В тело Гарри Поттера попадает фэнтезийный Темный Властелин. Юмор. Не канон и близко.

Глава 1

Карут

Я проснулся утром… в чулане. Но это было не самым чудным. До пробуждения мне снилось, что у меня есть родители. Улыбчивая молодая пара. Красивая девушка с зелеными глазами и мужчина с беспорядком на голове и любящей улыбкой. Они были чудесными. Правда. Насколько мое зачерствелое сердце способно оценить подобное. Их убили. Кто-то ворвался в дом и подло прикончил заклинаниями обоих. А потом взялся за меня.

Проснувшись с криком. Минут пять я лежал, пялясь в потолок и тупо соображал, как меня зовут. Гарри? Карут? Имя Карута наводило ужас. Гарри же… был просто мальчик.

Я попытался вспомнить, что предшествовало засыпанию. Вроде бы ничего необычного. Перепил разве что с Розой и начал откровенничать насчет своей жизни. Не завидной, честно говоря, если копнуть глубоко назад. Ну и вот. Проснулся. Здравствуй новый мир, новое тело. И новые неприятности, судя по голосу, доносившемуся снаружи.

-Гарри! Где тебя носит! Думаешь, мы будем тебя на завтрак ждать?

Я выбрался из постели и натянул одежду, какую нашел. Мешковатую, явно с чужого плеча. Похоже, этот Гарри вроде слуги здесь? Почему же его зовут за хозяйский стол? Или я должен прислуживать?

Протерев глаза, я выбрался на кухню. Нашел по запаху. Восхитительные оладьи с сиропом. Втянул носом воздух и благодарно посмотрел на женщину, сунувшую мне тарелку под нос. Определенно не служанка здесь.

-Это лучшее, что я пробовал! - искренне сообщил я, разглядывая упитанного мальчишку и еще более упитанного мужчину.

Кажется, отец и сын. При виде отца почему-то становилось страшно. А сын... Ну, тут скорее досада. Толстому мальчишке наложили целую гору блинов. Я оценил ситуацию. Своим блином я не наелся. В голове возникли привычные мысли, что придется опять остаться голодным. Не мои мысли. Тела. Просто владелец думал их каждый день. Я отмел эти мысли, как что-то несущественное. Порывшись в памяти, выяснил, что трое - родственники, причем, тетя и дядя. И их сын. Так, ладно, семья, значит. Я взял с большого блюда посреди стола еще один блин. Наплюхал на него от души сиропа. Кажется, кленового.

Мужчина и женщина замерли, словно я у них на глазах спалил Храм Света до основания. И прирезал жрецов.

Что? Между прочим, я их пощадил. Почти всех! Ну а Храм…новый построят. Старый все равно никому не нравился. Слишком тяжеловесная архитектура.

-Гарри, что ты творишь?! - возмутилась тетя.

-Ем! - ответил я с набитым ртом.

Память Гарри подсказывала, что вот-вот прилетит затрещина от дяди Вернона. Кажется, женщина в какой-то мере пыталась защитить племянника, заменив ее своим визгливым криком. Не вышло. Мужчина поднялся из-за стола и поднял на меня руку. Поймите правильно. Я не против. И не какой-то там неженка. Но право попытаться меня ударить нужно заслужить. В бесчисленных сражениях на пути к Цитадели Тьмы, доказав принадлежность к достойнейшим из героев.

Дядя Вернон к ним не относился. Спорить готов, он и меч-то держать не умеет. Я увернулся, ловко сдвинувшись в сторону и небрежно воткнул в него нож. Крику было! Сначала заорал Вернон. Затем Дадли, увидевший, что я наделал. Потом Петунья, кажется, так ее звали. В молодости наверняка была симпатичной, кстати. Но выражение «поела свежего навоза» ее ужасно портит.

Я уселся обратно за стол и забрал блины мальчишки, пока все семейство суетилось, выясняя, не сошел ли я с ума и не собираюсь ли в ближайшую тюрьму срочным рейсом. Я не собирался. Так что преспокойно дождался, пока они наорутся вдоволь.

-Это переходит любые границы! - орал, как резанный Дурсль старший.

Он, собственно и был резанный. Вернее, проткнутый ножом.

-Гарри, немедленно извинись! Что ты наделал! - кричала, как заведенная тетя Петунья и заламывала руки.

-Извините, - решил я. Ну а что, мне не сложно, а ей приятно. Хочет извинений, да запросто. От меня не убудет.

Истинные Властелины Мрака никому ничего не доказывают. Я мог извиниться и вовсе четвертовав ее мужа. Без проблем.

-Ах он еще извиняется, щенок! - еще больше рассвирепел дядя Вернон. - В тюрьму поедешь! Там тебе самое место!

-В тюрьму! - вторила ему тетя Петунья, но затем, быстро сменила мнение. - Дорогой, но что люди подумают, если мы отправим его в тюрьму? Все-таки, мы же родня!

О-па. Какая преданная однако тетушка. Я аж восхитился. Никто в жизни не защищал меня так рьяно. Кроме зеленоглазой рыжеволосой женщины. Я пригляделся к Петунье. По идее, они сестры.

-В тюрьму! - жизнерадостно согласился я. - Там мне самое место!

Дядя Вернон принялся звонить. Он использовал для этого телефон. Странную штуку гораздо менее удобную, чем магический шар. Кнопки какие-то и к уху приложить надо, чтобы сработало. То ли дело магические шары! Там даже собеседника видно. Но стоят дорого, как шкура дракона.

-Алло! Приезжайте! - жаловался меж тем Дурсль.

Я дождался, пока пройдет побольше времени. Наконец, в дверь позвонили. Настоящий владелец тела на моем месте ужаснулся бы. Я же просто развеял иллюзию и доел очередной блин. Едва Дадли открыл дверь полиции, как дядя Вернон принялся живописать свои страдания. Оказывается, я буквально с пеленок его доставал. Тетя Петунья заламывала руки позади и пыталась его урезонить хотя бы немного.

Наконец, уставшие от словесного поноса полицейские попросили предъявить им собственно пострадавшего. Дядя Вернон взъелся. Пострадавший и есть он! Его ножом проткнули! Они что, не видят?! Они не видели. Иллюзорный нож пропал вместе с иллюзией раны. Обнаружив, что раны никакой нет, полицейские нахмурились.

-Да вот же она… Была здесь! - хмурился Дурсль.

-Дядя того… грибов накануне переел. Увлекается народной медициной, так сказать! - порадовал я Дурслей.

Позеленели все трое. У меня как-то начальник стражи пресловутых грибов объелся. Пришлось его потом ловить на Северной Башне. Хорошо, сигануть не успел. Показалось ему, видите ли, что он птица.

-Пройдемте с нами! - полицейские переглянулись.

Кажется, они подумывали прихватить и пребывавшую в полуобмороке тетушку. Но я не мог этого допустить! Кто готовить-то будет? Мы что ли с Дадли? Так я только яды умею. А он, скорее всего, сготовит одни угли.

Дядя Вернон вернулся на следующий день. Экспертиза показала, что кровь его чиста, аки слеза младенца. Следов грибов или еще чего не обнаружено. В итоге решили, что дело в обычном лекарстве, на которое организм «дяди» выдал необычную реакцию. А я что? Я наслаждался их холодильником!

Я, между прочим, Темный Властелин! Но половины того, что было у Дурслей, отродясь не пробовал. Похоже, кулинария этого мира серьезно обогнала нашу. Застав меня около холодильника, дядя Вернон пошел в атаку. Впрочем, он бы, пожалуй, накинулся на меня в любом случае. Даже, если бы я подстригал кусты в саду. Сняв ремень грузный мужчина принялся за мной гоняться. Словно у него был хоть шанс нагнать прыткого мальчишку! Да я наперегонки с пущенными стрелами бегал! В меня огненные заклинания летали со всех сторон! И от них увернуться было гораздо труднее!

Так что я воспринял все это, как увлекательную игру «обеги диван» и «пройдись ногами по мебели». Она у Дурслей была преимущественно светлых оттенков. Идеально. Наконец, набегавшись вдоволь, я подставил Вернону подножку. Дождался, пока он грохнувшись, растянется на полу. Затем без зазрения совести выудил кошелек из заднего кармана его брюк и позаимствовал деньги.

-Дадли! Пошли, покажешь мне, где здесь продают эти восхитительные десерты! - решил я.

Малец, вот уже с пол часа наблюдавший за нашими гонками, ответил полным сомнения взглядом.

-Я поделюсь! - пообещал я, наколдовав на пальце небольшую иллюзию пламени.

Увидев ее, дядя Вернон побледнел и прекратил попытки подняться на ноги.

-А… ладно, идем! - решился Дадли.

Я тут же заставил пламя исчезнуть. Мог и настоящее сделать, но тогда его пришлось бы куда-то девать.

-А как ты это делаешь? - осторожно спросил Дадли, когда мы вышли из дома.

-Тебя иллюзии интересуют или настоящий огонь? - уточнил я у мальчишки.

Прежний хозяин тела его явно недолюбливал. Но это всего лишь ребенок. К тому же не очень умных родителей. К чему обижать того, с кем живешь? Чтобы однажды проснуться с перерезанным горлом?

-Так это была иллюзия? - кажется, Дадли был разочарован.

-Я могу и то и другое.

Мы вышли из дома на просторную улочку в окружении довольно-таки симпатичных домов. Явно не крестьянские. Здесь жили зажиточные горожане, а то и купцы, не меньше.

-Как сделать настоящее пламя? - решился Дадли.

-Просто концентрируешь энергию в одной точке. Создаешь крошечный огонь, затем он разгорается.

Полное непонимание в глазах.

-Хорошо, убеждаешь мир, что в этом месте есть пламя, - пояснил я, как умел. - Ну это… не лучший из меня наставник. Начни с чего-то попроще. Сконцентрируй в руках кусочек простой энергии. А потом уж придашь ей окрас по вкусу. Не обязательно пламени. Можно и воды. Может, у тебя другая стихия. Водные маги довольно сильные. Я встречал одного. Пожалуй, он сильнейший из всех, кого я знаю.

-Сильнейший? - уцепился Дадли за понятную мысль.

Хоть одно слово ему показалось знакомым. Уже хорошо.

-Кровь это тоже вода, - пояснил я. - Кто управляет водой… Может делать очень страшные вещи. А еще существуют подземные источники. В общем, лучше не зли магов воды, если встретишь.

Никаких лучше не злить на самом деле.

Малец сглотнул.

-Ты давно такое умеешь, Гарри?

-Я не Гарри. Я Карут. Древний маг, попавший в тело этого мальчишки. Видимо, случайно.

Дадли посерел. Судя по взгляду он мне поверил. Сразу же.

-Я… я толкнул Гарри вчера, - очень тихо сказал мальчик. - Он упал и ударился головой. А потом пошел к себе.., ,- с каждым словом юный Дурсль бледнел все сильнее. - Выходит…он умер? И ты занял его тело?! Получается… я…

Мальчишка не договорил.

Мы прошли еще метров сто и он разрыдался. Я выругался про себя. Поход за десертами, кажется, отменяется. Платков, разумеется, мальчишки не носят. Пришлось вытирать его лицо рукавом.

-Может, все не так плохо! - попытался я вернуть его к мыслям о десертах. - Голова у меня не так уж болит. Скорее, там обычная шишка. Мне кажется, этот твой Гарри жив…

-Правда? - всхлипнул Дадли.

-Ага, - заверил я, представив, что будет, если в мое тело попадет одиннадцатилетка.

Должен же сам Гарри куда-то деться, раз его тут нет? Тело его в порядке. Оно определенно не умерло. Скорее… мы обменялись. По крайней мере, я предпочитал думать об этом, как об обмене. В противном случае мне и самому возвращаться будет некуда.

-Ты только никому не рассказывай, - пригрозил я, создав на пальце крошечный кусочек настоящего искристого пламени.

Огонь затанцевал, заставив пацана любоваться, раскрыв рот. Затем я сбросил его под ноги и затушил ботинком. Ботинок оставлял желать лучшего. Старый, дырявый не по размеру.

-Здесь хватит денег купить нормальную обувь? - я извлек деньги, вытащенные из кошелька дяди Вернона.

-Я добавлю, - Дадли вытер глаза рукавом и шумно втянул носом воздух. - А Гарри он это… в твоем мире выживет?

Я посмотрел на мальчишку с удивлением.

-А ты не тупой.

Дадли пожал плечами.

-Я смотрел Властелин Колец. Там были древние маги вроде тебя. Гарри в таком мире точно хана. Какой-нибудь жуткий темный маг его запросто пришьет.

Мне пришлось откашляться, чтобы не подавиться хохотом окончательно.

-Я и есть какой-нибудь жуткий темный маг. За которого теперь, должно быть, принимают Гарри.

Дадли, не удержавшись, прыснул в кулак.

Пирожные превзошли все ожидания. Они продавались в уютном кафе с видом на улицу, по которой неспешно двигалась кавалькада автомобилей. Дадли объяснил мне их принцип, ну, насколько понимал его сам. Самым близким в моем мире к ним были детские игрушки с заводным механизмом. Маги и богачи пользовались перемещениями, а крестьянам, увы, приходилось довольствоваться телегами. Впрочем, меня это мало волновало по сравнению с пирожными.

Пятнадцать видов! Десертов, что я еще ни разу не пробовал! Эклеры. Пирожное картошка. Слоеные торты. Чизкейки всех мастей! Мы с Дадли объелись до тошноты. Остаток забрали с собой и Дадли повел меня в магазин на углу, где ему покупали обувь. Я выбрал добротные туфли, аккурат по ноге из мягкой замши. Дадли пришлось добавить из своих сбережений, но оно того стоило.

-А почему ты просто не возьмешь все, что захочешь при помощи магии? - уточнил мальчик, когда мы вышли из магазина.

-Потому что тогда придется захватывать твой мир, - объяснил я. - А я пока не решил, хочу этого или нет.

-Захватывать мир?! - изумился мальчишка. - Зачем? Ну то есть, причем здесь одежда?

Я с удовольствием пошевелил пальцами на ногах. Обувь сидела на мне, словно сшитая на заказ. Качество не хуже лучших сапожников моего мира.

-С этого обычно все начинается. С мелкой кражи или другого происшествия, когда у тебя начинаются неприятности и ты уже не можешь сидеть тихо. А вынужден отбиваться. Украли бы мы обувь, продавцы вызвали бы полицию. Я бы вступил с ними в схватку и убил. На это среагировала бы местная власть. Меня бы объявили в розыск и пришло еще больше полицейских и в итоге от меня отстали бы, когда я захвачу власть. Чтобы больше некому было подсылать светлых героев, чтобы меня убить.

-Светлых героев? - кажется, у Дадли голова шла кругом.

-Э, ну, полицейских, гвардейцев, смотря кто тут у вас. Суть в том, что вся эта канитель не кончится, пока тебя не будут бояться настолько, чтобы тронуть.

А потом она просто станет пореже. Зато изощренней. С чем я поздравляю мальчика Гарри. И заодно себя. Надеюсь, пацан все-таки выживет… Я машинально коснулся шрама на его лбу.

-Не знаешь откуда это? Твой отец постарался?

Пряжкой ремня что ли в лоб заехал?

-Нет! - испуганно замахал руками Дадли. - Папа тут непричем! Это уже было, когда Гарри к нам попал!

Шрам словно стал под пальцами чуть теплее. В нем определенно была какая-то магия. Но я решил разобраться с ней позже. Пока у нас с Дадли было еще одно срочное дело.

-Покажи, где здесь хорошая выпивка!

Дадли ответил взглядом осмысленным, как у каменной статуи.

-Трактир хороший! С выпивкой!

-Гарри… Эм. Карут. Тебе одиннадцать.

-И?

-Детям не продают выпивку .

Это был нокаут.

Глава 2 Гарри

Гарри проснулся утром. И чуть не свалился с трона. Да-да! Самого настоящего средневекового трона, расположенного на высоких ступеньках. Мальчик проморгался. Вокруг был сводчатый каменный зал. Под поясницей за спиной подушка. Под потолком парили небольшие светящиеся шары, неровно освещавшие зал. Некоторые из них были тускнее, некоторые ярче.

«Как шаровые молнии!» - подумал Гарри, понятия не имевший, что это такое.

Он хотел было сойти с трона, как двери в зал распахнулись и к трону быстрым шагом прошествовала сногсшибательная рыжая девушка в коротких кожаных штанах, высоких сапогах с отворотом и кожаной жилетке поверх белой рубахи с дутыми рукавами.

-Мой Повелитель! - девушка опустилась на одно колено.

Гарри замер, разглядывая ее уши. Вернее, ушки. Покрытые рыжей короткой шерсткой, остренькие, располагавшиеся несколько… неправильно для человека.

-Эм, повелитель? - девушка покраснела.

На поясе у нее был кнут. Гарри сел обратно на трон.

-Кто ты? - ошарашенно спросил он.

-Э-э… Луиза. Ваша подданная. Генерал вашей армии, Господин, - изумилась девушка.

За ее спиной нервно дергался хвост. Рыжий.

Гарри сглотнул.

-А я тогда кто? - на сон это не походило, слишком реальным казалось все вокруг.

-Вы - Повелитель Мрака! - еще сильнее удивилась красавица. - Властелин Тьмы!

Глаза Гарри изумленно распахнулись. Он привычно коснулся шрама, но на месе его не было. Поводив рукой по лицу, Гарри понял, что шрам переместился ближе к середине лба. Теперь там была просто косая черта.

-Властелин… Тьмы?

Гарри смотрел всякие фильмы украдкой, когда их смотрел Дадли. Хоть его родители и не приветствовали фэнтези и фантастику, но Дадли, как ни странно, нравилось. Гарри подозревал, правда, что кузен болеет за злодеев. Вот его бы сюда!

Девушка смотрела на Гарри подозрительно. Мальчик решил не томить. Вроде она выглядела неплохим человеком. Ну, то есть, нелюдем.

-Луиза, я потерял память, - признался он.

Генерал армии Тьмы прикрыла рот рукой и растерянно посмотрела на повелителя.

-Что же нам делать?

В тронном зале на несколько минут повисла выразительная тишина.

-Я позову Крушительницу! - решилась Луиза.

-А, может, не надо? - Гарри не очень хотелось знакомиться с кем-то с таким именем.

-Она умная! - отрезала Луиза.

-Ясно… А можно мне еще… завтрак? - робко попросил Гарри.

Он со вчерашнего дня не ел. Должны же кормить этого Владыку Тьмы, чье тело он, похоже, нечаянно занял. И что будет, если вернется хозяин? Извините, я тут немножко на вашем троне посидел? Луиза вышла из зала и Гарри поспешно вскочил с трона.

«Так, погодите-ка…», - подумал мальчик. - «Но если это тело Владыки Тьмы, то получается, я… плохой?»

Мысль пронзила мальчишку насквозь. К счастью, ему не пришлось оставаться с ней наедине надолго. Не успел он как следует обследовать зал, уставленный по краям пустыми рыцарскими доспехами, как Луиза вернулась с блондинкой-демоницей. При виде нее Гарри густо покраснел. Одежда на Разрушительнице была кожаная. Тетя Петунья при виде нее точно грохнулась бы в обморок от столь откровенного наряда. Черные кожаные штаны в обтяжку, пояс, со всех сторон украшенный метательными ножами, короткая куртка из-под которой торчал голый плоский живот. Плюс то, что в определенной среде принято называть бронелифчиком. Можно сказать, все самое важное, демоница защитила на совесть. Почему демоница? Ну, у нее было два острых рога и длинный извивающийся хвост с шипастым окончанием. Гарри постарался смотреть на потолок.

-Я потерял память э-э… госпожа Разрушительница, - он решил не рисковать называя ее мисс или миссис.

Судя по красовавшемуся на поясе мечу, ошибившийся мог дорого заплатить.

-Роза, - подсказала демоница, с интересом оглядывая Гарри. - Можно Розалинда. Что последнее вы помните, Господин?

-Ничего, - честно признался Гарри.

Он и правда ничего не помнил в качестве их Господина. Признаваться же, что он просто мальчик из другого мира на чужом троне ему не хотелось. Демоница и кошечка, как окрестил Гарри про себя Луизу, переглянулись.

-Ну, тогда пойдемте завтракать, Господин! - решила Луиза.

Он пошел следом за девушками и они привели по путанному коридору Гарри в большой просторный зал с длинным столом. За которым уже сидело человек двадцать, судя по всему важных шишек. Одеты они были добротно. В черные камзолы, расшитые золотом и серебром. Лишь один молодой парень выделялся ярко зеленым камзолом с серебристым узором в виде какой-то растительности. Он с вызовом посмотрел на Гарри.

Мальчик сумрачно взглянул на пустое место во главе стола. Не трудно догадаться, где должен восседать Повелитель Мрака. Повинуясь суровому кивку Розы, он прошел к столу и занял свое место. Вернее, чужое.

Сноровистые служанки тут же принялись его обслуживать. Гарри не успел и рта раскрыть, как на тарелке перед ним оказалась целая гора всего! Тут и каша какая-то и мясо с подливой и разнообразные овощи. Гарри потянулся попробовать и подцепил вилкой кусочек. Присутствующие замерли и неверяще посмотрели на Гарри.

-Господин, вы дозволите? - поинтересовалась Роза, усевшаяся по левую руку от Гарри.

По правую был тот парень в зеленом. Рядом с ним заняла место Луиза.

Гарри не успел и слова вымолвить, как она тут же попробовала по кусочку ото всего с его тарелки.

-Отравы нет! - довольно вытерев рот кружевной салфеткой провозгласила демоница.

А, отрава. Да, точно. Правителей же травят. Что-то такое Гарри на уроках слышал. Весь стол, кажется выдохнул, и он принялся есть, аккуратно орудуя ножом и вилкой. Вкуснятина была неимоверная! Не прошло и десяти минут, как Гарри попросил добавки. Ей снова пришлось делиться с Розой.

Постепенно, насытившись, он понял, что присутствующие обсуждают между собой разные дела. Какие-то границы, нападения, земли, на которых следует поднять налог. Гарри прислушался. Если он планирует здесь оставаться, а как вернуться в свое тело, мальчик понятия не имел, то нужно во всем этом разобраться.

-Луиза, - шепотом позвал он. - О каких нападениях на границы они говорят?

-С севера атакуют дикие орки. А с юга нападают светлые, - пожала плечами девушка. - Обычное дело. Вы, кстати пообещали на прошлой неделе, что усмирите орков. Уж больно разошлось одно племя.

«Я?! Усмирю?! Орков?!» - с ужасом подумал Гарри.

Из фильмов он знал, что они почти двухметровые и очень сильные. А еще злые и дурно пахнут. Впрочем, наверное, к его новому телу прилагалась магия. Он же местный Властелин Тьмы.

-Научишь меня колдовать?- все так же шепотом попросил он Луизу.

Роза оглушительно закашлялась. Кажется, подавившись кусочком вареной моркови. Все внимание переключилось на нее. Кроме изумленного взгляда молодого человека в зеленом камзоле. Тот услышал разговор Гарри и Розы.

-Конечно! - пообещала девушка.

Чутко прислушиваясь к окружающим разговорам, Гарри попытался выведать у нее еще несколько мелочей.

Наконец, когда все наелись, и завтрак закончился сам собой, молодой человек в зеленом нагнал Гарри у выхода. Мальчик-Который-Неплохо-Притворяется, надеялся проскользнуть обратно в пустующий тронный зал и там при помощи Луизы выяснить, на что он способен. До встречи с орками, так сказать.

-Отец, что происходит?! - осведомился юнец, перегородив ему дорогу.

Гарри обомлел. Предполагаемому «сыну» было лет двадцать против его одиннадцати.

-Я потерял память! - пролепетал мальчик, понимая, что иначе обмануть сына Владыки Тьмы не выйдет.

Тот в ответ громогласно расхохотался.

-Пить надо меньше! - безо всякого пиетета отрезал он. - И, раз уж ты забыл, напомню: ты обещал мне повысить месячное жалование. Вдвое!

Гарри вопросительно оглянулся на девушек. Роза выразительно качнула головой.

-Думаю, мы попозже вернемся к этому вопросу, - примирительно сказал Гарри.

-Ну тогда хоть денег дай! Разово! - попросил парень. - Все, полагающееся мне в этом месяце, я уже потратил!

Гарри проследил за недвусмысленным взглядом, который юноша бросил на его пояс. Там красовался привязанный кошелек из черного бархата. Мальчик снял его с пояса и заглянул внутрь. Монеты. Золотые и серебряные. Сколько же дать незнакомцу?

Гарри принялся осторожно извлекать из кошелька крупные золотые монетки, но тут парень проворно выхватил из его рук весь кошель.

-Вот спасибо! - обрадовался он. - Как раз на нового коня хватит!

-А что случилось со старым? - Гарри проводил свое несостоявшееся богатство разочарованным взглядом.

Дарсли ему отродясь денег не давали. Даже на булочку в школьной столовой.

-Пострадал на охоте, - коротко ответил парень.

Убрав кошель за пояс, он развернулся и преспокойно ушел дальше по коридору. Гарри прислонился к стене.

-Он всегда такой?

Новоявленный сын был кем-то вроде Дадли. Разбалованным донельзя. Только с поджарым сноровистым телом и повадками дикого кота

-Вы сами ему потакали во всем, - с легким укором сказала Роза. - Теперь пожинаете плоды.

«У меня есть сын. И я дурно его воспитал!» - Гарри прикрыл глаза, прислонившись к стене.

Быть может, если захотеть, то он просто переместится обратно в свое тело? Постояв так, он открыл глаза снова. Ничего не сработало. Девушка-кошка и демоница терпеливо ждали.

-Научите меня, что делать с орками, - попросил Гарри.

Девушки переглянулись. Их глаза зажглись боевым азартом.

-Вам понравится, милорд! - пообещала Роза.

Гарри в этом сомневался. Но выбирать не приходилось. Хорошо хоть, ему поверили.

В тронном зале демоница и кошка не церемонились. Луиза сноровисто отгребла в сторону все, что могло пострадать во время тренировки и представляло мало-мальскую ценность. Роза, едва дождавшись, от души залепила Гарри по физиономии фаерболом.

-Ай! - сказал мальчик.

Его лицо дернулось. Было горячо и обидно. Но не так больно, как он ожидал. Судя по разочарованному лицу Розы, она тоже надеялась на больший эффект.

-У вас мощные чары защиты, Повелитель, - уважительно проговорила демоница.

Гарри про себя порадовался. От следующего фаербола ему удалось уклониться и тот врезался в стену, оставив на каменной стене черный след копоти. Если приглядеться, можно было заметить еще такие в нескольких местах зала. Похоже, это был не первый раз, когда Роза и Властелин Тьмы подобным образом разминались.

-А мне как создать такой шар? - с любопытством спросил Гарри.

Желание срочно овладеть магией пересиливало даже страх перед суровой демоницей. Ведь ему скоро придется отправляться к оркам!

Луиза и Роза вытаращили глаза.

-Вы даже этого не помните?! - ужаснулась кошка.

Гарри пожал плечами.

-Нет.

Девушки переглянулись.

-План Б, - мрачно проговорила Роза.

-Что за план Б? - синхронно поинтересовались Гарри с Луизой.

-Нам нужен новый Повелитель Тьмы! - авторитетно откликнулась демоница.

Гарри поежился. Что-то подсказывало, что согласно этому плану, старого Повелителя не ждет ничего хорошего.

-Предлагаешь Стюарта? - прищурилась Луиза. - Он не готов. Промотает все золото, что найдет. Еще и в долги нас вгонит.

-Тут полно темных вельмож. Можем устроить конкурс, - пожала плечами Роза.

-Ну, в принципе, - протянула Луиза задумчиво. - Десяток действительно сильных магов среди них наберется…

-Девочки, вы это серьезно?! - взвыл Гарри. - Я научусь! Просто покажите как!

Во всех книгах фэнтези, что он читал, если и появлялся новый Повелитель Тьмы, то как правило, он убивал старого. Если раньше не успевали какие-нибудь светлые герои, которые нравились Гарри. Своей храбростью, честностью и все такое. Вспомнив про светлых героев, которые убивают Властелинов Тьмы, Гарри понял, что они нравятся ему уже куда меньше.

-Ладно! Так уж и быть! - смилостивилась Роза. - Запоминай, Повелитель! Значит, сначала делаешь нейтральный шар из энергии. Затем придаешь ему силу огня. Потом бросаешь. Уяснил?

-Не очень! - честно признался Гарри, пристально наблюдавший за манипуляциями демоницы.

На ее ладони и правда сначала будто уплотнился воздух, а затем он окрасился в цвета пламени.

Роза без зазрения совести залепила огненным шаром в ближайшую стенку. Попала в гобелен, который Луизе пришлось тушить шаром воды.

Гарри вытянул перед собой руку и сосредоточился. Значит, так. Шар энергии. Представить. Уплотнить. Затем придать ему окраску огня… Чего уж проще-то! Еще бы заставили решить задачи по физике, за которые дают Нобелевскую Премию! Минуты за три.

-Одолжи-ка мне свой кнут! - полюбовавшись на его усилия и жалкий крошечный шар энергий, что вышел в итоге, сказала Роза.

-Зачем? - удивилась Луиза.

-Мотивация! - хищно улыбнулась демоница.

Гарри вздрогнул. Пожалуй, он уже начал отчаянно скучать по Дурслям!

Следующие пол часа Роза и Луиза гоняли его по всему тронному залу. Кнут в руках Розы со свистом рассекал воздух. В основном рядом с Гарри, но иногда задевал по касательной. Гарри подозревал,, что если не будет достаточно вертким, к концу тренировки он обзаведется кучей новых шрамов.

Луиза была не в пример гуманнее. Она кидалась шарами воды, которые особого вреда не причиняли. Хотя пару раз прилетело в спину довольно больно. Шары были плотные. Впрочем, стоило Гарри расслабиться на этот счет, как кошка швырнула увесистый шар ему прямо под ноги. Поскользнувшись, мальчик растянулся на полу. Роза тут же одним прыжком приставила к его горлу меч. Вид у демоницы был при этом хищный, а глаза... В них читалось, что она едва сдерживается, чтобы не отомстить настоящему владельцу тела за "все хорошее".

"Интересно чем этот Владыка Тьмы ее так разозлил?" - подумал Гарри.

-Сдаюсь! - примирительно сказал мальчик.

-Оркам это скажи! - отрезала Роза и обрушила на него свой меч.

Гарри едва успел рефлекторно откатиться в сторону.

-Хочешь, чтобы из твоего черепа сделали чашу? - злорадно уточнила Роза. - Их вождь будет пить из нее по праздникам!

Глаза демоницы злобно зажглись.

Гарри попытался встать, но Роза не давала ему передышки, наступая. Пришлось очень сноровисто отползать по полу.

-А у орков, одолевших Властелина Тьмы, каждый день будет праздник! - со свирепым выражением сообщила Роза. -Хочешь, чтобы орк стал новым Темным Властелином?!

Гарри нащупал спиной трон. Кажется, демоница загнала его в угол. Он поймал сочувствующий взгляд Луизы, но вмешиваться кошка не спешила. Мальчишка схватил с трона подушку, которую Темный Владыка подкладывал под поясницу и от души запустил в демоницу.

Та рассмеялась и опустила меч.

-Уже лучше! Ну хоть какой-то отпор!

-Орки его убьют! - оптимистично заявила Луиза.

-Тогда возвращаемся к плану Б, - пожала плечами Роза.

Гарри с трудом поднялся на ноги. Все тело болело. На руках и щеке красовались мелкие порезы от кнута. Перед глазами стояла картина "Довольный орк, облаченный в его одежду поднимает чашу-череп".

-Возвращаемся к тренировкам! - твердо сказал Гарри.

Подняв дрожащие руки, он сконцентрировался изо всех сил. НАконец в них появилось что-то. Едва осязаемое. Прекратив шутливые препирательства, Роза и Луиза замерли, пристально глядя на его действия. Гарри закусил губу. Энергия все никак не хотела концентрироваться.

-У тебя слишком много посторонних мыслей, Господин, - подсказала Роза. - Сосредоточься полностью на том, что делаешь. Мы не будем пока нападать.

Гарри сконцентрировался изо всех сил. Мир вокруг замер, существовала только энергия в его руках... Краем глаза он заметил летящий в него крут и ушел в сторону. Кнут слегка задел его по спине.

-Нет, серьезно? - возмутилась Роза - Ты и правда решил, что мы не станем нападать? Демонам нельзя верить, мой Повелитель!

-Между прочим, у меня почти получилось! - возмутился Гарри.

-Мы это на твоей могиле напишем. Темный Властелин, у которого почти получилось! - отрезала Роза.

-Орки не станут ждать, пока вы сконцентрируетесь, Господин! - вздохнула Луиза и создала водяной шар в руках.

Гарри закусил губу. Девушки были правы. Похоже, ему конец! "Эх, вот бы сейчас домой!" - подумал он с ностальгией. -"Тетушка, наверное, уже обед готовит. Дядя Вернон, как всегда ворчит..." И никто там не строит планов, как сделать праздничную чашу из его черепа.

Глава 3. Карут

От школы я был в восторге. В первый же день после уроков я вышел на негнущихся ногах будто пьяный.

-Что с тобой? - встревоженно спросил Дадли по пути домой.

-Ты не понимаешь, - вздохнул я. - Твой мир в науках обгоняет мой на сотни, если не тысячи лет. У нас все и везде заменяет магия. Думать особо не приходится. Обитатели вашего мира же наизобретали такого… Да мне дай десятую долю этих изобретений, я родной мир переверну вверх дном!

Дадли посмотрел на меня ошарашенно. Видимо, мальчишке и в голову не приходило, что школьные знания имеют ценность.

-Пошли мороженого поедим? - предложил он.

Разумеется, я не стал отказываться! Напротив, твердо решил узнать рецепт изготовления. С чем пол часа доставал продавцы, пока не убедился, что сам он не в курсе. Мороженое в лавку мороженщика поступало уже готовое.

На следующий день я отправился в школу с максимальным воодушевлением. С собой тетя Петунья дала нам с Дадли аппетитные сэндвичи с ветчиной, а на завтрак, о чудо, были тосты с арахисовым маслом! Вкуснее ничего не пробовал! На уроках я схлопотал несколько двоек в силу того, что попросту не сделал домашнее задание. Но зато сколько мне открылось нового! И это были уроки для одиннадцатилетних детей! Не выдержав, я отпросился во время урока местной истории в туалет и отправился бродить по школе. Моей целью было подслушать что-нибудь из уроков старших классов и ожидания оправдались на все сто! Математика этого мира была божественна! Они ушли так далеко вперед, что куда там нашим ученым! Отыскав школьную библиотеку, я попросил показать мне учебники старших классов. Недоумевавшая библиотекарша попыталась отговорить меня от этой затеи, но я был непреклонен.

-Хочу знать, что нас ждет, мэм, - с кроткой улыбкой сообщил я.

Когда Дадли чего-то очень хотел от окружающих, и это были не его родители, он вел себя именно так. Разумеется, если Дурслей не было поблизости. Иначе он просто истерил, надеясь, что родители сами достанут ему желаемое. Безотказная стратегия в общем-то.

Но я был Темным Властелином и истерить мне было некому. Так что приходилось выкручиваться своими силами.

-Ладно, держи, Гарри! - сдалась наконец библиотекарша и принесла мне несколько книг.

В том числе геометрию, на которой я особенно настаивал. Пролистав я понял, что лучшие архитекторы нашего мира продали бы за эту книгу душу. Свою и еще парочку впридачу. Еще эта приятная женщина в строгих очках и с миловидной улыбкой дала мне книгу по «физике». Вначале я не понял. Такой дисциплины в моем мире даже в Академиях Волшебства не было. Но вчитавшись, едва не выронил книгу! Это буквально были ключи к самому мирозданию! У меня затряслись руки от нетерпения.

-Могу я взять это домой, мэм?! - я изобразил на лице такую гримасу, что столичные попрошайки умерли бы от зависти все разом.

-Ну-у, - библиотекарша удивилась. - Так не положено. Это школьный комплект, его выдают малоимущим ученикам. Когда будешь в старших классах родители тебе сами все купят.

-У меня их нет! - поспешно заверил я, вспомнив биографию Гарри. - Разбились в автокатастрофе, ужасной!

Глаза женщины наполнились сочувствием.

-А с опекунами мне буквально пришлось драться за еду! - добил я. - Ничего они мне не купят!

Она вздохнула.

-Ладно. Держи, дорогой! Только верни их завтра! Эти учебники правда не положено выносить из школы.

Посмотрев с сочувствием, она извлекла из кармана строгого пиджака сладкий батончик и положила передо мной, подмигнув. Я с удивлением взял угощение. Неужели сработало? То есть, даже лучше, чем я ожидал. Потом я вспомнил, что так и не раздобыл нормальной одежды, не считая удобных туфель. А выглядел Гарри, ну, скажем так, потрепанно. Судя по всему, ему перепала школьная униформа Дадли.

Что ж, в этом были свои плюсы. Сграбастав учебники, я отправился домой. Они были значительно интереснее того, что преподавали моим ровесникам. Удивившуюся моему раннему возвращению, тетю Петунью я заверил, что уроки уже закончились, а Дадли остался поиграть с друзьями.

До середины дня я полностью погрузился в книги. Наконец, вернулся Дадли, на которого я очень рассчитывал. Петунья накормила нас обедом. Сытный тыквенный суп на первое, картошка с мясом на второе и еще нам досталось по куску сладкого пирога. После того, как я всадил в ее мужа иллюзорный нож, обделять «племянника» едой тетя даже не думала. Впрочем, когда дяди Вернона не было рядом, она определенно смотрела на Гарри на пару градусов теплее.

Сразу по возвращению домой, Дадли накинулся на меня с обвинениями.

-Гарри! Как ты мог прогулять без меня!

Я сидел, устроившись на кровати с ногами в своей каморке и был занят книгами.

-Я не Гарри. Я Карут, - холодно напомнил я. - Проходи, мне нужна твоя помощь.

-В колдовстве?!- загорелся Дурсль младший. - Куда мы сегодня пойдем?!

Ему определенно понравились вылазки в обществе древнего колдуна.

-Никуда, - обломал я. - Садись, переписывай.

-Что? - ошарашенно уточнил Дадли.

-Физику. С геометрией ты вряд ли справишься, там чертить надо. А ты неаккуратный.

С этими словами я выдал ему пустую тетрадь, которую выпросил у тети часом ранее. Ну, как выпросил. Зловеще посмотрел в глаза и сообщил, что мне нужна тетрадь для некоторых записей.

-Зачем ее переписывать-то? - изумился Дадли. - Такое нам не задавали.

-Затем, что это учебники старших классов. Мне их отдали на день, - терпеливо пояснил я. - Конечно, я бы мог забрать их силой. Но… библиотекарша хорошая женщина. Мне бы не хотелось ее расстраивать.

Дадли поморгал. Видимо, мои слова не вязались в его голове с образом страшного Владыки Тьмы.

-Дадли, я не творю ужасные вещи со всеми подряд сутками напролет, - терпеливо объяснил я. - Достаточно делать что-то ужасное лишь изредка и проследить, чтобы поблизости оказался хороший бард. Или на худой конец, пара сплетников. Чтобы приобрести ужасающую репутацию этого хватит. После города сдаются сами собой. И особых ужасов творить уже не приходится.

-Да, но… зачем тебе вообще все это? - еще сильнее удивился мой «кузен».

-Затем, что я хочу принести своему миру прогресс, - вздохнул я. - А для этого надо разобраться. Садись и переписывай, лентяй!

Дадли хотел было возразить. Я сделал лицо Темного Властелина.

На следующий день мы с Дадли, оба невыспавшиеся, принесли учебники обратно в библиотеку.

-Надеюсь, мне дадут снова то, что мы не успели переписать, - сказал я, сонно зевая.

-Надеюсь, нет! - содрогнулся Дадли. - И вообще, Гарри, эм, Карут, можно ведь просто купить эти книги.

Я споткнулся.

-Купить?!

-Ну, да. Они продаются в магазине, - бесхитростно сказал Дурсль.

Я едва сдержался, чтобы не испепелить его на месте. Исключительно из принципа не поступать так с детьми. Даже Темным Властелинам не стоит делать некоторые вещи. Если они хотят встречаться с красотками. А еще, Роза прикончила бы меня за такое, не взирая на разницу в силе.

-Что ж ты раньше не сказал?! - вместо этого завопил я.

Дадли поморгал.

-И правда, - растерянно протянул мальчик. - Ну, я как-то не подумал. Ты велел переписывать, я и переписывал.

-Я в следующий раз велю тебе лбом в стену биться. Тоже исполнишь? - ядовито осведомился я.

Вообще-то, любой мой подданный исполнил бы это незамедлительно. Но Дадли, так уж и быть родственник. Временный.

-Э…э… нет?

-Нет! - вздохнул я.

Мы вернули книги и я пересчитал, что осталось от наших карманных денег с последнего нападения на Вернона Дурсля. Напал на него, естественно, Дадли с просьбами. Вернон без колебаний вручил несколько купюр сыну. Но Дадли настоял, чтобы он не забыл и «Гарри». Удивлённому мужчине ничего не оставалось, как сунуть пару бумажек и в мою руку.

Я бы его убил. Но тогда мальчишка осиротеет. Опять-таки, от Дурсля Вернона пока была польза. Я мог беспрепятственно притворяться ребенком и не спешить с захватом этого мира. А без кормильца семьи с этим пришлось бы поторопиться.

На уроках я вел себя тихо, усваивая знания «для своего возраста». Вернее, попросту читал учебники. Что-то было мне уже известно, что-то нет. На одной из перемен случился неприятный инцидент. Двое мальчишек телосложения примерно, как Дадли уронили меня на пол.

-Ну что, Поттер! Пришла пора получать тумаки! - самодовольно заявил один.

Я не испепеляю детей. Обычно. Но и все нормальные дети разбегаются при моем появлении. Эти же… вывели меня из себя. Темные молнии возникли в руках сами собой.

-Гарри! - раздался отчаянный вопль.

Никогда Дадли Дурсль еще не бегал так быстро. Проворно метнув между нами рюкзак, чтобы отвлечь, он добежал и остановился, пытаясь перевести дух.

-Это мои друзья! Не убивай их!

Мальчишки посмотрели на Дадли так, словно тот белены объелся.

-Чего?!

Тут они заметили темные молнии в моих руках.

-Ничего, - я погасил их и поднялся на ноги.

Верно. Не дело убивать детей. Правда же. Как я потом в зеркало смотреть буду? Великий Владыка Тьмы, убийца подростков? Тому, что стоял ближе, я врезал в живот. Коротко, без замаха. Поганец свалился к моим ногам. Второй получил кулаком в челюсть.

-Это за Гарри.

-Что?- обалдел тот, что корчился на полу.

-За меня то есть. Увижу, что достаете еще кого-то прибью!

В тот же день мы с Дадли отправились в книжный. Оказалось, что наших совместных сбережений хватило лишь на один учебник по физике и химии.

-А сколько тебе надо? - удивился Дадли, когда я расплатился своими и его купюрами.

-Все! - отрезал я.

Мальчишка грустно вздохнул.

-Пробовать вместе десерты было веселее. Я попрошу у родителей еще денег, но не уверен, что тебе хватит.

Я задумался. Дурсли не были богатыми людьми. Хоть у них был приличный по местным меркам дом, но я слышал, как Вернон с Петуньей обсуждают пришедшие счета.

-Надо заработать самим, - решил я.

-Будем стричь газоны? - бесхитростно предложил Дадли.

Я представил, как мы с ним, вооружившись ножницами, ползаем на карачках по газонам соседей и ужаснулся. Затем вспомнил, что мои крестьяне для чего-то подобного используют косы.

-Поработаю целителем! - решил я.

Мы с Дадли пришли к местной больнице. Но внутри меня никто не пожелал даже выслушать. Снаружи же пациенты не обращали на нас внимания.

-Эм, Карут. В нашем мире не очень-то верят в странности, - пояснил Дадли, когда я устало опустил бумажку с надписью.

-Здорово! Раньше сказать не мог! Ладно, так что там с твоими газонами?

Глава 4

Хагрид.

Хагрид недоумевал. Все пошло не по плану. Хагрид и не ожидал, что у Лили, такой милый и добрый Лилли окажется такая ужасная злая старшая сестра. Опекуны Гарри совершенно не обрадовались его появлению. Впрочем, с этим великан мог бы смириться. Но вот сам Гарри, Гарри вел себя странно. Услышав о волшебной школе, мальчик, конечно, приободрился, но затем начал сыпать вопросами.

Он стал расспрашивать, что именно изучают на факультетах Хогвартса. Изучают ли огненную магию, магию воды и прочих стихий, также весьма заинтересовался гербологией. Нет, конечно, осведомленность Гарри только порадовала Хагрида, но вот дальнейшие его вопросы поставили великанов в тупик.

-А как насчет темной магии? - заинтересовался мальчик. - Дозволено ли в Хогвартсе изучать ее? Или это светлая школа?

-Разумеется, светлая, пробасил возмущенный великан. - Какая же еще?

Гарри, казалось, приуныл.

-А, светлая, - протянул он задумчиво. - То есть большая часть заклинаний там будут светлые?

-Конечно же, там все заклинания будут светлые! - возмутился Хагрид.

Мальчишка расстроился еще больше.

-Ну, светлая магия мне не дается, -пробормотал себе под нос.

Что?! Хагрид не мог поверить своим ушам!

- Конечно же дается! Ты ведь сын Гриффиндорцев, Лили и Джеймса, что за глупость это говоришь, малыш? Да и вообще, ты ведь еще и колдовать-то, небось, не пробовал.

Мальчишка смерил великана презрительным взглядом, потом вздохнул.

- Ну, как сказать, пробовал пару раз, - буркнул он мрачно. - Я могу отказаться от поступления в Хогвартс и пойти в какую-нибудь другую школу? - с надеждой уточнил он. -Ну там хотя бы нейтральную.

У Хагрида глаза на лоб вылезли.

-Какую еще нейтральную?! - возмутился он. - Разумеется, как и все молодые волшебники Британии, ты будешь учиться в Хогвартсе.

Гарри приуныл окончательно.

- Ладно, а что там еще есть, кроме светлой магии?

-Э, ну, вся магия светлая, Гарри, - терпеливо объяснил Хагрид. -Ты открываешь дверь, и это светлая магия. Собственно, насчет темной магии, пока что тебе надо лишь запомнить, что есть несколько запрещенных непростительных заклинаний. Империо, Круциатус, Авада Кедавра, - перечислил он.

- Да, и что они делают? - оживился Гарри.

Великану не понравился нездоровый блеск в глазах мальчика.

-Ну, это, Империю подчиняет, Круциатус пытает, а в Авада Кедавра - смертельное заклинание. Их нельзя ни к кому применять.

- Да? И там их изучают, ну... Чтобы знать врага лицо, так сказать? - приободрился Гарри.

Наблюдавший за ними, Дадли Дурсель прыснул тихонько в ладошку. Но тут же, натолкнувшись на суровый взгляд Гарри Поттера, смутился.

-Может, принести вам чаю, сэр? – вежливо предложил пухлый мальчик.

-Не отказался бы, – пробурчал Хагрид.

Он посмотрел на тетю Петунью и дядю Вернона. Вначале Хагриду казалось, что они испугались его, но теперь он уже не был так уж уверен. Великан тряхнул головой, стряхивая наваждение. Да нет, быть не может. Это же ребено! Перед ним сидел просто одиннадцатилетний мальчишка. Тем более сын Лили и Джеймса. Тот самый малыш, которого он когда-то своими руками принес в этот дом. Великан обворожительно насколько мог улыбнулся, хотя его улыбка, пожалуй, могла бы напугать даже дракона и потрепал мальчика по темной шевелюре.

-Ты не переживай, Гарри, все будет в лучшем виде, - заверил он. - Наверняка ты поступишь в Гриффиндор, как твои родители.

Карут.

Последующие события смешались в цветастый причудливый калейдоскоп. Оказывается, я настолько привык к миру семьи Дурслей, что начало казаться, что в этом мире и правда нет магии. Поэтому, когда Хагрид привел меня в Косой Переулок, я искренне удивился. Да и волшебство здесь было довольно-таки странное. Отъезжающие в сторону кирпичи в стене, складывающиеся причудливым пазлом. В своем мире я подобных магических замков не встречал.

Волшебники, казалось, старались выглядеть один другого страннее. А сам Косой Переулок и вовсе напоминал мой родной мир. Вот только мой мир отставал от этого времени на много столетий, это я уже понял. Похоже, местные волшебники зубами держались за старину. Возможно, в силу того, что живут долго, но не могли же они жить мало в самом-то деле. Мы с Хагридом отправились сначала в банк Гринготтс. Где, как оказалось, что Гарри просто непристойно богат. Даже у меня в сокровищнице золотых лежало поменьше. А ведь, между прочим, я Повелитель Тьмы.

Да мне платят дань огромные территории. Впрочем, мальчик и не тратил свое богатство целых одиннадцать лет. А мне постоянно приходилось раскошеливаться. То крестьянам помочь после наводнения, то вельможе какому пострадавший от нападения жутких тварей замок отстроить. После Гринготтса по моему настоянию мы купили пару местных десертов. И лишь затем уже отправились на поиски одежды и волшебной палочки.

Униформа Хогвартса мне понравилась. Это были черные мантии, практически не уступавшие моему наряду Темного Властелина, что остался дома. Что касалось волшебных палочек, то это были престранные приспособления. Не поймите неправильно, я не из тех, кто считает, что дело в размере. Но все таки, чем местных волшебников не устроили старые добрые жезлы? А лучше посохи. Нет, волшебные палочки, конечно, были компактнее, но согласитесь, палочка с жилой дракона посередине, это совсем не то же самое, что посох, сделанный из костей лапы дракона.

Владелец лавки протянул мне палочку из остролиста и пера Феникса. Палочка была прелюбопытнейшая. Она и правда откликалась Гарри Поттеру, вернее его телу. Руки тянулись к ней сами собой. К тому же у Феникса огненная стихия, моя любимая. И все же я окинул взглядом магазин в поисках чего-то более подходящего. Чего-то более темного, гораздо более темного. Неожиданно зашевелилась одна из коробок, располагавшихся в самом низу, в неприметном дальнем шкафу лавочки.

-Не может быть! - пробормотал Олливандер.

Он пошел туда и извлек из коробки изрядно запалившуюся старую волшебную палочку. Она была узловатая, крючковатая. И вызывала у Оливандера явно смешанные чувства.

-Что это? - нахмурился Хагрид.

-Эээ... Это уникальная палочка, - смутился Олливандер. - Мой отец купил ее в Африке. Она сделана местными колдунами. Из черного дерева и.., - голос мужчины дрогнул. Он посмотрел на меня растерянно, совершенно не желая отдавать мальчику подобную вещь. - Там внутри перо птицы рух. По крайней мере, согласно поверьям, это оно.

Палочка, которую я выбрал, была значительно длиннее всех окружавших. Скорее, ее даже можно было назвать почти жезлом.

- Птицы Рух? Удивился Хагрид.

-Да, это самое маленькое из ее перьев, - пробурчал мужчина. - Вот аж не думал, что кому-то однажды она подойдет...

Я бесцеремонно забрал палочку из его рук. Оглядел как следует. Да, палочка правда было что надо. Точнее, это был практически полноценный жезл.

- Может, все же возьмете палочку из остролиста с пером Феникса? – осторожно предложил Олливандер. -Она определенно подходит Гарри лучше, – добавил он с нажимом.

Я зачарованно разглядывал свою узловатую и жутковатую палочку. Ей оставалось всего полшага до Тьмы. Кто бы не сделал ее, готов поспорить, руки его были в крови по самые локти.

-Мы возьмем обе, – твердо сказал я.

-Обе? – удивился Олливандер.

- К чему себя ограничивать? - я резво взял по палочке в каждую руку.

Держать их было приятно.

-Пиф-паф! — сказал я, припомнив любимые фильмы Дадли, которые, признаться, мне и самому понравились.

Ну, там с погонями, перестрелками, отважными героями, которые лупят плохих людей, а заодно нанятых ими невинных охранников. Причем плохих людей они нередко щадили, а вот охранникам доставалось по полной. Логика в фильмах этого мира отсутствовала полностью, но мне все равно нравилось.

Я шутливо наставил на Хагрида палочку.

- Пиф-паф! - сказал я.

Великан поморщился и мягко отвел палочку от себя рукой.

-Не делай так, Гарри. Волшебство может быть опасно, - пробасил великан.

Я устыдился, словно мальчишка, и правда, что это я. Ведь Хагрид не сделал мне ничего плохого.

-Ну, пойдем, Гарри, - растерянный великан потрепал меня по волосам почти отеческим жестом и повел дальше.

Остаток дня мы провели за покупками. Больше всего мне понравился магазин котлов и прочих магических принадлежностей. Вот здесь я оттянулся по полной. Часть ингредиентов мне была знакома. Она была практически такой же, как и в родном мире. Но котлы, котлы, да, это моя слабость. Чтобы сварить хорошее зелье, нужен котел. На самом деле подойдет любая кастрюля, и в этом я уже убедился на кухне Дурслей. Но все же настоящий Темный Властелин должен варить зелье в настоящем жутковатом тяжелом котле. Так что я выбрал тот, что побольше.

Здесь же мы повстречали бледного светловолосого мальчика и его отца. Один взгляд на мужчину заставил меня присмотреться повнимательнее. На бедняге явно проступало проклятие прямо на руке. Я пригляделся к линиям проклятия и понял, что это что-то вроде магического подчинения.

-Неужели чей-то раб расхаживает здесь с таким важным видом? - спросил я тихонько Хагрида.

Великан вздрогнул.

- Что? Раб? Нет, что ты! А, то есть да. Он из бывших Пожирателей Смерти, - понизил он голос. -Ну, помнишь, я тебе рассказывал.

Да, да, мерзавцы, убившие мою семью! - хмыкнул я, припомнив свой странный сон про то, как у меня были родители.

Затем глаза мои сузились.

-Так он имеет какое-то отношение к гибели Джеймса и Лили Поттеров?

Машинально вытащив из кармана палочку с пером птицы Рух, я плавными кошачьими шагами двинулся в сторону блондина. Хагрид ухватил меня за плечо.

-Нет, нет. Люциус Малфой совершенно здесь ни при чем. Его оправдали, - пробурчал великан. - Ну, по крайней мере, он точно не убивал Лили и Джеймса. Он был в другом месте в этот момент.

-Да? Ему очень повезло, - я посмотрел прямо в глаза обернувшемуся мужчине.

Его блондинистый отпрыск тоже вздрогнул и посмотрел в мою сторону. Затем его взгляд переместился ко мне на шрам.

-Ты Гарри Поттер? – заинтересовался мальчик.

-Он самый, - я пристально разглядывал мужчину.

-А я Драко Малфой.

Мальчишка вышел вперед и протянул руку.

-Мы чистокровные волшебники должны держаться вместе! - брякнул он, явно не подумав.

-Я не чистокровный, - я все еще смотрел в глаза его отца. - Хотя я не могу понять, какое отношение кровь имеет к волшебству. Она просто должна быть красная. Ну или хотя бы должна быть, чтобы быть волшебником.

Я усмехнулся и пожал протянутую руку мальчишки.

-Что ж, Гарри, Гарри Поттер.

Глава 5

Деревня орков встретила Гарри частоколом, на котором к ужасу мальчика были наколоты пожелтевшие черепа. Гарри пришел туда не один, разумеется, а вместе с небольшим отрядом темного войска, Розой и Луизой. Гарри предпочел бы взять с собой побольше воинов. Он слишком хорошо помнил, насколько свирепыми орки были в земных фильмах. Но Роза заверила, что такого количества воинов достаточно. К тому же темная армия, оказывается, не торчала постоянно рядом с замком Темного Властелина, а была рассредоточена по всему его королевству. И не так быстро ее было собрать.

Оказывается, в свободное от сражений со Светом время те же самые люди занимались земледелием и прочими ремеслами. Так что Гарри приходилось довольствоваться регулярной, так сказать, армией Темного Властелина, которая, на взгляд мальчика, могла бы быть и побольше. Верней, ее частью, той, что находилась непосредственно в замке или его окрестностях.

Гарри с ужасом смотрел на пожелтевшие черепа. Их пустые глазницы вызывали в нем смесь омерзения и страха.

-Эээ, - протянул мальчик, не зная, что делать дальше.

Он посмотрел на огромные ворота, ведущие внутрь частокола. Заперты, разумеется, они были изнутри. Гарри обернулся на Луизу, надеясь, что кошка что-нибудь подскажет. Та лишь пожала плечами.

-Выламываем? – предложила она.

-Эм.., может, попытаемся договориться миром? – предложил Гарри, которому внезапно стало жалко орков.

Он услышал их голоса из-за частокола и задумался о том, что вообще-то там в деревне сейчас кипит мирная жизнь, самая обыкновенная орочья мирная жизнь. Ну там, наверное, они истязают пленников, готовят жуткое варево в котелках. Что еще делают орки?

- Миром? - удивилась Роза. - Ну давай, Повелитель, попробуй решить это миром! - хмыкнула она. - Напоминаю, ты уже три раза пытался.

-Пытался? - удивился Гарри.

- Ну да, ты предлагал оркам присоединиться к нашей армии, но они ни в какую. Слишком свирепые для этого, - подсказала Луиза. - Орки желают лишь грабить и убивать, а дисциплина им чужда.

- Эм, ясно, - Гарри отделился от своего воинства и неспешно пошел к воротам.

Если честно, он не ощущал себя настолько уверенно, но... Ну не мог он просто взять и напасть на деревню, которая этого явно не ожидала. Даже если вокруг этой деревни развешаны настоящие человеческие черепа. Впрочем, относительно некоторых из них Гарри и представить не мог, каким существам они могли бы принадлежать. Возможно, помесь волков с коровами, судя по рогам. Мальчик, вернее, мужчина с душой мальчишки постучал в ворота.

- Это Владыка Тьмы, открывайте! - заявил Гарри.

С той стороны не оценили. Ответили выразительным молчанием. Затем Гарри услышал топот тяжелых шагов. Орки наконец-то сообразили, что из леса к ним почти вплотную прибыл темный отряд. Гарри ожидал, что ворота перед ним распахнутся, но не тут-то было. Зато над частоколом возникла физиономия и плечи огромного широченного орка.

"Ох, ё!", - подумал Гарри, любуясь на него. В фильмах орки были довольно крупными, но не крупнее, чем просто высокий Человек. Эти же были просто огромными. Выше обычного человека на полметра, не меньше.

- Здравствуйте, - выдавил Гарри,глядя на орочью физиономию, испещренную шрамами.

Орк был зеленокожий и остроухий. С воинственно топорщимся серебристым хохолком на голове. Единственный глаз его сверкал гневом, второй был затянут черной повязкой.

-Эм. Я, Темный Повелитель, пришел предупредить вас, что если вы снова нападете на мои земли, то мы вас уничтожим! - сообщил Гарри, оглянувшись на свое войско.

Роза и Луиза всячески подбадривали его мильными гримасами. Ну, то есть Луиза. всячески подбадривала. Роза же выразительно провела пальцем по горлу, намекая, что если Гарри не решит эту проблему, то ему конец. В следующий миг мальчик осознал, что вряд ли даже такая отбитая на всю голову демоница, как Роза будет угрожать Темному Властелину. Наверное, она подсказывала Гарри, что нужно делать. Гарри посмотрел на орка практически жалобно.

- Сдавайтесь, и мы вас пощадим! - щедро предложил мальчик. - Вы сможете вступить в ряды моего воинства. Выучить основы дисциплины...

Он вспомнил, что с дисциплиной у орков плохо.

-И будете грабить земли Света под моим началом. Совсем стушевавшись, - пообещал Гарик.

А про себя подумал, что ни за что не поведет темное воинство, ни в какие грабежи и налеты. "Надо развивать экономику, вот!", - понял мальчик, вспомнив недовольство дяди Вернона по утрам, когда он читал газеты. Дяде Вернону определенно не нравились политики и их амбиции. Гарри вспомнил вечное его брюзжание, что сначала надо решать внутренние проблемы. "Не такой уж и глупый человек дядя Вернон", - подумал Гарри.

По крайней мере, он никого бы здесь не убил. Орк нахмурился, разглядывая Темного Властелина.

- Мы уже отвечали на это неоднократно. Орки народ свободный. Кого хотим, того и грабим. И грабить людишек здесь гораздо удобнее, чем тащиться через полконтинента, чтобы грабить других людишек, - гордо заявил орк и скрылся за частоколом.

Гарри остался стоять, надеясь, что орк все же передумает и вернется к переговорам. Внезапно сверху посыпались стрелы. Наверное, Гарри так и погиб бы, если бы метнувшаяся к нему, Роза не прикрыла его щитом. Она дернула Гарри за руку.

-Повелитель, что ты стоишь? Ломай ворота! - прорычала она.

-Я? Ворота? - жалобно сказал Гарри.

Он привык к тщедушному телу одиннадцатилетнего мальчишки. При виде массивных ворот, сложенных из огромных бревен, у Гарри мысли не возникло, что он мог бы их сломать.

-Ну да, ломай! – невозмутимо кивнула Роза. -Давай, я же тебя учила магии!

-А, точно! – Гарри бросил в ворота небольшой фаербол, но тут же, под взглядом Розы, сотворил еще один поприличнее.

Орки тем временем продолжили поливать незваных гостей стрелами. К счастью, организацию темного воинства взяла на себя Луиза. Да и сами воины не растерялись, выставив щиты над собой. Поежившись под жутким взглядом Розы, Гарри сотворил фаербол побольше и вмазал по воротам изо всех сил. Затем, смилостившись, демоница с яростным криком создала приличных размеров темную стену и метнула ее в ворота. Гарри зачарованно смотрел, как ворота рушатся под ее напором.

-Чего встали? На штурм! — бодро рявкнула Роза, глаза ее хищно блеснули.

Выхватив меч, она бросилась внутрь деревни. Гарри остался стоять, где стоял. Происходящее ему не нравилось. Честно говоря, это был самый настоящий кошмар. Ну, то есть, да, внутри деревни были орки злобные и всё такое... Но они были до ужаса похожи на людей. Послышались первые крики, и, очнувшись, Гарри кинулся следом.

-Стойте, никого не убивать! - отчаянно завопил новоиспеченный Темный Властелин. - Мы просто захватываем их. Роза, Луиза, прикажите, чтобы они никого не убили!

- Повелитель, ты свихнулся! - мрачно констатировала кошка, заметив, что Гарри стоит истуканом посреди вражеской деревни. Да еще орет столь нелепый приказ.

- Мы здесь как раз за тем, чтобы их всех вырезать, - появилась возле него Роза, тоже заметившая, что с Повелителем что-то неладно. - Ты, кстати, меч хотя бы планируешь доставать?

-Нет! - отчаянно замотал головой мальчик.

Но тут он увидел, как один из темных воинов наперевес с тяжелым мечом подходит к упавшему на землю орчонку. Гарри сам не знал, как это случилось. Его руки поднялись сами собой, и он швырнул сгусток темного пламени прямиком в своего воина. Затем развернулся и ударил по ногам следующего, который ранил орочью женщину и теперь планировал ее добить.

-А ну прекратить всем!! - рявкнул Гарри не своим голосом.

Как ни странно, на этот раз темное воинство замерло. Да и орки его внезапно послушались. Гарри ощутил, как от него расходится яростная волна магии. Чистой, первозданной и, кажется, темной. Все вокруг застыли, будто зачарованные.

-Мы победили! Нас больше, мы сильнее! - прохрипел Гарри. - Оркам немедленно сложить оружие.

В голове его возникло странное слово «Империо». Гарри понятия не имел, откуда он его знает.

-Империо! Немедленно сложить оружие! — рявкнул Гарри.

Раздалось бряцанье. Орки бросали все, что у них было в руках. Кто-то кинул ведро, кто-то коромысло, другие бросали огромные палицы и булавы. Темная армия пораженно уставилась на своего повелителя.

-Отныне эти орки присоединяются к нам, - нетерпящим возражений тоном заявил Гарри. - Не так ли?

Он развернулся к тому самому орку с серебряным хохолком, с таким свирепым выражением лица, что орк попятился. "Я должен их всех спасти!" - твердил про себя мальчишка. Если они хоть на секунду увидят слабину, они точно снова развяжут драку. Сейчас орки представлялись ему стаей злобных бродячих собак. Да и собственное воинство не уступало. Это были собаки домашние, верней полудикие, из волков.

-Вы сейчас же закатите пир в нашу честь! - Гарри сам не узнал свой голос.

Он вообще-то понятия не имел, что делать, когда-то победил целую орочью деревню.

-В честь...м-м.... присоединения к темному воинству, - желудок Гарри заурчал, давая понять, что решение поесть было правильным. В конце концов, они целый день сюда перлись.

Несколько минут спустя орки заспешили организовывать праздник. Тёмные воины растерянно мялись с ноги на ногу. Они-то как раз, в отличие от Гарри, знали, что делать с захваченными деревнями. Но команды грабить не было. Да и брать, если честно, у орков было особенно нечего. Ну, разве что черепа. Черепами здесь было украшено буквально все. Дома шесты, вкопанные перед домами, кострища, пряжки ремней. Разумеется, не все из этого оказалось человеческими черепами, где бы орки столько набрали. Нет, черепа были разных размеров, и большая часть из них вероятно принадлежала животным, жившим поблизости. По крайней мере, Гарри искренне на это надеялся.

Все тот же орк с серебристым чубчиком подошел к Гарри.

- Мощно ты это, Повелитель, - выдавил орк уважительно. - Чары подчинения вышли, что надо. Но мы это, вольный народ, никакой дисциплины. И мы не будем жить при твоем дворе в войске. Кто-то должен о деревне заботиться. Но если позовешь в набег, мы пойдем.

Орк поскреб голову.

-И это. Мы все равно будем иногда грабить. Много путников.

Гарри устало поморщился.

-Не грабить, а собирать таможенный сбор, - пробурчал он, вспомнив подходящее слово из своего мира.

-Таможенный сбор? - удивился орк.

-Да, это ваши земли, - терпеливо сказал Гарри. - Значит, поставите заставу где-нибудь на самой большой дороге рядом с вашей деревней. Берите плату за проход по ней. Ничего сложного. Но только не вздумайте что-то плохое делать с путниками! - Гарри покосился на один из черепов, красующихся возле самого большого дома в деревне.

Тот определенно был человеческим. Если, конечно, у местных людей росли рога. Здесь, судя по черепам, большая часть фауны была рогатая.

-Ну, договорились Повелитель, но что делать, если у них нет денег? - поинтересовался орк.

- Пара медяков, да найдется, - выдохнул Гарри.

-А если нет? - с хищным блеском в глазах настаивал орк.

- Что вы хотите, поинтересовался мальчик.

- Ну-у, - орк выразительно посмотрел в сторону огромного котла, который стоял посреди деревни на огромном потушенном кострище.

Гарри передернулся.

-Нет, даже не думайте! - прошипел он. - Я запрещаю есть людей, однозначно.

Орки растерянно заморгали.

-Что, совсем нельзя? - изумилась какая-то женщина. - Но они же вкусные!

Гарри вспыхнул.

- Я сам человек, если вы не заметили!

Орки переглянулись.

- Ты? Человек? - изумился орк, которого с серебряным хохолком, которого Гарри про себя именовал вождем.

Орки вежливо посмеялись над словами Гарри.

-А что, нет? - растерялся Мальчик -Который вы... -Ничего не понимает.

-Повелитель, ты полукровка демон, - подошла к нему Роза. - Ты что, и это умудрился забыть?

Гарри замер.

-А в чем отличие?

В темном замке он нашел большое зеркало, но оно было старым бронзовым. И, честно говоря, видно, в нем было так себе. Насколько Гарри мог понять, теперь он был высоким черноволосым, крепко сложенным мужчиной.

-Ну... У тебя глаза черные, - подсказал орк, растерянно поглядев на Розу. - Он что у вас, даже не знает, к какой расе относится?

Роза пожала плечами.

-Ему недавно упал на голову камень. Большой камень, - смущенно призналась она.

- Каменная стена, скорее, - вклинилась Луиза. -Мы с ним полезли в одни развалины, и на него упала каменная стена.

-А, вот как, -удивился Гарри, понявший, что случилось с местным Повелителем.

Он потер затылок. Происхождение впечатляющей шишки на нем это тоже объясняло.

-И как же вышло, что на меня упала стена, Луиза? - поинтересовался он у кошки.

-Ну, не надо было так близко к ней стоять, - пожала плечами кошка. - Это же все-таки старинное подземелье, как-никак.

- Ясно, -пробурчал Гарри, который подозревал почему-то, что стена упала не сама собой, а, скажем, одна кошка немного промахнулась заклинанием. Он снова повернулся к орку. -Ну, в общем, это... Людей есть нельзя. Таможенный сбор взимать можно. Если взять с людей нечего, то вы просто их отпускаете, - решил мальчик.

Орк помрачнел.

-Не, ну так неинтересно, пробурчал он.

Гарри пожал плечами с суровым видом Повелителя Тьмы.

-Я так приказал, - напомнил он.

"Империо!" - снова вспыхнуло в голове незнакомое слово. Гарри потер то место, где в родном мире на его голове располагался шрам в виде молнии.

-Где наш обед? – поинтересовался мальчик.

Орки переглянулись.

-А господин хочет диетический обед? – уточнил вождь орков.

Гарри передернуло.

-Господин уже не хочет здесь обедать! – прорычал он, мысленно заткнув свой пустой желудок. - Мы уходим.

-Повелитель, да ладно вам! - дернула его за руку Роза. - Орки отлично готовят.

-А тела погибших мы просто что, выбросим? - растерялся вождь орков.

Гарри мысленно застонал. Несмотря на его вмешательство, значит, кто-то все же погиб. Он огляделся и увидел, что орки и правда несут несколько бездыханных тел своих сородичей. А темное воинство сгрудилось около парочки трупов в черных одеяниях." Ну вот", - подумал Гарри. -"И это ведь я их сюда привел". Поймав его взгляд, Луиза незаметно стиснула ладонь Гарри.

- Мы уходим. Владыка так приказал, -поддержала она.

-Но сначала все-таки пожрем! - не терпящим возражений, тоном отрезала Роза. - Приготовьте заячью похлебку, мертвых сжечь.

-Разве не лучше будет доставить их к семьям? -Гарри хотел сделать хоть что-то, чтобы исправить свою вину.

Роза посмотрела на него, как на идиота.

-Они могут жить на другом краю ваших владений, - заметила демоница. - Как ты себя представляешь, кто туда потащит их тела. Да и зачем?

-Ну, тогда это, выплатить семьям погибших компенсацию, - буркнул Гарри, ощущая себя все хуже и хуже.

Всего одна глупая ошибка, и уже погибли люди. Кажется быть Повелителем Тьмы не так уж и просто. Пока орки стали готовить заячье варево, все в том же огромном котле, Гарри отошел к лесу, который окружал деревню. Если честно, он немного побаивался. Все-таки вокруг было полно орков, не слишком дружелюбно настроенных. Но и компании ему не хотелось. Отойдя за деревья, Гарри наклонился и почувствовал, как остатки завтрака покидают его тело.

-Ты даже не помнишь, как убивал, - раздался позади задумчивый голос Розы. -Выходит, для тебя это в первый раз.

-Что в первый раз? - Гарри вытер губы.

-Ну, ты увидел тела в первый раз! - хмыкнула Роза. - И, кажется, принял все это слишком близко к сердцу.\

Гарри молча и мрачно смотрел на нее. Сил играть страшного злобного Повелителя Тьмы у него сейчас не было. Демоница вздохнула.

-Повелитель, подумай о том, сколько жизней ты спас. Орки непременно совершали бы новые набеги. И вырезали бы кучу народу, не говоря уж о несчастных путниках, которых они тут жрут регулярно. А если бы ты не вмешался, то наши воины вырезали бы деревню под корень. Ну разве что оставили бы парочку мелких орков в качестве рабов или слуг.

Гарри передернуло.

Мы больше не будем так делать! - прорычал он.

-Это же орки, - удивилась Роза. - Что еще ты предлагаешь с ними делать?

-Присоединять, образовывать, не знаю.

Гарри в конце концов было всего одиннадцать лет, он понятия не имел, что делать в таких случаях. Пожалуй, с этим куда лучше справился бы дядя Вернон, как ни странно это признать. Его хотя бы интересовала политика.

-Я просто не хочу, чтобы кто-то умер, - жалобно протянул мальчик.

Демоница испытывающая посмотрела на своего Повелителя. Затем тяжело вздохнула.

-Ох, должно быть большая стена свалилась тебе на голову. Ты совсем на себя не похож, Карут.

Она подошла ближе и порывисто обняла Гарри.

-Все будет хорошо, - сказала демоница. -Мы что-нибудь придумаем.

-Спасибо, - Гарри устало прислонился головой к ее плечу.

Если честно, из нее вышел бы Владыка Тьмы куда лучше.

-Пойдем в деревню, должно быть, заячья похлебка уже готова, - ободряюще сказала демоница. - Просто думай о том, что ты сегодня спас много жизней. Очень много. Хоть это на тебя и совсем не похоже.

Тяжело вздохнув, Гарри выдавил благодарную улыбку. Он пошел вслед за Розой, размышляя о том, что горячая демоница сделает, узнав, что он всего лишь самозванец в теле ее Владыки.

Глава 6

Заполучив в свое распоряжение деньги Гарри Поттера и выяснив у Хагрида, где магические деньги можно поменять на обычные, я занялся покупками для семьи. Ошарашенному Хагриду пришлось тащить за мной следом кучу покупок, сделанных в самых обычных магазинах. Часть из них мы упаковали в межпространственный сундук, который он посоветовал мне купить. А часть показалась мне слишком хрупкой, чтобы доверять их артефакту, и слишком важной.

В конце концов, тётя Петунья была нашей домашней неутомимой труженицей. Несмотря на отвратный характер, она содержала дом в чистоте и порядке, и, надо признать, весьма вкусно готовила. За последнее я был готов простить ей почти всё, что угодно. Она превосходила лучших поваров моего замка. Так что, когда мы вернулись домой, Хагрид принес увесистые коробки, которые мы с Дадли тут же потащили на кухню. Я купил для тетушки домашний комбайн и кучу всяких штучек, которые, по словам продавца в магазине, были просто необходимы на современной кухне. Включая таинственный блендер, чтобы это не значило...

Тётя Петунья при виде моих покупок всплеснула руками. Вид у неё был такой, словно я притащил домой все сокровища мира. Она тут же принялась наворачивать круги вокруг этого таинственного новенького блендера, изучать кухонный комбайн и любовно разглядывала фарфоровый набор, что я выбрал в большом магазине посуды.

-Гарри, это настоящее чудо какое-то! - восхищенно проговорила она и тут же осеклась.

Петунья испуганно покосилась на спустившегося вниз супруга.

-Ну, то есть, ты же не купил это... ну, знаешь. В тех местах, где продают что-то волшебное? - она понизила голос.

Я хмыкнул. О нелюбви моих новых родственников к странностям я уже был хорошо осведомлен. Впрочем, после рассказа Дадли о нескольких случаях из детства Гарри, это становилось понятно. Чего только стоил тот раз, когда мальчик умудрился выпустить змею в зоопарке! Ядовитую, между прочим!

Мне новые родственники колдовать никак не мешали, да и вообще не решались перечить. Я хмыкнул.

- О, нет. Это все куплено в обычном человеческом магазине, - заверил я.

Тетя Петунья с облегчением улыбнулась.

-Оказывается, я довольно богат, - прихвастнул я деньгами Гарри Поттера. - Мама весьма удачно вышла замуж.

Услышав это, Петунья тяжело вздохнула, вместо вполне ожидаемой зависти к моим богатствам, глаза ее наполнились грустью. Она вдруг отставила красивую фарфоровую чашку с плавными изгибами по краям и красивыми выпуклыми цветами на белоснежных боках.

-Я бы так не сказала, - тетя Петунья поджала губы.

На секунду мне стало обидно, ну, знаете, как-то я уже свыкся с мыслью о том, что я и есть Гарри Поттер. То есть, будь я обычным одиннадцатилетним мальчишкой, обиделся бы за отца. Но после истории, рассказанной Хагридом, я понял, что имела в виду тетя Петунья. Чудесное замужество ее сестры Лили привело к тому, что она была убита. Я задумчиво кивнул.

-Ну, никто ведь не знал, как оно будет, — сказал я, неловко пытаясь утешить тетю Петунью.

Честно говоря, утешитель из меня был так себе. Наверное, хуже утешать умела только Роза. Она и вовсе обычно подбадривала крепким ударом по лицу. Я оглянулся на Дадли.

-Не думай, что я про тебя забыл! - я достал упаковку шоколадных лягушек и вручил Дадли.

Магия которых заставляла их шевелиться и прыгать.

-А, и еще вот, - я отдал мальчику небольшой талисман на мягком кожаном шнурке.

Дядя Вернон нахмурился. Он тут же протянул руку, собираясь отобрать подарок у сына.

-Нам не нужны подобные вещи в этом доме! - пробасил он несмотря на весь страх, что передо мной испытывал.

Стоило признать, пожалуй, что дядя Вернон был гораздо смелее, чем ожидалось, глядя на его безобидную внешность. В конце концов, не каждый после того, что я устроил, осмелился бы сказать мне хоть слово поперёк.

-Это защитный талисман,- пояснил я. -На случай, если Дадли, ну, знаете, встретиться с чем-нибудь странным. Раз уж у моих родителей были враги, мало ли их принесёт сюда. Мне бы хотелось его защитить, тем более, что меня долго не будет дома. Я же поступаю в магическую школу.

Дурсли переглянулись. С сомнением посмотрев на талисман, дядя Вернон наставил камень в серебряной оправе на шее мальчика. Признаюсь, я собирался немного подправить вшитое туда заклинание, ну там, добавить кое-что от себя. Затем я повернулся к Вернону, вспомнив о том, что прикупил подарок и ему тоже. Не то, чтобы мне сильно нравился этот человек, но он обеспечивал всю семью, включая мое темнейшество. И к тому же он был отцом Дадли, с которым мы неплохо ладили.

Так что я принес ему несколько небольших коробочек, внутри которых, удивленный дядя Вернон, обнаружил самые обычные магловские, как называли местные волшебники людей, галстуки. Они были довольно строгие и неплохо подходили к уже имеющимся у него костюмам и рубашкам. Примерив один, дядя Вернон удовлетворенно хмыкнул.

-А у тебя есть вкус, парень! - задумчиво пробасил он, все еще неприязненно косясь на Хагрида.

Я постарался очаровательно улыбнуться. В конце концов, домашние войны мне ни к чему. Обычных со Светом хватило. Ну, знаете, когда армия идет на армию, и в итоге ты стоишь посреди полного кошмара. А вокруг стонут умирающие люди, среди которых едва можно отличить своих от чужих.

-Ну что ж, думаю, Хагрид, тебе пора. Спасибо, что помог донести все, - поблагодарил я. -Заходи как-нибудь на чай.

- Э, скорее мы увидимся в школе, -признался великан. - У меня еще много дел для подготовки к учебному году.

-Ну или так, - согласился я. - Если вдруг что-нибудь станет известно об этом вашем Волан-де-Морте, дай знать.

-Да его десять лет никто не видел Гарри! - замахал великан руками. - Не переживай, ты в полной безопасности, как и твоя семья.

Я скептически посмотрела на великана, будучи Темным Владыкой, который воскресал несколько раз, ну, честно говоря, инсценировал собственную смерть, я очень сильно сомневался, что этот Воландеморт подох окончательно. К тому же, что-то внутри меня бурлило и требовало мести. за людей, которых я едва помнил. За людей, которые просто-напросто мне однажды приснились.

Глава 7. Гарри

После вылазки в деревню орков Гарри чувствовал себя отвратительно. Следующие несколько ночей ему снились кошмары, которые мальчику приходилось переживать в одиночестве посреди огромных покоев Темного Властелина. Нет, покои были роскошными, не то что чулан в доме Дурслей. Большущая кровать с красивым темно-синим балдахином. Кресла и диван с гнутыми ножками, бархатной обивкой и резным узором. Несколько шкафов с темными длиннополыми одеяниями и красивыми камзолами, расшитыми золотом и серебром. Небольшие столики, сделанные из малахита и алебастра, высокий дубовый стол, за которым Владыка Тьмы, видимо работал. Собственная умывальня с ванной комнатой, которую наполняли слуги горячей водой, стоило попросить. В общем, все было неплохо.

Но Гарри с удивлением понял, что скучает по своему уютному чулану. Оказывается, пространство... ну его бывает слишком много. Ночами Гарри вскрикивал от кошмаров, вспоминая деревню орков и лежащие в ней тела. Их было совсем немного по местным меркам для подобной стычки. Но Гарри все равно становилась не по себе от того, что случилось, и он это допустил. Один раз в его спальню даже вломилась Роза. Похоже, она припозднилась и шла ночью мимо его покоев. Услышав крик своего Повелителя, Роза вломилась в комнату с мечом наперевес и воплем, "кто смеет тронуть моего Владыку?!" Испуганный Гарри от ее крика подскочил и завопил пуще прежнего, увидев перед собой демоницу с скаленной физиономией и занесенным над ним мечом.

К счастью для Гарри, она так и не опустила меч на шею Темного Властелина. Вместо этого демоница заозиралась.

-Повелитель, кто на вас напал? - строго осведомилась Роза.

- Эммм... Никто, полагаю, - дрожа сообщил Гарри. - Мне просто приснился кошмар.

Глаза демоницы расширились.

-О, мой Повелитель! - лицо ее стало смущенным и растерянным одновременно.

Роза опустила меч.

- Полагаю, вам снились темные улицы Дар-Минора?

-А где это? - спросил Гарри.

-Вы говорили, что выросли в этом городе.

Гарри растерянно похлопал глазами. Похоже, у местного Повелителя Тьмы были свои кошмары.

А, нет, мне приснилась деревня орков, - смущенно признался мальчик.

Роза удивленно нахмурилась.

-Деревня орков? Та, что мы навестили недавно?

-Та, в которой по моей вине погибли люди и орки, -тяжело вздохнул Гарри.

Честно говоря, подобная вина для одиннадцатилетнего мальчишки внутри тела Темного Владыки была просто невыносима. Роза присела на постель рядом с ним, посмотрела внимательно.

-Думаю, я знаю, как исцелить вас от кошмаров, мой Повелитель, - задумчиво сказала Роза. - Завтра с утра пойдем навестим Рабостана.

-Что за Рабостан? - удивился Гарри.

-Увидите, Владыка, - отозвалась Роза задумчиво. - А пока, ну, я могла бы...

Она неуверенно посмотрела на Гарри.

-Остаться здесь и присмотреть, чтобы вам не снились кошмары.

- Правда? - обрадовался Гарри.

И тот же покраснел, вспомнив, что Розе всё-таки гораздо больше лет, чем ему, и, возможно, она имеет в виду... Ну, что-то другое.

-Эм, да нет, не надо, спасибо, Роза. Благодарю за заботу, - выдавил он.

Роза тоже, казалось, смутилась.

-Ну ладно, повелитель, как скажете, - сказала она и довольно резво покинула его покои.

Гарри устало откинулся на подушке. На следующий день Роза отвела Гарри к казарме темного воинства. Оказывается, казарма располагалась в углу двора его замка.

-Что мы тут делаем? - встревоженно спросил Гарри.

Он боялся, что Роза затеет опять что-нибудь вроде нападения на деревню орков.

- Просто подожди, Повелитель, - сказала Роза.

Вскоре из казарм вышли солдаты, в сопровождении высокого худощавого мужчины, одетого в удобные темные одеяния. Судя по красивому черному плащу с металлическими наплечниками, он был чем-то вроде их военачальника. "Наверное, офицер", - подумал, Гарри не слишком много смысливший в военных чинах этого мира. Солдаты выстроились перед казармой, обнажили мечи и начали тренировку, следуя командам мужчины.

-Присмотрись к нему, - велела Роза.

Гарри внимательно посмотрел на худощавого воина. Лицо мужчины искажал шрам. Одна рука его двигалась явно хуже второй, но он компенсировал это проворностью всех остальных частей тела. Мужчина показывал солдатам упражнения, они повторяли.

-Это Рабостан, - тихо сказала Роза. -Всю его деревню вырезали орки. В живых осталось всего лишь несколько детей. Вы приказали подобрать их и пристроили в свой замок. Рабостан вырос здесь.

-Вот как? - тихо произнес Гарри.

Разглядывая мужчину, он попытался припомнить, был ли Рабостан с ними, когда они напали на деревню орков. Кажется, был.

-Рабостан ненавидит орков, - кивнула Роза, видимо, угадав его мысли. - Он был очень разочарован, тем, что мы не стали проучать деревню орков как следует.

-Вот как? - Гарри посмотрел на воина внимательно.

Что-то подсказывало юному Поттеру, что разочаровывать темных военачальников плохо. Очень плохо. Особенно, если у них такие глаза, словно их вырезали из камня.

-Роза, а какую должность занимает этот Рабостан? - Тихо осведомился Гарри.

-Рабостан отвечает за подготовку солдат в замке. Он тренировал всю вашу личную охрану, - порадовала Роза.

-Вот как? - удивился Гарри.

-Ну, за исключением нескольких особо смышленых, которых тренировала я, - очаровательно улыбнулась демоница.

-Рабостан все-таки не маг.

-Ясно, - Гарри задумался. - А может мы с орками каким-то образом подпишем мир? - предложил он.

Это были, собственно говоря, все знания Гарри Поттера о политике.

-Ну-у, - протянула Роза задумчиво. - Вы уже пытались, мой Повелитель. Проблема в том, что орки это не отдельное государство. Это много разрозненных кланов. Многие из них враждуют между собой. И они все совершенно не желают вам служить. Оркам, если честно, противна сама мысль, чтобы служить человеческому королевству.

Гарри задумался.

-А если мы присоединим деревни орков, ну скажем, по одной? Просто запугаем их?

Мальчик и сам поразился, откуда в его голове возникли столь темные и коварные планы. Роза хмыкнула.

-Луиза уже предлагала подобное, но прежде вы считали, что слишком много возни. Что ж, мы вполне можем попробовать.

-Обезопасим таким образом северные границы, - бодро сказал Гарри. - Главное, чтобы никто больше не пострадал.

Он посмотрел на перечеркнутое уродливым шрамом лицо Рабостана и машинально коснулся собственного лба. Гарри прекрасно понимал этого человека, он знал, каково потерять всех своих близких. Хоть его родные погибли в ужасной аварии, их никто не вырезал, в отличие от бедняги Рабостана, который, должно быть, видел ужасные вещи.

Роза тяжело вздохнула, глядя на Гарри.

-Боюсь, после потери памяти вы стали слишком добры, мой повелитель, - задумчиво сказала она. - Это может дорого стоить.

- Почему? - удивился Гарри. - Ведь доброта, ну.., - мальчик смутился.

Не говорить же Розе, что доброта спасет мир или что-то в этом духе. Но доброта, это же всегда хорошо!

Роза тяжело вздохнула. Видимо, прочитав его мысли, отразившиеся на лице своего Владыки.

-Мы живем в жестоком мире, Карут, - вздохнула Роза. - Ты сам говорил, идеалисты плохо кончают.

-Да, и кому же я это говорил? - заинтересовался Гарри, пристально глядя на демоницу.

Роза смутилась.

-Луизе. В основном Луизе! - круто развернувшись на каблуках, Роза прошествовала в замок.

Гарри остался смотреть на тренировку солдат. Немного поколебавшись, он пошел к стойке, где стояли мечи. Взяв один, присоединился к тренировке. Хоть Рабостана и остальных воинов это повергло в шок, они ничего не сказали. Рабостан невозмутимо продолжил тренировку. Гарри же смущенно вращал мечом, повторяя незамысловатые движения. Хотя, конечно, это плохо влияло на его имидж Темного Владыки, показать себя столь ужасным неумехой, но ему определенно стоило научиться защищать себя, как от Розы, так и от куда больших опасностей. Взяв в руки меч, Гарри порадовался хорошей подготовке Темного Владыки. Меч не казался ему тяжелым, а упражнения давались легко. Руки сами вспоминали, как им двигаться.

Да и ноги и весь остальной корпус тоже. Посмотрев на усилия Владыки, Рабостан подошел к нему и немного поправил Гарри стойку. Молча, буквально в пару движений, легко коснувшись рукой. А затем, как ни в чем не бывало, вернулся к тренировке.

-Отличный подчиненный! - подумал про себя Гарри. -Кажется, мне повезло с ним. Из него определенно выйдет толковый наставник.

К тому же, что-то подсказывало Гарри, что в отличие от Розы он не станет издеваться во время тренировок.

Глава 8. Карут

Попасть в школу волшебников оказалось не так уж просто. На билете, который мне оставил Хагрид, было написано, что Хогвартс Экспресс стартует с платформы девять и три четверти. Это как, позвольте спросить? Ну, то есть, для начала я понятия не имел, что такое Экспресс, но Дадли мне объяснил про поезда и все остальное. Но вот что значит девять и три четверти? Этого не знал даже Дадли Дурсль, хотя он, в отличие от меня, на вокзалах бывал.

В конце концов, в назначенный день мы всем семейством отправились на поиски этой самой платформы. Дядя Вернон кипятился, оглядываясь вокруг. Платформу девять мы отыскали без труда, платформу десять тоже. Тетушка Петунья хмурилась, пыталась вспомнить, что же говорила ей Лили об отправлении с вокзала. Как оказалось, она ни разу не провожала сестру в Хогвартс.

-Кажется, платформа девять и три четверти находится между 9 и 10, - сказала тетушка Петунья.

Дядя Вернон бешено завращал головой и отдельно от нее завращал глазами, а затем головой и всем телом.

-Но вот же платформа десять, вот девять! - прорычал он. -Девять и три четверти по логике должна быть между ними! Хотя, чего еще ждать от волшебников! - добавил он мрачно. - С ними, возможны, любые странности.

Он недовольно дернул лицом.

-Может, просто спросим кого-нибудь? - робко предложил Дадли.

Тетушка Петунья поджала губы. Еще не хватало, чтобы их семейство начало расспрашивать незнакомцев на вокзале о платформе девять и три четверти! Тогда ведь все сочтут Дурслей сумасшедшими!

Что касалось меня, то я уже попал в волшебную сказку. Я разглядывал таинственные поезда и поверить не мог своим глазам. Каждая из этих громадин могла вместить такую кучу людей, что мне и не снилось. Вот бы такой поезд, ну скажем, для доставки провианта моей тёмной армии. Да светлым хана, просто в тот же день каюк! Или, например, пустить подобный поезд через всё моё королевство. Сев на него, я бы смог, объехать его буквально за несколько дней. Останавливался бы везде ненадолго и наводил порядок. Это не то же самое, что на лошади тащиться, отбивая зад. Или того хуже в карете. Пока ты трясешься в карете, на тебя, во-первых, десять раз нападут разбойники. Но это ладно, меньше разбойников останется в моих землях. Что, с другой стороны, испортило бы их репутацию, ведь это темные земли, средоточие мрака и ужаса. Но зато сделало бы дороги куда более безопасными. Но ведь пока ты трясешься в карете, кто-нибудь особо ушлый может узнать о твоем прибытии загодя и по-быстрому навести порядок у себя в землях, а затем пускать пыль в глаза. Дескать, и налоги собраны, и крестьяне довольны, и все такое. А крестьянам уже наказали держать язык за зубами. Плавали знаем.

В общем, я с восторгом заскочил в ближайший поезд, который вел совершенно не в Хогвартс, просто чтобы посмотреть, что внутри. Вскоре меня вывели за ухо, приняв за зайца. Я понятия не имел, почему за зайца, и уже подумывала испепелить проводницу, но под взглядом дяди Вернона передумал.

-Извините, мальчишка просто никогда не видел поезд, - мрачно сказал дядя Вернон, и быстро взяв за руку, увел меня оттуда.

Наконец, я наткнулся взглядом на семейство рыжих волшебников. Понять, что это было именно семейство волшебников, было нетрудно. Они выглядели настолько странно, что дядю Вернона при их виде попросту передергивало. Множество рыжих детей деловито сновали по платформе. Их мать пыталась навести хоть какой-то порядок. Вскоре все семейство скрылось, буквально войдя в, ну скажем, платформу девять и три четверти. То есть они буквально прошли сквозь стену. Я замер, пораженный своей недогадливостью. Ну конечно, это же было испытание на смелость! Требовалось буквально пройти сквозь стену.

То есть доказать, что ты достоин магической школы и всякое такое. Что ты не боишься трудностей и невозможного. И еще не боишься расшибить лоб. Сообразив, что скоро от меня избавятся, Дурсли выдохнули с облегчением. Только Дадли выглядел расстроенным. Я пообещал, что буду присылать ему письма. Перед уходом я оставил ему некоторые инструкции. В том числе объяснил, как создавать небольшие энергетические шары. Не то, чтобы у Дадли были сильные способности к магии, но я был уверен, что хотя бы плохонький маг из него выйдет. А в мире, где странностей почти нету, плохонький маг это уже довольно могущественный. К тому же я был убежден, что дело не столько в прирожденном таланте, сколько в приложенном усердии. Ну, то есть в юности я думал иначе, но с годами понял, что усидчивая задница помогает значительно больше, чем яркий прирожденный талант в сочетании с полной безответственностью. Ума не приложу, как я вообще стал Темным Властелином с такими-то данными.

Понаблюдав за рыжим семейством и поняв, как работает переход на платформу девять и три четверти я попрощался с Дурслями и решительно отправился навстречу приключениям и новой жизни. Нет, не то чтобы я не собирался возвращаться в старую. Но для этого надо хотя бы понять получше, как работает магия этого мира. В своем мире я не знал заклинания для перехода между мирами. И рассчитывал узнать его здесь. К тому же мне было до чертиков интересно. В моем мире ни в какой магической Академии учиться мне так и не довелось. Можно сказать, я был самоучкой в некотором роде. Если не считать тех случаев, когда я заставлял себя обучать магии, тех, кому приставлял нож к горлу.

Итак, разогнавшись как следует со своей тележкой, я решительно ломанулся сквозь барьер. В последнюю секунду меня одолели сомнения, вдруг эта штука настроена каким-то образом на определенных людей и пропускает только тех, кто уже прописан в магическом барьере. Но, к счастью, нет. То ли она пропускала всех желающих, то ли каким-то образом я оказался вписан в это заклинание, как и другие первокурсники. Пройдя сквозь барьер, я оказался на заветной платформе девять и три четверти. Ну, что ж, она изрядно отличалась контингентом. Здесь было полным-полно местных волшебников и их отпрысков, одетых от слегка чудаковатого стиля до крайне странного. Они бы точно не понравились дяде Вернону.

Я наблюдал с интересом. В моем мире не так уж часто увидишь магов вместе с детьми. Ну, то есть большую часть магов я видел все-таки на поле боя. В крайнем случае они приезжали на темный совет в мой замок. Разумеется, без отпрысков. По крайней мере, без одиннадцатилетних. Брали с собой только тех, кому сопли подтирать уже не надо. Изрядно повертев головой, я утолил свое любопытство и зашел в поезд. Он не особо-то отличался от человеческого. В было вполне уютно, и я занял одно из свободных мест. Уставился в окно. Дети жизнерадостно прощались с близкими, махали в окна. Кто-то что-то забывал и срочно нёсся наружу за забытой вещью. Ну, в общем, такая себе суматоха.

Вскоре ко мне заглянул рыжий мальчик, один из отпрысков рыжего семейства, и спросил, свободно ли здесь. Я кивнул. Почему бы и нет? Он точно был в курсе местной жизни, как исконный обитатель этого мира. От Дадли я узнал многое, но вот о местных волшебниках юный Дурсль не знал практически ничего. Наконец, поезд тронулся.

Я достал сэндвичи, которые для меня с собой в дорогу заботливо приготовила тетя Петунья. Поймал голодный взгляд рыжего и поделился с ним. У него, правда, с собой тоже были сэндвичи. Но, судя по всему, ему было интереснее попробовать мои. Я же не отказался от предложенного им угощения. Мало ли, может быть, кухня волшебников здесь какая-то иная, чем у людей. Не зря же они даже называют людей магглами. Ну, то есть, должны же быть различия?

В моем мире все люди назывались людьми, даже если они были магами.

-А ты ведь Гарри Поттер? - поинтересовался мальчик с набитым ртом, указав на мой шрам пальцем.

Насколько я понял из разговора с Хагридом, это что-то приметное. Да и тот белобрысый мальчишка Малфой, тоже сразу зацепился взглядом за мой шрам. Я задумчиво коснулся головы. Со шрамом было что-то смутно не так, но я решил пока что не выяснить. Определённо след тёмной энергии. Ну, ха-ха, я же и есть Темный Властелин. Было бы забавно, будь эта энергия светлой! Хотя, с другой стороны, это был след какой-то другой темной энергии. Не моей и не самого Гарри Поттера. Она выделялась. Видимо, остаточное заклинание. Меня оно не беспокоило, а небольшой запас Тьмы никогда не повредит, верно ведь? Так что я приветливо улыбнулся рыжему.

-Ну да, тот самый Гарри Поттер, - согласился я.

Следующие полчаса мне пришлось слушать истории о Мальчике -Который-Выжил. Оказывается, Гарри Поттер был не просто слегка знаменитостью, как его рисовал Хагрид. Мальчиком, о котором все знают. Нет, Гарри Поттер был супер знаменитостью, буквально кумиром своего поколения. И, похоже, понятия не имел об этом.

Дети этого мира буквально сходили по нему с ума, примерно так же, как дети светлых городов по Владыке Света, которого, кстати, они никогда не видели. И им очень повезет, если и не встретятся. Рон же болтал без умолку. О моем великом противостоянии с Тем-Кого-Нельзя-Называть. Ну, то есть противостояли ему в основном мои родители. Но прикончил мерзавца лично младенец Поттер. Я только посмеялся над его рассуждениями. Интересно, каким это образом годовасу и правда удалось уложить могущественного мага?

Либо маг был не такой уж могущественный, либо тело, в котором я находился, обладало невероятным магическим потенциалом. До которого, кстати, мне до сих пор не удалось добраться. Ну, то есть моё по большей части было при мне. Но сказать, чтобы я стал на уровень тех, кто в годовалом возрасте укладывает местных Тёмных Властелинов на обе лопатки, так нет. Потом мальчишка надумал хвастаться своей волшебной палочкой. Ну, то есть, он скорее хотел увидеть мою. Я признался, что у меня их две и показал обе. Да, выражение его лица было бесценным. И да, повторюсь, дело не в размере, но размер палочки с пером птицы Рух впечатлял. Я, кстати, порылся в книжках, которые мы купили с Хагридом. Птица Рух запросто могла спереть лошадь. Или человека. С понятными гастрономическими целями.

-У тебя целых две палочки! - восхитился Рон. - Вот это да!

Я вспомнил, что палочки довольно дорогие. А судя по виду мальчишки его семейство не блистало богатствами. Я его понимал. В моем мире тоже полным-полно отпрысков немаленьких семейств. Бывает даже, что младшие аристократы из знатных семейств, мягко говоря, слегка бедствовали. Старшим отходило все, средним оплачивали хотя бы пристойное образование, ну, а младшие шли прямой дорогой в наемники. У меня в армии таких полно. В воинстве Света, кстати, тоже хватает. Как правило, они делали очень неплохую карьеру, потому что точно знали, что возвращаться им, по сути, некуда. Родной замок, земли и все прочее уже давным-давно поделено между старшими.

Я задумчиво посмотрела на Рона.

- Ладно, я уже понял, что я довольно-таки известная личность, хотя изрядная часть всего этого просто выдумки,- сказал я. - На самм деле, я вырос среди обычных людей. Расскажи мне лучше, ну знаешь, про устройство магического мира. А то из объяснений Хагрида я понял не так уж много.

Честно говоря, я был слишком удивлен его появлением, чтобы расспросить как следует. Так что когда великан смылся, я понял, что у меня есть примерно сотни две-три не заданных ему вопросов. Рон с энтузиазмом принялся на них отвечать. Итак, Совета Света в местном мире не было. Был просто Совет Волшебников. Он же исполнял судейскую функцию. Было Министерство Магии. Главным там вроде как был некий Корнелиус Фадж, и, судя по всему, семейство Рона было не самого высокого мнения об этом человеке. В смысле маге. Школа, в которую мы направлялись, была самая лучшая на свете, а лучших всех там был факультет Гриффиндор. По словам Рона, именно там учились настоящие герои. Такие, как мои родители, одолевшие Темного Лорда. То есть, героически погибшие в сражении. Одолел его я. Ага, конечно! Остальные факультеты не стоили выеденного яйца.

Пуффендуй место для трудяжек, Когтевран для умников. Видимо, рыжий презирал их всех душой. А зеленые так и вообще слизеринцы. Там учатся одни змеи, гады и мерзкие прихвостни Темных Лордов. Последний факультет заинтересовал меня особенно.

-То есть ты хочешь сказать, что большая часть прихвостней Темного Лорда Воландеморта училась именно там, на Слизерине?

-Ну, в общем, да, - протянул Рон.

А затем замахал на меня руками.

-Слушай... нельзя его по имени называть...

- Почему? Я же его грохнул, - хмыкнул я.

На лице Рона отразились сложные мыслительные процессы.

- Все равно, как-то не принято, - неуверенно сказал мальчик.

-Волан де Морт! - сказал я издевательски. - Кстати, судя по всему, это псевдоним.

- Почему ты так думаешь? - удивился Рон.

- Ну, Воландеморт, а дальше что? Какая у него фамилия? - едко спросил я.

В моем мире без фамилии обходились многие, но в этом мире фамилия была важна. И вообще документы официальные.

-Я не знаю, какая у него фамилия, - признался мальчик. - Воландеморт вроде когда-то обучался в Хогвартсе, должна быть у него фамилия.

Ну-ну. Я решил это попозже выяснить уже в школе. И принялся расспрашивать Рона дальше. Итак, Светлого Владыки здесь не было, уже хорошо. Но был могущественный светлый волшебник Альбус по фамилии Дамблдор. Говорю же, фамилии в этом мире очень важны. Он был настолько могущественным, что могущество аж из ушей перло. Но нет, с Темным Лордом разобрался годовалый мальчик, как вы понимаете. Альбусу Дамблдору, видимо, было некогда. И да, всех своих прихвостней Воландеморт набрал на факультете Слизерина. Там учились ребята, предпочитающие зеленый цвет, и почему-то им нравятся змеи. Ну что ж. Кажется, это была будущая политическая элита этого мира, по словам Рона. Я весьма заинтересовался. Еще бы! Целый факультет отпрысков могущественных семейств склонных вступать в политические партии Темных Лордов. Да это ж буквально подарок небес!

Мне своих прихвостней приходилось набирать поначалу то там, то здесь. Даже в светлых городах урвал парочку.

-Хм, - сказал я. -Поступить на Слизерин имеет смысл.

-Что? - подавился купленной мной шоколадной лягушкой Рон. -Гарри, да ты что, шутишь? Они же, ну, слизеринцы, слизни.

-Не вижу ничего плохого в слизнях, -фыркнул я.

-Нет, серьезно, они подлые, - проговорил Рон со значением, посмотрев на меня.

- Ну, это как посмотреть, - пожал я плечами. -Знаешь, не все родились с серебряной ложкой во рту.

Рон обиженно выпятил губу, уж он-то точно знал. Судя по его внешнему виду, не сказать, чтобы его семья была как-т особенно волшебно богата.

-Я имею в виду, не у всех есть большая любящая семья, - отчеканил я, глядя в глаза Рональда. Тот поперхнулся. - Может, тебе отдали старшие братья кучу всего, но гораздо лучше иметь старших братьев и хотя бы потрёпанные ими вещи, чем вообще ни единого заступника в этом мире.

Рон поморгал. Он удивленно смотрел на Гарри Поттера. Я вспомнил вдруг, что у меня вообще-то есть собственный сейф с золотом, превышающим размеры моей темной казны. Да. Не в том мире я начал бахвалиться своими бродяжническими похождениями.

-Ну это я так чисто в теории рассуждаю, - пробурчал я. - На самом деле у меня тоже есть брат. Двоюродный. Его зовут Дадли. Обычно я донашивал за ним вещи.

Ну, до тех пор, пока Дадли не начал мне покупать их со своих карманных. Ха-ха-ха-ха. Рон удивленно поморгал, затем вздохнул.

- То, что произошло с твоей семьей, действительно ужасно, Гарри, - дошло наконец до мальчика, что это все не просто приключенческий роман, а чья-то настоящая жизнь.

