В поисках принца

Глава первая. Слово короля

Стража и понятия не имела, как вести себя с непрошеной гостьей, решившей в этот ранний утренний час почтить своим присутствием славный замок Руби Галоп.

С одной стороны, будучи дочерью правителя одной из дальних земель Эквестрии, она имела полное право видеть короля Тенебрия, поскольку у высокоблагородных пони всегда найдутся общие дела. С другой стороны, она явилась не по официальному приглашению, а по своему почину, да ещё и притащила с собой нагловатого юного оруженосца, который — немыслимо! — остался в покоях, отведённых для его госпожи, а теперь вместе с ней проследовал в тронный зал!

Воспитанные в традициях Дуархии, следующие канонам Принцессы Луны, стражи были возмущены таким поведением, и не сомневались в том, что их властитель разделяет эти чувства. Они ничуть не ошибались: властитель Тенебрий ждал только повода, чтобы приказать вышвырнуть вон из своего замка выскочку, но до сих пор она — и её паж тоже — неукоснительно соблюдали весь положенный минимум приличий. И не более того, что особенно раздражало.

- Привет тебе, правитель дальней земли!

Княжна Шарлотта Эверхуф почтительно склонилась перед властелином Восточного Междугорья, но всё же не так низко, как подобало кланяться принцессам. Тенебрий, и так постоянно чувствовавший ущемление своих прав, ответил на её поклон раздражённым выдохом. То, что спутник Шарлотты, юный земнопони светло-коричневого окраса, тоже не опустился ниже, чем следовало, раздосадовало Тенебрия ещё больше.

- И тебя приветствую, странница, - тоскливо проговорил король, откидываясь на спинку трона. - Что за времена настали ныне? Пони Белой Масти бродят по свету вместо того, чтобы перенимать мудрость отцов и матерей, правя своими землями! Видно, после ухода Луны принцессе Селестии недостаёт мудрости, а нашим землям — покоя…

В глазах княжны сверкнули задорные огни:

- Господин Ваше Величество, земли без правителей падут в анархию, требуется задумываться о наследниках. Поэтому я решила попробовать, на известных всем и заранее обговорённых условиях, сосвататься к вашему сыну, а заодно и оказать вам услугу, о которой вы просите.

Чтобы проиллюстрировать свои слова и не дать королю пойти на попятную, Шарлотта подняла копыто с пергаментом, снятым ею с доски объявлений на верстовом столбе:

«Храбрые девицы Восточного Междугорья и гостьи оного!

Сим указом король Тенебрий Второй Ещё-Более-Великий объявляет, что выдаст сына своего, Лилиана, за благородную деву, способную отыскать этого наследника и вызволить его из плена живым и здравым. В приданое сыну полагается полная мера положенных благ и всенародный почёт новой царственной паре.

Слово короля твёрже сухаря!»

В глазах Тенебрия сверкнули искры, он крайне недовольно, почти зло посмотрел на свою гостью. Та стояла теперь прямо, нешироко расставив задние и передние ноги, движением, столь же быстрым, сколь и элегантным, поправив ниспадающую из её пышной гривы косу, означавшую девственную непорочность кобылки. Но в сверкающих изумрудом глазах девицы король мог видеть непреклонную волю и немалую отвагу, а потому он не решился сказать, с какой именно целью давал это объявление и почему так недоволен, что на него откликнулись именно сейчас.

- Это не такое просто дело, как кажется, - только и сказал он, возвращая контроль над собой. - По плечу ли оно обычной земной пони, пусть даже и благородных кровей?

- Заранее нельзя ответить, Ваше Величество, поэтому я и собираюсь попробовать. Чем больше девиц отправятся на поиски Лилиана, тем выше шанс, что одна из них доставит вам вашего сына. Впрочем… Насколько мне известно, с момента издания и предания огласки указа ещё ни одна до меня не вызвалась?

- Графиня л’Икёр де Бошир изъявляла желание, - подал голос один из советников короля, сухопарый рогатый. - Ещё неделю назад мы получили от неё письмо, где она с совершенной точностью уверяет, что берётся за дело и спешит в наш дворец для выяснения необходимых подробностей!

- Кто успел, тот всё и съел! - пискнул оруженосец. - Мы пришли первыми, нам и отправляться в путь, а графине от этого только лучше будет, мы все препятствия с дороги уберём!

Если в начале речи король собирался приструнить и оруженосца, и княжну, то последние слова этого «прожаренного» пони — нет, правда, он выглядел как слегка подгоревший блинок — заставили его задуматься. Действительно, причина, по которой он был недоволен приходом гостей, крылась в том, что он собирался выдать своего сына за мисс л’Икёр. Но путь был полон опасностей, отчасти приготовленных самим королём, иначе кто бы поверил в героичность кобылицы? Так пусть эти двое послужат своего рода проверкой преодолимости испытаний!

- В таком случае посмотрим, какой кусочек вы будете способны откусить... - Тенебрий Ещё-Более-Великий дважды слегка махнул копытом, подзывая к себе пажа с картой. На трубачей, что телекинезом поднесли к губам инструменты и надули было щёки, король яростно шикнул — репетировать встречу л’Икёр до таких подробностей у него настроения не было.

- Итак, славная... Как там вас звать?

- Шарлотта Эверхуф де Менестрель, - кобылка выпятила грудь. - Княжна Благой Долины, центральные земли, владыка.

- А много? - вдруг брякнул король вопросительно и в то же время значительно. Шарлотта потупилась:

- Дней десять пути отсюда...

- Нет, земель, - уточнил король ещё тише, но советник не дал Шарлотте сообразить ответ:

- Ваше Достойнейшее Величество, если бы владения Менестрелей были бы обширными, полагаю, вы бы о них слышали!

- Жаль… В центре оно, конечно… - Тенебрий потёр подбородком копыто, замечтавшись, но вернул самообладание быстро. - Славная Шарлотта де Менестрель! Мой сын Лилиан томится в башне у подножья Вершины Филли, одиноко стоящей на западе от наших прекрасных Жеребячьих Гор, - сказал он, найдя на карте окружённую высокой стеной зубчатую башню, похожую на фигурку ладьи из шахмат. - Но прямым путём туда не добраться, иди по вытоптанной старой тропе, преодолевая опасности!

Тропа эта уже заранее была очерчена красной пунктирной линией, как дорога к пиратскому кладу, такая же извилистая и не самая удобная. Оруженосец удивил придворных, достав из сумочки письменные принадлежности и начав копировать положенный маршрут на собственную карту. Сделал он это быстро, ловко орудуя зажатым в зубах пером. Закончив, он с почтением отдал карту обратно, отошёл, помахивая хвостом, и встал рядом с госпожой.

- Благодарим за указание дороги, теперь мы с неё не свернём, - пообещала княжна.

- Удачи, - показал король носом на дверь из зала.

Глава вторая. В густом лесу

- По-моему, король скрытен, как твои веснушки! - вполголоса заметил Блинчик, опрокидывая пол-кружки кислого яблочного сидра.

Лучшего напитка таверна в призамковой деревушке предложить не могла, разве только настойку на пшенице, но она была алкогольной и оруженосцу не полагалась ни по возрасту, ни по званию.

- Я тоже заметила, что он то ли нам не доверяет, то ли и вовсе считает нас помехой, - Шарлотта, переодетая в золотые боевые доспехи, поставила рядом со столом копьё, а обслуга-земнопони бахнула перед ней тарелку с хлебом и очень большую кружку сидра. - Но забудем о нём, нам надо о себе подумать. Достань карту, посмотрим, что нас ждёт!

Жеребчик немедленно разложил на столе срисованную карту.

- Да ждут-то одни неприятности, как говорил мой папаня, «Бед столько, что никакая мельница не перемелет»! - объявил он. - Ты посмотри на эти названия! Жуткотропье... Гиблый Бор. Грязнопут. Сенная Топь... Брр!

- По таким местам в одиночку опасно ходить, а войско застрянет, - Шарлотта стала задумчиво вращать кружку, пихая ручку копытом, и слегка пригубив пенку. - Касательно самих испытаний ничего не сказано? Да и башня — может, известно, чья она, не сама же выросла, для принца специально?

Блинчик покачал головой.

- Нет, княжна, ничего не сказано и я сказать не могу. Может быть, они в своё время воевали и эта башня — остатки древнего замка поверженных врагов? А может, что-то злое с гор спускалось, вот её и построили, для защиты, - он ткнул копытцем в карту. - Смотри, прямой дорогой не дойти, если через лес и сможем, то по болоту — точно нет. Но вот обогнув болота, можно пойти вдоль лесов на восток, а потом к горе спуститься. Так и быстрее будет, и опасностей меньше.

- Сначала лес пройдём, а потом посмотрим, - заметила Шарлотта. - А если нам не севернее, а южнее пойти?

- Леса, ещё более непроходимые, чем у Жеребячьих Гор, - вздохнул Блинчик. - Видно, король хорошо знал, что иного пути у спасителей не будет, вот и посадил принца у Вершины Филли… Нет, выходит, у нас только одна дорога.

- Сам и посадил... - глотнула Эверхуф сидра. - Жестоко.

