В потоке ветра и любви

Там, где рождается ветер

Ветер в конце мая всегда пахнет по-особенному. Он смешивает в себе прохладу уходящей весны, едва уловимый аромат цветущей акации и то нетерпеливое, покалывающее кончики пальцев предвкушение лета, которое бывает только в семнадцать лет.

Е Цзынь Ми сидела у самого окна на третьем этаже школьного корпуса. Уроки уже закончились, и класс почти опустел, если не считать мягких солнечных лучей, которые косыми линиями ложились на старые деревянные парты. В руке у неё был зажат простой карандаш, а на коленях лежал раскрытый альбом. Графит послушно оставлял на шероховатой бумаге тонкие штрихи — изгиб сильной спины, линию плеча, взмах руки.

Сквозь открытое окно доносился отчётливый, ритмичный стук. *Бум. Бум. Бум.* А затем — резкий свисток тренера.

Цзынь Ми потянулась и выглянула на улицу. Школьная волейбольная площадка внизу была залита золотым светом предзакатного солнца. Среди дюжины парней в сине-белой форме её взгляд мгновенно отыскал одного.

Ли Мён Джу.

Он стоял на линии подачи, слегка наклонившись вперёд и плавно постукивая мячом о цементный пол. Его тёмные, слегка вьющиеся от влаги волосы растрепались, а школьная футболка с выцветшим номером «7» на спине казалась немного великоватой, но именно это делало его образ каким-то уютным и по-мальчишески хрупким, несмотря на высокий рост.

Мён Джу подбросил мяч высоко вверх. Время словно замедлилось — точно так, как это показывают в старых фильмах. Он сделал три стремительных шага, оттолкнулся от земли и буквально взлетел в воздух. В этот момент поток ветра взметнул занавеску в классе Цзынь Ми, закрывая обзор на долю секунды, но ей и не нужно было смотреть. Она знала каждое его движение наизусть.

*Хлопок!*

Мяч с оглушительным треском вонзился в противоположную половину площадки, прямо под заднюю линию. Команда парней разразилась радостными криками, а Мён Джу приземлился на согнутые ноги, тяжело дыша, и тут же вытер лоб тыльной стороной ладони. Словно почувствовав на себе чужой взгляд, он поднял голову и посмотрел прямо на окно третьего этажа.

Цзынь Ми не успела спрятаться. Мён Джу заметил её, и на его уставшем лице тут же расплылась та самая, только ей знакомая, тёплая улыбка. Он поднял руку и весело помахал ей.

Девушка почувствовала, как к щекам прилил жар. Она быстро закивала в ответ и уткнулась носом в свой альбом, чувствуя, как сердце внутри забилось в один ритм с улетающим вдаль волейбольным мячом.

Минут через двадцать дверь класса со скрипом отворилась. Цзынь Ми даже не подняла головы — по звуку шагов, стремительных и чуть шаркающих из-за свободных кед, она поняла, кто вошёл.

— Эй, художница, ты опять застряла здесь в одиночестве? — весёлый голос Мён Джу нарушил тишину класса.

Он подошёл к её парте, принося с собой целую бурю: шлейф прохладного ветра, едва заметный запах мятного мыла после душа и ту неповторимую, бьющую через край энергию, которая всегда его окружала. Парень бесцеремонно уселся за парту прямо перед ней, повернувшись лицом к её столу и положив подбородок на сложенные руки.

— Я не в одиночестве, я работаю, — тихо буркнула Цзынь Ми, пытаясь придать лицу серьёзное выражение и незаметно прикрывая рукой страницу альбома.

— Да ладно тебе. Покажи, — Мён Джу прищурил свои тёмные глаза, в которых сейчас прыгали золотистые искорки заходящего солнца. Он протянул длинную руку, пытаясь заглянуть в её записи. — Это опять те странные натюрморты с яблоками, которые заставляет вас рисовать господин Ван?

— Нет, не яблоки, — Цзынь Ми захлопнула альбом с негромким хлопком и посмотрела на него.

