В Вихре

Глава 1

Тело сковал сонный паралич, сердце сжал необъяснимый страх, а разум, как старый клинок, заржавел и затупился – лишь искра воли зажглась глубоко в душе. Она наполнила разум, сердце и тело пламенем. Холодная тьма ослабила хватку. Через боль и страх я вдохнул.

– Ох, милая, это мальчик! Ха-ха, у меня сын!

Меня ослепил яркий свет, легкие обожгло. Я не растерялся, вскинул руки и применил защитное заклинание. Но вместо знакомого барьера передо мной вытянулись маленькие пухлые ручки! Конечно, я закричал! Конечно, заплакал! Что тут вообще происходит?!

– Сын… покажите его мне.

Эй-эй! Куда ты меня несешь?! Я Николас Аркане, второй принц королевства и глава ордена рыцарей-магов! Приказываю отставить! Мне же страшно!

– Ну ты посмотри, как он классно шевелит ручками! Такой прикольный!

– Агу… – ошалел я.

Я? При-кольный?

Девушка с изможденным лицом осторожно взяла меня на руки. На её губах расцвела теплая улыбка, а в глазах цвета неба читалась доброта и мудрость. От локонов её пепельных волос восхитительно пахло ромашкой.

– Здравствуй, мой милый А́дам. Добро пожаловать в Жизнь.

Адам? Я… Адам? Уставшая женщина, маленькие ручки, свет в конце туннеля… ох… Тогда… Нет. Разве такое возможно? Ещё вчера я отправился в путь, чтобы завершить одно неотложное дело, – знаете, с принцами такое, порой, случается, – а сегодня я… что? Стал младенцем? Безумие! Верните как было!

На кровать подсел высокий мужчина с забавным ежиком светлых волос и сильной челюстью. Он поправил очки и наклонился, чтобы получше меня рассмотреть.

– У него взгляд ученого, тебе так не кажется? Будущий технарь!

Девушка ткнула локтем мужчину.

– Никакой он не технарь, – она заглянула мне в душу своими бездонными синими глазами и будто бы что-то рассмотрела. – Он будет магом. Самым лучшим магом из всех. Не так ли, Адам?

– Ещё посмотрим!

Мужчина забрал меня. И через время мы втроем направились к окну, которое занимало целую стену.

– Смотри, сынок. Всё, что ты видишь – это достижение науки и техники!

– И во многом традиций и магии, – добавила обнявшая нас женщина.

Стекло запотело от моего дыхания. Я прижал к нему ладошку. Там, за окном в безграничную даль простирались разноцветные здания из стекла и металла – некоторые огромные настолько, что терялись в облаках! Между ними сверкали прожилки дорог, по которым носились сверкающие самоходные кареты. В воздухе парили порождения магии – пышущие маной духи, одни из которых выглядели, как домашние зверьки, а другие, как жуткие монстры. Так много одном месте!

В нескольких сотнях метров от нас пространство разверзлось пурпурной воронкой. Из нее на полной скорости вылетела черная треугольная платформа, на которой удерживал равновесие человек. Вокруг него кружилась энергия, на плече сидела пламенная птица, а за спиной развивался вышитый рунами плащ.

Мое маленькое сердце пропустило удар.

Это взаправду.

Я родился вновь. В мире, где есть магия и загадочные технари. В мире, где надо мной не висит тень короны и старшего брата, в мире, где я наконец стану магом, а не рыцарем, едва способным на слабые чары. В мире, где я смогу прожить достойную жизнь.

– Смотри, он улыбается, – сказал отец. – Он кажется таким счастливым и спокойным, да?

– И красивым, – настояла мама. – У него твои волосы.

– У меня не настолько светлые. Наверное, наши цвета смешались? Зато глаза точно от тебя. Жутко синие.

– И мордашка милая.

– Говорю же, в тебя.

Мои новые родители рассмеялись. Я тоже засмеялся.

– Фку-ку-фпу-фпу-фпу!

– О, смотри, как мило фыркает!

Вот оно! Долой нудное средневековье и нескончаемые войны за правильного бога! Дайте магию! Дайте новый мир! Уж тут-то все пойдет, как надо! Только это... надо осторожно. Не наделать бы прошлых ошибок.

От досады я зажмурил глаза.

Нет.

Я открыл глаза.

В этот раз всё будет иначе.

– Интересно… – протянула мама. – Как много раз он уже перерождался?

Я поднял испуганный взгляд. По спине пробежал холодок.

Что?

*****************

Когда пик ясности сознания после перерождения закончился, деньки пошли, мягко скажем, непростые. Мысли ворочались со скрипом, тело не слушалось, каждые несколько часов я проваливался в сон, а когда просыпался, думал только о еде и новом сне. Разум младенца никак не вмещал мою личность и память. Я проигрывал природе!

И чтобы не превратиться в обычного ребенка, я два года подряд тупил в пустоту и копался в памяти, почти чувствуя, как под черепом шевелится мозг. И даже так я не уверен, что сохранил себя целиком или что не потеряю части воспоминаний, пока расту.

Спросите, о чем думал? Да так.

Я был вторым принцем королевства, вторым в очереди на престол... до смерти брата. Под занавес моей жизни он погиб в бою. Немного жаль, что последние годы мы только и делали, что постоянно ссорились. А ведь когда-то даже дружили. Ну, до тех пор, пока с взрослением к учебе, этикету и верховой езде не добавилась магия. Тогда способности брата признали средними, а мои – исключительными. Вовсе не наоборот. Но что это означало? Наверное, что я буду неописуемо силен?

Как бы не так.

Сила мага зиждилась на связи с духами. Здесь всё просто. Маг заключал контракт и пользовался маной духа, а дух питался энергий человека. Сила самого мага почти не влияла на реальность, но она помогала духам развиваться быстрее, а вот энергия духов как раз и даровала ту огромную мощь, которой так желали люди. Идеальный симбиоз. Однако я не смог заключить контракт с духом. Не смотря на мой “исключительный” потенциал, любой дух, сколько бы я не пытался договориться, воротил от меня нос.

Поэтому я выбрал иной путь. Я обучился искусству копья, меча, рукопашному бою, верховой езде, военной науке и политике у лучших в своем деле и стал учеником Наставника, без скромности, величайшего, или по крайней мере самого известного, воина среди людей. Хотя по мне так для такого неотесанного куска льда, как он, это неоправданная слава. Но важнее то, что во время ученичества я сделал открытие, после которого и появился орден Рыцарей-Магов.

Итак. Готовы? Люди обладали не одним, а сразу двумя типами энергии. И хотя по сравнению с духами сила человека это капля в океане, даже эта капля обладала огромным потенциалом. Я научился усиливать мышцы маной и придумал множество слабых, но полезных заклинаний. В купе с мастерством и опытом я достиг уровня лучших воинов семи рас. Орден разросся. Моя слава разошлась по миру! Я обрел власть и признание! А затем "умер". Тогда мне стукнуло уже двадцать пять. Но теперь прошлая жизнь кажется такой далекой...

Пока я тонул в воспоминаниях, в комнату вошла мама.

Игрушечный меч в моих руках раз за разом опускался на плюшевую лису. Слева! Справа её! Эх, ну что за наслаждение! И дело тут вовсе не скрытой обиде на духов, просто это способ сохранить память и потренировать мелкую моторику. Именно так!

– Ну, Адам. Пора принимать ванну!

Я сглотнул.

– Мозет, не надо ванну?

– Но ты ведь хочешь больше узнать о магии? – наклонилась Калис.

– Хочу, – понурил я голову. – А ванну не хочу.

Нет ничего унизительнее для истинного рыцаря, чем осознавать, что женщина будет купать тебя, потому ты пока недостаточно взрослый. Но ради знаний и силы… я это выдержу. По крайней мере, должен. Наверное.

Я напоследок стукнул лису по башке и поднялся:

– Ладна, давай ванну.

– Вот он – мой могучий реинкарнат! – заулыбалась мама.

Да-да, я такой. Так. Стоять. Фу! Куда ты меня целуешь? Хватит! Я вывернул мордашку и скривился. Развели тут непонятно что без моего разрешения. Хотя возможно, только возможно, что ребенком быть не так уж плохо. А вот реинкарнатом...

Калис отнесла в уже нагретую ванну, по которой плавали резиновые уточки и пышные островки пены. Она начала натирать меня, крутить и поливать водой. Я сжал зубы и призвал весь стоицизм, которым обладал. Держать оборону!

А пока поговорим о важном. Кроме меня существовали и другие “реинкарнаты”. Спросите, сколько? А я отвечу. Все! И никаких шуток. Каждый без исключения житель Нумеритового Оазиса, того города, который я видел из окна роддома, живет не в первый раз.

Другое вопрос, что люди всё-таки не обладали личностями из прошлых жизней. Хотя у некоторых в течение жизни пробуждались самые эмоциональные воспоминания или сильнейшие магические навыки. А ещё на количестве воплощений строилась иерархия. Чем больше жизней отпахал, тем ты успешнее! Считалось, что с каждым перерождением душа человека развивается, проходя жизненные уроки и обучаясь магии. Она набирается могущества, опыта. А кто сильный и мудрый, тот и прав.

– Пф! Ма… Ну! Ум-м-мф...

Я изо всех сил сопротивлялся вытиранию полотенцем. Схватка шла на равных! Мы бились, не щадя себя! Мама сделала вид, что хочет вытереть голову, но вместо этого обмотала меня целиком. Финт! Я скуксил недовольную рожу. Ошибка стоила мне чистой кожи со сладким запахом детского шампуня и надломленной гордости.

В глубине квартиры щелкнула входная дверь. Это вернулся отец. К тому же раньше обычного. А что это означает?

Что сегодня кто-то будет смотреть телевизор! Уж не знаю, как работает это чудо устройство и почему оно показывает огромных мускулистых мужиков, избивающих друг друга ногами, руками и стульями, но мне это нравилось! Хорошая потасовка всегда отрада для глаз. Тут главное, чтобы мама ничего не прознала.

Мы с Калис вышли в прихожую.

– Кайрус, ты забрал то самое?

– За кого ты меня держишь? Конечно, я не забыл.

Для убедительности отец потряс высоким пакетом, в котором что-то зашуршало. Я перевел взгляд с одного взрослого на другого. Так-так. Что за интриги за спиной принца?

Кай поставил пакет на тумбу, снял верхнюю одежду и стянул с кисти металлический браслет, на котором оранжевым горела цифра “7”. Мама носила такой же, но с цифрой "9". Это светился камешек некого нумерита – он один раз определял число воплощений, а затем вставлялся в браслет. Мне обещали такой же к десяти годам. А пока я, как и все дети, “неопределеныш”. Вот такая вот традиция, чтобы родители себя зазря не накручивали, например, что их ребенок взрослее их самих.

Кайрус обнял жену и спросил:

– Что у нас на ужин?

– Духам угодная пища, – важно изрекла она.

– То есть то же, что вчера? – хмыкнул Кай.

– Дуфи, магия!

Я призывно заколотил по руке Калис.

– Да-да, помню, Адам. Но сначала перекусим. Хорошо?

– Нет! Не пьикусим! – взбрыкнул руками я.

Я уже который месяц упрашиваю тебя, женщина! Отдавай сакральные знания! Хотя, честно признаюсь, мне бы уже хоть что-нибудь! Находясь в этом теле, я схожу с ума. Никаких дел, кроме пи-пи, ка-ка и хрум-хрум, а из информации только глупые детские книжки, мультики и бои без правил по вечерам. Это же пытка! Пыт-ка!

– Хм-м, – показательно задумалась она. – А за яблоки?

Так, ну за яблоки… Спелые, сладенькие, хрустящие, м-м…

– Пыф-ф… тьи.

– Два.

– Идет, – сторговался я.

Кайрус усмехнулся и покачал головой, а Калис засветилась довольством. Пусть думает, что отвлекла меня. Но когда яблоки закончатся, то ей станет стыдно за свой трюк, и если надавить, она сломается. Хороший план, Николас. Отличный план.

Я с упоением стал наблюдать, как мама накрывает на стол. На скатерть опустились дымящиеся тарелки и кружки, аромат домашнего рагу из кролика заполнил нашу уютную кухню. На сердце потеплело. В семейной трапезе на кухне было что-то простое, но чудесное. И это, признаюсь, нравилось мне куда больше праздных обедов и торжественных ужинов в королевской зале.

Я поджал ноги и устроился на детском стульчике поудобней. Тут меня ждал новый враг. Ложка, вилка, готовьтесь, будет жарко. Все тренировки с мечом окупятся прямо сейчас!

– О, а у тебя всё лучше получается, – заметил Кай. – Это ты его натаскала?

– Мы только сказки читаем да циферки рассматриваем. Это он сам.

– Хочью быв сильвым, – промямлил я с набитым ртом.

Я упражнялся каждый день и наконец научился держать столовые приборы между пальцев, а не в кулаке. То ещё достижение, конечно, ну а вы что хотели?

– Кстати о сказках, – жестикулировал вилкой Кай. – Нам правда так нужно ехать к твоей матери? Знаешь, после прошлого визита мне до сих пор иногда мерещится… всякое.

Я заинтересовался и навострил уши.

– А я тебя предупреждала. Сам виноват, что не оценил её коллекцию древнего оружия. Адам, ты же хочешь увидеть бабушку? Она очень сильная чародейка!

Я закивал. Найти теорию это хорошо, но магия на практике... Вот, что мне нужно.

– Нечестно! – возмутился Кай.

– Она вернулась в город всего на пару месяцев. К тому же мы не виделись почти три года!

– Полагаю, у меня нет выбора, – со вздохом сдался отец.

Родители ещё поболтали о работе. Кай об испытаниях очередной технологии, которая “ну вот теперь точно” изменит мир, а Калис о последних исследованиях рунных треугольников, которыми она, видимо, увлекается. Рунолог как-никак. Жаль, я ничего не понимал. После мне вручили два законных яблока, одно из которых я тут же надкусил.

“Блаженство…” – таял я, смакуя каждый кусочек. – “Так. Стоять”.

– А магия?

Мама сузила глаза.

– А тебя не проведешь, да?

Я хмыкнул. Да-да, не думай, что всё будет так просто. Правда какая-то часть меня шептала на ухо, что Калис специально проверяла мою внимательность и сознательность. Если это так, то моя мама круче, чем я думал.

– Прошу внимание!

Кай принёс тот самый пакет, с которым вернулся домой. Барабан-н-ная дробь. Что же там? Книга? Магический гримуар? По форме очень похоже. Или мой собственный нумеритовый браслет? Ну же! Колитесь!

– Мы с мамой решили, что ты уже достаточно смышленый для этого, поэтому… та-да!

И мне протянули черную глянцевую коробочку, которая едва поместилась в мои ладошки. Значит, не гримуар… Что это вообще?

Я поднял вопросительный взгляд на родителей.

– Открой же, – поторопил отец.

Я покрутил коробочку, нащупал сбоку выемку и кое-как стянул крышку. Внутри меня встретил плоский экранчик. Едва я коснулся пальцем холодной гладкой поверхности, как по мне прошелся луч света и из устройства раздался голос.

– Пользователь найден. Энергетика пользователя зафиксирована. Создан канал приватного доступа. Настройка ИИ завершена, – экран засветился, на темном фоне вспыхнул золотистый дрожащий круг. – Вас приветствует Дженис, ваш уникальный помощник и проводник по Нумеритовому Оазису! Я способна предоставить и проанализировать любую информацию, находящуюся в рамках вашего уровня доступа, так же я могу подключиться к другим устройствам нашей фирмы, чтобы считать ваши жизненные и энергетические показатели. Прошу, сформируйте первый запрос!

Я поднял взгляд с экранчика на родителей. Обратно. С экранчика и обратно. Вниз, вверх. Вниз. Вверх.

Етить!

– Оно говоьит!

– На основе анализа окружения переключаюсь в разговорный режим. Обратитесь ко мне по имени, если захотите сформировать запрос.

– Вуа! – выронил я коробку

Экранчик видит! Экранчик разговаривает! Экранчик думает! А родители угорают… Да что ж это за мир такой?! Ни-че-го не понимаю!

Кайрус с Калис ещё немного насладились зрелищем невдупляющего младенца, а затем сели рядом и помогли объяснить, что к чему.

– Тут вот так можно…

Да ладно?!

– А это здесь…

Ох ё-ё... Так, а зачем он поставил галочку “родительский контроль”? Наверное, заботится?

– И если хочешь узнать о магии…

О-о…

– Главное помни, – предостерег отец. – Это всего лишь твой помощник. Переносной ассистент! Не позволяй ему думать за себя, сынок. Свобода воли и творческое начало, вот что главное в человеке!

– И конечно же, он тебя понял, – пожурила мама. – Ладно. Можешь ещё немного поиграться. Но уже поздно. Скоро спатки.

Оставшееся время я, признаюсь, залип. Болтал с Дженис, пытался разобраться, как оно работает, и никак не мог нарадоваться, какое все красиво и загадочно! Ладно, беру слова про мир обратно. Это нечто. И пусть технологии пока даются мне с трудом, интуиция подсказывает, что однажды они станут моим оружием.

– Спокойной ночи, Адам.

Калис клюнула меня в нос и уложила в кровать.

– Споконой, мама.

Свет погас, дверь закрылась, и меня накрыло приятное возбуждение.

Встал, потянулся, хрустнул шеей, забрал Дженис из шкафчика, куда я её якобы спрятал, достал припасенное под подушкой яблоко, чтобы не отключиться от нехватки сил, и уселся поудобней в углу кровати. Только я, теплое одеялко и свет мерцающего экрана. Вот он мой час. Я долго ждал этого момента.

Вы не поверите, но в доме молодых родителей очень удачным образом не хранились книги об истории мира или магическом развитии. Всё, что у нас было, – пара маминых толстенных гримуаров. А их она заковывала в цепи и прятала у себя в шкафчике. А поскольку выход в интернет появился только сейчас, то только сейчас я смогу изучить этот мир.

И двух лет не прошло.

– Дженис, отключить звук, – прошептал я.

ИИ перешел на текстовый ввод. Я довольно ухмыльнулся и затыкал указательным пальцем по клавиатуре, набрав заветное “магия”. Но, о чудо, нашлось лишь подробное объяснение самого понятия и прочая чепуха, причем в детском ключе. "Магия – это большая сила и большая ответственность. Уважайте её законы и она станет вашим лучшим другом". Ути-пути. Спасибо, называется за околонулевой уровень доступа. Тогда…

“Основы магического развития”.

На экранчике высветилась уйма текста. Я осторожно хрустнул яблоком и вчитался.

Сродство с духами… типовая принадлежность… слияние… посвящение… древо магической науки… первые шаги в магию…

Вот оно.

Я попросил Дженис рассказать подробней.

Не помню, сколько я просидел, сгорбившись над экранчиком, но яблоко давным-давно превратилось в пожелтевший огрызок, а мои глаза высохли и стали зудеть. Но разве тут заснешь?

Если верить Дженис, то каждый человек имел три энергетических центра. В голове, в центре груди и в основании позвоночника. Они работали, как узлы в нервной системе, то есть управляли ей. В частности энергоканалами. Нижняя чакра или, иначе, ядро проводила и хранила земную энергию. Центральное ядро пользовалось астральной энергией. А лобное или же верхнее связывало головной мозг и энергетическое тело, чтобы мы могли управлять последним. Оно смешивало обе энергии – земную, которая обладала разрушительной мощью, и астральную, которой питались духи. Всё-таки в прошлой жизни я был на верном пути! Однако даже здесь никто не знал, как и что именно происходило внутри чакр. Только предполагали. Ядра это ведь не физические органы, а лишь узлы энергии.

И хотя люди не научились их резать и консервировать в банки, зато хорошо научились их развивать.

Есть три способа.

Очистить от застоев и примесей вначале нижнее ядро, а затем центральное. Тогда маг быстрее научится простым заклинаниям. Однако собственной энергии ядра не хватит для условно средних и мощных заклинаний. А так как духи не заключают контрактов с людьми, у которых мало астральной энергии, то магу все равно придется развивать центральное ядро. Может, поэтому в прошлой жизни магические звери меня так невзлюбили? Очень на то похоже.

Второй способ работал ровно наоборот. Маг откладывал набор личной силы ради скорейшего заключения контракта с духом. Однако без развитого нижнего ядра провести сквозь себя много земной энергии не выйдет. Зато выносливость ого-го!

А третий способ требовал развивать оба центра сразу. В таком случае ты проигрываешь в личной силе первому способу и по-прежнему многие духи откажут тебе в контракте. Зато развитие будет сбалансированным и стремительным.

Сложный выбор.

В среднем на полное развитие обоих ядер уходит от двадцати до тридцати лет безостановочных тренировок. В дальнейшем опытным магам удается нарастить и уплотнить энергию в них. У процесса разделяют следующие этапы:

1. Очистка. Слабая, средняя и полная.

2. Наполнение. Слабое, среднее и полное.

3. Синхронизация. Слабая, средняя и полная.

4. Концентрация. Слабая, средняя и полная.

5. Завихрение. Разделительные этапы неизвестны. Недостаточно статистических данных о потолке развития.

То есть смотря какой путь я выберу, одно ядро окажется на более высоком этапе развития, чем другое. Это может стать, как преимуществом, так и недостатком. И опять всё зависит от духов… хм-м…

“Насколько быстрее сдвоенный метод развития?”

По статистике маги, развивающиеся таким способом, достигают полной синхронизации на один-два года раньше остальных. В дальнейшем разница минимальна и зависит от индивидуальных характеристик практикующего.

Вы даже не представляете, как сильно я хотел начать с развития астрального ядра. Знаю, глупо. Но после множества лет, которые я провел в безуспешных попытках достучаться до духов, я желал заключить контракт, как никто другой! Этот груз давил на меня даже в новой жизни. Разве не будет проще сбросить его пораньше? Ведь в конечном итоге разницы не будет, не так ли?

Я прикусил губу. Это кость царапала мне горло целую жизнь. Я имею полное право избавиться от нее. Но тогда я не скоро верну свои силы, как рыцаря, и потеряю по меньшей мере год развития. Я зажмурил глаза, выдохнул и опустил голову.

“Ты старался поступать разумно, чтобы стать тем, кто ты есть, Николас. Не предавай себя теперь, когда судьба в твоих руках”

Со скрипом в душе я приказал Дженис расписать методику сбалансированного развития. Я ведь дал обещание не повторять ошибок, да?

Для начала войдите в медитацию. Почувствуйте или хотя бы представьте течение энергии в вашем теле и соберите её в нить, проходящую через оба ядра…

Я глубоко вдохнул и доверился сбалансированному подходу.

Тогда я ещё не знал, что это волевое решение спасет мне жизнь.

Глава 2

Как и не знал, что день, который я с таким нетерпением ждал, превратится в кошмар наяву и навсегда изменит мир.

Я крутился перед зеркалом и придирчиво рассматривал отражение. Мне пять лет, я хорош собой, с челкой пшеничных волос и притягательными синими глазами, к тому же силен и образован. А ещё стою в глупой синенькой мантии, исписанной серебристыми рунами от подола до воротника. Как новогодняя елка, на которую опрокинули коробку мишуры! Радовало только то, что мантию сшили по образу боевой, чтобы “как у взрослых”, поэтому в талии, плечах и предплечьях она прилегала к телу и не стесняла движений. Что нисколько не уменьшало стыда!

– Ну только посмотри, какой красавчик! Мой маленький реинкарнатик! – хвасталась мама, показывая Кайрусу свою работу. – Я наложила около тридцати рунических цепочек, чтобы укрепить ткань, создать водооталкивающий барьер, утеплить подклад, добавила чары против самых популярных типов магии, в том числе комбинированных атакующих и…

– Кхм-кхм, Кали, – со скепсисом взглянул отец. – Как бы тебе сказать…

– Точно, – щелкнула пальцами мама. – Шляпка. Я забыла шляпку. Ну куда она могла запропаститься?

Я напрягся. Так. Какая ещё “шляпка”?

Кайрус почесал затылок и проверил время на телефоне.

– Ох, да мы уже опаздываем! Давайте быстрее выходить.

– В самом деле? – не поверила мама.

– Ну так, а кто спал до обеда?

Маме ничего не оставалось, кроме как загрустить, бросить поиски и начать собираться. Я кивнул отцу в благодарность за спасение. Он серьезно кивнул в ответ.

Мы покинули нашу уютную квартиру и поехали к главной площади Атриса. Атрис – это район города, в котором мы жили. Их всего четыре и с каждым своя история. Внешне всем заправлял Его Величество Император, который сидел в своей высокотехнологичной Башне. Её прямо сейчас было видно из окна – высокая, выше любого другого здания города, и широкая, словно не здание, а целый город, что издалека сквозь туман и облака мигал огнями бурлящей внутри жизни. Там располагался орден Тройного Круга, в котором состояла моя бабушка, Саффира Тиар. Работа на Императора – серьезное дело! Правда, из-за этой работы она годами пропадала в дальних краях.

Но тут другая загвоздка. Императора никто не видел уже сотню лет. А управляли всем орден и четыре района – Атрис, пристанище разумных людей и ученых вроде моих родителей, Терратин, который славился боевыми магами и лучшей академией магии Эмирал, Иллюмия, где вечно шла борьба за права иных рас, и Сикрир, оттуда, кхм, привозили лучшие яблоки.

И что, спросите вы? Ну поделился какой-то город на четыре угла, и что с того? Погодите. А я уже упоминал про миры? Вы вообще в курсе, что такое Нумеритовый Оазис? Нет? Вообще? О-ох…

– Сынок, смотри. Вон там ещё один! – показал мама.

– О-о! – поразился я.

И поражался каждый раз, когда в просветах между зданий оказывалась громадная воронка из тысячи тысяч крохотных вращающихся частиц. Портал между мирами. Он напоминал мне маленькую галактику из передач по телеку. Такие порталы самых разных цветов и размеров встречались по всему городу.

Разок я видел, как мужчина в костюме вышел из кафе с дымящимся стаканчиком и нажал кнопку на своем портфеле. Из ниоткуда возникла воронка и затянула его внутрь. Настолько здесь обыденное дело путешествие между мирами.

Я невольно задумался. А возможно ли найти дорогу в мой родной мир? Что я увижу, если вернусь туда?

Если верить той же передаче, то каждый мир в корне отличается. Магические и физические законы, расы, уровень развития технологий – по ту сторону вихря может ждать что угодно. Существовала даже отдельная профессия для тех, кто хотел изучать новые миры. Авантюрист-мироходец.

Но интереснее всего сам Нумеритовый Оазис. Или, как его чаще называют, Город под Потухшим Солнцем. Или же Парящий Город. Да-да, всё верно. Маги бесчисленных миров по сей день ломают голову над тем, как огромный многокилометровый булыжник, на котором живет сорок миллионов человек, левитирует над поверхностью замерзшей планеты и не падает. Как он выжил, когда потухло Солнце? Кто здесь жил до нас? Что за древняя магия поддерживает идеальный климат на протяжении многих эпох?

Перекресток тысячи вселенных с развитыми цивилизациями, с миллиардами населения, со своей культурой, с многотысячелетней историей и с десятками неразгаданных тайн – вот на пересечении чего находился Нумеритовый Оазис и вот чем правил его Император.

Но что-то увлекся. Сегодня нас ждало особое событие.

Оно не имело какой-то обязательности. Как и все традиции, которыми жил и дышал Нумеритовый Оазис, оно было чем-то само собой разумеющимся, чем-то, о чем не говорил никто, но о чем знали и думали все. Чаще всего этот день называли Посвящением.

Вообще удивительно, как легко современные прагматичные люди подчинялись местным ритуалам. Может, в них и правда есть что-то необыкновенное?

– Мы на месте, – остановил машину Кайрус.

Снаружи перед воронкой вихрящейся пурпурной энергии высотой с двухэтажное здание сгрудились десятки, если не сотни семей. Между ними мелькал персонал в форме. Доносились шум машин, гам сотен голосов и напряженное гудение портала.

Едва я вышел наружу, как Калис поймала меня в крепкие объятия. Вдохнув запах ромашки от ее волос, я попытался отстранится, но не вышло. Пришлось сдаться и приобнять маму в ответ.

Она взяла меня за плечи и посмотрела в глаза.

– Будь осторожен, хорошо?

– Хорошо.

– И никуда не убегай, ладно?

– Не буду.

– И не сиди в телефоне допоздна, как раньше.

– Это было давно и неправда.

– Ох, и не забудь покушать. Не забудешь же? Я положила тебе твоих любимых зеленый яблок. И немного красных для разнообразия.

Я поправил лямку рюкзачка за спиной. Его вес стал немного приятнее.

– Не забуду.

– Как же ты быстро вырос, – прослезилась она и наконец отпустила меня.

Кайрус положил руку мне на плечо.

– И правда. Хотя пусть ты уже стал магом, не задирай нос перед другими. У тебя ещё будет возможность показать себя перед девчонками, – подмигнул он.

– Кайрус! – возмутилась мама.

Я хихикнул. Ну какие же они! Эх.

Даже сердце защемило. И это так... пугающе и радостно? Да, наверное так. Пугающе и радостно. Хотя горько осознавать, что это меня удивляет. Видимо, прошлую жизнь я прожил, как полнейший бездарь.

Пообещав родителям всё, что можно и нельзя, я помахал им рукой.

– Буду завтра!

– Береги себя! – попрощалась мама.

– И покажи им там всем! – подбодрил отец.

С неловкой улыбкой я отправился искать знакомые лица. Неделю назад я вступил в подготовительный класс элитной школы Орид, куда меня пропихнула бабушка. Мне рассказали, как замечательно у них учиться, накормили конфетами и, конечно, объяснили, что нас ждет в этот день.

В день, когда у каждого из дошкольников есть шанс заключить контракт с духом.

– Адам, все уже здесь, поторопись! – окликнула меня воспитательница.

Высокая, немного полноватая женщина с вечно-доброй улыбкой подозвала меня рукой. Она возвышалась над группкой из пятнадцати таких же карапузов, как я, в цветастых мантиях и рюкзачках.

– Здравствуйте, Наталья Юрьевна, – подошел я.

Учительница кивнула мне, улыбнулась и обратилась к остальным.

– Так, ребята. Все готовы?

– Да! – ответил радостный хор.

Во время Посвящения будущие маги переходили в соседний мир и заключали контракт с духом. Для них это не только способ выделиться, приручив кого-то посильнее, но и первый верный шаг к магическому развитию. Для духов же, для тех из них, кто пока слишком юн и слаб, чтобы работать с полноценными магами, это способ зарекомендовать себя и стать сильнее.

Я не смог отделаться от довольной ухмылки. Не так давно я достиг среднего уровня очистки обоих ядер. Есть ли для маленьких духов более лакомый кусочек торта, чем Адам Тиар? Очень сомневаюсь.

– Наталья Юрьевна, смотрите, какую лисичку я нарисовала! – протянула лист бумаги девочка спереди.

Я не горел желанием водить знакомства с пятилетками и потому мало, кого запомнил. Но в жизни так случается, что некоторым людям нет дела до ваших желаний, и они врезаются в память сами.

– Отлично получилось, Лефи. Обязательно сохрани, потом повесим в классе.

Девочка, как и я сам стояла в стороне от остальных. Разве что она стояла не столько отдельно, сколько впереди всех. Наш маленький капитан в темной, расшитой золотом мантии.

Девочки потянулась, чтобы забрать рисунок. Её иссиня-черные волосы подпрыгнули, а лицо заискрилось улыбкой, которая не исчезла, даже когда её потеснили.

– Эй, я тоже сделал это домашнее задание! – надул щеки крупный парень с черными волосами. Марк, кажется.

Он был выше меня на голову и шире в плечах. Другие мальчики по какому-то негласному правилу всегда собирались вокруг него. А ещё Марк носил чертовски крутую белую мантию, которая явно повторяла образ учеников старших классов.

– Я верю, что вы все постарались, рисуя духов, с которыми хотите подружиться, – улыбнулась воспитательница. – Мы посмотрим на все ваши рисунки, когда вернемся, хорошо? А теперь давайте вместе вспомним правила.

Дети загудели, шепча под нос то, что их попросили заучить.

Я же отрешился от детского сада, достал из рюкзака яблоко и впился зубами в его сладкий бочок. М-м, блаженство.

– Все сюда, – вскоре объявила воспитательница.

Мы собрались в кучку. Я заметил, как нас окружили пять подозрительных мужчин в черно-золотой форме. Учительница представила их, как нашу охрану. Хм-м. Затем она вновь перечислила правила поведения, напомнила, что мы будем находиться в соседнем мире до завтра и подвела нас к порталу.

Огромный, он возвышался на множество метров над головой. Изнутри доносилось мерное гудение. В глазах рябило от хоровода цветных частиц. От них тянуло неестественным, космическим холодом.

Воспитательница вошла в портал и повела за собой восхищенно ахающих детей.

Из моего рта вырвался дрожащий вздох. Вот он, да? Шаг, к которому я так усердно готовился. Стать настоящим магом.

Я проверил широкий металлический браслет под мантией, – подарок бабушки, приехавшей три года назад, – поправил рюкзак и, прикрыв глаза, шагнул в вихрь.

Сквозь меня будто прошла стена холодной воды. Она забрала весь воздух, потянула назад за одежду и волосы, а затем так же внезапно исчезла. Яркий, теплый свет заставил зажмуриться. Я закрылся ладонью и осмотрелся.

Передо мной предстало зеленое полотно необычного леса. Мы стояли на залитой светом лужайке, дорожка от которой вела к кольцу зданий, где мы, видимо, заночуем. А всё оставшееся место занимали высокие, толстые деревья, желтоватые кроны которых терялись в, клянусь вам, бирюзовом небе. У горизонта, почти сокрытая светом дневной звезды, парила наполовину разрушенная луна, её оторванные части образовывали кольцо.

Между ветвей проскочила тень. Издалека донеслось пение птиц. Словно ощущая потоки ветра, что огибали кожу, я различил множество небольших скоплений маны поблизости.

Перед лицом из ниоткуда появилось жужжащее насекомое, которое напоминало крупную стрекозу с красноватыми крыльями. Только вместо шести лапок, у неё их росли сотни. Она шевелила ими так, будто качалась на волнах. Между лапок мелькнула бирюзовая искра маны и стрекоза с неожиданной скоростью унеслась прочь.

Да-а… Мама, я и правда в другом мире.

– Так как вы будущие ученики школы Орид, то мы пойдем в лес раньше всех. Не разбредайтесь, пока мы не доберемся до первой точки. Хорошо?

– Да-а! – протянули дети, пораженно оглядываясь. Если задуматься, то многие из них видели природу лишь на картинках, и для них этот мир ещё удивительнее, чем для меня.

Мы двинулись сквозь лес. Никакой дорожки не было, но воспитательница уверенно вела нас между деревьев и кустов. Изредка я замечал маленьких духов, путешествующих по своим делам, но в целом лес, как лес. Птицы, жучки, паучки и надоедливая высокая трава. Чтобы не скучать, я достал новое яблоко и зажевал. Блин, да почему они так хороши!

– А у тебя только зеленые яблоки?

Я моргнул, вернувшись в реальность, и увидел перед собой Лефи. Её карие, почти черные глаза вцепились во фрукт у меня в руке. Я сложил два плюс два и спрятал яблоко за спину. Э-э нет, мелкая, прости, я зависимый.

– Да, только зеленые.

– О-у, – поникла она. – У меня тоже есть зеленые, но я люблю красные…

– Есть зеленые, говоришь?

Я воровато огляделся. Наталья Юрьевна шла впереди и что-то рассказывала детям. Она не могла видеть нас. Я бросил прищуренный взгляд на наших охранников. Но тем до лампочки.

– Кажется, у меня есть три красных, – сказал я, покопавшись в рюкзаке. – Меняю их на твои зеленые. Идет?

– Идет! – быстро согласилась та.

Я протянул девочке яблоки, и нас накрыла тень. Марк.

– Ха! Обмениваетесь едой? И не стыдно?

Я посмотрел на яблоки, которые достала Лефи. Большие, яркие, сладкие.

– Не-а.

– Ни капли, – подтвердила девочка.

Он оглянулся на воспитательницу, копируя мой жест, и достал из рюкзака шуршащую упаковку.

– Ненавижу овсяные печеньки без молока. Меняю на что угодно.

Я пожал плечами.

– Яблоки есть?

– Ну-у…

Он вытащил на свет два зеленых и два красных. Я с умным видом покивал. Взял два зеленых. Положил себе в рюкзак. Взял два красных, отдал Лефи взамен на чокопайки. Передал их Марку, а печеньки оставил себе. Я может второй принц и особо важными делами не занимался, но в торговле кое-что смыслил – тут главное, чтобы все считали, что они в выигрыше. Хе-хе.

Марк почесал репу, пожал плечами, закусил чокопайкой и вернулся к друзьям. Лефи захрустела яблоком и как будто невзначай спросила.

– А какого духа ты нарисовал? Я вот лисичку сделала.

Я покосился на девочку. Яблоки были предлогом или я слишком много думаю?

– Терпеть не могу лис, – ответил я. – И рисовать тоже не хочу. Это создает ложные ожидания.

Лефи понимающе кивнула(можно подумать, она что-то поняла) и ушла к подружкам. Странная девчонка. Хотя, если учитывать, что эти дети, вероятно, обладают далеко не одним воплощением, всё не так уж подозрительно. Кто знает, что покоится в глубине их душ? Может, половина детей в группе кровавые диктаторы, а другая – божьи пророки? Считается ведь, что прошлые воплощение неминуемо влияют на будущие.

Но если уж зашел разговор.... Почему я сохранил себя из прошлого, а другие нет? Что если мой случай в конце концов не такой уж исключительный? Или у меня куда больше одной жизни за спиной? Я хочу знать! Но пока могу лишь ждать. Правда вскроется только через четыре с половиной года, когда на Восхождении я получу собственный нумеритовый браслет. И кому пришло в голову ввести эти дурацкие ограничения уровня доступа? Ну да ладно. Сейчас есть дела поважнее.

Духи сами себя не поймают.

Мы остановились возле холма, с которого лился ручей. Он звенел, прыгая по гладким круглым булыжникам, и собирался в пруд у наших ног прежде чем течь дальше в глубины леса по мшистым камням и земле. Рядом с холмом собралось несколько маленьких духов. Они спряталась за деревья и кусты и с любопытством стали глазеть на нас.

– Вы знаете, что делать, – подбодрила воспитательница. – Предложите духам немного еды, но будьте осторожны. Постарайтесь не напугать их.

Наша свора притихла и разбрелась по подножью холма. Я видел, как Марк протянул волчонку с черной шерстью и серыми полосами на спине чокопай. Дух с удовольствием проглотил сладость и завилял хвостом, прижавшись к ноге Марка. Другой мальчик предложил бутерброд белой птице, чьи перья по краям светились бирюзой, и непонимающе нахмурился, когда дух улетел. Большинство терпели неудачи, как и он.

Если задуматься, то духам не нужна еда. Они питаются астральной энергией – она, как кровь, питает их тело, состоящее из плотной земной маны. Но, рассуждал я, видимо, маленьким духам нравился вкус, как и человеческим детям.

На камне рядом сидел, облизывая лапку, белый котенок с черными полосами на мехе. Его изумрудные глаза, казалось, пронзали меня насквозь.

Я достал овсяные печенья, полученные от Марка и шагнул навстречу.

– Привет, малыш, как насчет…

Не успел я протянуть печенье, как дух зашипел и бросился прочь.

В груди появилось противное тянущее чувство. Я стиснул зубы и выдохнул. Спокойствие. Это всего лишь одна неудача.

С этой мыслью я обошел ещё троих духов и, ничего не добившись, направился вместе с классом дальше. Перед нами раскинулось крупное дерево, настолько крупное, что для обхвата его ствола не хватило бы и десяти взрослых. Его толстые корни расползались на многие метры, а в щелях между ними прятались духи.

Увидев цель, я влез на один из корней и достал из рюкзака яблоко. Как от сердца отрывал.

Чуть выше меня разлегся шикарный зверь. Ветер трепал его серебристый с голубым отливом мех. Из волчьей головы росли оленьи рога, а у задних ног шевелился серебристо-белый пушистый хвост.

Дух посмотрел на меня. Прищурился. И в следующий миг исчез с корня дерева, будто его там никогда и не было.

– Что за… Серьёзно?

Я закатил глаза и спустился.

– Издевательство.

– Тебе просто нужно быть смелее, – с умным видом кивнул Марк.

– Вот-вот, – поддакнула Лефи. – Не ты выбираешь духа, а дух тебя!

Они оба уже нашли духов и бездельничали, пардон, раздавали налево и направо советы “как надо” и “как не надо”, которые удивительным образом не работали. Но я не раздраженный, нет. Я просто злой…

Ну вы только посмотрите с каким счастливым видом Лефи кормит моими яблоками своего бурундука! А Марк? Марк! Он уже научил волчонка приносить палку, и это за какой-то несчастный час!

Я махнул рукой на этих двоих и повернулся к дереву, уперев руки в бока.

Хмурюсь. Мне кажется, или духов в этой точке как-то маловато? Многие дети бродили, заглядывали под корни или, так же, как я, забирались на них, но почти все оказывались неудел. Это при том, что часть из нас уже обзавелась духом возле ручья.

– Что-то это прогулка нравится мне всё меньше, – пробормотал я.

– Давайте пойдем дальше, – заметила неладное воспитательница. – Думаю, там мы найдем больше духов!

Следующее место напоминало полянку, похожую на ту, где стоял портал. Разве что в её центре рос здоровый старый пень, покрытый мхом и шляпками грибов. Последние светились снизу бирюзовым цветом. Возможно, в этом мире это какой-то преобладающий тип маны?

Так. Всё. Хватит отвлекаться. Пора брать быка за рога. В конце концов, быть может, эти духи ослепли и просто не видят, как я крут?

Я кивнул этой мысли, отошел, спрятался за деревом и чуть не стукнулся лбом о морду медвежонка. Зверь сидел на бревне, морщил нос, принюхиваясь ко мне, и, кажется, не собирался сбегать. На секунду я даже засомневался, дух ли это? Но его выдали зубы. Там где должны быть гладкие кости, сверкали перламутровые кристаллы.

– Эм, привет? – неловко улыбнулся я.

Он склонил голову набок. Понимает, что я говорю? Неплохо, очень неплохо.

– Смотри, что у меня есть.

Я, не спеша, достал из рюкзака самое большое и сочное яблоко из всех. И вместо того, чтобы просто протянуть его, я сделал пальцами движение, словно хотел подбросить фрукт. Тот окутался слоем синеватой маны и взлетел над ладонью. Я сосредоточился на заклинании телекинеза. Саффира за те несколько дней, что гостила в городе, провела меня через самые жестокие тренировки, чтобы научить этому заклинанию. Стоило ей догадаться, что я чуть умнее, чем пытаюсь казаться, как она запрягла меня по полной. До отключки заставляла поднимать магией камни на лужайке своего особняка! А мне было два годика! Но оно того стоило.

Словно управляя невидимой рукой, я толкнул фрукт духу. Медвежонок наклонился вперёд и принюхался к подлетевшему угощению. Живот скрутило от волнения. Я прикусил губу. Нельзя сейчас потерять контроль над заклинанием, это будет конец.

Дух поднял на меня голову. Я искренне, насколько смог, улыбнулся ему. Медвежонок спрыгнул с бревна… и побежал прочь.

– Да ты смеешься?! – взбесился я. – Хрена с два ты теперь от меня уйдешь!

Я отпустил телекинез, и со всех ног бросился следом.

– Я заставлю тебя стать моим духом, даже если ты этого не хочешь, гаденыш! Или по крайней мере выбью из тебя ответы!

Я перепрыгнул бревно. Свернул вслед за черным пятном, плывущем в траве. Дух заметил погоню и нырнул в овраг. Овраг… Какой овраг?

Чертыхаясь, я скатился кубарем по склону. Но не растерялся, использовал накопившуюся скорость, оттолкнулся руками от земли, рывком поднялся на ноги и тут же взобрался наверх!

– Ну погоди… – запыхтел я, выбравшись наружу.

Жирная задница медведя маячила уже далеко впереди. Поняв, что беготня по лесу не принесет плодов, я выставил перед собой правую руку и обхватил её левой, чтобы собрать поток энергии сразу с двух каналов. Моё ядро завибрировало, щекоча спину, фиолетовая дымка вышла из центра ладони, а затем рассеялась. Я сжал кулак. Медвежонок, что почти скрылся за кустами и высокой травой, замер, как изваяние.

Я сосредоточился.

Суть телекинеза заключалась в том, чтобы создать плотный кокон энергии вокруг цели, причем так чтобы, он сжимал противника не напрямую, а использовал атмосферную ману, как толстую перчатку. Тогда собственная магия цели не могла разрушить заклинание и вырваться. По крайней мере, не сразу.

Ухмыльнувшись, я потянул медведя на себя.

Он приближался метр за метром, изредка дергая лапами, пока не оказался у меня. Я смахнул пот, выпрямился и прижал беглеца ногой к земле. Но радоваться победе было некогда.

Тяжелая аура сдавила горло. Грозный рык разнесся среди деревьев. Я закашлялся и потерял контроль. Медвежонок задрыгал лапками, освободился и исчез в траве.

Из леса надвигалась черная гора. Я сглотнул. Взрослый медведь бежал, ломая деревья и кусты. В его маленьких черных глазах пылала бесконечная ярость.

– Упс.

Глава 3

Я ухватился за ближайший ствол и с силой оттолкнулся! Продрался сквозь траву, с лету перепрыгнул овраг и покатился по земле!

Сердце пустилось вскачь. Я поднялся и бросился бежать! Высокая трава царапала кожу. Ветки били по лицу. Я отчаянно искал в просвете между деревьями поляну и людей. Вот же вляпался на ровном месте!

За спиной раздался яростный вой! Но… какой-то неправильный. На полушаге я оглянулся.

– Какого…

Из чащи выбрался еще один медведь. Он повалил сородича и вцепился в него зубами и когтями! Словно бездушная машина, он принялся рвать его на части. Отрывать куски плотной маны, из которой состояла плоть духов, и проглатывать их целиком. И каждый раз его зрачки всё ярче и ярче вспыхивали бирюзовым пламенем.

Я в шоке попятился.

Это что-то ненормальное, что-то… противоестественное.

Духи – это ведь не звери. Они так себя не ведут. Они разумны. У них есть общество, свои правила, они не бросаются друг на друга без причины, не впадают в безумие.

По коже пробежали мурашки.

К паре медведей, что сцепились в смертоносный шар шерсти и мяса, подбежал тот самый медвежонок. Будто ребенок в истерике, пытающийся примирить родителей, он ревел и пытался расцепить медведей, но отлетал от любого случайного толчка, а затем поднимался и бежал обратно. По крайней мере, пока духи не свалились в овраг и, вырывая пласты земли, с ревом и грохотом не покатились вниз по лесу.

Вокруг опустилась тяжелая тишина. Опасная мысль зачесалась под кожей. Только ли эти двое духов сошли с ума?

Я огляделся, пытаясь понять, насколько огромен лес и наши проблемы, как чья-то рука схватила меня за плечо.

– Эй, пацан. Что тут творится? – раздался над ухом командный баритон.

Я вздрогнул и задрал голову. Это был охранник. На его браслете мерцала нумеритом цифра десять, а нос пересекал косой шрам. Как много он увидел?

– Эм, я хотел покормить духа, но он убежал в лес, а из него выбрался большой дух-медведь и погнался за мной, а потом на него напал другой медведь, и они вместе понеслись вон туда, – указал пальцем я.

Охранник посмотрел на меня, как на идиота. Я почти слышал, как в мыслях он говорит, чтобы я не пытался скрыть правду за такой очевидной выдумкой, или вроде того.

– Плохая попытка, – сказал он, подтвердив мои мысли. – И всё же что-то здесь не так.

Мужчина окинул взглядом лесную чащу, явно видя и чувствуя больше, чем я. Или нет? Меня же теперь не отправят домой?

– Идем.

– Вы мне верите?

– Посмотрим.

Не прошли мы и нескольких шагов, как к нам приблизился другой охранник.

– Что-то нашел, Реджинальд? – спросил он.

– Буйный дух.

– Буйный дух?

Названный Реджинальдом неясно кивнул.

– Вернемся в лагерь, а потом разберемся с тем, что здесь происходит. Безопасность детей в приоритете.

Мы вернулись на поляну.

Дети сверяли духов, которых нашли, с тем, что нарисовали, играли компаниями, собирали трофейные цветочки и камешки, и просто веселились.

Марк перешел границу “умных” советов и уже откровенно хвастался своим волчонком, выставляя его на показ. Лефи построила девочек в линию, и те прочесывали поляну в поисках прячущихся в траве духов. Наталья Юрьевна с улыбкой фотографировала детей, чтобы показаться родителям.

Её улыбка оборвалась, когда Редж приказал уходить.

– Ребята, собираемся! – позвала воспитательница. – Нам уже пора в лагерь!

Дети, конечно, подняли галдеж. Кто-то ещё не нашел духа, а кто-то просто не хотел возвращаться домой из волшебного леса. И даже я сам отчасти хотел остаться и попытать счастья. Иначе кто знает, когда будет новая возможность?

Я злился, чувствуя как напрягаются мышцы и дрожит мана. Я не хотел, чтобы обстоятельства вставляли мне палки в колеса. Но и сбегать, подвергая опасности себя и других, я не мог. Я пока слишком слаб для безрассудства.

На обратной дороге Редж собрал тех, кто шел за нами. Наша маленькая группа разрослась в шумное море детей и воспитателей, которые не понимали, что происходит, и куда мы спешим. Ко всему в придачу у других групп я не заметил охранников.

Прелестно.

Теперь лес не казался чудесным обителью духов. Теперь казалось, что из-под каждого куста на меня глядят разъяренный зверь, выжидающий, когда я ослаблю бдительность.

Я дотронулся до браслета на руке. Артефакт, который подарила бабушка для упражнений над контролем маны и который я слащаво прозвал Лунной Тенью в честь старого друга. Его холодный металл поднимал на поверхность воспоминания о прошлой жизни и придавал уверенности.

Вскоре мы остановились возле раскидистого высокого дерева, чтобы подобрать очередную группу. И я вдруг нахмурился. Центральное ядро зазудело. Откуда эта тревога?

Я завертел головой. Дети потели, тряслись, шатались, многие плакали. Неподалеку Редж пытался перекричать толпу. Воспитатели скрывали беспокойство за добрыми улыбками, но тщетно. Лишь с опозданием я понял, что за тревога взяла нас в заложники. Это аура. Тяжелая хищная аура множества духов.

За спиной раздался грохот ломающихся деревьев. Земля задрожала. Чудовищное давление упало на плечи. Тогда я пустил по каналам плотный поток маны и запер её внутри тела, напитав мышцы и связки силой. Благодаря ежедневным тренировкам над телом и ядрами всё получилось.

С трудом, будто двигаясь под толщей воды, я повернулся.

Мои глаза в ужасе распахнулись. Десятки взрослых духов выходили из темноты между деревьев. Глаза горели зеленым пламенем, шерсть стояла дыбом, а из пастей раздавался рев, от которого подкашивались ноги. Это смерть царапала когтями почву и скребла по коре деревьев. Бесстрастная, безжалостная, неотвратимая…

Кончики пальцев заледенели. Меня накрыла холодная апатия. Беспомощность.

Я так легкомысленно погрузился в кокон семейного тепла и уюта, что позабыл, как жесток и беспощаден мир за его пределами, забыл, что судьба обожает сюрпризы и отнюдь не приятные.

Неужели я расслабился? Неужели так поверил в сказку о втором шансе, что до сих пор не могу пошевелиться?

Я посмотрел на небо и тяжело вздохнул.

– Наивный дурак...

Правая нога шагнула назад, рука вытянулась в сторону, а взгляд опустился на приближающуюся орду монстров.

Всего лишь монстров.

Артефактный браслет скользнул по кисти. Обычный ребенок рисовал бы им в воздухе светящиеся круги и превращал в красивые фигурки. Но Лунная Тень, подаренная Саффирой, не создавалась для детей. В бабушкиной коллекции древнего оружия хранились лишь лучшие артефакты, что она собрала за свою жизнь, и потому Лунная Тень выдержит даже самое высокое давление маны и превратится во что угодно. Знай родители, точно бы не одобрили.

Я сжал браслет в ладони. Раздался скрежет. И вперед, словно продолжение руки, вытянулся короткий тонкий меч. Стыки механизма трещинами испещерили Лунную Тень. По ним едва заметным ручейком заструилась сиреневая мана.

В то же время по коже прошла волна энергии. Давление спало. Я наконец вдохнул полной грудью.

– Я обещал родителям, что вернусь завтра, – процедил я. – Если для этого придется сжечь весь лес дотла, то так тому и быть.

Я размял кисть, сделав мечом восьмерку, и бросился вперёд.

Пантера длиной не меньше четырех метров запрыгнула на изгиб корня. Из её спины и плеч тянулись костяные наросты, в зрачках, будто отражение неба, танцевало бирюзовое пламя. Она оскалилась и прыгнула на меня.

Я ринулся навстречу, наклонившись к земле.

Вдруг лицо обожгло жаром. Яростное пламя взревело вокруг, ослепив меня, и, словно цунами, обрушилось на армию духов. Как нельзя вовремя, Редж!

Не замедлившись ни на секунду, я нырнул в огонь и дым. Пантера свалилась с корня и, замахав лапами, полетела вниз как обыкновенная испуганная кошка. Толстый слой маны защитил её от пламени, она лишь ослабило защиту.

Но мне хватит и этого.

Я поймал духа у самой земли. Кошка ловко приземлилась на все лапы и в предсмертной агонии зарычала мне в лицо. Одним ударом я распорол горло, а вторым с ощутимым трудом вонзил клинок глубоко в висок. Мана, скопившаяся в клинке, взорвалась. Пантера обмякла и повалилась на землю, начав растворяться в воздухе. Её ядро уничтожено. Она мертва.

– Едва хватило сил, – проворчал я, вытащив меч. – Гадство.

За спиной раздался топот.

Я развернулся и преобразовал меч в короткое копье. На меня мчался кабан чуть выше метра ростом, его тело состояло сплошь из переплетенных ветвей, кожу заменяла грубая кора, из ноздрей вырывалось изумрудное пламя, а спереди торчала острая коряга, напоминавшая рог.

Я вонзил древко копья между корней и в последний миг отпрыгнул. Кабан с визгом напоролся на острие Лунной Тени и задергался, как рыба на крючке. Я ухватился за рог и запрыгнул твари на спину. Сцепил пальцы в замок и с силой опустил их на голову, насадив духа глубже на копье. Кабан завизжал и попытался сбросить меня, но я ударил снова, а затем ещё раз, и ещё, и ещё! С очередным ударом тварь затихла. Аура развеялась.

Я слез на землю и, крякнув от усилия, сдвинул тушу, чтобы забрать Лунную Тень и вновь превратить артефакт в меч.

Мои руки дрожали, сердце билось невпопад, половина маны иссякла, на ладонях кровоточила содранная кожа. Отовсюду слышались крики детей и рычание озлобленных духов. Пламя охватило корни могучего дерева. Я тяжело вдохнул горячий сухой воздух и прищурился.

Ауры духов не уступали магу Наполнения нижнего ядра. И хотя деление духов по силе работали иначе, оно все еще повторяли ступени, по которым растут маги. То есть эти твари не слабее третьего класса. А совсем для ясности – если бы пантера не обезумела, никакое пламя не помешало бы ей порвать меня на части. Боюсь, я слишком разогнался, надеясь, перебить тут всех.

Поэтому, не теряя времени даром, я поспешил туда, где Реджинальд сражался с товарищами. Если хочу, выжить мне нужно держаться их. Одно дело разделаться с парой духов и отвлечь внимание от детей, а другое дело остаться одному против толпы.

Вот и они.

Редж послал очередную волну пламени и отступил за спину высокой огненной птицы с широкими крыльями. Вероятно, его дух. И где прятал?

– Пацан? – заметил он меня.

Его взгляд скользнул по моему оружию и вернулся к сражению.

– Будь рядом.

Он с четырьмя товарищами взял в кольцо и защищал Лефи, которая лежала на земле, прижав колени к груди. Проклятье. Кем должна быть дошкольница, чтобы её защищали пять магов на стадии Синхронизации? Дочерью Императора?

Но сейчас есть вопрос поважнее. Несмотря на то, что её охранники сдерживали натиск духов, они стояли на месте. Почему? Я надеялся, что мы примем первую волну и будем отступать, но если мы этого не делаем, значит не можем. Значит….

Я сконцентрировался на чувстве маны. Оно пронесло меня сквозь, дым, огонь, трупы, крики и кровь, вдоль дороги, по которой мы пришли.

Те дети и воспитатели, что остались в живых, бежали к порталу. Учителя, которых отправили приглядывать за детьми, конечно, умели защищаться магией, но судя по гаснущим каждую секунду сигнатурам маны, они не справляются. Им не помочь.

– Бездна, – сжал зубы я.

Такими темпами нас задавят числом.

– Редж, слева! – крикнул один из телохранителей.

Маг вытянул руку и послал ветвящуюся молнию. Она рассеяла дым и с громоподобным взрывом пронзила летающего духа. Его тело грохнулось в нескольких метрах от нас. Электрический разряд пробежал по птице и рассеялся в землю.

– Грег, ты пробился? – крикнул Редж.

Парень с длинными русыми волосами, завязанными в косу, стоял ближе всех к Лефи и возился с устройством, которое выглядело, как широкий телефон с кнопками. Он вскинул голову.

– Не могу послать сигнал, нас отсекли! – ответил он.

– Дерьмо! – выругался кто-то из охранников, послав серп белой маны в рогатого волка, который подобрался слишком близко. Его рассекло на две половины. – Да чего ты! Приглядывай за девочкой! Легкая работа, говорили они!

Тем временем по лицу Реджинальда пробежала вереница сложных мыслей. Я знал это выражение. Попытка взвесить человеческие жизни, чтобы понять, как много ты можешь позволить себе спасти.

– Фил, к порталу! – рявкнул Редж, придя к какому-то выводу.

– Но…

– Мы попытаемся продержаться до прибытия помощи!

Разумно. Так просто сквозь лес и армию духов мы до портала не доберемся. Всё-тки двигаться и сражаться гораздо опаснее, чем держать глухую оборону, отстреливаясь заклинаниями по площади. Но пока четверо будут в защите, один вполне доберется до подмоги.

Я проследил за атлетичной фигурой Фила. Как он превратился в смазанную тень, окутанную искрами какой-то розовой магии, и как исчез между корней в направлении к леса.

Лезвие Лунной Тени блеснуло новой порцией маны, направленной в артефакт. Я заприметил крадущегося по земле крупного змея и приготовился к схватке, когда увидел, как до абсурда быстрый Фил застыл между двух деревьев, словно изваяние.

Крик вырвался ещё до того, как я осознал увиденное:

– Редж! Там!

Командир охраны обернулся. Перед ним предстало то же зрелище, что и передо мной.

Из-за дерева торчала бледная рука и сжимала горло Фила. Плоть и кости под ней превращались в кровавое месиво до тех пор, пока и обмякшее туловище мужчины не упало на землю.

Редж не потратил ни секунды на эмоции.

– Грег, со мной!

Двое охранников ринулись к новому противнику. Я хотел увидеть их бой, узнать, какой урод несет стоит за происходящим, но резкий скачок маны рядом вернул меня в реальность.

Склизкая серая змея со светящимися зелеными глазами обогнула меня и нацелилась на Лефи. Из широко раскрытой пасти вырвался поток темного ветра! Он вспорол землю, сорвал кору с ближайших корней и накрыл бы девочку.