- Зато в духе старых традиций и сказок. Зрелище и несомненный повод прославить сына и его супругу! Тенебрис не упустит шанса показать свою «ещё большую величественность»...

- Ну, значит, и наш подвиг будет только блистательней казаться, - княжна лихо откинула косу и встала на копыта. - Что же, попрощаемся с этим уютным заведением, теперь долго нам не видать таверн и постоялых дворов. И в путь!

Сказано — сделано. Нагрузив на Блинчика седельные сумки и повесив на свой бок копьё, Шарлотта решительно двинулась по дороге на восток. Жители деревушки провожали её недоуменными взглядами — их внимание притягивал изысканный лёгкий доспех кобылицы, золотистый, украшенный фамильным гербом в виде увитой золотой ветвью флейты. Да и Блинчик привлекал внимание, жеребчик был ещё совсем юным, но крепким земнопони, он спокойно нёс немалый груз и даже не шёл, а скакал, словно его копытца превратились в пружины, а на спине не было вообще никакого веса!

Оставив позади бревенчатый частокол, за которым жевали свой завтрак не очень бдительные стражи, кобылица и жеребчик вышли на торную тропу. Впрочем, скоро дорога разделилась — хороший широкий путь вёл на север, к лесам, увивавшим подножье Жеребячьих Гор, а вот в выбранном Шарлоттой направлении вела даже не тропа, а глубокие колеи, оставшиеся от проезжавших повозок.

- Судя по карте, этим путём пользуются изредка для торговли с Филли и Дельфи, поселениями рыбаков и торговцев на побережье, - сказал Блинчик, умудрившийся на ходу не только достать, но и прочесть карту.

Несмотря на слова оруженосца, Шарлотта с большим сомнением посмотрела на колею. Отпечатки копыт и следы колёс оставили тут не слишком давно, но всё же даже не умеющему читать следы пони стало бы понятно, что дорогой пользовались редко. На всякий случай кобылица стукнула копытцем по одной из металлических пластин своего доспеха, чуть сбоку от груди. В ответ пластинка щёлкнула и чуть-чуть вытянулась - это была не часть её лат, а метательный нож клиновидной формы, обычное оружие многих пони в эти мрачные и опасные времена.

- Держи ушки на макушке, - посоветовала она оруженосцу, первой сходя с дороги на колею.

Впрочем, совет её пока был лишним. Ярко светило набиравшее высоту солнце, над травой запорхали насекомые, выискивающие цветы, со стороны лесов донеслось пение мелких птичек и голоса кукушек. Сомнения и волнения отошли на задний план, даже предстоящий путь теперь казался двум пони лёгким и быстрым, особенно с таким-то музыкальным фоном!

В столь благостном настроении они вошли под сень первых деревьев леса, могучих старых осин, по своему величию способных посоперничать с любым дубом. Затем осины сменили берёзы, перемешанные с молодыми ещё ёлочками и соснами, воздух стал чуть прохладным и в нём ощущались запахи хвои и листвы, мокрого мха и старой коры. Предусмотрительный Блинчик теперь держался поближе к княжне, а Шарлотта зорко поглядывала по сторонам. Дорога уходила в самую чащу, в Гиблый Бор, здесь вполне могли водиться древесные волки и другие, не менее неприятные существа.

- Мрачное местечко, - тихо проговорил Блинчик, когда ветви елей, встречающихся всё чаще, настолько переплелись над их головой, что образовали настоящий зелёный купол, через который никак не могли пробиться лучи солнца.

Шарлотта услышала его, но ничего не ответила. Дорога в лесу выглядела куда заметнее, но её что-то смущало, она не могла только понять, что именно. Света недоставало, чтобы хорошо осветить путь, а будучи земнопони, они не могла использовать для этого магию, так что ничего особенного рассмотреть она не могла. Но всё же что-то внутри говорило ей об опасности, причём опасность исходила именно от дороги, а не от кустов и деревьев, за которыми могли бы притаиться древесные волки.

И тут её осенило. Копыта! Отпечатков копыт на дороге стало в разы больше, причём они были такой же свежести, как и следы колеи. Создавалось ощущение, что в лес вошли всего пара-другая пони с тележкой, гружённой товаром, а потом к ним присоединилось ещё четверо-пятеро копытных, причём пришельцы двигались быстро, словно торопясь нагнать запряжённых в повозку…

- Знаешь, Блинчик, давай-ка пройдём чуть назад? - мотнув хвостом, предложила Шарлотта. - Я хочу проверить кое-что.

Блинчик не стал спрашивать, зачем им идти назад, он просто пошёл. Шарлотта же опустила голову и вглядывалась в отметины копыт, пока не обнаружила, откуда они появились. Табун пришельцев выбежал из леса, из-за высоких зарослей, она даже нашла обломанные ветки. По шерсти кобылицы пробежала быстрая дрожь — вряд ли столько пони дожидались в лесу попутной тележки!

- Ты думаешь, это были разбойники? - спросил её Блинчик. Оруженосец заметил, как кобылица приглядывается к следам, а затем сложил вместе этот факт и её хмурый взгляд. Несмотря на то, что Блинчик был совсем ещё жеребёнком, соображал он уже не хуже любого взрослого пони.

- Я не уверена, но не думаю, что это были грибники, заблудившиеся в лесу, - тихо проговорила Шарлотта.

- Может, тут прошёл другой отряд, который отправился за принцем? Или зрители, соглядатаи от короля, что наблюдают за нашим прогрессом? - Блинчик пытался найти какую-нибудь менее опасную версию событий, чтобы успокоиться.

- Следы старые, - Шарлотта покачала головой. - Впрочем, если мы спасаем королевского сына, нам ли бояться шайки голодных оборванцев?

- Да, мы их не будем бояться! Просто опасаться и не встречаться, - Блинчик быстро оглянулся, словно ожидая, что с другой стороны дороги при этих словах появятся пони-разбойники. - Только как нам теперь идти дальше?

- Хорошо вооружённые пони вряд ли привлекут их внимание. Получить от нас товара у них не выйдет, а вот тумаков на всех хватит! - храбро заметила Шарлотта. - Кроме того, вряд ли бандиты дни и ночи проводят у дороги! Скорее всего, если это и вправду разбойники, то они сидят в засаде в определённые дни, поджидая обозы. Во всяком случае, давай надеяться на встречу с бандитами — давненько я копьём не махала!

Глава третья. Схватка с бандитами

Утроив внимательность и прибавив скорость, жеребчик и кобылица поскакали вдоль дороги дальше. Вскоре они обнаружили то, чего боялись увидеть — следы боя. Дорога была вытоптана, как будто множество пони тут вставали на задние ноги и боролись друг с другом, а потом Блинчику попалась отметина, оставленная поваленной на бок повозкой, от которой во все стороны потянулись борозды от товара, который волокли по земле.

По счастью, никаких следов, указывающих, что кто-то был ранен или погиб, не было видно. Тем не менее, на месте сражения Шарлотта задержалась. А вдруг бандиты взяли пони в плен и утащили в своё логово? Даже с учётом того, что схватка произошла дня четыре тому назад, могло статься, что несчастным пленникам нужна помощь! Потому-то земнопони и выдохнула облегчённо, когда снова увидела колею от колёс повозки и неровную поступь копыт, уходящих вдаль. Пони, похоже, избили и отняли товар, но до настоящей беды дело не дошло.

- Ух, негодяи, - прокомментировал Блинчик её открытие. - Что же, король совсем за своими владениями не следит, если поблизости от его страны такие дела творятся?

- Наверное, это одно из задуманных им препятствий, - заметила Шарлотта.

- Которое из-под контроля вышло, - буркнул Блинчик.

И он рассерженно пнул копытом комочек грязи, который пролетел по воздуху и стукнулся об нос крепкого серого пони-единорога, сидящего в засаде возле дороги. Магическим полем телекинеза тот удерживал в воздухе массивную дубину, но и без дубины можно было понять, что это разбойник — так озверело смотрел он на княжну и её оруженосца.

- Эт ко тут у ас? - прошипел он с южным акцентом, разгибая толстые, словно стволы деревьев, натренированные ноги. По сравнению с Блинчиком пони казался настоящим великаном. - Ко втогся в мои влатенья, я ас спашиваю?

Эти слова явно были сигналом, потому что тут спереди из кустов, сзади и по сторонам от пары путников появились другие разбойники. Трое земных пони и ещё единорожка, все кобылки, вооружённые дубинками и странным оружием в виде двух камней, связанных вместе верёвкой. Как догадался Блинчик, эти камни и верёвки служили для спутывания ног убегающих торговцев.

А вот княжна ни о чём не думала. Лёгким и незаметным движением она освободила своё копьё — боевое, не церемониальное, с острым многогранным наконечником, увитое охранными рунами. С лёгким посвистом копьё описала полукруг, пронёсшись возле носа главаря, который инстинктивно попятился.

- Моё имя — Шарлотта, а название своего рода я дворняге говорить не собираюсь, - громогласно произнесла кобылица, перехватив копьё на поднятую правую переднюю ногу и опираясь на три остальных. Блинчик торопливо повернулся боком, прикрывая её с крупа.