На его шее всё ещё поблёскивали мелкие капли воды после душа, а воротник белой футболки был слегка влажным. На левой щеке виднелась небольшая царапина — видимо, задел сетку во время игры. Цзынь Ми невольно потянулась рукой к своему карману, где лежал пластырь, но вовремя остановилась.

— Как прошла тренировка? — спросила она, переводя тему.

— Тренер Пак сошёл с ума, — картинно вздохнул Мён Джу, откидываясь на спинку стула и закидывая руки за голову. — Отборочные на следующей неделе, так что он гоняет нас как проклятых. Если мы не выйдем в полуфинал, он обещал заставить нас мыть весь спортзал зубными щётками. Представляешь этот кошмар?

Цзынь Ми тихо рассмеялась, и этот звук заставил Мён Джу снова улыбнуться. Он смотрел на неё — на её тонкие пальцы, испачканные в угольной пыли, на прядь волос, которая постоянно выбивалась из-за уха и падала на лицо, на её мягкие, задумчивые глаза.

— Кстати, Су А искала тебя, — вспомнил парень, лениво покачивая ногой. — Говорила что-то про билеты в кино на выходные. Вы собираетесь куда-то?

— Она звала меня на новый романтический фильм, но я пока не знаю, — Цзынь Ми пожала плечами, рассеянно крутя в пальцах карандаш. — У меня много эскизов для школьной выставки. Нужно успеть всё закончить до начала июня.

— Ты слишком много работаешь, Цзынь Ми-я, — Мён Джу вдруг подался вперёд, его голос стал чуть тише, растеряв прежнюю шутливость. Он протянул руку и аккуратно, едва касаясь, коснулся кончиками пальцев её запястья. — Иногда нужно просто дышать. Ловить ветер, понимаешь?

От этого неожиданного прикосновения у Цзынь Ми перехватило дыхание. Место, где его пальцы соприкоснулись с её кожей, словно обожгло слабым током. Она посмотрела в его глаза и утонула в этой бесконечной, тёплой глубине. В классе стало так тихо, что было слышно, как на улице шуршат листья старого клёна.

— Ловить ветер?.. — едва слышно повторила она.

— Ага, — Мён Джу мягко улыбнулся, не убирая руки. — Вот так.

В этот момент занавеска снова взметнулась от сильного порыва ветра, ворвавшегося в окно. Один из свободных листов с набросками, лежавший на краю парты Цзынь Ми, соскользнул и полетел на пол.

Оба одновременно наклонились, чтобы поймать его. Их лбы едва не столкнулись, и Цзынь Ми замерла, оказавшись в считанных сантиметрах от его лица. Она чувствовала его тёплое дыхание и видела каждую маленькую ресничку. Мён Джу тоже замер, его взгляд скользнул к её губам, а затем снова поднялся к глазам.

Парень первым перехватил упавший лист. Он перевернул его, чтобы положить на стол, и его взгляд застыл.

На листе бумаги тонкими, невероятно точными линиями был нарисован он сам — в момент прыжка над волейбольной сеткой, окутанный невидимыми потоками воздуха, летящий навстречу солнцу. Рисунок был выполнен с такой любовью и вниманием к деталям, что казался живым. В углу аккуратным почерком Цзынь Ми было написано: *«В потоке ветра»*.

Цзынь Ми затаила дыхание, готовая сквозь землю провалиться от смущения. Она попыталась выхватить листок, но Мён Джу удерживал его, внимательно всматриваясь в каждую линию.

— Это... я? — тихо спросил он, и в его голосе слышалось странное, трепетное удивление.

— Извини, — Цзынь Ми густо покраснела и отвела взгляд к окну. — Ты просто... хорошо смотрелся на подаче. Я не думала ничего плохого, просто практиковалась в анатомии...

Она замолчала, чувствуя себя глупо. Но Мён Джу не смеялся. Он бережно положил рисунок обратно на парту, а затем поднялся со своего места. Подойдя к окну, он опёрся руками о подоконник, подставляя лицо вечернему солнцу. Ветер трепал его волосы.