Если бы я не встал у него на пути. Двумя пальцами я прочертил по вертикали линию сиреневой маны. Тьма ударилась об импровизированное заклинание и разбилась, как волна о скалу. Я встряхнул дрожащей от напряжения рукой и мазнул взглядом по Лефи. Вроде цела.

И не поймите неправильно. Я не доблестный герой, спасающий всех подряд. Гора тел, оставшаяся после нападения духов, тому веское подтверждение. Просто я в одной лодке с четырьмя магами Синхронизации, без которых мне не спастись. Хотя, они справились бы с этим и сами, верно? Да. Верно. Но есть и другая причина.

Я, мать его, зол. А эта тварь вздумала от меня сбежать.

Короткий вздох. Заклинание готово, план в голове. Я бросился вперед, зигзагом увернулся от темного ветра. Дернулся, услышав, как над головой клацнули челюсти и влил ману в мышцы. Взмах! Змея изогнулась и спаслась от острия клинка.

В ту же секунду я сжал кулак. Телекинез сдавил голову твари. Я дернул обеими руками, той, что держала заклинание, и той, что держала меч. Змея рывком приблизилась. Лунная Тень вонзилась под челюсть, прошла сквозь череп и вышла с другой стороны с выхлопом маны, напоминающим фонтан черной крови.

Я вынул меч и отпустил магию. Сил осталось в лучшем случае на пару ударов. Оценив обстановку, я попятился обратно к охранникам. Но едва я отвел взгляд от мертвого духа, как черное пламя накрыло меня с головой!

Я вздрогнул и споткнулся, упав на задницу, как последний дурак. Широко раскрытыми глазами я наблюдал, как десятки рун, которые Калис наложила на мантию, вспыхнули чистым белым светом. Мана, заключенная в них, выгнулась во что-то наподобие барьера, и темный ветер сполз по нему, как по стеклу. Мамин артефакт спас меня! А если бы не он…

Вот же сраная чешуйчатая тварь!

Я рывком отпрыгнул в сторону, подальше от ядовитой маны. И что же я вижу? Змея жива и здорова, отделалась разве что легким испугом и царапиной на шее. Иллюзия? Нет времени раздумывать!

Я рванул на монстра. Змея метнулась навстречу.

Она слишком быстра и сильна для меня, поэтому я заранее замахнулся клинком и завалился на спину, проскользнув под её длинным скользим телом. Дух повернулся в воздухе и попытался достать меня! Но пропитанное сиреневой маной лезвие уже вошло туда, куда не достало в первый раз. Под челюсть и в череп!

– Мерзкая гадина, – выругался я сквозь зубы, сталкивая с себя толстое тело и поднимаясь.

Головокружительная слабость сжала виски. Высокая нагрузка на энергетическое тело нарушила работу третьего ядра? Энергии почти нет.

Я сделал неловкий шаг в сторону и заметил движение на периферии.

Секунду спустя на землю с мерзким хлюпаньем упала голова Реджа.

Она остановилась напротив меня. Остекленевшие глаза закатились, на лице застыла гримаса первобытного ужаса, совершенно неподходящая суровому телохранителю.

Я побледнел.

Он умер… он….

“Держи себя в руках, Адам” – одернул я себя.

Я медленно поднял взгляд и наконец увидел его.

Посреди травы, залитой кровью и заваленной трупами детей, взрослых и духов, возвышался мужчина в идеально чистом изумрудно-белом костюме. Его взгляд был безразличным, почти пустым. С когтистых пальцев капала кровь. Из-под его черных зализанных волос росли такие же черные рога. Они обрамляли макушку словно корона, чьи зубцы сверкали от ядовито-зеленой маны. Сложив руки за спину, маг, чью силу я даже примерно не мог оценить, неспешно зашагал к нам.

Духи не нападали. Их гротескные фигуры со светящимися зелеными глазами замерли вокруг нас, как дрессированные собаки, ждущие приказа хозяина.

Два последних телохранителя встали между Лефи и рогатым магом. Я не шевелился. В груди засвербила тревога, та самая, охватившая меня в начале боя, но другая, неосознаваемая, словно и вовсе не моя. Ядро в груди зудело всё сильнее. Будто я забыл что-то очень важное и никак не могу вспомнить.

– Кто ты такой? – спросил телохранитель.

Незнакомец чуть опустил голову, словно не понимал суть вопроса. Ничего не ответив, он поднял руку. С его ладони сорвался луч изумрудной маны. Бесшумный, он пронзил пространство между незнакомцем и двумя мужчинами, разбил их барьеры, будто те были игрушечными, и оставил кровавые дыры в их животах. Мертвые тела рухнули на землю возле Лефи.

Девочка к этому времени то ли от страха, то ли от давления аур потеряла сознание. Это и к лучшему. Легче умирать.

Незнакомец повернулся ко мне.

Я знал, что будет. Уже видел подобное в прошлой жизни – непреодолимая сила чужой магии. Власть над реальностью, с которой невозможно спорить.

Комок подступил к горлу. Но я едва начал новую жизнь, только-только поверил, что стану полноценным магом, что у меня есть семья, с которой я не совершу прошлых ошибок, что у меня есть шанс стать достойным человеком. Я не хотел сдаваться. Не хотел умирать.

Зуд в груди превратился в невыносимый жар. Казалось, из-под ребер наружу ломилось что-то чужое и тяжелое. Я схватился за мантию, силясь вдохнуть. Мана в каналах задрожала, сжигая меня изнутри. Мир вокруг пошел трещинами.

Вопреки здравому смыслу я влил последние капли сил в Лунную тень. Губы задрожали и растянулись в надтреснутом оскале.

– Ну давай, – прохрипел я. – Чего ждешь?

Маг поднял руку. Изумрудное марево стянулось к его ладони и приготовилось сорваться смертельным лучом. Миг и я труп.

Но тут он замер.

В глазах монстра промелькнуло что-то похожее на озадаченность. Он учуял это. Он понял, что со мной происходит! И расплылся в улыбке.

Луч спрессованной маны с гудением прорезал воздух. Меня пронзила боль.

Всё поглотила тьма.

Глава 4

Если вам когда-нибудь снились кошмары, то вы поймете меня. Ты вырываешься из лап ужаса, в который только что верил всем сердцем, и возвращаешься в реальность. Ты просыпаешься, но продолжаешь лежать. Думать, рассуждать, пытаться понять, какой в этом всем был смысл. Сомневаешься. Закончился ли кошмар или это очередное липовое пробуждение?

В дверь забарабанили.

– Принц Николас! Принц Николас! Вы проспали!

Дверь распахнулась, и в покои, как ураган, влетела Лилия. Её большие карие глаза нахмурились. Служанка по-хозяйски уперла руки в бока и нависла надо мной. Лицо девушки смазалось, потекло вниз, будто размытая водой краска.

Я зажмурился, напоминая себе, что здесь никого нет. И открыл глаза.

Всё снова в порядке.

– Знаешь, Лили, мне снился странный сон. Будто я маленький мальчик, а повсюду трупы. Я сражался, проиграл и, кажется, умер.

– Замечательный сон, Принц Николас.

– Это же где он замечательный?

– Там, где заканчивается! Потому что сегодня ответственный день. Все ждут вас одного!

Да… Точно. Сегодня же тот самый день.

Я пожал плечами.

– И мне всё равно кажется, что я там лишний.

Чтобы весь день и для меня? Очень смешно.

– Но…

– Я приду, как буду готов, – отрезал я. – У меня нет настроения на перепалку.

Лилия опустила взгляд, поклонилась и прежде чем уйти, сухо произнесла:

– Как пожелаете.

Я вздохнул. Провел рукой по лицу, пытаясь схватить, разорвать и выбросить паутину запутанных мыслей. И с печалью осознал, что лишь сильнее в ней запутался.

Немного полежав, я тяжело поднялся, оделся, встал перед зеркалом и замер. В нем отразился высокий парень с темно-рыжими короткими волосами в бордовом камзоле, под которым скрывалось покрытое шрамами тело. Напоминание о том, чего стоит этот день и кто я на самом деле.

– Странное чувство. Смотрю на себя и в то же время вижу кого-то другого, – тихо сказал я, словно боясь быть услышанным. – Особенный день, да, парень?

Я сжал и разжал кулак, проверяя, принадлежит ли мне мое тело или нет, и зашагал по коридору дворца.

Стук каблуков эхом отражался от стен. На них висели портреты великих магов, великих правителей, великих ученых. Помню, как в детстве мечтал, чтобы и мой портрет висел среди них. Кто бы знал, почему?

Хотя, если подумать, каждый ребенок с первых дней жизни проявляет уникальный характер. По-особому смотрит, по-особому улыбается, обращает внимание на те вещи, на которые не обращают внимание другие. Затем он растет. Лезвие общества срезает с его характера излишки. Под действием времени он затвердевает и становится приемлемым снаружи. Но остается вопрос. Что тогда внутри? Выжимка опыта прошлых жизней? Родословная? Всё-таки влияние внешних событий? Что на фоне этого значит моё эгоистичное желание быть лучше других? Унаследованная воля или детская прихоть?

Из-за плеча я оглянулся на пустой и длинный коридор прошлого, почти позабытый в вихре времени. Затем я вздохнул и продолжил идти. Неважно, какой ответ я найду на свои вопросы, ведь моя мечта, загаданная давным-давно, сбылась. Правда совсем не так, как я теперь того хочу.

Когда я вышел на улицу и добрался до центральной площади, меня встретила толпа. Лорды, леди, их наследники, их родственники, генералы и офицеры, граждане и, конечно, король. Отец. Он стоял на самой высокой ступени, держа в руках алую подушку, на которой покоилась изящная золотая корона. Словно сплетение золотых лоз. Великолепное и желанное.

По толпе прокатилась волна шепотков.

–... с войны…

–... проиграл при Габое…

–... последний ученик Мастера…

–...ил своего брата ради…

–... влияние Ордена слишком…

– Тишина! – призвал Король. – Мы собрались в этот день…

Он говорил заученную, сотни раз отрепетированную перед зеркалом речь. Но я не слушал. Пелена застилала мысли. После битве при Габое и заключения хрупкого мира с эльфидами, казалось, прошла целая вечность, а я до сих пор не мог прийти в себя.

– … примешь ли ты эту клятву и станешь ли новым Королем Аркане, Николас, первый своего имени?

Звенящая тишина опустилась на площадь.

Я обнаружил себя преклонившим колено перед королем в окружении всех этих важных людей. Лорды, леди, великие воины, великие люди… Это мечта маленького Николаса, узнавшего, что ему не стать королем. Это признание, которого он так хотел. Чтобы на него смотрели. Чтобы он чувствовал, что вопреки судьбе добился желаемого. Но хотел ли я того же теперь?

В голове далеким эхом отдавался голос мертвого друга...

Отец… Король нахмурился и прокашлялся, призывая меня поторопиться.

В груди стянулось узлами отвращение и презрение. К себе. К миру. Мне захотелось избавиться от всего вокруг так же, как я выпроводил Лилию, хотя она, прошедшая со мной полмира, не достойна такого обращения. Как и прошлое, оставшееся за бортом. Как и люди вокруг. Как и маленький Николас, и его мечты.

И всё же.

– Нет, – сказал я. Безумие заплясало на кончике языка и острыми лезвиями вонзилось в мозг. Вся моя сущность противилась этим словам, но именно поэтому я должен был их сказать. – Я не приму корону.

Будь она проклята вместе со всеми мечтами и шрамами.

– Не помню в точности, что потом случилось, – признался я. – Просто ушел под их возмущенные крики, представляешь? Хотя, сдается мне, многие этому обрадовались.

Я опрокинул в себя бокал вина и налил из графина ещё.

– Знаешь, глупо это как-то. Я всю жизнь рвал жопу, чтобы… – я пропихнул, застрявшие в горле слова. – Доказать миру, отцу, себе, что достоин чего-то? Короны? Почестей? Чтобы быть кем-то большим? Чтобы не быть кем-то безвестным? Не знаю... — опустил голову я. — Я несу чушь, да?

Я отпил из бокала, а остатки вылил на надгробие. Красное, будто кровь, вино стекло по серому камню и пересекло надпись:

“Тринсер Лунная Тень. Верный друг и бесстрашный воин”

Помню его смерть, как будто она случилась сегодня.

Я был не в себе в тот день. Рванул вперед, желая добраться до вражеского командира. Подставился под запл магов… и погиб бы, как брат, если бы Тринсер пожертвовал собой. Мой лучший и единственный друг погиб по моей вине, а я только и мог, что смотреть. Помню, как захлебываясь кровью, он улыбнулся, ударил меня по груди ослабевшей рукой и взял с меня слово прожить за него достойную жизнь. Что бы это, черт побери, не значило!

– Чувствую себя куском дерьма.

– И, надо сказать, заслуженно.

Я вздрогнул и уронил бокал. Он ударился о плиту и разлетелся вдребезги. Я уставился на бутылку. Она явно недостаточно пуста для потери рассудка. Но мили вокруг ничего кроме двух могил. Тогда что это было?

Я сглотнул.

– Тринсер? Или?..

Незримое присутствие обняло меня. Густая мана окутала могильную плиту и надгробие. Над ними словно глаза жуткого монстра зажглась пара фиолетовых огней. Ладонь потянулась к клинку на поясе, но нечто сдавило меня со всех сторон. Не шевельнуться.

– Ну здравствуй, дорогой хозяин, – насмешливо произнес голос. Он одновременно вибрировал от силы и звенел от нежности. – Не думала, что мы встретимся вновь, тем более… так. Ты хоть знаешь, чего стоило спасение твоей неблагодарной задницы?

– Кто ты? – проморгался я.

– Рада, что ты спросил. Я – Ширли, Всесильная Богиня Разрушения, – то ли говорило правду, то ли шутило существо. – Но будет лучше, если мы продолжим нашу весьма увлекательную беседу в реальности. С твоего разрешения, очнись…

–... Адам!

Я открыл глаза.

***************

– Адам!

Я рывком сел и ощупал грудь. Перед глазами возникла картина, как зеленый луч обогнул Лунную Тень, пробил насквозь грудь и оставил в ней зияющую дыру. Но сейчас вместо неё мои пальцы под прорехой в мантии нащупали теплую кожу. Цел. Я цел!

– Ты в порядке?

Надо мной склонилась Лефи, а у неё на макушке сидела крохотная лиса с фиолетовой шерсткой. Фиалковые глаза с белыми звездочками внутри уставились на меня со скучающей морды. В сознании промелькнул образ невероятного размеров духа, свернувшегося кольцом вокруг пульсирующей звезды. Я моргнул и очередное наваждение исчезло. Проклятье! От всех этих странностей моя голова скоро расколется надвое.

– В порядке. Вроде, – ответил я. – А что… кто это?

Лефи вздохнула с облегчением.

– Ширли сказала, что вылечила тебя, но ты долго спал. Она сказал, что она твой дух. Разве нет?

– Но у меня…

Я нахмурился, собирая мысли в кучу. Вспомнился голос из сна. Я встретился глазами с духом на голове Лефи. Присутствие ощущалось совершенно иначе, но ёё мана и взгляд...

“Слушай и мотай на ус”, – зазвенел голос в сознании. Вместе с ним я ощутил напряжение, выходящее за пределы астрального ядра. Как натянутая нить... связь. Контракт? – “Мы партнеры. Это раз. У меня абсолютный контракт с твоей душой, что означает, что мы с тобой знакомы кучу жизней подряд. Это два. Я не знаю, что у тебя в голове за цирк с личностью от прошлого воплощения и знать не хочу. Это три. Да-да, я не смогла найти тебя в той жизни. Видимо, кое-кто переродился у черта на куличках. Это четыре. Я потратила все силы, спасая тебя, и хочу спать. Это пять. И наконец вздумаешь навредить мне или умереть, и я тебя убью. Это шесть. Восхищаться разрешаю молча”.

На этих слова Ширли прыгнула. Я неловко поймал лису, ощутив, как странная связь натянулась, и по наитию позволил духу поглощать энергию из центрального ядра.

Абсолютный контракт.

По спине пробежал холодок. Чувство, будто я больше не принадлежу себе целиком. Это пугало до чертиков и в то же время что-то внутри как будто вставало на место.

Хотя стоп.

Чего вообще?! Хотите сказать, что вот этой наглой морде я обязан жизнью? Да кто оно... она такая?! Пришла из ниоткуда, болтает у меня в голове, угрожает, так ещё и энергию жрет! Это что за чудо?!

Но... есть ли иная причина, по которой я жив, если лиса не сказала правду хотя бы частично?

Несколько секунд я смотрел на животное, помещающиеся даже в детских ладонях. Ничего не понимаю. Оно такое хрупкое, мягкое, теплое. Как будто что-то знакомое, правильное, словно мы и правда знали друг друга раньше. Хотя после того, как лиса только что об этом сказала, думать об этом вдвойне глупо.

Ладно. Глаз с ней не спущу, а там видно будет. Не выкидывать же её теперь, в самом деле. Ещё и убить обещала… А пока – пора бы возвращаться в реальность.

Лефи, как завороженная, глазела на духа. Оно и понятно – своего бурундука она потеряла в хаосе битвы. А за её спиной по стене ползли корни, которые исчезали в земле, окружавшей нас со всех сторон. Мы находились в слабо освещенном туннеле. Я поднял голову и попытался найти источник света, но он терялся в тесном сплетении корней. Мы под деревом.

Вздохнув, я спросил:

– Что последнее ты помнишь?

– А? – отвлеклась она. – Ну… мы искали маленьких духов, а потом появились большие духи. Дядя Реджи сказал закрыть глаза и спрятаться. И вот мы тут.

“Под землей, которая впитывает кровь свежих трупов” – мелькнула мрачная мысль.

Я кивнул Лефи, и покопался в карманах. Фух! Телефон на месте.

– Дженис, время.

– Шесть часов вечера по Нумеритовому Оазису. Время в мире А-17 равняется семи часам и тридцати трем минутам с учетом корректировки под световой день планеты.

Значит, прошло не так уж много. Если нападавшие не идиоты, то в Оазисе не должны ничего знать о происходящем здесь. Завтра, когда группы не вернутся в назначенное время, они забеспокоятся, и пришлют кого-нибудь.

– Ух ты! У тебя есть свой ИИ! – засветилась Лефи. – Папа обещал купить мне такой, только когда я пойду в школу… и… Не бойся, думаю, он скоро придет за нами. Мой папа очень сильный!

“Как мило. Она беспокоится, что ты напуган”, – заметила Ширли.

“Кажется, кто-то хотел спать?”

“Сон – понятие растяжимое”

“Тогда, может, расскажешь, что случилось?”

И тишина. Она издевается?

Подведем итог. У меня на руках дух неизвестного происхождения, который морочит мне голову, и пятилетняя девочка, которая верит, что папа её спасет. К тому же мы застряли черти где в другом мире, помощь нам не прислали, а враги могут быть где угодно. И у меня болит голова.

Я потер переносицу.

Это. Просто. Невероятно.

– Смотри, у меня есть еда, – девочка открыла рюкзак. – Правда из яблок только красные. Мы же поменялись. Покушаем и подождем папу.

Шутка или нет, но после того, как мы подкрепились бутербродами с докторской колбасой и медовыми вафлями, я немного пришел в себя. Обдумаем ситуацию

Свой рюкзак я скинул перед боем, поэтому придется рассчитывать на запасы Лефи. Теперь главная проблема в том, что нам делать. Конечно, можно просто ждать и надеяться, что нападавшие мертвы или ушли, и не позаботились уничтожить портал. А можно выбраться отсюда, чтобы попробовать вернуться самим, поискать выживших, найти воды или хотя бы спрятаться получше. В любом случае сидеть в темном туннеле в ожидании чуда – так себе выход.

– Нам нужно уходить.

– Зачем? Давай подождем, пока не придет папа или дядя Реджи.

Ага, тот самый дядя, чья отрубленная голова с закатившимися глазами гниет где-то над нами.

– А если не дождемся? Или что если злые духи найдут нас первыми? Воды и еды у нас на один день, да и то конфеты с шоколадками. Нужно что-то делать, пока припасы не закончились. Иначе потом будет поздно.

Лефи забавно нахмурилась и принялась мять в руках упаковку от вафель, складывая в своей маленькой головке, что к чему. Когда я уже подумал, что проще бы её вырубить и унести, как мешок картошки (всяко лучше, чем слушать про всемогущего папу), то девочка кивнула чему-то в своих мыслях и сказала:

– Тогда нам нужно работать вместе, чтобы найти ручей. Там была вода.

– Хорошо, – скрыл удивление я. – Начнем с того, что выберемся отсюда.

– Ага!

– Дженис, контроль периметра, – приказал я.

Устройство с двух лет связанное с моей маной подключилось к ауре, зачерпнуло энергии и развернуло невидимый купол диаметром десять метров. Я добавил маны, и купол растянулся на все двадцать. На экране появилась примерная карта сканируемого пространства.

– Дженис подаст сигнал, если заметит кого-то, – сказал я.

– О-о, – заглянула мне за плечо Лефи. – Это круто. А что ещё умеет твой ИИ?

– Много чего. Например…

Так мы и отправились в путь.

Лефи вопреки предрассудкам о возрасте, оказалась неплохим собеседником. Она задавала много вопросов и сама тут же засыпала информацией – так я узнал, что моя Дженис это именной ИИ, а не обычная нейросеть, что позволяет ей работать с моей маной, – кроме того Лефи не боялась темноты, неизвестности, странных подземных звуков и всего того, чего обычно боятся дети. За одним исключением.

– Там паук! – завизжала девочка.

Она спряталась за моей спиной и, дрожа всем телом, указала куда-то вперёд.

– Я точно видела там большого паука!

Я отцепил от себя Лефи, смело шагнул за поворот и в шоке схватился за живот.

– Это… это… – задыхался я. – Это точно…

Я упал на землю и, закрыв лицо рукой, поднял над собой чудовище.

– Это точно не обычная коряга с кучей отростков!

– Адам! – зарычала Лефи под мой смех.

Напряжение спало. И мы зашагали бодрее, позволив себе ненадолго забыть о случившимся и погрузиться в изучение подземных коридоров.

Туннели напоминали муравьиные ходы. Они пересекались, тянулись вниз и вверх под разными углами и иногда заканчивались тупиками в виде круглых пещерок. Тогда мы разворачивались и искали другой путь. Дженис отсекала тупики и уточняла карту до тех пор, пока не остался единственный путь, ведущий вверх.

– Кажется, мы близко к поверхности, – сказал я, когда света прибавилось. – Нам нужно быть осторожными.

Лефи забавно нахмурилась и кивнула. Я кивнул и пошел первым.

Туннель заканчивался узкой щелью между травой и почерневшим от копоти корнем дерева. Я протиснул Ширли и пролез следом. Закашлявшись от пыли и пепла, я поднялся.

От вида захватывало дух.

От корней дерева до леса, где случилась битва, простирался круг выжженной земли. Ни крови, ни трупов, ни следов боя, ничего. Лишь черная почва с крупицами сиреневой маны, сияющими как звезды, и Лунная Тень, словно победный стяг, воткнутая в центр круга.

– Твоих рук дело? – спросил я духа.

Ширли, дремавшая у меня на руках, приоткрыла один глаз.

– Ага. Потратила остатки сил, чтобы уничтожить этих слабаков. Хотя уже не знаю, стоило ли оно того. К слову тот маг, ранивший тебя, закрылся артефактом и сбежал, но на погоню не было времени. Ты умирал и всё такое.

– Ага, – ответил я в той же манере. – Тогда спасибо, что ли.

– Пф.

– Адам, я застряла! – раздалось позади.

Ещё раз обведя взглядом кусок пространства, который Ширли удалила из реальности, я вытащил Лефи и подобрал Лунную Тень, чудом оставшуюся целой. Холодный металл скользнул по коже и застыл на кисти широким браслетом.

– Это артефакт? – загорелись глаза Лефи. – Так нечестно. Тоже хочу!

– Потом как-нибудь.

Итак, мы чуть не погибли от нападения местных духов под управлением рогатого мага в зеленом, и с тех пор рисков стало только больше. Телохранителей нет, Ширли уже не придет на помощь, а неизвестность всё так же опасна. И всё же, спасибо Лефи, мне удалось сохранить немного позитива.

Я вгляделся в тени между деревьев и увеличил радиус действия Дженис насколько мог, прежде чем мы пошли дальше.

– Как думаешь, что случилось с остальными? – спросила Лефи, поддавшись моему настроению. – Они… не ранены?

“Крупно повезет, если хотя бы половина выбралась", – подумал я.

И тут меня осенило.

– Нас было слишком много. Я помню, как все бежали к порталу, значит, хотя бы часть вернулась в Оазис и послала за помощью. А раз её нет… проклятье.

– Что значит, что её нет?

– С порталом неладно. К нам не могут попасть.

Карта не показывала рядом ничего опасного, поэтому я ускорил шаг.

На полпути пришлось, не взирая на протесты, завязать Лефи глаза, чтобы она не видела валяющиеся в высокой траве останки погибших. Возле ручья мы остановились. Я поискал хищников или духов, но никого не увидел. Поэтому мы без проблем набрали воды в пару уже пустых бутылок. Неподалеку, под крупным кустом я с болью в сердце заметил крупную фигуру Марка. Узнал его по белой мантии.

“Твой друг?” – спросила Ширли.

“Нет”, – ответил я и перестал сжимать мантию у груди. – “Но я надеялся, что выиграл ему и другим время”.

“Ты слишком слаб”, – без злобы заметил дух. – “Но когда мы станем сильнее подобное не повторится вновь”.

Если бы всё было так просто.

“И что. Мы теперь напарники? Навсегда?”

“Именно это я и сказала, когда разбудила тебя, тугодум”.

“Но если ты так сильна, то в чем твоя выгода? Прости, но в сентиментальность как-то не верится”.

“Ну, жизнь скучна без приключений”, – сказала Ширли, устраиваясь поудобнее. Я чувствовал её сонливость. – “А жизнь у духов, знаешь ли, очень долгая и очень бедная на события. А ещё твоя астральная энергия дает мне расти особенно быстро. Сплошная выгода! За пару десятков лет вернусь в форму и стану сильнее себя прежней. Оно того стоит”.

“Ладно, позволь последний вопрос”, – напрягся я. – “Это из-за тебя я не мог заключить контракт с другими духами?”

“Хм-м… подозреваю, что духи шарахались от тебя, как от прокаженного как раз из-за твоей астральной маны. Она как смола по сравнению с водой, или… Знаешь, это чувство, когда проходишь мимо человека и начинаешь задыхаться от вони его духов, будто он вылил на себя весь флакон разом? Вот тут то же самое”.

“Духи и духи́”, – я потер висок, мысленно прибавляя к тайне своего перерождения проблему с астральной маной. – “Куда удивительнее, что ты знаешь это чувство”.

“Мы много путешествовали”, – пародируя человеческий жест, Ширли пожала плечами и закрыла глаза. – “Я возвращаюсь ко сну, поэтому будь добр, захлопни уже свою мысленную тарахтелку. Ты прямо как неугомонный сосед через стену”.

Надо же. И это я-то неугомонный сосед?

– Уже можно смотреть? – запаниковала Лефи. – Я устала ничего не видеть. Это глупо! И почему тебе можно, а мне нельзя?

– Погоди, мы почти на месте.

– М-м-мф… – загудела от недовольства Лефи.

Идти и впрямь оставалось недолго. Прошло всего несколько минут, прежде чем мы вернулись на поляну, с которой началось Посвящение. Приятно, что ни разу за всё время мы не встретили духов. Видимо, Ширли по прибытию распугала всех на многие километры.

Я снял повязку с Лефи.

– Эй, здесь ничего нет! Мы не туда пришли!

– К сожалению, мы на месте. Смотри, вон там домики для ночевки. А здесь кусок земли без травы, где находился портал.

Как я и думал, его сломали, отключили или что-то в таком роде.

– Но… папа…

Блестящая влага застыла в уголках глаз Лефи. Она обняла рюкзак и осела на землю, тихо всхлипывая.

Когда мы не видели этой пустой поляны, то все проблемы казались неопределенными. Возможно, даже ненастоящими. Думаю, мы оба надеялись увидеть портал, ведущий домой, какие бы невозможные причины ни оправдывали другой исход. Осознанно или нет, мы старались забыться, но исчезновение портала влепило отрезвляющую пощечину. Сразу стало больно и обидно.

Я посмотрел на плачущую Лефи, на спящую Ширли, на свои детские руки, покрытые мелкими ранками, на лес позади и на домики рядом.

Что же. Могло быть и хуже.

– Идем, – сказал я и поднял девочку. Она всхлипнула и посмотрела на меня – Обыщем лагерь и придумаем план. Нам ничего не остается, кроме как стать сильнее и найти способ выбраться отсюда самим.

Глава 5

Саффира грелась у камина, пила чай и читала книжку “Как приручить внука”, – одним словом, наслаждалась последними деньками отпуска, – как раз тогда, когда в комнате Адама случился очередной всплеск маны. Магическая метка послала сигнал. Адам запустил артефакт.

Саффира в задумчивости потерла подбородок и закрыла книгу. Она могла убедить Калис в условной нормальности Адама, тем более могла одурачить Кайруса, но не могла обмануть себя. Его концентрация, точность вопросов, аномальная мана, как будто полученная от духа, и возраст имели лишь одно объяснение.

Саффира допила чай, отложила книгу и, поднявшись на ноги, протянула руку к хороводу теней, которым пламя изрисовало высокие стены особняка. Темно-синяя мана метнулась к её ладони, зазмеилась по талии и сгустилась под ногами чародейки. Саффира моргнула и очутилась в комнате Адама.

Мальчик поймал в ладонь подкинутую пирамидку, которая всего миг назад была клинком, придумал ей глупое название и спрятал под подушку. Когда ребенок задремал, Саффира вышла из густой тени в углу и нависла над Адамом.

За прошедшие пару месяцев он далеко продвинулся в контроле магии и даже завершил первый этап очистки обоих ядер. Чересчур выдающийся результат для двухлетнего малыша.

Саффира достала из кармана заранее подготовленный предмет и осторожно отодвинула край одеяла, оголив руку мальчика. Калис бы не поняла то, что она хочет сделать. Более того – она бы и сама не поняла себя на её месте. Потому что так не принято. Потому что для жителей Нумеритового Оазиса это так же, как для птиц учить птенцов летать раньше срока. Глупо и странно.

Но Саффира уже давно жила за гранью всяких норм. Пожалуй, слишком давно.

Она приподняла руку Адама и защелкнула на его кисти браслет. Ночь осветилась пронзительно-оранжевым светом нумерита.

Глаза Саффиры на миг расширились, а затем закрылись. Она правильно догадалась. Чародейка сняла браслет и, вздохнув, переместилась на балкон особняка, откуда открывался хороший вид на сияющий ночными огнями Оазис. Мысли тучами заполнили её голову. И словно луч света одна выделилась среди прочих.

– Кажется, это мой последний отпуск, – Саффира мрачным взглядом окинула город и сжала в кулаке браслет. – Но быть может так, я дам ему лучшее будущее, чем было у меня.

На её лицо легла осторожная, скромная улыбка, которую, возможно, никто никогда не видел. Саффира покинула балкон. Когда она подняла руку, чтобы закрыть дверь, край её рукава сполз вниз и обнажил нумеритовый браслет.

Золотом на нем светились две цифры:

21

В настоящее время.

Саффира оторвала взгляд от браслета и остановила поток воспоминаний. Она вздрогнула от холода, что пробился даже через толстый слой защитный чар, слезла с камня, парящего в пустоте, и обвела взглядом мир, куда её послали.

Планета разорвана в клочья – от неё осталась лишь груда булыжников, которые разнесло в вакууме, как листья по воде. Полотно Вселенной, что обычно сверкало мириадами звезд на миллионы световых лет вокруг, пустовало. Никаких людей. Никаких духов. Никаких звезд. Никакой энергии. Словно мир уже сотворили мертвым. Или как будто кто-то щелкнул пальцами и погасил всю жизнь.

Темно-синяя мана окружила Саффиру наподобие кокона. Чародейка оттолкнулась от камня и поплыла в неизвестность, изучая самые тонкие колебания маны. Что-то здесь всё же было не так.

Мантия женщины зашевелилась. Обвивая плечо, наружу выглянул угорь, чья туловище переливалось светло-синей энергией и переходило в темную, почти черную голову с крохотными серебристыми глазами.

“Маракс, что-нибудь видишь?”, – обратилась Саффира.

“Безмолвный ужас”, – в своей манере ответил дух. – “Мы здесь ничего не найдем”.

Саффира кивнула.

– Приказываю передать командному центру информацию о Н-279. Добавьте его к в список опустошенных.

– Принято, – отозвался ИИ.

“И однако ты не уходишь отсюда уже несколько часов”, – заметил Маракс.

“Ты же чувствуешь. Здесь что-то есть”.

Маракс прикрыл задрожал и прикрыл глаза.

“Да-а. Как всегда. Но этот аспект бытия мне незнаком. Нечто холодное. Нечто древнее”.

Саффира вновь кивнула. Она уже множество лет билась над этой задачей и уже не раз ощущала подобное в опустошенных мирах. Увы, как маг на пике стадии Концентрации, опытный авантюрист-мироходец и высшей член Ордена Тройного Круга, закрыть глаза и сказать, что это все далеко и неважно, она не могла. Слишком велика ответственность. И слишком велик страх, когда вместо нового мира, полного неизведанных горизонтов и необычной магии, находишь бездну.

“Ладно. За дело”.

И только Саффира собралась попробовать парочку заклинаний, чтобы растормошить то, что прячется за пленкой бытия, как её что-то отвлекло. Отвлекло? Разум опытного мага не знал таких слов. Поэтому Саффира нахмурилась, прикрыла глаза и заглянула в глубь себя. Проверила ток энергии внутри и снаружи тела, коснулась пышущих силой ядер, перебрала вниманием, словно пальцами по струнам, контракты и запущенные заклинания и нашла… изъян. Маленький, почти незаметный ручеек энергии стремился куда-то за грань миров.

Саффира открыла глаза.

– Адам.

**************

От лица Лефи.

Я наполнила рюкзак бутылками со свежей водой, отпила из ручейка, вытерла губы и выпрямилась.

– Так. Воды набрала. Теперь обратно.

Я сделала вид, что не заметила ржавые пятна на траве, и поспешила в лагерь.

С тех пор, как я очнулась в туннеле под большим деревом, прошла неделя. Духи из леса почему-то исчезли, но обычных животные вернулись. В домиках для ночевки мы нашли немного еды и теплые одеяла, рядом был ручей, и Адам умел охотиться.

Всё не так уж плохо, подумала я.

По бирюзовому небу проплывали причудливые облака. Над ними вдалеке, прищурившись, я разглядела полуразрушенную луну. В воздухе, жужжа, пролетали небольшие насекомые со множеством лапок, но в лесу по большей части царила тишина. Я поймала себя на том, что застыла, смотря на место, где когда-то кружилась воронка портала.

– Папа…

Я часто скучала по дому и много грустила. Вот бы Адам поскорее закончил то, что он делает, и мы вернулись.

“Тогда я должна быть сильной” – подбодрила я себя. – “Как волшебница из мультика”

Адам умел охотиться, никогда не плакал, а ещё ему помогает целый говорящий дух. Он даже был магом! Ну прям настоящим! Поэтому я не могла прохлаждаться, пока он пытался спасти нас. Мы – команда!

Зайдя в уютный деревянный домик, я поставила воду на стол и открыла шкафчики с едой. Готовить я не умела. Но на пачках с едой обычно писали несложные рецепты, которые у меня получались. Ну, иногда.

– Так. Я могу сварить гречку и пожарить немного мяса… нужно быть внимательной, чтобы оно не сгорело, как тогда.

Кивнув себе, я завязала волосы в хвост, как делала моя подруга Нила, когда готовила мне что-нибудь вкусненькое, и взялась за дело. Зазвенели кастрюли, зашипело мясо, аромат крупы и убитого утром кабана наполнил кухню.

– Па-па-ра, па-па-ра, – напевала я, переворачивая почти не обуглившиеся кусочки. – Па-па-ра, па-ра-ра-па…

Когда всё приготовилось, я разложила еду по тарелкам и вышла из домика, не забыв прихватить с собой кухонный нож. Возможно, таскать его с собой не самая умная идея, особенно, если вспомнить, сколько раз я порезалась. Но с ножом за поясом я выглядела почти опасной.

Я вдохнула вечернюю прохладу и направилась по тропинке. Небо немного потемнело. Насекомые притихли и тишина стала почти жуткой. На подходе деревья сотрясла сиреневая вспышка, волной прокатившаяся по округе. Я неосознанно схватилась за нож и чуть не уронила еду.

– Что за дела? – удивилась я. – Нужно поспешить.

Адам сидел за широким камнем, на котором светился свежевысеченный круг рун. Он сжимал в одной руке металлический артефакт, – Лунная Тень, напоминала я себе, – который принял форму короткой палочки с острым концом, а в другой руке сквозь пальцы сыпалась каменная крошка. Неподалеку в траве мирно дремала Ширли.

– Что тут случилось? – спросила я. – Я принесла поесть.

Адам вздохнул. Его огорчение и усталость зачесались у меня под кожей. Мне вдруг тоже захотелось вздохнуть.

– Он просто пытается решить невыполнимую задачу с ограниченными ресурсами вместо того, чтобы принять реальность, как и любой другой безнадежный романтик. Не обращай внимания, – ответила за него Ширли. Она поднялась и подбежала ко мне. – Ты же принесла их, да?

Я заулыбалась, когда достала из кармана горстку кусочков шоколада и протянула их духу. Ширли в мгновение ока слизала с ладони всё, что было. Не в силах побороть себя, я осторожно погладила её между ушей, хотя знала, что лисе это не понравится. В итоге она вывернулась и отпрыгнула подальше.

Вот бы и мне духа, пусть даже такого капризного… Я отдернула себя, вспомнив зачем пришла, поставила перед Адамом дымящуюся тарелку и присела рядом со своей.

– Нам нужно поесть.

– Да, неплохо бы, – слабо улыбнулся он. – Спасибо.

Когда мы справились с самую малость подгоревшим мясом и чуть-чуть недоваренной гречкой, которые приходилось заедать шоколадками, я спросила:

– У тебя что-нибудь получилось?

– Нет, – как всегда ответил он.

Со временем я всё чаще замечала, как Адам сомневается, пропадает в мыслях или молчит, чтобы сосредоточиться. Хотя, наверное, ничего не изменилось. Просто я узнала Адама лучше, подумала я. Но он показался мне каким-то неправильным, не таким, как в первую встречу.

Мне почему-то вспомнились те ржавые пятна в лесу. И духи, напавшие на нас. И тот пустой овал на земле, где был портал. Вдруг стало грустно.

Я подтянула колени к груди и оперлась плечом о камень. Хотелось поговорить. Хоть о чем-то.

– Что делают эти руны? – спросила я. – Ты так долго возился с ними… Я могу помочь. Ну, как-нибудь.

– Это… – Адам почесал затылок. – Дженис составила рунную цепочку для создания портала. Она в общем-то простая. Но беда в том, что для портала нужно задать место выхода, как бы написать адрес.

Я кивнула, кажется, понимая.

– Причем это нужно сделать с двух сторон. То есть для устойчивого портала потребуется два человека, по одному на портал в каждом мире. Они укажут адрес, запустят руны и будут поддерживать поток энергии. А у меня нет ни человека, ни точного адреса.

Я нахмурилась, уже не так понимая. Нила много рассказывала мне о магии, я даже считала, что знаю больше сверстников, но теперь это казалось смешным.

– И тем удивительнее, что ты не бросил эту затею, – сказала Ширли, запрыгнув на камень. – Лучше бы потратил время, чтобы стать сильнее.

– Но ты ведь умела проходить сквозь миры, пока не потеряла силу? – не сдавался Адам. – Значит, это возможно.

– Да, но я нацеливалась на нашу связь. И как ты заметил, у меня была сила.

Всё это походило на серию из мультика, где волшебница и её подруги, защищающие землю, сталкиваются с загадочным убийством. Мы как будто пытались найти недостающий кусочек пазла в сверхсекретном расследовании.

– Нам нужно что-то, что создало бы связь с домом… – рассуждала я. – Разве у нас ничего нет?

– Мы не в кино, – ответил Адам, пристыдив меня тем, что прочитал мои мысли. – Грубо говоря, всё, что у нас есть, мы принесли из Оазиса. Но я сомневаюсь, что мои ботинки или твой рюкзак способны пробить брешь между мирами.

Я хихикнула и живо представила, как пинаю воздух и открываю портал.

– Ботинки, может, и не способны, – заговорила Ширли. – А вот на твоей мантии неплохие руны.

Лицо Адама расслабилось, будто он подумал о чем-то приятном.

– Но на них нет рун связи, они не подходят для одежды. Да и мощность всё равно не та. К тому же многие цепочки теперь разрушены. И это по-прежнему не решает проблему второго человека.

– А твое оружие? – не сдалась Ширли. – Ты в курсе, что у тебя на артефакте заклинание слежения?

– И ты всё это время молчала?

– Сам виноват, что не спрашивал.

Адам нахмурился, а затем его лицо приняло такое же восторженное выражение, как у Ширли.

– Саффира! Если её заклинание достаточно мощное, чтобы продержаться несколько лет, значит, бабушка привязала его напрямую к себе.

Бабушка? В смысле старушка с тростосточкой?

– И она сможет открыть портал? – спросила я, улыбаясь от радости.

– Да, черт возьми! Да! – вскочил Адам. – Это то, что нам нужно!

Я заулыбалась до ушей. Ха, кажется, мы что-то придумали!

Весь оставшийся вечер я наблюдала, как Адам работает с артефактом. Мне нравилось смотреть, как мана выходит из его ладоней и танцует вокруг Лунной Тени. В остальное время Адам спорил с Ширли, или просто сидел, восстанавливая ману. Однако радость от шанса вернуться домой скоро притупилась.

– Функция расширенного контроля маны, в том числе маны с некомплементарным атрибутом, заблокирована. У вас недостаточно прав.

Адам зарычал и упал на спину, раскинув руки. Темнело. Он наверняка устал и измотался, да я и сама вовсю зевала. Но никто не хотел ложиться спать, когда мы так приблизились к ответу. Мне даже казалось, что он вертелся у меня на языке.

– Жалкое зрелище. Побежден разумным артефактом, – резала без ножа Ширли. – Почему ты вообще не умеешь управлять им в полной мере?

– Заткнись, – шикнул Адам. – Технологии сложнее, чем кажутся.

Я не совсем поняла, как работает наш план, но вроде как Адам не может создать ту самую “связь”, потому что магия артефакта ему не принадлежит. Но вот ИИ другое дело! Он перехватывает контроль даже над чужой энергии, если её владелец не мешает. Правда Дженис почему-то не могла нам помочь. Хм-м...

– Уже темно. Может, продолжим завтра? – спросила я.

– Может быть, – вздохнул Адам.

На обратном пути мы остановились, чтобы понаблюдать за полуразрушенной луной на черно-бирюзовом небе. Смотришь на неё, и кажется, что всё вокруг ненастоящее. Что не нападали никакие монстры, что мы не живем одни в целом другом мире вот уже неделю, и что нужно лишь открыть глаза и всё забудется. Как сон.

– Слушай, Лефи, а кто твой отец? Ты там много говоришь о нем. Он кто-то важный?

Я нахмурилась. Папа предупреждал не рассказывать о том, кто он, чтобы это никому не мешало и чтобы не получилось, как с моими друзьями в детском саду. Для них я была лишь “кем-то важным”. Но Адам не такой, как все. Он бы не стал смотреть на меня, как они, так ведь?

Я невольно сжала край мантии и сказала:

– Прости… я обещала папе, что не буду рассказывать.

– Ясно. Ну, как хочешь.

Я с облегчением вздохнула. Он не обиделся. Я первой открыла дверь в домик, как вдруг наконец поймала то, что вертелось у меня на языке последние часы.

– Родительский контроль! – воскликнула я. – Адам, ну-ка дай телефон!

– О чем ты? – спросил он, протягивая телефон.

– А… ну, эм… Ерунда, чтобы, пф-ф… мультики смотреть, которые, ну, пока нельзя смотреть, – я зашла в настройки и убрала злосчастную галочку. – Ха! Вот!

Адам со скепсисом посмотрел на меня, и тепло прилило к кончикам моих ушей. Что плохого в аниме? Я не виновата, что мне всего пять лет, а ограничения от шести! Все мальчики и правда дураки.

– Дженис, – сказал Адам, взяв телефон. – Открой доступ к расширенному контролю маны.

Устройство запищало.

– Доступ разблокирован.

***************

От лица Адама.

– Это было долго.

– А что ты хотел? Скажи спасибо, что вообще справился со своими-то ядрами.

– Спасибо, что не давишь на больное.

– Всегда пожалуйста.

Я сделал пару шагов от портала. За пару дней круг из рун обзавелся вторым слоем, в середине которого в форме пирамиды парила Лунная Тень. Сразу над ней пульсировал шов. Сиреневая молния застыла в воздухе, как рана на теле реальности. Воздух вокруг неё искажался и дрожал от количества маны, которую я почти непрерывно вливал в круг на протяжении трех дней.

Не то чтобы обязательно так торопиться, но я совру, если скажу, что отсутствие духов не беспокоит. Я предполагал, что нам придется сражаться и выживать, а пока вся затея больше напоминала пикник на природе. Впрочем, без Лефи, так бы оно и было. До сих пор не могу поверить в эту историю с родительским контролем. Хочется спрятать глаза за ладонью и провалиться под землю. Ну каков идиот…

– Так или иначе, портал готов.

– Восстанови силы. Пусть переход и будет коротким, мы не знаем, хватит ли тебя хотя бы на пару секунд, как и не знаем, что человек с той стороны готов.

Я сложил руки на груди.

– В ком в ком, а в бабушке я уверен. Думаю, она давно готова.

– В любом случае, тебе понадобятся все силы.

И всё-таки Ширли права. В базе данных Дженис, что по умолчанию скачалась на телефон, не нашлось случая, чтобы маг на стадии очищения открывал портал между мирами. Не говоря уже о том, как мало информации о самих порталах. Я буквально скопировал рисунок с телефона в надежде, что всё сработает как надо! Это немного тревожило. Если что-то пойдет не так, я даже не смогу понять, что именно.

– А как насчет тебя?

– Смеешься?

Ширли обвела лапой своё крохотное тело. Она много спала, под ноль высасывала моё центральное ядро и при этом не прибавила в весе ни на грамм.

– Вовсе нет. Ты сама сказала, мы не знаем, хватит ли меня хотя бы на пару секунд.

– Мой резерв вдвое меньше твоего. И при этом хватает энергии для восстановления даже в этой ущербной форме. Но полагаю мой опыт в управлении маной и её качество, что делают меня куда более полезной. Как дух четвертого… пятого класса? Не знаю. Но надеюсь мне не придется отдавать ещё больше сил. Иначе я превращусь в шарик величиной с песчинку и растворюсь в атмосферной мане.

– Весьма подробно, – заметил я.

– Всякое бывало, – пожала плечами Ширли.

– Надо будет как-нибудь устроить вечер историй, чтобы…

–...лучше узнать друг друга и обменяться полезным опытом? Уж лучше я буду мучить тебя туманными намеками и молчать.

Вздыхаю. Есть где-нибудь стена, чтобы удариться об неё головой?

Я сел на траву, отбросил суицидальные позывы, закрыл глаза и погрузился в медитацию. Звуки стали громче и четче, но ушли на второй план, дыхание вошло в ритм, стало глубоким. Я чувствовал давление почвы под собой, улавливал движение ветра, тепло одежды и вибрацию, проходящую по телу с каждым ударом сердца.

Вдыхаемая мана ощущалась, как плотный поток воздуха. Она приятным теплом скапливалась в груди, наполняла центральное ядро, и опускалось в нижнее, а затем обе энергии сливались и поднимались вверх, давя на лоб изнутри.

Я открыл глаза и вытянул перед собой руку. Она дрожала от силы.

– Что ж, попробуем нагнуть межпространство, – сказала Ширли. – Сначала влей ману во внешний круг, потом снова восстанови резерв, позови эту мелкую, и наполни внутренний, с нашим адресом.

Я кивнул и коснулся пальцами рун. Мана теплым потоком заструилась от нижнего ядра к кисти и вышла из середины ладони и кончиков пальцев сиреневой дымкой. Большая её часть впиталась в круг и приобрела фиолетовый оттенок.

Ширли, которая свернулась калачиком на траве и наблюдала за мной одним глазом, вскочила на ноги. Обычная тихая с её стороны связь наполнилась раздражением, злобой и азартом.

– Ну, замечательно. И когда с тобой что-то получалось просто так? – зарычала она, оскалившись. – Беги за девчонкой и поглоти по пути столько маны, сколько сможешь. Живее!

– Что происходит? – поднялся я.

– Что же ещё?! Чем бы не занимались эти тупые духи, они вернулись! Шевели ногами! Я буду защищать портал.

– Да твою ж…

Я сжал зубы и поспешил за Лефи.

Нам стоило догадаться, что раз духи или их хозяева уничтожили портал, то они обнаружат и захотят уничтожить новый! Бездна! Я пронесся по тропинке, ухватился за дерево, чтобы не потерять скорость на повороте, и вбежал в лагерь.

Из леса донесся пронзительный вой. Испуганные птицы взмыли над деревьями. Со всех сторон на границе моей чувствительности появились ауры духов не ниже третьего класса.

– Лефи! – закричал я, вбегая в домик. – Нам… зараза.

Она ушла за водой. Просто невероятно!

Я зарычал от досады, ударил по двери и ринулся к ручью. На ходу начал восполнять ману – получалось откровенно хреново. Вскоре через связь просочилось напряжение. Ширли вступила в бой. Она сказала, что будет защищать портал, но надолго ли её хватит? Стоит вернуться без девчонки? Но маны все равно не хватает.

– Адам! – раздался крик.

Я увидел её. Перепуганная до смерти девочка изо всех убегала от трехметрового духа, похожего на лося. Его чашеобразные рога охватил тот же зеленый огонь, что сверкал в глазах, а среди шерсти высились темно-бирюзовые наросты. Замечательно, эта хрень ещё и развивалась.

Лефи пересекла поляну и пробежала мимо меня. Я инстинктивно вытянул руку и сжал меч, но вовремя спохватился. Лунная Тень поддерживала портал. Я без оружия.

Качнув головой и сжав зубы, я выставил обе руки вперед и разом опустил их. Сиреневое свечение охватило огромную голову духа и вбило её в землю. Туловище приподнялось. Лось замахал копытами и упал в паре метров от меня. А я пошатнулся. В ядре пустота…

И на это ушло столько сил?! Да он же через десяток секунд встанет и разорвет нас на части! Как же это тело никчемное!

– Бежим!

Я схватил Лефи за руку и потянул за собой.

Мы вернулись деревню, проскочили наш домик и затормозили, когда дорогу преградили два покрытых бирюзовыми наростами волка. Мана скопилась в их клыках и когтях. В глазах плясало безумие.

– Вот же!..

Я уже собрался потратить остатки маны для телекинеза, как что-то уткнулось мне в бок.

– Используй его! – сказала Лефи.

Я кивнул ей, схватил кухонный нож, – лучше, чем ничего, – окутал его маной и бросился вперёд.

Волки напали одновременно с двух сторон. Я скользнул под правого. Пронзил его лишенное наростов брюхо от груди до паха. В отместку длинные когти его задней ноги провели алую полосу на моем плече. Я перекатился, вскочил и метнул нож с помощью телекинеза. Тот вошел глубоко в череп второго волка. От удара зверь покатился и врезался в дерево рядом с Лефи.

Девочка взвизгнула и отпрыгнула. Я забрал потрескавшийся нож, провел пальцами по ране, стряхнул кровь и, заметив краем глаза мчащегося во весь опор лося, поспешил к порталу вместе с Лефи.

Ширли металась вокруг камня фиолетовой молнией. С гудением мана вырывалась из её когтей, ими она рассекала крепкие шкуры духов, как бумагу. Изредка из её пасти выстреливал луч энергии и пронзал подобравшихся к порталу монстров. Поляну заполнили стоны умирающих духов. Десятками они валялись возле камня, но куда больше прибывало из леса с каждой минутой.

“Адам, портал!”

“Мне не хватит энергии!”

“Просто делай!”

Я дотронулся до рунного круга. Мана слабым потоком хлынула из ядра, а когда оно опустело, то связь с Ширли вновь натянулась, и энергия хлынула с вдвое большей силой. Шов затрещал. Его края разошлись образуя сиреневый вихрь. Я чувствовал, как вторая половина заклинания, за которую отвечала Саффира, едва ли не взрывалась от переполняющей её маны, в то время, как моя дрожала в шаге от того, чтобы рассыпаться. Но она держалась! Портал держался! У нас получилось!

– Лефи, внутрь! Давай!

– Адам, там! – закричала она. Её глаза в страхе уставились мне за спину.

– Прыгай в портал! – крикнул я и развернулся.

Лось мчался на меня с огромной скоростью. Темно-зеленое пламя танцевало на шерсти, наросты увеличивались, покрывая духа кристальной броней, земля клочьями вылетала из-под его копыт.

Я услышал, как Лефи исчезла в воронке за моей спиной, и заклинание вдруг потяжелело настолько, что у меня подкосились ноги.

– Ширли! – прохрипел я, выпрямляясь.

– Здесь!

Лиса приземлилась мне на плечо. Почти невесомая.

Лось заревел и оттолкнулся, намереваясь одним прыжком преодолеть несколько метров, что разделяли нас. Духи всех размеров и форм бросились ко мне сверху, сзади, справа и слева. Возможно, мне лишь показалось, но где-то между деревьев мелькнул изумрудно-белый костюм.

Я последний раз наполнил легкие воздухом этого мира и шагнул в портал.

Вселенская тяжесть навалилась на плечи. Я стал тонуть и задыхаться.

Забилась паническая мысль. Что если я где-то ошибся? Что если принял желаемое за действительное, и никто с той стороны не ждет? Что если нет никакой другой стороны?!

Рана на плече вспыхнула болью. Я сжался не в силах вдохнуть. Сознание… отключ…

Яркий свет ударил в лицо. Чьи-то руки подхватили меня. Я сощурился, пытаясь разглядеть человека.

– Мама? – лицо стало четче, проступили строгие черты и холодный взгляд. – Бабушка.

– Маленький балбес, – вздохнула женщина.

Она наклонилась и крепко обняла меня. Затем отстранилась и осмотрела меня. Пас руками и кровавая полоса на плече затянулась, щелчок и легкая бодрость прокатилась по позвоночнику. Но даже так я наблюдал за происходящем, как с экрана телевизора. Всё в тумане...

– Живой?

– Живой, – ответил я. – Вроде... А Лефи?

– Лефи? Девчонка-то? Да вон она.

Я наконец увидел, что мы стоим в просторном темном зале. С потолка падал холодный белый свет, он скользил по серебристо-серой стене, на которой блестели два крупных барельефа. Вертикальный глаз, пронзенный двумя мечами. И куб, парящий над раскрытой ладонью. Тератин и Атрис.

Гербы двух самых крупных районов Оазиса? И что это значит?

Я опустил взгляд туда, где плачущую Лефи обнимал высокий широкоплечий мужчина. Он положил подбородок с короткой черной бородой на макушку девочки и что-то тихо проговорил. А потом его тяжелый взгляд упал на меня. И мне кажется, что я его узнал. Не-ет. Не говорите мне, что…

Мужчина подхватил на руки девочку, которая улыбалась несмотря на слезы, и подошел к нам с Саффирой. За ним шла невысокая девушка с неестественно длинными ушами и короткими светло-голубыми волосами c белыми кончиками. Раса Нимф.

Бабушка сложила руки на груди. Мужчина проигнорировал её и навис надо мной.

Никогда не думал, что скажу это, но я хочу к маме.

– Папа, это Адам. Он спас нас!

– Эм, здрасьте? – попытался улыбнуться я. Получилось так себе.

– Не дави на моего внука, Игнис, – сказала Саффира. – Он не твой политический соперник.

– Политический соперник? – не понял я.

Мужчина заговорил.

– Так уж вышло, Адам, что я Верховный Арбитр Тератина, – сказал он так, будто звание верховного арбитра не давало ему абсолютную власть в самом крупном и военизированном районе Оазиса.

– А она?

Я выглянул из-за Игниса, чтобы встретиться взглядом с его спутницей. Девушка обнадеживающие мне улыбнулась.

– Нила посол от правящей партии Атриса и попечитель Евы.

Попечитель… Евы?.. Атрис, Тератин… Ох, бездна, как же я не хочу во всём этом разбираться.

Мужчина присел на корточки передо мной.

– Спасибо, что спас мою дочь, Адам. Я думал, что уже потерял её.

– Папа! – возмутилась Лефи. Или Ева? – Никто меня не спасал. Мы работали вместе, как команда!

– Да, конечно, – серьезно кивнул он. – Но теперь вам обоим нужно рассказать мне всё, что случилось. В том числе то, как пятилетний ребенок открыл портал между мирами, – он покосился на бабушку.

Эх, Игнис, всё чего я хочу, так это не допросов, а недельку провести под одеялом, а лучше две. Или будьте добры раскошелиться на корзину яблок, пожалуй, только она не даст мне отключиться в ближайшие минуты.

Ширли у меня в голове устало хихикнула. Меня уколол стыд. Я бережно снял духа с плеча и прижал к груди. Вот же… кажется, она снова уменьшилась.

“Прости, я должен тебе уже дважды”.

“Я хотела бы сказать, что между партнерами нет долгов, чтобы, ну знаешь, поиграть в благородство. Но это как-то лицемерно, поэтому слушай и записывай. Я хочу получить с тебя годовой запас шоколада. Всех вкусов. Плюс с орешками, особенно с миндалем. И варианты с изюмом и без. А ещё знаешь, такие конфеты, которые взрываются, как фейерверк в горле, после того, как прожуешь? Две тысячи лет такие не ела”.

Несмотря на вялость движений и слабость в голосе, при мыслях о сладком, Ширли оживала на глазах. Вот же дурная лиса.

“Ладно… Думаю, это я смогу”.

“Что ж, тогда мы квиты”.

– Мы знаем в общих чертах о нападении, – продолжил тем временем Игнис. – Многим удалось выбраться, но…

– Напали не только на А-17, – сказала бабушка. – Атаковали двести шестьдесят миров по всем параллелям. И если коротко – мы в дерьме и ничего не понимаем.

Глава 6

Высокие кованые ворота из черного металла блестели в свете вечернего города. За ними широкая мощеная дорожка вела к белоснежным стенам длинного особняка с покатыми крышами и арочными окнами. В саду нас, то есть меня, Саффиру, Игниса, Нилу и Лефи встречал бабушкин дворецкий. Толя, Великий и Узасный.

Нет, не подумайте. Ничего такого. Он в смокинге, туфельки блестят, даже поклонился нам – все, как полагается. Тут одна проблема.

– А что с дядей? – спросила Лефи.

– Хочешь узнать, почему у него рога и серая кожа? – улыбнулась Нила.

– Ну-у…

Ага, а ещё неплохо бы выяснить, почему у него вместо одной руки железное ведро, которое гремит при каждом шаге, и зачем ему улыбаться так, будто он хочет меня съесть. Но да. Про рога тоже интересно.

– Дело в том, что Толя страшный демон из нижних слоев ада, – надеялась произвести впечатление Нила. – Он ужасно досаждал леди Саффире в одном деле, и в наказание она сделала из наглого демона прислугу. Если попросишь, может, она расскажет тебе эту историю и даже научит, как пленить демона.

