В шкуре демона. Орды Хаоса

ПРОЛОГ

– Непобедимы?! Во вселенной нет тех ублюдков, которых не сможет победить честная сталь и добрая магия! Ха-ха!

Великий Джо Карноя с размаху бросил под ноги опустошенный рог, выхватил из-за пояса топор и угрожающе потряс им в сторону расположившегося меж двух похожих на обломанные рога скал Гнезда.

– Красномордый говноед! Клянусь сиськами Гакотсы, я подвешу сраного выкормыша Дутура за яйца и самолично отрежу его хрен, зажарю и скормлю гавакам! Помяните мое слово!

Великий Джо смачно сплюнул и вновь потряс топором, а толпившиеся позади соломенноволосые воины ответили дружным ревом.

А внизу, под выступом, на котором стоял Великий Джо и его приближенные, кипела жестокая битва. Холодное северное солнце отражалось от тысяч боевых топоров, играло на панцирях ужасных тварей и заглядывало в остекленелые глаза павших. Стянутые со всего Карноя Кланы выставили всех, кто может держать оружие, лишь бы уничтожить расположившуюся в снежных горах язву. Не бывало еще в истории этого края такого единения и такой ярости. Облаченные в шкуры воины не щадя себя бросались на все более истончающийся строй Бесов. Он гнулся, изгибался и медленно отходил, огрызаясь внезапными броска закованных в черный латы «Тыса» элитных гвардейцев. Позади толпились грязно-белые туши Псов Ужаса и совсем небольшое количество Рыцарей Хаоса. Все, что осталось от еще недавно могучей армии.

Убадан, Ураган Анзага, Меч Удлорда, Копье Ухаза, Сын Повелителя Грозди Великого Дутура, обуянный мрачными думами стоял на балконе расположившегося на широком скальном выступе Убежище. Глухая ярость клокотала в том, что заменяла Детям Дутура душу.

Смертные! Его победили смертные! И не просто смертные, а жалкие варвары из заснеженной задницы мира!

Впрочем… как ни горько это было сознавать, он сам сунул голову в пасть Дракону Времени.

«Где наш братец с боевым молотом вместо мозгов?» – вдруг вспомнился Убадану ехидный голос Ахар-Бадабана. Демон-маг не уставал подначивать не блещущего мозговой активностью братца, вызывая в нем все новые приступы неконтролируемой ярости.

Чувствуя, как внутри вновь разгорается всепожирающий гнев, Убадан поспешно выбросил воспоминания из головы. Сейчас было не до них. Из тыла карнойцев выдвигалась большая группа сидящих на обросших шерстью гаваках воинов. Впереди скакал огромный седовласый мужик с оскаленным черепом какого-то северного зверя на длинной палке. Клан Морозного Клыка, за которым виднелись и остальные Восходные Кланы. Воины выглядели запыхавшимися, а их гаваки были сплошь увешаны сосульками. Они проделали большой путь от самой западной оконечности Льдистого полуострова, но все-таки успели на Зов Великого Джо.

Убадан грязно выругался.

– Жужа! – рявкнул он.

– Да, Хозя-а-аин! – тут же откликнулся тонкий голосок Прилипалы откуда-то из района его копыт.

– Передай приказ Ахногу перебросить 2-й легион на правый фланг!

Последний резерв. Полсотни Рыцарей Хаоса…

О, Ганеш, как так получилось?

Он знал, как.

Безграничное презрение к смертным и переоценка собственных сил сыграли с ним злую шутку. Еще неделю назад полчища демонских отродьев рвались к Костяному Трону – ставке Великого Джо на побережье Моря Джунглей. Казалось, сопротивление местных племен сломлено, еще чуть-чуть, еще одно сражение и остатки соломенноголовых разбегутся кто куда, спасая свои шкуры…

Кто бы мог подумать, что целая череда неудачных для северян сражений – всего лишь хитрых ход, чтобы оторвать его войска от баз, растянуть коммуникации и заманить его армии в смертельную ловушку под стенами Костяного Трона?! А разбитые, казалось бы, северяне хитрым маневром зайдут к нему в тыл, где объединятся со свежими силами отдаленных Кланов и разобьют наголову его войска?

О, Чресла Ганеша! Его просто обвели вокруг пальца! Пренебрежение разведкой (по его сведениям Восходные Кланы нынче должны были всеми силами сражаться с племенами удуров), хитрые ложные маневры карнойцев, недостаток сил…

И вот результат. Смертные под стенами Ублара!

– Хар-ра! – рев карнойцев взвился буйным ураганом, он грозил сбить солнце на землю.

То Восходные Кланы карнойцев пошли в атаку на потрепанные шеренги его Бесов.

Р-р-р!

О, как хотел бы врубиться в их ряды, кромсая и разрывая податливые человечьи тела! Но… есть время для битвы, и есть время для дум. Ох, если бы только он занялся этим полезным делом раньше!

Рыча от бессильной ярости, Убадан схватился за перила балкона, моля богов вернуть ему силу Высшего Демона! Пары щелков пальцев хватило бы, чтобы Призвать к его ногам его Гвардию, ужасающих Демонов Угольного Мешка! Полудюжины хватило бы, чтобы оставить от жалких смертных лишь обугленные головешки!

О, Хаос, о, Ганеш! Судьба и Рок сыграли с ним злую шутку – неужели он падет от рук смертных червей в этой дыре?!

Убадан с неистовой силой сжал каменные перила, и они вдруг с громким хлопком обратились в пыль. Демон едва не вывалился наружу, на забитый Рабами двор крепости.

Масса воинов Восходных Кланов тем временем продавали остатки Бесов, смяла тонкую цепочку Рыцарей Хаоса 2-го легиона и, словно буйный прилив, хлынула к стенам крепости. О, Великая Троица, неужели это конец?!

– Повелитель…

Убадан в мгновение развернулся, одновременно с этим зажигая Огненные Когти. Четыре пылающие смертоносным багровым огнем клинка уперлись в облаченную в оборванную накидку тщедушную тушку. Тушка взвизгнула, попробовал отстраниться, но уперлась в стену.

– П-повелитель… п-прошу…

Убадан не сразу понял кто перед ним. Сквозь ярость и отчаяние, что затопили мозг и опустили на глаза кровавую пелену, он с трудом различил Ученого – грязного коротышку, которого выкупил у «Отбора» почти месяц назад. С тех пор Высший видел его от силы пару раз, все его помыслы поглощало завоевание окружающих земель. Коротышка под смешным для уроженца Грозди именем Карл этому процессу помочь никак не мог, лишь нес, подобно Слепым Гарпиям, всякую космогонические философствования о Путях Хаоса и Зверях Азаха. Когда же грязный коротышка предложил воспользоваться силой Неочищенного Хаоса, Убадан наградил его увесистым пинком под зад и наказал больше не появляться на глаза. Как и любой Высший он прекрасно знал чем опасен Неочищенный Хаос и как легко потерять себя при контакте с ним. Да, Силу он мог дать большую, но она была слишком опасна. Лишь великие маги, типа Ахар-Бадабана или Белого Грифа рисковали черпать из него энергию.

- П-прошу в-выслушай меня, о, П-повелитель…

Клокочущая внутри Убадана ярость вдруг вырвалась на свободу. Чтобы не взорваться, самому безбашенному Сыну Дутура просто позарез требовалось размозжить кому-нибудь голову. И маленький Ученый оказался не в том месте и не в то время. Убадан с рыком схватил его за шкирку и уже отвел руку с пылающими Когтями, чтобы покончить с презренным говноедом одним ударом… но что-то заставило прислушаться к лепетанию презренного существа.

– П-повелитель, п-прошу, п-позволь мне сказать! С-спасение! Хаос даст тебе спасение!

– О чем ты?!

Убадан встряхнул коротышку так, что у него клацнули зубы. На лысом черепе Ученого выступил кровавый пот. Сморщенная мордашка от страха стала походить на крысиную, разодранный когтями демона балахон сполз, обнажая покрытые прыщами жирные телеса.

– Хаос, Повелитель! Он даст тебе силы! Прими эманации Чистого Хаоса! Впусти в себя Его! И он вознаградит! Он дарует тебе такую мощь, коей ты еще никогда не испытывал! Ты разотрешь врагов в порошок, ты…

Поначалу тихий голос Ученого быстро обернулся истерическими подвываниями.

Хаос… Стихия, что породила Великого Дутура, Начало, коему посвящены все Его Дети. Но… есть Хаос, и есть Хаос. Он не однороден. Коснуться Неочищенного Хаоса, или как назвал его Ученый – Чистого Хаоса, впустить его в себя… еще недавно Убадан посмеялся бы над тем глупцом, кто решится на такое, но сейчас…

Демон бросил тоскливый взгляд вниз. Карнойцы наступали по всему фронту, добивая остатки его легионов. От меховых накидок и соломенноволосых голов рябило в глазах. Великий Джо сделал то, чего не удавалось уже столетия – объединил Ледяные Кланы и привел под стены его крепости почти пять тысяч воинов.

– Время уходит, Повелитель… Решай! Решай же! Во имя Хаоса! Во имя победы!..

Демон медленно повернулся к Ученому и, слегка подбросив его, перехватил, крепко сжав горло. Раздражающие завывания прекратились, а Сын Дутура вдруг ощутил Дыхание Хаоса. Оно опалило его лицо разъедающим, словно кислота, ветром и забилось рядом, словно гигантское сердце. Едкие гнилостные эманации распространились по балкону, разъедая саму материю этого мира.

– Решай же… – прохрипел Ученый.

Сердце Хаоса. Точка Доступа.

– заплясали перед взором демона кровавые буквы.

Раздался негромкий влажный хруст, и голова Ученого бессильно свисла на бок. Убадан удивленно посмотрел на обвисшую тушку в руке. Рассматривая Сердце, он и не заметил, что сжал горло Карла слишком сильно.

Брезгливо поморщившись, Демон сбросил трупик с балкона и шагнул к Сердцу. Оно словно почуяло его желание, забилось сильнее и проступило в реальный мир грязно-зеленоватым свечением. Как завороженный Высший протянул руку, не решаясь коснуться того, что навеки изменит само его естество.

Точка Доступа запрашивает применение Изменения.

Принять Изменение? Да/Нет?

– Хар-ра! – громогласный крик карнойцев, казалось, раскалывает небеса. Он звучал совсем близко. Откуда-то из-под самых стен Ублара.

И Демон решительно погрузил руку в Сердце Хаоса.

Изменение активировано.

Вам доступно 1000 единиц Маны Чистого Хаоса.

Спустя тысячелетия Убадан медленно поднял руку на уровень глаз. Она Изменилась. Он сам Изменился. Его тело ощущалось чужим, а внутри скворчал и шипел искрами яда чудовищный пожар

Он повернул ладонь тыльной стороной, рассматривая то, что сталось с его еще недавно огненно-красной кожей. Сейчас вся она была покрыта небольшими шевелящимися отростками. Словно шерсть она покрывала ее всю и колебалась волнами, живя своей жизнью.

Убадан повел плечами и обнаружил два покрытых слизью щупальца, вырастающих прямо из лопаток. Еще недавно он бы содрогнулся от омерзения, но сейчас лишь отметил их длину и острые концы, которыми так удобно резать на мелкие кусочки его врагов.

Но более всего Изменений было внутри него.

Хаос клокотал в его нутре, в очищающем яде сгорели сомненья. Теперь Убадан ясно видел свой Путь. О, каким он был глупцом, отвергая эманации Чистого Хаоса! Ведь он мог окунуться в них еще тысячи лет назад! Не прозябать под отцовской пятой, а самолично властвовать над Гроздью квящей славе Хаоса!

Но об этом позже.

Смертные уже штурмовали стены его твердыни. Но теперь их коричневая масса не внушала страха. Теперь все они лишь питательная среда для поглотившей его Силы!

Убадан вскинул щупальца. Внезапно удлинившись в несколько раз, они со свистом рассекли воздух и впились в темный камень стены. Мгновение, демон воспарил над полем боя, завис и рухнул на стену, придавив парочку Бесов.

Чудовищный жар в груди требовал выходы. Кислотная клоака кипела, пуская полные миазмов Хаоса пузыри. Они лопались с протяжным «чмоком», заливая мысли Убадана одним желанием – Обращать и Изменять!

Повинуясь инстинкту, он схватил замершего в ужасе Беса.

Обратить боевого юнита 2-го уровня Беса-Воина в Отросток Хаоса?

Да/Нет?

Убадан вдруг запрокинул покрытую слизистыми отростками голову и расхохотался прямо в холодное северное солнце.

Конечно, «да»!

Демон почувствовал, как сквозь него прошел разряд энергии, ломая и сминая его клетки и сращивая их вновь.

Израсходовано 5 единиц Маны Чистого Хаоса.

Отросток Хаоса присягнул вашей структуре.

Накопленная энтропия Хаоса 1/10000.

Бес жутко заверещал в его руке, а потом быстро начал меняться. Сквозь глаза бедолаги проросли сочащиеся слизью отростки, латы из панциря Дохура раскололись, словно ореховая скорлупа, уступая все более разрастающейся плоти. Ошметки кожи сползли с Беса, как жухлая кожура. Его тело потеряло гуманоидные очертания, быстро трансформируясь во что-то четырехногое со множеством сочащихся гнилью щупалец.

Но Хаос внутри демона был доволен. Одобрительно рыкнул и Убадан. Отросток был вчетверо крупнее исходного Беса. Размахнувшись, Убадан бросил его в гущу толяпящихся у стены северян. А затем прыгнул вниз и сам. Он разорвал двух северных воинов, прежде чем додумался использовать новое Умение на одном из них.

Обратить независимого юнита Мужчина Карноя 3-го уровня в Отросток Хаоса?

О, Хаос-Прародитель! Убадан снова залился булькающим смехом!

Отступившие, было, бесстрашные воины Карноя, грянули слитным «Хар-ра!» и вновь бросились на демона. Увы, они даже не подозревали, что послужат просто пищей для явившегося на Рран Истинного Хаоса.

ГЛАВА 1

День 74.

– Еще не один смертный не раздражал меня так настырно и так часто. Ответь мне, Славик с Земли, ты так желаешь поскорее переместиться на иные планы существования? Если ты рассчитываешь таким образом скрыться от моего гнева, спешу тебя огорчить. Я достану тебя и там.

Как ни странно, угрожающая речь слегка недомертвого бога не произвела на меня особого впечатления. Я потупил взгляд и неприличным жестом почесал зад. Почему-то одна из царапин, полученная в схватке с Ахар-Бадабаном никак не желала зарастать мясом, кровоточила и жутко зудела.

– Слава Творителям, у тебя хватило мозгов не пытаться уйти по Тропам за Гранью! – злобно прошипел тощий бог и сплюнул облачком пыли.

Твою мать. Откуда он узнал?!

– А ты, может, перестанешь считать меня пешкой и прекратишь попытки договаривать с моими врагами за моей спиной? – не поднимая глаз, пробурчал я, словно нашкодивший школьник.

Зог фыркнул, а потом вдруг все мое нутро заволокло ледяной тьмой. Кажется, на несколько секунд я забыл, что во вселенной есть отличная от холода глубокого космоса температура.

– Я считаю тебя тем, кто ты есть!

Некоторое время Зог всматривался в меня своими темными буркалами, а потом, когда я уже почти попрощался с этим светом, отпустил и отвернулся к спящей внизу Дыре.

– Хотя, может ты и прав.

Чта?! Я не ослышался?

– Надо признаться, ты доказал, что кое-чего стоишь. Возможно, гм… и в самом деле на тебя стоит сделать ставку, – медленно растягивая слова сказал он глухо.

– А не пошел бы ты?!

Остатки ледяной тьмы все еще витали по моему нутру. Я прошкандыбал на негнущихся ногах к сложенному из Камней креслу на балконе и, пошарив, за ним, вытащил бурдюк с кумысовкой. Глотнул.

Ну и дерьмо…

Но стало полегче.

Я взглянул на тощую фигуру Зога и вдруг понял, насколько он истощен. Тутанхамон после открытия гробнице и то выглядел живее.

Захотелось даже поддержать его, что ли, утешить… Не каждый день пытаешься свергнуть нескольких богов с вершины мироздания. Впрочем, я до сих пор не уверен, что Зог собирается Троицу свергнуть.

– Что ж, – он обернулся ко мне и я понял, что вновь прошел по краю. – Не думаю, что я забыл твои выкрутасы, – злобно оскалился он, – но по сравнению с настоящими проблемами, они не стоят того, чтобы долго о них разговаривать…

«Пока что не стоят» – мысленно закончил я за него фразу.

Нет, ну он решительно решил сегодня просмотреть во мне дыру. Долго выдерживать взгляд Ледяного я не мог.

– Ну и что там за проблемы? – попытался перевести тему разговора. – Я думал, внимание Великой Троицы не станет для тебя неожиданностью…

– Ты правильно думал, – хмыкнул он. – Ганеш и компания – меньшая из наших проблем…

Наших?

– …Один из твоих родственников додумал впустить в пределы Ррана Изначальный Хаос.

– Ах, Изначальный Хаос… – озабоченно покивал головой я, будто бы мне это о чем-то говорило.

Твою мать. А оно ведь говорило! Уж не о Неочищенном Хаосе идет речь? Кто-то решил воспользоваться услугами Ученого?

– Вот именно!

– Неужели это настолько серьезно?

Он вдруг устало вздохнул.

– Более чем. Здесь мы, дорогой Славик имеем дело с классической «закладкой» в программе. Твой брат Убадан не просто коснулся Изначального Хаоса. Он, о, Яма Дуропа, прыгнул в это дерьмо с разбегу и погрузился по самый рога! Хотя… учитывая, что мозгов у него всегда было меньше, даже чем у Дребадана, возможно, что он и сам не понял куда вляпался…

Бл*ха муха. Что-то меня от всех этих «Хаосов» начало тошнить.

– И… гм… Чем это э-э-э… нам грозит?

Зог открыл, было, рот, чтобы, я уверен, подробно рассказать о вдруг обрушившихся на нас проблемах (сарказм), но вдруг просто напросто исчез с легким хлопком воздуха!

У-у-у! Вот казлина!

Я погрозил неожиданно сдристнувшему божеству кулаком и смачно сплюнул за перила.

Ну что ж. После встречи с Зогом я все еще жив, а это уже немало.

Вообще, у меня сложилось впечатление, что мысли полудохлого божества крутились где-то далеко. То ли у границ мира, где он отражал атаки Великой Троицы, то ли у хлебнувшего Неочищенного Хаоса братца…

«Если конечно, обо всем этом он мне не врал» – мрачно подумал я. С этого урода станется…

Я вновь посмотрел на спящую Дыру. В лунном свете она выглядела так умиротворенно… и не скажешь, что куда ни плюнь, попадешь в клыкасто-когтистую тварь.

Что ж, Славик. Ты выиграл раунд. Можно пожать самому себе руку и… двигаться дальше. Ибо, промедление в нашем нелегком дутуро-сыновьем деле смерти подобно.

Все последние дни после схватки с Ахар-Бадабаном я, сбивая копыта, носился по закоулкам своей державы, пытаясь объять необъятное. Да, завоевание структуры демона-мага из двух крепостей открывало новые, доселе невиданные горизонты! (В тайне я надеялся, что даже сумел вырваться вперед в этой чертовой гонке). Но оно же и несло проблемы. Не такие, как у Зога, но тоже немалые. Ибо, по сути, на всю огромную, простирающуюся от отрогов Салашьих Гор на севере, до Рубца на юге, от Думадра на западе, до Селастра на востоке, на все эти колоссальные пространства у меня было менее трех тысяч воинов!