- Дорняге? Гы-гы-гы! - загоготал бандит, скрывая смехом страх. - Перет тбой — вудсэр Снэйп ле Лу, - выдуманный титул и имя, возможно настоящее, он произнёс совершенно правильно, безо всякого акцента. - Владыка Леса!

- А владениям Владыки полагается стража, которой нужны сияющие доспехи и длинные копья! - визгливо крикнула единорожка, подходя к ним. - Так что отдавайте ваши вещи и мы, так и быть, не тронем вас!

- Хочешь отобрать наши вещи? - Блинчик оглянулся на княжну, получив в ответ молчаливый приказ. - Да забирай!

Он ловко снял седельную сумку и навесил её прямо на шею единорожки. Кобылка охнула под тяжестью нагруженных в ней вещей, не устояв и ткнувшись носом в землю — тощая бандитка была намного слабее земного пони, пусть даже и жеребёнка. Блинчик же наклонился и зубами выхватил за ручку большой и тяжёлый походный котелок, какое-никакое, а всё же оружие!

- Потхотите! - говоря с ещё большим акцентом, чем разбойник, крикнул он.

И торопливо пригнулся, потому что княжна тоже занялась делом, да ещё как! Её копьё, выписывая круг за кругом, разметало бандитов в стороны — сначала врезавшись древком в щёку самопровозглашённого Владыки Леса, затем таким же манером перевернув с копыт на спину ближайшего земнопони, а другому едва не угодив остриём в глаз. Повезло ему, что убивать Шарлотта никого не собиралась, потому земнопони отделался только большим испугом. Впрочем, и испуга хватило, чтобы он бросился прочь, вереща со страху!

- У-у-у! - выговорил ле Лу, прижимая копыто к морде. И добавил несколько слов на своём языке, непонятных, но явно ругательных.

Большего он сказать не успел — подскочивший Блинчик с размаха нахлобучил котелок ему на голову. Продолжая проклинать всё и вся, разбойник метнулся в одну сторону, в другую, попытался было снять котелок, но в этот момент Шарлотта изо всех сил треснула копьём по котелку. Выпрямившийся разбойник икнул, пошатнулся и завалился в кусты.

- Не бойтесь, юные воины, помощь уже близка!

Если бы единорог в долгополом зелёном плаще так не орал, то и ему бы не избежать удара копьём по голове. А вот Блинчик плохо разобрал, что кричал продравшийся через кусты жеребец, и успел подставить ему подножку, да так удачно, что незадачливый спаситель кубарем покатился по земле. Кувырки его закончились прямо у передних копытц княжны.

- Не обращайте внимания на этого неудачника! Он в собственном доме на стены натыкается!

Второй сумасшедший пони тоже был единорогом, тоже в зелёном плаще, но плащ ещё украшали золотые линии, а на голове у пони был венец из подсохших веточек. На этот раз Блинчик не стал действовать — по-видимому, эти жеребцы опасности не представляли.

- Кто вы такие? - Шарлотта, держа копьё на сгибе ноги, описала его остриём спираль над головой первого единорога.

К слову, за исключением одежды пони эти ничуть не походили друг на друга. Первый жеребец оказался крупным светло-серым пони, грива и хвост у него были чёрными, а его рог выглядел гладким и острым. Второй был куда поменьше, имел голубой цвет шерсти, синюю гриву и хвост, рог у него был витым, но тоже заострённым.

- Мы — славные ипподромцы! - воскликнул он, выпятив грудь.

- Мы славные и гордые ипподромцы! - добавил другой, не делая даже попыток подняться.

- И что от этого? - поинтересовался Блинчик. Ему эти двое совсем не понравились.

- А то, что мы спасём вас от бандитов!

К слову, в это время разбойники уже разбежались. Кому-то хватило полученных тумаков, другие же дали дёру, едва ипподромцы выскочили на дорогу, подумав, что к грозной княжне бежит свита. Убежала даже единорожка, которой сначала пришлось выползать из-под тяжеленной сумки, отчаянно выпучив глаза и страдальчески постанывая. Остался лишь главный негодяй, всё так же лежащий в кустах.

- Ну, так-то нас спасать не от кого, - Шарлотта кивнула на поверженного злодея. - Впрочем, если вы мне поможете его связать, я буду премного благодарна. У единорогов лучше получается работать с верёвками, чем у земнопони.

- Конечно, милочка! - голубой взмахнул хвостом. - Я его свяжу десятью морскими узлами!

- А я пятью узлами василиска! - серый наконец-то вскочил на ноги. - И поверь, ему тогда не выбраться!

- Да? А я тогда свяжу его десятью гадючьими узлами!

- А я свяжу его в пять раз быстрее тебя!

Кажется, в этот момент их спор достиг апогея — единороги двинулись друг на друга и скрестили рога. Упираясь лбами, они запыхтели, готовясь к генеральной драке, но тут переменили своё решение.

- Я беру на себя передние ноги, а ты задние! - предложил серый. - Кто быстрее свяжет, тот и победитель!

- Они что, совсем того? - шепнул Блинчик.

Шарлотта ничего не ответила. К счастью, спорщики в этот момент решили, что пора показать себя не на словах, а на деле: они бесцеремонно обшарили седельную сумку, отыскали верёвку, разорвали её на две неровные части и принялись связывать копыта разбойника. Только на копыта порванной верёвки и хватило, но зато спутали ноги жеребца они на совесть, без ножа и не развязать. Сделали они это как раз вовремя, потому что Снэйп ле Лу наконец-то очнулся.

- Будешь рыпаться — верну, - предупредила Шарлотта, сняв с него котелок. - Итак, какова численность твоей банды?

- Все сесь пыли, - фыркнул бандит. Фыркнул и поморщился, в голове у него всё ещё гудело.

- Вот и хорошо. А логово ваше где находится? - Шарлотта на всякий случай пристукнула копытом по котелку, чтобы разбойник и не подумал лгать.

Ей обязательно надо было узнать, где живут бандиты и сколько их тут бродит по лесу. Вдруг они разогнали только часть врагов, а другие ждут их впереди, устроив ещё одну засаду?

- К юго-западу, в полмиле отсюда, - угрюмо бросил бандит. Говорил он всё с тем же ужасным акцентом, но Шарлотта уже научилась его понимать. - Только теперь придётся нам сворачиваться и менять лежку, а то вы расскажете всё стражам. Ну ничего, мы ещё своё возьмём! Вы возвращаться через этот же лес будете!

- Прекрасно, я это учту, - Шарлотта посмотрела по сторонам. - Привяжите его к дереву и оставьте, скоро дружки явятся и освободят. А мы пока дальше пойдём.

- Идём к нам! - торопливо сказал серый. - Приглашаем вас в наш прекрасный Ипподром, тут идти совсем недалеко!

- Нет, это я приглашаю! - голубой галантно поклонился. - А этот бандит пусть постоит и подумает о своём поведении. У, гад! - он показал ле Лу копыто. - Будешь знать, как пугать мирных подданных Селестии! Жаль, раньше у меня до тебя магия не дотягивалась!

Последнее он сказал каким-то очень неуверенным тоном. Блинчику показалось, что единороги в плащах вовсе не имели желания связываться с бандитами, а на помощь пришли только потому, что разбойников уже разогнали они с Шарлоттой. Если их «Ипподром» и вправду недалеко, почему же они ранее не помогали другим путникам?

- Спасибо за приглашение, но у нас есть некая миссия, которую мы должны выполнить, - сказала тем временем Шарлотта.

- Да ладно, вы ведь всё равно шли через лес? Нам по пути! - голубой перескочил через разбойника. - Идите за мной, я покажу дорогу!

- Нет, это я покажу дорогу! - зафыркал на него второй.

- А этого так оставим? - Блинчик кивнул на разбойника. - Они его развяжут и снова начнут безобразничать…

- Он же обещал подождать нас на обратном пути, вот тогда и разберёмся, - Шарлотта сурово посмотрела на бандита. - А если они за это время ограбят хоть один караван, то дёшево не отделаются. Понял?

Разбойник молча кивнул, но Блинчик сомневался, что полученного урока ле Лу хватит. С другой стороны, пусть король сам разбирается с негодяями вблизи своих владений, они нанимались на совсем иную миссию. А вообще, разбойникам лучше уносить ноги из леса, пока они с княжной не вернулись, уж Блинчик знал, на что она способна в настоящем бою. Сам ей ассистировал во время тренировок!

- Ну, что, так и будем стоять? - нетерпеливо простучал копытами серый ипподромец. - Если что, я могу тут хоть до вечера…

- А я до завтрашнего утра! - тут же вклинился голубой.

- Идём, - Шарлотта повесила копьё на бок.

Глава четвёртая. Ипподромцы

Ипподромцы уже не слушали княжну, ускакав далеко вперёд. Сначала они бодро бежали по дороге, но потом вдруг резко свернули в чащу и пробежали по одной им известной тропе, вившейся между кустов и деревьев. Блинчик и Шарлотта последовали за ними, причём оруженосец бежал первым, чтобы при случае принять на себя любую опасность, которая только может угрожать его госпоже.