Я вымученно улыбнулся. Странное дело, но родителей Гарри Поттера мне было безумно жаль. Я ведь видел их лишь в сне. Но этот сон, знаете... Он был намного лучше моей реальности. До того, как туда приперся Воландеморт, конечно. Неожиданно в дверь купе открылась, и туда заглянула симпатичная, сумасбродного вида девчонка.

-Вы не видели здесь жабу? Невилл потерял своего фамильяра, - огласила она купе зычным голосом.

Я с интересом присмотрелся к девочке. Понятно, что совсем еще маленькая. Нам тут всем по одиннадцать лет. Но обещала вырасти красавицей. Задорный голос, вздернутый нос. В общем, думаю, она бы поладила с Розой и Луизой. Ну, после двух-трех магических поединков.

-Нет, никакой жабы мы не видели, - сказал я, поднимаясь. - Пойдемте ее искать.

Спросите, на кой черт понадобилась жаба Темному Властелину? Да просто мне стало скучно сидеть в купе. Я решил пройтись и посмотреть на остальных детей. В конце концов, это будущее местного магического мира. Кто знает, насколько я здесь задержусь. Так что я азартно включился в игру под названием "Найди жабу". Мы заглядывали в разные купе, знакомились с ребятами. Я даже наткнулся на уже знакомого блондина Драко Малфоя. Когда его спросили про жабу, у него стало такое лицо, словно эту жабу пытались ему скормить.

-Нет здесь никакой жабы! - свирепо заявил он. недружелюбно взглянув на Невилла.

Кажется, добродушный полноватый мальчишка не вызывал у Драко особого уважения. А это он зря.Приглядевшись к Невиллу, я с удивлением про себя присвистнул. Знаете, эти искорки я ни с чем не спутаю. Аура героя. Причем светлого. Нет, она еще не раскрылась, и вообще это скорее был потенциальный светлый герой, которому предстояло пройти множество приключений и выдержать чудовищную закалку, прежде чем он раскроется. Но я знал, что вырастает из таких вот невзрачных на вид бутончиков. Диковинные цветы, способные испепелять своей светлой яростью.

Ох, нет, не собирался я становиться врагом этого мальчишки. Так что жабу мы все-таки отыскали. Оказалось, что ее зовут Тревор. Гермиона с победоносным видом выудила жабу из-под чьего-то сиденья, и Невилл счастливо прижал ее к груди. Что ж, добрый хороший мальчик. Любит даже неказистую на вид жабу. Не то, что Рональд, жаловавшийся, что крыса досталась ему по наследству. Особой любви к своему фамильяру Рон явно не испытывал. Хотя, между прочим, это бедное существо прожило в его семье много лет.

Остаток пути мы проделали за болтовнёй и угощали друг друга вкусностями. А также обсуждали, кто на какой факультет собирается. В отличие от Рона нашлись здесь и умники, которые точно знали, что им в Когтевран. Были и ребята, которые безо всякого стеснения признавались, что вся их семья училась на Слизерине, а они будут соблюдать семейные традиции. Эти меня заинтересовали особенно. В конце концов, именно с ними я собирался учиться. Ну а что, не набирать же Темному Повелителю приспешников из Гриффиндорцев! Судя по всему, они были отбитыми на голову и мечтали о светлых подвигах. В общем, все примерно так же, как и в моем мире.

Глава 9. Карут

До Хогвартса мы добрались на магических лодках. Стоило юным первокурсникам оказаться в замке, как на детей напали привидения. Я был поражен. Все-таки это же была местная академия волшебства! Вернее, школа. И вот вам. Примерно 20 привидений выплыло нам навстречу сквозь стены. Они притворялись, что болтают, отвлекая внимание. Но я-то знал! Эти твари высосут вашу жизнь раньше, чем вы мяукнуть успеете. Нет, поймите правильно, я, конечно, Темный Властелин, но не настолько темный, чтобы просто смотреть, как чудовища пожирают маленьких детей.

Так что мое тело среагировало молниеносно. Для начала я сотворил ветер, отбросив тварей назад мощным потоком силы. Затем стремительно выставил силовый щит перед детьми. Сделать на каждого индивидуальный меня бы не хватило, но вполне приемлемую силовую полусферу, окружившую ребят, я создать сумел. Привидения испуганно завизжали, почувствовав мое следующее заклятие. Оно должно было полностью их развеять, но тут они предусмотрительно смылись обратно сквозь стену. Не успел я перевести дух, как некая немолодая женщина со строгим взглядом оказалась перед нами.

-Что здесь происходит? — грозно вопросила она.

Из стены тут же высунулось одно из провидений. Оно принялось нашептывать ей на ухо, и брови женщины взметнулись вверх, а затем поползли еще выше. Она растерянно разглядывала детей.

-Кто-то из вас колдовал? – осведомилась она.

Никто из нас, разумеется, не сознался. Волшебной палочки ни в чьих руках не было, а, насколько я понимал, в этом мире все завязано на волшебную палочку. Я старательно спрятал руки за спиной и принял самый невинный вид. Упс, кажется ошибочка вышла! Видимо это были прирученные домашние привидения. Что-то вроде, ну скажем, жуткой магической псины на цепи. Рвет на куски всех, на кого вы укажете, но не рвет тех, кого вы рвать не прикажете. Хорошо дрессированные, короче, привидения.

Женщина удивленно покачала головой и попыталась подойти к первокурсникам. Разумеется, она тут же уперлась в выставленную мной стену. Она должна была продержаться еще минут двадцать минимум. Все-таки я Властелин Тьмы, а не перепуганный мальчишка. Изумленно постучав в силовой щит, женщина принялась его ощупывать, пытаясь понять, где же он заканчивается, чтобы подойти ближе к детям. Но не тут-то было! Уж, если я кого-то взялся защищать, то взялся как следует. Мы были плотно отрезаны от всего окружающего мира. Со стороны приведений, то есть со стороны, откуда явилась преподавательница, представившаяся как профессор МакГонагалл, к нам теперь не мог прокрасться даже таракан.

Рон и остальные изумленно переглядывались. Дети недоумевали. Откуда здесь взялась эта невидимая преграда? Это что, шутка такая?

-Наверное, шутка, - проговорил Рон, явно пытаясь успокоить самого себя. - Фред и Джордж не упоминали ни о чем подобном.

-Кажется, это силовое поле, - заявил мальчик по имени Симус. - Я такое в сериалах видел.

Да, видел он в сериалах. Я тоже видел. Был изрядно удивлен, кстати, что в этом мире известно подобное заклинание. Правда, в сериалах, которые я смотрел, а они были фантастические, силовое поле имело научное объяснение. Ну что ж, наука, магия, меня решительно интересовало все из этого. Вполне возможно, что когда-нибудь люди научатся создавать такие поля и вправду наукой. Почему бы и нет.

Растерянно потыкавшись в силовое поле, профессор МакГонагалл куда-то ушла. Вскоре она вернулась с высоким пожилым волшебником, чье лицо было обрамлено длинной седой бородой и красивыми серебристыми волосами. Выглядел он этаким чудаковатым добрым дедушкой. Впрочем, стоило ему врезать по моей силовой стене, и я понял, что ничего он не добрый дедушка. Скорее, крайне опасный светлый противник. Стена смялась буквально за два удара.

- Вот это надо же, - растерянно проговорил Альбус Дамблдор.

А видимо это был он. Дети оттуда с двинулись навстречу директору и профессору. Я бы на их месте так не радовался. Ведь привидения тоже все еще были где-то там, с той стороны. Никто почему-то не задал справедливый вопрос, почему нас попытались сожрать сразу же по прибытии. Видимо, решили, что их просто запугивали. Я тоже понадеялся именно на это. Нет, я знал, что в магических академиях бывают довольно суровые условия отбора. В некоторых случаях претенденты даже погибали, но обычно им было значительно больше одиннадцати лет. Тем более, что здесь были не просто какие-то рожденные на помойке, одаренные волшебными способностями, детишки. В основном здесь были дети уже состоявшихся волшебников, представляющих реальную силу в этом мире. За них определенно спросили бы.

Чем больше я размышлял в эту сторону, тем отчетливо понимал, что я идиот. Никто бы нас не сожрал. Детей просто пугали. Сложно сказать зачем. Видимо, это один из тех дурацких ритуалов, когда пугают ради испуга. Ну, а потом, объявляют, типа, ты свой. Я знал, что в моей темной армии в некоторых казармах тоже такое практиковалось. Как, впрочем, и в светлых. Мы прошли в большой зал, в котором, видимо, была заготовлена основная часть церемонии. Пока я крутил головой, любуясь на местную архитектуру, и вглядывался в лица преподавателей, силясь прощупать их силы, профессор МакГонагалл вынесла табурет со старой изрядно потрёпанной шляпой. Приглядевшись к ней, я просто ахнул. Мощный ментальный артефакт, однозначно. И судя по всему, она даже обладала неким подобием собственного разума.

Дети один за другим подходили к шляпе, её водружали им на голову. Спустя некоторое время шляпа выносила свой вердикт. Пуффендуй. Слизерин. Когтевран.

-Надеюсь, я попаду в Гриффиндор, - проговорил Рон в очередной раз.

То, что он хочет в Гриффиндоре, я понял еще в поезде. В первые десять раз, когда он упомянул об этом. Вскоре настала и моя очередь. Не без некоторых переживаний я сел на табурет, позволив опустить на свою голову шляпу. Вот будет весело, если она сейчас объявит о взрослом пришельце в чужом теле! Интересно, как здесь поступают в подобных случаях? Пытаются изгнать злобный дух из тела ребёнка? Попробуют вернуть настоящего Гарри Поттера? Это, кстати, было бы неплохо. Мне было искренне жаль мальчишку. Всё-таки ему всего лишь одиннадцать лет, и он, судя по всему, оказался на моём тёмном троне. Но нет, шляпа ничего не заподозрила. Она принялась рыться в моих мозгах в поисках, ну, я даже не знаю чего. Определенно не жутких кровавых событий, которые я мог бы показать ей в изобилии.

-Давай в Слизерин, - прошептал я шляпе, решив немного облегчить ее труды.

В конце концов, не так уж легко пробиться в сознание Темного Властелина.

-Гриффиндор! - жизнерадостно сказала шляпа.

-Что? - обалдел я. - Да ты свихнулась!

- Гриффиндор, - уверенно повторила шляпа.

-Да какой Гриффиндор?! Я... Я злобный, подлый и коварный, - я вспомнил все эпитеты, которыми Рон награждал слизеринцев. - Мне самое место в Слизерине.

Я с надеждой посмотрел на группку ребятишек, которые уже определились со Слизерином. Это были мои будущие прихвостни.

-О нет! - заявила шляпа. -Я же вижу. Ты добрый, смелый и благородный. Твое место однозначно в Гриффиндоре.

- Что?!

- Вставай давай, не занимай место! - отрезала шляпа. - Другим тоже надо.

-Э, нет, нет, постой, погоди, а мое мнение вообще считается?

- Не, только не в этом случае! - нахально отрезала шляпа. - В тебе нет и толики коварства.

Ну вот, раскусила. Я и правда был не из тех прожженных интриганов, что окружали меня в темном замке. Всегда брал силой. Да, можно признать, я был довольно-таки честен. Если я обещал устроить трындец и прикончить, то делал это незамедлительно. Ну да, так повелось, что не плел интриги.

-Я не хочу в Гриффиндор! - выложил я последний аргумент.

- Тебе абсолютно не место в Слизерине. В Когтевране тоже не получится, - задумалась шляпа.

-Почему это? - возмутился я.

-Ты тупой! - отрезала шляпа.

-Что? Я тупой?!

- Шутка юмора! - хмыкнула шляпа. - Ладно, в Когтевран с натяжкой еще можешь попробовать. А вот в Пуффендуе тебе делать нечего, усидчивости не хватает.

Ну вот уж спасибо, даже в работяги не брали. Зато честно.

-Итак, значит, у меня выбор между Когтевраном и Гриффиндором?

- Нет у тебя выбора, - отрезала шляпа. -Ты немножко умный, но основная твоя черта бесстрашие. И великодушие.

-Что?! - я аж подавился воздухом.

-Великодушие, - отрезала шляпа. -Давай бегом в Гриффиндор, не задерживай очередь. Мы и так из-за тебя выбились из графика.

Кажется, откуда-то нахальный артефакт узнал про мою маленькую проделку с силовой стеной. Интересно, каким образом она догадалась, если даже взрослые волшебники не допёрли. А, ну да, это же был ментальный артефакт прямо на моей голове. Она могла рыться в моей памяти. Шляпа закашлялась от смеха.

-Вот именно, не место тебе в Когтевране, иди давай.

Пристыженный я молча отправился на позор к гриффиндорцам. Меня радостно захлопали по плечами. Рон так и просто пританцовывал от счастья, что мы оказались вместе.

-Ну вот, Гарри, я же говорил, тебе место в Гриффиндоре, как и твоим родителям, как и всем нам.

-Да-да, - я выдавил едкую улыбку и с тоской посмотрел в сторону слизеринцев.

Целое юное поколение темных приспешников буквально проплыло мимо моих рук. А из них однозначно вышли бы прекрасные темные маги. Коварные, сильные, могущественные, хорошо обученные. В основном отпрыски родовитых домов. К тому же будущие политики этого мира, влиятельные фигуры. Так, ладно, я не привык сдаваться. А что у нас здесь? Рыжий отпрыск бедного семейства, где дети донашивают одежду один за другим. И даже фамильяр передается по наследству. Настырная девчонка Грэйнджер. Ну, это был джекпот, конечно. Вырастет красавица и к тому же умница. Честно говоря, я надеялся сманить ее в Слизерин. Но кто-то уже успел основательно ей промыть мозги, так что она была одержима Гриффиндором. Невилл Лонгботтом, да. Парень с зачаточными искрами ауры светлого героя. Вот от кого мне надо было держаться как можно дальше. Невилл приветливо улыбнулся. Я выдавил едкую улыбку в ответ, с тоской глянув в сторону Драко Малфоя. Вот это был бы идеальный приспешник. Конечно, сейчас он еще не отесан, но если поработать, то из него вырастет спокойный, собранный, хорошо воспитанный аристократ. Умный и полезный. Не то что Дадли. При мысли о Дадли я ощутил укол совести. Узнав, что меня берут в магическую школу, Дадли аж изнылся от зависти. Нет, он был искренне рад за меня, но в то же время очень хотел попасть сюда сам.

Узнав об этом, тетя Петунья сказала Дадлику даже не пытаться, что мерзкие волшебники берут только тех, кого считают одаренными. Я же утешил Дадли, что смогу и сам прекрасно обучить его магии и плевать мне на местных снобов. Буду присылать ему письма с инструкциями. Дадли это приободрило. Точно, Дадли, надо будет отправить ему сову! Хорошо, хоть Хагрид меня ей снабдил. Подарок на одиннадцать лет. Кстати, и правда чудесный подарок. Как для мальчишки, так и для Темного Властелина. Усевшись за стол с сокурсниками, я принялся вместе со всеми за праздничную еду. Ну что тут можно сказать, Хогвартс не подвел. Еды было много, вся она была разной и великолепной. Особенно мне понравились десерты. Что в магической части этого мира, что обычные десерты были выше всех похвал.

Глава 10 Гарри

Неделя прошла для Гарри довольно спокойно. Оказалось, что в обязанности Темного Властелина входит принимать своих подданных в тронном зале и выслушивать их просьбы и жалобы. После этого можно было с важным видом кивнуть Розе или Луизе, или еще кому-нибудь из приближенных, кто ошивался в тронном зале надеяться, что с проблемой будет покончено. Не так уж плохо устроился местный Темный Властелин.

Этой деятельностью Гарри занимался до обеда, зато потом он мог идти потренироваться с мечом к Рабастану. Эти моменты Гарри полюбил особенно. Рабастан относился к нему без подобострастия. И преспокойно тренировал Гарри, не обращая на новичковый уровень. Он даже не задал ни единого вопроса Темному Властелину, который внезапно разучился, как следует держать в руках меч. Просто обучал, как остальных.

Не выдержав, однажды после занятия Гарри все же расспросил Рабастана.

-А тебя совсем не удивляет, что я присоединился к тренировкам? – осторожно спросил мальчик.

Рабастан язвительно посмотрел на своего Владыку.

-Ну, если Владыка желает проверить меня, значит, на то ваша воля, – твердо сказал он. -Надеюсь, вы составили свое мнение о том, как я обучаю новобранцев.

-Да, конечно, - сказал Гарри. - Но я, пожалуй, продолжу его составлять.

С этими словами, круто развернувшись, как это обычно делала Роза, сворачивая нежелательные разговоры, Гарри ретировался в тронный зал. Значит, Рабастан решил, что он попросту контролирует обучение новобранцев. Что ж, это была удобная легенда. Не признаваться же, что он на самом деле всего лишь одиннадцатилетний мальчик, застрявший в теле Темного Повелителя! Что с ним сделают те же Роза и Луиза, которые стали для него опорой и друзьями? Можно сказать, никто прежде никогда так не заботился о нем, как кошка и демоница. Они всегда были готовы выслушать, утешить и помочь. Ну, каждая по-своему. Честно говоря, когда Луиза старалась поднять ему настроение, она хотя бы не пыталась его покалечить. Так что Гарри предпочитал проводить время с ней.

Зато на Розу всегда можно было положиться и спихнуть на нее самые сложные задачи. Например, решить, кому из двух земледельцев принадлежит кусок спорной земли. На это задание он отправил Розу. Она, правда, недовольно шипела, ворчала что-то вроде, «пусть хоть перережут друг друга, это не ее уровня дело», но все равно пошла и разобралась. Вроде все даже остались довольны.

Роза попросту поделила спорный участок полам. Гарри подозревал, что вдобавок она пообещала перерезать глотку тому, кто пожалуется, что недоволен разделом. В общем, неделька выдалась отменной для того, кто сидит в чужом теле и возглавляет чужое темное королевство.

Любимым местом для Гарри стал тронный зал. Если честно, он втайне просто надеялся, что однажды, когда он будет сидеть там, настоящий владелец тела вернется, а Гарри вынесет обратно в его родной мир. Не то чтобы Гарри здесь совсем уж не нравилось, но он чувствовал себя не в своей тарелке. Одно дело тренировки и пры со вкусной едой. Веселиться с Луизой, обходя окрестности замка. Это все было здорово.

Но в любой момент здесь могло произойти всякое. Увы, даже тронный зал оказался не самым безопасным местом. Гарри сидел в нем задумавшись, что делать с набегами светлых на темные земли, а это вам не орки, с которыми договориться значительно проще. Неожиданно, рядом с его головой в трон воткнулась короткая стрела. Гарри удивленно поднял голову. В тронный зал проникла фигура, вся закутанная в иссиня-черную ткань. В руках незнакомца был арбалет. Не успел Гарри спросить, какого черта происходит, как следующая короткая стрела угодил ему в грудь. Гарри вскрикнул. Больно было невероятно.

Мальчик, вскочил с трона. Машинально сотворил огненный шар. Заклинание, которому его научила Роза. Незнакомец выстрелил еще раз, и Гарри послал в него шарик. Бил Гарри по ногам. Не хватило ему духа ударить кого-то таким заклинанием всерьез. Несмотря даже на боль в груди. Завязалось сражение. Незнакомец стрелял по Гарри из арбалета, Гарри швырял в него огненные шары. К счастью, Роза неплохо его поднатаскала.

Гарри уворачивался от выстрелов, как привык уворачиваться от её кнута. Если бы не элемент внезапности, пожалуй, они сражались бы практически на равных.

-Да кто ты такой?! - взвыл Гарри. -Что я тебе сделал?! Охрана!

Охрана, разумеется, не ответила. Гарри с ужасом, понял, что если незнакомец находится здесь, значит, двоих охранников с той стороны зала попросту уже нет в живых. Это заставило Поттера испытать самую настоящую ярость. Он знал этих людей. Всех четырех, кто посменно охранял его тронный зал. Они были приветливыми, двое из них были довольно молоды, им было около двадцати, как и Стюарту. На охранников всегда можно было положиться, если просишь не пускать в тронный зал Розу и Луизу, когда мальчику хотелось предаться размышлениям в одиночестве. Ярость затопила сознание Гарри, подобно поднявшейся со дна темной волне.

-Что ты сделал с охраной?! - прорычал он.

Честно говоря, это был единственный шанс для незнакомца. Тот не ответил, и Гарри понял, что его подозрение оправданы. Гарри выкинул вперед руку, создав крупный огненный шар и послал незнакомца. Тот увернулся легким движением и нарвался на второй огненный шар, посланный Гарри со второй руки. Трюк, которому его научила Роза. Она гоняла его много часов, пока у Гарри не начало получаться. Обманное движение, большой шар, который приковывает к себе все внимание. И второй шар гораздо меньше, но зато концентрированный. В нем столько же энергии, но сжатый до малых размеров.

Шар попал точно в цель, в корпус незнакомца, заставив его вскрикнуть. Незнакомец упал. Гарри же, пользуясь успехом, послал в него еще несколько шаров. Затем мальчик бросился к выходу. Как он и думал, стража с другой стороны двери лежала неподвижно. Глаза Гарри налились кровью. Чужое тело обладало собственными реакциями и инстинктами, и, кажется, след сознания его настоящего владельца был в ярости почище самого Поттера.

- Ах ты, подонок! - взревел Гарри не своим голосом. - Это были мои люди!

Гарри влетел обратно в тронный зал и принялся лупить огненными шарами по пытавшемуся встать убийце. За этим любопытным занятием его и застала Роза.

-Повелитель, остановись, нам его еще допросить надо! - руку Гарри перехватила железная хватка демоницы.

Гарри перевел дух. Он сам не мог понять, что произошло. Просто его захлестнуло изнутри нечто темное и яростное. В этом мире люди встретили его как своего Повелителя, они относились к нему по-другому, совсем не как Дурсли. Даже охранники сказали ему больше теплых слов, приветствуя по утрам своего Властелина, чем Дурсли за всю жизнь. А теперь, теперь они были просто мертвы. Гарри с рыком рванулся к поверженной фигуре врага, но демоница его удержала.

-Повелитель, ты сможешь его хоть на куски нарезать, но только после того, как я его допрошу, - Роза мягко отпустила его руку. - Ну же, Карут, очнись, пожалуйста!

Гарри застыл. Темная волна схлынула с него, подобно воде, оставив лишь липкое ощущение гадливости к самому себе. Что он сейчас собирался сделать? Добить раненого? Превратить его в мокрое место на полу? Гарри поежился с ужасом. Похоже, тело Повелителя Тьмы было не так просто, как он думал. Видимо, это была его реакция. Мальчишка растерянно заморгал.

-А, ну, конечно, допрашивай.

Он подошел к поверженному противнику и стянул с него черную маску.

-Кто ты вообще такой? - спросил он с изумлением, разглядывая симпатичное молодое лицо в обрамлении золотистых волос.

Уши у незнакомца были длинными и острыми.

- Светлый эльф, он кто же еще? - хмыкнула вошедшая в зам Луиза. - Вы в порядке, мой Повелитель?

-Эээ, да, в полном, - заверил Гарри, совершенно забывший про торчавшую из груди стрелу.

-Оно и видно! - сказала кошка, выразительно посмотрев на него.

- Он убийца, - усмехнулась Роза. - Наемник, не так ли?

Эльф затравленно посмотрел на них.

- Вообще-то не так, - прохрипел он. - Я светлый эльф из Денноута.

Лицо Розы помрачнело и вытянулось. Она выразительно посмотрела на Гарри, так словно это слово должно было что-то ему говорить. Эльф явно ожидал того же, но Гарри лишь пожал плечами.

-Денноут, и что это такое? - спросил мальчик.

-Это город, болван! Город, который ты уничтожил! - прорычал эльф.

Гарри проморгался. Не уничтожал он никаких городов! Ах, ну да. Он же занимает тело того, кто, наверное, мог подобное сделать. Гарри тяжело вздохнул. Так вот, с чем он имел дело! Это была месть. Месть предыдущему владельцу тела. Мальчик обернулся на мертвых стражников, его потряхивало.

-Пожалуйста, вылечите его, - распорядился он тихо. - Как поправится, пусть уходит.

- Что? - ошарашенно спросила Роза. - И ты не хочешь узнать, кто его подослал?!

- Он же сказал, он из Денноута, - буркнул мальчишка, ощущая себя совершенно ужасно.

-Это не значит, что его никто не подсылал, - нахмурилась Луиза. - Тебя ведь наверняка наняли? - она наградила наемника суровым взглядом.

-О, ну конечно. Привет тебе от Владыки Света! - эльф выразительно сплюнул на пол. -Теперь доволен?

- Отпустите его, прежде вылечив! - повторил свое распоряжение Гарри, а затем отвернулся к стене.

Его колотило. Чужая вина навалилась на мальчика свинцовыми плитами. Он сам ничего не помнил, ни про какой Денноута, но... В голову лезли ужасающие картины разрушенного города. Как будто он и правда там был, как будто имел к этому хоть какое-то отношение.

Роза обняла мальчика за плечи.

-Эй, Повелитель! Ну, подумаешь, сорвался, с кем не бывает, - она, видимо, истолковала жест Гарри по-своему. -В конце концов, в этом не только твоя слабость, но и твоя сила.

Гарри пожал плечами. Он хотел бы узнать, о чем именно идет речь, но не сейчас, как-нибудь позже. Не тогда, когда его обвиняют в разрушении целого города.

-Пусть уходит! - упрямо повторил Гарри.

Луиза покосилась в сторону мертвых стражников.

-А что мы скажем их семьям, что убийце просто дали уйти?

Гарри содрогнулся. Точно, ведь у них могли быть семьи. То есть в смысле у них и были семьи. Это же были самые настоящие люди в странном, причудливом, удивительном мире, который ему вовсе не снился. Мальчишка отчаянно взлохматил рукой непокорные жесткие темные волосы Повелителя. Посмотрел на эльфа.

-Он заплатит за то, что сделал, но мы не будем его убивать! - Гарри был растерян, он просто не знал, что делать.

-И что же мы тогда с ним сделаем? - саркастично спросила Роза. - Отругаем? Привяжем к позорному столбу на площади?

- А, почему бы и нет? - ухватился за эту мысль Гарри. - Пусть постоит.

-Да, и толпа разорвет его на части, буквально растерзает, - с милой улыбкой подсказала Роза.

-А что, отличная идея! - оживилась Луиза. - Давненько у нас не было подобных мероприятий.

Гарри с ужасом посмотрел на кошку. Она казалась ему значительно добрее Розы. Но, похоже, Луиза просто прятала коготки до поры до времени.

-Э, нет, позорный столб отменяется! — решительно сказал Гарри. -Пусть он, ну не знаю… Выплатит компенсацию семьям погибших!

Мальчик отчаянно пытался припомнить хоть что-то из родного мира, что делалось в таких случаях. Ну, знаете, когда светлый эльф в качестве мести убивает совершенно невинных людей. Он мог вспомнить разве что подобные фильмы. Но там, кажется, ничего не говорилось ни о каких компенсациях семьям пострадавших стражников Темных Властителей.

-Ты выплатишь им моральную компенсацию, - решил мальчик.

Все присутствующие в тронном зале растерянно захлопали глазами. Эльф был растеряннее всех.

- Эм, выплатить? Ну, если честно, у меня осталось с собой немного серебра. Но, думаю, здесь недостаточно, - признался он. - Я бы мог, пожалуй, прислать из дома.

Роза и Луиза пораженно уставились на эльфа.

-Что? И мы должны поверить, что ты, светлое отродье, пришлешь что-либо семьям убитых тобой людей? - язвительно поинтересовалась Роза.

-Ну, конечно! - протянула Луиза. - Ведь светлые всегда так делают!

- Пришлю, если вы сохраните мне жизнь, – пробормотал эльф.

Гарри хотел было ответить, что обязательно сохранят. Но тут в тронный зал запыхавшись, влетел сын Темного Владыки. Пока что Гарри знал лишь, что его зовут Стюарт.

-Отец, ты в порядке? - разряженный в красивый бархатный зеленый камзол вельможа выглядел действительно обеспокоенным.

Он бросился к Гарри, буквально схватив его за плечи.

-Во имя Тьмы! Ты же ранен! А вы чего двое стоите?! - рявкнул он на девушек. - Ваш Повелитель ранен. Немедленно позовите целителей. Он потащил растерянного Гарри к трону и усадил практически насильно.

Он решительно взялся за стрелу, но тут его руку перехватила Роза.

-Стой, болван! Прежде чем придет целитель, ее вынимать не следует. К тому же, - она свирепо взглянула на эльфа. - Признавайся, стрела смазана ядом, не так ли?

-Ну, вообще-то да, - признался эльф. - Разумеется, она смазана ядом. Я же пришел сюда, чтобы убить Властелина Тьмы. Это буквально было путешествие в один конец.

Гарри обессиленно откинулся на спинку трона. Значит, ему не показалось. С каждым мгновением становилось все хуже и хуже.

-Не бойся, Владыка, мы не дадим тебе умереть! - жизнерадостно заявила Роза, свирепо оскалившись. - Организм у тебя крепкий, сейчас сделаем кровопускание и все пройдет.

«Кровопускание!» - с ужасом подумал Гарри.

Да, точно. Он слышал что-то такое в своем мире, о том, что в средние века буквально все на свете лечили кровопусканием. «Кажется, я сейчас помру», - подумал Мальчик-Который-Выжил-И-Совершенно-Не-Хотел-Ничего-Менять-В-Этой-Привычке. Прикрыв глаза, он позволил целителю позаботиться о себе.

Глава 11. Карут

Уроки трансфигурации меня потрясли. То есть маги этого мира реально покушались на то, чтобы превратить живое в неживое и трансформировать материю. Честно говоря, магам моего мира это и в голову не приходило. А если и приходило, то вряд ли у кого-то увенчалось хоть какими-то результатами, иначе бы я знал. Но ни о чем подобном даже не слышал. Профессор МакГонагалл на первом же уроке продемонстрировала самое настоящее чудо и заставила нас повторять.

Честно говоря, я очень сомневался, что что-то из этого выйдет, но всё же кончик спички, с которой я работал, немного заострился, превратившись в кончик иглы. Это было потрясающе. Остальные ученики, хоть и восторгались трансфигурацией, но явно не понимали, насколько это потрясающий предмет. То есть магловского учебника физики они явно не прочли ни одного. Иначе бы поняли, что покушаются на сами основы мироздания.

А вот урок зельеварения заставил меня призадуматься. Для начала сам класс находился в подземелье, что наводило на весьма странные мысли. Хогвартс вроде как светлая школа. Об этом меня с самого начала предупреждал Хагрид. Но, кажется, здесь все было сделано максимально для того, чтобы запутать и впечатлить учеников. А лучше всего напугать.

Привидения, которые парили по школе, хорошо хоть детей не жрали. Но я не стал списывать такую возможность со счетов и присматривал за ними очень внимательно. Теперь вот идти на урок в подземелье. Ни в какое сравнение с уютным, светлым и просторным кабинетом химии в самой обычной магловской школе это не шло. Плюс заспиртованные существа в банках. Зачем они здесь? Ладно, допустим, ингредиенты. Хотя вызывали они, если честно, тягостное впечатление.

И вот мы, как какие-то узники, сгрудились в подземелье. «Окей, видимо здесь экономят на чарах охлаждения», – догадался я. В подземелье было прохладно – самое то для варки зелий. Проблема решилась бы простым кондиционером, но почему бы так не использовать свободную площадь. «В конце концов, не держат же в Хогвартсе узников», – успокоил я самого себя, пытаясь все-таки привести школу хотя бы мысленно к светлому образу.

Ну, знаете... Никогда не слышал, чтобы в светлых академиях уроки проводились где-то в подвалах. Хотя, с другой стороны, я слышал, что в них в иные времена бывали и узники в подземельях. Во времена войны Света с Тьмой, например.

Профессор Северус Снейп представлял собой мрачное зрелище. Черноволосый, с темными глазами и мрачным выражением лица, таким, словно ему скормили жабу Невилла. Гарри Поттера он невзлюбил с первой секунды. А может, не любил его и до этого, потому как на руке его красовалось явное проклятие, такое же, как у таинственного Люциуса Малфоя.

– Что будет, если смешать корень асфоделя с настойкой полыни, мистер Поттер? – поинтересовался он, глядя мне в глаза.

Я изумился.

– Какой горький вопрос, профессор, – не веря своим ушам, сказал я, пристально вглядываясь в глаза этого странного человека.

Он стоял среди первокурсников и задавал мало того, что вопрос, ответ на который никто здесь явно не знал, кроме разве что Гермионы Грэйнджер, тянущей руку. Но она все знает, заучка. Но еще он стоял с таким видом, словно сокрушенный правитель на поле боя оглядывал свою павшую армию. Или безутешный влюбленный стоял на могиле любимой. Что-то в этом роде, определенно.

Я повидал человеческого горя во всех его проявлениях достаточно, чтобы мгновенно понять. Одного взгляда на Гарри Поттера хватало этому человеку, чтобы ощутить себя хуже, чем ужасно. Да и само упоминание асфоделя с полынью означали у местных травников горечь потери. Как и в моем мире. Удивительное совпадение. Я не выдержал. Скривился в злобной усмешке:

– Вы так любили своего господина? – усмехнулся я, глядя в темные горюющие глаза Снейпа.

Тот дернулся, как от пощечины, посмотрел на меня изумленно, хватая ртом воздух.

– А вообще получится сонное зелье. Невероятной силы, – усмехнулся я. – Известное как Глоток живой смерти.

Именно этого он явно мне и желал – глотнуть смерти. Желательно побольше. И лучше бы не сонного зелья, а чего покрепче. Но, видимо, на уроке такое нельзя было сказать.

Хватавший ртом воздух профессор наконец ожил.

– Поттер, вон из класса! Выметайтесь! – рявкнул он. – Минус пять очков с Гриффиндора!

Я пожал плечами и вышел. В конце концов, он был одним из прихвостней Воландеморта, судя по проклятию на руке. А значит, прямо или косвенно имел отношение к уничтожению семьи Поттеров. Я чувствовал себя несколько обязанным перед настоящим владельцем тела.

«Что ж, надеюсь, он заботится о моем теле и о моих подданных так же хорошо, как я забочусь о нем», – размышлял я, выйдя в коридор.

Желательно даже получше. Я почесал шрам, вспомнив о снятых с Гриффиндора очках. Наверное, это вызовет недовольство остальных ребят на факультете. Ну и ладно, это всего лишь очки. Детская игра. Вот если бы за высокие баллы давали какие-нибудь преференции, например, проход в секретное хранилище в библиотеке, какие-нибудь артефакты перепадали или еще что-то...

Я остался стоять в коридоре, дожидаясь конца урока. От нечего делать я решил полистать учебник зельеварения. Что ж, ответ мой определенно был правильным. Перед школой я прочитал его бегло, не слишком концентрируясь на подробностях, но тем не менее уловил изрядное сходство с зельями собственного мира. Похоже, наши миры хоть и отличались, но в чем-то были весьма схожи.

Зельеварение и гербология были пересекающимися областями. Хотя некоторых трав, которые росли в нашем мире, я здесь не нашел, либо не догадался по названиям. А части растений, что были здесь, не было в нашем мире.

«Хм, может, они просто, ну типа, вымерли?» – задумался я, вспомнив учебник биологии маглов. Тьфу ты, черт, обычных людей! Честно говоря, местная привычка обзывать людей маглами – словом, явно имевшим презрительный оттенок – уже начинало въедаться в подкорку.

«Да, неудивительно: у них что ни Темный Владыка, то сразу начинает свою компанию с речей о грязнокровных маглорожденных и о том, как маглов надо срочно всячески ущемить, – подумал я. – Если даже во вроде как светлой школе постоянно то и дело звучат “маглы, маглорожденные”».

«Интересно... К каким рожденным отнесли бы меня?» – я хмыкнул. Демонорожденный? Ну, полукровке Флитвику, который был помесью человека и гоблина, здесь жилось неплохо. С другой стороны, Великан Хагрид не пользовался особым почетом и уважением.

Я задумался. По всему выходило, что Флитвик был довольно могущественным магом. Хагрид же колдовал обломком зонтика. «Ну что ж, все как всегда. Сила решает, – пробормотал я. – Хоть ты светлый, хоть ты темный».

Урок закончился. Профессор вышел в коридор и остановил на мне злобный взгляд.

– Поттер, что вы имели в виду, говоря о моем господине? – выплюнул он с таким лицом, словно я вмазал ему пощечину, и теперь он не мог ответить лишь потому, что я был на две головы его ниже. А подобные дуэли в стенах школы не приветствовались.

Я пожал плечами.

– На вас стоит метка Пожирателей Смерти, сэр, – язвительно сказал я, изображая хоть какую-то вежливость, пока с Гриффиндора не сняли еще очков. Мне не хотелось портить отношения с будущими приспешниками. – Ну и учитывая ваш скорбный вопрос, а также тот факт, что мне приписывают лишь смерть Воландеморта... – невозмутимо продолжил я. – Вывод сделать нетрудно. Мне жаль, но вы скорбите по недостойному, сэр. На близких подобные печати не ставят. – Я презрительно посмотрел на его руку: – Это рабская печать, профессор. Она омерзительна.

Лицо Снейпа перекосилось и пошло пятнами. Несколько учеников, в том числе Гермиона Грэйнджер и Рональд Уизли, заставшие наш разговор, смотрели с отвисшей челюстью. Кажется, я делал что-то сильно не то, и, наверное, в скорости об этом пожалею.

– Вы все не так поняли! – грозно прорычал Снейп, затем, круто развернувшись на каблуках, спрятался в своем кабинете.

Он захлопнул дверь, словно спасался бегством от мальчишки одиннадцати лет. Ну или от Темного Властелина в его облике. Я пожал плечами: «Хм, чего тут непонятного-то? Я его бешу. Я убил его бывшего повелителя. Если бы кто-то убил меня, Роза бы посвятила лет 200 тому, чтобы этого беднягу доканывать. А потом медленно бы расчленила. Луиза, она подобрее. Наверное, прикончила бы сразу, утопив в кислоте». – С этими мыслями я отправился дальше на занятия.

Первокурсники, услышав, как я распекаю Снейпа, с любопытством галдели чуть поодаль. Видимо, не решались спросить напрямую.

– Почему ты сказал, что он служил Тому, кого нельзя называть? - спросил Рональд.

– Потому что это правда, у него действительно такая печать на руке. Хагрид сказал, что это печать Пожирателей Смерти. Они ему подчинялись, – объяснил я.

Глаза Рона округлились:

– Наш профессор? Да не может быть!

– Нет, он, конечно, гад еще тот, редкостный. Но все-таки он декан факультета Слизерин, – заметила Гермиона Грэйнджер. – Ты уверен, Гарри?

– Еще как уверен. Я вижу эти печати, – заверил я.

Ребята похлопали глазами. Видимо, им никто не объяснял, что можно смотреть энергетическим зрением. И не обязательно, чтобы Снейп закатывал рукав, дабы разглядеть стоящую на нем метку.

– Вот это да! – тихонько протянул Рон.

– Ну ты ему и надерзил! – проговорила Грэйнджер. – Удивительно, что он снял с Гриффиндора всего пять очков, а не все вообще.

Я почесал репу.

– Ну, вообще, да, – признал я. – Надеюсь, старшие ученики не слишком сильно обидятся.

Сам я никогда в магических академиях не учился, но, по словам тех моих приближенных, кому выпала подобная честь, старшие ученики нередко доставали младших – и в светлых академиях, и в темных. Да-да, перебежчики со светлой стороны в моей армии тоже бывали. Довольно могущественные ребята, хотя тьму им осваивать было очень сложно.

После уроков я вернулся в спальню первокурсников и занялся тем, что обещал Дадли. Стал писать ему письмо. Учить его местной магии смысла никакого не было. Трансфигурация слишком сложна даже для меня. А я темный властелин как-никак. У меня за плечами огромный опыт, и то вожусь с ней, как слепой котенок.

Так что я продолжил обучать Дадли простой и незатейливой стихийной магии, которая одинаково работала в этом мире и в моем собственном. Я расписал ему схему простенького заклинания, объяснил, что и как делать. Проще всего мне было бы обучать его огненной магии, которая легко покорялась мне самому. Но пришлось выбрать водную.

Во-первых, это больше подходило самому мальчику. Во-вторых, если он, скажем, немного затопит дом, никто сильно не пострадает. А вот если подожжёт – мне не хотелось на каникулах возвращаться в руины и бомжевать вместе с Дурслями.

Закончив письмо, я отправил его с Буклей. Затем задумался над тем, что даже не смогу получить от Дадли нормальный ответ, если только он не пришлет его сразу вместе с совой. Что, согласитесь, было бы глупо, ведь на упражнение, что я ему послал, требовалось время, чтобы его освоить.

«Надо купить мальчишке сову, – дошло до меня. – Еще как-то убедить Дурслей в том, что сова – желательный питомец в доме». А им и Букли хватило, когда Хагрид мне ее подарил. Наличие замороженных мышей в морозилке тетушку Петунию совершенно не обрадовало. Помнится, первый раз, обнаружив пакетик с ними, она даже испуганно завопила.

Я почесал затылок. Неужели нет другого способа доставлять письма? В конце концов, у маглов есть телефоны. Впрочем, замок магически отрезан от остальной реальности – это понятно. Вряд ли сюда можно протянуть обычный магловский телефон.

Во время обеда меня навестила чья-то чужая сова. Дадли прислать ее не мог – у него точно совы не было. В лапах птицы была простенькая записка. В ней меня звали на чай к директору. Чай с лимонными дольками.

Я перечитывал послание несколько раз, затем покосился в сторону самого директора. Еще с первого представления, во время принятия первокурсников в Хогвартс, он старательно изображал из себя клоуна: нес какую-то несуразицу, одет был тоже словно не директор – с чужого плеча, что-то цветастое.

Он сохранял на лице неизменно доброе выражение, хотя я примерно представлял, сколько бюрократии, возни с поставками продовольствия и всего остального на самом деле лежит на его плечах. Чтобы обслуживать такой огромный замок, да еще и постоянно отвечать за кучу детей, так и норовящих убиться обо что-нибудь... Нет, я бы точно не ходил с таким благостным выражением лица.

«Может, это вообще иллюзия? – задумался я, пристально разглядывая лицо Альбуса Дамблдора. – Ну, то есть у него же наверняка каждый день – ЧП на ЧП. То первокурсники подрались – что ладно, то старшекурсники – что гораздо хуже. Эти уже вполне способны друг друга прикончить, а то еще пяток человек с собой в придачу прихватить просто неудачным заклинанием».

Вообще, во многом я Альбуса Дамблдора не понимал. Да и основателей этой школы в целом. Ну, то есть вот Запретный лес – согласитесь, довольно странно строить магическую школу там, где находится лес с жуткими тварями. Что может пойти не так? Куча любопытной ребятни и лес, буквально кишащий существами, желающими и готовыми их убить.

Теперь еще вон целый коридор заперли со словами, что это смертельная опасность для школьников. Зачем держать в школе что-то, представляющее угрозу для детей? На его месте я бы не стал. В конце концов, в мире полно других мест, где можно что-то спрятать. Не обязательно же все держать под рукой.

Ну, если, конечно, ты не Темный Властелин, к которому регулярно наведывается в гости Светлая армия – тогда да, хочешь не хочешь. Но Хогвартс никто захватить не пытался.

Я вдруг понял, что мне до зубовного скрежета любопытно, что же там скрыли в том таинственном коридоре. Но еще большую загадку представлял собой сам Альбус Дамблдор.

«Что же он прячет под маской доброго дедушки-клоуна? – задумался я. – Что ж, пора это выяснить. Сам позвал на чай – сам виноват», – решил я, отхлебывая тыквенный сок.

Глава 12. Гарри

Нападением эльфа, которого, к слову, Гарри в итоге отправил отстраивать заново одну из деревень после набега орков, светлые не ограничились. Спустя примерно неделю Луиза сообщила, что ее агентурная сеть в светлых городах предупреждает о подозрительной активности около северной границы. Кажется, светлые надумали ударить туда, совершив дерзкий набег. Очередной, но гораздо крупнее, чем все предыдущие вместе взятые. Еще неполноценное масштабное вторжение, но будет неприятно. Даже возможно, что они попытаются откусить часть темных земель и передвинуть границу. Гарри был ошарашен. Он выслушал Луизу без особого энтузиазма.

– И что делать? – растерянно спросил мальчик.

Луиза пожала плечами:

– Ну как «что»? Мы, к счастью, узнали об этом вовремя. Дадим отпор.

Глаза кошки свирепо загорелись.

– Надерем им задницу так, что они и думать забудут соваться в наши земли. Не можем же мы отдать им приграничье.

– А, ну и правда, – сказал Гарри, мысленно уже прикинувший и подсчитавший трупы. Выходило немало. Если вторжение будет масштабным, то ой-ей. А самое ужасное – ведь погибнут и те люди, с которыми он так полюбил тренироваться во дворе замка. Они неизменно были с ним приветливы и постепенно привыкли, что Властелин составляет им компанию.

Теперь, если Темный Властелин пропускал тренировки, то им даже начинало его не хватать, и кто-нибудь оказывался неподалеку от Гарри с безмолвными вопросами: «А что, собственно, случилось. Хорошо ли их Повелитель себя сегодня чувствует?»

Надо признаться, Гарри тренировки попросту пару раз просыпал. Что не очень понравилось Рабастану. Тот, кажется, начинал догадываться, что Властелин не просто посещает тренировки, а и правда забыл, в какой руке меч-то держать. Так что в один из дней Рабастан попросту явился в спальню проспавшего Гарри и, не мудрствуя, стянул одеяло с Темного Повелителя.

– Ты опоздал на тренировку, – сухо сказал он, глядя на ошарашенного Поттера. – Жду тебя через 15 минут. – С этими словами Рабастан невозмутимо повернулся и вышел. Пришлось Гарри поспешно собираться и выходить во двор на тренировку.

Что ж, если светлые вторгнутся, значит, им надо дать отпор. А если им дать отпор, то погибнут люди, которых Гарри привык считать своими.

Мальчишка замотал головой, отгоняя возникшие перед мысленным взором ужасающие картины. Мало того, что ему с детства иногда снились жутковатая зеленая вспышка и крик умиравшей матери, так теперь еще и это. Он будет в ответе за все.

Гарри тяжело вздохнул, ощущая, как новая ответственность ложится на плечи свинцовой плитой.

– Луиза, мы можем как-нибудь избежать всего этого? – осторожно спросил он. – Может быть... путем переговоров. Пошлем гонца к Владыке Света. Кажется, так называли того, кто возглавлял светлую армию и Светлое Королевство в целом. Предложим ему перемирие. Дипломатические отношения.

Мальчик старательно вспоминал те слова, которые произносил дядя Дурсль, читая утренние газеты с политическими новостями.

Луиза посмотрела на него, как на сумасшедшего. Затем попросту протянула руку и потрогала лоб Темного Повелителя.

– Ты перегрелся, что ли? – мрачно осведомилась она. – Они уже подготовили вторжение и вот-вот ударят. Пошлешь ты им предложение с просьбой о мире. Для начала скажи, чьей жизнью ты настолько не дорожишь, чтобы послать этого беднягу. Или тебе напомнить, что они сделали с предыдущим гонцом?

– А что? – удивился Гарри.

– Торжественно сожгли на площади. – Темные глаза Луизы сверкнули так, что Гарри поёжился. – Что? Мы послали сильного оборотня, если ты не помнишь, – рыкнула Луиза. – Такого, что он сумел пробраться даже во дворец Светлого Повелителя. Ты опасался, что его туда попросту не пропустят светлые вельможи, каждый из которых соблюдает свои интересы. А ты все же надеялся договориться с этим мерзавцем напрямую. И каков итог? Его обвинили в покушении и прилюдно убили, – напомнила Луиза.

Гарри вспомнил про эльфа, которого отправил отстраивать порушенную орками деревню.

«Вполне возможно, что об этом парне скажут примерно то же самое, – задумался Гарри. – Что его послали с мирными целями ради переговоров, а мы отправили его на строительные работы, – хмыкнул он про себя, – что значительно лучше, чем жечь».

– Значит, никаких шансов? – угрюмо спросил Гарри Поттер.

Луиза пожала плечами.

– Мы для них бельмо на глазу, Повелитель. Низшие расы, – она сумрачно дернула огненно-рыжим хвостом. – И ты, и я, и многие из наших. Людей они, может быть, еще бы приняли, но это, скорее, на роль, если не рабов, то... максимум слуг. А нас точно... в рабы, и никак иначе.

Гарри поморгал.

– Может, все-таки и темные сами в чем-то виноваты? – Гарри прекрасно помнил все книжки и фильмы, которые я читал о фэнтезийных сражениях Света и Тьмы. – Ну там, знаешь, наверное, и темные земли совершали набеги.

Луиза громогласно расхохоталась.

– Да, Повелитель, амнезия тебе не идет. Конечно же, ты совершал набеги. Да мы завоевали изрядную часть светлых территорий. А целый город ты буквально стер с лица земли, собственноручно.

– Деннот, да? – понял Гарри.

– Ага, – жизнерадостно подтвердила Луиза. – Собственно после этого тебя и провозгласили Владыкой Тьмы. До этого ты был всего лишь одним из темных генералов.

– Ох, вот оно как. А куда делся, мгм, предыдущий Владыка?

– Ушел на покой, – фыркнула кошка. – Испугался твоей мощи и уступил трон.

– Что, правда? – обрадовался Гарри.

– Да нет, ты одолел его в честном поединке и скинул в пропасть, – продолжила веселиться Луиза.

– Что, действительно?

Луиза закатила глаза.

– Да не было никакого Темного Повелителя прежде тебя. Было несколько разрозненных темных армий. Твоя нанесла Свету самое сокрушительное поражение, а потом ты потихоньку подмял под себя остальных и объединил Темные земли. Доволен?

– Эм, да, – с некоторым сомнением проговорил Гарри.

Кажется, настоящий Карут был очень могущественным магом. И вообще выдающейся личностью, хоть и темной. Интересно, что бы он делал, получив такие новости от Луизы? Уж он бы не колебался.

Гарри тяжело вздохнул.

– Значит, нам надо готовиться отражать нападение.

– То-то же, – подсказала Луиза. – Созываем военный совет.

– А, да, созываем военный совет. А кто в него входит? – спросил Гарри.

– Ну, ты, я, Роза и Рабастан. И еще несколько генералов из темных вельмож. Я всех созову, не беспокойся.

Вскоре в тронный зал приволокли огромный стол, на котором стояла объемная карта земель, где ожидался удар светлых сил. К столу прилагались фигурки, означавшие светлое и темное воинство. Гарри аж залюбовался. Выполнены они были очень красиво. Выточены из кости и часть из них покрашена в темный цвет, а часть оставлена матово-белыми.

Луиза, Рабастан и полузнакомые вельможи, что пришли участвовать в военном совете, азартно расставляли фигурки и спорили о том, где именно нападут светлые, где они скорее имеют шансы прорвать оборону и как их встретить.

Познания Гарри в тактике и стратегии ограничивались примерно ничем. Так что все, что смог придумать мальчик, – это предложить поставить засаду в лесу. Его идею с удовольствием подхватила и развила Роза. Она предложила спрятать там несколько отрядов, которые нападут с флангов…

– И отсюда, и вон оттуда, и еще вот здесь вот, на горе, расположим лучников. И мало этим мерзавцам не покажется, если сунутся, – добавила она.

Рабастан на это справедливо возражал: светлые вообще могут пойти по другой дороге, и тогда они обойдут лучников, пройдут между половиной спрятанных в лесу отрядов, как их разместила Роза.

В итоге, порешили на том, что будут наблюдать со всех возможных мест, откуда могут показаться светлые, а отрядам придется проявить гибкость и мобильность. В конце концов, Тьма не успевала стянуть так много сил, как требуется, чтобы отразить удар.

– Ладно, ничего страшного, – хмыкнул один из вельмож. – Где бы они ни прорвались, в любом случае там ведь будете вы, Повелитель. – Он с выжидающей улыбкой уставился на Гарри.

Поттер глотнул.

Интересно, а что бы на его месте делал Карут? Что вообще от него ждут? Что значит «главное, что там будет он»?

Мальчик беспомощно посмотрел на Луизу. Кошка ободряюще улыбнулась. И Гарри заставил себя оскалиться в ответ.

– Разумеется, я там буду. Им несдобровать, – попытался он пробасить, хотя голос Карута не слишком подходил для этой цели.

Совершенно удовлетворенные его ответом темные генералы еще немного поспорили о тактике и стратегии, более или менее договорились и спокойно разошлись готовиться к бою.

Гарри остался наедине с Розой и Луизой.

– Похоже, они все чего-то от меня ждут, – тихо произнес мальчик.

Роза и Луиза удивленно переглянулись. Они, кажется, тоже ждали от Гарри того же самого, невзирая на потерю их Владыкой памяти.

– Ну... В общем, да, ждут, – призналась Роза. – Ты ведь самый могущественный темный волшебник, Карут.

– Да, правда, – протянул мальчик.

– Разумеется, ты же Повелитель Тьмы, – хмыкнула Луиза. – В принципе, ты половину светлого воинства мог бы в порошок стереть голыми руками. – гордо улыбнулась кошка.

Мальчик посмотрел на Розу – та явно оценивала его способности значительно объективнее, благо они каждый день тренировались в магии.

Роза почесала бровь:

– Ну... Боюсь, что на данный момент Карут едва ли способен стереть в порошок даже и треть светлой армии. Думаю, что и одну пятую не потянешь, – честно сказала она.

– Да, это проблема, – вздохнул Гарри.

– Но не переживай, Повелитель. Я там буду. Мы там будем, – поправилась она под свирепым взглядом Луизы.

Это прозвучало почти как: «Мы не дадим тебя в обиду».

Гарри вздохнул. Сейчас он чувствовал себя одиннадцатилетним мальчиком, которому вскоре предстоит отправиться на войну. Он тряхнул головой, пытаясь отбросить это наваждение.

У него нет права так думать сейчас о себе. В конце концов, от него зависят жизни его людей… Людей Карута, но теперь уже жизни тех, кто ему доверял.

А самое ужасное – ведь это светлые нападают.

Темные к ним не совались. Не сделали им ничего плохого. Ну, по крайней мере, за то время, что Гарри был здесь. А они нападают на просто обычные деревеньки в приграничье. Темные там живут или светлые, но это же самые обычные крестьянские семьи. Ничего они никому плохого не сделали.

Гарри вдруг почувствовал, как к горлу подступает ярость. Та самая, которая едва не заставила его убить эльфа-ассасина, когда мальчик понял, что тот убил стражников.

– Мало им не покажется! – прошипел он едва узнавая собственный голос. – Лучше бы им передумать.

С этими словами мальчик развернулся и пошел в спальню Темного Властелина. Ему требовалось побыть одному. Он, собственно, начинал понимать, почему и сам Карут, по слухам, частенько отсиживался в одиночестве в своем тронном зале.

«Если он часто испытывал такие приступы ярости... то, должно быть, просто боялся навредить тем, кто вокруг него», – догадался Гарри.

Глава 13. Карут

Кабинет директора был примерно таким, как я себе его и представлял. В меру средневековый, уставленный всякими причудливыми артефактами, с кучей книг, расставленных на внушительных полках, с уютной приятной мебелью на гнутых ножках. Я отметил про себя сидящую в клетке птицу, явно подходившую под описание фениксов этого мира, и уселся в кресло напротив Дамблдора.

Тот, старательно изображая доброго дедушку, смотрел на меня с милой улыбкой поверх очков-половинок.

– Лимонную конфету, мистер Поттер? – улыбнулся профессор, протянув мне вазочку с конфетами.

– Не откажусь, – выдавил я улыбку, пристально разглядывая директора Хогвартса.

– Слышал, у вас с профессором Снейпом состоялся разговор. – Альбус Дамблдор казался весьма озадаченным.

«Так значит, будет ругать за то, что я нахамил преподавателю», – сообразил я.

– Э, ну, что-то вроде того, – сказал я самым невинным видом. – Кажется, я ему не нравлюсь, – добавил я честно.

«Интересно, знает ли профессор, что преподаватель носит на себе чужое рабское клеймо? Если знает, то почему не убрал?»

Опять-таки, насколько логично брать преподавателем в школу человека, связанного с местным Темным Лордом, который, судя по всему, попил крови волшебникам Англии просто немерено. Особенно светлым, коими себя все и позиционировали.

– Слышал, вы обозвали его чуть ли не прихвостнем Темного Лорда? – осторожно заметил директор Хогвартса.

– Что? Не было такого, – я не моргнул и глазом. – Я назвал его рабом, сэр.

– Рабом? – Дамблдор подавился. – Это было крайне невежливо, мистер Поттер.

– О, так вы знаете, на кого он работает, – ухмыльнулся я, растягивая губы в широкой неприятной улыбке. – Наверное, вы знаете также, что этот самый Темный Лорд, которому он служит, убил моих родителей.

Ну а что? У меня в этом мире были родители и притом довольно известные, можно и козырнуть лишний раз. Статус сироты, Мальчика-Который-Выжил, юного героя, сына героев и всякое такое. Я с удовольствием посмотрел, как зеленеет лицо директора.

– Э, нет, мистер Поттер, вы все не так поняли. Снейп... Он перешел на нашу сторону во время той войны, – Профессор прикрыл глаза на мгновение, и на лице его отразились... настоящие неподдельные эмоции. Кажется, это была печаль. – Снейп, он... В общем, его помощь была неоценима в победе над Темным Лордом и его приспешниками. – И профессор выжидающе посмотрел на меня. – Можно с уверенностью сказать, что он ненавидел Воландеморта. Так что не стоит переживать на этот счет, Гарри. Профессор Снейп точно не на его стороне.

Я задумчиво посмотрел на Дамблдора. Кажется, сейчас он выглядел искренним и был убежден в том, что говорил.

– Тогда почему вы оставили на нем эту метку, сэр? – похлопал я невинно глазами. – Это же рабское клеймо. Даже если он не захочет, Темный Лорд вполне может принудить его к чему-нибудь. Например, навредить ученику. – Я выразительно постучал пальцем по своему шраму.

Дамблдор поморщился. Судя по тому, как мы с ним разговаривали, он тоже не верил, что этот самый Тот, Кого Нельзя Называть, мертв.

– А, нет, я убежден, что Снейп так не сделает, но... Я не могу ее снять, – признался Дамблдор, набрав в грудь побольше воздуха.

Я удивленно поморгал. Я, конечно, не рассматривал проклятие на руке Снейпа как следует. Вполне возможно, что там действительно какое-то очень сложное клеймо, завязанное на жизненные силы носителя. Из тех, где тронь – и, скорее всего, спасаемый помрет. Ну что ж. Видимо, потому Дамблдор и не решился. Может, понадеялся, что Воландеморт забудет про свою собачку.

Я откинулся на спинку кресла, пристально разглядывая Дамблдора. «Что ж, кажется, настала моя пора задавать вопросы», – решил я.

– А к чему, собственно, весь этот цирк, директор? – осведомился я холодно.

Лицо Дамблдора дернулось, словно я вылил на него горячий чай, что он мне предложил.

– Цирк? – удивленно переспросил он.

– Ну, вот это вот все. Ваш образ. Эдакий невинный, немного нелепый дедушка. Так обычно ведут себя те, кто пытается скрыть свою силу, но ведь все прекрасно знают, что вы самый могущественный волшебник Европы. – Я пристально разглядывал заметавшиеся глаза Дамблдора. – Если вы желали на самом деле скрыть свою силу, наверное, не стоило объявлять себя единолично победителем над Грин-де-Вальдом. Надо было сказать, что он, ну там, не знаю, поскользнулся, упал и разбил себе голову. А вы тут и вовсе ни при чем.

Глаза Дамблдора остекленели. Я же продолжил с любопытством его разглядывать.

–Да и вообще эта история с Грин-де-Вальдом выглядит довольно странно. То есть получается, что вы лично одолели своего давнего врага, где-то его заперли и держали у себя без всякого суда и следствия. Буквально создали для него личную тюрьму. Вообще это попахивает чем-то не очень светлым, сэр.

Выражение лица Дамблдора было трудноописуемым. Словно я одновременно накормил его тухлыми яйцами и надел на голову тыкву.

– Вы это так видите, мистер Поттер? – проговорил он растерянно.

Я пожал плечами:

– Давний враг в вашем единоличном распоряжении. И ни перед кем не надо отчитываться за сохранность его шкуры. Полагаю, вы пытали его все то время, что он находился в ваших руках? – моя улыбка была даже немного понимающей.

Собственно говоря, попади в мои руки Владыка Света, ну что ж, ему несдобровать, долго несдобровать. Наверное, до тех пор, пока Роза не смилостивится и его не прикончит.

Профессор вздрогнул, брови его поползли наверх. Аж красноперый феникс оживился в своей клетке и посмотрел на нас обоих с большим интересом.

– Нет, мистер Поттер, вы опять все неправильно поняли, – позеленел он. – Все было совсем не так. Мы с... Грин-де-Вальдом были дружны в юности, – поделился Дамблдор. – Он был для меня очень близким человеком. И... Хоть я заключил его, но Грин-де-Вальд... Он перевоспитывался.

– Что? – удивился я.

– До того, как Воландеморт убил его, он изменил свои убеждения, – твердо сказал Дамблдор.

Я пораженно посмотрел на старика-профессора. То, что я читал про Грин-де-Вальда... Он был отбитым наглухо. Некоторые из его преступлений, которые вскользь упоминались в учебниках, впечатляли. Грин-де-Вальд не щадил даже детей. Причем не щадил сам лично, что вызвало у меня изрядную долю омерзения.

Конечно, мое воинство не святое, и, отправляя их куда-либо, я не мог поручиться, что они не вырежут всю территорию подчистую. Но вот просто взять и уничтожить детей собственноручно... Да даже в пресловутом Денноуте я так не сделал. Хотя был объят жаждой крови целиком и полностью. И все же мое заклинание сделало исключение для всех, кто был еще мал.

Я посмотрел на Дамблдора.

– Что же вы такого с ним делали, что он раскаялся? – спросил я с хищным интересом.

Дамблдор глотнул.

– О, заклинание ментальной магии, – догадался я, заметив стоящую в углу комнаты штуковину, подозрительно напоминающую местный артефакт «Омут Памяти», о котором я бегло читал в одной из книг, приобретенных в Косом Переулке. Там не было даже рисунка, но под описание подходило идеально.

– Ну, нет! Конечно же, нет! – проговорил Дамблдор. – Грин-де-Вальд просто... Он передумал. Мы много с ним разговаривали.

Вот теперь уже брови поползли на лоб у меня. «Просто разговаривали». Я представил наши беседы с Владыкой Света, от которых я бы смог передумать. Кажется, они включали в себя раскаленное железо. Что ж, надеюсь, мне никогда не доведется этого узнать.

– Понятно, профессор, – кашлянул я.

Мы с Дамблдором застыли в нерешительности, глядя друг на друга. У каждого из нас были свои тайны, и ни один из нас не жаждал их открывать. Судя по вытянувшемуся лицу Дамблдора, он смотрел на меня так, словно перед ним сидел не Гарри Поттер, мальчик-герой, который выжил и всех спас, а как минимум переродившийся лорд Воландеморт, притворившийся мальчиком.

Кажется, на мгновение его посетила эта идея, судя по ужасу, плеснувшемуся в глазах старика. Я мило улыбнулся.

– Ну что ж, раз вы признали это недоразумением насчет Снейпа и не решили меня наказать, я пойду, – сказал я с самым беспечным видом.

– Э-э, ну, конечно же, мальчик мой.

– А, да, кстати... – я остановился уже в дверях. – Как зовут этого Воландеморта на самом деле? А то все тут величают его «Тот, Кого Нельзя Называть». Хотя я бы звал его «Тот, Кто Проиграл Годовалому Ребенку».

– Том Реддл, – сказал Дамблдор. – Томас когда-то учился здесь, он был моим студентом.

Я вспомнил вопрос, который терзал меня всё это время.

– Кстати, если уж вы одолели Грин-де-Вальда, то почему и Темному Лорду не наваляли лично? И это пришлось делать мне.

Лицо Дамблдора окончательно перекосило. Ладно, признаюсь, я просто обожаю доставать светлых. В те немногие разы, когда мы встречались с Владыкой Света лично, я хамил ему напропалую. Впрочем, мы это делали на поле боя. Знаете, тот момент, где военачальники встречаются, заверяют друг друга, что оторвут все конечности через минуту, как только смогут, а затем разъезжаются каждый к своему воинству.

Правда, в первый раз мы честно с ним попытались устроить дуэль и избежать драки. Общей драки. Победил бы тот, кто победил. Но побеждать стал я, и светлые не выдержали. Пришли своему Владыке на помощь. А потом объявили, что я просто сражался нечестно, применив что-то такое, что применять было нельзя. Хотя так и не пояснили, что именно нечестно использовать на поле боя против своего врага.

– Боюсь, я не сумел, мальчик мой, – печально развел руками Дамблдор. – Я не всемогущ. – В глазах и голосе старика проскальзывало искреннее сожаление. Что ж, я тоже нередко сожалел об отсутствии у себя всемогущества.

– Воландеморт прибег к... очень темным чарам, чтобы обеспечить себе могущество и бессмертие, – произнес Дамблдор печально.

«Да, темным магам так можно, а светлым-то нет», – подумал я, глядя на его расстроенный взгляд. Темная магия вообще таила много возможностей, которых у светлых не было. Правда, наш Владыка Света умудрился обойти эти ограничения на раз. Нельзя устраивать жертвоприношения? Ну конечно нельзя. Но ведь вырезать какое-нибудь темное поселение – дело благое, а если в этот момент еще и ритуал провести и совершенно невзначай собрать пролитую жизненную силу... Ну, в общем, вы поняли.

На самом деле, Владыка Света моего мира был страшнее самого опасного и кровожадного темного жреца. Я бы назвал его «светлым кровавым жрецом», вот. Но это до меня дошло очень не сразу, а лет через 15-20 нашего противостояния.

– Хм, – сказал я задумчиво. – Ну что ж, видимо, разбираться с этим мерзавцем придется мне.

Дамблдор вздрогнул. Он вдруг четко осознал, что перед ним стоит вовсе не одиннадцатилетний мальчишка.

– Нет, Гарри, мальчик мой, ты еще слишком молод, – с мягкой улыбкой произнес он. – Это похвально, что в твоем сердце гриффиндорца горит благородный огонь желания...

Он явно чуть было не брякнул то, что повисло в воздухе.

– Отомстить за своих родителей, – подсказал я.

– Спасти невинных, – поправил Дамблдор, посмотрев на меня сурово поверх очков-половинок. – Месть – не лучшее дело, мой мальчик. Она разрушает мстящего.

– Да неужели? – оскалился я. – А вы когда-нибудь пробовали, профессор?

Лицо Дамблдора перекосилось окончательно.

– Нет, но я был к этому близок, – признался он.

– Грин-де-Вальд..? – я проницательно взглянул в заметавшиеся глаза старика. Ему явно захотелось заорать, чтобы я просто отвязался от него с этой темой и больше никогда не упоминал имя Грин-де-Вальда.

Дамблдор тяжело вздохнул:

– Месть – очень опасная вещь, мистер Поттер. Она меняет нас. Она склоняет сердца к Тьме.

Что ж, мое и так было чернее ночи, но я не спешил сообщать об этом бедному директору. В конце концов, «вы воспитали еще одного Темного Повелителя». Наверное, для него это перебор.

– Что ж, ладно, я пойду, сэр. Хорошего вечера, – улыбнулся я, не выдержав и вернувшись к вазочке, утянул из нее еще одну лимонную конфету. – Очень вкусные конфеты, сэр, спасибо. – Подумав, я прихватил еще несколько для Рона и Гермионы.

– Всегда рад вас видеть, мистер Поттер, – проговорил Дамблдор мне вслед. Я ощутил, как он касается моего сознания, пытаясь прочесть мысли, но поставил легкий незамысловатый щит, вставший перед Дамблдором каменной стеной. Нет уж, и не такие в мою голову пролезть пытались. Во время темных советов мои вельможи откалывали этот трюк регулярно. Кто-то желал узнать, насколько благодушно я к ним расположен, а некоторые хотели внушить мне, ну, знаете, парочку мыслей, там вроде «вознаградить непричастных», «покарать невиновных» или просто вручить лишний земельный надел.

Глава 14. Карут

Перед первым уроком полётов я изрядно нервничал. Рон, Гермиона, даже Невилл и все остальные выглядели радостно возбуждёнными, щебетали о том, как сейчас они оседлают свою первую метлу и взмоют в воздух покорять небесные вершины. Гермиона с видом заучки инструктировала первокурсников всем, что вычитала в очередной заумной книжке. Но, кажется, слушали её только мы с Невиллом. Все остальные мнили себя уже доками полётов.

Наконец, выстроившись перед Хогвартсом, мы оказались у мётел, которые нам вскоре предстояло оседлать. Что ж, выглядели они чуть похуже, чем то, что продавалось в Косом Переулке, но это можно было легко списать на то, что мётлы часто бывали в употреблении. Мадам Трюк зычным голосом объясняла азы управления метлами. Кажется, всё было просто. Берёшь, протягиваешь руку и говоришь:

– Вверх!

Управление голосом. Командное.

«Что ж, это ведь даже не дракон, – попытался утешить я себя. – Оно не кусается». С другой стороны, местные волшебники не могли придумать чего-то, ну там, хотя бы имеющего сиденья, вот как человеческие машины. И желательно кабину, защищающую от ударов мимо пролетающих птиц, колючих веток и всего такого. А лучше бы просто зачаровать что-то покрупнее и удобнее метлы.

Я посмотрел на мадам Трюк и изложил ей все свои соображения, отчаянно желая оттянуть тот момент, когда она прикажет водрузить мою тощую задницу на эту самую метлу. Мадам Трюк рассмеялась:

– Метла – это древнкк традиционное спортивное и средство передвижения для волшебников, мистер Поттер.

– О, ну конечно, традиция! – процедил я. – Каждый раз, когда речь заходит о чём-то ужасно неудобном, всё упирается, в итоге, в традиции.

Что ж, я могу понять каких-нибудь древних кельтов, да, я прочитал о них в учебнике ещё в человеческой школе, которые летали на мётлах. Но ведь у них же не было машины, там сравнить-то было не с чем.

Наконец мы вытянули вперёд руки и скомандовали это самое пресловутое:

– Вверх!

Метла, доставшаяся мне, тут же врезала мне по лбу. Я попытался было её поймать и проделать упражнение ещё раз. Метла повторила свой трюк, пребольно стукнув по уже имеющейся шишке. У Невилла дела обстояли тоже ничуть не лучше. Но мальчишка не сдавался. Сообразно своей скрытой ауре героя, он отважно оседлал сопротивляющуюся метлу и взмыл в воздух.

Я с уважением посмотрел вслед парящему Невиллу. «Что ж, нелегко быть героем, тем более светлым», – подумал я слегка завистливо.

Невилл взмывал вверх метр за метром, отчаянно вопя, ведь он совершенно не управлял процессом. А затем, к моему ужасу, мальчишка начал падать. Нет, в первую секунду я не испугался, ведь здесь была мадам Трюк, квалифицированный преподаватель полётов на мётлах. Но Невилл падал вниз, отчаянно вереща, и тут я с изумлением осознал, что мадам Трюк не собирается ничего предпринимать. Она стояла белая, как полотно, и беспомощно наблюдала за падением ребёнка, вверенного школе его родителями. В случае Невилла – бабушкой. Но, думаю, ей он тоже не лишний.

Когда до земли оставалось всего чуть-чуть, я осознал, что мальчик сейчас просто и банально шмякнется и разобьётся на глазах у всех.

Мои руки сотворили заклятие сами собой. Я выхватил палочку и послал с земли встречный ветер. Он с силой ударил в Невилла Лонгботтома и подхватил мальчишку, замедляя падение. Даже немного приподнял вверх. Погасить падение полностью мне не удалось, оставалось слишком мало времени. Так что Невилл всё равно шмякнулся, но не так сильно, как мог бы.

Мадам Трюк подбежала к нему и с облегчением увидела, что на Невилле лишь синяки. Ощупав мальчишку, она всё же отправила его в больничное крыло к мадам Помфри. Я вытер испарину и изумлённо посмотрел на мадам Трюк. Я не мог поверить собственным глазам. Преподаватель полетов явно не владела ни медицинскими чарами, ни даже простейшей возможностью создать силовую ловушку, чтобы поймать падающего ребенка.

« И это ей доверили наши жизни? – подумал я. – Нет, будь это одна из темных жутких школ, основанных самими демонами, я бы, может быть, поверил своим глазам». В моем мире кое-где такое было нормально, когда в темных академиях отсев шел примерно 50 на 50. То есть половина студентов выпуску попросту не доживала. В одной даже было состязание насмерть между учениками, приближавшимися к выпуску.

Как только я стал Темным Властелином, то положил конец этой традиции. Еще не хватало, чтобы возможные могущественные маги моего королевства помирали, едва достигнув совершеннолетия. Да еще хорошо обученные. Ради чего? Чтобы поддержать зловещую репутацию школы. К тому же, что вырастет из людей, которым пришлось убивать собственных друзей? Те, кто ни к кому не привязан. Так они и Темное Королевство защищать не станут. Они вообще ничего защищать не будут, кроме собственной шкуры. Что и показывали, собственно говоря, выпускники этой самой школы.

Мадам Трюк поймала мой растерянный взгляд, но явно не поняла, в чем дело. Ей в голову не приходило, что с ее назначением на эту должность что-то глубоко не так. Что ж, она проводила Невилла в больничное крыло, а затем вернулась, и мы продолжили тренировку.

За это время Драко Малфой успел подхватить с земли шарик-напоминалку, с которым все носился Невилл. Сентиментальный подарок от бабушки. Над Невиллом, честно говоря, посмеивались из-за нее даже в Гриффиндоре. Но мальчишка проявлял стоическое терпение будущего светлого героя. Он оберегал подарок близкого человека и активно им пользовался.

Драко схватил уроненную Невилом напоминалку и явно планировал ее куда-нибудь запихнуть. Я лишь снисходительно наблюдал за этими детскими игрищами. Рон потребовал вернуть напоминалку обратно. Но Малфой просто взмыл на своей метле и запихал ее на ближайшее дерево.

«Что ж, нашему светлому герою предстоит очередное испытание», – подумал я. После сегодняшнего падения мальчишка наверняка боится высоты так же, как я. Значит, он преодолеет свой страх. И его светлая аура героя укрепится еще немного.

Я задумался, а нужно ли оно мне, собственно? Светлый герой под боком – это такое себе, если ты планируешь стать Темным Властелином этого мира. А я планировал. Вообще-то у меня есть собственный родной мир, в котором я несу ответственность за жизни своих подданных. «А этот мир... рано или поздно вам предстоит сюда вернуться, мистер Поттер», – подумал я с издевающейся ухмылкой, представив ужас одиннадцатилетнего мальчика, попавшего обратно в свое тело после всего, что я здесь наворочу.

Я задумчиво посмотрел на дерево, где теперь красовалась напоминалка Лонгботтома. В любом случае, я мог разве что сбить ее оттуда ветром. Лететь на такую высоту я определенно не собирался.

Когда мадам Трюк вернулась, худо-бедно я оседлал вместе с остальными первокурсниками свою метлу. Но если другие смело взмывали к верхушкам деревьев с радостными (или не очень) воплями, я поднял свою метлу буквально до высоты полутора метров – рост взрослого человека. Если расшибусь, будет не так уж и больно.

Мадам Трюк попыталась увещевать меня, чтобы я направил метлу на высоту побольше. Но я отказался наотрез.

– Вы владеете заклятием сращивания костей? – язвительно спросил я мадам Трюк, когда она полезла ко мне со своим ценным советом.

– Нет, но у мадам Помфри есть зелье Костерост, – радостно заверила она.

– Замечательно. А со сломанной шеей вы сумеете транспортировать меня к ней живым? – уточнил я.

Мадам Трюк позеленела.

– Будем надеяться, вы не сломаете шею, мистер Поттер.

– Ну да, я пережил битву с Темным Лордом вовсе не для того, чтобы помереть на тренировочной площадке полетов, – согласился я. – Нет уж лучше я для начала освою управление метлой как следует, а уж потом буду летать выше.

Я проследил за Малфоем, который отважно парил в небесах. Впрочем, мальчишка родился в магической семье, и он хвастался еще до урока полетов, что не раз летал со своим отцом. Вроде как даже летал сам по себе, хотя в этом я подозревал изрядную толику бахвальства. Но кто в здравом уме отпустит одиннадцатилетнего мальчишку летать на метле?

Мадам Трюк не нашлась, что мне возразить, так что под хохот и улюлюканье Малфоя я потихоньку осваивался с метлой. Честно говоря, ее определенно стоило модифицировать. Ну, там сделать на ней удобное сиденье, приличный руль, какие-нибудь крепления, чтобы не свалиться. В итоге, моё воображение нарисовало практически летающий мотоцикл. На меньшее я был не согласен. А лучше всего – летающий автомобиль. Проще, безопаснее и... стоп. «Ведь у людей уже есть самолеты», – подумал я. Но, кажется, если я об этом упомяну, меня здесь не поймут.

Ладно. Метла, конечно, быстрее и проворнее, чем самолет. Это надо признать. Сцепив зубы, я принялся ее осваивать. Слизеринцы, конечно же, продолжали улюлюкать над Гарри Поттером. Что ж, теперь они узнали мою ужасную тайну. Я до ужаса боялся высоты. Это плохо, что вместо того, чтобы стать моими приспешниками, поганцы познали мой страх.

С другой стороны, я развернул метлу и задумчиво посмотрел на улюлюкающих детишек. Глаза мои зло сверкнули. А что будет, если попросту сбить кого-нибудь с метлы? Например, Крэба или Гойла. А лучше всего – обоих.

Я подождал, пока паршивцы снизятся хотя бы до высоты двух метров, а дальше резкие порывы ветра сделали свое дело. Гаденыши приземлились точно на задницы, а метлы им настучали сверху.

– Упс, вот как бывает! – невинно сказал я.

Драко Малфой приземлился рядом, откровенно хохоча над своими приспешниками.

– Поттер, это ты сделал? – протянул он уважительно.

– Ага, – согласился я.

– Но как ты колдуешь без палочки? – потрясенно спросил он.

Я посмотрел на мальчишку. Упс, точно, совершенно забыл! Палочка, насколько я понял, служила местным магам чем-то вроде концентратора силы. Она очень сильно сужала луч воздействия, но зато магия выходила довольно могущественной. Надо признать, изобретение хорошее. В этом плане у жезлов и посохов фокусировка значительно слабее. Но если нужно захватить заклятьем большую территорию, то определенно требуется что-то иное, чем простая палочка. Более или менее для этого подходила моя палочка с пером птицы Рух.

Я задумчиво посмотрел на Малфоя.

– Ты же понимаешь, что магия находится внутри тебя, она не в палочке?

Глаза Драко дрогнули.

– Э, ну да, конечно! Но как ты колдуешь без палочки? – повторил мальчик.

– Я просто направил поток энергии, добавив туда воздушную стихию, – ответил я, пристально глядя на Драко.

«Неужели никто никогда его этому не учил? Конечно, не каждый сможет, но ведь, по сути, это азы. Просто я довольно сильный маг и долго тренировался. Но уж слабый-то ветерок Драко должен быть способен создать».

Драко помотал головой, когда я задал ему этот вопрос:

– Нет, я ничего подобного не умею, – признал мальчик. – А ты научишь, Поттер?

– Да, почему бы и нет, – махнул я рукой. – Простейшая магия стихий.

Присутствовавшие рядом Невилл и еще несколько гриффиндорцев тут же загорелись попробовать. Несколько ребят с Когтеврана и Пуффендуя тоже захотели присоединиться. Так что оказалось, что после уроков я стал подрабатывать репетитором стихийной магии. Ну что ж, неожиданно. Но, по крайней мере, все забыли о том, что я до ужаса боюсь высоты.

Глава 15. Карут

Я крался в темноте по Запретному лесу. Каждый шорох ветвей заставлял меня настороженно прислушиваться к ночной тишине. Честно говоря, больше, чем ночных тварей, я опасался преподавателей. Вдруг кто-нибудь из них все-таки проверяет лес на предмет полезших туда первокурсников? Ясное дело, что от старших курсов преподаватели, скорее, ждали такого поведения. Иначе зачем на территории школы держать место, подобное Запретному лесу? Все эти запреты в него ходить, буквально кричали: «Эй, как только станете достаточно сильными, докажите, что мы хоть чему-то вас научили. Пройдите Запретный лес вдоль и поперек. А потом желательно еще по диагонали. Иначе как мы узнаем, что вы готовы к жизни в волшебном мире?» Что-то вроде того.

Но я-то был первокурсником, и, подозреваю, их действительно не хотели пускать в Запретный лес. Так что приходилось скрываться. К тому же, по слухам, здесь обитала куча всяких разных ужасных и опасных тварей. То, что мне надо, чтобы утолить любопытство. Я от корки до корки прочитал учебник по волшебным существам, имевшийся в распоряжении первокурсников, но подозревал, что в Запретном лесу может найтись что-то, выходящее за рамки учебника. Так что еще я поискал все доступное про разных волшебных существ этого мира в библиотеке. Однако не особенно преуспел с этим. Я и так нахватал кучу книг сверх учебной программы и теперь мне выдавали их не слишком охотно, ожидая, что верну предыдущие.

Как бы то ни было, прочитав от корки до корки учебник, я решил, что готов к встрече с таинственным и неожиданным. Отправляться в темный лес днем было самоубийственно – меня наверняка бы поймал Хагрид. Так что время вылазки я определил ночью. Как раз в тогда в моем родном мире просыпаются самые опасные существа. И лес превращается из убежища разбойников, способных отобрать у вас кошелек или жизнь, в пристанище жутких кошмаров, которые могут отобрать значительно больше.

Пробираясь темными тропами, я размышлял, что хорошего могли спрятать местные волшебники в лесу. Во-первых, схрона удобнее не найдешь. Это вам не какой-то там запретный коридор на этажах Хогвартса, в который почему-то детям велели не лезть. Ну, то есть кто и правда ждет, что они туда не полезут? Я и сам планировал навестить этот коридор в скором времени. Но Запретный лес привлекал меня куда больше. Здесь могли быть настоящие тайники, как волшебников, преподававших в школе, в том числе и тех, кто давно почил, так существ, которые обитали в этом лесу задолго до основания Хогвартса.

По мере того, как я продвигался в лес, он становился все темнее и гуще. Некоторое время спустя я вышел на заинтересовавшую меня поляну. Здесь росли блестящие белоснежные цветы красивым кругом. В темноте они едва заметно светились. К сожалению, я пока что не настолько хорошо познал гербологию этого мира, чтобы сказать, что именно это были за цветы и для чего они нужны. Но твердо решил, что парочка мне с собой пригодится.

Не успел я сорвать несколько, как на поляну ворвались с недовольным писком злые пикси. Вот про этих в нашем учебнике ухода за магическими существами было написано однозначно. Недружелюбные. Так и оказалось. Мелкие синие зловредные существа принялись метать в меня камни, хватать за ноги, а несколько поганцев взлетело и попыталось утащить меня в воздух. Я припомнил: в учебнике говорилось, что вообще-то они способны скинуть свою жертву с нехилой такой высоты. А высоты, я, напоминаю, боюсь до дрожи.

Так что без особых размышлений я взмахнул рукой, разжигая пламя. Получилось что-то типа огненной полосы. Пикси испуганно завопили. Волшебника, который владел чем-то подобным, не используя волшебные палочки, они, наверное, не видели. Впрочем, возможно, они были недостаточно разумны, чтобы размышлять про волшебные палочки. Но вот пламя и лес – это плохое сочетание. Это понимали даже пикси. Я осознал это мгновение спустя, когда несколько капель пламени упало на землю. Пришлось тут же стремительно тушить их любимыми замшевыми туфлями.

Пикси приободрились, когда пламя погасло. «Ну уж нет, гаденыши», – сказал я твердо. И в следующее мгновение разжег шар темной энергии. Разжигался он плохо. Пикси испуганно взвизгнули. Первый же шар вмазал по ближайшему пикси. Но, к счастью, для паршивца он был слишком слабым, чтобы размазать его в мокрое пятно. Его лишь отбросило к кореньям в направлении от меня. Еще несколько шаров – и пикси разбежались с возмущенным визгом.

Набрав цветов в «ведьмином круге», – так подобное явление называлось в моем мире – я отправился дальше. Теперь моей целью были самые старые деревья этого леса. Я искал те, у которых толщина превышала хотя бы два человеческих обхвата. Если ищешь старинный клад, ищи старинное дерево. Все нормальные закапывают, как известно, клады либо под деревом, либо пристраивают его в большое дупло. Вообще говоря, это глупая тактика, ведь об этом все прекрасно знают. Но почему-то из века в век люди совершают одни и те же ошибки.

Углубившись в лес, вскоре я нашел то, что нужно. Это был огромный раскидистый дуб. Не меньше четырех обхватов руками, а значит, лет ему было прилично. Не одна сотня наберется. Я принялся осматривать дерево в поисках дупла. Оно обнаружилось значительно выше человеческого роста, что играло только на руку. «Значит, со временем оно перенеслось наверх», - прикинул я. К тому же, дупло выглядело старым, очень старым. Так что я решительно принялся карабкаться по дереву.

Это не понравилось его обитателю. С недовольным визгом на меня напрыгнуло крошечное зеленое существо, состоящее из веточек и листиков. Я читал о таких – лукотрусах. Местная фауна изобиловала всякой мелкой вреднючей дрянью. Я уже хотел было схватить существо и сжать, но все же что-то меня удержало. Вроде как они довольно умные. Не то чтобы прям обладали высоким интеллектом, но все же.

Лукотрус напоминал крохотного зеленого человечка, будто составленного из палочек и листиков. Да и я потревожил его дом, так что он, пожалуй, имел право на свою маленькую ярость.

–Успокойся, не собираюсь я вредить твоему дереву, – сказал я недовольно, ухватив паршивца покрепче. – Прекрати кусаться. И пинаться тоже не надо. Эй, моё ухо!

Хитрый лукотрус вывернулся и цапнул меня за ухо. Ну, спасибо! Ещё не хватало, кроме шрама на лбу, шрама на ухе.

–Так, я тебя сейчас сброшу отсюда! – свирепо сказал я.

Но исполнять свою угрозу не стал. Уж слишком нелепым и умильным выглядело это существо. Да, Темные Властелины не уничтожают все подряд. Это я уже говорил, да. Один лукотрус был, на мой взгляд, вполне безобиден. Так что я попросту сунул его в карман, откуда он принялся выбираться, недовольно барахтаясь. Однако вскоре его барахтанье сменилось подозрительным чавканьем.

Я вспомнил про леденцы, которыми меня угостил Дамблдор. Ах, вот же черт! А ведь я собирался угостить ребят-первокурсников. Когда я добрался до дупла, голова лукотруса высунулась из моей мантии.

– Ну сейчас, где я тебя посреди леса карамелек лимонных возьму? – фыркнул я. – Давай-ка отрабатывай!

Я вытащил лукотруса из кармана и запустил в дупло. Ничего подозрительного оттуда не раздалось. Малыш вскоре вылез с недоуменной физиономией. Ну да. Признаюсь, я просто проверил, нет ли там хищников. Знаете, прежде чем пихать руку в какое-нибудь огромное дупло, стоит проверить – вдруг там живет жуткая ядовитая змея или еще какая-нибудь тварь. Или, на худой конец, завалящий филин. В этом мире все помешались на совах и филинах.

Я запихнул руку в дупло и принялся его обшаривать. Так, остатки чего-то. Гнезда. Немного скорлупы. Веточки, пыль, грязь, листики. Шерсть. Еще немного шерсти. Еще кучка грязи. Птичий помет. Да, пожалуй, все эти ингредиенты стоило собрать в отдельные баночки и принести потом на зельеваренье. Может, что сообразить можно. Вполне возможно, что это был какой-нибудь драгоценный помет очень редкой птицы – кто его знает.

В моем мире такие ингредиенты для зелья иногда требовались. Но я упорно искал что-то поинтереснее. И вот, наконец, когда я почти разочаровался, мне удалось отыскать несколько монет. Я достал их. Как я и надеялся, это были вовсе не галеоны, сикли или кнаты. О, нет! Это были маленькие старинные бронзовые монетки, потемневшие от патины. Их сохранило само время.

Я с интересом разглядывал монеты, припоминая то, что успел усвоить на уроках человеческой истории в школе Дадли.

– Короче, это примерно времена кельтов, – пробормотал я.

Неплохая добыча. Вполне возможно, что в мире людей или волшебников за них даже что-то можно было выручить, но мне было просто интересно.

Что ж, отлично! Теперь поищем что посерьезнее. Я спустился с дерева, отпустив недовольного малыша, который, впрочем, кажется, теперь был ко мне куда более благосклонен и просто наблюдал с любопытством. Я извлек из кармана складной нож, который мне подарил Дадли… Ну хорошо, который я просто забрал у Дадли, не особенно спрашивая. В конце концов, родители ему еще купят.

Я принялся обкапывать корни старого дерева. Поближе к стволу. Где-то здесь определенно должен быть клад. Будь я, ну скажем, древним волшебником, которому приспичило посреди ночи закопать на будущее какую-нибудь ерунду… С чего бы это? Почему бы не хранить ее в сундуке в собственной спальне? Ну ладно, или, скажем, авантюристом, которому срочно надо было припрятать награбленное. Да, вот это вероятнее.

Кто-то, наживший добро нечестным путем, стремившийся от него избавиться, пока у него не нашли. Чтобы потом, через пару лет или даже десяток, вернуться и все забрать. К моему разочарованию ничего подобного под корнями дерева не нашлось. Вполне возможно, что так когда-то его и использовали, но, видимо, все авантюристы просто пришли потом за своим честно нажитым.

«Или не рискнули закапывать в этом лесу», – подумал я, встретившись глазами с существом, которое уже довольно долго за мной наблюдало. Глаз у него было много. Удручающе много. А еще он был очень похож на паука, вот только пауки в моем мире не такие огромные. А эта хреновина была ростом с приличную собаку.

Паук наблюдал с большим интересом, но, поняв, что я его заметил, решительно двинулся в мою сторону.

– Ха! Всего лишь один жалкий слабый паук», – стараясь не выдать дрожь в голосе, я распрямился и зажег в руке пламя.

Ах, ну да, пламя и лес – плохая затея. Погасив его, я разжег в другой руке шар темной энергии. Паук притормозил, но решительно клацнул зубами.

– Ха! – повторил я и тут услышал вокруг подозрительное клацанье.

Оно раздавалось буквально со всех сторон. Словно мне вторили. «Ха-ха!» – сказала и проклацала через темень немаленькая такая стая гигантских пауков, окружившая меня со всех сторон.

– О-оу, делаем ноги! – проворчал я.

Швырнув магический шар в ближайшего, я решительно ринулся вперед. Одним прыжком я оказался на пауке, оттолкнулся от него и побежал дальше. Стая многоногих загонщиков неслась следом. А между прочим, я в теле всего-навсего одннадцатилетнего мальчишки. Вокруг дремучий лес, ветки хлещут по лицу, коряги попадаются под ноги. А они, в отличие от меня, этот лес как свои шесть ног знают. Или восемь.

«Акромантулы», – припомнил я название этих тварей. Весьма недружелюбные, хотя, говорят, вырастая, могут даже оказаться разумными.

– Эй, ребят, может договоримся? – крикнул я, обернувшись через плечо. – Ну, там, скажем, я вам потом приведу овцу, если вы меня отпустите. Или теленка. Или просто ведро жуков. Каждую неделю регулярно поставлять мясо буду. Могу приводить учеников! – крикнул я в отчаянии, хотя, конечно, не собирался так делать.

О, нет. Единственное, что они бы от меня получили в случае подобной сделки, – это знакомство с огнеметом из боевиков, любимых Дадли. Пауки продолжили молча и хищно меня преследовать. Похоже, они еще не доросли до той стадии, когда проявляли чудеса разумности.

Мне оставалось лишь прибавить скорость. Я удирал от своих многоногих преследователей со всех ног. Вот только у меня их было две, а у них то ли шесть, то ли восемь. Не помню я сколько, а посчитать на бегу никак не удавалось, уж извините. Приходилось откидываться фаерболами и темными шарами вперемешку.

Огненная магия давалась мне не хуже темной, но я опасался поджечь лес. Что касалось применения темной магии рядом со светлой школой, сами понимаете. Короче, из двух зол. То ли лес поджечь, то ли самому из школы со свистом вылететь, а то и загреметь в Азкабан, местную тюрьму. Ни того, ни другого мне не хотелось. Приходилось проявлять гуманность изо всех сил.

«Если все-таки догонят, сожгу во имя великих демонов», – мрачно подумал я, – «Вместе со всем лесом». Достали уже!» Нахально щелкая челюстями, один из пауков практически вцепился мне в ногу.

– Это мое! – я вмазал по нему кулаком, а затем темным шаром.

Кое-как отбившись, я ринулся дальше. Да уж, сходил за сокровищами! Признаться честно, в своем родном мире последнее время я разленился. И за сокровищами отправлялся в основном в компании небольшого отряда. Роза или Луиза с собой. Так что самому и делать-то почти ничего не приходилось. А тут вот тряхнул стариной в одиннадцать лет.

Неожиданно послышался топот. Этот звук я бы, пожалуй, узнал из тысячи. Звук приближающихся копыт. Кто-то спешит на помощь. Да очнись, дурень! Ты не в своем мире. Здесь нет ни Розы, ни Луизы, ни Рабастана, чтобы тебя спасать. Да даже лошади-то у меня в этом мире не было.

Так что от топота не следовало ожидать ничего хорошего. Так и оказалось. Не успел я прицелиться в того, кто стремительно приближался, как меня схватили с земли сильные руки и забросили себе за спину. Я испуганно вцепился то ли в лошадь, то ли во всадника. Это был кто-то, чей мощный голый торс торчал прямо из лошадиного тела.

Он решительно раскидал копытами подступавших к нам пауков, перескочил их и помчался в лесную чащу. Оставалось лишь покрепче ухватиться за своего спасителя. Ну, как, спасителя? На самом деле, спасителем он был для пауков. Они все-таки меня уже практически нагнали.

Наконец, мы остановились. Отдышавшись, кентавр – это был он, я вспомнил изображение из книжек – спустил меня на землю.

– Спасибо! – я прекрасно понимал, что спасал он определенно не пауков. Что ж, не стоит его разочаровывать.

Я с интересом пригляделся к кентавру. У него были черные жесткие волосы и мрачные злые глаза.

– Человеческий детеныш, тебе не место в лесу! – прорычал он.

– Э-э-э, да, сэр, – не стал спорить я.

Кажется, в этом мире, если ты провинился, стоило сказать «сэр», и все волшебным образом налаживалось. По крайней мере, ученики школы так обычно и делали. Даже с Северусом Снейпом более или менее прокатывало. Он максимум баллы снимал.

Кентавр пристально сверлил меня взглядом. Смотрел он прямо на шрам.

– Гарри Поттер! – медленно протянул он.

Да, Мальчик-Который-Выжил, всякое такое.

– Спасибо вам, выжил во второй раз, – смущенно улыбнулся я, глядя в глаза кентавра. Тот все еще выглядел сердитым.

Не то чтобы здесь кентавры сильно любили Гарри Поттера – понял я. Я порылся в памяти, пытаясь вспомнить, не были ли они на стороне Пожирателей Смерти. Хотя каким бы это образом? Пожиратели же за чистоту крови и всякое такое. А тут прямое надругательство не то, что над чистотой крови, но над самим понятием ДНК в принципе.

Я задумался, кто и в какие древние времена решил так оригинально сэкономить на коннице. «Интересно ему, овса жалко было, что ли?» – подумал я. Ведь наверняка кентавры питаются не тем же, что едят лошади.

– Уходи, человеческое дитя!

– Да, ладно, – сказал я, разглядывая кентавра и гадая, что же тогда побудило его меня спасать, если ему так уж не нравится Гарри Поттер.

Да и человеческие дети, как выяснилось, в принципе.

– А как вас зовут, сэр?

– Бэйн! – выплюнул кентавр, круто развернувшись. Он недовольно всхрапнул, чисто на лошадиный манер. – Проваливай отсюда. Это территория моего народа.

– И пауков, видимо, – пробурчал я.

– Моего народа, – сурово поправил кентавр.

– Да, хорошо. – Я отряхнулся. К сожалению, оказалось, что подол мантии изрядно порвали пауки. – Я твой должник, Бэйн. Если тебе понадобится, – я гордо распрямился. – Позови, и я сделаю все возможное. – добавил я тише, вдруг вспомнив, что нахожусь в теле одиннадцатилетки и не могу пообещать ему прихода темной армии ради спасения кентавров.

Бэйн, обернувшись, посмотрел на меня через плечо с интересом:

– Я запомнил! – бросил кентавр и скрылся в лесной чаще.

Мне предстояло выбираться отсюда. Ну или поискать еще немного сокровищ. Я пожалел, что не успел окликнуть Бэйна и спросить его. Вдруг он знает, где зарыто что-нибудь стоящее? В конце концов, кентаврам оно явно ни к чему. Да они даже одежду не носят!

Убедившись, что пауков поблизости нет и пикси тоже не наблюдалось, я отыскал самое большое дерево и принялся рыться в его корнях. Наградой мне стали две римские монетки, какая-то железка, судя по всему, относившаяся ко временам кельтов, и небольшая медаль. Я просканировал ее и с удовлетворением обнаружил старинное заклинание. О, защита, притом неплохая. «Жалко сам талисман изрядно покрылся ржавчиной», – подумал я.

Запихав свои находки в карман, я отправился обратно в замок, жизнерадостно напевая. Ну что ж, вот и с кентаврами познакомился.

Они, если честно, были одним из самых загадочных видов в этом мире. «Нет, ну серьезно, как этому древнему магу вообще в голову такое пришло», – задумался я. – «А главное – как это у него так получилось? Трансфигурация? Или эксперименты с самой ДНК?»

Понимали ли вообще маги этого мира, что они делают, когда занимались магией? Благо никаких упоминаний об этой самой ДНК и прочих человеческих достижениях науки за последние столетия во время уроков я почти не встречал. Казалось, волшебники решительно отгородились от всего магловского.

Разве что так называемых грязнокровок еще пускали в свои ряды, и те поначалу охотно делились знаниями с подрастающим поколением волшебников. Но что могли рассказать одиннадцатилетние дети о своем мире? Да, они в основном предавались очень серьезным спорам о том, что лучше – футбол или квиддич. Я считаю, что однозначно – футбол. Во время игры в него ты точно не свалишься с огромной высоты и не разобьешься насмерть.

Глава 16. Карут

На следующий день Хагрид, ведший у нас уход за магическими существами, показывал лукотруса. Я с интересом пригляделся к зеленому малышу. Не тот ли это самый, что повстречался мне недавно в лесу? Нет, вроде не он.

Хагрид показывал нам, как его кормить, рассказывал об особенностях расы маленьких зеленых существ, условиях их обитания. И продемонстрировал, как малыш с удовольствием ест мокрицу. Сам великан почему-то выглядел до нельзя расстроенным. Хотя обычно, показывая очередное магическое существо, он счастливо ворковал и буквально весь светился, чувствуя себя нужным.

«Не так уж ему и нравится быть громоздким отшельником в своей хижине», – отметил я про себя.

Хагрид радовался, просто взаимодействуя с очередным магическим существом. Великан искренне любил свою работу.

– Хагрид, что-то случилось? – поинтересовался Рон, когда расстроенный вид лесника было уже невозможно игнорировать.

Хагрид мрачно сжал пудовые кулаки.

– Кто-то убил нескольких пауков в лесу! – пробасил он зло.

Я вздрогнул.

– Я нашел бедняг недалеко от ручья.

– О, вот как, – проговорил я задумчиво.

– Да, Гарри, кто мог пойти на такую дикость? – глаза великана были готовы вот-вот наполниться слезами.

– Ну, например, кто-то, кого они пытались сожрать, – пробурчал я себе под нос.

Хагрид нахмурился.

– Что ты имеешь в виду, Гарри?

– Ну, это, гигантские пауки, они ведь хищный вид, – напомнил я. – Вроде как охотятся на все живое в округе, что только им попадется.

– Вовсе нет, пауки очень милые! – всерьёз заявил великан, и я не осмелился оспаривать это утверждение.

Он снова вернулся к теме лукотрусов. Оказалось, что они едят яйца докси и фей.

– Они настоящие милашки, – жизнерадостно заключил Хагрид.

Девочки радостно ворковали с зеленым существом. Мальчишки реагировали по-разному, Дракон Малфой так и вовсе скривился. Я последовал его примеру.

– Э, подожди, Хагрид, то есть они буквально едят яйца фей? – уточнил я.

– Ну да.

– И ты находишь это милым? – я не мог поверить своим ушам. – Ведь феи – это же такие маленькие летающие человечки.

Книгу по волшебным существам я изучил вдоль и поперек до самого конца. Ну так, чисто на всякий случай, мало ли с чем встречусь в Запретном лесу.

– Ну да, – после некоторого размышления признал Хагрид. – Феи именно такие.

– И тебя умиляют существа, которые пожирают их яйца? – уточнил я еще раз. – Яйца, из которых вылупляются детеныши фей.

– Фея – полуразумная раса, – с умным видом заявил Дин Томас.

– Полуразумная? Это как? – нахмурился я. – Бывают или разумные, или нет.

– Ну, с феями можно договориться. Например, попросить украсить вечеринку. Они ужасно тщеславные, – похвалилась знаниями Гермиона Грэйнджер. - И красивые.

Я посмотрел на Гермиону.

– Если с кем-то можно договориться да он еще и тщеславный, то это определенно разумная раса! – фыркнул я. – Так значит, наши маленькие невинные зеленые малыши пожирают яйца разумных существ?

Хагрид замялся и пошел пятнами:

– Ну, в общем, можно сказать и так.

– Интересно, что бы они делали, будь размером побольше? – я посмотрел на невинного малыша, уплетающего очередную мокрицу. – Ну там, двух или пятиметровыми. Как бы они отнеслись к бескрылым человечкам?

Я злорадно ухмыльнулся, увидев, что все мои сокурсники, включая слизеринцев, позеленели и одновременно уставились на невинное зеленое существо.

– Ну, они не вырастают настолько большими, – содрогнулся Хагрид. – Главное, чтобы никому не пришло в голову их увеличить.

Я с удовольствием представил, как зеленые малыши пополняют ряды моей армии. А потом немножко увеличивающего зелья – и Владыка Света падет. О, да. Падет на колени. Ну или разворачивается и очень бодро бежит в другую сторону, подальше от моих земель. Вместе со своей поганой армией. Короче, моя улыбка становилась все шире.

– О чем замечтался, Гарри? – улыбнулся Рон.

Я посмотрел на него. Ответить правду? Как любит говорить Хагрид, «Кажется, это было чревато неприятностями».

– Да так, просто подумал об открывающихся перспективах.

– Перспективах? – заинтересовалась Гермиона Грэйнджер. Честолюбивая дочка дантистов, что бы это ни значило, любила перспективы. Она любила порассуждать о перспективах, скажем, становления работником в Министерстве магии.

– Ну да, о перспективах дальнейшего изучения волшебных существ. – сделал я умное лицо. – В ДНК бы их поковыряться.

Нет, ни хрена я не смыслю в ДНК, если честно. Просто вычитал умную фразу в какой-то книге. Но мне правда было интересно, насколько ДНК волшебных существ отличаются от ДНК неволшебных. Есть ли разница? В моем мире ни о каком ДНК ничего не слышали. Были просто существа волшебные и неволшебные, да и все.

Я посмотрел на Хагрида Вот он, например, насколько сильно отличается от людей? От великанов.? Как его появление на свет вообще было возможным? Кто в кого влюбился? Жаль, что неудобно задать такие вопросы прямиком в лоб. Но с десяток Хагридов в моей армии изрядно бы повысило боевой дух. Эх!

Впрочем, с великанами моего мира люди упорно не желали скрещиваться, а старательно их истребляли. «Ну, как и в этом, наверное…» – подумал я, вспомнив то, что читал в «Магической истории». Надо бы почитать ее повнимательнее. Может, там есть что-то еще интересное – не только про великанов.