— Знаешь, Цзынь Ми, — сказал он, не поворачивая головы, но его голос звучал удивительно мягко. — Когда я высоко прыгаю там, на площадке... Мне всегда кажется, что я совсем один в небе. Но теперь, глядя на твой рисунок, я думаю, что ошибался.

Он повернулся к ней, и лучи закатного солнца создали вокруг его силуэта золотистый ореол, делая этот момент похожим на красивый сон.

— Ты видишь меня так, как никто другой. Спасибо.

Цзынь Ми смотрела на него, удерживая руками край своего альбома, и понимала, что этот вечер, этот тёплый майский ветер и этот парень, улыбающийся ей на фоне заката, навсегда останутся в её сердце. Её собственная дорама, полная невысказанных слов и робких чувств, только что начала свою первую главу.

Шаг на встречу

## Глава Утро следующего дня встретило школу ярким солнцем, но Цзынь Ми казалось, что воздух вокруг неё стал плотнее. После вчерашнего случая в художественном классе она почти не спала, прокручивая в голове выражение лица Мён Джу, когда он увидел её рисунок. Действительно ли он понял, *как* она на него смотрит? Или для него это просто дружеский жест, к которому он привык за столько лет?

— Цзынь Ми! Эй, Земля вызывает Цзынь Ми! — звонкий голос Су А выдернул её из мыслей.

Они стояли у школьных шкафчиков перед началом первого урока. Су А, весёлая и вечно знающая все школьные сплетни, активно махала ладонью перед самым носом подруги.

— Ты вообще меня слышишь? Я говорю, на выходных в прокат выходит новый романтический фильм. Пойдёшь со мной в кино? Или ты снова закроешься в своей мастерской со своими красками и холстами?

— А? Да, конечно, пойдём, — Цзынь Ми попыталась улыбнуться, аккуратно складывая учебники по геометрии в сумку.

— Так, ладно, колись, что случилось? — Су А прищурилась, внимательно разглядывая лицо подруги. — У тебя круги под глазами, и ты витаешь в облаках больше обычного. Это из-за школьной выставки? Или... — Су А хитро улыбнулась, наклонившись к самому её уху, — из-за нашего звёздного нападающего из волейбольной команды?

— Вовсе нет! — слишком быстро и громко ответила Цзынь Ми, отчего пара проходящих мимо учеников обернулись. Она смущённо понизила голос до шёпота. — С чего ты взяла? Мы с Мён Джу просто друзья. Ты же знаешь.

— Ага, друзья, которые знают друг друга с начальной школы и смотрят друг на друга так, будто вокруг никого нет, — хмыкнула Су А, но развивать тему не стала, заметив, как сильно покраснели уши Цзынь Ми. — Ладно, идём, а то господин Ли закроет дверь класса прямо перед нашим носом.

Большую перемену Цзынь Ми любила меньше всего — в школьной столовой всегда стоял невообразимый шум. Школьники спорили, смеялись, звенели подносами и обсуждали предстоящие летние экзамены.

Цзынь Ми сидела за дальним столиком у окна, лениво ковыряя палочками рис. Су А отошла к автомату за соком, оставив её одну. Вдруг гул в столовой стал чуть громче, и со стороны входа послышались девичьи смешки. Цзынь Ми не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто пришёл. Волейбольная сборная школы всегда привлекала внимание.

Мён Джу шёл впереди, оживлённо споря о чём-то с капитаном команды. На Мён Джу была всё та же школьная форма, но верхняя пуговица белой рубашки была расстёгнута, а галстук слегка съехал набок, придавая ему небрежный, но очень обаятельный вид.

Его взгляд скользнул по столовой и почти мгновенно остановился на Цзынь Ми. Парень тут же оставил команду и направился прямо к её столику. На его губах заиграла та самая лёгкая, уверенная улыбка, от которой у половины девчонок в параллели замирало сердце.

— Привет, — Мён Джу без приглашения сел на стул рядом с ней. От него пахло свежестью и мятным парфюмом.

