В ярости (В шоке-2)

Глава 1

ВЫ НЕ СМОГЛИ ПРОЙТИ КВЕСТ «ПОПАСТЬ В СВОБОДНЫЙ ГОРОД 1»!

ВЫ ЛИШЕНЫ ПРАВА НА УЧАСТИЕ В ИГРЕ И БУДЕТЕ ДЕАКТИВИРОВАНЫ!

«Это как это, я не прошёл квест? А куда я тогда попал? И почему я не могу встать?» — мысли застучали молоточком по мозгам.

Я лежал на кровати в какой-то белой комнате, очень похожей на больничную палату, и не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Открылась дверь, вошли Железняк с Черноволовым.

— Да уж, дежавю какое-то, — усмехнулся Железняк.

— Ты только в этот раз не облажайся, — мрачно сказал Черноволов. — А то дисциплинарным выговором уже не отделаемся.

Мне дико хотелось вскочить или хотя бы крикнуть, но ничего не выходило.

В комнату, держа в руке шприц, вошла уже знакомая мне медсестра Маргарита Симакова. Присев на край кровати, она положила шприц мне на грудь и взяла меня за руку. Очень хотелось выдернуть руку, но медсестра держала её крепко. Я снова бросил все силы хотя бы на то, чтобы заорать, хоть как-то показать своё несогласие с происходящим. Маргарита Симакова осторожно погладила мою руку, а потом щеку, лоб и сказала:

— Макс! Успокойся! Всё нормально!

И тут я смог наконец-то заорать.

— Макс! Не кричи! Всё хорошо! — громко и твёрдо произнесла Катя, глядя мне прямо в глаза.

«Стоп! А где Симакова? А где Черноволов с Железняком? Опять, что ли, сон? — различные мысли кружили в голове. — Вот почему мне не снится женская сборная Бразилии по пляжному волейболу, а снятся некрасивые и злые мужики, которые даже во сне хотят меня убить? Или это галлюцинации были?»

Я огляделся по сторонам и поёжился от того, как всё вокруг было похоже на прервавшийся сон: я лежал на кровати в белой комнате, вместо Железняка с Черноволовым возле меня стояли Колян с каким-то мужиком, а вместо медсестры Симаковой на кровати сидела Катя и держала меня за руку.

— Успокойся, Макс! — ещё раз сказала Катя, но уже более мягким тоном. — Всё нормально. Уже нормально.

Мне не понравились её слова.

«Уже нормально? А что, до этого было ненормально?» — подумал я и опять поёжился.

— Да, брат, напугал ты нас, — усмехнулся Колян. — Мы думали, что ты с ума сошёл: глаза горят, изо рта пена идёт, и орёшь, как будто с тебя кожу сдирают. Жуткое зрелище, если честно.

Мне не понравилось веселье Коляна.

— Не помню, — мрачно сказал я. — А куда вы пропали?

— Что значит, пропали? — друг однозначно надо мной издевался.

— Блин, то и значит! Сначала Катя исчезла, а потом ты!

— Ты чего, чувак? — Колян перестал улыбаться. — Я когда зашёл, смотрю, ты стоишь рядом с Катей, тычешь в неё пальцем и орёшь, что её надо найти. Потом резко отвернулся, а когда назад повернулся, опять заорал и прямо на меня попёр с калашом. Я реально кирпичами обделался, хорошо ребята подскочили, я вместе с ними смог тебя утихомирить, да автомат забрать. Тебя почти сутки штырило, мы думали, ты крышей поехал. Но потом отходить стал потихоньку.

Я посмотрел на Катю, она кивнула и сказала:

— Да, Макс, так и было.

— Жесть какая-то, я реально вас не видел. А куда мы вообще попали? Что там было? И что это за место? — я оглядел комнату ещё раз.

— Да ничего не было, — ответила Катя. — Просто КПП, мы через него прошли, нас встретили, спросили, кто мы и зачем пришли? Проводили сюда. Нас в Колей проводили, а тебя принесли.

— Сюда, это куда? — осторожно поинтересовался я.

— Тут у них типа карантин, — ответил Колян. — Санитарный пункт. Прибывшие должны здесь сутки пробыть. Нам три часа осталось.

— В смысле три часа? — мне всё больше не нравились слова Коляна. — Я что, двадцать один час был в отключке?

— Двадцать часов сорок пять минут, молодой человек! — произнёс до этого молчавший мужчина.

На вид ему было лет шестьдесят, он был в белом врачебном халате, невысокий, с залысинами и бородкой-эспаньолкой. Я по привычке сразу посмотрел на его характеристики, но вместо них увидел серый значок офлайна.

Мужчина прочитал мой взгляд, улыбнулся и сказал:

— Контакт с Системой ищете? Его здесь не найти. Наш город защищён от Игры.

— Каким образом?

— Молодой человек, я доктор, а не физик, свой вопрос вы лучше задайте Распределителю.

— Кому? — мне это уже окончательно не нравилось.

— Распределителю. Вы с ним увидитесь через три часа, потерпите немного, — снова неимоверно дружелюбно произнёс мужик в халате. — А сейчас я позволю себе удалиться, так как вижу, что с вами всё в порядке. Удачного вам всем распределения!

Мужик ушёл, а я оглядел друзей.

— Вы чего-нибудь поняли?

— Да ни фига! — признался Колян.

— Через три часа узнаем, — философски заметила Катя и добавила. — Я пойду пока в своей палате полежу.

Как только она вышла, я встал с кровати. Полученная информация меня взбудоражила настолько, что я не мог ни лежать, ни сидеть.

— Колян, это точно Свободный Город?

— Да, вроде. Только вот степень местной свободы, это уже отдельный вопрос. Какие-то они здесь все странные.

— Ладно, разберёмся, — попытался я успокоить товарища, сам при этом находясь далеко не в самом умиротворённом состоянии.

Три часа пролетели за обсуждением нашего сюда прорыва и анализом увиденного в процессе этого дела. Я лишний раз спросил, не привиделась ли мне истерика пулемётчика, но Колян сказал, что нет. Пулемётчик действительно чуть не сошёл с ума от ужаса при мысли, что мы возьмём его с собой за ворота, и Колян, вспоминая это, пребывал в состоянии глубокой озабоченности.

Потом за нами пришёл тот самый мужик и какой-то человек в униформе. С ними была Катя.

— Пойдёмте, молодые люди, — всё тем же милым голосом проворковал мужик. — Михаил вас проводит к Распределителю. Удачи!

Поблагодарив доктора за приём и помощь, мы проследовали за Михаилом. Выйдя из санитарного пункта, я заметил, что он находился буквально в нескольких метрах от КПП. Сейчас, находясь в нормальном состоянии, я смог разглядеть окрестность. Нигде поблизости не было ни тумана, ни гула, а вдали виднелись какие-то здания, похожие на жилой микрорайон небольшого городка.

Какой-либо охраны по внутреннему периметру Свободного Города я не заметил. Только высокая стена метра три, да буквально метров пять от неё распаханная полоса земли, как на границе, а далее всё, как и должно быть в этой местности: земля, трава, ямы, лужи.

Михаил повёл нас в сторону тех самых домов, что я приметил. Минут через пятнадцать мы подошли к массиву. Как я и думал, это был квартал, состоящий из небольших двух- и трёхэтажных домов. И все они были какие-то унылые. Не то чтобы неухоженные или ветхие, а именно унылые: неуютные с виду, серые, с задёрнутыми наглухо шторами, без присущих городским домам детских площадок или клумб. Будто какое-то режимное поселение. Хотя чему я удивлялся? Это оно и было, по большому счёту.

Михаил проводил нас к одному из немногих одноэтажных домов и, приоткрыв дверь, жестом пригласил войти внутрь. Мы вошли, он последовал за нами. У меня закралось подозрение, что наш провожатый немой: он не проронил за всю дорогу ни единого слова и проигнорировал парочку вопросов, которые ему задавал Колян.

Войдя в дом, мы сразу же попали в небольшое лобби, на удивление светлое и чистое. Из него четыре двери вели, судя по всему, в четыре помещения. Из всей мебели в лобби было лишь два ряда не очень удобных кресел, по пять в каждом ряду. Михаил жестом пригласил нас сесть, а сам приоткрыл одну из дверей.

— Привёл? — послышалось из-за открытой двери.

— Да, — выдавил-таки из себя один слог наш провожатый.

После чего, не обращая на нас никакого внимания, он покинул здание.

Мы переглянулись, и я хотел было поделиться с товарищами мыслями о происходящем, но из комнаты, в которую заглядывал Михаил, вышел мужчина.

— Прошу, господа! — он жестом пригласил нас войти в комнату.

Мы вошли и оказались в небольшом кабинете, похожем на рабочее место бухгалтера или HR-менеджера.

— Присаживайтесь! — хозяин кабинета указал на стоявшие напротив его стола диванчик и два офисных кресла.

Мы с Катей сели в кресла, Колян плюхнулся на диван.

— Меня зовут Андрей Николаевич, — продолжил мужчина. — Ваши имена я знаю, но вот кто из вас кто, не в курсе. Хотя могу предположить, что Екатерину я вычислить смогу!

Мужик рассмеялся своей шутке, судя по такому началу разговора, он очень хотел провести его в непринуждённом формате.

— Максим!

— Николай!

Представились мы с Коляном по очереди.

— Очень приятно! — сказал мужик, да так, что у меня начало возникать ощущение, что ему действительно было приятно.

Сразу сложилось впечатление, что человек умеет работать с людьми. На вид Андрею Николаевичу было лет пятьдесят, он был одет в неброский тёмно-серый, по виду дорогой пуловер поверх белоснежной рубашки. Суховатое лицо, почти полностью седая голова и небольшой шрам на виске.

— Я Распределитель! Моя задача по возможности как можно больше вам тут объяснить, дать подъёмные, устроить на работу и помочь с выбором жилья. Начнём с подъёмных. Каждому из вас положено две тысячи рублей и талоны на пять дней бесплатного проживания в гостинице. Ещё я вам в конце дам адрес, где можно на двести рублей перекусить. Если есть два раза в день, то на пять дней как раз хватит. Хотя если в магазине китайской лапши набрать, то и пару недель можно на две тысячи протянуть. Но это уже ваши дела. Не маленькие, разберётесь.

Андрей Николаевич немного передохнул, после чего обвёл нас всех троих взглядом и спросил:

— Вы трое просто знакомые или среди вас есть пара?

— А что? — не удержался я от вопроса.

— Пара может жить вместе, тогда талонов на десять дней хватит, но я сразу должен это отметить у себя.

— Мы будем жить вместе! — быстро сказала Катя. — Мы пара!

Мы с Коляном от неожиданности уставились на нашу подругу, а распределитель поинтересовался:

— С кем именно?

— С Максом!

— С Максом, — повторил распорядитель. — Так и запишем. И мой вам совет: времени не теряйте! Походите, присмотритесь, поищите работу заранее. Лучше несколько вариантов просмотреть, чем с голоду на первую попавшуюся устроиться. Платят у нас не очень много, так как рабочей силы в избытке. Поэтому не тяните! А как устроитесь, вам будут обязаны сразу дать аванс. Такое правило: вновь прибывшие, независимо от того, куда они устроились, имеют право в течение первого года получать на работе авансы. За год, если повезёт, сможете с авансового варианта жизни перейти на нормальный. С гостиницы потом рекомендую съехать в доходный дом. Выбирайте тот, где квартиры коммунальные. Комната в коммуналке — самый приемлемый вариант жилья. Хостел дешевле, но по мне, так лучше сэкономить на еде, чем жить в комнате на двадцать человек с одним санузлом.

— А что, нормальную квартиру тут снять нельзя? — мне это всё уже окончательно не нравилось, и я не хотел жить ни в хостеле, ни в коммуналке.

— Максим, — распорядитель выдержал приличную паузу. — Не то чтобы я хочу вас заранее пугать, но поверьте мне, вас неприятно удивят наши низкие зарплаты и высокие цены на аренду квартир. Впрочем, если скинетесь все вместе, а питаться будете одной картошкой, то потянете и квартирку. Почему бы и нет?

— Здесь что, всё так плохо? — как-то совсем обречённо спросил Колян.

— Кому как, — честно ответил распорядитель. — У кого есть деньги, тому хорошо, у кого их нет, тому плохо. Как везде, впрочем. А сейчас будьте добры, подойдите к веб-камере и улыбнитесь, я вам сделаю идентификационные карточки, у нас они являются основным документом. Кстати, из прошлой жизни документов с собой нет?

Меня это «из прошлой жизни» покоробило совсем уж сильно. И, видимо, не только меня, так как никто не ответил на вопрос.

— Тогда ещё и фамилии скажите! Максим, давайте с вас начнём!

— Седов, — ответил я и посмотрел в глазок веб-камеры.

Катя и Колян повторили за мной эту процедуру, после чего Андрей Николаевич сказал:

— Завтра зайдёте ко мне, заберёте! Каждый лично! Вот ещё, держите небольшие буклетики! — распорядитель достал из ящика стола и выложил перед собой три сложенных пополам листа бумаги, непонятно почему названные им буклетами. — Тут схема поселения, на ней отмечены гостиница, несколько столовых, здравпункт и ещё кое-что по мелочи.

Распорядитель взял со стола ручку и на одной из листовок что-то подчеркнул.

— Вот, я здесь отметил, как обещал, наиболее экономичную столовую, за двести рублей там можно более-менее нормально поесть. Всего вам хорошего! Желаю скорейшей адаптации! — Андрей Николаевич посмотрел на нас добрым отеческим взглядом и улыбнулся голливудской улыбкой.

Мы некоторое время сидели молча с открытыми ртами, пытаясь переварить полученную информацию. Первым не сдержался Колян.

— И это всё? — искренне удивляясь, спросил он.

— Да вроде ничего не забыл, — искренне ответил распорядитель. — Но если есть вопросы, то задавайте!

Колян встал с дивана, и эмоционально разведя руки в разные стороны, высказал вопрос, который мучил каждого из нас с момента прохода сквозь ворота:

— Куда мы вообще попали?

— Хороший вопрос, — философски заметил распорядитель, поменявшись в лице и став очень серьёзным. — Я, собственно, тоже хотел вас об этом спросить: вы понимаете, куда вы попали?

— Понимали бы, я бы не спрашивал! — уже немного агрессивно ответил Колян, а мы с Катей лишь неопределённо пожали плечами.

Распорядитель проигнорировал тон нашего товарища и всё так же дружелюбно пояснил:

— Я почему спрашиваю? Потому что среди тех, кто приходит к нам сами, не все понимают, куда они пришли, — продолжил Андрей Николаевич. — Впрочем, сами к нам приходят редко. Официально мы называемся исправительно-трудовое поселение номер двенадцать сорок шесть. Так мы проходим по всем базам. Неофициально — Черняевское поселение. Здесь раньше деревня Черняевка была. Разумеется, все эти названия и сравнения — чистая формальность…

Распорядитель ещё что-то рассказывал, но я его уже не слушал, слова его шли фоном и в данный момент были мне совершенно неважны. В голове у меня крутились лишь два слова «Черняевское поселение». Страшная догадка пронзила мой мозг, голова стала тяжёлой, а ноги — ватными. Я, всеми силами пытаясь не показать своего состояния, но при этом не имея даже возможности нормально вдохнуть, осторожно присел назад на кресло и тихо произнёс еле шевелящимся языком:

— Точка Ч?

— В просторечии Точка Ч, — подтвердил распорядитель, всё так же искренне улыбаясь. — Но мы не любим это название. И я не рекомендую его использовать, во избежание недоразумений и конфликтов.

«Точка Ч! Твою же дивизию туда-сюда и обратно! — моя голова просто отказывалась соображать и принимать полученную информацию. — Вот это подстава! Нам дали карту дороги в Точку Ч! Слон, старые носки ему в душу, подстраховался урод! Решил, вдруг не сможет нас замочить, так приготовил левую карту! И не просто левую, а самую левейшую из всех левых! Это подстава века. Считается Слону, достойно ответил за то, что мы с ним сделали в берлоге».

Мысли носились по голове, которую при этом разрывало от полученной информации.

— Есть ещё вопросы, друзья мои? — прервал мои размышления Андрей Николаевич.

«Да какие ещё могут тут быть вопросы? Не до них сейчас», — я никак не мог принять полученную информацию.

Я, конечно, уже понял, что мы пришли на Точку Ч. Рискуя жизнями, потеряв Ольгу, едва не сдохнув по дороге сами, мы пришли на Точку Ч! Туда, куда меня и так должны были отвезти сначала с Катей, а потом с Коляном. И вот теперь мы всё равно оказались здесь, на этой проклятой точке! Сами пришли! Воистину, верно говорят: от судьбы не уйдёшь!

Посмотрел на Коляна, он стоял со стеклянными глазами и открытым ртом, наверное, и у меня был такой же идиотский вид. Катя держалась заметно лучше, но там было понятно: опыт и школа диверсантов.

Пока я приходил в себя, Колян собрался силами и трагическим голосом спросил:

— Как же так?

— Понятия не имею, молодые люди, и если честно, не совсем понимаю последний вопрос, — опять улыбнувшись, ответил распорядитель. — Если по существу у вас вопросов нет, то до завтра! После обеда приходите за карточками!

Глава 2

Я не заметил, как мы вышли из кабинета и собственно из здания. Уже на улице, когда свежий, прохладный ветер немного привёл меня в чувство, я вспомнил, что хотел спросить распорядителя про Систему. Впрочем, теперь этот вопрос уже не имел смысла. Значок офлайна теперь был логичен.

Нужную нам гостиницу нашли быстро, несмотря на то, что шли к ней как во сне, особо ничего не разглядывая по пути. Меня настолько потряс факт того, что я по собственной воле попал туда, где так не хотел оказаться, что мне было совершенно плевать в тот момент, что из себя это место представляло.

Казалось, даже тогда на чердаке в первый день моей новой жизни у меня было больше оптимизма. Колян, похоже, находился в таком же состоянии. Катя, как всегда, держалась лучше всех. Я всё больше и больше проникался к ней неподдельным уважением.

Ближе к концу пути холодный ветерок немного привёл меня в чувство, я вспомнил, что мне было присвоено почётное звание «Герой Первого Уровня», и понял, что в таком статусе унывать никак не положено. Горько усмехнувшись и оценив иронию судьбы, я перестал расстраиваться. В конце концов, до настоящего момента трудности лишь делали меня сильнее. Так почему было не продолжить эту славную традицию?

Единственное, в чём я решил себе дать послабление, так это в том, чтобы до утра плюнуть на всё и просто отоспаться. Жаль, в силу финансовых ограничений нельзя было ещё и отожраться. Впрочем, можно было набрать много китайской лапши и попробовать набить ею брюхо до отвала.

Заселились мы быстро, спасибо Кате — она всё оформление взяла на себя. Мы с Коляном лишь расписались в каком-то журнале. «Паре» досталась комната на втором этаже, а Коляну на первом, прямо под нами. Номер был без излишеств, но довольно чистым и светлым. Единственной проблемой была общая двуспальная кровать. Но Катя сразу сказала, что её это не напрягает, а вот если я буду храпеть, то она меня придушит подушкой.

После этого Катя обследовала ванную комнату и, обнаружив там большую чугунную ванну, пришла просто в детский восторг. Она объявила мне, что ей надо постирать вещи и принять ванну, а это значит, что на ближайшие полтора — два часа я мог про неё забыть.

Катя закрылась в ванной, а я прилёг на кровать. Думать ни о чём не хотелось, и я усиленно отгонял от себя вообще любые мысли. На стене висели часы, что было очень любезно со стороны владельцев гостиницы, и они показывали начало шестого. Спать было рано, а больше ничего делать не хотелось. Чтобы убить время, я решил сходить к Коляну, посмотреть, какой номер достался ему, но сделать это у меня не получилось: в дверь постучали.

«Надеюсь, это Колян», — подумал я с раздражением, так как никого постороннего видеть не хотелось.

Нехотя встал с кровати, пошёл и открыл дверь. На пороге стоял худощавый паренёк лет шестнадцати с озорным и наглым лицом.

— Ты Макс Седов? — с ходу спросил он.

— Так просто и не ответить, всё, зависит от того, что тебе надо от Макса Седова, — ответил я скорее ради веселья, чем из осторожности.

— Мне ничего, — честно признался пацан. — А вот уважаемым людям что-то надо.

— А ты что, неуважаемый, раз тебе не надо? — не удержался я от «подколки».

Ну не мог я долго грустить и расстраиваться, натура у меня такая.

— Базар фильтруй! — оскорбился парень.

— Ладно, не обижайся! Лучше расскажи, что за люди такие? И откуда они обо мне знают?

— Ну вот сам у них и поинтересуешься, пойдём! — пацан кивнул, приглашая меня проследовать за ним.

— Прямо сейчас?

— Ну, вообще-то, тебя ждут!

Мне не понравилось, что не успел я толком ещё заселиться в гостиницу, а меня уже ждали неизвестно где незнакомые мне некие уважаемые люди.

— А не пойти могу? — осторожно прощупал я почву.

— Можешь. Но не советую, — пацан посмотрел на меня пронзительным взглядом и добавил: — Да ты не ссы, если бы за тобой косяк имелся, то не меня бы прислали.

Не то чтобы это вот прямо сильно успокоило, но логика в его словах была. Я через дверь крикнул Кате, что иду прогуляться, чтобы она меня не теряла, после чего мы с пацаном покинули номер.

Направляясь к месту, где меня ждали, мы прошли чуть ли не половину города. По ходу движения я обратил внимание, что не вижу вообще никакого транспорта.

«Ладно, пусть они здесь все пешком ходят, расстояния не особо большие, но как они грузы возят?» — подумал я.

Но сразу же, едва эта мысль пришла мне в голову, я получил исчерпывающий ответ: из-за угла выехала гружёная под завязку телега, запряжённая ослом. Осла вёл парень в джинсах, и я подумал, что им однозначно не хватает кота с псом и петухом. Мне стало интересно: выбор, сделанный в пользу гужевого транспорта, был определён отсутствием в городе бензина или на то были какие-то другие причины?

Пацан привёл меня на север городка. Там, пройдя через несколько мрачных грязных улиц, на которых располагались небольшие кустарные производства, мы неожиданно вышли к некоему подобию элитного квартала, если так можно было выразиться о каком-либо районе этого депрессивного поселения.

Мы подошли к большому двухэтажному особняку, не очень красивому, но богато отделанному. У ворот в будке сидел здоровяк с охотничьим ружьём. Это произвело на меня впечатление. Видимо, хозяин дома был крутым парнем по местным меркам, раз мог себе позволить вооружённую охрану.