Глава 17. Гарри

Первый бой Гарри запомнился, он же угрожал, стать последним. Если раньше он думал, что первый бой – это была деревня орков, где ему, собственно, не пришлось практически ничего делать, кроме как всех останавливать и мирить, то на этот раз все было серьезнее. Светлое воинство, ворвавшееся в земли Темного Властелина, было значительно больше, чем ожидала Луиза.

Сначала все шло по плану. Отряды Света угодили в заранее расставленные темными западни. Гарри практически ничего не пришлось делать. Ну, поначалу. А потом оказалось, что светлые все прибывают и прибывают. Луиза и Роза, охранявшие Гарри поодаль от основного места действия, решительно кинулись в битву.

– Оставайтесь здесь, Господин! – посоветовала Луиза.

А Роза лишь презрительно фыркнула, не сказав ничего. Гарри благоразумно последовал совету кошки. В конце концов, его подготовка оставляла желать лучшего. А, главное, ничего, кроме ужаса от происходящего он не испытывал. Стрелы лучников, спрятавшихся в засаде разили точно в цель. Они врезались в ряды людей в светлых одеждах, оставляя кровавые раны и упавшие тела. Темные воины умело орудовали мечами, встречая незваных гостей.

Крики сражавшихся, звон мечей, ржание и топот лошадей, все равно это все проникало в уши, заставив Гарри на несколько минут оцепенеть. Одна его часть ужасалась, другая же напротив смотрела на сражение пристально, оценивая обстановку. Несколько раз пущенные светлыми лучниками стрелы почти долетали до Гарри. Да и заметившие Темного Владыку воины пытались прорваться к нему. Но их останавливали по пути темные.

Постепенно обстановка накалялась. Светлых было слишком много. Даже не обладая боевым опытом, как мальчик, не трудно было понять, что изначальный план темных буквально трещит по швам. Он бы сработал, если бы светлых было примерно столько, сколько ожидалось по отчетам шпионов Луизы. Но, похоже, светлые решили ударить сильнее, чем ожидалось. Гарри не мог оставаться в стороне, когда, увидел, как девушек теснят светлые и вот-вот убьют. Так что он пришпорил доставшегося ему коня и попытался сделать хоть что-то. Швырнул фаербол в того, кто тянулся мечом к горлу Луизы. Бросил другой фаербол в сторону того, кто пытался убить Розу. С ужасом отыскал взглядом Рабастана, которого уже сбили с лошади и могли вот-вот прикончить. Гарри бросился туда.

К счастью, его конь был боевым конем Темного Властелина. Он умело работал копытами, отшвыривая любую опасность подальше от своего всадника. Можно сказать, что Рабастана спас именно конь, а не сам Гарри. Конь танцевал на задних копытах, мощно ударяя передними в каждого, кто пытался убить человека, нередко угощавшего его морковкой. Гарри принялся лупить вокруг огненными шарами, которые уже неплохо навострился делать. И кажется, его присутствие подняло темному воинству боевой дух.

На некоторое время на поле боя установилось хрупкое равновесие. Дополнительные отряды Тьмы то выскакивали из леса, то обстреливали противников из луков. Все как договаривались заранее. В какой-то момент Гарри почудилось, что наступает перелом. Темное воинство, наконец, выигрывало. Не считая того, что вокруг был кромешный ужас, Гарри даже обрадовался. Скоро это все должно было закончиться. Умиравшие люди, лошади, молодые парни, валяющиеся на земле, проткнутые стрелами. Гарри даже не мог с уверенностью сказать, кто к чему воинству относится.

Светлое воинство носило в основном светлые одежды, но, смешиваясь с грязью, они становились не такими уж и светлыми. А темные воины отнюдь не все были одеты совсем уж в черное. Некоторые предпочитали серые тона.

-Корут! Корут! - к Гарри подъехал один из темных военачальников.

Кажется, вельможа, вроде бы барон или герцог. Мальчишка не запомнил точно.

– У нас проблема. Прибыл гонец с востока. То, что происходит здесь, – обманный маневр. Светлые пытаются взять твердыню.

– Что?

– Светлые бьют с востока! – рявкнул в лицо оторопевшего Гарри барон. – Понимаешь, это обман. Их основные силы не здесь. – Он показал на окровавленного перевязанного парня на еле живой лошади. – Его послал твой сын Стюарт. Светлые идут с востока! – повторил барон.

И что полагалось делать одиннадцатилетнему мальчишке в этом случае?

– Э-э-э, ну-у.

Гарри знал, что отступать здесь нельзя. За их спинами буквально были темные деревни, деревни людей, которые ожидали защиты и помощи. Они проезжали их на пути к сражению. И то, что мальчишка видел их собственными глазами, помнил лица людей, которых они защищают, помогало ему пережить происходящее. Но там, с другой стороны, были темный замок и его сын Стюарт. Ну, то есть не его, но...

– Стюарт повел воинов на перехват! – крикнул Барон.

– Что будем делать? – Гарри проморгался.

К счастью, рядом возникла Роза.

– Нельзя допустить, чтобы светлые взяли твердыню! – отрезала демоница. – Их надо отбросить!

А Гарри вдруг сообразил, что воинства у них катастрофически мало. Большую часть он привел сюда. И его и здесь едва хватало. Он знал, что армия Тьмы значительно больше, но они не собирали больших сил, чтобы отбросить небольшую воровскую вылазку. Предполагалось, что это что-то вроде набега орков, только побольше. Светлые части нередко так делали. Не собирать же всю темную армию каждый раз? А тут вдруг оказалось, что это обманный маневр и идет полноценное вторжение? Так что ли? Гарри пытался придумать хоть что-то. Что-то, что должно всех спасти. Или хотя бы его людей.

– Мы не можем их там бросить! – ужаснулся Гарри. – И не можем уйти отсюда.

Мальчик в отчаянии осматривал поле боя. Если мгновение назад он считал его худшим местом во вселенной, местом, где умирали люди, то теперь оно стало в два раза ужаснее, потому что Гарри должен был быть одновременно в двух местах вместе с неистовым воинством. Защищать деревни и темный замок и спасать надоедливого заносчивого Стюарта. А с другой стороны, никак нельзя было уйти отсюда.

– Рабастан! – крикнул Гарри. – Ты остаешься здесь за главного.

– Ага! – едко ответил Рабастан - Мы не можем остаться здесь. Надо отбивать основное нападение. Потом вернемся... И добьем оставшихся светлых.

– Не вернемся, – отчетливо понял Гарри. – То есть вернемся, но когда будет поздно. Темные деревни за нашими спинами они уже вырежут.

В том, что сделают светлые, мальчишка почему-то не сомневался. Кажется, в этом мире Свет только назывался Светом. Ну или в фильмах многого не показывают.

Глаза Гарри метались. От него ждали решения. Решения, которое он был не в силах принять. Мальчик увидел: какой-то светлый в белом плаще вонзил меч в одного из тех, с кем Гарри тренировался во дворе замка. Мужчина в одеждах темной армии упал как подкошенный. Он задергался на земле, слабо захрипев, и светлый опустил меч, добивая его. Гарри ощутил, как ярость затапливает его свирепой волной. Как будто внутри него развернулось цунами.

Мальчик, ничего не сказав, пришпорил лошадь и рванулся прямиком на светлые ряды в одиночку. Гарри сам не узнал свой рев, не понял, почему поднял руки. Из них исторгалась Тьма. Мощная темная волна, вырвавшаяся наконец наружу, смешавшись с пламенем. Это было что-то, что тело, в котором находился Гарри, делало неоднократно. Что-то, что на мгновение заставило вдруг в совершенно другом мире настоящего владельца тела вздрогнуть и посмотреть на свои руки. Кто-то пользовался его силой. Кто-то выплескивал ее, не задумываясь. Обрушивая на ряды светлых, обращая в бегство тех, кто уцелел.

Наконец, закончив, Гарри развернулся к Рабастану, Луизе и остальным.

– Мы едем на помощь Стюарту! – отрывисто бросил он и пришпорил коня.

Обернувшись, Гарри увидел, что темное воинство следует за ним. Примерно минуту спустя мальчик сообразил, что дело плохо. Придержав коня, он позволил Розе нагнать себя.

– Я не помню, в какую сторону нам ехать. В какой стороне замок, – тихо признался Гарри.

Он совершенно запутался в незнакомой местности, а лес позади них выглядел совершенно одинаково – что на запад, что на восток.

Роза хмыкнула и поехала вперед. Так что получилось, что Гарри следовал за демоницей, а темная армия следовала за Гарри. «Только бы успеть!» – Гарри вспомнил надменное лицо юнца в зеленом камзоле. Почему сейчас не было ничего важнее на свете, чем спасти его? Ну и замок, конечно, и всех, кто в нем.

Глава 18. Карут

Я смотрел на свои руки не в силах поверить. У меня было полное ощущение, что только что я исторгнул мощную волну тьмы и пламени, причем одновременно, что мне почти никогда не давалось. Горло душил спазм. Перед глазами словно стояли лица светлых воинов, которых я убивал. Внушительная такая шеренга воинов, выходивших на прелесье. Я даже узнал место, нередко там прогуливался верхом вместе с Луизой. Розе не слишком нравились конные прогулки.

«Что происходит?» – растерянно подумал я. Ладони как будто жгло. Я сжал и разжал пальцы одиннадцатилетнего мальчика, чье тело служило моим прибежищем. Не может быть! До меня дошло. В этом мире никакого пламени из рук я сейчас не исторгал. Но что-то происходило в моем родном мире. И, видимо, это было что-то поистине ужасное, если Гарри Поттер, завладевший моим телом, принялся швыряться изо всех сил огнем и тьмой.

Я должен был немедленно вернуться! Я аж зубами заскрежетал. Мне хотелось вцепиться в пространство и начать царапать его ногтями, чтобы разорвать и открыть портал в родной мир. Должно быть, мое тело в опасности, это как минимум. А что, если в опасности не только я, но и кто-то другой? Роза, Луиза, Стюарт. Я в бессильной ярости сжал кулаки.

– Что случилось, мистер Поттер? В вас попало заклинание «Остолбеней»? – донесся до меня издевающийся голос Снейпа. – Или вы сварив не то, надышались парами зелья?

Я поднял голову. Так, точно. Урок зельеварения. Подземелье, Снейп. Вот где я нахожусь. Не самое подходящее место, когда тебе хочется разорвать примерно 100-200 человек немедленно. Хотя, с другой стороны... я посмотрел на бледное лицо зельевара и ухмыльнулся. Вернуться в свой мир я не мог. Зато было на ком выместить злость.

– Надышался парами? – издевательствательски сказал я. – Вовсе нет.

Я подыскивал какой-нибудь остроумный и злой ответ, который заставит волшебника вступить со мной в драку. «Стоп! Какая драка, идиот? Тебе же одиннадцать лет!» – проснулось благоразумие. – «К тому же, он преподаватель, нам в принципе запрещено драться!»

Эх, вот досада! Да, Снейп издевался, но он всего навсего хотел немного зацепить Гарри Поттера. Уж не знаю, за что он не взлюбил то ли меня, то ли настоящего владельца тела.

– Почему вы не сведете свою татуировку, сэр? – поинтересовался я с издёвкой. – Не самое лучшее украшение. Рабское клеймо вас не красит.

Лицо Снейпа передернулось и пошло багровыми пятнами.

– Вон, мистер Поттер! – проревел он.

Я послушно развернулся и вышел в коридор. Оказавшись за дверью, как и надеялся, я со всей силы саданул кулаком в стену.

–Чертов владыка света! – прорычал я. – Его бы в этот котел с головой макнуть!

Оставленный в кабинете котел как раз закипел до нужной кондиции.

Из стены медленно выплыл Пивз. Насколько я понял, призраки в Хогвартсе были довольно-таки безобидны. То ли их связали каким-то заклятием, то ли в этом мире призраки в принципе вели себя значительно тише, чем в нашемю Пивз явно собирался отколоть какую-нибудь из своих шуточек, но встретившись со мной взглядом, посчитал за лучшее немедленно вернуться обратно в стену

Я медленно выдохнул.

– Поттер, ты должен справиться! – прорычал я в пространство, надеясь, что мои слова достигнут ушей Гарри. – Не дай этим ублюдкам добраться до наших людей! Не дай этим ублюдкам захватить мои земли!

Неожиданно ладони нагрелись еще раз. На мгновение мне показалось, что вот-вот затопит знакомая волна ярости, ничего хорошего не означавшая в родном мире для тех, кто рискнул пойти против меня. Я уже отвык от этой своей маленькой особенности.

Приготовившись, я огляделся. К счастью, в коридоре никого не было. Ученики по-прежнему были на уроке зельеварения, а в подземелье Снейпа, помимо призраков и тех, кто приходил сюда обучаться, редко кто заглядывал.

«Что ж, ну подумаешь, разнесу стену. Надеюсь, золота Гарри Поттера хватит, чтобы ее восстановить». Я сделал медленный выдох и не менее медленный выдох, надеясь уменьшить разрушение, но ничего не последовало. Руки горели, я все еще ощущал злость, но это был скорее отголосок чужой злости. Никакой затапливающей сознания ярости.

Я довольно улыбнулся. Что ж, по крайней мере, тело этого одиннадцатилетнего мальчишки не преподносило подобных сюрпризов. Я не рисковал здесь очнуться посреди горы трупов. Уже неплохо.

Глава 19. Гарри

Роза мчалась во весь опор, и Гарри ничего не осталось, как последовать ее примеру. Он изо всех сил сжал ногами бока коня, надеясь не грохнуться по дороге.

Промчавшись мимо темного замка, они с облегчением убедились, что светлое воинство еще его не достигло. Значит, Стюарт и собранные им воины, все еще сражались. Гарри подумал об этом со смесью облегчения и страха.

Догнавший Гарри и Розу, Рабастан сказал, что отделится пока что от их армии, чтобы собрать подмогу с окрестных земель.

– С окрестных не выйдет, – крикнула Луиза, не останавливая коня. – Наверняка Стюарт собрал уже с них всех, кого мог. Езжай дальше. Рассылай ворон и зови на помощь. Если светлые решили вторгнуться всерьез, надо поднимать всех, кого сможем.

Рабастан кивнул. Он и еще несколько воинов отделились от уставшего отряда. Все остальные мужественно помчались следом за Гарри и Розой.

Вскоре они миновали большую переправу у мелкой реки и вылетели на равнину, где, собственно, и происходило сражение воинства Света и Тьмы. На этот раз светлых было значительно больше. И ловушки, в которые бы их удалось заманить, не было. Они сражались с горсткой темных воинов в открытую и, наверное, давно бы их победили, если бы в замке не оставалось несколько сильных магов. В том числе, как выяснилось, Стюарт.

Он был не из слабых. Парень отчаянно сражался мечом, одновременно ухитряясь посылать во все стороны шары темной энергии. Гарри аж залюбовался с гордостью. «Неужели это мой сын? – подумал он, затем тряхнул головой. Да какой это ему сын? Стюарт был старше практически вдвое. Но все равно то, что он жив, радовало.

Пришпорив лошадь, Гарри кинулся в гущу сражения. Он раскидывал фаерболы и шары темной энергии, втайне надеясь, что его снова захлестнет волна необузданной силы. Но она все никак не приходила. Вместо этого Гарри устал, так что ему пришлось взяться за меч.

Несколько светлых воинов буквально стянули его с лошади, с воплями: «Темный Властелин! Он здесь». Этого Гарри никак не ожидал. Роза и Луиза тоже. Они оказались далеко позади и не смогли прийти на помощь. Гарри оставалось отбиваться самому, пользуясь уроками Рабастана. И радуясь, что тот никогда не делал различия между Гарри и остальными своими воинами. Так что мальчик протянул с мечом аж целых две минуты. Но вскоре оружие из его рук выбили.

– Хана тебе, Темный Властелин, – жизнерадостно оскалился какой-то детина в светлых одеяниях, один из четырех, что захватили Гарри. Это напоминало те сценки, когда Гарри окружали, в школьной раздевалке или в школьном коридоре приятеля Дадли. Только вот те в худшем случае могли макнуть его головой в унитаз, а эти только что убили кучу народа. И теперь планировали сделать это с Гарри, пользуясь неожиданным бессилием Темного Властелина.

Мальчишка испугался. Он поднял трясущиеся руки и заставил в них разжечься хоть какой-нибудь фаербол. Вышло жалкое слабое пламя, которое ударилось о светлых и растеклось по ним, не причинив вреда. Похоже, это были вельможи, защищенные какими-то артефактами. Гарри пока слабо во всем этом разбирался, ведь учиться приходилось буквально на ходу каждый день и помногу. Он ударил огнем еще раз и еще. Но каждый – безуспешно. Его пламя было слишком слабым, а их защита слишком мощной. Но, по крайней мере, он не позволял им приблизиться, чтобы проткнуть мечами.

– Отец! – закричал кто-то сбоку, и Гарри увидел, как Стюарт на своей лошади бросается напролом к нему.

«Ох нет!» – подумал мальчик. Светлых между ними было слишком много. Но Стюарта это не останавливало. Избалованный до нельзя сынок Темного Властелина, которого в замке, если честно, не презирал только ленивый, отчаянно прорубался сквозь ряды светлых.

Кому-то удалось ранить его лошадь, и Гарри с ужасом увидел, что она вот-вот упадет. А это значило, что Стюарт погибнет вместе с ним. Ладони Гарри загорелись пламенем. Он развернулся к светломым, молча швырнул в каждого из них фаерболл размером с человека. Затем послал мощную огненную стену в тех, кто пытался остановить Стюарта.

Пару мгновений спустя Стюарт уже добрался до Гарри и, протянув руку, крепко ухватил его за локоть. Одним рывком Стюарт поднял его на свою лошадь. Сын орудовал мечом, одной рукой удерживая коня. Гарри же с двух рук посылал тьму и огонь.

– Проваливайте отсюда! – не своим голосом закричал Гарри, прущим навстречу ордам светлых. – Просто убирайтесь!

Мальчик отчаянно не понимал, что нужно всем этим людям в Темных Землях. В конце концов, они ведь ни на кого не нападали. Он собирался просто тихо править ими, пока не вернется настоящий хозяин тела. Ну или просто править ими до конца жизни, если так выпадет. Гарри не желал здесь никому зла. Но люди, которые вступили на эти земли, пришли убивать. Хоть они и были одеты в красивые светло-бело-золотые одеяния, Гарри не обманывался. Последствия их действий лежали прямо на земле в виде убитых людей, которых он знал.

– Убирайтесь! – заорал мальчик изо всех сил. – Империо!

Он сам не знал, для чего это выкрикнул. Но почему-то внезапно светлая армия дрогнула и остановилась, а затем развернулась под изумленными взглядами темных и замаршировала прочь.

Тяжело дыша, Гарри смотрел им вслед. Они просто уходили, будто зачарованные, словно под гипнозом.

– Пошли вон! – не своим заорал Гарри.

И как ни странно, Светлые продолжили ему подчиняться. Оставшаяся горстка темных лучников, подоспевших следом за остальными силами, вскинула было луки, чтобы начать поливать их стрелами, но Роза жестом остановила их.

– Не надо! Это заставит их очнуться. Пусть уходят, – сказала она. – Нам сейчас важно выиграть время, пока придут основные силы. – Они с Луизой встали по бокам от Гарри нерушимыми щитами. Стюарт стоял впереди с обнаженным мечом.

Мальчику пришлось простоять так еще час, тяжело дыша и мысленно контролируя светлых. Он сам не знал, как это делать. Он просто яростно желал, чтобы они убирались, и они уходили. Все дальше и дальше. Пока, наконец, совсем не скрылись из виду. Но и тогда он не сдвинулся с места и стоял так, пока не перестал чувствовать хотя бы слабый отклик от них. После Гарри просто упал на землю без сил.

– Повелитель, это было потрясающе! – склонилась над ним Луиза, счастливо улыбаясь. – Такого еще никто не делал. Вот точно могу поклясться за все анналы истории. Никто. Ни разу.

Гарри слабо улыбнулся девушке.

– Ну, значит, я был первым, – растерянно прохрипел Мальчик-Который-Смог-Применить-Империо.

Он понятия не имел, откуда знал это заклинание, но оно оказалось ему таким родным и знакомым. Гарри растерянно потер свой лоб в том месте, где должен был быть шрам. Но он оказался ближе к середине лба и совсем другой формы.

– Империо, – пробормотал он, проваливаясь в сладкое небытие, где можно было отдохнуть.

Где и когда он мог слышать это заклинание?

Глава 20. Карут

– Империо! – выкрикнул я.

– Поттер, вы охренели? – пораженно спросил Снейп, который подошел после урока, чтобы убедиться, что со мной все в порядке.

Первокурсники уже ушли на следующий урок, а я все еще стоял посреди подземелья, ощущая себя престранно, словно две реальности смешались прямо внутри меня. Мне даже на мгновение показалось, что я снова вижу светлую армию, причем куда больше, чем в прежнем видении. И еще ощущаю отчаяние, злость и бессилие одиннадцатилетнего мальчика, который оказался с ней лицом к лицу.

Я пораженно посмотрел на Снейпа. Окажись сейчас передо мной лицо Владыки Света, я бы не удивился.

– Эм, гм, ну… – пробурчал я невнятно.

Северус встряхнул меня за плечи.

– Поттер, да что с вами?

Я коснулся чужого шрама на лбу. Лоб горел.

– Ну, это... – Я вдруг ощутил себя Хагридом.

Причем Хагридом еще более косноязычным, чем полувеликан был на самом деле. – Кажется, я не очень хорошо себя чувствую, профессор, – признался я.

Северус выругался:

– Откуда вы вообще узнали о заклинании «Империо»? – прорычал он. – Это проходят позже!

«Хорошо, что я хоть палочкой махать не стал», – подумал я отстраненно.

Неожиданно Снейп рванул меня куда-то вверх, и я оказался на руках преподавателя зельеварения.

– Не дергайтесь, Поттер, я отнесу вас к мадам Помфри, – прорычал маг.

Я подобрал с пола отвисшую челюсть. Он же меня ненавидит… Так, стойте! Может быть, он собирается, ну там, скинуть меня с лестницы и всем сказать, что нечаянно оступился? Это было бы вполне в духе Северуса Снейпа. Но нет, кажется, он твердым шагом шествовал именно по направлению к медицинскому крылу.

– Да я могу сам идти.

Я представил, что будет, если остальные ребятишки увидят, как Снейп несет меня на руках. Насмешек не избежать. Да что там насмешек! От репутации Мальчика-Который-Выжил, не останется буквально ничего. Ничего геройского. Так что я проворно соскочил с его рук.

– Э, спасибо за заботу, профессор. Мне уже значительно лучше.

«Прямо настолько лучше, что никогда больше ближе, чем на пять метров к тебе не приближусь», – добавил я про себя. Иначе от репутации, что Гарри, что Темного Властелина ничего не останется.

Снейп посмотрел на меня неуверенно.

– Ну что же, рад, что вам лучше, Поттер, но я все же сопровожу вас к мадам Помфри.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как плестись вместе с ним в медицинский кабинет. «Так, интересно, а что, если мадам Помфри, продиагностирует мальчика и узнает, что он слегка одержим духом Темного Властелина из другого мира?» – подумал я.

Но отступать было уже поздно. Снейп привел меня к медичке. Она усадила меня на кушетку, стала расспрашивать о здоровье, поводила вокруг меня волшебной палочкой так и сяк, произнесла несколько заклинаний и потрогала горячий шрам.

– Я никогда такого не видела, – растерянно сказала мадам Помфри. –Надо позвать Дамблдора.

Лицо Снейпа перекосилось.

– Все настолько плохо? – с тревогой спросил он.

Я посмотрел в глаза Северуса. Для человека, который ненавидит Гарри Поттера, он был сейчас слишком обеспокоен. «Может, он просто хороший преподаватель?» – подумал я. – «Искренне переживает за детей, там, волнуется». Нет, здесь определенно было что-то еще. Что-то связанное с настойкой полыни.

– Сейчас приведу директора, - решил Снейп.

– Постойте! – попросил я, – все уже прошло, я в полном порядке. – Я коснулся шрама, заставив энергию, разбушевавшуюся в нем, утихнуть. – Видите, я в полном порядке, просканируйте еще раз. Просто голова поболела. Я это, в коридоре головой стукнулся.

– Головой стукнулись? – удивился Снейп. – Что же произошло?

– Да я нечаянно. Запнулся и стукнулся, – я изобразил из себя одиннадцатилетнего мальчика.

Встречаться в таком виде с Дамблдором мне не хотелось. Это все-таки самый могущественный маг Европы. Уж он-то точно мог заподозрить что-то неладное. Снейп и мадам Помфри переглянулись. Но она все же еще раз меня просканировала.

– Ну, кажется, дело и вправду наладилось, – растерянно проговорила женщина. – Можешь идти, Гарри.

Я выдохнул. К счастью, к здоровью учеников в этом замке относились совершенно наплевательски. Ну, все, кроме Снейпа, видимо. Мы с ним покинули кабинет мадам Помфри.

– Благодарю, – проговорил я.

Кажется, в этом мире мне слишком часто приходилось благодарить. Собственно говоря, это было на два раза больше, чем за предыдущий год в моем родном мире. Сначала кентавр, теперь вот Снейп. Неожиданно.

Что ж, ну, по крайней мере, что касается кентавра, я оставался должником. А со Снейпом мог расплатиться за его заботу прямо сейчас. Не то, чтобы он прям спас мне жизнь или еще что-то такое, но один единственный раз, когда меня раненого несли на руках на поле боя – это была Роза. Несмотря на внешнюю хрупкость, демоница обладала силами примерно пяти или шести мужчин.

Я протянул руку оторопевшему Снейпу и взялся за его предплечье железной хваткой.

– Поттер, что вы делаете? – растерялся мужчина.

– Просто решил отплатить вам за заботу, – улыбнулся я, выжигая его рабскую печать на руке.

Снейп подавился криком. Пару мгновений спустя он рухнул на пол, отчаянно пытаясь не завыть в голос. Мне пришлось усилить натиск на печать, чтобы не мучить его понапрасну.

Через несколько минут все закончилось. Снейп жалобно корчился на полу, зажимая руку, избавленную от рабской печати.

– Можете не благодарить, профессор! – я широко улыбнулся и пошел по своим делам.

– Мистер Поттер, плюс 50 очков Гриффиндору, – ляпнул Снейп, который явно просто не нашёл, что еще сказать.

Честно говоря, я так и не понял, почему он сказал именно это. Думаю, он и сам не знал. Просто ляпнул первое, что пришло в голову.

Глава 21

Только я устроился отдохнуть в спальне первокурсников, как туда явился сам директор Дамблдор. Выглядел он все так же несуразно, как и прежде, но лицо его было предельно серьезным.

– Пойдемте со мной, мистер Поттер! – потребовал он нетерпящим возражений тоном.

Судя по вытянувшимся лицам ребят, они обалдели. Ну да, ведь сам директор явился за мной, даже не послал кого-то, лично пришел. «Упс, кажется, я переборщил!», – понял я.

Отложив учебник, который читал, я последовал за Дамблдором. Некоторое время мы молча шли по коридорам. Дамблдор как-то нервно на меня поглядывал. Мне казалось, еще вот-вот – и его глаз задергается. А, нет, не показалось, реально дергался.

Мы зашли в кабинет директора. Я бесцеремонно взял лимонные дольки из вазочки на столе и плюхнулся в кресло, выжидательно глядя на Альбуса Дамблдора. Тот некоторое время молчал, подбирая слова.

– Гарри, мальчик мой, Северус сказал, что ты снял метку Пожирателя с его руки, – брови Дамблдора взметнулись вверх.

Разумеется, он видел, что я ее снял. Наверняка Снейп ему показал. Но тем не менее, Дамблдор до сих пор не мог поверить своим глазам.

Я пожал плечами: «Да уж. Наверное, не стоило этого делать», – подумал я. Выдал себя совершенно бездарно. И что теперь с этим делать, спрашивается?

– Э.., ну, так получилось, профессор, – сказал я уклончиво.

Не говорить же я ему, что я Темный Властелин, куда круче, чем этот их местный идиот Воландеморт. Серьезно, попасться на том, чтобы попытаться применить смертельное заклинание к ребенку? Не выдержать поединка один на один с годавасом? И это великий волшебник, которого боится этот сумасшедший мир!

Впрочем, я уже не обманывался. Сумасшедшим этот мир был лишь частями. Небольшими. В других же местах он был предельно опасен. Одна атомная бомба чего стоит. Это не говоря о всяких открытиях по квантовой физике.

Я уселся, закинув ногу на ногу, и пристально посмотрел на Дамблдора. Поверил или нет? Случайно… Да, как же!

Дамблдор тяжело вздохнул, присаживаясь напротив меня. Он достал трубку и раскурил ее. Долго смотрел мне в глаза.

– Гарри, мальчик мой, – проникновенно глубоким голосом сказал Дамблдор. – В прошлую нашу встречу ты говорил о тех, кто скрывает свою силу.

Он пристально посмотрел на мой шрам.

Я пожал плечами:

– Ну да. И, видимо, вы свою скрывать перестали, – я мрачно усмехнулся.

«Конечно же перестал, ведь это на мне не работает», – добавил я про себя.

Дамблдор тяжело вздохнул.

– А ты, Гарри? – спросил он, переведя взгляд со шрама на мои глаза.

Наконец. Уж не знаю, что там таилось в шраме Гарри Поттера. Я ощущал в нем что-то. Некую темную энергию. И однозначно этот шрам был интереснее, чем даже выглядел.

Но сейчас, что бы там ни было, – и Дамблдор явно знает, что это – он вдруг понял, что мои глаза гораздо опаснее шрама.

Я натянуто улыбнулся.

– Мне нет нужды изображать слабака, – сказал я. – Это бессмысленно.

Дамблдор вдохнул дым. Выпустил забавные колечки в воздух. Все-таки он сжился с ролью клоуна настолько, что она и правда стала его второй сутью.

– Ты снял метку Пожирателя с Северуса, – мягко напомнил он тему нашего разговора.

Я пожал плечами.

– Ну да. Профессор Снейп проявил довольно неожиданную и трогательную заботу о моей персоне.

Я осторожно подбирал слова, пытаясь понять, какого, собственно, рожна я это сделал. И правда, зачем мне было выдавать себя, да еще так рано? Расчувствовался в моменте, да уж.

Видимо, дело было в эмоциях, что сначала захватили меня, явившись отзвуком из родного мира от собственного же тела, а потом еще вот Снейп – тот, кто казался в этом мире врагом, и тут вдруг – такая трогательная забота. Как-то так я это объяснял себе про себя.

– Трогательную заботу, значит, – задумчиво сказал Дамблдор.

Я не собирался раскрывать, что Снейп аж несколько метров пронес меня на руках. Впрочем, наверняка он сказал Дамблдору сам.

«Или же нет», – задумался я, вспомнив выразительное лицо Снейпа, который обычно колебался выражениями от «настроение с утра ужасно паршивое» до «Где жаба Лонгботтома, я ее сьем!».

Дамблдор задумчиво постучал кончиками пальцев по подлокотнику, выбивая незатейливый ритм.

– Хм, как же тебе это удалось, мальчик мой?

«Я не твой мальчик!» – свирепо подумал я, глядя в светлые глаза Дамблдора, – «Я тебя вообще едва знаю».

Но решил не провоцировать конфликт. Он и так понял обо мне слишком многое. А я все же в теле одиннадцатилетнего мальчишки – зашибить такого не так уж сложно. Даже с моими навыками.

– Я ее сжег, – честно сказал я.

– Да, это я видел, – вздохнул Дамблдор. – На руке Северуса теперь ужасная обожженная рана.

Я пожал плечами:

– За все надо платить, профессор. Рана заживет.

Дамблдор снова тяжело вздохнул.

– Гарри, ты мог лишить его возможности колдовать этой рукой.

Вот как? Я поднял брови.

– Печать Пожирателя очень сложна, – терпеливо сказал профессор. – Ты мог нарушить циркуляцию энергии в руке Северуса так, что ее уже не восстановили бы.

– О, нет, об этом не стоит беспокоиться, – улыбнулся я. – Я был достаточно безжалостен, чтобы этого не случилось.

Кажется, волосы на голове Дамблдора зашевелились. Не будь они такими длинными и тяжелыми, наверняка встали бы дыбом.

Ну а что? Иногда исцеление оно такое. В конце концов, целительствовать меня учил не какой-нибудь седобородый милый старичок в очках, вроде Дамблдора, кто хотя бы притворялся хорошим, а Роза.

Большая часть исцеления в исполнении Розы начиналась с того, что она прокаливала кинжал на костре, а потом прикладывала к ране. Кстати, больно до ужаса.

Дамблдор задумался.

– Ты очень силен, Гарри, – проговорил он растерянно. – Скажи, ты когда-нибудь учился магии?

Я прыснул со смеху.

– Э, ну да, профессор. Вот все последние два месяца только этим и занимаюсь. Учусь магии, – заверил я с видом преданного болванчика. Аж головой закивал.

Нет, ну серьезно. Это самый могущественный маг Европы.

Дамблдор тяжело вздохнул.

– Эм. Я имею в виду до того, как попал в Хогвартс, – он посмотрел на меня пристально.

– Ну, Воландеморт преподал мне один урок.

Лицо Дамблдора задергалось.

– Какой же? - на нем был написан ужас.

Я ухмыльнулся.

– Урок, что надо становиться сильнее. А то даже в младенчестве тебя могут попытаться убить.

Дамблдор с облегчением выдохнул, поняв, что я шучу.

– Я правда изучал магию, профессор. – Я пожал плечами. – Еще до поступления в Хогвартс.

– А, и кто же учил тебя? – директор жадно вцепился в подлокотники, пристально вглядываясь в мое лицо.

Я снова пожал плечами.

– Ну, собственно говоря, никто. Я самоучка.

Это, кстати, была правда. Ну, отчасти правда. В своей настоящей юности я учился везде, где только мог, у всех, кого встречал. У каждого, кто обладал хотя бы крупицей магии.

Это были и слабые маги, выступавшие на ярмарках, развлекая публику. И целители, как ни странно. Хотя те не особо щедро делились со мной своим ремеслом. И в основном, у врагов: больше всего я учился у тех, с кем сражался не на жизнь, а на смерть.

Дамблдор пристально разглядывал меня. Должно быть, он начал осознавать, что мальчик, сидевший перед ним, был уже не Мальчиком- Который-Выжил, а Мальчиком-Который-Гораздо-Хуже-Этого-Вашего-Воландеморта.

– Эм, скажи, Гарри, а ты...

Я сочувствующе улыбнулся профессору.

Но ведь не спросишь же так вот в лоб ученика: «А не думаешь ли ты стать хуже, чем Том Реддл, которого я воспитал и вырастил?»

Да, поспрашивав немного преподавателей, я выяснил, что так оно и было. Флитвик помнил Тома Реддла, известного далее под именем Воландеморт. Кажется, директор привез его в Хогвартс самолично. Ну, а Гарри он сплавил Дурслям. Тоже так себе идея. Я вдруг понял, что даже не знаю, какой характер у настоящего Гарри Поттера. Что вообще может вырасти из ребенка, которому пришлось жить в чулане?

Что ж, можно понять старика. Видимо, он метался от одной крайности к другой. Одного сироту забрал из человеческого в магический мир, и вон что вышло. А сироту маленького мага отволок к людям. Наверное, надеялся, что на этот раз результат будет приличнее.

Я представил, что там делает Гарри Поттер в моем теле, раз уж до сих пор выжил, судя по тому, что он использовал мощнейшие боевые заклятья аж два раза за один день.

«Да. Если мальчишка вернется сюда, несдобровать всем», – подумал я.

Я еще раз обворожительно улыбнулся директору.

– Могу я идти?

– Да, конечно.

– А можно мне?.. – Я подошел к полкам с книгами и хищно огляделся, словно ястреб, перед которым оказался сразу десяток кроликов на любой вкус и цвет.

– Э-э-э, Гарри, м-м-м… Это магия для взрослых, – мягко сказал Дамблдор. – Здесь книги, которые ты пока еще не поймешь.

Я посмотрел на него с возмущением.

– Между прочим, я уже неплохо понимаю квантовую физику, сэр. – Я вздернул нос. – Думаю, с этим как-нибудь разберусь.

Я быстрым движением набрал книг. Удалось ухватить аж три до тех пор, пока Дамблдор пришел в себя.

– Ладно, спасибо, директор. Я верну их, скажем, дней через пять, обещаю. – Широко улыбнулся ему и, прежде чем он успел что-то предпринять, свалил из кабинета, прижимая к себе драгоценную добычу.

Итак, мне досталось что-то продвинутое по трансфигурации. Как ни странно, «Легенды и сказки древнего мира». Зачем, спрашивается, такая книга в кабинете Дамблдора? И еще довольно интересный трактат по волшебству Востока. Ну что же, вкус у старикана был специфический. Разносторонний, я бы сказал. И правда – великий волшебник.

Я притащил свою добычу в спальню и показал ее ребятам. Как и следовало ожидать, детей больше всего заинтересовали легенды и мифы, так что ими я поделился с сокурсниками, а сам принялся за изучение других книг.

На мгновение мне вспомнился зельевар, который, собственно, и стал причиной моего вызова к директору и получившейся добычи.

«Ябеда», – отчетливо подумал я, представив себе лицо Северуса Снейпа.

Лицо мужчины дернулось. Кажется, я случайно действительно настроился на его сознание и сказал это прямиком в его голове.

«Поттер?» – донесся до меня отзвук растерянной мысли, но я оборвал случайно возникшую связь.

«Так, с ментальным воздействием надо быть поаккуратней», – подумал я, погружаясь в книгу о чарах и волшебстве Востока. – «Так, ну посмотрим, что тут».

Глава 22. Гарри

– Отец, это было потрясающе! – Стюарт скакал вокруг Гарри, подобно мальчишке, так, словно это Гарри было лет 20, а Стюарту – те самые одиннадцать, на которые Гарри уже перестал ощущать себя внутри. – Нет, серьезно, такого ведь никто раньше никогда не делал, даже ты сам.

Разведчики, которых отправила Луиза, сообщили: «Они маршировали так еще три часа, не оборачиваясь. Даже высшие чины Света были под твоим воздействием».

– Да ты только представь, какие перспективы нам открываются! – Стюарт аж подпрыгивал от возбуждения, пока Гарри мерил двор замка мрачными шагами.

– Да мы... Да мы Свет теперь одной левой! Ты просто прикажешь им сдаться, да и все. Сложить оружие – они сложат, а мы их расстреляем стрелами из арбалетов. Пап, мы просто обязаны немедленно захватить Цитадель Света! Я соберу воинство, только скажи.

Гарри тяжело вздохнул.

Стюарт был не первым, кто это предлагал. Даже верный Рабастан поддался соблазну и явился с этим предложением вместе с другими вельможами к Владыке Тьмы.

Рабастан, правда, выразился короче.

– Надо ковать железо, пока горячо.

Но аппетиты у темного генерала были поменьше – он предлагал просто отколоть немного приграничных земель. Аппетиты же темных вельмож простирались и далее, но каждый из них хотел прирезать к своим владениям еще кусочек от светлых. Соответственно, предлагали они разные варианты, куда именно надо немедленно пойти войной.

Ну как, войной? Такой войной, чтобы Гарри выиграл ее практически в одиночку. Умирать самим или подставлять своих воинов им не хотелось.

Поттер выслушал все эти предложения с каменным лицом.

Если честно, внутри его потряхивало. Он до сих пор не понимал, что именно сделал и как работает это таинственное заклинание «Империо». Откуда оно взялось вообще?

Каждый раз, как он об этом думал, у него начинал болеть шрам, но не тот, который принадлежал Каруту, настоящему владельцу тела, а тот, которого сейчас на его лбу и вовсе не было. Фантомные боли, так сказать. Словно в отрубленной руке, которой уже нет на самом деле.

Гарри потер лоб и устало взглянул на Стюарта.

– А если в следующий раз не сработает? – сухо спросил Поттер.

– В смысле, что не сработает? – Стюарт перестал скакать вокруг, напоминая игривого щенка, и удивленно посмотрел на Темного Властелина.

– Вот это вот не сработает. Я понятия не имею, как это сделал, – признался Гарри. – Я просто сотворил заклинание.

«От отчаяния», – хотел добавить мальчик, но не стал. Все-таки Стюарт едва ли поймет, если Темный Владыка вдруг признается в чем-то подобном.

Карута здесь уважают. Он для подчиненных практически царь и бог. Ну, кроме Розы и Луизы, конечно. Еще Рабастан. Стюарт же был просто избалованной средневековой версией Дадли Дурсля, которому, к счастью, помимо любящих родителей, выпали еще суровые наставники.

Скорее всего, за подготовку Стюарта к тому, чтобы выжить в вооруженной стычке, отвечала Роза или Луиза. Или все тот же Рабастан. Те, кто не повелся бы ни на умильные глазки, ни на смазливую мордашку, ни на скромные напоминания, что он сын Темного Властелина, и поэтому махать мечом сегодня во дворе не будет.

«Да, возможно, если бы Дадли получил немного хорошего воспитания», – подумал Гарри, глядя на Стюарта, –«Из него вышло бы что-то подобное».

Стюарт тем временем вздохнул.

– Пап, так значит, это может не сработать? – дошло до паренька.

– Да, это может не сработать, – отрезал Гарри.

«Собственно, это скорее всего не сработает», – добавил он про себя. Ведь Гарри понятия не имел, как применять это таинственное «Империо». Оно просто применилось само собой.

Стюарт почесал репу.

– Ну тогда дело плохо. Владыка Света наверняка явится, чтобы проверить лично, на что ты способен.

Гарри вздрогнул.

– Владыка Света? – переспросил он.

Так или иначе, в окружении Гарри это имя всплывало. То его произносили темные вельможи, то Роза с Луизой, но как-то вскользь, мельком. Гарри вдруг понял, что этот самый Владыка Света буквально незримо присутствует в замке. Просто повсюду, на каждом углу.

«Владыка Света в сражении с вами вон то, а вы в сражении с ним вот это!» – припомнил Гарри множество разговоров, складывавшихся в единый пазл.

Получалось, что у таинственного Карута был не менее таинственный и жестокий, а главное, опасный враг.

Раньше Гарри Поттер решил бы, что Владыка Света – это кто-то хороший, наподобие мудрого старца во всяких книгах и фильмах про противостояние Света и Тьмы.

Но сейчас мальчик уже не был в этом уверен. Владыка Света – это, скорее, тот мерзавец, который посла сначала отряд, шедший грабить невинные деревни в качестве отвлечения, а затем еще несколько отрядов основной ударной силы. Причем их было недостаточно, чтобы реально захватить все Темное Королевство. Но вполне хватало, чтобы нанести существенный урон или даже захватить темный замок. Короче, на такое была способна только отъявленная сволочь.

Гарри задумался.

«И как такой человек вообще стал Владыкой Света?» – С отвращением подумал он. – «Куда люди-то смотрят?»

Впрочем, Гарри понятия не имел, как Карут стал Темным Повелителем. «Надо бы это выяснить», – подумал мальчик.

Вполне возможно, что он занимал место человека, который был ничуть не лучше. «Впрочем, Карута здесь любят», – подумал вдруг Гарри. – «Роза и Луиза точно любят. Да и Рабастан относится к нему неплохо. Стюарт отца просто обожает».

Если Гарри поначалу показалось, что Стюарт просто злобный, избалованный паршивец, то на поле боя и во время покушения мальчик убедился, что Стюарт очень привязан к отцу и готов на все для него. «Просто они, наверное, не слишком ладят», – подумал про себя Гарри.

Это было странное открытие. Глядя на Стюарта, он вдруг отчетливо понял, что парень изо всех сил пытается заслужить его одобрение. Со всем своим ершистым характером. Он всем поведением буквально говорил: «Мне нет никакого дела». Но тут же был готов прорываться сквозь строй врагов.

Гарри вздохнул и вдруг неожиданным жестом потрепал Стюарта по голове.

– Молодец, – сказал Гарри, чувствуя, как голос становится старше и увереннее. – Если бы не ты, темный замок бы уже пал.

Глаза Стюарта засияли.

– Правда?

– Да, не собери ты воинов, мы бы не успели прийти на помощь вовремя, – серьезно кивнул Гарри.

Хотя, конечно, кто-нибудь воинов бы все-таки собрал. Стюарт здесь не один такой умный. Оставалось еще пара темных Вельмож. «Или они бы поджали хвост и сбежали», – подумал Гарри отстраненно.

Эта мысль скорее пришла бы в голову Каруту, чем ему. Видимо, столь прагматично привыкло мыслить само это тело. Стюарт все еще сиял счастливой улыбкой

«Хм. А ведь Дадли, по сути, никогда толком и не хвалили», – подумал вдруг Гарри. Его захваливали за любую ерунду и превозносили до небес, что «наш Дадлечка самый лучший и самый умный». Но ведь Дадли не настолько тупой, чтобы не понимать, что это было неправдой. А за реальные успехи его особо и не хвалили, ведь их толком-то и не было.

Гарри вздохнул.

В конце концов, воспитывать Дадли – это уже не его забота. Да изначально ею никогда не было.

Глава 23. Карут

Квидич меня потряс. Я еще футбол считал бессмысленным занятием. Хотя, признаться честно, когда мы с Дадли смотрели трансляцию по телевизору, я потихоньку немного втянулся. Но Квиддич? В этом мире у волшебников определенно были лишние дети. Глядя, как бладжеры во время тренировки пытаются ухайдокать всю команду Гриффиндора, я с трудом поднял отвисшую челюсть. И зная о том, что здесь проходят такие игрища, волшебники отдают детей в эту школу!

Я вспомнил бессонные ночи, когда ходил по коридорам своего замка, таская на руках маленького Стюарта. Не спалось ему. То животик болел, то зубки резались. А успокаивался лишь на моих руках. Можно было, конечно, попробовать спихнуть на нянь. Но каждый раз, когда я так делал, мне казалось, что Стюарт обиженно вопит в коридоре, пытаясь позвать именно меня. Я не выдерживал и носил на руках сына сам. Ох, Роза и Луиза тогда оттянулись со своими дразнилками. «Папаша года» – это было лучшее, что я от них выслушал. Ну, в общем, да, Квиддич меня потряс.

К тому же, если честно, я все еще продолжал бояться высоты, хотя мадам Трюк регулярно загоняла меня на метлу чуть ли не силой. Я все равно упорно отказывался летать высоко, ну снимет она там сколько-то баллов с Гриффиндорак. Не я ж эти баллы зарабатывал. Да и не влияют они особенно ни на что. Отчислить легендарного Мальчика-Который-Выжил всего лишь за отказ попытаться самоубиться на высоте 20 метров, ну нет. На это школа не пойдет.

Полюбовавшись на тренировку нашей команды, куда меня притащил Рон, я вернулся в школу, оставив рыжего и остальных первокурсников восхищаться отважными загонщиками. Ладно, хотят самоубиваться в столь юном возрасте – это их дело, но я бы на их месте сотню-другую лет подождал. В конце концов, тут еще целый мир, который предлагает много других возможностей, кроме как свернуть себе шею. Размышляя об этом, я отправился обратно в Хогвартс.

Я хотел было зайти в библиотеку, чтобы взять несколько новых книг, как меня привлекли вопли, доносившиеся из коридора около женского туалета. Этот голосок я не спутаю ни с чем на свете. Вопила Гермиона Грейнджер. Та самая выскочка, которая на каждом уроке от нетерпения аж подскакивала, и стоило вам начать обсуждать хоть что-нибудь, касающееся магии, тут же материализовывалась рядом, чтобы объяснить вам, что вы колдуете неправильно, прочитали недостаточное количество книг и не провели точный анализ.

Словом, Гермиона Грейнджер была единственной стоящей сокурсницей. Я ее обожал. Она проделывала уйму работы, которую мне было делать не досуг, и приносила сухую выжимку информации. И сейчас, судя по воплям девочки, ей явно угрожала опасность. Я поспешил туда.

По пути размышляя, что за опасность может грозить девочке в женском туалете? Самое худшее – он мог оказаться закрыт из-за, скажем, мерзавца вроде Малфоя, который попросту испортил замок. Реальность превзоша все мои ожидания, включавшие дурацкие шуточки Пивза. Опасностью, которая угрожала Гермионе, был огромный четырехметровый тролль с каменно-серой кожей, маленькими злобными глазками и решительностью на тупом лице убить Гермиону.

Огромный монстр размахивал дубиной, которая только что пролетела мимо головы девочки буквально всего в паре сантиметров. Тело Грейнджер инстинктивно немного пригнулось, но она даже не предприняла попытку побега. Всего лишь вопила. «Куда преподаватели смотрят?» – подумал я, с надеждой ожидая, что вот-вот появятся МакГонагалл, Снейп или еще кто-нибудь, кто задаст троллю по первое число. Однако никто не пришел, зато тролль сделал новый замах своей мерзкой дубиной.

Я примерно представлял, что останется от головы Гермионы, если она встретится с дубинкой тролля. Ничего – мокрое пятно на стене женского туалета. Поговаривают, что у нас уже есть женское привидение где-то в туалетах, но я лично не проверял. Все-таки Темному Властелину там делать нечего, я ж мужчина.

– Гермиона, на пол! – завопил я, вскидывая руки.

Выхватив палочку с пером птицы Рух и палочку из остролиста одновременно, я ударил заклинаниями. Поток пламени, вылетевший из палочки, с пером феникса и поток Тьмы из палочки Рух, сконцентрированные до нельзя, ударили двумя узкими точками в тролля. Заклинания вышли мощными. Идея местных волшебников концентрировать потоки магии при помощи палочек имели свои плюсы. Даже при не очень больших затратах заклинание в конкретной точке получалось довольно сильным. Так что оба они прекрасно пробили твердую шкуру тролля.

Но вот беда. Площадь поражения оказалась столь мала, что тролль попросту не обратил на раны, пусть даже глубокие, особого внимания. Зато обратил его на меня. Взревев, тролль зашагал в мою сторону с решительным настроем сначала превратить в мокрое место меня, а потом Гермиону. Я спрятал палочки обратно в карманы. Похоже, местная магия мне все еще давалась плохо.

– Ну что ж, сам напросился, скотина, – прорычал я, вскидывая руки. «Лезвие Мрака» – прекрасное заклинание, придуманное мной на основе воздушной магии. Личная, так сказать, разработка.

Гермиона от ужаса, к счастью, упала на пол. И теперь я мог колдовать беспрепятственно. По троллю не промахнусь, он ходячая четырехметровая мишень. Лезвия Мрака устремились в его грудь, глубоко вонзившись. Монстр взревел. Глаза его налились такой яростью, что теперь это была однозначно смертельная битва. Впрочем, она и до этого была таковой.

Разогнавшись, тролль кинулся на меня, я же проскользнул ему под ноги и бросился к Гермионе. Девочка, кажется, потеряла сознание. Хлопнув ее по щеке, я понял, что привести в чувство не удастся, а тащить на себе, ну... Мне в этом теле одиннадцать лет, и я довольно тщедушный мальчишка. Как бы ни старался его укреплять, это не быстро. Тролль с энтузиазмом развернулся и пошел на второй заход, явно собираясь просто раздавить нас своей массой. Или разорвать на куски, запихать и сожрать прямо здесь, не готовя. Скорее, второй вариант.

«Ну, у тебя был шанс спастись», – прорычал я, глядя в злобные глазки тролля.

Подняв руки на этот раз, я сконцентрировался как следует. Конечно, я не хотел применять темную магию в стенах Хогвартса. Это слишком опасно. За такое здесь исключить могли, и это самое малое наказание. В этом мире к темной магии относились со странным пиететом. Стоило только немножко ее использовать, и сразу же начинались очень крупные неприятности. Это я уже уяснил из лекции профессора Квиррела и объяснения Снейпа, которому задал пару провокационных вопросов.

Ну что ж, не хотел по-хорошему – огребай. Гермиона за моей спиной как раз очнулась и испуганно взвизгнула: «Беги, Гарри!». Сама она бежать никуда и не думала, только слабо попыталась отползти. Сосредоточившись, я послал новые Лезвия Мрака. От Лезвий Тьмы они отличались лишь чуть большей концентрацией.

Тролль глухо взревел. Шкура у него оказалась действительно толстая. Учебник по волшебным существам не врал. Но, знаете, мне и доспехи доводилось прошибать этим заклинанием. Плотные такие, металлические доспехи из добротной стали. Так что, не отвлекаясь ни на секунду, я принялся лупить заклятиями по троллю, посылая одно лезвие за другим. Заклятия глубоко впивались в тело несчастного монстра, заставив его отступить.

На одно мгновение я даже задумался о том, чтобы его выпустить, но потом вспомнил, что вообще-то мы находимся посреди школы, полной детей. Выругавшись, я понял, что придется выкладываться на полную, нельзя было выпускать монстра из этого чертова коридора. Хорошо, он хотя бы пустой. Будь здесь куча детишек, а не одна Гермиона... От одной этой мысли меня передернуло. Да даже Владыку Света, наверное, передернуло бы немножко. Хотя я не уверен.

Очередная порция Лезвий Мрака наконец достигла своей цели. Пробив толстую шкуру, одно из них полоснуло по глотке монстра. Он грохнулся, захлебываясь собственной кровью.

Я обернулся на Гермиону: девочка была белее снега. Она прижала ко рту ладонь так, словно это ей я только что перерезал глотку. Я развернулся, закрыв от нее происходящее своей мантией. Ведь все-таки тролль был человекоподобен. И выглядело то, что там происходит сейчас в коридоре, довольно жутко.

– Что здесь происходит, мистер Поттер? – раздался зычный голос Минервы МакГонагалл. Белая, как снег, волшебница появилась в конце коридора с палочкой на изготовку. Ну что ж, она слегка припозднилась. Я устало, сел на пол. Все-таки я выложил все силы, таившиеся в теле одиннадцатилетнего мальчишки.

Минерва МакГонагалл вопросительно оглядывала коридор. Что ж, я ее понимаю. Стены и пол залиты кровью тролля, огромное тело которого бьется в конвульсиях. Гермиона лежит на полу, бездыханная. Взгляд МакГонагалл заметался, но она все-таки подбежала к девочке. О, нет. К счастью, оказалось, что Гермиона вполне себе дышит, просто надумала еще раз рухнуть в обморок.

Затем Минерва перевела взгляд на меня. Я и сам был залит кровью с головы до ног, ведь проскользнул под троллем, когда она с него весьма так активно стекала.

МакГонагалл испуганно ощупала мое лицо, убедившись, что кровь не моя и легко стирается ладонью. Затем она метнулась к подыхавшему троллю.

– Не стоит, вы ничего не сможете сделать, – сказал я, разгадав намерение МакГонагалл.

Ох уж эти светлые маги, иногда попадались такие… Ну, не такие, как Владыка Света, а другие, искренне верящие вот во все это добро, правильность и справедливость. А также в то, что Тьма – это настоящее средоточие всех злодетелей. Есть же добродетели, значит, должны быть и злодетели, да.

Такие припирались в мои земли с надеждой уничтожить Темного Властелина, и после этого каким-то волшебным образом всем должно было стать хорошо. Ну, типа, урожаи всегда будут без засухи, голод исчезнет во всех королевствах, болезни отступят, и что там еще, к чему я не имел никакого отношения. Парочку таких я даже пощадил ради интереса. Хотелось посмотреть, как быстро жизнь их обломает и у них откроются глаза на любимого Владыку Света. Кстати, потом двое вернулись и стали моими соратниками.

МакГонагалл наклонилась над троллем, не зная, что ей делать.

– Мадам Помфри! – беспомощно воскликнула, сообразив, что здесь нужна целительница.

– Его лучше добить, – хмуро возразил я.

Во-первых, нельзя держать подобных существ в школе, полной детей в принципе. Знаете, те, кто ест людей, и маленькие человеческие детеныши плохо сочетаются между собой. А во-вторых, я сильно сомневался, что даже такая могущественная целительница, как мадам Помфри, со всем ее арсеналом, будет в силах спасти тролля. Он буквально истекал кровью на глазах.

Тем не менее Минерва МакГонагалл все-таки поспешила в медпункт, чтобы привести ее. Я не стал этого дожидаться. С трудом водрузив Гермиону на плечи, я поволок ее к выходу из коридора. Не хватало еще, чтобы бедная девочка очнулась и снова упала в обморок. Поминая всех демонов высокого ранга по именам, я тащил Гермиону, вспоминая, как нес Рабастана по полю боя. Это, по крайней мере, хоть немного поддерживало мой боевой дух.

– Да они тут больные, – проворчал я себе под нос.

Держать в школе тролля. Они бы еще стаю волков сюда приволокли! Хотя нет, волки – это, по сравнению с троллем, даже мелко как-то. Боюсь представить, что у них обитает в тех частях подземелья, которые не относятся к зельеварению. Кстати! Это идея – надо исследовать. Там вполне могло остаться что-то старое еще со времен основателей Хогвартса, которые были очень могущественными волшебниками. Можно там обзавестись каким-нибудь артефактом.

С каждым шагом я недобрым словом вспоминал уроки физкультуры, которых в Хогвартсе банально не было. Полеты на метлах. Да кому они нужны? Вот в школе Дадли была нормальная физкультура. Она хоть как-то развивала детей физически. Не всегда, когда тебе нужно отволочь кого-то в медкабинет, есть метла.

Впрочем, с другой стороны, зачем Гермионе медицинское крыло? Чтобы оказаться там рядом с троллем? Физически девочка особо не пострадала. Что до ее морального духа – я сомневался, что мадам Помфри способна здесь хоть сколько-нибудь помочь. Так что, поразмыслив, я поволок сокурсницу в подземелье к профессору Снейпу.

При виде нас с Гермионой Снейп обалдел. Ну еще бы – я был залит кровью с головы до ног, Гермионе тоже немного крови тролля досталось. К тому же, она все еще пребывала без сознания. Глубокий обморок – не иначе. По крайней мере, я надеялся, что это именно он, а не девчонка ударилась при падении головой и теперь может и вовсе не очнуться.

Снейп стащил Гермиону с моего плеча, подхватил на руки и занес в кабинет.

– Что произошло, мистер Поттер? Позовите Помфри.

– О, Помфри занята на ближайшее время, – отрезал я. – Ей придется лечить горного тролля, если профессор МакГонагалл не возьмется за ум.

– Горного тролля? – Черные брови профессора изумленно взметнулись вверх.

– Ага, у вас там сбежал горный тролль, – хмыкнул я, – и попытался убить Гермиону.

– О, вот как? – растерянно проговорил Профессор, испуганно разглядывая девочку. Он торопливо ощупал ее руки и ноги. – Кости вроде бы целые, – проговорил он задумчиво.

Снейп определенно не относил себя к целителям, но все же он был зельеваром – самым близким к этому после мадам Помфри.

– Да нет, она так, в целом, в порядке, если только головой не ударилась, – отмахнулся я. – Вы не могли бы сварить для нее зелье, профессор?

– Зелье? – Посмотрел он растерянно. – Какое зелье, мистер Поттер?

– Ну, что-нибудь успокоительное. А лучше, чтобы она и вовсе немного подзабыла этот момент, – признался я, вспомнив, что Гермиона наверняка видела, как я создаю Лезвие Мрака.

Вряд ли девочка могла понять, что это именно темная магия. Ведь подобного заклинания я не нашел в местных учебниках. С другой стороны, чем это еще могло быть? Лезвие мрака выглядит, ну, знаете, как черный сгустившийся по форме лезвия воздух.

Профессор Снейп нахмурился.

– Кое-что успокаивающее у меня здесь есть. – Он метнулся к полкам и выбрал несколько зелий. Одно влил в рот Гермионе, а потом посмотрел на меня. – Боже, как вы держитесь на ногах, мистер Поттер? Садитесь. Что с вами? Где вы ранены?

– Абсолютно нигде, –заверил я, – это кровь тролля. Просто натекла сверху.

Снейп подобрал отвисшую челюсть.

– И что случилось с троллем? – Он, кажется, вспомнил, что произошло с рабской печатью на его руке.

– С троллем случился я, – отрезал я. – А теперь с беднягой случилась Минерва Макгонагалл, которая, видимо, пытается спасти ему жизнь.

Брови Снейпа взметнулись снова. Лицо его выразило все, что он думал о женщине, пытавшейся спасти тролля, вместо того, чтобы заниматься потерявшей сознание девочкой.

– Во-от как, – протянул он.

Он вылил в рот Гермионы какое-то зелье, и она, слабо застонав, открыла глаза.

– Гарри в опасности! – испуганно проговорила первокурсница, глядя на Снейпа.

– Гарри здесь, – сообщил я, устроившись сбоку от нее на большом перевернутом котле.

Гермиона с облегчением выдохнула, потом посмотрела на меня.

– О боже, Гарри, ты весь в крови!

– Это не моя кровь, – сказал я устало, чувствуя, что эту фразу сегодня придется повторять много раз, если только профессор не позволит мне вымыться где-нибудь здесь.

– Э, гм, профессор.

Я огляделся, но ничего похожего на ванну или хотя бы душевую кабину в подземелье, естественно, не было. С тяжелым вздохом я смирился со своей участью. Пока я доберусь до нашей спальни в Гриффиндоре, вся школа уже будет знать, что я тот самый дурак, которого чуть не сожрал горный тролль вместе с Гермионой Грэйнджер.

На следующий день профессор МакГонагалл подошла ко мне перед началом занятий.

– Мистер Поттер, тролль жив! – громогласно объявила она, с таким видом, словно я сейчас должен был запрыгать до потолка от радости.

– Вот как? – проговорил я, мрачно глядя на МакГонагалл.

Что-то мне подсказало, что тролль был не только жив, но еще вполне мог оставаться в стенах школы. Он был тяжело ранен, и ему нужно долгое время на восстановление. К тому же, я не видел, чтобы из школы выносили четырёхметровую штуковину на носилках.

МакГонагалл всплеснула руками.

– Он жив, – с нажимом повторила она. – Вы никого не убили, мистер Поттер.

А, то есть, по ее мнению, вот от чего я должен был заплясать от радости. Ну что же.

– Хорошо, что и он никого не убил. Гермиона в порядке, если вас это интересует. Правда, ей будут сниться кошмары до конца жизни, – сказал я, глядя в лицо Минервы МакГонагалл.

Профессор нахмурилась.

– Да-да, конечно, бедняжка, – вздохнула она. – Северус сказал, что напоил ее успокаивающим зельем.

«Ого! Но вот только ничего отшибающего память в достаточной мере, увы, у него в подземелье не нашлось», – подумал я.

МакГонагалл неожиданно тепло улыбнулась.

– За проявленное мужество Гриффиндор получает 15 очков, мистер Поттер, – провозгласила она торжественно.

Я саркастически изогнул бровь.

– 15 очков? Да я столько примерно за неделю и на занятиях заработать могу. Этого во столько вы оцениваете жизнь учеников?

Лицо МакГонагалл вытянулось. Я улыбнулся. Она, похоже, была из тех светлых, которые искренне верят во Владыку Света… Тьфу ты, то есть Альбуса Дамблдора в данном случае. В добро и всякое такое. Наверное, она и правда ждала, что мне станет легче от того факта, что я не убил тролля. Ну, конечно. Ведь теперь все, кого этот тролль прикончит, останутся на моей совести. Не доделал работу.

Видела бы она, с какими тварями мне приходилось иметь дело в своих землях, чтобы сберечь людей. Темные земли называются так не потому, что на троне сидит мужик в черной одежде, то есть я. О нет, эти земли так называются, потому что в них регулярно появляется что-нибудь. Эакая темная, очень злобная, клыкастая, кусающаяся щупальцами, крыльями или еще чем-нибудь тварь. Как правило, оно или жрет людей, или пьет их кровь, или разрывает на части. А чаще все это вместе. Еще иногда утаскивает куда-нибудь в жуткую нору, вырытую прямо под деревней моих крестьян. Или затягивает в болото. Вот такие монстры у нас особенно любят размножаться, потому что их хрен найдешь. Ну не будешь же ты каждое болото проходить, в самом деле. А если и надумаешь – говорят, один из Властелинов Тьмы именно так и кончил. Ушел в болото и не вернулся.

– Ну что ж, замечательно, что тролль выжил. Как хорошо, что я принес баллы своему факультету, – произнес я с натянутой улыбкой, любуясь лицом Минервы МакГонагалл и ожидая, дойдет ли до нее сарказм сказанного. Судя по всему, дошел. Все-таки она, несмотря на всю восторженность светом и всем хорошим, была уже немолодой магиней и многое повидала в жизни, включая сражения с Воландемортом. Кстати, насчет последнего. Ученики все чаще заговаривали о том, что он вполне может быть жив.

Не найдя, что еще сказать, Минерва МакГонагалл круто развернулась на каблуках и покинула мою персону. Мне оставалось лишь пойти на завтрак к ребятам.

Вопреки ожиданиям, что сегодняшнее утро будет ознаменовано тем, что Гарри Поттер превратится из Мальчика-Который-Выжил, в Мальчика-Который-Облажался и не сумел прикончить горного тролля, я оказался просто мальчиком-героем. Спас Гермиону, одолел горного тролля и вообще молодец.

Даже слизеринцы смотрели на меня с уважением, а Драко Малфой подошел и тихонько спросил:

– Гарри, а это правда? Ну, это и правда был ты? Тот, кто одолел тролля?

Я поднял бровь. Драко понизил голос еще сильнее.

– Мы вчера с Крэббом и Гойлом прокрались туда после того, как тролля унесли к мадам Помфри. Там все было кровью залито. Аж до самого потолка.

– А, ну да. Тролль же большой, в нем много крови! – хмыкнул я.

Драко посмотрел на меня со смесью восторженного уважения и ужаса.

– И ты в одиночку разобрался с троллем? – проговорил он недоверчиво.

Я видел, как в мальчишке колеблется простые детские любопытство и восхищение, а также его мерзкий характер. Малфой не переносил, когда кто-то был хоть в чем-то лучше него. Видимо, дома с него драли три шкуры. Я нередко встречал подобных аристократов даже среди своих. Спрашивают с них столько, сколько никогда бы не вынесли сами.

Я вздохнул.

– Ну, знаешь, Драко, на твой век горных троллей еще хватит. –

Я утешающе похлопал его по плечу, вспомнив Стюарта. Мальчишка тоже вечно старался меня впечатлить и из-за этого влипал в неприятности. Лет в 12 он отправился охотиться на волков, как потом выяснилось, чтобы раздобыть себе волчью шкуру на плащ. Уж больно ему понравилась традиция одного из диких племен в моих землях. Там мальчики, достигнув определенного возраста, отправлялись в лес и добывали себе или шкуру волка, или, кто посильнее и посмелее, медведя.

Вот только далеко не все мальчики возвращались из того леса живыми. Так что Стюарту я пообещал за следующую попытку так в одиночестве удрать на поиски подвигов просто выдрать. Что, надо сказать, моего сына не остановило. Через три месяца он реально явился с волчьей шкурой. Правда, к ней прилагалось и все остальное, и вообще это был волчонок, которого он нашел где-то совершенно одного на тропе, рядом с телом его погибшей матери. Ну что ж. Я тогда посмеялся и сказал, что рано или поздно волчий плащ у Стюарта будет – но, скорее поздно, когда волк сдохнет собственной смертью.

Драко просиял, приободренный моими словами. Ну еще бы, сам герой похвалил и сказал, что Драко вполне по силам справится с горным троллем. Наблюдая за Малфоем, я был уверен, что из него вырастет довольно сильный волшебник. Ему бы чуть больше старания и значительно меньше переживать о гордой фамилии Малфоев. Пока мальчишка пытается не подвести свой род, его магия выходит слабее, чем могла быть, если бы он полностью на ней сконцентрировался. Но я пока не стал говорить Драко, чтобы он меньше хвастался и больше занимался. Кто в одиннадцать лет поймет подобное наставление?

Так что Малфой отправился к своим друзьям, Крэббу и Гойлу.

«Давайте прокрадемся в кабинет миссис Помфри и посмотрим на тролля?» – услышал я его заговорческий шепот.

Я снисходительно покачал головой: «Ну что ж, пусть попытаются». В конце концов, тролль ведь наверняка обездвижен заклинаниями и не представляет больше для детей никакой угрозы.

Мгновение спустя я вспомнил, что нахожусь в Хогвартсе.

– Даже не думай! – завопил я. – Драко Малфой, не вздумай лезть к троллю, я не буду тебя спасать!

Мальчик вздрогнул.

– Я серьезно, даже не думай близко подходить к кабинету мадам Помфри! – рявкнул я на всю столовую так, чтобы слышали уж наверняка все, обломав этим план Малфоя, а также, судя по вытянувшимся лицам рыжих близнецов Уизли, не только его план.

Глава 24. Гарри

Гарри упражнялся с луком. По словам Рабастана, это упражнение было полезно для всех – не только для лучников, но и для магов, которые намеревались колдовать. Хоть что-то, что попадет в цель. К тому же, как оказалось, лук неплохо прочищал голову от всяких там лишних мыслей. Например, об убитых людях во время сражений. О доме Дурслей, которых теперь Гарри наверняка никогда не увидит. А он бы хотел вернуться и посмотреть новыми глазами на тетю Петунью и дядю Вернона. Повзрослевшими. Еще раз увидеть Дадли, хотя бы, чтобы по лбу его легонько стукнуть. Вдруг ума прибавится.

Да и просто Гарри немного скучал по родному миру. По удобствам: когда тебе не нужно ждать, пока ванну для тебя нагреют слуги; когда можешь посмотреть телевизор, ведь его здесь просто не было. Ни телевизора, ни тебе фильмов. Книги были, но тоже в основном не особенно развлекательные – или по магии, или по истории. Что касалось местных религий, столь многочисленных и сложных, то Гарри запутался сразу и решил даже не начинать в этом разбираться. Благо, особо не требовалось.

Мальчик продолжал лупить в цель, посылая одну стрелу за другой. Поначалу у него выходило плохо. Рабастан нервно смеялся, глядя на то, как скатился уровень их Повелителя.

– Некоторые целители говорят, что если повредить определенные части головы, то можно лишиться каких-то навыков, – утешил он Гарри, когда тот в очередной раз послал стрелу в воздух вместо мишени, вывешенной во дворе замка.

– Угу, – негромко сказал Гарри.

– Но ничего, у вас все получится, Повелитель, – жизнерадостно добавил Рабастан и вложил Гарри в руки следующий колчан со стрелами.

В общем, спустя неделю занятий мальчишка начал стрелять уже вполне сносно. По мишени он попадал, иногда даже в центр. Одна стрела за другой укладывались в мишень, а мысли Гарри, успокоившись, текли подобно неспешной реке.

Итак, он застрял в этом мире. Прежнего Гарри Поттера, Мальчика,-Который-Живет-В-Чулане, больше не существует. Теперь он Мальчик-Который-Возглавляет-Темное-Королевство и несет ответственность буквально за каждого встречного на его территории. Стрела решительно вонзилась в мишень.

Из преимуществ у него есть таинственное заклинание «Империо», о котором не слышали даже Роза и Луиза. Они по местным меркам весьма образованные персоны. Роза так и вовсе перечитала всю библиотеку темного замка. Луиза же созналась, что много путешествовала, но никогда не слышала ни о чем подобном.

– Что ж, Империю, – пробормотал мальчик себе под нос. – Очень хорошее заклинание. Благодаря ему можно обойтись практически без жертв.

Очередная стрела легла в мишень ровно посередине.

Он вспомнил о предложении Стюарта устроить на днях охоту. Просто выехать в лес, развеяться, погоняться за диким зверьем. Зверей Гарри было жалко. С другой стороны, Стюарт идеей охоты прямо загорелся. Буквально ходил за Гарри целыми днями и упрашивал посетить охоту самому. Видимо, парню не хватало времени, проведенного с отцом. «Ну, в конце концов, почему бы и нет», – решил Поттер. – «Хотя, с другой стороны, это выглядит безответственно», – добавил про себя мальчик, вспомнив, что вряд ли Светлый Владыка, пославший военные отряды в его земли, будет сидеть на троне ровно, пока он тут развлекается и охотится вместе с новообретенным сыном. Скорее всего, светлые там уже что-то задумали. Теперь стрела дрогнула и ушла в бок мишени, воткнувшись косо.

«Что они могли задумать? Ну, наверняка захотят прийти сюда снова. Убедиться, что случилось то, что случилось. Пришлют еще больше войск. А у них есть это еще больше войск?» – задумался Гарри.

Он выяснил у Луизы, сколько людей они могут собрать по-быстрому. Оказалось, что не так уж и много. Сейчас самая горячая пора, когда крестьянам нужно работать на земле. И в Светлых Владениях вообще-то тоже.

«Ну, пожалуй, я мог бы выделить день или два для охоты со Стюартом», – решил Гарри. Нести ответственность за парня, вдвое старше себя, было странно, но это была единственная семья, которая у Гарри была в этом мире. Стюарт считал его своей семьей и был готов ради Гарри на все. «Точнее, для настоящего владельца тела, Карута», – строго напомнил себе Гарри.

Но Карута здесь не было, а Гарри был, и ему ужасно не хватало кого-то близкого. Может быть, если бы Дадли проявлял к нему чуть больше тепла и симпатии, они бы были с кузеном настоящими братьями: вместе шалили и веселились бы. Гарри поморщился от дурацкой мысли. Как она только ему пришла в голову? Дадли доставал его, сколько он себя помнил. «С другой стороны, если подумать, Дадли ведь просто копировал поведение своих родителей», – отрешенно подумал Гарри.

Почему-то в теле Карута ему нередко закрадывались в голову такие вот взрослые мысли. То, что прежде казалось неразрешимой загадкой или попросту обижало Гарри, не имея никакого смысла, вдруг выстраивалось в логическую цепочку. «Сложившиеся нейронные связи, преимущества взрослого тела», – мальчик моргнул. – «Развитый мозг».

Эта мысль принадлежала ему разве что только наполовину.

Закончив стрелять по мишени, Гарри вернул лук обратно в оружейную. Своего персонального лука у Темного Владыки не было, потому как он не требовался. Поттер отправился искать Стюарта, чтобы дать добро на охоту.

– Только охотиться будем недалеко, – предупредил Гарри. – Нам надо быть готовыми на случай, если Свет опять что-нибудь предпримет.

– Конечно. Да не переживай, Рабастан уже разослал гонцов повсюду. На всякий случай сюда через несколько дней стянутся отряды. – Махнул рукой Стюарт.

– О, тогда нужно подумать, где их разместить, – понял Гарри.

– Луиза об этом уже позаботилась, – заверил парень.

Гарри с недоверием посмотрел на этого средневекового мажора. Стюарт скромно улыбнулся. Видимо, после того как ему пришлось в одиночку принимать решение оборонять замок, парень неожиданно повзрослел. По крайней мере, вот уже несколько дней Гарри не слышал от него ни нытья по поводу денег, ни рассказов о том, что Стюарту срочно требуется новый камзол, и для этого хорошо бы пригласить портного, и лучше какого-нибудь известного из соседнего королевства, что, по словам Розы, стоило бы баснословных денег. Этого портного еще следовало сопроводить в их Темные земли, заплатить ему и отправить на выход, иначе больше сюда ни один приличный портной никогда в жизни не явится.

Идею Стюарта с портным, кстати, поддерживала Луиза, а также некоторые жены темных вельмож и их дочери. Да и сами вельможи, нет-нет, да украдкой интересовались у Темного Владыки, почему бы действительно не пригласить кого-то такого.

– Например, потому что мы темные, – недовольно отвечал Гарри, которому Роза уже объяснила, что казна для подобной прихоти не предназначена.

Глава 25 Карут

Монеты, раздобытые в запретном лесу, я отослал Дадли. Мальчишки обожают собирать всякие странные причудливые штуковины. Даже если выросли под влиянием дяди Вернона, эта черта неистребима в них во всех мирах. Я был в этом абсолютно уверен.

Кельтский же артефакт я оставил себе, отполировав до блеска, повесил на шею. В нем явно было вшито защитное заклятие, я решил, что лишним оно не будет.

Дадли в ответ прислал то, что я просил. Несколько магловских учебников, которые я изучал, удобно устроившись на своей кровати.

– Гарри, что там у тебя? – с интересом спросил Симус.

Я продемонстрировал ему учебник по физике. Мальчишка удивленно заморгал.

– Но это же магловский! – растерянно произнес он.

– Ага. – Я перевернул страницу. – А еще это крайне интересно. Если волшебники продолжат задирать нос так, как это происходит сейчас, скоро люди безвозвратно обгонят магический мир в развитии технологий.

– И что? – Пожал плечами Рон Уизли, бывший чистокровным волшебником и просто не знавший обычного мира.

Я хмыкнул.

– Ты про атомную бомбу что-нибудь слышал?

– Ну, кажется, да, – сказал Рон.

– Это такая штука, которую если уронить на голову волшебникам, она испепелит всех вмиг, – хмыкнул я.

– Ну, ее можно превратить, например, в змею, – возразил Дин Томас, – или еще во что-нибудь.

– Ага! – я рассмеялся. – Только она опасна своей радиацией. Взорваться может еще над вашими головами, раньше, чем вы ее увидите. А после того, как она это сделает, колдовать будет уже некому. Вы превратитесь просто в пятно пепла на стенах.

Я припомнил описание того, что случилось в Хиросиме и Нагасаки.

Все-таки человеческая школа была полезна. Я был очень рад, что успел поучиться в ней до того, как получил письмо из Хогвартса. Иначе так и не понял бы, насколько могущественны люди этого мира. А мерил бы все по отставшим волшебникам, заседавшим в Министерстве Магии.

Невилл Лонгботтом с интересом заглянул мне через плечо.

– Ничего тут не понимаю, – растерянно признался мальчик.

– Это учебник для старших классов. – Я провел пальцем, пытаясь запомнить формулу.

– И для чего это надо? – не сдавался Дин Томас.

– Но конкретно эта формула, наверное, используется… – Я задумался. – При создании машин или ракет. Честно говоря, я не знаю.

Ребята посмотрели на меня с таким видом, будто я занимаюсь ерундой и маюсь дурью. Мне оставалось лишь вздохнуть.

По меркам современного человечества я был рожден буквально в средние века. То есть не во времена дикости, не во времена цивилизации. В моем мире еще не было толком механизмов, да и не предвиделись, ведь богачи могли позволить себе заменить все что угодно магией, а до крестьян никому не было дела. Ну разве что кроме сердобольной Луизы.

С трудом разобравшись с прочитанной главой, я отложил учебник и принялся писать ответ Дадли. Мою голову посетила идея, как спокойно пройтись по Запретному лесу и поискать там еще артефактов. И при этом не попасться на зуб огромным паукам. А то прокушенная нога до сих пор иногда ныла. Ведь к мадам Помфри за лечением я не обращался, а обходился своими силами.

– Гарри, а расскажи, каким именно заклинанием ты одолел тролля, – попросил Рон.

Я вздохнул. Тема тролля то и дело всплывала в школе, хотя я всегда старался ее свернуть. Очень уж мне не хотелось, чтобы взрослые волшебники догадались, что я применял для этого темную магию. А так, подумаешь, перерезал горло троллю.

– Э-э-э, ну, я просто колдовал всякое, что придет в голову, – махнул я рукой. Посвящать Рона Уизли в подробности я не собирался.

– Гарри, ну припомни что-нибудь, – с надеждой попросил Рон. – Вдруг мне тоже встретится тролль?

– Я сомневаюсь, что в школе два тролля, – хмыкнул я.

Но остальные первокурсники тоже смотрели на меня с надеждой.

«Ладно», – я задумался. Заклинание Лезвия Тьмы, конечно, им не подходило. То есть я мог бы в теории их научить, но спасибо мне за это Дамблдор и остальные не скажут.

– Заклинание Лезвия Ветра, – огласил я тот вид магии, что давался мне с большим трудом. – В общем, значит так, концентрируйте энергию, вкладывайте в нее силу, нужно обязательно заточить кромку.

Дети тут же выхватили свои волшебные палочки. Я схватился за голову.

– Как вы себе это представляете? Палочки выдают узконаправленный заряд.

– Э-э-э, – проговорил Рон Уизли, словно я стукнул его по руке, не меньше.

– Это делается без палочки. – Я взял за ладонь Невилла, справедливо решив, что мальчик с аурой героя справится с этим лучше всего, особенно если поверит в себя. – Смотри, ты зачерпываешь воздух, вкладываешь туда свою силу. – Я крепко держал его за руку и буквально повторял каждое движение вместе с ним. – Теперь закрой глаза и представь самого злейшего своего врага. И метни в него воздух.

Невилл крепко зажмурился и нелепо взмахнул ладонью.

– Что, никого не приходит в голову?

Я вспомнил основную проблему светлых героев, когда они только начинают свои тренировки. Вернее, скажем так, основную проблему светлых героев до того, как сила героя в них пробудится. Должно быть событие, что-то ужасное, что-то, что заставит их мир перевернуться так, чтобы маленькие сверкающие искры превратились в яростный и нестерпимо лепящий свет, заливающий ауру целиком.

Я, конечно, не желал для Невилла ничего подобного, еще меньше – для себя. Оказаться рядом с пробудившимся героем Света, будучи Темным Властелином, – нет уж, спасибо. К счастью, те придурки, которых подсылал ко мне Светлый Владыка, пребывали, скорее, в зачаточном состоянии, как и Невилл.

– Ну, представь кого-то, кто тебя очень сильно обидел, – вздохнул я.

Понимаю, что скорее всего сейчас Невилл представит рожу Драко Малфоя. Глаза Невилла неожиданно сузились.

– Беллатриса Лестрейндж! – мрачно проговорил мальчик.

– Белатриса? Ты планируешь лупить Лезвиями Ветра женщину? Пусть и воображаемую, – удивился я.

– Она запытала моих родителей, – мрачно сказал Невилл.

– Вот как?

– Да, она применила к ним «Круциатус», и теперь они уже много лет в больнице Святого Мунго. – Плечи мальчика поникли, а разгоревшиеся было искры стали совсем тусклыми.

Я взял Невилла за подбородок.

– Ну что ж, значит, нам эта Беллатриса Лестрейндж тоже подойдет. Просто представь ее в качестве темного силуэта, если тебе сложно или не знаешь, как она выглядит. – Я снова проделал с Невиллом целиком все упражнение, положив свою руку поверх его. – И теперь отпускай, – сказал я, когда почувствовал, что в пальцах Невилла действительно что-то образовалось, похожее на ветер и сгусток энергии.

Невилл резко распрямил руку, и на портрете футболиста, которого повесил над своей кроватью Дин Томас, образовался внушительный разрез. Дети изумленно присвистнул. Только Дин казался немного недовольным, но все же встал в очередь вместе с ребятами, чтобы опробовать с моей помощью этот удивительный вид магии.

– Без палочки. Это делается без палочки, – все повторял Рон растерянно.

– Ну да, без палочки, – я пожал плечами. – Жизнь не сводится к волшебной палочке, мистер Уизли, – проговорил я, пытаясь издевательским тоном и гримасами скопировать голос Северуса Снейпа. Получилось похоже. Дети радостно засмеялись. Я улыбнулся, представив на их месте маленького Стюарта.

Глава 26 Карут

Неделю спустя мне пришел ответ от Дадли с Буклей, шатающейся под тяжестью врученной ей Дадли посылки. Прямо во время обеда, довольно хлопая крыльями, сова уронила посылку мне прямиком на башку. «Так, мистер Поттер, такими темпами вы обзаведетесь очередным шрамом», – подумал я с усмешкой, вытащив упавшую посылку из своей тарелки.

Разорвав обертку, я достал оттуда письмо Дадли и вожделенную упаковку с репеллентом от насекомых. Дети вокруг тут же сунули нос в мою посылку.

– Что это, Гарри? – заинтересовался Рон.

– Это репеллент от насекомых, – с видом зазнай кизаявила Гермиона Грэйнджер. – Он используется в магловском мире, чтобы отпугивать насекомых.

Казалось, она ожидает, что вот-вот кто-нибудь даст за ее ответ два балла Гриффиндору. Но учителя совершенно не спешили этого делать. Знания магловского мира, который они отринули, решительно не интересовали волшебников. Они давным-давно избегали любых проявлений человеческого прогресса.

– А зачем он тебе, Гарри? – подозрительно спросил Рон.

– Я не люблю пауков, – сказал я искренне, спрятав репеллент под свою мантию во внутренний карман, который пришил сам.

Затем я развернул письмо Дадли. В нем он жаловался на то, как скучно в обычной школе, хвастался тем, что уже вполне неплохо освоил создание огненных шаров и даже чуть было не поджег гостиную. К счастью, дядя Вернон и тетя Петуния поверили в то, что на ковер в гостиной просто высыпалось немного углей из камина, а Дадли героически все потушил.

Я посмеялся, представив себе лицо дяди Вернона, когда до него дойдет, что его сын довольно талантливый, в общем-то, маг. Да, Дадли был определенно талантлив не той магией, которая была здесь в чести. Чего-то в нем недоставало, чтобы получить письмо из Хогвартса. Но, тем не менее, при должном упорстве Дадли оказался вполне способен освоить магические азы. А большего ему пока и не требовалось.

Я отнес Буклю отдыхать в совятню, спрятал письмо Дадли, а затем вернулся за стол доедать обед. Дети все активнее обсуждали коридор на третьем этаже. Многие уже пытались туда проникнуть. Я старался отговаривать хотя бы первокурсников от этой затеи. Но пока что безрезультатно.

Глава 27

Тем же вечером, уже расположившись после уроков в комнате отдыха Гриффиндора, я занялся изучением истории магического мира, до которой все никак не доходили руки. Но не по тому довольно скупому учебнику, по которому мы учились, а по нескольким книгам, развернуто описывающим каждый свой период истории. Вчитываясь в пожелтевший от времени пергамент, я не мог сдержать удивления. «Ну ничего ж себе! Вот это да!» – пораженно воскликнул я, не сдержавшись.

– Что случилось? – заинтересовался Дин Томас.

– Да как бы это сказать? – Я сел на постель, с удивлением разглядывая книгу.

– Поверить не могу. А ведь они меня почти провели.

– Кто они? В чем провели, Гарри? – Рон смотрел на меня так, словно у меня начала отъезжать крыша.

Я хмыкнул.

– Да волшебники эти ваши. Пресветлейший Дамблдор и все остальные.

– Гарри, ты о чём? – Первокурсники обеспокоились не на шутку моим странным поведением, но я мог лишь истерически рассмеяться.

– Ну, знаете, все эти рассуждения о том, что злобный лорд Воландеморт повержен, зло побеждено и всякое такое, – отсмеявшись, сообщил я. – Все эти глупости, которыми нас тут пичкают.

– Что в этом глупого? – поразился Рон. – Воландеморт действительно был побежден, ты же сам, Гарри…

Я махнул рукой, прерывая его.

– Да дело не в Воландеморте! Он тут белая пушистая овечка по сравнению с остальными, – отхохотавшись, сказал я. – Ребята, вы вообще в курсе, что при полной и безоговорочной победе светлых волшебников у нас тут процветает рабство, буквально под носом.

Дети заморгали растерянно. Разумеется, они знали, что рабство – это плохо. Они были добрыми детьми, в этом я не сомневался.

– О каком еще рабстве ты говоришь? – вспылила Гермиона.

– Я про домовых эльфов, – хмыкнул я.

– Домовых эльфов? – непонятливо протянул Рон. – А что с ними не так?

– Что за домовые эльфы? – удивился Дин Томас.

– Домовые эльфы – это те ребята, которые готовят нашу еду в Хогвартсе, а заодно убирают здесь, приводят замок в порядок и вообще делают так, чтобы эта махина не развалилась, – хмыкнул я. – Короче, обеспечивают всю бытовую часть магии Хогвартса.

Дети изумленно воззрились на меня.

– И что же не так с этими домовыми эльфами? – удивилась Гермиона.

Я рассмеялся ей в лицо:

– А то, что это буквально разумная раса магических существ, порабощенная волшебниками. Они настолько могущественны, что с волшебными палочками были бы просто непобедимы, судя по всему.

– Чего? – пораженно спросил Невилл – Наш домовой эльф такой могущественный?

– О да, – рассмеялся я. – Ты не представляешь, старина Лонгботтом. Пока вы тут корпите над заклинаниями и учитесь долгие годы, чтобы стать хотя бы терпимым волшебником, домовые эльфы обходятся без всего этого и при этом умеют гораздо больше безо всяких волшебных палочек. А с волшебной палочкой даже средненький домовой эльф и вовсе будет непобедим.

Дети позеленили.

– И ты хочешь сказать, что их держат в рабстве? – пораженно спросила Гермиона.

– Ага. – Я посмотрел на Невилла Лонгботтома в упор. – Говоришь, у вас есть домовой эльф?

– Ну, это.., – мальчик смутился, – Да, он очень хороший домовой эльф, мы не держим его в рабстве, он просто веками служит моей семье.

Невилл запнулся и густо покраснел, вдруг осознав, что это примерно и есть определение слова рабство.

– И он, конечно же, делает это добровольно? – прищурился я.

– Я никогда не спрашивал, но он утверждает, что служить хозяину – это буквально огромная честь для него, – запинаясь, выговорил Невилл.

Добрый мальчик пошел красными пятнами, ну еще бы. Будущий герой Света, и тут такое, он оказался рабовладельцем.

Я прыснул в кулак, представив себе лицо нашего Светлого Владыки, если бы он обнаружил нечто подобное в детстве на месте Невилла. Впрочем, да что там. Наш Светлый Владыка не растерялся бы. Он просто объявил бы, что дает своему домовому эльфу пайку побольше, немного свободы действий и вообще является замечательным хозяином и господином. Невилл, к счастью, так утверждать не стал.

– Ты думаешь, что он делает это недобровольно, Гарри? – пораженно спросил мальчик.

– О, я просто счастлив служить своему господину! – визгливым голосом передразнил я Невилла. – Господи, Лонгботтом, включи свою тупую башку. Разумеется, это явные последствия какого-то заклинания, которое было применено к твоему домовому эльфу когда-то давно.

– Что? – несколько ребят в гостиной Гриффиндора буквально поперхнулись воздухом. – Ты считаешь, что им промыли мозги?

– О нет, конечно же, существо разумной расы родилось с мыслью о том, что просто обречено кому-то служить! И это высшая цель для него! – фыркнул я. – Разумеется, это какое-то какое-то древнее ментальное заклинание.

Дети запереглядывались.

– Но такое заклинание должно быть запрещено. Это же хуже «Империо», – вклинилась Гермиона.

– Да, «Империо» подчиняет разум только на время, – согласился Дин Томас. – А это?

– А это промыло мозги целой расе. Здорово, да? – хмыкнул я.

Дети застыли, пораженные.

– И что же выходит?

– Выходит, все наше общество рабовладельческое.

Я вспомнил уроки в школе маглов по истории Древнего Рима. Кажется, так это называлось.

– Рабовладельческий строй! – провозгласил я.

Лица некоторых наиболее родовитых молодых волшебников дернулись как от пощечины.

– Нет, нет, Поттер, ты ничего не понимаешь, – принялся доказывать какой-то старшекурсник. – Никто не угнетает домовых эльфов и не делает им ничего плохого, уж тем более в Хогвартсе. Уверен, что их здесь не обижают.

– Ну, разумеется, – фыркнул я, – еще не хватало, чтобы, скажем, Дамблдор построил во дворе школы маленькую гильотину для маленьких домовых эльфов.

У детей волосы встали дымом и глаза полезли на лоб. Так, кажется, я немного переборщил с аналогиями из своего мира. Здесь на такое, наверное, способен разве что Грин-де-Вальд, да и там фантазии не хватило.

Я хмыкнул.

– Нет, конечно же, Альбус Дамблдор очень добрый рабовладелец, я в этом не сомневаюсь. Ну, как и Невилл.

Лицо мальчика дернулось.

– Я поговорю со своим домовым эльфом, и отпущу его, – клятвенно заверил мальчишка. – Это же ужасно. Нет, если он захочет уйти, то пусть идет, конечно.

Я прищурился.

– Невилл, он не захочет. Он буквально вырос в рабстве. Он пропитан им с ног до головы. Это другое мышление, когда ты растешь в неволе, – сказал я, сурово глядя в глаза маленького героя Света.

Мальчишка поежился под моим взглядом. Гермионе явно хотелось спросить, откуда я знаю, но не решилась. Впрочем, если честно, сам я рабом никогда не был, но нередко встречал последствия подобного рабства. Среди моих приближенных такие были.

– И что же теперь делать? – растерянно протянул Рон.

Я пожал плечами.

– Да ничего, просто жить с этим фактом. Вряд ли кто-то будет слушать горстку детей.

Гермиона нахмурилась.

– Я пойду работать в Министерство Магии, когда вырасту, – сообщила она решительно.

Я посмотрела на Грэйнджер.

– И?

– И протолкну закон, чтобы освободить домовых эльфов. – Девчонка вздернула нос с победным видом так, словно она уже это сделала – освободила целую расу разумных существ из-под многовекового гнета.

Я посмотрел на Гермиону со смесью восторга, недоверия и восхищения. Если бы на ее месте был я, все, что пришло бы мне в голову, – это кровопролитное восстание, захват власти и насаждение законов по своему вкусу и усмотрению.

Если бы речь шла о Светлом Владыке и его внезапно обеспокоила судьба каких-то там порабощенных домовых эльфов, он бы, пожалуй, проделал то же самое. Устроил кровавый переворот во имя Света и Добра, захватил власть, а потом дал эльфам некоторые послабления –так уж и быть. Но Гермиона Грэйнджер предложила совершенно иной путь. Путь, который не зальет весь этот мир сверху донизу кровью.

– Для того, что ты предлагаешь, нужно очень много терпения, – сказал я, посмотрев на девочку с невольным уважением. – Тебе придется учиться очень хорошо, получить высокие отметки на выпускных экзаменах. Добиться, чтобы тебя взяли в министерство хотя бы стажером. Удержаться там. И идти по карьерной лестнице.

Гермиона решительно кивала, и я понимал, что все это она вполне способна проделать.

– Тебе придется порой соглашаться с решениями, которые тебе не понравятся.

Вот да, в этом я был спец. Даже Темный Властелин порой был вынужден уступать своим вельможам. Ну, не хотел я править, сидя на троне посреди замка в опустошенном королевстве, в котором никого в живых не осталось. В конце концов, кто-то должен и пожрать приготовить.

– И когда ты наконец достигнешь вершин Министерства, ты столкнешься с бешеным сопротивлением тех, кто не хочет упускать дармовую рабочую силу. Слугам-то платить надо, в отличие от рабов.

Гермиона кивнула.

– Я все это понимаю, Гарри, но то, что ты сказал, – это действительно ужасно.

– Почему Дамблдор не вмешается? – возмутилась какая-то темноглазая девчонка-второкурсница.

– Да, почему? – сказал Рон Уизли.

Дети растеряно запереглядывались. Образ самого могущественного волшебника Европы и всеобщего доброго дедушки мерк на глазах.

Я пожал плечами.

– Ну, наверное, ему не до домовых эльфов. Он, в конце концов, очень немолодой волшебник, выросший при таких порядках. Возможно, он настолько привык к ним, что уже не замечает.

Дети растерянно заморгали.

– Но это же неправильно. А что, если домовые эльфы устроят забастовку? – предложила Гермиона. – Чтобы добиться прав.

Я посмотрел на нее с интересом.

– Забастовку, чтобы добиться прав…

Ну, было, кажется, в нескольких городах нечто подобное, устроенное гильдиями, когда Владыка Света повысил подати.

Я постарался припомнить, чем дело кончилось… Так, одну гильдию, кажется, истребили, но вот в случае с ювелирами Владыке Света пришлось уступить. В ней состояли очень богатые люди, способные нанять себе немаленькую армию наемников и защититься.

– Ну что же. Можно попробовать! – широко ухмыльнулся я. – Увидим, что из этого выйдет.

Впрочем, я догадывался: ничего из этого не получится. Если беднягам домовым эльфам промыли мозги так, как я думаю, – а чтобы заставить столь могущественную расу служить людям, требовалось очень сильно их промыть, – то, скорее всего, от забастовки, предложенной Гермионой, они попросту откажутся.

Весь следующий день Гриффиндор бурлил, обсуждая мое жутковатое открытие. Разумеется, оно тут же вылилось за пределы нашего факультета. И вскоре вопрос рабства домовых эльфов обсуждали и Пуффендуй, и Когтевран, и даже Слизерин.

Между Драко Малфоем и Гермионой Грэйнджер завязалась ожесточенная словесная перепалка.

– Домовые эльфы буквально созданы, чтобы служить нам! – возмущался блондин. – Они веками служили моей семье, что в этом плохого?

– Ты, ты не понимаешь, дурак, это рабство, а рабство – это плохо! – выкрикивала ему в лицо Гермиона. – Просто представь, если бы ты сам был рабом, тебе бы понравилось?

Драка пожал плечами.

– Я потомок могущественного древнего волшебного рода. Грязнокровке, вроде тебя, Грэйнджер, этого не понять. Я не могу себя представить рабом. Но ты, конечно, другое дело, – добавил он с язвительной усмешкой.

Я чуть было не зааплодировал Драко. Ну надо же! А мальчишка за словом в карман не лезет.

Стюарт бы, пожалуй, так не смог – не настолько красноречивый. Я поймал себя на мысли о том, что симпатизирую Драко во многом именно потому, что он похож на Стюарта. Как-то чем больше узнаю мальчишку, тем отчетливее вижу сходство.

Я подошел к ним.

– Гермиона, только не поколоти его, – посоветовал я.

Грэйнджер тут же сжала кулаки и потянулась к волшебной палочке. Да, спровоцировать гриффендорцев несложно. Я улыбнулся про себя. И как шляпа умудрилась вообще меня спровадить на их факультет? Из-за приступов ярости, что ли? Приняла это за безумную храбрость?

Драко посмотрел на меня.

– А что ты думаешь об этом, Поттер? – неожиданно спросил мальчик. Я заработал изрядное количество очков репутации в его глазах благодаря троллю.

– Ну, – протянул я, – Люди таковы. Если они не могут кого-то поработить, то поделят друг друга на господ и слуг. Если смогут поработить кого-то еще, будут пользоваться хвостом в гриву, пока смогут. Покуда домовые эльфы не поднимут кровопролитное восстание и не сотрут половину волшебников с лица земли.

Лица присутствующих при разговоре слизеринцев и когтевранцев вытянулись.

– Ты думаешь, они на такое способны, Гарри? – с ужасом уточнил Гойл.

Я пожал плечами.

– Ну, судя по тому, что я о них прочитал, и по тому, с какой легкостью они колдуют здесь, в Хогвартсе, я бы сказал, что домашние эльфы очень опасные существа. И, кстати, изначально они совершенно не были домашними. У них и гоблинов были свои земли, они жили отдельно. Потом что-то случилось и выжившим пришлось отправиться в земли людей.

– Вот как?

– Ага. И ваши славные предки поработили несчастных беженцев, – с милой улыбкой подсказал я, заставив некоторых молодых волшебников позеленить. – Вместо того, чтобы приютить осколки чужих цивилизаций, вынужденных от чего-то спасаться бегством. Ну, вы, в общем, поняли.

Я растянул губы в улыбке. Ура, за победу Света и всякое такое! Вот тут она смутила всех присутствующих, включая гриффиндорцев.

– Да, если подумать, это и правда не очень, – протянул мальчишка с пуфендуя по имени Седрик Дигори. – Никогда не думал о домовых эльфах в таком ключе.

– Да ведь их же никто не обижает в Хогвартсе, – напомнила какая-то девочка с Когтеврана.

– Да и мы своего домового эльфа не обижаем, – нахмурился и проговорил Драко, опустив взгляд в пол.

Почему-то перед Гермионой Грэйнджер за наличие домового эльфа ему стыдно не было, а вот передо мной он стушевался. Хотя что? Я Темный Властелин, у меня полным-полно слуг. А рабов я заводить не стал. Эти точно нож в спину воткнут при первом удобном случае. А слугам я плачу хорошо.

Я пожал плечами.

– Хорошо ли ты с ним обращаешься, – это решать твоему домовому эльфу, Драко. У него, может быть, взгляд на жизнь совершенно отличный от твоего. Даже на одни и те же события. Какая-нибудь невинная шалость, проделанная тобой в детстве, скажем, подвешивание его где-нибудь за ногу, – я проницательно посмотрел на покрасневшего Малфоя, – могла восприниматься бедным существом совершенно иначе.

– Домовые эльфы, они же уродливые! – выдала главный аргумент за рабство девчонка-первокурсница со Слизерина.

Я посмотрел на нее уничтожающим взглядом.

– Но, по крайней мере, они не тупы, – отрезал я.

Девчонка густо покраснела.

– Я имею в виду, как они могут быть могущественными волшебниками?

Вот тут уж я расхохотался.

– Ты что, думаешь, что волшебные силы распределяются в зависимости от красоты, что ли? Ну тогда самые опасные существа этого мира — вейлы.

– Ну, они и правда весьма опасны, – усмехнулся один из парней старшекурсников с Когтеврана. – Подрастешь – поймешь, Гарри.

Если я слишком многое пойму об этом мире, мне потом дома ноги выдернут. И кнутом придушат.

Глава 28

Как я и ожидал, новость о домовых эльфах побурлила в Хогвартсе еще немного, а затем бурление успокоилось, подобно морским волнам. Я, собственно, не сомневался, что так оно и будет. Однако Гермиона меня удивила. Девчонка и правда умудрилась пробраться на кухню к домовым эльфам Хогвартса и попыталась подбить их на забастовку, после чего с возмущением рассказала гриффиндорцам, что те отказались и даже не поняли, зачем, собственно, она это предлагает.

Но настырная Грэйнджер на этом не сдалась. В очередной раз во время обеда она попросту подняла голову и громко осведомилась.

– Директор, а почему у нас в школе процветает рабство?

Дамблдор подавился тыквенным пирогом.

– Что вы имеете в виду, мисс Грэйнджер? –поинтересовался он.

– Я о домовых эльфах. – Девочка встала, разогнувшись во весь свой маленький рост, и обвиняюще уставилась на директора. – Им ничего не платят за их работу, они буквально рабы здесь на протяжении многих веков.

Выражение Дамблдора стало таким, словно у него глаза сейчас вылезут из орбит.

Я невольно улыбнулся – моя школа. Нет, ладно. В красноречии Гермиона меня, пожалуй, даже превзошла.

– Ну... Домовые эльфы помогают нашей школе в течение многих веков, это правда, – ответил директор.

– Они рабы здесь, – отрезала Гермиона. – У них у всех промыты мозги, они считают служение школе высшим предназначением.

Я посмотрел на наставников, обедавших за учительским столом. Лица некоторых отражали явные сомнения с озарением. Северус Снейп с трудом сдержался, чтобы не расхохотаться, глядя на вытянувшиеся лица коллег.

Да уж! Подобрала же слова Грейнджер. Служение школе как высшее предназначение. Не выдержав, я уткнулся в свой тыквенный пирог, пытаясь не заржать в голос, чтобы не испортить момент Гермионы.

– Что вы предлагаете, мисс Грэйнджер? – деликатно осведомился Дамблдор, отчаянно надеясь, что одиннадцатилетней девчонке хватит ума сообразить, что нельзя просто взять и освободить кучу домовых эльфов из Хогвартса. Во-первых, куда они пойдут, банально? А во-вторых, что будет делать Хогвартс без своего магического невидимого тыла? Местные отпрыски волшебников ведь не умеют даже чашки за собой помыть, насколько я понял.

– Ну, для начала неплохо было бы платить им зарплату. – Вздернула острый носик девчонка.

Я с восхищением посмотрел на Гермиону. Интересно, а не захочет ли она покинуть этот мир и присоединиться к моему? Должность советницы Тьмы я ей гарантирую. Такого шороху наведет – всем мало не покажется. Мозговитая девчонка.

– Думаю, это можно обсудить, – осторожно сказал Дамблдор.

– В таком случае мы устроим встречу вместе с представителями Профсоюза Эльфов.

– Чего? – не выдержал Дамблдор.

– Вместе с представителями Эльфийского Профсоюза. Я его организовала, – гордо заявила Гермиона.

Так значит, после того как обломалась в первый раз, Гермиона наведалась к эльфам снова и таки сумела убедить их организовать профсоюз. Я присвистывал. Да, опасная девчонка. Может, все-таки не стоит тащить ее в родной мир? Что она там мне организует под боком? Профсоюз Темной армии? Профсоюз оборотней, требующих оплаты за то, что воют на Луну и отпугивают путников, а заодно и Светлое воинство?

– Хм, ну что ж, значит, встретимся с представителями Профсоюза. – Дамблдор погладил седую бороду, растерянно глядя на девочку и гадая, как такое могло вырасти у него прямо под носом.

Гермиона, довольная, села на свое место.

