магом. Просто это так величественно. И это моя надежда. Я понимаю, ты не хочешь туда и, наверное, не будешь идти, но было бы круто пойти вместе.

Агнес смутилась и отвела взгляд:

— Ну, конечно… Мы не пойдём вместе. Зачем мне это? Да я вообще перестану с тобой общаться после того, как ты мне поможешь.

Леонардо тихо сказал:

— Не говори так. Мне больно становится.

---

Прошёл ещё год. Леонардо и Агнес очень сблизились.

В один из дней они сидели на скамейке, и Агнес спросила:

— Леонардо… Почему у тебя такая рука и глаз?

Леонардо посмотрел на свою железную руку:

— Это то, что бывает, когда пользуешься магией без присмотра родителей. А глаз… Ну, понимаешь… Я сражался за девочку в детстве, и парень ударил меня вилкой. Класс, прям.

Агнес улыбнулась:

— Ты сражался за девочек? С парнем, ради одной девочки? Благородно или тупо… Никогда в такой жизни не видела.

Леонардо усмехнулся:

— Ага, представляешь. У меня закрытый левый глаз, а у тебя закрыта чёлка на втором глазу. То есть мы почти одинаковые. Тоже скрываем глаза.

Агнес тихо сказала:

— Да, но у меня он хотя бы есть.

Леонардо улыбнулся:

— Так давай покажи что ли.

Он медленно начал убирать чёлку Агнес. Она смутилась, но не отстранилась. Леонардо полностью отодвинул её чёлку, и мы впервые увидели её лицо открытым.

Леонардо выдохнул:

— Вау… Просто… Посмотрим.

Агнес смущённо спросила:

— Что я… Так реально выгляжу?

Леонардо сказал:

— Тебе стоит так больше ходить. Хотя нет… Меньше ходи. А то вдруг в тебя кто-то влюбится. Я не потерплю этого.

Агнес покраснела:

— Ну, Леонардо…

Роберт радостно закаркал. Леонардо сказал:

— А что мы что-то сегодня задерживаемся? Давайте пойдём к урокам.

Они радостно пошли.

---

Прошло ещё время. Агнес заметила, что Леонардо стал часто не выходить из комнаты. Она пошла к нему и сказала:

— Леонардо! Леонардо, где ты? Почему ты так сильно скрываешься?

Она вошла в комнату и застыла. Леонардо лежал на полу без сознания.

Агнес подбежала к нему, начала трясти:

— Леонардо! Вставай! Что с тобой?! Аллё! Аллё!

Он не дышал. Она запаниковала, но заметила дневник, который он не успел дописать. Она взяла его и начала читать.

С каждой страницей она погружалась всё сильнее.

«Сколько бы мне не помогала прекрасная Агнес, сколько бы я не тренировался с магией, сколько бы я не пытался освоить хотя бы базовую магию — для меня это не получалось. Мне становилось больно каждый раз. Родители не смогут помочь. Не великолепная Агнес, не через Роберта, не через тренировки. Мне всё сложнее. Моя инвалидность не даёт мне покоя. Мне трудно жить, как бы я не хотел показать остальным».

«В один из дней Агнес спросила меня: "Не хочешь ли ты восстановить руку?" Я сказал, что хочу этого больше всего на свете, но это почти невозможно. Мне хочется больше не жить отсюда. Я уже окончательно понял, что во Вселенскую академию я не поступлю. Я не знаю. Я не чувствую больше ничего. Пустота с каждым годом усиливается. Ничего не привлекает к вниманию жизни».

«Прошлой ночью ко мне в сон зашла какая-то душа и умоляла меня продолжить жизнь. Я не понял, как его зовут, вроде Джефф или Джеффри, я не запомнил. Он что то говорил о наказание за неповиновение душам из высшего чего то , но мне было плевать.Агнес прекрасная пыталась меня прободрить вчера. Я понимаю её помощь и одобряю лучше всего. Единственный лучик света в моей страшной и неизменяемой жизни».

«Сегодня я решаю последний раз уснуть и прибегнуть к действиям завтра. Посмотрим».

«Тут душа что-то пытается меня забрать. Джефф или кто там ещё меня предупреждал, что отклонение от предложения жить только усугубляет положение. Помогите, кто-то крадёт мою душу! Нет!»

Дневник обрывался на этом.

Агнес уронила дневник. В ужасе она схватила Леонардо и потащила его к доктору вместе с Робертом.

В больнице ей сказали:

— Леонардо… У него ничего не случилось. Непонятно. Сердце просто перестало биться. Он не дышит. Но физически он не мёртв. Его как будто выдернули из мира, а его душу высосали. Кто-то забрал её и ушёл с ней. Непонятно куда.

Агнес не поняла, что произошло, но поняла одно: Леонардо не мёртв.

С каждым новым днём она носила его к новым докторам, но ответ был один и тот же. Она не понимала, что делать, и сказала Леонардо, что сделает всё, что угодно, чтобы он проснулся. Она верила, что он жив. Она отомстит тому, кто украл его душу, и спасёт её. И исполнит его мечту — жить и учиться в академии.

Она сохранила его тело в специальной капсуле и сказала, что никому не расскажет. Она посмотрела на Роберта и сказала:

— Давай исполним его мечту. А также поможем ему восстановиться.

Роберт кивнул.

---

Через какое-то время она услышала о конкурсе — на самого умного сироту в приюте. Победитель пойдёт в академию.

На лице Агнес появилась загадочная серьёзность. Она сказала:

— Давай же, Роберт. Поможем Леонардо. И хватит говорить об этом — он не мёртв! Чёрт возьми!

Она говорила это через слёзы и сказала:

— Пошли уже. Поступать в эту академию и побеждать остальных.

---

Конец флешбэка.

Все застыли. Никто не мог произнести ни слова.

Ариэль медленно кивнула, осмысливая услышанное:

— Так вот в чём дело… Агнес, что тебе раньше мешало рассказать эту историю?

Агнес опустила взгляд и тихо сказала:

— Я уже сказала причину.

Хаюки тут же обняла Агнес, прижимая её к себе, и сказала с теплотой:

— Почему ты не сказала, подруга? Мы же дадим тебе то, что тебе не хватает. И если бы ты раньше сказала, мы бы со всеми остальными помогли тебе вернуть душу твоему любимому парню.

Рин кивнул:

— Ага, да, конечно. Там тема с душами просто навязана. Удзуки и Валентина бы тебе за два счёта помогли.

Агнес вытерла слёзы и сказала с горечью:

— Откуда я это знала? Всё уже… Нельзя ничего вернуть.

Ариэль серьёзно сказала:

— Случаи того, что души были украдены у человека, уже не впервые в Вселенной. Но плохая новость — ни разу никогда не выполненная.

Акай добавил:

— Возможно, это связано с высшими духами слоя астрала.

Ариэль нахмурилась:

— Ты про то из психбольницы?

Акай кивнул:

— Да. Конечно. Всё, что связано с душами, исчезновениями и изуродованиями, можете относить к ним. Ты сказала что-то про Джеффа, да? Джефф — это искусственный интеллект, который помогает душам перестать думать о суициде, если у них нет воли к жизни, и помогает им жить.

Хигамару подхватил:

— Да, да, да, то же самое говорил босс, когда рассказывал про свою историю. Ему тоже помог какой-то шарик по имени Джефф.

Акай пояснил:

— Ну так вот. Лучше не грубить им и не идти против них. Леонардо по-любому сделал что-то неправильное, что заставило его исчезнуть.

Агнес с надеждой спросила:

— Так значит, его можно вернуть?

Акай покачал головой:

— Не знаю. В таких делах он не разбирается. Такие инциденты случаются раз за всю историю.

Агнес тяжело вздохнула. Рин хлопнул её по спине:

— Агнес, не бойся, подруга. Когда ты раскрылась, ты теперь одна из нас. Советую теперь тебе идти в наш кружок терапии.

Анна кивнула:

— Да, да, да, конечно. Тебе станет там намного легче. Мы теперь знаем твою историю, и тебе не обязательно скрываться теперь всегда. Ты скрывала, потому что думала, что тебя раскроют. А теперь, когда все и так знают, можно с нами очень близко дружить.

Агнес спросила с сомнением:

— И вы не осуждаете меня за то, что я хожу с телом?

Хаюки улыбнулась:

— Конечно нет, о чём ты? По-твоему, мы будем за это переживать? Пошли лучше уж отдохнём все вместе в кафе и поможем тебе пережить это.

Хигамару энергично закивал:

— Да-да-да, конечно!

Клифф подошёл и виновато сказал:

— Прости, Агнес, за то, что я раскрыл всё это остальным и пытался неправильно понять тебя.

Агнес покачала головой:

— Это уже неважно. Когда всё раскрыто, просить прощения о прошлом уже бесполезно. Но Леонардо так любил это делать.

Ариэль сказала:

— Отлично. Мы отводим твоё тело в специальное место, чтобы там его хранить и попытаться спасти разными методами. Мы потом, конечно, уведомим Валентину и Удзуки.

Агнес кивнула:

— Будьте осторожны с ним. И не повредите его.

Она призвала Роберта, и друзья её утащили, говоря:

— Пошли, пошли уже!

Агнес, чуть смущённо, пошла с ними. Акай усмехнулся, глядя на это, и сказал:

— Хм… А ведь она в одиночку сражалась против всех своих друзей, просто защищая своего любимого парня.

Ариэль сказала задумчиво:

— Значит, этот парень был поводом для того, чтобы такая девчонка пошла в академию. Значит, тоже возьмём его, когда он проснётся?

Они ушли.

---

В другой части Селенции встретились Абель, Валентина и Норн. Они стояли рядом с западной границей. Валентина тут же закружилась в объятиях с Абелем, и они начали обсуждать, что произошло.

Абель сказал:

— Ну ладно. Обсудили всё, что произошло. Теперь давайте домой, ладно?

Они все пошли. Норн спросила:

— А где мы находимся?

Валентина ответила:

— На западе. Направляемся в центр.

Абель обернулся:

— Вы же слышали про группу «Альфа», которые присоединились к нашей группе «Ц» на время?

Валентина кивнула:

— Да, слышала. Меня уведомили несколько дней назад.

Абель сказал:

— Так вот, их база находится совсем недавно… Норн, к чему я клоню?

Норн нахмурилась:

— К чему?

Абель пояснил:

— Какой-то неизвестный демон уничтожил их базу и исчез. Может, пойдём и проверим, что там произошло?

Валентина насторожилась:

— Так демона больше нет же там. И там перестраиваются. Мы же просто пойдём сейчас к людям.

Абель покачал головой:

— Ничего. Изучим и поймём, что это был за демон. Группа «Альфа» не слабая, так что по-любому это не какой-то слабак-демон.

Валентина вздохнула:

— Ладно уж. Пошли.

Они пошли по поляне, которая совмещалась с лесом и одновременно домами. Они пришли на полностью природную местность и заметили руины, а также новые застройки базы группы «Альфа».

Норн присвистнула:

— Ух! Наполовину застроено, наполовину уничтожено.

Абель кивнул:

— Ничего. Давайте пойдём.

Они пошли проверять примерно в сотне метров от базы.

---

А в базе кто-то шуршал с металлом в темноте, а также ходил огромными клешнями по коридорам и попутно говорил:

— Два кролика выбежали на крыльцо и почесали своё…

Он не договорил, как остановился. Повёл своими острыми руками по полу и сказал:

— Отлично! Место для этого подходит. Но… Разве тут сегодня должны прийти группа «Ц»? Я не уверен в этом. Но мне до конца раскрыли план. Я готов его выполнить.

Он резко почувствовал движение в нескольких сотнях метрах и сказал:

— Они уже здесь? Ладно… Посмотрим.

Он говорил это с роботическим и механическим старым голосом. А также с огромными габаритами, которые не вмещались в руины, но пытались туда влезть.

Конец шестьдесят четвёртой главы

Глава 65

ГЛАВА 65

Библиотека. Нанахоши сидела за своим столом, перебирая бумаги, а Айша стояла рядом, протирая полку. Нанахоши смотрела в окно и увидела, как прилетела жар-птица с запиской в клюве. Она подошла, взяла, прочитала и удивлённо приподняла бровь.

Айша спросила с любопытством:

— Что нового?

Нанахоши ответила задумчиво:

— Да так… Походу, создали новую инновационную технологию.

Айша переспросила:

— Что?

Нанахоши объяснила:

— Один гениальный учёный из Ашуры придумал специальные приборы. Новые, экспериментальные. Могут телепортировать в любую точку сразу в королевстве. Пока что их количество ограниченное, и они сделаны в форме синих колец. Надеваешь два кольца на руки, ударяешь кулаками друг о друга — и оказываешься в том месте, которое представляешь. Но только в рамках одного королевства.

Айша обрадовалась:

— Ура! Так это разве не круто? Мы же получается можем сразу отправиться к людям, помочь им, сразу освободить демонов.

Нанахоши покачала головой:

— Это экспериментальная разработка, и она очень ограничена. И тебе не кажется, что это слишком удобно?

Айша не поняла:

— Что?

Нанахоши продолжила, в голосе её послышалась настороженность:

— То есть вот так вот резко появилась новая супертехнология, которая может помогать нам безупречно. И это сделано одним человеком из Ашуры. Тем более человеком, а не магом. Хм… Что-то тут нечисто.

Она посмотрела на свой стол и заметила сундук:

— О, уже здесь оказались.

Айша подошла ближе:

— Где?

Нанахоши открыла сундук и сказала:

— Хм… Пятнадцать штук. По-моему, всем хватит в группе «Ц».

Айша с надеждой спросила:

— А мне можно?

Нанахоши усмехнулась:

— Что, ты по магазинам хочешь шляться с этими кольцами?

Она взяла два кольца, надела их на безымянные пальцы и сказала:

— Ну давай проверим, что ли.

Она ударила кулак о кулак и оказалась в другой стороне библиотеки.

— Работает.

Айша радостно сказала:

— Давай пойдём и остальным расскажем!

Нанахоши сняла кольца и оставила их на столе:

— Я не буду ими пользоваться.

Она оставила два кольца в сторонке и сказала:

— Да так, на всякий. Мне всё-таки стоит побольше узнать их природу. Откуда они появились — больно уж слишком много совпадений. Тебе не кажется это роялем в кустах?

Айша усмехнулась:

— Да брось. Ты всегда колючка, что ли?

Нанахоши приподняла бровь:

— Откуда ты узнала эту кличку?

Айша смутилась:

— Что? Это кличка разве?

Нанахоши махнула рукой:

— Ну ладно. Ашура и Селенция и так друг другу помогают по технологиям. По-твоему, откуда появилась технология жёлтых шариков? Это они нам дали — тоже резко и без предупреждения. И они стали частью нашей жизни. А это тоже поможет.

Айша забрала сундук и сказала:

— Я короче пойду и отдам всем остальным.

Она ушла.

Нанахоши осталась одна, задумчиво глядя ей вслед, и тихо сказала:

— Хм… Как скажешь.

Айша пошла в класс, где сидели все — и группа «Ц», и группа «Альфа» одновременно.