— Привет, — тихо ответила Цзынь Ми, чувствуя, как сердце снова предательски ускоряет ход. — Ты разве не будешь обедать с командой?

— С ними скучно, они обсуждают только тактику блока и подачи, — Мён Джу отмахнулся, а затем заговорщически наклонился ближе к ней, понизив голос. — Как твоё вдохновение сегодня? Больше не рисовала... анатомию?

Цзынь Ми едва не поперхнулась чаем. Она возмущённо посмотрела на него, но, встретившись с его смеющимися глазами, поняла, что он просто дразнит её, вспоминая её вчерашнее нелепое оправдание.

— Перестань, — прошептала она, слегка пихая его локтем в бок. — Вокруг люди.

— Ладно, ладно, молчу, — рассмеялся он, поднимая ладони вверх в знак капитуляции. Затем его взгляд стал серьёзнее. Он достал из кармана брюк маленькую коробочку её любимого клубничного молока и аккуратно поставил перед ней на стол. — Это тебе. Чтобы лучше думалось над эскизами для выставки.

Цзынь Ми посмотрела на коробочку, затем на него. В груди разлилось приятное, щемящее тепло.

— Спасибо, Мён Джу.

— Сегодня после уроков у нас финальная тренировка перед субботней игрой, — сказал он, лениво подпирая щеку рукой и не отводя от неё взгляда. — Придешь в спортзал? Мне нужно, чтобы кто-то правильно ловил мой ветер.

Слова, сказанные им вчера, снова всплыли в памяти. Цзынь Ми почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Он говорил это легко, но в его тёмных глазах читалась искренняя, глубокая надежда.

— Приду, — пообещала она. — Куда я денусь.

После полудня погода резко изменилась. Небо затянуло тяжёлыми свинцовыми тучами, и к концу шестого урока на стёкла школьных окон обрушились первые крупные капли дождя. Летняя гроза началась внезапно, превращая школьный двор в сплошной серый поток.

Когда прозвенел последний звонок, Цзынь Ми поняла, что совершила классическую ошибку — забыла зонт дома, понадеявшись на утреннее солнце. Стоя в фойе первого этажа среди десятков других учеников, она с грустью смотрела на стену дождя.

— Опять без зонта, Е Цзынь Ми? — раздался над её ухом знакомый, чуть хрипловатый голос.

Она обернулась. Мён Джу стоял позади неё, закинув большую спортивную сумку на одно плечо. Его волосы после тренировки были слегка влажными, а в руке он держал большой прозрачный зонт.

— Я думала, дождь пойдёт только вечером, — виновато произнесла она, кутаясь в школьный пиджак.

— Ты слишком много думаешь о рисовании и слишком мало — о прогнозе погоды, — притворно вздохнул он, но на его лице тут же появилась тёплая улыбка. Он сделал шаг на мокрый асфальт крыльца и раскрыл зонт. — Идём. Я провожу тебя до автобусной остановки.

Они вышли под проливной дождь. Он шумел так сильно, что заглушал все остальные звуки города. Зонт был большим, но Мён Джу всё равно мягко прижал Цзынь Ми к своему боку, обнимая за плечо, чтобы защитить её от косых капель холодной воды.

Цзынь Ми замерла от этой внезапной близости. Она чувствовала тёплое плечо Мён Джу, ритм его уверенных шагов и то, как его пальцы крепко сжимают ткань её пиджака. Мир вокруг словно перестал существовать. Был только шум воды, барабанящий по пластику зонта, и они двоё, идущие в один такт.

В какой-то момент, когда они свернули на пустую школьную аллею, Мён Джу остановился. Дождь образовал вокруг них плотную завесу. Он повернул голову к ней, и Цзынь Ми подняла глаза. Под прозрачным куполом зонта их лица оказались совсем близко.

Ветер сорвал с ветки старой акации несколько мокрых белых лепестков, и один из них упал прямо на волосы Цзынь Ми.

Мён Джу медленно поднял свободную руку. Его пальцы, чуть прохладные от влажного воздуха, коснулись её виска. Он аккуратно убрал за ухо непослушную прядь её волос и бережно снял лепесток. Его прикосновение было таким нежным, словно она была сделана из самого хрупкого стекла.