– Плюс 10 очков Гриффиндору! – не удержался я.

– Мистер Поттер! – возмущенно воскрикнула Минерва МакГонагалл, но я почувствовала в ее голосе гордость за Гермиону.

Все-таки преподаватели Хогвартса не были плохими людьми, и, если в лоб спросить о рабстве, они не то чтобы его одобряли, просто слишком удобно было им пользоваться. Да и понятия они не имели, что делать с этой многовековой традицией. Она просто была. Вряд ли кто-нибудь из них даже знает заклинание отмены на заклятие, которым промыли мозги всей расе эльфов.

«Ну, либо где-то есть особый отдел Министерства Магии», – задумался я, – «Куда в детстве приводят маленьких эльфиков, чтобы им промыли мозги. Или как это вообще работает?» Тут следовало разобраться, если я хотел освободить расу этих существ. «А я хочу», – подумал я удивленно.

Я вспомнил Распределительную шляпу и представил, как она злорадно подмигивает. Что там она во мне увидела? Благородство, значит? И отвагу, раздери ее демоны! Хотя, с другой стороны, мне лично не принципиально, кем править – свободными домовыми эльфами или волшебниками. Абсолютно не принципиально, если уж я упустил Слизерин, который не стал моими приспешниками.

– Гермиона, я иду с тобой на собрание профсоюза, – шепнул я.

– Правда? – удивилась девочка. Я знала, что ты меня поддержишь, Гарри. Ты настоящий друг.

Я широко улыбнулся.

Глава 29

– Ты рехнулся! – сообщила Луиза, услышав, что Гарри пообещал Стюарту устроить охоту.

– Почему? – удивился мальчик.

В конце концов, из тех сериалов, что он смотрел, и из знаний, что преподавали на уроках истории, королевская охота была самым обычным делом. Почему бы не устроить? Темный Властелин, конечно, не совсем король, он нечто большее. Но почему бы и нет?

Луиза посмотрела на Гарри, как на умалишённого.

– Ты что, думаешь, что Владыка Света всё так и оставит после того, что ты устроил? – поинтересовалась она. – Его светлейшая армия маршировала обратно домой три часа без перерывов. Да и потом обратно сунуться не решилась.

– Ну да, – протянул Гарри, напрягшись. – Он вдруг осознал, что стоит прямо над бездной.

Луиза тяжело вздохнула.

– Карут, есть два варианта. Или ты перепугал Светлого Владыку настолько, что он забьется сейчас в самую глубокую нору. – Она выразительно посмотрела на Гарри, ожидая комментариев, но Гарри не знал, что сказать. Каждый раз, когда он слышал упоминания о Владыке Света, складывалось ощущение, что речь идет о каком-то очень плохом парне. Луиза тяжело вздохнула. – Но, честно говоря, на Владыку Света это совсем не похоже. Или он сделает всё возможное, чтобы выяснить, что тут произошло.

– А, подошлёт шпионов, – догадался Гарри.

– Да, вот это на него похоже, – кивнула Луиза с важным видом.

Своих лошадей Гарри и Луиза отпустили свободно пастись по лугу, на котором прогуливались. Те, к счастью, и не думали убегать.

Луиза тяжело вздохнула.

– Светлый Владыка или пришлёт сюда своих шпионов, что вероятно, или явится лично посмотреть, что произошло.

Гарри содрогнулся. Насколько он понимал, Светлый Владыка был полным антиподом Карута. То есть маг, обладавший светлой, но такой же могущественной силой, как и у Темного Властелина.

Все, кто упоминал его при Гарри, говорили, либо почтительно понизив голос, либо с такой яростью в глазах, что мальчику становилось не по себе.

Гарри вздохнул.

– Что же нам делать?

Луиза посмотрела на него снова, как на умалишённого.

– Ну, разумеется, собирать тёмную армию. Мы должны быть готовы к новому удару. Да ты же и сам говорил об этом.

Гарри помотал головой.

– Но этот Светлый Властелин, он же очень могущественный маг, да?

– Не то слово, – нахмурилась Луиза.

– А я – не особенно. – Мальчик развел руками. – Я же не помню ничего толком... Да и вообще ничего, – добавил он тихонько, смущенно глядя на Луизу.

Девушка хмыкнула.

– Эй, выше нос! Ты только что буквально отправил маршировать домой огромное количество людей, пришедших сюда, чтобы убить нас. Ты великий маг, Карут. Ты даже куда более могущественный, чем мы с Розой могли себе представить, когда решили тебе служить.

Мальчик улыбнулся.

– А расскажи, как это случилось, – попросил он.

– Ну, – Луиза посмотрела на него так задумчиво, словно оценивала, стоит ли рассказывать Гарри историю их знакомства. – Меня-то ты когда-то выиграл в карты у семьи, которой я принадлежала. Её молодого господина угораздило сесть с тобой за один игральный стол.

– Эм, вот как. Ясно. – Гарри растерянно посмотрел на Луизу.

– А Роза… – Луиза посмотрела на Гарри. – Роза сама расскажет, почему она здесь, если захочет, – коротко сказала девушка.

– Ладно. – Гарри задумался.

Так значит, выходило, что Луиза когда-то была рабыней? Он с сочувствием посмотрел на девушку.

– Надеюсь, те люди не плохо с тобой обращались, – смущенно проговорил мальчик.

Луиза наградила Гарри долгим взглядом.

– Ты вырезал ту семью через неделю после того, как выиграл меня в карты, – сказала она.

Гарри содрогнулся.

– Вот как…

– Не переживай, детей ты пощадил, как обычно, – усмехнулась девушка-кошка.

Брови Гарри взметнулись вверх.

– Вырезал? – Это было странно для Темного Властелина.

Ну, то есть почему не пришел с темной армией? Не стер в порошок? Не сотворил заклятие, а именно вырезал? Кажется, весь ворох незаданных вопросов отразился на его лице.

Луиза вздохнула.

– В свое время ты наводил порядок в этих землях железной рукой. – Вздох Луизы плавно перешел в шелест травы, покачиваемой ветром. – Вообще-то ты отменил в темных землях рабство, Карут.

– Э, да? изумился Гарри. – А оно тут было?

Луиза посмотрела на него с раздражением.

– Оно везде было, – буркнула девушка. – Мой народ поработили так давно, что мы уже не помнили, когда были свободны.

– Это ужасно, – тихо произнес мальчик.

– Ты и в прошлый раз так и сказал.

Больше Луиза ничего не произнесла. Она молча подошла к своей лошади и резко вскочила ей на спину, обернулась на Гарри, а затем тронулась. Пару мгновений спустя до Гарри дошло, чего она хочет. Забравшись на своего коня, он послал его следом догонять Луизу.

Больше всего девушке сейчас хотелось мчаться наперегонки с ветром так быстро, чтобы ее не догнал не то что Темный Властелин – а сама ее жизнь и нахлынувшие воспоминания. Гарри оставалось лишь следовать за Луизой. Её досада от того, что он пробудил болезненные чувства, почти сошла на нет.

«Хорошо, что Карут ее спас», – подумал мальчик. –«Кажется, для Темного Властелина он был просто отличным парнем».

Кухня Хогвартса представляла собой грандиозное помещение.

Здесь были огромная печь, длиннющий стол, на котором ножи проворно сами собой чистили картошку, большая мойка на несколько секций, в которой одновременно мылась куча посуды, опять-таки бодро планировавшая по воздуху. Ко всему этому прилагались домашние эльфы, сновавшие туда-сюда, жизнерадостно размахивая руками. Они обходились без волшебных палочек, казалось, просто мановением пальца или даже длинного острого уха они могли управлять реальностью.

Да, я буквально застыл на пороге! «Мне бы такую армию!», – подумал я свирепо. – «И Светлому Владыке хана, ему пришлось бы улепетывать от меня, как маленькому щенку от настоящего волка».

Я с восхищением разглядывал домовых эльфов. Одетые в какие-то неказистые хламиды, пусть даже довольно чистенькие, они сами не подозревали о своем могуществе и тратили его на то, чтобы резать картошку на весу.

Я посмотрел, как один из эльфов, совсем молоденький на вид, еще не успевший обзавестись большим количеством морщин, как многие его сородичи, чистил картошку. Он просто смотрел на нее, и она чистилась сама собой. Тонкими слоями кожура падала на пол. Затем ее тут же сгребали веник и совок, которыми управлял другой эльф.

– Филигранная работа! – в восторге прошептал я. – Гермиона, ты это видишь?

– Что? – удивилась она. – Конечно вижу! Просто ужас! И все они находятся в рабстве, как ты и сказал, да?

– Эм, ну да!

До меня дошло, что Гермиона увидела лишь целую кухню, полную рабов. Ну что ж, уже хоть что-то. Хотя, по правде сказать, она не представляет, какие ужасные безобразные формы может принять рабство. То, что мы видели перед собой, было еще ничего. Не считая того, что могущественные маги были заточены на кухнях Хогватса и резали картошку, готовя для нас предстоящий обед.

– Здравствуйте! – откашлялась Гермиона, привлекая к нам внимание.

– Приветствую вас! – произнес я бодро.

Мне доводилось толкать не одну речь перед своим темным воинством. Да и темных вельмож уговаривать на всякое разное доводилось. Например, выступить против Света и отдать налоги в пользу казны. Не очень простое занятие на самом деле.

Эльфы повернулись к нам. Один из них, довольно крупный, мускулистый и относительно молодой эльф, прихрамывая, пошел в нашу сторону. Я с интересом его разглядывал. Наверное, можно было сказать, что на человеческий манер ему лет сорок. Его хламиду украшала красивая вышивка в виде цветка на плече.

– Мисс Грейнджер! Мистер Поттер! – произнес он шипящим голосом, подозрительно разглядывая нас.

– Э, да, – сказал я, почувствовав неожиданно, насколько чужим все же являлось для меня это имя.

Поттер…Какой к черту Поттер? Я Карут. Я тот, кто отменил рабство в своем мире. Ладно, на своей территории. Но это все, что я смог сделать.

Светлый Владыка за рабство держался зубами и когтями. Но его можно понять. Рабы были важной составляющей частью Светлых королевств. На них буквально держалась отрядная часть экономики. Светлые вельможи скорее дадут себя прирезать, чем отрекутся от этой милой привычки. Правда, в конце концов, ему пришлось запретить рабство официально, но он так мастерски закрывал глаза на некоторые вещи, что я аж диву давался. Светлый Владыка умудрялся не замечать буквально у себя под носом чудовищных вещей, если ему это было выгодно.

Впрочем, с другой стороны, светлые вельможи платили ему тем же, якобы не замечая прекрасные ритуалы, что тот проводил на завоеванных землях. Или завоевываемых.

Я посмотрел на эльфа. Его большие карие глаза уперлись в нас изучающе.

– Это Скроуп, – представила Гермиона эльфа. – Он глава профсоюза.

Вид у эльфа был такой, знаете… Впервые в жизни, наверное, это существо было главой хоть чего-нибудь. Впрочем, я подозревал, что помимо того, что он глава профсоюза, он просто местный негласный лидер, присматривавший за тем, чтобы огромный механизм кухни Хогвартса работал слаженно.

– Приветствую, – сказал я почтительно, разглядывая этого маленького, но очень могущественного мага. Вышивка на его плече была новенькая, в отличие от остального одеяния, еще не выцветшая. «Значит, это профсоюзный знак», – дошло до меня. – «Или просто знак отличия, которым эльфы наградили своего новоявленного предводителя».

Что ж, больше всего меня интересовало ментальное заклинание, которое подчинило этих удивительных существ. Я решил не тянуть. Присев на корточки перед эльфом, я посмотрел ему в глаза.

– Скажите, а... Вы ведь давно служите в Хогвартсе?

– Я здесь родился, сэр, – с гордостью сказал эльф.

Я не знал, как задать вопрос. «Не промыли ли вам случайно мозги? Не вызывал ли директор Дамблдор вас на процедуру промывания мозгов? Быть может, вам промыл мозги предыдущий директор? Не знаете ли вы случаем, каким заклятием подчинили всю вашу расу? Оно бы очень мне пригодилось при встрече с Владыкой Света». Кажется, этот вопрос, как его ни крути в голове, выглядел крайне невежливым.

«Минус 10 очков Гриффиндору», – подумал я голосом Северуса Снейпа.

Я набрал в легкие побольше воздуха, готовясь выдать длинную тираду о вреде рабства, а также о том, как им срочно стоит свергать людей. Но затем прикусил язык. Пожалуй, для этого немного рано.

Зато Гермиона уже толкала речь, воспользовавшись моим замешательством. Она бодро объясняла эльфам, что теперь им будут платить за работу, и профсоюзу следует выбить как можно лучшие условия: периодический отдых; если не выходные, то хотя бы отпуск раз в год, например, во время детских каникул.

Я тихонько окликнул девочку.

– Гермиона, если они возьмут отпуск, то те студенты, которые останутся на летние каникулы в школе, а также преподаватели, за ними присматривающие, будут голодать, – подсказал я девочке.

– Эм, да, – сообразила Гермиона. – Ну, значит, в отпуск должны уходить не все эльфы, а по очереди, – выкрутилась дочь дантистов.

Что ж, она знала, как это делается в человеческом мире. Молодец, девочка.

Эльф похлопал глазами:

– Но что же нам делать во время отпуска? – растерянно проговорил он.

Гермиона пожала плечами.

– Поехать куда-нибудь. На курорт.

– Ага, в Турцию, – не удержался я. – В отель все включено.

Гермиона похлопала глазами.

– Ну, почему бы и нет? Или на Бали. Там мои родители были. Там очень красиво.

Эльф замер, поражённо глядя на нас.

Я вспомнил, что при могуществе этих существ наверняка они могли бы телепортироваться на то самое Бали без проблем, где бы то ни было.

– Наверное, отличная идея, – осторожно проговорил один из эльфов.

– Мы не привыкли к отпускам, мисс Грэйнджер, – признался Скроуп.

– Теперь привыкнете! – не терпящим возражений тоном отрезала девочка.

– Скажите, Скроуп. – Я посмотрел очень внимательно на эльфа. – А каким заклятием волшебники удерживают эльфов в подчинении?

Бровь существа изогнулась.

– Что вы имеете в виду, мистер Поттер?

– Ну, как именно они заставляют ваш народ себе служить?

Я решил пойти напрямую.

– Служить Хогвартсу – высшая честь для нас, – заученно ответил эльф.

Его глаза слегка закатились. Он посмотрел куда-то на потолок.

«Там что, система слежения?» – подумал я и тоже посмотрел на потолок. Но там лишь мерцали плавающие свечи. По крайней мере, просканировав потолок, я не обнаружил следящего заклинания.

– Ну, я понимаю, что служить Хогвартсу честь, но всё же. Каким-то образом люди же поработили вашу расу. Вам… Промыли мозги. – Как я не пытался придумать, как спросить это поаккуратнее, вышло все равно напрямую. Да уж.

Эльф поморщился, совершенно с человеческим видом.

– Мистер Поттер, на мне не применялась ментальная магия, – покачал он головой. – Мы здесь, в Хогвартсе, находимся добровольно. Это лучшее место, куда только домовой эльф может попасть.

Теперь уже я изогнул бровь.

– Нет, Хогвартс, конечно, красивое местечко. И местные детишки его обожают. Но эльфы-то постарше будут.

Скроуп тяжело вздохнул. Он провел нас вглубь кухни и выдал каждому по кусочку вкусного пирога. Мне достался с рыбой.

– Не все волшебники хорошо обращаются с домовыми эльфами, сэр, – очень серьезно проговорил Скроуп. – Здесь же нас никогда не обижают. Мы едим досыта, нас не наказывают. Мы знаем, что наши дети будут в безопасности, когда родятся. И у них будет хорошая работа. Эльфы счастливы здесь, мистер Поттер.

Я подобрал отвисшую челюсть. Да уж. Не слишком высокие запросы. Ну, то есть, в моём мире у многих и этого не было, я понимал. «Но всё же, целая раса», – подумал я с досадой. Мне представилось, какую цивилизацию могли бы создать эти эльфы, если бы, допустим, не тратили свой дар на то, чтобы почистить тоненько картошку, а, например, прямо на этой кухне в огромном помещении замка они собирали какой-нибудь сложный, причудливый и удивительный механизм. «Да, пожалуй, эти существа сумели бы запустить ракету в космос», – подумал я.

– Эм, Скроуп, а вам не хотелось бы чего-то большего? – спросил я. – Ну, там, собственную цивилизацию развить, например. – Ох, ну вот кто меня тянул за язык?

Скроуп посмотрел очень внимательно.

– Собственную цивилизацию, мистер Поттер? – Глаза существа зажглись. Он пробовал эти слова на вкус.

Я прекрасно знал, каковы они. У меня было собственное Темное Королевство. И прежде, чем попал в этот мир, я думал, что этого совершенно достаточно. Но после того, как узнал, что этот мир прошел путь от парового двигателя до ракет, которые покидают планету, и люди здесь даже побывали на Луне… Да, мне захотелось большего, признаюсь. Хотя, конечно, все это были лишь грандиозные планы от части мечтания. Я прекрасно понимал, что мой мир по сравнению с этим – средневековье, и внедрить даже часть технологий отсюда будет непросто.

Эльф задумчиво посмотрел на меня.

– Вы мечтатель, мистер Поттер. Волшебники никогда не допустят того, о чем вы говорите, – тяжело вздохнул эльф.

– Но ведь когда-то у вашей расы уже была своя цивилизация, – сощурился я. – Вы с гоблинами жили независимо от людей.

Эльф опустил голову, пристально разглядывая трещинки на полу под нами.

– Какой была ваша цивилизация? – спросил я.

Я чуть было не брякнул: «Каким был уровень развития вашей цивилизации?» – но до меня дошло, что эльф едва ли меня поймет.

А если и поймет, обидится. Конечно, здесь знали о средневековье. И даже о древности, когда люди ходили в шкурах и жили в пещерах. Но едва ли мой вопрос пришелся по душе эльфу. Он, кажется, его изрядно расстроил.

Скроуп поднял на меня печальный взгляд.

– Я не знаю, мистер Поттер. Это запрещенное знание. Когда-то очень давно волшебники запретили поколению старших эльфов рассказывать младшим о том, что было прежде.

– Мы знаем о тех временах, когда эльфы и волшебники сражались, –подошел к нам молодой эльфенок.

Он был по местным меркам подростком, может, даже ровесником Гарри и Гермионы. В одном его ухе болталась бунтарская золотая серьга. Я с интересом посмотрела на эльфенка. Он кивнул с важным видом:

– Да, волшебники победили нас, – признался эльфенок. – И с тех пор мы им служим.

– Верно. – Подошла суровая женщина весьма упитанного вида, уперев руки в боки.

Судя по ее взгляду, она едва сдерживалась, чтобы не отвесить молодому дурню легкий подзатыльник. Людям эта женщина не доверяла точно. Будь её воля, она бы оттащила мальчишку от нас, но тот проворно встал так, чтобы мать до него не дотянулась.

– Мы служим людям верой и правдой, – повторила она, – и очень счастливы и рады служить в Хогвартсе.

– Верно же, Луст? – Она посмотрела на эльфенка строго и серьезно.

– Э, ну да, конечно, – повесил голову мальчишка. – Мы счастливы служить волшебникам, – издевательским тоном сказал он. – И очень рады, что нам запрещают иметь свою волшебную палочку! – Мальчик вскинулся и по-подростковому, с вызовом, посмотрел на нас с Гермионой. – Это же так здорово! Никогда не почувствовать вкус настоящего волшебства! – Глаза мальчишки наполнились яростью и безнадёжностью.

«Он совсем еще маленький. Наверное, он практически наш ровесник», – подумал я. Ребенок, который вынужден годами наблюдать, как ученики Хогвартса осваивают магические знания. «Да он же просто втайне мечтает здесь учиться!» – дошло до меня.

– Ты бы тоже хотел быть учеником, Луст? – произнес я уверенно.

Мальчишка кивнул, губы его задрожали.

– Эльфов не принимают в Хогвартс, даже если они родились здесь.

Я пристально смотрел на эльфенка. Его мать тоже. Взгляд ее оговорил: «Луст, пожалуйста, просто заткнись». Она не доверяла ни мне, ни Гермионе. Ну еще бы, мы были человеческими детьми, да к тому же, волшебниками.

– Ты можешь говорить, Луст, все в порядке. Все, что ты скажешь, останется здесь, – заверил я.

– Я попросил директора Дамблдора, – мальчик хлюпнул носом, – но он сказал, что не может этого сделать. Что домовым эльфам запрещено иметь волшебные палочки. И поэтому он не может принять меня в Хогвартс в качестве ученика. И еще, что наша работа очень важна. – Мальчик ковырял носком пол.

– Ну вот как, – проговорил я задумчиво.

– Да, что от нас зависит благополучие школы. И что он очень ценит все, что мы делаем, – печально добавил мальчик.

Я аж восхитился. Владыка Света на минималках. Тот тоже умел толкать странные красивые речи.

Глава 30

Гермиона продолжила общение с эльфами. Девочка вместе со Скроупом и еще несколькими обсуждали дела профсоюза. Я лишь отвлеченно слушал, размышляя.

«Итак, ментального заклятия, которое удерживало бы этих существ в подчинении, не было. По крайней мере, их мозги не промыты. Они лишь притворялись. Или они не были промыты у тех, кто служил в Хогвартсе. Вполне возможно, что Альбус Дамблдор несколько более приличный человек, чем я думал, и не стал этого делать. Хотя большинство домовых эльфов, скорее всего, его даже старше. Значит, не стал зачаровывать их разум еще предыдущий директор, – прикинул я. – Либо внушение более тонкое, не в лоб. – Я оглядел эльфов. – Вполне возможно, что оно все-таки есть».

Мне нужно было как-то так просканировать этих таинственных маленьких магических существ, чтобы они не заметили. В конце концов, мало кто любит, когда роются у него в мозгах. Я осторожно потянулся своей магией к ближайшей молодой эльфийке, занимавшейся мытьем посуды. Губка перед ней проворно наглаживала тарелки, намыливая их. При этом ни одной тарелки при мне она не разбила.

Едва коснувшись ее разума, я понял, что задачка-то не из простых. Во-первых, разум эльфов оказался более быстрым, чем человеческий. Во-вторых, мысли в нем весело неслись вскачь. Да еще и пританцовывали. «Мыть, мыть тарелки, мыть тарелки», – жизнерадостно повторяла про себя эльфийка на манер напева. – «Мыть тарелки чисто-чисто, мыть тарелки, мыть тарелки».

«Да о чем-нибудь другом, может, ты подумаешь?» – возмутился я. Раздалось: «Звяк!» Кухня замерла. Изумленные эльфы посмотрели на разбитую тарелку. Губы эльфийки растерянно задрожали. Тут же ей на помощь пришла Гермиона Грейнджер.

«Уф, – я выдохнул про себя, – молодец». Тарелка собралась вновь из осколков. «Да, волшебники этого мира, конечно, нечто», – подумал я. Они были велики и уязвимы одновременно. Я подошел к эльфийке и взял тарелку из ее рук, старательно ощупывая. Целая. Серьезно, будто и не билась никогда.

Маги моего мира могли, ну скажем, разрушить город. Построить стену из земли и грязи одним взмахом руки, испепелить светом дотла. Местному заклинанию «Люмос» далеко до этого. Но вот починить разбитое не мог никто в моем мире. Я никогда прежде не встречал такого заклинания.

«То ли маги здесь велики, то ли сама реальность плавится слишком легко», – подумал я и вернул тарелку эльфийке. Что ж, нужно попробовать еще раз. И с кем-то, кто занят чем-то с не столь хрупкими и бьющимися предметами. Я огляделся и выбрал того эльфа, который управлял веником и совком. Коснулся его сознания: «Мести, мести чисто. Чистота поддерживает замок. Я занят важным делом. Я поддерживаю чистоту в замке. Мести чисто».

М-да… Кажется, я погорячился, думая, что сознание эльфов свободно от внушения. Хотя, с другой стороны, вполне возможно, что они внушали самому миру. Веник и совок сноровисто прыгали. Эльф тихонечко напевал себе под нос: «Мести чисто, будет чисто».

Да уж. Я посмотрел на Скроута.

– А вы, как именно работает ваша магия?

Тот непонимающе уставился мне в лицо.

– Что вы имеете в виду, мистер Поттер? – осведомился эльф. – Так же, как и вся другая магия, полагаю.

– Волшебники колдуют при помощи палочек. Они произносят заклятия, делают движения, настраиваются, – сказал я. – Что делаете вы?

Эльф пожал плечами.

– Ну, мы просто думаем. Мы хотим, чтобы что-то случилось, – подсказал Луст.

Да, это было гораздо ближе к магии моего мира.

– Вы внушаете предметам, чтобы они двигались.

Я нахмурился.

Мать Луста посмотрела на меня со смесью изумления, страха и восхищения.

– Ну, можно сказать и так, – осторожно произнесла эльфийка. – Волшебники ведь тоже так делают.

Я задумался.

– Ну, можно сказать и так.

Мы говорили буквально о самой сути магии. Гермиона непонимающе уставилась на меня с видом.

«Эй, Гарри, почему мы тут обсуждаем магию вместо того, чтобы говорить о профсоюзе? Мы же буквально пришли освобождать эльфов из рабства».

Я ободряюще улыбнулся девчонке.

Глава 31

Кухню Хогвартса я покинул с чувством растерянности и изумления. Итак, возможно, самые могущественные существа в этом мире занимались рабским трудом. А главное – волшебникам как-то удалось провернуть все это. Более того, эльфы и сами верили, что без волшебных палочек они не так уж сильны. Некоторые, как Луст, очень хотели заполучить палочку, но это было строго запрещено. Луст рассказал даже, что однажды нашел потерянную кем-то палочку в коридорах Хогвартса, но ему пришлось отдать ее преподавателям. Оставить себе было нельзя. Мальчик говорил об этом с огромным сожалением и слезами в дрожащих глазах. И его мать смотрела на нас умоляюще, надеясь, что мы не предадим этот инцидент огласке.

Тот факт, что эльфенок вообще взял в руки палочку... Это уже могло привести к неприятностям. Тем более, что я подозревал: Луст наверняка не удержался и попытался ей колдовать. «Да, однажды распробовав магию на вкус по-настоящему, ты уже никогда не сможешь от нее отказаться», – подумал я. – «А Лусту пришлось».

Гермиона, идя по коридору вместе со мной в гостиную Гриффиндора, вдохновенно вещала о перспективах профсоюза. Девочка реально увлеклась. Она мечтала о том, что у эльфов появятся не только отпуска, но и выходные, будет более нормированный рабочий график. Словом, Грэйнджер нашла себе применение. Пожалуй, они бы неплохо поладили с Луизой. Я улыбался, слушая ее вполуха.

– Не надейся на слишком быстрые изменения, – подначил я девчонку.

Грэйнджер вспыхнула:

– Я не глупая, я понимаю, что это будет непросто, – серьезно посмотрела она. – Мы начнем с эльфов Хогвартса, а потом постепенные изменения охватят и всех остальных волшебников.

Я с улыбкой посмотрел на девчонку.

– Ну, мы с тобой буквально учимся в школе вместе с отпрысками родовитых семейств, – сказал я.

– Ну да, и что? – осторожно спросила Грэйнджер.

– До Министерства Магии тебе еще далеко. Но ты могла бы поговорить с детьми благородных семейств.

– И?

– Именно их семьям служат домовые эльфы. Буквально в силах этих ребятишек освободить своих эльфов.

– Что, правда?

– Ну да, они же их хозяева. А здесь, как я понял, достаточно дать эльфу предмет одежды, и он свободен.

«Подозреваю, что Альбус Дамблдор никогда на это не пойдет», – добавил я про себя. – «Ведь скорее всего именно директор Хогвартса считался владельцем эльфов. Или же нет…» – задумался я. –« Ведь формально они принадлежат самой школе. Директора-то можно и сменить. Хм. В таком случае у домовых эльфов Хогвартса вообще нет никаких шансов на свободу. Ведь замок не может дать им предмет своего гардероба. У замка одежды нет. Гм. Как это вообще работает?»

Моя голова буквально шла кругом. Магия этого мира была причудливой и странной. Неудивительно, что Дадли не получил приглашения в школу. Сын дяди Вернона хоть и отличный мальчишка, но обладал довольно приземленным мышлением. Внушать метле, чтобы она двигалась? Нет. Такое для Дадли уже перебор. А вот простенькая стихийная магия ему удавалась.

– Гарри, ты совсем не слушаешь! – обиженно толкнула меня в плечо Гермиона.

– Эм, да, что такое?

Вспомнив про своего новоиспеченного ученика, я и правда полностью сосредоточился на мыслях о Дадли. Интересно, как он там поживает? Все-таки учить ребенка магии, да еще на расстоянии в письмах – та еще задачка. И не слишком-то безопасная. Ну что ж, худшее, что он мог пока сделать – это затопить или поджечь гостиную.

Я повернулся к Гермионе.

– Нет, да... Я тебя... Извини, я тебя слушаю очень внимательно.

– Да? Тогда повтори то, что я сейчас сказала, – едко проговорила девчонка, обвиняюще глядя на меня.

Я улыбнулся. Что-то в ней есть общего с Розой.

– Ладно, прости, пропустил! – развел я руками. – Ну так что?

– Ребятам попадет, если они начнут отпускать своих домовых эльфов, – вздохнула Гермиона. – К тому же, наверняка, хозяином эльфа на самом деле считается глава рода.

– А, вот как? – дошло до меня.

– Угу.

Девчонка поджала губы.

– Да уж, обидно. Ну, может, ребята могли бы уговорить родителей отпустить эльфов на свободу, – задумалась Гермиона.

– А вот это сомневаюсь, – сразу пресек я ее мечты. – Взрослые волшебники понимают, что будет, если они отпустят эльфов на свободу.

– И что же? – нахмурилась Гермиона.

– Ну, честно говоря, может завязаться новая война между эльфами и людьми, – признался я.

– Что? – Глаза Гермионы округлились вместе с ее ртом. – Гарри, да ты издеваешься.

– Отнюдь нет. Если у эльфов мозги не промыты, как я думал, то они могут начать мстить людям за века унижений.

Гермиона похлопала глазами.

– Мстить?

Я вздохнул. Освобождая рабов, конечно, не думаешь первым делом о том, что сейчас они пойдут резать своих хозяев, включая детей, и выставят их обезображенные тела где-нибудь на площади. Увы, я с этим сталкивался неоднократно. Гермионе же еще только предстояло познать всю низость этого мира. Ну, то есть не буквально этого, а мира в целом.

– Гермиона, не думай, что освобожденные эльфы просто будут благодарны людям за то, что их освободили, – серьезно сказал я. – Скорее всего, с некоторыми из них обращались очень дурно, и они могут гореть желанием мести.

– Желанием мести? Обращались дурно? – девчонка смотрела растерянно.

– А, ну человеческую историю-то ты читала? – спросил я.

– Ну да, конечно, – ответила Гермиона.

– Ну и как? Не заметила ничего плохого в рабстве?

– Гарри! – Она силой ударила меня кулаком по плечу снова.

– Вот именно. Освобожденные рабы во все времена мстили своим хозяевам, – я посмотрел на нее и вдруг по растерянному лицу девочки понял, что она вот-вот заплачет.

Великая Тьма, да чего я от нее хочу? Она же всего лишь одиннадцатилетний ребенок. Гермиона и так уже взвалила на свои плечи непосильную ношу, планируя освобождать целый народ. А я тут тороплю события. Или мне попросту хотелось предупредить девочку наперед о том, с чем она столкнется. Сам я когда-то даже не думал о таком эффекте.

«Вот так и рождаются мифы о злобном Темном Властелине», – подумал я угрюмо. – «Площади, заваленные телами. Телами, тех, кого я вовсе не приказывал убивать. Точнее, не то, чтобы я никогда не приказывал ничего ужасного. Но порой те, кто мне служил, старались излишне рьяно».

– Как жаль, что мы так мало можем сделать» – вздохнула Гермиона. – Ведь до того, как я смогу что-то решать в Министерстве Магии, пройдет еще очень много лет.

Я посмотрел на девчонку с уважением.

– Ты очень умная, Гермиона, – сказал я. – И много лет – это лучше, чем никогда.

Гермиона задумчиво кивнула. Мы вернулись в гостиную Гриффиндора, где она рассказала ребятам о нашем посещении эльфов. Разумеется, мы не стали рассказывать, как Луст нашел потерянную волшебную палочку. Вместо этого Гермиона сказала, что было бы здорово, если бы домовики учились вместе с нами.

Лица ребят вытянулись – такое представить не мог никто.

– Учились вместе с нами в Хогвартсе? – изумился Рон. – Им ведь запрещено даже иметь волшебные палочки.

– Да, это неправильно, – Гермиона топнула ножкой.

– Это может быть довольно опасным, – заметил Симус Финниган.

– Опасным? – удивился Дин Томас.

– Люди и волшебные существа не всегда жили в мире, – напомнил Симус.

– Да, Министерство Магии никогда на это не пойдет, – согласилась одна из старшекурсниц. – Они слишком боятся, что волшебные существа выйдут из-под контроля.

– Да, ведь есть целый отдел в министерстве. Называется «Контроль и учет волшебных существ», – кивнул Перси Уизли.

– Контроль и учет, значит, – проговорил я.

Перси кивнул.

– Вот именно, контроль, – подчеркнул мальчик.

«Да, волшебники этого мира не промах», – подумал я. С одной стороны, провозгласили себя светлыми, добро тут победило с разгромным счетом, а с другой стороны, контроль и учет, значит, волшебных существ. Как бы им понравился контроль и учет людей? Или контроль и учет волшебников?

Контроль и учет людей на самом деле понравился бы многим, судя по популярности идей Грин-де-Вальда и Тома Реддла. Я задумался: «Кажется, этому миру по зарез нужен Темный Властелин, еще один. Но, знаете, не предвзятый. Или рано или поздно они получат то, что и заслужили – Темного Властелина из домовых эльфов. А бывшие рабы, как известно, убивают своих хозяев».

Глава 32. Гарри

Гарри попытался отменить охоту, которую обещал Стюарту, но тот заупрямился. Лицо у него было такое, словно Гарри его ужасно обидел. Как у Дадли, который чего-то очень-очень хотел, начал топать ножкой и не получил желаемое даже через пять минут от тети Петуньи или дяди Вернона.

Гарри неожиданно начал понимать их уступчивость. Они ведь любили своего Дадлика. Как вот откажешь парню, который был готов вытаскивать из тебя арбалетную стрелу или самолично пробиться сквозь светлое воинство, чтобы прийти на помощь?

Глаза Стюарта были ужасно расстроенными, губы дрожали.

– Отец, ну пожалуйста, я ведь нечасто о чем-то прошу! – проговорил Стюарт.

«Это ты-то не часто просишь», – подумал Гарри, ощутив отголосок привычных мыслей Карута.

Впрочем, обычно Стюарт, скорее всего, просил денег. А тут – поохотиться вместе с отцом.

Гарри тяжело вздохнул. Сказать ему, что его отец вообще сейчас неизвестно где, а он незнакомец в чужом теле? Он не мог так поступить со Стюартом. Тем более что после этого Гарри не представлял, что с ним сделают. Роза и Луиза были преданы Каруту практически фанатично. Да и Стюарт… Это же его отец, они сделают все, чтобы вернуть его в его собственное тело. А что будет с Гарри, им наплевать. Наверное.

Мальчик вздохнул.

– Стюарт, сейчас не самая лучшая ситуация.

Он вдруг вспомнил, что, кажется, слышал однажды эту фразу от тети Петуньи. Кажется, тогда Дадли попросил чего-то слишком дорогого. «Может быть, это был конструктор? Большой набор», – припомнил Гарри, – «Который Дадлик, впрочем, получил, но спустя месяц, на свой день рождения. А потом разломал. Обломки достались Гарри».

– Всего один день, отец, – посмотрел на него Стюарт.

Гарри вздохнул. «Ладно, это же всего один день», – подумал мальчик.

– Хорошо. Один день, – согласился он, представляя, что ему выскажет Роза. – Всего один.

Стюарт просиял.

– Отлично! Тогда выезжаем завтра, – жизнерадостно заявил парень.

– Да, конечно.

Глава 33. Воландеморт

Воландеморт недоумевал. С губ, само собой, сорвалось сладкое слово «Империо!». Перед глазами возникла целая армия, которая убегала от него прочь. О, это было блаженное чувство, смотреть, как уходят люди в сверкающих светлых доспехах. Он победил их, он подчинил их своей воле. «Империо! Империо!»

Но он недоумевал, потому что понятия не имел, кто это такие вообще. Кто все эти люди? Почему они в белоснежных одеяниях? Почему некоторые из них в рыцарских доспехах? Это же средние века вообще. Воландеморт не знал никого в армии, которую обратил в бегство. Да и обратил ли? Он просто, просто видел их. Это было видение.

«Это не я сделал!» – с удивлением понял Воландеморт. –« Это не мои воспоминания». Он невидяще уставился перед собой. Впрочем, любоваться было особенно и не на что. Тюрбан Квиррелла и окутывавшая его темнота. Обычно она окутывала его уютным полумраком, но сейчас он разволновался. И дурацкий тюрбан просто мешал ему видеть.

Мало ему своих проблем, так теперь еще и чужие? Что это за видения? С кем это случилось на самом деле? А, без сомнения, это были события чьей-то жизни. Как он, Воландеморт, мог быть связан хоть с одним живым существом на этом свете? Ну, помимо, конечно, дурацкого Квиррелла, который предоставил ему своё тело. Идиот буквально не понимал, на что соглашается, впустив в себя Воландеморта. Что ж... Нет мозгов – это его проблемы. В какой-то мере можно было сказать, что Квиррелл сделал лучший выбор в своей жизни. «Теперь в его теле завелись мозги», – злорадно подумал Воландеморт.

Но затем его мысли встревоженно вернулись к видению. Воландеморт не понимал, что происходит. А это пугало.

К тому же, кто бы не обратил в бегство светлую армию на самом деле – его мощь ужасала. Воландеморту и в лучшие времена не удавалось провернуть ничего подобного. Подчинить себе одновременно столько людей, да еще без метки Пожирателей Смерти… Это было немыслимо.

Глава 34. Карут

Я крался по Запретному лесу. Как и в прошлый раз, лес встретил меня неприветливо. Пугающими звуками незнакомых птиц, хлесткими ветвями, так и норовящими вмазать по лицу. К тому же, мне на каждом углу мерещились зловещие красноватые глаза пауков. Но на этот раз я был готов. Я обрызгался репеллентом, который прислал мне Дадли, с ног до головы так, что воняло от меня за километр. Все существа, которые были в этом лесу, разбегались, едва меня учуяв. На этот раз ни лукотрус, ни пикси – никто не смел меня потревожить. Все бедолаги, которых угораздило со мной встретиться, сбежали так далеко, как только могли, и сейчас отчаянно пытались высморкаться, чтобы избавиться от дрянного запаха.

Что ж, поиск сокровищ требует жертв. «Мантии каюк», – понял я. Стоило, наверное, надеть что попроще. Ну ладно. В конце концов, можно купить новую.

Я спустился к небольшому оврагу, который заприметил еще в прошлый раз, пока удирал от пауков. Может быть, здесь что-то удастся найти? Конечно, никто не закапывает сокровища в оврагах, но зато в них теряют вещи. Особенно если удирают от каких-нибудь жутких и страшных существ, обитающих в лесу.

Пройдясь по врагу, я нашел место, которое показалось мне наиболее перспективным. И принялся разрывать его прихваченной с собой из Хогвартса лопатой. Да, на этот раз я подготовился получше. Со складным ножом искать клад оказалось не так уж удобно.

Я копал довольно долго и увлеченно, прежде чем выкопал целую пуговицу. Да, это была старинная металлическая пуговица. Я уловил на этом месте слабый магический фон, исходивший от нее.

«Да уж», – я покрутил пуговицу в руках. Нет, она не была каким-то особым образом зачарована. Скорее, когда-то ее довольно долго носил на себе могущественный маг. Возможно, даже кто-то из основателей Хогвартса. Осторожно очистив пуговицу от грязи, я обнаружил на ней изображение змеи. Хм. Быть может, она даже принадлежала Салазару Слизерину. В общем, место этой вещице скорее в музее, чем где-либо еще.

Поняв, что овраг бесперспективен, я выбрался из него и отправился дальше, прихватив лопату. Напоминаю, что основные мои силы, то есть пламя и Тьма, не слишком подходят для лесной локации и для того, чтобы колдовать под носом у профессоров Хогвартса.

Я весело насвистывал. Знать бы еще, где именно в Запретном лесу территория кентавров. Не хотелось нарваться на них. Кажется, эти ревнивые собственники будут оберегать свою территорию до последнего. Ребенка они вряд ли тронут – если бы кентавры убивали детей, их бы давно испепелили волшебники вроде Люциуса Малфоя, чьи отпрыски здесь учились. Но вот выставить меня из леса могут запросто.

Я поморщился, представив себе эту картину. Я, Темный Властелин, Великий Карут, отступлю перед парочкой кентавров, которые укажут мне на выход из леса. И все потому, что я не хочу вылететь из магической школы. Но, с другой стороны, других шансов поступить в магическую школу у меня не было. В моем родном мире меня не примут ни в одну академию. Как минимум, если бы я явился на порог, это выглядело бы глупо. Так что приходилось довольствоваться своим дырявым образованием самоучки. Что порой меня подводило.

«Нет уж, учиться в школе интересно», – подумал я. Мне вдруг представилось, как в Хогвартсе учился бы Стюарт. Разумеется, на Слизерине. Это ему подошло бы больше всего. Я улыбнулся. В Хогвартсе ему бы понравилось. Стюарт даже проучился полгода в одной Академии Тьмы, поступив туда инкогнито, втайне даже от меня. Но потом вылетел из-за полного отсутствия дисциплины и вернулся домой.

Неожиданно что-то заставило меня насторожиться. Предчувствие, едва уловимое, что-то в лесу было не так. Я замер. Быть может, кентавры или пауки? Нет, просто было слишком тихо. Весь обратившись в слух, я, крадучись, двинулся дальше, конечно, в ту сторону, откуда исходила опасность.

Это была небольшая поляна, посреди которой лежал удивительно красивый белоснежный единорог. Белоснежный, красивый и мертвый. А над ним склонилась фигура в иссиня-черной накидке с капюшоном. Притаившись возле дерева, я наблюдал. Неожиданно шрам на моем лбу загорелся болью.

Темная фигура была настолько сосредоточена на своих делах, что меня совершенно не замечала. Ни меня, ни горящий болью шрам Гарри Поттера. Он ведь не мой, и, что бы в нем ни таилось, оно не имело ко мне никакого отношения. Это была некая темная энергия. Я прижал ладонь к шраму, пытаясь его унять, и пристально посмотрел на кого-то, кто пил кровь единорога, присев перед ним на корточки.

Я постарался припомнить, что именно знал о единорогах. Красивые и прекрасные создания и бла-бла-бла. Кажется, тот, кто пил их кровь, получал заодно и проклятие. Но кровь у них была какая-то особенная. Что же она там дает? Красоту? Молодость? Выпрямляет вьющиеся волосы и завивает прямые? Хм.

Сверкающая серебристо-голубая жидкость испачкала одеяние незнакомца. «О, точно, это что-то относящееся к залечиванию ран», – припомнил я. Кровь единорога способна исцелять даже того, кто смертельно ранен. Что-то в этом и духе. Еще что-то связанное с бессмертием, но не бессмертие как таковое.

А вот как именно будет проклят тот, кто убил единорога, чтобы испить его кровь, в учебнике написано не было. Этому было посвящено целых несколько строчек. «Тот, кто выпьет кровь единорога, убив его, будет проклят. Не вздумайте пить кровь единорога, иначе вы будете прокляты».

Короче, волшебники этого мира защищали редкие виды, как могли. На мой взгляд, просто не стоило вообще писать о том, что кровь единорога имеет какие-то полезные свойства. Больше толку бы было.

На уроках, кстати, мы преспокойно использовали порошок из рогов единорога, а также волосы из их грив и хвостов. Пожелай я защитить единорогов – просто запретил бы к ним приближаться, да и все.

Я вспомнил передачу по телевизору, которую мы смотрели с Дадли. Там иногда попадались натуралистические передачи о дикой природе. В том числе было про носорогов. Удивительно любопытных тварей, также имевших рог на голове. Так вот, там говорилось, что некоторых видов носорогов практически не осталось. А к одному носорогу даже была представлена личная охрана, потому что он был последним в своем роде.

Кажется, волшебные единороги бодрым шагом шли по тому же пути. Я подкрался к незнакомцу со спины.

– Решили выпить немного проклятия и бессмертия, сэр? – язвительно осведомился я.

Мне не слишком нравился этот волшебник, он убил удивительно красивое существо и, к тому же, редкое. Так что я сжал кулак. Хотя, конечно, это не мое дело, но, если только не выяснится сейчас, что бедняга действительно очень сильно ранен и умер бы сам без этой крови, его ждет кулаком по морде. Животных я любил.

Незнакомец обернулся, и я с изумлением увидел перед собой профессора Квиринуса Квиррелла, нашего преподавателя темных искусств. Точнее, защиты от темных искусств, хотя, если честно, от него не было толку ни в том, ни в этом смысле. Он не мог научить нас темным заклятиям, да и не старался – школа все-таки светлая, ни защите от них, предлагая во всех трудных ситуациях использовать чеснок, а по всех простых – угадайте, что? Правильно – чеснок. Хорошо, хоть учебник был написан более или менее внятно, иначе выпускники Хогвартса рисковали бы оказаться перед темными искусствами абсолютно беззащитными. «Что, вероятнее всего, и произошло с родителями Гарри Поттеров», – подумал я мрачно, вспомнив свой сон.

Лили Поттер умерла рядом с сыном, благородно закрыв его собой. «Будь на ее месте Роза или Луиза, они бы разорвали этого Воландеморта на куски голыми руками», – подумал я. – «Очень жаль, что Лили Поттер получила образование в Хогвартсе. Окажись у нее учителя получше, быть может, она бы выжила. Как и Джеймс».

Я смерил Квиррелла мрачным взглядом.

– Что с вами, профессор? Вы смертельно ранены? – осведомился я.

«И лучше бы вам сказать “да”», – добавил я про себя, сжав кулак еще крепче. Единорог был удивительно красивым существом. И он казался очень нежным. В общем, это существо было чем-то, что инстинктивно хотелось защищать. Я, конечно, не из светлых, которые подвержены подобным порывам, но это – Запретный лес и редкий исчезающий вид. Так что я пристально посмотрел в глаза Квирреллу, а тот глядел на меня не моргая. Обычно заикающийся робкий профессор сейчас казался мне нерушимой скалой.

– Ранен, мистер Поттер? – протянул он задумчиво. – Нет, я кормлю своего Повелителя.

Я удивленно моргнул. Что? В смысле? У него есть Повелитель? То есть здесь есть еще один Повелитель, кроме меня?

– Это кого же? – фыркнул я.

– Темного Лорда, разумеется! – ухмыльнулся Квиррелл.

Он сделал шаг вперед, видимо, ожидая, что я отступлю, но я остался стоять на месте. В моих руках сами собой появились палочки с первым фениксом и птицы Рух. Мне же нельзя колдовать здесь Тьму, да и Пламя – дурная затея. Так что я решил обойтись местными заклинаниями.

– Воландеморта, что ли? И зачем же вам понадобилась кровь единорога?

– Чтобы его вернуть, разумеется, – улыбнулся Квиррелл.

Я нахмурился. Шрам заболел практически нестерпимо для одиннадцатилетнего мальчишки. Если ты много раз сражался, проткнутый мечом в двух местах, а то и трех, то вполне себе так терпимо.

Я пристально разглядывал Квиррелла. Было странное ощущение, что сейчас здесь присутствует кто-то еще. «Хм. Ну что ж. Воландеморт в этом замке персона нон грата», – заметил я. Он сделал все, чтобы больше на территорию Хогвартса его не пускали. Да и я, если честно, его очень не люблю. Он убил моих родителей. Вернее, не моих, а Гарри Поттера. Но раз уж взялся играть роль пацана, пожалуй, буду делать это это как следует. Гарри ведь еще возвращаться сюда предстоит рано или поздно.

Квиррелл со странной усмешкой посмотрел на меня.

– Вам конец, мистер Поттер! – заявил он патетически.

Я фыркнул, а затем вскинул палочку и ударил его местным заклинанием «Остолбеней». Потом со второй руки палочкой птицы Рух тут же прибавил «Сектумсемпра». Это заклятие вызывало довольно сильные и болезненные порезы.

Отброшенный Квиррелл на мгновение замер. Этого мне хватило, чтобы заткнуть палочку за пояс и сразу же вмазать ему по лицу. Ну просто хотелось, не мог я себе отказать в этом удовольствии. Хотя бить пришлось в прыжке.

– Убивать единорогов нехорошо, профессор, – заявил я, ощущая, как за моей спиной вырастают белоснежные крылья. А быть на стороне добра и света даже в чем-то затягивает. Ощущаешь такую безграничную правоту и право бить в морду всех, кто тебе не нравится.

Я покосился на кровь единорога, которая все еще текла на траву из раны на боку мертвого животного.

– Интересно, – пробормотал я, – А проклятие получает только тот, кто убил животное, или любой, кто выпьет его кровь? – Вот это был вопрос вопросов.

К счастью, у меня тут как раз был преподаватель темных искусств рядом. То есть защиты от темных искусств. Но кажется, ему впору было вести не защиту от них.

Я выжидательно уставился на профессора. Квиррелл удивленно махнул головой. Кровавый отпечаток моего кулака его не порадовал. Он стер кровь с разбитой губы и с удивлением уставился на меня.

– Я схлопочу проклятие, если отведаю кровь единорога или нет? Профессор, я задал вопрос, – издевательским тоном напомнил я.

Квиррелл проморгался.

– Э-э-э, ну, не знаю, – честно признался он, явно не ожидавший, что прямо сейчас я попытаюсь использовать его по прямому назначению, то есть как своего преподавателя.

– Ну и ладно. – Я бодро вскинул палочку и засучил второй рукав, чтобы еще раз дать ему в морду.

«Убей! Убей его!» – неожиданно раздался третий голос на поляне. Он определенно принадлежал кому-то еще. Кому-то очень грозному, сильному, могущественному, переполненным собственным величием. Словом, вроде меня.

Я огляделся. Вокруг никого. Но присутствие третьего ощущалось четко, и оно исходило, как ни странно, от Квиррелла. Я нахмурился: «Да что ж это происходит такое?!» – удивился я про себя. Шрам снова обожгло болью, да такой, что я пошатнулся и едва устоял на ногах.

– Не, ну вот так уже нечестно! – рыкнул я.

Я не трогал темную энергию, вшитую в голову Гарри Поттера хотя бы потому, что это не моя голова. И я пока понятия не имел, что это и чем оно может обернуться. Голова все-таки, знаете, это не то же самое, что из руки что-то вытащить. «Но, кажется, с этой штукой надо будет разобраться», – решил я твердо. Пока же я просто хлопнул себе ладонью по лбу, заставляя энергию в шраме успокоиться.

Квиррелл медленно двинулся на меня, вскинув палочку.

– Авада Кедавра! – глядя в лицо одиннадцатилетнего мальчишки, выпалил он.

Я увернулся. Зеленый луч прошел мимо меня, врезавшись в ближайшее дерево.

«Хм, кстати, а у нас ведь здесь есть темный маг», – задумчиво проговорил я. – «Определенно, темный маг, на которого все и подумают».

Я вскинул свою палочку с пером остролиста:

– Авада Кедавра! – Ожидаемо, заклинание получилось ну так себе. Оно ударилось о Квиррелла и растеклось, обернувшись ничем.

Я нахмурился. То ли решимости убить мне его не хватало, то ли просто выполнил пас рукой неправильно. Все-таки бил слева, и ладно.

Я выхватил палочку с пером птицы Рух и повторил то же самое правой рукой.

– Авада Кедавра! – проговорил я задорно.

В конце концов, где я еще мишень-то для этого упражнения найду? Да еще так, чтобы меня не запалили. А тут темный маг, профессор Квиррелл, убивший единорога. Да кто на меня при таком раскладе подумает? Я же всего-навсего одиннадцатилетний мальчик.

У Квиррелла глаза на лоб полезли.

– Это непростительное заклинание, Гарри, – проговорил он вдруг так, словно в нем боролось две сущности – мой профессор, преподаватель защиты от темных искусств, и человек, решивший меня убить.

– Ха-ха-ха, ну можете не прощать! – сказал я и применил Аваду в третий раз. Теперь она угодила в цель, и профессор пошатнулся, но устоял.

«Великая Тьма, он же только что выпал кровь единорога», – дошло до меня. Она у него буквально на губах не обсохла, а я его тут «Авада Кедаврой» прикладываю, которой, собственно, сам не умею пользоваться.

– Ну ладно, – я спрятал обе палочки. – Вы нарывались, профессор. Даю вам последний шанс сдаться, – решил я.

Все-таки мне было любопытно его допросить. Что здесь происходит? Почему от него исходит второй голос? А он шел явно от него.

Квиррелл хмыкнул.

– Сдаться? – Расхохотался он. – Ну и самомнение у вас, мистер Поттер.

Я гордо выпрямился.

– Уж какое есть. Тут, кажется, вакансия Темного Лорда свободна.

Я состроил самое язвительное выражение, на какое только был способен.

– Вакансия Темного Лорда не свободна! – свирепо отрезал второй голос с таким возмущением, что сразу стало понятно: а вот и он, тот, кого нельзя называть, – Воландеморт, он же Томас Реддл.

– Реддл, привет!

Уж что-что, а выбешивать оппонента я умею. Сколько у нас пикировок с Владыкой Света было – не счесть. Если бы словами можно было убить, он был бы давно мертв. Примерно раз тысячу.

Разъяренный Квиррелл принялся лупить по мне заклятиями. А я что? Я от него не отставал. Вскинув руки, я послал в него Лезвие Тьмы. Затем добавил темную плеть. Обычно я делаю огненную, но, согласитесь, специфика леса. Не хватало еще здесь все сжечь. Куда потом бедные кентавры пойдут? Да и единорогов вымрет побольше, чем один, если я тут все спалю. А единорогов, как выяснилось, мне жалко. Мне очень хотелось увидеть такое же существо, но живым. А может, даже и прокатиться на нем. Такую коняшку я бы с радостью забрал в свой мир. Пусть Владыка Света треснет от зависти, увидев у меня подобного скакуна.

Мы с Квирреллом азартно обменивались заклятиями. Что ж, недавно выпитая кровь единорога, конечно, давала ему изрядный бонус. Он не так сильно уставал, как я. С другой стороны, дохлый единорог все еще был поблизости. «Решиться или нет?» – размышлял я. – «Проклятие? Да, на мальчишке и так явно висит какое-то проклятие». Дурацкая эта темная энергия, которая все время то и дело не к месту норовит взорваться болью в шраме. Лорд Воландеморт, что ли саданул Гарри «Авадой» в детстве так, что в нем кусок заклинания остался? А так бывает? Заклятие может застрять буквально у человека во лбу?

Я незамедлительно задал эти вопросы Квирреллу. Ну а что? Больше мне спрашивать некого. Тем более что тут присутствует сам Темный Лорд. Уж он-то должен знать. Это же было его заклятие.

Глава 35. Карут

– Поттер, ты странный, – не выдержал кто-то из них.

Я уже, если честно, не мог четко различить их голоса, потому что порядком устал, пока скакал вокруг Квиррелла по поляне и молотил по нему заклятьями. Конечно, обрушил бы я на него всю свою мощь – Квирреллу бы не поздоровилось. Снесло бы мигом. Но, с другой стороны, повалило бы деревья, на которых наверняка обитают лукотрусы. Да и кто знает, по кому еще срикоршетит. Опять-таки, мощный выплеск темной энергии привлек бы сюда волшебников из Хогвартса. Да, они были бы здесь через пять минут. И кто тогда наберет хотя бы в баночку кровь единорога, чтобы ее исследовать?

Ах, у меня ведь не было с собой даже баночки. Ну вот же засада. Значит, следовало прикончить Квиррелла, оставить единорога как есть, прокрасться в замок, спереть одну из склянок Снейпа, а лучше несколько, набрать от единорога всего, что можно, а потом...

Кажется, я замечтался, потому что одно из заклятий Квиррелла все же угодило по мне. Круциатус.

Ох е, давненько мне не было так больно! Кажется, с тех самых пор, как Светлому Властелину удалось воткнуть в меня свой меч. При этом меня держали его люди очень крепко за руки и за ноги, но я все равно вырвался и ему накостылял. И, между прочим, я никогда не просил своих воинов делать что-то подобное, когда мы с ним встречались на поле боя. Нет, я не готовил ему ловушек. Я всегда выходил с ним биться сам лицом к лицу.

Спросите: «Почему? Неужто я такой благородный?» Да нет, просто убить его хотел собственными руками. И боялся, что прикончу любого, кто окажется рядом с нами, пока мы будем драться. Я и сейчас уже едва сдержался, чтобы не разнести Квирреллу голову вместе с половиной леса.

– Удивительная сила, мистер Поттер, – заинтересованно проговорил второй голос.

– Это и не десятая часть моей силы. Лучше сдавайся, Рэддл, и, может быть, я тебя пощажу! – фыркнул я.

Как ни странно, профессор Квиррелл действительно остановился, переводя дух.

– Какие речи, мистер Поттер! – изумился Воландеморт. – А ты не забыл, сопляк, что тебе всего лишь одиннадцать лет?

Я фыркнул.

– А ты не забыл, что ты давно дохлый? – язвительно напомнил я. – Ты мне в годик-то проиграл. А теперь и вовсе трепещи, зараза!

Воландеморт расхохотался. Я тут же вмазал по нему серией Лезвия Тьмы. Квирреллу стало не до смеха.

– Как ты колдуешь без палочек? – пораженно спросил он, только сейчас обратив внимание на этот удивительный факт.

– Как-как? Руками! – фыркнул я. – Вот, по пять палочек на каждый, – я выразительно пошевелил пальцами, а затем продемонстрировал ему один, вспомнив обучение в магловской школе.

На профессора Квиррела было жалко смотреть. Лицо его исказилось. Я же ловким прыжком оказался позади него и сорвал, наконец, с головы тюрбан. Мне было до ужаса интересно взглянуть, что же он там прячет. Ведь второй голос, как я понял, исходил именно оттуда.

Ну что ж, о своем решении я немедленно пожалел. Это выглядело, мягко говоря, неэстетично. Из затылка профессора буквально росло второе лицо. Человеческим его можно было назвать лишь с натяжкой. Нос, как у змеи, злобные красные глаза.

– А жизнь тебя потрепала, Воландеморт, – проговорил я, отступая и любуясь этим ужасом. – Нет, пожалуй, даже убивать не буду. Ты вполне заслужил то, что с тобой произошло, – хмыкнул я.

Красноглазое лицо исказилось от злобы.

– Что ты сказал? – забрызгала он слюной.

– Я сказал, что пощажу тебя. Сиди в этой форме, – фыркнул я. – Быть лицом на чужом затылке? Бр-р-р. Да лучше уж сдохнуть. Как тебя угораздило-то только, Волан-де-Морт? Или лучше называть Томас? Ты еще хоть собственное имя-то помнишь? – Если честно, я знал, что бью по больному.

Когда тебя долгое время называют исключительно «О, мой Владыка и мой Повелитель», то начинаешь забывать, что когда-то был простым парнем. И если вдруг на горизонте возникает кто-то из твоей прошлой жизни, скажем, кто-то, с кем вы вместе воровали рыбу в обшарпанном порту прибрежного городка, то это вызывает очень сильные чувства.

Лицо Тэма Рэдла скривилось.

– Я убью тебя и верну себе тело.

– Это как-то связано? – с интересом осведомился я. Магия этого мира казалась мне все более странной, но вот то, что касалось возвращения тела, меня предельно заинтересовало. Я ведь тоже хочу вернуть себе тело. Причем свое личное. Тело юного Поттера, так уж и быть, готов вернуть владельцу. Практически в целости и сохранности, не считая синяков и порезов.

Воландеморт сверкнул красными глазами.

– Никак это не связано! – рявкнул он.

– Квиринус, кончай его уже! Это всего лишь мальчишка.

Я поднял бровь.

– Ну раз всего лишь мальчишка… Авада Кедавра! – Я вскинул палочку с первым феникса, которуювсе еще сжимал в левой руке. – Авада Кедавра! – На этот раз я решил обойтись без палочки, совместив родную магию и местную. Ну, вышло что-то странное.

Зеленый луч вмазал Квиррелу в грудь, и он рухнул на землю, как подкошенный, но не мертвый. Он задергался, и я некоторое время с удовольствием любовался на агонию обоих.

Неожиданно от этого затылка отделилось темное облако. Так, а вот это уже интересно. Кто-то не захотел умирать со своим приспешником. Я попытался было вымазать по облаку Лезвиями Тьмы, но они прошли насквозь.

«Вот за это и не люблю призраков», – проворчал я. – «Одни проблемы с ними». Вот Владыке Света, тому бы удалось развеять призрака запросто. Все-таки светлая магия для этого предназначена гораздо лучше. Зато темная могла их подчинять, но я не успевал совершить плетение. Оно довольно сложное.

– Всего лишь мальчишка здесь ты, – я заглянул в глаза растерянного профессора. – Глупый мальчишка, поверивший не тому. – Я зачерпнул ладонями кровь единорога из раны и влил в рот профессора. Хуже ему все равно не будет. Затем присел рядом, ожидая, придет он в себя или нет. Как ни странно, это сработало. Может быть, сказалось то, что моя «Авада Кедавра» была, мягко говоря, несовершенной. Все-таки подобные заклятия отрабатывают долго, доводя до совершенства.

Наконец, Квиррел открыл глаза и посмотрел на меня растерянно.

– Я встретил его во время своих путешествий, – проговорил он. – Тогда я подумал, что он великий человек, Гарри, и что в этом мире имеет значение только сила.

Я нахмурился.

– Ну, речь пытаешься произнести, да? Я тебя вроде как спас. Ты не сдохнешь, только будешь проклят, – порадовал я.

Профессор прикрыл глаза.

– Владыка покинул меня, – с горечью произнес он.

– Да, ведь в этом мире имеет значение только сила, – произнес я язвительно. – А приспешники значения не имеют, так и знай. Ни для одного нормального Темного Властелина.

Я, к счастью, для Розы, Луизы и остальных, был ненормальным, что уж.

Я помог Квиррелу подняться.

– Убивать редкие виды нехорошо. – Я подумал залепить ему пощечину, но решил сделать это, когда бедняга немного оклемается. – Давай-ка так, ты никому не расскажешь о том, что здесь произошло. – Мы пошли в сторону замка. – И особенно о том, что посреди леса лежит мертвый единорог. По крайней мере, не раньше завтрашней ночи.

– Э, почему? – спросил Квиррел.

– Планирую наведаться сегодня сюда со склянками и изучить кровь единорога как следует. Ни у Хагрида, ни у Снейпа я этого ингредиента не видел, – честно сказал я.

– Нет, почему вы мне помогаете, Поттер? – поправил Квиррел. – Вы же поняли, что я ваш враг. Я на стороне Темного Лорда.

– Что, все еще? – Я вскинул бровь. – Вам мало того, что он вас бросил, профессор? Думаете, он вернется, как только обнаружит, что вы выжили? И что? Извинится за свои действия? Или вам понравилось быть чужой марионеткой?

Квиррел испуганно коснулся своего затылка.

Пока он дергался в конвульсиях, чужое лицо с него буквально растаяло. Теперь это был самый обычный затылок.

– Э, ну нет, если честно, – тихо признался профессор. – Порой Владыка заставлял меня делать вещи, которые я не очень хотел.

Я посмотрел на парня. Кажется, он был одним из тех глупых романтиков, что легко запутываются, идут за харизматичным лидером, а потом внезапно обнаруживают, что служат Владыке Света, который только что приказал, не дрогнув, вырезать целую деревню темных вместе с женщинами и детьми.

У меня была парочка таких воинов, которые, прихватив тех самых женщин и детей, сколько смогли, сбежали, не став выполнять приказ. В моей армии они дослуживались обычно до хороших чинов. Признаюсь честно, я даже их продвигал, потому как где еще в Темном Королевстве найдешь приличных людей, на которых можно положиться? А тут испытанные, так сказать, ситуацией.

Я с сочувствием посмотрел на Квиррела.

– Думать надо своими мозгами, а не чужие на затылке отращивать, – жестко произнес я. – Значит так, никому ни слова ближайшие пару дней. И о том, что здесь произошло, в принципе, никому ни слова.

Квиррел поморгал.

– Лучше не рассказывать никому о том, что вы были вместилищем Темного Лорда. И уж точно не надо рассказывать, что мы с вами сражались.

«Особенно нужно молчать о том, что я применял темные заклинания», – подумал я. – «Иначе меня сейчас из школы выгонят. Ну, впрочем, как и Квиррелла. И это не утешало».

– Вы же не хотите в Азкабан, профессор? – прищурился я.

Квиррелл вздрогнул.

– Нет, конечно не хочу. Там дементоры! – ужаснулся он.

Так, дементоры…Надо бы выяснить, что это такое. Кажется, где-то в книгах встречалось, но только мельком, а я не придал значения, ведь в ближайшее время мне они не грозили.

– Ну вот и славно, профессор. Тогда советую забыть обо всем, что здесь произошло.

Квиррел растерянно оглянулся через плечо на труп единорога.

– А, да, любое проклятие чем-нибудь да снимается, – утешил я. – В магловских фильмах в этой теме играет большую роль поцелуй истинной любви.

– Что? – растерянно посмотрел Квиррел.

– Найди себе женщину, – посоветовал я. – Веди тихую, спокойную жизнь и держись подальше от неприятностей. Быть может, это проклятие как-нибудь и само сойдет на нет. Или ты найдешь, чем оно лечится, кто знает. Ты же вроде как совершил кругосветное путешествие. Неужели не обзавелся за это время знакомыми?

Квиррел пожал плечами.

– Никто не знает, как лечить проклятие, вызванное кровью единорога.

Я задумался.

– Ну, если никто не знает, то отправляйся туда, где люди мыслят нестандартно. На другой континент, например. Может, там найдутся существа, чья кровь тебя исцелит. Или волшебники, которые способны это сделать.

Квиррел с неожиданной надеждой посмотрел на меня.

«О, черт! Он пытается сменить хозяина, – дошло до меня. – Нет-нет, даже не думай!»

– Вы назвали себя Темным Лордом, мистер Поттер, – проговорил Квиррел, хитро прищурившись.

Ах, у нас, оказывается, даже и юмор прорезался, не иначе от хозяина поднабрался.

Я хмыкнул.

– Я пошутил, профессор, всего лишь пошутил. И вообще все, что было здесь, вам привиделось. Ну, кроме проклятия, конечно. В принципе, можете попросить Альбуса Дамблдора его снять. – Я вспомнил, кто тут у нас самый великий волшебник, ну или, по крайней мере, самый знающий. Самый великий, разумеется, я, но Альбус в этом мире родился и был аж целым директором магической школы с прямым доступом к Запретной секции, а также кучи книг, о которых я и мечтать не мог. Да у него на одних только полках собрана бесценная коллекция.

– Просто скажите, что наткнулись на труп единорога в лесу и это, ну, скажем, не удержались и попробовали его кровь.

– Просто не удержался, – Квиррел тупо посмотрел на меня.

Я вспомнил, с каким невиданным лицом Дадли устраивал свои проделки. Что в школе перед учителями, что перед родителями.

– Да, просто не удержались. Сами не знаете, что на вас нашло, – улыбнулся я.

– А это может сработать, – задумался Квиррел.

– Почему бы и нет? Альбус Дамблдор неплохой человек, – произнес я с некоторым сомнением. – Возможно, он захочет вам помочь.

«Ну, хотя бы для того, чтобы поэкспериментировать», – добавил я про себя. Владыка Света бы точно не отказался. Он с этой целью даже пытался исцелять редкие болезни. Ему мало было того, что наш Владыка Света, он хотел прославиться на века. Но вот только мало кто подозревал, что этот мерзавец способен целую деревню заразить какой-нибудь дрянью, чтобы было на ком ставить опыты. Прогресс и все такое в его понимании.

Проводив профессора до школы, мы с ним разминулись.Квиррел отправился в комнату приводить себя в порядок, я же – прямиком в подземелье.

Склянки, склянки, скляночки! Спросите, почему я не воспользовался собственными? Потому что просто недооценил масштабы обучения в Хогвартсе и купил их слишком мало в Косом Переулке. Так что все были уже заняты.

Добравшись до подземелья Снейпа, я вскрыл замок местным заклинанием «Алохоморра!» при помощи волшебной палочки и прокрался внутрь. Оказавшись у вожделенных полок с пустыми склянками, я принялся набирать их. Так, заодно мне понадобится нормальный нож, чтобы отрезать рог. Складной ножик, который я прихватил у Дадли, не слишком подходил для этих целей.

«Так, а лучше бы топор, – задумался я. – Хм, топор лучше всего было позаимствовать у Хагрида». В кабинете зельеварения его не наблюдалось.

Так что, в итоге, я прихватил склянки и уже развернулся, чтобы убраться из кабинета зельеварения, как раздался сухой и бесстрастный голос.

– Что вы здесь делаете, мистер Поттер?

Я обернулся.

– Э-э-э, ну... Ворую склянки, – честно сказал и продемонстрировал Снейпу бутыльки.

Брови Снейпа взметнулись.

– Не ожидал, что вас настолько интересует зельеварение, Поттер, – проговорил он, хищно приближаясь ко мне.

О нет, второй дуэли с профессором за одну ночь мне только и не хватало. Да и вообще, чего он дуется-то? Я с него, между прочим, рабское клеймо снял, как-никак.

– Если вам нужны эти бутыльки, вы можете их просто взять, – радостно произнес Снейп и сел на стул, глядя на меня. – Но скажите, Поттер, как вам удалось снять с меня метку Пожирателей Смерти?

Я пожал плечами.

– Вы же сами видели, сэр. Я ее выжег.

– Да, но... – Снейп задумался, подбирая слова. – Где вы этому научились?

– Да нигде. – Я снова пожал плечами. – Сам как-то.

Меня, правда, никто толком не учил снимать проклятия. Ну, не считая одного ярмарочного колдуна, который рассказал мне примерно их устройство. Не то, чтобы это был хороший и светлый колдун. Это был скорее темный маг в отставке. На пенсии, так сказать. Так что он рассказывал мне, как накладывать проклятие. Но уж как снимать, я сообразил сам.

Снейп пристально смотрел на меня.

– Как вы могли подобранному научиться самостоятельно, Поттер? – удивился он. – В конце концов, это требует практики, – Снейп задумался.

Я снова пожал плечами.

– Вы хотите узнать все мои секреты, мистер Снейп? – спросил я.

– Хотя бы этот, – криво усмехнулся мужчина, пристально вглядываясь в мое лицо. – Знаете, Поттер, вы совсем не похожи на своего отца, – неожиданно произнес он.

Наверное, это должно было меня расстроить. Я дернулся. Фотографии Джеймса Поттера мне показывал Хагрид. Ну, он думал, что показывает их Гарри, которому было до этого куда больше дела. Но я тоже посмотрел с интересом на движущуюся картинку, где Джеймс и Лили, улыбаясь, держали улыбающегося малыша и махали в камеру.

Это, если честно, сводило меня с ума. Как они это делают? Мало мне телевидения обычных людей. Это я хотя бы мог когда-нибудь повторить в своем мире. Но вот зачарованные движущиеся картинки, да. Волшебники этого мира буквально попрали сами основы мироздания и вытерли о них ноги.

Я задумчиво разглядывал Снейпа.

– Ну, не похож, значит, – произнес я. – Может быть, я похож на маму. – Выкрутился я.

Мне совершенно не хотелось обвинений в том, что я Темный Властелин, занявший чужое тело, да еще ребенка. Подозреваю, здесь за это мы сожгли на костре. Ну или засунули в Азкабан, где потом предстояло однажды очнуться Гарри. Нет уж, такого сюрприза я мальцу не устрою.

Услышав, что я похож на мать, Снейп дернулся, как от удара.

Глаза его расширились и...

«Ну все, вы попались, профессор!» – подумал я разочарованно. Я-то думал, что он так предан своему Владыке, оттого и ненавидит беднягу Гарри Поттера. Но нет, все банальнее и проще. Судя по возрасту, он когда-то учился вместе с Лили и Джеймсом. И если Джеймса он ненавидел, то Лили...

Что ж, я его не осуждаю. Рыжая красотка с зелеными глазами и задорным нравом. Я бы и сам приударил за такой, судя по описаниям Хагрида.

– Вы ее любили, верно?

Лицо Снейпа пошло пятнами. Он вскочил со стула.

– Вы можете взять все, что вам нужно, Поттер, – быстро произнес он. – Мне пора. – С этими словами профессор зельеварения позорно отступил из собственного кабинета.

Я проводил его рассеянным взглядом.

Так. 2:0 в мою пользу. Победа над очередным преподавателем Хогвартса.

Глава 36. Гарри

Для королевской охоты, и тем более охоты Темного Властелина, по местным меркам, получилось весьма скромно, о чем недовольно высказался Стюарт. Впрочем, недовольство было наигранным. Гарри подозревал, что юноша скорее испытал облегчение, увидев, что совсем немного вельмож решило отправиться на охоту с ними. Все, кто хоть чего-то стоил, по словам Рабастана, остались, чтобы налаживать оборону замка, а также Темных земель на случай вторжения Светлых.

От Гарри в этом плане не было никакого толку, так что Роза и Луиза с легким сердцем его отпустили. Официально он, конечно, оставил все нужные распоряжения, но на самом деле придумывали их девушки, поняв, что их потерявший память Владыка не особо-то смыслит в военном деле.

Гарри вместе со Стюартом и немногими провожатыми выехал в лес. Охота делом была не сложным, нужно было просто-напросто целиться в зайцев, оленей, в общем, во все, что попадется. Лис Гарри было жалко. Встречи с волками он не хотел, справедливо опасаясь – еще неизвестно, кто кем закусит. Несмотря на то, что Роза неплохо поднатаскала его в магии, Гарри все еще не слишком на нее полагался. Точнее, он был уже вполне уверен, что сумеет разжечь в руке огненный шар, но, по слухам, в этом лесу водились довольно опасные твари, лишь выглядевшие как волки.

На самом же деле они были полны темной магии и кровожадности. Гарри предпочел бы с ними не встречаться. Стюарт же жизнерадостно щебетал, что как-то раз повстречался аж с тремя такими волками и отбился одним мечом. Гарри не верил хвастуну, но все же рассеянно кивал, не слушая его рассказ.

Поначалу Гарри не нашел в охоте ничего такого уж занимательного, но, потрубив немного в охотничьи рога, загонщики отправились загонять добычу. Загнали они кабана, за которым с азартом погнался Стюарт. Это было крупное и, на удивление, проворное животное, которое мастерски улепетывало от собак и охотников.

Гарри пришлось догонять сына. В конце концов, он же обещал ему совместную охоту. Про себя мальчик подумал, что все чаще называет паренька сыном. Хотя ну какой он сын? Так, старший брат скорее. Ну или в лучшем случае ровесник, раз уж Гарри теперь выглядит взрослым. Но все же Поттер не мог не испытывать к Стюарту большой симпатии. В конце концов, это был один из немногих, кто искренне любил его. Вернее, Карута, но Стюарт пока что не замечал разницы.

Кабану удалось ускользнуть от них через попавшийся по пути овраг. С трудом нагнавший Стюарта Гарри снова потерял паренька из виду. Тот не жалел свою лошадь, преследуя кабана через очередной бурелом. «Вот дубина! Понятно, почему ему понадобился новый конь!» – раздосадовано подумал Гарри, любящий животных. Ему и в кабана-то не слишком хотелось стрелять, хотя с собой у него был лук. «Впрочем, нет ничего зазорного в том, чтобы добыть себе пищу», – отстраненно подумал Гарри и отчетливо ощутил, что это скорее была мысль, привычная для Карута. Темный Властелин охотой не брезговал, но и жестокости, по слухам, на ней не проявлял. Что ж, Гарри даже интересно было бы когда-нибудь встретиться с Карутом и пообщаться. Любопытно же узнать получше того, кого ты изображал столько времени!

«Хотя, с другой стороны», – вдруг подумал Гарри, – «Если Карут вернет свое тело, значит, мне предстоит вернуться к Дурслям в чулан». Мальчишка приуныл от этой мысли. Прощаться с Темным троном ему уже не хотелось. Если быть точным, с троном, пожалуй, он простился бы запросто. Но вот с Розой, Луизой, Рабастаном, Стюартом, да даже с воинами, вместе с которыми он тренировался во дворе замка. С ними он определенно прощаться не хотел. Что не говори, но, когда тебе регулярно перепадает хороший такой бархатный кошель с серебром из темной казны, – а Луиза снабжала его регулярно – это гораздо приятнее, чем Дурсли, заставлявшие его донашивать старую одежду Дадли. Гарри вспомнил заштопанные носки кузена и передернулся. Теперь у него был красивый новенький черный камзол.

Он все же позволил Стюарту пригласить именитого портного из другого королевства. Да, не устоял. «Надо быть строже», – подумал Гарри. Неожиданно он услышал отдаленное завывание. «Волки!» – отчетливо понял Поттер.

Те самые, которые не совсем волки. Потому что кровь в жилах застыла сразу. А это были все же жилы Темного Властелина, тела, которое реагировало на опасность по своему усмотрению. И этот вой оно сочло очень опасным.

Гарри хотел было развернуть свою лошадь, но тут вспомнил, что в ту сторону уехал за кабаном Стюарт. «Вот же! Умеет он влипнуть! – подумал мальчик. То навстречу Светлому войску ломанется. Хотя молодец, конечно, но его же там чуть не убили». Мысли смешались. Поттер одновременно ощущал себя взрослым Темным Властелином, отцом Стюарта, и одиннадцатилетним мальчишкой из иного мира.

Он пришпорил коня, заставляя его мчаться в сторону опасности. Хотя бедняге это определенно не нравилось. Он бы предпочел бежать от воя, а не к нему. Но Стюарт же однозначно там! Небось решил повторить свои подвиги с мечом против трех волков. Или сколько их там на этот раз. Вылетев на поляну, где произошло сражение, Гарри обнаружил, что в беду попал вовсе не Стюарт. Там был какой-то светловолосый парень в коричневой крестьянской одежде, который отбивался от волков длинной корягой.

Гарри тут же вскинул лук и без колебаний послал в волков несколько стрел. Это были крупные серо-черные твари, раза в полтора крупнее обычных волков, тех, что Гарри видел в лондонском зоопарке. Глаза их горели расплавленным золотом. А темные ауры ощущались так сильно, что Гарри хотелось поежиться, несмотря на то, что и его собственная аура была темна. Один из волков подскочил к его лошади, и она испуганно захрапела.

К досаде Гарри, это был не тот же конь, который помог ему недавно на поле боя. Того, любимца Карута, ранили, и он теперь лечился в стойле. Эту же лошадь ему порекомендовала Роза. Что ж, хороший, очень неплохой быстрый скакун. Но вот досада – как оказалось, боялся волков. Животное встало на дыбы, и Гарри полетел на землю. Наездник из него пока что был так себе. Обрадованные волки тут же устремились к Поттеру. Гарри оставалось лишь отбиваться от них фаерболами.

К счастью, паренек-крестьянин вместо того, чтобы испугаться за свою жизнь, покрепче перехватил корягу и принялся молотить ею волков, отгоняя их уже от Гарри. «Да они ж меня так сожрут!» – испуганно подумал Поттер. – «Или его. Или лошадь». За коня было особенно страшно, кажется, это был один из Розиных любимцев. Поттер ощутил, как в руках загорается Темное пламя. Не слишком много, но вполне достаточно, чтобы разогнать волков. Мальчик надавал им по морде, и твари заскулили. Если обычные стрелы застревали в их шкурах и не слишком пугали, то вот тут волки крепко призадумались. Паренек-крестьянин усилил натиск своей корягой, раздавая тяжелые удары направо и налево.

Несколько волков поджали хвосты и отошли, но другие, самые смелые, продолжали нападать. Им даже удалось свалить юного крестьянина на мягкий лесной мох, но тут ему на помощь подоспел Гарри. Ему удалось создать более или менее пристойное заклинание, которое с натяжкой можно было назвать чем-то вроде Темного кнута. Ну, или обрывка Темного кнута, которым Гарри хлестал направо и налево. Обиженно взвизгнув, животные разбежались под его ударами. Как следует отходив тех, что рвались в горло незнакомого парня, Гарри наконец сумел убедить их убраться. Оценив потери среди сородичей, звери нехотя отступили в лес.

На поляне осталось лежать два мертвых пристреленных Гарри волка и незнакомый паренек-крестьянин. Поттер подошел к нему и протянул руку.

– Ты цел? – с тревогой спросил он.

– Ну, я бы так не сказал, – озадаченно сказал светловолосый сероглазый парень, разглядывая Поттера.

Он принял протянутую руку, и Гарри помог ему встать. Обе руки парня были изодраны в кровь волчьими зубами. Одежда тоже была порядком подрана. На лице ссадины, но улыбался он во весь рот.

– А это было забавно, да? – он сверкнул серыми глазами.

– Не то слово! – улыбнулся Гарри и вдруг заливисто рассмеялся.

Все-таки было здорово вот так стоять с кем-то и праздновать победу. Само торжество жизни – они отбились от волков. Хотя недавно, если подумать, Гарри обратил в бегство целую армию, но он сомневался, что волки смогут понять заклинание «Империо!».

– Меня зовут Карут, – представился Гарри.

– Эм, Карут, значит, – задумчиво проговорил юноша. – Ну, а я Весен, – он улыбнулся, Поттер ответил ему тем же тепло и приветливо.

В этом мире пока что каждый встреченный знал, кто он такой. И относились к Гарри соответственно – кто с глубочайшим пиететом, а кто и с нескрываемым страхом. Карут был вроде неплохим парнем, но все же успел натворить жестоких дел. По типу уничтожения Денноута. А тут впервые Гарри встретил человека, который просто понятия не имел, кто перед ним.

– Что ты делаешь в лесу? – улыбнулся парень. – Идешь куда-то?

– Да нет, мы тут с сыном охотимся, – смутился Гарри.

Это прозвучало престранно. То есть он, одиннадцатилетний мальчишка, охотится в лесу с сыном. Но, с другой стороны, это ведь было правдой.

– У тебя есть сын? – удивился Весен.

– Ну, да, – сказал Гарри, – А что?

– Ну, просто ты довольно молодо выглядишь, – произнес парень с запинкой.

– Хорошо сохранился! – хмыкнул Поттер смущенно.

Карут правда выглядел отлично, гораздо моложе своего истинного возраста. Наверное, сказывалась демоническая кровь.

– Ну а ты?

– О, я просто путешествую, – улыбнулся Весен, перехватив поудобнее свою корягу, которая оказалась своеобразным посохом.

– Вот как!– удивился Гарри.

Хотя, конечно, в этом мире были и путешественники. Чему тут удивляться?

– Наверное, мать твоего сына очень красивая женщина? – подметил парень.

Гарри зарделся.

– Ну, да, наверное.

Он вдруг осознал, что понятия не имеет, кто именно является матерью Стюарта. Получается, что Темный Властелин женат, что ли? От этой мысли волосы Гарри встали дыбом. «Надо спросить Розу и Луизу. Срочно!» – подумал мальчик. – «Хотя, с другой стороны… О, Великая Тьма, а если это кто-то из них?» Но нет, Стюарт же не называл ни одну из них матерью. К тому же, Роза демоница, а Луиза кошка. «А Стюарт на вид…человек» – задумался Гарри. –« Как минимум в нем течет демоническая кровь Темного Властелина». Думать так о Стюарте было престранно.

Гарри тепло улыбнулся новому знакомцу.

– А далеко ты живешь? – спросил он, не зная, как поддержать разговор.

– Да не очень, за три деревни отсюда, – ответил сероглазый парень, неопределенно махнув рукой.

– Понятно. Если хочешь, мы со Стюартом могли бы тебя проводить. Все-таки в лесу полно волков. Дело опасное. А куда ты идешь?

– Да думал навестить замок Темного Властелина. Может, работу найду. Говорят, там неплохо платят, – улыбнулся юноша.

– Вот как… – произнес Гарри, вспомнив полновесные кошельки с серебром, которыми его регулярно снабжала Луиза. Золотые монетки там тоже попадались, но не так много, как было в том кошеле, который он отдал Стюарту в первый раз.

– Платят там вправду прилично, хотя зависит от того, что ты умеешь.

Юноша пожал плечами:

– Всего понемножку. Могу столярной работой заниматься или мечом махать. В принципе умею и за лошадьми ухаживать.

– Ну тогда без работы не останешься! – хмыкнул Гарри. – В замке как раз нужен новый помощник конюха.

Вспомнив об этом, Гарри помрачнел.

Предыдущий помощник конюха погиб в недавней битве. Он пошел оборонять замок вместе со Стюартом и остальными. Гарри узнал об этом случайно, услышав разговор конюха с кем-то из слуг. Они горевали о погибшем парне.

Весен улыбнулся:

– Что ж, это было бы здорово. Надеюсь, Темный Владыка будет достаточно щедр, чтобы раскошелиться хотя бы на полсеребряного в месяц.

– О, ну кто его знает, – хмыкнул Гарри. – Он же Темный Властелин, правда? – Мальчишка натянуто улыбнулся.

– И то правда! – расхохотался Весен. – Кстати, хочешь рыбы? Я тут недалеко ручей присмотрел, она там водится. Думал грибов набрать, но что-то перехотелось. Пошли рыбу наловим?

– Как же мы будем ее ловить?

Юноша поднял свою корягу и продемонстрировал ее зазубренный конец.

– Можно использовать как острогу, – довольно сказал он.

– О, здорово! – Гарри с интересом разглядывал деревяшку. Если поначалу ему казалось, что это была просто случайная коряга, которую парень схватил в лесу, чтобы отбиваться от волков, то теперь он понял, что это было скорее что-то вроде дорожного посоха. На ней виднелись сучки от обрезанных ветвей, а снизу она была специально заострена. Кверху же коряга расширялась, служа своеобразной дубинкой.

«Надо бы догнать Стюарта», – подумал Гарри. С другой стороны, ему хотелось побыть еще немного со своим новым знакомым. То-то он удивится, когда устроится на работу в замке и обнаружит, кто такой его новый знакомец. Гарри улыбнулся, представив про себя этот розыгрыш. Однако ему было даже жаль. Ведь сейчас он мог говорить с Весеном на равных.

«Хм, а что, я не попадусь ему на глаза слишком рано?» – подумал Гарри. – «Тогда у меня был бы этакий закадычный приятель в замке. Мы могли бы поддерживать общение. Прятаться от помощника конюха – это непросто. Но розыгрыш получится знатный, когда он все узнает», – улыбнулся про себя Гарри. Скажем, он мог бы сначала подружиться с Весеном, а потом уже со временем признаться, что он Темный Властелин.

Вместе с парнем они вышли к ручью. И Весен принялся сноровисто добывать рыбу острогой. Гарри оставалось лишь завистливо смотреть, как ловко и умело он это делает.

– Можно я попробую? – попросил он.

– Да, конечно! – ответил паренек, протягивая острогу.

Гарри принесся азартно молотить ей по ручью. Оказалось, что это совсем не так легко, как выглядело. Рыба проворно уплывала – стоило Гарри опустить корягу в воду.

– Тебе не хватает силы и скорости, – хмыкнул Весен. – Погоди, смотри! Для начала постой неподвижно, рыба не должна видеть опасность. Лишь когда она окажется под острогой, сразу бей молниеносно. Вот так, смотри. – Он показал Гарри еще несколько раз, и наконец мальчишка понял.

Когда ему удалось поймать небольшую серебристую рыбешку, Гарри был готов завопить от счастья. Собственно, он и завопил, демонстрируя ее Весену.

– Я никогда прежде не ловил рыбу, – признался Поттер.

– Вот как? – Весен казался удивленным.

«Хотя, наверное, в этом мире все когда-нибудь ловили рыбу», – дошло до Гарри. А он все-таки находился в теле взрослого мужчины.

– Ну, как-то не до того было, – признался мальчик.

Дурсли, к сожалению, совершенно не одобряли не только странных. Но и простых вещей, таких, например, как походы в горы или вылазки на природу с рыбалкой. Максимум Дурсли могли устроить небольшой пикник, прихватив корзину с едой и Дадли. Гарри в это время оставался на попечении миссис Фигг. Поначалу он отчаянно завидовал Дадлику, но потом со временем понял, что так даже лучше. Он уже просто не представлял себя на подобном пикнике. Что бы он стал делать? Смотреть, как Дурсли нахваливают своего сыночку? Или еще хуже – дядя Вернон говорит свои неловкие комплименты тете Петунье? Гарри привычно передернулся от этой мысли, но потом вдруг понял, что не испытывает ни особой неловкости. «Ну да, он вообще-то ее очень любит», – понял вдруг Гарри. Может, дядя Вернон и был не лучшим человеком на свете, но жену свою любил искренне, несмотря на ее суровый и неприятный нрав.

Глава 37. Гарри

Весен сноровисто развел костер, и они с Гарри принялись жарить рыбу. Это было не очень честно по отношению к Стюарту, который надеялся провести день с отцом. Но, с другой стороны, Поттер понадеялся, что Стюарт их разыщет и присоединится к обеду.

«Лишь бы он не сболтнул Весену, кто мы такие», – с тревогой подумал Гарри. Кажется, у него в этом мире мог появиться первый настоящий друг. Не тот, кто предан Каруту, а кто знает лишь самого Гарри. Однако Стюарт не спешил появляться, видимо, увлеченный погоней за своим кабаном. За костром полилась неспешная беседа. Весен рассказал, что он сын мельника, но всегда хотел для себя лучшей и более интересной участи – мир посмотреть, научиться сражаться, а лучше – совершить великие подвиги. В общем, ушел из дома еще мальчишкой и изрядно попутешествовал.

– Ну, а теперь здесь вот оказался, – признался Весен.

– О, наверное, родители очень за тебя беспокоятся, – сказал Гарри.

Весен, конечно, был уже взрослым. Ему было не меньше 20, как и Стюарту. Но, с другой стороны, Гарри с трудом представлял, как Дурсли отпустят своего Дадлика в колледж. Собственно, они уже присматривали заведение где-то поблизости, чтобы ему не пришлось переезжать в общежитие.

– Ну, они не то чтобы слишком беспокоились, – усмехнулся Весен. – Мой отец был довольно жестоким человеком, – признался он.

Гарри удивленно посмотрел на парня. Ну, хотя да, чего он ожидал? Что он единственный во всем мире Мальчик-Который-Жил-В-Чулане? Или мальчик, которому досталось?

– Вот, смотри, – Весен вдруг задрал на себе рубаху и показал Гарри извилистый некрасивый шрам.

У Поттера отвисла челюсть. Шрамов на теле Весена хватало, но этот и правда выделялся своей уродливостью.

– Он был пьян, – мрачно сказал парень. – Сделал это раскаленным ножом.

Гарри проморгался. Кажется, Дурслям был далеко до этого мира и его злодеев.

– За то, что я украл еду для себя и сестер, – печально проговорил юноша.

– О, вот как…очень жаль! – с печалью сказал Гарри. – Ну, а мои опекуны просто больше любят моего двоюродного брата, – вздохнул мальчик.

– Опекуны? – вздернул бровь Весен.

– Ну, тетя и дядя, те, кто обо мне заботился, – Гарри вдруг понял, как жалко это звучит, когда смотришь на шрам Весена, ведь они же и правда заботились.

Ну, как могли и умели, пусть не слишком тщательно и без большой охоты. Но справедливости ради, Гарри им навязали. Уж это он выучил с детства. Ни дядя Петунья, ни дядя Вернон не горели желанием его воспитывать. Им просто подкинули Гарри на порог, как какого-то безродного щенка.

– Я много где побывал, – вдохновенно рассказывал Весен. – Ну а теперь вот осел в деревушке неподалеку от замка. Но подумал, что мог бы здесь хорошо устроиться.

– О, понятно.

– Если честно, я даже немного владею магией, – смущенно улыбнулся парень.

– Да ну, правда что ли?

–Ага, – Весен поднялся на ноги и подошел обратно к ручью. Он протянул руку и создал небольшой водяной вихрь над поверхностью водоема.

Гарри залюбовался. Эта магия была удивительно красивой. Прозрачные капли искрились и играли в лучах пробивавшихся сквозь вершины деревьев солнца. Игра света и воды завораживала.

– Невероятно красиво! – признался Гарри. – Как тебе это удалось?

– Ну, – Весен пожал плечами. – Я просто закручиваю энергию, воздух и воду, – он улыбнулся.

Гарри встал рядом и попытался повторить. Выходило не слишком.

– Кажется, у тебя, скорее, огненная стихия, – задумчиво проговорил парень.

– Эм, наверное, да, – вздохнул Гарри, вспомнив, как швырялся пламенем и тьмой направо и налево. Он тяжело вздохнул.

Весен заметил перемену в его настроении.

– Слышал, недавно с севера и востока был набег светлых? – проговорил он. – В деревне все на ушах стоят, только это и обсуждают.

– Да, – вздохнул Гарри. – Так и есть.

– Ты был там? – спросил Весен.

Гарри застыл.

– Оборонял наши земли от светлых? – улыбнулся юноша. – Судя по одежде, ты же явно не из простых. Наверняка тебя призвали в Темную армию.

Гарри с облегчением выдохнул. Весен просто принял его за простого мелкого вельможу.

– Ну, да, я был там, – с заминкой сказал Гарри и помрачнел. – Это было ужасно, – признался он и вдруг посмотрел на Весена, осознав, что, пожалуй, перед ним единственный человек на свете, кому он мог рассказать об этом. Не говорить же Рабастану, который сражался и убивал людей безо всяких колебаний.

Гарри вздохнул и снова присел возле костра.

– Погибло очень много людей с обеих сторон, – он посмотрел на Весена с горечью. – Говорят, что светлые наступят снова и погибнет еще больше, – Мальчик обхватил голову руками.

– Хм, а я слышал другую версию! – хмыкнул Весен, присев у костра рядом. Он сноровисто нанизывал рыбу на веточки и водружал над костром. – Говорят, что Темный Владыка буквально повернул армию Света и заставил их убираться прочь.

– Ну да, такое было, – признался Гарри.

– Странно, что он их не убил, – проговорил Весен.

– Ну, наверное, он был занят тем, чтобы они уходили? – осторожно предположил Гарри.

– Наверное, – согласился Весен. – Хотя бы мог отдать приказ своим лучникам их расстрелять! Что ему стоило так сделать?

Гарри пожал плечами. Он припомнил, что Луиза вроде бы приказала не стрелять по уходящим, чтобы они не очнулись от его заклинания. Гарри слышал тогда ее голос, как свою толстую пелену, и лишь сейчас вспомнил об этом.

– Возможно, это сделало бы только хуже. Да и к чему было их убивать, если они уходили? – проговорил Гарри.

– Хм, вот действительно, к чему убивать врага, если он уходит? Ведь так ты даешь ему возможность вернуться снова! – хмыкнул Весен. – Странная логика у вашего Властелина.

– Ну да! – буркнул Гарри. – Говорят, он довольно загадочный, – Гарри улыбнулся, вспомнив задуманный им розыгрыш.

Весену еще предстояло однажды узнать, что он оказался другом Темного Властелина. Ну, если, конечно, его примут на работу в замок. «А кто это попробует его не принять?» – нахмурился про себя Гарри. –«Шепну конюху пару слов, и примут как миленькие. И полсеребряного в месяц будут платить, даже если это много за такую работу».

Гарри, если честно, сомневался, что помощник конюха получает столько. А посему выходило, что Стюарта он окончательно разбаловал. Меньше чем кошель серебра карманных денег парень не признавал. «Надо будет серьезно поговорить с ним», – решил Гарри. Ведь это же просто прорва денег. Куда он их девает-то?

– По крайней мере, если светлые придут вновь, наверняка наш Владыка с ними разберется, – заключил Весен. – Снова применит к ним это свое заклинание.

– Да, наверное, – не очень уверенным тоном проговорил Гарри.

– Или они тут всех вырежут! – хмыкнул юноша.

Гарри содрогнулся.

– Ну уж нет! – глаза Поттера яростно сверкнули. – Как придут, так и уберутся отсюда.

– А что, если это заклинание у него не сработает? – улыбнулся Весен. – Опять будешь драться в составе темной армии?

– Мне придется, – признался Гарри.

– Ну да, видно, что тебе по статусу положено, – согласился юноша. – Богатый у тебя камзол.

– Ага, – буркнул Гарри, не желая вдаваться в подробности.

– Вижу, сам ты не особо жалуешь битвы, – протянул Весен.

– Да терпеть не могу, – признался Гарри. – Это ужасно. Приходится убивать людей. Тебе когда-нибудь доводилось? – он посмотрел в глаза Весена.

Честно говоря, Гарри даже не был твердо уверен, убил ли он хоть кого-нибудь. Он швырял заклинания направо и налево до того, как применил «Империо». Видел, как люди падали на землю, но Поттер так и не нашел в себе силы подойти к кому-либо из них, чтобы удостовериться, что они действительно мертвы. А в горячке боя трудно запомнить, где лежат тела тех, в кого ты швырнул заклинания. Может быть, они встали и пошли дальше, а там лежат, ну, например, те, кого прирезал Рабастан или еще кто.

Гарри тяжело вздохнул. Глупо было тешить себя иллюзиями. Заклинаниями той мощности, что он расшвыривал на поле боя, он наверняка убил человек двадцать, не меньше.

– Доводилось, – сурово сказал Весен, выдержав его взгляд. – Однажды к нам на мельницу пришли люди. Они были богачами. Им приглянулась моя сестра, а она была еще слишком мала, и я убил их.

– Вот как… – растерянно сказал Гарри.

– Да, если честно, мне пришлось уйти путешествовать после этого, – вздохнул Весен.

– То есть ты банально сбежал и скрываешься, – понял Поттер.

Весен пожал плечами.

– Они были вельможами. Кто бы стал слушать наше объяснение? Мне пришлось бежать.

Гарри мрачно кивнул. Похоже, этот мир за пределами темного замка местами был жесток и уродлив. Впрочем, так, наверное, можно сказать о любом мире. Прежде чулан на Тисовой улице надежно укрывал Гарри от подобных невзгод.

Мальчик взял протянутую ему веточку с рыбой и принялся с аппетитом ее поедать. Наконец, когда с обедом было покончено, Гарри вспомнил, что Стюарт так и не явился. Пора было уже его отыскать.

– Ну, удачи тебе с устройством в замке! – улыбнулся он. – Будет здорово еще увидеться.

– Хм, действительно, будет здорово, – задумчиво сказал Весен. – Еще встретимся, Карут.

– Ага, – забрав свою лошадь, Гарри отправился на поиски Стюарта.

Он понятия не имел, в какой стороне искать юношу. К счастью, хотя бы воя волков нигде не было слышно, значит, парень в порядке. К тому же, он все-таки вырос рядом с этим лесом. И он сын Темного Властелина. Да и обучал его Рабастан.

Задумавшись, что делать, Гарри вспомнил, что загонщики на охоте трубили в рог. Точно, у него ведь тоже он есть, пристегнут к седельной сумке. Взяв рог в руки, Гарри, старательно надув щеки, попытался протрубить в него. Поначалу получилось так себе. Звук вышел, но Гарри предпочел бы, чтобы никто никогда не связал происхождение этого звука с ним. Скажем, словно бегемоты пускают газы. Но затем все же Гарри удалось извлечь несколько звуков, смутно напоминающих то, что протрубили загонщики.

Он подождал и вдалеке откликнулся чей-то рог – либо Стюарта, либо кто-то из тех, кто отправился на охоту вместе с ними. Развернув коня, Гарри направился в ту сторону. Он надеялся, что хотя бы тот, кто там находится, знает, как выйти обратно к темному замку.

Глава 38 Карут

Я пробирался по коридору третьего этажа. Разумеется, тому самому, запретному. Честно говоря, я припозднился. Здесь побывало уже немало хогвартских ребят. Так что я точно знал, что меня ждет. Огромная трехголовая псина. Но вот что там дальше, за собакой, никто не знал. К встрече я подготовился. Приволок с собой целый мешок костей, собранных в запретном лесу. И даже вполне приличного вида оленью ногу, отобранную у местных волков. «Что ж, надеюсь этого хватит!» – подумал я.

Трехголовый пес встретил меня неприветливо. Он возмущенно зарычал при виде меня и уже собирался накинуться и откусить мне голову, но тут я развязал свой мешок и кинул угощение. Псина жизнерадостно завиляла хвостом. «Как я и думал, воспитывал тебя Хагрид!» – хмыкнул я, разглядывая собаку. Три головы, огромные мощные лапищи. Эх, мне бы такого красавца, да против светлого воинства! И чтоб я на нем верхом. «Да Владыка Света от изумления сдохнет!» – подумал я. Вот везет же Дамблдору: мало того, что в лесничих полувеликан ходит, так еще и такую экзотику раздобыл где-то.

Пес занялся оленьей ногой. Я с печалью отметил, что недооценил размер собаки. Надо было тащить сюда целого оленя. А для этого – раздобыть пространственный чемодан. Ну не с сундуком же таскаться. Что ж, учту на будущее. Я полюбовался, как пес с хрустом и легкостью раскусывал притащенные ему кости. Ладно, на пару минут этого хватит.

Я огляделся. Каменные стены, каменный пол. Ничего такого, что мог бы охранять огромный трехголовый пес. Может, он тут вообще для отвлечения сидит в этом коридоре? А что-то реально ценное спрятано в подземелье у Северуса Снейпа? Я бы скорее ему доверил защиту ценного артефакта, чем безмозглой собаке. Пусть даже у нее три головы.

Неожиданно мой взгляд зацепился за люк в полу. Пес уже доедал, так что времени на раздумья не было. Я просто скользнул к нему, мгновенно открыл его и прыгнул вниз. Ох, ну и болван же я! Летя вниз, я вспоминал всех демонов поименно. Кажется, мне конец. Помните, что я боюсь высоты? Вот как раз из-за таких вот моментов.

Шлепнувшись на что-то мягкое, я с удивлением отметил, что все еще жив и, кажется, ничего не сломал в хлипком теле Гарри Поттера. Что ж, отлично! Ногу мою тут же обвил мощный зеленый стебель. Ну просто прекрасно! Я посмотрел наверх, туда, где высилась крышка люка. И как я туда допрыгну? В общем, хуже и быть не могло.

Не успел я решить, как вернусь назад, как местная фауна бодро принялась пытаться отнять мою жизнь. Я прибавил имя Альбуса Дамблдора к вышеупомянутым архидемонам. Он заслуживает. Затем, выхватив палочку, попробовал применить местные заклинания. Что ж. Получалось не очень. Более или менее растения среагировали только на огонь. Но колдовать огонь палочками выходило у меня хуже всего. Они мне буквально мешали.

Ладно, заткнув палочки за пояс, я мгновенно сотворил огненную стену и двинул вперед. Отлично. Они хоть и магические, но все-таки горят. Как следует покидавшись пламенем, я убедил растение держаться от меня подальше и беспрепятственно вошел в следующую дверь.

За ней у меня буквально глаза на лоб вылезли. Там обнаружилось множество летающих крылатых ключей. Да-да, вы не ослышались. Все-таки этот мир не перестает меня изумлять. Они были похожи на развеселых певчих птичек, которые бодро порхали. Судя по двери в конце комнаты, нужно было найти ключ от нее.

«Интересно, как?» – пробормотал я, свирепо покосившись на метлы, которые наличествовали в той же комнате. Видимо, предполагалось, что какой-то безумно храбрый мальчишка – а может, и несколько – оседлает метлу и поймает нужный ключ. «Так, ловушка, явно рассчитанная на ловцов из команды Квиддича», – пробормотал я. Видимо, они у них лишние. Надеются, что дети попрутся мимо трехголовой псины. Да еще, шлепнувшись с такой высоты, выживут. Логику профессоров Хогвартса я решительно не понимал.

Ну ладно. Интересно, какой ключ подходит к этой двери? «Да никакой», – решил я и попросту вынес дверь, которая впоследствии выпала в следующее помещение, мощной силовой стеной.

В следующей комнате обнаружились шахматы. Такая гигантская шахматная партия, явно призванная уничтожать игроков. Я просканировал на всякий случай заклинание. Так. Оно было сложным. Значительно сложнее, чем просто реакция убей все шевелящееся. Видимо, это какая-то головоломка.