В классе Анна читала газету, водя пальцем по строчкам:

— Да, всё верно. Гениальный учёный из Ашуры под именем Аки создал специальные инновационные кольца для телепортации. Они были специально разработаны, чтобы улучшать жизнь, но пока что это экспериментальный и ограниченный вариант. И это досталось специально для группы спецназа из Селенции, чтобы намного быстрее помогать против демонов. Этот учёный известен как стажёр великого мудреца, который создал жёлтые шарики, а также разделил магию посоха и меча. И наконец-то создал что-то своё. Прибор был создан вчера, так что доставка пришла нам только сейчас.

Удзуки взял в руки кольца, повертел их, рассматривая:

— Ничего себе, стильные. Хм… А интересно, они реально работают?

Айша радостно сказала:

— Она хочет сказала, что это слишком удобно вышло, но это же правда круто, да?

Хигамару нахмурился:

— Ничего не круто. То есть теперь все будут оказываться в разных местах, куда захотят, просто по щелчку пальца?

Мария поправила:

— Не по щелчку пальца, а по удару кулаков.

Хигамару махнул рукой:

— Да нет, это какой-то бред.

Астро с восторгом рассматривал кольца:

— С кольцами в руках, на больших пальцах. Ого, это же круто! Представьте: на Вселенскую нападает демон на севере, мы тут сидим дома, получаем призыв оттуда и просто ударяем кулаки об кулак — и тут же оказываемся там.

Александр скрестил руки:

— Это какой-то бред. То есть просто так будем телепортироваться? Мне кажется, это слишком удобно и слишком приятно.

Хаюки пожала плечами:

— А что удивительного? Два королевства сотрудничают против борьбы с демонами. Мы же не знаем, что там разрабатывают в тишине от нас.

Артур спросил:

— А как, на каких пальцах их нужно носить?

Айша ответила:

— Чтобы работали, нужно носить на безымянных.

Удзуки нахмурился:

— Айша, ты сказала, что Нанахоши была против этого?

Айша кивнула:

— Да, ну, неважно. Она просто, как всегда, была колючкой.

Удзуки отложил кольца:

— Если Нанахоши не доверяет им, я тоже не буду доверять.

Хигамару тут же поддержал:

— Да! Если босс не идёт, значит, я тоже не иду.

Рин удивился:

— Почему вы не доверяете?

Удзуки ответил серьёзно:

— С одной стороны, это реально странно выглядит. Когда мы уже и так прошли заговор с дочкой императора Шарлоттой — дай покой ей на небесах. Так вот… Я уже не могу доверять всему, что предлагается просто так. Бесплатный сыр только в мышеловке.

Астро возразил:

— Да, но мы сейчас находимся и так в мышеловке. Как бы нам обязаны все новые инновации привести, чтобы мы сражались против демонов?

Александр отбросил кольца в сторону:

— Хм… Я тоже не буду пользоваться. Старые методы лучше.

Хигамару усмехнулся:

— Да я быстрее сам добегу, нежели чем вы телепортируетесь здесь. Посмотри.

Агнес тихо сказала:

— Лучше пользуйтесь молча, пока это полезно и удобно.

Удзуки взял кольца, повертел их в руках и сказал:

— Ну, они мне, конечно, не идут, но на всякий случай я их возьму. На крайний случай.

Он засунул их в карман и пошёл.

Клифф изучал кольца, поднося их к свету:

— Какая сильная технология… И это сделал Аки? Удивительно просто — обычный человек создал такую магическую мощную вещь. А я всё ещё хожу с магией, но всё ещё не могу придумать чего-то.

Все взяли по два кольца и разошлись.

---

С другой стороны Вселенной Валентина и остальные продвигались к разрушенной базе «Альфы», проходя через руины. Валентина оглянулась:

— Вы не чувствуете никого?

Абель покачал головой:

— Нет.

Норн поморщилась:

— Чувствую запах мёртвых крыс. Давайте уйдём отсюда.

Абель усмехнулся:

— Ты же знаешь нас — мы идём в самое пекло.

Валентина усмехнулась:

— Кто бы говорил.

Абель сказал серьёзно:

— Эй, я серьёзно. Будь начеку.

Резко на них пришла атака сзади. Абель на рефлексах взял меч и отразил огромную железную острую руку размером с тело Абеля. Он заблокировал удар, отпрыгнул назад.

Валентина тут же взяла меч, пригнулась и оттащила Норн подальше.

Абель крикнул:

— Выходим на открытое пространство!

Они вышли из руин, глядя на дом. Из руин начал выходить огромный демон, разрушая основание и потолки.

Валентина, Норн и Абель смотрели наверх, опрокидывая головы назад от габаритов демона. Он выходил из огромной базы, разрушая всё вокруг. Они видели, как он переплетался с железными конечностями, как паук. Его тело было похоже на что-то кентаврическое — огромное длинное механическое тело лошади снизу с восемью ногами, а сверху — тонкое, но крепкое тело с длинными конечностями.

Норн прошептала:

— Но как это возможно?

Валентина сжала меч:

— Не может быть…

Демон заговорил механическим, глючащим голосом, который лагал на каждом слове с буквой "р":

— П-р-р-р-ивет! Я понимаю, что напал р-р-резко и неожиданно, но понимаете, что это и был мой план, да? Р-р-езко убить вас, пока вы сами п-р-р-идёте на базу. Я даже не ожидал, что вы п-р-р-идёте так быстро.

Абель нахмурился, всматриваясь в лицо демона:

— Откуда у него лицо Мориарти?

Они заметили — голова огромного железного демона была точно такой же, как у Мориарти. С бубенцами, сломанной маской, разделённой на две части. Его улыбка доходила до ушей, с множеством острых и маленьких зубов. Застывшая радость и светящиеся красные глаза под одеянием красно-синего клоуна.

Демон переспросил:

— Мо-р-р-иарти? А кто это?

Валентина выдохнула:

— Я сейчас сплю… Откуда у него тело и манера речи Мориарти?

Демон пожал плечами — насколько это было возможно для его механического тела:

— Что за Мо-р-р-иарти? Я — Бетельгейзе. Демон десятого дивизиона. Я что, похож на кого-то?

Норн сказала:

— Ты очень похож на внука божественного мага под именем Мориарти. Ты случайно не знаком с ним?

Демон задумался, почесал свою железную маску острыми пальцами:

— Так вот на основе кого делали моё тело… М… Внук божественного мага? К-р-р-руто звучит. Я и сам понял, что его дизайн такой уникальный и п-р-р-ривлекательный.

Абель спросил:

— Ты демон вообще?

Валентина посмотрела на его плечо и заметила римскую цифру X:

— Да, он десятого дивизиона. Судя по всему, его тело полностью состоит из металла. Хотя имеются и демонические характеристики.

Бетельгейзе сказал, снова чеша маску:

— А что вам не н-р-р-равится? Моя внешность какая-то ст-р-р-анная.

Норн скривилась:

— Уродливая у тебя внешность. Кентавр что ли? С восемью конечностями… Паук что ли… Клоун… Кто ты вообще?

Бетельгейзе усмехнулся, его голос залагал сильнее:

— Да так, я п-р-р-осто обычный демон дивизиона. Я и п-р-р-аньше был.

Абель не отступал:

— Но как у тебя внешность Мориарти? И откуда ты знаешь, что у тебя должно быть его внешность?

Бетельгейзе сказал:

— А… Так это потусторонний делал моё тело на основе одного из мощных магов будущего. Так что тепе-р-р-ь я понял, какой именно.

Валентина нахмурилась, складывая детали:

— Стоп… Получается, тебе создали ещё на войне. Ты умер, и твоё тело перенесли в пчелу — то есть в душу. Во время войны Мориарти не существовало. Но кто-то предвидел будущее и создал на его дизайне тебя?

Бетельгейзе ухмыльнулся, и его механический смех прозвучал как скрежет металла:

— Именно. Догадливая девочка. А мы случайно не знакомы?

Валентина сказала:

— Нет, не знакомы. Но ты должен знать меня. Посмотри внимательнее.

Бетельгейзе посмотрел на неё, склонив голову набок, и его механический голос залагал:

— Ааа… Ты дочка нашей имп-р-р-ратрицы. Ага. Удивительно п-р-р-ям!

Норн перевела взгляд с демона на Валентину:

— Но как это возможно? Он сказал что-то про потустороннего. Что это значит, Валя?

Валентина нахмурилась:

— Я и сама до конца не понимаю. То есть… Тебя создали где-то на войне? Это примерно шестьдесят лет назад. И после этого ты появился, но ты был создан на основе того, кто родится после. Скажи мне — кто тебя создал?

Бетельгейзе пожал плечами:

— А, да так… Один из демонов высшего дивизиона. Я уже забыл. Ты же должна знать потустороннего, да?

Валентина задумалась:

— Потусторонний… Кто это может быть? Разве это не демон третьего дивизиона?

Бетельгейзе кивнул:

— Да, да, точно. Ты же знаешь, что он видел будущее? Он видел то, что никто не видел. Хотя он не имел лица и не умел гово-р-р-рить. Ладно, что мы о нём… Давайте о сейчас гово-р-р-рить. Скажу честно — я не имею способностей того Мориарти, которого вы знаете. Но готов вас убить по п-р-р-риказу Зета.

Абель переспросил:

— Зет? Что за Зет? О чём ты?

Бетельгейзе усмехнулся:

— Ой, п-р-р-рогово-р-р-рился… Да это п-р-р-росто имя моего начальника.

Валентина сказала:

— Ничего удивительного. У каждого дивизиона есть свой правитель и саммит демонов. Это, наверное, какой-то, кто управляет пчёлами и даёт им приказы. Значит, это ты уничтожил эту базу?

Бетельгейзе ухмыльнулся шире:

— Я тот, кто уничтожил базу? Хм… Ну, можно и так считать. Моя цель была дождаться вас и наконец убить. Я не сп-р-р-авился с этим с пе-р-р-вой попытки, но думаю, во вто-р-р-ой попытке уже смогу.

Норн усмехнулась:

— Ага, конечно. Мы сражались с седьмыми и шестыми дивизионами. Таких, как ты, мы каждый день по пачке уничтожаем. Или ты думаешь, у тебя есть шансы?

Бетельгейзе пожал плечами:

— Что, п-р-р-авда что ли? А мне плевать, мне п-р-р-иказали — я буду это делать.

Валентина сказала:

— Поищите, где у него может быть предмет.

Абель осмотрел демона:

— Эм… У него сотни механических деталей. И что будем делать?

Валентина сконцентрировалась:

— Придётся использовать прозрачный мир.

Она открыла глаза и заметила стучащее ядро внутри него.

— Походу, внутри него есть ядро, которое питает его как-то. Попробуем его уничтожить.

Норн кивнула:

— Ладно, давайте п-р-р-иступим.

Бетельгейзе усмехнулся, встав в боевую позу:

— Ну давайте, нападайте! Покажите, что умеет нынешнее поколение охотников!

Он резко побежал своими быстрыми ногами и начал пытаться схватить их. Все трое разбежались в разные стороны. Норн встала на два этажа выше в руинах базы и начала стрелять золотыми атаками. Бетельгейзе легко их впитывал и отражал с помощью металла.

Норн нахмурилась:

— Хм… Он создан из металла, который отражает энергию. Тут нужна только разрушительная сила.

Абель погнался и со всей силой ударил золотой энергией по железным конечностям Бетельгейзе. Он резко разрезал три ноги и вонзил меч в его спину. Бетельгейзе начал быстро впадать в гнев и разрушать всё вокруг.

Валентина подумала, призвала посох вместо меча и сосредоточилась:

— Сила одиночества. Прямой луч. В сердце.

Она сконцентрировалась, и тёмный луч пролетел со всей силой, пронзив его ядро с огромной мощью и пройдя через другую сторону.

Абель отошёл. Норн сказала:

— Я же сказала, что мы легко справимся.

Они подождали. Робот отключился.

Но через несколько секунд он полностью восстановился, собрал свои конечности обратно, все раны затянулись, а ядро снова встало на место внутри тела. Бетельгейзе продолжил драться и кидать в героев бетонными основаниями.

Валентина не поняла:

— Что?

Абель подошёл к ней:

— Вэл… Что это значит?

Норн тяжело выдохнула:

— Если не ошибаюсь, это его способность. У каждого генерала есть по одной способности, которая даёт ему силы. Походу, нужно понять, как он восстанавливается.

Абель сжал меч:

— Эх… Опять демон по типу Рафаэля.

Норн сделала барьер, который ударил Бетельгейзе, и её откинуло, но Абель поймал её в воздухе и сказал:

— Может, попробуешь полностью взять его ядро изнутри?

Норн покачала головой:

— Это почти невозможно. Ядро прикреплено ко всему телу. Если вырвешь — он полностью сдохнет. А убить человека мы не можем.

Они продолжили драться.

Бетельгейзе со всей силой ударил рукой Абеля, и тот начал проваливаться под землю от тяжести удара. Бетельгейзе давил сверху, его механический голос залагал:

— Золотой рыцарь… Давно не видел таких с войны. Как думаешь, сколько я уже таких, как ты, убил?

Абель, стиснув зубы, резко отрезал его механическую руку и вырвался:

— Это мне не важно. Я сейчас осажду тебя, и твоя душа исчезнет.

Бетельгейзе усмехнулся:

— Душа… Так вот как я возродился. Мою душу перенесли через пчелу. Какой же умный оказывается этот Зет.

Валентина подбежала к Норн:

— Норн, мы не можем полностью сломать ядро!

Норн покачала головой:

— Ломание ядра ничего не даёт. Он просто собирается заново. Хотя очевидно, что ядро — это его предмет, в который вселилась пчела.

Валентина сжала кулак:

— Попробуем тогда разрезать полностью его ядро.

Она призвала меч вместо посоха и сделала быстрый рывок. Она оказалась рядом с Бетельгейзе, отрезала его конечности и оказалась сверху:

— Сила одиночества! Круговорот тьмы!

Она сделала мощный круг разреза в воздухе, и ядро полностью разломалось внутри. Бетельгейзе снова отключился. Абель оттащил Валентину в сторону, но сам схватился за живот. Бетельгейзе снова восстановился, его ядро снова стало тёмным и круглым.

— Повторяете одно и то же… А зачем? Разве вы не должны пытаться меня убить?

Валентина отступила на шаг:

— Тут что-то нечисто. Нужен какой-то нестандартный метод, чтобы его одолеть. И освободить человека внутри.

Норн сказала:

— А может, попробуем реально убить его?

Валентина резко ответила:

— Нет. Этого я не поддерживаю.

Абель подошёл ближе:

— Вэл, давай попробуем сначала его ранить смертельно. Он восстанавливает даже самые опасные раны, если его ядро повреждено. А что будет, если мы сделаем это до того, как он восстановится?

Валентина покачала головой:

— Я не буду это делать. И вам не советую.

Норн посмотрела на Абеля:

— Посмотри на неё. Она не переубедится. Это явно не какой-то человек, а монстр с механической душой. Знаешь, а давай позовём остальных.

Абель нахмурился:

— Ты про группу «Ц» и группу «Альфа»?

Норн кивнула:

— Да. Предупредим их.

Она взяла золотой шарик и сказала:

— Они узнают, что мы тут дерёмся.

Абель покачал головой:

— Норн, не надо нам подкрепление. Демон и так слабый — он очень медленный и неповоротливый. Он нас не сможет серьёзно ранить.

Норн настаивала:

— Тут разрушенная база группы «Альфа». Пусть они мстят за монстра, который разрушил их место.

