Эдель Вейс

Вальдира. Игры судьбы.

Глава 1. Осколки прошлого

По стеклу быстро скатывались ручейки воды. Дождь лил такой сильный, что казалось, кто-то поливает окно снаружи из садового шланга.

— Анечка, присядь — голос Виктора Николаевича, нашего семейного адвоката и близкого друга моего покойного отца, был обеспокоенным и настойчивым.

Я промолчала. Но он не привык сдаваться. Подойдя ко мне, обнял за плечи, довел до большого обеденного стола и посадил на стул. Я покорно повиновалась. Силы покинули меня еще час назад, там, на залитом неоновым светом Цветном бульваре, когда я бежала к первому попавшемуся такси.

Перед глазами всё еще стояла спальня Кристины. Разбросанные вещи. Смех, который оборвался, стоило мне открыть дверь своим ключом, который она оставляла мне уезжая на месяц в Рим, на всякий случай и потом забыла забрать. И слова, которые Марк выплевывал мне в лицо с такой легкостью, словно репетировал их целый год. Пустое место. Скучная. Ледышка.

Виктор Николаевич сел рядом. На его безупречном графитовом пиджаке виднелись темные капли — он примчался посреди ночи, стоило мне сквозь рыдания выдавить в трубку всего два слова: «Свадьбы не будет».

Он обхватил мои ледяные ладони своими теплыми, сухими руками. Его проницательные серые глаза, которых так боялись на Совете директоров, сейчас смотрели на меня с отцовской нежностью и еле сдерживаемой яростью.

— Посмотри на меня, Анечка, — произнес он. — Завтра же утром я дам команду аннулировать все договоры с рестораном и флористами. Об этом не беспокойся. А теперь послушай меня очень внимательно. Твой отец всегда говорил, что Корсаковы умеют держать удар. То, что сделал этот... мерзавец, и твоя так называемая подруга — это не твоя вина. Ты слышишь меня?

Я подняла на него глаза. Горло сжимал сухой, болезненный спазм.

— Он сказал... сказал, что я пустое место, Виктор Николаевич, — прошептала я, и новая слеза покатилась по щеке. — Что со мной скучно. Что я только и умею, что плакать по маме с папой... И всей ценности во мне лишь мое наследство.

Пальцы адвоката сжались сильнее. Я увидела, как на его скулах заиграли желваки. Лучший друг моего отца не пощадит тех, кто посмел обидеть его единственную подопечную. Но от этого понимания легче не стало.

— Пока я ехал сюда, то узнал про него то, что они так тщательно пытались скрыть до вашей свадьбы — продолжил Ардов. — Он банкрот, Анечка. Его отец по уши в долгах, их бизнес — пустышка. Марку нужен был твой трастовый фонд, чтобы остаться на плаву. Я подозревал, что там не всё чисто, но не думал, что они зайдут так далеко... Прости меня. Я недоглядел.

Он погладил меня по волосам, встал и хозяйскими шагами прошел на кухню. Я слышала, как зашумел чайник, как звякнула фарфоровая крышка. Виктор Николаевич знал эту квартиру так же хорошо, как и свою собственную. Он бывал здесь сотни раз, когда родители были живы, спорил с отцом в кабинете за сигарами, пил мамин фирменный чай.

Через несколько минут он вернулся, неся в руках чашку с чаем. От неё поднимался густой пар, пахнущий чабрецом, мятой и липой.

— Выпей, — он непреклонно пододвинул чашку. — Полностью. До самого дна. Это травяной сбор, который твоя мама всегда заваривала, когда ты простужалась перед экзаменами. Он успокоит.

Горячая жидкость обожгла горло, но с каждым глотком я приходила в себя. Спазм в груди начал отпускать, сменяясь тупой, изнуряющей усталостью. Когда чашка опустела, Виктор Николаевич бережно взял меня под локоть и поднял со стула.

— А теперь — спать. Завтра будет новый день. Я лично позабочусь о том, чтобы к концу недели от бизнеса семьи этого мерзавца не осталось даже названия. А Кристина... её отец слишком сильно зависит от наших инвестиций в его девелоперские проекты. Обещаю тебе, Аня, они оба пожалеют о каждой секунде сегодняшней ночи. Но это будет завтра. А сейчас — тебе нужно лечь.

Он довел меня до спальни, включил неяркий ночник у изголовья и дождался, пока я, не раздеваясь, прямо в домашнем халате, заберусь под тяжелое пуховое одеяло, аккуратно поправил подушку, словно я все еще была той маленькой двенадцатилетней девочкой, которой он привозил редкие иллюстрированные книги из зарубежных командировок.

— Я побуду в гостиной, поработаю с документами. Спи, девочка. Ты в безопасности.

Дверь притворилась, оставив лишь тонкую полоску света на полу. Я осталась наедине с такой громкой тишиной своей комнаты. Сон не шел. Травяной чай расслабил тело, но разум, наоборот, обострился до предела, запуская мучительный механизм памяти.

Лежа, уставившись в знакомые узоры лепнины на потолке, которые едва угадывались в полумраке, я вспоминала всё, что было «до». До того момента, как снова оказалась разбита на мелкие осколки. До этой ночи.

Вся моя жизнь до двадцати четырех лет казалась чудесным, залитым солнцем полотном. Вот я маленькая в этой самой квартире. Мой отец, тогда еще молодой, увлеченный ученый, читал мне на ночь исторические хроники вместо сказок, а мама, сидевшая на краю кровати, с улыбкой спрашивала его: «Андрей, ну зачем ей в шесть лет подробности Столетней войны?». Отец смеялся, его глаза лучились теплом. Он был гением. Когда в девяностые рушилась страна и ломались судьбы, он не сломался. Его академический ум разглядел в зарождающемся хаосе новые финансовые законы. Он создал фонд. Он стал титаном, но дома оставался все тем же любящим папой, который оберегал меня от грязи внешнего мира.

Мама... Она была моим эталоном. Профессор филологии, женщина с безупречными манерами и осанкой. Именно она сотворила этот уют нашего дома на Патриарших. Следила, чтобы дочка росла в окружении красоты, искусства и правильных книг. «Анечка, — говорила она, расчесывая мои длинные волосы, — богатство — это не повод для гордости, это ответственность. Это возможность помогать тем, кто этого достоин».

Я верила ей. Я росла книжной девочкой. Пока мои сверстницы в начале двухтысячных открывали для себя первые ночные клубы Москвы, красили губы алой помадой и крутили романы с дерзкими мальчиками на дорогих машинах, я сидела в библиотеках. Спецшкола с углубленным изучением языков, затем — исторический факультет МГУ, кафедра истории искусства. Красный диплом. Для меня мир людей был прост и понятен: он подчинялся законам классической литературы и кодексам чести прошлых веков. Если человек образован, если он вежлив и разделяет твою любовь к прекрасному — значит, он благороден.

В университете я впервые близко подпустила к себе кого-то, кроме родителей и Виктора Николаевича. Кристина. Дочь нуворишей, стремительно ворвавшихся в московскую элиту. Она была другой — яркой, громкой, уверенной в себе. Но так искренне восхищалась моими знаниями, так внимательно слушала мои рассказы о живописи Возрождения, что я посчитала её своей лучшей подругой. Я делилась с ней самым сокровенным. Когда в 2010 году, во время моей учебы, пришла страшная весть об автокатастрофе, унесшей жизни мамы и папы, Кристина была рядом. Она держала меня за руку на похоронах, плакала вместе со мной в этой пустой квартире, когда я выла от невыносимого, черного одиночества.

Тогда я думала, что её слезы настоящие. Теперь же понимала: она просто выжидала. Изучала мои слабые места.

Год назад именно она познакомила меня с Марком на закрытой выставке в одной из частных галерей. Он словно сошел со страниц моих любимых романов. Высокий, сдержанный, с безупречным вкусом и тонкими пальцами пианиста. Не пытался произвести впечатление своим богатством, хотя я знала от Кристины, что его семья владеет крупным бизнесом. Нет, тогда он заговорил со мной о Боттичелли и цитировал строчки, которые я прекрасно знала. Ухаживал так красиво, так старомодно, что мне хотелось верить. Не звал меня в шумные компании, часами гулял со мной по тихим переулкам вокруг Патриарших, слушал рассуждения об архитектуре, привозил на Николину Гору редкие книги.

Марк стал моей первой любовью. Моей единственной любовью. Я доверила ему свое израненное потерей родителей сердце. Я видела в нем преемника отцовского благородства. Виктор Николаевич, проверив его по всем своим каналам и базам данных, лишь удовлетворенно кивнул: «Парень чист, Анечка. Достойная партия».

И вот сегодня вся эта хрустальная сказка разлетелась вдребезги.

Я вспомнила лицо теперь уже бывшего жениха, в тот момент когда открыла дверь. В его глазах не было раскаяния. Только испуг и злость. И Кристина... её большие пухлые губы, кривящиеся в торжествующей злобе. «У меня денег тоже дофига! Меня всегда бесило, какая ты задавака!»

Они спали вместе, пока я выбирала свадебное платье. Они планировали мою жизнь, считали мои деньги и смеялись над моей наивностью. Для них моя деликатность была высокомерием, моя скорбь по родителям — скучным нытьем, а моя вера в людей — глупостью.

Слезы снова обожгли глаза, но я не стала их вытирать. Травяной чай сковал тело тяжестью. За окном все так же неистово хлестал дождь, смывая остатки моей прошлой жизни. Я засыпала с мыслью о том, что той Ани, которая верила людям и книгам, больше не существует. Она осталась там, на Цветном бульваре. А кто проснется в этой постели завтра — неизвестно.

Время потеряло плотность и структуру, оно то тянулось бесконечно, то проносилось незаметно, оставляя после себя лишь ощущение серой пустоты.

Я просыпалась. Вернее, просто открывала глаза, понимая, что за окном снова наступило утро. Дождь то утихал, то принимался стучать в стекла снаружи с новой силой, но мне было все равно. Мир за пределами спальни казался декорацией к чужому, заброшенному спектаклю.

Я вставала с постели на автомате, ведомая какими-то остаточными, животными рефлексами. Шла на кухню. Ноги были тяжелыми, словно налитыми свинцом. Огромная родительская квартира, которая раньше казалась мне уютным ковчегом, теперь пугала своей гулкой тишиной. Я открывала холодильник, что-то доставала, механически пережевывала и глотала. Кажется... Наверное, это была еда. Я не чувствовала вкуса — ни сладкого, ни соленого. С таким же успехом я могла жевать сухой картон. Единственное, что я помнила отчетливо — это обжигающий холод гранитной столешницы под моими пальцами и монотонный шум закипающего чайника.

Потом я возвращалась в кровать. Натягивала тяжелое пуховое одеяло до самого подбородка, сворачивалась калачиком и часами смотрела в одну точку на стене. В голове была какая-то стерильная пустота. Мозг, защищаясь от пережитого ужаса, заблокировал все мысли о случившемся, оставив вместо них лишь безразличное оцепенение. Самое страшное было в том, что мне даже не хотелось плакать. Слёзы кончились в ту, первую ночь. Осталась только выжженная пустыня.

Иногда в квартире кто-то появлялся. Пространство вокруг меня то и дело нарушалось чьими-то шагами, шорохом ткани, запахом дорогого парфюма и негромкими голосами.

Знаю, что каждый день приходил Виктор Николаевич. Его силуэт возникал в дверях спальни, приглушая свет из коридора. Мы разговаривали. Вернее, говорил в основном он — спокойно, не повышая голоса, осторожно подбирая каждое слово так, словно общался со смертельно больной пациенткой. Я что-то отвечала ему невпопад, послушно кивая головой.

Пару раз он садился на край моей кровати и раскрывал тяжелую кожаную папку с логотипом нашей инвестиционной компании.

— Анечка, деточка, нужно поставить подпись вот здесь и здесь, — его голос звучал откуда-то издалека, словно сквозь слой ваты. — Это ликвидация счетов... Кое-какие договоры аренды. Я всё подготовил, тебе не о чем переживать. Этих людей больше не будет в твоей жизни.

Я послушно брала протянутую ручку. Пальцы слушались плохо. Что-то подписывала, даже не глядя на ровные строчки юридического текста. Мне было абсолютно наплевать, что происходит с моими миллионами, с бизнесом Марка, с девелоперскими проектами отца Кристины. Виктор Николаевич мог подсунуть мне документ о передаче моего состояния первому встречному, и я бы подписала его точно так же — равнодушно и покорно. Я верила ему, но главное — мне хотелось, чтобы меня поскорее оставили в покое и вернули обратно в мою безопасную, серую темноту.

Один раз, кажется, приходила какая-то женщина. То ли экономка с нашей подмосковной дачи, то ли присланная Ардовым сиделка. Она пыталась расчесать мои спутавшиеся волосы, уговаривала меня выпить бульон, тихо вздыхала и крестилась, думая, что я сплю. А я не спала. Я просто лежала в своей хрустальной гробнице на Патриарших, медленно угасая от невыносимой, запертой внутри боли.

Жизнь уходила из меня каплей за каплей и я чувствовала это, но мне было всё равно.

Глава 2. Диагноз и лечение

Спустя две недели.

Дождь уже не лил, но небо над Патриаршими прудами оставалось затянутым тяжелыми тучами. В квартире царил полумрак. За все эти четырнадцать дней я почти не выходила из своей спальни, передвигаясь по огромным комнатам беззвучной тенью. Свадьба, которая должна была состояться сегодня, призраком мерещилась в углах дома.

Щелкнул дверной замок. Я даже не вздрогнула — ключ от парадной двери был только у одного человека. В прихожую вошел Виктор Николаевич. За его спиной стояла незнакомая дама.

— Анечка, — голос Ардова был все так же обеспокоен и настойчив. Он быстро снял пальто, подошел ко мне и взял за руку. — Это Вероника Семеновна Шацкая, очень хороший психолог, познакомься.

— Здравствуйте, — послушно ответила я, приветливо кивая симпатичной женщине лет шестидесяти.

У нее были удивительно теплые, лучистые глаза, короткая аккуратная стрижка с благородной сединой и мягкий, успокаивающий парфюм, который сразу заполнил прихожую, вытесняя запах одиночества. Одета она была в элегантный трикотажный костюм глубокого винного цвета, а в руках небольшой кожаный блокнот.

— Пройдите в гостиную, вам нужно поговорить, — настаивал адвокат, легонько подталкивая меня в сторону раскрытых дверей.

— Не нужно, — возразила я, пытаясь высвободить руку. Мой собственный голос показался мне чужим, тусклым и плоским, словно записанным на старую пленку. — У меня все хорошо. Виктор Николаевич, правда. Мне просто нужно побыть одной.

Но Вероника Семеновна не дала мне закрыться. Она сделала шаг вперед, уверенно отстранила Ардова и посмотрела мне в глаза. В её взгляде не было профессионального любопытства или жалости — только глубокое, человеческое понимание.

— Анна, дорогая, давайте просто выпьем чаю в библиотеке, — тихо произнесла она, её голос обволакивал, не оставляя пространства для протеста. — Виктор Николаевич пока подождет здесь. Мы просто побеседуем. О книгах. О вашей учебе. О том, о чем вам самой захочется.

Я покорно подчинилась. Сопротивляться не было сил. Она взяла меня под локоть и увела в гостиную, аккуратно притворив за собой тяжелую дубовую дверь.

Этот час пролетел как в тумане. Шацкая не задавала глупых вопросов в лоб. Она не спрашивала про Марка, не просила вспомнить детали предательства Кристины. Вместо этого она рассматривала корешки книг на полках, спрашивала меня о моей учебе, просила рассказать об акварелях на стенах. Её вопросы были тонкими, как иглы. Она просила меня описать, что я чувствую, когда смотрю на любимые картины родителей. А я... я понимала, что не чувствую ничего. Мир вокруг меня потерял краски, став черно-белым и плоским. Еда казалась безвкусной, книги — набором пустых знаков, а будущее — серым, бесконечным туманом. Я говорила тихо, монотонно, почти не меняя выражения лица. Вероника Семеновна слушала, изредка делая едва заметные пометки в своем блокноте.

Ровно через час двери гостиной снова открылись. Виктор Николаевич, который все это время мерил шагами прихожую и то и дело смотрел на свои золотые часы, повернулся к нам. На его лице читалось напряженное ожидание.

Вероника Семеновна вышла первой, по-прежнему придерживая меня за плечо. Она не стала уводить Ардова в сторону или шептаться у вешалок. Она считала, что мне, как взрослому и умному человеку, необходимо знать правду о своем состоянии. Она выдала вердикт при мне.

— Ну что, Виктор Николаевич, — весомо произнесла Шацкая. — Чуда не произошло. У девочки глубокая депрессия. Клиническая форма.

Ардов побледнел. — Что это значит, Вероника Семеновна? — голос дрогнул, в нем послышался страх за меня. — Нужны лекарства? Клиника? Я могу организовать лучшую палату в Швейцарии или Израиле прямо сегодня...

— Подождите с клиниками, — мягко остановила его психолог. — Аня — глубокий, думающий гуманитарий. Её мозг сейчас включил психологическую защиту от невыносимой боли. Она заблокировала все эмоции, чтобы не сойти с ума от предательства. Препараты мы подберем, легкие антидепрессанты помогут выровнять общий фон и вернуть сон. Но одними таблетками тут не поможешь.

Она повернулась ко мне и сжала мои пальцы.

— Анечка, послушай меня. Тебе сейчас нельзя оставаться в этой пустоте. И в бизнес, который предлагает Виктор Николаевич, тебе идти нельзя — он тебя добьет. Твоему разуму нужна сублимация. Какая-то радикальная смена реальности. Место, где твой интеллект будет занят, но где не будет призраков прошлого, не будет воспоминаний о родителях, о Марке, о Кристине. Тебе нужно переключить мозг на совершенно иную задачу, понимаешь? Иначе ты просто угаснешь в этих стенах.