– Это вряд ли, – заметила Саффира.

Впечатление произведено. Лефи встала от Толи за три версты. Демоны ведь это не абы кто, это самый кровожадный, коварный и, как считают многие, сильнейший вид духов.

Однако наш немой друг, если не встретите его ночью по пути в туалет(который после такой встречи вам уже не понадобится), опасности не представляет. Да и не до него сейчас – мы зашли в особняк и поднялись в просторную комнату с камином, куда дворецкий вскоре принес угощения.

Мы переместились из главного зала здания содружества – места, где собираются политические деятели соседних районов и где поставили портал, – сюда, чтобы сбежать от лишних глаз. Может, содружество и надежно с точки зрения наличия охраны и бригады врачей под боком, но все же это не самое укромное место. К тому же у бабушки есть мягком кресло и тепленький камин.

– Как-то так всё и было, – сказал я, закончив рассказывать историю, и хрустнул яблоком. Утаивать ничего особо не пришлось – разве что сказал, что мы с Лефи спрятались под деревом, а Ширли это дух, которого я нашел на Посвящении. Правда ведь? Правда. Вот и всё.

– Говоришь, то заражение развивалось? – спросила Саффира.

– Да. Один из духов покрылся кристаллами, как броней. Что это такое вообще?

– Магическая хворь неизвестного происхождения, – ответила она.

Потому, как скользил её взгляд, я понял, что бабушка глубоко задумалась. Не этой ли самой проблемой Саффира занималась, годами пропадая в дальних мирах?

Игнис сложил локти на колени и уставился на пламя.

– Многие дети успели сбежать благодаря героизму учителей и доле удаче. Хорошо, что жертв сотни, а не тысячи. Но это катастрофа, к которой мы не были готовы.

Повисло молчание.

Я невольно вспомнил тело Марка, гниющее в траве. А сколько таких же невинных детей погибло в других мирах?

Да, пусть большинство отделалось легким испугом, – даже наша воспитательница Наталья Юрьевна смогла выбраться, – это, как и сказал Игнис, катастрофа. Невидимый неизвестный противник нанес удары со всех сторон и ушел безнаказанным. Такого в истории Оазиса не случалось.

– Ба, а что ты имела в виду, под мирами разных параллелей? – наконец спросил я.

– Всего пять лет, а уже неуч, – без эмоций сказала она. – Оазис находится на пересечении всех известных параллелей миров. Мы нумеруем их по алфавиту. Мир А-17 соответствовал семнадцатому номеру в своей параллели.

– И чтобы добраться до мира, нужно пройти по всей параллели, начиная с первого мира?

– Если нет прямого портала, то да. Прыгаешь раз за разом на один мир дальше. Это требует куда большего мастерства и объема маны, чем двухсторонний портал. За него, впрочем, всё равно хвалю.

Не уверен, что этим стоит гордиться. Я прошел по грани на каждом этапе злосчастного Посвящения. Будто вселенная провела мне показательную порку, чтобы я не задирал нос из-за перерождения.

“Если не стану сильнее, эта прекрасная новая жизнь меня сожрет”.

– И именно поэтому, мы не смогли вам помочь. Ни я, ни кто-либо ещё не успел бы добраться в А-17 вовремя. Одновременной атакой наши враги отключили почти половину портальной сети, поэтому какой бы силой и ресурсами ни обладал Нумеритовый Оазис, на её восстановление уйдет ещё немало времени.

Я как-то читал про авантюристов-мироходцев. Они этим и занимаются – прыгают в новый мир и исследуют его, а затем создают стационарный портал в безопасном месте. Возможно, знай я про них больше, не оказался бы в такой ситуации.

– Получается, не параллели, а паутина какая-то, – заметил я.

– Название есть название, не придирайся.

– Касательно мотива, – заговорила Нила. У неё на коленях сопела заснувшая по ходу рассказа Лефи. Переволновалась, наверное. – Атаковали все миры для Посвящения. А также несколько полевых лабораторий и исследовательских комплексов. Похоже на отвлекающий маневр.

– Слишком грандиозно для отвлекающего маневра, – покачал головой Игнис. – Они хотят нас обескровить. Как мы научим детей обращаться с духами без духов? Что будет с будущим поколением, если мы запрем его в Оазисе, испугавшись нового нападения? И словно этого мало, переходы между мирами станут опаснее – уже стали. Придется ужесточить условия пропуска для граждан всех миров. Те начнут жаловаться из-за ограничений и нашей неспособности защитить их вне Оазиса. Мы погрязнем во внутренней политике, пока враг, умеющий контролировать духов, набирается силы.

– Скорее всего, так и будет, – сказала Нила и опустила взгляд на Лефи. — Тогда наш проект?..

– Нет. Именно поэтому наш проект важен, как никогда, – Игнис посмотрел на меня. – Адам, как ты смотришь на то, чтобы перевестись?

Эм, я в школу-то пока не пошел. Какие переводы? Бабушка, а ну разруливай.

– Что ты имеешь в виду? – сложила руки на груди Саффира. – Клянусь, втянешь моего внука в политические игры, и я не посмотрю на нашу дружбу.

– Спокойно, – поднял руки в примирительном жесте Игнис. – Ты ведь знаешь, что мы с Нилой давно работаем над объединением Атриса и Тератина.

– Твоя глупая мечта про единый Оазис. Я помню.

Игнис неловко почесал бороду.

– Мы уже наладили связи в торговле, науке и магии, но настоящим первым шагом станет школа, в которой будут совместно обучаться лучшие представители обоих районов. Учебное заведение, которое превзойдет даже Академию боевых магов Эмирал. Я планировал первый набор как раз, когда дочери исполнится шесть, но все никак не решался. И раз такое дело, неплохо бы, чтобы её друг тоже там учился. Что скажешь, Адам?

Хочет начать объединение районов Оазиса с молодого поколения? Но к чему тогда эта крайность с лучшими из лучших? Академия Эмирал – эталон, непогрешимый лидер. Вечный победитель Межмирового турнира молодых магов, ученики выпускаются оттуда не меньше, чем на стадии синхронизации. А это, ни много, ни мало, уровень телохранителей Лефи. И они обещают место, которое будет даже лучше? Что-то тут не чисто. И, спрашивается, надо ли в эту грязь вляпываться?

– Соглашайся, – сказала бабушка. – Думаю, это будет почти единственная школа в Оазисе, которая не запрет своих учеников в четырех стенах после случившегося.

Я постучал пальцам по яблоку. Игнис наверняка планировал взять меня в оборот с самого начала. Мальчик, который владеет магией до поступления в начальную школу. Как ни крути, жирный плюс к новой школе. Но так просто, как ему хочется, он меня не получит.

– Думаю, у меня нет выбора, – развел руками я. – Но по крайней мере у меня будет ваша дочь.

– То есть? – вскинул брови он.

– Ну… – улыбнулся я. — Мы команда. Понимаете?

Игнис сощурил взгляд. Несколько секунд мы играли в гляделки. Ладони вспотели, сердце забилось чаще. Не слишком ли по тонкой грани я хожу? Затем Игнис всё же кивнул и поднялся, видимо, скинув мои странности на возраст. Наивный. Лефи уже привязалась ко мне. И в будущем мое влияние на неё лишь укрепится, и даже верховному правителю Тератина придется считаться со мной. Хотя бы в той степени, которая позволит мне защитить родных или получить привилегии. Я же не злодей какой-то. Хе-хе.

– Думаю, нам пора. Дел невпроворот, – попрощался Игнис.

Мы с бабушкой молча пронаблюдали, как Нила сотворила в воздухе голубой овал портала, предназначенный для перемещения по Оазису, и как гости один за другим исчезли в нем. Я на миг задержал взгляд на Лефи, спящей в руках Нилы. Их образ вспыхнул и рассеялся.

– Дашь почитать про пространственную магию? – спросил я.

– Осознал свою беспомощность? – спросила Саффира.

Я вспомнил Марка, вспомнил Реджинальда, вспомнил, как едва справился с парой духов, прежде чем едва не погиб. Да, беспомощный. Совсем, как когда умер Тринсер.

– Хочу стать сильнее.

– Признавая ошибки, ты делаешь шаг вперёд – в этом суть человеческой природы. Но не накручивай себя сверх меры, – потрепала она меня по голове. – Позже Толя отведет тебя в библиотеку. Уж явно получше ваших интернетов… Только сначала встретиться с родителями.

Я нахмурился. Калис, Кайрус. Я так привык думать о выживании и собственной слабости, что совсем забыл о них. Прямо, как в прошлой жизни.

– Как они?

– Спорят над размером гроба.

– Что?

– Заливаются слезами из-за твоей смерти, маленький балбес, – бабушка присела и заглянула в меня своими пронзительными синими глазами. В этот момент она стала до боли похоже на маму. – Не повторяй моих ошибок. Не забывай о том, что по-настоящему важно.

Я отвел глаза. Ненавижу чувствовать себя идиотом.

– Угу, – кивнул я. – Давай отправимся к ним.

– Вот и отлично. Только разберусь с твоей лисой.

Я прикрыл дремлющую на коленях Ширли от хищного взгляда бабушки. Ой-ой. Кажется, она поняла, откуда растут корни у моей ненормальной маны. Но она ведь не сделает с Ширли ничего плохого? Так ведь?

“Лучше бы о себе побеспокоился”, – фыркнула лиса.

Я вздохнул.

“И не поспоришь”.

***************

Крошечный листик чая плавал по темно-бордовой жидкости и никак не мог пристать к берегу. Я сгорбился над дымящейся кружкой. Лицо онемело, пальцы сжались в замок между ног, эмоции застряли комом в горле.

Не думал, что всё будет так. Возможно, я считал, что длинный путь, пройденный мной в прошлом подготовил меня к новой жизни или хотя бы подготовил к тому, чтобы я изменился. Но вот я сижу перед родителями за очередным завтраком и чувствую, как меня разрывает изнутри. Мне хотелось стать сильнее, чтобы быть готовым к сюрпризам судьбы и темному будущему, что ожидает Оазис. Но я сидел.

Прошло уже несколько дней, как Саффира вернула меня к родителям. Я стойко перенес все крики и слезы. Омраченное моей смертью вечно-доброе лицо матери и отсутствующий взгляд отца отпечатались глубоко внутри, там, откуда у меня не получалось их вытащить. Конечно, они вытрясли из меня и бабушки всё о случившимся, конечно, они сказали, что рады видеть меня живым, что они волновались, что они любят меня и гордятся мной. Конечно, всё вышло проще, чем я думал тогда. Но теперь, когда надо бы двигаться вперёд, я боялся их подвести и просто сидел, не зная, что с этим делать.

Появилась холодная скользкая мысль. Разве я должен продолжать притворяться их ребенком? Не далеко ли зашел этот спектакль? Семья, любовь? Я ли это вообще?

Жестокая мысль. Удобная, жестокая и жалкая. Недостойная жизни, которую я пообещал себе и другу.

– Не хочешь чай, Адам? – спросила мама. – Может, хочешь что-то другое?

– Хочу… – запнулся я. Могу ли я им рассказать о том, кто я? Или хотя бы сказать, что люблю их? – Хочу сказать… может, сходим куда-нибудь?

– Выставка всякой всячины, – улыбнулся Кайрус. Улыбка далось ему так же плохо, как мне кружка чая. – Одна из них как раз сегодня.

– Отличная идея, – поддержала мама.

Я улыбнулся.

Был выходной. Поэтому мы сразу собрались и поехали на улицу, которая чаще так и называли – улица Выставки.

Мы оставили машину и прошли под арку из серого камня, подсвеченную жилами нумерита. За ней шли плотные ряды шатров, лавок и просто столиков, где все желающие продавали или раздавали бесплатно свои творения. Несмотря на любовь людей Атриса к выставке, сегодня она пустовала. Лишь изредка можно было заметить, как кто-то прогуливался вдоль улицы. Неудивительно.

Последние события перевернули понимание людей о мире, в котором они живут. Казалось, Нумеритовый Оазис спрятался под плед и не хотел вылезать, пока не разберётся в самом себе до конца.

– А это даже хорошо, – сказал отец. – Нам же больше достанется, да?

Мама хихикнула. Я указал рукой.

– Смотрите, кажется, кто-то смастерил целого робота!

На стенде стоял механоид с забавной головой, которая напоминала шар для боулинга с тремя дырками, роль последних выполняли датчики.

– О, это интригующе, – подтвердил Кайрус.

Он по привычке стал расспрашивать владельца о его изобретении и спорить о том, какое поколение транзисторов лучше.

После робота, оказавшегося уборщиком, мы поглазели на горшок, умевший готовить сто сорок три блюда(и ни одним больше), на матрешку, сочинявшую анекдоты, на пушку, снимавшую проклятья (которую Кайрус "на всякий случай" выкупил), и остановились возле старушки, продающей мано-композитную ткань, которую она вяжет по тайному семейному рецепту.

Лица родителей за эту прогулку посветлели, да мне и самому стало легче дышать. Но как бы не хотелось оставить всё, как есть, я знал, что не смогу.

– Мам, – дернул я её за рукав. – Могу я сказать?

– Конечно, Адам. Что такое?

– Мне… Я хочу поступить в ту школу, о которой говорила бабушка. Хочу стать сильным магом. Как она.

Вечно-мудрый взгляд Калис прошил меня насквозь. До дрожи.

– Мы ведь уже обсуждали это. Мы не хотим, чтобы ты подвергал себя опасности. Есть множество других хороших мест для учебы, которые не отправят тебя в другой мир для тренировок. Пойми, Адам, всё, чего мы хотим, чтобы ты был в безопасности.

Верно, родители уже знали о моем решении и даже читали план обучения, предоставленный Игнисом. Конечно, они не согласись. А поскольку мне пять лет, то и пойти против них я не мог. И на самом деле, не хотел.

– Но… это лишь неудачный случай… просто не повезло и…. – начал я.

– Почему ты так хочешь стать боевым магом, Адам? – присел передо мной отец. Я знал, что на самом деле он был за любое моё решение, если оно и правда мое.

– Это… – очевидно, хотелось сказать мне.

Но так ли это? Хотел ли я исправить неполноценность, оставшуюся с прошлой жизни? Да, конечно, хотел. Но это лишь раздражение, злость на несправедливость и желание её преодолеть. Что же до настоящего меня? Я восхищался сильными людьми. Хотел быть, как они, и даже нашел путь к вершине. Но не справился. Жажда силы и первенства всё разрушили, а Тринсер, как бы там ни было, лишь последний гвоздь в крышку гроба.

Помню, как во сне задался вопросом. Вела ли меня вперёд детская прихоть или же воля, выкованная множеством воплощений? Я так и не узнал ответ на вопрос. Но зато узнал кое-что о себе.

Легкие с трудом наполнились воздухом.

– Всё из-за того, что я больше не хочу быть пойманным в ловушку.

"Тем более внутри себя самого".

– Я хочу найти силу и знания, с которыми не застряну. Чтобы я мог вернуться домой, что бы ни случилось.

“И потому что хочу быть достоин родителей, которые любят меня всем сердцем”.

За несколько слов с души будто упал камень. Я выровнял дыхание и с надеждой взглянул на задумчивые лица Кайруса и Калис.

– Полагаю, это неплохой ответ, – почесал затылок отец. – Но тогда ты пойми, что мы чувствуем что-то похожее и не хотим, чтобы ты рисковал.

Я вздохнул. Всё одно, да потому...

Но разве они в чем-то неправы?

– Ох, кхм, прошу прощения, – привлекла внимания старушка, наблюдавшая за нами из-за прилавка. Её морщинистое лицо растянулось в улыбке, среди белых зубов блеснул один золотой. – Это вовсе не моё дело, но если вы хотите, чтобы ваш сын был счастлив, то дайте ему и свободу, и защиту. Как насчет вот этой ткани? Легкая, как шелк, прочная, как сталь! Моя лучшая поделка!

Калис со злостью метнула взгляд в старуху, что протянула кусок блестящей синей ткани. Но я вновь дернул её за рукав.

– Она права, мам. Если бы не твои руны на мантии, то я бы ни за что не вернулся. Они спасли меня. Так может, ну…

– Калис, – перехватил её взгляд отец.

Кайрус всегда твердил про свободу, как про главную ценность. Мама поджала губы. Она любила это в нем. Так же, как она любила меня и хотела для меня лучшего.

– Я знаю. Знаю.

Мама взяла ткань из рук старухи и заплатила ушлой торговке.

– Качество и правда хорошее… – сказала она. – Но это не значит, что я просто так позволю тебе рисковать.

– Так… мне можно в школу?

Калис вздохнула.

– Да, Адам.

Я заулыбался, как дурак. Мы договорились! Будущему быть! И я наконец смыл с себя тошнотворное чувство вины, налипшее, как толстый слой грязи. Давайте сюда эту школу и вселенские проблемы! Всех раскидаю! Гр-р-а-а! Р-разорву!

– О, там разве не ларек со случайным мороженым? – спросил отец. – Помню я в детстве любил такие.

– В чем смысл получать то, что ты не выбирал? – спросила мама.

– Это жизнь, – сурово кивнул отец.

– Это весело! – ответил я, потянув родителей за собой.

Мы попробовали случайное мороженное, разочаровались, накупили кучу крутых устройств, половину выкинули, потом сходили на популярный фильм в ближайшем кинотеатре с маноэффектами, наружу вышли заваленные живым песком, который, сколько ни стряхивай, всегда возвращался. Но лица у нас были довольные. День выдался, что надо.

Когда мы поехали обратно, у меня в голове раздался жуткий скрипучий голос, от которого не было вестей уже пару дней.

“Спасите…”

“Неужели всё настолько плохо?” – забеспокоился я.

“Плохо?..” – захрипела Ширли. – ”Нет… это… м-м… так хорошо, что … ох… мне нужна помощь, чтобы не умереть от!.. Охушки, твоя бабка и правда знает толк в… м-м-р… Тебе нужно спасти меня, пока я ещё могу... соображать…”

– Мама, – дернул я за рукав.

– Адам, – с подозрением уставилась она.

– Тут это…

Когда мы приехали, это распушилось до состояния мехового шарика и спрыгнуло с крыльца бабушкиного особняка, едва переставляя ноги. Ширли с трудом нашла меня взглядом. Кажется, или она подросла на пару сантиметров?

“Шоколада…” – воззвал голос в голове.

Мне не оставалась ничего, кроме как подчиниться. Я достал из кармана заготовленную заранее плитку и кинул Ширли пару кусочков, которые она вопреки своему состоянию ловко поймала в воздухе.

“М-м, да. Отрастить вкусовые рецепторы было лучшим решением в моей эволюции”

“Наркоманка” – покачал головой я.

“Пф!”

– Так это твой дух? – заинтересовалась Калис.

“Так это твоя мама?” – смотрела на неё одним глазом Ширли.

– Вроде того, – ответил я обоим.

– Хм… – Ширли затряслась, будто только вылезла из воды, и её шерсть легла, как раньше. – Ну здрасьте.

– Боги, оно говорит! – опешил Кайрус.

– Хотя у духов более десяти условно-половых вариаций, основанных на совместимости разных типов энергии, я ближе к она, чем к оно. По крайней мере, я так считаю.

– Дух выше двенадцатого класса, – догадалась мама. – Как такое возможно?

– Ну знаете, пару тысяч лет возле одной звезды, пару тысяч лет возле другой…

– Она Изначальный Дух, – сказала Саффира, которая стояла в дверях, сложив руки на груди.

– Не причисляй меня к этим счастливчикам, девочка, – насмехалась Ширли. – Я всего добилась сама.

– Возраст развития семьсот четырнадцать тысяч лет подходит. Аномальный атрибут маны, контролирующий неизвестный аспект пространства, подходит. Недоразвитое чувство юмора тоже вписывается.

Ширли сощурила глаза.

“Изначальным Духам миллиарды лет, они считались превысившими пятнадцатый класс и уже давно покинули нашу реальность. Ничего твоя бабка не понимает. Но за астральную ванну я её прощаю”.

“Ты и правда настолько старая?”

“Не настолько. Мы, духи, серьёзно прибавляем во времени развития, когда паразитируем на людях. В реальности мне не больше пяти тысяч лет – и то я в основном спала или поглощала ману”.

“И чего ожидал?”

“Действительно. Чего? Лучше спросил бы, насколько я сильная”.

“И насколько?”

“Настолько, что в свои лучшие годы я проглатывала изначальных духов, как шоколадки”.

Я покачал головой и бросил лисе ещё сладостей.

“Смотри не подавись”.

– И как такой дух оказался у нашего Адама? – спросила Калис, пока Ширли хрустела шоколадом.

– Говорит, что когда-то давно заключила абсолютный контракт с его душой. Такое в теории возможно, но на практике, я не видела ни одного достаточно глупого духа, который повесил бы на себя ошейник навечно.

– Эй-эй, мы партнеры, – заметила Ширли, облизываясь. – И это довольно выгодное сотрудничество.

– В каком смысле? – не понял Кайрус.

– У вашего сына насыщенная астральная энергия. Он, как бездонный колодец силы. И это мой колодец. Поэтому не парьтесь. Пока я его защищаю, с ним ничего не случится.

“Кто-то подслушивал”.

“А кто-то так и не научился ограждать свои мысли. Серьёзно. Почему каждый раз приходится тебя всему учить с нуля?”

“Жалкие человеки”, – мысленно развел руками я. Кое-что всё же получается.

– Опасности она не представляет, – сказала Саффира. – Можете оставить. У меня дела.

– Опять? – спросил я.

– Снова. К тому же они и не заканчивались. Я сбежала с работы, но это временный трюк. Постарайся больше ни во что не встревать.

– А библиотека?

– Толю спроси.

– Ладно…

Жалко. Если бы Саффира осталась подольше, она бы столькому меня научила! Да и сразу вспоминаются деньки трехлетней давности. Хотя с другой стороны, если бабушка не разберется с безумными духами, то весь Оазис ждет темное будущее.

– Вернусь, как смогу, – сказала она.

И скрылась в особняке. Вот так просто без всяких прощаний, объятий и траурных чаепитий.

Саффира Тиар всегда остается Саффирой Тиар.

– Домой? – спросил я.

– Ага, – кивнул Кайрус. – Тебе ещё рюкзак собирать, школьник.

********

Ширли вам.

Глава 7

– Я правильно делаю? – приоткрыл один глаз я.

“Нет”.

Шар сиреневой энергии задрожал между ладоней.

– А сейчас?

“Не, еще хуже”.

Шар сжался и запульсировал.

– Ну может, теперь?

“Нетушки”.

Я всплеснул руками и отпустил энергию. Вот как всегда!

Ширли хотела научить меня одному из приемов, которыми я разбрасывался в прошлых жизнях. Дестабилизация энергии. Взрыв сиреневой маны развеивал чужие заклинания, сбивал порталы, вводил в ступор магических созданий и, конечно, разносил на кусочки всё, до чего дотягивался. По словам Ширли – это высшее проявление её атрибута пространства, который она назвала скрытой материей.

Вот только у меня не получалось ни-хре-на.

– Знаешь, без обид, но это твое воплощение удивительно бездарно в управлении заклинаниями.

Она показательно открыла глазом(!) пакетик с шипучими конфетами и запустила в него лапу. Чтобы не умереть, мне оставалось лишь найти веревку и удавить свою зависть вместо себя.

– Я к тому, что это странно, – продолжила Ширли. – Обычно, кто-то вроде тебя с кучей воплощений хорошо обращается с магией на уровне интуиции.

– Возможно, незабытый опыт прошлой жизни перекрывает эту самую интуицию?

– Может и так, – зевнула лиса. – Люди такие странные.

За последнее время я понял, что Ширли толком не разбиралась в человеческой магии и культуре. Её предел – пустая болтовня про сорта шоколада. И научить она почти ничему меня не может. Однако Ширли не жаловалась, не навязывала своих условий и в меру своих лисьих сил помогала в магии. А ведь однажды она вернет силы. Можно ли желать большего?

– К слову, а сколько?..

– Перерождений-то? Я прошла с тобой ровно десять. Это одиннадцатое. Но думаю, были и другие.

– Тогда для начала освою то, что работает на скрытой материи.

– Это правильно. С заклинаниями других типов энергии будут проблемы. Но зато когда освоишь их, они станут сильнее, чем должны.

“Вот тебе и древний дух выше двенадцатого класса. Сплошные ограничения!“

– Эй! Я всё слышу.

Из того, что я тебе позволяю. Да здравствует защита мыслей!

“Если ты подумал что-то плохое, решив, что я не слышу, то знай, что я до сих пор чувствую, как ворочаются твои мысли, и предполагаю худшее”.

Ну хоть этому я почти научился.

– Адам, пора! – позвала мама из коридора.

– Пойдем.

Я подставил руку. Ширли сжала в зубах пакетик с конфетами и вскарабкалась на плечо. Я закинул на другое плечо новый рюкзак, потер запястье, сожалея о потере Лунной Тени в А-17, и открыл дверь.

Мама уже скрылась у себя комнате.

– Над чем она там работает? – задумался я.

Кайрус надел пиджак и взял с комода портфель.

– Она расплела ткань, купленную на выставке, и теперь создает многомерный массив из рун на каждой нити. Желание защитить тебя вдохновило её. Глядишь, такими темпами откроет новое слово в артефакторике.

– Ого.

Кайрус хмыкнул.

– Ага, мамы они такие. Поедем?

– Я лучше пешком.

– Ну да, школа же недалеко. Не забыл дорогу?

Мы уже ходили подписывать всякие бумажки.

– Не-а.

Мы вместе вышли на улицу, Кайрус сел в машину и загадочно улыбнулся.

– Удачи в первый день, ученик. Она тебе пригодится.

– Уж как-нибудь справлюсь с начальной школой.

Он засмеялся, поднял стекло и укатил прочь.

– И к чему это? – спросил я Ширли.

– Выглядит подозрительно. В этом мире нет никаких странных традиций, о которых ты ещё не знаешь?

– Да вроде нет, – сказал я и засомневался.

Настолько, что достал Дженис и задал ей вопрос. Со слов ИИ, вновь подключенного к сети Нумеритового Оазиса, никаких сюрпризов до Восхождения не будет.

Пожав плечами, я вышел со стоянки.

От детского сада я в свое время благоразумно отказался(разревелся, что мама меня бросает), а игровую площадку во дворе старательно избегал. Поэтому выходит, что гулял я не часто, и уличная суета была в новинку мне так же, как и Ширли. Одна из причин пройтись пешком.

Мы лавировали между многочисленных людей. Мимо нас спешили дети, подростки и взрослые, наряженные в разноцветные мантии и строгие костюмы. Последователи почетных магических орденов, бизнес-аналитики, ученики технических университетов и школ новейшей магии, офисные клерки и авантюристы-мироходцы. Все они дышали одним воздухом, вместе дружили и ссорились, вместе толкалки мир вперед. Раньше мне казалось, что такое единство невозможно. Однако столь непохожие люди уживались друг с другом с поразительной простотой.

С дороги донеслись сигналы машин и свист мано-магнитных платформ, рассекающих воздух. Над головой между небоскребов узкой полосой металла пронесся поезд. Он исчез в синей вспышке, после чего круг портала погас, а арка, в которой он находился засветилась красными огнями.

– Вы не понимаете. У меня пропуск! Доступ авантюриста девятого ранга!

– Сэр, я не могу вас переместить. Вам необходимо обновить свой пропуск, это обязательное правило ввели более месяца назад. Вы не слышали новости?

– Это безобразие! Я буду жаловаться! Я полгода провел на дальняке! Откуда мне знать?!

Мужик в боевой мантии взмахнул рукой, выбросив карточку-пропуск, и зашагал прочь, расталкивая людей. Охранник в черной униформе, который сторожил пурпурную воронку портала, покачал головой. В отличие от обычных порталов, межмировые не включались и не выключались так легко – их приходилось держать открытыми, а значит и охранять.

“Мы тоже станем авантюристами?”

“Однажды. Новые миры это новая магия и новый опыт. Возможность стать сильнее. Тебе ли не знать”.

“Ну хоть одна хорошая новость. А то уж я думала торчать мне на этом куске камня до твоей смерти”.

Зажегся зеленый сигнал светофора. Я пересек дорогу, свернул и прошел до конца улицы. Дальше дороги не было ни в одну сторону. А все потому, что кто-то с неограниченной властью построил посреди города целый гребаный летающий замок.

– Да, у Верховного Арбитра денег куры не клюют, – восхищался видом я.

Мост из парящих камней вел к крупному острову, который левитировал, пародируя сам Оазис. В конце моста возвышалась арка. Её окружали обсидиановые стены, которые заканчивались там, где начинались десятки надстроенных друг на друге ярусов школы. Они росли ввысь и вширь, выходя за пределы острова. Каменная кладка, которой выложили замок, пылала чистым нумеритом, его свет выходил наружу и создавал вокруг здания сверкающий ореол. Школа напоминала дракона, который укрылся одеялом желтоватого пламени.

“Вот это я понимаю местечко” – зашуршала конфетами Ширли. – “Одобряю”.

“Как же долго они его строили?”

Я не до полностью ступил на первую ступеньку, проверив, выдержит ли она. Вроде крепкая. Стоило сделать шаг, как передо мной из закручивающихся потоков серебристой маны возникла сова. Сова в очках и со свитком в лапе.

– Так-с. Прошу представьтесь.

– Ну, я…

– А-а, Адам Тиар со своим духом. Знаем-знаем. Особая-особая персона.

Сова черкнула что-то в свитке пером, появившимся из воздуха, и захлопала крыльями.

– Извольте за мной.

Рядом случилось тоже самое. К ступившего на лестницу мальчишке подлетела ученая сова и засыпала беднягу вопросами.

“А этот Игнис немало сил потратил, если у каждого ученика личный проводник-дух шестого класса”, – заметила Ширли.

“Немало – это мягко сказано. И разве говорящие духи не от двенадцатого?”

“Не все измеряется классами. Дух-сова владеет атрибутом разума. Он и дал ему повышенный ум. Хотя по мне так, это жалкая пародия. Я как будто смотрю на куклу, за которую говорит чревовещатель”.

Я засунул руки в карманы и поднялся к арке, за которой раскинулся внутренний двор. Толпы детей в компании парящих сов глазели на место, пока не осознавая, что здесь пройдут лучшие годы их жизни. Они прохаживались по зеленым лужайкам, рассматривали причудливо изогнутые деревья, покрытые золотистой корой, и наводили камеры на фонтан, стенки которого облепили барельефы. Вода вырывалась из верхушки, где красовались гербы Атриса и Тератина, и сверкающими, как звезды, брызгами разлеталась на учеников.

– Добро пожаловать в Облачную Школу, – объявила сова. – Вас уже ждут в…

– Адам!

Знакомый голос. И словно в подтверждение мысли, мне в живот тараном влетела черноволосая девчонка. Я замахал руками и едва не упал, а Ширли лишь чудом нечеловеческой ловкости не рассыпала конфеты.

– Лефи, хватит, – вздохнул я и отлепил дурочку от себя.

– Я ждала тебя всё утро. Где ты был?

– Ну так церемония только через полчаса. Не потому ли все бродят по внутреннему двору?

Лефи сложила руки на груди. Кстати, девчачий вариант формы отличался юбкой и бело-золотыми пуговицами на рубашке от черно-золотых у мальчиков. Кто-то явно корпел над деталями.

– Да зачем они нам! Мы особая команда, а значит, для нас особые правила.

– Ох, не нравится мне это.

– Пошли скорее! Нас заждались.

Я глянул на сову, но та лишь ухнула и испарилась. Дела-а.

Я скрестил пальцы и потащился за девочкой. Лишь бы меня сейчас не начали знакомить с “особенными” детками, авторитетных семей. Это, конечно, возможная выгода в будущем, но как же не хотелось лезть в гадюшник! Но судя по тому, как уверенно Лефи вела меня к компашке чванливых младшеклашек, моим чаяниям не суждено сбыться.

– Кстати, как к тебе обращаться? – спросил я девочку на ходу. – Твой отец назвал тебя, кхм, Евой? Так кто ты на самом деле?

Она посмотрела на меня и тут же отвернулась.

– Ну-у… меня зовут Ева Ла Фей. Если хочешь знать. Но мои… первые друзья называли меня Лефи. Потом я называлась так, чтобы не обращали внимания на фамилию, а потом все привыкли, так что… как хочешь так и зови.

“Пахнет двойным дном” – поделилась Ширли.

“На мой взгляд, ужасно воняет”.

Но это не наше дело. Какая разница, что у неё там с именами? Куда важнее, как она оказалась между двух крупнейших районов Оазиса.

– А Нила для тебя…

– Нам сюда, – сказала Лефи.

В последний миг мы свернули от группки с надменными малолетками, благодаря чему с моей души свалился многотонный булыжник, и прошли в неприметную дверь слева от широких двустворчатых ворот главного входа. Внутри на нас подняла голову рыжая кошка. Заметив Лефи, она поудобней устроилась на подушке и заснула.

“Этот котяра не ниже одиннадцатого класса” – сощурила глаза лисица. – “И почему от него несет сосисками?”

– Ты что-то говорил? – спросила Лефи.

– Ага, – оторвал я взгляд от духа. – Игнис сказал, что Нила твой попечитель.

– А-а. Ну, когда мамы не стало, то Нила стала приглядывать за мной вместо неё. Они были хорошими подругами, и вот… А кто твоя бабушка? Она выглядела такой крутой!

Я поднял указательный палец к потолку.

– Она служит Императору!

– О-о! – искренне удивилась она.

“Смотрю, тебе это доставляет удвольствие. Может, стоило все-таки в детский сад?”, – подкалывала Ширли.

“Лефи забавная” – пожал плечами я.

– Так куда мы идем?

– Погоди… это здесь. Вот!

Лефи не давала предупреждений и не церемонилась. Она с ноги ворвалась в помещение, выпустив изнутри яркий свет. У меня перехватило дыхание от свалившейся на плечи тяжести. Это аура, что в разы превышает силу духов, с которыми я сражался.

“Мощь, не уступающая магии Саффиры!” – кровожадно ухмыльнулась Ширли.

Я шагнул внутрь и широко раскрыл глаза. Я стоял… над облаками. Бескрайние синее небо простиралось во все стороны, пушистые белые островки проносились сверху и снизу, а наши с Лефи фигуры отражались от пола, как от зеркала. Впереди сидел в позе лотоса мужчина в сером хаори. Его седые волосы хвостом опускались за спиной, а на плече лежала длинная палка. Вокруг сгущалась и дрожала обжигающая мана.

Лефи тяжело задышала. Я дотронулся до неё, и нас легкой прохладой окутала пленка сиреневой маны – таким же способом я сбивал эффект ауры у духов в лесу. Правда сейчас я лишь слегка ослабил чудовищное давление.

Старик с хрипотцой рассмеялся.

– Неплохо, детишки.

А в следующую секунду он исчез.

“Справа!” – предупредила Ширли.

Рывок. Я отбросил Лефи в сторону и заодно впустил Ширли в свой разум. На место, где я стоял секунду назад, с грохотом врезалась нога старика.

– Дедус, да ты никак сумасшедший?! – отскочил подальше я.

“Ширли, показывай мыслеобраз его перемещений так подробно и так быстро, как сможешь”.

“Я бы могла…”

“Тебе нет смысла сражаться, пока он тоже не позвал духа”.

На разговор ушло меньше секунды.

– Хо-хо! – схватился за живот он. – Сочту это за комплимент, сопляк!

Он вновь исчез, а я вновь отпрыгнул. Увидел! На мгновение заметил размазавшегося в рывке старика глазами Ширли. Но какого черта он так быстр?! Разве маги здесь так умеют пользоваться маной, как я?

Прежде, чем я задумался, палка со свистом пронзила воздух и стремилась к моей голове. Я рассчитал время и наполнил тело энергией. Коротким шагом ушел с траектории взмаха, схватил ладонью кисть противника, что сжимала оружие, а свободным кулаком ударил ему в живот. Руку пронзила боль. Как по скале взрезал!

– Уже лучше! – загоготал старик.

Он дернул кистью, чтобы освободить руку. Но рука осталась на месте. Моя хватка оказалась ему не по силам.

Глаза старика расширились прежде, чем осознал.

А в следующий миг челюсть телекинезом рвануло вниз, навстречу моему кулаку. Из костяшек пальцев мощным потоком вырвалась сиреневая мана – последняя капля моих сил. А от старика на встречу волной ринулось алое пламя.

– Хватит! Вы оба! – закричала Лефи.

Пламя погасло. Я тоже остановил атаку, рассеяв ману, и покачнулся от слабости.

“Перестарался, да? Столкновение энергий я бы не вывез”.

“Не принижай мою ману. Она настолько же аномально плотная, как и твоя астральная. Чуешь связь? Это удар добрался бы до цели”.

“Сделаю вид, что поверил”.

– Адам, не смей калечить дедушку! Дедушка, хватит издеваться над Адамом!

– Дедушка? – не понял я.

Я отпустил руку старика. Тот отступил назад и почесав щетину.

– Я бы освободился сам, если бы захотел, – сказал он, потирая затылок там, где я схватил его телекинезом. – Просто не хотел тебе навредить, сопляк.

– Не сомневаюсь, – буркнул я, потирая пульсирующий болью кулак. Гребанная горила. Не удивлюсь, если этот черт реинкарнация Наставника. Я сощурил глаза. Хотя внешне не похож, ведет себя, как пьяный дракон, а не как глыба льда, и мана уж тем более отличается. – Может, вы расскажите мне, что здесь происходит, дедуля?

– Ты ничего не объяснила этому сопляку, дорогая внучка?

Лефи покраснела и сжала кулаки.

– Я не думала, что вы начнете драться с порога, как… как маньяки какие-то!

– Ну прямо уж маньяки… тоже скажешь, – разыграл обиду дедус. – В общем слушайте, сорванцы. После Посвящения, на которым вы чуть не погибли, родители всерьёз стали за вас беспокоиться. Но и ограничивать вас они не захотели. Поэтому, если вы хотите отправиться на Восхождение к своим девяти годам, то вам придется пройти мой экзамен. А чтобы пройти мой экзамен, придется пройти мои тренировки.

Дедус закинул палку на плечо и скрыл давление ауры, чтобы нам стало легче дышать.

– Вы выжили в бойне во время катастрофы и сумели сами вернуться обратно сквозь семнадцать миров. Поэтому я счел вас достойными моей учебы. Гордитесь.

Я почесал затылок. Безусловно, это всё очень интересно, но назревает вопрос.

– Дедус, а ты вообще кто?

Палка с глухим стуком ударила меня сверху.

– Ауч! – схватился за лоб я.

Я даже не среагировал! Старый-то и правда сдерживался.

– Тебе следует лучше его воспитывать, внучка.

– Эй! – возмутился я.

“Нет такого желания, скажем, надрать ему зад?” – спросила Ширли.

“О, да ты, никак, мысли, читаешь?”

“Есть такое”.

Лефи тем временем на удивление серьёзно отнеслась к совету деда.

– Мой дедушка Арнитус Ла Фей, это бывший Верховный Арбитр Тератина, авантюрист пятнадцатого ранга и маг на пике стадии Концентрации! – хвасталась она. – И он тоже работает на Императора. В ордене трех… четырех кругов… квадратов… в общем, в очень важном ордене! Но сейчас он в отпуске.

– Знакомый Саффиры, – догадался я. После надменных детишек последнее, чего я боялся, так это скучных школьных будней. А с Арнитусом моим страхам остается разве что пойти и удавиться за компанию с той самой завистью. – Хорошо. Поучусь у тебя немного. И кстати, что у вас там за тайная организация, что вы все друг друга знаете?

– Поганец, – замахнулся палкой Арнитус. А я что? Я шарахнулся! А он что? А он возьми и не ударь! Ну дает злодедус... – И конечно, я знаю Саффиру Тиар. Хотя знакомство это не самое приятное, – скривился старик. – Чего только стоит то время, когда она командовала моим сыном в отряде авантюристов.

О как. Выходит бабушка старше, чем выглядит.

– Ещё будут глупые вопросы или начнем?

– Я! Я хочу спросить! – запрыгала Лефи. – А кто сильнее? Ты или бабушка Адама? А ещё. Как мы будем тренироваться? Я же не маг. А как им стать? Нила говорила, что там нужно думать. Ты будешь учить нас думать? Или сделаем как в ани…

Свист. Глухой удар. Смерть.

Глава 8

Я приложил ладонь к резьбе, что покрывала толстую каменную дверь, и оглянулся на демона, что как всегда растянул губы в жуткой улыбке.

Он медленно кивнул.

Я провел рукой по шероховатому узору, пока не наткнулся на острый кончик камня. Острая боль кольнула палец. Капля крови поползла по двери, и та осветилась вспышкой темно-синей магии. С тяжелым скрежетом створки распахнулись.

– И впрямь кровная печать. Такие даже в Нумеритовом Оазисе уже давно не ставят.

Я покачал головой и вошел в библиотеку. Пахло… вовсе не пылью и книгами, а корицей. Чего?

– На все должна быть причина, – рассудила Ширли и принюхалась. – Может, тут запасы пряностей на черный день? Разве не этим занимаются бабушки?

– Может быть…

Библиотека находилась под особняком и, видимо, занимала все место под ним. Иначе, как объяснить, что сквозь ряды книжных полок не было видно противоположной стены, я не знал. Вот что значит строить с размахом. В остальном же ничего необычного – над головой свисали люстры, рассеивая мягкий желтый свет, а между полок попадались столики с мягкими креслами и диванчиками. То, что надо.

Я бросил школьный рюкзак возле длинного дивана из темной кожи и прыгнул следом, чтобы с удовольствием утонуть в набивке. М-м, это будет явно приятнее, чем листать ссылки в интернете. Есть всё-таки в этом какой-то особых дух!

– Вот только поисковика здесь тоже нет, – поник я, оглядев тысячи и тысячи книг. – Мы здесь надолго.

Ширли что-то фыркнула и свернулась калачиком на краю дивана. А я отправился на охоту и спустя пару часов мучений грохнул на стол стопку книг. Итак, у нас есть первый улов.

“Хождения по Вселенной” – иномирский труд, переведенный на общий язык и рассказывающий о тонкостях работы с пространством через цепочку заметок. К сожалению, всё в глубокой теории. Но хоть так.

“Вот поставлю на порталах точку и успокоюсь”, – решил я.

“Знаешь, мне кажется, что всё решится, если ты просто станешь сильнее”.

“Так знания и есть сила”.

“Сила – это и есть сила”, – заявила Ширли.

– “Сбалансированное развитие: как добиться вершин и не сбиться с пути”, – прочитал я следующее название.

– “Одна нога здесь, другая там, или портал вам в помощь”, – ткнула носом коричневую книгу Ширли.

– Хм, “Сказания о Вознесшихся. Правда или вымысел?”, – предложил я.

– Забавно, но зачем нам сказки? Как насчет: “Всё о том, как сделать из вашего духа машину смерти”.

– Хочешь стать машиной смерти?

– Зачем? Я и так до смерти великолепна! А это нужно, чтобы кое-кто знал, как со мной правильно обращаться.

Я закатил глаза и подтащил к краю стола другой вариант.

– “Теория Реинкарнации”.

Меня охватило приятное волнение. Неужели, я смогу найти ответы на все свои вопросы на четыре года раньше? Или… что, если бабушка как раз хотела, чтобы я нашел эту книгу?

Я провел пальцами по кожаной обложке, открыл первую страницу и нахмурился.

– Что такое? – не поняла Ширли.

Я пробежался глазами по тексту, перевернул новую страницу, пробежался глазами, пролистал, пробежался, пролистал, пробежался… пока с усталым вздохом не откинулся на спинку.

– Подстава. Дженис показывала мне вырезки именно из этой книги. Она в свободном доступе для малышей. Значит, бабушка всё же подстраховалась. Или впереди нас ждут десятки часов поисков…

– Хочешь сказать от неё никакой пользы?

– Если только мы не хотим узнать то, что уже знаем. О том, что души перерождаются в разных мирах и становятся сильнее и мудрее в каком-то абстрактном смысле. Ты вот заметила, чтобы я стал особо умным или особо сильным с течением жизней?

– Если задуматься… и взять за отметку средний уровень силы в каждой жизни и провести линию, то она пойдет вверх. Но не уверена причем тут душа и мудрость, мдам.

– Тогда научи крутой магии, – попытался я.

– Сам учись.

– Расскажи хотя бы, кем я раньше был!

– Сам вспоминай.

– Абьюз, – вспомнил я популярное слово.

– Сам такой. Спасибо потом скажешь.

Недели идут, а что-то никак не меняется. И почему мне кажется, что запах корицы усилился?

– Ладно-ладно, – отмахнулся я. – Что у нас там дальше на выбор?

– “Хаотичные чары”. Автор Джо Рояль, – пододвинула книгу чья-то рука. – Хотя в современное время про них говорят “мана есть, ума не надо” и почти не применяют. Что печально, полагаю. Хотя кому нужны палки и камни, когда есть ракеты? Но тебе это будет полезно, полагаю.

Мы с Ширли повернулись к незваному гостю. Им оказалась… девчонка? Какого…

Гостья выглядела старше меня на пять-шесть лет. В тон пепельным волосам она носила серый костюм, который прилегал к телу, как вторая кожа. На ее шее извивались серебристые линии, скрывавшиеся под глазами, которые сияли, как два кристалла янтаря. Загадочная девочка парила в воздухе, сложив пруки на гуди.

“Я бы сказала, что тебе везет на любопытных малявок, но это явно старуха, которой при том…”

– … более миллиона лет? – договорила девочка, вздернув бровь. – Так себе предположение. Я сильно старше. Тебе стоило бы поучиться защищать свои мысли, малышка.

Ха-ха-ха! Видели бы вы морду Ширли в этот момент! Мне даже кажется, она задумала съесть собственный хвост.

“Оно того не стоит”, – предупредил я.

“Давай убьем её?” – ощетинилась Ширли, не отрывая глаз от девочки.

– Кто ты? – спросил я, сев чуть удобнее для рывка.

– Иллия. И учитывая, что я здесь живу, куда разумнее спросить, кто вы? И почему вы прервали мой сон?

– Эм, моя бабушка… и затем… после чего...

Я вкратце объяснил положение.

– Так у Саффиры появился внук…

Иллия закинула ногу на ногу и развалилась в воздухе, как в кресле. В жестах Иллии, несмотря мощь, от которой дрожал воздух, сквозила усталость. Она и впрямь казалась сонной, не нарочитой ленивой, как Ширли, а именно сонной. Её движения и речь словно вымученные.

Но важнее другое.

– Если ты дух, то почему ты выглядишь, как человек?

– А почему ты мыслишь, как взрослый, хотя выглядишь, как человеческая личинка?

Я захлопнул рот. Бездна! Духи так и норовят залезть мне в голову?! Я не могу допустить, чтобы Саффира да и кто либо вообще узнал о Николасе. Ну и как теперь её убедить молчать?

– Вот видишь. Когда не задаешь вопросов, всё становится немного проще, полагаю? Впрочем, не беспокойся. Полагаю, мне никакой выгоды саботаж твоей странной личности не принесет. Я просто живу в библиотеке, иногда даю советы Саффире и читаю в своё удовольствие. И в ближайшую пару сотен тысяч лет ничего менять не планирую. Ясно?

– Яснее некуда, – выдохнул я. Да и какие могут быть вопросы? Подумаешь, бабушка держит под домом Изначального духа, который любит читать книги и спать. – Тогда, что на счет книги?

– А, “Хаотичные Чары”. Раз уж ты встал на путь магии, то уже наверняка столкнулся со сложностями в управлении сверхплотной маной пространства своего духа, – сказала она, заставив Ширли почти зарычать.

– Полагаю, это книга пригодится тебе. Забирай её и постарайся не мешать мне спать пустой болтовней, ладно?

– Эм, хорошо? – почесал висок я. – И это, Иллия...

– Что ещё? – обернулся дух.

– Спасибо.

Она хмыкнула и скрылась, унеся за собой запах корицы.

“Старуха”, – донеслась едва слышная мысль от Ширли. – “Давай откусим ей нос?”

Вздохнув, я покосился на лису и поднял потрепанную книжку в мягком переплете. Похоже на чей-то дневник. Хаотичные чары, да? Но едва я начал читать, как на экране высветилось время и раздался голос Дженис.

– До тренировки осталось менее получаса, не опоздайте.

Ширли же до сих пор скалилась от злости и передавала мне образы расчлененной Иллии. Выбора не было. Я схватил упирающуюся лису за шкирку и забросил в рюкзак, а пока не вылезла, скинул ей на голову хаотичные чары. Волшебство гравитации во всей красе.

Зажужжала молния и крики духа стихли внутри. Хм, и на душе как-то потеплело. Я закинул рюкзак на спину и покинул библиотеку. По створчатым дверям прошел синий всполох, запечатав зал от посторонних.

“Рано или поздно тебя настигнет расплата”, – раздался в голове кровожадный голос.

“Жду с нетерпением”, – закатил глаза я, направившись в школу.

Коридоры и кабинеты в отличие от фасада внешне ничем не выделялись. Да от них этого и не требовалось. Разве что для неугомонных детей в широких частях коридора на мягком настиле построили рунические круги, чтобы те практиковались.

Спасибо жестокому опыту выживания в А-17, я примерно понимал, как они работают. Тот же принцип, что у Лунной Тени. Последовательность из трех рун впитывала, распределяла и передавала энергию по цепочке. Цепочка замыкалась в круг символом, похожим на букву “о” с точкой внутри. И тот в свою очередь передавал энергию куда-то вниз.

И хотя дети в первом-втором классе магией не владели от слова совсем, они всё равно толпились здесь по переменам. А сейчас как раз из кабинетов высыпала вторая смена.

– Да попробуй ты!

– Ага. Или слабо что ли?

– Я… у меня не получится.

– Бесполезный.

– Духа себе нашел, а толку никакого.

Я приостановился. Трое окружили зашуганного мальчишку. Карикатурного ботаника в очках, с челкой русых волос и боязливым взглядом. Он сжался и попятился, пряча под пиджаком что-то живое.

“Не вмешаешься?”

“Чтобы выглядеть круто на фоне детей? Увольте”.

Я просто подождал. Вскоре малышей настигло осознание, что они вот-вот опоздают на занятие. Шестеренки в их головках заскрежетали, взвесив все за и против, и погнали их в класс. Мальчишка же по-прежнему не двигался. Я подошел и дотронулся до плеча. Несмотря на наличие духа, до пробуждения мальчику далеко. Но я бы мог научить его работать с рунным кругом. Мне не сложно.

– Эй, ты не…

Он вздрогнул всем телом. Из кармана выпал и звонко стукнулся о плитку металлический цилиндр, кажется, с нанесенными поверх рунами. Парень в от же миг его подхватил и, толкнув меня, бросился бежать.

Я вернул равновесие и потер шею.

– Да уж. И что это было?

Несколько я секунд смотрел вслед убегающему мальчику.

Странное место эта ваша современная школа. За несколько недель учебы я так и не завел новых знакомств, не говоря уже о полноценных друзьях или связях. На уроках я скучал, пялясь в окно, на переменах читал что-нибудь в сети, а теперь вот добрался до бабушкиной библиотеки – всяко лучше, чем идти по программе.

История Оазиса, математика, энергетическая арифметика, основы техномагии для самых маленьких, теория магии, общий язык и так далее. Что-то совершенно в новинку, что перекликалось с прошлой жизнью. Полезно, конечно, но не более.

Если подвести итог, то пока Ева заводила друзей, подлизывалась к учителям, пыталась основать клуб любителей какой-то там манги и даже делала домашку, я отсиживался в стороне. Что-то не меняется даже с новой жизнью.

– Чего нос повесил? – засмеялся Арнитус, когда я вошел в небесную комнату. Единственное место, где я мог стать сильнее как маг и заодно повеселиться. – Слышал такую поговорку – в здоровом теле магия бежит быстрее?

Я опустил глаза на рухнувшие мне под ноги утяжелители. Мда. Стал сильнее, как маг, называется. Но делать было нечего. Я затянул широкие полоски черной ткани, которые весили по полкилограмма. На руках они обвивались вокруг кисти и большого пальца и частично закрывали тыльную сторону ладони. На ногах утяжелители покрывали нижнюю часть голени и обнимали стопу.

– Теперь это часть тебя. Не снимай их… лет десять.

Я бросил на деда подозрительный взгляд. Сумасшедший, что ли? Хотя вещь хорошая.

Кроме очевидного, утяжелители также развивали энергетическое тело. Для понимания, это похоже на анаэробную тренировку, когда вместо выносливости – длительности и стабильности потока маны, – ты наращиваешь взрывную силу. То есть количество маны, которую я выпускаю за раз.

– Готов, шкет?

– Вперёд, Адам! – подборила Лефи.

– А ну не отвлекаться! Почти месяц потратила на пробуждение!

– Бе-е-е! – показала язык девочка и вернулась к практике. Ей было тяжело усидеть в медитации и не заснуть, но в то же время она не могла не пытаться догнать меня.

Наши тренировки проходили заурядно. Первое время злодедус гонял нас по небесной комнате, поднимал выносливость и проверял пределы. Остаток тренировки Лефи училась работать с энергией, а я вращал ману по сбалансированному методу, который Арнитус, как и Саффира одобрил. Ну и конечно, не обходилось без планового избиения ученика.

– Готов или нет?

– Давай, – кивнул я.

Я поставил одну ногу назад, оставил побольше места между стопами для устойчивости, поднял руки и сжал кулаки.

Дед выбросил вперёд левую руку и ударил несколько раз подряд. Он постепенно увеличивал скорость, чтобы я успевал отбивать выпады или уклоняться. Вскоре мы вошли в ритм. Мои глаза метались, чтобы заметить начальные движения, и отвечать на них заранее. Дыхание подстраивалось под нагрузку, а разум возвращался к старым привычкам.

Старик приблизился, чтобы ударить кулаком мне в бок. Я опустил локоть и приготовился к контратаке, когда вместо этого дедус сделал подсечку.

– Чтобы не привыкал! – выкрикнул он.

Внутренним взором я выделил каждую группу мышц — влил ману в ноги, спину и мышцы живота. Усиления хватило ровно на один короткий рывок назад, после которого я пригнулся и с размаху ударил деда под колено. А затем схватился за ногу и скорчился от боли на полу. Как по камню бью! Это вообще законно?!

Когда после спарринга мы присели выпить воды и перевести дух, Арнитус задал вопрос.

– У тебя уже были приступы?

– Чего? – удивился я.

– Я несколько раз видел, как маги в других мирах используют ману для усиления. Да и все маги, строго говоря, так поступают – инстинктивно или нет. Но то, что делаешь ты гораздо лучше. Вот я спрашиваю. Было ли у тебя такое, когда ты теряешь контроль над телом и видишь будто бы собственные, но чужие воспоминания?

Я отвел взгляд и уставился себе под ноги. Насколько я могу доверять деду?

– Если честно… Не знаю, но иногда я просыпаюсь и мне кажется, что я видел очень длинный сон про незнакомого мне человека, – почти не соврал я.

– Он сражался?

– Да. Сражался и тренировался. Я читал, что так бывает с опытом прошлых жизней.

Старик кивнул.

– Очень на то похоже. По крайней мере, понятно откуда у тебя такое боевое чутье или навыки. И ещё. Постарайся понять этого человека, насколько сможешь. Неважно, запомнишь ли ты то, как он двигается или использует ману, главное, ощутить его эмоции, может, услышать мысли. Это улучшит твою связь с воплощением.

– Ага. Постараюсь, – сказал я, сдерживая улыбку. Эх, знал бы он…

– И это…

Арнитус почесал бороду.

– Как насчет того, чтобы поделиться со мной, кхм, этим опытом, сорванец? – по-доброму ухмыльнулся он.

– Так вот в чем был твой план? – засмеялся я. – Старый лис!

“Эй!”

– Не смотри так. Маги всю жизнь совершенствуются, находят новые знания и оттачивают умения. И такой контроль маны в теле мне бы пригодился, – сказал он, но сам посмотрел в противоположную сторону, будто его это не особо волновало.

Эх, дедус-дедус.

– Научу я тебя, не беспокойся, – легко согласился я. – Но и ты мне кое с чем поможешь.

– Ха! Согласен! – сказал он так, будто выиграл в лотерею. – Что там у тебя? Домашка по энергетической арифметике? Помню, в твоем возрасте терпеть не мог считать эти переходы энергии между системами. Или это было уже в институте?

Не обращая внимания на дедовский склероз, я подтянул рюкзак и достал книжку, которую дала Иллия.

– Хаотичные Чары, да? – взял её Арнитус.

– Мне плохо даются обычные заклинания, – объяснил я. – А это вроде как вариант. Вот только, боюсь, сам я застряну с этим на годы.

Больно признавать, но в заклинаниях я бездарность. Уж лучше с учителем.

– Хм-м…

Старик прошелся по мне оценивающим взглядом и вздохнул.

– Хотя я планировал работу с заклинаниями несколько позже, но, учитывая, что ты уже на среднем уровне очистки обоих ядер и имеешь хорошую физическую основу… так и быть, – кивнул он. – Однако ты должен понимать, что с этого момента тренировок станет больше.

– А как иначе? – ухмыльнулся я.

За спиной с силой взорвалась энергия. Мы с Арнитусом вскочили на ноги. От места, где медитировала Лефи, поднялись клубы блестящей пыли – видимо, пошли от пола небесной комнаты.

Когда я добежал до лежащей без сознания девочки, Арнитус уже склонился над ней, чтобы проверить пульс и ток маны.

– Она пробудилась?

Беспокойство на его лице сменилось гордостью.

– А ты как думаешь?

– М-м… – застонала Лефи, открывая глаза. – Что-то случилось? Красиво…

Я огляделся и увидел, что облако, принятое мной за пыль, оказалось крохотными частичками белоснежной маны. Невесомые и сверкающие. Они кружились, танцевали и поднимались к иллюзорному небу, будто снежинки, подхваченные потоками восходящего ветра.

– И правда. Красиво.

Глава 9

Что вы думаете, когда кто-то произносит “полоса препятствий”? Обычно все примерно понимают о чем речь и не представляют что-то конкретное. Но когда это говорит человек, простите, дед, который отвечает за твои тренировки, ты невольно задумываешься. Что же это такое?

Лазанье по стене, по бревнам, лабиринты, подъём в горку, может быть, забег или заплыв. Но… заплыв в лабиринте с акулами?

Пу-пу-пу-пу.

Именно такие рожи мы с Лефи и скорчили, когда посреди небесной комнаты нашли озеро, по поверхности которого скользили десятки спинных плавников.

И не поймите неправильно. Помню, как в веселые деньки с Наставником я каждое утро поднимался на гору, которая кишела огнедышащими саламандрами, читай, маленькими драконами, чтобы принести учителю листья магмового зверобоя. Уж больно он любил его в чае, особенно, свежим. И всё же плавать в шесть годиков с акулами… Ну, знаете. Небезопасно.

– Деда, – обратилась Лефи.

– Ась?

– Ну ты дурак?

Свист. Глухой удар. Смерть.

– Кхм-кхм, – я покосился на труп Лефи и сделал шажок сторону. – И что нам с этим делать, уважаемый учитель?

– Как что? Переплывать. Отличная тренировка выносливости, реакции и координации!

– Сомнительно... А откуда здесь вообще бассейн?

– Небесная комната это моё заклинание. Я контролирую почти всё происходящее внутри. Поэтому это лучшее место для тренировок.

– А акулы? – подняла руку Лефи, явно пытаясь воскреснуть.

– Какие акулы? Там только плавники и призрачные рыбы под ними. Эти духи копируют поведение хищников, но все их атаки блокируются магией. Если её достаточное количество вытолкнуть и удержать вокруг тела. Хорошей защиты это не даст, но создаст правильную привычку и разовьет контроль.