Валентина продолжала сражаться, а Бетельгейзе пытался её поймать. Они гонялись со всей скоростью. Валентина отражала удары, в прыжке увернулась от его клешней в сантиметре от лица и разрезала ему механический живот. После этого оказалась на его голове и разрезала бубенчики.

Бетельгейзе усмехнулся:

— Сильно ты оказывается… Я так и знал, что твоя императрица угадает с тем, что её дочь будет обладать и мечом, и посохом одновременно.

Валентина застыла:

— Что? Откуда она знала это?

Бетельгейзе пожал плечами:

— Не знаю. Она п-р-р-осто думала, что раз уж она сама не пользуется посохом и мечом, её дочь полностью станет наобо-р-р-от.

Валентина удивилась, но Бетельгейзе не переставал атаковать:

— Но как бы я не хотел служить императ-р-р-ице и тебе, Тёмная п-р-р-инцесса… Я должен тебя убить из-за п-р-р-риказа Зета.

Валентина спросила:

— А какой у тебя приказ?

Бетельгейзе сказал:

— Отнести один предмет куда-то. А также дождаться вас.

Валентина нахмурилась:

— Один предмет? Какой?

Бетельгейзе резко наступил на Валентину, но она разрезала его конечность и отпрыгнула:

— А я стала более опытной с мечом, чем прежде.

Она быстро взяла меч вместо посоха и стрельнула тёмной сферой, которая вошла в Бетельгейзе и взорвалась внутри. Он снова отключился, но через несколько секунд восстановился.

Валентина пробормотала:

— Да что за? Разве он не должен исчезнут так же как его предмет?!?

Валентина отошла в сторону и начала анализировать:

«Да как вообще его победить? Раз уж он был убит, его можно победить».

Она смотрела через прозрачный мир и сказала:

— Всё верно. Сила исходит от его ядра. Предмет находится в этом ядре. Значит, это ядро нужно уничтожить. Но каждый раз, когда мы уничтожаем ядро физическим путём, Бетельгейзе не исчезает, а наоборот — восстанавливает все полученные раны до этого. Тут что-то происходит аномальное.

Норн прибежала рядом и сказала:

— А может, попробую я его ядро превратить в золото, как учил меня Альдебаран?

Валентина кивнула:

— Попробовать стоит. Но будь осторожна.

Они кивнули и быстро побежали. Бетельгейзе кидал в них бетонные обломки разрушенной базы «Альфы». Валентина уворачивалась, а Норн прикрывалась золотым барьером.

Валентина резко отрезала одну руку Бетельгейзе, а другую прихватила. Появился Абель, воткнул меч снизу, не давая демону уйти. Норн резко использовала всю свою золотую энергию в луче, который полностью сделал золотым его ядро.

Бетельгейзе резко остановился и не смог двинуться. Валентина и Абель осмотрели его застывшее тело.

Но Бетельгейзе резко восстановился, золото спало, и он продолжил драться. Он откинул Валентину и Абеля вместе на руины.

Норн упала на колени, посмотрела на свою руку и заметила, что на правой руке золото доросло до правого предплечья. Она выдохнула с разочарованием:

— Эх… Бесполезная атака, которая только увеличила рост моих золотых пятен. Ну и что против него делать?

---

В другой части Селенции, в центре академии, Удзуки сидел на диване и услышал громкое сообщение:

«Внимание, внимание! На базе группы «Альфа», которая была разломана неизвестным демоном, сейчас происходит битва между Светлой Надеждой, а также её помощниками, с одним большим демоном. Те, кто слушает это сообщение и находится близко к западу, лучше эвакуируйтесь на всякий случай. Других спецназовцев из группы мы попросим пойти на помощь к ним».

Удзуки удивился и встал:

— Валентина и остальные сражаются с демоном?

Артур подошёл к нему:

— Я не могу оставить это так. Раз уж там тот, кто уничтожил нашу базу, мы не можем оставить это.

Астро кивнул:

— Да, я пойду. Давайте как раз используем те кольца, которые нам дали.

Артур взял кольца и спросил:

— И как этим пользоваться?

Анна подошла и сказала с сомнением:

— Вы точно уверены? Раз уж Валентина и остальные не справляются с ним какое-то время, значит, демон необычный. Артур, ты уверен, что хочешь пойти?

Артур кивнул:

— Раз уж им сложно, мы поможем. Заодно и познакомимся.

Анна смутилась:

— Тогда я с тобой… Ой, то есть с вами.

Астро и Артур переглянулись, но ничего не сказали. Они все взяли кольца, одновременно ударили кулаками и исчезли в синей телепортации.

Удзуки сказал, глядя на пустое место:

— Хм… Они уже пошли помогать Валентине. Стоит ли мне туда идти?

Он посмотрел на кольца в своей руке и задумался:

— Мне точно лучше использовать эти кольца? Валентине нужна помощь, я должен пойти к ней как друг. Но меня же не просили этого делать. Она и сама говорила, что её напарник — Абель.

Канаэ подошла сзади и спросила:

— Удзуки, ты идёшь туда? Я лично да, иду.

Удзуки повернулся к ней:

— Канаэ… Ну, я думаю, не пойти что ли. Мы уже слышали через радио, что это не прям сильный демон, как прежде, но проблем достанет. Не думаю, что будет правильно, если мы всей толпой туда пойдём.

Канаэ покачала головой:

— Твой выбор. Наверное, Валентина там тебя уже ждёт. Но я иду туда только чтобы отомстить этому демону за то, что он помешал нашей базе. Я хочу увидеть, какой он.

Она взяла кольца и сказала:

— И тебе советую.

И исчезла.

Удзуки остался один и тихо сказал:

— Хм… Может, реально стоит? Или нет? Я не знаю.

Александр посмотрел на него и сказал:

— А что, все пользуются кольцами, чтобы туда быстро пройти? Я не хочу топать. Придётся перебороть свою гордость и наконец-то использовать эти чёртовы кольца.

Удзуки сказал:

— Ты уверен? Эти кольца всё ещё какие-то подозрительные.

Александр махнул рукой:

— Да, мне плевать уже. Мне не важно твоё мнение.

Удзуки покачал головой:

— Просто их сделал человек с именем, которое мне так знакомо, и я не прям доверяю этому методу.

Александр ответил с холодом:

— Твоё прошлое — твои проблемы, ладно? А я решил мстить тому, кто чуть не убил мою девушку и меня тоже.

Он резко исчез в пустоте.

Удзуки остался один. Он посмотрел на кольца и тяжело вздохнул.

---

На западе бой продолжался. Бетельгейзе гонялся за Норн по просторным комнатам, и она бегала со всей силы по коридорам, пока Бетельгейзе ломал всё одним присутствием своего тела, разрушая всё вокруг.

Норн остановилась и сделала резкую золотую вспышку. Бетельгейзе ослеп, осмотрелся вокруг. Резко появился Абель и использовал силу благородства — золотую сферу из своего меча, которая разрушила основание Бетельгейзе, но тот поцарапал бедро Абеля своим пальцем.

Абель упал и сказал с разочарованием:

— Эх… Я начинаю выдыхаться. Опять, чёрт возьми…

Он ударил по земле и сказал:

— Почему я такой невыносимый?

Александр подошёл к нему и сказал:

— Так. Прими помощь у тех, у кого есть нормальная выносливость.

Абель удивлённо поднял голову:

— Александр? Это ты?

Тот кивнул:

— Помощь рядом.

Абель с трудом приподнялся:

— Даже я не думал, что мой напарник так быстро придёт.

Валентина сидела и смотрела через прозрачный мир, пытаясь понять, что делать с этим демоном. Как резко её ударила вспышка в лицо — она схватилась за глаза и застонала:

— Почему мне так больно с глазами?

Она вспомнила слова Акая: «Чем больше пользуешься прозрачным миром, тем быстрее станешь слепой, мисс Валентина. Так что будьте осторожнее, ладно?»

Валентина сказала, держась за лицо:

— Ах… Это цена за то, что я так много пользуюсь этой имбовой способностью.

Норн осталась одна на один с Бетельгейзе. Тот медленно шёл к ней, как резко появился кто-то невидимый и разрезал его маску по диагонали, а затем быстро исчез. Норн удивилась. Астро быстро появился из пустоты, взял Норн и побежал дальше, с усмешкой говоря:

— Ха, этот демон слабый, оказывается.

Норн удивилась. Они отошли в сторону, и Астро поставил её на ноги, а потом сказал:

— Так, девочка, не вмешивайся в бой, ладно? Тут только настоящие герои сражаются.

Он посмотрел на Норн и застыл:

— Стоп. Как тебя зовут?

Норн ответила гневно:

— Я Норн. А кто ты такой вообще?

Астро усмехнулся:

— Угу… Злобно. Так это ты та девочка, с которой меня сравнивает Удзуки? Хм, а я думал, ты будешь намного лучше выглядеть.

Норн дала ему по затылку, встала и выпрямилась. Астро заметил, что она выше него, и сказал:

— Вроде мы одногодки, да?

Норн ответила:

— Возможно. Но по возрасту я старше тебя, ладно?

Она ушла и сказала с пренебрежением:

— Твоя жалкая атака не принесла ничего. Нужно сражаться с умом, а не мышцами.

Астро возмутился:

— Эй, да кто ты такая, чтобы так говорить?

Норн обернулась:

— Я золотая наследница, ладно? Умей сражаться, двухцветный мальчик.

Астро разозлился и сжал кулаки.

---

К Валентине подбежала Канаэ и дала ей синий кристалл:

— Придержи у себя в веках.

Валентина послушалась. Через несколько секунд она открыла глаза и увидела всё немного размытым:

— Придётся мне носить очки до сорока лет. Я уже старею.

Канаэ усмехнулась:

— Ха-ха, не бойся. Это лишь временно. Пройдёт потом.

Валентина спросила:

— Что за синяя капля передо мной?

Канаэ сказала:

— Валентина, это я, Канаэ. Вспомнила? Та самая из деревни рядом с Лонзо.

Валентина удивилась:

— Ты всё-таки помнишь! Я рада!

Канаэ замялась:

— Ты же вроде выходила замуж тогда. А почему ты здесь?

Канаэ отвела взгляд:

— Знаешь, давай отбросим эту тему, ладно? Потом вспомним.

Валентина настаивала:

— У меня всё ещё вопросы к тебе по этому поводу. Почему ты не позвала меня на свадьбу?

Канаэ резко крикнула:

— Валентина, берегись!

К ней резко полетела бетонная стена, но Канаэ прикрыла её кристальной стеной. Та разломалась, и Канаэ сказала:

— Мы пришли сюда помогать. Что сделать против этого демона? Ты же лидер, да?

Валентина объяснила:

— Нужно что-то придумать против его ядра, которое вечно его восстанавливает. У тебя есть какие-то идеи?

Канаэ задумалась:

— Может, попробуем полностью выдернуть ядро?

Валентина покачала головой:

— Если полностью выдернуть его ядро из его тела, он умрёт окончательно. А мы не убиваем.

Канаэ вздохнула:

— Блин, точно забыла. Ты же Светлая Надежда. Давай попробуем тогда что-то придумать.

---

Александр быстро вступил в бой и закричал:

— Стиль разрезов! Сотни разрезов по квадрату!

Он резко перепрыгнул и обрушил на Бетельгейзе невидимые сотни мелких разрезов. Демон начал быстро дёргаться, как кукла. Александр быстро проскочил дальше, перепрыгнул через бетонные стены и оказался сверху Бетельгейзе, ударив его по голове.

Но Бетельгейзе отразил удар и схватился за меч Александра, выбросив его как куклу. Александр приземлился и сказал с раздражением:

— Демон десятого дивизиона… Мы не должны против него потеть.

Абель подошёл к нему:

— Он какой-то необычный. И вообще неубиваемый.

Александр сжал кулак:

— Если он неубиваемый, мы сейчас его и убьём.

Он снова помчался в бой.

Валентина стояла чуть поодаль на небольшом холме вместе с Канаэ. Канаэ спросила, всматриваясь в битву:

— Ты увидела, где у него предмет?

Валентина смотрела, как Бетельгейзе сражался между руинами базы «Альфа» с Александром и Астро одновременно, и ответила:

— Предмет находится в его ядре. Но сколько бы мы ни уничтожали его ядро, он снова восстанавливается.

Канаэ нахмурилась:

— Это что за дилемма такая?

Она посмотрела на демона и сказала тише:

— Так вот как выглядит демон, который напал на нас той ночью. Хотя даже не верится, что с такими габаритами он смог так быстро и неожиданно напасть.

Александр сражался с ним быстро, разрезая и перепрыгивая через него каждый раз, и говорил с яростью:

— Я тебя уничтожу за то, что ты пытался нас убить той ночью!

Бетельгейзе усмехнулся:

— А кто ты вообще такой?

Александр ответил:

— Твоя смерть! Артур, твой выход!

Артур резко подскочил и ударил своим тяжёлым мечом по земле. Из земли вышли много скал, которые придержали Бетельгейзе, и он застыл. Астро резко вышел из пустоты, сменил стиль на золотой и крикнул:

— Золотая вспышка!

Резкая золотая вспышка окунула всё вокруг, и Бетельгейзе ослеп. Александр появился сзади и резко разрезал шею Бетельгейзе своим мировым разрезом стиля. Голова Бетельгейзе упала с механическим треском на землю.

Валентина застыла в шоке и закричала:

— Стой! Нет! Что вы сделали?!

Она подбежала к ним, посмотрела на поверженного демона. Астро растерянно спросил:

— Мы что-то не так сделали?

Анна прилетела сверху и сказала:

— Так мы не убиваем демонов!

Александр возмутился:

— Вы не убиваете демонов? Вы что? Это же плохо!

Норн закричала:

— Вы что, не имеете сердца? Это же был человек!

Валентина не могла поверить в это, а Абель сказал с разочарованием:

— Нам стоило вас раньше предупредить.

Но резко через секунду ядро снова заработало, голова Бетельгейзе отрастилась, он разломал скалы и тут же погнался за летающей Анной, попутно кидая в неё обломки. Она уворачивалась и сказала:

— Опять бессмертный демон, которого невозможно убить? Что на этот раз?

Валентина сказала:

— Стоп… Походу он живёт до тех пор, пока его ядро работает. Никакие физические убийства на него не действуют.

Она посмотрела на Астро и спросила:

— А это что за мальчик?

Канаэ ответила:

— Ну, знаешь… Долго объяснять, что у него одновременно две способности. Так что давай в следующий раз.

Валентина кивнула, посмотрела наверх и сказала:

— Это будет долгий бой.

Норн подошла к Абелю и хотела его залечить, но Абель сказал:

— Не надо. Не мучай себя золотыми пятнами. Я должен восстановиться от выносливости. А вы продолжайте сражаться.

Норн нахмурилась:

— Без тебя нам как-то труднее.

Абель усмехнулся:

— Это демон десятого дивизиона. Он медленный и не сильный. У него нет разрушительных сил. Так что это будет уроком для вас — как его уничтожить.

Норн фыркнула:

— Опять наставничаешь?

Она ушла.

Валентина смотрела на Бетельгейзе и спросила:

— Бетельгейзе, кто тебя убил на войне?

Бетельгейзе задумался:

— Честно, не помню. Какой-то ярко-белый свет пришёл с небес. Ярко-белая фигура… А дальше я отключился и резко провалился под землю. Дальше я вроде умер, если не ошибаюсь.

