В шкуре демона

ПРОЛОГ

– Хозяин… Хозя-а-а-аин…

Тоненький заунывный голосок резал сознание, как полицейская сирена ночную тишь.

– Хозя-а-а-аин…

Я, не разжимая глаз, отмахнулся от надоедливого зова и в тот же миг почувствовал жар в руке. Что-то бахнуло, запахло паленым, раздался тихий скулеж и топоток.

Что за хрень?

Продрал глаза и обомлел. Небольшой, в десяток метров в поперечнике, цветастый шатер был практически пуст. Вместо пола – голая скала. Грязно-желтые стены размалеваны темными силуэтами. В центре, озаряя шатер мертвенным светом, висело зеленоватое марево. Языки фиолетового огня окаймляли расплывчатую дымку, по которой то и дело змеились голубоватые молнии.

Это что еще за светопреставление?.. Я опустил взгляд и…

Твою же мать! Что с моими руками? Что с моими ногами? Что со мной?!

Я лежал ничком на какой-то драной подстилке… Или то был не я?

Огромное тело, подстать перекачанному культуристу, в мгновение ока подчинилось приказам мозга и приняло сидячее положение.

Тщательный осмотр выявил здоровенные лапищи с пятисантиметровыми матово-черными когтями, две мускулистые ноги, оканчивающиеся раздвоенными копытами… и огромный хрен, под грубой набедренной повязкой, коим можно было удовлетворить, наверное, полкоровника! Темно-красная похожая на пергамент морщинистая кожа, на груди сменялась бронированным хитином. На плечах, локтях и коленях обнаружились острые костяные рога и… Бл*ха-муха, у меня были рога! Огромные завитые рога! Правая рука была слегка подкопчена. На запястьях, толщине которых позавидовал бы и Шварценеггер, болталось два грубо сделанных желтоватых браслета. Золото?

– Хозя-а-а-ин… – вновь донеслось откуда-то сбоку и в поле зрение вползло удивительное существо.

Тщедушная фигура, с непропорционально длинными руками, закутанная в какое-то тряпье, всем своим видом выражала рабскую покорность. Росточком менее метра, при ходьбе существо опиралось на покрытые хитиновыми чешуйками кулаки. Болезненно-желтая кожа, треугольная голова с большими болотного цвета глазами… Бр-р-р… Голлум и тот был симпатичнее.

– Это… Что это… Ты кто, кошак драный, такой? – спросил я, внезапно густым вибрирующим басом.

– Хозяин не узнает меня? Вугр огорчен, Вугр очень огорчен… Не кидайтесь в бедного Вугра больше огнем, пожа-а-алуйста…

– И не собирался! Что это за шуточки? Это розыгрыш? Не смешно! Абсолютно не смешно!

Никогда не отличался впечатлительностью, но сейчас мне почему-то стало жутко. Несмотря на предельный идиотизм ситуации, где-то в голове уже металось холодное понимание того, что стряслось что-то чрезвычайно, для меня, паршивое…

– Хозяин проводил ритуал, а потом лег и уснул… Бедный Вугр три дня пытался его разбудить, но у него ничего не получалось… Не наказывайте Вугра, пожа-а-алуйста…

Ритуал? Хозяин?

– Хозяин – это я, что ли?.. Кто я, твою мать, такой?

– Хозяин шутит? Ха-ха… Ха-ха-ха-ха…

Тщедушная тварь залилась тонким натужным смехом.

– Когда хозяин спрашивает, надо отвечать! – гаркнул я, когда понял, что лупоглазый уродец будет хихикать, пока не получит приказ заткнуться.

– Хозяин – это вы, хозяин! Агрбадан, младший сын Дутура Великого, Демон Высшего Круга, Имеющий право Писать Три Буквы имени! – отчеканил Вугр, взвизгнув.

Демон… Е—ть-колотить, демон, *ть! Я – демон!!! По имени Агрбадан! Твою же маму…

С помощью нескольких пинков из тщедушной твари удалось выбить краткую историю появления меня в этом мире.

Собственно, из-за своей краткости, эта история практически ничего не дала. Сам Вугр был создан Агрбаданом примерно с полудюжину дней назад, затем его хозяин принялся трудиться над каким-то сложным обрядом, и впал в кому. А спустя пару дней, в его теле очнулся я.

Бред! Чудовищный бред! Ужасный чудовищный…

Я тоскливо осмотрел убогий шатер и вдруг перед самым моим носом, в синих сполохах, возникла надпись:

«Убежище. Уровень 1»

Это что еще за хрень?

Я перевел взгляд на скукожившегося Вугра.

«Прислужник-прилипала. Уровень 2»

Твою же…

Мат так и просился на кончик языка. Я что, оказался в какой-то сраной игре? Да что здесь вообще творится?

Сплюнув дымящейся слюной, и больше не медля, я рванулся к выходу из шатра и застыл, пораженный открывшимся зрелищем.

Грязно-розовое небо с багровым окаймленным, почему-то, фиолетовым ореолом яростно палящим солнцем. Косматые перья серых туч, кои неведомый сотворитель сего мира разметал метлой от горизонта до горизонта и большие совершенно обычного вида луны, числом в полдюжины, засевшие на самом краю видимого небесного купола. Справа на горизонте, почти на пределе видимости, виднелась темная полоска гор, слева, насколько хватало глаз, тянулась выжженная порубленная ущельями равнина, с редкими пятнышками валунов. И все это выглядело… настолько уныло…

Что захотелось сразу завыть волком.

– Бл*ха муха, Славик, куда ты влип,– пробормотал я, вздохнув.

Мои владения выглядели не менее жалко, чем окружающий пейзаж. Рядом с шатром, который, как оказалось, был сшит из больших выскобленных шкур, в грязевой луже копошились три существа. Костлявые, размером вдвое больше Вугра, с желто-пергаментной кожей, сквозь которую проглядывали черные вены, в одних набедренных повязках. Блеклые запавшие глаза, этих ободранных сусликов-переростков, выражали вселенскую тщетность бытия.

«Раб. 1 Уровень».

Гм. Я подошел ближе и попытался их расспросить, но они только подобострастно пялились мне на ноги и глухо урчали.

–Вугр!

– Да-а, хозя-а-аин! – тут же вылез откуда-то из-под моего копыта прилипала.

– Кто это?

– Ваши Ра-абы, хозяин!

– Болван, я это понял! Что это за существа?

– Э-э-э… Ваши Рабы, хозяин! – озадаченно захлопал полупрозрачными веками прислужник.

Р-р-р.

– Для чего они мне? Что они должны делать?

–Все, что по-ожелае-ете, хозяа-аин…

Пришлось подкрепить свой вопрос добрым пинком, чтобы жалкая тварь ответила конкретнее.

Оказалось, Рабы действительно сделают все, что только пожелаю. Вернее, попытаются, потому как кроме добычи жратвы, практически ни на что не были годны. Жратвой здесь являлся какой-то убогий лишайник, что при должной сноровке можно было отыскать в скальных трещинах и ущельях. Им и питались все четверо моих подчиненных. Остаток такого лишайника я сейчас наблюдал прилепленным к заднице одного из Рабов.

– Ну так и что они тут сейчас делают? Почему не ищут жратву?

– Э-э-э…

– Что «э-э-э»? Распорядись!

Бл*ха-муха, да чтоб я съел свои копыта. Получив кусочек власти Прилипала просто расцвел! Выгнул костлявую спину, нацепил на треугольную морду выражение крайней брезгливости и, важно заложив руки за спину, степенно подошел к копошащимся в грязи Рабам.

– А ну за р-р-работу, сукины дети! – раздался его писклявый голосок. Щедро раздавая пинки, он погнал их куда-то в сторону гор.

Свалили? Ну и хрен с ними!

Мне нужно было подумать. Но в башке плескалась пустота. Одинокие мысли «Как?», «Почему?» и «Зачем?» носились по темным закоулкам разума не находя ответов... Все это напоминало крайне дурной сон… или компьютерную игру.

Раз уж ничего путного на ум не приходило, я решил обшарить свои владения.

Кроме «Убежища», рядом отыскалась смрадная яма под неоригинальным названием «Яма Рабов», прудик с бурлящей грязью, поименованный как «Чан» и столб черного мрамора – под названием «Грань». Он был буквально впаян в гранитное основание и гордо отсвечивал тремя звездами.

Собственно, больше поблизости ничего и не было. Разве что большие и маленькие кучки камней. Прилипала что ли забавлялся, пока Агрбадан был в отключке?

В задумчивости бросив пару булыжников в вонючее содержимое «Чана», я вернулся в Убежище. Жара снаружи начала пробирать даже мою толстую шкуру. В зловещем свете, исходящим от висевшего над землей марева, быстро его обыскал. Прикрытый грязной тряпкой, в углу нашелся здоровенный выщербленный топор, рядом валялась сумка с десятком болотного цвета тяжелых кристаллов и стопка пергаментов, испещренных непонятными каракулями.

Боевая секира Агрбадана. 1 Уровень.

Нехилый такой агрегат. Подстать этому парнокопытному телу. Так и вижу себя размахивающим этой бандурой посреди адской битвы.

Разобравшись с имуществом, я вновь вызвал магический интерфейс. Кстати, как оказалось, появлялся он только в шатре.

Быстрое изучение коряво написанных русских буковок выявило наличие двух видов ресурсов. «Еды» и «Маны Хаоса». Напротив еды красовалась гордая единичка, а маны Хаоса и того было ноль.

Вообще, у меня сложилось впечатление, что бОльшая часть интерфейса мне сейчас недоступна. Если отбросить мысли о сумасшествии, и предположить, что я каким-то макаром и в самом деле оказался в некой игре, то что за странная скудность?

К сожалению, я не большой поклонник стратегий и РПГ, оттягивался все больше в танчики и контру, но даже мне понятно, что для серьезной интересной игры необходим куда более широкий набор ресурсов, строений, заклинаний и прочего.

Р-р-р… О чем я сейчас думаю?! Я оказался в теле краснокожего парнокопытного, сижу в вонючем шатре и рассуждаю, как хреного поработали неизвестные гейм-дизайнеры?!

– Хозя-и-ин… – раздалось откуда-то снизу.

Я подпрыгнул от неожиданности и чуть не снес Вугру башку ударом копыта.

Почему-то мне стало стыдно.

– Чего тебе? – спросил я, убрав интерфейс.

– Прика-а-аз исполнен, хозяин! Рабы нашли еду!

– Пусть ищут еще, не отвлекай меня от важных дум!

Вугр испуганно кивнул и исчез, а я продолжил размышлять на тему: «Что, бл*дь, за пипец со мной случился?»

Увы, ничего здравого на ум так и не приходило. Я блуждал вокруг пылающей в центре шатра магии, перебирал кристаллы и примерял секиру имени меня, но это, ни на йоту не приближало к пониманию того, что мне делать.

К вечеру, который наступил через пару часов, Рабы накопали целую гору серо-бурого лишайника. Напротив графы «Еда» теперь мерцала цифра 10. Раздав по охапке этой хрени своим подопечным, я отправил их спать, а сам присел на камень пред входом в шатер.

И только багровое солнце скрылось с глаз долой, как ясно и отчетливо услышал веселый голос:

«Здорова, дружище!»

Я вскинулся и заозирался, пытаясь отыскать говорившего.

«Не верти башкой! Я внутри! Отвечай мысленно».

«Твою мать, только этого мне еще не хватало!» – подумал я, и невидимый собеседник залился похрюкивающим смехом.

Я вмиг рассвирепел и мысленно рыкнул:

«Хватит ржать, урод!»

Смех оборвался.

«Наверно, интересуешься, что же это все означает?» – вкрадчиво спросил голос, и вдруг в нем прорезалась сталь:

«Тогда заткнись и слушай!»

Мгновение казалось, что этот ор сейчас разорвет башку в клочья… Но когда голос зазвучал вновь, он снова был приветлив и весел:

«У меня не столь уж много времени, парень, чтобы с тобой ругаться. Ты сейчас в моем теле, а я в твоем. И это не может не огорчать».

«Что? Ты сран… Агрбадан? Что стряслось?..» – я с огромным трудом подавил желание высказать на русско-матерном этому гондону, все, что я о нем думаю.

«С тобой, а равно и со мной стряслась чья-то несмешная шутка. Или, скорее всего, злой умысел. Я с трудом сумел пробиться к тебе мыслью, связь неустойчива и требует колоссального количества энергии. У нас совсем мало времени, прежде чем это тело обратится в прах! И, знаешь ли, сдохнуть в вашем сумасшедшем мире я совершенно не хочу!»

Сумасшедшем мире! Ха!

«Так, давай по порядку» – оборвал я разговорчивого демона. И тот сразу перешел к делу.

«По-порядку, так по-порядку. Ты сейчас находишься в мире Рран, что мой отец не так давно присовокупил к Грозди – сонму реальностей, коей он правит уже более пяти тысяч лет. И все бы ничего, но старому пердуну пришло в голову удалиться от дел! Мол, «я устал, я ухожу, пора передать бразды правления Гроздью молодежи…»

«Не вижу связи…»

«Если заткнешься, увидишь, придурок! – вновь взорвался Агрбадан. И я послушно заткнулся. Пипец оказался угрожающих масштабов, но теперь, наконец, кое-что начало проясняться. – В общем, не знаю уж, кто его надоумил, но родил он гениальный план. Выяснить, кто же из его детей – девятнадцати Демонов Высшего Круга окажется достойным занять Трон Грозди, когда он отправится на покой писать мемуары. У заезжих торговцев каури он прикупил некую магическую систему, под названием «Отбор», которая призвана определить победителя.

Спустя некоторое время система была внедрена в один из недавно приобретенных миров, произошла Переброска душ и мы приступили. Но не успел я как следует освоиться, как оказался в твоем гребаном похожем на розового червяка теле!»

Дзынь!!! Тревожный звоночек разорвал тишину моего разума, но я, в мгновение ока вызвал образ соседки Вали с пятым размером буферов, чтобы оттеснить зародившуюся, было, мысль, в глубины сознания. Надеюсь, треклятый Агрбадан не успел ее засечь.

Ибо, этот сукин сын лгал! Вугр четко сказал, что перед тем, как я пробудился в рогатом теле, треклятый демон проводил какой-то обряд!

Но обдумывание этого факта я решил оставить на потом.

«Как такое может быть?» – спросил я, меж тем, собеседника.

«А я почем знаю? Я не специалист в пространственной магии. Я… я, если честно, вообще ни в чем не специалист… – из его голоса вдруг исчезли веселые нотки. Мгновение и он чуть ли не зарыдал. – Срать я хотел на этот Трон! Я самый младший из детей отца, мне не исполнилось и семиста лет, мне еще демоничек трахать, да… гм… демоничек трахать! В гробу я его вида-ал…»

ПМС у него что ли? Что за резкие смены настроения? Больше похож не на семисотлетнего демона, а на взбалмошную бабу…

Но и эти сравнения я тоже поскорее затолкал поглубже. Не стоит ссориться с единственным существом во вселенной, которое может хоть немного пролить свет на случившееся. Хотя…

Повинуясь внезапной мысли, я решил спровоцировать болтливого хрена.

«Сдается, ты пытаешься впарить мне какое-то фуфло!..»

«Верить или нет – дело, конечно, твое, но, видишь ли, какая штука… – голос Агрбадана вдруг посуровел, и из него повеяло льдом. – Волею Судьбы мы оказались в одной лодке, и от нас обоих зависит, окончится ли эта история хорошо. И если в вашем мире я смогу жить, то если оступишься ты, тебя ждет смерть».

Твою мать, мне жуть как не понравилось, как просто и буднично это прозвучало.

«Мое время заканчивается. Еще немного и энергия, что требуется для поддержания этого разговора, выжжет нервные узлы этого розового тельца. Пока я раздумываю над проблемой, займись развитием моего поселения. Я приложу все усилия чтобы вернуть все на свои места, а затем найти и покарать шутника… Но если я вернусь лишь для того, чтобы сдохнуть… Лучше мне тогда вообще не возвращаться на Рран.»

«В смысле?» – не понял я последнего пассажа.

«Не думаю, что отец сохранит жизнь неудачникам. Те, кто проиграют в «Отборе», отправятся кормить космических крыс.

Мать моя женщина!

«Легко сказать, «займись»! Я же ничего не знаю про ваши делишки!»

«Не беспокойся, никто из моих братьев ничего не знает о Рране и «Отборе». Перед переброской наша память была подчищена».

Демон замолк, и я почувствовал что, мысленная связь начала, было, рваться, но вдруг он возник вновь:

«Да, кстати, почему у тебя дома так мало жратвы?»

«Как так? На выходных я забил холодильник едой!»

Меня осенило, что проблемы у меня могут быть не только в Рране. Как бы этот урод, пока я здесь, не пустил мою жизнь под откос на Земле.

«Что такое холодильник? Я нашел только черное животное…»

«Животное?» – тупо переспросил я.

Гм… что он имеет ввиду?

«Да, довольно костлявое и жесткое…»

«Что?! Ты сожрал Барсика?!»

1 ГЛАВА

День 1.

Безымянное поселение 1 уровня.

Убежище - 1 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Еда – 6 единиц.

Мана Хаоса – 0 единиц.

Утро принесло с собой жуткую головную боль и такое же зверское чувство голода.

Хоть убей, не помню, как оказался на подстилке.

Держась за рога, я принял сидячее положение и обвел мутным взглядом полутемный шатер. Увы, со вчерашнего дня здесь ничего не поменялось: зеленоватое марево, топор в углу и подобострастно зырящий на меня Прилипала у изголовья.

Господи, за что все это мне?

Не знаю почему, но тщедушная фигурка Вугра так и просила наподдать ему копытом. Никогда не замечал за собой тяги к садизму, но тут мне пришлось приложить просто титанические усилия, чтобы сдержаться.

Проклиная Агрбадана и желая ему вековечных мук где-нибудь в Седьмом Круге Ада, я вывалился из шатра на утреннее солнце. Сегодня небо было нежно-розового оттенка, редкие пятнышки тучек сгруппировались вокруг гор, а луны вновь переместились почти к самому горизонту, но так и не пропали с небосвода. Багряная равнина тонула в дымчатом мареве.

Розовое небо, красное солнце и густо-багровая поверхность. Создатель этого мира явно черпал вдохновение у Данте.

Мрачно посмотрев на копошащихся в своей яме сонных Рабов, поприветствовавших меня радостным кваканьем, я побросал им часть собранной вчера жратвы и уселся на камень перед шатром.

Предстояло решиться на подвиг. А именно: за неимением лучшего, подкрепиться все тем же лишайником.

С бОльшим удовольствием я проглотил бы зажаренного кабанчика, или, хотя бы, Вугра, но в наличии была лишь эта хрень. И выглядела она еще менее презентабельно, чем та баланда, что я хлебал в армии. Вонючие серо-бурые побеги почему-то были склизскими, словно их достали из болота, а не нашли в раскаленном граните.

Я вздохнул и одним движением заглотил полкучки. Жевать это говно было выше моих сил.

Прислушался к себе.

Черт подери, чувство голода, кажется, ничуть не уменьшилось, а наоборот, превратилось в скребущего желудок беса!

Я со стоном схватился за щитки брони на животе. Небесные срани, что со мной происходит?

– Вугр… – позвал я прислужника.

– Д-да, хозяа-аин… – Прилипала вынырнул из шатра и тревожно воззрился на мою согбенную фигуру. Страха в его лупоглазом взгляде хватило бы на батальон балерин в темной подворотне.

А мне, меж тем, все плохело и плохело… Перед глазами повисла кровавая муть, а грызущий внутренности бес превратился в адского демона.

– Что.. Я… Ем?.. – выдохнул я прямо в испуганную мордочку, а рука сама потянулась к скрючившейся у моих копыт фигурке.

Вугр взвизгнул и исчез из поля зрения, сузившегося до размера тарелки. Взрыв боли бросил меня на горячую скалу, в ушах шумело, словно я стою у Ниагарского водопада… О Господи, да я, похоже, подыхаю…

В следующий миг мои лапы нащупали что-то живое, трепыхающееся, полное бьющейся жизни.

Р-р-р…

Последнее, что я запомнил: был короткий крик и металлический вкус крови на клыках.

Б..ть… Е…й рот… Е…ть мой лысый череп…

Меня вновь вырвало. На этот раз какой-то кашицей из перемолотых костей…

Б-р-р…

Кажется, я только сейчас ощутил, что все это по-настоящему. Взаправду. Когда когтями вспорол трепещущее горло Раба, когда я почувствовал, как истекает эта убогая недожизнь из этого убогого существа…

Твою же…

Пошатываясь, я поднялся с камня. Кругом, в радиусе двух метров все было залито кровью. Кто бы мог подумать, что в столь тщедушном тельце ее столько… Но самого тельца не было… Я съел его полностью, перемолов показавшиеся невесомыми кости крепкими зубами.

О Господи, все как в дешевом триллере…

Но, черт подери…

Я прислушался к себе. Попрыгал, пристукнув копытами по граниту…

Да я в жизни не чувствовал себя лучше! Сила и мощь поселились в каждой клеточке рогатого тела. Сырое мясо, словно заряд ядерных батарей наполнило энергией мои еще недавно скрученные болью члены.

И от этого на душе было еще гаже…

Я отослал двух оставшихся Рабов, под командованием Прилипалы, снова собирать жратву. Уродцы, похоже, и не заметили, что их собрат только что окончил жизнь в моем желудке.

И попытался выбросить произошедшее из головы. Я понял, что нахожусь на грани… еще немного и начисто свихнусь от всего этого дерьма… Надо срочно чем-то себя занять. Рефлектировать буду позже, когда разлягусь на диване с бутылочкой пивка, вспоминая эти чертовы приключения.

Итак. Агрбадан, конечно, тот еще мудак и, несомненно, утаил все, что можно было утаить, но насчет развития поселения он прав. Раз уж я застрял тут на неопределенное время, этим стоило заняться. Тем более что больше здесь делать было нечего.

Такой уж я человек – что-то решив, начинаю целеустремленно к этому идти. Потому, более не мучая себя моральными терзаниями, я решительно потопал в обход округи. Надо было осмотреться на местности.

Заложив петлю вокруг моих владений радиусом метров в пятьдесят, я не нашел ничего, кроме камней и вулканического песка. Две глубоких трещины, невидимые от Убежища, подбирались практически вплотную к поселению. Теоретически их можно было использовать для складирования припасов. Температура в них была ощутимо ниже, чем на поверхности. Еще было странное нагромождение небольших округлых валунов. Вот, наверно, и все местные достопримечательности.

Что ж, отсутствие результата – тоже результат.

Во время этого краткого путешествия я понял, насколько тело Агрбадана совершеннее человеческого. Оно легко переносило жару. На камне, раскаленным настолько, что на нем можно было жарить яичницу, я мог сидеть не испытывая никаких неудобств. Покрытая хитиновыми чешуйками задница едва-едва ощущала слабое тепло. Легкие с легкостью перемалывали пышущий жаром воздух, а потребности в воде и вовсе, кажется, не было.

Я прыгал по ямам и трещинам, как горный козел, совершенно не испытывая усталости.

Идеальный конструкт!

Разве что, держать равновесие на копытах было несколько непривычно, но и к этому я быстро приспособился.

Закончив с округой, переключился на сами владения. И если с назначением Убежища и Ямы Рабов непоняток быть не могло, то для чего служила бурлящая грязевая ванна под названием «Чан» и большой черный вонзающийся в небо фаллос под названием «Грань», я допереть не смог.

Бросив пару булыжников в булькающую грязевую массу, я раздраженно сплюнул и вернулся в Убежище. Висящее в центре шатра марево я уже разглядывал вчера, но новых мыслей, по поводу его назначения, в мою рогатую голову так и не пришло.

Позырив несколько минут на зеленоватую кляксу, я подумал: а не расспросить насчет нее Вугра? Уж не с помощью ли этой хрени, Агрбадан проводил свой треклятый обряд? Это, определенно, очень важная ху*та! Но для чего именно она нужна?

Дождаться возвращения Прилипалы или…

Почесывая плешь меж рогов, я в нерешительности замер перед подрагивающим маревом, и словно против воле потянулся лапой в его объятия.

Нет, я все-таки круглый идиот… Любопытство погубило столько народу, что из их черепов можно было сложить пирамиду выше пирамиды Хеопса…

Была не была!

Внутренне приготовясь хоть я атомному взрыву, хоть к пришествию Саши Грей, я сунул руку в магическую дымку…

Бл*ха-муха!

В следующее мгновение на меня обрушился водопад фиолетового пламени! Кажется, я даже закричал от неожиданности… А затем выматерился от удивления!

Вы получили: Мана Хаоса – 36 единиц.

Ваше поселение улучшено до 2-го уровня.

Получен доступ к новым Элементам Отбора.

И в тот же миг перед глазами развернулся новый интерфейс.

Он тоже был весьма скуп. В центре размещался схематично отрисованный план поселения. Вот Убежище, вот Чан, вот Яма Рабов… У каждого объекта подписан уровень. Лишь Грань его не имела. Слева висел сложный иероглиф, а справа перечень ресурсов.

Фух. Что-то начинает вырисовываться! Значит, эта висящая фигня служит одновременно и источником получения Маны Хаоса и доступом к Стратегическому интерфейсу. А зачем тогда еще Личный интерфейс, если его можно вызвать лишь в шатре и ничего, кроме куцего перечня ресурсов он не показывает? Где логика?

*ля, о чем я вообще говорю, какая, к черту, логика?..

Я нахожусь хрен знает где, хрен знает зачем и пытаюсь понять хрен знает что!

Сплюнув, мысленно потянулся к иероглифу, и он тут же он развернулся в недлинный, сгруппированный в три раздела, список.

Ага! Теперь живем! Именно этого я и ждал!

Стратегические Элементы:

– Возведение: Улучшенный Чан – 25 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Улучшенная Яма Рабов – 10 ед. Маны Хаоса

Тактические Элементы:

– Изучение: Призыв Гончая Хаоса – 5 ед. Маны Хаоса

– Изучение: Призыв Укоренитель – 25 ед. Маны Хаоса

– Призвать Раба- 3 ед. Маны Хаоса

Личные Элементы:

– Изучение: Заклинание Страж Границы – 15 ед. Маны Хаоса

Странная система, честно говоря. Все вперемежку. Почему за эту чертову Ману Хаоса можно и возводить здания, и изучать чары, и даже «призывать» существ? Не логичнее было бы иметь разные ресурсы для всего этого? По крайней мере, так было почти во всех стратегиях, в которые я играл в молодости. Неведомые каури, что впарили отцу Агрбадана этот сраный «Отбор», видимо, не заморачивались с тщательным продумыванием игровой механики.

Гм…

Или… Или, как говаривал наш взводный, сержант Дятлов, большой любитель банальных шуток и детских присказок: «Если ты параноик, это не значит, что за тобой не следят!» На все может… Нет, на все Должна быть причина! А значит и это засилье Маны Хаоса неспроста.

Вновь почесав плешь, убрал Стратегический интерфейс и вызвал Личный…

Опа! А вот и ответ на один из вопросов. Кроме значений Еды и Маны Хаоса, в нем появилось три значка: Огненный Кулак и Взор Ахара и Призыв Раба.

Но откуда они взялись? Ведь вчера их здесь не было!

Мне потребовалось меньше минуты, чтобы выстроить логическую цепочку.

Все проще простого! Я их не видел, потому что не мог применить! Маны-то было менее чем ни хрена! По-видимому, остатки я истратил, запустив в Вугра Огненным Кулаком…

Но тогда вырисовывается иная проблема. Если догадка верна, и по такому принципу устроена вся система, получается, я просто не смогу понять в какую сторону двигаться! Недоступное – не видно! Как распланировать развитие, узнать, какие постройки и юниты мне нужны, а без каких можно обойтись? Изучение какой цепочки развития приведет к мощным чарам, а какой к бесполезной фигне?

Млять, это же жутко неудобно!

А может быть, в этом и есть высший смысл? Чтобы я, т.е. Агрбадан и его собратья изучали не те области, которые, как они считают, выгодны для победы в «Отборе», а те, к которым предрасположена их личность? Гм… Если этот самый долбаный «Отбор» заточен на выявление самого сильного и разумного из них, то система должна оценивать именно их личные качества. Звучит весьма логично.

Ох, от всех этих раздумий заболела голова.

Я еще раз просмотрел предлагаемые возможности…

Что ж, если другого варианта нет, придется действовать наобум. Всю Ману Хаоса тратить не буду, неизвестно, сколько ее вообще приходит за день. Возможно, 36 единиц накопилось с того времени, как Агрбадан провалился в кому, но ради эксперимента, с каким-то количеством расстаться можно.

Более не колеблясь, я решительно активировал Изучение Гончей Хаоса и тут же заказал ее Призыв. Показатель Маны Хаоса просел на 10 единиц, а с улицы послышался торжествующий вой.

Не в силах сдержать любопытство, я ринулся наружу.

Е-мое… Отряхиваясь от грязи и сверкая багровыми буркалами, из Чана выбралась огромная лысая псина. Поджарое тело, покрытое розовой морщинистой кожей, кажется, состояло из одних мускулов и оканчивалось коротким шипастым хвостом. Небольшие шипы также размещались и на плечах… Прям как у меня!

Гончая шумно втянула воздух и бросилась ко мне.

Клянусь яйцами, мгновение я собирался встретить ее копытом в зубы… Но в горящих багровым огнем глазах было столько щенячьей радости, что мое копыто так и осталось стоять на земле.

Собачка понравилась с первого взгляда. И ни капающая из раззявленной пасти слюна, ни устрашающих размеров хрен, что вздыбился в небеса, когда она перевернулась на спину подставляя под почесанье пузо, не смогли изменить этого факта. Чем-то она напомнила покойного Барсика…

«Гончая Хаоса. 1 уровень»

Ха! Похоже, у меня теперь есть первый боевой юнит!

Я еще немного полюбовался песиком и вернулся в шатер.

Теперь пришла пора проверить заклинания. Что из себя представляет Огненный Кулак, догадаться было несложно. Тем более что разок я уже использовал его на Вугре, а вот Взор Ахара нужно было затестить. Расход в 2 единицы Маны Хаоса не представлялся большим. Гм… Вот только как его активировать?

Не успел я об этом подумать, как перед глазами возникла схематично набросанная карта окрестностей.

Все оказалось проще, чем я думал! Пожелай – и чары срабатывают!

Так, так... Вот поселение, вот три красных точки, несомненно, символизирующих моих подопечных… Они блуждали, я прикинул примерный масштаб, метрах в пятистах к северу.

Гм… а это что за точки?

Пятерка белых огоньков, растянувшись полумесяцем, медленно прочесывала территорию… будто…

Будто на охоте!

Твою мать, да пока я тут кукую, у меня сейчас сожрут подчиненных!

Р-р-р…

Сказать, что меня захлестнуло яростью, ничего не сказать! Но стоп! Спешка еще никогда и никого не приводила к успеху.

Я неимоверным усилием воли притушил разрывающее грудь пламя ярости.

Есть еще пару минут, прежде чем охотники доберутся до моих уродцев. Неизвестно, с кем придется столкнуться, а значит, помощь не помешает.

Больше не теряя ни мгновения, я забежал в Убежище, вызвал еще двух Гончих, подхватил секиру и в окружении чумазых собачек рванулся на север.

Ветер взвыл в ушах, когда я огромными прыжками, размахивая секирой, понесся, едва касаясь пышущей жаром земли. Тело Агрбадана работало как идеальный не знающий усталости механизм. Помню, как тяжело мне давался бег в армейке… Тогда я, с горящими легкими, изнывая от веса амуниции и обливаясь едким потом, с трудом одолевал даже пятикилометровые кроссы. А сейчас, перепрыгивая трещины и каверны, я несся подобно Черному Плащу на крыльях ночи! А рядом размытыми розовыми пятнами стлались силуэты моих собачек.

Блин, только еще бы член не так мешался… Полцарства за трусы!

Эти полкилометра мы покрыли за пару минут.

Вугр, развалившись на солнышке, почесывал пузо, лениво покрикивая на копошащихся в неглубокой яме Рабов. Тяга к власти у Прислужника была просто чудовищной и уступала таковой, разве что у вахтерши общежития Педагогического университета, с которой я вел баталии, дабы получить благословенный доступ к женским телам, скрывающимся в этом вожделенной месте.

Едва наша мини-армия подлетела к добытчикам, Прилипала в ужасе раззявил рот и попытался сделать ноги.

– Стоять! – приказ пригвоздил его к месту.

Собачки по-хозяйски обнюхали позеленевшего от страха Прислужника, а затем Рабов, которые, впрочем, и вовсе не обратили на них никакого внимания. Спокойной меланхолии или нездорового пофигизма этим существам было не занимать. Кажется, и Армагеддон не смог бы вывести их из равновесия.

– Берите жратву и валите домой, – бросил я Вугру.

Тот судорожно закивал и уже через минуту пара нагруженных охапками лишайника Рабов, подгоняемых пинками Прилипалы, двинулись в путь.

Я же озадаченно воззрился на изрезанную неровными трещинами равнину. Судя по моим расчетам, враги должны быть уже на расстоянии пары сотен метров. Но ничего похоже на фоне марсианского пейзажа Ррана не наблюдалось.

И в чем здесь прикол?

Я рассеянно потрепал суетившихся песиков по холке и вдруг хлопнул себя по лбу. Во дурень-то!

– Гончие. Искать!

Ха! Их не пришлось просить дважды! Поджарые розовые силуэты бросились врассыпную, шумно шмыгая носами. Не прошло и пары минут, как одна из них встала на дыбы в сотне метров от меня и залилась подвывающим лаем.

Блин. В следующий раз надо приказать дела это тихо!

Но где же враги? Это что, монстры-невидимки? Впрочем, тайна их невидимости раскрылась быстро.

Один за другим темные силуэты выбрались из трещин, по которым скрытно подкрадывались к моему отряду.

Членистоногие!

Пять похожих на крабов-переростков фигур застыли в нерешительности. Черно-бурые хитиновые панцири тускло поблескивали на палящем солнце, клешни, что запросто могли перекусить даже мою ногу, озадаченно щелкали, глаза-бусинки удивленно пялились на нашу компанию.

Твою мать, кажется, слышу скрежет их мозгов!

Но больше всего я поразился не странным тварям, а себе!

Взвыв от радости и отбросив к чертям всякую разумность и осторожность, я ринулся в бой! И вот что интересно, если с Рабами я не мог даже поговорить, бобикам Хаоса хватило отсвета мысли, чтобы вслед за мной рвануться в атаку.

Емана рот, я даже и не вспомнил о том, что все мое знакомство с топором заключалось в раскалывании чурок для растопки самовара сержанта Дятлова!

Сцилохор. 1 уровень.

– промелькнуло перед глазами, но мне было плевать на любые надписи. Кровожадное воодушевление выветрило из головы все иные чувства и мысли. Пятерка крабов растянулась почти на полсотни метров. Я выбрал двух стоящих по центру монстров, и с громким криком обрушился на них.

Щелк, щелк… Чудовищные клешни вспороли воздух там, где только что была моя голова.

Ощерившись, я сунул ему в морду кулак и спустил заклятье. Шар пламени растекся по черному хитину уродца, испарив глаза. Завоняла жженой резиной, он тонко заверещал и вдруг с нехилой скоростью припустил в сторону гор. Причем, смотря на уверенно перебирающего ногами монстра, я бы ни за что не сказал, что он слеп!

Ну и хрен с ним! Одной проблемой меньше.

А вот со второй тварью так быстро разделаться не получилось. Тратить Ману еще раз я в упор не хотел, а секире черная броня была явно не по зубам.

Опасно сблизившись, я несколько раз попробовал рубануть Сцилохора по глазам, но тот ловким движением, раз за разом подставлял край панциря. Секира оставляла на нем широкие зазубрины, но и только.

Черт подери. Этак мы тут до вечера будем танцевать. Мое парнокопытное тело не выказывало ни единого признака усталости, но щелкающие все ближе клешни напоминали о том, что одна ошибка и я лишусь какой-нибудь важной части тела.

Кстати. Неожиданно на ум пришла и вовсе неприятная мысль. А не сдохну ли я тут окончательно, пав под ударами жвал и клешней? Конечно, в стратегических играх, герой в таком случае обычно возрождается, но с чего я взял, что и в «Отборе» будет так?

Млять…

Задумавшись, я чуть было не пропустил бросок мерзкой твари в ноги. В мгновение ока она оказалась практически подо мной и, цапнув клешнями, отхватила приличный кусок набедренной повязки и… Твою же мать! Едва не отхватив еще кое-что самое ценное!

Р-р-р! Ах так?! Ну, ублюдок, держись!

Начав замах где-то из-за спины, я со всей дури опустил секиру на панцирь Сцилохора. Получи, гад!

И он треснул!

Вы открыли боевую способность «Сокрушающий удар».

Я в недоумении замер над поверженным противником.

О как! Но подумаем об этом позже.

Запрыгнув на большой валун, я осмотрел поле боя… Осмотрел и понял… Что я, *лядь, чертов идиот!

Мои собачки в бессильной ярости напрыгивали на закованных в броню врагов, но явно были не в состоянии причинить им какой-либо существенный вред! Лишь дьявольская верткость розовых песиков спасала их от ответных ударов огромных клешней. Но, то один, то другой Сцилохор все-таки дотягивался до ловких противников, оттяпывая то ухо, то хвост, а то и лапу! Одна из Гончих уже прыгала на трех ногах.

Ежу понятно, что из всей моей мини-армии, с этими ублюдками на равных сражаться могу только я. Бобики Хаоса, несмотря на устрашающий вид, не в силах были даже поцарапать их броню своими клыками.

Я отдал мысленный приказ, и дисциплинированные собачки сменили тактику. Теперь они, как подобает истинным Гончим, принялись кружить вокруг бронированных махин, оставаясь в недосягаемости их клешней. Крабы были довольно шустры, но собачки были быстрее. Пока они отвлекали внимание, у меня появилась возможность разобраться с местными Т-34 по одному.

Перехватив секиру поудобнее, я шагнул навстречу ближайшему Сцилохору, намереваясь быстро разделаться с ним только что открытой способностью.

Но не тут-то было!

Я дважды попробовал провести Сокрушающий Удар, но, увы, секира лишь бессильно скользила по покатой броне. То ли у него была какая-то хитрая активация, то ли еще что-то…

Обругав себя за самоуверенность, я принялся на ходу придумывать новую тактику.

Бац, щелк, бац, щелк.

Короткая схватка и мне удалось подрубить черно-бурому монстру пару ног. Тварь сразу стала много неуклюжее. Еще немного времени и некогда грозный танк оказался на пузе, бессильно скребя клешнями по граниту.

Вот это другое дело!

Оставив обездвиженного противника загорать, я бросился на помощь Гончим. У них, впрочем, дела шли тоже неплохо. Втроем они загнали двух оставшихся крабов на маленький пятачок, меж двух глубоких трещин, где и продержали до моего подхода.

Не прошло и пяти минут, как монстры были обездвижены, а затем и раскурочены. Оказалось, если вставить этому крабу-переростку секиру под зад и приналечь, он вскрывается как консервная банка!

Фух!

Разделавшись с последним Сцилохором, я устало оперся на секиру. Закончились, сукины дети!

И в тот же миг перед глазами повисло сообщение:

Вы получили Ману Крови – 12 единиц.

Ух ты! Мана Крови! Это что-то новое! Но зачем, для чего, почему?!

Р-р-р! Твою ж мать, как же неприятно тыкаться, как слепой котенок!

Отдышавшись, я осмотрел своих собачек. Одна была совсем плоха. Долбаный Сцилохор отчекрыжил ей половину передней лапы. Правда, ни хлещущей крови, ни особых страданий у Гончей не наблюдалось, но теперь она явно не боец.

Остальные отделались лишь выдранным мясом и царапинами.

– Можно поздравить нас с успехом, сестры… э-э-э, братцы! – сказал я своим подопечным и по очереди почесал каждого за ухом. Все-таки наличие приличных размеров елды однозначно указывало на их половую принадлежность.

Удивительно, но кроме панцирей, больше из растерзанных тел крабов ничего получить не удалось. К напоминавшему консистенцией камень, мясу, мои собачки не притронулись. А мне на ум пришла нехорошая мысль: чем же я, собственно, буду их кормить? Что-то подсказывало, что лишайник жрать они не будут. Неужели опять придется уменьшать поголовье Рабов?

На всякий случай я прихватил панцирь одной из тварей с собой, и мы двинулись в обратный путь.

Тащились медленно. Гончие нарезали круги, вынюхивая врагов, а я не торопился. Эта короткая схватка дала массу пищи для размышлений.

Во-первых – отныне никаких одиночных выходов Рабов за едой. Пара глазастых и носастых Гончих поблизости намного поднимут шансы на выживание тщедушных задохликов.

Во-вторых – надо срочно заняться увеличением поголовья вверенного мне зверья. Не знаю, чем тут занимался Агрбадан, что поселение в таком жалком виде, но это надо срочно исправлять. Что было бы, если подобная банда Сцилохоров заявилась в поселение день назад? Или еще кого похуже? А то, что здесь есть «кое-кто похуже», теперь я не сомневался.

В-третьих – информация. Не знаю уж, почему так было устроено, но на Рране никто никаких учебников и подсказок предоставлять не собирался. А значит – эксперименты, эксперименты и еще раз эксперименты. А также работа мозга. Если о смысле еще не изученных построек и заклинаний нет никаких данных, кроме названия, значит, будем строить предположения по названию. В конце концов, если б я немного напряг извилины, то легко бы догадался, что «Гончие» мало подходят к лобовой атаке на бронированные чудовища!

В-четвертых…

Но о «четвертых» подумать я не успел, потому что мы добрели до лагеря. Только сейчас я заметил, что он находится в едва уловимой низине и со стороны практически не заметен. Возможно, этим объясняется то, что мы еще живы?

С проклятьем бросив тяжеленный панцирь на скалу, я первым делом побежал в Убежище. Не терпелось увидеть, что поменялось интерфейсах, после обнаружения Маны Крови…

Но, увы, кроме наличия самой Маны Крови в списке ресурсов, ничего нового не было. Ах да, прибавился, разве что, некий Загон Гончих за 10 Маны Хаоса, но он, видимо, появился еще после изучения Призыва песиков, а я просто не обратил на него внимания.

Быть может, что-то появится на следующих уровнях развития поселения? По-видимому, тут все привязано именно к ним.

Кстати, а в связи с чем он повышается?

Гм... Элементарно, Ватсон! В связи с получением Маны!

В итоге получается такой расклад: Еда для рабов добывается в скалах, едой для меня являются сами Рабы, Мана Хаоса дается в Убежище, а Мана Крови дается за убийства монстров… Держу пари на что угодно – существуют и другие Маны! Только вот для чего они все?

Рискну предположить, что Мана Хаоса является базовым ресурсом расы демонов. Этим и объясняются ее регулярные надои не отходя от кассы. А вот за другой, видимо, придется побегать…

Ну да. Так звучит весьма логично и стройно: получаешь Ману – поднимаешь уровень поселения – получаешь новые Элементы Отбора (Постройки, заклинания, юнитов и т.д.)

Ха! Не столь и сложно все оказалось устроено!

Правда, несколько в стороне стоит Еда и то боевое умение, что я получил в схватке с Сцилохорами. Но дайте время и до этого допрем!

Внезапно какой-то звук привлек мое внимание. Я свернул интерфейс, и настороженно прислушался.

В шатре явно был кто-то еще.

– Здравствуй, милый, ты меня ждал? – раздался густой грудной голос.

Я обернулся, и тут что-то впилось мне в рот и полезло внутрь.

Спустя пару минут, демоница, со звонким чмоком оторвалась от моих губ, и я смог ее рассмотреть.

Ох ты ж!..

Идеально вычерченное матово-красное лицо, правильность черт коего могла посоперничать с ликами античных скульптур. Губы, мягкость и чувственность которых я только что испытал и которым обзавидовалась бы и Анжелина Джоли. Копна иссиня-черных волос, выбритых на левом виске, глаза, пылающие ярко-желтыми зрачками…

И даже закрученные назад рога и вшитая в кожу на щеке золотая цепь ее нисколько не портили.

А уж грудь… Да-да, абсолютно ничем не прикрытая грудь! Смотря на которую так и хотелось крикнуть – «Перфекто!» и зарыться в нее лицом. Тяжелые, будто набитые силиконовым имплантом полусферы с задорно торчащими сосками нагло уставились мне в живот.

Исходящий от нее едкий мускусный запах вначале показался неприятным, но уже через мгновение проник в кровь и зажег пожар внизу живота.

Вдруг демоница отвернулась и резко согнулась практически вдвое, представив на обозрение скрытую металлическими щитками задницу. Щелчок, пластины, гулко стукнув, упали на гранитный пол и моему обозрению предстали два идеального вида полупопия ядрено-красного цвета.

Мать честная, более прозрачный намек трудно было представить! И все бы ничего, блин… Но хвост!!!

Мой полуметровый агрегат взвился под углом 90 градусов, а все дальнейшее произошло и вовсе само собой.

Я и заметить не успел, как демоница сдвинула ягодицами мою набедренную повязку и насадилась по самое «не балуйся». На мгновение я даже забеспокоился, не проткнет ли такая дура ее насквозь? Но, то ли строение особей этой расы отличается от человеческого, то ли – то все долбаная магия, но размер елды не доставлял ей видимых неудобств. Наоборот!

И понеслось!

Ох, братцы! Это было… Не могу даже описать словами! Все такое – йэх, бум, трах! Йэх, уфф и вааааще…

Она скакала на мне и так и эдак, и я тоже постарался не дать слабины! Мои черные когти впивались в пышную задницу, прокалывая кожу до крови, я загибал ее и раком, и крабом, и устрицей… Ее полные огненной страсти крики, когда я вбивался в нее подобно сваебойной машине, заставляли колебаться даже магическое марево! А мой рык в те моменты, когда пожар в чреслах вырывался кипящей струей, клянусь, мог бы обрушить небо этого сраного мира!

– Агри, ты сегодня был на редкость нежен… – сказала она, когда свет снаружи уже потух, а мы в блаженной неге развалились на циновке.

Нежен?!

Я не нашелся, что ей ответить, лишь продолжил рассеянно елозить ладонью по ее груди. Крышесносящее сумасшествие отступило, и, пока тело блуждало в космосе мирозданья, моя башка лихорадочно заработала.

Демонический секс оказался неимоверно захватывающ и приятен, но меня разрывало несколько чрезвычайно важных вопросов: Кто она? Откуда она? И как она сюда, *лядь, попала?!

– Твой отец чрезвычайно доволен тем, как проходит эта игра, хи-хи… Сидит целыми днями, просматривая записи, Бариск уже устал оббивать пороги его покоев, призывая бросить развлекаться и заняться делами!

Отец? Отец! Как там его?.. Дуфур? Духур? Не… Дутур! Во! Е-мое, так значит она прямо из… Гм… Я поймал себя на мысли, что до сих пор не знаю как называется родной мир демонов.