– А если не защититься? – спросил уже я. – Думаю, мама не обрадуется, когда я приду домой без руки.

– Это же духи, – вздохнул старик, будто объяснял очевидное. – Они знают, что вам нельзя вредить.

– Понятно, – ударила кулаком по ладони Лефи, поднимаясь из мертвых. – Будем побеждать опасность, чтобы становиться сильнее! А яма за бассейном зачем? Мне, кажется, или там червяки? А тот стеклянный цветок? Почему у него зубы? Он дружелюбный? А камни, падающие с…

Свист. Глухой удар. Снова смерть.

– Хватит болтать. Вперёд пахать.

Делать нечего. Я схватил Лефи за ногу, зашвырнул в лабиринт с (не)акулами и нырнул следом.

Вода обожгла холодом. Я тут же окружил себя толстой пленкой сиреневой маны, и к коже вернулось тепло. Которое тут же сменилось тупой болью! Призрачная рыба, которая ничем не отличалась от маленькой акулы, вцепилась в руку и сжала челюсти изо всех сил! Я саданул тварь по носу, и та отстала. Но дюжина других уже набросилась на меня со всех сторон! Да… откуда… вас столько?! И почему Лефи так не кусают?!

– Путь мага полон страхов и испытаний, – с мудрым видом вещал Арнитус с берега. – И несправедливости. Но истинный маг пробивает любые преграды благодаря сильному телу, чистому сердцу, изощренному уму и крепкой воле…

Я мучался, я страдал. Я сражался голыми руками с акулами, червями и живыми камнями! Я проплывал лабиринты и вырывал с корнем хищные цветы! Я таил злобу и ждал. Ждал возможности, чтобы восстановить баланс вселенной.

– В смысле, я делаю не так? – удивился старик, когда я указал на ошибки.

– Большой напор, слабая точность. Тебе нужно больше практики. И для начала сконцетрируйся на одной части тела, не пытайся усилить несколько.

– Я так и делаю…

– Плохо делаешь. Не отвлекайся и не вливай лишнюю ману. Я же говорил. Метод внутреннего усиления не дает никому суперсил, он всего лишь выкручивает возможности тела до предела, компенсируя повреждения магией. Но пределы от этого не исчезают, поэтому и магии надо немного, а то переломаешь кости и повзрываешь внутренние органы. Понял, старик? Старайся лучше.

Арнитус молча разинул рот. Захлопнул. И помрачнел. Нехорошо.

– Ах ты мелкий!

Из ниоткуда возникла палка и обрушилась мне на голову. Но я калач тертый. Сразу увернулся и отбежал подальше. Правда и дедус не первый день живет. Он не довел удар до конца и тут же помчался за мной.

– Я сказал правду! – кричал я, проскальзывая под взмахами палки, способными проломить череп. – И ничего больше!

– Щас я те покажу правду! Учит он меня уму-разуму вздумал! Ты где слов-то умных нахватался?! Недорсль!

Новый удар разбил на кусочки пол небесной комнаты, и тот восстановился, будто отмотанный назад во времени. Ещё от разъяренных стариков бы защищал, цены бы не было! Я ушел перекатом от выпада Арнитуса, побежал к выходу, а по пути перепрыгнул через Лефи в позе лотоса.

– Что у вас тут… Ха-ха-ха, Адам, тебе нужно бежать быстрее!

– О-о-о-о! – обрадовался дед. – И не ему одному!

Со свистом палка разбила на осколки пол возле девочки. Та взвизгнула, подпрыгнула, подхватив рюкзак, в котором спала Ширли, и бросилась за мной со всех ног.

– Что ты сделал с дедушкой?!

– Я. Не. Знаю!

– СОРВАНЦЫ! – зарычал монстр позади нас.

Я выскочил наружу, дождался, когда Лефи вылетела следом, и захлопнул дверь. Изнутри по ней пришелся неимоверно тяжелый удар. Стена затряслась. С потолка посыпалась штукатурка. Мы сглотнули комок в горле, переглянулись и выбежали из школы со скоростью недалекой от скорости света.

– Ну ты даешь! – пыталась отдышаться Лефи, уперев руки в колени. – И что нам теперь делать?

– Вернемся завтра, когда он остынет. Зуб даю, даже два, что Арнитус это специально. Ну, наверное… – засомневался я. – Если подумать, то последнее время мы занимались без перерывов. И вот он выставил так выставил нас за дверь, чтобы мы отдохнули, но не думали, что это он такой заботливый.

– Это похоже на деду, – кивнула Лефи.

Сбоку меня ослепила вспышка. Я развернулся, готовый применить телекинез, но это оказался всего лишь прохожий с телефоном. Какой-то парень в черно-золотом камзоле. Он из Тератина?

– Вы ученики из Облачной, так ведь? – заговорил он дружеским тоном. – Не ответите на несколько вопросов? Мне интересно, как…

– Не-а, – прервал его я.

– Катись отсюда, – сложила руки на груди Лефи. – Или с тобой того-этого будет, ага.

– Вот-вот.

– Эй, ребят, я же просто хотел узнать побольше о новой…

– Не интересует.

– Вообще нет.

– Но ведь…

– Дядя охранник! – заголосил я.

Парень нервно оглянулся.

– Похищают! – вторила мне Лефи.

– Насилуют! – поддержал я.

– Убивают!

Сталкера перекосило.

– Вы… вы… - затрясся он. – А, к черту!

– Убежал, – уперла руки в бока Лефи. – Трус.

– Так ты сама его испугала.

– А чего они тут ходят?

И не поспоришь. С тех пор, как Облачная школа стала камнем преткновения в конфликте, который случился после массового нападения на миры, шум вокруг неё не утихал ни на день. Новости, обзоры, споры, пиар-компании, хейтеры. Одни считали, что школа ничто иное, как неудачная попытка сделать “как раньше”. Другие говорили, что за ней будущее. Третьи убеждали четвертых, что это заговор между Тератином и Атрисом по завоеванию Оазиса, но им никто не верил. А кроме того были и пятые, и шестые, и седьмые…

Имя Облачной школы разнеслось на многие миры, но пока неизвестно, как оно закрепится в сознании людей. Я лишь радовался, что не участвую в происходящем спектакле. Пока влияния Игниса и Нилы хватало для защиты школы, я мог наслаждаться своей школьной жизнью.

Правда, чую, однажды это золотое время подойдет к концу.

– От деды мы убежали, уроки закончились. Чем займемся? – спросила Лефи.

Она достала из рюкзака проснувшуюся Ширли и скормила ей шоколадку.

“Я что-то пропустила?”

“Меня чуть не убили, но это мелочи”.

– Может, по мороженому? – предложил я, вернувшись к разговору. – А потом можно в бабушкин особняк, и там продолжим практиковаться. Злодедус такого от нас не ожидает.

– М-м, мороженое это хорошая идея. Ширли, ты любишь мороженное?

– Если оно сладкое, – облизнулась та.

Я запустил Дженис и приказал составить маршрут до ближайшего ларька.

– Двигайтесь прямо двести метров, затем резко поверните направо.

С помощью ИИ мы добрались до ближайшего магазина, где на карманные деньги купили мороженого. Удобно, когда деньги хранятся на виртуальном счете, который работает сразу везде. Жаль только что после покупок у меня на счете остались печальные двести нумериток. Пришлось отдать по двадцать нумериток за упаковку.

– Грабеж! – покачал я головой.

– Инфляция! – с умным видом возмутилась Лефи.

– А что это?

– Не знаю, слышала папа на неё жалуется часто. И ещё на налоги какие-то. Думаю, это очень плохие люди.

– Да уж. Куда мир катится?

– Ага. Вот раньше!

– Угу.

Мы сжали в руках холодные рожки и стали дожидаться, когда к нам подъедет матово черный автомобиль. Овальная платформа с тихим гудением пролеветировала над асфальтом, остановившись возле бордюра. Двери беззвучно поднялись вверх. За водительским сидением нас встретил серокожий демон с белоснежной улыбкой. Он помахал ведром на руке.

– У-а-а! – вскрикнула Лефи. Она спряталась у меня за спиной, и с осторожностью выглянула оттуда. – Опять он!

– Это Толя. И он не опасен.

– А почему у него кожа серая?

Я проморгался. Она уже забыла?

– И тебя больше ничего не смущает?

– Да нет, вроде.

“Меня смущает, что он жив и не страдает”.

“Он ведь тоже дух. Не любишь демонов?”

“Никто их не любит. Они становятся сильнее, пожирая других духов”.

Тем временем Лефи переобулась, взяла себя в руки и запрыгнула на заднее сидение. Звание мага сделало её увереннее.

– Привет, Толя.

Демон приветственно зазвенел ведром.

Я сдался безумию вселенной и сел рядом. Доедая мороженое, мы пронеслись по улицам города к особняку. Кованые ворота открылись. Толя проехал внутрь и остановил машину у крыльца.

– Какой большой, – озиралась Лефи. – Почти, как башня дедушки.

Белокаменный особняк Саффиры давно стал, как родной. Даже гордость за него берет.

– Пошли.

Мы спустились в библиотеку и заняли уголок с мягкими креслами, подальше от места, где обитала Иллия.

– Ты главное не шуми, – предупредила Ширли. – А то местная старуха опять припрется. Причитать начнет.

Лефи понимающе кивнула, забралась на кресло и села в позу лотоса. Последнее совершенно необязательно, но важно для настроения. Я же расположился на полу, чтобы никого случайно не взорвать, и раскрыл “Хаотичные Чары”. Арнитус, конечно, помогал, но это же не значит, что я не занимался сам.

Если я правильно понял, суть хаотичных чар в простой структуре. Поясню.

Обычное заклинание состоит из двух частей – намерений мага, куда входят его мысли и эмоции, и из сути заклинания, фундамента, который отвечает за его уникальные свойства.

Например, кидая огненный шар, ты можешь изменить его размер, температуру, направление полета, даже цвет, но летящий по прямой шар навсегда останется летящим по прямой шаром. Такового заклинание. Хаотичные чары же не имели подобного фундамента. Они – голое намерение. Но поскольку без основы заклинаний не бывает, то этот тип магии работал по структуре, которая менялась в зависимости от намерений. Упрощенная структура. Такие заклинания будут неустойчивее и слабее, чем нормальные, но они куда более простые и гибкие в использовании. В общем, то, что надо.

Легким теплом мана прошла от нижнего ядра по спине к плечу и вышла из ладони, над которой зависли три сиреневых шарика. Я сконцентрировался. Добавил к ним четвертый, вытянул руку и увеличил напряжение между сферами, как будто растягивал ткань. Пространство между шариками подернулось пеленой и заискрилось. Я сжал зубы. Заклинание задрожало.

И схлопнулось.

Я цыкнул и завалился на спину. Уже пару месяцев топчусь на одном месте. А чертов дед всё твердит, что нужно больше практики. Сам поди нифига не понимает.

С некоторой завистью я уставился на Лефи. Девочка сидела с закрытыми глазами, а перед ней в воздухе резвилась полупрозрачная копия Ширли. Она прыгала, извивалась всем телом и крутила хвостом, как пропеллером. Движения были дергаными и резкими. Но даже такой уровень для меня недостижим. Хотя чего греха таить, Лефи обладала талантом в контроле заклинаний.

Так мы и провели весь следующий час. Честно тренировались и пытались стать лучше.

А потом стало скучно.

– Устала, буду читать манхву, – сказала Лефи и уставилась в телефон.

“Устала, хочу спать” – свернулась калачиком Ширли. – “Заодно буду тренировать тайный прием, чтобы мы могли круто развернуть любой бой, достав из ниоткуда новый козырь”.

“Удачи, что ли”.

Я же отправился гулять по библиотеке в надежде наткнуться на что-нибудь полезное. Здесь ведь тонна информации. Неужели среди сотен книжных полок и тысяч рукописей нет того, что мне пригодится?

Я наклонялся, выворачивая голову, чтобы прочесть надписи на корешках, по широкой дуге обходил светящиеся манускрипты, особенно те, что левитировали на пьедесталах в столбах света. Больно подозрительные. Иногда брал что-то с полок, листал, и ставил обратно. Всё не то и не так, и не этак. Либо ничего не понятно, либо чтиво узко направленное, либо и вовсе на другом языке.

Но в конце концов я решил, что прогулка того не стоит, и вернулся к Лефи. И что, вы думаете? Знаю, что вы думаете. Стоило догадаться, что так и будет.

– Такого в моей коллекции нет… – задумчиво потерла подбородок Иллия, летая рядом с креслом. – Так что говоришь это за девочка? В чем суть?

Лефи подвинулась так, чтобы Иллия тоже видела экран.

– Ну, если просто, то она переродилась. Но как бы сразу сохранив всю память о прошлой жизни. Представляешь?!

Я поперхнулся, чем заслужил ироничный взгляд Иллии. Лефи же продолжила увлеченно рассказывать.

– И не абы куда, а в роман, который она раньше читала.

– Хм…

– И раз она знает, как всё будет, то она хочет избежать всех опасностей. У неё тут есть отец-император. Он очень строгий, но на самом деле любит её. А ещё она призвала супер-пупер красноглазого мага из прошлого. И они вместе учатся магии!

– Хм-м, – листала Иллия экран. – А с кем она будет? С красноглазым магом или вот с тем вторым?

– Не знаю. Но я бы выбрала мага. Он классный.

– Хм-м… Дашь почитать?

– Ещё чего! – задрала нос Лефи. – Я же сама хочу знать. А мне скоро домой. Но могу скинуть ссылку.

– Вот как, значит.

– Иллия, – начал я.

– Брось, – отмахнулась она. – Это интересно, полагаю. У меня тут только старьё, а это что-то новенькое. И картинки красивые…

– Тебе тоже нравятся? По комиксу, кстати, ещё и аниме вышло!

– Ани… ме?

Я хлопнул себя по лицу и плюхнулся на край дивана. Испанский стыд.

Проснувшаяся Ширли перебралась подальше от Иллии и спряталась за мной.

“У духов скучная жизнь. Но мы тоже живые и тоже хотим веселиться! К тому же ты это ещё не встречал духов, которые развлекаются, скажем, геноцидом людей. Вроде демонов. На их фоне я вообще лапочка”.

“То лапочка, то машина смерти. Определись уже”.

Ширли фыркнула.

“Чушь-то не неси. Очевидно же, что я и то, и другое”.

– А нельзя ли потише? – сложила руки на груди Иллия.

И повернулась к Лефи.

– Слушай, Ева. Как насчет того, чтобы приходить сюда время от времени?

А вот это интересно.

– Я не против, – легко согласилась та.

– Зато я против, – вклинился я. Мой перерожденный нос почуял выгоду. – По крайней мере бесплатно.

Иллия хмыкнула. О да, дорогая, верно соображаешь. Вход в библиотеку, как и в особняк, держался на кровной магии. Только я могу провести Лефи сюда.

– И чего ты хочешь?

Итак, рыба на крючке. Вытрясти из неё книжку посолидней? Или попросить помочь с Хаотичными Чарами? Нет. Есть вариант получше.

– Заключи контракт с Лефи.

– Контракт? – нахмурилась девочка. – Так ты дух! А почему ты выглядишь, как человек?

Иллия проигнорировала вопрос.

– Отказываюсь. Полагаю, это разрушит все мои планы. Или ты уже забыл наш предыдущий разговор?

Она сказала не мешать ей спать, читать и бездельничать, потому что таковы её планы на ближайшие тысячи лет. Я помню. С этой точки зрения, мы лишь шумные соседи.

– Но ведь контракты бывают разные, – соображал я. – Ты могла бы заключить сделку на месяц и отдавать Лефи крохи земной маны. С твоей силой тебе даже не нужно покидать библиотеку. Для Лефи это скачок в развитии, а для тебя, кхм, знания. Понравится, и продлишь конракт. Не понравится, так не продлевай. Что скажешь?

Иллия потерла подбородок. Задумалась. Вот и хорошо… Ведь если учитывать ситуацию в Оазисе, то Лефи может рассчитывать только на покупку духа. Это вовсе не плохо. Однако деловые отношения с духом это не тот опыт, с которого стоит начинать в шесть лет, не говоря уже о качестве такого духа. А вот разумная Иллия, которая владела отнюдь не потенциальной силой выше пятнадцатого класса и уже подружилась с девочкой… Лучше варианта не найти.

Я внутренне ухмыльнулся. И если Иллия привяжется к Лефи, то я смогу получить от неё советы или помощь в развитии. Браво, Николас! Да у тебя нюх на прибыльные сделки. Может, в одной из прошлых жизней ты был торгашом?

– Хм-м. Как много, говоришь, у тебя этой самой… манхвы? – спросила Иллия.

– Сотни! Целая куча! – улыбалась Лефи. – И жанры есть всякие. Какие захочешь! Соглашайся! Мы сможем прямо здесь смотреть мультики и тусоваться!

“Смотри, как она старается подыграть тебе” – сказала Ширли настолько тихо, что я едва её услышал среди собственных мыслей.

“Мы команда. Забыла?” – так же тихо ответил я, не скрывая довольства.

– Тусоваться? – приподняла одну бровь Иллия. – Что значит, тусоваться?

– Ну, зависать.

– Зависать?

– Эм-м… веселиться?

– А-а… Это приятно, полагаю, – Иллия перевернулась в воздухе и встала напротив Лефи, протянув ей руку. – Для меня это немного поспешно, но договор, который ни к чему меня не обязывает и дает мне преимущества, слишком удобный. Я согласна. Заключим контракт, Ева Ла Фей.

Как-то так я и прожил следующие четыре года.

Моя дружба с Лефи окрепла сама собой, отношения с родителями стали такими теплыми, какими никогда не были в прошлой жизни, к тому же я перевел оба ядра на стадию Накопления, а Ширли выросла в холке на пять сантиметров, чем безмерно гордилась.

За спиной осталось немало радостных дней. Мы тренировались, осваивая основы, мы веселились, наслаждаясь беззаботным и счастливым детством, мы учились, открывая новые грани бесконечно огромной вселенной – будь то эксперименты и ошибки или путешествия по страницам книг. Мы словно поднимались лишь вперёд и вверх по лестнице в небо. И я бы мог без остановки рассказывать вам о приятных мелочах, которые наполняли мою жизнь и которыми я бесконечно дорожу, но на самом деле это время не выделялось ничем особенным.

До тех пор, пока не настал день, который подвел под детством черту.

До тех пор, пока не началось моё Восхождение.

Глава 10

Я вышел из машины и захлопнул дверь. Освежающий ветерок приятно обнял кожу, взметнул волосы и умчался вдаль. Я втянул носом прохладный воздух. На душе как-то неспокойно.

– Волнуешься? – угадала мои эмоции Калис.

– Немного.

– А я вот совсем не волнуюсь, – храбрился Кайрус.

– И, конечно, вовсе не потому, что ты не был на Восхождении, – добавила сарказма мама.

– Просто я уверен в своем сыне, женщина. Вот и всё.

– Ах, так?

– Да! Именно так!

– Внутри школы только что появился разрыв пространства, – спасла ситуацию Ширли, что примостилась у меня на плече. – Они открыли портал.

– Не рановато ли? – спросил я.

Из света, льющегося со стен школы, сформировалась фигура духа. Захлопали крылья.

– Не рановато ли, не рановато ли! – заело сову. – Семья Тиар, идемте-идемте. За мной, за мнм-м…

Я поймал сову за клюв и сжал его пальцами. Эти приставучие духи-проводники уже в печенках у меня сидят. “Не применяйте магию вне урока!”, “Не бегайте по коридорам!”, “Не прогуливайте!”, “Не позволяйте вашему духу есть духов-сов!”. Сплошные запреты.

– Исчезни, – пригрозил я духу и отпустил, отправив того кувыркаться в воздухе.

Сова недовольно что-то прокаркала и растворилась в мано-пространстве школы.

– Точно всё будет в порядке? – спросила мама.

– Они даже не настоящие духи, – фыркнула Ширли. – Что нам до этих подделок?

А это уже наше собственное открытие. Мы с Ширли долго наблюдали и раздумывали, и наконец сошлись во мнении, что у школы нет десятков сов, а вместо них за учениками следили немного различные копии одного и того же духа, который умел раздваиваться. Или же чья-то магия, а может, и артефакт, проворачивали тот же фокус. Неважно. Главное, что совы это по сути марионетки.

Я повел родителей вверх, но у главного входа мы свернули в неприметную дверцу и прошли мимо рыжего кота-старожила. Он с урчанием поедал украденные из буфета сосиски.

– Нам точно сюда? – засомневался Кайрус. – Кажется, я слышал много голосов со стороны главного входа.

– Меня пока не допустили к Восхождению. Вашими кознями, кстати.

– Ну, мы всего лишь попросили выделить тебе наставника… – засомневалась Калис. – Он приготовил тебе какое-то испытание?

– Своего рода.

– Мы приближаемся к порталу, – сказала Ширли. – “И если я не ошибаюсь, то твои родители до сих пор считают тебя за не по годам серьезного ребенка. Они вообще в курсе, на что ты способен?”

“Не-а”.

“Хочешь огорошить их?”

“Не то что бы. Скорее, хочу, чтобы они не накручивали себя зазря”.

Дверь небесной комнаты открылась. В проходе стояла повзрослевшая Лефи. За четыре года девочка вытянулась, догнав меня по росту, её лицо заострилось, став прообразом красавицы, которой, я уверен, она вырастет. А её темно-карие, почти черные зрачки по-прежнему пылали озорством и волей к жизни.

– Ты долго, – сказала она и улыбнулась, увидев моих родителей. – Здрасьте! Пришли поболеть за Адама?

– Поболеть? – не понял отец.

– Именно так, – улыбнулась мама, хитро посматривая на меня. И что за взгляд? – Давно не виделись, Лефи.

– Ага. И это, вам не о чем волноваться, – прочитала эмоции моих родителей Ева. – Я защищу вашего непутевого сына во что бы то ни стало!

– Как бы тебя саму защищать не пришлось, – засмеялась Нила, появившаяся из-за спины девочки.

Представительница всегда очаровательной расы нимф ни капли не изменилась. Всё те же бело-голубые волосы, острые уши и юное лицо. Она улыбнулась каждому из нас и приобняла Лефи, которая в шутку пыталась вырваться.

“Интересно. Портал только что закрылся”.

“Что? Почему?”

– Что-то мы застоялись на входе, – заметил я.

– Пойдемте к зрительским местам, – позвала Нила моих родителей.

– Удачи, сынок, – пожелала мама.

– Покажи им там! – крикнул отец.

Уголки рта против воли потянулись вверх. Я кивнул им и вместе с Лефи прошел по зеркальному полу, в котором отражалось бесконечное небо. Кроме них зеркальная комната сегодня могла похвастаться внушительных размеров стеклянной горой. Её пологие склоны сходились не на вершине, а на небольшой круглой площадке. У подножья горы собралась толпа учеников с Арнитусом во главе.

– А вот и виновники торжества, – смеялся дед. – Помните, как я четыре года назад обещал вам особый экзамен, дорогие ученички?

– Царь горы, серьёзно? – сообразил я.

– Слабовато, деда, – согласилась Лефи. – Я думала будет игра на выживание. Ну, как в тот раз.

– Да уж. “Умри или сдохни” в конце полосы препятствий мне тоже понравилась, – с видом знатока кивнул я. – Жаль мало сыграли.

– А ну отставить издевки! – оборовал Арнитус. – Выиграли разок и разважничались… Так! Слушайте! Вы верно угадали. Вас ждет царь горы! Но для вас это было бы слишком легко, не так ли? Поэтому знакомьтесь.

Старик отступил и из-за его спины вышли двое нашего возраста.

Высокий для десятилетки парень с черными, как смоль волосами, в которые вплелись золотистые пряди, такие же яркие, как его сияющие солнцем глаза. Он носил камзол, а у него на поясе висел клинок. А его аура почти не уступала моей. Хм.

“Я почти не чувствую от него астральной энергии”.

“Маг земного ядра” – понял я. – “Неожиданно”.

А рядом с ним девочка на полголовы ниже Лефи. Лицо чем-то напоминало лицо парня рядом, однако её подстриженные под каре волосы были настолько светлыми, что выглядели почти белыми. Среди них выделялось несколько темных прядей. И никакого оружия под темным платьем.

“Она маг астрального ядра”, – сообразил я. – “Но я не чувствуя рядом с ней духа. И они оба на стадии Накопления”.

“И раз уж их одежда выглядит так, словно её украли со съемок средневекового фильма…”

– Влад и Алиса пришли к нам из мира А-44, иначе известного, как Авельсиль, – представил их Арнитус. – Их положение принца и принцессы позволило принять им участие в нашем Восхождении в этом году.

– Значит, будем сражаться? – сложила руки на груди Лефи.

– Да… вчетвером против всех остальных. Сможете защитить вершину в течение пятнадцати минут и вы прошли.

– Дедус… – ухмыльнулся я. – Это подло.

Не считая нас четверых, тут более тридцати учеников на стадии очищения. Отбиться от толпы, если она нацелена исключительно на нас, задачка, на которую даже в теории не хватит маны, не говоря уже о практике. Без продуманной стратегии ничего не выйдет.

– Подло, значит? – почесал подбородок дед. – Ладно. Так и быть. У вас пять минут, чтобы поговорить и мы начинаем. И да. Проиграете и останетесь на второй год, как вам идея?

И он ушел, содрагаясь от смеха.

– Вот же старый черт, – вздохнул я.

– Припомним ему это, – надулась Лефи.

Сильно же дедус обиделся на то поражение. Знали бы мы тогда, что так обернется, ей богу, поддались бы.

Влад с Алисой подошли к нам. Парень лучезарно улыбнулся.

– Выходит, мы с вами союзники?

– Выходит, что так, – ответила Лефи. – Вас вообще устраивает такое? У нас нет особого выбора, но для вас это как-то нечестно.

– Испытание больше, испытанием меньше, – сказала Алиса. Она скользнула по мне взглядом и уставилась на гору. – Нужно лишь придумать способ победить.

– А правда, что вы принц и принцесса? – зажглась любопытством Лефи. – Я просто тоже своего рода принцесса, знаете ли.

– Это так. Я первый принц королевства, а Алиса семнадцатая принцесса.

– Семнадцатая?!

– Не парьтесь, в основном это только видимость, что мы какие-то очень важные, – развел руками Влад. – Давайте об этом как-нибудь в другой раз.

Принц, который не принц? Навевает воспоминания.

– Тогда обсудим стратегию, – предложил я.

Спустя пять минут мы вышли к толпе учеников.

– Прежде чем удержать вершину до неё нужно сначала добраться! – прокричал Арнитус издалека. – Удачи, ученички!

Он занял один из стеклянных стульев, где разместились зрители. Нила, Калис и Кайрус помахали нам с первого ряда. Мы с Лефи помахали в ответ.

– Ты точно справишься? – спросила Алиса, подкравшись со спины так, что я не заметил её шагов. Что с ней не так? – Если ошибешься, мне будет больно.

– Всё получится, – заверил я.

– Поторопимся, – обнажил клинок Влад.

– Вперёд! – вскинула кулак к небу Лефи.

Она встала впереди меня, а Алиса позади. Влад замкнул линию позади.

Когда Арнитус подал сигнал, тридцать четыре ученика начальной школы заполыхали готовыми сорваться в полет заклинаниями и ринулись на нас.

Наша четверка наклонились вперёд, чтобы удержать равновесие, когда пол под ногами заходил ходуном. Точнее не пол, а наши тени. Они ожили, задрожали и выгнулись наружу. Четыре тени слились в подобие узкой черной лодки, которая дрогнула, рванула вперёд и быстро набрала скорость.

“Это… дух!” – удивилась Ширли. – “Но я не могу оценить его. Он словно где-то в другом мире и мы видим лишь его кусок. Он… почти так же невероятен, как я”.

“Но только почти”, – хмыкнул я.

“Именно так”.

Когда лодка, созданная Алисой, приблизилась к ученикам, те выстрелили. Огненные шары, пучки искрящейся маны, сверкающие молнии и камни, подгоняемые порывами ветра – всё это с шумом понеслось нам в лицо.

– Адам! – заволновалась Лефи, которая стояла на острие.

Между моих ладоней замелькали крохотные темно-фиолетовые шарики, что почти собрались в нужную форму.

– Почти.

Последние кусочки заклинания сошлись. Я развел ладони и раскинул руки. Нас в мгновение ока накрыл барьер сверхплотной маны. Он выглядел, как незаконченный многогранник, на пересечении линий которого находились точки сконцентрированной энергии.

В этом и заключалась суть хаотичных чар. Создать “точки”, распределить их в пространстве и соединить, чтобы создать фигуру для нападения или защиты. Когда я только начинал их осваивать, то никак не мог удержать даже четыре точки одновременно, но затем пара ленивых замечаний Иллии всё изменили. Вместо удержания внимания на всех точках сразу, я “включал” их друг за другом. Но даже так ушли годы практики, чтобы отточить мастерство.

По щиту ударил дождь заклинаний. Грудь сдавило от количества потраченной энергии. Я скривился и отпустил барьер. Сколько сил не прикладывай, хаотичные чары выдержат такие громоздкие заклинания. И все же я справился.

– Мы прорвались! – воскликнул Влад.

За спиной прогремели взрывы запоздавших снарядов. Мы сошли с линии первого залпа, а учитывая нашу скорость, ученики не успеют атаковать вновь и уйдут в защиту. Как раз на такой случай у нас припасена Лефи.

– Теперь моя очередь! – крикнула девочка.

Густая темно-оранжевая мана, полученная от Иллии, волнами разошлась от неё вперед и в стороны. С толикой зависти и восхищения я наблюдал, как энергия едином ритме зашевелилась, сжалась, обретая четкие формы, и воплотилась в таран. Он возник перед нами и устремился вперед, словно клюв и крылья птицы из жидкого янтаря.

– У-у-ультимейт! – закричала Лефи, поддерживая заклинания маной, выходящей через вытянутые руки.

Сверкающая птица со свистом рванула вперёд. Её образ мелькнул в отражение на полу, а затем заклинание взорвалось, разбивая барьеры, щиты и строй учеников. Те, кого не задело, с криками разбежались кто куда.

– Блин, – улыбнулась Лефи. – Вот бы моя мана была такая же плотная, как у тебя. Тогда птица бы долетела до вершины.

– Рано радуешься. Мы пока даже не начали испытание. Экономь силы, – предостерег я.

– Зануда, – фыркнула она.

“А помнишь, какой она раньше была милашкой?” – хихикнула Ширли.

“А помнишь, какой ты была злобной гадиной?”

“Попрошу! Я такой и осталась”, – и добавила. – “Говнюк.”

“Кто бы сомневался”.

Я обернулся, сохраняя равновесие. Теневая лодка достигла подножья горы и понеслась по склону, заставив нас наклониться сильнее. Тем временем ученики пришли в себя, полезли в гору и в бессильной злобе засыпали нас градом заклинаний, которые из-за нашей скорости напрочь промахнулись.

Такая реакция настораживала. Что это им дедус там наобещал, что они как с цепи сорвались? Неужели… пятерку за год? Я прищурился и встретился взглядом с ухмыляющимся Арнитусом. Он вообще никому не ставит оценки выше четверки, да и ту получаю лишь я да Лефи, чего уж говорить об остальных. Вот же хитрожопый старикан!

– Эм, ребят, – позвала Лефи. – Там это. Сверху.

Мы задрали головы.

– А среди них не только бездари, да? – удивилась Ширли. С неба на нас падал пылающий камень не меньше десяти метров в ширину. Если ничего не сделать, то он приземлится примерно туда, где мы окажемся через несколько секунд. – Я, конечно, не хочу вставать с нагретого места, но, боюсь, моё нагретое место умрет, если я ничего не встану.

– Не стоит. Представьте это мне, – сказал Влад. – Алиса, подкинь.

– Уже.

Тень под ногами Влада выгнулась и бросила его навстречу метеориту. Острие его клинка покрылось золотистой маной. Парень извернулся в полете и взмахнул мечом ещё до того, как приблизился к метеориту достаточно близко. Волна пронзительно желтой маны сорвалась с клинка и рассекла метеорит на две половины.

Куски камня с грохотом приземлились по обе стороны от лодки. Путь к вершине очищен.

– Оп-па, – приземлился обратно на лодку Влад. – Чего это вы так на меня смотрите?

– А ты неплох для иномирца, – хмыкнула Лефи.

– Хороший удар, – кивнул я.

– Должен же я был что-то сделать.

“Сказал Влад, хитро глядя на тебя”.

“Не уверен, что это хитрость, но… Так, а ты чего такая деятельная?”

“Признаю, ты самую малость раскусил меня. Видел рекламу нового вкуса аплин глод? Они совместили молочный шоколад, мармелад, взрывную карамель и печенье! Я хотела это попробовать, а твоя мама не дала мне денег, заявив, что это, видите ли, вредно для зубов! Так и сказала, представляешь?! Я уже подумываю обратиться в службу защиты духов…. Это ведь невыносимо! Думать об этом вкусе, видеть на обертке за витриной, представлять его и при этом не чувствовать на языке! Слышишь? Не-вы-но-си-мо!”

“Всё с тобой понятно. Я куплю тебе эту шоколадку, о могущественных древний дух, но будь добра, займись теми ребятами”.

Дюжина духов, которая напоминала сборище экзотических домашних питомцев, обогнала учеников и приближалась к нам сбоку.

Несмотря на отмену Посвящения и множественные ограничение переходов между мирами, многие, тем более ученики Облачной Школы, сумели обзавестись духами. Хотя их сила в лучшем случае на уровне второго-третьего класса.

“Сражаться этими слабаками ради божественного вкуса аплин глод? Серьёзно? Знаешь, напарник, порой, с тобой приятно иметь дело”.

“Наркоманка” – фыркнул я.

“Малолетка”.

Ширли царапнула меня по плечу, сиреневой молнией унеслась к волне духов и приземлением раскидала всех в стороны. Наша связь наполнилась кровожадностью и азартом. На несколько секунд я принял эти эмоции за свои и едва не потерял равновесие. И кто после этого шумный сосед?

– С ней всё будет в порядке? – спросил Влад. – Твой дух не выглядит сильным.

– Только при ней такого не говори, а то съест, – предупредил я. – Она маловата, но уже не слабее шестого класса. Пусть выпустит пар и повеселится. Может, не придется скупать все шоколадки в магазине…

– Вот как. А мне говорили, что в Оазисе к духам относятся, как… ну, как к чему-то вроде механизма для перегонки астральной маны в земную.

– Возможно, отчасти так и есть, – задумался я.

Вот, значит, что думают об Оазисе в Авельсиле.

– Мы на месте, – сказала Алиса.

Лодка замедлилась, а на вершине и вовсе растаяла.

Мы с удовольствием потянули затекшие спины и ноги. Последние особенно устали. Хорошо, что у нас появилось пару минут на передышку, пока противники карабкались по склону.

– У кого сколько сил осталось? – спросила Лефи.

– Я почти не устал, – отозвался Влад.

– Я тоже, – сказал я.

Ширли переварила половину маны из астрального ядра и пополнила ей моё нижнее ядро. Но к сожалению, это не вечный двигатель. Часть энергии терялась в процессе, к тому же у энергетического тела имелся предел выносливости такой же, как у физического тела. По итогу, я слегка подвыдохся.

– У меня ушла половина чакры, – отозвалась Алиса.

– Как и у меня, – почесала затылок Лефи. – Ну, делать, нечего. Давайте продумаем защиту.

Всё это хорошее напоминание, что мы лишь дети. Как бы мы не оттачивали наши навыки и не тренировались, нам не хватало энергии и опыта в её использовании. Если ошибемся, то с легкостью провалим испытание. И что-то я сомневаюсь, после этого Арнитус подобреет и возьмёт свои слова обратно. Кто-кто, но не злодедус.

– Нужно распорядиться тем, что осталось, как можно лучше, – сказал я. – Мы с Владом встанем по краям. Будем отражать атаки и сбрасывать тех, кто подберется близко. А вы вдвоем сосредоточитесь на масштабных заклинаниях, чтобы столкнуть вниз разом можно больше.

– Если будем экономны и осторожны, то это сработает, – поддержал Влад.

– Кажется, нам пора приниматься за дело.

Первые ученики подобрались к вершине.

Восемь сфер вырвались из моих пальцев, закрутились и застыли. Нити сиреневой маны скрепили точки и образовали куб величиной с футбольный мяч. Словно комета, он влетел в голову парнишки, забравшегося выше всех. Тот потерял равновесие и с криком покатился по склону.

– Продержимся пятнадцать минут и заберем победу, – сказал я.

Я встретился взглядом с Лефи и увидел, что она, как и я, готова приложить все силы. Однако этого не потребовалось.

Всё прошло до смешного легко.

Мы с Владом сбивали слабыми ударами поднимающихся учеников, иногда вступали в ближний бой, в котором у наших ровесников не оставалось и шанса, и почти не тратили ману, в то время, как Ширли играючи сдерживала духов, а Лефи с Алисой бездельничали, изредко отражая заклинания особенно талантливых учеников. Будь сражение на плоской арене, то нас бы окружили и задавили числом. Но у тридцати четырех детей, ползущих в гору, не было ни умений, ни мозгов, чтобы скоординировать нападение или защиту.

Когда до них дошла безвыходность их положения, они сдались.

– Не пойму, то ли мы сильные, то ли они слабые, – рассуждала Лефи, наблюдая с края вершины.

– Для них магия пока лишь забава, – сказала Алиса. – Они нам не противники.

Она переглянулись с братом. А затем Тени под Лефи пришли в движение, готовясь прорасти вверх и схватить девушку.

– Эй-эй-эй! Что за дела?! – обернулась Лефи. – Разве мы не команда?!

– Их сложно назвать достойными соперниками.

Я отвлекся на Лефи и лишь в последнюю секунду заметил блеснувшую сталь. Нечеловеческие глаза Влада, пылающие раскаленным золотом, намертво вцепились в меня. К моему горлу приставили меч.

– Но вы другое дело, не так ли?

Глава 11

– Опусти клинок, – приказал я.

– Не могу.

– Что вам наобещал этот старикан?

– Дедушка, – прорычала Лефи.

– Мистер Арнитус тут ни при чем, – привычно улыбнулся Влад, а затем сделал пару шагов назад. – Родители отпустили нас в Оазис, потому что в Авельсиле нет никого, кто достиг бы такого уровня в нашем возрасте. Мы пообещали им, что если встретим достойных противников, то непременно сразимся с ними. Мне не очень приятно, что из-за этого вы рискуете пропустить Восхождение, но ничего не могу с собой поделать. Должен же я узнать, кто из нас сильнее?

Я хмыкнул.

– Так вот почему вы согласились на всё это.

Влад, извиняясь, пожал плечами.

– Обманщики! – фыркнула Лефи. – Адам, мы должны победить их.

У нас нет часов, но раз Арнитус не дал сигнал, то время по-прежнему шло. Наверное, осталось три, максимум пять минут. Как раз хватит, чтобы проиграть.

– Да. Мы не можем провалить путь длиной в четыре года.

Лефи серьёзно кивнула.

Влад бросился на меня, взмахнув клинком. Краем глаза я увидел, как серые тени окружили Лефи. Так быстро! Они явно не настроены поддаваться. Но…

Мы тренировались с дедусом. На что расчет?

– Ева, первая форма!

Тени расступились, когда их пронзил ярко оранжевый луч света. Я поймал его, заранее начав движение, и на полной скорости встретил удар Влада. Раздался звон. Мои руки задрожали. Я крепко сжал кристаллический клинок и отбросил противника.

– Воу! – удивился Влад. – Так ты не просто маг? Отлично!

Я молча атаковал сверху. Лезвие меча нашло на блок. Я поддался вперёд и на подшаге ударил. Влад парировал.

Я давил, атакуя всё быстрее. Влад отступал, но продолжал отражать все мои выпады. Маска беззаботности на его лице сменилась сосредоточенностью.

Боковым зрением я заметил движение справа. Сработал рефлекс. Я протянул левую руку под правой и выставил шестиугольный плоский щит, в который врезалось теневое копье. Оно разбилось о преграду, кляксой упало на землю и вернулось к Алисе.

– Нехорошо отвлекаться!

Разрез холодной желтой маны сорвался с клинка Влада. Я увернулся, на ходу отправил шип сиреневой энергии в Алису, и с разворота обрушил кристаллический меч на своего противника.

Мы вновь схлестнулись в вихре скоростных ударов. С легким беспокойством я заметил, что мои движения не такие точные и уверенные, как я рассчитывал. Чутье и опыт никуда не исчезли – пострадала техника. Отчасти из-за неудобного тела. Но во многом из-за того, что последние годы я посвятил себя магическому развитию и не сражался ничем, кроме кулаков. Я почти слышал ледяной голос Наставника, доносящийся из глубин памяти:

– Быстрее, изнеженная принцесска. Ещё быстрее!

Шаг, взмах, блок! Я ускорялся. Мой взгляд расфокусировался. Я видел, как Влад начинал движение, видел, куда он смотрел, видел, о чем он думает – я одновременно видел всё и не смотрел ни на что. Я бил наперёд и оттеснял парня к краю.

Моего противника хорошо обучили. Его реакция, рефлексы и мысли дотошно выверены. Он хорошо усиливал тело магией. Я множество раз сбивал его с ритма и почти не давал атаковать, но даже так он ухитрялся не падать и не пропускать удары, танцуя на краю обрыва. Талант Влада пугал. Но это всего лишь талант.

Решив, что пора заканчивать, я притворился, что целюсь в ногу, на полпути изменил траекторию и атаковал в плечо. К моему удивлению Влад в последний момент отбил выпад. Несколько капель крови брызнули из царапины на плече. Он справился. Однако его клинок оказался слишком далеко, чтобы защититься от следующего удара.

Его клинок?...

Но его рука пуста. Меча нигде нет.

– А?

Раздался скрежет, тело стукнулось о землю, струйка крови побежала по моей ноге, изо рта вырвался тяжелый вздох. Я стоял, вонзив клинок в землю в том месте, куда пришелся удар Влада. Я заметил его в последний момент, замедлил телекинезом и заблокировал, после чего Влад упал от силы собственного взмаха.

– Тц! Кажется, я проиграл, – улыбнулся он, почесав затылок. – Думал, этот трюк сработает, но ты просто какой-то монстр, Адам.

– Как ты это сделал? – спросил я, протянув руку. – Я видел, как твой меч исчез.

Этот “трюк” мог стоить мне жизни в реальном бою. Призрак Наставника задушит меня во сне, если не выясню, как он работает.

– Это тайна, которая передается в моей семье из поколения в поколение, – заявил он, поднявшись. – Я не могу рассказывать такое абы кому.

Влад сунул клинок в ножны и бесцеремонно закинул руку мне на плечо.

– Но, скажем, если бы мы были друзьями…

Я повторил его движение и тоже закинул руку ему на шею.

– Ха-ха, друзьями говоришь?

Чего не сделаешь ради нового приема.

“Просто признайся, что он тебе понравился”.

“Опозданцам слово не давали” – метнул я осуждающий взгляд в Ширли, которая вылизывала лапку на одном из выступов горы. За ее спиной лапками к небу лежали духи учеников. – “Что ты с ними сделала?”

“Показала доминацию и определила место в иерархии. И надеюсь получить за это свою награду. И да. Если бы ты хотел моей помощи, то мог бы просто позвать”.

– Кхм-кхм, – раздалось рядом. – Может лучше поможете нам, а потом пообнимаетесь?

Мы обернулись и застали забавную картину. Лефи лежала на земле, закутанная с головы до ног в теневые путы, а Алиса повисла на кристаллах, которые сдавили её руки и ноги.

– Вы обе исчерпали всю ману? – догадался я.

– Я уверена, что мои кристаллы продержатся дольше, чем её тени, так что технически это моя победа, – буркнула Лефи.

– Ну да, конечно, – фыркнула Алиса. – А то, что ты валяешься на земле, как мумия, так это мелочи.

– Засчитаем это за ничью, – предложил Влад.

– Предполагаемую, – заметила Алиса.

– И только в этот раз, – добавила Лефи.

Влад картинно вздохнул:

– Девчонки.

Он отпустил меня и помог выбраться сестре, а я в свою очередь освободил Лефи.

В небо, разорвав синеву, взметнулось алое пламя. Арнитус покинул зрителей, и мы спустились ему навстречу. Испытание закончилось нашей победой, но праздновать было рано. Восхождение ещё даже не началось.

После того, как мы приняли поздравления, Ширли прижала лапу к ране на моей ноге. От неё разошлись тепло и покалывание. Края поврежденной кожи стянулись, будто сшитые невидимым портным, и покрылись корочкой.

– Ух ты, не каждый дух на такое способен, – заметила Калис.

– Что поделать, богатый жизненный опыт, – развела лапками Ширли.

А затем свернулась калачиком у меня на руках. По её шерстке пробежала волна энергии, и лиса принялась беззастенчиво вытягивать ману из астрального ядра. Видимо, богатый жизненный опыт шел в комплекте с богатым аппетитом.

Наш семейный треугольник отделился. Лефи о чем-то болтала с Нилой и дедом. Её отца нигде не было. Алиса с Владом отдыхали в стороне. Другие ребята так же, как я, подошли к родителям. В небесной комнате стояла тишина, разрезаемая негромкими голосами. Все думали о Восхождении.

– Вы отлично справились, – похвалил Кайрус. – Выглядело впечатляюще! Прямо как какое-нибудь шоу с магическими боями по тв.

Святая простота. Хорошо, что родители ни сном, ни духом в боевых искусствах.

– Получается, это уважаемый Арнитус обучил тебя владению клинком? – спросила мама. – Не знала, что он и такое умеет…

Дедус, что стоял не так далеко, поперхнулся. Он-то знал, что ничему меня не учил.

– В любом случае, хорошая работа, – покивал отец.

– Вы все большие молодцы, – улыбнулась мама.

И хотя её улыбка не могла скрыть тревогу от вида моей крови, в груди у меня потеплело. Они переживали, но радуются и гордятся мной. И эта самая большая награда, которую только может пожелать ребенок.

“Нюх-нюх. Запахло двуличием, мистер двадцатипятилетний принц”.

“И это говорит мне многотысячелетний дух, играющий роль домашнего питомца ради шоколадок?”

“Туше”.

Время и окружение изменило меня и Ширли. Уж правда не знаю к лучшему или худшему, как и не знаю, к чему приведут эти уже совершенно не притворные попытки быть хорошим ребенком для своих родителей. Но мне нравилось им быть. Как будто с души сдули толстый слой пыли, оставив легкость и свободу. Может, поэтому люди, перерождаясь, и теряют память?

– О, чуть не забыла, – сказала мама. – Мы же приготовили тебе кое-что по случаю Восхождения.

Мама раскрыла мой рюкзак, в котором уже лежало самое изысканное лакомство на свете.

– Зеленые яблоки, как ты любишь, и немного красных для Лефи. Ещё я положила аптечку, сменную одежду и спальный мешок.

– Спасибо, – принял рюкзак я.

– Но самое ценное в наружном кармане, – подсказал отец.

Замок с жужжанием открылся, и мне на руки упал темно-синий шарф, чьи нити блестели, словно покрытые алмазной пылью, а сверху лежал тяжеленький металлический квадрат с круглой кнопкой по центру.

– Ты закончила? – удивился я. – Это ведь та самая ткань.

– Ха, твоя мама вложила столько сил, что его впору назвать научным открытием, ну или артефактом божественного уровня.

Мама улыбалась. И началось.

– Я наложила рунную цепочку на каждую нить с помощью нано-гравера последнего поколения, затем эти рунные цепочки слились и усилили друг друга, когда я связала шарф. Большая часть рун создает многослойные барьеры и пассивно восполняет энергию. Так же артефакт сам считывает твое состояние и ближайшее окружение, тем самым он узнает как, когда и какую часть тела защищать, к тому же регулирует температуру и собственную прочность, чтобы предотвратить любой урон по шее. Особые вставки позволили добавить заклинание маяка, связанного с кристаллом, который хранится у меня,– она показала подвеску с ромбовидным синим камнем. – Сеть рун поможет в создании и поддержании портала, но я пока не успела это проверить, так что это пока только в теории. И есть проблема в расходе энергии из-за того, что количество рун превысило четырехзначное число. Поэтому шарф работает в трех режимах – боевом, пассивном и спящем. В спящем восстанавливается энергия. Ты можешь помочь ему в этом, если вольешь ману. В пассивном он регулирует температуру и следит за обстановкой. А в боевом кроме барьеров создает импульсы силы. Этим никому не навредить, но так ты сможешь оттолкнуть удар или материальное заклинание. А ещё в процессе я, кажется, упростила наложение нано-рун, чего раньше никто, по крайней мере в таком масштабе, не делал…

– Потому что никто не работал с такой дотошностью четыре года подряд, – подкалывал Кайрус.

– Зато я уверена, что этот артефакт защитит его почти от чего угодно, – фыркнула Калис. – К тому же, я подала патент на метод написания рун. И его одобрили! Осталось разобраться с документами и придумать название, но это мелочи.

Я держал в руках то, над чем мама работала несколько лет подряд. Артефакт невероятной силы… То, о чем другой мог бы только мечтать, рассматривая красивые картинки в интернет-магазинах, я мог взять и стать сильнее прямо сейчас. Так легко и просто.

Я улыбнулся, но улыбка вышла кривой.

– Это не слишком? Ты ведь так долго над ним работала, да и, кхм, Арнитус говорил, что лучше развивать собственную силу, чем полагаться на что-то внешнее.

– Ну что за глупости, – сказала мама. Её глубокие синие глаза прошивали меня насквозь. – Я столько трудилась, чтобы защитить тебя, и ты хочешь сказать, что зря?

– Нет, я…

– Или думаешь, что иметь сильный артефакт нечестно по отношению к другим? Это вовсе не так. Мир полон несправедливости, учиненной природой или другими людьми. И как бы ты ни был силен, ты не можешь знать, когда встретишь преграду, с которой не справишься. Возьми его, Адам. Я лишь хочу, чтобы ты был в безопасности, когда нас нет рядом. Насколько это возможно.

– Прислушайся к маме, – кивнул Кайрус. – Она дело говорит.

Я опустил взгляд на шарф в своих руках. Мягкий, теплый. Наполненный магией и желанием мамы защитить меня. Она как всегда права. А я лишь цеплялся за предрассудки прошлого. Дурак дураком.

– Прости, – сказал я.

Я сложил шарф по всей длине, затем уменьшил его в два раза, сложив поперек, обернул вокруг шеи и продел свободный конец в получившуюся петельку.

– Буду носить его с гордостью.

Калис фыркнула от смеха.

– Просто не забывай пополнять энергию.

Ну вот, теперь она издевается!

– Хэй, а как же мой подарок? – притворился обиженным отец.

Точно. У меня в руках осталась это металлическая коробка с кнопкой.

– Что это?

– Это… метамановый глайдер!

– Эм?

– Просто вытяни руку и нажми, – поторопил отец.

Я сделал, как он сказал. Раздался щелчок. Коробка вытянулась вверх, а затем с механическим звуком растянулась по горизонтали и превратилась в узкую матово-черную платформу. Она напоминала скейтборд без колес и с острыми концами вместо округлых.

Устройство обдало меня потоком воздуха и тихо зашумело, став невесомым. Я убрал руку и оно повисло в воздухе.

– Новенький глайдер T1-333 с шумоподавлением, высотой подъема до сотни метров, увеличенной грузоподъемностью и дополнительным аккумулятором, – хвастался Кайрус. – Ну, как тебе? Попробуешь удержаться на нем?

Я ухмыльнулся и с размаху запрыгнул платформу. Ботинки стукнулись о металл, я ухватился ладонью за край и попытался удержать равновесие.

– Ой-ой…

Глайдер подстроился под движение, чтобы я не упал. Но из-за силы столкновения, я перевернулся вверх тормашками и по законам физики должен был бы упасть. Однако благодаря силе вращения и тому, что я держался за устройство, я обернулся на сто восемьдесят градусов и мало того, что не упал, так ещё и ровно встал.

– Оно помогает мне, – понял я.

– Классно, да?

– Это просто супер! – не скрывал радости я. – Я смогу быстро передвигаться и подниматься на большую высоту. Самое то для Восхождения!

– Ха-ха! А как же! – смеялся Кайрус.

“Эй, я по-твоему мешок с картошкой?!” – вцепилась когтями в плечо Ширли. Она чуть не слетела.

“Упс. Прости”.

Я спрыгнул с глайдера, нажал на кнопку, и устройство свернулось, после чего я положил его в рюкзак.

– Спасибо за всё, – сказал я родителям, гадая знают ли они, насколько много дали мне на самом деле.

– Всем собраться возле меня! Восхождение скоро начнется! – раздался командный бас Арнитуса.

– Время, – вздохнул я.

Ученики и родители столпились возле старика. Мы заняли свободное место сбоку, когда пол небесной комнаты за спиной Арнитуса разбился, и звенящие осколки закружились в воздухе, образуя воронку портала.

– Они обещали безопасность. Но неужели так нужно проводить Восхождение в другом мире? – спросила Калис.

– Это традиция, ты знаешь это лучше меня, – сказал Кайрус.

– Итак, – заговорил Арнитус. – Перед началом скажу несколько слов. По ту сторону врат вы столкнетесь с опасностью, к которой не готовы. Суть Восхождения в том, что преодолеть её и вернуться обратно. Для вашей безопасности внутри мира существуют девять стел. Магических камней, направив энергию в которые, вы создадите область, в которой вам не будет ничего угрожать. Для успешного прохождения Восхождения разрешается использовать магию стел не более трех раз. Двигайтесь по стелам, будьте смелыми и находчивыми, достигните Башни Возвышения в конце пути и станьте настоящими магами. Это всё.

– А если что-то случится, как четыре года назад на Посвящении? – спросил кто-то из родителей.

Всё-таки все дети здесь пережили кошмар наяву. Как бы школа на протяжении всех этих лет не готовила учеников и не убеждала родителей в безопасности, этого было мало. И хотя мы с Лефи верили в Арнитуса, тот злополучный день из памяти уже не вычеркнуть.

– В этот раз за учениками будет следить маг на стадии Завихрения, – ответил Арнитус. – Об остальном мы вам сообщили на собрании. Вы всё знаете. Попрощайтесь с детьми. Скоро начинаем.

– Я правильно помню, что магов такого уровня не больше десяти на весь Оазис? – спросил я родителей.

– Говорят, они сильны, как мано-атомная бомба, – подошла Лефи. – Вот бы увидеть одного.

– Вряд ли он покажется, – сказала Нила. – Идемте к порталу?

– Угу, – кивнула мама.

Я поднял взгляд на портал из разноцветного стекла. Четыре года назад я начал готовиться к этому дню, два часа назад я приехал в школу и полтора часа назад прошел испытание Арнитуса. Так долго и так быстро. Теперь пора войти в портал, пройти Восхождение, надеть на руку нумеритовый браслет и узнать о механизме перерождения. Всё шло к этому дню.

Я коснулся маминого шарфа. Почему же всё кажется таким сумбурным? Поспешным?

Возможно, отчасти я боялся вновь шагнуть в вихрь, возможно, отчасти я желал этого. Тревога, понял я. Я привык считать себя достаточно сильным и взрослым, чтобы распереживаться, но похоже лишь глубже закопал свои чувства.

– Адам, пожалуйста, будь осторожен.

Я так глубоко провалился в мысли, что не заметил, как мама обняла меня. От её волос пахло ромашкой. Совсем, как в тот день, когда я родился.

Я неловко приобнял ее в ответ.

– Мы верим в тебя, – сказал отец.

Их слова, их тепло, их присутствие как по волшебству развеяли тревогу. Я с удивлением заглянул внутрь себя и увидел лишь непоколебимую уверенность в каждом следующем шаге. Кто бы знал, что так бывает.

– Я не подведу, – сказал я. – Буду через три дня. На этот раз точно.

– Береги себя!

– И покажи им там всем!

Родители с улыбкой помахали мне на прощание.

Я встретился с Лефи, Алисой и Владом. Мы переглянулись и вместе шагнули в вихрь.

Я будто провалился под толщу воды, а затем всплыл, пробившись сквозь давление. Ноздри расширились, жадно втягивая воздух. Я закашлялся. Воздух оказался сухим, пыльным и холодным. Колючий ветер поцарапал кожу и вцепился в волосы и одежду.

Я открыл глаза.

– Что… это? – открыла рот в шоке Лефи.

Мана мощным потоком заструилась по конечностям раньше, чем я об этом подумал. Ширли проснулась и оскалила клыки.

“И это их хваленая безопасность?” – зарычала она.

– Готовьтесь, – сказал я. – Враги уже здесь.

Глава 12

От лица Евы Ла Фей.

Над нами распростерлось усыпанное звездами ночное небо. Один взгляд на него внушал мысль, что неведомая сила утащит тебя в космос и расщепит на крохотные кусочки. Вот каково жить в Оазисе и никогда не видеть небо за облаками, подумала я. Но я уже встречала небо на Посвящении, и меня испугало вовсе не оно.

По серой изрытой трещинами земле ползли кривые тени. Они надвигались, вытаскивая из глубин окаменевшего леса чудовищные тела своих хозяев. Темные фигуры, словно сошедшие со страниц комиксов. Их нелепые непропорциональные тела, которые лишь отдаленно напоминали людские, покрывала черная слизь. Они не владели оружием, не носили одежду, не скребли когтями по сухой почве, из лишенных ртов морд не вырвалось утробное рычание. Лишь их глаза яростно горели во мгле алым пламенем.

Тем же цветом, что и луна, которая освещала посеревшие, покрытые пылью и изморозью деревья, что выстроились в жуткий каменный сад впереди. За лесом вдалеке закрывала горизонт огромная гора, на склоне которой возвышалась узкая башня. От неё в небо бил тонкий луч света.

– Что… это? – не могла подобрать слов я.

– Готовьтесь, – сказал Адам. Злость и решимость смешались в его голосе. – Враги уже здесь.

Я взглянула на армию ужасных тварей, идущих из темного леса. Неужели я и правда сражусь с ними? Холодное скользкое чувство протянулось сквозь шею и ребра. Мне вдруг показалось, что я сама стала одним большим комком страхов.

Беспокойство и испуг сцепились плотным клубком у меня в горле. К этому нас, значит, готовили? Вовсе не смешно! Ком горле разросся, как мерзкий гнойник. Мне же всего десять. Почему папа так поступил со мной? Почему дедушка это допустил? Ничего! Ничего не понимаю! Это какая-то ошибка! Как тогда. Как на Посвящении.

– Эй, ты в порядке? – встряхнул меня Адам. Его бездонные темно-синие глаза заставили меня вздрогнуть. – Нам нужен план.

Я оглянулась. Портал пропускал всё новых и новых учеников. Выходя, они все застывали, шокированные увиденным. Их лица искажала та же паника, что умоляла мои ноги развернуться и прыгнуть обратно в портал. Я встретила взгляд Адама и собрала крохи храбрости в себе.

– Я в порядке.

– Камень возле леса. Его как будто сделали из того же материала, что и эта ваша небесная комната, – сказала Алиса, указав пальцем. Её лицо оставалось бесстрастным. Она ни капли не испугалась? Она вообще моя ровесница? – Это та стела, о которой говорил ваш учитель?

Хрустальный камень высотой около пяти метров возвышался в нескольких шагах от первых деревьев. Точно такой же смутно виднелся вдалеке. Кажется, их расположили вокруг леса, чтобы удлинить путь.

– Пока есть время соберемся возле неё, – предложил Влад, обнажив клинок.

– Нет, – сказала я, удивившись своему голосу. – Ученики ещё прибывают. Мы растянемся и подставимся под удар.