Валентина сказала:

— Оу…

Канаэ добавила:

— Походу, его уничтожил рыцарь первого ранга.

Валентина покачала головой:

— Это не даёт ответа, как его уничтожить или освободить.

Канаэ сказала:

— Давай хотя бы я попробую вмешаться и попробую уничтожить его ядро.

Она резко подлетела. Анна удивилась:

— Стоп, так ты тоже умеешь летать?

Канаэ усмехнулась:

— Не думаю, что ты единственная такая.

Она сосредоточилась:

— Стихия кристаллов! Град огня!

Из неба резко начали падать огромные кристаллы, которые пытались попасть в Бетельгейзе. Он уворачивался, но один из них зацепился за его спину, где находилось ядро, и пробил его с треском. Бетельгейзе снова застыл, но через секунду вырвался и помчался за остальными.

Астро сказал с разочарованием:

— Его убить вообще возможно? Мы даже не то что освободить — убить-то не можем!

Артур покачал головой:

— Ни моя каменная сила, ни магия Канаэ, ни разрезы Александра не могут его убить. Что против него поможет?

Анна резко подлетела, используя стихию воды, и полностью обмотала Бетельгейзе в синий пузырь. Тот левитировал в нём и сказал с усмешкой:

— Интересная магия. Жаль, вы всё ещё не можете найти способ уничтожить меня.

Он резко проткнул шарик и помчался за остальными, становясь всё агрессивнее и опаснее.

Валентина сказала:

— Походу, тут без крайней помощи не обойтись.

Резко на поле боя появились Удзуки, Рин и Клифф. Клифф сказал с облегчением:

— Ого, кольца реально работают!

Он снял кольца и добавил:

— Эх, больше не буду ими пользоваться.

Рин усмехнулся:

— Я же сказал, что смогу вас двоих переубедить. Ну, и где демон?

Валентина радостно посмотрела на них:

— Парни! Это вы?

Удзуки подскочил рядом с Валентиной. Она вроде хотела его обнять — он тоже потянулся к ней, но из-за других они просто пожали руки.

Удзуки спросил:

— Ну и как, какая обстановка?

Валентина ответила с усталостью:

— Как всегда — безнадёжная. Опять демон, которого невозможно убить обычным способом.

Удзуки нахмурился:

— Хм… Значит, дело в ядре. Клифф, ты знаешь, что делать.

Клифф сел в позу лотоса, надел специальные механические очки и сказал:

— Всё понял. Буду анализировать его слабые места, пока не найду способ его убить.

Удзуки повернулся к Валентине:

— А ты, Валя, что будешь делать?

Валентина покачала головой:

— Я испробовала всё — прозрачный мир, атаки через посох, через меч. Ничего против него не работает. Он слабый, он медленный. По движению он не сможет сильно ранить, если уворачиваться, но…

Удзуки кивнул:

— Ну, я понял. Короче, типа толстяк, но опасный.

Валентина подтвердила:

— Да.

Удзуки предложил:

— Может, попробуем его ядро выдернуть?

Валентина покачала головой:

— Это невозможно. Он всё равно не умирает, как бы мы ни пытались его ядро уничтожить.

Рин сказал:

— Так давайте ещё раз попробуем на моих глазах, чтобы проверить.

Он резко помчался с мечом и начал сражаться с Бетельгейзе, используя стихию розы — фиолетовую и красивую. Он делал мощные круговороты в воздухе, которые разрезали воздух фиолетовым свечением и задевали плечо и рёбра Бетельгейзе, но тот почти не реагировал.

Канаэ восхищённо сказала:

— Ничего себе, красиво.

Рин усмехнулся. Александр закатил глаза.

Но Рин хотел дальше сражаться, как резко столкнулся с камнем Артура, и они оба отлетели. Рин возмутился:

— Эй, какого чёрта?

Артур сказал:

— Я думал, это я танк, чтобы прорваться с мощью.

Рин усмехнулся:

— Эй, вообще-то место мощного рыцаря уже занято.

Артур пожал плечами:

— Ну ладно.

И отошёл. Валентина удивлённо спросила:

— Что это было?

Клифф ответил, не отрываясь от анализа:

— Ничего удивительного. Когда в команде есть несколько однотипных магов, по-любому будет конфликт между ними.

Валентина посмотрела на Бетельгейзе — тот улыбался и сражался дальше с остальными, перебегая уже всё больше и больше в открытый лес. Она перевела взгляд на свою сумку и сказала:

— Если Клифф не найдёт выход, мне придётся рискнуть.

Удзуки нахмурился:

— Валя, не советую.

Валентина ответила:

— А что мне ещё остаётся?

Удзуки сказал:

— Если не получается его освободить, просто уничтожим всей толпой, что ли?

Валентина тяжело вздохнула.

Подошёл Абель и сказал с холодом:

— Удзуки, а ты зачем пришёл? Я же сказал, что напарник её — я. Остальная помощь не нужна.

Удзуки ответил спокойно:

— А кто сказал, что я пришёл именно к ней? Я пришёл помогать против этого демона.

Абель усмехнулся:

— Демон и так не опасный. Он нам и не навредит. Твоя помощь тут не нужна. Особенно физического танка, которых и так у нас много.

Валентина встала между ними:

— Так, вы двое — кошки и мышки. Перестаньте, ладно? Сейчас не для этого.

Она задрала голову на сумку и сказала:

— Мы перебежим в крайнем случае то, что я умею делать лучше всего.

---

Мы переносимся в академию, в библиотеку, где Нанахоши смотрела на газету, а потом сказала:

— А ещё, представляешь, там твоя группа «Альфа» сражается с демоном, который уничтожил вашу базу.

Айша ахнула:

— Что? Правда?

Она заметила, что Астро забыл свою белую бандану, и сказала:

— Астро забыл свою белую бандану.

Нанахоши пожала плечами:

— И что с того?

Айша объяснила с тревогой:

— Без него Астро не умеет нормально колдовать золотой энергией. Оно как бы контролирует его силу. Оно передалось через его отца к нему. Я должна ему это вручить.

Нанахоши сказала:

— Эй, ты же не дура, чтобы идти прямо в битву с демоном дивизиона только чтобы отдать это своему другу?

Айша ответила твёрдо:

— Он не мой друг, он мой член семьи. Я не такая, как ты, бездушная, чтобы оставлять друзей, когда они умирают.

Нанахоши усмехнулась:

— Демон не опасный. Ты что, с ним ничего не случится, когда у него вокруг все сильнейшие солдаты?

Айша возразила:

— Они не солдаты, а её друзья. Так что ей этого не понять. Она будет везде рядом и будет помогать им в любом случае. Так что она ей не указ.

Нанахоши крикнула:

— Эй, куда ты?

Айша резко подхватила кольца Хигамару, которые он не использовал, и сказала:

— Хигамару ими не пользуется, так что и я буду.

Она резко хлопнула и исчезла с бандамой.

Нанахоши тяжело вздохнула и сказала:

— Эх… Что же не так с этими малолетними девчонками? А что я была тоже такой же?

Она взяла кольца и сказала:

— Ну, я за неё отвечаю, так что спасти её я должна обязательно.

Она ударила кольцами и тоже исчезла вслед за Айшей.

Конец шестьдесят пятой главы.

Глава 66

ГЛАВА 66

Бетельгейзе гнался именно за Астро. Тот уворачивался, но демон не отставал.

— Почему именно за мной? — крикнул Астро.

Он взял свой тёмный меч и испарился в воздухе со словами:

— Сила пустоты!

Но Бетельгейзе резко поймал его за шиворот и повесил в воздухе. Астро использовал золотую энергию, вырвался из схватки, но Бетельгейзе успел ударить его, и тот покатился по земле, ударяясь об камни.

Он держался за голову, и к нему подошла Норн, положив руку на его плечо. Золотая энергия перетекла в его тело, залечивая раны.

Астро удивился:

— Стоп… Можно ещё и лечить золотой энергией?

Норн ответила:

— Так умею только я.

Астро переспросил:

— Ты тоже обладаешь золотой энергией?

Норн кивнула:

— Ну да. И что с того?

Астро сказал с удивлением:

— Получается, мы золотые дети? В прямом смысле?

Норн усмехнулась:

— Ну, я золотая в двухсмысленном, а ты только в однотипном. Ладно?

Она ушла, а Астро остался задумчивым.

---

В другом месте Валентина смотрела на Бетельгейзе и сказала с разочарованием:

— Эх… Демон десятого дивизиона даже не думает умереть. Умел же император демонов создавать не сильных демонов, а бесячих и неубиваемых.

Она обернулась к остальным:

— Так, Клифф, дальше анализируй. Абель, ты пошёл за мной, чтобы остановить ядро. Удзуки, ты отвлекай внимание Бетельгейзе. Ладно? Пошли.

Она побежала. Абель взглядом подмигнул Удзуки, показывая на Валентину. Удзуки закатил глаза.

Рядом появилась Норн и похлопала его по спине:

— Брось, Удзуки-нитян. Зачем переживать за Валентину, когда у тебя есть такая, как я?

Удзуки погладил её по голове:

— Ну, реально… Зачем мне переживать за Валю, когда у меня есть такая милашка и красотка, как ты?

Норн усмехнулась:

— Используем тактику камикадзе.

Удзуки кивнул. Норн залезла на его шею, и Удзуки помчался с огромной скоростью, а Норн стреляла золотой энергией, как из пулемёта, сбивая внимание Бетельгейзе.

Александр подошёл к Валентине:

— Ну и какой план у Светлой Надежды? Мы должны его убить или освободить?

Валентина ответила, прибегая рядом:

— Попробуйте его просто хотя бы задержать внимание, пока я пытаюсь выдернуть его ядро.

Александр кивнул и показал взглядом на Артура. Тот побежал. Рин не стал бежать — он понимал, что если вмешается, то разрушит план из-за несовместимости с Артуром.

Астро в свою очередь хотел пойти, но его руки начали дрожать от перенапряжения золотой энергии. Он остановился и сказал с досадой:

— Блин… Походу, я забыл свою бандану.

Он похлопал по голове и добавил:

— Ну как можно было забыть то, что заменяет мне белую маску рыцарей? В библиотеке… Да ну блин. Я что, не смогу дальше сражаться?

Резко на поле битвы появилась Айша с банданой и кольцами. Она быстро побежала к Астро. Тот заметил её и крикнул:

— Айша, что ты делаешь? Ты с ума сошла? Тут же опасно!

Айша ответила с вызовом:

— Сам ты дурак! Забыл свою бандану! И как ты собирался сражаться без неё?

Астро усмехнулся:

— Нормально я сражался. Это обычный демон дивизиона, так что не стоит бояться.

Айша протянула ему бандану. Он надел её и почувствовал, как золото в его теле успокоилось.

— Всё, убегай уже отсюда, — сказал он. — Тебе тут опасно. Я не хочу, чтобы здесь что-то случилось.

Айша кивнула и хотела ударить кольцами, но они не сработали.

— Что? — удивилась она. — А?

Астро покачал головой:

— Поздравляю. У них есть ограничение по времени между прыжками.

Айша растерялась:

— Что тогда буду делать?

Астро крикнул:

— Берегись!

На них полетела ёлка, которую кинул Бетельгейзе. Астро оттолкнул Айшу в другую сторону, и она упала. Бетельгейзе резко потащил Астро за руку, а Айша осталась одна. Она хотела убежать, как резко на неё полетела ещё одна ёлка. Бетельгейзе даже не смотрел — он действовал механически, с роботическим смехом.

Айша уже думала, что умрёт, стоя на месте и прикрыв лицо руками.

Резко появилась Нанахоши. Она подхватила Айшу и заблокировала ёлку сапфировым, прозрачным барьером. Она стояла с маской и сказала с укоризной:

— Какая же ты всё-таки дура… И непослушное капризное дитя.

Айша удивлённо посмотрела на неё:

— Нанахоши? Это вы? Вы пришли меня спасать?

Нанахоши ответила:

— Конечно, блин. Всё обо всём. С этого момента слушайся меня, поняла? Только.

Айша кивнула:

— Прости, что убежала. Мне нужно было спасать Астро. Теперь я его спасла.

Нанахоши усмехнулась:

— А кто тебя спасёт, блин?

Айша удивлённо сказала:

— Я даже не думала, что ты сильная, чтобы целую ёлку отразить.

Нанахоши поправила маску:

— Кто сказал, что если я не боец, то я слабая? Вот так и подумал.

Астро пришёл к ним, немного растрёпанный:

— Айша, с тобой всё нормально? Меня утащили, но я здесь теперь. Ого… Приятная дама. Приятно познакомиться.

Нанахоши коротко ответила:

— Привет, мелкий.

Астро удивился:

— Стоп, ты носишь такую же маску, как у рыцарей, прямо сейчас. Ты тоже рыцарь?

Нанахоши покачала головой:

— Нет. В отличие от вас, я ношу её просто для себя и красоты.

Астро кивнул:

— Ну ладно. Спасибо, что спасли мою подругу.

Нанахоши сказала:

— Иди лучше смотри за битвой.

Астро ушёл.

Бетельгейзе резко напал на Нанахоши и Айшу, но Удзуки подхватил обеих под мышкой и убежал дальше:

— А вы двое что-то делаете?

Нанахоши взглядом показала на Айшу. Удзуки сказал:

— Вы двое случайно не с ума сошли?

Нанахоши, висящая на его руке, скрестила руки и ответила:

— Я пришла спасти её. Она не послушалась и убежала.

Удзуки вздохнул:

— Какая непослушная девочка.

Айша возразила:

— Я просто спасаю!

Удзуки поставил их на землю:

— Так, вы отойдите в сторону и не мешайте, ладно? И будьте осторожны, прошу. О боже.

Нанахоши усмехнулась:

— Удзуки, ты реально думаешь, что этот монстр мне может навредить?

Удзуки ответил:

— Я и сам не могу тебя одолеть, не то что этот монстр. Так что я за тебя не переживаю. Так что быстрее бери Айшу и уйдите дальше. Телепортируйтесь, когда перезарядка закончится.

Нанахоши кивнула. Удзуки сказал:

— Хм… Ты в маске сейчас…

Нанахоши спросила:

— И что с того?

Удзуки усмехнулся:

— Ничего. Просто когда я тебя поднимаю, ты такая мягкая и ......

Он не успел договорить — отлетел от её удара. Нанахоши сказала:

— Сосредоточься на битве.

Удзуки кивнул и побежал дальше. Анна, Нанахоши и Айша пошли в сторону.

---

В битве Анна подлетела к Рину и сказала:

— Попробуем тактику «Ракета».

Рин поморщился:

— Что, опять? Не хочу.

Анна настаивала:

— Это единственный путь. Ещё и Канаэ смотрит.

Рин вздохнул:

— Я выгляжу так нелепо…

Анна сказала:

— Давай попробуем его ядро уничтожить.

Рин кивнул. Анна резко подхватила его за ноги и полетела на самый верх, примерно на уровень птичьего полёта. Она раскрутила Рина очень сильно и бросила на землю.

Рин полетел вниз с огромной скоростью, с мечом вперёд и фиолетовым свечением. Он резко обрушился на Бетельгейзе, разломав всё его тело пополам.

Все застыли.

Но Бетельгейзе снова восстановился и побежал дальше. Рин встал весь израненный и сказал с усмешкой:

— Мы уже победили??

Астро сказал:

— Нет, ты просто врезался как метеор и ничего не сделал.