Промычав в ответ что-то неопределенное, я затаил дыхание, боясь спугнуть удачу. Любая крупица информация была на вес платины.

– Ты сегодня как-то не очень болтлив, милый. Или ты все еще дуешься? Жалеешь, что я убила Шагру?

– Нет, что ты!

– И правильно, разве она ровня закончившей Школу Тридцати Трех Удовольствий?

Она чарующе улыбнулась, язык вдруг выскользнул изо рта, и, в мгновение ока удлинившись на метр, юркнул под мою набедренную повязку, обжигая шершавым прикосновением переутомленный член.

Чур меня!

Демоница хихикнула и убрала мутировавший орган на место.

– Ладно, а теперь к делу, – внезапно ее голос посерьезнел. – У тебя получилось?

О майгадбл! Чувствую, продолжение встречи будет не столь приятным, как начало. Ибо ежу понятно, это вопрос был адресован Агрбадану, что сейчас кукарекал в моей двушке в Казани, а не мне. Вскрывать карты жутко не хотелось. Я предпочел бы вначале скумекать, что к чему, а уж потом делать шаги, могущие привести к неоднозначным последствиям. Как отнесется эта милая красномордая девица к тому, что ее отодрал не сын Властителя Грозди, а некий Славик с планеты Земля?

Эти мысли вихрем пронеслись в голове.

– Да, – твердо и без капли сомнений ответил я.

– Отлично, Солар будет рад это услышать, – она перебралась мне на грудь, положила голову на сложенные ладони и заглянула в глаза. – Агри, ты ведь понимаешь, насколько это серьезно?

Черт подери, говорит со мной будто с малышом из детского сада.

– Да, конечно! – я энергично закивал башкой, а она ответила на это полным сомнения взглядом. Сдается мне, Агри был тем еще шалопаем.

Но этот опасный разговор пора было заканчивать. Любое неосторожное слово может вывести меня на чистую воду. И кто потом гарантирует целостность моей рогатой башки? Уж точно не я!

Зато, доказательство того, что Агрбадан нагло врал, сыплются прямо-таки как из рога изобилия. Этот треклятый ублюдок явно вел какую-то серьезную игру с серьезными дядями ради серьезных целей.

Черт подери, как бы я хотел оказаться от всего этого подальше!

– Что ж, я рада, что хотя бы здесь ты перестал вести себя как взбалмошный мальчишка. Мама всегда говорила, что у тебя член вместо мозга, я буду рада, если она в кое-то веки окажется не права, хи-хи…

Какое образное сравнение…

Вдруг она сползла с меня и, встав на четвереньки, умопомрачительно покачивая тяжелыми грудями, принялась что-то царапать когтями на граните.

– Вот, тайник примерно в тридцати пяти километрах отсюда. Защита распадется примерно через три недели.

Я приподнялся на локте и бросил взгляд на рисунок. На твердой породе виднелись проплавленные штрихи. Мое поселение, горы, ущелья и пещера.

– Карта сокровищ? – весело поинтересовался я, чтобы хоть как-то поддержать разговор.

– Не смешная шутка. Агри. Займись делом, а то ты и так отс… – она не договорила, внезапно скривившись, будто от зубной боли.

«Ты и так отстал»? Отстал от кого? От других моих собратьев? Это она хотела сказать?

– Мне пора, время на исходе…

Демоница встала, подобрала свою, если можно так выразиться, «одежду», которая при ближайшем рассмотрении оказалась своего рода наборной металлической юбкой и, послав на прощание воздушный поцелуй, просто исчезла.

2 ГЛАВА

День 2.

Безымянное поселение 2 уровня.

Убежище - 1 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Еда – 6 единиц.

Мана Хаоса – 29 единиц.

Мана Крови – 12 единиц.

Краснокожая демонесса свалила, а я так и не узнал ее имени. Мускусный запах еще долго витал в душном воздухе Убежища, будоража разум особо жаркими кадрами трипа по демоническому сексу.

Твою мать, вот это приключения!

Информация, что я узнал, была бесценна. Но и количество вопросов выросло просто в геометрической прогрессии.

Во-первых, Рран, как оказалось, не замкнут сам в себе. Обитатели метрополии могут по своему желанию его посещать. Мало того, похоже, это даже не возбраняется правилами «Отбора».

Во-вторых, вновь подтверждается, что ублюдок Агрбадан бессовестно лгал, плетя про «случайность» и чей-то злой умысел. Он, может быть, и был, но психованный демон точно знал про эту «случайность» куда больше, чем рассказывал. И, даже, чем черт не шутит, возможно, мое перемещение сюда – и была его цель! Звучит бредово, но и такой вариант нельзя сбрасывать со счетов.

В-третьих, прискорбно, но я, в лице Агрбадана, похоже, в аутсайдерах этой гонки на выживание. Обмолвка демоницы ясно дала понять – я отстаю в развитии от конкурентов. Что и не удивительно. Урод, что кукует сейчас в моей квартире, минимум неделю занимался хрен знает чем, вместо того чтобы развивать поселение.

Вообще, к нему набралась уже та-а-а-акая кипа вопросов, что…

Но самое главное – вот эта то ли выцарапанная, то ли проплавленная карта… Кстати о ней… Я попробовал поцарапать гранит своими когтями, что были не в пример больше и мощнее коготочков демоницы… И у меня ничего не вышло.

Вот поселение, вот горы. Два ущелья параллельно идущие от большой вершины, что высилась на северо-востоке… И пещера в дальнем конце правого ущелья. Заплутать может только полный идиот.

Что же там? Оружие? Магия? Инструкции?

Спорю на все что угодно, сексапильная демоница, «обряд», что проводил Агрбадан, и этот тайник – звенья одной цепи! А Солар, который «рад будет слышать», если уж и не самый главный главнюк в этой веселой компании, то, как минимум, локальный руководитель.

«Это заговор» – говорил управляющий тюрьмой Шоушенк… И он был прав. Все это прямо-таки смердит заговором!

Что ж. Единственное, как я могу хоть немного продвинуться в понимании треклятых хитрых планов треклятых демонов, это лично добраться до тайника.

С этими мыслями я покинул шатер и вылез на утреннее солнце. Которое, впрочем, уже немилосердно жарило потрескавшуюся равнину. Вугр дрых, свернувшись клубочком на большом камне у входа в Убежище, Рабы сонно квакали в своей яме, и лишь Гончие бодро и радостно наворачивали круги вокруг поселения.

То ли я уже немного привык к унылому пейзажу, то ли ночные скачки подзарядили мои батарейки, но настроение было отличное. Разбудив пинком Прилипалу, я вернулся в шатер, и, более не мешкая, принялся за дело.

Что самое главное в менеджменте? Правильно, планирование! К чему я вообще хочу прийти? К силе и мощи! Чтобы ни одна местная тварь мне не могла отдавить яйца! Но просто сила и мощь – даже не треть дела. Потому как надо знать, куда, где и в каком объеме их применить для достижения цели. А что нужно для всего этого? Инфа, инфа и еще раз инфа! Но и про оборону, конечно, забывать нельзя. Пока что она у меня практически на нуле.

Значит, первым делом нужно наладить разведку и заняться защитой. Это две архиважные задачи…

А еще – экономика. В моем случае Еда и Рабы, черт подери, в виде еды…

А еще собственное развитие…

Твою мать, да тут, куда не плюнь – везде дыра!

За ночь упало 18 единиц Маны Хаоса, итого получилось 29. Маны Крови по-прежнему было 12 единиц, но пока она лежала мертвым грузом.

Гм…

Минут на пять я завис над Стратегическим интерфейсом, думая, во что вложить полученный ресурс.

Держу пари на мой хоботок, что дорогущий Укоренитель аж за 25 Маны Хаоса ой какой непростой юнит, но тратиться на него сейчас было неразумно.

Изучение перспективно звучащего заклинания – «Страж Границы», я, скрипя сердцем, тоже отложил. Возможно, оно закроет мои проблемы с разведкой, а то и с обороной поселения, но, а если нет?

А вот «здание» я решил-таки одно построить. И хотя мои собачки из-за ночевки на улице никакого недовольства не проявили, я заказал им Загон Гончих Хаоса. Все остальное ушло в юнитов: два Раба и одного бобика.

Вуаля, и значение Маны Хаоса остановилось на восьмерке, чего должно хватить на два использования Взора и останется еще резерв на случай использования Огненного Кулака.

Закончив, я свернул интерфейс и вышел на улицу, где Гончие, восторженно гукая, как огромные морщинисто-розовые щенки обживали свое новое жилище – большой покосившийся сарай из потемневших от времени бревен, примерно в два моих роста. Вернее, три из них, т.к. четвертая – та, что вчера лишилась половины лапы, тоскливо поскуливая, лежала около Чана, словно желая уйти на покой туда, откуда явилась на этот багровый свет.

Мда… скорбное зрелище…

Я сочувственно потрепал ее по холке. Пока что никаких лекарских чар в упор не просматривалось… Скормить ей, что ли Раба?

Кстати о Рабах. Они, под командованием Прилипалы, меланхолично пережевывали чертов лишайник. Я одобрительно кивнул проявившему самостоятельность в вопросе кормления Вугру, а тот в ответ скорчил забавную рожицу неимоверной серьезности и потопал за новой охапкой жратвы.

И кстати о жратве. Я прислушался к животу… Бес, поселившийся в желудке, пока что молчал. И тем лучше. Меня начинала бить дрожь, едва я представлял, что однажды вновь придется отведать мяса одного из моих подчиненных. Гончие, кстати, тоже пока не выказывали признаков голода.

Закончив с экономикой, я дождался, пока откушает наша рабочая сила, и принялся нарезать задачи.

На вчерашнее место сбора лишайника нынче выдвинулся целый отряд из четырех Рабов и раненной Гончей, под предводительством Прилипалы. Первые несколько минут он с опаской косился на раз в десять превышающую его псину, но уже вскоре вальяжно развалился у нее на загривке, покрикивая на подопечных. Гончая вопросительно посмотрела на меня с немым вопросом «Че за хрень?», но я кивнул, что, мол, так и надо.

Ну а боевой отряд отправится в более дальний путь.

Для похода к горам время еще не пришло, но дорогу туда нужно разведать. Меня, конечно, очень беспокоил тот факт, что поселение я оставляю без охраны, но была стойкая уверенность, что, по крайней мере, сейчас, ему ничего не грозит. Выжило же оно как-то первое время?

Прикинув, территорию какого диаметра показал мне вчера Взор Ахара (примерно в два километра), я решил провести разведку следующим образом: отхожу от поселения на это расстояние, активирую Взор, отхожу еще на четыре, активирую его снова.

Первая же активация разведывательных чар принесла улов. Во-первых, на самом краю карты четко просматривался обрыв. Инстинкт подсказывал, что любые новые элементы рельефа, отличные от растрескавшейся равнины, могут быть интересны и полезны. А во-вторых, где-то прямо перед моим носом, на сотню метров левее, виднелась белая точка, а в полукилометре еще одна.

Кровожадно улыбнувшись, я потрепал по холке ближайшую собаченцию.

– Ну что, развлечемся?

Гончая коротко рыкнула и, повинуясь мысленному приказу, вместе со своими товарками ринулась вперед.

Полминуты прыжков через трещины и мы на месте. Еще полминуты ушло на то чтобы отыскать тварь среди тенистых ущелий. Огромная туша забилась под скалистый уступ и преспокойно дрыхла. И едва я на нее взглянул, мой энтузиазм резко подпропал.

Она была огромна. Метров десять длинной и три в обхвате, похожая на гигантского моллюска или песчаного червя с Арракиса. Тварь была покрыта потрепанной исцарапанной бугристой чешуей, будто недавно побывала в песчаной буре.

Чешуйчатый Сохар. 2 уровень.

Не рискуя спускаться к ней в лежбище, я улегся на край обрыва, и в сомнении осмотрел тушу. Даже и не знаю как к такой можно подступиться… Ни клыки Гончих, ни моя секира явно не в состоянии что-либо сделать с такой броней. Разве что жарить и жарить ее Огненным Кулаком до состояния шашлыка? Но сколько на это потребуется Маны? Увы, сейчас нам этот Сохар не по зубам.

Досадливо сплюнув, я погнал отряд ко второй точке.

А вот эта зверюга выглядела куда более перспективной для хорошей драки. Правда, похоже, она была в полной уверенности, что это она ведет на нас охоту, а не наоборот.

Длинная гусеница шустро засеменила к нам, едва показалась в зоне видимости. Численное превосходство противника ее ничуть не смутило, и вскоре я понял почему.

Рой Дрилопеков. 1 уровень.

Стоило нам сблизиться, как эта хрень распалась на добрый десяток относительно небольших мини-хреней!

Бочкообразные уродцы ростом метра в полтора были отдаленно похожи на Сцилохоров. Те же клешни, те же тонкие ножки… Разве что их панцирь состоял из нескольких заходящих друг на друга пластин, а не из одной. Поодиночке, такому верзиле как я или Гончие, Дрилопеки были не опасны, но когда их с дюжину…

Словно римские легионеры они споро выстроились в шеренгу, выставив в нашу сторону пощелкивающие клешни. Мгновение и, словно по команде, фаланга двинулась в атаку.

Черт подери… Не очень-то удобный противник. Ближайшая Гончая вопросительно посмотрела на меня, ожидая команды.

– Рассыпаться! – отдал я приказ, и наша кодла бросилась в разные стороны.

Дрилопеки на мгновение запнулись, а потом четко поделились на четыре отряда по четыре особи, каждый из которых решительно двинулся в сторону выбранного противника. Эти парни явно имели один разум на всех!

И что с ними делать?

Скоростью эти ракообразные особо похвастаться не могли… Может, попробовать растащить их отряды на большое расстояние, и разобраться по одному?

Я отдал мысленные команды бобикам Хаоса, и мы со средней скоростью побежали по расходящимся направлениям…

Но Дрилопеки тоже оказались не пальцем деланные! Разойдясь на расстояние в сотню метров, они дружно остановились и вернулись в точку сбора, видимо, разгадав мой план.

Во уроды!

В досаде на провал я даже начал грызть коготь…

Неужели придется отвалить несолоно хлебавши? Конечно, сейчас Мана Крови мне не нужна, но спорю на все что угодно вскоре понадобится и даже очень! Я с тоской посмотрел на застывшие, словно центурии легиона, отряды Дрилопеков.

Гм… Ими явно управляет своего рода коллективный разум. Но насколько хорошо?

Мы больше не пытались растащить их в разные стороны. Но пытались закружить, запутать, заставить разомкнуть ряды. Щели, ямы, небольшие овраги, все это заставляло Дрилопеков то и дело разъединять монолит центурий. Поворачиваясь фронтом к одной Гончей, они волей неволей подставляли спину другой.

Десять минут тактических маневров и вот – первая жертва!

Уловив момент, одна из собачек оторвалась от своих сопровождающих и, перемахнув через овраг чудовищным прыжком, атаковала фланг отряда, что бегал за мной. Грудью она буквально вышибла из строя крайне правого краба. А я не заставил себя долго ждать и молодецкими ударами отрубил ему две левые ноги, после чего Дрилопек молча завалилась на бок. Я уже, было, примерился добить вражину, но подоспевший отряд прикрыл его ощетинившейся клешнями стеной.

Но ничего! Начало положено!

Следующий час прошел в изнуряющих маневрах. Гончие вновь действовали загонщиками, а я обкрамсывал лишние ноги и клешни, постепенно сокращая количество полноценных боевых единиц Роя. То один, то другой Дрилопек, лишившись маневренности, падал, и я вскрывал его как консервную банку уже проверенным на Сцилохорах способом.

Наконец до разума Роя дошло, что обстоятельства складываются явно не в его пользу, он собрал семь оставшихся в боевой кондиции особей и уселся в круговую оборону.

Я пару раз обошел ощетинившийся клешнями круг и присел на камень отдохнуть. Эта беготня умотала даже парнокопытное тело Агрбадана. Черт, похоже, придется сегодня ужинать одним из Рабов…

Гончие, высунув языки, также разлеглись неподалеку. Собачки потрудились на славу. Идеальные воины! За эти дни я проникся симпатией к страхолюдным бобикам Хаоса. Бесстрашные, неутомимые, понимающие мои приказы с полумысли, о каких еще солдатах может мечтать командир?

Солнце уже перевалило за зенит, короткий день начал стремительно катиться к вечеру, а Рой Дрилопеков, кажется, был готов сидеть в обороне годами. Интересно, этим тварям вообще нужна еда? А питье? Кстати, а мне? С тех пор, как я появился в этом мире, я ни разу не ощущал жажды. Все это выглядело как-то ненормально… Как некая условность в компьютерной игре.

Так, но с Дрилопеками надо что-то решать. Или отваливать домой. Дадут ли в этом случае Ману Крови? Еще тот вопрос. Возможно, «Отбор» сочтет бой незаконченным, а значит, все наши сегодняшние усилия окажутся напрасными.

Думаю, настало время применить свой козырь. Магию.

Я взвесил секиру в руке и вновь раздал приказы Гончим. Рой уловил усилившуюся опасность и еще плотнее сжал ряды.

Наскок, еще наскок… Гончие закружили карусель, стремясь раздергать обороняющихся Дрилопеков и дать мне шанс приблизится к ним вплотную. Несколько ложных атак и это удалось!

Один из крабов чуть выдвинулся из строя, стремясь цапнуть за нос зарвавшуюся собачку, и в этот момент я атаковал его соседа. Отбив клешню, с размаху опустил секиру прямо на панцирь членистоногого.

Опа! Н-на!

Получилось! Перед глазами заплясала надпись:

Вы использовали боевую способность Сокрушающий Удар.

Хитиновая тварюга буквально взорвался фонтаном ошметков, а я, не медля, запустил Огненный Кулак в ее соседа.

Ощетинившееся клешнями кольцо распалось. Гончие, бывшие вдвое массивнее Дрилопеков, быстро разметали их в разные стороны. Вместо грозного монолита против нас оказались разрозненные и неопасные противники.

Дальнейшее было делом техники. Не прошло и десяти минут, как поле боя было зачищено.

Вы получили 24 Маны Крови.

Вы получили Универсальную Метку Развития 1-го ранга.

Я в недоумении уставился на потертый камень размером с кулак. По его поверхности бегали маленькие фиолетовые разряды, отдаленно напоминающие марево, висящее в Убежище.

Вот и новая загадка на мою рогатую голову.

Подняв Метку, я взвесил ее в руке. Тяжелая. Наверно весьма полезная хрень… Знать бы только как ее применить!

Черт подери, эти загадки становятся настоящей проблемой!

Раздраженно сплюнув, я поднял отряд в путь. Хотя, к счастью, серьезных ран за долгий бой никто из моих подопечных не получил, дальнейшее продвижение к горам я решил отложить. На Дрилопеков мы потратили слишком много времени, а надолго оставлять без присмотра добывающий отряд было как-то тревожно. Раненная Гончая, оставленная на охрану, мало что могла противопоставить местной живности. В ее задачу скорее входило раннее обнаружение врагов и их отвлечение, пока Рабы ретировали бы на базу.

Кстати, обнаружил интересную особенность местной атмосферы. Горы, хотя мы и приблизились к ним – ближе не стали, но уже на расстоянии километра жаркое марево скрадывало детали рельефа, превращая равнину в идеально ровный коричневый стол.

Остаток дня прокуковали, присматривая за Рабами. Плюс, совмещая нужное с полезным, я вытянул из Вугра все, что он помнил о первых днях, проведенных в этом мире.

Но, как и в первый раз, ответы Прилипалы не баловали подробностями. Тщедушное существо натужно пыталось угодить, но было не в силах утолить мою жажду знаний.

Собственно, в эти дни треклятый демон практически ничего не делал. Пару раз отлучался незнамо куда. Пару раз отсылал Рабов собирать жратву, под командованием Вугра, да разок сам откушал одним из тщедушных созданий. Ничего не строил, ни на кого не охотился, ничего не прокачивал. Потом вдруг, ни с того ни с сего, принялся суетиться и бегать по лагерю, а через некоторое время начал проводить этот самый ритуал, заключающийся в диких танцах, оре, вое, песнях… и прочей ереси…

Гм… Я и так и этак покатал в голове полученную инфу, но она была так скудна, что намозговать что-то на ее основе было практически нереально.

Похоже на то, что рогатый уродец поначалу чего-то ждал, а дождавшись, принялся за дело… Но эта догадка, даже если она верна, мне ничего не дает.

Я отослал Вугра дальше строить из себя генсека и растянулся под небольшой скалой, нависшей над пологой ложбиной. Хотя палящее солнце не доставляло никаких неудобств, тенистая прохлада была все равно приятна.

Вообще, если бы не опасность того, что я здесь застряну на веки вечные или меня однажды сожрет какой-нибудь Хренохок, приключение было весьма забавным. Никогда не страдал тягой к тщеславию, но роль властителя, даже над столь неказистыми подданными, грела душу.

Битвы, развитие поселения, сбор армии… Хотя в последние годы я больше уважал стрелялки, в молодости не смог пройти мимо незабвенных Героев. «Отбор» чрезвычайно напоминал компьютерные стратегии. Агрбадан плел что-то насчет неких торговцев, под наименованием кауры, что продали эту систему его отцу, но насколько все это близко к правде? Возможно, вообще никакого «Отбора» и нет, а я лежу где-нибудь в подвалах ФСБ, опутанный проводами… Эксперимент спецслужб – чем не вариант? Уж явно много реальнее варианта с демонской расой, Троном Грозди, Дутуном и прочей хренотенью…

Я отогнал эти мысли, пока мой разум совсем не скопытился от всех этих заворотов логики.

Но лежать просто так в ничегонеделанье было скучно…

Там, на Земле, я, как и любой житель города-миллионника 21-го века, постоянно был окружен сотнями людей и тысячами смыслов. Перекинуться словечком с продавщицей в магазине, поболтать о новой резине с автомехаником, посидеть с друзьями за бутылочкой пивка, ведя душные пьяные кухонные беседы за политоту… Телек, Ютуб и Вконтакт… Мы бесконечно поглощаем, поглощаем и поглощаем информационный мусор. Мы забыли, как тяжело быть наедине с собой.

А здесь ты сидишь, пялясь в укрытый жарким маревом горизонт, чешешь за ухом большую розовую собачку с горящим багровым огнем взором, и больше дел у тебя нет…

Наконец начало темнеть, и мы двинулись в обратный путь. Лишайника Рабы наскребли столько, что пришлось тащить его самому.

Путь не занял много времени, и только я пересек воображаемую границу поселения, как перед глазами заплясали корявые строчки:

Ваше поселение улучшено до 3-го уровня.

Получен доступ к новым Элементам Отбора.

Внимание! На территории поселения обнаружен Актор!

3 ГЛАВА

С проклятьем я бросил на землю лишайник, взял секиру наизготовку и пинком отправил ойкнувшего Вугра в тыл. Собачки, повинуясь мысленному приказу, растянулись в недлинную шеренгу.

Еще недавно такое родное и спокойное поселение внезапно приобрело зловещий вид. С места, где я находился, просматривалось лишь булькающее варево Чана, да черный монолит Грани, все остальное загораживала громада Загона и разлапистый шатер Убежища.

«Актор», твою мать. И кто же это может быть? Здоровенный монстр-босс? Новый юнит? Еще какая неведомая хрень?

Мы медленно двинулись вперед, тщательно осматривая и обнюхивая каждый камень. Сердце колотилось в удивительном для меня волнении. Даже в схватке с местными тварями я не испытывал особого беспокойства. Вот уж правильно говорят: «Неизвестное страшит»…

Ха! А вот и виновник торжества! Со стороны выглядит совсем неопасно.

Невдалеке от входа в Убежища нагло расположилась небольшая юрта. Подобно моему жилищу, ее стены, из выскобленных шкур, украшали аляповатые росписи, по углам торчали закрученные рога, а над входом висел беленный вытянутый череп с массивными клыками.

Сам Актор сидел прямо под ним и невозмутимо дымил длинной, похожей на индейскую, трубкой. Дымил как паровоз! Сизые клубы, складываясь в причудливые узоры, медленно поднимались в небо.

Был он стар, как сама вечность, замшел, как пень от баобаба и хмур, как грозовое небо. Его кустистым бровям мог бы позавидовать сам Леонид Ильич, а первоначальный цвет тряпья, в которое он рядился, не вычислил бы и Шерлок Холмс.

Но главное – это был человек! Человек, твою мать! Без рогов, копыт, броневого хитина и с коричневой, а не красной кожей!

Актор Гарей Вонючий. 1 уровень.

Закинув секиру на плечо, я бодро подошел к старичку и понял, почему у него такое странное прозвище. Хотя, за последние пару дней мой нос уже привык к адскому букету местных запахов, трахан от него с легкостью их перебивал. Он вообще хоть раз мылся в своей жизни? Впрочем, учитывая отсутствие воды на горизонте – вопрос скорее риторический.

– Папаша, закурить не найдется? – спросил я вынырнувшей из пучин памяти фразой.

Дедок мрачно смерил меня взглядом и вдруг рявкнул глубоким басом:

– И откуды, ты, хрен облезлый, взялся?

Емана рот, вот это поворот. Почему это – «облезлый»? Стало даже как-то обидно.

– А ну-ка повежливее, старый пердун, пока я тебе этой хреновиной башку не снес! – я многозначительно помахал секирой перед его носом.

Гарей вздрогнул от неожиданности и закашлялся. Поворчал, зыркая гневным взглядом, а потом, внезапно сменив гнев на милость, достал из-под тряпья потертый засаленный кисет и выудил из него небольшую отполированную годами трубку.

– Другое дело!

Я дал собачкам команду «Отбой», и уселся рядом с дедом. Тот, хитро щурясь, не торопясь набил трубку, раскурил и торжественно, держа обоими руками, преподнес мне дымящий сизым дымом агрегат.

– Прими, Владетель сего стана дар от Премудрого Гарея!

Степенно, подстать моменту, я кивнул, взял трубку, в моей лапище показавшейся игрушкой, и глубоко затянулся…

*ха-муха… Что туда этот сраный Гарей напихал?!

Я закашлялся, пытаясь выплюнуть легкие, слезы ручьем посыпались из глаз. Горло продрало, будто глотнул дыма с пожара на нефтеперерабатывающем заводе, и потому я даже не сразу заметил заплясавшую перед глазами надпись:

Вы заключили договор о сотрудничестве с Актором Гареем Вонючим.

Кхе-кхе…

Фух. Наконец, отпустило. Я утер слезы, и затягиваться больше не рисковал. Курил трубку как сигару – набирал в рот неимоверно дерючей горечи и, причмокивая, выпускал аккуратненькие колечки. Старикан уважительно покивал сему действу.

Значит, «договор о сотрудничестве»? Интересно, и в чем же оно будет заключаться?

– Как дорога? – спросил я, щурясь на заходящем солнце.

Вереница лун почти вскарабкалась в зенит, а пейзаж принял совсем уж сюрреалистический вид. К вечеру со стороны гор набежали тучи, которые, впитав багровые лучи, окрасились, почему-то, в фиолетовые цвета. Откуда они вообще берутся, если я за все эти дни ни разу не ощутил ни единого дуновения ветерка?

– Тяжела, тяжела… Но, как говорится: тише едешь – дальше будешь! ­– ответил похожий на бомжа собеседник, почесывая спутанную бороденку.

Я хмыкнул, подивясь старорусской присказке, изреченной неведомым Актором под багровым солнцем Ррана.

– Ну а откуда сам будешь?

– Не обессудь, Вождь, но коль много будешь знать – скоро состаришься!

Все еще не оставляя надежд выпытать у Вонючего Гарея какую-нибудь информацию, я спрашивал его и так и эдак, но вредный старикан лишь отделывался долбаными поговорками. Причем, если некоторые звучали точь-в-точь как в «Пословицах русского народа» Даля, то иные были явно местного разлива. На вопрос, «Какие видел страны?», запаршивевший ублюдок ответил что-то типа: «Барбахыг чует самку за три километра, но не в силах разглядеть свой хвост».

В конце концов, я оставил бесплотные попытки и со злостью вытряхнул остатки горелого табака из трубки. Пользы от Актора оказалось как с козла молока. Передо мной сидел примитивный НПЦ с непонятной функцией!

Сраные кауры!

Меж тем, совсем стемнело, едва просвечивающие сквозь тучи луны почти не давали света. Такое ощущение, что стало еще жарче, чем днем. Остывающая равнина парила сухой духотой. Отдал бы оба рога за бутылочку холодного пивка… Но это было чисто психологическое хотение, жажда по-прежнему не давала о себе знать. А также э-э-э… отсутствовало желание отложить личинку.

– Сегодня у тебя был трудный день, Вождь, – вдруг прервал мои размышления о продуктах жизнедеятельности старик. – Ложись спать. Утро вечера мудренее.

Я в задумчивости почесал меж рогами… Уж больно хотелось хоть одним глазком взглянуть на Стратегический интерфейс… Но все-таки решил последовать совету Гарея. Сегодняшний день и в самом деле был тяжел.

Я упал на циновку, и не прошло и минуты, как отключился.

День 3.

Безымянное поселение 3 уровня.

Убежище - 1 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих – 1 уровень.

Еда – 28 единиц.

Мана Хаоса – 49 единиц.

Мана Крови – 36 единиц.

Тьма и холод, холод и тьма.

За последние дни я так привык к испепеляющей жаре, что кажется забыл, что во вселенной есть еще и зимняя стужа…

Озноб содрогал тело, заставляя съеживаться в тугой комочек, в тщетной попытке сохранить крохи тепла. Кожа горела от лютого мороза, колотящееся о ребра сердце то и дело сбивалось с ритма. Вместо того чтобы разгонять по стынущим жилам кровь, оно наполняло их толчеными кусочками льда, вытягивающими благословенное тепло из самой души.

И тьма… Непроглядная чернильная чернь, что заставляет сомневаться в существовании света.

Вдруг я понял, что рядом кто-то есть. То ли на расстоянии вытянутой руки, то ли в тысячах километрах запульсировал сгусток жизни. Будто круги на воде от брошенного в водную пучину камня, по Тьме разошлись вибрации. Нечто заявило о своем существовании.

Волна, что породило его, коснулась меня, и я закричал от боли, долгим тоскливым неслышным воем.

Нечто удивилось… Миг и Оно придвинулось вплотную, невидимый взор впился, пытаясь рассмотреть, понять… Это внимание принесло еще более сильную волну зудящей рези. Она обогнула мое скукожившееся тело, зондируя и изучая, и унеслась прочь…

И вдруг вся эта хрень исчезла.

Смена кадра и Тьма уступила место двум сизым озерцам навыкате. Они изредка смаргивали и подобострастно пялились на меня. Заметив, что я открыл глаза, Вугр взволнованно вскрикнул:

– Хозя-а-аин, что с тобой? Ты та-ак кричал…

Рефлекторно я отшвырнул сидевшего на груди Прилипалу и зашелся в надсадном кашле. Кусочки льда все еще холодили нутро, но быстро таяли под напором разгоряченной крови.

Приснится же такое. Бр-р-р… Какой, однако, натуральный сон.

– Хозяин так кричал, Вугр беспокоился за Хозя-а-аина… – запричитал помощник, и мне вдруг стало стыдно. Кто его знает, что может стоять за снами в этом чокнутом мире? Вдруг лишь вмешательство лупоглазого уродца вытащило меня из мира Тьмы и Холода?

– Вугр все правильно сделал. Молодец, – я потрепал его по голове и тот счастливый ускакал на улицу.

Поднявшись, я помотал головой, пытаясь отогнать ночные страхи.

Тело ломило так, будто вчера весь день махал лопатой, вскапывая огород. На мгновение зажмурившись, представил эту сумасбродную картину: рогато-парнокопытный демон с лопатой в руках. Хе-хе… Воистину я был бы звездой ютуба!

Сквозь занавешенный вход робко проникали тонкие красноватые лучики. Преломляясь через магическое марево, они расцветали затейливыми узорами на тыльной стенке шатра. Красиво, черт подери!

Я выглянул наружу. Было совсем раннее утро. По поселению слонялась одинокая псина, остальной же парад уродцев мирно дрых.

Что ж, сегодня полно дел! Сам не знаю почему, я последовал вчера совету Гарея, но сегодня мне не терпелось узнать, что же «Отбор» преподнес новенького.

Больше не мешкая, я вернулся в Убежище и коснулся рукой магического марева.

Вы получили: Мана Хаоса – 46 единиц.

Ого! Вдвое более чем вчера!

Стратегические Элементы:

– Возведение: Улучшенный Чан – 25 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Улучшенная Яма Рабов – 10 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Улучшенный Загон Гончих Хаоса – 10 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Убежище 2 уровень – 20 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Хижина Бесов – 10 ед. Маны Хаоса

Тактические Элементы:

– Изучение: Призыв Беса-воителя – 5 ед. Маны Хаоса

– Изучение: Призыв Беса-пращника – 5 ед. Маны Хаоса,5 ед. Маны Крови

– Изучение: Призыв Укоренитель – 25 ед. Маны Хаоса

– Призвать Раба – 3 ед. Маны Хаоса

– Призвать Гончую Хаоса – 5 ед. Маны Хаоса

Личные Элементы:

– Изучение: Заклинание Страж Границы – 15 ед. Маны Хаоса

– Изучение: Заклинание Матерный Приказ – 5 ед. Маны Хаоса

– Изучение: Продвинутый Личный интерфейс – 10 ед. Маны Хаоса

Охо-хо! Твою мать! Эт я ща надолго тут зависну! Сколько всего интересного!

Во-первых, не может не радовать появление новых юнитов! Возможно, именно Бесы смогут стать «базовой пехотой», и тогда Гончие полноценно займут логично причитающееся им место «легкой кавалерии». Но еще больше радовало первое применение Маны Крови! Получалась вполне понятная картина. Добыл новую Ману – на следующем уровне развития поселения получил доступ к новым Элементам, связанным с этой Маной.

Во-вторых, кроме сопутствующего Бесам жилища, не могло не привлечь внимание улучшение Убежища! Что это будет? Миленький особнячок? Демонячий каркасник? Возможно, чем черт не шутит, в нем даже будет кровать, ха-ха?!

Ну и, в-третьих, конечно же, новые Личные Элементы. И если «Продвинутый Личный интерфейс» звучал перспективно, то от «Изучения Матерного Приказа» я выпал в осадок. И от формулировки, и от возможного содержания…

Но это все лирика.

После тщательного изучения списка предстояло решить, во что вкладываться. Новый уровень дал солидную прибавку Маны Хаоса, но ее все равно было катастрофически мало!

Вообще, это несколько настораживало. Количество надаиваемой Маны явно не соответствовало быстрому росту уровня поселения. То ли предполагается, что я буду изучать и отстраивать только часть новых Элементов, то ли есть еще какой-то источник базовой Маны, о котором я пока не знаю... И если первый вариант меня вполне устраивал, то в случае, если я прошляпил второй, а конкуренты нет – при встрече с ними меня ждет крайне неприятный сюрприз. Примерно как вооруженных копьями индейцев с пушками испанцев.

Эти мысли надолго погрузили меня в раздумья.

Но, как ни крути, по сути варианта было два. Или прокачивать строительство или поголовье моих подопечных. И все это при необходимом уровне «экономики» – то бишь разведения достаточного количества Рабов.

Пораскинув мозгами, пока что я все-таки решил сосредоточиться на укреплении армии. Изучение окрестностей выглядело весьма перспективно, а для этого нужны были вооруженные силы.

Отбросив сомнения, я изучил Призыв обоих видов Бесов и заказал их по парочке.

В тот же миг на улице послышался дикий гомон.

Стремглав я бросился наружу, ожидая буквально чего угодно.

Но все оказалось много прозаичнее. Вокруг Чана собралось все население нашего городка. Гончие, запрокинув головы, завывающе подлаивали, Вугр радостно отплясывал джигу и даже Рабы, скучковавшись группкой, одобрительно качали головами.

А из булькающей массы вылезало новое пополнение моего стада. Невысокие бочкообразные, с длинными, практически до земли, руками, кривыми, как у кавалериста, ногами, они, кажется, не в силах были и секунду спокойно стоять на месте. Почесывались, шевелили ушами-обрубками, сплевывали тягучую слюну, хрипели, мерзко похихикивали и вообще всячески старались выглядеть как можно более отвратно.

Расколотые пополам зубастыми ртами морды выражали злобное веселье. Маленькие, глубоко посаженные глазки лучились ненавистью ко всему в этом мире. Возможно, даже ко мне… Но приказы Бесы выполняли мгновенно!

Повинуясь мысленному повелению, они выстроились в некое подобие шеренги и даже попытались изобразить равнение направо.

Я чуть не взорвался хохотом от такого умилительного в своем идиотизме зрелища, но все-таки сдержался, не желая портить торжественность момента.

А вот вооружение уродцев разочаровало. «Воители» были снаряжены недлинным копьецом с толстым древком и наконечником из черного камня, а «Пращники» соответственно веревочной пращей. Я слабо представлял какой урон они смогут нанести походящим на танки Сцилохорам или даже Дрилопекам… Разве что отвлечь? Хорошо хоть грудь и пузо этих недовоинов были неплохо защищены хитиновой броней, навроде моей. Черная, с фиолетовым отливом, она делала их отдаленно похожими на жуков переростков.

– Здорова, бойцы! – рявкнул я, подражая сержанту Дятлову, и Бесы ответили нестройным кваканьем.

Увы, как и Гончие, эти твари, похоже, были ближе к зверью, нежели к разумным особям типа Вугра. Разговаривать они не умели. С другой стороны, может оно и к лучшему?

– А ну, дружнее, сукины дети!

На этот вся четверка Бесов отозвалась единым монолитным ревом.

–Другое дело!

Я еще немного помуштровал новое пополнение и отпустил их обживать свое жилище – кривую, как и все постройки моего полиса, но довольно большую хижину.

К сюрпризам сегодняшнего утра добавилось еще два. Первый – я недосчитался одного Раба. И глядя на радостно выписывающих затейливые кренделя вокруг поселения Гончих, не приходилось гадать, куда он пропал. А вот второй был более хорош. Вначале я даже не сообразил в чем дело… Дважды осмотрел всех песиков Хаоса и не нашел того, что был с поврежденной лапой! Вернее, потом-то допер просто мысленно приказать недавно раненному бойцу подойти ко мне… Но и при третьем осмотре отсутствие лапы не обнаружилось. Гончая бодро скалила зубы, скача вокруг меня на всех четырех конечностях.

Недолго покумекав, я, кажется, понял, в чем дело. Загон Гончих! Похоже, наличие жилища давало исцеление его обитателям. Эту догадку следовало, конечно, проверить, но она была вполне логична. Интересно, а со мной также?

– Господин!

Твою мать! Окрик напугал меня буквально до усеру. Я и думать забыл о наличии в поселении еще одного говорящего существа!

Старик, коего не было видно еще минуту назад, сидя перед своей юртой, невозмутимо раскуривал трубку. На морщинистом, дочерна загорелом лице застыло небывалое сосредоточение, словно он занимался минимум проектированием атомной станции.

Наконец в небо отправились первые клубы дыма, а Гарей блаженно улыбнулся. Мне не терпелось вновь выйти в поход и обкатать моих новых воинов, но я все-таки подошел к старперу и присел рядом с ним.

Вугр притащил мою трубку, Актор набил ее табаком и вскоре я вслед за ним принялся изображать паровоз. Как ни странно, сегодня табак был другим, не столь дерючим, как вчера.

Я сидел, неторопливо покуривая на восход, но в голове вертелась лихорадочная мешанина из подсчетов Маны, планов на строительство, прикидок по экономике…

Вдруг что-то заставило меня насторожиться. Что-то неуловимое промелькнуло меж нами. Старикан отвлекся от трубки, пронзительно взглянул из-под брежневских бровей и заговорил. Пафоса в его словах хватило бы на президентское послание Федеративному Собранию.

Но едва он начал говорить, я затаил дыхание.

– Когда я прошел через Ущелье Мертвых Голосов и вышел на Жженую Равнину, то встретил самгаров. Это были охотники за Шашаурами. Они шли по следу к Тенистому Рубцу, но, боюсь, могли проследить меня до твоего становища. В твоих интересах не дать добраться им до дома… Вряд ли они будут мириться со столь... кхе-кхе… неприятным соседством…

О яйца Дутура! *ляха-муха, этот хрен сейчас выдал мне больше инфы о Рране, чем я осмеливался мечтать! «Жженая Равнина», «Тенистый Рубец», «самгары»… За минуту мир внезапно раздвинулся вдвое!

А старец все продолжал сверлить меня пронзительным взглядом.

– Спасибо тебе, Воню… Премудрый Гарей! Я обязательно последую твоему совету!

Вы приняли задание «Развед-отряд Самгаров».

Емана рот! Я буду не я, если этот хрен сейчас не выдал мне квест!

Я поглядел на старика другими глазами. А он внезапно потерял серьезность и заухмылялся в бороду. Вот же старый пердун!

Квест не выглядел особо сложным, но вот инфа по нему была бесценной. Оказывается, где-то рядом существует поселение неких «самгаров», которые будут отнюдь не рады соседству со мной. Почему?

Я осмотрел мой копошащийся зоопарк и счел этот вопрос риторическим.

Но значит ли это, что самгары люди? Такие же, как Гарей? И значит ли это, что Рран населен разумными?

Раньше эта мысль не приходила мне в голову. Могла ли система «Отбора» быть развернута в населенном мире? А почему бы нет? Но как она тогда воздействует на это население?

Вопросы, вопросы… Море вопросов…

Одно я уже понял. Ломая голову над крохами информации можно просидеть недели и ни в чем не разобраться. Ответы в этом мире добываются действиями.

Сборы были недолгими. Отряд Вугра, под прикрытием одного из бобиков Хаоса отправился на прежнее место собирать жратву (пришлось, правда, призвать взамен скушанного еще одного Раба), а из остальных сил я сформировал походный ордер и мы двинулись в указанном Гареем направлении.

Впереди, словно рыщущие эсминцы, мелькали розовые пятнышки Гончих, далее в мини-колонне по двое шли Бесы, а замыкал шествия я с секирой на плече.

Багровое солнце уже привычно нещадно палило, но в груди нет-нет, да отдавалось эхо холода, испытанного во сне. А чувство тяжелого взгляда заставляло оборачиваться, ища в малиновых небесах глаза неведомого наблюдателя.

Впрочем, спустя какое-то время эти игры психики, наконец, сошли на нет, и меня вновь посетило его величество хорошее настроение. Я шел, насвистывая Ляписа и любуясь своим неказистым воинством. Коротконогие Бесы смешно переваливались при ходьбе, но двигались весьма шустро, их фиолетовые хитиновые зады отсвечивали на солнце, пуская зайчиков на пыльный гранит.

Хорошее настроение оборвалось внезапно. Когда огненный шар размером с лошадь разметал мою пехоту как бильярдные кегли.

4 ГЛАВА

Несколько секунд я ошалело пялился на последствия взрыва.

Это что, бл*ха-муха, минометный обстрел?

Обожженные Бесы, хрипя, катались по граниту и пытались сбить пламя, собачки вдалеке застыли в недоумении… А я в растерянности крутил башкой, из которой в мгновение ока разлетелись все мысли.

Что это было? Враги? Если враги, то где они? Что делать? Бежать? Атаковать? Кого атаковать, если никого не видно?

Ущерб, к счастью, был меньше, чем показалось вначале. В безвозвратные потери можно было записать лишь одну боевую единицу, дымящейся кучкой лежащую в центре разрыва, остальные пострадали не столь уж и сильно. Хитиновая броня в некоторых местах была оплавлена, кто-то лишился глаза, кто-то уха, но в целом моя пехота уцелела.

Не знаю почему, но неведомый противник дал нам почти минуту на приведение себя в порядок, а затем события завертелись с огромной скоростью.

В пятидесяти метрах справа вновь родился огромный огненный шар и по пологой траектории быстро полетел к нам.

Коротко выругавшись, я крикнул: «В рассыпную!» и сам стремглав рванул с линии огня. Перекувыркнувшись через голову и едва не сломав рога, я влетел в какую-то яму, где и зашкерился, закрывшись руками.

Что мне нравилось в моем воинстве – так это абсолютное и беспрекословное подчинение! Бесы не раздумывая, бочонками разлетелись в разные стороны. И это было как нельзя вовремя! Огненный шар бессильно растекся по граниту, осыпав нас мелкими раскаленными камешками и не нанеся практически никакого урона.

Р-р-р… Ну все, эти козлы меня разозлили!

Снова помянув гулящую муху, я скастовал Взор Ахара и, наконец, определил месторасположение нашего противника. Группка ядовито-белых точек пряталась в небольшой расщелине сзади-правее нас. По какой-то причине мои собачки вновь прошляпили врага. Ублюдки, видимо, отсиживаясь в безопасности, собирались расстрелять нас магией, ибо кастовали огненные шары довольно далеко от места своего укрытия. Чертовы овраги! Уже не в первый раз враги таятся в складках местности!

Мысленный приказ и мы со всей возможной скоростью бросились в атаку!

Эту сотню метров преодолели буквально в считанные секунды. Большая расщелина с осыпавшимися краями выглядела ровно также, как и десятки других поблизости. Не раздумывая, с ревом, что был призван обрушить небеса на землю, я сиганул вниз. Бесы залились лающим криком и посыпались следом.

Бам!

Приземлившись на засыпанное черным туфом дно, и не успев даже выровнять равновесие, я тут же получил страшный удар по хребту. Секира улетела в тар-тарары, а я, нелепо раскинув руки, врезался башкой в гранит. Да так, что только звездочки из глаз посыпались.

Ох, блин, как же больно…

Где-то рядом тоскливо взвыл Бес, и послышались хлюпающие хряськи…

Твою мать, да нас тут, походу, всех так и перемочат! А все потому, что один болван ринулся прямо в капкан!

Я попытался встать, но получил еще один удар. На этот раз по башке. Благо у агрбаданова тела она была на редкость крепкой. Чем это меня? Паровым молотом?

Бам! Бам!

Внезапно стало страшно. Яростно-веселая боевая удаль сменилась на настоящий ужас от того, что меня сейчас тут реально могут пришить! И кто знает, есть ли в этом сраном «Отборе» возрождение? Насколько он, на самом деле похож на земные компьютерные игры? Вдруг прямо сейчас я отправлюсь в небытие?

Бам! Бам!

Новые удары вновь пришлись по спине, хребет пронзило острой болью… Что-то навалилось сзади с силой взбесившегося трактора…

А-а-а…

Уткнувшись носом в гранит, я заелозил, пытаясь вывернуться из-под неведомого врага. Рванулся, что было сил и вроде бы на мгновение даже смог приподняться… Но тут же снова получил по рогам и брякнулся мордой в каменную поверхность. До сих пор только толстая броня спасала от какого-либо существенного ущерба. Но стоит противникам найти уязвимое место, как моя песенка будет спета…

Р-р-р… Я заорал благим русским матом, ибо сейчас только злость могла выбить страх из моего сердца…

Вдруг, словно в ответ, раздался леденящий жилы вой. И этот вой прозвучал песней для моих ушей!