Мы миновали ворота, пересекли двор и приблизились к дому.

— Погоди, я скажу, что мы уже здесь, — бросил мне пацан и убежал внутрь.

Через минуту он вернулся.

— Пойдём!

Я направился за ним в особняк, который внутри оказался очень даже роскошным. По широкой лестнице мы поднялись на второй этаж, а там сразу же попали в большую светлую комнату, посреди которой стоял огромный стол. За столом сидело около десяти человек. Все мужчины, почти все немолоды, и у всех был не очень добрый вид, словно я попал на бандитскую сходку.

Сидевший во главе стола высокий чернявый мужик мрачного вида встал и подошёл ко мне. Он неторопливо оглядел меня и спросил:

— Значит, ты тот самый Макс?

Мужик смотрел на меня настолько откровенным оценивающим взглядом, что мне стало немного неуютно. Я не успел ответить на его вопрос, как он протянул мне руку и произнёс:

— Генрих!

— Очень приятно! Макс! — ответил я и пожал его ладонь.

Я уже понял, что народ тут собрался серьёзный, и явно не самый законопослушный. И хоть у меня не было опыта общения с такими людьми, кроме пары совместных посиделок в КПЗ, куда меня доставляли после драк, я знал, что в разговоре с ними, надо взвешивать каждое слово. Я даже знал несколько нежелательных для употребления в таком обществе выражений и истерично пытался их вспомнить, чтобы случайно не ляпнуть.

— Я могу спро… — я вовремя спохватился и исправился: — Поинтересоваться, что значит «тот самый»?

— Тот, что младшего Карпова опустил в прямом и переносном смысле! — ответил Генрих и искренне рассмеялся.

Он был похож не то на кавказца, не то на цыгана, лет сорока, высокого роста, широкоплечий, с тяжёлым взглядом, волевым подбородком, шрамом на щеке и татуировками на руках. Просмеявшись, он обратил внимание на то, что я был очень напряжён.

— Не очкуй, братишка, разговор у нас нормальный будет, присаживайся!

Я было подумал, что ещё не хватало мне не туда сесть, но, как оказалось, за столом было лишь одно свободное место — посредине по левую руку от хозяина. Я осторожно сел на это место, на всякий случай пожав руки сидящим слева и справа от меня.

— Говорят, ты у какого-то красного клана артефакт отжал? — спросил меня щуплый лысый мужик, почти весь покрытый татуировками.

— Да. У Клана Рубиновой Звезды. Только не отжал, а украл, — ответил я, немного потупив взор, мне было неприятно лишний раз самому себе признаваться, что я вор.

Но не в том месте, я решил этого стесняться, и лысый мужик это заметил.

— А чего глаза бегают? — он усмехнулся. — Ты украл у ментовского клана артефакт. Одним красным кланом меньше. Уважуха тебе от нас!

— И подарок! — добавил Генрих.

Он достал из кармана брюк небольшой лист бумаги и передал его по кругу ко мне. Получив записку, я её развернул и увидел, что на листе написан какой-то адрес.

— Это что? — не удержавшись, спросил я.

— Я же сказал, подарок от нас.

— Адрес?

— То, что по адресу! — усмехнулся Генрих.

— Чем я вам буду обязан за этот подарок? — я знал, что такие люди просто так никаких подарков не делают, а быть им должным совершенно не хотелось.

— Как будешь обязан, так мы тебя предупредим, — сказал ещё один из сидевших за столом: полный рыжий мужчина лет сорока пяти.

Возникла патовая ситуация: принимать подарок опасно, но отказаться — значит оскорбить дающих, что вообще могло неизвестно чем закончиться. Как же мне не хватало возможности прочитать статы, чтобы точно знать, с кем я разговаривал. Впрочем, я смело мог доверять своей интуиции, тем более что в этой ситуации и без суперинтуиции всё было понятно. Лучше принять.

— Благодарю! — я свернул листок и аккуратно положил его себе в карман.

— И куда ты его дел?

— Что? — на автомате ответил я на неожиданный вопрос.

— Артефакт, говорю, куда дел? — снова спросил лысый и щуплый.

— Спрятал.

— Продай его мне! — неожиданно вступил в разговор пожилой кавказец с седой бородой и сломанными ушами борца. — Я хорошо заплачу!

Мне очень хотелось спросить у него, зачем ему артефакт, если уйти из Точки Ч нельзя, а Система здесь не функционирует, но я посчитал, что такой вопрос мог показаться ему нетактичным. Поэтому просто сказал:

— Так он ведь там, в Питере!

Заодно, таким образом, я закинул дезинформацию о местонахождении артефакта. На всякий случай. Пожилой кавказец широко улыбнулся золотыми зубами.

— За это не переживай, просто скажи, где он и у кого?

— Я бы не хотел его продавать, — осторожно ответил я.

— Твоё право! — выручил меня Генрих, видимо, поняв, что я поплыл в незнакомой обстановке. — Но Вазген реально может много заплатить!

— Очень много! — подтвердил Вазген. — Имей это в виду! И если решишь продать, сразу обращайся ко мне! К первому!

— Я понял, буду иметь в виду.

— Пацан, похоже, сам мечтает свой клан создать, — сказал ещё один из присутствующих, я даже не успел заметить, кто именно.

— Создать-то не проблема, если артефакт есть и уровень позволяет. Да только там совсем другая игра начинается. Потянет ли? — возразил ему Вазген. — Я же не просто так предлагаю мне его продать. Не думаю, что потянет.

— Ну, если не потянет, то это не наша забота, не нам за ним разгребать, если что. Хотя Карпов тоже думал, что не потянет, а теперь вот… — Генрих неожиданно замолчал, словно сказал лишнего, выдержал небольшую паузу и добавил: — Мы его сюда не для того позвали.

Меня очень напрягало то, что они разговаривали обо мне так, будто меня среди них не было. И ещё меня напрягало, что я почти ничего из этого разговора не понимал.

«Может, уже тогда скажете, для чего вы меня пригласили? — мелькнула у меня в голове мысль. — Удивите уже меня!»

И Генрих меня удивил. Он встал из-за стола, подошёл ко мне и сказал:

— Хорошо, что зашёл, вот ещё, держи!

Он протянул мне круглую пластиковую карточку сантиметра четыре в диаметре. Она была серого цвета с каким-то непонятным знаком по центру. Я взял карточку и вопросительно посмотрел на Генриха.

— Это проездной тебе от нас, чтобы ты мог по нашей территории передвигаться без проблем, — пояснил он. — Береги себя! Красных опасайся! С барыгами тоже осторожно, они здесь, кроме Соломоныча, все под красными, хоть и отрицают суки.

Было видно, что Генрих коснулся неприятной для него темы, но, увы, я совершенно не понимал, о чём идёт речь. Поэтому просто лишь постарался дословно запомнить всю полученную информацию.

— Благодарю! — ещё раз сказал я.

— И на работу не выходи! — после этих слов хозяин дома похлопал меня по плечу и вернулся на своё место.

А я понял, что разговор окончен, и больше мне никто ничего не расскажет, хотя вопросов у меня появилось просто неприличное количество. Да и не разговор это был вовсе, а какие-то смотрины. Но зачем им было на меня смотреть? Так уж им интересно глянуть на человека, который на дуэли победил Карпова и забрал у него два уровня? Вряд ли. Из-за артефакта? Тоже сомнительно, особо, кроме Вазгена, им никто не заинтересовался. Но тогда что им было нужно? Поняв, что в тот момент ответ на этот вопрос получить невозможно, я, попрощавшись со всеми, покинул дом Генриха. Пацан, что приходил за мной, вызвался проводить меня до гостиницы.

— Да ты не парься, я сам дойду, — сказал я ему, едва мы вышли за ворота особняка.

Не то чтобы мне так уж было жалко его времени, просто хотелось побыть одному. Пацан усмехнулся.

— Давай хотя бы с нашего района выведу, а то мало ли что. А мне потом отвечать.

— Да, надеюсь, всё нормально будет. Мне вот что дали, — я показал пацану «проездной» и тут же поймал в его взгляде искреннее, неожиданным образом проявившееся уважение, видимо, такие кругляши давали далеко не всем.

— Ну, может, хоть немного провожу? — уже совершенно другим тоном, больше просящим, спросил пацан.

Видимо, ему просто надо было показать своим, что он усердно выполняет поручения. Я согласно кивнул, и мы пошли по району в южном направлении.

— Тебя как зовут-то? — спросил я пацана, решив, что раз уж идём вместе, то надо получить с этого дела хоть какую-то пользу.

— Рейнджер! — гордо ответил тот, похоже, очень гордился своим прозвищем.

Правда, было непонятно, ник это или кличка, или ник, трансформировавшийся в кличку. Впрочем, мне на это было совершенно наплевать.

— Скажи, Рейнджер, — начал я сразу и в лоб, стараясь по возможности приукрасить свою речь понятными ему словами. — С твоей братвой я познакомился, вроде приняли. С кем у вас тут ещё можно ровно общаться? А куда лучше не ходить?

— Ну с красными тебе по-любому не по масти якшаться, — с видом эксперта ответил пацан. — Тем более ты у нас уже был, и, судя по всему, тебя приняли от души. Да и я слышал, ты там, на воле, какого-то шакала опустил чётко. Не, к красным не надо. А барыги закрытые. Они чужих к себе вообще не подпускают. А зачем тебе это надо? Будь с нами. Тем более, раз приняли.

— Ты прав, братишка, — уважительно сказал я, чем привёл Рейнджера в состояние крайнего самодовольства. — А кто такой Соломоныч? Генрих сказал, что с ним можно иметь дело.

— С ним можно! — согласился Рейнджер. — Только он ни с кем дел иметь не хочет. Говорят, он на воле был очень крутым. Его и свои, и красные побаиваются, и наши уважают. Хотя, если честно, я даже не знаю, за что. Странный он. Очень странный. Вроде и положенец у барыг, но они его не очень любят. А с красными он всегда воевал. И на воле, и тут.

К этому времени мы уже отошли достаточно далеко от дома Генриха, я поблагодарил пацана за помощь и дальше пошёл сам. И если сначала у меня была мысль сразу же пойти по адресу, который мне дали, то постепенно я от этой мысли отказался. Не было у меня уже в этот день ни моральных, ни физических сил для каких-либо сюрпризов. А то, что по этому адресу меня ждал сюрприз, я не сомневался.

Хороший ли, плохой ли, неважно. Сил не было ни на какой. Поэтому я пошёл в гостиницу. Надо было принять ванну и выспаться. При всех минусах Точки Ч, здесь мне не приходилось ни от кого убегать. По крайней мере, пока.

Как я ни планировал рассмотреть город хотя бы по пути назад, чтобы было что рассказать Кате, но на обратной дороге мне ещё больше было не до того. Все мысли были лишь об одном: для чего меня пригласили на эту сходку? Я шагал на автопилоте и даже не заметил, как пришёл к гостинице. Решив, что утром точно выберу время, чтобы спокойно ознакомиться с поселением, я поднялся на второй этаж.

Глава 3

Катя уже приняла ванну, и, судя по тому, что была одета в белый гостиничный халат, вещи свои она постирала. Как и в тот раз, дома у её бывшего, она была прекрасна. Я отметил, что Кате однозначно идут банные халаты и мокрые волосы. Она сразу становилась очень милой, домашней, но при этом невероятно сексуальной.

— Ты где был? — немного встревоженно спросила она меня. — Всё нормально?

— Да. Прогулялся немного, посмотрел, что здесь вокруг есть.

— Ну и что?

— Честно?

Катя вместо ответа кивнула.

— Жопа! — со всей искренностью выдохнул я и невольно улыбнулся. — А ты как постиралась? Там стиралка есть, что ли?

— Ага! Две! И всегда с собой! — усмехнулась Катя и показала мне свои руки.

Увидев, как я неподдельно расстроился, она надо мной сжалилась.

— Ладно, так уж и быть, иди, мойся, вещи сложи на полу, я постираю. Тем более за мной должок!

Пока она не передумала, я пулей бросился в ванную комнату.

Через час мы с ней, оба в банных халатах, сидели и пили чай с печеньем. Оказывается, пока я ходил на смотрины, Катя прогулялась до ближайшего магазинчика и купила немного продуктов: чай, кофе, сахар, хлеб, печенье, какие-то консервы и рекомендованную распорядителем китайскую лапшу.

Коляна долго не было, я сходил вниз, но его номер был заперт. И я лишний раз осознал, как мы все привыкли к мобильной связи, соцсетям и постоянному нахождению в онлайне. Я испытал настоящий дискомфорт от того, что не мог связаться с товарищем.

Через какое-то время Колян всё-таки объявился. Оказалось, что он решил прогуляться по городу, а во время прогулки встретил каких-то ребят. Мало того, один из них оказался его земляком, который пообещал Коляну посодействовать в поисках работы и показать, где тут есть спортбары с трансляцией футбольных матчей.

Не знаю, возможность трудоустройства или доступный просмотр матчей, так повлияли на моего товарища, но он однозначно приободрился. Скорее всего, дело было в матчах. Колян быстро поел и убежал к себе, мы с Катей к тому времени уже из последних сил дожидались этого, чтобы рухнуть на кровать и уснуть.

Перед сном я попросил свою вынужденную соседку по кровати, не душить меня подушкой сразу же, если я буду храпеть, а дать мне шанс перевернуться на другой бок.

В этот раз повезло. Ни Железняк, ни Черноволов, ни Карпов мне не приснились. Вообще ничего не приснилось, я проспал, как убитый, а когда проснулся от настойчивых толчков в бок, сначала вообще не мог понять, где нахожусь.

— Макс! Вставай уже! — Катя была не на шутку рассержена. — Я уже думала, ты опять отрубился на сутки! Как можно так крепко спать?

— Завидуем молча! — огрызнулся я, продирая глаза. — Самой не спится, решила и мне утро испортить?

— Вообще-то, мне спится! Просто хотела тебя перед уходом завтраком накормить, но больше такой фигнёй страдать не буду!

Катя направилась к выходу из номера, а мне слово «завтрак» вернуло способность соображать.

— Погоди!

Я вскочил с кровати, быстро натянул джинсы и бросился догонять мою заботливую соседку по номеру. Успел на выходе.

— Ну ты пойми правильно, я же не виноват! — я заслонил собой дверной проём. — Чего обижаешься как девочка маленькая? Спасибо за завтрак! А куда ты так рано собралась?

— Вообще-то, десятый час уже! Работу иду искать, Коля сказал, что не такое это здесь простое дело. Ему земляк вчера много интересного рассказал.

Я тут же вспомнил Генриховское «И на работу не выходи!», и стало немного не по себе. Не факт, что это касалось и Кати, но почему бы и нет?

— Кать, я тоже вчера здесь кое-кого встретил, просто не успел рассказать, — осторожно начал я, боясь сболтнуть лишнего. — В общем, не всё так просто здесь. Если работу найдёшь, сразу на неё не подписывайся. Возьми время подумать. Здесь совсем всё непросто. Но что да как, понять пока не могу. Пообещай, что сразу не устроишься!

— Хорошо, — ответила Катя и, отодвинув меня в сторону, вышла из номера.

Оставшись один, пытаясь окончательно проснуться, я побрёл на кухню. Прелесть двухместного номера заключалась в том, что у нас была маленькая, квадрата на четыре, кухонька с плитой на две конфорки, холодильником и небольшим столом с двумя табуретками. Не стульями, а именно табуретками, но и это было уже хорошо. У Коляна вообще, кроме кровати, ничего в номере не было.

На столе я обнаружил большую тарелку, на которой лежали глазунья из двух яиц, жареная сосиска и половина жареного помидора. Всё уже остыло, но так как микроволновки не было, мне пришлось есть это не разогревая, что, к слову, особо меня и не расстроило. Я компенсировал холодный завтрак тем, что запивал его горячим кофе, которого выпил двойную порцию, в надежде, что это поможет мне прогнать остатки сна.

Позавтракав, я начал думать, куда мне сначала податься: пойти по адресу с бумажки или начать поиски того самого загадочного Соломоныча? Что-то мне подсказывало, что стоило встретиться с этим человеком. Может, действительно, я интуицию прокачал? А, может, простое любопытство.

Встав из-за стола, я понял, что кофе мне не помог ликвидировать сонливость. Спать хотелось, будто я не спал этой ночью вообще. Возможно, организм пытался через сон выгнать из себя стресс, которого за последние дни набралось уж чересчур много. Глянув на часы и осознав, что ещё нет и десяти, я пришёл к выводу, что лучше выйти из дома в двенадцать, но бодрым, чем сейчас и бороться весь день со сном.

Проснулся я полностью отдохнувшим. Медленно потягиваясь на кровати, посмотрел на часы, после чего вскочил как ошпаренный. Было пятнадцать минут третьего! Но хоть спать не хотелось. Быстро одевшись и хлебнув недопитый утром остывший кофе, рванул из номера.

Для начала решил пойти по адресу в бумажке. Мне не сказали, насколько долго этот, так называемый сюрприз, будет находиться по тому адресу, поэтому я решил не затягивать. Встреченные мне по пути люди, оказались приятными и разговорчивыми, охотно подсказывали дорогу, и примерно за сорок минут я отыскал нужный мне адрес. По нему находился небольшой дом, даже скорее сарай, очень убогий, почти разрушенный, но явно использовавшийся для жилья.

Дом этот имел два входа, и я решил, что он разделён на двух хозяев. Осторожно постучал сначала в одну, а потом во вторую дверь. Ни там, ни там мне не ответили. Я постучал ещё несколько раз в обе двери и понял, что делать это бесполезно. Видимо, живущие в этом доме-сарае люди были на работе. Постояв напротив дома минут десять, размышляя при этом, куда бы мне податься, я заметил вышедшего из соседнего такого же полуразрушенного строения мальчишку лет десяти.

— Пацан! — обратился я к нему. — Скажи, пожалуйста, кто в этом доме живёт?

— За серой дверью — военный, а за чёрной — семья, — охотно ответил мальчишка.

— Слушай, я здесь второй день всего, у вас тут продаются конфеты или шоколад?

— В магазине всё продаётся.

— Тогда держи сто рублей, купишь себе шоколадку, — я протянул пацану купюру. — Не бойся!

— А чего мне бояться? — мальчишка спокойно взял деньги. — Хотите, чтобы я вам про военного рассказал?

Пацан оказался смышлёный, сразу понял, что к чему.

— А с чего ты решил, что я именно про военного хочу спросить?

— А чего про семью спрашивать? Они тут давно живут. Про них все давно всё знают. А военный недавно приехал. И вчера другой дяденька приходил и тоже про него спрашивал.

— Логично, — согласился я. — Ну и что ты мне про этого военного расскажешь? У вас что здесь, воинская часть стоит?

— Что? — переспросил мальчишка.

— Военных, говорю, в городе много? Есть воинская часть, ну, место, где они служат?

— Нет у нас никакой части. А наш военный работает на кирпичном заводе.

— А с чего ты тогда решил, что он военный? — удивился я.

— Он всегда в форме ходит, и вид у него как у настоящего военного.

— Грамотный вывод. А давно, говоришь, он у вас здесь поселился?

— Примерно месяц назад. Может, чуть меньше.

— А с работы во сколько приходит?

— Обычно часов в восемь.

Значит, до восьми предстояло подождать. Я сразу понял, что обещанный мне подарок-сюрприз однозначно находился у этого «военного», а не у семейной пары. Поболтав немного с пацаном о всяком разном, я вежливо поинтересовался:

— Скажи ещё, тех ста рублей тебе хватит, чтобы ты никому про наш разговор не рассказывал?

— Конечно!

Пацан оказался правильным, я пафосно по-мужски пожал ему руку и пошёл от убитого сарая в сторону центра города. Надо было вернуться сюда вечером, а пока имело смысл заняться чем-нибудь другим, не менее полезным. Но что полезного я на тот момент мог сделать?

В голове вертелась мысль, что было ещё какое-то дело, кроме как сходить по адресу и найти загадочного Соломоныча, но вот какое? Так ничего не вспомнив, я решил дойти-таки до центра городка, чтобы прогулка и знакомство с поселением и стали тем важным делом.

Но долго идти в режиме неспешной прогулки мне не удалось. Я преодолел всего пару кварталов, как меня ослепило яркой вспышкой, а в голове раздался гул. На секунду показалось, что я ослеп. Я инстинктивно начал моргать и тереть глаза, но они тут были ни при чём. Постепенно гул в голове стих, свечение в глазах сошло на нет, а перед ними, прямо в воздухе возникла знакомая надпись:

ВНИМАНИЕ! НЕЗНАКОМАЯ УГРОЗА! УРОВЕНЬ ОПАСНОСТИ НЕ ПОДДАЁТСЯ АНАЛИЗУ!

Не успел я подумать, о чём идёт речь, как появилась другая надпись:

ВНИМАНИЕ! НЕЗНАКОМАЯ УГРОЗА! ОБНАРУЖЕНО СИЛЬНОЕ ЭЛЕКТРОМАГНИТНОЕ ИЗЛУЧЕНИЕ, СПОСОБНОЕ СБИТЬ НАСТРОЙКИ ЧИПА! ВЕРОЯТНОСТЬ РАЗРЫВА НЕЙРОННЫХ СВЯЗЕЙ С ЧИПОМ 88%! ВЕРОЯТНОСТЬ ПОНИЖЕНИЯ В УРОВНЯХ 76%! ВЕРОЯТНОСТЬ ОБНУЛЕНИЯ УРОВНЕЙ 24%!

А за ней третья:

ВНИМАНИЕ! ВЕРОЯТНОСТЬ РАЗРЫВА КОНТАКТА С СИСТЕМОЙ 100%! АКТИВИРУЕТСЯ ОПЦИЯ «РЕЖИМ ОФЛАЙН»! ВЕРОЯТНОСТЬ ПОСЛЕДУЮЩЕГО ВЫХОДА ИЗ РЕЖИМА ОФЛАЙН 7%!

А за ней четвёртая:

ВНИМАНИЕ! 24-ЧАСОВОЙ ПРИНУДИТЕЛЬНЫЙ РЕЖИМ «КАРАНТИН» ОТКЛЮЧЁН! В ТЕЧЕНИЕ 24 ЧАСОВ НЕ ОБНАРУЖЕНО НИКАКИХ УГРОЗ! УРОВЕНЬ КОНТАКТА С СИСТЕМОЙ ДОСТАТОЧЕН ДЛЯ ВЫКЛЮЧЕНИЯ ОПЦИИ «РЕЖИМ ОФЛАЙН». ЖЕЛАЕТЕ ОТКЛЮЧИТЬ?

— Да… — негромко произнёс я, совершенно ошарашенный происходящим.