На самом деле, контроль этих территорий был очень условным. Крохотные гарнизоны в ключевых точках были даже не каплей в море. В бескрайних лесах на севере и бесконечной пустыне на юге могли легко скрываться многотысячные армии, и я узнаю о них лишь тогда, когда они осадят оду из моих крепостей.

Кстати, о Селастре, памятуя о Суржарике, на этот раз я не стал откладывать визит в свои новые владения и почти сразу после схваткой с чертовым бычком портанулся в Аур.

Крепость Ахар-Бадабана находилась в предгорьях Салашьих гор, небольшого горного хребта в трехстах километрах севернее Меензина. В отличие от хаотичной застройки Дыры, Аур был похож на настоящий римский военный лагерь. Прямые улицы, выстроенные четкими рядами Хижины Бесов и Загоны Гончих, везде чистота, подтянутые караулы… просто мечта перфекциониста, ха! Едва наша шобла (а взял с собой я ни много ни мало весь «Черный» легион и оперативно пополненный Рыцарями Хаоса «Галил») вывалилась из арки портала, на площади возник очень полный человечек в дурацко смотревшейся широкополой соломенной шляпе. Низко поклонился.

– Повелитель…

Человечек оказался Управляющим крепости и носил пафосное имя: Гоноций.

Бывший непись дрожал, как осиновый лист и, пока делал отчет, сбился, наверное, раз двадцать. Другими словами: ссался не по-децки.

Воинов в крепости было не очень много, приписанный же к крепости Генерал, под наименованием Гуш сейчас находился в шестидесяти километрах северо-восточнее, в городке под названием Суг в долине Анадры, которую тут называли Удункой – можно сказать центре всей этой местности. Территория контроля Ахар-Бадабана, по сути, ограничивалась ее долиной – от всхолмья Сандеи до северных отрогов Салашьих гор, плюс бывшие владения безвременно почившего Бабадана – окрестностей озера Асат. В долине Анадры жило множество негуманоидных племен в той или иной степени родственных кобам: менгиры, кашалиты, далийцы, народ умбр (Рыцари Ордена всех скопом называли аржантами). Формально они признали руку Ахар-Бадабана (а значит, и мою), но на деле, ни одна проводка караванов на юг не обходилась без стычек, благо теперь, имея портал близ Меензина мне эти пресловутые «корованы» водить было не надо.

Разместив в Ауре гарнизон из сотни Бесов «Черного» легиона, я портанулся в Селастр.

И застыл в легком афиге.

Эта крепость сильно отличалась от всех до сих пор виденных Гнезд Сынов Дутура. Вместо каменных стен вздымались широкие, словно сплетенные из виноградных побегов деревья-великаны, на углах неровного шестиугольника, вырастающих в увенчанные кронами башни. Внутренние постройки также все были выполнены будто из живого древа. Настоящая эльфийская твердыня, ха!

Правда, населен Селаст был, конечно же, существами далекими от остроухих красавцев.

– Господин! Господин явился! – взвился над лесной тишью тоненький голосок.

И тут же из узких улочек полезло местное отвратномордое население.

Для разнообразия взятие под контроль обоих крепостей Ахар-Бадабана обошлось без приключений.

Но вот дальше я впал в глубокую задумчивость.

Огромные территории помноженные на малочисленность войск вытекали в стратегический п*здец. Впрочем, были и хорошие новости. Сеть порталов позволяла мне практически мгновенно перебрасывать бойцов на тысячи километров. Особенно ценен был портал в Абразовом Логу, благодаря которому я оказался избавлен от необходимости тянуть бесконечные караваны через Горную Тропу. Что касается войск, то после долгих колебаний, я все-таки решился на новое полномасштабное переформирование. Оставлять бывшие войска Ахар-Бадабана в тех же формациях было слишком опасно. Как я уже убедился, верность мне, даже среди изначально моих юнитов, была далеко не стопроцентной. Поэтому я перебросил из учебного легиона «Гахаган-1» сотню Бесов, добавил к ним сотню новобранцев из расквартированного в бывшей крепости Дребадана нового «Пятого» легиона и изъял из «Славы Дутура» полсотни ветеранов. Эти воины стали основой трех новых легионов: «Меензин», «Аур» и «Селастр». Взамен изъятых я пополнил «Славу Дутура» и «Пятый» ахарбадабановскими Бесами. Четыре с половиной сотни Скоржей же (вместе с остатками моих) превратились в еще два легиона «Скорж-1» и «Скорж-2». Полноценными соединениями их было назвать сложно, никакого правильного строя Скоржи держать были совершенно не в состоянии. Но для маневренной войны в лесах Аганворда подходили как нельзя лучше. Тоже самое провернул и с Псами Хаоса, распределив их по эскадронов моих бобиков и сформировав еще три: «Желтый», «Фиолетовый» и «Белый». Ну и наконец, из Рыцарей Хаоса сформировал тяжелый пехотный полк – «Ахар-Бадабан», отдав должное убиенному почти мной братцу… (Да-да-да! Меня до сих пор мучала совесть! По всему выходило, что чертов жирный демон-маг для разнообразия был со мной честен!) Ну и Отродья Хаоса. Этих чудовищных юнитов я, честно говоря, пока не знал, как использовать. Скорее всего, как и отряд Абрыка, они станут узконаправленным инструментом.

В итоге к 74-му дню пребывания на Рране я обладал следующими войсками:

Легионы:

«Слава Дутура» (Капитан Быр),

«Черный» (Капитан Фингал),

«Лукари» (Капитан Зумар),

«Гахаган-1» (Капитан Урыг),

«Пятый» (Капитан Ахур),

«Меензин» (Капитан Хышаг),

«Аур» (Капитан Неранай),

«Селастр» (Капитан Шазам),

«Скорж-1» (Капитан Бухарг),

«Скорж-2» (Капитан Илыг).

Эскадроны:

«Красный» (Капитан Кремень),

«Синий» (Капитан Базальт),

«Зеленый» (Капитан Клык),

«Серый» (Капитан Гранит),

«Желтый» (Капитан Мрамор),

«Белый» (Капитан Оскал),

«Фиолетовый» (Капитан Жало),

«Галил» (Капитан Гарруд).

Пехотный полк «Ахар-Бадабан».

Отряд Абрыка.

Отряд Отродий Хаоса.

Численность легионов колебалась в пределах 200-250 воинов, а эскадронов 40-50 собачек.

К этому следовало прибавить довольно представительные контингенты вассальных народностей и наемников. И кроме нуразгов с подчиненными им народами, у меня теперь было почти две сотни наемников меерала (и не только), и еще несколько подчиненных Ахар-Бадабаном племен. Увы, но самгаров среди них не было. После устроенной Сидраху экзекуции, все их представители технично срулили и растворились в бескрайних лесах (вот гандоны!).

Но что радовало меня даже больше увеличения количества воинов, так это приобретение целой когорты разумных! Часть из них, типа Гасаурия и его товарищей была напрямую встроена в Структуру «Отбора», а часть принесли вассальную присягу. Вот только использовать их следовало с величайшей осторожностью. Недаром командирами новых легионов я назначил старые проверенные кадры: Капитанов Шазама и Хышага, что истомились в своих Заставах по реальной войне! И лишь «Ауром» я поставил командовать сотоварища Гассаурия карнойца Нераная. Добрый десяток Капитанов Ахар-Бадабана я распределил на сержантские позиции. Со временем, конечно, рассчитывая привлечь их к командованию.

Дав себе ночь на отдых, в который так нагло вмешался мой недомертвый сюзерен, поутру я энергично взялся за дело.

Ведь Орден сам собой не завоюется! Он и так получил неприлично длительную передышку из-за наших с Ахар-Бадабаном разборок. И этот фронт для меня был первоочередным. Пока не будет взята столица Ордена Вочарка, говорить о том, что это могучее государство повержено, было нельзя.

Диспозиция накануне нового наступления выглядела следующим образом:

Скрипя сердцем, мне пришлось выделить солидные контингенты для удержания территорий: в Дыре квартировался учебный легион «Гахаган-1» и «Синий» эскадрон, в Гахагане – «Пятый» (он служил оперативным резервом для быстрой переброски на угрожающее направление), на гарнизоны Аура и Селастра я, скрипя сердцем, пожертвовал «Силой Дутура», моим лучшим легионом. Но именно поэтому он и располагался в этих новообретенных крепостях. Ему в поддержку был выделен «Белый» эскадрон.

Кроме того пришлось «пожертвовать» легионом «Лукари» – сотню воинов которого я раскидал по деревням Ордена вдоль Анадры, а сотню разместил в Меензине, там же находился и «Зеленый» эскадрон с отрядом наемников Асгеста.

Еще представительные контингенты войск находились в Суге и еще нескольких деревнях по течению Анадры, по мелочи – в Топной и Северной заставах и Усадьбах.

Основную же ударную силу против Ордена составляли новые легионы: «Меензин», «Аур», «Селастр», «Черный» (он полностью состоял из ветеранов, выгодно выделяясь на фоне новосформированных частей выучкой), «Скорж-1», «Скорж-2»; «Красный», «Фиолетовый» эскадроны и пехотный полк «Ахар-Бадабан». В Меензине, в резерве, но не в гарнизоне находились эскадроны «Желтый» и «Галил». При армии находились и нуразги и присягнувшие мне отряды меерала и других наемников (поначалу я собирался перебросить их на границы своих владений, но потом, поразмыслив, решил, что лучше держать их поближе к себе). Еще один небольшой отряд из сотни нуразгов и «Серого» эскадрона все также действовал в отрогах Черных Гор.

Не менее важным было распределение моих Генералов и других высших администраторов.

Во-первых, так как Гахаган вместо ключевого перевалочного звена превратился в настоящую задницу моей империи, Гарей, как управленец, стал явно для него избыточен. Зато мне был просто позарез необходим грамотный администратор в Меензине! Который сможет не только обеспечить снабжение войск, но и будет налаживать вообще всю административную деятельность в завоеванной стране, пока я шастую по лесам и весям. Налоги, законодательство, общение с главами цехов и гильдий и прочее, прочее, прочее – все это отныне будет лежать на обтянутых дорогим шелковым халатом плечах Гарея Вонючего, ха! Соответственно в Гахаган отправился один из новоприобретенных Генералов – Урвалг – заметно подросший Бес с неестественно умными глазками. Задач у него будет достаточно немного и накосячить с ними будет сложно: заготовка панцирей для брони, заготовка жратвы, постепенное исследование Жареной Равнины.

Выздоровевший Зухар отправился на север. Он сменит ахарбадабановского генерала Гуша, что при моем братце отвечал за коммуникации по долине Анадры. У него была важная задача: подготовить из вассальных племен новую армию, которая через пару недель понадобится под стенами Шайдарда – орденской крепости в слиянии рек Андан и Анадры, что контролировала всю северо-восточную часть Ордена. Наступая на юг, войска Ахар-Бадабана обошли ее стороной. Штрумовать прямо сейчас мне ее не было никакого резона, но нужно было хотя бы блокировать, чтобы связать те орденские силы, что до сих пор там оставались. И для этого армия из ненавидящих Орден аржантов подходила на все сто!

Барбоссу же и Гассаурия я оставлял при себе.

Таким образом, я сосредоточил для нового наступления чудовищную по местным меркам силу: более двух тысяч воинов!!!

А план был прост. Взять Вочарку. Захват столицы ознаменует собой окончательный разгром Ордена, после чего весь север страны от долины реки Тланты до Шайдарда упадет ко мне в руки, как переспелый плод!

Утром 75-го дня моего пребывания на Рране объединенная армия двинулась по Пригорному тракту на север.

ГЛАВА 2

День 75.

– Чертовы ублюдки! Чтобы их всех сожрал Ледяной!

Фьють, фьють…

Из недалекого леса выпорхнула новая порция серооперенных стрел, вновь накрыв одну из центурий Бесов легиона «Аур». На раскисшую от утреннего дождя дорогу повалилось три пронзенных в горло тушки.

– Меткие багукаки, – мрачно сказал командир легиона Капитан Неранай.

Карноец ловким движением сверзился с гавака и, крикнув «Багуш с братвой! За мной!», прикрываясь щитом, рванул в лес.

Мое настроение тоже было далеко не радостным. Мы не проходили и пару километров, чтобы не напороться на очередную засаду. Не помогали ни усиленная разведка, ни время от времени кастуемый Взор Ахара. Вернее, он, конечно, помогал, но не мог же я сливать на него Ману Хаоса каждые полчаса?!

Чертовы леса.

Как назло, стоило армии выдвинуться в поход, зарядили противные моросящие дожди. Никогда не видевшие подобного чуда нуразги радовались льющейся с неба воде, словно дети. Но ровно до того момента, пока дорога не превратилась в грязевую реку. Удивительно, как меерала сохраняли при такой погоде в сухости тетивы луков.

– Зуш! Возьми полсотни Скоржей и обойди ублюдков со стороны леса, – приказал я важно подбоченившемуся на гаваке Бесу, которого на днях возвел в чин Капитана и выдал ему легион «Скорж-2». Выбор оказался так себе. Складывалось ощущение, что «Отбор» забыл подключить ветерану «Черного легиона» новый модуль с мозгами. Но я не сдавался и раз за разом грузил Зуша различными поручениями, в ожидании, что Бес все-таки поумнеет.

Постреляв, меерала скрылись в лесной чаще. Добычей Бесов Гассаурия стали только рваный колчан и треснутый щит.

К вечеру, продвинувшись на полтора десятка километров, встали лагерем. Нуразги и наемники разбили палатки и вскоре на дымящих непривычно ароматным дымом кострах (в пустыни кочевники привыкли готовить еду на гавачьих кизяках) уже шкворчало варево.

Ночь слегка сбила душную хмарь.

Пока Бесы Фыра ставили шатер, я неторопливо прогулялся по лагерю. Каждая «славааграбадану» и согнутая в поклоне спина приятно толкала грудь прохладной волной. Пару раз ко мне пытались сунуться Капитаны для решения каких-то вопросов, но я корчил злобный рожи, и они отваливали. Заниматься делами совершенно не хотелось. Нервы теребило какое-то мрачное предчувствие… и оно же толкнуло меня за пределы лагеря.

Лунный свет едва пробивался сквозь густые кроны. Копыта утопали в мягкой подстилке, которая обволакивала их, словно размягченный воск. Я давно уже отучился бояться темноты и теней. Но сейчас…

– Это становится традицией, – негромко сказал я, обращаясь к сгустившимся под могучим деревом теням.

– На твоем месте я не стал бы так опрометчиво ступать в темноту. В нашем мире есть Тьма, что опасная даже для тебя, о Сын Дутура, – прошипел Шиказах.

Мне показалось, что он улыбнулся.

– Зачем пожаловал? – довольно невежливо перебил я божество. – Твой хозяин говорил со мной пару дней назад.

– Идти наперекор его планам – не очень умно…

– Это я уже слышал. Если он послал тебя прочитать очередную порцию нотаций про «пешки в большой игре», то я лучше пойду спать.

– Изначальный Хаос проник в наш мир, о, Сын Дутура. Просочился сквозь трещину мироздания или… через неплотно притворенную дверь. Разъедающий саму пространственно-временную субстанцию яд коснулся одного из твоих собратьев… и был принят им. По недомыслию ли или по замыслу сейчас неважно. Ибо в опасности все мы. А ты особенно.

От слов древнего божества у меня пошли мурашки по костяной броне.

– Почему это?

– Догадайся сам, - несколько сварливо ответил Шикозах. – Зараза будет распространяться, пока ее не остановят.

– И ты предлагаешь заняться этим мне?! А то у меня других дел нету! Может, твой хозяин соблаговолит…

– Не соблаговолит! – отрезал Шикозах. Впервые за наше знакомство, я услышал в его голосе гнев. – Хватит вести себя, как взбалмошный ребенок и обижаться на Хозяина за его игры! Никто не будет утирать тебе сопли!

Ах вот как ты заговорил, сукин сын!

Гнев огненной вспышкой вспух в животе и, растекшись по венам, заставил зажечь Огненные Когти. Голова словно окунулась в бадью с мутной жижей, тьма окрасилась в багровые тона.

Шиказах молча ждал. Прошла минута, другая… и волна отступила.

Черт подери! Сраная демонячья ярость чуть было не поссорила меня с одним из немногочисленных союзников!

– Извини… – мрачно буркнул я. – Гормоны…

– Тем более, Хозяин не может собственноручно разбираться с одним из Детей Дутура, продолжил Шиказах, словно ничего и не произошло.

– Не может или не хочет?

– Это почти одно и тоже.

Размышляя, я посмотрел на пылающие рыжим пламенем Огненные Когти. В задумчивости повел туда-сюда и, сплюнув, погасил, проворчав:

– Когда нужно он без сомнения и промедления преступает правила «Отбора».

– Но не в этом случае. Последствия такого вмешательства… не прогнозируемы…

«Не прогнозируемы», ха! Мысль о том, что на Рране можно делать какие-то прогнозы, казалась абсурдной!

– …Поэтому готовься. У тебя есть все шансы стать тем счастливчиком, коий первым из соискателей Трона Грозди столкнется с Убаданом. Вчера его войска осадили Костяной Трон.

– Костяной Трон? Где это, черт подери?!

– В Карное.

Я мысленно вызвал карту интерфейса. Карной, благодаря рассказам Гассаурия сотоварищи, на ней был. В самом верхнем северо-западном углу, на восточной оконечности Закатного материка. Правда, ни четких очертаний береговой линии, ни рельефа сквозь Туман Войны видно не было. Как не было видно и Костяного Трона, чем бы он, твою мать, не являлся!

Беспокоило другое. От Вочарки до Карноя было менее тысячи километров. Правда, не сказать, что эту тысячу километров так уж легко было преодолеть. Море Джунглей, целая гроздь прибрежных городов-государств, северные земли Ордена… Да и вообще, ублюдок мог пойти и в другую сторону... но что-то мне подсказывало, что Судьба не подарит мне подобный подарок.

Твою мать!

Что ж так не везет!

– Убадан, значит, – мрачно выдохнул я.

– Вернее… тот, кто был Убаданом.

Звучит не лучше.

– Но в грядущих событиях, для тебя есть и плюсы.

– Плюсы? Какие, нахрен, тут могут быть плюсы? Мало мне проблем было…

– Пока мой новый Господин занят… и не слишком за тобой следит… ты можешь обрести силы, наличию которых у тебя… он был бы не слишком рад…

Чта?!

– Но об этом после. Прощай.

День 76.

Чертов ублюдок. Ничем не лучше остальных!

Короткий сон совершенно не добавил сил. Поднялся я злой и уставший. Раздражение тут же почувствовали на себе (вернее, на своих задах) запоздавший с подношением блюда с зажаренным Рабом Фыр и один из его подчиненных.

Проследив взглядом за плавной траекторией полета Фыра, я сплюнул и приказал как можно скорее сворачивать лагерь. Под утро нас опять обстреляли надоедливые меерала.

Да, Шиказах нагнал тумана, но после некоторого раздумья, я, кажется, понял, что он имел в виду.