Я прикусила губу. Мы должны сработать, как команда, преодолеть страх, победить противников и добраться до Башни Возвышения. Разве это и не означает быть магом? Разве не за этим мы здесь?

– Ты и Адам можете отправиться вперёд и отвлечь монстров. А я организую остальных, – сказала, чувствуя, как земля ускользает из-под ног. Что я вообще несу? – Займем построение, как на тренировках командного боя и… будем оборонять стелу. Наверное.

– Звучит, как план, – пожал плечами Влад.

– Я помогу с простолюдинами, – сказала Алиса.

– Тогда мне нужна вторая форма оружия, – сказал Адам, метнув взгляд в Ширли. Она точно что-то ему сказала по ментальной связи.

Моя ладонь засветилась оранжевой маной. Вскоре та вытянулась, приняла форму короткого копья и с хрустом сжалась до плотного кристалла, похожего на янтарь. Я бросила оружие Адаму. Он поймал его, крутанул и поспешил вместе с Владом навстречу чудищам.

Я ухватилась за его уверенность и повернулась к ученикам. Растерянные, они уставились на меня. Что им сказать? Я не умела успокаивать людей, не умела вести за собой. Но я знала, что умел папа. Это у меня в крови.

Думай, Ева. Что бы им сказала главная героиня мультфильма или комикса?

– Ребята! Все! Послушайте меня! – замахала руками я.

Многие повернулись или хотя отвлеклись от зрелища впереди. Толпа потянулась ко мне. Получилось! Я привлекла внимание. Но что дальше?

– Я… нам… я знаю, что вы так же напуганы, как и я. Мы только что были рядом со своими родителями. А теперь мы в этом странном месте, – я чувствовала, что теряю нить смысла. – И мы должны действовать сообща, чтобы справиться с опасностью. И…

– Для начала защитим стелу, – подхватила Алиса. – Займем оборону и покажем, чего мы стоим.

– Д-да, используем построение, как на уроках!

Я наблюдала, как призрак храбрости коснулся лиц ребят. Словно вирус, он разлетелся по воздуху. Унял дрожь в коленях, выровнял прерывистое дыхание, разгладил сморщенные лбы и, пусть не избавил от страха, но подарил каплю решимости, чтобы попытаться сразиться с монстрами впереди и с памятью об ужасе четырехлетней давности внутри них. И внутри меня самой. Теперь, когда я увидела, как мои слова повлияли на сверстников, я ощутила силу. Я не знала, что это за чувство, но знала, что оно не принадлежит Адаму или кому бы то ни было снаружи. Оно родилось во мне. Моя собственная сила.

Теплая мана, полученная от Иллии, перетекла от основания позвоночника к ладоням и согрела их. Я подняла руку к звездному небу, и ночь осветилась кристаллической звездой, вспыхнувшей над моей головой. Она собрала взгляды всех вокруг.

– Не сомневайтесь! Мы сразимся и победим! – повысила голос я. – И будем побеждать до тех пор, пока не пройдем Восхождение до самого конца и не вернемся домой, как самые настоящие маги!

В образовавшейся тишине я услышала тихий смешок Алисы. А затем они ответили.

– В-вперед!

– Да!

– Сделаем это!

– Покажем им!

– Мы сможем!

– У нас получится!

– Те, у кого есть духи, займите центр и поддерживайте товарищей самыми сильными заклинаниями. Остальные образуйте клин и защищайте центр, – заговорила Алиса. – Затем встанем полукругом возле стелы. Будем держать позицию, сменяя друг друга, и одолеем монстров.

Я наконец поняла. Всё, что я делала все эти четыре года, все старания, уроки, тренировки и трудности – всё ради этого самого момента. И пусть мне до сих пор страшно, это уже не имеет значения.

Сквозь страх я закричала:

– В атаку!

*************

От лица Адама.

Пальцы скользнули по бугристому древку. Я размахнулся, напитав мышцы маной, и метнул копье со всей силы. Кристаллическое острие одним махом пробило грудь монстра и пригвоздило его к дереву!

– Слева! – предупредил Влад.

Из слепой зоны ко мне рванулась черная лапа. Медленно. Я отклонил корпус назад, пропустив удар, и врезал кулаком по корпусу в ответ. Бам! И тварь пятится назад.

Я цыкнул и встряхнул рукой. Когда блокируешь их удары, черная слизь, покрывающая тела монстров, брызгает, пачкая одежду, а когда я бьешь по ним, то она смягчает урон. Как будто против меня сражается плотно набитая скользкая подушка.

– Да вы прямо олицетворение умеренной опасности, не так ли?

Безротая тварь сузила кроваво-красные глаза и замахнулась рукой, похожей на дубину. Что ж. Беру свои слова обратно. Если пропущу такой удар, то небольшим синяком не отделаюсь. Впрочем…

Я выпрямился и сложил руки за спиной. К чему уворачиваться? Вместо этого я направил ману в шарф. Сине-серебряные руны вспыхнули по всей длине ткани. Бах! Кулак монстра ударился о невидимый барьер. В воздухе блеснула пленка маны, от неё разошлась ударная волна, и руку монстра отбросило вверх.

“Работает, как часы”, – с улыбкой подумал я.

Пока монстр пялился на свою конечность, я приблизился и, сконцентрировав ману снаружи и внутри тела, одним ударом пробил его живот насквозь. Ноги твари подкосились. Наконец-то! Я подпрыгнул и ударом ноги снёс гаду голову! По-другому они умирать отказывались.

Сверху меня накрыла высокая тень.

Я ушел в сторону, решив поберечь заряд шарфа, и приготовился ударить. Но не успел развернуться, как монстр остановился и схватился за грудь. Сверкнула сталь. Из-под черной плоти прорезался клинок.

Влад вытащил меч и чистым взмахом срубил голову.

– Кажется, это последний, – огляделся он.

Лефи и Алиса повели учеников и, судя по горе тел, дали тварям достойный отпор. Стелу мы так и не использовали. Ран никто не получил. Проще говоря, справились на ура.

– Почти последний, – уточнил я и кивнул в сторону.

Влад повернулся к твари, которую я пригвоздил к дереву копьем. Монстр задергался всем телом и вскоре бы освободился, но Влад толкнул его ногой в плечо и прибил обратно к стволу.

– И для чего он нам? – подошла Лефи.

Я почувствовал, как унимается внутренне беспокойство. Отчасти мне хотелось поддержать Лефи и остальных, – всё-таки они лишь дети, – но они справилась, встретили опасность лицом к лицу. И одно это уже сделало их сильнее. А те, кто получил травму на Посвящении, если не победили её сейчас, то, скорее всего, сделают это во время Восхождения. Или сдадутся, и к ним найдут другой подход.

– Монстра можно допросить? – спросил Влад.

– Не думаю. Рта-то нету. Не азбукой морзе же его пытать, – сложила руки на груди Алиса. – Лучше проведем несколько опытов и выясним слабые места.

– Мы уже с этим закончили, – сказал я.

– Мы? – не поняла Алиса.

– Мы уверены в трех вещах, – спрыгнула с ветки на голову монстра Ширли. – В лесу этих уродов, косящих под духов, сильно больше и все их сигнатуры маны до смешного похожи. Примерно, как шоколадки одной фирмы. Ну знаете, фантики разные, а внутри по сути…

– К делу, – поторопил я.

– В общем, от каждого не-духа идет нить маны, которая то ли управляет им, то ли поддерживает, то ли наоборот. Она теряется где-то в лесу. Во-вторых, особых слабостей кроме слабоумия и низкой скорости и силы у них нет. В третьих, в центре этого рая имени Лавкрафта находится дух высокого ранга. Точнее не скажу. Он ослаблен и, вероятно, спит. Хотя очевидно, что я и так, и этак сильнее его. У меня всё. Думайте, что хотите.

И мы задумались. Минут так на пять. Точнее, все задумались, а мы с Ширли всё для себя решили, даже не сговариваясь. Ведь если во всех неисчислимых мирах существовала хоть одна вещь, позволяющая нам уживаться вместе, тем более на протяжении стольких жизней, то это ничто иное, как жажда силы. К тому же, замечтался я, будет повод похвастаться перед родителями и поглумиться над дедом. Такое упускать нельзя.

– Идти безопасной дорожкой из стел вокруг леса или пойти напролом и заполучить особый приз, – подвел итоги Влад. – И что решим?

– Я пойду, – наконец сказал я.

– Один? – удивилась Лефи.

– Этот раз отличается от Посвящения. Контролируемые условия, наблюдатель, слабые монстры. Я справлюсь.

– Мы могли бы пойти вместе, – сказала Алиса. – Нечестно, что ты пойдешь за призом, пока мы отдуваемся тут за тебя.

И откуда она взялась такая умная?

– Вообще-то я тоже хочу пойти, – закинул меч на плечо Влад. – Мы неплохо сработались. Вместе точно заполучим этого супер-духа и пройдем испытание до конца. Разве не в этом суть?

Ха. Кажется, Влад меня понимал.

– Это плохая идея, – сказала Ширли, рассматривая коготки на лапке. – Лес поглощает астральную ману. Вероятно, поэтому тот дух так и ослабел. А твоё ядро слишком слабое. Сейчас это незаметно, но если зайдешь глубже, то рискуешь опустошить центральную чакру. Без неё заглохнет нижняя и ты станешь болванчиком.

– Оу, – почесал затылок Влад. – Тогда…

Пойманный нами монстр зашевелился.

Из глаз растеклась алая мана и разрисовала его морду мерзкой ухмылкой. В тот же миг над лесом разнесся зловещий хохот. Монстр затрясся всем телом, как в припадке. Ширли спрыгнула, и вскоре существо замерло и растаяло, превратившись в лужу. Черная слизь забулькала и, собирая комья земли, потекла в лес, который вдруг наполнился плотным туманом. Вдалеке вновь раздался смех.

Затем всё стихло.

Честно? Пробрало. Что там за темное вдохновение нашло на дедуса при работе над Восхождением? Жесть же.

– Мда, – почесал макушку Влад. – Иди-ка ты без меня, дружище.

– Ты... точно хочешь пойти один? – спросила Лефи. В её глазах ожил прежний страх. – Я верю, что ты справишься… но разве мы не должны были пройти Восхождение вместе. Как команда?

Я покачал головой. Конечно, Лефи права.

– Но что если этот смех лишь предвестник большей угрозы? Оставить всё, как есть, будет безответственно, – защитился я.

К тому же мы с Ширли всегда сможем сбежать, а у Лефи и без меня всё под контролем.

– Встретимся у Башни Возвышения, – сказал я, повернувшись к лесу. – Я тоже верю, что ты справишься.

– Да, конечно… – попыталась скрыть разочарование Лефи. – Удачи.

– Не умирай по возможности, – бросил Влад.

– В следующий раз ты так легко не отделаешься, – сказала Алиса.

Мы попрощались и разминулись. Я отошел подальше, наблюдая, как ребята уходят, и вздохнул.

– Лес, который вытягивает астральную ману прямо из ядра? Скажи спасибо, что им всего девять.

– Ну, нужно же было как-то избавиться от лишнего груза, не так ли?

– Влад бы пригодился, – не согласился я.

– И всё же ты меня не остановил.

– И именно поэтому чувствую себя так паршиво, – вновь вздохнул я. – Ладно. Пойдем, спасем этого духа и заключим с ним контракт.

Ширли зарылась носом в шарф.

– Нарастим силы, свалим из этой холодрыги и разнесем вселенную по кусочкам.

– Надеюсь, до такого не дойдет, – хмыкнул я. – И когда это создания из энергии стали мерзнуть?

– Тогда же, когда научились чувствовать вкус и различать предметы на ощупь.

– Кто бы сомневался…

Я прогнал лишние мысли и погрузился в чувство маны. Чем глубже я погружался в лес, тем на удивление меньше энергии ощущалось вокруг. Хм-м… Несколько минут я двигался сквозь лес вперёд, готовый ко всему. И надо признать, лес меня не подвел.

Сотни алых глаз, не моргая, уставились на меня из-за деревьев. Только зашел внутрь и уже окружен?

Над ладонью темно-фиолетовые сферы. Я поднял руку.

– Что ж, это будет весело.

Спустя четыре часа.

Шапка оказалась не по сеньке.

“Ширли, вертеть твои уши, ты скоро там?!” – разозлился я, уворачиваясь от прыжка очередного красноглазого громилы.

“Почти всё уже. И не подгоняй меня! Я так хуже работаю!”

– Работает она хуже. Ну надо же!

Земля вздрогнула и затряслась, когда монстр приземлился за моей спиной. Я с трудом удержал равновесие. Кулак чудовища выстрелил в мою голову. Я нырнул под него и, создав над ладонью тонкий прямоугольник, отделил голову противника от тела. Вот только за спиной монстра я увидел сотню других, что гнались за мной на всех парах.

– Гадство!

Одним движением я достал из рюкзака папину доску, запрыгнул на неё и наклонился, чтобы двигатели толкнули меня вперёд. Доска загудела и со свистом устремилась между деревьев, оставив за собой белый шлейф.

Я оглянулся.

– Отрываюсь. Главное, теперь ни во что не врезаться.

Последний час мы с Ширли только и делали, что наматывали круги по лесу и собирали тварей у себя на хвосте. Кто же знал, что план пойти напролом обречен на провал? Мы – нет! Мало того, что не лес, а полоса препятствий, так ещё и твари появляются бесконечно и становятся всё сильнее. Как в тех играх, в которые затаскивала меня Лефи.

Над головой что-то пролетело. Крупный камень врезался в дерево передо мной и разбил его на кусочки. Е-мое! Бросаться-то когда научились?! Чтоб вас! Вот бы найти того сказочного гения, который придумал это гребаное испытание, и хорошенько пожать ему шею.

В воздух с шумом полетел следующий камень. Я ухватился за край доски и наклонил её вправо. Пригнулся от ветки. Повернул влево, уклонился от нового снаряда. Затем снова вправо. Между деревьев замелькала условленное с Ширли место.

Как назло в этот самый момент в меня бросили сразу два камня. Я поднял нос доски, чтобы затормозить. Итог: отклонился назад и свалился на землю. Вывод:

– Учиться и учиться, – пробурчал я, потирая ушибленную спину.

Может, ИИ в глайдере и помогает балансировать, но точно не таким бездарям как я да ещё без подготовки.

Боковым зрением заметил движение рядом. Надо мной пронеслась лапища монстра и грохнулась о ближайший ствол дерева с такой силой, что с него посыпалась каменная крошка.

Меня догнал монстр, который выделялся от своих гладко-черных братьев прорисованной мускулатурой.

Удар! Удар! Удар! Его руки мелькали с куда большей скоростью и силой, чем у других. Но даже так он не попадал.

Я увернулся от двух ударов и отпрыгнул от третьего. И тогда монстр… взял и встал в боевую стойку.

Я приподнял брови. Надо же.

– Назову тебя красноглазик-боксер.

“Первый подвид? Поздравляю”.

“Ты закончила?”

“Да, веди всех ко мне”.

“Отлично”.

Как бы сильно я не хотел смахнуться с красноглазиком-боксером, пора и честь знать.

Я отправил настырного монстра в полет телекинезом и бросился к поляне. Восемь темно-фиолетовых шариков закрутились у меня над ладонью. Я бросил их за спину и создал параллелепипед размером с диван. Монстры поспотыкались и образовали свалку.

Будь у меня меч или копье, я бы уничтожил всех без единого заклинания. Это почти просто. Но как бы ни были эффективны и удобны техники ближнего боя, я не хочу возвращаться к старому стилю. Иначе неизбежно погружусь в воспоминания о прошлой жизни, а приятного там мало. Думаю, поэтому я так и не нашел замену Лунной Тени.

А ещё так я смогу быстрее развиваться в магии, не срываясь на соблазн взяться за оружие, как только что с копьем и мечом. К тому же у меня в рукаве на такой случай появился новый козырь.

Я перепрыгнул выбившийся из-под земли корень, уцепился рукой за ствол следующего дерева и резко развернулся. Выбежал на небольшую поляну, озаренную алым светом луны, и, убедившись, что монстры следуют за мной, устремился к двум толстым белым деревьям. Между ними что-то блестело.

– Пригнись! – крикнула откуда-то Ширли.

Я упал на спину и прокатился пару метров, оказавшись за деревьями.

– Что дальше?

– Ждем, – ответила Ширли, которая притаилась на ветке.

Я сделал пару шагов назад и замер. Орда тварей, словно разбушевавшаяся стихия, понеслась на меня и нарвалась на тонкие нити, которыми Ширли стянула стволы деревьев. Монстр за монстром проходил сквозь преграду и падал на землю частями. Руки, ноги, фрагменты торсов и ног – всё смешалось в кучу. А вместо крови – черная жижа.

Когда основная волна попалась в ловушку, оставшиеся чудища остановились и обступили нас полукругом. Умнеют гады. Или как там в поговорке? Чем дальше в лес…

– Уцелело несколько десятков, – заметил я.

– Ладно, – вздохнула Ширли. – Сделаем это.

Я морально приготовился чувствовать себя старым сморщенным лимоном.

– Давай.

Лиса запрыгнула мне на плечо. Невзирая на приближающуюся опасность, я расслабился и позволил нашей мане слиться и закружить вокруг. Ширли вытянула лапу и коснулась моей шеи. По коже прошло щекочущие покалывание.

Твари почуяли неладное и затопали по земле тяжелыми ногами. Их кривые силуэты возвысились над нами, загородив небо.

Покалывание в шее сменилось жжением, когда лапа Ширли растворилась и утонула под кожей. Сверхплотная мана, ещё сильнее сжатая в её теле, выплеснулась в меня океаном силы. В глазах потемнело. На мгновение я опьянел от безграничного чувства магии, что сиреневой вспышкой заскакала по венам и засияла сквозь кожу. На глаза упали пряди сиреневых и желтых волос.

Я разом выпустил силу, что скопилась в теле. Раздался хлопок! Ударная волна разметала монстров, словно бумажных, сорвала верхний слой земли и повалила каменные деревья.

Я поднял руку. В воздухе топорами палачей зависли десятки темно-сиреневых шипов. Я опустил руку. Шипы со свистом обрушились вниз и разорвали тех, кто выжил после ударной волны.

Вот и всё.

Ширли убрала лапу. Свечение пропало, мана затихла, и я пошатнулся от усталости.

– И как оно? – спросил дух. – Сморщенный лимон или не очень?

– Голова кружится, но вроде сносно, – поморщился я и огляделся. Все твари мертвы и новые не появлялись. – Признаюсь, слияние это что-то с чем-то.

Ширли горделиво хмыкнула и устроилась у меня на плече поудобнее, чтобы поскорее вычерпать остатки астрального ядра. Такая мелкая, а столько ест. Впрочем, заслужила. Как-никак магия подобного уровня требовала полной самоотдачи и многих часов практики для нас обоих.

Слияние давало власть над мощью земной маны, заключенной в теле духа, которую он сам не использовал. Ровно, как человек не разбирал руку на составляющие силой мысли. По сути слияние поднимало плотность потока маны и её контроль на новый уровень и попутно сверх меры нагружало физическое и энергетическое тела. Но зато я использовал заклинания так, как до этого мог бы только мечтать, не говоря уже о том, что по чистой силе я почти достиг мага на стадии синхронизации. А это уже уровень. К тому же однажды наше с Ширли слияние станет полноценным, а значит, и потолок наших возможностей вырастет запредельно.

Поэтому несмотря на усталость, я улыбнулся первому серьёзному шагу на пути магии.

И тем неприятнее стало, когда момент триумфа прервали.

Гнетущее давление упало на плечи. Я повернул голову, чтобы разглядеть очередной источник проблем, и завис. Огромный, несравнимый ни с чем ранее монстр возвышался над верхушками деревьев. Его длинное черное тело заканчивалось треугольной головой. По её бокам росли два загнутых внутрь рога. А между ними ровно посередине стоял маленький человек с красными глазами.

Не человек, понял я. Красноглазый монстр. Но даже издалека его лицо, волосы и телосложение отличались от человеческих лишь тем, что созданы из черной слизи. Поразительно.

– Мне, кажется, или ночь закончилась? – задрала морду Ширли.

Алая луна потеряла в яркости, а из-за горизонта пробились первые лучи света.

Я вернул свой взгляд на противников. Они застыли в сотне метров от нас. Вдруг лицо большой твари исказила мерзкая ухмылка, и оба монстра разлились волнами черной слизи.

– Так. Ладно. Вот это уже стремно, – насторожилась Ширли. – Но хотя бы новых гадов не видно. Выходит, днем они не появляются, а ночью прут бесконечно?

– Кажется, так и есть. Но не будем терять бдительность.

Ширли шлепнула меня лапой по щеке и повернула мою голову.

– Совсем уже? – возмутился я.

– Смотри!

Куски монстров плавились, превращаясь в знакомую жижу, и впитывались в землю, а на их месте оставались крохотные белые жемчужины. Самое интересное началось, когда жемчужины покатились. Ручейки белых шариков вышли из леса, где я сражался, и собрались в кучу возле подстроенной Ширли ловушки. Вскоре горка поднялась мне по колено. Жемчужины засветились и беззвучно слились в розовый шар размером с ладонь.

– И что это значит?

Я обернул ладонь маной и поднял находку. Внутри шара виднелись числа.

– Четыреста тридцать пять, – прочитал я. – Стольких мы победили?

– Сотней больше, сотней меньше, – развела лапками Ширли. – Но мой скромный жизненный опыт подсказывает, что эту штуку нужно взять с собой.

Я фыркнул и спрятал жемчужину в рюкзак.

– Думаю, это часть Восхождения. Что-то важное, вроде ключа для завершения испытания.

– Что по-настоящему важно, так это сон, – зевнула Ширли. – До запечатанного духа и до башни ещё идти и идти. А ночью нам понадобятся силы.

– Твоя правда. Отдохнем и продолжим.

Глава 13

Я продирался сквозь плотное сплетение ветвей. И вот беда. У каменных деревьев такие же каменные ветки. Они не гнулись и не ломались, сколько ни пытайся, а серые листья на них резали кожу, как ножи.

– Вот бы у меня был кто-то, кто мог бы вылечить все эти порезы, – вытянул я перед собой покрытые царапинами ладони. – Было просто замечательно, как считаешь?

– Действительно, – согласились Ширли. – Было бы просто прекрасно, если бы кто-то такой прогуливался неподалеку.

– Значит, вот так мы играем? Понимаю, – сказал я и перекрыл доступ к астральному ядру.

В случае с духом это всё равно, что выхватить из рук сладкоежки последнюю бутылку колы.

– Больно и обидно, – держала маску Ширли.

Перед родителями, значит, меня вылечила, а как дошло до дела, то дала отворот-поворот. Жаба, а не лиса. Ну, ничего, посмотрим, как она запоет через пару часов без вкуснейшей астральной маны.

– Ты это серьёзно? А если мне не хватит сил на слияние?

– Помрем, что поделать.

– О бесконечность звезд, – закатила глаза Ширли. – Иногда ты ведешь себя совсем, как малолетний идиот, которым и являешься. Компания сверстников плохо влияет на твою “взрослую” личность. Не замечал такого?

Я молча протискивался сквозь окаменевший кустарник, ломая тонкие веточки, и царапая кожу.

– Слушай сюда. Я тебе не девочка-хилочка из дешевого аниме, которая вызывает светящиеся круги непонятных загогулин и за мгновение отращивает отрубленные конечности.

– Говорила ведь, что не смотрела с нами, а спала.

– Цыц! Слушай и впитывай мудрость, человечишка. Магия это энергия, точнее, умение этой энергией управлять. Точнее, даже не энергией, а материей, потому что энергии, по сути, нет.

– Это как?

– В старших классах расскажут, – издевалась Ширли. – Я всё к тому, что магия не нарушает причинно-следственные связи. Она такая же часть природы, как и твой вид лысых обезьян. Я не могу просто сказать “Пуф! Сила Феи! Ранка затянись!”. Я к твоему сведению создаю энергетическую копию каждой молекулы, затем провоцирую твою центральную нервную систему, и организм восстанавливает плоть по энергетическим следам, как по карте. Это истощает тебя физически, а меня ментально и энергетически. И ты реально за пару часов до адской ночки в этом лесу хочешь потратить наши силы на такую ерунду? Ну ты совсем балбес?

– Эм-м, – замялся я. Стыдно даже как-то. А стыдиться перед Ширли… это вдвойне стыдно. – Прости?

– Шоколадка простит, а я запомню. И погоди. Ты правда поверил, что я бы не смогла избавиться от этих царапин?

Да она издевается! Опять!

– Тогда избавишься от них? – понадеялся я.

Ширли угрожающе сузила глаза и замерцала энергией.

– Кое-кто четыре года назад закинул меня в рюкзак, как плюшевую игрушку. Теперь же мучайся.

– Да ты сама жестокость, – схватился за сердце я. – И кто после это малолетний идиот?

– Ты, конечно. Кто ж ещё?

– Ну-ну...

Я задрал голову. Из-под пелены темных туч, затянувших звездное небо, пробивался неясный свет. Он огибал кривые ветви, скользил по изогнутым стволам и серым растениям и с каждой секундой всё сильнее тускнел. До темноты остался час, может, два.

– Дженис, предупреди, когда наступит ночь.

– Принято, – ответил механический голос из кармана. – Провожу приблизительные расчеты.

Чем глубже мы погружались в лес, тем тревожней становилось идти. Деревья, покрытые старой потрескавшейся корой, росли всё теснее, а тени, сгустившиеся между ними, всё плотнее сжимались вокруг.

Иногда вдалеке я замечал крохотные белые огоньки. Это были дрожащие, едва живые духи этого мира. Кроме них я не встретил ни одного другого существа. Это навело меня на неуютную мысль. Каменные деревья, могильная тишина, едва заметный энергетический фон – этот лес мертв на многие километры вокруг. И я в нем единственный живой человек.

– Тот, кто придумал провести здесь Восхождение, жуткий тип.

Я потянулся в рюкзак за яблоком и захрустел им. М-м, потеплело и в животе, и на душе. Теперь можно обдумать положение.

После ночной беготни удалось четыре часа поспать. Немного, но спасибо адским тренировкам старика, этого хватило, чтобы вернуть силы. На ещё одну битву хватит. А учитывая нашу скорость и путь, мы бы добрались до горы с башней уже на следующий день. Но шли мы не к горе, а к скале, что возвышалась над лесом, как коготь исполинского чудовища.

Я влез на дерево и выглянул из-за ветвей.

– Там?

– Да, дух где-то на вершине, – сказала Ширли. – Если хочешь знать мое мнение, то лучше дождаться следующего дня прежде чем идти к нему.

– Потратим два дня здесь и оставим завершение Восхождения на третий? Так не пойдет.

– И что предлагаешь?

– Поторопимся и доберемся до темноты.

Ширли кивнула и задремала, чтобы накопить сил. Я догрыз яблоко и ускорился.

За прошедшую ночь я почти не потратил заряда шарфа, к тому же Ширли вновь наполнила меня земной маной. Что бы нас не ждало впереди, мы справимся.

Я ободрал кожу об острый лист куста и, стряхнув кровь, пролез под веткой. Повезло, что в лесу нет каменной травы. Задумавшись над этим, я на миг опустил взгляд на каплю крови, ползущую по растению. Против воли нахлынули воспоминания о Посвящении. Обезумевшие духи, странный маг в бело-зеленом, трупы, валяющиеся между деревьев. Как там звали того мальчика в белой мантии?..

Я вздохнул и отпустил пустые мысли. В этот раз никому не грозит смерть – в чем в чем, а в паранойе Игниса я уверен. Он бы не допустил, чтобы дочери грозила реальная опасность.

Я поднял взгляд к темнеющему небу. И всё же…

– До наступления ночи осталось двадцать минут, – оповестила Дженис.

И всё же они пустили нас в лес, полный монстров. План в том, чтобы дети победили травму, полученную четыре года назад? Если так, то в чем моё испытание?

– Мы дошли, – растормошил Ширли я.

Она сонно моргнула и огляделась.

– Ну и местечко. Похоже, на дом большого босса, если ты понимаешь, о чем я.

Из земли к небу тянулась остроконечная скала, а вокруг неё на несколько десятков метров не было ничего, кроме сухой серой земли, над которой парил алый туман. Он сгущался к вершине скалы, образуя плотный кокон, где едва заметно ощущалась аура духа. Судя, по количеству энергии, что-то около пятого класса. Но её качество разительно отличалось. Как только Ширли оценила духа с такого расстояния?

Я сделал несколько шагов по направлению к скале, но стоило мне пересечь невидимую черту, как воздух наполнился чужой маной. Я взмахнул рукой и огородил себя с Ширли щитом из полупрозрачной энергии.

Боковым зрением я заметил движение и сосредоточился.

Из-за скалы выплыла черная бесформенная масса высотой в пять-шесть метров. Дрожа и булькая, она поплыла в мою сторону и превртилась в огромного монстра с мерзкой кровавой улыбкой. На его голове возник уродец поменьше. От них обоих исходила мощь, которую я уже ощущал четыре года назад.

– А вот и они. Две твари на стадии синхронизации. Они далеко не на пике, но почти в два раза сильнее нас. А скоро к ним присоединится бесконечная армия. Что будем делать, умник-который-везде-успел? – спросила Ширли, посмотрев на меня.

Так в чем же моё испытание? Ответ лишь один.

– До наступления ночи осталось десять минут.

Я перестал рассматривать белые звезды в лишенных зрачков глазах Ширли и встретился взглядом с противником. Уже вторую жизнь подряд мой путь – это сражения, а значит моё единственное испытание – это испытание силы. Я сам его выбрал. Сам решил пройти Восхождение самым сложным способом.

– Для начала сотрем эту наглую ухмылку с его морды, – сказал я и, сам ухмыльнувшись, сжал ману над ладонью в сферы.

– Ну наконец-то! – зарычала Ширли, оскалившись. – А то я уже начала волноваться, что мне подсунули не того напарника.

Толстый темно-фиолетовый шип по кусочкам собрался передо мной. Он со свистом сорвался с места. Над головой гиганта мелькнул серый луч. Взрыв! Фиолетовый и серый смешались, закрутились, вспыхнули и развеялись.

“Отлично, сверхплотная мана сводит на нет разницу между стадиями”, – оценил я. – “Ширли, сейчас”.

Не успел взрыв отгреметь, как из леса, где успела спрятаться лиса, выстрелил тонкий луч сиреневой энергии. Тот с гудением прорезал воздух и ударил в маленького монстра. Очевидно, он, прячущийся на голове большого брата, и есть наша истинная цель.

Создание выставило руку. Над лесом разнесся каркающий смех. Луч сверхплотной маны врезался в раскрытую ладонь, не нанеся той никакого вреда. Ширли продолжила давить. Луч увеличился. Но смех, льющийся со всех сторон, зазвучал лишь громче.

Я поднял руки.

– Угорай, пока можешь.

Сила вспыхнула в основании позвоночника и, обжигая кожу изнутри, пронеслась через грудь, плечи и руки, вышла из центров ладоней и из кончиков пальцев сиреневыми нитями, и свернулась в шар темно-фиолетовой энергии. Он закружился вокруг собственной оси и запульсировал. Мана посветлела, а шар разросся. От размера кулака он за несколько секунд разбух до размера спелого арбуза.

Я сжал зубы. Давит так, словно я держу на вытянутых руках камень весом килограммов в десять.

Вскоре монстру и самому наскучило хохотать, и он собрал в свободной руке серую ману для атаки. Я бросил взгляд на гиганта под ним. Он не шевелился. Не может действовать сам? Или чего-то ждет?

Неважно. Он уже ничего не сделает.

“Давай!”

Луч сиреневой энергии расширился и полностью накрыл монстра. В ту же секунду я отпустил заклинание.

Шар сиреневой энергии ускорил вращение, загудел и сорвался вперед. Луч Ширли погас, и шар врезался в грудь монстра. Магическое пламя вспыхнуло и взорвалось! Голову улыбающегося гиганта объял всепожирающий огонь.

Смех с криком оборвался.

Я сделал неловкий шаг назад. Руки горели изнутри от напряжения, а ноги стали ватными от слабости. Атака забрала кучу сил.

Хорошо, что я освоил не только хаотичные чары. Они, бесспорно, полезны, но им не хватает мощности, а Слияние это, скорей, крайняя мера. Поэтому я потратил несколько месяцев, чтобы разучить простенькое заклинание энергетического шара. Ну, как простенькое. С помощью Арнитуса я усложнил структуру в два раза, чтобы она выдержала ману Ширли, и даже так пришлось сильно “раздуть” шар, и потратить время на подготовку. Но пусть. Результат того стоил.

– Получилось? – подбежала Ширли.

Я присмотрелся. В пламени, мелькая, извивался силуэт монстра.

– Должно.

Через связь ко мне стройным потоком потекла земная энергия. Одновременно в груди возникло неприятное тянущее чувство – Ширли взяла астральную ману.

– Проверим духа?

– Ага.

Я направился к скале. Сухой ветер обжег щеку и подтолкнул меня вперёд.

– До наступления ночи осталось пять минут.

Ветер усилился и рванул волосы из стороны в сторону. Я занес ногу над камнем у подножья скалы, не сводя взгляд с горящих врагов. И замер. Моё чувство магии…

– Мы в… – запнулась Ширли. – В сторону!

Мана, что распространилась вокруг, когда появились монстры, взбесилась. Она, словно разъяренный зверь, вцепилась в руки и ноги, схватила и сдавила каждый сантиметр моего тела!

Из легких выбило воздух. Скала впереди сменилась небом. Перед глазами всё закрутилось. Небо, земля, небо, земля, небо, земля. Я в воздухе?! Что тут… Вдруг та же сила резко дернула и вновь сдавила меня. Что тут вообще происходит?! Я завис в нескольких метрах над лесом и не мог пошевелить ни пальцем. Мысли растеклись, как желе.

Но усилием воли я собрал их обратно.

По шарфу пробежался всполох синей энергии – тысячи рунных цепочек заработали разом. Артефакт перешел в боевой режим. С хлопком от меня разошлась волны силы. Я вновь мог двигаться!

Четыре сферы закрутились подо мной и сформировались в платформу. Она опускала меня на земле, а вокруг то и дело вспыхивали барьеры, защищая меня от нападков враждебной маны.

Гигант стоял с выставленной вперёд рукой. У него на голове догорал пожар, из которого, шатаясь, поднимался смеющийся монстр.

Я глубоко вдохнул и выдохнул. Так привык детскому уровню сложности, что даже не рассчитывал, что второй монстр будет выжидать и готовить ловушку.

“Большой босс вступил в игру, мелкий ещё не сдох, а мы уже почти выдохлись. Ну разве не весело?” – смеялась Ширли.

Я спрыгнул на землю и развеял платформу. Меня не хватит на ещё одно разрушительное заклинание, а хаотичными чарами тварям не навредить. И неизвестно сколько сил у них в запасе.

– Из-за нехватки данных нельзя предсказать точную границу наступления ночи. Противники могут появиться в любой момент. Рекомендую отступление.

– Просто прелестно, – выругался я и передал Ширли мыслеобразы.

“Осилишь план?”

“Если осилишь ты. Готов рискнуть провалить Восхождение?”

“Это не риск, если мы не проиграем”.

В голове раздался смешок. Я мельком глянул туда, где Ширли кралась по скале, готовясь атаковать со спины, и шагнул вперёд.

Здоровяк опустил руку. Догадался, что телекинез мне не навредит и сменил тактику. Его прямая, словно трость, нога сломалась посередине и поднялась, чтобы шагнуть мне навстречу.

С головы улыбающегося монстра разнесся сдавленный смех. Серая, лишенная атрибута, мана сгустилась сверху и взорвалась дождем из сотен смертоносных лучей. Удар накрыл десятки метров вокруг меня. Поднялась пыль. Каменная крошка взметнулась в воздух, разлетелась во все стороны и оцарапала кожу. Уши заложили грохот взрывов и треск заклинаний.

Я же неспешно шел вперёд. Шарф, сверкая, блокировал серые лучи и изредка отталкивал пыль.

Гигант сделал новый шаг. Земля вздыбилась! Сухая почва потрескалась и пошла волной, почти сбив меня с ног. Земля вокруг разошлась, и каменный столб, на котором я оказался, взлетел под углом вверх! А затем резко затормозил и отправил меня в полет!

Я моргнул, попытавшись найти себя в пространстве, сгруппировался и, окружив себя коконом маны, упал в сеть каменных веток и листьев. Мантия порвалась, алые полосы расчертили кожу там, где защита истончилась. Резкая боль пронзила спину!

Я со стоном перевернулся на бок и тут же отпрыгнул в сторону от очередного серого луча.

– Вот же настырные уроды, – прошипел я, прячась за толстым деревом и морщась от боли, – Значит, у одного нейтральный атрибут, а другого стихийный.

Нейтральная магия хороша тем, что ей легко управлять, правда взамен страдает ударная мощь. Но что толку? Эти монстры равны магу на стадии синхронизации или же к седьмому-восьмому классу духа – сил они не растеряли. И даже тот смеющийся гад не проблема. Проблема это великан, который управляет землей. Как мне вообще к нему подобраться?

Я откинул со лба пропитанные потом волосы. Кажется, Ширли была права, когда говорила, что жизнь в компании детишек меня расслабила. Столько лишних мыслей. Ошибка на ошибке. Вместо стройной картины боя, отчаянные надежды на какой-нибудь план, бессмысленные трюки и недооценка противника. Наставник бы убил.

Так. Нужно что-то делать.

Я оттолкнулся от дерева, вышел к скале и краем глаза заметил движение глубоко в лесу. Толпа тварей скоро будет здесь. Время на исходе.

Сверкнула магия. Я скользнул в сторону и отклонил корпус. Мимо пролетел серп серебристой маны, он забурился в землю и начисто располовинил десяток деревьев, прежде рассыпаться искрами в воздухе. Если бы шарф и спас меня от такого, то потратил бы весь заряд… Придется рискнуть.

Я сунул руку в рюкзак и прыгнул вперёд. С механическим скрежетом под ногами вытянулся глайдер и, едва я зацепился за край рукой, он на полной скорости рванул к противникам.

Вспышка. И лучи серой энергии взрываются у меня за спиной. Грохот. И я виляю между каменными столбами, стреляющими в небо. Гул. Уши заложило. Пространство по бокам изогнулось от скорости.

Я встретился взглядом с двумя черными овалами лиц, которые пересекали словно нарисованные улыбки. А затем очутился позади врагов и, чудом не слетев с доски, развернулся к ним лицом. Я справа от скалы. Там, где и планировал.

Твари ожидаемо повернулись. Меня на мгновение захватили предвкушение и веселая злоба, пришедшие от Ширли. А после за спиной гиганта возникли три сиреневых разреза в десять метров длиной!. Они сверкнули и с гудением вонзились в шею большого монстра!

Его тело, будто сделанное из застывшей глины, пошло трещинами, из которых черная слизь ручьём полилась на землю. Разрезы увеличились и засияли ярче. Я прикрыл глаза рукой. Раздался взрыв!

Сверху прыгнула Ширли.

– Не тупи! Быстрее!

Я поймал лису, с опозданием заметив, что шея гиганта разрушена лишь наполовину. Ладонь обожгло. Лапа Ширли прошла сквозь кожу и разрушительной энергией заструилась по венам. Я сжал зубы, стерпев онемение и боль от слияния, махнул рукой, создав десятки темных сфер, и закрутил их в воздухе. Часть собралась в многогранный щит, который принял на себя атаки не пострадавшего монстра, а другая часть превратилась во множество треугольников.

Плоские фигуры одна за другой врезались в шею велкана спереди! Появилась царапина. Я сжал руку, и царапина выросла до скола. Треугольники разделились и собрались в пирамиды. Десятки шипов разом ударили по сколу и пробили шею насквозь!

С громоподобным хрустом шея монстра сломалась, и голова грохнулась вниз. Обезглавленный монстр застыл.

Ширли наконец убрала лапу.

Фу-ух! До чего же слияние неприятная вещь. Качнув корпусом, я отлетел чуть назад. Осталось найти второго монстра, добить и дело в шляпе. Я вгляделся в алый туман под ногами.

– Не чувствую его там, – сказала Ширли сонным голосом. – Помер, что ли? Ну, нам же лучше.

– Мы уже обожглись на этом. Не думаю, что теперь стоит воспринимать это, как испытание, рассчитанный на дет…

Яркий свет вспыхнул слева! Я зажмурился и отшатнулся. Глайдер завибрировал и закрутился, попытавшись сохранить равновесие, но этого не хватило. Пятка соскользнула с платформы. Я взмахнул руками и полетел вниз!

На половине пути до земли, я пришел в себя, поймал Ширли, и сгруппировался, обернувшись плотным слоем маны.

Бам! С глухим стуком я приземлился, перевернулся на спину и пустым взглядом уставился вверх. Голубоватый барьер, который создал шарф, чтобы защитить меня от неожиданной атаки, замерцал и погас. Артефакт перешел в спящий режим.

Ширли вывернулась из моих рук, устало спрыгнула на землю и посмотрела туда, где медленно поворачивал корпус обезглавленный титан. И схватившись за лицо, на сломанной шее стоял и смеялся маленький монстр. В тумане слева и справа почудилось движение. Силуэты красноглазых тварей ростом от полутора до двух метров окружили нас со всех сторон.

Я перекатился и встал. Пришла мысль. Это ведь вовсе не испытание силы. Мы выложили всё, что могли, а это куда больше того, чем ожидаешь от ученика начальной школы, пусть даже пробужденного в два года. Нет. Я ошибся. Здесь не проверяли наши способности. Здесь нам поставили ловушку, в которую мы со всем высокомерием шагнули.

Нам захотели преподать урок смирения. Смотри, малыш Адам, не все препятствия можно пробить насквозь силой или преодолеть талантом, смирись и не задирай нос! Будь паинькой!

Чертовы старперы!..

Глайдер с гудением опустился ко мне. Я нажал на кнопку, спрятал устройство в рюкзак, и бросил тот на землю.

Сердце с грохотом ударило в груди. Внутри затанцевала искра безумия.

– Слияние, – сказал я, увернувшись от серпа серой маны. – Ещё раз.

– Ты сумасшедший совсем, что ли? – прошипела Ширли. – Что я тебе говорила? Травмируешься слишком сильно и я не смогу тебе помочь. Нужно найти способ сбежать, а потом…

– Сбежать? – удивился я. – Смотрю, моего напарника всё-таки подменили…

Ширли фыркнула и запрыгнула мне на плечо.

– Уверен?

– Ещё раз.

– Смотри не помри.

– Как скажешь.

Ширли коснулась моей шеи и поток горячей энергии заструился под кожей. Стало тяжело дышать. Картинка идущих сквозь алый туман монстров на секунду раздвоилась. Вдруг горячая мана превратилась в обжигающе холодную. На глаза упала прядь сиреневых волос. Я заторможено коснулся своего лица. Мысли тянулись долго, неторопливо, почти заглушаясь шумом и красками внешнего мира.

Не нужно много ума, чтобы понять, что организм сходит с ума. Третье ядро не выдерживает нагрузки. Значит, я не могу медлить.

Я выдвинул левую ногу вперёд и перенес вес тела на заднюю, как учил Наставник. Справа разом зажглись семнадцать сфер. Будто детали пазла, они сформировали клинок, гарду и рукоять. Раздался щелчок. Детали сложились воедино, и меч из скрытой материи упал мне в ладонь. Я взял его обеими руками и поднял параллельно земле, направив острие на гиганта.

– Они совсем близко, – оглянулась на противников Ширли.

Из меня во все стороны вырвалась агрессивная энергия. Она развеяла туман и разогнала чужую ману, чтобы в следующий миг я сделал шаг.

– Пронзание, – прошептал я, выдохнув остатки воздуха из легких.

Пространство передо мной треснуло, словно стекло. И лопнуло. Боль сотнями молний пронзила тело от макушки до пят. Скала и небо резко приблизились, а оба монстра остались позади, разрываемые сиреневыми молниями.

– Какого… – вцепилась в плечо Ширли. – Не хватило!

Техникой я разрубил пространство до цели, убрав сопротивление воздуха, и до предела напитал мышцы энергией, чтобы нанести удар. Меч, созданный из семнадцати сфер уплотненной маны, пронзил обеих тварей, пустив трещины по их и без того израненным телам. Но они ещё живы. Ведь смысл первого удара вовсе не в том, чтобы убить, а в том, чтобы пробить защиту.

Я развернулся, замахнувшись мечом сверху вниз. Мои стопы уперлись в небольшие энергетические платформы. Клинок в руках задрожал. Я влил больше маны, чтобы он не разрушился раньше времени, и рванул вниз.

Смеющийся монстр обернулся и закрылся рукой. Улыбающийся попытался отскочить. Но всё тщетно. Лезвие клинка вошло в ключицу первого и разрезало его грудь словно масло, наискосок отделив верхнюю часть тела от нижней. Затем лезвие вонзилось в шею великана и с шипением рассекло его вдоль позвоночника, разделив надвое по вертикали.

Я приземлился неподалеку от брошенного рюкзака. Меч развеялся во время удара. Последние всполохи магии погасли между пальцев. Слияние прервалось.

Я покачнулся, споткнулся и упал на колени.

Перед глазами поплыло. Я сжал виски и попытался прийти в себя.

Какая-то частичка меня, словно насмехаясь, вспомнила школьный урок, где кратко рассказывали о третьем ядре. О том, что оно отвечает за связь между энергетическим телом, сознанием и физическим телом, и о том, чем чревата его перегрузка. Потерей этой самой связи.

–...нись… Эй! Ты там живой, самурай-камикадзе? – донесся издалека голос Ширли.

Поток теплой маны, пришедший от неё, немного прояснил зрение.

Я нырнул вперёд, увернувшись от черной тени за спиной, схватил рюкзак и, вытащив доску, поднялся в воздух.

Ноги подгибались, а сознание так и норовило отключиться. Несмотря на это я нашел в себе силы поднять руку и показать средний палец небу. И заодно тем умникам, что вознамерились преподать мне урок.

Глава 14

От лица Евы Ла Фей.

– Когда дьявол в зеленых одеждах упивается триумфом, красная звезда растворяется в утреннем тумане, и наступает время перемен, – таинственно произнесла она.

Алиса натирала пальцами медальон с пятиконечной звездой, в центре которой блестел обсидиановый камень. Она внимательно наблюдала за темным небом, будто среди злых туч было что-то большее, чем злые тучи.

– Ну и дурочка. С воздухом теперь говоришь? – сложила руки на груди я.

Алиса чуть улыбнулась, спрятала медальон под мантию и направилась к лагерю.

– Разве мне есть смысл что-то объяснять обделенной разумом обезьянке?

Я едва не задохнулась от возмущения! Кто тут ещё какая обезьянка?!

– Эй! – догнала её я. – Я тебе не животное!

– Все люди животные.

Я закатила глаза. Да кем она себя возомнила? “Харизматичной” главной героиней? Дурочка она! Читайте по слогам – ду-ро-чка!

– Тогда и ты тоже животное, – нашла я, что ответить.

– Возможно.

– Возможно?!

– Смотрю, вы ладите, – присоединился к нам Влад.

Я прищурилась, взглянув на него. Вот и зачем ему это бессмысленно красивое лицо и тупая улыбка? Р-р-р! Бесят. Все.

– Я к тому, что на подходе вторая ночь, – продолжил он. – Мы добрались до следующей стелы, но нам нужен план.

– Знаю, – нехотя признала я. – Поэтому я и пришла за этой… обезьяной.

Алиса не повела и глазом.

– У собаки – хозяин, а у волка – Бог, – сказала она.

– Вот видишь! – всплеснула руками я. – Что это вообще должно значить?

Влад вздохнул и встал между нами.

– На неё иногда находит, не принимай на свой счет, – улыбнулся парень. – А ты не издевайся Алиса. Мы должны работать сообща. Понимаете?

– Возможно? – пожала плечами Алис.

– Понимаю, – сказала я. – Просто…

Просто даже близко не понятно, о чем это Алиса думает! Строит бесстрастное лицо, косит под бабушку Адама, и делает вид, что вся из себя такая уникальная. То же мне!

– Давайте так. Расспросим всех об их способностях и распределим по группам. А там уже подумаем над обороной. Ладно?

– Пойдет, – сказала Алиса.

– Хорошо, – кивнула я.

– Отлично, – хлопнул в ладоши Влад. – Не станем же терять время.

Я направилась ученикам. Всего нас, не считая Адама, двадцать шесть человек. Настоящая маленькая армия. Мне даже казалось, что при правильной стратегии пройти Восхождение будет проще простого. Только вот как бы найти её, эту гениальную стратегию, и убедить в ней остальных?

Я подошла к зеркальной стеле и, почесав макушку, пнула землю. Земля поняла меня полпинка – из почвы с мелодичным перезвоном вырос кристаллический трон.

– О-о-о! – обратили на меня внимание дети.

Опа! Вот оно!

– Давайте все сюда! Будем придумывать План! – важно заявила я.

Ребята покивали и с умным видом принялись спорить между собой, кто за кем идет в очереди, обсуждать, чей план лучше и почему непременно его стоит выслушать первым, и, конечно, доказывать, кто за кем занимал место. Я и сама понимала, что это дело очень важное, но время. Время!

– Да ну че вы! – не сдержалась я. – Давайте уже хватит! Или мы не успеем и останемся на второй год! .

Ребята разом притихли. Видимо, воспоминания последней ночи ещё свежие. Тогда все видели, как нескольких девчонок обступили монстры, как их спас барьер из серебристой энергии и как он унес их прочь. Очевидно, это значило, что они выбили. Поэтому ребята перестали галдеть и двинулись ко мне. Как-никак на кону гордость родителей и дорога к взрослой жизни.

Я заметила, что Алиса с Владом неподалеку уже начали. Нужно не отставать.

Я села на трон, закинула ногу на ногу, чтобы выглядеть повзрослее, открыла на смартфоне блокнот и бросилась в битву с худшим по словам папы врагом человечества – с бюрократией.

– То есть ты умеешь кидаться сгустками энергии, которые взрываются и отталкивают врагов? – уточнила я.

– Ну не только, но остальное получается плохо, – отвел взгляд мальчишка.

Ему явно неловко признаваться в том, что это всё, что он умеет. Особенно на фоне того же Влада или Алисы, которые в прошедшей битве сражались за десятерых.

– Это нам очень пригодится, – ободряюще кивнула ему я. – Будешь забрасывать всех бомбами издалека!

– Это я могу! – ухмыльнулся мальчик.

– Только не расходуй больше нужного. Атакуй с перерывами.

– О, как в вышибалах, в которые мы играли на начальной боевке?

– Ага. Справишься?

– Справлюсь, – серьезно кивнул он.

Я сделала пометку в блокноте и позвала:

– Следующий.

– Я использую атакующий артефакт, который сам сделал, – сказал мальчик в очках. Он из моего класса. С оценками и магией у него вроде как неважно, но вот в чем в чем, а в навороченных устройствах он разбирался на ура. – У него средняя дистанция.

Он показал мне металлический цилиндр с вертикальными линиями рун, между которых находились выемки, которые, видимо, выпускали снаряды.

– Ага, знаю. Будешь отстреливать всех, кто подойдет слишком близко.

– Хорошо. Постараюсь.

Я дописала имя в смартфоне.

– Следующий.

Подошел очередной мальчик(и почему все девчонки столпились у Влада? Идиотки...). Реон носил расшитую золотом ярко-красную мантию, утепленную рыжим мехом. Сквозь неё проглядывались очертания нескольких круглых предметов, спрятанных в карманах, а поверх мантии шла серебряная цепочка, исписанная рунами. Задранный подбородок и нервозность в движениях подсказали мне, что мальчик пытается спрятать страх за гордостью аристократа или кем он там себя считает. Я таких целую кучу уже повидала – им всем только и надо, что подмазаться к папе.

– Если расскажешь, что умеешь, то мы сможем придумать план и победить, – попыталась улыбнуться я.

– А разве в этом есть смысл? – хмыкнул он.

Для уверенности я выровняла осанку и ухватилась в подлокотники сидения.

– Ну, не хочешь, можешь сразу сдаться.

– Я… не про это! – нахохлился Реон. – Ты-то должна понимать. Нам ведь достаточно использовать артефакты родителей, ну и может, швырнуть пару заклинаний. Кому сдались эти планы? Сама подумай. У твоего друга, этого… Адама тоже ведь есть сильные артефакты. Наверняка, он вовсю их использует. А чем мы хуже?

Я задумалась. Это правда, что многие здесь из богатых семей и древних родов. Артефактов и устройств у нас навалом. Я потерла черное колечко на мизинце. У меня и самой были подарки от папы…

Но это ведь наше испытание. Наш экзамен. Не можем же мы ничего делать и надеяться, что это прокатит? Может, та маленькая девочка, которой я была на до Посвящения, и смогла бы так. Но я – нет.

– Делай, как хочешь, – сказала я.

– Правда?

– Да, у нас демократия.

– А что это?

– Да ерунда такая про свободу. Из сказок. Или эта была болезнь вообще?.. Короче, всё, – я махнула рукой. – Следующий.

Спустя несколько минут наша троица закончила с опросом и собралась возле стелы обсудить План. Другие ребята, конечно, тоже подтянулись. Среди них нашлись те, кто хотел поучаствовать в Плане, и те, кто сидел с хмурым видом в сторонке и нес чепуху про элитное общество “не таких, как все”.

Так или иначе, все взгляды скрестились на нас. Неловко, но я уже привыкла.

– Из двадцати шести человек у двенадцати есть духи, у девяти из них есть выраженные аспекты, – начала я, спрятав глаза в смартфон. – У них больше всего энергии. Они встанут полукругом возле кристалла и будут использовать заклинания по команде. Это будет третья линия.

– За ними второй полукруг, – продолжила Алиса. Кого-кого, а её двадцать с лишним пар глаз ни капли не смущали. – Те, кто владеют дальнобойными заклинаниями. Вместе с третьим кругом получится двадцать человек.

– И всего пятеро, включая меня, в авангарде, – притворно вздохнул Влад. – Плохое соотношение.

– У нас много магов, стреляющих издалека. Не дадим монстрам подойти, – заметила я.

– Этого мало, – сказала Алиса. – Первая ночь была неполной. Вторая будет дольше. Да и нас уже меньше, чем тогда. Нам не хватит маны, если будем бросаться ей налево и направо.

Девочка с кудряшками подняла руку. Ния, узнала я. Та самая, которая кинула в нас маленьким метеоритом перед Восхождением.

– Мы можем сделать укрепления из земли и других атрибутов, – протараторила она.

– Это хорошая идея. Так мы сохраним силы, – кивнула Алиса.

И как только у неё получается быть такой невозмутимой? Я опустила взгляд и сжала смартфон до белых костяшек, чтобы никто не заметил дрожи в пальцах. От Восхождения зависит вся наша жизнь. Провалишься и всё, конец. На второй год. Примешь неверное решение и пострадают друзья. Неудачно споткнешься, и ожидания папы, дедушки и Нилы будут разбиты.

– Да, так и поступим, – кивнула я. – А в крайнем случае используем защиту стелы.

Но именно поэтому важно не искать легких путей, как Реон. Буду сражаться так же, как и раньше, и все получится. Этого достаточно.

Так я думала до того, как наступила ночь.

Из леса, рассекая мглу, вырвалось черное море тварей с глазами цвета крови. Словно жидкость, они за считанные секунды заполонили собой десятки метров от леса до кристаллических баррикад, которые я возвела. Без звуков, без криков, без призыва к атаке. В один миг нас окружила бесконечная армия, и от её вида мне вновь захотелось бежать без оглядки.

– Он-ни другие! – показала пальцем Ния, стоявшая рядом. – Как люди!

– Новый вид, – хмыкнула Алиса.

– Смотрите!..

– Вон там!

– Они обходят нас!

– Их слишком много!

– Готовьтесь! – крикнул Влад, обнажив клинок.

Так я думала. Но этого недостаточно. Я поняла. Той меня, которая вошла в портал Всхождения и пережила первую ночь, всё ещё недостаточно. Должна появиться другая – лучше, смелее. Безумнее.

С легким свечением передо мной возникло янтарное копье. Я протянула руку и сжала ладонь. Под недоуменный взгляд Алисы, я покинула третью, затем вторую линию, встала рядом с Владом и направила острие на покрытых мускулами монстров.

Мой голос больше не был отчаянным или полным эмоций. Он был твердым и ровным:

– В бой.

**************

От лица Адама.

– О-ох ё-ё-ё… что ж так хреново-то…

Сквозь пальцы я размытым взглядом наблюдал за тем, как светлело небом. Под спиной гудел глайдер. Он медленно плыл над лесом, оставляя белесый шлейф. Сухой холодный воздух бил по лицу и трепал шарф на шее. Боль в мышцах не прекращалась. Каждые несколько минут сознание проваливалось, угрожая затянуть меня в сон. Но я пока держался. Не знаю, на сколько отключусь, если сейчас усну.

– Чувство, будто неделю не спал, – пожаловался я.

– Сам виноват, – била по больному Ширли.

За неимением другого места лиса сидела на мне и наблюдала мучениями. Вместе с тем она вытягивала остатки астральной маны, чтобы восстановиться и подлечить меня.

– Но ведь оно того стоило.

Я заглянул в рюкзак, что лежал между ног. Изнутри разливала свет крупная алая сфера, которая выглядела, как застывшая в движении мана. Сквозь неё виднелась тень запечатанного духа.

– Попробуем пробудить его сейчас? – спросил я.

– Сложный вопрос, – сложила лапки друг на друга Ширли. – Новый контракт усилит тебя. Прирост маны сейчас и в будущем ещё одно слияние. И, конечно, новая боевая единица. С другой же стороны, вырастет нагрузка на астральное ядро. Это, как делить один холодильник на двоих, при том, что еды не прибавляется. Не очень-то приятно, знаешь ли. Думаю, поэтому маги зачастую не заключают больше одного контракта.

– Но ведь и сама ты все не съешь. Из холодильника в смысле. Так ведь?

– Кто знает, – уклончиво ответила Ширли. – Решай сам. Сейчас мы… – Ширли обвела взглядом глайдер, на котором мы летели, и заодно зону Восходжения. – …не в самом удачном положении.

Но я уже решил, что не стану ждать. Без нового источника силы, мы вряд ли потянем Восхождение.

– Тогда для начался спустимся. День уже в самом разгаре.

Я с трудом сел и наклонил глайдер. Между трех деревьев нашлось свободное место в виде пня. Там мы и спустились.

Я с удовольствием уронил тело на землю, подполз ко пню, оперся на него и, убрав в сторону жемчужину с числом “636”, поднял перед собой красную сферу. Ха, почти как яблоко.

До событий Посвящения те, кто имел длительный контракт с двумя и более духами, уже считались редкостью. Оно и понятно. Духи вам не домашние зверушки, как бы они под них не косили. Даже от одной только Ширли куча проблем. И речь вовсе не о шоколадной ломке.

В том же особняке Саффиры для Ширли выделили целое крыло, которое теперь утопает в плотной мане – искусственном биоме, где дух отдыхает и копит силы. А всё дело в том, что естество духа тесно связано с окружающим миром, и Ширли, как дух звезды, по-настоящему отдыхает и развивается лишь в плазмоподобной среде. Неспроста же духи обитают всю жизнь в строго определенных местах.

И вот смотрю я на это яблочко и невольно гадаю. Уговорю ли я неизвестное существо на длительный контракт? А если и выйдет, то справлюсь ли с последствиями?

Так или иначе, отступать поздно.

