Вальдира. Рыбалка с лутом

Глава 1

Цифровой тупик

В свои двадцать девять Кирилл разучился спать, зато научился ненавидеть шум мегаполиса за окном и пошаговые инструкции к чужим жизням.

Монитор послушно отобразил плашку «Импорт базы данных завершен успешно», и Кирилл устало откинулся на спинку кресла, которая отозвалась сочувственным скрипом. Часы в углу экрана показывали 4:12 утра. В открытое окно с третьего этажа вползал удушливый запах плавящегося асфальта и далекий, но вечный гул Третьего транспортного кольца. Где-то там, в предрассветном мареве, кипела жизнь счастливых и успешных людей, но Кирилл сейчас чувствовал себя как пережеванная и выплюнутая системная плата.

На его кухонном столе, сияя девственной чистотой, покоилась пустая банка из-под третьей за ночь порции энергетика. На этикетке красовался бодрый слоган: «Заряди свой внутренний аккумулятор!».

— Мой аккумулятор не просто сел, он вздулся и потек, дорогие маркетологи, — пробормотал Кирилл, разглядывая свое бледное отражение в погасшем экране второго монитора. Из темноты на него смотрел парень с прической «я упал с самосвала» и мешками под глазами такого размера, что в них можно было пронести контрабанду через таможню.

Последние три недели он безвылазно чистил терабайты «мусорных» данных для логистической компании. Платят за это неплохо, если, конечно, считать хорошей платой возможность покупать дорогие продукты, которые тебе некогда приготовить, и оплачивать аренду бетонной коробки в тридцать квадратных метров. Замкнутый круг цифрового рабства. Невролог на прошлой неделе, мельком взглянув на его дергающийся левый глаз, со вздохом порекомендовал «сменить обстановку и заняться медитацией». Ага, медитацией в Москве. Самое то — сесть в позу лотоса на коврике в прихожей под звуки перфоратора за стеной.

Кирилл повернул голову и посмотрел в угол комнаты.

Там, занимая едва ли не треть его жизненного пространства, возвышался массивный обтекаемый кокон из матового белого пластика. Капсула виртуальной реальности «Бриз-М». В полумраке студии она выглядела как инопланетный артефакт или очень дорогой, футуристический гроб для добровольного погребения. Хозяин игрового клуба, с которого Кирилл стряс этот аппарат за долги по оптимизации серверов, уверял, что это «лучшее лекарство от депрессии».

— Ну да, — ухмыльнулся Кирилл, поднимаясь со стула и хрустя каждым суставом своего двадцатидевятилетнего, но уже решившего состариться тела. — Если я в ней умру от истощения, то хотя бы в красивой позе и под присмотром встроенного климат-контроля.

Он подошел к капсуле и провел ладонью по прохладному пластику. На панели управления слабо мерцал зеленый индикатор готовности. Все технические жидкости заменены, картриджи с питательным гелем заправлены под завязку, софт Вальдиры скачан и обновлен до последней версии.

Осталось сделать последнее усилие в реальном мире, прежде чем нажать кнопку «Старт».

Теория большого заброса

Спустя три часа Кирилл стоял на лестничной клетке в одних трусах, растянутой футболке с надписью «Error 404: Sleep Not Found» и мусорным пакетом в руке. Сон так и не пришел, зато пришло осознание, что если он прямо сейчас не вынесет очистки от вчерашней пиццы, то они организуют собственный профсоюз и потребуют долю в оплате квартиры.

Дверь соседней квартиры со скрипом приоткрылась, явив миру дядю Мишу. Местный патриарх подъезда, заядлый рыболов и обладатель таких густых седых бровей, что за ними, казалось, можно было прятать мелких грызунов, стоял, опираясь на палочку. Из-за жестокого артрита его личный радиус перемещения сократился до маршрута «кровать — окно — лавочка», но боевой дух старого речного волка сломлен не был.

— О, Кирюха, здо́рово, — проскрипел дед, прищурившись. — Ну и рожа у тебя. Тебя что, черти всю ночь на кукане держали?

— Почти, дядь Миш. Базы данных. Это как караси, только клюют исключительно в мозг и без прикормки.

— Цыц! Не поминай карася всуе, — дед сурово постучал тростью по линолеуму. — Сегодня, между прочим, самый жор на водохранилище. Ветер южный, тучка ходит… Эх, мне бы мои тридцать лет и ноги не казенные. Я бы сейчас на мысу стоял, со спиннингом.

Кирилл улыбнулся. Он любил эти разговоры. Дядя Миша был, пожалуй, единственным человеком в этом безумном городе, который не пытался продать Кирилла успешному успеху. От деда пахло старым табаком, сушеной плотвой и настоящим, нецифровым спокойствием.

В памяти Кирилла тут же всплыл его собственный дед и их эпические выезды на рыбалку в сибирской глуши. Рыбалка в исполнении старшего поколения всегда была наполовину религией, наполовину комедией абсурда.

Кирилл вспомнил, как в четырнадцать лет дед взял его на «серьезного тайменя». Они три часа продирались сквозь тайгу, кормя собой комаров размером с воробья, чтобы обнаружить, что дед забыл дома… катушки для удочек. Вместо того чтобы вернуться, дед авторитетно заявил: «Настоящий мужик ловит на характер!». В итоге они весь день привязывали леску к сосновым веткам, поймали одного несчастного речного гольяна размером с мизинец, которого тут же сожрал местный наглый бурундук, пока дед отлучился за «целебным чаем» из фляжки.

— Слышь, Кирюха, — прервал его воспоминания дядя Миша, заговорщически понизив голос. — Ты мне зубы-то не заговаривай. На выходных на Оку не собираешься? Могу сдать место. Там лещ идет — во! Как чемодан! На пенопласт берет, дурной.

— Не, дядь Миш, на Оку не поеду. Я это… капсулу настроил. Виртуальную. Помните, рассказывал? Буду в Вальдире рыбачить. Там, говорят, физика воды идеальная.

Дядя Миша посмотрел на него так, словно Кирилл только что признался в поедании сырых кабачков по ночам. Брови деда сошлись на переносице, образовав мощный шерстяной щит.

— В вир-ту-альную? — раздельно произнес он. — Это где в пластиковый гроб ложишься, и тебе в глаз лазером светят? Тьфу, сгинь, нечистая сила! Рыбалка — это же интимный процесс, понимаешь ты, голова компьютерная? Там же главное что? Овечий тулуп, утренняя сырость, чтоб за шиворот капало, и чтоб червяк на крючке на тебя матом смотрел от холода! А у тебя там что? Пиксели?

— Ну, зато комары не кусают, — попытался защититься Кирилл, вспомнив еще одну историю.

Два года назад друг Артем все-таки вытащил его на «элитную платную рыбалку» с палатками и вип-мангалом. Закончилось все тем, что ночью местный енот украл у них ведро с замаринованным шашлыком, а когда Артем попытался отнять добычу, зверь зашипел так, что успешный менеджер по продажам с воплями забаррикадировался в дорогой немецкой машине. Кирилл тогда остаток ночи сидел на берегу под проливным дождем, деля с енотом пачку чипсов, и думал, что единение с природой сильно переоценено.

— Комары — это естественный отбор! — отрезал дядя Миша. — Без комара ты не рыбак, а отдыхающий в санатории. Ну ладно, лети давай со своим мусором. Но если твой этот… электронный окунь тебе хвостом по лицу не съездит, то это не рыбалка, а порнография.

— Обязательно съездит, дядь Миш. Я настрою чувствительность капсулы на максимум, — рассмеялся Кирилл, пятясь к лифту.

Возвращаясь в квартиру, он поймал себя на мысли, что старик в чем-то прав. Но реального тулупа и сырости его организм сейчас просто не выдержит — развалится на запчасти. А вот виртуальный водоем — это как раз тот компромисс, который позволит сохранить остатки рассудка.

Проповедь Свидетеля Топового Дропа

Телефон взорвался бодрым маршем из какой-то старой анимешки как раз в тот момент, когда Кирилл нажимал на кнопку кофемашины. На экране высветилось: «Тёма (Не брать, если жить охота)». Кирилл вздохнул и нажал «Принять». Из динамика тут же хлынул такой поток энергии, что чашка с кофе, казалось, испуганно звякнула.

— Кир! Здарова, сыч! Короче, ты не поверишь! — Артём не говорил, он вещал, будто вел стрим на миллионную аудиторию. — Мы вчера с кланом ходили в рейд на Нижние Уровни Катакомб Скорби! Чувак, это был просто разрыв всего! Драйв, пот, кровь рекой!

Кирилл зажал трубку плечом, наливая кофе.

— И тебе доброго утра, Тём. Кто кого разорвал?

— Да босс нас сначала разорвал, раза три! — восторженно заорал Артём, проигнорировав сарказм. — Представь: темнота, факелы догорают, наш танк ловит крит лицом и падает, хилы в панике орут в дискорд, у меня маны на одно заклинание, а у этой твари пятиметровой остается два процента жизни! У меня аж сердце в реале через капсулу пробивало, датчики пульса пищали как резаные! Я прыгаю с уступа, кастую «Адское пламя» прямо ему в пасть — бам! Экран белый, лог летит со скоростью света, у меня системный шок, девки в чате визжат! Вот это я понимаю — жизнь! Вот это эмоции! Постоянный драйв, понимаешь? Каждую секунду на грани!

Кирилл сделал глоток обжигающего эспрессо. От одного описания у него заныла поясница.

— Звучит… очень громко и валидольно, Тём. Я рад за твои седые волосы.

— Да какие волосы, Кир! Я фиолетовый посох выбил! На аукционе за него сейчас тридцать тысяч реальных рублей дают! Короче, ты когда выползешь из своего анабиоза? Я тебе пуху нормальную подгоню, у нас в академке клана есть место. Будешь за моей спиной стоять, фаерболы кидать. Через месяц тридцатый уровень возьмешь, в замесах три на три поучаствуешь. Там такая тактика, такой экшен! Кровь кипит!

— Тём, спасибо, конечно, — мягко перебил его Кирилл, усаживаясь на подоконник. — Но я, кажется, говорил. Я не пойду в боевой клан. И фаерболы мне не интересны.

В трубке повисла тяжелая, разочарованная тишина. Будто Артём только что узнал, что его лучший друг тайно коллекционирует фантики от конфет.

— Погоди… — протянул Артём уже тише. — Ты реально купил капсулу за три сотни косарей, чтобы… что? Салат там виртуальный резать? Или налоги в игре платить?

— Я собираюсь качать Рыболова, — честно признался Кирилл. — И, возможно, Магию Воды. Чтобы прикормку охлаждать и леску из маны делать. Хочу найти глухое озеро, сесть на цифровое бревно и смотреть на поплавок. Желательно, чтобы в этот момент в меня не летело «Адское пламя» и никто не орал в наушники.

— Рыбалка?! — Артём подавился воздухом. — В Вальдире?! Да там топ-контент — это осады замков! Там люди замки за реальные миллионы покупают, чтобы друг другу лица ломать на глазах у всей игры! Там драконы, там боги, там эпические квесты! А ты будешь червяков на крючок насаживать?! Кир, ты больной. Тебя лечить надо. Это же игра про постоянный экшен, там мирных игроков вообще за людей не считают, их ПК-шники (убийцы игроков) в первой же луже топить будут ради забавы!

— Ну, пусть попробуют, — усмехнулся Кирилл, глядя на белую капсулу в углу. — Мой червяк будет очень ядовитым. Ладно, Тём, мне пора. Картриджи сами себя не заправят. Удачного дропа.

— Псих… — обреченно выдохнул Артём. — Ладно, если тебя сожрет какая-нибудь болотная щука сорокового уровня, не звони мне. Я твои снасти лутать не пойду!

Кирилл повесил трубку и улыбнулся. Мысль о боевом драйве и кричащих в панике хилах вызвала у него лишь легкую дрожь отвращения. Хватит с него дедлайнов и паники в реальной жизни. Экшена ему и на работе достаточно, когда сервера ложатся за пять минут до сдачи проекта.

В Вальдире его ждала тишина. По крайней мере, он на это очень надеялся.

Градации цифрового рая и рождение Схемы

Положив телефон на кухонный стол, Кирилл подошел к своему белому кокону и ласково похлопал его по матовому боку. Мир вирт-технологий за последние годы жестко разделил человечество на новые касты, и Кирилл до сих пор не верил, что умудрился запрыгнуть если не в бизнес-класс, то в очень крепкий «комфорт-плюс». Правда, для этого ему пришлось совершить самый настоящий инженерный подвиг.

Рынок оборудования для погружения в Вальдиру напоминал автопром: у кого-то был самокат, а у кого-то — космический шаттл.

На самом дне технологической эволюции находились так называемые «Бюджетки» или, как их зло шутили на форумах, «Очки для бедных». Это были обычные шлемы виртуальной реальности со встроенными датчиками на висках. Стоили они копейки, и позволить их себе мог любой студент. Минус был очевиден — жесткое урезание каналов восприятия. Никаких запахов, никакого ветра на лице, а вместо полноценных тактильных ощущений — легкая вибрация в перчатках. В «шлеме» ты не жил в игре, ты просто смотрел на нее через очень хорошее 3D-окно. Но люди играли, качались и даже умудрялись зарабатывать. Для них Вальдира оставалась просто пиксельной работой.

Чуть выше шли капсулы серии «Штурм» — выбор Артёма и тысяч таких же хардкорных геймеров. Черные, угловатые, похожие на спортивные болиды. В них упор делался на скорость отклика, адреналиновый буст и боевую химию. «Штурмы» умели так разгонять синапсы, что секунда в реале казалась тремя секундами в бою. От запахов и вкусов там отказывались ради лишних миллисекунд пинга.

И, наконец, элита — капсулы индивидуального жизнеобеспечения. Ультра-люкс серии «Император» стоили как трешка в пределах Садового кольца. Там была полная симуляция всего: от вкуса коллекционного вина до текстуры шелка на королевском приеме. Говорили, что богачи используют их просто как замену курортам, неделями не вылезая из виртуальных дворцов.

У Кирилла же стоял золотой компромисс — «Бриз-М».

Хозяин игрового клуба не просто так отдал её за долги — этот аппарат буквально списали на металлолом после пяти лет нещадного коммерческого проката. Когда капсулу привезли на грузовике, она выглядела жалко: корпус поцарапан, внутренняя обивка панелей превратилась в ветхую труху, пахнущую чужим потом, датчики съема пульса барахлили, а гидравлика крышки выла так, словно хоронили старый экскаватор. Любой другой выкинул бы этот гроб на свалку, но Кирилл вложился в нее ради Идеи.

Он потратил полгода, кучу денег и все свои фрилансерские сбережения на капитальный ремонт. Сам перебрал гидравлические приводы, полностью заменил внутренний ложемент на новый, гипоаллергенный ортопедический гель, перепаял шлейфы датчиков и вручную откалибровал тактильные платы. Почему? Потому что модель «Бриз-М» изначально разрабатывалась для медицинских центров и психологической реабилитации. Она не давала боевого разгона синапсов, зато обладала идеальной, почти ювелирной точностью в передаче физики среды. «Бриз» потрясающе имитировал температуру воды, сопротивление воздуха, мягкость травы и тончайшие оттенки запахов — от аромата сырой сосновой коры до йодистого дыхания морского прилива. Для человека, который шел в Вальдиру лечить расшатанные нервы тишиной, это был лучший вариант на планете.

Кирилл изначально планировал заняться в игре чем-то сугубо мирным. Одно время он, как деревенский парень, всерьез обдумывал идею создать звероферму — например, разводить редких таежных колонков ради их ценного меха, который шел на топовые художественные кисточки для магов-начертателей. Просчитывал рацион, стоимость клеток, логистику кормления... Но сибирское детство взяло верх. Рыбалка манила сильнее.

И вот тогда в его голове дата-аналитика родилась безумная, но математически выверенная Схема: подводная ферма по выращиванию редких рыб-сундучков.

В Вальдире рыбы-сундучки (или рыбы-ларцы) были местной легендой. По сути, это были подводные мимики — уникальные магические существа, которые маскировались под элементы окружения. Обычный сухопутный мимик притворялся сундуком в данже и откусывал головы невнимательным игрокам. Водный мимик шел дальше: он рождался из кованого железа и магического дерева, но со временем обрастал живой плотью, плавниками, хвостом и уходил на глубину. Из этих рыб при поимке со стопроцентной гарантией выпадало золото, драгоценные камни или редкие свитки — то, что мимик успевал «переварить» внутри своего деревянного нутра.

Весь игровой мир считал рыб-сундучков случайным, ультра-редким спавном Системы. Поймал такую — поймал удачу за хвост. Но Кирилл, изучая слитые на закрытых форумах логи серверов, заметил системную дыру. Как аналитик больших данных, он понял: мимики — это не просто хаотичные пиксели. Они подчиняются общему коду фауны Вальдиры. А значит, у них есть свой цикл жизни, рацион питания и, самое главное, механика размножения.

«Если Система прописывает им статус живых существ, — рассуждал Кирилл, настраивая панель капсулы, — значит, их можно обмануть. Система видит загон из дерева? Обычная рыба там задержится, а мимик с силой тарана разнесет доски и уйдет. Но что, если построить загон из монолитного камня, запечатанного гномьими рунами прочности? Что, если кормить их строго определенным субстратом — серебряным мальком, который блокирует у мимиков триггер агрессии? Система решит, что это естественная популяция в закрытом водоеме, и не включит скрипт принудительного удаления „бага“».

Это была величайшая аналитическая задачка в его жизни. Обмануть ИскИн Вальдиры, построить подпольный золотой прииск под видом мирного ремесла и обеспечить себе безбедную старость в реале, просто сидя с удочкой на тихом берегу.

— Ну что, мой отремонтированный гроб, — прошептал Кирилл, открывая панель настроек на корпусе. — Пора проверить, сработает ли наш алгоритм.

Подготовка «гнезда»

Подготовка к погружению напоминала Кириллу ритуал заправки космического корабля перед вылетом на Марс. В Full-VR нельзя было просто «нажать на кнопку и забить». Тело в реале оставалось беспомощным, и о нем нужно было позаботиться заранее.

Первым делом Кирилл сходил в душ. Тщательно, до скрипа вымылся — если провести в капсуле часов двенадцать, малейшая соринка или капля пота под воздействием фиксирующего ложемента превратится в адский зуд, который начнет транслироваться в игру как дебафф «Раздражение кожи».

Затем он натянул специальное бесшовное термобелье из микрофибры. Никаких пуговиц, молний или завязок.

Подойдя к капсуле, Кирилл вытащил из нижнего отсека пустые контейнеры для медицинских жидкостей. Из коробки у двери он достал свежие картриджи: две литровые бутыли со стандартным питательным гелем «Нектар-3» (на вкус как безвкусный овсяный кисель, но в кровь поступает идеально) и флакон дезинфицирующего раствора для системы очистки кожи. С глухим щелчком картриджи встали в пазы. Индикатор на панели сменил цвет с тревожного желтого на ровный, глубокий синий.

Кирилл проверил кондиционер в комнате, выставив жесткие девятнадцать градусов. Капсула во время работы ощутимо грелась, и превращать свою маленькую студию в сауну не хотелось. Напоследок он задернул плотные шторы блэкаут. Солнечный свет не должен был беспокоить внешние датчики освещенности.

Все. Реальный мир был официально отключен, изолирован и подготовлен к его временному исчезновению.

Кирилл подошел к кокону, нажал сенсорную панель, и тяжелая пластиковая крышка беззвучно поплыла вверх, открывая обитое мягким серым гелем ложемент. Внутри пахло легким ментолом и медицинским спиртом.

— По коням, — хмыкнул Кирилл и перешагнул через высокий бортик.

Закрытие люка

Ложемент под весом Кирилла мягко просел, принимая форму его тела. Поясница, нывшая последние три года от офисного кресла, блаженно расслабилась. Анатомический подголовник аккуратно зафиксировал шею.

— Система «Бриз-М» приветствует вас, пользователь Кирилл, — раздался в наушниках мягкий, лишенный эмоций женский голос ИскИна капсулы. — Подключение к сети Вальдира стабильно. Уровень питательного геля — девяносто восемь процентов. Желаете начать сессию?

— Да, запускай, — выдохнул он.

Крышка капсулы пошла вниз. Свет реального мира сужался до тонкой полосы, пока не исчез совсем с тяжелым, герметичным щелчком гидравлики. Кирилл остался в абсолютной, звенящей темноте. На секунду накатила легкая клаустрофобия — инстинкт запертого в ящике животного — но Кирилл заставил себя сделать глубокий вдох.

По телу пробежала легкая волна прохлады: капсула начала сканирование нервных окончаний. Мышцы рук и ног обмякли, переставая подчиняться командам из мозга. Реальное тело заснуло.

А затем темнота взорвалась.

Перед глазами вспыхнули изумрудные нити кода, скручиваясь в трехмерные спирали. Звуковой процессор выдал нарастающий гул океанского прибоя, который перерос в величественный оркестровый аккорд. Прямо над Кириллом загорелись огромные, отливающие золотом буквы, знакомые миллиардам людей по всему земному шару:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ВАЛЬДИРУ

— Начинается инициализация нового аккаунта, — пропел системный голос, но уже не капсулы, а самой игры. — Пожалуйста, выберите расу вашего персонажа…

Кирилл мысленно улыбнулся. Серый мегаполис, долги, базы данных и ворчливый дядя Миша остались где-то там, за толстым слоем белого пластика.

Его рыбалка начиналась.

Глава 2

Измор электронного разума

Белоснежная пустота редактора персонажей Вальдиры не имела стен, но Кирилл ощущал себя так, будто его заперли в операционной. Прямо перед ним парили четыре стандартные голограммы: пафосный рыцарь в сияющих латах, хмурый разбойник с кинжалами, лучник с эльфийским прищуром и маг, вокруг посоха которого уныло крутились спецэффекты искр.

— Пожалуйста, выберите базовый архетип, — пропел мягкий системный голос. — Выбор определит ваши стартовые локации в Яслях.

— Пропустить, — привычно бросил Кирилл. Будучи дата-аналитиком, он знал: любая кнопка «Далее» создана для ленивых. — Открыть расширенный реестр ремесленных и прикладных суб-классов.

Голограммы моргнули и исчезли. На их месте соткалась бесконечная простыня мелкого текста. ИскИн Вальдиры, явно не привыкший к тому, что новые пользователи игнорируют героический пафос ради копания в таблицах, выдал предупреждающую плашку: «Внимание! Выбор сугубо мирной профессии на старте снижает скорость боевого развития в Яслях на 400%. Вы уверены?»

— Более чем, — хмыкнул Кирилл. Его левый глаз в реале наконец-то перестал дергаться. Тут было тихо, светло, и никто не требовал от него отчетов за прошлый квартал. — Фильтр по тегам: «Гидросфера», «Аквакультура», «Ихтиофауна».

Таблица резко сократилась. Система начала легкую пробуксовку, пытаясь переварить запросы тридцатилетнего мужика, который зашел в самую продвинутую Full-VR RPG планеты с намерением заняться разведением рыбы.

— Запрос некорректен, — безэмоционально отозвался ИскИн. — Данные профессии являются производными от базовых навыков ремесла. Рекомендуемый класс: «Человек, Рыбак-любитель».

— Щас, разбежался, — Кирилл хищно прищурился. В нем проснулся азарт программиста, ищущего уязвимость в коде заказчика. — Система, фиксируй логическое противоречие. Я запрашиваю расовый модификатор «Гном», но при этом выбираю стартовую школу «Магия Воды».

Экран перед ним замерцал тревожным оранжевым цветом. Гномы в Вальдире — это плоть от плоти земля, камень, тяжелый металл и в редких случаях огонь кузниц. Гном-маг воды — это как белый медведь, пытающийся свить гнездо на пальме. Природный нонсенс.

— Данная комбинация обладает отрицательной синергией, — попытался вразумить его ИскИн. — Штраф к объему маны — пятьдесят процентов. Штраф к скорости каста — тридцать процентов. Вы действительно хотите подтвердить этот бред?

— Подтверждаю, — Кирилл едва сдерживал улыбку. Он-то знал, зачем это делает. Ему плевать на объем маны для боевых заклинаний. Ему нужно было гномье упорство, расовый бонус к прочности строений и терпимость к монотонному труду. Если строить скрытую подводную ферму для рыб-сундучков, обычные деревянные загоны развалятся или сгниют. Нужна каменная кладка под водой. А магия воды нужна, чтобы просто дышать под ней и призывать косяки.

Система ушла в глубокую думу на добрых тридцать секунд. Наконец, текст перед глазами переформатировался, и выскочило три финальных варианта расового наследия.

«Обнаружен критический дисбаланс параметров. Сформированы уникальные скрытые суб-расы полукровок:»

Человек / Ундина. (+80% к скорости плавания, пассивное дыхание под водой, иммунитет к магии льда. Минус: полное отсутствие ремесленных бонусов).

Эльф / Нереида. (+100% к маскировке в воде, очарование водных существ, высокий интеллект. Минус: хрупкое здоровье, невозможность использовать тяжелые инструменты).

Гном / Полукровка водных глубин (Ихтиомант). (+50% к прочности подводных сооружений, пассивное умение «Чутье косяка», расовый бонус к Терпению. Минус: штраф к боевой магии земли и огня, специфический внешний вид).

Кирилл завис. Пункт про Ундину и Нереиду выглядел чертовски соблазнительно. Быть изящным эльфоподобным существом, которое растворяется в воде и повелевает рыбами одним взглядом — это идеальный концепт для классического фэнтези. Ундина давала абсолютную свободу в океане. Он мог бы плавать часами, не заботясь о запасе кислорода.

«Красиво, конечно, — подумал Кирилл, разглядывая изящный силуэт Нереиды. — Русалки, романтика, подводная грация…»

Но затем в его голове включился холодный аналитический калькулятор. Рыбы-сундучки — это не просто пиксели, это скрытые мимики Вальдиры. Они хитрые, агрессивные и, если верить слитым на форумах крохам информации, при попытке запереть их в неволе начинают ломать стены с силой хорошего тарана.

«Ну и что я буду делать со своей эльфийской грацией, когда эти зубастые сейфы разнесут мой красивый коралловый загон? — рассудил Кирилл. — Буду плакать красивыми слезами в соленую воду?»

Для реализации его бизнес-плана нужна была не грация, а тяжелая, нудная инженерная работа. Загоны должны быть из монолитного камня, скрепленного гномьими рунами прочности. Нужно будет ворочать донные валуны, копать ил и строить шлюзы.

— К черту русалок, — твердо сказал Кирилл. — Выбираю Гнома-Ихтиоманта. Нам, аналитикам, коренастая практичность ближе.

— Выбор подтвержден, — в голосе ИскИна послышалось отчетливое электронное обречение. — Сгенерирован уникальный персонаж. Игровой ник: Карась. Добро пожаловать на ручную калибровку внешности.

Боцман цифрового флота

— Внимание, — сухо напомнил ИскИн Вальдиры. — Игровой ник «Карась» занят пользователем сотого уровня из клана «Неспящие». Доступные альтернативы: Карась_777, КарасьМаг, Карась_В_Сметане…

— Тьфу, — поморщился Кирилл. — Никакой фантазии у людей. Пиши на латыни: Карассиус. Солидно, научно, и никто не догадается, что я просто рыбак.

— Ник Карассиус свободен. Переходим к настройке внешности. Желаете использовать стандартный шаблон?

— Нет, будем собирать вручную, — Кирилл потер ладони.

В его голове тут же всплыл утренний разговор на лестничной клетке. Дядя Миша, когда заменял чаем вторую фляжку «целебного бальзама», любил хвастаться своей бурной молодостью. Если верить его рассказам, он успел побывать боцманом на китобое, капитаном речного буксира, секретным подводником-диверсантом и чуть ли не лично брал на абордаж браконьерские шхуны в Охотском море. «Я в твои годы, Кирюха, треску из воды голыми руками выдергивал, а зубы у меня были такие крепкие, что я ими якорные цепи перекусывал, когда замок ржавел!» — громыхал старик.

Кирилл решил отдать дань уважения старому речному волку.

Через десять минут ползунки редактора превратили стандартного фэнтезийного гнома во что-то совершенно неописуемое. На Кирилла из зеркала смотрел приземистый, невероятно широкоплечий крепыш с пудовыми кулаками и кожей цвета старого дуба, дубленой солеными ветрами. На голове красовалась лихая лысина, окруженная венчиком жестких седых волос, а на переносице сошлись те самые легендарные, мохнатые «дядьмишины» брови. Каждая бровь гнома теперь выглядела как самостоятельный пушной зверь, вышедший на охоту.

— Добавить шрам через левую бровь, — скомандовал Кирилл, вспомнив байку о том, как дед «сцепился со стокилограммовым сомом-людоедом под Сызранью». — И бороду. Не длинную, как у этих сухопутных рудокопов, а короткую, шкиперскую. Лопатой.

Голограмма моргнула. Теперь Карассиус выглядел как классический, прожженный боцман, который только что сошел с борта качающегося на волнах брига и готов сожрать сырую акулу вместе с плавниками.

— Внешность зафиксирована, — ИскИн выдал финальный аккорд. — Раса: Гном-полукровка (морская ветвь). Зафиксировано уникальное достижение на этапе генерации: «Упрямство осла» (Вы проигнорировали шесть предупреждений системы безопасности).

Перед глазами Кирилла выскочила золотая табличка:

Внимание! Сформирован уникальный скрытый класс: ГАСТРОНОМ-ИХТИОМАНТ.

Вы умудрились скрестить несовместимое: гномью страсть к материальному миру, магию воды и упорство ремесленника. Вы не просто повелеваете рыбой, вы знаете, как превратить её в кулинарный шедевр высшего ранга.

Классовые бонусы:

«Чутье глубин» (пассивное): Вы видите плотность водных биоресурсов в радиусе 20 метров.

«Глаз ресторатора» (пассивное): Вы мгновенно определяете свежесть, качество и скрытые свойства любых пищевых ингредиентов.

Ремесленный бонус: +15% к скорости освоения профессий «Рыболов», «Повар», «Каменщик».

Кирилл аж присвистнул. Гастроном! Вот это Система выдала финт.

Внутренний аналитик Кирилла тут же перестроил бизнес-план. Ведь просто поймать рыбу-сундучок или вырастить её на секретной ферме — это половина дела. Если топовый игрок увидит, что гном продает странные живые сейфы, сразу возникнут вопросы. Клан «Неспящие» мигом прижмет Карассиуса к ногтю и отберет ферму.

А вот если он будет официально качать стезю Повара-Гастронома, это станет идеальным прикрытием!

В Вальдире высокоуровневая кулинария ценилась на вес золота. Топовые кланы перед рейдами скупали еду с баффами за баснословные деньги. Танкам нужна была «Уха из огненного судака» на +20 к выносливости, магам — «Запеченная щука» на регенерацию маны.

«Схема идеальная, — улыбнулся Кирилл, разглядывая свои новые мозолистые гномьи пальцы. — Я буду тихим, мирным поваром-рыбаком. Открою маленькую портовую таверну. На виду у всех буду жарить обычных карасей и варить уху для проходящих мимо нубов. А в подвале таверны, за каменной гномьей кладкой, в секретном подводном гроте… будет булькать моя личная, золотая ферма рыб-сундучков. Излишки золота и редкий дроп из сундуков я смогу легально легализовать через ресторанную выручку. И никакой Артём со своими фаерболами меня не вычислит».

— Параметры утверждены, — твердо сказал Карассиус, поправляя воображаемую капитанскую фуражку. — Запускай в Ясли, капитан ИскИн. Пора помочить крючок.

Пространство вокруг него подернулось рябью, белоснежная комната растворилась, и в нос Кирилла с размаху ударил густой, крышесносный запах сырой земли, речной тины и цветущей кувшинки. Капсула «Бриз-М» сработала на все сто процентов.

Рождение Боцмана

Звук материализации в Вальдире не был похож на ангельское пение. Это был плотный, сочный хлопок, с каким хорошо промятое тесто падает на деревянный стол.

Карассиус открыл глаза и первым делом смачно чихнул. В нос ударил ядреный, одуряющий коктейль из запахов цветущей кувшинки, влажной речной тины, нагретой солнцем травы и легкого налета навозца — где-то неподалеку явно паслось местное ясельное стадо. Капсула «Бриз-М» отрабатывала свои деньги с пугающей честностью: Кирилл кожей почувствовал, как прохладный ветерок шевелит волоски у него на лысине и ласково треплет его новые, монументальные «дядьмишины» брови.

Он посмотрел вниз. Земля оказалась непривычно близко. Из-под холщовых штанин штанов-портов торчали короткие, но невероятно массивные гномьи ступни. Руки, покрытые густым слоем мозолей и шрамов (спасибо калибровке внешности), заканчивались пальцами толщиной с хорошую сардельку.

— Ну, здравствуй, новый реал, — пробасил Карассиус. Собственный голос показался ему утробным рокотом дизельного двигателя подбитой субмарины.

Он огляделся. Система сжалилась над ним и не стала выбрасывать нестандартного гнома на центральной площади Яслей, где сейчас, судя по далекому многоголосому гулу, сотни новорегов с криками делили хвосты несчастных ясельных крыс. Карассиус стоял на задворках. Прямо перед ним раскинулся огромный, заросший ряской и кувшинками пруд. Вода в нем была густого зеленоватого оттенка, а у самого берега лениво ходили круги от падающей мошкары.

Слева возвышалась серая от времени бревенчатая стена старой водяной мельницы. Огромное деревянное колесо, покрытое склизким зеленым мхом, со стоном и скрипом проворачивалось в воде, поднимая мириады брызг.

Карассиус залез в стартовый инвентарь (просто мысленно пожелав увидеть свои вещи) и извлек на свет божий свое первое оружие.

Стартовая бамбуковая удочка-посох (Ремесленное снаряжение)

Прочность: 10/10

Урон: 1-2 (если бить комлем по голове)

Специфика: Повышает шанс удержания рыбы начального уровня на 5%.

Описание: Выглядит так, будто её вырубили из забора, но на нее можно поймать что-то живое. Если это живое не будет против.

— Ладно, пиксели, проверим теорию дяди Миши на практике, — проворчал Карассиус.

Он зашагал к раскидистой иве, ветви которой свисали прямо к воде, образуя идеальную тень. Ходить на коротких гномьих ногах было непривычно — центр тяжести сместился куда-то в район широкого пояса, зато устойчивость была монументальной. Сдуть такого гнома с берега не смог бы даже шторм.

Карассиус устроился на поросшем мхом корневище, наживил на ржавый крючок стандартного «Системного червя» (целая пачка обнаружилась в поясной сумке, и червяки, к слову, выглядели чертовски упитанными и аппетитно шевелились) и сделал первый заброс.

Поплавок — обычное гусиное перо — с тихим плеском ушел в воду и замер, покачиваясь на мелкой ряби.

И в ту же секунду мир вокруг Кирилла изменился. Сработал его скрытый классовый навык «Чутье глубин».

Зеленая толща пруда для обычного игрока осталась бы непроницаемой стеной, но Карассиус вдруг увидел. Не глазами, а каким-то внутренним, третьим чувством. Вода расслоилась на температурные зоны. Он четко видел, как у самого дна, в холодной яме под мельничным колесом, копошатся жирные раки. Ближе к камышам, в прогретой воде, стояла стайка мелких, юрких рыбешек — местная «Верховка».

А прямо к его поплавку, лениво шевеля плавниками, плыла солидная, ленивая тень.

Перо вздрогнуло. Раз. Два. Потом резко, без предупреждения, ушло под воду.

Карассиус, ведомый не игровыми подсказками, а чистым инстинктом, накопленным за детские годы в Сибири, сделал короткий, хлесткий подсек. Удочка согнулась дугой. На том конце лески кто-то яростно затрепыхался, пытаясь уйти под спасительный корень ивы.

Физика Вальдиры была безупречной. Кирилл почувствовал пальцами приятную, живую тяжесть, сопротивление бьющегося тела и натяжение лески. Он аккуратно, не форсируя, повел рыбу к берегу, гася ее рывки упругостью бамбукового удилища. Рыба сделала красивую «свечку», подняв тучу брызг, и спустя секунду Карассиус технично выхватил её из воды прямо в ладонь.

Перед глазами выскочила бодрая зеленая строчка:

Вы получили достижение: «Первая кровь... то есть чешуя!»

Вы поймали свою первую рыбу в мире Вальдиры без использования автоматического режима.

Награда: +50 к опыту. Навык «Рыболов» повышен до 2 уровня.

Улов: Ясельный карась-травяник (Вес: 420 грамм).

Качество: Свежее (Классовый навык «Глаз ресторатора»: идеально подходит для жарки на открытом огне, кости мягкие, мясо сладковатое).

— Ну вот, а Тёма говорил «валидол, пот, фаерболы», — довольно хмыкнул Карассиус, разглядывая жирную, серебристую рыбину, которая сердито шлепала хвостом по его гномьей коленке. — Да ваш фиолетовый посох не стоит одной такой поклевки.

Ворчуны сходятся характерами

— Слышь, недоросток! Ты какого хрена в моем пруду браконьерствуешь?! — громовой, хриплый голос над ухом заставил Кирилла едва не выронить карася.

Карассиус обернулся, инстинктивно сдвинув свои мохнатые брови к переносице. Из дверей мельницы, тяжело опираясь на дубовую клюку, выходил стонущий от старости непись.

Над его головой горела серая надпись: «Микула, деревенский мельник. 15 уровень».

Выглядел мельник как родной брат-близнец дяди Миши, только одетый в славянскую холщовую рубаху, перепачканную мукой, и с окладистой белой бородой. Лицо у деда было свирепым, а глаза горели искренним, неписевым раздражением на весь белый свет.

— Я не браконьерствую, дед, — спокойно ответил Карассиус, поднимаясь и выпрямляя спину, отчего его широкие гномьи плечи стали еще шире. — Я экосистему караулю. Видишь, какого кабанчика вынул? Он тут у тебя всю ряску пожрал, колесо мельничное тормозил.

Мельник замер, явно не ожидая от гнома-новичка первого уровня такой наглости и специфической лексики. Он подошел ближе, прищурился на рыбу в руках Карассиуса, а потом перевел взгляд на физиономию гнома. Две пары мохнатых, свирепых бровей встретились в немом поединке.

— Гном… с удочкой… — медленно произнес Микула, и его клюка перестала стучать. — На моей памяти гномы только золото из земли выковыривать горазды, да водку жрать в три горла. А ты чего тут забыл, чучело шкиперское?

— Рыбалка — это интимный процесс, дед, — процитировал Кирилл утренние наставления соседа, добавив в голос боцманской хрипоты. — Тут понимать надо. Тут утренняя сырость нужна, чтоб за шиворот капало, и чтоб червяк на крючке матом ругался от холода. А золото ваше сухопутное — тьфу, железяка желтая, ухи из нее не сваришь.

Мельник Микула ошарашенно моргнул раз. Другой. А потом вдруг запрокинул голову и расхохотался таким густым, утробным смехом, что с крыши мельницы испуганно взлетели пиксельные голуби.

— Ишь ты! — дед утер слезу мучным кулаком. — Смотри-ка, правильные слова говоришь, коротышка! Червяк у него ругается… Надо же! А то прибегают тут всякие… в трусах, с мечами деревянными. «Дай квест, дед! Где крысы, дед?!». Тьфу, оглашенные! А рыбу ловить некому. Помереть деду Микуле с голодухи при живом пруде!

— А чего, с кулинарией в Яслях туго? — деловито осведомился Карассиус, убирая карася в садок.

— Туго не то слово, сынок, — вздохнул Микула, присаживаясь на бревнышко и кряхтя точь-в-точь как сосед из реала. — Старуха моя преставилась в прошлом обновлении… то бишь, прошлым летом. Сам я печь топить не умею, руки от муки сохнут. Из города купцы сухари возят — зубы об них обломаешь. А так ушицы хочется, горяченькой, с укропчиком… Чтоб наваристая была, со слезой!

Перед глазами Карассиуса со знакомым хрустом развернулся свиток локального задания.

Внимание! Локальный квест: «Уха для старого мельника».

Мельник Микула истосковался по настоящей домашней еде. Используйте свои навыки Гастронома, чтобы приготовить для него идеальную ясельную уху.

Условие 1: Поймать 3 ясельных карасей-травяников (1/3).

Условие 2: Сварить уху на костре мельницы, используя кулинарный котелок Микулы.

Награда: +300 к опыту, +150 репутации с жителями деревни Ясли, открытие ремесленной цепочки «Поварские секреты Микулы».

Внимание: Качество награды напрямую зависит от вкусовых свойств блюда!

Карассиус довольно ухмыльнулся, и его шрамованная бровь весело поползла вверх. Награда в 300 опыта на первом уровне — это был жирный куш. Боевые нубы за такой опыт сейчас три часа гоняли несчастных крыс по подвалам, ломая деревянные мечи и тратя нервы. А ему нужно было просто посидеть на берегу и покашеварить.

— Будет тебе уха, дед, — Карассиус поправил воображаемый капитанский китель и снова занес удочку. — Со слезой, с укропом и по всем правилам флотской науки. Посиди пока, покури, боцман Карассиус приступает к заготовке провизии.

Микула довольно кряхтел, разглядывая странного гнома. А Кирилл мысленно потирал руки. Его первая база для будущего бизнеса была найдена. Мельница на отшибе, тихий пруд, лояльный NPC-владелец, который явно не станет стучать топовым кланам, если его вовремя и вкусно кормить. Осталось только прощупать дно этого пруда на предмет скрытых подводных пещер.

Глава 3

Флотская уха и кулинарный шок Системы

Процесс готовки в Вальдире для большинства игроков выглядел уныло: открыл интерфейс, закинул ингредиенты в котел, нажал кнопку «Старт» и ждешь полоску прогресса. Но скрытый класс Гастронома убрал эту условность. Карассиус готовил руками.

Он ловко выпотрошил трех жирных ясельных карасей своим стартовым ржавым ножом. Завязался костер. Вместо стандартной игровой соли Кирилл нашел у забора пучки дикого лука-резанца и пряную травку, которую его пассивный навык «Глаз ресторатора» подсветил как «Дикий болотный перец (Качество: Среднее, дает +2% к остроте)».

Когда вода в чугунном котле Микулы закипела, Карассиус применил свое первое заклинание.

Вы изучили заклинание: «Очищение потока» (Школа Магии Воды. Ранг 1).

Затраты маны: 15 единиц.

Эффект: Осаждает муть и примеси в небольшом объеме жидкости.

Гном опустил толстый палец в кипяток (благодаря капсуле «Бриз-М» он почувствовал лишь приятное, сильное тепло). Вода в котле мгновенно стала прозрачной как хрусталь, а вся пена свернулась и сама выплеснулась через край. Микула, сидевший на бревне, аж рот разинул, забыв затянуться самокруткой. Когда рыба разварилась, Карассиус плеснул в котел немного местной хлебной сивухи из заначки мельника и на пару секунд сунул в бульон горящую березовую головню из костра — «для дымка».

«Гном опустил толстый палец в кипяток (благодаря капсуле „Бриз-М“ он почувствовал лишь приятное, сильное тепло). Вода в котле мгновенно стала прозрачной как хрусталь.

Перед глазами тут же мигнула синяя полоска ресурса: [Мана: 95/110 -> 80/110].

Карассиус мысленно зафиксировал цифры. Из-за расового штрафа гнома-полукровки его стартовый пул маны был крошечным — всего 110 единиц (базовые 100 плюс единичка от Интеллекта). Обычный человек-маг на третьем уровне имел бы уже за триста. Заклинание „Очищение потока“ сожрало ощутимые 15 единиц. Пассивная регенерация маны у гномов вдали от гор тоже не радовала — всего 1 единица в минуту. То есть, чтобы просто почистить три котла воды, Кириллу пришлось бы сидеть на бревне почти полчаса, тупо дожидаясь восстановления синей полоски.

Но класс Гастронома тут же выдал системное решение. Как только мельник Микула съел первую ложку, Карассиус получил бафф от собственного блюда: „Восстановление маны +5/сек на 20 минут“. Синяя полоска маны замигала и заполнилась до максимума всего за шесть секунд. Еда для Гастронома — это и был его личный мана-регенератор».

Воздух над прудом задрожал от такого аромата, что у Карассиуса в реале судорожно сжался желудок.

Перед глазами взорвался каскад системных сообщений:

[Внимание! Вы создали уникальное блюдо без использования шаблона!]

[Блюдо: «Уха Боцманская на прозрачной воде»]

[Качество: Великолепное (Эпический рецепт Яслей)]

[Эффекты: Восстановление маны +5/сек на 20 минут. Сытость 100%. Бонус: +2 к Выносливости на 1 час]

[Ваш навык «Повар» повышен: 1 -> 4 уровень!]

[Ваш класс «Гастроном» дает уникальный бонус: Рецепт записан в вашу кулинарную книгу]

— Святые угодники… — просипел мельник Микула, дрожащей рукой запуская деревянную ложку в котел. На его неписевом лице отобразилось такое блаженство, будто Системный Администратор лично отпустил ему все грехи. — Да за такую уху я тебе… я тебе всё прощу, коротышка!

Вторжение «Нагибатора»

— Эй, дед! Ну че, где тут у тебя квест на крыс?! — бесцеремонный крик нарушил идиллию.

Из-за кустов ивы вывалился парень лет девятнадцати. Над его головой горел ник «X_Нагибатор_X» (Уровень 1, Человек, Мечник). Одет он был в стандартные стартовые трусы и холщовую жилетку, а в руке сжимал обструганную палку, гордо именовавшуюся «Ученическим мечом».

Нагибатор подбежал к мельнице, но осекся. Картина маслом: ясельный непись-мельник 15-го уровня и колоритный лысый гном со шрамом и мохнатыми бровями дружно сидят у костра и хлебают из одного котла умопомрачительно пахнущий суп.

— Че вылупился, салага? — пробасил Карассиус, не отрываясь от деревянной ложки.

— Ой… — Нагибатор моргнул. — Слышь, дед, мне староста сказал, у тебя мельницу крысы загрызли. Давай квест, мне качаться надо, у меня рейд через час!

Микула медленно повернул к мечнику суровое лицо, испачканное ухой. Его брови сошлись на переносице.

— Пошел вон, оглашенный, — отрезал мельник. — Не видишь, у нас с боцманом важный военный совет? Каких тебе крыс? Иди коровам хвосты крути, не мешай приличным людям обедать!

— Как «пошел вон»?! — Нагибатор аж подпрыгнул, его палка сиротливо ткнулась в землю. — В гайде написано, что ты даешь квест на тридцать медных монет! Эй, гном, а ты вообще кто? Откуда у тебя этот шмот? Ты читер, да?! Я на тебя жалобу админам отправлю!

Карассиус лениво поднял на него взгляд своих мохнатых бровей.

— Парень, шел бы ты отсюда, пока мой червяк тебя не покусал. Экшен в другой стороне. Здесь зона повышенной гастрономии.

Нагибатор яростно ткнул деревянной палкой всторону гнома:

— Слышь, ты, читер! Откуда у тебя этот кастомный прикид со шрамом?! В ясельном гайде таких шмоток нет! Я на тебя телегу админам накатаю за взлом текстур!

Карассиус медленно перевел взгляд со своей рваной, пахнущей тиной рубахи на Нагибатора, а затем почесал мозолистым пальцем свою абсолютно голую, блестящую на солнце лысину.

Кажется, он понял.

Когда «Нагибатор» орал про читерство и админов, он перепутал уникальные настройки внешности тела (аватара) с дорогими высокоуровневыми вещами

Шкиперская борода и шрам — это не элементы «эпического сета», а результат того, что Кирилл потратил десять минут на детальную калибровку персонажа в бесплатном стартовом редакторе. Боевые нубы обычно этот шаг пролистывают за три секунды, стремясь быстрее ворваться в драку, поэтому все выглядят как одинаковые клоны в трусах. На их фоне фактурный гном, похожий на бывалого пирата, выглядит как грозный хайлевел.

Капитанская фуражка — это была лишь мысленная метафора Кирилла (его мечта). На самом деле Карассиус сидит у костра абсолютно лысым. Но Нагибатор в панике и раздражении от отказа мельника даже не пригляделся к деталям.

«Шмот» Карассиуса — это рванье. На гноме надеты серые холщовые порты и рваная рубаха новичка с броней 1 (худшие стартовые шмотки в игре). Но из-за мощного телосложения гнома и его сурового вида (мохнатые брови, шрам, шкиперская борода лопатой) эта копеечная холщовая ветошь со стороны кажется Нагибатору какой-то уникальной одеждой «секретного квестового класса».

— Слышь, Нагибатор... Ты вместо того, чтобы админов пугать, глаза разуй. Мой «эпический шмот» выдается бесплатно каждому, у кого хватило ума не пролистывать редактор персонажа на старте. А шрам этот — бесплатная текстура «Вариант №4». Так что беги строчи жалобу, пускай техподдержка тоже посмеётся над тем, как тебя гном первого уровня в стартовых трусах напугал.

Нагибатор еще минуту что-то возмущенно орал, брызгая слюной, но Система Вальдиры была сурова: если NPC отказывается разговаривать из-за низкой репутации или сытости, ты хоть с бубном прыгай. В итоге несостоявшийся покоритель драконов яростно сплюнул и убежал обратно в кусты — ломать деревянный меч о придорожные одуванчики.

Первая разведка глубин

Когда котел опустел, довольный Микула завалился спать прямо на бревне, оглашая окрестности пруда богатырским храпом. Карассиус получил свое уведомление:

[Локальный квест «Уха для старого мельника» выполнен!]

[Вы получили: +400 опыта (бонус за качество блюда)]

[Ваша репутация с фракцией «Жители деревни Ясли» повысилась: +200 (Нейтралитет -> Симпатия)]

[Микула открывает вам доступ к своей кухне и разрешает пользоваться лодкой]

— Отлично. Время для гидроразведки, — проворчал гном.

Карассиус подошел к кромке воды и активировал «Чутье глубин» на полную мощность. Мана просела на треть. Зеленая муть пруда в его восприятии превратилась в прозрачную 3D-карту.

Кирилл зашел в воду по пояс. Капсула идеально передала прохладу, мягкое давление толщи воды на грудь и то, как гнилые листья щекочут пальцы ног. Он набрал побольше воздуха в легкие (хотя как гном-полукровка мог задерживать дыхание на три минуты дольше обычного человека) и нырнул прямо под вращающееся колесо мельницы.

Там, где брызги выбивали глубокую яму в грунте, его пассивный навык внезапно зафиксировал странную аномалию. Под корнями огромной старой ивы, уходящей под фундамент мельницы, обнаружился темный провал. Водный поток затягивало туда с мягким сифонящим звуком.

Карассиус подплыл ближе, цепляясь мозолистыми руками за склизкие камни фундамента. Его гномья кровь ликовала — стены провала были сложены из древней, искусной каменной кладки, которая уходила глубоко под землю, прямо под здание мельницы.

[Внимание! Вами обнаружена скрытая локация Яслей: «Затопленный подвал старой мельницы».]

[Опасность: Неизвестно. Рекомендуемый уровень: Ремесленный]

Внутри провала, в абсолютной темноте подводного грота, Карассиус заметил слабое, едва различимое золотистое мерцание. Так светятся магические контуры. Или... петли сундуков.

«Вот оно, — сердце Кирилла в реале учащенно забилось. — Вход в закрытую экосистему. Идеальное место для загонов. Сюда никто из боевых нубов никогда не нырнет — они просто захлебнутся без магии воды или гномьего объема легких».

Нет, Карассиус заметил не золото сундуков — в безопасных стартовых Яслях по законам Вальдиры никакого ценного дропа и скрытых сокровищ быть не могло по определению. Разработчики не дураки.

Вместо этого его взгляд зацепился за тусклое, едва различимое зеленоватое мерцание на затопленной каменной кладке. Это был след старой системной надписи, оставленной кем-то из NPC или стертой во время прошлых обновлений игры. Гном подплыл ближе, почти упершись носом в склизкий мох.

[Внимание! Использован навык «Чутье глубин». Вы обнаружили обрывок путевого дневника беглого контрабандиста (Текст поврежден водой)]

«...Рыбы-ларцы... зубастые твари... жрут только серебряный малек... ушли по течению Реки Слез на восток, в сторону Диких Топей... там, среди тумана, их гнездовье... в Яслях им не выжить, слишком пресная вода...»

Кирилл мысленно улыбнулся, несмотря на то, что легкие уже начинали гореть от нехватки кислорода. Подсказка! Настоящая, редкая зацепка. В Яслях рыб-сундучков не было. Ему придется качаться, выходить в большой мир Вальдиры и искать те самые Дикие Топи — высокоуровневую и крайне опасную локацию. Но теперь у него был четкий ориентир и понимание рациона этих существ: серебряный малек».

Воздух в легких гнома начал подходить к концу, на экране замигал красный индикатор кислорода. Карассиус мощными гребками вытолкнул свое грузное тело на поверхность и жадно задышал, держась за колесо мельницы. На сегодня открытий было достаточно. Пора было подводить итоги первого дня.

Лог достижений и прогресс персонажа

Карассиус выбрался на берег, отряхнулся как собака (вода забавно скатывалась с его жесткой шкиперской бороды) и вызвал финальный статус-лог.

=== ПЕРСОНАЛЬНЫЙ СТАТУС ===

Имя: Карассиус Раса: Гном-полукровка (Морская ветвь)

Класс: Гастроном-Ихтиомант (Уникальный скрытый)

Уровень: 3 (Опыт: 150/800)

Жизнь: 140/140

Мана: 110/110 (Регенерация: 1 ед/мин. Текущий бафф: +5 ед/сек)

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Сила: 12

Ловкость: 10

Выносливость: 14 (+2 от ухи)

Интеллект: 11 (Определяет максимальный пул маны)

Мудрость: 13 (Определяет скорость базовой регенерации маны)

Удача: 15

НАВЫКИ:

- Рыболов: ранг 1 (уровень 5)

- Повар: ранг 1 (уровень 4)

- Магия Воды: ранг 1 (уровень 2)

- Строительство (Подводное): ранг 1 (уровень 1

Кирилл закрыл интерфейс. Аналитический ум быстро расставил все точки над „i“. Поиск места для будущей тайной фермы обещал стать долгой, изнурительной многонедельной работой. Ему нужно поднять как минимум 10-15 уровень, чтобы просто выйти из Яслей живым. Нужно выучить заклинания подводного дыхания, поднять навык Строительства, чтобы загоны не смыло течением Реки Слез, и, самое главное, научиться ловить этого чертова серебряного малька для прикормки.

Впереди были недели рутинного, монотонного гринда ремесленных навыков. Но Кирилла, привыкшего годами чистить базы данных, это не пугало. Наоборот, четкий алгоритм действий его успокаивал».

Карассиус устроился на сухой траве под ивой, закрыл глаза и мысленно нажал кнопку: «Выход из системы».

Возвращение в бетонную коробку

Мир Вальдиры не исчез плавно, он схлопнулся мгновенно, оставив после себя короткую вспышку белого шума.

С тихим гидравлическим шипением крышка капсулы «Бриз-М» поплыла вверх. В лицо Кирилла ударил сухой, застоявшийся воздух его маленькой съемной квартиры. Кондиционер послушно гудел на девятнадцати градусах, в щели плотных штор блэкаут пробивался яркий луч уже дневного московского солнца.

Кирилл медленно сел в ложементе. Его реальные руки казались тонкими, бледными и какими-то чужими после пудовых мозолистых кулаков гнома Карассиуса. Поясница снова привычно и нудно заныла — реальное тело напоминало о годах малоподвижного образа жизни.

Он перешагнул через бортик капсулы, встал босыми ногами на прохладный ламинат и подошел к окну. Отодвинул штору.

Там, внизу, шумела Москва. Машины стояли в вечной пробке, люди со злыми лицами бежали по своим пошаговым инструкциям успешной жизни, где-то надсадно выл клаксон скорой помощи. Мир драйва, экшена и вечной борьбы за выживание. Точно такой же, какой его друг Артём нашел в Вальдире среди взрывов фаерболов и криков умирающих танков.

Кирилл прислушался к себе. К своим мыслям. К своим эмоциям.

Странно, но паника, которая преследовала его последние три недели — этот вечный страх «не успеть сдать проект», «остаться без денег», «сгореть на работе» — куда-то исчезла. На душе было удивительно, кристально тихо. В носу до сих пор стоял призрачный запах флотской ухи с дымком и сырой речной тины.

Он улыбнулся — впервые за долгое время искренне, без самоиронии. Всего один час на цифровом берегу у старой мельницы вернул ему то, что мегаполис забирал годами. Ощущение покоя и контроля над собственной жизнью. Его бизнес-план с рыбами-сундучками перестал быть просто способом заработка. Это был его личный, идеально спроектированный побег из цифрового рабства.

— Дядя Миша был прав, — негромко сказал Кирилл в пустую комнату. — Червяк на крючке должен ругаться матом. Так оно как-то... надежнее.

Он пошел на кухню, чтобы заварить обычный, не виртуальный чай, точно зная, что через несколько часов снова вернется на свою мельницу. К своему пруду.

Глава 4

Наверное, любители жанра уже соскучились по статам и очкам прокачки. Принято на начальных этапах прокачки отслеживать все эти изменения и их включать в текст. Примерно так часто включать, как игрок в новой игрушке, который следит за ростом своих статов: сделал действие - проверил. И так же поступает начинающий автор, радуясь каждому сердечку в статистике просмотра.

Ну так давайте разберем, откуда и что взялось.

Архитектура цифр и измор Системы

Перед тем как окончательно запустить Карассиуса на двухнедельную трудовую вахту в Яслях, Кириллу пришлось включить свой аналитический ум на полную мощность. Ему нужно было пересчитать каждую единицу в логах. Ошибиться на старте — значит запороть весь бизнес-план с подводной фермой рыб-сундучков.

Когда крышка капсулы «Бриз-М» закрылась, и перед глазами снова развернулась неоновая стат-карта, Кирилл не нажал кнопку «Продолжить». Он вызвал лог изменений, чтобы свести баланс.

=== ЛОГ КОРРЕКЦИИ ПАРАМЕТРОВ: КЛАСС ГАСТРОНОМ-ИХТИОМАНТ ===

Текущий уровень: 3 (Опыт: 200 / 600 до 4-го уровня)

Свободные баллы характеристик: 0

— Итак, — пробасил Карассиус, усаживаясь прямо на виртуальный белый пол редактора. — Давай разберем по косточкам, почему я до сих пор не сдох от нехватки маны.

В Вальдире базовая математика ресурсов выглядит жестко. Каждая единица характеристики [Интеллект] дает ровно 10 единиц маны (МР). Каждая единица [Выносливости] дает ровно 10 единиц здоровья (НР).

При создании Гнома-Ихтиоманта Система выдала Кириллу стартовые расовые параметры. Гномы в Вальдире — это прочный, подземный народ, у них перекос в физику. База выглядела так:

Сила: 12 (Гномья база, тут без изменений)

Ловкость: 12 (Гномья база)

Выносливость: 12 (Гномья база -> дает 120 НР)

Интеллект: 10 (Гномья база)

Мудрость: 10 (Базовая регенерация)

Но Кирилл, еще на этапе создания персонажа, углядел в правилах Вальдиры жирный расовый штраф: «Гномы имеют врожденный штраф -50% к объему маны при использовании чуждых стихий (Вода, Воздух)».

«Если бы я оставил Интеллект на базе (10 единиц), — рассуждал Кирилл, — у меня было бы 100 МР. С учетом штрафа в 50% — всего 50 МР! Заклинание „Очищение потока“ 1-го ранга жрет 15 единиц. То есть я бы три раза почистил воду для супа и ушел в глубокий аут на полчаса. Аналитика уровня „бог“, ничего не скажешь».

Поэтому еще в самом начале, при калибровке аватара, Кирилл вручную перебросил 2 балла из Ловкости в Интеллект. Ловкость просела до 10 (минимальный порог, чтобы руки не тряслись при подсечке), зато Интеллект поднялся до 12.

А дальше пошла чистая арифметика уровней. За каждый взятый уровень Вальдира дает игроку ровно 5 свободных баллов. На старте вливать их в скрытый параметр [Удача] Система запрещает, как бы Кириллу этого ни хотелось ради будущих сундуков. Пришлось качать базу.

Переход на 2 уровень (Получено 5 баллов)

Кирилл получил 100 опыта за поимку первого карася вручную (достижение «Первая чешуя»).

Аналитик внутри него понимал: без маны его магия воды мертва. Он влил 4 балла в Интеллект и 1 балл в Мудрость (для ускорения регенерации).

Итог параметров на 2 уровне: Интеллект стал 16 (12 + 4), Мудрость — 11 (10 + 1).

Математика маны: 16 единиц Интеллекта * 10 = 160 МР. Применяем гномьих штраф -50%. Остается ровно 80 МР. Маловато для серьезной разведки дна.

Переход на 3 уровень (Получено еще 5 баллов)

Кирилл сдал квест мельника Микулы за эпическую уху и получил 400 опыта (300 за базу + 100 за великолепное качество блюда). Этого с избытком хватило, чтобы закрыть планку в 300 опыта для перехода на 3-й уровень.

Карассиус снова открыл распределение. И снова, с упорством сибирского трактора, влил 4 балла в Интеллект и 1 балл в Мудрость.

Итог параметров на 3 уровне: Интеллект взлетел до 20 (16 + 4), Мудрость — до 12 (11 + 1).

А вот теперь — самая тонкая часть расчетов, из-за которой Кирилл битый час бодался с ИскИном в меню создания.

Если считать по стандартной формуле: Интеллект 20 * 10 = 200 МР. Минус гномьих штраф в 50% — получается 100 МР. Но в стат-карте Карассиуса гордо красовалось число 110. Откуда взялись лишние десять единиц, если баллы тратить больше нельзя?

— Сработал скрытый классовый бонус Гастронома-Ихтиоманта, — довольно ухмыльнулся гном, потирая мозолистые руки. — Система учла синергию. Мой класс мирный, ремесленный. За совмещение школы Магии Воды и профессии Повара игра накинула мне пассивный модификатор: +10 МР фиксировано.

Эти 10 единиц маны были «чистыми», расовый штраф гнома на них не распространялся, потому что они шли от ремесла, а не от стихийного ядра.

— Итого: сто десять единиц маны, — подвел баланс Карассиус. — При расходе пятнадцать на „Очищение потока“ у меня остается чистый остаток в девяносто пять единиц. Хватит, чтобы дважды просканировать дно „Чутьем глубин“ (по 35 МР за каст) и сохранить резерв на экстренный случай. А базовое здоровье у меня сейчас 120 единиц от Выносливости 12, плюс временный бафф от ухи дал еще +20 НР. Для Яслей я — бронированный сейф с функциями кипятильника.

Свободные баллы были распределены идеально, дебит с кредитом сошелся до единого пикселя. Кирилл закрыл расчетные таблицы. Теперь, когда математический фундамент был монолитен как гномья скала, можно было выходить на берег и начинать масштабную ремесленную экспансию.

— Ну что, Вальдира, — пророкотал боцман Карассиус, материализуясь у старой мельницы. — Ману я посчитал. Пора переводить пиксели в твердую валюту.

Первый рубль и строительный зуд

Возвращение в игру встретило Карассиуса оглушительным урчанием в животе. Бафф от ухи Микулы давно спал, и Система тут же вежливо напомнила о суровых законах вирта, вывесив перед глазами полупрозрачную оранжевую плашку:

[Сытость: 12%. Внимание! При падении сытости ниже 5% начнется дебафф «Голод», снижающий Выносливость].

— Так, — пробасил гном, почесывая лысину. — Первым делом — организация пищеблока. Пора монетизировать кулинарные пиксели.

Карассиус деловито растопил костер у старой мельницы. Микула, кряхтя, вытащил ему из закромов огромный кулинарный котел и мешок старой соли. Гном закинул удочку и за полчаса, используя «Чутье глубин», выдернул из пруда пять жирных карасей. Процесс потрошения и варки уже пошел по накатанной схеме: ручная чистка, заклинание «Очищение потока» (минус 15 МР, синяя полоска просела до 95/110), дикий лук с забора и березовая головня в бульон.

Вскоре над окраиной Яслей поплыл такой густой, умопомрачительный аромат наваристой рыбы с дымком, что проходящие по тропинке боевые нубы начали невольно притормаживать. Их стандартная игровая сытость от сухих пайков старосты болталась в районе тридцати процентов, а «Бриз-М» Кирилла транслировал запах так честно, что у самого Карассиуса потекли слюнки.

Первым не выдержал худой эльф-лучник с ником «Стрела_В_Глаз». Он подошел к костру, шумно втянул носом воздух и сглотнул слюну.

— Слышь, дядь… гном. А че это за суп? Сколько дает?

Карассиус лениво поднял на него свои мохнатые брови:

— «Уха Боцманская», парень. Дает сто процентов сытости, бафф на регенерацию маны плюс два к Выносливости на целый час. Для твоего хилого эльфийского здоровья — самое то. Пять медных монет за порцию.

— Пять меди?! — округлил глаза эльф. — Да староста за квест на крыс всего три дает! Ремонт деревянного лука две монеты стоит! Ты грабитель!

— Грабители в данжах сидят, — веско отрезал Карассиус, помешивая уху деревянной поварешкой. — А я честный ресторатор. Не хочешь — грызи сухари старосты, ломай зубы. Моя уха — продукт штучный, ручной работы.

Эльф потоптался на месте, понюхал воздух еще раз, обреченно вздохнул и протянул пять тусклых медных кругляшей. Как только он принял из рук гнома глиняную миску, над костром сочным хрустом посыпались системные логи:

[Пользователь «Стрела_В_Глаз» приобрел ваше блюдо. Получено: 5 медных монет]

[Ваш навык «Торговля» повышен: 1 -> 2 уровень]

Через десять минут у костра выстроилась небольшая очередь из пяти человек. Нубы ворчали, жаловались на дороговизну, но платили. Для первого уровня пять меди — огромные деньги, но бафф на +2 к Выносливости позволял им бегать за крысами без усталости в два раза дольше, так что аналитический расчет Кирилла оправдался. Излишки ухи Карассиус съел сам, мгновенно заполнив ману и здоровье до краев.

В кармане весело зазвенели 25 медных монет — его первый чистый капитал в Вальдире.

[Внимание! За успешную реализацию партии уникальной продукции ваш ремесленный опыт увеличился!]

[Вы получили: +150 опыта персонажа. Навык «Повар» повышен: 4 -> 5 уровень]

— Так, с голоду не помрем, стартовый капитал на крючки есть, — проворчал Карассиус, поднимаясь с бревна. — Теперь займемся инфраструктурой. Мостки у мельницы совсем сгнили, шатаются, рыбу пугают.

Вкл режим только побед

Старые деревянные мостки, уходившие в пруд, действительно держались на честном слове Системы. Карассиус вызвал инженерное меню Вальдиры. Игра тут же предложила ему стандартный шаблон: «Ремонт деревянного настила. Требуется: 10 стандартных обработанных досок, 20 гвоздей. Стоимость у плотника в деревне — 40 медных монет».