Видимо, все эти сообщения Система сгенерировала сразу же после моего прохода через ворота, но по причине почти мгновенного включения режима «Офлайн» увидеть я их смог только сейчас, после выключения этого загадочного режима «Карантин».

Можно ли было сказать, что я был рад? Да я был просто счастлив! Выходило, что Система действовала и в пределах Точки Ч, а значит, и игра здесь продолжалась! А это полностью меняло ситуацию и все расклады. Значит, жизнь не закончилась! Шокированный полученной информацией, я просто не мог в неё сразу поверить.

ВНИМАНИЕ! ОПЦИЯ «РЕЖИМ ОФЛАЙН» ОТКЛЮЧЕНА. НЕ ЗАБУДЬТЕ ВКЛЮЧИТЬ ЕЁ ВНОВЬ, ЕСЛИ ПЛАНИРУЕТЕ НАХОДИТЬСЯ ВНЕ ДОСТУПА СИСТЕМЫ БОЛЕЕ 30 МИНУТ!

«Да уж, не забуду», — мысленно ответил я искину.

Я хотел было попытаться пообщаться с Системой, но не успел. Фейерверк новых сообщений вспыхнул перед глазами:

КВЕСТ «ПОПАСТЬ В СВОБОДНЫЙ ГОРОД 1» ПРОЙДЕН. ВАМ НАЧИСЛЕНЫ ОЧКИ РАЗВИТИЯ! 20 ОР. ВЫ ПОЛУЧАЕТЕ БОНУС: ПОВЫШЕНИЕ НАВЫКОВ: ИНТУИЦИЯ +3. ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК: ЦЕЛЕУСТРЕМЛЁННОСТЬ +8, УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ +7, ВОЛЯ +5, ВЫНОСЛИВОСТЬ +4

ВЫ ВЫПОЛНИЛИ КВЕСТ ИЗ КАТЕГОРИИ СУПЕРКВЕСТОВ И ПОЛУЧАЕТЕ БОНУС: ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК: 10 ОХ. ПОВЫШЕНИЕ НАВЫКОВ: ИНТЕГРАЦИЯ С СИСТЕМОЙ +5. ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК: ИММУНИТЕТ К ВНЕШНЕМУ ВЛИЯНИЮ +6, ДУХ +5, УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ +4. СУПЕРБОНУС: СВОБОДНЫЕ ОЧКИ: 10 СО

ВЫ ПРОШЛИ В СВОБОДНЫЙ ГОРОД СО СВОЕЙ КОМАНДОЙ, ПРЕОДОЛЕВ ВСЕ КОРДОНЫ И НЕ ПОТЕРЯВ НИ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА! ЗА УДАЧНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ВАМ НАЧИСЛЕНО: 10 ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК. ПОВЫШЕНЫ НАВЫКИ: ЛИДЕРСТВО +10, РУКОПАШНЫЙ БОЙ +5. ПОВЫШЕНЫ ХАРАКТЕРИСТИКИ: ХАРИЗМА +5, УДАЧА +5, ЯРОСТЬ +4. ВАШ СТАТУС «ЛИДЕР» ПОВЫШЕН НА 1 УРОВЕНЬ

ВЫ ВЫДЕРЖАЛИ ИСПЫТАНИЕ НАИВЫСШЕЙ СЛОЖНОСТИ «ОБНУЛЕНИЕ УРОВНЕЙ»! ЗА УДАЧНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ВАМ НАЧИСЛЕНО: 5 ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК. ПОВЫШЕНЫ НАВЫКИ: ИНТЕГРАЦИЯ С СИСТЕМОЙ +8. ПОВЫШЕНЫ ХАРАКТЕРИСТИКИ: ИММУНИТЕТ К ВНЕШНЕМУ ВЛИЯНИЮ +10, ВЫНОСЛИВОСТЬ +7, ДУХ +4, УДАЧА +4

ВЫ ВЫДЕРЖАЛИ ИСПЫТАНИЕ НАИВЫСШЕЙ СЛОЖНОСТИ «ОБНУЛЕНИЕ УРОВНЕЙ» С СОХРАНЕНИЕМ ВСЕХ УРОВНЕЙ И ХАРАКТЕРИСТИК! ВЫ ПОЛУЧАЕТЕ УНИКАЛЬНЫЙ БОНУС — ИММУНИТЕТ К ПОСТРЕЗЕРВАЦИОННОМУ СИНДРОМУ!

Я стоял как вкопанный, от увиденного просто перехватило дыхание. Состояние полнейшего оцепенения и одновременно с этим невероятной эйфории. Я чувствовал, как мой рот невольно расплывался в блаженной улыбке. Наверное, со стороны я был похож на умалишённого. Безусловно, такое невероятное количество «плюшек» само по себе могло довести до оргазма любого игрока, но в данный момент главным было не это. А то, что я понял: мы попали-таки в Свободный Город! Это был именно он. И в тот момент мне было плевать на то, что он по совместительству являлся Точкой Ч! Главным было, что я до него добрался!

Тем более, расстроиться, что нахожусь на Точке Ч, я уже успел. Этот факт являлся случившимся, и усугубить это уже было трудно. А вот плюсы от того, что Точка Ч оказалась Свободным Городом, были. Во-первых, я выполнил суперквест, во-вторых, понял, не было никакого эльдорадо с молочными реками и кисельными берегами, и можно было прекратить сожалеть, что мы в него не попали, а в-третьих, исчезло обидное ощущение, что Слон нас всех жестоко обманул.

Мне показалось, что он искренне верил в существование настоящего Свободного Города. Тем приятнее было осознавать, что он лишился карты к этому месту. Хотя, если бы он сюда добрался, я был бы рад не меньше. Тут ему было самое место.

Я потихоньку пришёл в себя, и мне срочно захотелось забиться в какой-нибудь уголок, чтобы как следует разобраться со всеми прилетевшими бонусами и очками. Подумал, что какое-нибудь заведение общепита с приемлемыми ценами очень бы подошло для этого дела. Да и было уже почти четыре часа — время полдника, а я ещё не обедал.

Пройдя пару кварталов, я обнаружил на одном из заборов надпись: «Обеды. Недорого». Раздумывать не стал и прошёл во двор. Внутри находилось одноэтажное строение: небольшой частный дом, приспособленный под столовую. Войдя в помещение, я увидел пять столиков, за двумя из них сидели посетители и с аппетитом что-то уплетали. Выбрав столик, стоявший в самом углу, вдали от остальных, я присел за него. Сразу же подошла невысокая женщина лет сорока и высоким звонким голосом отрапортовала:

— На первое только суп с фрикадельками, на второе на выбор пельмени или куриная котлета с рисом, ещё салат «свёкла с яблоком» и компот. Весь комплекс — сто пятьдесят рублей!

Я подумал, что распорядитель про это место точно не знает, раз говорил нам, что дешевле, чем за двести рублей поесть нельзя.

— У вас кофе есть?

— Кофе за отдельную плату, в рамках обеда могу компот поменять на чай, — ответила мне женщина.

— Пусть будет компот, а потом ещё отдельно кофе, пожалуйста, принесите! И на второе котлету!

Официантка, или кто там она была, кивнула и ушла.

Вернулась она очень быстро, с тарелкой супа и двумя кусками хлеба на блюдце: чёрным и белым.

Суп. Суп! Настоящий домашний суп! Я уже забыл, когда в последний раз ел вкусную домашнюю пищу. Даже не попробовав ещё этот суп с фрикадельками, я знал: он однозначно будет лучше того, что я ел в последние недели в камере да в фастфудах по дороге сюда.

И предчувствия меня не обманули. Добротный наваристый домашний суп, в котором плавали три здоровые фрикадельки, был однозначно баллов на восемь-девять по десятибалльной шкале. Я даже, глядя на него, забыл напрочь, что хотел посмотреть возросшие характеристики и прикинуть, куда распределить полученные очки.

Глава 4

Съев всю тарелку супа буквально за две минуты, я испытал истинное блаженство. К этому времени шустрая женщина уже успела принести и салат, и котлету с рисом, и компот. Поставив это всё передо мной, она отвлеклась, чтобы рассчитать гостей с другого столика. Попробовав котлету и оценив её вкус, я понял, ходить обедать по возможности буду сюда. Очень уж было вкусно.

Доев второе, я всё же вспомнил, для чего мне нужно было спокойное место.

Для начала решил проверить, могу ли я опять читать статы других людей, и сфокусировал свой взгляд на работнице столовой, которая в этот момент отсчитывала сдачу гостям. Перед глазами появилась до боли привычная надпись, и я испытал то самое чувство, когда понимаешь, что всё встало на свои места.

Марина Коренева, 39 лет, биолог, кандидат медицинских наук, вне сообществ

Открытые базовые характеристики

Персональный уровень: 1/50

Здоровье: 64/100

Интеллект: 88/100

Сила: 58/100

Скрытые характеристики

Уровень государственной ценности: 2

Пассивные характеристики

Толерантность: +17

Коммуникабельность: +37

Обучаемость: +43

Негативные характеристики

Склонность к агрессии: +7

Склонность к противоправным действиям: +18

Ваша репутация у Марины Кореневой

Уважение: +3

Симпатия: +4

Влечение: +2

«Ничего себе! Да мне сам кандидат медицинских наук тарелки таскает!» — подумал я, и почему-то сначала стало приятно, а затем сразу же неудобно.

Я невольно проникся уважением к Марине Кореневой, догадываясь, как нелегко ей было с такой профессией сломать себя и найти другую работу. Я подумал, скорее всего, в Свободном Городе/Точке Ч таких людей очень много. После этого было неудобно просить кандидата медицинских наук принести кофе. Однако я всё же попросил, очень уж хотелось любимого напитка.

А потом я подумал, вспомнив про первый уровень Марины, хорошо, что я перед тем, как пробиваться в город, тоже скинул свой уровень до первого. Случайная мысль мне тогда пришла, или это всё же была интуиция? Может, всё-таки как-то система на меня влияла, и я действительно стал предвидеть некоторые вещи?

Я-то скрыл уровень тогда лишь для того, чтобы просто не привлекать внимания. Можно сказать, на всякий случай. А как выяснилось, это решение, возможно, спасло мне жизнь. Оставь я фиктивный третий, меня бы этой глушилкой долбили, пока реально или чип не спалили, или меня не угробили. Уровень-то в офлайне никак бы не понизился.

Затем, пока ждал кофе, я попросил Систему показать мне раздел характеристик, где указано наличие различных очков. Запрос был исполнен, как всегда, мгновенно:

ОЧКИ РАЗВИТИЯ: 45

ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК: 63

СВОБОДНЫЕ ОЧКИ: 10

«Что такое свободные очки?» — мысленно спросил я, рисуя перед глазами вопрос, буква за буквой.

СВОБОДНЫЕ ОЧКИ ЯВЛЯЮТСЯ ВИДОМ БОНУСНЫХ ОЧКОВ. МОГУТ БЫТЬ ИСПОЛЬЗОВАНЫ ВМЕСТО ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК ИЛИ ОЧКОВ РАЗВИТИЯ. НО НЕ БОЛЕЕ 10 СО ЗА ОДИН ИГРОВОЙ УРОВЕНЬ!

«Десять за уровень? — подумал я. — Устраивает. У меня их всего десять»

Выходило, что если свободные очки использовать, как очки развития, то до следующего уровня не хватало всего пяти очков. Надо было залезть в список квестов и выбрать какой-нибудь самый простой, выполнить его и получить эти недостающие пять баллов. Но этим стоило заняться чуть позже — я испугался, что меня автоматом перекинет на следующий уровень, а у меня ещё на этом можно было кое-что сделать.

В копилке имелось шестьдесят три очка характеристик, и не обязательно было все их тащить на следующий уровень. Часть можно было закинуть уже сейчас в самые слабопрокачанные позиции. С учётом лимитированного вливания очков в характеристики в течение одного игрового уровня, надо было, находясь в каждом, по возможности прокачивать всё, что можно.

«А можно посмотреть лишь те характеристики, в которые я ещё могу вложить очки на этом уровне?» — задал я Системе очередной вопрос.

ЭТО ВОЗМОЖНО. ЖЕЛАЕТЕ ПОСМОТРЕТЬ?

«Да!»

Искин тут же выдал мне выборку характеристик, доступных для прокачки на этом уровне:

Открытые базовые характеристики

Здоровье: 57/100

Сила: 46/100

Приобретённые навыки:

Беттинг: 24/50

Футбол: 18/50

Компьютерные игры: 14/50

Фехтование: 10/50

Бретёрство: 10/50

Вождение автомобиля: 8/50

Копирайтинг: 3/50

Плавание: 3/50

Игра на гитаре: 2/50

Активные характеристики

Восстановление организма: 56/100

Дух: 85/100

Воля: 74/100

Уверенность в себе: 77/100

Выносливость: 79/100

Ловкость: 61/100

Ярость: 20/100

Целеустремлённость: +24/50

Самообладание: +34/50

Счастье: +7/50

Спокойствие: -18/50

Удача: +16/50

Ознакомившись со списком, я понял, закидывать очки было куда. Понятное дело, плавающие характеристики типа здоровья или ненужные теперь навыки вроде игры в футбол меня не интересовали совершенно, но вот в дух и волю закинуть очки можно было.

Да просто хотя бы для того, чтобы те, кто будет читать мои характеристики, понимали, что не с бедолагой каким-то связываются. Так сказать, психологическое давление на возможных оппонентов имело смысл организовать и на уровне характеристик. Да и в удачу можно было закинуть. Мало ли, а вдруг это на что-то да влияло? И фехтование с бретёрством стоило увеличить, возможно, это учитывается при дуэлях.

«Эх, гулять так гулять! — подумал я и тут же отдал команду. — Хочу распределить свободные очки характеристик!»

Получил ответ Системы:

ОПРЕДЕЛИТЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ И НАВЫКИ, КОТОРЫЕ ВЫ ХОТИТЕ УВЕЛИЧИТЬ, И КОЛИЧЕСТВО ОЧКОВ ДЛЯ КАЖДОЙ. У ВАС 63 СВОБОДНЫХ ОХ

«Распределить по три очка в навыки фехтование и бретёрство и по пять очков в характеристики дух, воля, уверенность в себе, ярость, целеустремлённость, самообладание и удачу!» — мысленно скомандовал я и тут же получил ответ.

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ СВОБОДНЫХ ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК ЗАВЕРШЕНО. ВСЕ ВЫБРАННЫЕ НАВЫКИ И ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОВЫШЕНЫ. НОВЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ПОВЫШЕННЫХ НАВЫКОВ: ФЕХТОВАНИЕ 13/50, БРЕТЁРСТВО 13/50. НОВЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ПОВЫШЕННЫХ ХАРАКТЕРИСТИК: ДУХ 90/100, ВОЛЯ 79/100, УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ 82/100, ЯРОСТЬ 25/100, ЦЕЛЕУСТРЕМЛЁННОСТЬ +29/50, САМООБЛАДАНИЕ +39/50, УДАЧА +21/50

У ВАС ОСТАЛОСЬ 27 НЕРАСПРЕДЕЛЁННЫХ ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК. ЖЕЛАЕТЕ ИХ РАСПРЕДЕЛИТЬ?

«Да нет уж, спасибо, — ответил я про себя, не подумав, что Система это всё может считать. — И так разошёлся сверх запланированного фанат прокачки».

Закончив общение с Системой, обратил внимание, что передо мной давно уже стоит почти остывший кофе. Выпил его залпом, не стал спрашивать, сколько он стоит, а просто оставил на столе четыреста рублей и пошёл на выход.

Выйдя на улицу, попытался прикинуть, сколько же я времени провёл в этой домашней столовой и понял, что имеет смысл купить наручные часы. Всегда не знать точного времени было ужасно неудобно.

Неожиданно мелькнула мысль, которую я тут же озвучил:

«Система, а ты можешь подсказать который час?»

ЖЕЛАЕТЕ ПОЛУЧИТЬ ОТВЕТ НА РАЗОВЫЙ ЗАПРОС ИЛИ ВЫВЕСТИ ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ НА ПОСТОЯННОЙ ОСНОВЕ?

— А что, так можно? — от удивления я не удержался и спросил вслух.

ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ МОЖЕТ БЫТЬ ВЫВЕДЕН НА ПОСТОЯННОЙ ОСНОВЕ, А ТАКЖЕ ВЫЗЫВАТЬСЯ КОМБИНАЦИЕЙ МОРГАНИЙ. НАИБОЛЕЕ УДОБНЫЕ КОМБИНАЦИИ: ДВОЙНОЕ БЫСТРОЕ МОРГАНИЕ ИЛИ БЫСТРОЕ МОРГАНИЕ ПО ОЧЕРЕДИ СНАЧАЛА ЛЕВЫМ, А ПОТОМ ПРАВЫМ ГЛАЗОМ

— Сделай, пожалуйста, чтобы левым, а потом правым! — так как рядом никого не было, я решил не пучить и не напрягать глаза, и дальше общался с Системой шёпотом.

ОПЦИЯ «ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ» АКТИВИРОВАНА. КОМБИНАЦИЯ ВЫЗОВА: БЫСТРОЕ МОРГАНИЕ ПО ОЧЕРЕДИ СНАЧАЛА ЛЕВЫМ, А ПОТОМ ПРАВЫМ ГЛАЗОМ

Я тут же проверил и моргнул. Передо мной появилась и несколько секунд продержалась надпись:

18:23 МСК

— А как-то вообще можно узнать, что ещё ты можешь? — спросил я в предвкушении получения интересной и, возможно, ценной информации.

ВОЗМОЖНОСТИ СИСТЕМЫ БЕЗГРАНИЧНЫ, НО НА ВАШЕМ УРОВНЕ ДОСТУПНЫ ТОЛЬКО СЛЕДУЮЩИЕ ОПЦИИ: «ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ», «ГЕОЛОКАЦИЯ» И «КАЛЬКУЛЯТОР»

Калькулятор! Разработчики этой программы однозначно были ребятами с чувством юмора. Мне почему-то стало очень весело.

— А с какого уровня будут доступны нормальные опции?

УТОЧНИТЕ ЗАПРОС!

— С какого уровня у меня будет доступ к обширным возможностям Системы?

КОЛИЧЕСТВО ДОСТУПНЫХ ОПЦИЙ УВЕЛИЧИВАЕТСЯ С КАЖДЫМ УРОВНЕМ. С 15 УРОВНЯ ВАМ БУДЕТ ДОСТУПНА ОПЦИЯ «ПРЯМОЙ КОНТАКТ»

— А что за «Прямой контакт» такой?

ОПИСАНИЕ ОПЦИИ «ПРЯМОЙ КОНТАКТ» БУДЕТ ДОСТУПНО С 15 УРОВНЯ

«Что ж, логично», — подумал я и решил, что пора завязывать общаться с Системой.

Стоило выдвигаться к дому загадочного «военного». Однако Система ещё не была готова закончить общение. У неё, как оказалось, ещё был для меня подарок.

ВНИМАНИЕ! КАК ИГРОК, ВЛОЖИВШИЙ В РАЗВИТИЕ ПЕРСОНАЖА БОЛЕЕ 50 ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК ЗА ОДИН ИГРОВОЙ УРОВЕНЬ, ВЫ ПОЛУЧАЕТЕ ПРАВО НА ВНЕОЧЕРЕДНОЙ БОНУС В ВИДЕ НОВОЙ ОПЦИИ ИЛИ УНИКАЛЬНОГО АПГРЕЙДА ОДНОЙ ИЗ УЖЕ АКТИВИРОВАННЫХ ОПЦИЙ. ВИД БОНУСА БУДЕТ ОПРЕДЕЛЁН РЭНДОМНЫМ СПОСОБОМ. ВЫ ЖЕЛАЕТЕ ПОЛУЧИТЬ ВНЕОЧЕРЕДНОЙ БОНУС?

Желал ли я получить что-либо на халяву? Да Система просто глумилась надо мной. Мой персонаж просто жаждал этого!

— Конечно, желаю!

ВНИМАНИЕ! ВЫ ПОЛУЧИЛИ ВНЕОЧЕРЕДНОЙ БОНУС: АПГРЕЙД ОПЦИИ «ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ» ДО ОПЦИИ «ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ С БУДИЛЬНИКОМ». ЖЕЛАЕТЕ СДЕЛАТЬ АПГРЕЙД?

— Что? Это шутка такая, что ли? — вырвалось у меня непроизвольно.

Ощущение, что Система надо мной просто-напросто издевается, укрепилось. Но с другой стороны, а что мне было делать? Писать жалобу в техподдержку или выйти из игры?

— Ладно, фиг с вами, качаться так качаться, — ответил я искину. — Сделаем ещё один шаг к мировому господству. Желаю апгрейд часов в моей голове до будильника!

АПГРЕЙД ОПЦИИ «ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ» ДО ОПЦИИ «ИНДИКАТОР ВРЕМЕНИ С БУДИЛЬНИКОМ» ПРОВЕДЁН! ЖЕЛАЕТЕ УСТАНОВИТЬ ВРЕМЯ НА БУДИЛЬНИКЕ?

— Нет, спасибо! — огрызнулся я и ускорил шаг.

Подойдя к нужному мне дому, осторожно попытался заглянуть в окно, в надежде увидеть, вернулся ли хозяин. Но не успел я этого сделать, как ко мне подошёл мой знакомый мальчишка.

— А военный ещё не пришёл с работы, — сразу же сказал пацан, разгадав мои нехитрые намерения.

Я усмехнулся, поблагодарил мальчишку и пошёл вглубь улицы, чтобы найти удобное место для наблюдения за жилищем «военного». Найдя такое на скамейке возле одного из домов, я немного потренировался в вызове часов и приготовился ждать. Впрочем, долго это делать не пришлось, минут через двадцать к серой двери подошёл мужчина и начал отпирать на ней замки. Причём он вынырнул откуда-то из-за угла настолько быстро, что мне пришлось чуть ли не бегом мчаться к нему, опасаясь, что сейчас он войдёт, и я потеряю фактор внезапности. Но я успел. Едва мужчина отпер последний замок и приоткрыл дверь, я уже стоял за его спиной на расстоянии метра.

— Прошу прощения, уважаемый! — осторожно произнёс я.

Учитывая, где я получил этот адрес, передо мной мог оказаться кто угодно. «Военный» резко обернулся и посмотрел на меня. Мы встретились взглядами. Я и Железняк.

За доли секунды я понял, какую глупость совершил. Решил, что по этому адресу я получу тот самый обещанный мне Генрихом подарок. Я, конечно, понимал, что ничего очень уж хорошего меня здесь не ждёт, но чтобы так подставить, это надо было постараться.