Послышались глухие удары, когда бобики Хаоса спрыгнули вниз и с рычанием налетели на супостатов. Теснина наполнилась настоящей какофонией звуков – адской смесью из тявканья Бесов, рыка Гончих, гортанных выкриков наших врагов, звяканья железа… и прочим, прочим, прочим…

Только я, словно кусок мяса под колотушкой, валялся в углу, пропуская самое интересное…

Твою ж мать! Так дело не пойдет!

Извернувшись, я просунул правую руку под левую подмышку и активировал Огненный кулак.

Бок опалило пламенем, я стиснул зубы, чтобы не застонать. Но тяжесть, наконец, отвалила. Приподнявшись на карачки и, карабкаясь по стеночке, я принял вертикальное положение. После чего, наконец, смог рассмотреть, что творится вокруг. В бою как раз возникла небольшая пауза.

В центре теснины лежал трупик Беса-пращника. Зубастый рот раззявился, вывалив длинный ярко-красный язык. Чуть ниже виднелся еще один «рот». Кто-то располосовал уродцу горло от уха до уха. В дальнем конце овражка, выставив копья, стояли два Беса-копейщика. Гончие массивной розово-клыкастой стеной выстроились невдалеке от меня, готовые на любое развитие событий…

И наконец я смог разглядеть наших противников! Восемь закутанных в грязные бурнусы, вооруженных кривыми мечами и небольшими круглыми щитами людей, коих Гарей называл самгарами, застыли напротив моего зоопарка. Еще один, объятый языками пламени, недвижимой грудой валялся у их ног. И еще один стоял в тылу. Этот типчик единственный, кто не был закутан по самые глаза. Злобная бородатая харя с золотым кольцом в носу кривилась в напряженной гримасе. Его глаза натурально метали молнии, а над руками виднелись огненные сполохи.

Маг!

Спорю на яйца Дутура, именно он хреначил по нам огненными шарами! И «паровой каток» что прохаживался по моей спине, тоже явно был его рук дело. Не верилось, что даже несколько человек могли запинать такого парня как я!

А что же сейчас? Кончилась мана?

Что ж, все оказалось не так хреново, как казалось! Удивительно, что эти смельчаки вообще решили напасть. Одного вида бобиков Хаоса должно было хватить, чтобы отбить желание связываться с моей бандой во веки веков!

Воспользовавшись секундной заминкой, чернобородый маг принялся кастовать какое-то новое заклинание. Искры над его ладонями заметались в бешеном хороводе, глаза выпучились, словно он уже час сидел на унитазе в бесплотных попытках отложить личинку, а пафосной позе позавидовал бы и Капитан Америка.

Это очень нехорошо! Магия в этом мире может запросто поспорить со стальными клинками! Об этом очень красноречиво говорил дымящийся труп одного из самгаров.

Я оглянулся в поисках секиры, но треклятая железка куда-то запропастилась. Ну и хрен с ней!

– В атаку, *ля! – отдал я приказ, и мы ринулись вперед!

О, песнь битвы! Она наполняет сердце веселой безбашенностью и начисто вырубает мозг! Никогда бы не подумал, что могу с улюлюканьем врываться в строй врагов, пытаясь клыками вырвать их пульсирующие горячей кровью сердца!

Широкими взмахами когтистых лап я и Гончие разогнали ублюдков, но и они оказались не лыком шиты! Под мешковатыми балахонами скрывались сильные умелые и бесстрашные воины. Их клинки отсвечивали зелеными, явно магическими, отблесками, и фехтовали самгары, будь здоров. Только этим объясняется, что мы не смяли их в первые же секунды. Ну а уж маг то и дело пытался обрушить на нас какую-нибудь гадость. Но, как видно, что-то у него не ладилось, то ли растратил силы, то ли не мог сосредоточиться… Его атаки становились все слабее. Огненные шары, сродни Огненному Кулаку, лишь подпаливали хвосты моим собаченциям, порывы ветра, которые должны были сбивать с ног, вызывали лишь усмешку, а зыбучий песок, что он скастовал прямо подо мной, не смог затянуть копыта выше щиколоток.

Наконец бородатый маг выдохся, и устало привалился к стене расщелины. И это стало началом конца смелых вояк. Самгары отчаянно отмахивались мечами, оставляя зудящие царапины на моем хитине и обугленные порезы на Гончих, но сила и удача теперь была на нашей стороне.

К тому же, одна из Гончих таки нашла мою железяку! Пнув ее могучим, но четко выверенным пинком, она хищно ослабилась, а я благодарно отсалютовал ей сжатым кулаком.

Ха! Вот теперь другое дело!

Я, конечно, фехтовальщик никакой, но телу Агрбадана на это было плевать! Силы в этих мускулистых, как у бодибилдера руках, хватало, чтобы запросто менять траекторию движения секиры на девяносто градусов! А ловкость и реакция позволяли вовремя уворачиваться от кривых мечей. И даже тонкая струя пламени, брошенная из последних сил бородатым магом, бессильно растеклась по броне, лишь слегка ее подпалив.

И р-раз, и р-раз – тяжелая секира, будто пластиковая игрушка, порхала в моих руках, расшвыривая оппонентов. Двое самгаров уже пали от зубов Гончих. Могучие челюсти буквально перемололи их, раскидав ошметки тел по теснине.

Еще пару минут, и сопротивление было сломлено.

Не обращая внимания на мечи, что нанесли парочку болезненных, но не смертельных ран, я прорвался к магу и чудовищным ударом перерубил его пополам. Строй врагов рассыпался, а поодиночке люди не могли противостоять даже Бесам, не говоря уже о бобиках Хаоса! Вскоре в живых осталась лишь пара противников. Зыркая из-под капюшонов полными решимостью продать свою жизнь подороже взглядами, они прижались к стене, выставив поблескивающие зеленоватой магией мечи.

Со страшной неторопливостью мы приблизились к загнанным воинам.

Помимо воли мой клыкастый рот кривила улыбка, грудь распирало от звенящего восторга собственной силой, рядом хищно скалились собачки и повизгивали от предвкушения крови Бесы…

И вдруг все закончилось. Демонячий адреналин схлынул, оставив лишь дрожащие руки.

Твою мать, только сейчас накатило понимание того, что здесь произошло. Только что мой зоопарк ужасов и я собственными руками убили этих людей…

Я другими глазами посмотрел на заваленную трупами теснину и с трудом сдержал рвотный позыв.

Зарычав от злости на этот треклятый сумасбродный мир, я в ярости швырнул секиру о камни!

И это неожиданно подействовало на самгаров ровно наоборот, чем можно было бы предположить. Из них будто вынули стальной стрежень, а в глазах, вместо отчаянного смелого безумья, поселился страх и ужас предо мной.

Обнажив головы, они бухнулись на колени и простерлись ниц.

– Пощади… – прохрипел один из них.

Я не понял, что произошло в следующее мгновение. Ком черно-чернильной злобы внезапно взорвался у меня в голове. Я закричал и, клянусь, этот рев мог обрушить горы! Руки сами потянулись к лежащим людям. Они вжали головы в гранит, будто надеясь провалиться сквозь землю… Но это, конечно, не могло спасти их от смерти…

И, когда я уже почти поглощенный этим безумием сделал шаг, одна из Гончих, та самая, что недалече как вчера прыгала на трех лапах, коснулась моего бедра. Свирепая не знающая жалости псина, чьи клыки способны перемолоть в труху даже камни, ткнулась носом в ногу, будто самый затрапезный двортерьер. Но в этом касании была сосредоточена вся ее преданность и вся поддержка, что она только могла дать…

Неимоверным усилием, стиснув челюсти так, что клыки впились в губы, я остановил дрожащие от напряжения руки, тянущиеся свернуть шею несчастным бедолагам.

– Вы будете жить… – прошипел я, едва разжимая челюсти. И в тот же миг перед глазами заплясали системные надписи, повергшие в такой ступор, что я и думать забыл о тьме, что только что пыталась подчинить меня себе.

Вы получили 42 ед. Маны Крови.

Вы получили 12 ед. Маны Власти.

Вы получили 12 ед. Маны Ужаса.

2 существа переведены в статус «Раб» 4-го уровня.

Вы получили Универсальную Метку Развития 1-го ранга.

Ох**еть, не встать.

Пока я стоял в прострации, пытаясь понять, что вся эта хрень значит, Гончая вновь потерлась о мою ногу, и я увидел еще одну надпись:

Желаете применить Универсальную Метку Развития 1-го ранга?

Э-э-э… Конечно, желаю!

Хрыщ… Фьюутить!..

Собаченцию скрутило так, что послышался треск костей, плечи раздались и покрылись костяной броней, ей же покрылись бока Гончей и лапы, отовсюду вылезли новые рога, клыки удлинились, сделав ее похожей на саблезубого тигра, а цвет с младенчески-розового сменился на угольно-черный.

Бобик Хаоса протяжно зарычал, то ли от боли, то ли от наслаждения.

Желаете дать имя новому Капитану?

Капитану?!

Все страньше и страньше…

Гм… Ну, наверно… Э-э-э… Барбосса?

Гончая Хаоса 2-го уровня Барбосса присоединена к вашей структуре в статусе Капитана.

Млять!

Почему-то всегда, после очередного вгоняющего в ступор сообщения, охото как следует выматериться…

Ну и что это значит?

Я озадаченно поглядел на получившую имя Гончую, а та, словно поняв мое замешательство, вдруг коротко рявкнула, и в тот же миг остальные бобики Хаоса сделали стойку на поверженных людей.

Блин, как всегда все проще и понятнее, чем кажется! Моя стая только что получила вожака!

А с тем, что получил я, еще предстояло разобраться. Но вначале нужно определиться с самгарами, которых система приписала ко мне в статусе «Рабов», да еще аж 4-го уровня.

– Встать! – приказал я.

Те, поняв, что переход в мир иной несколько откладывается, медленно поднялись с гранита.

­– Как тебя зовут? – спросил я того, что помоложе.

– Адан, повелитель… – склонился он в поклоне. Второй же оказался Сидрахом.

Кажется, они уже приняли свою участь и от того успокоились. В глазах если и оставался страх, то совсем немного. Потрясающе холоднокровные ребята.

– Пока я не решил, что с вами делать. Но за свою жизнь можете не опасаться… Если, конечно, как следует меня не разозлите…

Самгары отдали мечи приставленным к ним Бесам и по моему приказу принялись обирать трупы.

Все-таки удивительно, как быстро у них менялось настроение. Вот только они бесстрашные воины, готовые хоть самому черту (в виде меня) надавать по рогам, а вот уже распростертые на земле униженные дрожащие от ужаса бедолаги, а вот, приняв свою долю, по-деловому обшаривают своих соплеменников, собирая в кучку всякую полезную всячину.

Были ли они таким же порождением «Отбора», как Гончие или даже Гарей? Или это местные? Перестанут ли меня терзать муки совести, если я точно буду знать, что отвинчиваю головы ненастоящим людям?

А они меня вообще терзают?

Гм… Я прислушался к себе и ничего не уловил… Неужели трех дней хватило, чтобы я стал демоном по имени Агрбадан не только внешне, но и внутренне?

Вскоре двинулись в обратный путь: самгары, под присмотром Бесов, навьюченные поклажей Гончие и я замыкающим, мрачно глядящий вслед своему воинству. А мрачно – потому что разбор полетов, что я устроил сам себе, был заслуженно уничижительным!

Надо признаться, что «ты, Шарик, болван». И большего болвана надо еще поискать! Без разведки сигануть прямо в гнездо шершней! Так бездарно едва не погибнуть от рук не слишком-то сильного противника… блин, надо уметь!

Я припомнил два трупика Бесов-пращников, что мы прикопали камнями в расщелине. (Не думаю, конечно, что их души, даже если они у них есть, нуждались в погребении тел, но оставлять их просто так мне не позволила совесть.) Послать «стрелков» в первом ряду в атаку!.. Да меня засмеет первый попавшийся варкрафтер! И будет прав!

Весь подход к боям следует в самое ближайшее время категорично пересмотреть. Да, сейчас я, по сути, основная боевая сила моей мини-армии, но так будет не всегда и нужно зарубить себе на носу – место полководца – в тылу! Хотя, помнится, в средние века и короли не брезговали порубиться в кровавой сече, но это явно не мой вариант! Мне в бою мозги вырубает начисто.

После пятиминутки самобичевания, мысли вновь переползли на другое происшествие. То самое «касание тьмой», когда я чуть было не растерзал несчастных самгаров.

Никогда не замечал за собой кровожадности и тяги к садизму. Ну, доставал «ботаников» в школе, пару раз докапывался до прохожих по пьянке, но это, пожалуй, единственное проявление агрессии в жизни на Земле.

И здесь закрадываются нехорошие мысли. Этот чертов сон, тяга к крови, помутнение рассудка… уж не начинает ли, таким образом, парнокопытное тело Агрбадана на меня влиять? Не получится ли так, что когда перенесшийся на Землю демон заявит, что готов к обратному обмену душами, я пошлю его в пешее эротическое, так как нового Славика будет вполне устраивать его бытие на Рране?

Кстати, почему этот треклятый ублюдок больше не выходит на связь?..

Додумать эту мысль я не успел.

Вот и милый дом. Из-за странно работающей на Рране перспективы, группка кособоких строений открылась неожиданно. Еще несколько минут, и мы пересекли воображаемую линию поселения. И тут же перед глазами заплясали надписи:

Поселение улучшено до 4-го уровня.

Как вы назовете свое поселение?

Как назову свое поселение? Твою мать, а как эту дыру можно назвать?

Название принято. Добро пожаловать в Дыру.

О нет! *бать мой рогатый череп! Твою мать! Твою мать! Твою мать!!!

Р-р-р!..

В ярости я с размаху запустил секиру в Загон Гончих. Перекувыркнувшись несколько раз, она с громким треньком вонзилась в темное дерево.

Вот уж не ожидал подобной подставы! Мало мне этого марсианско-кладбищенского пейзажа, так теперь моя столица называется – Дыра! Дыра, мать ее!

Р-р-р…

Захотелось свернуть кому-нибудь шею. Мои подчиненные, как видно, уловив настроение своего господина, быстренько рассосались кто куда. Лишь самгары остались около Чана, в задумчивости рассматривая булькающую жижу. Бес, коему я приказал присматривать за пленниками, буквально исполняя мой приказ, стоя в паре метров от закутанных в балахоны воинов, и сверля их взглядом.

Сплюнув, я обогнул шатер и направился к Гарею. Который, сидя на своем привычном месте, в очередной раз неторопливо раскуривал трубку. Интересно, откуда у него табак? Запасы? Или телепортирует откуда-то с изнанки миров? А что он вообще жрет?

Увидев вывернувших из-за Убежища вслед за мной людей, Актор на какое-то время завис. Быть может, в программе примитивного НПЦ вообще не было варианта их взятия в плен? Затем, наконец, хмуро кивнул. Кажется, его совсем не обрадовало появление в Дыре собратьев по расе.

Не успел я присесть на камень около старика, как увидел системное сообщение:

Задание «Развед-отряд самгаров» выполнено.

Вы получили 220 ед. Маны Хаоса.

Ну ни фига себе сколько!

Значит, я был прав, когда предположил, что должен быть еще один источник базовой Маны! И он есть! Квесты!

Актор принялся что-то бормотать о важности сей победы, но я не слушая старпера, а весь кипя от любопытства, бросился в шатер к зеленому мареву.

(Здесь и далее в списке только новые Элементы)

Стратегические Элементы:

– Возведение: Шатер – 10 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Кузня – 20 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Источник – 10 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Сторожевая башня – 20 ед. Маны Хаоса, 20 ед. Маны Власти

Тактические Элементы:

– Изучение: Призыв Кузнеца – 5 ед. Маны Хаоса

Личные Элементы:

– Изучение: Заклинание Огненные Когти – 5 ед. Маны Хаоса

– Изучение: Заклинание Отвод глаз – 5 ед. Маны Хаоса, 5 ед. Маны Власти

Хо-хо! Как всегда куча всего интересного!

Шатер, Источник – явное следствие появления в Дыре самгаров! В отличие от всего моего монстрятника и меня самого, люди нуждаются в питье, коего на этой жареной равнине просто нет.

Но куда интереснее – Сторожевая Башня! Причем (внимание!) за Ману Власти! Второе ответвление, после Бесов-пращников, от базового набора! Жаль, что ее пока недостаточно для возведения этого строения.

Далее – Кузня! И вновь здесь просится восклицательный знак! Первая отчасти «экономическая» хрень, что я вижу. До сих пор вся моя «экономика» выглядела довольно жалко.

Тактические Элементы порадовали лишь Кузнецом и огорчили отсутствием новых боевых юнитов. Моя пехота в бою с самгарами показала себя довольно хреново. Конечно, я и сам поспособствовал этому, сдуру загубив обоих пращников и не дав им себя показать… Но все равно, невольно возникала мысль, а есть ли смысл тратиться на Бесов, если за ту же Ману можно призвать смертельно опасных и прекрасных в своей отвратности Гончих?

Ну и еще одна приятность ждала в разделе Личных Элементов. Два, несомненно, весьма полезных заклинания. На этот раз, в отличие от Матерного Приказа, их назначение не вызывало вопросов.

А вот распоряжение моими 223 ед. Маны Хаоса и другими видами Маны было одним сплошным вопросом.

Хотя, что тут раздумывать? Пока она есть, надо отстроить и изучить все, что возможно!

И больше не ломая голову, я принялся возводить строения: Шатер, Кузня, Источник, Улучшенное Убежище. Затем прошелся по магии: Страж Границы, Матерный Приказ, Огненные Когти, Отвод Глаз…

Затем пришел черед юнитов… Но, пораскинув мозгами, я пока решил ограничиться лишь Кузнецом. На кого потратить оставшиеся 120 единиц Маны Хаоса – нужно было конкретно обмозговать. Мысль о бесполезности Бесов по-прежнему не выходила из головы. Лучше заняться этим завтра утром.

Я оторвался от магического марева и обомлел…

*ха-муха! Вот это другое дело! Нет, это, конечно, не особняк Абрамовича, но уже кое-что!

Стены шатра раздвинулись, покрылись затейливо вытканными коврами с толстым ворсом. Ковры же легли и на пол. Вместо жесткой циновки теперь вальяжно развалился укрытый шкурами толстый матрас. Несколько подушек были раскиданы по Убежищу в творческом беспорядке, а в углу появился объемистый окованный железом сундук.

Лепота! Ну теперь я уже больше похож на варварского вождя! Хе-хе!

Я прошелся по мягкому ковру. Копыта утопали в высоком ворсе, приятно щекочущему щиколотки. Рубленые узоры складывались в затейливые геометрические фигуры, подушки так и манили на них разлечься и больше не вставать…

Блин, кто ж все это богатство убирать-то будет? Придется призвать еще батальон Рабов…

Кстати, о Рабах, судя по шуму снаружи, вернулся отряд Вугра.

Я вздохнул и вышел из обновленного Убежища навстречу новым заботам.

Вечерело. Багровое солнце, как всегда стремглав скатилось к горизонту и зависло на некоторое время, словно в раздумьях, точно ли следует сейчас покидать небосвод.

Я расселся на полюбившемся камне и неспешно покуривал трубку на пару с Гареем. Раны, полученные в бою с самгарами, жутко саднили, но я надеялся, что Убежище сработает как надо, и утром я буду в порядке. Конечно, если меня окончательно не доконает очередной ужастик.

Невдалеке, у кособокого строения с чадящей трубой, копошился Кузнец. Странное немое создание, напоминающее Беса-переростка. Приземистое туловище было по самые багровые глазки заковано в черную, как смоль, хитиновую броню, а свисающие до земли руки он то и дело использовал как дополнительные точки опоры. Глухой шлем скрывал морду, и оставалось только догадываться, как выглядит этот новый, выданный мне «Отбором», монстр. Какой с него толк я так и не уразумел. В Кузне обнаружились лишь примитивные меха, несколько молотков и кувалд, да и только. Чего и из чего ковать оставалось загадкой.

Источник представлял собой небольшую яму с горьковатой, но чистой водой. Я с наслаждением окунул в него башку и как следует напился. Соскучился по воде за эти дни.

Ну а изучение заклинаний решил отложить на завтра. От сегодняшних дел и так голова гудела, что колокол в обедню.

Перед тем, как отправиться на боковую, предстояло решить еще один очень важный вопрос, который я не хотел откладывать.

– Вугр! – позвал я, и Прилипала тотчас объявился около моего колена. – Позови сюда самгаров.

Язык не поворачивался называть людей Рабами. Тем более что в моих планах, постепенно оформляющихся в голове, налаживание контакта с местными обитателями должно было сыграть решающую роль. Ибо я не собирался куковать в Дыре, повелевая стадами монстров. Если уж править – то людьми!

Вугр поскакал к Шатру пленников и вскоре оба бедолаги (а может быть, учитывая участь остальных своих собратьев, счастливчика?) стояли напротив меня.

– Присаживайтесь.

Они переглянулись и, помешкав, все же опустили зады на остывающий гранит. Разные, но неуловимо похожие. Оба смуглые, кареглазые, длиннолицые. На подбородке небольшие бородки, на рожах покерфейс… Сразу видно что воины и не привыкли рассюсюкивать. Что творится в их головах? Что за народ их породил? Именно это я и хотел сейчас узнать.

Но вначале минутка политпросвещения:

– Я вас пленил, но это не являлось моей целью. Это вы напали на меня и на моих лю… подчиненных. Я был в своем праве, отправляя ваших товарищей к праотцам… – незачем им знать о моем задании. Пусть думают, что я был вынужден отбиваться.

Я попытался рассмотреть хотя бы тень чувств на лицах самгаров, но те были похожи на каменные изваяния.

Ну, хорошо, тогда будем брать пафосом. Тем более что слова, произносимые огромным парнокопытным демоном, знаете ли, не могут не внушать.

– Волею судьбы я оказался в этом мире, но своей волей я буду им повелевать… И сейчас…

Я сделал театральную паузу.

– И сейчас я предлагаю вам встать под мою руку. Водить мои полки, коих скоро будет много, убивать моих врагов, – и теперь самое интересное, – добывать себе славу, богатство, женщин… Все что пожелаете будет у ваших ног!

Не сказать, чтоб я был великим оратором, но в этой двухходовой сентенции трудно было накосячить.

– Что от нас требуется сейчас? – сразу проник сквозь словесную мишуру Сидрах. Хотя, спорю на яйца Дутура, он уже понял.

– Информация о вашем племени, – просто ответил я. – Самгаров я первыми возьму под свою руку.

Ну вот и все. Коротко и ясно.

Пленники переглянулись долгим взглядом, а я затаил дыхание, в ожидании сработает ли мой крючок.

Вдруг Сидрах с коротким вскриком ударил своего младшего собрата по голове. Брызнула кровь, Адан завалился с укором в глазах, но старший самгар бил еще и еще… еще и еще… пока висок лежащего воина не превратился в кровавое месиво. Я даже не сразу заметил, что в его кулаке зажат острый камень.

Твою мать, мне стало жутко до одури, наблюдая холоднокровное убийство в паре метров от себя.

Сидрах отбросил окровавленный камень и невозмутимо уселся обратно на гранит.

– Я согласен. А он еще молод и глуп… И только мешал бы мне идти к славе вместе с тобой. Я расскажу обо всем, что знаю… но можно один вопрос, повелитель?

– Спрашивай…

– Как тебя зовут?

ИНТЕРЛЮДИЯ 1

Дреб сплюнул. Тягучая слюна, зашипев на красном граните, кляксой распласталась рядом с еще почти десятком подобных клякс.

О сиськи Ямасутры, где эти шакалы шляются? Разведка должна была вернуться еще полчаса назад!

Увы, мысленная связь переставала работать уже на расстоянии и в три сотни метров. Парочка обещаний вырвать хвост заставила бы Гончих Страданий пошевеливаться поскорее.

Дреб в ярости пнул небольшой, в килограмм сто весом, камень, подвернувшийся под ногу. Тот не выдержал гнева одного из Старших Сынов Дутура и раскололся с глухим треском.

Узкая расщелина была до отказа набита войсками. Несколько десятков Скоржей сидели буквально друг у друга на головах, боясь пошевелиться и навлечь гнев своего повелителя. Гончие Хаоса и Крови, развалившись в теньке, вяло переругивались, порыкивая друг на друга. Они знали, что их хозяин обожает, когда они соперничают за лидерство в стае, но опасались драть друг друга прямо во время похода.

Сам Дреб то и дело выглядывал из расщелины, высматривая разведку, хотя и понимал, что мысленно уловит ее возвращение раньше, чем увидит. Распаренная равнина чадила жарким маревом, и выглядела совершенно безжизненной, но Сын Дутура уже давно понял сколь обманчиво это впечатление. В теснинах и ущельях таилась масса мелкой живности, что пережидала там дневную жару и покидала свои укрытия с наступления темноты. В поисках пропитания они обыскивали трещины и ямы, в коих таились скудные лишайники и мхи, и которым, кажется, совсем не нужна была вода для жизни. За этой мелюзгой охотились твари побольше, а тех жрали, в свою очередь, настоящие монстры, попадающиеся на этой раскаленной равнине в удивительных количествах. А кроме зверья, здесь же бродили целые племена полуразумных существ, занимаясь собирательством и охотой.

Солнце уже было почти в зените, когда Дреб наконец уловил приближение разведчиков. А спустя пару минут узкие покрытые редкой серой шерстью тела Гончих Страданий соскользнули вниз.

– Значит ушли? Отлично!.. – пробормотал демон, выслушав их мысленный, состоящий из образов и запахов, доклад.

Что ж, пора!

Мгновение, и повинуясь его повелению, темная масса войск пришла в движение. Расталкивая друг друга, Гончие рванулись вверх по склону. Каждая хотела быть первой, они уже знали, что Дреб не любит неудачников, и та, что регулярно будет оказываться в аутсайдерах, однажды попадет ему на зуб, как это уже не раз случалось с другими его подданными в эти дни.

Закованные в темно-зеленый хитин, похожие на кузнечиков-переростков, Скоржи, свирепо раззявив полные острых зубов пасти, потрясая копьями, бросились вслед за ними. Все мечтали попасться на глаза Старшему Демону и получить благословенный пинок.

Дреб встряхнулся. Со времени пришествия в Рран он стал слишком нервным. Приходилось много думать, а он этого не любил. Но сейчас настало время действий! И оттого настроение сразу улучшилось. В груди пели трубы битвы, когти чесались, ожидая погружения в мягкие тела врагов, а слюна скапливалась во рту, готовая размягчать жесткое мясо местных жителей.

Пнув ближайшего к нему Скоржа, с восторженным улюлюкающим криком, по отвесной траектории, улетевшего в голову колонны, Дреб побежал.

Мышцы огромного тела работали как единый отлаженный механизм. Дреб летел как на крыльях, перемахивая через камни и трещины, а за ним клином неслось его войско.

О-хо-хо! Бег, в окружении преданных тебе существ, что может быть лучше в известной ойкумене? Разве что кровавая рубка, коей он и собирался сейчас заняться!

Патруль кобов, что попался по дороге, был растерзан в считанные мгновения. Несколько Гончих Крови, коих он послал вперед, просто разодрали несчастных бедолаг на куски, притащив Дребу еще хлопающие глазами головы.

Сын Дутура на бегу благословил их парой пинков, разгрыз одну из голов, выев сладковатый мозг, и повел армию дальше, не обратив на давно привычные данные о полученной Мане Крови и Мане Страданий внимания. Нужно было спешить. Стоянка кобов, которую вчера обнаружила одна поисковых стай, могла быть свернута в любой момент. Погонщики уже ушли, но множество женщин и детенышей все еще копали ржавый мох. И Дреб не собирался упускать такого шанса.

Уже близко, уже совсем близко…

Почему-то, ни с того ни с сего, ему вспомнился первый в жизни бой. В жарком, полном воды Мире Семи Рек, фаланга Тронной Гвардии, телохранителей отца, со смехом приняла в свои ряды безрогого юнца, снабдив парой ласковых зуботычин. Затем была дьявольская атака бунтовщиков и долги часы яростной сечи. Треклятые бунтари знали, что пощады не будет никому, и бились до последнего трепыхающегося сердца. Эх, славная была битва…

Истошный крик возвестил о том, что воины Дреба добрались, наконец, до врагов. Как и всегда в Рране, вот вроде бы ты видишь бесконечную безжизненную равнину, проходит миг – и красно-коричневое полотно распадается на отдельные объекты. Торосы из больших валунов, скалистые гребни, темные полосы ущелий…

Именно в них и было укрыто становище кобов.

Кобы – невысокие, росточком всего по пояс Сыну Дутура, заросшие синеватой шерстью, с большими мягкими животами, но длинными мускулистыми руками, существа, занимались в основном собирательством, разыскивая ржавый мох, прелый лишайник, комья бубы и другую съедобную снедь в ущельях и теннисных оврагах Великой Равнины. Пожалуй, их можно было считать разумными, они имели примитивный язык, некую иерархическую структуру, знали колесо…

А еще их можно было бы считать легкой добычей для когтей и клыков Гончих и Скоржей, если бы не Погонщики. Дреб так и не разобрался, какую связь имеют эти существа с синешерстным племенем пузанов, но огромные закованные в песчаного цвета броню фигуры внушали уважение. Массивные вытянутые тела Погонщиков покоились на добром десятке ног, хаотично разбросанные по туловищу рога защищали бока и спину, а маленькие головы, при опасности, прятались за костяными щитками, превращая этих зверюг в ходячие бастионы. И притом эти твари еще и довольно шустро передвигались!

Но сегодня, в отличие от прошлого раза, когда атака Дреба на становище кобов была отбита с большим уроном для его воинства, им повезло. Племя уже начало перемещаться на новое место, и Погонщики, коих никогда не бывало более двух-трех особей, уже ушли. За время стоянки самцы выгребли основную массу ржавого мха, отъели брюхи и, накормив Погонщиков, переместились на новое, еще не опустошенное место. А женщины и детеныши продолжали выскребать остатки лакомства.

Жадность их и сгубила.

Сторожевые посты, на которых вальяжно развалились немногочисленные оставшиеся в этом становище кобы-воины, подняли тревогу слишком поздно, да и подними они ее раньше, это ничем им не помогло бы.

Дреб притормозил, оценивая диспозицию. Дюжину Гончих он отправил глубоко в обход становища, отрезая путь возможным гонцам и тем, кто попытается убежать от страшной участи. А Скоржи, подобно приливной волне, разбившись на отряды, накатили на несколько продольных ущелий, в которых находилось племя.

Послышались гортанные крики кобов, быстро сменившиеся на вопли ужаса и боли, когда немногочисленные синепузые воины были атакованы и смяты отрядами Дреба. Сын Дутура захохотал от предстоящего удовольствия и вслед за своими подчиненными бросился в бой. Не смог отказать себе в таком веселье!

Разогнав пинками Скоржей, он первым по осыпающемуся бурой галькой склону спустился в ближайшее ущелье.

В узкой, но длинной расщелине находился целый выводок синепузой мелюзги, с десяток самок, с большими отвисшими до самых пупков грудями, и всего несколько вооруженных копьями воинов, да и то довольно преклонного возраста.

Перегородив спуск, они выстроились в подобие строя, угрожающе потрясали копьями и скалили большие рты. Позади, кудахча, сгрудились те, кого они надеялись защитить, но это выглядело поистине смешно.

Дреб не удержался и захохотал. Затем сделал жест рукой, останавливая Скоржей, а сам вытянул из-за спины секиру и бросился на кобов в одиночку.

Топор косой прошелся по копьям незадачливого противника. Несколько взмахов и синие головы посыпались с дымящихся шей. Пара ударов сердца и все было кончено.

Самки и детеныши истошно завизжали, понимая, что их ждет, и этот крик был музыкой для ушей Старшего Демона. Закрутив меч, он врубился в толпу, кромсая и рубя, а вскоре к нему присоединились и Скоржи.

Но в отсутствии даже подобия сопротивления, бойня быстро наскучила. Тем более что не стоило забывать и о других участках сражения. Дреб оставил резвящийся в синей крови отряд Скоржей и вскарабкался наверх.

Но все шло как надо. Отряды пехоты, повинуясь его приказам, одну за одной обшаривали узкие теснины, растерзывая скрывающихся там кобов. Шум и гвалт стоял такой, будто он находился на Самаранчевых гонках на день рождения отца. Дреб помнил забитый существами стадион, освященный тысячами огней, и вереницу участников, каждого из которых зрители встречали неистовым криком, от которого, казалось, сейчас рухнут небеса.

Дреб раскроил какого-то подвернувшегося под руку синепузого и понял, что пора останавливать бойню, иначе его подчиненные перебьют всех. Это, конечно, даст больше Маны, но поселение остро нуждается в рабах. Те, что призывались из Чана, были на редкость бестолковы. Да и на вкус кобы были значительно приятнее, нежели костлявые уродцы.

Постепенно гвалт начал стихать. Улюлюкая, Скоржи пинками и укусами выгнали из расщелин немногочисленных выживших счастливчиков на палящее солнце, и согнали их в одну большую кучу. Глядя на груды порубленных детенышей, кобские самки выли, вырывали волосы и царапали сморщенные лица.

Грызя расколотую голову молодого самца, Дреб принялся обходить место бойни, следя за тем, как Скоржи перерывают немногочисленный скарб становища. Увы, если что-то здесь и находилось ценного, то давно было утащено на новое место стоянки.

Стоило тронуться в путь, как перед глазами заплясали цифры:

Вы получили 120 ед. Маны Крови.

Вы получили 405 ед. Маны Ужаса.

Вы получили 350 ед. Маны Страданий.

16 существа переведены в статус «Раб» 2-го уровня.

Глядя на цифры, Дреб удовлетворенно заурчал. Отличная прибавка к его ресурсам! Уже завтра Чан изрыгнет из себя новые орды Скоржей и Гончих, и он примется за расширение контролируемой территории.

Свое поселение Дреб назвал Гахаган, в память о первом взятом им городе. Это было почти пять веков назад. Властитель Грозди Дутур, дабы его молодой сын познал искусство руководства войсками, направил его в один из завоевываемых в то время миров. Дреб уже подзабыл его название… но хорошо помнил стены, на которые он взбирался под дождем из кипящей смолы. Долгая осада тогда не принесла результата, и молодой Высший Демон решил пойти ва-банк, поведя на рассвете на штурм древних стен свою личную гвардию – молодняк из Высших Домов. Сколько их тогда полегло… не перечесть. Но Гахаган был взят. Помнится, отец долго возил его мордой по своему каменному столу за бесцельную трату такого количества знатных воинов.

Вернувшись из похода на становище кобов, Дреб отужинал одной из пленниц и, развалившись на шкурах в Убежище, надолго погрузился в изучение интерфейса управления.

Мыслей было много, они как шершни роились в голове, покусывая мозговые извилины и заставляя думать. Думать Дреб не любил, но когда было нужно, умел, но сейчас пожар в чреслах, внезапно разгоревшийся после набития брюха, занял все его внимание. В последний раз демоница из Трона Грозди посещала тогда еще безымянное поселение более недели назад, а сын Великого Дутура не привык воздерживаться столь долго. Он уже думал приспособить для своих нужд одну из самок кобов, но припомнив, что за ним могут наблюдать, не решился реализовывать столь позорную идею.

Вообще, вся эта затея с «Отбором» ему изначально не нравилась. Дреб не верил, что ошивающиеся при Дворе кауры сами предложили подобное. Все это плохо пахло… скорее даже, отвратно воняло тайнами и заговорами.

Вдруг Дреб ощутил, что в Убежище еще кто-то есть. Ну наконец-то!

Сегодня прибыла совсем молоденькая демоница. Кажется, Дреб видал ее на Охоте на кадавров во владениях Дома Гофр. Она, слегка волнуясь, с интересом осмотрела варварскую обстановку Убежища и поклонилась Дребу.

– Я Иса, мой повелитель, воспитанница гарема Аджо… – грудной шепот был наполнен тысячей обещаний… В принципе, как и всегда.

Но девица была хороша.

Темно зеленые волосы, с виду беспорядочной, но тщательно продуманной копной спускались до самой задницы. Небольшие груди с золочеными сосками, в кои были продеты тяжелые, украшенные сапфирами кольца, задорно выпирали поверх кожаного корсета. Ниже, кроме полупрозрачной почти ничего не скрывающей кисеи, ничего не было. Впрочем, поимев в своей жизни тысячи демонес, Дреб и не рассчитывал увидеть там нечто новое. Иса застенчиво хлопала пушистыми ресницами, и в них читался вызов: не посрамить честь Гарема Аджо и показать все, на что она способна. Мало кому удавалось поразить Дреба, и ее вызов, не мог вызвать ничего иного, кроме смеха.

Не удалось и в этот раз. Он просто не дал ей даже шанса.

Схватив демоницу за гриву, Дреб загнул ее в вопросительный знак и, прорвав членом полупрозрачную ткань, с силой засадил по самое основание. Кипящее желание требовало незамедлительного удовлетворения.

Иса взвыла, не успев применить пространственную магию, чтобы безболезненно вместить все его естество, и попыталась вырваться, но куда там…

Дреб знал лишь одну позу для удовлетворения похоти, но достигнул в ней совершенства. Намотав зеленые волосы на левую лапу, он принялся раз за разом нанизывать извивающуюся от боли воспитанницу гарема Аджо.

Надо отдать должное молодой девице, через пару минут она, наконец, перестала выть, по-видимому, все-таки сумев активировать чары.

Ритмично двигая тазом, сын Дутура продолжил раздумывать о стратегии развития Гахагана…

Но что это? Поток мыслей неожиданно прервался и Дреб на мгновение даже остановился.

На красной коже, чуть ниже шеи, виднелась татуировка. Кололи неумело, будто в первый раз. Ничего подобного с тщательно вырисованными узорами, коими обычно украшают свои тела Высшие Демоны.

Треугольнички гор, змеи ущелий и долин, кружочек поселения… Р-р-р! О Дутур, да это ведь карта! Самая настоящая карта!

Дреб взревел от восторга. Иса в недоумении попыталась оглянуться, но он тут же вжал ее в гранит, надежно зафиксировав коленом, и несколькими взмахами когтей очертил квадрат на бархатистой коже. Затем подцепил край и легко оторвал получившийся лоскут от тела демоницы. Она взвыла от неожиданности и боли, но ему было плевать. Отпихнув безвольное тело к стенке Убежища, Дреб выбрался наружу, чтобы при солнечном свете тщательно рассмотреть окровавленный ошметок.

Ха! Кажется, он узнает местность, вот эта большая гора виднеется на востоке! А это… А это…

Это же скрещенные рога! Да отсохни его член, это не может быть никто иной, кроме как Агрбадан! Главный любитель наставления рогов среди всего выводка Дутуровых Сынов! Ха-ха!

Дреб в восторге несколько раз притопнул ногой. Воистину можно лишь благодарить Ямасутру, что этот ублюдок оказался в Рране на расстоянии вытянутой руки!

– Хар!

Помощник-прилипала возник уже спустя секунду. Окровавленная культя вместо левой руки напоминала ему, как важно быстро прибегать на зов хозяина.

– С завтрашнего дня будешь собирать вдвое больше Еды. Скоро мы навестим моего братца, ха-ха…

5 ГЛАВА

День 4.

Поселение Дыра 4 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 50 единиц.

Мана Хаоса – 190 единиц.

Мана Крови – 63 единиц.

Мана Власти – 7 единиц.

Мана Ужаса – 12 единиц.

Престарелый самгар оказался ценнейшим приобретением. Только поговорив с ним, я понял, насколько мало знаю об этом мире.

Под хитрым прищуром Гарея, покуривая трубку, мы просидели до полуночи, но проболтали бы и вдесятеро больше, столько всего интересного знал этот человек!

География. Основа основ. До сих пор мои познания ограничивались бескрайней равниной, кою Актор назвал Жженой и стеной гор на горизонте. Теперь же я глядел на вычерченную угольком карту и офигевал от собственной удачи.

Хребет, что самгары называли «Черными Горами» и который делил всю известную им ойкумену надвое, бесконечной стеной протянулся с запада на восток. Это были старые и не слишком высокие горы. Отроги паучьими лапками отходили от хребта, а множество неприметных долин и ущелий давали приют огромному количеству монстров и полуразумных племен: бузарам, кобам, гахарам, сечевым бубрам и еще хрен пойми кому... От Гарея я уже знал, что эти горы не были непроходимыми. (Кстати, большой вопрос, реально ли он через них шел? Я более склонялся к тому, что это была ложная память.) Самгары знали два перевала и одну глубокую долину, через которые можно было попасть с Внешних Земель на Жженую Равнину.

Сама же равнина была поистине бесконечной, ни одним охотникам на Шашауров еще не удавалось дойти до ее края. Чем дальше на юг, тем становилось жарче, пока воздух не начинал походить на густой пережженный сироп. Равнина казалось пустынной, но пустой не была. Развалины древних городов, тайные лежбища чудовищ, укрытия странных отшельников… чего на ней только не было.

Но, честно говоря, мне было много интереснее послушать о Внешних Землях! В коих, собственно, и обитали сами самгары. Их поселения находились на другой, северной, стороне Черных Гор. Племя было довольно немногочисленно и жило, в основном, скотоводчеством, охотой и собирательством. Несколько независимых кланов были не то чтобы слишком дружны, но и не занимались постоянным пусканием друг другу крови, чем частенько грешили земные племена.

Близких соседей у самгаров не было… вернее, близких разумных соседей. Потому как в обширных влажных лесах, что вплотную подступали к горным склонам, жили родственники равнинных кобов – лесные кобы. Существа не особо опасные, но многочисленные. Старики говорили, что за ними есть еще какие-то племена людского обличия, но эти россказни были на уровне слухов.

Леса эти простирались далеко на восток и запад. На востоке жили дальние родственники самгаров – чумные люди. «Чумные» не потому что заразные, а потому что обитали в круглых юртах, которые сами называли «чумы».

А вот на западе… А вот на западе была…

Пам-парам-пам… Цивилизация!

Как только я услыхал о «каменной хижине», то навострил уши и попытался вытянуть из Сидраха каждую крупицу информации об этом месте! Но, увы, о «железных людях из каменной хижины» он знал крайне мало. Изредка оттуда приходили торговцы. Выменивали различные запчасти Шашауров на оружие, ткани и побрякушки… Стандартный набор для торговли с туземцами.

И еще один крайне важный момент. Шашауры! Так самгары называли монстров, коими полнилась Жженая Равнина. Но не всех, а лишь тех, которые «появились после «Великого Хлада», что произошел на памяти поколения отца отца Сидраха… Сколько этих монстров не убивай, они все равно вскоре возрождались.

И что же из этого «важного момента» можно было вывести?

Для меня, пусть я и не обременен высшим образованием, все было понятно. Шашауры – твари, которых принес с собой Отбор! Они практически не встроены в фауну Ррана: не жрут, не пьют, а только ждут, когда их завалят, чтобы возродиться вновь! Но если они здесь уже не менее чем полвека… Получается… система была развернута на Рране давным-давно! Но ведь Дети Дутура здесь от силы две недели!

А завоевание этого мира? Агрбадан упоминал, что «Отбор» был развернут в новозавоеванном мире»… но Сидрах про «завоевание» не был ни сном, ни духом!

Что-то эта инфа отчаянно не билась меж собой.

Наконец, когда вереница лун поднялась в зенит, я отослал самгара в его Шатер и завалился спать. Но еще долго ворочался на циновке, обдумывая новые сведения. Что-то стало как-то совсем тревожно. Каждая крупица информации, что я узнавал, порождала все новые вопросы. Сдается мне, здесь на Рране, закручивается тугой узел интриг самых различных сил. А я лишь крошка на столе этих игроков. Не потому ли Агрбадан так наглухо слился? Если парнокопытный демон не врал, то ему, любителю краснозадых дамочек, и в самом деле были ни к чему все эти разборки… Но зачем тогда он вообще выходил со мной на связь?..

Мысли цеплялись одна за одной, завиваясь в причудливые узелки… С улицы доносилось порыкивание Гончих и воркование ночующего под входом в Убежище Вугра.

А в небесах плясали луны…

Так и уснул.

Но ночные страхи и тревоги остались позади. Утро, как это часто бывает, принесло новые силы!

Выкурив с Гареем и присоединившимся к нам самгаром традиционную уже трубку, я принялся за дело.

Сидрах неплохо поднял уровень моих знаний о Рране и поднимет, дай Бог, еще, но с тем, в какую сторону развиваться поселению, он помочь был не в силах. Я не кривил душой, когда вещал ему про то, что собираюсь поставить самгаров под свою руку. Такой шаг, по крайней мере, для меня, выглядел вполне логично. Не уничтожая, а привлекая туземцев на свою сторону, можно было резко нарастить силы. Тот же Чингисхан строил свою империю именно так: покоряя народы и включая их воинов в Орду.

А для этого нужны были воины. Не с несколькими бойцами замахиваться на подобное.

Уразумев для себя этот вопрос, я решительно сунул руки в магическое марево.

За ночь накапало аж 70 Маны Хаоса и теперь у меня ее скопилось 190 единиц! Очень нехило!

Первым делом призвал десяток Рабов. Увы, реальность наступала на горло моральным терзаниям. Собачкам нужно было есть, и, боюсь, скоро и мне вновь придется отведать трепыхающееся живое сердце…

Затем пришла пора воинов.

Сколько не кумекал, я так и не понял, в чем смысл призывать Бесов, если за ту же Ману можно заказать много более сильных Гончих. И пока на эту загадку нет однозначного ответа, стоит остановиться именно на варианте с собачками.

Минус 75 единиц Маны и плюс ажно 15 Гончих Хаоса к моей армии! И еще два Загона в придачу.

Ну и напоследок я, наконец, решил разориться на таинственного Укоренителя. 25 Маны Хаоса! Жаба, что меня душила, была размером с Годзиллу! Эх, была не была…

Проделав необходимые манипуляции, я побежал смотреть на пополнение.

Ох ты ж…

Как нас стало много. От протяжного воя хотелось заткнуть уши ватой. Розовые горы мышц чесались, тявкали, рычали, бегали меж строений разросшейся Дыры. На фоне массы собачек десяток Рабов и вовсе потерялся. Лупоглазые уродцы жались к бревенчатым стенам Загонов, боясь попасть под лапы веселящихся монстров.

Теперь у меня в руках была внушительная сила из 19 Гончих Хаоса, включая Капитана Барбоссу, и 2-х Бесов, ни к селу ни к городу.

Я прошелся сквозь лающее стадо буквально впитывая их любовь и почитание… Четыре десятка багровых глаз восторженно ловили каждое мое движение, почти двадцать влажных носов размазывали сопли по броне… И это было круто!

А это что за…

Из Чана медленно, опираясь на все четыре конечности, вылезало удивительное существо. Коричневого цвета, с потрескавшейся будто каменной кожей, оно в холке превышало даже меня. Разворот плеч заставил бы позавидовать самого Халка, но ноги-руки были тощими, словно корявые ветки. Рассеченная тремя трещинами, как перевернутый знак анархии, морда не имела глаз.