Хитрое божество не уставало гнуть свою линию, даже полностью распластавшись под Зогом, и прозрачно намекало на доступ к местной магии. Однажды Гиказах уже снабдил меня крайне полезным умением Хождением По Тропам, умением, изначально не входившим в каталоги «Отбора». А где одно, там и другое!

Но он прав. Об этом после. Как и размышления об Убадане и сраном Изначальном Хаосе.

Вочарка. Вот на чем следует сосредоточить помыслы.

Вот только это оказалось не так уж легко сделать. Мысли, супротив воли возвращались к ночному разговору и тощему богу, пронизывая нутро беспокойством. Несмотря на успокаивающее заявление, Зог явно не собирался прекращать плести вокруг меня паутину тайн, недомолвок, а то и просто все новых заговоров. Шиказаха я вроде бы еще ни разу не ловил на лжи, но нутро демона подсказывало, что полностью доверять древнему божеству не стоит. У него есть свои интересы и как только выгода от моего фрондерства Зогу улетучится, он тут же без зазрения совести меня кинет.

– Господин, мы отогнали меерала, – прервал невеселые мысли Гассаурий.

Карноец быстро вписался в мою команду. А противостояние обосновавшемуся на его родине Убадану, делало Генерала еще ценнее.

– Передай приказ Барбоссе начинать продвижение, а после возвращайся ко мне.

Уже через час, мерно покачиваясь на спине Мертвой Гончей, я с интересом разглядывал начертанную углем на коже Раба карту Карноя.

К сожалению, хотя Гассаурий довольно неплохо знал очертания береговой линии, о севере страны он имел крайне смутное представление. Но я хотя бы выяснил, что за Костяной Трон осадил мой названный братец! То была столица Верховного Джо, располагалась на берегу обширного залива в четырехстах километрах на северо-запад от восточной оконечности материка.

На самом деле, может, зря я так беспокоюсь? Как, спрашивается, Убадан планирует преодолеть сотни километров морской, отнюдь не спокойной водицы?

Опушка леса возникла неожиданно. Вот только дорога вилась сквозь закрывающие небеса тенета, а вот словно гигантская рука великана раздвинула тенистый полог и разлила медленно катящую волны серебрящуюся на ярком солнце реку.

Анадра.

Здесь речка была не слишком широка. От силы сотня метров. Слева в сизой дымке хмурились горы. Справа, насколько хватало глаз, толпились леса. А впереди, за скатертью из многочисленных квадратиков полей, у подножья скал, темнел город. Даже за десяток километров его высокие стены и угловатые башни представлялись неприступными.

Выбравшись из леса, Пригорный тракт огибал пологий холм с каким-то развалинами на верхушке и упирался в довольно большую деревушку. На другом берегу Анадры виднелась ее сестра-близнец. Еще недавно деревеньки связывал собой деревянный мост.

Сейчас мост весело пылал алым пламенем, а на противоположном берегу выстроилась армия Ордена.

– О, Сиськи Гако… – пробормотал Гассаурий, но вовремя заткнувшись, бросил на меня быстрый взгляд и закончил по иному, – …помоги нам Ледяной.

Увидя выходящие из леса шеренги Бесов, орденцы разразились проклятиями. Расстояние было слишком велико, чтобы разобрать какой именно кузькиной матерью они нам грозили, но, судя по колючей волне ненависти, упруго толкнувшей грудь, желали они нам как минимум жить на одну зарплату.

Гм… Интересный эффект. Я уже привык, что могу ощутить восторг и радостью моих юнитов, но, пожалуй, впервые настолько ясно и четко ощутил эмоции моих супротивников.

– Какие будут приказания, господин?

Барбосса также не испытывал восторгов по поводу предстоящей битвы. Форсировать реку на виду у врага – что может быть хуже? К тому же…

Глядя на весело голубеющую ленту Анадры у меня вдруг возник резонный вопрос: а умеют ли мои юниты плавать?

– Для начала возьми «Черный» легион и захвати деревеньку, – я махнул рукой в сторону сгрудившихся близ пылающего моста домов, – …а потом… гм… посмотрим.

Форсирование водной преграды на виду у противника…

Мда, как говорится, жизнь к такому меня не готовила. За эти два с половиной месяца я побывал уже во множестве схваток и сражений, но новая задача поставила меня в тупик. Но, как говорится, у меня был «какой-то план и я стремился его придерживаться», ха-ха!

Деревенька была захвачен в считанные минуты, ибо была пуста, как холодильник у холостяка. Выбежавшие к мосту Бесы были тут же обстреляны лучниками меерала с противоположного берега. С нулевым, конечно, результатом. Я мрачным вихрем пронесся по поселению и появился на берегу как раз тогда, когда горящий мост с грохотом низвергнулся в воду.

На том берегу, за шеренгами воинов, представленных по большей части ополчением, я разглядел плотную группу Рыцарей в дакири, но без шлемов. Среди них выделялся грузный старик с аккуратно подстриженной седой бородой и коротким ежиком седых же волос – должно быть, это был сам Мореналь со своей ближайшей братвой. Они обеспокоенно глядели на вытекающий из леса казавшийся бесконечным поток моих юнитов.

Но хрен с ним с Мореналем, кто меня больше обеспокоил, так это невысокий человечек в черном балахоне рядом с командующим армией Ордена. Он бесстрастно взирал на мои войска и задумчиво почесывал напомаженную бородку. Что-то в его уверенной позе, а может, во взгляде, а может, еще в чем, притягивало взгляд.

Сраный Экибастус! Ставлю на кон Дыру – это же маг! Задницей чую!

Все знают, что в Ордене нет магов. Но вот в городах-государствах с побережья Моря Джунглей – их полно. С Квадрическим Гарадом Орден вел длительные войны за долину реки Тланты, сомневаюсь, что он мог получить оттуда какую-то помощь. Но вот с лежащим в устье Тланты (и являющимся соперником Гарада) Мааром имел вполне себе дружеские взаимоотношения.

Чертовы черти! Только местных магов мне еще не хватало! Они совсем не были мальчиками для битья.

Вскоре городок утонул в моих воинах. Нуразги, не теряя времени даром, принялись обыскивать домики местных жителей. Бесы от них не отставали. Я хотел, было, приказать Барбаоссе прекратить непотребства, но потом подумал, что так даже лучше. Пусть орденцы видят, что раз мы занялись грабежом, то не собираемся бросаться на них, сломя голову.

– Гассаурий, я хочу, чтобы к вечеру у нас было не менее сотни плотов. Для того возьми бойцов «Аура».

– Быть может, легче разобрать несколько домов, господин?

– Хорошая идея. Адык! Где кагар?

Рослый кочевник обнаружился в доме местного старосты. Стоя над взломанным сундуком, задумчиво перебирал гроздь женских лифов.

Кагару я приказал заняться обустройством лагеря. Или другими словами присмотреть за своими оболтусами, чтобы они все тут не сожгли ко всем чертям.

А сам же, приказав Фыру доставить ко мне Барбоссу и несколько Капитанов, занялся реальной подготовкой к форсированию реки, а не той клоунадой, коей поручил заниматься Гассаурию.

День 77.

Ночью вновь полил дождь.

Зог его подери!

Впрочем, в отличие от моих привыкших к жарким пескам Жареной Равнины юнитов, воины Ахар-Бадабана к душным ливням этих мест вполне привыкли.

Тьма также не была нам помехой. Густые тучи, окутавшие небеса еще с вечера, напрочь скрыли с небосвода и луны, и звезды, накрыв мокрый лес густой тьмой.

Отыскать брод через Анадру не составило труда. Ближайший находился в пяти километрах западнее сожженного моста. Но… он, естественно охранялся. Да еще как. Напротив брода были выстроены настоящие укрепления. Подпертый свежесрубленными стволами земляной вал с двумя башнями и двумя сотнями воинов. Должно быть, его начали возводить сразу после сражения у Абразового Лога, после которого Мореналь понял, что ловить в прямом схватке ему нечего.

Прозорливый сукин сын!

У брода я оставил сотню Скоржей изображать атаку, а сам повел основные силы дальше на запад.

«Изображать», «намекать» – в этом и состоял мой план. Пользуясь серьезным превосходством в силах, этой ночью я собирался раздергать войска Ордена, насколько это будет возможно. Мореналь до последнего не должен понимать, где же я собираюсь переправиться на самом деле. Пока нуразги и Гассаурий активно вяжут плоты, пока Скоржи, ревя и завывая, подставляя худые бока, накатывают на укрепления возле брода, пока сотня хазгов маячит на берегу восточнее моста, основная ударная сила в виде двух эскадронов бобиков Хаоса с посаженным на них «Черным» легионом, всеми Скоржами и сотней наемников на гаваках быстро продвигалась все дальше на запад.

Вот оно!

В третий раз скастовав Взор Ахара, я, наконец, подобрал подходящее место.

Анадра здесь разливалась до примерно полутора сотен метров. В темноте противоположный берег казался усеянным гигантскими пауками. Легкий ветерок покачивал тяжелые листья, которые точно жвалы и хелицеры тянулись к поверхности воды, ожидая добычи.

– Будем переправляться тут, – сказал я Барбоссе.

И тут же плотная масса воинов растеклась по берегу. С собачек скидывались притороченные к бокам свежесрубленные стволы деревьев, тюки с веревками и оперативно вязались плоты. Бесы для такого дела были практически непригодны, зато выросшим в Северных лесах наемникам было не привыкать. Собственно, переправить на плотах нужно было только Бесов и самих наемников с их гаваками. Скоржи и собачки вполне себе уверенно держались на воде. Не прошло и двух часов, как я пустил Мертвую Гончую в приятно прохладную реку. Волны упруго ударили по коленям, даря отдых от густой духоты.

В следующую секунду воды реки вскипели от массы серых тел: сотни Скоржей, потявкивая и повизгивая, суматошно загребая лапами, превратили спокойную гладь в кипящий бульон. Рожденные под сенью влажных лесов (по большей части Скоржи были наследством Бабадана) в Котлах Селастра, они с «детства» были привычны к воде. Ахар-бадабановские Псы Хаоса, что вошли в воду после них, тоже были знакомы с этой стихией. А вот с моими бобиками возникла проблема. С тех пор, как я привел их в земли Ордена они, конечно, уже не раз преодолевали небольшие речки и ручьи, но настоящая Анадра не могла не вызвать затруднений. Мой расчет строился на том, что, как и все собачьи, бобики быстро сориентируются, как держаться на воде. Повезло и с тем, что собственно «продержаться на воде» им нужно было едва три десятка метров в самом центре реки, в остальное время вода едва доходила им до плеч.

Увы, без потерь не обошлось.

Выбравшись на берег, я мрачно просмотрел страницу численности легионов. Четыре Скоржа, парочка Бесов и одна Гончая – вроде бы и небольшая цена за переправу на орденский берег, но не боевые потери были крайне обидны.

Впрочем, вскоре мне стало не до горевания по кучке юнитов. Едва только в темные воды опустили первые плоты, как ночь прорезала длинная искрящаяся молния.

ГЛАВА 3

Молния попала прямиком в один из плотиков, превратив в пылающие костры двух наемников. Плотик рассыпался на отдельные горящие бревна, а обожженные наемники полетели в воду.

Взор Ахара!

Вот они, гаденыши!

На карте Интерфейса впереди, метрах в двухстах, маячили ядровито-белые точки. По всей видимости, ублюдки торчали где-то поблизости, а заметив переправу, послали за магом.

Ночь снова прорезала молния. Длинный, искрящий лохматыми протуберанцами разряд ударил в большой плот, на котором перевозили полдюжины гаваков. Горящие тушки, визжа на ультразвуке, брызнули в разные стороны. А со стороны стрелявших послышались проклятья. Походу, маг не разобрался в темноте, посчитав, что плот полон воинов, а не грязных кабанчиков.

– Что стоишь! Избавь меня от этих говноедоев! – пнул я пониже спины подвернувшегося под копыто Фингала.

Тот крякнул и тут же над берегом послышались его отрывистые команды. Бесы бросились сквозь заросший кустами берег, а я, взяв два десятка собачек из Фиолетового эскадрона и полсотни Скоржей, пошел в глубокий охват засевших на небольшом холмике врагов.

И все-таки мой план сработал! Орденцев было от силы два десятка. Видимо, какой-то караульный отряд. Бьющие с холма молнии продолжали пожирать моих наемников, но реально помешать переправе не могли.

Ага! Достали уродов!

Впереди раздались громкие крики, проклятья, а затем слитный рев Бесов: «Агрбада-а-ан!» Бойцы Фингала вышли к позиции врага.

Я же с собачками и Скоржами продолжил упрямо продираться сквозь чащу леса, стремясь зайти к ублюдкам в тыл. Увы, массивные туши с трудом проламывали переплетенный лианами подлесок. Я вновь скастовал Взор Ахара и досадливо поморщился. Орденцы быстро отступали на запад.

– Илыг! Ату казлов!

Капитан «Скоржа-2», молча отсалютовав копьем, рванулся вперед. Его тявкающие подчиненные шевелящимся ковром поспешили вслед за ним. Для юрких Скоржей подлесок не был настолько непроходимым.

Ба-бах!

Яркая вспышка на мгновение озарила лес. Стало светло будто днем. Послышались истошные крики сжигаемых заживо Бесов, яростные тявки атакующих Скоржей. До места схватки оставалось каких-то три десятка метров! Но моя Мертвая Гончая, как назло уперлась в густо сплетенные лианы. Меланхолично дернулась туда-сюда и окончательно застряла.

Сука!

Я с ревом вскочил на широкую спину Гончей и, оттолкнувшись, взвился ввысь… И тут же получил меж рогов ветвью какого-то дерева. Из глаз посыпались искры.

И р-р-аз, и два-а-ас!

Несколькими взмахами секиры прорубил дорогу и, наконец, вывалился на узкую звериную тропу, сейчас сплошь запруженную Бесами «Черного» легиона.

Впереди виднелись темные фигуры с багровыми прожилками Рыцарей в дакири. А из-за их спин неслась пылающая смерть. Впрочем, не сказать, что избиение моих юнитов было таким уж односторонним. В сторонке виднелось несколько растерзанных людских тел.

– Р-разойдись! – рявкнул я и, не дожидаясь, исполнения приказа, рванулся прямо по головам Бесов и Скоржей в сторону врага.

И все-таки они ушли. Полдюжины Рыцарей встали насмерть, преграждая узкую тропу. Даже моей силы не хватило, чтобы быстро их снести. Спустя пару минут сквозь густой подлесок наконец проломились собачки. Чудовищные челюсти быстро закончили дни смельчаков. Но оставшийся десяток, пришпоривая гаваков, скрылся в лесу. Увы, бобики Хаоса слишком долго свершали обходной маневр. Капкан схлопнул пустоту.

Я рвал и метал, пока Фингал не указал на лежащее в тлеющих кустах тело в черном балахоне.

Ха-ха! Не ушел, гаденыш!

Ставлю копыта, это и есть тот самый маг, что изрядно попил крови моих наемников на переправе. Высокий, добротный камзол с серебристой оторочкой, шелковый черный плащ, на длинных холеных пальцах несколько перстней. Как и подобает каждому уважающему себя волшебнику, незнакомец имел посох, сейчас, к сожалению, основательно пережеванный мощными челюстями Гончей. Чуть меньшее сожаление у меня вызывала отсутствующая голова мага.

Девять трупов, из которых четверо – Рыцари в дакири. На самом деле неплохой размен!

Ответный ход Мореналя не заставил себя ждать. Едва только на востоке зардели небеса, посланные веером на разведку Скоржи донесли, что на нас двигаются основные силы орденской армии.

Расчет был вполне понятен. Противнику нужно было кровь из носа сбить нас с захваченного плацдарма, пока я не перетащил на этот берег Анадры всю свою армию. Еще ночью к Гассаурию помчался гонец с известием об успешном форсировании реки. По моим расчетам передовые отряды нуразгов должны были прибыть к переправе уже к полудню. Сейчас наемники ладили импровизированный паром, готовясь к переправе через Анадру основных сил. Так что у орденцев оставалось весьма немного времени.

Я некоторое время пытался разобраться в посылаемых Скоржем-разведчиком образах, потом плюнул и позвал Илыга, перевести. Даже Гончие и то были ближе к разумным существам, чем низкорослые серые демоны.

Густой лес был и в плюс, и в минус. Все утро наемники при помощи Бесов валили лес, создавая обращенную на восток плотную засеку. Ни о каком правильном строе речи тут идти не могло. Орденцам придется атаковать нас группами, с крайне скудным управлением во время боя. С другой стороны и мне было особо не развернуться. В поле несколько десятков Гончих и Псов Хаоса могли бы атаковать страшным таранным ударом, если отличавшемся от средневековой рыцарской лавы, то только в лучшую сторону. В лесу же, меж толстых стволов деревьев, песики были много более уязвимы.

Диспозиция была такова: мы обороняли фронт шириной в полкилометра. От Анадры на юге, до глубокого оврага с какими-то развалинами на склоне на севере. Обойти его было можно, но сложно. Пришлось бы делать крюк в добрый десяток километров. Наспех сделанная засека прикрывала две трети фронта, на берегу же реки (в этом месте была довольно обширная отмель) я повелел вырыть неглубокий ров с двухметровым валом. Оборонять укрепления посадил «Черный» легион (засеку) и наемников (вал на берегу). «Красный» эскадрон распределил позади линии обороны, а «Фиолетовый» вывел в резерв. В резерве же находился и «Скорж-2». А вот «Скорж-1» под командованием Барбоссы получил задачу глубокого обхода. В густом лесу Скоржи чувствовали себя великолепно. Напасть и отступить, ударить в спину, помаячить на границе видимости и тут же исчезнуть в чаще – это они отлично умели. Орденцы не должны и на минуту быть спокойными за свои фланги и тылы.

– А ну, заткнулись! – в который раз проорал я, пытаясь утихомирить гомонящих Бесов.

Демонские отродья не могли и секунды спокойно простоять на месте. Чесались, переминались с ноги на ногу, потявкивали… к этому гомону я уже привык. Хуже же было то, что ублюдки научились разговаривать! Не все, конечно, а наиболее старые ветераны, но новички их быстро догоняли.

Пять минут стояла относительная тишина. Но потом вновь по лесу зазмеились шепотки.

– ..Рыг, моя твоя менять хотеть!.. Моя кинжал Меензин захапать! Твоя глядеть. Во! Ху! Вишь камень? Человеки за такой камень на рынок много в обмен дадут!

– Человеки в Меензин? Или человеки-нуразги?

– Кто хошь! Клянусь моим задом и Ледяным!

– А где взял? Ых?

– В большой красивый дом. Где крепость Хозяина… Твоя бери кинжал, а мне дай монеты. Один, один, один. Вот стока!

– Зачем тебе столько монет, Хыш?

– Я куплю себе кобу-раба и он будет чесать мне загривок целыми днями! Бери кинжал, а мне давай монеты!..

Твою ж мать. Кобу-раба… чесать загривок…

Недавно я заметил еще кое-что, что не могло не беспокоить. Это «кое-что» болталось у раненного Беса между ног, которому стрела меерала прошила бедро. Бес был боевой, из ветеранов. Доразвивался, мать его…

Я посмотрел на едва проглядывающее сквозь переплетения ветвей солнце. Странно, но, кажется, я начал скучать по Жареной Равнине. Бескрайние просторы, раскаленные скалы, опасные монстры, что откуда ни возьмись выпрыгивают из дрожащего марева перегретого воздуха… висящие словно в невесомости красноватые скалы, реки изливающейся в Бездну раскаленной магмы, острые пики величественных башен на фоне линялых пурпурных небес, стремящийся из бесконечности в бесконечность столп… Дом…

Дом?