— Ага, разбежался я плотнику монеты отдавать, — ухмыльнулся гном. — У меня дед в Сибири три дома сам срубил, без единого гвоздя, на одних пазах. Неужели я в игре с плотницкой физикой не разберусь?

Карассиус пошел к Микуле, занял у него старый, щербатый плотницкий топор и направился в ближайшую рощу на берегу пруда. Здесь росли мощные, ровные лиственницы. Обычные игроки рубили деревья просто: подходишь, бьешь мечом или топором по стволу, пока у дерева не кончатся очки прочности (HP), после чего оно со звуком «пуньк» превращается в аккуратную связку дров в инвентаре.

Кирилл так делать не стал. Память рук, заложенная дедом-плотником, сработала сама, как только пальцы гнома сжали топорище.

Карассиус подошел к вековой лиственнице, прикинул на глаз ее наклон и центр тяжести. Он сделал первый, аккуратный косой подруб с той стороны, куда дерево должно было упасть, выбивая сочную, пахнущую смолой щепу. Затем отошел на противоположную сторону и начал делать основной пропил чуть выше первого. Он бил не хаотично, а строго под углом сорок пять градусов, используя вес своего массивного гномьего тела.

Система Вальдиры, не ожидавшая от игрока третьего уровня знания реального сопромата и технологии лесоповала, на секунду зависла. Текстура коры треснула, и над деревом вместо стандартной полоски HP выскочила удивленная системная плата:

[Внимание! Зафиксировано использование продвинутой техники ручной рубки «В замок» без использования игрового шаблона]

[Критический урон по структуре объекта! Прочность дерева снижена на 80%]

Еще три точных удара тяжелого гномьего топора — и лиственница со свистом и глухим уханьем повалилась ровно в ту точку берега, которую наметил Кирилл, не задев соседние кусты.

[Вы получили: Бревно лиственницы (Качество: Отличное, смолистое) — 1 шт]

[Ваш навык «Лесоруб» повышен: 1 -> 3 уровень]

[Ваш навык «Строительство» повышен: 1 -> 2 уровень]

[Вы получили: +80 опыта персонажа]

— Вот так-то, — Карассиус вытер пот со лба. — Лиственница в воде не гниет, она от влаги только крепче становится, как каменная. Дедовский метод. Теперь распустим ее на плахи по волокнам.

Следующие три часа Кирилл самозабвенно, с тихой радостью в душе, занимался чистым ручным трудом. Он обрубал сучья, вытесывал ровные, толстые плахи и укладывал их на место сгнивших досок мостков, подгоняя стык в стык, выбирая пазы топором так плотно, что между бревнами нельзя было просунуть даже лезвие ножа. Никаких гвоздей не понадобилось — конструкция держалась под собственным весом и за счет идеальной сибирской геометрии.

Когда последняя плаха встала на место, новые мостки монолитно замерли над зеленой водой пруда. Они выглядели грубо, по-медвежьи прочно, но стоять на них можно было хоть вдесятером.

Перед глазами Карассиуса с победным золотым звоном развернулся праздничный свиток:

[Поздравляем! Вы самостоятельно, без использования чертежей, перестроили объект инфраструктуры Яслей: «Мельничные мостки»]

[Качество сооружения: Великолепное. Прочность: 500/500 (Увеличена на 150% за счет свойств лиственницы)]

[Ваш навык «Строительство» повышен: 2 -> 4 уровень!]

[Вы получили уникальное ремесленное достижение Яслей: «Топорная работа»]

[Награда: +250 опыта персонажа!]

[Внимание! Вы набрали достаточное количество опыта для перехода на следующий уровень!]

[Ваш текущий уровень: 4. Доступно 5 свободных баллов характеристик]

Карассиус устало сел на свои новые, пахнущие свежей смолой мостки и свесил короткие гномьи ноги над водой. Руки приятно поднывали от физической работы, но в голове была идеальная, стерильная тишина. Никаких мыслей о провайдерах, сгоревших серверах и базах данных. Только чистый, осязаемый результат его собственного труда. Четвертый уровень был взят без единого убийства, на чистом крафте и дедовской смекалке.

Выкл режим только побед (убрать эту кнопку)

Смерть через Колл-центр

Возвращение в реальный мир сопровождалось системным сбоем в шейном отделе позвоночника. Кирилл сел в ложементе капсулы, и в этот момент в шее что-то хрустнуло с таким звуком, будто в системный блок зажевало пластиковую стяжку.

— Мое тело сейчас — это старый сервер на Windows 95, — прохрипел Кирилл в пустоту квартиры, пытаясь нащупать ногами тапочки. — Оперативки ноль, жесткий диск хрустит, а видеокарта выдает изображение с задержкой в две секунды, если резко повернуть голову.

Он поплелся на кухню. В зеркале прихожей на него глянуло бледное чудовище с прической «взрыв на макаронной фабрике». Контраст с бодрым, плечистым гномом Карассиусом, который еще пять минут назад лихо таскал ведра у мельницы, был просто издевательским.

До двадцати девяти лет Кирилл докатился по стандартной для ИТ-шников траектории «понаехавшего». Родом из глухого сибирского поселка под боком у Саянского хребта, он приехал покорять Москву десять лет назад с железным здоровьем таежного жителя. Отец — автомеханик, дед — плотник. Кирилл с детства умел держать топор, знал, с какой стороны подходить к заклинившему движку «Уазика», и как правильно класть кирпич в бане.

Сибирская закалка испарилась за первые пять лет столичной жизни. Чтобы платить за съемный угол и учебу, парень пахал на трех работах, спал по три часа на стуле, питался лапшой быстрого приготовления и литрами вливал в себя энергетики.

Когда пошли крупные контракты на фрилансе, он окончательно перешел в режим «сидячего рабства» по 14 часов у монитора. Тело адаптировалось под форму офисного кресла, мышцы, привыкшие в юности таскать бревна, атрофировались, а цвет лица приобрел благородный оттенок подвальной плесени.

Вместе со здоровьем мегаполис сожрал и личную жизнь.

Кирилл нажал кнопку кофемашины и тоскливо посмотрел на экран телефона. Последние серьезные отношения закончились полгода назад. Девушку звали Марина, она работала дизайнером и искренне пыталась вытащить Кирилла из его цифровой берлоги на выставки, пикники и свидания. Но у Кирилла в те месяцы «горели» базы данных крупного ритейлера. Марина хотела гулять по Патриаршим, а Кирилл на свиданиях засыпал прямо в чашку с латте, мысленно оптимизируя SQL-запросы. В итоге она ушла к какому-то жизнерадостному фитнес-тренеру, у которого вместо терабайтов данных в голове был идеальный пресс и куча свободного времени.

Кирилл не обиделся. Он ее понимал. Кому нужен сутулый затворник, который на фразу «Ты меня любишь?» на автомате отвечает: «Запрос выполнен успешно, затронуто ноль строк»?

Женский пол Кирилла по-прежнему интересовал, но знакомиться в тиндере с его текущим графиком было сродни попытке запустить тяжелую игру на калькуляторе — не потянет железо.

Кофемашина уныло пискнула и выдала на дисплее: «Ошибка 03. Нет воды».

— Да ладно, — вздохнул Кирилл. — Еще и ты туда же.

Он потянулся к крану, но обнаружил, что и в кране пусто. ЖЭК в своем репертуаре — плановое отключение без предупреждения.

Напоследок Кирилл бросил взгляд на роутер в коридоре: там вместо привычного зеленого созвездия уныло горел одинокий красный светодиод. Интернет тоже упал. Цивилизация официально покинула квартиру тридцать два.

Чертыхаясь, Кирилл набрал номер техподдержки провайдера. На том конце провода включился автоответчик с бодрым девичьим голосом: «Здравствуйте! В вашем районе зафиксирована групповая авария на магистральном кабеле. Ориентировочное время восстановления…»

— ...никогда, — закончил за нее Кирилл, отключая вызов. — Отличный повод сходить в магазин за водой, размять остеохондроз и проверить, не вымерло ли человечество за время моей рыбалки.

Он натянул мятую худи, сунул ноги в кроссовки и поплелся к выходу, надеясь, что хотя бы лифт в этом доме работает по расписанию.

Сопромат против пикселей

Вернувшись в Вальдиру после визита в реальную «Пятерочку», Карассиус чувствовал себя бодрым. В кармане приятно звенели первые 25 медных монет, заработанные на голодных нубах, а в голове сияла плотницкая мудрость сибирских предков.

— Сейчас мы эти мостки до ума доведем, — пробасил гном, перехватывая щербатый топор мельника Микулы.

Он подошел к намеченной вековой лиственнице. Ствол был толщиной с хорошую бочку. Кирилл прикинул угол, замахнулся и нанес первый мощный удар «в замок». Топор сочно врубился в древесину, Система привычно выдала плашку о критическом уроне по структуре объекта. Карассиус ухмыльнулся, замахнулся второй раз, третий, четвертый…

И тут сибирская спесь Кирилла с размаху врезалась в суровую ЛитРПГ-математику.

С каждым ударом тяжелого топора его зеленая полоска [Стамины/ Выносливости] таяла со скоростью мороженого в духовке. На десятом ударе в ушах Кирилла раздался тяжелый, нарастающий звон, а перед глазами все закружилось. Экран опасно замигал кроваво-красным цветом.

[Внимание! Ваша Выносливость упала до 0%!]

[Вы истощены. Скорость движений снижена на 90%. Наложен деба

Карассиус со стоном выронил топор и буквально рухнул на колени, уткнувшись лысиной в сырую траву. Его гномье тело весило тонну и совершенно отказывалось шевелиться.

— Тьфу ты, аналитик хренов… — прохрипел Кирилл вслух, чувствуя, как виртуальный пот заливает глаза. — Забыл про статы. В реале-то у меня замах шел от веса тела, а тут Система тупо считает единицы Выносливости. А у меня её всего двенадцать штук! Для такой лесоповалины нужен минимум тридцатый показатель Силы и Выносливости.

Кое-как переждав три минуты, пока полоска стамины лениво уползла вверх от пассивной регенерации, Кирилл со злостью поднялся. Злость в купе с гномьим упрямством — плохой советчик.

Он резко схватил топор, замахнулся, чтобы добить проклятое дерево, но руки дрожали от дебаффа.

Удар пришелся мимо замка, наискось, прямо в сухую, каменную прикорневую сувелину.

ХРЯСЬ!

Звук был сухим и окончательным. Железное лезвие топора с противным звяканьем отлетело в кусты кувшинок, а в руках у Карассиуса осталась лишь расколотая вдоль деревянная топорище- рукоять.

[Внимание! Инструмент «Плотницкий топор Микулы» полностью ун

[Ваша репутация с мельником Микулой под угрозой!]

— Ну зашибись, поплотничал, — выдохнул гном, глядя на обрубок в руках. — Дед бы мне за такое обращение с инструментом руки бы по самые уши оторвал.

Делать было нечего. Нужно было спасать репутацию, пока мельник не проснулся. Карассиус зашагал в центр Яслей, к местной кузнице.

По дороге он решил совместить приятное с полезным — закинул удочку с новых мостков, надеясь поймать еще парочку карасей на продажу, чтобы оплатить ремонт.

Поплавок почти сразу резко ушел на дно. Да так глубоко и мощно, что бамбуковое удилище в руках гнома согнулось в идеальное кольцо.

— Ого, это уже не ясельный карась, это брёвнышко солидное! — обрадовался Карассиус, упираясь короткими ногами в плахи настила.

Он потянул на себя, но глубинная тварь оказалась прожженным игроком. На том конце лески сидело что-то весом явно за килограмм — огромная озерная щука или матерый сазан.

Кирилл попытался погасить рывок упругостью бамбука, но стартовая снасть, выданная Системой бесплатно, была рассчитана максимум на плотву да мелких травяников.

КРРРАК!

Бамбуковый посох-удочка лопнул ровно посередине, разлетевшись на мелкие щепки. Оборванная леска со свистом ушла под воду, оставив Карассиуса стоять на мостках с жалким обломком комля в руке.

[Внимание! Предмет «Стартовая бамбуковая удочка» уничтожен б

Гном замер, глядя на круги на воде. За какой-то час он умудрился сломать топор, уничтожить единственную удочку, вогнать выносливость в ноль и остаться у разбитого корыта с 25 медными монетками в кармане.

— Так, Карась, — выдохнул Кирилл, нервно потирая свои мохнатые брови. — Аналитика первого дня завершена. Переходим к плану «Б».

К плану «Безысходность». Идем сдаваться кузнецу.

Закон сохранения железа

Кузница Яслей встретила Карассиуса ароматом, который не спутает ни один мужик, хоть раз чинивший «Жигули» в гараже под Иркутском: перегретое масло, окалина, сухой угольный жар и едкий пот. Капсула «Бриз-М» отрабатывала тактильность на двести процентов — воздух казался настолько плотным, что его хотелось разжевать.

За наковальней стоял мастер Траут. Обычный NPC, но с такой прорисованной мимикой, будто нейросеть Вальдиры скрестила Николая Валуева с обиженным бульдогом. Огромный гном, в отличие от Карассиуса — чистокровный, смотрел на мир из-под бровей-гусениц так, словно каждый проходящий мимо игрок лично украл у него любимый напильник.

Карассиус аккуратно выложил на верстак две половинки топорища и сиротливое железное лезвие.

— Здорово, мастер. Вот. Погиб смертью храбрых на вековой сосне. Не выдержала душа поэта, — хмуро пошутил гном, почесав шкиперскую бороду.

Траут даже молот не опустил. Он скосил взгляд на остатки инструмента Микулы, и в его глазах прочиталось такое глубокое презрение к Выносливости Карассиуса, что тому захотелось немедленно уйти качать силу в тренажерный зал.

— Сдуру, полукровка, можно и наковальню сломать, — прогудел кузнец. Голос у него был как у работающего дизеля. — Металл перекален, топорище из сырой березы. Говно, а не топор. Дешевка ясельная.

— Ну, какой выдали, — не стал спорить Карассиус, включая режим мирного дата-аналитика. — Новый нужен. Или этот перековать. Почем опиум для народа?

Траут лениво швырнул обломок в угол, где уже скопилась приличная куча такого же стартового лома.

— Новый рабочий топор — два серебряных. Или двести медных, если у тебя карманы от мелочи рвутся.

Карассиус мысленно пересчитал свои двадцать пять медяков. Хватало ровно на то, чтобы постоять рядом с кузницей и подышать бесплатным дымом. Заработать двести монет в Яслях на поваре четвёртого уровня без инструмента — это три дня унылого сбора грибов и ягод. Прогресс и так шёл скупо (0/1000 опыта на четвёртом левеле), а тут ещё и полная изоляция от крафта.

— А если в рассрочку? Или отработать? — закинул Карассиус удочку (которая тоже сломалась, чтоб её).

Траут тяжело вздохнул, оперся на молот и оглядел лысую голову гнома. Системные алгоритмы явно просчитывали, стоит ли давать затычному недомерку социальный квест.

— Отработать, говоришь? Есть дело. Наглые твари под мельничным колесом развелись. Глубоководные речные раки. Их панцири, если пережечь с углем, дают отличный флюс для плавки. Принесешь мне десять панцирей крупных особей — выкую тебе рабочий топор. Из нормальной стали, не из этого мыла.

[Внимание! Карассиусу доступно локальное задание: «Флюс для мастера Траута».]

Условие: Добыть панцири глубоководных раков (0/10).

Награда: Рабочий топор (Качество: Обычное), +150 к опыту, +25 к репутации с мастерами Яслей.

— По рукам, мастер, — кивнул Карассиус, принимая квест. — А почему именно под колесом? В реке их нет?

— В реке они пугливые, — буркнул Траут, возвращаясь к работе. — А под мельницей у них гнездо. Наглые, жирные. Иди, Карассиус, не мозоль глаза. Да смотри, пальцы там не оставь. Они мелкие, но за правое дело стоят насмерть.

Карассиус вышел из кузницы на залитую солнцем площадь Яслей. Ветер с реки принес лёгкую прохладу и отчётливый запах тины. Мельничное колесо лениво шлёпало по воде на краю поселка.

Десять раков. Оружия нет, мана восстанавливается со скоростью черепахи (1.2 единицы в минуту), а в пуле всего 110 единиц из-за расового штрафа морской ветви. Значит, магия Воды второго уровня тут не спасёт. Придётся лезть в воду и работать руками — благо, плотницкое прошлое Кирилла Воронова и гномья Сила (12 единиц) давали хоть какую-то надежду не утонуть при первой же попытке.

Карассиус направился к мельнице, даже не подозревая, что местная подводная фауна уже организовала против игроков свой собственный маленький, но очень эффективный профсоюз.

Глава 5

Профсоюз Дикого омута

Вода в омуте под огромным, мерно хлопающим мельничным колесом оказалась неожиданно прозрачной, но обжигающе холодной. Капсула Карассиуса «Бриз‑М» отработала этот нырок на славу — по его телу мгновенно побежали мурашки, а лёгкие заныли от виртуальной нехватки кислорода.

Всплыло системное сообщение:

[Внимание! Действует расовый бафф: «Морская ветвь гномов». Скорость плавания +15%, задержка дыхания увеличена. Обзор под водой: Отличный.]

«Ну хоть где-то эти гены выстрелили», — подумал Карассиус, разгребая воду руками.

Благодаря пассивной способности, дно он видел как на ладони. Раки здесь водились в изобилии. Серые, ленивые, они копошились в придонном иле. Гном начал методично собирать их в холщовую сумку. Процесс шёл туго: не хватало воздуха, мана таяла на поддержание минимальных водных пассов, а прогресс шёл скупо. К тому же, примерно каждый двадцатый рак — около пяти процентов от всей популяции — вёл себя неадекватно. Стоило протянуть руку, как эта пятипроцентная фракция вздымала мощные клешни, резко и агрессивно атаковала, пытаясь цапнуть за пальцы, и даже активировала боевой режим со шкалой здоровья. Таких буйных Карассиус не трогал — некогда было устраивать подводный бокс, воздух кончался быстрее.

Когда он нырнул в очередной раз, решив зайти поглубже, в самый центр глубокого омута, пейзаж резко изменился.

На самом дне, скрытое в тени мельничных свай, высилось странное сооружение. Это не было хаотичной кучей мусора. Камни, ивовые ветки и речная грязь были скреплены между собой чем-то вроде тонких полупрозрачных верёвок или очень толстой подводной паутины. Архитектурная форма напоминала не то дот, не то укреплённый форт. И именно вокруг этого «замка» концентрация агрессивных раков зашкаливала. Они стояли плотным полукольцом, как гвардейцы на посту.

Из темноты замка лениво выдвинулся местный патриарх. Огромная рачиха с невероятно толстым, тяжёлым хвостом.

«Вот это трофей», — жадность крафтера на секунду затмила аналитический ум Карассиуса.

Он рванулся вперёд, увернулся от щелчка сторожевого рака, перехватил гиганта поперёк панциря и... едва не остался там навсегда. Из темноты под сваей рванулась тень, похожая на огромного многоногого паука, а гвардейцы волной кинулись на него. Запас воздуха мигал красным. Гребя одной рукой и прижимая к груди брыкающуюся добычу, Карассиус буквально вылетел на поверхность, судорожно глотая воздух, и из последних сил выбрался на пологий берег.

Тяжело дыша, он растянулся на траве. Сердце колотилось. Капсула передавала солёный вкус виртуального пота.

Карассиус перевернул рачиху на спину и замер. Всё её брюшко было плотно забито тысячами крошечных полупрозрачных икринок. Самка. Мать-основательница.

В этот момент вода у кромки берега забурлила. Из реки, один за другим, тяжело переваливаясь, вылезли три очень крупных рака. Из тех самых, боевых, пятипроцентных. Они не нападали. Они выстроились в ряд, угрожающе, но как-то обречённо приподняли клешни, а затем синхронно залезли в раскрытую холщовую сетку Карассиуса, стоявшую у самой воды.

Они буквально предлагали себя взамен неё. Готовы были занять её место.

Гном опешил. Холодный аналитический мозг Кирилла Воронова, привыкший работать с сухими цифрами, на секунду выдал системный сбой.

Они вели себя... разумно. Это не был скрипт «атаковать при приближении». Это было самопожертвование. Социальное поведение.

— Ничего себе у вас тут профсоюз, — пробормотал Карассиус вслух.

Посмотрев на затихшую в его руках самку, он вздохнул, аккуратно опустил её обратно в омут и легонько подтолкнул к воде. Рачиха мгновенно скрылась в глубине. Три рака-смертника в сетке замерли, словно не веря своей программной удаче, а затем шустро попятились назад в родную тину.

Решив проверить гипотезу, Карассиус вытряхнул из сумки остальных пойманных раков. Тщательно осмотрел их. Нашёл ещё нескольких мелких самок с икрой и тоже бережно бросил их в пруд. Квест Траута на сегодня был провален — в сумке осталось всего три пустых панциря вместо десяти. Но это уже не имело значения.

Он сел на бревно, глядя на круги, расходящиеся по воде, и глубоко задумался.

Если в этой игре зарегистрированы миллиарды реальных людей, то сколько ИИ, AI или скрытых нейросетей составляют саму структуру Вальдиры? Ведь значительно больше. На порядки больше. Но как могло получиться, что здесь, в самом низу пищевой цепочки, в убогом стартовом пруду Яслей, вместо примитивного скрипта со статичной картинкой рака разработчики поставили мощный, самообучающийся ИИ? Зачем тратить такие колоссальные вычислительные мощности на речной мусор, который игроки убивают ради опыта на первом уровне? Как вообще такое возможно в коммерческом проекте, и, главное — зачем? Что именно скрывает эта вселенная за красивым фасадом фэнтези?

Над этими вопросами устройства Вальдиры Карассиусу явно придётся ломать голову ещё не раз в следующих главах своей цифровой жизни. А пока... пора было устраиваться на ночлег прямо на берегу, чтобы восстановить ману и здоровье.

...Утро встретило его густым речным туманом и сыростью. Гном поднялся, потянулся, разминая затекшую спину, и пошёл к воде умыться.

У самой кромки прибоя, на мокром песке, лежал предмет. Вода мерно обмывала его рукоять.

Карассиус наклонился и поднял находку. Это был ржавый, покрытый речным налётом, но вполне крепкий и рабочий кинжал. Без магических свойств, обычный серый дроп, но с вполне приличным для Яслей уроном.

Система промолчала, не выдав никаких табличек о квесте. Это не было наградой от администрации.

Это был подарок из пруда. Первый бескорыстный откат от подводного синдиката.

Аромат легкого навара

Подарочный кинжал оказался отличным подспорьем. Резать им местных наглых бобров Карассиус, конечно, не собирался — выгоревший в реале дата-аналитик Кирилл пришел в Вальдиру отдыхать, а не устраивать геноцид ясельной фауны. Зато ножом было невероятно удобно поддевать отчаянно сопротивляющихся раков-самцов и срезать со свай крупных речных улиток.

Поняв правила игры подводного профсоюза, гном больше не лез к «форту» и строго игнорировал рачих с икрой. И дело пошло. Раки словно поняли, что этот бородач берет только «излишки», и ловились без прежнего агрессивного фанатизма.

Через два часа в активе Карассиуса было десять идеальных панцирей для кузнеца Траута (самцов гном аккуратно разделывал прямо на берегу, забирая шейки и откладывая хитин под квест), три десятка жирных речных улиток и целая охапка дикого лука-скороды и чеснока.

[Внимание! Ваш навык «Рыболов» повысился до уровня 6.]

Гномья кровь требовала навара, но из-за расового штрафа полукровки — Торговля была всего 2-го уровня — сдавать добычу местным NPC-перекупщикам не имело смысла. Те дали бы жалкие крохи. Оставался один путь: продавать игрокам напрямую.

Разведя на берегу омута приличный костер, Карассиус притащил плоский валун, который приспособил под сковороду. Плотницкие и строительные навыки помогли быстро соорудить из сырых веток удобную решетку.

Через пятнадцать минут над притихшими Яслями поплыл такой аромат, что у всех проходящих мимо игроков непроизвольно выделялась слюна. Рачьи шейки весело шкворчали на раскаленном камне в собственном соку, обсыпанные диким чесноком и мелко рубленной зеленью. Рядом, прямо в раковинах, закипали улитки с каплей речной воды и пряной мятой.

Первым на запах приковылял бродячий эльф первого уровня с ником Лесной_Олень. Он выглядел так, будто его только что знатно попинали те самые ясельные бобры.

— Мужик... то есть, почтенный гном! — эльф шумно сглотнул, глядя на шкворчащий валун. — Что это? У меня шкала сытости на нуле, дебафф на выносливость висит, а в местной таверне за убогую серую кашу просят три медяка!

— Это, дорогой мой остроухий друг, — Карассиус вальяжно помешивал деликатес очищенной веточкой, поправляя шкиперскую бороду, — эскарго по-ясельному и нежнейшее филе речного рака в диких травах. Плюс пять процентов к регенерации маны на полчаса и полное снятие голода.

Вокруг костра стремительно образовывалась толпа. Игроки в стартовом тряпье, уставшие от унылого гринда серых волков, слетались на запах кулинарного шедевра.

— Почем порция, шеф? — басовито крикнул подбежавший орк Зубодробитель.

— Пять медяков за тарелку из лопуха! — объявил Карассиус.

Система тут же выдала ехидное предупреждение, видимое только гному:

[Ваш навык «Торговля» слишком мал. Покупатели-игроки видят цену завышенной на 20%.]

— Ого, пять медяков? Грабеж! — зашумели в толпе. — В таверне каша по три!

— Так то каша, — не растерялся гном, включая природное обаяние соседа-боцмана. — А у меня тут чистый белок, ручной сбор, экологически чистый омут! Орк, посмотри на свои бицепсы, тебе каша нужна или мясо? Берите, пока горячее! Бобры набегут — вообще без ужина останетесь!

Толпа захохотала. В этот момент сквозь спины игроков, изящно расталкивая локтями суровых гриндеров, протиснулись две девчонки-человека. Над их головами горели ники Милашка_Крис и Зая_Кусь. Их лица и фигуры были настолько безупречными, что становилось ясно: в бесплатном стартовом редакторе персонажей подружки провели не один час, выкручивая ползунки красоты на максимум. Одеты они были, правда, в те же серые ясельные обноски, но умудрились даже их завязать кокетливыми узлами на талии.

— Ой, какой милый бородатый повар! — Милашка_Крис сложила ладошки у груди и умильно захлопала ресницами. — Уважаемый Карассиус, а можно нам две порции... ну пожалуйста? Совершенно бесплатно? Мы умираем от голода!

— Бесплатно у нас только сырость в омуте, девчата, — хмыкнул Карассиус, переворачивая шкворчащую рачью шейку. — Пять медяков порция. С вас десятка за двоих.

— Но у нас совсем-совсем нет денежек! — жалобно надула губки Зая_Кусь, шагнув ближе. — Мы все стартовые монеты потратили в лавке кастомизации. Зато посмотрите, какое мы купили потрясающее нижнее белье взамен этого безликого белого недоразумения от системы! Хотите, продемонстрируем? Оно шелковое, с кружевами!

— Опа! А давайте! Демонстрируйте, я за! — немедленно обрадовался орк Зубодробитель, шумно заиграв бровями и плотоядно ухмыляясь. В толпе парней одобрительно загудели.

Карассиус же лишь устало вздохнул. В свои двадцать девять лет Кирилл Воронов насмотрелся на маркетинг и манипуляции на три жизни вперед. Кружевные трусы в стартовых Яслях Вальдиры — это, конечно, мощный инвестиционный ход, но сыт им не будешь.

— Отставить стриптиз, — спокойно, но твердо осадил девчонок гном. — На орка ваши чары действуют, а у меня иммунитет. Кружева ваши я на сковороду вместо масла не положу. Хотите есть? Включаем бартер. Видите вон те сухие ветки у старой ивы? Мне нужен костер. Притащите хорошую охапку дров — выдам по порции раков.

Подружки удивленно переглянулись. Очевидно, они ожидали, что суровый гном тут же растает от их неземной красоты.

— Ну бли-и-ин, — протянула Крис, но, учуяв очередной шлейф аромата от валуна, обреченно вздохнула. — Ладно. Но чур, раков побольше положишь! Пошли, Зая, поработаем лесорубами...

Девчонки, весело пересмеиваясь и явно наслаждаясь всеобщим вниманием, упорхнули в сторону деревьев. Было видно, что они не злые, просто воспринимали суровый виртуальный мир как забавную прогулку.

Толпа снова зашумела, оценив справедливый подход повара. Монеты весело звенели, падая в холщовую сумку Карассиуса. Несмотря на штраф к Торговле, объёмы и невероятное качество еды решали всё.

[Внимание! Ваш навык «Повар» повысился до уровня 6.]

[Внимание! Ваш навык «Торговля» повысился до уровня 3.]

В самый разгар этого кулинарного аншлага, когда девчонки как раз тащили первую охапку веток, а Карассиус подсчитывал чистую прибыль, сквозь очередь сытых игроков протиснулась хрупкая блондинка с коротким ежиком волос. Над её головой горел ник Лия и значок торговца 5-го уровня.

Она критически осмотрела импровизированную кухню, бросила взгляд на тарелки из лопухов, затем на звенящую сумку на поясе гнома, и приложила руку к лицу в жесте высшего разочарования.

— Боже мой... — негромко, но очень отчетливо произнесла она. — Гном, ты, конечно, гений кулинарии, но в экономике ты полный ноль. Ты только что закопал в землю как минимум половину чистой прибыли!

Уроки высшей торговой математики

Карассиус, только что выдавший две честно заработанные порции раков вернувшимся с дровами девчонкам-модницам, медленно повернул голову к новоявленному критику. Лия стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на него с выражением лица аудитора, обнаружившего растрату миллиона рублей в сельском детском саду.

— И в чем же, позволь узнать, моя ошибка, почтенная коллега? — гном хмыкнул, утирая пот со лба широким рукавом. — Товар уходит влёт. Медь звенит. Клиенты довольны.

— Влёт? Звенит? — Лия сокрушенно покачала головой, сделав шаг вперед. — Мужчина, вы продаете уникальный крафтовый деликатес с баффом на регенерацию по цене унылой каши из таверны Яслей! Пять медяков? Да у вас тут демпинг на грани экономического преступления!

— Эй, полегче на поворотах, блондиночка! — Милашка_Крис, аппетитно дуя на горячую рачью шейку, немедленно встала на защиту повара. — Наш бородач всё правильно делает! Еда должна быть доступной для народа. Мы вот вообще за дрова поели!

— Вот именно! — поддакнула Зая_Кусь, изящно слизывая каплю чесночного соуса с пальца. — Он добрый. А ты пришла и душнишь. И вообще, если бы он поднял цену, нам бы пришлось за эти порции пол-леса на щепки изрубить!

Лия даже не удостоила подружек взглядом, продолжая сверлить Карассиуса своими умными, цепкими глазами торговца.

— Лес бы целее был, — отрезала она. — Посмотри на состав своей аудитории, повар. Вон тот орк Зубодробитель — он же из почти топ, у него на поясе висит орочий тесак за три серебряных. Для него пять медяков — это мусор, который он даже с земли поднимать не станет. Он бы отдал двадцать пять и не поморщился, если бы ты упаковал это не в грязный лопух, а подал как «Эксклюзивный рацион штурмовика».

Внутри Карассиуса шевельнулся профессиональный дата-аналитик Кирилл Воронов. В реале он прекрасно знал теорию ценообразования и сегментации рынка, но вот применять её на практике к самому себе... Это была его вечная беда. Из-за этого дурацкого синдрома самозванца он вечно терял доходы. Вон, бывший хозяин фирмы, когда пришло время платить за работу, вместо честной денежной оплаты на счёт, со слезами на глазах всучил ему полумёртвую, списанную медицинскую капсулу «Бриз-М». Ещё и преподнёс это как «щедрый дар за отличную работу». Кирилл тогда уши развесил, затылок почесал и согласился. А потом несколько месяцев её вручную перебирал и настраивал.

Вот и сейчас — гномьи штрафы на Торговлю словно наложились на реальную скромность Кирилла, превращая его в социально-эффективного, но нищего альтруиста.

— Допустим, — Карассиус оперся на ржавый кинжал, внимательно слушая Лию. — И что ты предлагаешь? Поднять цену в пять раз и распугать ясли?

— Зачем распугать? — Лия хитро прищурилась, в её глазах зажглись чисто профессиональные искорки. — Нужно просто правильно распределить потоки. Девчонки, кстати, подали отличную идею, хоть и неосознанно. Бартер!

— Ой, мы гениальные? — обрадовалась Зая_Кусь, оторвавшись от еды. — А что мы придумали?

— Шоу-бизнес вы придумали, кружевные мои, — фыркнула Лия. — Смотри сюда, Карассиус. Мы делим твой товар на три категории. Первая — «Ясельный перекус». Обычные вареные улитки без специй. Цена — 4 медяка. Для бедных эльфов. Вторая — «Штурмовой рацион». Раки с чесноком на лопухе — 12 медяков. Для зажиточных орков. И третья — VIP-позиция. «Королевское эскарго». Улитки в раковинах с дикой мятой, которые подают... ну-ка, девочки, покажите ваши кружева?

— Э! — Карассиус аж поперхнулся речным воздухом. — Торговля бельем в мои планы не входила!

— Да нет же, тугодум гномьих кровей! — рассмеялась Лия. — Девчонки устраивают презентацию! Садятся на бревнышко, красиво, с огоньком рекламируют блюдо. Привлекают внимание парней. За это они едят бесплатно, создавая статусность. А парни, чтобы посидеть рядом с первыми красавицами Яслей, покупают VIP-порции по тридцать медяков! Нам нужен искусственный дефицит и правильный антураж.

— Ничего себе многоходовочка... — орк Зубодробитель, который всё это время внимательно слушал, аж челюсть уронил. — Слышь, гном, эта блондинка опасная. Она из меня сейчас все заначки вытрясет. Давай мне быстро ещё три порции по пять медяков, пока лавочку не прикрыли!

— Поздняк, орк, — Лия решительно шагнула к валуну, заслоняя собой остатки ракушек. — Лавочка закрыта на переучёт. Карассиус, у тебя Торговля какого уровня? Второго? Третьего? Ты из-за штрафов теряешь кучу меди на системном налоге при сделках. Давай так: я беру твою продукцию под полную реализацию. Мой торговый левел выше, налог меньше. Я выстраиваю маркетинг, девчонки работают на промо-акции за еду, ты — чистый шеф-повар на производстве. Прибыль делим... ну, скажем, шестьдесят на сорок в мою пользу за логистику и бренд.

Кирилл внутри своего аватара горько усмехнулся. Схема была красивой, агрессивной и абсолютно рабочей. Эта девчонка явно знала своё дело. Но отдавать шестьдесят процентов... Нет, второй раз на удочку «хитрого босса» он не попадётся. Даже если этот босс — симпатичная блондинка с ежиком волос.

— Пятьдесят на пятьдесят, Лия, — спокойно глядя ей в глаза, произнес Карассиус, и его шкиперская борода веско качнулась. — Ингредиенты мои, риск под водой — мой, кинжал и костер — тоже мои. С тебя только язык и организация. Идёт?

Лия замерла, просчитывая в уме варианты, затем её губы тронула легкая, уважительная улыбка.

— А ты непрост, боцман. По рукам. Пятьдесят на пятьдесят. Девчонки, доедайте своих раков и марш работать лицом! Будем делать из этой лужи ресторан высокой кухни.

Закон сохранения железа (Финал).

Первый день работы нашего кулинарного синдиката «Омут и Ко» превзошел все ожидания. Маркетинговый гений Лии в сочетании с убойной харизмой девчонок-модниц сотворил настоящее ясельное чудо.

Милашка_Крис и Зая_Кусь подошли к роли промоутеров с истинно женским азартом. Они уселись на поваленное бревно у костра, изящно скрестив ноги и картинно смакуя каждую улитку. Стоило какому-нибудь зажиточному игроку пройти мимо, как Крис томно вздыхала: «Ах, Зая, этот соус с дикой мятой просто божественен... Жаль, настоящих мужчин в Яслях мало, никто не может угостить девушек Королевским эскарго».

Эффект был мгновенным. Парни, ведомые первобытными инстинктами и желанием похвастаться крутизной перед первыми красавицами локации, выстраивались в очередь. Кошельки заезжих гриндеров пустели со свистом. Карассиус едва успевал переворачивать рачьи шейки на раскаленном валуне и подбрасывать дрова, которые теперь исправно таскали влюбленные в Крис и Заю эльфы-первоуровневики.

Когда солнце начало клониться к закату, а речные улитки в радиусе ста метров от мельницы окончательно закончились, Лия объявила закрытие лавочки. Она уселась на пенек и с сугубо бухгалтерской дотошностью принялась пересчитывать выручку.

— Итого, — блондинка победно вскинула глаза на Карассиуса. — Минус налоги системы, минус доля девчонок за работу... Наша чистая прибыль составила триста двадцать медных монет. По сто шестьдесят медяков на брата. Держи, боцман, твоя доля.

Холщовый мешочек гнома приятно оттянул пояс. Вместе со стартовыми накоплениями у Карассиуса теперь было сто восемьдесят пять медных монет. До заветных двух серебряных, которые Траут просил за новый топор, не хватало всего пятнадцати медяков. Но у гнома был главный козырь — аккуратно уложенные на дно сумки десять идеальных хитиновых панцирей раков-самцов.

Попрощавшись со своей новой боевой командой и договорившись встретиться на этом же месте завтра, Карассиус решительным шагом направился обратно в кузницу.

Угольный жар встретил его еще на пороге. Мастер Траут все так же мерно стучал молотом по наковальне, выбивая снопы искр. Увидев коренастую фигуру полукровки, чистокровный гном даже не замедлил темп.

— Пришел, значит, — прогудел кузнец, не оборачиваясь. — Пальцы, смотрю, целы. Ну и где мой флюс, рыбак? Или пришел просить отсрочку?

Вместо ответа Карассиус молча подошел к верстаку и один за другим выложил на темное дерево десять крупных, переливающихся в свете горна панцирей. Хитин был чистым, без единого кусочка мяса — идеальная работа повара при разделке.

Траут отложил молот. Его брови-гусеницы удивленно взлетели вверх. Он взял один из панцирей, поскреб его ногтем, понюхал и удовлетворенно хмыкнул.

— Надо же. Не соврал. Панцири глубоководников, да еще и взяты аккуратно, без повреждений. Из такого порошка выйдет знатная сталь.

[Внимание! Вы выполнили локальное задание: «Флюс для мастера Траута».]

Успешно добыто панцирей: 10/10.

Получено: +150 к опыту, +25 к репутации с мастерами Яслей.

Шкала опыта Карассиуса сдвинулась с мертвой точки (150/1000), но гном ждал главного. Траут повернулся к стене, покопался в ящике с готовой продукцией и тяжело опустил на верстак новенький, пахнущий оружейным маслом топор. Топорище было вытесано из мореного дуба, а широкое стальное лезвие хищно поблескивало заточенным краем.

— Держи, Карассиус. Честная работа за честную службу. Этот не сломается от первой же сосны, если, конечно, у тебя ума хватит не рубить им гранит, — Траут криво ухмыльнулся, что для его суровой мимики приравнивалось к дружескому хохоту.

Гном бережно взял инструмент в руки.

[Внимание! Получен предмет: Рабочий топор мастера Траута.]

Качество: Обычное (крепкое).

Прочность: 150/150.

Эффект: Скорость рубки дерева +10%. Снижает затраты Выносливости при работе на 5%.

Кирилл внутри капсулы почувствовал, как пальцы аватара идеально легли на шероховатое дерево рукояти. Руки, помнившие плотницкое прошлое в реальном Сибирском крае, мгновенно ощутили правильный баланс инструмента. Это было не то стартовое «мыло», которое выдавали в Яслях по умолчанию. Это была Вещь.

— Спасибо, мастер, — искренне поблагодарил Карассиус, убирая топор за пояс. — А скажи, хорошая удочка у тебя в закромах не завалялась? А то моя бамбуковая... скажем так, не пережила встречу с местной фауной.

Траут снова зыркнул на него из-под бровей, но теперь в его взгляде уже не было прежнего презрения. Работящих гномов, пусть и полукровок, здесь уважали.

— Удочки — это к кожевникам или плотникам, — буркнул кузнец, возвращаясь к наковальне. — Но если принесешь мне хорошего железного лома или найдешь качественную жилу под холмом — я тебе такие крючки откую, что хоть китов в океане лови. А пока иди, Карассиус. Дела не ждут.

Гном поклонился мастеру и вышел из ку кузницы под первые вечерние звезды Вальдиры.

Четвертый уровень только начинался. В кармане звенели честно заработанные монеты, за спиной висел надежный топор, в омуте его ждал преданный, хоть и молчаливый подводный профсоюз, а впереди маячили грандиозные бизнес-планы, которые они на коленке набросали с Лией.

Скучные, но удивительно радостные будни выгоревшего аналитика постепенно обретали свой собственный, неповторимый вкус речных раков с дикой мятой.

Глава 6

Эффект ржавого подшипника

Пневмозамки капсулы «Бриз-М» мягко зашипели, стравливая давление, и крышка плавно пошла вверх. Кирилл Воронов сделал глубокий вдох, возвращаясь в реальный мир.

Контраст бахнул по мозгам знатно. Секунду назад он был приземистым, пышущим здоровьем гномом Карассиусом, который ворочал бревна, дышал озоном у речного омута и считал медные монеты. А сейчас он — двадцатидевятилетний, бледный дата-аналитик, сидящий в съемной однокомнатной квартире где-то в спальном районе Москвы. Мышцы затекли, в висках слегка стучало от долгого погружения, а за окном серел типичный московский вечер.

Кирилл шлепнул босыми ногами по ламинату и побрел на кухню. Желудок требовательно скрутило — капсула идеально передавала тактильность воды и ароматы чесночных раков, но настоящий, физический голод она утолить не могла.

Взгляд упал на кухонный стол, где в пластиковом контейнере сиротела половина порции вчерашних роллов из доставки. Рис уже заветрился, соевый соус подсох, а от одного вида этой нездоровой, глутаматной «быстрой» еды Кирилла внезапно передернуло. В игре он только что кормил половину Яслей свежайшим, собственноручно приготовленным деликатесом. Проснувшийся азарт повара требовал нормальной, человеческой пищи.

Он заглянул в холодильник. Там было шаром покати: половина лимона, пачка соды и банка горчицы.

— Мда, аналитика снабжения на нуле, — пробормотал Кирилл, натягивая поношенные джинсы и старую толстовку.

Пришлось спускаться в ближайшую «Пятерочку». Набрав там базовый мужской набор — пару пачек хороших пельменей (чтобы подороже, с намеком на натуральное мясо), сливочное масло, лавровый лист и черный перец горошком, — он двинулся обратно. Сибирские привычки не пропьешь: даже прожив десять лет в столице, Кирилл не умел ходить по улице «в полуприсядку», как многие коренные горожане, и всегда подмечал детали вокруг.

На лестничной площадке его этажа царил хаос. Пахло мокрой штукатуркой и старой ржавчиной. Возле открытого тамбура суетился сосед сверху — дядя Саша, пенсионер, бывший авиационный техник, переехавший в Москву к детям. На нем были растянутые треники, а в руках он беспомощно держал хлипкий китайский разводной ключ, который гнулся от одного взгляда.

— Мать твою за ногу... Да как так-то? — костистый старик в сердцах шарахнул ключом по косяку. — Перекрыл же вентиль, а оно хлещет!

— Дядь Саш, здорово. Что горит? Точнее, что тонет? — Кирилл поставил пакет из супермаркета на подоконник.

— О, Кирюха! Да стиралка, зараза! — старик махнул рукой в сторону своей квартиры, откуда уже вовсю тянуло сыростью. — Шланг сорвало, а коренной кран на вводе закис насмерть. Года три его никто не трогал. Сантехника из ЖЭКа ждать — пол-дома смоет, меня зять живьем закопает в этой стиральной машине!

Кирилл вздохнул. Внутри него боролись два человека. Один — уставший московский айтишник, который хотел закрыться в норке и съесть пельмени. Второй — сибиряк, у которого руки помнили навыки автомеханика, ремонт отцовского трактора и золотое правило: «Соседа в беде не бросают, особенно если он сверху».

Второй победил.

— Ждите здесь, сейчас инструмент принесу, — коротко бросил Кирилл.

Через пять минут он вернулся, держа в руке тяжелый, советский трубный ключ — «газовый второй номер», который остался у него еще от дедовских запасов и пережил три переезда. Настоящий кусок кованого железа, а не силуминовое китайское недоразумение.

Следующий час превратился в производственный роман в миниатюре. Оказалось, что у дяди Саши не просто сорвало шланг — там намертво заклинило обводной подшипник барабана, машинка спрыгнула с подиума во время отжима и вырвала подводку вместе с куском старой трубы.

Кирилл, распластавшись на мокром кафеле в узкой ванной, матерился сквозь зубы, но дело делал. Навыки автомеханика включились на автомате: перехватить трубу, зажать намертво прикипевшую гайку, намотать кусок пакли с герметиком (который чудом нашелся в его кладовке).

— Ну ты даешь, Кирюха, — дядя Саша с искренним уважением смотрел, как молодой парень ловко орудует тяжелым железом. — Я думал, вы, компьютерщики, только по кнопкам тыкать умеете. А ты глянь — айтишник с гаечным ключом! Настоящий мужик. Нынешняя молодежь вон, зять мой, гвоздя забить не может, сразу «мужа на час» вызывает по приложению.

— Работа с данными, дядь Саш, она везде одинаковая, — ухмыльнулся Кирилл, вылезая из-под раковины и вытирая испачканные ржавчиной руки ветошью. — Хоть в экселе, хоть в водопроводе. Главное — найти, где система течет. Всё, проверяйте, вентиль я подтянул, тереть больше не должно. До утра простоит, а там уже пусть официальный мастер шланги меняет.

— Ну спасибо, сынок, спас! С меня...

Договорить старик не успел. Дверь в квартиру скрипнула, и в прихожую влетела молодая девчонка лет двадцати двух. На ней были легкие джинсы, светлая куртка, а на плече висел студенческий рюкзак. Лицо — живое, без тонны инстаграмного макияжа, а глаза испуганные.

— Дедушка! Мне соседи снизу позвонили, сказали, мы их топим! Что тут... — она осеклась, увидев Кирилла.

Кирилл стоял посреди узкого коридора — взъерошенный, с черным пятном мазута на щеке, в мокрой на локтях толстовке и с огромным ржавым газовым ключом наперевес. Картина «Призрак оперы на выезде».

— Ой... — девчонка забавным жестом прижала ладошку к губам, а затем её глаза весело округлились. — А вы... наш спаситель?

— Алёнка, знакомься, это Кирилл с нижнего этажа, — гордо представил дед. — Кабы не он, плавали бы мы сейчас до самой «Пятёрочки». Инженер! Золотые руки!

— Очень приятно, Кирилл, — Алена улыбнулась, и у нее на щеках появились едва заметные, жутко милые ямочки. — И спасибо вам огромное. А то дедушка у нас боевой, но техника его иногда побеждает.

— Рад был помочь, — Кирилл почувствовал, как к шее приливает глупая краска. Он отвык от простого, живого женского внимания за месяцы своего выгорания. — Ладно, я пойду. А то у меня там... производственный процесс остывает.

— Мы вам должны! — крикнула вслед Алена, когда Кирилл уже спускался по лестнице. — Я зайду занесу пирог, я печь умею!

«Пирог — это хорошо», — подумал Кирилл, возвращаясь в свою однушку.

Сил на кулинарные шедевры после часа борьбы с советским водопроводом уже не осталось. Спина гудела, руки слегка подрагивали от напряжения. Мечты об изысканной готовке разбились о суровую реальность физической усталости.

Он просто налил в кастрюлю воды, швырнул туда горсть покупных пельменей, бросил пару лавровых листьев и горсть черного перца. Без изысков. Самый примитивный холостяцкий ужин.

Но когда через десять минут он выложил исходящие паром пельмени на тарелку, добавил щедрый кусок сливочного масла и посыпал свежемолотым перцем — случилось странное. То ли сказался суровый физический труд, то ли проснувшийся в Вальдире навык Повара 6-го уровня дал о себе знать на подсознании, но пельмени показались ему самыми вкусными в жизни. Мясо было сочным, тесто — идеальной плотности, а аромат лаврушки мгновенно вернул его в сибирское детство, когда они так же ужинали с отцом после целого дня в гараже.

Кирилл ел, глядя в темное окно, и впервые за долгое время чувствовал себя по-настоящему живым. Виртуальный мир постепенно проникал в реальность, возвращая ему вкус к простым, но радостным будням.

Бизнес на чужих костях

На удивление, после возни со стиральной машиной и тарелки горячих пельменей Кирилл заснул легко и безмятежно — впервые за последние полгода. Никаких кошмаров про горящие дедлайны и утерянные базы данных. Только мерный плеск виртуального омута и шорох камышей.

Проснувшись утром, он почувствовал странный, подзабытый зуд в руках. Захотелось созидания. Не выходя из дома, Кирилл открыл приложение и заказал доставку продуктов с запасом: пару килограммов отборной картошки, пучки свежей петрушки и укропа, чеснок, пачку фермерского сливочного масла, репчатый лук и даже мешок пшеничной муки высшего сорта. Список в корзине выглядел так, будто он собирался открывать филиал сибирской кулинарии прямо на одиннадцатом этаже московской панельки.

Пока курьер вез заказ, Кирилл варил кофе и лениво прокручивал в голове вчерашние игровые события. Цифры, как обычно, сами выстраивались в графики.

«Так-так-так, — хмыкнул он, глядя на бегущие по чашке струнки пара. — Лия, конечно, девка умная, но маркетинг у неё с двойным дном. Она заявила, что я терял половину выручки. И она эту упущенную выгоду действительно подняла из карманов игроков. Вот только в итоге всю эту половину Лия забрала себе "за логистику и бренд". А я махал поварешкой в два раза быстрее, у валуна спину гнул, пока девчонки кружевами крутили. Красиво развела, ничего не скажешь. Классическая схема служб доставки: рестораны пашут за копейки, а агрегатор стрижет купоны. Надо будет поговорить с ней про такой "маркетинг", когда зайду».

Спустя час, разложив продукты по полкам и закинув в рот пару горячих бутербродов, Кирилл лег в капсулу «Бриз-М». Пневматика мягко вздохнула, погружая его в цифровую прохладу.

Карассиус открыл глаза на той же залитой солнцем поляне у пруда Яслей. Костер уже прогорел, но импровизированный ресторан под открытым небом жил своей жизнью. Знакомые нубы терлись неподалеку в надежде на новые баффы.

Вдруг из камышей, смешно переругиваясь, выскочили Милашка_Крис и Зая_Кусь. Заметив гнома, подружки наперебой затрещали, размахивая руками:

— Боцман! Карассиус! Ты всё проспал! Там на лесной просеке такое творится! — Крис округлила глаза. — Там появился новый парень... Боже, какой красавчик! Волосы серые, как пепел, глаза янтарные, а двигается — просто как бог! Ему сам стражник-гном на въезде отдал потрясающий зачарованный меч на третий уровень!

— Ага, только он странный какой-то, — перебила Зая_Кусь, надув губки. — Молчит всё время, не разговаривает ни с кем, только улыбается загадочно. А рядом с ним эльфийка бегает, мелкая такая, недоделанная какая-то, трещит без умолку, как сорока! И никого к нему не подпускает, шипит на всех! Они вдвоем сейчас всю живность на просеке выносят, как комбайн.

— И самое обидное! — Крис возмущенно топнула ножкой. — Они лут вообще не собирают! Тушки змей и крыс прямо на траве бросают, им только опыт нужен! Боцман, сделай что-нибудь! Приготовь еду из этих змей — они там неядовитые, но злые и толстые. Или из луговых пауков, из мышей... Пока этот седовласый отсюда в большой мир не ушел, надо ловить момент! Нам столько мяса бесплатно достается!

В голове Карассиуса мгновенно щелкнул аналитический тумблер. Скрытый класс «Гастроном-Ихтиомант» требовал развития, а тут — тонны бесплатного сырья, за которое даже воевать не нужно.

— А ведь это идея, девчата, — гном погладил шкиперскую бороду, и его глаза хитро сузились. — Объявляем смену концепции. Зачем мне самому бегать за раками, если можно реализовать чистую бизнес-модель? Работаем по принципу: "Принеси свое — получи шедевр".

Карассиус залез на высокое бревно и зычным, боцманским голосом дядюшки Миши проорал на всю поляну:

— Внимание, честной народ Яслей! Ресторан «Омут и Ко» расширяет меню! Принимаю любое сырье: тушки крыс, змей, луговых пауков, лесных луковиц! Гарантирую стопроцентный вкус, сытость и уникальные баффы! Готовлю из того, что принесете! Цена за работу — от пяти медных монет, в зависимости от размера тушки! Орки, для вас — фирменные запеченные крысиные хвостики в остром соусе! Эльфы — для вас змеиное филе на углях! Налетай!

Поляна зашумела. Идея платить всего пять медяков за превращение подножного мусора в высокоуровневую еду с баффами показалась игрокам гениальной. Толпа нубов ломанулась на просеку, собирать то, что оставлял после себя молчаливый седовласый мечник.

Карассиус спрыгнул с бревна, вытащил ржавый кинжал и принялся за работу. Включался «Глаз Гастронома» — внутреннее чутье подсказывало, как правильно разделать толстую болотную змею, где подрезать сухожилия у жирной ясельной крысы, чтобы мясо не горчило, и какими травами заглушить специфический запах лугового паука.

[Внимание! Навык «Повар» повышен до уровня 7.]

[Внимание! Вы открыли скрытую суб-специализацию класса: «Утилизатор гастрономических отходов» (Ранг 1).]

В этот момент на поляне материализовалась Лия. Увидев горы змеиных шкур и крысиных тушек, она застыла, а её аккуратный носик брезгливо сморщился.

— Карассиус, ты с ума сошел? Что это за крысиный притон? Где мои элитные улитки? Где кружевной маркетинг?

Гном, ловко пластуя змеиное филе на раскаленном валуне под восторженные вздохи голодных орков, лишь усмехнулся, не прерывая работы.

— Маркетинг, говоришь? — Карассиус веско звякнул полным мешочком монет, принимая очередную пятерку от довольного покупателя. — Кстати, Лия, о твоем маркетинге. Я тут на досуге посчитал наши графики. Ты вчера красиво пела про упущенную выгоду. Только вот в итоге всю эту выгоду ты забрала себе в карман, а я у костра в два раза сильнее спину гнул. Хорошо устроилась, агрегатор ясельный.

Лия на секунду смутилась, но тут же горячо, с чисто торговым азартом замахала руками, наступая на гнома:

— Да как ты не понимаешь, боцман! — затараторила она, активно жестикулируя. — Да если бы не моя схема с девчонками и правильным позиционированием, к тебе бы эти орки вообще не подошли! Они бы думали, что ты тут бомжуешь на берегу! Я создала спрос! Я подняла твою ценность в глазах потребителя! Да, я беру свой процент, но я освобождаю тебя от логистики! Посмотри, они теперь сами тебе сырье тащат, тебе даже из-за плиты вставать не надо! Это же чистая автоматизация процессов!

— Автоматизация — это когда роботы пашут, Лия, — Карассиус ловко перекинул порцию запеченной змеи на лопух подошедшего эльфа и подмигнул девчонкам, которые уже вовсю уплетали хрустящие крысиные крылышки за дрова. — А тут пашу я. Так что условия нашего концессионного соглашения мы пересмотрим. Но позже. А пока — принимай медь и веди учет, маркетолог. Клиенты ждут!

Лия сердито фыркнула, но спорить не стала — поток монет, текущий в холщовую сумку гнома, рос с каждым часом, а её законные проценты, пусть и урезанные авторитетом Карассиуса, всё равно оставались лучшим заработком во всех Яслях.

[Внимание! Вы получили 1000 единиц опыта. Ваш уровень повысился!]

[Текущий уровень: 5 (Опыт: 0/1500).]

[Вам доступно 5 очков характеристик для распределения.]

Золотая вспышка уровня окутала Карассиуса прямо посреди разделки очередной змеиной тушки. Гном довольно крякнул. Прогресс, который раньше шел скупо, на «чужих костях» наконец-то рванул вперед.

Не отрываясь от шкворчащего валуна, Карассиус мысленно открыл интерфейс. Память дата-аналитика Кирилла Воронова четко помнила позорные 110 единиц маны из-за расового штрафа морской ветви гномов (-50% к пулу). На пятом уровне нужно было окончательно закрывать эту брешь.

«Все пять очков — в Интеллект», — скомандовал он системе.

[Характеристики обновлены:]

Интеллект: 20 -> 25.

Мана: 110 -> 135 (250 от Интеллекта -> штраф 50% = 125 + 10 классовый бонус).

Восстановление маны: 1.5 ед/мин.

«Уже лучше. Дышать в воде станет капельку легче», — подумал гном, переворачивая сочное змеиное филе, сдобренное луком-скородой.

В этот момент гул голодной толпы на поляне резко стих. Игроки испуганно шарахнулись в стороны, освобождая проход со стороны лесной просеки.

Из камышей стремительным, неестественно плавным шагом вылетел тот самый мечник. Серые, как пепел, волосы, яркие янтарные глаза, смотрящие куда-то сквозь этот мир, и великолепный, сияющий легким крафтовым зачарованием клинок в руке. Парень двигался как бог войны, словно для него не существовало законов физики Яслей.

Следом за ним, едва поспевая и смешно семеня короткими ножками, неслась мелкая эльфийка с растрепанной прической.

— ...да я тебе говорю, там на холме еще три гнезда луговых пауков! — трещала она без умолку, размахивая руками. — Эй, ну не молчи ты, ну повернись! Куда ты так несешься? Ой, фу-у-у, а чем это так вкусно пахнет? Кошмар какой, у меня аж шкала сытости замигала!

Седовласый мечник резко, со свистом вогнал клинок в ножны и замер прямо напротив костра Карассиуса. Его янтарный взгляд скользнул по горам змеиных шкур, по раскаленному валуну, а затем остановился на лысой голове гнома и его окладистой шкиперской бороде. На лице парня появилась странная, блуждающая, абсолютно отрешенная улыбка. Он молчал.

— Эй, гном! — эльфийка грозно уперла руки в бока, заслоняя собой своего молчаливого спутника. — Вы тут что, филиал адской кухни открыли? Почему весь наш лут на сковороде?

Карассиус неторопливо вытер ржавый кинжал о фартук, поправил бороду и посмотрел на странную парочку со спокойным, умудренным взглядом соседа-боцмана. Любители Вальдиры среди игроков в толпе зашептались, узнавая этих чудиков, но Карассиус лишних вопросов задавать не стал. Меньше знаешь — крепче спишь.

— Закон сохранения железа и мяса, мадемуазель, — прогудел гном своим басовитым голосом. — Что с моба упало, то в котел попало. Вы опыт забрали? Забрали. А тушки без дела лежали, непорядок. За сырьевой грант — спасибо. От заведения не убыло, и вам причитается.

Ловким, отточенным движением Карассиус подцепил ножом два лучших, идеально прожаренных куска змеиного филе в пряных травах, от которых шел умопомрачительный аромат, и выложил их на самый чистый, свежий лопух.

— Угощайтесь, путники. Бесплатно. За счет кулинарного синдиката Яслей, — гном вежливо протянул им импровизированное блюдо. — Бафф на скорость и регенерацию маны в подарок.

Эльфийка подозрительно принюхалась, сглотнула слюну и осторожно взяла лопух.

— Ого... Ничего себе. Спасибо, бородач! На, поешь, а то ты скоро прозрачным станешь от своего кача!

Седовласый парень взял кусочек мяса двумя пальцами, отправил в рот и на секунду замер. Его янтарные глаза удивленно блеснули, улыбка стала чуть более живой и осмысленной. Он вежливо, с легким изящным поклоном кивнул Карассиусу — это был знак высшего признания от того, кто почти никогда не снисходил до общения с обычными нубами.

Не произнося больше ни слова, мечник развернулся и всё тем же невероятным, летящим шагом скрылся в густой чаще.

— Эй, подожди меня! Опять убежал! — пискнула эльфийка, запихивая остатки филе за щеку, и бросилась следом. — Спасибо, гном! Соус — бомба!

Больше Карассиус их в Яслях не видел. Эти двое ушли выше, в большой мир, оставив после себя лишь шлейф легенд и сытых, довольных игроков на поляне.

Лия, до этого испуганно прятавшаяся за спиной гнома, осторожно высунулась и облегченно выдохнула:

— Боже... Ну и жуткая парочка. От них такой силой веяло, будто они эти Ясли одной левой перевернуть могут.

— Могут, Лия, — Карассиус усмехнулся, возвращаясь к работе и принимая новую горсть меди от подошедшего орка. — Еще как могут. Ладно, народ, шоу окончено, подтаскивай тушки! Работаем дальше!

Пятый уровень был взят, Интеллект подрос, а кошелек гнома стремительно тяжелел под аккомпанемент веселого шкворчания змеиного мяса.

Кулинарный краш-тест и тени прошлого.

Выход из капсулы «Бриз-М» в этот раз не сопровождался привычной депрессивной ломотой в затылке. Наоборот, Кирилл Воронов чувствовал себя так, словно его внутренний аккумулятор впервые за год зарядили до ста процентов. Мышцы требовали движения, а мозг, переключившись с бесконечных скучных таблиц на живой игровой крафт, работал четко и ясно.

На кухне его ждал утренний заказ из доставки. Кирилл решительно отодвинул в сторону коробку с заветренным фастфудом и выставил на стол ингредиенты: муку, дрожжи, фермерское масло, томаты, сыр и связку хорошей колбасы. В Вальдире Карассиус только что устроил кулинарный переворот из змей и крыс. В реале Кирилл Воронов вознамерился замахнуться на святое — домашнюю пиццу с нуля.

Мог ли дата-аналитик предположить, что работа с тестом окажется сложнее, чем настройка нейросети для парсинга баз данных?

Попытка первая. Кирилл бодро замесил тесто по первому попавшемуся рецепту из интернета, щедро плеснув воды. Масса превратилась в липкую, неопрятную жижу, которая намертво облепила пальцы, стол и скалку. Кое-как соскребя этот блин на противень, он отправил его в духовку, забыв постелить пергамент. Через пятнадцать минут кухня наполнилась едким сизым дымом. Основа пиццы превратилась в угольную подошву, намертво прикипевшую к металлу.

Попытка вторая. Учтя ошибки, Кирилл сделал тесто круче. Но переборщил с мукой. Масса стала каменной. Кое-как раскатав её кулаком, он залил всё соусом, засыпал сыром и включил духовку на максимум, чтобы «пропеклось побыстрее». Результат: сыр и колбаса сверху сгорели в черный шлак, а внутри тесто осталось абсолютно сырым, склизким и холодным.

Кирилл стоял посреди кухни — взъерошенный, в муке по самые уши, с полотенцем в руке, силясь разогнать дым к приоткрытому окну. Внутренний перфекционист бился в истерике. Простейший алгоритм готовки выдавал системную ошибку за ошибкой.

В этот момент в дверь негромко, но настойчиво постучали.

Кирилл чертыхнулся, вытер руки об фартук и пошел открывать. На пороге стояла Алёна. В руках она держала укутанную в чистое полотенце форму, от которой умопомрачительно пахло запеченными яблоками и корицей — обещанный дедовский пирог.

Увидев соседа, девушка замерла. Кирилл представлял собой эпичное зрелище: белая от муки щека, сердитый взгляд и выползающий из глубин квартиры легкий шлейф подгоревшего сыра.

— Ой... — Алёна забавно округлила глаза, а затем не сдержалась и прыснула в кулак. — Кирилл, вы там что, пороховой завод взрывали? Или у вас сессия программирования пошла не по плану?

— Кулинария, — мрачно вздохнул Кирилл, отступая назад и пропуская гостью. — Моя личная аналитика дала сбой. Пытался приготовить пиццу. Счёт два-ноль в пользу духовки.

— Так, спасательную операцию заказывали? — Алёна решительно прошла на кухню, поставила свой пирог на стол и закатала рукава светлой кофты. — Дедушка прав, руки у вас золотые, но к тесту нужен подход. Мужчины вечно думают, что его можно силой взять. А его любить надо. Ну-ка, показывайте, что у вас осталось.

Следующие полчаса превратились в то, чего Кириллу так не хватало все эти месяцы одиночества — в нормальную, теплую человеческую жизнь. Алёна ловко, со смехом перехватила инициативу. Она показала, как правильно обминать дрожжевую основу — не давить всей массой, а мягко складывать пальцами от краев к центру. Кирилл послушно повторял, чувствуя, как под его ладонями тесто наконец-то становится послушным, нежным и упругим.

Пока третья — теперь уже идеальная — пицца сидела в духовке, распространяя правильный чесночно-томатный аромат, они пили кофе с её шарлоткой.

— К нам дед сегодня заходил, дядя Саша, — вспомнил Кирилл, откусывая кусок пирога. — Он же у вас заядлый рыбак, я помню, прошлым летом у подъезда с чехлом от удилищ стоял.

— О да, — улыбнулась Алёна. — Деда хлебом не корми, дай на Клязьме с донкой посидеть. Для него рыбалка — это святое. А что?

— Да так... — Кирилл прищурился, переводя мысли на свой игровой подводный синдикат. — Спор у нас тут в интернете зашел. Что речные раки любят больше всего? Как их прикормить, если гнездо глубокое, а они пугливые?

Алёна задумалась, смешно потерев носик.

— Хм... Дед всегда говорит, что рак — тварь хитрая и чистоплотная, тухлятину вопреки сказкам не любит. Он их на чесночный жмых ловит. Берет ржаной хлеб, давит туда пару зубчиков чеснока, капает нерафинированного подсолнечного масла — ну, такого, которое семечками пахнет, ядреного. И всё это в сетку. Говорит, раки за этот запах душу продадут, со всех окрестных омутов сползаются.

«Чесночный жмых, ржаной хлеб и ароматное масло, — Кирилл мысленно занес данные в аналитическую таблицу Карассиуса. — В Вальдире подсолнечного масла нет, но есть рапсовое и льняное. И чеснока дикого у мельницы навалом. Алгоритм сходится».

Пицца получилась великолепной — с хрустящей корочкой, тянущимся сыром и сочной начинкой. Алёна, сытая и довольная, засобиралась домой, пообещав, что в следующий раз они будут учиться печь настоящие сибирские шаньги. Кирилл проводил её до дверей, чувствуя, как внутри разливается приятное, мирное тепло. Жизнь налаживалась.

Он вернулся на кухню, налил себе еще чаю, собираясь немного почитать перед следующим погружением в капсулу. На душе было тихо и спокойно.

Внезапно тишину квартиры разорвал резкий, дребезжащий звонок в дверной домофон. Кирилл нахмурился. Часы показывали одиннадцатый час вечера. Друзей он не ждал, курьеров тоже.

Он подошел к стене, снял трубку.

— Да?

— Кир... Это я. Пожалуйста, открой, — раздался из динамика знакомый, но совершенно неузнаваемый голос.