Укоренитель. 1 уровень.

Я в замешательстве застыл напротив этого удивительного монстра, не в силах представить что с ним делать, а оно вылезло, наконец, из Чана, по-собачьи стряхнуло грязь и, повернув ко мне голову, вдруг произнесло тонким голоском:

– Где закладывать рудник, Хозяин?..

Рудник… Рудник? Рудник, твою мать?

Несколько секунд я тупо пялился на страхолюдную хрень.

Чертовы кауры, *ляха-муха, ну кто бы мог подумать, что Укоренитель – это, япона-мама, живой рудник! Что за дурацкое название?

– Э-э-э… а что ты можешь добывать?

– Пока лишь Камень, хозяин…

Камень! Видения огромных средневековых замков, с устремленными в местное красное небо шпилями, в мгновение ока пронеслось перед глазами.

С горящим взором, расталкивая так и льнущих ко мне бобиков Хаоса, я бросился на окраину поселка, Укоренитель ме-е-е-едленно-ме-е-е-едленно поковылял вслед. Большой овраг с осыпающимися краями и растрескивавшимся гребнем был весьма перспективным местом для добычи камней.

– Тут! Закладывай! – радостно приказал я, но меня тут же постигло разочарование.

– Здесь нельзя, Хозяин… – виновато пропищало в ответ чудище.

– Мля, с какого хрена-то? Вот камень же…

– Плохое место…

Твою мать! Я провел Укоренителя вокруг Дыры, но не услышал ничего более информативного, нежели «Плохое место».

Ярость распирала грудь подобно кузнечному горну. Треклятый кауры! Да они издеваются, что ли?!

Видения средневековых замков или хотя бы стен вокруг дыры, унеслись вдаль.

Р-р-р!

Одно понятно. Чего-то не хватает. То ли какого-то изученного заклинания, то ли постройки…

Сплюнув и послав долбанным торговцам пару ласковых, я отослал Укоренителя на окраину поселения и занялся другими делами.

Как ни странно, престарелый самгар в первую очередь пригодился отнюдь не как воин, а как хозяйственник. Он быстро принял правила игры, уразумев, кто, кого и для чего жрет и недрогнувшей рукой отправил двух Рабов на прокорм бобикам Хаоса. (И они, и Бесы, кстати, за ночь полностью оправились от вчерашнего сражения.)

Мне как-то в голову вообще не пришло, что кроме прелого лишайника, в оврагах Жаренной Равнины может произрастать еще куча разной нужной хрени. Которую, кстати, можно не только жрать, но и делать из нее всякие полезности. Например, плести веревки, составлять эликсиры, делать краску… Вчера самгар довольно долго перечислял мне многочисленные труднозапоминаемые названия местных растений. Пораздумав, я решил рискнуть и поставить отряд по добыче еды под его руку. Два Беса, с копьями наготове, неотступно следовали за самгаром и были моей страховкой от неприятностей. Справиться с такой охраной у безоружного человека шансов было немного.

Теперь можно было быть уверенным, что продуктивность работы Рабов возрастет.

Я, кстати, перебрал собранное с трупов самгаров барахло, что мы притащили вчера в Дыру и смастерил себе нечто вроде перевязи, приторочив секиру на спину. А несколько кинжалов в ножнах прикрепил на поясе и голенях. Не знаю, кого ими можно тут поразить, но на Земле я всякие железки метал весьма неплохо. Целая гора магических побрякушек легла в сундук. Ни одна из них системой «Отбора» не идентифицировалась, а значит, вряд ли я их смогу использовать, но в любом случае эта хрень не может быть дешевой.

Отослав Сидраха с компанией, я поймал себя на мысли, что это правильно, «Отбор» сам подталкивает к подобному делегированию полномочий, выстраивая иерархическую структуру. Пока она была весьма куцей, но я уверен, это лишь дело времени. Пригляжусь к самгару несколько дней и попробую поднять его статус при помощи метки, выбитой с Роя Дрилопеков. Пока что все его приказы приходилось подтверждать Вугру, так как Рабы чихать хотели на такого же Раба, пусть даже и более высокого уровня. Прилипала же, видимо, по умолчанию имел некий высокий ранг в иерархии моего зоопарка. К нему прислушивались даже Гончие, коим он был на один зуб.

Что ж, гурьба уродцев во главе с закутанной в балахон фигурой утопала, а я решил провести небольшой эксперимент, с целью узнать, насколько самостоятельным может быть мой Капитан.

Я мысленно подозвал Барбоссу. Огромный мраморно-черный пес в мгновение ока примчался с другого края Дыры и выжидающе заглянул мне в глаза. Одному Богу известно, чего мне стоило не отвести взгляда от горящих жутковатым багровым огнем буркал… Наконец собравшись с мыслями я четко и внятно произнес в уме:

«Даю приказ! Отбери восемь Гончих и организуй патрулирование окрестностей в радиусе полукилометра от поселения четырьмя парами. Ты меня понял?»

Несколько секунд ничего не происходило, а потом Барбосса вдруг совершенно по-человечески кивнул и умчался прочь. А вскоре вслед за ним потянулись и другие собачки.

Нда… Дела…

Ох. Все эти заморочки отняли чуть ли не все утро. И к самому интересному делу я подобрался уже вымотанным и злым.

Магия. Четыре выученных заклинания необходимо было опробовать. А также разобраться с Продвинутым Личным интерфейсом… Впрочем, с ним все стало ясно довольно быстро. Стоило о нем подумать, как перед глазами повисли знакомые значки… И произошло это в то время, когда я, успокаивая нервы, перекуривал с Гареем!

Ага! Так я и думал. Продвинутая версия позволяла просматривать интерфейс не только в Убежище! К списку ресурсов добавилась схематично нарисованная масштабируемая карта известных земель, причем… э-э-э даже более чем известных! Местности, о которых рассказал Сидрах, четко прописались на своих реальных местах. Например, территория обитания самгаров оказалась много дальше, чем я предполагал. Также появился небольшой значок с секирой – символ еще не использованного сегодня Сокрушающего удара.

Поцокав языком над все еще куцым, но постепенно набирающим информативность интерфейсом я приступил к изучению новых доступных заклинаний.

Начать решил с самых непонятных чар. Итак – Матерный Приказ.

Подопытным кроликом была выбрана одна из новеньких Гончих.

Но как его активировать-то?

– В атаку, *лядь, кошелка драная… – вдруг помимо воли вырвался изо рта могучий рев, а счетчик Маны Хаоса просел на 3 единицы. И Гончая, до того расслабленно стоящая пред моими очами, со скоростью света ринулась хрен знает куда!

Е-мое. Я быстро послал ей мысленное распоряжение, и собаченция розовой молнией примчалась обратно. Огромное тело дрожало от переизбытка энергии, мышцы под кожей ходили ходуном, ожидая нового приказа, глаза пылали двумя багровыми кострами. На мгновение стало как-то даже страшновато, не решит ли бобик меня надкусить?

Пришлось еще десять минут гонять Гончую вокруг Дыры, чтобы эффект допинга прошел.

Следующими чарами, которые я решил испытать, были Огненные Когти. Их активация не принесла никаких неожиданностей. Вся суть крылась в названии – мои когти покрыли языками пламени, и я получил возможность слегка проплавлять гранит.

Далее пришел черед Стража Границы. И вот его смысла я что-то не понял от слова «совсем».

Скастовал заклинание, счетчик Маны Хаоса просел на 5 единиц и передо мной повисла призрачная дымчатая хрень с багровыми буркалами по центру. Она слегка чадила и водила огненным взором из стороны в сторону, но и все…

Бл*ха-муха, лучше бы еще одну Гончую заказал! Столько Маны впустую!

Походив несколько минут вокруг висящего в воздухе Стража, я сплюнул с досады и, было, приготовился испытать Отвод Глаз, но смекнул, что в связи с отсутствием тех, кому их нужно было отводить, это также будет пустой тратой Маны.

Что ж, с заклинаниями дело тоже было закончено и теперь настало время самого противного из запланированного на сегодня.

Обед.

Еще с утра почувствовал, что чрезмерно затянул с подкреплением. Приступ звериного голода, что едва не вывернул наизнанку в прошлый раз, был уже близок. Надо было решаться. Утром я уже пробовал копченый сыр, добытый из пожитков самгаров, но, увы, как и подозревал, демонское тело Агрбадана требовало сырой живой плоти…

Нет, я ангел во плоти и не завсегдатай помещений с золотыми куполами… Да и юнитов «Отбора», все-таки, сложно назвать полноценно живыми субъектами… Но…

Ох… Трижды треклятое «но»!..

Некоторое время я собирался с силами, а затем заказал еще одного Раба. Глядя, как он смешно подволакивая ноги, ковыляет к Убежищу, мне показалось, что лупоглазый уродец уже знает свою участь.

Неожиданно Дыра замерла. Только что воздух был наполнен кучей звуков, что производили Гончие, и вдруг они утихли. Я поднял глаза. Розовые громадины собрались на утоптанной площадке перед Убежищем, настороженно зыркая багровыми глазищами. Даже Гарей спрятал трубку и с интересом воззрился на своего повелителя, ожидая того, что должно было сейчас произойти…

Ждал и Раб…

Непередаваемая горечь вдруг поднялась из живота, обручем сковав грудь… От тоски и безысходности захотелось разреветься, но, увы, не думаю что это тело на такое вообще способно… А вслед пришла и ярость на долбанного Агрбадана, что втянул меня во все это!

Р-р-р…

– Ждете? – зло спросил я притихших подчиненных. – Жаждете крови? И ты тоже? Хочешь посмотреть, как я буду убивать?

Я воззрился на Гарея и тот опустил глаза. Хотелось что-то сказать, толкнуть какую-то пафосную речь, но слова были лишними, а в глубине живота уже ворочался ненасытный зверь.

Ну, давай Славик, ты ведь можешь… Ты ведь должен…

Сплюнув, я посмотрел на палящее солнце и полоснул когтем по горлу Раба.

«Пиршество» окончательно добило хорошее настроение. Теоретически надо было бы организовать еще один поход за «зипунами», но на это не было никакого желания. На душе было премерзопакостно…

Я какое-то время шатался по разросшемуся поселению, мрачным взглядом сметая с пути бобиков Хаоса, пока не вывернул к Грани. Черный фаллос впивался в разгоряченный воздух, нагло посвечивая собранными в треугольник звездочками.

Странное у этой хрени есть свойство: несколько дней ходил мимо нее, не замечая, а сейчас гладкая, почти что зеркальная, поверхность притянула взгляд будто магнитом.

Почесывая подбородок, я осторожно коснулся Грани ладонью. Черный мрамор, несмотря на палящее солнце, был холоден, как лед.

Гм…

И вдруг перед глазами повисло системное сообщение.

Вы желаете Призвать Стража Грани?

Э-э-э… А почему бы и нет?

Миг и предо мной повисла призрачная фигура, облаченная в нечто вроде рубахи-вышиванки. Благородное лицо обрамляли перехваченные на лбу кожаным ремешком недлинные волосы, резкие черты выдавали в нем сурового воина, а взгляд пустотелых призрачных глаз затягивал в неведомую глубину.

Призрак держал в руках дымчатый скипетр, а ног и вовсе у него не было.

Я отшатнулся, а он молча склонил голову на бок, будто приглашая…

Вы желаете шагнуть за Грань?

Твою мать! Ох, если бы я только знал, что это может значить?!

И словно против воли я медленно кивнул…

Мир померк.

6 ГЛАВА

Затхлый запах, похожий на запах пыльной библиотеки, шибанул в нос подзабытыми воспоминаниями. За последние дни я уже так привык к смраду, который источал мой зоопарк, что уже перестал обращать на сообщения носа внимание. В последний раз в таком заведении я был аж в детстве. Смутные образы припорошенных пылью книг на попирающих потолки стеллажах промелькнули в голове, но я отмел их прочь, потому что…

Потому что, *ляха-муха, сейчас мне было совершенно не до детских воспоминаний!

Ох, Славик, когда ж ты хоть немного поумнеешь и прекратишь делать идиотские поступки? Будь то послание на йух сержанта Дятлова или согласие на отправку неведомо куда и неведомо зачем?!

Вокруг не было видно ни зги, но по мере того, как глаза привыкали к темноте, из чернильного покрова стали проступать образы страхолюдный тварей, вырезанных на сложенных из больших прямоугольных камней стенах.

Я находился в небольшом помещении, с единственным выходом. Скалящиеся морды, состоящие практически из одних рогов и клыков, подозрительно разглядывали непрошеного гостя. Слой пыли на полу, слой пыли на раззявленных пастях, слой пыли на стенах… Твою мать, клиринговая служба давненько не заглядывала в эту дыру!

Источника света видно не было, но тьма не была непроглядной. То ли моим глазам она была не помеха, то ли это была какая-то хитрая магия…

Итак. Куда я попал и зачем я здесь? Система «Отбора», как всегда, не утруждала себя пояснениями. «За Грань» – что это вообще может значить?

На какое-то время я, было, задумался, но… Что тут думать? Из этой комнаты есть лишь один выход!

Достав из-за спины секиру, я осторожно прокрался к едва виднеющемуся темному провалу… Копыта гулко цокали по пыльным плитам. Да уж, лавры Хитмана мне явно не светили…

За проемом оказался такой же пыльный и затхлый, утонувший в мягкой мгле, коридор.

Вздохнув, я решительно зашагал вперед. Торчать здесь, в компании молчаливых барельефов, не было никакого резона.

Я преодолел еще несколько пустынных коридоров и вдруг остановился, как вкопанный. Ибо впереди был свет. Колышущиеся отблески плясали на стенах, оживляя каменные морды. Тени хищными лапами потянулись к копытам, словно намереваясь попробовать их на вкус.

Мне кажется, или клыкастые рожи действительно внимательно рассматривают незваного гостя? Бл*ха-муха, так и инфаркт получить недолго.

Помешкав, я двинулся дальше.

Эта комната была близнецом первой, за исключением того, что была освещена классическим воткнутым в стену факелом. Веселые язычки пламени вдруг показались такими родными… Дыхнуло костерком с шашлыками, гитарой и мягкой Анькой под боком…

А вот кто не показался родным – так это висящий в воздухе призрак. Копия того Стража-Грани, что явился из черного обелиска в Дыре. Правда, у этого было имя. Да еще какое!

Сепрарий гас Бордун. Страж Грани.

А еще из этой комнаты не было выхода.

– Здравствуй… – хриплым голосом весело сказал Сепрарий.

– Э-э-э… И тебе не хворать…

– Откуда будешь? – Вопрос и интонация совершенно не вязались с каменной мордой и грозным взглядом.

«Откуда будешь, откуда будешь…» Что он имеет ввиду? Уж не мое ли земное происхождение?

– Э-э-э… С Жареной Равнины, – выдавил я, с тревогой ожидая реакции Сепрария.

– И как там?

– Гм… Жарко.

Призрак понимающе покивал головой и продолжил покачиваться в воздухе. Его грозный взгляд, от которого по спине бегали мурашки, блуждал по комнате, изредка останавливаясь на мне, а волосы и одежда слегка колыхались, будто на слабом ветру.

Все неписи, с которыми я здесь столкнулся, явно страдали от недостатка интеллекта. Что Гарей, что Сепрарий, зависали в самых неожиданных местах. С другой стороны монстры отличались изрядной изобретательностью, что доставляла немало хлопот на поле боя. С чем этот факт был связан, оставалось загадкой…

Я почесал затылок. Надо было куда-то двигать этот дурацкий диалог.

– Что это за место, Сепрарий?

– Тебе коротко или длинно?

–Гм… Давай длинно… – Информация мне не помешает, любая ее капля в, моем положении – на вес золота.

– В далекие времена, когда Восемь богов Азенкура еще не обратились в Семь…

Несколько минут он грузил меня многочисленными труднозапоминаемыми именами и названиями, похоже, всерьез вознамерившись утопить в лоре Ррана. Какое-то время я пытался вникать и запоминать представляющуюся ценной инфу, но наконец, сдался.

– Хорошо, давай коротко!

Призрак хмыкнул. Спорю на все что угодно, белесый тип меня попросту троллил!

– Если коротко, то здесь такие как ты могут за определенную цену сослужить службу моим хозяевам и получить награду, что поможет достижению их цели.

О как. Обтекаемо, но понятно. Получается, это своеобразный данж? А кто рулит всей этой байдой?

– Твои хозяева кауры? – спросил я Стража Грани напрямую.

– Я их знаю под другим именем. И так как в пакете акций сего предприятия их доля не является самой большой, то вряд ли можно считать их для меня стопроцентными хозяевами…

Как заворачивает-то, а? Прям как Герман Греф. Ох, чувствую, я еще намучаюсь с этим болтливым типчиком.

– Так что там насчет службы?

– В мирах Грозди, Далантана, Черной Кишки, Обу-Омару и прочих секвенциях региона Сар множество тех, кому требуется помощь и у кого имеется возможность ее оплатить. Претенденты на Трон Великого Дутура могут помочь им решить свои проблемы и получить достойную награду.

Ага, оплатить, естественно, каурам, которые нам, «претендентам», сбросят какие-нибудь объекты с барского стола. Как говорится – «а на эти два процента мы и живем…» *лядь! Хитрожопости ублюдкам не занимать! Мало того, что они, наверняка, нехило нагрели руки на продаже папаше Агрбадана всего этого чертового «Отбора», так еще и рубят бабки, впаривая налево услуги подписавшихся на всю эту бодягу дутуровых отпрысков! Ха! Вот как надо вести дела!

Но больше всего из этой тирады поражало перечисление «секвенций региона Сар»! Это что же, и Земля тоже входит в какую-нибудь «Черную Кишку»?!

В остальном все оказалось довольно просто. Взмах скипетра призрака и предо мной зависло с полдесятка переливающихся миражей. Они изображали участки местности и вращались вокруг своей оси, едва я обращал на них взгляд.

– Кстати, твое время у Порога почти истекло, делай выбор скорее…

Вот урод! Оказывается, время болтовни с Сепрарием ограничено!

Быстро просмотрев предлагаемые миссии, я ткнул в «Деревенского пророка». Так как никакой дополнительной инфы, как всегда, не предоставлялось, пришлось ориентироваться на название. «Бастионы Гараха» и «Подземье Кровавого Мясника» звучали много более опасно.

– Вот этот, – сказал я, и призрак вновь закивал головой.

– Для этого задания ты можешь взять с собой воинов с ограничением в 10 уровней.

Ха! А вот это интересно! Я прикинул, сколько Гончих оставалось в Дыре… Как раз получался десяток.

Ну, это совсем другое дело, с моими песиками мне никто не страшен!

Я сообщил о своем выборе Стражу и в тот же миг меня поглотил свет.

Фух, ну и ну! Как за эти дни отвык от зелени!

Я, в окружении удивленно мотающих головами Гончих, оказался на небольшой полянке, прямо посреди пышущих влагой джунглей. Густо усеивавшие толстые стволы мясистые листья дрожали от скопившихся на них луж воды. Высокий подлесок ядовито зеленого цвета сплетался в сплошную непроходимую стену, на которой красными пятнами выделялись здоровенные отвратно выглядевшие бутоны.

А еще здесь светило солнце! Настоящее, мать его, желтое солнце! Оно едва проглядывало сквозь сплетенные кроны. Острые как бритва лучи резали душное марево слепящими клинками, выпаривая воду и наполняя воздух знойными испарениями. Запахи перегноя, воды и зелени пополам с каким-то мускусом шибанули в нос почище нюхательного табака.

Осматривая все это цветущее великолепие, я даже не сразу обратил внимание на тонкий вскрик:

– О, исчадия Ада! Проклятые дети Экибастуса!

Маленький, едва мне по пояс, человечек, воздев руки, с искаженным лицом застыл перед нами. Его нагота была едва прикрыта ветошью, а на коричневой коже виднелись многочисленные татуировки.

Емана рот! С хрена ли я «Исчадие Ада»? Если есть рога-копыта, то сразу можно обзывать? Что еще за абориген?

Внезапно напряженное личико человечка озарилось неистовой радостью.

– Благодарю тебя, о Экибастус, за то, что ты прислал верных сынов твоих и слуг твоих в помощь рабу твоему… грешному Угурку.

Гончие недоуменно всхрапнули за моей спиной. Нет, ну какая наглость. Кауры, через Сепрария просто сдали в наем десяток чудовищных песиков и одного парнокопытного олуха!

Во уроды.

– Нужно поспешить, о величайший! Треклятый Манасерх уже собрал паству и готовится осквернить чресла отца твоего отца!

Чресла Экибастуса волновали меня в последнюю очередь. Я, конечно, уже привык к практически полному отсутствию пояснений, но, *лядь, уж пару строчек-то какого-нибудь вменяемого текста можно было начеркать? Что нам нужно сделать? Мочить пророка? Мочить этого хлюпика? Еще кого-то мочить?

Хлюпик, кстати, похоже, был крутой демоновед, коль сумел вызвать таких парней как я и мои бобики. Чем он, интересно, заплатил за такую подмогу?

Оглядев землю, я понял, что мы стоим прямо посреди выложенного продолговатыми камушками узора, а вокруг все усеяно множеством трупиков каких-то мелких пушистых зверьков. Густые подтеки крови виднелись по всей поляне, и не повидай я в последние дни всякого-разного, желудок неминуемо попросился бы наружу от подобного зрелища.

– Не мельтеши, – важно сказал я, вживаясь в роль отпрыска Экибастуса, и человечек притих, глядя с ужасом и восторгом. – Кто такой Манасерх? Зачем ты потревожил мой покой?

– Манасерх, это колючка на сраке болотное свиньи! Вонючие отродье срамной гадюки… Теперь он попляшет, кусок дерьма мокрой макаки!.. Этот гад приперся в нашу деревню прошлым летом!..

Выслушав густо перемежаемый удивительными ругательствами косноязычный рассказ, я замер в замешательстве, почесывая меж рогами.

Если коротко, то этот задохлик являлся представителем местного демонопоклоннического культа. В роли пахана-покровителя выступал некий Экибастус, за чьих сыновей он нас и принял. Антагонистом Экибастуса являлся некий Владыка Бро, что заведовал Светом, Добром и прочими хорошестями с большой буквы. Прошлым летом в их селение пришел новый священник и принялся насаждать Добро с утроенной силой. Первым делом взявшись искоренять паству супротивника. В чем и преуспел. Нынче же последний из ячейки поклоняющихся кровавому Всеотцу не пожалел посмертия, чтобы покарать зарвавшегося святошу…

Е-мое, какая белиберда. Но, кажется, я понял правила игры. Оставалось, правда, неясным как кауры воспользуются «посмертием» татуированного хрена, но зная этих ребят, не сомневался, что своего они не упустят, продав его, к примеру, каким-нибудь йогам с Эвереста.

– Веди! – гаркнул я, и маленький человечек пал на колени и принялся отбивать поклоны.

– Хватит! Показывай дорогу!

Подскочив оборванным мячиком, тот рванулся сквозь подлесок по одному ему видимой тропке.

Издалека подлесок казался несокрушимой стеной, но для таких кабанов, как я и Гончие не представлял особой преграды.

Бег по джунглям очень скоро вымочил меня по самые рога. Угурку, юрким муравьем бежавший впереди, то скрывался в кустах, то вновь появлялся на виду, оглядываясь и что-то вереща про то, что «Надо спешить!»

Пять минут и вдруг за очередным непроглядным переплетением лиан не оказалось ничего. Солнце резануло по глазам, явив нам свою настоящую мощь. Оно заливало большую поляну настоящим дождем острых кинжалов-лучей…

Я приставил руку к глазам, чтобы снизить накал стихии. Человечек что-то верещал под ногами, призывая скорее двигаться дальше, но я рявкнул: «Тише ты» и он заткнулся, нервно поводя острым личиком.

Надо было осмотреться на местности.

Я и мои собачки стояли на краю большой, дворов на сто плюс, деревни. Многочисленные хижины, крытые цветущим дерном, в хаотичном беспорядке расположились посреди вырубленной поляны. Утоптанные тропинки змеиными кольцами плутали меж огороженных валежником двориков, скрываясь в глубине деревеньки.

Но самое удивительное строение высилось в центре поселения. Это было высокое беленое здание с узкими окнам по бокам. Украшенное каменными колоннами крыльцо под черепичной крышей вело к двустворчатым дверям, покрытым искусными фресками. Оно поразительно напоминала земную церковь… но не православную, а, скорее, католическую. Разве что шпиль, вздымавшийся посередине крыши, венчал не крест, а обнаженная длань.

Идиллия, мать его…

Что-то это все мне перестало нравиться.

Деревенька выглядела пустынной. Не заброшенной, а именно пустынной. Стояла мертвая, изредка нарушаемая трубным криками какого-то зверья, тишина. На кладбище и то бывает многолюднее. По тропкам бродили похожие на кур зеленые птицы, из-за оград выглядывали вяло пережевывающие жвачку толстые упитанные морды фиолетовы ящеров, но ни единой человеческой фигуры видно не было.

– Где все? – спросил я призвавшего нас хрена.

– На проповеди треклятого Манасерха, да чтоб его обглодал великий Экибастус, о сын Великого Экибастуса… э-э-э… – тот вдруг понял, что так и не узнал имя пришедшего к нему на помощь.

– Хренастус.

– Да-да, о Великий Хренастус, сын Великого Экибастуса! Он собирается проклясть чресла Великого Экибастуса, чтобы боле они не изрыгали семя Великого Экибастуса, что кропит нас, исполненных веры, червей у его ног!..

*ляха муха, просто голова кружится от всех этих «Великих Экибастусов» и ипанутой логики этого… м-м-м… как его там? Угурку? Жестом я оборвал поток бреда изрыгаемого незадачливым демонопоклонником.

Мы осторожно двинулись вперед. Мысленно я отдал приказ двум собачкам прошвырнуться по соседним улочкам. Огромные песики утвердительно рявкнули и парой чудовищных прыжков перебрались через домики.

Утоптанные, кое-где отсыпанные гравием дорожки, аккуратные грядки экзотически овощей, сушащиеся белье… В груди внезапно защемило… Деревенька была так похожа на мои родные Гнилища, где я проводил каникулы в детстве. Кажется, что сейчас на очередном крыльце я увижу бабу Дуню с соседками, привычно чешущих языки под летним солнцем…

А вот и церковь. Большая утоптанная поляна, как видно, была главной площадью деревни. Справа виднелись ряды навесов, где местные обменивались товарами, слева бежал ручей.

И здесь нас уже ждали. Невысокий смуглый человек в черной сутане с виднеющимся из-под нее белым накрахмаленным воротничком, радушно улыбаясь, смотрел, как наша кодла выбирается на площадь. В его взгляде была какая-то истерическая веселость и бездна фанатизма.

– Ты все-таки сделал это, Угурку, – проговорил он, осуждающе покачав головой. Но как-то беззлобно, будто бранил шаловливое дитя, разрисовавшее обои.

– Сегодня ты ответишь за все-о-о!.. – взревел демонопоклонник потрясая ручонками, и зашелся в истерическом крике, поочередно поминая то великого Экибастуса, то его великого сына Хренастуса.

Выглядело это одновременно и забавно, и отвратительно.

Пора было заканчивать этот цирк. Но только я открыл рот, как из церкви стали выходить люди. Множество людей. И старые, и молодые… одетые в свои лучшие одежды, с улыбками на просветленных лицах. Казавшейся бесконечной цепочкой они спускались по крыльцу и выстраивались полукругом позади священника.

*ляха-муха… А вот это было совсем хреново… Мне что, предполагается перебить всех прихожан?! Да я им Чикатилло что ли?

Я содрогнулся от одной вероятности этой битвы, вернее… бойни…

Люди все выходили и выходили, их набралось уже не менее двух сотен. Похоже, здесь было все население деревни.

– О Великий Хренастус, сын Великого Экибастуса! Уничтожь, уничтожь сраных поклонников ничтожного Бро!.. – потрясая кулачками, заливался в дьявольском хохоте, меж тем, Угурку.

Священник же просто смотрел на ряд порыкивающих Гончих и одного рогатого парнокопытного с полнейшим спокойствием на лице.

Я же просто не знал что делать! Одно дело мочить рогатобронированных монстров или напавших на тебя воинов и совсем другое – воевать с мирными жителями, среди которых полно женщин, детей и стариков!

Вдруг какая-то мелкая голопузая девчушка стремглав бросилась прямо мне под ноги. Замелькали черные хвостики и улыбка до ушей. В полной тишине, под одобрительным взглядом священника, дите покрыло разделяющие нас метры.

Твою мать! Я осторожно переступил, боясь ее раздавить… Собачки за спиной заворчали, ощущая мою растерянность. А шеренга людей вслед за девчушкой неторопливо двинулась к нам. И, клянусь мамой, была у этого строя радостных иеговистов поступь тяжелой рыцарской конницы. Домохозяйки в чепчиках, степенные старички с клюками, крепкие бородатые крестьяне, целые выводки деток – улыбаясь, шагали навстречу моим чудовищным бобикам Хаоса, скалящим зубы и только и ждущим приказа кусать и рвать.

О Господи, надо валить, надо валить отсюда…

Неожиданно ногу пронзило острой болью. Будто раскаленное копье впилось в плоть. Я бросил взгляд вниз и уперся в полные радости и счастья глаза девчушки. Ее маленькие ручонки касались броневого щитка под коленом и именно оттуда по телу прокатывались волны огненной рези.

Твою мать, да что такое происходит?! Эта радость на ее лице, когда она жгла своими ладошками мою плоть, была так искрення, так чиста…

Неимоверным усилием я оторвал копыто от земли и отпихнул малышку в сторону. Огненные иглы в тотчас исчезли, но радоваться было ой как рано. Потому что мерно ступающая стена селян практически добралась до нашей шеренги.

– Уничтожьте адский тварей, о благочестивые дети Бро! – пропел священник и улыбки людей засияли еще ярче.

Ах так?! Значит, адские твари?! Значит, «благочестивые дети Бро»?!

Меня захлестнула мутная волна тьмы, бурлящей черной ярости. Тупой и беспощадной, не имеющей никакой связи с разумом и логикой. Она поднялась неожиданно, как пшик из взболтанной бутылки шампанского, в мгновение ока набросив на разум звериную ненависть на лыбящихся, уповающих на своего Господа ублюдков.

За мгновение до того, как стена прихожан захлестнула меня и моих собачек, я отдал приказ. И разверзся ад на земле.

7 ГЛАВА

Гончие Хаоса взревели со всей отведенной им Судьбой яростью и бросились в атаку. Тишина, дотоле нарушаемая лишь криками зверей и тихим шелестом поступи множества ног, взорвалась хлюпающими хряськами разрываемых тел… и воем боли! Прикосновения радостно улыбающихся прихожан плавили плоть иномировых тварей, словно раскаленный нож масло.

Твою же мать! Похоже, долбаный Бро вручил своим последователям поистине страшное оружие. В мгновение ока Гончие оказались облепленными десятками тел, а мой разум наполнился чужой болью. Осознанно или нет, бобики Хаоса транслировали эмоции прямо мне в мозг.

Неимоверным усилием воли я очистил сознание и стряхнул чертово оцепенение. Все складывалось совсем не так легко, как казалось поначалу. Безоружные прихожане, о судьбе коих я только что лил сопли, оказались грозным противником. Надо было срочно выбираться из западни. От того, что я тут буду стоять в ох*ении спасение не придет.

«Назад!» – приказал я и сам принялся отходить, широко размахивая секирой. Нам нужно было оторваться от улыбающихся уродов, кои все меньше и меньше походили на людей. Они бесстрашно шли под клыки и когти Гончих. И даже умирая, не издавали ни звука.

Что ж, они хотят нашей смерти? Значит, они получат то, что заслуживают, невзирая на пол и возраст!

После каждого взмаха секиры, два-три человека лишались конечностей, но, кажется, это их совсем не волновало! Поднимаясь, они, пошатываясь, продолжали переть вперед!

Зомбяки проклятые!

Вначале казалось, что собачки, погребенные под валом тел, так и погибнут, сожженные прикосновениями прихожан Бро. Но вот одна, другая, третья, расшвыривая людей изломанными куклами, выбиралась из копошащейся массы. Выглядели они ужасно, от проплавленных ожогов не было видно живого места, но багровый взор по-прежнему горел яростью и готовностью убивать.

Мимо пронеслось бледно-красное марево. Закругленный знак из блеклых языков пламени врубился в ряды прихожан, рассекая тела, словно боевой лазер, и двинулся к спокойно взирающему на кровавую мясорубку священнику.

Ба, да это наш демонопоклонник вступил в дело! А он оказался совсем не прост! На остром личике застыло выражение безграничной ненависти, руки мелькали в бешеном хороводе, а с кончиков пальцев слетали все новые лоскуты рваной красной массы, быстро группирующейся в висящий в воздухе узор.

Взмах руки и еще один символ полетел в толпу.

Если он и был разочарован, что помощь оказалась столь слаба и тупа, то не подавал виду. Его чары, убивая и калеча попавшихся по дороге людей, рвались к Манасерху, но тот со снисходительной улыбочкой небрежным движением руки сметал их прочь.

Интересно, священнику тоже пришлось у кого-то «покупать» доступные ему силы?

Наконец, мы сумели переместиться в узкую улочку, которую четыре оставшихся в живых Гончие перекрыли по всей ширине. Отходя с площади, я цапнул за плечо увлекшегося Угурку и закинул его в тыл. Теперь можно было перевести дух, но недолго. Толпа прихожан уже вовсю рвалась в узкий проход, но здесь наша позиция была значительно лучше, чем на открытой площади. Бобики Хаоса заработали лапами, словно огромные экскаваторы, и люди, разбрызгивая кишки и ошметки мяса, полетели прочь.

Фух, Славик, еще одно подобное по тупизне решение, и Удача, устав спасать непутевого идиота, плюнет на тебя с большой горы…

*манна рот, что делать – совершенно непонятно! Перебить всех? Даже отбросив моральные принципы – это просто физически невозможно! Удивительно, что на эту миссию позволялось взять только десяток бойцов, тут нужен, по меньшей мере, батальон!

Я лихорадочно закрутил башкой, пытаясь найти путь к спасению. Невысокие домики, оградки, кустарник, позади за домами виднеется стена джунглей… По хорошему надо просто рвать когти из деревеньки и бежать на ту поляну, куда нас призвал тщедушный демонопоклонник. Должен же быть какой-то вариант ухода восвояси в случае неудачного прохождения миссии?!

Бобики Хаоса работали лапами с утроенной силой, но было видно, что надолго их не хватит. Перед ними громоздился уже вал из разодранных трупов, но прихожане в полном молчании, как в фильмах ужасов, перли и перли… Рядом что-то верещал Угурку…

Да. Валить, валить и еще раз ва…

Вдруг сзади послышался шорох. Я обернулся… Мать честная…

Пока я размышлял, с другой стороны улочки показалась еще одна толпа прихожан! Млять и их было просто дох*я!

Я отозвал одну из собачек и вдвоем мы, насколько это возможно, перекрыли проход. Гончая, взрыкивая, заработала лапами, а я секирой. Никакого особого умения тут было не нужно, безоружные прихожане, прущие с фанатическим упрямством на верную смерть, больше не казались мне настоящими людьми. Я разваливал тела от плеча до паха со всей демонской силой тела Агрбадана.

Но их было слишком много…

Первой жертвой пал Угурку. Маленький демонопоклонник, забывшись в азарте боя, высунулся из-за Гончей, споткнулся и упал прямо в объятия огромной бабенции в розовом чепце. Широко улыбаясь, она облапила тщедушную фигурку, от которой тут же пошел натуральный дым. Угурку истошно закричал, как заживо сжигаемый поросенок, и Гончая, взмахнув лапой, прекратила его мученья, распотрошив их обоих разом.

Затем, пала одна из собачек, оставшихся позади. Я услышал тоскливый вой боли, обернулся и увидел, как сразу несколько крепких мужиков повисли на ногах пса, сжигая розовую плоть прикосновениями. Я, было, бросился к нему, но это было уже бессмысленно: все новые и новые улыбающиеся ублюдки взбирались на спину согбенной фигуре…

Все, хватит мять яйца. Этот процесс стоил мне сегодня уже слишком многих бойцов. Стиснув зубы, я отдал мысленную команду следовать за мной, пнул копытом рвавшуюся ко мне домохозяйку в кружевном переднике и перемахнул через забор.

О яйца Дутура, так надо было сделать сразу, как только эта шобла иеговистов вывалила из церкви!

Мы рванулись к окраине деревни, перепрыгивая через оградки и кусты, распинывая крутящуюся под ногами домашнюю живность и различную крестьянскую утварь. Казалось стадо улыбающихся уродов осталось позади, но после пересечения очередной улочки, мы вдруг вновь оказались в гуще треклятых зомбаков! Понятия не имею, откуда они тут взялись!

И, мало того, здесь было полно детей! Маленькие фигурки облапили ноги Гончих и те, взвыв от непереносимой боли, закружились, пытаясь стряхнуть их с себя, но крестьянские детки словно прикипели к уже серьезно обожженным лапам моих собачек.

Кажется, именно здесь что-то обломилось во мне по-настоящему.

Больше не раздумывая, я активировал Огненные Когти и несколькими взмахами располосовал тщедушные тельца на части. А затем принялся за остальных. Через минуту я сумел расчистить вокруг себя пустое пространство, но песикам было намного хуже, в тесноте они вскоре оказались облеплены двумя десятками окровавленных фигур. То один, то другой прихожанин изломанной куклой падали под ноги яростно рычащим Гончим, но остальные на четвереньках, проплавляя розовую кожу, взбирались к ним на загривки, чтобы добраться до голов.

Из-за поворота показалась новая толпа прихожан, состоящая из двух десятков степенных матрон. Манасерх, руководивший своей паствой как заправский генерал, в отличие от меня, прекрасно знал все улочки и закоулочки деревни, и загонял нас, как пешки короля.

Матроны, расставив руки, словно желая заключить в радушные объятия, толпой бросились ко мне. Я располосовал парочку когтями, зарубил еще троих и понял, что это уже агония.

Что ж, пришло время опустошить запасы Маны. Я экономил ее, оставляя на черный день, и, кажется, он настал.

Бац! Бац! Бац!

Три огненных шара прожгли настоящую просеку в толпе атакующих! Счетчик Маны Хаоса остановился на 4 единицах, а я отдал приказ и рвануться к уже недалекому лесу…

Но рванулся один. Гончие, погребенными под валом тел, навсегда остались на узкой улочке этой проклятой деревни.

Полминуты бешенного бега на пределе сил и я на опушке леса. Ядовито-зеленая стена казалась непроницаемой, но где-то должна была быть та тропка, по которой мы явились в расставленную священником Бро ловушку…

Силой воли остановив сжимающую яйца панику, я сориентировался и отыскал проломленную нами просеку. Она оказалась в сотне метров правее.

Вперед, быстрее вперед!

А вот и лес! Душное покрывало влажного распаренного воздуха накрыло мое измученное тело. Я бежал по просеке, что наш отряд пропорол сквозь чащу, спотыкаясь о буераки и рассекая спутанные лианы все еще горящими огнем когтями.

В башке плескалась пустота. За этот час потерь и поражений я устал, кажется, так, как никогда не уставал. Мышцы от бесчисленных взмахов секирой налились тупой усталостью, а взор застилала багровая пелена. Я бежал, автоматически переставляя ноги, падал и снова бежал…

А вот и поляна, залитая кровью пушистых зверьков.

– Сепрарий! Сепрарий, *паный ты ублюдок, забери меня отсюда!

Крик закружился среди переплетенных крон, но ответом ему были лишь ухающие вопли местной живности.

В ярости я пнул кучку тушек, подняв кровавую взвесь.

– Сепрарий, черт тебя дери…

– Ты уже хочешь покинуть наши гостеприимные края, демон? – раздался за спиной вкрадчивый голос, от которого мое сердце ухнуло в пятки.

Я обернулся, беря секиру наизготовку.

Там, откуда я только что пришел, стоял Манасерх. На лице все также блуждала улыбка, но сейчас, вместо фанатичного спокойствия, в ней сияло торжество. Кажется, его совсем не волновало, что я и мои собачки уполовинили население деревеньки…

А вот и его паства. Твою мать, как эти уроды сумели так быстро добраться до поляны вызова?!

Правда, их было совсем немного. Вместо толпы зомби-иеговистов, из чащи вышло лишь четыре человека. Два молодых парня и две девчонки. Вряд ли им было больше чем по пятнадцать лет. На лицах – все тоже умиротворение, но что-то мне подсказывало, что эти четверо могут быть опаснее целого стада бешенных домохозяек.

Я молчал, а Манасерх, не прочь был использовать шанс прочитать проповедь иномировому существу.

– Владыка Бро милостив и простит тебе грехи, если только ты взмолишься об искуплении. Даже такой твари как ты, с погрязшей в выгребной яме тьмы душой, дарована возможность прощения. Пойми, Заблудший, треклятый Экибастус лишь прыщь на теле мирозданья, и там где он был рожден, там и сгинет когда придет день Страшного Суда. Посмотри на этих воинов Бро. Ты видишь огонь Света в их чистых душах и ясном взоре. Ничто в этом пласте реальности не способно поколебать их Веру!..

Манасерх говорил со мной будто с ребенком, объясняя, сколько будет дважды два. Негромкий голос был полон скрытой энергетики, обволакивал и заставлял внимать, вникать…

– Пошел к черту, – сказал я, готовясь подороже продать свою жизнь.

Страх, что еще недавно плескался в сердце, ушел. Не знаю, дает ли «Отбор» второй шанс, оживу ли я на матрасе в Убежище… но молить об Искуплении какого-то ублюдошного Бро, я точно не собирался. Не по своей воле я оказался здесь. Если Судьбе угодно, чтобы я убивал ради того чтобы выжить, я буду убивать. Рран уже замарал мои руки кровью, а этот неизвестный жаркий мир так и вовсе выкупал в ней меня всего. Но если такова моя доля, что ж… пусть будет так. Пусть мне будут сниться распотрошенные тела детей и домохозяек – я буду делать так, как дОлжно.

Это, вдруг, я сейчас осознал с кристальной ясностью.

Подручные Манасерха переглянулись, улыбнулись еще шире и…

И запели.

Раскинув руки и подставив ладони с трудом пробивающемуся сквозь сплетенные кроны солнцу, подростки затянули невнятную осанну Бро. Поначалу тихие, голоса вскоре взвились с мощью пароходного гудка! Загремели и загрохотали смиренным, но таким злым и тяжелым для меня прибоем…

Ибо, как только я услышал первые ноты, по вискам ударили кузнечные молоты. Невыносимая боль раскаленными гвоздями вбивалась в подкорку, парализуя волю.

Превозмогая застилающий взгляд красный туман, я вознес секиру над головой и рванулся к проклятому священнику… Но тут же бухнулся лицом в кучку пушистых трупиков. Ноги просто отказались повиноваться моей воле. Треклятая песнь разжижала мышцы и крошила кости, низводя до состояния амебы.

– Что? Ты думал, сбежишь от нас и все? – весело спросил Манасерх, приближаясь к моему поверженному телу. – Я не собираюсь тебя убивать или изгонять, демон! Ха-ха! По крайней мере, не сразу. О нет, ты проведешь много дней, распятым на алтаре Владыки Бро. Каждый из жителей нашей деревни воздаст тебе за сотворенное тобою по заслугам.

О Господи, они меня, что, будут пытать?!

Я взвыл от страха. Агрбадан, епанный ублюдок, куда ты меня втравил?! Бравада, что еще недавно полнила сердце, улетучилась, будто ее и не было, а взамен пришел настоящий ужас!

– М-молю-у… о искуплении… – прошептал я. А Манасерх залился раскатистым смехом.

Слабо помню путь через джунгли. Откуда-то взялась целая толпа прихожан Бро, вцепилась в меня горячими руками и потащила войлоком по уже дважды сегодня пройденной дороге. Мельком я удивился, что их ладони больше не плавят демонский хитин, но уже через мгновение песнь улыбающихся мальцов вновь взмыла под кроны деревьев, и я снова погрузился в тенета боли.

Этот путь показался вечностью.

Боль, осколки солнца, бьющие по глазам словно кинжалы, и осанны Бро…

Кажется, я пытался отрубиться, но Манасерх и его подручные не подарили мне такого счастья. Время растянулось в бесконечную вереницу секунд, каждая из которых ненавидела меня так, как бабка у подъезда ненавидит длинноногую красотку в мини-юбке.

Наконец мы оказались на площади перед церковью. Ублюдки вдруг прекратили петь, и это принесло блаженство сродни оргазму.

Здесь все было завалено трупами. Мои бедные песики грудами сожженной плоти возвышались подобно китам на мелководье из изломанных тел прихожан. Живые же зомби-иеговисты стекались сейчас на площадь, возносили руки и нараспев славили Бро. Меня распнули на земле четыре очень дородных крестьянки, пригвоздив конечности голыми ступнями. Боль резанула запястья и щиколотки, но она была терпима и не шла ни в какое сравнение с тем, что провернули со мной главные подручные Манасерха.

Вскоре в пределы зрения вплыл радостный священник. О, с каким удовольствием я раскроил бы эту лыбящуюся харю! Господи, дай мне в руки гранатомет!

– Ты чувствуешь приближение искупления, о сын чресел проклятого Экибастуса?

Я сумел только что-то невнятно промычать в ответ.

– Ты будешь очищен от скверны! Очищен любящей болью! – вдохновенно начал вещать Манасерх, обходя меня по кругу. – Как уже очищены эти монстры из недр Темного Мира!..

Священник указал на двух лежащих неподалеку обожженных собачек. Кажется, одна из них даже еще дышала.

– А теперь и ты попадешь в огненную купель, дабы отвратиться от Миазмов Экибастуса и… – начал говорить он, обращаясь ко мне.

И вдруг…

Что это?

Зависнув в бескрайней и безграничной тьме, я слышал лишь стук собственного сердца. Уже знакомый холод сковал мои члены, а Нечто, что ранее лишь кружило вокруг, на этот раз было совсем близко и практически осязаемо.

– Так вот ты какой… Теперь понятно, почему я не учуял тебя раньше… – сказало Нечто приятным мужским баритоном, напугав до седых волос. – Очень интересно… Никак не могу понять, из какой ты секвенции… Как же ты попал сюда, а, Славик?

В голосе не слышалось злобы или угрозы, но все равно он продувал душу насквозь.

И он знал! Он знал мое имя и то, что я чужд в этом мире… В этом? Или ином? Какой теперь мир «этот»? Рран? Но «Деревенский пророк» явно орудовал в другом… О Господи, когда закончится этот дурдом?!

– Я чувствую твой страх, Славик… Не бойся. Обо мне говорят разное, но поверь, без причины меня незачем бояться… У тебя же таковых, пока что… гм… нет?

Твою мать, как тут не бояться такого «не бойся», когда висишь в темноте и холоде, хрен знает где?