Я непонимающе смотрела на неё, а слова о «радикальной смене реальности» хоть и были мной услышаны, но их смысл ускользал.

Виктор Николаевич растерянно молчал, наверняка думая, куда еще он может спрятать меня, чтобы защитить. Он уже открыл было рот, чтобы предложить закрытый какой-нибудь швейцарский санаторий или уединенное палаццо в Тоскане, но Шацкая опередила его.

— Возможно вы, Виктор Николаевич, назовете меня сумасшедшей, — произнесла она. — И вы, Анечка, как историк искусства, можете счесть мой совет дикостью. Но послушайте. Есть проект, который бьет все мировые рекорды и меняет представление о человеческой психике. Виртуальный мир «Вальдира».

Ардов нахмурился, его серые глаза опасно сузились:

— Вероника Семеновна, вы предлагаете моей Анечке... компьютерную игрушку? Ей? С её образованием, интеллектом и статусом?

— Я предлагаю ей спасение, Виктор Николаевич, — жестко оборвала его Шацкая. — Вальдира — это не «игрушка». Это колоссальная, детально проработанная вселенная с полным погружением через специальные капсулы виртуальной реальности. Мой тридцатилетний сын — успешный хирург, он проводит сложнейшие операции, но по вечерам уходит туда, чтобы просто не сойти с ума от стресса реального мира.

Психолог повернулась ко мне. — Аня, Вальдира создана в классическом, псевдосредневековом фэнтезийном сеттинге. Это не глупая стрелялка. Это огромный социальный симулятор. Там есть древние затерянные материки, полузабытые боги, сложнейшая мифология, кодексы чести, интриги кланов и исследования древних свитков. Для твоего гуманитарного ума это станет идеальной сублимацией. Твоему разуму придется изучать законы этой вселенной с нуля. Мозг будет настолько занят анализом новой реальности, что у депрессии просто не останется ресурсов подпитывать старую боль. И самое главное — там никто не знает, кто такая Анна Корсакова. Там ты будешь абсолютно свободна.

Я слушала её, и это странное слово — Вальдира — было каким-то необычным, словно тайна, которую нужно разгадать, а слова о свободе и том, что там я больше не буду собой, вдруг откликнулись во мне.

— Виктор Николаевич, — мягко подвела итог Вероника Семеновна. — Приобретите Анечке лучшую капсулу последнего поколения. А ты, моя хорошая, запрись-ка на своей даче на Николиной Горе, ложись в этот кокон и начни все сначала. Поверь моему опыту: иногда, чтобы спасти свою настоящую жизнь, нужно на время уйти в вымышленную.

Когда пластиковая полупрозрачная крышка супернавороченного кокона, всё равно напоминающая мне гроб, медленно и бесшумно закрылась надо мной, отсекая последние звуки уединенной дачи на Николиной Горе, в моих ушах всё еще звучал голос техника. Сертифицированный инженер из компании-производителя «Вальдиры» битый час топтался в моей загородной спальне, подключая кабели, калибруя датчики и дотошно инструктируя меня, что надо делать и куда нажать. Всё это время у дверей спальни хмурой тенью стоял телохранитель, присланный Виктором Николаевичем. Наконец они оба вышли, тихо притворив за собой дверь, и я осталась одна.

С трудом переведя дыхание, я откинула прозрачную крышку предохранителя, нащупала и нажала на большую красную кнопку.

Вальдира приветствовала меня миллионом настроек. Быстро проскочив глазами текстовые предупреждения, я остановилась на окне выбора имени. Система тут же вывела на экран большой список зарезервированных, красивых и статусных никнеймов, которые, видимо, прилагались к алмазному статусу аккаунта. Уверена, аккаунт Виктор Николаевич выбрал, как всегда не желая, чтобы его подопечная в чем-то нуждалась. Но я решительно проигнорировала предложенное. Очистив поле ввода, я дрожащими пальцами ввела два коротких слова: No Fate. Не утонченная Aeterna, не великолепная Prima и, тем более, не Dominanta, а просто «Нет судьбы».

Затем я перешла к редактору внешности. Я категорически не желала быть похожей на себя прежнюю — на ту наивную дуру, которую так легко растоптали. Мне хотелось стереть, спрятать под цифровой маской любое напоминание о реальном облике. Я изменила пропорции тела, сделав свой аватар совсем миниатюрным, хрупким. Цвет радужки, которая в реальной жизни у меня была ярко-голубой, маминой, я изменила на странный, пугающий оттенок, словно глаза были запорошены темно-серым, остывшим пеплом. Губы сделала меньше, но изящнее, добавив им природной яркости, чтобы компенсировать общую бледность лица. И только свои темные длинные волосы я пожалела менять, оставив их точно такими же, как есть. В графе «Раса» я без колебаний выбрала: человек. Читать про остальные существующие расы и вникать в их особенности мне не хотелось.

Дальше замелькали еще несколько ничего не значащих опций, предложение подробно ознакомиться с библиотекой для новичка, пройти обучение, взглянуть на достопримечательности... отказ, отказ и отказ. Мне не нужны были экскурсии. Я хотела просто исчезнуть.

И наконец, появилась долгожданная надпись: Поздравляем! Ваш игровой персонаж No Fate создан! Добро пожаловать! Мир Вальдиры ждет Вас!

Облегченно выдохнув, я приготовилась к старту. Мой кокон был абсолютно новым, только что с завода, и его эластичное ложе идеально принимало контуры тела, даря ощущение полной безопасности и комфорта.

Полумрак перед глазами внезапно взорвался. Вместо плавного перехода система крутанула безумный радужный водоворот. От этой вспышки красок я мысленно поморщилась — настолько резко и больно этот визуальный шум резанул по натянутым до предела нервам. Реальность Патриарших прудов, предательства и разбитого сердца окончательно растаяла в этой сияющей и переливающейся круговерти.

Радужный водоворот утих так же внезапно, как и начался. На смену ему пришла реальность, которая мгновенно обрушилась на все мои рецепторы.

Я невольно зажмурилась, а когда открыла глаза, поняла, что картинка, которую я вижу, безупречна. Солнечный свет заливал площадь, заставляя щуриться, лазурное небо над головой казалось абсолютно настоящим, даже небольшие кудрявые облачка вдали смотрелись на нём гармонично и естественно, а сочная трава колыхалась от легкого ветра.

Я сделала глубокий вдох. Легкие наполнились тёплым воздухом, в котором отчетливо смешивались запахи свежей зелени, дыма, печеного хлеба. Но сильнее всего по мозгам ударило осязание. Я опустила взгляд вниз. Из-под грубой ткани простых холщовых штанов виднелись мои новые, непривычно маленькие ступни. И они отчетливо чувствовали настоящую, сухую и теплую дорожную пыль. Я шевельнула пальцами, и мелкие песчинки мягко заструились между ними. Датчики кокона передавали сигналы в мозг с такой невероятной точностью, что разум безоговорочно поверил: это не симуляция. Я действительно стою здесь.

Вокруг кипело обычное для стартовой локации движение: мимо проносились такие же новички первого уровня, звучно переговаривались вдали явно местные кумушки, где-то глухо стучал топор. Я стояла посреди этого потока, пытаясь справиться с нахлынувшим ощущением нереальности происходящего.

Внезапный толчок в плечо заставил меня покачнуться. Мое новое, хрупкое тело едва удержало равновесие на непривычно легких ногах. Опередив меня на шаг, вперед стремительно шагнул рослый, плечистый парень в серой холщовой рубахе. Наткнувшись на меня, он притормозил, удивленно хлопнул глазами и, окинув взглядом мою мелкую фигуру, скользнул глазами чуть выше — по висящему в воздухе зеленому нику. Затем он примирительно поднял ладони:

— Ой, извини, не заметил тебя! Ты мелкая такая… Слушай, Фейт, ну и чего ты тут застыла посреди дороги как вкопанная? Отойди в сторонку, а то затопчут!

Услышав это короткое «Фейт», я мысленно хмыкнула. Он прочитал только половину моего ника, превратив мрачное «Нет судьбы» в простое, обыденное «Судьба». Какая ирония.

Игрок извиняюще улыбнулся и побежал дальше вдоль деревенской улочки, быстро скрывшись из вида.

Я не произнесла ни слова. Обычная суета человека, который куда-то очень спешит. Но этот случайный контакт заставил меня очнуться.

Так же молча отступив в сторону, прижалась спиной к чьему-то деревянному забору. Сердце в груди громко стучало. Вся эта бьющая через край, шумная и живая Вальдира словно тяжелым молотком дала мне по мозгам. Здесь никто не собирался ходить вокруг меня на цыпочках, как это делали Ардов или Вероника Семеновна. Мир просто жил свою жизнь, абсолютно равнодушный к моему горю.

Я осталась один на один с этой новой, слишком яркой и шумной реальностью, где у меня больше не было ни настоящего имени ни статуса.

Глава 3. Чучело

Всё казалось таким раздражающим, ярким, что, не выдержав, я потихонечку пошла вдоль забора куда-то вперед, стараясь держаться подальше от всех. Шла, не глядя куда, не глядя по сторонам и остановилась только когда шум вокруг наконец смолк.

Дома закончились. Передо мной определенно были какие-то огороды — открытые, без привычных заборов, разделенные лишь невысокими земляными насыпями и межами. На ровных грядках сочно зеленела незнакомая мне кудрявая ботва, а по краям синели мелкие полевые цветы, над которыми деловито жужжали толстые шмели и летали яркие бабочки. Здесь пахло нагретой солнцем землей, укропом и свежестью. Атмосфера была сонной, мирной и совершенно не вяжущейся с той суматохой, что царила на площади.

Рядом с одним из таких огородиков на деревянном шесте возвышалось старое, побитое дождями и выгоревшее на солнце пугало. В его облике было даже какое-то странное, сиротливое очарование. Очевидно, наряжали его когда-то заботливо и старательно в вещи, уже не нужные хозяевам, но сгодившиеся, чтобы пожертвовать их этому отпугивателю ворон. Потрепанная дырявая рубаха висела мешком, штанов не было, а на голове чучела вместо шляпы был надет какой-то капюшон. И все это великолепие венчал когда-то яркий, а сейчас сильно выцветший синий шарфик. На набитой травой мешковине, служившей головой, чья-то рука куском угля нарисовала маленькие глаза и огромный, широко улыбающийся рот. К деревянной руке чучела обрывком веревки был примотан маленький, изъеденный ржавчиной серп.

Под чучелом на свободную от травы землю падала плотная тень. Идти дальше не хотелось. Дойдя до деревянного шеста, я просто опустилась прямо в теплую дорожную пыль и замерла, глядя на свои уже грязные босые ноги. Тощая котомка лежала рядом, но я даже не посмотрела, что там внутри. Навалилась привычная, тупая усталость, а нарисованная углем улыбка печального пугала над головой казалась сейчас единственной настоящей вещью в этом ярком, шумном и чужом мне мире. Однако мир, который я покинула недавно теперь казался мне не менее чужим. Это была последняя осознанная мысль. Я снова погрузилась в свою уже привычную безопасную тишину и пустоту, невидяще глядя в землю.

Я не знала, сколько так просидела. Время в этом месте окончательно потеряло для меня всякий смысл. Никто не проходил мимо, на тропинке между огородами не появилось ни одной живой души, и меня это полностью устраивало. Я просто сидела в пыли под немного покосившимся шестом и хотела сидеть так и дальше. Желание раствориться, превратиться в ничто и никогда больше не возвращаться к реальности было единственным, что я по-прежнему отчетливо ощущала. Наверное, я бы так и осталась неподвижной частью этого пейзажа, но...

Виртуальный мир не собирался оставлять меня в покое. По центру обзора замигал стандартный значок интерфейса.

«Внимание! Ваш уровень сытости упал ниже 20%!» — вспыхнула строчка текста.

Я проигнорировала её и просто закрыла глаза, уткнувшись лбом в колени. Там, за пределами капсулы, еда казалась безвкусной и ела я лишь потому, что нанятая адвокатом сиделка в последние дни строго следила этим за этим. Тут сиделки не было.

Спустя какое-то время текстовые предупреждения начали вспыхивать одно за другим, настойчиво требуя внимания:

Внимание! Вы истощены! Наложен негативный эффект «Голод». Сила, Ловкость и Выносливость снижены на 50%.

Внимание! Наложен негативный эффект «Обезвоживание». Скорость регенерации маны и здоровья упала до нуля.

Шкала жизни в углу глаза, которая ещё недавно была зеленой, начала пустеть, окрашиваясь сначала в желтый, а потом уже в тревожный красный цвет. Семьдесят процентов... Сорок... Пятнадцать...

Внимание! Вы теряете 1 единицу здоровья от голода.

Внимание! Вы теряете 1 единицу здоровья от жажды.

Мир вокруг уже не был таким ярким. Картинка перед глазами поплыла, подёрнулась серой, размытой дымкой.

Наконец, интерфейс выдал последнее предупреждение: Внимание! Уровень вашего здоровья упал до критической отметки!

Осталось всего пять единиц здоровья. Ещё немного — и строки интерфейса констатируют мою смерть.

Но я не собиралась делать ровным счетом ничего. Мне было нормально и так. Пускай эти красные полоски моргают, пускай система выведет сотню предупреждений об истощении — это неважно. Я нашла свое персональное прибежище под защитой нарисованной углем улыбки старого чучела и шевелиться не планировала.

И когда серая пелена почти полностью закрыла от меня окружающий мир, прямо над моей головой раздался сухой, протяжный скрип и мне на голову посыпались колкие, мелкие соломинки.

Словно очнувшись от глубокого сна, с трудом отползя на четвереньках чуть подальше в сторону, спасаясь от соломенного дождя, я развернулась, снова села прямо в пыль и подняла голову.

Оно... Живое!

Деревянный шест, служащий хребтом чучелу, дрогнул. Тряпичная голова, набитая травой, медленно наклонилась вниз, а ржавый серп покачнулся. Нарисованный взгляд уставился прямо на меня.

— Ты пришла... — прошелестело чучело. — Пришла угаснуть под моими лохмотьями? Твое тело почти мертво, дитя, но в твоем разуме нет страха. Только холодный пепел. — Наконец-то... Не за золотом. Не за чужой кровью. Ты пришла увядать... Пепел к пеплу, дитя, прах к праху. Твоё сердце мертво, как и моё…

— На пороге... на самом краю... — шептало чучело, и его широкий улыбающийся рот оставался неподвижным, пока шепот проникал мне прямо в сознание.

Чучело медленно опустило свою деревянную руку, к которой был примотан ржавый серп.

— Я скован здесь, на этой меже, обречен созерцать увядание день за днем, — шуршал невидимый дух, и в его шепоте я слышала тоску. — Но твоя пустота... она сродни моей. Помоги мне освободиться, No Fate. Отыщи серебро. Но не то мёртвое, холодное серебро, что лежит в сундуках богачей и банках купцов. Мне нужно серебро, омытое искренним азартом и желанием победить.

— Освободи меня, дитя скорби, — выдохнуло чучело, и серые нити тумана вдруг протянулись от него к моим босым ногам. — Разрушь мои путы. И тогда я научу тебя скрываться в серой дымке, где никто и никогда больше не сможет причинить тебе боль...

Прямо над прерывисто мигающими багровыми полосками голода и жажды вспыхнула новая, золотистая строчка системного оповещения, мягко подсветившая висящий на руке чучела ржавый серп:

Внимание! Вами получен скрытый квест на освобождение Серого Духа.

Условие выполнения: принести серебро, омытое искренним азартом и желанием победить.

Награда: ???

Я смотрела на эту надпись пытаясь осознать, что сейчас произошло, а Серый Дух затих, снова превратившись в обычное огородное пугало с угольной улыбкой.

[Принять] / [Отклонить]

Экран перед моими глазами уже заволакивало предсмертной серой дымкой, а полоска здоровья таяла на глазах. Сил не оставалось даже на то, чтобы просто дышать. Но это странное, грустное чучело, разглядевшее мою внутреннюю пустоту, зацепило во мне какую-то струну, которую не смогли нащупать ни Ардов, ни психолог.

С трудом сфокусировав угасающий взгляд на левой плашке, я мысленно, из последних сил, нажала клавишу.

Вы приняли скрытый квест «Освобождение Серого Духа»! — коротко звякнула система, и золотистая строчка тут же свернулась, уходя в мой пока еще девственно чистый журнал заданий.

И именно сейчас, словно выполнение этого действия сожрало самый последний процент моей энергии, мир вокруг окончательно поплыл и накренился набок.

Красные шкалы по краям подернулись серой предсмертной дымкой, всё вокруг потемнело.

— Деточка, что с тобой? — встревоженный мужской голос послышался словно издалека.

Кажется, я начала заваливаться на землю. Но не упала. Чьи-то крепкие руки поддержали меня, а к моему рту приставили какой-то сосуд, пытаясь напоить. Я чувствовала, как по подбородку и шее течет прохладная жидкость. Рефлекторно проглотила раз, другой. Удивительное чувство — словно меня воскресили живой водой. Но, судя по вкусу, который я вдруг ярко ощутила, это был квас. Вкусный, ядреный, он возвращал меня к жизни в буквальном смысле слова. Перед глазами тут же замелькали строчки системного отчета о восстановлении здоровья.

Внимание! Критическое состояние «Истощение» частично снято.

Вами выпит напиток: Домашний хлебный квас (качество: среднее).

Эффект: Жажда снижена на 40%.

Эффект: Скорость регенерации выносливости увеличена на 10% на следующие 15 минут.

Внимание! Начат процесс восстановления здоровья: +1 HP в секунду.

Текущий уровень жизни: 12 / 60... 13 / 60... 14 / 60..

Строчки системных уведомлений перед глазами вспыхивали одна за другой:

Внимание! Вами получено скрытое достижение первого ранга: «Балансирующий на краю»!

Вы умудрились довести своё тело до предсмертного вздоха от банального истощения в мирной локации, но отказались сдаваться.