Впрочем, почему подставить? Блатные действительно сделали мне подарок: дали адрес человека, который внёс меня в свой кос-лист и несколько раз пытался убить. А то, что я идиот так открыто припёрся к нему, этого они просто не могли предположить. Может, у них так было принято. Может, они, когда получают такой адрес без объяснений, сразу понимают, что к чему. А я не понял. И вот теперь стоял лицом к лицу с человеком, по большому счёту, из-за которого я и находился в Точке Ч.

Все эти мысли пролетели у меня в голове мгновенно, и сразу же сменились другими:

«Что делать? Однозначно не бежать. Прошло это время. Да и куда отсюда можно бежать? Бить первым? Вариант! Не факт, что справлюсь с профессиональным опытным сотрудником спецслужб, но это всяко лучше, чем получить удар первым».

На всё про всё у меня были доли секунды. Но что-то сдержало. Что-то почти неуловимое, но ставшее непреодолимой преградой на пути реализации плана напасть первым. Это был взгляд Железняка: потухший, усталый, неживой.

— Не дури, — спокойно сказал Железняк, явно разгадав мои намерения. — Выходит, ты оказался не тем, за кого они тебя приняли, раз сюда выбросили.

— Я сам сюда пришёл.

— На шнягу о Свободном Городе повёлся, что ли? — в уголках глаз Железняка мелькнула едва заметная искорка, которая придала хоть немного жизни его лицу.

— Повёлся, — грустно ответил я. — А за кого они меня принимали?

— Не знаю, моё дело было тебя убрать. Вопросы у нас задавать не принято.

— А ты не убрал, и тебя за это сюда?

— Не только за это, но тебя это не касается.

— Вообще-то, меня много что касается! Например, то, что ты меня в кос-лист внёс! — я начал заводиться. — Я теперь могу тебя убить, и мне, кроме бонусов от Системы, ничего за это не будет!

Железняк неожиданно рассмеялся.

— Ну давай, попробуй меня убить!

Он снова посмотрел мне в глаза, и я не увидел в них ни капли страха или сомнения. Мне показалось, что в этот момент я увидел того самого готового на всё Железняка: жёсткого, сильного, опасного.

— В Игре тебе ничего не будет! А вот на Точке Ч будет! — мой собеседник тоже разгорячился. — Только Игра она там осталась, за забором! Здесь её нет! Здесь вообще ничего нет! Кроме тысяч таких же неудачников, остохреневшей работы и сожалений о том, что тебя не пристрелили раньше, на каком-нибудь задании!

Судя по всему, он однозначно не знал, что на территории поселения Система доступна и вовсю функционирует. Не стоило с ним конфликтовать. Лучше было попытаться выяснить, кто ему дал приказ меня ликвидировать.

— Ладно, не злись! — сказал я. — Может, пригласишь меня войти?

— А не пошёл бы ты в жопу! — прямо и честно ответил Железняк.

— Тогда хотя бы скажи, кто дал приказ меня грохнуть? И зачем? В конце концов, я здесь из-за тебя в первую очередь! — мне уже было тоже не до любезностей.

Бывший майор КСК окинул меня тяжёлым взглядом и сказал:

— Приказ отдал «Орден Чистоты»! Зачем — не знаю!

— Что за орден такой?

Вместо ответа Железняк молча вошёл в дом и закрыл за собой дверь. Я понял, доставать его дальше в тот момент смысла не имело. В конце концов, деваться ему с Точки было некуда, если понадобится, ещё не раз можно было увидеться и поговорить.

По дороге домой я со всех сторон анализировал мой разговор с Железняком. Из минусов было то, что ко всем существующим загадкам прибавился ещё какой-то «Орден Чистоты». А хорошим результатом — почти стопроцентная уверенность, что Железняк больше не представлял для меня никакой угрозы. Хотя давно стоило прекратить быть в чём-то уверенным. Даже у Коляна была какая-то тайна, причём, видимо, настолько важная, что Система по ней даже квесты раздавала. И я лишний раз подумал, что надо бы как-то эту тайну разгадать.

Ещё я подумал о том, что забавная сложилась ситуация: вот так жил себе в красивом городе, не тужил, работал, встречался с девушками, ходил с друзьями на футбол, радовался жизни, а потом раз — и ничего этого не стало! И я оказываюсь в унылом депрессивном поселении, а всех дорогих мне людей заменили двое случайных сокамерников. И они сейчас были самыми близкие мне людьми. Два совершенно незнакомых мне человека, о которых я знал лишь то, что они сами захотели мне рассказать.

Я поймал себя на том, что становлюсь слишком подозрительным, но тем не менее Кате и Коляну решил не рассказывать, что сохранил уровни, и что на Точке тоже всё под контролем Системы. Про то, что это и есть Свободный Город, решил рассказать. Такую информацию я вполне мог узнать в кафе, не думаю, что здесь из этого делали секрет. Тот же Железняк об этом знал.

Глава 5

Придя в номер, удивился в очередной раз: Катя приготовила ужин. Не просто порезала хлеб и колбаску, а сделала полноценный домашний ужин! Однозначно её стоило в своё время не в школу диверсантов определять, а в более подходящее для красивых девушек место. Была бы у кого-то просто идеальная жена: умная, красивая, стрессоустойчивая, сексуальная. Мне опять захотелось посмотреть на её отношение ко мне, раз уж снова мог себе это позволить, но я сдержался.

Мы поужинали, я рассказал Кате, как прогулялся по городу и выяснил, что это поселение и есть наше Свободное Эльдорадо. Про Железняка рассказывать не стал. Катя сказала, что сходила и забрала у распорядителя свою идентификационную карточку, а потом обошла несколько мест в поисках работы. С этим делом, как она выяснила, всё обстояло далеко не лучшим образом. Ничего хорошего в первый день поисков не подвернулось. Держа в голове мою просьбу в первый день никуда не устраиваться, Катя никаких решений по этому поводу не приняла. Запланировала ещё дня два поискать что-нибудь приличное.

Я сидел и смотрел на неё, как она рассказывала о тех местах, что посетила в поисках работы, о том, как по пути опять зашла в магазин, о всяких бытовых мелочах, о том, что купила рыбу и планирует завтра пожарить её на ужин в кляре. А я слушал, слушал, слушал…

Сам того не заметил, как вызвал её характеристики и пролистнул до интересующего меня блока. Нужные цифры появились перед глазами:

Ваша репутация у Анастасии Котовой

Уважение: +30

Симпатия: +24

Влечение: -1

Но как? Как такое вообще было возможно? Этот шок оказался похлеще встречи с Железняком! Это был даже и не шок, а удар под дых! С ноги! С разбега!

Я, вообще, ничего не понимал, потому что был уверен: если не жгучее желание, то хотя бы минимальное влечение эта девушка должна была ко мне испытывать. Чисто физиологически я должен был выйти хотя бы в плюс! Много мне было не нужно. Плюс три — плюс пять устроило бы. Ведь я не желал никаких отношений с Катей. Я ещё не пережил потерю Ольги, да и в принципе было не до отношений. С этой стороны как раз было замечательно, что мы с Катей оставались товарищами. Но не минус один же!

Я постарался достойно перенести этот удар, но оказалось, это была всего лишь лёгкая затрещина. Удар Система нанесла чуть позже:

ЗНАЧЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ УМЕНЬШЕНО НА 5. НОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ 77/100

Я сидел с открытым ртом и выпученными глазами, пока Система загоняла моё Чувство Собственного Величия под плинтус. Катя это заметила.

— Макс, что с тобой?

— А? Что? — я встрепенулся. — Да вспомнил, что забыл эту карточку идентификационную забрать.

Однозначно навык крутого вранья мне дали не за красивые глаза.

Катя хотела ещё что-то спросить, но в этот момент открылась входная дверь, и в номер вошёл, а точнее будет сказать, ввалился Колян.

На его лице практически не было живого места, он хромал и держался за правый бок. Вся его одежда была в крови.

После того как мы затащили Коляна в ванную, раздели его и смыли с лица кровь, оказалось, что всё не так ужасно, как показалось на первый взгляд. Судя по всему, у него было либо сломано, либо сильно ушиблено одно ребро и разбит нос. Кровь из носа и нагнала на нас столько страха, так как заляпала и всё лицо, и одежду. Но к нашей радости, ни переломов, ни колюще-режущих ран на Коляне мы не нашли. А вот духом наш Коля, судя по всему, пал, так как ничего не хотел рассказывать, а лишь отмахивался и просил дать ему выпить чего-либо крепкого.

Так как крепче кофе у нас ничего не было, пришлось Коляну довольствоваться им. Немного придя в себя, наш товарищ поведал нам свою грустную историю.

В силу того, что я не успел предупредить друга о том, что не стоит устраиваться на первое попавшееся место, он с утра, заскочив к распределителю за регистрационной карточкой, полный желания трудиться и зарабатывать пришёл на работу, что подыскал ему его земляк Лёха.

Быстро освоившись и поняв, что и как там устроено, Колян честно и с энтузиазмом принялся месить и заливать раствор в формы для производства тротуарной плитки и бордюров. Ему объяснили, что продукция идёт «на экспорт» за пределы поселения, и Колян подошёл к делу со всей ответственностью. Работа хоть и была тяжёлой и не слишком креативной, но обещала ежемесячный доход в пределах тридцати пяти тысяч рублей. По местным меркам это было хорошей зарплатой, и как сказал Лёха, для новичка это являлось идеальным трудоустройством.

Проработав как порядочный весь день, наш друг, преисполненный желанием «проставиться» перед коллегами, хотел угостить их пивом. Однако все коллеги почему-то отказались угощаться, как только Колян об этом заикнулся во время обеденного перерыва. Отказались, не объяснив причин, что вызвало некоторые подозрения у новоиспечённого производителя плитки, но дальше подозрений дело не пошло. Ещё Колю немного удивил внешний вид коллег — все они были какие-то неразговорчивые и словно запуганные. Но наш друг решил, что это от тяжёлого труда.

После смены Колян ещё раз хотел предложить коллегам, или хотя бы части из них, отметить его первый трудовой день, но не успел. Едва наш друг отошёл от своего рабочего места, к нему подошли двое ребят и сказали, что с ним хочет поговорить руководитель их профсоюза.

— Я ещё подумал, ни фига себе, у них тут даже профсоюз есть! — рассказывал нам Колян, потихоньку попивая разбитыми губами кофе из большой кружки. — Пришли в какой-то сарай, а там стоят несколько мужиков. Один из них, сразу мне такой говорит, типа у них правило, что треть зарплаты надо отдавать профсоюзу. Я, конечно, сразу понял, что ни хрена это не профсоюз никакой, а тупо рэкет, поэтому с ходу послал их по известному адресу.

— Может, надо было как-то повежливее объясниться? Гладишь, как-то и разобрались бы, — предположил я.

— Да я вежливо, ясное дело. Прямым текстом не посылал никого. Сказал, типа так не делается, что это беспредел такой, и на фиг мне работа, если треть зарплаты надо отдавать? Но там вариантов, вообще, не было. Они тупо ломают и грузят на бабки.

Колян махнул рукой, отпил ещё кофе и продолжил рассказ:

— Но проблема не в том, что отпинали. На работе забрали карточку, типа у меня контракт, пока год не отработаю, не отдадут. А без карточки в другое место не возьмут.

— Значит, сделаем другую карточку. Или найдём работу без карточки. Не парься! — попытался я успокоить друга.

— Да я по другому поводу парюсь… — Колян выдержал многозначительную паузу и добавил: — Что калаш не удалось сюда протащить. Я бы им устроил перевыборы директора профсоюза.

Мы все посмеялись, стало видно, что наш друг почти полностью отошёл. Мне полегчало. Сначала я принял его нежелание разговаривать и чем-либо делиться, за испуг. Но оказалось, это был просто стресс от неожиданного потрясения, который потихоньку проходил.

— Погорячился ты, Коля, в первое попавшееся место утраиваться, — глубокомысленно сказала единственную за весь разговор фразу Катя.

— Да я поверил Лёхе. Думал, земляк не подставит, а он по ходу вообще и не земляк даже. Ходит по поселению, новеньких ищет, вербует падла, — Колян от злости сжал кулаки.

— С Лёхой этим отдельный разговор будет. Всё будет, — успокоил я друга. — А ты иди лучше поспи. Я с утра заскочу к Распределителю. Заберу свою карточку и пробью насчёт дубликата тебе. Потом вернусь и будем думать, что дальше делать.

Колян согласился, что поспать ему не помешает, и ушёл к себе. Мы с Катей перекинулись парой фраз, она поблагодарила меня лишний раз за совет сразу не устраиваться на работу, и мы тоже легли спать.

Прежде чем уснуть, лёжа в темноте, чувствуя в метре от себя ровное дыхание Кати, я несколько раз вспомнил свой конфуз с просмотром параметров отношения ко мне и снятием очков в графе «Уверенность в себе». Попытался поразмышлять о том, что у Системы всё-таки есть зачатки юмора, но все эти мысли уходили на второй план на фоне истории с Коляном.

Однозначно никакой это был не Свободный Город, хоть он таким и назывался у некоторых наивных ребят. Самая что ни на есть Точка Ч. И я понимал, что выживать тут будет непросто. Но выбора не было, поэтому стоило готовиться к тому, чтобы выживать несмотря ни на что. И не просто выживать, а жить. С этими мыслями я и уснул.

Утром первым делом я отправился к распорядителю. Коляну велел отлежаться.

Распорядитель сидел у себя в кабинете и рассматривал какие-то бумаги, лежащие у него на столе. Увидев меня, он улыбнулся так, будто с нетерпением ждал моего прихода минимум неделю.

— Максим! Здравствуйте! Рад видеть! А я ждал вас вчера.

— Здравствуйте, вчера не получилось.

Распорядитель положил на стол пластиковую карточку размером с визитку и подвинул её по столу в мою сторону.

— Вот, пожалуйста! Ваша идентификационная карточка. И постарайтесь не потерять! Дубликат у нас получить практически невозможно. Хотя и потерять трудно, как только вы устроитесь на работу, сдадите её в отдел кадров. А там не потеряют точно.

— Собственно, я об этом и хотел поговорить, — начал я запланированный неприятный разговор. — У Коляна на работе эту карту забрали. Сказали, что год надо работать по договору без права уйти. Но у него вышел конфликт с коллегами. Как лучше поступить, чтобы забрать карточку и на другую работу устроится?

— Никак! — распорядитель смотрел на меня искренним чистым взором.

— Что значит, никак?

— Вот так. Никак! Я же вас предупреждал. Надо было всё взвешивать, прежде чем устраиваться.

— Да он всё взвесил, но его после работы какие-то уроды избили! Сказали, что он им должен отдавать треть зарплаты!

— Не повезло, — искренне посочувствовал распорядитель. — Обычно здесь профсоюзы просят от десяти до пятнадцати процентов.

— Что значит просят? Они не просят! Они требуют!

— Мы это называем «просят».

— Вы этих уродов ещё и профсоюзами называете? Я уже понял, что у вас тут немного странные понятия о некоторых вещах. Но они его избили! Причём сильно избили!

— У вас карта поселения с собой? Я могу на ней отметить здравпункт и больницу. Или аптеку, если просто лекарства нужны, — распорядитель был непробиваем.

— Да вы издеваетесь, что ли? Это же беспредел! — я просто был готов взорваться от возмущения.

— Соглашусь, приятного мало, — мой собеседник вновь улыбнулся своей доброй улыбкой. — Но здесь всё так устроено. Понимаете, это замкнутый мир. Со своими правилами и законами. И поверьте, сейчас здесь ещё относительный порядок. Первые годы вообще был «дикий запад». Всё же не надо забывать, что по большому счёту это огромнейшее исправительно-трудовое поселение!

— А мы с Коляном никаких правонарушений не совершали, чтоб нас так исправлять! — не сдержавшись, я прервал Распределителя.

— Возьму на себя смелость не согласиться. Просто так сюда никто не попадает. Но даже если вы с вашим другом и являетесь исключением, то всё равно я ничего не могу поделать с существующим порядком вещей. Моё дело принимать людей и распределять их в поселении. Выдавать купоны на гостиницу и подъёмные деньги. На этом, собственно, и всё. Город живёт сам по себе. Мы не лезем в его жизнь, он не трогает нас.

— Но вы же тоже сюда как-то попали! Тоже нарушитель?

Улыбка на мгновение исчезла с лица распорядителя, видимо, я наступил на больную мозоль.

— Я здесь в командировке, — холодным тоном ответил он. — Пусть в пожизненной, но в командировке! И нас здесь всего три десятка человек: сотрудники точек перехода, здравпункта и я. Вы думаете, мы можем как-то влиять на то, что здесь происходит? Да нас бы самих давно данью обложили, но не могут, так как через нас идёт торговля и…

Распорядитель осёкся, словно сказал лишнее. Видимо, я надавил действительно на больное.

— А предупредить сразу нормально нельзя было? — уже более дружелюбным тоном спросил я.

— Я предупредил. Сказал, что не следует устраиваться на первую попавшуюся работу. Что вы ещё от меня хотите? Подробный список, кто какой район города крышует?

Я не мог понять, или этот гад надо мной издевался, или он действительно был сильно ограничен в своих полномочиях. Я пожалел, что у меня ещё не было возможности смотреть склонность человек к вранью. Но я уже мог хотя бы просто посмотреть его характеристики. Хотя бы узнать, с кем, вообще, имею дело. Впрочем, чтобы проверить, врёт ли он, не нужны были никакие опции. Существовал способ это всё выяснить опытным путём.

— У меня ещё есть вопрос. Вы сказали, что Система сюда не добивает, но у меня возникло ощущение, что люди здесь себя ведут так, будто они всё ещё в игре. Почему так?

Я ждал ответа. Раз он находился в официальной командировке на работе, то просто не мог не знать, что Система здесь всё контролирует. Распорядитель призадумался.

— Почему? — лучезарная улыбка снова вернулась на лицо моего собеседника. — Привычка! Поверьте мне, молодой человек, если бы Система сюда, как вы выражаетесь, «добивала», здесь всё было бы по-другому!

Говорить правду он не захотел, это было его право. Мне оставалось просто сделать выводы. И ещё очень хотелось посмотреть его характеристики, просто чтобы знать, с кем я имел дело. Но как это было осуществить? Такой волк сразу бы вычислил специфический взгляд, словно сквозь человека. А показывать, что я могу общаться с Системой, не хотелось. Но и глянуть характеристики распорядителя стоило.

— Хорошо, дубликат идентификационной карты получить нельзя, — сказал я. — А карты города можно? Или мне назад в гостиницу идти за картой, чтобы вы мне на ней отметили аптеку и больницу?

Я очень надеялся, что мой план сработает. И он сработал. Выслушав меня, распорядитель достал из ящика стола новую карту поселения.

— Карту города можно, — сказал он. — Вообще-то, это всё на карте есть, но я вам ещё специально подчеркну.

Он на несколько секунд наклонился над картой, чтобы отметить на ней все медицинские и фармацевтические учреждения. Мне этого было достаточно. Быстро прочитав его статы, я чуть не присвистнул.

Андрей Денисов, 54 года, распорядитель ИТП-1246 «Ч», подполковник, КСК, клан «Чистильщики Севера»

Открытые базовые характеристики

Персональный уровень: 21/50

Здоровье: 84/100

Интеллект: 91/100

Сила: 75/100

Скрытые характеристики

Уровень государственной ценности: 9

Пассивные характеристики

Толерантность: +26

Коммуникабельность: +47

Обучаемость: +43

Негативные характеристики

Склонность к агрессии: +4

Склонность к противоправным действиям: +3

Ваша репутация у Андрея Денисова

Уважение: +17

Симпатия: +21

Влечение: заблокировано ориентацией объекта

А присвистнуть я был готов от двух вещей: оттого, что первый раз увидел кого-то девятого уровня государственной ценности, и от того, насколько хорошо он ко мне относился. Особенно после такого неприятного для него разговора. Симпатия аж плюс двадцать один! И при этом он никак не хотел мне помочь. Видимо, либо действительно не имел такой возможности, либо, как говорится, «ничего личного, чистый бизнес». И ещё мне стало интересно, чем провинился подполковник КСК, что его сослали в такую командировку в один конец?

Покинув распорядителя, я вернулся в гостиницу. Обсудив ситуацию с Коляном, мы приняли решение отправиться на завод по производству бордюров и тротуарной плитки, чтобы попытаться там как-то уладить ситуацию. Особого плана у нас не имелось, и взяться ему было неоткуда. Но и бездействовать мы не могли.

При приходе на завод мы сразу же направились к директору, но того не оказалось на месте. Секретарь сказала, что будет он нескоро, и мы пошли по территории, надеясь найти хотя бы Лёху. Колян сказал, что его липовый земляк накануне полдня провёл на производстве. Поэтому шансы его встретить были высоки.

Глава 6

Пока мы искали Лёху, у меня созрел план. Он был не сильно мудрёный, а скорее формальный: найти Лёху, через него выйти на «профсоюз» и попытаться объяснить им, что с нами такие номера не пройдут. Как это объяснять я, честно говоря, не представлял. Надеялся, что по ходу дела сориентируюсь. Если ничего не получится, то можно было рискнуть и сходит за советом к Генриху.

Лёху мы обнаружили быстро. Он играл в карты с тремя мрачными мужиками за зданием склада готовой продукции. Увидев нас, все четверо вскочили на ноги. Трое направились нам навстречу, а один быстро куда-то убежал. Впрочем, было понятно куда: за подмогой.

Один из друзей Лёхи прихватил с земли кусок арматуры, что сразу намекало, разговор предстоит серьёзный. Но нам отступать было некуда, поэтому арматурой нас было не испугать. Хотя мне очень хотелось решить вопрос, не прибегая к драке, ибо шансов у нас с Коляном здесь не было.

— Живой? — с издёвкой спросил Лёха, глядя на Коляна.

Мой друг хотел что-то ответить, но я его опередил.

— Завали хавальник, говно! — по-другому ответить было нельзя, я намеренно решил унизить Лёху в глазах его друзей, чтобы немного деморализовать всех троих. — Кто тут решает? С кем могу перетереть?

Лёха на удивление быстро потух и даже не пытался ответить мне на оскорбление, видимо, действительно стоял на нижней ступени местной иерархии. Один из его друзей неуверенно сказал:

— Кабан решает.

— Где он?

— Сейчас придёт, Лысый за ним побежал.

Продолжать разговор дальше не имело смысла, стоило сразу показать, что я выше этих гопников, и буду разговаривать только с тем, кто действительно может сказать что-то важное и потом ответить за свои слова.