– Кстати, можешь даже что-то мне сказать…

Да он еще, *лядь, и шутит!

– Кто ты? – наконец выдавил я.

– Я Зог! – имя голоса резануло раскаленной бритвой, столько гнева было в этих трех буквах. – И прошу, больше не заставляй меня называть его.

Очередной психованный на мою бедную голову… Виски все еще ломило от нестерпимой боли, которой терзала меня четверка юных певунов.

– Я один из тех, кого принято называть богами… Но по мне, это звучит слишком пафосно хе-хе… Можешь называть меня просто – «Высшее существо» или «Господин»…

Что-то мне от этих шуточек становится все дурнее. С каждым словом Зога скребущий холод все дальше взбирался по венам.

– Да, ты прав, тебе нельзя здесь долго оставаться. Буду краток. Видишь ли, меня крайне интересует та каша, что заварилась на Рране. Но, увы, я слеп там, где нет моих последователей. Старина Агри был готов к тому, чтобы им стать, но, почему-то сейчас на его месте ты…

Зог сделал паузу, видимо, ожидая объяснений этому странному факту. Но что я ему мог ответить?

Холод, меж тем, уже проник в самое нутро. Ледяной огонь, поднявшись по венам, почти достиг сердца.

– Ты сейчас э-э-э… в некотором затруднении, не правда ли? Я могу тебе помочь.

– А цена? Д-душа?.. – прошептал я заиндевелыми губами.

– Ха-ха… Зачем она мне? Признай меня своим Богом, содействуй моим интересам…

«Содействуй моим интересам»… Как витиевато перефразирована фраза «Таскай для меня каштаны из огня»… Сдается мне, не все так просто. Недаром он делает такое предложение тогда, когда меня вот-вот поджарят во славу Бро. Ублюдок рассчитывает на то, что я соглашусь не раздумывая!

Выбор между многодневной пыткой и службой мутному неизвестному богу… Даже не знаю что выбрать…

– Н-нет… – прошептал я, когда ледяные когти уже взяли в тиски сердце.

– Нет?.. – Зог на некоторое время завис, переваривая неожиданный ответ. – Что ж… Вернемся к этому разговору позже, – весьма мило закончил он, собравшись, как видно, свалить в неведомые дали.

– Стой… Помоги… Просто так… – фигея от собственной наглости, из последних сил прошептал я.

Несколько мгновений Зог молчал, а потом весело сказал.

– Ты вновь прав, Славик из «неведомых далей». Негоже начинать знакомство без подарка. Что же касается помощи… Дам совет: Убей пастыря, и овцы разбегутся. Прощай…

Мгновение и я вновь под жарким солнцем, лежу в объятиях боли, прижатый к земле железной хваткой четырех улыбающихся крестьянок.

Видимо мое отсутствие уложилось буквально в удар сердца, потому как Манасерх сейчас только заканчивал фразу.

– …и познать всю мощь праведного гнева Бро! А затем, ты будешь, разумеется, развоплощен, как этот милый песик, хе-хе… – сказал он и с улыбкой потянулся к оплавленной груде жженого мяса, что некогда было Гончей.

Собаченция тихонько постанывала, норовя с секунды на секунду испустить дух.

«Убей пастыря»… Твою мать, легко сказать! Маны Хаоса, как назло, осталось жалкие 4 единицы, которых не хватит на Огненный Кулак. И есть большие сомнения, что моя магия вообще сработала бы как надо. Такое ощущение, что босые ноги дебелых девах вдавливали в землю не только мои конечности, но вообще самое мое естество… в смысле естество парнокопытного демона. А что если?..

Идея, конечно, была так себе… В моем арсенале было лишь два заклинания, на которые сейчас хватало маны. И если Взор Ахара был сейчас совершенно бесполезен, то Матерный Приказ…

– Куси *банного ублюдка, в зад ему клык! – рявкнул я. Правда, этот «рявк» был похож скорее на писк комара.

Минус три Маны Хаоса и в тот же миг, только лежащий практически трупом бобик Хаоса, всхрапнул и одним неуловимым движением просто-напросто заглотил Манасерха!

Ха-ха! *паный Экибастус! Вот это номер!

Тотчас железная хватка исчезла, а дотоле озаренные благостными улыбками лица крестьянок, что держали мои конечности, исказились ужасом и сучки с воплями бросились прочь!

Кряхтя, я с трудом поднялся на ноги. На площади перед церковью, тем временем, воцарился настоящий Хаос. Очухавшиеся от морока прихожане вдруг увидели, во что превратилась их деревня. Женщины взвыли, мужики схватились за головы, старики затрясли бородами, дети залились ревом… Кто-то катался по земле, кто-то рвал волосы, кого-то выворачивало наизнанку от зрелища кровавой бойни…

Одно, если можно так было сказать, радовало. В этом бедламе мало кто обратил внимание на огромного парнокопытного демона. Я подошел к героическому бобику Хаоса, из чьей пасти торчали ноги в пыльных сандалиях. Собаченция, все еще под воздействием заклинания, тяжело дыша, пыталась пережевать ублюдка.

– Хватит, оставь его… – сказал я, положив руку на обожженную голову песика, и тот неохотно повиновался, выплюнул нижнюю часть туловища Манасерха. – Спасибо тебе, друг…

Гончая тоскливо посмотрела на меня затухающим взглядом, протяжно вздохнула и замерла…

Р-р-р! Треклятые уроды! Почему-то в этот момент из головы начисто выветрился тот факт, что это мы напали на эту сраную деревеньку фанатов Бро. Хотелось просто рвать и кромсать чертовых прихожан!

Они как раз, похоже, наконец, заметили мое присутствие. Связать картину бойни и наличие на площади огромного рогатого демона было делом нескольких секунд. Раздались гневные вопли, и несколько крепких крестьян, достав откуда-то вилы, бросились ко мне.

К счастью секира была рядом, подручные Манасерха приволокли ее из леса вместе со мной. Рукоять привычно легла в ладонь и я, было, приготовился к сражению, но без наброшенного на разум тумана фанатизма, прихожане уже не были столь смелы. Оказалось достаточно пару раз взрыкнуть, чтобы они, побросав хозинвентарь, разбежались кто куда.

Постояв еще с минуту на заваленной трупами площади, я крикнул в залитое солнцем ярко синее небо:

– Сепрарий!

И на этот раз чертов ублюдок таки забрал меня отсюда.

Вы получили 252 единицы Маны Грани.

– Поздравляю. Ты выполнил задание. Я знал, что для тебя это будет несложно.

Твою мать, он еще и шутит!

Сепрарий с той же каменной мордой мерно покачивался на уровне моей груди, а я все еще пытался отдышаться от пережитого.

Накатывающий вал из улыбающихся крестьян в накрахмаленных парадных одеяниях все еще стоял перед глазами, а голова помнила раскаленные гвозди, что вбивали в нее осанны во славу Бро. Также как и тот момент, когда моя секира начала собирать обильную жатву среди чертовых прихожан затерянной в джунглях церквушки…

О Господи, как теперь это забыть?

– Каждому свое, – вдруг сказал призрак. Хотел поддержать?

– Пошел к черту… – выдохнул я.

Тело жутко болело, но к счастью, хитиновая броня, в целом, спасла меня от ожогов. Бедные мои песики… Я содрогнулся, вспоминая, во что их превратили обнаженные ладони фанатиков.

– Иди за мной… – сказал Сепрарий и, развернувшись, неторопливо полетел в угол комнаты, в котором я неожиданно увидел еще один проход. Черт подери, клянусь чем угодно, в прошлое посещение его не было!

Тяжело вздохнув, я двинулся вслед за призраком. Несколько пыльных коридоров привели нас к большой железной двери. На потемневшем от времени металле можно было рассмотреть все те же оскаленные морды, что и на стенах. Местный дизайнер не заморачивался на оригинальность.

Сепрарий махнул жезлом, и дверь со страшным скрипом растворилась.

Мать честная…

Я замер с открытым ртом.

В огромном зале, едва освященным тусклым лившимся с потолка светом, уходящими вдаль рядами, громоздились тысячи предметов. Множество мечей, копий, щитов, брони, для людей и для боевых тварей, тяжелые фолианты книг заклинаний… Чего здесь только не было…

– Что это за место?

– Здесь ты получишь награду. Выбирай, – коротко ответил Сепрарий и приглашающее махнул скипетром.

Каюсь, моральные терзания стремглав унеслись прочь, стоило мне погрузиться в процесс выбора награды. Я заворожено пошел вдоль казавшихся бесконечными рядов, легонько касаясь кончиками пальцев холодной стали.

Латный доспех Черного Волка – 250 единиц Маны Грани.

Секира Амара Духа – 90 единицы Маны Грани.

Собственноручная рукопись Чезаре Боновенуто – 100 единиц Маны Грани.

Каскад брони «Сердце Джа» – 430 единиц Маны Грани.

А вот эта вороненая бронь идеально смотрелась бы на Капитане Барбоссе… Но стоимость в более чем четыреста единиц Маны Грани, была запредельной… В конце концов, когда цены стали исчисляться сотнями Маны, Сепрарий, останавливая меня, поднял скипетр.

– Тебе не нужно дальше.

Я задумался.

– А что ты посоветуешь? – спросил я призрака.

– Для тебя или для твоих воинов?

Гм… Это, действительно, был важный вопрос. В принципе, моя природная броня достаточно неплохо себя показала и в боях с монстрами Жареной Равнины и в столкновениях с магией фанатиков. А вот полноценных войск я за предыдущие дни так и не смог собрать. Песики были устрашающи, но ощетинившийся копьями строй пехоты, думаю, мог быть инструментом не хуже. Сейчас вся проблема Бесов заключалась в их неадекватной цене в Мане Хаоса и в никакущем обмундировании и вооружении.

В конце концов, основательно расспросив Сепрария, который с удовольствием разглагольствовался на тему характеристик тех или иных предметов, я выбрал десяток комплектов «Тяжелой Брони Черного Тыса 2-го уровня» за 200 единиц Маны Грани, в кои я планировал облачить отряд Бесов. А себе взял «Тяжелый Семарский Щит» за 35 единиц и офигительный черный плащ с кожаными и металлическими накладками за 15. Кто такой этот долбанный «Тыс» оставалось только догадываться, но выглядела эта броня весьма представительно, как и щит. А плащ взял чисто потому, что в нем я выглядел настоящим темным властелином, хе-хе…

– Твое время вышло, – как всегда неожиданно возвестил Сепрарий, и я покинул пыльные подземелья.

Вы вернулись на Рран.

Вы лишились 2 единиц Маны Грани.

Твою мать! Вот ублюдки! Похоже, Мана Грани используется лишь «За Гранью» и не накапливается!

На Рране была ночь. Душный воздух полнился уже привычными звуками Дыры. Свет от лун отражался от гранита, превращая равнину в серебряную гладь.

Рядом послышался тяжелый всхрап. Я резко обернулся, вынимания секиру…

О черт!

Огромная гора доспехов высилась позади мрачного столпа Грани, а рядом лежала хорошо прожаренная туша Гончей. В нос шибанул запах шашлыка, от которого засосало под ложечкой.

На моем герое не было живого места. Сочащееся кровью и сукровицей тело пса было сплошь покрыто струпьями и жжеными ранами. Багровый огонь едва тлел в его взгляде.

«Барбосса!»

Мгновение и черный гигант оказался рядом. Он осторожно обнюхал израненного собрата, ткнул его носом и тихонько заскулил. Мой мозг наполнился многочисленными обиженными образами. Капитан был жутко расстроен, что я не взял его в такую заварушку.

«Надо дотащить его до Загона. Если и выживет, то только там».

Это оказалось нелегкой задачей. Огромная бессознательная туша лишь скулила, когда мы пытались толкать и тянуть ее в ближайший Загон. Горелая кожа облазила струпьями, открывая сочащееся слизью ярко-красное мясо. Я и не заметил, как рядом появились Сидрах, притихший Вугр, серьезные Бесы… А вскоре вокруг стало тесно от массивных тел Гончих…

И вдруг я ощутил настоящее единение. Это было столь ново и неожиданно… Мои песики, мое «стадо», столпившись вокруг раненного воина, скорбели по сгинувшим За Гранью. Я впервые ощутил то, о чем раньше старался не думать: они не просто безымянные юниты, которых можно, обводя рамкой, посылать в бой. Пусть они и не полноценные разумные (к коим, честно говоря, не всегда можно отнести и иных людей), но они могут испытывать чувства радости, скорби, горя…

«Отбор» наделил их безупречной веру в своего вождя… Который раз за разом садится в лужу…

Стыдно, Славик, очень стыдно…

В конце концов, три Гончие поднырнули под израненного собрата, а я и Бесы, осторожно задвинули его им на загривки, и в таком виде мы дотащили героя до ближайшего Загона. Теперь оставалось лишь надеяться…

Постояв еще немного над раненным псом, я удалился в Убежище, этот адско длинный день, наконец, закончился.

8 ГЛАВА

День 5.

Поселение Дыра 4 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих 3 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 135 единиц.

Мана Хаоса – 71 единиц.

Мана Крови – 63 единиц.

Мана Власти – 7 единиц.

Мана Ужаса – 12 единиц.

Утро я встретил невыспавшийся и злой. Слава Богу, что не голодный. Ночь выдалась беспокойной – я то и дело просыпался от ощущения невидимого взгляда. Темное божество вороном кружило рядом. Казалось, до него можно было дотянуться рукой. Я чувствовал его внимание и мрачную волю. Зог в раздумьях осматривал мою скукожившуюся душонку, прикидывая, как можно использовать ее в своих тайных, и, наверняка, не слишком благочестивых планах. Плюсом к навязчивому уроду шли переполненные улыбающимися крестьянами кошмары. Радостные детки, бестрепетно шагающие на верную смерть, стояли перед глазами.

Ощущения, скажу я вам, просто пизд*ц.

Утро принесло некоторое облегчение. Солнце выжгло лоскуты мрака из сердца, а сбежавшиеся бобики принесли ощущение поддержки и любви.

Первым делом я проведал вчерашнего героя. К сожалению, пес не исцелился за ночь, как я надеялся, но выглядел значительно лучше. Был в сознании, сопел влажным носом, и горящий взор уже не был столь блеклым.

Путешествие За Грань лишило меня половины армии, а «выхлоп» оказался крайне сомнителен. Стоило задуматься о смысле дальнейшего посещения этого данжа. Впрочем, быть может, ступил, как всегда, я? Завалил бы сразу священника, не доводя дело до побоища, и все – миссия пройдена. Даже не хотелось об этом думать… столько народу осталось бы в живых… С другой стороны – все мы крепки «задним» умом.

Почесывая за ухом одного из бобиков Хаоса, я с удивлением обнаружил на пальце кольцо. Тяжелый тускло поблескивающий серебром перстень с инкрустированным сапфиром по-хозяйски расположился на среднем пальце левой руки. Никаких надписей при его виде не возникало, а значит, перстень не был связан с системой «Отбора»… Уж не Зога ли это подарочек?

Пока я крутил его в руках, что-то неуловимое витало рядом. Будто пятно от лазерной указки, оно перебегало со спины за ухо и обратно на спину… Пренеприятнейшее ощущение…

Есть! Моя воля уцепила ускользающую хрень! И в тот же миг пальцы обожгло ледяным холодом, дыхнуло морозом, пространство треснуло, и оттуда полезло что-то здоровенное…

Раскрыв рты и пасти, мы наблюдали, как на Рран протискивается удивительная, отдаленно смахивающая на быка, тварь. Ее коричневая дерюжная шкура была осыпана инеем, словно тварь шагнула прямиком из морозилки холодильника «Индезит», глаза горели потусторонним огнем, а бритвенно острые рога обвиняющее целились прямо мне в рыло. Чудовищный бычок выглядел злобным забиякой, от взгляда которого хотелось забиться куда-нибудь под кровать.

– Это что еще за хрень? – вдруг спросил Гарей, от удивления выронивший трубку.

Я оторопело перевел взгляд на старичка. То, что примитивный непись неожиданно заинтересовался еще чем-то кроме курева, само по себе было удивительным событием!

– Понятия не имею… – ответил я, смещаясь за хижину Актора и готовясь дать деру.

Стоящие на «центральной площади» Дыры собачки оскалили зубы и вздыбили загривки, готовые порвать нежданного гостя на сникерсы. Было абсолютно непонятно, дружественна эта зверюга или нас ожидает новая порция мясорубки…

Чудовищный бычок помотал башкой и вновь обратил на меня пылающий холодным огнем взгляд.

«Как тебе мой подарок, Славик?» – услышав знакомый голос в голове, я подпрыгнул на месте, едва не получив инфаркт.

«Я о нем не просил!»

«Ха-ха-ха… Не волнуйся, ты все еще ничем мне не обязан».

«Ну да… Знаем, слышали…»

«Трудно говорить с тобой здесь… Назови его как-нибудь. Ты ему понравился… Захочешь его спрятать – потри кольцо. Захочешь вызвать…»

Недоговорив, Зог исчез, но я и так понял то, о чем он хотел сказать: «Потри кольцо».

Я осторожно приблизился к бычку. Иней растаял, и теперь жаркое солнце Ррана быстро испаряло влагу с его брони.

– Как думаешь, тому, кто тебя подарил, можно верить? – спросил я скотинку. Но та, видимо, сочла вопрос риторически.

Внимание обладателя мягкого баритона обволакивало, норовя утянуть, утащить в только ему понятные дебри… Он назвался богом… Правда ли это? Гм… А черт его знает. Мне слишком мало известно о местных раскладах. Ему что-то от меня нужно, но данный момент, я, и в самом деле, не видел от него проблем. Значит, пока позволяют обстоятельства, можно потянуть резину, в надежде, что время расставит точки над «и».

– Будешь, э-э-э… Шариком? – спросил я зверюгу, решившись принять подарок Зога.

Бычок фыркнул, будто говоря: «А почему бы и нет?», и мотнул башкой, недвусмысленно приглашая прокатиться.

Эх! Была не была!

Больше не раздумывая, я взлетел на загривок и тут же чуть не грянул оземь, когда Шарик, привстав на задние ноги, оглушительно заревел… а затем резво взял в галоп. Чтобы не свалиться, я вцепился в край броневого щитка и до боли сжал коленями ходящую ходуном спину.

Да, это блин, не Харли, *лядь, Дэвидсон… Но довольно шустро. Почти также как бегаю я сам, хе-хе.

Сделав круг почета вокруг Дыры, я сверзился со своего новообретенного скакуна и, почесав за ухом, отозвал. На этот раз обошлось без спецэффектов – он просто испарился.

Явление Шарика немного улучшило настроение. Но еще больше его улучшило зрелище трех Рабов, сидящих в закоулке между двумя Загонами Гончих и плетущих веревки из каких-то очищенных побегов!

Очуметь!

Побродив по поселению, я заметил еще несколько зримых свидетельств полезности Сидраха. Рабы плели веревки, раскалывали и тесали камни для получения скребков, каменных ножей и прочего скарба, скоблили панцири каких-то мелких тварей. В общем, были заняты нормальной такой хозяйственной деятельностью.

С престарелым самгаром надо было что-то решать. Какие-либо телодвижения в сторону его племени пока откладывались – для этого нужна была настоящая армия, а не то, не пойми что, что сейчас у меня было, а значит, откладывались и обещанные ему «власть-бабы-золото». Суровый воин, несомненно, обратил внимание на мощь моих монстров и то, с какой легкостью я пополняю их ряды, но по косвенным признакам было видно, что возюканье с Рабами – совсем не то, что он рассчитывал получить.

Что ж, на такой случай у меня было припасено «лекартсво».

– Сидрах! – позвал я самгара, что пинками группировал Рабов в некое подобие колонны.

Тот отвлекся от увлекательного занятия и, подойдя, коротко кивнул. В непроницаемых глазах была пустота.

– Пойдем.

Мы прошли в приятную прохладу Убежища. Я плюхнулся на матрас и жестом пригласил его присаживаться на подушки напротив себя. В шатре самгар был впервые, но не похоже, что был особо впечатлен как его убранством, так и висящим в центре магическим маревом.

– Я доволен тобой, Сидрах. Но доволен ли ты своей долей?

Самгар несколько мгновений смотрел прямо перед собой, а потом вдруг смущенно заерзал.

– Я вижу чудовищ, что выполняют любой твой каприз, господин. Я вижу магию, что подвластна тебе, я вижу воинов, что выходят из грязи и пополняют твою армию, я вижу дома, что возникают из ниоткуда по одному твоему велению… Ты столь велик… что я не знаю, зачем тебе я?

Сказано это было довольно витиевато, но вопрос был весьма нетривиален.

– Ответить тебе честно? Да, я могу вызывать монстров и творить чары по щелчку пальцев, но ответь, у скольких из моих подчиненных есть мозги? Кто будет управлять моими полчищами, когда они размножатся? Вугр? А когда я доберусь до твоих соплеменников, кто будет с ними говорить? Кто их убедит, что мы не адские твари, что хотят их смерти, а наоборот – желают воздать самгарским воинам по заслугам и повести их к победам?

Я, сделав паузу, всмотрелся в обветренное лицо воина. Верит ли он мне, понимает ли?

– Ты нужен мне, Сидрах. Именно ты, знающий о Рране вдесятеро больше, чем я! Служи мне и я буду щедр… Вот, смотри.

Я достал плоский запакованный предмет, развязал тряпицу и продемонстрировал его самгару.

– Знаешь что это?

Он отрицательно покачал головой. В полутьме его лицо, покрытое трепещущими отблесками колышущегося марева, было похоже на лицо таинственного джина из сказок «Тысячи и одной ночи».

– Это символ моего доверия. Ты станешь одним из Капитанов. Отныне мои монстры будут слушаться тебя, как меня. Я обещал, что ты будешь водить мои полки в бой? И я держу слово. Но… – Я сделал паузу, чтобы Сидрах проникся моментом. – Но отныне дороги назад не будет. Выбор за тобой…

– А разве он у меня есть? – вдруг как-то устало спросил престарелый самгар, а перед глазами, неожиданно, помимо моей воли, заплясали слова:

Сидрах идр Хувим. Раб 4-го уровня.

Несколько мгновений я смотрел в его глаза. Глаза старого воина, что не колеблясь перерезал глотку своему соплеменнику за возможность получить толику власти. Мне вдруг пришло в голову, что я до сих пор не знаю, кем он, собственно, являлся в своем племени? Уж не выпущу ли я сейчас недоброго джина из бутылки? Уж он-то точно не колебался бы стоя на площади перед прихожанами треклятого Бро.

Что ж…

Вы желаете освободить «Раба» 4-го уровня Сидраха идр Хувима?

Да.

Сидрах идр Хувим исключен из вашей структуры.

– Ты прав. Ты должен принять мое предложение как свободный человек. Или не принять… Я освобождаю тебя, Сидрах. Ты можешь идти куда пожелаешь, и я не буду тебя преследовать.

А вот это было сильно. Глаза самгара расширились, взгляд потерял свою непроницаемость. Этого он не ожидал. Я нехило рискую. Вдруг он решит отправиться домой, а я… а я сдержу слово. Это будет сложное решение. Он слишком много знает о раскладах в Дыре, чтобы просто так отпустить его восвояси… *лядь, лучше бы мне не пришлось его принимать.

– Я согласен, господин, – просто сказал престарелый воин, прервав мои нелегкие думы, и у меня отлегло от сердца. Нравился мне этот старикан, чего уж там говорить.

Желаете применить Универсальную Метку Развития 1-го ранга?

Да!

Сидрах идр Хувим, воин 2-го уровня присоединен к вашей структуре в статусе Капитана.

Есть! Метка рассыпалась в руках, а я чуть было не хлопнул в ладоши от радости, но вовремя спохватился. Негоже так демонстрировать чувства перед подчиненным.

Сидрах же выглядел ошеломленным и удивленным…

– Господин… Э-э-э… Я вижу буквы.

Что-о-о?! До сего момента я не думал, что самгар вообще умеет читать.

– Какие буквы? – тупо переспросил я, хотя хрена ли тут спрашивать?

– «Выберите направление развития»… «Воин Теней», «Следопыт Хаоса», «Убийца в Ночи»…

Емана-рот! Кроме восторженного мата в голову почему-то больше ничего не лезло! У меня перехватило дух от ставшего вдруг видимым очередного кусочка пазла трижды трахнутого «Отбора!». Капитан может получить профессию! А что же Барбосса? Получил ли ее мой любимый песик?

– Это часть награды, Сидрах, – пояснил я самгару, стараясь не выдать своего возбуждения. – Отныне тебе будут подвластны силы моего мира… Ты волен выбрать специализацию, к коей боле лежит твоя душа…

Надеюсь, я не загрузил его «специализацией»? Держу пари на что угодно, что приняв один из путей развития, он получит и умения в нагрузку!

И точно!

Какое-то время самгар в задумчивости водил зрачками, как видно, перебирая предложенные варианты, а потом объявил мне:

– Я решил стать «Воином Теней», господин… Мне было сказано, что… «Вы получили способность «Укрытие в тенях»…

*ляха-муха – вновь не удержался я от внутреннего матерка. Все круче и круче!

– Теперь ты способен укрываться в тенях. Проверь эту способность ночью. Доволен ли ты, о мой Капитан?!

– Да, Вождь! – торжественно кивнул старикан. Кажется, все прошло даже лучше, чем я надеялся. Я получил не только преданного Капитана, но и крутого разведчика.

На том и порешили. Отпустив Сидраха, я вызвал Барбоссу.

Хотя мой верный друг и не умел разговаривать, благодаря мысленной связи он сразу понял, что я от него хочу и, не дожидаясь приказа, вдруг оглушительно зарычал!

Клянусь яйцами Экибастуса, меня чуть не сдуло в иное измерение! Этот рык, кажется, выбил душу с насиженного места, ноги превратились в суп, а руки сами собой начали подниматься в положение «хенде хох».

Эффект прошел лишь спустя две минуты. Мощная штука!

В следующие пару дней я решил заняться планомерной зачисткой окружающих территорий и вложил в развитие армии практически всю доступную Ману Хаоса. Оставив Барбоссу в Дыре за главного, и, отдав под командование Сидраха Рабов, я с отрядом в полтора десятка собачек рыскал по окрестностям вваливая люлей всем попадающимся на пути монстрам.

Жертвами охоты стали два Роя Дрилопеков, одинокий похожий на огромную бронированную черепаху Блимб 1-го уровня и аж три стаи Харахуфов – небольших относительно неопасных хищников – собачки их щелкали на раз-два даже без моего участия. Честно говоря, пока что Мана Крови была не особо нужна, но спорю на что угодно, что в дальнейшем ее запас очень пригодится. Тем более что уровень поселения качается именно за добытую Ману и, возможно, за собранную Еду. А охота на монстров сейчас была единственным способом получения Маны, не считая самого поселения. Так что это был, своеобразный «кач».

Из всей этой оравы дропом выпала лишь еще одна Универсальная метка и некий «Камень Возрождения». Что с ним делать было абсолютно непонятно, но насчет этого я уже не парился. «Отбор» частенько подкидывал непонятные штуки, назначение которых становилось понятно лишь спустя какое-то время.

Также я призвал еще восемь Бесов-Воителей в плюс к двум уже имеющимся.

Блин, как же чертовски здорово они смотрелись в вороненой броне ипаного «Тыса»! Из грозного вида несколько выбивались небольшие неказистые копья, но это детали. Наконец, я получил давно желаемую пехоту!

Разочаровывало только то, что для добычи очередной порции доспехов, по-видимому, придется опять идти За Грань.

В гробу я видал эти походы…

В очередной раз налетев на раскинувшего гачи Укоренителя, вновь задумался об использовании этой уродины. Но, ни новый обход поселения, ни попытка удалиться метров на двести опять ничего не дали.

Решение подсказал Сидрах. И оно оказалось таким простым, что мне оставалось лишь выматериться.

– А где хорошее место? – спросил он Укоренителя, после очередной набившей оскомину фразы про «плохое место».

И тут же этот урод куда-то поковылял! Р-р-р… сказать, что я был вне себя, ничего не сказать!

Укоренитель топал, с трудом переставляя ноги-столпы, рядом шагал Сидрах, а я клял и клял себя последними словами за тупость.

Вдруг громадина остановилась.

– Тут. Заложить рудник?

О Санта-Мария, на вид эта расщелина ничем не отличалась от тысяч других в округе! Тот же каменистый распадок с отвесными стенами.

– Э-э-э… да…

Ну ни фига себе!

Укоренитель вдруг протяжно свистнул… и начал расти! Сухопарая фигура расширилась, словно накачавшись воздухом, в ставшим бочкообразным брюхе что-то заклокотало, зашипело, зашкворчало…

Фьи-и-ить… Миг и из его рук и ног брызнули отростки. Коричневые щупальца с неимоверной силищей вбурились в гранит, подняв тучу мелкой красной пыли… Все это сопровождалось оргазмического вида вздохами и охами. Мне в голову пришла мысль, уж не стали ли мы свидетелями сюрреалистического соития?

Наконец пыль рассеялась и нашему взору предстал довольный Укоренитель. Он лежал на куче камней на дне расщелины, расположившись словно на диване, от вновь схуднувшего тела тянулись многочисленные уходящие в гранит побеги-щупальца. Внутри породы что-то клокотало и щелкало, а от стен расщелины время от времени отваливались аккуратные, словно вытесанные, булыжники.

Укоренитель лыбился шершавой мордой и казался весьма довольным жизнью.

– Э-э-э… Тебе что-то еще надо?

– Нет, – коротко ответил он, продолжая свою работу.

Мда…

В тотчас я заказал еще десяток рабов и отправил их таскать камни к Дыре. От продуктивности такого процесса хотелось повеситься, но пока я не видел способа его ускорить. Ни тачку, ни примитивную волокушу сделать было решительно не из чего.

Также было не совсем понятно, что с этим камнем делать. Влажные мечты рисовали мощные бастионы вокруг Дыры, но это было где-то за гранью возможного. Наверное, где-нибудь на равнине должны быть выходы глины, которой можно скрепить камни, но какова будет прочность подобного творения?

В любом случае они пригодятся. Тем более что существовал еще так и напрашивающийся вариант, что с ростом уровня поселения эти загадки разрешатся сами собой.

На охрану рудника я оставил двух собачек.

В целом, схема развития в «Отборе» постепенно вырисовывалась. Оно, по сути, шло в трех направлениях: поиск новых видов Маны и Ресурсов, открытие которых дает новые ветки развития, прокачка уровня поселения, которая дает продвижение по этим веткам, и развитие непосредственно себя любимого. Особняком стояли Грань, хождение за которую давало улучшение всего и вся и квесты, что давали ускоренный кач (хотя, возможно, и что-то еще, выводы на основании одного выполненного задания было делать еще рано).

Пока что мне было известно 5 видов Маны:

Хаоса – моя базовая. Видимо, ее приносят только поселение и квесты. Тут все просто: чем выше уровень поселения – тем больше Маны. Интересно, что мое 4 уровня уже третий день подряд давало разное количество Маны: 70, 76, 75. Видимо, шел какой-то рендом.

С Кровью тоже все понятно. Мочишь врагов – получаешь Ману Крови.

А вот дальше становилось интереснее.

Мана Власти давалась за подчинение существ: обращение в рабство или принятие под свою руку. И если считать, что случай с самгаром скорее исключение, чем правило, получается, что система «Отбора» прямо-таки подталкивает к примерке роли рабовладельца. Иначе, придется отказаться, например, от Сторожевой Башни (стоимость строительства: 20 Маны Хаоса, 20 Маны Власти). Кого обращать? Пока что выбор в этом деле невелик. Из относительно разумных существ поблизости находятся только равнинные кобы. Сидрах не раз упоминал об этом странном племени, но мне еще пока не удалось узреть ни одного его представителя.

И, наконец, Мана Ужаса. Ее добыча представлялась самой сложной. Видимо, для ее получения противника нужно не просто убить, а убить так, чтобы он пришел в ужас. К тому же, похоже, это срабатывает только с мыслящими существами.

Ах да, еще была Мана Грани. Но она не дает новых веток развития. Ее назначение – некая «валюта» для покупки бонусных вещей в данже.

Уверен, что существуют и другие виды Маны, вот только как их добыть?..

С ресурсами было проще. Мне уже известно два: Еда и Камень, и, несомненно, к ним прибавятся: Дерево, Железо и все такое подобное. Если Дерево на этой равнине вряд ли найдется, то Железо или Металл определенно нужно поискать.

Что касается стратегических целей, то я пока над ними особо не заморачивался. В уравнении слишком много неизвестных. Я все чаще бросал взгляд на горы, стеной протянувшиеся на севере. Выкорябанная безымянной демоницей карта ждала своего часа. Где-то там располагается таинственное место, где меня ожидает нечто важное. Там же, на севере, жило и племя самгаров, на которых я возлагал очень большие надежды. Но для всего этого необходима армия, а для ее создания нужна Мана, а для Маны нужно повышать уровень поселения, а для повышения уровня – нужно мочить монстров.

Тем и занимаюсь, хе-хе…

9 ГЛАВА

День 7.

Поселение Дыра 4 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих 3 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 253 единиц.

Камень – 12 единиц.

Мана Хаоса – 87 единиц.

Мана Крови – 177 единиц.

Мана Власти – 7 единиц.

Мана Ужаса – 12 единиц.

Тварь звалась «Гимзок». Длинное гусеницеобразное тело было покрыто толстой броней и утыкано по бокам множеством огромных рогов. Маленькая голова, под костяным гребнем, воинственно зыркала темными буркалами и шипела беззубой пастью. Но монстр не был бы столь опасен, если бы не целый выводок мелких тварей, под смешным названием «Барбарики», что подобно укрывающимся за стенами солдатам, засели у него на спине и обстреливали нас шипами. Невысокие, не более метра в высоту, комки брони и клешней скалили зубастые пасти и периодически издавали хохочущие издевательские крики.

Эта хрень попалась нам во время очередного «похода за зипунами». Едва увидев мою команду из дюжины Гончих, Гимзок залез на ближайший холмик и, свернувшись в кольцо, превратился в настоящую крепость.

Первые два штурма шипастой цитадели окончились ничем. Как только мы приблизились к холму, нас накрыл дождь из отравленных шипов, обладающих не смертельным, но крайне раздражающим парализующим эффектом. Благодаря щиту из-за Грани, мне они были не опасны, но собачкам доставалось изрядно. Второй наскок даже стоил нам одной из Гончих, что нахватав с дюжину шипов, ткнулась носом в раскаленный гранит, замерев розовой горой в десятке метров от Гимзока, чем немедля воспользовались Барбарики. Лихо перемахнув через ряд рогов, они сформировали ударный отряд, в мгновение око нашинковавший бедную Гончую на стейки.

В ярости я запустил в ублюдков Огненный Кулак и поджарил одного из них, но остальные, ощетинившись клешнями словно римские легионеры копьями, организованно отошли под прикрытие Гимзока.

Что ж, этот орешек оказался крепче, чем я думал. Это не первый раз, когда Гончие оказываются не совсем подходящим инструментом для сражений с местными тварям. Имея устрашающую мощь, они в тоже время весьма уязвимы.

Но на этот раз у меня есть чем ответить.

Оставив собачек караулить врага, я вызвал Шарика и рванулся в Дыру, где скучала моя пехота. Настало время опробовать ее в настоящем деле.

Спустя час, громко топающий по граниту закованный в тяжелую броню отряд Бесов, прибыл на поле боя.

Надо признаться, выглядели они отменно. Невысокие почти квадратные фигуры с большими воронеными щитами с копьями наперевес выстроились строем напротив Гимзока. Удивительно, но, кажется, Бесы сами прониклись чувством собственной мощи и важности, прекратив свою обычную суету. Маленькие глазки, виднеющиеся сквозь смотровые щели шлемов, горели злобой и решимостью. Воины свирепо порыкивали и стучали копьями по щитам, отбивая резкий ритм.

Лепота…

Со стороны противника послышались тревожные вскрики, Гимзок трубно завопил и шевельнул спинными рогами, вздымая их еще выше.

Построив Бесов клином, я встал в его острие, прикрывшись щитом из-за Грани. Бобики Хаоса закружили вокруг оплота врага, делая ложные наскоки. Словив несколько шипов, отходили, чтобы не повторить судьбу неудачливого собрата, развороченной тушей лежащего неподалеку.

Прокрутив в голове план еще пару раз, я громко вскрикнул, подбадривая своих воинов. Бесы в ответ взорвались улюлюканьем и визгом, застучали копьями пуще прежнего… Мгновение и мы бросились в атаку.

Стоило подбежать к рогатому бастиону, как на нас вновь обрушился ливень шипов. Барбарики мастерски пускали их из высоко задранного, похожего на скорпионий, хвоста, на конце которого располагался шар, утыканный частоколом иголок. Укрывшись за щитами, мы броском преодолели последние метры и вплотную сблизились с подрагивающим рядом рогов, за которыми виднелись мерзкие морды.

Приоткрывшись и тут же получив пару шипов в грудь, я с размаху, наискось, нанес Сокрушающий Удар, в тайне волнуясь, сработает ли умение…

Ба-бах!

И оно сработало! За секирой остался дымный след, а из тела Гимзока выдрало приличный кусок брони. Зверюга взвыла и осела на гранит. В сплошном частоколе защитных рогов образовалась брешь, позади которой в недоумении застыла пара Барбариков.

– Мочи их, братва! – выкрикнул я и прыжком взобрался на спину монстра, а вслед за мной полезли Бесы.

И понеслась потеха!

Я приказал четверке закованных в черную броню пехотинцев блокировать противника справа от прорыва, а сам с остальными принялся планомерно истреблять ублюдков слева. Барбарики, выставив клешни, перегородили ходящую ходуном полутораметровой ширины спину. Они то и дело щелкали своим природным оружием пред нашими щитами, но копья бесов были длиннее, и, то один, то другой получал болезненные уколы в сочленения брони. Не халявил и я. Пользуясь преимуществом в росте и силе, я выталкивал уродцев щитом, все дальше и дальше трамбуя их к башке огромной твари.

Полминуты яростной схватки и… Минус один! Я пинком скинул пронзенную копьем тушку внутрь «цитадели». Остальные заверещали еще сильнее, но это не могло им помочь. Минус два! Минус три! Бесы работали копьями, словно родились с ними в обнимку, выцеливали сочленения в природной броне наших противников и кололи, кололи, кололи... Мои собачки же, пользуясь тем, что больше некому было осыпать их шипами, подобрались прямо к башке огромной многоножки, ударами лап заставив спрятаться ее под костяным гребнем.

Бац, хряськ! Бац, хряськ! Очень скоро все было кончено. Мы без потерь перебили сгрудившихся Барбариков слева, а затем и тех, что столпились у хвоста. В ближнем бою они не могли составить конкуренцию.

Последний уродец был скинут в пыль, и многоножка почуяла, что конец ее близок. Ха! Близок то, близок, но знать бы еще как ее завалить! Плотно пригнанные броневые плиты на спине твари не позволяли добраться до внутренних органов. Бока защищены частоколом рогов, Сокрушающего Удара больше у меня нет… Что делать то?

Пока я раздумывал, Гимзок вдруг поднялся с земли и, извиваясь всем телом, припустил куда глаза глядят.

*лядь! Только этого еще и не хватало!

«Пол» заходил ходуном, а я ощутил себя будто во взбесившейся маршрутке. Чтобы не свалиться пыль, пришлось вцепиться в торчащие из брони рога.

Бобики с воем кинулись наперерез, но «скакун»», не обращая на них внимания, ломанулся на восток.

Я взобрался на костяной нарост, что защищал голову сверху, и несколько раз рубанул по морде уродца, но из-за неудобного положения удары не получались – секира лишь царапала его толстую шкуру.

Выругавшись, я взял у ближайшего беса его копьецо и повторил попытку. Но она также закончилась ничем. Мне просто не хватало замаха, чтобы нанести достаточно мощный удар.

Чувствуя, как закипает злость на неуязвимую тварь, я отбросил копье в сторону и активировал Огненный Кулак, направив сгусток пламени прямо ей в харю.

Ха! Магия помогла там, где сплоховало железо!

Огонь растекся по морде Гимзока, выжигая глаза и нанося страшные ожоги. Огромное тело забилось судорогами, он жутко заверещал, но продолжил бежать в никуда. Я уже было подумал оставить его в покое, когда бег ублюдка, наконец, замедлился, а еще через сотню метров он зашатался и лег на грунт.

Следующие параллельным курсом собачки радостно завыли, предвкушая скорую победу.

– Кажется, дело почти сделано, а ребята?! – крикнул я своему воинству, и оно поддержало меня славящими криками.

Я спрыгнул со спины чудовища, обошел кругом и остановился напротив обугленной головы. Тварь подвывала беззубой пастью с потрескавшимися от жара губами, но подыхать не собиралась.

Черт, вот же живучая скотина!

Взяв у ближайшего Беса копье, я приставил его к основанию башки Гимзока и с силой налег на древко. Затем проделал это со вторым, затем с третьим… На пятое она, наконец, захрипела, а перед глазами заплясали долгожданные надписи.

Вы получили Ману Крови – 56 единиц.

Вы получили предмет – «Поломанный клинок»

Опа!

Гм… «Поломанный клинок» ввел меня в небольшой ступор. По причине того, что сего клинка поблизости не наблюдалось…

Пораскинув мозгами, я хлопнул себя по лбу и в окружении Гончих припустил к первоначальному месту разборки. Пришлось дважды осмотреть поверженных Барбариков (то еще, надо сказать, занятие) прежде чем я смог отыскать вонзенный в спину одного из них меч. Видимо, этот хрен получил его в какой-то предыдущей схватке, да так и не смог вытащить. А может быть, он его просто не беспокоил, хе-хе…

Я с интересом осмотрел запачканный зеленой слизью клинок. Тяжелый, украшенный вязью, он был сломлен сантиметров, примерно, в двадцати от гарды. Рукоять обернута потертой кожей и перемотана проволокой. Было видно, что это совсем не парадное оружие. Его бывший владелец не хранил его в сундуке, а активно использовал. Похоже, на некий квестовый предмет.

Один вопрос. Че теперь с ним делать?

Песика, что нашел свое последнее пристанище близ этого невысокого холма, мы скинули в ближайшую трещину и закидали камнями. Отчасти бессмысленная, но необходимая работа. Выстроив в ряд войска, я отдал последние почести погибшему воину и, постояв еще пару минут, направил отряд в поселение.

По прибытию в Дыру меня уже поджидали знакомые надписи! Честно говоря, я уже их заждался. Достижение пятого уровня оказалось довольно долгим. Даже скажем – непропорционально долгим, по сравнению с достижением четвертого. В этот раз нам пришлось перебить просто уйму монстров!

Ваше поселение улучшено до 5-го уровня.

Получен доступ к новым Элементам Отбора.

Надеюсь, оно того стоило! День уже клонился к закату, вскоре должен был вернуться с добычи жратвы отряд Сидраха, заниматься строительством на ночь глядя не хотелось, но я все-таки решил взглянуть одним глазком на обновки.

Первое, что бросилось в глаза – это наличие нового ресурса. Ха! Да еще какого! Камня! Около него горела цифра 32. Система просто перевела собранный нами камень в новый ресурс.

Черт, как приятно оказываться правым! Ведь знал же, что вся эта морока с добычей – неспроста! Укоренитель уже два дня кряду исправно поставлял аккуратненькие правильной формы булыжники, которые Рабы, надрываясь, тащили в Дыру и складывали с северной стороны в большую кучу. Процесс на вид жутко непродуктивный, но куча стройматериала выросла уже размером с Убежище.

Стратегические Элементы:

– Возведение: Убежище 3 Уровень – 40 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Улучшенная Кузня – 10 ед. Маны Хаоса

– Возведение: Алтарь – 40 ед. Маны Хаоса, 10 ед. Маны Крови, 10 ед. Маны Ужаса, 10 ед. Маны Власти

– Возведение: Юрта Шамана – 30 ед. Маны Хаоса, 10 ед. Маны Крови

– Возведение: Сегмент стены – 10 ед. Камня

– Возведение: Врата – 20 ед. Маны Хаоса, 20 ед. Камня

Тактические Элементы:

– Изучение: Призыв Шамана – 10 ед. Маны Хаоса, 10 ед. Маны Крови

– Призвать Шамана – 10 ед. Маны Хаоса, 10 ед. Маны Крови

Личные Элементы:

– Изучение: Тотем – 5 ед. Маны Хаоса, 5 ед. Маны Крови, 5 ед. Маны Власти

– Изучение: Иерархическая структура 1-го уровня – 15 ед. Маны Хаоса, 15 ед. Маны Власти

– Изучение: Заклинание Дрожь Земли – 5 ед. Маны Хаоса

Вместе с Камнем появились, наконец-то, и защитные сооружения, кои я давно ожидал. Отсутствие стен напрягало преизрядно. Позабавила стоимость Врат. Камень довольно странный ресурс для их постройки, но хрен с ним, будем считать, что каурам виднее.

Так-так… Новый уровень Убежища хоть и обещал новые удобства, но так ли уж они сейчас необходимы? А вот новый уровень Кузницы обнадеживал. Пока что сумрачный Кузнец только и делал что жрал. Уж не потому ли, что у него попросту не было Железа – неоткрытого еще ресурса? Надо посоветоваться с Сидрахом. Пример Камня показывал, какие странные бывают в «Отборе» пути развития.

Ну и самые интригующие новые постройки – Алтарь и Юрта Шамана! Похоже, у нас тут намечается религиозная революция! Уж не Зог ли поселится в Алтаре? Честно говоря, иметь под боком этого мутного хрена совсем не хотелось. Но, спорю на что угодно, Шаман без связи с божеством вряд ли будет чем-то полезен.

А напоследок – Личные Элементы. И тут 5-й уровень поселения приберег, может и не самые очевидные, но очень многообещающие штуки.

«Тотем!» Каково, а? А «Иерархическая структура 1-го уровня»? Звучит? Звучит! Знать бы еще что это такое…

Чудовищным усилием воли я оторвался от висящего в воздухе марева. Назревала реальная проблема, которая называлась «Хочу всего и сразу». Стоимость построек все возрастала и жадность все глубже вцеплялась мне в кишки. Над дальнейшим развитием предстояло напряженно мозговать… А сейчас этого жутко не хотелось. Хотелось курить и глядеть в закат.

Снаружи послышался гвалт, то прибыл Сидрах с Рабами. Я вздохнул и вышел из Убежища.

ИНТЕРЛЮДИЯ 2

Болезненный укол вновь пронзил тщедушное тельце Вугра. Он поморщился, но удержал стон. Подобные разряды были уже давно привычны. Тот Хозяин, которого он называл «Дальний» или просто – «Тот-Кто-Делает-Больно», постоянно колол его горячими иголками. Стоило Вугру промедлить или задуматься о том, что было не по нраву его Повелителю, как желудок сжимали раскаленные клещи, а разум маленького демона покрывался паутиной чужих мыслей.