Я, конечно, умный и сумел разобраться не только в устройстве парового двигателя, но уже более или менее я начал понимать дизельный. Но шахматы... Нет, спасибо. Мы как-то с Роном Уизли сыграли парочку партий. И, честно говоря, мне не понравилось. Не понравилось проигрывать рыжему одиннадцатилетке с выражением тупого барана.

Так что с шахматами я решил не церемониться. Просто пошел через них. А стоило фигурам двинуться в мою сторону – ну что ж, сами виноваты. Я разнес шахматы Лезвиями Ветра.

Разобравшись с шахматами, я шагнул в следующую комнату. Там был тролль, причем значительно больше того, что пытался убить Гермиону. Я присвистнул. «Кажется, преподаватели этой школы ненавидят учеников!» – пробормотал я. Огромная махина тут же кинулась на меня.

Судя по размеру, если этот был намного крупней предыдущего, то вывод напрашивался соответствующий. Тот, которого я чуть не убил, был еще детенышем или подростком. Вот же черт!

Я пообещал про себя, что подгоню МакГонагалл самый крупный букет цветов, который найду в округе. Если надо – соберу его в лесу самолично. Не то, чтобы это было нерушимое правило Темного Властелина, но детей я не убивал. Даже если они ростом четыре метра.

Я оглядел злобную махину, которая тут же кинулась на меня, размахивая дубиной.

– Ну ты-то хоть взрослый? – безнадежно спросил я. – А, ладно!

Разогнавшись, я просто проскользнул у него между ног и кинулся к следующей двери. Наверное, преподаватели имели в виду что-то вроде этого. Хотя, зная этих маньячных бестолочей, скорее, они ожидали, что дети расправятся с троллем, применив заклинание, и проделывая прочие опасные для собственных костей вещи.

Я же попросту вынес следующую дверь и оказался в помещении с длинным столом, на котором стояли склянки.

– Так-с, вот и привет от профессора Снейпа! – пробурчал я.

За моей спиной вспыхнуло фиолетовое пламя. Впереди горело черное. Никаких сомнений в том, кто именно готовил это испытание, не было.

Так, что у нас тут? Загадка на количество.

–Что-то из этого точно яд, – пробурчал я мрачно. – А зная Снейпа, скорее всего, все из этого.

Я посмотрел на следующую дверь и, проигнорировав пламя, просто пошел насквозь. Я Темный Властелин или где? Когда черные языки пламени коснулись меня, я злорадно улыбнулся. Интересно, кому пришло в голову использовать в Хогвартсе темную магию? И еще интереснее, кто это реализовывал. У нас же тут все светлые донельзя.

Пройдя пламя насквозь, я наконец оказался в следующей комнате. В ней находилось красивое зеркало в золотой оправле, стоящее на золотых же ногах, которые цеплялись за пол острыми когтями. Я подошел к зеркалу, ожидая подвоха. Я был готов буквально ко всему: что оттуда, скажем, фестрал выскочит или дементор. Я все-таки прочитал, кто это такие. Уж больно часто их упоминали старшекурсники.

Но нет, ничего не выскочило. Я с опаской заглянул в зеркало и не смог оторваться.

– Да ладно! – произнес я растерянно.

Встав перед зеркалом, я зачарованно смотрел на открывавшуюся передо мной картину. Она была прекрасна. Владыка Света лежал поверженный на какой-то поляне, а я стоял, подпирая его ногой. Великолепно! Я не мог подобрать больше эпитетов. Это было просто то, чего я хотел больше всего на свете – этот гад, избитый донельзя, с переломанными костями, окровавленный, и я с торжествующей улыбкой победителя.

Неожиданно сзади послышались быстрые тяжелые шаги. Обернувшись, я обнаружил, что в комнату влетает профессор Дамблдор с палочкой на изготовку.

– Гарри! – изумленно проговорил он.

– Эм, да, профессор, – сказал я, оторвавшись от зеркала.

– Мистер Поттер, что вы тут делаете? – проговорил Дамблдор со смесью досады, растерянности и чего-то еще.

Я пожал плечами.

– Ну, это же запретный коридор, верно?

Дамблдор, подобравшись поближе, подтвердил это холодным тоном.

– Да бросьте, это же наверняка какое-то испытание, – хмыкнул я. – Ну, там, на ловкость, силу, смелость и смекалку студентов. Так какой приз? Это зеркало? Я могу забрать его себе, сэр?

Лицо Дамблдора дернулось.

– А, нет, Гарри, – с облегчением произнес он. – Ты все не так понял. Просто в школе пришлось спрятать кое-что важное. И поэтому я запретил кому-либо заходить в коридор. Здесь правда опасно.

– Не заметил, – пожал я плечами.

Щеки профессора пошли пятнами. Видимо, его впечатлили разбитые шахматы.

– Ох, Гарри, – проговорил он. – Что ты натворил? Я даже не спрашиваю, как, – произнес профессор устало. – Но теперь нам придется обновлять чары.

– А от кого прячем-то? – деловито осведомился я.

Профессор посмотрел на меня мрачно, но все же решился сказать.

– Я думаю, Воландеморт вернулся к жизни, – тихо сказал Дамблдор глубоким проникновенным голосом. – Он ищет то, что здесь спрятано. Оно даст ему ключ к бессмертию.

Я посмотрел на профессора с большим интересом.

– К бессмертию, значит?

Я мысленно перелистал каталог всех артефактов, о которых слышал в этом мире. Большая часть из них никуда не годилась. Пожалуй, самым интересным, чтобы я прихватил домой, были бладжеры. Ну там, знаете, Владыке Света привет передать.

Профессор смотрел мне в глаза, явно не решаясь сказать то, что задумал. Он буквально оценивал, может ли доверять мне. Да-да, я легенда, Мальчик-Который-Выжил. И я же на стороне «хороший парней», как говорят в любимых Дадли боевиках, я типа сын героев Поттеров – я постарался всем лицом выразить все это. С непривычки получалось так себе, скорее, искаженная гримаса Темного Властелина, которого обманули, подсунув для отвлечения зеркало, а здесь где-то было спрятано нечто помощнее.

Пользуясь заминкой Дамблдора, я осторожно принялся сканировать комнату. Быть может, в стенах есть секретный тайник?

– Философский камень, Гарри, – тяжело выдохнул Дамблдор. – Воландеморт ищет философский камень, и я спрятал его здесь.

– Где? – спросил я, оглядываясь. Тут тайник, сэр? Нужно нажать на какой-нибудь камень?

Глаза мои загорелись. Честно говоря, да, это было по-детски, но я все же в теле одиннадцатилетки. Иногда мне хотелось таких вот дурацких приключений, по типу поиска тайничка.

Дамблдор вздохнул.

– Я не могу тебе сказать, Гарри. Да и это ни к чему. Тебе следует уйти отсюда и забыть все, что ты видел.

Я поморщился.

– Ну, конечно же. Значит, зеркало не отдадут, да?

– Нет, Гарри, это зеркало очень опасно, – крайне серьезно произнес профессор. – Оно показывает наши сокровенные желания.

– Правда? – Я обернулся к зеркалу разочарованно. – Ну вот, а я надеялся, что оно предрекает будущее!

Профессор печально покачал головой.

– Что ты там видишь, Гарри? – мягко и вкрадчиво спросил он.

Я посмотрел профессору в глаза. Ну надо же! Насколько ж интересна ему личность Гарри Поттера! Впрочем, после того, как я выжег метку Пожирателя Смерти с руки Снейпа, я бы и сам весьма заинтересовался своей скромной персоной, на его месте.

– Я вижу там поверженного врага, – пожал я плечами. – Он сдох явно мучительной смертью.

Профессор вздрогнул. Он с ужасом посмотрел в мои глаза, видимо, видя в них отражение Тома Реддла или что-то вроде того.

– Ох, Гарри, месть – это ужасная затея! – с горечью произнес он. – Так значит, ты видишь там Воландеморта?

По идее, Гарри Поттер понятия не имел, как этот самый Воландеморт выглядит. Но я-то теперь знал. Также знал и то, что он сюда в ближайшее время не сунется.

«Хм, так значит, Квиррелл собирался подобраться к камню», – дошло до меня. Я чуть не ляпнул это вслух, но вовремя прикусил язык. Если я скажу профессору Квирреллу – конец. Его тут по судам и допросам затаскают, а потом определят в Азкабан. Не для того я пощадил его. Пусть теперь помучается с проклятием единорога.

Я снова посмотрел на зеркало. Так значит, это то, чего я хочу?

–Мое самое сокровенное желание, – проговорил я задумчиво, подойдя к зеркалу поближе. Протянув руку, я коснулся пальцами гладкой поверхности. Вот так вот просто. Все, чего я хочу, – бормотал я, глядя в мертвые глаза Владыки Света. – Да уж! – я тяжело вздохнул. – Отвратительно, если честно, – буркнул я себе под нос.

Профессор посмотрел на меня.

– О чем ты, Гарри?

– Ну, чья-то смерть все же не должна быть самым сокровенным желанием, – мрачно произнес я и пошел к двери.

Уже у дверей я обернулся.

– Кстати, профессор, а что там видите вы?

Дамблдор улыбнулся своей фирменной клоунской улыбкой.

– Ну, Гарри, видишь ли, на рождественских каникулах в Хогвартсе бывает очень холодно, а мне никогда не дарят шерстяных носков, – он выдал улыбку, которой мог бы обмануть первокурсников и, быть может, даже МакГонагалл, но уж точно не Темного Властелина.

Я посмотрел на него с укоризной.

– Я ведь вам правду сказал.

Дамблдор тяжело вздохнул. Его плечи внезапно опустились, а сам он показался старше своих немаленьких лет.

– Я вижу там семью, Гарри, – тихо произнес он.

Я посмотрел в глаза профессора.«Кажется, впервые он мне не лгал.

– Они мертвы, да?

– Не все.

Мгновение спустя лицо Дамблдора стало таким же непроницаемым, как и прежде. И мне оставалось лишь гадать, сожалеет ли он по поводу избытка живых родственников или скорбит об умерших?

Я вышел из комнаты и, лишь добравшись до последней комнаты, где вверху красовался люк, сообразил, что дело плохо.

– Эм, профессор, – сказал я с надеждой, что он все же следует за мной.

– Да, Гарри, – послышался жизнерадостный голос Дамблдора. В руках у него было две метлы.

– О, нет.

– Слышал, у тебя проблемы с этим? – широко улыбнулся Альбус Дамблдор.

Пожалуй, в чем-то он переплюнул даже Владыку Света. Я безнадежно посмотрел на высящийся вдали над головой люк. Затем принял из его рук одну из метел.

– А может, это, телепортация? – с надеждой спросил я.

Дамолдер покачал головой.

– В Хогвартсе так просто не аппарируешь, мальчик мой.

Мы сели на метлы. Я прикинул перспективы. Либо навечно оставаться здесь, питаясь хищными стеблями, либо устремиться ввысь, следом за Дамблдором.

Отчаянно сцепив зубы, я постарался не заорать. «Думай о люке», – успокаивал себя я. – «Только о люке. Не смотри вниз. Просто не смотри вниз».

В этот момент я был готов самолично разнести эту школу по кирпичику и объявить себя воскресшим Воландемортом.

Глава 39. Дамблдор

Дамблдор сидел в своем кабинете и размышлял, что же пошло не так. Он нарочно отдал Гарри на воспитание Дурслям. Помимо необходимости спрятать от врагов, очень важно было, чтобы Гарри вырос подальше от магического мира. Представив, что бы получилось из мальчика, которого обожала вся магическая Англия, буквально с пеленок, Дамблдор содрогнулся. Нет, он поступил правильно. Он отправил мальчика расти там, где его не избалуют. Где, в общем-то, если честно, детство его будет не слишком счастливым.

Дамблдор об этом догадывался. Он был не так уж глуп, прекрасно знал тетю Петунью. Ну, как знал? Слышал о ней достаточно. Да и Вернон Дурсль не внушал большого оптимизма насчет того, что они полюбят Гарри как своего родного сына. Но с другой стороны, мальчик должен был вырасти тем, кто научится любить и ценить близких. Не избалованным.

А потом, когда поступит в Хогвартс и познает магический мир, заведет здесь друзей, у него появятся люди, ради которых он готов будет сражаться насмерть с Воландемортом, и даже сможет пожертвовать собой, когда придет время. При мысли об этом у Дамблдора сводило скулы.

Вообще-то он все же был директором школы. И привык заботиться о детях. Но Воландеморт умудрился создать из Гарри крестраж, и ничего с этим Дамблдор поделать не мог. Ужасная магия, ужасающая, расщепляющая душу. Дамблдору оставалось лишь смириться с этим.

Он потерял Лили и Джеймса, а потом, едва взглянув на младенца, понял, что, по сути, потерял и его. Ну что ж, он сделал для юного Поттера все, что мог. Нашел для него безопасное место, где Гарри, по крайней мере, мог вырасти вдали от суеты и потоков обрушившейся бы на него лести.

Так в чем же он просчитался? Дамблдор вспомнил холодный взгляд Гарри, когда тот смотрел в зеркало Еиналеж и невольно вздрогнул. Он-то думал, что Гарри увидит там родителей. Какую-нибудь милую и мирную сцену, где он вместе с ними. Мечта любого мальчишки-сироты, разве нет? Ну, кроме, быть может, Томаса Реддла.

Дамблдор до сих пор не был уверен, было ли появление лорда Воландеморта плодом воспитания, которое тот получил, или результатом врожденных пороков.

Как бы то ни было, все пошло не по плану. Мальчик, который должен был смиренно пройти свой путь героя, обрести близких и раскрыть свои таланты, превратился во что-то иное. Холодное, чуждое и жестокое. Он ведь даже Снейпу помог ужасающим образом. Нет, конечно, если бы Дамблдор мог снимать подобные печати, пусть даже причинив боль, он бы это сделал без колебаний. Но ему и не одиннадцать лет. Дамблдор покачал головой.

Гарри Поттер, который явился с Тисовой улицы в Хогвартсе, был для него настоящей загадкой. Он ожидал, что мальчишка окажется похожим на своих родителей – Лили или Джеймса. Пусть бы получился такой же сорванец, как Джеймс. Быть может, даже небезупречный. Если бы Гарри кого-нибудь слегка поддразнил, как это бывало в детстве между Джеймсом и Северусом, Дамблдор пережил бы это. Джеймс все равно вырос сильным и самоотверженным человеком, сумев перерасти свои подростковые закидоны. Или был бы Гарри похож на свою мать. Умную, смелую, добрую волшебницу. Но тот Поттер, которого Дамблдор видел перед собой, определенно не станет собой жертвовать. Это директор Хогвартса отчетливо понял. «Скорее этот Гарри применит непростительные заклинания», – удрученно подумал Дамблдор. Однозначно. И причем не только «Аваду Кедавру» в сторону Воландеморта. Тут Дамблдор был вовсе не против, если бы это сработало.

Да ладно, что его заставляет так ужасно думать о мальчике? Он всего-навсего пошел в запретный коридор – не для того, чтобы охранять философский камень от Воландеморта, а чтобы присвоить себе то, что там найдет. Директор Хогвартса задумчиво почесал нос и кинул в рот лимонную дольку. Она кислила. Хм. Мальчик-Который-Выжил-И-Жаждет-Наживы. Это еще было лучшим описанием юного мистера Поттера.

О его отлучках в Запретный лес директору тоже доложили. Так же, как и о том, что отправился мальчишка туда с лопатой и перекопал весь овраг. Дамблдор потом тоже туда явился и внимательно осмотрел территорию. Но судя по остаточному магическому фону, ничего такого особенного Гарри там найти не должен был. Хотя кто знает. Ещё как отправил своему кузену Дадли старинные монеты, вероятно, выкопанные в том же Запретном лесу.

Когда-то давным-давно в этих местах жили кельты, а до них – римляне. Дамблдор протёр очки. Хм. Мальчик-Который-Жаждет-Наживы. Мальчик, который... «Нет, но не объединится же он с Темным Лордом!» – Дамблдор мотнул головой с ужасом. – «Такое попросту невозможно, ведь Воландеморт убил его родителей».

Взгляд Дамблдора упал на полку, где лежала мантия-невидимка, которую он планировал подарить Гарри на Рождество. Профессор представил Гарри, разгуливающего в ней по школе. По спине побежали мурашки. «Ну уж нет, прости, Джеймс». Конечно, Джеймс хотел бы, чтобы мантия рано или поздно оказалась у Гарри, но он не представлял, что вырастет из милого маленького сына.

Спрашивается, в чем он ошибся. Директор откинулся на мягкую спинку кресла и с тоской посмотрел на портреты других директоров Хогвартса. Можно ли было предотвратить то, чем стал Томас Реддл? Альбус не знал. Он изо всех сил старался, чтобы Гарри не вырос его подобием, несмотря на крестраж во лбу. Он буквально сделал все, чтобы честолюбивая натура Воландеморта, которая могла каким-то магическим образом через осколок души передаться Гарри, не получила подпитки. Но тем не менее мальчишка вырос даже хуже, чем честолюбивым. Он вырос жестоким. Это видно в его глазах.

Быть может, оставь тогда Дамблдор юного сироту Тома Реддла в приюте – миру было бы лучше, пусть это и не по правилам. «А Гарри куда девать?» – мрачно подумал Дамблдор. Впрочем, девать его куда-либо было уже поздно. Поттеру уже тоннами приходят письма от благодарных за спасение от Воландеморта людей. Пока что Дамблдор распорядился просто складывать их в отдельной комнате и не показывать Гарри. Может, это было и не совсем честно по отношению к мальчику.

Но Дамблдор опасался, что внезапно свалившаяся на голову слава окончательно эту юную голову вскружит. Довольно того, что поначалу дети в Хогвартсе были готовы буквально носить Гарри на руках. К счастью, он этого даже не заметил.

«Хм. Что же Гарри будет делать, встретившись с Воландемортом?» –обеспокоенно подумал профессор.

Глава 40. Карут

Через несколько дней Дадли прислал то, о чем я его просил. Я вооружился огромным букетом цветов, которые мне удалось вырастить благодаря профессору Стебель. Искренне тронутая моим романтичным порывом, преподавательница очень хотела узнать, ради какой же девочки сам Гарри Поттер явился в ее теплицу за помощью. Букет вышел роскошный, что ни говори. Такой и Розе бы понравился. Что же касается Луизы, цветы ей лучше не дарить. Единственный раз, когда я попытался, она их сожрала. У ее народа весьма своеобразный вкус, о чем я тогда не знал.

Итак, вооружившись шикарным веником цветов, я прибавил к нему подарок, присланный Дадли. Кузен постарался на славу. Подарок был буквально на любой вкус.

Постучавшись в кабинет трансфигурации, где Минерва должна была вскоре вести урок у второкурсников, я робко заглянул в класс.

– Профессор МакГонагалл, – смущенно протянул я.

Если честно, подобное было мне непривычно. В моем мире достаточно того, что ты Темный Властелин – женщины вешаются на тебя сами.

Что же касалось благодарностей, к этому я тоже был не привычен. Конечно, я был благодарен Розе и Луизе за то, что они тысячи раз прикрывали мою спину. Но это было само собой. Моя благодарность выражалась в том, что я, не задумываясь, закрыл бы любую из них собой.

С профессором МакГонагалл все было сложнее. Мы не то чтобы ладили. Впрочем, мне кажется, она ни с кем в школе особенно не сходилась, разве что с Альбусом Дамблдором. Суровая, принципиально отстраненная – пожалуй, так я мог бы характеризовать декана нашего факультета. Она особо не вникала в переживания и драмы учеников. Ее не слишком волновало, когда они калечились во время квиддича. Все равно мадам Помфри все поправит. А чего не поправит… Считайте, так оно и было, видимо.

Но тем не менее я видел ее истинную натуру. МакГонагалл действительно меня спасла. В переносном, конечно, смысле. Спасла от ужасных темных ночей, когда я вспоминал бы... Содрогнувшись, я дернул головой, решив больше даже не представлять этого. Мне хватало на моей совести сожженных городов и обезображенных тел. Добавлять детеныша тролля к ним? Нет уж, увольте.

– Профессор, – сказал я, вплывая в кабинет с цветами.

Она удивленно подняла голову от свитка, над содержимым которого трудилась при помощи пера и чернил, что, кстати, гораздо менее удобно, чем ручки, бывшие в ходу у маглов.

– Я пришел поблагодарить вас, – я подошел к удивленной женщине. – Признаюсь, сначала я не оценил того, что вы сделали, но спасибо, что спасли того тролля.

Я посмотрел в глаза удивленной Минерве МакГонагалл.

– Мистер Поттер, – она растерянно посмотрела на восхитительный букет желтых, оранжевых и белых цветов, а также на красивую коробочку, перевязанную подарочным бантиком, что я держал в руках. Дадли даже оберточную упаковку умудрился раздобыть где-то. С симпатичными звездочками, которыми обычно обозначали волшебство.

– Вы... Я очень ценю то, что вы сделали, – серьезно произнес я, глядя ей в глаза, и поставил перед ней подарок.

– Благодарю, мистер Поттер, – удивленно произнесла МакГонагалл.

Она превратила чернильницу в вазу для цветов и быстро и аккуратно развязала бантик на подарке.

Я вдруг подумал, что ей не часто доставались подарки в принципе. Кажется, у Минервы Макгонагалл не было детей или супруга. Да и ученики Хогвартса ее не баловали – слишком уж суровой и отстраненной она им казалась. Хотя я был уверен, что внутри она человек добрый. История с троллем это только подтвердила.

Раскрыв подарок, Минерва с удивлением уставилась внутрь коробки.

– Что это, мистер Поттер? – Она достала аккуратные пакетики с кошачьей едой. На каждом из них была изображена кошка. Как я и просил, Дадли выбрал на самый разный и привередливый вкус.

– Это подарок для вашей анимагической формы, – широко улыбнувшись, сказал я. – Кошачье лакомство.

Брови Минервы поползли вверх.

– Маглы изобрели это. Здесь на любой вкус. И со вкусом тунца, и со вкусом перепела и утки. А вот это осетрина в сливках, – жизнерадостно провозгласил я, тыкая пальцем в содержимое коробки. – Очень вкусно. Я видел по телевизору рекламу. Там говорилось, что ваша кошка за это душу продаст.

– Вот как! – удивленно проговорила МакГонагалл и раскрыла один из пакетиков.

Мы с Дадли не знали, что именно ей понравится, так что набрали и сухого, и влажного корма. Минерва бросила в рот один сухой шарик и посмотрела на меня задумчиво. Я тоже, не удержавшись, попробовал.

-Наверное, его надо съесть его в кошачьей форме, – предположил я.

– Что ж, – проговорила профессор. – Благодарю вас, мистер Поттер.

«Судя по всему, удовольствие лицезреть радость подарку своей внутренней кошки она мне не доставит», – понял я. Чинно поклонившись, я покинул кабинет трансфигурации. На моих губах блуждала дурацкая улыбка. Наверное, такой растерянной и счастливой Минерву МакГонагалл никто не видел со времен, когда Гриффиндор выиграл состязание факультетов. Не удержавшись, я все же оглянулся и подсмотрел в щелочку не до конца закрытого кабинета. Перекинувшись в кошку, Минерва жизнерадостно хрумкала вискас.

Глава 41. Гарри

Вернувшись в Темный замок, Гарри распорядился, если придет некий парень по имени Весен устраиваться на работу, чтобы конюх его обязательно принял и дал столько денег, сколько он запросит, не торгуясь.

Конюх был крайне удивлен решением Гарри, но спорить не стал.

– Ну что ж, как пожелаете, Владыка, – пробурчал он недовольно. А когда он услышал, что следует платить парню даже полсеребряного, если тот запросит, у конюха и вовсе глаза на лоб вылезли. – Ну как же так, несправедливо это, – пробурчал конюх глухим голосом.

Гарри посмотрел на него, и до мальчика дошло.

– Эм, а сколько получаешь ты сам?

– Значительно меньше, – отрезал конюх.

– Ну, что же, повышаю твою зарплату до серебряного в месяц, – пробурчал Гарри, решив, что темная казна не оскудеет, а старик давно трудился на благо Темного Властелина и Темного Королевства.

Лицо конюха просияло. Многочисленные морщины, казалось, даже разгладились на его лице.

– Благодарю, Владыка! – он тут же бухнулся на колени, отчего Гарри попросту отскочил.

Ему было до ужаса неудобно конюх – человек немолодой, гораздо старше Гарри, и всегда неизменно был добр и приветлив с ним.

– Сейчас же поднимитесь! Не стоит! – бормотал красный с макушки до пяток Гарри.

Если честно, перед Темным Властелином здесь особо не раболепствовали. Хоть и называли Господином и Повелителем, к чему Гарри уже привык. Та же Роза могла сказать что-то вроде: «О мой Господин!» – и тут же съездить по лицу кулаком, чтобы не расслаблялся.

Выйдя из конюшни, Гарри покачал головой. Все же ему было тяжело в чужом теле. Ужасно не хватало компании ровесников. Честно говоря, он бы сейчас обрадовался даже Дадли.

Оставив распоряжение конюху, Гарри сосредоточился на более насущных вопросах. Надо узнать, как продвигается подготовка обороны темных земель. С этой целью он направился к Розе. Демоница тут же с удовольствием ввела его в курс дела.

– Пока вы там со Стюартом без толку шлялись по лесу, мы все продумали! – гордо заявила она. – Значит, смотри. – Роза развернула в своих покоях карту, которая валялась в углу, свернутая рулоном. – Светлые, скорее всего, наступать будут здесь, – демоница черкнула хищным острым когтем. – Или здесь, или вот тут. Соответственно, войска графа Эддоуза встретят их здесь. А вот тут оборотни будут стоять на переправе. И мало им не покажется, если полезут. Вот здесь будет мой отряд. А вот тут Луизин.

Гарри честно пытался запомнить.

– Ну, что ж, это замечательно, – глубокомысленно сказал мальчик, не понявший примерно ничего.

Откуда бы ни сунулись светлые, если они пойдут с той стороны, где вообще расположено Светлое Королевство, то их достойно встретят.

– Гм, Роза, а если они решат обойти нас и ударить сзади? – предположил Гарри, оглядев карту: что там находилось позади Темного Королевства, вообще не было видно. Она буквально обрывалась на границе с землями Темного Владыки.

– С запада, ты имеешь в виду? – удивленно нахмурилась Роза и шокировано посмотрела на Темного Властелина. Карут, ты же пошутил сейчас, да?

Гарри пожал плечами.

– Я ничего не помню, если ты не забыла,– смущенно пробормотал мальчик, чувствуя, как его прикрытие с треском начинает раскрываться.

Роза нахмурилась.

– А, ну да, не подумала, что ты настолько не помнишь. Светлые ни за что не ударят нас с запада, – тяжело вздохнула демоница.

– Почему?

– Потому что там, она ткнула за край карты, уперев коготь в красивый малахитовый стол. – Находится такое, что никому не выжить. Лишь единицы отваживались зайти туда, включая тебя.

– Да? И что же там все-таки? – осторожно спросил Гарри.

– Там твари, – коротко сказала Роза.

– А можно подробнее? – попросил мальчик.

От ее голоса ему стало как-то не по себе. Аж мурашки пробежали по спине.

Роза вздохнула.

– Ну, всякие жуткие уродливые демонические твари, – нехотя сказала она. – Они иногда пытаются вторгнуться в человеческие земли, уничтожая на своем пути все живое. Доволен?

– Да не особо, – проговорил Гарри.

– Мы веками их сдерживаем! – распрямилась Роза.

Гарри с сомнением посмотрел на девушку.

– Вот уж не думал, что тебе столько лет.

Роза расхохоталась.

– Я имею в виду темные земли, Владыка. Темные земли веками стоят между человечеством и чем-то гораздо худшим, чем любой самый отпетый некромант и темный маг. Но люди этого абсолютно не ценят, – со вздохом добавила она. Мой народ почти истребили. Луизин тоже. – Демоница почесала нос кончиком острого когтя. – Они не понимают, что если захватят нас, то рано или поздно им придется сдерживать всех этих монстров самим.

Гарри задумался.

– Может, они просто считают нас тоже монстрами? – предположил наполовину демон, наполовину Темный Владыка.

Роза расхохоталась.

– Не то слово. Так, давай не будем их разочаровывать! – широко улыбнулась демоница. – Ты встретишь их здесь, – она ткнула, видимо, на самое наиболее вероятное место, куда могла явиться Светлая армия.

Гарри с сомнением оглядел выбранное местечко.

– Здесь не устроишь засаду, – понял он.

Равнина. В выбранном Розой месте буквально ничего не было. Ни тебе леса, чтобы спрятать лучников, ни возвышенности. Ни даже самой захудалой реки, чтобы замедлить противника.

Роза кивнула.

– Вот именно. Скорее всего, они пойдут здесь. Они всегда идут здесь.

– Думаешь, они тоже решат нас не разочаровывать? – предположил Гарри.

– Здесь их остановить труднее всего, – кивнула Роза. – Но на всякий случай мы расставили им ловушки в других местах. – Она проследила за его взглядом, метнувшимся к тем местам на карте, что она уже показывала.

– Да, чувствую, мы друг друга не разочаруем, – пробурчал Гарри. – Эм, Роза, как ты думаешь, будет совершенно ужасно, если я попрошу кого-то помочь мне тренировать «Империо»?

Демоница посмотрела на него долгим взглядом.

– Это буду точно не я, – сказала она.

Гарри вздохнул. Почему-то он так и думал.

– Быть может, согласятся темные воины? – осторожно поделился мальчик.

– У них не будет выбора. Ты же наш Повелитель, – отрезала Роза.

Гарри сник.

– У них и не должно быть выбора. Если это нужно, чтобы защитить всех нас, иди и действуй, – смягчилась демоница.

Воспрявший духом Гарри отправился во двор. «В конце концов, я же не сделаю им ничего плохого, просто потренируюсь», – подумал мальчик.

Так что он подошел к ближайшему темному воину из тех, что тренировались во дворе с мечами.

– М, извините, вы не могли бы помочь мне?

Мужчина обернулся. Судя по одеждам, это был не просто какой-то воин, уж слишком добротный на нем был камзол.

– Да, Повелитель.

– Мне нужно потренировать «Империо».

– «Империо», Повелитель?

– Ну, это такое заклинание, – смутился Гарри. – Оно подчиняет.

– То самое, которым вы изгнали светлых с наших земель? – расплылся мужчина в улыбке.

– Да.

– Что ж, герцог Басендрорфский к вашим услугам, – поклонился мужчина.

Гарри испуганно отпрянул. Что-то подсказывало мальчику, что тренировать «Империо» на вельможах – затея столь же дурная, как и на свободолюбивых демоницах, но отступать было некуда.

– Тогда прошу, пройдемте в тронный зал, – растерянно проговорил он.

Первые три попытки оказались совершенно неудачными. Гарри было мучительно неудобно. Он выкрикивал «Империо!», глядя мужчине в глаза, и понимал, что перед ним человек с жестким волевым лицом, на котором спокойно полыхали строгие серые глаза. Этот человек явно пережил в жизни многое, и был из тех, кто не дрогнет, глядя на наступающую на них светлую армию. А тут Гарри со своим «Империо».

На мгновение мальчику показалось, что сюда каким-то неведомым образом перенеслось его настоящее тело, что он всего лишь мальчишка, выкрикивающий странное слово в лицо растерянного аристократа.

– Думаю, дело в том, что вы сами не до конца понимаете, как это работает, мой Повелитель, – предположил мужчина.

Гарри тяжело вздохнул.

– Если честно, да.

– Мне показалось, в вашем голосе нет уверенности, – с сочувствием произнес герцог.

Гарри сник окончательно. Лучше бы он все-таки уговорил Розу. По крайней мере, ни Роза, ни Луиза никому не рассказывали о его провалах.

Герцог задумчиво поскреб легкую щетину, украшавшую его лицо.

– Я не ошибусь, если скажу, что вы не хотите мне приказывать? – предположил он.

– Честно говоря, нет. Вы все же союзник, – растерянно выдавил мальчик, не зная, как еще назвать мужчину.

Запоздало Гарри сообразил, что следовало сказать «подданным».

– Вы не желаете обращать свое оружие против своих. Это похвально, – кивнул герцог. – Я всегда ценил в вас эту черту, Повелитель, – он улыбнулся. – Но я совершенно не против. Мне и самому интересно узнать, как это работает. Я не буду обижен ни в коей мере, даже если моему разуму это дастся с трудом.

– Правда? – растерянно произнес Гарри.

– Я пришел сюда защищать темные земли. И готов служить им любым образом, – твердо произнес мужчина.

Гарри попытался припомнить, где находится Бассендорфское герцогство. Кажется, он совсем недавно видел это название – Бассендорф. Точно, оно было практически в самом конце темных земель, с западной стороны! Гарри изумленно посмотрел на мужчину, а ведь это был буквально первый оплот Тьмы и последний – между людьми и загадочными тварями.

Набравшись храбрости, мальчик выдохнул.

– «Империо!»

Герцог улыбнулся.

«Кажется, на него абсолютно не действует», – мрачно подумал Гарри.

– Возможно, я не самая подходящая мишень, – сообразил наконец герцог. – А вы не в том настроении, мой Господин.

Возможно, – согласился Гарри, чувствуя, что готов уже провалиться сквозь пол. Еще немного – и от репутации Карута не останется ничего.

– А вы не могли бы рассказать мне про тварей?

Герцог, удивленно, изогнул бровь.

– Кто может знать о них больше вас, Повелитель? Вы же не раз уходили в их земли.

– Ну, да. Но я бы хотел узнать, с чем встречались именно вы, – выкрутился Гарри. – Твари ведь бывают разные, – глубокомысленно добавил мальчик.

– О, ну это верно. Каких я только не повидал на своем веку! – оживился вельможа.

Он выглянул в коридор и велел слугам принести вина. Устроившись на ступенях подле трона, который Гарри пришлось занять, ибо не присаживаться же на ступени рядом с герцогом Владыке Тьмы. Они принялись за вино.

Герцог увлеченно рассказывал и о крылатых тварях, которые пикируют с неба, и о зубастых, и о клыкастых, и о хвостатых, и о бронированных, словно их кожа сделана из прочной стали. В общем, каких их только не являлось в человеческие земли. Точнее, условно человеческие. Многие из подданных герцога относились к народу Луизы и им подобных.

Гарри зачарованно слушал. Все это казалось сказкой. Но такой страшной, когтисто-клыкастой сказкой.

– Почему светлые не помогают нам? – вырвалось наконец у Гарри.

Изрядно выпивший герцог удивленно взглянул на своего Владыку.

– В смысле? Не помогают сражаться с тварями?

– Ну да, ведь получается, что мы защищаем все человечество, – обиженно проговорил мальчик.

Герцог задумался.

– Они слишком жадные, желают получить эти земли и спрятанную в них силу. К тому же они думают, что источник всех бед на земле – это Тьма.

– Но это же не так, – возразил Гарри.

– Конечно нет! – усмехнулся герцог. – Я не думаю, что и твари само средоточие зла на земле. Они просто есть. Такие как есть.

Гарри задумчиво кивнул.

– Что ж, – улыбнулся чуть раскрасневшийся от выпивки герцог. – Думаю, нам следует попробовать еще раз, Владыка.

– Что?! – удивился Гарри.

– Ну, этот ваш «Империо». – Герцог слегка пошатнулся. – Думаю, теперь я выпил достаточно.

– Э, ладно, и что же вам приказать?

Герцог задумался.

– Ну, прикажите отправляться в гостевые покои и выспаться, – усмехнулся он.

– Э, ладно. «Империо», – буркнул мальчик, затем нахмурился.

Это, конечно, была игра, словно изрядно наклюкавшийся герцог каким-то чудом увидел его настоящего за маской Темного Властелина и был готов снисходительно подыграть мальчишке.

«Вот только Светлые подыгрывать не будут. Они опять явятся сюда с армией, чтобы нас убивать!, – мрачно подумал Гарри. – «А я не могу подчинить своей воле даже одного человека!»

Он поднялся. К счастью, сам Гарри особо не пил, справедливо опасаясь, что понятия не имеет, к чему это приведет в теле полудемона.

– «Империо»! – строго сказал он, глянув в глаза герцогу. – Вы сейчас же сделаете пятьдесят отжиманий.

Герцог без раздумий упал на пол и принялся отжиматься.

Спустя примерно 15 подходов он удивленно посмотрел на Владыку Тьмы.

– А это работает, – произнес он.

Гарри моргнул.

– Правда?

– Полагаю, вы просто не сомневались, отдавая приказ, – хмыкнул герцог.

Он поднялся.

– Ну что ж, Владыка, надеюсь, я был полезен. Желаете продолжить, или я позову кого-то еще?

– Пожалуй, продолжу позже, – пробурчал Гарри.

Глава 42. Карут

Я ощущал смутное беспокойство. Что-то обязательно и непременно должно случиться. Я метался из угла в угол по гостиной Гриффиндора под недоуменными взглядами ребят.

Что-то определенно готовилось. Что-то плохое. «Быть может, все-таки кто-то из приспешников Воландеморта решит навестить коридор на третьем этаже?» – задумался я. Там ведь ловушки-то совершенно детские, уж если я их прошел в теле одиннадцатилетнего ребенка, особо не напрягаясь и не воспользовавшись большей частью своей прежней силы.

Хм, нет. Должно быть это что-то другое. Что-то гораздо более для меня важное. Потому как получит Воландеморт философский камень. И пусть его хоть сожрет. Мне-то что? Это даже не мой мир, в конце концов.

«Ладно, мне есть до этого дело», – подумал я, вспомнив круглое лицо Дадли. К мальчишке я прикипел. Он так старался и с пристрастием допрашивал меня о каждом кусочке магии, которым я делился в своих письмах, что поневоле я зауважал мальчишку.

Своего лоботряса я обучал с трудом. Стюарт талантлив, но то и дело норовил в детстве удрать в деревню по соседству с замком, чтобы играть с детьми, притворившись обычным мальчишкой. Или еще что-нибудь в этом роде. Учился он неохотно.

Нет, пожалуй, к этому миру моя тревога отношения не имела. В Хогвартсе все было прекрасно, дети готовились к скорым каникулам, учителя тоже явно их предвкушали, хотя, конечно, детям и в голову не приходило, что наставники ждут их, возможно, даже больше самих детей.

«Там что-то готовится», – понял я. – «Это вообще не моя тревога, это тревога Гарри. Вернее, моего тела», – угрюмо поправился я. – «Вряд ли мальчишка так уж переживает за мой мир. Хм, или переживает?» Я вспомнил огонь и пламя, которые срывались с моих рук, но созданы были не мной, в странном видении. Вот бы как-нибудь вызвать такое видение снова.

Я задумался, как посмотреть, что творится в моем мире, если уж не вернуться туда. «Есть один способ», – решил я. – «Понятия не имею, сработает или нет».

– Гермиона, ты, случайно, не знаешь, где тут можно добыть магический шар? – спросил я.

– Чего? – уточнила девочка.

– Ну, такой хрустальный магический шар, – попытался я объяснить, изображая руками круг.

– А, шар для предсказаний! – фыркнула Гермиона.

– Такой должен быть у профессора Трелони, – выпалил Невилл.

– Вот как, Трелони... – Я вспомнил преподавательницу-прорицательницу.

Ну что же, оставалось всего-навсего позаимствовать у нее шар.

– А для чего он тебе нужен? – тут же влез рыжий Уизли.

Я мысленно схватился за голову. Вот только Рона тут не хватало. Нет, конечно, Рон был не виноват в репутации своих старших братьев, которые буквально все вокруг на свете превращали в балаган, но я сильно подозревал, что мальчик обладает той же способностью, просто сам еще этого не понял.

– Ладно, пойду позаимствую у нее шар, – пробормотал я.

Гермиона нахмурилась.

– Гарри, ты же не собираешься украсть магический артефакт у учительницы? – уточнила девочка.

– Именно это я и планирую сделать, – отрезал я.

Примерно полчаса я ждал, пока профессор Трелони выйдет из своего кабинета. Проскользнув внутрь, я огляделся в поисках магического хрустального шара. Благо долго искать не пришлось. Он стоял ровно посреди ее стола. Довольно крупный такой, отличный шарик. Зачарованный местными заклинаниями. Просканировав, я убедился, что они чем-то напоминают магию нашего мира, они вполне подходили для моих целей.

Притащив свою добычу в спальню гриффиндорцев, я продемонстрировал удивленным мальчишкам хрустальный шар.

– Ух ты, вот это ты дал, Поттер! – уважительно протянул Дин Томас. – Представляю, сколько баллов слетит с Гриффиндора, если об этом узнают.

Мне было решительно не до баллов. Я уселся на кровати и принялся вплетать в чары, которые уже были заложены в хрустальный шар, собственные.

Я не был особо умелым мастером-артефактником, но все же знал, как это делается. В моем мире это был весьма популярный предмет у знати и могущественных магов. Остальные попросту не могли себе позволить.

Закончив плетение (оно, к счастью, не противоречило тому, что было в шар уже вложено), я принялся всматриваться в туманную завесу, которая образовалась внутри шара.

Сначала я сосредоточился на своем собственном теле, отчаянно пытаясь пробиться к нему сквозь завесу между мирами. Не получилось. Я почувствовал лишь смутный отклик. Туман колыхнулся, но и все на этом. Затем я сосредоточился на Гарри Поттере, в теле которого пребывал, представив лицо мальчишки, которое носил сам. Завеса заколыхалась сильнее, но снова провал.

Что ж, ладно, я попытался совместить два образа. Гарри Поттер, как я себе его представлял и собственное тело. И, наконец, получилось. Путем невероятных, надо сказать, усилий. Это было совсем не то же самое, что просто одним глазком глянуть, что делает Стюарт, ушедший два дня назад веселиться куда-то с приятелями, молодыми отпрысками знатных вельмож.

О нет, было ощущение, словно своим разумом я продирался сквозь колючий кустарник Запретного леса. А потом еще и рубился с десятком кентавров разом. Нов итоге плотная завеса тумана постепенно расступилась передо мной, и я увидел свой тронный зал и отжимающегося на полу мужчину.

– Герцог Бассендорфский! – пораженно воскликнул я про себя.

К счастью, не вслух, иначе бы это вызвало вопросы у гриффиндорцев.

Герцог уверенно отжимался от пола. Я перевел взгляд на свой трон, обнаружив сидящего на нем мальчишку. Он был в моем теле, с моим лицом. Но взгляд его говорил о том, что он совершенно иной. Да и выражение на лице впечатляло. Наверное, было примерно таким же, как мое собственное. Он был поражен. Не меньше меня.

– Да что у них там происходит-то?

Герцог закончил отжимания и невозмутимо поднялся на ноги. Он обернулся к Гарри и что-то сказал. Гарри кивнул. Затем герцог решительно вышел прочь из тронного зала.

Я схватился за голову.

– Да что ты ему приказал, дубина стоеросовая! – воскликнул я, глядя в шар. – Ты хоть понимаешь, что это один из ключевых вельмож Темного Королевства, болван?

– Гарри? Э, Гарри? – раздался откуда-то сбоку голос Рональда Уизли.

Я замер.

– Эм... Гарри, что ты там увидел? – сунулся Симус Финниган буквально носом в мой шар.

Я поспешно прикрыл его ладонью.

– Да… Да просто пытался посмотреть магловский фильм, – выкрутился я.

Лица мальчишек вытянулись.

– Ты пытался увидеть здесь фильм? – поразился Симус.

– Ну да.

– Что такое фильм? – заинтересовался рыжий Уизли.

Я посмотрел на него.

– Уизли, ну ты даешь, – пренебрежительно протянул Финниган. – Ты не смотрел фильмов?

– Это что-то магловское, – сказал Рон.

– Мы просто обязаны это исправить, – заявил Дин Томас.

– Однозначно. – Мальчишки переглянулись, а затем уставились на меня.

– Может быть, ты покажешь фильм всем? – предложил Симус.

Я замер.

– Хорошая идея. Как жаль, что я посмотрел не так уж много этих самых фильмов. Да и как мы будем все вместе пялиться в один шар? – произнес я. – Он не настолько большой.

Да уж, лица мальчишек вытянулись.

Я задумался.

Ну что ж, в конце концов почему бы и нет! Это, конечно, будет сложно и потребует от меня огромной концентрации и кучи энергии, но зато развлечет ребят и отвлечет их от мысли о том, что я тут выкрикнул про Темное Королевство на свою голову. Так что я взял шар и принялся плести в него новые чары. В этом мире, кажется, возможно буквально все. «Быть может, сама ткань мироздания здесь более податлива и магична», – задумался я. – «Можно же предположить, что само мироздание неоднородно в разных местах. Я читал такое предположение в популярной книге по физике».

Закончив с новыми плетениями чар в шаре, я направил его на стену, а сам сосредоточился на стеклянной сфере. Через некоторое время на стене появилось изображение.

Что ж, не могу отвечать за точность своих воспоминаний о фильме, который смотрел вместе с Дадли, но ребятам определенно понравилось. Перестрелки, погоня – боевик вышел что надо. Возможно, в него вплелась капелька волшебства, и в какой-то момент пистолет в руках главного героя сменялся волшебной палочкой. Ну что поделать? Привык я уже к этому делу. Тем не менее фильм оставил мальчишек пораженными.

– Так вот оно какое, магловское телевидение! – как заведенный, повторял Рон. – Вот это да! Надо рассказать Фреду и Джорджу, они с метел попадают!

-Невероятно! - подтвердил Невилл.

Дин Томас и Симус Финниган были немного иного мнения. Они тоже были поражены, но скорее тем фактом, что посередине перестрелки пистолет в руках главного героя превратился в палочку. А в другом моменте, что главный герой попросту наколдовал шар Тьмы – да, не удержался я. Конечно, потом сразу же я подправил его на светлый. К счастью, мальчишки были слишком юны, чтобы задаться правильными вопросами. Так что они просто восхищались тем, какую магию я придумал.

– Вот это да, ты настоящий гений! - восхитился Дин.

Я развел руками.

– Таким образом можно ведь придумывать целые сюжеты, – заметил Симус. – То есть не обязательно вспоминать магловский фильм, можно придумывать это самому.

– Э, ну да, наверное, – согласился я. – Но это довольно сложно.

Оборвал я надежды ребят. Похоже, они пожелали получить под боком целый бесплатный кинотеатр в моем лице. Ну уж нет. Хотят в кинотеатр – пусть дождутся каникул.

В коридоре послышались шаги, я поспешно спрятал хрустальный шар под одеялом. Впрочем, это не помогло.

Постучавшись в спальню, вошла профессор МакГонагалл.

– Гарри, – с укором сказала она. – Мне стало известно, что ты кое-что позаимствовал в кабинете профессора Трелони.

Я мысленно выругался. Видимо, там были какие-то защитные чары, которых я не заметил. Наверное, считывают отпечаток ауры или еще что-то подобное.

– Неужели? – проговорил я мрачно.

«Может, стоит отпираться до последнего, и пронесет?» – мелькнула мысль. Иногда в моем очень далеком детстве это срабатывало. Правда куда лучше работали быстрые ноги и вовремя брошенный метательный нож. А лучше шар темной энергии, когда я навострился с этим делом.

Профессор грозно сдвинула брови.

– Гарри, лучше признайся сам, – сурово посмотрела она на меня, и в этот момент в ней не было ничего от той милой кошки, которая с треском за ушами уплетала вискас не так давно на моих глазах.

Я вздохнул. С такими людьми, как МакГонагалл, не шутят. Я был уверен, что она говорит правду – лучше признаться.

Я нехотя вытащил шар из-под одеяла. Лишь в этот момент понял, что по форме изогнувшегося одеяла было понятно, что под ним лежит. «Все-таки я в теле одиннадцатилетнего мальчика», – мрачно подумал я. – «Мозги работают соответственно, а мысли слегка путаются».

Я с угрюмым видом протянул шар МакГонагалл.

– Я и правда его лишь позаимствовал, мэм, – мрачно солгал я. – Я собирался вернуть его.

К счастью, Минерва проигнорировала мою ложь.

– Минус 10 очков Гриффиндору. – Она все же пощадила свой любимый факультет, но не слишком. – И тебе будет назначена отработка, Гарри.

Я покорно опустил голову.

Ну что ж, отработка так отработка. Наверное, заставят что-нибудь драить, выдав ведро и тряпку. Это, конечно, болезненный укол по самолюбию Темного Властелина, но что поделать.

– Как скажете, мэм, – смиренно произнес я снова.

– Ты поможешь Хагриду, – решила МакГонагалл.

Я моргнул.

– Что?

– Поможешь Хагриду, – решительно повторила Минерва. – В Запретном лесу.

Затем она перевела взгляд на ребят.

– И вы тоже.

– Что? – поразились уже все присутствующие.

Декан нашего факультета сдвинула брови.

– Гарри принес сюда краденный артефакт. И, судя по вашим лицам, вы об этом прекрасно знали.

Мальчишки насупились.

– Но ведь это не мы. Это нечестно, профессор, – возмущенно завопил Рон Уизли. – Мы всего лишь посмотрели фильм.

– Фильм? – вздернула брови МакГонагалл.

– Э-э, да, – сказал я.

– Гарри придумал, как транслировать изображение на стену при помощи шара, – выдал меня с головой рыжий балбес. – Он смотрел в шар, и из него на стену проецировалось изображение.

– Получилось что-то вроде магловского проектора, – признался я.

Профессор посмотрела на меня удивленно.

– Можете продемонстрировать это, мистер Поттер? – произнесла она медленно, явно борясь сама с собой.

Долг декана требовал немедленно вернуть украденный артефакт на место, но любопытство все же взяло верх.

С тяжелым вздохом я взял шар и задумался. Ну не показывать же ей магловский боевик. Надо что-то другое. Ну, что-то такое, более мирное – лес, поющих птичек.

Я сосредоточился на шаре. На стене появилось изображение. О, великие архидемоны! Изображение самых границ темных земель. Вернее, пепельных пустошей, что начинались за ними. Пустошами они, кстати, только назывались. Там и леса хватает, только вот деревья там иные. Внешне с легким серым оттенком, за что это место и прозвано пепельным.

А вот и птичка, да. Наверное, Минерва МакГонагалл еще никогда не видела птицы, у которой в клюве красовались бы острые зубы. Птичка взмахнула четырьмя хищными крыльями и преспокойно полетела дальше с дерева.

– Интересная у вас фантазия, мистер Поттер, – пробормотала МакГонагалл, протянув руку и снова забрав у меня шар.

Она сосредоточилась на артефакте, явно сканируя вплетенные туда чары. Затем ее брови удивленно поползли вверх.

– Мистер Поттер, что вы сюда напихали?

Я пожал плечами.

– Да всего понемножку. Как-то так получилось.

МакГонагалл покачала головой.

– Гарри, никогда так не делай больше. Это ведь не твой артефакт! –произнесла она с укоризной. – Профессор Трелони будет очень расстроена, что ты его испортил.

Мне оставалось лишь покаянно склонить голову. Темный Властелин внутри меня в этот момент захохотал. Наверное, если бы Поттер сообразил, как пользоваться моим шаром, лежащим в покоях, и захотел подсмотреть за тем, что происходит со мной... Вот он бы удивился, обнаружив своего «двойника» в школе волшебников!

– Я понял. Простите, профессор, – выдавил я мрачно.

Я попытался представить, как вешаю ее на ближайшем дереве, в том же Запретном лесу, но не получилось. Если честно, Минерва была мне симпатична. Строгая, справедливая, она всегда стояла горой за детей. Всегда, кроме этого случая.

– Отработка в Запретном лесу, значит, – я покосился на МакГонагалл.

– Да, именно так.

– А вы знаете, что там водятся акромантулы? – поинтересовался я вкрадчиво.

МакГонагалл вздрогнула.

– Ну да, – произнесла она медленно.

– И вы буквально посылаете туда первокурсников? – уточнил я.

Лицо Минервы пошло пятнами.

– Уверяю, мистер Поттер, в компании Хагрида вам ничего не грозит.

Мы с ребятами переглянулись.

– А кто такие акромантулы? – наивно спросил Дин.

Глава 43

Спал я беспокойно. То мне снилось, что Роза в опасности, то Гарри Поттер, причем в своем собственном теле, то МакГонагалл внезапно требовала, чтобы я срочно сел на метлу и куда-то летел…

Словом, весь тот сонный бред, что преследует одиннадцатилетнего Властелина Тьмы. Хорошо, по крайней мере, мне не приснился родной город. Опустошенные улицы, залитые кровью. Я попытался при помощи палочки из остролиста наколдовать сонные чары на самого себя, справедливо надеясь, что хуже не будет. Ну куда уж хуже-то?

Чары подействовали. Я снова погрузился в сон. Очертания спальни Хогвартса растаяли и я оказался в собственных покоях. В которые ворвалась взбудораженная Луиза.

-Господин! Там пришла пришла женщина! Она принесла младенца и сказала, что он ваш!

Что-о?! Я вскочил с кровати, поспешно натягивая одежду.

-Повтори?!

-Младенец. Ваш. Сын! - отрывисто бросила Луиза.

Я торопливо застегнул камзол, перекосив пуговицы.

-Чушь какая!

-Роза так и сказала! - кивнула Луиза. - А она оставила ребенка и просто ушла!

У меня голова пошла кругом. Я всунул ноги в сапоги и помчался вниз, опережая Луизу.

-Как она хоть выглядит?! Кто она такая вообще?

-Сказала, что дочь мельника. Но не уточнила с какой мельницы, - пожала плечами Луиза.- Блондинка. Красивая.

Последнее слово кошка прибавила неохотно. Красивой Лу предпочитала быть сама. В лучшем случае она терпела, если кто-то считал красивой Розу. Но обычно демоницу считали опасной. Хотя Луиза по боевым навыкам лишь немногим ей уступала. А вот мощи ей не хватало, да. Тут Розу смог превзойти только я.

Мы спустились вниз, где в холле замка обнаружили Розу на руках с пищащим свертком из грубой ткани. Обычно из нее шили мешки для муки. Роза протянула мне малыша. У него был тонкий светлый пушок на голове и забавное крошечное личико.

-Твой? - озабоченно спросила демоница.

-Понятия не имею! - честно сказал я, вглядываясь в лицо ребенка.

Все присутствующие в холле, а это была половина прислуги замка, собравшаяся посмотреть представление и уйма вельмож, приехавших со своими прошениями, замерли. Роза тоже уставилась на меня так пристально, словно хотела просверлить дыру.

-Что будешь делать? - спросила демоница.

Проснувшийся ребенок выпростал ручку из-под ткани и крепко ухватился за мой палец.

-Вряд ли он ваш Владыка! - подал подобострастный голос кто-то из вельмож. - Скорее всего, мать хотела его пристроить в место получше. Быть может, она так бедна, что не в силах его прокормить.

Я не повернул головы, глядя в изумрудные глаза ребенка.

-Мой! - сказал я наконец, нарушив воцарившуюся тишину и развернулся вместе с малышом к лестнице.

-Как ты понял, Карут? Ты знаешь чары, позволяющие определить родство? - заинтересовалась Роза, догнав меня на лестнице.

Больше никто последовать за мной не решился. Что ж, любопытная демоница сама виновата! Кому предстоит решать возникшую проблему продовольствия для малыша, стало ясно.

-Решил - мой, значит мой! - отрезал я. - Какая разница!

Как еще объяснить ошарашенной демонице, что просто ощутил, что держу в руках что-то невероятно ценное? Попавшее в них случайно, будто кто-то принес сокровище и оставил в моем замке.

Роза оторопела.

-Эм, ясно… Пойду искать кормилицу, - сообразила, что сама нарвалась демоница.

Я согласно кивнул.

-Прикажи стражникам отправиться на поиски матери. Я хочу поговорить с ней.

Роза кивнула. Это было первое мое поручение, которое она провалила с треском. Таинственная дочь мельника как сквозь землю провалилась. Мне оставалось лишь напрягать память, припоминая светловолосых красавиц, да объехать все окрестные мельницы. Но мать Стюарта я так и не нашел.

Глава 44

Воинство Света оказалось на границах темных земель гораздо раньше, чем ожидал Гарри и остальные. Если честно, у Гарри на этот счет собственных ожиданий особенно не было. Он ориентировался на примерные даты, которые предположил Рабастан. Но Светлый Владыка и его воинство удивили всех.

От дозорных, охранявших темные земли, в замок примчался гонец.

– Светлые идут! – яростно выкрикнул совсем еще юный мальчишка, примчавшийся верхом на мощной гнедой лошади.

Гарри отстраненно подумал, что мальца послали не случайно. Он был легкий и практически не нагружал собой лошадь. Потому и скакал ребенок от самой границы до темного замка.

Новость застала Гарри во время тренировки с Рабастаном и воинами. Рабастан тут же прекратил махать мечом, показывая очередное упражнение, и уставился на Гарри очень внимательно – так, словно ожидал немедленных команд от Темного Властелина. Гарри очень захотелось повертеть головой в поисках этого самого Властелина, но, увы, он им и являлся.

– Идут, значит, встречаем! – отрывисто бросил Гарри и затолкал свой собственный меч в ножны. – Рабастан, отдай распоряжения, все выдвигаемся по позициям!

Гарри отчаянно надеялся, что найдется кто-нибудь, кто сопроводит его и основные силы Тьмы на ту самую позицию, где мальчик должен будет встречать светлое воинство. К счастью, такой человек нашелся. Это был Стюарт.

– Отец, я с тобой! – нетерпящем возражения тоном заявил юноша.

Гарри подумал про себя, что, он все меньше напоминает Дадли. Наверное, Стюарт становился похож на своего собственного отца, каким был настоящий Карут.

– Эм, ладно, – буркнул Гарри, решив попросту пропустить лошадь Стюарта немного вперед.

Нет, Гарри, конечно, знал уже, куда именно надо ехать, но не слишком хорошо ориентировался по средневековой карте.

Весь темный замок забегал. Гонцы и вороны рассылались во все концы. Спустя всего два часа Гарри и Стюарт во главе нескольких отрядов уже выезжали вперед.

К счастью, по словам мальчишки, дозорные передали, что светлое воинство не так велико, как они ожидали. Возможно, этим и объяснялось их скорое появление. Каким-то образом Владыка Света сумел перебросить малые силы значительно быстрее.

– Наверное, они идут без обозов с провизией, – предположила Луиза.

– Да ну, – бросил Рабастан. – Совсем без еды? Да они бы с голоду померли, пока шли к нам.

– Либо они погнали порталами, – предположила Роза. – Тогда все понятно. Их маги смогли перебросить не слишком много людей, но зато быстро.

– А мы можем так же сделать? – с надеждой спросил Гарри, зная, что большая часть темного войска всё ещё не приехала.

Луиза задумалась.

– Ну, тогда наши маги выдохнутся, и к моменту битвы будет «Упс!».

Гарри не понравилось это слово.

– «Упс»? Не надо «упс», – мрачно сказал он.

– Ну, что ж тогда делать? Бьёмся пока с теми силами, что есть. По идее, у нас их достаточно, – сказал Рабастан. – Если их не слишком много, мы собрали приличное количество отрядов.

– К нам даже орки присоединились на этот раз, – жизнерадостно сверкнула зубами Луиза. – Те самые, которых вы пощадили, Господин.

– Что, правда? – обрадовался Гарри.

Правда, учитывая, что при нападении Темных на их деревню орки бы однозначно погибли без вмешательства Гарри, слишком уж радоваться подмоге от них не стоило.

Мальчик задумался.

– Выдайте оркам доспехи получше.

Он вспомнил обнаженные торсы орков, перетянутые кожаными ремнями, на которых крепились ножи и мечи.

Рабастан удивленно поднял бровь.

– Стоит ли переводить на них доспехи? – удивился он.

Гарри пожал плечами.

– Мне кажется: стоит. Они очень сильны, но весьма уязвимы.

– Хм, – Роза покачала головой. – Идея так себе. У нас не так много доспехов, в которые втиснется орк.

Гарри грустно вздохнул.

Знал бы заранее – распорядился бы выковать.

– Ладно, дайте тем, кто втиснется, – буркнул он. – Есть же низкорослые орки. Даже они по идее все равно не человечески сильны.

«Если защитить таких воинов приличным доспехом, быть может, они смогут нанести светлым существенный урон», – отстраненно подумал Гарри. – «Поубивать кучу людей. Людей… которые явились сюда, чтобы убивать нас».

Гарри вздохнул. «Нужно было разобраться с этим как можно скорее. Не хочу, чтобы кто-то умирал», – подумал мальчик, оглянувшись на встревоженных людей, всыпавшихся во двор замка.

Здесь были и темные воины, и просто слуги, прощавшиеся со многими из тех, кто приходился им мужьями и сыновьями. Роза с Луизой и Рабастан должны были встречать светлых на других позициях.

Гарри решительно ни с кем из них не хотел прощаться навсегда. «Я должен, должен переломить ход событий, должен сделать так, чтобы они ушли», – свирепо подумал мальчик.

Он нашел взглядом герцога Бассендорфского.

– Я с вами, мой Господин, как и мои воины, – ободряюще произнес мужчина.

Гарри кивнул. Вскоре они выдвинулись навстречу светлому воинству. Как он и надеялся, нетерпеливый Стюарт то и дело вырывался вперед. Так что полное незнание местной географии Владыкой Тьмы не заметили.

«Империо! Империо!» – твердил про себя Гарри. – «Да откуда вообще взялось это слово?»

«Круциатус!» – вдруг вспыхнуло в голове. Мальчик увидел какую-то мрачную комнату и корчащихся на полу людей. В его руке почему-то была небольшая палочка. Не волшебный жезл или посох, которые здесь были в ходу, а что-то другое, но определенно магическое.

«Круциатус!», – проговорил он, и люди в черных мантиях на полу закричали.

Гарри очнулся. Он все еще ехал на боевом коне Темного Властелина, вцепившись в поводья. Странное видение исчезло, будто его и не было.

«Круциатус!» – он прошептал побелевшими губами. Это заклинание следовало запомнить.

Кто его применял, где, почему, кто были те люди, которых он пытал, Гарри понятия не имел. Но сейчас имело значение только одно. Что очень скоро Светлый Владыка и его воины познакомятся с этим заклятием!

Глава 45 Карут

На этот раз Запретный лес встретил нас дружелюбно. В компании Хагрида и Клыка прогулка по нему казалась, в общем-то, довольно уютным мероприятием, почти пикником в компании Дурслей – вполне безопасно, если не считать мелких неприятностей.

Пикси и лукотрусы поглядывали на нас с ребятами издалека, но, заметив Хагрида, предпочли не вмешиваться.

Хагрид раздал каждому из наказанных первокурсников по мешку.

– Нужно собрать траву для Снейпа, значит, – глубокомысленно произнес он.

Полувеликан показал нам, какие именно травы следует собирать, и мы с азартом принялись за дело. Точнее, детишки с азартом. Я же задумался: «Чем занимаюсь? Повелитель Тьмы, того-сего и пятого, и десятого. Сижу на корточках и вместе с первокурсниками-одиннадцатилетками собираю какую-то траву для зелья. Костерост делать, наверное», – прикинул я, куда именно входила обозначенная трава. Он вечно заканчивался в Хогвартсе, и я даже понимал почему. «Они бы своих детей не только на метлы, но еще на драконов посадили, эти местные волшебники», – подумал я. – «Тогда Костерост бы и вовсе требовался в промышленных масштабах». Однако, с другой стороны, в том, чтобы собирать лечебную траву, было нечто успокаивающее.

Признаюсь, у себя дома я порой и сам выходил в лес вместе со Стюартом, когда тот еще был мал и любил составлять мне в этом компанию, и собирал травы для зелий. Ну а что? Сам о подданных не позаботишься – никто не позаботится.

Хм. Надо было набирать приспешников. Стоило всеми правдами и неправдами перевестись на Слизерин. В магловских школах же переводиться можно даже из одной в другую. Впрочем, слизеринцы не слишком жаловали гриффиндорцев, так что вряд ли меня там ждет теплый прием. Хотя, в принципе, какая разница – дети они и есть дети. Слизеринцы, признаюсь, мне нравились чуток больше, ведь их негласный предводитель первокурсников Драко напоминал моего собственного сына. Но гриффиндорцы тоже были ничего. Благодаря их неуемной фантазии я изобрел шар, который показывает фильмы.

Уверен, Стюарту бы понравилось. В детстве – так особенно, но, наверное, он и сейчас будет не против глянуть, что я там запомнил из «чужого мира».

Я улыбнулся, представив себе это. Да и Роза с Луизой не откажутся посмотреть пару боевиков в моей скромной компании.

Я машинально сорвал пучок травы, но тут же сообразил, что выбрал не ту, что просил Хагрид.

«А, ладно, эта, в конце концов, тоже входит в целебные зелья», – решил я и сунул ее в мешок. – «Снейп разберется».

– Эдак мы до вечера провозимся, – удрученно произнес Хагрид. – Не так много ее здесь растет. Давайте разделимся, ребятишки. Половина из вас пойдет со мной, а половина – с Клыком, значит.

Я напрягся. Да, кажется, преподаватели Хогвартса просто мечтали угробить учеников.

– Что ж, я пойду с Клыком, – быстро сказал я.

Дети замялись, явно не зная, что безопаснее: крутиться вокруг великана или огромной собаки.

– Клык трусоват, – честно предупредил Хагрид, глядя на меня.

– Угу, – произнес я мрачно.

Почему-то я и не сомневался, что это огромная псина, если что, не будет особой подмогой.

– Я пойду с Гарри, – отважно вызвался Рон.

Симус Финниган, Невилл и Дин Томас остались с Хагридом. Мы с Роном и Клыком отправились дальше по лесу искать, где целебных трав растет побольше.

Вспомнив места, где я уже побывал, я выбрал одну симпатичную полянку, где и для себя успел нарвать немало интересных трав.

– Пойдем-ка туда, – решил я, свернув в лесную чащу.

Клык безмолвно последовал за мной и Роном.

– Подумать только, здесь водятся чудовища. Говорят, даже вампиров и оборотней можно встретить, – поразил меня знаниями Рон Уизли.

– Вот как, вампиров и оборотней?

Я вовсе не был уверен, что вампиры и оборотни этого мира такие же, как в нашем. В конце концов, привидения здесь оказались довольно-таки безобидны. Ну, кроме Пивза, но даже полтергейст скорее действовал на нервы, чем реально пытался кому-то навредить.

– А оборотни, они что, живут обособленно? – уточнил я.

– Да по-разному бывает, – сказал Рон. – Некоторые сбиваются в дикие стаи, но бывают и такие, что живут среди людей. Они зарегистрированы как оборотни, пьют специальное зелье. В целом, ведут обычный образ жизни.

– О, вот как. Ну что ж, хоть немного гуманизма! – хмыкнул я.

Это радовало. Что касалось светлых земель, в моем мире к оборотням там были абсолютно нетерпимы. В темных же – они жили стаями, и я смотрел немного сквозь пальцы на их выходки. Оборотни знали: как только они перейдут черту – явлюсь я и уничтожу их во имя Тьмы. Поэтому не наглели.

– А вампиры? – уточнил я.

Рон пожал плечами.

– Вампиры – ужасные существа.

«О, в нашем мире от них тоже никакого толку», – подумал я.

– Было бы любопытно встретить хоть одного, – проговорил я задумчиво.

Рон поежился, а потом внезапно его пальцы вцепились в мое плечо.

– Гарри, там паук! – в ужасе проговорил он.

Увлеченный сбором травы, я даже не поднял головы.

«Всего-то один паук», – подумал я. – «Ха, сейчас испепелю!»

– Не переживай, Рон, сейчас займусь, – пообещал я мальчишке успокаивающе.

– Гарри, ты не понял? Там огромный паук! – проговорил Рун, стиснув мое плечо.

– Да ладно, сейчас я от него избавлюсь, – проговорил я и, подняв палочку, уже собирался сотворить небольшое огненное заклинание. Крупные не давались мне с палочкой. Она слишком сужала луч энергии. И преодолевать это я пока что не научился. Хотя у местных магов получалось.

Подняв голову, я встретился с немигающими глазами паука. Он был огромный, размером со слона, каких мы с Дадли видели в передаче про мир животных.

Я сглотнул.

«Это пауков размером с собак я считал крупными!» – подумал я в шоке.

Паук медленно надвигался на нас.

Разумеется, собака Хагрида уже смылась, немного поскулив напоследок, видимо, оплакивая нашу грустную участь.

Я спрятал палочку с пером феникса и достал ту, что с пером птицы Рух. По крайней мере, с ней темные заклинания выходят лучше. Конечно, мне не стоило их применять, около Хогвартсва. Но рядом стоял мальчишка, перепуганный настолько, что едва ли сумеет бежать. А значит, мне придется драться.

– Эй, ты, хрень мохнатая! – сказал я, угрожающе надвигаясь на паука. – А ну остановился и потащил свои жвала подальше отсюда!

Я почувствовал себя идиотски: все нормальные маги в таких случаях просто атакуют молча. Но что-то заставляло меня попытаться спугнуть паука. Не иначе как заразился гуманизмом у Минервы МакГонагалл.

Паук, неожиданно, и правда остановился, клацнув челюстями.

– Человеч-ческие детеныш-ши! – шипяще произнес он.

Я вспомнил слухи о том, что акромантулы могут быть довольно разумными. Видимо, они могли быть разумными полностью.

– Ученики Хогвартса, – пробурчал я. – Тут магическая школа по соседству. Мы пришли за травами. Заберем и уйдем. – Я помахал мешком.

Акромантул посмотрел на меня опасным взглядом, затем на Рона, явно прикидывая, кто из нас пожирнее и пойдет на обед первым.

– Вы с Хагридом? – уточнил он.

– С ним самым, – закивал Рон отчаянно.

– О, Хагрид, – произнес паук задумчиво. – Ну раз с Хагридом, ладно! – Паук неожиданно развернулся и пошел обратно.

Я опустил палочку, по которой уже готов был пропустить темное заклинание.

– Ты нас отпускаешь? Так, просто, – уточнил я.

Паук замер.

– Я Арагог. Меня вырастил Хагрид, – проговорил он и скрылся в лесной мгле.

Мы с Роном переглянулись.

– Вот это да, – потрясенно проговорил мальчишка. – Расскажу Гермионе – она не поверит.

Я хмыкнул.

– Ну чего ж тут не верить-то? Хагрид вырастил жуткого огромного монстра. По-моему, вполне укладывается в привычки Хагрида.

Переглянувшись, мы с Роном вдруг рассмеялись – оба с облегчением. Я – оттого, что мне не пришлось лупить темными заклинаниями при ребенке, а потом оправдываться. А Рон – оттого, что нас не сожрали. Так что в самом лучшем настроении мы направились к Хагриду и ребятам, прихватив с собой мешки с травами.

Глава 46

Как и ожидал Гарри, светлые не разочаровали. На этот раз их явилось в темные земли гораздо больше. Они выстроились перед темной армией широкими рядами, смотря, мягко говоря, недружелюбно.

Гарри про себя безрадостно отметил несколько магов, вооруженных тяжелыми посохами. Они укрылись позади ровных шеренг солдат и конницы. За магами держались лучники.

«Да уж!» – хмуро подумал Гарри. – «Ничего хорошего». А он, между прочим, одного герцога Бассендорфского и то едва заставил сделать пятнадцать отжиманий. Гарри понятия не имел, как разбудить в себе ту силу, которая заставила в прежнем бою светлых уйти. Вполне возможно, что она принадлежала даже не ему, а Каруту, настоящему владельцу тела. «Или кому-то еще?» – подумалось вдруг Гарри. Потому что сколько он не расспрашивал, но о заклинании «Империо» никто в этом мире даже не слышал.

Гарри нашел взглядом посреди светлого воинства высокую фигуру в блестящем бело-золотом доспехе, с выкрашенным в красное хвостом из конских волос на шлеме. Не требовалось особых пояснений чтобы понять: это был глава светлой армии.

– Владыка Света, – шепотом произнес герцог Бассендорфский, поймав взгляд Гарри. – Самолично явился. Надо же! – В голосе герцога слышалась неприкрытая ненависть.

Гарри мрачно посмотрел на красавца-рыцаря. Лицо его было надежно скрыто за забралом шлема.

«Он довольно-таки сильный маг», – подумал Поттер.

Тот приветливо махнул рукой со своей стороны огромного поля, где остановилась светлая армия, а затем и вовсе снял шлем.

Пораженный, Гарри застыл. Прямо на него смотрел Весен, сверкая своими веселыми серыми глазами. Губы Владыки Света шевельнулись.

– Привет, Карут! – раздалось над полем.

Это были не слова даже. Гарри был вполне уверен, что Владыка Света не произнес их вслух, но они отчетливо раздались в голове Гарри.

– Рад тебя видеть!

Владыка Света говорил это так беззаботно и беззлобно, как будто не он привел сюда огромную армию, чтобы убивать.

Гарри сглотнул.

– Это Владыка Света? – не веря своим глазам, спросил он.

– Конечно же, это он! – нахмурился Стюарт. – Отец, ты что, забыл, как он выглядит?

– Вы ведь сражались с ним много раз, Владыка! – нахмурился герцог Бассендорфский.

– Эм, да, конечно же! – мрачно сказал Гарри. – Просто давно с ним не виделись. – Соврал мальчик.

К щекам Гарри прилила кровь. Было обидно до невозможности.

Единственный, кого в этом мире он чуть было не посчитал своим другом, своим личным, а вовсе не Темного Властелина, оказался Владыкой Света! Явившимся в темные земли, видимо, чтобы разнюхать как Гарри удалось прогнать его воинов при помощи «Империо».

«Он, должно быть, удивился, что я его не узнал», – подумал Гарри. – «А может, решил, что это хитрая игра какая-то со стороны Темного Властелина».

Мальчик поневоле вспомнил, как они веселились, ловя рыбу посохом Весена, а потом беспечно лопали ее у костра. Никогда в жизни у него не было ничего подобного. Дети в школе опасались дружить с ним из-за нападок Дадли, справедливо полагая, что стоит сблизиться с Поттером, как его дружки начнут третировать и их тоже.

Гарри сжал кулаки. Белобрысый улыбчивый Весен теперь казался ему самым настоящим предателем. «Мало тебе не покажется!» – подумал мальчик с яростью. Словно отвечая на его мысли, Весен поднял свой посох, и с него сорвался огромный шар света, удивительно красивый, искрящийся на солнце. Гарри аж залюбовался до той самой секунды, пока шар не врезался в темные войска рядом с Гарри, и мальчик увидел, как сфера сминает живых людей, заставляет падать лошадей и разбивает о землю темную конницу, проламывая ее ряды.

В висках Гарри застучала кровь. Красивая светлая армия – такая, что хоть сейчас на картинку. Их предводитель молодой и улыбчивый. Веселый, будто непогрешимый. А рядом с Гарри прямо сейчас умирали люди, переломанные его заклинанием. Таким же красивым, как и сам Весен.

Пришпорив коня, Гарри сам не знал, что творит. Он просто бросился вперед, не без удивления отметив, что темное воинство помчалось следом.

– Круциатус! – воскликнул Гарри, вспомнив недавнее видение. Он направил его на Весена со всей яростью за его мимолетное предательство и людей, что корчились в агонии позади.

Явно не ожидав ничего подобного, Владыка Света и рыцари вокруг него попадали с лошадей.

– Круциатус!!! – Гарри был в ярости.

Эти люди пришли сюда убивать. Они уничтожат не только воинов рядом с ним, но и деревни, что оставались за спиной, а также темный замок вместе с улыбчивыми слугами и даже детьми. Почему-то Гарри был в этом уверен. Должно быть, подсказывала память тела Темного Властелина. Красивый и улыбчивый Весен не щадил никого.

«Да, он последняя мразь!» – подсказал Гарри чей-то голос. – «Не вздумай его жалеть, парень! Он не помилует никого».

– Круциатус! – Поле битвы пело этим заклинанием.

Темные воины добрались наконец до светлых и врезались в их ряды, обнажив мечи. В первую очередь они занялись теми, на кого заклинание Гарри не подействовало и кто прямо сейчас пытался добраться до Темного Властелина, чтобы остановить его.

Гарри же на боевом коне Карута, который как раз оправился после недавно полученных ран, подъехал к Весену.

– Круциатус!

Надо отдать должное Владыке Света – с трудом, но он все же поднялся на ноги, сначала упрямо уперевшись на одно колено, затем, подняв руку, он выставил перед собой силовой щит, будто сотканный из солнечных лучей. Очередное «Круциатус» разбилось об этот щит и стекло на землю бесполезным словом.

Весен посмотрел Гарри прямо в глаза.

– Интересная магия, Карут, – проговорил он с усмешкой. – Кажется, ты многому научился за последнее время. Неужели ты думаешь, что этого хватит, чтобы одолеть самого Посланника Света, темная ты падаль?

– Я не темная падаль! – возмущенно взревел Гарри. – Это ты сюда притащился со своим дурацким воинством. Мы вас не трогали. Мы лишь хотим мира!

Весен захохотал. Угрожающе подняв посох, он даже не стал посылать в Гарри ответное заклинание.

– Хотите мира? Вы дети темных болот! – засмеялся Весен. – Свежо предание, да верится с трудом!

Гарри замер. Неужели Весену тоже было что припомнить Темному Владыке и темным землям? «Так, быть может, все происходящее вокруг – просто ошибка?» – подумал мальчик. Наверное, поле боя было последним местом, чтобы предаваться таким размышлениям. Если бы не верный Стюарт, подоспевший со своим мечом, Гарри, пожалуй, уже снесли бы голову. Но сын Темного Владыки отчаянно защищал его наравне с герцогом Бассендорфским, который вместе со своими воинами орудовал мечом неподалеку, не позволяя никому прорваться к поединку Темного Властелина со Светлым Владыкой.

– Весен, давай остановимся! – неожиданно для самого себя и уж точно неожиданно для голоса в голове предложил Гарри. – Это ведь ужасно, люди не должны умирать.

Лицо Светлого Владыки выразило предельную степень изумления. Он буквально остолбенел и с недоверием посмотрел на Гарри.

– Карут, ты свихнулся? – вежливо осведомился он.

– Да нет же, правда, к чему все это?! – отчаянно сказал Гарри. – Хорошо, я признаю, что мы, наверное, во многом виновны перед Светом, но темные земли – единственное, что отделяет человечество от монстров, что приходят с запада. Даже ты должен признать, что мы как минимум полезны. Почему бы не объединить усилия?

Весен вытаращил глаза на Гарри, а затем расхохотался.

– Я слышал слухи, что на тебя упала стена, Карут. Честно говоря, я им не поверил, но теперь вижу, что это была целая башня! - хмыкнул он. – Защищай свою ничтожную жизнь, или умрешь прямо здесь. – С этими словами Владыка Света бросил в Гарри заклинание, выглядящее как множество сверкающих лезвий.

Поттер застыл – он понятия не имел, как их отразить. В конце концов, Роза кидала в него один огненный шар, ну два. И обычно они просто разбивались о тело Карута, даже если она попадала. Лишь сейчас он сообразил, что это была остаточная магия самого владельца тела. Защитные чары, наложенные на него. Выдержат ли они на этот раз? Первый удар, как оказалось, – да. Но вот второй и третий, Гарри отчетливо понял, что нет, не выдержат. Он попытался уйти в сторону, дернув коня за поводья. Весен же беспощадно атаковал, несмотря на то что сам был пешим, без лошади. Его, казалось, не пугало ничего: ни крики людей вокруг, ни смерть, ни кровь. Он швырял свое заклятие в Гарри, не сводя с него глаз беспощадной акулы.

К сожалению, Роза куда больше уделяла времени тому, чтобы научить его уворачиваться и отвечать мощными заклинаниями Тьмы, но совершенно забыла о том, что ее Повелителю нужна магическая защита. И уж точно не думала о том, что на коне Гарри не будет столь маневрен.

А Весен же бил заклинанием широко по площади, так что лезвия, сотканные из Света, разлетались вокруг. Гарри попытался повторить щит Света, которым защищался сам Весен, но ничего не выходило.

Неожиданно перед Гарри сам собой возник щит, сотканный из самой Тьмы. Несколько Лезвий разбились об него, одно за другим. Но Весена, казалось, это лишь раззадорило. Он продолжил швырять свои заклинания, одно за другим, пока от щита не осталось ничего.

После того, как первая же порция Лезвий Света все же достигла Гарри, ему стало ужасно больно. А Весен тем временем тут же послал вторую.

«Если они попадут – мне конец!» – осознал Гарри. Выкинув руку вперед, он послал мощный темный поток навстречу лезвиям. Это не был щит. Это было просто первозданное темное пламя, которое спалило Лезвие Света Весена и ударила по нему самому.

– Да убирайтесь вы отсюда! – крикнул мальчик.

Он ощутил, как его заталкивает уже знакомая ярость, поднимавшаяся изнутри мощной темной волной. На мгновение Гарри показалось, что он снова сидит в чулане Дурслей. Только на этот раз чулан был пустой, там даже не было его вещей. Просто темный жуткий чулан с паутиной. А затем Гарри привиделись красные глаза огромного паука. Мальчик уже сам не знал, что бред, а что реальность. Он просто исторгал из себя Тьму и пламя.

– Пошли вон отсюда! – орал Гарри. – Империо!!!

Он смешивал заклинания боли и подчинения, хлестал Тьмой по рядам светлой армии, заставляя их отступать. Даже Весен подчинился его воле, неуверенно шагнув назад. Гарри ощутил, как Владыка Света отчаянно сопротивляется, пытаясь вышвырнуть его из своей головы. Но воля Гарри была неумолима.

– Пошли отсюда! Немедленно! Убирайтесь прочь! – орал он в голове Весена силой, способной повернуть вспять армию.

И Владыка Света сдался. Он развернулся в своем белоснежном плаще, вскочил на лошадь и помчался прочь, прихватив вместе с собой остатки светлых отрядов. Те же, кто был ранен, остались лежать на земле, корчась от боли. Их все еще мучил «Круциатус», и Гарри вдруг с ужасом понял, что даже не знает, как остановить это заклинание. Оно просто работало, напитанное силой Темного Владыки.

Гарри обессиленно прижался к своему коню, затем, вспомнив о Стюарте и герцоге Бассендорфском, испуганно замотал головой в поисках обоих. Стюарт был ранен, но, к счастью, жив. Герцог Бассендорфский склонился над парнем, осматривая рану на груди Стюарта. Похолодевший Гарри подъехал ближе. Затем соскочил с коня.

– Стюарт!

– Да ничего страшного, просто светлой стрелой попали, – отмахнулся с улыбкой парень. – Ну как мы их?

Гарри смотрел в ужасе, не веря. Ему казалось, что Стюарт вот-вот умрет. Парень и правда забился в судорогах.

– Стюарт, нет! – Гарри вцепился побелевшими пальцами в плечо Стюарта, а затем на лице парня проступили темные полосы, а на голове откуда ни возьмись, появились короткие рога. Уши заострились и удлинились. Глаза стали другими – приобрели более темный оттенок, белок его глаз исчез, заменившись черным.

Пару мгновений спустя перед Гарри было странное существо.

– Демоническая кровь проявилась! – выдохнул герцог Бассендорфский.

- Значит, он точно твой сын! - жизнерадостно заявила Роза, взявшаяся словно из ниоткуда.

«Значит, отразила нападение в том месте, что должна была защищать и помчалась на помощь основным силам», - понял Гарри.

– А что, были сомнения? - удивился он.

К облегчению Гарри, выглядел Стюарт уже лучше. Правда, потом опять забился в конвульсиях, обращаясь обратно.

Судя по порозовевшему цвету лица, демоническая форма каким-то образом его исцеляла. Юноша ощупал короткие рога на своей голове.

– Вот это да! Ничего себе! – пробормотал парень. – Я выгляжу жутко? Достаточно, чтобы враги трепетали? – Стюарт выдавил слабую улыбку.

– Ага, – согласился Гарри, которому больше всего хотелось рухнуть на землю рядом со Стюартом. - Враги бегут без оглядки, вон видишь...

Раны, нанесенные Владыкой Света, болели. Наверное, он стоял на ногах только лишь потому, что сам был наполовину демоном.

Он с нежностью и любопытством взглянул на Стюарта. Сына Карута перевязали. После обращения его раны перестали кровоточить, но целиком не затянулись. Герцог Бассендорский помог Стюарту забраться обратно на лошадь.

Гарри огляделся. Повсюду вокруг было ровно то, что и остается после столкновения двух армий. Пусть не слишком больших – на этот раз светлые сделали упор на скорость, а не на количество. И почти не прогадали. Еще бы чуть-чуть – и им бы удалось проломить темное воинство.

Гарри заметил неподалеку какого-то светлого паренька, поднявшего руку в умоляющем жесте. К нему как раз шел темный воин с явным намерением добить, судя по мечу, что он держал наперевес.

Гарри выругался:

– Империо! – завопил он. – Никому не добивать раненых – лечить всех!

Темное воинство замерло, с непониманием уставившись на своего Владыку.

– Что, опять будешь выкуп брать, Повелитель? – рассмеялся герцог Бассендорфский. – Порой я задаюсь вопросом: кому из вас действительно надлежало стать Повелителем Света.

– Даже не шути так! – резко отрезал Гарри не своим голосом.

Взяв под уздцы лошадь Стюарта, он неторопливо поехал обратно в замок вместе с сыном Темного Повелителя.

Глава 47

По пути к Хагриду. Уизли изрядно нервничал из-за побега Клыка. Хоть он и знал, что я владею большей магией, чем любой первокурсник, но слишком сильно на мое могущество рыжий не полагался. Что ж, и правильно – целее будет. Лучше разумная осторожность.

Великана на той поляне, где мы его оставили, естественно, не было. Подумаешь, первокурсники погуляют по лесу в поисках своего преподавателя. Ничего ж страшного!

Мы углубились в лес.

– Хагрид! – периодически выкрикивал Рон, надеясь, что Хагрид или Клык нам ответят.

Я счел такие вопли ниже своего достоинства. Про себя я решил, что если не найдем великана в ближайшее время, то я просто развернусь и отведу мальчишку в замок. Напади на нас много акромантулов одновременно – мне ничего не останется, как выжечь здесь пол-леса, чтобы защитить Рона. Не так-то легко отражать атаки, одновременно защищая кого-то. Тут уж не до церемоний.

Неожиданно я вздрогнул – прямо передо мной появилось лицо Владыки Света. Он нагло ухмылялся. Я проморгался. Откуда он здесь, посреди Запретного леса в чужом мире?

А он здесь и не был. Он стоял в своих красивых излюбленных белоснежных доспехах, украшенных извилистым золотым узором, и лыбился во весь рот.

Неожиданно земля вырвалась из-под ног, словно я мчался на лошади во весь опор. Меня вдруг захлестнула злость и даже… обида. Какая-то до нелепости детская. На Владыку Света, словно он не оправдал моих ожиданий. У меня аж глаза на лоб полезли. И это эмоции Гарри?!

Да он угробит мое темное воинство такими темпами! С этой светлой падалью надо драться либо полыхая темным огнем от ярости, либо с головой холодной, как лед!

Гарри же… вел себя, как ребенок. Похоже, он просто мчался во весь опор на Владыку Света. «Моему телу хана!» - подумал я с горечью. - «И мальчишке, наверное тоже!»

Однако, Гарри я недооценил. Недоехав до светлой мрази, он что-то сделал. Выкрик. Импульс. Это было похоже на местные заклинания, только палочки не хватало. Перед моим изумленным взглядом Владыка Света свалился с лошади, криво завалившись на бок и принялся биться в конвульсиях, что в доспехе давалось ему непросто. Я подобрал отвисшую челюсть. Как?!

«Да, он последняя мразь!» – подсказал я мальчишке, уловив его колебания. – «Не вздумай его жалеть, парень! Он не помилует никого».

-Гарри, ты в порядке? - окликнул меня Рон.

Я едва сдержался, чтобы не испепелить его Тьмой, что плдобралась к моим ладоням, готовая вот-вот выплеснуться, затопив лес.

-Не сейчас, Рональд! - бросил я отрывисто, жадно пытаясь удержать видение.

Светлая армия снова проступила сквозь ветки. Гарри наконец добрался до моего врага. Но вместо того, чтобы добить… Мальчишка принялся его забалтывать! Я не слышал слов, но отчетливо ощущал намерения Поттера. Он хотел мира! Предлагал мир этому светлому отродью!

Я прислушивался изо всех сил. И даже сумел кое-что разобрать. Гарри нес полную чепуху, убеждая Весена объединиться с Тьмой. Ничего глупее я, пожалуй, в жизни не слышал. Ну разве что Гарри попросил бы Весена пощадить пленных и раненых. Вот это была бы хохма!

Владыка Света ответил примерно так, как я и ожидал. Он ударил по Гарри Лезвиями Света. Я видел, как они летят прямиком на меня. Но на самом деле, сейчас это была проблема Поттера. К которой он оказался не готов абсолютно.

«Роза что, вообще его ничему не учила?!» - не поверил я, глядя, как Лезвия впиваются в мою защиту, остававшуюся на Поттере. Видимо, нет. Владыке Света понадобилась пара минут, чтобы избавиться от заклинания, которое никто давно не обновлял. Затем… Затем я сосретодочился изо всех сил, пытаясь превратить тонкую нить, что связала нас с Поттером в полноценный канат. Ценой невероятных усилий мне удалось сформировать перед ним щит. Как раз вовремя. Новая порция Лезвия ударилась в щит Тьмы и погасла, не причинив вреда Гарри и моему телу.

-Ну же, парень! Давай, шевелись, не стой истуканом! - взвыл я, понимая, что второй раз провернуть подобный трюк не смогу.

Нужно было срочно меняться телами обратно. Но неведомая сила не позволяла этого сделать. Вернее, я просто не знал как. Я и щит-то перед Гарри создал по наитию. Видимо, привыкнув к странному волшебству этого мира, где возможно буквально все.

Наконец, Гарри сообразил, что скоро умрет, если хоть чего-нибудь не предпримет. Колдовать защитные чары он, судя по всему не умел. Зато снес следующую порцию Лезвий, атакуя Тьмой.

Гарри был в бешенстве. Весен, как обычно разорвал все хорошее и доброе в очередном человеке на куски. Я почувствовал по нагревавшимся все сильнее Тьмой ладоням эмоции Гарри. Меня захлестнула злость. Не та безудержная ярость, что я обычно испытывал в своем теле полудемона, но тоже ничего хорошего.

«О нет, рядом ведь Рон!» – подумал я, пытаясь удержать рвущуюся на волю гнев и силу.

– Рон, отойди! Немедленно отойди! Уходи отсюда! – крикнул я.

Не в силах удержать одновременно видение изумрудного поля, на котором выстроилась светлая армия, и темного мрачного леса волшебного мира, откуда родом был мальчик, я должен был сосредоточиться на чем-то одном – либо лес, либо светлые.

Но я не мог отвернуться от монстров в белоснежных одеждах, что явились разорять мои земли.

Мне удалось усилить остатки защитных чар на Гарри, протянув крошечную ниточку энергиии сквозь сами миры. Но после этого я обессиленно рухнул на землю, так и не увидев, чем все закончилось. А затем услышал визг Рона, переходящий в вопли ужаса.

– Помогите! Помогите!

– Рональд, это всего лишь обморок! Я просто устал, – прошептал я белыми губами.

Не так-то легко наладить связь с другим миром, даже если там твое собственное тело и застрявший в нем одиннадцатилетний мальчишка, не способный протянуть нить от своего разума навстречу и связать нас, просто потому что не умеет. Он, наверное, и не понял, кто ему помог. Не смотря на усталось, я торжествующе улыбнулся. Магия этого мира, знаете, раскрепощала. Заставляла мыслить нестандартно. Что до Светлого Владыки, то я понял, каким именно заклинанием в самом начале заварушки огрел его Гарри. «Круциатус!» Ну что ж, отлично! Лучше я бы и сам не придумал. Надеюсь, сейчас Гарри это повторит!

Светлый день перед глазами рассеялся, обернувшись мраком Запретного леса. И тут я с ужасом увидел, как по деревьям к нам спешат огромные пауки. Так вот отчего кричал Рон!

– Рональд, беги отсюда! – прошептал я, понимая, что не смогу спасти мальчика.

Меня хватит еще, пожалуй, на то, чтобы исторгнуть из себя немного тьмы и уничтожить в радиусе все живое. Но Рона мне не щащиитить, а он, как назло, испуганно застыл.

– Я тебя не брошу, Гарри! – очнулся он.

Мальчишка схватил меня за руки, попытавшись тянуть.

– Ох, нет! Убирайся – ты только мешаешь! – Я попытался оттолкнуть его, но не вышло. Мое тело ослабло.

Я отдал слишком много сил, пытаясь защитить Гарри. Пауки щелкали своими жвалами все ближе. Я едва было не завопил: «Хагрид!» – но понял, что это бесполезно. Хагрид обычно был шумным, и его присутствие, без сомнения, бы уже обнаружилось. Значит, его нигде поблизости просто нет. Вопли Рона было невозможно не услышать.

С трудом сосредоточившись, я поднял палочку с пером птицы Рух.

– Авада Кедавра!

Я не мог даже встать, но, пожалуй, все еще мог сделать хоть что-то.

Выпусти я свою Тьму – она, скорее всего, убила бы и Рона. Слишком сильна была память о затапливающей мое тело в другом мире ярости. Ее отзвук был и здесь. Что-то я принес с собой в этот мир. Что-то темное. Темное и яростное, но, к счастью для Рона, гораздо меньших размеров, чем то, что осталось дома. Признаться, я никогда не задумывался о природе своей силы. Что из этого принадлежало мне как Темному Властелину, что-то я оттачивал, а что было просто следствием того, что я полудемон.

– Авада Кедавра! – Заклинание зеленым лучом ударилось об акромантула, но оказалось слишком слабым, чтобы его убить.

Паук задергал лапами и просто свалился на землю, но продолжил дергаться подозрительно живой.

– Рон, беги и приведи помощь! – прикрыв глаза, приказал я.

Это, пожалуй, был единственный шанс для нас обоих выжить. Сейчас Рон сбежит, и, может быть, меня хватит еще на одно заклинание. Уронив палочку с пером птицы Рух, я подождал, пока Рон отбежит достаточно далеко.

Тьма! Надо призывать Тьму! Пусть это будет темный дождь – я задрал голову к небесам, пытаясь сотворить заклинание. Черные капли и правда пролились с неба, обжигая пауков, но усилить заклятие я просто был не в состоянии. Слишком многое отдал. Как глупо: всего лишь крикнул Поттеру пару слов, которых, возможно, он даже не услышал, и сотворил щит, и вот – лежу здесь совершенно измученный и выдохшийся в теле мальчишки. Да в том-то и дело. «С одной стороны, во мне все еще плещется сила и магия, а с другой – тело Гарри просто не способно ее выдержать», – дошло до меня. – «Вот ведь!»

Все же я попытался встать, глядя на приближавшихся пауков. Получилось лишь приподняться. В моей руке сверкнул складной нож – тот самый, что я взял у Дадли. У меня больше не было силы полудемона в этом мире, или Темного Властелина. Я все израсходовал, защитив мальчика в другом мире. Оставался Карут.

– Ну что же! – я оскалился в недоброй улыбке, – Давно я не ел паучатины!

Честно говоря, бравада вышла жалкой. Эти твари были даже недостаточно разумны, чтобы оценить мой сарказм.

Неожиданно светлый луч пронзил паука, стремившегося ко мне. Оглянувшись, я увидел Невилла Лонгботтома, который, дрожа как осиновый лист, вышел на поляну. Он сжимал палочку двумя руками и направлял ее на пауков.

– Г-гарри, т-ты в п-порядке? – заикаясь, спросил Невилл.

Я пораженно смотрел на мальчишку, в чьей ауре героя разгорались яркие светлые искры. Такие же, как те, что были когда-то у Весена. Только аура Весена была подобна яростному неукротимому солнцу, у Невилла пока всего лишь искры. И они настолько разные, ведь этот мальчик боится до дрожи. «Он, наверное, в жизни так не боялся», – подумал я.

Не сводя с пауков палочки, Невилл прокрался ко мне и подал руку, помогая встать. С другой стороны неожиданно возник Рон Уизли.

– Пойдем, Гарри.

Мальчишки буквально уволокли меня. Я тяжело оперся на них обоих, а акромантулы отступать не спешили, но замерли – видимо, почувствовали то же, что и я – героя, который вот-вот пробудится. «И тогда всему этому лесу конец», – подумал я со злорадством.

Если Невилл достигнет могущества Весена, он здесь выжжет все просто силой любви. Очарованием Света. Это не то, что мой слабенький темный дождик, призванный из последних сил в чужом теле. Невилл-то в своем собственном.

Неожиданно послышался громогласный шорох ветвей, сквозь которые проламывался слон. На поляну вышел сам Арагог.

– Отойдите, дети мои! – шипящим голосом приказал он паукам. И те, как ни странно, послушались.

Паук уставился на нас мрачным взглядом – сначала на меня, потом на Невилла. Он явно не понимал столь странного соседства. Траву все еще жгли ядовитые кислотные капли, оставшиеся от дождя Тьмы. Арагог потрогал одну каплю лапой и тут же отдернул ее – даже для темных существ натолько концентрированная Тьма была перебором. Затем он посмотрел на Невилла.

Без слов мы обменялись с Арагогом понимающими взглядами. Если довести мальчишку еще немного, скажем, заставив совершить подвиг, то кто знает, уцелеет ли в этом лесу вообще хоть что-то темное, включая нас с Арагогом.

– Мои дети заш-шли слиш-шком далеко. Я запрещаю им трогать учеников Хогвартса, но они не всегда слуш-шают, – с недовольством произнес паук. – Ступайте к Хагриду.

Невилл с облегчением опустил палочку.

Я отметил про себя, что надо будет поговорить с мальчишкой о доверии к незнакомым гигантским паукам. Невилл даже не знал, кто перед ним. Так с чего же ему поверил? Но все же я и сам расслабился, перестав пытаться концентрировать в ладонях Тьму.

Арагог ушел следом за своими детьми. Последние накинулись на тела погибших сородичей и попросту их сожрали. Рона и Невилла затошнило от этой картины. Меня, если честно, тоже, ведь все же акромантулы, оказывается, вполне себе разумная раса. «По крайней мере они могут стать разумными», – поправил я себя строго.

Развернувшись, я ушел вместе с мальчишками на поиски Хагрида.

– Мне понадобится снова выкрасть шар у профессора Трелони, – пожаловался я Невиллу с Роном.

– Зачем? – удивился Лонгботтом. – Если тебе нужен шар, то просто попроси у кого-нибудь из старшекурсников или второкурсников, выбравших факультативом прорицание.

Я остановился. Мне вспомнилось улыбающееся лицо Гермионы Грейнджер, которая ляпнула, что шар есть у профессора Трелони. Я мысленно обнял девчонку за тонкую шею и крепко сжал.

– Хм, какая хорошая идея! Жаль, что ты не предложил это раньше, – проговорил я задумчиво.

Глава 48

Заклятье Тьмы, что я применил, не осталось незамеченным. Вскоре после того, как мы вернулись с Хагридом и уселись пить чай в его хижине, в нее ворвалась Минерва МакГонагалл.

– Альбус ощутил мощный выплеск темной магии в лесу! – отрывисто сообщила она, обеспокоенно оглядывая лесника и детей.

Все мы выглядели просто отлично. Особенно для тех, кого пытались сожрать пауки.

– Темной магии? - нахмурился Хагрид.

Я понял, что пора брать дело в свои руки, срочно. МакГонагалл, видимо, вспомнила, что в наказание отправила в Запретный лес первокурсников. Вот и забежала проверить, вернулись мы уже или нет. А вот Дамблдор, зная этого неугомонного типа, наверняка уже бродит по лесу. И найдет остатки моего Дождя Тьмы. Ни Невилл ни Рон не поняли, что это такое. Но они гораздо моложе директора.

– Там было такое облако. Темное с человеческим лицом, – импровизировал я, вспомнив улепетывающую форму Воландеморта. - Оно напало н меня вместе с пауками. А потом улетело, когда ребята пришли на помощь.

Я говорил, стараясь выглядеть как можно увереннее. И тупеее. Только полный тупица поверил бы, что Темный Лорд испугался детей. Хотя… у Воландеморта с детьми явно не ладится. Может, ему и правда стоит их опасаться. Сначала огреб от настоящего Поттера, потом от меня. Теперь Невилл вот-вот пробудится, и начнет испепелять все живое. Все темное, в смысле.

– Ох! – только и произнесла МакГонагалл, а затем, перевоплотившись в кошку, кинулась догонять директора.

«Видимо, так бежать проще, чем на каблуках», – понял я.

Хагрид отставил свою кружку.

– Гарри, что ж ты сразу не сказал?! Вот что, детишки, я пойду, помогу им! – с этими словами великан подхватил свой зонтик. – А вы идите в Хогвартс. И не высовывайтесь ни в коем случае! Не к добру все это!

Мы клятвенно заверили великана, что не станем искать себе неприятностей. Проводив взглядом огромную фигуру Хагрида, поспешившего в лес, я ощутил укол совести. Наверняка они там вверх дном все до ночи будут переворачивать. Но не признаваться же, что помимо Темного Лорда, у них теперь Темный Властелин под носом затесался!

Глава 49

Узнав, что я собираюсь на каникулах отправиться к Дурслям, Дамблдор явился лично. Переубеждать меня.

– Мистер Поттер, слышал, что семья Уизли любезно пригласила вас на каникулы к себе. Возможно, вам стоило бы отправиться вместе с Роном в гости к его семье. Посмотреть, как живут семьи волшебников, – с милой улыбкой проговорил Альбус, вызвавший меня в очередной раз к себе.

Видимо, о щедром предложении семейства Уизли, ему доложили. Что ж, после того, как Рон отказался меня бросать, а Невилл спас нас обоих, я несколько сблизился с ребятами. Насколько мог сблизиться Темный Властелин с двумя детьми, причем светлыми.

Я уже неплохо освоился в кабинете директора и чувствовал себя там как дома. Те книги, что брал в прошлый раз, я вернул. Так что в этот раз мне удалось цапнуть пару довольно тонких брошюрок, прежде чем взгляд Альбуса стал разъяренным настолько, что я не решился испытывать директора дальше.

– Позаимствую это на каникулы, – мило улыбнулся я. – Нет, директор. Не хочу я в гости к волшебной семье, – покачал я головой. – Лучше поеду домой к родным.

– Я слышал: ты не очень хорошо ладишь с Дурслями, Гарри, мой мальчик, – мягко и совершенно невинно произнес Дамблдор.

Я посмотрел на него обжигающим взглядом Темного Владыки, которого он изрядно достал.

– Дурсли – моя семья, – отчеканил я твердо. – Уж какие есть. Что касается семейства Уизли, я могу представить, что будет, когда под одной крышей соберутся все рыжеволосые шалопаи этого семейства, профессор Дамблдор. Боюсь, для меня это будет слишком шумно. Они помешают мне в изучении магловских наук.

Тут я прикусил язык. Не из-за того, что выдал свое намерение изучать науки, а потому что обозвал простых людей маглами. Это сродни спеси высшей светлой аристократии, что въедается в тебя незаметно, но прочно.

Светлые называют нас не иначе как исчадиями Тьмы. Мы к этому так привыкли, что не задумываемся о том, что по другую сторону от границы темных земель есть и просто женщины, дети, старики и люди без всякого особого дара – светлого или темного. Просто мы все для них исчадия и все.

А для волшебников каждый человек, не обладающий волшебством, – магл. Ну или сквиб на худой конец. Вообще замечательная придумка – обзывать собственных детей сквибами. Судя по незавидной участи Филча, им здесь приходилось еще хуже, чем маглам. Рожденные и воспитанные в одном мире, они не могли прижиться в другом. А из родного их выдавливали.

Профессор озадаченно посмотрел на меня.

– Хм, я не думал об этом с такой точки зрения, – признал Дамблдор. – Мне казалось: ты подружился с Роном.

– Да, подружился, – пожал я плечами. – Рон – отличный мальчишка.

«Правда слишком шумный», – добавил я про себя. –« И глуповатый. Но надо признать, доблестный. Такой бы точно нашел свое место при дворе Светлого Владыки. Тот бы манипулировал им и в хвост и в гриву. Выковав очередного светлого паладина».

Я тряхнул головой, отгоняя ужасную картину Рональда Уизли, закованного в сверкающий белоснежный доспех. С дурацкой его улыбкой и палочкой, направленной против темных женщин, детей, ну и далее по списку. Вплоть до меня.