Рин показал лайк и упал от бессилия.

Бетельгейзе сказал, его механический голос залагал на каждом слове:

— Ваши попытки бесчестны. Всё уже об-р-р-ечено и р-р-решено до вас. Вы п-р-р-роиг-р-р-раете эту войну. Как вы не понимаете?

Артур резко ударил по земле, и из неё вышли камни, которые придавили Бетельгейзе, не давая ему двинуться:

— Мы будем хотя бы сопротивляться и сражаться с вами.

Бетельгейзе усмехнулся:

— Соп-р-р-отивление бесполезно. Лучше с-р-р-азу п-р-р-инять сме-р-р-ть. Как говорил Зет.

Анна с помощью воды прихватила одну его руку, как лассо, и тянула на себя. Удзуки появился с другой стороны, подхватил его руку и тоже тянул. Сзади присоединился Александр, помогая Удзуки. Бетельгейзе оборачивался, а сзади появилась Норн и золотой цепью с помощью посоха обвела его шею.

Появилась Валентина. Она взяла одновременно в левую руку меч, а в другую — посох. Удерживая тёмной магией его ядро, она разрезала его основание мечом, взяла ядро и выбежала.

Бетельгейзе выбрался из всех хваток, разрушил камни, выбросил Александра и Удзуки, вырвался из схватки Норн и Анны и побежал за Валентиной. У неё в руках было тёмное ядро.

— Всё, конец, — сказала она и сломала его о камень.

Бетельгейзе отключился на секунду, но снова поднялся. Его ядро восстановилось, и он снова помчался за ней.

Валентина удивилась. Бетельгейзе резко подхватил ядро с помощью шнура, присоединил его обратно и продолжил сражаться с двойной яростью.

Валентина не понимала, что происходит и как его одолеть. Она провалилась в мысли, как вспомнила слова Элеоноры:

«Ты будешь делать, когда появится демон, который не будет поддаваться освобождению? Ты его так и продолжишь пытаться освободить? А что ты делаешь против меня? Меня освободить нельзя — ты убьёшь меня?»

Валентина встала и сказала себе: «Тогда я буду убивать, если это понадобится, чтобы не навредить всем. Но если путь освобождения, я выберу его, а не убийство тьмы».

Она сжала кулак и сказала остальным:

— Ладно. Приказываю его уничтожить. У нас попросту нет другого выхода.

Все удивились, но кивнули. Канаэ начала стрелять кристаллами из воздуха вместе с Анной, разрушая всё тело Бетельгейзе. Но ему было абсолютно пофиг — он восстанавливался.

Александр сказал:

— Его нужно уничтожить на молекулярном уровне, чтобы остановить.

Клифф, который сидел всё это время в засаде, вышел и сказал:

— Я нашёл способ его одолеть. Единственный способ уничтожить это чудовище — отключить регенерацию на пару секунд. И тогда отрубить ему голову. Но нет — освободить его не получится. Так что это единственный путь. По крайней мере, я так посчитал.

Рин сказал:

— Ого. А у нас что? Как будто есть те, кто умеет отключать регенерацию. Алё, тут есть кто-то?

Валентина медленно посмотрела на свою сумку, но отвела взгляд.

Удзуки сказал:

— Хм… Может, есть какой-нибудь другой выход? Может, попробуем его заточить или запечатать?

Астро покачал головой:

— У нас нет такой магии. И какой смысл, если его можно просто убить, а не хранить в мощной магии?

Валентина смотрела на Бетельгейзе, чувствуя, как деревья и ёлки вокруг становились всё дальше и дальше, открывая им поле для битвы. Она понимала, что они вредят природе, и просто раздумывала, что делать дальше.

Канаэ сверху не переставала стрелять кристаллами — то большими, то маленькими, то длинными, то короткими. Она разрубила всё тело огромного Бетельгейзе на разные куски. Но он тут же, через несколько секунд, полностью восстановился. Канаэ расстроилась.

Пришла очередь Артура. Он быстро побежал, прыгнул, оказался на уровне головы Бетельгейзе и использовал мощный каменный разрез по воздуху, который создал огромную визуальную скалу. Голова Бетельгейзе отлетела далеко. Но тут же появилась новая, и он воткнул свой палец прямо в тело Артура.

Артур резко дёрнулся. Анна подлетела и забрала его, отошла в сторону и водой остановила его рану.

— А ты говорил, что такие раны для тебя пустяки, — сказала она.

Артур усмехнулся сквозь боль:

— Это лишь был способ перед вами похвастаться.

Анна покачала головой:

— А я думала, в ваших краях честность — это главное.

Артур ответил:

— Я даже не ожидал, что ты водой умеешь лечить.

Анна сказала:

— Я не лечу, я просто останавливаю кровь.

Александр, видя, как его друзей всё ломают чаще, впал в гнев и активировал метку в виде двух тёмно-красных линий на лбу. Он побежал с огромной скоростью и, используя технику стиля разрезов, каждую миллисекунду попутно крича от злости:

— Да как тебя, чёрт возьми, уничтожить, а?! Ты нас просто унижаешь! Мы, лучшие рыцари и люди Селенции, не можем просто убить демона десятого дивизиона! Это же какой позор! Ты не достоин жизни, раз уж не можешь достойно сражаться и только принимаешь урон и вечно восстанавливаешься!

Александр за секунды разломал его на тысячу кусков и отошёл. Но Бетельгейзе, как всегда, восстановился. Александр выдохнул от бессилия.

Бетельгейзе направился с новой мощью прямо на Астро, кидая в него деревья. Тот уворачивался и только убегал, его мощь становилась всё меньше и меньше.

Валентина в последний момент прихватила Астро к себе и сказала:

— Двойная способность — что-то новенькое. Я тоже в своём роде такая же.

Астро удивился:

— Реально что ли? По-моему, сейчас не время обсуждать это.

Валентина усмехнулась:

— Никогда не поздно. И кстати, у нас почти одинаковые мечи.

Астро посмотрел на свой клинок:

— Это типа связывает нас? У нас обоих тьма, которая преграждает нам путь?

Валентина кивнула:

— Что-то вроде того.

Она бросила Астро вниз, посмотрела на Бетельгейзе и сказала:

— Клифф, каковы шансы, что мы сможем выполнить этот план с точностью?

Клифф посчитал на гаджете и ответил:

— Семьдесят процентов на то, что мы сможем его окончательно убить, и двадцать на то, что мы можем убить его прямо сейчас.

Валентина кивнула:

— Это достаточно.

Она посмотрела на свою сумку и сказала:

— Пора колдовать цыганские фокусы.

------

Мы погрузились во флэшбэк Валентины, где она сидела рядом с матерью.

Валентина, семи лет, сидела рядом с матерью и с любопытством смотрела на её лицо, скрытое маской.

— Мама! А почему ты вечно носишь маску? Я хочу видеть твоё лицо.

Синдрелла мягко улыбнулась, хотя улыбка не была видна под маской:

— Поверь, лучше, чтобы я закрывала своё лицо. Так намного лучше. Я ношу маску только потому, чтобы люди не узнали мою истинную, страшную облик.

Валентина нахмурилась:

— Но ты ведь красавица без неё. И это передалось и мне тоже.

Синдрелла улыбнулась и погладила дочь по голове:

— Понимаешь? Для некоторых красота не важна, когда ты смотришь на мои поступки. Ладно?

Валентина кивнула и спросила:

— Зачем ты меня сюда позвала?

Синдрелла взяла с полки старую, потрёпанную книгу:

— Знаешь, я ждала момента, когда твоя бабушка откинется в иной мир, чтобы передать тебе эту книгу.

Она показала книгу, и Валентина удивлённо посмотрела на неё:

— Это книгу, которую я специально писала, где расписывала все свои заклинания для тебя.

Валентина переспросила:

— Это твои самые мощные заклинания? Для меня что ли?

Синдрелла кивнула:

— Да. Но не советую ими всегда пользоваться. Они очень опасны и губительны для людей. Не пользуйся ими ради того, чтобы навредить людям, ладно?

Валентина взяла книгу и спросила с недоумением:

— Ну а зачем тогда ты её расписала, если не хочешь, чтобы я вредила?

Синдрелла ответила серьёзно:

— Когда-нибудь тебе это пригодится. Чтобы помогать и спасать людей, а также убивать демонов. И в разных патовых ситуациях тоже.

Валентина пролистала страницы и остановилась на одном из разделов:

— Но, мама… Что это за заклинание? «Убийство бессмертных»?

Синдрелла наклонилась ближе и сказала тихо, но твёрдо:

— Будь осторожнее с этим. Это раздел по убийству бессмертных существ. Знаешь… Все демоны, которых я создала, так или иначе просто невозможно убить обычным путём. Их очень сложно убить, а чем дальше дивизион, тем вообще становится невозможным его убить. Не знаю, почему я их такими сделала, но когда после войны прошло сорок девять лет… Всё равно боишься. И придумываешь против них такое. Используй с умом, ладно?

Валентина кивнула:

— Мама, а какая цена того, что я использую эти заклинания?

Синдрелла задумалась на мгновение, затем сказала:

— Чем больше ты используешь эту книгу, тем ближе ты становишься ко мне.

Валентина удивилась:

— А разве это плохо?

Синдрелла посмотрела на дочь с грустью:

— Для тебя — да.

Резко открылась дверь, и в комнату зашёл отец с улыбкой:

— Опа! Мои две красавицы сидят тут и просто общаются. Это так мило выглядит.

Мы впервые видели его полностью: тёмные штаны и сапоги, тёмный комбинезон с длинными рукавами, тёмные перчатки. Короткие жёлтые волосы, повёрнутые направо, дерзкий взгляд синих глаз и огромный тёмный меч сзади.

Он подошёл к дочке и сказал:

— Ну? Моя дочка становится всё больше похожей на мать.

Синдрелла заметила:

— Очень интересно, любимый. Мы же обсуждали это.

Отец усмехнулся:

— Ну и что с того? Валя, дочка, ты не подумывала взять меч в руки?

Валентина покачала головой:

— Ну, папа, я же не хочу. Ты же знаешь.

Отец пожал плечами:

— Ну ладно. Твой путь. Хочешь быть магом — я не против.

Синдрелла добавила:

— Мы уже обсуждали, что она никак не сможет взять меч в руки. А также то, что ты тоже не мечник.

Отец усмехнулся:

— Да, я не мечник. Я просто ношу меч в качестве защиты. Я же обычный человек, который не обладает ни магией, ни суперспособностями. Вы должны меня понять.

Валентина улыбнулась:

— Ну да, папа крутой и без этого.

Синдрелла махнула рукой:

— Майкл, уже уйди, а? Не мешай нам с дочкой, мы тихо болтали по душам.

Отец развёл руками:

— Ладно, ладно. Дерзайте!

Он ушёл. Валентина повернулась к матери:

— Так на чём мы остановились?

Синдрелла посмотрела на неё долгим взглядом и сказала:

— Ты поняла то, что я тебе сказала.

---

Мы вернулись в реальность.

Валентина всё-таки решилась и побежала за сумкой. Она открыла её и хотела взять проклятую книгу, но резко Удзуки схватил её за запястье и отрицательно покачал головой.

— Удзуки, не время сейчас для этого, — сказала она.

Удзуки чуть приподнял её перчатку и сказал:

— Ты посмотри на свои руки, Валентина! Валя, подруга, ты всё больше и больше становишься чёрной. Я не в плохом смысле. В смысле — тебе становится всё хуже и хуже. До целых бицепсов доросли твои пятна тьмы. И ты хочешь использовать что-то запретное. Я знаю тебя.

Валентина ответила:

— Ничего не случится. Я уже пользовалась этим раньше. Так что ничего опасного нет.

Удзуки не отпускал её руку:

— Ты уверена?

Абель подошёл и резко отдёрнул руку Удзуки:

— Вэл, если нужно, делай это. Но если это опасно — нет, не делай.

Валентина сказала твёрдо:

— Я просто использую магию, чтобы остановить его регенерацию на десять секунд. Этого времени хватит, чтобы его убить.

Все переглянулись. Клифф сказал:

— Ну, для этого нужно его снова заставить не двигаться.

Валентина кивнула:

— Так делаете?

Астро быстро побежал, испарился в пустоте и оказался рядом с Бетельгейзе:

— Пойдём за мной!

Бетельгейзе побежал за ним, как лошадь, прямо через лес, разрушая ёлки. Как резко он споткнулся о невидимые длинные кристаллы Канаэ и упал на землю. Артур кинул огромную скалу ему на спину, придавив его. Рин пришёл и с помощью меча разрезал ему одну руку и убежал.

Валентина подошла, взяла книгу, посмотрела на заклинание и сосредоточилась. Норн подошла к ней:

— Если понадоблюсь, я могу разделить твою мощь, как в прошлый раз.

Валентина покачала головой:

— Не надо. Сама справлюсь.

Она сосредоточилась, закрыла глаза, протянула руку прямо перед Бетельгейзе и сказала одну фразу:

— Перестань жить. И перестань пытаться быть близким к моей матери. Или же к самой императрице демонов. Твоя мать демонов сейчас мертва, а не моя мама. И советую тебе быстрее пойти к ней.

Из руки Валентины пробежала маленькая отталкивающая волна. Она прошла через Бетельгейзе. Тот простоял две секунды и тут же отлетел с тройной мощностью, покатился по земле и упал на открытой поляне, очень далеко от всех.

Валентина упала на колени. Она чуть приподняла одежду на плече и заметила, что тёмные пятна доросли до самых плеч — и с правой, и с левой руки. Она тяжело вдохнула, но встала и закрыла книгу.

Абель подошёл помочь ей подняться. Удзуки, увидев это, расстроился, глядя на пятна Валентины, но пошёл чуть дальше от них.

Валентина остановилась у холма и посмотрела на Бетельгейзе — тот стоял весь израненный, пытаясь еле встать. Она держала посох и сказала:

— Осталось семь секунд. Это шанс его убить. Он даже не может двинуться от боли. Пора кончать с этим.

Она сосредоточила силу в посохе, чтобы добить его.

Она застыла над Бетельгейзе, который еле пытался двигаться. Валентина сказала:

— Ну, на этом всё. Очередной десятый дивизион будет убит.

Бетельгейзе что-то шептал под себя, еле слышно:

— Ну… Я не смог, конечно же, исполнить план Зета. Но я не понимаю, в чём был его план? В том, чтобы просто натравить меня на Светлую надежду с остальными? Вместе с этим предметом? Это же было странно… А я, конечно, не имел права слушаться… Ну ладно. Конец так конец.

Валентина резко стрельнула мощной атакой. Тёмный развивающийся быстрый луч понёсся по всей поляне на сотни метров, всё ближе и ближе к Бетельгейзе. Когда он почти коснулся его, резко появился тёмный дым. И одним ударом ладони отразил атаку Валентины, направив её в лес.

Все удивились. Абель сказал:

— Кто это ещё такой?

Тёмный дым стоял перед Бетельгейзе, закрывая его. Канаэ крикнула:

— Они теряют шанс!

Она кинула ещё два огромных кристалла прямо в Бетельгейзе, чтобы его добить. Но тёмная тьма просто отразила их двумя ударами ладоней, как будто это были пёрышки.

Астро тихо сказал под себя:

— Время закончилось. Десять секунд прошло. Мы потеряли шанс. Всё было зря.