Ночь на Рране отнюдь не темна. Вереница небольших лун заливает поверхность тревожным серебристым светом. Вугр не видел иных миров, но Ближний Хозяин как-то обмолвился, когда думал, что его никто не слышит, что «все здесь устроено с ног на голову»…

Ступая как можно тише, Прилипала тенью прокрался к северо-восточному углу Убежища и глотнул из припасенной склянки. Обжигающая жидкость в мгновение ока наполнила мощью его тело. В этот момент он стал силен почти как Гончая, почти как Ближний Хозяин!..

По крайней мере, ему так казалось…

С силой пришло зудящее желание как можно скорее выполнить требуемое.

Вугр прикоснулся к углу Убежища и почувствовал как издалека, откуда-то из-за горизонта, ударил разряд. Сложная магия прошла сквозь тщедушное тельце, напиталась силой, что дала горькая жидкость, и ушла в темное дерево.

Когти, сжимавшие желудок исчезли, но лишь для того, чтобы начать подкрадываться вновь, тревожа нарастающей болью. Вугр испуганно хекнул и побежал к следующему углу.

Когда уже привычное дело было сделано, Прилипала вдруг почувствовал, что сегодня это не все, что от него требовал Дальний Хозяин. Спеша, чтобы не ощутить новых огненных игл в животе, он, оглядываясь, поскакал к юрте Актора.

Внутри нее царила непроглядная тьма. Рассеянных отголосков лунного света не хватало даже чтобы подсветить вход.

Вугр нерешительно замер на пороге, опасаясь что старик может бодрствовать… Впрочем, он его не боялся. Этот житель Дыры, кажется, ничем не интересовался, кроме своей трубки. Ближний Хозяин часто называл его «бревном» и «тупоголовым неписем».

Постояв с полминуты, Прилипала осторожно ступил внутрь. Глаза понемногу привыкали к тьме, и уже вскоре он увидел старика. Но вопреки ожиданию, тот не лежал на циновке… а сидел с открытыми глазами, уперевшись недвижимым взглядом в матерчатую стену.

Вугр застыл в нерешительности… Наверное, надо было что-то сказать Актору... Но желудок уже скрутило болью – Дальний Хозяин не намерен был ждать…

Мучительные секунды тянулись, а старик все также, не мигая, пялился во тьму. Вугр осторожно сделал шаг к нему. Похоже, тот спал с открытыми глазами.

Он тихонько коснулся руки старика лапкой, сгусток чар Дальнего Хозяина вышел из его тела и Прилипала поспешил покинуть неприятное место.

Прикрыв за собой полог юрты Гарея, Вугр взобрался на любимый камень Ближнего Хозяина и посмотрел на небо. Гроздья звезд нависали очень низко, и из-за каждой Вугру мерещился взгляд Повелителя...

Наконец его внимание оставило маленького демона. Огненные клещи отступили, а с разума стянулась пугающая пелена. Вугр вновь почувствовал себя свободным… Временно свободным. Ибо вскоре Тот-Кто-Делает-Больно придет вновь и потребует от него исполнения приказов.

Прилипала вздохнул. Иногда его посещали крамольные мысли. А кому бы он хотел служить, если бы у него был выбор? Ближнему Хозяину или Дальнему? Ближний хорошо к нему относился, почти не пинал, отдал под его начало Рабов и Вугр сам мог пинать их… Но у Дальнего были огненные когти… И они страшат Вугра до кишечных коликов…

Он содрогнулся от воспоминаний о том, что проделывал ранее. Как хорошо, что Ближний Хозяин не помнит этого. Не то он быстро свернул бы бедному Вугру шею.

10 ГЛАВА

День 8.

Поселение Дыра 5 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих 3 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 242 единиц.

Камень – 32 единиц.

Мана Хаоса – 160 единиц.

Мана Крови – 177 единиц.

Мана Власти – 7 единиц.

Мана Ужаса – 12 единиц.

Я проснулся в середине ночи от давящего чувства присутствия Зога. Поганец напоминал кота, что склонив голову набок с интересом смотрит как ты занимаешься сексом… Вспомнив о котах, я, конечно же, вспомнил и об одном конкретном черном котике, которого нашел подброшенным в подъезд прошлой зимой.

Агрбадан, ублюдок, за одного Барсика ты должен гореть в аду!

Силой воли подавив грустные мысли о безвременно почившем друге, я показал Зогу фак и вышел из Убежища.

Ночью Рран лишь чуть прохладнее, чем днем. Душное марево слегка расступается, давая граниту немного приостыть, но, ни о каком ветерке по-прежнему речи не идет.

Я здесь уже неделю. И все это время пложу одних монстров, чтобы завалить других и вообще занимаюсь черти чем… Хотя, Славик, уж не ври себе, а чем таким важным ты занимался на Земле? Переводил еду в говно? Ну, возможно, службу в армейке можно с натяжкой назвать некой пользой обществу, что ты принес… А следующие десять лет? Сидел в офисе, трижды в неделю пил пивко, гонял в танчики, трахал одну Аньку, потом другую Аньку, потом Ольку, а потом… Да не важно кого…

Подойдя к Источнику, я плеснул в лицо пару раз водой. Кайф… Единственная прохладная субстанция на тысячу километров вокруг. Все на Рране было или жарким, или раскаленным. Хотя… Вру.

Хлебнув еще водицы и усевшись на свой любимый камень, я вызвал интерфейс и вновь, как уже делал сотню, наверно, раз, раскрыл карту местности.

Леса, раскинувшиеся за Черными Горами, так и приманивали взгляд. Там жили самгары и другие цивилизованные народы. Племя Сидраха, после его рассказа, уютно расположилось на северных отрогах этих гор, но вот упомянутые им «чумные люди» на востоке и «железные люди» на западе на карте так и не появились. Воображение рисовало города и целые страны, что могли находиться во Внешних Землях. Что если часть выкормышей Дутура оказалась ближе к населенным местам, чем чертов Агрбадан? Будет ли это им в помощь или наоборот, послужит причиной ранней гибели?

Ну и, кстати, о настоящем хозяине этого тела? Где его черти носят? Как в воду канул…

Грозди незнакомых звезд, вереница небольших лун, зависших в самом зените, мускусные запахи моего «стада»… Захотелось, почему-то, взять гитару, да как затянуть «Ой-йо»…

Удивительно, но так на камне я и уснул. Разбудила меня одна из Гончих, почтительно тронув носом. Было уже не столь уж раннее утро, но поселение, кажется, боялось нарушить покой своего властителя. Даже Гарей, и тот, дымил в сторонку.

Я непроизвольно улыбнулся, встал, с хрустом потянулся. То ли камень оберегал от беспокойного взгляда Зога, то ли я просто слишком крепко спал, но выспался отменно.

Сделав для разминки и чтобы выбить из головы всякую дребедень кружок вокруг Дыры, я залез в Стратегический интерфейс и принялся за дела.

Собственно, раздумывать тут было особо не о чем, все упиралось в ресурсы.

Убежище 3-го уровня отправилось в долгий ящик. Тратить аж 40 Маны Хаоса, по сути, ради комфорта задницы, на этом этапе развития мне показалось неадекватным расточительством.

Зато Улучшенную Кузню, всего за десяток, я возвел быстро и не колеблясь. Также как и Алтарь, хотя его стоимость и скреблась по сердцу когтями кота Базилио.

А вот над чем крепко задумался, так это над Юртой Шамана. Да, очень заманчиво получить такого нового юнита, его потенциал наверняка огромен. Но на ее возведение и последующий призыв самого Шамана требовалось 40 Маны Хаоса! За эту цену можно было пополнить армию восемью Гончими!

Базилио в душе выл и стенал и таки победил.

Что касается Личных Элементов, то пока что я ограничился изучением лишь нового заклинания. Стоило оно немного, да и название звучало перспективно.

Все более широкое использование Маны Власти в ценах на новые Элементы, ставило вопрос о пополнении этого ресурса. Похоже, походы за рабами были не за горами…

Эта мысль слегка омрачила бодрое утро.

Закончив, я выбрался из Убежища и потопал смотреть на творения своих рук.

Кузня пополнилась еще одной трубой и пристроенным сараем, из которого слышалась какая-то возня. Видимо, Кузнец разбирал обновки. А в самом центре утоптанной поляны, заменяющей мне дворцовую площадь, высился пресловутый Алтарь. Огромная белая вонзающаяся в небо стела играла багровыми отблесками на восходящем солнце. Ее рубленые грани, казалось, собирались распороть небо от горизонта до горизонта, а мраморная с прожилками поверхность отражала мою недоуменную морду.

Выглядел Алтарь, конечно, красиво, но вот как его э-э-э… применять? Приложить ладонь?

Я уже почти прикоснулся к гладкой поверхности, когда в голову, в кое-то веки, пришла здравая мысль: стоит ли прям щас это делать? Путешествие За Грань уже показало сколь могут быть опасны спонтанные решения.

Время шло, а я все топтался в нерешительность близ Алтаря, то поднося руку к его отполированной поверхности, то опуская ее. Гарей немигающее созерцал сию картину, действуя на нервы, Вугр уже пятый раз шел мимо, будто бы по делам…

Мне стало совсем неуютно от идиотизма ситуации.

Я уже в третий или четвертый раз поднял руку и вновь застыл в нерешительности, как вдруг неведомая сила нагло притянула ее к Алтарю!

Мир вновь померк.

О Господи, ну что на этот раз?!

*лядь, *лядь и еще раз *лядь!

Я оказался прямо посреди лютейшей сечи! На черной рассеченной зигзагами оранжевых трещин, схожей с Жаренной, равнине сражалось две великие армии. От горизонта до горизонта ее заполняли страхолюдного вида войска. Мохнатые мастодонты, с укрепленными на спинах боевыми башенками, неторопливо брели в море одетых в шкуры воинов, боевые псы, отдаленно напоминающие Гончих, яростно атаковали чудовищных гориллоподобных демонов, плюющихся огнем со скоростью лузгающего семечки гопника. А над всем этим бедламом нависали разноцветные росчерки неведомой магии, от которой дрожал наэлектризованный воздух.

Сам же я находился на невысоком холме, среди закованной в латы кавалерии на огромных волках. Красномордые рогатые рыцари в вороненых доспехах весело переругивались грубыми голосами, обсуждая девочек, баблишко, и как они «ща вломят этим уродам». Шум от массы сражающихся войск должен был стоять ужасный, но я отчетливо слышал каждую реплику, будто мы были отделены звуконепроницаемой стеной от основной битвы.

Вдруг разговоры смолкли. Рогатые головы синхронно повернулись куда-то мне за спину… Но не успел я последовать их примеру, как картинка сменилась и вот я уже несусь в рядах атакующей кавалерии! Те же парни, что только что обсуждали кто кому присунул на этой неделе, подняв дикий гвалт и размахивая мечами и топорами, лавой неслись на черных горилл. Раззявленный рты кричали что-то невнятное, сверкающие глаза пылали лютой ненавистью, казалось удивительным, что еще совсем недавно они мило беседовали на житейские темы.

А впереди, на острие разгоняющейся массы войск, на чудовищном боевом скакуне, размером с дом, несся удивительный хрен. На нем не было ни шлема, ни лат, лишь набедренная повязка. Острые рога пылали синим огнем, ярко красная кожа, сродни той, коей обладала посетившая меня демонесса, была испещрена многочисленными татуировками, посередине широченной спины, пропорциям которой позавидовал бы и Ронни Коумен, вдоль позвоночника, шла цепочка костяных шипов. Я не видел его лица… э-э-э… или морды, она была обращена в сторону врагов.

Мгновение и я сам почувствовал непреодолимую тягу кричать, лететь, размахивая мечом, в центр кровавой сечи. Сердце вдруг наполнилось удивительной силой. Клянусь сракой Экибастуса, сейчас я был готов свернуть горы или в одиночку накостылять всему НАТО. Но время, подобно «Санта-Барбаре» тянулось и тянулось, и никак не хотело ускоряться…

«Ганеш!» – взревели тысячи глоток.

Огромный хрен медленно обернулся, и я, наконец, смог рассмотреть его рожу. Она поразительно напоминала мою, разве что была еще грубее. Гигант на миг замер, обводя взглядомсвоих последователей, затем что-то крикнул, и время понеслось вскачь…

И я вместе с ним.

Набрав разгон, мы врубились в ряды размалеванных воинов. Вытащив из-за спины длинный меч, я принялся косить врагов как газонокосилка траву.

Э-э-эх… три головы катятся по земле… Э-э-эх… и еще двое держатся за распоротые животы, пытаясь удержать кишки…

Грудь полнила безграничная мощь, тело едва могло ее вместить. Ганеш вкачивал в нас бездны энергии, и, кажется, что с каждым уничтоженным врагом моя сила возрастала как минимум вдвое. Сам чудовищный здоровяк схватился сразу с тремя мохнатыми мастодонтами. Несколько ударов кулаков и они пали, разбрызгивая мозги из проломленных черепов.

Мои руки были уже по локоть в крови, когда вдруг все замерло, как если бы невидимый телезритель нажал на паузу, а в следующее мгновение картинка неожиданно сменилась…

Я стою на тверди… Но не земной. Огромный остров несется сквозь густой белесый туман. Изредка его перья расступаются и внизу мелькают укрытые снежным покрывалом горы. А на острове высится чудесный дворец. Высокие башни нарезают туман на длинные ленты, на шпилях вьются флаги, а площадь пред ним полна рыцарей в белых эмалированных доспехах. Рыцари вновь рогаты и красноморды. Они сосредоточены и серьезны, полны пафосного молчания, словно сейчас по ступеням дворца спустится сам Путин…

Но по ступеням спускается женщина. Я не уловил момента, когда огромные двери распахнулись, чтобы явить ее миру… Именно что «явить»…

Она была очень высока. Доспехи сверкали, несмотря на отсутствие солнца. От этого блеска хотелось прикрыть глаза… но я не смел отвести взгляд. Удивительно, но даже сквозь сияние было видно, что доспехи расписаны тысячами затейливых символов. Множество знаков, каждый из которых дышал древностью и скрытой мощью, перетекали один в другой, составляя един узор. Тяжелый плащ ниспадал с плеч и волочился по ступеням, а плюмаж в пышности мог посоперничать с павлиньим хвостом. Но самое главное – лицо: идеальный овал, высокие скулы, чуть прищуренные глаза, в которых бились два зеленых сверкающих изумруда… Ну и, конечно, красный цвет кожи, весьма авангардно «сочетающийся» с белым цветом доспехов…

Она была ослепительно красива. Давешняя демонесса, что так лихо скакала на мне пару дней назад, просто рядом не стояла с этой пафосной, идеальной красотой.

Аура власти и могущества тугой волной ударила мне в грудь, едва не сбросив с острова. Красное на белом…Как кровь на снегу… Как роза… э-э-э… на снегу…

– Гакотса приветствует Рыцарей Неба! – раздался откуда-то сверху мощный рык.

Женщина улыбнулась, мило склонив голову, отчего плюмаж на шлеме описал дугу, радиусом чуть ли не в пару метров.

Черт подери, не знаю почему, но в эту секунду я был готов отправиться за ней хоть на край света… хоть за тридевять морей… За одну лишь ее улыбку, за мощь, что ниспадала с плечей и ручейками струилась по всей площадке.

Мгновение… И новый кадр.

Мы стоим все на том же острове, но уже столпившись у края. Туман рассеялся, открыв великолепный вид на огромную раскинувшуюся до горизонта долину, окаймленную высокими заснеженными хребтами. А в центре долины ворочается монстр… Да что там «монстр» – настоящее чудовище! Колоссальная туша в сотню метров в длину и с девятиэтажный дом высотой! Похожее на гигантского краба, с чудовищными клешнями и острым хвостом, оно злобно зырит из-под бронированного панциря. В этом взгляде острое желание как можно скорее нас прикончить. Раздавить, разорвать, разжевать…

– Вперед, о Рыцари Неба! – крикнула Гакотса и мы, воздев мечи, взревели ей в ответ.

Вспышка и мой клинок, как и клинки других рыцарей, засиял подобно солнцу, превратившись в настоящий джедайский меч! Сердце обожгло безудержной верой в свои силы, желание следовать за женщиной-рыцарем сделалось совершенно неодолимым…

Гакотса еще раз окинула взглядом наш строй и вдруг прыгнула вниз. Сверкающая фигурка приземлилась прямо на загривок чудовищной твари. А вслед за ней вниз бросились и мы…

Вновь смена кадра.

Твою мать, я чтот стал от этого уставать.

Вокруг была тьма и тишина, кою можно пощупать руками. Но здесь я не один. Где-то рядом, на расстоянии вытянутой руки находятся другие – их мысли и чувства колышут пространство. Дрожа от предвкушения, они вьются в ожидании начала.

Вдруг внизу взгорели факелы. Сотни и сотни факелов! И я понял, что мы парим над колоссальной толпой существ. Тысячи тысяч сгруппировались здесь, в огромной пещере. Их темно-красные тела лоснились от пота и были покрыты гарью. Существа тянули рогатые головы, пытаясь рассмотреть то, что находилось на большой сцене. А там…

А там восседал Властитель этих мест. Его огромное студенистое тело грязно-малинового цвета «украшали» множество волдырей, маленькая башка, увенчанная уже привычными рогами, злобно смотрела на подданных тремя глазами. Он сидел на массивном, похожем на диван, троне, а вокруг толпилось десятка три подручных. И если некоторые, с большими опахалами, интереса не вызывали, то другие, под черными накидками – были ох как непросты. От них веяло чудовищной мощью. Я как на яву видел сонм энергетических нитей, сходящихся к их фигурам.

И вновь мир замер. Рядом появился кто-то еще. Он проскользнул меж нами, наделяя мощью и силой… А в следующее мгновение, что растянувшееся в вечность… я оказался внизу, средь потных краснокожих существ. Они тянули шеи, пытаясь рассмотреть своего повелителя, а я и те, кто был рядом со мной, невидимыми тенями, заскользили меж ними к помосту.

«Шиг-Нгар-Ухур…» – прошелестело в уме… и я понял, что он тоже здесь.

Краснокожие и те, что скрывались за капюшонами, взволновались. Полыхнули факелы, свет которых внезапно обернулся колючим ветром, толпа пошла бурунами, подобно штормовому морю. Существа обратили взоры друг на друга, выискивая чужих…

Похоже, они чувствовали наше присутствие, но не видели. Силы данные Шиг-Нгар-Ухуром надежно укрывали от ищущих взглядов.

Бам! Громкий хлопок возвестил, что маги, бывшие под накидками, опасаясь за жизнь своего властелина, вступили в игру всерьез. Новые потоки энергии протянулись к ним, огромная зала наполнилась гудящими заклинаниями. Поисковые чары жадно рыскали средь чадящих факелов, магические щиты разворачивались прямо в толпе, разрывая краснокожих на части, косматые пучки дрожащей энергии накапливались позади магов, готовые стереть в порошок незваных чужаков, как только их обнаружат…

Но кунг-фу, что дал нам Шиг-Нгар-Ухур, было сильнее. Невидимыми и неслышными тенями мы скользили сквозь толпу, неотвратимо приближаясь к развалившейся студенистой массе местного Повелителя. Маги чувствовали это, но, не видя противника, ничего не могли сделать. Я узрел, как их накрывает паника. Фигуры в накидках засуетились и вдруг обрушили на толпу дождь из огня.

В первый миг, я подумал, что это конец, но магический огонь кромсал лишь краснокожих, не обращая внимание на тех, против кого был предназначен…

Еще полминуты и тень, что была Шиг-Нгар-Ухуром, взобралась на помост, а вслед за ней и мы.

Фух! Я оторвал руку от Алтаря и, пытаясь отдышаться, схватился за колени, как уставший футболист.

«Ну что, посмотрел представление?» – насмешливый голос Зога, как всегда, заставил подпрыгнуть от неожиданности.

«Что это было?» – выпрямившись, спросил я его. Похоже, мое отсутствие уложилось в несколько секунд. Сидящий у моего любимого камня Вугр все также жрал лишайник.

«Ты не понял? Ха-ха. Как это у вас говорят? Пре-зен-та-ция!»

«Читаешь мои мысли?»

«Только отголоски».

«То есть, сейчас мне тут показали…»

«Славик, иногда ты бываешь непроходимо туп! Это троица богов, что сейчас почитается в Грозди. Свяжи Алтарь с одним из них и будет тебе счастье! Хе-хе…»

Честно говоря, представления показались довольно однообразными. Мочилово, мочилово и еще раз мочилово. Кажется, эти парни и девица более всего ценили мощь и умение лишать других жизни… Да уж… прекрасный мирок…

«А ты? Не почитаешься? Кажется, ты говорил, что тоже э-э-э… бог?»

«Я? Бог, конечно. Но не такой. Они ведь даже не удостоили тебя разговором, не то, что я» – вдруг посерьезнел мой собеседник.

И в самом деле… Неужели один из возможных наследников Трона Грозди столь несущественна фигура, что ни один из них не захотел пообщаться со мной лично? Как-то даже обидно. Но это означало и другое.

«Значит, тебя я нужен много более чем им, да?» – заключил я и Зог не стал юлить в ответ.

«Да» – просто ответил он.

Я посмотрел по сторонам. Дыра постепенно наполнялась утренней суетой. Несколько Гончих деловито разделывали парочку Рабов, Вугр, подкрепившись, важно выпятив грудь, пинками сгонял свой отряд носильщиков камней, Сидрах собирал такой же для добычи Еды, Гарей раскуривал трубку, а Кузнец просто торчал на солнцепеке…

Трудно говорить с богом. Холод ледяными когтями уже сжал мои кишки.

«Раз уж ты поднаторел в земных поговорках, тебе должна быть известна та, что про кота в мешке. Легче простого развести того, кто ни черта не понимает в обстановке. Сдается мне, ты именно это и собираешься сделать».

Судя по повисшей паузе, Зогу крайне не понравилась подобная предъява. Тем не менее, когда он заговорил, голос звучал весьма дружелюбно.

«Понимаю твои опасения, Славик. Но тебе придется сделать выбор, таковы правила».

«Ты хочешь, чтобы вместо одного из этих трех, я призвал к этому Алтарю тебя?»

«Не призвал, но «связал».

«Что же вы за «боги» такие, если кауры вертят вами как хотят, заставляя обслужить свои интересы?»

«Ха-ха… Кауры не понимают с чем играют… Впрочем... Мне пора. Я вижу, что ты пока не готов. Что ж, я подожду и сделаю тебе третье предложение и оно будет последним».

Зог исчез, оставив больше вопросов, чем ответов. Много болтовни ни о чем. Словесы, словесы… и почти нет конкретики. И главное, что даже если я приму его предложение, то как это продвинет меня к главной цели? Из-за этой беготни, я как-то начал забывать, что это Агрбадану нужно замочить конкурентов и воздвигнуть свое седалище на Трон Грозди, а Славику с планеты Земля нужно просто свалить из этого дурдома!

Я крепко задумался. С этой точки зрения, быть может, выбор Зога, который в отличие от других богов не только соизволяет со мной говорить, но и даже кое-что обо мне знает, и неплох. Вдруг за определенные услуги он просто щелкнет пальцами и переместит меня домой? Кто знает, на что он способен?

Гм… Но ведь это-то и страшит…

А другие? Ганеш, Гакотса и Хрен-Че-То-Там? О них я знаю и того меньше. Видел, как они красиво идут в атаку и шинкуют врагов. Может, жители Грозди и так знают, что они могут дать, какие идеи распространяют, чем опасны… Но я-то не житель Грозди!

– На богов надейся, а сам не плошай, – вдруг сказал Гарей, выпустив длинную струю дыма, словно заправский паровоз. – Кстати, где ты это взял?

В руках он держал Обломанный Клинок, что я вынул из одного из Барбариков. Твою мать, клянусь задницей Экибастуса, вчера я точно клал его в сундук!

Сплюнув в сторону Алтаря, я уселся на свой любимый камень напротив Актора, и мрачно уставился на старикана. Тот ответил осоловелым взглядом. Зрачки в глазах старика судорожно сокращались, будто он в трубку он сегодня напихал забористого афганского гашиша.

– Ты знаешь, что это, Господин? – наконец спросил он, так и не дождавшись ответа.

– Обломок меча…

Гарей вдруг истерически расхохотался, словно я ему сейчас представил гениальную репризу Задорного. Да что с ним сегодня такое?

– Обломок меча… ха-ха-ха… ой не могу… Обломок меча!

Р-р-р, я скоро тут рехнусь с этими психами! Р-р-р!

Актор заливался истерическим смехом и не собирался смолкать. Будто и в самом деле нехило так раскурился. Чертов наркоман!

Рывком поднявшись, я собрался идти по делам. Но он вдруг цапнул меня за локоть и неожиданной силой усадил обратно.

– Это не просто обломок… и не просто «меча». Это обломок нуразского хурга, – мрачно сказал он, глядя мне прямо в глаза.

– И?..

– И это значит, что где-то рядом могут быть нуразги, – прошептал Актор, испуганно озираясь. Переход от безудержного веселья к ужасу произошел в течение секунды.

Не успел я вникнуть в его слова, как перед глазами заплясала надпись:

Вами принято задание «Нашествие нуразгов – 1».

*ляха муха! А вот это мне совсем не понравилось. И все эти придыхания и дерганья, и то, что квест Гарей всучил даже без вопроса, а нужен ли он мне?

­– Нуразги – вольный народ, что бродит по северной части Жженой Равнины. Она смелы и отважны и считают, что эти земли принадлежат только им. Равнинные кобы и другие кочевники платят им дань – рабов, женщин, воинов… – вещал, тем временем, Гарей. Когда он принялся за рассказ, то стал похож на себя обычного.

Инфа по миру по-прежнему была лакомой добычей. Но то, что я от него услышал, не приводило в восторг.

– Говорят, что нуразги родились от самого Бубузага, – многозначительно кивал Актор, словно я был в курсе кто такой этот долбанный Бубузаг. – Они кочуют по древним трактам близ Кишакских Столпов, редко удаляясь от становищ своих рабов – южных хазгов и гиркыкоков…

Твою мать, ну и названьица…

– Но если они где-то поблизости… Значит что-то заставило их сняться с насиженных мест… – заключил Гарей и мне очень не понравилось это заключение. – Нуразги – сильный народ. Твоему поселению будет нелегко, если они решат обустроиться в этом регионе. А ведь у тебя даже нет стен…

Желаете принять задание «Возвести стены»?

Блин, конечно желаю! Ну очень толстый намек.

– Если они решат свернуть на север, то не могут не пройти Топные Теснины, а значит, их разведка будет там. В твоих интересах, чтобы она не вернулась к становищу племени, – сказав это, Гарей замолк, а я крепко задумался.

Не люблю подобные неожиданности. В один момент я оказался в каком-то малопонятном вареве. Попахивало большим геморроем. Некие кочевники собираются посетить края, где я расположился. И все это Актор узнал из торчащего в спине монстра поломанного клинка... Не слишком ли большая натяжка даже для полного условностей «Отбора»?

Я попытался еще немного расспросить Гарея, но вредный старик, выдав квестовый текст, опять начал строить из себя дурачка, насыпая целые ушаты поговорок. Я уже было хотел огреть его секирой, как вдруг, словно очнувшись от сна, он выдал интересный пассаж:

– Ты эта, господин… будь осторожнее… Нуразги крепкие воины.

Гм… Вот и все. Приятно, конечно, что старпер обо мне беспокоится, но я был бы много более рад подробному описанию их численности, вооружения, манеры боя… или… Они вообще всадники? Наименование «кочевники» как бы намекает, но…

Короче говоря, как всегда полно вопросов, нет ответов и впереди полная неизвестность. Пора бы уже было привыкнуть…

11 ГЛАВА

Выступить решил под вечер. К этому походу я готовился особо тщательно – задания не выглядело легким, и мне очень не нравилась цифра в названии. Похоже, даже выполнив его «на отлично», от треклятых кочевников я не отвяжусь.

На карте, далеко на юге, появились новые земли. Оказалось, что огромный каньон, под название Тенистый Рубец, который я уже как-то захватывал Взором Ахара, уродливым шрамом тянулся на юго-восток, затем делал плавную дугу и поворачивал на юго-запад. В южной части этой дуги, на траверзе Дыры, его пересекала группа пологих ущелий, которые и являлись упомянутыми Актором Топными Теснинами – по сути, единственным месте, где Рубец возможно было пересечь и перебраться на «нашу» сторону Великой Равнины. Если предположить, что нуразги по какой-либо причине собираются наведаться в окрестности моего поселения, то посылка разведки через это место выглядела вполне логичной, как и то, что ее перехват также легче всего было осуществлять там. Пытаться найти на огромной равнине группку людей, да еще и с особым отношением Ррана к перспективе, было полным идиотизмом.

Первым делом бобики. Я призвал еще десяток, таким образом, доведя их количество до устрашающей банды из двадцати девяти голов, и взял с собой двадцать из них. На них посадил всех своих копьеносцев, Сидраха и пяток новопризванных Бесов-пращников. Отсутствие хоть каких-то дистанционщиков могло кардинально сказаться на успешности задания.

Цепочка огромных фигур Гончих с вцепившимися в загривки Бесами, покинула притихшую Дыру когда солнце уже коснулось горизонта. Я вызвал Шарика и двинулся вслед за ними.

Темнота меня не беспокоила. Луны, чей свет отражался от гранитных просторов Жженой Равнины, давали прилично света даже для того, чтобы читать книгу, коли такая у меня была б. Плюс ко всему, как я уже убедился, и я сам и моя братва прилично видели в темноте, если был хоть какой-то мизерный источник освещения.

Отряд набрал скорость и быстро понесся на юг. Ходящая ходуном спина Шарика напомнила американские фильмы с механическими бычками в барах, на которых пытаются удержаться сексапильные красотки в коротких шортиках и шляпах. Поначалу я только и думал о том, как бы не свалиться, но через некоторое время с удивлением обнаружил, что приноровился к этой безумной скачке.

Пока копыта зогова подарка пожирали километры, в уме не переставали роиться мысли о задании, чертовых богах, новых постройках…

Мне тут намедни пришла интересная мысль. О роли тех «зданий», что я возвожу. Думаю, именно они – ключевая составляющая системы. «Отбор» каким-то образом и телепортирует туда предметы, и залечивает раны помещенных внутрь юнитов, и доставляет новых... Не говоря уже об Убежище, к коему вообще привязаны интерфейсы управления. Это, кстати, вопрос – где проходит та граница, что разделяет реальный мир Ррана и искусственные творения «Отбора». Судя по самгару, который, хотя и является коренным представителем этого мира, участвовал в выданном Актором квесте, а после захвата встроился в «мою структуру», зачастую она проходит прямо по головам живых существ…

Громкий взрык отвлек меня от дум. Передовой отряд под командованием Барбоссы, наткнулся на очередного монстра. Мы резко забрали правее и продолжили путь.

Я впервые забирался так далеко на юг, до этого известная зона ограничивалась радиусом от силы в десяток километров вокруг Дыры. Поверхность равнины здесь была такой же, как и близ моего поселения, но вот монстры… Дважды нам попадались зверюги третьего и один раз даже четвертого уровня. И это было серьезно. Видимо, чем дальше на юг – тем опаснее твари. Что же говорить тогда о нуразгах, что жили в тех землях? Уж не будет ли каждый из них подобен Конану-варвару?

Вскоре мы вышли к Рубцу. Колоссальный темный провал притягивал взгляд сродни омуту средь лесной чащи. Свет лун не мог заглянуть на его дно. Кромешная тьма, будто гигантский кракен, ворочалась в глубине, угрожая незваным гостям.

Еще час быстрой скачки вдоль Рубца и мы прибыли на место. Теснины, словно шрамы от когтей, разрубали стенки провала, пологими подъемами пересекая его тело.

Я дважды использовал Взор Ахара, чтобы уразуметь точный рельеф местности и наличие врагов. Но, кроме парочки монстров, иных не обнаружил.

Что ж, значит, придется располагаться здесь надолго. Хотя, я и не думал, что все случится быстро. Вряд ли кочевники передвигаются по ночам. Лунный свет лунным светом, но попасть в яму и подвернуть ногу – было раз плюнуть.

Спустившись по крайней расщелине, мы ступили на заваленное битым камнем дно Рубца. Тьму здесь можно было трогать руками, даже наше демонское зрение не позволяло разглядеть ни зги.

Я послал наверх три двойки бобиков сторожить проходы, на ощупь нагреб себе лежбище из мелкой гальки и в наглую завалился спать.

День 9.

Поселение Дыра 5 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих 3 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 2 уровень.

Алтарь – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 258 единиц.

Камень – 66 единиц.

Мана Хаоса – 115 единиц.

Мана Крови – 152 единиц.

Мана Власти – 7 единиц.

Мана Ужаса – 12 единиц.

Впрочем, проспал недолго. Уже вскоре забрезжил рассвет. Отвесная стена Рубца заиграла всеми оттенками красного: от легкомысленно-розового до мрачно-бордового. Должно быть, здесь каньон рассекал пласты каких-то минералов.

Красиво, черт подери.

Гончие в основном еще спали. Лишь парочка, как и я, наслаждались пейзажем. Дрых и Сидрах, подложив под голову суму. Расположившиеся в сторонке Бесы, также дружно храпели, выставив, правда, караульного, который, опираясь на копье, настороженно озирался. Что мне нравилось в моем воинстве – так это беспрекословная исполнительность. Мои воины не знали что такое «не выполнить приказ».

Если близ Дыры Рубец был шириной метров в пятьдесят, то здесь – втрое больше, а отвесные стены вздымались сотни на две. Дно ущелья было завалено битыми каменными осколками, средь которых изредка высились груды больших валунов. Похоже, колоссальный шрам, рассекающий Жженую Равнину надвое, постепенно расширялся к югу. Что это? Следы давнего катаклизма? Или стык литосферных плит? Или что-то более экзотическое, например, след какого-нибудь исполинского монстра?

Потянулось тягостное ожидание – самое ужасное, что может быть во вселенной. Бобики рыскали по округе, Бесы-копейщики чистили броню, на зависть Бесам-пращникам (по-моему, они этим занимались теперь каждую свободную минутку), проснувшийся самгар, разлегшись на спальнике и подперев щеку рукой, с безразличием созерцал ущелье, а я все гонял по кругу никак не оставляющие мысли о Зоге, Земле и своем нескучном бытие. Что-то как-то взгрустнулось...

– У тебя есть семья, Сидрах? – спросил я самгара, дабы чем-то себя отвлечь.

– Была.

– А что с ней случилось?

– Уже не важно...

Сумрачный воин перманентно вызывал желание поболтать. В основном потому, что больше разговаривать в Дыре было решительно не с кем. Гарей поговаривал поговорки, Вугр на все реплики отвечал: «Да, Хозяин», а Кузнец и Барбосса глядели умным взглядом, но молчали.

Но вытащить что-то личное из Сидраха было решительно невозможно. Нет, он мог поведать об окрестных землях, о живущих рядом с самгарами племенах, о тварях, что в изобилии водятся на Жареной Равнине, но вопросы на какие-то философские и житейские темы натыкались на глухую стену непонимания. Я до сих пор не знал, что думает престарелый воин, какие он строит планы относительно службы под моей рукой...

После безуспешных попыток поговорить «о жизни», я решил расспросить о нуразгах.

– Я слыхал о них, – отвечал тот, почесывая бороду, – когда-то нуразги жили в двух днях пути от Тенистого Рубца, а их торговцы приходили в наше племя. Но я не видел их со времен моего детства. Вероятно, они ушли куда-то дальше на юг, а почему и отчего? Боги их знают…

Два дня пути – километров пятьдесят по местным меркам. Это бобики «летят» над землей не обращая внимания на трещины и разломы, сворачивая только пред очень широкими ущельями, а местные жители выписывают затейливые кренделя в обход каждой ямы или петляют по их дну. Если бы я пустил свою пехоту пешкодралом, они подошли бы к Топным Теснинам только завтра утром. Кстати, почему они, интересно, «Топные-то»?

К сожалению, Сидрах мало чего мог добавить к вышесказанному. Разве что описать их внешний вид: такие же как и самгары невысокие широкоплечие воины, при переходах через равнину кутающиеся в шерстяные и кожаные бурнусы. Передвигаются или пешком, или на невысоких, метр в холке, парнокопытных тварях. Старики баяли, что нуразгам ведома особая связь с монстрами равнины... Вот только, хрен его знает, что это означает.

Вдруг на краю сознания замаячила одна из Гончих, что я посылал на разведку.

– Идут, – негромко известил я свое воинство, и наш временный лагерь пришел в движение.

Вскоре со стороны спуска послышался дробный перетоп, и вскоре Гончая уже стояла передо мной. Прибывший бобик закидал многочисленными образами. Близко к противнику он не подходил, все-таки такой здоровенной хреновине трудно прятаться на столь открытой местности.

Сейчас группа всадников находилась километрах в пяти от Теснин. Впереди следовала пара разъездов. Шли осторожно, но довольно быстро, не проверяя местность с тщательностью. Мой бобик сумел обогнуть их по дуге и, пользуясь преимуществом в скорости, доставил весть как раз тогда, когда это было нужно.

План был таков: хотя задание Гарея звучало как «перехватить», я рассчитывал не только перебить разведку, чтобы нуразги не узнали о моем поселении, но и взять языка! Это казалось абсолютно естественным шагом. Нужно понять, почему они двинулись в путь. Были ли тому естественные предпосылки, или система Отбора играет с ними, как кукловод дергая за ниточки и заставляя проделывать совершенно несвойственные и не нужные вещи. Понимание того, как действует система, даст мне солидный бонус в дальнейшем.

Мы с Бесами-копейщиками расположились на дне Рубца. Черная ощетинившаяся копьями шеренга застыла в тридцати метрах от расколотой стены долины. Позади, усевшись на большие валуны чтобы иметь хороший обзор, расположились Бесы-пращники. Пятерку Гончих под командованием Барбоссы я укрыл в паре сотнях метров западнее, а еще десяток, под началом Сидраха, отправил в обход через другую теснину. Крюк в несколько километров должен был вывести их прямо в тыл врага.

Тут только я сообразил, что ту пятерку Гончих, что до сих пор рыскала наверху в поисках нуразгов, я никак вернуть не успеваю. Мысленная связь на таком расстоянии не работала, а других способов сообщить им, что пора двигаться в лагерь, в голову не пришло.

Старый воин одобрил мой план, пожелал удачи, забрался на Гончую как заправский ездок на монстрах, и был таков.

И вновь ожидание...

Было уже около полудня, когда, наконец, в тенистом полумраке показались фигуры, и я смог воочию лицезреть тех, о ком крайне расплывчато рассказали Гарей с Сидрахом.

Невысокие, закутанные в грязного цвета бурнусы они крайне походили на самгаров. Из-под капюшонов торчали жесткие неряшливые бороды, за спинами виднелись широкие листообразные наконечники недлинных копий, на поясах висели кривые сабли.

Но удивительнее всего были их скакуны. Невысокие, чем-то напоминающие кабанчиков, упитанные твари на коротких ножках. Их грубая поросшая редким черным волосом шкура по бокам была защищена нашитой прямо на нее броней, копыта выкрашены в желтый цвет, а мохнатый собачий хвост воинственно торчал и оканчивался змеиной трещоткой.

Нуразгов было с десяток. И это настораживало. В образах, переданных мне Гончей, их было втрое больше.

Похоже, что-то затевалось.

Обернутые бесформенными балахонами фигуры остановились в метрах тридцати от нашего строя. Вперед выехал здоровяк с рыжей бородой. Он откинул капюшон, явив миру нечесаные слипшиеся волосы, золотое кольцо в щеке и огромный шнобель крючком.

– Я Кодар-Хаз, левая рука кагара Адыка.

Гм... Честно говоря, вообще не был уверен в том, что следует с ними разговаривать, если уж я собрался их мочить. Но остатки земной морали все еще мешали адекватно воспринимать реальность Ррана, потому я вышел из-за строя Бесов и сказал:

– Я Агрбадан, Повелитель э-э-э… – твою мать, «Повелитель Дыры» звучит, мягко говоря, не очень. – Повелитель этих мест. Вы зашли на мою территорию и теперь будете наказаны. Сложите оружие и тогда, возможно, я пощажу вас...

Пафосно, но по делу.

– Да ты, никак, спятил, уродец, ха-ха!.. – рассмеялся Кодар-Хаз, которого ни мой рост, ни вид, ни закованная в вороненую сталь пехота за спиной, похоже, не смущали. – Ты хоть знаешь, на кого ты поднял рога?

*ляха-муха, а вот это было обидно.

Я злобно сплюнул и в красках рассказал ублюдку об половых сношениях его мамы с козлами. Не уверен, что нуразг был в курсе, кто это такие, но общий посыл был понятен. Бородатый воин переменился в лице, а в следующее мгновение приподнял руку и...

Бам, бам, бам!

Целый ливень стрел обрушился на мой щит, который, к счастью, мне хватило ума не опускать. Парочка ударила по щиткам брони, а одна впилась в икру, прямо в сочленение хитина. Уй-й, больно, *лядь! От места ранения тут же пошло легкое онемение. Похоже, стрела была смазана какой-то ядовитой дрянью.

Повинуясь моей команде, строй Бесов шагнул вперед и проглотил мою скрючившуюся фигуру и я сделал то, что должен был сделать сразу, как только увидел, что численность нуразгов меньше ожидаемой. Скастовал Взор Ахара!

Вот они, родимые. Все два десятка «потеряшек» нашлись на каменных выступах, по обе стороны теснины, откуда они увлеченно закидывали нас стрелами. Оставалось удивляться, как они сумели пробраться туда под самым нашим носом?!

Кодар-Хаз и те нуразги, что были с ним, спешились и укрылись за камнями, отогнав своих повизгивающих хряков выше по склону прохода. Какое-то время казалось, что командир кочевников растерялся. Бородач – явно опытный воин, но, думаю, он и его люди были в первую очередь разведчиками, а не любителями кровавой сечи. Но потом я смекнул, что кочевники просто ждут нашей атаки! Ха! Я что, идиот так тупо лезть под стрелы?

А еще вскоре выяснилось, что у Кодар-Хаза был припрятан один крайне неприятный сюрприз.

Что-то полыхнуло, бумкнуло, повалил сизый дым, и из-за камней выкатилось удивительное существо. Ростом примерно как я, сложенное будто из глиняных кирпичей. К непропорционально узким плечам были приделаны длинные свисающие до колен руки-плети, а толстые ноги оканчивались почти человеческой ступней с когтистыми пальцами. А вот головы у существа не было. Лишь приплюснутая шишка меж плеч. Как оно ориентировалось в пространстве оставалось только догадываться.

Но еще более удивительно было то, что при взгляде на него я увидел системное сообщение!

«Борг-креатор. 3 уровень»

Твою мать! Как говорится: «А что, так можно?» Неужели местные могут пользовать монстров «Отбора»?!

Меж тем, похожее на глиняного голема существо резво припустило в сторону ощетинившейся копьями шеренги. Вопрос «Откуда оно вообще взялось?» я решил оставить на потом.

– Товсь, робята! – гаркнул я, поудобнее перехватывая секиру, Борг не выглядел опаснее уже виденных нами монстров, но 3-й уровень явно имел неспроста.

И точно, разбежавшись, он вдруг выстрелил руками-канатами, стеганув ими по шеренге Бесов, в мгновение ока превратившись в Грута. Похожие на ветви конечности с неимоверной силой разметали центр строя и тут же сверху полетели стрелы.

Блин, решение расположиться в такой близости от спуска больше не казалось хорошей идеей. Благо, матово-черная броня с легкостью держала попадания, но рано или поздно стрелы найдут дорожку в сочленениях доспехов.

Одна из них воткнулась в щит, и я с удивлением обнаружил, что сделана она совсем не из дерева. Желтоватый материал скорее был похож на кость.

– Назад!

Бесы споро поднялись с камней и вновь сформировали строй в пяти метрах от первоначальной диспозиции.

Р-раз!

Слаженный удар нескольких копий оттолкнул монстра, но не нанес ему совершенно никакого урона! Оружие моих пехотинцев лишь царапало его «глиняное» тело!

Хотя, какое уж там «глиняное» – Борг-креатор был сделан из настоящего гранита!

Несколько мгновений он потоптался на месте и снова принялся хлестать своими плетьми. На этот раз его атака дала результаты, одного из Бесов он так приложил по ноге, что бедняга сразу потерял статус боевой единицы. Мне пришлось лично, прикрываясь щитом, оттаскивать его в тыл.

Сам же я пока не вступал в бой, уж больно метко нуразги метали стрелы, а моя природная броня все же уступала «Черному Тысу». Тем более что время работало на нас. Поток стрел ослабел, т.к. их количество было конечно, расстояние между засевшими в скалах нуразгами и нами увеличилось, и мои пращники вступили в бой. Посылаемые ими камни не могли причинить Боргу особого вреда, но здорово мешали, заставляя спотыкаться и топтаться на месте.

Видя успех своего чудища, несколько пеших нуразгов попробовали, было, высунуться из своих укрытий, но под градом камней вновь скрылись в скалах. Вскоре Кодар-Хаз отозвал своего монстра, справедливо рассудив, что, сколь он не был силен, всей шоблой мы найдем способ с ним расправиться.

Что ж. Первый раунд окончился ничьей, но это было скорее на руку мне, чем нуразгам. В кое-то веки я ознакомился с вооружением и тактикой противника, не потеряв пол армии. А в запасе у меня была целая колода козырей...

И только промелькнула эта мысль, как из расположения противника выпорхнула какая-то летающая кожистая дрянь. Махая перепончатыми крыльями, она увернулась от пары камней и по спирали принялась набирать высоту.

Твою мать! А вот это явно не входило в мои планы!

Я мрачно посмотрел на застывшего в недвижимости Борга. Похоже, Кодар-Хаз тоже обдумывал результаты разведки боем, что провел этот монстр. И, похоже, в конце концов, пришел к выводу, что не столь уж мы и опасны.

Повинуясь приказу своего главаря, несколько кочевников поспешили вверх по склону прохода и вскоре вернулись, пинками подгоняя стадо бронированных хряков.

На этот раз Кодар-Хаз вывел в поле всех своих воинов, посчитав, что численное преимущество приведет его к победе. И будь полтора десятка Бесов моими единственными войсками, кочевники вполне имели шансы на успех. Монстр подобный Боргу-креатору явно нуждался во вспомогательных юнитах. Он мог разметать строй, но нужен был тот, кто добьет поверженных противников.

Нуразги, обрушив на нас еще один, впрочем, уже довольно редкий, ливень стрел, вытянули из-за спины копья с широкими лезвиями и медленно двинулись вслед за Боргом.

Черт, выглядело это достаточно устрашающе. Тем более что их шеренга была втрое шире нашей, а значит, нужно было опасаться за фланги.

В тотчас я оттянул свою пехоту к камням, среди которых засели пращники. Здесь фланги были прикрыты, а копья особо опасны.

Мне вдруг пришла в голову мысль: а что делать, если нуразги сейчас просто обойдут наш отряд и на полной скорости поскачут на юг?