Нет уж! К счастью, в этом мире никто не спешил так сильно запудривать мозги юного Рональда. Взможно, из него вырастет что-нибудь вполне приличное. Скажем, обычный волшебник-семьянин, как его отец. Мелкая сошка в Министерстве Магии.

– Ну что ж, Гарри, – Дамблдор посмотрел на книги, что я взял. Обе они касались темного искусства. Да-да, у нашего распрекрасного профессора были такие книги прямо в кабинете. Видимо, он совершенно потерял страх.

– Гарри, не думаю, что тебе стоит брать эти книги, – серьезно произнес профессор.

– А я думаю, что за моей головой идет сам Воландеморт! – хмыкнул я. – Вряд ли я смогу ему объяснить при следующей встрече, что я всего лишь ребенок и мне еще рано изучать темные искусства, которыми он намерен меня прикончить.

Брови Дамблдора взметнулись и опустились.

– Ну что же, ты прав, – произнес он медленно. – Но учти, Гарри, ученикам запрещено колдовать вне стен школы.

– А если нарушу? – тут же уточнил я, хищно глядя на Дамблдора.

– У тебя отнимут палочку, – тяжело сказал Дамблдор. – И ты будешь исключен из Хогвартса.

– Какая жалость! – произнес я саркастично.

Брови Дамблдора взметнулись вновь.

– Гарри, тебе не нравится в Хогвартсе?! – поразился он.

Лицо его стало, ну знаете, каким-то обиженным, как у человека, который буквально посвятил Хогвартсу всю свою жизнь.

Я вздохнул.

– В принципе, здесь неплохо, когда тебя не пытается убить тролль, – я посмотрел директору в глаза, – Сгрызть гигантская собака или не отправляют в полет на метле, с которой ты запросто можешь свалиться и сломать себе шею.

С каждым моим словом профессор мрачнел все сильнее.

– А как же волшебство, Гарри? Дух единства, дружба гриффиндорцев?– улыбнулся он мягко.

Однако пальцы его, проворно взявшие из вазочки лимонную дольку, нервно подрагивали, а затем его вся долька хрустнула в руках.

«Ого, а профессор-то неслабый! В рукопашке, пожалуй, с ним лучше не сходиться», – подумал я.

Или, сам того не заметив, он машинально усилил свои руки магией. Все же местные волшебники хоть и привыкли к палочкам, кое на что интуитивно порой годились.

Я хмыкнул.

– Да-да, дружба и братство – это самое главное, – ядовито улыбнулся я.

Отчасти мой голос прозвучал искренне. То, что сделал Невилл, тот факт, что Рон не бросил меня на растерзание паукам – это правда чего-то стоило.

Я поднялся на ноги.

– Ну, если позволите, профессор, я пойду. Мне еще вещи складывать.

Глава 50. Карут

Дом Дурслей встретил меня неприветливо – не так, как я привык в Хогвартсе. Обошлось без вылета призраков навстречу, знаете ли. Без огней над жутковатым озером, по которому мы должны были переправиться в Хогвартс. И славных существ – фестралов, которые везли остальные курсы.

Нет, я просто-напросто открыл дверь, и она открылась, не попытавшись меня убить, напугать или поприветствовать. Живой шляпы внутри тоже не обнаружилось, и я спокойно направился вглубь дома.

Тетя Петунья хозяйничала на кухне и, выглянув, обнаружила меня.

– О, ты уже приехал, Гарри! – всплеснула она руками. – А обед еще не готов! – крайне приветливо заявила тетушка, и глаза ее странно забегали.

– А, точно! Я написал, Дадли, что приеду! – вспомнил я.

Должно быть, он попросил родителей встретить меня получше, чем они бы встретили настоящего Гарри. А вполне возможно, что он делился с ними содержимым моих писем.

Что же, услышав, что я вернулся, Дадли бодро скатился по лестнице:

– Гарри! – он кинулся ко мне и уже был готов обнять, как наткнулся на холодный взгляд Темного Властелина. На целых десять секунд это его даже смутило, но после Дадли крепко стиснул меня в объятиях.

– Я так по тебе скучал! – заявил он и заговорщически шепнул на ухо. – Я столькому научился! Ты обалдеешь!

Тон моих писем все это время был довольно-таки сдержан – не мог же я их писать от лица Темного Властелина. Я подозревал, что почту учеников в Хогвартсе проверяют. По крайней мере, в письма легендарного Мальчика-Который-Вырос-И-Стал-Непойми-Кем, Дамблдор наверняка заглянул не единожды.

Я посмотрел на Дадли. Да. С тем же успехом я мог бы смотреть на Стюарта, клянчившего деньги на новый камзол или усеянный драгоценными камнями меч.

Не то чтобы мне было жалко сыну купить приличный клинок, но что он будет делать в бою со сверкающей побрякушкой вместо добротной стали?

Дадли тем временем потащил меня на кухню.

– Мама готовит пирог по случаю твоего возвращения, а папа скоро придет, – защебетал мальчишка.

– О, вот как.

– Все уже почти готово! – как-то нервно кивая, подтвердила тетя Петунья.

Дадлик умчался наверх со словами: «Сейчас принесу – ты обалдеешь».

Что именно он нам планировал притащить, не знаю. Я не расслышал, так что обратил свой взор на тетю Петунью – есть хотелось до ужаса. Возмущенно забурчал желудок, протестуя против столь долгой дороги до дома.

Я мог бы, конечно, переместиться, но тогда пропустил бы все веселье, связанное с вокзалами и поездами, которые, планировал строить в родном мире. Так что следовало их изучить получше, раз уж выдалась возможность.

Тетя Петунья верно истолковала мой взгляд, и выдала мне хлеб и банку апельсинового джема. Намазав себе бутерброд, я принялся его поглощать.

– Гарри, как твои дела в этой, эм, школе? – осторожно спросила тетушка.

– Да нормально, – пожал я плечами. – Учусь колдовать.

Я постарался изо всех сил изобразить обычного мальчишку Гарри. В конце концов, она тут целый день готовила пирог к моему приезду. Ни к чему огорчать эту самоотверженную женщину.

Взгляд тетушки Петуньи был напряженным.

– Ты знаешь, что Дадли упражнялся? – медленно произнесла она.

– Да, я в курсе. Я учил его в письмах.

Лицо тети пошло пятнами. Оно отразило смесь обиды, глубокой скорби и чего-то еще. Возможно, это можно было назвать даже любовью.

– Ваша сестра не догадалась вас учить, верно? – осознал я.

Тетя Петунья дернула головой, а затем ее плечи болезненно опустились.

– Лили в голову такое не пришло, – вздохнула Петунья. – Она даже не попыталась. Я написала письмо директору Хогвартсу, когда была маленькая. Но он ответил, что не может взять меня, потому что нет таланта. Мы были уверены, что у Дадли, конечно, нет ничего подобного.

– Он есть, – заверил я. – Некоторые вещи можно освоить при должном усердии, вот и все. Даже вы могли...

Тетя Петунья изумленно уставилась на меня, как и дядюшка Вернон, который только что зашел в кухню.

– Что это ты могла бы освоить, милая?

– Ничего! – торопливо сказала она.

– Магию, – безжалостно заявил я.

Если уж у Дадли получилось, то у тети тоже должно. В конце концов, не такая великая наука, если говорить о самых основах. Хотя, конечно, чтобы достичь величия без таланта, пришлось бы попотеть очень сильно. Возможно, не одно столетие.

Я обернулся на дядюшку Вернона.

– Как дела, дядя? – поинтересовался я с самой любезной улыбкой.

«В мой дом вернулся сумасшедший племянник», – было написано на его лице. Вместо этого он выдавил ответную улыбку, похожую на любезность.

– М, спасибо, неплохо, Гарри. На работе меня повысили, – произнес он многозначительно.

– И теперь платят лучше? – Я вспомнил счета, которые они обсуждали с тетей Петуньей.

– Да, платят лучше, – с явным облегчением произнес мужчина.

Я видел, что для него это очень важно. «Что ж, некоторые вещи неизменны во всех мирах», – подумал я. Даже если в одном из них царит средневековье, а в другом люди выбрались в космос.

Дядюшка Вернон был обычным, не самым приятным человеком, и, наверное, если бы тетя Петунья каким-то образом не настояла, отправился бы Гарри в приют. Но он более или менее привык к мальчишке, даже старается разыграть любящую семью, несмотря на то что я чуть было не воткнул в него нож.

Дадли тем временем спустился вниз. В руках его была большая книга, обернутая красивым золотым бантом.

– Это тебе, Гарри.

Я взял книгу и поразился. Дадли принес целую книгу о вселенной, написанную Стивеном Хокингом.

– Это великий ученый, – пояснил Дадли, верно истолковав мой взгляд. – Говорят, один из самых великих. Он тут такое все заумное написал. Ну и физика, как ты любишь, и еще эти черные дыры. Продавец сказал, что зубриле вроде тебя точно понравится, – Дадли смущенно покраснел.

Я принял книгу из его рук и бегло пролистал. Взгляд зацепился за несколько строчек, и, усевшись прямо на кухне, я принялся поглощать джем с хлебом, вчитываясь в незнакомые слова.

Книга Стивена Хокинга открытая на середине представляла собой загадку, куда большую, чем учебник трансфигурации. Пришлось мне вернуться к началу.

Затем передо мной возник кусок отрезанного пирога, наконец вытащенного из духовки и отрезанного тетей Петунией.

– Так, закрыл-ка книгу, молодой человек, – сурово сказала тетя. – За этим столом мы собираемся семьей и едим.

Я посмотрел на Петунью удивленно. Честно говоря, у меня сложилось ощущение, что Гарри не слишком-то принимали за этим столом в качестве семьи. Но, видимо, я сломал незримый барьер, отделявший Петунью от Гарри. Или хотя бы его кусочек.

Я покорно отложил книгу. Не так много найдется на свете людей, способных перечить мне, Темному Властелину. Конечно, Петунья понятия не имела, кто я такой, но она чувствовала и, к тому же, знала, что я владею магией.

– Так ты продолжишь учить Дадлика? – с некоторой тревогой осведомился дядюшка Вернон.

– Э, ну да, – согласился я неохотно, не желая портить приятную атмосферу за столом.

Дядя Вернон кивнул, а затем, помолчав, спросил:

– А нельзя ли зачислить его в этот ваш Хогвартс? Раз уж у Дадли проснулась магия.

Я задумался.

– Скорее всего, нет, – признался я. – Магия, которой я научил Дадли, отличается от того, что практикуют в Хогвартсе. По меркам волшебников ее недостаточно!

Дядя Вернон приуныл. Они с тетей Петунией предпочитали думать, что их Дадличка абсолютно лучший во всем, за что бы ни взялся. А тут вот – племянника в волшебную школу взяли, а их сына нет.

И, несмотря на то что дядя Вернон искренне ненавидел все странное, раз уж Дадли вцепился в магию обеими руками, что, собственно, и следовало ожидать от мальчишки, то дядя Вернон был готов сменить свои убеждения или хотя бы немного подвинуть их.

Я посмотрел на дядю Вернона.

– Нет, думаю, что в Хогвартс его не возьмут. Может быть, школа магии в Китае, – задумался я. – А лучше в Тибете. Их традиции гораздо ближе к той магии, которой я научил Дадли.

Лицо младшего Дурсля вытянулось.

– Это мне нужно учить китайский или тибетский, что ли? – ужаснулся мальчик.

Я пожал плечами.

– Ну, в целом, да, лучше бы выучить. Как иначе ты будешь учиться на их уроках?

– Не, я, пожалуй, останусь в обычной школе. Ты же не перестанешь меня учить, Гарри?

– Не перестану, – пообещал я.

«По крайней мере, пока нахожусь в этом мире», – добавил я про себя. Потом почетная роль обучения Дадли перейдет к Гарри Поттеру. Ну или придется поднатаскать мальчишку настолько, чтобы дальше учился сам.

Глава 51. Карут

На каникулах мы с Дадли занялись изучением этого мира. По меркам маглов я был богат и прихватил с собой из банка галлеоны, хоть и с трудом мне удалось обменять их на фунты. Ведь, чтобы сделать это, пришлось добраться до Косого переулка.

Дадли уговорил своих родителей посетить Лондон. Не без труда, конечно, но мои заверения, что золотые галлеоны уж точно покроют расходы, стоит мне только обменять их на фунты, подействовали. Я лично продемонстрировал золото дядюшке Вернону и тете Петунье, и, распробовав монеты на зуб, дядя Вернон уважительно качнул головой.

– Хоть волшебники и престранные, но в деньгах толк понимают, – согласился он.

Тетя Петунья опасалась, конечно, отправляться в переулок волшебников магии, но Дадлик прыгал вокруг родителей, скулил и упрашивал их целый день на разные лады. Наверное, это был первый раз, когда они не спешили выполнять его просьбу. Но в конце концов сдались под неутомимым напором сына.

Так, всем семейством, мы отправились в Лондон. Я предложил тетушке и дяде оставаться в гостинице, пока мы с Дадли побродим по Косому переулку, обменяем деньги, закупимся всяким разным, что мне нужно к школе, и просто сувенирами для Дадли. Но родители Дадлика, ясное дело, побоялись отпускать мальчишку одного в подобное место. Хоть я и заверил, что там вполне безопасно. Косой переулок это ж не Лютный, о котором в Хогвартсе не говорил загадочным шепотом только ленивый.

В общем, как бы то ни было, я прихватил Дурсля и отправился в Косой переулок. Поменял монеты на фунты в банке «Гринготтс», к неудовольствию гоблинов, считавших, что я меняю деньги на, можно сказать, подобие денег. Я был в глубине души с ними согласен. Серебро, медь и золото, по-моему, куда лучше хрустящих человеческих бумажек. С другой стороны, бумажки весили значительно меньше и были удобней.

В Косом Переулке я закупил все необходимое для школы, а также для своих опытов. Плюс скупил, пожалуй, все сладости, какие только возможно, для Дадли, тети и дяди. От прыгающих лягушек Дадли был в восторге, а вот дядя Вернон наоборот. Когда она шевельнулась в руке, он схватился за сердце и возмутился: «Как это можно есть? Оно же шевелится!»

Словом, дядя излучал с собой все недовольство мира, пока мы шатались по Косому Переулку, привлекая тем самым внимание волшебников. Те вглядывались в растерянные лица двух маглов, явно не в силах понять, что они тут делают. В конце концов, не выдержав, я продемонстрировал очередному недовольному волшебную палочку, намекая, что мы просто всего-навсего семья, которая пришла с детьми закупиться к школе.

Это подействовало. Лицо прохожего волшебника тут же разгладилось, и, заскучав, он потерял всякий интерес к недовольно ворчавшему дяде Вернону. Что ж, конечно, манерам дядюшке следовало бы поучиться. Все же он был сейчас на территории волшебного мира.

Дадли захотел себе настоящую мантию, как в Хогвартсе, и я не отказал мальчишке в этом милом подарке. Тетя Петунья правда обиженно поджала губы – видимо, вспомнив, что ее в школу магии когда-то не взяли. Дадли хватало всего лишь мантии и моей науки.

– Ну вот, теперь я как самый настоящий волшебник. Ой, Гарри, а можно мне палочку, как у тебя? – заинтересовался он.

Я крепко задумался. По законам этого мира, палочка Дадли не полагалась, наверное. Или полагалась? Или просто у маглов никогда не было возможности купить себе палочку? Он же не гоблин, или эльф, которым нельзя их иметь. Нет, конечно, меня, Темного Властелина, никакие формальности не остановили бы. Но мне не хотелось навлекать неприятности на мальчишку.

– Ладно. В крайнем случае скажешь, что позаимствовал ее у кузена, – пробурчал я.

Мы зашли в лавку Олливандера. Тот критически оглядел Дадли и фыркнул. Почему-то он не торопился доставать свои инструменты, мерить Дадли руку и помогать с подбором палочки для мальчишки. «Неужели волшебники каким-то образом чуют, в ком есть эта их местная магия, а в ком ее нет?» – гадал я. Но ведь Дадли нельзя назвать совсем бесталанным. Даже относительно того волшебства, что они применяют. Оно должно быть в его крови. Он же сын тети Петуньи, а она сестра Лили, бывшей довольно сильной волшебницей.

Я нахмурился, посмотрев Олливандеру в глаза.

– Мы бы хотели посмотреть палочки, – со значением произнес я.

– Эм, конечно, мистер Поттер, – медленно произнес Олливандер и все-таки вытащил несколько обычных на вид палочек.

Они особо на Дадли не откликались, но зато сам мальчишка разглядывал их с таким восторгом, и глаза его блестели. Что ж, в конце концов, выбор Дадли попал на палочку, сделанную из дуба, с жилой дракона. Весь взгляд Олливандера говорил о том, что это переоценка и он не одобряет идею переводить хорошие палочки на прихоть бесталанного мальчишки, но он все же продал палочку, хоть и по явно завышенной цене.

Мы вышли из его магазинчика, и Дадли в черной мантии с палочкой в руках буквально пританцовывал. Он тут же принялся ей яростно махать, говоря всякие слова по типу «абракадабра». Я снисходительно наблюдал за этим. Дядя Вернон и тетя Петунья же смотрели на сына с опаской.

Я припомнил, что в письмах он признавался, что подпалил гостиную и залил чердак, где дядя с тетей хранили старые вещи. Ну что ж. Несмотря на все усилия Дадли, ничего не случилось. И к лучшему. Дадли убрал палочку в карман мантии.

– Еще потренируюсь – и получится, – уверенно сказал мальчик.

Я кивнул, что у него получится однозначно. В конце концов палочка работала как концентратор энергии. «Объясню ему, как пропускать сквозь нее энергетический поток, и пусть пользуется себе как жезлом».

Потом мы пообедали в «Дырявом котле», пройдясь по всем местам, что заинтересовали Дадли в Косом Переулке. Я-то посетил их еще с Хагридом.

Мы уже собирались покинуть переулок, как наткнулись на Люциуса и Драко Малфоев. Люциус пораженно застыл, разглядывая мою странную компанию. Все же дядя Вернон и тетя Петунья выглядели как типичные маглы. Было в них что-то, отличавшее их от местных, разряженных в причудливые костюмы волшебников.

– О, мистер Поттер, какая любопытная компания! – выпалил Люциус Малфой, глядя на Дурслей.

Дядя Вернон и тетя Петунья подобрались. Они считали себя вполне достойными людьми и были таковыми по меркам своего сообщества. Люциус Малфой же не скрывал презрения. Стоявший рядом с ним Драко смутился. Он-то меня прекрасно знал и помнил, кто учил мальчишек в Хогвартсе беспалочковой магии ветра. И многое другое помнил.

Я посмотрел на мальчишку с долей сочувствия. Ну что ж, он не виноват, что его отец высокомерный придурок. Таких я не любил в своем мире, так что я натянул самую лучшую из возможных улыбок.

– Со мной мои родственники: тетя Петунья и дядя Вернон. Они меня вырастили, – заявил я, глядя мужчине в глаза. – Достойные люди, никогда не служившие Темному Лорду. – Я хотел прибавить, что и рабского клейма на них нет, но, поймал умоляющий взгляд Драко. Слухи о том, что Снейп в школе буквально скрывается при виде меня в противоположном конце коридора, распространились давно. Так что я не стал упоминать маленькой истории с Темным Лордом, решив оставить Малфою остатки гордости исключительно ради сына. Все же тень, павшая на Люциуса, упала бы и на Драко.

Тот пошел возмущенными пятнами, явно не зная, что сказать насчет Темного Лорда, так что просто взял сына за плечи и рванул в сторону.

– Идем, Драко! – проговорил он.

Я проводил их взглядом. Драко тоскливо обернулся. Он видел, что мы с Дадли идем веселые и счастливые, с целой горой покупок. И Дурсль-младший лопал уже десятую по счету шоколадную лягушку.

Нет, конечно же, Драко мог позволить себе скупить хоть всю лавочку со сладостями, без проблем. Вот только кузена, с которым можно было бы разделить веселье, у него не было. Да и из друзей были лишь туповатые Крэбб и Гойл.

«Бедный мальчишка!» – подумал я, провожая его взглядом. –« Если Воландеморту удастся вернуться, отец ведь наверняка втянет его во все это по самые уши, вернувшись служить своему господину».

Отведя взгляд от Драко, я вернулся к Дурслям.

– Нам следует уйти отсюда, – резко сказала тетя Петунья, до глубины души уязвленная высокомерным выпадом Малфоя старшего.

– Ну что же, пойдем, – не стал спорить я. – Среди волшебников, к сожалению, встречаются подобные экземпляры. Он был одним из приспешников того, кто убил мою мать. – Я чуть было не ляпнул «вашу сестру», но сообразил, как бы это звучало из уст Гарри.

Лицо Петуньи дернулось, она резко обернулась вслед Малфоям, а мне показалось, что сейчас та сторона улицы полыхнет пламенем. Но нет, тетя Петунья лишь проводила долговязую фигуру Люциуса болезненным и разъяренным взглядом.

– Тогда почему он не понес наказание? – резко спросил дядя Вернон.

Я пожал плечами.

– Ну, вроде как его судили и пришли к выводу, что по большей части он невиновен. Думаю, тут сыграли роль деньги и связи его рода.

– А, вот как! – пробурчал дядя Вернон. – Что ж, так оно не только у волшебников происходит, парень, – произнес он, неожиданно положив руку мне на плечо.

Должно быть, Вернон решил, что я и сам что-то испытываю по поводу данных фактов. Но я уже убедился, что Люциус не имел конкретного отношения к гибели Лили и Джеймса Поттеров. А мстить всем приспешникам Темного Лорда подряд? Вот вернется Гарри в свое тело, пусть сам и разбирается, если захочет.

Мы вышли из Косого Переулка и с удовольствием окунулся в мир маглов. Шевелящихся лягушек пришлось спрятать, зато драже «Бертиботтс» пошло в ход. Я честно предупредил Дадли, что вкус может быть любым. И вскоре мальчишка уже выплюнул пару конфет, возмущенно скривившись. Тетя Петунья и дядя Вернон не решились даже попробовать после моей рекламы. Максимум на что хватило Петуньи – это сахарные леденцы, выполненные в форме цветов. А дядя Вернон и вовсе предпочел обойтись безо всех этих глупостей.

В человеческом мире мы пошли в парк аттракционов. Думаю, будь все по-прежнему, Гарри бы никто с собой брать не стал. Но Дадли буквально не сводил с меня восхищенного взгляда. Да и выпад Малфоя, как ни странно нас сблизил. К тому же я платил за все это маленькое путешествие.

Дурсль смирился с тем, что карманы его племянника ныне ломятся от фунтов. Правда не обошлось и без осторожного предложения тети Петуньи, хранить деньги у нее.

– Все же это довольно большая сумма, Гарри, – заметила тетя, – Ты можешь ее потерять.

– Не потеряю, – заверил я с улыбкой, но отсчитал часть денег и протянул тетушке. – А это, думаю, вам с дядей Верноном стоит потратить вечером, когда пойдете куда-нибудь вдвоем, – подмигнул я. – Не все же вам нас с Дадли пасти. Мы сами не потеряемся.

Тетя с дядей переглянулись.

– Незнакомый город, – протянул дядя Вернон с сомнением.

– Мы не будем далеко отходить от гостиницы, – заверил Дадлик с самым невинным видом, на какой только был способен.

Тете Петунье и дяде Вернону, похоже, слишком хотелось пройтись по Лондону вдвоем, чтобы отказываться. Вполне возможно, что они уже присмотрели какое-нибудь тихое спокойное местечко с хорошей кухней. Или спланировали поход в кинотеатр, кто их знает.

В общем, днем мы побывали в огромном парке развлечений, в котором Дадли визжал от восторга, а я, если честно, не посетил половину аттракционов, на которые просился Дадлик. Полноватый мальчишка оказался бесстрашным. Он лез на быстрые и высокие аттракционы, на которые я смотрел с опаской.

Наверное, Дадли выручало детское непонимание, что будет, если свалиться с такой высоты. Или если бы кабинка американских горок сошла с рельсов.

Я видел, как рыцари, свалившиеся с лошади попросту ломали себе шеи. А уж тут еще и без защитного доспеха, понятно, что будет. И все же человеческие аттракционы меня не только позабавили, но и поразили в хорошем смысле. Все они имели сложное механическое устройство, которое работало как часы.

«Вот эти бы принципы, да, например, в осадные или метательные машины!» – размышлял я. – «Да Владыке Света конец на месте. Эх, или просто привязать его вон к тому аттракциону?» – я мечтательно поглядел на колесо обозрения. – «И пусть катается пока не позеленеет от ужаса». Я не был уверен, боится ли мой враг высоты, но почему бы и нет.

Вечером, когда дядя Вернон и тетя Петунья отправились на свое свидание, мы с Дадли тоже покинули гостиницу и отправились гулять по Лондону.

– Как ты думаешь, Гарри, а я бы и правда мог учиться, ну, в этой китайской волшебной школе? – спросил Дадли.

Я пожал плечами.

– Если примут, то мог бы. Мне кажется, у тебя получится.

Дадли посмотрел на меня с надеждой.

– Волшебный мир такой интересный, – зачарованно проговорил мальчик.

Я вздохнул.

– В моем мире все не делится на волшебное и не волшебное, Дадли. Ничто не оберегает маглов, тьфу ты, обычных людей от всяких кровожадных могущественных маньяков, вроде меня или Владыки Света.

– Ты не похож на кровожадного маньяка, – заметил Дадли.

Я усмехнулся.

– Я просто такой не со своими.

– Значит, мы для тебя свои! – обрадовался Дадли.

– Ну другой семьи в этом мире у меня нет. Да и в родном – она не то чтобы большая.

Я взъерошил макушку Дадли, и он принял этот жест от своего все еще тщедушного на вид кузена.

– Хм, Карут, ты ведь однажды вернешься туда, да? – подозрительно произнес Дадли и шмыгнул носом.

Я пожал плечами.

– Разумеется, вернусь, Дадли, у меня там есть обязательства. – Не говоря уж о близких, но я не стал расстраивать мальчишку, что скучаю по кому-то другому.

Дадли вздохнул снова.

– Значит, вернется настоящий Гарри?, – протянул он задумчиво.

– Да, и будет волшебником, – согласился я.

– Волшебником, который ничего не умеет! – вдруг хмыкнул Дадли.

Я посмотрел на него.

– Ведь это же ты учишься в волшебной школе, а не он, – улыбнулся Дадли во весь рот.

Я щелкнул кузена по лбу.

– Эй, прекрати задирать Гарри! – сурово сказал я. – Он твой брат все-таки.

А еще не спасовал перед Владыкой Света, который дал бы фору любому маньяку.

Дадли обиженно насупился, но потом вздохнул.

– Ладно! – пробурчал он. – Раньше мне казалось забавным его доставать. – Но теперь уже нет! - поспешно добавил он под моим строгим взглядом.

Глава 52 Карут

Целую неделю мы провели в Лондоне. Больше всего меня, пожалуй, поразил музей естественной истории с огромными скелетами динозавров. Не то чтобы драконы в моем мире были маленькими – гораздо удивительнее было то, что люди этого мира изучали все это. Свое прошлое, представьте только, миллионы лет назад! Да я до стольки-то не досчитаю. Они собирали окаменевшие части древних животных и создали целый огромный музей с разнообразными животными со всей планеты

Я бродил по этому музею часами вместе с Дадли как зачарованный. Мальчишка, конечно, не очень понимал и разделял мой энтузиазм. В конце концов, ему был всего лишь ребенком. Дадли жаждал волшебства, шоколадных лягушек и возможности погонять в мяч. Но он честно таскался со мной повсюду, с любопытством выслушивая мои комментарии.

– О, вот это прямо как дракон, но только без крыльев, – говорил я, указывая ему на скелет. – А вот эта полосатая лошадь... Нет, ну ты посмотри, какая красавица! Эх, мне бы такую!

Я и понятия не имел в тот момент, что зебры не слишком хороши для верховой езды. Это я уж потом прочитал в магловской библиотеке. Тьфу, да черт! В библиотеке обычных людей. Интересно, есть ли у волшебников подобные музеи?

Я досконально изучил все, что связано с техникой. Мы отправились в музей машин. Это было поразительно. Я, честно, пытался разобраться в устройстве современного двигателя, но было нелегко. Тем более что довольно быстро я понял: нефть, которую используют люди, чтобы создать бензин, находится слишком глубоко, чтобы в моем мире могли ее добывать. Разве что искать выходы этой самой нефти где-то поближе к поверхности. Но опять-таки я не был уверен, что получится.

Так что я решил подналечь хотя бы на устройство парового двигателя. Он представлялся мне довольно простым. Оказывается, в этом мире с его помощью передвигались когда-то не только поезда, но и пароходы. Потрясающе! Я часами зарисовывал его устройство, стараясь изучить каждую деталь по книгам, которые взял в библиотеке. Дадли крутился рядом и честно пытался вникнуть, чем я занимаюсь. Он недоумевал.

– Да ведь достаточно волшебства: ты же можешь просто придумать заклинание, которое бы толкало машину вместо двигателя, – предложил мальчик.

– Да, могу, – мрачно сказал я. – Я даже смог бы создать десяток таких машин. Ну или хотя бы самоходных тележек, – подумав, признал я.

Но вот только как ими управлять? Заклинание, которое будет просто толкать вперед? Ну, допустим, создам еще активационный камень. Вперед-назад. Вправо-влево это уже прорва энергии. И сколько такая машина продержится? Да и позволить себе это смогут лишь самые богатые. «Но в крайнем случае создать поезд на магической энергии уже было бы неплохо», – подумал я. Но лучше все-таки паровой двигатель. Моя энергия пригодится для того, чтобы защитить это чудо науки от Весена.

Узнав о моей тяге к научным изысканиям и истории этого мира, дядя Вернон неожиданно предложил нам отправиться в Портсмут – город, располагавшийся неподалеку от Лондона. Там, оказывается, был музей, в котором представлены корабли разных эпох. Я с энтузиазмом согласился.

Что касалось парусников, что ж, они есть и в моем мире. Но здесь я смотрел на них с большим интересом. Весьма похожи. А вот остальные корабли, более современные, вызвали во мне просто огромный интерес и восторг. Да, с такой махиной, да еще и из металла, мы могли бы… Не знаю… открывать новые земли! Я мечтательно представил экспедиции, которые снаряжу неизвестно куда. Эх, хорошо бы они еще и вернулись, а то ведь наверняка Стюарт попросится в одну из них. Юность – она такая: любопытная.

Я вот из любопытства когда-то отправился через западную границу на земли тварей. Не пожалел нисколько, хотя чуть было не лишился там жизни и пары пальцев в придачу.

Еще Дадли вспомнил, что в Лондоне есть научный музей для детей, где представлены современные научные открытия. Едва я услышал о нем, как мы немедленно отправились туда. Тетушка Петунья и дядя Вернон составили нам компанию, хотя я старался отправлять их куда-нибудь вдвоем. Мне куда больше нравилось проводить время с Дадли и свободно с ним разговаривать, обсуждая свой мир и возможность внедрить в него то или это.

Дадли, казалось, эта идея тоже захватила. Ну еще бы, перспектива менять целый мир манила и одиннадцатилетнего мальчишку. Я даже почти позабыл, что собирался стать Темным Властелином этого мира. «Хм, ну в конце концов стану», – решил я. – «Одно другому не помешает. Вот Поттер удивится, когда получит обратно свое тело! Мальчик-Который-Выжил-И-Стал-Темным-Властелином. Ха-ха!»

Однако это были так, скорее, язвительные мысли. Наука полностью захватила меня. Физические опыты и эксперименты, представленные в музее науки, неоднократно заставив меня уронить челюсть на пол. Особенно эксперименты с магнитами, электричеством, причудливые иллюзии, создававшие видимость движения не движущихся картинок. Все это была магия своего рода, но магия, недоступная волшебникам Хогвартса, да и тем, что колдовали в моем мире.

Помимо обычных машин меня также заинтересовала сельскохозяйственная техника. Так что, к немалому изумлению, Дурслей я потащил все семейство в пригород Лондона на выставку, где она продавалась и были представлены новинки. Признаться честно, даже дядя Вернон и тетя Петунья чувствовали там себя не в своей тарелке – они-то не фермеры. В видах тракторов не разбирались и совершенно недоумевали, зачем мне это понадобилось.

– Гарри, неужели ты хочешь стать фермером? – изумилась тетя Петунья. – Ты же учишься в той школе.

Дядя Вернон тоже с интересом прислушался к нашему разговору. Я пожал плечами.

– Я интересуюсь всем, – пробурчал я. – В той школе учат многому, но не всему. Не все на свете стоит делать магией. Она, знаете ли, очень энергозатратна.

Я изучил перечень сельскохозяйственной техники, представленной на выставке вдоль и поперек. Там были как большие тракторы, так и маленькие погрузчики и даже электрокосилки. Это захватывало. Я представил лица своих крестьян, если бы мне удалось притащить в свой мир хоть что-то из этого. «Да, но оно все на бензине!, – мрачно подумал я. – «Эх, как бы всобачить сюда паровой двигатель?» Словом, я был одержим.

Каникулы пролетели незаметно со скоростью стрелы, пущенной недрогнувшей рукой Луизы. Косой Переулок я обшарил вдоль и поперек в поисках книг, касавшихся вопроса порталов. Мне нужно было построить портал в родной мир. Но, к сожалению, нигде мне пока не попалась инструкция по типу: «Сделай так, и ты перенесешься обратно в собственное тело по странной прихоти судьбы, захваченное Гарри Поттером».

В последний день школьных каникул нас с Дадли похитили. Не успели мы с мальчишкой возвратиться из британского музея – потрясающего места, где была собрана культура разных народов этого мира. Она завораживала настолько, что я потерял счет времени, пока мы там находились, и, наверное, остался бы до самого закрытия, если бы Дадлик не ныл периодически, что хочет есть. Ощутив все же легкий укол взрослой ответственности, я покинул музей и вышел с мальчишкой на поиски ближайшей забегаловки.

Тетя и дядя отправились в этот день на оперу. Петунья буквально расцвела, когда мы с Дадли подарили им билеты, купленные, естественно, на обменянные мной галлеоны. У Дадли было не столько карманных денег, хотя тетя Петунья и дядя Вернон не скупились. Билеты я им выбрал самые лучшие. В первом ряду.

Итак, мы с Дадли шли по улице и оглядывались в поисках забегаловки, где можно было бы перекусить. Мне хотелось чего-нибудь эдакого – кухню обычных людей. Дадли предложил пойти в какую-нибудь сеть быстрого питания и купить бургер. Я был весьма заинтригован. Кузен обещал, что это что-то волшебное. Почти такое же волшебное, как Бертиботтс, но еще лучше.

Что ж, каюсь. Я совершенно упустил из вида тот факт, что магия этого мира была абсолютно безжалостна что к детям, что к Повелителям Тьмы. Она била, не разбираясь, и работала на всех почти одинаково. А вопрос с защитными чарами я упустил: как-то подрасслабился, привык, что Владыка Света остался в том, другом мире. А здесь мне ничего особенного и не грозило. Не считая смехотворной попытки Воландеморта. Сразился со мной в Запретном лесу. И что? Да он даже и не собирался навещать Гарри! Так, всего лишь пытался заполучить себе собственное тело. Словом, ему было не до Поттера. Но я это так думал.

Итак, мы шли по улице, и внезапно в мою спину ударило заклинание «Остолбеней!». И, признаюсь, самый позорный момент в моей жизни с тех пор, как я оказался в теле мальчишки, – оно сработало. Дадли вскрикнул, увидев, как я падаю, и попытался подхватить, но ничего не сумел сделать, потому что следующим же заклинанием свалили его. К нам подошли двое мужчин. Один из них был высокий, светловолосый, коротко стриженный, с простоватым лицом, которое отлично подошло бы разбойнику. Второй же – я сразу понял, что он не совсем человек. У него были злые бегающие глаза и недобрый нечеловеческий оскал. Одет он был хуже некуда. Пожалуй, ему давно следовало вымыться: нестерпимо воняло псиной, кровью и чем-то еще.

Тот второй бесцеремонно подхватил нас с земли, меня – с легкостью, а Дадли же – с некоторым усилием. Все-таки кузен Поттера не отличался худобой. Мне давно следовало заняться этим вопросом и начать гонять парня делать зарядку. То ли дело тренировать магию, но сейчас она, увы, была бесполезна. Нас с Дадли сковывало заклинание. Мне оставалось лишь бешено вращать глазами. «Обещаю уничтожить обоих, если останусь жив. Надо же, как глупо попался!» – подумал я злобно.

В моем мире подобного заклинания просто не существовало. Вырубить могли, конечно, но вот чтобы прямо-таки сковать, да еще пройдя все слои защиты на Темном Властелине... Да даже просто данное мне от рождения тело полудемона и то никакой магией было не сковать. Увы, Поттеру повезло существенно меньше.

– Второй-то нам зачем, Сизый? – недовольно уточнил блондин.

– Пригодится на всякий случай, – отрезал неприятный тип.

Меня тащил блондин, а Дадли – этот самый Сизый. Имя или прозвище подходило ему как нельзя лучше, он и правда весь был какой-то сизый.

«Что ж он за существо-то такое?» – гадал я. – «Явно ведь полукровка. Не человек уж точно!. Хм. Может, среди его предков были волшебные существа?» – я принюхался: пахло псиной. – «А, стоп! Такие ребята есть и в моем мире. Просто куда более опрятные», – я посмотрел на его грязные нечеловеческие ногти-когти. – «Точно оборотень. Причем, судя по всему, из их низшей породы, той, что живет, бродя исключительно по лесу да по пещерам. И в лучшем случае превращается в человека раз в месяц-другой. А то и вовсе давно забыл, как это делать».

– Господин будет доволен! – оскалился Сизой в широкой ухмылке.

Дадли умоляюще глядел на меня. «Гарри, сделай хоть что-нибудь!» – говорили его глаза. Мальчишка испугался не на шутку, а я же задумался. Колдовать руками не выйдет. Мои карманы уже обшмонали, и блондин бесцеремонно забрал обе палочки. Третью, спрятанную под курткой Дадли, они также извлекли. Свое сокровище мальчишка проводил столь болезненным взглядом, что я пообещал про себя, что, если мы выберемся, куплю ему хоть десяток палочек, лишь бы так не смотрел.

Да, признаюсь, с тех пор как в моей жизни появился Стюарт, что-то изменилось. Со мной не могли справиться сильнейшие заклинания Светлого Владыки, но жалобный детский взгляд... В общем, хорошо, что об этом никто, кроме Стюарта, попросту не догадывался.

Сизый и Гиббон – так звали светловолосого – прошли еще несколько метров, свернули за угол на пустынную улицу, а затем трансгрессировали прямо с нами. Мы оказались посреди комнаты в каком-то угрюмом замке. Почему угрюмом? Ну, потому что здесь следовало убирать намного чаще, судя по паутине, свисавшей с потолка. Почему в замке? Каменные стены и старинные, потрепанные временем гобелены. Где вы еще такое видели? Едва ли это был современный дом.

В помещении находилось несколько кресел. Тускло горел камин, а в креслах сидели люди, высокие, одетые в черное. У них были суровые аристократичные лица. Решив проверить свою догадку, я просканировал их – единственное, что я пока мог сделать, скованный заклинанием. На каждом из них стояла знакомое мне рабское клеймо – то самое, что я выжег с руки Снейпа. О, да вот и он сидел в углу. «Вот так встреча, профессор!» – подумал я изумленно. Северус встретился со мной взглядом. Как ни странно, на этот раз прочесть я его не мог. Если в Хогвартсе он был для меня открытой книгой, то здесь... Он словно весь подобрался и превратился в летучую мышь: безжизненные темные глаза, недовольное лицо, такое, будто не просто проглотил жабу, а еще и весь жабий выводок в придачу.

– Все-таки нашел его Сизый! – тяжело уронил Снейп.

Мне оставалось лишь гадать, на чьей он стороне. Ведь я помог ему избавиться от рабского клейма. И вроде как этот тип любил Лили Поттер, мать Гарри. С другой стороны, он был из Пожирателей Смерти. Неужели я все-таки ошибся? И своего повелителя он любил сильнее? В конце концов, бывают же в жизни сложные ситуации.

– Нашел! – довольно оскалился Сизый.

– Поздравляю, Фенрир, – широко улыбнулся какой-то аристократ с серебристыми волосами, сидевший в углу.

Судя по возрасту и властному виду, кажется, это был его замок. Впрочем, я мог ошибаться, и с тем же успехом замок мог принадлежать Фенриру или самому Гибону, несмотря на простоватую физиономию. В конце концов, не все аристократы рождались с тем, что называют, аристократичным лицом. Некоторые, знаете, выходят похожими на конюхов или садовников. Бывает такое. А уж о светловолосом Стюарте в моем окружении какие слухи только не ходили. Тот факт, что мать Стюарта была блондинкой, почему-то не наводил их на особые мысли.

– Что ж, должно быть, Гарри Поттер, ты желаешь знать, почему здесь оказался? - произнес тип с короткими серебряными волосами.

Глава 53

Он подошел ближе и властно взглянул на нас. Судя по виду Дадли, мальчишка был готов вот-вот обделаться от страха. Я сдвинул брови. Это пока все, что мне удалось, но заклинание постепенно проходило.

– Ты станешь новым сосудом для нашего Властелина, – широко улыбнулся мужчина.

Я вытаращил глаза недовольно. «Ну ничего себе, вот это поворот. Тело Гарри Поттера, пожалуй, попросту треснет, не вместив двух Темных Повелителей», – подумал я ехидно. – «Оно вообще рассчитано всего на одного одиннадцатилетнего мальчишку. Полностью человеческое, – я потянулся мысленно к той темной энергии, что была припрятана у Гарри во лбу. – «А, кстати, полезная штука. Эдакий неплохой запас. И на него, между прочим, “Остолбеней!” не распространяется», – задумался я.

Я попытался потянуть оттуда немного Тьмы, но энергия странно колыхнулась, будто живая, и недовольно отдернулась от меня. «Любопытно», – подумал я.

Мужчина взмахнул палочкой, и неожиданно я обрел способность говорить. Похоже, легкого садизма этот тип был не чужд. Нет бы просто сделать свое дело, оттащить меня на какой-нибудь алтарь и призвать Темного Лорда в мое тело, раз уж на то пошло. Но нет, ему непременно надо было услышать что-то типа всхлипов и воплей Гарри от ужаса.

Я посмотрел на них сурово.

– Тронете Дадли – убью, – предупредил я, обведя тяжелым взглядом присутствующих, включая Снейпа.

Профессор вздрогнул. Он, кажется, единственный, кто понял, что я не шутил. А широко оскалившийся Сизый обратил, наконец, внимание на Дадли. Я тут же понял, что натворил. Я ведь не в своем теле! Меня не затопит спасительная ярость, которая позволит с легкостью разорвать их всех.

– Ну что ж, – Сизый широко улыбнулся, оскалив нечеловеческие клыки. – Тебе понравится быть оборотнем, мальчик.

– Пока не трогай его! – резко сказал Снейп, – Он будет запасным сосудом.

Сизый разочарованно клацнул удлинившимися челюстями. Я благодарно взглянул на Снейпа. Как бы то ни было, он помог мне выиграть время.

Идиот! Слишком уж я привык быть всемогущим Темным Властелином. А теперь рисковал чужой жизнью, разучившись действовать, будучи слабым. Ну как, слабым? Возможно, убить я их все еще мог. Но волшебники этого мира полны сюрпризов. Пока буду уничтожать двух, третий применит на мне трансфигурацию или еще что похуже. А применить заклятье, которое уничтожит все живое в помещении, кроме меня, мешал Дадли. Магия массового поражения не особо избирательная.

Так и не дождавшись от нас воплей ужаса или просьб о пощаде, похитители отволокли нас с Дадли в коридор, а затем потащили вниз по лестнице.

Местом, куда нас отнесли, оказался просторный зал в подземелье, где стоял широкий каменный алтарь. Меня тут же запихнули на него, связав по рукам и ногам. Дадли оставалось лишь покорно ждать своей участи, притаившись в углу.

Я, разозлившись, посмотрел на мальчишку. В конце концов, ведь я учил его магии! Почему он сидит с таким несчастным обреченным лицом? Хоть бы что-то попытался бы сделать. Ведь похитители на него даже не смотрят. «Огонь сколдовал бы или затопил помещение. Хоть бы внимание отвлек», – подумал я, раздраженный, не потому что мне это действительно требовалось. Просто мне было больно видеть Дадли с таким обреченно испуганным лицом.

– Не трогайте Гарри! – всхлипнул мальчишка.

Ну вот, начинается. Итак, на мне балласт в виде ребенка, весьма сомнительное присутствие профессора, который то ли заступился за Дадли, то ли сделал хуже. Оборотнем, в конце концов, можно жить. Итак непонятно, убивать мне профессора или защищать обоих? Мда. И вдобавок ко всему, я на алтаре, и сейчас в мое тело призовут Темного Лорда. Ну что ж, пусть попробуют.

Я широко оскалился.

– А этот ваш Лорд Воландеморт, он как? На телефон откликается? Или вы его просто песенкой позовете? – язвительно спросил я.

В конце концов, в свое время я обожал доставать Владыку Света расспросами о его ритуалах. Почему-то этот кровожадный маньяк очень стеснялся обсуждать их при подданных.

Как я и рассчитывал, Пожиратели Смерти позеленели.

– Заткнись, Поттер! – сурово уронил один из них – крупный широколицый с коротким темным ежиком на голове. Он замахнулся было на меня рукой, но ее проворно перехватил светловолосый Гиббон.

– Ты что, с ума сошел, Крэбб? Хочешь, чтобы наш Владыка очнулся со сломанной челюстью? – осведомился он. – Вот уж он скажет спасибо!

– Да уж, действительно, – пробормотал мужчина, отступив.

– Итак, Гарри, если ты и правда хочешь, чтобы твой друг жил, – надо мной склонился седой тип. – То впусти в свое тело нашего Владыку добровольно. Не сопротивляйся ему.

Я широко улыбнулся.

– О, ты не представляешь, насколько добровольно я это делаю. Тащите его сюда! – широко оскалился я. – Ау, Воландеморт, ты где? Залетай!

Пожиратели переглянулись, видимо, решив, что Гарри Поттер окончательно сошел с ума. Я же весело напевал песенку.

– Я так ждал встречи с тобою в припортовом кабаке...

– Поттер, заткнись! – тяжело уронил Снейп.

Видимо, ситуация окончательно его добивала своей абсурдностью.

Я широко улыбнулся профессору и подмигнул.

– Ладно, ладно, я понял, здесь нет ценителей моего таланта, – нахмурился я. – Надеюсь, Воландеморт отнесется к нему лучше. Кстати, вы же в курсе, что я один раз его едва не угробил? Почему вы все же решили воспользоваться моим телом?

Присутствующие переглянулись.

– Было пророчество, – мрачно сообщил среброволосый. – Что тело Гарри Поттера займет Темный Владыка.

– Да неужто! – я аж присвистнул, – Вот это да! Э, ну что ж. С нетерпением жду. Так, где вы его прячете? – я показушно завертел головой.

Пожиратели выругались. Затем они все-таки начали ритуал, нараспев произнося какое-то заклинание. Синхронно взмахнув волшебными палочками (а надо сказать, что палочка Снейпа в этот момент предательски дрогнула), они выкрикнули незнакомую мне фразу, в которой я разобрал лишь «Воландеморт». Ну-ну. Видимо, это была продвинутая версия заклинания «Акцио».

Воландеморт и правда явился. Он влетел сквозь стену все таким же черным облаком с человеческим лицом, как я видел его последний раз. Красные злые глаза уставились на меня. Пару секунд он поколебался, но затем решительно устремился в мой открытый рот.

«Ну-ну, это даже пошло!» – подумал я, крепко захлопнув пасть, стоило идиоту оказаться внутри тела Гарри Поттера. В конце концов, если было пророчество, Воландеморт кретин. Его же здесь все именовали Темным Лордом, он сам так назвался. Лорд – не король, не император… Лорд, ха-ха! Вот я назывался Властелином Тьмы. Четко и ясно. Так сказать, Тьма в последней инстанции. Если бы он в моем мире назвался Темным Лордом, автоматически стал бы моим подданным. Ну а тут придется повозиться».

Я крепко схватил пытавшегося вырваться Воландеморта. «Ну уж нет, не уйдешь!» – злорадно подумал я, ощутив, как злобный дух задергался внутри. – «Я в этом теле дольше тебя».

Воландеморт брыкался, пытаясь подчинить себе тело Гарри Поттера, но не понимал, с чем имеет дело. «Теперь сиди-ка и не двигайся. Куда бы его тут засунуть-то? В какой укромный уголок, чтобы не слишком мешал?»

Я попытался скрутить и обездвижить Воландеморта и с удивлением понял, что каким-то таинственным образом энергия во лбу Гарри откликается на его присутствие. И, кстати говоря, его усиляет. Это было плохо.

Пока гаденыш не сообразил, что к чему, я позволил отчаянно заметавшемуся лорду вырваться наружу. Явно неожидавший подобного отпора и того, что его вот-вот скрутят, Воландеморт выскочил, как пробка из бутылки, недовольно шипя и сверкая красными глазами.

– Пророчество! – резко вернулся он на среброволосого. – Что вы натворили?!

Я откашлял оставшиеся от Воландеморта кусочки Тьмы.

– Да ты забирай, мне чужого не надо! – радостно сказал я, злорадно скалясь. – А теперь твоим приспешникам, кажется, хана.

Пока мы боролись, с меня окончательно спали остатки дурацкого «Остолбеней».

– Дадли, огонь! – приказал я, решив все же потренировать мальчишку в боевых условиях.

Перестав всхлипывать, Дадли сосредоточенно кивнул. Несмотря на заплаканное лицо и общий безобидный вид, магом для этого мира он был не таким уж и слабым.

Прямо на каменном полу затанцевало пламя, разбежавшееся во все стороны от Дадли. Что ж, не могу осуждать мальчишку. Он был дико напуган. Естественно, подсознательно, он хотел защититься. Но, по крайней мере, он отвлек Пожирателей на себя.

В следующее мгновение я послал Лезвие Тьмы по шее того, с серебряной шевелюрой. Здесь он был самым опасным, и церемониться я не собирался. Маг вскрикнул, но, судя по всему, защита на нем стояла не слабая: вместо того, чтобы перерезать шею и отделить башку, лезвие просто ударило его. Ладно.

Я исправил свою ошибку, применив Темный Таран. Мощно, просто и эффективно – используется для вынесения светлых ворот во всяких там замках. Темный Таран буквально пришпилил беднягу к стене его собственного подземелья. Пожирателю оставалось только хрипеть и надеяться на то, что в этом замке есть, примерно литр костероста. Иначе его ребрам хана однозначно, как и внутренним органам.

Развернувшись, я переключился на остальных. Пораженные самим фактом, что в руках Гарри Поттера клубится Тьма, они застыли с открытыми от удивления ртами. Что ж, сами виноваты! Я не церемонился. В конце концов они наверняка убили бы Дадли или обратили после всего этого. Да и Гарри Поттера ждала чудесная долгая жизнь в качестве игрушки Темного Лорда. Так себе перспектива для двух мальчишек.

– Детей обижать нехорошо! – наставительно сказал я, как следует вмазав кулаком, усиленным Тьмой, по ближайшей роже. Это оказался Гиббон. Усиление сработало. Несмотря на значительную разницу в росте и силе, мужчина рухнул вниз, как подкошенный.

Дальше была очередь Крэбба. Его я оглушил, просто швырнув шар Тьмы.

– Твое счастье, что мы учимся вместе с твоим сыном, – пробурчал я.

Не то чтобы мне нравился мальчишка Крэбб. Судя по всему, из него вырастет отпетый мерзавец. Но все же оставалась малюсенькая доля вероятности, что общая атмосфера Хогвартса его хоть как-то изменит. К тому же, я планировал покинуть это тело, а Гарри Поттеру ни к чему враги. Раз уж совесть не позволяла мне убить не только отца, но и сына, я решил сохранить жизнь обоим.

Следом настала очередь Снейпа. Я развернулся к нему, и мы встретились с профессором зельеварения глазами. Он стоял растерянный, и, подняв волшебную палочку, метил в меня заклинанием.

– Авада Кедавра! – сорвалось с губ Снейпа.

Я едва успел выставить щит, как заклятие прошло мимо меня и ударило в Пожирателя позади. Тот как раз подкрадывался ко мне с кинжалом – банально, зато эффективно.

Я кивнул Снейпу. Дальше мы зачищали с ним подземелье без всяких лишних сантиментов. Кровь, попавшая на лицо Дадли, заставила меня очнуться, потому что мальчишка истошно завизжал. Упс, наверное, не стоило косым ударом подобранного кинжала обрывать чью-то жизнь рядом с Дадли! Я пинком отшвырнул от него труп и накинул на голову мальчишке собственную рубашку, закрыв обзор.

– Вот же ж! Профессор, вы случаем не владеете заклинанием «Обливиэйт»? – поинтересовался я, решив не полагаться на собственные, весьма слабые, познания в данных чарах.

– Что ж, я могу, – кивнул Снейп, без слов поняв мою просьбу.

Он применил «Обливиэйт» на Дадли и заставил мальчишку забыть последние пару минут. Я попросил стереть лишь их, чтобы не лишать Дадли бесценного боевого опыта. Ну, хоть какого-то.

Затем он повторил процедуру на пришедшем в себя Крэббе, стерев день полностью из его памяти. Затем Снейп вырубил мужчину заклинанием. Я обыскал поверженного Гиббона, забрав наши палочки.

Снейп усмехнулся.

– Как тебе удалось обучить магла магии, Поттер?

Я пожал плечами.

– Немного меньше высокомерия. В жилах обычных людей течет такая же кровь и энергия, как и в жилах всех остальных существ, включая волшебников. А Дадли вообще-то из волшебного рода.

– Почему я не удивлен? – пробормотал Снейп, выходя из подземелья следом за мной. Он вел Дадли с собой за плечо. Я же шел впереди, справедливо опасаясь нарваться на случай, если нам попадутся еще Пожиратели.

– Где вы научились темной магии, Поттер?

Я пожал плечами.

– Меньше знаешь – дольше спишь, профессор.

– Дольше? – удивился профессор.

– Ну, чем дольше живешь, тем дольше спишь, – пояснил я, не оборачиваясь.

Кажется, профессора мой ответ устроил. Или он вдруг понял, что в крайнем случае Дадли будет помнить, как его кузен грохнул наставника из своей школы со словами: «Все равно мне не нравилось его зельеварение!». Но мне нравилось, так что я решил его пощадить.

К счастью для Пожирателей, больше нам по дороге никто не попался. Мы выбрались из замка и оказались на широком зеленом лугу посреди леса.

– Живописненько тут, – проговорил я.

– Да, – хмуро проговорил Снейп. – Ты убил высокопоставленного чиновника Министерства Магии, Гарри.

– Ох, вот оно как. А мне кажется, его убили вы.

Снейп пошел пятнами.

– Ну или Воландеморт, кто ж его знает? Такая темная магия! – произнес я с усмешкой.

Глаза Снейпа сверкнули.

– Подобная магия – это не шутки, Поттер. Воландеморта она далеко завела и не в самое лучшее место.

Я задумчиво кивнул. Воландеморт смотался, как только понял, что пахнет жареным. К счастью... А очень жаль: мне как раз не терпелось узнать, работает ли на духах «Круциатус».

Я тут же задал Снейпу этот вопрос. В конце концов, как местный, он-то наверняка знает. Снейп передернулся.

– Понятия не имею, Поттер. Я никогда не пробовал, – он посмотрел на меня с любопытством.

– Ладно, надо будет выяснить. В конце концов, в Хогвартсе полно призраков, – довольно улыбнулся я.

– Даже не вздумай! – взревел Снейп. – Хочешь, чтобы тебя выгнали из школы?

– Ах, ну да. Это же самое важное, чтобы меня не выгнали из школы! – фыркнул я.

Снейп поджал губы.

– Думаю, никому лучше не знать о том, что здесь произошло, – он посмотрел на меня и Дадли. – И о моем присутствии тоже упоминать не следует, мистер Поттер.

Я вздернул бровь.

– Никому не стоит знать, что вы решили вновь примкнуть к Темному Лорду, профессор? Я, кстати, признаться, весьма удивлен. Соскучились по рабской печати?

Лицо Снейпа дернулось.

– Моей задачей было всего лишь выяснить, что затевают Пожиратели Смерти, – мрачно произнес он. – Я помогаю Альбусу Дамблдору бороться с Воландемортом.

– А, так вот как это называется – борьба с Воландемортом! А мне показалось: вы пытались его возродить, профессор?

– Но я не ожидал, что они проведут этот ритуал, – тяжело выронил Снейп. – Меня о нем не предупредили. Видимо, у них были какие-то сомнения на мой счет.

– Которые полностью оправдались! – усмехнулся я. – Жаль Воландеморт смылся, пока мы тут возились. Ищи его теперь… Впрочем, он смылся раньше, чем вы перешли на мою сторону. Так что можете снова притвориться Пожирателем.

Снейп тяжело вздохнул.

– Я бы на это так не рассчитывал. Воландеморт не глуп.

Я пожал плечами.

– А по-моему, форменный идиот. Сначала обломал зубы о годовалого меня. – Я чуть было не сказал о годовалого Поттера, но вовремя вспомнил, что я за него. – А потом полез к одиннадцатилетнему. Будет еще тупее, если он повторит попытку. Скажем, на мое двадцатилетие.

Снейп неожиданно расхохотался.

– Ты самоуверенный мерзавец, Поттер! – усмехнулся он. – Твои родители были бы в ужасе.

Я самодовольно пожал плечами. «В конце концов, я ведь не настоящий их сын», – подумал я. – «Так что Джеймс и Лили вряд ли расстроились бы. Хотя, с другой стороны, их настоящий сын сейчас совсем недавно вел за собой темное воинство и разгромил светлое. Да, как ни крути, вряд ли они бы обрадовались».

===========

от автора:

Хочу представить вашему вниманию мою книгу "Звездная Дорога"! ^__________^

Тэнлос сколько себя помнит, мечтал о звездах и дальних мирах. Но его планета провалила таинственное Испытание. И теперь он сможет отправиться к звездам, лишь согласившись на ошейник и унизительный статус "домашнего питомца".

========

-Вы жестоки! – произнес Ар-Рук, когда молчание стало невыносимым для всего Ксилоса. – Думаю, это самое близкое определение для вашего языка.

Сур-Э опустила голову. Она была не так глупа, чтобы не понять, на что намекает советник. Вернее, не осознавать, что он мог бы назвать несколько сотен, а то и тысяч причин, таящихся за одним лишь безжалостным словом.

-Вы могли бы дать нашей планете еще один шанс! - упрямо произнесла девушка, посмотрев в иссиня-черные со слившимся между собой по цвету белком и зрачком глаза советника.

-Мы проводили экзамен трижды, - ровным тоном отрезал советник.

https://author.today/reader/476296

Глава 54. Карут

Когда мы с Дадли вернулись в гостиницу, тетя Петунья и дядя Вернон были крайне недовольны.

– Что это за вид? – всплеснула Петунья руками. Она глядела на нас с Дадли с таким видом, словно мы вернулись из жерла вулкана, пожеванные крокодилом или бегемотом.

Кисло взглянув в зеркало, я понял, что примерно так мы и выглядим.

– Вы опоздали, – сурово сдвинул брови дядя Вернон, но потом опасливо покосился на меня, вспомнив, с кем имеет дело.

Я состроил настолько покаянную мордашку, на какую только был способен. Они ругались, и это было так мило, если честно. Это напоминало времена, которые я давно забыл и, наверное, предпочел бы не вспомнить, но это правда было мило.

Дадли тоже вздохнул и покаянно опустил голову.

– Мы совершенно забыли о времени, – честно сказал он.

Тетя Петунья отправила нас отмываться в ванную. К счастью, мы с Дадли прихватили в поездку запасную одежду, так что вскоре все семейство Дурслей и Гарри Поттер выглядели так, словно ничего не произошло и несколько Пожирателей Смерти не нашло свой бесславный конец.

Спустившись вниз, мы отправились в обеденный зал гостиницы. Там нас ждал плотный ужин и гора разнообразных десертов, которые Дадли уминал с аппетитом. Я же не отставал от мальчика, несмотря на худощавое телосложение.

– Жалко, что тебя завтра уезжать, – протянул Дадли с набитым ртом.

Я поймал задумчивый взгляд тетушки Петуньи. Кажется, она тоже ощущала что-то подобное. Что-то вроде кошки, немного поскребшейся на душе. Все же я был ее племянником, сыном ее сестры. Пусть даже они, похоже, не ладили, но тем не менее.

Я улыбнулся.

–Ты же знаешь: я буду писать письма, Дадли. Думаю, тебе пришла пора приступить к магии ветра.

Дядя Вернон вздрогнул.

– Это же не значит, скажем, что наш дом оторвет от земли какой-нибудь ураган и унесет в Волшебную страну?

– Волшебную страну? – я посмотрел на дядюшку Вернона ошарашенно. – А что, здесь есть где-то целая волшебная страна? – спросил я. Ни в одном из учебников Хогвартса о таком не говорилось.

Дядя Вернон пожал плечами:

– Ну, я имею в виду...

– Он имеет в виду «Волшебника страны Оз»! – торопливо сказал Дадли. – Это такая книжка детская, я тебе потом покажу, Гарри.

– А, что-то вроде книги сказок! – сообразил я.

Дадли закивал.

– Там ураган поднял дом и опустил его на голову злой волшебнице, – подмигнул он весело, намекая на наши недавние приключения.

Ну да, самую кровавую часть он просто не помнил, так что теперь для него это было что-то вроде увеселительной поездки в Диснейленд.

– На голову, значит, дом, – задумался я, представив Владыку Света.

Лицо которого исказилось при виде летящего на голову домика с Тисовой улицы.

– Интересная идея, но, боюсь, Дадли не хватит сил провернуть подобное. Максимум, что он сможет сотворить, – это немного передвинуть машину, – сказал я.

Лицо дяди Вернона пошло пятнами.

– Даже не думай, молодой человек! – сурово сказал он, обратившись к Дадли. – Ты будешь тренироваться… на пустыре, подальше от дома и машины.

– И от улицы с нашими соседями! – прибавила тетя Петунья, с испугом глядя на сына.

Дадлик расплылся в счастливой улыбке. Он уже предвкушал грядущие открытия. А я подумал, что через год или два магической школе Китая или Тибета светит получить отличного ученика.

Глава 55. Карут

На следующий день «Хогвартс-экспресс» привычно унес меня в сторону волшебной школы. Собравшиеся в нем детишки радостно обсуждали события прошедших каникул.

– А как твои каникулы прошли, Гарри? – заинтересовался Невилл.

Они с Роном и Гермионой без спроса ввалились в мое купе и оккупировали полки. Я, честно говоря, предпочел бы побыть в одиночестве, просто разглядывая пейзажи за окном. Мне было, о чем подумать.

С одной стороны, возрождающийся Темный Лорд. А с другой – в моем собственном мире тоже не все было гладко. То, что Гарри пока что удалось отбить атаку Весена, вышло потому, что она была пробной. Тот не взял с собой не то что большую часть светлого воинства, он не взял даже треть. «Видимо, рассчитывал разобраться с наскока или просто прощупывал мои силы: посмотреть “Империо” в действии. «А заодно и на “Круциатос” полюбовался!» – подумал я язвительно.

Пожалуй, решение Гарри образовывать Весена относительно магии этого мира мне нравилось.

– О, на каникулах? – хмыкнул я. – Мы с кузеном сходили в парк аттракционов. Было здорово. А еще в музей естественной истории.

Мои глаза загорелись неожиданно для меня самого. Я принялся рассказывать ребятам о посещенных музеях и чудесных открытиях мира магловской науки.

Я смотрел на вещи, привычные Гермионе, с таким восторгом, что она поневоле задумалась, что, возможно, упускает нечто важное. Рон и Невилл же были целиком и полностью захвачены моим рассказом.

– Я тоже хочу посмотреть музеи маглов! – решительно произнес Рон.

– И в кино, – добавил Невилл. – Хочу настоящее магловское кино.

Мы с Гермионой переглянулись.

– Может быть, на следующих каникулах я приглашу вас в дом Дурслей, – сказал я.

Надо будет только как-нибудь уговорить тетю и дядю. Я представил лицо дядюшки Вернона, если скажу ему, что дом будет битком набит странными детьми из моей волшебной школы. Наверное, стоит сказать, что для Дадли будет хорошо познакомиться со сверстниками-волшебниками, раз уж пока что его не приняли в волшебную школу.

– Может быть, на пару дней, – пообещал я.

Пожалуй, клянчить это предстоит самому Дадли. Попрошу его в письме постепенно подготовить почву. Я улыбнулся – рассуждение одиннадцатилетнего мальчишки. В моем собственном мире, когда я был ребенком... я вспомнил полыхающие стены города и истошные крики людей. Еще недавно мирные улицы, по которым я привык ходить, были объяты пламенем и злом. Первозданным злом. Светоносным и беспощадным.

– Гарри, Гарри, очнись! – тряхнул меня за плечо Рон. – У тебя сейчас вид был такой, будто здесь сам Темный Лорд.

Да лучше бы он... Перед моими глазами все еще полыхали стены, объятые сверкающим пламенем Света.

Заметив обеспокоенные лица ребят, я вымученно улыбнулся, примерно так же, как делал всегда, если маленький Стюарт, услышав мои крики ночью, принимался будить, тряся своими маленькими ручками за плечо. Я даже как-то приставил Розу следить, чтобы мальчишка не мог проскользнуть ночью в мою комнату. Опасался спросонья после кошмара причинить ему вред. Но Стюарт периодически все равно удирал от нее и добирался до моих покоев.

Я извлек из кармана несколько шоколадных лягушек и водрузил на стол.

– Ну а ваши каникулы как прошли?

Лица ребят расплылись в улыбках. Они принялись наперебой хвастаться. Семья Рона съездила навестить его брата, который работал в заповеднике драконов. Невилл провел каникулы с бабушкой – рассказать ему было особенно нечего, не считая успехов в семейной оранжерее, где мальчик ухаживал за разными растения. Гермиона же была с родителями и готовилась к новому учебному семестру. Она с восторгом рассказывала о заклинаниях, которые нам предстоит вскоре выучить.

За окном мирно проносились пейзажи чужого мира. Слушая ребят вполуха, я прилип носом к окну. «Когда-нибудь в моем мире в Темных Землях тоже будет такой вот поезд», – подумал я. Пожалуй, я знаю уже практически все, что нужно, чтобы его построить. И тогда моя армия сможет собираться настолько быстро, что Весен охренеет. Буквально по щелчку. Всего несколько часов – и прибывшие со всех концов темных земель воины дадут Весену такой отпор, что он закачается.

Опять-таки в случаях прорывов тварей на границе я смогу оперативно посылать подкрепление. Я вздохнул. А ведь совсем недавно я мечтал о том, что по темным землям можно будет просто путешествовать и наводить там порядок. Но зараза Весен смешал все карты. Вот так: хочешь быть мирным Темным Властелином, а не получится.

Мерный стук колес успокаивал и тянул в легкую дрему.

============

от автора:

Мой персонаж, который ужился бы с Карутом еще хуже Весена. Тот хотя бы не покушается на святое. Не пытается разодрать подушку и стырить еду из тарелки. А еще не вынашивает коварных планов жениться на пра-пра...бабушке!

Будни королевского кота

https://author.today/reader/341261/3130589

Позвольте представиться, меня зовут Гад. Да-да, вы не ослышались. Он самый. Гад Хвостатый, Гад Зломерзкий, и Гад Ползучий (что значительно реже), а так же Гад-Поди-Сюда и Гад-Проваливай. Еще между всеми этими «гадами» затерялся некий «Маркиз», но куда там. Гадом меня называют гораздо чаще. Я уж и имя свое почти что забыл.

Глава 56. Карут

Начало нового семестра ознаменовалось тем, что я добрался наконец до запретной секции библиотеки Хогвартса. Я попросту попросил профессора Снейпа подписать мне доступ.

Нет, была, конечно, мысль пролезть туда окольным путем, тихонько прокравшись ночью, но что-то мне подсказывало, что ночные приключения в Хогвартсе кончаются обычно одинаково – отработка у Филча или Хагрида. У полувеликана, конечно, еще куда ни шло – пошляться по Запретному лесу и побесить кентавров. Но вот махать тряпкой и таскаться с ведром под чутким руководством сквиба Филча мне не улыбалось. Зачем это вообще требовалось, я не представляю, потому как домашние рабы – то есть домашние эльфы – прекрасно убирали Хогвартс без всякого Филча. Но, видимо, он требовался, чтобы держать распоясавшихся юных волшебников в узде, и была возможность хоть как-то их наказать с тех пор, как в Англии отменили телесные наказания.

Кстати, не так давно это случилось. Я же был глубоко изумлен по данному поводу, ибо вид, державший как минимум одну расу в рабстве, вообще, на мой взгляд, гуманизмом не отличался. Но вот так.

Словом, я заявился к профессору Снейпу в его подземелье и попросил подписать мне доступ в закрытую секцию. Учитель, конечно, нахмурился. Не удивительно после всего, что он обо мне узнал.

– Для чего тебе понадобились запретные знания, Поттер? – сдвинув брови, поинтересовался Снейп.

Судя по всему, он опасался, что Воландеморт скоро станет не самой большой проблемой магического мира. Как и его собственной.

Я пожал плечами.

– Ну так, ищу кое-что, – неопределенно сказал я.

– Я ничего не буду подписывать, пока не узнаю, что конкретно вы ищете, мистер Поттер! – сурово произнес Снейп.

– Ладно! – развел я руками. – Меня мутит от аппарации, ясно? Я хотел бы найти какие-то другие чары для этого.

– И все? – изумился Снейп. – Вообще-то всех мутит.

Лицо мужчины, казалось, ничего не выражало.

Я пожал плечами.

– Ну, значит, я усовершенствую эти чары, но для этого мне надо разобраться, как именно они работают. В общем-то, меня интересует все, что касается магии порталов, – я невинно похлопал зелеными глазами, доставшимися мне от Лили.

Лицо Снейпа расслабилось. На губах появилось даже бледное подобие улыбки.

– А, только и всего? – произнес он задумчиво. – Ну что же, почему бы и нет в таком случае? – Снейп подписал мне разрешение. – Я поищу что-нибудь в своей библиотеке, – пробормотал он. – Чары телепортации, значит...

Он пристально посмотрел на меня.

– Исключительно чары телепортации. Темная и запретная магия меня не интересуют, – заявил я с открытой улыбкой. – Я и так знаю о ней предостаточно.

Лицо Снейпа перекосило.

– Поединок с Воландемортом в годик, знаете ли… – я широко улыбнулся и покинул кабинет, прежде чем Снейп сообразил, что вряд ли поединок в годовалом возрасте мог научить Гарри Поттера темной магии.

Отправившись в башню Гриффиндора, я позаимствовал магический шар у одного из старшекурсников. Как же досадно, что я забыл купить такой же на каникулах! Хотя нет, стоп – ведь я же уже обзавелся собственным. Голова была так забита этими Пожирателями Смерти, что и собственные покупки из памяти вылетели. Что ж, надеюсь, они ее нажрались достаточно после того, что мы устроили им со Снейпом.

Я пощадил только отца Крэбба, который сейчас буквально меня избегал. Стоило Драко с его прихвостнями подойти ближе, как Крэбб куда-нибудь испарялся. Видимо, отец о чем-то предупредил его. Например, что-то вроде: «Не связывайся с Гарри Поттером» или «Даже близко не подходи к этому маленькому маньяку». Что ж, молодец. Надеюсь, он предупредил парнишку так же и о Воландеморте. Ведь ему все еще требовался сосуд.

Я задумался. В прошлую нашу встречу Воландеморт по крайней мере пытался обрести собственное тело и даже прицеливался на философский камень, который, кстати, все еще в стенах школы. Если Альбусу Дамблдору не хватило мозгов убрать приманку куда подальше... Я мотнул головой. Ладно, Воландеморт – не самая большая проблема. С ним теперь и Гарри справится.

Я вспомнил, как мальчишка гонял армию Света. Гораздо хуже Весен. Когда Тот-Кого-Нельзя-Называть-Подонком в моем мире... то есть, простите, Светлейший Владыка Света, сталкивался с преградой, которую не мог одолеть, он обычно делал одно и то же: шел и становился сильнее, а потом возвращался с усиленной армией или даже просто один в своем проклятом сверкающем доспехе с доброй улыбкой, на которую велись безмозглые крестьяне и прекрасные девы. После чего он вырезал все на своем пути, не оставляя свидетелей, и становился еще чуть сильнее. Гарри всего этого не знает. Розу и Луизу я предупреждал держаться от подонка как можно дальше. Они даже в курсе, как именно он набирает силу. Но вот хватило ли им мозгов просветить на этот счет Гарри, я сомневался.

«А самое главное – если этот урод становится сильнее, то и мне тоже надо», – подумал я. – «В смысле Гарри. Он абсолютно не готов ко встрече с подготовившимся как следует Весеном». Пробный удар, что нанес Владыка Света, это так, ни о чем. Просто прощупал, прикусил, так сказать, слегка, словно волчонок, пробуя на зуб принесенную матерью добычу. Вот только Весен не был волчонком, он матерая тварь.

В общем, уединившись в спальне с шаром, я принялся высматривать в нем Гарри Поттера. Соединить миры было делом непростым, но постепенно у меня получалось все лучше. Наконец, когда я достиг предельной концентрации, туман в моем шаре рассеялся, и я увидел Гарри Поттера, сидящего на моем троне с книжкой. Признаться честно, так я трон еще не использовал. Мальчишка развалился, облокотившись на спинку и подлокотники, вытянул ноги перед собой и лениво листал фолиант. Приглядевшись, я даже сумел опознать книгу.

Ну что же. Это было руководство по общей магии, которое я когда-то покупал для Стюарта. Ладно-ладно, признаюсь, сам тоже прочитал, я же самоучка. Приходилось закрывать пробелы в знаниях. Гарри лениво листал страницы, мусолил пальцами уголки древнего фолианта, на одно создание которого, кстати, ушла не одна корова, и водил пальцами по строкам, пытаясь разобраться в мудреной магической науке моего мира.

«Но не такая уж она и мудреная», – подумал я. По крайней мере значительно логичнее, чем та, которую парнишке предстояло изучать в Хогвартсе, если бы я не оказался в его теле.

Наконец Гарри видимо, решил, что изучил на сегодня достаточно. Он решительно захлопнул книгу и вскочил с трона. Затем встал в боевую стойку, которую, по вероятности, отрабатывал с Розой, а затем в его руках появился неокрашенный шар энергии. Гарри сосредоточенно смотрел на него, и постепенно в шаре проявлялась тьма.

Так, молодец. О, а это что? Это мы, кажется, пытаемся освоить водную стихию. Сообразил, значит, что пламя заживо сжигает людей, и думает, что будет весь такой милосердный с водным тараном. Наверное, Гарри никто не говорил, что вода под хорошим напором способна разрезать металл. Это я вычитал в магловском научном журнале, который теперь выписывали для меня Дурсли.

А кстати, мысль. Эх, жаль, что все-таки стихия у меня огненная! Водная особенно не давалась. А вот Дадли, пожалуй, смог бы. Он явный маг-универсал с уклоном в воду. Я пожалел, что не обучил мальчишку как следует, а то бы он этих Пожирателей замочил так, что обратно они бы уже не высохли.

Я вдруг вздрогнул, подумав о том, что в этом мире вполне могли найтись подонки почище Весена. Если Пожирателям не удалось совладать с Гарри Поттером, то почему бы им не взяться за его семью? Подумав об этом, я помянул имя Владыки Света своим излюбленным ругательством!

Пару минут спустя я с решительным пинком ворвался в кабинет директора. Он аж подпрыгнул, сидя в своем кресле и гладя примостившуюся на подлокотнике красноперую птицу.

– Гарри? – изумился волшебник.

– Мне нужна помощь, директор! – сказал я решительно.

«Да я, в конце концов, Мальчик-Который-Выжил, герой Англии и все такое!, – подумал я. – !Так почему же я не могу требовать? Наверняка наш директор не преминул похвастаться где-нибудь в Министерстве Магии, что у него учится сам Гарри Поттер».

– Что случилось, мальчик мой? – мило улыбнулся директор. – У тебя какие-то проблемы с зельеварением? – Кажется, профессор отстал от жизни примерно на один семестр, когда мы со Снейпом и правда не могли прийти к пониманию.

Я помотал головой.

– Я слышал о новом пророчестве, профессор! – произнес я, сурово сдвинув брови, и пристально поглядел на нашего доброго дедушку Дамблдора.

Судя по нахмурившемуся лицу, он тоже слышал.

– Ох, да, Гарри. Профессор Трелони... – Дамблдор опустил голову. – К сожалению, она произнесла это пророчество прилюдно, когда была в Хогсмиде. Не слишком подходящее место, – огорченно произнес профессор.

– Да, и теперь о нем знают Пожиратели Смерти, – угрюмо проговорил я.

– Это верно, Гарри. Тебе стоит быть осторожным.

Я мотнул головой.

– Да плевать! Мне нужно приставить охрану к семье. Я могу рассчитывать на вашу помощь?

Глаза профессора округлились.

– Охрану к семье, Гарри?

– Ну, разумеется» – сверкнули мои глаза. – Я нахожусь в защищенном Хогвартсе, сюда не так просто проникнуть чужакам. Но вот моя семья живет на Тисовой улице, продуваемой всеми ветрами зла.

От моего сравнения профессор содрогнулся. Я же вроде как Мальчик-Который-Выжил. Очень важен для волшебной Англии.

Я пристально посмотрел в добрые глаза, прячущиеся за очками-половинками. Снять бы их как-нибудь и посмотреть, как Дамблдор будет смотреться без всех этих его цветастых нарядов и клоунады.

– Разве мне не полагается, например, что-то вроде охраны на случай подобных предсказаний, если Пожиратели надумают выместить на мне зло, взяв в заложники семью?

У профессора аж волосы дыбом стали.

– Эм, Гарри, вообще-то дом твоей тети защищает кровная магия.

– Чего? – уточнил я.

– Жертва твоей матери, Гарри, защитила тебя от Воландеморта. И до тех пор, пока ты называешь дом своей тети своим домом, ты в безопасности там.

Я раздраженно посмотрел на профессора.

– Меня волнует безопасность моей семьи. Я хочу, чтобы приставили охрану к Дадли, дяде Вернону и тете Петунье. Немедленно. Или отпустите меня из Хогвартса, я найму охрану сам.

На лице профессора была крайняя степень изумления. Кажется, он не привык думать о близких. Что ж, возможно, у него их просто не было. Или они были способны постоять за себя? Скажем, будь в этом мире на месте Дурслей Роза и Луиза, я бы тоже особо не дергался. Воландеморта бы скорее пожалел. Но Дурсли же были просто людьми. А Дадли я пока не натаскал настолько, чтобы бил без раздумий наотмашь.

– А, что ж, Гарри, да, конечно же. Я прослежу за этим, – нахмурился Дамблдор. – Не беспокойся, твоим родным ничего не грозит, – успокаивающе произнес он.

Я посмотрел Дамблдору в глаза.

– Половину моих родных уже убил Воландеморт. И, насколько я знаю, его приспешники не отличаются особым гуманизмом. Займитесь этим немедленно, профессор. Если что-то с ними случится, в первую очередь я спрошу с вас.

Дамблдор разинул рот и посмотрел ошарашенно.

– Гарри, мальчик мой...

Кажется, он видел перед собой не то что копию Воландеморта, а кого-то гораздо хуже. Повелителя Тьмы, которому было что терять, и который привык защищать своих близких от кровожадного маньяка, способного принести в жертву целый город, выпить при помощи ритуала жизненные силы погибших и сказать, что так все примерно и было, и вообще во имя Добра и Света он тут явился всех спасти. Ну, тех нескольких, что уцелели. Такой вот он добрый и замечательный.

Дамблдор посмотрел на меня пристально.

– Может, я мог бы получить возможность выходить в Хогсмид? – предположил я.

– В Хогсмид? Зачем тебе понадобился Хогсмид? – изумился Дамблдор.

– Хочешь приманить крысу – замани ее в ловушку, – пожал я плечами. – И лучше бы не в замок, полный детей. Если я стану регулярно появляться за чем-нибудь в Хогсмиде, на меня нападут там.

– Ну, – Дамблдор задумался. – Ты хочешь ловить Воландеморта на живца? – изумленно понял он.

Ого, я и сам осознал, что сморозил глупость. Предупреди меня кто-нибудь вовремя о дурацком пророчестве, например, один разряженный, как клоун, старик-волшебник, я бы и правда устроил на Воландеморта засаду. Но теперь Темный Лорд знает, что ему меня не одолеть в честном поединке внутри тела Гарри Поттера. А значит, он откажется от этой идеи и плюнет на пророчество. Я бы на его месте отказался. Или сообразил, что в пророчестве речь идет вообще не обо мне. Подумаешь, Темный Властелин... В конце концов, раз миров много, значит, и Темных Властелинов бессчетное количество. Разве нет?

– Нет, Гарри, боюсь, я не могу этого позволить, – решительно сказал Дамблдор. – Тебе всего лишь одиннадцать лет, – он посмотрел на меня оценивающе и даже с легким сожалением.

«Еще мне Министерство Магии откусит голову вместе со всем волшебным сообществом, если Мальчик-Который-Выжил, станет живцом моей ловушки», – читалось из его взгляда.

Я сумрачно кивнул.

– Да, наверное, это и правда была не самая подходящая идея, профессор, – я потупил глазки в пол, изображая одиннадцатилетку, а затем быстро зыркнул на его книжные полки.

Дамблдор тотчас закрыл их своей спиной, поднявшись из кресла.

– Гарри, ты еще не вернул те, что брал прежде.

– Ах, ну да, простите, профессор, но я их уже прочитал и привез. Немедленно верну! – широко улыбнулся я и быстрым движением обошел профессора, заглянув на полки.

По пути я потрепал по голове его феникса, что возмутило птицу настолько, что она меня клюнула. В конце концов, существо было огненной стихиии так что я ему чем-то даже нравился. Клюнул меня феникс несильно.

Так, что тут у нас? Забегал я глазами. Немного заклинаний.

– Гарри, тебе это еще изучать рано. Ты сможешь разобраться в этом не раньше четвертого курса, – Дамблдор накрыл книгу, которую я присмотрел, рукой.

Я же быстро схватил с полки фолиант, который заинтересовал меня по-настоящему, с полки ниже. «Магические круги».

Дамблдору оставалось лишь вздохнуть, признав свое поражение в нашей маленькой игре.

– Для чего тебе понадобились все виды пентаграмм? – удивился он, без труда опознав увесистую книжку в моих руках.

Я пожал плечами.

– Ну, магические круги применяются во многих областях, профессор. Начиная от призывательной магии и заканчивая нанесением на артефакты. Весьма полезное чтиво, по-моему. – Я крепко прижал к груди том, давая понять, что не отдам его ни за что на свете. – Итак, я рассчитываю, что уже сегодня вечером мои родные будут под надежной защитой, – я пристально посмотрел на Дамблдора.

– Да, конечно же, Гарри.

– Я готов за это заплатить. – Я вспомнил гору золота, принадлежавшую Поттеру.

Конечно, придется раскошелиться, и, наверное, настоящий владелец тела бы сильно удивился, узнав, что будет тратить золотые галлеоны на безопасность семьи, с которой не особенно хорошо уживался последние одиннадцать лет. Но тем не менее. Думаю, Гарри бы понял, ведь он добрый мальчик.

Профессор кивнул.

– Что ж, хорошо, Гарри! – сказал он весомо.

– Наймите самых лучших, – глянул я на профессора сурово.

Брови директора снова дернулись: неужели ученик Хогвартса не доверяет доброму дедушке Дамблдору?

Но все-таки он кивнул.

– Лучше парочку отчаянных головорезов, – я задумался.

Дамблдор пришел в ужас.

– Гарри, я договорюсь с аврорами, они будут приглядывать за твоей семьей.

Настал мой черед вздыхать. Я вовсе не был уверен, что авроры решат послать лучших для того, чтобы таскаться за парочкой маглов, которым грозила встреча с Пожирателями Смерти. Насколько я понял, прочитав все, что смог, о войне волшебников с Воландемортом, магловские жертвы тут вообще никого особо не интересовали. «Ну ладно, это лучше, чем никого», – вздохнул я.

Покинув кабинет профессора, я задумался. О местной полиции дядя Вернон был невысокого мнения. Каждый раз, когда он вычитывал в газете какой-нибудь очередной вопиющий случай, – ну скажем, ограбление или убийство – он качал головой. Тетушка Петунья всплескивала руками и говорила что-то вроде: «Куда смотрит полиция?» А дядя Вернон басил, что эти лентяи не видят дальше своего носа и не желают заниматься собственной работой как следует.

Я сильно подозревал, что с аврорами может быть ситуация такая же, если не хуже. Констеблей волшебников в этом мире не так уж и много. Значит, и авроров тоже. Успевают ли они делать свою работу, учитывая непредсказуемость магии? Я задумался: «Отличаются ли авроры этого мира от той самой полиции, что не слишком одобрял дядя Вернон?» Скажем, если они были похожи на королевскую гвардию, что в Светлом Королевстве, то можно было с твердой уверенностью сказать, что Дурслям хана. С такой охраной они долго не протянут.

Я раздосадовано подумал, что надо было сразу идти трясти Снейпа, а лучше позаботиться обо всем этом заранее, до того, как явиться в Хогвартс. Что ж, я отправился к профессору и повторил свою просьбу. Только на этот раз куда более вежливым тоном, потому как угрожать Снейпу не было никакого смысла. Он и сам уже столкнулся с Пожирателями, и они несли для него угрозу не меньшую, чем для меня и моей семьи.

– Хм, охрану, значит, – проговорил Снейп задумчиво. – Это недурная идея, Поттер. Ты молодец!

Я рассказал ему, что попросил Дамблдора, но получил в ответ лишь обещание приставить к моей семейке авроров.

– Ну, это не так уж и плохо, – медленно произнес Снейп. – Аврорами обучены противосстоять темным искусствам.

Я пристально посмотрел ему в глаза. Снейп пожал плечами.

– Никакие ухищрения авроров не смогли спасти твоих родителей, Гарри, – честно признался Снейп. – Хотя я не думаю, что Воландеморт после всего случившегося попытается поймать тебя, взяв в заложники твою семью.

– А вот отомстить за то, что случилось, Пожиратели могут, – нахмурился я.

Снейп вздрогнул.

– И правда. Ладно, я найду кого-нибудь и попрошу присматривать за Дурслями, – решил он. – Но многого не обещаю. По-настоящему могущественные маги охраной не занимаются, Поттер.

Я вздохнул.

– Да уж, ситуация патовая. Но что-то лучше, чем ничего, – пробурчал я. – Может быть, какое-то заклятие, которое смогло бы скрыть место жительства Дурслей?

Лицо Снейпа внезапно изменилось. У меня оно таким бывало, когда я стоял на руинах Дар-Минора. Но, признаться, я избегал этого места и возвращался туда всего пару раз в жизни.

– Есть такое заклятие, – тихо произнес он. – «Фиделиус». Оно делает дом невидимым. Дом твоих родителей в Годриковой впадине был защищен именно им, но Воландеморт все равно узнал, где находится дом, и дальше ты знаешь.

Я кивнул.

Значит, на магию этого мира полагаться нельзя. Скрыть дом Дурслей не получится. Да к тому же что толку скрывать дом? Дядя Вернон ходит на работу, тетя Петунья посещает магазины и подружек, Дадли ходит в школу... Школу бы, кстати, тоже хорошо защитить. У меня аж голова пошла кругом. Как же неудобно, когда близкие не живут в хорошо укрепленном темном замке у тебя под рукой, где ты всегда можешь защитить их! А местный маньяк разгуливает по миру в виде призрака, а не сидит в Светлом Королевстве, как Весен. Я по крайней мере, всегда знал, где его найти!

Да уж. Я задумался над планом «Б». В конце концов, Воландеморт не представляет сейчас особой опасности. Ему нужно тело, и, пока он его не получит, он всего лишь призрак, который будет тыкаться то в одного идиота, вроде Квиррела, то в другого. Может, сумеет каким-то образом раздобыть философский камень. Защита камня в Хогвартсе никакая.

«Забрать и перепрятать», – подумал я. Но затем вспомнил, что нужно лететь на метле, чтобы выбраться из дамблдоровского схрона. «Ну или подождать, пока очередной приспешник Воландеморта его заберет, а потом отобрать», - решил я.

Гораздо большую опасность для Дурслей представляли сами Пожиратели Смерти. Недалекие ребята, не обремененные моральными принципами.

– Профессор, а у вас случаем нет списка этих Пожирателей Смерти? – спросил я задумчиво.

Снейп посмотрел на меня подозрительно:

– Что ты планируешь делать, Поттер?

– Ну, скажем, возможно, я хотел бы их навестить, – я выдавил самую милую улыбку, на которую только был способен.

Снейп побагровел, глядя на меня.

– Даже не думай, Гарри! – прорычал он. – Тебе всего лишь одиннадцать лет. Ты не сможешь одолеть столько могущественных волшебников! Это представители древних родов. В тот раз тебе просто повезло. Эффект неожиданности.

– Ну а что, они будут озираться всякий раз, когда идут по улицам? – хмыкнул я.

– Гарри, тебя посадят в Азкабан! – рявкнул Снейп. – Неужели ты не понимаешь этого?

– В Азкабан-то за что? – я наивно похлопал глазками. – Это же Пожиратели Смерти!»

В моем мире ты мог вырезать целую деревню темных и ничего на территории Света тебе за это не будет. Похваят еще! Как Весена. Его вечно до небес превозносят.

Снейп схватился за голову.

– Это уважаемые волшебники! Из старинных волшебных родов, – повторил он. – И они чисты перед законом. Все, кому не удалось убедить Визенгамот в обратном, сидят в Азкабане. Ты не можешь просто начать истреблять их!

Я разочарованно вздохнул. Кажется, Снейп достаточно меня изучил, чтобы понять мой нехитрый план.

– Ладно, ну допустим, я сам не могу. А нанять кого-нибудь можно?

Снейп схватился за голову.

– Думаешь, это останется незамеченным, Гарри? Азкабан! – весомо повторил он. – Будешь сидеть там вместе со своим крестным.

Я огорченно вздохнул, а потом с интересом посмотрела на Снейпа.

– Так, а про крестного давай-ка поподробнее. Что там за крестный?

– Лучший друг твоего мерзавца-папаши, – порадовал Снейп. – Такой же мерзавец, как и он сам, Сириус Блэк. Сидит в Азкабане за убийство их третьего друга, Петера Петтигрю. Жаль, что еще их четвертого дружка Римуса Люпина заодно не прикончил!

Я удивился.

– Да, невысокого вы мнения о героях волшебного мира Британии! – проговорил я, глядя в глаза Северуса.

Все-таки мне казалось несправедливым, что он так поносит папу Гарри. Я бы даже Крэббу не сказал, что думаю о его отце прямо в лицо. В конце концов, это же одиннадцатилетний мальчик. Так просто нельзя делать. Нельзя и все.

Снейп дернул плечами.

– Да что вам мой отец сделал-то, в конце концов? – требовательно спросил я, признаюсь, с интересом, ведь все, кроме Снейпа, описывали Джеймса Поттера как бесстрашного борца со злобным Воландемортом. Отличный маг из хорошей семьи.

Словом, у Джеймса Поттера была безупречная репутация, и я не понимал, чем он так насолил Снейпу. Ну разве что Лили увел, но не мог же профессор, которому, на минуточку, было почти 40 лет, до сих пор настолько злиться на своего конкурента из-за мертвой девушки. Снейп вздохнул. Он взглянул на меня.

– Ты действительно хочешь это знать, Гарри? – спросил Снейп дрогнувшим голосом.

– Да хочу, – отрезал я. – В конце концов, все вокруг рассказывают, что Джеймс Поттер был героем без страха и упрека. И только вы говорите, что он был живым человеком и явно имел недостатки.

Я бы хотел узнать о нем правду, которая в свое время, наверное, пригодится и Гарри, если, когда он вернется в свое тело, ему начнут вешать на уши ту же лапшу, что и мне.

– Ну что же, – Северус сел за свой преподавательский стол в кабинете, скрестив руки перед собой. – Твой отец и его друзья, Римус, Питер и Сириус, называли себя мародерами. Как по мне, отличное название, идеально им подходило! – скривился Северус. – Они имели дурацкую привычку докапываться до других учеников, – он посмотрел в стену, не глядя на меня. – И одного из них они постоянно травили. Один из них, Люпин, был оборотнем. Это скрывалось, и полнолуние он переживал в хижине недалеко от Хогсмида. Однажды эти идиоты заманили туда ученика Хогвартса в то время, как их друг обратился.

– И что? Ребенок погиб? – нахмурился я.

– Чуть не погиб, – сумрачно поправил Снейп, глядя куда-то в сторону, мимо меня.

– Да уж, одаренные умственно ребята, – согласился я задумчиво. – Но все-таки, это было, скорее, следствием отсутствия мозгов, чем злым намерением убить сокурсника. Или же нет? – я пристально посмотрел на Снейпа.

Тот дернул плечами.

– Ну, как бы то ни было, они его чуть не убили! – неприязненно сказал профессор. – Вот таким человеком был твой отец, Поттер. Безмозглым, жестоким и безответственным. И друзья у него под стать!

Я почесал кончик носа.

– Да уж, сочувствую. Так вас обратили в тот раз или нет? – поинтересовался я.

Лицо профессора дернулось, он покачал головой.

– Обращения не произошло, но я чуть не расстался в той хижине с жизнью, – мрачно сказал он. – Всего лишь из-за того, что вашему идиоту-отцу и его дружкам захотелось повеселиться.

– Да уж, знаю я одного такого весельчака, – кивнул я задумчиво. – Тот еще гад. Но все же не думаю, что мой отец таким и остался, когда вырос? – осведомился я.

Лицо профессора окаменело. Кажется, Снейпу никогда в голову не приходила эта мысль, что люди вообще-то могут меняться. И даже самая идиотская шутка от зарвавшихся богатых юнцов еще не значит, что из них вырастут конченые подонки. Снейп медленно выдохнул сквозь зубы.

– Особо не изменился, – буркнул профессор. – Остался все таким же заносчивым индюком.

Я улыбнулся.

– Что ж, понятно. Спасибо, что рассказали!

Снейп подозрительно посмотрел на меня.

– И ты даже не будешь пытаться найти ему оправдания?

Я пожал плечами.

– Ну какие уж тут оправдания? Абсолютно безответственный поступок, профессор. Впрочем, кто из нас не совершал глупостей? – задумчиво добавил я. - Принял сторону поехавшего Темного Лорда, к примеру! Озабоченного чистотой крови, которой не отличался сам.

Снейп скривился.

– Оставь свои планы по устранению Пожирателей. Авроры сами с ними разберутся, - посоветовал он, помолчав.

– Положись на взрослых и все такое, да! – язвительно сказал я.

– Почему бы и нет? – вздернул бровь профессор Снейп.

– Потому что нас с кузеном уже похитили средь бела дня. И несмотря на изреченное пророчество, никому и в голову, видимо, не пришло приставить ко мне охрану, – пробурчал я.

Судя по вытянувшемуся лицу профессора, это самое «никому» он принял на собственный счет.

– Ну, я не думал, что все зайдет так быстро и так далеко, – признался Снейп. – Я следил за приспешниками Воландеморта.

– Да-да, глубокое внедрение. Я помню, – кивнул я. – Чуть было не снес вам голову вместе с остальными.

Щека Снейпа дернулась, но, кажется, он начинал привыкать к моим выходкам.

– У меня все еще остались информаторы среди Пожирателей. Я буду внимательно следить за вашей безопасностью, мистер Поттер, – пообещал профессор.

Теперь уж я передернулся, представив себе постоянную слежку со стороны этого похожего на летучую мышь мужчины.

– Лучше следите за своей безопасностью, профессор. Если Воландеморт понял, что вы его предали, то вы в еще большей опасности, чем я или Дурсли.

– Это почему же? – удивился Снейп.

– Потому что Темные Лорды и Темные Властелины не прощают тех, кто их предал, – усмехнулся я. – Ваша смерть ему нужна хотя бы как показательное действие, чтобы больше никто и не думал его предать.

В глазах Снейпа на мгновение показался страх, самый настоящий и неприкрытый, но затем он взял себя в руки и задумчиво кивнул.

– Пожалуй, вы правы, Поттер, я буду осторожен.

Я вышел из его подземелья. Надеюсь, что на слово Снейпа можно положиться. Впрочем, в ближайшее время я планировал связаться с Дадли и предупредить мальчишку об опасности.

Не успел я прикрыть дверь, как услышал задумчивый голос профессора.

– Темные Лорды и Темные Властелины, значит, – тихо проговорил он. -Лорды…и…Властелины?

Я вздрогнул и помянул нескольких архидемонов. Кажется, до Снейпа дошло, что Темный Лорд и Темный Властелин не одно и то же, и пророчество профессора Трелони все еще может сбыться. Или уже сбылось. Что ж. Мне оставалось лишь продолжать строить из себя невинного ребенка. Кажется, я неплохо справлялся. Правда же?

Глава 57 Гарри

Стюарт отыскал Гарри, когда тот упражнялся в стрельбе из лука. Таким нехитрым способом Гарри уединялся от окружающих и приводил в порядок свои мысли. Стрела со свистом вонзилась в мишень ровно по центру.

– Отец, научи меня этому своему заклинанию «Империо», – подошел к нему Стюарт, с надеждой глядя в глаза Поттера. – Я тоже хочу делать как ты, разворачивать целые армии.

Гарри усмехнулся чужим ртом. Наверное, усмешка получилась даже зловещей.

– Ты думаешь, это так просто, Стюарт? – поинтересовался он.

Глаза юноши блестели, горели энтузиазмом.

– Но я же твой сын, должно получиться, – бесхитростно объявил парень.

«Да уж, действительно», – мрачно подумал Гарри, который сам понятия не имел, почему у него получается и откуда он вообще узнал это заклинание. Ведь даже не от Карута, который, по словам Розы, прежде никогда ничего подобного не применял.

– Ну что же, мы можем попробовать, – неуверенно сказал Гарри, опустив лук. – Только нам нужен доброволец, на котором будем тренироваться, – припомнил он.

Стюарт на секунду задумался.

– Ну, давай возьмем окрестных крестьян, – предложил парень.

– Крестьян? – удивился Гарри. – Почему не воинов? – Он оглядел двор замка в поисках кого-нибудь из темного воинства, шатающегося без дела.

Такое иногда случалось: в отличие от слуг, в мирное время темные воины были не так уж заняты, если их не гонял Рабастан с тренировками.

Стюарт широко улыбнулся:

– Ну, потому что все воины знают про заклинание «Империо». И они подчинятся мне, даже если не сработает на самом деле. Я же все-таки сын Темного Повелителя, – выдал парень на редкость здравую для себя мысль.

Гарри уважительно посмотрел на Стюарта. «А молодец, растет», – подумал он. Стюарт все меньше походил на избалованного Дадли и все больше приобретал черты своего отца. Или же свои собственные. В конце концов, Карута Гарри никогда не встречал.

– Ладно, поехали в ближайшую деревню, – согласился мальчик с некоторым сомнением.

Судя по реакции Розы на предложение отрабатывать «Империо» на ней, в этом было что-то весьма обидное. С другой стороны, они защищали крестьян ценой собственной крови. Переживут они, если Стюарт прикажет кому-то что-нибудь сделать. Ведь ничего плохого парень не хочет. Он защищал этих людей так же, как и все остальные воины в темном замке.

Взяв лошадей, они поехали в одну из ближайших деревень. Гарри понятия не имел, в какую им сторону, но Стюарт уверенно вел свою лошадь, и Поттеру оставалось лишь просто ехать рядом с сыном. По пути Стюарт попытался выяснить, как Гарри вообще пришла в голову мысль использовать это заклинание.

– Как ты его придумал-то?

– Да не знаю, ну как-то в голову пришло, – развел руками Поттер.

– Ладно, а как его вообще применяют? – живо интересовался юноша.

– Эм, гм. – Гарри вдруг понял, что из него совершенно никудышный учитель. Да просто берешь и применяешь, что называется! Поттер нахмурился и машинально коснулся своего шрама, причем в том месте, где его уже не было.

Шрам Карута располагался ближе к середине лба. Каждый раз Гарри, натыкаясь на это несущественное, в общем-то, различие, вспоминал, что находится в чужом мире и вообще ему одиннадцать лет. Он почти вдвое младше Стюарта!

– Ну в общем, ты сосредотачиваешься. Произносишь «Империо!», – растерянно сказал мальчик, внезапно ощутив себя сороконожкой, которая разучилась ходить, потому что ее спросили, какую ногу следует переставлять первой, а какую за ней.

– И они подчиняются? – уточнил юноша. - Так просто?

– Да, вот так просто, – с облегчением сказал Гарри.

Вскоре они уже приехали в деревню, где все, кто не был занят в полях, сразу же обступили их лошадей.

– Что случилось, Владыка? – поинтересовался крепко сложенный седой мужик. Видимо, старейшина деревни.

– Э, да, собственно говоря, ничего, – сказал Гарри.

Наверное, крестьяне решили, что раз Владыка Тьмы явился в их деревню, то непременно что-то случилось. Ну да, ведь последнее время Гарри то с орками разбирался, то отбивался от нападения светлых. Вот крестьяне и забеспокоились, не близится ли прорыв Света где-нибудь неподалек.

– Империо! – решительно выкрикнул в ответ на приветствие людей Стюарт.

Крестьяне посмотрели на парня как на идиота.

– Он у вас что, с ума сошел? – говорили их сочувственные взгляды.

– Империо! – Стюарт аж вскинул руку в повелительном жесте. – Империо! Падите ниц!

Гарри с недовольством посмотрел на сына. Честно говоря, он надеялся, что Стюарт отдаст какой-нибудь другой приказ. Что-то по крайней мере не унижающее человеческое достоинство.

– Стюарт, немедленно прекрати! – шепнул Гарри.

Юноша удивленно нахмурился. Крестьяне же взирали на Стюарта с любопытством, явно пытаясь понять, чего он хочет.

– Ну, ниц так ниц, – проговорил кто-то из них и даже примостился было на колени.

– Не надо! – тут же торопливо сказал Гарри. – Он пошутил.

– Так зачем пожаловали, господин? – с недовольством осведомился старейшина.

По крайней мере, Гарри решил про себя, что именно эту должность занимает мужчина.

– Да мы просто так, проездом, – решил Гарри. – В следующую деревню путь держим. – С этими словами он пришпорил свою лошадь.

Стюарт последовал за ним, крайне недовольный.

– Да что не так-то, отец?

– Ты приказал ему встать на колени, – поморщился Гарри. – Это было омерзительно!

Стюарт уставился на него с неподдельным изумлением.

– Отец, но ты же Темный Властелин. Это нормально, что перед нами все падают на колени! – возмутился он.

Гарри сурово посмотрел на Стюарта.

– Я бы предпочел обойтись без этого, – скривился он.

Затем осёкся, подумав вдруг, что вполне возможно, настоящему Каруту это нравилось. В конце концов, стал же он Темным Властелином зачем-то. Такая должность, как уже понял Гарри, с неба на голову не падает. И Карут не получил её по наследству, как, возможно, когда-то получит Стюарт.

– Ну, – задумчиво протянул Стюарт. – Ладно, что же мне тогда им приказать-то такого?

– Да не знаю, хоть чтобы они прокукарекали, – проворчал Гарри. – Или блеяли как бараны.

Стюарт посмотрел на отца.

– А ты уверен, что это не более унизительно? В конце концов, они наши подданные. Одно дело просто поприветствовать своего господина, а другое – блеять как баранам.

– Вот уж, действительно! – вздохнул Гарри, вспомнив свои мучения с герцогом. – Ну тогда прикажи им, чтобы они отжимались.

Глаза Стюарта и вовсе на лоб полезли.

– Тогда меня сочтут сумасшедшим, – заметил парень.

– Да не знаю я! – раздраженно сказал Гарри. – Придумай что-нибудь!

Стюарт глубоко задумался. Настолько глубоко, что до следующей деревни они ехали в молчании, не считая робкой попытки Стюарта выяснить, что будет с пленными и почему Гарри вообще приказал собрать всех раненых с поля боя, не разбирая цветов их одежд, и оказать помощь всем.