Награда за достижение: Характеристика «Выносливость» навсегда увеличена на +1!

Дополнительный бонус: Скорость падения шкал голода и жажды снижена на 1%.

Базовые характеристики персонажа:

Сила: 1

Ловкость: 1

Интеллект: 1

Выносливость: 2

Мудрость: 1

Внимание!

Получена награда за скрытое достижение: Деревянная статуэтка «Упрямица в пыли».

Класс предмета: Редкий (памятный).

Описание: Грубо вырезанная из потемневшего дуба фигурка маленького человечка, который сидит в пыли, упрямо обхватив колени руками, и демонстративно смотрит в лицо нависшей Смерти.

Статус предмета: Часть коллекции «Смертельные глупости».

Количество собранных предметов: 1/5.

Перед глазами всё еще плыли эти строчки, а перед лицом медленно проступали контуры реальности. Мужчина, удерживающий меня за плечи, облегченно выдохнул и опустил глиняный кувшин.

— Ну слава богам, задышала, — проворчал он добрым, низким голосом. — Ты чего же это творишь, деточка? Разве ж можно так себя доводить?

Я с трудом сфокусировала взгляд. Пелена предсмертной серости окончательно рассеялась. Мой спаситель оказался местным NPC — крепким, коренастым мужиком лет пятидесяти в простой холщовой рубахе с закатанными рукавами и заляпанном землей кожаном фартуке. На его широком, добродушном лице, заросшем густой русой бородой, читалась искренняя, неподдельная тревога. Типичный огородник, пришедший проверить свои грядки и вовремя заметивший босую девчонку под пугалом.

Я молчала. Желание сидеть в пыли и ни о чем не думать никуда не делось, но теперь у меня хотя бы не кружилась голова.

— Ты никак немая, девонька? — продолжал спрашивать человек, все так же по-доброму улыбаясь и всматриваясь в мое бледное лицо какими-то наивными голубыми глазами. — Али горло так пересохло, что и слово молвить не могешь? На-ка вот, глотни еще кваску. Добрый квас, сам лично делал.

И он протянул мне глиняный кувшин, даже не сомневаясь, что я возьму его.

И так всё это было естественно и по-настоящему, что я словно в трансе протянула руки, приняла протянутый кувшин и сделала еще глоток кваса. Ядреная, покалывающая язык жидкость мягко прокатилась внутри смывая остатки горького привкуса безысходности.

Я прислушалась к себе. Слабость, конечно, была — ноги все еще казались ватными, а пальцы слегка подрагивали, но уже не умирала, это точно. Красные полоски интерфейса перед глазами послушно отползли от критической отметки.

Внимание! Зафиксировано изменение общего состояния персонажа.

Срабатывание пассивного эффекта алмазного аккаунта: скорость естественного восстановления жизненных сил увеличена на 0,5%.

Срабатывание пассивного эффекта алмазного аккаунта: скорость расхода шкал сытости и жажды замедлена на 0,5%.

Мизерные, смехотворные доли процентов тянули мой аватар No Fate обратно к жизни, заставляя цифровое тело восстанавливаться капельку быстрее.

— Спасибо, добрый человек, — это были мои первые слова, произнесенные в этом мире и мой собственный голос прозвучал хрипловато и тихо, но мужчина услышал. Он удовлетворенно крякнул, расправил свою густую бороду и присел рядом со мной прямо на край межи, никуда не торопясь.

— Так ты ж кто такая будешь-то, девонька? А и откель тут появилась? — бородач добродушно сощурился, поудобнее устраиваясь на земляной насыпи и подпирая кулаком щеку. На его испачканном фартуке ярко блеснула медная бляха с тиснением в виде снопа пшеницы.

Над его головой я прочитала полупрозрачную зеленую надпись: «Огородник Михей. Обыватель».

Глава 4. Первые шаги в новом мире

Я перевела взгляд с кувшина на его кожаный фартук и присмотрелась к медной бляхе. На ней был вычеканен изогнутый зубчатый серп, перекрещенный с тремя спелыми колосьями. Мой въедливый ум историка зацепился за эту деталь. Это было не просто украшение. Такой знак в геральдике всегда означал принадлежность к ремесленному цеху. Значит, этот добродушный бородач с плашкой «Огородник» над головой на самом деле был не простым крестьянином. Обычному человеку носить такую бляху вряд ли бы разрешили.

Его вопрос застал меня врасплох. Кто я? Анна Корсакова? Наследница миллионов, лежащая сейчас в капсуле виртуальной реальности на Николиной горе? Или преданная, скучная дура, у которой за две недели до свадьбы не стало будущего? Ни то, ни другое. Здесь, на земле, под улыбающимся пугалом, это имя ничего не значит.

— Меня зовут No Fate... То есть, Фейт, — неуверенно ответила я, вспомнив окрик рослого парня на площади. Прозвучало странно, непривычно для меня, но Михей лишь понимающе и глубокомысленно кивнул, словно каждый день встречает умирающих девчонок со странными именами. — А появилась... из другого мира.

Мужчина сокрушенно покачал головой, в его окладистой бороде запуталась сухая травинка.

— Иномирная ты, значит... — протянул он, бросив короткий взгляд в сторону деревни. — Видал я вашего брата, пришлых-то. Все бежите куда-то, суетитесь, за силой да богатством гонитесь, под ноги не смотрите. А ты вот, вишь, до моих грядок добрела да чуть дух под моим же чучелом не испустила. Напужала ты меня, Фейт, нечего сказать. Кабы не квас мой ядреный, не сидеть бы нам туточки.

Я молча перевела взгляд на свои босые грязные ноги, не зная, что еще сказать.

— Да ничего, вижу, в ум пришла, ожила, — продолжил он, ничуть не смущаясь моего молчания. — Задания вы берете, знаю, да награду за них получать хотите. А ты вот, к примеру, хочешь?

И он пытливо посмотрел на меня, хитро прищурив один глаз. Для него я была очередной «пришлой», игроком первого уровня, которому положено бегать за квестами и опытом. Он не мог знать, что мне глубоко безразличны уровни, правила, да и сама игра. Но рядом по-прежнему висело пугало, в моей книге заданий был скрытый квест от Серого Духа, а шкалы голода и жажды, хоть и отползли от критической отметки благодаря его квасу, всё еще требовали ресурсов. Чтобы получить то самое азартное серебро и докопаться до сути, мне нужно было с чего-то начать. Придется играть по местным правилам.

— Хочу, — тихо ответила я, поднимая на него свои пепельные глаза. — Какая работа у вас есть, дядя Михей?

Однако, он не спешил сразу гнать меня к огороду. Вместо этого внимательно оглядел мою миниатюрную фигуру, задержался взглядом на тонких запястьях и озабоченно почесал бороду.

— На грядки-то тебе рановато, девонька, — рассудительно проворчал он, хмыкнув. — Спину живо сорвешь, да и силенки в тебе пока, прям сказать, нету на это дело ответственное. Ты мне лучше вот что скажи: по хозяйству-то домашнему умеешь чего? А то моя-то, Меланья, уехала в город к сестре с очередным торговым обозом. Еще пару дней её не будет. А я сам по дому... ну, не особо-то. Мужское дело — земля да привоз, а в четырех стенах у меня вечно всё из рук валится.

Я посмотрела на его холщовую рубаху, на которой у плеча топорщился рваный след от зацепившейся ветки.

— Умею. Всё умею, можете не сомневаться, — ответила я спокойно.

Михей пытливо прищурился, проследив за моим взглядом, и ткнул пальцем в прореху на плече:

— И рубаху починить сможешь? Не абы как, а чтоб шов ровный, крепкий?

— И рубаху, — кивнула я.

Я нисколько не лгала. Мой прежний мир вовсе не был миром изнеженной белоручки, которая умеет только перелистывать страницы альбомов с репродукциями. Моя покойная мама, несмотря на свой статус, считала, что женщина из хорошей семьи обязана обладать безупречными практическими навыками. Поэтому в моем детстве была очень хорошая воскресная школа с глубоким уклоном в традиции. Там девочек учили всему: от кройки и шитья до ведения домашней бухгалтерии и основ кулинарии. Я умела готовить, шить, приводить вещи в порядок и организовывать пространство.

Михей удовлетворенно хлопнул себя по колену, отчего медная бляха на его фартуке весело звякнула.

— Ну вот и ладно, вот и сговорились! — просиял он, поднимаясь на ноги и протягивая мне широкую мозолистую ладонь, чтобы помочь встать. — Пойдем тогда к дому, Фейт. Работы там — непочатый край. Только сперва проверим, правду ли ты сказываешь, али хвастаешь просто. Давай так: зашьешь рубаху на совесть — с меня два медяка и сытный ужин. А дальше уж посмотрим. Ежели руки у тебя и впрямь золотые, будет тебе и другая работа, и денежка побольше. Согласна?

Перед моими глазами появилось системное уведомление:

Поздравляем! Вы получили свое первое задание! Достижение! Вы получили достижение «Рука помощи» первого ранга! Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа. Ваша награда за достижение: +0.1 % к шансу идентификации предметов. Текущий шанс успешной идентификации: 0.3 %

Вы получили задание «Проверка мастерства!»

Минимальные условия выполнения задания: починить порванную рубаху.

Зашить прореху на рубахе Огородника Михея в меру своих сил и возможностей.

Награда: 2 медные монеты, сытный ужин.

[Принять] / [Отклонить]

Я нажала «Принять». Мне было все равно, много это или мало — две медные монеты. Я не знала местных расценок, не представляла, сколько здесь стоит еда или одежда, и, честно говоря, совершенно не хотела об этом думать.

Я согласилась потому, что это грустное, побитое дождями пугало с широкой улыбкой вдруг показалось мне до боли родным. Словно увидела в нём частичку самой себя — такое же брошенное всеми, одинокое существо, наряженное когда-то в дорогие, а теперь никому не нужные лохмотья прошлого. И если запертый внутри Серый Дух просил о помощи, я должна попробовать сделать хоть что-то, чтобы его освободить. А огородник Михей был очень добр ко мне, от смерти спас, получается, хоть и цифровой, к тому же он был единственной ниточкой, способной связать меня с загадкой этого чучела.

Солнце медленно катилось к горизонту, окрашивая огороды в нежные, розово-золотые тона заката. Я и не заметила, что день уже прошел. Придя в Вальдиру утром, только сейчас осознала, что моё долгое, неподвижное сидение в пыли заняло часы и теперь уже вечер.

Вставая я явственно ощутила чужое тепло и опору, когда поднялась, держась за крепкую мозолистую руку Михея.

Мы не торопясь пошли по узкой меже мимо грядок в сторону деревеньки. Когда я оглянулась назад, чучело по-прежнему висело на шесте, безмолвное и неживое, как будто мне всё это почудилось, было предсмертным бредом. Однако в журнале заданий по-прежнему висел скрытый квест и странные вопросительные знаки в графе «Награда».

Дом Михея оказался симпатичным и добротным. Небольшой, но основательный, построенный из толстых, потемневших от времени бревен. Нижние венцы подперты аккуратно выложенным диким камнем, желтая соломенная крыша. Вокруг раскинулся небольшой ухоженный садик. Плодовые деревья росли вплотную к деревянному забору, их ветви, гнущиеся под весом наливающихся яблок и груш, немного перевешивались на улицу. Здесь было очень чистенько и спокойно. Захотелось присесть на лавочку под тенистыми ветками и просто сидеть, не думая ни о чем. Но я не могла себе это разрешить, у меня впервые после оцепенения появилась какая-то цель.

Пройдя за мужчиной в единое просторное помещение, разделенное пополам большой, побеленной каменной печью, я осмотрелась. Слева, в кухонном углу, поблескивали бока начищенных чугунков. Прямо напротив входа стоял тяжелый дубовый стол, окруженный широкими лавками. В дальнем углу, за печью, виднелся край массивного сундука и большая лежанка. Меж двух окон на стене висел немного пожелтевший пергамент в деревянной рамке. Наверное, какая-то официальная благодарность, с крупным гербом вверху и круглой сургучной печатью красного цвета внизу. Разобрать текст с ходу я не успела, но сам факт наличия такой грамоты в деревенской избе говорил о многом.

Было видно, что дом обычно содержался в строгом порядке, но без женского присмотра Меланьи, уехавшей с обозом в город, здесь воцарился беспорядок. На лавке у печи теснилась немытая посуда и лежали брошенные в спешке грязные холсты, а на полу около двери валялись обрывки бечевки и какой-то мелкий мусор. Мне стало понятно, почему Михей так интересовался, умею ли я делать что-то по хозяйству.

— Ну вот, Фейт, располагайся, — огородник смущенно крякнул, обводя взглядом свой запущенный быт и почесывая короткую русую бороду. Он прошел за печь, к тяжелому сундуку, достал оттуда чистую сменную одежду. Спустя минуту он вернулся уже в свежей рубашке, а ту самую, драную, протянул мне. По шву на плече шла глубокая, рваная прореха — судя по всему, зацепился за сук колючего кустарника или дерева.

— Ты присаживайся к окошку, там светлее пока, — он кивнул на скамью. — Нитки да иглы сейчас принесу, да ужином займусь, натоплю печь, чугунок с кашей греть поставлю. Коли не врешь про свои умения — сладится дело у нас.

Я молча взяла грубую, пахнущую землей и сухой травой рубашку и села на деревянную скамью у широкого трехстворчатого окна, из которого открывался вид на чудесный зеленый сад. Михей уже нес мне костяную шкатулку. Приняв ее и открыв я заглянула внутрь. Там лежали ровные мотки разноцветных ниток и иглы разной длины и толщины.

Пальцы сами выбрали нужную иголку и нитку. Я сделала первый стежок, и монотонный ритм ручной работы начал медленно вытеснять из моей головы тяжелый дурман. В этой чужой бревенчатой избе, под громкий треск разгорающихся в печи лучин, я вдруг почувствовала себя на своем месте.

Шить было сложно, как будто я снова только училась этому, но я очень старалась, чтобы ничего не испортить.

— А что, дядя Михей, — нарушила я тишину первая, делая стежок за стежком. — Грамота у вас на стене... она ваша?

Мужчина обернулся от печи, ставя на пол тяжелый ухват. Взглянув на пергамент в рамке между окон, он широко улыбнулся.

— Самого Командующего Южного заградительного поста столицы подпись, да печать столичной же Гильдии Земледельцев, — добродушно отозвался он, — Красивая, ага? Не каждому такую выдают.

Он вытер широкие ладони о кусок холста, бросил его на лавку, подошел ближе и уважительно коснулся пальцем деревянного края рамы.

— Написано тут, Фейт, «За преданность делу, безупречную честность и многолетнее снабжение Южного заградительного поста великого града Альгоры продовольствием исключительно высшего качества». Во как! Капитан стражи лично руку жал. Ни одной гнилой брюквы, ни одного червивого кочана за тридцать лет им не сдал. Потому и грамоту эту заслужил и бляху вот. Уважают меня там до сих пор. Ну а как годы свое брать стали, решил я, что с меня столичного шума довольно. Меланья вон тоже притомилась от вечной суеты. Купили мы домик этот, да уехали на покой. Теперь я тут новые сорта уже для души, для удовольствия сажаю. — В глазах огородника светилась гордость человека, который знает цену своему труду.

Моя работа потихоньку подходила к концу. Я полюбовалась на ровный, аккуратный шов, а перед глазами выскочила строчка системного сообщения:

Ловкость +1

Михей тем временем подошел к печи, подвинул ухватом горячий котелок на самый край, ловко подхватил его тряпкой и поставил в самый центр стола на лежащую там толстую доску. По всей горнице поплыл умопомрачительный аромат томленой пшенной каши на молоке. Настоящий запах домашней еды.

— Ну, будет об этом, — Михей принес и поставил на стол две большие глиняные тарелки и две большие кружки. — Работу ты справила на совесть, шов — загляденье. Из правильного места руки у тебя растут, не соврала ни капельки. Садись ужинать, Фейт. Поедим, о делах завтрашних потолкуем. У меня к тебе предложение будет, раз уж ты по дому управиться можешь.

Перед моими глазами появилось системное оповещение:

Вы выполнили задание «Проверка мастерства»!

На шве рубахи не обнаружено изъянов. Огородник Михей впечатлен вашей аккуратностью.

Награда: 2 медные монеты, 25 единиц опыта.

Достижение! Вы получили достижение «Портной» первого ранга! Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа. Ваша награда за достижение: +0.5% к качеству создаваемой одежды. +1% к качеству ремонта одежды. +1% к успешному шансу создания одежды

Базовые характеристики персонажа

Уровень: 1

Сила 1

Выносливость: 2

Ловкость: 2

Интеллект: 1

Смахнув строчки перед глазами я пересела за стол. Михей протянул мне две монетки, щедро положил в тарелку горячей, исходящей паром томленой пшенной каши на молоке, бросил туда знатный кусок топленого масла и отломил ломоть пышного каравая. Монетки я убрала в сумку, взяла ложку, и потрясающий вкус настоящей, правильной каши мгновенно заполнил рот. Вкусно... Вот прямо вкусно! Шкала сытости поползла вверх.

Михей тем временем, орудуя своей ложкой, внимательно посмотрел на меня сквозь пар от чугунка.

— Меланья-то моя, как уезжала, весь дом на меня оставила. А у меня завтра с утра — привоз дальний, до обеда занят буду. А в доме, сама видишь, за два дня бардака сколько образовалось. Давай так, Фейт. Приходи-ка ты ко мне завтра с утречка. Работы по дому много: полы подмести, посуду перемыть, постельное белье в сундуках перебрать да проверить, где шов отошел — подлатать, да заново сложить. Ежели до обеда со всем управишься, заплачу тебе за честный труд тридцать медяков. По рукам?