Гм...

Что будет, что будет? Будет очередное потрясающее фиаско горе-командира Славика!

Но беспокоился я зря. Воинская гордость не позволила Кодар-Хазу уйти от сражения. Прошла минута и на строй Бесов обрушились плети Борга-креатора, а вслед за ними нас захлестнула, словно прибой, волна вопящих кочевников.

Фух... При виде накатывающего вала улюлюкающих уродов, верхом на верещащих свиньях, сердце натурально провалилось в пятки, и я даже усомнился в достоинствах своего плана... Строй Бесов прогнулся и разомкнулся под ударами рук-плетей монстра, а атака орава кочевников впечатал нас в камни. Спасло нас только то, что почти квадратные в доспехах Бесы были потрясающе сильны и бесстрашны. Они приняли бой даже в таком положении, ну а я отдал мысленный приказ укрытым неподалеку бобикам Хаоса что есть мочи лететь к нам. Пора пришла вломить супостатам по самые покахонтас!

Эх, и понеслась сеча!

Едва отдышавшись от первого натиска, я снес щитом из седла какого-то верещащего нуразга и бросил в Борга Огненный Кулак. Сгусток пламени оказался для него полной неожиданностью. Монстр отшатнулся, а я, не теряя времени, подскочил к огромной фигуре и вмазал по ней Сокрушающим Ударом!

Бац! Борг осел на землю, поводя развороченным плечом. Я не удивился, увидев, что внутри оболочки нет никакого мяса. Рана выглядела как скол пористого камень.

Черт. Такому парню мои огненные плевки, что слону дробина.

Нуразги же оказались умелыми воинами и сумели с лихвой воспользоваться полуминутным замешательством, вызванным первым ударом. Один из моих пехотинцев лежал черной металлической грудой (вот уж не знаю, куда они его затыкали), а еще двое еле держались на ногах.

Но и мои монстрики не подкачали! Едва Борг оказался временно выведен из строя, Бесы вновь собрались в шеренгу. Умело орудую копьями, они отогнали напирающих нуразгов на расстояние длины копья. Пара хряков уже лишилась наездников, а еще несколько кочевников, зажимая раны, отъехали в тыл, где толпились их собратья, вступившие в перестрелку с моими пращниками.

Наконец-то я их заценил! Если против равнинных монстров, они, по большей части, были бесполезны, то для людей град камней оказался очень опасен. Хотя, по-видимому, под бурнусами у нуразгов скрывались какие-то легкие доспехи, меткие попадания уже сбросили в пыль двух или трех кочевников, а парочке других отсушили руки. Пользуясь тем, что расстояние было несущественным, один из Бесов, отложив пращу, кинул даже несколько небольших валунчиков, размером с конскую голову. Жаль, что смельчака довольно быстро подстрелили.

В шуме и гаме сражения я даже не заметил момента, когда из-за поворота Рубца вынеслись мои собачки. Пять Гончих во Главе с Барбоссой, словно паровой каток врезались в тылы противника, опрокидывая и топча визжащих в ужасе хряков. Нуразги поломанными куклами разлетелись кто куда, а мы с Бесами выдохнули, сразу почувствовав ослабление натиска.

Так их, уродов!

По иронии судьбы Кодар-Хаз пал одним из первых. Барбосса просто наступил на упавшего командира кочевников своей закованной в костяную броню лапой, и дело было сделано.

Р-а-а-у!

Рык моего Капитана обратил в подергивающиеся парализованные тушки сразу несколько кочевников и их скакунов. Еще пара-тройка пала от клыков...

Но на этом успех сумасшедшего натиска был окончен. Несмотря на тяжелые потери, нуразгов все еще оставалось с два десятка.

В следующее мгновение чаша весов чуть было не качнулась на их сторону! Какой-то толстяк взял командование на себя и принялся зычно раздавать приказы. Повинуясь им, с десяток кочевников достали луки и быстро утыкали Гончих остатками стрел до состояния дикобразов. Стрелы не могли им причинить серьезного вреда, но одна, особо удачная, угодила прямо в глаз одной из Гончих, войдя едва ли не по оперение. Розовый гигант вздрогнул всем телом и с тоскливым всхлипом медленно завалился на бок. В тот же момент Борг наконец очухался и, размахнувшись, со всей дури хватил обоими руками-плетьми по другому бобику Хаоса. Клянусь, я услышал, как хрустнули кости! Собачка отлетела на добрый десяток метров, но на удивление, вскоре сумела подняться, щеголяя распоротым боком из которого торчали белые осколки ребер.

Что ж, пришла пора показать этим уродам всю силушку богатырскую…

– Бей их ребята! – крикнул я Бесам, хотя это было излишним. Мысленный приказ был действеннее всяких криков.

И мы дружно, со мною во главе, броском врезались в толпящихся пред нами воинов.

Нуразги, занятые выстраиванием обороны в тылу, явно не ожидали от нас такой прыти.

В очередной раз подумав о том, что Бесам срочно необходимы нормальные копья, а не эти недоразумения, с коими они являются в Рран, я несколькими взмахами секиры разделался с парочкой кочевников и, похоже, таки посеял панику в рядах этих отважных воинов.

Бородатые варвары смешались, некоторые, не в силах справиться с запаниковавшими хряками, грянули оземь, другие попытались оттащить парализованных товарищей за спины тех, кто еще остался в седлах. Толстяк, что взял на себя командование, судорожно пытался навести порядок, но бой быстро перерастал в кровавый хаос, теряя всякое подобие упорядоченности.

А на меня же, наоборот, вдруг нахлынула та веселость, с которой я впервые сражался с Сцилохорами несколько дней назад. Страхи ушли, дав место бесшабашной удали, когда каждый удар идет в цель, а противники кажутся похожими на неумелых детей, впервые взявшие в руки сталь.

Разметав пинками гарцующих передо мной нуразгов, я обрушил страшный удар на спину Борга. К сожалению, способность уже была использована, но и моей демонской силушки хватило, чтобы оставить огромную зарубу там, где у людей проходит хребет. Монстр полетел «мордой» в пыль. Барбосса с еще одной Гончей, не медля, схватили пастями его каменные руки, и, рыча от усилий, растянули на камнях. Я подскочил к ним и несколькими ударами отрубил чертовы плети, что доставили нам столько проблем.

Фух, главный противник, наконец, был обезоружен. Без рук-плетей он превратился просто в нелепый обрубок.

На этом, собственно, основная фаза сражения закончилась. Нуразги, уразумев, что удача не на их стороне, попытались дать деру, и, обойдя валуны, на которых засели мои пращники, рванули на юг. Их осталась от силы дюжина.

Но я не был намерен давать им ни единого шанса на спасение. Вызвав Шарика, с Барбоссой и еще одной оставшейся практически невредимой, за исключением нескольких торчащих из плеча стрел, Гончей, мы бросились в погоню.

Быть может, если бы дело было на равнине, то кто-то из кочевников и сумел бы скрыться, но в достаточно узком, засыпанном камнями ущелье, что полого поднималось наверх, шансов сбежать от нас не было. Застоявшийся Шарик отлично показал себя не только как шустрый скакун, но и как настоящая боевая единица, опрокидывая кочевников ударами копыт и нашпиливая их на рога.

Вскоре все было кончено. Я пытался взять парочку нуразгов в плен, но гордые воины предпочитали вспарывать себе животы, нежели отдаваться на милость такому чудищу как я.

Барбосса разорвал последнего кочевника уже почти на выходе из ущелья. Лишившись наездника, испуганный хряк, было, припустил пуще прежнего, но куда там его копытцам тягаться с лапами Гончих.

И только тут в моих мыслях появились Гончие, отправленные под командованием Сидраха в рейд по тылам...

Мда, Славик... твой стратегический талант, как всегда на высоте...

Интересно, что, несмотря на то, что мы перебили всех нуразгов, системное сообщения о победе до сих пор не возникало. Впрочем, когда мы вернулись на поле боя, стало понятно почему. У камней, в окружении стада раздосадованных бобиков, съежились трое раненных кочевников. Залитые кровью лица не выражали ничего, кроме тупой обреченности. Гончие щелкали челюстями, готовые размолотить врагов на атомы, но... Но им не давал этого сделать Сидрах.

Мой Капитан встал близ поверженных врагов, сложив руки на груди, и смело смотрел на бесящихся монстров. То ли помнил, о том, как еще несколько дней назад сам был в подобном положении, то ли о том, что нам крайне необходим «язык».

Досаду самгара и «его» Гончих, кажется, можно было щупать руками. Ну еще бы, опять вся заваруха прошла мимо них. Кстати, надо бы послать кого-нибудь найти тех собачек, что до сих пор рыскали в поисках нуразгов наверху.

Какой, я все-таки, молодец... Своими руками лишил себя, в совокупности, половины боевой мощи отряда. Но с другой стороны, каждый подобный промах дает мне бесценный опыт.

Я спрыгнул с Шарика и мрачно подошел к раненным нуразгам. Двое, судя по разодранным животам, были не жильцы, а один – вполне перспективен.

– Сидрах, перевяжи этого, мы возьмем его с собой. Остальных...

Тот понял, что я хотел сказать и кивнул песикам из своего отряда, Тех не надо было просить дважды. Миг и чудовищные челюсти сомкнулись на раненных кочевниках.

И только тогда перед глазами развернулись долгожданные надписи:

Вы получили 72 ед. Маны Крови.

Вы получили 4 ед. Маны Власти.

Вы получили 8 ед. Маны Ужаса.

Вы получили Универсальную Метку Развития 1-го ранга.

Вы получили «Осколок Портала».

Вы получили «Шлем Ярости Гурваха».

1 существо переведены в статус «Раб» 3-го уровня.

12 ГЛАВА

День 10.

Поселение Дыра 5 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов – 1 уровень.

Загон Гончих 3 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 2 уровень.

Алтарь – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 198 единиц.

Камень – 98 единиц.

Мана Хаоса – 214 единиц.

Мана Крови – 214 единиц.

Мана Власти – 5 единиц.

Мана Ужаса – 10 единиц.

Дыра встретила нашу кавалькаду радостным воем. Девять собачек и Вугр, коего я оставил «на хозяйстве», устроили настоящую овацию нашим слегка потрепанным войскам, а я же себя чувствовал как минимум, будто после взятия Берлина.

Бесы важно, держа шлемы в руках шлемы, сверзлись с Гончих. Страхолюдные мордочки выражали гордость победой и безграничную веру в вождя. Раненную Гончую, из-за которой мы, собственно, и остались на месте битвы до следующего утра, осторожно препроводили в Загон. Чудовищная рана выглядела ужасно, из бока пса был выдран чуть ли не метровый кусок мяса. Оставалось даваться диву, как Гончая вообще могла передвигаться.

Полный перечень потерь, хоть и не выглядел настолько ужасающим, как после похода За Грань, все равно был печален. Мы прикопали в Рубце четырех Бесов и одну Гончую. Все остальные пехотинцы были в той или иной степени ранены, парочка – весьма серьезно. Здесь Сидрах удивил меня еще раз, когда вытащил из сумы сверток каких-то квелых листьев, комок мха и моток веревки из сплетенных побегов. Длинными похожими на бинты листьями он осторожно перебинтовал мою пехоту, а мох втер в бок той Гончей, что пострадала от плетей Борга. Остальные песики из отряда Барбоссы отделались царапинами и ранами от стрел. Самгар не дрогнувшей рукой вырезал их из розовых тел и затер раны все тем же мхом.

А вот трофеев была целая гора. Часть хряков с притороченными сумами, правда, разбежалась, но все равно куча оставшегося добра с обобранных нуразгов возвысилась почти в мой рост. Чего тут только не было... И оружие, и одежда, и бытовые принадлежности, типа сделанных из черепов каких-то животных котелков, и различные амулеты, травы и прочее-прочее-прочее. Все дребедень, что таскали с собой почти тридцать человек. И еда. Обычная солонина, сыр, пучки травы... Я грустно покрутил в руках полоски вяленого мяса и, сплюнув со злости, бросил их обратно в общую кучу трофеев. Увы, мой демонский голод могло удовлетворить лишь мясцо Рабов. Вот уж не знаю, с чем это было связано.

Наряду с местным хламом из врагов «выпали»: очередная Метка Развития, отполированный до зеркального блеска дурацкий шлем, с рогом посередине, и некий «Осколок Портала». Шлем, со специальными пропилами под рога, на меня садился как влитой, но выглядел настолько нелепо, что мне было стыдно даже перед моими песиками, а «Осколок» пополнил копилку неведомой х*рни. Длиной почти в мой локоть, из синеватого хрусталя, он поглощал свет и не отбрасывал тени, но... на этом и все. Что с ним делать было решительно непонятно.

Когда добрались до Дыры, была уже середина дня. Приняв поздравления с победой, я тут же дал пинка Вугру за то, что Рабы еще не копают жратву. На что Прилипала показал забитую снедью щель в овраге, которую мы приспособили для хранения припасов.

Твою мать! Не менее чем половина Еды натурально сгнила! Как это могло произойти на такой жаре – ума не приложу! Должно быть, какие-то бактерии облюбовали рабье лакомство.

В то же время это означало, что мы добываем ее слишком много. Настало время всерьез заняться экономикой, тем более что счетчик Маны Хаоса показывал аж 214 единиц. И, думается мне, это не предел. Впереди было свидание с Гареем, и хитро улыбающийся старикан не разочаровал. Отсыпал за завершенное задание 250 Маны Хаоса и... 30 Маны Власти!

Ха! А вот это было по-настоящему круто! У меня уже скопился целый список невозведенных строений, для которых была необходима эта Мана, кою я понятия не имел где взять. Впору было задуматься о набегах на соседние племена ради полона. Но если ее возможно получать по квестам... возможно какое-то время моя совесть продолжит брать верх над рассчетом...

Некоторое время я колебался, борясь с желанием тут же побежать в Убежище и чего-нибудь понастроить... Но все-таки решил заняться тем, что запланировал.

На сей момент у меня было шестнадцать Рабов. Упс... Вернее, уже двенадцать. Проголодавшиеся Гончие деловито разделывали причитающийся им обед. Интересно, что мои песики, как и я, были совершенно равнодушны к иным живым существам кроме лупоглазых уродцев, предпочитая остальным их костлявой мясцо. Рабов я постепенно подкупал по мере их попадания в желудки розовых чудовищ (на прокорм десятка бобиков Хаоса требовалось один-два Раба в день), но теперь, когда появилась насущная потребность в добыче Камня и хозяйственно-бытовых занятиях, настало время вложиться в них основательно.

И-э-эх! Мысленно я заказал Призыв сорока Рабов и счетчик Маны Хаоса похудел разом на 120 единиц. Плюсом к этой толпе пошли еще две Ямы и Загон. Мои подопечные, хотя и могли ночевать на свежем воздухе, почему-то много уютнее себя чувствовали в своих душных «жилищах».

Когда я вышел из Шатра, бесконечная цепочка тщедушных уродцев все еще вылезала из булькающей массы Чана. Они жались друг к другу, испуганно рассматривая кровожадно взирающих на них Гончих.

Р-ра-у! Короткий взрык и изломанное тельце, выдернутое могучим рывком, полетело под ноги к решившим подкрепиться собачкам.

Глядя на чавкающих мускулистых чудовищ, заполонивших все вокруг, на их массивные тела с перекатывающимися под розовой кожей буграми мышц, становилось как-то жутковато. Кажется, Дыра состояла из одних Гончих...

Надо их куда-нибудь послать... а то они от безделья сожрут мне всю производственную силу.

Я мысленно позвал Барбоссу и приказал организовать патрули вокруг Дыры. Это разом уполовинило количество бобиков праздно ошивающихся в поселении.

Теперь, когда у меня есть свыше полусотни Рабов, можно было говорить о налаживании некой примитивной экономики. Помозговав, я разделил их на три неравные группы. Первую, численностью в десяток, по-прежнему под командой Вугра, направил на сбор Еды. Отныне к ней были приписаны три Гончие для охраны. Прежние места сбора склизского дерьма, что жрали сами Рабы и мой помощник-прилипала, постепенно оскудевали, ныне сборщики удалялись все дальше от поселения, и это было опасно. Уже был случай, когда им пришлось улепетывать от стаи Харахуфов.

Вторая, также в десяток, оставалась в Дыре на хозяйстве и э-э-э... для прокорма моих песиков. Я лично пометил их мазками белой глины и строго настрого запретил жрать Рабов из других отрядов. Члены этой группы перебирали Еду, складывали Камень в аккуратные штабеля, плели веревки, сооружали примитивные перевязи для оружия и сумы под запас камней для Бесов и прочее... Дел в разрастающемся поселении хватало. Но, увы, чем сложнее было задание, тем больше тупили эти несчастные существа. Сооружение сум, кажется, было пиком их талантов.

И, наконец, третья, занялась тем, на что я сейчас решил бросить все силы – тасканием Камней. Их добыча была ограничена лишь скоростью выборки. Укоренитель без проблем обеспечивал работой и десять, и двадцать, и тридцать носильщиков. Ущелье, где он расположился, начинало все более походить на какую-то древнеегипетскую каменоломню – с копошащимися на жаре тощими фигурками рабов. Для полной аутентичности не хватало только надсмотрщиков с кнутами наперевес. Я устроил мозговой штурм на тему как же поднять производительность моих «менеджеров по перемещению грузов», но смог додуматься только лишь до примитивных волокуш, что мы смогли соорудить из панцирей Дрилопеков и Харахуфов. Увы, как и все, что оставалось от Шашауров, они были крайне хлипки и довольно быстро выходили из строя.

Закончив с распределением производственных сил, я решил провести небольшой эксперимент...

И уже через пару минут прохаживался вокруг чуть менее чем пятиметрового отрезка стены.

Гм...

Я с силой похлопал по песчаного цвета камням. Весьма неплохо. В высоту порядка четырех метров и в толщину, у основания, около двух, она оканчивалась небольшим гребнем, за которым вполне мог укрыться Бес-пращник. Выходило, что для обнесения гектара, мне потребуется около 800 единиц Камня... Не столь уж и много. Это радовало. Конечно, учитывая взрывной, по экспоненте, рост численности юнитов, такой защищенной площади быстро станет мало, но на первое время сойдет. А то открытые пространства вокруг Дыры то и дело заставляли вздрагивать от чувства незащищенности. Думаю, что через месяц ни самгары, ни нуразги мне будут не страшны, но сейчас племя в несколько сотен воинов сотрет нас в порошок.

Кстати о нуразгах...

– Его зовут… звали Бадр, – сказал Сидрах, присаживаясь близ моего любимого камня. Я как раз докуривал трубку, когда крики несчастного, наконец, затихли и из выделенного под пыточную Загона, вышел самгар. – Крепкий оказался малый, – уважительно продолжил он, и, вытащив из под балахона небольшой сморщенный плод, смачно его надкусил.

На руки моего Капитана я старался не смотреть. Тот случай когда «по локоть в крови» – это не метафора.

Весь день я был занят хозяйственными делами, оставив пленника на поруки самгару. Копытами чую, что с этими ребятами мы еще пересечемся и не раз. А значит, любая крупица информации об этом племени была на вес золота... Потому угрызений совести я не испытывал... почти.

– Что-нибудь узнал?

– Не много. Парень был не особо разговорчив, – ответил престарелый воин, будто бы смущаясь того, что не смог вытрясти из бедного пленника всю подноготную.

– Почему они решили пойти сюда?

– Жрецы, – пожал он плечами, продолжая уплетать плод. Немногословность моего Капитана начинала раздражать.

– Что жрецы?

– Жрецы вызвали кагара Адыка и объявили ему волю богов.

Р-р-р...

– И воля богов…

– И воля богов потребовала повести племя на север.

Вот оно как... Гм... Жрецы... воля богов... «потребовали»...

*ляха-муха. Прямо-таки задницей чую запах жареного. Что-то неуловимое затрепыхалось в воздухе после слов самгара о жрецах и богах... Кусочек мозаики, что поможет мне понять этот мир.

Жрецы... воля богов... Стоп! Богов?

В мгновение ока расслабленная атмосфера вечера взвилась предгрозовым напряжением. По крайней мере, для меня. В азарте я придвинулся к Сидраху и, раздирая его взглядом, спросил:

– Каких богов? Конкретно!

–Ну… Наших богов… – тот в непонимании пожал плечами. Срыгнул, отбросил огрызок и принялся ковыряться в зубах кинжалом, выуживая кусочек шкурки.

Да он издевается что ли?!

– Твою мать, как их зовут?!

– Ганеш, Шиг-Нгар-Ухур и Гакотса…

Твою мать, нет, но твою же мать…

Я в волнении откинулся к стене Убежища. Ганеш, Шиг-Нгар-Ухур и Гакотса… Но ведь они боги Грозди… Или их почитают по всем мирам этого региона… Как там его? Региона Сар?

– А ты веруешь в Ганеша? – спросил я Сидраха.

Вместо ответа самгар зарылся рукой в бурнус и вдруг вытащил оттуда маленькую золотую статуэтку на цепочке. Статуэтка изображала безликую женщину в доспехах с гипертрофированной обнаженной грудью.

– Я почитаю Ганеша Победителя, но моя богиня – Гакотса, что дарует отвагу и доблесть в бою и силу в постели.

Я мрачно кивнул. Самгар спрятал статуэтку и спросил:

– Это все или ты еще что-то желаешь знать?

Гм...

– А Зог? Экибастус? Эти имена знакомы тебе? Знаешь ли ты об иных богах?

Воин отрицательно покачал головой.

– Нет... Разве что Старых Богов... Но вождь, почему ты вдруг заинтересовался ими? Ты до сих пор не выбрал себе покровителя?

– Старых Богов? – тупо переспросил я самгара, даже не обратив внимание на то, что он впервые задал вопрос обо мне, не считая самого первого вопроса про имя.

Р-р-р… Славик, Славик... Разгадки постоянно ходят у тебя под носом, а ты ни сном, ни духом! Несколько минут я жадно внимал рассказу Сидраха и поражался тому, сколько я еще не знаю об этом мире.

Старые боги: Адаур Могучий, чей взгляд испепелял подобно солнцу, Карисма Светлая, что даровала жрецам силу исцеления, Хакар Тишайший, что следил за течением времени и жаловал лишние годы своим последователям... Однажды они просто исчезли! Их жрецы рассыпались прахом и обернулись истлевшими мумиями. А люди, что ранее и не помышляли о посвящении себя богам – вдруг, услышав божественные голоса, начинали ставить новые алтари и возносить хвалу ранее неизвестным сущностям. Несложно было догадаться, когда это произошло! Ха! Полсотни лет назад! Тогда, когда появились Шашауры, когда была развернута система «Отбора»!

Кусочки мозаики стремительно становились на свои места, складываясь в стройную и понятную картину. Гроздь не просто завоевывала миры. Вместе с ордами демонов шли и их кровавые боги. Или наоборот, презентованная мне троица вела за собой стада последователей... Неважно. Главное, что этот симбиоз весьма плодотворно работал на обе стороны. Боги получали новую паству, а Гроздь – новые подконтрольные миры. Тот Хлад, о котором мне когда-то говорил самгар – не что иное, как отголосок великой битвы, что прогремела, когда завоеватели обрушились на Рран. А то, что самгар о ней ни сном ни духом – так кому нужны эти *беня?

А теперь, внимание, главный вопрос!

– А когда вы пошли на разведку в мои владения, уж не жрецы ли послали вас сюда?

– Да, вождь, – просто ответил мой Капитан, потеряв (а, может быть, никогда и не имев) желание разбираться в том, чего это его начальство так возбудилось.

Ох-ох-ох… Ну и дела. Так вот как это работает! «Отбор» приказывает жрецам, и одновременно с этим формирует задания у Актора. Жрецы передают команды ниже – непосредственным действующим лицам, а глупые парнокопытные детки Дутура бегают по квестам.

*лядь!

Сидраху, видимо, надоело смотреть за зависшим в прострации мною, и он ушел по делам, а я все сидел и сидел, вкуривая заходящее солнце.

– Тяжко? – вдруг участливо спросил Гарей, но я не обратил на глупого НПС внимания. Башка готова была лопнуть от урагана мыслей. Так как каждая отгадка рождала две загадки. Например, где в этой стройной системе место для Зога? Кто это, черт подери такой? А как кауры смогли захомутать для своей игры божественные сущности? Значит ли это, что эти парни много могущественнее, чем я до сих пор о них думал?

– В игры надо или играть, или ломать их правила, – вдруг выдал нечто осмысленное старикан.

Я удивленно посмотрел на дымящего трубкой Актора. Сегодня он был спокоен и не выглядел как сумасшедший.

– Иногда надо посмотреть в прошлое. Перебрать камни, что уже собрал, прежде чем двигаться вперед... ­– сказал он философскую мыслю и тут же, скривившись, будто проглотил лимон, скороговоркой выдал. – Ты перехватил разведку нуразгов, но, к сожалению, они успели послать пустынного блыра. Теперь кагыр Адык в курсе того, что на севере есть враг…

*ляха-муха! Это что получается, если бы я не перебил чертовых кочевников, то вождь обо мне вообще не узнал бы? Вот это подстава!

– …Тебе следует узнать о его планах. Перед Тенистым Рубцом есть лишь одна стоянка, подходящая по размеру его племени – Оазис Гунни... – тараторил Актор не переставая.

– Э-э-э… Но кого я туда отправлю?! У меня, как назло нет ни одного подходящего нуразга!

Гарей выдохнул и, сверкнув безумным взором, мелко затрясся как в лихорадке. А потом воздел палец к небу. Не хватало еще только восклицания «Эврика!», для полноты картины.

– Да, ты прав, такое дело доверить некому. Вождь, чтобы принять самое разумное решение, должен сам все увидеть своими глазами. У меня тут, как раз, завалялись подходящие чары…

– Что-о-о?

Твою мать, что-то мне стало страшно за старика. Непись был похож на сбрендившего андроида...И хрен бы с ним, если бы...

В следующее мгновение костлявая рука Актора неожиданно коснулась моего лба. Меня скрутило, как если бы я попал в мясорубку, в глазах потемнело, из глотки вырвался непроизвольный стон. Каждая клеточка парнокопытного тела, кажется, решила зажить своей жизнь. То ли боль, то ли экстаз прокатился от копыт до рогов и…

Бум! В башке разорвалась настоящая бомба, стирая чувства, ощущения, мысли… чтобы запустить их вновь.

– Что ты со мной сделал, урод?! – вскричал я, еще не понимая, что произошло.

– Теперь ты сможешь выполнить задуманное, господин!

Вами принято задание «Нашествие нуразгов – 2».

Епаный придурок! Вот же гад! Драный старикан! Да я его сейчас…

Я с удивлением посмотрел на свою руку. Твою мать! Это была совершенно обычная рука! Не лапа агрбаданового демонского тела, с длинными крепкими когтями, а человеческая, разве что сильно загорелая, рука!

Я лихорадочно себя ощупал...

Да у меня же человеческое, мать его, тело! Загорелое, бородатое и грязное...

Е-мое, он что, превратил меня в нуразга?! А так вообще можно?!

Сидя в прострации, я не знал, что делать. Придушить мерзкого старикана или возблагодарить. Только вновь оказавшись в человеческом теле, я понял, насколько оно отличается от тела демона. Да, сразу захотелось поссать, зачесалось везде, где только можно, жар багрового солнца начал нещадно щипать кожу, но оно было такое родное… такое свое…

Б-р-р-р…

Я содрогнулся.

– Гарей.

– Что? – он поднял на меня все еще пылающий безуминкой взгляд.

– Ты знаешь, что ты мудак?

– Как скажешь, господин… Тебе пора…

– Что-о-о? Дай мне хотя бы…

Актор взмахнул рукой и...

13 ГЛАВА

День 11.

Поселение Дыра 5 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов 3 шт. – 1 уровень.

Загон Гончих 4 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 2 уровень.

Алтарь – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 190 единиц.

Камень – 193 единиц.

Мана Хаоса – 423 единиц.

Мана Крови – 214 единиц.

Мана Власти – 35 единиц.

Мана Ужаса – 10 единиц.

Внезапно я оказался под огромным валуном. Твою мать, это урод перенес меня одним махом, без всяких цирковых представлений… Вот я сидел на своем любимом камне, р-р-раз, и теперь здесь! Я ведь даже не отдал приказаний, не захватил с собой ору…

Только сейчас я заметил лежащую рядом аккуратную кучку одежды и вооружения. В паре метров похрюкивал нуразский хряк... а солнце стояло в зените.

В зените?!

*ляха-муха. Я что, провалялся тут всю ночь?

Похоже, что так оно и было. Положеньице, блин…

«Отбор» вновь выкинул треклятый фортель, бросив мою тушку в очередной ушат, полный дерьма. Но более всего мне взрывал мозг *паный старикан! Вот кому бы свернул шею с преогромным удовольствием...

Что в итоге? Я один, хрен знает где, с заданием узнать хрен знает что…

*ля…

Погоревав над судьбой пару минут, я понял, что счастье так не высижу. Солнце палило преизрядно. В голову пришла интересная, но несвоевременная мысль, что судя по углу расположению светила над землей, Жженая Равнина находится немного севернее экватора планеты... Если Рран – это вообще планета...

Начал я с того, что облегчился. Первое мочеиспускание в этом сраном мире принесло неимоверное облегчение.

Затем оделся. В груде выданной по квесту дребедени нашлись кожаные засаленные штаны, такой же степени загрязненности рубаха, сапоги, кушак, а покрыл все это еще более вонючий бурнус… Хотя после ароматов моего стада, одежда нуразгов вряд ли могла чем-то удивить.

Из оружия были представлены наборный костяной лук с ненатянутой тетивой, сабля, копьецо и пара кинжалов. Кроме того, под всем этим барахлом нашелся мешок, в котором лежало немного снеди, бурдюк с вонючей водой и еще какая-то мелочевка… Но главное среди этого барахла находился невзрачный булыжник весом примерно в килограмм, при взгляде на который возникло системное описание:

Возвратный камень.

Ха! В кое-то веки название – с ну очень прозрачным намеком! Сейчас он был неактивен, но держу пари на мои яйца, после выполнения задания, с помощью этой штуки можно будет свалить в Дыру в мгновение ока!

Боевой хряк с потертым седлом грозно косил глазом, но в принципе агрессии не проявлял. Я осторожно погладил по поросшему жесткой щетиной загривку, и он утробно заурчал и дробно переступил копытами. Животные всегда меня любили…

Но вот что делать – ума не приложу! Хотя…

Е мое!

Я хлопнул себя по лбу.

Баран ты, Славик, ой баран!

Быстренько вызвав личный интерфейс и раскрыв карту, я ничуть не удивился, обнаружив, что нахожусь в нескольких километрах от упомянутого Гареем Оазиса Гунни. «Туман войны» окружал одинокий, изображающий меня, крестик, подобно талой воде, что обступила загнанного на пригорок зайца. В этом царстве вражьей неизвестности, он был такой несчастный и беззащитный...

Далеко на севере виднелся шрам Рубца, с перечеркивающими его царапинами Топных Теснин, а отмотав еще дальше, можно было полюбоваться на ставшие уже такими родными предгорные равнины.

Некоторое время я колебался... Соблазн плюнуть на чертово задание и поскакать в Дыру был очень велик. Но как вернуть назад демонское обличье? (Конечно, я хочу вернуть себе людской облик, но не здесь и не сейчас! И уж точно, не такой страхолюдный!) Как отказаться от сраного квеста? Актор что-то там плел о том, чтобы «ломать правила игры». Уж не нынешнюю ли ситуацию он имел в виду?

Гм… Нет, все же я не решусь на такое. Цена может быть слишком высокой. А значит, надо брать себя в руки и идти к долбаным нуразгам.

Вздохнув, я еще раз перебрал выданное барахло. Увы, но кроме сабли и камня мне вряд ли что-нибудь понадобится. Наборный костяной лук я даже не знал как натянуть… К счастью, у меня есть еще и некоторый демонский арсенал, уверенность в котором подкреплялась свыше, чем четырьмя сотнями Маны Хаоса на борту! Да с такой горой Маны я выжгу к чертям эту клоаку!

Но, если серьезно, вся эта затея отдавала ну та-а-аким бредом, что хоть смейся, хоть плач. Оставалось лишь надеяться, что «Отбор» учитывает некую условность моих действий. Потому как, естественно, мало нахлобучить на себя грязную накидку, чтобы сойти за представителя вообще неизвестной тебе общности людей.

С такими невеселыми мыслями я выехал из-за валуна на солнцепек и взял курс на юг.

Несомненно, нуразгский хряк являлся самым отвратным средством передвижением, какое я только мог себе представить. Осел бабы Дуни, на котором я катался в детстве, по сравнению с ним – был образцом удобства и комфорта. Спина хряка немилосердно тряслась, лопатки ходили ходуном, загривок раскачивался из стороны в сторону, а моя тушка так и норовила сверзиться наземь.

Как всегда, из-за дурацкой перспективы, вид на Оазис Гунни открылся совершенно неожиданно. Вот передо мной коричневый стол необозримой равнины, а вот уже ее поверхность распалась на отдельные трещинки и ущелья. Вот только началось едва заметное понижение, а вот я уже въезжаю в широкую пологую низину, в центре которой виднелись вертикально торчащие скалы и какая-то жухлая растительность.

Честно говоря, услышав название «оазис», я представил нечто похожее на земные оазисы в пустыне: ярко-синяя водная гладь, разлапистые пальмы, кажущиеся миражем посреди бесконечных песков... Но Оазис же Гунни являл собой просто довольно большое пятно вялой травы пыльного цвета, на которой расположились две-три сотни палаток.

Твою мать… На ум пришла поговорка: «Где ж мы вас всех хоронить-то будем»… Но что-то мне подсказывало, что эти ребята вполне могут захоронить нас. Две-три сотни палаток, в каждой по два-пять человек… даже если вычесть стариков, женщин и детей… В любом случае получается что у кагара Адыка сотни воинов!

Я приостановился, озадаченно скребя затылок и раздумывая, сколько же мне понадобится войск, коли придется схлестнуться с нуразгами напрямую и всерьез... И тут же меня окрикнули.

– Стой, дщерь пустынной ящерицы!

Говоривший, в компании такого же, как и он, замотанного в бурнус бородача, расположился в тени большого валуна, мимо которого я только что проехал. Облокотившись о камень, он лениво жевал полоску вяленого мяса и поигрывал кинжалом.

Р-р-р…

*ляха-муха им не составляло труда сейчас снять меня стрелой! И в этом был бы никто не виноват, кроме великого воина Славика, что не заметит и «Боинг» у себя перед носом!

– Че надо, хрен срущего бегемота? – раздраженно ответил я, скорее разозлившись, чем испугавшись.

Нуразг завис на некоторое время, переваривая незнакомое ругательство, потом хмыкнул и, почесав бороду, вопросил:

– Продай гавака, брат. Мой совсем исхудал, пришлось зарезать, а твой, гляжу, в самой поре... Дам две руки буфиков, – выдал он, нагло щерясь, а его напарник многозначительно погладил саблю и нехорошо улыбнулся.

Бл*ха-муха, по-моему, здесь намечается примитивный гоп-стоп. Парочка ублюдков, приняв меня за лОха, внаглую, за копейки, собралась отжать мой транспорт.

– Я скорее скормлю ему твои яйца, чем продам за две руки буфиков, – процедил я сквозь зубы, вытянул из-за перевязи саблю и положил на луку седла перед собой. Чувство темной бурлящей ярости зашевелилось где-то под ложечкой и унесло ко всем чертям мысли о том, что мне, вообще-то, лучше не отсвечивать на разведзадании. Клянусь Экибастусом, желание надрать им зад, а лучше вскрыть животы, было сильнее меня. Где-то на краю сознания я вновь удивился неожиданно нахлынувшей кровожадности. Уж не происки ли это Зога?

Нуразг только хотел сказать что-то злобное, но вдруг дернулся, словно ошпаренный, потупился, как-то суетливо сплюнул и передвинулся глубже в тень, потеряв ко мне всякий интерес.

Так-то...

Вблизи лагерь выглядел еще неопрятнее, чем издалека. Он явно находился здесь уже несколько дней. У палаток высились горы мусора, несло дерьмом, мочой и немытым телом, но все запахи, конечно, забивал ацкий трахан издаваемый гаваками, которые, кажется, жили для того, чтобы пердеть. Суетящаяся толпа напоминала толкучку из 90-х. Все куда-то спешили, ругались, орали, тащили всякую хрень. Вездесущие чумазые дети носились с палками, то и дело накручивая хрякам хвосты и кидая в них камни.

Среди этого бедлама попадались застывшие изваяния Боргов. Когда они стояли недвижимо, то казались просто искусно вырезанными статуями. Но я-то уже знал, сколь страшны они в бою. Удивительно было даже не то, что аборигены умели их «сворачивать» и таскать с собой, а то, что они использовали юнитов «Отбора»! Сама возможность этого резко меняла угол зрения на происходящее на Рране.

Вскоре, я, кажется, понял, почему вообще был возможен мой вояж в тыл противника. И дело здесь было не в масонском заговоре или вывертах «Отбора». Все было много прозаичнее. Племя состояло из более чем десятка различных, зачастую друг друга на дух не переваривающих родов. То здесь, то там постоянно возникали яростные потасовки, часто переходящие в кровавые схватки. Отдельно взятый нуразг знал в основном лишь представителей своего рода. Отсюда и легкость проникновения в лагерь. Для тех ублюдков, что так топорно пытались меня гопстопнуть, я был всего лишь еще одним уродом откуда-то из Нижних Едрищей. Принцип прост: если ты выглядишь как нуразг, говоришь как нуразг, э-э-э… воняешь как нуразг и у тебя есть боевой гавак, как у всякого уважающего себя нуразга, значит – ты и есть нуразг!

Но как выполнить это чертово задание? Заявиться к местному пахану и потребовать выложить тайные планы как на духу?

Гм…

А что если примерно так и сделать? Ну… если не к самому главному, то к какому-нибудь паханчику помельче. Приставить кинжал к горлу и выпытать все, что мне нужно?.. Кстати, еще вопрос, что именно система зачтет за разведданные. Сомневаюсь, что сведения о том, сколько раз за ночь ходит под куст кагар Адык, позволят мне свалить из этой дыры в Дыру...

Присев на камень с такими мыслями, я принялся наблюдать за жизнью лагеря, пытаясь оценить реалистичность исполнения задуманного. Я явно не Хитман, да и рассчитывать на то, что мне прям таки все и выложат, по меньшей мере, глупо… но я интуитивно чувствовал, что примерно таких действий и ждет от меня «Отбор». Система, хотя и накрывала планету вязкой паутиной, все же многое заменяла условностью, подгоняя буйное разнообразие реальной жизни под упрощенную игровую схему.

Но верна ли эта догадка? Не хотелось бы в ней ошибиться. Я уже наступил одной ногой в капкан, теперь осталось схватить приманку и дать деру, надеясь, что зубья запаздают и не оттяпают ногу по самую шею...

Бр-р-р. От таких раскладов мне не по себе...

День, тем временем, клонился к закату, но лагерь по-прежнему бурлил. Туда-сюда сновали отряды охотников и воинов, женщины тащили бурдюки с водой, охапки различной травы и каких-то ободранных ящериц, подростки-пастушки табунами гнали еще не виданную мной скотинку – небольших, чуть побольше хряков, бронированных животных на восьми ногах…

– Че расселся, дщерь линялой ящерицы…

Я подпрыгнул от неожиданности от прозвучавшего над ухом окрика.

Дались им эти ящерицы…

Передо мной стояла невысокая облаченная в бесформенный балахон женщина. Ее волосы были коротко острижены и, может быть, поэтому не выглядели завшивленным колтуном, как у остальных местных дам. Карие глаза смотрели дерзко и с вызовом, симпатичное… даже можно сказать красивое личико не портили ни шрамы от когтей неведомого хищника через левую щеку, ни грязные разводы. В руках у нее был объемистый бурдюк.

– Какое тебе дело, женщина? Воин делает то, что хочет!

Кажется, я уловил местную манеру общения.

– Взял бы да помог, дщерь гнилостного двузуба! – сварливо взвизгнула она и протянула бурдюк.

Что за манера такая, мужика называть «дщерью»? – раздраженно подумал я, но бурдюк все-таки взял и потопал вслед за настырной дамочкой, а мой хряк, злобно похрюкивая, двинулся вслед. Всегда руководствовался простым правилом: когда творится что-то непонятное – плыви по течению…

В любом случаю, тащащий какую-то хрень индивид привлекает меньше внимания, чем он же поплевывающий в знойное небо. Тем более что бурдюк весил от силы пяток килограмм.

Пара минут пути, и женщина скрылась в палатке из плоховыделанных шкур, я пожал плечами и нырнул вслед за ней… И чуть было не налетел на мальца, которого женщина пинком вышвырнула из своего жилища.

– Сюда…

В палатке было темно и душно. Свет еле проникал сквозь щель «двери» и плохо подогнанные швы «стен». Обстановка состояла из немногочисленного нехитрого скарба и пары циновок.

Я бухнул булькнувший бурдюк на пол и собрался, было, покинуть сию милую обитель, но тут женщина обернулась и вдруг с силой впилась мне в губы неистовым поцелуем…

Твою мать! С перепугу я чуть было не проткнул ее кинжалом за такие выкрутасы! Это было так неожиданно, что...

О яйца Экибастуса, жадные руки зашарили под моим бурнусом, пытаясь обнаружить завязки штанов...

– Э-э-э… а твой мужчина… – я с трудом оторвал ее от себя. В полутьме, еле разгоняемой одинокими лучиками света, эта грязная нуразга, у которой не было минимум половины зубов, показалась мне Мисс Вселенной.

– Сдох, – коротко ответила она и выскользнула из своего одеяния, явив предо мной два тяжелых мягких полушария с острыми сосками.

– Тебе пора, Мгару уже хочет спать, – сказала безымянная нуразга, когда я отвалился от нее в третий раз и откинулся на грязную циновку.

– Мгару?

Нахмурившись, я завертел головой и тут же обнаружил любопытную рожицу, выглядывающую из-за полога.

Етить-колотить, и давно он за нами наблюдает?!

Быстро натянув портки, бурнус и, подхватив железки, я вывалился на улицу, где меня поджидал верный хряк.

Ну и вот что это было? Свободная родоплеменная любовь? Гм… Похоже на то. Вначале ритуал с «помощью», а потом – ответка. Хорошая развлекуха для веселой вдовушки… Такое столпотворение здоровых мужиков, должно быть, представляется одиноким женщинам настоящими райскими угодьями!

На лагерь опустилась ночь, но активность нуразгов, кажется, только возросла. В неровном свете масляных плошек, что заменяли здесь факелы, они тащили шкуры, выделанные панцири, камни, раздевались до пояса и размалевывались разлапистыми узорами…

Похоже, готовился какой-то ритуал… Я стащил плошку с краской у какого-то зазевавшегося бородача и, скинув балахон, как мог, повторил узоры на своем теле. Вряд ли они соответствовали канону, но в темноте, если не приглядываться, думаю, прокатит.

Тем временем народ потянулся к центру лагеря, туда, где у стоячих камней на утоптанной траве соорудили помост. Рядом поставили несколько гигантских панцирей, наподобие сцилохоровых, налили туда масла и разожгли большие костры. Поляну тут же залило дрожащим, трепещущим, но довольно уютным светом. Розжиг костров почему-то привел нуразгов в большое волнение. Они собрались в огромную толпу и принялись, ритмично дергая задами, восторженно кричать что-то невнятное.

Блин, давно не чувствовал себя глупее. Чтобы не выделяться, пришлось также присоединиться к беснующейся толпе. Благо за плечами был опыт двух лет рейв-вечеринок в родном деревенском захолустье.

Беснующиеся полуголые тела, пот с которых быстро размыл нелепые малевания, понеслись перед глазами неистовым ураганом. Волосатые спины, тяжелые груди, нечесаные космы – все смешалось в датском королевстве. Я даже не заметил, когда над ором и визгами взвились глухие барабаньи «ухи».

Вдруг, когда напряжение ритма уже было готово вырвать сердце, все стихло. Я остановился, тяжело дыша, и, опершись руками о колени, попытался прийти в себя. Не знаю, сколько продолжалась чертова пляска, но выдохся я изрядно. Увы, человеческое тело и рядом не стояло с демонским ни по выносливости, ни по силе.

На помост выбрался огромный на редкость страхолюдный мужик в одной набедренной повязке. Заплетенная в несколько косичек борода была выкрашена в ярко красный цвет, тяжелые космы перехвачены железным кольцом, а морда разукрашена охряными разводами.

Ну и урод. Почти как Агрбадан.

– Гахара Ганеш! – проорал он.

– Гахара Адык! – отозвалась толпа восторженным воплем.

Ага! Значит, это и есть тот самый кагар Адык, что является вождем этого стада.

Тут же подле него возникли еще люди. Все были практически обнажены и разукрашены затейливыми разводами. Последним на помост взобрался облаченный в панцирные гм… доспехи? одеяния? хрен. Они были собраны из хитиновых панцирей равнинных тварей и хитро сшиты меж собой. Был хрен весьма молод, короткострижен, а фанатичный пыл в его глазах, кажется, мог испепелить толпу в один миг. В руках он держал посох, увенчанный черепом, глазницы которого, по местной традиции, пылали багровым огнем.

Мне бросилось в глаза, с какой ненавистью на парня глядел здоровяк. Не нужно было много гадать, чтобы понять, что духовная и светская власть в этом племени не ладят.

– Гахара Ганеш! – проорал парень с посохом громовым голосом, и было притихшие нуразги вновь разразились истерическими криками, но стоило ему махнуть рукой, как толпа вмиг угомонилась. Он обвел застывших соплеменников мрачным взглядом и начал говорить.

– Владыка Ганеш ниспослал мне новое видение…

Народ заволновался, раздались крики «Что там?», «Что повелевает Владыка?» А парень, что, похоже, являлся жрецом Ганеша, все держал и держал театральную паузу, заводя толпу.

– А там… Там, братья мои – кара!

Нуразги ахнули. Мне почему-то стало неудобно, глядя на этих здоровенных бородатых мужиков, искренне вздыхающих от банальных ораторских приемов.

– Кара, за то, что медлим мы! Спим, жрем и испражняемся, в то время как наши враги пожирают сердца и мозги наших убиенных братьев!..

Это он про меня чтоль? «Пожирают мозги»? Ах, он чертов лжец!

– Кровавый восход обернет наши сердца доблестью! Повелитель вдохнет в нас свой гнев, и наши руки покарают нечисть на севере!..

А вот сейчас точно обо мне. Вот же, урод!

Толпа, тем временем, зашлась в новом припадке. Меня обожгло чистой, как слезы младенца, ненавистью. Она фонтанировала из беснующихся полуголых нуразгов, словно только открытая взболтанная бутылка Кока-Колы.

– …Мы вытащим кишки треклятых демонов, что насылают мор на наши стада! Вырежем их глаза за слабость наших детей! Обдерем их кожу за скудость наших земель!..