— Цзынь Ми, — тихо произнёс он, и его голос прозвучал удивительно проникновенно сквозь шум грозы. — На субботней игре... Если наша команда выиграет, ты согласишься пойти со мной кое-куда? Только мы вдвоём.

Сердце Цзынь Ми пропустило удар, а затем забилось с бешеной скоростью, обгоняя капли дождя. Порыв ветра с силой ударил в их зонт, словно подталкивая их друг к другу, и в этом бурном потоке стихии Цзынь Ми поняла, что её тихий, привычный мир изменился навсегда.

Громче, чем стук мяча

Субботнее утро началось с оглушительного шума. Школьный спортивный зал был забит до отказа: ученики, учителя, родители и просто преданные фанаты волейбола заняли все трибуны. В воздухе стоял стойкий запах талька, паркета и той непередаваемой атмосферы соперничества, от которой по коже пробегал мороз. Отовсюду слышались выкрики речёвок, взмахи огромных плакатов и ритмичный стук барабанов группы поддержки.

Е Цзынь Ми сидела в третьем ряду трибун, прямо за скамейкой запасных своей школы. Су А, сидевшая рядом, уже вовсю размахивала бело-синим шарфом и что-то кричала в унисон с остальными, но Цзынь Ми почти не слышала её. Все её мысли всё ещё были там, на мокрой аллее под прозрачным зонтом, где Мён Джу убирал лепесток акации с её волос.

*«Если наша команда выиграет, ты согласишься пойти со мной кое-куда? Только мы вдвоём»*.

Её собственное робкое «Да», которое она тогда едва выдохнула, до сих пор эхом отзывалось в груди.

— Выходят! Выходят! — Су А сильно затрясла Цзынь Ми за плечо, указывая на судейский столик.

Из раздевалки один за другим начали появляться игроки школьной сборной. Высокие, собранные, в идеально отглаженной тёмно-синей форме. Ли Мён Джу шёл чуть позади капитана. Его лицо сейчас было непривычно серьёзным, брови слегка сдвинуты к переносице, а взгляд сосредоточен на сетке. В этот момент он казался Цзынь Ми кем-то далёким, настоящим взрослым спортсменом, а не тем парнем, который вчера шутливо просил у неё клубничное молоко.

Но стоило ему подойти к скамейке, как он точно по компасу повернул голову в сторону трибун. Среди сотен лиц он мгновенно нашёл Цзынь Ми. Серьёзное выражение его лица тут же растаяло, уступая место мягкой, ободряющей улыбке. Мён Джу слегка коснулся пальцами своей груди, прямо там, где билось сердце, и незаметно кивнул ей.

Цзынь Ми почувствовала, как её лицо заливает румянец. Она крепче сжала в руках свой рюкзак, внутри которого лежал тот самый рисунок, и кивнула ему в ответ. *«Пожалуйста, не получи травму»*, — мысленно попросила она.

Свисток арбитра разорвал тишину зала. Игра началась.

Противники из старшей школы «Мёнсон» оказались невероятно сильны. Их блок был похож на глухую стену, сквозь которую мяч никак не мог пробиться. Первая партия осталась за ними со счётом 25:21. На перерыве тренер Пак громко отчитывал парней, активно жестикулируя планшетом. Мён Джу сидел на скамье, тяжело дыша и накинув на шею белое полотенце. Его футболка уже потемнела от пота, а на колене виднелся свежий след от падения на паркет.

Цзынь Ми смотрела на него, и её сердце сжималось от боли. Ей так хотелось подойти, подать ему воду, сказать, что он справляется великолепно. Но всё, что она могла — это тихо шептать слова поддержки с трибуны.

Во второй партии ситуация накалилась до предела. Счёт шёл очко в очко: 22:22, 23:23. Зал взрывался криками после каждого удара.

— Мён Джу, твой выход! — крикнул капитан, пасуя мяч назад.