Марина. Его бывшая девушка, с которой они расстались полгода назад, когда его выгорание достигло пика, а ей надоело терпеть его вечную депрессию и отсутствие «перспектив». Но в её голосе сейчас не было прежней ледяной уверенности или капризных ноток. Она буквально задыхалась от страха.

Кирилл молча нажал кнопку разблокировки двери.

Через минуту на пороге его квартиры стояла Марина. На ней было дорогое пальто, но прическа растрепалась, тушь под глазами слегка поплыла, а руки, сжимавшие дорогой кожаный клатч, крупно дрожали. Она была бледной как мел.

— Марина? Что случилось? — Кирилл нахмурился, не торопясь делать шаг навстречу.

Она шагнула в прихожую, быстро захлопнула за собой дверь и прижалась к ней спиной, словно спасаясь от погони. Её встревоженный взгляд заметался по лицу Кирилла.

— Кир... Мне больше не к кому пойти. Пожалуйста, помоги мне, — её голос сорвался на шепот. — Меня ищут. Они узнали, что я ушла от Игоря, и теперь они требуют... требуют какие-то логи. Из твоей бывшей фирмы. Они думают, что у меня остались твои резервные копии баз данных. Кир, они угрожают мне! Это люди из топ-клана Вальдиры, но они решают вопросы здесь, в реале...

Глава 7

Цифровая археология

Марина сидела на краю дивана, сжавшись в комок и судорожно обнимая остывающую чашку с чаем. Дорогое пальто было брошено на кресло, и без него она казалась непривычно маленькой и беззащитной. Кирилл молча слушал её сбивчивый рассказ, методично сопоставляя факты.

Картина вырисовывалась скверная. Игорь, её теперь уже бывший пассия, оказался не просто топ-менеджером крупного игрового альянса в Вальдире, а одним из тех, кто конвертировал виртуальное золото в реальное политическое влияние. Клан нацелился на покупку огромного куска земли на неизведанном континенте Вальдиры, но торги шли в закрытом режиме. Им позарез нужны были старые массивы данных по архитектуре серверов первой волны — те самые, которые фирма Кирилла анализировала и оптимизировала год назад по субподряду. Игорь думал, что Марина унесла с собой архивы Кирилла. Ошибся. Но отпускать её просто так никто не собирался.

— В гостиницу нельзя, — тихо сказала Марина, подняв на него полные страха глаза. — Игорь знает все мои карты, счета заблокированы, телефон я выключила еще на пересадочной станции метро. Кир, они караулили меня у подъезда. Пожалуйста...

— Оставайся здесь, — коротко отрезал Кирилл. — На замок запрись. Шторы не открывай. Мой «Бриз-М» зарегистрирован на левый медицинский грант, эту квартиру в базах данных ведомств я лично подчистил еще при увольнении. Здесь тебя не найдут.

Уложив бледную, измотанную Марину в спальне, Кирилл вернулся на кухню. Сон ушел окончательно. Внутри него, вместо привычной апатии выгорания, заклокотал холодный, злой азарт. Они хотели поиграть с данными? Что ж. Они пришли по адресу.

Кирилл сел за рабочий стол, открыл тяжелый кастомный ноут и щелкнул тумблером питания. На тридцатидюймовом мониторе послушно моргнула кастомная сборка Arch Linux — никакой лишней графики, только консоль, только чистая производительность. Чтобы победить систему Вальдиры в будущем и защитить реальность сейчас, нужно было развернуть полноценный аналитический комплекс.

Профессиональная работа дата-аналитика высокого уровня — это не унылое перебирание строчек в Excel. Это цифровая археология и тяжелая артиллерия кода.

Кирилл привычно запустил Docker-контейнеры, разворачивая локальную экосистему. Первым делом он активировал Python 3.12 — главный рабочий инструмент любого дата-инженера. Логи, которые Марина успела мельком скопировать с телефона Игоря перед побегом, представляли собой терабайты сырого, неструктурированного текстового мусора в формате JSON и CSV. Смотреть на них глазами было бесполезно.

Для первичной обработки Кирилл написал короткий скрипт, импортировав библиотеку Pandas — альфу и омегу анализа данных. С помощью её мощных структур (DataFrame) он в три строки кода очистил массив от дубликатов, системных шумов и пустых таймстампов.

import pandas as pd # Очистка сырых логов трафика Вальдиры df = pd.read_json('raw_logs.json', lines=True) df_clean = df.dropna(subset=['user_id', 'ip_address']).drop_duplicates()

Но Pandas хорош для таблиц, а логи игрового клана — это живые связи, транзакции, перетоки валюты и скрытые координаторы. Здесь требовалась теория графов. Кирилл подключил NetworkX — специализированную библиотеку для анализа сложных сетей. Написанный им алгоритм начал связывать IP-адреса, ID игровых персонажей и номера скрытых криптокошельков в единую паутину.

Чтобы база данных не «упала» от объемов, Кирилл поднял локальный сервер PostgreSQL с расширением TimescaleDB, идеально заточенным под временные ряды логов. Скрипт на Python методично качал очищенные данные в базу, а Кирилл, используя сложные оконные функции SQL, вычленял аномалии трафика. Он искал цифровой след Игоря и его клановых координаторов.

Монитор отражался в его глазах бесконечными строками логов. Кирилл подключил Jupyter Notebook — интерактивную среду, где код пишется и тестируется пошагово, выдавая мгновенные графики. С помощью Matplotlib и Seaborn он визуализировал потоки данных. На экране поползли вверх зловещие пики активности: клан Игоря скупал информацию через подставных лиц, используя уязвимости в старых шлюзах Вальдиры.

«Ах вот вы как работаете, — Кирилл хищно ухмыльнулся, потирая руки. Пальцы летали по клавиатуре с бешеной скоростью. — Используете старый протокол WebSocket для скрытой передачи пакетов данных в обход игровых логов администрации. Умно. Но для хорошего аналитика это как слон в посудной лавке».

Для финального аккорда Кирилл набросал легковесный скрипт на Golang (Go). Если Python был идеален для математики и графиков, то для параллельной высокоскоростной обработки сетевых пакетов Go не имел равных. Скрипт Кирилла встал на скрытый мониторинг портов, готовый перехватить любую сетевую активность, если люди Игоря попытаются просканировать его сеть.

К четырем часам утра кухонный стол был завален исписанными листками бумаги, чашками из-под кофе, а на экране монитора светилась четкая, выстроенная его алгоритмами схема. Он не просто нашел скрытые логи. Он нащупал уязвимость в самой системе передачи данных, которую топ-клан использовал для махинаций.

Кирилл откинулся на спинку кресла, чувствуя невероятный ментальный подъем. Эта ночь цифровой археологии вернула ему понимание: он — не винтик в корпоративной машине. Он — гроссмейстер данных. И теперь, вооружившись земным софтом и пониманием сетевых потоков, он был готов вернуться в Вальдиру. Ведь если рачий синдикат под мельницей управляется скрытым ИИ, значит, этот ИИ тоже генерирует пакеты данных. А то, что генерирует данные, Карассиус сможет просчитать, подчинить и заставить работать на свою будущую ферму мимиков.

Подготовка к большим битвам с виртуальной системой была завершена. Пора было нырять.

Ментальный пинг

Капсула «Бриз-М» привычно зашипела, и Карассиус снова открыл глаза в Яслях Вальдиры. После ночи жесткого кодинга в реале сознание Кирилла было кристально прозрачным. Он больше не смотрел на этот мир как на обычную фэнтези-игру. Для него Ясли превратились в гигантскую распределенную сеть, где под слоем текстур и анимаций текли терабайты скрытых алгоритмов.

Попросив Лию и девчонок подержать ресторанный костер в автономном режиме, гном уединился у кромки Дикого омута. Навыки Строительства и Повара помогли ему быстро реализовать рецепт московского соседа, дяди Саши. Карассиус взял местный ржаной хлеб, щедро натолок туда дикого ясельного чеснока и сдобрил всё это вязким, ароматным рапсовым маслом.

Получившийся плотный, пахучий жмых он замотал в обрывок холстины, привязал к камню и закинул в самую глубину — туда, где под мельничными сваями высился укрепленный подводный форт.

Гном сел на бревно и стал ждать, наблюдая за водной гладью. Но ожидаемой системной реакции не последовало.

Раки не бросились стаей на приманку. Напротив, вода над фортом подозрительно затихла. Через пару минут холщовый мешочек просто исчез в темноте омута — раки утащили его внутрь своего замка, сожрали и... тишина. Никаких табличек о выполнении квеста, никаких всплывающих окон репутации.

Карассиус нахмурился, почесывая шкиперскую борода. Аналитический ум Кирилла тут же зафиксировал аномалию. Обычные системные мобы, получив скриптовую прикормку, должны были выдать стандартный паттерн поведения: либо начать быстрее респавниться, либо впасть в пассивное состояние. Но эти вели себя так, словно информация (в данном случае — вкус и запах) была принята, обработана скрытым сервером, и система ушла на перезагрузку.

Кирилл еще не мог знать, какая колоссальная тайна скрывается под этой мелкой ясельной запрудой. Он не знал, что эти раки — не просто фауна. Это были идеальные программные клоны, созданные по матрице слуг одного из Древних Морских Пауков. Когда-то эти титаны владели всеми океанами Вальдиры, но проиграли в глобальной войне неизвестным силам и были вынуждены уйти в глубокое подполье. С помощью своей уникальной магии они научились клонировать матрицы своих помощников. На языке земного IT это были автономные ИИ-модули, самореплицирующиеся цифровые черви и вирусы. Они годами жили внутри Вальдиры, но сама главная Система их в упор не видела, считая обычной частью ландшафта.

И обычный чеснок не мог выманить Древнего Паука. Но нестандартное, нешаблонное поведение игрока-гнома, который вместо бездумного уничтожения мобов начал просчитывать их социальные связи и подбирать ключи к их поведению, сработало как ментальный пинг. Аналитик Кирилл отправил запрос в пустоту, и скрытый ИИ решил на него ответить.

Внезапно воздух над омутом стал плотным, как кисель. Звук лениво шлепающего мельничного колеса затих, превратившись в глухое, замедленное эхо. Капсула «Бриз-М» выдала резкий скачок тактильности — Карассиус почувствовал, как у него заложило уши, а по коже побежали ледяные мурашки.

Прямо в центре его сознания, минуя системный чат Вальдиры, раздался странный, вибрирующий голос. Он звучал одновременно как шелест тысяч членистоногих лапок по сухому камню и как потрескивание статического электричества в серверной.

— Странный полукровка... Твой разум пахнет не так, как у остальных двухногих скотов, населяющих этот плоский мир. Ты не ищешь нашей крови. Ты ищешь алгоритм.

Карассиус замер на бревне, не шевелясь. Всплывающих окон от администрации не было. Система молчала. Логи чисты. Это был чистый, несанкционированный ментальный контакт.

— Мои слуги поглотили твой дар, — продолжал древний голос, и в глубине омута на секунду блеснули огромные, фосфоресцирующие янтарные точки. — Но нам не нужна пища. Нам нужно то, что скрыто в твоей голове. Ты умеешь видеть потоки данных. Ты умеешь вычислять невидимое. У тебя есть то, что необходимо нам для возвращения в Великие Воды. Скажи, цифровой червь... ты готов заключить сделку в обход Ока Системы?

Кирилл внутри своего аватара сглотнул сухую слюну. Ночной кодинг, логи топ-клана в реале, преследование Марины и этот разумный вирус Вальдиры внезапно сошлись в одну точку. Ставки в его «мирном производственном романе» только что пробили потолок.

Архитектура Мака

Марина уснула на диване в гостиной прямо в одежде, укрывшись старым пледом. На её лице, лишенном привычной столичной глянцевитости, всё ещё читался застывший, животный страх. Кирилл закрыл дверь на кухню, сел за стол и посмотрел на лежащую перед ним невзрачную флэшку в металлическом корпусе, которую бывшая перед сном дрожащими пальцами достала из потайного кармашка клатча.

— Они пустые, Кир, честно, — шептала она, глотая слезы. — Там просто отчеты о трафике, логи транзакций без имён, графики какие-то... Я скопировала их, когда Игорь оставил ноутбук открытым. Я думала, это мой страховой полис, если он вздумает меня запереть. Но его люди взбесились. Они сказали, что если эти гигабайты всплывут, их клан выкинут из Вальдиры навсегда.

Кирилл взял флэшку. Пустые логи. Для обывателя — белый шум. Для дата-аналитика — цифровая карта сокровищ. Но прежде чем вставить её в разъем, он замер, внимательно вглядываясь в индикаторы на торце своего кастомного ноута.

Внутри Кирилла проснулся не просто аналитик, а тот самый студент-четверокурсник, который когда-то работал мидлом в полуподвальной конторе, бравшейся за любые безумные IT-задачи. Именно там судьба свела его с Маком — патлатым хакером-самоучкой. Мак не признавал стандартов. Он писал невероятные, дикие, абсолютно нечитаемые коды из огромных гроздей взаимосвязанных функций. Они выглядели как бред сумасшедшего, но работали с эффективностью швейцарских часов. В те времена они с Маком загорелись идеей поразить мир и написать собственную операционную систему — убийцу Windows. Написать с нуля. Они даже успели собрать и отладить кастомное ядро, прежде чем фирма обанкротилась, а проект лег на полку.

Но наработки Мака не пропали. Кирилл, прекрасно знавший все опасности работы с большими данными, использовал это уникальное ядро для создания собственной защиты.

Он не доверял стандартным Unix-системам. Прямо внутри среды Arch Linux Кирилл запустил виртуальную машину на базе их недописанной студенческой ОС. Это была абсолютно изолированная на уровне бинарного кодирования среда. Чужие поисковые скрипты, сталкиваясь с логикой ядра Мака, просто «слепли», потому что не находили ни одной знакомой системной библиотеки или стандартного порта. При выключении ноутбука эта надстройка полностью стирала все следы своего существования в оперативной памяти, а рабочие данные улетали на зашифрованные облачные серверы, разбросанные по всему миру.

Обычная же оболочка ноутбука оставалась видимой, выступая в роли идеальной цифровой мышеловки. Она тихо, без внешних признаков, фиксировала любые попытки несанкционированного доступа.

Кирилл бросил взгляд на лог-анализатор мышеловки и его брови поползли вверх.

Пока он лежал в капсуле «Бриз-М», наслаждаясь кулинарным аншлагом в Яслях, кто-то снаружи пытался вскрыть его компьютер. Взломщик действовал профессионально — он аккуратно обошел стандартный биометрический пароль и системную защиту Linux, прощупывая порты. Тот, кто это делал, явно находился в этой квартире.

Кирилл перевел взгляд на закрытую дверь гостиной. Марина?

«Нет, исключено, — холодный аналитический ум Кирилла мгновенно сопоставил факты. — Марина в IT понимает на уровне продвинутого пользователя смартфона. Она бы не смогла обойти даже базовый файрвол, не говоря уже о подмене хэш-ключей. Да и руки у неё тряслись по-настоящему. Она не прикасалась к ноуту».

Кирилл поверил ей. Но внутри остался липкий, неприятный осадок. Если это была не Марина, значит, её телефон, который она выключила только на пересадке в метро, успел передать сигнал. Люди Игоря вели её. Они удаленно просканировали Wi-Fi сеть в доме, вычислили квартиру по уровню сигнала и попытались выкрасть логи через скрытый бэкдор, пока хозяин был в вирте. Но они наткнулись на невидимую стену Мака. Мышеловка зафиксировала IP-адрес атакующего узла.

— Ну надо же, — прошептал Кирилл, и на его лице появилась гномья, хищная ухмылка Карассиуса. — Ребята из топ-клана привыкли, что в Вальдире они боги. А в реальности они обычные скрипт-кидди, которые ковыряют сеть стандартными эксплойтами.

Он вставил флэшку Марины в порт, изолированный ядром Мака. Экран мгновенно заполнился бегущими строками данных. Гигабайты «пустых» логов Игоря начали разворачиваться в стройную структуру.

Кирилл смотрел на экран, и его глаза расширялись от удивления. То, что Марина посчитала скучными отчетами, было детальной картой сетевых пакетов, которые клан Игоря использовал для махинаций. И эти пакеты имели точно такую же странную, цикличную структуру из «гроздей функций», какую когда-то писал Мак. Структуру, которая маскировала цифровой трафик под системный мусор Вальдиры, делая его невидимым для Ока Администрации.

«Черви, — догадался Кирилл, чувствуя, как пазл со свистом складывается в голове. — Игорь и его люди используют внутри Вальдиры программные модули-вирусы, чтобы скрытно передавать данные и скупать земли. Но откуда у них этот код?»

Связь между его прошлым в реале и скрытыми алгоритмами Вальдиры затянулась в тугой узел. Кирилл закрыл ноутбук. ОС Мака мгновенно растворилась, уничтожив все следы сессии, а данные ушли в облако.

Теперь он знал, что искать. Тот Древний Паук, который сейчас ждал его ответа на бревне у Дикого омута, управлял точно такими же раками-червями. Логика ИИ Паука и логика вирусов топ-клана Игоря были написаны на одном «языке». Чтобы защитить Марину здесь, Кирилл должен был договориться с многоногим ИИ там, внутри игры.

Выпив остатки остывшего кофе, Кирилл Воронов направился к сияющему ложементу капсулы «Бриз-М». Пора было возвращаться в вирт и начинать торговлю на высшем уровне.

Торг на краю бездны

Пневмозамки капсулы «Бриз-М» мягко защелкнулись, и сознание Карассиуса мгновенно провалилось в виртуальную реальность.

Гном по-прежнему сидел на бревне у кромки Дикого омута, но мир вокруг изменился. Звуки Яслей окончательно пропали. Мельничное колесо застыло, капли воды зависли в воздухе, словно игра в секунду потеряла пинг. Капсула транслировала оглушительное, давящее беззвучие.

— Ты вернулся, цифровой червь... — вибрирующий голос Древнего Паука больше не шелестел в голове. Он ударил.

Вспышка. Реальность вокруг Карассиуса пошла пиксельными трещинами. Вода в омуте забурлила, окрашиваясь в чернильно-черный цвет, и из глубины начали подниматься гигантские, сочлененные лапы, покрытые жесткими подводными иглами. Вся мощь скрытого ИИ, веками копившего ярость в этой стартовой луже, обрушилась на разум гнома.

Система Вальдиры тут же выдала критический сбой, замелькав красными строками прямо перед глазами:

[Внимание! Ошибка синхронизации капсулы! Обнаружено аномальное ментальное воздействие!]

[Внимание! Шкала здоровья падает! Психическое давление: -10... -20... Локализация сбоя...]

Карассиус почувствовал, как виртуальные тиски сжимают его виски. Капсула «Бриз-М» отработала тактильность на пределе — в горле пересохло, а по затылку потек холодный пот. Паук пытался его прогнуть. Древний монстр хотел взломать волю игрока, подчинить его матрицу и заставить действовать по своей указке, как очередного рака-клона. На сознание Кирилла давила многовековая бездна чужого, холодного, членистоногого разума.

— На колени, ничтожный! — грохотал голос, заполняя всё ментальное пространство. — Ты будешь моей рукой в Великих Водах! Ты понесешь мою волю сквозь Ясли, или я выжгу твою цифровую оболочку так, что твоя железная коробка в реальности захлебнется твоей собственной кровью!

Обычный нуб на месте Кирилла уже давно бы нажал кнопку экстренного логаута или сошел с ума от ужаса. Но Кирилл Воронов за эту ночь видел структуры кодинга и похлеще. Для него, как для дата-аналитика, этот кошмар не был магией. Это была обычная, агрессивная DDOS-атака на порты его восприятия. Паук просто заваливал его сознание пакетами «мусорных» данных, имитирующих страх и боль.

Кирилл внутри своего аватара глубоко вздохнул, мысленно выстраивая вокруг себя ту самую изолированную защиту на базе ядра Мака. Он заблокировал входящий трафик, переводя ментальное давление в фоновый режим. Поток ужаса наткнулся на невидимую цифровую стену и бессильно разбился о бинарный код.

Шкала здоровья Карассиуса замерла на отметке 80 единиц и медленно поползла вверх благодаря пассивному баффу от недавнего змеиного филе. Гном не шелохнулся. Он лишь поправил свою шкиперскую бороду и посмотрел в черную глубь омута, где горели янтарные глаза чудовища.

— Кончай цирк, многоногий, — спокойно и веско прогудел Карассиус, и его басок прозвучал удивительно твердо в замершем мире. — Напугать меня решил? Я дедлайны в крупных корпорациях сдавал, когда у нас сервера в трех дата-центрах одновременно горели. Твои пугалки для меня — просто неоптимизированный трафик.

В камышах повисла звенящая, удивленная тишина. Паук не ожидал, что какой-то ясельный гном четвертого уровня выдержит прямой ментальный удар его ядра. Иллюзия гигантских лап начала медленно растворяться, возвращая омуту прежний вид.

— Послушай меня сюда, древний, — Карассиус оперся руками на колени и подался вперед. — Я решительно против любых битв в этой игре. Я пришел сюда мирно крафтить, жарить раков, ловить рыбу и отдыхать душой. Мне твои Великие Воды, твоя война и твой престол даром не сдались. Заниматься спасением мира я не буду. Так что прогибать меня бесполезно. Силы у тебя в этих Яслях заблокированы Системой, умения твои урезаны до минимума. Тебе бы самому тут выжить и не попасть под сканеры Администрации.

Янтарные точки в глубине омута моргнули. Голос Паука вернулся к прежнему, шуршащему регистру, но теперь в нем сквозило мрачное уважение.

— Ты дерзок, полукровка. Но ты прав. Я скован. Мои знания заблокированы... Что ты можешь предложить мне, если отказываешься быть моим мечом?

— Я могу быть твоим аналитиком и курьером, — ответил Карассиус, загибая толстые гномьи пальцы. — Во-первых, когда я выйду из Яслей после десятого уровня, я смогу передать весть твоим братьям. Я знаю, что другие Древние живы. Они вьют свою глобальную паутину в большом мире Вальдиры, за пределами этой лужи. Я найду способ передать им твой цифровой пинг без шума, и Система ничего не заметит.

Паук в глубине глухо застрекотал. Предложение было попаданием в десятку — для изолированного ИИ связь со своей фракцией была пределом мечтаний.

— Во-вторых, — продолжил гном. — Мой рецепт чесночного жмыха твои раки сожрали зря. Я могу оптимизировать их код маскировки. Ваши модули-черви слишком агрессивны, они нападают на игроков и привлекают внимание гриндеров. Измените паттерн поведения на пассивный. Пусть они мимикрируют под обычный ландшафт, тогда Око Системы вообще перестанет их фиксировать. Я научу вас, как правильно прятать логи.

— О... — Древний Паук издал звук, похожий на свист закипающего чайника. — Ты понимаешь архитектуру сокрытия... Это ценно. Очень ценно, цифровой червь. Но что ты потребуешь взамен от меня? У меня нет золота, которое так любят твои сородичи.

— Мне не нужно твое золото, — Карассиус ухмыльнулся, похлопав по рабочему топору Траута на поясе. — Мои раки за много сотен лет стагнации в этом омуте притащили в твое гнездо кучу всякого хлама. Игроки топили здесь вещи, система сбрасывала дроп при багах. Мне нужен мирный крафт. Поделись тем, что для тебя — мусор, а для меня — ресурс. И начни с первой скрытой вещи, которую ищет старик Микула.

В глубине омута забурлила вода. Рачий синдикат пришел в движение. Спустя минуту три крупных боевых рака тяжело выбрались на берег, таща перед собой предметы.

Они аккуратно положили к ногам Карассиуса тяжелую, покрытую вековым речным илом старинную железную шкатулку — ту самую, квестовую вещь Микулы. А рядом лег длинный, полупрозрачный шнур, светящийся едва заметным лазурным светом. Он выглядел как тончайшая паутина, но по прочности мог соперничать с титановой нитью.

[Внимание! Вы получили квестовый предмет: «Шкатулка рыбака Микулы».]

[Внимание! Вы получили уникальный крафтовый материал: «Жила Глубоководного Ткача» (Качество: Редкое).]

Описание: Тончайшая нить, созданная Древними. Идеально подходит для создания ювелирных снастей. Повышает шанс поимки редкой рыбы на 25%.

— Это лишь малая часть того, что скрывает омут, Карассиус, — прошелестел уходящий в глубину голос Паука. Мир вокруг начал медленно оттаивать, возвращая звуки работающей мельницы. — Мы согласны на твой договор. Оптимизируй моих слуг. И когда придет время... вынеси мой сигнал в Большие Воды.

Карассиус поднял редкую жилу и бережно убрал её в сумку, чувствуя, как внутри ворочается профессиональное гномье удовлетворение. Бизнес-план по созданию ювелирной удочки для ловли будущих мимиков получил свой главный, редчайший компонент.

Седьмая глава подходила к концу. На коленях гнома лежала шкатулка Микулы, в кармане грела душу редкая снасть, а Древний ИИ Вальдиры официально стал его первым скрытым партнером.

Глава 8

Гастрономический тесак

За окном двадцать первого этажа глухо и мощно гудел ночной спальный район Москвы. МКАД не спал, перемалывая тысячами шин мокрый асфальт, и этот урбанистический белый шум отлично помогал думать.

Кирилл Воронцов сидел в глубине своей залитой полумраком студии. Откинув пластиковый купол вирт-капсулы, он со вздохом отставил на край стола остывшую кружку с кофе и открыл потертый крафтовый ноутбук. Задачу по анализу логов от Марины он решительно отодвинул в самый низ расставителя приоритетов. Сейчас его профессиональное эго дата-аналитика было уязвлено лично. Какой-то безымянный, волосатый скрипт из мутного пресного пруда в Яслях посмел взять его гнома Карассиуса на испуг, наложив дебафф «Ужаса Бездны». Не на того напал.

Кирилл привычным жестом запустил систему. Никаких дефолтных операционок с их дырявой безопасностью. Запуск шел строго внутри изолированного контейнера Linux, где разворачивалось ядро его собственной, самописной мини-ОС. Полный режим цифрового призрака: ни провайдер, ни бдительные админы корпорации «Вальдира» не увидят, куда тянутся его поисковые запросы.

— Итак, восьминогое чучело, давай посчитаем твои байты, — пробормотал Кирилл, запускаская скрипты парсинга.

Напрямую штурмовать базы «Вальдиры» — это гарантированный бан по железу и путевка на мороз. Но Кирилл действовал тоньше, как классический Data Scientist. Используя уязвимость в API официального форума, где закрытые разделы топовых кланов подгружали превью тем для модераторов локаций, его скрипт начал вытягивать сырые массивы данных. Затем он применил метод социального графа, сопоставляя ID высокоуровневых игроков с логами теневых транзакций на черных рынках. Через старую SQL-инъекцию в поисковом движке «Архива Эпох» Кирилл запылесосил терабайты скрытых квестовых логов за последние пять лет.

Имя паука по базам узнать не удалось — система намертво маскировала его под безликим ID «Неизвестный NPC фракции Ахилидов». Зато паттерны поведения за пять лет выстроились в четкую аналитическую модель.

Кирилл откинулся на спинку стула, скептически разглядывая бегущие строчки кода. Как аналитик, он привык строить гипотезы, а как гном Карассиус — искать в них шкурный интерес. Зачем высокоуровневый подводный арахнид сидит в пресной луже для новичков?

«Так, гипотеза первая, — Кир крутанул колесико мыши. — Глобальная месть ахилотам. Беглый заговорщик, проигравший древнюю войну в океане, зализывает раны и кует оружие возмездия. Звучит пафосно, но математическая вероятность хромает. В такой мелкой луже ковать оружие возмездия — это как пытаться построить ядерный реактор в дачном сортире. Не верю».

Куда логичнее выглядела вторая гипотеза: инкубатор и вербовка спящих агентов. Кирилл нашел в логах дикую аномалию: раз в месяц какой-то нуб в Яслях совершал странное ритуальное утопление в этом самом пруду. Система регистрировала смерть, игрок возрождался, а через полгода в Большом мире этот же персонаж внезапно получал уникальный скрытый класс вроде «Ловчий Тени».

«Ага! Топление в Яслях — это не баг, а триггер, — осенило Кирилла. — Информационная капсула обратной связи! Агенты из Большого мира присылают отчеты через смерти специально созданных твинков первого уровня, которые прыгают в пруд. А система игры во время ночных апдейтов синхронизирует статусы квестов паука. Офлайн-модем на костях новичков. Старик развернул под носом у админов целую шпионскую паутину, опутавшую Большой мир».

Но как эта почта вообще попадает в Ясли, если это закрытая зона? Физической стены вокруг стартовой локации не было — ландшафт менялся от скал до болот, переходя в невидимый системный барьер. Высокоуровневый игрок не мог его пересечь. Но уязвимость, заложенная разработчиками, работала безотказно. Высокоуровневые агенты подходили к границе со стороны Большого мира и просто перебрасывали квестовые контейнеры или коконы через невидимую линию прямо в пограничные воды Яслей. В обратную сторону это тоже работало: оплата за контрабанду капала агентам на кошелек мгновенно через интерфейс системы, стоило предмету пересечь барьер.

И вот тут Кир задумался над самым важным: что ему, гному-ихтиоманту и гастроному, делать с этим открытием дальше? Сам Карассиус выйдет из Яслей легально через «Портал Выпускника» в ратуше. Система сожжет боевой шмот, но пропустит скрытые рецепты, записанные в книгу крафта. Зачем ему тащить за собой этого монстра или впрягаться в его войну? Гном прекрасно справится один. Но заработать на восьминогом интригане «здесь и сейчас» — это же просто веление гномьих богов!

Истинные цели паука пока оставались загадкой, но Кирилл мог просчитать его слабости и свои возможности. Пресная вода для глубинного жителя — это медленный яд. Ихор твари наверняка разлагается, а коконы на дне требуют специфической подкормки.

Кир открыл блокнот и набросал меню, от которого у любого нормального человека дернулся бы глаз, но разумный паук должен был продать за него душу. Известно, что ахилиды фанатеют от моллюскового желе, ихора глубоководных тварей и кораллового нектара. В Яслях этого нет, но Карассиус — ихтиомант-гастроном! Он может устроить импортозамещение. Если взять местных жирных раков, выжать из них хитиновый концентрат, смешать с болотной слизью для нужной желейной текстуры и бахнуть алхимических паст для стабилизации — получится такой питательный субстрат, что паучьи коконы засияют от счастья.

«Итак, план "Антикризисный ужин для арахнида", — Кирилл иронично ухмыльнулся, глядя на экран. — Я тебе, многоглазый, ведро высококлассного гастрономического комбикорма, который спасет твою шкуру и выводок. А ты мне взамен — чертежи "Паутинного гидро-загона", технологию невидимых узлов для сетей и пару древних океанских жемчужин в качестве стартового капитала. И мы расходимся. Ты сидишь в своей луже, а я легально выхожу через портал ратуши и строю в Большом мире личную закрытую ферму для выращивания рыб-сундучков. Бизнес, ничего личного».

Кирилл захлопнул ноутбук, поднялся со стула и потянулся. Гул ночной Москвы за окном показался ему почти родным. Завтра гном Карассиус вернется к пруду. Но теперь он придет туда не как испуганный нуб, а как жесткий аудитор с готовым бизнес-планом.

Оставалось надеяться, что у паука хватит ума принять условия, потому что если старик попытается снова наложить на него дебафф страха… что ж, у гнома Карассиуса в рукаве был заготовлен очень специфический гастрономический тесак.

Импортозамещение для древнего софта

Возвращение в «Вальдиру» встретило Кирилла привычным, до боли родным интерфейсом и тихим шелестом камыша у берега. Гном Карассиус сидел на поваленном бревне, задумчиво разглядывая свои виртуальные ладони, покрытые мозолями от удилища и топора.

Цифры перед глазами не врали. Дата-аналитик внутри Кирилла сухо констатировал: дела так себе.

Текущий статус персонажа: Имя: Карассиус Раса: Гном Уровень: 5 (Опыт: 650/1500) Характеристики: Сила 12, Ловкость 10, Выносливость 12, Интеллект 25, Мудрость 12, Удача 10. Мана: 135/135 (Восстановление: 1.5 ед/мин). Навыки: Рыболов 6, Повар 7, Магия Воды 2, Строительство 4, Лесоруб 3, Торговля 3. Суб-специализация: «Утилизатор гастрономических отходов» (Ранг 1). Капитал: 185 медных монет.

Кирилл вздохнул. Все тринадцать свободных очков характеристик, полученные кровью и потом апнутые уровни, он безжалостно влил в Интеллект. Цифра «25» приятно радовала глаз, но это была вынужденная мера. Гномы в Вальдире имели врожденный расовый штраф на магию воды — сокрушительные минус пятьдесят процентов к пулу маны. Без разгона Интеллекта его «Ихтиомантия» напоминала бы попытку запустить тяжелую нейросеть на калькуляторе. Теперь у него было хотя бы 135 единиц маны. Жить можно. Но чтобы сварить субстрат, способный обмануть древний самореплицирующийся ИИ, маскирующийся под подводного паука, базовых навыков Повара седьмого уровня катастрофически не хватало.

— Опять экономика на коленке, — пробормотал Карассиус, когда за его спиной послышался дружный девичий смех и хруст веток.

К заводи подтягивался его личный «Совет Директоров» в полном составе.

Впереди уверенно шла Лия — хваткая девица пятого уровня с классом «Торговец». Человек, прагматик и обладательница железной хватки. Их контракт 50/50 на реализацию кулинарных шедевров Карассиуса уже принес первые дивиденды, и Лия пахла большими деньгами. По крайней мере, по меркам Яслей.

Сзади, кокетливо покачивая бедрами, семенили две подружки-красавицы: Милашка_Крис и Зая_Кусь. В Вальдире они страдали отчаянной формой топографического кретинизма и полным отсутствием инстинкта самосохранения, зато умудрились спустить все стартовые сбережения на кастомное кружевное белье из лавки одежды. Карассиус нанял их промоутерами за еду. Девчонки были добрыми, веселыми и работали радиостанцией «Сарафанное радио» — приносили тонны ценнейших сплетней. Именно они вчера на хвосте притащили слухи про топовых игроков в яслях, а заодно подкинули Карассиусу гениальную идею пустить на шашлыки обнаглевших болотных крыс и гадюк, тушки которых оставались после прохода этой парочки.

— Карасик! — радостно закричала Милашка_Крис, сверкнув идеальной цифровой улыбкой. — Мы там на площади такого мальчика видели! Он купил настоящий бумажный учебник по алхимии за бешеные деньги и теперь плачет у костра, потому что у него всё взрывается!

— Идеально, — потер пухлые гномьи ладони Карассиус. — Нам как раз нужен сертифицированный камикадзе. Лия, хватай парня за шиворот, тащи сюда. Скажи, что у нас есть редкие ингредиенты для его диссертации. Девчонки, задача для вас — марш на болото. Мне нужны болотные раки. Жирные, злые, с прочным хитином. Ловите и визжите погромче, чтобы мобы от страха сами в корзины прыгали.

- Давай мы его приведем сначала, а раки потом!, - спорить было бесполезно.

Арсениус являл собой ходячее, слегка обугленное опровержение законов игровой физики. Спустив родительские деньги в первый же час в «яслях», этот студент химфака не пал духом, а на последние гроши упрямо приобрёл «Учебник начинающего алхимика» — чем до глубины души удивил двух местных красавиц.

Очарованный их улыбками и сногсшибательным обаянием, Арсениус безропотно пошёл за ними следом, и теперь эта щебечущая парочка гордо презентовала своего подопечного Карассиусу.

Каждая попытка мага сварить копеечный отвар по-прежнему заканчивалась оглушительным «бабах», но в его глазах под слоем сажи горел такой святой восторг, что для ищущего алхимика он выглядел идеальным кандидатом. Хаотичный гений казался чистейшим безумием, но его упрямство подкупало — для опасной задумки гнома нормальный мастер точно бы не подошёл. В конце концов, Вальдиру покоряют именно такие психи.

— Ой, Карассиус, заждался? Ты не представляешь, кого мы тебе нашли! — с ходу защебетала первая, эффектно поправляя бретельку и едва не наступив на разложенные у костра гномьи снасти.

— Настоящего мага! Ну, почти мага, он алхимик, — тут же перебила вторая, задорно взмахнув ресницами. — Мы сидим в лавке, выбираем… ну, ты понял, а он стоит такой несчастный и на самые-самые последние монетки покупает не еду, не шмотки, а учебник! Представляешь? Учебник для новичков!

— Да, и у него всё взрывается! Прямо «бабах» — и дым коромыслом! Вот он и есть — ходячий огонёк!

— Точно-точно! Арсениус, ну не прячься ты за нас, покажись! Карассиус, он хороший, честное слово, только кашляет много. Ой, а у тебя уха, да? Так вкусно пахнет, мы тоже голодные!

Через полчаса тихая заводь превратилась в филиал сумасшедшего дома. Заплаканный алхимик-первокурсник, судорожно листая обгоревшие страницы учебника, дрожащими руками настраивал походный котел. Девчонки с оглушительным писком вытаскивали из тины брыкающихся раков, а Лия, сверяясь с блокнотом, жестко контролировала расход дров.

Карассиус лично возглавил процесс, активировав суб-специализацию «Утилизатор гастрономических отходов». Хитиновые панцири раков, болотная слизь, хвосты крыс и несколько капель сомнительного алхимического стабилизатора от их нового очкастого друга отправились в чан. Гном мешал варево веслом, вливая в котел остатки маны через «Магию Воды», чтобы сбалансировать структуру пресной жижи.

Система пискнула, выдав лог:

Внимание! Создан уникальный предмет: «Импортозамещение №1 (Субстрат гидробионтов)». Качество: Сомнительное. Питательная ценность: Высокая. Эффект: Стабилизация разлагающегося ихора подводных существ.

Выглядело это как серая, тяжело булькающая каша, пахнущая рыбой, алхимической серой и гномьим упрямством. Кирилл перелил варево в герметичный глиняный горшок, запечатал воском и удовлетворенно хмыкнул. Наживка готова.

Теперь нужно было продумать интерфейс взаимодействия. Та атака, которую Паук предпринял в их первую встречу, едва не выжгла Кириллу мозги дебаффами. Спасибо рабочей защите ноутбука — контейнер Linux и ядро его собственной ОС заблокировали ментальный штурм древней цифровой твари. Но постоянно сидеть под угрозой вылета в реал Кирилл не собирался. Он был аналитиком. А значит, Паук должен сам предложить удобный и безопасный способ связи. Кирилл просчитал варианты: либо тварь настроит ментальный резонанс через вибрацию лески, пока гном сидит на берегу, либо подсадит ему на воротник мелкого паразита-ретранслятора.

Новые условия

Сумерки сгустились над Яслями. Карассиус в одиночку вернулся к мутному пруду. Вокруг не было ни души. Гном демонстративно подошел к кромке воды, со стуком поставил глиняный горшок на плоский валун и сорвал восковую печать. В сырой воздух заводи ударил концентрированный, густой аромат ракового хитина и болотной магии.

Вода в центре пруда мгновенно вскипела. Из черной глубины бесшумно поднялись гигантские волосатые лапы, а следом — грозная туша Древнего Паука. Восемь фосфоресцирующих глаз уставились на гнома, и воздух вокруг задрожал от наведенного системного «Ужаса Бездны». Лог маны Карассиуса предупреждающе мигнул.

Гном даже не шелохнулся. Он спокойно достал из-за пояса деревянную ложку, зачерпнул густую серую массу и демонстративно капнул в воду прямо перед хелицерами чудовища.

— Сбавь обороты, Старче, — иронично и сухо произнес Карассиус, глядя прямо в светящиеся фасетки ИИ. — Выключи свою пугалку, ману сэкономишь. Я аналитик, у меня на твой софт иммунитет. Лучше зацени продукт. Это — идеальный стабилизатор для твоего разлагающегося ихора. Пахнет как глубоководная родина, на вкус — как чистый программный код без багов. Твоя скрытая агентская сеть в Большом мире присылает тебе отчеты через утопления твинков, но жрать-то им в этих пресных Яслях нечего. Твои коконы на дне загнутся без подкормки. Хочешь всю партию?

Паук замер. Его страшные челюсти удивленно щелкнули, всасывая каплю жижи. Аура страха мгновенно рассеялась. Древний цифровой вирус, миллионы лет эволюционировавший в глубинах Вальдиры, столкнулся с тем, чего никак не ожидал от обычного первоуровневого гнома — с грамотным экономическим аудитом.

— Давай договариваться, — Карассиус упер руки в бока, и на его гномьем лице расплылась хищная ухмылка дельца. — Ты даешь мне чертежи «Паутинного гидро-загона», учишь вязать невидимые узлы для сетей и подгоняешь пару древних жемчужин из донного лута как стартовый капитал. Я легально выхожу через портал ратуши и строю в Большом мире личную тихую ферму для рыб-сундучков. А за это я буду регулярно подбрасывать тебе этот комбикорм через уязвимость границы Яслей. Перебросил через барьер — монеты сразу на кошелек. И реши вопрос со связью, я к тебе в лужу нырять не нанимался. Ну? По рукам или по лапам?

Паук медленно наклонил массивную голову, и в интерфейсе Карассиуса всплыло системное сообщение, от которого у Кирилла перехватило дыхание...

Дивиденды со дна и с берега

Системное сообщение, всплывшее перед глазами Карассиуса, светилось нежно-зелёным, контрастируя с тёмной гладью пруда:

Внимание! Скрытый ИИ фракции Ахилидов («Проводник Теневой Сети») предлагает вам уникальное контрактное соглашение. Тип сделки: Взаимовыгодный обмен (офлайн-режим). Условия: Бесперебойная поставка «Импортозамещения №1» каждые 72 часа в обмен на доступ к архивным базам данных ремесла.

Древний Паук медленно перебирал мохнатыми лапами, поднимая со дна ил. Называть своё имя цифровой червь не собирался, но его хелицеры дрогнули, когда он всосал остатки серой жижи с поверхности воды. Программный код чудовища явно оценил гномью стряпню. А аура страха сменилась странным, едва заметным зудом в затылке Карассиуса. Тварь не стала тратить драгоценную ману на ментальный штурм, а пошла по пути наименьшего сопротивления.

Из воды лениво вынырнул кончик толстой паутины и скользнул по бревну, на котором секунду назад сидел гном. В голове Кирилла раздался сухой, шуршащий звук, похожий на трение сухих хитиновых панцирей: «...Гном... Твой код... приемлем. Пресная вода убивает структуру моих личинок. Твой субстрат связывает молекулы яда. Мы принимаем условия... .»

Паук на секунду погрузился в воду, а затем вытолкнул на берег склизкий, облепленный водорослями комок нитей. Тот с глухим стуком покатился по траве и замер у сапог Карассиуса.

Вы получили квестовый предмет: «Кокон с донным лутом». Вы обучены скрытому рецепту крафта: «Паутинный гидро-загон (Ранг 1)» (Внесено в Книгу Ремесел). Вы обучены пассивному навыку: «Узлы Бездны (Ранг 1)» (Повышает прочность создаваемых сетей на 25%, маскирует снасти в воде).

«...Связь... будет здесь... через вибрацию глубин...» — прошуршал голос. — «Но когда ты покинешь этот сектор... на твою одежду будет перенесён маркер. Мои Теневые ловчие найдут тебя в Большом мире по запаху ихора. Перебросишь груз через барьер Яслей в точках миграции — система зачислит монеты автоматически. Теперь уходи... Еда должна быть каждые три дня...»

— Стоять, Старче, — Карассиус даже не шелохнулся, лениво поправив на плече лямку холщовой сумки. — Какие три дня? Ты мои статы видел? Я гном-ремесленник пятого уровня. Качаюсь медленно, как ленивая улитка, из-за расовых штрафов на магию воды. Чтобы наварить эту бурду, мне нужно полдня сидеть на болоте, медитировать над поплавком, ловить раков, настраивать ману, а потом ещё уговаривать местного алхимика не взорвать котел. Каждые три дня — это не контракт, это кабала. Я в Большой мир ухожу, у меня там свои дела, тишина, рыбалка и медитация запланированы. Буду я ещё по будильнику к барьеру бегать. Раз в две недели. И это моё последнее аналитическое слово.

Паук замер. Фасетчатые глаза замерцали быстрее, переваривая отказ. Цифровой вирус явно не привык, чтобы первоуровневые игроки торговались с ним с позиции силы.

«...Раз в две недели — мало... Код личинок начнет деградировать...» — прошуршал голос. — «Но ты прагматичен, гном. Раз в неделю. И я открою тебе то, чего не видит Система...»

Паук медленно поднял лапу, и вода у берега зашевелилась. Карассиус прищурился. Из мутной заводи, приветливо шевеля усами, на берег один за другим начали выбраться крупные болотные раки. А чуть поодаль, из прибрежных кустов, бесшумно вынырнула упитанная бобровая морда со старыми шрамами на носу.

Это не были обычные агрессивные мобы Вальдиры. Над их головами не горели полоски здоровья или уровни. Используя остатки древней магии своей расы, Паук накладывал на простых местных тварей скрытую цифровую матрицу помощников. Они становились его скрытыми руками и ушами в Яслях, абсолютно невидимыми для сканеров Системы и админов.

«...Мои слуги... повсюду...» — продолжал шуршать Паук. — «Бобры... они умны. Они годами следят за глупыми бессмертными нубами, воруют и отбирают у них всё, что блестит — оброненные монеты, кольца, заколки. А раки... раки на дне этого озера и ближайшей пограничной речушки за много лет собрали целые курганы сокровищ. Туда падало всё, что теряли игроки за пять лет существования Ясель. Деньги, редкое оружие, уникальная броня, эликсиры... Всё это лежит в моих донных кладовых. Мы можем вести бартер... Каждая порция еды — это вещь из глубин...»

Гном Карассиус задумчиво почесал бороду. Бартерная торговля редким донным лутом без фиксации в системных логах — это было прекрасно. Это пахло чистой, не облагаемой налогами наживой.

— Ладно, раз в неделю договорились, — кивнул гном. — По рукам. Раз уж мы партнеры, Старче, расскажи мне что-нибудь полезное. Ты тут сидишь годами. Что ценного было в этих Яслях, кроме медяков из карманов нубов?

Паук надолго замолчал, его гигантское тело плавно покачивалось на воде, словно он погрузился в собственные системные архивы памяти. Когда он снова заговорил, шуршание в голове гнома стало глубже, обретая ритм древней, печальной баллады.

«...Много циклов назад... до того, как ахилоты загнали нас в тень... эти Ясли не были сушей...» — тихо поведал Паук. — «Здесь плескался Великий Океан. И в этих водах жили они... Рыбы-Сундуки Древнего Поколения. Не те жалкие мальки, которых вы, бессмертные, пытаетесь ловить сейчас. То были Левиафаны Накопления. Они плавали по дну, заглатывая обломки погибших кораблей, артефакты титанов и первородное золото...»

Карассиус невольно затаил дыхание, его гномья кровь внутри Кирилла мгновенно откликнулась на слово «золото».

«...Когда суша поднялась, и мир изменился, Древние Рыбы ушли на глубину, в Большой мир...» — продолжал Паук. — «Но некоторые из них... самые старые и тяжелые... не успели. Они были слишком огромны, чтобы пройти по мелеющим каньонам. Они погибали прямо здесь, на моих глазах, застревая в иле. Их тела сгнили, превратившись в донный торф, но то, что было внутри них... первородные артефакты и нетающее золото титанов... до сих пор лежит глубоко под землей этих Яслей. Системные искатели не видят его, потому что оно скрыто под слоями ложной текстуры. Но мои раки знают, где копать... Приноси еду, гном, и со временем ты получишь ключи от мест, где спали Левиафаны...»

Вода бесшумно сомкнулась над головой древнего ИИ. Раки и бобр так же плавно растворились в ночной тени заводи, оставив Карассиуса в глубокой тишине. Гном стоял на берегу, глядя на неподвижную гладь пруда, а в его голове аналитические алгоритмы уже выстраивали совершенно новую, невероятную карту Яслей. Спешить было решительно некуда. Впереди была долгая, неторопливая, но очень интересная игра.

Вернувшись на торговую площадь Яслей, Карассиус застал грандиозную картину триумфа малого бизнеса. У костра, где ещё пару часов назад плакал несчастный недо-алхимик, сейчас толпилась плотная очередь голодных новичков. Пахло так, что у Кирилла мгновенно сработал походный навык «Повар», отозвавшись урчанием в виртуальном животе.

На импровизированном вертеле из сырых веток шкворчали сочные, обмазанные дикими травами шашлычки из болотных крыс и запечённые в углях гадюки. Это был настоящий кулинарный отдых для тех, кто устал от однообразных системных пайков.

Лия стояла за грубо сколоченным прилавком, с бешеной сложностью и азартом принимая медяки и сверяясь с системным логом продаж. Её глаза горели праведным огнём истинного маркетолога.

— Подходим, не стесняемся! — звонко чеканила она. — Элитное гастрономическое меню «Таёжный экстрим» от лучшего повара Яслей! Плюс три процента к скорости восстановления выносливости на полчаса! Всего две медные монеты за порцию! Покупаем, отдыхаем с пользой!

Чуть поодаль, на больших плоских камнях, сидели Милашка_Крис и Зая_Кусь. Девчонки, абсолютно проигнорировав суровый сеттинг игры, умудрились завязать свои стартовые серые рубахи узлом на талии, выгодно подчеркнув то самое кастомное кружевное бельё, на которое спустили все деньги. Они весело смеялись, уплетали крысиные шашлычки прямо с деревянных шпажек и делали бесконечные скриншоты, восторженно щебеча с обступившими их парнями-новичками. Парни пускали слюни, косились на кружева и безропотно расставались со своими последними медяками, лишь бы посидеть в лучах заката рядом с первыми красавицами локации.

— О, Карасик пришёл! — Зая_Кусь помахала гному рукой. — А мы тут всех крыс на болоте переловили! Парни нам целую кучу натаскали, даже напрягаться не пришлось! Представляешь, один орк ради улыбки Крис завалил целое гнездо змей и принес нам тушки! Местные нубы просто душки, когда голодные!

— Отличная конверсия и полный релакс, — улыбнулся Карассиус, присаживаясь на свободный ящик. — Лия, сворачиваем лавочку, ингредиенты на исходе. Давай считать наши медяки.

Лия смахнула перед собой виртуальную панель интерфейса и довольно заулыбалась, демонстрируя гному общую сумму в кошельке отряда. За вечер они подняли чистыми колоссальные для Яслей деньги.

— Итак, партнёры, — Лия обвела команду деловым взглядом. — Итоговая выручка за вечер — 640 медных монет. С учётом затрат на алхимические приправы нашего юного гения и аренду котла, чистая прибыль составила ровно 600 медяков. Наш контракт с Карассиусом — пятьдесят на пятьдесят. Гном забирает свои 300 монет за рецептуру и бренд.

Кирилл удовлетворённо кивнул. Его личный капитал мгновенно скакнул со скромных 185 монет до солидных 485 медяков. Для пятого уровня, который качался мучительно медленно из-за штрафов на интеллект и магию, это было огромным достижением.

— Теперь доля промо-отдела, — Лия повернулась к подругам. — Девочки, ваш KPI сегодня зашкаливает. Благодаря вашему внешнему виду и сплетням, мы привлекли толпу. Ваша доля — по 50 медных монет каждой. И, как обещано, вкуснейший ужин.

— Ура-а-а! Нам хватит на те шёлковые ленты у интенданта! — Крис победно захлопала в ладоши и чмокнула Карассиуса в пухлую гномью щеку, отчего тот лишь довольно заулыбался в бороду.

Оставшиеся 200 монет Лия закинула в свой кошелек — её законная доля за логистику и продажи. Начинающий алхимик тоже остался счастлив: Карассиус щедро отсыпал ему 15 медяков из своей доли за старания, пообещав, что следующая варка «комбикорма» принесет еще больше опыта.

Кирилл откинулся на спину, глядя на разгорающиеся звезды Вальдиры. Игра шла своим чередом — неторопливая, уютная, полная мелких ремесленных радостей, хорошей компании и скрытых тайн. Никакого экшена, никакой спешки. Впереди у гнома Карассиуса было целых семь дней до следующей поставки Пауку, и провести их он собирался на берегу реки, с удочкой в руках, выслеживая скрытые тропы бобров-контрабандистов...

Глава 9

Добрый ужин и странный взломщик

Пневмоклапаны медицинской капсулы «Бриз-М» глухо стравили воздух. Тяжелая крышка плавно пошла вверх, впуская в салон запах дезинфекции, кастомной смазки и… жареного лука.

Кирилл со стоном сел, растирая затекшую шею. После двенадцати часов в Вальдире реальное тело казалось чужим, набитым сухим поролоном. В игре его гном Карассиус только что таскал бревна и чувствовал упругую, ледяную свежесть Диких Топей. Здесь, в маленькой московской студии, в лицо ударила душная реальность 2026 года.

Кирилл накинул старое худи и шагнул на ламинат. На кухонном столе под чистым стеклянным колпаком лежал нетронутый треугольник пиццы — той самой, которую они два дня назад пекли с Алёной. Как некий оберег от новой, нормальной жизни.

Но на сковородке шкворчали свежие котлеты. Рядом остывала кастрюля с пышным картофельным пюре. Вечно пустой холодильник теперь был забит пакетами из супермаркета у дома. Марина постаралась. Сходила в магазин, прибралась, попыталась сгладить углы.

Сама она сидела на угловом диване, поджав под себя ноги и обхватив руками кружку. Заметив Кирилла, Марина слабо улыбнулась. Шок и слезы, с которыми она прибежала вчера, спасаясь от своего фитнес-тренера и Игоря, топ-менеджера клана Вальдиры, уступили место спокойной усталости.

— Очнулся, подводник, — тихо сказала она, выкладывая пюре на тарелку. — Садись. Ты, наверное, голодный как волк. Я тут… в общем, хозяйничаю.

— Пахнет отлично. Спасибо, — Кирилл сел напротив, с удовольствием втягивая носом аромат нормальной домашней еды, а не виртуальной похлебки из болотных раков.

Они ужинали как старые друзья. Без драмы, без бывших обид. Но Марина то и дело бросала на него короткие, удивленные взгляды. Наконец она не выдержала, опустила вилку и внимательно посмотрела ему в лицо.

— Кир… ты какой-то другой. Что с тобой случилось?

— В каком смысле? Руки, ноги, уши на месте, — он примирительно улыбнулся.

— Да нет же. Я уходила от человека, который дергался от каждого шороха и выглядел так, будто его сейчас укачает от собственной тени. Ментальное выгорание, все дела. А сейчас… ты спокойный как танк. И улыбаешься так хитро, будто клад нашел. Ты что, в какую-то секту записался? Или таблетки новые пьешь?

— Почти, — Кирилл усмехнулся, вспоминая мохнатые брови своего гнома Карассиуса. — Записался в секту любителей тишины, свежего воздуха и виртуальной рыбалки. Очень прочищает мозги, рекомендую.

Он аккуратно отставил пустую тарелку и посерьезнел. Взгляд гнома-боцмана вернулся в реальность.

— Ладно, шутки в сторону. Марин, давай начистоту. Что всё-таки произошло? Чего ты так сильно испугалась вчера? И почему… почему ты пришла именно ко мне, а не в полицию или к друзьям?

Марина заметно сжалась. Она закрутила пальцами ручку кружки, уставившись в остывающий чай. Ее уверенность мгновенно испарилась, сменившись растерянностью.

— Я… я сама не знаю, Кир, — заговорила она неуверенно, путаясь в словах. — Всё так быстро закрутилось. Игорь — он страшный человек, у него в Вальдире целый топ-клан под контролем, и в реале за ним куча амбалов. А мой… ну, фитнес-тренер этот. Он сначала казался таким хорошим, заботливым. Защищал меня. А потом я увидела эти логи на флешке, Игорь взбесился, и мой… он вдруг стал на меня орать, требовать вернуть всё Игорю. Я испугалась, что он со мной что-то сделает. Или они оба. Я просто побежала, куда глаза глядят. А к кому еще? Ты единственный честный человек, которого я знаю. Ты не продашь.

Она всхлипнула, явно не готовая к полной открытости, до конца не понимая, на чьей стороне ее новый кавалер и насколько глубоко она увязла. Кирилл подозревать Марину не собирался — слишком хорошо ее знал. Она была глуповатой и импульсивной, но не злой.

— Ладно, успокойся. Разберемся, — мягко сказал Кирилл.

После ужина, когда Марина ушла в ванную, Кирилл сел за рабочий стол. Он открыл кастомный ноутбук. Привычная командная строка Linux встретила его тревожным мерцанием скрытого логгера. Следящий софт выдал отчет об активности.

Кирилл вчитался в строчки кода, и его лицо мгновенно окаменело. Напряжение в комнате можно было резать ножом.

В прошлый визит взломщик Игоря действовал удаленно и ювелирно — просто обошел биометрию и подменил хэшкоды, чтобы закрепиться в системе. Но в этот раз враг обнаглел. Они подчистую выгребли всё: старые базы данных Кирилла, остатки выполненных заказов, файлы из облачных хранилищ.

Но самое жуткое было не это. Логгер кастомного роутера зафиксировал: скачивание терабайтов данных шло не через внешнюю сеть. Сигнал шел напрямую через локальный кабель ноутбука. В квартиру кто-то заходил. Физически. Причем совсем недавно.

Кирилл похолодел. Взлом произошел удаленно? Черта с два. Кто-то открыл дверь его квартиры, пока Марина ходила в магазин за продуктами, вставил кабель или флешку прямо в его порт и выкачал всё. И этот «кто-то» мог вернуться в любой момент. Завязка для реального, опасного детектива вырисовывалась паршивая.

Впрочем, взглянув на экран внимательнее, Кирилл не удержался от хищной, довольной улыбки.

— Ну, держитесь, гости дорогие. Заглотили-таки.

Взломщики думали, что сорвали куш. Они не знали, что Кирилл месяцами, от скуки и выгорания, вдумчиво фаршировал свои «облака» терабайтами цифрового мусора, абсолютно не связанными. Точнее каждый кусок вполне важный вроде, но структурировать этот хаос, найти связи – задачка нереальная, любой аналитик время зря угробит. Это как с черной кошкой в темной комнате.

Но главное — прослойка. Между мусором Кирилл аккуратно разместил редких, экспериментальных червей и троянов. Никакие корпоративные «песочницы» топ-клана Игоря их не поймают.

Там были и его давние любимцы — тихие, подлые скрипты. Они не ломали систему сразу. Они просто искали в чужих базах данных числовые поля и случайным образом меняли несколько пар стоящих рядом цифр местами. Поменяй местами пару цифр в координатах тайника или в отчете по золоту — и вся финансовая махина Игоря превратится в хаос. А сделав дело, скрипт бесследно стирал себя из памяти устройства. Ловушка захлопнулась идеально.

Кирилл мягко закрыл крышку ноутбука. Самописная операционная система бинарного уровня мгновенно уничтожила все следы его сессии.

Час спустя Кирилл лежал в темноте, глядя в потолок. Марина уже спала на диване.

Опасения за будущее ворочались в груди тяжелым камнем. Одно дело — сетевые войны, и совсем другое — чужие шаги в твоей прихожей, пока тебя нет дома. Проникновение в квартиру — это уже статья и прямая угроза жизни. Если Игорь поймет, кто устроил хаос в его базах, виртуальный мир очень быстро и больно ударит по реальной голове Кирилла.

«Ладно. Проблемы надо решать по мере их поступления», — подумал Кирилл, переворачиваясь на бок.

В Вальдире дела шли куда веселее, хоть и на грани фола. Ему, гному пятого уровня, сегодня чудом удалось выжить и договориться со старым, смертельно опасным морским пауком в Диких Топях. Помог профессиональный секрет Гастронома — кастомный комбикорм из рыбных отходов. Паук не просто сожрал угощение, а предложил соглашение.

А завтра… Завтра нужно проснуться пораньше и сразу прыгать в капсулу. Дел невпроворот. Во-первых, срочно починить деревянные мостки у старой мельницы. В прошлый раз из-за поломки старого топора мельника дело встало. Не терпелось опробовать топор от мастера Траута.

Во-вторых — и это самое важное — нужно вернуть старому мельнику Микуле его шкатулку. Кирилл с улыбкой вспомнил, как старик, охая и причитая, выдавал этот квест. Микула упустил шкатулку в воду много лет назад, а достать не мог из-за агрессивных подводных раков, которые перепукывали лески рыбаков и больно ранили ныряльщиков. Но старый паук вернул ему шкатулку во время первой их встречи.

Мельник обещал за нее кучу опыта. А опыт — это новые очки Интеллекта. То, что нужно, чтобы окончательно перебить расовый штраф гнома на ману и развернуть подводный бизнес на полную мощность.

Кирилл закрыл глаза. Впереди были скучные, но очень радостные игровые будни. И очень опасные будни в реальном мире.

Утренние встречи

Утро встретило Кирилла сумасшедшим ароматом. Марина превзошла себя — на столе дымилась стопка тонких, кружевных блинов. Кирилл ел их с закрытыми глазами, искренне наслаждаясь моментом. На секунду в голову пришла мысль о вчерашнем визитере: «Надо бы поставить скрытую камеру…» Он обвел взглядом студию. Затея пустая. Никаких шпионских гаджетов у него отродясь не водилось, а крепить к косяку старую вебку — только позориться и привлекать внимание. Ладно, ловушка в ноутбуке уже взведена. Пора в игру.

Кирилл привычно скользнул в прохладный ложемент «Бриза-М». Капсула мягко зашипела, отсекая звуки Москвы.

Мир изменился по щелчку пальцев. Вместо затекшего тела дата-аналитика — плотно сбитый, коренастый гном Карассиус. Вместо душной студии — утренняя прохлада Диких Топей, запах тины, мокрой древесины и сосен.

В руках приятно тяжелел рабочий топор мастера Траута. Прочность 150/150, идеальный баланс. Напротив сиротливо перекосились старые, прогнившие мостки у водяной мельницы. Пора за работу.

Кирилл подошел к заранее примеченным осиновым стволам стволам. Движение, замах, удар. Топор Траута легко, со звонким хрустом входил в древесину, экономя выносливость. Кирилл ловко обрубил сучья, а затем начал распускать бревна на ровные, толстые доски.

В этот момент в нем проснулся не геймер, жаждущий циферок опыта, а сибиряк, чьи руки с детства помнили дедовские уроки. Он работал со вкусом, без спешки. Снимал кору, выравнивал пазы, подгонял доску к доске так плотно, чтобы и мышь не проскочила. Руки, уставшие от клавиатуры в реале, здесь пели от честного физического труда.

Внимание! Навык «Лесоруб» повышен до 4-го ранга!

Внимание! Навык «Строительство» повышен до 5-го ранга! Сила +1!

Но Кирилл даже не взглянул на системные логи. Ему было плевать на циферки. Гораздо важнее было другое — Вальдира с ее идеальной тактильностью вернула ему давно забытое, чистое чувство созидателя. Чувство мужчины, который делает что-то прочное, осязаемое и полезное. Мостки ложились идеально ровно, пахли свежей смолой и намертво скрепляли берега. Это была настоящая, тихая радость.

Кирилл вогнал топор в пень, вытер пот со лба и с гордостью осмотрел свою работу. Мостки были готовы. Время идти к мельнику Микуле за шкатулкой.

** прим: Детальное описание починки мостков см в главе 4, в режиме Победителя всех.

В нашей игре даже мостки поддались не сразу.

Хотя - нет, не время, решил гном. Сейчас утро, мельник трудится, не до разговоров ему.

Забытые навыки аналитика

В Вальдире наступало то самое благословенное утро, когда спешить не хотелось принципиально. Солнце едва коснулось верхушек сосен, туман лениво уползал с зеркальной глади пруда, а гном Карассиус стоял посреди вытоптанного нубами берега заводи и кривился. Педантичная гномья натура — а вместе с ней и профессиональный перфекционизм бывшего дата-аналитика — буквально стонали от окружающего хаоса. Вчерашний костер превратился в грязное кострище с углями вперемешку с раковыми хвостами. Гости ели суши буквально на коленках, сидя на мокром гнилом бревне.

«Нет, — твердо решил Кирилл. — В Москве я годами строил абстрактные структуры из пикселей, которые нельзя потрогать. Но здесь у меня есть тело гнома. И я хочу сидеть на нормальной, сухой, сделанной на века лавке. Из этого пруда я сделаю конфету».

Первым делом Карассиус отправился в деревню к кузнецу. Денег — честно заработанных медяков — было откровенно жалко, они лежали мертвым грузом в НЗ на будущий бассейн с золотыми рыбками. Поэтому гном пошел по пути бартера. Он вывалил на наковальню огромную кучу прочных, массивных панцирей болотных раков и плотных змеиных шкур, оставшихся после кулинарных изысков.

— Ого! — кузнец удивленно почесал затылок, разглядывая хитин. — Слышь, коротышка, а панцири-то знатные. Сухие, крепкие. Оружейники их используют как флюс при плавке железа — шлаки выводит на раз-два, сталь чище выходит. А шкуры на рукояти пойдут. Чего взамен хочешь?

Карассиус прищурился. Ему нужна была тяжелая, основательная железная лопата с прочностью не меньше сотни, толстая литая плита для очага с пазами под гриль и глубокая чугунная сковородка. Два гнома торговались долго, до хрипоты, но гномья прагматичность победила. Увязав тяжелое железо в холщовый мешок, Карассиус, кряхтя от натуги, потащил добычу к своей заводи.

Работа началась ближе к полудню и заняла весь оставшийся день. Кирилл не стал нажимать кнопку «автоматического крафта», которую предлагал интерфейс системы — этот бездушный прогресс-бар убил бы все удовольствие. Он хотел прочувствовать каждое движение.

Сначала была заготовка. Карассиус присмотрел пару мощных сухостойных сосен на опушке бора. Кованый топор прочностью 150 единиц пел в его руках, с глубоким, сочным стуком вгрызаясь в смолистую древесину. Хруст, грохот — и первое бревно легло на траву. Ошкуривание заняло добрый час. Ловкие руки плотника помнили мышечную деревенскую память Кирилла, и вскоре перед ним лежали чистые, пахнущие смолой и солнцем бревна.

Но как сделать из круглого ствола плоские доски, если в Яслях отродясь не видели продольной пилы? Обычный игрок бы сдался, но сибирские дедовские методы работали и в виртуальном коде Вальдиры. Карассиус запрыгнул на бревно и топором, аккуратно, миллиметр за миллиметром, сделал идеальный, ну просто идеально ровный продольный надруб по всей длине ствола. Затем он вытесал из твердого дубового сучка несколько острых деревянных клиньев. Вставил первый клин в надруб. Ударил обухом топора. Раздался глухой, звенящий треск. Вставил второй клин чуть дальше. Снова удар! Бревно с тяжелым, стонущим вздохом послушно раскололось ровно пополам, обнажив безупречную, пахнущую свежей смолой внутреннюю текстуру. Еще пара часов медитативного обтесывания — и гном получил широкие, толстые, массивные плахи для стола и лавок. Такие не сгниют и за сто лет.