Пальцы сжали сферу и поставили в центр пня. С неприятным покалыванием энергия протиснулась по каналам к ладони, неясной дымкой вышла наружу и впиталась в сферу. Запечатанный дух с жадностью втянул земную ману! Сфера засветилась, готовая вот-вот треснуть, но водоворот энергии взял и стих.

– Добавь астральной маны, – подсказала Ширли.

Я кивнул. И незримая энергия потекла к сфере. Стоило ей коснуться поверхности, как я закашлялся и схватился за грудь. Эй-эй! Куда? Почему оно само высасывает из меня ману?! Так и помереть недолго!

Благо, обошлось. Сфера засветилась изнутри, треснула и раскололась посередине, выпустив наружу красный туман. Я замахал рукой, прогоняя его.

– Итак… – подобралась поближе Ширли.

Она столкнула часть сферы с пня.

На дне оставшейся половины нашелся крохотный дух. Он сжался в комочек и задрожал.

Короткая красная шерсть светлела к хвосту и темнела ближе к шее, где переходила в темно-бордовый воротничок. Над ним волкообразная морда заканчивалась непропорционально большими пушистыми ушами. Сам зверек был лишь немногим крупнее Ширли. А его аура колебалась между третьим и четвертым классом. Я нахмурился и так сосредоточился, “ощупывая” магическое поле, что не заметил, как на меня уставился ярко-оранжевый глаз со зрачком-веретено.

– Ну ты и мудила, конечно, – протянул дух. – Жить надоело?

Его тело с хрустом начало расти. Конечности удлинялись и выпрямлялись, шерсть мерцала, меняя окрас от светлого к темному, когти зарывались всё глубже в землю, спина с треском расширялась и изгибалась, пока существо не достигло трех метров в высоту. Огромный дух встряхнул гривой. Из пасти, в которой поместился бы взрослый человек, вместе с паром вырвалось утробное рычание.

– Сдохни! – заревел он.

Но не успели ни я, ни он ничего сделать, как Ширли обернулась сиреневой молнией и вмазала лапой по челюсти духа. Шлеп! Маленькая лиса, что помещалась у меня на плече, сносит к херам гору энергетических мышц! Голова красного духа выворачивается на девяносто градусов, а туловище летит и ломает собой каменные деревья, которые потом падают сверху!

И только тихий скулеж донесся из-под обломков...

Я проморгался и уставился на Ширли.

– Ты поспи, а я пока займусь воспитанием. Объясню, знаешь, прелести сотрудничества и всё в этом духе, – сказала она. – Вечно с этим морока…

Я рассеянно кивнул.

Да уж. Решив, что и знать не желаю ничего о метода Ширли, я достал из рюкзака спальный мешок, попросил Дженис меня разбудить через четыре часа, устроился поудобнее и в ту же секунду отключился.

Однако спал я отвратительно – спасибо сбитому режиму и перегрузке третьего ядра. И проснулся уж точно не менее отвратительно. С болью в висках и туманом в голове. Не имея особо вариантов, я отодвинул боль как можно дальше, затем сел, продрал глаза и запоздало включился в происходящее. А происходило следующее.

– Пункт номер семь: право на астральную энергию принадлежит мне. Ты либо получаешь остатки, либо ждешь разрешения. Пункт номер восемь: смерть в любом виде под запретом. Ферштейн?

– Как вам будет угодно… – пролепетал дух.

На него было больно смотреть. Скукожившийся до прежнего размера, с прижатыми ушами и грустной мордашкой, он дрожал и боялся взглянуть на Ширли. Бедняга. Эх, что же ты за монстр такой, мой дорогой напарник?

– Отлично. Пункт номер девять…

Ширли заметила, что я проснулся, и дала отмашку.

– Ладно. Продолжим потом. Заключайте контракт.

– Как вам будет угодно, – безвольно повторил дух и притопал ко мне, смешно болтая ушами. – Рейнольдс Фенрис Дэлалиэль. Приговорен к пожизненному контракту. Прошу не бить и жаловать.

– Какой вежливый, – присоединился к игре я. – К тому же и поэт, и шутник. Вот так находка.

Рей раздраженно оскалился, но только Ширли метнула в него взгляд, как он снова поник.

– С красивым именем и милой внешностью проще заключить контракт. Таков жестокий мир, в котором мы живем.

– Да ещё и циник! – удивился я. – Вот это да!

Глаз духа дернулся и он не выдержал.

– Да хватит уже ржать надо мной, чертов кусок дерьма! – зарычал Рей.

Шлеп!

Слышали? Вряд ли. А вот это?

Шлеп! Шлеп! Шлеп!

Это Ширли вбила черепушку Рея в землю и продолжила колотить, хотя волчок уже после первого раза заскулил и забил лапкой по земле. Мда. Он, конечно, грубиян, да и я не выспался, но уж как-то жестко мы с ним.

– Ещё раз и в глаз, – предупредила лиса. – Или под хвост.

Рей сжался от испуга и забурчал извинения, после чего ему вернули условную свободу. Я же сел на пень, переплел пальцы и положил на них подбородок.

– Что ж, Рейнольдс Фенрис Дэлалиэль… пожалуй, теперь просто Рей. Рассказывай.

– Что?

– Ну, кем будешь. Что умеешь. Чего ты такой злой. Все выкладывай.

– Да чего там выкладывать… Мой аспект это аспект пространства – метаморфоза. Я изменяю себя до некоторых пределов, и могу контролировать концентрацию энергии в разных частях тела. Правда особо мне это не помогло.

– Неплохо, – хмыкнула Ширли. – Вместо того, чтобы расти, как все духи, наращивая слои энергии поверх уже имеющихся, ты можешь просто концентрировать астральную ману, где захочешь.

– Это, конечно, так, – согласился Рей. – Но вокруг её всё равно слишком мало, так что я вырос только до трехсот тысяч лет, а теперь, считай, что и вовсе сто лет отроду.

Значит, он был двенадцатого класса или выше. Неплохо-неплохо. Единственное, чего я не понимаю, это как Ширли умудрилась понять, что он имел высокий класс ещё до встречи с ним?

“Скрытая материя пронизывает всё вокруг” – отозвалась лиса. – “Я вездесуща”.

“Ага. И всежеруща”.

– Так что там с произошедшим?

– Ничего хорошего, – Рей упал на задницу и стал водить лапкой по земле. – Жил себе на луне, спал целями и никому не мешал, – Ширли понимающе кивнула. – Ну, если ко мне не лезли. А потом и случилось.

– Люди? – понял я. Как-то же его запечатали. К тому же это объясняло его злость.

Но волчонок покачал головой.

– Чума. Болезнь, поражающая нас, духов. Зеленое пламя прошлось по планете и поглотило бы её и всех нас, если бы не эта человеческая башня. Я наблюдал с луны, как зараженные натолкнулись на неё и, казалось, поглотили. А потом вокруг неё взорвалась темная энергия! И болезнь исчезла вся без остатка. Но к этому времени зеленая чума добралась даже до луны. Я сопротивлялся! Но она забрала большую часть моих сил и разрушила домик. Я бы умер, так что пришедшие люди в каком-то смысле спасли меня, но это не значит что я благодарен им! Бездари! Если бы они не тупили, то никто бы не погиб! А что теперь?! Планета мертва. Из-за дисбаланса энергии она вскоре разрушится. Выжившие духи либо умрут, либо умрут в поисках нового дома. Безвыходность. Энтропия.

Вот как.

Выходит, то, что случилось на Посвящении продолжается до сих пор. Или это произошло как раз в тот период? У духа, проспавшего всё время под печатью, спрашивать бессмысленно. Как бы там ни было, эта планета и в самом деле умирает. Одно хорошо. Маги Оазиса нашли способ бороться с напастью, а значит можно выдохнуть.

– Это всё ужасно, – согласился я. – Но жизнь продолжается.

– Ага. С клеймом раба.

– Ты можешь не заключать контракт, если не хочешь, – вздохнул я. – Ширли тебе не помешает.

“Это между прочим, неуважение к чужому труду”.

“А тебе бы понравилось такое отношение? Да и какой смысл, если его постоянно придется ко всему принуждать?”

“Ты-ы… Ай, делай, что хочешь”.

Рей зашугано оглянулся на лису, но та сделала вид, что дремлет. Он поднялся. Посмотрел налево, направо. Шагнул. Остановился. Сел. Задумался. Как он сам и сказал – мир мертв. Идти тут особо некуда. Хотя он мог бы попроситься в Оазис, но то ли не захотел, то ли спросонья не додумался.

– Не хочу заключать контракт с ребенком на целую жизнь, но ты вроде как не совсем идиот, – заявил он, прищурившись. – Правда энергия у тебя какая-то странная. Давай на десять лет.

– Десять так десять, – легко согласился я и протянул руку.

– Я уже чувствую, как жалею об этом, – сказал Рей и коснулся меня лапой.

Между нашими конечностями сверкнула молния. Пальцы напряглись. Не разжать! Задним числом до меня дошло, что это технически мой первый контракт, ведь контракт с Ширли я заключил десяток жизней назад. Спрашивается, а что делать-то надо?

Энергия сгустилась вокруг нас. Волосы на затылке зашевелились. Меня что-то толкнуло вперёд, а затем из центрального ядра вытянулась тонкая синяя нить сжатой астральной энергии. Едва видимая, она пульсировала и извивалась. Пока не встретилась и не связалось с другой, кроваво-красной нитью, идущей ото лба духа.

Рядом с моими мыслями появился неугомонный шумный рой чужих образов, слов и чувств. Я зажмурился и отрешился от него. Что там рассказывали в школе? Очистить разум, сосредоточиться на намерении. Если представления о контракте не совпадут, то ничего не выйдет.

Спустя пять минут я открыл глаза. И увидел Рея лежащего пузом к верху.

– Кто-нибудь... убейте меня… – прохрипел он.

– Ширли не надо, – остановил я поднявшуюся лису. – Может, он выживет.

– Да что с ним будет, – фыркнула она и пихнула Рея в бок. – Вставай давай. Работать пора.

– Ненормальная, – вздрогнул он всем телом и всё-таки поднялся. – Как ты вообще справляешься с его маной?

– Всё так плохо? – поинтересовался я.

– Это как пытаться разгрызть бабушкину конфету, которую она достала из вазочки, возможно, получила от своей бабушки, – описала Ширли.

– И как ты?..

– У меня острые зубы.

– Ясно.

Поднявшись с пня, я размял руки и ноги, потянул спину до приятного хруста и запрыгнул на глайдер. Мой зоопарк залез следом, и мы поднялись над деревьями. А за ними мы увидели то, чего видеть не хотелось бы – на оставшемся пути к Башне Возвышения стояли десятки лагерей красноглазых монстров. Новые подвиды, летающие твари, оборонительные укрепления и всё это чудо при свете дня.

– Конечная прямая.

– Есть план? – поинтересовалась лиса.

– А как же, – кивнул я на Рея. Тот попятился, но куда ему теперь бежать-то? – Во время заключения контракта я кое-что понял о твоей метаморфозе… Правильно Ширли сказала. Пора работать.

– А это точно обязательно? – взмолился Рей.

Я протянул руку.

– Точнее не придумаешь.

Рей поморщился и перестал сопротивляться. Его тело засветилось, растянулось, разделилось, лоскутами переплелось у меня в ладони, затвердело, блеснув острыми краями и превратилось в меч.

Глава 15

От лица Евы Ла Фей.

Я свесила ногу с ветки, натянула капюшон поглубже и спросила низким голосом:

– Вы принесли то, что я просила?

Девочка и мальчик, с головой закутанные в мантии, стояли под деревом и держали в руках мешок с особым сокровищем, которое, вполне возможно, решит судьбу Восхождения.

– Д-да. Всё, как договаривались. Вот здесь. Мы собрали столько, сколько смогли.

Я бесшумно приземлилась за их спинами и выхватила мешок.

– Половина зеленых, – недовольно пробурчала я. – Я же просила красные.

– Простите. Но мы выменяли всё, что было.

– Ладно, – махнула я своим людям.

А как это звучит, да? Своим людям. Кто же знал, что после битвы несколько ребят набьются мне в слуги. Ну, как в слуги. В “команду”, хе-хе. И это натолкнуло меня на идею создать тайную организацию верных общему делу людей.

– Считайте, что вы прошли проверку. Теперь победа на Восхождении вам обеспечена. Но придется поработать, сами понимаете.

Ребята напряглись.

– Раз мы теперь вместе, то нам нужны секретные имена. Ты Ния будешь Зайкой. Потому что твой дух похож на зайца.

Она кивнула. У Нии самый большой после Адама запас земной энергии. А ещё она всегда дает списать домашку, так что она отличное пополнение.

– А ты Коля будешь Механиком, потому что хорошо разбираешься в технологиях.

Мальчик поправил очки и кивнул. Он был одним из первых, кто подошел ко мне, когда мы составляли стратегию, и неплохо отличился в бою. Его цилиндр уничтожил с десяток тварей и защитил барьером весь фланг после прорыва.

В общем, чего говорить, первыми членами своей организации я довольна.

– А теперь слушайте задание. Разведка!

– Разведка? – спросил Коля.

– Чудес не бывает. Только расчеты и умение предугадывать, – важно изрекла я. Как будто фраза из аниме про меха и стратегов всё объясняла. – Скоро начнется второй день. Раз мы начали Восхождение ночью, то у нас остался этот день, ночь, следующий день и ещё одна ночь, по сути четвертая. Всё из-за короткой ночи в начале испытания. Но нам нельзя думать, что последний день пройдет по правилам – ночью сражаемся, а днем отдыхаем. Зная дедушку Арнитуса, на это опасно рассчитывать. Нам нужно заранее подготовиться к сюрпризам, понимаете? Сейчас все отдыхают, но после этого нам нужно знать куда идти и зачем. Тут в дело и вступаете вы! Отправляйтесь вперёд и узнайте все о местности и противниках, если их найдете.

– Понятно, – ударила кулаком по ладони Ния. – Будем действовать наперед.

– Именно, – щелкнула пальцами я.

– А можно кое о чем попросить? – почесал затылок Коля, спрятав взгляд.

Уловив его стеснение, я легко ответила:

– Да без проблем. Всё-таки мы теперь заодно.

Коля сжал кулаки и, видимо, собрался с духом.

– Несколько лет назад… Как бы... ты же дружишь с Адамом?

– Ага.

– Я встретился с ним. Точнее, он, наверное, хотел помочь мне, ну, с кругом в коридоре. А я тогда сбежал. Думал, он тоже хочет поиздеваться… Я потом хотел извиниться, но Адам такой…

– Нелюдимый балбес-показушник?

“Который бросил меня разгребать весь бардак, пока сам веселится”, – додумала я.

– Вроде того, да.

– И ты хочешь, что я помогла тебе? – догадалась я. – Это несложно. Уж я заставлю его тебя выслушать.

– Спасибо, – улыбнулся Коля.

– Ага. Ну, раз с этим покончено. Возьмите в дорогу еды и отправляйтесь. Два часа в сторону башни и обратно.

– За дело! – вскинула руку к небу Зайка.

– Всё сделаем, – отдал честь Механик.

Я проводила ребят в дорогу и стала наблюдать, как ветер рвет их мантии, и пыль с каждым шагом скрывает их силуэты. Ещё и холодно так, бр-р-р! Ну что за место?

Решив, что недолго и заболеть, я возвратилась в лагерь. Словно червячок, залезла в плотный кокон спального мешка, спряталась от света под капюшоном и уснула. По крайней мере думала, что уснула, пока посреди дня не открыла глаза. Даже задремать было никак.

Поэтому мне оставалось лежать, слушая тихое сопение ребят, и убеждать себя, что спать днем это глупость, что планы, которые я построила полная ерунда, и никакой разведки не хватит, чтобы справиться с угрозами впереди. Потом я убеждала себя, что это не так, что все столько работали и сражались не зря. Что нам не дали бы невыполнимого задания. Что мы пройдем Восхождение.

Но сомнения съедали заживо.

Мы уже потратили в прошлом бою одну из трех защит стелы. А могли ли мы её сохранить? Вдруг, ключ к победе, в том, чтобы использовать все защиты в самом конце? А тот парень, увешанный артефактами? Реона и вовсе удалили с испытания – прямо посреди боя его, невредимого и непобедимого под слоем защит, унесло чьей-то магией. Значит, ли это что артефакты вообще нельзя использовать? Или можно, пока ты не полагаешься только на них?

Вопросы, фантазии, образы. Мысли, как сотни веревок, связывались, терлись между собой и стягивались в растущую кучу, пока в один момент она не выросла такой большой, что я напрочь прекратила думать, а потом поняла, что просто лежу и высматриваю в вышине кусочки ночного неба.

Звезды...

Вечером, ещё до того как я услышала крик Влада, возвещающий о нападении, я уверилась, что всё решится сегодня. Последний шаг, Ева. И ты в мире взрослых. Мелочь же? Мелочь. Так почему же ты так беспокоишься? Почему постоянно думаешь об ошибках?

– Нападение! – загремело на весь лагерь.

Словно только этого и дожидаясь, я вскочила на ноги раньше всех. Сверху раздался рев! Я инстинктивно пригнулась, но всё-таки повернула голову вверх. Красноглазые монстры, теперь хлопающие крыльями, кружили над лагерем и спикировали на незащищенных ребят. И всё это при том, что ИИ не предупредили о наступлении ночи.

Казалось бы, ситуации хуже неожиданного нападения днем и представить нельзя, но узнав о нем, я вздохнула с облегчением. Всего лишь очередные противники. Всего лишь сражение.

– Всем проснуться! – крикнула я. – Круговая оборона! Уничтожать противников по одному!

В моей руке возникло оранжевое копье. Я оттянула руку и, как учил дедушка, используя всё тело, метнула оружие в противника. Свист, ожидание, реальность – я промазала. Ничего не попишешь, стрелок из меня никудышный. Я в общем-то и не пыталась попасть. Взмах рукой, такой, словно дернула шторы, и копье изменило траекторию, пронзив крыло монстра!

– Есть!

Летун, напоминающий горгулью, закрутился по спирали и упал на землю, где другие ребята его тут же добили слаженной атакой из трех заклинаний.

Рядом упало ещё две горгульи. Работа Алисы и Влада.

Но вот большинство ребят не пришло в себя. На ногах меньше дюжины. Спрашивается, что за фигня? Я тут одна всю ночь не сплю?!

Одна из горгулий рванула на едва выбравшегося из спального мешка мальчика. Я сделала широкий шаг в его сторону, выпустила поток маны и возвела перед монстром кристаллическую стену, в которую тот охотно врезался. Затем оттолкнулась ногой. Шаг. Прыжок. На замахе создала длинный клинок и вогнала его в шею твари. Почему вогнала? Потому что рубить это сложно, а если как дубинкой…

Хрясь!

– Ты…– подал голос наконец проснувшийся мальчик.

Хрясь! Хрясь! Хрясь!

– Это… спас…

Хрясь! Хрясь! Хруст! Голова откочеврыжилась! Ну неужели! Для удобства я поставила на неё ногу и стряхнула себя черную слизь. Ну во-от, всё одежду заляпала.

– С-спасибо, – проглотил ком в горле мальчишка.

– Спасибо на алтарь не положишь, – изрекла я очередную мудрость. Может, я просвещенная? – Проснулся? Иди работай давай.

– Эм… Да, есть, сэр… То есть, как скажете ваше, в общем, мэм… – промямлил он.

И убежал к ребятам, которые худо-бедно встали в круг, а сам забурчал себе под нос. Последнее, что я услышала, было:

“...какая ещё мэм, блин. Сам как будто мем создал, блин…”

– Какой воспитанный малый, – сказала подошедшая Алиса.

– У тебя есть время разговаривать? – поинтересовалась я.

– Я не подчиняюсь твоим приказам, – сказала Алиса. – К тому же сражаться этими острыми штуками удел мальчишек.

Подкрепляя свои слова, Алиса вытянула руку и сжала её в кулак. В ответ на это из теней вырвалась темно-серая рука, поймала одну из горгулий и сдавила её до состояния плоской картинки. И попутно забрызгала половину моих верных солдат черной слизью. Ну что я говорила? Ду-ро-чка! Ещё и улыбается, будто великое дело сделала! То же мне!

– Выпендрежница.

– Обезьянка.

– Так-так, девочки, не ссорьтесь, – появился между нами Влад. Кажется, его вечная улыбка начала дрожать. – И где Адам, когда он так нужен…

– Прохлаждается, – сказала я.

– Занят важным делом? – предположила Алиса.

– Ну да конечно, – фыркнула я. – Да и вообще! Вы его всего пару часов знаете. А уже делаете вид, что друзья? Лучше бы придумали, что нам дальше делать.

– И то верно, – кивнул Влад. – Думаю, нам нужно добраться до Башни за один рывок.

– Да уж, тут не поспишь, – почесала подбородок я.

– Можно выставлять дозорных, – сказала Алиса. – Спешить всегда опасно.

– Как и ждать, – не согласилась я.

– Так мы ни к чему не придем, – сказал Влад. – Попробуем для начала добраться до следующей стелы или хотя бы…

– Е-ева-а!

Я развернулась на пятках, почему-то надеясь увидеть Адама. Но голос был девчачий. Это возвращалась Ния с Колей из разведки. Как нельзя кстати!

– Ну, офицер Зайка, докладывайте.

Ния выровнялась по струнке и сделала серьёзное лицо.врата

– Докладываю. Осталось всего две стелы, а за ними огроменные врата, за которыми Башня.

– А противники что? – выжидающе смотрела я.

– Противники… – Ния подозвала жестом Колю, и тот прошептал ей что-то на ухо. Ния покивала и сказала: – Противников, извините, дофигища!

– Че за?.. – недоумевал с происходящего Влад.

– Есть новые виды? – спросила о главном Алиса.

– Эм-м… да, – замялась Ния. – Не знаю точно, что это было, но за теми вратами под башней я видела здоровенного такого монстра. Выше самих ворот! А у него на голове сидел ещё один, примерно такой же, как обычные.

– Стражи Башни, – окрестила их Алиса.

– Особый босс уровня, – переиначила я. – Это плохо. Если потратим много сил по пути, то не справимся с ним.

– Нам остается лишь сделать всё, что сможем, – сказал Влад. – Нас очевидно подгоняют. Иначе к чему это нападение? Поэтому соберем всех, восстановим силы и пойдем на прорыв.

– Тогда начнем, – сказала я.

А начали мы с очередной реорганизации моих, то есть наших бравых воинов. Двадцать две штуки. Все, как на подбор! Статные, при артефактах и готовые идти до конца, даром, что пока я объясняла план, который мы набросали на коленке и дали доработать ИИ, они ковырялись в носу или спали стоя на ногах. Это всё фигня! Главное – дух. Мы прошли целых две адские ночи, сражаясь плечом к плечу! Этого у нас не отнять.

– Да-а!

– Уо-о-о!

– Погнали!

– Туда их!

– Кого “их”?!

– Да какая разница!

– Вперёд! Ё-ё-у!

– Да и куда “туда”?..

– Смерть супостатам!

– Отлично! – ухмыльнулась я. – А теперь все становимся на камень и готовимся к десанту! Ния!

– Десанту?

– Какому десанту?

Когда все зашли в обозначенную область, Зайка топнула ногой и земля разошлась! Приплюснутый сверху кусок почвы, на котором поместились все двадцать два человека, поднялся в воздух и завис.

– Так держать, Ния! Оазис 2.0 готов! Запускайте в полет!

– Не верю, что принимаю в этом участие, – простонала Алиса.

– Могла бы признаться, что боишься высоты, – сказал Влад.

Алиса и Ния встали спиной к спине и, как в танце, двинулись одновременно. Передняя нога проскользила по сухой почве, а руки будто бы зачерпнули воды из невидимого озера и забросили её как можно выше! Тени, что сгустились под парящим булыжником, собрались в подобие катапульты.

Все пригнулись и ухватились за что могли, чтобы не слететь. Потянулись долгие-долгие секунды, пока Ния прицеливалась через камеру телефона. Клянусь, я слышала, как от нашего островка откалываются кусочки и падают вниз, туда, где до скрипа натянулись тени. Хотя… Разве тени могут скрипеть?

И стоило мне об это задуматься, как булыжник пришел в движение. Сначала немного назад… и резко вверх! Воздух, словно стена, ударил по нам! Дышать стало невозможно. В ушах будто застряли беруши. Я видела, как кто-то не удержался и слетел! Вдруг я поняла, что полулежу с открытым ртом и кричу, но ничего не слышу! И толком я ничего не поняла, как рядом промелькнула черная мантия Алисы. Её сносит! Вот же дура!

Сжав зубы, я перевернулась на спину и хлопнула рукой по земле, пустив заряд маны. Янтарные колья выстрелили из края площадки и образовали стену, которая в последнюю секунду поймала Алису. Я выдохнула.

Когда скорость упала, а двигаться и дышать стало проще, ко мне подполз Влад.

– Как мы собрались приземляться?! – закричал он.

– Приземляться? – не поняла я. – А нужно?

Сияющие золотом глаза парня округлились. На его лице смешались веселье и страх.

– Ты… сумасшедшая?!

Против воли я заулыбалась. Да! Даешь шизу! То есть нет. Так. Спокойно.

Полет замедлился. Такими темпами мы скоро упадем! Зато сопротивление воздуха заметно упало. Поняв это, я кое-как поднялась на ноги и изо всех рванула к краю. Наконец безумные дедушкины тренировки окупились!

– Механик! – окликнула я.

Мальчик среагировал и вовремя поднял над собой цилиндр, который я на ходу схватила.

– Зайка!

Я оказалась у края, наблюдая, как десятки тварей стервятниками кружат под нами и ждут пиршества. Что ж, птички. Придется вас огорчить.

Я наклонилась. Край, на котором я стояла, откололся и понесся вниз под углом! На полпути я оттолкнулась от него, а затем запустила цилиндр и папин артефакт.

Устройство с механическим шипением раскрылось, словно цветок, и наружу вырвались десятки заостренных осколков металла. Блеснули руны. Я вытянула руку, чтобы не помешать системе наведения.

– Цели зафиксированы. Разгоняю снаряды, – отчиталась нейросеть.

Череда коротких вспышек крохотными звездами осветила небо. Рунические пули расчертили воздух траекториями и дождем изрешетили горгулий, парящих над землей.

В ту же секунду я обогнала их падающие тела и вот-вот должна была бы врезаться в землю. Кольцо на моей руке рассыпалось. Тысячами мелких частиц оно заключило меня в кокон, который плавно затормозил над поверхностью и развеялся пылью.

Я упала на ноги, сложила пальцы и козырьком приложила их ко лбу, разглядывая Оазис 2.0.

– Хорошо летит. А ловить-то как?

Нет, я конечно, придумала как… Но справлюсь ли?

Я сделала несколько шагов спиной вперёд, оценивая расстояние.

– Давай же, Ева. Это как поймать мячик, – успокаивала я себя. – Подумаешь, весит кучу тонн, подумаешь тебе всего десять. Дедушке в моем возрасте было бы уже под сотню…

Я сглотнула. Не помогает. Руки дрожат, энергия колеблется. Спасительная, слабая мысль затесалась в сознание – заплакать и бросить всё сейчас. Хотя откуда она? Я только что сиганула с высоты несколько сотен метров! Подумаешь, камешек поймать.

Я хлопнула себя по щекам и подняла руку, приняв боевую стойку. Встряхнула кистью. Мана вырвалась из меня плотным оранжевым облаком. Неупорядоченная, хаотичная, повинующаяся лишь воле.

– Давай же, давай, давай, давай, давай… – молилась я. – Давай!

Хук правой. И янтарь со звоном пронзил середину булыжника! Хук левой. И магия, сжавшаяся в шип, вонзилась под другим углом! Хай-кик. И грохочущая скала, сверкающая янтарем, прошла сквозь камень, как палочка сквозь данго!

Удар! Шаг! Удар! Мои руки и ноги резали воздух. Моё сердце билось и пело в такт ударам. Мои конструкции взметались вверх, а затем осыпались, крошились и ломались, лишь едва замедляя приземление. В середине Оазиса 2.0 никого не было, все заранее встали по краям, поэтому я нещадно лупила по центру раз за разом. Снова, снова и снова!

Пока всё не прекратилось.

Я смахнула с лица пот, оступилась, плюхнулась на задницу и, прикрывшись рукой от падающей сверху земли, задрала голову.

– Пф-ф… пф-ф... – пыхтела я. – Пфха-ха-ха-ха-ха-ха! Получилось, ёжики-мотрежики! Получилось! Сюда-а!

Оазис 2.0 выглядел, как приплюснутая сверху сфера, которая застряла на десятках кристаллических шипов в семи-восьми метрах над землей. Если расслабить зрение, казалось, что шипы не пронзали его, а выходили изнутри.

Я замерла, подчинившись влиянию момента. Пыль оседала, а кристаллы в лучах алой луны переливались так, будто их покрывала кровь. Сверху, с края глыбы, выглянуло бледное лицо Коли. Он смотрел на лес внизу, на мои шипы, на меня… и молчал, открыв рот.

Вот это я понимаю — проехаться с ветерком! Долой правила и предрассудки! Да здравствует гениальная Лефи!

Я вскочила и победно вскинула кулак к небу, готовая прокричать что-нибудь великое про новый миропорядок... но рука вдруг стала ватной. И я свалилась лицом вниз.

– Не-ет… – содрогнулась от ужаса я. – Теперь я помидорка! Говорил ведь дедушка. Не прыгай выше головы, станешь помидоркой...

Меня посетила тревожная мысль. А что если… это, ну, навсегда? От испуга я изо всех сил попыталась пошевелиться! Давай тело! Не будь овощем! И каким-то образом я перевернулась на бок. Есть признаки жизни! А ещё есть руки и ноги. И я не вовсе красная. Ну, только если немного. Деда – врун!

– Ты там живая? – донесся голос Адама.

Я приподняла голову и дунула, сдув с лица волосы и с губ грязь.

– Ты чертовски долго, – хотела бы сказать я.

Но это был всего лишь Влад. Он, конечно же, спустился быстрее всех.

– Я помидорка, – поделилась горем я. – Но зато мы на месте.

Он ухмыльнулся.

– Да. Ты сотворила какое-то безумие, но мы добрались.

Позади моей самодельной звезды возвышались высокие черные ворота. Спасибо ИИ, мы точно рассчитали место приземления, таким образом срезав почти день пути и безостановочных сражений. Теперь мы в том самом месте, которое видели Ния с Колей издалека.

И мы здесь не одни.

Горгульи, красноглазые и человекоподобные монстры тащились, словно толпа зомби, снизу, из леса. Сотни, сотни и тысячи! Они заполонили собой всё видимое пространство и всё быстрее приближались.

Но на нашей стороне возвышенность. Всё-таки Башня на склоне горы, а мы сейчас в шаге от неё.

– Встанем повыше. Будем держать оборону и одновременно вскрывать ворота.

– Да, это всё, что остается, – согласился Влад.

Вскоре спустилась Алиса. Она была белой словно смерть. Кого-кого, а её полёт не пощадил.

– Я займусь воротами, – сказала она.

– Хорошо, – обнажил клинок Влад. – Не будем терять время!

Следом спустились и Коля с Нией. Девочка выглядела немногим лучшим меня.

Поддерживая друг друга, мы в четвером доковыляли до ворот. Вот так махина! Две створки, высокие, как двухэтажный дом, черные, как те самые монстры, и, самое страшное, закрытые.

Алиса оставила меня и Нию на Колю и встала перед воротами. Что может маленькая девочка в черной мантии на фоне тяжёлых глыб из металла и камня, что возвышались над ней на добрые десять метров? Ещё вчера я бы сказала, что ничего. Никаких шансов. Но со вчерашнего дня прошло слишком много времени.

Алиса подняла обе руки. Тени под нами задрожали, затряслись, выгнулись, взбесились. Они закружились в танце, объединились в вихрь темного ветра и накинулись на ворота! Раздался треск и скрежет!

Я видела, как напряглось лицо вечно-безмятежной Алисы и как тени зазмеились по её коже. На мгновение показалось, что вот-вот всё получится! Но нет. Заклинание разбилось о преграду, как волна о скалу.

– Не выходит, – поняла я.

Ворота стояли намертво.

– Не мешай, – шикнула девочка. – Нет преград, которые нельзя преодолеть.

Я не стала спорить. Теперь, когда я и Ния вышли из игры, а Влад сдерживает натиск тварей, вся надежда на Алису. А ведь нам ещё предстоит бой с боссом. Страшно признавать, но кажется, даже с этим безумным перелетом у нас почти нет шансов.

Я обернулась.

С возвышенности открывался вид. Море черных тварей словно обезумевшие бились о защиту стелы, – последней стелы, которая стояла в сотне метров от врат, – а с другой стороны выстроилась тонкая линия детей. Ещё даже не подростки. Всего лишь дети в этих глупых “взрослых” мантиях и с до смешного серьезными лицами.

Я ощутила почти физическую боль, когда увидела трещины, ползущие по защите стелы. Словно стекло, купол разбился на сверкающие кусочки! И почти сразу на месте одной защиты возникла другая. Последняя. Но скоро и она покрылась трещинами – противников слишком много.

– Гейм овер… – сорвалось с губ.

По крайней мере такую надпись я бы увидела, будь это игра. Но всё было взаправду.

Не желая мириться с происходящим, я попыталась создать в руке хотя бы нож, но лишь согнулась пополам от жгучей боли. Энергия пусть и продолжала идти, но с невыносимой болью.

Я вздохнула.

Восхождение тяжелое испытание. Я знала, да и папа предупреждал, что в Облачной школе оно будет особенно сложным. А на уроках нам не раз рассказывали, что Восхождение это всего лишь традиция, боевое крещение, даже не экзамен. Можно стать кем угодно кроме боевого мага. И можно стать боевым магом, даже не пройдя Восхождение – всё-таки Нумеритовый Оазис это Нумеритовый Оазис.

И однако все мы здесь. Пришли сюда, хотя могли отказаться. Потому что не хотели быть трусами, потому что не хотели подвести родителей, потому что нас к этому готовили, потому что мы “должны”… И потому что хотим доказать себе, что даже такую вершину нам уже по силам взять. Пусть это глупо и я, наверное, многого не понимаю.

Сквозь боль я собрала ману в между пальцев и сжала их в кулак.

И будь это другая школа, другие дети, чье-то, чье-угодно Восхождение, то здесь бы оно и закончились.

Но это моя история. Моя игра. Мой сериал. Моя книга.

– Я здесь Главный Герой, – со злостью произнесла я.

Вдох-выдох, Ева. Собери окружающую энергию. По сравнению с силой духов это капля в море, но пригодится и она. Вдох-выдох. Собери ману, очисти, проведи сквозь тело и вытолкни наружу. Шаг за шагом.

Вдох и выдох.

Вдох.

Над головами ребят сломалась последняя защита. Краем глаза замечаю, что те, кому удалось спастись, бросились к воротам. Они не могли сдержать эту огромную толпу монстров. И я не могла. Вообще никто не мог.

Но как сказала одна дурочка, нет преград, которые нельзя преодолеть.

Выдох.

Оранжевая дымка сжимается... и тут же разлетается, не сумев принять форму.

Ничего.

Вдох. Выдох.

Заново.

Собрать ману, очистить, провести сквозь тело и вытолкнуть наружу.

Вдох. Выдох.

И мощный поток сверкающей энергии растекается от меня во все стороны! Легкость и радость наполнили меня изнутри! Никакой боли! Никакой усталости!

Я во весь голос рассмеялась. Да, вот оно! Сюжетная защита! Или спрашивается какого лешего Адам, Влад и Алиса, мои ровесники, уже на стадии Наполнения, а я топчусь на месте?!

– Ошибалась не я! Ошибался мир! И мир изменится – его можно изменить! Ха-ха-ха!

Я раскинула руки и от души зарядила магией по площади! Воздух задрожал! Из ниоткуда появились тысячи янтарных кристаллов. Градом они посыпались на землю, уничтожая десятки тварей, а самое главное формируя длинную стену, которая отгородила ворота и выживших от полчищ монстров. Вам не пройти!

– Идиотка! – крикнула Алиса.

Её холодный голос отрезвил меня. Я так обрадовалась, что кое-что не заметила. Может, я перешла на новую стадию, но вот энергии-то почти не прибавилось. Ой-ой...

Развернувшееся во всю ширь поле магических конструкций развалилось, как карточный домик. У меня закружилась голова. Вовремя подбежавший Влад закинул мою руку себе на плечо и поспешил к вратам. Они уже прогнулись под магией Алисы! Но у нас не осталось ни секунды.

Как в кино, я безвольно наблюдала, как чудища прорывались через стену. Они толкались, пинали и сбивали друг друга, разбивали кристаллы и тянулись своими кривыми длинными конечностями к спинам детей. Чьи-то крючковатые пальцы метнулись к моему лицу.

– Дрянная из тебя героиня.

Между тел, сквозь пальцы, волосы, пыль и осколки янтаря вверх взметнулись серые лозы. Они стянули и сковали десятки врагов, спасая меня, Влада и всех остальных.

Послышался скрежет.

Я оглянулась.

Алиса каким-то образом защитила нас и сдвинула внутрь створку ворот! Чего-о-о?!

– Быстрее! – крикнул Влад. – Все к Башне!

Толпа ребят, второпях протиснулась внутрь. Мы уходили последними. Я видела, как Алиса взмахом кисти с легкостью отбросила ближайших монстров и отступила за ворота. Но от меня не укрылись колебания её маны. Почти такие же слабые и хаотичные, как у меня. Ясно. Она просто тоже выжала себя до капли.

– Мы не сможем закрыть их, – понял Влад. – Нужно скорее разобраться с…

– Стой, – отдернула я. – Они не двигаются.

Монстры с той стороны не гнались за нами. Они просто… застыли.

– Ч-что здесь случилось? – прошептала Ния.

Я наконец оторвала взгляд от ворот, готовая драться даже голыми руками, и увидела двор Башни. Он был завален телами.

Телами монстров.

– Бойня, – сказала Алиса.

– Это не к добру, – сказал Влад.

Из нас троих он единственный сохранил силы – все ради битвы с боссом. Поэтому он передал меня Ние и Коле, а сам шагнул вперёд, разгоняя мглу сияющим клинком. Вот же блин. Здесь ничего не видно!

– Приготовиться к последнему бою, – сказал Влад. – Мы почти победили!

Ребята согласно замычали и выстроились в подобие клина. Мы двинулись вглубь. В любой миг из ниоткуда мог выпрыгнуть монстр. С минуты на минуты появится главный гад. Нас ждет самая сложная битва.

Я наступила ногой на тело монстра, испещренное алыми полосами, и шарахнулась в сторону.

– Так ничего не выйдет, – сказала Алиса.

– Да, нужно убрать туман, – на удивление согласилась я.

Влад кивнул и взмахнул мечом, чтобы ненадолго развеять мглу.

Я затаила дыхание и задрала голову.

Двор выглядел так, словно ребенок-великан покрошил армию солдатиков в черном, и ссыпал весь мусор в одно место. Крылья, руки, ноги, головы, половинки тел. Всё было усеяно ими сплошь и поперек. А больше всего ужасала гора из черных тел, на вершине которой лежало чудище невероятных размеров. Почти такое же большое, как ворота!

И на животе этого жуткого монстра кто-то был. Тихо вздымалась и опускалась грудь. Фиолетовый и красный огни, будто два глаза, взирали на нас сверху. А под горой валялись огрызки зеленых яблок.

Я хихикнула.

– Адам.

Лицо Алисы вытянулась.

– Неужели… – осмотрелась она. – Но мана...

– Да.

Его состояние, кажется, немногим лучше нашего.

Вдруг фиолетовый огонек, который, очевидно, был Ширли, сместился. Почти сразу Адам сел, потянулся к лицу и, протяжно зевнув, открыл глаза.

– А вот и вы, – сказал он, смотря на меня. – Как и договаривались.

– Ага, – улыбнулась я. – Осталось войти в Башню.

– Покончим с этим.

Глава 16

– Лилия, – горько усмехнулся я.

Силуэт девушки в черно-белом платье, стоящей у входа в шатер, дернулся, размазался и вернул четкость.

– Николас, ты опоздал! – посуровела она. – Как вообще можно опаздывать на военный совет, от которого зависит судьба королевства?

Я положил руку на эфес меча, висящего на поясе, и придал себе беззаботно-уверенный вид.

– Ты же знаешь, как. Подождешь здесь? Я скоро вернусь.

– Пф! Иди давай.

Я перевел мрачный взгляд на бордовую занавеску, поднял руку в латной перчатке и замер у входа.

“Чего ждешь?” – спросила Ширли.

“Ага, давай уже. Интересно ведь”, – добавил Рей.

Я скосил взгляд вправо вниз. В отдалении, словно призраки, дрожали фигуры духов. Одна грызла созданную воображением шоколадку, а другой шерудил лапой в бумажном стакане и лопал попкорн.

“Для вас это шоу?”

“Я с таким не встречался”, – признался Рей. – “Стоило войти в Башню, как меня буквально затянуло. Это сон? Ощущение как взаправду”.

“Воспоминания”, – сказала Ширли. – “Старые души с ростом своего нового воплощения раскрывают ему самые ценные или эмоциональные воспоминания прошлого. Видимо, Башня Восхождения катализирует этот процесс”.

“Ты поэтому ничего не рассказывала о нашем прошлом?” – вдруг догадался я.

“Ты сам об этом просил. Мол, это может смазать картину”, – защитилась Ширли. – “А что я получила за помощь? Правильно, упреки и переработки. Ты должен мне за это годовой абонемент на астральные ванны”.

“Понятно…”

Ничего не понятно. Мне нужно просто двигаться вперёд по наитию? Если так, то проще сказать, чем сделать. Из-за физиологии младенца я определенно потерял множество воспоминаний, – по большей части бесполезных, со слишком слабым эмоциональным откликом, чтобы они сохранились, – но пробелы в собственной истории меня беспокоили. Что будет, если я упущу важные детали и изменю события? А что, если я сам уже изменился? За примерами и ходить не нужно. Я так расслабился, что чуть не провалил Восхождение.

Я потер переносицу. Что толку об этом думать? Я ухватил занавеску и вошел внутрь. Сегодняшний день один из немногих, что заполнился мне до тошноты подробно.

За длинным прямоугольным столом с картой собрался военный совет королевства. Притащили даже отставных генералов и ветеранов, не говоря уже о новых талантах и действующих командующих. И стоило им всем увидеть меня, как они замолчали и отшатнулись. Неженки.

– Что ты здесь забыл брат? – спросил Леонард.

Похожий на меня парень, с темно-рыжими волосами, заплетенными в косу. Но с холодным взглядом, идеальной позой и отточенным этикетом – прямо будущий король.

– А мне уже нельзя помочь королевству? – ответил вопросом на вопрос я.

– Ты…

– Ник! Как раз вовремя приперся! Чего так долго?

Из угла шатра, где собрались адъютанты и главные боевые офицеры, вышел парень в черном плаще. Её рожу разукрашивала развеселая улыбка, которая совсем не вязалась с атмосферой грядущей битвы. Тринсер остановился передо мной. Серьёзно сощурил глаза. А затем обнял с такой силой, что затрещали кости.

– Остановись, придурок, убьешь ведь… – прохрипел я.

– Ха-ха-ха! – засмеялся он и, все же отпустив, хлопнул меня по плечу. – Да тебя хрен убьешь. Лучше давай включайся. У нас тут решающая битва с эльфидами намечается. Ты же неплохо их покрошил в свое время, а?

Я всмотрелся в пышущее жизнью лицо уже давно мертвого друга.

– Вроде того, – не смог отказать я. – Что тут у вас?

Народ в шатре напряженно уставился на меня, а затем на Лео.

“Чего они от тебя так шарахаются?” – заинтересовалась Ширли – “Нет это, конечно, правильно. Но для тебя странновато”.

“Здесь много моих старых знакомых, друзей по учебе, товарищей по службе. Но в какой-то момент я стал считать, что время, проведенное с ними, лишь отвлекает меня от по-настоящему важного и отдалился”.

“И где связь?”

”Когда всё-таки пересекаюсь с кем-то из прошлого, кто-то из них почему-то всегда умирает в муках”.

“О-у… надеюсь, от твоей руки?”

"Иногда".

Леонард вздохнул и подозвал меня рукой.

– Здесь, здесь и здесь. Видишь? – указал он на карту. – Противник засел на холме. Мы устроили партизанские вылазки на пути снабжения, и вчера удалось найти и уничтожить поставку световых пушек, которую они тщательно скрывали.

– Тех самых пушек, которые отрывают пол замка за раз?

– Тех самых. Мы решили, что это лучшее время для атаки, хотя их и больше, чем нас.

– Что по магам?

– Я проводил разведку, – уперся руками в стол Тринсер, ничуть не стесняясь высших чинов. – Если все их маги такие же зазнайки, как раньше, то судя по количеству разукрашенных шатров, их почти тысяча. Чуть больше, чем хотелось бы. Но если же они поступились своей чванливостью ради войны, и магов на самом деле больше, то нам… как это культурно?..

– Конец, – подсказал я.

– Вот-вот.

Лео взял слово.

– Но если сразу после отвлекающего маневра ты поведешь свой орден на прорыв по правому флагу, то мы обеспечим ему прикрытие и разобьем их арьергард, сколько бы магов они ни взяли.

Не брезгует подставить меня под удар. Какая забота.

– Это хороший план, – с улыбкой согласился я.

Мой орден знает, как убивать магов. К тому же именно эта тактика привела к нашей победе. А ещё именно из неё вкупе с моим решением погибли Леонард, Тринсер и половина армии.

Я не смогу снова на это смотреть.

– Но это может быть ловушкой. Если нас заманят вглубь, а у противника окажется хотя бы пара световых пушек, то это обернется катастрофой. Изменим план, – предложил я, передвинув фигуры на карте. Сколько раз я стоял в своих фантазиях над этим столом? Сколько раз придумывал сценарии победы? – Рассредоточим войска по центру, заманим противника внутрь и зажмем в клещи. Затем окружим левый фланг. Там будет меньше магов, потому что река и лес находятся справа, а в их близи эльфидам проще восстанавливать силы. Быстро возьмем левый фланг и выступим широким фронтом, чтобы уменьшить потери от выстрелов. Плюс, возможно, они испугаются задеть своих. Орден же распределится небольшими группами по разным точками и откроет охоту на вражеских магов.

Я замолчал. Эти слова не звучали в тот день. Что теперь произойдет? Сможет ли подобие сна создать новую историю из того, что есть?

– Вот как… – печально ухмыльнулся Леонард. Его лицо побелело. – Значит, ты всё-таки сохранил память.

Кожа с Леонарда, Тринсера и остальных сползла вниз, будто расплавленный воск, и оголила белые черепа. Желтые зубы застучали друг об друга, насмехаясь надо мной. Я отшатнулся и схватился за меч. Тьма, вырвавшаяся из глаз мертвецов, затопила шатер, и земля ушла из-под ног.

“Эм, всё так и должно быть?” – спросил Рей.

“Нет”, – коротко ответила Ширли.

Полет. Падение. Я услышал треск пламени и открыл глаза. Тьму освещал тихо пляшущий в камине огонь, в котором то и дело мелькала черная обугленная палка. Это старик, что сидел передо мной, шевелил дрова.

Сухая сморщенная кожа, седые от времени волосы, пустой почти лишенный жизни взгляд невидящих глаз. Он сидел в старом плетеном кресле, которое трещало при малейшем движении. Но мужчина почти не шевелился. Он даже не поднял головы, когда я обратился к нему.

– Наставник.

– Ученик.

Этот период жизни я помнил урывками, – слишком давно он был, – но чего я не мог забыть, так этого самого разговора.

– Вы обещали рассказать о секрете вашей силы, – напомнил я.

– Да. Обещал. Садись.

Оглянувшись и не найдя даже самой плохонькой табуретки, я уселся на пол и напрягся. Этот разговор изменил меня. Или, думалось мне, раскрыл и дал волю тем мыслями и желаниям, с чьей помощью я сломал себе жизнь.

Я опустил и закрыл глаза, не желая видеть, как говорит и дышит очередной мертвец.

– Это было семьдесят лет назад, – начал Наставник. – Мой отец после смерти жены путешествовал по миру и торговал. Я был с ним. В дороге мы стали свидетелями дуэли двух опытных воинов. В этот день я определил свою судьбу.

“Из него отвратительный рассказчик”, – поделилась недовольством Ширли.

– Сражение вдохновило вас? – спросил я.

– Оно показало мне, к какого рода силе нужно стремиться. Ведь до этого я лишь немного знал торговлю. Потом в возрасте десяти лет я упросил отца отпустить меня в училище. Пропахшее потом и гниющим деревом, дрянное место на отшибе королевства. Но я был рад. По крайней мере, пока не узнал, что у меня нет таланта. Но что тогда было с меня взять? Тощий мальчишка. Невысокий, слабый телом и духом. Плохо учился, плохо старался.

Самый последний неудачник, который стал живой легендой. Помню, как меня тогда вдохновила его история. Я был готов делать всё, что говорит Наставник. Верил в него, как в Бога.

– Как все изменилось? – заполнил паузу я.

– Был… парень. Громила Тодд. Он вечно насмехался надо мной и остальными. Он упивался своей силой, любовью учителя и, конечно, безнаказанностью. Он бил, издевался, заставлял сражаться с ним и одерживал неизбежную победу. Так не могло продолжаться долго. Кто-то ушел, кто-то остался и смирился. Но не я. Помню, как в один день злоба схватила меня с такой силой, что я был готов убить Тодда, даже если умру за это сам.

– У вас получилось?

– Нет. Я замер над его спальником с ножом в руке. И тогда осознал. Его смерть сейчас не даст выход моей злобе. Это поверхностно, глупо. Неправильно. Я не желаю видеть Тодда мертвецом. Нет. На самом деле я хочу видеть, как он корчится в агонии после поражения. Как злорадство и наглость сменяется неверием и отчаянием. Я просто хотел победить.

– Но вы были слабы.

– Да, – Наставник перевел дыхание. – Но я горел. И огонь, жгущий мне сердце, научил, как быть сильным. Как не сдаваться на тренировках. Как превосходить самого себя в бою. Как убить страх и малодушие. И как победить.

– Но разве это не детский каприз, который далеко зашел?

– Нет. Вовсе нет. Подумай, ученик. В то время, как Громила Тодд выходил на спарринг, чтобы получить похвалу и удовлетворить себя, я выходил биться с мыслью, что я сейчас умру. Что я отдам жизнь, всего себя, всё до последней капли крови, но убью его. С таким же настроем я тренировался и учился. Это сделало ум острым, а желание беспредельным.

Запомни, ученик. Боль, ярость, стыд, злоба, страсть, жажда силы и первенства, мечта разрушить оковы и покорить гору, гордость, страх, безнадежность, жалость, – все эмоции. Всё, вплоть до чистого безумия – это негаснущая печь, в которой можно выплавить талант, если ты умелый кузнец.

Пойми, ученик. Как еда дает человеку силу в его теле, так эмоции дают силу в его душе и разуме. Изначально талантливые люди всего лишь удачливые подлецы, родившиеся в нужном месте в нужное время или же случайно научившиеся, как ковать из чувств ступени и класть ими лестницу, ведущую к могуществу. Понимаешь, ученик?

Я выдержал паузу и спросил.

– Но как разжечь огонь и стать умелым кузнецом?

На мгновение Наставник перестал шерудить палкой в камине.

– Когда-то давно ты всё это уже услышал, – сказал он и продолжил толочь обугленные деревяшки, как будто от этого они могли зажечься вновь. – Ты поверил мне. Ты пошел моим путем. И ты оступился. Совсем, как я.

Краешек его губ дернулся.

– Глупый ученик, что сказать.

Я поднялся на ноги. Ширли подобралась поближе.

– Ты не он. Наставник не проявил ни малейшей эмоции даже, когда умер. Отвечай. Что ты за существо и что тут происходит?

Старик в облике Наставника выпрямился и, с трудом встав, повернулся ко мне. За его спиной раскрылись окна, похожие на экраны в Оазисе. На них появились мои битвы с Восхождения и Посвящения.

– Изнеженная принцесска. Получив такой шанс, как новая жизнь, что ты сделал? – со спокойствием ледяной глыбы спрашивал он. – Едва не погиб от пары десятков духов, которые по силе сравнимы с жалким зверьем. Тот же самый человек, который в гневе за смерть какой-то горничной убил сотню эльфидских магов на Обширской равнине? – моя щека дернулась, как от электрического разряда. Вот же урод! – Вздор. А после? Забыл о тренировках, соблазнился дармовой силой. И этот тот самый мальчишка, который пять лет оттачивал один-единственный прием, чтобы не проиграть в дуэли брату? Это твое “Пронзание”? – указал он на экран, где я с трудом победил двух монстров. – Смех да и только. А что потом? Восхождение. Небрежность, легкомысленность, неопытность? Нет. Я вижу то, в чем ты не хочешь признаваться самому себе. Это слабость. Слабость, выращенная страхом.

Я сжал скулы, выдохнул и разжал. Хорошая попытка. Но я уже не двенадцатилетний мальчишка, обивающий порог известного мастера в надежде стереть клеймо неудачника.

– Уж лучше так, чем стать таким, как ты. Человеком, сгоревшим до угля. Повторюсь. Что тут происходит?

“У нас есть варианты, как сбежать?” – одновременно спросил я. – “Это мало похоже на веселую прогулку”.

“Уже пробую”, – отозвалась Ширли.

– Мой путь, как и твой, высечен отчаянным эгоизмом, – произнес Наставник. – Он источник нашей злобы, нашей боли и нашего таланта.

– Старая песня. К чему это?

“Есть контакт”, – сказала Ширли. – “Могу разбудить нас прямо сейчас”.

– Ответишь? – поднял бровь я.

Наставник не двигался. В то время, как внутри меня без конца нарастал комок спутанных чувств. Я знал, что человек, который дышит рядом, давно умер, и передо мной в лучшем случае его блеклая тень, созданная подсознанием. Невыразимое ощущение. Я был рад его видеть, грустил по нему, но в то же время хотел убить.

– Нет, – сказал он. – Ты знаешь всё, что должен знать.

“Уходим”.

– Прощайте, Наставник.

Лицо старца и комната растворились в вихре сиреневой энергии. Мысли потухли. Я прислушался к ощущениям. Дыхание, биение сердца, прикосновение одежды. Холодный камень, обжигающий шею. От него по мышцам растекалась сила и бодрость. Поток энергии, тот самый, который я учился контролировать с двух лет, выровнялся. Стал стойким и быстрым, при том, что сознательно я его почти не контролировал. Удивительно. Это результат, на который ушло бы два или три года практик.

Я приоткрыл глаза. Меня встретил мягкий полумрак.

Стоило бы подняться, но мне не хотелось.

Путешествие в прошлое, или чем бы там это ни было, задело за живое куда сильнее, чем я думал. Хотя… Наверное, так и происходит, когда о чем-то с удовольствием забываешь на целые годы, а потом резко к нему возвращаешься? Тогда это ощущалось, как личный крестовый поход, никем непонятный одинокий путь к собственному счастью.

Да, безмозглый мальчишка.

Но прошлое в прошлом.

А каждый взгляд за спину это короткая смерть.

Избавившись от суматохи в голове, я встал.

За спиной оказался каменный стул, покрытый множеством канавок, что из глубины мерцали золотом. Эти линии сходились на крупном… кристалле? Нет. Этот минерал снаружи казался оранжевым камнем, но под его оболочкой будто бы двигалась жидкость. Одни части были темными, как бездна космоса, а другие светились, точно звезды. Вот он каков, легендарный Нумерит.

– Адам, – обратилась Ширли.

– Да.

В два ряда стояло несколько таких же стульев, на которых сидели Лефи, Влад, Алиса и другие. Некоторые, к примеру Лефи, морщились, а другие даже дышали настолько тихо, что можно подумать, будто они умерли. Кроме того в помещении не нашлось никакого источника света кроме рун, которые тускло сияли на стенах, и таинственного свечения Нумерита. Для полной картины не хватало разве что кровавых пентаграмм.

Я поднял глаза. А вот и они, прямо на потолке – пульсируют энергией.

– Кажется, тут всё не по-детски, – вынес вердикт я.

– Я не об этом, – сказала лиса.

– Вот именно. Всё дело в тебе! – подхватил Рей. – Сколько ты ещё от нас скрываешь? Признавайся, ты ведь точно был маньяком-психопатом в прошлой жизни?

– Ага, – кивнул я. – Пачками убивал людей и духов, а потом пришивал кусочки их тел друг к другу. Вам-то какая разница?

– Никакой, – фыркнула Ширли. – Но не будь глупцом. Если у тебя есть сила или способ её получить, то не пренебрегай им. Наше развитие напрямую зависит от твоего роста, знаешь ли.

– Мы понимаем, что твой брат и друг померли по твоей вине, и всё такое, – развел лапками Рей. – Но вспомни-ка, что ты мне сказал буквально сегодня? Жизнь-то продолжается.

Я закатил глаза. Вот как знал, что до этого дойдет. К лучшему или нет, духи при всей их многовековой мудрости не понимают и не смогут понять людей. Для них неизвестно, что значит упустить время, забыть лица близких или потерять себя. Бессмертные совершенные формы жизни. Что им до кожаных мешков?

– Ты прав, – только и сказал я.

– Так лучше быть слабаком? – уточнила Ширли. – Как там сказал твой наставник? Слабость, выращенная страхом?

– Возможно, – пожал плечами я. – Пусть так. Пусть я слабак. Но зато я веселюсь с друзьями, люблю родителей, изучаю магию и наслаждаюсь своей новой жизнью. И я вовсе не намерен останавливать наше развитие. Так что хватит об этом.

– Тогда к чему было так убиваться на Восхождении?

– Минутная слабость. Разок за четыре года можно и поднапрячься, иначе станет скучно. Не так ли? – хмыкнул я, а сам задумался. Разве риск того в самом деле стоил? Хотя, вот он новый дух, и вот он, я живой и сильнее, чем прежде. Скорее да, чем нет.

“Это спросила не я”, – вдруг перешла на мысли Ширли.

“Стой, но ведь голос… Тогда?..”

“И не я”, – добавил Рей.

“В смысле? Кто-то ещё говорит вашими голосами?” – напрягся я.

Из полумрака раздались хлопки и звонкий смех.

– Добрался до Башни Возвышения и решил, что на этом конец? Хех. Как бы не так.

Глава 17

– Добрался до Башни Возвышения и решил, что на этом конец? Хех. Как бы не так. Кроме усиления за счет Нумерита тебя ждет подарок покрупнее. Как завещал Джо Рояль, всё лучшее детям!

Из темноты вышел человек. Он носил длинное черное пальто с высоким воротником и опирался на трость. Тонкая белая кожа облепляла худой череп парня, а уставшие глаза спокойно и внимательно изучали меня. Я не чувствовал его силы, но знал, что в битве у меня нет ни шанса.

– Это… это ты! – воскликнула Ширли.

– Да! – засмеялся незнакомец. – Это я! Ваш любимый Директор!

– Чего? Это тут при чем? Я о големах и совах!

Ширли расфокусированным взглядом смотрела куда-то за спину пришельцу и передавала мне мыслеобразы. Десятки и сотни блеклых нитей расходились от его груди во все плоскости и растворялись в воздухе. А одна обрывалась прямо над его головой. Там, откуда спустя секунду на плечо парня опустилась сова с белыми перьями.

– Так вот, как вы всё это повернули, – понял я.

Десятки духов-сов, которые следили за порядком в Облачной школе это искусственные существа, созданные этим самым человеком.

– Монстры на Восхождении тоже ваших рук дело? – спросил я.

– А чьих же ещё? Это моя особая магия, – сказал он, погладив сову по клюву.