Мгновение и мираж подернулся дымкой и исчез в глубинах сознания. Что это было? Воспоминания? Видение было столь реальным, будто я стоял пред протянувшимся из Недр Бездны в Небеса столпом Грозди еще вчера!

С проклятьем я ткнул свернувшегося клубочком Агрбадана острой иглой своей воли, но демон спал. Неужели наши сознания начали сливаться? До сих пор соседство со взбалмошным сынком Дутура, хотя и было малоприятным, но оставалось терпимым. И, главное, это было именно «соседство».

– Идут! Господин, идут! – крик Фыра вывел меня из задумчивости.

Орден и в самом деле двинулся в атаку.

По нашим прикидкам сейчас Мореналь располагал примерно полуторами-двумя тысячами воинов. Но большая часть из них являлась ополченцами второй волны. Ядро же армии – настоящие Рыцари Ордена, неумолимо таяло еще со времен битвы за Гахаган. Сейчас в армии Мореналя их насчитывалось вряд ли более двух сотен. К неплохо подготовленным воинам можно было отнести еще примерно полтысячи Ветеранов и до трех сотен различных наемников. Все остальное – набранное с бору по сосенке ополчение с крайне посредственной боеспособностью. По данным разведки для попытки сбить нас с плацдарма, Мореналь вел почти две трети этих сил.

Свою ставку я расположил за центром построения. Рядом переминались с лапы на лапу бобики «Фиолетового» эскадрона. Недавно произведенный в Капитаны Жало во все глаза преданно смотрел на своего повелителя. Я чувствовал, как пылает в бронированной махине желание выслужиться, показать молодецкую удаль, доказать свою полезность… вполне человеческие желания и даром, что их обладатель весит под тонну.

Я в раздумье бросил взгляд на стоящее рядом дерево. Настоящий лесной великан в десяток метров в обхвате. Наблюдать с высоты было бы, конечно, сподручнее, но к лицу ли Сыну Дутура на забаву Бесам лазить по деревьям?

Хрен с ним, разорюсь на Взор Ахара.

-5 Маны Хаоса.

Ага! Разорился не зря.

На центр нашего построения, на засеку, и впрямь двигался впечатляющий отряд орденцыв – рыл под сотню. Но куда больший отряд продвигался вдоль реки. Вот только отображался он весьма странно. Ядовито-белые точки бледнели, мигали, а то и вовсе пропадали с радара.

Несколько секунд я тупо разглядывал карту, пока этот отряд совсем не исчез с радаров… зато объявился на местности. Справа, от реки послышалось слитное «Хар-ра!». Я еще немного повтыкал в интерфейс, хмыкнул, а затем, свернув карту, бросился на правый фланг.

Ох ты ж…

Рубка здесь шла не на жизнь, а насмерть. Волна за волной на засевших на гребне вала наемников накатывали отряды Ветеранов. Бывшие солдаты Ордена, хотя и были лишены привычного дакири, не забыли ни выучку, ни ярости с которой они когда-то сражались под его знаменами.

Наемники еще держались, но силы были слишком не равны. И хотя дрались они лихо и смело, было видно, что класть головы они здесь не собираются. Не для того они поступали ко мне на службу, чтобы сгинуть посреди бескрайнего леса у черта на куличках. Вот на одном участке вала возникла группа облаченных в добротный доспех Ветеранов. Они умело расчистили несколько метров гребня длинными мечами, а на вал уже карабкались новые воины. Здоровенный бородач-меерала выпустил практически в упор стрелу из большого составного лука, но стоявший впереди орденец ловко принял ее на щит.

– Предатель! – яростно выдохнул он и вдруг с непостижимой для его возраста скоростью, прыгнув к бородачу, пронзил его копьем.

Черт подери! Дело худо. Не прошло и десяти минут боя, а орденцы уже частично захватили вал!

Эх, пришло время показать силушку богатырскую!

Я в несколько прыжков вознесся на гребень и двумя мощными ударами секиры сбросил вниз парочку атакующих воинов. Тут же защелкали арбалеты, о щит сломалась стрела. Увидев меня, орденцы взвыли от ярости.

– Вон он! Руби демона!

– Убить сволочь!

Тугая волна ненависти больно толкнула в грудь. Я пошатнулся, но уже вскоре ее перебил мой гнев.

Мне грозят смертные?! Эти ничтожные тараканы?!

Ха-ха-ха-ха-ха!

Я разразился громким смехом и с размаху запустил в Ветеранов Кулак Огня. Усиленный моей злостью, он прорубил в атакующих настоящую просеку, превратив в визжащие факелы добрую полудюжину человек. Пожар злобы, казалось, выплеснулся вместе с заклинанием, оставив после себя лишь пепел и пустоту.

Моя контратака на время сбила порыв Ветеранов. Было, отхлынувшие от вала наемники снова взобрались на гребень, потрясая оружием и выкрикивая проклятья врагу. Трусливые ублюдки боялись заметно больше, чем орденцев и это было хорошо. Но уже вскоре Ветераны снова пошли на приступ. Из-за их спин метко били луки и арбалеты меерала и других наемников. Одновременно с этим из леса послышался звон стали и крики, Мореналь явно пытался сковать мои силы, дабы не допустить переброски на правый фланг… или напротив, отвлекая меня Ветеранами, сам сосредоточил основной удар там?

Твою мать!

Я спрыгнул с вала и вновь скастовал Взор Ахара. Тупо уставился на мерцающие огоньки врагов. Бросил взгляд на накатывающих на защитный вал орденцев… Огоньков на карте было заметно меньше, чем видимых воочию воинов! И… со всего размаху хлопнул себя по лбу!

Магия!

Гаденыши научились обходить магию «Отбора», скрывая свои истинные силы! Сукины дети!

Я бросился в лес, но буквально наткнулся на Асгеста. Цапнул его за шею рукой, поднял к своей морде. Он скривился от смрада из моей пасти, а глаза затопил страх.

И ему было чего бояться. Внутри меня снова полыхал огненный ком гнева.

– Если ублюдки прорвут оборону, лишишься башки!

Насмерть перепуганный вожак наемников, на коего я возложил командование правым флангом, испуганно кивнул. Я отбросил его в сторону и рванул в лес.

Здесь также шла жестокая сеча. Сквозь засеку была видна плотная толпа воинов Ордена. В основном Ветеранов и ополченцев. Поддерживаемые стрелками меерала, они пытались преодолеть засеку, прорубая в ней проходы секирами и алебардами. Пока что это не выглядело опасным. Бесы «Черного» легиона, ловко укрываясь за сваленными крест-накрест деревьями, обстреливали атакующих из луков, а самых наглых отбрасывали закованными в «Тяжелую броню Тыса» клиньями из трех бойцов.

Закусив губу, я вновь и вновь осматривал уходящую в чащу линию боестолкновения. Ставлю Яйца Экибастуса, я упускаю что-то очень важное… Неужели Мореналь надеяться сбить нас примитивным накатом по всей линии фронта? Не верю. Я уже убедился, насколько это грамотный хрен. Ну, прорвет он линию обороны, но за Бесами и наемниками его бойцам придется столкнуться с моими собачками. Неужели он не понимает, что кровавая мясорубка в чаще леса мне только на руку? Ветераны, ополченцы, меерала и другие наемники не идут ни в какое сравнение с моими чудовищными бобиками Хаоса…

Твою мать!

Я вновь хлопнул себя по лбу!

Рыцари! Здесь нет Рыцарей! Как минимум двух сотен закованных в дакири элитных воинов! А если здесь их нет, то вся эта атака лишь отвлекающий маневр! Но где тогда основной удар?

ГЛАВА 4

Ышк на ходу куснул бежавшего рядом собрата. Тот резко обернулся, распахнул полную острейших зубов пасть, злобно тявкнул, но Ышку хватило одного взгляда, чтобы в зародыше подавить наглость неоперившегося юнца, что едва как неделю вылез из материнских объятий Родильной Ямы.

Бесчисленные шрамы испещряли покрытую бородавками грубую кожу Ышка. Ее раздирали клешни Сцилохоров и когти Харахуфов, секли мечи нуразгов, протыкали копья орденцев. Множество битв во славу Хозяина видел Ышк!.. Даже двух Хозяев! В сумрачном полузверином разуме Скоржа тепло лелеялись воспоминания о благословенном пинке копытом, коим однажды вознаградил его тот, Старый Хозяин! Суровая отметина Великого Воина в виде галочки до сих пор жгла его тощий зад. Новый, увы, не разу не снизошел до подобного, хотя видит Ледяной, Ышк старался заслужить его внимание! Новый Хозяин вообще не слишком ценил его племя. Родильная Яма в крепости больше не рожала его собратьев, из нее выходили лишь плоскомордые зубастые Бесы.

У-у-у! Трижы сратое отродье! У немногочисленных собратьев Ышка, которых к тому же день ото дня становилось все меньше, всегда была к более смышленым собратьям исключительная ненависть! В то время как Бесов Хозяин холил и лелеял, одевал их в доспехи, обучал всяческим премудростям, дабы они могли ходить строем и красиво кричать в один момент, Скоржам доставались лишь полное пренебрежение и бесконечные битвы, где число его братьев таяло, как помет гаваков на солнце.

Когда же Хозяин повел свои войска за горы, то он, похоже, и вовсе забыл о существовании верных серокожих воинов. Остаток Скоржей под командованием Капитана Бухарга теперь использовался лишь для добычи панцирей пустынных монстров. Надежда получить благословенный пинок копытом и украситься священной отметиной на второй половине зада в сумрачном мозгу Ышка теперь таяла даже быстрее, чем э-э-э… гавачий помет на солнце.

Все изменилось в один день, когда Благословенный Хозяин победил своего брата и, получив в услужение его армию, повелел перебросить своих Скоржей за виднеющиеся на севере горы…

Их снова было много! Серокожих братьев, каждый из которых походил на Ышка как две капли воды! Да, рожденные под сенью влажных лесов слегка отличались внешним видом от тех, кто вылез из Родильной Ямы под жарким солнцем Гахагана, и Ышку и его собратьям пришлось выдержать не один бой за самые вкусные куски Рабов со своими новыми собратьями и за положение во вновь сформированных легионах, но ощущение неОдиночества вновь и вновь наполняло его кургузую грудь пылающим пожаром. Их снова было много! Их снова было не счесть!

– Мы – туда! Ышк! – булькая, прохрипел Ышка и его отделение из пяти, пяти, пяти и еще трех воинов серыми тенями заскользило вдоль отлого холма.

Лес был полон запахов. Их было столько много, и они были столь разнообразны, что Ышк не переставая тер нос лапой. Запахи засели в нем комковатой массой, не желающей распадаться на составляющие. И они были совсем не похожи на родные запахи засохшего гавачьего помета, разогретого и от того кусючего камня, потных нуразгов и сочащихся слизью пустынных монстров.

Отряд Ышка миновал холм. На мгновение он замер, коротко тявкнул и, дождавшись ответа от командиров скользящих по лесу отрядов справа и слева, повел своих бойцов в неглубокий овражек. Позади послышался громкий треск, мелькнула массивная тень. Генерал Барбосса, верхом на выкрашенной сажей в черный цвет Гончей, тоже спустился в овражек. Две сотни Скоржей, бескрайнем ковром серых теней заполонили лес насколько хватало глаз.

Приказ Хозяина, подкрепленный рыком и благословенным пенделем командира легиона Капитана Бухарга, глубокими бороздами был проплавлен в голове у Ышка. Пожалуй, еще не бывало, чтобы Хозяин возложил на Скоржей подобное по важности дело.

«Обходной маневр» – так назвал их забег Генерал Барбосса, да хранит его Ледяной от поноса! Где-то там, откуда встает солнце, находились сладкие враги. Ышку еще ни разу не приходилось пробовать живого человека на вкус. Хозяин почему-то не одобрял этого, хотя бродившие по Дыре шепотки, рассказывали о небывалой сладости их мяска! Такого ароматного… такого вкусного, тающего на языке и дающего небывалую силу…

Перед глазами Ышка поплыл образ виденных в Дыре нуразгов. Подчас запах их мяса сводил его с ума. Суровые воины пустыни не понимали интереса к ним со стороны Скоржей, принимая их за забавных животных, навроде гаваков.

Миновав овраг, отряд Ышка уперся в непроходимую чащу. Деревья здесь стояли очень плотно, корни и свисающие с ветвей лианы превратились в настоящую стену.

Ышк досадливо тявкнул и рыком приказал следовать своим бойцам в обход. Перепрыгнув через поваленное дерево, он вдруг оказался на тесной звериной тропе… нос к сапогу высокого бородатого человека с острой саблей наголо, коей он прорубал себе путь сквозь висящие над тропой лианы.

– Твою же ма… – сказал человек и нанес по Ышке страшный удар сверху вниз.

Спину ожгло чудовищной болью. Взвыв, Ышк бросился человеку в ноги, но тот ловко отпрыгнул в сторону. Позади него оказался еще один враг. В твердой и очень невкусной черной броне с алыми прожилками. Он тоже ткнул в Ышку мечом, отрубив ухо и соскоблив с черепа большой шмат кожи. Черная кровь мгновенно залила глаза, погрузив его в океан боли и тьмы.

Оглушенный, Ышк взмахнул когтями и прыгнул вновь и вдруг почувствовал под лапами податливое мягкое тело. Такое мягкое… такое ароматное… такое вкусное…

Инстинкт заставил его сомкнуть челюсти на шее человека. Повалившись, тот успел издать лишь короткий хрип. Оказавшись сверху, Ышк рванул мощным загривком и тут же проглотил оторванный кусок гортани.

Вы поглотили Душу Независимого Оператора Гарманаила Урга.

Вы получили Семя Развития 6-го ранга.

Ветвь развития определена по направлению развития Семени.

Хотите провести переименование?

Кроваво красные строчки заплясали перед затуманенным болью взором Ышка. Вокруг вовсю кипела битва. На тропу выскакивали все новые и новые визжащие в боевом экстазе тушки серокожих демонов.

Ышк замотал головой, пытаясь прогнать назойливые кляксы, а потом снова погрузился челюсть в божественно вкусную брызжущую горячей кровью гортань убитого им человека.

– Ур-р-р-м… – проурчал он, отрывая новый кусок мяса.

Вы определены к структуре Координатора Агрбадана Независимым Оператором Урмом.

Запускает процесс Совершенствования.

А потом Ышку поглотила тьма.

– Обхитрил хитрец хитреца… – пробормотал я, отрываясь от головы стоящего передо мной Скоржа. Еще никогда передаваемые мне юнитом образы не были столь ярки и подробны.

Впрочем, уже не Скоржа.

Независимый Оператор Урм. Вассалитет 2-го уровня. Боевой маг – 6-го уровня.

«Вассалитета», мать его! Я раскрыл интерфейс и с интересом полистал посвященную новоиспеченному магу вкладку.

Интересно тут было все…

Ни хрена себе…

«Ударная Волна», «Цепи Джекота», «Молния Альгиза», «Энергетический перелив». И еще добрая полудюжина заклинаний. Собственная выработка Маны Магии (!!!). А также владение некоей Полуденной Башней!

Ахренеть, не встать! Каким-то дедМакаром ущербный низший демон обернулся в убермага!

– Кого же ты сожрал, уродец?

Урм подобострастно ощерился. Я потрепал его по холке, от чего у бедолаги случился настоящий экстаз. Закатив глаза, преобразившийся Скорж упал на колени и принялся целовать мне копыта.

Увы, хотя Урм и изменился внешне – слегка вытянулся, выпрямился, перестал ежесекундно чесаться, кряхтеть и ковыряться в носу, мозгами от Скоржа он ушел не слишком далеко. Вот такой странный выверт системы «Отбора», мать ее! Я получил уникального, сильного, но совершенно безмозглого мага!

Впрочем, возможно, оно и к лучшему.

Впрочем, с Урмом я разберусь после.

Мы таки выстояли! Посланный в обход и наткнувшийся на основные силы Рыцарей отряд Скоржей под предводительством Барбоссы был рассеян, растерзан, растоптан и истреблен почти полностью, но своей безудержной и безмозглой храбростью дал нам драгоценное время. Сильно потрепанные Рыцари вышли к берегу глубоко за полдень, когда через Анадру уже вовсю переправлялись мои главные силы. Мореналю не осталось ничего, кроме как поспешно уводить войска на север. Но я не собирался так просто отпускать улюдков! Скоржи и нуразги повисли на орденцах, как гончие псы на задних лапах загнанного волка! К вечеру мы выбрались из леса на Пригорный Тракт и едва не ворвались на плечах отступающего противника в Вочарку!

Вочарка – столица Ордена. Сумрачная в тени гор, угловатая и грозная в своем молчании. Над крутыми стенами виднелось множество голов. Заходящее солнце уже скрылось за горным хребтом, погрузив мир в сумрак. С юга и запада тянуло дымом, то нуразги, разлившись по окружным деревням и хуторам принялись за свое любимое дело. Грабить и насиловать. От богатств этой земли у них натурально съехала крыша. Моих юнитов все еще держала моя воля, но с каждым часом сопротивляться их невысказанному желанию присоединиться к бесчинствам кочевников, было все сложнее. Оно давило многотонной плитой.

Экибастусовы срани! Переход от бездумных юнитов к почти полноценным живым существам произошел одновременно и быстро, и незаметно. Разбитый в трех километрах от стен города лагерь полнился угрюмыми взглядами и недовольными шепотками. Я мрачно прошествовал в разбитый Фыхом шатер и, поворочавшись пару часов, плюнул и передал приказ Барбоссе отпустить «Черный легион» на веселуху.

И… тут же стало легче. Гнетущая тяжесть пропала, сменившись на трепещущую от восторга теплоту. Мои юниты снова меня любили.

День 78.

Малая крепость Дыра. 7 уровень.

Малая крепость Гахаган. 6 уровень.

Малая крепость Аур. 7 уровень.

Малая крепость Селастр. 6 уровень.

Я вяло поковырялся в жаркое из запеченного Раба и отставил тарелку в сторону. Сзади обиженно засопели. Фых уже неделю пытался кормить меня изысканными блюдами собственного приготовления. Как ни странно, получалось довольно неплохо. Но сегодня старания адъютанта меня волновали слабо.

Мрачневшая у подножья гор Вочарка занимала все мысли.

Как ее, бл*дь, взять-то?!

Перед глазами проносились картины с карабкающимися на стены по хлипким стенам лестницам Бесами. Их расстреливали лучники меерала, кололи копьями Ветераны и окатывали кипящей смолой добропорядочные горожане. Бесы горели, копытили копыта, но город и не думал сдаваться. Подумав, я добавил в картину еще парочку магов, весело раскидывающих молнии с одной из башен.

Башен… башен… Гм…

О! Эврика! Может, соорудить осадную башню?

Я оглянулся на темнеющий в отдалении лес. В памяти смутно проявилась картинка из Исторической Энциклопедии со штурмующими Иерусалим суровыми мужиками в белых накидках с крестом. Все бы ничего, но достаточно будет парочки молний, чтобы спалить сие творение ко всем чертям. Если бы я как-то мог ее защитить…

Гассаурий предложил соорудить камнебитные машины, навроде тех, что он видел в армии аркарийского императора. Правда на прямой вопрос, сможет ли он мне их сделать, технично слился.