– Пленных мы отпустим, – поколебавшись, сказал Гарри.

– Отпустим? – поднял брови Стюарт. – Да Роза тебе голову откусит, если ты их просто отпустишь, – проницательно заметил парень. – Они пришли сюда, чтобы убивать нас.

Гарри вздохнул. Демоница и так была не слишком довольна тем, что после каждого боя он распоряжался собирать раненых. Усилий целителей и так едва хватало на темных, так что светлым помощь доставалась по остаточному принципу. Гарри не стал в это вмешиваться, решив, что в первую очередь следует сохранять жизни своих людей, раз уж невозможно оказать всем помощь одинаково.

– Потребуем за них со светлых выкуп, – решился Гарри.

– А можно продать в рабство в другое королевство, – предложил Стюарт.

Гарри посмотрел на сына.

– Какая хорошая мысль! – язвительно сказал он.

– А что не так-то? – Стюарт вылупился на него кристально честным взглядом.

«Чего я от него, собственно, хочу?» – раздраженно подумал мальчик. – «Это даже не Дадли, его вырастили как принца в замке посреди Тьмы. Он сын Владыки темных земель. Наверняка насмотрелся такого, что волосы дыбом. Да еще вынужден вести воинов в бой, сражаться и убивать. Конечно, он не видит в продаже людей в рабство ничего такого особенного, тем более на дворе Средневековье».

Гарри попытался было обратиться к школьным познаниям, которые, если честно, у Поттера были весьма скудны. В школе он куда больше думал о том, как избежать тумаков от Дадли и его компании, чем о содержании уроков. Мальчик вздохнул.

– Рабство – это плохо, Стюарт. Разве ты сам хотел бы попасть в рабство?

– Однозначно нет! – хмыкнул Стюарт. – Это было бы ужасно, – добавил он, подумав. – Но я бы выбрался. Убил бы хозяина и выбрался! – гордо вздернул нос парень.

Поттер вздохнул: он не сомневался в возможностях Стюарта, все-таки парень с демонической кровью в жилах.

– Ну а если бы ты не смог выбраться? – предположил Гарри. – Вдруг стал слабым, по какой-то причине? Ну там, не знаю, артефакт бы на тебя надели, блокирующий силу, – представил мальчик. Наверняка что-то подобное могло существовать в этом мире.

Стюарт задумался.

– Это было бы очень плохо, – сказал он.

– Вот именно, у этих людей силы отродясь не было. Вернем их светлым за выкуп, да и все, – твердо постановил Гарри.

– А потом они просто придут обратно вместе со Светлым Владыкой, – проницательно сказал Стюарт. - И мы все равно их убьем.

Гарри поморщился.

– И что ты предлагаешь? Казнить их всех? – хмуро произнес мальчик.

Он представил себе, как во дворе перед замком рубят головы светлых пленных, и мальчика передернуло. Или того хуже – их выстроят в ряд перед Гарри, и убивать придется самому, потому что… Ну а кому еще Гарри смог бы это поручить? Рабастану?

«Одно короткое заклятие, чтобы убить всех разом», – подумал мальчик. И что-то внезапно откликнулось, темное и страшное. Он на мгновение увидел зеленый луч, вылетающий из странного короткого жезла. И услышал собственное «Авада Кедавра!».Гарри почувствовал легкую волну захлестнувшего его удовольствия. Он снова видел чужими глазами. Это явно было не его воспоминание. И это было совсем не похоже на то, каким здесь все считали Карута. Будто кто-то другой, третий, безмолвно присутствовал в происходящих с Гарри событиях.

– Авада Кедавра, – шепнул мальчик про себя, стараясь запомнить.

Затем вздрогнул. «Но ведь это же убийство!» – дошло до Гарри. Преднамеренное решительное убийство. А с другой стороны, разве пламя и Тьма, что он исторгал из рук на светлое воинство уже не раз, не убивали? Впрочем, он вовсе не был в этом уверен. Сраженные Тьмой и огнем люди падали. Но иногда после вставали. А это заклятье казалось… слишком адресным что ли. Гарри представилось улыбающееся лицо Весена.

Он обернулся на Стюарта.

– Так, ладно. Вот что мы сделаем, – сказал Поттер. – В этой деревне мы просто купим одежду.

– Одежду? – удивился Стюарта.

– Да, у каких-нибудь крестьян. – Гарри достал пару серебряных монет из своего кошелька. – Что в пору тебе и мне, оставим здесь лошадей. Пройдем до следующей деревни пешком, постаравшись так, чтобы нас не узнали. И там-то отдашь какой-нибудь нелепый приказ.

– Нелепый?

– Да, что-то вроде упасть и отжаться, – решил Гарри. Или, ну, скажем, – он задумался. – Принести нам еды. Да, принести нам еды.

В желудке ощутимо заурчало.

– Так, – произнес Стюарт. – Переодеваться-то зачем?

– А затем, что ты прав. Я Владыка этих земель, а ты мой сын, – вздохнул Гарри. – Едва узнав нас, люди и правда выполнят самый нелепый приказ. И не потому, что ты сказал «Империо».

Поняв план Гарри, Стюарт широко улыбнулся и кивнул.

– А, понял, отец. Тогда конечно.

Так что вскоре они уже покупали одежду. Крестьяне не шибко жаждали с ней расставаться, но при виде двух серебряных Гарри были бы готовы продать всю деревню, вот только незадача – она уже, по сути, принадлежала ему.

Переодевшись и убедившись, что лошади оставлены на постой в хорошей конюшне зажиточного крестьянина, Гарри и Стюарт дальше направились в соседнюю деревню пешком под видом путников. На голову они накинули капюшоны прочных, но изрядно поношенных грубых хламид. Дальше план Гарри сработал как по маслу. Их и правда не узнали. И даже встретили не слишком дружелюбно, настороженно косясь на путников. То что надо. Никто не падал вниз, никто не толпился вокруг, с воплями: «Наш Повелитель! Спасибо, что защитил от светлого воинства!» Так что Стюарт смог невозбранно попрактиковаться прямиком на улице деревни.

– Империо! Принеси нам поесть! – решительно сказал он молодой светловолосой женщине, что шла по улице.

Девушка изумленно посмотрела на Стюарта.

– Ничего себе грубиян! – возмутилась она. – Я что, похожа на служанку, по-твоему?

– Империо! Я ведь так приказал! – возмутился Стюарт.

Гарри мысленно схватился за голову.

– Стюарт, – прошипел он, намекая парню, что их не должны узнать.

– Эм, Империо, принеси нам вина.

Девушка продолжала смотреть на юношу как на идиота.

– Да ты, видимо, совсем головой тронулся. Напекло? – заботливо спросила она. – Ну, если уж совсем дела плохи, могу дать вам пшеничную лепешку. – Она оглядела обоих путников, которые нарочно успели вымазаться по дороге, чтобы их уж точно не узнали. – Вы бы хоть помылись, что ли. Тут ручей есть неподалеку, – пробурчала девушка. – В таком виде вас на постоялый двор-то не пустят.

Гарри улыбнулся:

– Ему и правда напекло голову. Мы пойдем. А от лепешки мы бы не отказались.

– Ну уж нет, откажемся! – решительно сказал Стюарт.

Гарри удивленно посмотрел на сына.

– Поедим, когда мне дастся «Империо». Ты всегда говорил, что магии нужна мотивация, – шепнул Стюарт.

– А, ну да, и правда, я так говорил, – неуверенно сказал Гарри.

Он вдруг задумался о том, как именно колдуют. Ведь в обычном его состоянии ему едва удалось подчинить себе герцога. Но, к счастью, во время боя что-то будто спадало с Гарри, подобно оковам. Словно рвались какие-то невидимые внутренние барьеры, и затапливающая изнутри сила выплескивалась широкой рекой. Сейчас он и сам не был уверен, что прикажи он девушке, она принесла бы им что-то поесть. Или подчинилась другому приказу, который не желала бы выполнить сама.

Они пошли дальше по деревне. Стюарт пробовал свое «Империо» на всех встречных, в основном вызывая смех.

– Отец, ты что-то неправильно мне объяснил, – дошло наконец до Стюарта. – Ведь совсем не работает. Обычно, даже когда я осваиваю сложное заклинание, получается, ну хоть что-нибудь, – посмотрел он с серьезной мальчишеской обидой.

Гарри задумался. Признаться парню, что он и сам едва понимает, как это работает? Он стал старательно вспоминать, как подсмотрел это заклинание незнамо у кого.

– Ну, – протянул Гарри, – надо, наверное, ещё сделать вот такой пас рукой. – Он попытался изобразить, а ощутил, что в пальцах явственно чего-то не хватает. Полной формы заклятья. Нужно сжимать в руке тот самый странный тонкий предмет, что он увидел в своем видении.

Гарри задумался. Но, с другой стороны, и без него ведь отлично получалось! Он мотнул головой. Первоисточник явно не подходил. Таинственного артефакта у них не было. Гарри сосредоточился на собственных воспоминаниях, пытаясь понять, как он это делает во время сражениия. Затем твердо взглянул на сына.

– Во-первых, поверь, что ты вправе приказывать, – Поттер вздохнул, подумав, что, наверное, зря тыкал Стюарта носом, пытаясь избавить его от излишней заносчивости. В заклинании «Империо» она была отнюдь не лишней.

– Так, – Стюарт гордо распрямился.

– А во-вторых, тебе нужно отчаянно захотеть. Будто от этого зависит твоя жизнь. И жизни всех, кто вокруг тебя.

– О! Хорошо, – решительно сказал Стюарт.

А затем парень твердыми шагами направился на постоялый двор, к которому они как раз подходили. Распахнув дверь пинком ноги, Стюарт прошел внутрь.

– Империо! Принеси нам два горшочка жаркого, – сурово приказал он стоящему за прилавком хозяину.

Мужчина с остекленевшими глазами вышел из-за прилавка и уже направился к двери, ведущей на кухню. Как вдруг замер и удивленно посмотрел на вошедших гостей.

– Так это, нету сейчас жаркого. Только суп сготовился, – произнес он недовольно.

Гарри и Стюарт обменялись взглядами.

– Получилось, – сияя как начищенный пятак, шепнул Стюарт. – Он же пошел. Ты видел, отец, да? Он же правда подчинился!

Гарри тихонько кивнул.

– Деньги-то у вас есть? – нахмурился владелец.

– Деньги есть, – заверил Гарри с улыбкой.

Они уселись на свободное место за деревянным столом, и Поттер достал серебряную монету. Но Стюарт тут же перехватил ее и выложил на стол несколько медных.

– Отец, ты решил купить всю эту корчму? – тихонько спросил парень.

– А, нет, конечно, – шепнул Гарри, решив, что Стюарт лучше разбирается в местных ценах.

В конце концов, он еще ни разу ни в какой корчме не бывал. Да и Дурсли не брали его с собой. Даже если шли куда-то перекусить вместе с Дадли. В былые времена Поттер отчаянно завидовал кузену. Но потом смирился.

Вскоре хозяин корчмы уже поставил перед ними аппетитно пахнущий суп, прибавил к этому пару кружек дешевого вина. А также на столе оказалась ароматно пахнущая пшеничная лепешка, которую Стюарт разломил пополам. Парень весело улыбался.

– Сейчас попробую еще раз. – Не успел Гарри остановить его, как Стюарт решительно разогнулся во весь свой немаленький рост и завопил: – Империо! Все пляшите и танцуйте.

К удивлению Гарри, посетители и правда пустились было в пляс, но вскоре действие заклинания оборвалось. Разъярённая толпа уставилась на широко улыбающегося Стюарта.

– Кажется, нам надо либо бежать, либо сознаваться, что ты Владыка этих земель, – шепнул Стюарт.

Гарри растерянно кивнул. Как доказать подданным, что он это он? В конце концов, далеко не каждый в Темных Землях вообще знал, как выглядит их Господин.

– Надо уносить ноги!– понял Гарри.

Стюарт широко улыбнулся.

– Тогда бежим! – с мальчишеским задором хмыкнул он.

Схватив со стола лепешку, Гарри бросился наутек. Стюарт – за ним. Разъяренная толпа, обиженная странным колдовством, помчалась за ними.

«А я ведь этих людей защищал, я же их Господин и Повелитель», – размышлял Гарри на бегу. Впрочем, рядом с сияющей улыбкой до ушей бежал Стюарт, который явно воспринимал все это как веселое приключение. Да и Гарри вдруг понял, что вовсе не убегает от прихвостней Дадли которые крепко наваляют ему по бокам, а следовательно, в любой момент он мог бы остановиться и просто продемонстрировать обалдевшим подданным какое-нибудь темное заклинание, которое убедило бы их, что перед ними Владыка. Улыбнувшись этим мыслям, мальчик продолжил бежать. Пожалуй, он был счастлив!

Глава 58. Карут

Я отправил с Буклей сообщение Дадли, в котором предупреждал мальчика о возможной опасности. Также я отослал Дадли кельтский талисман, который нашел в Запретном лесу. Я вложил туда защитную атакующую магию, которая должна была сработать при активации владельцем. Конечно, не самый лучший вариант. Дадли, возможно, вообще не сумеет активировать талисман на атаку, но, по крайней мере, в режиме пассивной защиты он бы точно сработал.

Я возвращался с совятни, когда застал в коридоре компанию из Малфоя, Крэбба и Гойла, а также Рона Уизли, Гермионы и Невилла.

– Ха, Уизли, ты настолько беден, что даже фамильяра донашиваешь за старшими братьями! - насмешливо заявил Драко.

Лицо рыжего пошло обиженными пятнами. Он злобно засопел и явно собирался кинуться с кулаками на Малфоя. При других обстоятельствах я бы ни за что не полез в детскую перепалку. Во-первых, это ниже достоинства Темного Властелина, а во-вторых, дети есть дети. Пусть себе кусаются и возятся, подобно щенкам. Таково уж свойство детства. Но Рон был тем человеком, который не бросил меня в Запретном лесу на растерзание огромным паукам. Несмотря на свою юность и тот факт, что сам боялся до ужаса. Так что я решил все же вступиться.

– Не стоит так говорить, Малфой, – сказал я, подойдя ближе к ребятне. – Если ты продолжишь в том же духе, рано или поздно твой язык доведет себя до беды.

Малфой удивленно воззрился на меня.

– А что я такого сказал? – возмутился блондин. – Ему и правда эта жалкая крыса по наследству досталась.

Я вздохнул.

– Фамильяр Рона – пожалуй, один из самых могущественных в этой школе. Он уступает разве что фениксу Дамблдора.

У ребят глаза на лоб полезли. Рон изумленно посмотрел на свою крысу, которая потрясенно выглянула из его кармана. И тут же забилась обратно.

– Хочешь сказать, что Короста так сильна, что уступает лишь фениксу? – пораженно переспросил Рон.

– С чего ты это взял, Гарри? – выпятил нижнюю губу Драко. – Да быть такого не может, это обычная старая помойная крыса! С ней еще Перси Уизли ходил. Я слышал, ребята рассказывали.

Я покачал головой и подошел ближе.

– Посмотрите внимательно на ауру Коросты. Она ничуть не уступает ауре взрослого мага. – Тут я осекся и пораженно посмотрел на карман Рональда.

«А ведь и правда, если посмотреть в энергетическом диапазоне...», – я сощурил глаза. Эх, не хватало мне своего родного полудемонического тела! В нем бы я мигом разобрался, что тут к чему. Но даже так, с весьма средненькими способностями Гарри, в этом смысле разглядеть истинную силу Коросты не составляло труда.

Рональд вытащил свою возмущенно запищавшую крысу из кармана, и дети принялись ее разглядывать. Драко нахмурился, честно пытаясь последовать моему совету и увидеть то, что было скрыто прежде от глаз. Гермиона тоже вылупилась на крысу с неподдельным интересом. Кажется, дети решили, что лучший способ увидеть ауру, это как можно сильнее таращиться и не моргать.

– Как же так получилось? – пораженно спросила девочка, видимо сумевшая что-то разглядеть.

– Так это какая-то особенная крыса? – бесхитростно спросил Гойл.

Крэбб же промолчал и предпочел отступить за спину приятеля, опасливо косясь на меня. Похоже, папаше Крэбба хватило мозгов рассказать сыну, чтобы держался подальше от типа, перебившего кучу его соратников Пожирателей Смерти. Что ж, это правильно!

Несколько минут дети разглядывали крысу. Рон вертел ее и так, и эдак, пытаясь понять, что же такого особенного я в ней углядел. Он таращился на Коросту, но явно не слишком преуспел в вопросах энергетического зрения. Малфой же обиженно пыхтел и явно намеревался ближайшим первым же письмом попросить у отца такого фамильяра, чтобы не уступал какой-то там крысе Уизли. «Удачи с этим, парень!» – язвительно подумал я. Стюарт бы непременно стребовал с меня в такой ситуации дракона, но как раз в этом мире держать их было запрещено.

Мальчишки со Слизерина, недовольно кривясь, ушли на свой факультет. Напоследой Драко бросил на меня заинтересованный взгляд. Видимо, ему хотелось спросить: «А ты как это понял, Поттер?» Я улыбнулся мальчишке. «Учиться надо лучше», – подумал я.

Мы с гриффиндорцами продолжили путь дальше по коридору.

– Если честно, я никогда не замечал за Коростой ничего такого особенного, – неожиданно признался Рон. – Жаба Невилла и то проявляет больше магических свойств, чем моя крыса.

Невилл посмотрел на Рона.

– А какие магические свойства проявляет Тревор? – удивился мальчишка.

– Ну, твоей жабе вечно удается как-то сбежать, – пожал плечами Рон.

Я про себя подумал, что, скорее, это объясняется растяпостью самого Невилла. Похоже, Лангботтом и сам был того же мнения. Так что он лишь грустно вздохнул.

Рон снова вытащил возмущенно пискнувшую крысу и принялся ее разглядывать, выпучив глаза.

– Эх, как думаешь, Гарри, на что способна Короста, раз она так сильна магически?

Я пожал плечами:

– Понятия не имею. А что обычно делают фамильяры-крысы?

– Ну там, шныряют, – глубокомысленно сказал Рон.

– Еще грызут клетки, – подсказала Гермиона. – У меня был когда-то хомячок, наверное, это похоже.

Я хмыкнул.

– Да уж, не слишком полезный фамильяр, несмотря на всю свою силу. – Я чуть было не брякнул, что в моем мире фамильяры способны принимать полноценное участие в битвах. Но с кем ребятишкам тут биться? С Малфоем, что ли?

– Думаю, Короста могла бы покусать Драко, – утешил я Рона.

Рональд прыснул в кулак, но тут же покачал головой.

– Да не, не надо.

Мы оба прекрасно понимали, что первым делом Драко ответит на подобное крепким пинком по голове крысы, и на этом все кончится, несмотря на могущество, таящееся в фамильяре Рона.

Мы продолжили путь на занятия. Сегодня у нас была столь любимая Невиллом гербология, во время которой профессор Стебель как раз показывала нам целительные растения. Я слушал с большим интересом: мало ли пригодится. Пожалуй, будет неплохо разбить у Дурслей грядочку-другую. Объясню тете Петунье, как делать простейшие целебные отвары. Должно получиться. По крайней мере, от мелких хворей семью Поттера это бы защитило.

Вечером в спальне гриффиндорцев ребята непринужденно болтали об очередном матче квиддича, который вскоре должен был состояться. Бился Гриффиндор с Когтевраном. Я же сосредоточился на своем магическом шаре, пытаясь выяснить, чем там занят Поттер в моем любимом теле. Например, не проиграл ли он случаем темные земли светлому головорезу? Ну или там не женился ли от моего имени? Мало ли что взбредет в голову одиннадцатилетке!

То, что я увидел, повергло меня в шок. Гарри и Стюарт, одетые в какие-то лохмотья, убегали от разъяренной толпы крестьян. Я с отвисшей челюстью наблюдал, как за этой парочкой гонятся разъяренные мужчины, потрясая кулаками. Хорошо, что не с вилами. К счастью, Гарри и Стюарту удалось скрыться в ближайшем лесу. Преследовать их крестьяне не стали.

– Да уж! – произнес я растерянно.

Похоже, Гарри Поттер сумел просадить мой Темный Трон. И даже нормальную одежду куда-то дел. «Не проиграл же он все в карты?» – подумал я изумленно. Даже Весен не настолько скотина, чтобы лишить противника нормальной одежды.

Нет, если бы он вдруг захватил темные земли, пока меня не было, убить он, конечно, мог. Но нарядить в жалкие лохмотья, чтобы унизить перед смертью, не в его духе. Оставался один вариант. Гарри проиграл темные земли в карты Розе. Демоница тот еще шулер. Должно быть, над Поттером и моим сыном сжалился кто-то из слуг, одолжив тряпье, которым собирались помыть в замке пол.

Израсходовав изрядное количество сил, я с сожалением заставил картинку в шаре погаснуть. Затем переключил взгляд на Рона. Тот ворковал со своей крысой, упрашивая ее показать какое-нибудь крутое колдовство. Крыса недовольно дергала носом и норовила спрятаться за подушку, устроившись, как обычно, беспечно дрыхнуть рядом с головой мальчишки.

Тут я нахмурился. «Погодите-ка!» – дошло до меня. Фамильяр со столь мощной аурой, не уступающей взрослому магу. Я прищурился. А мы находимся в мире, где преподавательница трансфигурации не так давно осторожно спросила меня, где именно продаются те удивительно вкусные хрустящие шарики со вкусом тунца. Я, конечно, обещал, что мой кузен пришлет еще несколько упаковок кошачьего корма. Для любимого декана Гриффиндора ничего не жалко.

Я нахмурился.

– Рон, ну-ка дай сюда свою крысу! – Я требовательно вытянул руку.

Рон беспечно вложил мне возмущенно запищавшее существо в руку.

– А теперь превращайся, скотина, или я испепелю тебя прямо на месте, – свирепо сказал я, глядя в испуганные бусинки глаз крысы.

– Гарри, ты о чем это? – удивился, Невилл.

– Это анимаг! – мрачно прорычал я. – Аура этой крысы не просто способна сравниться с аурой взрослого мага. Это и есть аура человека.

Все дети изумленно уставились на возмущенно затрепыхавшуюся в моих руках крысу. Я успел крепко схватить ее за шкирку, однако зверюга извернулась и, цапнув меня за палец, тут же забилась под ближайшую кровать.

Дин нахмурился.

– Ты уверен, Гарри? По-моему, ты ее до ужаса напугал.

– Я уверен, что нормальная крыса себе бы все переломала, упав с такой высоты! – рыкнул я. – А ну, вылезай, если не хочешь загреметь в Азкабан! – предупредил я.

Крыса и не думала показывать нос.

– Авада Кедавра! – с угрозой произнес я.

Дети вздрогнули. Я показал им, что у меня в руках нет волшебной палочки, да и не вкладывал я в слова никакой силы. Убивать крысу я пока что не собирался. Для начала ее следовало допросить.

– Давно у тебя в семье эта животина, Рон?

– Уже много лет, – пожал плечами мальчишка. – Гарри, ты уверен? Ты пугаешь Коросту. Не надо так. Эй, Короста, Коросточка, выходи! – Рон склонился, сел на корточки перед кроватью, попытавшись выманить питомца ласковым голосом.

Все-таки он был добрым мальчиком.

– Рональд, это, походу, взрослый мужик, который много месяцев дрых у тебя на подушке, – порадовала я Уизли.

– Да ну, бред какой-то, Гарри! Короста была фамильяром еще у Перси, - отмахнулся рыжий.

– О, ну с чем я Перси и поздравляю!– хмыкнул я.

Похоже, он прозевал анимага прямо у себя под носом. Вопрос только в том, куда смотрели родители Уизли. Но, в принципе, если у тебя такая орава детей – я с одним-то едва справлялся, можно, пожалуй, упустить тот факт, что какой-то зловредный анимаг проник в дом и притворяется крысой. Я вон целым мальчиком притворяюсь – и ничего, никто разницы не заметил. «Вот настолько хорошо они знали Гарри!» – подумал я о Дурслях с некоторой горечью.

– Так, Рон, отойди. Считаю до трех и испепеляю эту кровать вместе с крысой! – решительно сказал я.

Симус Финниган тут же соскочил с нее. Моя угроза подействовала. Крыса высунула носик, пытаясь сообразить, куда бы сбежать из-под кровати так, чтобы я не заметил.

– Перекидывайся! – Я швырнул сгусток пламени прямо перед ее мордой. – Второй раз шутить не стану.

Неожиданно крыса выскользнула из-под кровати и все-таки бросилась к дверям. Под вопли Рона я тут же ударил в нее маленьким шариком пламени. Рон успел закрыть зверюгу с собой и получил легкий ожог на животе.

– Гарри, ты свихнулся? Не смей так делать! – проорал Рон.

«Ох уж эти светлые, добрые дети!» – подумал я, глядя на Рона,решительно заступившего мне дорогу с палочкой на перевес.

– Гарри, это все глупости! – сказал Невилл. – А даже если и нет, не надо так делать.

Я решительно взмахнул рукой, отшвырнув обоих детей в сторону.

– Круциатус! – рявкнул я, сообразив, как не прикончить питомца Рона на случай, если все-таки ошибаюсь, и в то же время вернуть гаденышу человеческую форму, если я прав.

Крыса скорчилась на полу от боли, и буквально спустя пару секунд перед нами оказался крупный мужик с неприятным лицом и маленькими бегающими глазками. Он сотрясался от боли и истошно вопил. Я оборвал заклинание, дав ему возможность говорить. Ошарашенная детвора во все глаза уставилась на фальшивую крысу.

– Кто это? – пораженно проговорил Невилл.

– Короста. – Лицо Рональда вытянулось.

– Ты кто такой? Что делаешь в спальне? И зачем притворяешься крысой? – сурово спросил я, наставив на незнакомца палочку с пером птицы Рух.

Мужчина вздрогнул. Он испуганно отполз от меня на четвереньках и прижался спиной к стене.

– Я… Я… Меня зовут Уилкинс, я прячусь, – проговорил он.

– От кого? – свирепо сдвинул брови я.

Крысиные глаза мужчины забегали.

– От Пожирателей Смерти, – выдохнул он, а затем яростно закивал, словно вторя самому себе. – Да, от Пожирателей Смерти. Я хороший, – заверил мужчина.

– Вот как. – Я попытался понять, почему его лицо кажется мне смутно знакомым. – Хороший, значит? От Пожирателей Смерти прячешься.

– А чего от них прятаться? – изумился Невилл. – Воландеморт давно побежден. Гарри его одолел, еще когда ему был год.

Я цыкнул на Невилла. Сейчас было явно не время вспоминать подвиги настоящего Поттера. Интересно, как ему все-таки удалось? Даже в призрачной форме Воландеморт не такой уж слабый, чтобы проиграть карапузу.

Мужчина затрясся.

– Правда? Побежден? Я не знал.

– Да неужто? – оскалился я. – Ты все это время был вместе с Роном. Конечно же, ты слышал об этом не один раз!

– Ну… Ну, я, я, я прячусь. От Пожирателей Смерти, не от самого Воландеморта. Боюсь, что они станут мне мстить, – решительно заявил он.

Что ж, ложь я видел не впервые в своей жизни, а этот тип Уилкинс толком врать не умел. Он будто подбадривал самого себя, цепляя одну ложь за другой, будто звенья тонкой цепочки и энергично кивал головой, давая понять, что не врет уж точно.

Примерно с таким выражением лица мой предыдущий казначей пытался затереть, куда делалась изрядная часть золота из моей казны. Пришлось сменить его и поставить нового. Перед этим я вытряс из поганца все до серебряного, банально подвесив на висилице во дворе замка. Да нет, не подумайте, подвесил я его за ноги. Примерно через два часа все и удалось вытряхнуть.

Я подумал, что, пожалуй, с этим Уилкинсом стоило проделать ту же штуку – подвесить за ноги. Переключившись на палочку из остролиста, я заставил его взлететь «Левиосой». Оказавшись вниз головой, человек истошно заверещал.

– Значит так, – свирепо сдвинул я брови, – или ты называешь свое настоящее имя и причину, почему прячешься в семье Рона, или… – Я выразительно провел палочкой по своему горлу.

Уилкинс дернулся вместе с палочкой. Я про себя выругался. До чего неудобно.

– Я – Уилкинс. Правда! Я прячусь от Пожирателей. Их полно, далеко не всех поймали, – испуганно заявил он, смотря на детей своими якобы честными глазками.

Но меня-то не проведешь. Кто в здравом уме стал бы притворяться крысой, да еще и в шумном семействе Уизли? Одно только близкое соседство с близнецами Фредом и Джорджем заставило бы любого сколько-нибудь вменяемого взрослого вздернуться. Не представляю, как там выживали сами родители рыжих.

Однако говорить правду Уилкинс явно был не намерен, а дети не позволят мне его еще раз пытать, судя по решительным лицам мальчишек. Им не стоило видеть, что я неплохо владею непростительным заклинанием. Я понадеялся, что в рассказах о сегодняшнем вечере они просто забудут упомянуть эту маленькую деталь, отвлеченные тем огромным фактом, что крыса Рона – это взрослый мужик.

– Хм, что ж, – я нахмурился, припоминая, где мог его видеть.

В конце концов, не так уж много знакомых у меня в волшебном мире. Может быть, Косой Переулок? Встречал там, пока закупались с Хагридом или Дадли? Память у меня была на лица цепкая – с этим человеком мы вроде бы не встречались. Опять-таки, если он безвылазно сидел в семействе Уизли в качестве крысы, как бы мы с ним встретились в Косом Переулке? А значит, я про него где-то читал. Причем там была его колдография.

Мои глаза яростно блеснули. Я ощутил что-то похожее на ту затапливающую ярость, свойственную моему полудемоническому телу.

– Питер Петтигрю! – прорычал я, вспомнив наконец невинную жертву моего злобного крестного Сириуса Блэка, заточенного в Азкабане. – Собственной персоной! Лучший друг моих родителей. – Я обходил подвешенного в воздухе мужчину по кругам, словно лев, облизывающийся на добычу.

Петтигрю испуганно закивал:

– Да-да, Гарри, это я, друг твоих папы и мамы! Опусти меня, пожалуйста! Я все объясню!

– И что же ты объяснишь, если тебя убил Сириус? И сидит за этого в Азкабане! – сверкнули мои глаза.

– Сириус, он пытался меня убить! – испуганно залепетал Петтигрю. – Но мне удалось скрыться.

– Сириус в Азкабане уже много лет, что ж ты таился в форме анимага? Он не мог тебе навредить.

-Из-за остальных Пожирателей! Многие на свободе! - заверил пленник.

Он зацепился за свою легенду, фальшивый Уилкинс. Я молча влепил ему кулаком в лицо. Не «Круциатус», но тоже сойдет. Жаль, что тело у Гарри все еще было хлипковатым. Хоть я и делал зарядку, но периодически, как и все одиннадцатилетние мальчишки, филонил. Уж больно расслабляли общая атмосфера Хогвартса и тот факт, что здесь даже для самых простых бытовых дел пользуются магией. А то и вовсе на эльфов спихивают.

Петтигрю схватился за разбитую губу.

– Гарри! – с укором воскликнул он. – Что бы сказали твои родители?

– Понятия не имею, – отрезал я, смирив Петтигрю свирепым взглядом. – Но сдается мне, что мой крестный оказался в Азкабане немного напрасно, не так ли?

Я постарался вспомнить все, что мне рассказал Снейп о гибели Поттера в Годриковой Лощине. И то, что дом защищало заклинание, у которого был хранитель – этот самый вот Петтигрю. А мерзкий Сириус, значит, его убил. Вот только Петтигрю был жив, Сириус – в Азкабане, а родители Поттера мертвы.

– Ты сдал моих родителей Воландеморту! – Я оглядел дрожащего неприятного мужчину. – В конце концов, если кто-то выглядит как крыса, ведет себя как крыса и притворяется крысой много лет, несмотря на то что армию Воландеморта давно победили, значит, боится он вовсе не Пожирателей, а того, что его темные делишки выйдут наружу, – проговорил я задумчиво.

Дети изумленно уставились на меня и Петтигрю. Воспользовавшись тем, что я опустил его на землю, чтобы дать по лицу, Петтигрю проворно бросился к двери. На этот раз ему даже удалось за нее выбраться, и он понесся прочь от нас по коридору. Я был слишком потрясен открывшейся мне информацией, ведь буквально передо мной был виновник гибели обоих Поттеров – людей, которых я всего лишь раз видел во сне, но испытывал к ним что-то давно забытое.

Я кинулся за мерзавцем, следом выхватив палочку с пером птицы Рух.

– Авада Кедавра! – орал я, пуляясь в паршивца смертоносным заклинанием.

– Авада что?! – Одна из дверей открылась, и из нее вышла заспанная Минерва МакГонагалл.

Увидев нашу погоню, она застыла с открытым ртом.

– Поттер! – выдохнула Минерва.

– Ловите его, профессор! – завопил я, сообразив, что применить «Аваду» мне больше не дадут.

Профессор МакГонагалл ожила. Она кинулась в погоню за улепетывающим Петтигрю.

– Петтигрю, подожди, что случилось? Откуда ты здесь взялся? – тут же сыпала вопросами на бегу МакГонагалл, скользящая по полу в домашних тапочках и изумрудном бархатном халате.

Петтигрю продолжал улепетывать.

– Остолбеней! – выкрикнул Невилл и неожиданно попал заклинанием прямо в пятую точку Петтигрю.

Мужчина замер. Я с благодарностью взглянул на сокурсника. «А будущий герой Света молодец все-таки», – подумал я. – «Раскрывается потихоньку».

Нагнав бешено вращающего глазами Петтигрю, мы обступили его со всех сторон своей нехитрой мальчишеской толпой. Минерва МакГонагалл торопливо подбежала к нам.

– О, Господи, Питер, ты жив? – Расчувствовавшись, МакГонагал даже обняла мерзавца.

– Он жив и предал моих родителей! – отрезал я, глядя на Петтигрю.

Я навел палочку прямо ему на горло.

– Либо ты сейчас же признаешься в том, что сделал, Петтигрю, либо меня не остановят никто и ничто в этом мире, – тихо и с угрозой сказал я.

Я умел смотреть людям вот так вот в глаза, когда они понимали четко и ясно, что я пострашнее Весена буду. На самом деле нет, но они-то не знают истинного характера Светлого Владыки.

Петтигрю сглотнул. Чары, наведенные Невиллом, ослабли. Герой Света был пока что всего лишь мальчишкой. И Петтигрю смог говорить.

– Я, я, я был вынужден так поступить, Гарри! – он неожиданно всхлипнул, заметив, что на конце моей палочки появляется угрожающее зеленое сияние.

На самом деле это была всего лишь иллюзия, которую я наколдовал даже не с помощью самой палочки. Но Петтигрю принял ее за безмолвную «Авада Кедавру», нависшую над его жизнью.

– Воландеморт заставил меня! – всклипнул мужчина и неожиданно бухнулся на колени прямо на пол замка. – Я не хотел, я не хотел! – повторил Петтигрю. – Мне очень жаль, мне так жаль, Гарри!

Я брезгливо посмотрел на мужчину, прикидывая про себя, согласится ли Северус стереть память Минерве МакГонагалл и моим сокурсникам, если я грохну Петтигрю прямо здесь. По всему выходило, что зельевар откажется. Чисто из вреднности. А у меня как на назло с «Обливиэйтом» не ладилось.

Что ж, оставалось использовать мерзавца по максимуму. Я крепко ухватил его за шиворот, а потом сообразил, что вешу гораздо меньше. При желании, Петтигрю просто выйдет из школы вместе со мной, висящим у него на спине. Впрочем, к счастью, он пока что сам этого не понимал.

– Превращайся обратно в крысу! – рявкнул я.

От испуга Петтигрю выполнил мой приказ безоговорочно, и в моих руках повисла пищащая крыса. Я посмотрел на МакГонагалл.

-Подержи-ка его, Гарри! - велела она и удалилась на несколько минут.

Вернулась МакГонагалл с клеткой, куда мы посадили крысу. Видимо, позаимствовала ее у чего-то фамильяра.

– Питер, как же так? – растерянно повторяла она, пока мы несли клетку в сопровождении первокурсников к Дамблдору.

Я надеялся поговорить с директором лично, но Минерва скрылась в недрах его покоев вместе с клеткой.

– Будьте осторожны, профессор! – крикнул я. – Мало ли что он еще отколет!

МакГонагалл согласно кивнула, но, судя по ее уверенному взгляду, особой опасности Петтигрю для нее не представлял. Что ж, в прямой стычке, может, и нет! Но, кажется, этот ядовитый мерзавец был мастером бить в спину.

Ребята обступили меня в коридоре около кабинета Дамблдора.

– Ох, Гарри! – как мог, неловко утешил Невилл. – Это так ужасно, что он был другом твоих родителей и предал их.

На Роне и вовсе лица не было:

– Короста! Мой фамильяр! – растерянно повторял он.

На мальчишку было жалко смотреть. Нельзя сказать, что Рон так уж сильно любил свою крысу. Но, между прочим, он был готов схлопотать за нее огненный шар. Я посмотрел на все еще обожженный живот мальчика, видневшийся сквозь дыру в футболке.

– Рон, сходи к мадам Помфри, – со вздохом сказал я и подумал, что мне придется самому себе поставить минус 10 очков Гриффиндору за огонь по товарищам. - Разбуди ее. Тебе нужна помощь.

Рон огорченно кивнул и поплелся в сторону медицинского крыла.

– Эй, Рон, я куплю тебе любого фамильяра, какого захочешь! – крикнул я ему в спину. – Прости, что так получилось с Коростой!

Конечно, я не был в этом виноват нисколечко, но дети есть дети. Повеселев, Уизли кивнул и побежал в медкабинет, лишь сейчас сообразив, что ему до ужаса больно.

Я обернулся на Невилла, Дина и Симуса. Мальчишки стояли с озабоченным видом.

– Так получается, что твой крестный, который якобы убил Петтигрю, не виновен? – произнес Симус. – Так значит, он заживо гниет в Азкабане ни за что.

Я припомнил, что знал о Сириусе Блэке:

– Кажется, он там убил еще парочку маглов, – произнес я. – Тьфу ты, черт, обычных людей. – Я мотнул головой. – Впрочем, если моих родителей сдал Воландеморту не Сириус, вывод напрашивался сам собой. Может, тех самых маглов убил Петтигрю, а не мой крестный? Или кто-то из Пожирателей, а на Сириуса все свалили?

– Тогда его должны оправдать, – вклинился Невилл.

– Хорошо бы, – согласился я, размышляя о том, насколько поворотлива бюрократическая система волшебной Англии.

Что касалось правосудия моего собственного мира, оно было примитивно до ужаса. Все споры либо решал местный вельможа, либо они уходили в более высокие инстанции, в конце концов, упираясь в меня или Владыку Света. Ну или там в короля какого-нибудь, если речь шла о более или менее нейтральных землях.

Сложная система юриспруденции Англии, как обычной, так и магической, честно говоря, вызывала у меня смесь восторга и ужаса. То есть законы этого мира действительно были сложными, их было так много, что не сосчитаешь. Я даже не был уверен, что людям на самом деле столько нужно. Ну и судили здесь отдельно взятые судьи, что было редкостью в моем мире, хотя кое-где они исполняли данную функцию вместо вельмож. «Надо заняться вопросом с крестным», – понял я. – «Правда зачем оно мне сдалось?» – добавил я про себя. – «Это же не мой крестный, а Гарри…Так, Карут, не будь скотиной! Гарри там, между прочим, защищает твоих близких как только может. Вон, «Круциатус» уже изучил. Неплохо получается у мальчишки. А я тут, значит, брошу его ни в чем не повинного крестного гнить в тюрьме. Просто потому, что мне лень этим заняться. Нет уж!» С этими мыслями я решительно толкнул дверь покоев Альбуса Дамблдора. Что ж, не каждый день удается застать директора Хогвартса в халате. Он у него, кстати, был синий, расшитый золотыми звездами. Довольно красиво. И не так аляповато, как вся остальная его одежда.

– Директор, я тут подумал, если Петтигрю жив, может быть, он совершил все те злодеяния, за которые Сириус сидит в Азкабане? – предположил я.

Альбус как раз стоял возле омута памяти, в котором плавала серебристая жидкость. Петтигрю снова вернули человеческий облик, и он обреченно сидел на стуле перед омутом с поникшими головой и плечами. Минерва МакГонагалл стояла, скрестив руки на груди, с воинственным видом и меряла Петтигрю испепеляющим взглядом.

– Что вы выяснили, профессор? – Я взглянул на омут памяти, отчаянно жалея, что первокурсников не учат им пользоваться.

Дамблдор тяжело вздохнул.

– Питер предал твоих родителей, – со скорбным видом произнес он. – Из-за него Воландеморту удалось найти ваш дом в Годриковой Лощине.

Я махнул рукой.

– Это дело прошлое. А вот то, что за его убийство мой крестный до сих пор сидит в Азкабане, а Петтигрю расхаживает по свободе, неубиенный это не дело! – я свирепо посмотрел на анимага. – Тех людей, которых якобы убил мой крестный, убил ты? – мрачно поинтересовался я у Петтигрю.

Тот опустил голову.

– Не всех… Меня заставил Воландеморт! Меня вынудили. Я всего лишь боялся за собственную жизнь, – жалобно проговорил он.

– Что, и примкнул Воландеморту, тоже боясь за собственную жизнь? – Я сверлил гаденыша яростным взглядом.

Это был один из тех раз, когда, с одной стороны, как Каруту мне хотелось поганца убить немедленно, но как Владыка Тьмы я понимал, что полезнее он будет живым. Я не раз в своем мире стоял перед подобным выбором. Правда нередко решал сердцем, а не головой, так сказать.

Альбус, видимо, что-то такое почувствовал и заступил мне дорогу к Петтигрю.

– Гарри, мальчик мой, иди спи, мы разберемся! – ласково произнес он.

Я посмотрел на профессора с видом «не держите меня за одиннадцатилетнего недоумка».

– Я должен все выяснить, – проворчал я. – И вытащить Сириуса из Азкабана, раз уж он невиновен.

– Я займусь этим, – энергично закивал Альбус. – Завтра же утром мы отправимся с Питером в Министерство Магии, где он все расскажет.

– Ну что ж, это приемлемо, – решил я. – Только смотрите, чтобы эта крыса не сбежала. – Я сверкнул недобрыми глазами на Петтигрю.

– Конечно, – заверил Дамблдор. – Не беспокойся, ночь он проведет в клетке, – профессор кивнул на клетку, которую раздобыла для Петтигрю Минерва МакГонагалл.

– Хорошо бы его стерегла при этом какая-нибудь кошка, – я широко улыбнулся МакГонагалл, но та, не оценив мою шутку, возмущенно поджала губы. – Ладно, ладно, субординация преподавателей и студента, я понял, – проворчал я себе под нос.

Я все же оставил Петтигрю на попечение взрослых волшебников. Все равно большего ничего не смогу сделать этой ночью для Сириуса Блэка или Гарри, кроме как оторвать Петтигрю голову.

====================

От автора: Второй шанс Париса Троянского

– Почем нынче яблоки?

– По цене Трои.

У входа в Аид, как известно, ждет трехглавый Цербер. Реально так ждет, скучно ему. Ждет, значит, грешников, а также идиотов, сунувшихся в Аид. И ждет, пока хоть кто-нибудь придет, чтобы развлечь его, размять все три свои пасти и сожрать кого-нибудь посвежее, тысячелетней выдержки. Вот только Цербер обычно ждал гостей извне Аида, поджидая какого-нибудь Орфея, притащившегося за своей любимой. Чего Цербер не ждал, так это воина, облачённого с ног до головы в доспехи хозяина пса, который явился бы из самых недр преисподней.

– Брысь, пошёл, – мрачно пробасил я, имитируя голос его хозяина.

Пёс с недоумением посмотрел на меня всеми тремя парами глаз.

– Тяв? – вопросительно проскулил он, чуя одновременно знакомый запах, смешанный с чем-то куда менее знакомым и приятным, нежели запах самого Аида.

Ну или так. Я решительно рубанул псину мечом. Злобно оскалившись, Цербер тут же накинулся на меня. Был он огромен – в три человеческих роста, но не так проворен, как воин, закаленный тысячами лет спарринга с лучшими героями эллинов. Я поднырнул под собаку и решительно располосовал ее брюхо мечом. Не слишком глубоко – ни к чему злить Аида. Но достаточно чувствительно, чтобы пес отскочил.

– Сказал же – брысь!

Я прошел мимо скулящего пса. Не оборачиваясь, отправился дальше наверх, в царство живых.

https://author.today/reader/479710

Глава 59

На следующий день Хогвартс шумел, как растревоженный осиный улей. Весть о том, что среди фамильяров учеников скрывался анимаг, разнеслась по замку мгновенно. Даже старшекурсники подходили и бросали на Рона полные изумления взгляды. Хотя уж они-то в этом мире повидали, наверное, к пятому курсу немало всякой разнообразной магии.

Дамблдор с утра и правда отбыл, прихватив с собой Петтигрю, чтобы представить его показания Министерству Магии. Я задумался, куда буду девать свежеосвобожденного крестного. У узников, которые провели много лет в заточении, как правило, не остается места, куда бы они могли вернуться. Так что по всему выходило – к Дурслям. Я представил лица дядюшки Вернона и тети Петуньи, если я им объявлю, что придется не только принять на следующих каникулах моих юных друзей-волшебников, но еще и бывшего заключенного Сириус Блэка. Мой крестный теперь будет жить с нами. «Я сам о нем позабочусь», – так и рвалось с языка. Мне кажется, не самый лучший вариант.

Впрочем, тут я вспомнил, что Гарри Поттер вообще-то по местным меркам весьма богат. Да даже и по моим собственным. «Может, просто купить Сириусу дом где-нибудь неподалеку, на Тисовой улице?» – решил я. Ну а что, рано или поздно тело я верну мальчишке, так что крестный рядом не помешает. Особенно, если он окажется неплохим человеком. Я вспомнил лестные отзывы Снейпа о Джеймсе Поттере и его друзьях. Шансов на то, что Сириус Блэк будет таким уж хорошим, исчезающе мало. Но, может, он все-таки перерос свою подростковую дурость времен, когда доставал Снейпа. В Азкабане у него было полным-полно времени, чтобы поразмыслить. Да еще в компании дементоров – тех еще тварей.

Все, что касалось дементоров, я прочитал в Хогвартсе с огромнейшим интересом и жаждал встретиться хотя бы с одним. Вот мне бы таких подданных. Выпустить десяток на светлую армию, когда явится Весен. А лучше на него одного всех десять. Я вспомнил про поцелуи дементоров и поежился. Существа, которые способны высосать душу, – это, пожалуй, уже чересчур. Хорошо, что в моем мире подобного не водится. И с собой брать уж точно не буду.

А ни за что осужденный крестный Гарри провел в компании этих существ десяток лет. Решив, что довольствоваться одними только рассказами Снейпа глупо, я отправился в хижину Хагрида, который уже давно звал Гарри как-нибудь зайти в гости. Но мне все было как-то не до его предложения, да и особого смысла я в нем не видел. Все-таки я ведь не настоящий Поттер.

Я явился к Хагриду, и не с пустыми руками, а попросив эльфов на кухне испечь внушительного вида вкусный вишневый пирог, на который великан с удовольствием подналег.

– Какими людьми были друзья твоего отца? – удивился великан вопросу. Ну... Старина Сириус… – Великан расплылся в счастливой улыбке и тут же принялся заливаться соловьем о том, каким классным и замечательным был крестный Гарри Поттера.

И на волшебном-то мотоцикле он ездил. И отважным, храбрым парнем был. И состоял в отряде до Дамблдора. И отчаянно сражался с пожирателями тьмы. Только вот потом он вроде как убил Питера Петтигрю и предал родителей Гарри. Хотя, с другой стороны, Петтигрю жив оказался и, может, никого Сириус вовсе и не предавал.

– Я всегда подозревал, что он невиновен, – честно признался вдруг великан. – Но кто ж меня слушать-то станет?

– Ну а Петтигрю? – спросил я.

Хагрид пожал плечами.

– Да про него тоже ничего плохого не могу сказать, – признался великан. – Всегда, везде, всюду был вместе с твоим отцом и его друзьями. Римус Люпин еще всегда с ними ходил, – припомнил он.

«Римус Люпин, – сделал я зарубку на память, – ладно».

– Этот-то хоть в Азкабане не сидит? – уточнил я, решив, что раз уже взялся разгребать дела Гарри Поттера, надо быть последовательным.

– Да вроде как нет, – хмыкнул великан, – не сидит.

– Ну вот и ладно.

Я допил чай и уже хотел было покинуть хижину, как вдруг услышал подозрительное шевеление в углу, при том что клык сидел на виду возле камина.

– Что это у тебя там? – с любопытством спросил я, ожидая какое-нибудь забавное и милое на вид магическое существо вроде лукотруса.

Однако Хагрид тут же преградил мне дорогу, не давая взглянуть, что же там таилось под в гнезде из тряпок.

– Э-э-э, да ничего такого особенного, Гарри.

Он попытался ласково выпроводить меня, но любопытство одолело. Если великан-любитель всяких жутких магических существ не хочет тебе что-то показывать, значит, там определенно что-нибудь интересненькое. Я проскользнул мимо Хагрида быстрым движением и, заглянув в угол, обомлел. В большой коробке в гнездышке из тряпья сидел самый настоящий дракончик. Такой милый пузатый малыш.

– Его зовут Норберт, – с нежностью прогудел великан.

– Норберт, значит, – проговорил я задумчиво.

– Ага. Купил тут яйцо случайно. И вот, значит, высидел, – с гордостью произнес Хагрид.

Я разглядывал дракончика и щекотал малышу смешное носик-пузико. Тот жизнерадостно заверещал и попытался откусить мне палец.

– Кажется, драконов содержать запрещено, – припомнил я.

– Да, ну это так, – нахмурился Хагрид. – Так что давай это будет наша с тобой тайна, Гарри.

Я кивнул. Конечно, я не собирался сдавать великана Дамблдору и остальным.

– А что с ним будет, если найдут? – поинтересовался я, играя с малышом.

– Ну, наверное, отправится в какой-нибудь заповедник, – пожал плечами великан.

– А с тобой?

Хагрид нахмурился.

– Лучше бы это не выяснять, – прогудел он, грустно взглянув в угол, где стоял его розовый зонтик.

– Вот как, – задумчиво проговорил я. – Ну что ж, будем надеяться, что никто не узнает, что ты вырастил огромное существо, которое не спрячешь даже в Запретном лесу, – задумчиво проговорил я, направляясь к выходу.

Хагрид позеленел.

– Думаешь, его не удастся там спрятать, Гарри?

– Драконы вырастают довольно крупными, Хагрид. Чем ты планируешь его кормить? Да он там половину живности сожрет. И хорошо, если не примется за кентавров с единорогами. Да и оборотни – существа вроде как разумные.

Хагрид побледнел.

– Нет, ну а малыш Норберт не такой. Ты же видишь, Гарри, он совершенно безобиден.

– Сейчас-то да. Но взрослого дракона очень сложно прокормить, – серьезно сказал я, будучи весьма мудрым в этом нелегком деле. – К тому же, они вольнолюбивы, – произнес я, взглянув на Норберта.

Пожалуй, я не находил таких больших отличий между драконами своего мира и этим малышом. Когда вылупляются, наши тоже довольно милые. Да и выглядит примерно так же.

Я вдруг вспомнил легенду, что в мой мир драконы откуда-то пришли когда-то давно. Быть может, даже из этого мира. Или из какого-нибудь третьего, откуда родом и те, и другие.

Великан почесал пальцем затылок.

– Ну, я буду его кормить.

– Это тебе не пауки, которые прячутся в темноте, – заметил я. – Кстати, удивительно, что тебе это сошло с рук. Но драконы летают. Как только он поднимется над лесом, это будет немаленькое такое ЧП местного масштаба. «Дракон парит над Хогвартсом» – интересный заголовок для ежедневного пророка, знаешь ли.

Великан побледнел.

– Ты думаешь?

– Дракона ночью скрываться в кустарниках ты не заставишь, – заметил я. – Конечно же, он будет летать. Он потом еще и пару себе станет искать. И вот в ту пору никому мало не покажется.

Великан побледнел окончательно.

– Да, Гарри, наворотил я делов, – согласился он задумчиво. – Что же делать-то? – Он посмотрел на малыша.

– Да понятия не имею, – сказал я. – Может, стоит сознаться Дамблдору, пока дракончик еще мал, и сказать, что ты просто нашел малыша где-нибудь на улице?

– О, это идея! – просеял великан. – Может быть, Альбус разрешит оставить его себе?

– Хм, вот в этом что-то я сомневаюсь. Хотя, с другой стороны, мы могли бы стать первой школой волшебства, в которой воспитанники летают на драконах, – заметил я. – Может быть, Дамблдору понравится этот домик. Попробуй. Непременно попробуй.

Я отправился обратно в замок.

– Гермиона, что нужно, чтобы создать заповедник? – спросил я, отыскав нашу всезнающую заучку.

Девчонка удивленно посмотрела на меня.

– Заповедник? – уточнила она. – Не знала, что ты так интересуешься экологией, Гарри.

Я покачал головой.

– Не экологией, а драконами. Что нужно, чтобы какая-то территория получила статус заповедника драконов, а, скажем, великан, проживающий на ней, возымел право их разводить?

Глаза Гермионы округлились.

– О, Гарри, – сказала она. – Неужели ты всерьез?

– Еще как, но это большой секрет, – сообщил я заучке. – Правда секрет, Гермиона, иначе у Хагрида будут огромные неприятности.

Девочка кивнула, прикрыв рот ладошкой.

– Ну… Ну, я даже не знаю, но я это выясню, – с энтузиазмом откликнулась Грейнджер. – Ох, Гарри. Но у него там правда огромный дракон? – понизив голос до шепота, спросила она.

– Нет, очень маленький и миленький, – подмигнул я девочке.

Она кинулась сначала в библиотеку, но затем резко сменила маршрут и побежала к выходу из замка, видимо, решив навестить Хагрида и познакомиться с Норбертом поближе. Что ж, я ее понимал. Мне ведь тоже когда-то было 11.

Глава 60

Пару дней спустя, когда я спустился на завтрак, в среде первокурсников, да и всего Хогвартса, царило необычайное оживление. Дети передавали друг другу из рук в руки газету «Ежедневный пророк». Она вызывала у меня неизменный интерес, признаюсь, даже не столько своим содержанием, оно было для меня сродни головоломке. То есть, сколько бы я ни разбирался в устройстве этого мира, ежедневный пророк всегда подкидывал пару сюрпризов.

В конце концов, не так уж легко, привыкнув к жизни в средних веках, свыкнуться с жизнью современной магической Англии, юридически представлявшую собой дикую смесь времен разных эпох. Больше всего я любил разглядывать в Пророке колдографии. Ничего не могу с собой поделать. Ожившие движущиеся фотографии. Это зачаровывало. Если бы в моем мире было нечто подобное движущимся портретам или колдографиям, подозреваю, Весен провел бы половину жизни, позируя для художников и фотографов.

Я заглянул в Пророк, который меня сунула в руки Гермиона.

-Только прочитай, Гарри! - проговорила она.

Я пригляделся к статье. Питер Петтигрю сбежал из-под надзора Министерства Магии.

-Да кто бы сомневался-то! – проговорил я и со злости швырнул газету на стул.

Из-за нее чуть было не слетела моя тарелка, но, к счастью, ее вовремя придержал Рон. Я с гневом уставился на профессора Дамблдора, который невозмутимо поглощал свой завтрак. Мне хотелось прямо перед всей школой поинтересоваться: «Профессор, как вы это допустили?», но все же я сдержался. Какой смысл бить по авторитету Дамблдора, если Петтигрю все равно сбежал? Наскоро позавтракав я догнал удаляющегося директора в коридоре.

-Что это значит?- проговорил я.

-Ох, Гарри! – он обратил на меня взгляд из-за своих половинок очков. -Ты о бегстве Питера? - проговорил он.

- Я понимаю, что это не ваша вина, профессор, - я раздраженно посмотрел на него.

- Признаться, я не удивлен. Министерство магии иногда допускает…оплошности, - проговорил он с явным осуждением в голосе.

Мне оставалось лишь вздохнуть.

-Да и так понятно, что там ротозеи, если они допустили, что Воландеморту в первый раз удалось поставить на уши весь волшебный мир, - проговорил я. – Я имею в виду, что бегство Питера Петтигрю означает теперь?

-Какие будут последствия? -растерялся Дамблдор. - Ну, конечно, его станут искать.

-И не найдут. Десять лет скрывался. Он же анимаг. И к тому же с очень удачной формой. В сточных канавах Лондона его не под силу найти никому и никогда, - махнул я рукой.

-Думаешь, он будет скрываться в сточных канавах Лондона? - заинтересованно спросил профессор.

Я пожал плечами.

-Навряд ли ему второй раз удастся пролезть фамильяром в дом какого-нибудь ребенка, - заметил я.

Профессор посерьезнел.

- Без показаний Питера, боюсь, мне не удастся освободить твоего крестного Сириуса Блэка, - печально проговорил он. - А Сириус, судя по всему, не виновен. Видимо, именно Питер совершил все те злодеяния, что приписывают Сириусу. Ну и частично другие Пожиратели Смерти.

-О, вот как? Так вы посмотрели в омуте памяти его воспоминания. Почему бы не сдать эти воспоминания в Министерство?- предложил я.

Профессор погрустнел еще сильнее.

-Боюсь, что они исчезли из Министерства. Вместе с Питером.

Мои глаза округлились.

-Значит, кто-то помог ему прямо в министерстве. Это не Петтигрю, такой умный и изворотливый. Ему помогли.

Дамблдор задумчиво кивнул.

-У Воландеморта было много сторонников, - проговорил он. После зачистки, видимо, некоторые из них все еще остались в Министерстве Магии.

-А они где угодно могли остаться. Некоторые даже особо не скрываются! - я вспомнил Люциуса Малфоя и папашу Крэбба.

Мы с Дамблдором помолчали словно два умудренных опыта ветерана. разглядывающие будущее поля боя.

- Гарри, тебе стоит держаться от всего этого подальше, - мягко заметил профессор Дамблдор. Я выразительно посмотрел профессору в глаза, и он вздрогнул, словно прочел в них в трогательных глазах одиннадцатилетнего Гарри, доставшихся ему от любящей матери решимость найти Петтигрю и разрезать на мелкие кусочки.

-Есть какой-то другой способ выручить из тюрьмы моего крестного, - мрачно поинтересовался я.

Дамблдор пожал плечами.

-Мы будем добиваться его освобождения, - обнадеживающе протянул он с тем же видом, с которым обычно взрослые говорят детям: «Не переживай, вражеская армия вовсе не сотрет с лица земли наш замок, а перед этим все мы не подохнем с голода во время длительной осады. Но если что-то такое случится, то конечно, никто не свернет тебе шею первым, чтобы не мучился».

Я широко улыбнулся Дамблдору.

-Ну что ж, спасибо за откровенность, профессор. Жаль, что Петтигрю упустили.

Меня так и подмывало расспросить Дамблдора об устройстве Азкабана, но я решил не нарываться. Оставив Дамблдора, я отправился к Хагриду. Во-первых, чтобы навестить Норберта. Маленький дракончик подрастал и очень милым шалопаем, и мне нравилось с ним возиться. А во-вторых, выяснить, выполнил ли он мою просьбу. Хагрид не подвел. Пока я возился с Норбертом, играя в «Откуси или отдёрни», любимая игра подрастающих дракончиков. Полная ее расшифровка звучит как «откуси палец Гарри Поттеру, если он не успеет его отдернуть». Но палец-то в любом случае не мой. Хагрид продемонстрировал мне подарок, заготовленный для Рона Уизли. Я не забыл, что рыжий мальчишка не оставил меня помирать. в окружении полчища пауков, как бы ему не было страшно.

Так что, вскоре вдоволь наигравшись с Норбертом, я отправился на поиски Рона. Найти мальчика было несложно, он сидел в гостиной Гриффиндора и пытался постигать нелегкие азы науки в компании Грэйнджер. Гермиона что-то ему тихонько втолковывала, а Рон хлопал ушами, отчаянно пытаясь подавить скуку.

Я продемонстрировал Рону что-то большое, накрытое темным кусочком материи.

-Это тебе, Рональд! - торжественно сказал я.

-Спасибо, Гарри, а что это? - удивился Рон.

-Ну, по моей вине это остался без фамильяра, - напомнил я.

-Не то чтобы по твоей, - лицо Рона озарилось улыбкой.

Он догадался по форме, что может скрываться под темной материей. Торопливо сдернув ее, он обнаружил красавца филина. Вполне обычной лесной расцветки, это была мощная птица с крепкими крыльями и внушительным острым клювом. Новый питомец окинул Уизли подозрительным взглядом, но затем, видимо, решил, что рыжеволосый мальчишка приносить мышей вполне сойдет.

-О, Гарри, спасибо тебе! - расчувствовавшись, произнес Рон и порыве чувств обнял меня.

Я улыбнулся. Радовать детей вообще говоря, приятно. Чем постоянно в свое время пользовался Стюарт, которого я изрядно разбаловал. Подхватив клетку, Рон унесся в спальню хвастаться остальным мальчишкам новым фамильяром.

У сов а Хогвартсе была своя совятня. Но я подозревала, что сегодня Филину предстоит ночевать в нашей спальне. Как и любой ребенок, Рон был решительно не готов расстаться с новым питомцем даже на ночь. Я подсела к Гермионе Грэйнджер.

-Что ты знаешь об Азкабане? - заговорчески подмигнул я Гермионе. Маленькая волшебница схватилась за голову.

-Ой, нет, Гарри, даже не думай!

-Что, может, я всего лишь собираюсь навестить своего крестного? - улыбнулся я. -В конце концов, раз уж его не оправдали, но он, кажется, невиновен, может, стоит принести бедняге печенья.

Гермиона схватилась за голову.

- Это древняя магическая тюрьма. Она была построена в незапамятные времена. Когда-то там жил злобный маг, который ловил проплывавших мимо моряков и подвергал их ужасным пыткам, - сообщила Грэйнджер полушепотом. - После его смерти обнаружилось, что Азкабан стал прибежищем дементоров. Там их было так много, что решили, что это самое подходящее место, чтобы содержать преступников.

Я задумчиво изогнул бровь.

-Вот как?

-Угу, - мрачно кивнула Грэйнджер. - Некоторые считают, что эту традицию давно следует изменить, нельзя быть с заключенными столь бесчеловечными, чтобы сажать их с дементорами. Но обычно им возражают, что в таком случае дементоры покинут Азкабан и разбредутся по всей Англии, что было бы совершенно ужасно. Я посмотрел на Гермиону.

- И какой же точки зрения придерживаешься ты?

Девчонка зарделась.

-Ну, я не знаю, - призналась Гермиона.

-Это и правда бесчеловечно.

-Ну а если там Пожиратели Смерти? - хмыкнул я.

- Тогда они, наверное, заслужили, - смешалась девочка, помнившая, что родителей Гарри убил Воландеморт.

- А если там мой невиновный крестный? -заметил я с огоньком в глазах.

Гермиона тяжело вздохнула.

-Тебе не под силу его освободить, Гарри. Я хмыкнул.

-Я же так, теоретически спрашиваю, - поддел я девчонку. - Так что там с заповедником драконов?

-О! - Гермиона просияла, и сбегав в спальню девчонок, вскоре вернулась с увесистой тетрадкой своих записей. - Смотри, Гарри, что я выяснила.

Далее мне предстояла юридическая лекция на 30 минут, но надо отдать должное подготовилась к ней Гермиона как следует.

- Едва ли Хагрид сможет все это сделать, сам, - задумчиво проговорил я.

-Я ему помогу, - пообещала Гермиона

Глава 61

Гермиону Грэйнджер я обрабатывал примерно с неделю. Я то и дело подходил к ней с разговорами о том, что невиновный человек сидит в ужасающей тюрьме и наверняка регулярно подвергается поцелуям дементоров, что приводило ее в неизменный ужас. То пространно прохаживался на тему того, что она самая умная и должно быть самая талантливая девочка на всем факультете Гриффиндор, а может и с Рейвенкло включительно, Хаффлпафф и Слизерин я даже не упоминал. Мы оба понимали, что там всем далеко до Грэйнджер.

Гермиона цвела и таяла, и постепенно все больше прислушивалась к моим аргументам. Признаюсь, самая сложная задача в работе Темного Властелина заключается вовсе не в том, чтобы быть круче всех на свете. Самая сложная работа Темного Властелина - осознать, что ты не можешь быть в двух местах одновременно, а то и в трех. Рано или поздно будет ситуация, в которой разорваться ты должен и обязан.

И вот тогда понимаешь, что важно не то, что ты выше гор и круче вареных яиц, а что рядом с тобой должна быть команда и доверенные люди, способные справиться за тебя. Так что да, я умел признавать свои ограничения. Этому меня неплохо научила Роза, как следует нащелкав кнутом по носу. Да и Луиза с ее боевыми кинжалами, которые она метала без промаха, вполне была способна заменить меня на границе с западными землями и усмирить монстра-другого.

Так что в конце концов лесть, подкуп и шантаж совестью, то есть неизменные рассказы о том, как сильно я хотел бы познакомиться со своим бедным крестным, как должно быть ужасно он страдает в Азкабане подействовали.

Следующей моей жертвой был, как ни странно, Невилл. Неловкий, вечно смущающийся пухляш, в ауре которого все ярче разгорались геройские искорки, а после встречи с пауками они и вовсе переливались, угрожая вот-вот вспыхнуть, превратив его ауру в яркое светящееся солнце.

Невилл был добрым мальчиком, к тому же из старых газет Ежедневного пророка, в которых искал информацию о Пожирателях Смерти, я узнал историю семьи Невилла. Его родители пребывали в больнице Святого Мунго, абсолютно сошедшие с ума после пыток, устроенных приспешниками Воландеморта. Ужасная судьба.

По сути, Невилл был таким же сиротой, как и Гарри Поттер, только вырос он не в чулане, а с любящей бабушкой. Но уж я-то знал, что ребенку может не хватать родителей и при живых родителях, как порой месяцами меня не хватало Стюарту, пока я торчал то на границах, оберегая темные земли.

Так что я принялся рассказывать Невиллу о том, как мечтаю познакомиться со своим бедным крестным, и если бы идиоты из министерства не упустили Питера Петтигрю, конечно, он был бы уже оправдан. А так, ну, наверное, скоро он не выдержит и окончательно сойдет с ума в компании жутких дементоров.

Невилл слушал меня не перебивая, глаза его становились все шире от ужаса, а подбородок начинал мелко трястись. Признаюсь, это было подло, мерзко и грязно играть так чувствами ребенка. Чем больше я упирал на то, что Сириус наверняка там уже сумасшедший или в скорости потеряет остатки рассудка, тем белее становились сжатые кулаки Невилла.

— О, Гарри, это так ужасно! — воскликнул он.

— Только ты можешь помочь! — заговорчески произнес я наконец. «Ты и Гермиона», — добавил я про себя.

— Что надо сделать, Гарри? — выдохнул Невилл.

— Понимаешь, один я не справлюсь, — вот это было правдой. Мне нужны были дети, веаалая Тьма, как же это грязно! Даже в своем мире ни разу в жизни я не опускался до подобного — использовать детей. Но что поделать, в этом безумном мире в некоторых вещах они превосходили меня однозначно. Невилл был настоящим Героем Света, и когда его сила полностью пробудится, да мне до него пешком как до луны, особенно по части борьбы с настолько темными созданиями вроде дементоров. Я с ними скорее подружиться смогу.

Что же касалось Гермионы, то ее неуемная фантазия и непробиваемая уверенность в себе приносили невероятные плоды в тех областях магии, которые мне не давались, вроде трансфигурации. В общем, сила детской фантазии и избранность — это то, чего не доставало мне самому.

— А почему мы не попросили Минерву МакГонагалл? — простодушно спросила Гермиона, пока мы направлялись в зловещие недра Азкабана.

— Потому что МакГонагалл умная, — отрезал я.

— И к тому же она главный специалист по трансфигурации в Хогвартсе. Ее тут нам только и не хватало.

Гермиона приуныла, потому как всю неделю я рассказывал ей, что главным специалистом по трансфигурации рано или поздно неизбежно станет она.

— Ну, ты пока немножко ей уступаешь, — я подмигнул. — Но только совсем чуть-чуть. Гермиона воспряла духом, хотя это была столь грубая лесть, что на нее не повелась бы даже Роза.

— Невилл, выше нос! — прошептал я, заметив приближающегося к нам в коридоре дементора. — Ты ведь настоящий Герой Света!

— Каюсь, я рассказал мальчишке правду о нем, как она есть, о его светлой ауре Героя, о том, что он способен на великие поступки. И о том, что он станет однажды невероятно сильным магом Света, и о том, что в его силах спасать людей.

— Правда? — потерянно сказал Невилл. — Гарри, дементоры такие страшные.

— Это ты для них страшный, — подбодрил я приятеля, легонько толкнув локтем под ребра.

— Помнишь, как от тебя пауки удирали?

— Ну, не то чтобы прям удирали, — с сомнением проговорил Невилл.

— Даже Арагог не решился схватить с тобой, — я подмигнул. — А это всего-навсего дементор.

— Всего лишь? — с сомнением шепнула Гермиона. — Гарри, да ты с ума сошел! Я решительно пер прямо на дементора, схватив за руки обоих детей.

— Всего лишь на всего. И вообще у нас есть официальное разрешение на посещение Сириуса Блэка! — заявил я, прямо в пустое бездушное лицо дементора, скрытое капюшоном и магией.

Вернее, лица как такового и не было, если верить учебникам. Но если что-то выглядит как человек, летает и ведет себя почти как человек, а также ему приписывают полное отсутствие души, ну, в общем, скорее всего, вы имеете дело с человеком, — сделал нехитрый вывод я, прочитав всю литературу, что мне попалась о дементорах вдоль и поперек.

Насколько я знал историю этого замка, рассказанную мне Гермионой, когда-то его зловещий хозяин ловил моряков и пытал их в этих стенах. Он делал столь ужасные и жестокие вещи, что замок привлек дементоров, которые здесь и поселились. Официальная версия. Конец истории. Теперь, Министерство магии просто боялось закрыть зловещую тюрьму, потому что иначе дементоры разлетятся по всей Англии.

Однако вот нестыковочка. Откуда они тут изначально взялись посреди бушующего моря? Все еще помните об убиенных моряках, да? Дементор проводил нас к клетке Сириуса Блэка. Это была маленькая узкая камера, внутри которой ничком лежал мужчина. У него были спутанные темные волосы, тюремная роба, и он абсолютно никак не среагировал на наше появление.

— Эй, Сириус, меня зовут Гарри, Гарри Поттер! — заявил я, приблизившись к двери. — Мы с моими друзьями Гермионой Грэйнджер и Невиллом Лонгботтомом пришли тебя навестить.

Мужчина пошевелился. Он поднял голову и неверяще посмотрел на нас.

— Это все какая-то магия, — пробормотал Сириус. — Волшебство! Обман! Не по-настоящему! Вы мне снитесь! — произнес он и положил голову обратно на жесткую скамейку, служившую ему кроватью.

— Мы тебе не снимся. Я сын Лили и Джеймса Поттеров, — обрадовал я, а затем обернулся на дементора. — Почему бы тебе не свалить, дружище? Рядом с тобой мой крестный какой-то уж больно дохлый.

Дементор недовольно колыхнулся, но, не почувствовав во мне ни капли страха, а я и не такого навидался на границе западных земель, он недовольно уплыл чуть дальше по коридору. От него буквально исходила хищная аура твари, рядом с которой маячил завтрак, который почему-то нельзя было жрать. Вот у нас и бумага с печатью имелась, что мы завтрак, который съедению не подлежит. Можем прийти сюда и уйти, навестив видите ли Сириуса, который был практически только что едва недоеден. Толку от его страданий было уже ноль целых и хрен десятых. Я такое видел не раз в подземельях, признаюсь, даже собственных. Людей, слишком сломанных, чтобы продолжать их ломать был хоть малейший смысл.

Впрочем, приглядевшись, я все же увидел в глазах Сириуса крошечный непокорный огонь. Он все еще сохранял свою личность.

— Я пришел, чтобы тебя вытащить, — тихонько произнес я.

Сириус дернулся. Он неверяще поднял голову и посмотрел на меня.

— Гарри, это ты? По-настоящему ты? Ты так похож на Джеймса, — растерянно проговорил он.

— О, искренне надеюсь, что нет! — хмыкнул я. — Северус Снейп рассказал мне достаточно о Джеймсе Поттере, чтобы не желать быть похожим на остолопа.

Лицо Сириуса разъяренно дернулось.

— Не смей так говорить о своем отце! Ты не настоящий! Ты дементор, — он замер, глядя на меня.

Да, так меня еще не называли. Зато таким тоном сколько угодно.

— Ты само воплощение мрака и Повелитель Тьмы!

Кажется, что-то подобное нес Весен в прошлый раз, когда я одолел его и сумел ранить. «Что ж, раз уж не выиграл — оскорби» — политика нашего Светлейшего Владыки всегда работает. Пользуйтесь.

Я хмыкнул.

— Ну вот, теперь вижу жизнь в твоих глазах, крестный, — улыбнулся я. — Однако у нас нет времени. Боюсь, тебе придется сейчас пережить кое-что неприятное. Давай, Гермиона!

Я вытолкнул вперед девчонку, и она решительно наставила на него палочку. Далее я отвернулся, не желая видеть того, что произойдет. Потому как, если прямо сейчас маленькая одиннадцатилетняя девочка убьет Сириуса Блэка, это будет на моей совести. Гермиона произнесла заклинание, и я услышал тихий лязг. Обернувшись, я увидел, как девочка подбирает небольшой золотой ключик с пола. Я поспешно забрал его и сунул в карман. Затем достал из другого кармана несколько припасенных заранее воздушных шаров и поспешно надул их. Наскоро связал ниткой и набросил сверху заклинание, а затем тонкое видавшее виды линялое покрывало, служившее Сириусу единственным прибежищем и спасением от дементоров.

Что ж, во взрослом мире спрятаться под одеялко не работает, судя по изможденному виду моего крестного. Утвердив кое-как иллюзию, я вложил в нее побольше сил, постаравшись, чтобы она продержалась как можно дольше.

— Что ж, а теперь валим отсюда! — сказал я. Невилл с явным облегчением пошел вместе с нами. На лице мальчика было написано: «Уф! Слава богу, мои силы Светлого Героя здесь не понадобились. Как же хорошо!»

О, я его понимал. Это было замечательное чувство, когда Роза и Луиза разбирались с проблемами вместо меня, а мне достаточно было благосклонно покивать подданным и принять благодарности за очередную уничтоженную тварь.

Мы преспокойно направились к выходу и нам почти удалось ускользнуть вместе с Сириусом, как кто-то из дементоров заподозрил неладное. Обернувшись, я увидел, как трое дементоров несутся прямо к нам.

— Невилл, твой выход! — подтолкнул я в спину растерявшегося мальчишку.

— Что ты, Гарри! — испуганно пискнул Невилл, всем своим видом показывая, что вот прямо сейчас он еще не Светлый Герой, а просто обычный одиннадцатилетний мальчик.

Ну что вы хотите, Светлые герои поначалу активизируются только в самых критических ситуациях, желательно при виде друга, залитого кровью, которому вот-вот отожрут голову пауки. Такое я обеспечить ему не мог.

Оставалось разве что притвориться, что меня вот-вот поцелует дементор, лишив души. Но я пока что решил не проверять, что случится раньше: сработает поцелуй дементора или Невилл обретет свою смелость и предназначение.

— Так, ладно, план Б, — пробормотал я, глядя на несущихся на нас дементоров.

Затем затянул старое доброе морское шанти. Это было шанти из моего мира, то, которое затягивали в порту Дар-Минора, когда ставили снасти моряки. В этом мире шанти, конечно, были другими, с другими словами, но наверняка с похожим смыслом. Моряки всегда поют об одном и том же. Конечно, о девушках. От некоторых слов моего шанти Гермиона густо покраснела. Но самое главное, дементоры колыхнулись и замедлились. Я решительно притопывал, вспоминая старые мотивы, которые, честно говоря, заставляли не только дементоров остолбенеть, но пребольно щемили сердце.

— Идем! — тихонько шепнул я, и мы медленно отступили прочь из замка, отвоевывая метр за метром как у зловещего Азкабана, так и у того, что случилось с дементорами.

Я пел, а они колыхались в такт нехитрому шанти, подтверждая мои выводы. Не бывает ничего из ничего. Нельзя превратить слона в муху, если у вас нет слона. Или муху в слона, если у вас нет мухи. Не берутся из ниоткуда страшные и ужасные дементоры в замке, где уже кошмарным образом погибла куча людей, причем моряков, да-да, тех самых, которые любят морское шанти, которые целую жизнь тягали тяжелые морские канаты, вязали узлы, подставляли лицо соленым брызгам вольнолюбивого моря, слушали ветер и мечтали о дальних берегах. Как и не бывает существ без души. Вернее, бывают, если страдают настолько, что душа их буквально сгорает изнутри от невыносимых страданий. От того, что мир таков, каким он не должен быть.

Я пел, и мы беспрепятственно вышли из замка. Дементоры, как завороженные, последовали за мной. Словно в легенде о мальчике-крысолове, который увел детей из обидевшего его города. Эту сказку я прочитал среди книжек Дадли, но была подобная сказка и в моем мире. «Должно быть, мальчик один и тот же, — подумал я. — Кто знает, в какой мир он увел тех детей и тех крыс».

Наконец, я прекратил петь, когда мы оказались под надежной защитой растерянного Северуса Снейпа, ждавшего рядом с замком.

— Ну, допустим кое-что пошло не по плану, — подмигнул я. — Кажется, самое время телепортироваться отсюда подальше.

Моя песня оборвалась, и еще некоторое время дементоры завороженно качались в такт морскому шанти. На всякий случай, растерянный Снейп наколдовал патронуса и мы увидели красивую серебристую лань, окружившую нас своим танцем. Затем он крепко ухватил за шиворот меня, Невилла и Гермиону и перенес подальше от Азкабана.

— Что это было, Поттер? Почему они вас преследовали? — сумрачно спросил Снейп.

— Ну, наверное, захотели поживиться душами трех невинных детей, — широко улыбнулся я.

Снейп посмотрел на меня подозрительно, но нас было трое, и совершенно ничто не выдавало здесь присутствие четвертого или тот факт, что мы стащили из Азкабана моего крестного.

— Ну что же, — пробасил Снейп. — Ладно.

— А теперь, если позволите, мне бы еще один часик наедине с семьей, — широко улыбнулся я.

— Это уж слишком, — прорычал Снейп.

— Всего час, профессор. Здесь же недалеко.

— Нет! — отрезал Снейп.- Я и так потратил на вас уйму времени!

— Ладно, ладно, — проворчал я.

Следующей аппарацией Северус перенес нас прямиком в Хогсмид, откуда предстояло добираться пешком. Гермиона кинула на меня встревоженный взгляд, и я понял, что вскоре трансфигурация ее перестанет работать. Что ж, на этот случай у меня как раз был план.

Спрятать в замке, полном детей и преподавателей, целого мужчину было не так уж просто, но из рассказа Северуса о веселом детстве моих родителей, в смысле родителей Гарри Поттера, я узнал о хижине, где прежде запирался их друг-оборотень.

Так что, извинившись, что мне срочно по малой нужде, я ловким и незаметным движением извлек золотой ключик из кармана Гермионы и отправился к той самой хижине. Ну, бывает же, что мальчик, натерпевшийся страху в Азкабане, ненадолго запирается в туалете. Уж простите!

Бегом добравшись до хижины, я миновал гремучую иву, попытавшуюся немедленно меня убить (но куда ей до дементоров), и забрался внутрь, что, согласитесь, было непросто, учитывая, что я лишь примерно знал, где эта самая хижина находится, а про нее краем уха услышал от Хагрида.

Я положил ключ на пол и пристально посмотрел на него.

— Так, самое время вернуть тебя назад.

Что ж, я самым решительным видом наставил палочку на ключ, но потом сообразил, что, скорее всего, это попросту убьет крестного Гарри. Так что пришлось подождать несколько минут, пока ключ дрогнул и самостоятельно превратился в Сириуса Блэка.

На меня смотрел ошарашенный взъерошенный мужчина. — О, Гарри, как тебе удалось это провернуть? — потрясенно выдохнул он. Я широко оскалился и распрямил плечи. — Ну, я Гарри Поттер, как-никак. Мальчик, который одолел темного лорда, — хвастливо заявил я, а про себя добавил: «мальчик, в теле которого сидит Властелин Тьмы». Больше не говоря ничего, Сириус Блэк размашисто меня обнял.

Глава 62

Вопрос обеспечения Сириуса Блэка едой стоял остро. Честно говоря, никогда и представить не мог, что однажды мне будет сложно накормить своего нового приспешника просто потому, что я не могу выйти из чертовой магической школы, где сделано всё, чтобы невозможно было телепортироваться. Мне и так эта клятая аппарация не слишком хорошо удавалась.

Я мысленно клял всех архидемонов и богов этого мира. Мало того, что именно заклятие телепортации это то, что мне нужнее всего остального, чтобы вернуться в родной мир. Так именно от этих чар зачарована дурацкая школа, стоящая, кстати, на мощнейшем источнике силы, который питал все защитные заклинания Хогвартса. В том числе и вот это, запрещавшее аппарацию.

Как, спрашивается, я буду тренироваться в ней, если именно в Хогвартсе, где я нахожусь, тренироваться нельзя? У меня просто голова шла кругом от ярости.

А теперь ещё крестный Гарри. Он торчал в пустой хижине, прикрытый от внешнего мира деревом-убийцей, которое, кстати, вполне могло и ему переломать хребет при попытке выйти, скажем, в Хогсмид и потратить там пару кнатов, что я оставил крестному на крайний случай.

Сириуса нужно было кормить. В Хогсмид ему соваться пока что не стоило. Авроры, а то и дементоры из Азкабана будут его искать. И вполне возможно, что и рядом с Хогвартсом, где учится его крёстный, который, о чудо, внезапно, как раз накануне побега Сириуса, решил его навестить. Тут не нужно быть Шерлоком Холмсом из местных фильмов, чтобы связать два и два.

Я рассчитывал лишь на безупречную репутацию Мальчика, который выжил и одиннадцать лет ни во что не совался. А также на Северуса Снейпа, который клятвенно бы заверил, что наша троица не имеет никакого отношения к исчезновению Блэка. И вообще, что вы хотите, отстаньте от одиннадцатилетних детей. Даже по законам магловской Англии они не подсудны.

Итак, Блэка надо накормить. Почему, спрашивается, я не подумал об этом заранее? Ну, я подумал. И даже оставил крёстному шоколадных лягушек, яблоко и всё, что можно было пронести в карманах, помимо ключа. Но согласитесь, если бы я отправился в Азкабан с туго набитым провизией рюкзаком, Снейп бы заподозрил что-то неладное.

Он, кстати, бешено вращая глазами, заявился в гостиную Гриффиндора на следующий день.

— Поттер, за мной! — рявкнул Снейп, пока я раздумывал, как отправить Сириусу еду.

Я покорно поплёлся за профессором в его подземелье.

— И что это значит, Гарри?! — свирепо поинтересовался Снейп, оглядывая меня с таким видом, словно перед ним стояло аж два Джеймса Поттера.

— А что такое? — я наивно похлопал глазками.

— Ты каким-то образом помог сбежать своему крестному! — прорычал Северус.

Я вылупился на него самым честным и наивным взглядом одиннадцатилетнего ребёнка.

— Кто, я? — изумлённо произнёс я. — Да как бы я это сделал?

— Понятия не имею! — рявкнул Северус. — Тем не менее, Блэк сбежал. Ты понимаешь, что будет, если тебя заподозрят в пособничестве ему, Гарри?

— Он не виновен, и все это прекрасно знают, — пожал я плечами. — Не его вина, что какие-то идиоты из Министерства упустили Питера Петтигрю.

— Это были не просто идиоты из Министерства, — скривился Снейп. — Кто-то явно ему помог. А это значит, что там всё ещё есть Пожиратели Смерти.

— Ну, допустим, — хмыкнул я. — И что?

— И то, что они не преминут воспользоваться ситуацией! — рявкнул Снейп.

— Да что они мне сделают-то? — хмыкнул я.

Северус пожал плечами. Он и правда об этом, видимо, не задумывался.

— Что-нибудь да сделают, — буркнул Снейп. — Забыл уже, как в предыдущий раз на алтаре оказался?

Я пожал плечами снова.

— Ну, встречусь ещё раз с Тёмным Лордом, почему бы и нет, — широко ухмыльнулся я, задумчиво разглядывая профессора.

Снейп был взъерошен, зол и явно не выспался. Попросить его отнести Сириусу еду? Он его терпеть не может. Вроде как даже за дело, хотя, как по мне, стоило оставить уже эти детские разногласия в прошлом. У них тут дух Тёмного Лорда болтается на свободе и ищет себе тело. Причём уже сообразил, что Гарри Поттер категорически не подходит для этой роли, несмотря ни на какие пророчества.

Так что на месте бывшего Пожирателя Смерти Снейпа я бы поостерегся. И занялся проблемами куда более насущными. А то, мало ли, Волан-де-Морт решит попробовать на зуб тех, кто раньше ему подчинялся.

Я изложил этот нехитрый довод Северусу. Тот скривился, словно я запихал ему в рот лимон.

— Замечательно! — прорычал он. — Но я не думаю, что Волан-де-Морт настолько рехнулся, чтобы пытаться захватить моё тело. В конце концов, у него есть кандидаты и послабее. Снейп скривился, явно мысленно пересчитывая оных кандидатов, и, судя по вытянувшемуся лицу, их хватало.

— Так куда ты подевал Сириуса? — бросил он на меня хмурый взгляд.

Я прикинул, к кому придут первым. По всему получался Снейп. Он крутился неподалёку от Азкабана, его видели дементоры, и если в отношении несовершеннолетних на всякие заклинания и зелья типа сыворотки правды, а также применение Омута памяти ещё могут быть какие-то ограничения, то с Северусом это проделают однозначно, если заподозрят.

Я пожал плечами.

— Понятия не имею, куда делся мой крёстный, сэр, — заявил я, хлопая честными глазками.

Северус понял, что от меня ничего не добьёшься, и мрачно махнул рукой.

— Проваливай, Поттер.

Я поспешно выполнил его пожелание. Конечно, стоило бы дать профессору в зубы за грубость, но в конце концов, это не мой тёмный приспешник, не мне его и воспитывать. А у меня была проблема куда как серьёзней. С ней я отправился на кухню Хогвартса. «Что ж, в конце концов, у нас с Гермионой тут на двоих есть маленькая тайная армия рабов», — вспомнил я.

Отыскав на кухне юного Луста, который как раз занимался тем, что нарезал овощи в суп, который видимо предстоял нам на обед, я подошёл к маленькому невероятно талантливому магу. Эх, да мне бы одного этого Луста в армию, а лучше таких трёх. Весен бы запрыгал!

— Привет, Луст! — я присел перед ним на корточки. — Знаешь, у меня есть большая проблема, с которой ты мог бы помочь.

Да, каюсь, использовать детей нехорошо. Я уже это говорил. Чувствую себя последним подонком. Но втянуть в такое мероприятие взрослого эльфа, как я подозревал, будет не так уж просто. Если они так яростно чтут законы, которые ограничивали их свободу, то едва ли они с радостными воплями побегут помогать сбежавшему из Азкабана преступнику.

— Знаешь, есть один очень хороший человек, — произнёс я. — Его ложно обвинили. Когда мне удалось найти доказательства его невиновности, то их украли и отпустили настоящего преступника.

Луст похлопал огромными глазами, пристально глядя на меня.

— О, вот как, — произнёс он задумчиво.

— Да, — я решительно посмотрел на мальчика. — Ты мог бы помочь, я слышал, что домовые эльфы умеют аппарировать даже в Хогвартсе.

Луст закивал. — Ага, мы умеем, мы умеем! — широко улыбнулся он.

— В общем, мне удалось помочь этому человеку, но боюсь, прямо сейчас он буквально умирает от голода в хижине защищенной Гремучей ивой.

Я посмотрел на Луста так жалобно, как только мог, используя смазливую мордашку Поттера. С моим-то собственным лицом мне удалось бы разве что напугать малыша-домового эльфа.

Луст пристально смотрел на меня.

— Что требуется от меня?

— Не мог бы ты, ну, — я оглядел кухню, — просто отнести ему немного еды. Скажем, тыквенный пирог и сыра там, колбасы. Что-то в этом роде.

— И всё? — удивился Луст.

— Да, и всё. И никому не говорить про это. — Я улыбнулся и потрепал Луста по голове. — Понимаешь, это очень важно, Луст.

— А он точно хороший человек? — уточнил малыш, наивно глядя на меня своими доверчивыми глазищами.

Я почувствовал себя мерзавцем. Но что поделать? Будь я во взрослом теле, использовал бы взрослых, а не детей. Но я оказался по ту сторону от взрослого мира, за тонкой невидимой гранью, где проходят детские шалости и не детские проблемы. По другую сторону от этой грани взрослые не верили детям, были твёрдо уверены, что детские проблемы — это ерунда. Ну и всё в таком роде. А если случайно они свалятся с метлы во время урока и расшибутся насмерть, то это просто случайность. Ни к чему забивать себе этим голову заранее.

— Я всё сделаю, — кивнул Луст, а затем застенчиво посмотрел на меня. — А ты не мог бы немного помочь и мне тоже?

Маленький домовёнок похлопал глазками, столь убедительно и невинно, что я поразился. Однако же быстро малец учится.

— И чем же тебе помочь, Луст?

— Ну... — он застенчиво посмотрел на мой карман, из которого торчали две палочки. — Я бы хотел, скажем, просто немного попробовать. — Малыш ковырнул босыми пальцами каменный пол Хогвартса.

Я хмыкнул.

— Так, так, а у нас тут прям юный бунтарь подрастает! — добродушно улыбнулся я. — Почему бы и нет, Луст? Это будет нашей маленькой тайной.

— Большой тайной, — очень серьёзно поправил Луст и торопливо оглянулся вокруг, намекая на свою мать, а также на всех остальных домовиков, которые, к счастью, за шумом и гамом, царившим в кухне, не слышали наш разговор.

— Ну, значит, большой, — согласился я, вспомнив, что законы магической Англии на этот счёт довольно суровы.

Мы с Лустом ударили по рукам, и я отправился на уроки, вполне уверенный, что теперь-то уж Сириус Блэк точно не пропадёт с голода. Скорее от скуки помается в хижине за Гремучей ивой, но, честно говоря, заслужил. Нечего было пытаться скормить в ней когда-то своего сокурсника Снейпа другому сокурснику-оборотню. Им обоим это не пошло бы на пользу. Вот пусть и размыслит над своим поведением, вспоминая былые деньки. Может, хоть извиниться додумается.

Глава 63

Слово надо держать. Луст до отвала накормил Сириуса. Он подстерег меня около спальни Гриффиндора и торопливо сообщил, что отнес в хижину кучу пирогов, тыквенной каши, грибного супа, несколько лепешек и даже десерты. В общем, смерть от истощения моему крестному более не грозила, а вот насчет ожирения я теперь не был уверен.

Затем Луст выразительно глянул на меня и потащил за руку в один из тайных проходов, которыми изобиловал Хогвартс. Мы скрылись за скучающим портретом какого-то мужика в синей мантии и Луст требовательно протянул руку. Я без слов отдал ему палочку. Вид у эльфенка был заговорщический, такой, словно он сейчас нарушал все самые непреложные законы физики, вселенной и юриспруденции магической Англии заодно.

С трепетом взяв палочку, Луст осторожно покрутил ее в руках, а затем тихонько прошептал:

— Люмос!

Палочка осветила тайный коридор, в котором, к слову, не было ничего интересного. Я уже исследовал его некоторое время назад и знал, что он попросту ведет в подземелье. Ничего особенно интересного. Предназначен… ну скажем, если вам срочно захочется тайно посетить парочку пленников в подземелье. Признаться, не знаю, для какого извращенца это было сделано.

В моем замке большинство тайных ходов вело куда-нибудь на выход подальше, на случай осады. Ну и еще парочка соединяла между собой различные покои, полезно, если необходимо послушать разговоры гостей замка, или, скажем, хочешь наведаться к кому-нибудь, не привлекая внимания прислуги, и не желая выслушивать потом месяцами лукавые сплетни за спиной.

Я посмотрел на эльфенка.

— Люмос? Просто Люмос и все? — удивился я, когда он с восторгом протянул мне обратно палочку. — Попробуй что-нибудь еще.

— А можно? — обрадованно прошептал Луст.

— Конечно! Давай Левиосо, — заговорщически подмигнул я.

Глаза эльфенка заметались. Он искал что бы поднять в воздух, а затем решительно нацелил палочку на меня и прошептал «Левиосо!».

Ну что ж, давненько я не оказался вверх тормашками, со свисающей на лоб мантией.

— Люст, не мог бы ты меня опустить? — тихо попросил я.

Глядя на счастливую мордашку ребенка, я был просто не в силах злиться на дурацкую ситуацию. Ну сколько там Лусту было лет на человеческий манер? Примерно те же одиннадцать, что всем моим сокурсникам. Конечно, специфическая внешность эльфенка обманывала человеческий взгляд. Но по восторженным глазам догадаться о его истинном возрасте нетрудно.

Луст осторожно опустил меня на землю и счастливо подпрыгнул, захлопав в ладоши.

— Луст, но ты ведь и так все это можешь, — заметил я. — Ты с легкостью управляешься с такой вещью, как чистка овощей ножом на весу. Тебе вовсе не нужна для этого палочка.

— Гарри Поттер не понимает, — вздохнул мальчишка. — Палочка, она... Она дает ощущение, — Луст зажмурился, — огромной силы. Концентрироваться гораздо легче. Совсем другие ощущения.

Я почесал затылок. Взял палочку и сам попробовал Левиосо, только на этот раз на эльфенке. А вот нечего тут! Малыш легко покачивался на воздушных волнах. Затем я убрал палочку и попытался проделать то же самое рукой.

Ну, если честно, мне все еще решительно не нравилась манера местных магов чуть что хвататься за концентратор энергии, но надо признать, тонкие и аккуратные заклинания с палочкой, пожалуй, даются лучше. И по-своему немного иначе.

— Так вот в чем дело, — пробормотал я, осторожно опустив Луста. — Скажи-ка, Луст, а что именно запрещено домашним эльфам? Брать в руки палочку, владеть ей или что?

— И то и другое, сэр, — погрустнел мальчишка. — Нам запрещено колдовать с помощью волшебных палочек, а мы не можем так ее купить. — Луст пожал плечами. — Впрочем, мы обычно ничего для себя не покупаем, сэр. Только расплачиваемся, если нужно что-то купить для хозяев их деньгами. У самих эльфов, как правило, их нет.

— Это да. Тут вам стоило бы взять пример с гоблинов, — задумчиво хмыкнул я. — Значит, нельзя колдовать с помощью палочки, нельзя ее купить. А владеть можно?

— Нет, тоже нельзя, — окончательно сник мальчишка. — Поэтому я не могу учиться в Хогвартсе. — Луст выразительно шмыгнул носом, а я мысленно придушил Дамблдора.

«Ну, конечно! Во всем виноваты палочки, а вовсе не решение директора». Затем мои глаза яростно сверкнули. «Ах, вот так, значит».

Я вспомнил, чем занимался на каникулах, помимо поиска неприятностей на голову себе и Дадли, и посещения человеческих музеев. А именно, мы с Дадли зашли как-то в парочку книжных. Мальчишка уже смирился с моей манерой тратить все деньги на книги. И даже честно бродил вместе со мной между полок, выискивая глазами хоть что-то, что мог бы понять.

Дадли остановился на комиксах. Я купил ему парочку. Себе же, помимо книг, касавшихся точных наук, я взял еще несколько книг по американской истории, причем новейшей. Была там одна любопытная статья.

— Вот что, ты будешь учиться в Хогвартсе, — твердо сказал я. — Мы с Гермионой об этом позаботимся.

— Правда? — воспрял Луст.

— О, да.

— Но у меня же нет палочки, — огорченно произнес мальчик. — И невозможно ее получить.

Я скрипнул зубами. Будь моя воля, я прямо сейчас подарил бы мальчишке палочку с пером из остролиста и дело в шляпе. Но местные правила... Не так-то легко нарушать их, будучи в теле одиннадцатилетнего сопляка, за которым вдобавок гоняются Пожиратели Смерти. Если к ним присоединится еще и Министерство магии, пожалуй, это уже перебор.

Я все же хотел продолжать обучение в Хогвартсе. Несмотря на явное неудобство с аппарацией, это все равно был кратчайший путь к тому, чтобы создать заклинание для перемещения в мой мир.

— Я сделаю для тебя палочку, — пообещал я Лусту. — Такую, что никто не сумеет придраться.

— Правда? — просиял эльфенок.

— О да, — я свирепо оскалился. В конце концов ниспровергать законы можно по-разному. Не обязательно для этого тащиться куда-нибудь с армией, разрушать города и бить по морде Владыку Света. Иногда вполне достаточно начать бурю всего лишь с маленького листка, что сорвется с большого дерева и будет первым.

Я потрепал мальчишку по голове, а затем покинул тайный коридор. Глаза мои яростно сверкали. Ну, ненавижу рабство, что уж поделать! Насмотрелся его в свое время во всех проявлениях в родном мире. Порой столь отвратительных, что мне оставалось лишь вырезать подчистую целые семьи, оставляя в живых только детей.

Отыскав Гермиону Грэйнджер в гостиной Гриффиндора, я позвал девчонку:

— Герми, есть идея, — произнес я заговорщическим тоном.

— Какая же?

— Вот, — я вручил ей книгу. — Ты должна это прочитать от корки до корки.

— Что это? — с недоумением произнесла Гермиона, разглядывая довольно тонкую книжицу.

— О, это история о расовой сегрегации в Америке, — широко улыбнулся я. — Здесь написано о том, как ее преодолевали.

— Вот как, — похлопала глазами Гермиона.

— Да. Особенное внимание удели главам, где рассказано о первых темнокожих учащихся в институтах и школах наравне с белыми.

Гермиона похлопала глазами.

— Ну… хорошо, Гарри, — произнесла она задумчиво. — Ты думаешь, это как-то поможет?

— Еще как! Мы сделаем так, что Луст будет учиться в Хогвартсе, — пообещал я.

Гермиона воспряла духом.

— Конечно, Гарри! — с энтузиазмом сказала она и прижала к себе книжку.

В конце концов, читать — это было понятно. Ну а дальше неуемный характер Гермионы Грэйнджер, маленький большеглазый Луст, которому даже Дамблдору наверняка нелегко было отказать в обучении.

— Гарри, но ведь в Хогвартсе обучаются те дети, чьи имена появились в специальной книге душ, — произнес услышавший наш разговор Невилл.

— Вот как?

— Да. Говорят, что когда рождается ребенок-волшебник, его имя появляется в специальной книге, — пояснил Невилл. — И потом, когда ему исполняется одиннадцать лет, из Хогвартса прилетает сова.

— Угу, угу, — сказал я. — Вот только она волшебным образом не прилетает к тем, кто не может заплатить за свое обучение, не так ли?

— Ну, плату за обучение маглорожденных школа берет на себя, — Невилл посмотрел на Гермиону.

— А что насчет просто бедных детей магов? — поинтересовался я язвительно. — Не может же быть, что их настолько мало, что...

— Ну, тут бывает по-разному, — развел руками Невилл. — Некоторые предпочитают учить своих детей на дому.

— Но в Хогвартсе учиться очень престижно, — добавила Гермиона, которая явно читала что-то на эту тему.

— И что же, есть какое-то непреложное правило, что имя ребенка должно быть вписано в ту книгу? — поинтересовался я, прикидывая, сойдет ли запись, сделанная обычным пером, или надо раздобыть какое-нибудь особенное, и где именно Дамблдор может держать пресловутую книжку.

Гермиона пожала плечами.

— Да вроде бы это скорее традиция, чем закон.

— Значит, создадим новую традицию! — отрезал я.

Прихватив книжку Грэйнджер устроилась на диванчике в гостиной Гриффиндора и углубилась в чтение. Периодически она гневно восклицала что-то вроде: «О, Боже, Гарри, и как они так могли?» Постепенно лицо Гермионы становилось все серьезнее.

Я вздохнул. Конечно, по меркам этого мира Гермионе было рановато читать подобные книги. Ей всего одиннадцать лет. Это в моем мире в одиннадцать лет ты уже мог быть полноценным подмастерьем, ну скажем, плотника или сапожника, а в четырнадцать - шестнадцать уже сдавал экзамен на мастера, чтобы самому вступить в гильдию.

Но Гермиона, в конце концов, выдающаяся девчонка, можно даже сказать, гениальная. А еще весьма озабоченная честностью и справедливостью. Положение домашних эльфов возмущало ее до глубины души, и я решил на этом сыграть. Почему бы немного не подтолкнуть ее в верном направлении?

— Гарри, ты представляешь? Первым темнокожим ученикам приходилось ходить в школу в сопровождении полиции! — возмутилась Гермиона, — потому что другие ученики не желали их туда пускать.

— Ну, чисто Слизеринцы, — хмыкнул Дин Томас.

— Не думаю, что наши Слизеринцы опустились бы до такого, — вздохнул я. Затем, вспомнив Драко, поморщился. — Ну разве что некоторые, не столько даже со зла, сколько по глупости.

Грэйнджер взернула носик. Она, видимо, тоже подумала о Драко, который не редко называл ее грязнокровкой, но была не столь снисходительна к слабостям избалованного балбеса, как я.

Грэйнджер продолжила чтение, периодически делясь с отдыхавшими в гостиной Гриффиндорцами своими открытиями. Многое из этого маглорожденные старшекурсники уже знали, молодые волшебники же порой искренне удивлялись. Перипетии магловского мира умудрились пройти мимо большинства в магическом сообществе. Они просто жили в своем закрытом волшебном мирке, стараясь поменьше взаимодействовать с социумом обычных людей.

Я показушно разделял негодование Грэйнджер, вставлял к месту реплики вроде «ну надо же» и «подумать только», а когда девчонка, закончила наконец чтение довольно тонкой книжицы, посмотрел на нее уже вполне серьезно.

— Теперь ты представляешь, что ждет Луста, — сурово проговорил я.

Грэйнджер растерянно посмотрела на меня.

— Ну, Гарри, неужели ты думаешь, что наши ребята опустятся до такого?

— О, опустятся еще как! — хмыкнул я. — Тем, кто не догадаются сами, подскажут родители. Уверен, Люциус Малфой не обрадуется, узнав, что его сын будет учиться на одном курсе с домовым эльфом.

— Ну да, наверное! — прыснул Дин Томас.

— Да точно он поднимет на уши весь попечительский совет школы, — хихикнул Уизли. — Это будет здорово, только представь.

Я представил, выходило не здорово. Попечительский совет к сведению юного Рональда, это ведь не просто кучка напыщенных взрослых снобов. Это вообще-то люди, которые дают деньги на развитие и содержание школы.

Я почесал кончик носа. Надеюсь, Хогвартс не слишком сильно зависит от их пожертвований. В противном случае Дамблдору придется крутиться, как ужу на сковородке.

Будучи Темным Властелином, отнюдь не чуждым административных дел, а также давлению темных вельмож, я отчасти его понимал. Но что поделать? Назвался директором школы — изволь разруливать недетские проблемы.

— Гарри, но все упирается в волшебную палочку, — заметил Невилл. — Домовым эльфам никак нельзя ее иметь. И ты ни за что не переубедишь министерство.

— А может, Гарри напишет открытое письмо? Скажем, в «Ежедневный пророк»? — вдруг предложила Гермиона.

Я покачал головой.

— Даже и пытаться не собираюсь. Переубеждать Министерство — дохлый номер. Такие Министерства надо вырезать на корню! — с воодушевлением произнес я. Глаза мои загорелись. — Захватить с собой, скажем, с десяток Пожирателей Смер… ти! — осекся я, поняв, что, кажется, оседлал любимую лошадь, причем не свою, а темного лорда Воландеморта. — Шутка, конечно! — сказал я, оглядев потрясенных гриффиндорцев. — Шутка! — произнес я громче, пока лица ребят разгладились и раздались облегченные вздохи. — Не собираюсь я вырезать Министерство Магии! Ха-ха! — деревянным голосом произнес я, поняв, что и правда немного увлекся.