Что-о-о?! Как говорится: «А часовню тоже я развалил?» Эка, как его понесло. Информационная война во всей красе.

– И за дело, братья, за дело!

Жрец взмахнул рукой и костры, что в обилии горели в огромных панцирях, померкли. Нет, не погасли совсем, а именно померкли, будто кто-то убавил газ на конфорке. Народ вновь притих, а я буквально задницей ощутил присутствие чужеродной сущности. На плечи упала непереносимая тяжесть, а каждый вдох приходилось буквально отвоевывать у вмиг сгустившегося воздуха.

Ганеш обратил свой взгляд на этот клочок мироздания.

Вы ощущаете Дыхание Ганеша.

*ля!

Смрад чертового «дыхания» все давил и давил, стремясь размазать сущность Славика с планеты Земля, подобно гопнику, что растирает плевок на асфальте. Перед глазами сгустился кровавый туман, мышцы превратились в желе, а моя воля утекала сквозь пальцы, подобно крупинкам в песочных часах…

Я уже почти проклял тот час, когда послушал Зога и не выбрал себе покровителя! Спорю на что угодно, именно моя беззащитность пред божественной силой, позволяет Ганешу творить такое...

Но вдруг непереносимая тяжесть исчезла, а я, отплевываясь от вкуса крови во рту, вновь обрел способность двигаться.

В дыму, что застлал помост, едва можно было разглядеть смутные фигуры. Жрец еще немного поорал проклятия в сторону «треклятых демонов» и распустил митинг.

Народ мгновенно успокоился и начал расходиться. Дыхание Ганеша все еще покалывало кожу, а распаленный взгляд жреца, пожалуй, будет сниться еще несколько дней кряду.

Но это все лирика. Пора было приниматься за дело. Я проследил, куда направился один из подручных кагара Адыка, коего я приметил, едва увидел собравшихся на помосте нуразгов. Этот старикан выглядел предпочтительнее всего, тем более что близ него я не заметил выводка жен и детей.

План был прост, как пять пальцев. Используя магию, проникнуть в его шатер, шандарахнуть по башке, вынести из лагеря, выпытать то, что мне надо, перерезать глотку и с помощью врученного Гареем Возвратного камня, прыгнуть в мою родную Дыру.

В кое-то веки все пошло как по маслу. Старикан, в сопровождении четверки воинов, добрел до стоящего на отшибе богатого шатра, близ которого у разведенного в панцире костра сидело несколько воинов, и скрылся внутри. Охрана присоединилась к своим товарищам. Они раскатали циновки и улеглись спать, даже не выставив караул.

И в правду, от кого тут защищаться? Хе-хе…

Оставив надоедливого хряка, что не отступал от меня ни на шаг, привязанным у какой-то складской палатки, я перебежкой добрался до большого валуна в сотне метрах от шатра моей жертвы.

Вереница лун уже переползла за зенит, а это значит, что середина ночи миновала. Я жутко устал за этот длинный день, но из-за хлынувшего в кровь адреналина, кажется, был готов свернуть горы.

Шаг, другой, третий... Привыкнув к демонскому зрению, коему достаточно было и крупицы света, теперь я только и чертыхался про себя, нашаривая ногой трещины и камни.

Ну что ж, пора. Активировав Отвод Глаз и, молясь всем богам сразу, я зашагал прямо к палатке старика.

Никаких всполохов и сообщений… Будто ничего и не произошло. А сработало ли заклинание вообще?

Вот и затухший панцирь с выгоревшим маслом. Луны серебрят контуры дрыхнущих нуразгов, а я, чувствуя себя последним балбесом, крадусь мимо десятка вооруженных и умелых воинов.

Твою мать, ну и ощущеньице…

Бам!

Ы-ы-ы! Все как в дурном кино! Разглядывая спящих воинов, я сдуру задел прислоненное к камню копье, которое, громко бумкнув, упало о гранит.

О Господи!

Двое нуразгов, мгновенно подскочив, вылупились на меня во все глаза! Я замер ни жив, ни мертв, желудок обосновался где-то в районе горла, а сердце забухало, как барабаны Рамштайна.

Но воины, пару минут повглядовавшись в темноту вновь завалились спать.

Чары работают! Но, интересно, на сколько их хватит?

Немного постояв, я осторожно двинулся дальше. Отодвинул полог шатра и проник внутрь.

По счастливому стечению обстоятельств луны зависли прямо напротив входа. Тусклый свет проникал сквозь щель неплотно прикрытой «двери» и позволял разглядеть обстановку.

Обширная палатка была завалена хламом. Какие-то сундуки, сумы, горы оружия, шкур, панцирей... Настоящий рай клептомана. В центре, на невысоком матрасе, нелепо задрав тощую бороденку, возлежал обнаженный старец.

Фу. Что за дурацкая манера спать голышом?

Я приблизился к лежащему на спине старику и достал кинжал, чтобы тюкнуть его по седой башке. И только замахнувшись, увидел, что глаза старпера открыты!

– Кто ты, дщерь соленого бумбура?

Он спокойно сел на циновке и с интересом уставился на меня.

Сердце ухнуло куда-то не то что в пятки, а к ядру планеты… Как дурак я застыл с зажатым в руке кинжалом, не зная что предпринять.

Секунды растягивались в века, мысли бились в ставшей тесной черепной коробке. Что делать? Бежать? Или зарезать чертового урода? Вот прям так зарезать?

Видя мое замешательство, старикан вдруг улыбнулся, и в следующий миг… кожа струйками стекла с его лица. А вместо седого морщинистого нуразга на меня смотрел молодой жрец.

Твою мать, как он здесь оказался? Я же не отрывал от старпера взгляда!

Он, почему-то, до сих пор не позвал охрану, и я, наконец, решившись, попытался воткнуть кинжал ему в живот.

В тот же миг воздух сгустился до консистенции киселя. Я тщился протащить сквозь него кинжал, чтобы вспороть брюхо ублюдка, но он еле-еле продвигался по считанным миллиметрам, а тот, улыбаясь, смотрел на мои потуги.

А еще я вдруг ощутил чье-то присутствие. Давящее чувство одновременно здесь и нигде, тяжелый взгляд, много тяжелее зогова. Гнев и ярость, что могли раскалывать горы и жечь выжигать океаны. Сраный Ганеш вновь вознамерился стереть Славика в порошок!

– Кто ты? – повторил жрец уже своим, молодым, голосом. – Почему на тебе печать Мертвого Бога? Мой повелитель ждет ответов…

Печать? Мертвого Бога?

– Не хочешь говорить? Что ж. Со временем захочешь.

И меня поглотила тьма.

14 ГЛАВА

День 12.

Поселение Дыра 5 уровня.

Убежище - 2 уровень.

Чан - 1 уровень.

Яма Рабов 3 шт. – 1 уровень.

Загон Гончих 4 шт. – 1 уровень.

Хижина Бесов – 1 уровень

Шатер – 1 уровень.

Кузня – 2 уровень.

Алтарь – 1 уровень.

Источник – 1 уровень.

Еда – 191 единиц.

Камень – 297 единиц.

Мана Хаоса – 526 единиц.

Мана Крови – 214 единиц.

Мана Власти – 35 единиц.

Мана Ужаса – 10 единиц.

Утро встретило Сидраха робким лучиком солнца, что проложил себе дорогу сквозь занавешенный полог Шатра. Он открыл глаза и резко сел на матрасе. Ощупал себя руками и снова удивленно поцокал языком.

Уже который день подряд самгар просыпался утром и удивлялся бодрости, которая переполняла его члены. Не болели старый раны, не ныла голова, не бурчал кишечник, требующий как можно скорейшего опорожнения. Казалось, получение звания Капитана из рук демона, вернуло ему молодость… Если не внешнюю, то внутреннюю. Хотя, и в молодости он не припоминал подобного прекрасного самочувствия.

А еще сегодня у него во рту прорезались два новых зуба, взамен тех, что он потерял еще подростком в свадебной драке.

Сидрах поднялся, растер лицо руками, набросил бурнус и вышел наружу.

Поселение под странным названием Дыра, что теперь было его домом, медленно просыпалось. Из Загонов выбирались сонные Гончие, Рабы копошились на дне своих Ям, Бесы, за исключением тех, что стояли на карауле, приступали к начистке доспехов.

Обычное, уже ставшее привычным, утро. Но на душе было тревожно. Почти также, как в тот день, когда от старого Хега прибежал пацаненок и сказал, что боги (т.е. Хег) требуют его к себе.

Сидрах машинально потер висящую на шее статуэтку Гакотсы. От нее тут же разлилось приятное тепло. Богиня всегда помогала ему сделать правильный выбор.

Растолкав пинками Рабов, самгар выделил тех, кому сегодня назначено окончить свою никчемную жизнь в желудках Гончих и Бесов. Зрелище раздираемых заживо существ не было приятным, но Сидрах за долгую жизнь насмотрелся всякого и не испытывал особых моральных терзаний по этому поводу.

Он сидел у входа в свое жилище, завтракая жестким корнем букука и порослью харамыса, когда рядом возникла массивная туша Барбоссы. Устрашающий пес приблизил закованную в броню голову и, впившись багровым взглядом, вдруг наполнил его мозг водопадом смутных символов…

Сидрах замотал головой, но ментальный посыл был столь силен, что вызвал боль.

Он был полон крови и страха. Чудовищный Капитан Барбосса боялся. И отзвуки этого страха Сидрах чувствовал в своем сердце.

Пошел уже второй день, как хозяин этих мест исчез в неизведанном направлении. Вот, он только что сидел рядом с Актором на своем любимом камне, а вот его и след простыл. Такое уже было, когда он уходил «За Грань», но тогда это не заняло столь много времени, а в сердце самгара не бились тревожные барабаны.

– Я тоже тревожусь, Барбосса. Вождь еще никогда не отбывал так надолго... Но что мы можем сделать? Пути богов ведут его по своим тропам, а наши тропы сейчас сходятся здесь.

Пес коротко взрыкнул, не соглашаясь с его ответом. Кажется, ему было плевать на богов.

– Хорошо, что ты предлагаешь?

Вместо ответа, подняв тучу пыли, Барбосса ринулся куда-то к Убежищу, и уже через несколько секунд под ноги к Сидраху упала тушка Актора. Старик дрожал и в ужасе крутил головой. Самгар подумал, что, похоже, его больше напугал даже не Барбосса, а то, что он так отдалился от своей хижины. А ведь, в самом деле, он ни разу не видал его даже в шаге от нее...

Подогнув костлявые ноги, Гарей уселся в пыли, бросил тоскливый взгляд за плечо, туда, где виднелась его хижина, и сунул трубку в рот, даже не заметив, что в ней не уже осталось табака.

Сидрах встал и склонился над стариком. Справа придвинулся Барбосса, чьи горящие буркалы, кажется, готовы были прожечь Актора насквозь.

– Где он?

– Кто? – Гарей удивленно вскинул кустистые брови.

– Где Вождь, куда ты его отправил?

– Отправил? Вождя? – вновь удивился он, грызя чубук трубки.

Старик как будто искренне не понимал, чего от него хотят. Сидрах нахмурился и вопросил еще раз:

– Вчера ты говорил с ним и после этого он исчез. Куда-то ты отправил Вождя?

– Я? Вождя?

Стоящий у самгара за правым плечом Капитан Гончих глухо зарычал. От него дыхнуло такой злобой, что Сидрах невольно содрогнулся, физически ощутив волны ярости, распространяющиеся от бронированной туши. Старик же усиленно делал вид, что не понимает о чем идет речь. Сидрах и ранее замечал странности в поведении Актора, а вождь что-то говорил про то, что он «всего лишь глупый непись», но сейчас его поведение было для старого воина необъяснимо. И он вдруг рассвирепел. Схватив старика за шкирку, Сидрах встряхнул его, что было сил.

– Харман гулук тысыр! Где Вождь, сын кобской потаскухи?

Пустая трубка улетела ко всем чертям, а старик вдруг выпучил глаза и задергался в конвульсиях. От неожиданности Сидрах разжал пальцы и тот, сотрясаемый судорогами, брякнулся наземь.

– Он… – Актор закашлялся, изо рта пошла пена. Гарей будто пытался что-то сказать, но лишь кривил гримасы и пучил глаза. – Он...

– Ко мне, Бесово отродье!

Не прошло и пары мгновений, как рядом объявилась парочка копейщиков, с удивлением глазевших на распростертое тело старика.

– Оттащите его в хижину и встаньте на страже, – приказал старый воин, а сам скрылся в своем Шатре, припоминая, где лежит сбор противолихорадочного пустырника.

Заварив настой, Сидрах напоил им дрожащего в лихорадке Актора и сделал ему моховый компресс, а затем присел рядом, в задумчивости облокотившись об руку.

Полутемная хижина была почти пуста. Ни еды, ни котелка, ни плошек, ни сум, ни какого-либо иного скарба на гранитном полу видно не было. Лишь циновка, потертый кисет с табаком и трубка, что Бесы положили рядом со стариком.

С того самого дня, как самгар оказался плену у Агрбадана, он решил ничему не удивляться. Ни домам, появляющимся из ниоткуда, ни чудовищам, вылезающим из ямы с булькающей грязью, ни тому, что вроде бы живой старик похож на Ночную Куклу, что поднимал с кладбища жрец Шиг-Нгар-Ухура, Ахон. Актор имел странную связь со всем тем, что творится в этом загадочном месте. Он был похож на жреца, но богам не молился. Тем не менее, некие высшие силы явно руководили его помыслами. Как и помыслами Вождя.

Агрбадан обещал ему власть и богатство и Сидрах ему верил. Но часто, демон, коего он признал своим Повелителем, плутал впотьмах, и это беспокоило старого самгара.

Уже не раз он спрашивал у статуэтки Гакотсы, правильной ли ступает дорогой? Не зря ли, по зову старого Хега согласился присоединиться к отряду Охотников на Шашауров, несмотря на то, что годы его битв уже давно прошли? Не зря ли принял предложение присоединиться к армии чудовищного демона? Действительно ли его следы ведут на вершину мира, где сам Сидрах воссядет подле него?

И всегда Гакотса говорила: «Да».

Но сейчас Вождь пропал и в сердце старого самгара закрался страх. Что случилось с тем, кто должен вести его вершине? Та связь, что Сидрах обрел, подсказывала, что Вождь попал в беду, а рядом не было никого, кто бы мог подставить ему плечо...

«Да, я могу вызывать монстров и творить чары щелчком пальцев, но ответь, у скольких из моих подчиненных есть мозги?» – так сказал самгару Агрбадан, когда предложил встать под его руку. И кому, если не ему надобно их применить?

Неожиданно Гарей слабо шевельнулся. Сидрах хотел было поправить компресс, но тот вдруг с неожиданной силой схватил его за руку.

– …Я помню себя маленьким мальчиком, что носится по длинным улицам Ашарона… – тихо, но ясно сказал Актор. – Помню дороги Альгисты, вымощенные желтым камнем, по которым шагал я молодым юношей... Помню пиры Абигойского Университета и танцы до упада на берегу Синкилтского озера... Помню атаку тяжелой пехоты дарейцев и себя в их строю... Помню долгую жизнь... И помню смерть.

Гарей повернул покрытое испариной лицо к самгару, и в его глазах больше не было лихорадочной поволоки.

– Что я здесь делаю, Сидрах? Почему я тут, а не в могиле? Боги призвали меня на службу или кто иной?.. Демарент, Вершитель судеб...

– Демарент мертв, как и остальные боги Ррана, старик. Мертв уже много лет...

– Ошибаешься... Он не мертв, все много хуже... Теперь он собачка на побегушках... вот у нее...

Костлявый палец Актора ткнул в грудь самгара, туда, где под бурнусом висела фигурка Гакотсы.

– Впрочем... я, наверное, тоже...

Сидрах нахмурился и аккуратно снял руку Гарея со своей. Актор бредил, но в бреду хотя бы был похож на человека, а не на Ночную Куклу.

– Скажи, куда ты отослал Вождя, старик. И можешь блуждать во тьме своего разума, сколь пожелаешь.

Некоторое время тот лежал, пялясь в потолок вновь ставшим бессмысленным взглядом, но когда самгар, не дождавшись ответа, уже выходил из хижины, вдруг четко и ясно произнес.

– Он в Оазисе Гунни. Найди его и приведи ко мне. Нам нужно поговорить.

И тут же пред удивленным взором самгара возникли отрывистые, словно рубленные топором, буквы шахарского алфавита, коим когда-то в детстве Сидраха обучил заезжий торговец.

Медленно, по слогам он разобрал написанное. Но понять смысл был не в силах.

Вы присоединены к системе «Отбор» младшим Независимым Оператором 1-го уровня. Обратитесь к вашему Координатору для обновления прав доступа.

Надпись мигнула и сменилась на другую. И в отличие от первой смысл этой был вполне понятен.

Вы получили задание «Спасение Вождя».

На утоптанной площадке перед Убежищем собралось все население Дыры. Огромные туши Гончих заполонили ее всю, отдельно, группкой, встали вырядившиеся в сверкающие на солнце вороненые латы Бесы. Явился даже Кузнец – странное закованное в броню существо, от которого Сидрах до сих пор не слышал ни звука. У его ног присел Вугр, а к стенке своей юрты тяжело дыша, привалился Гарей.

Самгар обвел взглядом собравшихся. Ну и компания здесь собралась…

– Я не умею говорить речей, – сказал он хрипло. – Мы все нутром чувствуем, что наш Вождь попал в передрягу, из которой сам не выберется. Я хочу ему помочь. Но один не справлюсь. Пойдете ли вы за мной к нему на помощь?

Бессловесные твари, коих он еще несколько дней назад не отличил бы от Шашауров, запереминались с ноги на ногу. Хотя, в принципе, Сидраха волновало только одно мнение – Капитана Барбоссы, что полулежал в окружении своих приближенных, и чей взгляд не оставлял сомнений, что он получит помощь. Но по какой-то причине самгар был уверен, что для успеха его предприятия он должен заручиться поддержкой всех подчиненных Вождя. Эта странная общность страхолюдных чудовищ была единым целым. А теперь и он сам тоже был одним из них...

Но, как оказалось, не все были согласны с этим фактом.

Вперед вышел Кузнец.

– Я чувствую, что ты с нами, человек, но ты не один из нас, – сказал он высоким тоненьким голоском. – Вождь приблизил тебя к себе, но так ли ты верен ему? Один из вас, людей, – он указал закованным в латную перчатку перстом на Гарея, – уже загнал его в капкан. Мы все чувствуем это...

Кузнец обвел рукой собравшихся и вновь пытливо взглянул на Сидраха. Лица его видно не было, лишь в прорези глухого шлема виднелся тяжелый взгляд желтых глаз. Он молчал и ждал ответа на невысказанный вопрос. А могут ли они ему доверять?

Самгар взглянул на Барбоссу, но Капитан Гончих тоже смотрел на Сидраха с тем же вопросом. Должно быть, ранее в его голову не приходила мысль о том, что Гарей и Сидрах отличаются от истинных жителей Дыры.

– И в моем сердце страх за Вождя, Кузнец, – ответил самгар. – Что ты хочешь в доказательство этого?

– Твоей крови, – хрипло выдохнул тот, и в его голосе звучала бесконечная жажда.

Несколько мгновений Сидрах молчал. Молчали и окружающие его чудовища. А потом он просто кивнул.

Кузнец издал хлюп, будто облизнувшись, и вдруг, отщелкнув застежки, снял шлем, явив лысую, покрытую коричневыми чешуйками, змеиную голову. Чешуйки сходились к переносице, превращаясь в роговоую броню. Впалые щеки были покрыты прорванной кое-где шипами кожей, в прорези безгубого ротового отверстия виднелись мелкие острые зубы. Раскосые глаза грязно-желтого цвета смотрели безразлично и отрешенно, но самгар всем естеством чувствовал жажду Кузнеца.

Отвратительное существо подошло к нему и протянуло перевернутый шлем.

Не медля, самгар вытянул над ним руку и полоснул по вене кинжалом. Густая темная кровь тоненькой струйкой полилась в подставленную тару.

– Еще... – шептал Кузнец. – Еще... еще...

Кажется, все население Дыры затаило дыхание, следя за карминовой струйкой.

– Хватит, – сказал самгар, когда почувствовал, что слабеет. Быстро оторвал от бурнуса полосу ткани и перебинтовал руку.

А Кузнец, с хлюпом облизнувшись змеиным языком, припал к краю шлема и сделал пару глотков. Тут же раздался перестук костей. Рядом с Кузнецом возникла огромная туша Барбоссы. Высунув язык, пес дождался, когда Кузнец прольет на него кровь, сглотнул и с наслаждением заурчал.

Бесы устроили короткую схватку за право отведать его крови. Наконец, из свалки вырвался один из них, на взгляд Сидраха, ничем не отличающийся от остальных и отхлебнул свою долю. Последним шлем взял Вугр. Там оставались сущие капли, и тот тщательно вылизал его изнутри.

А затем вся эта братия синхронно посмотрела на него и Сидрах вновь увидел перед собой буквы:

Вы получили 2 уровень Независимого Оператора.

Вы получили временный статус Генерала.

Для подтверждения прав обратитесь к вашему Координатору.

Это было странное чувство: повелевать такой мощью. Два десятка темных вымазанных грязью из Чана фигур, длинной цепочкой неслись на юг. Огромные Гончие, с посаженными на загривки Бесами, с легкостью перепрыгивали через трещины и валуны, не утруждая себя искать обходные пути, их глаза горели багровой яростью и обещанием мук врагам.

Самгар, вцепившись в края броневых щитков, прижался к спине Барбоссы, наслаждаясь скоростью и ветром в лицо. Изредка он сверялся с картой, что теперь по его зову возникала перед глазами. Она почти вся была залита черным туманом, показывая лишь небольшой исследованный участок близ Дыры, и тонкую кишку разведданных территорий вдоль Рубца. На севере схематично были отрисованы горы, а на юге виднелось маленькое свободное от тумана пятнышко в районе Оазиса Гунни. Интересно, что на этой карте не было знакомых Сидраху с детства родных областей. Он догадался, что она отображала лишь известные его повелителю земли.

Багровый шар солнца уже коснулся горизонта. Тени от валунов вытянулись в длинные узкие кинжалы, исполосив равнину частым гребнем, а голову Сидраха вновь посетили мысли о своем бытие.

Почему он тогда преклонил пред Вождем колено? Может, из-за того, что старый Хег послал его и других охотников за Шашаурами на верную смерть? Или потому, что он захотел еще испытать приключений на старости лет? Или, может, потому что Гакотса указала такой путь? В племени его давно никто не ждал, одинокая хижина на берегу озера – все, что ему оставалось созерцать до конца дней. Дороги же Вождя шли на вершину, к славе, к власти, к богатству... и самгар всерьез намеревался усесться на ней рядом с ним. Почему бы и нет? Разве многим выпадает такой шанс на старости лет? Пожалуй что, зерна, посеянные Агрбаданом, упали в благодатную почву.

Сидрах ухмылялся, пересматривая карту и время от времени удивленно сжимая кулак. Рана на руке уже подернулась новой розовой кожей, несмотря на то, что была нанесена всего несколько часов назад.

15 ГЛАВА

А-а-а…

Боль вновь затопила сознание, вышвырнув из него робкие лоскутки иных мыслей. Она волной прокатилась по телу, растапливая нервные окончания и погружая меня в огненную купель.

Эти уроды явно слыхом не слыхивали о Женевской конвенции.

Рыжебородый нуразг отнял раскаленный прут от моих пяток и уровень боли понизился с «пиз*ец какая нереальная» до просто «нереальной». Плавая в кровавом тумане, я с трудом различал лица находящихся в палатке людей. Вот пятно уродливой морды кагара Адыка, это пятно – рожа долбанного жреца Ганеша, а это – еще какого-то ублюдка…

– …Итак, ты говоришь, что вас, сынов некоего Дутура, почти два десятка? – голос жреца пробился сквозь боль и зудящей мухой засел где-то около виска.

Я кивнул, не понимая зачем спрашивать одно и тоже дюжину раз и делать из меня зажаренного на вертеле хряка… У меня и в мыслях не было что-либо утаивать уже после первого прикосновения раскаленного прута к телу. Средневековые пытки, это, знаете ли, не то, что может перенести обычный среднестатистический российский парень.

Кажется, время застыло, сгустившись в этой палатке до консистенции вечности. Рыжебородый лысый хрен, что был за палача, раз за разом с жадной улыбкой утапливал прут в том, что еще недавно было моими пятками… Я орал, призывая то Господа, то Экибастуса, а жрец все спрашивал и спрашивал… Лишь Адык, усевшись на подстилку, молча попивал чай.

Остатки моего естества бултыхались где-то на дне желудка, сознание давно превратилось в сгусток воющей боли. Я прыгал собаченкой, в желании угодить жрецу Ганеша, вываливая все, что когда-либо знал: от схемы построек Дыры, до перечня баб сержанта Дятлова.

Вдруг все закончилось. Сквозь шум в ушах я различил небрежное: «Пока хватит, уже поздно». Затем тени промелькнули мимо моего затуманенного взора и исчезли, а я, подвывая, попытался свернуться комочком, но кандалы, стягивающие за спиной руки и ноги, не позволяли даже этого. Сраные железки были явно наделены какой-то магией, потому как, сколько я не пытался запустить в моих мучителей Огненным Кулаком – все было тщетно. Даже интерфейс появлялся с каким-то запозданием и отображался с помехами.

Я не помню, сколько лежал растекшейся лужицей боли и тихонько постанывал. Я стонал бы громче, если бы не стражник, коему надоели эти звуки и который огрел меня копьем по башке.

То, что происходило, не укладывалось в голове. Я ругал Агрбадана, ругал треклятого Гарея, ругал самого себя, что сунул голову в петлю, сбрасывая идиотизм задания на пресловутую «игровую условность»…

Не знаю, чем таким приложил меня треклятый жрец, что я отрубился в мгновение ока. А когда открыл глаза, было уже светло, а я валялся в позе ласточки на жарком граните в чертовой палатке. Клянусь Экибастусом, это был самый долгий день в моей жизни... Рыжебородый лысюк, со жрецом на пару, словно заботливые квочки просидели со мной целый день, и так и сяк развлекая различным пыточным арсеналом. Изредка, чтобы послушать мои словоизлияния, к ним присоединялся Адык.

Дайте только выбраться отсюда, займусь изучением магии всерьез. Логично, если система «Отбора» давала более мощную магию, чем наличествовала у местных. Но уже второй раз я попадаю в ситуацию, когда все мои чары пасуют перед волшбой аборигенов. Так было За Гранью, так было и в лагере нуразгов. Ублюдки применили какой-то блокиратор, что не позволяет мне кастовать мои чары.

О Господи, помоги мне забыть эти океаны боли и запах моих жженых пяток...

Вдруг снаружи послышались голоса. Кто-то негромко и невнятно что-то приказал и ему ответили.

Полог палатки откинулся, и в проеме, в неровном свете горящего в масляной плошке огонька, показалась огромная фигура. Кагару Адыку пришлось согнуться почти вдвое, чтобы пройти внутрь. Остатки моего «я» заметались и заскулили, предвидя новый раунд пыток, но вождь был один, без жреца и рыжебородого палача.

Он сел на корточки около моей тушки и спросил:

– Мне плевать из другого ли ты мира или все врешь… но мне не плевать на мой народ.

Интересное начало...

Я попытался отстраниться от непрекращающейся ноющей боли в ступнях и вспомнить, что именно я успел рассказать. Гм… Я лепетал весь день и выложил, кажется, все, что вообще знал, вплоть до таблицы умножения.

– Ты сказал, что думаешь, что это жрецы направляют наши помыслы.

– Т-так сказал самгар…

– Самгары все вруны.

– Н-но разве не по в-велению жреца… ты п-повел свой н-народ в поход?.. – едва шевеля губами, высказал я неожиданную догадку.

Адык потемнел лицом, глаза налились кровью. Я подумал, что сейчас он перережет мне глотку… Но в то же время понял, что не ошибся.

Кагар с минуту громко сопел и сжимал кулаки, но все-таки взял себя в руки.

– Зачем им это? Жрецам.

– Возможно… взамен они получают… силу...

Адык некоторое время задумчиво глядел в стену палатки. Его некрасивое с крупными чертами лицо, не выражало ничего, но не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что за думы сейчас терзают вождя нуразгов. Действительно, не каждый день узнаешь, что тобой вертят как куклой... С другой стороны, жрец явно не опасался того, что кагар об этом узнает. Почему?

– Мой отец, передавая мне шудр Власти, сказал… Что когда ему минуло лишь пятнадцать лет, на земли Илоизи пришел великий Хлад. Равнину запорошило белым песком, а стада диких гаваков ушли на юг. Жрецы Харарейна, сына Ыыка, что указывали нам путь многие годы, вдруг рассыпались пеплом, как и идолы, что нуразги воздвигли в его славу. И тогда Морх, из рода Кулуха, коий лишь год, как обмочил подол своей жены, провозгласил себя жрецом Великого Ганеша. Он отрезал и сжег груди жен тех воинов, что не признали власти Нового Бога. А потом оскопил и умертвил их самих. А затем приказал отцу идти на юг вслед за гаваками в земли хазгов и гиркыкоков. Три года и три дня длились битвы с ними, пока мы не вырезали самых наглых и не подчинили самых умных…

Адык на миг прервался…

– А теперь сын Морха – Ашылык именем Ганеша повелел мне вести племя на север. И тут появляешься ты… Он сказал схватить тебя, так как Владыка учуял скверну в твоем теле, хотя на вид ты не отличаешься от других моих поданных… И он был прав. А потом ты говоришь, что он проводник чужой воли... И это не воля Ганеша... Можно ли верить вражьему лазутчику, что рассказывает небылицы?.. Не знаю…

Кагар все бубнил и бубнил… Я быстро понял, что он говорит скорее с собой, чем со мной… Здоровяку можно было бы посочувствовать… Если бы он не глазел весь день на то, как мне жгут пятки!

Наконец Адык ушел. Я так и не понял, чего он хотел и вновь погрузился в беспокойную дрему. Нужно было что-то делать, но бесконечная усталость от боли и ужаса бросила меня в нее, как в темный омут.

Сон был великолепен. Про то, как я лежу на граните, а рядом со мной вдруг начинает маячить суровая рожа Сидраха. Она что-то бормочет, но я отмахиваюсь... Уж больно сладко просто лежать…

– Вождь, вставай, надо уходить отсюда… – никак не угомонится Сидрах, продолжая трясти меня за плечи…

Вдруг сквозь дрему пробивается мощная волна боли. Я хотел было вскрикнуть, но вонючая рука самгара с силой заткнула мне рот, а еще через секунду он сунул мне под нос какой-то корень с едким запахом…

Б-р-р!

В мгновение ока башка очистилась от тумана, и я с ужасом и радостью воззрился на едва различимого во тьме Сидраха.

Тот убедился, что я пришел в себя и прошептал:

– Сейчас начнется, мы должны быть готовы. Ты сможешь идти, Вождь?

Я взглядом указал самгару на изуродованные ступни и потряс стянутыми сзади руками, а тот, нахмурившись, вдруг закрыл глаза и изобразил серьезнейшее сосредоточение.

И практически в ту же секунду издалека донесся протяжный вой… Затем к нему присоединился еще один и еще…

– Ты не один, ты привел Гончих? – в восторге прошептал я, с трудом отпихнув грязную ладонь ото рта.

Сидрах кивнул и продолжил изображать «Мыслителя» Родена.

– Да, сейчас начнется… Я вызвал Барбоссу, он заберет нас отсюда.

– Вызвал?

Не успел Сидрах ответить, как за стенами палатки начался сущий кавардак. Крики ярости и боли, вспышки света, топот бегущих ног. Самгар рванулся к выходу и осторожно выглянул наружу. Судя по довольной улыбке, наблюдаемое его полностью удовлетворило.

Он продолжал наблюдать, а я все пытался объять необъятное. Это что получается, мои подчиненные сами организовались прийти ко мне на выручку?! Такое разве возможно?! Ну, самгар ладно, но остальные же просто юниты и неписи! Или то постарался Гарей? Или Зог? Или… Черт подери, любая догадка звучала правдоподобнее.

Наконец самгар, не отрывая взгляда от происходящего снаружи, поманил меня рукой.

Постанывая, я подполз к нему и тут же, откинув полог, в проеме показалась опаленная морда Барбоссы. Багровый взгляд дышал яростью и гневом, на броне дымилась какая-то гадость, но Капитан Гончих не обращал на нее никакого внимания.

Пес нашел взглядом меня, кандалы, изуродованные ноги и, кажется, всерьез вознамерился перебить все племя нуразгов разом. А затем, распахнув пасть, вдруг бросился ко мне…

Твою мать! Я увидел, как его резцы взгорели багровым пламенем, словно раскаленная сталь… и на всякий случай приготовился умереть…

Но Капитан Гончих лишь цапнул по цепи кандалов. Звякнув, она распалась почерневшими звеньями.

– Быстрее! Барбосса говорит, что нас уже теснят!

Я коротко кивнул и самгар, не без кряхтенья подняв мою тушку, вытащил ее из палатки и взгромоздил на загривок Капитана.

Ешкин кот!

Я удивленно воззрился на зарево пожара на другой стороне стоянки. Чему там гореть то?

В колышущихся языках пламени виднелась толпа нуразгов, но собачек нигде не было видно. Стоянку постепенно заволакивало сизым дымом, сквозь который просвечивали огненные всполохи. Эта кучистая масса казалась живым организмом, злобным и страшным. Оттуда слышались то яростные крики, то вопли ужаса.

Сидрах, хекнув, подтянулся и тоже залез на загривок Барбоссы. Только тут я заметил своих охранников, распластанными кляксами застывшими на граните возле палатки-темницы. Тела споро обшаривали приземистые фигурки Бесов-пращников.

Вдруг где-то поблизости раздались крики, и прямо перед носом моего Капитана вспух огненный цветок. Я вскинулся от неожиданности и хотел было приказать какую-нибудь благоглупость, но пес сам знал что делать. Огромная туша сорвалась с места, но не вперед, как ожидал наш невидимый противник, а куда-то в сторону. Длинный прыжок закончился прямо среди группки полуобнаженный воинов, о чем-то оживленно спорящих.

Бац! Бац! Удары лап разметали самых смелых и глупых, а потом у меня заложило уши, когда Барбосса применил парализующий рев…

Твою мать… От вибрации, что пронизала зашитую броней спину пса, мозги полезли сквозь глаза... Нуразгов же сдуло, будто осенним ветром. Покатившиеся фигурки разбросало кого куда. Парочка влетела в плошку с горящим маслом, да так и вспыхнула как факелы.

Удовлетворенный эффектом, Барбосса понесся прочь из лагеря огромными прыжками.

В запале, я что-то прокричал оставшимся позади ублюдкам, но вдруг рядом бумкнуло, громыхнуло, самгар выругался, помянув сиськи Гакотсы, и я отключился.

ИНТЕРЛЮДИЯ 3

Дневной зной, наконец, уступил место душному сумраку. О, чресла Ганеша, как это гребанное тело плохо переносит жару! Стоило температуре подняться чуть выше его температуры, как бледно-розовую кожу начинало неимоверно жечь, а из каждой поры принималась сочиться влага, будто его подобно тряпке выжимал неведомый мучитель.

Но сейчас, после захода солнца, вот-вот должен был задуть приятный ветерок.

Агр шел не торопясь, пытаясь выудить из зубов кусочек застрявшей кожи. Длинный ноготь на мизинце и так и сяк проскальзывал меж резцов, но все никак не мог зацепить надоедливый лоскут. Сегодня Агр не утерпел и вышел на охоту раньше обычного. Желудок примитивного организма не мог справиться с потребностями демонской сути и требовал еще и еще.

Вот и дорога, по которой ездят странные кареты. Люди вообще существа странные. Столько всего напридумывали, но остались столь примитивны физиологически. Хотя, для мира почти лишенного магии, быть может, это и логично… Агр пока не собирался вникать в местные дела, время Познавать и Понимать еще не наступило. Мысли его блуждали далеко от этих мест.

Демон выбрался из леска, пересек дорогу и двинулся к недалеким строениям, скребущим небо. К группе этих зданий, в одном из которых он проживал, вплотную подступал большой парк – идеальное место охоты. Правда, в последние дни парк наполнился взволнованными деловыми людьми. Они подъезжали на светящих синими и красными огнями аппаратах, и, суетясь, прочесывали рощу. Уж не из-за его ли трапез поднялся этот переполох?

Вот и переулок. Он протянулся вдоль длинного дома и оканчивался аркой. По ночам здесь всегда было темно. Источник света, что ранее его освещал, был разбит и болтался на длинном шнуре, поскрипывая под порывами ветра.

Агр неторопливо зашагал по каменной дороге, как вдруг в конце переулка появилось несколько теней.

– Эй, дохляк, сиги есть?

Демон в удивлении приподнял бровь.

– *лядь, а если найду?

Как много незнакомых слов. Агр остановился. Тени приблизились и оказались молодыми человеческими особями, слегка разогретыми алкоголем.

– Ты что, урод, немой?

Агр осклабился, и еще раз попробовал выковырять надоедливый кусочек. Слава Дутуру! Получилось!

Один из подошедших, очень широкоплечий, с короткой бородкой, с силой толкнул его в стену.

А вот это уже злило. Агр терпеть не мог прикосновения Низших. Даже когда он брал ту девицу, что сегодня закончила свой путь в его желудке, он испытывал отвращение. Чего уж говорить о прикосновении какого-то вонючего ублюдка.

Все произошло довольно быстро. Демонская сущность мгновенно затопила мозг примитивного тела адским жаром. Секреты и железы сошли с ума, вбрасывая в кровь что ни попадя… Едва только бородатый открыл рот, чтобы сказать еще какую-то глупость, Агр вырвал ему челюсть.

Остальные так и стояли, в ошеломлении наблюдая, как он, выбросив кость с длинным оторвавшимся от шеи лоскутом кожи, скользнул к следующей жертве и без замаха вонзил ей кулак в живот.

Пару мгновений Агр пытался нащупать среди внутренностей позвоночник, затем, наконец, нащупав, дернул и человек сломанной куклой сложился пополам.

Только тут остальные, издав крики ужаса, бросились прочь. Агр не стал их преследовать. Сегодня он был уже сыт. Кровь вновь запятнала всю одежду, и это начинало беспокоить. В жилище, что он занимал, чистой было не столько уж и много.

Демон миновал еще пару больших строений, стараясь не попадаться на глаза встречным, и свернул к своему дому.

Темный подъезд, каменная лестница, что взбесила его с первых же дней...

Первое время он вообще безвылазно торчал в жилище того бедолаги, что пришлось отправить в свое тело на Рране. Мир, где он оказался, был густо населен, здесь была сложная социальная жизнь и шляться просто так, не зная ее правил, было опасно. Но голод выгнал его на охоту. Вечерами он выбирался в ближайший лесок, где подкарауливал одиноких прохожих, насыщался, а трупы сжигал заклинанием. Через некоторое время, когда неудовлетворенная похоть стала действовать на мозг, к процессу питания добавился и еще один процесс.

Вот и его пристанище. Протяжно скрипнула металлическая дверь. Без рабыни-приборщицы, жилище выглядело так себе. Кости, грязная окровавленная одежда, мусор, ветошь… От бардака Высший Демон злился, но заставить себя прибраться просто не мог.

Агр закрыл дверь и вдруг насторожился. Что-то было не так. В уже привычном энергетическом фоне этого места произошли неуловимые изменения. Мало кто заметил бы слабую смену направления потоков, но Агр был Высшим Демоном, пусть и в столь нелепой оболочке.

Какое-то время он стоял не двигаясь, пытаясь понять в чем дело… А уже через мгновение события понеслись вскачь.

Позади хлопнул воздух и на двери соткались какие-то заградительные чары, а на стене, прямо рядом с ним, рваной раной с треском разошлось пространство и из него полезло что-то большое и опасное.

Больше Агр не медлил. Похоже, его нашли и здесь, а значит, теперь не было смысла скрывать свое естество и силы.

Едва он ослабил узду, демонская сущность хлынула в это примитивное тело, выжигая нервные центры и выпаривая кровь. Мощь, все последние дни тщательно скрываемая за внутренней перегородкой, кипящим паром брызнула в эфир.

Агр взревел и левой рукой, кожа которой уже успела трансформироваться в роговую броню, ударил прямо по тому хрену, что лез через портал. Демон почувствовал, как лопаются магические преграды и щиты, несколькими слоями окутывавшие тело атакующего, и как сминаются его внутренности.

Хлоп! Портал закрылся, едва не откусив ему руку. Но на соседней стене уже вспухал рубец следующего. Нужно было убираться отсюда. Если ход назад был закрыт, то оставался один путь к спасению – окна!

Демон зарычал и рванулся вперед. Коридор, комната, окна… О сиськи Гакотсы!

В комнате его уже поджидали. Три фигуры в сполохах голубого огня зависли среди куч мусора. Сквозь многослойные щиты сложно было разглядеть лица, да они его и не слишком интересовали. Его преследователи могли нанять абсолютно любых воинов со всего региона Сар.

Агр зарычал и вызвал Сияющий. Огненный клинок возник в правой руке, а левая, меж тем, уже полностью преобразилась в длинную клешню, по острым граням которой то и дело пробегали сверкающие искорки. Пусть он считается и слабейшим из сыновей Дутура, силы даже слабейшего Высшего Демона – огромны!

Пауза не затянулась надолго. Одна из фигур выпростала конечность, и в сторону демона хлынул поток пламени. В тот же миг из стены полезла еще одна массивная туша. В маленькой комнатке стало совсем тесно.

События принимали дурной оборот. Агру нужно было время, чтобы сменить нелепое человечье тело на привычную демонскую форму и вскрыть замаскированные резервуары силы. Тогда его противникам ой как не поздоровится. Но они, разумеется, не собирались ему его давать.

Демон увернулся от потока пламени и со всей доступной ему быстротой рванулся к висящим силуэтам. Он рассчитывал быстро расправиться с ними и сигануть в одно из окон, но и они оказались не лыком шиты. Нападающие вдруг отключили левитацию и буквально по стенке ушли с линии атаки, активировав энергетические мечи.

Уже через мгновение в тесной комнатушке завязалась лютая рубка. Плюясь искрами, Агр отмахивался от трех клинков, пытаясь в уме сформировать каркас Гугановой Давильни – чрезвычайно мощного заклятия, коим можно было разнести половину этого дома. Но, то ли рядом был ментат, то ли ментальный артефакт – давящее на мозг чувство постоянно сбивало концентрацию.

Из коридора показалась огромная черная туша. Киндан! Черт подери, они наняли киндана! Лоснящаяся шкура только на первый взгляд выглядела шкурой, на самом деле это была толстая гибкая броня. Вытянутую морду лишь с огромной натяжкой можно было назвать лицом: под массивными надбровными дугами прятались маленькие глазки, горящие яростным багровым огнем, тяжелая нижняя челюсть оканчивалась щегольски подбритой бородкой. Кинданы дорого брали за свои услуги и к тому же соглашались далеко не на все заказы, исходя из одним им ведомым соображений. Конечно, одному киндану Высший Демон, в своей настоящей ипостаси, был не по зубам, но здесь, в этом теле, в этом треклятом мире…

Киндан с трудом протиснулся из коридора и сразу заполонил собой треть комнатки.

Перестроение клеток началось от левой руки и постепенно поднималось выше. Броня уже покрылась всю конечность и начала распространяться по груди. Демонская сущность нагло ломала все физические законы этого мира, приводя тело в гармонию с естеством. Но медленно, чертовски медленно!

О Боги, помогите ему пережить этот день!

Скрытые за щитами фигуры расступились, и киндан с неимоверной для человеческого глаза скоростью впечатал Агра в стену. Дом вздрогнул, посыпалась каменная пыль, демон взревел от боли и безысходности и попытался воткнуть клешню прямо в пасть черной твари, но киндан, словно и не замечая потуг Агра, просто обломил ее у локтя. Вторая же рука с растущим из нее пламенным клинком оказалась тоже жестко прижата к стене.

Рыча от напряжения, Высший все-таки обратил пламя на конечность киндана. Но тот лишь осклабился, дыхнув жутким смрадом из пасти. Его черную шкуру прикрывало множество многослойных щитов.

– Я думал… Это будет сложнее… – хрипло сказал он и схватил Агра за обе руки, распиная на стене.

Высший заорал от боли и гнева, в тщетной попытке найти выход из сложившейся ситуации...

Но его не было.

Киндан захохотал, упиваясь властью над столь могущественной сущностью, и одним резким движением оторвал Агру руки.

Боль полыхнула темным океаном, захлестывая разум Сына Дутура, выбивая из него все мысли, кроме звериной тяги к жизни. Но даже у Высших есть границы выживаемости.

Киндан пнул упавшее тело, наклонился, и, выпустив когти, разодрал живот Демона по самый позвоночник. Еще удар и еще…

Агр оставался в сознании, но каждое прикосновение наполненных ядовитой силой когтей, оставляли рваные раны на самой его сущности. Физические повреждения были не столь опасны, как эти раны на его демонском естестве.

Он чувствовал, как жизнь утекает сквозь пальцы. Разум отказывался принимать происходящее. Где и когда он сделал ошибку, что сейчас оказался на этом заваленном костями его жертв полу, истекаю кровью и эфиром? Все казалось таким логичным…

Но нелогичным был конец Сына Дутура.

Киндан отошел от скрючившегося куска мяса, что еще недавно было вместилищем Высшего Демона. Одна из затянутых щитами фигур сделала жест рукой, и он скрылся в коридоре, отступив через пространственную щель туда, откуда явился. Двое других силуэтов ушли вслед за ним.

Остался лишь один. Он достал длинный кинжал, по трехгранному лезвию которого проносились черные звездочки. Агр узнал его. Упийца Душ. Очень редкий артефакт, существующий в известной ойкумене всего в нескольких экземплярах. Созданный именно для того, чтобы испивать души Высших.

Кровавая пелена уже застилала как взор, так и разум, близость могучего артефакта лишала его демонскую сущность сил, вытягивая их на изнанку миров. Агр понял, почему ушли все остальные. После его смерти по местному эфиру прокатится настоящая буря.

– Мурр…

Убийца встрепенулся, разворачивая боевые заклинания… Но это было всего лишь мелкое местное животное, что Агр поначалу частично съел, а потом оживил ради забавы. Кажется, оно называлось «кот».

Кот, аккуратно ступая, пробрался меж обгоревшей мебели и еще тлеющих головешек. Похоже, все время сражения он просидел в странной маленькой комнатке, где из труб брызгала вода. Горящие зеленым огнем глаза с любопытством осмотрели поле битвы: умирающего демона и склонившегося над ним убийцу. Затем он безразлично фыркнул и пошел дальше по своим делам.

Убийца перехватил Упийцу Душ двумя руками и вскрыл черепную коробку поверженного.

Это было последнее, что увидел Высший Демон, сын Властителя Грозди Великого Дутура, Агрбадан.