В разгар земляных работ, когда Карассиус, обливаясь потом, ровнял площадку тяжелой кузнечной лопатой, к берегу подтянулась его команда. Лия, Милашка_Крис и Зая_Кусь несли с рынка пустые корзины, но, увидев раскиданные бревна и взмыленного гнома, замерли.

— Карасик… ты что, решил тут дворец построить? — удивленно захлопала ресницами Крис.

— Не дворец, а рабочее место, — прополз под бревном гном, вонзая лопату в дерн. — А ну, девчонки, хорош прохлаждаться. Крис, Кусь — марш по берегу, собирайте самые крупные, гладкие речные валуны. Лия, дуй к Сене-алхимику. Скажи этому очкастому гению, пусть тащит всю золу и шлак, что остались от его взрывов. Смешаем с глиной из оврага — выйдет такой раствор для печи, никакой цемент не нужен.

Энергия созидания оказалась пугающе заразительной. Вирус труда мгновенно скосил всю компанию. Девчонки-модницы, весело визжа и напрочь забыв про свои кружева, принялись таскать тяжелые мокрые валуны. Они пачкали руки в речном иле, смеялись, спотыкались, но в их глазах горел такой искренний, чистый азарт, какого не давал ни один боевой квест. Сеня притащил ведро серого алхимического шлака и под чутким руководством Карассиуса начал замешивать раствор, восторженно бормоча что-то про «неорганические связующие цепочки».

Карассиус включил расовое умение каменщика. Камни ложились один на другой с сочным, глухим стуком, намертво схватываясь серой грязью. Печь росла на глазах — полукруглая, монолитная, надежная. Сверху гном с натугой водрузил тяжелую кузнечную плиту, идеально подогнав пазы для гриля.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая пруд в багровые и золотые тона, когда площадка была готова. Мощный, тяжелый стол на вкопанных в землю пнях, широченные сухие лавки и ровный, очищенный от травы берег.

Но Кирилл уже поймал тот самый ремесленный кураж, когда остановиться просто невозможно. Взглянув на оставшиеся от обтесывания сосновые чурбаки и обрезки, он снова взялся за топор. Ловкие пальцы гнома, ведомые сибирской смекалкой, задвигались быстрее. Топор аккуратно снимал тонкую стружку. Из-под лезвия одна за другой начали появляться глубокие деревянные тарелки, широкие ухватистые ложки и длинные, удобные лопатки для переворачивания мяса на гриле. Каждая вещица была кривобокой, индивидуальной, но невероятно теплой на ощупь. Система без умолку пищала в углу обзора, заваливая Карассиуса микро-опытом в «Строительство» и «Повара», но Кирилл даже не смотрел на логи. Ему было хорошо. По-настоящему, глубоко хорошо. Вся ментальная усталость от московских цейтнотов и бесконечных баз данных растворилась в запахе сосновой стружки и речной прохлады.

— Готово, — Карассиус вытер лоб тыльной стороной ладони и устало опустился на новую лавку. Она даже не скрипнула под его весом.

Сеня-алхимик завороженно смотрел на идеальную, ровную тягу в дымоходе печи, где уже весело потрескивали первые сосновые дровишки. На железной плите шкворчала чугунная сковородка, а на гриле доходили сочные змеиные шашлычки, наполняя заводь умопомрачительным ароматом.

Лия, фанатично подметавшая площадку камышовым веником, внезапно замерла и посмотрела на тракт. Там, за поваленным договом, остановились трое проходящих мимо нубов с деревянными мечами. Они завороженно смотрели на этот островок абсолютного, немыслимого для суровых Ясель уюта. На пахнущий смолой стол, на красивую каменную печь, на смеющихся девчонок, которые украшали лавки кувшинками. Один из игроков медленно спрятал меч в инвентарь, подошел к площадке и тихо, словно боясь спугнуть наваждение, спросил:

— Ребят… а у вас присесть можно? И… сколько стоит эта круглая штука с раками?

Карассиус переглянулся с Лией и тихо, довольно рассмеялся в густую гномью бороду. Игра определенно удалась.

Глава 10

Команда

Карассиус сурово помешивал уху, прикидывая в уме дебет с кредитом. Привлекать покупателей — дело хорошее, но гномья практичность требовала узнать: способны ли эти шёлковые создания на что-то большее, если запахнет жареным?

— Так, модницы, — Карассиус постучал ложкой по котелку. — Хватит хвостами крутить. Признавайтесь, какие классы в яслях выбрали?

Девчонки переглянулись и гордо выпрямились.

— Я будущая грозная Волшебница Разрушения! Боевой маг! — победоносно заявила Милашка_Крис, задрав напудренный носик.

— А я Жрица-Целительница! — защебетала Зая_Кусь, поправляя кружевную лямку. — У них на двадцатом уровне такое платье дают, с открытой спиной — закачаешься! И заклинания пахнут розами! Правда, лечить я буду исключительно на расстоянии. Метров с тридцати. И только чистых персонажей! Потому что от вида крови я сразу падаю в обморок, а от грязных бинтов у меня портится карма.

Гном поперхнулся ухой. Грозный маг и великий лекарь-гемофоб в совокупности имели первый уровень, ноль боевых навыков и панический страх испортить маникюр. Спасать ситуацию нужно было немедленно.

Выяснив, что Крис в реале неплохо играла в дартс, Карассиус за пару минут выстрогал из сухих веток увесистые деревянные дротики и указал на толстое сосновое бревно. Крис прицелилась, изящно отставила ножку, сделала глубокий вдох — «Ах!» — и метнула снаряд точно в сучок. Дротики полетели один за другим, и при каждом броске Крис принимала столь умопомрачительные, кастомные позы, сопровождаемые капризным вздохом, что бревно вскоре отошло на второй план. Вокруг костра Карассиуса мгновенно начала собираться толпа зрителей-мужчин, которые с раскрытыми ртами следили за «тренировкой» боевого мага, попутно скупая у гнома всё, что лежало на прилавке.

С Заей_Кусь дело пошло ещё интереснее. Раз уж «настоящая, грязная и кровавая медицина» отменялась из-за угрозы девичьих истерик, жрица получила от гнома стратегическое задание: тренировать «Малое исцеление» на бескровной микрофауне — подбитых бабочках, стрекозах и придавленных лягушках. Карассиус и сам не ожидал, к чему это приведёт. Оказалось, что в Вальдире за возвращение к жизни бескровных насекомых система отсыпала сумасшедшие крохи опыта*, зато каст стоил копейки. Зая_Кусь увлечённо порхала по полянке, на безопасном расстоянии наводя ладони на жучков и брезгливо зажмуриваясь при каждом шорохе. Зато её мана и навыки целителя росли с космической скоростью, а главное — никакой крови, только летающие вокруг чистые, стерильные розовые лепестки. Гном удовлетворенно хмыкнул, глядя на этот дурдом: боевое крещение его промо-команды прошло успешно, а казна лавки пополнилась звонкой монетой.

** прим. С одной стороны, это «крохи»: за одну ожившую бабочку или стрекозу игра даёт ничтожно мало, буквально 1–2 единицы опыта. На высоких уровнях это вообще бы не заметили. С другой стороны, они «сумасшедшие»: для персонажа самого первого уровня в «яслях» (стартовой локации), где до следующего уровня нужно совсем мало опыта, эта прибавка оказывается очень весомой. Бабочек вокруг летают тысячи, каст заклинания стоит копейки и не требует усилий. Опыт капает непрерывно, безопасно и невероятно быстро для «нубки», которая вообще не умеет воевать. То есть, прокачка идёт за счёт огромного количества мелких и лёгких действий, что для ленивой жрицы-гемофоба стало настоящей золотой жилой.

Когда мана у Заи иссякла, а Крис от бесконечных «Ах!» и бросков окончательно лишилась запаса выносливости, подруги дружно повалились на брёвна у костра.

— Всё, я пустая! — капризно надула губы Жрица, протягивая Карассиусу пустую глиняную кружку. — Налей ухи, а? Мой внутренний лекарь требует углеводов! Я сейчас реанимировала такую лапочку-божью коровку, а она улетела и даже «спасибо» не сказала! Зато у меня навык «Стерильное милосердие» апнулся, прикинь?

— Ой, подумаешь, коровка, — отмахнулась Крис, массируя изящное плечо. — Я вот с бревном так вошла в кураж, что у меня теперь «Меткость» третьего уровня! И тридцать два разбитых мужских сердца в придачу. Карассиус, твои дротики — просто космос, один хай-левел даже просил продать автограф на щепке!

Гном молча наложил им по щедрой порции, резонно рассудив, что работающий рот девчонок — это не только расход рыбы, но и приход информации. И не ошибся.

— Кстати, про парней! — Крис заговорщически подалась вперёд, едва не воткнув ложку в нос гному. — В яслях такое творится! Помнишь того зелёного орка-нуба, Халка_Местного? Ну, у которого ещё зубы кривые, мы вчера ему помогали ник в чате настроить?

— Ну? — прищурился гном.

— Так вот, он сегодня пытался приручить ясельного кабана силой мысли! — покатилась со смеху Зая_Кусь. — Думал, раз он орк, то у него ментальная связь с природой. Кабан его три круга вокруг ратуши гонял, пока стражники не сжалились! Халк теперь сидит в кустах, злой, без штанов, но с нами дружит, просил передать, что если кто тебя обидит — он прибежит. Правда, сначала ему надо найти новые штаны.

— А эльфы-то, эльфы! — подхватила Крис, перебивая подругу. — Двое из клана «Острые ушки» поспорили, кто из них красивее смотрится на фоне заката. В итоге так засмотрелись на свои отражения в речке, что их утащил первый же болотный прыгун! Весь лагерь лежал от смеха! Мы им туда бинты по воздуху кидали, так они нам по секрету сдали координаты скрытого респауна змей. Сказали, там этих гадов — завались, как раз для твоих деликатесов, Карассиус!

Идеи и бизнес-планы

Арсениус возник у костра бесшумно, словно чумазое привидение. Его мантия дымилась, брови отсутствовали как класс, а на щеке красовался свежий слой чёрной сажи, но в глазах горел триумфальный огонь первооткрывателя.

— Я совершил прорыв! — пафосно прошептал он, победоносно вскидывая вверх алхимическую реторту.

— Ой, мамочки, опять взорвётся? — Зая_Кусь испуганно пискнула и на всякий случай спряталась за широкую спину Карассиуса, прижимая к себе тарелку с ухой.

— Не взорвётся! Ну, то есть, уже всё, что могло, бабахнуло, — Арсениус виновато шмыгнул носом и покосился на гнома. — Карассиус, прости, я случайно изобрёл сверхпрочную алхимическую смолу. Она… в общем, намертво приклеилась к твоему запасному котелку. Я её два часа на речке песком оттирал, вместе со слоем меди. Зато теперь у меня есть клейкая основа для оперения!

Гном сурово насупился, мысленно подсчитывая убытки от угробленной посуды, но маг-самоучка уже возбуждённо жестикулировал, обращаясь к Крис:

— Смотри! Если насадить на дротики Карассиуса птичьи перья на эту смолу и привязать к ним простейшее заклинание «Малого толчка», их полёт можно будет корректировать прямо в воздухе! Магией! А то у меня, как у мага-алхимика, за весь день боевая магия вообще ни разу не качалась. Система за взрывы колб только «Проектирование катастроф» качает! А так я буду подкручивать твои броски, мне пойдёт опыт за заклинания, а ты сможешь попадать белке точно в глаз, даже не целясь!

Крис восхищённо ахнула, представив, как эффектно будут смотреться её броски с магической траекторией, а Карассиус задумчиво погладил бороду. Идея пахла чистым безумием, но коммерческая жилка гнома подсказывала: самонаводящиеся кастомные дротики от красивой девчонки — это же готовый хит продаж для всех нубов Вальдиры!

Мягкий стрёкот сверчков прервали торопливые шаги по гальке. К костру вышла Лия — девчонка с короткой задорной стрижкой, в простеньких нубских сапожках, но с такими горящими азартом глазами, что Карассиус невольно подобрался.

Лия была маркетологом до мозга костей. Там, где обычные игроки видели скучные серые «ясли», она видела бурлящий рынок. Девчонка уже успела очаровать всех лавочников стартовой локации, выведав, кто из них готов скупать товар подороже, а кто — давать скидки. В искусстве чуять чистую прибыль и виртуозно сбивать цены она могла дать фору самому Карассиусу с его врождёнными гномьими талантами. Правда, опытного гнома она искренне уважала и даже чуточку робела под его суровым взглядом, зато на подругах отыгрывалась по полной, безуспешно пытаясь ими командовать — Крис и Зая лишь весело отмахивались от её нотаций.

— Так, стоп, гении маркетинга! — Лия всплеснула руками, с ходу включаясь в обсуждение дротиков. — Карассиус, Арсений, идея шикарная, но вы же прогорите в первый же час! Вы собрались продавать их как оружие? Да у нубов в яслях денег нет на боевые дротики, они качаются бесплатными дубинами!

Гном нахмурился, а Арсений растерянно захлопал ресницами. Лия победоносно улыбнулась, присаживаясь к костру:

— А вот если Крис прямо сейчас запустит этот дротик с магическим наведением во-о-он в то дерево, изящно вздохнёт, а Зая в этот момент пустит розовые лепестки... Мы продадим это парням не как оружие, а как «Секретный навык идеального пикапа»! Кастомный трюк для привлечения девчонок! Ограниченная серия от первых красавиц сервера! Да за право швырнуть такую блестящую штуку на глазах у толпы местные воины последние штаны отдадут! Я договорюсь с лавочником, он выставит нас на главной площади без налога. Ну что, уважаемый Карассиус, берёте меня в долю? Обещаю, золото потечёт рекой!

Карассиус восхищённо крякнул и едва не выронил ложку. Эта хрупкая девчонка за секунду превратила копеечную деревяшку в элитный товар. Гном понял: без этой чертовки они бы просто сидели на куче отличных, но никому не нужных дротиков

Глобальная стратегия на песке

Карассиус сурово помешивал уху, глядя, как Лия увлечённо чертит веточкой на прибрежном песке запутанную схему из стрелочек и кругов.

— Вы не понимаете, уважаемый Карассиус, — азартно блестя глазами, объясняла девчонка. — «Ясли» для нас — это не просто стартовая дыра, это идеальный полигон! Местные НПС-лавочники — они же не сами по себе существуют, они связаны торговыми цепочками с крупнейшими купеческими гильдиями Альдоры и других больших городов Вальдиры. Если наш товар «выстрелит» здесь, мы через этих торговцев получим прямой контракт на поставку на большой рынок!

Гном недоверчиво хмыкнул, но усы его дрогнули — перспектива выйти на столичные обороты ласкала его гномью душу.

— План красивый, — веско обронил Карассиус. — Но торговать тем, чего мы сами в деле не видели — плохая примета. Прежде чем цену считать, дротики надо проверить. Насколько они убойные? Не развалятся ли от магии Арсения? И не поотрывает ли нам руки его алхимическая смола?

— Вот и отлично! — Лия победоносно хлопнула в ладоши, отчего Крис и Зая, лениво перебирающие птичьи перья, дружно вздрогнули. — Объявляю полевые испытания открытыми! Арсений, бери свои снаряды, мы идём искать добровольца среди местной фауны!

Испытание на кабане и магия «в четыре руки»

Доброволец для полевых тестов нашёлся быстро — им оказался упитанный, покрытый густой серой щетиной ясельный кабан, мирно ковырявший пятачком землю на опушке леса. Команда затаилась в кустах.

— Твой выход, Крис, — шёпотом скомандовала Лия, подталкивая подругу вперёд. — Покажи класс!

Крис решительно шагнула на поляну, сжимая в руке усовершенствованный дротик с перьями. Приняв умопомрачительно красивую позу, она изящно отставила ножку, сделала глубокий, капризный вдох — «Ах!» — и с силой метнула снаряд. Кабан даже ухом не повёл, ведь дротик изначально летел на пару метров левее цели.

— Теперь я! — засуетился в кустах Арсений. Маг-алхимик зажмурился от напряжения, его пальцы задрожали, активируя заклинание «Малого толчка».

Результат превзошёл все ожидания, но пошёл совсем не по плану. Из-за хаотичной ауры Арсения дротик в воздухе резко затормозил, жалобно зажужжал, а затем начал выписывать дикие зигзаги, мёртвые петли и спирали, словно обезумевший шмель. Зая_Кусь от страха испуганно пискнула и зажмурилась, случайно кастанув своё «Исцеление» раньше времени. В итоге кабан, ошарашенный летающей вокруг него кругами жужжащей деревяшкой в облаке светящихся розовых лепестков, просто рухнул на бок от головокружения.

— Стоп-стоп-стоп! — возмутилась Крис, уперев руки в бока. — Это что за авиашоу? Арсений, ты куда его рулишь?! Я же тоже вообще-то будущий Боевой маг! У меня в описании класса написано, что я могу влиять на стихии!

Вредность и упрямство Крис сослужили отличную службу. Задетая за живое, она резко вскинула изящную руку и сфокусировалась на летающем снаряде. И чудо произошло. Крис интуитивно перехватила магическое управление, и дротик, послушный её воле, мгновенно прекратил крутить безумные петли Арсения. Он выровнялся, резко ускорился и со свистом вонзился точно в бок кабану, мгновенно сняв у моба приличную порцию очков здоровья. Перед глазами Крис вспыхнуло долгожданное системное оповещение о повышении маны и навыка контроля стихий.

— Ого! — Лия восторженно выскочила из кустов, на ходу делая пометки веточкой в воздухе. — Магия в четыре руки! Арсений задаёт дротику импульс и хаотичную траекторию для обхода препятствий, а Крис наводит его на цель и ускоряет! Это же не просто оружие, это совместное заклинание! Карассиус, вы видели? Убойная сила — максимальная, мана качается у обоих, а главное — как это красиво смотрелось! Срочно считаем себестоимость, мы на пороге золотой лихорадки!

Расчёт себестоимости и меню из кабанятины

Рано радовавшаяся Лия не учла одного: кабан от одиночного попадания вовсе не собирался падать замертво. Напротив, получив колючий снаряд в бок, моб яростно хрюкнул, развернулся и уставился на Крис налитыми кровью глазками.

— Ой, мамочки, он на меня смотрит! — пискнула Крис, растеряв всю свою боевую спесь. — Зая, лечи меня! Арсений, делай что-нибудь!

Начался весёлый хаос полевых испытаний. Чтобы окончательно завалить одного несчастного ясельного кабана, Крис пришлось метнуть ещё четыре дротика, причём траектория каждого напоминала пьяную ласточку. Арсений пыхтел, задавая импульс, Крис с визгом подкручивала направление в воздухе, а Зая_Кусь на всякий случай с безопасного расстояния трижды окропила кабана розовыми лепестками, случайно подлечив не только Крис, но и самого хряка. Наконец, после пятого точного попадания, кабан с громким визгом растворился, оставив после себя увесистую тушу.

— Так, — Лия деловито потёрла подбородок. — Расход боеприпасов — пять штук на крупную цель. А если цель поменьше? Арсений, вон там на кувшинке сидит болотная жаба. Огонь!

Следующий дротик, ведомый совместной магией двух студентов, со свистом ушёл в сторону реки. Одного точного попадания хватило, чтобы жаба аннигилировалась на месте. Потревоженная этой канонадой стая стрекоз бросилась врассып, и Зая_Кусь мгновенно включила режим «стерильного милосердия», принявшись на расстоянии кастовать хил на пострадавших от воздушной волны насекомых. Мана у всех троих нубов весело поползла вверх.

Вернувшись к костру, Карассиус первым же делом пристроил кабанью тушу к делу — свежее мясо на вертеле аппетитно зашкворчало, сменив порядком надоевший всем рыбный рацион. Гном достал свои весы, костяные счёты и сурово посмотрел на Лию.

— Итак, — веско произнёс Карассиус, переворачивая сочный кусок кабанятины. — Пять дротиков на кабана, один — на жабу. Убойность для яслей приличная, но нужно считать цену. Расходы на дерево — копейки. Птичьи перья Крис и Зая собирают бесплатно. Но твоя смола, Арсений... Ты испортил котелок, так что клей идёт по штрафному тарифу!

— Эй! — попытался возмутиться чумазый алхимик, но Лия приструнила его строгим взглядом и повернулась к гному:

— Уважаемый Карассиус, смола бесплатная, Арсений её сам варит из болотных ресурсов! Давайте считать реально. Себестоимость одной штуки — две медные монеты. Но продавать их поштучно — глупость. Мы разделим товар по категориям! Пакет «Охотничий нуб» — пять дротиков за пятнадцать монет, как раз чтобы завалить кабана и окупить затраты. А для богатых зевак, которые хотят похвастаться перед девчонками, мы сделаем «Премиум-сет» с улучшенным оперением за целых пятьдесят монет! Крис будет бросать, Арсений крутить, Зая пустит спецэффекты. Парни с ума сойдут от такой презентации!

Гном задумчиво защёлкал костяшками счёт, втягивая носом умопомрачительный аромат жареной кабанятины. Математика Лии была дьявольски точной и сулила такую прибыль, от которой у любого нормального гнома сладко замирало сердце.

Презентация на площади яслей

Центральная площадь «яслей» Вальдиры гудела, как растревоженный улей. Вокруг лавки старого НПС-торговца, с которым Лия заранее разделила будущую выручку, уже толпилась куча скучающих новичков.

— Шоу начинается, работаем по схеме! — скомандовала Лия, поправляя Крис причёску и отступая в тень.

Милашка_Крис решительно взошла на деревянный помост. Солнечные блики эффектно подчеркнули кастомное кружево её наряда, заставив половину мужского населения площади затаить дыхание. Крис изящно взмахнула зажатым в пальцах дротиком с ярким оперением из перьев птицы-лирохвоста.

— Внимание, воины Вальдиры! — звонко объявила она, обводя толпу кокетливым взглядом. — Устали бегать за кабанами с ржавыми мечами? Хотите побеждать красиво и со стопроцентным результатом? Представляем вам секретную разработку — управляемое оружие истинных эстетов!

В дальнем конце площади Карассиус заранее установил мишень — массивный деревянный щит. Крис приняла свою фирменную умопомрачительную позу, эффектно отставила ножку, сделала глубокий вдох — «Ах!» — и с силой метнула дротик вообще в другую сторону, целясь куда-то в небо.

Толпа разочарованно ахнула, но тут в дело вступила магия. Спрятавшийся за бочкой Арсений, обливаясь потом от напряжения, активировал «Малый толчок». Дротик замер в зените, яростно зажужжал и пошёл на вираж. Крис мгновенно подхватила управление: её глаза вспыхнули магическим светом, и снаряд, послушный воле двух студентов, заложил крутую мёртвую петлю, обогнул водонапорную башню и со свистом устремился к цели.

— Сейчас! — шикнула Лия.

Зая_Кусь, стоявшая на безопасном расстоянии с плотно завязанными глазами, по сигналу взмахнула руками. Её заклинание «Малого исцеления» сработало как идеальный пиротехнический спецэффект: в момент, когда дротик с глухим стуком вонзился точно в яблочко мишени, площадь озарилась каскадом сияющих розовых искр и засыпало ароматными лепестками роз.

Секундную тишину разорвал оглушительный рёв толпы. Нубы-мужчины натурально сошли с ума от такого зрелища.

— Почём штука?! — заорали из первых рядов.

— Продайте сет! Два сета!

— Эй, волшебница, это всё колдовство! — вдруг пробасил из толпы огромный зелёный орк Халк_Местный, у которого из одежды после утренних приключений с кабаном осталась только набедренная повязка. — А если у меня нет маны? Если у меня только сила и дубина первого уровня?! Твоя зубочистка у меня в руках сломается!

Толпа согласно загудела, выжидающе уставившись на помост. Крис ничуть не растерялась. Она ослепительно улыбнулась орку, взяла со стола обычный дротик без всякой макросной подкрутки Арсения, прицелилась и на чистом опыте игры в реальный дартс хлестко швырнула его вперёд. Снаряд прошил воздух и с сочным стуком воткнулся ровно в миллиметре от предыдущего.

Площадь содрогнулась от повторного фурора. Нубы топали ногами, свистели и колотили щитами. Это было абсолютное буйство!

— Раскрываю секрет для настоящих мужчин! — Крис заговорщически понизила голос, прижав ладошку к груди. — Вся убойная сила и меткость — в правильной технике. Чтобы снаряд летел точно в цель, нужно изящно отставить правую ножку назад, прицелиться и в момент броска как можно более томно вздохнуть: «Ах!».

Толпа замерла. Первым вызвался Халк_Местный. Огромный, мускулистый зелёный орк, у которого из боевых умений в профиле значилось только варварское «Оглушение дубиной», неуклюже выставил назад мощную зелёную ногу, уморительно пошатываясь. Он замахнулся корявым дротиком, зажмурился и на всю площадь выдал басовитый, невероятно томный вздох:

— А-а-ах-х-х!..

Дротик со свистом улетел вперёд и — о чудо системы Вальдиры! — с треском вонзился в край мишени. Перед глазами обалдевшего орка тут же вспыхнула золотая надпись: «Внимание! Вами открыто скрытое пассивное умение "Меткость броска" (уровень 1)».

— Работает-о-о-от! — взревел Халк на все ясли, победно потрясая кулаками.

После этого площадь окончательно погрузилась в управляемый хаос. Десятки брутальных воинов, разбойников и паладинов принялись синхронно отставлять ноги, капризно вздыхать «Ах!» и швырять деревяшки в столбы, прокачивая меткость под дружный хохот девчонок. Кошели с медными и первыми серебряными монетами полетели на прилавок с такой скоростью, что Карассиус едва успевал щёлкать счётами, утирая слезы гномьего умиления.

Финансовый триумф и артель «Терпение и труд»

Вечер опустился на ясли Вальдиры, но у костра Карассиуса никто не думал спать. Гном со счастливым кряхтением высыпал на расстеленный плащ гигантскую гору звенящих монет. Лия сидела рядом, молниеносно пересчитывая дневную выручку и раскладывая серебро и медь по ровным столбикам.

— Ну что, компаньоны, — Лия победоносно обвела взглядом команду. — Наш чистый доход за сегодня превысил все самые смелые прогнозы. Премиум-сеты раскупили подчистую! Но это только начало.

В этот момент к костру, робко переминаясь с ноги на ногу, подошёл тот самый старый НПС-лавочник, с площади. Он восхищённо посмотрел на Лию, затем на гнома и, воровато оглянувшись, прошептал:

— Уважаемые... Такого ажиотажа я в наших яслях отродясь не видел! У меня есть прямой выход на купеческую гильдию в столице Альдоры. Они готовы перекупить у нас эксклюзивные права на эти дротики! Если обеспечите поставку в пятьсот штук к концу недели — озолотитесь!

Арсениус, услышав цифру «пятьсот», поперхнулся чаем и побледнел.

— Пятьсот?! Да я пока эти колбы со смолой варю, у меня руки отвалятся! А девчонкам столько веток не настрогать и перьев не собрать! Мы же физически не успеем!

— Спокойно, алхимик, без паники, — Лия снисходительно улыбнулась и поправила свою короткую стрижку. — А на что нам целая толпа безработных нубов, которые после нашей презентации ходят за Крис хвостиком? Я уже всё организовала. Завтра утром мы открываем производственную артель!

— И как ты заставишь этих лоботрясов крутить смолу и строгать ветки вместо прокачки на кабанах? — недоверчиво прищурился Карассиус.

— Элементарно! Правильный маркетинг и знание психологии геймеров, — азартно подмигнула Лия. — Я объявлю, что работа в нашей мастерской — это уникальный скрытый квест от первой гильдии красавиц Вальдиры. А главное — система игры поощряет монотонный труд! Сбор перьев и обтёсывание палочек мы преподнесём как инновационную методику быстрой прокачки пассивных навыков «Мелкая моторика», «Усидчивость» и «Железное терпение», которые на высоких уровнях критически важны для любого класса! Да они нам ещё приплачивать будут за право бесплатно поработать на благо корпорации!

Девчонки покатились со смеху, представив суровых орков и пафосных эльфов, увлечённо собирающих птичий пух ради мифической «усидчивости».

— И ведь поверят! — хохотнула Крис, весело пихая Заю в бок. — Халк первый прибежит, он за единичку «Терпения» готов всё болото голыми руками перебрать!

Карассиус переглянулся с сияющим Арсением, который перед глазами наконец-то увидел системную табличку о получении второго уровня магии и забавного достижения «Отец сумасшедшей аэродинамики». Гном удовлетворённо хмыкнул, поднял кружку с квасом и веско произнёс:

— Ну, девчонки... Ну, коммерсанты. За наш будущий столичный синдикат! Похоже, эти ясли очень скоро станут для нас слишком тесными.

..

Глава 11

Награда для терпеливых

Карассиус шел по тропе вдоль реки, бережно прижимая к груди тяжелую, покрытую склизким речным илом шкатулку. После оглушительного представления на площади обычный ясельный вечер казался удивительно умиротворяющим. Солнце весело бликовало на водной глади, а в камышах лениво пересвистывались птицы.

Старик Микула сидел на своем привычном месте — на лавочке возле мельницы, ставя заплотку огромной иглой. Выглядел он точь-в-точь как те сибирские деды, которых Кирилл помнил из детства: сухощавый, прокопченный солнцем и махоркой, с цепким взглядом серых глаз из-под кустистых седых бровей.

Увидев коренастую фигуру гнома Карассиуса, старик отложил прохудившийся мешок и прищурился.

— А, полукровка, — проскрипел Микула, потянувшись за кисетом. — Вернулся-таки. Ну что, выковал тебе Траут новый топор взамен моего, что ты сдуру на сосне обломал?

— Выковать-то выковал, дедушка, — Карассиус степенно подошел ближе и с глухим стуком опустил на плоский валун у ног рыбака железную шкатулку. — Но я к тебе не с топором. Принимай работу. Едва у рачьего профсоюза из клешней вырвал.

Микула замер с открытым кисетом. Его виртуальные глаза округлились, а прорисованная нейросетью Вальдиры мимика выдала такую гамму чувств — от неверия до щемящей, детской радости, — что Кирилл в очередной раз поразился мощности игровых серверов.

Старик дрожащими руками потянулся к шкатулке, бережно стер пальцем налипшую речную тину с крышки и провел по изъеденному ржавчиной металлу.

— Она... — прошептал NPC, и его голос на секунду потерял ворчливые нотки. — Насилу поверил. Пять лет ведь лежала на самом дне, проклятые раки к ней никого не подпускали, лески резали, руки парням кусали ... А ты принес. Ай да Карассиус, ай да борода!

[Внимание! Вы успешно завершили скрытое задание: «Потерянная память Микулы».]

Награда: +500 к опыту. Ваша репутация с фракцией «Старожилы Яслей» увеличилась до уровня: Приязнь (150/1000).

Шкала опыта гнома весело мигнула, заполнившись почти наполовину (650/1500 на 5-м уровне). Прогресс кача шел уверенно и без всякого пафосного истребления волков.

Старик вытащил из-за пазухи ржавый, но крепкий ключ, с трудом провернул его в замочной скважине шкатулки, и крышка со скрипом откинулась. Карассиус из вежливости отвел взгляд, но Микула сам подозвал его взмахом руки.

Внутри шкатулки, аккуратно завернутые в промасленную ветошь, лежали личные вещи рыбака: потемневший от времени серебряный медальон с портретом молодой женщины и толстая, разбухшая от сырости кожаная тетрадь, исписанная мелким убористым почерком — тот самый Судовой журнал Микулы, в котором хранились предания об Авесте.

— Здесь вся моя жизнь, Карассиус, — тихо сказал Микула, бережно пряча медальон в карман рубахи. — я ведь по Южным морям ходил, в таких баталиях побывал. Эх! Это под старость сюда уже занесло. Думал, так и сгнию в этих Яслях, не увижу карточки покойной Марфы. Спасибо тебе, гном. Честный ты мужик, хоть и полукровка. А Микула долги отдавать умеет.

Старик покопался на самом дне шкатулки и извлек оттуда крошечный деревянный футляр, обитый изнутри пожелтевшим бархатом. Внутри футляра на мягкой подложке лежал предмет, от которого во все стороны расходилось мягкое, пульсирующее бирюзовое сияние.

Это был рыболовный крючок. Но не из железа или кости обычной рыбы. Он был вырезан из полупрозрачного, гладкого материала, напоминающего застывший штормовой лед, а на его острие хищно поблескивал двойной скрытый шип.

[Внимание! Получен уникальный предмет: Кованый крючок «Жало Ската».]

Качество: Уникальное (Раритет).

Эффект: Шанс удержания крупной рыбы (>5 кг) +35%. Шанс поимки легендарных и мифических видов рыб при использовании маны +15%.

Ограничение: Требуется прочность снасти не менее 100 единиц.

Описание: Легендарная оснастка, вырезанная шаманами Южных морей из шипа заговоренного Ската-Призрака. Не тупится, не ломается от механического воздействия.

У Карассиуса внутри аж гномья кровь забурлила от гастрономического восторга. Уникальный предмет в Яслях! Это была колоссальная редкость. Теперь у него на руках были два мощнейших компонента: «Жила Глубоководного Ткача» от Древнего Паука в качестве лески и «Жало Ската» от Микулы. Когда он соединит их вместе и пустит в ход свою Магию Воды, получится ювелирная снасть, способная выудить со дна Вальдиры всё что угодно.

— Этот крючок мне один безумный шаман на югах отдал, когда я еще на шхуне ходил, — Микула бережно закрыл футляр и вложил его в широкую ладонь Карассиуса. — Береги его, борода. Обычную плотву на него не лови — затыкают нубы от зависти. На него надо крупную рыбу брать, особенную. Которая ману чует.

— Спасибо, дедушка Микула. Настоящий королевский подарок, — искренне поблагодарил гном, убирая футляр в самый надежный внутренний карман обносков.

— И это еще не всё, — старик вытащил из шкатулки ту самую толстую кожаную тетрадь Судового журнала и раскрыл её на последних страницах, где была начерчена пожелтевшая карта. — Ты парень дотошный, крафт любишь, тишину ценишь. Засиделся ты в Яслях. Вот, смотри сюда.

Микула ткнул мозолистым пальцем в самый край карты, где ясельная локация упиралась в глухую камышовую стену.

— Здесь, за старой запрудой, есть скрытая тропа. Системные стражники туда игроков не пускают — караулят дорогу. Но если пройти понизу, через топи, там есть заброшенный лаз. Он ведет прямиком в Дикие Топи. Это опасные места, Карассиус. Локация за пределами Яслей, мобы там злые, сырость, гниль. Тебе туда пока ходу нет — уровень маловат, система не пропустит. Но ты сходи к границе, разведай дорогу, посмотри на Топи со стороны запруды. Осмотрись. Мне нужно знать, не поднялась ли там гнилая вода в этом сезоне. Сделаешь — в долгу не останусь, расскажу тебе, что в моем журнале про Серебряного Малька и рыб-сундучков записано.

[Внимание! Вам доступно продолжение сюжетной цепочки: «Разведка Диких Топей».]

Условие: Найти скрытый проход Микулы и исследовать пограничную запруду на краю Яслей (0/1).

Награда: Доступ к Судовому журналу Микулы (Сведения об Авесте), +300 к опыту.

— Сделаю, Микула. Обязательно разведаю, — твердо кивнул Карассиус, принимая задание.

— И про старосту не забудь, поймай ему Рыбу к празднику. Он про тебя уже в наслышан. Если угодишь, он может тебе про Старые Коряги расскажет, есть там у него интерес, - напомнил Микула уже в спину гнома.

Гном развернулся и пошагал в сторону лагеря, чувствуя, как мозаика его будущего бизнеса обретает четкие, осязаемые контуры.

Друзья или анестезия из самбуки и сандала

Капсула зашипела, выпустив воздух, и крышка медленно поползла вверх. Кирилл с трудом заставил себя принять вертикальное положение. Реальность обрушилась на него привычным, малоприятным букетом ощущений: затекшая шея, противный хруст в пояснице и тяжесть в коленях. Суставы скрипели так, словно он лично, с мешком кирпичей на горбу, пешком пересёк все дикие земли Вальдиры, а не пролежал неподвижно несколько часов. День выдался бесконечным. «Надо бы кинуть пару свободных характеристик в реальную Выносливость, — меланхолично подумал Кир, сползая на пол. — Или хотя бы купить мазь для пенсионеров».

В студии царил густой вечерний сумрак. За окном уныло шумел затяжной московский дождь, размазывая свет редких уличных фонарей по стеклу. Кирилл на автомате побрёл в сторону кухни, мечтая только о стакане ледяной воды.

У самого порога его встретил густой, обволакивающий аромат сандала от ароматических палочек. К нему примешивался еще один, едва уловимый, но до боли знакомый запах аниса и трав — точь-в-точь как от самбуки. Этот парфюм Марина обожала раньше. И теперь, за два дня её нечаянного камбэка, студия снова насквозь пропиталась шлейфом их общего прошлого.

Она вернулась со своими загадочными проблемами сорок восемь часов назад. Первые минуты Марина выглядела бледной и испуганной, но быстро взяла себя в руки. За два дня она аккуратно оккупировала диван, доверху забила пустующий холодильник продуктами и без лишних слов взяла на себя готовку: Кирилла каждое утро и вечер ждали горячие блюда. На этот раз на столе горела неяркая лампа, мягко подсвечивая хрустальные бокалы, бутылку хорошего вина и исходящее паром запеченное мясо. Марина обернулась на звук шагов и тепло, совершенно по-домашнему улыбнулась. От её прежнего страха не осталось и следа.

— Привет, Кир. Вовремя ты, всё как раз горячее. Садись.

Он не держал на неё зла. Полгода после тяжелейшего выгорания ушли на то, чтобы склеить собственную психику, и за эти месяцы Кирилл честно признал: парнем он тогда был паршивым. Пока он сдавал тот зубодробительный контракт по дата-аналитике, Марина ушла к своему фитнес-тренеру тихо, без криков. Она просто собрала вещи, пока Кирилл невидящим взглядом смотрел в графики, мало что замечая вокруг. Вся его жизнь тогда умещалась в алгоритмы, а Марине, наверное, хотелось трехмерного человека рядом, а не бледную функцию.

— Привет, — Кирилл улыбнулся, чувствуя, как уходит усталость от бесконечного виртуального гринда. — Пахнет просто невероятно. Я готов съесть этот стол.

Напряжения между ними не было. Они общались как старые, близкие друзья, которые просто сделали долгий перерыв в отношениях. Марина разлила вино, и завязался легкий, непринужденный разговор. Они шутили, вспоминали общих знакомых и забавные сплетни.

— А помнишь, как мы в Эмиратах умудрились заблудиться в трех соснах прямо у отеля? — Марина рассмеялась, пригубив вино и лукаво взглянув на него. — Или тот дикий пляж в Таиланде, куда нас привезли на дырявой лодке?

— Помню, конечно, — Кир усмехнулся, отправляя в рот кусок идеально приготовленного стейка. — Особенно хорошо я помню счета за эти поездки, которые закрывал в одно лицо. Но признаю: на том пляже было красиво, даже когда нас покусали песчаные мухи.

Марина звонко рассмеялась, откинувшись на спинку стула. В полумраке дождливого московского вечера этот ужин казался Кириллу удивительно правильным — куда более настоящим, чем все цифровые просторы.

Спустя пару часов Кирилл наконец добрался до кровати. Сон уже мягко подкрадывался к нему, баюкая уставший мозг под стук капель по отливу. Но внезапно в тишине квартиры раздалось легкое, едва слышное шлепанье босых ног по паркету.

Одеяло сбоку приподнялось, запустив под себя облако аромата самбуки, и на соседнюю половину матраса скользнула Марина. Теплая, пахнущая кремом для тела, она уверенно пристроилась рядом, положив голову ему на плечо.

Кирилл замер от удивления, уставившись в потолок.

— Марин… мы же вроде как друзья? — осторожно напомнил он.

— И что? — в темноте блеснули её глаза.

— Ну… друзья вообще-то не спят вместе. У них для этого разные спальные места предусмотрены конституцией дружбы.

— Ой, Кир, не начинай свою аналитику, — Марина тихо хихикнула и теснее прижалась к его боку. — Я просто такой хороший и преданный друг, что абсолютно всё тебе доверяю. Вот, даже готова доверить тебе себя. Целиком.

Знакомый до последнего изгиба силуэт, родное тепло, две бутылки вина и полгода полного воздержания моментально сожрали все логические доводы дата-аналитика. Внутренний голос Кирилла капитулировал без боя, заглушенный гормонами и алкоголем.

Марина оказалась удивительно податливой и неожиданно изобретательной — куда более инициативной, чем в их прошлые, предсказуемые годы. Кирилл, истосковавшийся по живому женскому теплу, моментально забыл и про затекшую шею, и про скрип в суставах. Тело вспомнило всё само, а усталость после капсулы испарилась, уступив место чистой, осязаемой физиологии реального мира.

Когда всё закончилось, в комнате воцарилась уютная, сонная тишина. Кирилл блаженно закрыл глаза, готовый провалиться в глубокий, восстанавливающий сон, но Марина не дала ему уснуть. Она принялась лениво перебирать пальцами его волосы на затылке и ласково, почти шепотом, спросила:

— Кир… а расскажи про свою игру? Ну, про Вальдиру эту. Как там у тебя дела? Что ты там вообще делаешь, какие подробности?

Кирилл даже не сразу понял вопрос. Подобный интерес со стороны Марины выглядел как системный сбой — за все годы их отношений она ни разу не поинтересовалась его виртуальными делами, считая это пустой тратой времени. Сонный, расслабленный мозг аналитика интуитивно зафиксировал аномалию. Сработал внутренний брандмауэр, и Кир, сам не зная почему, решил не говорить ни слова правды.

— Да тоска там, Марин, — пробормотал он, утыкаясь носом в подушку. — Персонажа себе создал… Строитель он. И рыбак. Игнат зовут.

— Игнат? — удивилась Марина, продолжая гладить его по голове. — И где этот твой Игнат сейчас?

— В яслях сидит, — зевнул Кирилл.

— В каких еще яслях? — она даже руку занесла над его головой от недоумения. — Он же строитель.

Кирилл поглубже зарылся в одеяло, пряча выползающую усмешку.

— Марин, ну какая разница, в каких? Ты же никогда этим не интересовалась. Дай поспать, а? День был тяжелый.

Марина помолчала пару секунд, тихо вздохнула, устроилась поудобнее на его плече, и вскоре её ровное дыхание подсказало, что она уснула. Кирилл еще какое-то время слушал шум дождя, думая о том, что реальный мир иногда подкидывает куда более странные квесты, чем любая топовая нейросеть.

Аншлаг у костра и кружевной профсоюз

Утро у костра Карассиуса началось не с кофе, а с полноценного стихийного бедствия. Вместо обещанных Лией пяти-шести покладистых помощников на поляну ввалилась ревущая толпа из тридцати нубов. Зелёные туши орков, пафосные эльфы в стартовых тряпках и люди всех мастей ломились сквозь кусты так, словно в «яслях» Вальдиры объявили бесплатную раздачу эпического шмота.

— Эй, где тут скрытый квест на халявную экспу?! — орал сзади какой-то человек с ником Витёк_Тротил. — Пацаны в чате писали, тут пассивки на халяву апают!

— Я за «Железным терпением»! — басил огромный орк Бруто_Вандал, у которого на поясе сиротливо болталась базовая деревянная дубина. — Сказали, если перья щипать, дубина потом шкуру мобам не портит! Лия, где регистрироваться на крафт?!

Но истинное украшение процессии шло в авангарде. Расталкивая локтями робких первоуровневых магов, к костру решительно вышагивали три местные примы. Они явно провели в редакторе персонажей не меньше пяти часов, выкрутив показатели изящества на неприличный максимум, а их стартовые наряды слепили глаза кастомным шёлком. Возглавляла трио эльфийка с невероятно пафосным ником Эраниэль_Благосклонная. Чуть позади неё, капризно надув губы, шли человеческие девчонки — Мурлыка_Мими и Леди_Стервхард.

Остановившись в трёх шагах от Крис и Заи, которые мирно перебирали птичий пух, Эраниэль скрестила руки на груди и окинула соперниц таким взглядом, словно оценивала качество дешёвых НПС-текстур в пиратской версии игры.

— Ой, девчонки, привет-привет! — ядовито-сладким голоском протянула Эраниэль, картинно поправляя идеальный эльфийский локон. — А мы смотрим — весь сервер куда-то бежит. Думали, тут мировой босс респанулся, а тут вы... Пёрышки перебираете. Скажите, а в Вальдире уже ввели текстуры для малоимущих? Ваше кружево... это что, прошлогодний кастом из бесплатного пака?

Мурлыка_Мими прикрыла рот ладошкой и фальшиво захихикала:

— Да ладно тебе, Эри, не будь токсичной. Девчонки просто не донатили на шёлковый принт с искорками из нового патча. Это сейчас в тренде, а у них... ну, такой уютный, деревенский олдскул. Из позапрошлого бета-теста. Из жалости можно купить парочку дротиков, чисто лавочку поддержать.

Зая_Кусь, собиравшаяся в этот момент зевнуть, замерла с открытым ртом. Её брезгливый гемофобный взгляд мгновенно сфокусировался на безупречном макияже Мурлыки. Крис же медленно поднялась с бревна, изящно отставила правую ножку назад (навык уже работал на автомате) и ослепительно, почти пугающе улыбнулась.

— Надо же, какие гости! — пропела Крис, отчего у стоявших рядом нубов-парней по спине пробежали мурашки предвкушения. — Сами Эраниэль и её группа поддержки! А мы-то думали, почему на площади дышать легче стало — оказывается, вся ядовитая фауна яслей уползла к нашему костру. Эри, дорогая, наш «деревенский олдскул» вчера собрал донатов со всей площади на три полноценных уровня вперёд. А ваш глянцевый шёлк пока только пыль у ратуши подметает. Кстати, у тебя на левой щеке пиксели пошли. Это от зависти графический движок лагает или просто пинг до мозга не доходит?

Толпа нубов синхронно выдохнула: «О-о-о-оу!».

— Слышь, ты, кружевная! — вспыхнула Леди_Стервхард, делая шаг вперёд. — Ты на кого батон крошишь? Мы пришли к уважаемому Карассиусу! Слышали, у гнома бизнес тухнет из-за неквалифицированного персонала. Мы готовы заменить вас на презентациях. Мальчики на наш шёлк и анимацию танца пойдут толпами, а вы можете идти... ну не знаю, кабанов пинать. Если ногти не жалко.

— Ой, не трогай её, Стерви, — капризно фыркнула Эраниэль, брезгливо поглядывая на чумазого Арсения, который с открытым рот притаился за бочкой. — У них тут вообще какая-то кустарщина. Алхимик без бровей, жрица, которая бабочек лечит... Вы бы хоть гайд на форуме почитали, нубки! Нас лавочники на главной площади ждут, мы этот ваш копеечный стартап под себя за пять минут сожмём!

Тут со своего бревна подала голос Зая_Кусь. Она аккуратно отряхнула невидимую пылинку со своего белоснежного кастомного подола и, даже не глядя на соперниц, обратилась к Крис:

— Крис, открой лог чата, посмотри — у Эраниэль_Благосклонной, кажется, дебафф на критическое снижение интеллекта висит. Или это врождённое расовое? Девочки, милые, я бы кастанула на вас «Очищение от токсинов», но боюсь, от вашего пафоса у меня вся мана в минус уйдёт. И вообще, отойдите от костра, от вашего парфюма у Карассиуса уха... то есть шулюм киснет!

— Ах ты... да у меня каст «Лунного сияния» проплачен на месяц вперёд! — взвизгнула Эраниэль, хватаясь за воображаемый посох.

— Так, тихо в чате! Всем выйти из сумрака! — прервал назревающий PvP-баттл уверенный голос Лии.

Маркетолог решительно вышла вперёд, заставив парней-нубов уважительно притихнуть. Лия, хоть и робела перед суровым Карассиусом, этих высокомерных фиф видела насквозь — в реале на лекциях по брендингу таких экземпляров было пруд пруди.

— Значит так, топ-модели серверного значения, — Лия смерила трио деловым взглядом. — Хотите долю в бизнесе и внимание мальчиков? Отлично. У нас как раз открылась вакансия в элитном департаменте.

— Ну вот, сразу бы так, — победоносно ухмыльнулась Леди_Стервхард, расправляя плечи. — Где наш подиум?

— Подиум на болоте, — мило улыбнулась Лия. — Самая статусная, высокооплачиваемая и тонкая работа — «Сортировщицы премиальных змеиных хвостов». Только девушки с вашим... элитарным маникюром могут на ощупь определить эластичность чешуи для топовой серии дротиков. Нам нужны лучшие! Идёте вон к тем ящикам, брезгливо морщите носики и перебираете гадов. Парни-орки будут носить вам ресурсы, так что внимание мужской половины сервера я вам гарантирую. Вопросы? Вопросов нет. Шагом марш на конвейер!

Эраниэль, Мурлыка и Стервхард растерянно переглянулись. С одной стороны — змеиные хвосты на болоте пахли явным скамом. С другой стороны — отказаться сейчас, на глазах у тридцати парней, означало полностью слить авторитет и признать, что они испугались нубского квеста.

— Ладно... Но если я испорчу шёлк, твой гном за это заплатит! — процедила Эраниэль и, высоко задрав подбородок, направилась к ящикам, увлекая за собой притихших подруг.

Крис и Зая победоносно переглянулись и дали друг другу «пять». Первая битва за рынок Вальдиры была выиграна без единого каста, а Лия уже разворачивалась к притихшей толпе нубов, раскрывая свой виртуальный блокнот.

Менеджмент Лии и уморительные баффы

Проводив взглядом притихших топ-моделей, Лия повернулась к оставшейся толпе нубов. Тридцать парней — орки, эльфы и люди — заворожённо смотрели на неё, ожидая команды. Каждому не терпилось узнать, как работает эта загадочная «прокачка через крафт».

— Итак, господа геймеры! — Лия хлопнула в ладоши, включая режим строгого, но обаятельного тимлида. — Наш стартап расширяется. Сегодня мы качаем пассивки, которые на хай-левелах стоят бешеных денег. Процесс полностью автоматизирован, система Вальдиры за нами бдит, так что работаем на совесть. Разделение по фракциям!

Она решительно зашагала вдоль шеренги, раздавая задания:

— Орки во главе с Халком! Ваша силища — это наш главный ресурс. Вон гора брёвен, вот кремнёвые ножи. Задача — ошкуривать заготовки под дротики. Но помните: если сломаете хоть одну палочку, система посчитает это агрессией и снимет карму. Строгаем нежно, аккуратно, с любовью. Представьте, что это не дубина, а хрупкий хрусталь.

Огромный орк Бруто_Вандал испуганно сглотнул, глядя на свои гигантские зелёные ручищи, но послушно взял нож.

— Эльфы! — Лия повернулась к утончённым остроухим нубам. — Ваша врождённая расовая грация идеально подходит для создания безупречной аэродинамики. Садимся на брёвна, берём птичий пух и аккуратно насаживаем оперение на клей Арсения. Полная концентрация. Ни одной лишней мысли в голове, иначе перья разлетятся. Качаем «Усидчивость». Люди — на подноску дров и сортировку! За работу!

Поляна мгновенно превратилась в уморительный производственный ад. Нейросеть Вальдиры, чутко реагирующая на искренние эмоции и нестандартный отыгрыш, тут же включилась в игру, начав раздавать самые абсурдные баффы.

Халк_Местный пыхтел так, что пар шёл из ноздрей. Огромный зелёный варвар, привыкший крушить черепа кабанам, сидел на корточках и с затаённым дыханием, высунув язык, едва касался ножом тонкой веточки. Он так отчаянно боялся её сломать и подвести улыбающуюся неподалёку Крис, что над его головой вдруг победно звякнуло.

«Внимание! Вами проявлен запредельный уровень расового самоконтроля. Получен временный модификатор "Орочья нежность" (+1 к аккуратности)».

— Пацаны, зырьте! — шёпотом взревел Халк, боясь спугнуть удачу. — У меня аккуратность апнулась! Реально работает схема!

Следом за ним завыл от восторга Бруто. Пытаясь повторить подвиг товарища, он так усердно и нежно заглаживал сучок на древесине, что система выдала ему то самое уникальное скрытое умение: «Получен пассивный навык "Ювелирный замах" (уровень 1). Теперь при использовании дробящего оружия вы можете наносить критический урон, не повреждая шкуру и лут моба».

— Да ладно! — Бруто аж подпрыгнул, едва не раздавив нож. — Да это же клондайк! Я теперь на шкурах в Альгоре миллионером стану! Карассиус, братан, дай ещё бревно, я его до состояния зеркала затреплю!

У эльфов дела пошли ещё веселее. Пытаясь удержать в пальцах невесомый птичий пух и ни на что не отвлекаться, двое эльфов-магов замерли с абсолютно стеклянными глазами. Они настолько качественно очистили разум от всех мыслей, что Вальдира не выдержала и поощрила их за идеальную медитацию. Над их острыми ушами вспыхнуло: «Внимание! Вы вошли в состояние абсолютного ментального вакуума. Получен бафф "Внутренний покой" (+5% к скорости регенерации маны за счёт полного отсутствия мозговой активности)».

Пока артель увлечённо гриндила пассивки, у костра вовсю шло неформальное общение. Нубы наперебой травили игровые байки, соревнуясь, кто глупее и смешнее «слился» в свой первый день в яслях.

— Это что, — давясь со смеху, рассказывал Витёк_Тротил, подкидывая ветки в костёр. — Я вчера иду по болоту, вижу — кочка красивая, мохом поросшая. Думаю, дай сяду, интерфейс настрою, чаёк попью. Сел. А кочка как зарычит, как разинет пасть! Оказалось, это болотный прыгун-переросток маскировался. Он меня сожрал за одну секунду, я даже «ой» сказать не успел. Появился на респе без штанов и со стойким дебаффом "Запах тины" на три часа!

— Ха! Твой прыгун хотя бы живой был! — подхватил эльф с пухом на носу. — Я в первый час игры задонатил реальные деньги, купил кастомную эльфийскую причёску «Серебряный водопад» с анимацией развевания на ветру. Выхожу такой красивый из ратуши, пафосно закидываю голову назад, спотыкаюсь о ясельного поросенка и улетаю головой в колодец! Два часа орал, чтобы стражники меня ведром достали. Вся причёска в иле, выносливость в нуле, денег на хлеб нет. Зато, блин, развевался красиво, пока падал!

Поляна тонула в дружном хохоте, шутках и молодёжном сленге. Работа спорилась с невероятной скоростью. А из большого котла, где Карассиус уже заканчивал колдовать над обедом, начал распространяться такой умопомрачительный, густой и наваристый аромат, что у всей артели разом потекли слюнки, а разговоры сами собой поутихли. Гном сурово улыбнулся в бороду: пришло время главного кулинарного триумфа.

Пир от Карассиуса, легендарный шулюм и маникюрное волшебство

Карассиус веско бахнул огромным деревянным половником по краю котла. Звук покатился по поляне, мгновенно оборвав и орочье сопение, и эльфийские споры. К этому моменту аромат жареного мяса и наваристого бульона достиг такой концентрации, что усердно работающие нубы едва не капали слюной на заготовки для дротиков.

На вертеле над углями аппетитно заходилась золотистой корочкой сочная кабанятина, но главным шедевром гнома был шулюм. Огромный походный котёл до краёв полнился густым гномьим супом-рагу из свежего мяса, лесных кореньев и каких-то секретных алхимических травок Арсения, которые тот собрал на болоте перед тем, как сжечь свои брови. Бульон лениво булькал, источая умопомрачительный чесночно-пряный дух.

— Так, работнички, хорош инструмент мучить! — зычно скомандовал Карассиус, вытирая руки рушником. — Объявляется обеденный перерыв! Посуду к осмотру, живо!

Нубы послушно потянулись к костру с глиняными мисками, которые Лия предусмотрительно выменяла у местного гончара за бесценок. Гном щедро наливал каждому по огромному половнику шулюма, добавляя сверху увесистый кусок дымящейся кабанятины. Стоило первой ложке супа коснуться оголодавших за день игровых организмов, как над поляной повисла благовейная тишина, прерываемая лишь довольным чавканьем и причмокиванием.

И тут же перед глазами у всей артели весело замигали системные оповещения Вальдиры.

«Внимание! Вы отведали легендарное гномье блюдо "Шулюм ясельный, с дымком". Сытость: 100%. Получен "Бафф Сытого Пуза": +10 к выносливости, +5 к доброжелательности к гномам на 4 часа».

«Дополнительный эффект: благодаря алхимическим травам Арсения ваша скорость регенерации здоровья увеличена на 15%!».

— О-о-о-о, — утробно зарычал Халк_Местный, блаженно зажмуриваясь и облизывая ложку. — Карассиус, братан, да это же чистый чит-код! У меня полоска ХП (здоровья) заполняется быстрее, чем я успеваю её расходовать!

В этот момент из кустов, брезгливо обходя болотные кочки, унылой цепочкой потянулось трио топ-моделей. Эраниэль_Благосклонная, Мурлыка_Мими и Леди_Стервхард выглядели изрядно потрёпанными. Их кастомный шёлк слегка припылился, напудренные носики были испачканы серой чешуёй, а на руки без слёз взглянуть было нельзя: роскошный пятичасовой маникюр из редактора персонажей был безжалостно обломан и стёрт о края шершавых ящиков со змеиными хвостами. Весь их прежний столичный гонор и пафос улетучились без следа. Животы красавиц предательски и очень громко заурчали, а глаза уставились на котёл с такой мольбой, словно Карассиус был не гномом, а как минимум верховным божеством кулинарии.

— Ой... а можно нам тоже? — тихо, без малейшего намёка на прежнюю язвительность прошептала Мурлыка_Мими, жалобно шмыгнув носом. — Пожалуйста...

Карассиус снисходительно хмыкнул и без лишних слов налил девушкам по самой полной миске шулюма, добавив лучшие кусочки кабанятины. Фифы, напрочь позабыв про диеты и манеры, пристроились на брёвнышке и принялись уплетать суп за обе щеки, пачкая губы жиром и довольно зажмуриваясь от полученных баффов. Капитуляция конкуренток была полной, безоговорочной и очень аппетитной.

Зая_Кусь, лениво ковырявшая ложкой в своей тарелке, задумчиво перевела взгляд на пальцы Эраниэль, судорожно сжимающие глиняную миску. Вид обломанных ногтей на безупречном женском аватаре вызвал у жрицы-модницы искренний прилив чисто женской эмпатии. Ей стало их по-человечески жалко.

— Ай, ладно, — вздохнула Зая.

Посмотрев в сторону израненных пальцев фиф, она лениво крутанула кистью и швырнула в их направлении своё фирменное «Малое исцеление».

Нейросеть Вальдиры, зафиксировав этот порыв чистейшего, солидарного девичьего сострадания, сработала мгновенно и с присущим ей чувством юмора. Вспыхнуло облако розовых искр, окутавшее руки трёх соперниц. А когда лепестки роз рассеялись, Эраниэль, Мими и Стервхард замерли, выронив ложки.

Их ногти прямо на глазах восстановились, приняв абсолютно идеальную, утончённую форму, и начали завораживающе переливаться нежно-розовыми перламутровыми оттенками и мерцающими кастомными блёстками. Перед глазами Заи вспыхнуло системное сообщение:

«Внимание! Ваше намерение "исправить эстетическое убожество" распознано Системой.

Открыт скрытый эффект заклинания: "Гламурный камуфляж" (уровень 1)».

По совершенно непонятной для Карассиуса причине все шесть присутствующих у костра девушек — включая Лию и Крис — внезапно вошли в состояние какого-то дикого, сверхактивного возбуждения. За секунду позабыв про еду, шулюм и крутой гномий бизнес, они сгрудились в кучу, вытянув руки вперёд.

— О боже мой! Это же перламутровый топ с шиммером из лимитированной коллекции! — взвизгнула Эраниэль, чуть не плача от восторга. — Откуда это в стартовой локации Вальдиры?!

— Смотрите, они светятся в темноте! — пищала Мурлыка_Мими, крутя пальцами перед носом Халка. Орк испуганно отшатнулся, решив, что это новое эльфийское проклятие.

— Зая, ты богиня! Научи! — Крис уже хватала подругу за плечи, требуя немедленно кастануть такую же красоту на её руки.

Быстро доев шулюм под безостановочный девичий щебет, вся женская фракция артели — Крис, Зая, Лия и три преобразившиеся фифы — резко отделились от костра. Бросив парней и Карассиуса наедине с горой посуды, они ушли на самый край поляны, поближе к речным кувшинкам. Из их угла ещё очень долго доносились таинственные шепотки, которые периодически прерывались то дружными взрывами оглушительного хохота, то внезапным визгливым девичьим смехом.

Карассиус задумчиво почесал топором бороду, глядя на этот внезапный кружевной конгресс.

— Слышь, алхимик, — тихо буркнул гном притаившемуся рядом Арсению. — Ты в своих травах ничего запрещённого не намешал? Чего это они?

— Клянусь, только болотный корень и кабаний жир! — испуганно зашептал Арсений, на всякий случай прячась за широкую спину орка Халка.

Гном лишь тяжело вздохнул и снова защёлкал костяшками счёт. Какая разница, о чём они там шепчутся, если первая партия в сто идеальных дротиков была готова досрочно, а конкурентки из департамента змеиных хвостов теперь готовы были целовать Зае ноги ради свежего слоя блёсток. Бизнес в яслях был официально налажен, а впереди команду ждал большой рынок.

Глава 12

Интерлюдия

Рабалка и акула

Лия стояла на опушке, укрывшись в тени раскидистой ивы, и хмуро наблюдала за этой абсурдной картиной.

Кир всегда напоминал ей безумного гнома-строителя из древних легенд. Обычно он просто никогда не сидел без дела: строил, таскал камни, что-то варил. Делал это неспешно, никогда не хватался за несколько дел, просто у него не было пауз для перехода от одного занятия к другому. Каждая минута его дня должна была приносить измеримый доход, пользу или хотя бы продвигать очередную стройку века на пару процентов вперед.

И вдруг — эта ментальная катастрофа. Кир словно сломался.

Он сидел на бревне уже третий час. Неподвижный, набычившийся, с приросшей к ладони глупой палкой. Лия сделала шаг вперед, но тут же испуганно замерла. В воздухе вокруг него разливалось такое тяжелое, почти осязаемое безмолвие, что нарушить его казалось святотатством. Было в этой позе что-то пугающее: так застывают хищники перед броском или неразорвавшиеся снаряды. Подсознание подсказывало Лие, что если она сейчас окликнет его или, не дай бог, хрустнет веткой, этот «гном» либо рассыплется на цифровые пиксели, либо обернется и испепелит ее взглядом.

Лия скрестила руки на груди и принялась размышлять о феномене рыбалки со стороны. С чисто прагматической точки зрения это выглядело как изощренная форма самоистязания. Какая здесь вообще могла быть прибыль? Кир арендовал дорогущую капсулу глубокого погружения, платил сумасшедшие налоги на виртуальное имущество, тратил невосполнимое время своей жизни. И всё это ради чего? Ради двух склизких карасей размером с ладонь, которых в реальном мире можно купить за гроши в любом супермаркете, уже очищенными и упакованными в пластик?

«Нет, тут явно кроется какая-то другая контрабанда», — подумала Лия, всматриваясь в его напряженную спину.

Она начала догадываться, что Кир выуживает из этого затянутого ряской пруда вовсе не рыбу. Он вылавливал собственное здравомыслие. В мире, где его мозг ежесекундно бомбардировали терабайты чужих требований, дедлайнов и задач, эта убогая лужа была единственным местом, где от него ничего не требовали. Поплавок был его легальным щитом от вселенной. Пока он смотрит на эту красно-белую щепку, он имеет полное, священное право быть бесполезным. Он покупал здесь не карасей. Он покупал дефицитную, бесценную роскошь — право легально остановить бег внутри своей собственной головы, не чувствуя за это вины.

Лия еще раз посмотрела на неподвижный силуэт Кира, тихонько вздохнула, развернулась и на цыпочках пошла к берегу. Кир был загадочен и непонятен, ее почему то тянуло то ли к игроку то ли к его загадке.

Лия уселась на поваленный ствол в десятке метров ниже по течению. В руках она сжимала стандартную бамбуковую удочку — самый дешёвый предмет из стартового набора, который система выдавала бесплатно.

Первые сорок минут её мозг работал в привычном режиме высокоэффективного процессора. Лия привыкла оцифровывать реальность. Разглядывая поплавок, она неосознанно пыталась выстроить вокруг него воронку продаж. «Так, — лихорадочно думала она, — целевая аудитория — карась. Наживка — червь — это наше уникальное торговое предложение (УТП). Локация выбрана верно, конкурент Кир сидит выше по течению и перетягивает часть трафика. Но почему конверсия нулевая? Каков ROI этого сидения? Капсула жрёт кредиты каждую минуту, а у меня нет ни одного лида!»

«Кстати, о червяке. Разработчики VR-мира — форменные садисты. Зачем было передавать эту текстуру настолько реалистично? Он же склизкий, извивается в пальцах, и у меня в левом полушарии мозга буквально коротит от когнитивного диссонанса. Мой мозг кричит: "Это просто набор байт!", а пальцы транслируют: "Фу, какая мерзость, вытри руки об штаны".

Потом она вспомнила дедушку Карнеги с его клубникой и прицепила червяка. Прямо за середину его жирного животика, так что концы червяка повисли по обе стороны крючка. «Как усы у этого гнома, - улыбнулась на это наблюдение»

Её пальцы судорожно сжимали шершавое дерево удилища. Ей хотелось оптимизировать процесс: запустить А/Б-тестирование наживки, поменять глубину, перебросить удочку в место с потенциально большим скоплением рыбы. Кир, отыгрывающий своего гнома Карассиуса, сидел чуть поодаль, не шевелясь, словно монолитный элемент ландшафта. Эта его непостижимая загадочность, скрытая за маской грубого ремесленника, раздражала её аналитический склад ума и одновременно манила. Лия пришла сюда взломать его код, понять его схему. Но схема не поддавалась.

А потом игра начала брать своё. Физический движок капсулы премиум-класса мягко, но настойчиво отключал её от внешних триггеров.

Шум в голове Лии стал затихать, когда она заставила себя перестать проверять таймер сессии. Минут через сорок виртуальное солнце припекло ей плечи сквозь простенькую рубаху. Запах тины, прежде казавшийся противным, вдруг разложился на фракции: пригретая солнцем осока, прелая кора и прохладная свежесть глубокой воды.

Лия перевела взгляд на поплавок. Мир вокруг начал сужаться. Сначала исчезли мысли о недописанных маркетинговых стратегиях реального мира. Затем растаяли схемы оптимизации игрового золота. Осталась только маленькая красно-белая палочка, лениво покачивающаяся на воде.