Я не знала, что ждет меня завтра. Но я согласилась. Не ради заработка и не ради медяков. Я согласилась потому, что у меня впервые за две недели появилась цель. Безумная, странная, рожденная в виртуальном мире, но удивительно живая. Серый Дух, запертый в лохмотьях огородного пугала, просил меня об освобождении, и эта ниточка была единственным, что сейчас удерживало меня на плаву. А этот NPS был моим единственным проводником в этой новой реальности.

— По рукам, дядя Михей, — ответила я, отложив ложку. — Приду завтра с утра.

Он ободряюще улыбнулся на прощание и проводил меня до дверей.

Я вышла на крыльцо, чувствуя, как прохладный вечерний воздух приятно освежает лицо. Медленно дошла до деревянной калитки, толкнула её, выходя на улицу и прислонилась к забору.

Мозг, перегруженный новыми, слишком реальными ощущениями, требовал передышки. Закрыв глаза, я мысленно вызвала меню, нашла команду выхода и активировала логаут.

Пластиковая полупрозрачная крышка кокона в спальне на Николиной Горе поползла вверх, возвращая меня в другой, пустой и серый мир.

Глава 5. Хлопоты по хозяйству

Крышка капсулы мягко открылась, однако вместо ожидаемой тишины я услышала обрывок диалога, хотя слов разобрать не получилось. Нет, голос никто не повышал, но искры напряжения буквально ощущались в воздухе, словно разговор вот-вот выйдет из под контроля. Приподнявшись и повернув голову, я в удивлении воззрилась на Виктора Николаевича и Веронику Семеновну. Они спорили, видимо, уже достаточно давно и даже не сразу заметили моё возвращение. Наш семейный адвокат, обычно спокойный и сдержанный, сейчас стоял спиной ко мне и вся его поза выражала непреклонность, а психолог стояла у окна, лицом к нему, качая головой, словно очень осуждала только что прозвучавшие слова. Воздух в спальне казался наэлектризованным.

Она увидела меня первой и улыбнулась. Виктор Николаевич сразу же повернулся ко мне.

— Что случилось? — спросила я слабым, осипшим голосом, схватившись за бортик капсулы, чтобы удержать равновесие.

Мир перед глазами всё еще слегка покачивался после радужного круговорота, а светлые стены моей спальни почему-то казались ненастоящими.

Виктор Николаевич окинул меня внимательным взглядом. Подошёл к капсуле и задал сразу несколько вопросов: — Аня, как ты себя чувствуешь? Голова кружится? Всё хорошо?

Я пожала плечами в ответ, потом почему-то кивнула и перевела взгляд на Веронику Семеновну. Она так и осталась стоять у окна, не сделав ни шагу ко мне, но я видела ее теплый, добрый взгляд. Заметив, что я смотрю на неё, она ободряюще улыбнулась и сказала: — Виктор Николаевич очень волновался за тебя, Анна, — Шацкая перевела взгляд на Ардова, — и хотел нажать на кнопку экстренного принудительного пробуждения. Мне стоило огромных трудов не позволить ему сделать это. Внезапный обрыв погружения при такой сильной эмоциональной вовлеченности мог нанести твоей психике тяжелый удар. Я была права, что запретила ему вмешиваться?

Виктор Николаевич недовольно насупился, собираясь что-то возразить, но я протянула руку и сжала его пальцы, останавливая.

— Всё верно, — отчетливо произнесла я, глядя на расстроенного мужчину — Вероника Семеновна права, Виктор Николаевич. Всё нормально, правда. Так делать было не надо, и впредь... пожалуйста, воздержитесь от экстренного пробуждения.

Ардов растерянно моргнул. — Но ты пролежала там весь день! И я действительно начал волноваться. С утра лежишь в этой капсуле, не ешь, не пьешь, а ведь уже почти ночь… Вот я и подумал, что это очень долго и мало ли что… — он продолжал пытливо вглядываться мне в лицо. Наверное, ожидал увидеть меня еще более разбитой, слабой и напуганной, но… это было не так. Я не торопясь выбралась из капсулы, продолжая держаться за руку Виктора Николаевича, потом посмотрела на них и вдруг, внезапно для самой себя сказала: — А давайте пить чай? А еще… Я очень хочу пшенной каши… С молоком.

Ардов воззрился на меня с изумлением, но тут же сказал, что сейчас распорядится об этом и что теперь экономка будет жить в доме постоянно, так что я могу не волноваться за быт.

А Вероника Семеновна, подойдя ко мне, приобняла меня за плечи — А давайте, — согласилась она — И я с удовольствием тоже поем пшенной каши.

Позже, после ужина, мы сидели в гостиной и пили чай, а я говорила о своем первом погружении в мир Вальдиры. Решив сохранить в тайне своё упрямое умирание в пыли, подробно рассказала про Михея и про свои ощущения удивительной реальности того, виртуального мира, а также про то, что завтра с утра я должна быть в Вальдире, поэтому мне уже пора ложиться спать.

— Он нанял тебя, чтобы ты убралась в его доме? — уточнил наш семейный адвокат.

— Нууу… Да. — подтвердила я. — Это такой квест, понимаете? Он обещал мне 30 медных монет.

— 30 медных монет — медленно повторил за мной Виктор Николаевич. А психолог не выдержала и рассмеялась.

— Первый уровень, что вы хотите — она легко махнула рукой. В конце-концов важна не сумма, важно то, что Анечку это устроило. — Верно, моя дорогая? — все еще улыбаясь обратилась она ко мне.

— Верно, Вероника Семеновна. Я обещала, что приду и помогу по дому этому доброму человеку. — подтвердила я.

— Ну раз ты так хочешь — всё еще с сомнением в голосе произнес он.

— Да, я хочу. Знаю, звучит максимально странно, но это очень важно. — я подняла глаза на собеседников и вдруг с моих губ сорвались слова, которые я произносить не планировала, но...

— Завтра новый день — я тут же вспомнила, что именно их говорил Виктор Николаевич в ту ночь, когда мой мир оказался разрушен. Он был прав тогда и я, впервые после краха всех моих надежд, поняла, что хочу, чтобы завтра наступило. У меня вдруг появилось то, ради чего стоило проснуться.

Попрощавшись и прикрыв за собой дверь я сделала два шага к своей спальне и остановилась. Интересно — подумалось вдруг — о чем они будут говорить? Но за дверью было тихо, только звякнула чашка о блюдце.

Добравшись до кровати я уснула, стоило только голове коснуться подушки, но рано утром проснулась сама, нашла в себе силы принять душ и позавтракать. Стоя с чашкой кофе у большого окна спальни я смотрела как парк тонет в осенней утренней дымке и вспоминала слова Серого духа о том, что он научит меня прятаться в тумане и тогда больше никто не сможет причинить мне боль. Так и не допив кофе я поставила чашку на подоконник и решительно направилась к капсуле.

Вход. Разноцветный водоворот перед глазами.

Стояла я на том самом месте, где вышла из игры вчера вечером — у забора рядом с калиткой дома Михея. Вальдира встретила меня чистым утренним воздухом и пением птиц. Депрессия не отступила за один день, но теперь было и кое-что еще, кроме пустоты. Появилась цель.

Я опустила голову и оглядела себя, сфокусировав взгляд на одежде. После блужданий куда глаза глядят и сидения в пыли она выглядела хуже, чем вчера. Холщовая рубаха была почище, но вот штаны были заметно грязными, а на коленях отчетливо виднелись свежие прорехи. Из-под размохрившихся краев штанин выглядывали серые от пыли пальцы ног.

И система тут же отреагировала на мою неопрятность. Прямо перед глазами всплыло предупреждение:

«Внешний вид персонажа играет важную роль в мире Вальдиры!»

Текущий статус вашей экипировки: «Неряшливый / Оборванец»

На вашей одежде многочисленные пятна грязи.

Прочность одежды снижена из-за распустившихся швов и потертостей на коленях.

Значимые неигровые персонажи (NPC) могут отказать вам в выдаче заданий или проявить брезгливость, пока вы не приведете себя в надлежащий вид.

Смахнув его я подумала, что и правда не дело ходить такой оборванкой, но альтернативы пока что не было. Пригладила волосы и заплела их в косу.

Из трубы дома поднимался дымок. Я толкнула калитку и пошла по дорожке к крыльцу. Робко постучалась в дверь и она почти сразу открылась.

Михей, увидев меня, обрадовано кивнул головой и пригладил русую бороду:

— О, Фейт! Хорошо, что уже пришла. Ну, заходи, заходи.

Я переступила порог, остановилась у двери и, помедлив, всё же спросила:

— Дядя Михей... А можно мне будет потом свою одежду починить? Нитки останутся?

Мужик окинул взглядом мои лохмотья, понимающе кивнул и добродушно усмехнулся:

— Дык я и сам хотел уж сказать… Не дело девушке в такой одежде ходить. Обязательно чини, ниток в коробке полно, Меланья ругаться не станет. Ты хозяйничай давай. Я вон кваску тебе оставил на столе в кувшине, пей сколько влезет. А коли чистой воды испить аль ополоснуться, то колодец там, во дворе, и кружка на цепи. Горячая вода в ведре у печи, коли стирку затеешь, а щелок в кухне на полочке найдешь. Мне ужо бежать пора, до обеда с делами управишься — с меня тридцать медяков, как уговаривались.

Перед моими глазами проступили строчки системного лога:

Получено задание: «Хозяйские хлопоты».

Условие выполнения: навести порядок в доме обывателя Михея до полудня.

Награда: 30 медных монет, опыт.

Я нажала кнопку подтверждения. Михей подхватил с лавки сумку, махнул мне рукой на прощание и вышел, притворив за собой дверь.

Я осталась одна посреди горницы. На столе действительно стоял уже знакомый глиняный кувшин, от которого слабо пахло ржаной корочкой и чашка. У печи я увидела большое деревянное ведро. Подошла, ухватилась за дужку и попыталась его приподнять. Ведро оказалось неожиданно тяжелым — пальцы едва удержали железную ручку, вода плеснула через край. Оставив его стоять на месте, прошлась вдоль лавок, собирая разбросанные вещи. Чистые аккуратно сложила стопкой и отложила в сторону, чтобы они не собирали летящую пыль, испачканные сложила в другую стопку и взялась за веник.

Выметая последнее облако пыли за порог, я оперлась об косяк двери. Пыль слегка першила в горле, заставляя меня подкашливать. Моя шкала выносливости мигала в углу обзора на критической отметке.

Перед моими глазами вспыхнули системные сообщения:

Внимание! Вами совершено последовательное действие: «Тщательная уборка жилого помещения».

Вы очистили скрытые от глаз углы, вернув комнате опрятный вид.

Текущий прогресс скрытого достижения «Чистюля I»: 12/50.

Выносливость +1

Я перевела дух, ожидая, когда полоска выносливости чуток восстановится и вспомнила, что говорил Михей перед уходом. Квас! Дойдя до стола, протянув руку, я обхватила пальцами тяжелый глиняный кувшин с прохладным домашним квасом, наклонила его и налила в стоящую рядом кружку, сделала несколько глотков. Квас оказался потрясающим: густым, резким, с приятной кислинкой и ароматом ржаного хлеба.

Перед моими глазами возникли новые строчки логов:

Внимание! Вами употреблен напиток: «Домашний ржаной квас (качество: хорошее)».

Вы полностью утолили жажду.

На вас наложен положительный эффект: «Сытость (напитки)» на 2 игровых часа.

Внимание! Активирован скрытый бонус свежего напитка:

Скорость регенерации Выносливости повышена на +15%.

Скорость регенерации Здоровья повышена на +15%.

Удален негативный эффект: «Раздражение слизистой (от пыли)».

Прямо на глазах моя почти пустая шкала, только что бывшая на дне, быстро поползла вправо, наливаясь сочным зеленым цветом. Очки здоровья, благодаря квасу, тоже пошли вверх. Мелкий урон был получен от колючих веток веника и от того, что я пару раз случайно ударялась то об стол, то об лавки.

Впереди ждала гора посуды.

Подойдя, я поморщилась: глиняные миски покрывал засохший жир, остатки похлебки и каши. Сходив к колодцу и набрав в таз воды, я принялась оттирать их жесткой мочалкой из высушенной травы и серой золой вместо мыла. Жир и присохшая каша неохотно поддавались моим усилиям. Шкала выносливости снова поползла вниз. Я терла посуду до тех пор, пока глина не заскрипела, а вода в тазу не превратилась в бурую сальную жижу. Сполоснув всю посуду в ведре с чистой водой, которая стала после этого уже не очень чистой я, пошатываясь от эффекта «Перегруз», вынесла его во двор и выплеснула под дерево. Набрала ещё воды из колодца, еле-еле вытянув его, подождала, когда шкала выносливости немного подрастёт.

Внезапно получила за это бонус:

Сила +1

Потом отмыла таз. Вернувшись, со вздохом посмотрела на кучу серых холстин и свои стартовые обноски.

Стирка в корыте со щелоком тоже далась мне нелегко. Приходилось часто прерываться, один раз я просто села на пол и не могла встать, пока шкала мигала красным цветом. Выжимать тяжелую от воды ткань было неудобно. Но стоило мне вывесить постиранные холстины и свои вещи сушиться в саду, как система выдала оценку моим действиям:

Выносливость +1

Оставшись в стартовом топе и белом «подгузнике», я вернулась в дом. Пока моя одежда сохла на теплом ветерке я открыла большой сундук. Внутри лежало постельное белье, его следовало перебрать и, если требуется, починить.

Достав из уже знакомой шкатулки иголки и нитки, я устроилась у того же окна и принялась кропотливо подшивать отошедшие, разлохматившиеся края простыней. Работа требовала большой концентрации, но мне это нравилось.

Строчку системного лога, появившуюся, когда шитье было закончено я просто смахнула, прочитав перед этим:

Ловкость +1

Когда постельное белье было сложено обратно, а с улицы принесена пахнущая свежестью высохшая одежда, я принялась за нее — залатала прорехи на коленях и на рубахе, подшила разошедшиеся швы. И снова перед моими глазами развернулся целый веер системных логов:

Внимание! Вами получено достижение: «Мастер на все руки (начальный этап)»!

Вы не боитесь ручного труда и дотошно доводите дело до конца.

И главное уведомление, вспыхнувшее в рамочке:

«Внешний вид персонажа играет важную роль в мире Вальдиры!»

Ваш текущий показатель «Внешнего вида» повышен до: Хороший.

Профессиональное умение «Портняжное дело (базовое)» повышено! Текущий уровень: 2.

Ваша скорость шитья вручную увеличена на 1%, а шанс испортить ткань снижен на 2%.

Я вывела на экран характеристики персонажа, чтобы посмотреть, что же в итоге там получилось:

Базовые характеристики персонажа

Сила: 2

Ловкость: 3

Выносливость: 3

Интеллект: 1

Мудрость: 1

Я справилась и испытывала удовлетворение от проделанной работы. Пожалуй, стоило наградить себя ещё одной чашкой кваса.

Глава 6. Новые заботы. Новые квесты.

Выйдя во двор, я присела на лавочку под тенью деревьев и закрыла глаза. Мне трудно было поверить в то, что этот мир ненастоящий. Воздух был чистый и свежий, солнце сквозь кудрявые кроны деревьев ощутимо пригревало, слышалось чирикание птиц и чьи-то далекие голоса за забором. Всё же права Вероника Семеновна, Вальдира действительно дала мне шанс. Шанс начать новую жизнь, пусть даже и виртуальную. С новым именем, новой внешностью, без клейма “кошелек на ножках” и здесь меня никто-никто не знает... И пусть впереди неизвестность, но теперь у меня появилась цель и значит, есть смысл. Я больше не хотела быть похожей на ту, прежнюю себя, оставшуюся в другом мире. Верить кому-то? Только с оглядкой! Открыть свое сердце? Забудьте, что оно у меня есть…

Негромко скрипнула калитка и я открыла глаза. Вернулся Михей. Его взгляд скользнул по мне, и огородник одобрительно качнул головой. Моя одежда была чистой и аккуратно заштопанной, а у колодца я тщательно вымылась, пригладила волосы и снова заплела уже почти распустившуюся косу.

— Ого-о… — протянул он, звучно хлопнув себя по бедрам, а его медная бляха на фартуке ярко сверкнула. — Ну и ну, Фейт! Совсем другой вид. А с уборкой-то как, справилась ли?

— Справилась, дядя Михей — ответила я — Да вы сами посмотрите.

— А и посмотрю — согласился Михей и пошел в дом. Через минуту он вышел обратно, улыбка на его лице была весьма довольной, что он тут же подтвердил словами: — Вот уж порадовала, так порадовала! Куда ни глянь — ни соринки, ни крошки, даже дышится в доме по-другому. И сама, гляжу, постиралась, заштопалась — любо-дорого посмотреть!

Поздравляем! +1 доброжелательности с Михеем Обывателем.

Михей же продолжал спрашивать: — Ну что, ручки-ножки не отваливаются с непривычки? Уморилась, небось?

Я смахнула строчку и негромко ответила, слегка улыбнувшись уголками губ:

— Устала немного, дядя Михей. Но всё сделала, как договаривались.

— Вижу, подтверждаю, сделано на совесть!

Мужчина подошел, залез в висящий на поясе кожаный кошель и с достал оттуда горсть монеток. Отсчитав ровно 30 он протянул их, а я приняла и убрала в свою тощую сумку.

Задание «Хозяйские хлопоты»! выполнено.

Награда: 30 медных монет.

Это означало, что наше соглашение выполнено, он расплатился и мне пора было уходить.

Но я продолжала сидеть на лавочке. Идти мне было некуда, спешить куда-то тоже. За пределами этого тихого дворика шумели непонятные, пугающие Ясли с их суетой и толпами беспардонных игроков. К тому же мне необходимо было остаться здесь еще хоть ненадолго, чтобы расспросить о чучеле и о том, где можно найти омытое азартом серебро. Что, если Михей, что-то знает об этом или подскажет? Да и вообще хотелось зацепиться за этот островок покоя, пока окончательно не привыкну к новой реальности.