Ждали мы недолго, минут через десять, к нам подошла толпа примерно из десяти человек. Среди них сильно выделялись трое мужиков с короткими стрижками и в спортивной одежде. Я таких уже давно не видел, разве что в сериалах про девяностые годы. Толпа плавно окружила нас, а один из троих подошёл почти вплотную к Коляну и с ходу «наехал» на него:

— Чё, терпила? Разборки решил устроить? Ты должен был с утра впахивать! Тебя теперь оштрафуют, но нас это не волнует! Нам процент отдашь как с полной зарплаты!

Начало разговора оказалось не совсем таким, как я ожидал. Но с другой стороны, конкретного плана у меня на разговор не было, поэтому пришлось исходить из ситуации. Главное было — не довести дело до драки. Хотя, признаться, я не представлял, как мне выкручиваться. Я, конечно, ожидал, что нас не примут с распростёртыми объятиями, но вот чтобы так. Прав был распорядитель: дикое место — дикие нравы.

— Ты Кабан? — спросил я у «наехавшего» на моего товарища.

— Пошёл работать! — крикнул мужик на Коляна, явно желая показать всем вокруг свою крутизну, после чего ответил мне. — Да. Я! Предъявить мне хочешь?

Ситуация как-то слишком резво зашла в тупик. Я быстро пытался сообразить, что ему ответить, и главное, как? Колян, разумеется, никуда не пошёл. Я, вообще, очень сильно переживал, как бы он не сорвался и не кинулся на обидчика. Но мой друг держался, было видно, что из последних сил, но держался.

Я истерично перебирал в голове варианты начала разговора по существу, но все они казались мне недостаточно серьёзными для такой сложной ситуации. Я просто давно не общался с настолько агрессивным и, судя по всему, очень тупым быдлом.

Но Кабан меня выручил. Он просто избавил меня от мучительных раздумий. Как оказалось, его вопрос был риторическим и ответа не требовал. Не прошло и трёх секунд с момента, как он мне его задал, как мне в лицо прилетел сильный прямой удар кулаком. Прямо в глаз. Я просто не успел среагировать, так как не ожидал такого развития столь быстро. Искры натурально посыпались во все стороны, а Система любезно выдала сообщение об уроне здоровью на пять процентов.

Ну вот и поговорили, терять было уже нечего, я, как человек, приученный держать концентрацию даже после неожиданного удара в лицо, почти бросился на своего обидчика. Почти… Удар чем-то твёрдым и тяжёлым по спине не дал мне этого сделать.

Так сильно меня ещё никогда не били. Свалили на землю и пинали, как сорванную с крюка, боксёрскую грушу. Не очень-то профессионально, но зато от души. Но самым обидным было даже не то, что меня били, досадно было, что я не нанёс ни одного удара. Я лежал на земле, свернувшись калачиком, закрывал голову и уже начал не на шутку волноваться, не сломают ли мне часом что-нибудь. И даже почти испугался. Но опять же почти. Испугаться по-настоящему я не успел, так как потерял сознание.

— Братишка! Не обессудь! Попутал! Вот реально попутал! — откуда-то из темноты сквозь непонятный звон в ушах доносился вроде бы знакомый голос.

Я открыл глаза. Прямо напротив меня сидел Кабан, вид у него был такой, словно ему пять лет, а он вылил вишнёвый сок на мамин любимый белый ковёр.

— Братишка, сам не понимаю, как так вышло. По накурке тупанул. Не обессудь! Речи нет, я не прав! Ты не думай, за косяк отвечу! Просто пойми, пойми по-братски!

Я совершенно не понимал, что происходит. Лежал на каком-то облезлом диване в непонятном помещении. Напротив меня на табурете сидел Кабан. У него за спиной стояли те двое в спортивных костюмах, что пришли с ним на разборку. Вид у них был такой же несчастно-испуганный, как у Кабана.

Больше в комнате никого не было. Я попытался пошевелиться, тело ныло. И сильно болела голова. Видимо, несколько раз с ноги мне по ней всё же припечатали. Только что за цирк был вокруг меня? То, что Кабан не глумился, а говорил искренне, было понятно. Люди с его IQ так натурально прикидываться не умеют. Но что произошло?

— Надо было реально перетереть по-мужски, тут я не прав, но ты пойми, это Леший закосячил! Реально! — продолжал причитать Кабан. — Леший — падла на кореша твоего накатил, типа лоха нашёл. А мы тупанули, не перепроверили. Реально прости! Не держи зла! С Лешего спросим по тяжёлой!

Я молчал. Кабан, не зная, как трактовать моё молчание, занервничал ещё сильнее. Он полез в карман и протянул мне «проездной», выданный Генрихом.

— Вот, братишка, у тебя выпало из кармана!

Ах, вот оно что! До меня наконец-то дошло. Видимо, это был не просто «проездной». Скорее всего, такие штуки выдавались очень ограниченному кругу лиц. И те, кто их выдавал, явно не приходили в восторг, когда обладателей таких «проездных» избивали до полусмерти на подконтрольной территории. Кабан протянул мне идентификационную карточку Коляна и пачку купюр.

— Вот ксива кореша твоего и его зарплата за месяц! Полностью. И от нас десяточка сверху! Больше не можем, пойми, братишка, пустые все. — Кабан сделал уж совсем несчастное лицо. — А кореш твой, Колян, пусть отдыхает, здоровье поправит. А через месяц вернётся, если захочет. Поставим его смотрящим над бригадой. Работа не пыльная, зарплата большая, никаких процентов, всё как надо будет. Ну, не обессудь, братишка!

Кабан замолчал, и все трое смотрели на меня как осуждённые на председателя комиссии по УДО.

— Ладно, проехали, — сказал я, забирая деньги и карточки. — А Колян где?

— Ща позову!

Лица Кабана и его друзей сияли от счастья.

— И ты это, если что надо, только скажи! Чем могу, всегда могу, ну короче, сам понимаешь, я всегда, ну по-братски, короче… — у Кабана от радости сбивалась речь. — А Лешего в натуре кончим ёма за такую подставу!

Судя по всему, Кабан решил весь свой «косяк» переложить на Лёху и оттянуться на нём за пережитый стресс. Я сначала хотел было попросить не слишком усердствовать в этом плане, а потом вспомнил, что нас запросто могли убить. И всё из-за этого липового землячка Коляна.

— Ну я надеюсь, — мрачно сказал я. — Пипец, подстава.

Кабан согласно закивал . А я решил воспользоваться ситуацией, чтобы решить свою текущую проблему.

— Кабан, тут есть такой Соломоныч. Знаешь его?

— Слышал, но так не знаю. Не мой уровень. Он барыга. Но такой, по понятиям барыга. И очень весовой, — с уважением к Соломонычу ответил Кабан.

— Найди мне его адресок, по-братски. Очень надо.

— Речи нет! Адрес не проблема! Да прям щас начнём искать!

И все трое гопников, пожелав мне беречь себя, обсуждая вслух, где искать Соломоныча, а заодно решая, что они сделают с Лешим, удалились из комнаты. Почти сразу же вошёл Колян.

— Ты как? — он бросился ко мне.

— Нормально, — я осторожно встал с дивана. — Где мы?

— Это комната отдыха местного управляющего, а по ночам здесь сторож спит. Пойдём отсюда, воняет тут капец как.

И точно, сразу я этого не заметил. Воздух в комнате был опасным для вдыхания: дикая смесь запаха пота, лука и перегара.

Мы вышли на улицу, идти было тяжело. Сильно болело правое колено, тупая боль отдавала в левом боку, под рёбрами и болела голова. На макушке была здоровенная шишка. Но хорошо хоть, ничего не сломали.

— Макс, — с нескрываемым любопытством спросил Колян. — А что они у тебя там нашли в кармане, что так все на измену припали?

Я достал «проездной» и показал Коляну.

— Что это? — спросил друг.

— Проездной! — ответил я.

— Проездной на что?

— Походу на всё. Видел же сам.

— А где ты его взял?

— Дали одни люди добрые.

— Ни фига себе, — Колян аж присвистнул. — А за что дали?

— Если бы я знал, было бы проще, — честно ответил я, положив «проездной» в карман. — А что сильно припали на измену?

— Да вообще пипец, — Колян рассмеялся. — Они меня сильно бить не стали, чтобы я мог ещё работать. Немного навешали и скрутили, чтобы не ломился тебя отбивать. А когда ты вырубился, решили тебя прошмонать. Один из них достал у тебя из кармана деньги и эту хрень пластиковую. И сразу аж побелел весь. Руки затряслись, как давай материться, аж заикаться начал. Протянул карточку Кабану, тот даже не взял её, тоже побледнел весь, как будто на месте обосрался. Потом подбежал к Лёхе и с ходу с локтя ему в бубен. И давай орать, чтобы тебя отнесли и откачали и меня отпустили! Они как давай все бегать, передо мной извинились, тебя утащили, а Лёху тут же жёстко отпинали, за то, что нас привёл. Если честно, я офигел!

— Я сам офигел, когда очнулся. Кстати! — я достал из кармана деньги и идентификационную карточку Коляна. — Держи! Твоя зарплата и корочка!

— Наша зарплата, — поправил меня Колян и забрал карточку. — Отдай бабки Кате на продукты.

Это было логично. Я не стал спорить и спрятал деньги.

А едва мой друг положил себе карман идентификационную карточку, словно завершив этим действием наше приключение, у меня перед глазами возникла надпись:

ВЫ ВЫПОЛНИЛИ СКРЫТЫЙ СИСТЕМНЫЙ КВЕСТ «ПОМОЧЬ ДРУГУ-1». ВАМ НАЧИСЛЕНО: 10 ОЧКОВ РАЗВИТИЯ. ПОВЫШЕНЫ НАВЫКИ: ЛИДЕРСТВО +4, ХАРАКТЕРИСТИКИ: УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ +5, УДАЧА +5, САМООБЛАДАНИЕ +4, ВОЛЯ +3. БОНУСЫ ЗА ВЫПОЛНЕНИЕ КВЕСТА В УСЛОВИЯХ АГРЕССИВНОЙ СРЕДЫ: 10 ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК, 5 КУПОНОВ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ

Я мысленно поблагодарил Систему и приготовился прочитать долгожданное сообщение о том, что мне доступен переход на следующий уровень. Однако ничего не появилось.

Всю оставшуюся дорогу до отеля мы шли молча. Не знаю, о чём думал Колян, но у меня из головы не выходил лишь один вопрос: почему мне не дали перейти на новый уровень?

К нашему приходу Катя приготовила обед. Я просто не переставал поражаться этой девушке. Окинула меня взглядом, спросила, не нужно ли осмотреть раны, получила ответ, что не нужно, после чего позвала к столу. И всё! Никаких эмоций, расспросов и причитаний.

И при этом обед был восхитительным! Да, какому-то парню могло здорово повезти, если бы Игра не сломала Кате жизнь. Пообедав, я достал деньги и положил их на стол.

— Кать, вот наша неустойка, за косяк с Коляном, ну и со мной частично. Мы решили отдать всё тебе, ну на продукты и вообще на жизнь.

Катя обвела нас удивлённым взглядом.

— Я не поняла. Если я пару раз приготовила вам пожрать, то вы решили, что я должна тут как Золушка вести хозяйство? То есть, вы думаете, что у нас тут типа такая шведская семья? Вы ходите на работу, а я по магазинам, готовлю жрать, стираю и убираюсь? Детей завести не планировали?

Еда застряла у меня в горле. Вот так поворот. Колян тоже «завис», не донеся ложку до рта всего несколько сантиметров. Катя смотрела на нас с нескрываемым удивлением.

— Кать, ты это… — я просто не знал, что сказать.

— Да ладно, шучу, — усмехнулась Катя и забрала деньги со стола.

Мы с Коляном переглянулись.

— Пипец у тебя шутки, — кое-как выдавил из себя мой друг.

— Чтобы ценили! — ответила Катя и быстро пересчитала деньги. — Я смотрю, здесь не так уж и много, но хоть что-то.

— Да, и на работу пока никто не выходит! Не нравится мне, как у них тут это всё устроено, — я потёр шишку на голове. — Никто не выходит, по крайней мере, пока я нормально не выясню, что здесь к чему. Сорока пяти штук нам на пару недель должно хватить, а то и на больше.

— Хоть я и пошутила, но в целом всё идёт к тому, что быть мне домохозяйкой, — вздохнула Катя. — Кстати, хоть денег и маловато, но я хочу вас попросить. Разрешите мне взять отсюда немного на пижаму. В верхней одежде спать меня достало.

— Спи без одежды! — неудачно пошутил Колян, но увидев, что ни Катя, ни я шутку не оценили, философски заметил: — Макс, она специально нас сначала напугала, чтобы мы ей потом денег на пижаму дали без разговоров! Поэтому я не против. Хоть шубу покупай, если за пятьдесят косых найдёшь.

— Шубу не надо, пижаму куплю. Спасибо! И надо хоть какую-то аптечку приобрести. Судя по всему, она тут часто бывает нужна, — Катя вопросительно посмотрела на меня. — Голова не болит? Может обезболивающего взять?

— Не болит, но возьми. Думаю, лишним не будет, — ответил я, ещё раз пощупав шишку на голове.

После обеда Катя сразу же убежала в магазин и аптеку, видимо, очень уж ей хотелось купить себе пижаму. Колян ушёл к себе, и я остался один. Наедине со своими мыслями о причинах неполучения мною очередного уровня. Не то, чтобы я совсем уж сильно напрягался на этот счёт, но некоторые опасения, что на Точке Система может работать с ограничениями, были.

Так как никого рядом не было, можно было не напрягать глаза, рисуя перед собой воображаемые буквы, а спокойно общаться с искином голосом.

— Система! — негромко сказал я, плюхнувшись на кровать.

ВЫ В СЕТИ. ЖЕЛАЕТЕ СДЕЛАТЬ ЗАПРОС?

— Да! Я хочу перейти на следующий игровой уровень!

ВАШ ТЕКУЩИЙ ИГРОВОЙ УРОВЕНЬ: 14. ДЛЯ ПЕРЕХОДА НА СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ ВАМ ТРЕБУЕТСЯ 60 ОР. В ДАННЫЙ МОМЕНТ У ВАС 55 ОР. ВНИМАНИЕ! ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ПЕРЕЙТИ НА СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ

— Как так? — спросил я и тут же понял, какой же я всё-таки тормоз.

Я в своих расчётах постоянно учитывал Свободные Очки, подразумевая, что буду использовать их вместо Очков Развития, но Система-то этого не знает!

— Как перевести Свободные Очки в Очки Развития? Что для этого нужно?

ЖЕЛАЕТЕ ПЕРЕВЕСТИ СО В ОР?

— Да!

ОПРЕДЕЛИТЕ КОЛИЧЕСТВО СО ДЛЯ ПЕРЕВОДА В ОР?

— Все! — выпалил я и на всякий случай уточнил. — Десять!

10 СО ПЕРЕВЕДЕНЫ В ОР

И тут же появилась долгожданная надпись:

ВНИМАНИЕ! У ВАС 65 ОР. ВАМ ДОСТУПЕН ПЕРЕХОД НА СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ! ДЛЯ ЭТОГО ПОТРЕБУЕТСЯ 60 ОР. ЖЕЛАЕТЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ СВОИ ОЧКИ РАЗВИТИЯ И ПЕРЕЙТИ?

— Да! — протяжно и с чувством облегчения выдохнул я.

ВЫ ПЕРЕШЛИ НА 15 УРОВЕНЬ! ВЫ ПОЛУЧАЕТЕ ДОСТУП К ОПЦИИ «ПРЯМОЙ КОНТАКТ»! ВАМ НАЧИСЛЕНЫ ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК! 10 ОХ. ЖЕЛАЕТЕ РАСПРЕДЕЛИТЬ ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК? У ВАС 47 НЕРАСПРЕДЕЛЁННЫХ ОХ

— Можно и распределить, почему бы и нет? Желаю! Два очка в Интеллект! По три очка в навыки Интуиция, Лидерство, Интеграция с Системой, Рукопашный бой, Бретёрство и Фехтование и по пять очков в характеристики Иммунитет к внешнему влиянию, Воля, Харизма, Удача и Целеустремлённость.

Глава 7

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ СВОБОДНЫХ ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК ЗАВЕРШЕНО. ВСЕ ВЫБРАННЫЕ НАВЫКИ И ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОВЫШЕНЫ. НОВЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ПОВЫШЕННЫХ НАВЫКОВ: ИНТУИЦИЯ 42/50, ЛИДЕРСТВО 41/50, ИНТЕГРАЦИЯ С СИСТЕМОЙ 28/50, РУКОПАШНЫЙ БОЙ 27/50, ФЕХТОВАНИЕ 16/50, БРЕТЁРСТВО 16/50. НОВЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ПОВЫШЕННЫХ ХАРАКТЕРИСТИК: ИНТЕЛЛЕКТ 85/100, ВОЛЯ 87/100, ИММУНИТЕТ К ВНЕШНЕМУ ВЛИЯНИЮ 48/50, УДАЧА +31/50, ЦЕЛЕУСТРЕМЛЁННОСТЬ +34/50, ХАРИЗМА +29/50. У ВАС ОСТАЛОСЬ 2 НЕРАСПРЕДЕЛЁННЫХ ОЧКА ХАРАКТЕРИСТИК. ЖЕЛАЕТЕ ИХ РАСПРЕДЕЛИТЬ?

— Нет, спасибо, — ответил я, опять оценив тонкий юмор искина, и получил под нос очередную надпись, тоже из области долгожданных.

ВНИМАНИЕ! ВЫ ДОСТИГЛИ НЕОБХОДИМЫХ ЗНАЧЕНИЙ ХАРАКТЕРИСТИК ИНТЕЛЛЕКТ, ИНТУИЦИЯ И ИММУНИТЕТ К ВНЕШНЕМУ ВЛИЯНИЮ, ДЛЯ АКТИВАЦИИ ОПЦИИ «ВИДЕНИЕ УНИКАЛЬНЫХ НЕГАТИВНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК ДРУГИХ ИГРОКОВ». ОПЦИЯ «ВИДЕНИЕ УНХ» АКТИВИРОВАНА

— Супер! А можно мне теперь все характеристики одной портянкой показать?

Не то, чтобы у меня было большое разглядывать детали, просто захотелось окинуть общим взглядом весь результат своего труда. Система тут же выполнила просьбу:

Максим Седов, 23 года, копирайтер, вне сообществ, вне клана

Открытые базовые характеристики

Персональный уровень: 15/50

Здоровье: 57/100

Интеллект: 85/100

Сила: 46/100

Скрытые характеристики

Уровень государственной ценности: 3

Пассивные характеристики

Толерантность: 36/50

Коммуникабельность: +41/50

Обучаемость: +11/50

Негативные характеристики

Склонность к агрессии: +24/50

Склонность к противоправным действиям: +22/50

Склонность к обману: +28/50

Персональные характеристики

Призвание: Беттер

Дополнительные статусы

Лидер 2 уровень

Бретёр 1 уровень

Герой 1 уровень

Уникальные способности

Иммунитет к пострезервационному синдрому

Врождённые навыки:

Интуиция: 42/50

Внушение: 18/50

Приобретённые навыки:

Беттинг: 24/50

Футбол: 18/50

Рукопашный бой: 27/50

Компьютерные игры: 14/50

Лидерство: 41/50

Интеграция с Системой: 28/50

Фехтование: 16/50

Бретёрство: 16/50

Вождение автомобиля: 8/50

Копирайтинг: 3/50

Плавание: 3/50

Игра на гитаре: 2/50

Активные характеристики

Использование ресурсов организма: 43%

Восстановление организма: 56/100

Дух: 90/100

Воля: 87/100

Уверенность в себе: 82/100

Выносливость: 79/100

Ловкость: 61/100

Ярость: 25/100

Харизма: +29/50

Иммунитет к внешнему влиянию: +48/50

Целеустремлённость: +34/50

Самообладание: +43/50

Счастье: +7/50

Спокойствие: -18/50

Удача: +31/50

ОЧКИ РАЗВИТИЯ: 5

ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК: 2

КУПОНЫ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ: 5

Системные опции:

«Прямой контакт»

«Режим ОФЛАЙН» с апгрейдом до автоматической активации

«Сокрытие истинного уровня»

«Видение УНХ»

«Индикатор времени» с апгрейдом до функции «Будильник»

ОРУЖИЕ

Персональное:

Бита модернизированная

В арсенале:

Арсенал пуст

АРТЕФАКТЫ

Артефакт клана (статус: украден вами)

ПРОЧИЙ ИГРОВОЙ ИНВЕНТАРЬ, КУПОНЫ, СКИДКИ, ЛУТ

Пролонгированная скидка (20%) на полную версию опции «НЕУБИВАЕМЫЙ» (срок действия: бессрочная)

Меч-бастард полутораручный именной

КВЕСТЫ В ПРОЦЕССЕ ВЫПОЛНЕНИЯ

Убить Германа Буковского 1 (системный)

КОС-ЛИСТЫ

Ваш персональный кос-лист

Нет записей

Кос-лист вашего клана

Не активирован (вы не состоите в клане)

Ваше присутствие в кос-листах

Кос-лист Клана «Рубиновая звезда» (объявлена награда за вашу голову: 20 000 000 рублей)

Кос-лист Клана «Стражи истины»

Персональный кос-лист Антона Железняка

Просмотрев весь список, я не мог не порадоваться результату. Нельзя сказать, что я стал мыслить категориями геймера, и что Игра стала для меня целью всей моей жизни, просто жизнь сложилась так, что многое теперь зависело от успехов в Игре. Слишком многое. Каждый новый уровень давал ранее недоступные знания и возможности, а от поднятия характеристик зависело отношение ко мне Системы. Тут уж хочешь — не хочешь, а будешь прокачиваться, как самый заядлый геймер.

Ещё я обратил внимание, что несмотря на равнодушное ко мне отношение Железняка, я всё же остался в его кос-листе. Хотя если он не обманул, и это установка клана, то от него ничего не зависело. Зато исчезли из Инвентаря ключи от машины и деньги, отобранные у Карпова. Видимо, Система поняла, что игровым инвентарём это быть не может. Иначе можно было бы в этот список вносить всё, что я время от времени беру в руки. Немного смущало, что почти не осталось очков характеристик и развития, слишком уж обнулился. Но тут, как говорится, надо было выбирать, или запас, или развитие.

Ещё захотелось побыстрее проверить на ком-нибудь это «Видение УНХ». Впрочем, не до такой степени, чтобы выходить из-за этого на улицу. Решил дождаться Кати, чтобы проверить на ней, а заодно лишний раз посмотреть, с кем имею дело. А пока решил просто лечь и отоспаться. Голова болела, тело ныло, хороший сон был необходим, и желательно, до утра.