Короче говоря, мыслей около нуля…

К полудню мои войска прочно обложили город. Если ночью в неразберихе какие-то дорожки еще и не были перекрыты, то теперь я был уверен, что в Вочарку и мышь не проскочит. Увы, пока что, кроме как осады, в голову ничего не приходило. Это был плохой, можно даже сказать х*евый вариант, сковывающий бОльшую часть моих войск на неопределенное время. Но пока иного варианта не просматривалось.

Но осада Вочарки – еще полдела. Надо было оперативно прибирать к рукам остальную часть страну. Потому уже в полдень на север выступил крупный отряд под командованием Барбоссы. Легионы «Аур», остатки «Скоржа-1», «Фиолетовый» эскадрон и главное, бОльшая часть нуразгов вместе с Адыком. От сратых кочевников надо было избавиться как можно скорее, пока они тут все не сожгли к чертям! Сидеть на месте кочевникам было максимально противопоказано. Разложение и грабежи тут же вздымались на недосягаемую высоту. Никому кроме Барбоссы поручить присмотр за своевольным кагаром было некому. Они воевали бок о бок с самой битвы у Гахагана.

Барбоссе надлежало максимально быстро двигаться в Дирагамар и долину реки Тланты – самые северные провинции Ордена. По данным пленных там еще оставались какие-то войска и сейчас наверняка собиралось ополчение. Но главное, меня беспокоил Квадрический Гарад. Вопрос, что дож собирается делать, пока я добиваю остатки Ордена – становился самым что ни на есть насущным. Если он останется в стороне или даже поучаствует в разделке добычи, прекрасно. Но если, забыв о прежних распрях, впишется за Орден… спокойно поосаждать Вочарку у меня не выйдет. Придется воевать на два фронта, что никогда никого еще до добра не доводило. В таком случае Барбоссе с Адыком нужно будет по максимуму задержать гарадийцев и дать мне время порешить дела с Вочаркой.

Еще один отряд под командованием Гассаурия, включающий «Красный» эскадрон и легион «Скорж-2» направился по Приречному Тракту на восток в сторону Шайдарда – расположенной в слиянии Андана и Анадры третьей крепости Ордена.

Междуречье между Анданом и Анадрой было основательно распахано и довольно густо населено. То здесь, то там виднелись хутора и деревеньки. Лес был основательно сведен, превратившись в куцые рощицы, и лишь в десятке километров восточнее вновь набирал полную силу. Все последние дни отсюда бежал народ, и бедолаг можно было понятью. Скрипя сердцем, я разрешил моим воинам еще денек пограбить, но с завтрашнего дня настанет время обернуться к моим будущим поданным лицом, а не задом. Ну, или вернее, рылом.

За этими заботам не заметил, как закончился день. Описав полукруг, уставшее солнце спряталось за горами, привычно погрузив весь видимый мир в сумрак.

Я как раз собрал вечерний военный совет, когда стоявший на часах один из подручных Фыха вдруг ввалился в шатер и рухнул на роскошный хургадский ковер. В трепещущем свете факела сморщенная мордочка Беса показалось вырезанной из эбенового дерева. Его выкаченные глаза были готовы того и гляди вылезти из орбит, широкий рот был раззявлен, а ярко-красный язык метался по задубевшим губам, словно не в силах пересчитать зубы.

В этот момент моя задница почувствовала приближающийся п*здец. И не ошиблась…

– Х-хоз-зяи-и-ин… – прохрипел Бес и, выпростав ручки, попытался подползти ближе. – Х-хозя-и-ин… Сп-па-ас-си…

Выглядело это не менее страшно, чем в триллере по книге Стивена Кинга. Я растеряно оглядел оцепеневших Капитанов.

– Оно в-в-нутри-и-и, Хозяи-и-ин… Оно е-ест! Спа-а-аси… – промолвил с бесконечным ужасом в глазах Бес и вдруг его вырвало копошащейся массой каких-то склизких мокриц.

А потом Бес начал меняться.

ГЛАВА 5

Твою же мать…

Видел я уродов… но таких…

В считанные секунды бедолагу раздуло вдесятеро, сквозь лопнувшую кожу полезли многочисленные рога, щупальца на плечах и на животе округлой туши раскрылись полные острейших зубов пасти. Глаза Беса лопнули и вытекли, но вместо них тут же, словно разбросанные щедрой рукой прыщи, начали зарождаться новые. Они прорывали истончившуюся кожу в самых неожиданных местах и, сонно моргая, щурились от света.

– О, Шиг-Нгар-Ухур, помоги… – пробормотал Капитан наемников Келгаст. И тут же за святотатство получил смачного отцовского леща от Капитана Нераная, в последнее время сделавшегося ярым почитателем Зога.

Отросток Хаоса.

– прочитал я подрагивавшую над загривком чудища надпись.

Твою же…

Отросток замер, вращая десятком подслеповатых глазенок. Одного этого взгляда хватило, чтобы наполнить мое нутро жутким смрадом Хаоса. Такое ощущение, что я нырнул в чан с дерьмом. Плещущийся мрак в лупоглазых зенках обещал и звал за собой… Обещал?! Бр-р-р.

– Мочи казла!

Сбросив оцепенение, больше не медля, я подскочил к сочащейся гноем туше и с размаху вдарил по ней «Сокрушающим Ударом».

Экибастусовы срани…

Меня окатило гнилью буквально с ног до головы! Отросток пошатнулся, но тут же весьма шустро попытался цапнуть меня одной из пастей. То, что его левая половина представляла собой мешанину переломанных костей и брызжущего темной кровью разорванного мяса, кажется, его совсем не волновало.

Я увернулся, посторонился, пропуская Нераная и массивную тушу Жало. Карноец собрался, было, броситься Отростку в ноги, чтобы подскоратить количество его конечностей, но вовремя, спохватившись, отпрыгнул в сторону. Бронированная махина Капитана собачек просто снесла урода вместе с одним из держащих шатер столбов.

Тупой баран!

Я забарахтался в скользком шелке, проклиная на чем свет стоит и Жало, и Отросток. Прошло не менее минуты, прежде чем я сумел выпутаться из ловушки.

Безлунная ночь встретила яростными криками и звоном стали. В свете неровном факелов виднелись густые массы моих войск, что растеклись по лагерю, словно гигантский шевелящий щупальцами осьминог. Среди них высились похожие на валуны Отростки. Невнятно матерящиеся Бесы накатывали на них, словно прибой, и откатывались, оставляя за собой раздавленные тушки.

В этот момент нас можно было брать голыми руками!

Впрочем, нет так все было плохо. Отростков было едва с десяток и, конечно, реального урона армии они нанести не могли. Но неразберихи и паники доставили преизрядно.

«Господин…»

Я обернулся. То был Кремень. Серая туша Капитана «Красного» эскадрона казалась черной, на гладкой броне играли веселые огоньки отраженного света факелов.

Отлично.

– Возьми своих бойцов и закончи этот балаган.

Капитан совсем по-человечески кивнул и исчез в ночи. Я же, распинав стаю испуганных гаваков, нашел какого-то сержанта-ветерана из «Черного» легиона и мы, сформировав отряд в два десятка голов, взяли в клещи ближайшего к нам Отростка. Вскоре «балаган» и впрямь сошел на «нет». Бобики Хаоса быстро разложили Отростки на составляющие, и я смог привести лагерь в подобие порядка. Оставался один вопрос.

Что это, бл*дь, было?!

Отростки, мать его, Хаоса!

Какого, мать его, хрена?!

Я припомнил гнетущую гнилостную атмосферу вокруг проросшего сквозь бедного фыровского подчиненного Отростка. Она словно тысячи ос кружила вокруг, стремясь найти щелочку или дырочку в моей броне, залезть внутрь и пожрать меня всего. И обещала, и сулила… Сулила Силу, о которой я лишь мог только мечтать. Силу, обладая которой со мной будет разговаривать на равных даже Зог! Чем больше я об этом думал, тем меньше она вызывала во мне отвраще…

Твою мать!

Я остановился, как вкопанный, прислушался к своим ощущениям…

То, что превратило моих верных Бесов в Отростки Хаоса, еще было здесь. Едва осязаемое, но от этого не менее опасное. Оно разлилось по лагерю, подобно ядовитой патоке. Трупно-сладкой, но такой соблазнительной…

И это осознание пробрало до самый копыт. Страх погрузиться в эту гнилую силу и потерять себя вдруг вцепился в сердце острыми когтями.

Валить! Надо срочно валить отсюда! Паника вдруг накрыла меня с головой!

Я лихорадочно огляделся и выцепил взглядом в сумраке неказистую фигуру Фингала.

Бравый командир «Черного легиона» деловито бил морду какому-то нерадивому подчиненному.

«Фингал!» – рявкнул я мысленно так, что он аж подпрыгнул на месте.

Уже через пару мгновений Бес вытянулся передо мной в струнку.

– Да, Повелитель!

Один из моих лучших и старейших Капитанов.

– Принимаешь на себя командование армией!

У него натурально отвисла челюсть. Но мне было плевать.

Валить! Прочь отсюда! Пока я еще себе принадлежу!

И я ступил на Тропы.

С каждым разом выброска с Троп происходила все более точно.

Я вдохнул наполненный запахом гавачьего дерьма и вонью бобиков Хаоса горячий воздух Дыры и с замершим сердцем прислушался к себе, со страхом ожидая ощутить все те же мерзопакастно-приторные миазмы Изначального Хаоса…

Постоял…

Фух. Похоже, эта дрянь осталась под стенами Вочарки.

Тяжело облокотившись о перила балкона, я какое-то время тупо смотрел в окутанную тьмой пустыню.

Сказать, что произошедшее напугало – ничего не сказать. Даже борьба с Агрбаданом за красномордо-копытное тело была борьбой именно за тело. Соблазняющий силой Хаос же стремился изменить и поглотить саму душу! И это пробирало до дрожи в рогах.

Твою мать, будто проблем мне не хватало!

Так что же это было? Неужели мой поглощенный Изначальным Хаосом братец, как там бишь его… Убадан, решил таким макаром известить о себе?

Я почесал в затылке и вдруг замер, уперевшись взглядом в Университет.

Гм… А почему бы не посоветоваться с тем, кто на этом самом сратом Хаосе собаку съел? Я с трудом припомнил имя Ученого… Гарантайд! Во!

Лихим прыжком сверзившись с балкона, я быстрым шагом добрался до темнеющей громады Академии Хаоса и толкнул тяжелые кованые двери.

В нос ударил едкий запах каких-то химикатов. Медленно ступая, я закрутил головой, пытаясь рассмотреть помещение, в которое попал. Густая тьма окутывала зал, а тишину нарушал лишь гулкий стук копыт по мраморному полу. На стенах зала виднелись полустертые росписи, по мрамору змеились цепочки загадочных рун. Несмотря на то, что я нынче являлся двухсполовинойметровым демоном, мне показалось, что я вновь маленький мальчик на пороге темного подвала, во тьме которого скрываются чудовища.

Впрочем, насчет чудовищ, я был недалек от истины.

– Хэй?! Есть тут кто? – крикнул я. Звук собственного голоса вновь, было, вселил в меня уверенность, но эхо быстро погасло, а тьма слева вдруг вспухла костлявой фигурой.

Бл*ха-муха!

Я мгновенно извлек из Сокрытого секиру, и фигура вдруг распростерлась на полу и заголосила тоненьким голоском.

– Не убивай, Повелитель! Я твой верный Раб!

И действительно. Вглядевшись в плясавшую над головой существа надпись, я прочитал:

Верный Раб.

Ха! Да ведь это тот бедолага, которого Гарантайд вырастил на моих глазах! Надо же… он еще и говорит!

Убрал секиру, и Верный Раб, уразумев, что его казнь откладывается, поднялся, отряхнул кожаный передник и выудил откуда-то из стены пахнущий нефтью факел. Чиркнул кресалом и вскоре зал осветили трепещущие языки огня. Он сразу перестал походить на усыпальницу, обратившись в уютный будуар.

Я с интересом всмотрелся в полустертую роспись стен. Какие-то чудища и… обнаженные демонессы, застывшие в призывных позах. В отличие от чудищ, ладные изгибы демонесс были заботливо подновлены.

– Повелитель! О, Повелитель! Мой Господи-и-ин! – донеслось откуда-то из глубины здания.

Раздался дробный перестук и в залы ворвался сам Ученый. С тех пор, как я видел его в последний раз, он стал, кажется, еще более жирным. Кожаные ремни еле сходились на складчатых боках.

– О, Величайший из Великих! Ты пришел по зову Хаоса?! Я знал, Повелитель, я знал, что однажды ты откликнешься на пронизывающий пространство Сущего Зов! Восемь Начал Мубахарата слились воедино, дабы…

– Заткнись, – рявкнул я, брезгливо отодвигая ногу от желающего облобызать царственное копыто Ученого. – Мне… э-э-э… нужен твой совет, Гарантайд…

Ха! Лоснящееся личико карлика тут преисполнилось собственной важностью, превратив Гарантайда в надутую жабу.

– О, Повелитель, я неимоверно счастлив, что ты рассмотрел во мне мудрость Адуна! Вопрошай и получишь совет!

С минуту я раздумывал, не вломить ли жирдяю с копыта, дабы тот не возгордился сверх меры, но потом подумал, какая мне собственно, разница, если карлик слегка потешет самолюбие?

Я коротко пересказал ему произошедшее под стенами Вочарки. Полные ужаса глаза Изменяемого Беса еще долго будут заставлять меня содрогаться.

– Пламя Адуна взожглось на вершине горы Анемон! Царственный Хаос коснулся этого мира! Прикосновения сие еще легки, лишь Избранные ощущают его дуновения! Но грядет Шторм! Грядет Буря! Буря, что сметет старый мир, окунув его в Первородные Глубины! Три зверя Хадака вырвутся на волю и покажут…

Несколько минут я слушал визгливые вопли о «зверях Хадака», но потом не выдержал.

– Ближе к телу!

Гарантайд спотыкнулся на полуслове, обиженно шмыгнул носом.

– Это Выброс, о, мой Господин. Кто-то сумел коснуться Хаоса, и в сей мир протянулась Пуповина Силы, но Хаос не довольствуется заготовленным для него руслом! Его Сила просачивается сквозь окружающую Рран защиту и находит для себя подходящие вместилища, дабы подарить Истинную совершенность!

– Видел я эту «совершенность»… в гробу я ее видал, – пробормотал я. – То есть, такие… э-э-э… выбросы будут еще?

– О да, мой господин! Великодушный Хаос будет дарить Совершенства до тех пор, пока все мы не войдем в его лоно!

Твою ж мать!

Дело куда хуже, чем я представлял ранее. Одно дело воевать с очередным ублюдошным сынком Дутура. (Мне-то в принципе поплевать отсовершенен он Хаосом по самое небалуйся или нет, любой из них – срань Господня, которую я в гробу видал), и совсем другое дело, когда я даже в центре многотысячной армии не могу спокойно положить рога на подушку! Когда любой верный юнит в считанные секунды может превратиться в источающий смрадные миазмы Отросток! Но даже и это я бы пережил… но что делать с соблазняющим беспредельной Силой Зовом? Уж я-то точно не хочу «входить в его лоно»!

– Но, Повелитель… почему?!

Похоже, последнюю фразу я произнес вслух. Удивление на жирной морде Гарантайда было столь велико, будто я в здравом уме отказался трахнуть Анжелину Джоли в расцвете сил.

– Потому! – рявкнул я. – Ответь, как защититься от этих выбросов?

Некоторое время жирдяй тупо хлопал глазками, не в силах осознать мысль, что кто-то не желает «растворяться в лоне» Хаоса.

– Но, Повелитель…

– Отвечай!

Я с рыком подхватил карлика за шкирку и как следует встряхнул, на пол посыпался дождь из заклепок с перепоясывающего живот кожаного ремня.

– М-м-м… Есть… есть одно средство, о, Повелитель… Оно… он не навсегда… Придет время и Хаос все равно поглотит Все Сущее, что только по случайности… и-изверглось из недр Хаоса…

Вот это другое дело. Я аккуратно поставил Ученого на пол.

– Говори.

– Когда Ион нарушил Священный Бардак Изначального Хаоса и породил Хаос Начальный и утвердил на Тронах из Бивней Священного Зверя Иона Девять Владык, Хаос возгневался неимоверно! Гнев его был столь силен, что породил он Мрак из Света и Свет из Мрак и от их соития родились Черви Хаоса. Неодолимым прибоем обрушились они на подножья Тронов и едва не свергли только что урожденных Владык вновь в океан семимерного Ничто! Устрашился Ион, убоялся за свое творенье и вступил в битву с Червями, а позже и Владыки пришли ему на помощь. Триста лет и три года длилась битва, понял Ион, что не совладать им с Червями. Но тут встал пред ним один из Владык и сказал: «Возьми червя и выдери ему клыки, мы повяжем их вервою, наденем на шее и примут Черви нас за самих себя». Сделал Ион так и боле не бросались Черви Хаоса на Троны Владык, так как приняли их за самих себя, а после и вовсе сгинули…

Сука-а-а… Какой бред.

Бредовый бред… но… Ион, Черви… а ведь что-то такое я уже слышал! Когда пытал Агрбадана в Грани!

– И как это все может мне помочь?

Жирную мордашку Гарантайда растянула отвратная улыбка.

– Я знаю, где находится один из Клыков Червя, о, Повелитель. Он стар и дряхл, но на какое-то время сможет тебя защитить.

Гарантайд Жар Лебанер предлагает вам задание «Клык Червя Хаоса».

– И где же его черти носят?

– Два дня назад господин Шулевик с половиной легиона «Гахаган», половиной «Синего» эскадрона и сотней нуразгов отправился на помощь господину Хлыду, – склонился в поклоне невысокий Шаман из устроенной Шулевиком школы.

Звали его Пругар и сейчас, по сути, он верховодил всей столицей!

Твою мать! Чертов Шулевик. Какого хрена?

– Что он там забыл?

– Большое племя равнинных кобов, Повелитель. Они осадили Усадьбу господина Хлыда.

Скрипнув зубами, я отослал Пругара прочь. Что и говорить, не ожидал я от Шулевика такого ребячества. С кобами вполне справился бы и Урыг (командир учебного легиона «Гахаган-1»). Отчасти я, конечно, мог его понять – стоило мне заглянуть в Дыру, старый Шаман принимался пытать расспросами о событиях внешнего мира. Он откровенно тяготился сидением в Дыре. Но это ребячество могло дорогого стоить в случае какого-нибудь форс-мажора. Цог-цоги не дадут соврать!

Четыре крепости давали мне в общей сложности около тысячи единиц Маны Хаоса в день. Увы, половину из них приходилось тратить на прокорм армии (и приходилось бы еще больше, если бы не пещера с замороженными трупами под Гахаганом). Но и даже так на «счету» накопилось более двух с половиной тысяч единиц!

Немного пораскинув мозгами, я разом Призвал аж сотню Рыцарей Хаоса.

И чуть не ох*ел от отката. Мир померк, с минуту я будто смотрел черно-белое кино. На тело навалилась чудовищная тяжесть. Метрика пространства изогнулась, уступая напору чудовищного количества энергии, что закачивал сейчас «Отбор» в Дыру.