Впрочем, он зря переживал на этот счёт.

Ипподромцы и вправду вели их в своё поселение, находившееся на северо-восточном краю леса. Здесь, за высоким деревянным частоколом, стояло нечто вроде стадиона, совмещённого с деревней — вокруг жмущихся друг к другу домиков протянулась вытоптанная беговая дорожка с полосой препятствий, в северной части деревни стояли различные снаряды для занятий спортом, а в самом центре деревни поднимался постамент, на котором как раз сейчас теснились две кобылицы-единорожки и один рогатый жеребец. Все были в зелёных мантиях, крепкие и могучие, однако пихались они совершенно по-детски, прикрикивая друг на друга и чуть ли не ссорясь.

- Кажется, я начинаю кое-что понимать… - тихо проговорила Шарлотта. Тихо, потому что они подошли к самым воротам, возле которых серый и голубой единорог скакали в нетерпеливом ожидании.

- Эй, открывайте уже! Если не откроете, я её магией выдавлю! - и он угрожающе поднялся на задние ноги.

- А я по-земнопоньски выбью её копытами! - второй жеребец последовал его примеру. - И не задними, а передними! Вот так-то!

- А я…

Шарлотта решительно шагнула вперёд, между хвастунов, и с силой стукнула копьём по воротам.

- Именем Благой Долины, откройте!

То ли подействовал её крик, то ли там, за стеной, пришли к какому-то решению, но ворота и вправду стали открываться. Их раздвигали вкопытную двое единорогов, кобылка и жеребец, упираясь лбами и всем телом, пока между створками не образовалось достаточное пространство для прохода.

- Заходите и посмотрите на славный Ипподром! - воскликнула единорожка, утирая выступившее на лбу мыло. - Значит, вы из Благой Долины? Никогда не слышали, могучее ли это царство?

- Великая, но точно уступает в могуществе вам! - быстро сказал Блинчик.

Шарлотта устремила на него испепеляющий взгляд, но пони подмигнул ей, и кобылица решила подождать с распекательством юнца. Вместо этого она с величественной мрачностью шагнула вперёд, показывая ипподромцам, что она-то персона значимая! А единороги тем временем магией закрыли створки, при этом разделившись на две команды и постаравшись обогнать одна другую — похоже, соперничество ипподромцев иногда могло принимать странные формы, но всегда оставалось соперничеством.

- Зачем ты принизил Долину? - воспользовавшись моментом, ядовито спросила княжна у оруженосца.

Тот даже грудку выпятил:

- Эти ипподромцы заносчивы до крайности! Пусть уж лучше они слегка недооценивают нас, чем постоянно подбивают посоревноваться или станут доказывать, что они во всём лучше!

- В нашей ситуации это было мудро, - похвалила его кобылица. - Но впредь не допускай такого! Честь родной земли — превыше всего! Я надеюсь, что заносчивость ипподромцев не позволит им раструбить по всему миру, что они лучше Благой Долины, ведь тогда могут явиться те, кто захочет оспорить это утверждение!

- Ты и сама можешь его оспорить своим поведением, потому что любой земнопони куда сильнее большинства единорогов! - поспешил загладить свою оплошность Блинчик. - Тогда они поймут, что тягаться с жителями Благой Долины им не под силу, и в любом случае прикусят языки!

Решение подоспело как раз вовремя — надутый ипподромец, алогривый жеребец, подошёл к ним и пригласил в нечто вроде харчевни, гордо именуемой «обеденным домом». Как выяснилось, название не отражало сути, потому что весь обед состоял из невообразимо тягучей травы, чего-то вроде гибрида крапивы и лопуха, что было перемешено и посыпано сверху сухариками из местного хлеба. Судя по всему, ипподромцы ничего особо не выращивали, а жили только подножным кормом, ну и ещё имели тоненький ручеёк торговых отношений с какими-то северными поселениями. Этот ручеёк приносил им жидкое пиво и второсортное зерно для получения муки, за что пони расплачивались своими магическими умениями и физической силой.

По сути, в Ипподроме уцелел пережиток не столь уж отдалённых времён — времён соперничества и повсеместного обмана…

Как выяснилось за обедом — надо сказать, что обедали лишь Блинчик и ипподромцы, поскольку желудок Шарлотты взбунтовался против столь грубой пищи — численность населения состояла из трёх десятков единорогов, пары земнопони и одного-единственного пегаса, нанятого для осмотра окрестностей. Все рогатые неплохими магами, но особо хорошими колдунами Ипподром похвастаться не мог. Большую часть времени единороги проводили в разнообразных соревнованиях друг с другом, поскольку от исхода этих игр зависело, какая кобыла и какой жеребец составят Главную Пару на ближайший месяц.

При этом здесь хватало чемпионов — кто-то превосходил других в беге, кому-то удавались длинные и высокие прыжки, одни успешно владели телекинезом, а другие точнее всех палили магическими лучами… Только, в отличие от других жителей Эквестрии, с многозадачностью у местных пони не сложилось. Каждый был лучше в чём-то, но в чём-то одном. И это было просто удивительно, впервые Шарлотта видела столь глупое соперничество среди пони!

- А как появился Ипподром? - как бы невзначай спросила она у нынешнего Главного Жеребца, того самого алогривого единорога.

- О, это очень интересная история! - воскликнул он, весь надувшись от пафоса. - Давным-давно двое наших предводителей поспорили, кто из них построит самое могучее царство! Один построил, а оно вскоре развалилось, а другой построил — и до сих пор стоит. Вот это оно и есть — Ипподром!

Шарлотта не сразу сообразила, что «очень интересная история» на этом и кончалась. То ли ипподромцы не знали собственной истории, то ли стыдились произошедшего давным-давно и распространяться о том не хотели. Почему-то Шарлотте казалось, что второе предположение вернее.

- И что же, всё время здесь живут одни единороги? - спросил Блинчик, уминая салат из крапивных лопухов. - А как же другие пони? Я фител фсеко отноко пефаса и палу семнофони!

- Ипподром был построен единорогами, потому мы и принимаем к себе лишь единорогов, редко делая исключения! - гордо сообщила Главная Кобыла. - Впрочем, мы всегда рады гостям! А торговцы, которые то и дело проезжают через лес, очень рады навещать нас! Кстати, а вы-то куда идёте? Для торговцев у вас слишком мало товара!

- По правде говоря, у нас совсем товара нет, - ответила ей Шарлотта. - А идём мы к Вершине Филли, одинокой горе на востоке. У нас там… Имеется важное дело.

- Дело, вот как? - Главная Кобыла потыкала деревянной вилкой свой салат. - Хорошо! Для ипподромцев доскакать туда — раз плюнуть, не, даже два раза плюнуть! Но так как вы не ипподромцы, то я попрошу кого-нибудь указать вам дорогу!

- У нас есть карта… - вставил Блинчик.

- Которая заставит вас делать крюк через болота, я так полагаю? - Главная Кобыла лукаво прищурилась. - Не верьте картам! Ипподромцы знают тайную тропу, она занимает куда меньше времени, мимо трясины и опасных мест. Мы пользуемся ею изредка для того, чтобы набрать болотных ягод…

- Значит, вы укажете нам краткий путь? Отлично! - Блинчик поводил вилкой по дну опустевшей тарелки, порции у ипподромцев размером не отличались. - А есть ли чего опасаться на болотах или вблизи них?

- О, там много опасностей! - Главная Кобыла взмахнула копытом. - Ядовитые змеи, восставшие мертвецы, глубокие омуты, из которых не выбраться… Никому, кроме нас! Но не волнуйтесь, вы избежите всех этих ловушек! Слово ипподромца!

Глава пятая. Принц Лилиан

Каждый новый день принц Лилиан Сворд начинал с зарядки. Точнее, с комплекса упражнений, отдалённо смахивающих на зарядку. Сначала он открывал и закрывал глаза — иногда до десяти раз, в глубине души надеясь, что вот сейчас разомкнёт веки и вместо запылённого балдахина кровати увидит потолок своей комнаты во дворце отца. Ага, да, конечно… Затем принц начинал борьбу с одеялом — тонкое, но вполне ощутимое, оно во сне часто перекручивалось и растягивало все четыре ноги жеребца в разные стороны. Одолеть такого противника было совсем не просто, тяжёлое противостояние длилось до двух, а то и до трёх минут!

Когда одеяло получало заслуженную кару, Лилиан вставал с кровати и шёл заниматься водными процедурами. Он тщательно чистил зубы, правда, в последнее время используя немного зубного порошка — запасы его стремительно таяли, нужно было поберечь для встречи дорогой гости. Потом умывался, иногда даже забираясь в просторную каменную ванную, если с вечера не забывал наносить воды в бочку, из которой та вытекала тонкими струйками, позволяя хорошо промыть всю шерсть… О, это было блаженством, но как же он ненавидел таскать воду! Это совсем не для принца работа!