Тьма начала рассеиваться. Валентина, Удзуки и Норн — все в лесу одновременно застыли от количества тёмной энергии, исходящей от неё. Валентина от ужаса даже не смогла сдвинуться с места. Она сказала тихо под себя:

— А кто… Он ещё такой…

Она сжала посох, но не могла разжать пальцы.

Александр еле выдавил:

—Вот , тот кто уничтожил нашу базу....

Конец шестьдесят шестой главы.

Глава 67

ГЛАВА 67

Все смотрели на тёмный дым, который встал перед Бетельгейзе, и застыли от ужаса, от исходящей от него силы.

Анна пробормотала под себя:

— Эта сила намного сильнее, чем все демоны в прошлом взятые вместе...

Бетельгейзе очнулся. Когда отсчёт прошёл десять секунд, он полностью восстановился, чуть обрадовался и отполз в сторону, глядя на происходящее.

Из дыма вышли два тёмных рыцаря. Два огромных, по два метра ростом, в очень тёмных доспехах, как тёмное небо ночью. Закрывающих каждую часть тела, но не тяжёлых — скорее лёгких и обтягивающих, показывая их мускулистую форму. Шлемы срослись с их головами, тоже очень тёмные. Единственное, что не показывало их темноту — это глаза. Белые, как звёзды ночью. Без души, без зрачков. Просто белый цвет, который менял форму под веки их глаз.

На головах этих двоих рыцарей было по одному пёрышку — у одного одно, у другого два. По цвету тона заметно, что один чуть более коричневый, а другой более тёмный и чуть выше.

Близнецы-рыцари. Один из них просто протянул ладонь резко прямо к Валентине, стоящей в сотне метров. Из его ладони вышла розовая сфера. Другой близнец тоже протянул ладонь, и из неё вышла фиолетовая крутящаяся сфера. Они оба одновременно выстрелили, и в воздухе сферы объединились, став мощнее и быстрее.

Валентина даже не успела увернуться. Удзуки быстро прилетел на помощь и принял удар на свою правую руку. Его рука резко сломалась, и Удзуки полетел со всей мощью по всей долине, разрушая ёлки на своём пути. Он упал, крича от боли, держась за руку и говоря что больше не чувствует его.

Сфера даже не остановилась и полетела дальше к Валентине. В последний момент Абель успел притянуть её к себе. Удзуки ослабил скорость сферы, но она полетела дальше, отталкивая ёлки, и ушла в небо. Взрывной ударной волной откинуло облака очень далеко друг от друга, оставляя круглый след от взрыва.

Канаэ сказала:

— Вот такие сферы мы видели в ночь, когда этот демон напал на нас. Мы его не видели, но чувствовали.

Александр кивнул:

— Такая же тьма — мощная и непробиваемая.

Близнецы опустили руки, и по их грозным взглядам было понятно — они не пришли с миром. Они одновременно повернулись к Бетельгейзе. Тот удивился.

Валентина, еле вставая через Абеля, посмотрела на их плечи и резко застыла, увидев римскую цифру II.

Она прошептала:

— Демон второго дивизиона… Не может быть

Бетельгейзе смотрел, лёжа на спине, прямо на этих двоих демонов, и сказал с надеждой:

— Ура! Второй дивизион! Классно! Я рад, что вы меня спасли, конечно же...

По взгляду двух близнецов было понятно — они явно не чувствовали ни дружелюбности, ни надежды.

Дани — старший, с одним пером, спросил:

— Какая у тебя способность, как у демона-генерала?

Бетельгейзе сказал, дрожа:

— Ну... Эм... Это возвращаться в текущую форму без ран, когда меня ранят и изуродуют моё ядро.

Рани — младший, с двумя перьями, посмотрел на старшего и сказал:

— Дани можно?

Дани ответил.

— Да. Можешь приступать.

Рани резко пошёл и одним мощным ударом кулака уничтожил голову Бетельгейзе. Она исчезла в воздухе, а ударная волна пронеслась через северный ёлковый лес. Все вокруг удивились, а Клифф сказал:

— Они не дерутся... Они дерутся между собой?

Бетельгейзе мгновенно восстановил голову и начал отбиваться от Рани, пытаясь задеть его. Но его удар лишь ничего не сделал — кулак просто остановился у его лица. Бетельгейзе попытался ударить по земле, но Рани резко выхватил из его тела ядро, посмотрел на него и сказал:

— И ты этим регенерируешь?

Его рука сжалась с розовой энергией, которая полностью расплавила ядро. Он подошёл и одним нажатием ноги разломал голову Бетельгейзе окончательно. Бетельгейзе перестал восстанавливаться.

Дани в свою очередь посмотрел на остальных людей и сказал с презрением:

— И вы это не могли сделать на протяжении нескольких часов? Тоже мне...

Все удивились и не могли сказать ни слова. Александр прошептал:

— Валентина, лидер... Что нам делать в этот момент?

Валентина ответила, стараясь говорить ровно:

— Просто не двигаться. В крайнем случае — бежим, насколько сможем.

Абель спросил:

— У нас нет ни шансов против них. Вэл, у меня вопрос... Они считаются как один демон или нет?

Валентина покачала головой:

— Я не знаю. По логике, это должны быть все демоны второго дивизиона, ведь во втором дивизионе два демона. Но может быть так, что они и за одного считаются. Так что непонятно. Я забыла сказать, что чем ближе дивизион к императору демонов, тем темнее он становится, становясь всё тёмной материей и страшнее. Поглощает тьму.

Рани молча взял тело мёртвого Бетельгейзе и перекинул через плечо. А Дани лишь молча смотрел и ухмылялся, глядя на Валентину.

Он сказал грубым и мощным голосом:

— Не думайте, что вам повезло, что нам не приказали вас убить. Нет. Это лишь только начало.

Он повернулся к брату:

— Рани, уходим.

Рани кивнул. Они оба схватились за предплечья друг друга и исчезли в тёмной темноте вместе с телом Бетельгейзе.

Астро выдохнул:

— Что это было сейчас?

Валентина сказала, глядя в пустоту, где только что исчезли близнецы:

— Это была мощь Кровавого измерения. Мы столкнулись с тем, с чем не должны были.

Александр нахмурился:

— Этому есть какое-то объяснение?

Валентина покачала головой:

— Я не знаю. Я никогда не видела, чтобы демоны сражались между собой. Он ещё и не убил полностью Бетельгейзе — он просто убил его и забрал его тело как мусор. Возможно, оно пригодится им для чего-то. Но я не знаю.

Абель подошёл ближе:

— Нам повезло, что мы остались живы.

Валентина кивнула:

— Да. Раньше сражение против шестого Обливиона было адом для всех нас. А тут — второй дивизион. Целый. Мы явно не готовы к этому, как и все вселенцы. Появились те, кто настолько испытали романтическую боль, что появился демон второго дивизиона. Настолько можно быть романтически сломанным, чтобы призвать одновременно самых сильных демонов из истории — Дани и Рани, близнецов? Тут явно что-то не так. И нам придётся сражаться с этим в будущем.

Норн резко побежала к Удзуки с криками:

— Быстрее!

Удзуки лежал на земле, держась за руку. Норн пришла и попыталась восстановить её, но ничего не изменилось.

— Удзуки, что с твоей рукой? — спросила она.

Удзуки поморщился:

— Не знаю. Открытых ран нет. Эта сфера какая-то другая по строению — она что-то сделала не так с моей рукой.

Он встал и чуть-чуть подвигал рукой:

— Ну, класс, блин… Я не чувствую свою руку.

Анна подлетела и спросила:

— То есть ты лишился своей руки?

Удзуки покачал головой:

— Я даже не знаю. Я не могу ей пользоваться. Я чувствую её, могу двигать кончиками пальцев.

Он пошевелил пальцами и добавил:

— Да… Походу, моя рука парализована на какое-то время. И мне предстоит долгая терапия, чтобы я смог нормально пользоваться правой рукой.

Рин подошёл и сказал с сочувствием:

— Блин, и ты это сделал ради......

Все посмотрели на Валентину, которая стояла далеко и общалась с Абелем и Александром. Удзуки кивнул:

— Да… Вы поняли. Ну, я хотя бы спас её. А иначе она бы умерла от этой сферы.

Астро спросил:

— Теперь ты не можешь сражаться?

Удзуки усмехнулся:

— Какое-то время — да. Но не бойся. Я сражался с одной рукой одновременно с тремя демонами, так что пустяки. Да и знай — моя левая рука сильнее, чем правая.

Все немного успокоились и начали собираться, чтобы отдохнуть и телепортироваться обратно в академию.

Валентина тем временем поднимала дух команды:

— Это лишь угроза уровня Акая или первого рыцаря. Знаете, что чем выше ранг у рыцаря, тем сильнее демон. Так что для этого есть противовес — сильнейшие рыцари.

Все успокоились и начали собираться, чтобы пойти домой.

Норн стояла одна, к ней подошёл Астро и сказал с вызовом:

— Стоп, то есть ты имеешь статус самого сильного ребёнка в округе?

Норн усмехнулась и поправила воротник:

— Ой, прости. Похоже, ты ошибся. Не в округе, а во всём королевстве. Понял?

Астро нахмурился:

— Нет, я с этим не согласен. С чего это какая-то девчонка моего года может быть сильнее меня? Ты же слабак.

Норн фыркнула:

— Кто бы говорил.

Астро выпрямился и сказал громко:

— Я вызываю тебя на бой! Если кто победит, тот и будет самым сильнейшим в королевстве ребёнком!

Норн закатила глаза:

— Эм… Я не уверена.

Астро усмехнулся:

— Струсила что ли? Струсила, а?

Норн разозлилась:

— Ах ты невежливый парень! Вот твоё уважение к девушкам!

Валентина подошла и сказала примирительно:

— Эээ… Прекратите лучше, ладно?

Абель добавил:

— А что? Пусть один раз сразятся в дуэли. Давно назревал этот спор.

Норн вздохнула:

— Ну ладно. Буду пользоваться половиной силы.

Астро усмехнулся. Они встали в боевые позы. Валентина тяжело вздохнула и дала команду:

— Бой!

Астро бросился изо всех сил. Но Норн использовала одну золотую атаку — и Астро уже оказался на земле, пытаясь двигаться от боли.

Норн сказала, чувствуя скуку:

— Ску… Я же говорила. Тут нужен опыт.

Она пошла дальше. Астро поднялся и сказал с новой решимостью:

— Теперь у меня появился соперник. Я должен тренироваться, чтобы достичь уровня её мастерства.

Абель засмеялся от этого. Валентина стояла просто, а Абель подошёл к ней:

— Валентина, это что такое? Кстати, я забыл тебе передать записку от божественного мага крови — Фердинанда.

Валентина удивилась:

— Что? Абель передал записку и сказал: «Не знаю, он что-то там говорил, что тебе нужно, и вы знакомы, и так далее».

Валентина взяла записку, начала читать. Потом удивилась, посмотрела на Астро и почти прокричала:

— Ты сын Фердинанда?!

Астро пожал плечами:

— Эм… Ну да. Вы что, это только поняли?

Валентина выдохнула:

— Ну класс, блин. Оказывается, Фердинанд просит меня взять Астро в ученики.

Абель сказал:

— Ну, ты сама не ученица пока что, но уже должна взять кого-то в ученики.

Астро посмотрел на Валентину с надеждой:

— Ну, отец говорил что-то там, что мне нужно освоить и золотую энергию, и тёмную энергию у такого мастера, как ты.

Валентина покачала головой:

— Мне и так Норн по горло. Ещё и тебя брать в ученики.

Астро сказал:

— Ну, пожалуйста! Я хочу достичь уровня той золотой Норн. Научи меня! Смотри, у нас тоже одинаковые мечи — мы оба обладаем тьмой.

Валентина задумалась, затем вздохнула:

— Эх… Ладно. Раз уж мы уже будем жить вместе ещё какое-то время, пока ваша база не достроится, буду я тебя учить как-нибудь.

Астро обрадовался. Валентина сказала:

— Говорила мне мама: «Не заводи младших братьев».

Абель усмехнулся:

— Ну а что? Круто же теперь.

Валентина покачала головой:

— Ничего крутого. Норн и Астро будут как кошка с собакой. Всё, всё, всё.

Валентина резко вспомнила Удзуки, который принял удар за неё, и сказала:

— Ой, стоп. Где Удзуки? Я же должна проверить его.

Она побежала, а Абель пошёл за ней.

— Я даже не заметила, как он быстро принял на себя удар. Надеюсь, с ним ничего не случилось. Я должна поблагодарить его.

Она подошла к Удзуки.

Валентина быстро начала осматривать Удзуки, перебегая с одной стороны на другую:

— Удзуки, с тобой всё нормально, а? А? Ничего не случилось? Рука, нога, глаза, лицо...

Она трогала его в разные места, держась за щёки, и сказала с беспокойством:

— Ты не чувствуешь себя плохо?

Удзуки вздохнул:

— К сожалению, чувствую себя плохо. Я не чувствую руку, Валя. Посмотри, моя рука стала лапшой.

Он начал её дёргать. Валентина схватила его за руку и спросила:

— Что, прям вообще не чувствуешь?

Удзуки ответил:

— Кроме пальцев, ничего не чувствую в правой руке.

Валентина потрогала его руку, задумалась и сказала:

— Походу, это парализовывающая магия. И она, к сожалению, долго лечится.

Удзуки спросил:

— Сколько?

Валентина замялась:

— Эм… Ну…

Удзуки напрягся:

— Валя! Можешь не пугать меня?

Валентина ответила:

— Шесть-семь месяцев минимум. Это только в лучшем случае.

Удзуки застыл:

— О нет… Я буду ходить теперь с мёртвой рукой так долго? О боже… И как мне теперь жить? Ну ладно, как-нибудь освоимся.

Валентина мягко сказала:

— Не бойся. Оно лечится хотя бы. Ты не вечно останешься таким.

Удзуки кивнул. Валентина спросила:

— А тебе что, было так важно меня спасти?

Удзуки замялся:

— Ну… Эм… Я видел, что ты не успеешь среагировать. Так что решил прикрыть тебя, как всегда.

Абель подошёл и сказал с лёгкой усмешкой:

— Хм… В любом случае я бы успел Вэл в сторону отойти. Так что ты просто бессмысленно изранил себя.

Удзуки ответил:

— Ага, конечно. Это я замедлил сферу. А так бы оно вас двоих вместе забрало бы. И это твоя благодарность?

Абель пожал плечами:

— Не моя вина, что ты такой жертвенный.

Валентина встала между ними:

— Да хватит уже! Прекратите бой, оба! Удзуки, спасибо, что меня спас.

Удзуки чуть разочарованно кивнул.

Появились Нанахоши и Айша. Айша сказала:

— Эм… У нас тут какой-то человек.

Все удивились. Рин спросил:

— Что за человек ещё тут?

Нанахоши ответила:

— Нашли мы одного человека под завалами. Пытался просить помощь и искал кого-то. Пойдёмте, посмотрим, покажем.

Они пошли. Анна спросила:

— Эй, вы знали, что у вас на базе есть кто-то, кто был здесь?

Артур покачал головой:

— Нет. Может, это просто работник, который работал, и его завалило завалами из-за демона.

Нанахоши подошла к Удзуки и сказала:

— Ты что, реально не чувствуешь руку?

Удзуки кивнул:

— Да.