Прошло не менее получаса, прежде чем я пришел в себя, а палящее солнце разогнало, наконец, укутавшее крепость марево и я увидел у Ямы Рабов застывший ровный квадрат Призванных Рыцарей.

– Мы прибыли служить тебе, Повелитель! – сказал выступивший из-за мрачных фигур невысокий мужик в костяной броне. Жесткое лицо со шрамом на щеке и ястребиным взором карих глаз выдавало в нем бывалого воина.

Дерек Умбрелл. Капитан.

С минуту я тупо пересчитывал Призванных Рыцарей. Ровно сто. Дерек был сто первым.

Вот так-так. Вместе с сотней Рыцарей Хаоса «Отбор» внезапно презентовал к ним в комплекте и Капитана! Что это? Разовая акция аттракциона невиданно щедрости? Или… или за каждый Призванный многочисленный отряд мне полагается и Капитан? Хотя, с Универсальными Метками сейчас особых проблем не было (рыскающие в окрестностях Дыры и Гахагана отряды исправно их поставляли), плюс один мыслящий хрен никогда не будет лишним!

Я минут десять погонял новоиспеченного Капитана по военной тематике, дабы убедиться в наличие у него как знаний, так и какого-то критического мышления и убедился, что тот являлся довольно грамотным специалистом. Схватывал наши расклады налету. Прикомандировав к нему парочку грамотных сержантов-инструкторов, возвел для новорожденных Рыцарей Хаоса несколько Складов в виде временных казарм.

В мое отсутствие Дыру, кстати, постиг заметный строительный бум. В принципе и ранее огромные запасы Камня в виде ровных обтесанных блоков, позволяли легко возводить одноэтажные строения, крышей которых служили шкуры гаваков или панцири пустынных монстров. Но врата в окрестности Меензина открыли доступ к неведомому ранее в Жареной Пустыне строительному материалу – лесу! Через регулярно открываемый переход в Дыру доставлялись массивные бревна, из коих потом собирались перекрытия. С западной части городка стремительно рос квартал двух и трехэтажных зданий! Как мне поведал Пругар, отдельным особнячком обзавелся уже не только Шулевик, но и Урыг, и даже Базальт! (интересно, на кой черт бронированной псине свои личные пенаты?) В работниках тоже стеснения не было, у нас все еще были сотни пленных орденцев. До большинства которых все-таки добралась мысль, что жить, пусть и под моей пятой, все-таки лучше, чем сдохнуть в безымянном ущелье от жары и плохой жратвы.

К обеду в Тронном Зале собралась порядочная толпа страждущих припасть к божественной мудрости, то есть доеб*ться до меня с тысячей всяких дел, подданных. Важно задирающий нос Вугр выстроил их в подобие очереди, в коей сразу же случилась парочка драк и одно смертоубийство. Понятие «очереди» в обществе, где все решали сила, наглость и хладное железо, приживалось очень туго.

Основные разборки, как всегда устраивали между собой кочевники. К сегодняшнему дню на моей территории от Дыры до Рубца осело уже до четырех тысяч человек. Это были, как и семьи воюющих за Черными Горами нуразгов, так и хазгские роды, так и еще куча различного пустынного люда, кои услыхав о территории, где тебя не собираются ежедневно грабить и насиловать, потянулись ко мне со всей Пустыни. И естестно, как же без того, что все тоже самое, что творилось за Рубцом, эти благие люди перетащили и ко мне! Угон гаваков, похищение женщин, рекэт и убийства стали украшать доклады Шулевика едва ли не ежедневно. Редкие патрули Гончих и Бесов слабо могли на это повлиять. Так что вскоре поток народонаселения, вполне может быть, что и потянется обратно. Что мне категорически не нравилось.

Разобрав очередной спор «кто у кого гавака увел», я объявил перерыв и, завалившись в кабинет, мрачно вылакал целый кувшин кумысовки. Затем не менее мрачно посмотрел на заваленный пергаментом стол. В центре стола дремала подранная тушка Барсика.

Твою мать, ну почему люди не могут жить дружно?!

Вопрос, впрочем, риторический.

Нужно было что-то предпринять. Нужны были так сказать внутренние войска, полиция, равноудаленная от всех жителей равнины. Таковой, конечно, были мои демоны, но даже умнейшие из них были на редкость тупы и конечно неспособны разобраться в хитросплетениях отношений кочевников и самих демонов, да еще и кобов в придачу. Мозгов даже Капитанов на это явно не хватит.

Гм…

Я бросил взгляд сквозь окно на виднеющееся за стеной активно возводимое здание гостиницы. Пожалуй, следует приказать Шулевику заняться возведением внешних стен. Городок давно выплеснулся за возведенный мной шестиугольник. Гм…

Но не здание привлекло мой взгляд. А ползающие по крыше фигурки людей. Пленники из Ордена.

– Вугр! – позвал я, и в дверях тут же появилась сморщенная мордочка. В последнее время я нечасто уделял внимание Прилипале. От того на каждый мой зов он летел со скоростью света.

– Да, Хозяин!

– Разгони этот зоопарк в Тронном зале и приведи ко мне самых упертых орденских дурней, что еще торчат в ущельях. Да, и распорядись, чтобы мне соорудили пожрать.

Уже через полчаса Бесы втолкнули в Тронный зал с полдюжины заросших по самые гланды истощенных людей. В это время я задумчиво обсасывал приправленное мховым соусом ребрышко из Раба. Кобская прислуга, что нынче хозяйничала на кухне, весьма поднаторела в издумывании новых блюд из этого единственного, по сути, нужного мне компонента питания, умело вписывая его в кобскую кухню. Эта самая кухня, кстати, оказалась весьма разнообразна. Кобы жрали даже то, мимо чего проходили нуразги, да еще и умели приготовить это весьма аппетитно. Главное было не спрашивать, из чего состоит блюдо.

– Как тебя зовут? – чавкая, спросил я седовласого, но еще достаточно крепкого старика, указав на него обглоданным ребрышком.

Тот смерил меня презрительным взглядом и сплюнул на пол. С полминуты я сверлил его тяжелым взглядом. Но старикан не отвел глаза.

Смело, но глупо.

Упрямые дурни мне изрядно поднадоели.

Я пожал плечами и, кивнув стоявшему у стены Бесу, отбросил обглоданное ребрышко и принялся за следующее. Бес отреагировал мгновенно. Шаг, резкий замах и старика пронзило копье. Он с глухим стоном упал на пол, кто-то из орденцев, было, дернулся, чтобы прийти к нему на помощь, но Бесы тут же слитным движением, грозя острыми копьями, оттерли их от распростертого тела.

– Мне надоело ваше упрямство. И тратить на вас жратву я больше не собираюсь, – жестко сказал я, помахивая ребрышком в такт словам. – Моя армия под стенами Вочарки. Ордену конец. Вы или принимаете новую реальность, или подыхаете. С другой стороны… я люблю смелых. Мне нужны такие люди. Мое государство нуждается в Законе. И мне пришла мысль, почему бы вам не заняться его установлением.

– Нам?! – удивленно ахнуло сразу трое пленников.

– Как тебя зовут? – вперил я взгляд в еще одного седовласого орденца.

– Глейф ран Хортов, – помедлив, ответил тот. – Подмагистр Третьего ранга меензинской кодории.

Я доглодал ребрышко, откинул его в угол и поднялся.

– я даю вам последний шанс. У тебя и твоих собратьев час, чтобы дать мне ответ. Уведите их.

И прежде чем за пленными орденцами закрылась дверь, громко, так, чтобы они услышал, добавил:

– А кто откажется, продайте нуразгам.

Нет, ну какие же упрямцы! Несмотря на то, что бРльшая часть оставшихся орденцев приняла мое предложение, нашло три десятка особо тупых болванов, что предпочли рабство работе на меня. Что ж. Мне они и в самом деле надоели. Единственно, Пругар высказал здравую мысль, что лучше продать их не нуразгам (где они будут мозолить глаза своим бывшим товарищам), а людям Куполов, на медные рудники. Чем я поручил заместителю Шулевика и заняться. Благо, посол от этого племени давно ошивался в Дыре.

Остальных же, коих набралось под сотню, разместили в трех Складах в центре крепости. Не доверял я им, конечно, ни на грош. Для присмотра перевел в новый отряд, коий примитивно назвал «Полицией» из «Синего» эскадрона перевел два десятка бобиков Хаоса, вызвав им на замену новых. Ну а остальную организацию свалил на Шулевика. Пусть отдувается. Законников нужно было вооружить (ни о каких дакири речи, конечно, не шло) и выделить скаковых гаваков.

Разобравшись с текущими делами (если с ними вообще реально было разобраться, черт подери! Едва я решал одни проблемы, ко мне уже выстраивалась очередь страждущих завалить другими!), я на какое-то время заперся в кабинете, поставив на входе парочку Рыцарей Хаоса.

Встал перед окном, наблюдая за заходящим солнцем.

Дневная суета постепенно отступала. Наступало время настоящих дел.

ГЛАВА 6

– Я готов.

– Сейчас, Повелитель! – вознеся палец, пропел Гарантайд и снова скрылся в глубине Университета.

Ну и запашок… Едва зашел под его мрачные тенета, как меня чуть не вывернуло наизнанку. Микс из запаха никогда не стираных носков, сладкого трупного зловония и навозного духа. Бр-р-р.

В зале было тесно от моих юнитов. Десяток собачек, десяток Рыцарей Хаоса и когорта Бесов.

Бам-м-м!

От этого «бама» с потолка посыпалась штукатурка. И тут же вонь усилилась, кажется, вдвое, хотя куда уж еще сильнее?!

– Па-а-астара-анись! – вновь визгливо проорал Ученый.

Собачки с ворчанием раздвинулись, пропуская низенькую фигурку, ведущую на поводке… твою ж мать!

Вот это урод! Не, братцы, мое чувство прекрасного за последние месяцы здорово изменилось, но, как говорится, есть же какие-то пределы?!

Огромная раздутая газами туша еле передвигалась на малюсеньких кривых ножках. Складки жира стекали по бокам чудища, а голова с внезапно осмысленными глазами была свернута под неестественным углом. Из раззявленного рта капала зеленоватая слюна. Эта срань Господня проковыляла на середину зала и тяжело осела на пол.

– Уфф… Тяжело, Хозяин… – пробормотало Оно тоненьким голоском.

Верный Раб.

– я не сразу даже заметил системную надпись. Для того пришлось задрать голову. Мои рога маячили где-то на уровне четырех подбородков ублюдка.

Епанный Экибастус! Так это же тот самый бедолага!

– И что все это значит? – мрачно вопросил я Гарантайда.

– Это Врата, Повелитель! Так как искомое место находится в тысячах лиг от благословенной крепости моего Хозяина, я взял на себя смелость соорудить сей премногоискусный конструкт для вящего удобства перемещения!..

– Чаво?

– Один момент! – с видом фокусника Ученый достал из-за пояса обитую кожей дубинку со странно смотрящимся большим драгоценным камнем на конце. Камень медленно наливался трепещущим багровым светом. – Оп-ля!

– Может, не надо, Хозяин? Эта бо-о-ольна-а-а… – проныл Верный Раб.

Но Ученый с мерзкой ухмылкой быстро-быстро закивал четырьмя подбородками.

– Надо, Раб... надо!

Он, нелепо взмахнув ручками, аки перекормленный воробей подпрыгнул, чтобы дотянуться до свернутой на бок головы Верного Раба, но легче было мне добраться до вершины Эвереста. Ученый снова подпрыгнул, отчаянно махая свободной рукой, будто это реально могло помочь.

Цирк уродов, бл*дь…

– Помоги ему, а то мы здесь до утра проторчим… – буркнул я ближайшему Рыцарю Хаоса.

Тот, схватив одной рукой Ученого за шкирку, приподнял на метр и тот, наконец, тыкнул жезлом в лоб Верному Рабу.

– А-а-а-а… – заверещал он ультразвуком.

– Во имя Начал Мубахарата... Во имя Пламени Адуна! Во имя Хаоса Начального и Изначального! Во имя Зверей Малеха и Агалеха… – завыл Гарантайд, забавно раскачиваясь в руке Рыцаря Хаоса.

Все это выглядело так нелепо, что я чуть не заражал во весь голос… Но вскоре желание веселиться пропало. Хаос коснулся набитого битком зала Академии. Щупальца далекой силы, источая смрадные миазмы, угнездились в углах зала. А меня вдруг посетила простая в своей ужасности мысль.

А с хренали я взял, что мой Ученый играет на моей стороне?!

Твою мать!

Я рефлекторно выхватил секиру из Сокрытого и едва не превратил одного вонючего жирного Гарандайда в двух вонючих жирных Гарантайдов. Но что-то все-таки остановило. Хаос щупал-щупал, но никак не мог нащупать. Слепая отвратная сила обшаривала Академию, но словно нас не видела.

– Опусти! – зло выкрикнул Ученый, я кивнул, и Рыцарь Хаоса разжал руку, после чего жирный карлик со смачным «чпоком» плюхнулся на пятую точку.

– Во имя Восьми Начал… – подскочив, затянул он снова заунывным голосом, обежал тушу Верного Раба.

Визгливый голосок Ученого стал стремительно понижаться, слова были все менее понятны, он явно вошел в какой-то транс. Верный Раб задрожал, зашелся в лающем кашле, его массивная туша вздрогнула, затряслась, пошла волнами…

Епаный… Экибастус…

Это действительно были Врата.

Врата во Плоти.

Туша Верного Раба… а вернее, теперь Врат во Плоти, разодралась, разверзлась, развернулась в трехметровое черное зеркало. Из него дыхнуло холодом.

– Мне бо-о-льно, Хозя-а-аин… – верещало оно. Я даже не сразу заметил нелепо торчащую сбоку из плоти Врат голову.

Твою ж мать…

– Повелитель… скорее, ему больно, – тихо сказал Гарантайд.

В нем слышалась забота и теплота.

Я вздрогнул. Было в этом зрелище окаймленного стонущей живой плотью черного зеркала что-то продирающее насквозь, до поджилок.

– Внутрь, скорее! – крикнул я, и первый шагнул в колеблющуюся тьму.

«Замок. Старый. Развалины. Много. Люди. Мало. Гаваки. Вонючие. Очень».

Каскад образов мелькал столь быстро, что я едва успевал их осознать. Вместе с образами приходили и другие ощущения Базальта. И в первую очередь запахи. Очень, очень сильные запахи. Капитан собачек ощущал их куда сильнее меня.

Фу, бл*…

Гавачий трахан в отображении Базальта валил с ног.

Я задумчиво оглядел окружающий лес. По виду он был неотличим от того, что окружал тот же Меензин. А значит, мы могли находиться в любом месте от Черных до Дождевых гор или вообще где-нибудь на северном побережье… да, что и говорить, могли вообще быть на другом материке.

– Это вообще Рран? – спросил я нахохлившегося Гарантайда, что заботливо гладил осевшего бесформенной массой Верного Раба по боку.

– О да, Повелитель! Разве не чуешь ты напряжения Мировых Струн? Как я тебе уже говорил, Клык попал сюда вместе с одним из учеников Владык! Легендарный Баргашир упокоился здесь в незапамятные времена! Он выкрал Клык у Владык, дабы самостоятельно погрузиться в Великую Силу Хаоса и достичь могущества, равного божественному!..

Нет, напряжение Мировых Струн я не чуял. Зато прекрасно чуял запах гавачьего дерьма. Чертов трахан никак не желал выветриваться из головы.

А вот у меня были сомнения. Когда мы покидали крепость, солнце уже клонилось к закату, здесь же было раннее утро.

Гарантайд клялся, что ближе к искомому укрытищу Клыка Червя Хаоса было не подобраться. Рыцари мрачными столбами подпирали деревья, Бесы позевывали, нежась на солнышке… идиллия. Вот густой подлесок с треском раздвинулся. Вернулся еще один песик. Последний.

По всему выходило, что кроме найденной Базальтом группы, народонаселения поблизости не было от слова «совсем». Восемь человек не представлялись особой угрозой. Гм…

Но в такую благодать слабо верилось. Не бывало еще квеста, чтобы мне не приходилось выгребать против чертовой орды супротивников. И не всегда удачно. Сожженные пятки не дадут соврать.

Я вновь поглядел на притихший лес. Солнце весело расчерчивало лучами сгрудившихся под деревьями воинов.

Что ж. Пора браться за дело. Мне жуть как не нравился пассаж про этого «Легендарного» Багдашира, что желал «самостоятельно погрузиться в Великую Силу Хаоса». Чем заканчиваются такие «погружения» я уже прекрасно знал. И готов был спорить на все, что угодно, что с последствиями таких «погружений» нам вскоре придется столкнуться нос к носу. Но прежде чем отправиться на исследование руин, я решил самостоятельно взглянуть на обнаруженных Базальтом людей. Что они здесь забыли?

Я приказал сержанту Хугу вести отряд к развалинам, а сам с Базальтом отправился к лагерю таинственных незнакомцев.

Идти оказалось недалеко. Я дважды заюзал Взор Ахара, но кроме восьмерых нейтралов никого не обнаружил.

Они разбили лагерь на берегу шустрого ручья. Три палатки, перевязь для гаваков, груда каких-то ящиков. В центре утоптанной площадки курилось дымком кострище, на ветке дерева висела ободранная туша какого-то зверя. Рядом палочками была растянута его шкура. Незнакомцы были одеты скорее по-походному, чем по-боевому. Хотя мечи, копья и луки имелись. Один сейчас мыл котелок после утренней трапезы, еще двое о чем-то переговаривались, стоя на берегу ручья, четвертый ладил наконечники к охотничьему луку, остальные же тусили в палатках. Что интересно, те, кого я видел, на вид заметно отличались друг от друга. Базарившие на берегу – высокие, узкоплечие, молодые, одеты побогаче, оружие тоже неплохое, но смотрелось оно, как патронаж на балерине. Двое других – мужики бывалые, тертые жизнью. Но, что еще интересней… а где же пригляд? Неужели настолько уверены, что здесь глушь, да гладь, что даже дозорного не выставили?

Я продвинулся еще на метр вперед, осторожно раздвигая кусты, и тут понял, почему нет дозорного. Просто таки пятой точкой почуял!

Магия!

Сука!

Правое копыто пересекло невидимую линию, и вся четверка тут же встрепенулась. Тот, что чистил котелок, взвился с невесть откуда взявшимся мечом, другой натянул лук, два болтолога тоже потянули из ножен мечи. Спустя несколько секунд из палаток вынырнуло еще двое воинов, а вслед за ними высокий господин в котелке и еще слегка более юная копия. У обоих в руках игралось фиолетовое пламя.

Твою мать! Угораздило нарваться на магов!

Но сам виноват. Следовало чуть-чуть пораскинуть мозгами – кто еще может отираться близ разрушенного укрытища известного мага древности?!

Благо, мой отряд еще не ушел далеко. Я нашарил разумом ближайшую собачку и коротко приказал:

«Песики. Ко мне!»

Накинул «Щит Дутура» и осторожно, подняв пустые руки, шагнул из кустов.

Ох. Шансы на то, что меня тут же не попытаются нашпиговать стрелами и поджарить молниями болтались где-то в районе копыт. Но…

Бледнота людей проступила даже сквозь загар. Воины судорожно сжали мечи, лук качнулся, а огонь в руках магов взвился, будто в него плеснули бензином. Но, то ли из-за выучки, то ли моя красная рожа к себе так располагала, но они остались стоять на месте.