Потом приходила пора для лёгкой пробежки. Принц совершал переход через всю башню, с верхнего этажа на самый нижний, в кухню. Набитая всякими припасами, она при этом всё равно вызывала у него апатию: фрукты и овощи давно были съедены, а всё заранее законсервированное или высушенное уже набило ему оскомину. Сухие хлебцы и настоящие сухари тоже не лезли в горло, ему чудилось, что консервы отдают затхлостью, хотя этого быть не могло. Просто Лилиан соскучился по свежему хлебу, нежному и горячему, по свежим фруктам и овощам…

Но приходилось есть то, что было для него заготовлено. Правда, ему удалось найти среди запасов мешочек муки, но сделать из неё тесто он не смог бы, да и печь подобие хлеба всё равно не в чем, замок освещался магическим способом. Можно было, конечно, сломать старинную мебель и развести в одной из комнат костёр, но Лилиан решил, что пока этот вариант воплощать в жизнь не будет. Не хотелось ему сейчас учиться на пожарного…

По правде говоря, если не считать отсутствия свежей пищи, общения и свободы, жить в башне было не так уж и плохо. Для прогулок в распоряжении принца имелись крыша и балкон, для чтения предлагалась целое книгохранилище, которое он до сих пор изучил чуть менее, чем на четверть. Ещё в обширных кладовых замка нашлось множество различных инструментов и предметов — по-видимому, отец тоже стыдился того, что круп его сына был девственно-чистым, на нём ещё не проявился рисунок кьютимарки, того знака отличия, что определял основное занятие или даже судьбу носящего его пони. Так что Лилиан мог убивать время либо читая, либо осваивая новые профессии. Ну или занимаясь своим излюбленным хобби — фехтованием.

По правде говоря, земные пони не очень любят мечи. Копьём им работать куда удобнее, а уж в битвах на копытах они превосходят любые другие виды пони! Но Лилиан Сворд не зря получил своё имя. Клинок у него был хороший — сбалансированный меч с удобной подкововидной зубояткой-копытоятью, такую можно что во рту держать, что в двух копытах. Специальное заклинание сглаживало силу удара, позволяя не беспокоиться о целости зубов. Именно меч помогал принцу поддерживать себя в форме — им Лилиан колол и рубил соломенные чучела, которые сам установил во второй сверху комнате. Нельзя сказать, чтобы искусство принца было таким уж высоким, однако некому было указать ему на огрехи и промахи, и исправлять ошибки ему приходилось самостоятельно, а книги никак не могли заменить живого наставника.

Сейчас Лилиан как раз решил, что завтрак может и подождать, а фехтование ждать не станет, потому поднимался в свою «тренировочную» комнату. Стоит отметить, что несмотря на то, что жил он в башне совсем один, принц всё равно не забывал о своём статусе, поддерживая себя в достойном виде. Так хвост его был повязан пёстрой лентой, чтобы не болтаться метёлкой, как у какого-нибудь фермера, грудь принца защищал серебряный нагрудник с многогранным сияющим синем камнем посередине. Ещё один камень, поменьше и каплевидной формы, находился в его правом ухе, словно серёжка. Ещё бы дополнить костюм накопытниками — и принц выглядел бы так, словно не находился в заточении, а приехал осматривать подготавливаемый для обороны его земель замок…

Но накопытников принц не носил, а замок для него оставался чем-то вроде тюрьмы. И даже хуже. Пусть срок его заточения не очень велик, впереди ждало не освобождение, а ещё большее рабство! Отец задумал, что из замка его спасёт будущая любовь, а Лилиан пока не испытывал никакого желания на ком-нибудь жениться. В конце концов, он даже ещё не удостоился собственной кьютимарки! Какая уж тут свадьба!

- Не хочу жениться! - копытом прихватив на ходу меч, Лилиан вошёл в «тренировочную комнату» и окинул взглядом чучело, который он сам вчера набил. - Хочу учиться-а-а!

Он широко размахнулся, удерживая меч при помощи копытокинеза, и врубил его в бок манекена. Это был хороший удар, но ничего особенного, случилась и получше.

- Надо! Ело! Здесь! Сидеть! - Лилиан вытащил меч, перехватил его в зубы и ударил по манекену с другой стороны. - Пффр!

Он отошёл на шаг назад, полюбовавшись на свою работу. Не так уж и плохо… Но всё равно, ему нужно тренироваться, чтобы хоть чем-то занять себя! Нет, всё же, поскорей бы уже явилась спасительница, и позволила ему сменить эту скучную обстановку… Быть может, у этой, как её, л’Икёр де Бошир, найдётся в замке хотя бы один учитель фехтования!

Впрочем, он ему не понадобится — вряд ли будущая принцесса позволит принцу-консорту заниматься подобными глупостями…

Глава шестая. Болото

Оглядевшись по сторонам, Блинчик с тоской вспомнил зелёный луг, раскинувшийся перед мельницей его отца — после сильных дождей его покрывали серебристые лужи, и как весело было бегать по ним и между них, вдыхая аромат свежей зелени и разбрызгивая воду во все стороны… А представшее перед ним и его госпожой болото оказалось совсем непохожим на луг после дождя: тут росла только рыжая и серая трава, торчали из грязной воды кривые деревья, а сама вода источала очень неприятный запах затхлости. А ещё тут были тучи комаров, и если на лугу комары тоже летали, но их было относительно мало, то тут роились целые тысячи, миллионы кровопийц! Да ещё и невероятно голодные!

- Надо мне сковородку достать! - пожаловался оруженосец, немилосердно ударяя самого себя хвостом, словно бродячий монах Ордена Святой Фауст, терзающий свою плоть. - И гонять их по всему болоту!

- Терпи! - Шарлотте было чуточку легче, всё-таки её тело покрывали доспехи. Но не всё тело, оставляя открытые места, к которым так и лезли настойчивые крылатые. - Нам недолго осталось шагать, так ведь, Глория?

- Конечно! - белоснежно-белая ипподромка взмахнула копытом, разбросав комочки мокрой грязи во все стороны. - Ипподромцы прошли бы по этой дороге за три часа, а с вами мы потратим всего шесть! Это совсем немного, совсем!

Кажется, она больше убеждала саму себя, чем спутников. И вообще, ей совсем не нравился этот поход, она явно хотела оставить Шарлотту и Блинчика, чтобы вернуться домой, пока родной Ипподром был не так уж и далеко. От княжны это желание не укрылось, и она зареклась при первом же привале отпустить ненадёжного проводника. Лучше уж встречать опасность вдвоём, чем с таким ненадёжным членом команды, ещё возьмёт и предаст их в самый ответственный момент, испугается и убежит!

- А здесь гидры живут? - поинтересовался тем временем Блинчик.

Шарлотта слегка улыбнулась. Она знала, что Блинчику очень хотелось увидеть живую гидру, о которых так много слышал захватывающих историй. В Благой Долине и вокруг неё такие монстры не водились, гидры, мантикоры и драконы встречались только на периферии страны пони.

- И гидры живут, и ещё много кто ещё! - провожатая как-то странно дёрнулась и огляделась по сторонам, словно опасалась увидеть, как из тухлой водицы поднимаются три-четыре рыжих головы на длинных шеях.

- Спешу тебя разочаровать, мой юный друг — это зрелище не из приятных, - сообщила Шарлотта. - Гидры — редкие, но и необычайно опасные создания. Хорошо ещё, что они обитают в таких местах, в которых пони не селятся!

- Всё равно интересно было бы взглянуть! - Блинчик перепрыгнул с кочки на кочку, причём довольно резво, словно и не тащил на спине тяжеленный груз. Он даже часто останавливался, чтобы полюбоваться какой-нибудь сверкающей болотной букашкой, не забывая при этом отгонять букашек кровососущих. - Это же самые большие из всех чудовищ, причём говорят, что они — отдалённые родственники драконов. В таверне, куда мой отец поставлял пшеничный настой, часто разговаривали о том, откуда произошли различные монстры, и про гидр есть легенда…

- Потише, прошу вас! - сама понизив голос до шёпота, произнесла провожатая. - Иначе мы и вправду поближе познакомимся с гидрами!

Видя её дёрганья, Блинчик подошёл поближе к Шарлотте.

- Княжна, позволь дать тебе совет, - негромко сказал он, но вовсе не потому что принял предупреждение пони, а просто не желая, чтобы она его слышала.

- И в чём же он заключается? - так же тихо спросила княжна.

- Отпусти нашу проводницу, да поскорее! Я вижу по её поведению, что она только и помышляет, как бы оставить нас, и только гордость удерживает её от побега!

- Я и сама так думаю, - призналась Шарлотта. - Но я боюсь задеть её самолюбие, ты ведь сам видел, насколько высокомерны жители Ипподрома!

- Лучше задеть её самолюбие, чем покормить ею гидру! И нами в придачу… - Блинчик покрутил головой, будто пытаясь отыскать ту самую гидру, которую ему очень сильно хотелось увидеть. Шарлотта в свою очередь задумалась, но затем кивнула:

- Ладно, постараюсь уговорить её…

Прибавив шагу, княжна нагнала проводницу, которая то и дело нервно дёргала хвостом и прижимала уши, каждую секунду ожидая нападения. Услышав поступь земнопони, кобылица обернулась и затравленно посмотрела на неё, уже не скрывая, насколько была напугана.