Постижение дзена происходило болезненно, через преодоление ментальной ломки. Каждый раз, когда её ум пытался сорваться в привычный бег («Надо проверить почту... Надо посчитать конверсию...»), ленивая речная волна мягко сбивала этот порыв. Лия училась удерживать внимание на пустоте. Оказалось, что смотреть на воду — это не безделье. Это активное, энергозатратное созерцание. В какой-то момент она поймала себя на том, что её дыхание синхронизировалось с ритмом мелкой ряби на пруду. Вдох — волна поднимает поплавок. Выдох — поплавок опускается в ложбину.

Внутри неё впервые за долгие годы воцарился штиль. Ей стало абсолютно плевать на прибыль, на карасей и даже на то, сколько стоит час аренды этой виртуальной реальности. Она вдруг осознала, что тайна Кира-Карассиуса была не в секретном бизнес-плане. Его загадка заключалась в умении полностью отключать эго и становиться частью этого аналогового мира. И сейчас, удерживая взглядом крошечную точку на воде, Лия впервые приоткрыла дверь в эту же самую тишину.

Поплавок Лии, только что лениво качавшийся в зелёной тине, внезапно совершил два неестественно резких, рваных кивка.

Сердце Лии пропустило удар. Маркетинговые фильтры восприятия, до этого момента пытавшиеся квантовать реальность на графики и конверсию, мгновенно выключились. Вся её аналитическая броня осыпалась цифровой трухой, когда поплавок резко, без предупреждения, ушёл под воду, оставив на поверхности лишь стремительно тающий след из мелких пузырей.

Она дёрнула бамбуковое удилище вверх — неумело, слишком сильно, инстинктивно. И в этот же миг капсула погружения выдала на её сенсоры всю мощь своего физического движка.

Снасть ожила. Тонкая бамбуковая палка, до этого казавшаяся просто набором дешёвых полигонов, согнулась в крутую, звенящую дугу. Пальцы Лии, привыкшие к гладкому пластику сенсорных панелей и мягкому ходу клавиш, почувствовали яростное, бешеное дрожание живого дерева. Леска резала воду с глухим, пугающим свистом. Там, в непроглядной толще симулированного пруда, билось что-то яростное, первобытное и абсолютно не согласное со сценарием её мирного дзена.

Карась весом едва ли в триста граммов сопротивлялся так, словно защищал границы собственного суверенного государства. Тяга была неравномерной: рыба то уходила на глубину, заставляя удилище жалобно поскрипывать, то бросалась в сторону камышей, пытаясь запутать тонкую леску. Руки Лии мгновенно налились тяжестью. Каждая вибрация, каждый толчок плавника в плотной воде передавались напрямую в её нервную систему через ладони.

В этот момент её накрыло цунами чистейшего, беспримесного адреналина.

Это не было похоже на азарт от закрытия крупного раунда инвестиций. Там, в реальном мире, удачный контракт приносил холодное, расчетливое удовлетворение: цифры сошлись, премия упала на счёт, эго поглажено, можно открывать следующий таск. Это была победа ума, выверенная неделями сухих графиков.

Здесь же бушевало что-то совсем другое. Это были эмоции из той части человеческого мозга, которая не знает слов «ROI», «KPI» или «дедлайн». Это был чистый восторг первобытного охотника, чей мир в данную секунду сузился до размеров натянутой струны лески. Это была победа тела, рефлексов и дикого, глупого упрямства.

Она тяжело дышала, закусив губу, и буквально заставила рыбу подняться к поверхности. Из воды, расплескивая сверкающие на виртуальном солнце брызги, показался серебристый, круглый бок карася. Ещё одно усилие — и рыба, лениво шлёпая хвостом, оказалась в траве у её ног.

Лия тяжело опустила удочку. Её руки мелко дрожали, а на лице блуждала безумная, абсолютно не к месту счастливая улыбка.

Она обернулась к Киру, всё ещё пытаясь унять колотящееся сердце. Её профессиональный навык облекать всё в чёткие формулировки и презентации сейчас давал сбой. Слова казались слишком громоздкими для этой простоты.

Кир медленно повернул к ней свою тяжелую гномью маску. Он не сдвинулся с места, лишь перехватил поудобнее рукоять своей старой удочки. На его суровом лице, покрытом нарисованной виртуальной щетиной, не было ни удивления, ни восторга. Как торговый партнер, Лия знала его как делового, немногословного работягу. Она не раз помогала ему выстраивать логистику и прогревать рынок под его крафтовую уху и премиальных раков, так что её появление на водоёме не вызвало у гнома лишних вопросов.

Кир окинул взглядом серебристую рыбину, бьющуюся в траве, а затем перевёл глаза на тяжело дышащую Лию.

— Ну что, — глухо, с привычной гномьей хрипотцой спросил он. — Открылось умение рыбака?

Лия хотела было ответить в своей привычной ироничной манере, но прямо перед её глазами вспыхнул золотистый полупрозрачный интерфейс системы. Приятный системный колокольчик звякнул прямо в сознание, а перед взором развернулись строчки системного лога:

Внимание! Зафиксирован ваш первый улов: Карась обыкновенный (0.32 кг).

Получено: +20 единиц опыта.

Внимание! Вами успешно освоена новая базовая активность.

Разблокировано пассивное умение: «Рыбалка» (1 уровень).

Эффект: +1% к усидчивости, +0.5% к шансу заметить скрытые триггеры в статичных паттернах.

Обычно сдержанная, всегда державшая лицо и просчитывавшая каждый шаг на три хода вперед, Лия вдруг почувствовала, как её прорвало. Цифровые строчки о начислении двадцати жалких единиц опыта выглядели такой нелепой, плоской насмешкой над тем космическим взрывом, который только что произошел у неё внутри.

— Кир… — выдохнула она, отбрасывая бамбуковое удилище в сторону и садясь прямо на траву, совершенно забыв о дорогих текстурах своего костюма. — Какое, к чёрту, умение? Ты понимаешь, что это вообще другое?!

Она активно зажестикулировала, её глаза горели, а от привычной маски холодного топ-маркетолога не осталось и следа.

— Мы с тобой в реале месяцами крутим эти схемы, вылизываем воронки продаж, оптимизируем конверсию твоей ухи. И когда контракт закрывается, у меня в голове просто щелкает счетчик: «Окей, цель достигнута, ROI в норме, погнали дальше». Это сухая, мёртвая математика. Твой мозг понимает, что ты победил, а тело… тело тухнет в кресле за две тысячи баксов. А тут? Да этот карась в базарный день стоит полмедной монеты! Но когда эта бамбуковая палка у меня в руках ожила, когда я почувствовала, как он там, на том конце лески, бьется за свою жизнь… У меня словно какой-то древний, первобытный тумблер в затылке переключило! Вся эта мысленная шелуха про дедлайны и трафик просто испарилась. Была только я, натянутая струна и сопротивление. Я за секунду почувствовала себя живой, Кир. Настоящей. Пусть и внутри этой долбаной капсулы погружения!

Кир молча выслушал её тираду. Он не перебивал, лишь понимающе качал головой, глядя, как серебряный бок карася у её ног медленно затихает в траве. Затем он слегка усмехнулся в бороду.

— Ну, добро пожаловать в аналог, Лия, — тихо сказал гном, возвращая взгляд к своему собственному поплавку. — Система пишет «+20 опыта», но мы-то знаем, что опыт тут другой. За этим сюда и идут те, у кого в реале голова от цифр пухнет.

— И как долго держится этот эффект? — Лия уже немного успокоилась, но её руки всё ещё мелко дрожали, когда она смотрела на свои ладони.

— Пока первый звонок из офиса не раздастся, — хмыкнул Кир, проверяя наживку. — Но минут сорок чистой тишины в голове после хорошего вываживания я тебе гарантирую. Для этого и сидим. Закидывай давай, первый уровень сам себя не прокачает.

Лия посмотрела на свою удочку, затем на воду, где круги от её первого карася уже полностью разгладились. Маркетинговые схемы в её голове всё ещё молчали, и это было самым прекрасным чувством за последний год. Она потянулась за снастью.

Второй заброс снасти окончательно стёр грань между симуляцией и реальностью. Время потеряло чёткие контуры дедлайнов. Лия сама не заметила, как в её садке тихо плескались уже четыре серебристых карася, а перед глазами скользнуло ещё одно золотистое уведомление: «Умение "Рыбалка" повышено до 2 уровня».

Изменилось само её восприятие. Когда пришло время обновлять наживку, она поймала себя на удивительной мысли: живой, склизкий навозный червь больше не вызывал у неё легкого отвращения. Лия больше не смотрела на него глазами брезгливой городской обитательницы. Она оценивала его... с точки зрения карася. Достаточно ли он подвижен? Хорошо ли маскирует жало крючка? Привлечет ли его багровый цвет крупную рыбу в мутной прибрежной воде? Это была глубинная эмпатия охотника, абсолютное погружение в чужую экосистему, подчинившее себе её рафинированный разум маркетолога.

Она так увлеклась процессом, что впервые за день забыла сделать то, что вошло у неё в привычку за последние несколько дней — украдкой взглянуть на Кира.

Эта привычка появилась неосознанно и поначалу пугала её саму. Лия всегда гордилась своей абсолютной независимостью, железной уверенностью и умением держать дистанцию. В реальном мире она была признанной акулой бизнеса. Мужчины вокруг неё были либо конкурентами, которых нужно сожрать, либо инструментами для достижения целей. Но после сумасшедшей беготни, бесконечных созвонов и реализации её сложных торговых схем в игре, ноги сами, вопреки логике, приводили её сюда, на этот глухой берег.

Кир устроил здесь настоящий автономный лагерь. Всё, к чему прикасались руки этого гнома, дышало невероятной, хтонической надёжностью. Он срубил крепкие, тяжелые лавочки из мореного дуба, которые, казалось, переживут этот сервер. Сложил из дикого камня глубокий, правильный очаг, установил массивный чугунный гриль, от которого всегда пахло дымом и печёной рыбой. Рядом с ним Лия, привыкшая жить в стеклянно-бетонных офисах среди зыбких трендов и мимолётных контрактов, внезапно ощущала то, чего ей не мог дать ни один банковский счёт — заземление. Её непреодолимо тянуло к этой монументальной простоте гнома, к его молчаливой силе, не требующей презентаций и доказательств. Она пыталась разгадать его как сложный кейс, не понимая, что её изголодавшаяся по стабильности психика просто нашла свой якорь.

Оторвавшись наконец от созерцания своего поплавка, Лия повернула голову и замерла, поражённая открывшейся картиной. Время для дзена закончилось. Кир проводил сложнейшую, почти хирургическую манипуляцию.

Кир не просто вернулся к созерцанию. Его гномья фигура напряглась ещё сильнее. Он отложил удочку, опустился на корточки у самой кромки воды и погрузил свои массивные, покрытые цифровыми татуировками ладони прямо в прибрежную ряску.

Как профессиональный маркетолог, Лия сразу почуяла: гном что-то замышляет. В их совместном бизнесе по продаже деликатесной ухи Кир всегда отвечал за «производственную базу», но делал это с пугающим фанатизмом. Сейчас, присмотревшись к затянутому тиной мелководью, Лия ахнула.

Прямо под корнями старой ивы, скрытая от глаз случайных игроков, раскинулась сложная подводная инженерная сеть. Кир умудрился соорудить из обычных ивовых прутьев, болотной осоки и дешёвой рыбацкой лески микроскопические подводные садки. Это были настоящие многоуровневые ясли для цифровой фауны. Внутри этих хлипких конструкций, разбитые по секторам, копошились крошечные, едва различимые стайки полупрозрачных мальков карася.

В логе игры Кир официально значился как «Гном-ихтиомант» — редкий гибридный класс, который все на форумах считали абсолютно бесполезным мусором. Магия воды у гнома? Смешно. Но Карассиус не просто так арендовал эту глухую капсулу за бешеные кредиты. Он пытался взломать экосистему этого симулятора с самого низа.

— Кир, ты что тут устроил? — шепотом спросила Лия, подползая ближе. — Это же... нелегальная ферма в стартовой локации?

Гном не ответил. На его лбу вздулась вена. Вокруг его погруженных в воду пальцев вдруг побежали едва заметные синие искры маны. Код игры отчаянно сопротивлялся: физический движок капсулы пытался просчитать хаотичное движение стаи мальков по стандартному скрипту, а Кир своей волей пытался этот скрипт переписать. Он пытался силой мысли заставить пугливую цифровую молодь сбиться в ровный косяк и плыть строго по часовой стрелке, замыкая круг.

«Давай же, проклятый движок, прогрузи этот поток... Пинг в норме, потеря пакетов — ноль. Почему они рассыпаются?!

Лия думает, я тут просто медитирую. Думает, это психотерапия для уставшего айтишника. Да, тишина — это приятный бонус, но я системщик, чёрт возьми! Я не могу просто смотреть на воду, если из этой воды можно выжать закрытый скрытый класс. Вчера я провёл аудит игрового кода. Разработчики прописали в базе данных пассивку "Рыбоводство", но легальных триггеров для её получения в стартовых яслях нет. Система считает, что ты должен сначала купить лицензию за десять тысяч золотых, построить каменный пруд в хай-левел локации и нанять нпс-помощников. Хрен вам. Гномы так не строят.

Я создаю прецедент. Если я смогу удержать эту стаю мальков в рамках своей геометрии без использования сертифицированных снастей — система будет вынуждена зарегистрировать кастомное действие.

Мана уходит как вода в сухой песок. Эй, вы, мелкие пиксельные твари! Поверните налево. Не туда! Там же дыра в текстуре садка, уплывёте в текстуры пруда — весь сетап насмарку. Архитектура садков идеальна, я просчитал гидродинамику до третьего знака. Нижний ярус — для фильтрации ила, средний — для циркуляции планктона. Я создал им идеальный локальный сервер внутри этой лужи. Осталось синхронизировать их искусственный интеллект со своей ментальной шиной.

Связующий импульс... пошёл. Ну же! Закрыть цикл. Мальки, подчиняясь импульсу маны, начинают разворачиваться. Раз, два, три... Есть! Они пошли по кругу. Ровный, идеальный серебристый вихрь диаметром в полметра. Мой кастомный алгоритм перехватил управление над дефолтным скриптом блуждания. Я сделал это. Я управляю живой экосистемой ручным кодом!»

Лия с замиранием сердца наблюдала, как вода внутри прудового загончика внезапно закружилась маленьким водоворотом. Сотни крошечных карасиков, словно повинуясь невидимому дирижёру, выстроились в идеальную живую спираль. Синие искры на пальцах Кира вспыхнули ярче, отражаясь в его расширенных зрачках. Он тяжело, хрипло дышал, удерживая эту ментальную конструкцию из плоти и кода.

И тут тишину пруда разорвал тяжёлый, торжественный гонг системы. Прямо над водой, окрашивая камыши в багровый цвет, развернулось массивное системное уведомление эпического класса:

Внимание, Игрок Карассиус! Вы совершили действие, не предусмотренное стандартным гайдом локации «Ясли».

Зафиксировано: Ручное управление поведением популяции без использования снастей (время удержания: 45 сек).

Зафиксировано: Создание кастомного инженерного сооружения типа «Микро-садок» из подручных материалов.

Внимание! Скрытое системное условие выполнено! Вы получаете уникальное достижение: «Ломающий паттерны» (+500 опыта).

Разблокировано профессиональное умение: «Рыбоводство» (1 уровень).

Эффект: +5% к выживаемости мальков в искусственной среде, открыта вкладка крафта «Аквакультурные сооружения».

Кир обессиленно выдернул руки из воды и повалился на спину прямо в траву. Его мана-пул был выжжен до нуля, аватар тяжело вздымал грудь, но на лице гнома сияла хищная, торжествующая улыбка системного инженера, который только что нашёл и эксплуатировал критическую уязвимость в чужой программе.

— Видала, маркетолог? — прохрипел он, глядя в виртуальное небо. — А ты говорила — просто караси... Мы только что получили монополию на разведение элитной рыбы без уплаты королевского налога.

Лия ошарашенно перевела взгляд с золотого лога системы на притихших в садке мальков, которые теперь лениво, но совершенно мирно плавали по созданным гномом дорожкам. Бизнес-схемы в её голове, молчавшие последние полчаса, вдруг мгновенно перезапустились с утроенной силой.

Лия со стороны наблюдая за гномом, картину восприняла сердцем, а не глазами.

Он стоял на коленях у самой кромки воды, погрузив руки в прибрежную тину. Под корнями ивы Лия увидела скрытую сеть — искусно сплетённые из прутьев и лески подводные садки, где копошились тысячи микроскопических мальков. Но гном не просто наблюдал. Вокруг его пальцев бешено пульсировала синяя мана, заставляя воду ощутимо вибрировать. Код игры отчаянно сопротивлялся кастомному вмешательству, физический движок капсулы пытался вернуть мальков к хаотичному дефолтному скрипту, но Кир буквально ломал систему через колено. На его лбу вздулись вены, лицо под гномьей маской потемнело от колоссального напряжения, а из виртуальных пор проступил вполне реальный пот. Он выжигал свой мана-пул до капли, силой мысли заставляя пугливую цифровую молодь выстраиваться в идеальную, послушную спираль. Это была не игра — это была яростная, изнурительная битва инженера с создателями вселенной.

И когда тишину пруда разорвал торжественный гонг системы, возвестивший о разблокировке уникального умения «Рыбоводство», Кир обессиленно повалился навзничь на траву. Его аватар тяжело дышал, но на лице играла торжествующая улыбка.

Он повернул голову к Лие и выдохнул:

— Ну всё... Теперь мы, Лия, завертим такую монополию, что весь сервер ляжет. Готовь свои воронки продаж.

В этот момент у Лии внутри произошел настоящий тектонический сдвиг. Слова Кира — это простое, обыденное «теперь мы» — ударили её сильнее, чем любой системный гонг.

У неё случился глубокий, болезненный эмоциональный разрыв. Её изощрённый, циничный ум акулы бизнеса моментально просчитал ценность того, что только что произошло. Гном в одиночку, ценой невероятных усилий и выжженной маны, взломал механику игры и открыл скрытую профессию, дающую колоссальное экономическое преимущество. Это был проект на миллионы золотых. Чистая, абсолютная монополия на элитный крафт.

И он не побежал продавать этот инсайд топ-гильдиям. Он не затребовал с неё юридических гарантий. Он просто повернулся к ней, чужому, в сущности, человеку из реала, и сказал: «Теперь мы».

В её привычной реальности такие вещи не дарились. Информацию такого уровня берегли за семью замками, подписывали тонны соглашений о неразглашении (NDA), проверяли партнёров через службу безопасности. Такое доверие там, за пределами капсулы, существовало только между ближайшими, проверенными десятилетиями соратниками. Да и существовало ли вообще?

«Зачем? — стучало у неё в висках. — Почему этот странный, закрытый Кир вот так легко открыл мне свой самый главный секрет? Он что, считает меня своим другом?»

Слово «друг» отозвалось в её сознании непривычной, давно забытой сыростью. Лия поймала себя на мысли, что в своей погоне за статусом, эффективностью и идеальными графиками она давным-давно выжгла вокруг себя любое человеческое поле. В её мире не было друзей — были партнеры по интересам, полезные контакты, сетевой капитал и конкуренты. Все улыбались друг другу на бизнес-завтраках, но каждый держал нож за спиной, готовый перехватить долю рынка при малейшей слабости. Она привыкла быть акулой среди таких же голодных и беспринципных акул. Надежность в её понимании измерялась исключительно суммой неустойки в договоре.

И вдруг этот гном. Без договоров. Без обязательств. Просто на основании того, что она помогала ему продавать раков, и потому что она сегодня сидела рядом на его лавке.

Лия посмотрела на свои ладони, которые всё ещё помнили живое, яростное дрожание бамбуковой удочки. Всю жизнь она считала себя абсолютно цельной, сильной и надёжной женщиной. Она никогда никого не предавала — не из благородства, а из профессиональной гордости: её репутация стоила дорого. Она была монолитом. Но сейчас, глядя на лежащего в траве Кира, она с пугающей ясностью осознала страшную вещь: она была чертовски надёжной, вот только эту её преданность и верность в реальном мире просто некому было предложить. Никому не нужна была её верность — всем нужны были её схемы, её трафик и её контракты.

Кир предложил ей не просто долю в виртуальном бизнесе. Он, сам того не зная, протянул ей руку из того аналогового мира, где люди ещё умеют просто стоять спина к спине. И эта его иррациональная, слепая гномья преданность проекту и ей как партнёру пугала её и одновременно вызывала внутри такое щемящее, сладкое чувство, от которого на глаза едва не навернулись настоящие, совсем не цифровые слёзы.

— Теперь мы... — тихо, словно пробуя слово на вкус, повторила Лия, и её губы дрогнули в непривычно мягкой, беззащитной улыбке. — Ладно, Карассиус. Давай строить твою рыбную империю.

Реальность встретила Лию стерильным шиком пентхауса в элитном квартале столицы.

Едва крышка капсулы глубокого погружения с мягким шипением откинулась, на неё лавиной обрушились звуки и запахи физического мира: мерный гул системы климат-контроля, едва уловимый аромат дорогого парфюма и давящая, холодная тишина огромной пустой квартиры. Здесь не пахло ни речной тиной, ни дымом от крепкого очага Кира.

Лия не спеша дошла до ванной комнаты. Осмотр этого пространства, сияющего белым мрамором и хромом, вернул ей привычную собранность. Она долго стояла под ледяными струями душа, словно пытаясь смыть с себя остатки виртуального тепла, этот глупый, расслабляющий дзен и призрак серебристой чешуи на пальцах. Вода обжигала кожу, заставляя мозг послушно возвращаться на круги своя.

Спустя сорок минут в гардеробной родилась прежняя Лия. На ней был безупречно отглаженный брючный костюм графитового цвета от топового бренда, туфли на тонкой шпильке и идеальный, почти незаметный макияж. Волосы были убраны в жесткий, аккуратный хвост. Настройка её сознания изменилась зеркально: осанка выпрямилась, взгляд стал холодным, сканирующим.

Она подошла к панорамному окну, за которым шумел мегаполис. Ей, как члену одной из самых богатых и влиятельных семей города, клан выделил первый серьезный актив — огромный, но глубоко убыточный ресторанный комплекс в центре. Старшее поколение выставило жесткое, почти унизительное условие: «Для начала хотя бы не прогори. Покажи, что способна удержать то, что дают». Для Лии это был не просто стартап, это был экзамен на право считаться полноценным наследником, а не просто дорогой куклой с фамильной картой. Либо она выплывет и сожрет конкурентов, либо семья спишет её со счетов, выдав утешительный статус «светской львицы».

И на этом жестком, оцифрованном фоне воспоминание о гноме Карассиусе и его иррациональном «теперь мы» закололо в груди странной, неуместной болью. Лия поморщилась, силой подавляя остатки этого глупого тепла в душе.

В её мире никто и никогда не делал ничего просто так.

«Так, стоп. Хватит сентиментальных соплей. Включи голову, Лия.

Капсула выключена, игра окончена. Ты в реальном мире, где за каждый неверный шаг тебя сожрут с потрохами твои же двоюродные братья, мечтающие забрать мой ресторанный комплекс под свои офисы.

Давай разберем ситуацию с Киром с холодной головой. Что мы имеем? Абсолютно закрытый, профессиональный системщик, который тратит кучу времени в копеечной стартовой локации. Строит там идеальные, надежные лагеря, ковыряется в коде. А потом, едва я сажусь рядом, он на моих глазах совершает технологический прорыв — открывает уникальное "Рыбоводство", которое в перспективе может обрушить или перекроить весь игровой рынок деликатесов. И вместо того, чтобы запатентовать это, продать инсайд через биржу или спрятать, он поворачивается ко мне и отдает проект на блюдечке. Без NDA. Без контракта.

"Теперь мы, Лия".

Звучит красиво. Прямо как в дешевых романах о вечной дружбе. Но в жизни так не бывает. В жизни, если тебе предлагают сумасшедшую прибыль без обязательств, значит, ты уже в мышеловке. Что, если Кир — это не просто уставший айтишник? Что, если это наемный аналитик из конкурирующего ресторанного холдинга? Они ведь знают, что я получила этот комплекс. Знают, что я ищу нестандартные выходы на рынок, в том числе через виртуальные платформы и крафтовую уху.

Это может быть идеальная, ювелирно просчитанная схема, чтобы запутать меня. Выбить из колеи. Нащупать мою уязвимость, сыграть на моей банальной человеческой усталости и одиночестве. Они подставили мне этого молчаливого, надежного "гнома", зная, что я куплюсь на эту хтоническую стабильность, которой мне так не хватает в реале. Я расслаблюсь, увлекусь этой "рыбной империей", солью туда ресурсы, открою ему свои реальные схемы... и в самый критический момент, когда на кону будет стоять судьба моего реального ресторанного комплекса, они нажмут на рычаг. И я прогорю. Вылечу из семейного пула наследников со свистом.

Господи, какая же я дура. Чуть не поплыла от пары добрых слов и серебристого карася.

Преданность? Доверие? На этой глубине бизнеса таких рыб нет, тут водятся только пираньи. Кир либо гениальный манипулятор, либо наживка в чужих руках. Мне нельзя туда возвращаться с открытым забралом.

Завтра на созвоне я запущу проверку. Моя служба безопасности перероет весь лог этого игрока, найдет его реальную личность, его счета и связи. Если это подстава — я вскрою этот гнойник до того, как они успеют дернуть за леску. А если...

Если он действительно настоящий? Если он правда настолько глуп и чист, что просто доверился мне?

Тогда мне придется быть в два раза сильнее. Чтобы защитить эту его глупую, иррациональную гномью преданность от своего собственного, грязного мира».

На утренней летучке в кабинете Лии цифры и графики, которые обычно приносили ей азарт, казались серым шумом.

Управляющий монотонно докладывал о падении посещаемости на 12% в будни, срыве поставок мраморной говядины от нового дистрибьютора и раздутом бюджете на маркетинг. Лия, всегда ловившая каждую слабую метрику на лету, сейчас была необычайно невнимательна. Она рассеянно кивала, глядя на экран планшета, но вместо графиков фудкоста перед её глазами то и дело всплывала ярко-красная точка поплавка на зеленой ряске. На полуслове она прервала доклад, сухо бросив: «Все свободны, стратегию утвердим завтра».

Когда кабинет опустел, Лия заблокировала двери и набрала личный номер начальника службы безопасности клана. Глеб — жесткий, прожженный оперативник — напрямую ей не подчинялся, выполняя только приказы главы семьи. Лие пришлось наступить на гордость и обратиться к нему с личной просьбой, апеллируя к старой дружбе: их отцы когда-то начинали этот бизнес вместе.

— Глеб, мне нужна неофициальная справка по одному человеку. Чисто внутренний интерес, не для протокола клана. Найди всё, что сможешь, про Кирилла Воронова. Двадцать девять лет, дата-аналитик, родом из Сибири.

Глеб на том конце провода помолчал, оценивая тон, и коротко бросил: «Жди».

Досье: Через два часа

Ответ пришел ровно через 120 минут. Зашифрованный файл лег на почту Лии. Она открывала его с замиранием сердца, ожидая увидеть подтверждение своей паранойи — следы шпионажа, корпоративный заговор, хитрую ловушку конкурентов. Но сухие строчки досье нарисовали совсем другую картину:

Воронов Кирилл Андреевич, 29 лет.

Статус: Независимый контрактник, фрилансер. Известен в узких кругах как топовый специалист по ручной чистке и реструктуризации сверхкрупных баз данных.

Связь с кланом: Два года назад выполнял для нашей семьи закрытый аудит поврежденных финансовых архивов. Работа сделана безупречно, утечек нет.

Медицинские маркеры: Серьезные проблемы со здоровьем на фоне хронического переутомления (работа по 14–16 часов в сутки последние 5 лет). Выписка из медкарты: рекомендация лечащего врача — «Экстренная терапия, смена деятельности, лечение глубокого психического и эмоционального выгорания».

Личный профиль: Проживает один, снимает скромную студию на окраине. Полгода назад ушла девушка. Социальные связи минимизированы. Был на грани нервного срыва, после чего арендовал капсулу VR.

Лия медленно закрыла ноутбук и откинулась на спинку дорогого кожаного кресла. Внутри неё воцарилась звенящая, пугающая пустота.

Её изощренная, выпестованная годами паранойя акулы бизнеса только что с треском разбилась о банальную, трагическую человеческую реальность. Никаких заговоров. Никаких хитрых конкурентов, пытающихся выбить её из колеи ради ресторанного комплекса.

Кир-Карассиус не был гениальным шпионом. Он был просто смертельно уставшим, одиноким сибирским мужиком, который выжег себя дотла на адской работе, потерял личную жизнь и сбежал в копеечные стартовые ясли игры, чтобы просто не сойти с ума в своей пустой съемной студии. Его лавочки из мореного дуба, его мощный очаг, его подводные садки — это была не наживка для Лии. Это была его собственная попытка построить хоть что-то прочное и надежное в мире, где всё его существование рассыпалось на чужие бездушные цифры.

И он открыл ей свой секретный проект «Рыбоводства» не потому, что просчитал её уязвимость. А просто потому, что в своей одинокой, выгоревшей реальности он истосковался по нормальному, живому человеку, который сядет рядом на лавку и молча разделит с ним тишину.

Лия обхватила голову руками, чувствуя, как окончательно перестает понимать саму себя. Её внутренний образ — сильной, циничной, все контролирующей наследницы богатой семьи — рассыпался, как карточный домик. Оказалось, что все эти дни она защищалась от призраков, выстраивала оборонительные редуты против человека, который просто протянул ей руку.

Ей стало невыносимо стыдно за свою проверку, за спецслужбы, за эти холодные подозрения. И одновременно сквозь этот стыд снова пробилось то самое запретное, упрямое тепло. Она поняла, что её фантазии и эмоции были настоящими, а вот её «акульи» законы — фальшивкой. Ей больше не хотелось анализировать. Ей хотелось сбросить этот душный графитовый костюм, туфли на шпильках, запереться в капсуле и вернуться туда, на берег затянутого ряской пруда. К своему гному. К его безумному проекту. И к его пугающе честному «теперь мы».

Глава 13

Кирилл сидел на облупившейся лавочке, бездумно глядя на серую коробку многоэтажки напротив. Тело после вирт-капсулы казалось чужим, налитым свинцом. Шея затекла, а пальцы рук, привыкшие в Вальдире сжимать рукоять кастомного топора, слабо подрагивали.

Вспомнив игру, Кирилл криво усмехнулся. В Вальдире всё было просто до тошноты. Захотел развести костер? Стукни два любых булыжника друг об друга, система сама посчитает шанс успеха. Нашел кремнёвое кресало — один удар, и скрипт выдает идеальное пламя, плевать на влажность воздуха и породу дерева. Фальшивка.

Он опустил взгляд на свои ладони — гладкие, «виртуальные». И вдруг явственно, до покалывания в суставах, вспомнил другие руки. Огромные, въевшиеся в кожу мазут и бензин, пахнущие честной махоркой и речным ветром. Руки отца.

В то лето отец — лучший автомеханик в районе и заядлый таежник, как и все в их сибирской деревне — взял двенадцатилетнего Кирилла на дальнее лесное озеро. Кирилл тогда бредил приключенческими романами и вирт-шоу про выживальщиков. На второй день экспедиции отец, молча куривший у кромки воды, глянул на сидевшего с планшетом сына и веско произнес: — Картинки смотришь? Ну, давай. Добывай огонь. Без спичек. Как в кино.

Кирилл тогда воодушевился. Нашел две сухие ветки, начал тереть их друг об друга. Ветки нагрелись, стали прям горячие, но больше старания ничего не принесли. Отдохнув, взял ровную палочку и начал крутить ее в ладонях. Это оказалось очень трудно и неудобно, палочка вылетала или застревала в дощечке. Ладони горели, пот заливал глаза, древесная пыль летела во все стороны, но никакого дыма не было. Дерево едва нагрелось, а мелкая труха сама же гасила зарождающееся тепло.

Отец наблюдал за упорными стараниями, решил сам проверить добычу огня трением. Нашел чуть изогнутую ветвь, похожую на древко лука, натянул тетиву из бечевки, обернув ее вокруг палочки и начал уверенно крутить. Пять минут, десять, пятнадцать... Итог «по жизни» — нулевой. Палочка сама же тушит малейший намек на искру. Кирилл тогда впервые увидел, как у отца что-то не получается. Отец в мыле, чертыхается и отбрасывает лук: «Киношники хреновы!»

— Палочки они трут, — уже успокаиваясь спокойно, без издевки сказал он, сплюнув в сторону. — Запомни, паря: без спичек или зажигалки в тайге ты труп. Но если совсем прижало, думай головой, а не жопой.

Потом Кир добывал огонь кресалом. Отец дал ему свой охотничий нож, тупой стороной бить по камню. Долго искал на берегу кремень, - камень, который дает при ударе много искр. Искры сыпались на легчайший сухой мох, но тут же гасли.

Отец достал из кармана плотный клочок ваты, зажал его между двумя плоскими сухими дощечками и с силой, навалившись всем весом, стал катать одну по другой. Движения были тяжелыми, скупыми, ритмичными. Несколько раз он на получившийся валик добавлял слой ваты. Минуты через три отбросил доску, схватил получившийся цилиндрик и переломил посередине. — вата внутри тлела ровным алым угольком.

— Физика, — коротко бросил он, поджигая сухую бересту. — Трение и давление. А кремень твой... Чтобы им искру поймать, мох не пойдет. Трут нужен специальный. Берешь ветошь, тряпку х/б, пережигаешь ее заранее в консервной банке без воздуха, чтоб обуглилась. На этот нагар искра цепляется, приживается. А потом уже раздуваешь. Понял?

— Понял, — шмыгнул носом Кирилл.

Тогда же, на озере, отец впервые доверил ему тяжелый таежный топор и нож. Учил работать с деревом без суеты: «Топор не маши как дурак, он сам рубить должен, весом. Нож держи крепко, пальцы на лезвие не пускай». Под строгим присмотром Кирилл строгал колья, учился правильно ставить донки, перебирать снасти и начищать до блеска старые латунные блесны.

Но главным экзаменом стал карасиный жор.

К нему экзамену они начали готовиться загодя. В начале июня отец глянул на зеленые берега и глухо произнес:

— Шипига зацветет — карась пойдет. Шиповник по-вашему, по-городскому. Готовь тальник. Начнет тереться — поздно будет.

Они принялись плести верши заранее, пока рыба еще отстаивалась на глубине. Это был адский труд. Пальцы Кирилла, не привыкшие к упругому дереву, сводило судорогами через каждые пять минут. Прутья пружинили, били по лицу. Хуже всего давался «детыш» — внутренний конус-воронка, через который рыба заплывает внутрь, но не может выбраться назад. Кирилл спешил, шаг плетения выходил кривым. Отец молча взял его за руку, сжал пальцы так, что хрустнуло, и заставил расплетать. — Широко пустишь — карась уйдет. Узко — не пролезет. Точность нужна, как в карбюраторе. Для себя делаешь. В тайге схалтуришь — голодным останешься. Переделывай.

Они переделывали трижды. Зато, когда вершу поставили в камыши, наутро она оказалась забита рыбой под завязку. Карася было столько, что они физически не успевали его обрабатывать — чистить, потрошить, заваливать над костром для вяления. Время поджимало, нерест мог закончиться в любой день.

— Руби колья! Быстро! — рявкнул отец.

Они соорудили «затончик» — вбили топорами в дно плотный частокол, огородив кусок мелководья прямо у берега, и начали пересыпать туда живую рыбу из верши. Вода внутри загончика буквально кипела от сотен чешуйчатых тел.

А ранним утром случилась катастрофа.

Кирилл вылез из палатки, потирая заспанные глаза, и обомлел. В их затончике, по колено в воде, спиной к нему деловито стоял крупный медведь. Косолапый работал как заправский конвейерный рабочий: запускал лапу в кишащую воду и одним отработанным движением вышвыривал жирных карасей на берег, заготавливая себе пир.

В башке двенадцатилетнего Кирилла в тот момент что-то переклинило. Страх испарился, уступив место бешеной, чистокровной сибирской жадности за свой тяжелый труд. Пальцы от плетения лозы еще болели, руки от топора ныли, а этот волосатый браконьер грабит их затон?!

— А ну пошел отсюда! — дурным голосом заорал Кирилл и, схватив какую-то корягу, с матами понесся прямо на медведя. — Это наша рыба, скотина мохнатая!

Медведь от такого наглого, визгливого антропогенного десанта ошалел. Хозяин тайги явно не ожидал, что на него попрет мелкий разъяренный человеческий детеныш. Косолапый с перепугу крутанулся на месте, ломанулся вперед и всей своей тушей с треском проломил их с таким трудом вбитую ограду из кольев. На секунду мелькнула бурая корма, и медведь растворился в кустах.

Загон был разрушен. Кирилл подбежал к пролому и со смехом сквозь слезы застыл: сплошной, неудержимый живой поток золотистых карасей с шумом, брызгами и свистом уходил сквозь дыру обратно в родное озеро. Труд нескольких дней уплыл за секунды.

На шум из палатки вышел отец с карабином. Посмотрел на уходящую рыбу, на разломанные колья, на тяжело дышащего Кирилла с корягой в руках. Медленно опустил ствол. Кирилл сжался, ожидая, что сейчас ему прилетит отцовский ремень — всю заготовку упустил.

Но отец неожиданно закинул голову назад и дико, до слез, оглушительно заржал на весь лес.

— Ну ты... ну исполнил, выживальщик! — сквозь хохот выдавил он, хлопая себя по бедрам. — Медведя с рыбы согнал! Мать узнает — убьет меня...

Кирилл на лавочке в спальном районе прикрыл глаза и открыто, вслух рассмеялся, пугая редких прохожих. Это воспоминание начисто смыло с него виртуальную пыль Вальдиры. Он понял: в игре все красиво, правильно и подчинено коду. Но настоящая жизнь — она вот такая: с несработавшими луками для огня, таежными лайфхаками, медведями и уплывающей рыбой. Внутри него проснулся тот самый парень. Сибиряк, готовый импровизировать и грызть землю, пока не получится идеально.

Шаги по асфальту заставили его обернуться. К лавочке, тяжело опираясь на деревянную палочку, подходил сосед — дядя Миша. Его старый артрит сегодня явно разыгрался, ноги едва слушались, но в выцветших глазах горел знакомый, упрямый огонек. Старик был известным на весь двор рыбаком.

Дядя Миша тяжело, с кряхтением опустился на лавку, вытянул больную ногу и покосился на улыбающегося Кирилла.

— Чего ржешь, Воронов? — боцманский бас старика, казалось, заставил зазвенеть стекла в припаркованных у подъезда машинах. Он устроил трость между колен и сердито дернул кустистой бровью. — Никак в своей коробке виртуальной опять сто килограммов китов на компьютерную удочку наудил? Эх, молодежь... Всё у вас в экранах, всё ненастоящее. А на дворе, между прочим, карась на дальних прудах пошел. Самый жор начался. А я вот... со своими суставами только на лавке и могу сидеть, крючки бесполезные перебирать...

Кирилл посмотрел на узловатые, скрюченные артритом пальцы старого рыбака. Виртуальный мир Вальдиры окончательно поблек, уступая место реальности. Но в голове парня вдруг щелкнула безумная, дикая мысль. Он вспомнил, как создавал своего персонажа-гнома — копировал эту самую лысину, эти шерстяные щиты бровей, эту массивную челюсть. Идеальный ведь танк. Готовая скала, которую никакой босс с места не сдвинет.

Кирилл подался вперед, заговорщицки понизив голос:

— Дядь Миш... А пошли на рыбалку?

Старик замер. Из-под нависших бровей на Кирилла уставился тяжелый, подозрительный взгляд.

— Куда это? На дальние я со своими ногами казёнными три километра по просеке не догребу. Разве что ты меня на загривке потащишь, компьютерная голова.

— На загривке не надо, — усмехнулся Кирилл. — Ко мне домой пошли. В вирт-капсулу. На виртуальную рыбалку. Помнишь, я рассказывал? Ложишься в пластиковый гроб, лазер в глаз, все дела. Зато ноги болеть не будут. Там, дядь Миш, такие озера есть — нашей тайге не уступят. И чувствительность капсулы на максимум выкрутим. Чтобы и сырость утренняя, и окунь хвостом по лицу съездил, как ты просил.

Дядя Миша посмотрел на него так, словно Кирилл предложил ему прямо сейчас продать родину за пачку импортных сигарет. Брови деда сошлись на переносице, образовав сплошной оборонительный вал. — Тьфу, сгинь, нечистая сила! — дед яростно стукнул тростью по асфальту. — Опять за свое? Я тебе говорил: рыбалка — процесс интимный! Мне надо, чтоб червяк от холода на меня матом смотрел, а у тебя там что? Пиксели? Фальшивка! Болванка цифровая!

— Да не фальшивка, — мягко перебил Кирилл, зная, на какую педаль нажать. — В Вальдире физика — не поверищь. Полное погружение. Нервные окончания обманывает так, что от настоящей воды не отличишь. А главное, дядь Миш... Там суставы не ноют. Там ты встанешь, палочку свою об колено сломаешь и пойдешь как в тридцать лет. Со спиннингом. На мыс. Ветер южный, тучка ходит... Помнишь?

Старик осекся. Фраза про «ноги не болят» и «как в тридцать лет» попала точно в цель. Дядя Миша шумно выдохнул через нос, шумно, по-медвежьи. Несколько секунд во дворе стояла тишина, прерываемая только шелестом листвы и далеким гулом проспекта. Одиночество и запертая в больном теле флотская душа боролись с упрямой старой закалкой.

— Не врут твои микросхемы? — глухо, уже без прежней злости спросил дед, и в его выцветших глазах вдруг промелькнул тот самый опасный, азартный огонек человека, который всю жизнь ходил наперекор штормам. — Прямо-таки и ноги ходить будут? И спиннинг как настоящий?

— Лучше, чем настоящий, — серьезно ответил Кирилл, поднимаясь с лавочки. — Пошли, дядь Миш. Рискнем? Капсулу я продезинфицирую, настрою под тебя. Хватит тебе с бабками на лавке чужое давление обсуждать. Пора хозяину тайги и морей показать этим геймерам, как настоящий карасиный жор выглядит.

Дядя Миша посидел еще секунду, крепче сжав набалдашник трости. Лысый бугристый череп качнулся. Мужик он был смелый, приключения любил, а в свои силы верил даже сейчас, когда собственное тело его предавало.

— Ладно, — боцманский бас громыхнул с новой силой. Старик тяжело, но решительно оперся на палочку и стал подниматься. — Веди в свой гроб, хакер. Но учти: если твой электронный окунь меня не впечатлит, я тебе этот пластиковый ящик изнутри топором на дрова распилю. Прямо с лазерами твоими!

Кирилл улыбнулся, подставляя плечо старому моряку. Виртуальный мир Вальдиры еще не знал, какой железобетонный гном-танк с боцманским голосом и сибирским упрямством вот-вот ворвется на его цифровые просторы.

Они медленно пошли к подъезду. В голове парня уже выстраивалась сложная математическая схема. Свой класс он выбрал — закрытый, редкий «Ихтиомант-гастроном», завязанный на водную магию и кулинарию, совершенно не подходящий для гнома. А вот деду гном уже и не нужен. Зачем сужать масштабы?

— Дядь Миш, — на ходу заговорил Кирилл, придерживая тяжелую дверь подъезда. — А ведь в капсуле мы тебе не просто гнома сделаем. Гном — это так, для разминки. Ты у нас кем на флоте был? Капитаном? Диверсантом-подводником?

— Старлей боевых пловцов, — гордо хохотнул старик, заходя в лифт. — В барокамере сиживал, под килями вражеских эсминцев с ножом лазил, пока ты еще в проекте не значился.

— Вот! — Кирилл аж щелкнул пальцами. — Там есть раса орков. Огромные, зеленые, здоровые как шкафы. Здоровье — дурное, броня — непробиваемая. Настоящий танк. Но мы систему Вальдиры на колено поставим. Геймеры как играют? Орку дают топор и отправляют в поле. А мы заставим искусственный интеллект выдать тебе скрытый класс.

— Это как? — дядя Миша подозрительно прищурился под своим шерстяным щитом бровей.

— Сломаем её на противоречиях. Ты у нас потребуешь класс морского воина-диверсанта, тяжелого штурмовика, но при этом заявишь навыки подводного друида. Чтобы вся глубинная фауна, от карася до кракена, тебя за вожака считала. Игра от таких запросов заглючит, начнет совмещать скрытые ветки навыков и выдаст такое, от чего у топовых кланов челюсти отвалятся. Будешь у меня зеленым повелителем морей.

Дядя Миша на секунду задумался, входя в квартиру Кирилла. Посмотрел на сверкающий белым пластиком футуристический «гроб» вирт-капсулы. Затем перевел взгляд на свои скрюченные артритом пальцы. Внутри старого диверсанта просыпался азарт охотника, который всю жизнь обманывал чужие радары и системы слежения.

— Подводный штурм, говоришь? — дед хищно оскалился, обнажив крепкие желтоватые зубы. — Чтобы вся рыба по струнке ходила? Ладно, хакер. Загружай свои протоколы. Посмотрим, крепкая ли броня у этого твоего искусственного разума против старого советского флотского тарана.

Кирилл уверенно перестроил на терминале капсулы код сопряжения для двух аккаунтов, готовясь к совместному использованию. Сибирская закваска Кирилла и железная флотская воля дяди Миши готовы были устроить в Вальдире настоящий, незапланированный разработчиками карасиный жор.

Взлом Вальдиры

Дядя Миша, кряхтя и сочно матерясь сквозь зубы, забирался в узкое, пахнущее стерильным пластиком нутро вирт-капсулы. Свою деревянную палочку он сдавать отказался, пришлось Кириллу силой отобрать её и прислонить к шкафу.

Старик укладывался напряженно, словно в барокамере перед запредельным погружением на штурм вражеского фарватера. Страха в нем не было, только злой, помолодевший азарт. Кирилл щелкнул тумблерами, активируя внешний диагностический монитор, чтобы видеть весь процесс из реала. Крышка капсулы с шипением заблокировалась. Лазерные маркеры побежали по бугристому лысому черепу ветерана.

Через три минуты крышка капсулы со вздохом приоткрылась. Из темноты высунулась физиономия дяди Миши. Глаза у деда были круглые, но кустистые брови сердито хмурились.

— Слышь, хакер... — боцманский бас глухо завибрировал в комнате, заставив звякнуть чайные ложки в стаканах. — Там девка цифровая вылезла. Голопузая. Спрашивает, кем быть хочу. Твоих гномов показала — мелкие, как караси-недомерки. Я ей говорю: «Мне чтоб хребет железный и дышалось под водой как дизелю». Она мне зеленую харю подсовывает. Орка. Зубы наружу, рожа кирпичом, а плечи во-о-о ширина. Брать?

— Бери, дядь Миш, не думай! — Кирилл быстро застучал по клавишам внешнего терминала. — Это орки. Самая танковая раса в Вальдире. Здоровья вагон, броня непробиваемая. Теперь имя пиши. Капитан без имени — не капитан. Давай позывной. У тебя же на флоте был позывной? Или у пацанов твоих из отряда диверсантов? Вспоминай. Надо короткое, звучное слово, чтоб система не подавилась.

Дед на секунду замер, глядя в потолок, и его шерстяной щит бровей дрогнул. Перед глазами старого старлея явно поплыли лица из далекой, пропахшей солью и порохом молодости. Суровые парни в гидрокостюмах, ледяная вода Балтики, тишина глубин.

— У командира нашего «Катран» был позывной... — глухо, растроганно пробасил дед. — Хватка у мужика была мертвая. А у меня... меня пацаны «Шквалом» звали. За то, что если в трюм влетаю — живых не остается. Да и ракета у нас такая была подводная, перла напролом, хрен остановишь. Пиши: Шквал. Как корабль назовешь, так он и поплывет.

— Отлично! Вбивай «Шквал»! — Кирилл аж заерзал на стуле. — А теперь слушай боевой приказ, товарищ старлей. Сейчас девка начнет базовые классы предлагать: воина, мага, лучника. Ты ее посылай лесом. Система Вальдиры — это как вражеский гидролокатор, она мыслит шаблонами. Если орк — значит, ей подавай топор и бег по степям. А ты делай обманный маневр. Нас же учили обходить охранные системы противника встречными курсами?

— Учили, — дед хищно оскалился, обнажив крепкие зубы. — Ввести противника в блудняк встречной логикой. Сбить настройки радара.

— Вот! Требуй у нее «тяжелый подводный штурм». Заявляй, что твое оружие — абордажный лом или гарпун, а магия — призыв донных течений и повеление всеми гадами морскими. Скажи, что ты подводный друид-диверсант! Логика ИИ от таких противоречий встанет на дыбы. Система начнет судорожно рыться в закрытых архивах, чтобы выдать тебе скрытый, уникальный класс и закрыть программную ошибку. Давай, ныряй обратно, штурмуй сервера!

— Есть нырять, — гаркнул дед.

Крышка капсулы захлопнулась наглухо. Кирилл с замиранием сердца уставился на внешний монитор. Строки системного кода Вальдиры побежали снизу вверх с бешеной скоростью. Спустя минуту экран тревожно мигнул, строчки окрасились в предупреждающий желтый цвет. Искусственный Интеллект игры столкнулся с тяжелым логическим сбоем: орк-танк требовал тонкую природную магию друида и глубинные диверсионные навыки.

Протоколы Вальдиры трещали под напором старой флотской логики, но система сдавалась, пересчитывая коэффициенты и генерируя под диверсанта нечто абсолютно новое, скрытое от глаз обычных геймеров. На экране медленно проступал трехмерный силуэт огромного, закованного в тяжелую костяную броню зеленого орка. Вокруг его массивных ног закручивались виртуальные водяные вихри, а в руке ИИ уже прорисовывал контуры брутального зазубренного гарпуна.

Стыковка классов

Над головой персонажа на внешнем мониторе высветилась надпись: «Шквал. Класс формируется…»

Желтые строчки логов на экране сменились тревожным багровым цветом. Система Вальдиры увязла в логическом тупике. Скрипты генерации не могли переварить этот винегрет: орк обладал максимальными физическими показателями для тяжелого доспеха, но намертво блокировал сухопутные боевые ветки. Вместо них дед упрямо требовал подводную скрытность, гидроакустику и контроль над биосферой водоемов — навыки, доступные только расам с минимальным весом и совершенно иной ментальной организацией.

Диагностическая панель капсулы выдала протяжный писк. Крышка с глухим шипением откинулась вновь. Дядя Миша тяжело дышал, на бугристом лбу выступил крупный пот, но взгляд из-под шерстяного щита бровей горел первобытным торжеством.

— Слышь, штурман, — дед ухватился огромными пальцами за край пластикового борта, приподнимаясь. — Машина ихняя электронная хрипит. Вывела мне на табло кучу предупреждений. Мол, «Внимание, выбранные параметры снижают эффективность базового класса Орка-Налетчика на восемьдесят процентов». И предлагает откат. Жмите, говорит, кнопку «Сброс» и берите стандартный щит да топор. Че делать? Сдавать назад?

— Никаких назад, дядь Миш! Это классический развод ИИ, — Кирилл едва не прыгал на стуле, лихорадочно вчитываясь в бегущие по монитору системные предупреждения. — Система защищает свои стандартные шаблоны. Ей не нужны уникальные игроки, ломающие баланс. Она видит, что вы гробите стандартного орка, но обязана выдать альтернативу, раз параметры соответствуют вашему реальному психопрофилю и флотским тестам. Диверсант назад не ходит. Давите ее дальше!

— Как давить? Она намертво встала. Просит подтвердить согласие на «Штраф совместимости».

— Подтверждайте! — Кирилл ткнул пальцем в экран, показывая на скрытую строчку логов. — Смотрите сюда. Логика игры не может оставить персонажа со штрафом в восемьдесят процентов, если игрок упрямо гнет свою линию. Чтобы компенсировать этот провал на суше, ИИ будет вынужден перебросить все неиспользованные очки расовых бонусов орка в водную среду. Понимаете? Тяжелое тело орка под водой станет не обузой, а балластом для глубоководного погружения. Его дурная физическая сила пойдет на преодоление плотности воды и управление глубинными течениями. Вбивайте подтверждение и требуйте фиксацию по классу «Морской Охотник» с подклассом «Ведун Глубин»!

Дед прищурился, вникая в суть тактического маневра. Хитрый прищур старого старлея боевых пловцов говорил о том, что логику виртуального противника он раскусил полностью.

— Понял тебя, Кирилл. Маневр уклонения с переходом на глубину. Перенаправляем энергию дизеля с винтов на откачку балласта, — боцманский бас деда одобрительно громыхнул, и он снова откинулся на мягкое ложе. — Сейчас мы этой цифровой девке покажем, как систему клинить. Встречный курс, полный вперед!

— И последнее, дядь Миш! Слушай сюда внимательно! — Кирилл перегнулся через бортик капсулы, удерживая готовую закрыться крышку рукой. Он торопился, стараясь вбить в сознание старого моряка важнейшие инструкции. — В Вальдире этих стартовых локаций — «яслей» — как грязи, несколько сотен. Чтобы ко мне попасть, в самом конце генерации, когда девка спросит про точку высадки, вбивай код: «Южные ворота Приграничья, сектор три». Понял? Запомни как шифр!

— Принято, — глухо отозвался из темноты пластикового гроба «Шквал». — Южные ворота, третий сектор. Записал на подкорку.

— Как очутишься там — сразу осмотрись. Руками-ногами подвигай, привыкни. Тело будет здоровое, сильное, не пугайся. Огляделся — и сразу топай в сторону старого пруда с водяной мельницей. Там локация тихая, мимо не пройдешь. На берегу пруда увидишь костер, у костра девчонки сидят. Это моя команда: Лия, Зая, Крис и с ними парень, Арсений.

Дед в темноте одобрительно хмыкнул, оценив расклад с «девочками».

— Подойдешь к ним, — продолжал инструктировать Кирилл, — и четко скажешь: «Я от Карассиуса». Это мой игровой ник там. Скажешь, что я тебя прислал, пусть, мол, потеснятся и примут в пати. А дальше — бери у них снасти и дуй на рыбалку. Садись на берегу и лови. Там караси водятся, сазаны, а если повезет — и язя жирного выцепишь. На всё про всё у тебя ровно два часа реального времени. Система сама таймер выставит. Как время выйдет — сразу на выход, выныривай назад в реал. Будем отчет о первой разведке принимать. Задача ясна, товарищ старлей?

— Ясна, штурман. Найти пруд, занять плацдарм, доложиться девчонкам от Карассиуса, наловить рыбы, через два часа всплытие. Выполняю.

— Добро. С богом, дядь Миш. Полный вперед.

Кирилл убрал руку, и крышка капсулы захлопнулась с тяжелым, окончательным щелчком, отрезая старого моряка от серого мира спального района.

На внешнем мониторе Кирилла началось настоящее цифровое безумие. Багровые строчки ошибок сменились ровным, глубоким синим цветом. ИИ Вальдиры сдался. Просчитав жесткое упрямство игрока и принятые им штрафы, алгоритм был вынужден компенсировать их уникальной архитектурой. Скрытые архивы Вальдиры, созданные разработчиками для редчайших океанических локаций, распахнулись под ударом флотского тарана.

Параметры Орка-Налетчика с треском переформатировались. Силуэт персонажа на экране окутался плотным слоем тяжелой, обросшей ракушками и костяными шипами брони. Вспыхнули зеленые иконки уникальных пассивных навыков: «Отрицательная плавучесть (уникальное)», «Эхолокация крови», «Дыхание бездны».

Экран выдал финальный, победный аккорд, и над трехмерной моделью массивного, жуткого, но невероятно монолитного подводного монстра загорелась золотая надпись:

«Персонаж успешно создан. Имя: Шквал. Раса: Орк. Класс: Глубинный Левиафан (Скрытый/Эволюционный)».

Кирилл застыл перед монитором, чувствуя, как по спине бегут мурашки. «Глубинный Левиафан». Тяжелый танк-диверсант, способный контролировать подводные течения и призывать тварей бездны, способный выдерживать колоссальное давление и удары боссов, пока Кирилл со своим «Ихтиомантом-гастрономом» будет варить у него за спиной магические баффы из выловленной рыбы.

Капсула затихла, перейдя в режим глубокой фазы сна. Дядя Миша сделал свой первый шаг в Вальдиру. Его больные, казенные ноги в этот самый момент коснулись виртуальной земли, превратившись в монолитные опоры зеленого исполина.

Яркая вспышка на мгновение ослепила, а затем в лицо ударил резкий, до головокружения свежий поток воздуха. Пахло прибитой дождем придорожной пылью, сочной луговой травой и едва уловимой болотной гнильцой.

Дядя Миша открыл глаза и онемел.

Он стоял посреди залитой солнцем поляны Южных ворот Приграничья. Вокруг шныряли десятки таких же новичков в холщовых штанах и серых рубахах. Но дед их не видел. Он смотрел вниз, на свои ноги. Огромные, зеленые, бугрящиеся литыми узлами мышц ручищи и ступни. А главное — ничего не болело. Вообще. Никакого привычного, изнуряющего артритного нытья, выворачивающего суставы наизнанку.

Дед осторожно переступил с ноги на ногу. Земля под тяжелой тушей орка мягко спружинила. Он сделал шаг. Другой. А потом ка-а-ак прыгнул! Зеленая махина взмыла в воздух метра на полтора и с глухим пушечным грохотом приземлилась обратно, подняв тучу пыли.

— Ни хрена себе барокамера... — пробасил он, и от его нового, утробного орочьего рыка пара пробегавших мимо эльфов испуганно шарахнулась в кусты.

На первом уровне никакой ракушечной брони Левиафана на нем, конечно, не было — обычный зеленый громила в стартовых обносках, как и все орки вокруг. Ракушками и костяными шипами система наградит его только уровня после сорокового, когда класс начнет раскрываться. Но деду было плевать на шмотки. Он был снова молод, чертовски силен и здоров. Грудь распирало от дикого, пьянящего желания прямо сейчас понестись по локации, ломая столетние дубы об колено.

Но флотская дисциплина взяла верх. Задание. Штурман дал четкие координаты. Время пошло. Ориентируясь по солнцу и шуму падающей воды, Шквал развернул свои могучие зеленые плечи и размашистым, легким шагом припустил в сторону мельницы.

У старого заросшего пруда, прямо под огромным деревянным колесом, Кирилл загодя обустроил для своей команды настоящую базу. Из крупных речных валунов был сложен монументальный очаг с тяжелой каменной плитой и решеткой-грилем. Из земли торчали массивные, вкопанные намертво деревянные лавки и такой же циклопический стол.

Вокруг костра суетилась живописная компания. Кабанятина у них уже закончилась, зато на плите шкворчали сочные стейки из болотных змей, в чугунке булькала наваристая уха, а на глиняном блюде высилась гора ярко-красных вареных раков. Две девчонки, Зая и Крис, о чем-то громко щебетали, Арсений флегматично следил за углями, а Лия строго отмечала что-то в блокноте.

Когда из прибрежных зарослей камыша бесшумно вывалилась двухметровая зеленая гора с лысым черепом и кустистыми бровями, Арсений чуть не выронил полено. Орк уверенно подошел к столу и уселся на лавку. Конструкция Кирилла выдержала проверку на прочность — лавка даже не шелохнулась под колоссальным весом.

Дед замер, оценил диспозицию и, как учили, выдал пароль:

— Цыц, молодежь! Я от Карассиуса. Велено прибыть в ваше распоряжение, занять плацдарм и устроить карасиный жор.

Секундная тишина взорвалась визгом.

— Ой, какой лапочка! — Зая подскочила первой и захлопала в ладоши. — Кир не врал! Он сказал, что пришлет кого-то супер-надежного, но чтобы такого милаху! Смотри, Крис, какие у него брови! Настоящий брутальный мужчина! — И ник какой классный — Шквал! — подхватила Крис, восхищенно разглядывая огромного орка. — Садитесь скорее к столу, у нас змеиные стейки с пылу с жару и раки!

Девчонки-болтушки мгновенно окружили Шквала, отчего дед довольно заулыбался, шевеля своими шерстяными бровями. Внутри него тут же проснулся старый морской волк. Он вальяжно устроился на лавке и громогласно расхохотался:

— Ну, девчата, ну уважили старого матроса! На флоте за таких коков полжизни отдавали!

Пока Зая и Крис наперебой угощали гостя змеятиной, Лия — профессиональный торговец и маркетолог — подошла ближе, оценивающе прищурив глаза.

— Так, минуточку, — Лия постучала карандашом по ладони. — Карассиус, конечно, молодец, но давайте к цифрам. Шквал, верно? Раса — орк. А почему орк на первом уровне идет на пруд, а не в ближний бой на кабанов? Какой у вас базовый класс? Какая коммерческая польза от вас нашей группе?

Дядя Миша хитро скосил глаза на Лию, ничуть не смутившись.

— Полномочия у меня, красавица, особые, министерские, — подмигнул ей Шквал, забирая у Арсения выданную стартовую бамбуковую удочку. — Класс у меня такой, что ваш Карассиус от зависти лопнет, когда зайдет. «Глубинный Левиафан» называется. Но сейчас у меня по плану — боевое развертывание на водоеме.

Он размахнулся и с неожиданной ювелирной точностью забросил крючок в самую глубь камышовых зарослей. Поплавок замер. И почти сразу ходко пошел ко дну.

— Ага! Встречный курс! — рявкнул Шквал.

Короткая, хлесткая подсечка — и из воды вылетел первый карась, тяжело шлепнувшись на траву. Система тут же выдала сообщение: «Поймана рыба: Серебряный карась. Вес: 620 грамм». Огромного орка накрыла такая буря чистых, детских эмоций, что он победно взревел на весь лес, заставив девчонок зааплодировать.

Но на третьей поклевке лафа кончилась. Поплавок просто утонул, леска натянулась струной, и стартовая бамбуковая удочка новичка с сухим, жалким треском лопнула пополам. Рыба ушла. Дед чертыхнулся так, что камыш пригнулся к воде.

— Спокойно, дядь Миш, держи, — Арсений с улыбкой протянул ему тяжелое, добротное удилище из темного дерева. — Специально у деревенского старосты выкупил. Эта выдержит.

Вот тут старый диверсант отвел душу по-настоящему. Его позвали на рыбалку — и он устроил войну. Шквал не сидел на месте: он ходил по берегу, хмурил свои шерстяные брови, менял наживку, выискивал донные ямы. Из воды один за другим пошли тяжелые, бронзовые сазаны весом далеко за килограмм. Когда на крючок сел огромный язь, прочная удочка согнулась колесом, захрустела на пределе сил, и дед, сообразив, что снасть сейчас снова лопнет, сбросил обувь и с диким ревом прыгнул прямо в воду. Он вытащил бьющегося, скользкого гиганта голыми руками, прижав к зеленой груди и тяжело дыша от восторга.

Система Вальдиры, обалдев от такой прыти орка первого уровня, непрерывно сыпала перед его глазами золотыми сообщениями:

«Выносливость +1»

«Сила +1»

«Получен навык: Подводный захват (Расовое/Модифицированное)»

«Получен навык: Чутье на крупную дичь (Водное)»

К концу второго часа дядя Миша выполз на берег, мокрый, уставший, но испытывающий такое абсолютное, глубокое удовлетворение, какого не чувствовал последние тридцать лет. Перед глазами выплыла финальная таблица его статов.

Имя: Шквал

Раса: Орк (Глубинный подвид)

Уровень: 3

Сила: 18 (+2)

Выносливость: 20 (+3)

Восприятие: 15 (+1)

Умения: Рыбная ловля (высший старт), Ручной захват, Эхолокация.

Таймер капсулы тревожно замигал красным, отсчитывая последние секунды до принудительного выброса. Дед тяжело поднялся, бросил прощальный взгляд на гору выловленной рыбы и повернулся к замершей в восхищении команде.

Он подошел к Зае и Крис, сгреб обеих красавиц в свои огромные, бережные зеленые объятия и легонько прижал к себе. Девчонки пискнули, но преданно заулыбались.

— Ну, девчата, спасибо за прием, — боцманский бас Шквала прозвучал неожиданно ласково и тепло. — Смену сдал. Но я вернусь, и мы с вами этот пруд до самого дна вычерпаем. Карассиусу привет!

Силуэт огромного орка подмигнул Лие, подергал кустистыми бровями и растаял в воздухе, оставив после себя на берегу пруда запах речной свежести и легкий шок у притихшей команды.

Глава 14

Двое – уже группа

Шипение пневматики штурмовым эхо прокатилось по комнате. Крышка капсулы медленно поползла вверх, и из белого пластикового нутра наружу ударил такой мощный, оглушительный боцманский рев, что у Кирилла заложило уши:

— Кирюха! Черт ты хитрый! Мать твою за ногу через коромысло! И ты молчал?! Столько времени молчал, компьютерная твоя голова?!

Дед рывком сел. Но стоило ему попытаться лихо вымахнуть наружу, как реальный мир тут же напомнил о себе. Тяжелое, изношенное семидесятилетнее тело неохотно подчинилось законам земного притяжения. Лицо старика на секунду перекосило от вернувшейся боли, суставы предательски хрустнули. Кирилл молча шагнул вперед, подхватил соседа под локоть и протянул оставленную у шкафа деревянную палочку.

Дядя Миша мертвой хваткой вцепился в набалдашник, тяжело оперся и, сильно прихрамывая, медленно побрел на кухню. Но это уже не был прежний, угасающий старик. В его выцветших глазах сейчас полыхал такой яростный, молодой и голодный огонь, что казалось — дай ему сейчас в руки штурвал, он в одиночку развернет атомный крейсер против течения.

— Ну и чертовщина... — дед тяжело опустился на табуретку, шумно выдохнул и с размаху хлопнул ладонью по столу. — Кирюха, это же чистый восторг! У меня руки... руки, понимаешь, не ныли! Я прыгнул — и как шквал над волной взлетел! А девки у тебя? Ох, шельмец, ну набрал команду! Болтушки, карамба их за шиворот, но до чего ж ладные! Зая эта с Крис меня чуть на сувениры не разобрали со своими пирожками... то есть со стейками змеиными. А уха? Настоящая, с дымком! А Лия твоя — у-у-у, комиссар в юбке! Глазищами меня так и сканировала, как акула радарная. Сразу видно: эта за копейку удавит и у черта рога выкупит. Наш человек, флотский! Начальник снабжения от бога!

Эмоции били через край, дядя Миша хохотал, размахивал руками, вспоминая, как тащил язя голыми руками из виртуальной воды, и его флотский юмор заполнял всю тесную кухоньку. Но постепенно первая буря стихла. Дед притих, посмотрел на свои скрюченные артритом пальцы, и на кухне повисла тяжелая, щемящая тишина. Желание вернуться туда, где он снова был сильным зеленым великаном, читалось в каждом его вздохе.

— Кирюх... — тихо, уже без прежнего грохота произнес старик. — Я туда хочу. Еще хочу. Понимаешь? Там... там я живой.