Так вот он тот самый человек, который издевался над детьми почти три дня, ржал на всю округу, вероятно, меняя голос, как сейчас, и гонял меня по лесу, управляя армией големов. Честное слово… гада хуже и представить нельзя!

“И он, естественно, слышал весь наш разговор”.

“Ещё как”, – отозвалась Ширли. – “И он… не уверена. Он сдерживает ману, но по ее плотности рискну предположить, что гад на стадии завихрения. Высвободи он свою ауру и все вокруг превратилось бы в пыль”.

“И что это значит?” – спросил Рей.

“То, что он знает, что я не просто ребенок, и что мы не можем ничего ему сделать. И что теперь мы всегда общаемся в мыслях, когда дело касается минимально важных вещей”.

Я некоторое время наблюдал за парнем, но он лишь невинно моргал, одними глазами говоря “я всё знаю”.

– Ну и… кто вы? – спросил я.

– Кто я? Валериан Кравиос. Директор. Сказал же.

– Директор?

– Я, конечно, прогуливал все линейки, но на сайте школы моя фотка есть. Можно было и узнать.

– Понятненько.

И снова молчим.

Пу-пу-пуф-ф... Ладно. Паковать меня в смирительную рубашку и вести на допрос он явно не собирается, так что прикинусь дурачком.

– А что со мной было? Я видел, эм, то что никогда не видел. И люди какие-то незнакомые. Было та-ак страшно. А потом я почувствовал себя лучше. Это нормально? И где мама с папой? Домой хочу. И какать ещё.

– Это пробуждение души, – принял игру Директор. – Ты увидел воспоминания из прошлой жизни. Прожив их вновь, ты снял ограничитель и позволил душе подключить старый опыт к подсознанию. Но теперь я бы на твоем месте был повнимательней. Могут появиться привычки, мысли, которых ты не ожидаешь от себя. К тому же некоторые воспоминания иногда… запаздывают.

– А там Нумерит, да? – тыкнул пальцем за спину я.

– Угу. С его помощью можно в каком-то смысле коснуться души. Ты большой молодец, что так много знаешь. К слову, этот камешек пойдет тебе в браслет.

– А что за награды, про которые вы говорили? И что там с мамой и папой? Я ведь так и заплакать могу!

– Тише-тише, не гони так, – выставил руку Валериан. – Подождем, пока все проснутся, а затем пойдем за наградами и сразу к родителям. Договорились… мальчик?

“Он издевается. Он издевается за то, что я издеваюсь. Он хорош”.

“Он определенно хорош”, – согласилась Ширли.

“Люди только лишь и способны, что играться словами”, – изрек Рей. Ловко это он уже косит под “своего”.

– Тогда объясните мне кое-что, – обратился я к Директору.

– Что объяснить?

– Возможно ли такое, что я увидел не просто воспоминания?

– О, и что же ты видел?

– Ну, я как бы…

– Адам?

Да ёп! На самом интересном!

– Адам! – раздалось позади.

Шорох, шаг, прыжок, полет, авария, хруст сломанных костей. И я умираю, а Лефи сидит сверху и трясет меня за воротник.

– Адам, Адам, слушай, я такое увидела… ТАКОЕ!.. Да ты такого ваще никогда не видел! Сейчас, как расскажу, просто афигеешь! Короче, сначала я ничего не поняла, потом, в общем тоже, ну а вообще там была женщина, которая была я. Ну то есть не я, но как бы я. И я, то есть как бы она, сначала туда, потом сюда и в общем война, а потом я фигак и королева! Но это ведь че? Это фигня. Я до того, как…

Она тараторила и тараторила, а я возвращался с того света и думал. После истории с путешествием в прошлое беспечная Лефи это как глоток свежего воздуха. Да что там, это целый ураган! Дует с такой силой, что как ни странно, даже вдохнуть сложно.

А ведь такие люди окружали меня и раньше. Только они совсем в моей жизни не задерживались, точнее, это я делал так, чтобы они не задерживались. Повезло только Тринсеру. Теперь же я, здоровый лоб в теле мальчишки, и пожалуйста, всерьез принимаю за друга безбашенную девчонку, которая прямо сейчас мотает меня из стороны в сторону и рассказывает о своих похождениях в прошлой жизни, потому что считает, что для меня это так же важно и интересно, как и для неё.

И она права. Глупо, да. Но я воспринял свою новую жизнь, как шанс сбежать от прежних ошибок. И глядите, у меня получилось. У меня есть всё, что я когда-то не ценил, и я по-своему счастлив.

Только никак не пойму, почему не получается отпустить эти мысли.

– А потом просыпаюсь, и оказывается, что это была vr-игра, а я живу в однушке в Оазисе и мне не хватает денег заплатить за аренду в конце месяца. Но если ты думаешь, что это конец, то я только начала, потому что дальше я год напролет собирала команду, чтобы убить Импе…

– Кхм-кхм.

Лефи перестала меня трясти и медленно подняла взгляд на Директора.

– Дядь, а вы кто? Вам плохо? Или это тушь под глазами такая?

– Дядя? – схватился за грудь Директор. – Нет-нет, я вовсе не дядя. Послушай, мне всего двадцать семь. Зови меня Валерианом или хотя бы Директором. И это не тушь, а круги под глазами от переработок по вине злобного начальника. Твоего отца, кстати.

– А-а… вот так, – стушевалась девочка. – Вы главное не бойтесь, дядя Директор. Это, наверное, лечится. Я так думаю.

– Да? Хотя правда же. Совсем забыл дурак, я ведь даже знаю лекарство! Например, спокойные трудовые будни или наконец отпуск!

– Тут я не могу помочь, – взгрустнула Лефи.

Директор вздохнул и сел на выросшее у него за спиной черное кресло.

– Просто в следующий раз не запускай двадцать человек на летающем булыжнике в небо без плана приземления. Ты хоть, знаешь, как я обос... испугался, мелочь пузатая? Меня бы четвертовали, если бы вы разбились!

– Я что-то пропустил? – поднялся из мертвых я. – Какой такой булыжник?

– Да там всё под контролем было, – отмахнулась Лефи. – И ниче не пузатая я…. И нас, между прочим, защищал маг завихрения!

– Ага. И где же этот красавец и гений сейчас? Ах, да. Вот он я, сижу и злюсь.

– Правда злитесь? – осторожно зыркнула Лефи.

– Ну-у, вообще да. Есть немного.

– Немного? – не поверил я.

– Это не преступление, если тебе было весело, – подмигнул Директор. – Но по долгу службу я всех вас наругаю, накажу и награжу. В произвольном порядке.

И пока Лефи пыталась вытрясти из Валериана секрет становления магом Завихрения, другие ребята понемногу пришли в себя. Кто-то открыл глаза и уставился в пустоту, как Алиса. Кто-то вроде Влада с нервной улыбкой принялся кивать стене. Большинство же с сонными мордахами сползали со стульев и зашугано оглядывались.

– Так-так, – захлопал в ладоши Директор. – Все посмотрите на меня… Хорошо. Связь с миром налажена. Итак. Мои поздравления, вам всем удалось пройти экспериментальное необоснованно сверхсложное Восхождение от Облачной школы! Отличная работа, господа и дамы! Отличная работа!

Детвора ответила восторженным молчанием и энергичным ковырянием пола носком обуви.

– Ох, какие вы оживленные! Смотрю, вам всем так и не терпится узнать, когда вы получите свои Нумеритовые браслеты? Угадал ведь?

Лица заметно оживились. Лефи подобралась. Даже Алиса вернулась из прострации и сфокусировала взгляд.

– Но к сожалению… так получилось, даже не знаю, как вам сказать…. В общем, вы получите их уже сегодня! – взмахнул руками Директор под радостные вздохи учеников. – Правда для этого школе нужно собрать и обработать камни сверхсекретным способом, а потом вставить их в браслеты. Поэтому пока суть да дело, каждый из вас возьмет сокровище из Башни Возвышения. Все за мной!

Мы покинули комнату, которая, находилась в основании Башни и ступили на спиральную лестницу.

– А что за сокровище? – спросил Влад по пути.

– Ну вы же слышали, что в других мирах можно найти артефакты и новые магические знания? А Башня Возвышения это древний механизм, который как раз собирает и выдает знания.

– Библиотека, – сказал мальчик в очках, шедший позади меня.

– В точку! – щелкнул пальцами Директор. – Но библиотека не обычная, а волшебная. И знания полученные вами, это возможность развить уникальные способности. Правда не за бесплатно. Вы же не потеряли свои жемчужины с циферками?

– Мы все их собрали, потому что решили, что это может быть важно, – не без довольства отозвалась Лефи. – Все потому что в школе мы уже целый месяц находили надписи на стенах про какие-то чудесные жемчужинки, которые нужно любить и оберегать.

Чего? А такое точно было?

– Вот это да, – схватился за сердце Валериан. – Эх, хорошая у вас школа однако. И стены умные. Нам сюда.

Директор толкнул тростью тяжелую металлическую дверцу и та со скрипом отворилась во внутрь. Мы вошли в пустую чистую комнату с такой же дверью. Я поежился и спрятал пальцы в карманах. Да что за планета… Тут кто-то специально для нас холод держал или как? И почему внизу было теплее? Эх, говорила мне мама шапку с варежками взять. Дурак был, что не слушал, каюсь.

Ширли тем временем закатала саму себя в шарф и разогнала энергию, чтобы согреться. Спасибо артефактной ткани, мне и одежде её энергия не вредила. Рей же уменьшился и хотел было спрятаться в одном из карманов, но куда ему – такому яркому и светящемуся?

– Поймала! – с выражением искреннего счастья схватила духа Лефи. Она заключила его между ладоней и с интересом заглянула между ними. – Хм-м-м, маленький какой-то дух получился. Надули тебя, Адам.

– Спасите… – пропищал Рей.

“Считай это испытательным сроком”, – сказал я, наблюдая, как толпа детей взялась мучить несчастного Рея. – “У всех младшеклашек негласное правило знакомиться со всеми духами. Кроме Ширли. Она кусается”.

“Чем горжусь и всем советую”, – отозвалась та.

– Заходите в комнату по одному со своими жемчужинами, когда я позову, – сказал Директор.

Он увел первого человека и зашел с ним за дверь. В соседнюю комнату откуда-то снизу потекла энергия. Лучи яркого белого света просочились сквозь щели и ослепили меня. Я прикрылся рукой, а когда проморгался, наружу вышел мальчик с горящими волосами.

– У-оу-оу! – подбежали к нему дети.

– Че с тобой, Френки?

– Ты как это так?

Вместо ответа мальчик с ухмылкой приложил палец к губам. Его короткие темные волосы вытянулись вверх и в стороны, словно огненные хлысты.

Он владеет арибутом без духа? И эта магия… почему волосы? Блин, ничего не понятно, но как же интересно.

– А, че это.. что со мной?!

Мальчик растерялся, забегал глазами, а затем его волосы рассыпались пеплом, оставив гладкую лысину. Он несколько раз коснулся макушки, не веря в происходящее. И, конечно, заплакал.

“Отстой”, – фыркнула Ширли.

– Фре-е-енки-и! – заголосили дети. – Не-е-ет!

Директор махнул рукой и пацана утащил пузырь серебристой энергии.

– Следующий.

– А можно не надо? – попятилась Лефи, прижав руки к волосам.

– Как это не надо? – удивился Директор. – Давай-давай. У тебя счет получше, глядишь и повезет.

– Г-глядишь?

Лефи посмотрела на шарик с числом двести один, и сглотнула. Непростое решение для десятилетней девчонки после увиденного.

– Если останусь без волос, то я это… засужу вас за жестокое обращение с детьми, – предупредила она.

И без страха последовала за директором. Эх, растет, малышка.

Я залез в рюкзак и достал жемчужину с четырьмя цифрами. Тысяча четыреста двадцать три. Оглянулся и заметил, что остальные тоже достали жемчужины. У кого всего десяток. У кого почти сотня. У Влада триста двенадцать.

Опускаю взгляд.

Волнительно как-то. На Восхождении всё идет наперекосяк. К гадалке не ходи, за этой дверью очередная странность ждет, чтобы добавиться в мою копилку. И не то, чтобы я считал себя избранным или каким-то особенным. Думаю, я просто слишком глубоко погряз в паутине Вселенских законов, о которых не имею ни малейшего представления.

Я родился вновь в величайшем городе тысячи миров, не потеряв память, в отличие от остальных. У меня откуда-то абсолютный контракт с духом, который прожил со мной множество жизней, но не говорит о прошлом ни слова. А ритуал пробуждения души Нумеритом явно прошел неправильно. Почему мои знакомые из прошлого мыслили за пределами воспоминаний? Почему вели себя так, будто от и до знают мою новую жизнь?

Почему так неспокойно с самого начала Восхождения?

Что я упускаю?

“Эй, у тебя в голове беспорядок” – приподняла голову Ширли. – “Что с тобой?”

“Ничего”, – машинально ответил я.

– Адам, ты следующий, – позвал Директор.

Я прошел мимо Лефи, вокруг которой взрывались маленькие кристаллы янтаря, мимо Влада, который уже получил награду и теперь задумчиво крутил в руках клинок, обогнул Алису, хмуро смотрящую сквозь меня. И вошел в комнату.

Директор взглянул на мою жемчужину и проводил к круглому столу, в середине которого находилась выемка для сферы.

– Положи туда и не сопротивляйся.

Я сжал гладкий белый шар пальцами, поместил на алтарь и не смог убрать ладонь. Я дернул руку на себя, но пальцы будто приклеились.

– Успокойся, – сказал Директор. – Нужно просто рас…

Все помещение затопило светом! Могущественная магия веревками обвилась вокруг пальцев и кисти, затем поползла выше, до боли стянула плечо и обмотала грудь. Энергия моргнула и из белого превратилась в синий.

Я попытался вдохнуть, но лишь захрипел, задыхаясь. Как будто плыву под толщей воды! Перед глазами замелькали картинки. Незнакомые пейзажи, лица, звуки. Сознание ускользало. Я засыпаю?! Или… умираю?

Нет. Спокойно.

Я собрал силу воли в кулак и подавил поступающую панику. В следующий миг безумный вихрь энергии разросся и поглотил меня с головой.

– Где мы? – спросила Ширли.

Я с трудом открыл слипшиеся веки и вдохнул свежий воздух. Пахло землей и травой.

Вокруг раскинулось море зеленых колосьев, пригибающихся от ветра. Справа проходила асфальтированная дорога. Впереди, где-то вдалеке, за синей дымкой горизонта высились современные здания. А буквально в сотне шагов надо мной возвышался рекламный щит с рисунком неизвестной планеты и надписью на незнакомом языке.

– Дженис, где мы?

– Недостаточно данных для анализа.

Я достал телефон из кармана и навел камеру на надпись.

– Переведи.

– Незнакомый язык. Выявлено внешнее сходство с четырнадцатью языковыми группами. Начинаю анализ.

– Адам, – обратилась Ширли. Её голос… дрожал? – Магия. Здесь совсем нет магии! Я… мне, мне… нужно уйти, нужно… не понимаешь, нужно….

Я снял её с плеча. Ширли тряслась. Энергия вытекала ручьями. Как будто кто-то нарочно вытягивал из неё всю ману! Проклятье! Она же так умрет. Но как вернуться обратно? Как я вообще здесь оказался? Что делать?!

Соображай, Адам. Какая-то магия в Башне затянула тебя сюда. Но это магия твоя. Все до этого могли управлять способностями, которые получили. Значит, и я смогу!

Но с чего начать? Как не дать Ширли умереть у меня на руках?

– Я сама, – прохрипела Ширли, сморщившись от боли.

По её шерсти прошла волна энергии, и мана почти перестала утекать. А потом хлынула с двойной силой! Ширли застонала.

– Да что за инопланетное дерьмо?! – не выдержал я.

– Перевод завершен. Предположительное значение текста: “Сохраните Землю!”.

Чего?..

Какая Земля?! Вообще не до этого!

Так, соберись. Соберись. Думай. Как там было? Я закрыл глаза и выставил руку вперед, как когда клал жемчужину. Вспомнил ощущения. Как энергия обвивалась вокруг меня, как бушевал вихрь энергии. И что ещё? Образы, точно. Нужен образ.

Я резко вдохнул и представил комнату в Башне Возвышения, представил, как…

– Адам, черт побери, ты где был?! – кричал Директор.

Я открыл глаза и, не обращая внимания на Валериана, направил столько астральной энергии к Ширли, сколько мог. Лиса поглотила её. И содрогнулась! Судороги накрывали её одни за одной. Её мана, чувства и мысли – всё тонуло в хаосе!

“Ширли”, – с надеждой позвал я. – “Ты слышишь? Как ты?”

Спустя долгие секунды я услышал ответ:

“Х-хреново... Не делай так больше”.

Облегченный вздох вырвался из груди. Жива. Я осел на землю и прикрыл лицо, слыша, как замедляется колотящееся сердце. Жива.

Директор опустился на колено, схватил меня за плечо и с напором повторил:

– Адам, что с тобой?

Я взглянул на собственную руку и покрутил её перед лицом. Хотел бы я знать. Хотя, он же, наверное, про магию. Да, точно ведь.

По наитию, будто всегда так умел, я приподнял кисть и закрутил на кончике пальца крошечный вихрь синей энергии.

Я нервно выдохнул.

– Не серчайте, Директор, но, кажется, я научился перемещаться между мирами.

Глава 18

Повисло тревожное молчание.

Директор выпрямился и сложил руки на трости. Учитывая, как много он обо мне узнал за несколько минут, хорошего ждать не приходится. Я может, и не особо разбираюсь в статистике, но маги, способные за секунды перемещаться между мирами, на улице не валяются.

Мужчина грозно зыркнул на меня сверху вниз.

Я сглотнул.

– Адам, – обратился он. – У тебя есть справка?

– Справка? – напрягся я. – Какая справка?

– О психическом здоровье.

– Эм… а… э-эта справка…

Какие ещё документы? Ау, мне десять! У меня одна бумажка. Та, где написано, что я родился. И то в электронном виде.

– А у вас такая справка есть? – перешел в нападение я.

Директор сощурил глаза.

…

– Хитер.

Я чуть не закашлялся! Реально, что ли нет?!

– В общем, давай так, – потер переносицу Директор. – Ты пойдешь за браслетом, а потом к родителям. И чуть позже мы с тобой основательно поговорим.

– О справках? – уточнил я.

– И о них тоже. Иди давай. Другие ученики ждут своей очереди. А потом у взрослого меня, к сожалению, ещё есть дела. И да, – остановил он меня у двери. – Не используй пока эту магию.

Я отрывисто кивнул и вышел. Чувствую, натерплюсь я с этим Директором.

“Что с вами там было?” – вырвался из толпы детей Рей. – “Я на несколько секунд потерял связь, а потом… ох…”

Рей и я осмотрели Ширли. Мана не утекала и внешних следов нет, но каждые несколько секунд лиса неестественно вздрагивала.

“Уплотняю энергию”, – глухо отозвалась она. – “Отвяньте”.

Я посадил Ширли на сгиб локтя и передал Рею несколько мыслеобразов случившегося. Пусть думает.

– Адам, ты долго, – подскочила Лефи. – Что у тебя за магия? Я вот могу взрывать магические конструкции, представляешь? Ну прям вообще любые! Даже чужие! Тут главное не стать помидоркой. А с Ширли что? Она грустная.

– Круто, – искренне оценил я. С своим контролем маны она раскроет эту способность во всей красе. Правда причем тут помидоры? – А Ширли просто отдыхает. Расскажешь, что у остальных по способностям? – сменил тему я.

– Ну, Ния научилась лепить земляных человечков, а Владик вот научился сжимать энергию, – сказала Лефи. – Хотя это и так все умеют.

– Ну, если не учитывать, что я могу сжимать её почти в сто раз, – отсалютовал подошедший Влад.

– Э-эй! Тогда это нечестно! – переобулась девочка. – И ты Адам, все ещё не сказал, что у тебя. Я все помню!

– Да ерунда какая-то, – закрутил я на пальце вихрь. – Самому бы понять что.

И ведь не сорвал. Как именно работает перемещение? Какие условия? Нужен образ места, где я был, или достаточно увидеть картинку? Почему меня затянуло в какой-то странный мир без энергии? Для демонстрации? Но разве вообще может быть место без магии? Ничегошеньки я не знаю, а потому соглашусь с Директором. Пока этой силой лучше не пользоваться.

А вообще интересно выходит. Лефи получила подходящую ей способность. Ей всегда хорошо давались магические структуры и контроль. Владу тоже повезло. Какая теперь разница, что у него нет духа и он медленно восстанавливается, если хватит одного удара? И сдается мне, вихрь это тоже не случайность.

Во-первых, у меня весьма солидный счет на жемчужине. Во-вторых, я уже открывал портал ранее, когда сбегал из А-17. В-третьих, я не один год изучал пространственную магию по бабушкиным книгам. И в-четвертых, оба моих духа обладают аспектом пространства.

“Хочешь сказать, что эта странная человеческая постройка дает силу, которая тебе подходит?” – спросил Рей.

“Скорей, Башня опирается на сильные стороны мага, а мощь даруемой магии измеряется счетом на жемчужинах. То ли это ритуал какой-то, то ли жемчужины служат ключом. Они ведь из магии Директора. Иначе как ещё все объяснить?”

– А у Алисы что? – спросил я, заметив, что девочка стоит в стороне.

– Сверхмощное заклятие молчания, – с серьёзной миной ответил Влад. – Ещё и смотрит на нас так…

– Будто мы обсуждаем, как её лучше зажарить на костре, – закончила Лефи.

– Точно!

– У всех свои тараканы, – пожал плечами я. – Не лучше ли нам пойти за браслетами?

– Ага. Раз уж мы теперь друзья, то и количество перерождений должны узнать вместе!

Я с Владом и Алисой толком не пообщался, а уже друзья. Слишком просто. Мне нравится.

– Остальные уже ушли, – сказал Влад. – Вроде как нужно вернуться в ту комнату.

Неестественным торопливым шагом мы поспешили к лестнице, чуть не застряли втроем в проходе, и застучали ботинками по ступеням. Нумеритовый браслет! Тот самый, который я увидел и захотел ещё в детстве. Наконец-то!

Но стоило нам пройти половину пути, как мы столкнулись с проблемой. Проблема была в три метра длиной, не имела ступеней и называлась лаконично.

– Яма.

– Но мы же тут поднимались? – почесала макушку Лефи.

Башню слегка тряхнуло. Сверху посыпалась пыль.

Приехали.

Я посмотрел под ноги и сосредоточился на окружающей энергии. Плотное облако маны, что ощущалось в основании Башни, ударными темпами утекало прочь и, вероятно, разрушало фундамент и те части, где проходила энергия.

Как бы кирпич на голову не упал, подумал я. Иначе короткий выйдет финал у истории.

– За любую магию есть цена, – мрачно произнесла Алиса, внезапно оказавшаяся у нас за спиной.

– Ты чего пугаешь! – отпрыгнула Лефи… как раз в тот момент, когда на место, где она стояла, упал блок темного камня. – Уа-а! Ты как это сделала?! Ты… видишь будущее?!

– Не нужно видеть будущее, если ты знаешь того, кто его творит.

Влад ухмыльнулся.

– Она права.

– Да, Директор прикалывается, – согласился я.

После моих слов над провалом сформировался мост из серебристой энергии.

Я оглянулся, но Валериана не увидел. Тоже, блин, шутник. Успевает разбираться с одними учениками и угарать над другими. Или это он намекает, чтобы я не своевольничал с новой магией?

– Идем, – поторопил Влад.

Мы добрались до начальной комнаты, нашли свои стулья, благо их подписали, взяли браслеты и встали в круг.

– Делаем так, – объяснила Лефи.

Мы продели руки в пасть из холодного металла и защелкнули замок. Сияние Нумерита отразилось на полу. Наши цифры уже появились, но мы их не увидим, пока не перевернем браслеты “лицом” вверх.

– Готовы? – бодро спросила Лефи.

Она храбрилась, но не могла скрыть, как дрожит рука. Влад кусал губу. Алиса и вовсе закрыла глаза. Ради этого момента они трудились все последние годы своей и без того короткой жизни, и плевать, что все предрешено. Это шаг к взрослому миру, шаг, который они сделали сами. А для меня это нечто большее.

Я помню, что у папы “семь” воплощений и он ведущий ученый Атриса, у мамы ”девять” перерождений и своей интуицией она с младенчества пугает меня до чертиков, у бабушки двадцать одна прожитая жизнь, и она одна из самых могущественных чародеек Оазиса. Может, циферки на камушке и не определяют судьбу, но лишь глупец скажет, что между числом воплощений и будущим человека нет никакой связи.

Однако тысячи крат важнее то, что тем, у кого достаточно воплощений, выдают высший доступ к информационной сети Оазиса. Сейчас я, как и прочие дети, “неопределеныш”. Это означает поверхностные знания. Безопасные практики. Даже блок на соцсети.

Сплошная пытка.

Но стоит получить число хотя бы выше двенадцати, и ситуация изменится кардинально. Больше не нужна будет копилка вопросов, потому что единственное, что тебе будет не по карману это "опасные" знания, то есть всё то, что в неправильных нанесет прямой вред людям. И то, если пройти особые проверки и дать определенные клятвы, то можно получить даже их.

– И чего вы не отвечаете? – переминалась с ноги на ногу Лефи. – Уже струсили?

Я сощурился, пытаясь разглядеть цифры в отражении на полу.

Ладони вспотели. У сердца сбился ритм.

Да сколько уже можно?

– Давайте! – сказал я.

Мы перевернули руки.

Слева направо.

У Влада 21. У Алисы 20. У Лефи 21. У меня же…

– Ого.

– Странно.

– Не понимаю.

У меня тоже двадцать.

– Это какая-то шутка? – нахмурилась Лефи.

– Ничего удивительного, – заговорила Алиса. – Мы сильные и у нас почти предельные значения.

– А есть предельные? – нахмурился Влад.

– Да. Двадцать одна реинкарнация – это конец. Больше не бывает. Считается, что после двадцать первой жизни душа либо возносится, либо умирает.

– Как это? – поразился я. – Откуда ты знаешь?

– Мастер рассказал, – сказала Алиса будто это всё объясняло.

– Мастер Сайлас тот, в ком можно не сомневаться, – добавил Влад.

А-а-а. Вот оно как. Ну, тогда всё понятно!

Ладно. Я рассмотрел пылающие Нумеритом цифры. 20. Мало это или много, кому какое дело? Главное, что хватит для нависшего доступа к сети Оазиса.

– То есть я теперь ещё круче?! – заулыбалась Лефи. – Хе-хе, утру нос дедушке с его семнадцатью!

– Отец удивиться, – заулыбался Влад.

– А я давно знала, – пожала плечами Алиса. – Мастер давно рассказал. Потому что важно с самого начала знать, кто ты на самом деле.

– Что? Так вот чего ты такая! – надулась Лефи.

– Не понимаю твою речь, – нахмурилась Алиса. – Какая “такая”?

– Да вот… такая!

– А я только подумал, что они перестали, – поник Влад.

Башню вновь тряхнуло.

Мы переглянулись и поторопились к выходу.

Мгла, тела големов и мрачные тучи – всего и след простыл. Вместо этого в десятке метров над землей, разогнав мрак, зависла пышущая жаром огненная звезда. Я широко раскрыл глаза. От сырой мощи заклинания захватывало дух.

– Папа! – бросилась вперёд Лефи.

Она первая заметила под звездой портал, возле которого стоял маг в золотисто-черной форме Тератина с шикарной короткой бородкой. Ингис Ла Фей. Он смехом поймал дочку в объятия… и швырнул её в звезду, чем вызвал у Лефи приступ веселого визга. До заклинания, она, конечно, не долетела и упала в руки отца.

– Нам тоже пора, – сказал Влад.

Он кивнул на пурпурную воронку, завертевшуюся в нескольких метрах поблизости.

– Ага.

– Непременно встретимся, Адам Тиар, – Алиса выдержала театральную паузу и лишь затем исчезла в воронке.

Влад покачал головой и шагнул следом.

– Увидимся, – напоследок замахал он.

Я тоже махнул рукой. Затем поправил рюкзак на плече, проверил Ширли, подтянул браслет, чтобы он не болтался, и вздохнул.

Один за другим взрослые выходили из портала. Несколько секунд они взволнованно оглядывались, а затем спешили навстречу своим детям. А дети кто как. Одни радостно кричали и улыбались, другие плакали, третьи хвастались браслетами. Встречалось и всё сразу.

Я снова поправил рюкзак и замер в ожидании. Как назло именно в этот момент плечи потяжелели. Руки и ноги загудели от напряжения, которое на них свалилось за последние дни. Мозги поплыли от количества открытий, вопросов и предположений. Как будто батарейки вынули.

“И где они?” – всмотрелся я в портал.

“Что с твоей выдержкой, человек?” – спросил Рей, наполовину выбравшись из рюкзака. – “Даже духи больше доверяют своим семьям”.

“А они у вас есть?” – удивился я.

“Конечно же, у нас есть семьи. Или ты думаешь духов находят в капусте? Или, может, думаешь…”

Я неосознанно отгородился от чужих мыслей, потому что заметил в вихре огненных пылинок две знакомые фигуры.

Не помню, как оказался, рядом с ними.

Не знаю, о чем думал.

Просто захотелось сказать.

– Привет?

Калис сжала меня в объятиях.

"Тепло. И почему мамы такие теплые?" – подумал я, уткнувшись в её плечо и уже зная, что почувствую. Улыбнулся. – "Опять ромашка".

Кайрус своей большой рукой взлохматил мне волосы.

В глазах защипало. Я глубоко вдохнул, и влага отступила.

– Адам, – взяла мою голову в руки мама. – Ты не ранен? Хорошо кушал? И почему ты такой весь чумазый? Тебя же не забрасывали землей какие-нибудь чудовища?

– Вообще говоря... – неловко отряхнул пыль с мантии я.

– Ох, бедненький мой!

– Где ты умудрился подобрать очередного зверька? – заглянул в рюкзак папа.

– Всё было не так! – защитился Рей, прижав уши. – Я сам решил!

– И этот говорит! – развеселился папа.

– Не молчать же ему? – заметила мама с толикой гордости.

Плечи расслабились. Я тихо рассмеялся. Дышать стало совсем легко.

Как будто батарейки вставили.

***************

Башня шаталась и рушилась. Светящиеся трещины паутиной покрывали древние стены. Облако энергии и знаний, скопившихся под Башней за столетия, разрывалось на части от перегрузки, как от ударов молний.

– Очередное напоминание о том, что ничто не вечно.

– А можно без старческой философии? – спросил Валериан.

– Можно, – кивнул Арнитус. – Когда подрастешь, шкет.

Директор самой известной школы магии (он верил, что так и будет) и самый молодой маг на стадии завихрения в истории (он знал, что так и есть) закатил глаза и, опершись на трость, сел на камень рядом со стариком. К сожалению, тот имел право на своё высокомерие.

Как бы ни была велика разница между стадией завихрения и стадией концентрации, Арнитус со всем его опытом и знаниями размазал бы Валериана по стенке. А уж если бы он нашел способ перейти на новый уровень… Но увы, маг магу рознь. У каждого свой путь к вершине. И Арнитус последний, кого стоит жалеть по этому поводу.

– Не больно смотреть, как рушится святыня рода? – спросил старик.

Они наблюдали за происходящим с небольшого горного выступа, что находился чуть выше Башни.

– Немного, – согласился последний носитель фамилии Кравиос. – Но как завещал Джо Рояль…

– Да-да, всё лучшее детям.

– Кстати говоря. Что думаешь об учениках?

– Ты перестарался. Для кого-то их возраста выживание в другом мире пару дней уже огромный стресс, так ещё и твоя театральщина, – сказал он и почесал за ухом рыжего кота, спящего у него на коленях.

Забавно, насколько по-другому он относится к ученикам, когда их нет рядом. Но и близко не так забавно, как то, что он отправляет своего духа в образе дворового кота сторожить коридоры школы и выпрашивать у учеников сосиски.

– Не скажи. Испугались они только в начале, а потом быстро поняли, что сражаются с пустоголовыми болванчиками, а в случае чего их спасут.

– И все равно.

– Я управлял происходящим, – серьёзней заговорил Валериан. – Давал ровно такое давление, которое они выдержат. Если бы дети сплоховали, то я бы упростил Восхождение. Но как видишь, пришлось усложнять. Не говоря уже об этой занозе в заднице…

– Адам? Да, не получилось его приструнить.

– Ещё и высокорангового духа из моей сокровищницы захапал.

Арнитус хмыкнул, намекая на то, кто его учил.

– Твоей заслуги здесь не так много, – заметил Директор.

– Но и не то, чтобы мало. Хотя да... да уж.

Они оба многое знали об Адаме.

Или по крайней мере, оба думали, что знали много. Так много, что не решались говорить об этом вслух.

– Твой случай не повторится? Личность стабильна? – спросил Арнитус.

Директор улыбнулся, вспоминая веселые подробности своего прошлого. Так уж вышло, что после первого контакта с Нумеритом маленький Валериан загремел к мозгоправам, а от них прямиком под нож ярым любителям незаконных исследований. А все потому что он вернул не какую-то там часть воспоминаний, а крупный кусок предыдущего воплощения. И оно столкнулся с личностью ребенка.

С точки зрения нормального распределения вероятностей – неизбежный крайний случай. Рано или поздно с кем-нибудь бы такое приключилось. Но приключилось именно с Валерианом. Впрочем, именно благодаря победе над разумом реинкарнатора, он сумел присвоить себе ресурсы целого рода и дорасти до вершин магии.

Или… не думаете же вы, что члены рода Кравиос, все те, кто попытались избавиться от прокаженного потомка, исчезли сами по себе?

– Вроде бы всё в порядке. На всякий случай уже записал его на прием к психотерапевту, – сказал Директор и медленно моргнул. – У нас гость.

Говорящие притихли. Вскоре за спиной послышались размеренные шаги.

– Далеко вы забрались, – сказал Игнис, сев рядом.

– Отсюда хороший вид, – пожал плечами Арнитус. – Ты-то тут чего забыл?

– Оставил дочку Ниле, чтобы принести вам тревожную новость.

– Ту самую, которая уже давно не новость? – спросил Валериан.

– Ту самую.

Минуту трое опаснейших магов Нумеритового Оазиса молча наблюдали, как Башня Кравиосов с грохотом падает набок, вздымая клубы пыли. Ещё один кусочек могущества Оазиса исчезает навсегда.

Наконец Игнис заговорил.

– В этом году мы как и раньше с помощью Нумерита проверили всех новорожденных, которых смогли.

Арнитус поморщился. Валериан знал, что ему никогда не нравилось то, чем они занимались.

– И что мы имеем? – поинтересовался Директор.

– У всех больше пятнадцати воплощений. При том от восемнадцати до двадцати одного перерождения имеют пять процентов детей.

По спине Валериана пробежал холодок. В прошлые года результаты исследования были выше. А раз в этом году уменьшились…

– Почти все старые души Вселенной стянулись в Нумеритовый Оазис, – сказал Игнис, болезненно ухмыльнувшись. – Если сами законы Вселенной встали на нашу сторону, то даже представить сложно, какого уровня грядет катастрофа.

– А дальние миры? – спросил Арнитус.

– Орден Тройного Круга и высокоранговые авантюристы годами живут на переднем крае. И ничего кроме медленно растущего списка опустошенных миров. Хотя Саффира недавно передавала, что нащупала что-то, но я бы особо не надеялся.

Валериан сжал набалдашник трости обеими ладонями.

– Мы в центре Нумеритового Оазиса, в городе величайшей магии и технологий, на пересечении бесчисленных миров. Но при этом глупы, глухи и слепы. Время на исходе, и мы не знаем, как мало его осталось. Надвигается опасность, которую даже на этой планете едва удалось остановить усилиями целого Ордена. Что мы вообще собираемся делать?

Вопрос, над которым они бились уже не первый год и, пожалуй, из-за которого и познакомились. Вопрос, на который всегда находился один ответ.

– Дети, – сказал Игнис. – Дети наше будущее. И либо мы сделаем всё возможное, чтобы подготовиться к грядущему и подготовить их, либо…

Валериан вздохнул. Он давно знал, что “либо” у них нет, не было и никогда не будет.

Глава 19

Безостановочно трещали часы на столе. На них из окна падали лучи утреннего солнца. Пальцы до скрипа вжимались в подлокотники. Нельзя терять сосредоточенность.

– Если бы ты смог нарисовать свои мысли, то что бы ты изобразил? – улыбается мне девушка в очках и деловом костюме.

Это простой вопрос. Это я легко.

– Кровав… коварную… то есть, пф, кавайную…

“Как их?! Ну же! Мы же готовились!”

“Танки. Кавайные та-нки”, – передала Ширли слова Лефи.

– Я бы нарисовал…

“Стоп. Эту другой вопрос. Кованые арки. Ты бы нарисовал кованые арки”.

– Я бы нарисовал кавайные арки, – выдал я.

– О, вот как. Это звучит интересно. Хм-м, а можешь поделиться. Бывало ли тебе грустно или страшно?

– Конечно.

Я же человек, а не мастер пыточных дел в образе дружелюбной женщины-психотерапевта. Кроме шуток. Мы говорим уже почти час. Час! Кому вообще может быть интересно, как проходят мои школьные дни и когда я последний раз улыбался? Никому! Кроме мамы. Но ей можно! Поэтому я не расслабился, нет. Ведь это всё, чтобы лишить меня бдительности.

Думайте. Если даже мусорные баки зачарованы скрывать запах отходов, то кем будет обычный мозгоправ? А элитный мозгоправ, который приехал в школу по просьбе Директора? То-то и оно.

Тут, как с мыслесвязью – воля выстраивает защиту вокруг третьего ядра, на которое приходится удар менталистов. Ослабишь хватку и откроешь путь в разум. А я что-то не припоминаю, что выдавал кому-то право копаться у меня в мозгах.

– Тогда расскажешь, когда тебе последний раз было страшно?

Последний раз? Да пожалуйста!

– Когда меня заперли в аду.

– Ты говоришь о Восхождении, так ведь? – понимающе кивнула дьяволица.

– Нет. О вашем кабинете.

– Кхм-кхм... понятно. Тогда давай последний вопрос.

Я подобрался и выпрямил спину. Вот же подлая ловушка. Растекаюсь в этом кресле, как желе, и не замечаю.

– Итак, Адам.

Девушка посмотрела на часы. Я непроизвольно проследил взглядом за ней, а когда вернул его на место, то она уже поднималась из кресла. Когда успела?

– А как же вопрос? – нахмурился я.

– Боюсь, у нас совсем не осталось времени. Как-нибудь в другой раз.

Ну уж нет. Увольте. Сюда я больше ни ногой.

– До свидания, – выскользнул за дверь я.

Ху-ух!

С этим покончено. Осталось самое сложное – убедить Директора, что я обычный ребенок, а странные разговоры ему просто послышались. А то ещё не дай бог пустит меня на опыты или заставит работать на него. Этого нам не надо.

– Уху-уху! – кружила надо мной белая сова.

Хм, может, у Директора дух как раз сова? Неспроста же он сов создает?

– Веди.

– Уху-уху, дайте уху!

Я встряхнул головой. Послышалось. И пошел вслед за птицей.

Коридоры пустовали. Восхождение проводилось под конец учебного года, поэтому школьники ушли на летние каникулы. Исключением были лишь школьные лестницы. Так уж получилось, что их нет.

Конструкция школы вышла настолько драконообразной, что расположить нормальные лестничные пролеты, как и привычные этажи, не получилось.

Вместо них сделали Блоки. Например, средний блок, где находился главный зал, гардероб и небесная комната. Или спортивный блок. Там расположили целый комплекс различных площадок для занятий по основной программе и в кружках. То же самое с биологией, общим языком, началом боевой магии, математикой и основами технологий.

Спросите, как же маленькие невдупленыши от шести до десяти лет перемещались между различными блоками? А я вам отвечу.

Через боль, вкусняшки, страдания и ништяки.

Я остановился посреди коридора там, где зависла сова. Тонкая серебристая линия начертила на стене прямоугольник, в котором проступил текст.

– Пройдите тест на обычном уровне сложности, чтобы переместиться в “Кабинет Директора”. Пройдите тест на повышенном уровне сложности, чтобы получить дополнительную награду “Яблоко”.

Между блоками работали “лифты”, которые швыряли себя вместе с учениками в односторонние порталы, которые, впрочем, почти всегда вели, куда надо. Но хитрожопый Директор устроил всё так, чтобы для перехода ученики решали загадки, пользовались энергией, считали циферки и так далее. Конечно, обычный тест по силам любому малышу. А если почему-то не вышло, то поможет друг или учитель.

А вот тест повышенного уровня сложности другое дело. С одной стороны, он всего чуть-чуть сложнее обычного, а с другой его сложность подстраивается под каждого ученика и увеличивается тем сильнее, чем выше череда побед.

Но даже так каждый второй считал своим долгом получить заветное яблоко, шоколадку или даже прибавку к оценке по предмету. Поэтому, когда приходила пора идти, скажем, на начальную боевую магию, ученики выстраивались в шеренгу перед стенами и кипятили свои мозги в надежде на заветный приз. Ведь в первый раз его легко получить! Да и во второй тоже не так уж сложно. Как и в третий. Но со временем начинались проблемы. Дети проигрывали, и “стрик” побед откатывался на единичку назад. Вот только повторно приз выпадает с вероятностью всего тридцать процентов.

Но эти тонкости не для того, кто не пропустил ни одного яблока.

– Выбираю тест на повышенном уровне сложности.

– Пожалуйста, встаньте напротив рамки. Не бойтесь. Вас просканирует волна энергии, чтобы подтвердить личность. После этого приступайте к заданию. И помните. Не жульничать! Я всё вижу! – писала стена.

Вмешиваться в чужую загадку на повышенном уровне запрещалось. Иначе злая тетя-стена обнулит тебе результаты, или, того хуже, заблокирует награды на целый месяц.

– Выберите тип теста. Арифметика, контроль энергии, загадка на логику, скорость реакции, ребус или угадывание чар.

– Скорость реакции, – сказал я, желая закончить поскорее.

– Приготовьтесь. Вам необходимо коснуться не менее двадцати точек за десять секунд. 3… 2… 1…

В рамке появился первый серый круг, до которого я тут же дотронулся рукой. Полсекунды – касание! Полсекунды – касание! Но все не так просто. К сожалению, я так надоел стене, что она убирала точки за мгновение до того, как я коснусь их. Пришлось тормозить руку или тут же менять направление движения, чтобы не допустить ложного касания.

Пару раз я едва не промахнулся, а в последний раз точка и вовсе появилась в противоположном углу от моей руки!

Гадина! Такая же как и Директор! Но…

– Тест пройден, – необычно медленно появилась надпись. – В следующий раз касаться ногой будет нельзя.

– Не грусти, милая. Я верю, однажды у тебя получится, – подбодрил я стену.

Стена же в суровом молчании вдавилась вглубь и отъехала в сторону, открыв проход в металлическую коробку, на столике внутри которой лежало наливное зеленое яблоко.

Я подхватил угощенье и надкусил. Как всегда чудесно.

Лифт закрылся, а через десять секунд открылся, выпустив меня и сову наружу. Птица закружила над двумя створками дверей из темного дерева.

– Уху-уху, принесите уху! – кричала она.

Поехавшая.

Покачав головой, я без стука распахнул дверь. И застал Валериана, лежащего на столе. Он крутил над головой трость и, очевидно, делал вид, что думает о чем-то важном.

– Адам.

– Директор.

– Присядешь на кресло? Или может хочешь себе отдельный стол?

Изначально я хотел сказать, что постою, но вообще…

– Да, стол это круто.

– Тебе черный или белый?

– Хочу синенький.

– Ну-у… как знаешь.

Директор махнул рукой. Из пола поднялась темно-синяя жижа, она, дрожа и пульсируя, собралась в высокий стол, а затем застыла. Я потыкал в жижу пальцем. Вроде твердая. И залез сверху.

Теперь мы оба лежали на столах и смотрели на серый потолок.

– Как дела? Как учеба? – ненавязчиво начал Директор. – Слышал, у тебя плохие оценки по базовым технологиям.

– Не то чтобы плохие… – соврал я. Ну, не даются мне эти современные финтифлюшки, что теперь? Потом наверстаю. – Признавайтесь, для чего я вам? Я ведь уже сходил к этому самому особому специалисту.

– Да ничего такого. Просто хочу использовать тебя в корыстных целях.

– Я не дамся, – предупредил я.

– Знаю. В том-то и проблема. Но мы могли бы договориться.

– Договориться?

Шантаж, значит. Неприятно, хотя ожидаемо.

– Ну да. Взаимовыгодное сотрудничество, понимаешь? У тебя есть весьма полезная способность перемещаться между мирами, а у меня есть… почти всё, в общем.

Хм.

– Яблочная ферма есть? – спросил я, кусая фрукт.

– Нет…

И как ему после этого верить?

– Но можно купить. А вообще… – Директор вздохнул. – Давай начистоту, Адам. Я могу дать тебе деньги, учителей, знания, особые ресурсы. Что угодно. Ну?

– Хочу спокойную счастливую жизнь.

Директор тихо рассмеялся.

– Раритетный товар. Тебе придется хорошенько поработать, чтобы я достал его тебе.

– Вы такого высокого мнения о себе?

– Думать о себе плохо вредно для нервов.

Врет ведь, как дышит. Никакой спокойной жизни мне не светит — уж точно не после Восхождения.

Радует, что маги научились давать отпор зеленому пламени. Просто отлично. Одной бедой меньше, можно бы и выдохнуть, но... не могу. Стоит признаться, ритуал с нумеритом выбил меня из колеи, и способность прыгать по мирам легче не сделала. Я запутался. Одно дело отрицать методы Наставника, и совсем другое — брезговать силой, которую я уже держу в руках.

Зная себя и Ширли, мы едва ли усидим на месте. Даже помня о болезненном опыте с Землей (куда нам точно лучше не соваться), я думаю о том, как все легко. Миг — и ты в иной вселенной, на немыслимом, не поддающемся никакому счету расстоянии! Такое из головы не выкинешь. Но разве мне это нужно? Я хотел бы просто встать, выйти из школы и вернуться домой – рассказать родителям о своем приключении или сходить вместе на выставку всякой всячины. И все же лежу здесь и думаю, как выбить себе условия повыгоднее.

– Не хочу обязаловки, – сказал я. – Но книжки хочу. И ферму, наверное, тоже. Так можно?

Директор перестал вращать трость. Задумался.

– Можно. Как тебе такое: услуга за услугу. Я прошу тебя, например, передать бомбу моему знакомому, которому она ну очень нужна прямо сейчас, а ты взамен просишь что-нибудь равноценное. Как тебе?

– Нормально. Но если меня арестуют, сами будете разбираться. Или бабушку на вас натравлю.

– Само собой.

– И я оставляю за собой право отказа.

– Хорошо.

– И никаких подозрительных магических договоров.

– Как скажешь. Всё равно от меня никуда не денешься.

Пф. Ну-ну. Впрочем, даже если я куда-то и денусь, останутся родители и друзья. Способы так или иначе найдутся. Но Директор ведь не маньяк-психопат, чтобы к такому прибегать, верно?

– Вот тебе моя первая услуга, – сказал Валериан и протянул книгу. Не большую, но толстенькую. С голубой закладкой, торчащей из страниц, и позолоченными стальными краями поверх старой кожаной обложки. – Это поможет тебе в освоении новой магии. А взамен ты присоединишься к авантюристам-мироходцам.

В смысле авантюристам? Стоп-стоп. Как? Уже?!

– И зачем мне это? И вообще каким образом? Разве нет ограничений по возрасту?

– На вступление в организацию нет. Мол, хороших авантюристов надо готовить смолоду. А на перемещения да. Но для тебя это не проблема, не так ли?

Я хмыкнул. Чувствую себя рыбой, проглотившей наживку. Впрочем, какая разница, если я знаю, как не попасться на крючок?

– Идет.

**************

Директор проследил за тем, как Адам вышел, и, захрустев позвонками, сел и свесил ноги. Несносный ребенок. Стена уже который месяц жалуется, что он забирает все яблоки из хранилища. На ящик больше заказывать, что ли... А теперь ещё и этот запарный договор.

Однако Валериан верил, что с помощью “сотрудничества” сделает Адама сильнее. Не говоря уже о том, что как-то нужно загрузить в его голову образы сотен миров и мест, что будут важны в будущем. Так что чем раньше они начнут, тем лучше.

Вопрос лишь в том, как далеко они зайдут? Насколько Валериан смеет доверять Адаму? С такими способностями и правда не шутят. И чтобы дать себе ответ, Валериан подготовил и осуществил план.

Раздались гудки.

– Привет, Лидия. Ты проверила его подсознание?

– Это было сложно, – пожаловалась девушка. – Клянусь, в моей подвальной клинике с подручными инструментами я бы управилась быстрее.

– Но ты ведь справилась?

– Ну а как иначе. Он такой серьёзный… милашка… В общем, он так внимательно за мной наблюдал, что его вниманием было управлять легче легкого.

– И?

– Если коротко, то сейчас он похож на типичного взрослого ребенка с развитым эго. Считает себя остроумным и рассудительным. Но это маска, за которой он прячет тревогу и амбиции. Думаю, он, сам того не осознавая, в раннем детстве выстроил внутренний блоки, чтобы отгородиться от неприятных воспоминаний. Но особых склонностей к психическим расстройствам я не нашла.

– Понятно, – сглотнул Директор. Он бы никому не признался, но Лидия его немного пугала. – Что он ответил на последний вопрос?

– Ты про тот, где нужно решить, что делать, если множество злых сильных магов будут угрожать светлому будущему всего Оазиса? Какая-то чересчур странная формулировка.

– Ага. Очень странная. Так что он сказал?

Лидия вздохнула.

– Он сказал, что убил бы их всех.

Валериан ухмыльнулся.

– Моя школа.

**************

– А потом я пробралась в покои Императора и вонзила нож ему в горло! – рассказывала Лефи. – Но оказалось, это тоже игра! Ну или как там… сим-муляция, во.

– Уважаемая леди, может, вы всё-таки засунете руки в рукава? – настояла Нила.

– Да ну бли-ин…

Я метнул взгляд в примерочную, закинул ногу на ногу и перелистнул страницу гримуара “Нити Миров”, что дал Директор. Интересное чтиво. Особенно, если бы каждое второе слово не пришлось переводить с помощью Дженис.

– Адам, смотри, что я тебе нашла!

Мама протиснулась между рядами одежды, обнимая стопку вешалок с брюками, рубашками и мантиями. Ох, милостивые боги, я правда увидел там шляпку? Ту, что безвозвратно потеряли четыре года назад?

Сглатываю комок в горле.

– Мам.

– Да, сынок?

– Можно домой?

– А как же наряд? – скинула на меня гору одежды Калис. – Мой долг сделать тебя самым красивым на балу!

– Я и так красивый… – я с грустью попрощался с гримуаром, затонувшим в рубашках. Но в чем в чем, а в этом маму не переубедить. – Может, просто возьмем первое, что попадется на глаза?

– Не говори ерунды. Дуй в примерочную. Пока все не померяем, в Центр не поедем.

И где прячется Кайрус, когда он так нужен?

– Есть дуть в примерочную, – поплелся я в кабинку.

Кто бы мог подумать, что Восхождение – это лишь разогрев перед настоящими трудностями. И уж тем более никто не мог подумать, что из начальной школы есть выпускной бал! А уж кто бы задумался о том, что получить новый уровень доступа, можно лишь подписав документы в узле связи. И, внимание, знания нужно покупать! Как узнал, сам чуть не прослезился. Нет, конечно, многое есть в сети, но если хочешь гримуар вроде “Нитей Миров”, то будь добр раскошеливайся. А цены там… ух, со школьных обедов не насобираешь.

Поэтому делаем лицо кирпичом и натягиваем на себя все костюмчики подряд.

“Жертва системы”, – подколола Ширли.

“Вынужденная мера”.

“Оправдание слабого. Ты заперт в системе. Она подавила твою истинную суть и наслаждается твоими страданиями”.

Я затянул галстук, иронично поднял бровь и повернулся к лисе. К лисе, которая сидела в банке.

“Не тебе мне об этом говорить, рабыня зоны комфорта”.

“Да много ли ты понимаешь!”

Действительно. В банках для духов я понимал не так много, а ведь это, оказывается, огромная ниша. Вы только представьте. Вот у вас есть маленький милый дух, и он хочет кушать, а вас нет рядом. Или скажем ваш дух пострадал и личной энергии для его восстановления не хватает. Тогда-то вы и покупаете Банку.

Она большая, но с мягкой длинной ручкой, чтобы было удобно носить. Зачарованное стекло не дает рассеиваться астральной мане, собранной внутри. Прозрачные стенки позволяют духу наблюдать за всем вокруг. А в банках В-класса и выше на крышке даже есть маленький вентилятор, который доставляет духу свежий воздух. Который, впрочем, ему не нужен. Но вы же знаете Ширли. Она сидела под вентилятором круглые сутки.

“Тоже так хочу…” – скулил Рей.

Он прилип к стенке банки и с завистью наблюдал, как лиса купается в энергии. К слову саму энергию собирают примерно как кровь в клиниках. Там же её проверяют и фильтруют.

– Сынок, покажись! – позвала мама.

Я прикрыл глаза. Крепись, Адам. Это всего лишь одежда.

Выхожу.

– Ну во-от, смотри, как хорошо сидит!

– Оно зеленое… – попытался я. – Как болото.

– Хм-м, а по-моему прикольно.

– Давай что-нибудь другое, – всё-таки сказал я.

– А я знала, что тебе тоже понравится! Попробуй вот те штанишки с диноза…

Пытки длились всего час. Всего-то час. Но каждая минута ощущалась, как десять. Я терял и находил себя, умирал и воскресал, заглядывал в самые глубины бездны и едва живой выходил на свет. Не знаю, стану ли я когда-нибудь прежним...

Вот доставлю кучу незаконных посылок для Директора, будь он неладен и благословлен, заработаю миллиард нумериток и больше никогда не окажусь в примерочной!

Да, – киваю своему бледному отражению в зеркале, – больше никогда.

– Адам, мы ведь ещё ботиночки забыли выбрать!

Дайте мне умереть…

В Центр мы попали только ближе к вечеру. Лефи с Нилой поехали туда же.

Они вообще увязались с нами по магазинам, потому что у Лефи появилось ко мне “важное дело, о котором нельзя говорить по телефону”. Хотя зачем дочери Верховного Трибунала Тератина болтаться по торговым центрам? Уверен, захоти она, ей бы телепортом в шкаф закинули пару сотен платьев. Единственный ответ – шопинг. Будь он проклят Толей и им подобными. Но с ним покончено! А впереди нас ждало важное дело.

Из окна машины я наблюдал за дворцом императора, точнее, за башней, которая просматривалась с любой точки Оазиса. Огромная, не одну сотню метров в обхват, высокая настолько, что терялась в густых облаках и, говорят, выходила за грань погодного купола, окружающего город. В вечерней мгле окна были словно крохотные огоньки, которые мигали на корпусе чудовищной серо-золотой ракеты, готовящейся к запуску.

Однако ехали мы не ко дворцу, а к менее внушающему, но не менее красивому зданию посреди Атриса. Главный узел связи и хранилище знаний района.

Мы припарковались на полупустой парковке и вышли наружу.

– Эх, давно мы сюда не приезжали, – вздохнула Калис.

– Да, давненько, – согласился Кайрус.

Здание напоминало раскрытую книгу. Края обложки уперлись в землю металлическими стенами, а множество прозрачных стеклянных панелей показывали тонкие линии стен-страниц. Они излучали мягкий внутренний свет.

Словно приглашали войти.

Глава 20

Лефи захлопнула дверцу машины, нацепила на себя солнцезащитные очки, достала из кармана еще одни и надела их уже на меня.

– Так-то лучше. Всё-таки на дело идем.

О, какая милота! – именно так улыбнулась мама, щелкая нас на камеру смартфона. Нила покивала и повторила за ней.

Я посмотрел на этих, на всех этих и…

– Ничего же не видно.

– Крутость требует жертв, – сказала Лефи и для пущего вида засунула в рот чупа-чупс. – За мной.

“Люди такие странные”, – протянул Рей.

“Привыкай”, – отозвалась Ширли.

Лефи едва не прошла мимо, но все же остановилась перед раздвижными дверьми. Раздвижные двери не сплоховали и раздвинулись. А изнутри к девочке тут же подступили два мужика в черных приталенных костюмах с золотым символом Тератина — вертикальным глазом, пронзенным двумя мечами.

– Мне и моему другу нужно прокачать доступ. Вы должны быть в курсе. Всё готово?

– Вип-комната зарезервирована, – отчитался первый.

– Мы заранее вызвали представителя Узла. Он уже подготовил все документы и ждет, – отчитался второй.

– Здание и дорога к нему проверены, охрана усилена, – добавил первый.

– Мы также захватили с собой корзинку яблок, – добавил второй.

– Хорошая работа, господа, – кивнула Лефи. – Ведите.

Два шкафа в костюмах серьезно кивнули и встали по бокам от Лефи. Мама с Нилой переглянулись.

– Вот как у вас, – протянула Калис.

– Ну вот так у нас, – ответила Нила.

Стеклянные стены привели нас к кабинету с парой удобных диванчиков и столиком. На нем лежала полусфера, которая, как я знал, с помощью иллюзорных чар превращала свет в интерактивную голограмму. Кстати говоря, весьма малоизученная, но востребованная область магии.

– Здравствуйте, – поприветствовал нас работник, уже занявший второй диванчик.

Короткая стрижка, строгая осанка, отрешенно-вежливый тон – всё при нем.

– Здрасти, – присела Лефи на диванчик.

Мама пихнула меня в спину и, чтобы не выглядеть дураком, я сел рядом. Обернулся на неё, а она только щурится так — будто знает то, чего я не знаю.

– Здравствуйте, – вздыхаю я. – Нам бы…

– Я знаю. Адам Тиар девяти лет, девяти месяцев от роду, двадцатое воплощение. Ева Ла Фей девяти лет, семи месяцев от роду, двадцать первое воплощение. В связи с успешным выпуском из начальной школы и получением нумеритовых браслетов в ходе Восхождения вам присуждается седьмой из десяти уровней доступа к общей сети Нумеритового Оазиса и, соответственно, доступ к библиотеке знаний города. Сегодня вами будет создана и официально зарегистрирована цифровая подпись, которая будет использована для подписания документов о смене уровня доступа.

“Невероятно скучный тип”, – вынесла вердикт Ширли.

Лефи он тоже не понравился. Она так зажмурилась, пытаясь понять всё сразу, – того гляди из ушей дым повалит. Но нас подобным не взять.

– У меня, – покопалась в карманах Лефи. – Особая вещь. Понимаете?

И она выкладывает на стол здоровенную, с кулак размером, печать с символом Тератиана. Нумеритовые грани, пропитанная тяжелой огненной маной поверхность. Вот это вещь так вещь. Особая!

– Привилегированный доступ после проверки на подлинность даст вам один дополнительный пункт к уровню доступа, – отчитался клерк.

– У меня же тоже есть вещица, – подошла Нила.

Нимфа положила на стол жетон с гербом Атриса, который сиял россыпью крохотных алмазов, заключенных во все том же Нумерите.

– Привилегированный доступ после проверки на подлинность даст вам ещё один дополнительный уровень, – не изменился в лице клерк. – Но вам придется доказать законность его использования для Евы Ла Фей, так как в Атрисе не действует принцип наследования власти.