Но спал я совсем немного и проснулся от стука в дверь. Матерясь, пошёл и отворил. На пороге стоял худой, высокий парень наркоманского вида.

— Макс? — спросил он, глядя сквозь меня мутными глазами, и это явно был не эффект от чтения моих характеристик.

— Да. А ты кто?

— Тебе от Кабана, — парень протянул мне грязную скомканную бумажку.

— Передай Кабану, что благодарю и ценю! — ответил я и закрыл дверь прямо перед носом у парня.

Развернул бумажку. На обрывке какой-то ведомости карандашом был написан адрес. Пояснений к адресу не было, но и так всё было понятно. Молодец Кабан, сдержал слово. Впрочем, учитывая ситуацию, в которой он это слово давал, попробовал бы не сдержать.

Несмотря на полученный адрес, идти к Соломонычу в этот день я не решился. Судя по всему, он был тот ещё жук, а с такими надо знакомиться, будучи в полной боевой готовности. И в первую очередь, с ясной головой

Я спрятал бумажку с адресом в карман брюк и снова завалился на кровать не раздеваясь.

На следующий день, как следует отоспавшись и хорошенько позавтракав, в полной боевой готовности я выдвинулся по принесённому мне накануне адресу.

Жил Соломоныч в западной части поселения. Я дошёл до пункта назначения минут за сорок. Несколько раз за время пути, думал о том, что надо как-то раздобыть хотя бы велосипед. Они несколько раз уже попадались мне в городе. Ещё я думал, что я даже не знаю, как этого Соломоныча зовут полным именем, что немного меня напрягало. Я не представлял, как буду к нему обращаться. А, судя по всему, человек он был серьёзный, и не хотелось его оскорбить.

В какой-то момент здания по дороге стали резко улучшаться, и в итоге я попал в очередной элитный квартал, наподобие того, что посетил у блатных. Нужный мне дом нашёл быстро. Им оказался большой трёхэтажный особняк, окна которого со стороны дороги были наглухо закрытыми ставнями. Вокруг дома стоял высокий забор, а входная дверь была массивной и укреплённой. Я подумал, либо этот район был не таким уж и элитным, либо хозяин этого дома был исключительным мизантропом.

Я позвонил в домофон возле калитки. Примерно через минуту из дома вышел мрачный широкоплечий двухметровый мужика и пошёл ко мне. То, что это не Соломоныч, я понял сразу.

— Что надо? — особо не заботясь о вежливости, спросил здоровяк.

Ну раз такое дело, я тоже не стал здороваться.

— Мне надо поговорить с Соломонычем! — охраннику, а это был явно он, можно было и так назвать, а там я надеялся успеть прочитать характеристики.

— Кто интересуется?

— Макс Седов. Скажи, что тот самый, — я подумал, так будет звучать солиднее, раз уж блатные меня назвали «тем самым», то можно было и Соломонычу так представиться.

Охранник ушёл, но буквально через минуту опять появился.

— Проходи! — сказал он, открывая калитку.

Я пересёк двор и вошёл внутрь дома. Охранник знаком велел мне стоять и закрыл дверь. Так мы с ним простояли минуты три, пока по лестнице со второго этажа не спустился невысокий мужчина в классических серых брюках и коричневом пуловере поверх бежевой рубашки. На вид ему было лет шестьдесят, но возможно, впечатление было обманчивым за счёт того, что он был полностью седым и носил классические очки. И то и другое его старило.

Мужчина подошёл ко мне и с улыбкой сказал:

— Тот самый Макс, значит? Ну-ну. Сейчас проверим. Прочитай-ка, любезный, мои характеристики! Вслух.

Этого я не ожидал. Как грамотно — с ходу, не дав мне опомниться, этот старик припёр меня в угол. Мне оставалось или показать, что имею контакт с Системой, что, по сути, выдавало меня с потрохами непонятно кому, или начать врать и в итоге с вероятностью девяносто девять процентов где-нибудь да проколоться.

«Говорить или не говорить?» — думал я, глядя на Соломоныча.

Задачка была сложной, а времени на её решение не было. В итоге, подумав, что сорок два пункта Интуиции из пятидесяти мне всё же не зря дали, я решил открыть карты и внимательно посмотрел на хозяина дома.

Роман «Соломоныч» Шацкий, 53 года, безработный, клан «79»

Открытые базовые характеристики

Персональный уровень: 22/50

Здоровье: 81/100

Интеллект: 94/100

Сила: 79/100

Скрытые характеристики

Уровень государственной ценности: 3

Пассивные характеристики

Толерантность: +8

Коммуникабельность: +31

Обучаемость: +45

Негативные характеристики

Склонность к агрессии: +17

Склонность к противоправным действиям: +34

Склонность к обману: +21

Ваша репутация у Романа Шацкого

Уважение: +7

Симпатия: +14

Влечение: заблокировано ориентацией объекта

Да уж, мужик был непрост. Двадцать второй уровень явно надо было заслужить. Мне стало интересно, как он прошёл фильтр при входе на Точку?

— Роман «Соломоныч» Шацкий, 53 года, безработный… — начал я зачитывать вслух характеристики.

— Погоди! — перебил меня Соломоныч. — Всё не надо. Уровень у меня какой?

– Двадцать второй.

— А сейчас? — Соломоныч улыбнулся во весь рот.

Я заново вгляделся в статы, уровень к этому времени поменялся.

— Сейчас седьмой, — спокойно ответил я.

— И действительно, может, и правда тот самый. Пойдём наверх!

Соломоныч махнул рукой, приглашая меня проследовать за ним, и мы поднялись на второй этаж. Там в гостиной присели в два мягких кожаных кресла, стоящих друг напротив друга, и Соломоныч сказал:

— Ну рассказывай, зачем пожаловал?

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Как минимум хотелось узнать, что значит «тот самый». Если можно, конечно.

— Почему бы и нет? Парень ты, судя по всему, неглупый, возможно, и сумеешь информацией правильно воспользоваться. Но всё же интересно, почему ты пришёл именно ко мне?

— А к кому ещё? Я здесь никого не знаю. Познакомился с Генрихом и его… даже не знаю, как их назвать правильно…

Соломоныч рассмеялся, а я продолжил:

— Они про вас упоминали. С одной стороны, как-то не очень дружелюбно, но при этом с уважением. Ну вот я и подумал…

— Почему бы не познакомиться с противовесом? — закончил за меня фразу Соломоныч. — А блатные молодцы, быстро тебя в оборот взяли. Хотя, куда бы ты и так делся? К красным у тебя дорога закрыта, нашим ты на фиг не нужен. Всё равно к блатным бы пришёл. Но уже сам и, возможно, с просьбой. Перестраховались, поспешили. Впрочем, как всегда. Стратегия не их сильная сторона. Они берут другим.

Соломоныч оглядел меня внимательно и закончил мысль:

— Но исходим из того, что в итоге получилось. А получилось так, что с просьбой ты пришёл ко мне. С другой стороны, им от тебя, если мы все в тебе не ошибаемся, достаточно и нейтрального статуса.

Мне было неприятно, что Соломоныч говорил обо мне, как о каком-то попрошайке, который пришёл к нему с просьбой. Но я был не в той ситуации, чтобы на это обижаться и показывать своё недовольство.

— Значит, очень хочется узнать, что значит «тот самый»? — спросил хозяин дома.

Я кивнул.

— Примерно год назад Система выдала пророчество, что через двенадцать месяцев в Игру придёт Новый Игрок, и мир перестанет быть таким, как прежде, — начал объяснения Соломоныч. — Причём всё это было обставлено очень эффектно. Все главари кланов и советы альянсов получили это уведомление. Я всегда отдавал должное тем японцам, что писали программу для нашей Системы. Пророчество она выдала с полагающимся пафосом, и многие начали ждать этого самого Нового Игрока и грядущих перемен. И вот примерно месяц назад Система объявила, что в мир пришёл Игрок новой формации, которому суждено изменить мир, перекроить существующий баланс сил и вывести Игру на новый уровень. Ну и квестов нагенерировала. Кому-то найти Нового Игрока и заключить с ним союз, кому-то стать частью его воинства, а кому-то не дать воцариться Новому Порядку, иными словами, завалить Нового Игрока. Надо ли говорить, что все кланы бросились этого игрока искать? Все три альянса поставили целью номер один — найти и завербовать его в свои ряды. Ну наш альянс меньше, но это и логично, у нас другая миссия в этой жизни.

Соломоныч откинулся в кресле и замолчал, видимо, решил дать мне немного времени, чтобы я мог переварить информацию. А переваривать было что.

— А с чего вы все решили, что я и есть тот самый Игрок? — осторожно спросил я.

— Ни с чего. Просто тебя нашли в тот день, когда Система объявила, что Игрок пришёл.

— А может, он только родился?

— До четырнадцати лет чип работает только как трекер, полноценным Игроком человек может стать только по достижении этого возраста.

— Ну, может, кому-то в этот день исполнилось четырнадцать? — не унимался я.

— Вполне возможно, — согласился Соломоныч. — Но все решили перестраховаться. Особенно красные подсуетились, все силы бросили, чтобы тебя себе заполучить.

— Ага, то-то чуть не убили несколько раз, — ехидно заметил я.

— Ну не без этого, некоторые кланы взяли квест грохнуть Нового Игрока, вот и пытаются завалить каждого подозрительного. Но большинство, наоборот, хочет Новым Игроком усилить альянс. Хотя у красных, конечно, внутри альянса нереальный бардак: КСК-шники с ментами грызутся по любому поводу, ФСБ пытается и тех и других нагнуть, а военные вообще на всех забили, и давно бы вышли из альянса, но не к блатным же им идти? А мы не примем. А вне альянса считай, что ты второго сорта. Ни квестов толковых, ни нормальной прокачки кланов.

Я слушал это всё, и мозги в моей голове начинали закипать. Слишком много было новой информации, и слишком важной она была. Надо было это всё, мало того, что запомнить, так ещё желательно как-то понять.

— А можно узнать про альянсы? — осторожно спросил я.

— Уверен, что сейчас тебе нужна эта информация?

— Ну хотя бы примерно. Чтобы понимать, о чём речь.

— В нашей, российской Зоне Ответственности сложились три альянса. Их в принципе в каждой зоне по три, так заложено правилами Игры. Почему, не знаю, надо японцев спрашивать. Но имеем то, что имеем. Когда появились первые кланы, то каждый из них по достижении десяти тысяч членов, получал квест: найти ещё девять таких же кланов и создать альянс. Разумеется, первыми на это среагировали самые организованные структуры: спецслужбы, криминал и крупный бизнес.

— Ни фига себе, как всё непросто, — не сдержался я.

— А то! — рассмеялся Соломоныч. — Некоторые кланы прямо и не знали, в какой альянс вступать. Но в итоге как-то все определились, и сейчас мы в России имеем три альянса: красный, блатной, и наш — коммерсы. Правда, блатные нас барыгами называют, но мы не обижаемся. Есть ещё кланы, которые не входят в альянсы.

— А так можно? — удивился я.

— Конечно, вступление в альянс — дело добровольное. Но, как я уже сказал, это даёт довольно много преференций для кланов, поэтому нейтральных не так уж и много.

Глава 8

Я старался запомнить каждое услышанное слово и ничего не упустить. И судя по всему, запоминать мне предстояло ещё очень много.

— А почему я в характеристиках вижу принадлежность к клану, но не вижу к альянсу? — задал я очередной вопрос, пользуясь относительной разговорчивостью Соломоныча.

— Только главари кланов могут это видеть. Но те, кто давно в игре, изучили, к какому альянсу какой клан принадлежит.

— И я так понимаю, в этом городе альянсы тоже поделили сферы влияния?

— Здесь особенно! — улыбнулся Соломоныч. — Здесь же нет «граждан», тут все в теме. Поделили серьёзно, и каждый очень держится за свою часть влияния. Красные здесь держат коммерцию и торговлю с волей. У них поддержка с той стороны сильная, кроме них, этим никто и не смог бы заниматься, КСК ведь контролирует город по периметру. Блатные тут держат почти все производства. Ну и классика: наркота, проституция. Только грабежи и разбой под запретом. Это красные условие поставили. Пригрозили, что перекроют в противном случае блатным доступ к торговле. Ну а мы, коммерсы, вообще сами по себе, нас здесь меньше всех. Нас не трогают, мы ни к кому не лезем. Есть у нас несколько производств здесь, но в основном нас с большой земли греют, у многих там бизнес остался. Мы тут типа на пожизненном курорте. У красных тоже есть немного производства. На них и на нас работать, считается большой удачей. У блатных просто кошмар. Крепостное право на большинстве производств.

— Это мы уже поняли, — грустно заметил я. — Как-то дико всё это пока для меня.

— Ну а что ты хотел? — искренне удивился мой собеседник. — Замкнутая система! Хорошо хоть сейчас друг друга не убивают. Первое время, вообще, беспредел был. Но потом всё устаканилось.

— Но почему отсюда никто не сбегает? Ведь там, снаружи, всего одна вышка! — я искренне был удивлён.

Соломоныч рассмеялся.

— Ты думаешь, что мы здесь все такие глупые? Убежать, молодой человек, не проблема. Только вот больше трёх, а если повезёт, пяти дней ты за забором не протянешь! Система не даст. Три дня — и сходишь с ума. Натурально. Это все знают, потому массовых побегов давно нет. А пулемёт с той стороны для одиночек. Потому как они сбегают, а через три дня у них кукуха слетает, и они то граждан крошить принимаются, то ещё что-нибудь вытворят. Лучше этого не допускать.

Меня полученная информация впечатлила.

— А почему так? Почему сходят с ума? — спросил я.

— Система что-то с мозгами делает, как-то на них воздействует. Она считает, что тот, кто сюда попал, только тут потом жить может. Есть версия, что мы избранные, и нас для чего-то отбирают. И хрен его знает, для чего. Вот сидим тут и ждём. Хотя задолбало хуже некуда, иной раз думаю, вырваться на волю и пусть три дня, но пожить на всю катушку, а потом сойти с ума и уйти красиво.

Соломоныч тяжело вздохнул, было видно, что в конце разговора мы перешли на больную для него тему. Он встал с кресла и сказал:

— Мне надо идти. Приходи завтра на обед в «Гранд» к двум часам. Это ресторан в центре, в нейтральной зоне. Я приглашаю. Пообедаем вместе, ещё поболтаем. Расскажешь, как ты младшего Карпова поимел.

Коммерс усмехнулся и подал мне руку. Я пожал её, попрощался и покинул его дом.

Выйдя от Соломоныча, я некоторое время постоял на улице. Идти в гостиницу не хотелось. Можно было погулять по городу, но накрапывал небольшой дождик, поэтому шансов на приятную прогулку не было. Немного пораскинув мозгами, я направился в ту домашнюю столовую, где два дня назад попробовал замечательный суп с фрикадельками. Есть не хотелось, да и рановато ещё было для обеда, но я решил, что можно пропустить там пару кружек кофе да поразмыслить о жизни. А ещё почему-то захотелось пива. Не знаю почему, может, потому, что решил кофе кружками мерить, а кружки они не для кофе.

Добрался до столовой. Столик, за которым я сидел во время прошлого визита, был пуст. Присел за него и стал ждать Марину Кореневу. Долго ожидать не пришлось, приветливая женщина подошла почти сразу.

— Скажите, Марина, а у вас пиво есть? — спросил я, и всё у меня внутри похолодело.

Это же надо было так проколоться. Она мне своего имени в прошлый раз не называла. Конечно, это не было катастрофой. Я мог услышать, как её называл так кто-то другой. И тут же вспомнил, как у моей Кати в характеристиках вылезает имя Анастасия. Вот бы Марина удивилась, будь у неё похожий случай. Но женщина не удивилась, даже не повела бровью, видимо, многие посетители обращались к ней по имени.

— Есть светлое крафтовое по девяносто рублей за кружку, — ответила Марина и посмотрела на меня взглядом, требующим незамедлительного принятия решения.

— Будьте добры, кружечку!

— К пиву чего-нибудь?

— Пожалуй, не стоит. Я намерен здесь дождаться обеда, не хочу совсем аппетит убить, — честно ответил я. — Пивка хватит.

Пока Марина ходила за пивом, я думал о том, что надо как-то учиться жить в общении с Системой и при этом скрывать этот факт от окружающих. Один раз прокол не заметили, но не факт, что в следующий раз будет так же. Поэтому следующего раза не должно было случиться.

Марина поставила на стол запотевшую кружку с пивом, и я, мигом схватив её, с нескрываемым наслаждением сделал несколько больших глотков. После чего перешёл на маленькие с перерывами. До обеда было далеко, а выпить больше двух кружек в мои планы не входило. Удовольствие удовольствием, а голова должна была оставаться ясной.

В ожидании обеденного времени я думал о Соломоныче, прокручивал в памяти наш разговор и пытался понять, для чего он пригласил меня завтра на обед? Такие люди просто так ничего не делают. Если ему было интересно лишь ещё раз поболтать, то можно было это сделать в другом месте. А он, судя по всему, пригласим меня в некое статусное для этого поселения заведение. Я был просто уверен в этом, так как такие люди, как Соломоныч, не в статусные заведения обедать не ходят.

Но зачем он это сделал? Показать блатным, что взял возможного Нового Игрока под свой контроль? Или показать это вообще всем? Возможно, отобедать с Соломонычем в крутом ресторане, было чем-то вроде «проездного» от Генриха. А точнее, это был такой же «проездной», только рассчитанный не на уличную шпану, а на людей посолиднее.

Но зачем ему понадобилось брать меня под свой контроль и, соответственно, под некий патронаж? Что ему от меня было нужно? Или, может, не ему, а кому-то другому? А он этому другому хотел показать, что поезд ушёл, толком и не остановившись на перроне? Возможно, всё было именно так. Но нужно ли это было мне? Зачем мне было идти на этот обед? Впрочем, ситуация сложилась, как и с подарком от блатных: я не отказался от приглашения на обед просто потому, что не мог себе позволить отказаться. Но как на это могли отреагировать блатные? А как красные? Ведь, судя по всему, у них тоже были на меня какие-то планы. Вопросов набралось очень много, ответов не было ни одного.

Марина давно принесла вторую кружку, а я думал о том самом пророчестве. Это, конечно, было бы здорово, оказаться тем самым Игроком. Но по плечам ли мне была такая ноша? И, вообще, какая это была ноша? Я вспомнил, что многие кланы взяли квесты с заданием убить этого Игрока. Стало не по себе. Безусловно, в этом всём должны были отыскаться и немалые плюсы. Но вот как было дойти до этих сладких и жирных плюсов, не сдохнув по пути от явных и многочисленных минусов? И на этот вопрос ответа тоже не было.

Ну и, разумеется, у меня из головы не выходила информация о невозможности покинуть Точку. Теперь я понял, почему у пулемётчика на входе в город, была такая истерика от мысли, что он вместе с нами пройдёт через ворота. До конца жизни прожить в этом грустном поселении, с пониманием, что никогда и ни при каких раскладах не получится сбежать — это было самое печальное, что я в тот день узнал.

Очень уж не хотелось провести остатки своих дней в этом унылом месте. Оно мне однозначно не понравилось. Огромное поселение-город, где большинство жителей работали за небольшую зарплату на заводах и фабриках как рабы или крепостные, где все ждали чуда от некоего всемогущего искина по имени Система и потихонечку сходили с ума. Где не было никакой надежды на что-либо светлое и позитивное.

Это был настоящий сюрреализм: на дворе стоял две тысячи двадцатый год, и вроде бы вокруг была всё та же привычная Россия, но на Точке было полное ощущение атмосферы некоего постапокалиптического будущего. И если уж Соломоныч — мужик крутой, богатый и влиятельный, явно в этом поселении не бедствующий, иногда, судя по его словам, приходил к мысли, что три дня на воле лучше, чем годы на Точке, то что было говорить обо мне? Мне ведь ещё надо было как-то выживать, искать средства на банальное пропитание.

Конечно, я мог продать артефакт, но вряд ли этих денег хватило бы на годы безбедного проживания в так называемом Свободном Городе. И ещё я не понимал одной вещи: если я был тем самым Игроком, то зачем Система отправила меня на Точку? А она именно отправила: квест «Попасть в Свободный Город» явно не был случайностью. Или это было такое испытание. А, может, я вовсе и не был Тем Самым Максом. Голова начала болеть от раздумий, и я заказал третью кружку пива.

Дождался обеда, съел борщ и рагу с рисом, допил пиво, рассчитался и пошёл в гостиницу. Гулять по городу не хотелось. У меня даже просто по сторонам смотреть не было никакого желания, слишком уж давила на меня мысль о невозможности покинуть это место.

Кати в гостинице не было, что меня обрадовало, и я, не раздеваясь, повалился на кровать и уснул. То ли переживаемый стресс, то ли три кружки пива, были тому виной, но проспал я до самого вечера.

Проснулся от звука открывания входной двери.

— Макс, ты чего в обуви спать лёг? Пьяный, что ли? — Катин голос окончательно меня разбудил.

— Почему сразу пьяный? Устал сильно! — я посмотрел на свои башмаки, которые вместо того чтобы стоять у входной двери, почему-то были на моих ногах.

Да уж, сильно я загрузился после разговора с Соломонычем. Быстро снял обувь и отнёс её к входу.

— А ты где была? — я посмотрел на часы на стене, которые показывали начало девятого. — Нарыла чего-нибудь интересного в этой дыре?

— А что может быть интересного в этой дыре? — передразнила меня Катя. — Слушай, у меня к тебе есть серьёзный разговор.

— Серьёзность — моё второе имя! — пафосно сказал я и сделал максимально сосредоточенное выражение лица. — Ну, в крайнем случае третье.

— Макс, давай действительно серьёзно поговорим! — судя по Катиному виду, шутить ей не хотелось. — Мы тут уже несколько дней живём с тобой. Вместе. Уже как семейная пара стали. Почти. Не знаю, как тебя, а меня сильно напрягает соблюдать все эти нормы приличия. Я устала. Устала постоянно быть в тонусе. Устала бегать каждый раз переодеваться в ванную. Я хочу по утрам вставать и сначала пить кофе, а потом приводить себя в порядок. Я не хочу спать в этой дурацкой пижаме, и в одежде спать не хочу, я хочу спать в белье! Или вообще без белья! Я так привыкла. Мне так удобно. В общем, мне это надоело. Ты понимаешь, о чём я?

Ещё бы я не понимал. У меня эти «надо серьёзно поговорить» в жизни случались не раз. Но в нынешней ситуации я был не против серьёзного разговора. Я где-то даже был к нему готов. Вообще, ход Катиных мыслей мне очень понравился, единственное, что немного смущало, как-то это всё произошло неожиданно и не вовремя. С другой стороны, отказывать Кате было некрасиво и исключительно глупо.