- Знаешь, я подумала о том, что дальше мы пойдём сами, - начала Шарлотта, ещё не зная, как ей вежливо и тактично, но быстро прогнать трусишку. - Дорога хорошо различима, к тому же, у нас есть карта… Потому я хочу попросить тебя отправиться обратно в Ипподром и… М-м-м, сообщить о нашем решении!

- О, конечно же! - воскликнула обрадованная кобылка. - Я мигом доставлю ваше сообщение! Вы не успеете пройти и десяти… Сотен шагов, как я уже буду в Ипподроме! Счастливого пути, удачи вам, пока-пока-пока!

Шарлотта даже зажмурилась и чихнула — такую пыль подняла пони, улепётывая прочь со всех копыт.

- Да, кое в чём ипподромцы мастера… - задумчиво проговорила Шарлотта, смотря провожатой вслед. - Они прекрасно улепётывают от опасности! Смотри, она уже скрылась за поворотом!

- Э-э-э… Боюсь, нам придётся сейчас последовать её примеру! - проговорил Блинчик, крупом вперёд отступая к Шарлотте, а сам смотря куда-то вправо, в сторону топи.

Шарлотта взглянула туда же и поняла — мечта Блинчика сбылась. Из болота на них смотрела гидра, уже приподняв над водой две из пяти своих голов.

Глава седьмая. Беседа с гидрой

Гидра была старой, а потому весьма раздражительной особой. С другой стороны, её вполне можно понять: она дни напролёт спала в своём родном болоте, в тишине и покое, а тут приходят какие-то пони, вопят, топают, потом ещё визжат и гремят сковородками — конечно, тут любой разозлится! Ещё повезло этим надоедливым пони, что она не была особо голодной, а то бы вмиг слопала, они бы и опомниться не успели!

А пока гидра поднимала головы, дрожащий Блинчик прижался к Шарлотте, в то время как сама княжна замерла на месте, не зная, что предпринять. Бороться с таким противником было бессмысленно, толстую шкуру гидры копьё не возьмёт, да и раны на ней заживают почти мгновенно. Бежать? Скакать через болото, рискуя в любой момент провалиться в омут? Это ещё больше походило на самоубийство, чем на борьбу с гидрой. Оставался один-единственный шанс на благополучный исход дела: попробовать договориться с монстром. Уговаривала же Шарлотта своего учителя фехтования съездить на ярмарку вместо того, чтобы в сотый раз изучать один и тот же приём, а чем гидра хуже?

- Здравствуйте! - крикнула Шарлотта, преклонив голову перед чудищем. - Простите, что потревожили ваш сон, но нам, мне и моему оруженосцу, очень нужно пройти через это болото!

Средняя голова гидры изумлённо выгнула шею, а две справа и одна слева изогнулись, выжидательно смотря на «подругу».

- Впервые вижу, чтобы обед разговаривал! - воскликнула та голова. - С чего ты взяла, что я позволю вам бродить по моему болоту?

Разговор стал принимать какой-то не слишком хороший оборот, но Шарлотта и не думала отступать:

- Я вовсе не твой обед, а посланница великого мага Старсвирла! - воскликнула она, решив, что ради спасения можно чуточку приукрасить действительность. - Предводителя единорогов и правителя объединённой Эквестрии! Как посол я неприкосновенна!

- Ой, очень даже прикосновенна! - гидра упёрлась задними лапами в дно болота и стала медленно приподнимать грузное тело, нависая над двумя пони. - Сейчас как языком подхвачу, как зубы сомкну, разжую и проглочу!

- А тогда кто же сообщит тебе о том, что повелением Старсвирла это болото достаётся тебе во владение на веки вечные? - спросила Шарлотта.

Гидра расхохоталась так громко, что услышали её и в Ипподроме:

- Это болото и так наше! - отсмеявшись, заявила правая голова. - Мы не нуждаемся в разрешениях пони, чтобы здесь жить!

- Так в том-то и дело! - ответила княжна. - Наши правители-повелители посовещались и решили, что раз болото принадлежит гидрам, то нужно сделать так, чтобы пони через их территорию больше не ходили и напрасно не тревожили. Вот мы с моим верным помощником ходим и ставим везде предупреждающие таблички - «Не входить!», «Не шуметь!», «Тут гидры спят!».

Головы намеревались что-то ответить, но вместо этого поджали губы и призадумались. Действительно, в последнее время на болотах завелось что-то слишком много случайно-мимо-проходящих-путников, и мысль о том, что она может избавиться от них раз и навсегда, гидре пришлась по душе. К тому же, вкусовые качества у пони были так себе, болотные лягушки гидре нравились куда больше!

- Значит, расставляете таблички? А где они? - поинтересовалась одна из голов, бывшая посообразительней прочих.

Хорошо, что Блинчик начал действовать, не дожидаясь вопроса. Пока княжна заговаривала гидре зубы, он вытащил из сумки карту, перевернул её обратной стороной, и нарисовал обмакнутым в чернила копытом на карте знак — голову пони в круге, перечёркнутую косой линией. Затем, отойдя на шаг назад, он погрузил копытце в болотную воду, смывая чернила, а карту поднял перед собой:

- Мы их и на деревья вешаем, - объявил он. - Смотри, вот знак - «Пони не входить!».

Гидра сощурилась, рассматривая рисунок. Блинчик не отличался художественным талантом, но изобразить столь простой символ всё-таки сумел достойно… К тому же, зрение у гидр не ахти какое»

- И что же, вы их повесите — и пони ходить не будут, да?

- Ни одна живая душа, - ответила Шарлотта. - Может, ещё денёк-два только походят, пока мы везде развесим знаки. Правда, если ты нас съешь, то знаки будет некому вешать!

Гидра недовольно зажмурилась.

- А новый совет Старсвирл только через полгода соберёт, - поддержал повелительницу Блинчик.

Гидра дёрнула всеми шеями сразу.

- Только вряд ли кого-нибудь ещё посылать станут, - обратился Блинчик к Шарлотте. - Нас-то съедят, и все другие послы забоятся сюда идти.

- Это ещё полбеды, что нас съедят, - заметила Шарлотта, поддерживая игру. - Сначала на наши розыски пошлют многочисленный отряд…

Шеи гидры переплелись в узел.

- ...Затем отправят следователей, чтобы засвидетельствовать исчезновение отряда, - продолжала Шарлотта. - И кончится тем, что сюда придёт целая армия, которая будет шуметь, греметь и скакать по всему болоту!

- Всё-всё, идите, куда хотите! - проворчала средняя глава. - Вешайте свои объявления, и чтоб через два дня ни одного пони здесь не было! Проглочу! А вы — не шумите!

- Конечно-конечно, - закивала Шарлотта. - Мы пойдём очень тихо и очень быстро.

Гидра ещё немного поворчала, но затем развернулась и ушла обратно в болото, оставив пони в покое. Блинчик тихонечко выдохнул.

- Уходим отсюда, пока она не передумала, - шепнула Шарлотта.

Подхватив вещи и стараясь не слишком греметь снаряжением, княжна и её оруженосец благополучно пробежали по тропке через болото и вскоре лежбище гидры скрылось за кочками и чахлыми деревцами. Шарлотта и Блинчик оказались посреди топи, но далеко впереди уже виднелись горы и устилавшие их подножья негустые леса.

- Ещё немного, и мы выберемся на старую дорогу, ведущую к горе Филли, - заметил Блинчик, останавливаясь, чтобы подтянуть ремешки сумки.

- Только бы нам ещё одна гидра не встретилась, - заметила Шарлотта. - Хотя, может, у тебя другое мнение?

- Не-е-ет! Лично мне и с одной гидрой знакомства хватило!

Глава восьмая. Пространство и просторы

Ещё до вечера княжна и оруженосец добрались до Жеребячьих Гор. Правда, три белоснежные вершины они оставили дальше к северу, углубившись в густые, но вполне проходимые леса, тянущиеся сплошь до горы Филли и связанные с нею посредством старой торговой дороги. Сейчас дорогой этой почти не пользовались, потому на пути Блинчику и Шарлотте не встретилось ни одного разумного существа, только лесные птахи и любопытные белки поглядывали на двух пони, которых каким-то ветром занесло в их владения.

- Вечереет, - заметила Шарлотта, когда они вышли из лесу и остановись на опушке, чтобы отдохнуть и подкрепиться. - Думаю, что сегодня нам не стоит идти дальше — в темноте трудно выдерживать нужное направление, а дорога слишком заросла, чтобы можно было полагаться на копыта.

- И являться под очи Его Высочества нам нужно свежими и отдохнувшими, - горячо поддержал госпожу оруженосец. - Тогда я мигом обустрою нам лагерь!

Не прошло и нескольких минут, как Блинчик нашёл подходящее для лагеря место — между корней огромного дерева, достающего своей верхушкой буквально до потемневших небес. Из сумки земнопони вытащил свёрток плотной ткани, которую он растянул на манер палатки, «стенки» которой чуть-чуть не доставали до земли, покоясь на палках-жердях, которые Блинчик разыскал в ближайших кустиках. Устроиться в этой «палатке» можно было только лёжа, но места вполне хватало для двух пони, так что после ужина Шарлотту и её оруженосца ждал спокойный и приятный сон. Для постелей они натаскали еловых ветвей и листьев, соорудив более или менее удобное гнёздышко, на которое так приятно завалиться, зарывшись носом в мягкие иглы!