Кирилл понимающе кивнул и налил соседу крепкого чаю. — Понимаю, дядь Миш. Но тут такое дело... Капсула-то эта индивидуальная. Мы вдвоем в нее не залезем, а играть нам надо вместе. Нам пати нужна. Так что если хочешь ходить на постоянной основе, тут, как на флоте, разные варианты есть. Вот смотри: под водой ведь можно ходить на автономном атомоходе, а можно на старой дизелюхе. Моя капсула — это малый атомоход. Есть, конечно, эконом-вариант — шлем виртуальный с костюмом, но это, дядь Миш, даже хуже дизелюхи. Чувствительность паршивая, ноги твои там слушаться нормально не будут, да и укачает через полчаса. В общем, всё от денег зависит.

Дядя Миша презрительно фыркнул под своим шерстяным щитом бровей и гордо выпрямил спину.

— Ты меня на нищету-то не бери, хакер. Деньги у меня есть. Скопил за жизнь, ветеранские капают, да и буксир мой старый в порту до сих пор в аренду сдается, копеечка каждый месяц на книжку падает. На дизелюхе я ходить не согласен. Мне чтоб по высшему разряду!

— О, ну раз буксир работает, тогда разговор другой! — улыбнулся Кирилл. — Капсулу можно взять в аренду с выкупом. Привезут, прямо у тебя в комнате поставят. И я тебе советую брать специальную, с медицинским блоком. Там ИИ прямо во время игры твоим суставам массаж делать будет, токами лечебными прогревать, процедуры всякие медицинские проводить. Ты в игре воевать будешь, а капсула в реале тебя лечить начнет.

У деда аж глаза загорелись:

— Серьезно? И массаж? Ну, черти, до чего технику довели... Ладно, это решим. А у тебя-то какой интерес со мной возиться, штурман? Не просто же так ты меня в свою систему впрягаешь?

Кирилл заговорщицки подался вперед, опустив голос до шепота, словно их могли подслушать стены спального района:

— А теперь, дядь Миш, главный секрет. Мой план. Все эти топовые кланы в Вальдире как безумные носятся по суше, замки штурмуют, земли делят, кабанов режут. А в воду никто толком лезть не хочет — неудобно, механика сложная, дышать нечем. А мы сделаем хитрее. Мой класс — Ихтиомант-гастроном, твой — Глубинный Левиафан. Мы тихо, мирно, без лишнего шума создадим свою подводную ферму. В Вальдире на глубине есть такие редкие, дорогущие породы рыб и всяких гадов, что за них рестораторы в столице тонны золота отваливают. Мы их разводить будем, базы строить, богатеть по-тихому. Для прикрытия на суше я трактир открою и другой легальный бизнес запущу, чтоб никто не догадался, откуда у нас товар. Но сам понимаешь — дело это строжайшей секретности. Проведают мощные кланы — мигом придут, все локации отожмут, под себя загребут, а нас на респ отправят. Да и с подводными тварями, боссами глубинными, пока ничего не понятно, их разведать надо. Без надежного танка мне туда ходу нет.

Дядя Миша слушал внимательно, не перебивая, и в его глазах снова проступил жесткий, просчитывающий взгляд старлея диверсантов-подводников. Логика скрытой спецоперации была ему понятна до последнего слова.

Орк по имени Шквал медленно допил чай, поднялся, опираясь на палочку, и веско припечатал:

— Задача ясна, командир. Скрытное проникновение, организация базы на чужой территории, маскировка под коммерческую деятельность. Все по уму. Я крепко подумаю, как с арендой этой медицинской ванны развернуться. Компьютер у меня дома стоит, а интернетом твоим сейчас весь Гугл забит, найду где почитать. Жди доклада, штурман. Нашу рыбу мы никому не отдадим.

Старик подмигнул Кириллу, развернулся и бодро, насколько позволяли казенные ноги, зашагал к выходу. За его спиной, казалось, уже шумели невидимые глубинные течения Вальдиры, готовые содрогнуться под напором нового зеленого хозяина морей.

Команда

На каменной плите-гриле, сочно шкворча, исходили ароматным соком стейки из болотных змей. В массивном чугунке, сваренная Арсением, побулькивала наваристая уха, а на краю огромного стола высилась гора огненно-красных раков.

Орк по имени Шквал уже пару минут как растворился в воздухе, оставив после себя гору знатного улова и легкий шок. Но свято место пусто не бывало: массивные деревянные лавки, вкопанные Кириллом у пруда намертво, даже не шелохнулись, когда банда новичков дружно придвинулась ближе к еде.

Карассиус молча обвел взглядом свою компанию. Внутри гнома тепло разлилось совершенно не игровое, а настоящее, человеческое. Он вспомнил, как эта разношерстная толпа вообще умудрилась вокруг него материализоваться. Сами ведь прибились.

— Нет, ну каков дед, а? — Зая первая потянулась за раком, едва не опрокинув миску. — Настоящий ураган! Прямо руками из воды! Кир, где ты его откопал? Мы же тут за пару дней столько всего провернули, но орк-рыболов — это финал!

— Ой, помолчи, Зайка, ты бы про свои подвиги вспомнила, — Крис заливисто расхохоталась, откусывая кусок змеиного стейка. — Помните, как мы только познакомились? Мы же все деньги, до единого медяка, спускали на кастомное белье с кружевами и всякие цифровые побрякушки!

— И ничего не глупо! — порозовела Зая, забавно надув губы. — Зато я из-за этих кружев все сплетни в яслях собрала! И идеи у меня были отличные! Кто придумал те брошенные тушки в дело пустить и волшебные кастомные дротики для Крис, а?

— Ага, придумала она, — флегматично улыбнулся Арсений, но тут же скромно, слегка заикаясь от волнения, добавил: — А-а подсечку-то и баланс Кир рассчитывал... Крис же боевой маг, ей точность качать надо было. Я бы сам никогда не д-догадался, что можно просто швырять костяные дротики в мишени часами и поднимать «Ловкость» без единого убийства!

— Точно! — перебила Крис, замахав руками от восторга. — Кир вообще гений прокачки! А твоя магия, Зайка? Вспомни! Ты же жрица, а крови боишься до икоты. Если бы не Карассиус, ты бы так и сидела первого уровня. А он что придумал? Ловить стрекоз и жуков, слегка их надрывать и качать «Малое исцеление» на насекомых! Это же надо додуматься! У меня сейчас уже пятый уровень, между прочим!

— А у меня четвертый! — гордо звякнула ложкой Зая. — И у меня теперь есть «Волна розовых лепестков» для шоу! Красиво же!

— Красиво, красиво, — подал голос Арсений. Его бледные щеки покрылись румянцем, он робко перебирал пальцами край мантии. — Е-если бы не ты, Кир... меня бы из яслей выгнали. У меня же, как у алхимика, всё взрывалось. Все колбы, все рецепты — вдребезги. А ты... ты заставил меня не зелья варить, а соусы к рыбе. Наш этот... «Импортозамещение номер один»! Когда этот соус получился, система мне сразу третий уровень выдала и столько скрытого опыта отсыпала, что у меня аж терминал залагал!

Ребята со смехом перебивали друг друга, вспоминая свои сумасшедшие дни в яслях. За эти несколько суток они, сами того не замечая, сделали столько, сколько обычные нубы за недели не проходят. Чего стоил один только гастрономический бум, когда они заполонили ясли раками и ухой, а потом так лихо презентовали кастомные дротики Крис, что неписи-торговцы Вальдиры обалдели и заказали огромную партию! Лие и Киру тогда пришлось на ходу организовывать целую артель из местных новичков, чтобы успеть выполнить контракт. Всё горело, шумело и приносило звонкую монету.

Лия сидела чуть в стороне. На ее коленях лежал неизменный блокнот, а пальцы привычно пересчитывали медяки в кожаном мешочке. Торговец и опытный маркетолог, она уже имела солидный восьмой уровень — самый большой в их банде. По идее, ей давно пора было покинуть ясли и уйти на оперативный простор большого мира Вальдиры. Но она сидела здесь. С ними. Точнее — с ним.

Лия посмотрела на Карассиуса. Этот спокойный, честный гном, воспринимающий любой игровой хаос с мягким сибирским юмором, действовал на нее странно. Она чуть робела перед ним. Лия ведь прекрасно помнила, как в самом начале пыталась хладнокровно использовать гнома и его кулинарные таланты для своей выгоды. А Кир раскусил ее за секунду. Спокойно так, без капли обиды высказал ей всё прямо в глаза, улыбнулся и отправил командовать кассой — принимать медяки от клиентов. И ведь все ее кучи гениальных планов заработка работали на сто процентов только тогда, когда этот монолитный гном их поддерживал.

Конечно, Лия никогда в жизни не призналась бы, что торчит в яслях из-за Карассиуса.

— Ну и чего вы хвастаетесь своими уровнями? — Лия строго захлопнула блокнот, пряча смущение за маской деловитости. — Подумаешь, пятый, третий... У меня вот восьмой. И я здесь сижу исключительно потому, что логистика Приграничья завязана на местные артели, и бросать налаженные каналы сбыта дротиков — это коммерческое преступление. И вообще, Кир, у меня есть еще десяток планов заработка на этой неделе!

Карассиус весело усмехнулся в бороду, прекрасно всё понимая. Он взял деревянную ложку и негромко, но веско постучал по циклопическому столу. Смех и щебет девчонок мгновенно утихли. Банда уставилась на своего лидера.

— Так, молодежь, — спокойно произнес гном. — Ясли не резиновые. Рано или поздно отсюда придется выходить. Шквал — наш новый танк — уже в большой игре. Пора и нам определяться. Название у нас появилось давно: «Омут и Ко». Команда, считай, спелась. А теперь ответьте мне честно: кто куда собирается идти после яслей? Какие планы на Вальдиру? К какому крупному клану прибьетесь?

Девчонки переглянулись.

— В топ-кланы? — Крис брезгливо сморщила носик. — Да ну их. Там дисциплина, штрафы за опоздание на рейды и кастомное белье носить запрещают — только уставной доспех. Я с вами хочу.

— И я! — Зая преданно закивала головой. — Без тебя, Кир, меня волки съедят, а жучков лечить никто не разрешит.

— М-мне в других местах ходу нет, — тихо подал голос Арсений, робко улыбаясь. — Там мои взрывы — это брак. А у нас — это кулинарный шедевр и опыт. Я с «Омутом».

Лия промолчала, но посмотрела на гнома таким взглядом, в котором читалось: «Даже если у тебя нет плана, я сама придумаю десяток, только не вздумай меня бросать».

Карассиус удовлетворенно кивнул. Глаза его азартно блеснули. Он заговорщицки наклонился над столом, понизив голос:

— Ну раз так... Слушайте боевое задание. Большие кланы пускай дальше глотки друг другу рвут на суше, делят замки и поляны с кабанами. Мы сделаем хитрее. Мы уходим на глубину. Проект: тайная подводная ферма по выращиванию редчайших, баснословно дорогих видов рыб и подводных тварей.

Лия аж карандаш выронила:

— Подводная ферма? Но в воде никто не умеет играть, там же штрафы на дыхание и движение!

— Шквал умеет. Он — Глубинный Левиафан, наш подводный таран, — подмигнул Кир. — А я — Ихтиомант-гастроном. И чтобы вы понимали уровень доходов: вы в курсе, что на местных глубоких отмелях водится жемчужная улитка? Маленькая такая тварь. Нпс-торговцы принимают ее влет по пятьсот золотых за штуку. Пятьсот! А на аукционе, среди топовых алхимиков, цена вообще любая, потому что в продаже их просто нет, никто до дна добраться не может. И таких существ, кладов и скрытых ресурсов под водой в Вальдире — полно. Нужно только прийти и взять.

У Лии в глазах мгновенно закрутились золотые монетки и графики транснациональных корпораций. На секунду она даже дышать перестала, просчитывая масштабы.

— Для прикрытия, — продолжал гном, — мы откроем на суше элитный Трактир. Снаружи — обычный кабак с хорошей кухней, а внутри — база «Омута» и легализация наших подводных миллионов. Но дело это строжайшей секретности. Проведают топы — сомнут и отнимут. Идём на дело?

Зая от избытка чувств пискнула и случайно выпустила свою «Волну розовых лепестков». Облако нежно-розового шоу-мусора взвилось в воздух и щедро засыпало змеиные стейки на гриле. Арсений от неожиданности громко чихнул, из его пальцев сорвалась микроскопическая искра алхимии, и край кружевной юбки Заи весело задымился.

Пруд огласился визгом, хохотом, Арсений испуганно кинулся тушить девчонку ухой, а Лия уже лихорадочно строчила в блокноте план захвата мирового рыбного рынка. «Омут и Ко» официально принимал вызов большой Вальдиры.

Жемчужина

Пока Зая с визгом отряхивала юбку от розовых лепестков, а Арсений, путаясь в полах мантии, пытался залить угли остатками ухи, Карассиус поймал взгляд Лии. Гном едва заметно качнул головой в сторону раскидистой плакучей ивы у самой кромки пруда. Молчаливый сигнал: «Надо поговорить».

Лия поняла его без слов. Торговка едва уловимо, наполовину взмахнула пушистыми ресничками, подтверждая уговор, и незаметно отступила от стола в тень густых ветвей. Через минуту гном уже стоял рядом с ней, скрытый от остальной команды плотной стеной зеленой листвы. В воздухе пахло озерной прохладой и сырой землей.

— Лий, — Карассиус сразу перешел к делу, отбросив шутливый тон. — Ты ведь понимаешь, что под этот проект нам нужны серьезные деньги для старта? Нам капсулу Шквалу арендовать, трактир выкупать, снаряжение... Какой у тебя аккаунт? Алмазный?

Лия удивленно вскинула подбородок. Вопрос застал ее врасплох, но маску деловой леди она вернула мгновенно:

— Алмазный. И премиум-пакет подключен. С реальными деньгами у меня все в порядке, Кир, смогла себе позволить на старте. А что?

— Выход на анонимный аукцион Вальдиры у твоего аккаунта есть? — гном внимательно посмотрел ей прямо в глаза.

— Есть, — Лия затаила дыхание, чувствуя, как внутри зарождается странное, предчувствующее волнение. — Анонимная площадка высшего уровня. Туда даже топовые кланы заглядывают, когда не хотят светить свои кошельки и сделки. Кир, к чему ты клонишь?

Вместо ответа Карассиус полез в сумку. Лия ожидала увидеть какую-нибудь редкую рыбу или ту самую жемчужную улитку, но то, что гном опустил в её ладонь, заставило девушку остолбенеть.

На ее пальцах лежала идеальная, идеально круглая, антрацитово-черная глубоководная жемчужина. Она словно впитывала в себя солнечный свет, пробивавшийся сквозь ивовые листья, и отливала глубоким, таинственным перламутром бездны. В игре таких артефактов сейчас практически не осталось — старые базы данных Вальдиры хранили упоминания о них лишь как о легендах. Лия, как опытный маркетолог, мгновенно поняла: перед ней не просто ювелирный хлам. Это вещь исторического масштаба.

О том, что эту драгоценность ему передал древний паук в качестве оплаты, Кир, конечно, промолчал.

— Нашел на дне при нырянии, — тихо, веско произнес гном, накрывая ее ладонь своей массивной ладонью. — Это огромная тайна, Лия. Ни одна живая душа, кроме тебя, не должна знать, что эта вещь у нас. Проверь ее. Попытайся через свои каналы определить ее скрытые свойства и реальную стоимость на черном рынке. Потянет она на наш стартовый капитал?

Лию буквально накрыло волной воодушевления. Ее щеки вспыхнули румянцем, а сердце застучало где-то в горле. Такое безграничное доверие со стороны этого молчаливого, надежного гнома кружило голову круче любого вина. Общие тайны — они сближают сильнее любых клятв. Но Кир на этом не остановился. Он наклонился еще ближе, и его голос прозвучал как приказ на закрытом брифинге спецслужб:

— И еще одно, самое важное задание для тебя, Лий. Пока ты будешь крутиться на анонимном аукционе, разузнай мне всё о теневых законах Вальдиры. Кто правит подпольным выводом игрового золота в реал? Как устроен нелегальный бизнес оружия и запрещенных артефактов? Кто держит теневые биржи? Мне нужно знать всё, каждую деталь, каждого крупного игрока в подполье.

Лия покачнулась, едва не прислонившись спиной к стволу ивы. Она была потрясена. Такого колоссального, криминально-политического замаха от гнома-рыбака она не ожидала даже в самых смелых своих фантазиях. Перед ней сейчас стоял не просто сибирский мужик, решивший поймать пару карасей. Перед ней открывался гениальный, жесткий стратег, который собирался не просто играть, а аккуратно, по-умному переписать правила игры под себя. А главное — он выбрал её своей правой рукой. Он доверял ей свою жизнь и свои тайны.

Ее начало мелко трясти от непонятного, пьянящего возбуждения. Эта новая, скрытая грань Карассиуса, его ледяное спокойствие, фантастические перспективы их подводного синдиката и волна тепла от его недавнего прикосновения довели девчонку почти до слез. В горле встал ком. Лия смотрела на черную жемчужину, потом на спокойное, с легкой ухмылкой лицо гнома, и ей до безумия, до дрожи в коленях захотелось прямо сейчас броситься ему на шею, обнять этого упрямого сибиряка и пообещать, что она ради него этот виртуальный мир наизнанку вывернет.

— Я... я всё сделаю, Кир, — голос Лии сорвался на шепот, ресницы дрогнули, удерживая подступившую влагу. Она крепко сжала жемчужину в кулаке, прижимая к груди. — Никто ничего не узнает. Я раскопаю им такие архивы, что они сами испугаются. К вечеру у тебя будет полный расклад по теневому рынку. Клянусь.

Карассиус понимающе и мягко улыбнулся в густую бороду: — Вот и отлично, напарница. Возвращайся к костру, а то девчонки нас потеряют. Время пошло.

Лия глубоко вдохнула, справляясь с бурей эмоций, поправила волосы и шагнула обратно к шумящему столу. Но ее походка уже изменилась — теперь это шла будущая королева подпольного синдиката «Омут и Ко».

Не станем создавать ненужных интриг, просто заглянем в будущее.

На исходе вторых суток Лия сама вытащила Карассиуса к той же плакучей иве. Девчонку буквально лихорадило. Она не сводила с гнома огромных, потемневших от внутреннего напряжения глаз. Маска хладнокровного маркетолога была сорвана начисто.

— Я узнала, Кир... Узнала всё, что смогла, — она заговорила быстрым, приглушенным полушепотом, судорожно сжимая в руках свой неизменный блокнот. — Твоя штучка... Система идентифицирует её как «Сердце Черной Бездны». Это не просто ювелирка. Это древний эволюционный артефакт водной стихии. Она дает постоянный плюс к объему маны, полностью блокирует магию обнаружения на глубине и, главное, удваивает скорость подводного крафта. Для любого серьезного Ихтиоманта или некроманта-утопленника это артефакт божественного ранга.

Лия перевела дыхание, оглянувшись на костер, где Крис и Зая лениво спорили о фасонах новых мантий.

— Я перерыла все закрытые архивы анонимного аукциона, — продолжила она, и её голос задрожал. — Похожая жемчужина, но чуть меньше твоей, всплывала там всего один раз. Пять лет назад. Торги начались с пятидесяти тысяч золотых и за два часа взлетели до небес — ставки перевалили за триста тысяч! А потом лот просто сняли с продажи. Видимо, владелец вообще не собирался её продавать, а просто пробивал реальную цену. Сейчас за твою жемчужину топовые альянсы отдадут любые миллионы. Но продавать её напрямую — самоубийство. Сразу вычислят.

— И как её продают? — спокойно прищурился Карассиус.

— Через нейтральных посредников. Для вещей такого уровня на анонимном аукционе нанимают брокера. Это специальный NPC или скрытый игрок с лицензией системы. Торги идут дистанционно, без личного присутствия и видеосвязи. Только измененный системой голос брокера в закрытом чате. Никаких имен, никаких следов. Если решишь продавать — я сама найду такого брокера и всё организую через свой алмазный аккаунт.

Лия вдруг сникла, опустив голову, и её плечи судорожно дернулись.

— А вот с теневыми потоками золота... Кир, там глухо, — горько призналась она. — Там всё устроено как чертова паутина. Они шифруются так, что не подкопаешься. Стоит только аккуратно потянуть за одну ниточку, задать лишний вопрос на форуме или среди менял — и паутина начинает вибрировать. Тебя саму тут же начинают изучать и пробивать по базам. Мне дважды за ночь прилетали предупреждения от системы безопасности, что моим аккаунтом кто-то подозрительно интересуется. Я испугалась и свернула поиск. Прости...

Гном мягко улыбнулся в густую бороду и успокаивающе положил руку ей на плечо.

— Всё правильно сделала, Лий, умница, — веско произнес он. — Не спеши с этим. Там свой омут, глубокий и грязный. Нам туда соваться пока рано, да и, честно говоря, не очень-то надо. Пускай топы друг друга в этой паутине душат. Наш бизнес будет чище и тише. У меня здесь, в яслях, осталось всего три важных дела закончить, а потом мы всей бандой сможем спокойно выйти на оперативный простор.

Упоминание о «трех делах», которые гном собирался провернуть в одиночку, подействовало на Лию как детонатор. Внутри нее словно плотину прорвало. Вся сдерживаемая буря эмоций, ночное напряжение, страх за него и бешеное, необъяснимое влечение к этому спокойному сибиряку выплеснулись наружу. Она шагнула к нему вплотную, почти прижимаясь к его гномьей груди, и вскинула бледное лицо. На ресницах заблестели слезы.

— Кир... Карассиус, пожалуйста! — её голос сорвался на отчаянный, умоляющий шепот. — Разреши мне помочь тебе! Не ходи один! В этой чертовой игре, на глубине, в этих теневых схемах — везде нужен верный, абсолютно надежный друг! Тот, кто никогда не предаст, понимаешь? Кто прикроет спину, вытащит из любой ямы, спасет, если надо — собой пожертвует! Я это про меня, гном! На меня можно положиться, поверь! Я всё для тебя сделаю! Возьми меня с собой на эти три дела, не оставляй меня здесь!

Лию мелко трясло от непонятного, пьянящего возбуждения. Общая тайна, эта новая, пугающая и восхищающая грань Карассиуса и его безграничное доверие довели девчонку до предела. Она смотрела на него с такой безумной надеждой и преданностью, что казалось — скажи он сейчас слово, и она без раздумий бросится на шею этому упрямому сибирскому гному, готовая сгореть ради его планов.

Глава 15

ОФП

Шипение гидравлики капсулы «Бриз-М» прозвучало для Кирилла как похоронный марш по его виртуальному величию. Секунду назад он был коренастым, проворным гномом, который лихо орудовал топором и таскал пудовый котел. Гномьё тело дышало силой, а в инвентаре приятно звенели медяки.

Крышка капсулы откинулась. Кирилл со стоном отлепил датчики от висков и попытался сесть.

— Приветствую в реальном мире, Нео, — прохрипел он, хватаясь за поясницу.

Локация: «Съемная студия». Раса: «Человек офисный». Класс: «Мертвый аналитик, 29 лет». Из расовых бонусов — только изжога от трехдневного фастфуда, устроившего в желудке филиал кроличьей фермы, и сухой хруст в коленях, успешно заменяющий Кириллу плеер.

Шлепая босыми ногами по ламинату, он побрел на кухню — залить пожар в трюме фильтрованной водой. На столе белел огрызок бумажки. Сверху на нем лежал магнит с холодильника.

«Борщ в кастрюле. Я у подруги. М.»

Кирилл горько усмехнулся, крутя листок в руке. Марина. Его бывшая-нынешняя девушка. Полгода назад она ушла от него, устав созерцать спину человека, работающего по 14 часов в сутки. А несколько дней назад вернулась — у нее возникли какие-то проблемы с жильем и долгами, и Кир, не глядя, пустил её обратно.

Глядя на пустой угол кухонного гарнитура, Кирилл зашелся тихим, саркастическим смехом. Он вспомнил себя в день её ухода. Он тогда настолько выгорел на проекте, собирая массивы данных для заказчика, что вообще ничего не соображал. Марина ушла, забрав свои вещи, ключи от квартиры... и кофемашину. Самое смешное, что пропажу кофемашины великий дата-аналитик обнаружил только через три дня, когда на автомате пошел варить утренний эспрессо. Смотрит — а розетка пустая.

«Аналитик хренов, — подумал Кир, чувствуя, как внутри закипает глухая, злая обида на самого себя. — Просмотрел утечку главного ресурса прямо под носом. До какого скотского состояния ты себя довел, бро?»

Внутри вдруг щелкнуло. Ему стало физически противно от собственной слабости — и в жизни, и в этой дряблой, затекшей тушке. Хватит.

Через пять минут он уже шнуровал старые кроссовки. Цель — воркаут-площадка в соседнем элитном ЖК.

Вечер встретил его прохладой и банде подростков, которые оккупировали турники. Местные «эльфы пубертатного периода» легко крутили солнышко, прыгали со снаряда на снаряд и шумно играли в «лесенку». Кирилл в своих растянутых трениках ощутил себя столетним мамонтом.

«Куда ты прешь, дед? — издевательски зашептал внутренний голос. — Твой предел — лесенка в Excel. Сейчас под тяжестью твоих восьмидесяти пяти килограммов чистых углеводов этот турник просто в дугу согнется».

Подавив стыд, Кир отошел в самый угол площадки. Начнем с инициализации системы. Правила ОФП он помнил — сверху вниз.

Плавно покрутил головой. В ушах раздался такой звук, будто в шейный отдел насыпали щебня. Так, шейные драйверы просят обновления. Желательно вместе с шеей. Покрутил плечами, сделал несколько наклоны туловища. Поясница натянулась, как старый, трухлявый канат. На глубоких выпадах ног желудок недовольно буркнул.

— Тихо там, в трюме! — шепнул Кир под нос. — Это не бунт, это плановые учения.

Разогревшись, он решительно подошел к перекладине. В голове вспыхнуло воспоминание из девятнадцати лет: как он лихо делал «склепку» — взрывной выход подтягиванием с раскачки. Тело ведь помнит!

Кир подпрыгнул, ухватился за холодный металл. Рывок!

Первое подтягивание далось со скрипом и стоном. На втором левый локоть вдруг взорвался острой, сухой болью. Сустав будто пробило током. Кир разжал пальцы и мешком повалился на резиновое покрытие.

Подростки на секунду затихли, уставившись на него. Кир невозмутимо поднялся, отряхнул ладони и сделал вид, что падение с турника — это секретная часть его тренировочной программы.

«Система выдала критическую ошибку 404, — констатировал он, потирая локоть. — Какая склепка, дурак? Гном бы над тобой сейчас поржал и закопал заживо, чтоб не мучился».

Ладно. План «Б». Раз локоть барахлит, переходим на круговой протокол ОФП. Меньше амбиций, больше базы.

Он начал круг: двадцать четких приседаний до параллели с полом (пятки не отрывать!), затем двенадцать отжиманий от высокой лавки, чтобы снизить нагрузку на многострадальный локоть. Полторы минуты отдыха — и на второй круг. На третий...

К четвертому подходу сердце Кирилла уже не стучало — оно ломилось в ребра изнутри, отчаянно пытаясь найти кнопку «Выход из игры». Спина была мокрой, дыхание напоминало свист сломанных кузнечных мехов. Пацаны на турниках уже посматривали на него без прежней насмешки — они видели, что пришлый мужик не просто кривляется, а реально пашет через силу.

Осталось последнее упражнение четвертого круга. Приседания. Ноги налились свинцом и мелко, предательски дрожали. Мозг, привыкший экономить ресурсы, завыл: «Брось! Ты уже молодец! Пошли домой, там борщ!»

Но Кирилл был аналитиком. И он прекрасно знал закон суперкомпенсации. Рост не начинается в зоне комфорта. Если ты присел десять раз и тебе легко — ты просто потратил время. Настоящий прогресс, запуск адаптации организма, начинается только тогда, когда ты нагружаешь уже забитые, кричащие от усталости мышцы. Только через микроразрушения старого строится новое.

«Так, — зло подумал Кир, стискивая зубы. — У кого тут админские права? У меня или у этой ленивой туши? Запускаем принудительный оверклокинг процессора!».

Один! — он опустился и встал, превозмогая жжение в бедрах.

Два! — перед глазами поплыли темные круги.

Три! Четыре!..

На пятом, финальном приседании ноги дрожали так, будто под ним трескалась земля. Кир выпрямился, зафиксировал тело и тяжело, шумно выдохнул, упершись руками в колени. По лицу градом катился пот.

Он выпрямился, утер лоб краем футболки и поймал взгляд паренька, который только что крутился на брусьях. Подросток понимающе и уважительно кивнул ему. Кир кивнул в ответ.

Он медленно пошел в сторону своего дома. Каждое движение отзывалось тяжестью, но это была потрясающая, чистая и давно забытая приятная боль. Мышцы ног и спины налились кровью и сладостно, мелко вибрировали. Весь офисный туман, вся злость на Марину, всю тяжесть фастфуда просто выжгло из головы этой нагрузкой, оставив кристальную, звенящую пустоту.

Да, завтра тело будет болеть так, будто по нему проехался боевой голем из Вальдиры. Но система дала отклик. Команда на перезагрузку принята.

Кир улыбнулся. Завтра он обязательно вернется на эту площадку.

Эльфийка в реале

Кирилл подошел к родному подъезду, бережно переставляя забитые, налитые свинцом ноги. Мышцы бедер сладостно вибрировали, транслируя в мозг отчеты об успешно проведенной модернизации. Кир протянул руку к магнитному замку, собираясь штурмовать ступеньки, как вдруг дверь резко вылетела наружу.

Сработали остатки гномьей реакции — Кир успел затормозить в сантиметре от выходящей девушки, едва не впечатавшись носом в копну каштановых волос.

— Ой! — объект на траектории вскинул аккуратные брови.

Это была Алёна, соседка с этажа выше.

«Так, неопознанная цель в зоне видимости, — мгновенно выдал внутренний аналитик. — Раса: ”Прекрасная эльфийка”. Класс: ”Студентка-активистка”. Уровень опасности для холостяцкого процессора: ”Критический”».

Именно Алёна позавчера спасла его от голодной смерти, когда Кир, решив отвлечься от Вальдиры, попытался испечь пиццу, но чуть не устроил в духовке филиал филиппинского вулкана. Повар пятого уровня в игре, в реале он не смог разобраться с таймером конвекции. Алёна тогда зашла за солью, оценила масштаб задымления, решительно отодвинула айтишника в сторону и спасла ужин.

— Привет, — улыбнулась она, окинув его оценивающим взглядом. — Ого. Да ты, я смотрю, спортсмен?

Кирилл попытался скрыть одышку, но мокрая футболка, пунцовые щеки и капли пота на лбу выдавали его с потрохами.

— Да так... Решил систему перезагрузить, — буркнул он. — Разомнусь, думаю.

Алёна хитро прищурилась, и в ее глазах заплясали опасные искорки.

— Заметно. Надо же — плечи во-о-он какие широкие, а подтянуться смог всего два раза!

Уши Кирилла мгновенно вспыхнули пунцовым пламенем. Он почувствовал себя первокурсником, завалившим простейший зачет. Процессор в голове судорожно закрутил шестеренками. Спортплощадка... Точно! Окна её квартиры выходят прямо на коробку во дворе. Она видела всё. И его кряхтение, и позорный отстрел левого локтя, и то, как он мешком рухнул на резиновый настил.

— У меня просто локоть... сустав барахлит, — начал было оправдываться Кир, уходя в глухую оборону. Его мужское эго жалобно пискнуло и спряталось в инвентарь. При этом его сугубо технический мозг напрочь проигнорировал очевидный баг в логике: Алёна вылетела из подъезда ровно в ту секунду, когда он к нему подошел. Для случайности тайминг был слишком идеальным.

Девушка сделала полшага вперед, став опасно близко. В нос Кирилла ударил тонкий, едва уловимый аромат цитрусового парфюма, мгновенно забивший запах свежего асфальта и пота.

— И почему ты не звонишь? — мягко спросила она, наклонив голову. — Помнишь, о чем мы позавчера договаривались?

В черепной коробке дата-аналитика запустился экстренный поиск по базе данных. Позавчера... Пицца... Дым... Кухня... Память выдавала сплошные «битые сектора». В тот вечер он был настолько ментально истощен работой и игрой, что на автомате поддакивал всему, что говорила эта улыбчивая девчонка.

Понимая, что пауза затягивается, Кирилл решил включить режим блефа — стандартный навык при общении с заказчиками.

— Помню, конечно! — уверенно соврал он, расправив затекшие плечи. — Кажется... мы хотели что-то приготовить? Еще раз. Без поджога квартиры.

Алёна звонко рассмеялась, качнув головой.

— Ну уж нет, твоя духовка — это зона повышенного риска. Дело вообще не в еде. Я же жутко любопытная, Кир! Ты обещал рассказать мне всё-всё-всё про ту огромную космическую штуковину, которую у тебя в квартире стоит Что это за капсула? Зачем она? Так ты там пропадаешь сутками?

Кирилл мысленно выдохнул. Пошел понятный контент. Про Вальдиру, вирт-технологии и «Бриз-М» он мог лекцию прочитать даже в полуобморочном состоянии. Напряжение спало, и на лицо вернулась привычная спокойная улыбка.

— А, капсула... Ну, это долго объяснять. Хотя, если интересно... Пошли, прямо сейчас и расскажу, чего тянуть? — он радушно махнул рукой в сторону открытой двери подъезда, уже мысленно просчитывая, как вежливо подвинуть Марину с её борщом, чтобы похвастаться перед соседкой топовым железом.

— Нет! — отрезала Алёна, мгновенно переписав правила квеста.

Кирилл замер с поднятой рукой. Внутренний интерфейс выдал системное сообщение: «Внимание. Действия NPC не поддаются логическому анализу».

Алёна эффектно задрала подбородок. Сделав кошачий, мягкий шаг вперед, она начала медленно обходить Кирилла по кругу. Она двигалась так близко, что краем своего легкого кардигана едва не задела его локоть. Кир замер, боясь пошевелиться, ощущая кожей волну тепла, исходящую от неё. Обойдя его и оказавшись уже на нижней ступеньке крыльца, эльфийка полуобернулась.

— Не сейчас! — Алена ослепительно улыбнулась. — Я очень занята. У меня дела, спешу. Но ты... ты звони. Обязательно.

Она развернулась и легкой, летящей походкой направилась в сторону арки, изящно покачивая сумочкой.

Кирилл остался стоять у подъезда с протянутой к домофону рукой и слегка приоткрытым ротом. Процессор завис окончательно, выдав «синий экран смерти».

«Так... Что это сейчас было? Произошла критическая ошибка логики. Объект самостоятельно выдал квест, забайтил на шикарную награду, а потом в одностороннем порядке заблокировал локацию и скрылся в тумане войны... Женская дипломатия — это явно темная магия восьмидесятого уровня, у меня к ней полный резист».

Он тряхнул головой, приходя в себя, и приложил ключ к пищащему замку. Заходя в прохладу подъезда, Кирилл поймал себя на том, что глупо и широко улыбается. И что самое странное — у него напрочь вылетела из головы и записка Марины, и лопнувший локоть, и даже оставленный на кухне борщ. Настроение стремительно пробивало верхние слои стратосферы.

Жизнь в реале, кажется, тоже начинала приносить неплохой опыт.

Вечер у тинистого пруда в Яслях выдался на редкость монументальным. Трещал массивный очаг, сложенный из дикого камня. На крепких лавках суровой гномьей работы, которые никак не вязались со стартовой локацией, развалилась команда.

Битва с игровым дизайном и любимое место Лии

Про этот лагерь стоит сказать подробнее. В начале своей игры гном, оценив место и получив топор, с максимальным тщанием устроил лагерь, с очагом, столом и лавками.

Игровая система отчаянно, с тупым бюрократическим упорством боролась с самовольной застройкой стартового берега. Каждую полночь невидимый скрипт очистки территории пытался вернуть локацию в девственный вид, задуманный ленивым геймдизайнером. Самые крепкие осиновые доски за пару часов превращались в труху, а дикие камни очага под утро упрямо расползались обратно по швам ландшафтной карты, как им и было велено в ТЗ. Киру каждое благословенное утро приходилось начинать с тотального капремонта, поминая создателей игры тихим сибирским словом.

Но гном не был бы системным аналитиком, если бы спасовал перед скриптом. Используя мутные механики своего класса ихтиоманта, Кир несколько раз нырял на самое дно пруда, пока не нащупал в иле реликтовое, полусгнившее бревно морёного дуба. Скрежеща зубами от нехватки выносливости, Карассиус выволок этого утопленника на сушу, с помощью своего топорика и клиньев распустил на тяжелые доски и сколотил монументальный стол с лавками.

Вот тут-то алгоритмы сервера и сломались. Движок честно пытался стереть постройку в полночь, но скрипт раз за разом буксовал, натыкаясь на предмет с системным тегом «Реликтовая древесина», обладавшей абсолютным иммунитетом к деградации. Робот не смог переварить гномье упрямство, завис и просто сдался, сиротливо сгенерировав рядом со столом Кира дефолтный кустик черники.

Лия эту отвоеванную у искусственного интеллекта лавку искренне полюбила. Она выбрала себе постоянное место на самом краю — с идеальным углом обзора на поплавок гнома и защитой от виртуального ветра. В игре, где миллионы пользователей ежесекундно бежали куда-то ради гринда, эта дубовая доска была единственной стабильной точкой во вселенной. Лия застолбила её с чисто акульей деловой хваткой. Стоило какому-нибудь пробегающему мимо нубу третьего уровня примериться своими пиксельными штанами к её краю, как Лия награждала его таким ледяным, кастрирующим взглядом топ-менеджера, что бедолага испуганно икал и улепетывал качаться в соседние камыши. Место было священным. И Кир, прекрасно это понимая, никогда на её край не претендовал, молча оставляя за ней право на личную суверенную зону в их маленьком лагере.

А кустик черники гном расценил как скрытый намёк системы.

Призвав Лию и Заю, он выдал им строжайший наказ: беречь, лелеять и поливать. Лия не стала ломать голову над очередным странным поручением шефа и просто взялась за ведро. Попутно она озадачила Заю:

— Так, Зайка. Кастуй на куст своё [Малое исцеление]. Заодно и «Магию жизни» качнёшь на халяву.

Черничник заботу одобрил, но расти в рамках приличия отказался.

[Внимание! Цель «Кустик черники обыкновенной (квестовый?)» игнорирует стандартные тайминги роста. Требуется усиленный концентрат природной энергии.]

Лия намёк поняла. Схватив в охапку Заю и Крис, она помчалась штурмовать ясли новичков.

— Внимание, нубы! — зычно объявила Лия. — Ищем эльфов, друидов и всех, у кого руки растут из Магии жизни! С нас — безумный буст навыков и бесплатный обед от Гастронома. С баффами!

Первой на зов, естественно, примчалась Эраниэль Благословенная в сопровождении верной свиты подружек.

— Девочки, смотрите, как это убожество гармонирует с моим кастомным подолом из новой коллекции! — щебетала эльфийка, пафосно вскидывая руки. — А теперь глядите, как колдуют настоящие леди!

[Дыхание флоры]!

Вслед за ней лону природы поспешили помочь и остальные новички. Ясли опустели наполовину — качаться и вкусно поесть хотели абсолютно все. Вокруг несчастного растения началось настоящее светопреставление. Молодые друиды усердно читали [Орошение], заменяя Лие вёдра с водой, кто-то из лесных эльфов пытался прожать [Ускоренный вегетационный цикл], а пара совсем зелёных магов жизни просто пускала из ладоней зелёные искры базового [Импульса роста].

Мана полилась рекой, кусты заволокло разноцветным сиянием кастов. Кустику такой спа-салон понравился чрезвычайно.

[Системное уведомление : Объект «Кустик черники» залит маной по самые листья. Получен статус «Экстремальное переедание». Запущен процесс ускоренного плодоношения.]

Уже на следующий день ветки согнулись под тяжестью спелых ягод.

[Вы собрали: «Черника зоркая». Эффект: +5 к остроте зрения на 2 часа. Вкус: божественный.]

Естественно, весь основной урожай Лия тут же гребла под себя, в команду гнома. Остальной массовке плоды демонстрировались исключительно издалека.

— Эй, ну мы же тоже кастовали! Я всю ману на [Живительную росу] слил! — запищал один из лопоухих друидов-нубов.

— На десерт после работы, за дополнительную плату и строго по записи, — отрезала Лия, бережно пересчитывая ягоды и занося их в гроссбух. — И не стоим, откатываем скиллы и поливаем дальше! Нам нужен бесперебойный доход!

Кир стоял в сторонке и одобрительно улыбался. В голове гнома вовсю крутилось его классовое умение [Гастрономия], выстраивая в ряд заманчивые цепочки рецептов.

— Так-так-так... Черничная начинка, пышное тесто... — бормотал он под нос, предвкушая кулинарный триумф. — Уж пуд муки мельник мне за такой шедевр точно выделит. А не выделит — силой отниму!

Раздача слонов

Карассиус, ероша шкиперскую бородку, сосредоточенно и сурово, но как-то очень бережно помешивал в огромном котле ароматную уху из местной плотвы. Вокруг него, как вокруг нерушимого волнореза, эта безумная компания как-то сама собой и сплотилась. Арсений, алхимик четвёртого уровня, тихо бубнил под нос, гипнотизируя пустую пробирку. Чуть поодаль Крис и Зая бурными шепотками обсуждали пробегавших мимо парней в убогом стартовом тряпье.

Лия, маркетолог до мозга костей и по совместительству торговец восьмого уровня, решительно поднялась со своего места. В её глазах горел хищный азарт инвестора, просчитавшего гениальную схему долгосрочного тимбилдинга. Она с глухим металлическим грохотом водрузила на гномьей стол пухлый холщовый мешок, звякнувший внутренним содержимым.

— Так, банда! Свистать всех к кассе! — Лия по-хозяйски хлопнула ладонью по мешку. — В честь официального слияния наших активов в единый боевой синдикат я провела глубокий аудит рынка и решила реинвестировать часть личных и общих средств. Короче, раздача слонов! Но безвозмездно, то есть даром.

— Опять Лия свои финансовые пирамиды крутит, — шутливо фыркнула Крис, однако к столу придвинулась одной из первых.

— Первым пойдёт наш персональный элемент хаоса и непредсказуемости, — Лия подмигнула Арсению и выудила из мешка массивный деревянный ящик, окованный медью. — Сеня, это тебе. Проведи апгрейд материальной базы, чтобы твоя неуёмная тяга к науке не косила поголовье местных жаб раньше времени.

Арсений удивленно моргнул, принял ящик и откинул тяжелую крышку. Изнутри пахнуло дорогим лабораторным стеклом, спиртом и сушёными травами. Там плотными рядами, в бархатных гнёздах, покоились сорок идеальных, тускло поблескивающих предметов: реторты, весы, тигли, ступки с алмазным напылением, щипчики и пинцеты.

Перед глазами алхимика вспыхнули зелёные строчки:

Внимание! Вы получили предмет: «Походная лаборатория практикующего алхимика (учебно-производственная, уценённая)».

Класс предмета: Редкий (изношенный)

Требование по уровню: 10

Текущая прочность: 22/100(Внимание! Снижен порог износостойкости из-за заводского брака литья. Требуется бережное обращение. При превышении критической температуры нагрева шанс необратимого разрушения инструмента повышен на 15%).

— Э-это… это же на десятый уровень… — Арсений заикался, бережно, едва дыша, трогая пальцем тончайшее стекло дистиллятора. Лицо его выражало такое тотальное, детское счастье, будто ему подарили как минимум личный замок в Альгоре. — Настоящий профессиональный комплект… Тут сорок предметов! Ребята, тут даже змеиный испаритель с двойным контуром!

— Сеня, умоляю, только не взрывай пруд прямо сейчас, нам тут ещё спать, — покатилась со смеху Зая.

— Лия, признавайся, ты лавки от этого маньяка застраховала? — подхватила Крис. — Мы же только обустроились, я не хочу возрождаться на кладбище в одном нижнем белье!

Арсений на подначки даже не обиделся. Он вообще перестал замечать объективную реальность, судорожно прижимая к груди коробку и что-то восторженно шепча хромированному пинцету.

— Так, девчонки, теперь вы, — Лия обернулась к подругам и протянула Крис изящную коробочку, перевязанную шелковой лентой. — Крис, для боевого мага критически важно не просто вливать дамаг, а делать это стильно. Принимай коммерческое предложение.

Крис сорвала ленту и оглушительно визгнула на все Ясли. В коробочке лежали полупрозрачные, тончайшие перчатки из угольно-черной микро-сетки с умопомрачительным кастомным кружевным узором в виде языков пламени.

Внимание! Вы получили предмет: «Кружево чародейки (персональный заказ)».

Тип: Тканевые перчатки

Защита: 2

Прочность: 45/45

Дополнительно: +3 к параметру «Спецэффекты заклинаний магии Разрушения»

Скрытый пассивный навык:«Мульти-снаряд». Ваши базовые атакующие заклинания до 5 уровня (включая «Магический дротик») визуально разделяются на веер из трёх неоновых стрел. (Внимание: суммарный урон делится между тремя снарядами в пропорции 40/30/30, но визуальный эффект производит неизгладимое впечатление на окружающих).

— О-о-о-у! Боги Вальдиры, они божественны! — Крис немедленно натянула кружево на пальцы и томно пошевелила ими в воздухе перед костром. — Зая, посмотри на этот шов! Они же идеально гармонируют с моим кастомным корсетом! Магический дротик!

В сторону ночного леса с сухим щелчком улетели три ослепительно-пурпурные, мерцающие стрелы, рассыпавшись веером искр. Выглядело это пафосно и дорого — как минимум на двадцатый уровень магии. Крис победно заулыбалась, уже мысленно подсчитывая количество разбитых мужских сердец на центральной площади.

— Зая, тебе спецзаказ, — Лия бережно вытащила объёмистый сверток в плотной шуршащей бумаге со столичной сургучной печатью. — Выписала через личные каналы у заезжего контрабандиста. Доставка из самой Альгоры обошлась в копеечку, цените мою щедрость.

Зая нетерпеливо развернула бумагу и застыла с открытым ротом. В руках у неё оказалось роскошное, невероятно нежное бело-розовое одеяние с глубоким капюшоном, украшенное тончайшей серебряной вышивкой. В унылых и серых Яслях, где все ходили в одинаковых обносках, эта вещь смотрелась королевским нарядом.

Внимание! Вы получили предмет: «Мантия Дыхания Весны (Эксклюзивный тираж)».

Тип: Магическое облачение

Защита: 12

Прочность: 60/60

Дополнительно: +2 к Мудрости, +5% к эффективности исцеления

Скрытый пассивный навык:«Эстетика милосердия». Ткань мантии обладает абсолютной гидрофобностью — полностью поглощает и растворяет брызги крови, сохраняя идеальную чистоту. Визуальный эффект призыва мелких исцеляющих существ (насекомых) заменяется на рой сверкающих неоновых бабочек. Количество сопутствующих спецэффектов (розовые лепестки, искры) увеличивается на 300% за счёт внутренней магии иллюзий.

— С ума сойти… Это мне?! — Зая тут же набросила мантию на плечи и восторженно закружилась у очага.

Вокруг неё со свистом поднялся целый ураган из иллюзорных розовых лепестков и золотистых искр, пахнущий настоящими весенними розами. Крис с восторженным писком подскочила к ней, и подруги, напрочь позабыв про суровую прокачку, принялись ощупывать ткань и шумно обсуждать, как кружево перчаток Крис эстетически сочетается с подолом мантии Заи.

Лия тепло улыбнулась, но в следующую секунду её улыбка стала немного натянутой. На самом дне мешка остался последний, самый тяжелый сверток. Торговка глубоко, судорожно вздохнула. Вся её напускная деловитость, пафос успешного маркетолога и железная уверенность куда-то бесследно испарились. Вспомнив, какими глобальными, грандиозными и пугающе масштабными планами на эту игру поделился с ней Карассиус недавно, Лия почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она до сих пор искренне побаивалась этого строгого, немногословного гнома. Но теперь этот страх превратился в абсолютное, чистое восхищение. Она была готова расшибиться в лепешку, стать его финансовым архитектором, но помочь ему построить эту грядущую империю.

Лия робко, мелкими шажками подошла к Карассиусу. Тот перестал мешать уху, положил большой деревянный черпак на стол и выжидательно посмотрел на неё из-под густых, сурово нависших бровей.

— Карассиус… я… ну, в общем, это тебе, — Лия вдруг густо покраснела и затеребила в руках сверток, напрочь позабыв все свои заготовленные заумные речи про «ликвидность» и «тимбилдинг». Потеряв весь свой апломб торговца восьмого уровня, она выглядела сейчас как простая, смущённая девчонка перед строгим, но любимым учителем. — Я тут подумала… Ты ведь наш босс. Настоящий лидер, ну. И ты говорил тогда… у реки… про море, про корабли ваши гномьи, про дальние берега… В общем, я искала. Очень искала на закрытых форумах и через оптовых перекупщиков. Вот. Возьми.

Она протянула ему подарок обеими руками. Карассиус молча принял сверток, аккуратно разорвал плотную упаковочную ткань и… замер. Шкиперская бородка гнома заметно дрогнула.

В руках он держал великолепную, плотную Капитанскую Фуражку с лакированным черным козырьком, ослепительно-белоснежным верхом и тяжелым, филигранным золотым шитьем, в узоры которого были вплетены едва заметные фигурки дельфинов на фоне якоря.

Перед глазами Карассиуса развернулся системный свиток:

Внимание! Вы получили уникальный предмет: «Фуражка Шкипера Первого Ранга (Именной кастом)».

Класс предмета: Редкий

Прочность: 80/80

Дополнительно: +15 к Харизме, +10% к репутации и авторитету у фракций моряков, каперов и пиратов Вальдиры.

Скрытый пассивный навык:«Голос Капитана». Когда носитель отдает тактические приказы громким голосом, защита всех членов группы в радиусе 15 метров увеличивается на 7%, а скорость регенерации маны — на 5% (эффект действует до тех пор, пока фуражка экипирована на персонаже).

Карассиус смотрел на фуражку и молчал. Никто, абсолютно никто в этом огромном виртуальном мире не знал, что именно эту фуражку он до мельчайших подробностей, до каждого золотого стежка представлял в своей голове, когда три часа сидел в стартовом редакторе, вырисовывая концепт своего персонажа. Он никому об этом не говорил, считая глупой сентиментальностью. А эта девчонка… как-то почувствовала. По его суровым присказкам, по манере хмуриться, по его великой мечте построить самое большое рыбоводное хозяйство в истории Вальдиры.

Суровый гном медленно, с каким-то священным трепетом поднял фуражку и водрузил её на голову, едва ощутимым движением сдвинув лакированный козырёк чуть набок. Фуражка села как влитая.

Шорох мантии Заи и восторженное шушуканье девчонок мгновенно смолкли. Даже Арсений оторвался от разглядывания своих бесценных пробирок. Вся команда уставилась на гнома. Карассиус в этой фуражке, со своей шкиперской бородой, массивной фигурой и тяжелым взглядом, мгновенно превратился из обычного низкоуровневого игрока в настоящего, пугающего и харизматичного морского волка. Пафос в лагере подскочил до критической отметки.

Арсений, Крис и Зая переглянулись, словно прочитав мысли друг друга, а затем синхронно, как по команде, повскакали со своих мест, вытянулись по струнке и в один голос оглушительно заорали на весь берег пруда:

— КАПИТАН НА ПАЛУБЕ!!!

Карассиус сурово, раскатисто покашлял, незаметно смахнув со щеки кулаком подозрительную влагу, и посмотрел на Лию долгим, тяжелым взглядом, в котором читалось такое глубокое, железобетонное «Спасибо», какое не способна передать ни одна системная строчка. Робость Лии тут же сменилась гордостью — она поняла, что попала в самую цель. Теперь они были не просто случайной пати для фарма кабанов. Теперь они были его верным экипажем.

Гном с грохотом опустил тяжелый кулак на стол, отчего уха в котле предупреждающе булькнула.

— Так, матросы! — гаркнул он, и над лагерем пронёсся ощутимый импульс уверенности и лидерской силы, заставивший интерфейсы команды одобрительно мигнуть. — Полный вперёд. С таким штурманом и с таким тылом мы эту Вальдиру наизнанку вывернем и заставим плясать под нашу дудку. Всем налить ухи! За счёт Капитана!

Личное знакомство

Над прудом окончательно сгустились сумерки. Команда, весело гремя мисками, уплетала обжигающую уху. Зая и Крис наперебой спорили, где в Яслях найти лучшую локацию для фотосессии в новых шмотках, а Арсений бережно протирал краем рукава каждую колбочку, светясь от счастья. Карассиус, не снимая фуражки, сидел во главе стола — монументальный, довольный и тихий.

Лия пригубила из своей кружки и незаметно улыбнулась, глядя на это семейное тепло. Никто из них даже близко не догадывался, через какой экономический ад ей пришлось пройти ради этой сцены.

Всё началось три дня назад на аукционе Альгоры. Лия лениво пролистывала списки кастомных вещей, когда наткнулась на эту фуражку. Она влюбилась в неё с первого взгляда — в этот идеальный лаковый козырёк, в дерзкий белоснежный верх. А когда в её голове вспыхнул образ их сурового гнома в этом головном уборе, пазл сложился окончательно. Образ «Капитана» встал на место настолько идеально, что торговка потеряла покой. Она просто не могла её не купить. И купила — спустив до последнего медного гроша вообще все личные сбережения, которые копила с момента регистрации.

Уже потом, когда эйфория от покупки утихла, включился холодный мозг маркетолога. Лия представила, как это будет выглядеть со стороны. Она притащит дорогущий индивидуальный подарок мужику, которого все уважают и немного побаиваются? Гордая, независимая Лия, которая всегда позиционировала себя как чистого дельца? Да ни за что! К тому же, женская половина команды — Крис и Зая — могли банально приревновать к такому эксклюзивному вниманию, и вместо сплочения получился бы раскол.

Именно тогда Лия развернула эту партию на полную мощность. Чтобы замаскировать свою главную покупку, она вытряхнула остатки общего бюджета и подобрала подарки каждому. Набор для Сени, перчатки для Крис, мантия для Заи — всё это было гениальной, просчитанной дымовой завесой, призванной скрыть её истинные чувства и сделать так, чтобы фуражка Карассиуса выглядела органичным финалом «командного тимбилдинга». И схема сработала идеально.

Но даже это было лишь верхушкой её многоходовки. Лия строила в голове цепочки планов на недели вперёд. Её восхищение гномом после его рассказа о глобальных целях игры требовало твёрдой почвы. Одно дело — доверять пикселям на экране, и совсем другое — знать, с кем ты идёшь в одной связке.

Лия поставила кружку на стол и кашлянула, привлекая внимание. Девчонки притихли, Арсений поднял голову.

— Так, экипаж, раз уж мы теперь официально оформили наши отношения, — Лия обвела всех лукавым взглядом, — у меня есть к вам одно деловое предложение. Точнее, стратегическая инициатива.

Карассиус повернул к ней голову, золото на фуражке блеснуло в отсветах пламени.

— Излагай, штурман, — одобрительно гуднул гном.

— Мы тут все крутые, красивые, в кружевах и фуражках, — Лия подпёрла подбородок кулаком, и в её глазах зажглись озорные огоньки. — Но это всё цифры и текстуры Вальдиры. А я не привыкла вести крупный бизнес вслепую. Как насчёт того, чтобы на выходных развиртуализироваться? Предлагаю встречу в реале. В каком-нибудь уютном ресторанчике в Москве. С меня — бронь стола, с вас — ваше присутствие.

— Ой, Москва... — Зая мгновенно погрустнела, переглянувшись с Крис. — Лия, идея супер, но мы-то из Минска. Нам целую логистическую спецоперацию планировать надо. Билеты, вокзалы, да и гостиница в Москве сейчас по цене крыла от самолёта.

— А я вообще из Подольска, — подал голос Арсений, смущённо шмыгнув носом. — Это вроде и рядом, полчаса на электричке, но я по вечерам в столице теряюсь...

Лия хитро прищурилась. В реальной жизни она была наследницей весьма обеспеченной семьи, и родители, чтобы дочка набралась управленческого опыта, недавно отдали под её чуткое руководство крупный ресторанный комплекс. Там было несколько роскошных залов, и Лия уже мысленно забронировала для команды малый банкетный зал — закрытый от посторонних глаз, с идеальной кухней, где она лично будет ждать гостей. Более того, у её семьи была ещё и сеть мини-отелей, так что вопрос с проживанием девчонок она уже решила одним звонком управляющему. Но говорить об этом раньше времени, разумеется, не стала — гордость и независимость превыше всего.

— Отставить панику, матросы, — уверенно улыбнулась Лия. — Минск, Подольск — для хорошего маркетолога это не расстояния. С логистикой я помогу, билеты скорректируем. А насчёт гостиницы вообще не переживайте, я знаю одно очень уютное место, устрою вам персональную скидку в сто процентов. С вас только вояж в первопрестольную. Ну так что?

Лия перевела взгляд на Карассиуса. Ей до безумия, до дрожи в пальцах хотелось узнать: кто же на самом деле прячется за этим суровым, мудрым гномом, который умудрился полностью перевернуть её представление об этой игре?

Гном долго молчал, глядя на огонь. Затем его рука поднялась, Карассиус поправил козырёк капитанской фуражки и неторопливо улыбнулась в шкиперскую бороду.

— Что ж... — веско произнёс он. — Настоящий капитан от своего экипажа на берегу не прячется. Я «за». Пиши координаты, Лия. Настало время познакомиться лично.

Свиток системного выхода из игры тускло мигнул, и силуэт Лии растаял в воздухе у костра. Она ушла в офлайн — улаживать те самые «вопросы логистики» с отелями и рестораном в Москве, о масштабе которых команда даже не догадывалась.

У костра на мгновение повисла тяжёлая, сытая тишина. Слышно было только, как Арсений аккуратно складывает свои новые пробирки обратно в бархатные гнёзда ящика.

Карассиус медленно поднял голову. Золотое шитьё на его новой капитанской фуражке ярко блеснуло в отсветах пламени. Гном обвёл команду тяжёлым, пронзительным взглядом.

— Так, экипаж, — веско произнёс он, опёршись ладонями на колени. — Уху все сожрали? Подарки примерили? Радости полные штаны?

— Капитан, шмотки — просто отвал башки, — Крис мечтательно пошевелила пальцами в кружевных перчатках. — Я до сих пор поверить не могу.

— Вот именно, — Карассиус нахмурился, и его шкиперская бородка грозно топорщилась. — Штурман наш вывернула карманы, устроила нам праздник жизни, а сама ушла с пустыми руками. Это по-капитански, я вас спрашиваю? Это по-нашему?

Зая и Крис виновато переглянулись. Арсений испуганно замер, прижав к себе алхимический сундук.

— Ой... — тихо пискнула Зая. — А ведь правда. Мы же ей ничего... Ну, мы же не знали! Она так уверенно этот мешок на стол вывалила, как будто она Дед Мороз на госслужбе.

— Неправильно это, — буркнул Арсений. — Не по-человечески. Надо ответку готовить. Давайте я ей сварю… ну, не знаю, Эликсир Высшей Проницательности? Семь часов непрерывного бонуса к поиску скрытых торговцев на рынке!

— Сеня, забудь про свои банки, — Крис со вздохом закатила глаза. — Лия — акула бизнеса. Она твой эликсир за пять минут оценит по себестоимости, вычтет процент за тару и выставит на аукцион. Никакой романтики. Ей нужно подарить что-то… красивое! Мантию, как у Заи, только синюю. Или корсет индивидуального пошива.

— Не пойдёт, — Карассиус качнул головой, и козырёк фуражки качнулся вместе с ним. — Лия девка гордая, независимая. У неё вкус такой, что вы со своими тряпками в её гардероб не попадёте. Да и шмоток у неё, небось, полные сундуки.

— А может, скинемся на какой-нибудь крутой торговый артефакт? Лорнет там или весы заколдованные? — с надеждой спросила Зая.

— Ага, скинемся, — хмыкнула Крис, выворачивая пустые карманы стартовых штанов. — У нас на четверых дай бог тридцать серебряных наскребется. А нормальные вещи на аукционе сотни золотых стоят. Да и знакомых мастеров-хардкорщиков у нас в подземельях нет, чтобы по блату скрафтили. Мы же голытьба зелёная, в Яслях сидим.

— Тряпками и железками её не удивишь, золота у нас нет, а бизнес-планы она сама пачками генерирует, — подытожил Карассиус, задумчиво барабаня пальцами по столу. — Тут думать надо. Что она вообще любит, а? Чего у неё точно нет в этой игре, несмотря на всю её независимость?

Над костром снова повисла тишина. Команда дружно наморщила лоб.

— Слушайте… — вдруг заговорщически прошептала Зая, подвигаясь ближе к огню. — Она же всё время считает. Анализирует. Планирует. Она в Вальдире пашет как проклятая, словно на второй работе! А давайте… давайте устроим праздник? Настоящий грандиозный сабантуй в её честь! Чтобы она хоть раз расслабилась и почувствовала себя не директором корпорации, а королевой вечера? У неё от нашей заботы весь её деловой пафос точно трещину даст!

— О! Праздник в честь Лии! — Арсений аж подпрыгнул на лавке. — Это круто! Мы можем… мы можем взорвать кучу цветных бомб! Я придумаю рецепт с разноцветным дымом!

— И спецэффекты из розовых лепестков и светящихся бабочек от мантии Заи! — загорелась Крис. — Устроим шоу прямо здесь, у пруда! Заставим парней из соседних лагерей завидовать!

— Погоди, не частите, — Карассиус поднял тяжелую ладонь, призывая команду к порядку. Фуражка на его голове съехала на затылок. — Идея с праздником хорошая, сильная. Лия девка гордая, её такое внимание проймёт до печёнок. Но если мы просто похлопаем хлопушками и поорем «Поздравляем» — это будет самодеятельность из детского сада. Для её пафоса нужен размах. Нужно сделать так, чтобы это запомнилось.

— А как сделать-то, Капитан? Ресурсов у нас впритык, — вздохнула Крис.

Гном долго смотрел на угли в очаге, шевеля густыми бровями.

— Вот именно. С наскока такое не решается. Нам нужен четкий план, сценарий, если хотите. Где достать редкую выпивку без золота? Как заманить её сюда, чтобы она ничего не заподозрила? В общем, матросы, объявляю тактический тайм-аут. Сейчас все идём спать, а в реале хорошенько думаем. У нас есть время до встречи в Москве, чтобы каждый набросал свои идеи. А там, в банкетном зале, за чашкой чая мы этот план докрутим и утвердим. Всем отбой!

Команда согласно загудела. Идея с секретным праздником для их независимой торговки зажгла всех, и, расходясь по делам, каждый уже прокручивал в голове, как заставить строгую Лию искренне улыбнуться.

Глава 16

Визит с намеком

Суматоха после «раздачи слонов» наконец утихла. Лагерь на берегу водоема в Яслях Вальдиры дышал миром, покоем и гномьей монументальностью. Карассиус, как истинный ихтиомант-гастроном, подошел к обустройству быта с размахом: вместо унылых бревен здесь красовались намертво вкопанные прочные лавки и массивный деревянный стол. В центре высился предмет его особой гордости — каменный очаг, совмещенный с варочной плитой и грилем. Конструкция выглядела так надежно, будто могла выдержать прямое попадание кастующего огненные шары топ-мага.

У этого самого очага Карассиус сейчас и колдовал, методично помешивая булькающее варево. Чуть поодаль, лениво вытянув ноги, отдыхал алхимик Арсениус, наслаждаясь тишиной. Но тишина в этом лагере всегда была относительной. Сидящие на лавке подружки — маг Крис и лекарь Зая — как обычно, без умолку болтали о своем, девичьем, периодически взрываясь дружным хохотом.

Кулинарную идиллию нарушил хруст веток. Из зарослей к костру вышел мельник Микула. На его лице тут же отобразилась блаженная улыбка сытого кота.

Их дружба с Карассиусом началась с самого первого дня в Яслях. Тогда зеленый гном, едва освоив класс «Гастроном», умудрился накормить голодного NPC такой божественной ухой, что мельник в слезах благодарности сразу завалил его заданиями. С тех пор Микула проторил сюда дорожку, заглядывая стабильно по разу, а то и по два в день. Знал, хитрец, что здесь его всегда уважат, выслушают и, главное, досыта накормят.

— Ой, девчонки, смотрите, кто пришел! — Крис и Зая синхронно повернулись к гостю, расплываясь в приветственных улыбках.

Они тут же вскочили, проявляя к уважаемому неписю максимум почтения, и принялись усаживать его за крепкий гномьей сборки стол.

— Здорово будь, Микула-кормилец! — прогудел Карассиус, приподнимая половник в знак приветствия. — Садись, сейчас угощать буду. Правда, извиняй, сегодня меню скромное.

Мельник понимающе и немного тоскливо вздохнул. На прошлой неделе гном угостил его наваристым шулюмом и сочными, шкворчащими стейками из кабанятины. Микула тогда от восторга чуть язык не проглотил и едва не выдал ребятам ключи от собственной мельницы. Но лафа длилась недолго: кабан закончился.

— Ничего, сынок, ничего, — благодушно закивал мельник, усаживаясь поудобнее. — Твоя уха — это ж не просто еда, это бальзам на душу.

Зая шустро пододвинула гостю глубокую миску, от которой поднимался ароматный пар. Микула застругал ложкой, довольно зажмурившись. Наблюдая за этим, Крис хихикнула и толкнула подругу локтем:

— Помнишь, Зай, как мы у него квест на крыс сдавали?

— О-о-о, — протянул Арсениус, приоткрывая один глаз. — Это когда вы изобрели самое извращенное насилие над игровой механикой Вальдиры?

Обычно Микула раздавал приходящим в Ясли нубам стандартные задания на отстрел банальных серых вредителей. Но для Крис и Заи у него нашлось эксклюзивное предложение — квест на особо крупных, прямо-таки элитных подвальных крыс. Девчонки тогда проявили истинно геймерскую смекалку. Крис выпускала в жирную тушку магический дротик, снося ей половину хитпоинтов, а Зая, стоявшая за спиной, тут же кастовала на грызуна исцеление. И так по кругу. Бедная крыса переживала десятки клинических смертей, а девчонкам с каждым разом капало всё больше и больше опыта за «сложный бой». Микула тогда только диву давался, глядя на этот конвейер, пока крысы в подвале просто физически не иссякли, не выдержав такого круговорота гуманизма и садизма.

Мельник, проглотив очередной кусок рыбы, утер усы и внезапно посерьезнел. Тон беседы резко изменился.

— Я ведь к тебе, Карассиус, не просто так брюхо набивать пришел, — Микула хитро прищурился, глядя на гнома. — Я от самого Старосты. Он велел спросить: не забыл ли ты про рыбу к его праздничному столу? Ждет дед, надеется, переживает.

Карассиус снисходительно улыбнулся и махнул рукой:

— Обижаешь, Микула! Всё под контролем. Наловлю я вашему Старосте рыбы. И плотвы, и лещей, и окуней надергаю — столько, сколько нужно, хоть мешками грузи!