Я подняла глаза на огородника и негромко предложила:

— Дядя Михей... А вам, может быть, еще какая-то помощь требуется, по хозяйству или в огороде? Окна вон помыть можно, а то запылились совсем, свет плохо пропускают. И в сенях прибраться. Грядки бы полить не помешало, а в бочке и вода совсем закончилась, натаскать надо...

Мужик прямо-таки обалдел от такого напора. Он удивленно хлопнул глазами и растерянно почесал русую бороду, глядя на меня как на умалишенную. Другие игроки, наверное, обычно хватали награду и уносились со всех ног, а тут девчонка сама напрашивалась на работу.

— Окна? — протянул он, качая головой. — Да они... ну да, Меланья всё собиралась, да не успела перед обозом. Да и грядки бы. Я всё на привозе, да на дальних огородах, там пригляд нужон, а тут хозяйство жёнино. Дело-то хорошее, Фейт. Да только... — он смущенно развел руками. — Платить-то мне тебе больше нечем, девонька.

Я покачала головой.

— Не надо платы, дядя Михей. Если обедом да ужином угостишь, благодарна буду тебе несказанно. Большего мне и не нужно.

Михей удивленно вскинул брови, а затем его лицо просветлело, и он громогласно, добродушно рассмеялся:

— Да об этом и разговора нет, Фейт! Будет тебе и обед, и ужин. Каша еще осталась, да похлебки полон чугунок, овощей вот с огородов вечером принесу, как раз собирался, да окорок в подполе непочатый висит!

— Вот спасибо, — искренне обрадовалась я.

— Ну, раз такое дело — он почесал в затылке и сказал — Пойдем-ка в дом.

Михей уселся за стол, пододвинул ко мне миску с теплой вчерашней кашей, которую успел переставить с загнетки, снова бухнул туда большой кусок масла и отломил огромный кусок свежего хлеба.

— На вот, садись, подкрепись, — сказал он, беря свою деревянную ложку. — На дальние-то огороды не возьму тебя в помощь, там сила требуется, да растения знать надо, а ты, поди, не знаешь?

— Нет, дядя Михей — легко призналась я, — откуда мне знать, я только второй день тут.

— Ну да ладно — продолжил он. — Я ведь со вчерашней встречи нашей голову ломаю. Как ты под чучелом моим оказалась, да почему еле живая была, — тут он отложил ложку и пристально, пытливо посмотрел на меня.

Я наоборот потупила взгляд. А что мне было ответить? Что сама пришла, что сидела в пыли, потеряв счет времени, отрешившись от всего мира, найдя вдруг желанное пристанище, где никто не шумел, не заставлять меня разговаривать, есть, принимать лекарства… Впрочем… Я ведь всё равно хотела разузнать у него про это чучело подробнее. Поэтому, сформулировав в голове сразу и ответ и вопрос я ответила, но чуточку иначе.

— Да как-то само получилось. Шла-шла, смотрю — чучело, а под ним тень, вот и решила присесть, передохнуть. А потом… Засиделась как-то, счет времени потеряла. — Я опустила глаза и всё же решилась — Дядя Михей, а вот чучело это ваше, не замечали ли вы странное что-то?

— Странное… — мужчина опустил ложку и вздохнул. — А ты, стало быть, заметила? — вдруг вместо того, чтобы ответить спросил он меня.

Я лишь молча кивнула, не зная, стоит ли рассказывать о шуршащем голосе в голове. Михей отодвинул миску, положил локти на стол и подался вперед, понизив голос до осторожного шепота:

— Страшное оно, Фейт. Думаешь, я по своей воле эту жуть на меже держу? Меланья извелась вся. Поначалу-то радовались — птицы огород десятой дорогой облетали. Да только с прошлого года беда пошла. Земля вокруг шеста мертветь начала. Посевы страдают, сохнут быстрее, только поливать успевай, а не успеешь, так всё, на корню гибнут. Я ведь не дурак, понимаю, что темное в нём что-то поселилось. Решил давеча топором его срубить да в печи сжечь... Только замахнулся, а руку-то и отняло. Пальцы разжались, топор в пыль улетел. Не могу я его убрать, боязно…

Он замолчал, шумно дыша, переведя взгляд на окно.

— А вот ты, Фейт... — посмотрел он на меня, запнулся, но все же продолжил. — Я когда увидел тебя вчера... Как ты в пыли под ним сидишь, а оно над тобой соломой трясет... Подумал вдруг: а ну как ты узнать сможешь, что за жуть в чучеле том поселилась? Потому и квасом своим отпаивал. Я же знал, что иномирная ты, вы смерти не боитесь. Ты уж прости меня, но я тебя как увидел, так надежда у меня появилась. — Он покаянно опустил голову, а перед моими глазами вдруг появились строчки в зеленой рамочке:

Внимание! Вам предложено последовательное задание (Шаг 1 из 3).

Название задания: «Тайна огородного пугала.»

Тип задания: Редкое.

Ограничение по времени: Отсутствует.

Условия выполнения: Помочь местному жителю разузнать, что за сущность скрывается в его старом чучеле.

Награда за выполнение:

Опыт: +80 ед.

Репутация с НПС [Обыватель Михей] +2 (Текущий статус: +1).

Доступ к следующему этапу цепочки заданий (Шаг 2 из 3).

Внимание: Вы можете отказаться от задания без штрафа к репутации с НПС [Обыватель Михей].

Принять / Отклонить?

Я посмотрела на его испуганное и виноватое лицо, нажала «Принять» и заговорила:

— Нельзя его рубить, дядя Михей. Нельзя так.

Мужик растерянно моргнул, явно не ожидая такого ответа. Я помедлила, подбирая слова, и призналась:

— Знаю я, кто в этом чучеле обитает. Это Серый дух, он действительно говорил со мной тогда. Но уничтожить его не получится, зато можно освободить. Для этого мне серебро нужно. Особое серебро, омытое азартом и желанием победить. Только так можно решить это дело. Да только что это за серебро такое и где его найти можно, я понятия не имею...

Внимание! Задание «Тайна огородного пугала» успешно выполнено!

Вы получили: +80 единиц опыта.

Ваша репутация с НПС Михей Обыватель увеличилась на: +2 (Текущий статус: +3).

Вам открылся доступ к следующему этапу серии заданий (Шаг 2 из 3).

Внимание! Вы достигли нового уровня!

Текущий уровень: 2.

Вам доступно для распределения: 5 свободных очков характеристик.

Я замолчала, вчитываясь в системные строчки, а Михей удивленно крякнул, почесав русую бороду:

— Вот оно чего! Кто ж знает, где такое серебро взять. Тут думать надо, Фейт... Поспрошаю я, авось узнаю что. А про то, чтобы взялась ты с чучелом этим помочь, с духом, что в нем поселилось... Платить-то мне тебе больше нечем, девонька, тридцать монет — это всё, что оставалось. Но, может, возьмешь вещь одну занятную вместо денег? — Михей встал, ушел за печку, чем-то там шуршал, хлопнула крышка сундука, а когда вернулся, то в руках он держал маленький тряпичный сверток.

— Красивый дюже, у чужестранца Меланья моя его купила, что на Площади семи фонтанов всякой всячиной торгуют. — Заговорил он, осторожно кладя тряпицу на стол и разворачивая. — Из тех гребешков, знаешь, что без ручки бывают — их бабы вместо заколки в волосы сзади втыкают, чтоб прическу держать. Гребень, во! Да пользоваться им и не может. Как в волосы задумает воткнуть, так словно ступор какой находит, мысли путаются. Так и лежит он в сундуке-то без дела. Поможешь мне от этого духа избавиться — гребень твой будет. Что скажешь? — с надеждой спросил он.

Внимание! Вам предложено продолжение последовательного задания!

Квест: «Скорбная межа Михея Обывателя».

Текущий статус: Шаг 2 из 3.

Тип задания: Редкое.

Условие выполнения: Избавить образцовый огород бывшего члена гильдии Земледельцев от присутствия Серого Духа и остановить увядание посевов.

Награда за выполнение:

Предмет: Мерцающий гребень.

Опыт: +100 ед.

Репутация с НПС Михей Обыватель: +3.

Внимание: Вы можете отказаться от задания без штрафа к репутации с НПС Михеем Обывателем.

Я опустила взгляд на стол. На потемневшем дереве лежал изящный, полукруглый гребень, выполненный из темного, тускло мерцающего материала. На его широком основании были протравлены тонкие, едва различимые узоры, напоминающие переплетение ветвей. Как только мои пальцы коснулись прохладной поверхности, перед глазами появилось описание:

Предмет: Мерцающий гребень.

Мастер: [Ник скрыт]

Класс предмета: Редкий.

Свойства: [Скрыто] (Требуется идентификация).

Прочность: ???

Описание: Тонкая ручная работа мастера-артефактора.

— А как именно Меланья его купила, дядя Михей? — спросила я. — Расскажите, пожалуйста.

Мужик оперся локтями о стол и призадумался.

— Да как... Дело-то с полгода назад было, — неторопливо начал Михей. — Поехала она в Альгору к сестре, как обычно, ну и пошла на ту самую Площадь Семи Фонтанов — женщины ведь, им бы только по рядам походить, на диковинки да побрякушки разные поглазеть. И заприметила там чужестранца. Стоял у самого выхода такой хмурый, замотанный в темный плащ, а перед ним — лоток небольшой. Всякий хлам там лежал: браслетики какие-то, колечки, зеркальца мутные, да вот этот гребень. Меланья как увидела его, так взглядом и прикипела. Уж больно мерцание ей это приглянулось.

Михей хмыкнул, качая головой, и продолжил:

— Чужестранец тот за него аж цельных пять серебрушек ломил — деньги для безделушки немалые, почитай, целая сотня медных! Но моя-то торговаться умеет, ух! Полчаса вокруг лотка ходила, все грехи его товара перебрала, пока торговец руками не всплеснул да не отдал ей гребень за три серебряные монеты. А сам лоток свой свернул, да к телегам пошел, ругаясь на чем свет стоит. А Меланья счастливая домой вернулась, мне показывает, мол, гляди, красоту какую купила... Тут-то странное и случилось! Только к волосам поднесла, заколоть сзади узел захотела — и всё. Замерла, рука так и повисла плетью. Глаза открыты, а сама словно не здесь. Я перепугался, вырвал у нее эту штуку из пальцев. Она очнулась, плакать давай. Говорит: «Михеюшка, как коснулись зубья головы, так словно все мысли из головы пропали». Мы потом еще пару раз пробовали — и каждый раз одно и то же. Так я его в тряпицу завернул и на самое дно сундука спрятал. От греха подальше.

Сумеешь меня от этой напасти избавить — гребень твой. Что скажешь, Фейт?

Я посмотрела на лежащую на столе вещицу. «Все мысли из головы пропали»... А гребень и правда симпатичный, еле заметное мерцание в темном металле словно завораживало. Мне бы такая штука пригодилась. Вот только смогу ли я его носить? Эх, обязательно нужно прочитать про такие вот предметы, да и в целом о Вальдире, раз уж я решила, что хочу здесь жить. К тому же, что я теряю? И решительно нажала «Принять».

Глава 7. Принятое решение. Форум Вальдиры.

После обеда довольный нашим соглашением Михей собрался и ушел на свои дальние огороды, а я поднялась, собрала грязную посуду и принялась за работу, которую сама же у него выпросила ради возможности остаться в безопасности. Обещанный ужин нужно было еще отработать. Набрав в таз свежей воды из ведра, я первым делом тщательно перемыла всю утварь. Пальцы уже привычно терли бока горшка из-под каши, а думки всё крутились вокруг странного гребня. Работая по хозяйству, протирая окна от пыли я вспоминала слова Михея «Все мысли из головы пропали». Что это за вещь? В описании ничего не указано. Возможно, я не могу узнать больше потому, что у меня всего второй уровень? Но можно обратиться к кому-то знающему, наверняка такие услуги предоставляют многие. Тогда почему Михей сам не обратился? Дело в деньгах и идентификация будет стоить очень дорого? Редкая вещь — это как? А какие они бывают? Наверное, еще обычные? Вопросы-вопросы и ни одного ответа, лишь зыбкие предположения. Но я узнаю. Обязательно узнаю.

Закончив дела в доме, я вышла во двор к большой дубовой бочке. Набирать воду приходилось из колодца. Я подошла, ухватилась за ворот, опустила ведро вниз и принялась крутить ручку обратно. Полоска выносливости снова таяла с пугающей скоростью, стремительно окрашиваясь в предупреждающий оранжевый, а затем и в опасный красный цвет. Но я упрямо возвращалась к колодцу снова и снова, таская тяжелые ведра к бочке.

Уже с интересом ожидая, когда система отметит мои усилия и наградит за это еще одной единичкой. Баллы, которые я получила при достижении второго уровня я никак не распределяла. Почему? Да потому, что не знала — куда. Тот еще вопрос. Всё дело в нехватке информации. Оперевшись о край колодца я пережидала, когда шкала выносливости чуток восстановится, набирала следующее ведро и шла к бочке. Когда она была наполнена почти до краев система сжалилась и всё же добавила мне единичку:

Сила +1

Я взяла тяжелую лейку и пошла на огород. Бережно, стараясь не размывать почву у корней, поливала незнакомую на вид ботву. Новые селекционные сорта Михея? Шкала выносливости опасливо подмигивала багровым, сигнализируя о пределе. Но филонить я не собиралась. Чуть отдыхала и снова принималась за работу. И так раз за разом.

Зато когда вылила последние капли из лейки, перед моими глазами возникло сразу несколько системных уведомлений:

Ваша сила повышается на 1 ед.

Ваша выносливость повышается на 1 ед.

Достижение! Вы получили достижение: «Растениеводство» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно увидеть в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение:

+0,5 к росту растений.

+1 к созреванию овощей.

Я опустила пустую лейку на землю. Полоска выносливости начала медленно восстанавливаться.

Отнеся садовый инвентарь на место, вернулась к колодцу и снова начала потихоньку носить воду в бочку взамен истраченной. Солнце уже клонилось к горизонту, когда я закончила с делами и ополоснулась, чтобы не выглядеть грязнулей. Снова села на полюбившуюся лавочку под ажурной тенью деревьев и снова переплела почти распустившуюся косу. Гребешок бы... Над головой мягко покачивались пронизанные солнечными лучами зеленые ветви. Веселое щебетание птиц смешивалось с трещоткой кузнечика. А здесь хорошо…

Немного посидев я вывела на экран свои характеристики, чтобы посмотреть, что в итоге у меня получилось.

Базовые характеристики персонажа

Сила: 4

Ловкость: 3

Выносливость: 4

Интеллект: 1

Мудрость: 1

Раньше я уже заметила, что мне стало легче управляться с тяжелым ведром, да и мои движения стали более точными. Значит, это очень полезные характеристики и я могу получить их даже не распределяя баллы за новый уровень. Это важная информация, уверена. Скорее бы вернулся Михей. Я вдруг почувствовала, что хочу вернуться в свою спальню в поместье на Николиной горе. Но вовсе не для того, чтобы легкомысленной беззаботной бабочкой снова порхать по жизни. Я хотела лишь получить побольше информации о новом мире, чтобы вернувшись сюда снова не чувствовать себя такой глупой, ничего не понимающей и не знающей. Больше никогда не чувствовать себя беспомощной. В груди шевельнулось какое-то мрачное удовлетворение от собственных мыслей. Я больше не хотела ни плакать, ни переживать, ни уничтожать себя. Мне не нужно было чужое сочувствие и опека. Я сама! Сама сделаю всё, чтобы защитить себя. И начну уже сегодня…

Михей, вернувшийся вскоре после того, как я закончила свою работу, зашел в калитку, закрыл ее за собой, окинул взглядом бочку, полную воды, весело зеленеющие грядки, одобрительно кивнул и присел рядом на лавочку. Перед моими глазами появились буквы системного сообщения:

Задание «Домашние хлопоты успешно выполнено!

Награда: сытный обед (получено) и ужин.

— Ну и ну, егоза, — добродушно проворчал он, утирая лоб рукавом рубахи. — Стараешься, вижу. За два дня такой порядок здесь навела, что в кои-то веки Меланья моя ругаться не станет по приезду, да ворчать, что одного меня оставить-то нельзя.

— Дядя Михей, вам спасибо, что не прогнали, да с добром ко мне отнеслись. Я ведь тут ничего не знаю совсем, боязно мне за калитку-то выходить пока.

Огородник встал с лавки, как-то загадочно на меня посмотрел и сказал: — Сложилось всё удачно, Фейт, ничего не скажешь. Однако же, хватит на улице-то сидеть, пойдем в дом, вечерять будем.

Когда похлебка была налита в тарелки, хлеб, зелень и овощи нарезаны и разложены на широком блюде рядом с изумительно вкусно пахнущим окороком Михей сделал приглашающий жест, мол, приступай, не стесняйся. И я с удовольствием начала есть. Еда здесь была просто великолепной на вкус. Казалось бы, вот все простое, но я буквально наслаждалась каждым кусочком. Но молчала, ожидая, когда мужчина насытится и начнет говорить первым. И он заговорил:

— Узнал я кое-что. Когда домой шел, то заглянул в трактир наш местный. Так-то я туда не ходок, Меланья моя меня быстро со свету сживет, коли шляться туда каждый день стану. Но вот раз нет ее я и зашел. По делу! — тут же уточнил он смущенно. — Про серебро ты давеча говорила, что азартом омыто должно быть. Вспомнил я, что иногда у трактирщика нашего, в его загоне для овец, что позади трактира, нет-нет, да проводятся турниры. Вот и пошел разузнать подробнее.