И только потому остались в живых.

– Приветствую! – как можно жизнерадостнее сказал я. – Пригласите на огонек?!

Сзади зашуршало, затрещало, и сквозь кусты протиснулась бронированная туша Базальта.

– Спокойно, он не кусается. Мы вообще, ребята мирные, – погладил я морду Капитана, видя, как сглотнул воин с луком.

Снова раздался треск подлеска и на поляну одна за другой начали выбираться другие Гончие.

– Гнеб иб Ухор, магистр Данатаор-Агарисской Школы Магии – коротко поклонился престарелый маг, после того, как разлил чай по пиалам. – Сие сын мой Урлан и почтенный командир ватаги сер Ишор Маар.

Перегнувшись через импровизированный стол из раскатанной циновки, вокруг которого по-турецки мы все сидели, я взял пиалу, шумно потянул чай. Ухх… хорошо. Тыщу лет не пил хорошего чая… да я вообще его на Рране не пил.

А Гнеб иб Ухор – стальной мужик. Сидит в окружении здоровенных монстров и ухом не ведет. Вежливо улыбается только. Сынок его, конечно, владеет собой похуже. Бледнота так и не спадает, рука то и дело шарит по поясу, где скрыты какие-то артефакты. Капитан наемников тоже настороже.

– Попробуешь? – спросил я Базальта, тот совсем по-человечески кивнул.

Маг слегка приподнял бровь, но поставил пиалу и перед Капитаном Гончих, налил из котелка чай. Тот ткнул мордой и одним хлебком опустошил пиалу, не обратив никакого внимания на то, что там был кипяток. Довольно заурчал.

– Я Агрбадан, Сын Дутура. А это Капитан Гончих, Базальт. Нынче мне принадлежат земли от Рубца до Салашьих Гор и от реки Тланты до озера Асат.

Для солидности я слегка прихвастнул.

– Тланты? – вновь приподнял бровь маг. – Помнится, не столь давно эти земли принадлежали Ордену…

– Многое принадлежало Ордену. Но теперь оно мое! – рявкнул я, почуяв недоверие в голосе Гнеба.

– Что же… э-э-э… могущественный Агрбадан делает так далеко от своих владений? – аккуратно подбирая слова, осведомился маг.

Черт подери. Признаваться в неведении не хотелось, но иначе нужную информацию было не добыть. Если я, конечно, не собирался подвешивать своих собеседников на ближайшем дереве. Базальт мысленно уже несколько раз так и предлагал сделать.

– То же, что и вы. Собираюсь обследовать близлежащие руины. Кстати, где мы?

Глаза юного отпрыска блеснули, а командир наемников зримо напрягся.

– Сия местность называется Гасинор. Когда-то сотни две лет назад, Гасинор являлся имперской провинцией, нынче же забытой окраиной. Гарнизоны давно свернуты, а жители ушли, оставив эти леса дикарям.

«Имперской провинцией»? Я открыл карту. Империя на ней значилась только одна. Аркарийская империя занимала северо-восточный край материка. Я смутно припомнил россказни Гассаурия об этом некогда могучем государстве. По всему выходило, что мы находимся где-то чаще лесов к югу от нынешних ее границ. А это значит, что до моих ближайших застав от тысячи до полутора километров. Немало.

Престарелый маг оказался интересным собеседником. И я мысленно похвалил себя, что не стал включать «Повелителя». Охотно рассказывал о нынешнем положении дел в государстве. Я поначалу, признаться, даже слегка не понял, а с чего это он так лихо сливает инфу. Но, как выяснилось, особо любить Империю причин у Гнеба не было. Можно даже сказать, в гробу он ее видал. Уроженец далекой провинции, а ранее небольшого независимого государства, Хагаден, он прекрасно помнил, как тридцать лет назад это самое государство лишилось независимости, пав жертвой последней судорожной попытки вернуть былое величие стремительно дряхлеющего гос.образования. Собственно, на завоевание Хагадена эти поползновения и закончились.

– Император Виллиной юн и слаб, страной, по сути, правят Наместники провинций. Жалованье в легионах не платят месяцами, солдаты сбиваются в ватаги и добывают себе пропитание как умеют. Варвары с Галийского взморья ходят по северным провинциям, как у себя дома. Говорят, император все еще жив исключительно потому, что Наместники ненавидят друг друга куда сильнее, чем его.

Твою мать, он просто-таки предлагает прийти и взять то, что плохо лежит! Вот только Аркарийская империя, пускай даже находящаяся в упадке, это далеко даже не Железный Орден, который я все никак не могу переварить уже второй месяц кряду. В этих самых густонаселенных областях этого мира мои немногочисленные войска просто растворятся!

– А что же говорят обо мне? О таких, как я? – я впился в бархатные глаза Гнеба тяжелым взглядом.

– Слухи ходят разные, – уклончиво ответил он. – Я слыхал… э-э-э… о проблемах Железного Ордена. О том, что Орден сражается в южных пустынях с э-э-э… демонами… Также еахианские купцы рассказывают, что Кадаргу осаждают незнаемые дотоле племена. Они пришли с запада из-за Черных Гор и предводительствует ими великий маг, что принял образ самого Ганеша…

Так-так-так… А вот тут поподробнее!

– Кадаргу? Где это?

Как выяснилось, кадаргийский атанат находился на очень далеком юго-востоке, на восточной оконечности Срединного материка. Новости об осаде были весьма устаревшими. Не исключено, что на данный момент Кадарга давно уже была взята, а один из моих названных братцев получил выход к морю.

На несколько минут я погрузился в сосредоточенное изучение карты. Стоило магу упомянуть далекую страну, как на ней проявились ее контуры. По всему выходило, что Гнездо моего соперника находится также в Жареной Пустыне, в нескольких тысячах километров восточнее!

Это была плохая новость. После погибели Дребадана, я считал Жареную Пустыню своим надежным тылом. Да, тысячи километров пересеченной глубокими ущельями равнины сами по себе были неплохой защитой, но тот же Дреб сумел преодолеть разделяющее Дыру и Гахаган расстояние.

Хорошей новостью было то, что местные пока не воспринимали опасность всерьез. По крайней мере, основная масса населения. Пока Дети Дутура промышляли на окраинах цивилизованного мира и не слишком отличались от мифов и сплетен. Аркарийская Империя была одним из основных призов в нашей гонке и, надо сказать, я тут находился в довольно выгодном геостратегическом положении. От Селастра до западных рубежей Империи было чуть более пятисот километров. Впрочем, не стоило забывать о Вратах. Удачно поставленный портал сведет это преимущество на «нет».

Мы допили чай, и разговор сам собой заглох. Люди беспокойно оглядывались на заполонивших поляну бобиков Хаоса. Лишь Гнеб держал непроницаемый покерфейс. Но и он понимал, что их жизни сейчас в моих руках. И хотя до сих пор я был довольно любезен, ежу было понятно, что от здоровенного красномордого монстра можно было ожидать все, что угодно.

– Что ты знаешь о руинах?

К счастью (в первую очередь для них) Гнеб не стал отнекиваться и рассказывать прохладные истории, о том, что он со спутниками вышел прогуляться по леску.

– В старых книга часто упоминается это место. Раньше предполагалось, что здесь находилась резиденция одного из последних свободных кланов шадиров. Но мне удалось узнать, что эти развалины много древнее. Я предполагаю… – медленно, с паузами, проговорил маг, тщательно подбирая слова,– …что когда-то здесь проживал один из ближайших сподвижников одного их Старых Богов и именно от него шадиры получили свою магию.

Как я уже знал, шадиры являлись автохтонным негуманоидным населением этой части материка.

– И как ваши успехи? – не сводил я с мага взгляда, надеясь отыскать малейшие признаки лжи.

– Никак. Древняя магия все еще сильна. Мы потеряли двух человек капитана Маара и решили как следует подготовиться к следующей попытке исследовать руины.

– И что же ты рассчитывал там найти, хагаденец?

– То, что поможет сбросить ярмо империи с моей страны, – твердо глядя мне в глаза, ответил маг.

Ха! Ну надо же! Патриот! Гм… это можно и нужно использовать. Но мне нужна более подробная инфа.

– Что конкретно? И как это поможет… в твоей борьбе?

– В древних книгах, посвященных верованиям шадиров, говорится о неких наручах, что подчиняли упокоенных воинов. По легендам, в тяжкий час они поднимутся на защиту своего народа. Вожди Непокоренных – остатков независимых кланов из Дождевых Гор обещали выступить в назначенный час, если я достану для них Наручи Мертвых.

О как. Настоящая Санта-Барбара. Но, похоже, маг не врал. Похоже…

Гнеб иб Ухор предлагает вам задание «Наручи Мертвых».

Вот теперь я уверен, что он не врал!

Что ж. Тем лучше. Убьем одним ударом двух зайцев. Заваруха в Империи мне будет только на руку. Чем сильнее ослабнет это государство, тем легче обойдется его завоевание. А завоевывать его рано или поздно придется. Я не намерен был отдавать такой куш в руки застратых братьев!

– Гм… У меня тоже есть некий интерес к этим руинам. И возможно… мне бы пригодились такие люди, как ты Гнеб…

Повисла пауза. Маг колебался лишь пару мгновений.

– Позволь, отправиться с тобой, исследовать их.

Я молчал, выжидая.

– …Господин.

Я довольно ощерился.

– Хорошо. Ты поможешь мне, а я помогу тебе в твоих поисках.

Вы приняли задание «Наручи Мертвых».

ГЛАВА 7

Покачиваясь верхом на Базальте, я размышлял.

Такое быстрое присоединение ко мне хагаденца, что это? Очередная игровая условность, или маг много хитрее, чем желает казаться? Сдается, он знал обо мне несколько больше, чем показывал. И это было опасно.

С другой стороны, я многое готов отдать за щепотку инфы, а уж за те сведения, что он вывалил на меня, можно было и рискнуть. Подумать только, моя родная Жареная Равнина оказалась не столь уж «моя»!

Но об этом после.

Спустя полчаса, продравшись сквозь густой лес, мы добрались до искомых развалин. Здесь, на опушке леса расположилась моя пехота и… Гарантайд.

– О, Повелитель, ты добыл несколько смертных?! Как кстати! Я сейчас же, вот прямо сию минуту разложу походный алтарь, и мы принесем их в жертву во имя твоей славы и славы Хаоса! Свежая кровь всегда благосклонно сказывается на любом предприятии! – запрыгал коротышка вокруг Базальта.

Люди слегка сбледнули. Я не торопясь сверзился с песика и, выдержав довольно длинную паузу, сказал:

– Не в этот раз.

Ученый тут же увял. Я отпнул его с дороги и взглянул на развалины.

Гм… Развалины, как развалины. Наполовину поглощенные джунглями, они выпрастывали из буйной листвы обкусанные останки зданий. Где-то лежало битое крошево, где-то высились практически целые здания. Когда-то это, должно быть, был целый комплекс величественных строений. И, несмотря, на буйство природы вокруг, развалины все еще держали оборону. За сотни, если не тысячи лет, лес должен был полностью поглотить творенье человеческих (или не очень) рук. Стоило вспомнить остатки городов майя на Юкатане, кои нынче не всегда и со спутника отыщешь.

Я активировал Взор Ахара и практически сразу обнаружил нескольких противников. Ядовито-белые точки скрывались внутри нескольких полуразрушенных зданий буквально в сотне метров от лагеря. Интересно. Из рассказов Гнеба о попытках проникнуть вглубь развалин следовало, что у его группы проблемы начинались только при подходе к дворцовому комплексу. Тут же нас ждали на самой границе. Уж не из-за того ли, что я активировал квест?

До заката еще было несколько часов, и я не собирался их терять.

– А ну подымаем жопы! – рявкнул я, пнув ближайшего Беса.

Уже вскоре отряд вступил в пределы развалин. Впереди я с Гнебом и его людьми, далее собачки, Бесы и Рыцари Хаоса в арьергарде.

И почти сразу почувствовал тягучее давление в районе груди.

– Сработала сигнальная магия, господин Агрбадан, – негромко сказал маг.

В его руках появился недлинный жезл с хрустальным набалдашником. Он тут же засветился ярым пламенем.

– Почему не предупредил о ней? – рыкнул я на него.

Молодой Урлан отшатнулся, но Гнеба иб Ухора так легко было не пронять.

– Я подумал, что ты в курсе ее наличия. В любом случае, моих сил не хватило бы на ее нейтрализацию. Именно такой обряд я пытался провести последние дни. Но она, хотя и древнее стен Данатор-Агариса, все еще сильна.

Блин. Ну вот. Буквально расписался в собственном бессилии. Хотя…

– Где она?

Маг на мгновение задумался, а потом произнес на распев длинное заклинание. Огонек на жезле взвился косматым пламенем. Клубящийся огонь залил проход между строениями. Через несколько мгновений он схлынул, оставив после себя линялые трепещущие разводы. Похожая на зеленоватые сопли магия стекала по стенам зданий и пузырилась на траве бурлящими кляксами.

Я сверзился с Базальта.

Огненный Кулак.

Шар нестерпимо яркого косматого огня опалил горячим воздухом. Я влил в него изрядную порцию гнева на собственное невежество, и Кулак получился на загляденье! По сравнению с ним творение Гнеба выглядело потугами младшего ученика.

И маг впечатлился.

Еще больше впечатлилась «древняя, но все еще сильная магия», сгорев к х*ям!

Мы сделали еще несколько шагов и небо вдруг померкло. Как в дешевом триллере пала тень, солнце скрылось за вдруг набежавшими тучами, в промежутках между домами сгустился мрак, сердце кольнула холодная игла.

– Т-так раньше не было… – запинаясь, вымолвил Урлан, со скрежетом доставая меч.

И весьма вовремя!

– Берегись! – крикнул я, пятой точкой почувствовав опасность.

Рывком выдернул юношу с места, где он стоял и, отшвырнув его назад, сам прыгнул в сторону.

И тут же на нас обрушилась какая-то громоздкая тварь. Замелькали когти и пасти. В нос ударил приторно-трупный запах, голова закружилась от шепчущих соблазнов.

Глыба Хаоса. 7-й уровень.

Фшу-у-ух!

Мимо пронеслась атакующая туша Базальта. Чудовищный командир песиков просто снес бесформенную Глыбу, впечатав ее в покосившуюся стену. Стена рассыпалась на отдельные кирпичике и ревущий и рыкающий клубок скрылся в пыли внутри остатков дома.

Воцарился форменный кавардак. Нас атаковал с десяток Глыб и еще одна гигантская срань по наименованию «Оскал Хребита». Уверен, мои ветераны быстро бы разобрались с уродцами, но, увы, обстрелянные воины были сейчас по ту сторону гор, сюда же я взял почти сплошь недавно урожденных Ямой Рабов новобранцев. Да, часть Бесов и собачек имела некоторый опыт охоты на пустынных монстров, но Рыцари Хаоса, при всем своем угрожающем виде были еще слишком неопытны. И они дрогнули первыми. Почти четырехметровая громадина Оскала Хребита вмиг втоптала в землю одного из Рыцарей и раскидала еще нескольких, разделив наш отряд надвое. Источающая смрадные миазмы, вся в чернильной дымке, она орудовала двумя огромными клешнями, о трех глаз каждая. Вытянувшиеся же в цепочку Бесы стали легкой добычей для Глыб. Лишь собачки, благодаря своим габаритам, легко отразили нападение двух хаоситских ублюдков. Но это было слабое утешение.

Черт подери, не успели начать, как нас уже кончают!

Эта мысль, словно детонатор взорвала внутри меня бомбу с кровавой яростью! Зарычав, несколькими огромными прыжками я преодолел расстояние до растерявшегося отряда Бесов. Сокрушающий Удар просто расплющил одну из Глыб, и я пинками стал собирать Бесов в строй, с трудом проталкивая приказы сквозь застившую глаза кровавую пелену гнева на тупорылых юнитов.

– Убьюу-у-у-у! Тупы-ы-ые бара-а-аны! В стро-р-рой!

Я слышал свой голос словно из глубокого колодца. Вне себя от ярости, схватил ближайшего Беса и просто разорвал его на части! Лишь взглянув на окровавленную тушку под ногами, я остановился, хрипло дыша.

Что я творю?!

Но это помогло. Юниты мгновенно вспомнили, что меня им следует бояться значительно сильнее, чем каких-то хаоситских ублюдков! К тому же, пусть они и не столь долго жили под солнцем Ррана, воинская наука была вшита им в подкорку.

Сбитая в плотное построение когорта нашинковала на куски вначале одну Глыбу, потом другую. Рыцари Хаоса также после небольшой матерной речи сформировали шеренгу. Их командир – здоровяк по имени Гатрач быстро перенял мою манеру командовать. Его хриплый рев расколол лес, и Рыцари слитно навалились на Хребита. Он лишился одной клешни, затем ноги, затем другой и уже вскоре стал походить на гигантского злобного колобка. Тут подоспели и собачки Базальта, уж им-то было не привыкать разделывать монстров.

Битва закончилась. Я устало присел на вросший в землю блок. Посмотрел на свои дрожащие руки, затем на трупик Беса, на устремленные в небо глазки на сморщенной мордочке.

– Хаос коснулся тебя, Господин… – промурлыкал тихо подошедший Гарантайд.

Я прислушался к себе… но внутри была лишь пустота.

Что-то я внезапно устал. Устал от этой бесконечной крови, от тяжести все увеличивающихся обязанностей, от загадок и тайн. Поднявшись, растеряно оглядел свое воинство. Бесы, Рыцари Хаоса и мои верные собачки смотрели с обожанием. Чуть в сторонке стоял Гнеб иб Ухор со своей братвой. И было в их взглядах нечто такое… чего недавно еще не было.

Они увидели Сына Дутура в гневе.

Я вздохнул и вдруг разозлился на своего себя. Рассопливился тут! Хаос, видите ли, коснулся… Да я в себе таскаю целого сбрендившего демона! Что мне Хаос?! Сранью больше, сранью меньше!..

Но это я, конечно, храбрился.

В любом случае, хватит рассиживаться.

– Раненных на собачек, в походную колонну стройсь! – гаркнул так, что с верхушек деревьев посыпалась листва.

И тут же замершее, было, бытие закрутилось, завертелось деловитой суетой.

Вскоре нам пришлось уже прямо-таки прорубаться сквозь орды хаоситских монстров. По большей части Глыб, изредка перемежающихся редкими Хребитами. Я сменил походный ордер, выдвинув вперед собачек и так дело пошло на лад. Габаритные песики легко расправлялись с неповоротливыми чудищами. Но вот маг все мрачнел.

– Я… чувствую могущественные чары… – неуверенно говорил он, сосредоточенно рассматривая пылающий на конце жезла огонь, во время краткой передышки между волнами монстров. – Но… не вижу их.

Тем временем смеркалось.

Мы преодолели внешний контур развалин и приблизились к обширному мрачному строению, сохранившемуся почти полностью. Это было нечто среднее между дворцом и укрепленной крепостью. Узкие окна под самой крышей были похожи на бойницы, в одном месте стены были оплавлены, будто от магического удара. Сумрак растекался из них, протягивая к живым жадные мертвенно-бледные щупальца. Вот только входа нигде не было видно.

Бр-р-р.

Картинка достойная триллера по мотивам Стивена Кинга.