В конце концов, там сидели не такие закоренелые сволочи, как Весен. И даже остатки Пожирателей Смерти в этом мире убили гораздо меньше людей, чем паладин Света средней руки.

— Нет, просто Луст будет первым магическим существом, что учится в Хогвартсе. А за ним будут еще, — уверенно сказал я. — Реформы начинаются постепенно. Все привыкнут к тому, что волшебные существа учатся вместе с волшебниками и люди начнут смотреть на них по-другому со временем. — «Очень со временем», — добавил я про себя. — Если найдется кто-нибудь, кто даст Лусту шанс на нормальную работу, а затем другим домовым эльфам, и может быть даже кентаврам.

Хм. Смогут ли кентавры преодолеть лестницы Хогвартса? Или те станут непреодолимой преградой на пути к знаниям для юных кентаврят? Да и удастся ли убедить хоть кого-нибудь из их родителей отправить дитя в эту школу? Хотя живут ведь под боком.

В мире обычных людей, к примеру, если ты жил рядом с какой-то школой, то в нее и шел обучаться. Но если только у твоих родителей не было в карманах полным-полно денег, тогда ты мог выбрать школу не ту, что ближе к дому, а ту, что поприличнее.

Родители Дадли приглядели для Дадли на будущий год школу получше, чем та, в которую мы ходили вместе. Но потянуть обучение двоих детей они, видимо, не могли. Поэтому изначально планировалось, что туда отправится только Дадли.

Но после моего появления здесь Дадли настоял, чтобы дядя Вернон и тетя Петуния вывернули карманы по полной. И требовал, чтобы меня тоже приняли в ту новую школу. И вопил, что учиться хочет вместе со мной. Либо мы идем вместе в новую школу, либо остаемся оба в прежней.

Что ж, теперь, пожалуй, я мог позволить себе обучение в любой магловской школе, но, увы, не мог это совместить с обучением в Хогвартсе.

— Ладно, значит, если совет попечителей школы не выгонит отсюда Луста, то остается вопрос с волшебной палочкой, — твердо напомнил Невилл — главный камень преткновения волшебного мира и домовых эльфов после рабства.

— Будет ему волшебная палочка.

Глаза ребят округлились.

— Но, Гарри, тебя точно засудит Визенгамот! — предупредила Гермиона. — Дать волшебную палочку домовому эльфу — это уже не шутка.

— Да, это гораздо серьезнее, чем просто освободить эльфа, — кивнул Рон.

Я широко ухмыльнулся.

— А что такое волшебная палочка, ребята?

— Ну, волшебная палочка — это... — протянулся Дин Томас.

— Волшебная палочка — это волшебная палочка, идиот! — хмыкнул Перси Уизли, который все это время читал учебник в углу. — Все знают, что такое волшебная палочка.

— Волшебная палочка — это волшебная палочка, — передразнил я Перси. — Ха! Ну, если в Министерстве и Визенгамоте думают так же, как ты, то проблем у нас с этим не будет.

— Это почему же?

— Потому что, полагаю, ты называешь волшебной палочкой что-то длинное, сделанное из дерева, — язвительно произнес я. — Желательно примерно вот такой длины, — я изобразил пальцами.

— Ммм... Ну, типа да, — нехотя признал Перси. — Именно это я и называю волшебной палочкой. А что же палочкой называешь ты, Поттер? — произнес он с издевкой.

Я широко ухмыльнулся.

— О, скоро увидите, — пообещал я.

Прихватив перо и бумагу, я отправился в спальню первокурсников, где принялся писать письмо Дадли. В Косой Переулок юного Дурсля, конечно же, не отправишь. Едва ли тетя Петуния и дядя Вернон согласятся отвезти его сейчас в Лондон. Но то, что мне требовалось, можно было купить и в обычном магловском магазине сувениров.

Закончив письмо, в котором я также дал Дадли некоторые наставления относительно магических упражнений, которые ему следовало тренировать, я отправил письмо с Буклей.

— Обязательно дождись ответной посылки от Дадли, — велел я сове.

Довольно щелкнув клювом, Букля улетела.

В последнее время я нередко замечал, что возвращается она от Дурслей с довольным видом, вся лоснящаяся и упитанная. Не то, чтобы сов плохо кормили в совятне Хогвартса, но секрет оказался прост. Дадли написал, что его мама привязалась к Букле и последнее время нередко смотрит телевизор, почесывая перышки, устроившейся на подлокотнике кресла сове и подкармливая ее вкусным мясом.

Помимо наставлений в магии и просьбы прикупить заготовку под будущий артефакт, я также попросил Дадли поискать жилье для Сириуса Блэка. Чем дальше сейчас он будет от волшебного мира, тем лучше.

Конечно, одиннадцатилетнему мальчишке будет нелегко снять жилье для Сириуса, но хотя бы приглядеть что-то поблизости можно. А уж снимет его Сириус как-нибудь сам.

Покончив со срочными делами, я отправился в спальню Гриффиндора и принялся наконец изучать книжку, позаимствованную у старины Дамблдора. «Магические пентаграммы». Я долистал до момента, на котором остановился.

Что ж, кажется, общий принцип магических пентаграмм этого мира я уже понял. А теперь все, что касается телепортации. Еще хорошо бы где-нибудь найти записи об антиаппарационных чарах, наложенных на школу. Но едва ли такая роскошь лежит хотя бы в закрытой секции. Скорее всего, знания об этом устно передаются от одного директора Хогвартса к другому.

«Либо, ну скажем, волшебный свиток с заклинанием лежит где-нибудь у Дамблдора, спрятанный в его столе», — задумался я. Вот бы учинить небольшой обыск в личных покоях профессора. Я вспомнил дремлющего на своей жердочке феникса и понял, что эта затея дохлый номер —едва какой-нибудь ученик-сорванец войдет туда без позволения Дамблдора, птичка поджарит его тощий Гарри Поттеровский зад.

========

От автора: вторая книга, над которой я сейчас активно работаю.

https://author.today/reader/479710/4490925

Второй шанс Париса Троянского.

-Парис, куда ты подевал яблоко?!

-Съел!

Он погубил Трою и провел тысячи лет, сражаясь с монстрами, чтобы вырваться из Аида. Он вернется в прошлое, чтобы все изменить.

Глава 64

На то, чтобы исполнить мою просьбу, у Дадли ушло несколько дней. Я прислал ему сову с точными инструкциями, что именно следует отыскать в магловском мире. Конечно, будь Дадли вхож в Косой Переулок, было бы гораздо проще. Но мальчишке туда было попросту не попасть. Я очень сильно сомневался, что тетя Петунья и дядя Вернон повезут Дадли в Лондон, даже если очень сильно их попросить. Так что Дадли пришлось обойти все окрестные барахолки и сувенирные магазины. Но в конце концов он нашел нечто подходящее и прислал мне с Буклей.

Так за обедом я получил небольшой каменный шарик. Ребятня тут же заинтересованно уставилась на то, как я распаковываю присланную Дадли коробочку и извлекаю его на свет. Что ж, вполне себе симпатичный кусок розового обработанного кварца. Не хрустальный шар, конечно, не особо дорогой, хоть Дадли и мог купить что-то получше. Я ведь оставил и ему, и Дурслям прилично денег из тех, что наменял на золотые галеоны Гарри Поттера. Но, видимо, Дадли попросту не нашел ничего более подходящего.

— То, что надо, — удовлетворенно проговорил я, пристально разглядывая кварц.

— Хм, да он даже не магический! — хмыкнул Перси Уизли, заметив, что я рассматриваю шар. — Могу поклясться, в него не вложено ни капли магии.

— Тут ты полностью прав, — согласился я. — Это всего лишь заготовка под артефакт, Перси.

Рон с интересом протянул руку, и я вложил в нее шар, позволив Рыжему оглядеть камешек.

— Ну, симпатично, — признал Рон. — А зачем это?

Я широко улыбнулся.

— Один весьма юный и весьма одаренный домовой эльф изъявил желание учиться в Хогвартсе.

— Не может быть! — хмыкнул Невилл. — Для этого же нужна волшебная палочка.

— Ему никто не позволит, — поддержал Драко Малфой, услышав наши разговоры из-за своего стола.

— Вообще говоря, нету такого правила, чтобы домовые эльфы не могли учиться в Хогвартсе, — заметил я. — Все упирается, со слов Дамблдора, именно в палочку.

Я выразительно взглянул на преподавательский стол, за которым учителя явно навострили уши. Можно сказать, у МакГонагалл над шляпой буквально выросли и задергались незримые кошачьи уши, с любопытством прислушиваясь к нашему разговору.

— Да, но иметь палочку домовым эльфам запрещено Министерством магии, — продолжал настаивать Малфой.

— Ты ничего не можешь с этим поделать, Поттер, никто не сможет, — поддакнул Невилл. — Министерство магии никогда не пойдет на то, чтобы разрешить эльфам иметь волшебные палочки, — включился в наш разговор Фред из рыжего семейства Уизли.

Тон близнеца был необычайно серьезен. Я с удивлением взглянул на мальчишку. Мне казалось, что ни одна серьезная мысль никогда не может посетить эти две головы рыжих шутников.

— Не пойдет, — согласился я. — Поэтому у нашего будущего соученика будет непалочка.

— Не палочка? — удивилась какая-то девчушка-первокурсница Рейвенкло, — А что тогда?

Я подкинул в руке блестящий кварцевый шарик.

— Вот что: волшебный шар! Волшебные шарики ведь эльфам иметь не запрещено, — я широко улыбнулся, заинтересованно притихшему столу учителей и наставников Хогвартса.

— Не запрещено, — согласился профессор Флитвик.

— Но что толку для них от такого волшебного шара? Он слишком маленький даже для предсказаний, — подала голос профессор Трелони.

Я хмыкнул про себя. Насколько я знал, все настоящие свои пророчества Севилла Трелони просто изрекала, не глядя ни в какие волшебные шары. По-моему, она вообще не особо умеет ими пользоваться.

— А это не для пророчеств, — пояснил я. — Это для магии.

Дети заинтересованно загалдели.

— Гарри, неужели ты думаешь, что у тебя получится создавать артефакты, равные волшебным палочкам? — снисходительно поинтересовалась профессор Стебель.

Я пожал плечами.

— Ну, думаю, у меня получится создать сносный артефакт, с которым наш домовой эльф сможет учиться в Хогвартсе, — отрезал я.

Профессор Снейп издал что-то вроде короткого пффф, Дамблдор задумчиво огладил седую бороду. Лицо директора восторгов не выражало. И я прекрасно понимал, почему. Несмотря на свою репутацию доброго и хорошего всеобщего дедушки, практически Санта-Клауса, Дамблдор, даже если он и правда любил детей, все еще был администратором. Именно на его голову в Хогвартсе сыпались все шишки за неверно принятые решения, и именно ему первому предстояло держать удар перед магической общественностью, когда Луст поступит учиться в школу.

— Имени ни одного домового нет в специальной книге, где появляются имена юных волшебников, которым предстоит учиться в Хогвартсе! — неожиданно выкрикнул Крэбб. — Так что ты не сможешь протащить своего дружка-эльфа учиться в школе, Поттер!

Я с интересом посмотрела на Крэбба. Ну, таким, знаете, взглядом человека, который стоял над его отцом и целую минуту раздумывал убить или нет. Сейчас на моем лице отчетливо читалась мысль, что когда-то мне явно предстоит убить Крэбба. Ну или мне, или настоящему Гарри Поттеру, если мы поменяемся с ним к тому моменту телами обратно.

— Нету таких правил, чтобы в Хогвартсе могли учиться только те, чьи имена записаны в какой-то там книге, — заявил я нахально, хотя вовсе не был в этом уверен. — Ну а если и есть, скажите мне, где находится та книга!

Я притворился, будто пишу что-то в воздухе. Драко нахмурился. Ему явно нравилась моя тяга к ниспровержению устоев, но с другой стороны он никак не мог принять сторону парня, который хотел, чтобы в Хогвартсе учились домашние эльфы.

Еще несколько дней у меня ушло на то, чтобы провернуть свою задумку. Практически все свободное время я посвящал волшебному шару и корпел над вкладываемыми в него заклинаниями. Магией этого мира я пока не владел в достаточной мере, так что попросту зачаровывал шар как умел, руками. Руками и силой собственного сознания.

— В волшебной палочке всегда есть сердцевина, — со знанием дела подсказал мне Невилл. — Обычно это что-то добытое из магических существ или растений.

— Да, было бы неплохо, — согласился я, разглядывая шарик.

— Одна проблема, невозможно поместить что-то в цельный камень, – заметил Рон. — Тебе пришлось бы выдолбить его изнутри. — И к тому же, это все равно не будет работать, – оттопырив нижнюю губу, уверенно добавил Рыжий минутой позже.

— Да, это же не палочка, — фанатично заявила Гермиона.

Я посмотрел на нее. С одной стороны Герми была умницей. Очень толковая девчонка, к тому же, готовая на многое ради справедливости и добра. Не показушно, как Весен, который потом втихушку прирежет темных пленников и еще с десяток попавшихся под руку невинных, а по-настоящему. С другой стороны, Гермиона почти фанатично следовала правилам и была уверена, что все устроено так, как устроено, и лучше уже не придумать. В общем, сложное сочетание. Ей определенно требовалось прочистить мозги и освежить взгляд.

— Да, сюда действительно не запихаешь что-нибудь материальное, — согласился я, разглядывая шар. — В этом минус. Так что придется импровизировать.

Дети требовательно уставились на меня.

— И…? — читалось в их нетерпеливых глазах.

Они были уверены, что у меня есть ответ. Ну что же, привыкли, что Гарри Поттер владеет всякой странной магией и выкидывает невиданные фокусы вроде превращения старого доброго фамильяра, крысы Рона, в человека. Я закусил губу. А правда, что «И…»? Более или менее приличный концентратор я для Луста и так изготовлю. Но волшебные палочки действительно усиливают магию своего волшебника. И вносят в нее нечто... Ну, своеобразное, скажем так. С пером птицы Рух мне и правда было удобнее творить некоторые заклинания. Да и огненное перо феникса в палочке из остролиста придавало магии свои особенности. Лусту бы тоже неплохо получить нечто подобное. Чисто теоретически, если корпеть очень долго и извести с десяток-другой таких шариков, я, может, и смог бы каким-то образом магически телепортировать кусочек из его сердцевины наружу и заменить его чем-то другим. Но, скорее всего, при попытке шар просто взорвется в моих руках, оставив на лице Гарри Поттера еще десяток мелких шрамов и застрявшие осколки кварца. Нет, здесь определенно требовалось что-то другое.

Я спрятал шар в карман и загадочно улыбнулся ребятам.

— А вот и не скажу! Когда закончу, увидите, — и совершенно по-детски высунул язык.

В первую секунду после этого я даже растерялся. Ну что за жест? Я вообще-то повелитель Тьмы, мне вовсе не одиннадцать лет. Но, кажется, тело Гарри Поттера требовательно брало свое, настаивая на детском озорстве.

Что ж, озорство так озорство. Поозрничаем. В Запретном лесу, ясное дело. Где еще здесь раздобыть ингредиент для волшебной палочки? В смысле, волшебного шара.

— Гарри, а ты уверен, что Лусту не запретят им пользоваться? — спросила Гермиона, видимо, поверившая, что артефакт мне сделать удастся.

Я пожал плечами.

— Пусть только попробуют! — свирепо сказал я. — Это же мое изобретение. — И потом, — добавил я, оглядывая круглый блестящий шар, — Это же не палочка. Верно, ребята?

— Да, совершенно не палочка, — кивнул Рон.

— Определенно не палочка, — согласился Симус Финниган. — Даже вот ни капельки не похоже на палочку!

Улыбнувшись, я снова убрал шарик в карман и стал дождаться пока первокурсники и все остальные уснут.

Вскоре я выскользнул из Хогвартса навстречу приключениям и Запретному лесу. Проскользнув мимо хижины Хагрида, с сожалением взглянул на нее: мог бы зайти и поиграть с Норбертом. Но тогда лесник захочет узнать, куда это Гарри Поттера понесло среди ночи. А запретный лес ночью, ну, не самое безопасное место. Опять-таки мне не хотелось, чтобы он догадался, от чьих рук пострадали его любимые пауки. Так что вскоре я нырнул в ночную лесную мглу.

— Самым простым, конечно, было бы отщипнуть кусочек Дементора, — пробормотал я, разглядывая шар. — Но с такой волшебной приспособой Луст, скорее всего, стал бы чем-то вроде нового Воландеморта. Так что, лучше найти ему нечто более безобидное. После всех своих приключений в волшебном лесу я уже более-менее представлял его карту, так что решительно направился в сторону самой болотистой местности, какая только была здесь. По пути прихватил палку подлиннее, чтобы не провалиться в топь.

Для сердцевины обычной волшебной палочки, как правило, брали какой-то твердый материальный предмет, вроде пера птицы, сердечной жилы дракона... Фу! Бе-е... От мысли об этом теперь передергивало. Признаться, я изрядно привязался к малышу Норберту, с которым заходил поиграть.

Для артефакта, что я задумал, требовалось нечто нематериальное. То, что можно загнать в камень, не разрушив его.

Вскоре я добрался до болота. Здесь росли крупные красные ягоды клюквы. Я не отказал себе в удовольствии съесть парочку-другую и осторожно пошел вглубь, перебираясь с кочки на кочку. Проверяя каждую своей палкой, перед тем как наступить. Еще не хватало свалиться в трясину. Гарри Поттер, Мальчик, чье тело занял Темный властелин и бодро сдох где-то в топях Запретного леса! Вот уж нет, спасибо, не нужно мне такой славы.

Наконец я увидел то, на что так надеялся. Едва заметно светящийся над болотом огонек. Я поспешил к нему. Болотный фонарник представлял собой одноногое зеленоватое полупрозрачное существо, державшее в руках небольшой магический фонарик. Честно говоря, представления не имею, как подобная хрень могла бы возникнуть. Ну, то есть ладно, зеленоватый полупрозрачный силуэт, это понятно. Что-то вроде призрака. Но почему с фонариком? Как они их зажигают? Кто вообще создал это существо? Может быть, их создал кто-то на заре времен? Кто-то, определенно ненавидевший путников. Я знал, что болотник будет заманивать меня в топь. И решительно последовал за ним.

— Ну что же, сам напросился, маленький гаденыш! — подумал я злорадно. Крепко воткнув свой посох-шест в болото, добрался до болотника в один прыжок и крепко цапнул его за шкирку.

- Так, дружище!

Тот возмущенно заверещал, пытаясь вырваться. Глаза его в изумлении распахнулись. Ну еще бы!

Обычно живой человек не может запросто схватить призрака. Но, поборовшись с тварями с западных границ своего темного королевства, я и не такое умел. В конце концов, знаете ли, призраки получаются из людей. В нас тоже есть та составляющая, из которой соткан болотный фонарник. Вот я его и хапнул.

— Будешь дергаться, засуну тебя в этот шар целиком, — продемонстрировал я шарик затихшему от ужаса существу. — Но, к счастью для тебя, сейчас меня интересует лишь твой фонарь.

Я сосредоточился на фонаре, стиснутом в дрожащих призрачных ручках фонарника. Орудуя волшебной палочкой с пером птицы Рух, разделил горящее в нем пламя надвое. Затем переместил его часть в шарик, который положил для этого на землю. Болотный фонарник с изумлением смотрел, как волшебный огонь из его фонарика разгорается и в моем шарике тоже.

Вот так, отличненько! Нематериальная магическая субстанция, вполне подойдет. Я отпустил мелкого паскуду и отправил подальше в болото крепким пинком.

В конце концов, существа, заманивающие путников на верную гибель, не вызывали во мне ни капли симпатии. Может у них и были какие-то старинные счеты с волшебниками, кто знает. Не исключаю, что фонарников создал некий волшебный народ, чтобы отомстить людям. Судя по совершенно нечеловеческой их форме. Но все равно фонарники мне не нравились самым решительным образом. Подобрав свой шарик, направился обратно из болота. Не успел выйти из него, как услышал знакомый топот копыт.

— Ох нет, только не это! — проворчал я. Вскоре на краю болота замер иссиня-черный жеребец с человеческим торсом. Недовольный донельзя.

— Привет, Бэйн, — поздоровался я, тащась к выходу из болота.

— Осторожнее, мальчик, здесь можно провалиться, — сумрачно проговорил кентавр, решив на этот раз вещать не возвышенным голосом, а вполне обычным. — Что ты делаешь ночью посреди леса?

— Создаю волшебную непалочку для одного домового эльфа, — честно сказал я, перебравшись наконец через топкую границу болота.

Что удивительно, Бэйн даже протянул мне руку и помог выбраться. Он посмотрел на меня серьезно и задумчиво.

— Было новое пророчество, — изрек вдруг кентавр.

— Да, было, я уже слышал, — поморщился я, гадая, что заставило этого человеконенавистника, а он явно был не рад двуногим гостям в Запретном лесу, вообще обратиться к Гарри Поттеру.

— Поговаривают, – медленно произнес кентавр, — что Пожиратели Смерти схватили одного мальчика, и он сразился с духом самого Темного лорда.

Я удивленно вылупился на кентавра.

— Интересненько, кто это поговаривает такие вещи в Запретном лесу, и откуда бы он это узнал, — проговорил я неторопливо. Кентавр неопределенно пожал плечами. Он с интересом вглядывался в мое лицо, видимо, гадая, так это или нет, и не занял ли мое место, случаем, Воландеморт. Я продемонстрировал белоснежный оскал Гарри Поттера.

— Я все еще не Воландеморт, если ты хочешь это узнать, — сообщил задумчивому кентавру.

— Это я вижу, — пробасил кентавр и неожиданно миролюбиво предложил, — Пойдем, провожу тебя. Я пристально посмотрел в глаза существа.

— Чего ты хочешь, Бэйн? Кентавр помялся.

— Ходят слухи, что Гарри Поттер обещал устроить в школу одного молодого эльфа, — проговорил он.

— Ну, это правда, в некотором роде. Конечно, заявление на прием в школу Луст подаст сам, — сказал я. — У Дамблдора просто не будет повода ему отказать.

Я подкинул в руке теперь уже очень магический шарик. Бэйн с уважением посмотрел на таящийся в нем огонек фонарщика.

— Гарри Поттер — великий маг, — выговорил он.

Я пожал плечами.

— Ничего такого уж великого, просто удачная задумка. Она не требует особых сил.

— Я видел, как ты держал за шкирку фонарщика. Если домового эльфа примут в школу, значит волшебных существ станут считать равными с людьми, — задумчиво произнес Бэйн.

Глаза его затуманились. Я с интересом смотрел на кентавра.

— Не уверен, что тебе удастся дожить до таких времен, Бейн, — осадил я. — Если эльфа примут в школу, с волшебными существами начнут считаться чуть больше. Но не более того.

«Неужели он когда-то хотел учиться?» — мелькнула шальная мысль. Да нет, не может быть! Ну, он же кентавр. Хотя, с другой стороны, кентаврам как раз прекрасно подошли бы волшебные палочки. У них есть руки, да и вообще, примерно до середины они ничем не отличаются от людей.

Кентавр проводил меня до самого выхода из леса.

— Удивлен, что кто-то вроде Гарри Поттера пытается помогать магическим существам, — произнес он наконец, когда мы уже почти достигли хижины Хагрида.

Я удивленно взглянул на Бэйна.

— А почему бы и нет-то?

— Гарри Поттер из старинной волшебной семьи, – поморщился кентавр.

— И что это значит? — удивился я. — Разве в жилах волшебных семей не течет волшебная кровь?

— Кровь волшебных народов, — поморщился кентавр и пояснил недовольно, — Очень редко кровь волшебных существ, в основном, в жилах темных семей. Волшебники из старинных родов презирают нас, волшебных существ. Они многое сделали для того, чтобы мы все исчезли.

Я задумчиво кивнул.

— Ну, люди разные, как и кентавры, Бэйн. Тебя, вообще говоря, тоже особо не назовешь добряком.

Бэйн рассмеялся.

— Поживи в Запретном лесу рядом с оборотнями, мальчишка, и я посмотрю, сколько добра в тебе останется!

С этими словами он круто развернулся и понесся прочь. Я же направился обратно в Хогвартс, размышляя над его словами.

Глава 65

На следующий день записывать Луста на учебу в школу к кабинету директора мы отправились целой толпой. Дети со всех факультетов хотели посмотреть на невиданное событие. Некоторые слизеринцы, конечно, при этом оглушительно свистели и кричали что-то вроде «фу», но я велел Лусту не обращать на это внимания.

Мы с маленьким домовиком решительными шагами направлялись к кабинету директора. Рядом шла Гермиона Грэйнджер, гордо расправив плечи, замыкал нашу процессию Невилл, прикрывая домовенка широкой спиной от насмешек и косых взглядов.

Впрочем, большая часть ребятни действительно хотела, чтобы все получилось. Ведь это же было целое приключение — домовой эльфенок будет учиться вместе с нами.

Помимо учащихся я заметил профессора Флитвика, который тоже неторопливо шествовал по коридору позади студентов. Я видел по его глазам, что ему не все равно на нашу затею. И когда мы с Гермионой и Лустом зашли в кабинет Дамблдора, Флитвик юркнул следом за нами. Он остановился возле стены, скрестив руки и просто молча и выразительно глядел на директора.

— Вы знаете, зачем мы здесь, — твердо сказал я, глядя в глаза Дамблдору.

Профессор кивнул. Он снисходительно посмотрел на малыша Луста.

— Что же, — произнес он. — Я уже говорил вашему юному другу, мистер Поттер. Единственным препятствием к его обучению в школе является отсутствие у него волшебной палочки.

— Да, но теперь у Луста есть это, — я продемонстрировал созданный мной магический шар. — Оно заменит ему волшебную палочку. Никакого нарушения закона, профессор.

Гермиона победоносно улыбнулась. Она отвечала за юридическую честь нашего мероприятия. Именно Гермиона перелопатила все возможные законы и выяснила, что неважно, записано ли имя Луста в Волшебную книгу или же нет. Он вполне мог обучаться в Хогвартсе. Загвоздкой было именно отсутствие палочки. Практически вся учебная программа была заточена на нее.

Профессор протянул руку, и я вложил в нее созданный мной магический шар. Несколько минут Дамблдор и так и эдак изучал его. Только что на зуб не попробовал.

— Хм, субстанция с фонаря болотного огонька, — растерянно проговорил Дамблдор. — Очень оригинальная идея, мистер Поттер!

Он строго взглянул на меня поверх своих очков:

— Очень близко граничит с темной магией, знаете ли.

Я пожал плечами:

— Магия не темная. Я никого не убил, чтобы его получить, — твердо заявил я. — А в хороших руках этот артефакт принесет много добра.

— Как и зла в плохих, — пробурчал Дамблдор себе под нос.

Затем он посмотрел на Луста, который в нетерпении ожидал вердикта директора. Лицо домовенка было взволнованным. Буквально сбывалась его мечта.

Дамблдор вздохнул:

— Хорошо, ты принят! — сказал он и вложил мой волшебный шарик в руку домовенка с таким выражением, словно он самолично его сделал, а также приложил все усилия, чтобы домовенок смог учиться в Хогвартсе.

— Можете идти, Луст вместе с Грэйнджер — пробурчал Дамблдор, повелительно кивнув нам.

Сияющий Луст вышел в коридор, и я услышал жизнерадостный вопль нашей Грэйнджер:

— Да, получилось!

Гриффиндорцы подхватили этот вопль. Кажется, маленького Луста даже подняли на руки и теперь несли словно победоносное знамя по всей школе. Судя по лицу Флитвика, что я увидел, прежде чем закрылась дверь кабинета директора, тот радовался, что избежал в свое время подобной участи.

Дамблдор обратил на меня тяжелый взгляд:

— У этих действий будут последствия, Гарри, — непривычно суровым голосом произнес он.

Я аж восхитился. О, вот оно! Неужели, наконец, мне удалось достать Дамблдора настолько, что он снял свою маску? Вот он, настоящий Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор собственной персоной, как он есть, без прикрас.

Профессор грузно плюхнулся в свое кресло и жестом предложил мне занять место напротив. Пододвинул лимонные дольки, но, видимо, больше по привычке, чем пытаясь играть.

— Магическое сообщество так просто этого не примет, Гарри. Уверен, что Попечительский Совет Школы просто встанет на дыбы, — сурово глядя мне в глаза, отчитывал Дамблдор. - Домовым эльфам не просто так запретили иметь волшебные палочки.

— А почему? — поинтересовался я наивно лупая глазками и изображая одиннадцатилетку.

Ну а что? Если ему все это время было можно дурачить окружающих, то почему нельзя мне?

Дамблдор поморщился:

— В свое время были тяжелые кровопролитные войны с магическими существами, Гарри. То, что написано в учебниках истории, — Дамблдор вздохнул, — ну, скажем так, сокращенная, изрядно отредактированная версия для детей.

Я кивнул. Что-то такое подозревал. Я читал учебники в магловской школе, и вот там-то описывалось все неплохо. Правда, там были описаны обычные войны обычных людей, коих я и в своем мире повидал достаточно. Но я знал, что такое война, и насколько кровопролитной она может быть.

Тот факт, что домовых эльфов было мало, объяснялся, скорее всего, не тем, что они редко рождались, а тем, что их попросту истребили почти под корень.

Некоторое время мы с Дамблдором молча созерцали друг друга. Я все же взял лимонную дольку.

— Так на чьей вы стороне, профессор? — сурово спросил я.

Щека Дамблдора дернулась:

— Что ты имеешь в виду, Гарри?

— Вы рады, что Луст будет учиться в Хогвартсе или же нет? — я не сводил с профессора серьезного взгляда.

Дамблдор поморщился:

— Я-то рад, что мальчик исполнит свою мечту, — вздохнул он. — Но это будет очень непросто, Гарри. Первопроходцам всегда приходится тяжело.

Мы помолчали.

— Ну, если вы сумеете сделать так, чтобы Луст случайно не помер в этой школе и его не изгнал Совет Попечителей, я считаю вашу задачу как директора более чем выполненной, — заметил я.

Дамблдор тяжело вздохнул:

— Не удивлюсь, если этот артефакт расколется или потеряется в скором времени, — заметил он.

— Это угроза? — встрепенулся я.

— Это опыт, — печально проговорил Дамблдор.

— Ну, в таком случае я сделаю новый.

— А если потеряется и он? — лукаво сверкнули глаза профессора.

— В таком случае я сделаю с десяток! — отрезал я. — И еще сто, чтобы любой желающий эльф смог здесь учиться.

Профессор уважительно улыбнулся:

— Это потребует очень много сил, Гарри. Тебе придется проводить на болотах в поисках болотных фонарников все свое свободное время.

— Если потребуется, я это сделаю! — отрезал я.

— Кстати, как тебе вообще удалось отделить кусочек пламени? — заинтересовался Дамблдор.

— Да простая телепортация, — отмахнулся я. — В малых объемах. Ничего такого особенного.

Дамблдор странно посмотрел на меня, но продолжать тему не стал. Внезапно он снова стал серьезным:

— Ты ведь знаешь, что твой крестный сбежал из Азкабана, Гарри?

— Ого! — я заерзал в кресле. Тема была определенно скользкой.

— И вы с Гермионой и Невиллом были теми, кто навестил его как раз за день до того, как Сириус исчез.

— Да, какое совпадение. Должно быть, наш визит придал ему моральных сил, — широко улыбнулся я. — Я рассказал Сириусу, что его почти оправдали, но идиоты из Министерства упустили Питера Петтигрю.

Дамблдор поморщился. Видимо, он считал, что мальчишка 11 лет не должен называть взрослых людей идиотами, даже если так оно и было. Впрочем, я мог назвать их и предателями. Почему бы и нет? Наверняка Петтигрю выпустили оставшиеся в Министерстве Пожиратели Смерти.

— Не знаешь, где бы мог скрываться сейчас Сириус? — профессор пронзительно посмотрел на меня.

Я пожал плечами:

— Ну, мало ли, где его носит. В конце концов, он взрослый маг и знает волшебный мир значительно лучше меня.

— И то верно! — вздохнул профессор, который сделал в свое время все, чтобы Гарри Поттер знал о волшебном мире как можно меньше. — Ну что ж, можешь идти, Гарри, — улыбнулся профессор.

Кажется, Дамблдор, в конечном счете, был неплохим мужиком. Может, мы с ним и поладили бы, если б не эта его вечная игра в клоуна и всеобщего доброго дедушку, а также если бы я находился в своем настоящем теле, а не выглядел как сопливая одиннадцатилетка.

Выйдя в коридор, я почему-то получил шквал оваций. Оказывается детишки решили дождаться меня.

— Ты молодец, Гарри! Возможно, твое изобретение изменит этот мир, — жизнерадостно произнес Рон.

— Но для Луста оно уже изменило, — улыбнулась Гермиона.

— Не недооценивай собственную значимость, — я сурово взглянул на Гермиону. — Когда Луст выпустится из стен Хогвартса, ему понадобится работа. И не прислугой, а что-то стоящее. И надеюсь, что через несколько лет одна молодая волшебница в Министерстве замолвит словечко за своего сокурсника.

Гермиона с важным видом кивнула.

Что ж, все что я мог сделать для домовых эльфов этого мира, я пока что сделал. Не вести же их в самом деле войной на волшебников, обрекая на кровопролитную гибель и тех, и других.

Глава 66

К моему немаленькому удивлению, распределительная шляпа, которую Дамблдор извлек по такому случаю и устроил отдельное маленькое распределение для одного маленького эльфенка, отправила его в Рейвенкло. Первые дни с Луста ученики не сводили изумленных глаз. Однако тот держался с достоинством, лишь нервно оправлял полы своей маленькой черной мантии, которую сшила для него Гермиона из моей запасной. Я знал, что мантия для эльфа означает свободу и что неохотно они берут одежду, но Луст взял. Чем, наверное, сильно осложнил себе жизнь среди сородичей. Впрочем, мальчишка не жаловался.

Постепенно первый ажиотаж спал. Оказалось, что шар мой вполне терпимо заменяет волшебную палочку, хотя некоторые пасы давались Лусту с трудом. Все же они были рассчитаны на предмет продолговатой формы, а приходилось колдовать шаром. Но зато у шара были свои преимущества. Например, заклинание, требовавшее рассеянного широкого действия магии, как раз гораздо сложнее было творить палочкой чем шаром Луста.

Как-то раз в коридоре я застал некрасивую сцену, когда Драко и его приближенные насмешливо выговаривали что-то сжавшемуся в углу эльфенку. Я тут же подошел и без раздумий схватил Драко за ухо и как следует выкрутил.

— А ну-ка пойдем! — рявкнул я, наградив крепким ударом в солнечное сплетение Крэбба и локтем в нос отправив к мадам Помфри с разбитым лицом Гойла.

Драко даже сопротивляться не стал, лишь заверещал. Ухо я сжал действительно крепко. Так, как сжал бы его Стюарту, застав за подобным занятием. Скажем, если бы Стюарт надумал дразнить кого-то из оборотней в моем воинстве. По опасности ситуация была приблизительно одинаковой. Несмотря на то, что Луст сам был всего лишь ребенком, его магические способности позволяли смять Драко Малфоя в лепешку.

Я затащил Драко за угол, подальше от возможных любопытных глаз учеников.

— Что ты творишь, Малфой?! — прорычал я. — Ты совсем идиот?

Драко возмущенно вскинулся на меня и потер покрасневшее ухо.

— Да он раб, он не должен учиться с нами! — возмутился Драко, на что получил от меня крепкую оплеуху.

— Этот раб способен тебя в порошок стереть, дурья твоя башка! — рявкнул я в растерянное лицо блондинчика. — Ты когда-нибудь видел, как домовые эльфы на весу магически чистят ножом картошку, срезая тончайший слой кожуры? А теперь представь, что это твоя кожа, — я наградил опешившего Малфоя крепким щелбаном по лбу. — И сделать ты ничего не сможешь. Потому как держат они эту картошку магически весьма крепко. Магией, которая болванам вроде тебя недоступна. Им для этого не нужен ни шар, ни палочка.

Драко испуганно притих, растерянно глядя на меня. Видимо, перспектива попрощаться с кожей благодаря малышу Лусту его действительно испугала.

— Ты вообще не знаешь человеческой истории, да? —посмотрел я снисходительно. — К твоему сведению, во времена восстания рабов они убивали своих хозяев. Это еще в древнем Риме было. Да и потом тоже.

Я свирепо навис над Драко.

— С тебя когда-нибудь пытались снять кожу, болван ты эдакий?!

Драко испуганно замотал головой. Судя по моему выражению, он понял, что я уже близок к тому, чтобы продемонстрировать мальчишке, что это такое. Немного, конечно. Вредить Драко я не собирался, но пора в его возрасте обзаводиться хоть каплей ума.

— Луст первый в своем роде, — проговорил я. — Но скоро домашние эльфы будут учиться в Хогвартсе наравне с обычными волшебниками. И твоя выходка покажется будущим поколениям дикарской. Те, кто станет сейчас его друзьями, войдут в историю как друзья первого эльфа, который учился в Хогвартсе. Ты же, видимо, хочешь, чтобы потомки помнили тебя как идиота среди безликой толпы, которая травила первопроходца.

Драко испуганно замотал головой. Такая перспектива мальчишке определенно не нравилась. В конце концов, ему было всего лишь одиннадцать лет. И, видимо, дома его довольно долго настраивали против всех, кого нельзя было назвать высокорожденным потомком древнего рода. То есть против маглорожденных грязнокровок, волшебных существ, да и вообще всего, что не носит гордую фамилию Малфоев.

Я тяжело вздохнул.

— Пора бы уже думать своим умом, а не следовать ошибкам своих родителей, Драко, — проговорил я сурово.

Малфой помялся.

— Но, Гарри, домашние эльфы, они же, ну… пусть не рабы, но они же все равно зависят от источников нашей энергии, — проговорил Драко.

Я удивленно изогнул бровь.

— Они нам не равны, Гарри! — горячо проговорил мальчик. — Просто не могут быть равны. Посуди сам. Домашние эльфы заводятся в старинных домах волшебников и служат нам вполне добровольно. Им нужны наши источники магии, — сбивчиво проговорил он, неловко пытаясь объяснить довольно разумную для одиннадцатилетки мысль.

Я посмотрел на Драко ехидно.

— Наших источников энергии, значит? — хмыкнул я, угрожающе нацелившись щелбаном на лоб Драко.

Мальчишка прикрыл лоб руками, разгадав мои нехитрые намерения.

— А откуда, скажи на милость, взялись наши источники энергии? — произнес я язвительно. — Ты в курсе, что прежде в этих землях вообще не было людей? Судя по Запретному лесу и тому, что он был здесь задолго до Хогвартса, это были владения волшебных существ.

— Ну и? —удивленно проговорил Драко.

— А то, дурья твоя башка, что все волшебные источники энергии, которые якобы наши, — это то, что люди отняли у прежних владельцев. По сути, домашние эльфы просто вынуждены селиться рядом с тем, что прежде и так принадлежало им и другим волшебным существам. Но теперь люди объявили своим и в качестве платы потребовали рабский труд.

Драко изумленно поморгал. Такая мысль ему в голову не приходила.

— Ммм, Гарри, ну... — проговорил он растерянно.

— Что, не думал об этом с такой точки зрения? — фыркнул я.

— Если честно, нет, — опустив плечи, признался Малфой.

Он тяжело вздохнул.

— Мой отец был в ярости, когда узнал, что с нами теперь учится домашний эльф. Он даже хотел перевести меня в другую школу, — расстроенно проговорил мальчик. — Говорил, что его сын не должен учиться вместе с рабом. А я не хочу! — вдруг вскинулся Драко. — Я совсем никого не знаю в другой школе и не хочу уезжать из страны. А другой подходящей школы такого уровня в Англии просто нет.

Мальчик опустил взгляд в пол.

— Все этот эльф виноват! И ты! — посмотрел он обвиняюще.

Я взял Драко за подбородок.

— И долго ты будешь делать то, что велит твой отец? — хмыкнул я. — А мозгов у него, уж извини, не много. Связаться с Темным Лордом, который, будучи маглорожденным, желал истребить грязнокровок. Тоже мне нашел себе Повелителя! Любому, кто дал бы себе труд хоть минуту подумать, ясно было все с самого начала. Так с чего тебе слушать отца? Думаешь, он посоветует что-то здравое?

— Не говори так! — обиженно проговорил Драко, сжав кулаки, но затем расстроенно кивнул. — Ну, с Воландемортом и правда вышло по-дурацки, — признал мальчишка. — Хотя, — он вдруг посмотрел на меня и торопливо заозирался, а затем, украдкой приблизившись к моему уху, зашептал: — Я слышал, как отец и его друзья обсуждали пророчество, Гарри. Согласно ему, Воландеморт вернется в твоем теле. Вот!

Мальчик отступил от меня, глядя расширенными от ужаса глазами, сам едва сознавая, что сделал. Ведь он выдал тайну отца и кому? Гарри Поттеру, врагу Темного Лорда. Глаза Драко заметались. Мальчишка явно не мог определиться, на чьей же он стороне.

Я вздохнул и положил руку ему на плечо.

— Если честно, меня уже похищали и пытались запихнуть Воландеморта в это тело, — признался я.

Драко замер. С застывшим взглядом он посмотрел на меня.

— Что, правда? О, Гарри! Так ты...

— О, нет, я не Воландеморт! — рассмеялся я. — Эти мерзавцы пожалели о своей идее, и больше всех пожалел Воландеморт. Ты же знаешь, я его и в годик-то уделал, а теперь и подавно! — я весело подмигнул Драко. —Лучше иди и подружись с Лустом. Хотя бы извинись для начала. Он не виноват, что у тебя дома проблемы. Возможно, у вас окажется намного больше общего, чем ты думаешь.

— Правда?! — изумился Драко.

«Нет, неправда», — подумал я, поняв, что начинаю говорить как Дамблдор, причем его фальшивая версия. Конечно, неправда! Что может быть общего между избалованным отпрыском древнего рода и эльфенком, родившимся в неволе и проведшим большую часть жизни на кухне Хогвартса? Но в конце концов, а вдруг? Может быть, им обоим квиддич нравится?

Глава 67 Гарри

— Это шпион, — сообщила Роза, когда в тронный зал к Гарри притащили невысокого седого мужчину.

Совершенно обычный крестьянин на вид, ничем не примечательный.

— Да с чего ты взяла, Роза? — удивился Гарри.

— А с того, что он светлый маг, люди видели, — мрачно произнесла Луиза, явившаяся вместе с ней.

Еще пяток воинов почтительно ожидал вердикта Гарри, стоя за спинами Розы и Луизы. Видать, они-то беднягу и привели. Гарри пристально поглядел в глаза человека. Тот не сопротивлялся и, казалось, не выказывал особого интереса к собственной участи.

— Э-ну-гм…Наверное, в темницу его, — неуверенно произнес Гарри.

Он понятия не имел, что делать в таких случаях, поэтому решил взять себе немного времени на раздумья.

— Его следует допросить! — вскинулась Роза.

— Допросить? — удивился Гарри.

— Разумеется, он наверняка уже передал какие-то данные Владыке Света. Нужно узнать, что именно, — заявила демоница.

— А… ну… хорошо, допрашивайте, — проговорил Гарри растерянно.

Ему вовсе не улыбалось мучить незнакомца, но раз уж тот был шпионом Света, то что поделать? Роза и Луиза посмотрели на него как-то странно.

— А разве ты сам этим не займешься, Карут? — осторожно уточнила кошка.

Гарри позеленел. «Карут наверняка брал на себя подобные неприятные обязанности», — отчетливо понял Гарри. Он бы не стал заставлять Розу, Луизу или кого-то другого. Мальчик сглотнул. «Круциатус!» — вспыхнуло в его мозгу. Действительно, что может быть проще? Именно этого, судя по всему, от него и ожидали.

Гарри сошел с трона и подошел к человеку.

— Ты уже отправлял какие-то сведения? — мрачно спросил он, отчаянно надеясь, что сейчас мужчина заявит, что все это большая ошибка, и вовсе он не светлый маг, и совершенно точно никакой не шпион. А еще хорошо бы это оказалось правдой.

Тот наградил Гарри угрюмым взглядом и промолчал. «Видимо, он действительно пойман с поличным, — угрюмо подумал Гарри. — Потому и не отрицает».

Мальчишка вздохнул.

— Где его взяли?

— Около казарм нашего воинства, — сумрачно произнесла Луиза.

«Стало быть, он мог лишь сообщить, сколько сейчас воинов в казармах, ближайших к замку», — сообразил мальчик. Вот и вся ценная информация, что от него мог получить Владыка Света.

— А еще он наблюдал за вами! — выкрикнул молодой темный воин, стоявший позади процессии.

— За мной? — удивился Гарри.

— Да, он следил за вами. Мы нашли записку, которую он отсылал с соколом.

— Вот как? — удивился Гарри.

Юноша приблизился и почтительно вручил Гарри короткую записку.

«Стреляет из лука каждый день», — прочитал Гарри. — «Примерно в полдень».

— Да уж, информативно, — протянул Поттер, задумчиво глядя на лжекрестьянина.

Никого пытать Гарри совершенно не хотелось.

— Я думаю, ничего важного он нам сказать не сможет, — заметил Гарри. — Я и так прекрасно знаю, чем занимаюсь с утра и до вечера. Теперь, оказывается, это и Весен будет знать. «Ну что ж, поздравляем его с этим ценным знанием, — язвительно подумал мальчик. — Я не только из лука стреляю, я еще и с мечом упражняюсь регулярно. Наверняка злобный шпион и это поведал Владыке Света».

Лжекрестьянин смотрел на него не мигая. Видимо, ожидал все-таки пыток или скорой казни.

— А знаете что? Отпустите его! — махнул рукой Поттер.

— Отпустить? — челюсти темных воинов отвисли.

«Наверное, не так уж просто им его было поймать», — подумал Гарри с сожалением.

— Ага. И передайте Владыке Света, что я могу самолично прислать ему свое расписание, если он того желает, — нахально заявил Гарри. — А может, просто явиться сюда, и мы поговорим с ним.

— Поговорите? — Вот тут уже поразилась Роза.

— Да о чем с ним разговаривать-то? — разъяренно поинтересовалась Лу, инстинктивно оскалив небольшие клыки, таившиеся в верхней челюсти.

Гарри понял, что сморозил что-то явно не то.

— Ну там, о перемирии может быть. Сколько можно воевать со Светом? — пробормотал мальчик.

— Сколько нужно, столько и можно, — с нажимом прорычала Роза. — Они никогда не оставят нас в покое!

— Да, до тех пор, пока не истребят полностью, — вскинулась Луиза.

Гарри вздохнул. Если честно, несмотря на все, что случилось, тот Весен, которого он повстречал в лесу в окружении волков, не казался Гарри таким уж плохим человеком. «Нет, он конечно притворщик», — зло напомнил Гарри самому себе. Но как ни странно, тогда он почему-то казался искренним.

Мальчишка пожал плечами.

— Ну а что вы хотите сделать с этим человеком? — посмотрел он на девушек.

— Казнить! — отрезала Роза.

— Пытать и казнить! — хищно прорычала девушка-кошка.

Гарри поморщился.

— Пытать его нет смысла, а казнить тем более, — отрезал он. — Просто пусть убирается из темных земель.

— Предыдущего-то хоть заставил деревню после орков восстанавливать, — помрачнела Роза.

— Ну так предыдущий пытался меня убить, — хмыкнул Гарри. — А этот человек всего лишь отослал пару строк Владыке Света.

— Да, с численностью нашего воинства, — вскинулась Луиза.

— А то Владыка Света не знает, сколько у нас воинов, — поморщился Гарри.

Насколько он знал, война шла так долго, что наверняка Весен изрядную часть темного воинства уже поименно выучил. Синхронно развернувшись, крайне недовольные девушки покинули тронный зал.

Гарри посмотрел на шпиона.

— Оставьте-ка нас, — велел он воинам.

Те покорно покинули зал оставив их вдвоем с растерянным мужчиной.

— Почему вы работаете на Владыку Света? — поинтересовался Гарри.

Тот дернул плечами.

— Потому что родился в светлых землях. А почему же еще? — хмыкнул он. — Родился бы в темных — работал бы на темные.

Гарри изумленно посмотрел на мужчину. Такая концепция была ему в новинку.

— Ну, значит вы могли бы работать и на меня? — поинтересовался Гарри осторожно.

— Смотря сколько платит Владыка Тьмы, — хмыкнул мужчина. — А что требуется?

— Ну, ничего такого особенного. Может быть отсылать немного искаженную информацию, — задумался Гарри.

Светлый дернул губами, усмехнувшись.

— Почему бы и нет? Но как вы узнаете, что я отправлю?

— Об этом позаботятся мои люди, — решил Гарри. — Вашей задачей будет просто писать, что они скажут.

Он уже решил подарить эту проблему в качестве подарка Рабастану.

Шпион снова пожал плечами.

— Ну что ж, дело нетрудное. Владыка Света платит мне золотой за два месяца работы.

— Вот даже как? — изумился Гарри, который был в курсе, что это, мягко говоря, щедрая плата.

— Ну, я же рискую жизнью в темных землях! — фыркнул мужчина, поймав недоуменный взгляд Гарри. — Или Владыка Света щедрее Владыки Тьмы? — нахально уточнил он.

— Владыка Тьмы щедрее Владыки Света! — неожиданно для себя зарделся Гарри. — Я буду платить два золотых.

— Пусть так, — мужчина вежливо поклонился. — Тогда могу я идти?

— Можешь, — решил Гарри.

Он вызвал обратно воинов, ожидавших в коридоре.

— Проводите его к Рабастану. Теперь этот человек работает на нас.

— Что, вот так просто? — вскинулась Роза, оставшаяся в коридоре неподалеку.

— Да, вот так просто. Ему положено два золотых в месяц, — отрезал Гарри.

— Сколько?! — возмутилась Роза. — Да я за эти деньги Владыку Света сама прирежу.

— Ну и прирежь. Целый кошель золота тебе отдам! — хмыкнул Гарри, прекрасно знавший, что демоница шутит.

Было бы так просто прирезать Владыку Света — его голова уже украшала бы главные ворота темного замка.

Роза проводила новоявленного двойного агента задумчивым взглядом.

— Как тебе такое только в голову пришло, перекупить его?

— Ну, не знаю, — честно сказал Гарри дивясь, что такое не пришло к настоящему Каруту в голову прежде. — Наверное, я очень не хотел его пытать, — честно признался мальчик.

Роза прыснула в кулак.

— Ты? Ты-то? — расхохоталась она. — Да ты чуть все воинство Света не запытал до смерти. Некоторые до сих пор в себя прийти не могут.

Гарри нахмурился.

— Что значит до сих пор прийти в себя не могут?

— Ну, пленные там, — смешалась Роза и вдруг умолкла, закусив губу. Она явно пожалела, что брякнула лишнее.

Гарри нахмурился.

— Что ты имеешь в виду, Роза? Немедленно покажи мне.

Демоница недовольно дернула хвостом, но все же привела Гарри в лазарет. Те, кто был ранен в недавней стычке со светлым воинством, уже явно шли на поправку, но в углу лазарета действительно было несколько парней в изорванных одеждах светлого воинства. Помимо обычных ран, с ними было не так что-то еще. Гарри обнаружил, что они сидят, уставившись в одну точку, и не реагируют на происходящие вокруг события.

— Что с ними? — поразился мальчик.

Роза посмотрела на него.

— Ну, ты даешь, Карут! Это же было твое заклинание. Ты же сам их пытал.

— И что? — осторожно спросил Гарри.

Роза наградила его долгим, пристальным и несколько подозрительным взглядом.

— Ну... Боль порой делает с людьми всякое, — медленно произнесла демоница.

Гарри молчал.

— Да, ты, конечно, не помнишь этого, — будто очнувшись произнесла Роза и с облегчением улыбнулась будто найдя подходящее объяснение. — Такое уже бывало. Помнишь, ты как-то отбил одного темного вельможу из светлого плена?

— Ну, эм... Не помню. — Гарри решил придерживаться своей легенды.

— Беднягу пытали так жестоко, что потом он несколько месяцев сам не свой был.

Гарри помрачнел.

— Вот как? И что ему помогло? — спросил мальчик.

Роза пожала плечами.

— Я не знаю. Ты самолично им занимался. Каждый день выводил на прогулку из лазарета, разговаривал с ним. А потом приехали его родственники.

— Вот даже как? — протянул Гарри и растерянно поглядел на светлых парней.

Он понятия не имел, где искать их родственников и едва ли они примут приглашение в темный замок.

— Может, просто вернуть их Свету? — растерянно проговорил мальчик. — Там им помогут?

— Сомневаюсь! — безжалостно отрезала демоница. — Уж Владыка Света с ними точно возиться не станет. Если очень повезет, то найдут родственников этих бедолаг и передадут им. Но судя по одежде, это простые воины. Кто там станет возиться?

— Тогда что же их ждет?

— Ну... — демоница почесалась ухо кончиком хвоста, искренне задумавшись. — Даже не знаю. Либо станут бродягами, либо, если очень повезет, поместят в какую-нибудь лечебницу.

Гарри уже хотел сказать, что этот вариант вполне подходит, как Роза безжалостно закончила:

— И сгноят там.

Мальчик потух. Он вновь растерянно посмотрел на людей, чьи жизни сломал.

«Они пришли сюда, чтобы убивать», — напомнил самому себе Гарри. Но сейчас он видел перед собой трех ребят, примерно возраста Стюарта.

— Значит, говоришь, раньше я самолично выводил того вельможу на прогулки? — кисло уточнил Гарри.

— Да. И ты с ним разговаривал.

— О чем? — спросил мальчик.

— Не знаю. Обо всем на свете, наверное. О чем можно говорить с человеком в подобном состоянии? — сказала Роза.

Гарри заскрежетал зубами. «Эх, был бы здесь настоящий Карут!» — с отчаянием подумал он. Как ни странно, сейчас Поттеру хотелось увидеться с ним гораздо больше, чем когда явилось светлое воинство.

— Ладно, надо хотя бы попытаться. Пусть кто-нибудь водит их на прогулку и разговаривает обо всем на свете. — Он выразительно посмотрел на Розу.

— Фуф, я уж боялась, что ты займешься этим сам! — хмыкнула демоница.

Гарри попытался представить, куда бы впихнуть подобное в свое расписание Темного Владыки, которому предстояло еще заниматься делами многочисленных просителей, объезжать хотя бы окрестные земли и регулярно отражать нападки орков и Света А еще Луиза уже неделю напоминала, что он давно не был на западной границе. Там неспокойно из-за лезущих из всех щелей монстров.

— Сам я, наверное, не смогу, — честно сказал Гарри. — Но, думаю, Рабастан мог бы выделить пару человек для этого.

— И куда мы потом их денем, когда они придут в себя? — уточнила Роза.

— Вернем светлым за выкуп, как и всех остальных, — твердо сказал мальчик.

Демоница покачала головой.

— Ты слишком добрый, Карут.

Уже уходивший из лазарета, Гарри обернулся на потерянных воинов Света. Они сидели все так же, не изменив положения, потерянно уставившись не знамо куда.

— Я так не думаю, — сумрачно сказал Поттер.

В конце концов, если бы он прямо сейчас снова оказался на той равнине, где принял бой со Светом, он поступил бы так же. «Круциатус» — это заклятие было отнюдь не таким безобидным, как поначалу показалось Гарри. Ведь оно позволяло нейтрализовывать людей, не убивая их.

— Ну, по крайней мере, они живы, — утешил мальчик самого себя. — И надеюсь, что им помогут.

А если нет, то, быть может, ему все таки удастся выкроить в расписании Темного Властелина немного времени. «Знать бы только, что делать в таких случаях», — растерянно подумал Гарри.

Глава 68

«Гарри, что ты делаешь?» — спросила Гермиона, когда я, устроившись в гостиной Гриффиндора, забрался с ногами в кресло и погрузился в книгу о магических существах. Это была не та книга, что нам выдали в качестве учебника, а другая, более старая, которую я нашёл в библиотеке. По ней, наверное, учился ещё сам Ньют Саламандр. Так что она содержала изрядное количество неточностей, которые он потом уточнил.

Это было скорее что-то вроде сборника сказок и легенд для волшебников. Так сказать, то, на что вы нарвётесь, если вдруг залезете в какое-то, ну, очень странное место, но, скорее всего, не повстречаете никогда в жизни.

Этакий магический сборник слухов по фауне магического мира.

Я, молча продемонстрировал Гермионе книгу, ожидая, что она отвяжется. Но нет, наша юная заучка обнаружила, что кто-то намеревался узнать больше, чем она. Гермиона тут же плюхнулась в кресло рядом и посмотрела на меня осуждающе.

–Гарри, а что именно ты хочешь там вычитать? — подозрительно спросила юная волшебница.

–Видимо, после того, что я устроил с Лустом, она ждала от меня чего-то необыкновенного. Я оторвался от книги. Ладно, в конце концов, Гермиона могла знать то, что я искал. Мало ли, что ей попалось в библиотеке.

–Ну, вообще-то я ищу расу маленьких одноногих существ, — сообщил я.

–Чего?! — удивилась Гермиона, а вся гостиная Гриффиндора навострила уши. Даже старшекурсники оторвались от своих занятий.

–Ну…, — протянул я. - Расу одноногих маленьких существ. Кажется, остроухих.

–Так погоди, это ж болотные фонарники? — удивился Перси Уизли.

–Ну да, они самые, — протянул Джордж Уизли.

Я вздохнул.

-Да, но только я ищу не призраков, я ещё из кого их понаделали.

–Кто понаделал? — ахнул Дин Томас.

–Добрые волшебники, ясное дело! — усмехнулся я.

–Добрые волшебники? — остолбенела Гермиона.

–Ага, добрые волшебники, предки современных древних родов, - хмыкнул я.– Кто же ещё?

–Ты хочешь сказать, что для болотных фонарников понаделали из кого-то? — изумился Рон.

–А ты думаешь нет? Они подходят практически под все классические описания признаков призраков.

Дети задумались.

– Ты считаешь, что болотные фонарники — это настоящие призраки? – уточнил Невилл.

–Ну они и правда призрачные существа, — протянул Фред задумчиво. – Может, Гарри прав и они когда-то были живыми…

–Никогда не слышала о подобных существах, — задумчиво протянула Лаванда Браун. – Маленьких хватает, но чтобы одноногие… Может, стоит спросить у Хагрида?

– Кстати, хорошая идея, — одобрил я.

Гермиона надулась. Ей было обидно, что эта идея пришла не в её умную голову. Что ж, такое бывает. Всегда найдётся кто-то, кто, если не умнее, то сообразительнее и расторопнее. Я продолжил изучать книгу.

«Итак, одноногие существа, не так же их много в волшебном мире?» — задумался я. Однако, даже на уровне слухов, мифов и легенд ничего подобного в старинной книге не было. Всего лишь сами болотные фонарники, о которых я и так уже знал предостаточно. Благо, провёл всю последнюю неделю, пытаясь изловить парочку, чтобы создать ещё несколько шаров, подобных тем, что сделал для Луста.

Не то чтобы домовые эльфы все дружно ринулись учиться в Хогвартсе. Я собирался сделать запас и доверить его Дамблдору. Может, не самая лучшая кандидатура, но другой не было. Как бы я ни относился к его лицемерию, но Дамблдор уже довольно давно был директором школы, к тому же являлся самым могущественным волшебником Англии и помирать вроде не собирался.

Идеальная кандидатура, чтобы хранить запас волшебных непалочек для будущих поколений студентов. Я хотел бы уже воспользоваться советом и действительно отправиться к Хагриду, но тут меня посетила одна мысль. «А почему, собственно, я ищу одноногих?» — задумался я.

–Ну, то есть, как вообще такие существа передвигаются? — пробормотал я вслух.

–Как? Прыгают на одной ноге, конечно! — предположил Рон.

–Ну да. Что же им ещё остается делать? — подтвердил Дин Томас, видимо, захваченный моей идеей поиска таинственных существ, из которых получились болотные фонарики.

Я почесал бровь.

–Итак, кого же наши добрые волшебники могли загеноцидить? — проговорил я задумчиво.

Детей передёрнуло.

–В смысле загеноцидить?! — ужаснулся Рон.

–Ну, а ты думаешь: вот мы тут ищем хотя бы упоминания о существах, из которых получились болотные фонарники, а самих фонарников полным-полно. На все магические леса Англии хватило. Как ты думаешь, как же так вышло, что живого народа нет, а призраков так много?

–М-да, — мрачно протянул Рон, уловив мою мысль. Кажется, детям открывалась неприглядная картина прошлого волшебников Англии, да подозреваю, и не только Англии. Хм. Я представил себе маленьких остроухих карликов, прыгающих на одной ноге. Да, зрелище выходило удручающее! «Вообще говоря, ноги, они же немного отличаются друг от друга» — задумался я. Как природа могла дойти до такого? Судя по учебникам биологии, по которым учились Дадли и Гарри, вообще-то существует такая штука как эволюция.

Она выбирает наиболее оптимальный способ, а не наиболее странный и удручающий. Да и вообще, если ноги парные, значит бывают левые и правые. Как ни старался, я не смог припомнить, левая нога была у фонарников или правая. Попросту не обратил внимания, пока за ними гонялся.

Мне вспомнились детективы, к которым я пристрастился вместе с Дадли.

–Шерлок Холмс со своим методом дедукции, пожалуй, уже раскрыл бы это преступление, — пробормотал я.

– Чего? — удивились юные волшебники, никогда, видимо, не слышавшие о дедукции.

–Дано: исчезнувший народ — одна штука. Куча призраков — много штук, — буркнул я. Волшебники, которые вырезали, видимо, в своё время всё, что шевелится. И почему-то призраки этого народа одноногие.

Дети переглянулись, губы Гермионы задрожали.

–Гарри, ты же не хочешь сказать, что… — глаза девочки округлились от ужаса.

–Перед тем, как их убить, каждому отрубали ногу? — ужаснулся Невилл.

Я посмотрел на нашего Героя Света, а фантазия-то у него что надо работает, не хуже, чем у Весена. Впрочем, я с облегчением заметил ужас и отвращение в глазах мальчика, а вот Весену эта идея определённо бы понравилась.

Нет, всё же Невилл скорее всего не вырастет такой же мразью, как Владыка Света, а вот по силам может когда и сравнится.

Я покачал головой.

– Не думаю, это надо окончательно было рехнуться, — проговорил я. -Да и зачем? К чему бедным существам, которых и так истребляешь, ещё и отрубать ноги?

Тот же Весен, хоть и мразь и сволочь, но сволочь исключительно прагматичная. Он использовал страдания погибавших на войне людей для того, чтобы укрепить собственную силу и создавать заклинания и заряжать артефакты. Ну, короче, прагматик до мозга костей. Допустим, в местной армии добрые света некоторое количество садистов, но не все ж поголовно.

– А, кажется, понял! — проговорил я задумчиво.

Дети навострили уши.

–Видимо, это был знак протеста.

–Что, отрубленная нога? — оживился Рон.

– Вроде того, — кивнул я. - Вполне возможно, что кто-то один герой этой расы в бою потерял ногу.

«Или не в бою», — добавил я про себя, но, поглядев на детишек, понял, что не хочу говорить это вслух.

Все же, они были ещё маленькие, всего лишь 11-летние дети. А я тут такое про их предков рассказываю.

-И вот этот, хм, допустим, герой или, скажем, невинный мученик, жертва ужасного произвола…

Лица детишек вытянулись.

-Он потерял ногу каким-либо способом. И вот, когда эта раса поняла, что их вот-вот уничтожат.., - я задумался, пытаясь уловить ускользавшую мысль. –– О! Они создали какое-то ужасающее заклинание, и все поголовно стали призраками. А в память об этом ком-то они выбрали одноногий призрачный облик.

–Звучит ужасающе, Гарри! — вздохнула Гермиона.

–Ужасающе правдоподобно, — заметил Перси Уизли, хмурясь.

В гостиной Гриффиндора повисла тишина. Я вдруг осознал, что скоро сделаю из детей что-то похлеще слизеринцев. Если они будут испытывать к предкам волшебников Англии те же добрые чувства, что и я, то они, пожалуй, устроят дома маленький, но бурный переворот. Поотпускают всех домовых эльфов. Да и мало ли, что ещё придумают. «Так, парень, ты вот-вот превратишься в местного Воландеморта», — осознал я. - «Этакий бунтарь против системы, а хорошие дела ты задумал или плохие, а Министерству Магии это будет без разницы, ты неудобный». А вот и приспешники нарисовались, лица детей пылали праведным гневом. Они были хоть сейчас готовы поднять на палочки любого, на кого я укажу. Только скажи, кто виновен в истреблении бедной несчастной расы. Меня же всё ещё интересовал вопрос, кем же фонарники были при жизни.

Наконец, пролистав книгу до конца, я вздохнул, примиряясь с реальностью.

- Что ж, возможно, мы никогда не узнаем, что за раса это была прежде, - вздохнул я. –– Все, что от них осталось, это их гордость и ненависть.

Гриффиндорцы притихли.

–И что же делать? Как им помочь? — тихо спросила Гермиона.

Я покачал головой.

–Боюсь, тут мы опоздали не на одно столетие.

Я закрыл книгу, в которой так ничего и не нашлось, и задумчиво уставился перед собой.

Я использовал огонь болотных фонарников для того, чтобы помочь домовым эльфам, но действительно, ничего уже не мог сделать для закостеневших в своей ненависти, древних призраков. В конце концов раса фонарников выбрала то, что выбрала явно осознанно.

Они даже все как один предпочли единый облик. В честь кого-то, чью трагическую историю мы никогда толком и не узнаем. Был ли это какой-то несчастный старик, зарезанный в собственной хижине, или молодой воин-предводитель, поднявший восстание против волшебников?

Вариантов была масса. Я ненавидел это чувство бессилия и беспомощности, когда опоздал. Такое не раз случалось в моем мире, когда мчался я во весь опор, но приходил слишком поздно к какому-нибудь тёмному городу или селению на границе со светлыми землями. Когда я видел издали вьющиеся столбы дыма, то знал уже, что опоздал безвозвратно, что Весен и его люди выжгли всё, что смогли. «Искоренили зло и Тьму», как они выражались.

На практике же это означало кучу трупов, женщин, детей, стариков и мужчин. И чувство оглушающего, отвратительного бессилия, когда не успел, не смог и не защитил. Я заскрежетал зубами, вспоминая одну такую деревню. Почему-то теперь фонарники, с которыми я провозился целую неделю, вызывали у меня схожее чувство. Хотя безобидными их не назвать.

Я долго молчал, потихоньку детишки разбредались из гостиной Гриффиндора, с таким видом, словно давным-давно пролитая кровь внезапно оказалась на полу нашей гостиной.

Остался лишь Невилл и ещё несколько ребят.

–Гарри, у тебя такой вид… не расстраивайся, — тихо произнесла Гермиона. – В старину было много жестокости.

– О, я знаю! — криво усмехнулся я.

Ведь по меркам этих детей я и сам жил «в старину». В так называемое средневековье.

- Её было достаточно много в старину и достаточно прямо сейчас.

Я резко поднялся из кресла и посмотрел на Невилла.

– Лонгботтом, как насчёт того, чтобы помочь дементорам?

Ну, ненавидел я бессилие.

– Дементорам? — ужаснулся Невилл, отшатнувшись от меня.

–Да, именно им! — широко оскалился я в ухмылке.

«А заодно подложим небольшую гадость Министерству Магии, что прозевало доказательства невиновности Сириуса», — добавил я про себя. - «Они сполна заслужили. Останутся без своих любимых дементоров и будут без них охранять Азкабан, как захотят!»

Глава 69

Итак, дальнейший план был очень прост. Для начала он включал в себя поиск палочки для Сириуса. Уже на этом я провалился с треском, потому что, чтобы купить крёстному Поттера сносную палочку, нужно было доставить его самого в Косой Переулок. А он, кстати, у нас разыскиваемый преступник.

Можно было пойти другим путём — попытаться купить палочку, хотя бы похожую на ту, что у него была прежде, с такой же сердцевиной и тем же деревом.

Но опять-таки, Гарри Поттер, покупающий нечто столь приметное — то есть копию бывшей палочки своего крёстного — снова плохая идея. К тому же, кто меня из Хогвартса отпустит для этого дела? Разве что опять Снейпа просить. Он мне по уши обязан тем, что избавил я его от метки Пожирателя Смерти. А то бы прямо сейчас вместе с остальными Пожирателями думал, как изловить Гарри Поттера и запихнуть в его тело Тёмного лорда попытка 2.0. Ну, или лежал бы где-нибудь мёртвый, познакомившись с моей тёмной стороной поближе.

Вот только одна проблема. Зельевар ненавидит Сириуса лишь чуть меньше, чем Джеймса Поттера. И я вовсе не был уверен, что благодарность ко мне перевесит.

В общем, варианта привезти Сириуса на подбор палочки не было. Купить Сириусу подходящую палочку сам я не мог, выбраться из Хогвартса не мог, Дадли до магазина Олливандера тоже не добраться, родители не отпустят. Замкнутый круг, короче.

«Итак, ладно. Первый пункт плана вычёркиваем, — решил я. — Но, в конце концов, у нас всё ещё есть Северус Снейп».

Я представил себе Северуса Снейпа и Сириуса, которые одновременно задействованы в одном деле. «А что, идеально, Северус же его ненавидит, — широко ухмыльнулся я, представив вытянутое лицо зельевара, когда я оглашу ему свой чудесный план. Что касалось Сириуса… “Ну, наверное, он уже повзрослел и несколько перерос тот возраст, в котором доставал зельевара», — понадеялся я.

Короче, совместная деятельность — это же идеальный способ, чтобы их примирить! Уж я-то, Тёмный Властелин, в этом смысле многое повидал. Некоторые мои подданные мечтали перерезать друг друга годами. А мне, между прочим, пришлось из них укомплектовывать армию, чтобы отбиваться от Весена и его людей.

«Итак, займемся сплочением нашей маленькой недружной команды», — решил я. Дано: беглый преступник — одна штука, крайне недовольный (Когда он был другим?) зельевар — одна штука; Герой света; Тёмный Властелин.

Я задумался. «Стоит взять с собой умняшку Грэйнджер — размышлял я. — Она девчонка сообразительная и расторопная, может подать дельную идею”. В конце концов, в вопросах местной магии я всё ещё плаваю. Не так-то легко изучать одновременно школьную программу, пытаться разобраться в устройстве мира магов, да ещё и присматривать за Гарри, который регулярно влезает в неприятности.

Даже на то, чтобы просто узнать с помощью волшебного шара, как у него дела в моем мире, уходила прорва сил. Мои попытки связаться с мальчиком были пока безуспешны.

«Словом, команда мечты!— решил я, мысленно вернувшись к текущей реальности. — А значит, пора воплощать план в действие!»

Но для начала надо было хотя бы поинтересоваться у крёстного основами аппарации. В Хогвартсе, как я выяснил, этой столь необходимой науке учат исключительно на старших курсах, а торчать ещё несколько лет в школе юных волшебников я не намеревался. По крайней мере, не в то время, пока Весен пытается захватить тёмные земли, прирезать беднягу Поттера, а заодно всех, кто мне дорог.

Ну, уж нет! Хоть и приятно побыть немного ребёнком. Наверстать упущенное, так сказать. Чулан, в котором вырос Гарри Поттер, отнюдь не худшее место — у него хоть крыша над головой была и еда три раза в день. Чем я в своё детство отнюдь не всегда мог похвастаться.

Для начала я вернулся к крёстному и стребовал поучить меня аппарации, хотя бы теоретической части. Одно дело читать об этом в книжках, и совсем иное — слушать мага, который сможет разъяснить тебе все тонкости. Крёстный постарался на славу. Он даже попытался применить аппарацию на малое расстояние при помощи моей палочки с пером из остролиста.

Получилось более-менее сносно, по крайней мере, наши кишки не аппарировали отдельно от остального тела. Мы оказались в метрах в пятнадцати от Визжащей хижины.

–– Ну, это…вот короче так оно и делается, Гарри. –– доходчиво пояснил мне Сириус. –– Эх, давненько я не колдовал. Надо было начать с чего-то попроще.

С этими словами он согнулся пополам и попрощался со своим обедом.

––Ну что ж, кажется, понял. Не наедаться перед тем, как телепортироваться.

Под чутким руководством Сириуса мне удалось даже парочку раз аппарировать по территории Хогсмида. При этом ещё требовалось не попасться на глаза местным волшебникам, ибо был я всего лишь первокурсником, то есть мне вообще не полагалось покидать Хогвартс.

«Что ж, это на крайний случай», — сообразил я, поняв, что прежде чем мне удастся аппарировать нормально, пройдёт ещё какое-то время. Можно было, конечно, попросту отложить мой план с дементорами. Веками терпели и ничего, потерпят ещё.

Но, если честно, мне не терпелось опробовать свою теорию, свою идею. Бывает такое — придёт что-то в голову, и ничем не выбьешь.

Ну вот, например, мысль «прикончить Весена» порой месяц-другой в голове крутилась, особенно после встречи с Владыкой Света. И ничем ты ее не перебьёшь: ни вином, ни охотой, ни женской компанией.

Закончив с подстраховкой, я отправился прямиком к Северусу Снейпу и без предисловий выложил ему свой план:

— В общем, забираем дементоров из Азкабана и переносим вот сюда, — показал я оторопевшему Северусу место на карте. — Затем я их спасаю.

— Да ты рехнулся, Поттер! — проговорил ошарашенный зельевар.

Судя по взгляду, казалось, он подумывает, не запереть ли меня в своём подземелье, просто чтобы Мальчик, который выжил, пожил ещё немного, прежде чем ему удастся скормить свою душу дементорам.

Я покачал головой:

— Учитывая попытки Тёмного Лорда возродиться, нам нужно как минимум выбить самых опасных существ из возможных его сторонников.

У Северуса аж челюсть отвисла.

— Серьёзно? Так ты ради этого? — растерянно проговорил он, вглядываясь в моё лицо. Поттер, ты абсолютно безумен!

Я пожал плечами:

— Если честно, не ради этого.

Но я подумал, что такой аргумент должен убедить Северуса. Сказать ему, что мне просто интересно попробовать? Не уверен, что зельевар смог бы понять и принять эту мысль. Слишком молод ещё.

— Ну, ладно, можно попытаться, — протянул, наконец, Снейп. — Но я не уверен. В конце концов, противостоять дементорам в одиночку очень трудно. Да и я на то не лучшая кандидатура, — задумался зельевар.

— Во-первых, не в одиночку. Там будем мы с Невиллом, - подбодрил я.

Северус поперхнулся:

— Когда ты говорил о могущественном светлом волшебнике, я думал, ты имеешь в виду кого-то постарше. И уж точно не Невилла Долгопупса! — произнёс он с гримасой отвращения.

Я сурово посмотрел в глаза зельевару:

— А чем, собственно, вам не глянулся Невилл? — поинтересовался я в упор.

От меня не укрылись попытки Снейпа доставать юного Героя Света при каждом удобном случае. С тем же успехом он мог бы пинать противопехотную мину из местных боевиков. Расплата была лишь вопросом времени.

Северус сглотнул:

— Он ну, он же ни на что не способен! — выдавил мужчина, старательно пряча глаза.

Похоже, дело было не только в этом, но, судя по выражению лица зельевара, он не сознался бы мне и под пытками, чем именно его так раздражает добродушный неловкий мальчик.

«Снейп явно не понял, что Невилл - Герой Света», — размышлял я.

В этом мире, похоже, вообще не слишком понимают, что это такое. То есть вот Гарри считается героем, ну и, конечно, Света, потому что не Тьмы же. Мальчик, который выжил, одолел Тёмного Лорда и всё такое, потому и герой. Но вот идея о том, что существуют прирождённые Герои Света была не так уж и популярна.

“Разве что пророчество!”, - вспомнил я, что еще выделяло Поттера.

Оно буквально сделало его Избранным, тем, кто одолеет Темного Лорда. Вернее, сиротой, тут как посмотреть.

Кстати… в пророчестве Трелони, насколько я выяснил, не говорилось напрямую, что это должен быть Гарри Поттер. Тень понимания забрезжила передо мной. Тут ведь кое-кто явно неровно дышал к матери Гарри. Юношеская влюбленность и все такое.

-Только не говорите, что вы вините Невилла за гибель Лили?! – поразился я.

Судя по исказившемуся лицу Северуса, я попал в точку.

-Ее убил Воландеморт! – отчеканил я звонким мальчишеским голосом. – Которому вы прислуживали! Обвинять в этом ребенка…

Снейп сник. Похоже, он не то, чтобы издевался над Лонгботтомом нарочно. Просто само собой получалось.

— Там будет ещё кое-кто, кроме Невилла! — широко улыбнулся я, решив нарушить воцарившуюся в подземелье мрачную тишину.

— Только не говори мне, Поттер, что ты задумал, и мисс Грэйнджер в это втянуть? — поморщился Северус.

— Ну, я пока ещё колеблюсь насчёт её кандидатуры, — признался я.

Ведь чем больше детей я возьму с собой, тем больше детей мне предстоит защищать. “А ещё хорошо бы не допустить гибели Северуса и Сириуса”, — прикинул я.

— Нет, Грейнджер, пожалуй, придётся оставить дома на этот раз, — я решил, трезво оценивать свои способности в теле одиннадцатилетнего ребёнка. — Там будет кое-кто взрослый.

— Правда? — обрадовался Северус.

— Ага, — пообещал я.

— Кто именно? — нахмурил брови Снейп. — Кого ещё тебе удалось втянуть в свои безумные затеи, Поттер?

— Это будет сюрприз! — широко улыбнулся я.

Судя по взгляду Северуса, он не ждал от меня ничего хорошего. Ну и правильно делал.

Глава 70

Закончив все приготовления, я прихватил с собой Невилла под видом очередной помощи зельевару. Декан МакГонагалл на это только нахмурилась с видом: «Ну и переходите тогда в Слизерин! Всё равно вечно ошиваетесь возле их декана!» Но так уж и быть, отпустила нас под честное слово Снейпа, что, разумеется, он вернёт гриффиндорцев назад в том же количестве и составе. Лицо Снейпа выражало угрюмое сомнение на этот счет.

Выбравшись наружу из Хогвартса, мы отправились в условленное место в Хогсмиде. Оно было неподалёку от Визжащей хижины, что само собой не понравилось Снейпу. А уж когда он обнаружил широко лыбящегося Сириуса, который вышел нам навстречу, декан слизеринцев и вовсе мертвенно побледнел.

— Это и есть твой сюрприз, Гарри?! — шипящим голосом поинтересовался он.

— Ага, он самый, — хмыкнул я. — И не делайте такое лицо, Северус. Вы прекрасно знаете, что Сириус невиновен в том, в чём его обвиняли.

«Зато виновен в кое-чём другом», — было написано на мрачном лице зельевара. Я невинно посмотрел на него.

— Да и вообще, как-то так получилось интересно: Пожирателем Смерти были вы, а столько лет в Азкабане провёл он, — задумчиво проговорил я.

Лицо Снейпа пошло пятнами. Он посмотрел на меня.

— На что ты намекаешь, Поттер? Считаешь, что моё место в Азкабане? — прорычал Снейп.

Я понял, что ещё чуть-чуть, и я потеряю самый ценный актив нашей команды — мага, обеспечивавшего нам с Невиллом прикрытие.И у которого не было перерыва в 10 лет в вопросах волшебства и аппарации.

— Не-не-не, — помотал я головой. — Я к тому, что можно быть чуть более снисходительным. Что бы вам ни сделал Сириус, он сполна заплатил за все свои прегрешения. Разве нет? Должно быть, ужасно провести столько лет в компании дементоров…

Я невинно похлопал глазками, притворяясь милым ребёнком, который просто хочет помирить своего крёстного и любимого преподавателя.

Северус нахмурился. Видимо, такая простая мысль до сих пор не приходила ему в голову.

— Ну ладно, быть может, он и правда сполна расплатился — пробормотал он с ненавистью, глядя в лицо Сириуса.

Тот же выглядел беспечным, довольным и счастливым. Ну, ещё бы! Я впервые разрешил ему покинуть Визжащую хижину. Не уверен, правда, что он и до этого по ночам тайком не выбирался из неё. Но вот при свете дня ещё не доводилось.

— Так, ладно, не отвлекаемся, — я сосредоточился. — Для начала Снейп перенесёт нас в Азкабан, — изложил я наш нехитрый план. — А потом в то место, куда и договаривались.

— Поттер, твой план — чистое безумие! — поморщился декан Слизерина. — Я участвую лишь потому, что понимаю: ты всё равно приступишь к его исполнению. Со мной или без меня.

Закончив препираться, Снейп поднял волшебную палочку и перенёс нас прямо ко входу в Азкабан.

Замок угрюмо навис над нами. Может, с точки зрения архитектуры он и был вполне ничего. А на рассвете даже красив, позолоченный, в лучах утреннего солнца, одинокий замок, возвышающийся посреди волн. Но я не мог отделаться от мыслей о тех ужасах, что произошли в его стенах.

— Может, давайте подождём дементоров здесь? — тоскливо спросил Сириус, которому совершенно не улыбалось заходить внутрь тюрьмы, где он провёл столько времени.

— Можешь постоять тут, — щедро предложил я, понимая, насколько тяжело ему приходится. Сам же я самым решительным образом направился внутрь Азкабана с жизнерадостными воплями:

— Эй, дементоры, где вас носит? Я тут привёл беглого преступника! Не хотите выйти и посмотреть?

Как я и ожидал, вскоре дементоры отреагировали. Первый же попавшийся дементор качнулся в мою сторону. Повеяло холодом. Я ощутил, как постепенно из мира вокруг пропадают краски.

Странное дело: если в прошлый раз я думал лишь о том, чтобы спасти Сириуса и был полностью сосредоточен на защите детей, то стоило оказаться в одиночестве, и вот она — знаменитая аура дементоров во всей красе. Кажется, в этом мире такое называют депрессией. В моём же мире название попроще — «тоска болотная». Обычно её заливают вином, иногда в таких количествах, что в итоге где-нибудь по пьяни, на болотах и сгинешь.

Я хладнокровно посмотрел на приближающуюся фигуру дементора.

— Друзей-то позови, мне не один нужен! В компании веселее! — заявил я нахально, а затем, развернувшись, бросился бежать.

Да уж! Аура дементоров, конечно, штука неприятная. Но ей далеко до того, с чем я сталкивался раньше. Если вы когда-нибудь имели дело с Весеном, то дементоры покажутся вам милыми созданиями.

Сейчас мне было не до особых рефлексий. То, что я задумал, было, грандиозным экспериментом. И я не собирался проваливать его из-за того, что на меня навалилась тоска и безнадёжность. Если вы когда-нибудь имели дело с Весеном или смотрели на опустошённый светлым маньяком город, который не успели защитить, то тоска, наваливающаяся свинцовым грузом на плечи при виде дементров покажется не такой уж страшной. Переживете.

Я решительно удирал от дементора, но не в сторону выхода, а наоборот — поглубже в Азкабан. Моей задачей было собрать как можно больше дементоров, а затем вывести их наружу, туда, где ждали Снейп и Сириус и нерешительно прятавшийся за их спинами Невилл.

Все трое, судя по их лицам, когда я вернулся, уже пожалели о том, что отпустили меня одного.

— Надо идти за Гарри, –– услышал я, обеспокоенный голос Сириуса, открыв пинком дверь, чтобы выскочить наружу.

— Не, не надо! — жизнерадостно порадовал я крёстного и со всех ног помчался к остолбеневшему Снейпу и Невиллу.

— Невилл, не дрейфь, всё в порядке, ты их главная надежда! — порадовал я мальчугана, а затем застыл рядом с перепуганными волшебниками.

Северусу потребовалось все его мужество, чтобы подпустить дементоров как можно ближе, согласно моему плану. Я видел, как он колебался, явно желая взмахнуть палочкой и немедленно унести нас подальше от опасности.

— Даже не думайте, профессор! Где же ваше сострадание? Бедняги мучаются сотни лет! — тихо прошипел я, когда Снейп уже занёс палочку, чтобы немедленно убраться отсюда, оставив разъярённых дементоров гнить в Азкабане.

Северус стиснул зубы и всё-таки подпустил опасность к нам поближе.

— Если они высосут наши души, Поттер, это уже не будет иметь значения, — сумрачно проговорил Снейп.

— Выши нос, никто тут ничего не высосет! — хмыкнул я.

Наконец, дементоры собрались вокруг нас, изо всех сил распространяя свою ужасающую ауру. Вот тут-то я и вцепился в руку Невилла, пребольно её сжав.

— А ну-ка, не кисни, Светлый Герой! — сурово сказал я перепуганному мальчишке. — Подумай о родителях. Ты же хочешь им помочь?

Да-да, я знаю эту маленькую слабость нашего Светлого Героя.

Невилл был добрым и славным мальчуганом, который обещал вырасти в доброго и славного взрослого. А ещё, знаете, в Героя Света — парня, способного испепелить тут всё вокруг, и нас, и Азкабан, и дементоров. Его аура способна превратиться в яростное испепеляющее солнце. Но это не единственное, на что способны Герои Света. Это просто именно то качество, которое развил в себе Весен.

Что касалось Невилла, я отчаянно надеялся, что мальчишка пойдёт по другому пути. И, быть может, я даже сумею, несмотря на свою тёмную натуру, указать ему этот путь. Ну, кто-то же должен.

=================

Хотите в ожидании следующей главы почитать классную книгу? Тыц сюда!

https://author.today/reader/495384

«Последний шанс сбежать у тебя, дурень!» — подумал я, демонстративно созерцая свои огромные когти.

Неа! Все без толку. То ли он застыл от испуга и просто не способен пошевелиться, то ли настолько дурной, что и впрямь готов полезть в мою пещеру. Судя по тому, что юнец сдвинулся с места и медленно пошел мне навстречу, второе.

«Все, хана тебе!» — мысленно примериваясь когтями к его шее, решил я.

Если ударить быстро, то больно не будет. Он почти ничего не успеет почувствовать.

«Разница лишь в этом «почти»… В том, что он будет мертв… Да какая мне-то разница?! Жаль, что нет Иннуа… Он бы остановил меня. Он всегда останавливал меня в таких случаях…» — почему-то пронеслось в моей голове.

Хотя, только схватки с Иннуа мне не хватало!

«Ладно, щенок, ты сам выбрал свою судьбу!» — я чинно вышел из пещеры, ощутив на чешуе перекрестье испуганных взглядов юных драконят и остальных сородичей, высыпавших из своих пещер, чтобы лицезреть воочию то, что я сейчас сделаю.

Практически в каждом взгляде взрослого дракона я прочел осуждение. Ну и плевать! Они что, забыли обо всем, что люди у нас отняли?! Обо всем, что мы потеряли из-за них?! Юнец между тем бесстрашно потянулся дрожащей рукой к моей морде. Для этого ему пришлось привстать на цыпочки и все равно не хватило роста. Руку что ли для начала ему откусить?

И не забывайте подписываться на автора!

Глава 71

— Снейп, сейчас! — Распорядился я, когда дементоры наконец подплыли поближе, и их удушливая аура стала просто невыносима.

Не мне, конечно, но вот судя по бледно-зелёным лицам, на Невилла и Сириуса, подействовала и весьма. Снейп держался из последних сил, к счастью, их хватило на то, чтобы перенести нас всех.

Мы оказались в том самом месте, которое я и запланировал. Это была территория морского музея в Портсмуте, прямиком на палубе старинного парусника. Дементоры заколыхались, удивлённо оглядываясь.

-Приветствую, господа! — широко оскалившись, сказал я.

Затем запел уже сработавшее прежде шанти, с помощью которого мы вызволили Сириуса. Дементоры замерли, прислушиваясь к бодро отстукиваемому моими ботинками ритму. «Морское шанти» — это не просто песня, знакомая каждому моряку. Она способна связать тех, кто любит просоленный морской воздух и тяжесть канатов в руках, даже сквозь миры. «Морское шанти» — это ритм, который помогает морякам, координировать движения, когда нужно действовать сообща. Ну, знаете, тащить тяжеленный канат всем вместе, натягивать паруса и всё такое. Слова шанти не имеют особого значения, хотя, подозреваю, во всех мирах поются примерно об одном и том же. В случае одного из самых любимых шанти в порту Дар-Минора, это была песенка про юную деву, которая ждала моряка на берегу, ну, а параллельно подрабатывала в кабаке, куда приходили и другие моряки. В общем, развесёлая была песня. Я не раз заслушивался ей мальчишкой, когда приходил в порт.

В общем, слова шанти должны быть весёлые, задорные и чётко ложиться на нужный ритм. Раз-два взяли! Вот на самом деле, как звучат все на свете морские шанти. А всё остальное – это подбадривающая, так сказать, составляющая. Про пьяного боцмана, находчивого юнгу или красивую своенравную девицу.

Преодолевая сковавшую меня тоску, я отплясывал шанти и передо мной словно вырастали стены Дар-Минора, города, где я вырос. И вновь оживал весёлый разноголосый порт. Я вспомнил покачивавшиеся длинные мачты, такие же, как на том корабле, куда привёл дементоров. Белеющие паруса, уходящих прочь кораблей. Вновь услышал разномастную речь моряков, повествующих о дальних плаваниях, смешанную с крепким запахом табака и языками, которых не знал.

В общем, есть в этом мире заклятие Патронус, которое действует против дементоров. Дар-Минор, пожалуй, оказался моим личным Патронусом, моей собственной крепостью, стенами, которой я окружил не только себя, но и всех вокруг. Я отплясывал морское шанти, и постепенно дементоры принимались качаться со мной в такт.

Ужас, исказивший лицо Невилла, медленно отступал. Я посмотрел в глаза мальчика, и задорно подмигнул ему, а затем и вовсе потянув за руку, заставил пуститься в пляс, отстукивая шанти вместе со мной. Слова песенки были просты и задорны, и вскоре мы затянули их вместе с Невиллом. Глаза мальчика задорно заблестели. Он, в общем-то, не понимал до конца, насколько страшную опасность представляют собой дементоры. Они так на минутку душу способны высосать. Это ж душа! Попробуйте кого-то возродиться в ее отсутствии.

Отплясывая, я взглянул в лицо Сириуса. Оно было бледным до бескровия. Но постепенно он приходил в себя, с удивлением глядя на своих бывших тюремщиков. Снэйп же наблюдал за всем этим просто с отвисшей челюстью. Похоже, он так и не верил до конца в мой план и был готов в любой момент аппарировать отсюда, прихватив с собой несносных мальчишек. Не уверен, собирался ли он забирать Сириуса или оставил бы беглого преступника с тюремщиками Азкабана. В любом случае, я не собирался допускать ничего подобного.

–– Давай, Невилл, твой выход! –– шепнул я, когда почувствовал, что дементоры полностью захвачены веселым ритмом. Невилл испуганно захлопал глазами.

–– Я?

–– Ты, ты, –– шепнул я. –– Ты единственный, кому под силу это сделать. Ты у нас Светлый Герой!

Мальчик посмотрел на меня с явным сомнением. Мне приходилось это шептать Невиллу, делая небольшие перерывы в песне. Что, кстати, не слишком, хорошо, сказывалось на дементорах. Но они не успевали прийти в себя, как я вновь затягивал ритм. К тому же, вокруг них было не что иное, как целый корабль. А ведь о происхождении дементоров несложно догадаться. Существа без души обитавшие в Азкабане. Месте, где когда-то окончательно тронувшийся, но могущественный волшебник запытал до смерти кучу моряков.

Корабль и шанти напоминали дементорам, кто они и откуда. Вот и весь секрет. То последнее человеческое, что в них еще оставалось, крошечная крупица. Ритм, скрипучие палубы и ветер треплющий, высокие мечты, пробуждал в них к жизни те песчинки, что еще были живы.

–– Но, Гарри, я боюсь! –– сдавленным шепотом признался Невилл. Я посмотрел мальчишке в глаза.

–– Их не нужно бояться, Невилл. Просто пожалей их, –– шепнул я.

Глаза Невилла изумленно расширились.

–– Пожалеть, Гарри? –– Растерянно переспросил он. –– Они же ужасные!

Я покачал головой.

–– Я же говорил тебе, это моряки, обычные люди, попавшие в руки к ужасному мерзавцу. Их пытали, как и твоих родителей. Так долго, что в них не осталось почти ничего человеческого.

Глаза Невилла изумленно расширились. Он посмотрел на дементоров каким-то растерянным новым взглядом.

–– Только ты, можешь им, помочь. В тебе есть Свет, что-то невероятное, способное исцелить подобные вещи, –– шепнул я мальчишке.

Невилл пораженно смотрел на дементоров.

–– И что надо сделать? –– Дрожащим голосом спросил он и поднял свою палочку.

Я продолжил петь, водя за собой дементоров по всему кораблю. Я заставлял их вспоминать, что такое скрипучая палуба под ногами, брызги соленого ветра и легкие волны, бьющиеся о борт корабля. Невилл же смотрел на них во все глаза. И постепенно я видел, как укрепляется его аура Героя. Она разгоралась Светом, но не ярким и беспощадным, как у Весена. А теплым и ласковым, как тот солнечный свет, что дарит растениям жизнь, пробуждая их по весне. Невиллу не пришлось использовать палочку. Он постепенно засветился сам. И разраставшееся вокруг него сияние метр за метром затопило корабль. Он просто смотрел на дементоров, ища под темными капюшонами, пропавшие лица. И постепенно они проступали.

Призрачные, разномастные, разновозрастные. Лица старых и молодых. Один дементор оказался совсем еще юным пареньком, наверное, лет восемнадцати. «Быть может юнга, или только-только повысили незадолго до смерти» –– Подумал я, глядя на призрак дементора.

Один за другим дементоры опускались на палубу. У них даже появлялись призрачные ноги. Они оглядывали корабль, друг друга и смотрели то на меня, то на Невилла, то на замерших пооодаль Снейпа и Сириуса. Сириус смотрел на дементоров неверяще. Мне оставалось лишь порадоваться, что Герой Света у нас именно Невилл, а не крестный Гарри. Уж он бы точно не сумел пожалеть своих мучителей. Но Невиллу, к счастью, дементоры ничего плохого не сделали. Какой-то пожилой одноногий моряк с деревяшкой вместо ноги отбросил с головы темный капюшон. У него была острая седая бородка и всклоченные седые волосы. Он медленно подошел к Невиллу и поклонился мальчишке. Призраки следовали его примеру один за другим. Я продолжил петь шанти. И вот они снова включились в танец. Но на этот раз уже и сами бодро, отплясывали ритм. Палуба наполнилась стуком множества ног. Танцуя, призраки иногда то проводили рукой по гладкой длиннющей мачте, то касались просмоленного борта. Я не знаю, сколько мы так танцевали, и как долго Невиллу удалось излучать свой невероятный чарующий свет.

Наконец наш танец оборвался. Уставший Невилл просто опустился на палубу к ногам Снейпа. Зельевар осторожно поддержал его за плечо. Я тоже выдохся, как собака, и не мог больше поддерживать ритм, так что остановился. Я опасался, что дементоры вновь примут свою ужасающую форму, но этого не случилось. Призраки моряков остались, какими и были. Все еще в черных накидках дементоров, но теперь это, без сомнения, были люди. Самые обычные люди, под дементорскими плащами наряженные в старинные костюмы этого мира. Они растерянно оглядывались вокруг, с видом людей, которые внезапно оказались в другом времени, столетия спустя, да еще и призраками. «И что нам делать?» - читалось на их лицах. Неожиданно один из них, рослый, широкоплечий, подошел к штурвалу корабля, огладил призрачными пальцами дерево. Как ни странно, они не прошли сквозь штурвал, а цепко его ухватили. Я назвал про себя этого призрака капитаном. Он был черноволосый, с сильным и властным взглядом. Тонкие губы призрака озарила сверкающая улыбка, а затем он резко крутанул штурвал. Корабль, как ни странно, повиновался. Это было невероятно. Я ведь знал, что этот самый корабль давно уже стоит на приколе и, по сути, являет собой музей. Он не был готов к плаванию, хотя неплохо держался на воде.

Во время экскурсии, на которую мы с Дурслями попали в Портсмуте, нам рассказывали, что о корабле хорошо заботятся. «Но не настолько, же хорошо, чтобы отправляться в нем плавание прямо сейчас», –– подумал я, глядя, как призраки деловито разворачивают паруса. Одноногий моряк, который, наверное, был боцманом или вроде того, прихрамывая, подошел к нам и гостеприимно показал на трап, ведущий к выходу. «Дескать, пора вам гости и честь знать». Ну-ну! Я возмущенно посмотрел на призраков, собираясь напомнить, что вообще-то это не их корабль. А потом подумал, -“А ладно!” Мне-то, в конце концов, какая разница, а призракам нужен дом. Так что я жестом пригласил всю свою команду на выход, оставив парусник в руках призрачной команды. Сойдя с трапа, мы с удивлением смотрели на то, как призраки деловито заканчивают ставить паруса, разворачивают корабль по ветру, а затем и вовсе поднимают якорь.

–– Не может быть! –– растерянно проговорил Снейп.

–– О, да, еще как может! – улыбнулся Сириус.

Я с тревогой оглянулся, не заметил ли кто-нибудь, творящихся на корабле вольности. Но, к счастью, сейчас еще было раннее утро, и музей должен был открыться только через три часа. Охрана же музея сидела дальше, так что на пристани Портсмута не было никого. Закончив с якорем и парусами, призраки просто на просто развернули парусник, и тот отплыл на глазах нашей изумленной компании.

–– Ну, и куда они? –– Потерянно проговорил Снейп, на чьем лице читалось ожидание крупных неприятностей за угон магловского корабля.

Спросят ясное дело не с дементоров. К ним и побойти побоятся.

Я пожал плечами.

–– Да какая разница! Мир посмотреть. Они его сотни лет толком не видели.

Снэйп устало потер переносицу.

–– Поттер, ты не представляешь, что начнется, если Министерству Магии станет известно о том, что тут произошло. Начиная нарушения Статута о секретности и заканчивая…

Зельевар не договорил, указав глазами на Невилла.

Я пожал плечами.

-Значит, они не должны узнать!

=============

От автора:

"Дракон и его мальчик" почти выложен! Герой, способный своей язвительностью потягаться с Карутом! https://author.today/reader/495384/4657095

Глава 72

—Роза, что это за штука? — спросил Гарри демоницу, зашедшую в его покои.

Роза проследила за его взглядом и побледнела. На длинном узком столе, возле стены в покоях Тёмного Властелина стояло несколько больших дымчато чёрных кристаллов. Ну, то есть всё это время они были просто черными. Гарри не обращал на них особого внимания, справедливо рассудив, что уж в спальне Тёмного Властелина полно диковинок и похлеще черных кристаллов, которые без труда можно было найти в сувенирных лавках Лондона. Ну, разве что размером эти были побольше. В Лондоне за такие, наверное, заломили бы огромную цену. Но сейчас один из кристаллов светился ярко-багровым светом и слабо мерцал. Почему-то Розе это совсем не понравилось. Демоница аж подпрыгнула. Она быстро подошла к кристаллу и принялась его оглядывать и чуть ли не обнюхивать.

—Вот чёрт! — демоница смачно выругалась на каком-то неведомом гортанном языке. — У нас проблемы, Карут! — сумрачно произнесла она, а затем взглянула на Гарри. — Ох, ты же ничего не помнишь! Всё время забываю об этом!

—Да что происходит-то? Что это за кристаллы? — спросил Гарри, которому передалась ее нервозность.

—Это маяки, — сумрачно проговорила Роза. — Ты установил их по периметру западных земель.

— И?— осведомился Гарри.

— Эти кристаллы являются кусочками гораздо больших кристаллов, что ты установил там. То, что он светится, означает, что границу прорвала какая-то тварь, и нам повезёт, если она одна, — сумрачно проговорила Роза.

Гарри похлопал ресницами.

—Так это! — он старательно вспоминал всё, что знает о западных землях и чудовищах, что с них приходят. Вроде бы Стюарт говорил, что настоящий владелец тела, Карут управлялся с ними на раз-два.

— Значит, надо туда ехать и ловить тварь? - дошло до Гарри.

—Ну, в общем-то, да, — хмуро проговорила Роза.

Демоница принялась отсчитывать кристаллы, начиная с тех, что не светились.

—Один, два, три, четыре, пять. Пятый! — объявила она, осторожно дотронувшись до светящегося кристалла.

—Что значит «пятый»? — удивился Гарри.

—Это означает место, куда нам нужно ехать, - пояснила Роза. — Прорыв был в районе пятого кристалла, что ты установил на границе. Ладно, я пойду на конюшню, распоряжусь седлать лошадей. Жду тебя через пятнадцать минут.

—Что? — удивился Гарри. — Так скоро?

Роза удивленно обернулась на него.

—А сколько времени ты хочешь потратить, ожидая, пока будут гибнуть наши люди? — произнесла она таким тоном, что Гарри не сомневался: когда-то сама Роза уже слышала именно эту фразу в исполнении истинного владельца тела.

—Сейчас буду, — тоскливо вздохнул мальчик, у которого вообще-то в планах было вечером переодеться вместе со Стюартом в простолюдинов и в какой-нибудь из окрестных деревень сыграть в карты. Играть вдвоём со Стюартом было неинтересно, тот постоянно выигрывал.

В общем, сборы заняли у Гарри примерно те самые отведенные Розой 15 минут. Гарри старался изо всех сил, он попросту напихал в дорожную сумку одежды, сколько поместилось, взял с собой меч и лук. Справедливо рассудив, что стрелять с расстояния в какую-то неизвестную тварь гораздо приятнее, чем схватиться с ней вблизи.

Через пятнадцать минут он уже был в конюшне. Роза почему-то оседлала аж четырёх коней.

—А кто ещё поедет? — наивно спросил Гарри, забравшись на свою лошадь. – Ты позвала Луизу?

Демоница наградила его ехидным взглядом.

—Только мы с тобой, — усмехнулась она. — Кому ещё под силу там справиться?

—Тогда зачем еще две лошади? — удивился Гарри.

—Чтобы менять их.

Они ж устают! — фыркнула демоница. — Это мы с тобой можем обходиться без сна несколько суток.

- Правда? — без особого энтузиазма уточнил Гарри.

—Ну, ты ж полу-демон, как-никак! — фыркнула Роза. — Не отставай!

С этими словами она пришпорила своего коня. И лишь в воротах замка обернулась на Гарри.

—Кстати, ты ведь оставил распоряжение, кто в замке будет за главного, да?

—Гарри молчал.

—Ведь оставил же?

—Э, ну, конечно, — неуверенно ответил мальчик, понадеявшись, что Стюар правильно истолкует его отсутствие.

Наследнику Тёмного Властелина хватит ума понять, что он теперь будет за главного.

“Может, не слишком разумно оставлять его за главного, — с запоздалым раскаянием подумал Гарри, направляя свою лошадь следом за Розой. — Но, с другой стороны, пора ему приучаться к ответственности”.

К тому же Стюарт неплохо справился, когда явились светлые, чтобы захватить темный замок. “Хотя, может быть, стоило оставить за главную Луизу”, — задумался Гарри. Осторожная, спокойная и рассудительная кошка, конечно, справилась бы лучше. Но всё-таки наследником Тёмного Властелина был именно Стюарт.

“Пусть привыкает”, — сурово сдвинул брови мальчик.

И чуть улыбнулся, вспомнив, как когда-то в самом начале знакомства невольно сравнивал Стюарта с Дадли. Но нет, они были решительно не похожи! Стюарт бойкий, веселый, пусть разбалованный да нельзя. Но Гарри ни разу не видел, чтобы Стюарт кого-то унижал или обижал кого-то ниже себя по положению.

Быть может, была парочка недопониманий у них с крестьянами, но Стюарт определенно это не со зла. Успокоив себя этими мыслями, Гарри поторопил своего коня и нагнал Розу. На лице мальчика сама собой расплылась улыбка. Вокруг мелькали деревья. Скорость и верховую езду он любил. Да и вообще, после многих лет жизни в чулане мчаться свободным галопом навстречу приключениям, было здорово!

“На встречу с чудовищем, — мысленно поправил самого себя Гарри. — Интересно, а на чудовищ «Империо» действует?”

=========

От автора:

А тем временем полным ходом идет выкладка моей книги Бездушный! Вас ждет убойный юмор и яркие запоминающиеся герои!

Вкусности! Он создан жрать вкусненькое! А теперь попробуйте раздобыть пирог в человеческом мире, если выглядите, как огромный зубастый червезмей! Да и репутация собратьев шорготов, мягко говоря, подкачала!

https://author.today/reader/503241