Огородник подался вперёд, его голос упал до полушёпота, а глаза загорелись заговорщицким азартом:

— Перекинулся я парой слов с трактирщиком, а он и сказывает, мол, так и так, бывают турниры. Да только я стал расспрашивать, когда да как, то он сразу ответил, что не его это дело. А приходит туда местный один, да пьет вволю. А как до кондиции дойдет, так турнир и объявляет! Да с наградой! Серебром да златом награждает щедро. И кто захочет силу свою да удачу показать, участвовать может, хоть бы вот и ты! Вот и всё, что узнать удалось. Что думаешь, Фейт, подойдет такое серебро-то тебе, чтобы духа того зловредного изгнать из чучела моего? — и его глаза с надеждой уставились на меня.

Я молчала, обдумывая новую информацию, а Михей продолжал убеждать, хлопнув себя по колену:

— Девонька... Тебе-то на серебро плевать, я вижу. А вот Серому Духу, что у меня в чучеле на грядках посевы мои портит, не плевать! Помнишь, ты говорила, что он просил? Ему нужно серебро, омытое азартом битвы и жаждой победы! Вот оно! Прямо в руки плывёт. Тебе нужно пойти на этот турнир. По-настоящему захотеть победить, вступить в схватку! Даже если и не победишь ты, всё равно награду получишь, пусть и малую. Заберёшь её, да тому злыдню и отнесешь. Что скажешь?..

— А что сказать, дядя Михей — задумчиво ответила я, — Думаю, серебро это то самое, что нужно. Да только вот… Какой из меня боец? Я же и не умею ничего, даже меч в руке никогда не держала. — я понурилась, не зная, с какой стороны подступиться к этому знанию.

— А ты не печалься, не надо — начал утешать меня огородник. Мало ли я видел вашего брата, что сюда приходят с пустыми руками, зато в Альгору-то Великую уже при оружии убегают. Есть тут у нас магазин, что этой торгует, как ее… Экипировкой, вот. Так и ты туда завтра сходи, что-то да подберешь себе.

— Правы вы — ответила я. — Утро вечера мудренее, может что-то и прояснится-придумается.

— И то верно, умничка ты — добродушно улыбнулся Михей. — Ты, коли, что, заходи, не стесняйся. Меланья завтра к обеду ужо с обозом домой вернется, а у меня от нее тайн да секретов нет и не было никогда. Так что вместе подумаем, как с бедой-напастью справиться. Придешь? — с надеждой спросил он.

— Приду, дядя Михей — тут же ответила я. — Обязательно приду. Не знаю, правда, к обеду или к вечеру, но приду. Я поблагодарила его за ужин, а он проводил меня до калитки.

Как и вчера я прошла немного вдоль его забора и там, в зарослях пышных кустов нажала кнопку выхода из игры. Радужный водоворот уже не резал глаза.

Сегодня дом встретил меня тишиной, за окном догорал вечерний закат. Я выбралась из капсулы, отметив, что голова почти не кружится, потянулась всем телом и осмотрелась. Всё было как и утром, только с подоконника исчезла моя чашка с недопитым кофе. Значит, кто-то здесь был, сделала я вывод.

Посетив комнату задумчивости я пошла на кухню. В холодильнике отыскалась бутылка воды, которую я открыла и начала пить прямо из горлышка, удивляясь сильной жажде. Вчера я за собой такого не заметила. Организм начинает оживать? Вот и кушать хочется… Сильно хочется!

На кухню зашла экономка. Я поздоровалась и спросила, есть ли что-то на ужин. Она ответила, что ужин, конечно готов. Даже не спрашивая, а что именно, я попросила принести ужин в мою спальню, прихватила с собой початую бутылку воды и направилась туда. Ноутбук лежал на столе, как и всегда. Открыв и включив его я ввела в поисковик одно лишь слово “Вальдира” и в самом верху огромного количества ссылок увидела официальный сайт. Зашла на него, нашла форум, вчиталась и... Мне приносили еду и я даже ела, кажется, что-то рыбное и вкусное, но это не точно. Потому, что настолько растерялась от обилия информации, что внешний мир словно временно отступил.

Квесты, кланы, боги и герои. Легендарные сеты и масштабные события. Войны кланов и удивительнейшие мобы из разных уголков этого потрясающего мира. Подводный мир! С целой расой, за которую можно играть! Красочные скриншоты… Это было невероятно!

Через часа полтора, откинувшись в кресле я закрыла глаза. В голове шумело от обилия информации. Кажется, я слегка увлеклась перекрестными ссылками и очень далеко унеслась от нужной мне цели. Но не могу сказать, что это было зря. Я узнала так много! И тут же поняла, что это мое "много" на самом деле ничтожно мало.

А значит, нужно начать сначала. Меня интересуют Ясли близ Альгоры. Альгора — пронеслось в голове и мозг тут же выдал прочитанную информацию. Древняя, величественная столица, изначально предназначавшаяся для проживания именно человеческой расы. Один из пяти великих городов. На древнем языке Великих, которые считаются расой создателей название пишется как Аль Гора, что переводится как «Праздник Жизни». И под этой сияющей красотой расположены огромные катакомбы, уходящие так глубоко вниз, что мало кто может похвастаться тем, что побывал там и вышел на поверхность живым и невредимым. Находится город в самом центре материка. Если вспомнить карту Вальдиры, то Альгора является центральной точкой всей «Великой Пятерки» стартовых городов. Главный перевалочный пункт для миллионов игроков. Я уже хочу увидеть её… Однако надо помнить главное — покинув Ясли и пройдя сквозь магическую пелену в Альгору нельзя вернуться обратно. Никогда. В обоих направлениях могут ходить лишь NPS.

Так, куда я опять унеслась в своих мыслях, нужно вернуться к Яслям, в которых сейчас находится мой персонаж.

Ясли. Класс игрока не определен, никаких заклинаний, никаких боевых умений, все одинаковые и вооружены палками… В котомке, кстати, как писали на форуме, лежит треснутая глиняная чашка и кусок черствого хлеба. Однако, не балуют там новичков, не балуют. Впрочем, я видела свою стартовую одежду, так что это было для меня очевидно.

Зато, как оказалось, в Яслях есть довольно большое количество квестов, выполняя которые можно получить немного опыта и медных монеток. Можно повысить свой уровень, убивая крыс в амбаре, есть еще бобры в пруду близ мельницы. А вот довольно несложный квест — поработать почтальоном, разнося письма в разные уголки Яслей или наполнить водой бочку для одной немощной старушки. Уже не новое для меня занятие, может быть, стоит помочь местной жительнице? Я понурилась… Михей сказал — турнир. А это бой, драка. Какая бочка? Мне нужно учиться сражаться. Хотя бы с мобами. Заработать денег, купить оружие, одежду, а потом… Каждый вечер приходить в таверну, ожидая, когда там появится тот самый персонаж, который пожелает провести турнир… Просто так посидеть туда вряд ли пустят, а значит, придется что-то заказать. И снова — нужны монетки.

Не монетки! Я вдруг поняла. Монетки важны, но не критичны, я смогу их заработать. Мои умения убираться, поливать растения и шить пригодятся и не оставят меня без еды и воды… Но главное — мне нужен четкий план, вот что важно. Открыв верхний ящик стола я достала оттуда блокнот, ручку и снова углубилась в описания квестов и местных NPS.

Глава 8. Первый бой. Первый враг.

Вырубило меня стоило лишь голове коснуться подушки и проснулась я точно так же. Просто открыла глаза и «включилась» как бытовой прибор. Тут же соскочив с постели, накинула халат и помчалась в ванную, потом на кухню. Экономка, уже другая, незнакомая мне, поднялась навстречу из-за стола с каким-то растерянно-удивленным видом.

— Здравствуйте — протараторила я — Принесите завтрак в мою спальню, пожалуйста — и быстрым шагом отправилась туда же. Блокнот так и лежал на столе. Рядом с ним я обнаружила свернутый вдвое листок бумаги. Открыла. Прочитала. Записка от Ардова… «Анечка, по делам фонда вынужден на неделю улететь в Германию. Сегодня вечером, к 8 часам, в поместье приедет Шацкая. Пожалуйста, поговори с ней. Если понадобится что-то срочное, обязательно позвони. Береги себя, прошу.» И знакомая подпись.

Хмыкнув и убрав записку в верхний ящик стола я включила ноутбук и зашла на форум. Ага, вот оно. Ветка, где игроки спорили о самом лучшем классе для игры. Мнений было так много, что если начать читать всё, то можно просидеть за экраном не один день.

Понятия не имею, кем хочу быть, но уж точно не танком. Хилер? Ну не знаю… Не чувствую в себе желания помогать и исцелять... Думаю, не мой вариант. Да и вообще, все эти раскачки предполагали совместную игру нескольких людей. Мне же хотелось быть одиночкой. Может быть, ассасин? Скрытность, маскировка, невидимость. Уже лучше. Я точно знала, что подходить к врагами близко мне не хочется. А вот карать на расстоянии... Эта мысль мне понравилась. Лучник? Или, быть может, маг? Но в Яслях нет магии! Однако, я не собираюсь оставаться в Квартале Юности навсегда. Вот окажусь в Альгоре, там и решу.

Еще раз прочитав в блокноте о правильном распределении очков характеристик, что записывала вчера, отчаянно зевая, запомнила, как нужно их вкладывать, чтобы не улетать от мобов на локацию Возрождения. Про смерть, серебристый кокон и вещи, которые могут украсть, пока игрок бежит до своего скарба я тоже прочитала. Особенно потрясла меня свежая тема на форуме про то, как один игрок в Яслях с ником Росгард запер в амбаре и скормил крысам другого игрока, с забавным ником Dort Viderrr, а потом обобрал до нитки. Тему создал пострадавший и умолял администрацию принять меры. Умирать мне резко расхотелось, как и сталкиваться, даже случайно, с этим самым Росгардом. Опасный он человек… Завтракая и с удовольствием вдыхая такой густой кофейный аромат, что, казалось, им пропитался весь воздух моей спальни я ввела в поисковик запрос “Мерцающий гребень”. Всего одна ссылка. Открыла, прочла:

Дата публикации: 6 месяцев назад (Архив)

Тема: [ВНИМАНИЕ! КРАЖА!] Украден кошель с редким шмотом! Выкуп!

Автор: Artifex_Boroda

«Народ, беда! Вчера вечером в Альгоре на Плосефонте срезали кошель. Работали профессиональные воры-карманники, ников не разглядел. Из всего содержимого (чуток расходников для крафта, браслеты, кольца) больше всего жалко один редкий аксессуар. Если кто-то приобретет его на аукционе или с рук — выкуплю обратно за справедливую цену! Наводчику — щедрая премия!»

Внешнее описание: Мерцающий гребень. Изготовлен из неизвестного темного металла. На поверхности вытравлены узоры как переплетающиеся ветви. Заметно легкое мерцание.

Текущий статус темы: Закрыта модератором (по просьбе автора).

Ворованная вещь… Собственно, нечто подобное я и предполагала, услышав от огородника описание продавца и его странноватого поведения. Если она станет моей не будет ли у меня проблем? Хотя, я ведь не крала, я получу его за квест! Теперь я знала, что предметы в мире Вальдире бывают простыми, хорошими, редкими, уникальными и легендарными. Конкретно редкие — дорогие и качественные вещи, с дополнительными свойствами, уникальными бонусами к навыкам и несколькими гарантированными плюсами к статам. А распознать предмет можно в лавке мастера-артефактора, в Альгоре. Если я смогу освободить Серого Духа, у меня появится редкий предмет! Интересно, что там за скрытые свойства?.. Пора возвращаться и делать дело. Здравствуй, радуга.

Выйдя из кустов на деревенскую улочку я подняла глаза к небу и не смогла отвести взгляда. Рассвет. Первый увиденный мной рассвет в этом мире был так прекрасен, что я, кажется, забыла, как дышать.

Над Яслями поднималось солнце — большое, тёплое, цвета расплавленного янтаря. Его свет ложился на крыши и заборы плотным, ощутимым слоем — будто само утро здесь было реальнее, чем в обычном мире.

Чуть выше и правее неторопливо всплывало второе — поменьше, но ослепительно яркое, цвета чистого льда. Его лучи были резче, холоднее, и в месте, где они пересекались с янтарным светом, воздух искрился.

Из‑за двух источников света тени ложились под разными углами — у забора, у кустов, у меня самой. Они сплетались на пыльной дороге в тонкий, причудливый узор — как будто мир набросал сразу два рисунка поверх одного и оставил оба. И от этого становилось волнительно и радостно: появилось чувство, что передо мной возникли сразу два мира и предложили увидеть их одновременно. Небо между солнцами было чистым, ярко-синим, с тонкими прожилками перламутра, и казалось горизонт едва заметно пульсирует. Я просто стояла, щурясь, и смотрела — потому что на такое нельзя было не смотреть.

Кхе-кхе-хе-хе-хе. За моей спиной послышался то ли смех, то ли кашель. Я вздрогнула и повернулась.

— На утреннее солнце глядеть — душу греть, да только сыт этим не будешь, — у сухонького старичка в просторном домашнем халате, что подкрался ко мне так тихо и незаметно был дребезжащий, ворчливый голосок.

Из окна своего дома он меня, что ли, углядел, да решил подойти?

— Чего глазеешь стоишь? Чего не работаешь? Али лентяйка? — прошамкал он, недовольно щурясь от яркого света.

— Нет, — ответила я. — Не лентяйка. А чем вам помочь?

— Полуний меня величать, — представился старик, посильнее запахивая халат. — Отнеси-ка вот этот свёрток к Травнице. Она через две улицы отсюда живёт. Да много не проси, чать не в Альгору отправляю. Пять медяков, больше не дам! Да обратно воротись, коли ответ она пришлет.

Он хотел было уже протянуть мне небольшой плотный сверток, но вдруг снова заворчал, критически осматривая меня с ног до головы:

— Хотя… Не похожа ты на почтальона. Ни обувки приличной, ни рекомендаций… Стоит ли тебе вообще ценные вещи доверять?

Тут из своей калитки вышел Михей с сумой наперевес, в том же самом кожаном фартуке с ярко поблескивающей медной бляхой. Увидев нас, он неторопливо подошёл, дружелюбно поздоровался и спросил: — А чего это вы тут с утра пораньше, а?

Полуний переключился на него, сетуя и ворча все громче: — Так ведь посыльный нужон мне! Вот этот сверточек Травнице доставить, а их, как назло ни одного вокруг. Вот и подумал я, что девицу сию послать можно. Да токмо нет у нее рекомендаций. Видать самому придется старые кости попусту натруживать…

На что Михей ответил: — Я за неё ручаюсь. Не подведет она, почтенный Полуний. Можешь доверить дело.

Старик недовольно покряхтел, перевёл взгляд с Михея на меня, а затем вздохнул и махнул рукой:

— Ну, раз такое дело… Да и выбора-то особого нет. Берешься? — все еще с подозрением посмотрел на меня.

Глянув мельком инфу о принятии задания я ответила: — Берусь, уважаемый Полуний — и взяла из рук старичка небольшой тряпичный сверток, перевязанный бечевкой и пять медных монет.

Михей проводил меня вниз по улице, напомнил о том, что будет ждать сегодня в гости и объяснил, как найти травницу. Потом он пошел дальше к огородам, а я свернула на соседнюю улицу.

Вообще-то в планах было наведаться к мельнику и взять у него квест на 10 крысиных хвостов. Вчера на форуме я прочитала, что это хороший квест, крысы обитают в дальнем полуразвалившемся амбаре и их вполне реально убить любой найденной палкой, если она достаточно крепка и если не заходить в амбар, а ждать, пока крыса сама выползет оттуда, подышать свежим воздухом. По дороге я оглядывалась по сторонам, но палок мне что-то не попадалось.

Травница, с круглым добрым лицом, кутавшаяся в большую синюю шаль крупной вязки выслушала меня, кивнула, забрала свёрток и приветливо пригласила в дом. Она угостила меня чаем и булочками с домашним вареньем, параллельно с этим давая полезные советы. Конечно, было довольно странно слышать из уст бабушки, подливающей мне чайку, о точках на теле, в которые надо направлять острие меча и как правильно подкрадываться со спины. Но я старательно запоминала и кивала. А потом как-то незаметно сама для себя согласилась на квест со сбором жабьей слизи и шкурок. Продав мне пустые склянки и проинструктировав, травница выпроводила меня восвояси. Очнулась я уже неподалеку от пруда. Впрочем, какая разница, крысы или жабы… Начинать с чего-то же надо! К тому же, жабы, наверное, не кусаются… Пора распределить полученные за уровень баллы так, как было записано в блокноте. Сделала. Полюбовалась на полученный результат:

Базовые характеристики персонажа

Сила: 6

Ловкость: 6

Выносливость: 4

Интеллект: 1

Мудрость: 1

Здесь росли деревья и я потихоньку обходила пруд по берегу, в поисках достаточно увесистой и крепкой палки. Как назло ничего подходящего не попадалось. Даже ветки и те росли достаточно высоко, так что от идеи отломать ветку от дерева я отказалась по причине своего невысокого роста. Зато продираясь сквозь густые кусты я споткнулась и только поднятая ловкость помогла мне удержаться на ногах. Да что ж такое! Я начинала злиться. Хожу тут уже с полчаса, а толку ноль. Оглянувшись посмотреть, что чуть не послужило причиной моего падения, отводя ветки в стороны я увидела её. Ту самую палку, больше похожую на посох. Длинная и даже ошкуренная, желтоватого цвета она явно была тут то ли брошена, то ли спрятана. Я наклонилась и подняла ее. Перед глазами появилось описание:

Дубовая палка.

Двуручное оружие.

Урон 4-6.

Тип урона: дробящий

Прочность: 19/30

Ого, да это же то, что нужно! Еще раз оглянувшись по сторонам удостоверилась, что я здесь совсем одна. Ладно. Ладно… Пора действовать. А если появится вдруг хозяин этой палки, то я её верну и извинюсь. Успокоив таким образом свою совесть я направилась ближе к пруду, где на разные голоса квакали лягушки и жабы.