Не то чтобы я искал каких-то отношений — всё ещё не затянулась рана от потери Ольги, но не известно, сколько она бы ещё затягивалась. Но жизнь шла своим чередом, и, возможно, мне предстояло провести в этой Точке Ч с Катей не один год. Не стоило на корню рушить отношения. И, вообще, стоило признать, с её стороны это был сильный поступок.

— Кать, я тебя прекрасно понимаю, — я старался говорить медленно, чтобы правильно выразить свою мысль. — Я рад, что ты нашла в себе силы, это всё мне сказать. Честно, я пока не готов к отношениям. И даже не знаю, когда буду готов. Но! Мы друзья! Мы даже больше чем друзья. Мы действительно стали семьёй. И мы достаточно взрослые люди, чтобы говорить друг другу такие откровенные вещи. Я тебя понял. И я совершенно не против, если ты будешь вести себя так, как тебе удобно. Ты можешь спать в белье, ты можешь спать без белья, ты можешь хоть по номеру голой ходить, это нормально! Совершенно не парься по этому поводу. Я принимаю тебя такой, какая ты есть.

— Ма-а-акс! — Катя нараспев произнесла моё имя и посмотрела на меня как на умалишённого. — Ты идиот, что ли? Чего ты там принимать собрался? Я хочу с Колей номерами поменяться! Вы живите вместе, а я буду одна! Меня реально с тобой вместе жить задолбало. Мало того, что не расслабишься, так ты ещё и храпишь. В качестве жеста доброй воли за то, что пошли навстречу, буду продолжать вам еду готовить.

Не успела Катя договорить, как сразу же, словно ржавым серпом по самому сокровенному, по глазам резанула жёлтая строка системного сообщения:

ЗНАЧЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ УМЕНЬШЕНО НА 5. НОВОЕ ЗНАЧЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ 77/100

— Твою ж мать… — сорвалось у меня с языка.

Катя вопросительно посмотрела мне в глаза.

— Да вспомнил кое-что, — я нелепо попытался оправдаться, но Катя издевательски улыбнулась.

Как же мне хотелось ей объяснить, что я расстроился не из-за того, что она ко мне равнодушна, а потому, что у меня опять забрали с таким трудом вложенные в «Уверенность в себе» очки. Но это значило рассказать ей, что я остался на связи с Системой. А этого я сделать не мог. Но спустя несколько секунд пришло понимание, что расстроился я действительно из-за её равнодушия ко мне, потому и очки с меня сняли.

Какой-то замкнутый круг получился: я расстраивался — с меня снимали очки, с меня снимали очки — я расстраивался. Да уж, стоило потенциальному Новому Игроку научиться контролировать свои эмоции.

— Не вопрос, если Коляна уговоришь, то вперёд! — сказал я и изо всех сил напрягся, чтобы выдать Кате полноценную улыбку.

Коляна мы прождали почти до десяти, а когда он пришёл, то категорически отказался меняться с Катей номерами, за что был лишён ужина. После этого он обиженный ушёл к себе. Катя тоже обиделась, но на меня, за то, что я не настоял и не повлиял на Коляна. После его ухода она демонстративно взяла пижаму и ушла в ванную. Почти час оттуда не выходила, потом вышла в пижаме, выключила везде свет и легла спать.

Мне не оставалось ничего, кроме как последовать её примеру. Я демонстративно разделся до трусов и лёг на свою половину двуспальной кровати.

— Если буду храпеть, то почеши мне спинку, и я перестану, — с этими словами я повернулся к Кате спиной и начал предпринимать попытки уснуть.

Проснулся я от странного звука, словно что-то щёлкнуло в коридоре. Инстинктивно посмотрел на Катю, чтобы проверить, не проснулась ли она. Место рядом со мной пустовало. Теперь я был точно уверен, что звук, разбудивший меня, был щелчком замка. Мгновенно вскочил, надел джинсы, натянул через голову худи и бросился к двери. Там быстро обулся, осторожно вышел в гостиничный коридор, не увидев там Кати, бросился к лестнице.

Выскочив из гостиницы, едва успел заметить, как моя вынужденная соседка по номеру завернула за левый угол здания. Я побежал за ней. Добежав до угла, осторожно заглянул за него. Катя быстрым шагом уходила по улице в восточном направлении. Направился за ней, благо ночь была облачная, а луна новая, и на улице было очень темно. Я даже боялся потерять Катю из виду.

Мы прошли минут сорок и достаточно далеко удалились от нашей гостиницы. Я очень удивился, когда понял, что целью нашей прогулки был небольшой заросший бурьяном пустырь. Спрятался за большой сосной и наблюдал оттуда за Катей. Однако она не делала ничего интересного и необычного, а просто села на какой-то бетонный блок и спокойно на нём сидела. Я обошёл её со стороны спины и приблизился метров на десять. В ту ночь всё помогало мне оставаться незамеченным. Дул сильный ветер, и его завывания, перекрывали мои шаги и треск ломаемых моими башмаками веток.

Мне было интересно, каждую ли ночь она так уходила из гостиницы? Это было вполне возможно, так как обычно я вырубался до самого утра. Но в эту ночь, сон мой был слишком чутким, ведь накануне я проспал целый день. Поэтому я и проснулся от щелчка дверного замка. Возможно, Катя для того и хотела поменяться с Коляном номерами, чтобы иметь возможность вот так спокойно уходить по ночам. И ради этого разыграла комедию и даже возвела на меня напраслину за храп. А всё так просто объяснялось.

Но вот зачем она пришла среди ночи на этот пустырь? Этот вопрос волновал в первую очередь. Ждала ли кого-то? Как-то не особо было на это похоже. Со стороны казалось, что она просто сидит и наслаждается видом ночного пейзажа.

Я решил, что не стоит открывать своё присутствие. Как ни хотелось мне в тот момент подойти к Кате и поговорить с ней, я понимал, делать этого не стоит. Решив уже уходить, вспомнил, что мне стало доступно умение видеть склонность к вранью. И мне очень захотелось посмотреть, на каком уровне эта способность у Кати.

Сфокусировав на ней взгляд, я вызвал характеристики для прочтения. Челюсть моя отпала прямо на землю, к моим башмакам, после прочтения лишь первых строчек.

Дарья Ткаченко, 25 лет, безработная, клан «Орден Чистоты»

Открытые базовые характеристики

Персональный уровень: 14/50

У меня задёргался левый глаз. Я несколько раз прочитал Катины характеристики. Или Дашины? Или, может, Настины? Сколько же у неё вообще имелось имён? И как такое в принципе было возможно? Я, особо не разглядывая прочие характеристики, пролистал их почти до конца — до той, что меня изначально интересовала.

Склонность к обману: +43

— Охренеть! — пробормотал я не сдержавшись. — Плюс сорок три! Из пятидесяти!

Я со своими двадцати восьмью баллами был просто наивным юношей по сравнению с этой… я даже и не знал, как теперь называть свою спутницу. Быстро посмотрел, что на этот счёт говорилось в справке.

40-50 — присутствует у людей, вынужденных постоянно скрывать правду: мошенников высокого класса, специальных агентов под прикрытием, разведчиков или людей с психическими отклонениями, следует быть предельно осторожными и при возможности избегать контакта

Это было круто! Я уже месяц тусовался либо со спецагентом, либо с психом четырнадцатого уровня, и даже жил с ним в одном гостиничном номере. Стало интересно, как ей удалось сохранить уровень? То, что многие могли его скрывать, я уже давно понял, но как она его сохранила? Нас вроде одинаково обрабатывали. Или не одинаково? Ещё я пытался вспомнить, где слышал про этот «Орден Чистоты». И вспомнил. Железняк сказал, что этот самый орден дал ему заказ на моё уничтожение.

От понимания того, что с представителем клана, стремящегося меня убить, я делил одну кровать, пересохло во рту, и лёгкий холодок пробежал вдоль позвоночника. И ещё я почему-то подумал, что наконец-то при просмотре Катиных характеристик я перестал интересоваться уровнем её влечения ко мне. Хоть одна хорошая новость была за ночь. Только вот легче от этого не стало.

Я стоял и думал, что же мне делать? Прямо сейчас подойти и вынудить её сказать правду? Мне тут же стало смешно от мысли, что я захотел заставить сказать правду человека с минимум тремя именами и запредельным уровнем способности к вранью. А что было делать? Уходить и просто получше к ней приглядываться? И каждую ночь ложится спать в одной кровати с представителем клана, давшего заказ на мою ликвидацию? Как-то не радовали такие перспективы. Я просто стоял, смотрел на эту девушку и не знал, что делать.

— Ма-а-акс! Не стой за спиной! Не надо! Иди сюда! — донёсся до меня голос Кати.

Только вот Кати ли?

Глава 9

Перехвалил я свои способности незаметно подкрадываться. И что было теперь делать? То, что надо было подойти, не подлежало сомнению. Но как стоило себя вести: как ни в чём не бывало, или потребовать объяснений? Буквально на секунду я призадумался, но этого хватило, чтобы Катя… Даша? Настя? Чтобы моя соседка по гостиничному номеру поняла мою заминку неправильно и сказала:

— Не бойся.

Да что же это было такое? Похоже, она решила вогнать мою самоуверенность в глубокие «минуса». С чего она решила, что я её боюсь? Нет, конечно, остерегаться стоило. Но не больше. Ведь если бы она хотела меня убить, давно бы уже убила. Возможностей было множество. Да хоть борщом отравить могла, кто бы на Точке разбирался? Но видимо, ей тоже нужно было от меня что-то другое. Но что? Как же я устал задавать себе этот вопрос в последнее время. Как же мне хотелось узнать, что им всем от меня было нужно.

— С чего ты решила, что я тебя боюсь? — мрачно спросил я.

— Ну тогда иди сюда.

Я подошёл и сел рядом на бетонный блок. Некоторое время посидели молча. Я неожиданно понял, что не хочу во всём этом разбираться. Я так устал от постоянно меняющейся картины мира, мне так хотелось хоть чего-то постоянного и надёжного. А тут очередной удар. На душе было мерзко. Но старой Кати было уже не вернуть, а с этой новой, непонятно, как там её звали, надо было как-то разбираться.

— Скажи честно, что тебе от меня надо? — я задал самый волнующий меня вопрос.

По большому счёту мне было плевать, как там её зовут, мне вообще уже было на многое плевать. Просто хотелось знать: что им всем от меня было нужно?

— Уже ничего, — спокойно ответила девушка.

— В смысле «уже»? Что ты этим хочешь сказать?

— То и хочу, что уже ничего не нужно.

— Хорошо, перефразирую вопрос, — я начал злиться. — Что тебе было от меня нужно раньше?

— Мне надо было попасть на Точку. Одной было бы трудно. Ты же сам видел, втроём еле пробились.

— А по-другому нельзя было? Как я понял, ты изначально знала, что это Точка Ч, а никакой не Свободный Город!

— Можно было по-другому! — довольно агрессивно ответила девушка. — Меня по-другому туда почти отправили, и если бы твоя влюблённая курица не организовала наш побег, всё бы было нормально! Я полгода убила на то, чтобы сделать себе правильную историю, совершить нужное преступление, за которое отправляют именно на Точку, дождалась отправки, и в этот момент какая-то идиотка решила меня спасти, за компанию со своим мужиком. Это был самый нелепый облом всей моей жизни!

Бывшая Катя встала с плиты и со злости пнула кочку.

— А зачем тебе сюда надо было попасть? — искренне удивился я.

— Поверь, это не то место, куда стремятся просто так. И у меня для этого была веская причина.

Мне стало понятно, что правды я от неё всё равно не добьюсь. Зачем было терять время? Лучше уж спросить о чём-нибудь, на что были хоть какие-то шансы получить честный ответ.

— Тебя Дарьей зовут?

— Называй как хочешь.

— Блин, мы не в борделе! Что значит, как хочешь? У тебя есть реальное, настоящее имя?

— Настоящее — Катя. Только зачем тебе?

— Я предпочитаю называть людей по их именам!

— Тебе меня как-либо называть ещё от силы пару дней осталось.

Мне не понравились эти слова, и Катя заметила это по моему выражению лица.

— Не бойся, — усмехнулась она. — Ничего с тобой не случится.

— А к чему ты тогда про пару дней сказала? — поинтересовался я.

— Это мне столько осталось. Скоро я сделаю то, что должна, и меня не станет. Некого тебе будет называть по имени.

Мне так же не понравились и эти её слова, но она их говорила очень искренне. Хотя если держать в уме её мегаскилл вешания лапши на уши, то вообще ничего из сказанного ей не стоило принимать на веру.

— Давай так… — я запнулся, выбирая имя. — Катя, я не буду тебя ни о чём расспрашивать, потому что это просто глупо. Ты расскажи мне сама то, что считаешь нужным. Если, конечно, ты вообще считаешь нужным мне хоть что-то рассказывать. Но одна просьба: или скажи правду, или просто пойдём в гостиницу и забудем об этом разговоре.

— Нас было семеро, — сказала Катя после долгой паузы. — Из тысячи человек. Нас собирали практически по всей России. Тех, у кого были способности.

— К чему? — не удержавшись, перебил я.

— К прокачке до профессионального шпиона. Когда выяснилось, что в Игре есть такой класс, особо внимания на это не обратили. Это было больше похоже на глюк. Выбрать себе класс ты не можешь, ты его даже не видишь. В общем, какой-то атавизм от той программы, из которой Систему делали.

— Я не понял, если его нельзя увидеть, то как тогда определяют, у кого такой класс?

— Главарь клана может видеть класс своих игроков. Но так как класс почти никак нельзя использовать в реальном мире, то на это не обращали внимания. Тем более свой игровой класс никак нельзя прокачать. Так считали долгое время, пока совершенно случайно один умный мужик не увидел некоторые закономерности в распределении уникальных способностей у разных игроков. Правда, в основном они все не несли никакой ощутимой пользы в реальной жизни и были тоже отголосками первой полностью игровой версии Системы. Например, у некоторых игроков появлялось умение в бою выбивать максимальное количество хитов у противника — вероятность крита до восьмидесяти процентов. Только вот в реальной драке ни горячо, ни холодно от того, что Система тебя осыпает сообщениями, что ты вот-вот добьёшь врага.

Катя рассмеялась.

— Хотя некоторые на это велись, — продолжила она. — Считали, что на дуэлях это помогает. И вот это, на фиг не нужное умение, было доступно лишь тем, кто принадлежал к классу воинов. Некоторые игроки класса магов могли типа кастовать. Но здесь хоть какая-то польза была. Иногда таким игрокам попадалось умение создавать артефакты и магические предметы. Ясное дело, в жизни от этого толку ноль, но это хоть можно было использовать в Игре. Игрок этого класса мог наложить какой-нибудь баф. Например, баф невидимости.

— Бред же! — опять не удержался я.

— Невидимости по понятиям Системы, — уточнила Катя. — Тот, на кого накладывали такой баф, становился невидимым для Системы на определённое время: от часа до суток. Или баф неуязвимости. Считается, что он может даже спасти от пули, но я таких примеров не встречала.

«Зато я встречал», — подумал я, вспомнив, как Система спасла меня от пули Железняка.

— Но иногда Система выдавала такие умения, что их можно было использовать. Да не просто использовать, а получать от этого огромные преимущества в Игре. А так как Игра уже полностью переплетена с реалом, то и в жизни. Всё началось с того, что один игрок случайно прокачался до того, что получил бонус в виде умения менять своё имя в характеристиках. Вроде бы игровой момент, но это давало огромные преимущества и в жизни. Ведь с приходом в наш мир Системы, невозможно было скрыть от других свои данные: имя, возраст, уровень. И хоть с уровнем всё оказалось легче, и многие научились его потом скрывать, выставлять ложный, но с именем и возрастом всё было иначе.

Катя выдержала небольшую паузу, перевела дыхание и продолжила:

— Кстати, возраст скрывать почему-то я до сих пор не научились. Но это особо никому и не нужно, кроме некоторых озабоченных дам. А вот возможность менять имя стало открытием. Мужик, впервые обнаруживший его у себя, работал в полиции. Он пришёл в КСК и всё рассказал. Его проверили, выяснили, что он принадлежит к классу разведчиков, перевели на работу в КСК и поручили возглавить проект по поиску таких же, как он. По всей стране искали этих самых «разведчиков». Класс сам по себе редкий, в итоге нас набралось чуть больше тысячи человек. Некоторые наотрез отказались принимать участие в программе, их всех тут же отправили на Точку, чтобы никому ничего не могли рассказать. А остальных стали тренировать и прокачивать.

— Так вот что за диверсионная школа у тебя была?

— Да. Тот мужик, первым получивший навык смены имени, был очень прокачанным, все сразу поняли, что без этого такие плюшки не раздаются. Нас гоняли как проклятых. Мы поднимали уровни, повышали характеристики, но чудо-навык так никто и не получил. Программу уже хотели свернуть, но один парень апнулся до пятнадцатого уровня и получил вместе с этим такой бонус. Программу продлили. Но, к сожалению для конторы, вероятность получения такой абилки даже для игрока класса разведчик составляла менее одного процента. Из тысячи принявших участие в проекте, нас набралось всего семь, тех, кто научился менять своё имя. Мы зашли даже немного дальше — научились скрывать свой клан. Менять его оказалось невозможным, но вот скрывать реально. Каждому из семёрки велели никому не рассказывать о достигнутом результате, и ждать, когда мы понадобимся. Всю тысячу приняли на службу в КСК и раскидали по всей стране. Проект официально объявили неудачным, и лишь несколько человек из руководства КСК знали правду.

Катя прервала рассказ. Видимо, воспоминания давались ей с трудом. Я её не торопил. Через некоторое время она продолжила:

— Примерно через год меня вызвали в Особый отдел и ознакомили с заданием. На тот момент уже всем стало ясно, что Игра занимает всё больше и больше позиций в реальном мире. КСК, формально являющаяся государственной структурой, по факту защищала лишь интересы красного альянса. Ты же в курсе про альянсы?

— Сегодня днём узнал о них.

— Так вот, КСК и вообще весь красный альянс решил на корню извести блатных и коммерсов, в первую очередь, конечно, блатных. И из нас семерых должны были сделать идеальных «кротов». С возможностью менять имена, мы могли внедриться куда угодно. Нас снова собрали вместе, чтобы обучить ещё сильнее, выдать каждому свою легенду и морально подготовить к работе в стане врага. Влад, так звали того мента, что первый обнаружил нашу суперспособность, опять был назначен нашим куратором. Четыре месяца интенсивной подготовки довели нас до состояния готовых на всё роботов-шпионов. Каждый получил задание. Пятеро должны были внедриться к блатным, двое, в их числе и я — к коммерсам. «Атака кротов», так назвали наш проект, должна была заложить базу для подготовки и проведения нескольких крупных операций против альянсов-соперников и последующего тотального доминирования красного альянса в России. Накануне выпуска нас предупредили, что утром мы получим новые имена и задания. Мы легли спать с ощущением того, что с завтрашнего дня наша жизнь станет совсем другой. А ночью нас пришли убивать.

Катя опять замолчала. Мы просидели так минут пять.

— Нас просто вырезали как овец, тихо и быстро. Меня спасло то, что я захотела в туалет и проснулась среди ночи. Хотела выйти, но дверь в комнату оказалась закрыта снаружи ключом. Я удивилась, но пытаться её открывать не стала, очень уж в туалет хотелось. Наши комнаты были на первом этаже, в одной жили четверо мужчин, в другой — три девушки, поэтому я просто вылезла в окно и пошла в уличный туалет, что был на территории. Когда подходила назад к жилому блоку, заметила в окне нашей комнаты блики, словно кто-то светил фонарём. Я подошла к окну. Осторожно заглянула, а там…

Кате было трудно говорить. Я не знал, правду она рассказывает или использует свой скилл, но выглядело это очень правдиво.

— А там, — продолжила Катя. — Всё в крови. Одна моя подруга лежала на полу, вторая даже с кровати встать не успел. Какие-то уроды добивали их, а в центре комнаты стоял Влад. Он оглядел убитых и сказал: «Должна быть ещё одна». Я бросилась к окну комнаты, в которой жили мужчины, в надежде, что начали с девушек, а к ним ещё не дошли. Но когда я добежала к их окну, там, в комнате, включили свет. Я заглянула. Все четверо моих товарищей лежали на полу, каждый в луже крови. Не знаю, как мне удалось убежать. Спасло то, что они просто не предполагали такого варианта, и людей, способных меня преследовать, просто не нашлось. Нас пришли резать обычные урки, догнать человека, специально обученного скрываться, им было не по силам. Опасность представлял только Влад, но, видимо, страх дал мне тогда достаточно сил, чтобы уйти от преследования. Я добралась до трассы, сменила имя и поймала попутку. В ту же ночь я дала себе слово убить Влада. Я не буду тебе рассказывать, чего мне стоило его выследить. Но мой путь подходит к концу. На днях я убью его.

— А ты уверена, что сможешь это сделать и не попасться?

— К сожалению, не попасться невозможно. Но я знаю, на что иду. Это мой путь.

— Прямо Путь Самурая какой-то ты себе выбрала.

— Да, это он и есть, — вздохнула Катя. — Только выбрала его для себя не я.

— А почему он вас предал? — осторожно спросил я. — Ты не знаешь?

— Деньги. Очень большие деньги. Коммерсы как-то прознали про нас и про планы конторы. Говорят, они заплатили Владу сто миллионов долларов за наши жизни. Возможно, это легенда, и на самом деле меньше. Но явно немало. Влад нас продал, коммерсы подключили блатных, сами-то они руки марать не любят. И в итоге получилось так, как получилось.

Мы просидели молча ещё минут пять, после чего Катя встала и сказала:

— Надо уходить, оставаться здесь дальше опасно.

— Почему?

— Я специально ухожу подальше от гостиницы, каждую ночь в разные места, возвращаю себе старое имя и клановую принадлежность, чтобы Система меня определяла здесь, на Точке. Влад у меня в кос-листе. Я знаю, что у него всегда включена опция показывать наличие тех, кто хочет его убить, если этот человек приближается на расстояние ближе километра. Он в своё время сам хвастался, что такую плюшку получил за какой-то квест.

— То есть, ты специально исключаешь фактор внезапности? — удивился я.

— Я не знаю, под каким он сейчас именем, и слышала, что он изменил внешность, — сказала Катя. — Ведь после того, не только я, а вся контора его ловила. Но я знаю, что он сейчас на Точке и он с блатными. Занимает у них высокое положение. Испугать его — мой единственный шанс. Свой человек на Точке сказал, что один из блатных вчера неожиданно начал ходить с охраной. Если никто больше в ближайшие дни себе телохранителей не наймёт, то этот блатной и есть Влад. Пойдём отсюда быстрее!