Ужином Блинчик тоже занимался сам. Впрочем, он был весьма прост в приготовлении — всего лишь поджаренный хлеб и овощи для госпожи, и сухарики для себя. Шарлотта долго уговаривала оруженосца прибавить к своему блюду хотя бы пару морковок, только вот после встречи с гидрой у юного земнопони пропал всякий аппетит, и он даже сухарики жевал довольно вяло.

- Чего же ты так грустишь? - улыбнулась ему Шарлотта.

- Просто устал, - уклончиво ответил Блинчик. - Пока отыскал сухие деревья, пока хворост натаскал…

- Ничего, завтра наше путешествие достигнет своей середины, - подмигнула жеребчику Шарлотта, протянув ему яблоко из личного запаса. - Мы ведь совсем недалеко от Филли!

- Ага, - Блинчик немного подумал и всё-таки взял яблоко, вонзив в него зубки. Фрукт оказался сочным и вкусным, так что настроение жеребчика сразу повысилось. - Завтра мы наконец-то познакомимся с Лилианом! Как ты думаешь, какой он из себя?

- Не поняла? - княжна удивлённо взглянула на земнопони. - Мы же видели его портрет!

- Да я про характер говорю, - пояснил Блинчик. - Представляешь, он же один в целом замке вот уже столко-о-о лет живёт! Вдруг он совсем одичал? Отрастил себе бороду и ходит, завернувшись в простыню вместо королевского плаща?

- Вот ты сейчас смеёшься, а потом он тобой править будет, - усмехнулась Шарлотта.

- Ничего, вы ведь вместе править будете, - Блинчик крутанул на копытце огрызок. - Так что ты меня в обиду не дашь!

* * *

А в это время принц Лилиан Сворд занимался тем, что изо всех сил измышлял план побега. Ждать спасения ему надоело, он решил спасти себя сам, а затем… А там видно будет. Во всяком случае, если побег состоится, он сможет наконец-то получить свой знак отличия, какой-нибудь особо значимый, вроде разрываемой цепи или обрушившейся стены. Не самая плохая кьютимарка — а то просто стыдно, дожить до стольких лет без знака отличия!

Правда, возникли неожиданные препятствия. Во-первых, Лилиан понятия не имел, как ему выбраться за ворота. Идею связать простыни и спуститься по стене пришлось отбросить, так как Лилиан вспомнил своё раннее детство, когда он пытался получить кьютимарку древолаза. Безумная идея — взобраться на королевский дуб, реликвию рода, который находился в саду при замке — закончилась крахом (примерно такой звук издала сломавшаяся ветвь), выговором от отца и тремя ударами ремнём, которые стерпел специальный «мальчик для битья». Увы, раз уж древолаза из него не получилось, то и скалолаз вряд ли выйдет…

Ещё имелось и «во-вторых», которое было даже посерьёзней первой причины. Лилиан понятия не имел, куда ему идти! Местность вокруг Филли была пустынной, совсем ему незнакомой, ни одного пони нет на много-много километров, а до родного королевства растянулись болота, леса, ещё болота и ещё леса. Так что принцу Лилиану пришлось принять печальный факт — вернуться домой в одиночку он точно не сможет.

Но была и третья причина, самая серьёзная. Дело в том, что Лилиан Сворд никогда в жизни не покидал пределы отцовского замка, если не считать тот день, когда его карета катила к горе Филли. Открытые пространства пугали его, и даже если бы он имел при себе карту, то он всё равно не смог бы далеко отойти от стен. Одна мысль о том, что ему придётся оказаться посреди сплошного… Ничего, сплошного простора, заставляла сердце Лилиана испуганно сжиматься. И это ему не нравилось!

- Трус! Слабак! Трус! - бросившись на кровать, Лилиан Сворд ударил подушку, затем ещё раз и ещё, а после и вовсе вцепился в неё зубами, не зная, как ему ещё высвободить злобу на самого себя. Вконец исколотив ни в чём не повинную подушку, он в конце концов отбросил её в угол комнаты и устало протянул копыта.

Несмотря ни на что, сон к нему не шёл. Он покрутился с боку на бок, затем нехотя встал и подошёл к подушке. Прихватив её одной ногой, он на трёх других вернулся к кровати и присел на самый край, ни о чём не думая, просто желая побыть наедине с самим собой. С некоторых пор ночи стали для принца Лилиана сущим мучением: спать ему не хотелось, делать было нечего, а в голову лезли самые глупые мысли…

Долгое заточение кого угодно подведёт к краю пропасти, именуемой Безумием — и хотя с ума Лилиан Сворд сходить не собирался, бывало, что он гарцевал на самом краю, намеренно рискуя своим самосознанием, чтобы хоть как-то свыкнуться с давящей на него действительностью. Только мысль о том, что скоро он будет спасён будущей избранницей, поддерживала Лилиана — но и это служило слабым утешением, потому что он по сути лишь сменит одну темницу на другую…

Ведь темницей может быть и пустой замок, и замок, полный верных слуг, если не ты решаешь, что тебе делать и как располагать своим временем. Нет, Лилиан понимал, что правитель королевства всегда вынужден подстраивать график своей жизни под запросы подданных, под правила этикета… Но ведь он даже правителем не станет, ему уготована горькая лишь участь принца-консорта!

Глава девятая. Близость безумия

Несмотря на то, что многострадальной подушке пришлось принять немало тисканья, заснуть Лилиан Сворд так и не сумел — ему мешало то тиканье несуществующих часов, то образы будущей жизни с надушенными париками, вечными приёмами и ни одной свободной минуты для фехтования. Стоило закрыть глаза, и он видел званые вечера, наполненные надоедливой музыкой и напыщенными дворянами, а стоило открыть веки, и взгляд тут же упирался в тёмный потолок. Тьма и тишина давила на сознание пони, собственное дыхание воздействовал на нервы, ещё острее подчёркивая его одиночество.

Вконец умаявшись, земнопони встал с кровати и походил из одного угла комнаты в другой, затем не выдержал и сорвался с места, вмиг выскочив за дверь. Остановившись посреди коридора, он с силой и глубоко вдохнул, медленно выдохнул, но и это не принесло успокоения, а наоборот, словно спустило тугую пружину, которую пони и так слишком долго сдерживал:

- Эге-ге-ге-е-ей! - завопил жеребец на весь замок, помчавшись галопом по замку, стараясь громом своих копыт разогнать давящую тишину.

Как же он соскучился по чужим голосам! Не в первый раз на Лилиана накатывало сводящее с ума чувство одиночества, но сейчас он испытывал его гораздо острее, чем когда-либо, и потому нёсся вперёд, едва не врезаясь в стены и спотыкаясь на ступеньках лестницы, гремел и кричал — один, совершенно один во всём замке!

Силы оставили его на пороге кухни — Лилиан глухо застонал и повалился на мешок с овсом, такой огромный, что даже если бы принц перешёл исключительно на овсяную диету, его всё равно хватило бы на добрых полгода. Копыта Лилиана мяли этот ни в чём не повинный мешок, крупные слёзы скатывались по щекам пони, срываясь вниз: в этот момент даже перспектива оказаться в роли принца-консорта казалась жеребцу не такой ужасной, как всего пару часов назад…

- Да что я, совсем с ума сошёл… - простонал он сквозь рыдания, ткнувшись лбом в мешок. - Соберись же… Соберись!

Несмотря на все старания, всё равно принца ещё несколько минут трясло, пока он не нашёл в себе силы подняться на копыта. Пошмыгивая носом, жеребец вышел с кухни и привалился боком к каменной стене, пытаясь успокоиться, только вот нелестные эпитеты, которыми он себя мысленно награждал, совсем не способствовали успокоению. Лилиан не понимал, что его нервный срыв был вполне ожидаем, учитывая, как много времени он провёл в ненавистном замке и какое напряжение он испытывал в последние дни!

- Тряпка, - прорычал он, сжимая зубы. - Ну ничего, я ещё всем покажу! Когда меня спасут, я стану самым активным неправящим жеребцом в истории! Создам свою армию и развяжу против кого-нибудь войну!

Он зло ткнул копытом в стену, помахал ушибленной ногой и поплёлся обратно в комнату. Сознание, балансирующее на грани безумия, всё-таки сделало шаг назад, но Лилиан не был уверен в том, что сумеет справиться со следующим приступом…

* * *

Как раз в то время, пока принц валялся на мешке и содрогался от рыданий, ухо Блинчика дёрнулось, раз-другой и снова, а затем юный оруженосец открыл глаза и приподнял голову. Спал он чутко, и очень хорошо различил странные звуки, некие хлопки, прозвучавшие над палаткой. Осторожно ткнув княжну в бок копытом, Блинчик разбудил госпожу, чей сон тоже не отличался особой крепостью.