Серо-зеленая жирная жаба выпрыгнула из воды так внезапно, что я растерялась, но все же со всей силы ударила палкой в то место, где она приземлилась. Да только жаба совсем уж дурой, видно, не была и взвилась в прыжке в тот самый момент, когда моя палка опускалась. Ничего себе! Разве жабы умеют так высоко прыгать? Я слегка задела ее и только. Не отрывая от неё глаз я медленно подходила. Ещё удар. И снова мимо! Ах ты ж зараза! Я схватила палку двумя руками и с силой вколотила ее конец в жабу. И снова и снова. Моб исчез в легкой вспышке, а мне капнуло несколько очков опыта, да на земле осталась маленькая шкурка и жабья слизь, которую нужно собрать в склянку. Ух ты, получилось!

Опустив на треть наполненную склянку в свой мешок я снова шагнула ближе к пруду. Пошло дело!

Два часа я азартно охотилась на жаб и лягушек у пруда, выработав свою тактику и иногда прерываясь, чтобы отступить к деревьям и подождать, пока шкала выносливости чуть восстановится. В процессе охоты ловкость и выносливость поднялись еще на 1 балл, а я почувствовала себя гораздо увереннее. Судя по моим подсчетам в мешке уже с лихвой хватало трофеев, чтобы закрыть квест и еще заработать денег сверху, поэтому я быстрым шагом пошла к домику травницы.

Сдав все обещанные и лишние шкурки, плюс заполненные склянки, получив деньги и приглашение заглядывать еще я попрощалась с гостеприимной старушкой и отправилась к мельнику, сетуя про себя, что не зашла к нему сразу, когда была неподалеку. Мои дела налаживались. Получив новый квест, теперь уже на крысиные хвосты я в радостном предвкушении дошла до амбара. Но, поворачивая за угол, была сбита с ног. Светловолосый парень даже не покачнулся, в то время как я оказалась в пыли.

— Ты что творишь, бестолочь?! — заорал он зло и громко — Смотреть надо, куда прешь! Дура безглазая! — и пошел себе дальше, бурча что-то под нос, словно не он только что уронил меня. Над его головой я прочитала зеленый ник Dort Viderrr.

Поднявшись и отряхнув одежду я крикнула в спину удаляющегося быстрым шагом игрока: — Эй ты! Джедай недоделанный! Извинись!

Тот остановился, словно не веря, что я это ему и медленно повернулся ко мне:

— Что ты сейчас сказала?

— Что слышал! Или ты глухой? Так я могу и повторить для разумом убогих. — о, я была нереально зла... Раньше, скорее всего, промолчала или хотя бы говорила вежливо, но сейчас… Сейчас во мне словно проснулось что-то темное, желающее обидчику самого плохого.

— Извиниться? — снова закричал он, подступая ко мне ближе и сжимая руки в кулаки — Смотреть надо по сторонам и не подкрадываться!

— Я спокойно шла! Это ты выскочил из-за угла и сбил меня с ног! — я всё ещё не могла поверить, что он сделал из меня виноватую, что у него хватает совести выдавать вот так, влегкую, абсурдную, наглую ложь.

— Вот и вали! А то я тебе таких проблем устрою, мало не покажется!

Но вместо того чтобы вспыхнуть еще сильнее, горячий гнев и обида внутри меня вдруг начали стремительно остывать. Желание спорить, что-то доказывать и кричать пропало, как и не было.

— Значит, извинений не будет? — мой голос звучал четко, спокойно и… жутко.

Он осёкся, уловив эту перемену, но взглянул на мой ник и уровень и тут же вернул себе прежнюю спесь.

— Обойдешься, пигалица — процедил он презрительно, разворачиваясь и направляясь туда, куда шел, крикнув через плечо: — И скажи спасибо, что тут мирная локация, а то бы я с тобой по-другому разобрался.

— Мы еще увидимся — тем же спокойным и жутким голосом пообещала я ему в спину, — И ты поймешь, что быть заживо сожранным крысами в запертом амбаре — это еще цветочки! — да, я уже вспомнила этот ник, как и его жалобы и мольбы к администрации, что читала утром на форуме.

Слова попали точно в цель. Снова повернувшись ко мне, игрок насмешливо оскалился, пытаясь скрыть задетое самолюбие. И ответил, словно плюнул: — Ага, ага, прям боюсь. Да пошла ты! — и снова круто развернувшись, зашагал по своим делам.

Я же добавила ник психованного неадеквата в список врагов и он тут же окрасился в красный цвет. Так что если вдруг этот темный джедай снова окажется поблизости система сразу предупредит о его появлении. Ничего, придет время и я выполню свое обещание.

Вот у меня и появился первый враг. Можно сказать, что на пустом месте. Интересно, с друзьями здесь будет так же? Впрочем, обойдусь и без друзей, учитывая то, что друг всегда может ударить в спину. Знаем, проходили...

Глава 9. Новые знакомства. А жизнь налаживается!

Здоровенную серую крысу, по спине которой я только что нанесла удар со всей силы, отбросило в сторону и она медленно начала отползать в сторону темнеющей в стене амбара дыры. Врешь, не уйдешь! Я быстро подшагнула и добила её. Шел третий час бойни, иначе и не назовешь. Всю свою злость на беспардонного и наглого игрока я обрушила на крыс. Сейчас в моем потяжелевшем мешке хвостов было гораздо больше, чем требовалось для закрытия квеста у мельника, да ещё и апнула новый уровень. Руки, держащие палку, били, глаза высматривали новую жертву, а холодный разум всё придумывал планы мести после столкновения с Дортом Видеррром. Когда приходили другие игроки я садилась неподалеку и просто сидела, наблюдая, пока моя выносливость восстанавливалась.

Некоторые из них не были людьми. Я видела двух гномов и даже большого, мускулистого орка с клыками и зелёной кожей.

Подняв палку, которая должна была вот-вот сломаться я вглядывалась в темную дыру, в стене амбара, ожидая следующую жертву, когда за моей спиной вдруг раздался какой-то плаксивый голосок: — Эй, ты…

Я повернулась и с удивлением уставилась на девушку-игрока. Но что это была за девушка! Высокая, худенькая, но при этом удивительно изящная. Из-под прямых белых волос, которые спускались почти до колен и при каждом движении непривычно переливались перламутром, виднелись длинные, острые на концах уши. Белая чистая кожа, нежный румянец на щечках и огромные, ярко-зеленые глаза заставляли рассматривать её, не отрываясь. Эльфийка! Ник над ее головой гласил: Элеанориэлла Перламутровая, первый уровень. В руке она держала короткую, но довольно толстую сучковатую палку.

— Чего смотришь? — продолжила она всё тем же плаксивым голосом, в котором послышались капризные нотки — Оставь крыс в покое! Мне тоже надо квест делать.

— Да просто смотрю — я обрела дар речи. — Волосы у тебя такие…

— Шикарые, да? — горделиво перебила красотка, — Я в редакторе персонажа долго мучилась, чтобы такой эффект получился, но впечатляет, правда же? — она тряхнула головой, её волосы блеснули перламутром и эльфийка уставилась на меня в ожидании ответа.

— Впечатляет — призналась я, даже не зная, что сказать еще. Кажется, эта девушка какая-то слишком нервная, ну ее. Так что я просто отступила от амбара, делая рукой приглашающий жест.

Но она не спешила приступать. Наоборот, продолжая смотреть на меня, заметила — А ты странная. И глаза у тебя какие-то… Неживые. Зато волосы на пять баллов! А одежку где починили тебе?

— Да случайно получилось — призналась я, не спеша рассказывать ей про Михея и наши договоренности.

— Ужасно, скажи? — продолжила она разговор. — Эти лохмотья… Невыносимо в таком ходить! — её миленькое кукольное личико аж перекосилось от отвращения.

— А в чем еще ходить? — усмехнулась я. — Подкопи денежек и купи новую. Тут лавка есть.

— Да! — важно кивнула она. — Так мы и собирались сделать. — а потом расстроенно добавила — Только мой друг не пришел. Собирались начать играть вместе, но когда я уже появилась тут, он написал, что внезапно в реале дела появились срочные. — А мне что, стоять и ждать? Я и сама могу! — Она снова тряхнула головой и по её волосам снова прошла перламутровая волна.

— Конечно — согласилась я. — Дело-то нехитрое. Ну ладно, удачи тебе.

— Ну, пока. Может, еще увидимся. — выставив перед собой палку она пошла прямо к двери амбара, открыла ее и…

— Стой! — не выдержав крикнула я. Подскочила, дернула ее за руку на себя и закрыла дверь пинком ноги. — Ты чего, с ума сошла?

Перламутрововолосая смотрела на меня огромными зелеными глазами, хлопала длинными черными ресницами и явно не понимала, чего я вдруг на нее набросилась.

Продолжая тянуть ее за руку я отошла подальше и начала говорить: — Ты же видела, как я крыс била, верно?

— Ддаа — запинаясь подтвердила она — А что?

— А то! Я их била по одной! А ты собиралась зайти внутрь. Там крыс целая стая! Как ты думаешь, долго бы ты со своей палкой продержалась? — и я с укоризной посмотрела на нее.

— Ой… Оой… — в ее глазах наконец начало появляться понимание и испуг.

— Ой — передразнила я ее — Так вот улетишь на локацию Возрождения, вернешься сюда, а вещичек-то и нету. Даже вот этих вот, которые тебе так не нравятся. Тут, знаешь ли, всякое бывает!

— Как нету? Почему нету? Крысы съедят их, да? — она села прямо на землю, глядя на меня своими глазищами снизу вверх.

Вздохнув, я присела рядом и рассказала о том, что прочитала утром на форуме. Но когда девушка вскинулась, ругая Росгарда на чем свет стоит, я не выдержала и поведала ей и о своей недавней стычке с недоделанным джедаем.

— Так что знаешь.. Эле…онориэла — я запнулась, потому что имя не запомнила, слишком уж оно было вычурным и непривычным.

— Эля — улыбнувшись сказала она. — Называй меня Эля.

— Хорошо, Эля, а я — Фейт — я улыбнулась в ответ — Так вот. Думаю, не стоит судить поступки людей, не узнав их мотивы. Я ведь тоже посочувствовала Дорту Видеррру, когда прочитала эту новость. Зато когда столкнулась с ним лично, то поняла, что очень хочу сделать с ним что-то не менее, а даже более ужасное. И обязательно сделаю! Надеюсь, это научит его вести себя осмотрительнее и вежливее не только с девушками, но и в целом. Как думаешь? — я посмотрела на собеседницу.

— Думаю, ты права — легко согласилась она со мной. — Я бы тоже не оставила этого так. Ты извини, что наехала на тебя. Злая была, что друг меня подвёл и одежда эта ещё... Всё такое... Непривычное.

— Ничего — ответила я, — Бывает. Я в первый день тоже тут мало что понимала.

— Так ты тут со вчера, то-то уровень уже третий — сделала она вывод, — Но я хочу сегодня в Альгору уйти! Просто в этих обносках стыдно как-то...

— А ты уже брала какие-то другие квесты? — спросила я, не собираясь признаваться в том, что я здесь уже не второй, а третий день.

— Нет. Мне друг сказал, что квест на крысиные хвосты будем делать, потом уровень поднимется, а мельник за хвосты денежку отсыпет. Мы приоденемся и уйдём отсюда. А сам бросил меня тут одну! — она пригорюнилась.

— Так может, тебе пока заняться чем-то другим — предложила я. — Я вот письмо доставляла, это легко. А ещё у одной старушки есть квест на заполнение бочки водой. Там заодно можно выносливость прокачать и силу.

Глядя, как у Эли загорелись глаза я рассказала ей про самые лёгкие квесты в Яслях, про то, что лучше поднять уровень на относительно безобидных лягушках, а уж потом соваться к злым крысам и как можно заработать очки характеристик без поднятия уровня.

— Спасибо, Фейт — как-то торжественно произнесла она. — Я так рада, что мы познакомились. Давай добавимся в список контактов и встретимся в Альгоре? Мало ли что, думаю, хорошим людям стоит держать связь. Что скажешь? — её нереально зеленые глаза смотрели на меня серьезно и внимательно.

— Конечно — легко согласилась я. — Спишемся и встретимся, нет проблем.

Тепло попрощавшись повеселевшая Эля побежала искать старушку, чтобы помочь ей с бочкой, а я к мельнику.

Дюжий мельник, раскуривающий трубку, за сданные по квесту хвосты расплатился как положено, но отказался брать дополнительные и нового квеста на них не дал… Я расстроилась не на шутку.

— Ну как же так, уважаемый — залепетала я, поднимая на него несчастные глаза. Крысы такие большие, страшные… Я так старалась… Вот и палка моя совсем сломалась, теперь даже не знаю, что и делать. — я предъявила мельнику свою совсем расщепившуюся на конце палку, которую можно было смело выбрасывать, но я зачем-то принесла ее с собой.

— Что делать, что делать — возвышающемуся надо мной мельнику явно стало жаль меня — Ты, девица, пойди в лавку к Фролу Кубышке, да купи что получше!

— Так ведь дорого у него! Не хватит мне медяков, уважаемый — я понурилась и опустила глаза.

— Это… Ну, цены, конечно… А, ладно, так и быть! Вижу, что старалась на совесть. Да и одежка у тебя аккуратная, стало быть, не лентяйка ты. Ладно, ладно. Уговорила, возьму еще десяток. Но больше не проси! — и он выколотил трубку о подошву сапога.

— Спасибо вам большое! — радостно поблагодарила я его.

— Да на здоровье! И тебе спасибо, что с крысами помогла.

Распрощавшись с добрым мельником я побежала к кожевеннику и сдала ему крысиные шкуры по штуке за медяк, что сделало меня еще богаче. В общей сложности сейчас в моем мешке было уже 167 медяков и я была третьего уровня. Очки опыта снова решила не распределять в спешке, оставить на потом. Вот только что делать с крысиным мясом? Хотя, кажется где-то неподалеку стоит жаровня, на которой это мясо готовят. Может быть и скупают тоже? Надо заглянуть и туда. Сказано — сделано.

Навес-жаровня «Крысиное мясо» располагался совсем недалеко от мельницы, поэтому дошла я быстро. Дюжий парень, «местный», в длинном сером фартуке, жаривший тушки на коротеньких шампурах проверил мясо на свежесть и забрал у меня всё, что было. Рядом крутились игроки. Кто-то покупал, кто-то завистливо смотрел, а один был до того пронырливого вида, что я тут же решила держаться от него подальше, на всякий, так сказать, случай. Аппетитный запах жарящего мяса напомнил мне о том, что я с утра не ела. Михей звал к обеду, так может и надо пойти? Заодно познакомимся со строгой супругой, что уже должна была вернуться из поездки к сестре. Про квест, что дал мне огородник я помнила всё время.

А жизнь-то налаживается, обрадованно хмыкнула я, направляясь в гости. И денег заработала и в уровнях подросла. Но главное — теперь мне здесь по-настоящему нравилось. Вальдира была яркой, наполненной событиями и казалась такой настоящей, что возвращаться обратно в другой мир не хотелось.

Калитку мне открыла сама хозяйка. Супруга Михея оказалась очаровательнейшей женщиной. На вид ей было чуть за сорок. Невысокая, уютная пышечка, самый настоящий добродушный пирожочек. Её длинные русые волосы были аккуратно заплетены в толстую косу, уложены венцом вокруг головы и скреплялись красивым узорчатым гребешком на затылке, а вокруг глаз разбегались весёлые морщинки-лучики. Меланья часто улыбалась и вообще оказалась жизнерадостной болтушкой. Одета она была в простую одежду из обычных тканей, но на шее красовался шёлковый синий платок с красивыми узорами и поблескивали бусики. Было видно, что Михей старается баловать свою ненаглядную.

Встретила она меня радушно.

— Ой, Михей, гляди-ка, гостья наша пришла! — звонко защебетала Меланья, распахивая дверь в дом и приглашая меня внутрь. — Проходи-проходи, Фейт, милая! Вовремя-то как, мы как раз за стол садимся. Рагу только-только протомилось, пироги горячие!

Хозяйка тут же закрутилась у стола, расставляя тарелки, и одновременно успевала ласково, но строго цыкать на мужа.

— Михей! Руки иди вымой нормально, только ведь с привоза вернулся! Ну чего сидишь, подай гостье ложку! Вот глаз да глаз за ним нужен, совершенно без женского пригляда от рук отбился, пока я у сестры гостевала, — добродушно ворчала она.

Михей лишь виновато кряхтел, но по его глазам было видно, как сильно он рад возвращению своей шумной жёнушки. Атмосфера в доме была домашней и очень уютной. Мы уселись обедать.

Потчевала нас Меланья на славу. Рагу было густым и наваристым, пироги с ягодами буквально таяли во рту. А стоило мне вежливо спросить, что интересного в Альгоре, как её глаза весело заблестели, и она затараторила, то и дело всплёскивая пухлыми руками:

— Ой, столица-то — это ж не наша тихая деревня, там на улицах вечно кутерьма, глаз да глаз нужен! Вот, к примеру, живёт по соседству с моей сестрой на Южной улице одна почтенная дама. Ну, как соседству — через два дома. И вот пошла она на рынок за покупками. Идёт, выбирает яблочки — красные такие, наливные, крупные. А на рынке-то шутников да бездельников полно! Кто-то возьми да и подшути над ней: пока она отвернулась, подложил ей в корзину слима! — Меланья звонко рассмеялась, поправляя шёлковый платок на шее.

— А слим-то красный цветом, точь-в-точь как те яблоки! Она его среди плодов и не заметила. Пришла домой, корзинку в прихожей на тумбочке оставила, а сама — бегом к моей сестре на чаёк, новостями перекинуться. Час её не было, может, два. Возвращается к себе, заглядывает в корзину… а там шаром покати! Ни одного яблочка не осталось, и колбаска домашняя пропала, и сыр! Зато посреди пустой корзины растекся толстый, довольный слим, всё дно в корзинке закрыл и довольно так чавкает: «Хлюп-хлюп»!