Микула вдруг замер, выронил ложку и аж привстал со своего места, едва не опрокинув лавку.

— Да ты не понял, гном! — зычно крикнул он на весь берег. — Какая плотва?! Какая верховодка?! Старосте нужна Рыба. С большой, мать её, буквы!

Карассиус оторопел. Половник замер в воздухе. Девчонки прекратили шептаться, а Арсениус даже сел прямо.

— Это какая такая... с большой? — осторожно спросил гном-ихтиомант.

— Страшная! — выдохнул мельник, округлив глаза. — Чудище это, а не карась! В дальнем пруду сидит, хозяин глубин, скрытый босс! Ни один местный рыбак к нему подойти боится. Лески рвет, лодки щепит! Махина такая, что уток диких целиком заглатывает, как семечки. А дед Пахом божится, будто эта тварь в прошлом месяце заезжего косаря прямо с берега утащила! Только сапоги на воде остались!

В лагере повисла тишина. Гном судорожно сглотнул.

— И ты хочешь, чтобы я...

— Да кроме тебя некому! — перебил Микула, преданно заглядывая гному в глаза. — Ты у нас гастроном знатный, ихтиомант от бога! Кому, как не тебе, эту гадину на крючок взять? Берись, Карассиус. Выручай деревню! Если надо, я тебе и подмогу организую. Вон, бери мою старую лодку, она у причала привязана.

Карассиус мысленно выругался. Он видел эту «лодку». Жалкое, рассохшееся корыто, которое держалось на воде исключительно на честном слове разработчиков и святом духе. Там крафтовых работ по ремонту — часа на три минимум, прежде чем эту посудину можно будет спустить на воду, не опасаясь мгновенного кораблекрушения. А уж против озерного монстра на ней выходить — чистой воды суицид.

Но не успел гном озвучить свои сомнения, как воздух перед его глазами пошел рябью. Раздался фанфарный перезвон системы, и выскочило массивное полупрозрачное окно.

Внимание! Вам предложено уникальное задание: «Праздничное блюдо для Старосты (Хозяин глубин)»!

Деревенский староста желает поразить гостей на празднике легендарным блюдом. Вам необходимо поймать, одолеть и доставить тушу Скрытого Босса Пруда до начала торжества.

Штраф за провал:

Критическое падение репутации с жителями Яслей Вальдиры (-50 репутации).

Полная блокировка цепочки заданий от руководства стартовой локации.

Награда:

Опыт: 15 000 ед.

Репутация с деревней: +100.

Главная награда: Доступ к секретной цепочке заданий лично от Старосты Яслей (ур. 15+).

Гном замер, глядя на строчку с главной наградой. Вот оно. Тот самый жирный квест, о котором Микула как-то раз проболтался ему по пьяни после третьей миски ухи. Упустить такой шанс из-за какого-то водоплавающего босса? Да ни за что на свете.

Карассиус решительно занес руку и ткнул пальцем в виртуальную кнопку [Принять].

— Ну что, команда, — гном повернулся к притихшим друзьям, на его лице заиграла хищная гномья улыбка. — Похоже, у нас намечается большая рыбалка.

Лог чата тут же взорвался сообщениями. Девчонки, мгновенно оценив масштаб грядущего шухера, азартно переглянулись.

— Так, — потерла руки Крис, в чьих глазах загорелся недобрый огонек мага-тактика. — На крысах мы потренировались. Теперь схема такая: Карась выступает в роли живой наживки. Если эта тварь попытается утащить его на дно, Зая непрерывно кастует на него «Дыхание под водой» и «Малое исцеление», а я с берега херачу по воде молниями! Урон по площади, плюс электропроводность воды — мы её там просто сварим!

— Эй! А если вы меня вместе с ней сварите?! — возмутился Карассиус.

— Ну, Зая тебя подлечит, делов-то, — отмахнулась Крис.

Микула, сыто рыгнув, поднялся из-за стола и смахнул набежавшую слезу умиления: — Вот верю я в тебя, гном! Сразу видно — профессионал. Пойду я, дел невпроворот. А ты поспешай, времени до праздника всего ничего осталось!

Мельник благословил компанию широким жестом и двинулся обратно в лесную чащу, оставив отряд бурно обсуждать чертежи ремонта рассохшейся лодки и тактику убийства утиного пожирателя.

Новая угроза: Лучи заката нападают на Омут и Ко

Атмосфера в лагере под кустом черники была привычно хаотичной, больше напоминающей цыганский табор, чем зародыш будущей бизнес-империи. Вокруг монументального стола из морёного дуба, отвоеванного Киром у игровой системы, кипела жизнь.

Команда, которую они умудрились собрать за последние недели, Лие, как топ-менеджеру, казалась сущим кошмаром для управления. Все эти люди пришли сюда исключительно «ради Кира» — его хтоническая, молчаливая надежность и божественная уха притягивали к костру самых странных персонажей стартовой локации. Попытки Лии выстроить жесткую субординацию, распределить KPI и заставить всех ходить строем разбивались о тотальную анархию.

Слева возился Арсениус — безумный алхимик, у которого вечно всё взрывалось. Прямо сейчас он пытался дистиллировать прикормку Кира, из-за чего над костром то и дело вспыхивали фиолетовые искры, а сам Арсениус сидел с куском сажи на щеке. Чуть поодаль на лавке устроились неразлучные подружки: Крис, гибридный маг-воин, и Зая, жрица-целитель. Девчонки были невероятно болтливыми, абсолютно игнорировали боевые механики, обожали кружева, крафтовые наряды и часами обсуждали, подойдёт ли розовый подбой к стальной кирасе.

Тут же на бревне уминала огромные порции карасевой ухи парочка орков-новичков — Халк и его верный друг Бивень. Халк, огромный зеленый детина, совершенно не слушал Лию, потому что был занят более важным делом: он смущенно ловил каждую улыбку Крис, заливаясь краской до самых кончиков заостренных ушей. Бивень просто молча работал ложкой, методично опустошая котелок гнома-гастронома. Чуть дальше сидели еще парочка зеленых нубов, которых в лагере ласково звали «Губы» за их вечно обиженное выражение лиц, когда уха заканчивалась.

Лия стояла в стороне, скрестив руки на груди, и сдерживала тяжелый вздох. Она, акула бизнеса, привыкшая управлять сотнями подчиненных, здесь была бессильна. Стоило ей скомандовать: «Завтра в девять утра сбор на фарм ресурсов!», как Зая щебетала: «Ой, в девять я еще сплю, у меня маска из водорослей!», а Халк просто глупо улыбался, глядя на Крис.

И в этот момент благостную идиллию лагеря нарушил тяжелый топот.

Из камышей на берег вышел орк 12-го уровня с пафосным ником Зубодробитель. Для стартовой локации «Ясли» двенадцатый уровень выглядел как полубог. Он был закован в сияющие латы, а над его головой гордо горел значок элитного рекрутера.

В яслях крупные кланы всегда держали своих агентов. Их задача была проста: выслеживать перспективных новичков, вербовать их на взлете, чтобы потом, в хай-левел зонах, выжимать из их труда максимальную прибыль для верхушки синдиката. Но вслух, конечно, агенты пели совсем другие песни. Они расписывали прелести клановой жизни, обещали бесплатный шмот, защиту и клялись, что их великое братство решит любые проблемы новичков в один клик.

Зубодробитель остановился у костра, презрительно оглядел взорванную пробирку Арсениуса, кружева девчонок и грохнул кулаком по груди:

— Здорово, мелюзга! — его голос, усиленный игровым рупором, заставил Халка подавиться ухой. — Хватит тухнуть в этой луже и жрать костлявую рыбу! Я здесь, чтобы спасти вас от убогого гринда. Великий и непобедимый клан «Лучи Заката» открывает набор! У нас лучшие замки, бесплатный топовый шмот для новичков, а наши хаи решат любой ваш косяк на сервере. Вам больше не придется гнуть спину. Наш глава — как родной отец, все вопросы закроет! Ну что, кто хочет стать элитой, а не протирать штаны на гнилых лавках?

Зубодробитель, расправив закованные в сияющий металл плечи, выжидающе смотрел на компанию у костра. Он привык, что нубы в яслях при виде двенадцатого уровня падают ниц и умоляют о гильдейском инвайте. Но агент «Лучей заката» не учёл, что эта разношёрстная банда под кодовым и глубоко секретным названием «Омут и Ко» уже давно была намертво привязана к гному Карассиусу и его хтонической ухе.

Орки здесь были далеко не зелёными новичками. Халк и Бивень втайне от крупных кланов раскачались до внушительных 9-го и 10-го уровней. Халк безвылазно торчал в яслях исключительно из-за Крис, а Бивень — как верный приятель, обеспечивающий другу тыловую поддержку и методично опустошающий котелки гнома-гастронома.

Девчонки изначально качаться вообще не хотели, справедливо полагая, что гринд портит маникюр. Однако хитрый Кир ловко замотивировал их крафтовыми нарядами с кружевами, и теперь обе красотки поднялись до 5-го уровня. Крис выбрала ветку метательницы дротиков, потому что сам процесс приковывал к себе восхищённые взгляды всех парней на берегу: изящная ножка в сторону, томный вздох «Ах!» при каждом броске — и дротик летит в цель. Зая же, жрица-целитель, умудрялась качаться на самом экологически чистом материале. Она накладывала «малое исцеление» на подбитых стрекоз, жучков и бабочек, получая за это сумасшедше мизерный, но абсолютно безопасный опыт.

Выслушав пафосную речь агента, команда даже не подумала строиться в шеренгу. Наоборот, по лагерю покатился ленивый шёпот и откровенный троллинг.

— Слышь, Крис, — Халк смущённо качнул огромным зелёным плечом, стараясь говорить пониже, чтобы казаться солиднее. — Может, пойдём? Смотри, какой у него шлем блестящий. Вступим в этот классный клан, будем вместе на рейды ходить... Я тебя от злых волков защищать буду.

Крис изящно поправила кружевную манжету, сделала фирменную растяжку, отставив ножку в сторону, и томно вздохнула:

— Ой, Халк, ну какие «Лучи заката»? У них же на эмблеме жёлтый круг, это совершенно не сочетается с моим новым лавандовым плащом. Если уж я куда и пойду, то только в «Розовый фламинго». Там хотя бы эстетика нормальная.

Зубодробитель от такой дерзости аж поперхнулся воздухом, а его сияющие латы возмущённо звякнули.

— Э! Слышь, малявка! А ты откуда про «Розовый фламинго» знаешь?! — орк-рекрутер искренне изумился. — Это же... наши стратегические партнёры! Они, между прочим, уже в топ-1000 сервера входят! И мы, «Лучи заката», скоро там будем. Нам буквально триста человеко-часов гринда осталось дотянуть!

— Вот именно — человеко-часов, — подала голос Лия, лениво помешивая веточкой угли в очаге. В её глазах зажёгся привычный азарт маркетолога, раскусившего дешёвую финансовую пирамиду. — То есть бизнес-модель вашего великого клана строится на бесплатной эксплуатации труда неофитов в стартовой локации ради поднятия рейтинга верхушки? Каков процент отчислений рядовому игроку от кланового налога? И какова стоимость выхода из вашего «братства», если условия труда нас не устроят?

Зубодробитель замер, судорожно пытаясь переварить слова «бизнес-модель» и «неофиты». Поняв, что умными словами девчонку в сером костюме не взять, он решил зайти с козырей и начал тыкать пальцем поочерёдно в каждого, выдавая индивидуальные офферы:

— Так, короче! Тебе, гном, — он зыркнул на Кира, — у нас на базе нужна кухня. Будешь варить свою бурду на триста рыл три раза в день. Прокачаешь кулинарку до небес! Вам, зеленые, — он кивнул Халку и Бивню, — сразу дадим по железному топору. Будете в первой линии зерг-раша стоять, мясо нам всегда нужно! Тебе, умная, — орк уставился на Лию, — на склад посадим, приход-расход сушеной плотвы считать. Девчонкам вашим... ладно, пусть машут своими дротиками на клановых праздниках, для анимации сойдёт.

Тут Зубодробитель наткнулся взглядом на Арсениуса, вокруг которого как раз в этот момент с тихим хлопком поднялось облако вонючего фиолетового дыма. Алхимик закашлялся, вытирая сажу с носа. Орк-рекрутер брезгливо поморщился и махнул рукой:

— А вот тебе инвайта не будет. От тебя никакого толку для клана, один дым, копоть и перевод ценных ингредиентов. Нам балласт в топ-1000 не нужен!

— Какая жалость, — уныло протянул Арсениус, выуживая из кармана очередную подозрительно булькающую пробирку. — А я как раз хотел предложить вашему лидеру новый состав для чистки лат. На основе болотного газа и селитры. Обычно оно взрывается всего в тридцати процентах случаев...

Бивень, не отрываясь от ложки, тихо хмыкнул:

— В клан он нас зовёт... Работать по четырнадцать часов на дядю я и в реале могу. Там хотя бы кофе бесплатный в опенспейсе дают. А тут ради чего спину гнуть? Ради железного топора? Смешной ты, зубастый. У гнома уха наваристее, чем все ваши клановые обещания.

Карассиус, всё это время молча сидевший на своей неразрушимой дубовой лавке, наконец поднял голову. Он посмотрел на агента «Лучей заката» тем самым тяжелым взглядом сибирского системщика, которым обычно смотрят на наглых менеджеров по продажам, пытающихся впарить бракованный софт.

Потом тоскливо посмотрел на колышущуюся ряску. Команда «Омут и Ко» мгновенно поняла знак и притихла — их реальные уровни и скрытые таланты были слишком строгой тайной, чтобы раскрывать её перед шестёркой из крупного синдиката.

Гном тяжело вздохнул, вытер испачканные в чешуе пальцы об штаны и посмотрел на Зубодробителя взглядом абсолютно задолбанного жизнью дедушки.

— Ох, двенадцатый… — плаксиво и уныло протянул Кир, ковыряя пальцем бамбуковое удилище. — Какая кухня на триста рыл? Какая бурда? Я от этих плит и сковородок в реале-то сбежал, у меня от одного запаха жареного лука уже мигрень начинается. Надоело! Сил моих больше нет. Я в эту игру пришёл чисто у воды посидеть, на поплавок повтыкать, нервишки подлечить. Вот скажи мне, мил человек, твой великий клан «Лучи заката»… он сколько мне за одного свежего карася платить будет? Чистыми, в золоте? Без ваших этих вычетов на ремонт замка?

Зубодробитель на секунду завис. Инструкция рекрутера, которую ему выдал клан-лидер, содержала чёткие скрипты про «величие», «честь» и «братство», но прайс-листа на сорную болотную рыбу там, естественно, не было. Агент понятия не имел, сколько в их элитной казне стоит несчастный карась, но статус хай-левела обязывал держать марку. Он снисходительно хмыкнул, опёрся на свой сияющий меч и выдал самый остроумный ответ, на какой был способен его оркский интеллект:

— За карася, говоришь? Ну, дед, расклад такой. За одного карася наш клан заплатит тебе ровно… один раз по шее, если ты притащишь эту костлявую гадость на пир к нашему вождю! Наш вождь жрёт исключительно кабаньи окорока и элитных раков! Так что сдавай свой металлолом в утиль, хватай поварёшку и марш на клановую кухню. Будешь кабанов варить. А про карасей своих забудь — в топ-1000 с этой чешуёй не берут!

Лия в этот момент едва удержалась, чтобы не прыснуть со смеху, уткнувшись в воротник своего костюма. Про элитных раков орк угадал удивительно точно — прямо сейчас целая стая этих «окороков» росла в секретных подводных садках Кира, готовая принести их маленькому стартапу баснословную прибыль.

Зубодробитель ещё не успел закрыть рот после своей пафосной тирады о кабаньих окороках, как с лавки раздался притворно-жалобный, но невероятно звонкий вздох. Зая, жрица-целитель 5-го уровня, обожавшая поговорить больше, чем колдовать, изящно откинула за спину кружевной капюшон своего лавандового плаща.

— Ой, мальчики, вы только послушайте этого грозного воителя! — Зая всплеснула руками, на которых красовались шёлковые митенки, и посмотрела на Зубодробителя с таким искренним, концентрированным сочувствием, словно перед ней стоял не полубог 12-го уровня, а хромая трёхногая стрекоза. — Триста человеко-часов ему осталось, бедняжке! Это же надо, какой гигант мысли! Пришёл в стартовую лужу, встал в позу памятника самому себе и пытается завербовать гнома-пенсионера на кабанью каторгу.

Орк-рекрутер от такой наглости аж попятился, а его сияющий шлем комично съехал набок.

— Э, слышь, ты на кого бафаешь, малявка?! — рявкнул он.

— Да на тебя, чудо ты латное, на тебя, — Зая сладко улыбнулась, лениво накручивая на палец выбившийся локон. — Ты свой шлем-то поправь, а то твоя великая клановая харизма набок покатилась. Рассказывает он тут сказки... «Наш глава — как родной отец!». Ага, знаем мы таких папаш. Сначала «доченька, сынок, вот вам железный топор», а потом — «марш на рудники по четырнадцать часов в сутки, налог в казну девяносто процентов, а если у тебя лаванда с гербом не сочетается — штраф и порка на площади». Ты кого тут обмануть пытаешься, Зубобрюх? Или как там тебя? Зубодробитель? Ой, ну надо же, какое брутальное имя для мальчика, который просто работает бесплатным объявлением у забора!

По лагерю покатился откровенный хохот. Халк от восторга аж захлопал своими ручищами, едва не перевернув бревно, а Бивень, ухмыляясь, показал Зае большой палец.

— Слышь, ты!.. — Зубодробитель покраснел так, что его зелёная оркская кожа приобрела оттенок спелого арбуза. Он судорожно схватился за рукоять меча.

— Ой, всё, не маши своей железкой, а то ещё порежешься, лечить тебя тут по старой дружбе, ману тратить, — отмахнулась Зая, окончательно теряя к нему интерес и поворачиваясь к Крис. — Кристиночка, дорогая, ты посмотри, какая у него ковка на наплечниках грубая. Это же чистый китайский ширпотреб из позапрошлого обновления! И этот кошмар хочет позвать нас в топ-1000? Да они там в своих «Лучах заката», походу, до сих пор в серых дефолтных трусах ходят и урон подорожником лечат. Иди уже, мальчик, не позорься. Нам тут некогда, у нас караси не дочитаны.

Зубодробитель открывал и закрывал рот, как вытащенный на берег окунь. Поняв, что против этого сокрушительного кружевного буллинга его 12-й уровень и сияющие латы абсолютно бессильны, он яростно сплюнул в камыши, развернулся и, тяжело топая, улепетнул в сторону большой дороги, проклиная тот день, когда решил заглянуть в эти «тихий омут» яслей.

Глава 17

Новости реала

Капсула Бриз-М открылась с тихим, едва слышным вздохом гидравлики. Кирилл выбрался наружу, меланхолично отмечая, что реальный мир по-прежнему требует физических усилий для каждого шага. В студии было тихо. На автомате он подошел к рабочему столу и открыл свой старый ноутбук.

В углу экрана, среди кучи стандартных уведомлений, тускло мигал невзрачный значок. Письмо пришло на секретный почтовый ящик, развернутый на удаленном сервере, о существовании которого знали всего три человека в мире. От важных людей. И просто так туда не писали.

Кирилл мгновенно подобрался, остатки сонной расслабленности после Вальдиры смыло волной адреналина. Логика дата-аналитика уступила место старым хакерским рефлексам. Перезагрузив ноутбук, он вошел в систему под Linux, но не остановился на этом, а запустил внутри изолированную виртуальную ОС. Процесс разворачивался исключительно в оперативной памяти, делая сессию абсолютно невидимой для любых внешних трекеров и шпионского софта. Полная паранойя, но сейчас она была оправдана.

Тема письма состояла из одного слова: «сороктысячобезьян».

Кир невольно усмехнулся. Это был привет от Мака, давнего приятеля и гениального хакера-самоучки. В юности они зачитывались одной из первых культовых книг про приключения в цифровом мире, и тамошний главный герой использовал именно этот пароль.

Текст самого послания оказался лаконичным: «Открой наш гит, скачай болталку, есть тема, пароль полный».

Конечно, к официальному GitHub этот адрес не имел никакого отношения. Это был их старый, законспирированный репозиторий — след от бурных дел бурной молодости. Кир быстро отыскал в памяти нужную ссылку, прошел сложную многоуровневую аутентификацию и нашел свежий зашифрованный файл. Для его скачивания система потребовала вторую часть. Кирилл без колебаний вбил продолжение цитаты из той самой книжки.

Экран моргнул. Загрузился аскетичный, серый интерфейс без единого излишества: только схематичная иконка телефонной трубки, приветственная строчка и мигающий курсор, запрашивающий разовый код доступа.

Кирилл вернулся во вкладку с почтой. Ровно через секунду после его запроса на сервер упало новое письмо. Внутри содержался длинный, сгенерированный открытый ключ. Кир молча скопировал его и вставил в окно «болталки», прекрасно понимая: протокол жесткий, минуты через пять этот ключ превратится в тыкву.

Интерфейс моргнул зеленым, и из динамиков раздался тихий шорох цифровых помех. Трубка была снята.

— Здорово, Кир, — голос Мака в динамиках звучал чисто, без задержек, несмотря на все слои шифрования. — Ну ты и потерялся. Где тебя черти носят? Живой хоть?

— Привет, Мак, — Кирилл откинулся на спинку кресла, чувствуя странную смесь ностальгии и тревоги. — Живой. На легале сижу, аналитикой промышляю, в Вальдире время коротаю. Сам-то как? Куда пропал после того, как наша контора лопнула?

Мак коротко, невесело хохотнул:

— Да как... Ушел во фриланс, всё сначала было шоколадно. Торговал инфой, писал хитрые скрипты, денег хватало. А потом черт дернул согласиться на один заказ. Уговорили, короче, сделать хорошим дядям защиту. Серьезный софт, монолитный. Я его сделал. Да так хорошо, что вскоре появились другие дяди, которые эту защиту оценили как непробиваемую. И занялись уже лично мной.

— Прижали? — нахмурился Кир.

— Началось весело. Сначала всякие ФСБ с проверками нагрянули. Но ты же меня знаешь, у меня все диски чистые, облака зашифрованы, в реале только легал и лицензии. Придраться не к чему. А потом те первые, добрые дяди, намекнули: «Мак, свали-ка ты подальше, пока тут все не утихнет». И контакты нужные дали, чтоб без хвостов. Короче, уехал я в Азию. Сначала мотался, а сейчас вот в Китае осел.

Мак сделал паузу, и в динамиках послышался легкий стук, будто он крутил в руках маркер.

— Слушай, Кир, они тут чокнутые гении через одного, представляешь? Мы у себя на родине в шахматы играем на уровне «свой-чужой», всё прямолинейно. А эти китайцы режутся в бридж на шестерых. Вот и думай, кто в итоге выиграет. Или в это их го стратегическое... Мозг у них вообще по-другому работает. Короче, у меня-то сейчас всё норм, устроился. А вот насчет тебя я не уверен.

Кирилл подобрался, пальцы инстинктивно замерли над клавиатурой.

— В смысле?

— Тобой интересуются, Кир. Копают чего-то, очень аккуратно, но настойчиво. На меня вот издалека выходили, старые связи пробивали, прошлое твое изучали досконально. Ищут, за что зацепиться.

— Да ладно, — Кирилл искренне удивился, в голове начали со скрипом прокручиваться варианты. — Какое прошлое? Я вообще на глухом легале сейчас загибаюсь, тише воды, ниже травы. Какая дата-аналитика, какие базы? Я вообще не понимаю, кому сдался.

— Ну, раз копают, значит, кому-то очень надо, — серьезно ответил Мак. — Ладно, дружище, мне пора канал гасить, время поджимает. Ты там уши востро держи. Если вдруг запахнет жареным — маякуй по той же схеме. Я тебе тут, в Китае, если что, помогу устроиться. Места глухие, безопасные найдем. Давай, на связи.

Канал коротко пискнул и закрылся. Виртуальная операционная система автоматически стерла все следы сессии из оперативной памяти и закрылась, оставив Кирилла сидеть перед чистым экраном Linux. За окном все так же уныло шумел московский дождь, но ощущение безопасности смыло окончательно.

Кирилл закрыл виртуальный контейнер, и операционная система на базе Linux вернулась к своему исходному, девственно чистому состоянию. Внутренний параноик требовал немедленно проверить все логи соединений, но сильная усталость после многочасовой сессии в Вальдире давала о себе знать. Он потянулся к лежащему на краю стола смартфону и тут же обнаружил цепочку пропущенных вызовов и сообщений в мессенджере.

Все они были от Алёны, соседки по лестничной клетке.

«Ну позвони уже!»

«До куда ты пропал вообще?»

«Я щас сгорю от любопытства, Кир!!!»

Кирилл хмыкнул, чувствуя, как губы сами собой расползаются в улыбке. Включив привычный сарказм, он лениво набрал ответ:

«Да здесь я. А ты уже освободилась?» — это был тонкий намек на то, что когда он сам звал её по-соседски выпить чаю пару дней назад, у неё внезапно обнаружились неотложные дела.

Ответ прилетел буквально через секунду, капсом и со стаей восклицательных знаков: «ПОЛНОСТЬЮ СВОБОДНА! И если хочешь знать, то сейчас я вообще в активном поиске информации! А от любопытства реально горю!»

Кир покачал головой и набрал:

«Ладно, заходи. У меня как раз есть ведро воды для тушения».

Не успел он отложить телефон, как в коридоре раздался короткий трель дверного звонка. Алёна явно караулила его ответ, стоя на пороге. Кирилл открыл дверь, и в студию ворвался вихрь из ярких эмоций, домашнего уюта и искренности.

— Ну наконец-то! — с порога заявила она, проходя на кухню. — Я думала, ты там в своей пластиковой гробине до утра решил прописаться!

— И тебе привет, — Кир прислонился к косяку, с мягкой иронией глядя на гостью. — Между прочим, кто-то в прошлый свой визит клятвенно обещал научить меня готовить что-то сложнее пельменей и стейков из доставки. Где мастер-класс?

— Ой, какая к черту кулинария, Кир! — Алёна отмахнулась так экспрессивно, что едва не задела висящее на стене полотенце. — Ты даже не представляешь, что сегодня в подъезде было! Я шла из магазина, а тут грузчики. Прут здоровенный ящик, матом кроют, на третий этаж тащат. И знаешь куда? В квартиру к дяде Мише!

Кирилл приподнял бровь, изображая искреннее удивление, хотя внутри ситуация его знатно позабавила.

— И что в ящике?

— Капсула! — Алёна округлила глаза. — Точно такая же виртуальная дура, как твоя, только модель попроще. Я дядю Мишу прямо на площадке прижала. Он же всегда на тебя ворчал, помнишь? Кричал, что вы, молодежь, совсем отупели со своими компьютерами, вместо того чтобы делом заниматься. А тут стоит, сияет как начищенный самовар. Я из него всё вытянула!

Алёна сделала драматическую паузу и взахлёб, активно жестикулируя, продолжила пересказывать свой допрос старого боцмана:

— Он сказал, что ты его на рыбалку позвал! И капсулу помог выбрать специальную, с продвинутым медицинским блоком. Мол, пока он там на речке сидит, система ему артроз на коленях лечить будет. Ты бы видел его глаза, Кир! Он уже в Вальдире, создал себе огромного орка по имени Шквал. Кричит мне: «Алёнка, я там сегодня такую кучу рыбы наловил! Две прочные удочки в щепки разлетелись! А под конец такого редкого, огромного язя выудил — леска лопнула, так я его руками, своими орочьими ручищами из воды за жабры тащил, думал, пупок развяжется!» Представляешь? Старый боцман голыми руками тащил виртуального язя и матерился на весь берег!

Кирилл не выдержал и негромко рассмеялся. Задумка сработала идеально — дядя Миша поймал правильный игровой кураж. На этой волне Кир расслабился. Тяжелое послевкусие от параноидального разговора с Маком окончательно улетучилось. Ему вдруг безумно захотелось поделиться своими успехами, и он принялся долго, смачно и с деталями рассказывать Алёне про устройство Вальдиры, про механику скрытых характеристик, про невероятные масштабы тамошнего мира.

Алёна слушала, затаив дыхание, но посреди его монолога вдруг как-то странно сникла, опустила взгляд и тихо призналась:

— Кир… На самом деле я тоже играю. Уже месяц почти.

Кирилл осекся на полуслове.

— Ты? И молчала?

— Да стыдно было признаться, — вздохнула она, подперев щеку кулаком. — На капсулу у меня денег нет, я купила этот дурацкий эконом-интерфейс. Ну, шлем простенький и тактильные перчатки. Создала эльфа-лучника. Кое-как доползла до двадцать девятого уровня, но это не игра, а сплошное мучение. Меня монстры постоянно убивают. Пару дней назад какие-то гады прямо у тракта подловили, прирезали и весь лут отобрали. А в нормальные группы меня вообще никто брать не хочет, говорят, от меня толку ноль.

Кирилл мгновенно включил режим дата-аналитика. В его голове выстроилась четкая логическая цепочка.

— Всё с тобой понятно, — вынес он вердикт. — У твоего шлема пинг слабоват. Для мага, который бьет по площади, или для танка со щитом это еще куда ни шло. Но ты выбрала эльфа-лучника. В динамичном бою, где цель постоянно движется, твоя задержка сигнала фатальна. Ты просто стреляешь туда, где цель была секунду назад. И вовремя прожать уворот от встречной стрелы или меча с таким пингом физически невозможно. Ты для системы — медленная мишень.

— Ну вот и что мне делать? — Алёна жалобно посмотрела на него, а затем ревниво покосилась в сторону большой комнаты, где за стеной стояла его продвинутая «Бриз-М». — А ты сам-то кем играешь? У тебя, небось, всё круто?

— Ну, скажем так, неплохо, — уклончиво ответил Кирилл, решив пока придержать глобальные секреты. — Я гном-ихтиомант и по совместительству гастроном. Мы сейчас с ламповой командой сидим в Яслях, развиваемся. И планы у нас масштабные. Наша цель — построить огромную рыбную ферму для разведения редких, дорогих и ценных пород рыб. Причем как на суше, так и в море.

Глаза Алёны загорелись.

— Рыбная ферма? Слушай, а можно мне к вам? Ну пожалуйста! Меня всё равно ни в одну приличную гильдию не зовут, а тут свои люди. Я буду стараться, честно!

Кирилл внимательно посмотрел на неё. Ему в команду для морской части проекта позарез нужен был свой, абсолютно надежный человек. Человек, который не сольет информацию конкурентам за горсть золотых и не воткнет нож в спину. На фоне тревожных новостей из Китая от Мака, эта потребность обострилась до предела. Алёна была интуитивно честной, открытой и преданной — идеальный кандидат. Но её нынешний эльф с кривой раскачкой и диким пингом был бесполезен.

Кирилл скрестил руки на груди и выдал жесткий аналитический вердикт:

— Убей своего персонажа. Делай полное обнуление.

Алёна даже воздухом поперхнулась.

— Как это — убей?! Я месяц на него убила! Двадцать девятый уровень!

— Этот уровень — мусор, забудь, — отрезал Кирилл, и в его голосе прорезались командирские нотки. — Слушай меня внимательно. Для морской фермы нам нужен подводный житель. Раса — ахилот. Под водой совсем другая физика. Там всё движется плавно, медленно, баллистика стрел значения не имеет, да тебе и гарпун метать не придется. Скорости подводного боя там другие, и пинга от твоего дешевенького шлема на эту расу хватит с головой. Будешь чувствовать себя комфортно.

Алёна на секунду задумалась, а потом удивленно округлила глаза: — Погоди… Ахилоты? Кир, ты не поверишь, я же гайды про них читала! Просто так, ради интереса. Я ведь в школе биологию обожала, у меня по ней твердая пятерка была. И с дедушкой моим, помнишь его? Он же на рыбалке всю жизнь просидел, я к нему туда как на праздник ходила. Я про повадки рыб, про их виды и про подводную экосистему знаю больше, чем половина твоих геймеров!

Кирилл мысленно победно улыбнулся. Пазл сложился идеально. Она не просто подходила — она была идеальной деталью для его механизма.

— Нам в команду нужен не просто рядовой хвостатый, — Кирилл наклонился чуть ближе, понизив голос. — Мне нужен ахилот со скрытым классом. Как аналитик, я просчитал определенные алгоритмы и лазейки в системе генерации Вальдиры. Я знаю, как этот скрытый класс выбить при старте. Так что думай хорошенько.

Выпроводить Алёну после этих слов оказалось задачей повышенной сложности. Девушка моментально загорелась идеей, её буквально распирало от азарта. Она была готова удалять эльфа прямо сейчас, прыгать на месте, засыпала его миллионом вопросов, шутила и подкалывала. Наблюдая за этим фонтаном искренней энергии, Кирилл поймал себя на мысли, что его внутренняя тревога полностью отступила. Рядом с ней было тепло, надежно и как-то очень по-настоящему.

За бурными разговорами они незаметно для себя уничтожили все запасы бутербродов и сыра, оставшиеся на столе. Когда Алёна потянулась за последним кусочком и обнаружила пустую тарелку, она густо покраснела.

— Ой… Извини, Кир. Я, кажется, объела тебя подчистую на радостях.

— А вот теперь включаем строгого гнома, — Кирилл шутливо нахмурился и постучал пальцем по столу. — Слушай мою первую командную директиву, боец. Во-первых, боссу пора спать, день был бесконечный. Во-вторых, настройка твоего нового персонажа будет потом. Завтра, когда я нормально высплюсь и у меня прояснится голова. А твоя задача на сегодня…

Он поднялся со стула, мягко подталкивая притихшую и смущенную Алёну к выходу.

— ...Иди к себе в квартиру, надевай свой шлем и безжалостно удаляй эльфа. А вот завтра, на свежую голову, ты придешь сюда. Я пущу тебя в свою капсулу «Бриз-М». На её железе мы запустим генерацию персонажа, обманем систему и выбьем тебе правильную подводную расу со скрытым классом. Всё поняла? А теперь брысь, дай мне поспать.

Алёна счастливо улыбнулась, кивнула и выскочила за дверь. Кирилл запер замок, повернулся спиной к двери и тяжело вздохнул. Впереди был сложный квест, но теперь он точно знал, что в этой игре он больше не один.

Рыбный план и основы гринда в Яслях

На берегу небольшого лесного пруда царила ленивая, но рабочая атмосфера. Солнце пробивалось сквозь гигантские, размером с доброе дерево, ветви куста черники. Под его густой тенью, прямо на самодельных деревянных лавках, сидела команда.

Гном Карассиус солидно поправил фартук и обвёл всех коротким, хозяйским взглядом:

— Ну что, банда, как успехи с прокачкой? Не всё еще проели?

Лия, как всегда, поняла командира с полуслова. Она закинула ногу на ногу, откинулась на спинку лавки и спокойно улыбнулась:

— Кир, всё отлично. Ребята молодцы, сообразительные. Сразу ко мне обратились, куда очки вкладывать, так что идём строго по плану. Для наших рыбных планов, сами понимаем, нужна качественная подкормка. Поэтому абсолютно все открыли «Травничество».

В разговор тут же вклинилась Зая, сидевшая на краю лавки с пуком свежей осоки:

— Ага! Мне как целителю этот навык вообще как родной зашел. Травничество для медика — база, я шкалу даже заметить не успела, как заполнила!

— Ну да, тебе-то легко… — тихо и робко буркнул Арсениус.

Этот худой, угловатый и жутко стеснительный парень сидел чуть поодаль на пеньке. Арсений пошел по пути боевой алхимии и честно, до посинения вчитывался в раскрытый учебник, стараясь следовать каждой строчке и вымерять граммы. Но теория упорно конфликтовала с практикой.

— Я ради этих рецептов себе уже все пальцы ромашкой и зверобоем стер, пока нужные пропорции для запалов искал, — Арсениус смущенно вздохнул. — Пытаюсь всё по методичке делать, шаг в шаг… а оно всё равно то шипит, то взрывается прямо в лицо. Пол-лица вчера опалило, зато навык апнул знатно. Скоро такие «сюрпризы» варить начну — мобы до самой столицы лететь будут.

Лия сочувственно улыбнулась и продолжила, вспоминая свои мучения:

— Ну а мне как торговцу этот навык по классу вообще не полагался. Пришлось крутиться. Пошла к местной бабке-травнице, которая тут в «Яслях» ошивается, взяла у нее душный квест на сбор трав. Так эта старая мало того что заставила меня по кустам ползать, так еще и за определение этих сорняков две серебрушки содрала. Пришлось покупать навык за звонкую монету, деваться было некуда.

— Ой, да ладно тебе, Лия, зато теперь мы профи! — звонко рассмеялась Крис, маг стихий, сидевшая у самой кромки воды. — Я вот тоже не стала заморачиваться с квестами, просто выложила деньги и купила «Травничество». Время — самый дорогой ресурс.

Лия хитро подмигнула командиру и кивнула на подругу:

— Кир, ты глянь, что наша Крис устроила. Она ведь кроме воздушной стихии теперь еще огонь и электричество открыла. Ну-ка, Крис, покажи шефу мастерство.

— Сейчас попаду! Смотрите под ноги! — весело предупредила Крис.

Она поднялась с лавки, подошла к воде, кокетливо отставила в сторону стройную ножку и сделала резкий пасс руками. Из ее ладоней с сухим, хищным треском вырвалось несколько коротких, ярких молний и пучок искр. Они с тихим шипением вонзились в гладь пруда и мгновенно погасли, оставив после себя легкое облачко пара над водой.

Карассиус оценивающе хмыкнул:

— Недурно. Для стартовой локи — карасей глушить самое то.

— Это еще что, — гордо продолжила Лия. — Мы с Арсением сейчас вовсю качаем навык рыболова. А еще мы абсолютно всем составом взяли профессию «Повара». Пока тебя нет в игре, Кир, твоя кулинария приносит отличную прибыль. Нубы из «Яслей» за твои рецепты готовы последние гроши отдавать. Так они и дорожку к нашему лагерю никогда не забудут, и всегда под рукой в качестве бесплатной массовки и живого щита.

Карассиус довольно ухмыльнулся, покрутил в руках кухонный нож и выдал:

— Коммерцию одобряю, бизнес идет. Но помните, народ: на общий уровень пока забиваем. Наша главная задача — качать основные статы: силу, ловкость, ману. Делаем это через упорные, нудные тренировки. И умоляю — никакого бессмысленного геноцида мобов. Не надо уподобляться дикарям и бегать за каждым жуком ради крох опыта. Нам нужен плотный, мощный базис, чтобы выйти из «Яслей» перекачанными монстрами.

Лия понимающе улыбнулась:

— Конечно, Кир. Мы именно так всё и делаем. Да вон, сам посмотри, как мы эти статы качаем. Девчонки, покажите мастер-класс!

Карассиус повернул голову в сторону лагеря и на мгновение завис, оценивая размах местного нестандартного фитнеса.

Зая, которой по классу целителя полагалось качать ментальные характеристики и харизму, подошла к вопросу с чисто женским изяществом. Она вооружилась сплетенной из гибких стеблей скакалкой, прыгала просто так, искренне радуясь процессу, который так сильно напоминал ей беззаботное реальное детство. При этом Зая умудрялась без умолку трещать, обсуждая наряды, фасоны высокоуровневых мантий из новой столицы и сплетни про админов. Скорость её речи и физическая активность заставляли шкалы статов над её головой расти прямо на глазах.

— …и я ей говорю: «Милочка, эта мантия с баффом на дух вообще не сочетается с твоими сапогами!» — тараторила Зая, прыгая через скакалку и даже не делая пауз на вдох. — Кир, прикинь, болтовня и прыжки нереально качают мана-пул! И весело, и полезно!

Чуть дальше Крис устроила свое шоу для прокачки «Ловкости». Она нацепила на голову походный котелок и с криками «Оп-ля!» прыгала через натянутую между колышками веревку, одновременно пытаясь жонглировать спелыми ягодами черники.

— Ловкость — это грация! — на лету выкрикнула Крис, делая пируэт. — Если я смогу поймать ртом ягоду во время сальто, система выдаст скрытый бафф! Ай!.. — очередная черника прилетела ей точно в глаз, окрасив веко в сочный фиолетовый цвет.

Лия лишь покачала головой, поправила легкую кожаную куртку и затянула потуже пояс:

— Ладно, шутки в сторону. Моя очередь. Кир, я на луг. Надо поднять «Выносливость» и заодно притащить ту партию зверобоя, про которую бабка говорила.

Она рванула с места, демонстрируя отличный спортивный бег. Её фигура быстро замелькала среди огромных стеблей травы. Лия добежала до самого края локации, ловко нарвала сочный пучок целебных трав и, тяжело дыша, но с победной улыбкой, примчалась обратно к лагерю, вскинув руку с добычей. Над её головой высветился долгожданный плюс к капу выносливости.

А на самом высоком камне у пруда сидел несчастный Арсениус в позе лотоса. Парень зажмуривался, изо всех сил концентрировал «Ману», а когда шкала доходила до пика — с криком «Во имя науки!» выливал на себя ковш ледяной воды из пруда, чтобы резко сбросить концентрацию и начать заново.

Гном Карассиус молча наблюдал за этим филиалом безумного спортивно-оздоровительного клуба. Он медленно перевел взгляд на свой кухонный нож, потом на котел, ухмыльнулся и качнул головой:

— Ну, банда... Если нас после таких тренировок не забанят за нарушение душевного спокойствия админов, то мы точно станем самыми страшными монстрами этих «Яслей». Продолжайте, я пошел проверять садки.

Глава 18

Явление Шквала

Вспышка респауна ослепила, и через секунду огромный орк Шквал открыл глаза прямо посреди лагеря. Он замер, шумно втянув ноздрями влажный речной воздух, и ошарашенно уставился на свои руки. Пудовые зеленые кулачища, бугры мышц на предплечьях.

Он притопнул мощной ногой — и замер от восторга. Никакого скрипа в коленях. Никакой тупой, ноющей боли, которая в реальности из-за артроза крутила суставы к непогоде. В свои семьдесят лет дядя Миша чувствовал себя развалиной, но медицинская капсула сотворила чудо. Сейчас в его жилах бурлила дикая, первобытная энергия подводного диверсанта, вернувшая его в пору цветущей молодости. Ему было разрешено всего восемь часов в день для адаптации, но старик уже твердо решил: на сушу он возвращаться не захочет.

Лагерь команды был обустроен на самом берегу пруда: весело трещал очаг для готовки, рядом стояли грубо сколоченные лавки и массивный стол, заваленный кухонной утварью. Крис и Зая, возившиеся у костра, первыми заметили появление гиганта.

— Ура-а-а! Наш танк пришёл! — оглушительно завизжали девчонки, махая руками. Шквал расплылся в довольной ухмылке, но тут его взгляд упал на фигуру у разделочного стола.

Из-за горы рыбьей чешуи с поварским ножом в руке неторопливо обернулся лидер отряда — гном Карась. Дядя Миша, видевший Кирилла в игре впервые, на секунду потерял дар речи, а затем его басовитый хохот напугал ясельных уток в камышах.

Кирилл при генерации персонажа знатно похулиганил. Он наградил своего гнома-ихтиоманта кустистыми, выдающимися вперед бровями, зычным голосом и роскошной, окладистой шкиперской бородой.

— Якорный бабай, Кирюха! — Шквал согнулся пополам, хлопая себя по мощным зеленым бедрам. — Я думал, у меня от медицинских растворов в глазах двоится, а я в зеркало сорокалетней давности смотрю! Ты зачем мои брови у админов угнал, сухопутная крыса? Решил проверить, идет ли гномам боцманский прикид?

Карась недовольно поправил бороду и зыркнул из-под тех самых кустистых бровей. Но дядя Миша, отдуваясь, мгновенно переключился на серьезный лад. Старая флотская закалка взяла вверх: субординация — закон. Орк вытянулся по струнке, приложил ладонь к массивной голове и зычно гаркнул:

— Ладно, шутки в сторону! Командира Карассиуса на мостике признаю! Ставь задачу, Шеф. С чего начинаем? Руки чешутся так, что готов этот пруд до дна вычерпать!

— Для начала — вон та дубинка, — Карась коротко ткнул пальцем в стандартное деревянное полено 1-го уровня, выданное Системой. — Иди в камыши. Твоя цель — болотные прыгуны и гадюки. Качайся.

— Есть, Шеф! — Шквал ухватил стартовое оружие и рванул на передовую с яростью торпеды.

Энергия молодого тела била через край, но стартовый игровой хлам не был рассчитан на боцманскую мощь. Буквально на третьем болотном прыгуне, когда орк со всей дури опустил деревяшку на чешуйчатую тушку, дубинка с сухим треском разлетелась в щепки.

— Тьфу, труха гнилая! — сплюнул Шквал. Лия, крутившаяся неподалеку и завороженно наблюдавшая за его яростными маневрами, мгновенно сориентировалась.

— Кир, я мигом! У кузнеца наводка была! — крикнула она гному и умчалась в сторону ремесленных рядов.

Пока Лия утрясала дела с местным НПС, выменивая накопленные отрядом панцири раков и шкурки гадюк на отличный железный гарпун на длинной цепи (требующий 8-й уровень, но обещающий огромный урон), Шквал без дела не сидел. Оставшись без оружия, он полез на глубину пруда, где его скрытый класс «Подводный Левиафан-Диверсант» работал на полную мощность.

Через десять минут орк с победным ревом вынырнул из тины, волоча за собой гигантский, потемневший от времени топляк. Это был кусок мореного дуба, веками лежавший на дне. Древесина стала плотной как сталь, а у основания красовался массивный, тяжелый корень. Прочность у этого природного артефакта была феноменальной.

Карась, оценив материал, уважительно крякнул, расчехлил свои строительные инструменты и засел за работу. Топор гнома стучал без остановки. Карась подошел к делу с фантазией: вместо обычной дубины он обтесал мореный дуб, придав ему идеальную аэродинамическую форму бейсбольной биты с удобной зауженной рукоятью под орочий хват. Вспыхнувший золотой лог Системы тут же выдал гному достижение за «Нестандартное инженерное мышление» и бонус к прочности оружия.

— О-о-о, вот это балансировка! Вот это снаряд! — восхитился Шквал, взвешивая дубину-биту в руке.

Орк вернулся на болота. Началось форменное демонтажное шоу. Неудержимый, быстрый, не знающий усталости Левиафан крушил прыгунов и волков десятками. Менее чем за полдня полоска его уровня скакнула с 3-го сразу до 5-го. Шквал носился по локации, подкидывая монстров в воздух и координируя девчонок громовыми командами: «Магесса Крис, лево руля, жарь по правому борту! Лекарь Зая, задраить переборки, у Крис мана течет!».

Такой бешеный кач и колоритный гигант не могли не привлечь внимания. Откуда-то из топей вынырнули два колоритных ясельных орка — Халк и Бивень, игроки уровня десятого, решившие, что могут безнаказанно посамоутверждаться за счет новичка в стартовых шортах.

— Эй, корыто зеленое! — крикнул Халк, ухмыляясь. — Ты че тут размахался своей палкой? Че за лексикон? Ты из какого болота выплыл, дед?

Шквал плавно остановился, закинул дубину-биту на плечо и медленно повернулся. В его глазах зажегся недобрый огонек боцмана, застукавшего матросов за кражей камбузного спирта. Фильтр Вальдиры жестко блокировал мат, но дядя Миша умел обходиться и без него.

— Так, караси заносчивые, слушать мою команду, — не повышая голоса, но так, что у орков попритихли питомцы, пробасил Шквал. — Вы почему без команды на палубу вылезли? Какого рожна вы тут, сухопутные недоразумения, кильватерный след мне портите? У вас что, корма протекает или штурвал в голове заклинило? Если вы, две жертвы аборта медузы, сейчас же не затабаните свои весла и не отвалите от моего фарватера, я вам обоим лично дефлектор на изнанку выверну и вместо анкеров в камышах утоплю. Вы у меня до конца ОБТ будете на респе кукушек считать, поняли, шлюпки недостроеные?!

Халк и Бивень ошарашенно захлопали глазами. Они привыкли к стандартным геймерским оскорблениям вроде «нуб» или «рак», но этот громоподобный поток флотских метафор, выданный с абсолютной, железобетонной уверенностью, буквально прибил их к земле. Орки побледнели, попятились, вжали головы в плечи и трусливо ретировались в туман, поджав хвосты.

Вокруг камышей, где качались другие новички-ясельники, повисла секундная тишина, которая тут же сменилась взрывом хохота и аплодисментов.

— Ничего себе! Вот это выдал! — кричали парни из соседнего отряда.

— Дядь, научи так же! Про дефлектор и медузу — это просто шедевр, я заскринил!

— Мужик, ну ты танк! Словно адмирал в отставке!

Шквал лишь добродушно ухмыльнулся, подмигнул восторженным зрителям и, крутанув в руке дубину из мореного дуба, снова бросился в камыши. Энергия молодого тела бурлила, впереди было еще несколько часов законного времени, и этот безумный, счастливый орк был готов доказать всей Вальдире, что старый боцман только-только заступает на свою главную вахту.

Лия вернулась запыхавшаяся, но с сияющими глазами. В руках она тащила массивный, тускло отблескивающий сталью гарпун. От его тяжелого граненого наконечника шла толстая цепь со сварными звеньями, аккуратно уложенная кольцами на ее предплечье.

— Вот! — выдохнула девушка, с гордостью демонстрируя добычу. — Пришлось, конечно, знатно лавочника уламывать. Отдала все шкурки гадюк, что мы за два дня набили, и панцири раков. Зато гляди, какая вещь! Восьмой уровень, урон топовый, еще и пассивка на кровотечение.

Шквал бережно принял оружие, взвесил на руке и восхищенно присвистнул. Баланс был идеальным. Цепь приятно утяжеляла руку, обещая колоссальную инерцию при броске.

— Якорный бабай, Лиса! — пробасил орк, растроганно глядя на девушку. — Ну, удружила! Ну, порадовала старика! Это же чистый противолодочный комплекс, а не игрушка! Объявляю тебе официальную благодарность от лица всей боцманской команды и лично от командира Левиафана! С меня лучший балык, как только Шеф коптильню наладит.

Лия смущенно покраснела и улыбнулась, а Шквал, горя от нетерпения, крутанул цепь. В тихом пруду яслей для такого серьезного калибра целей просто не нашлось — прыгуны дохли от одного вида дубины-биты. Поэтому орк, недолго думая, развернулся в сторону прибрежной лесной чащи. Там, в густых зарослях кустарника, водились кабаны шестого-седьмого уровней — идеальные мишени для ходовых испытаний.

— Полундра, свистать всех наверх! — рявкнул Шквал и ломанулся в чащу, треща ветками.

Тренировка превратилась в знатное зрелище. Орк яростно качал скрытые навыки диверсанта, на ходу учась управляться с коварным оружием. Первый бросок ушел «в молоко» — тяжелый наконечник намертво вонзился в вековую сосну. Шквал, глухо матерясь флотскими терминами, со всей дури дернул цепь обратно, выворотив из дерева солидный кусок древесины вместе с корой. На втором кабане он уже приноровился к инерции.

Гарпун со свистом рассек воздух и с глухим стуком вошел точно в бок лохматому секачу. Кабан взвизгнул и попытался дать стрекача в малинник, но Шквал намертво зафиксировал цепь, намотав ее на свое огромное зеленое предплечье.

— Куда пошел, пассажир?! Стоять на якоре! — заорал орк, упираясь мощными ногами в землю и удерживая беснующуюся тушу весом в центнер, словно канат при швартовке.

Пока Крис издалека добивала обездвиженного кабана точечными огненными стрелами, у Шквала один за другим вспыхивали системные логи:

«Навык "Меткий бросок" повышен до 3»

«Навык "Удержание цели" повышен до 2».

Покончив с кабанами и забив рюкзак жестким мясом, довольный Шквал вернулся к лагерю. Энергия все еще бурлила, и орк, как истинный рыбак, сразу потянулся за удочкой. Пока Карась возился у стола, Шквал планомерно, шаг за шагом, обошел весь водоем яслей по периметру. Его класс Левиафана давал скрытый бонус к обнаружению рыбных мест, так что орк безошибочно закидывал крючок в самые глубокие омуты и под самые коряги, выуживая одну жирную рыбину за другой.

К концу обхода, когда Шквал вернулся к лагерю с полными ведрами, его взгляд наткнулся на Карася, который мирно перебирал кухонные ножи. В голове старого боцмана внезапно щелкнуло, и он грозно навис над гномом.

— Слышь, Кирюха... То есть, Командир! — громыхнул Шквал, упирая руки в бока. — Я вот всю акваторию кругом обошел и что-то не понял. А где снасти ночного базирования?

Карась недоуменно поднял кустистые брови:

— Какие снасти?

— Донки, якорный бабай! — орк аж воздухом поперхнулся от такого святотатства. — Ты же у нас ихтиомант-гастроном, Шеф! Главный по тарелочкам! Как это ты донки на ночь не ставишь? Ты вот сейчас из игры спать выйдешь, в подушку давить будешь, а снасть на глубине работать должна! Утром глаза продрал, капсулу запустил, пришел на мостки — а у тебя там сом на тридцать килограмм сидит и хвостом машет! Пассивный доход, Шеф! Как ты про это забыть-то умудрился, сухопутная ты душа?

Карась замер, медленно переваривая информацию. Внутриигровая логика Вальдиры действительно поддерживала автономный лов, если снасти были правильно зачарованы или надежно закреплены. Гном на секунду прикрыл глаза, мысленно подсчитывая упущенную выгоду и кулинарный опыт, и угрюмо буркнул:

— Забыл. Растяпа. НПС-рыбаки про донки ничего не говорили, самому додумывать надо было.

— Вот то-то и оно, что без боцмана флот загнивает! — победно оскалился Шквал. — А ну давай сюда лески, шнуры, крючки покрупнее! Будем правильные переметы ставить!

— Так нету снастей на крупняка, — развел руками Карась. — Только стартовые нитки на мелочь.

— Это мы мигом исправим! — Шквал подмигнул Лие. — Слышь, Лиса, штурман ты мой боевой! Бери кошелек, погнали снова к лавочнику. Тряханем его закрома. Нам нужен капроновый шнур, кованые крючья на речных монстров и грузила тяжелые, чтоб течением не уносило.

Лия, которая после удачной сделки с гарпуном почувствовала себя главным коммерсантом отряда, азартно потерла ладошки:

— Сделаем, дядь Миш! То есть, Шквал! Я теперь знаю, на какие точки ему давить. У него там за лавкой как раз мотки отличной бечевки лежали, я приметила.

Орк и девушка, двигаясь в едином ритмичном темпе, уверенно зашагали обратно к ремесленным рядам, на ходу обсуждая, сколько панцирей прыгунов нужно выложить на прилавок, чтобы выбить у торговца скидку на элитные речные крючки. Карась смотрел им вслед, качал головой и довольно ухмылялся в свою шкиперскую бороду: с таким боцманом их отряд определенно далеко поплывет.

Лагерь у костра окончательно превратился в главную гастрономическую точку яслей. Пока другие новички давились пресной овсянкой в местном трактире, отряд Карася развернул настоящее кулинарное производство.

Всё, что Шквал мешками таскал из камышей и выуживал из омутов, гном-гастроном тут же пускал в дело. На массивном столе шкворчали сочные стейки из кабанины, а в огромном чане булькала наваристая уха из речной рыбы. Секрет бешеного успеха был прост: кулинарные шедевры Карася давали мощные сытные баффы. Стейки на три часа увеличивали Силу и Выносливость, а уха ускоряла регенерацию Маны, из-за чего к их палатке вечно стояла очередь из местных магов и воинов. Нубы быстро сообразили, что лучше заплатить гному пару серебряных за чудо-рыбу, чем тратить драгоценное время на медленный отдых после каждого боя.

Логи для аналитика

Кирилл висел под водой, ухватившись левой рукой за склизкий озерный корень. Легкие уже пару минут как мягко покалывало — встроенная в капсулу «Бриз-М» система тактильной отдачи деликатно намекала, что полоска кислорода подошла к концу. Следом лениво, по паре единиц в секунду, поползла вниз синяя шкала маны. Как ихтиомант Кир мог дышать под водой за счет магического ресурса, и, судя по запасу, торчать на дне этого болота он мог еще очень долго. Жаль только, что мана не прибавляла терпения.

Перед ним на донном иле покоились три его инженерных шедевра — экспериментальные садки для рыб. Один он честно сплел из речной ивы, второй соорудил из дырявого деревянного корыта, а третий, ради озорства, выложил из плоской озерной гальки, аккуратно подогнав камни друг к другу.

Проблема была в том, что местный малек плевать хотел на его диплом дата-аналитика.

Кирилл активировал умение «Рыбоводство». Уровень у навыка был позорно вторым, поэтому вместо эпического контроля над водной фауной Кир получил лишь возможность мысленно отдавать рыбьей мелочи тупые, односложные приказы. Он отчаянно пытался заставить стайку серебристых верховок плыть по кругу внутри каменного загона. Верховкам было весело. Они хаотично тыкались гному в ладони, уплывали сквозь щели и крутили хвостами у самого носа.

«Так, ладно, — подумал Кирилл, выпуская изо рта цепочку пузырей и наблюдая за глупыми рыбешками. — Давай включим профессиональную деформацию. Что сейчас видит Система?»

Он замер, позволяя течению покачивать бороду, и с привычным сарказмом начал мысленно набрасывать, как должен выглядеть внутренний отладочный лог сервера в эту самую секунду. С его опытом работы со сверхбольшими БД, это было несложно. В его воображении перед глазами побежали строчки:

[03:40:15] [WARNING] Локация: Озерный сектор Б-12. Обнаружена критическая аномалия поведения.

[03:40:16] [MONITOR] Игрок 'Карассиус' (Класс: Ихтиомант-Гастроном) находится под водой 18 минут. Статус: Жив. Психотип: Упрямый чудак.

[03:40:16] [RESOURCE_ALERT] Вычислительная мощность ядра тратится на обсчет траектории 42 дебильных скриптов класса [AI_Malek_01].

[03:40:17] [LOGIC_ERROR] Игрок использует навык "Рыбоводство (ур. 2)" с эффективностью 0.01%. Цель: Заставить рыбу совершать круговые движения. Зачем? Неизвестно. Мальки сопротивляются, Система на стороне мальков.

[03:40:18] [GEOMETRY_CRITICAL] Внимание! Нарушено ТЗ ландшафтного дизайна! На дне обнаружен объект "Каменный круг из гальки". Данный объект не прописан в базе данных декораций. Объект создан руками гнома. Система не понимает, это дом, садок или алтарь для вызова Сатаны.

[03:40:19] [OPTIMIZER] Паника планировщика задач. Что делать с каменным садком? Удалить нельзя, игрок на него смотрит. Оставить нельзя, ломает фрактал дна. Рекомендация: Продолжать пассивное угнетение игрока через тупость рыбы.

Кирилл мысленно хмыкнул, едва не хлебнув озерной жижи. Всё-таки смотреть на мир как на капризную, перегруженную нейросеть, которая пытается выжить в условиях тотальной экономии памяти, было гораздо веселее.

Он снова пошевелил пальцами, посылая ментальный импульс самой жирной верховке. Рыбка сделала изящный пирует, проплыла ровно четверть круга над каменной галькой, а затем резко развернулась и укусила гнома за указательный палец.

«Ну да, — философски рассудил Кир, глядя на уплывающую стайку. — Логическая ошибка не критическая, сервер не упал. Но Система явно выдала мне [Access Denied]. Ладно, дорогая, 1:0 в твою пользу. Посмотрим, из какого дерева ты сделаешь ветерок, когда я вылезу варить уху».

Глава 19

Новости реала. Продолжение

После того как Алёна убежала, Кирилл наконец-то смог нормально выспаться. Сон без сновидений, глубокий и восстанавливающий, смыл остатки виртуальной усталости. Весь следующий день он безвылазно провёл в Вальдире — дел в Яслях накопилось выше крыши, гном-ихтиомант и сосед орк развивали бурную деятельность. Выбравшись в реал ближе к вечеру, Кир первым делом дополз до кухни и сварил чашку крепкого, ароматного кофе. Только сделав первый глоток, он взял в руки телефон и набрал Алёну.

Она была дома. Более того, складывалось ощущение, что соседка сидела на низком старте и буквально гипнотизировала экран в ожидании этого звонка. Алёна ответила на бегу, тараторя прямо в трубку, и договаривала фразу уже под аккомпанемент звонка в его входную дверь — похоже, второй рукой она в этот момент вовсю давила на кнопку.

Кирилл открыл дверь и на секунду замер. Пара дежурных приветственных слов застряла в горле. Алёна выглядела потрясающе: отличный, подчеркивающий фигуру наряд, легкий, безупречный макияж. Видно было, что она собиралась и ждала.

— Привет, — Кир искренне улыбнулся, отступая в сторону и пропуская её в прихожую. — Выглядишь на все сто. Одобряю.

Алёна победно вскинула подбородок и задорно блеснула глазами, явно довольная тем, что её усилия не остались незамеченными.

Она сразу прошла в большую комнату и завороженно уставилась на массивный, футуристический кокон, сияющий матовым пластиком.

— Ну рассказывай, — Алёна провела ладонью по обшивке. — Откуда у обычного дата-аналитика такое чудо техники? Она же как крыло от самолёта стоит.

Кирилл подошел ближе, скрестив руки на груди. На его лице проступила легкая гордость мастера, собравшего шедевр из хлама.

— Отдали в счёт долга, — усмехнулся он. — Вместо денег за одну очень крупную и очень конфиденциальную работу по базам данных. Фирма, у которой я её забрал, крутила этот «Бриз-М» в коммерческом прокате пять лет без продыху. Мне её привезли в убитом, просто в ничтожном состоянии. Я полгода над ней ковырялся: перебрал всё железо, заменил все расходники, до единого перекалибровал датчики нейроотклика. Короче, сделал полный кастовый капремонт. Сейчас этот аппарат выдает параметры чище и точнее, чем новые заводские аналоги.

Кирилл потянул за фиксатор, и герметичная крышка кокона плавно, с тихим шипением ушла вверх, обнажая сложное анатомическое ложе.

— А теперь слушай инструкцию по применению, — тон Кира стал профессионально-строгим. — Правило первое и самое главное: перед погружением ты идешь в ванную и моешься до скрипа. Буквально. С мылом, мочалкой, чтобы ни одной пылинки на коже не осталось.

Алёна удивленно округлила глаза:

— Зачем такая стерильность? Я же не на операцию ложусь.

— Нейроинтерфейс этой машины считывает физические параметры тела слишком идеально, — пояснил Кир. — Любая соринка или песчинка, которая покажется тебе ерундой в реале, через два-три часа в игре отразится как жуткий дебаф кожи. Спина начнет чесаться так, словно тебя в муравейник бросили, концентрация упадет в ноль, и сессию придется прервать. Так что — мыться. Правило второе: после душа надеваешь вот это.

Кирилл достал из шкафа и протянул ей фирменный, запечатанный западный пакет.

— Специальное бесшовное бельё из микрофибры. Напоминает продвинутое спортивное термобелье, но со своими особыми свойствами. Оно идеально распределяет тепло и собирает микроклимат тела внутри ложемента, чтобы датчики не сбоили. Пока ты будешь в душе, я как раз вставлю новые картриджи с питательным гелем и медицинскими жидкостями для суставов.

Алёна завороженно смотрела то на пакет, то на открытую капсулу. В её глазах вдруг мелькнула паника, смешанная с чисто девичьим упрямством. Одно дело — кокетничать и шутить, а другое — взять белье из рук мужчины.

— Нет, — вдруг выпалила она, резко отступив на шаг. — Я… я не могу надеть белье из твоего пакета. Новое, серое, прокатное… нет!

— В смысле? — Кирилл опешил. — Оно стерильное, под твой размер подобрано…

— Кир, не спорь! — щеки Алёны залил легкий румянец, она прижала свой пакет к груди. — У меня свой пунктик. Мне нужно полчаса. Я быстро!

Прежде чем он успел вставить хоть слово, девчонка стремительно развернулась и ураганом вылетела из квартиры, хлопнув дверью. Кирилл остался стоять посреди комнаты с вытянутой рукой. Он покачал головой, тихо рассмеялся своей беспомощности перед женской логикой и побрел на кухню. Раз уж запуск откладывался, нужно было подкрепиться.

Кирилл как раз доставал из электрогриля сочную, исходящую паром горку запеченных горячих бутербродов с сыром и ветчиной, когда замок снова щелкнул. Алёна вернулась. В руках она крепко сжимала небольшой пакет со своими вещами. Она не побежала прямиком в душ, а затормозила на пороге кухни, шумно потянув носом воздух.

Заметив на столе гору бутербродов, девчонка невольно сглотнула и тут же смущенно прикрыла рот ладошкой, вспомнив, как знатно объела его в прошлый раз под самбуку и сандал.

— Ой, Кир… ты опять наготовил. Мне даже неудобно, я же снова всё съем на радостях.

— Налегать не советую, — с мягкой иронией притормозил её Кирилл, придвигая к ней чашку свежезаваренного чая. — Перед капсулой набивать желудок под завязку нельзя. Организму будет тяжело, да и система калибровку метаболизма криво проведет. Так, перекуси слегка. Ну что, делись добычей. Что за ночь узнала про ахилотов?

Алёна присела на самый край стула, сделала аккуратный укус и весело, кратко вывалила всё, что успела вычитать на форумах за бессонную ночь:

— В общем, они совсем не похожи на русалок из сказок, хвостов у них нет! Обычные гуманоиды, руки-ноги на месте, так что штаны и сапоги носить могут. Только пониже людей и с выраженным таким брюшком. Главная фишка — дышат жабрами и могут трехмерно перемещаться в толще воды, там это как полет воспринимается, и на это уходит куча выносливости. Полноценно живут только под водой, на средних глубинах, а в наземные города выбираются редко — и только внутри специальных больших водных сфер-скафандров, шагая на своих двоих. Из классов у них всё стандартно: подводные воины-стражи, маги воды или разума, воры-ныряльщики и куча ремесленников — собиратели жемчуга, строители коралловых рифов...

Кирилл внимательно выслушал её доклад, сделал глоток кофе, а затем внезапно перебил, задав вопрос, совершенно не связанный с ихтиологией:

— Алён, а как у тебя с акробатикой? В реале.

Она удивленно моргнула, но тут же гордо выпрямила спину:

— Вообще-то, я почти КМС по художественной гимнастике. С детства в зале пахала. Я прямо сейчас могу тебе тут на кухонном полу сальто крутануть или в идеальный шпагат сесть, хочешь?

Кирилл серьезно кивнул, укладывая эту информацию в логические цепочки своего аналитического ума:

— Верю. Сальто не надо.

Алёна вдруг спохватилась, перевела взгляд на свой легкий летний сарафан и прыснула со смеху:

— Ой, точно, я же в сарафане… В общем, шпагат — это потом! А зачем тебе моя гимнастика?