Она взяла его за правую руку и очень сильно сжала:

— Ты это чувствуешь?

Удзуки сказал:

— Нет.

Она очень сильно закрутила:

— А теперь чувствуешь?

Удзуки одёрнул руку и сказал:

— Если я не чувствую руку, это не значит, что ты можешь меня бесследно пытать.

Нанахоши усмехнулась:

— Ну… По крайней мере теперь ты будешь пользоваться левой рукой больше, чем правой.

Удзуки закатил глаза. Они пошли дальше и заметили, как один парень сидит на скале среди руин, чуть отдёргивая одежду от ран. Валентина удивилась, но не сильно.

Они подошли к парню. Он был такого же возраста и роста, как и они, но чуть ниже. Сидел в очень грязной академической одежде, с серыми волосами, которые закрывали его лицо и спадали до плеч. Он был в шортах, выглядел беззащитным.

Нанахоши сказала:

— Вот его мы нашли. Он лежал под завалами, прося о помощи. И что-то там бормотал.

Александр подошёл и спросил строго:

— Кто ты?

Парень с трудом поднялся на колени и сказал:

— А… Извините. Я один из ваших новичков. Меня отправили к группе «Альфа», чтобы пройти отбор. Потому что меня порекомендовали к группе «Альфа». Я пришёл, думая, что вы тут. Даже не знал, что это место ремонтируют. Когда понял, я зашёл сюда несколько часов назад, а потом пришёл какой-то огромный страшный демон и просто завалил меня бетоном. Я даже не ожидал, что так произойдёт.

Артур нахмурился:

— Стоп, получается, ты был новеньким?

Парень сказал стесняющимся голосом:

— Наверное, так… Извините. Я, может, даже не пройду ваш отбор, но я хочу поступить в академию.

Канаэ спросила мягко:

— А как тебя вообще зовут?

Парень ответил:

— Меня зовут Леон Ямакдуш.

Валентина повторила:

— Я маг душ? В каком смысле?

Леон объяснил:

— Ну, духовная магия. Сила душ. Я не управляю душами буквально, просто атаки сосредоточены на душе противника. Не прям сильно. Очень слабый разрушительный эффект, не крайне эффективный.

Астро сказал с энтузиазмом:

— О, получается у нас новенький! Отлично, пойдём, сначала помойся, а потом познакомишься со всеми нами.

Александр возразил:

— Ничего подобного. Он должен сначала пройти все расписки, потом пройти отбор. Ещё и в академии Вселенской к нам поселиться. Может, вообще его и не будем брать.

Леон поспешно сказал:

— Ну, я не против. Я сам из бедных краёв и могу отправиться туда заново, если не надо.

Артур сказал:

— Ну, Александр, давай поможем ему. Видно же, что он приходил за помощью, но его из-за обстоятельств демон повредил. Он просто не знал.

Канаэ спросила:

— Откуда ты?

Леон ответил:

— Я из Люксембурга, в самой северной части.

Канаэ удивилась:

— Оу, там же место жительства — такое мрачное и не очень для человека.

Леон сказал:

— Ну, я пришёл, чтобы исправить это.

Валентина повернулась к Александру:

— Ну, Александр, возьмём?

Александр тяжело вздохнул:

— Делайте, что хотите.

Леон встал и сказал с благодарностью:

— Спасибо, я вас не подведу. Попытаюсь влиться в коллектив, а также стать хорошим вашим напарником.

Валентина рассмотрела его и сказала:

— Ты походу вообще не сильный, раз уж не мог стандартную бетонную стену поднять. Как ты выбрался?

Леон указал на Нанахоши:

— Ну, вон та библиотекарша меня спасла. Да, я не сильный, но зато, если я сумею коснуться противника, он почти на сто процентов будет побеждён с помощью моих техник.

Валентина кивнула:

— Интересные у тебя способности, конечно же. Но лучше их улучшить.

Леон улыбнулся:

— Вы же Светлая Надежда. Дочка Синдреллы. Я рад вас видеть. Очень приятно.

Валентина ответила:

— Да, не за что. Думаю, ты хорошо подружишься с нами.

Удзуки сказал с лёгкой усмешкой:

— Больно уж ты странно выглядишь. Слишком бледный. Иди помойся, ладно? А то несколько часов под завалами — это плохо.

Леон кивнул:

— А так до академии Селенции очень далеко. Как мы дойдём?

Рин показал кольца и сказал:

— Вот так просто.

Он приобнял Леона и сказал:

— Пошли, я тебя везде обустрою.

Он ударил кольцами, и они оба исчезли.

Норн удивлённо спросила:

— А это что за новая технология?

Канаэ объяснила:

— Специальные новые кольца. Могут быстро телепортировать в любое место. Конечно, между телепортациями есть определённое время, но это крайне эффективно.

Валентина нахмурилась:

— И откуда они взялись?

Канаэ ответила:

— Из Ашуры. От учёного по имени Аки.

Валентина задумалась:

— Интересно… Мне стоит побольше изучить это.

Астро уже готовился к телепортации:

— Всё, направляемся домой. А то надоело тут сражаться.

Он повернулся к Норн:

— Норн, кто последний, тот морковка!

Он ударил кольцами и исчез. Норн возмутилась:

— Эй! У меня ведь нет колец! Ты издеваешься?

Астро исчез, а Норн закатила глаза. Остальные тоже начали потихоньку телепортироваться.

Но Абель остановил Валентину.

Вокруг почти все телепортировались — остались только Норн, Удзуки, Нанахоши, Абель и Валентина. Абель чуть отошёл в сторону и сказал:

— У меня к тебе серьёзный разговор.

Валентина удивлённо подняла бровь:

— О чём ты, Абель? Какой разговор ещё?

Абель начал говорить быстро, нервничая:

— Ты слышала о новом указе любовных интересов у СМИ?

Валентина покачала головой:

— Нет, я не слежу за СМИ.

Абель продолжил:

— Ну, так вот. Проходя все эти события вместе, я начал сильно задумываться.

Валентина сказала:

— Так, так…

Абель заговорил ещё быстрее, сбиваясь:

— Ну, так вот, всё больше и больше я задумывался: а что будет в будущем? Что я буду делать тогда? А как же ты? Я думаю… Вот появился демон десятого дивизиона, которого почти убить было невозможно. А что если появится демон, которого вообще убить нельзя? Что тогда будем делать? Мы чуть не умерли от второго дивизиона. Я знаю, что он в будущем вернётся за нами. И тогда уже будет нам труднее. Так вот, к чему я клоню…

Валентина сказала, чувствуя тревогу:

— Абель, ты меня пугаешь.

Абель сделал шаг ближе и сказал:

— Я хочу быстрее делать то, что хочу больше всего в жизни. Насладиться жизнью, пока это возможно. Насладиться с тобой, пока это возможно.

Он схватил Валентину за плечи и продолжил:

— О чём я говорил — это то, что если пары целуются в первый раз, это значит, что они уже навсегда будут вместе. Им запрещено расставаться, потому что поцелуй означает, что они будут вечно вместе.

Валентина покраснела. Абель резко схватил её за талию, притянул к себе и поцеловал. Очень страстно. Валентина даже не ожидала, но и уходить не стала — просто обняла его в ответ, ощущая вкус его губ.

Нанахоши усмехнулась. Норн подпрыгнула от радости. Удзуки стоял, смотрел на это — как будто его что-то выдернуло. Его глаза застыли, как яблоки, рот остался полуоткрытым, пытаясь взять воздух.

После этого Валентина и Абель отошли друг от друга. Валентина сказала, чуть усмехаясь:

— Абель, ты реально это сделал?

Абель улыбнулся:

— Ну что, не понравилось?

Валентина ответила с теплотой:

— Я рада. Очень рада. Спасибо. Это наш первый поцелуй, и он получился неожиданно, но так красиво, как я ожидала.

Абель сказал:

— Ну всё, теперь ты моя официально навеки.

Валентина улыбнулась:

— Я и так это считала.

Норн вмешалась:

— Как классно! Всё, я теперь жду свадьбу! Быстрее, пока это возможно, пока опять не появился какой-то демон. Пошли уже в академию, что мы тут стоим?

Валентина сказала:

— А как мы пойдём так быстро?

Норн ответила:

— Ничего, Анна мне дала свои кольца, а сама полетела с Артуром.

Валентина удивилась:

— Артур? А это ещё кто? Она с ним подружилась?

Норн махнула рукой:

— Ну, идёмте. Силы колец хватит, чтобы одновременно троих унести.

Она затолкала их в круг. Удзуки стоял неподвижно. Его кольца стали серыми. Нанахоши подошла сзади и сказала:

— Удзуки?

Удзуки даже не ответил.

Удзуки смотрел на уходящих Норн, Абель и Валентину и просто опустил голову вниз. Потом посмотрел на свою неработающую руку, немного подвигал её и тяжело вздохнул.

Нанахоши повторила громче:

— Удзуки!

Удзуки повернулся и сказал с лёгкой пустотой в голосе:

— Что?

Нанахоши ответила:

— Поможешь мне там? Забрать пару гримуаров из базы Альфы. Мне нужны были для прокачивания магии для божественного статуса.

Удзуки кивнул:

— Конечно. Пошли.

Они пошли вместе. Удзуки смотрел только вниз и шёл рядом с Нанахоши справа. Она спросила:

— Ну и что ты теперь будешь делать?

Удзуки ответил:

— Что я буду делать? Продолжать жить. Я ведь не умираю от чего-то.

Нанахоши сказала:

— По-твоему, это нужно гордиться?

Удзуки покачал головой:

— Нет. Это же проклятие одновременно. Но что-то другое остаётся. Ну, подумаешь, я калека на семь месяцев. Или даже на год. Попробую быть левшой. Вряд ли меня будут отправлять на битву — я же не смогу нормально драться.

Нанахоши сказала:

— И ты будешь просто отдыхать дома?

Удзуки ответил:

— Да, но буду помогать остальным в любых делах. Кто сказал, что если у меня нет одной руки, я теперь слабый и не могу с кровати встать?

Они пошли дальше. Нанахоши сказала:

— И это было ради чего?

Удзуки ответил с лёгким раздражением:

— Нанахоши, можешь эту тему не поднимать, ладно? Я уже и так сто раз страдал ради кого-то, чего-то, чтобы показаться просто полезным.

Нанахоши сказала:

— Ты и так полезный. Почему ты этого не поймёшь? Я понимаю, у тебя триггер из-за этого. Из-за отца, блин, тупого. Но хватит этим жить. Есть сотни людей, которые считают тебя полезным и вечно благодарны за то, что ты сделал. Даже если бы ты просто стоял там и с Абелем или Валентиной что-то случилось, никто бы тебе и слова не сказал. О чём ты вообще? У тебя ума не хватает, чтобы это осмыслить?

Удзуки усмехнулся:

— Ну, ты же сама говорила, что я тупой пень, который ничего не понимает.

Нанахоши фыркнула:

— Если я скажу, что ты корова, ты превратишься в корову?

Удзуки чуть усмехнулся:

— Только если ты пожелаешь, миледи.

Нанахоши закатила глаза — хотя по маске это не было видно, но по движению головы стало понятно. Они пошли дальше.

В один из моментов их руки в походке чуть соприкоснулись. Они чуть-чуть отдёрнули их, но Удзуки резко перехватил инициативу и схватил её за правую руку с помощью своей левой руки. Крепко сжал.

И они пошли, держась за руки.

Нанахоши удивлённо посмотрела на Удзуки, и он сказал:

— Что? Давно пора было.

Нанахоши сказала:

— Тормоз, блин.

Удзуки усмехнулся:

— Теперь ты поняла, почему я хожу справа сейчас? Хотя всегда я хожу слева.

Нанахоши спросила:

— Просто потому что тебе так удобнее?

Удзуки ответил:

— Потому что у меня правая рука не работает. А так бы я не смог сводить тебя за руку.

Нанахоши даже не ответила — просто закрыла глаза и покачала головой. И они пошли вместе.

---

Мы перенеслись в академию. Ариэль стояла рядом со всеми — группой «Ц» и группой «Альфа».

Ариэль сказала, обводя взглядом всех:

— Всем! Ну, группа «Альфа» и группа «Ц». Ваше общее первое задание прошло нормально. Вижу, вы всё-таки сумели наладиться и хорошо относиться друг к другу. Теперь вы будете так до тех пор, пока база «Альфа» будет недостроена. Скажу честно — это займёт минимум один год. Так что вы тут надолго.

Группа «Альфа» переглянулась, но ничего не сказала.

Ариэль продолжила:

— Я уже наслышана о том, что вы столкнулись с демоном второго дивизиона. Королевство, услышав это, отчаянно усилило меры безопасности и вызвало рыцаря первого ранга из королевства Ашуры. Но, к сожалению, Ашура отказывается давать самого сильного рыцаря за всю историю обратно в Селенцию. Так что это временный запрос. Что насчёт вас — вы молодцы, что одолели демона десятого дивизиона.

Она перевела взгляд на Валентину, Абеля и Норн:

— Валентина, Абель и Норн — спасибо вам, что вы сумели собрать снова всех божественных магов. Вы молодцы просто.

Мария спросила:

— Да, как раз сегодня у них пройдёт это собрание. Интересно, что у них там творится?

Абель сказал:

— Надеюсь, им не скучно и весело увидеть снова друг друга.

Ариэль кивнула:

— Ну всё, теперь я пойду. А вы делайте, что хотите. Вы заслужили отдых после всего, что произошло.

Она ушла.

---

Хигамару и Клифф рассматривали руку Удзуки. Хигамару спросил:

— Босс, теперь вы что, леворукие что ли?

Удзуки кивнул:

— Да. Теперь будет сложнее жить.

Клифф предложил:

— Можете сделать протез? Будешь пользоваться этой рукой через механизм.

Удзуки покачал головой:

— Да нет, зачем мучиться? Просто попробую жить более активно.

Мария и Хаюки смотрели на Леона. Мария сказала с подозрением:

— Подозрительно. А откуда ты взялся вообще?

Леон ответил:

— Из Люксембурга, с севера.

Мария прищурилась:

— Из севера? Хм, я тоже. Но ты вообще не похож на северянина. Такой дрыхлый и пугливый.

Леон сказал:

— Ну что вы, женщина, я… Угу. Тогда просто новичок.

Хаюки вмешалась:

— Что ты, Мария, к нему докапываешься? Просто новичок у нас. Он полезный же.

Мария фыркнула:

— Хм… Как же легко все пробиваются в академию, когда мы столько трудились. Просто решил через группу «Альфа» войти в лучшую академию. Я в шоке просто.

Леон сказал:

— Я же тоже долго тренировался для этого статуса.

Вильгельм подошёл и сказал:

— О, не слушай этих девушек. Нервничаешь? Я тоже. Приятно познакомиться.

Леон кивнул настороженно. Вильгельм продолжил:

— Это будет для тебя лучше, так что пошли ознакомимся.

---

Валентина стояла рядом с Агнес и сказала:

— Леонардо? О боже, Агнес! Почему ты это скрывала?

Агнес опустила взгляд:

— Ну, ты же знаешь, что у меня были причины. И извини, что я окончательно сломала твой кулон.

Она показала на разбитый кулон. Валентина сказала:

— Ну ничего, я же и так его отдала тебе. Почему я должна расстраиваться? Ты могла делать с ним всё, что угодно.