Я не удержалась и прыснула со смеху, представив эту картину, хотя понятия не имела, кто такой слим. Михей рядом тоже ухмыльнулся в усы, жуя пирог.

— Ой, крику-то было на всю Южную улицу! — хохотала Меланья, качая головой. — Думали, выбросит его или стражу позовёт. А она посмотрела на этот кусок желе да и говорит: «Ах ты прорва ненасытная! Раз всё сожрал — отрабатывай теперь!». И что ты думаешь? Оставила его! Посадила в мусорное ведро на кухне. Он теперь у неё там живёт, все очистки, огрызки перемалывает, чистота, красота! Она на этого слима не нарадуется, подкармливает и никому отдавать не хочет! Вот тебе и столичные шуточки!

После сытного обеда Михей, нахлобучив соломенную шляпу, ушёл на свои огороды, а я помогла Меланье убрать со стола, за что неожиданно получила +1 к доброжелательности с ней. После мы вышли на улицу и устроились на той самой лавочке под тенистыми деревьями.

Пасторальный пейзаж умиротворял, но Меланья вдруг притихла, её жизнерадостность куда-то испарилась. Лицо женщины стало тревожным, а вокруг глаз, где ещё недавно весело прыгали лучики-морщинки, залегла глубокая тень.

Она повернулась ко мне и завела совсем другой, тихий и серьёзный разговор:

— Рассказал мне всё Михей, Фейт, милая… — она вздохнула, крепко сжав свои пухлые пальцы на коленях. — Говорит, взялась ты избавить нас от Духа, что в чучеле старом на огородах сидит, да посевы портит. Сил моих больше нет глядеть, как Михеюшка мой ненаглядный с каждым днём всё мрачнее и мрачнее ходит… Сам на себя не похож. Так расстраивается, бедный, что новые сорта, которые он с таким трудом доставал, всходят из рук вон плохо! Чуть ли не ежечасный пригляд за ними нужен. Извелась я вся за него, сердце кровью обливается.

Меланья коснулась моей руки:

— Ты помоги ему, Фейт. Михей мой верит, что получится у тебя. Да и я сама теперь вижу — девушка ты старательная, ответственная. Не бросай нас с этой бедой.

Уверив добрую женщину, что я и не собиралась их обманывать и сделаю, что могу, но обязательно решу эту проблему я поблагодарила за вкусный обед, попрощалась и вышла за калитку.

Глава 10. Посещение лавки. Умение удивлять.

Шла я пока что куда глаза глядят, но, как оказалось, в правильном направлении. Небольшая лавка-магазинчик Фрола Кубышки, о котором мне говорил добрый мельник, находилась на пересечении двух главных улиц Яслей, в двухэтажной постройке из серого камня. Над входом висела яркая вывеска. Проходя мимо я не стала сразу заходить внутрь, но, прислонившись к чьему-то забору, понаблюдала за игроками, что периодически осаждали прилавки. Наверняка, выполнив квесты и набрав медяков на новую одежду и оружие, они экипировались перед уходом из Квартала Юности во взрослую, прекрасную, блистающую Альгору.

Обратила особое внимание на то, что игроки приходят не только по одному, но и парами или даже по трое. Видимо, познакомились, составили группу и решили продолжать играть вместе. Я их прекрасно понимала. Вместе, конечно же, легче. Вот только с доверием у меня теперь очень плохо. Так что, вероятно, мой путь — это путь одиночки. Печалит ли меня эта мысль? Вовсе нет. Напротив, кажется вполне логичной и обоснованной. Вспоминая бесконечные ссылки на официальном портале и топики на форуме я откровенно расстраивалась. Невозможно было полностью осилить это коллективное творчество. Но если искать целенаправленно, как с тем гребешком, то есть вероятность узнать о интересующем меня стиле игры побольше и поподробнее. Решено. Сегодня, вместо того, чтобы продолжать выполнять квесты и зарабатывать медяки я займусь сбором информации, а после разговора с Вероникой Семеновной снова вернусь в Вальдиру.

Теперь у меня есть деньги, самое время прицениться и купить хоть какое-то оружие и, возможно, одежду. А потом каждый вечер сидеть в трактире, ожидая прихода того самого НПС, что может устроить внезапный турнир. Мое желание поскорее оказаться в Альгоре и мое желание освободить Серого Духа, что показался мне таким удивительно близким существом, помочь Михею и его супруге, что были так добры ко мне, начинали конфликтовать.

Закрыв глаза, покрутила эти мысли в голове со всех сторон. Покинуть Ясли захотелось после разговора с Элей и рассказа Меланьи. Праздник жизни! Кто же откажется помчаться туда со всех ног?

Я, пока что, всё же откажусь... И никуда не уйду, пока не решу эту проблему. Слово было дано и значит, Альгора подождет. Вздохнув, еще немного подождала, пока очередные игроки закупятся и выйдут на улицу, хвастаясь друг перед другом новенькими кинжалами и дубинками, зашла внутрь.

Зазвенел колокольчик над дверью. Я остановилась, осматриваясь. У входа, зевая, стоял рослый охранник. Вроде как и не орк, но и не человек, а нечто среднее. Стеганая куртка, меч на поясе. Серьезный товарищ. Воришек тут, похоже, ловят постоянно. Три больших прилавка, стоящие буквой «П» занимали всё внутреннее пространство и были завалены большим количеством товара.

Сам хозяин стоял за центральным прилавком, сложив руки на пузе и глядя на меня выжидающе. У меня же разбежались глаза от такого огромного количества одежды, оружия, съестных припасов и разнообразных полезных предметов, вроде фляг, шляпок, посохов…

Решившись, сначала я подошла к прилавку с оружием. Тут ассортимент был не так богат, но было из чего выбирать. Дубинки, кинжалы, луки, колчаны стрел, перчатки из кожи, топоры, а на стене висел меч в кожаных ножнах. Однако, нет… Всё это не моё. А вот посох приглянулся, раз уж я по-прежнему не желала подходить к мобами близко. Симпатичный, гладенький, нижний конец острый и окован железом, как и оголовье. Отличная вещь! Да и умение обращаться с оружием дробящего типа у меня уже на двоечке, благодаря найденной длинной палке, с которой я охотилась на жаб и крыс.

— Выбрали что-то, уважаемая? — продавец выбрал идеальный момент чтобы задать вопрос.

— Кажется да — кивнула я — Вот этот посох вроде бы то, что нужно.

— Отличный выбор для путешественника — солидно кивнул Фрол — Прочный, достаточно легкий. И от врагов отбиться и опора надежная. Да и стоит сущий пустяк — всего лишь две серебряных монеты.

Две серебряные монеты, это двадцать медяков, быстро перевела я в уме. Что ж, действительно, недорого.

— Дайте взглянуть поближе, пожалуйста — попросила я и торговец, еще раз окинув меня внимательным взглядом, протянул мне посох.

Как только я взяла его в руки, передо мной появились характеристики:

Ясеневый посох путешественника.

Двуручное оружие.

Урон 8-12.

Тип урона: дробящий.

Прочность 90/90.

Ого! Вот это отлично! Я обрадовалась. Такого посоха хватит надолго, вещь стоящая.

— Покупаю — сказала я — Но это еще не всё, отложите пока в сторонку.

— Как скажете — он снова солидно кивнул и прислонил выбранный мной посох к стене. — Что желаете посмотреть еще?

Спустя недолгое время у меня уже была отложена новая одежда, простенькая, но вполне себе симпатичная, пояс, сандали и плащ из плотной серой ткани, что давал +1 к защите от физического урона. Монетки не закончились, но я намеренно не желала тратить их все, памятуя о том, что в трактире мне бесплатно никто ничего не даст. И так нормально. Если что-то понадобится купить, то с таким посохом я не пропаду. Даже если мельник и не даст больше квеста на крысиные хвосты, можно всегда продать шкуры кожевеннику, а мясо сдать тому «местному», что держит жаровню.

К тому же, травница тоже просила меня заглядывать в гости, а она с удовольствием скупает лягушачьи и жабьи шкурки и жабью же слизь. Не ведьма ли часом старушка — мелькнула мысль, но мне тут же стало стыдно. Я вспомнила ее доброе кругленькое лицо и то, как она радушно угощала меня чаем, булочками и вареньем.

В общем, не останусь без денег, уже уверенно решила я, расплачиваясь за покупки с лавочником горстью медяшек. И вдруг:

Достижение!

Вы получили достижение «Покупка!» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение: 0,5% скидки при покупке товаров в магазинах.

Внимание: бонус работает только при заключении торговых сделок с НПС!

Текущий уровень бонуса: 0,5%.

Надо же, вот и первые скидки. Пусть даже мизерные, но ведь начало-то положено. И я решилась таки разориться еще на флягу и связку копченого мяса. Дело нужное, когда очки жизни на исходе. Как раз повод будет зайти в таверну и осмотреться. Аккуратно сложив одежду в сумку, подхватив удобный посох, попрощавшись с торговцем и охранником я вышла на улицу. Что же дальше…

Пересекая холмистый парк я старалась как можно незаметнее оглядываться по сторонам, но ни между деревьями, ни на дорожках никого не обнаружила. Вышла за его пределы, между самим парком и башенкой в окружающей Ясли стене, спряталась в густых кустах между двумя большими деревьями с раскидистой кроной. Потом легла, сумку положила под голову, накрылась новым плащом, нагребла на себя кучу сухих опавших листиков, травинок и всякого мусора и свернулась калачиком. Полюбовалась на появившееся сообщение:

Маскировка +10

Достижение!

Вы получили достижение «Затаись!» первого ранга!

Увидеть таблицу полученных достижений можно в настройках вашего персонажа.

Ваша награда за достижение: +1 к маскировке в природной местности.

Текущий уровень бонуса: +1

Да, на том же форуме я узнала, что здесь, в Яслях, нет мест, где ты абсолютно защищен от кражи имущества. Если, конечно, ты не в доме какого-то НПС. Поэтому, если выходишь из игры, то нужно хорошенько замаскироваться. Раньше мне было все равно, да и то, перед выходом в реал я как-то инстинктивно пряталась в кустах у забора Михея. А вот сегодня решила проверить, сработает ли метод маскировки, описанный одним доброхотом на форуме. Место, конечно же, я выбрала другое. Но вот последовательность действий выполнила досконально. И получила достижение. Отличная все же штука этот форум. Столько полезного и интересного можно узнать. Вечером я вернусь, а сейчас нужно решить несколько проблем в реальном мире. Выход.

Когда крышка капсулы медленно открылась я ощутила сразу несколько желаний, самые важные из которых постаралась немедленно удовлетворить. Стоя у холодильника и вливая в себя живительную влагу из очередной распечатанной бутылки с водой я поймала себя на мысли, что это было. Может быть, стоит поставить себе в спальню мини-холодильник и забить его бутылками с водой? Неет… Так я, чего доброго и ходить разучусь. А ведь это точно может стать серьезной проблемой в будущем.

Вернувшись в спальню, я достала из ящика стола свой блокнот, ручку и включила ноутбук. Составление планов никогда не было моей сильной стороной. Я, скорее, привыкла плыть по течению, решая проблемы по мере их поступления, да и проблем-то тех было. Но сейчас… Сейчас всё изменилось. И я сама изменилась. Невесело хмыкнув я начала составлять распорядок дня.

Конечно, хотелось бы нечто минималистичное, вроде «сон — еда — Вальдира — еда — сон — Вальдира», но я понимала, что это неправильно. Нужны прогулки, нужен хоть какой-то спорт и, самое главное, вспоминая, как легко мне удалось зашить прореху на рубашке Михея в тот самый первый день я задумалась о том, что мне, пожалуй, стоит заняться дзёдо. Это такое фехтование не очень длинной палкой-посохом. Было бы отлично взять хотя бы несколько уроков. А дальше, в зависимости от того, какое оружие я сделаю своим основным уже в Альгоре, можно будет начать заниматься и этим в реале. Я не собиралась больше запускать себя, несмотря на то, что мой выбор окончательно пал на Вальдиру как на место, где я хочу жить. Реал разочаровал меня целиком и полностью.

Включив в плеере свою любимую коллекцию шедевров мировой классики, под звуки сонаты №4 до минор для скрипки и клавесина в исполнении Масааки Судзуки, погрузилась в планирование.

Когда в дверь постучалась экономка несколько страничек моего блокнота были исписаны полностью. Ужин был готов и сегодня я попросила накрыть в гостиной. Раз уж умирать я больше не желаю, то пора вспомнить хоть какие-то правила приличия. Тем более, что экономка наверняка докладывает все Виктору Николаевичу, а я вовсе не хотела выглядеть в его глазах странной, испуганной или потерянной. Нет, теперь всё будет иначе. Никто меня ни в чем не сможет упрекнуть.

Когда пришла Вероника Семеновна я попросила экономку подать в гостиную чай и дессерт и встретила психолога не в домашнем халате и тапочках, а одетая в приличный брючный костюм. Мои чистые волосы были заплетены в длинную косу и благоухала я своим любимым парфюмом от Фредерика Малле Iris Poudre. Этот флакон я лично покупала в Париже, на рю де Гренель, 37. Этот аромат всегда напоминал мне небольшое кафе на бульваре Сен-Жермен, где я пила великолепный кофе и любовалась цветущими вишнями.

Тепло поздоровавшись я пригласила женщину присаживаться и сама налила ей чай, а потом опустилась в кресло напротив. Она не спешила начинать разговор. Сначала поблагодарила, сделала глоток чая, глядя на меня поверх чашки и глаза ее искрились еле сдерживаемым смехом.

— Что вас так развеселило? — не смогла сдержать я очевидного вопроса.

— О, дорогая, дело в том, что сегодня по телефону я общалась с Ардовым и он был крайне взволнован и расстроен тем, что ты столько времени проводишь в игре, воскресая лишь к ночи, что-то кушаешь, засыпаешь, а с утра снова ложишься в капсулу. Он буквально умолял меня поговорить с тобой об этом, убедить, что ты поступаешь опрометчиво. Но что я вижу?

— Что? — улыбаясь спросила я.

— Я вижу перемены — она утвердительно кивнула своим мыслям — Ты приходишь в себя, Анечка и отлично выглядишь. Расскажешь мне, что так повлияло на тебя за эти три дня?

— Уверена, вы знаете это и так, Вероника Семеновна. И всё это вмещается в одно емкое слово… — я сделала паузу и всё же сказала — Вальдира.

Час нашего общения пролетел незаметно, я рассказывала о своих боях с мобами, о том, как я хочу увидеть Альгору и что больше не собираюсь возлегать в капсуле круглосуточно, как принцесса в хрустальном гробу. О своем решении заняться спортом для поддержания в порядке своего тела, о ежедневных прогулках на свежем воздухе.

— Прекрасно — подвела она итог, прощаясь. — Думаю, Виктор Николаевич будет рад услышать такие новости. Если тебе нужна помощь в поисках тренера или покупки какого-то дополнительного спортивного снаряжения в свой спортзал, обязательно позвони ему. Он с радостью поможет, заодно и удостоверится, что это никакой не заговор и ты действительно выздоравливаешь. Но таблетки, которые я тебе оставляла, пока продолжай принимать, хорошо? Мы увидимся через несколько дней. Была очень рада с тобой встретиться.

— Хорошо, Вероника Семеновна, я так и сделаю — пообещала я.

— Ты умеешь удивлять, Анна — снова тепло улыбнулась она уже от двери.

Закрывая за ней дверь я подумала, что удивляю и сама себя, но то ли еще будет... Налив себе большую чашку чая и накинув тёплый пиджак я вышла через большие стеклянные двери в парк.

Опустилась в плетёное кресло в беседке, полускрытой багровыми гирляндами девичьего винограда, сделала глоток горячего чая. Прозрачный осенний воздух над ухоженным усадебным парком был наполнен еле ощутимым запахом дыма, влажной хвои и легкой горечью опавшей листвы. Вечернее небо покрыто акварельными разводами — от нежно-янтарного у горизонта до глубокого чернично-сиреневого в вышине. Последние лучи заходящего солнца ложились на золотисто-медные стволы сосен. Красиво… Посидела в беседке еще минут пятнадцать, не думая ни о чем, просто наслаждаясь тишиной, а потом поднялась и вернулась в дом.

Меня ждали дела и я с удовольствием возвращалась в покинутый ненадолго мир. Крышка кокона медленно опустилась. Радужный водоворот закружил меня и я была совсем не против.

Глава 11. Интересное знакомство. Таверна.

Шурх-шурррх... шурх.

Мои глаза открыты, но вокруг — темнота изнанки моего нового, плотного плаща, поверх которого навален ворох сухих листьев и травинок. Я лежу, свернувшись калачиком, абсолютно неподвижно. Система честно отрабатывает маскировку +10: для любого прохожего я сейчас — просто естественный холмик в кустах.

Но буквально в полушаге от меня кто-то есть.

Я слышу осторожное, но неуклюжее шуршание. Он ищет… Явно волнуется: дышит часто, иногда втягивает носом воздух. И я догадываюсь, кто это может быть и что ему нужно здесь, в безлюдной части Яслей. Нет, не спрятать что-то, наоборот — найти. Например, мое тело, серебристый кокон, котрый легко можно ограбить. И если бы я вернулась утром, то так бы и произошло. Уверена, рано или поздно он бы нашел. Я слышу, как его руки шарят по траве и по земле. Очень близко…

Прямо над моей головой раздался сухой, резкий треск. А, наступил на веточку. Снова замер, решая, куда идти дальше. Крутится на месте, высматривая, топчется всего в паре сантиметров от края моего плаща.

Вот снова замер в нерешительности, я слышу его дыхание прямо над моим укрытием. Что мне делать?

Спасибо за чтение

Вернуться к книге