И запах. Трупный приторный запах кружил хороводы и сводил с ума. Он звал и он предлагал…

Вдруг одна из собачек Базальта истошно заверещала. Огромная туша содрогнулась в конвульсиях, завалилась на бок, взметнулись снаряженные острыми когтями лапы. Я пошатнулся от сгустившегося тошнотворного запаха. Розовая дерюжная шкура уже начала лопаться, сквозь нее полезли костистые отростки, глаза чудовищного песика вытекли, сменившись наполненными тьмой буркалами…

Твою мать!

«Убей!»

И мой Капитан не сплоховал. Не раздумывая ни секунды, одним огромным прыжком Базальт оказался рядом с бьющейся на земле Гончей.

Хрусть.

Вцепившись в загривок, Капитан одним движением сломал Гончей шею, еще пару секунд и поросшая хрящеватыми отростками голова оторвалась от вмиг опавшей туши.

В сгустившейся тишине, я медленно оглядел свое воинство, ища мельчайшие признаки Изменения. Но тошнотворный запах развеялся. Хаос отступил.

Но лишь на время.

Отыскать вход оказалось нетривиальной задачей. Гнеб клялся Великой Троицей, что он-де был вот прямо вот тут! Но нынче его не было. И я даже ему верил. Чертову магию можно было черпать половником из воздуха. Хагаденец с сыном и учениками то и дело раскидывал поисковые чары, указывая мне, куда обрушивать клокочущий во мне гнев. Я выжигал узлы древних чар со всей доступной мне яростью, пытаясь потушить ею страх. Но он все равно тоненькими ручейками пробирался к сердцу.

Только когда я сжег ее всю (потратив едва ли не 50 единиц Маны Хаоса!!!), на том месте, где еще недавно находилась глухая замшелая кладка, вдруг обрисовался запертый вход.

Бам!

Чудовищный удар Базальта развалил трухлявую дверь на куски. Древняя магия вспыхнула по окаймлению проема, но зеленые языки пламени лишь бессильно лизнули броню Капитана.

Фыркая, он, пятясь, вылез из открывшегося хода.

Сраный Экибастус!

Уходящий вниз коридор был слишком узок для Гончих. Мои рога не доставали лишь пары сантиметров до грузно нависающего низкого потолка. Я зло сплюнул и пробормотал еще пару ругательств на народно-матерном. Жуть как не хотелось лезть в неизвестность без основной боевой силы.

«Сторожи. Рви всех, кого увидишь!» – приказал я Базальту и, обновив «Щит Дутура», ступил во мрак коридора.

Вскоре за спиной затрепетал небольшой зеленый огонек. Маг и его люди не могли похвастаться таким же хорошим зрением в темноте, как отродья Дутура.

Обиднее всего, что уже через пару десятков метров проход расширился, и мы вступили в обширную залу, легко вместившую бы целый эскадрон Гончих!

Огонек мага взвился к самому потолку, осветив мертвенным светом пошарпанные стены, с которых на нас глядели облупленные морды чудищ Хаоса. Клыки, кривящиеся в издевательском смехе раззявленные рты с рвущимися из них горстями глистообразных отростков и прочая хаоситская красотень.

Медленно прогулявшись вдоль стен, я встал в центре зала, в замешательстве почесал меж рогами. Ни единого входа-выхода, кроме того, через который мы сюда зашли. Лишь облупленная мазня на стенах. Чудовищные рожи выглядели откровенно нелепо. Пугала для детей. Да и сам зал… Нахрена городить подобное под землей?

Гм…

Похоже, снова выверты «Отбора». Он взял базу из истории Ррана и быстренько соорудил на ее основе квест.

Бум… Бум…

Неожиданно возникший тихий перестук доносился, кажется, сразу со всех сторон. Бесы заозирались, прижимаясь друг к другу.

Бум-бум-бум, тук-тук-тук…

Он все не умолкал. Разгонялся, становился громче.

А мне вспомнились предыдущие задания. Орды монстров, за которыми… всегда следовал… чертов главарь!

– В круг! Спиной к спине! – заорал я одновременно с громким грохотом позади.

Светлый проем хода вдруг потух, оставив нас наедине с зеленоватой тьмой и кривящимися в злобном веселье облупленными рожами. Перестук взвился под потолок, казалось, на нас несется полк тяжелой конницы. Сверху посыпалась штукатурка, Бесы и Рыцари Хаоса лихорадочно выстраивали фронт. Гарантайд вдруг зашелся в приступе жестокого кашля, а Верный Раб, он же Врата во Плоти, плюхнувшись на жирный зад, тоненько завыл, но почти тут же схлопотал пинок от хозяина.

На мгновение повисла тишина, и тут же стены зала взорвались штукатуркой и каменной пылью. Видимость сразу же упала почти до нуля. Из многочисленных проломов полезли массивные тени. Раздались раздраженные визги, тявки, невнятный матерок, а затем смачные «хряськи» с чмоканьем, когда топоры Рыцарей Хаоса и копья Бесов взялись за туши атакующих нас монстров. У Бесов было немало минусов, но чего у них не было, так это страха перед врагом. Они с равной доблестью шли и на верещащую лаву кочевников, и на бронированных, аки ИС-3, пустынных монстров. И какие-то новые страхолюдины удивить их не могли.

Несколько минут шла ожесточенная рубка. Чудовища Хаоса накатывали невнятными тенями, «получали свое» и откатывались, чтобы вновь сбиться в многоруко-многоглавую массу и снова атаковать наш строй. Наметанным глазом я быстро уяснил, что копья – плохое оружие для противостояния массивным чудовищам и по ходу дела перестроил схему сражения, сформировав из Бесов оборонительную цепь, а Рыцарей Хаоса сгруппировав в ударные тройки. Пока Бесы держали фронт, Рыцари резкими и дерзкими вылазками брали монстров в клещи, оперативно шинкую их на шашлык.

Что и говорить, за прошедшие месяцы прокачались не только мои юниты, но и я сам. Теперь я уже не впадал в панику, слыша звон стали. Мог мгновенно оценить ход сражения и ходы противника, подобрать наиболее подходяще построение, на ходу поменять тактику. А главное, претворить задуманное в жизнь!

Правда, чаще всего при помощи копыт… Я вдруг поймал себя на мысли, что как-то подозрительно часто стал применять данный метод командования…

Но сейчас было не до размышлений.

Одна за другой, лишаясь конечностей и иных выступающих частей тела, туши монстров Хаоса оседали на пол. Такое ощущение, что после получения определенного урона, у них заканчивалось «здоровье», и они превращались просто в источающие миазмы гнили и сукровицу вяло шевелящиеся бурдюки с дерьмом. После чего подыхали буквально с одно пинка.

Только я думал, что с говноедами мы разделались, как из проломов в стенах полезла новая волна чудищ, а затем еще одна…

Сраный Экибастус! Когда они закончатся-то?! Даже мои железные юниты не могут сражаться бесконечно!

Развалив очередную брызжущую ядом Глыбу, я скастовал Взор Ахара. Нахмурился…

Шесть групп ядовито-белых точек толпились за проломленными стенами, редким ручейком перетекая в обширный зал, в котором мы заняли круговую оборону. Их было много, не мене сорока, но… твою мать! Что это?!

Вот одна из точек, обозначающая груду быстро растекающегося гнилью мяса, что еще секунду назад была здоровенной тварью, погасла, и тут же другая за стеной, задрожав, раздвоилась!

– Силы Хаоса нисходят к нам, Повелитель! – завопил Гарантайд. – Они иду-у-ут! Иду-у-ут!

Сукины дети! Так и впрямь можно сражаться вечно! Каждая убитая нами тварь возрождалась в ту же минуту!

Что же делать?!

Пыль слегка рассеялась, но поток чудищ не прекращался. Бесы твердо держали фронт, а Рыцари Хаоса, как умелые дровосеки, молча делали свою работу. И лишь закусивший губу маг, похоже, догадался, что наша гибель приближается с каждым поверженным монстром.

Гибель всех, кроме меня…

Ну, уж нет!

Хрена вам!

Любое задание «Отбора» можно выполнить. Надо лишь пораскинуть мозгами. И этот процесс для прохождения его квестов часто был много более важен, нежели махание железками. Я вспомнил собственный просак при выполнении задания у нуразгов.

Гм…

Повнимательнее присмотревшись к карте, я понял, что новые, символизирующие противника точки, появляются не абы от кого, а от одних и тех же точек. И вновь пожалел, что для Взора Ахара решительно все равно, здоровенный Сцилохор или мелкий Харахуф. Обоих монстров он обозначал одним и тем же символом!

Воображение тут же нарисовало колоссальный чан с клокочущей испарениями жижей, откуда один за другим вылезали ублюдки Хаоса. И что-то мне подсказывало, что я был недалек от истины.

– Гатрач, возьми троих парней и за мной! – рявкнул я командиру Рыцарей Хаоса. – Гнеб! И ты!

В три секунды мо сформировали мощный бронированный кулак, в центре которого оказался маг.

– Атакуем гондонов и их же логове! За мной! Йех-ха!

Раздвинув строй Бесов, я с размаху впечатал щит в маячившую перед ними фигуру.

Твою мать… Морда уже изрядно пожамканной Бесами Глыбы лопнула гнилой тыквой, обдав меня ошметками порченого мяса. Туша отлетела в сторону, но в примеченном мною проломе маячила другая.

– Маг, ошеломи уродов!

Хагаденец на мгновение замешкался, а потом, выставив жезл, на распев прочел заклинание. Угрожающе ворочающаяся туша застыла, покачиваясь на кривых ножках. И этого мне хватило!

С громким ревом с разбегу я долбанул ее щитом, затолкав вместе с виднеющимся позади собратом в пролом.

Небольшая комнатка была по самый потолок заполнена клочковатым сиреневым туманом. Кроме двух вышеназванных уродов, здесь находился еще один Хребит и…

Ха! Я оказался прав!

Матка Хаоса.

Высотой под самый потолок, она напоминала… гм… Вот то самое она и напоминала. Обрамленная длинной редкой шерстью мясистая щель в трехметровой в обхвате туше. Из нее как раз лезла очередная Глыба.

А еще от нее, не то что веяло… а несло приторным смрадом Изначального Хаоса. Я почти наяву видел извивающиеся щупальца этого смрада. Они ощупывали пространство, желая Отдать и Взять. Отдать порченую силу Хаоса и Взять в обмен саму душу.

Портал. В самое нутро извращенной реальности. Такой далекой, но такой… желанной, тянущей и затягивающей…

Бр-р-р-р!

Встряхнув головой, я отогнал наваждение. Кипящий гнев на собственную слабость взбурлил во мне беспощадным прибоем.

– Ар-р-р-р!

Рык сотряс небольшое помещение. Поднырнув под щупальца Глыбы, я нанес Матке Сокрушающий Удар и…

Ничего не произошло!

Сука!

Заряд энергии ухнул куда-то внутрь нее, чудище хлюпнуло, закряхтело, потеряло несколько извивающихся отростков, но особого урона видно не было.

Я озадачено отступил. В комнатке, тем временем стало совсем тесно. Рыцари деловито шинковали Глыбы на составные части.

Ах так?!

Ругнувшись, я снова бросился на Матку, сноровисто работая секирой, кромсая чадящее Хаосом тело, словно кусок мяса на кухонной доске. И дело пошло. С каждым ударом, с каждым отлетевшим шматком, она теряла силы. Вот из нее снова полезла очередная Глыба, взамен урытой моими бойцами, но к этому времени Матка была вконец обессилена. Глыба Хаоса высунулась лишь наполовину, да и то, была какой-то пожамканной. Мы дружно, в четыре топорп окончательно разделали обоих уродцев.

– О, Ганеш… – выдохнул Гнеб, я ожог его злым взглядом и маг опустил глаза. Впрочем, явно не догнав в чем дело.

Как говорится, когда знаешь как, дело идет намного легче!

Вторую камеру размножения мы зачистили буквально в пять минут, следующую и того быстрее. Глыбы становились все неповоротливее, Матки все менее расторопнее в пополнении рядов воинов Хаоса и лишь приторно-гнилостные эманации и не думали стихать, раз за разом подводя на грань смертельно опасного искушения.

– Готов, – коротко лязгнул Гатрач, расоплосовав брюхо последней Матки. Из него водопадом хлынула отвратная жижа, более чем наполовину состоящая из вяло шевелящихся пиявок.

И тут же что-то изменилось. Будто прорвался застарелый нарыв. Где-то в глубине развалин, под нами, тяжко ухнуло, хлопнуло и, прости Господи, пернуло. Послышались визгливые крики Бесов.

В мгновение я вылетел их камеры размножения, как раз вовремя, чтобы увидеть, как рухнула вниз середина зала. Заваленное истекающими гноем тушами помещение вновь заволокло пылью. Обновив «Щит Дутура», с вмиг окаменевшем сердцем, я рванулся к краю образовавшейся ямы. Заглянул вниз…

Фух.

Сквозь клубы пыли виднелись отчаянно матерящиеся Бесы и мрачные фигуры Рыцарей.

– Здесь, Повелитель! То, что ты ищешь здесь! Проход, Господин! Проход! Из него веет Древней мощью Хаоса! – раздался откуда-то слева визгливый голосок Гарантайда.

Дождавшись, пока пыль слегка осядет, я спрыгнул вниз и быстро отыскал найденный Ученым проход. Он оказался нехило так завален обломками, но, как говорится, сила есть ума не надо! (Шутка!) На пару с Гатрачем мы раскидали их в считанные секунды. Его же я и послал вперед на разведку…

И тут случился облом.

– Н-немогу... Повелитель… – прохрипел он, едва ступил в узкий коридор.

Грузная фигура в тяжелых доспехах осела. Рыцарь Хаоса, во исполнение моего приказа, силился продвинуться хотя бы на сантиметр внутрь, могучие руки дрожали от напряжения, костистое лицо кривилось в муках, но все было тщетно.

– Мощь Хаоса безгранична…

– Заткнись! – оборвал я причитания Ученого и взамен Рыцаря послал в проход Беса… и с тем же результатом.

Выругавшись, отпнул корчившегося на полу бедолагу, и сам шагнул в проход…

Ох… Чудовищный удар бросил меня на пол. Боли не было, но какая-то сраная магия вмиг выпила все силы! Приторный запах Изначального Хаоса затопил сознание. Я услышал множество шепчущих голосов. Их слитный хор то нарастал, то опадал, а искушение запретной силой стало поистине безграничным.

В ярости, на одних морально-волевых, я кое-как поднялся и, выпустив Огненные Когти, крест-накрест расчертил треклятый вход в коридор, дабы расчистить ход от любой треклятой магии! Снова сделал шаг…

Ы-ы-ы…

Бесполезно.

Я устало присел на большой обломок плиты перекрытия. Голоса шептали все настойчивее. Клянусь Экибастусом, я уже держался из последних сил. Надо было бежать… бежать подальше от соблазнительно притягательных шепотков, от дурманящего искуса.

– Повелитель… В тебе и твоих воинах слишком много Хаоса. Вам не пройти сквозь преграду. Позволь мне, – негромко проговорил хагаденец, нарушив сгустившуюся тишину.

– Он прав, Повелитель… – поддакнул, потупившись Гарантайд. – Древняя кровь в нас слишком сильна. Наложивший эти чары постарался защититься от тех, в ком сплотились Девять Начал!

Я бросил на мага мрачный взгляд.

Черт подери, посылать в одиночку малознакомого хрена за столь важным артефактом было верхом глупости! Но отпущенное время утекало сквозь пальцы. Я уже был на грани… одна, две, три минуты и Изначальный Хаос поглотит меня. Бежать… бежать как можно скорее и дальше!..

– Иди… но поторопись… Гатрач, – я взглядом показал на юного Урлана и тут же за его спиной выросли массивные фигуры Рыцарей. Наемники и ученики мага, было, дернулись, но он успокаивающе поднял руку, а затем, выставив перед собой жезл с горящим мертвенным огнем набалдашником, шагнул в проем.

Еще никогда в моей жизни минуты не тянулись так медленно. Искушение запретной Силой давило на плечи, било в виски, густилось на краю зрения. Приторный смрад давно перестал быть таковым и теперь превратился в удивительный аромат. Перед глазами проносились заваленные трупами врагов поля сражений, поверженные Дети Дутура, высился Трон Грозди… Но я раз за разом вызывал в памяти корчащегося Беса, вспоминая бездонный ужас в его вылупленных глазках. И Искушение на время отступало… но вскоре возвращалось вновь. Сила. Бескрайняя, Древняя и Могучая. Получив которую, я смогу смотреть прямо даже в глаза Богам. Особенно одному из них. Нужно лишь сказать ей «да»… Всего лишь сказать…

– Идет, о, Повелитель! – восторженно пропел Гарантайд.

Проход осветился и вот Гнеб, перешагнув через груду камней, с торжествующей улыбкой предстал передо мной. Он вознес руки. На запястья темнели наручи темного металла. В одной руке он держал жезл, а в другой… кривой десятисантиметровый матово-черный клык на ржавой цепочке.

Не раздумывая, походя смахнув надпись о выполнении квеста «Наручи Мертвых», я схватил артефакт…

Мрак и тьма. Тьма от горизонта до горизонта… если бы здесь был горизонт. Разум слепо рыскал в этой бесконечности, не в силах найти опору для восприятия. Здесь не было ни зрения, ни слуха, ни осязания… но я знал, что эта тьма обитаема. Обитаема, как та тьма, в которой когда-то топился Мертвый Бог, но она не была ледяной и… не была пустынной. Здесь, под покровом вечной ночи рождались и умирали иные силы, бесконечные в своей изменчивости, слепые и жадные и… горячие. Хаос. Темное Пламя Хаоса пылало рядом со мной. Протяни руку и оно подчинится и… подчинит.

Мой ослепший разум вдруг вспомнил! Вспомнил, кто я и как здесь оказался. И взвыл от ужаса, от неизбежности поглощения и растворения! Беззвучный крик расколол мрачные тенета, но моя неосязаемая рука тянулась и тянулась к бурлящей во тьме искушающей силе. Здесь она не была гнилой, не источала смердящие миазмы, здесь она была сладостной истомой, кою так желал получить мой разум.

Все ближе, ближе и ближе…

«О, Яма Дуропа!» – вдруг вторгся в сладостную тьму злобный голос и она рассеялась.

Передо мной находилась искаженная гневом пыльная рожа Зога. В лишенных радужки залитых Тьмой глазах пылал лед.

– Ты опоздал, Мертвый Бог, – сказал я не своим голосом, и бесконечная волна Изначального Хаоса обрушилась на мое сердце.

Зог грязно выругался и вдруг вскинул костлявые руки. Правая кисть впилась в левое предплечье. Я как в замедленной съемке увидел, как вонзаются в сухую кожу длинные грязные ногти Мертвого Бога. Она пошла трещинами и вдруг распалась мохрястыми лохмотьями, ногти Зога все лезли и лезли внутрь. Вот пальцы сомкнулись вокруг лучевой кости и потащили ее сквозь белесую, будто рыбью плоть. Он все тащил и тащил, а она казалась бесконечной. Желтая, какая-то высохшая и бугристая, словно бы склеенная из нескольких расколотых частей. Наконец, с негромким треском кость покинула свое ложе. На мгновение Зог застыл с занесенным костяным кинжалом.

– Опоздал… – повторил я, чувствуя, как сердце погружается в огненную купель Изначального Хаоса.

– Это мы еще посмотрим, – выдохнул Мертвый Бог и резким движением вонзил кость мне прямо в сердце.