Я мельком глянул на Катины характеристики, она снова была Анастасией Котовой первого уровня. Мы шли в гостиницу, и я просто не представлял, что мне было теперь думать и что делать?

Всю дорогу шли молча. Я переваривал полученную информацию и прикидывал, что из этого могло быть правдой. Катина способность к обману, и весь мой опыт общения с ней категорически не разрешали принять на веру всё, что она рассказала. В том, что правды в её истории было далеко не сто процентов, можно было не сомневаться. А вот сколько их там было этих процентов? Девяносто? Или десять? И как мне теперь надо было относиться к самой Кате? Ведь если её рассказ был враньём, то требовалось одно отношение, а если правда — совершенно другое.

И лишь в одном я точно не сомневался: Катя действительно хладнокровно и цинично использовала меня в своих интересах, чтобы облегчить себе проникновение на Точку Ч. Другими словами говоря, она, пытаясь решить свою проблему, затянула меня в это место, то есть обрекла на то, чтобы прожить остатки жизни в унылом, депрессивном и опасном поселении. И как я должен был относиться к человеку, который меня так подставил?

Хотя и нельзя было отрицать, что Ольга с нашим побегом, действительно сбила все Катины планы и по сути не оставила ей иного выхода. Я понимал, что сама бы она на Точку с боем не прорвалась. А идти и сдаваться Конторе — было опасно. За побег могли определить в реальную тюрьму или даже к стенке поставить. Хотя это всё было логичным лишь при условии, что Катя действительно хочет кому-то отомстить.

Но ведь она могла просто выполнять задание Конторы! Причём неизвестно какое задание. То, что она рвалась в Свободный Город, зная, что это Точка Ч, не подлежало сомнению. Теперь мне стала понятна её реакция в первый день нашего пребывания в этом месте. Когда нас с Коляном просто чуть не разорвало от осознания того, как мы вляпались, Катя была спокойна. Я это принял тогда за профессиональную сдержанность, но оказалось, для неё это просто не было новостью.

Но если она сказала неправду, то возникал другой вопрос: зачем молодая красивая девушка так рвалась туда, откуда нельзя выйти до конца жизни? Вопросы, вопросы, и ещё раз вопросы. Они сменяли друг друга с бешеной скоростью. И традиционно не было ни одного ответа. Моя голова просто разрывалась от предположений, догадок и версий.

— Макс! — вывел меня из раздумий голос Кати. — Поговори, пожалуйста, с Колей ещё раз. Мне действительно сейчас надо побыть одной. Думала, будет легко, а когда подошла вплотную к цели, немного не по себе стало. Надо настроиться. А у меня только дня два-три на всё есть. Мне в любой момент могут назвать его имя.

— Хорошо, поговорю завтра, — я перехватил взгляд Кати и исправился: — Да прямо сейчас поговорю, не фиг спать. А тебе надо было сразу нормально объяснить, а не нести эту чушь про пижаму и желание спать голой.

— Я действительно люблю спать без белья, — пожала плечами Катя. — Но сейчас мне отдельный номер нужен не для этого. И как бы я тебе это сказала? Я не хотела, чтобы ты знал. Зачем тебе мои проблемы?

«Ну и зачем она мне сказала, что любит спать без белья?» — ещё один вопрос добавился к уже имеющимся.

Действительно, какое мне до этого было дело? Но ведь она сказала, и как бы невзначай. Неужели, это была очередная попытка охмурить? И это печальное «зачем тебе мои проблемы» тоже насторожило. Катя однозначно давила на мою психику, пыталась вызвать во мне чувство вины, за то, что я не хотел ей помогать. И как следствие этого, вызвать желание помочь. Тонко. Профессионально. С ней однозначно надо было держать ухо востро. Но не факт, что всё было именно так, как я предполагал. Порой бывает, думая, что ты разгадал замысел другого человека, начинаешь обходить мнимые ловушки и, таким образом, попадаешь в настоящую, хорошо замаскированную.

С Катей надо было не только ухо востро держать, а вообще всё, что только можно. Но уговорить Коляна, чтобы махнуться номерами, стоило. И не потому, что я так уж вошёл в положение Кати. Просто понял, что не смогу больше спокойно спать, зная, что со мной на одной кровати лежит, возможно, профессиональный убийца или сотрудник КСК, находящийся на задании. И никаких гарантий, что я не являлся этим самым заданием, у меня не было. Однозначно надо было идти и уговаривать Коляна. Без промедления! И неважно, что было три часа ночи.

Хотя каким-то задним умом я понимал, будь целью Кати я, она бы давно уже меня убила. Такая возможность у неё была, и не раз. Целью я, точно не был, но вот с сегодняшнего дня стал случайным свидетелем готовящегося покушения. Правда, неизвестно на кого, но это было неважно. Катю необходимо было отселять!

Открыл Колян не сразу, и по нему было видно, что спал он на момент моего визита крепко.

— Коль, брат, давай ты всё же с Катей номерами поменяешься, а? — сказал я, проходя в номер к товарищу. — Я тебе сейчас вещи помогу перенести.

— Макс, ты гонишь? — возмутился Колян. — Ты на время посмотри!

— Так надо, потом объясню, давай, собирайся!

— Какой «так надо»? Спать надо! Вам реально делать не хрен, среди ночи переезды устраивать? — Колян окончательно проснулся и разозлился. — Да я, вообще, из-за тебя отказался! Видел, что ты этого не хочешь. Ладно, думаю, выручу братана, оставлю его в одной кроватке с блондинкой. А братан среди ночи прибежал и спать не даёт!

— Колян, какие на фиг блондинки в кроватках? Мы с Катей просто друзья!

— Лошара ты, друг! — усмехнулся Колян, и сделал он это зря.

Поймав товарища на улучшающемся настроении, я без труда его дожал, и через десять минут мы с ним, пытались устроиться вдвоём на одной кровати, сопровождая это дело похабными шуточками.

Состоявшийся ли разговор с Катей, предстоящий ли с Соломонычем, или всё это до кучи так взбудоражило меня, что я не уснул до самого утра. А когда наконец-то отключился, то перешёл в режим «спящая красавица» и ни на что, происходящее вокруг не реагировал.

Глава 10

Проснулся я ближе к полудню и подумал, что надо бы завести свой бонусный будильник на ежедневное срабатывание хотя бы в десять утра. Зайдя в кухонный блок номера, с грустью осознал, что с уходом Кати, исчезли вкусные завтраки. Впрочем, в тот момент завтрак мне был не нужен. Через два часа предстояло обедать с Соломонычем, и явно чем-то вкусным, глупо было перед этим набивать брюхо всякой ерундой. Я лишь сварил себе в турке кофе, выпил его и собрался на выход.

В номере сидеть было скучно и не имело смысла. Решил пройтись по городу, заранее выяснить, где находится этот «Гранд», ну и заодно нагулять аппетит.

«Гранд» оказался местом пафосным. А по местным меркам это вообще было что-то невероятно крутое. Просторное помещение, официанты в отутюженной униформе, ослепляющий блеск приборов, пьянящий запах дорогих блюд. Войдя внутрь, я просто забыл, что нахожусь в Точке Ч, в этом мрачном и проклятом месте. Мне даже стало как-то неловко за свой внешний вид, совершенно не соответствующий походу в такое роскошное заведение. И я ещё раз понял, что встреча была назначена именно здесь неспроста.

К моему приходу Соломоныч уже был на месте, он сидел в углу зала, за столиком у окна, откуда хорошо просматривалось всё помещение. Представитель альянса коммерсов курил сигару и попивал аперитив. Закон о запрете курения на Точке не действовал, что мне, как человеку спортивному и некурящему, приносило некоторые неудобства. Но по сравнению с другими, ежедневно возникающими проблемами, это было сущей ерундой.

Я подошёл, поздоровался и присел за стол.

— Здравствуй, Максим! Хересу не желаешь для разгона аппетита? — с искренней заботой спросил Соломоныч и кивнул на свою рюмку, призывая присоединиться и заказать себе того же. — Или чего покрепче?

— Если честно, я бы от метаксы не отказался, если здесь есть, — почему-то выпалил я, хотя особо мне выпить не хотелось.

— Здесь всё есть, — улыбнулся Соломоныч и махнул официанту, призывая того подойти. — Максим, ты заказ сам сделаешь или доверишься моему вкусу?

— Доверюсь, — ответил я, искренне радуясь в душе, что с плеч спала необходимость делать заказ.

— Любезный, принеси-ка молодому человеку пятьдесят грамм метаксы, — сказал Соломоныч официанту. — А остальной заказ будет как у меня!

Вышколенный работник ресторана принял поручение и убежал его выполнять.

— Как идёт процесс ассимиляции? Узнал что-то новое? Интересное? — словно издеваясь, спросил Соломоныч.

— Да тут, что ни день, то сюрприз, — честно ответил я.

— Наслышан о твоих приключениях с другом на заводе. Скажу честно, повезло тебе, что не убили. Если с руководством блатных можно договариваться и что-то обсуждать, не со всеми, конечно, но можно, то вся эта гопота, что под ними ходит — это просто тихий ужас. Ни чести, ни мозгов, ни жалости. Одно хорошо, дисциплина у них невероятная, своих старших боятся как огня. Но оно и ясно, там нет разговоров о недопустимости плохого поведения, там чуть что, сразу на нож.

— Это я понял. По тому, как они вокруг меня прыгали, когда увидели «проездной» от Генриха.

Соломоныч рассмеялся и пояснил:

— Избить человека с «проездным» на территории блатных — это вынести себе смертный приговор. Там бы даже спрашивать не стали, почему такое случилось. Но ты не предъявил, поэтому их не наказали. И, кстати, правильно сделал, мелкие урки мстительные, ни к чему таких врагов иметь. А так они теперь тебя уважают, за то, что не потребовал крови. Кстати, ты удивишься, но «Гранд» блатные держат. Они здесь в основном и обедают. Те, кто может себе это позволить.

Теперь мне стало окончательно понятно, почему мы обедали именно в «Гранде», Соломоныч решил всей верхушке местных блатных показать, что берёт меня под покровительство. Серьёзный поступок, видимо, он действительно был крутой мужик, раз мог себе такое позволить.

«Интересно, я ещё могу «спрыгнуть»?» — почему-то подумал я.

Хотя куда мне было прыгать-то? К блатным, которых я просто интуитивно опасался? Или к красным, которые несколько раз хотели меня убить? Или надо было пытаться выживать одному, без «крыши»? Заманчиво, но был ли шанс при таком раскладе выжить? Поэтому возможное покровительство Соломоныча было далеко не худшим вариантом развития событий. Но что ему от меня было нужно? Знал бы я это, и было бы легче. Примерно я понимал, что Соломоныч надеялся, как и многие другие, что я Тот Самый Игрок. Но что он хотел от Того Самого Игрока? Это было совершенно непонятно.

Я осторожно, стараясь не привлекать внимания, оглядел помещение. Действительно, народ вокруг сидел суровый, на коммерсантов не сильно похожий. Мне показалось, что кое-кого из них я даже видел у Генриха на встрече. Особенно мне показался знакомым мужик, сидящий через два столика от нас. Невысокий, но коренастый, спортивного сложения, лет сорока, бритый наголо, с умным, пронзительным и хищным взглядом. Он сидел за столиком один и ел какое-то рыбное блюдо.

За соседним столом сидели четверо ребят, ещё более крепкого вида, но с менее умными лицами, и ели суп. Видимо, это была его охрана. Стало интересно, если здесь многие даже на обед с телохранителями ходили, как Катя своего Влада собиралась вычислять по охране? Я проверил характеристики лысого, его звали Николаем Березиным, и был он восемнадцатого уровня.

— Но раз вы сюда ходите, значит, не только блатные здесь едят, — высказал я провокационную мысль.

— Некоторые из наших тоже, очень уж вкусно тут повар готовит. У нас с блатными нет конфликтов. Да у нас особо и с красными их нет, разве что у некоторых, типа меня, — усмехнулся Соломоныч.

— И вы ходите к блатным в ресторан, чтобы красных позлить?

— Нет, им на это плевать, сейчас принесут местное оссобуко из телятины, и ты поймёшь, почему я здесь обедаю.

— Понял, ждём оссобуко! — улыбнулся я. — А можно, пока ещё не принесли, вам один вопрос задать?

— Э, нет! — замотал головой Соломоныч. — Я тебе больше ничего не расскажу, пока не услышу рассказ про то, как ты младшего Карпова поимел.

— Да с удовольствием!

Я откинулся на стуле и приготовился рассказывать, но неожиданно мне показалось, что боковым зрением я увидел знакомое лицо. Однозначно мне стоило купить каких-то лекарств, чтобы психику подлечить. Я принял проходящую мимо меня официантку за Катю. Да уж, сильно она мне голову забила. Набрал в лёгкие воздух и почти уже начал рассказ, но официантка, которую я принял за Катю, прогулявшись до бара, пошла назад. В руках она несла поднос, на котором стояла маленькая чашка с эспрессо и стакан воды. И… это была Катя!

Дальше всё произошло настолько быстро, что мне оставалось лишь наблюдать за этим с открытым ртом. Моя подруга по несчастью, проходя мимо одного из столов, едва уловимым движением подхватила с него нож для стейков. Она прижала его снизу к подносу так, что со стороны ничего не было заметно. Катя подошла к столу, за которым сидел лысый бандит Березин, поставила перед ним кофе и воду и, глядя ему в глаза, сказала:

— Как жизнь, Влад? Пролетела незаметно? Привет тебе от ребят!

Березин успел лишь выкрикнуть возмущённое «Су…», а его охрана только начала вскакивать с мест, как Катя уже закончила своё дело: она выхватила из-под подноса руку с ножом для стейков и воткнула своё незатейливое оружие прямо в горло Николаю-Вадиму, чуть ниже адамова яблока, острой стороной лезвия вверх. Березин захрипел, а Катя рванула нож к подбородку, разрывая бедняге всё горло. В ту же секунду её сбил с ног один их телохранителей, двое других подхватили истекающего кровью шефа, а четвёртый куда-то побежал, скорее всего, за врачом.

Первой и единственной моей мыслью было сорваться с места и броситься на помощь Кате. Теоретические шансы на успех у нас с ней были. Один из охранников уже скрылся из поля зрения, второй точно бы остался возле шефа, зажимать ему рану, не давая крови брызгать совсем уж неприличным фонтаном. Выходило двое на двое.

Если бы я начал с внезапного удара одному из братков стулом по голове, то это бы ещё улучшило шансы. Хотя стоило признать, большая часть посетителей «Гранта» могла броситься на помощь охране Березина. Что в принципе и произошло буквально секундой позже. Но в тот первый момент, когда охрана Березина выламывала Кате руки, я уже практически срывался с места, чтобы включиться в драку. В это мгновение, всего лишь за какие-то доли секунды до моего старта, Соломоныч успел схватить меня за руку.

— Сиди! — прошипел он. — Если хочешь ей помочь, сиди! Не дёргайся!

Не скажу, что я его послушался, но за те три секунды, что он говорил, половина ресторана бросилась на помощь охране лысого братка. Время было упущено. А, возможно, наоборот — выиграно. Получить от блатных и лежать после этого на полу, как Катя, было не самым лучшим вариантом помощи.

Прибежал, неизвестно откуда взявшийся доктор, и начал оказывать Березину первую помощь, но, судя по всему, вариантов там было немного. Катя распорола своему врагу всю гортань. Березин уже потерял сознание от обильной кровопотери, и всё походило на то, что Катя выполнила-таки свою миссию. По крайней мере, когда её уводили из помещения, мы пересеклись взглядами, и я увидел в её глазах радость.

Катя подмигнула мне, смачно плюнула в сторону лежащего на полу Влада-Николая и улыбнулась во всё лицо. За это тут же получила удар в челюсть от одного из посетителей ресторана, видимо, хорошего знакомого Березина. Из разбитой губы Кати обильно потекла кровь, но улыбка с лица не ушла, а лишь стала зловещей.

Соломоныч всё ещё продолжал держать меня за руку. Лишь потом я уже осознал, если бы не он, я точно включился бы в процесс, особенно после того, как Катю ударили по лицу. Но благодаря тому, что коммерс крепко меня держал, я совладал с эмоциями и не бросился в драку. Но прочитал характеристики ударившего и запомнил их.

— Молодец, — спокойно сказал Соломоныч. — Бросаться сейчас в драку — самое глупое, что только можно придумать.

К этому моменту возле нашего столика появился администратор ресторана в сопровождении официанта. Администратор улыбнулся невероятно счастливой улыбкой и произнёс:

— Просим прощения за случившийся инцидент! Надеюсь, он не смог испортить вам впечатление от обеда! Дижестив за счёт заведения!

Администратор убежал к другому столику, а официант остался, чтобы принять заказ на дижестив.

— Моему другу ещё пятьдесят метаксы… — Соломоныч на секунду призадумался. — Хотя нет, лучше сто, а мне пятьдесят водочки. Холодной. К ней огурчик, но не маринованный, а бочковой!

Официант склонил голову в знак того, что принял заказ, и быстро побежал его выполнять. Соломоныч проводил его взглядом, после чего обратился ко мне:

— Сейчас выпей, успокойся и подумай, надо ли тебе это всё.

Меня поразили его слова.

«Что значит, надо ли? Вообще-то, Катя для меня…» — и мысль остановилась.

Я поймал ступор. Потому что не знал, кем Катя для меня была, если это, вообще, была Катя, а не Даша или Настя, или какая-нибудь Анжела. Выпить было просто необходимо. Соломоныч, видимо, поймал моё настроение.

— Ты действительно этого хочешь? Она сделала свой выбор. И судя по всему, осознанно. Шансов ей помочь, скажу честно, немного. А если уж совсем честно, я их просто не вижу. Она зарезала на виду у всех одного из самых уважаемых на Точке представителей блатного альянса. Здесь за меньшие провинности убивают. Не подумай, что я тебя отговариваю, просто хочу, чтобы ты знал, шансов ей помочь нет. А испортить себе жизнь можно. Она прошла свой путь, а твой только начинается. Не торопись. Подумай об этом!

— Да какой путь-то? — возмутился я. — Ей всего двадцать пять лет! Это начало пути!

— Значит, такой путь. Она была готова к такому финалу. А вот готов ли ты? — Соломоныч посмотрел мне прямо в глаза. — На что ты готов, ради её спасения? Готов ли рискнуть всем и всё потерять?

— А у меня ничего и нет! — огрызнулся я, мне был неприятен этот разговор.

— У тебя есть твоя жизнь! — не согласился со мной Соломоныч. — Для многих это всё ещё ценность!

— А разве это жизнь?

— Ну уж какая есть, — огрызнулся в свою очередь коммерс, видимо, я опять надавил на больную мозоль. — Сходи к Генриху, попроси блатных об одолжении, думаю, тебе не откажут. Если объяснишь, что это близкий тебе человек, то они убьют её безболезненно и не дадут своим быкам над ней надругаться. Умрёт достойно.

Сама мысль о такой просьбе была для меня дикой, видимо, всё это отразилось на моём лице, но Соломоныч неправильно трактовал мои эмоции.

— Если тебе самому трудно разговаривать на такие темы, я могу попросить. Мне не откажут. Ты посиди тут, подумай, я велю тебе ещё сто грамм метаксы принести, но только больше не пей.

Соломоныч ушёл, а я остался один со своими мыслями и метаксой. Я сидел и мучительно думал, что же мне делать? Трусливо сидеть и ждать, пока убьют Катю? Или всё же предпринять попытку её спасти? Мой новый знакомый сказал, что это было бы сопряжено с риском для жизни. И я ему верил. Только вот Катя решила отдать свою жизнь, чтобы отомстить за друзей, а я так боялся за свою шкуру, что опасался даже просто рискнуть.

Я выпил метаксы. Такое количество разных событий произошло за последние несколько дней, что я уже начинал опасаться не столько за свою жизнь, сколько за рассудок. И какое это было дикое совпадение, что в тот момент, когда Катя пришла убивать своего кровника, я оказался в том же самом месте.

Или это было не совпадение? Как-то слишком много в последнее время стало различных совпадений. А если это всё было частью плана? Возможно, по этому плану я как раз таки и должен был броситься отбивать Катю, и в этой суматохе ей бы удалось скрыться. А я бы и бросился, если бы не Соломоныч. Неужели, таков был замысел? Возможно, Катя была обычным наёмным убийцей. Но она передала убитому привет от ребят. Хотя я не знал точно, что это были за ребята. Возможно, те, кто просто её нанял.

Я пытался отогнать тяжёлые мысли, но они лезли в голову с новой силой. Ведь если посмотреть трезво, мы действительно с Ольгой в своё время разрушили её план, каким бы он ни был. А потом всё происходило слишком странно. Катя тащила меня на Точку, но при этом постоянно конфликтовала с Ольгой, явно не желая, чтобы та шла с нами. И эта засада, и расстрел машины, может, не случайно так вышло, что ранили только Ольгу? Может, только в неё одну и стреляли?

Ведь была вероятность, что весь этот конфликт Кати со Слоном был разыгран только для нас. Ольга ведь изначально не хотела ехать в Свободный Город. И в любой момент могла меня отговорить, или как-то узнать правду. Да и здесь на Точке, будь Ольга с нами, всё бы было по-другому. Возможно, действительно моя миссия в планах Кати состояла не только в том, чтобы помочь ей пробраться на Точку, а ещё и в том, чтобы в день выполнения задания, сам того не ведая, я помог ей скрыться. И лишь Соломоныч спутал все карты.

На как-то слишком счастливо выглядела Катя, когда её уводили. Не было в её глазах ни намёка на то, что она на меня злится или чем-то разочарована. Хотя, возможно, это было сделано специально. Для того, чтобы я потом сидел в «Гранде», пил метаксу и ощущал вину, что не помог.

Голова взрывалась. Я подозвал официанта и спросил:

— Скажите, у вас сто грамм метаксы сколько стоит? И что-нибудь недорогое на закуску есть?

— Ваш друг велел принимать все ваши заказы и записывать их на его счёт! — отрапортовал официант.

«Ну вот и славно, не думаю, что меня за это будет сильно мучить совесть», — подумал я и сделал заказ:

— Тогда ещё сто метаксы и какой-нибудь мясной нарезки на закуску!

Официант убежал, а я остался дальше ломать голову в догадках, кем же на самом деле являлась моя загадочная подруга Катя? И мог ли я ей хоть чем-то помочь? И был ли шанс у меня потом нормально жить, в случае принятия решения не помогать?