Мён Джу рванулся вперёд. Он прыгнул, но тройной блок соперников уже ждал его. *Хлопок!* Мяч отскочил обратно на их половину поля. Мён Джу попытался перегруппироваться, но неудачно наступил на ногу блокирующего противника и с глухим стуком упал на паркет, схватившись за лодыжку.

— Мён Джу! — Цзынь Ми вскочила с места, забыв обо всём на свете. Её голос потонул в общем гуле разочарования трибун, но страх за него сковал всё тело.

Тренер тут же взял тайм-аут. К Мён Джу подбежали медики. Цзынь Ми стояла у самого ограждения, вцепившись пальцами в металлические перила. Она видела, как парень морщится от боли, пока врач накладывал фиксирующую повязку.

«Пожалуйста, подними голову. Посмотри на меня», — умоляюще думала она.

Словно услышав её безмолвный крик, Мён Джу приподнял голову. Его лицо было бледным от усталости и боли, но в глазах горело упрямое, яростное пламя. Он увидел испуганный взгляд Цзынь Ми и то, как дрожали её пальцы на перилах. Парень глубоко вздохнул, через силу улыбнулся и одними губами произнёс: *«Всё хорошо. Смотри на меня»*.

Он поднялся на ноги, слегка прихрамывая, но отказался от замены. Зал вззорвался аплодисментами поддержки.

Финальный сет. Счёт 14:13 в пользу соперников. Матч-болл. Если они проиграют это очко, игра окончена.

Подача была на стороне «Мёнсон». Мяч полетел по сложной траектории, либеро с трудом принял его, выбивая вглубь площадки. Капитан команды в падении едва успел подбросить мяч вверх, переводя его на третью линию.

— Мён Джу, бей! — заорал весь зал.

Мён Джу бежал к сетке, превозмогая боль в ноге. Цзынь Ми затаила дыхание. Время снова замедлило свой ход, превращаясь в раскадровку из её альбома. Она видела каждую каплю пота, срывающуюся с его виска, видела, как напряглись мышцы его спины.

Он оттолкнулся от пола. Это был не просто прыжок — это был полёт. Тот самый, который она пыталась поймать карандашом на бумаге.

В этот момент в раскрытые верхние окна спортзала ворвался резкий, прохладный порыв июньского ветра. Он пронёсся по залу, взметнув волосы Цзынь Ми и словно подтолкнув Мён Джу вверх, удерживая его в воздухе на долю секунды дольше обычного.

Мён Джу замахнулся. Перед ним была стена из рук блокирующих, но он смотрел мимо них. Его взгляд на мгновение пересёкся со взглядом Цзынь Ми.

*«Я ловлю твой ветер»*, — прочитал он в её глазах.

*Хлопок!*

Мён Джу нанёс сокрушительный удар, обводя блок по невероятной диагонали. Мяч на огромной скорости вонзился точно в самый угол площадки противника. Судья на линии резко опустил флажок вниз.

Свисток. 15:14.

Секундная тишина — и зал буквально сошёл с ума. Оглушительный рёв, крики радости, конфетти, полетевшее откуда-то сверху. Игроки бросились к Мён Джу, заваливая его на пол и празднуя победу.

А Цзынь Ми стояла посреди этого безумного праздника, и по её щеке катилась одна-единственная слеза — слеза облегчения и бесконечного счастья. Через несколько минут, когда команду наконец отпустили, Мён Джу, пробиваясь сквозь толпу поздравляющих, пошёл прямо к её сектору.

Он остановился у самого ограждения, тяжело дыша, со взъерошенными волосами, сияющий и невероятно красивый. Медаль победителя уже поблёскивала на его шее.

— Я же говорил, что выиграю, — тихо сказал он, глядя на неё снизу вверх. Голос его слегка дрожал от усталости, но улыбка была теплее летнего солнца. — Теперь ты не сможешь отказаться.

Цзынь Ми улыбнулась в ответ, чувствуя, как внутри неё распускаются тысячи невидимых цветов.

— Я и не собиралась отказываться, Мён Джу.