Нила выпрямилась и посмотрела на клерка сверху вниз. И если осанка работника была строгой, вышколенной, то движения Нилы и ее поза казались грациозными, почти хищными. Не как у миловидной девушки, а как у прожженого дипломата.

– Ну конечно, – сказала Нила. – Выдать Лефи доступ это единогласное решение правящей партии совета. Прошу, обновите данные. Если потребуется можете направить запрос на подтверждение.

А тут до меня наконец дошло, и я подвис. Что вообще творится с политикой? Почему девочке, которая не имеет прямого отношения к Атрису, совет это района единогласно одобряет привилегированный доступ. И… почему Лефи вообще проходит эту процедуру в Узле Атриса? Если подумать, то и на Посвящении она заходила в портал с площади Атриса. Что за интриги плетут Игнис и Нила с самого рождения Лефи?

“А кто зарекался не лезть в политику?” – вклинилась в мои мысли Ширли.

“Так-то оно так. Ну а здравый смысл? Прикажешь смотреть, как в метре от меня плетется заговор, и ничего не делать?”

“А по мне так люди всегда воду мутят”, – вставил свои три копейки Рей.

“Нужно быть внимательней”, — сказал я, иначе взглянув на свою подругу. — “Если что-то происходит так близко, то оно касается и нас”.

“Хмм…” — только и промычала Ширли.

Господин клерк тем временем запустил сферу в центре стола и раскрыл дюжину полупрозрачным файлов.

— Все в порядке, — кивнул он. — Дополнительный запрос не потребуется.

— Тогда ставьте мне штампики, — потребовала Лефи.

— Как пожелаете.

Дальше мы прошли энергетическое сканирование, зарегистрировали биометрию и указали этап развития. Все это добавилось на нашу страницу. Она служила одновременно и удостоверением личности, и профилем для работы в сети.

Я просмотрел данные. Возраст, пол, страховки, сертификаты, непонятные буковки, циферки… заключенный в рамку номер текущего воплощения, и приписка в конце “Уровень Доступа: 7”.

У Лефи страница была похожей.

— Штампики, — потребовала девочка.

Клерк достал невзрачную на вид печать с символом бесконечности.

— Оно содержит особый цифровой код для внесения правок, — пояснил он.

И четкими осторожными движениями дважды коснулся печатью страницы Лефи. Семерка смазалась и превратилась в девятку.

Даже завидно. Хотя, думаю, Лефи не откажется помочь поискать информацию в сети. Но тут могут и возникнут сложности. Уровни доступа существуют не для красного словца — Оазис тщательно следит за исполнением своих законов.

Вздыхаю. А я слишком плохо разбираюсь в современных устройствах, чтобы обойти систему.

— Думаю нам пора… — начал подниматься я. И только сейчас заметил, как пристально Лефи изучала мое лицо.

— Стоять, — сказала она. — Так не пойдет. У нас же дело.

Девочка сложила локти на колени и поддалась вперед, чтобы пристально взглянуть на клерка из-под черных очков.

— Ему тоже штампики.

Я сел обратно. Лефи, мой ты лучик надежды… но разве так можно?

— Отказано, — произнес очевидное клерк.

— Но я хочу, — сложила руки нагруди Лефи.

— Не положено.

— Сделай!

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Пожалуйста?

— Нет.

— Ни-ила, — задрала голову на девушку Лефи.

Нимфа примирительно улыбнулась.

— Прости, крошка, но совет не станет рассматривать подобное, даже если я внесу предложение.

Лефи не надула щеки, не вскочила и не стала истерить. Она задумалась. Крепко задумалась. Задумалась и выдала:

— Тогда мы женимся. Как часть правящей… ну этой, семьи, Адам получит штампик. Я права?

За моей спиной восхищенно вздохнула Калис. Закашлялся Кайрус. Даже дипломатичная улыбка Нилы дала трещину.

А я… а я в ах… А я же остался невозмутим, невозмутим... Абсолютно. Невозмутим!

— Боюсь, ничего не выйдет, — сказала Нила, сохраняя НЕВОЗМУТИМОСТЬ.

— Почему? — не поняла Лефи.

Нила наклонилась к уху девочки и что-то прошептала. Я к сожалению, был настолько невозмутим, что ничего не расслышал, хотя сидел почти вплотную.

— Это… блин, — как-то смутилась Лефи. — Прости, Адам. Не будет штампика.

Я невозмутимо кивнул.

“Не понимаю, что в этом такого”, — пожаловался Рей. — “Это же просто договор. Как у нас. Нет?”

“Забей. Он у нас, знаешь ли, взрослый, целых двадцать пять годиков прожил, и теперь испытывает моральные дилеммы. О. А теперь еще думает, что сам бедную девочку привязал к себе или, того гляди, совр…”

“Заткнитесь, а”.

Я провел рукой по лицу. После Восхождения совсем ментальные барьеры расшатались. А Ширли только повод дай.

Но постойте. Идея Лефи-то неплоха. Да не эта, другая, та, что про про коррупцию. Хотя, очевидно, в Оазисе с этим беда — даже связями Лефи не продавишь. Но есть ведь и другие.

— Дженис, — обратился я к ИИ. — Позвони хромоножке.

Раздались гудки.

— Предупреждаю. Попытки сторонними способами повлиять на уровень доступа преследуются по закону, — сказал клерк.

— Сынок, — положила мне руку на плечо мама.

Я покачал головой и приложил телефон к уху.

— Какие люди. И дня не продержался! — зазвучал язвительный голос Директора.

Как отвратительно. Он ведь прав! Но когда еще будет такая возможность? Через пять лет? Через десять? Увольте-убейте-закопайте. Действуем сейчас.

— Да не молчи ты, — смеялся Директор. — Лучше поведай, что сломило твою гордость.

— Уровень Доступа, — быстро проговорил я.

— О-о-о, это ты серьёзно попал. Сейчас сидишь в узле, да? Дай трубочку представителю и я все решу. Но ты же знаешь, что будешь мне должен и немало?

Может, стоит его придушить, а? Вот взять за горло и прям сжать, да так, чтобы переломать все позвонки до единого? А что? И миру одолжение и себе приятно.

— У меня будет, что предложить, — удержался я. Тем более, кое-какая мысль и правда была.

— Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

— Посмотрим.

— Ладно. Дай поговорить с представителем.

Я протянул телефон клерку.

— Это вас, — улыбаюсь я.

Клерк с готовностью взял трубку, явно считая, что сейчас обломает очередного темщика. С непроницаемым выражением лица он начал слушать Директора. На несколько секунд меня даже захватили сомнения – кто вообще этот Валериан, что собрался переплюнуть связи Лефи? Но чем дольше клерк держал мой телефон, тем сложнее становились его эмоции.

— Д-да, конечно, — с опаской он глянул а меня.

— Нет, вы не понимаете, — неуверенно возражал он.

— Но моя мама уже… — хмурился он.

— Нет, пальцы ног не нужно в… да… нет, это недопустимо… конечно, я люблю кофе без крови... Но тогда я должен подтвердить…

— Я вас понял, — покорно кивнул клерк. — Все сделаю в лучшем виде.

Он передал мне телефон и с безучастным выражением лица поставил два штампика.

— Раз с основной частью покончено, могу предложить вам пройти в нашу библиотеку. Там вы сможете купить информацию и перенести ее на физический носитель, будь то флеш-накопитель или книга. Последние можно искусственно состарить.

Но клерка никто не слушал. Все уставились на меня, как на прокаженного.

— Сынок, — аккуратно начала мама. — Нам нужно поговорить.

Проглатываю комок в горле. Чтоб ты подавился своими шутками, Валериан.

Справедливости ради, все улеглось спустя полчаса, когда я объяснил, что мне помог Директор, а сделал он это из-за того, какой я такой замечательный и ценный ученик. И конечно, не обошлось без разговора мамы с самим Валерианом. Не знаю, что этот словоблуд наплел Калис, но выглядела та настолько довольной, что я с легкостью утянул родителей в библиотеку Узла.

Удача? Ничего подобно. Гора, огромная гора страданий, которую мне предстоит пройти, чтобы отработать долги. Но это дела грядущих дней.

Сейчас же мы зашли в широкий зал со множеством деревянных столиков, над каждым из которых висела лампа, излучающая теплый солнечный свет. И повсюду запах свеженапечатанных книжных страничек... Если и есть Рай, то он начинается здесь.

“И что мы ищем?” — спросила Ширли.

“Ответы”

“Ты же понимаешь, что пытаться отыскать в базе данных то не знаю что, плохая идея?”

“Да”

“И ты все равно?..”

“Да”

Мы выбрали свободный столик и включили интерактивные голограммы. Лефи тут же забурилась в свои онгоинги и манхвы, Калис нырнула в перечень последних исследований о рунах, Кайрус открыл сразу кучу ссылок с техническими статьями, а Нила и вовсе отошла в сторону, чтобы переговорить по телефону.

Становилось ясно. Мы тут надолго.

Я поудобней уселся на диванчике, притянул себе голубоватую страничку с окном поиска и забарабанил пальцами по ноге. Так-так. И с чего же начать? Так долго ждал этого дня, что даже мыслей никаких в голове.

“Астральная мана”, — напомнила Ширли. — “Мы хотели узнать природу ее особенности”.

“Вот именно”, — подлез под руку Рей. — “Она, как… как… В общем , такая тягучая. Словно средоточие тяжких грехов и вязкая слизь в одном стакане”

“Неженка”, — фыркнула Ширли.

Что ж, ладно. Я задал несколько вопросов и вот, что узнал.

Если земная мана изначально чиста и меняется в зависимости от энергии духов, с которыми работает человек, то астральная обладает уникальными характеристиками изначально. Например, она может быть деструктивной. Такой маной питаются духи с аспектами разрушения, например, духи огня. Или мана может быть спокойной и текучей. Такая подойдет для духов воды или сна(аспект разума). Но у большинства астральная манна плюс-минус универсальная.

Моя же мана, видимо, соотносится с духами аспекта пространства.

“Вот и вся тайна. Как-то легко, что ли”.

“А ты что хотел?” – спросила Ширли. – “К тому же это была бесплатная книжка с уровнем доступа четыре”.

“И не поспоришь”, – подумал я. – “Теперь на очереди самое сложное”.

Феномен перерождения, нумеритовый ритуал Восхождения и зеленая дрянь, поражающая миры.

Это и правда надолго.

На целых пять часов.

Лефи за это время задремала под грудой разноцветных комиксов. Рей свернулся калачиком у нее под боком. Нила оставила девочку на двух амбалов-охранников и уехала по делам. А родители перекочевали в кафе-ресторан, находившийся внутри здания.

Стало так тихо.

Я потянул через трубочку остатки свежевыжатого яблочного сока из ресторана, отодвинул стакан, потянул спину до приятного хруста и огляделся. Библиотека узла преобразилась. И без того немноголюдный зал опустел. За окнами небо давно раскрасила ночь. Остались темнота, одиночество и тонны оцифрованных книг. Время истины.

Я махнул пальцами и открыл новый каталог. Все бесплатные материалы давно просмотрены, остались те, что стоили кругленькую сумму и требовали девятый уровень доступа. К сожалению, десятый выдадут лишь на совершеннолетие, как раз к выпуску из школы.

— Колесо жизни и смерти… круговорот Сансары… теория реинкарнации всего… — смотрю я. — Сплошные теории. Как тут найти что-то стоящее?

— Попробуй снова сменить фильтры, – зевнула Ширли.

– Как советовала Калис? Я доверяю ее интуиции, но это уже который раз…

– Доверься своей собственной интуиции. Знания в конце концов очередной аспект Вселенной. И люди как никто близки к нему.

Я не стал спорить и изменил положение ползунков на что-то более древнее и менее известное. Как “Нити Миров”.

— Звёзды и Небо смертных… Путь к Вознесению… Копия Акашийских Хроник… — читаю я. — И все. Каждая из них, если верить краткому описанию, рассказывает о субстанции души и духа. О связи с высшим Я.

– И что ты думаешь?

– Не знаю. После того, сколько мы сегодня перелопатили, выбрать что-то одно кажется ненадежно.

Я откинулся на спинку и запрокинул голову, позволив теням скользить по лицу. Взглянул на сопящую рядом Лефи, на темное небо Нумеритового Оазиса, на пустой стакан, чья полупрозрачная тень отпечаталась на моей ноге, на серебристый ключ с синими камнем на обложке Акашийских Хроник. И поднялся с места.

Ширли права. Знание это аспект реальности. Форма могущества, способ влияния и оружие, чтобы не оказаться застигнутым врасплох внешними обстоятельствами, которые иные называют судьбой. Знание рисует карту, по которой мы прокладываем свой путь.

Но пока её нет, дорогу придется рубить наугад.

— Вы уверены? — спросил клерк за стойкой.

Я позвал Калис и сказал, что хочу себе физический распечатку копии Акашийских Хроник. Обязательно искусственно состаренную.

— Уверен.

— Этой книге много тысяч лет. А информация, записанная в ней напоминает бессвязный набор букв. Вы все еще уверены?

— Шутите? — хмыкаю я. — Теперь я хочу эту книжку еще больше!

— Адам, ты серьезно? — спросила мама. — Она может быть бесполезной.

— Ага.

Конечно, я выбрал Акашийские Хроники без всякой на то причины. Но судя по всему в ней и правда есть что-то особенное. Мамина интуиция передается через гены? Очень на это надеюсь.

“Сомнительно”, — отсыпала скепсиса Ширли. — “Пустышки, знаешь ли, чаще всего оказываются пустышками”.

— Как будет угодно, — пожал плечами клерк.

Калис перечислила нужную сумму и спустя пять минут работник вышел ко мне с толстым томом. Книга тяжело легла на стол. Я дотронулся до холодных выпуклостей обложки, обвел пальцами серебристый ключ с сапфиром и, взяв за край, потянул книгу на себя. Она приятным грузом легла в руки.

“Так и будешь на нее смотреть?” — спросила Ширли.

Я покосился на лису и открыл первую страницу.

Сотни понятных мне букв были собраны в совершенно непонятные мне предложения. Приехали. Вот что такое: “вдалшуальсоашво”? Как будто кто-то проехался лицом по клавиатуре. А таким образом выглядят вообще все строчки!

— Белиберда… — поник я. — Ничего особенного.

“Я же говорила”, — фыркнула Ширли.

“А как же твое “доверься интуиции"?”

“Ничего такого не помню”

“Да ладно!”

— Ничего страшного, — подбодрила Калис. — С книгами такое частенько случается. Давай, завтра хорошенько ее исследуем? Ага?

— Ага, — с горечью улыбнулся я, закрывая книгу.

— Тогда поехали. А то уже поздно. Почти двенадцать.

— Сначала к бабушке. Нужно высадить Ширли в её биом, — заметил я.

Я попрощался с зомби-Лефи, которая уже едва волочила ноги, и сел в машину к родителям.

Всю дорогу не выпускал книгу из рук. Не хотелось признавать, что я так глупо ошибся и потерял шанс узнать, например, новое заклинание или целый метод магического развития. Хотя, как могло быть иначе? Уйдет не одна попытка, прежде чем я найду что-то стоящее. Это в порядке вещей, не так ли?

Да и мама, как всегда, права. Утро вечера мудренее. А спать хотелось ужасно. Мне ведь всего десять! Детское тело невероятное энергичное и в то же время очень слабое.

Кивая своим жалким оправданиям, я взял банку с духами и отнес ее в пропитанное сиреневой маной крыло здания. Ширли выбралась из банки, Рей отлип от стекла, и оба отправились спать.

А я с пустой головой поплелся через залитый мраком особняк. Оставшись совершенно один, я спустился по широкой центральной лестнице. Провел ладонью по шершавым перилам из темного дерева и остановился, заглядевшись на то, как свет ночного города узкими лучами пробивается сквозь высокие окна. Словно стрелки часов, застывшие навсегда в одном положении.

— Двенадцать часов, — каким-то образом понял я.

Движимый необъяснимым воодушевлением я достал телефон и уставился на цифры.

00:00.

Взгляд переполз с экрана на книгу. Я убрал устройство и в полной темноте, в одиночестве, в двенадцать часов ночи, на стыке двух дней раскрыл копию Акашийских Хроник.

Все тот же нечитаемый текст. Все те бессмысленные строчки. Мда…

Но чем дольше я смотрел, тем сильнее во мне росло чувство дежавю. Я будто бы узнавал некоторые буквы и слоги, будто уже встречал их, видел именно такими именно в этот самый миг! И они, словно ждавшие этой встречи, приветственно вспыхнули золотистым светом.

Я сложил отдельные буквы и слоги.

— Те… м… кто… и… щет…

Зашелестели страницы. Одна за другой я листал их дрожащими пальцами, ощущая, как волнительное предвкушение накатывает на меня волнами.

— Тем, кто ищет. Душам, вырванным из Вихря воплощений, — шептал я в оглушительной тишине. — Найдите свет подобный моему и вырвите осколки мудрости и силы из тысячи миров, чтоб Вознестись, развеяв Тьму, к Создателю-Творцу.

С трепетом я перевернул последние страницы.

— Задумай цель и текст укажет путь.

Сияние померкло. Порыв вдохновения сошел на нет, оставив в груди пустоту.

Я закрыл книгу и сел на ступеньку.

— Ахренеть.

Глава 21

– И после всех разговоров про стабильную и спокойную жизнь ты планируешь ночью сбежать из дома? – спросила Ширли.

Я поправил края мантии и немного освободил шарф, чтобы свободнее дышать. От сотен рун, скрытых в нитях, разошлась стойкая вибрация. Артефакт полностью заряжен.

– Нет, – ответил я. – Не совсем.

– А выглядит, как на побег, – сказал Рей.

– И ты Брут?

– Я хочу вернуть своё былое великолепие и силу, а не умереть ради любопытства.

Я сунул телефон в карман, шагнул назад, споткнулся в темноте о стул, чертыхнулся и упер руки в бока, взглянув на двух светящихся духов, что заняли мою кровать.

– Вы каждый день жрете как не в себя, обгладываете моё ядро, и что я после этого слышу? Что вы сомневаетесь? Боитесь?

– Ну-у… я чувствую, что становлюсь сильнее, весьма сложно это не признавать, – сказал Рей. Он вообще оказался тем ещё лицемером. То ему моя мана не нравится, то жалуется, что её не хватает, то проклинает всех людей на свете, то сам к ним лезет на руки. Видят звезды, даже Ширли не такая вредная. – У духов это основной инстинкт. Да и почему нельзя просто есть и расти? Зачем-то что-то кроме?

– Серьёзно? – вскинул брови я, стараясь не повышать голос, чтобы не разбудить родителей. – Я по три часа в день трачу на то, чтобы восстанавливать центральное ядро, не говоря уже о том, что его надо развивать. И после этого вы хотите дать заднюю?

– Я никогда не даю заднюю, – авторитетно заявила Ширли.

– А мне вот страшно, – поджал хвост Рей. – И я боюсь. Я уже говорил, что мне страшно?

Я закатил глаза. И подставил руку, чтобы зверинец запрыгивал. Вихрь отказывается перемещать что-либо, не касающееся меня напрямую.

Хотя признаю, в скепсисе Ширли и страхе Рея есть здравое зерно. Всё-таки перемещаться в А-17, в мир, в котором не был четыре года, чтобы забрать артефакт, который может быть там лежит, а может и не лежит, звучит не очень-то надежно.

Вот только, что с того? Я теперь забуду о том дне? Никакого поражения не было? Страшный сон? Да-да, знаю. Что может пятилетний малыш против напасти, с которой не справляются сильнейшие маги современности! Есть крайне мало вещей неразумнее, чем судить себя за обстоятельства, которые ты не контролировал и не мог контролировать. Это так. Но ведь я могу контролировать сейчас. И это не дает мне покоя.

Поэтому я отправлюсь в А-17 и верну Лунную Тень. Это раз.

Два заключается в том, что я расплачусь Директором. Нисколько не сомневаюсь, что он и прочие маги его уровня вплотную занимаются вопросом зеленого пламени. Так почему бы не подсобить им и заодно не скинуть долг?

А три – это практика. Если я правильно понял, то копия Акашийских Хроник откроет путь к знаниям и силе других миров. И пусть я пока не очень хорошо понимаю, что это за знания и силы, а Хроники так вообще с той ночи не работают, из-за чего Ширли считает меня шизофреником, но без умения ходить по мирам все в любом случае теряет смысл.

А как ходить? Отличный вопрос!

Гримуар “Нити Миров” говорит, что связь между множеством вселенных напоминает, собственно, нити, плетение которых и есть Истинная Вселенная. “Учись видеть нить, как её видит опытный вязальщик, рассматривай полотно, лицезрей труд, слушай симфонию жизни в переплетенных судьбах мириад звезд и планет”. А я вот пока в темноте даже стул не вижу. Да и сколько можно не развивать способность? Шутка ли! Перемещаться куда и когда захочешь!

Поэтому всё. Практика.

– Зашли и вышли. Приключение на пять минут.

Вихрь вспыхнул на кончике пальца, точно распустившийся голубой цветок. Его лепестки, сотканные из потоков буйной энергии, опустились, облепив ладонь, и протянулись вверх по руке. Вся мою сущность сжали, свернули, протянули сквозь пространство и выбросили прочь, как надоевшего домашнего зверька.

Я поднял голову к бирюзовому небу А-17 и покрутил перед собой руку. Сил ещё на два-три скачка. Печально лишь то, что я так и не понял, что произошло. Но это явно отличается от того раза в Башне. Как-то дискомфортно? Неуверенно?

Вокруг всё та же небольшая поляна с желтыми деревьями и зеленой травой, откуда мы вместе с Лефи когда-то сбежали от безумных духов через сварганенный на коленке портал. Помню, его удалось открыть лишь благодаря заклинанию слежения Саффиры. Однако совершенно не помню, чтобы на месте камня с порталом была гора.

– Что-то новенькое, – хмыкнула Ширли.

Холм высотой в четыре метра, будто сваленный из покрытых мхом камней, высился посреди поляны. Его крупная тень накрывала меня с головой.

Что-то не так.

– Чувствуете? – спросил я, сфокусировавшись на окружающей мане.

– Тревогу и апатию? – Рей спрыгнул на землю и прижался к ней носом, совсем как собака-ищейка. – Каждый день.

– Как и тогда, никаких духов рядом, – сказала Ширли с моего плеча. – Ничего, кроме напряженного магического фона и груды камней.

Я схватил Рея за шкирку и отпрыгнул от холма почти на край поляны.

– Духа, притворившегося грудой камней, – уточнила Ширли.

Плотная ядовитая мана пропитывала старые на вид камни, её потоки циркулировали по поверхности и пересекались где-то внутри. А объем энергии твари в три раза превышал тот, что был у меня, Ширли и Рея вместе взятых. Благо, дух, кажется, спит.

– Твоя игрушка, скорее всего, под ним, – озвучила очевидное Ширли.

– Предлагаю свалить и купить тебе новую пирамидку, – заныл Рей. – Делов-то? А то знаю я такие истории – сейчас заболтаемся, обсуждая, что делать, затем начнем спорить, а потом монстр проснется и…

Два изумрудных глаза зажглись между камней.

–... у нас не останется выбора, кроме как драться с ним.

Искрящаяся молния сверкнула в воздухе! Я дернул корпусом и пропустил атаку за спину. С жужжанием молния разорвала ствол дерева, и то рухнуло на землю позади меня.

Рей, которого я по-прежнему держал за шкуру, прижал уши. Его глаза округлились.

– Я – не виноват, – заверил он.

С гулом и треском холм пришел в движение. Цепочки камней разогнулись, сбрасывая землю и мох, вытянулись и сложились в четыре угловатые конечности с крупными булыжниками на концах. Они ударили в землю и вырвали из заросшей почвы громадное покрытое зелеными чешуйками и каменной броней чудище. Его глава склонилась под весом чашеобразных рогов.

“Наш старый друг, бешеный лось”, – узнал я.

“Он набрал вес”, – спрыгнула и бросилась в сторону Ширли.

“Не то слово”, – помрачнел я. – “Это скверная новость”.

И как бы мне не хотелось потревожиться о природе магической чумы, времени на это не оставалось.

“А можно не надо?” – взмолился Рей, когда я поднял его и размахнулся.

“Задержишь лося”, – приказал я и кинул духа в морду врага.

– По-оче-ему-у я-я-я?!

“Таков путь”.

К сожалению, я недостаточно восстановился, чтобы провернуть слияния, а орудовать мечом против такой махины себе дороже. Поэтому Рей, несмотря на протесты и нытьё, понял всё правильно. Начавший полет лупоглазой ушастой собачонкой, он превратился в здоровенного волка. Жесткая шерсть шипами покрыла его раздавшиеся вширь мышцы, а глупая рожица сменилась хищным оскалом. Он зарычал и вцепился в шею монстра!

В ответ лось взбесился. Заревел! Задергался! Рей уступал ему в размере почти в два раза, но повиснув на шее, он заставил монстра всеми силами упереться в землю, чтобы не упасть. Это ненадолго его задержит.

– Ширли! – крикнул я, забегая с левой стороны твари, пока лиса бежала с правой.

Скрытая материя – самый плотный вид маны. Жаль, что я не могу управлять ей так же легко, как Лефи со своими кристаллами. Но годы практик с хаотичными чарами не прошли даром.

Я выбросил в сторону руку. Струящаяся сиреневая энергия вырвалась из середины ладони обжигающим потоком, а навстречу ей потянулся такой же луч, выпущенный Ширли. Перед лосем они столкнулись и сплелись в единое целое. Я обернул получившуюся веревку вокруг руки. Ширли схватила её зубами. Каждый со своей стороны обернул ноги Лося нитью сиреневой маны, а затем затормозил, чтобы связать вновь связать веревку

Пойманный в ловушку дух не сумел сделать следующий шаг и рухнул на колени.

Рей отцепился и, перевернувшись в воздухе, приземлился на четыре лапы.

“Я не смог прокусить его шкуру”, – бросил он и тут же приглушил поток своих мыслей.

Я отрывисто кивнул и взмахом руки создал в воздухе ступень. Прыгнул, зацепился за прямоугольник рукой и, раскачавшись, ухватился за корягу, торчащую из спины лося. Кожа на моих руках зашипела! Гребанная ядовитая мана попыталась растворить меня! Но наткнулась на барьер шарфа, развернувшийся по контуру тела. Так-то!

Я заработал руками и ногами, взбираясь на монстра. Он почувствовал неладное и уже повернул шею, чтобы избавиться от меня, как Ширли долбанула по пасти животного пространственным разрезом и оставила на нем жуткий фиолетовый шрам. Духа затрясло! Я сжал зубы, но удержался. И пока лось отвлекся, вскочил ему на спину. Энергия хлынула из нижнего ядра к руке и, закрутившись, свернулась в шар над ладонью.

“Держите ровно!” – приказал я, намереваясь выстрелить искаженной версией огненного шара.

Рей вцепился зубами в рога и прижал тварь. Он царапал лапами по земле, силясь удержаться на месте, а его голова моталась вниз-вверх, каждый раз, когда лось пытался выбраться. Тогда Ширли стреляла лучами по глазам монстра, и его челюсть снова врезалась в землю. Но это всё лишь больше злило лося.

Он задрожал и начал подниматься!

"Да откуда столько силы?!" – пытался удержать равновесие я.

Поняв, что не успею накопить ману, я спрыгнул вниз и вдруг заметил в траве отблеск. Я оглянулся. Успеваю! Проскользнул под задравшейся ногой монстра и ухватил предмет, замахнулся и вонзил Лунную Тень в просвет между камнями на ноге духа!

С гудением сквозь клинок прошел поток разрушительной маны Ширли. Она сошлась в поединке с мерзкой зеленой заразой. Я надавил! Половина каменной ноги покрылась фиолетовыми трещинами. Хлопок! Она разорвалась изнутри!

Я ушел перекатом от каменного дождя и отпрыгнул назад, когда монстр завалился набок.

“Не потрать всю ману!” – предупредила Ширли.

"Я что ли виноват, что в этой твари столько энергии?!"

Но лиса права. Если перестараюсь, то мы не вернемся в Оазис. Либо придется выжать больше энергии из духов, пожертвовав месяцами их развития.

– ЗЛО-О-О-ОЙ… ЗЛО-О-ОЙ! – заголосил монстр.

Я поморщился от громкости. У твари есть зачатки разума! На разве она не была всего-навсего четвертого класса? Так какого лешего…

– В сторону! – крикнул Рей.

Я заметил, как на меня понеслись рога лося, и влил ману Рея в мышцы. Толчок! И я на метр дальше. Широкие костяные рога, что сочились ядовитой силой, промахиваются, а мгновением позже красный волк снова хватает монстра за шею.

Не знаю, эффект это атрибута метаморфозы, или ещё что, но алая мана отлично усиливала, при этом не перегружая мышцы. Наполнившись ей от пят до макушки, я ринулся вперёд, увернулся от маха рогами, обогнул клацающие челюсти, перехватил Лунную Тень обеими руками и, пустив по ней красную и сиреневую энергию, вонзил острие в лоб лося!

Изломы заструились по сияющей изумрудом броне. Треская и лопаясь внешняя оболочка, напоминавшая лошадиный шлем, осыпалась и оголила тело духа.

– ЗЛО-О-О-О-О-ОЙ! – завопил лось.

Не обращая внимание на боль в ушах, я вновь замахнулся и вогнал Лунную Тень глубоко в череп духа! Покрытый двумя энергиями с атрибутами пространства он пробил внешнюю защиту и прожег уплотненную ману, что заменяла кость, вплоть до места, где большинство духов хранили своё ядро. Прямиком до центра головы.

Смесь энергий – фиолетовая, красная и зеленая, – фонтаном вырывались из раны! Глубокая вибрация прошла сквозь духа. Я оттолкнулся! Взрыв! Его голову разнесло! А ударная волна сбила меня в воздухе!

Я повернулся, теряя ощущение пространства, и уже приготовился к жесткой посадке, когда меня поймали за шиворот.

– Будем считать, что мы квиты, – раздался низкий рычащий голос Рея сквозь зубы, которыми он сжимал мою мантию.

– Ага… – кивнул я и спрыгнул, неловко встав на ноги. – Спасибо.

Туша лося тяжело ударилась о землю. Ручейки зеленоватой маны потянулись от духа вверх и стали растворяться в бирюзовом небе.

Довольный, я подкинул Лунную Тень. Механический клинок заскрежетал, собираясь в пирамиду, и упал на ладонь. Без понятия, стоило оно того или нет, но до чего же приятно вернуть своё добро! С улыбкой я превратил артефакт в браслет и расположил его над браслетом с числом двадцать.

Сунув руки в карманы, я приблизился к мертвому духу.

Ширли выпрыгнула из-за лапы монстра и подбежала ко мне и Рею.

– И что говорит твой многовековой опыт? – спросил я.

– Что мы в жопе, – не стеснялась в выражениях лиса. – Без каких-либо контрактов эта тварь выросла быстрее меня в три раза за четыре года. И то, что эта полоумная гадина умела произносить слова…

Ширли замолчала.

Я же сохранял внешнее пренебрежение, пока внутри затягивались узлы. Стало очевидно – мы не просто на таймере. Таймер почти истек. Очень скоро полчища подобных монстров заглянут на огонек в миры Нумеритового Оазиса, и едва ли нам будет чем ответить. Хотя по космическим меркам "очень скоро" может растянуться на десятки лет, но какую силу заполучит подобный монстр спустя эти десятки лет? А ведь сегодня мы едва справились.

Класс. Просто класс.

Качаю головой. Нападение зеленых духов и их хозяев станет концом для моей жизни и для жизни всех тех, кто мне дорог. Правда ли Саффира, Аринтус, Игнис, Валериан и прочая верхушка Оазиса, справится? У них точно есть план?

– И все же мне слабо вериться в такой рост, – между тем выдал Рей. Его же с нами тогда не было. – Но я рад, что мы порешили одного из уродцев, которые опустошили мой мир.

– Кстати, об уродцах, – повернулся я к лесу.

– Нужно уходить, – согласилась Ширли.

На границе восприятия возникло несколько сигнатур маны не слабее лося. Уходить и правда нужно.

– Однако нехорошо возвращаться из путешествия без гостинцев.

************

Как любой уважающий себя маг, Валериан смело смотрел в лицо опасности. Проклятье, он делал этот так часто, что забыл слово “страх”! Думал, что забыл. Пока не встретил её.

– Так вы говорите, что убили всю свою семью, что получить власть и деньги? – спросил Лидия. – Похоже это оставило на вас глубокую травму.

Валериан призвал всю свою волю, чтобы смотреть в жуткие черные глаза психотерапевта и не смотреть ниже. На жутко привлекательный вырез декольте.

– Кхм-кхм, не то, чтобы всё было прямо так, как вы сказали… – Директор переложил бумажки на столе из одной стопки в другую. Можете не верить, но это весьма важное перекладывание. Согласитесь, было бы нехорошо перепутать счета за отопление со счетами за шторы. За волшебные шторы. С покупки которых щедрый Валериан, конечно же, не оставлял себе ни единого цента.

– Вы не хотите отвечать, – кивнула Лидия. – Понимаю. Тяжесть прошлого порой давит на нас. Но это нормально. Тогда, может быть, расскажете, что вас беспокоит в настоящее время?

Валериан вздохнул. Если не признается теперь, то выходит, он зря заглянул в глаза страху.

– Честно? В последнее время мне по ночам бывает так одино… да бл*ть, Адам!

За секунду до случившегося, Директор почувствовал, как начали сходить с ума экранирующие барьеры школы. Экранирующие от телепортации! А затем самый проблемный парень в школе со вспышкой появился посреди кабинета. У него на плечах сидела пара сверкающих духов. А за его спиной пол проломила туша здоровенного мертвого духа, которая при том рассыпалась на части от ядовитой маны и прожигала паркет.

Адам перевел подозрительный взгляд с Лидии на Валериана.

– Подарок, – сказал он.

И вышел, хлопнув дверью.

Лидия повернулась к Валериану и переплела пальцы.

– Скажите, часто у вас случается... подобный стресс?

Валериан поправил сдвинувшуюся от порыва воздуха стопку листков. Прикинул стоимость паркета. Вспомнил, каким количеством работы его завалил Игнис. Снова поправил стопку. И с неподдельной печалью посмотрел на Лидию.

– Вы даже не представляете насколько, – а затем улыбнулся. – Как насчет ужина в готическом ресторане с декоративными камерами пыток? Ну, чтобы, знаете, сменить обстановку сеанса на привычную нам обоим?

Лидия хитро сощурила глаза.

– Только если там подают стейк с кровью.

Глава 22

Нумеритовый Оазис никогда не оказывается тем, что от него ждешь. Между современных высоток вы можете найти старый пустующий особняк с демоном-дворецким, можете выйти из кофейни, завернуть за угол и пройти под парящим зданием, напоминающим свернувшегося в спячке дракона, можете встать на пешеходном переходе рядом с девушкой, которая сотни лет назад убивала миллионы людей и разрушала Империи, а теперь лайкает котиков в сети, вполне можете зайти в продуктовый магазин и у стойки со сладостями обнаружить духа с кредиткой в зубах. Наконец вы можете войти в обычную пластиковую дверь, переступить порог и очутиться не в помещении со стенами, потолком и полом, а посреди залитой солнцем лужайки.

– Это ведь не портал? – засомневался я. – Не может быть портал.

Вот дверь, а вот я. С одной стороны выложенный плиткой коридор, а с другой вымощенная камнем дорожка, что ведет ко дворцу, где уже все приготовили для выпускного бала. Чем-то напоминало небесную комнату Арнитуса, но куда величественнее.

– Мир полон катастроф, – сказала Алиса, которая вновь неизвестным образом оказалась у меня за спиной. – Но мы не позволяем им брать верх.

– Что это значит? – спросил я.

– Старая поговорка, – закатил глаза Влад. – Человек сильнее обстоятельств.

– Да как вы всегда появляетесь? – впала в ступор Лефи, стоявшая рядом со мной.

– Так же, как и исчезаем, – сказала Алиса.

– Ну конечно.

– Эй, давайте быстрее! – поторопили за спиной.

И под бурчание Лефи мы пошли навстречу двум белым колоннам, что венчали проход в небольшой дворцу. Позади тянулась вереница детей, которые выстроились по парам, а возглавлял нас не кто иной, как Директор. Он делал широкие шаги, опираясь на трость, и блуждал мыслях.

Вскоре он заметил мой взгляд.

– Ну как тебе? – спросил он. – Удивительное место, да? Это своего рода кусок другого мира, вшитый в наш. Сложнейшая магия.

– Это подарок Мастера Сайласа, – вклинилась Алиса.

– Что правда, то правда, – пожал плечами Валериан. – Он один из немногих, кто подобное умеет. И да…

– Не понравился мой подарок? – ухмыльнулся я.

– Это было эффектно, – признал Директор. – Но нафиг мне не нужно.

– Че?

– Отправил тело в исследовательский центр, который ими занимается. Но такого добра там навалом. Хотя свежую поставку взяли с удовольствием… поэтому, скажем, на одну треть ты расплатился. Но больше так не делай. Ремонт пола стоит денег за шторы, понимаешь?

Лефи хмурилась и переводила взгляд с меня на Директора, пытаясь понять, о чем вообще речь. Пусть думает. Все равно подробности лучше ей не говорить. Или чего гляди, за мной в другой мир увяжется.

– Половина, – сказал я.

– Треть и ни процентом больше, – не отступил Валериан.

– Три четверти.

– Серьёзно? Такое и за уровень доступа? Я и так слишком щедрый! – Цыкаю. Не прокатило. – Вот приволок бы живым… впрочем, я уже всё равно запланировал одно дело. Им и расплатишься. И остальные тоже идут, – улыбнулся он, взглянув на нашу четверку. – Мастер Сайлас проведет нам познавательную и абсолютно безопасную экскурсию. Но зачем о делах, а? Повеселитесь, что ли. Сегодня ваш день.

– Вы мутите воду, Директор, – сказала Лефи. – Я буду за вами следить.

– Да пожалуйста. Только к легавым не ходи. Они давно ищут, за что мне прижать.

– Вы гостите у капитана охраны Оазиса каждую пятницу, поэтому доносить на вас бессмысленно, – срезала его Лефи. – Так дедушка говорит.

– Да ладно? – открыл рот от удивления Валериан. – Так он уже капитан?!

Влад покачал головой.

– Вы больше похожи на политика, чем на Директора.

– Ровно настолько, насколько это выгодно, – не смутился Валериан, если слово “смущение” вообще обитало в его лексиконе. – А теперь забудьте обо всем, о чем мы говорили, и смотрите сюда!

Мы миновали пухлые белоснежные колонны и вошли под высокие своды зала. Золотистые линии замысловатого орнамента тянулись по полу и стенами, стекаясь на потолке в широкий круг. В его центре, словно на храмовой фреске, на кирпично-красном фоне изображался Нумеритовый Оазис. Перевернутая гора, через плоское основание которой, как ростки сквозь асфальт, пробивались ввысь небоскребы и замки, согретые в ореоле дневной звезды.

Вдоль стен и высоких арочных окон выстроились ряды столов, украшенных пустующим сервизом и вкусностями – тортами, печеньем, выпечкой, фруктами, мармеладом.

– Вы считаете, что всех нас можно купить сладостями? – спросила ничуть не впечатленная Алиса.

– Это работает, – сказал Валериан, кивнув на толпу детей, что предвкушающе глазели на столы. – А для не таких как все есть отдельный столик в конце зала с не такой как для всех едой. Кроме того ещё не принесли основные блюда. И вообще, мы же здесь не ради набивания животов!

– А ради чего? – спросила не утратившая подозрительности Лефи.

– Ради веселья! Моего веселья и ваших мучений.

– А… точно. Бал, – поник я.

– Правильно. Будете неловко спотыкаться, наступать друг другу на ножки, смущаться и зарабатывать комплексы. Юность во всей красе. А потом я зачитаю траурную речь о прощании с прожитыми годами, которую вы не поймете, а ваши родители будут давить слезу и делать фотографии. И в конце я выдам вам красивые грамотки и ленточки. Классно же!

– Я в этом не участвую, – заявила Алиса.

– И я тоже, – сложила руки на груди Лефи. – Мы закатим вечеринку, понятно? Да такую, что… что вы сами будете танцевать! Ха!

– Что? Да не в жизнь… Я же калека. А теперь всё, идите, найдите себе компанию по возрасту.

Валериан помахал “проваливайте” и зашагал к родителям и учителям. Опять будет ездить по ушам и плести свои интриги. Или развлекаться. Одно другому не мешает.

“Старый прохвост”, – задумался я и оглядел зал. – “Но шикует он с размахом”.

“Для человека хромоножка удивительно сведущ в угощениях”, – подергала носом Ширли в сторону еды. Права не знаю, насколько хорошо из банки доносятся запахи.

– Адам! – окликнула Лефи.

Она привела к нашей четверке ещё двоих. Кажется, любительница бросаться большими камнями по имени Ния и смутно знакомый парень в очках и неряшливой шевелюр. Ах, да. Одноклассник.

– Это Коля, – представила Лефи. – Он Механик и хотел познакомиться с тобой.

“Мальчишка с цилиндром, который в панике сбежал от тебя четыре года назад”, – подсказала Ширли.

“Абсолютная память”, – догадался я.

“Ага”.

– Привет, – улыбнулся я. – Кажется, в прошлый раз я тебя напугал? И это было… немного давно.

– Эм-м… возможно, – почесал затылок он. – Я уже не помню, если честно. Просто почему-то не мог отделаться от мысли, и вот…

Забавный случай. Но куда забавнее то, как много детей столпилось вокруг меня.

“Ты сам их собрал”, – напомнила Ширли.

“Возможно”.

“И зачем?” – спросил Рей. – “Нет, то есть порой это весело, но на самом деле очень странно. Ты слишком отличаешься от них, чтобы они были твоим окружением”.

“Опыт того, кто сбежал ото всех жить на луну?”

“Возможно”, – произнес в той же манере волчонок.

“Но ты не ответил”, – снова напомнила Ширли.

“Вам правда так интересно?” – удивился ей. – “Что ж, тогда вы меня поймали. У меня серьёзные планы на этих детей”.

“Так и знала. Солдаты?”

“Должники?”

“Слуги?”

“Связи?”

“Друзья”, – прервал я. – “Можно, конечно, подождать лет двадцать и найти кого-то подходящего, а можно подружиться с кем-то заранее, и такая связь будет крепче прочих”.

“Очередной коварный план, который я запомню”, – сказала Ширли. – “Или ты просто не можешь пройти мимо чего-то ценного и не прибрать это к рукам, не так ли?”

“А как же тот случай с Лефи и женитьбой?” – спросил Рей, тщетно пытающийся разобраться в хитросплетениях человеческих взаимоотношений.

“Это другое! Да и кто знает, как оно будет, когда нам исполнится восемнадцать, двадцать, тридцать?” – мысленно хмыкнул я. – “Но сейчас думать об этом как-то… чересчур коварно”.

Мне и без того хватало сложных мыслей.

– Забудь о том случае, – вернулся в разговор я. – Так почему ты Механик?

– Потому что он любит шестеренки и компьютеры! – выбросила руку, как на уроке, Ния.

– Но я ничего не делаю из шестеренок, – нахмурился Коля.

– Правда?!

– Хм, а у меня как раз проблемы с основами технологий, – вслух задумался я.

Но на лице Коли и близко не отразилось понимание ситуации. Ох, он даже не подозревает о моем коварстве! Ну, ничего. Всё ещё успеется. Везде сочтемся.

Кстати, о сочетаниях.

– Мой дорогой друг, – закинул я руку на плечо Влада. – Надолго ли ты в Оазисе?

А вот по улыбке первого принца сразу стало понятно. Он не забыл о своем обещании научить финту с исчезающим мечом! Вижу, что не забыл! Такие мы принцы, да. Друзья-друзьями, но выгоду же получать надо? Да ещё и какую – взаимную!

– Мы останемся как минимум на весь год в Облачной Школе, – сказал Влад, по-свойски закидывая руку в ответ. – И уважаемый Арнитус уже пустил нас в небесную комнату. Как задумаюсь, сколько у нас будет времени на тренировки, даже страх берет, ха-ха!

– Вот-вот! – с улыбкой киваю я. – Даже представить сложно, ха-ха-ха!

Эх, прекрасна та дружба, где вы понимаете друг друга с полуслова!

– Скажите сы-ыр! – раздалось сбоку.

– Ну-у ма-ам! – запротестовал я.

– Не двигайся, Адам, – пригрозила Калис. – Вы же все такие красивенькие! Разве можно вас запечатлеть? Давайте-ка все-все в кучку. Будет общее фото!

Пыхтя и фыркая на глупых взрослых, мы вшестером кое-как сгрудились вместе. Девочки в платьях с милыми прическами, парни в пиджачках с глупыми рожицами. Все полны улыбок, воли к жизни и планов на грядущие каникулы, и все счастливы стоять вместе на нашем маленьком выпускном и радоваться каждому новому мгновению – ведь они, мгновения, это единственное, что останется в паутине воспоминаний спустя годы и целые жизни.

"Все же рады, да?" – подумал я.

– Стоп-стоп, – выставила ладонь Лефи, когда Калис ушла, а все собрались на охоту за сладостями или не как у всех такой едой. – У нас есть важный вопрос.

– И какой же? – спросила Ния, уже запихивая в рот булочку с корицей.

– Кто сильнее – Алиса или Влад? – вернулась к режиму детектива Лефи.

Взгляды скрестились на брате и сестре.

– Алиса на стадии Наполнения, но только центрального ядра, а Влад только нижнего. И вы равны? Или кто-то сильнее? На Восхождении я так и не смогла разобраться.

Влад как всегда улыбнулся. Алиса сощурила глаза.

– Это зависит от случая, – сказал он. – В короткой схватке я выиграю.

– А в любом другом случае проиграешь, – сказала Алиса.

– Это как? – наклонила голову Лефи.

– Мои заклинания всегда сильнее, потому что я могу за раз провести больше энергии, – пояснил Влад.

– В этом нет смысла, если ты восстанавливаешься в десять раз дольше, – заметила Алиса. – Найди духа или однажды умрешь.

– Как-то мрачновато, – поежился Коля.

– Она всегда такая, не обращай внимания, – сказала Лефи. – А теперь два других очень-очень важных вопроса. Итак. Как мы устроим здесь настоящую вечеринку и где Адам?

Друзья закрутились, ища меня. Я бросил на них последний взгляд и выскользнул из зала на террасу.

– Сбегаешь? – спросила Ширли из банки, которую я нес на плече.

– Я оставил им Рея, – из зала донеслись радостные вопли. – И кажется, его уже нашли.

– Говорящая игрушка всегда интереснее, – ухмыльнулась лиса. – И сдается мне нашему щеночку это тоже нравится. Бедняга, он пытается понять детей… Но зачем мы тут?

– Внутри слишком шумно. Возражаешь?

– Не-а.

Я придвинул стул к толстым деревянным перилам, сел и поставил банку. Отсюда открывался отличный вид на море оранжево-зеленой травы и солнце, что медленно клонится к закату. Хорошее место.

Хорошее место, чтобы предаться темным мыслям.

Думал, на празднике смогу отвлечься, но никак не получается. Мысли так и соскальзывают на копию Акашийских Хроник. "Душам, вырванным из Вихря воплощений" – что это значило на самом деле? Что это моя последняя жизнь? Или что-то большее? Последний шанс вознестись, если это самое Вознесение вообще существует?

Но если сила, которую обещают Хроники, всего вполовину так же невероятна, как телепортация из Башни, то не должен ли я прямо сейчас срываться на её поиски? Тогда почему я сижу здесь? Почему двигаюсь едва заметными шагами там, где нужно бежать сломя голову?

Я закрыл лицо ладонью.

Восхождение, затем этот договор с директором и скачок в А-17… Кажется, я просто возвращаюсь к старому себе. А когда замечаю это, то жму на тормоз. Забываюсь в общении с семьей и друзьями.

Пальцы сдавили переносицу.

Ведь нет смысла торопиться. Нумеритовый Оазис простоял тысячи лет и простоит ещё столько же, если не больше. У меня хватит времени, чтобы разобраться с Хрониками, Вознесением и зеленым пламенем. Должно хватить.

Ногти врезались в кожу.

Но конфликт между эльфидами и Аркане тоже казался обычной войной, каких всегда хватало, пока не стал моей самой крупной неудачей и самым страшным кошмаром.

Ненавижу фатализм. Ненавижу и все же чувствую, как моя жизнь опять катится в бездну.

Но я не хочу смиряться с предначертанным или с тем, что удастся его избежать, ничего не делая. Не хочу ни во что верить. Не хочу ни на что надеяться.

Хочу контролировать.

Но как?

Никто не может контролировать всё, как бы он ни был силен, – спасибо опыту Николаса и Наставника. Попробуешь взять больше, чем можешь унести, и согнешься под этим весом или сломаешься – не метафора, всего лишь закон физики. И всё же Хроники дают мне шанс, который...

– Твои мысли куда более шумные, чем дети внутри, знаешь ли, – сказала Ширли, чем заставила вытянула меня из потока мыслей.

Она вылезла из банки, потянулась и прилегла на перила понежиться под иллюзорным солнцем.

“Возможно. Прости”, – опустил голову я. – “В такие минуты не знаю, как быть”.

“Просто живи?”

“Это сложнее, чем кажется”.

Ширли фыркнула.

“Тебе не говорили, Адам? Ты законченный эгоист. Жизнь в Оазисе сгладила углы, но даже так твой обезьяний мозг решил, что вселенские бедствия не имеют права отбирать у тебя контроль над реальностью”.

“Боюсь, это вина Наставника. Я стал эгоцентричным и горделивым”.

“А это плохо?”

“А разве нет? По-моему, я потерял всё, что только мог. Все шансы на жизнь, ради которой я якобы старался”.

Ширли закрыла глаза и свернулась клубком в лучах солнца. Её тихое дыхание и спокойный голос что-то сделали. Сердце забилось медленнее. Меня поразило умиротворение.

“Да, ты ошибся. Множество раз. Не знаю, как именно, но расплатился за это по закону Вселенной – последствиями. Однако даже если каждый выбор, каждый поворот и каждый пусть даже самый маленький шаг в любой из твоих жизней был смертельной ошибкой, то это вовсе не значит, что желания и мечты, которые привели тебя к ним, неверны. Выбранный путь никогда не бывает неверным. Но неверным может быть способ, которым ты по нему идешь. Нет ничего плохого в эгоизме, который позволяет расти, находить друзей и наслаждаться жизнью, если ты не играешь чувствами окружающих. И нет ничего плохого в том, чтобы бояться двигаться быстрее, чем ты можешь, если ты не перестаешь набирать скорость. Да и не так уж плох фатализм, если судьбу по итогу творишь ты сам. Так что не парься, ладно?”

Захотелось рассмеяться.

Но я поборол малодушие и задумался над словами Ширли всерьёз. Может ли быть так, что она права? Может, быть и может. Не знаю, не уверен. Вдруг, меня и правда больше беспокоит, правильный ли я задаю курс, и в меньшей степени способ, как ему следовать. Ведь если неверен весь путь от начала до конца – то это катастрофа. А если неверен шаг, нужно просто шагнуть чуть в сторону. Это всё, что я могу. И наверное, это всё, что я когда-либо мог на самом деле.

Ха! Да уж.

Никогда бы не подумал, что Ширли так умеет.

– Как скажешь, – наконец выдохнул я. – Нам ничего не остается, кроме как шаг за шагом двигаться вперед.

Мы пробыли в тишине несколько долгих мгновений, вероятно, каждый думая о прошлом, а затем я всё же не сдержался.

– Так вот какое твое истинное лицо?

– Это минутная слабость! – распушилась Ширли. – Даже не вздумай кому-то…

– Ладно-ладно, – поднял руки я, защищаясь. – Шучу. Пошли ко всем.

– Поторопимся, иначе это армия сладкоежек оставит меня без тортиков.

Когда я вернулся, армия сладкоежек, как раз словила сахарную передозировку, и взяла в заложники Директора.

– Да не буду я танцевать! – вырывался он из теневых пут. – Я ка-ле-ка! У меня справка есть! Энергоканалы на ноге сожжены, слышите или нет?!

– Все сказанное вами будет использовано против вас в суде, – ухмыльнулась Лефи и махнула рукой. – Вяжи его, да покрепче!

Учителя и родители не спешили на помощь хромоножке. Более того, я заметил несколько заинтересованных лиц и не менее заинтересованных камер. Да-а-а... Забудьте, что я думал про бал. Бал это круто! Гораздо круче запутанных мыслей и вселенских проблем!

“И вкуснее”, – добавила Ширли, уже крадущаяся между тарелок с десертами.

– Если вы не остановитесь, то это плохо закончится, – предупредил Валериан. – Неужели вам не страшно нападать на своего Директора?

– Вы хотели нацепить на меня ленточку, – сказала Алиса, затягивая путы так, чтобы мужчина не мог шевелиться, будучи привязанным к стулу. Она встала перед ним с непроницаемым выражением лица. – Что может быть ещё страшнее?

– Полагаю, немногое. Но вы же понимаете, что я могу в любой момент освободиться? – десятки черных птиц вырвались из-под плаща Валериана и закружили вокруг него под детские визги. – Или повторим Восхождение?

– Что значит “повторим”? – сложил руки на груди Влад. – И как это относится к ленточкам?

– Угу-угу, – закивала Алиса.

– Это… – взялась за подбородок Лефи. Она посмотрела на птиц, на Валериана. На Директора, на птиц. Туда-сюда и… – … ЭТО ВЫ! Это вы атаковали нас тогда! Наделали монстриков! Как этих птичек! И совы в школе! ЭТО ВСЁ ВЫ!

Валериан открыл рот и закрыл.

– Упс... эм, это всё совпадение. Ты пришла к очень нелогичным выводам! Разве мог я так поступить? Ну?

Его молящий взгляд прошелся по залу, по ироничным ухмылкам взрослых и по хмурым физиономиям детей и случайно наткнулся на меня.

– Адам, – с улыбкой начал он. – Как насчет списать пару долгов и…

Я покачал головой. О, нет-нет-нет.

– Злорадство не продается, – ухмыляюсь я.

– Адам, где ты был? – уперла руки в бока Лефи.

– Проветривался. И теперь у меня есть план, как раскусить Директора!

– О, и какой?

Под заинтересованные взгляды я наклонился, вытащил из-под стала чей-то в страхе поджатый хвост и уже отработанным броском закинул Рея во врага.

– Хватай его!

– Чего?! – закричал Рей. – Почему опять я?!

Как резко надувшийся воздушный шарик волк врезался в Директора и повалил его на пол вместе со стулом. Волк прикинулся мертвым. Маг болезненно замычал.

– Ну вы сами напросились! – донесся сдавленный крик из-под шерсти.

Черные кляксы поползли по полу и стенам и собирались в кольцо красноглазых монстров, что обступили Валериана, словно гвардия. Дети, хорошо помнящие Восхождение, отступили и заняли оборону за столами. Но не мы.

Лефи вновь ухмыльнулась, уже бросая мне янтарный меч, и создавая копье для себя. Влад снял пиджак и закатал рукава рубашки. Алиса, словно тень, спряталась за его спиной, готовя между пальцев заклинание.

Валериан рывком вырвался из пут, пинком отправил скулящего Рея в полет, подхватил трость, стукнул ей о пол и сложил на ней скрещенные ладони.

– Что ж, смотрю, так просто вы не отступите, – вздохнул он.

Калис приблизилась к нам сбоку, держа в руках телефон.

– Да-да, вы правы! Это я сражался с вами на Восхождении! – сыграл на камеру Валериан. – И видимо, придется сразиться ещё раз! А после этого бунта мы все дружно по видео разберем ошибки, которые привели вас к поражению! Как вам такое, детвора? А? Кто "за"?! Поднимайте задницы со стульев и давайте драться! Или слабо на Директора толпой?!

– Адам, – обратилась Калис.

– Не сейчас, мам, – отмахнулся я, уже обдумывая с духами план нападения.

– Адам, – тверже повторила Калис. Она сжимала в руках телефон и не улыбалась. – Бабушку только что доставили в больницу.

– Как… бабушку? – не понял я.

Шум притих. Уголки губ поползли вниз.

– В смысле "доставили"?

Сердце застучало в ушах. Я обвел глазами обеспокоенно переглядывающихся друзей и одноклассников, увидел, как хмурятся родители и учителя, как радость и веселье сменяются тревогой. Остановился на Валериане. На его лице отразился тот же хоровод сложных мыслей, что я видел сегодня до бала. Он знал. Он что-то знал.

– Центральная, – наконец сказал он. – Только что сообщили.

Я поджал губы. Не сдерживая злости, разбил меч о пол и схватил Калис и Кайруса за руки. Духи прыгнули на меня. Вихрь энергии оттолкнул ближайших людей и затянул меня и родителей.

Виски пронзила острая боль! Я пошатнулся и схватился за стену. Перед глазами всё поплыло, но я отыскал взглядом белый кадуцей, светящийся на двери. Толкнул её и влетел на ресепшен. По пятам спешили родители. Вдалеке послышалась сирена. Я сломал барьеры?

– Адам, как мы?.. – заозиралась мама.

– Где сейчас Саффира Тиар? – спрашиваю девушку за столом. – Быстрее!

– Это… я не понимаю, о чем вы? Нужно заполнить протокол посещения, если вы…

“Ширли!”

“Прямо и направо. Они не успели скрыть следы её маны”.

Я бросился по коридору. Люди, люди, белые халаты, охранники. Я не видел их, огибал, ускользал, не замечая так же, как водоворот беспокойных мыслей и эмоций, разрастающийся внутри меня с каждым шагом. Если увязну в нем, то захлебнусь.

– Адам, постой! – крикнул Кайрус.

“Направо и снова направо!”

Я свернул, с размаху распахнул дверь неотложки и вдохнул запах крови и смерти. Койки заполнены. Врачи носятся посреди стонущих пациентов. Кто-то не дышит, кто-то без конечностей, кто-то истекает кровью, кому-то накладывают швы и гипсы. Целая толпа духов сновала между ног врачей, вливая в раненых энергию.

Не просто раненых, понял я, и не просто не пациентов. Это маги. Маги синхронизации и выше.

– Эй, пацан, ты что здесь забыл? – надвинулся на меня охранник.

Проклятье. И что с ним делать? Сломать руку? Вырубить? А получится?

– Адам? – донесся голос.

– Бабушка, – вздрогнул я.

Женщина махнула рукой и охранник нехотя отступил. Вскоре нас нагнали родители и застыли от зрелища так же, как я. Но к счастью, Саффира была цела. Она сидела на койке. Правый бок и правая рука перебинтованы, темно-синий жгут, словно живой, дрожал, обвивая левую руку и передавая ману, а рядом лежал покрытый пылью и кровью плащ с тремя кругами. Бабушка смерила нас уставшим взглядом.

– Ты как? – спросил я.

– Нормально, – сказала она.

Нормально? Кровавый ад вокруг – это нормально?

– Что случилось? – присела рядом Калис. – Что тут происходит?

– Орден Тройного Круга проиграл. Неудачная вылазка в один неизученный мир. Мой просчет.

Не может быть. Просчет? Нет. Нет. Нет. Если Орден проиграл... Если Нумеритовый Оазис уже проиграл этим тварям...

– Кому проиграл? – спросил ошеломленный Кайрус. – Что это всё значит?

– Гостайна, – повела плечами бабушка. – Вам в любом случае нельзя здесь находиться. Уходите. Меня скоро выпишут, поэтому... Адам? Эй, что с тобой? Ты... ты в порядке?

– Я убью… – шептал я, смотря в пол пустыми глазами. – Я убью их всех.

***********

Конец первого тома.

Второй том здесь - https://author.today/work/566236