Агнес спросила с надеждой:

— Ты же поможешь мне с Леонардо? Ты же знаешь толк в душах больше всех.

Валентина кивнула:

— Попытаюсь.

И ушла.

Анна подошла к Валентине:

— Отойдём в сторону. Ох ты, Валентина, подруга, ты всё-таки окончательно навеки сцепила себя с Абелем. Круто, поздравляю.

Валентина сказала:

— Ну что ты, Анна…

Анна перебила:

— А я вижу, ты тоже времени не теряла.

Она взглядом показала на Артура. Анна возмутилась:

— Ты с ума сошла? Он мой просто друг. Мы просто напарники. Просто он такой тихий и приятный по разговору, а его прошлое такое загадочное — раз уж он рос в лесу, а потом среди каменщиков. Так что интересно становится.

Валентина усмехнулась:

— Ага, конечно, конечно. Это чья ворона каркала, когда я впервые общалась с Абелем?

Анна сказала:

— Ты другая, я другая. Ладно, не вмешивайся.

Валентина усмехнулась.

Она заметила, как Норн и Астро снова спорят. Астро говорил:

— С чего мне нельзя жить с вами?

Норн ответила:

— Ты с ума сошёл? Ты парень, мы девушки. Ты хочешь с нами в одной комнате жить?

Астро возмутился:

— Дура ты, блин! В соседней комнате я же живу.

Валентина подошла:

— Астро! Хочешь быть ближе к нам? Я это тебе устрою. В соседней комнате у меня живёт Удзуки. Так что я могу тебе с ним посидеть.

Астро удивился:

— Удзуки? Это ты про того убийцу? Ну ладно, попробую с ним пожить. Это для меня испытание, да? Самого опасного на меня направляешь.

Валентина сказала:

— Нет, наоборот, самого мягкого я тебя направляю.

Астро удивился. Норн сказала:

— Бей, это так тебе и надо.

Астро показал ей язык в ответ и ушёл.

---

В другой части Удзуки выходил из библиотеки, махнув нанохоши . Рин, Клифф и Хигамару подошли к нему с ехиднами улыбками. Рин сказал:

— Босс, что это было?

Удзуки спросил:

— А что это было?

Рин усмехнулся:

— То есть теперь ты и наша библиотекарша Нанахоши — официально?

Удзуки кивнул:

— Ну, можете считать, что официально.

Клифф хлопнул его по плечу:

— Наконец-то ты перестал страдать от Валентины и нашёл свой реальный путь.

Удзуки задумался:

— От Валентины…

Хигамару перебил:

— Пойдёмте это отпразднуем! Босс платит за нас всех.

Удзуки возмутился:

— Эй, а с чего это?

Рин сказал:

— Празднуем твоё новое будущее.

Удзуки спросил:

— А так с чего я плачу?

Клифф сказал:

— Ну, так это же твой праздник — ты и платишь.

Они утащили его.

---

Валентина вошла в свою комнату, взяла книгу, посмотрела на свои тёмные пятна и сказала:

— Мама, прости. Но я должна на какое-то время перестать использовать книгу.

Она засунула её в коробку, написала «Долгая память» и выкинула коробку под кровать.

— На будущее.

---

Мы перенеслись в императорский зал, где собирались все божественные маги.

Фердинанд подлетел через окно и приземлился на ноги, осматривая всё вокруг. Он остановил взгляд на Альдебаране, который сказал:

— Фердинанд? Это ты? Ох, сколько лет, сколько зим! Божественные маги не собирались уже как сорок пять лет.

Фердинанд усмехнулся:

— Я как вижу, ты стал более расслабленным.

Альдебаран пожал плечами:

— Ну что с того? Подумаешь, стал более человечным и стал жить жизнью. Мне же не стоит жить вечной войной, как ты.

Фердинанд сказал:

— А стоило бы. Ты не оправдываешь свой ранг божественного мага.

Альдебаран ответил с лёгкой усмешкой:

— Ну и что с того, когда нет войны? Не стоит быть вечно божественным. Я просто добрый дирижёр из прекрасного города.

Слева подошёл Байрон:

— Вижу, вы двое никак не изменились.

Альдебаран сказал:

— А мы видим — ты сейчас всё такой же мрачный и серый, как всегда. Проходит полвека, а ты остаёшься таким же.

Байрон усмехнулся:

— Ну, хотя бы я рад, что вы живы и наш состав не поменялся.

Пришла Сабрина и сказала:

— Вижу огромное чувство силы вокруг. Нетрудно догадаться, что тут собрались все мои старые друзья.

Альдебаран сказал:

— Сабрина, вы такая же прекрасная, как всегда. Даже спустя пятьдесят лет.

Сабрина кивнула и спросила:

— А где мой напарник Миша?

Миша вошёл, чуть неуклюже, и сказал:

— А, Сабрина! Проиграла спор? А ну отдавай мне миллион золотых!

Сабрина удивилась:

— С чего это?

Миша усмехнулся:

— Помнишь, мы спорили пятьдесят лет назад, что мы оба никогда не возьмём себе учеников-наследников? А ты взяла себе ученицу — дочку императрицы демонов.

Сабрина сказала:

— Ну да, ну да, я взяла в ученики. Но кто сказал, что я спорила с тобой?

Миша возмутился:

— Эй, мы спорили вообще-то!

Сабрина ответила:

— Не помню этого. Пятьдесят лет назад я тоже могу сказать, что мы спорили о чём-то.

Миша покачал головой:

— Ах ты хитрая лиса! Сделаешь вид, что не было.

Альдебаран сказал, глядя на них:

— Опять они вечно ссорятся, но по-своему очень близки.

Байрон задумчиво сказал:

— Эх… Вам тоже кажется, что кого-то не хватает?

Фердинанд кивнул:

— Да! Не хватает Синдреллы. Как мы без неё будем сейчас нормально общаться?

Сабрина сказала:

— Ну, бросьте. Вы же сами не принимали её пятьдесят лет назад.

Альдебаран сказал:

— Ну, это было пятьдесят лет назад. Всё, что произошло тогда, остаётся тогда, ладно?

Миша добавил:

— Но она была тихой и неразговорчивой. Но это же она одна из главных, кто помогла нам.

Байрон сказал:

— Всё-таки её будет нам не хватать. Знаете, я хотел с вами обсудить...

Все повернулись к нему. Он продолжил:

— Нам нужно обсудить, можем ли мы вернуться на работу.

Все удивились. В комнату резко зашёл император Барон:

— Охо-хо! Неужели мои глаза меня обманывают? Все божественные маги сумели вернуться и наконец-то быть вместе! Молодец, Валентина — всё-таки смогла всех переубедить, как и обещала.

Все посмотрели на него. Миша сказал:

— Ого, а я думал, он оказывается более молодым.

Сабрина шикнула:

— Закрой пасть перед императором. Прошло пятнадцать лет с прошлой встречи.

Барон улыбнулся:

— Я очень рад вас снова видеть. Когда была наша прошлая встреча? Целых пятнадцать лет назад, перед тем, как окончательно истребить опасных демонов.

Они прошли дальше и сели. Байрон сказал:

— Ну, рад вас встретить спустя пятнадцать лет разлуки с каждым из вас. Вы, наверное, забыли про меня уже, но я рад, что вы нашли силы и время, чтобы прийти.

Миша усмехнулся:

— Да что там, вы просто решили порасслабиться и прийти.

Байрон сказал:

— Нет, мы хотели одновременно с тобой обсудить, император, дело насчёт королевства.

Барон кивнул:

— Да, вы правы. Вы же видите состояние. Демоны никак не уменьшаются. Ашура и мир людей становятся всё дальше от нас из-за того, что мы становимся всё опаснее. А угроза становится всё более сильной. Пчёлы эволюционируют. А мы так и не можем найти основной источник этого.

Сабрина спросила:

— Предлагаете, чтобы мы все вернулись на службу?

Барон покачал головой:

— Нет. Я не хочу, чтобы вы снова мучили себя в свои последние годы. Я просто хотел бы взять у вас совет для нового поколения. Вы же видите, что активно растут новые сильные преемники для вас.

Фердинанд сказал:

— Мы не слабые. Мы всё ещё очень сильны для своих лет. И если нужна помощь, мы можем прийти и помочь.

Миша спросил:

— А что, какая-то новая угроза появилась?

Барон ответил:

— Ну… Вчера буквально был засечён новый демон второго дивизиона. Дани и Рани — тёмные рыцари войны в прошлом.

Сабрина застыла. Перед её глазами промелькнул флэшбэк: она на коленях, вся в ранах, рядом с ней падает один из божественных магов.

Она сказала с дрожью в голосе:

— Убийство Дани и Рани заняло у нас два года, а также смерть одного из божественных магов. И вы говорите, что он вернулся?

Альдебаран сказал спокойно:

— Ничего, мы их повязали. И в отличие от того времени, у нас есть много сильных рыцарей, а также мы знаем, на что они способны.

Барон добавил:

— Так вот. Главный рыцарь с нашего королевства сейчас находится в Ашуре и там работает. И на крайней безопасности королевство Ашура не хочет его отдавать.

Байрон сказал:

— Ну, что поделать. Это же самый сильный рыцарь за всю историю. Конечно, любое королевство хочет оставить его себе на всякий случай.

Фердинанд сказал:

— Но… Император Барон, я соглашусь вам помогать и сотрудничать. Хоть и не напрямую драться — ведь вряд ли нам понадобится помощь с нашими рыцарями, а также спецназами. Но я обещаю помогать с военными дилеммами.

Барон кивнул:

— Отлично, спасибо вам огромное, божественный маг Фердинанд.

Альдебаран сказал:

— Я тоже, но я скорее буду помогать как совет. Я сейчас обучаю одного из сильнейших потенциальных детей в истории. Так что я обещаю.

Байрон сказал:

— Ну, тогда я тоже попытаюсь помочь, как смогу. Я возьму своего внука, и мы вместе будем пытаться усилить все королевства.

Миша сказал:

— А я не буду. Я буду отдыхать.

Все на него тяжело посмотрели. Миша усмехнулся:

— Что? Я шучу! Я тоже буду помогать. Но нежели больше на границе, нежели в самом королевстве.

Барон кивнул и сказал с теплотой:

— Огромное вам спасибо, что спустя сорок пять лет вы снова вернулись на службу. Я понимаю, что вам не хватает сейчас, наверное, Тёмной Королевы. Но она, наверное, рада на небесах, что её запомнили как вашу помощницу, нежели чем злодея, который резко переобулся. А сейчас продолжим веселиться, ладно? Мы всё-таки в первую очередь пришли, чтобы отдохнуть и расслабиться.

Они все пошли.

---

Мы смотрим на тёмную лабораторию Зета, к которой резко кто-то постучался.

Зет резко побежал к двери. Обливион сидел в углу и смотрел. Зет открыл дверь — и перед ним стоял Дани во весь рост. Зет испугался, но Дани сказал:

— Войдём в комнату. Мы принесли очередного демона.

Рани вошёл с телом Бетельгейзе, пошёл на склад и выбросил его прямо к остальным десяткам тел демонов, убитых ранее.

Дани сказал:

— Есть ещё наблюдения, где могут находиться остальные демоны.

Зет отрицательно покачал головой:

— Вот, вы свободны. Если опять понадобится помощь в виде нахождения демонов, я свяжусь с вами.

Дани кивнул:

— Надеюсь, ты знаешь, чем занимаешься.

Обливион медленно подошёл к двери, посмотрел на всех своих мёртвых товарищей, сглотнул, испугался и сжался до размеров ребёнка, пропуская мимо себя Дани и Рани. Зет посмотрел на них, а Дани и Рани взяли и просто телепортировались, исчезнув.

Зет посмотрел на гору трупов и сказал:

— Эх… И с этим мне придётся работать ещё год примерно.

Он повернулся к Обливиону:

— Эй, что ты так пугаешься?

Обливион показал пальцем на всех демонов. Зет сказал:

— Ну да, подумаешь. А чего тебе пугаться? Ты демон шестого дивизиона. Новый император демонов приказал новый закон — убить всех демонов, кто ниже шестого дивизиона, и приносить их тела ко мне. Тебе повезло, что ты шестой, потому что тебя не тронут. Я понимаю, что тебе может показаться это зловещим, но пойми — мы можем сделать так, что они станут полезными. Вот скажи, что они нам сделали полезного? Император правильно мыслит. Я смогу их улучшить в лучшую сторону, нежели чем просто пчёлы.

Он посмотрел вокруг и продолжил:

— Я специально приказал Бетельгейзе отнести тот железный гроб прямо в базу «Альфы» и специально ему фальшиво приказал дождаться Валентину и остальных и напасть на них. Конечно, ему не повезло тем, что Дани и Рани оказались быстрее остальных и просто убили его и забрали. Но это уже не важно.

Он посмотрел на Обливиона:

— Они были твоими друзьями?

Обливион кивнул. Зет сказал:

— Ну ладно, сожалею.

Он пошёл обратно к исследованиям и сказал:

— План только начинается, и он начнёт набирать обороты только в будущем. Так что потерпи, и твоя роль будет уже потом. Ладно?

Обливион кивнул.

Зет пошёл к телу Бетельгейзе и заметил осколок меча Валентины — острую часть. Он взял его и сказал:

— Тёмная материя императрицы демонов… Это как здесь оказалось? Стоп… Это же Валентина! Так, у меня есть идея…

Он позвал:

— Эй, подойди сюда!

Обливион подошёл. Зет взял осколок, приподнялся к ошейнику, к какому-то проводу и сказал:

— Надави со всей мощью сюда. Пофиг, мне плевать, больно или нет.

Обливион со всей силы сделал это. Ошейник начал искриться но оставался на месте крепко, а Зет начал мучиться от боли. Он полежал так минуту, а после перестал чувствовать боль, встал и сказал:

— Что? Неужели сработало?

Он радостно прокричал:

— Yes! Я наконец-то могу ходить где угодно, кроме этой старой тёмной лаборатории. И меня не будут отслеживать. Раньше каждый мой шаг отслеживали, теперь не могут. Конечно, они всё ещё могут меня контролировать моим разумом, а также убить меня в любую секунду. Но хотя бы я могу скрытно действовать во всех местах с помощью своих телепортаций. И кстати — никому ни слова, ладно? Я не собираюсь вас предавать.

Обливион кивнул. Зет пошёл к окну, посмотрел на улицу и вышел. Он сказал с улыбкой:

— Ох, трава… Как же давно я не чувствовал этого.

---

В другой части Вселенной Валентина тоже смотрела в окно. Сзади Норн и Астро сражались на деревянных мечах. Валентина сказала:

— Эх… Этот путь будет долгим — обучать этих двоих монстров.

Она посмотрела на небо, на солнце и сказала:

— Кто бы там ни был и какой бы демон ни появился — я обещаю, я освобожу или уничтожу его ради безопасности всех своих близких и родных. Я обещаю, что никогда не забуду всех, кто пожертвовал собой ради этого.

Зет в другой части Вселенной тоже смотрел на солнце и сказал:

— Кто бы там ни был и кто бы ни хотел мне помешать — я достигну своих целей. Я обещаю, семья. Я вам ещё помогу. И не подведу ваши ожидания.

Зет и Валентина одновременно усмехнулись.

Конец шестьдесят седьмой главы и конец четвёртого тома «Валентина Коусин».

Спасибо за чтение

Вернуться к книге