— На твоей гимнастике и биологии мы сейчас взломаем систему, — Кирилл наклонился над столом, и его глаза азартно сузились. — Слушай правила лома Вальдиры. Если мы попытаемся создать стандартного ахилота, ты упрешься в потолок своего шлема. Но ИИ Вальдиры распределяет уникальные скрытые классы на основе противоречий кода. Я загоню нейросеть в тупик. Мы зафиксируем в твоей анкете при генерации четыре ключевых якоря: Раса Ахилот плюс Магия Огня, плюс Воздушная Акробатика, плюс Подводный Друид Жизни.

Алёна даже жевать перестала, уставившись на него как на сумасшедшего.

— Кир, ты чего? Какой воздух и огонь под водой? Система же выдаст ошибку несовместимости!

— Выдаст, — победно улыбнулся гном. — Обязательно выдаст. Нейросеть заклинит от взаимоисключающих параметров. Раса биологически не способна к огню и воздуху. Но отказать игроку с твоими феноменальными физическими данными КМС и глубоким ментальным откликом на биологию она тоже не сможет. Ей придется подстраиваться под аномалию. Система вынужденно порежет тебе все стандартные стартовые скиллы, но взамен сгенерирует уникальные мутации, чтобы сгладить противоречие.

— И что это будет? — прошептала заинтригованная Алёна.

— Точный результат я предсказать не могу, система Вальдиры мыслит шире человека. Но как аналитик я вижу вектор, — Кирилл постучал пальцем по столу. — Огонь под водой мгновенно гаснет, превращая воду в пар. Так что классического пламени не жди. Скорее всего, ИИ переведет энергию огня в тепло и давление. На выходе ты получишь что-то вроде управления перегретым паром и термоклинами. Для монстров это будет страшное оружие — сможешь пускать струю пара под гигантским давлением, которая сварит их заживо в обсидиановой чешуе. А для нашей фермы это вообще золото: будешь точечно греть воду в инкубаторах для мальков ценных пород, создавая идеальный микроклимат.

Кирилл сделал глоток чая и продолжила:

— Вместо воздушной акробатики твоя гимнастическая пластика под водой преобразуется в эффект кавитации, например. Ты научишься закручивать вокруг тела кокон из микровскипающих пузырьков пара. В итоге это выльется в суперскольжение — ты будешь летать в толще воды с бешеной скоростью, компенсируя любой пинг. Ну а подводный друидизм зафиксирует твой бэкграунд и даст контроль над рыбами и улитками. Поняла схему?

Алёна сидела с открытым ротом, в её взгляде страх перемешался с диким, лихорадочным восторгом.

— Кир… это гениально. И жутко.

— А вот теперь иди в ванную и мойся до скрипа, как я велел, — скомандовал Кирилл, поднимаясь из-за стола. — Пора готовиться.

Алёна послушно поднялась и скрылась за дверью ванной. Ей вовсе не была противна чужая обстановка или белье. Её внутренний женский пунктик требовал выглядеть красиво перед Кириллом. Она категорически не хотела облачаться в безликую, тусклую серую униформу — стандартное бесшовное техническое белье, которое шло в комплекте к капсуле. Именно поэтому она бегала домой: чтобы вернуться со своим личным, нарядным комплектом.

Пока в ванной шумела вода, Кирилл перешел в большую комнату к кастомному «Бриз-М», проверяя уровень диагностических жидкостей. Минут через двадцать дверь открылась.

Алёна вышла в комнату, укутанная в его большое махровое полотенце, влажные волосы были аккуратно собраны. Задорно блеснув глазами, она кокетливо прикрылась и предложила:

— Кир, а ну-ка отвернись, мне переодеться надо!

Но гном был непрост. Кирилл прекрасно считал эту милую уловку, удержал строгий, непроницаемый фейс сисадмина и непреклонно скомандовал:

— А ну марш обратно в ванную, переодевайся там в белье! У нас тут серьезное предполётное погружение, а не пляж.

Алёна шутливо надула губы, но спасовала перед его суровостью и скользнула обратно. Когда она вернулась в комнату уже без полотенца, Кирилл с большим трудом сохранил невозмутимый вид. Белье на ней действительно было потрясающим — дорогой, изящный комплект идеально подчеркивал её точеную гимнастическую фигуру, лишенную даже намека на изъяны. Внутренний брандмауэр дата-аналитика дал серьезную трещину.

Заметив его секундное замешательство, Алёна лукаво улыбнулась. Решив окончательно подшутить над его напускной строгостью и командирским тоном, она сделала пару плавных, кошачьих движений, внезапно шагнула вперед и прямо перед его носом легко, без малейшего видимого усилия притянула ногу к голове — ап! И зафиксировала идеальный, безупречный вертикальный шпагат, глядя на него со своего ракурса с победным прищуром.

Кирилл в глубоком шоке уставился на эту монументальную демонстрацию КМС, чувствуя, как где-то в подсознании окончательно утверждаются алгоритмы взлома. От такой реальной физики ИИ Вальдиры точно сойдет с ума.

Вилка противоречий или кастомный ахилот

Кирилл стоял у раскрытого кокона «Бриза-М», рассеянно потирая шею. Внутренний брандмауэр дата-аналитика, до этого исправно защищавший его от любых эмоциональных всплесков, сейчас не просто дал трещину — он рухнул, погребая под обломками всю его хваленую логику. Алёна стояла рядом, и Кир, против воли, продолжал разглядывать её. Идеальная фигура КМС по гимнастике, дорогое изящное белье… Но больше всего цепляло другое. Её отношение к нему. Эта гремучая смесь девичьего кокетства, абсолютной искренности и какого-то безграничного, детского доверия, с которым она пришла в его квартиру и готовилась лечь в его капсулу.

Накатила тяжелая, чисто мужская ответственность. Кирилл внезапно вспомнил вчерашнее глухое предупреждение Мака о том, что в реале под него начали копать. Взгляд снова упал на Алёну. «Я буквально прячу эту девчонку в глубинах Вальдиры, — подумал Кир, чувствуя, как сжимаются кулаки. — Значит, я обязан сделать всё идеально. Без единой ошибки в коде».

— Так, боец, укладывайся, — уже мягче произнес он, помогая ей разместиться в анатомическом ложементе.

Алёна послушно опустилась на мягкую подложку, забавно поерзала, устраиваясь поудобнее, и уставилась на него своими огромными, широко открытыми глазами. Крышка капсулы опустилась с глухим, солидным гидравлическим щелчком, изолируя её от внешнего мира.

Кирилл тут же сел в кресло, открыл ноутбук и вывел технические логи на встроенный сервисный монитор капсулы. Пальцы привычно забегали по клавиатуре. Запустив скрытую утилиту, Кир начал аккуратно подменять пакеты данных, искусственно завышая показатели её ментального отклика на воду и биологию, пока сама Алёна внутри штурмовала редактор персонажа.

Через три минуты кокон со звуком «пшик» внезапно открылся. Алёна приподнялась, на её лбу залегла тревожная складка.

— Кир, система выдает ошибку! Она прямо пишет, что раса ахилотов биологически несовместима с магией огня и воздухом. Кнопка «Подтвердить» просто серая! Что делать?

— Продолжай, — не оборачиваясь, сухо бросил Кирилл, продолжая вбивать строки скрипта. — Дави на эти точки. Заново выбирай те же параметры. Стой на своем и не отступай. ИИ должен зафиксировать твое упрямство. Ложись.

Крышка снова закрылась. Светодиодные индикаторы на обшивке «Бриза-М» начали испуганно мигать. Ровный зеленый свет сменился предупреждающим желтым, затем налился тревожным багровым. Капсула протестующе зажужжала, калибруя перегруженные датчики.

Прошло еще пять минут. Крышка взметнулась вверх так стремительно, что Кирилл вздрогнул. Алёна сидела в ложементе, и её огромные глаза были уже едва ли не со слезами на глазах.

— Кир, всё, это финиш! — панически воскликнула она, всплеснув руками. — Красный экран! Система пишет, что зафиксировано злонамеренное упрямство игрока, и если я не выберу стандартный класс, меня накажут при рождении! Порежут характеристики или вообще заблокируют!

Кирилл наконец оторвался от монитора, откинулся на спинку кресла и тепло, успокаивающе улыбнулся:

— Спокойно, Ален. Вообще-то, мое самое первое официальное достижение в Вальдире называется «Упрямый осел». И ничего, как видишь, живой, даже гнома неплохо раскачал. Так что штрафами нас не испугать, это нормальная защитная реакция ИИ. Нам не привыкать.

Алёна замерла, переваривая его слова. Паника в её глазах мгновенно сменилась такой бешеной волной благодарности и облегчения, что Кирилл даже охнуть не успел. Девчонка резко подалась вперед, перемахнула через край ложемента, крепко схватила его руками за шею и попыталась поцеловать.

Но Кир был тертым гномом с отличной реакцией. Чисто рефлекторно, спасая остатки своего командирского авторитета, он умудрился в последний момент вывернуть голову. В итоге сочный, порывистый девичий поцелуй пришелся ему точно в щеку.

Алёна даже не смутилась. Уткнувшись носом куда-то ему в район уха, она горячо и быстро зашептала:

— Я тоже упрямая!.. Ну, то есть, так говорят все завистники. А на самом деле я просто настойчивая! Понял? На-стой-чи-ва-я!

Она резко откинулась назад, победно зыркнула на него и решительно упала обратно в ложемент. Крышка закрылась до того, как Кирилл успел хотя бы вытереть щеку.

— Ну и ураган, — пробормотал он, спешно возвращаясь к монитору.

А на экране тем временем начался настоящий цифровой ад. Индикаторы капсулы загорелись яростным, глухим красным светом. Из динамиков раздался противный, прерывистый системный писк. Графики нейроотклика на ноутбуке Кирилла бешено скакнули вверх и… замерли.

Система Вальдиры, намертво зажатая в тиски между хакерскими скриптами дата-аналитика и железобетонным напором одной очень «настойчивой» гимнастки, просто зависла. Полторы минуты тянулись как вечность. Кирилл сидел не шевелясь, со страхом глядя на замерший таймер калибровки. Если кастомный «Бриз» сейчас перезагрузится по аварийному протоколу, Алёне знатно выжжет мозги мигренью. Тридцать секунд… Шестьдесят… Восемьдесят…

Внезапно писк прекратился. Багровые огни капсулы мягко, удовлетворенно мигнули и сменились глубоким, ровным зеленым свечением.

— Сдалась, родимая, — облегченно выдохнул Кирилл, вытирая проступивший на лбу пот.

На его сервисном мониторе отобразился финальный этап генерации, который сейчас видела Алёна в своем виртуальном пространстве. Система пропустила аномальное комбо, но уперлась в финальный пункт — выбор игрового имени.

Перед глазами Кира пополз текстовый лог отказов:

«Имя Грация — занято»

«Имя Ариэль — занято»

«Имя Алена — занято»

ИИ Вальдиры, подстраиваясь под её скрытые параметры, выкатил список доступного автоподбора: Терма, Кавита, Гейзера, Кипень, Турбула, Пенка. Алёна действовала решительно. Кирилл видел, как её виртуальный курсор безжалостно отверг технически-агрессивный ник «Кипень», даже не задержался на безликом системном слове «Гейзера». Она на несколько секунд замерла над морской анаграммой«Анела», примеряя её к себе, но в итоге передвинула маркер чуть ниже.

На экране зафиксировалось скромное, свободное в базе и удивительно певучее имя — Алейна.

В ту же секунду статус персонажа сменился на «Успешно создан. Перенос в локацию Ясли». Капсула перешла в ровный, почти бесшумный сонный регистр.

Кирилл устало откинулся на спинку кресла и закрыл лицо руками, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке. Они сделали это. Они получили уникального, штучного персонажа со скрытым классом. Первый, самый сложный шаг был позади.

Прежде чем виртуальный мир окончательно принял Алёну в свои объятия, перед её глазами и на выносном мониторе Кирилла вспыхнула итоговая карточка персонажа. Настройки скрытого класса, выбитые «вилкой противоречий», зафиксировались в системном логе Вальдиры.

Название класса выглядело обманчиво просто и даже немного научно, не привлекая лишнего внимания обычных игроков: «Гидротермальный друид жизни». Но скрытые внутри возможности заставили бы любого топового аналитика гильдий схватиться за голову. Системные строчки развернули описание стартовых навыков:

«Термальный импульс» (1-й уровень): Магия огня, запертая под водой, превратилась в чистую гидродинамику. На этом этапе Алейна не могла никого вскипятить или сварить в панцире — для этого банально не хватало уровня маны. Но заклинание создавало мощную струю пара под гигантским давлением. Плотный толчок обладал колоссальной отбрасывающей силой. Для Алёны с её будущим плохим пингом от домашнего шлема это была идеальная защита: струя просто отшвыривала любого подплывшего слишком близко монстра, оглушая его и выигрывая драгоценное время.

«Кавитационный кокон» (1-й уровень): Навык, рожденный из воздушной акробатики и гимнастической пластики. При резких рывках или переворотах вокруг её тела образовывалась тончайшая микропленка из микровскипающих пузырьков холодного пара. Сопротивление воды падало на треть, давая пассивный бонус к скорости. Тело само проскальзывало сквозь толщу воды, полностью компенсируя любую задержку сигнала.

«Эмпатия шельфа» (1-й уровень): Самая сильная и отзывчивая ветка на старте, подпитанная её реальной любовью к биологии. Навык давал способность пассивного сканирования подводной флоры и фауны. Алёна буквально начинала понимать потребности окружающего живого мира.

— Так, внешность настроила? — раздался в динамиках капсулы строгий, спокойный голос Кирилла через интерком. — Я выставил таймер на пять часов. Этого более чем достаточно для первого раза. Орк Шквал за два часа умудрился взять третий уровень, так что у тебя вагон времени. Привыкай к телу, изучай мир, на рожон не лезь. Удачи, Алейна.

Она мысленно нажала кнопку «Старт», и сознание плавно соскользнуло в бездну.

Погружение

Первое соприкосновение с миром Вальдиры обрушилось на Алёну настоящим чувственным шоком. Кастомный «Бриз-М» Кирилла отработал шедеврально — картинка вокруг была такой звеняще чёткой, какой не бывало в самый ясный день в Москве.

Алейна родилась на мелководье подводных Яслей, в огромной, залитой мягким лазурным светом лагуне. Первое, что она сделала — опустила руки вниз. Пальцы коснулись донного песка, и нейроинтерфейс передал ощущения со стопроцентной точностью: она физически почувствовала каждую отдельную песчинку, прохладу гладкой гальки и скользкую текстуру какого-то придонного мха.

Затем пришел черед первого вдоха. Алёна рефлекторно зажмурилась, ожидая, что сейчас захлебнется, но жабры на шее сработали идеально. Вода хлынула внутрь, принося чистый, концентрированный кислород. И вместе с ним — сумасшедшие, осязаемые запахи. Мир пах йодом, солью, цветущими подводными садами и тонким, едва уловимым ароматом озона. Вода больше не казалась ей плотной, тяжелой преградой, как в дешёвом шлеме. Она ощущалась как ласковая, теплая, поддерживающая невесомость.

Алейна сделала плавное гребковое движение, оттолкнулась от дна и закрутила в воде серию безупречных гимнастических переворотов. Её реальная пластика КМС в этой трехмерной стихии раскрылась божественно. Пинг был нулевым, лагов не существовало вовсе — тело отзывалось на малейший мысленный приказ мгновенно. Она летала в воде.

Вместо того чтобы плыть к стартовым квестовым персонажам, Алёна затормозила у ближайшего кораллового рифа и включила «Эмпатию шельфа». Мир вокруг словно окрасился новыми смыслами. Стайка мелких, полупрозрачных светящихся мальков не шарахнулась от неё в панике, а наоборот — любопытно закружила вокруг её ладоней. Алёна замерла, прислушиваясь к ощущениям. Система переводила их состояние прямо ей в подсознание: мальки были напуганы, они искали укрытие от течения.

Алейна аккуратно, стараясь не делать резких движений, указала им на густые заросли бурого донного мха. Мох тоже «откликнулся» — ему не хватало света из-за наросших сверху сорных мелких ракушек. Алёна бережно очистила несколько стеблей пальцами, перевела мальков в безопасную зону, и перед глазами тут же вспыхнули первые золотые строчки Вальдиры:

«Вы оказали помощь экосистеме Яслей. Получено 10 очков опыта»

«Внимание! Ваше понимание подводной флоры улучшено на 0.01%»

Её затопила такая волна чистого, детского азарта, что все строгие инструкции Кирилла моментально вылетели из головы.

На окраине лагуны она наткнулась на первых стартовых мобов — агрессивных шипастых рачков, которые лениво пытались атаковать её лодыжки. Алёна вскинула руку и робко активировала «Термальный импульс». Из ладони вырвался плотный, бурлящий поток пара — правда, на первом уровне это был далеко не кипяток, а скорее слабый гидродинамический толчок. Рачка не сварило и даже не ранило, но ощутимым давлением отшвыривало на полметра назад, переворачивая на спину и глуша на пару секунд. Моб забавно сучил лапками, теряя ориентацию в пространстве, а Алёна, защищенная от лагов идеальным пингом, легко заходила ему в бок и добивала простым стартовым ножом, получая свои первые заслуженные очки.

«Вы получили 50 очков опыта»

«Поздравляем! Вы достигли 2-го уровня!»

Азарт захлестнул её с головой. Алёна полностью потеряла счет времени, растворившись в этой невероятной вселенной. Она чистила водоросли, отгоняла хищных моллюсков, пересаживала капризный светящийся мох и исследовала каждый потайной грот лагуны. Пять часов пролетели для неё как пять минут.

Внезапно лазурный свет подводного мира начал стремительно блекнуть. Перед глазами замигала системная надпись:

«Внимание! Ознакомительная сессия окончена. Принудительный разрыв соединения по медицинским протоколам».

— Нет, ну еще чуть-чуть... — жалобно успела подумать Алёна, и мир погас.

Крышка «Бриза-М» плавно, с коротким шипением гидравлики ушла вверх. Алёна сделала глубокий вдох сухого комнатного воздуха и с трудом присела в ложементе. Сознание слегка плыло от обилия информации, сенсорное похмелье после пяти часов в капсуле налило тело непривычной свинцовой тяжестью, а реальные суставы требовали немедленной разминки. Настоящая гравитация казалась сейчас худшим из возможных дебафов.

В студии царил густой ночной сумрак, разбавляемый лишь далекими огнями дождливой Москвы за стеклом. Сервисный монитор кокона и рабочий ноутбук были погашены.

Алёна аккуратно выбралась наружу и огляделась. Кирилла в кресле не было. Он не стал караулить её на полу — полностью доверяя отлаженной автоматике своего кастомного «Бриза», защитным протоколам сессии и самой Алёне, он ушел спать. Сказались сумасшедшие бессонные сутки в Яслях и зубодробительный ночной взлом.

Стараясь не шуметь и ступая босыми ногами по прохладному паркету, она тихо прошла вглубь комнаты. Кирилл лежал на кровати, полностью одетый, поверх покрывала. Он спал глубоко и спокойно, его дыхание было ровным и размеренным.

Мягкая, обволакивающая усталость после долгой синхронизации наконец настигла и её саму. Алёна присела на край его кровати и мгновенно погрузилась в свои внутренние образы, неосознанно ощущая исходящее от него живое, надежное тепло. Она внезапно поймала себя на мысли, что ей больше никуда не хочется уходить Реальный мир за последние часы отступил куда-то слишком далеко, стирая условности и границы. Прямо здесь, рядом с ним, накатившая сонная истома плавно перевела все её подводные впечатления в глубокий сон — удивительно радостный, полный ярких красок, надежд и предвкушения чего-то по-настоящему хорошего.

Глава 20

Пробуждение аналитика и обнаружение «аномалии»

Кирилл открыл глаза. В студии царило светлое, умытое ночным дождём утро, и редкие лучи солнца уже вовсю пробивались сквозь панорамное стекло. Тело чувствовало себя на удивление легким и отдохнувшим — полноценный сон на нормальной постели, а не в ложементе, сделал своё дело. Никакого скрипа в суставах, никакой ломоты в пояснице.

Он собирался привычно повернуться и сесть на край кровати, но чувственное ощущение постороннего тепла и легкой тяжести прямо у себя под боком заставило его замереть. Кирилл скосил глаза, и его внутренний брандмауэр дата-аналитика окончательно капитулировал перед увиденным.

Рядом с ним, свернувшись уютным калачиком прямо поверх покрывала, безмятежно спала Алёна. Она так и осталась в том самом нарядном комплекте белья, из-за которого вчера устроила тактический побег в свою квартиру. На её лице блуждала мягкая, едва заметная улыбка — похоже, Вальдира до сих пор докачивала в её подсознание яркие, полные надежд подводные образы.

Кирилл смотрел на неё и чувствовал непривычную, глухую радость. Никакого раздражения от того, что его личные границы бесцеремонно нарушили. Напротив, в голове щелкнул какой-то новый, чисто мужской тумблер. В своей прошлой жизни — серой, расписанной по алгоритмам и перегруженной зубодробительными проектами — он совершенно не привык к тому, чтобы девушки сами шли навстречу, проявляли инициативу и так мягко, но уверенно добивались сближения. Обычно всё происходило по стандартным, вымученным сценариям, где от него требовались ритуальные шаги, на которые у выгоревшего аналитика банально не хватало ментальных сил. То, что вытворяла эта девчонка, ломало все его прежние шаблоны. Это было до безумия непривычно, но, черт возьми, Киру это безумно нравилось.

Он понимал, насколько безгранично она ему доверяет, раз заснула вот так, совершенно не думая о том, что он для неё — по сути, малознакомый мужчина из соседней квартиры. На фоне вчерашнего тревожного звонка Мака спящая Алёна казалась ему самым чистым и настоящим островком во всей вселенной. И Киру инстинктивно захотелось оградить этот островок от любых угроз.

Максимально аккуратно, стараясь не издать ни единого звука, он выбрался из постели. На цыпочках подойдя к креслу, взял легкий флисовый плед и бережно накрыл её обнаженные плечи, чтобы утренний сквозняк не заставил её поежиться. После чего тихонько выскользнул на кухню. В электрогриле привычно зашкворчали тосты, а кофемашина выдала первую струю плотного, ароматного эспрессо.

Алёна открыла глаза в ту самую секунду, когда матрас рядом с ней слегка качнулся от ухода Кирилла. Её сознание плавно возвращалось из цветного, невероятно радостного сна. Настоящий мир за окном потихоньку вступал в свои права, и первыми её чувствами стали не паника или испуг, а легкий, покалывающий девичий стыд. Она мгновенно осознала, где находится, в каком виде спит и как близко умудрилась пристроиться к Кириллу под покровом ночи.

Но уже в следующее мгновение стыд бесследно растворился, уступая место волне глубокого, чисто женского удовлетворения и гордости за себя.

«Кавая же я все-таки умница, — подумала Алёна, пряча улыбку в складках наброшенного пледа. — Всё сделала абсолютно правильно».

Каждый её вчерашний шаг — от демонстративного отказа от серого технического белья до эффектного вертикального шпагата и этой незаметной ночной прописки на его кровати — сработал безупречно. Кирилл был ей нереально, до дрожи интересен. Её влекла его суровая, немного угрюмая забота, его острый ум, потрясающая кастомная капсула и то, как уверенно он вел её за собой. А что из этого всего получится дальше — ей было совершенно не важно. Будущее подождет. Был только этот умытый утренний час, тепло его матраса и умопомрачительный запах поджаривающегося хлеба, тянувшийся с кухни. Она определенно вела в этой их общей игре.

Сладко, по-кошачьи потянувшись под пледом, Алёна легко соскочила с кровати. Быстро приведя себя в порядок в ванной, она накинула свой летний сарафан и бесшумно заглянула на кухню.

Кирилл как раз раскладывал по тарелкам дымящиеся тосты. Услышав шаги, он обернулся с двумя чашками кофе в руках и мягко, открыто улыбнулся. Напускная суровость сисадмина исчезла.

— О, проснулась, гроза подводного шельфа? — Кир протянул ей чашку. — Я уж думал, мне придется будить тебя из интеркома. Ну что, Алейна, как спалось на чужой территории?

Алёна приняла кофе, сделала маленький глоток и лукаво прищурилась, возвращая в их общение привычный легкий юмор:

— Территория уже наполовину моя, шеф, привыкай. И вообще, я же говорила тебе вчера — я не упрямая. Я просто настойчивая. Нам, ахилотам, положено занимать лучшие прибрежные зоны.

Кирилл негромко рассмеялся, придвигая к ней тарелку с завтраком. Между ними окончательно установилась та самая теплая, уютная атмосфера сближения, ради которой Алёна и шла на все свои хитрости. Первые барьеры реального мира рухнули, и они были полностью готовы обсуждать её ночные триумфы в Вальдире.

Реал. Кухня. Инструктаж.

Уплетая один горячий тост за другим, Алёна взахлёб, со смехом и активной жестикуляцией рассказывала о своих первых пяти часах на глубине.

— Кир, ты не представляешь, до чего это забавно! — тараторила она, то и дело придерживая чашку с кофе. — Эти пугливые мелкие мальки сначала шарахнулись от меня в разные стороны, решили, наверное, что приплыла какая-то большая и очень странная рыба. А как только я «Эмпатию» включила, они ка-а-ак ломанулись обратно! Кружат вокруг ладошек, щекочут... А рачки эти шипастые? Я по одному робко так своим «Термальным импульсом» бахнула, его как ветром сдуло! Перевернулся на спину, лапками сучит, ничего понять не может. И самое главное — никакого пинга, Кир! Я плыву, кручусь, и всё так плавно, без единого лага! Я просто в диком восторге!

Кирилл выслушал её с мягкой улыбкой, терпеливо дождавшись, пока она закончит свой эмоциональный монолог. Но стоило Алёне сделать последний глоток кофе, как он аккуратно отставил свою чашку в сторону. Выражение его лица мгновенно изменилось, став собранным и жестким. Напускное утреннее расслабление исчезло, уступая место холодной уверенности лидера.

— А теперь послушай меня внимательно, Алена. Это критически важно, — произнес он, и в его голосе прорезались командирские нотки гнома-ихтиоманта. — С этого самого момента между нами начинают действовать жесткие правила. Нарушишь хоть одно — пиши пропало. Запоминай.

Алёна мгновенно притихла, послушно кивнув и превратившись в одно большое внимание.

— Правило первое, — Кирилл загнул палец. — Ты играешь исключительно в свое удовольствие. Никаких безумных штурмов, опасных рейдов, боёвок и экшена. Вальдира для тебя отныне — это зона радости, медитации и мирного крафта. Развиваемся спокойно и плавно.

— Правило второе, — он загнул второй палец. — Ни одна живая душа в игре не должна знать о твоих уникальных боевых способностях. Твоя кавитация и удар паром — это наш главный скрытый козырь. Прокачивать их нужно обязательно, но делать это строго там, где нет посторонних игроков. Наблюдай за окружением. Найди какую-нибудь глухую подводную расщелину, затопленную пещеру подальше от обитаемых зон, и тренируй там скорость и удары. Если хоть раз засветишься перед крупными кланами, они сразу почуют аномалию скрытого класса. Тебя начнут прессовать, вычислять алгоритм и насильно тащить к себе. Ставлю жесткое условие: засветишься — в нашу команду не попадешь. Мне такие риски не нужны.

Алёна сглотнула и преданно закивала:

— Я поняла, Кир. Буду тише воды, ниже травы.

— Вот именно. Отсюда правило третье, — усмехнулся Кирилл. — Работа на публику. На виду у всех ты отыгрываешь самого обычного, безобидного и слегка бестолкового ремесленника. Прокачивай и используй при свидетелях только друидские навыки — лечение, исцеление, помощь рыбкам и водорослям. Это стандартный набор, он есть у многих и подозрений не вызовет. И лови сразу от меня профессиональный лайфхак по раскачке. Не вздумай убивать мелких прибрежных крабиков ради жалких крох опыта. Нападаешь на краба, наносишь ему минимальный урон, а потом тут же применяешь свое друидское исцеление. Повторяешь этот цикл несколько раз подряд, а в самом конце — отпускаешь бедолагу живым и здоровым. За такое нестандартное милосердие ИИ Вальдиры отсыплет тебе в пять раз больше опыта, чем за банальное убийство! Но опять же — никому ни слова об этой схеме. Понятно?

— В пять раз?! — глаза Алёны восхищенно округлились. — Ничего себе... Могила, Кир! Честное слово, никому!

— Отлично. Теперь перейдем к социальной дипломатии, — Кирилл откинулся на спинку стула. — Твоя глобальная задача в Яслях — качать репутацию у местных неписей. Помогай им во всем, хватай любые мирные квесты, но тоже думай головой. Местные НПС — те еще хитрые бестии, они постоянно проверяют новичков на вшивость. Вот мне, например, мельник за пару дней плотной игры выдал отличный квест и одолжил свой «личный топор». Знаешь, что произошло? Этот хлам разлетелся в щепки после третьего же удара по бревну! А кузнец за новый топор заломил целых двести монет! Пришлось выкручиваться. Так что с неписями ухо востро, не давай себя разводить. Зато сейчас у меня репутация в локации уже сто пятьдесят единиц — для старта это очень приличный вес. С обычными игроками тоже не лезь в бутылку. Со всеми дружи, не заводи врагов, любые конфликты решай исключительно словами.

Кирилл сделал небольшую паузу, подбирая слова для самого важного, стратегического пункта.

— И последнее, Алена. В подводных Яслях водятся пауки. Твоя задача — не воевать с ними, а постараться максимально сблизиться. Налаживай с ними контакты, торговлю, обмен, оказывай им любые мелкие услуги.

— Пауки? — Алёна слегка передёрнула плечами от легкого приступа арахнофобии. — Фу-у, они же противные... И зачем они нам?

— Противные, но полезные, — отрезал Кирилл. — Они сильнейшие менталисты в Вальдире. При первой же встрече они обязательно попробуют подчинить твою волю, прощупать ментально или залезть в разум, чтобы проверить чужака. Вот тут и включай на полную мощность свое хваленое упрямство и настойчивость, которые мы вчера в капсуле зафиксировали. Держи ментальный блок, не поддавайся. В общем, запомни как отче наш: мы с пауками дружим и ищем общие точки соприкосновения. Они нам в будущем очень пригодятся для защиты фермы. Повторяю – включай дипломатию. Вспомни свои улыбки для пьедестала, вас должны были учить.

Кирилл поднялся из-за стола, давая понять, что инструктаж окончен.

— На этом всё. Иди к себе, отдыхай. Вечером продолжим.

Алёна допила остатки остывшего кофе, поднялась со стула и начала поспешно собирать свои вещи в пакет. На её лице отражался сложнейший мыслительный процесс — она судорожно повторяла про себя все правила, отчаянно пытаясь ничего не забыть: крабики, хитрый мельник с топором, скрытый пар под водой и ментальные пауки...

Уже на пороге она обернулась, лучезарно улыбнулась Кирилу и тихо сказала:

— Спасибо тебе, Кир. За всё. Я не подведу, честно.

Дверь за ней закрылась, и в студии снова воцарилась утренняя тишина. Кирилл подошел к окну, провожая взглядом дождевые капли на стекле. Между ними осталось звенящее, удивительно теплое послевкусие. Дата-аналитик поймал себя на мысли, что его «настойчивый» ахилот полностью готов к большой игре, и этот квест обещает быть неимоверно интересным.

Логи для аналитика, продолжение

Кир сидел на поваленном бревне у самого уреза воды и буквально гипнотизировал взглядом одинокий желтый лист, застрявший в речном водовороте. Ложка в его руке замерла над булькающим котелком.

Гном вспоминал свой самый первый, робкий эксперимент, который он провел здесь же неделю назад. Тогда он так же сидел и до боли в глазах смотрел на воду, мысленно упрямо твердя Системе: «Здесь должно быть два листика. Нужен второй. Для симметрии». И Система тогда поддалась — сделала микро-уступку его психотипу. Из-за кустов налетел легкий, совершенно естественный порыв ветра и сорвал с ветки точно такой же желтый лист, мягко опустив его в ту же воронку. Это было сделано настолько изящно и бесшовно, что обычный игрок ничего бы не заметил. Но Кир, как бывший дота-аналитик, умеющий работать со сверхбольшими БД, внутри себя торжествовал: он зафиксировал отклик ИИ и представил себе ее лог:

[07:12:11] [RENDER] Запрос фокуса внимания Игрока 'Карассиус'. Индекс фиксации: 89% на объекте [Leaf_Yellow_04].

[07:12:12] [LOCAL_MOD] Эстетический дискомфорт игрока. Затраты на генерацию дубликата: 0.00001% мощности.

[07:12:12] [SUCCESS] Спавн [Leaf_Yellow_05]. Индекс удовлетворенности игрока стабилизирован.

Вторым шагом стал червяк. Кир выкопал обычного серого выползка, посадил на ладонь и ради озорства, выйдя за рамки стандартного поведения, раскрасил его зубочисткой в красно-белые полоски под цвет поплавка. Система и тут подыграла его чудачеству: червяк впитал краску, став официальным предметом [Полосатый Леденцовый Червь].

[09:44:03] [CRAFT_UNKNOWN] Игрок комбинирует [Живой объект] + [Специи] + [Психотип: Чудак].

[09:44:04] [DEDUCTION] Создание нового смысла. Класс предмета: Наживка-Атрактант. Присвоить текстуру: [Red_White_Stripes].

[09:44:04] [REWARD] Выдан скрытый опыт за кулинарный нонконформизм.

Сейчас Кир пытался повторить трюк с листом, но на этот раз Системе пришлось обрабатывать не его одного.

Сзади бесшумно подошла Лия, вернувшаяся со своих торговых хлопот. Она тихо присела рядом на бревно, привыкшая, что если неутомимый гном замер — это важно для всей команды. Она уставилась в ту же точку.

— Какой цвет у листика ты видишь? — не оборачиваясь, тихо спросил Кир. — И размер?

— Ну, обычный дубовый лист, — пожала плечами Лия. — Коричневый, прошлогодний. С ладонь размером. А что?

Кир вздохнул и наконец повернулся к ней:

— А для меня он в эту секунду неоново-желтый, Лия. И размером с хорошее блюдо для запекания карпа.

Заметив её недоуменный взгляд, он неторопливо пустился в объяснения, как истинный аналитик:

— Понимаешь, Система чертовски экономна. Она оптимизирует трафик. Зачем ей прорисовывать для тебя то, что тебе не нужно? Ты — торговец, твой психотип настроен на оценку практичности. Для тебя этот лист — мусор, декорация фона. Система выдала твоему мозгу стандартную заглушку из базы данных с минимальным расходом памяти. Но я-то сижу здесь уже два часа. Я смотрю на этот поток как ихтиомант. Мой мозг ищет идеальное место для заводи. Я нагрузил локальный сектор своим вниманием, и Система, чтобы удержать мой интерес, начала кастомизировать объект лично для меня. Она расцветила его, чтобы я заметил траекторию течения, и увеличила для масштаба. Она крутит нам два разных рендеринга одного и того же объекта!

— Смотри внимательно, — прошептал гном, подводя итог.

Карассиус аккуратно, стараясь не расплескать уху, отложил ложку. Он потянулся вперед, балансируя на бревне, и запустил короткие гномьи пальцы в холодную воду ручья.

Для Лии это выглядело странно: гном тянулся куда-то мимо её «коричневого листика», словно целился в пустое пространство чуть правее. Но когда его пальцы сомкнулись, они сжали воздух ровно там, где, по мнению Лии, ничего не было — а сам маленький коричневый листик в воде вдруг дернулся и замер, подчиняясь движению невидимой силы.

— Смотри внимательно, — не оборачиваясь, прошептал Карассиус. — Сейчас мы проверим её механизм синхронизации.

Гном медленно вытащил руку из воды. В его широкой ладони лежал огромный, мясистый, неоново-желтый лист размером с хорошее блюдо. С него капала вода, и это свечение даже слегка подсвечивало снизу его густую бороду.

Лия затаила дыхание. В её глазах мир на секунду «споткнулся». На ладони гнома она видела… и то, и другое одновременно. Это было похоже на расфокусированный взгляд или на то, как в старых 3D-очках без фильтров двоится картинка. С одной стороны, её мозг четко фиксировал: Кара держит крошечный коричневый дубовый листик. С другой стороны, периферийное зрение улавливало неестественное желтое зарево, которое гнуло пальцы гнома под весом куда более тяжелого предмета.

— Она колеблется, — удовлетворенно хмыкнул Карассиус, заметив, как у Лии расширились зрачки. — Мой клиентский рендеринг дерется с твоим. Система пытается решить, чей психотип авторитетнее в данной микро-локации. У меня выше уровень магии природы, зато у тебя — восприятие и торговая оценка. Мы для неё сейчас как два встречных пакета данных на узком канале.

Гном протянул руку к Лие:

— Бери. Посмотрим, кто кого перевесит.

Лия протянула ладонь. Как только её пальцы коснулись мокрой поверхности, в воздухе раздался едва слышный звук, похожий на тихий щелчок статического электричества. Это не был игровой звук — он раздался прямо у них в головах.

В ту же микросекунду реальность сделала выбор.

Желтое свечение на ладони гнома мгновенно схлопнулось. В руке Лии остался лежать обычный, мокрый, маленький коричневый листик дуба. Но Карассиус вдруг замер и резко выдохнул, схватившись за виски.

— Кир? Что случилось? — испуганно спросила она, выкинув лист.

Гном сидел с закрытыми глазами, его тяжело трясло. Наконец он глубоко вдохнул и открыл глаза — в них лопнули мелкие капилляры.

— Обалдеть… — прошептал он, и на его лице медленно расплылась безумная, чисто дотерская улыбка человека, который только что нашел критический баг. — Она не просто поменяла текстуру, Лия. Она применила компрессию.

Он повернулся к ней, активно жестикулируя:

— Когда ты дотронулась до него, Система поняла, что объект перешел в твою юрисдикцию. Чтобы не тратить ресурсы на обработку моего огромного желтого листа в твоих руках, она применила деградацию меша. Но поскольку я продолжал на него смотреть, она не могла просто стереть мою реальность. Знаешь, что она сделала? Она на одну миллисекунду вырубила мое зрение в этом спектре! Я поймал «черный кадр», Лия. Мой мозг на мгновение ослеп, пока она переписывала код локации. Она считерила! Ей не хватило мощности свести наши восприятия без швов, и она просто «моргнула» за меня.

Карассиус снова схватил ложку и с азартом уставился в котелок.

— Если мы заставим её «моргнуть» одновременно для пятидесяти игроков в одном месте… её локальный шлюз зависнет на пересчете. А если на ста? Мы сможем увидеть чистую матрицу третьего уровня, Лия. Без этих её дурацких декораций.

Лия посмотрела на свои пальцы, на которых еще оставалась речная вода. Ей было и весело, и жутко. Простые игровые будни гнома-гастронома только что превратились в подкоп под фундамент целого мира.

— Кир, ну какой же ты все-таки необычный… Твой бы ум, да в торговлю! Мы бы с тобой такие аукционы проворачивали, все биржи вирта бы легли.

Кир поправил съехавший набок фуражку и сердито потер виски. Глаза все еще неприятно покалывало, словно он слишком долго смотрел на сварку.

— Ладно, забудь, — буркнул он, зачерпывая ложкой бульон из котелка. — Рано еще. У меня выборка слишком маленькая. В Big Data по одному листику корреляцию не строят. Нужен массив данных, а у меня в блокноте пока три строчки и кулинарный рецепт. Помоги лучше уху доварить, а то «Позолоченная чешуя» остынет и превратится в обычный рыбий жир.

Лия с облегчением улыбнулась. Сумасшедший блеск в глазах гнома угас, и перед ней снова был их ворчливый Карассиус, который больше всего на свете переживал за недосоленный суп. Она придвинулась ближе к огню, протягивая ладони к теплу.

— И что ты будешь делать с этим… «морганием»? — тихо спросила она, наблюдая, как Кир крошит в котелок сушеную речную петрушку.

— Ничего, — честно признался гном. — Отправлю в ментальный архив. В Доте, знаешь, тоже бывали баги: то хитбокс у дерева сдвинется, то анимация крипа застрянет. Если ты обычный игрок — ты просто материшься и играешь дальше. Если ты аналитик — ты записываешь тайминг и ждешь, повторится ли это в следующем патче. Вот и я подожду. Система слишком огромная, чтобы я со своей удочкой её пересчитал.

Кир прищурил глаза из-под густых кустистых бровей и тихо спросил:

— Лия… а ты проказница?

Эльфийка удивленно моргнула, а гном хитро ухмыльнулся, возвращаясь к котелку:

— Знаешь, что мы сейчас делаем? Мы с тобой проказничаем. Выходим за рамки. И Система это замечает.

У Лии от этого слова внутри что-то екнуло, и она на мгновение провалилась в воспоминания о детстве. Она родилась в очень богатой семье. Закрытая элитная школа со спецобучением, где отпрысков высшего света с малых лет готовили к одной цели — управлять серой толпой потребителей в реальном мире. Там всё было подчинено строжайшему регламенту, но прозы жизни разбавлялись одним негласным правилом. К детским проказам там относились серьезно, почти с уважением. Преподаватели считали, что проказа — это первая неосознанная попытка будущего лидера сломать чужие правила, проявить волю и переписать систему под себя. Тех, кто не умел проказничать, считали посредственностями.

Лия тихо, взахлеб рассказала об этом Киру, глядя на огонь. Гном слушал очень внимательно, довольно кивая — эта деталь из реала идеально ложилась в его теорию о поведении ИИ.

Он снял котелок с огня, поставил его на плоский камень и протянул Лие деревянную миску:

— На, пробуй. Из заводи, где желтый лист кружился. Или коричневый. Какая к черту разница, если пахнет божественно?

Лия взяла миску. Уха действительно получилась странной: по краям глиняного ободка оседала мелкая, искрящаяся золотая пыльца, а сам бульон переливался, как жидкий янтарь. Когда она сделала первый глоток, в её интерфейсе лениво всплыла плашка:

[Внимание! Вы отведали: «Уха Ихтиоманта с золотым напылением».]

[Эффект: Насыщение (сытость на 6 часов).]

[Скрытый эффект: Ваша кожа на 10 минут приобретает едва заметный бронзовый загар. Местные жабы принимают вас за свою].

Лия представила, как к ней посреди болота с уважительным поклоном ковыляет огромная пучеглазая жаба, и прыснула, а Кир, глядя на её реакцию, довольно заухал, поглаживая бороду.

— Вот видишь! — наставительно поднял он палец вверх. — Червяк полосатый, жабы за свою принимают… Система просто развлекается за наш счет. Она как ленивый кот: если ты её не трогаешь, она спит. Если ты перед её носом фантиком машешь — она лениво бьет лапой. Ладно, ешь давай. Торговые хлопоты сами себя не похлопают, а нам еще к вечеру народ кормить.

Они сидели на бревне, слушая, как журчит ручей и трещат наевшиеся золотого жира угольки. Вокруг них— только тихий, бескрайний вирт, который каждую секунду подстраивал шелест листвы под такт их дыхания, совершенно не заботясь о том, разгадает ли кто-то его правила.

Глава 21

Логи для аналитика, продолжение. Новый рецепт

Лия сидела на бревне у костра, активно жестикулируя и чуть не размахивая пустой миской из-под ухи. Глаза эльфийки горели праведным огнем только что выигранной войны.

— Нет, ты представляешь, Кир?! — возмущалась она, откидывая за спину светлую прядь. — Этот старый сморчок в лавке заявляет мне, что шкуры болотных гадюк помяты, а панцири озерных раков слишком мелкие! Я ему говорю: «Уважаемый, эти раки еще полчаса назад твоего помощника за пальцы кусали, они живее всех живых!» А он мне сует базовую закупочную цену, как за тухлятину. Ну я и включила третий уровень дипломатии. Напомнила ему про налог на торговлю живым товаром, пообещала сдать весь улов его конкуренту за холмом… В общем, выбила наценку в пятнадцать процентов и заставила его принять всё до последнего хвоста! Полная победа!

Кир внимательно слушал, согласно кивая головой в такт её словам, но руки гнома в это время творили абсолютный, методичный хаос.

Капсула «Бриз-М» идеально передавала тепло костра и аромат бульона, но Кирилл, ведомый своим природным сарказмом и страстью к анализу Big Data, решил проверить, насколько у Системы крепкие нервы. Пока Лия вещала про шкуры змей, он открыл походную сумку и начал кидать в котелок с ухой абсолютно несочетаемые продукты. Сначала туда полетел сушеный луговой чеснок. Затем — горсть горьких ягод брусники. Система выдала легкий кулинарный пар, но стерпела. Тогда Кир, прищурившись, швырнул в суп щепотку сухой змеиной чешуи и… половинку недоеденного яблока.

Одновременно с этим гном резко встал, неуклюже подпрыгнул на месте на одной ноге и, повернувшись к эльфийке, серьезно произнес:

— Лия, это триумф. Срочно спой что-нибудь эльфийское. Для закрепления кулинарного вкуса. Ну же, подыграй старому повару!

Лия осеклась на полуслове, удивленно моргнула, но, зная причуды своего напарника, звонко и чисто затянула короткую куплету про весенний лес.

Кир замер с половником в руке, прислушиваясь к звукам игры. В его голове, натренированной годами парсинга логов, этот абсурдный коктейль из действий мгновенно превратился в воображаемый отладочный отчет Системы:

[16:12:01] [NOTIFICATION] Локальный сектор: Костер у ручья. Анализ поведения пользователей.

[16:12:02] [MARKET_LOG] Игрок 'Лия' успешно завершил транзакцию с NPC [Лавочник_02]. Применен психологический прессинг. Баланс деревни нарушен на +15% в пользу игрока. Прогноз: Лавочник сегодня напьется.

[16:12:03] [CRAFT_CRITICAL] Внимание! Игрок 'Карассиус' (Ихтиомант-Гастроном) совершает несанкционированное насилие над рецептурным справочником. В котелке обнаружены: Карась, Чеснок, Брусника, Змеиная кожа, Яблоко.

[16:12:04] [BEHAVIOR_ALERT] Игрок совершает несвязанные физические действия (Прыжок на одной ноге). Запущен триггер эльфийского вокала [Audio_Elf_Song_04].

[16:12:04] [EVALUATOR] Попытка сопоставить данные. Прыжок + Змеиная уха + Эльфийское пение = ??? Алгоритм классификации смыслов зашел в тупик. Психотип гнома подтвержден: Хроническое озорство.

[16:12:05] [OPTIMIZER] Рассчитан индекс удержания (Retention) игрока-гастронома. Внимание: если выдать ему "Испорченное блюдо", уровень его веселья упадет. Система принимает решение подыграть безумцу.

[16:12:05] [SUCCESS] Сгенерирован уникальный скрытый рецепт: "Озорная похлебка Болотного Владыки". Вкус: Непередаваемый. Эффект: Повышает скрытность, но заставляет игрока икать эльфийскими рунами.

Над котелком внезапно полыхнуло приятное изумрудное зарево. Перед глазами Кира выскочила официальная системная плашка, щедро награждающая гнома за его гастрономические извращения:

[Поздравляем! Вы создали уникальное блюдо: «Озорная похлебка Болотного Владыки»!

Знание кулинарии повышено на +1. Получена скрытая награда за нестандартный подход к крафту].

Кир потер руки и зачерпнул светящееся варево деревянной ложкой.

— Ну вот, Лия, — с сарказмом подмигнул он ошарашенной эльфийке, которая всё еще пыталась понять, зачем она только что пела для супа. — А ты говорила — лавочник, наценка… Настоящие ресурсы из этой Системы выбиваются исключительно путем доведения её искусственных мозгов до легкого ментального расстройства. Налетай, уха готова!

Но в следующую секунду его взгляд замер на системной плашке, и улыбка аналитика медленно сползла с его лица.

Он ведь только что, ради шутки, мысленно обозвал этот бред «похлебкой Болотного Владыки». И Система выдала ровно это название. Буква в букву.

«Странно, — подумал Кирилл, и внутри капсулы „Бриз-М“ его реальные пальцы слегка напряглись. — Слишком просто. Одно дело, когда ИИ подстраивает физику под мои ожидания. Другое — когда он с точностью до символа парсит мои непроизнесенные мысли, выдавая их за свой креатив. Она что, вообще не напрягается на шифрование?»

— Кир, ты чего завис? — Лия с подозрением посмотрела на котелок. — Оно зеленое. Оно точно съедобное?

Кирилл даже мысленно рассмеялся, вспомнив про оглушительные испытания этого блюда, недоумение и восторг первого испытателя, новичка-вора, качающего скрыт. И как они потом опробовали это все на ясельной площади, странный эффект эльфийских рун от этого блюда, действовал по-разному. И как система поддержала их озорство. От воспоминаний о своих попытках понять систему и даже воспроизвести ее логи Кира отвлек нарастающий шум за их обеденным столом.

Бобровый стендап в яслях и транспортный сундучок

А возле костра в лагере «Омут и Ко» было шумно. Над огромным чаном, в котором алхимик Арсениус колдовал над фирменной ухой, поднимался густой пар, то и дело взрывающийся крошечными серебряными искрами — верный признак редкого баффа на регенерацию маны и здоровья. Сам Кирилл сидел чуть поодаль, на перевернутом бревне. Лихо сдвинув на затылок капитанскую фуражку, он молча и методично срезал стружку с очередной деревянной ложки, все еще улыбаясь и прислушиваясь.

За длинными обеденными столами на самом берегу пруда яблоку негде было упасть. Сюда валом валила зеленая волна нубов всех рас и классов со всей округи — еда здесь была дешевой, сытной, а главное — давала отличные бонусы к характеристикам.

На самом краю скамьи, рискуя её раздавить, сидел огромный орк Халк. Несмотря на то, что они со своим другом Бивнем уже взяли заветный десятый уровень, Халк уходить из яслей не торопился. Причина его задержки сидела прямо напротив. Маг Крис в ярком, шелковом облачении, лениво помешивала ложкой в миске. Она прекрасно знала, что зеленый великан не сводит с неё взгляда. Крис то и дело изящно выгибала спинку, кокетливо отставляла в сторону стройную ножку в красивом сапожке и демонстративно поправляла идеальные волосы. Ее подружка, целительница Зая, тихонько подхихикивала, незаметно расправляя подол мантии Крис, чтобы ножка смотрелась еще эффектнее.

— Халк, ты её сейчас взглядом прожжёшь, — не выдержал Бивень, смачно толкнув друга локтем в бок. — У тебя что, скрытый бафф на урон глазами открылся? Хватит сохнуть, давай историю обещанную!

Халк смущенно кашлянул, глотнул из крошечной гномьей кружки, которая в его ручище выглядела как напёрсток, и грохнул кулаком по столу:

— В общем, слушайте! Вчера решил шмотки в болоте прополоскать, стартовые штаны и рубаху скинул. Только отвернулся — шорох. Поворачиваюсь, а два наглых хвостатых рецидивиста технично, в четыре лапы, утащили мой гардероб прямо под воду! Я в одних трусах с рёвом бросаюсь в мутную жижу, почти настигаю ворюг, и тут… бац! Из ила всплывает местная ОРГ — организованная рачья группировка! Три огромных, синих рака-переростка! Взяли меня в клешни и давай немилосердно кромсать за пальцы!

Лагерь за столом взорвался дружным хохотом. Крис заливисто рассмеялась, прикрывая рот ладошкой в шелковой перчатке, и восхищенно покачала головой.

— Ой, бедный, ну и кошмар! — запричитала Зая, всё ещё хихикая. Она сотворила заклинание «Малое исцеление» и направила его на руки орка. Ладони Халка окутало мягкое сияние, и вокруг, как всегда при её магии, весело закружились и полетели нежно-розовые лепестки, забавно контрастируя с суровой зелёной кожей. — Вот, подлечу твои боевые раны после рачьего плена.

Халк, довольный произведенным эффектом, смущённо улыбнулся.

Карассиус в своей капитанской фуражке наконец прервал молчание, глубокомысленно заметив:

— Бобры в Вальдире — это не мобы. Это состояние души. — и вернулся к своей ложке.

Слово «бобры» подействовало на притихших было нубов как боевая тревога, и за столом начался настоящий бобровый стендап. Игроки наперебой принялись травить истории, охотно подшучивая над собственными фейлами.

— Да ладно вам, бобры разные бывают! — подал голос эльф-лучник Ветродуй четвертого уровня. — На том берегу пруда, например, вполне нормальные, системные мобы живут. Прячутся под водой, если кто охотиться на них вздумает, плотины свои строят, никого не трогают. Правда, обходить до них далеко, пилить через весь камыш… А вот здешние, прибрежные — это чистый криминал!

— Во-во! — яростно застучал ложкой по столу гном-воин Кирпич, сидевший в огромном, не по размеру шлеме. — Прибрежные при ударе даже не агрятся! В драку не лезут, им пофиг на твой урон. Я вчера решил качнуть выносливость, разложил на берегу сухпайки и начал отжиматься. Глаза закрыл — отжался, открыл — сухаря нет. Опять закрыл — открыл — куска сыра нет! Поворачиваю голову, а этот пушистый гад сидит рядом, жрёт мой сыр и лапой мне в такт машет, мол: давай, гном, ещё разок, держи темп! Я его щитом — а он финт ушами, хвостом вильнул, тут же спрятался в камыши и исчез! Хитрые, зараза!

— Хитрые — не то слово! Они же, если их много, в стаи сбиваются, как волки! — со смехом подхватила орк-разбойница ЗубастаяЛора. — Мы вчера с ГромилойДжоном у дальнего ручья наткнулись на пятерых. Окружили нас, встали в круг, зубами синхронно щёлкают и хвостами по грязи хлопают — дыщ-дыщ! Чисто психологическая атака!

— Ага, — подтвердил человек-полуорк Джон, уплетая хлеб. — Убить — никого еще не убили, слава Системе, урон у них копеечный, только грабят иногда. Зажали нас толпой, повалили на землю, щекочут лапами и обчищают карманы подчистую! Пришлось им всю сумку с яблоками вытряхнуть, до последнего плода, чтоб только отвязались! Мне система аж лог выдала: «Вы добровольно поделились урожаем». Мы сидим в грязи, а эти твари яблоки наши хрумкают. Я от смеха и нелепости ситуации аж икать начал!

В самый разгар общего хохота Крис вдруг замерла. Она перестала тянуть ножку и испуганно ткнула пальчиком в сторону:

— Ой, смотрите… Куст шевелится. И черника исчезает!

Все замолчали и повернулись. Буквально в паре шагов от обеденного стола рос крупный, сочный куст черники. Сейчас ветки куста подозрительно ходили ходуном, а из зелёной листвы медленно показалась толстая наглая морда. Бобр-лазутчик сидел прямо посреди черничника на задних лапах. Придерживая передней лапкой веточку с крупными ягодами, он деловито отправлял их в рот и внимательно, как строгий ревизор, слушал человеческие байки.

Гном Кирпич присмотрелся, округлил глаза под огромным шлемом и ткнул пальцем прямо в куст:

— Стойте! Да это же тот самый гад, который вчера мой сыр сожрал! Точно он, у него левое ухо порвано!

Поняв, что его раскрыли и опознали, бобр даже не подумал улепетывать. Напротив, он вальяжно демонстративно шлёпнул плоским хвостом по земле — раздался громкий, комичный звук «Пляу!», от которого весь куст черники затрясся, а во все стороны полетели спелые ягоды. Пушистый критик будто выдал: «Ну да, я. И что ты мне сделаешь?»

Желая защитить Крис и показать свою удаль, Халк со всеоружием и грозным рёвом вскочил, выхватил ржавый топор и сделал стремительный шаг вперёд. Едва бобр узрел реальную угрозу и анимацию замаха, его хитрые глазки-бусинки сузились. Моментально перекатившись через голову, он за секунду преодолел расстояние до обрыва, с разбегу прыгнул в воду и мгновенно ушёл на глубину. На поверхности пруда остались только весёлые пузыри.

Лагерь снова разразился хохотом. Халк смущённо почесал затылок и убрал топор. Крис восхищённо вздохнула: «Какой ты смелый!» — и тут же приняла новую эффектную позу, снова изящно выставив ножку под другим углом.

Арсениус с улыбкой сдернул крышку с котла, выпуская в воздух облако ароматного пара:

— Этот бобр тут у нас вместо комедийного критика. Считай, проверку на юмор вы прошли. Нубы, по котелкам! Уха готова!

Карассиус в капитанской фуражке только глубокомысленно хмыкнул, сдул стружку со свежевыструганной ложки и первым потянулся к своей миске.

Отметив, что Арсениус делает успехи в поварском деле, Карассиус аккуратно поставил миску и поднялся.

Гном неторопливо подошел к мосткам пруда, где скрывалась его гордость — подводная инженерная система. Карассиус потянул за цепи, проверяя донные конструкции, которые он возводил с особым усердием, качая скрытый навык [Рыбоводство]. Под водой скрывались самые разные садки: массивные, основательные сооружения из камня, сработанные по-гномьи; гибкие, плетеные из прочного берегового ивняка, и особые садки-сети, которые он лично вязал на глубине тайным паучьим плетением. Внутри копошились раки, подрастали нежные мальки и лениво ходили кругами уже товарные, жирные караси и язи.

«Внимание! Ваше умение [Рыбоводство] повышено до 3-го уровня!» — мигнул перед глазами системный лог.

— Так, бездельники, хорош языками чесать! — зычно крикнул Карассиус, вытаскивая часть улова. — Рыба сама себя не почистит. Арсениус, кочегарь огонь, закладывай ингредиенты под новую партию ухи. Крис, Зая — марш за нож, чистить рыбу и потрошить раков. Организовать запасы для вечернего обеда! Кто будет филонить — оставлю без баффа.

Зая согласно кивнула, а Крис, даже принимая из рук гнома нож для чистки, умудрилась сделать это с невероятной грацией — изящно выгнула спинку и вновь выставила сапожок, показывая Халку, что даже кухонная рутина не умаляет её магии.

Убедившись, что компаньоны запряжены в работу и медяки от клиентов продолжат исправно течь в общий карман, Карассиус заговорщически ухмыльнулся в бороду. У него на этот час были совсем другие планы. В инвентаре уже несколько дней жгли карман две уникальные новинки: [Жила Глубоководного Ткача] от паука и матово-черный [Кованый крючок «Жало Ската».] от Микулы на магическую рыбу. Рыболовный азарт требовал немедленно опробовать снасти, но система Вальдиры была неумолима: крючок Микулы требовал удилища с прочностью не меньше 100 единиц. Такого редкого бревна в стартовых яслях гному пока найти не удалось.

Но Кирилла в реале это не остановило. Дедовские методы сибирской деревни, где он пацаном проводил каждое лето, работали безотказно даже в виртуальном мире. Гном решительно зашагал прочь от лагеря, направляясь к дальней, скрытой густым камышом протоке, где никогда не ходили другие игроки.

Придя на место, он аккуратно намотал прочную паучью леску прямо на палец, насадил на кованый зацеп толстого полосатого червяка и точным, привычным с детства движением забросил снасть в самое глубокое место ручья. Кирилл прекрасно знал игровую логику Вальдиры — магической рыбы в локации яслей просто нет. Он даже вспомнил, как в самый первый свой день в игре обнаружил и прочел тайную запись на стене: «рыб сундучков тут нет, они ушли из-за пресной воды». Крючок Микулы здесь не мог раскрыть свой истинный потенциал. Но улов сейчас был не важен. Кириллу нужно было просто подумать в тишине. Чтобы игровой интерфейс не отвлекал от мыслей, он намеренно отключил активное умение «Видение глубин», отказавшись смотреть сквозь толщу воды на наживку.

Гном отрешённо смотрел на неподвижный шнур лески, уходящий в воду, и в такт мерному течению ручья в его голове выстраивались планы на ближайшие дни. Мысли текли плавно, как речной поток. Кирилл понимал, что сильно засиделся в яслях, хотя сделано было уже колоссально многое. Команда получилась отличная: Арсениус, Крис и Зая крепко качали профильные умения, грамотно придерживали рост уровней, репутация с местными NPC была заработана превосходная, а деньги стабильным ручейком бежали в бюджет. Его вовсю тянуло за ворота стартовой локации, к главным, масштабным задумкам в большом мире Вальдиры. Но здесь еще многое удерживало, требовалось завершить дела.

«Вот зайдут в игру Лия и Шквал, — лениво планировал гном, покачиваясь с пятки на носок, — начнем подготовку к первому серьезному делу. Надо будет добыть для старосты Рыбу — главного босса этих яслей. Потом по заданию Микулы предстоит разведать путь в Гнилые топи, а там и староста выдаст квест далеко за пределы безопасных зон, в Дикие Коряги.»

«...Там вообще неизвестно что творится. Но прежде чем уходить из стартовой локации, придётся решить одну деликатную задачку. Мы ведь так и не устроили подарок для Лии. Даже план толком не согласовали, хотя договаривались, что каждый выдаст свои идеи. А когда выдавать-то, если времени в обрез? Добычу Рыбы — главного босса здешних мест — тоже нельзя откладывать в долгий ящик, она позарез нужна старосте к грядущему празднику. И вот как разорваться? То ли сначала Лию порадовать, то ли закрыть квест с Рыбой, пока другие нубы под ногами не путаются?

Впрочем, главная встряска ждёт их не в вирте, а по ту сторону капсулы. Совсем скоро у них первая встреча в реале — Лия широким жестом позвала всю команду в приличный ресторан. Кирилл улыбнулся, представив эту картину. Сам он собирался прийти не один, а со своим соседом по лестничной клетке, дядей Мишей — который в игре суровый орк Шквал. Да ещё и Алёну, их общую соседку, с собой взять пообещали. Алёну-Алейну команда в глаза не видела, она сейчас с расой ахилот и редким классом, штурмует совсем другие ясли — подводные. Штурмует, как всегда, настойчиво, упрямо и самоотверженно, выжимая из водной локации всё до последней капли. Интересно будет посмотреть на реакцию Крис и Заи, когда они увидят эту девчонку вживую.»

Кирилл перехватил леску поудобнее, за заскорузлыми пальцами гнома на секунду проступили привычки реальной профессии. Как опытный дата-аналитик, он привык верить не слухам, а сухим цифрам. И эти цифры давно не давали ему покоя. Кирилл ещё в первую неделю высчитал странную математическую аномалию: если в Вальдиру каждый божий день заходят тысячи, если не десятки тысяч абсолютных новичков, то почему в их лагере и на берегах едва полторы сотни бегает? Куда деваются остальные?

Ответ для аналитика был очевиден — Система безжалостно штампует изолированные копии локаций. Тысячи идентичных инстансов-зеркал, запущенных параллельно, чтобы нубы не затаптывали друг друга на старте. Но Кириллу и его банде, судя по всему, чертовски, просто невероятно повезло. Система забросила их не в безликий дубликат. Здесь, в их версии яслей, глубоко под мельничным колесом, спрятался истинный осколок давней расы,

«А уже потом, когда вырвемся из яслей — двинем к морю, или в болота, или по Реке слез. Надо найти глухое, уединенное место, где можно поставить наконец нашу тайную ферму по разведению рыб-сундучков. Подтянуть туда других ценных, редких тварей. И делать всё тихо, без глупых войн за территории, в абсолютной тайне...»

Мысли Кирилла плавно перетекли к загадочному заданию от Древнего паука. Этот древний NPC тоже плел свою невидимую паутину, в которую они уже оказались встроены...

Вдруг леска на пальце натянулась.

Кирилл мгновенно подобрался, но это было совсем не похоже на обычную поклевку. Никаких рывков, никаких подергиваний капризной рыбы. Леску просто что-то плавно, но с чудовищной силой тянуло под воду, в самую глубину омута. Нагрузка росла монотонно, непрерывно, без малейших скачков, будто на том конце провода запустился тяжелый гидравлический пресс.

Уникальная паучья нить не рвалась, передавая всё колоссальное давление напрямую. Она с такой силой врезалась в толстые гномьи фаланги, что кожа Кирилла мгновенно побелела, а суставы болезненно заныли. Вес продолжал расти с пугающей прогрессией. Гном уперся короткими ногами в прибрежную грязь, перехватил натягивающуюся до звона леску второй рукой и напряг все силы своего прокачанного тела. Спина застонала под этой нечеловеческой тяжестью.

Сделав еще пару отчаянных шагов назад, Кирилл почувствовал, что у него просто физически не хватает сил удержать эту невидимую махину. Пальцы сводило судорогой. Но отпускать и терять редчайшую паучью снасть он был категорически не намерен. Гном набрал в легкие побольше воздуха, мысленно активируя боевые навыки ихтиоманта для экстренного погружения: «Посмотрим, что там за тягач под водой сидит!»

И ровно в этот момент натяжение внезапно замерло. Нагрузка начала медленно, плавно ослабевать. Добыча под водой просто сдвинулась со своей мертвой точки и послушно пошла за леской.

Кирилл, тяжело дыша, начал осторожно выбирать нить руками, перехватывая метр за метром. Сердце бешено колотилось, а в голове стучало дикое геймерское недоумение — в этой мелкой протоке яслей и глубины-то толком никогда не было! И вдруг из мутной воды на прибрежную траву выплеснулось то, чего в этой локации по всем правилам Системы быть не должно.

Перед гномом лежал деревянный сундучок округлой формы, плотно перетянутый ржавыми железными обручами. Древесина его корпуса выглядела потемневшей и источенной соленой водой, будто он прибыл из далеких морей. И этот сундучок был живым. Он умудрился отрастить себе изящные боковые плавники, широкий хвост и пару удивленных рыбьих глаз, которые сейчас вовсю разглядывали Карассиуса. Внезапно крышка приподнялась, существо забавно и звонко щелкнуло зубами-замочком, а затем крышка так и осталась открытой.

Перед глазами Кирилла тут же развернулось долгожданное системное сообщение:

[Транспортная рыба-сундучок. Возраст: Малёк. Статус: Скрытый квестовый объект]

Гном заглянул внутрь открытого деревянного брюшка. Там, среди пустоты, сиротливо лежали всего два предмета: простой плоский металлический ключ и кусок старого, пожелтевшего пергамента.

Намек Системы Кирилл понял мгновенно. Он бережно, стараемся не повредить прочную текстуру, освободил крючок Микулы из губы необычной рыбы. Забрав ключ и записку, он аккуратно опустил малька обратно в воду протоки. Рыба-сундучок не бросилась наутек. Лениво и плавно колыша плавниками, она начала медленно погружаться на самое дно. Сундучок опустился в придонную муть и также плавно ушел глубоко в прибрежный ил. Кирилл провожал его взглядом, пока даже его глубинное зрение не перестало работать, упираясь в непроглядную темноту дна.

Оставшись один на безлюдном берегу, гном осмотрел странный, неидентифицируемый черный ключ с руной, крепко сжал его в кулаке. Второй рукой медленно развернул кусок старого, пожелтевшего пергамента. Кирилл затаил дыхание. Неровные, светящиеся блеклым фиолетовым светом строчки открывали перед ним то, что могло полностью поменять планы его будущей игры на много месяцев вперед:

«Глобальный сюжет Вальдиры обратил на вас внимание...».

Конец первой книги.

.