- Тс-с-с! - пони приставил копыто к губам. Шарлотта, открывшая было рот для вопроса, беззвучно закрыла его и прислушалась сама. Хлопки продолжались, создавалось ощущение, что нечто крылатое перелетает с ветки на ветку того дерева, под которым расположились пони. Всё так же не говоря ни слова, княжна взялась за копьё и кивком головы указала Блинчику, чтобы он вышел из палатки.

Прыткий оруженосец, пусть и был несколько напуган странными звуками, был готов выполнить приказ — тем более, что его терзало немалое любопытство, а что это там летает такое? За мгновение между двумя ударами сердца земнопони выскочил из палатки, выпрыгнув вперёд, и резко развернулся крупом вперёд ещё в воздухе, приземлившись на все четыре копыта. Слегка проехавшись по земле, оставив позади четыре бороздки от копыт, Блинчик поднял голову и принялся отыскивать глазами ночного гостя.

- Ух ты! - невольно вырвалось у него. - Вот это да!

Княжна отстала от оруженосца всего на несколько секунд — она появилась из палатки с копьём наперевес, готовая нанизать на него любого, кто посмеет обидеть Блинчика, но так как врага на земле не оказалось, кобылица замерла, пока не увидела, на что глядит Блинчик. От изумления она даже копьё опустила: на ветках сидели пониподобные существа с мощными и когтистыми задними ногами, больше похожими на птичьи лапы, и большими пернатыми крыльями вместо передних ног. Морды у них были вытянутыми и какими-то хищными на вид, а когда одно из существ заговорило, Блинчик и Шарлотта увидели в его пасти острые клиновидные зубы:

- Как я не люблю есть на рассвете! Непонятно, пришёл к нам ранний ли завтрак или поздний ужин!

- Вечно ты всем недовольна, Герра, - проворчало второе существо, приподнимая крылья. - Давно ли ты ела пони?

- Гирра! - крикнуло третье существо.

- Да-да, Гирра, ты права, около месяца назад, - фыркнула Герра. - И с тех пор — одни мыши да белки!

- И склизкие лягушки! И змеи! - вторила вторая.

- Гирра!

- Достопочтенные гарпии, - Шарлотта безошибочно определила видовую принадлежность крикунов. - Мы сожалеем, что нарушили границы вашей территории, но и есть себя не дадим. Может быть, мы сделаем вид, что не встречали друг друга, и разойдёмся по-хорошему!

- Гирра! - рявкнула третья гарпия, причём с нескрываемой угрозой.

- Пони считают, что все проблемы можно решить разговорами, чаем и песенками, - Герра продемонстрировала длинный острый язычок. - Но вы заблуждаетесь на этот счёт. Гарра, хватай мелкого!

Одновременно с её криком гарпия сорвалась с места и устремилась вперёд, но не к Блинчику, а к Шарлотте — то ли сама так решила, то ли крик Герры был отвлекающим манёвром. Впрочем, результат от её намерений не зависил: княжна Благой Долины лёгким движением задней ноги приподняла копьё, двинула плечом и одновременно вытянула переднюю ногу. Благодаря тому, что доспехи перед сном она сняла, действия кобылки были молниеносными, а результатом их стало дёрнувшееся вперёд копьё, которое с противным хрустом вонзилось прямо в грудь гарпии.

- Га-а-а! - завопила та, падая и вырывая копьё из копытокинеза Шарлотты.

Блинчик зажмурился и прижал уши, но при этом ещё и отпрыгнул в сторону, так что тело крылатой бестии пролетело мимо него, ударилась об землю и застыла. Копьё упало рядом, и Блинчик, молнией метнувшись к нему, завладел оружием.

- Сестра-а-а!

Обе гарпии ринулись на Шарлотту. Та отпрыгнула назад, повернулась крупом к нападающим и резким ударом задних ног чуть было не переломала кости Герры, которая просто чудом вильнула в сторону. Из-за её манёвра Гирра сбилась с направления и облетела Шарлотту по дуге, свистнув когтями рядом с её ухом.

- Госпожа! - крикнул Блинчик, перехватив копьё в зубы. Закружившись на месте, он разогнался и вдруг швырнул оружие Шарлотте, которая перехватила копьё обеими передними ногами и встала на задние, приготовившись обороняться.

- Я не хотела такого, но вы сами меня вынудили! - сообщила она гарпиям, которые слетели поближе друг к дружке и зависли над землёй, готовясь к новой атаке. - Улетайте, пока целы!

- Месть! Гирра! Смерть вам!

Крылатые пошли в атаку, на этот раз заходя на Шарлотту с двух сторон. Та замерла, наблюдая за их полётом, пытаясь предугадать, откуда последует удар. Расположение глаз пони позволяло ей видеть обеих нападавших сразу, только вот заходили они на неё одновременно, так что одна из гарпий должна была добраться до цели. Но они напрасно забыли про Блинчика!

Жеребчик ещё не отошёл от вида падающей на него Гарры, но опасность, угрожающая Шарлотте, заставила его действовать. Подскочив к давно потухшему костру, он схватился зубами за ручку едва нагретого котелка, выплеснул из него воду, и швырнул этим страшным снарядом в сторону Гирры. Попасть в быстро летящую цель было трудно, но зато пролетевший буквально перед носом предмет заставил гарпию сбить направление полёта, а Шарлотта, положившись на меткость оруженосца, решительно устремилась навстречу Герре. Та стала набирать высоту — но слишком близко она находилась от княжны, и пони успела швырнуть копьё…

- Гирра! Гирра! - последняя из гарпий решила, что теперь в битве у неё шансов нет, и взмыла в воздух.

Тяжело дыша, Шарлотта посмотрела ей вслед. Затем она подошла к Герре, всё ещё трепещущей крыльями, и надавила на торчащее из её живота копьё, прокрутив его, чтобы поскорее прервать мучения крылатой.

- Р-р-р-а-а-ах… - прокряхтела гарпия в последний раз.

Шарлотта соскользнула вниз, держась за копьё, и повалилась рядом с телом противницы.

- Княжна! - верный Блинчик уже был рядом, схватившись копытами за плечи госпожи. Как оказалось, сознание Шарлотта не потеряла, она даже смогла сесть на круп, смотря перед собой.

- Я… Я не хотела их убивать… - произнесла она почти шёпотом, и, как показалось оруженосцу, вовсе не для него. - Это получилось совершенно случайно… Слишком быстро!

- Да, они не собирались давать нам шанс опомниться, - с серьёзным видом кивнул Блинчик. -Они ведь ели пони, ты же сама слышала!

Шарлотта помотала головой.

- Гидра тоже ела, но мы с ней договорились…

- А с этими нет, - оруженосца аж передёрнуло. - Я не то, чтобы рад этому, но… Княжна, это было нечто! Раз-два — и они лежат, прямо как на тренировках!

Шарлотта кивнула, после чего поднялась на ноги.

- Если бы не ты, всё закончилось бы куда хуже… Нужно уходить отсюда, а то вдруг они тут были не единственными гарпиями?

- Да уж, в лесу полно деревьев, где они могут жить, и горы близко… - Блинчик взглянул на светлеющее небо. - Сейчас я соберу палатку и давай отойдём подальше, а потом позавтракаем. Если захотим, конечно…

Он вздохнул и уже собрался было заняться делом, но Шарлотта остановила его.

- Блинчик… Нам с тобой нужно… - кобылица выразительно взглянула на тела гарпий. - Нельзя их так оставлять.

- Ну не-е-ет! Госпожа, это лишнее! - возразил было Блинчик, однако тут глаза Шарлотты заблестели, и этого он вынести не мог. - Ладно!

Недовольно фыркая, жеребчик выбрал место между корней дерева, где земля была рыхлой и податливой, и принялся быстро работать копытами, выкапывая яму. Работал Блинчик быстро, так что ещё не успело солнце встать над лесом, как неглубокая могила была готова. За это время Шарлотта убрала палатку, собрала вещи, нацепила доспехи и присоединилась к оруженосцу, помогая ему копать. Засыпав гарпий землёй и листьями, пони молча продолжили свой путь.

Они уже отошли от могилы на пару миль, когда Шарлотта сказала Блинчику, что ей надо почистить копьё, на котором всё ещё оставалась кровь гарпий. Отойдя в сторону, земнопони сорвала пучок травы и стала тереть им наконечник, но Блинчик, стоявший невдалеке, видел, что она не столько чистит оружие, сколько плачет, роняя слёзы на окровавленное остриё. И, хотя ему очень хотелось подойти и утешить княжну, оруженосец всё-таки не стал ей мешать — этот момент кобылица должна была пережить одна.

- Так-то лучше… - натянуто улыбнулась она, наконец-то выплакавшись. - Только надеюсь, больше нам не придётся ни с кем драться по пути к принцу Лилиану…

Подвесив копьё на бок, она направилась к Блинчику, стараясь поглубже запрятать то чувство, что болезненно обжигало саму душу благородной пони…

Глава десятая. Последнее препятствие

Нападение гарпий стало последним препятствием на пути Блинчика и Шарлотты — по сравнению с этими монстрами переход через быстротекущую речку был просто лёгкой прогулкой! Правда, если резвый Блинчик легко попрыгал по выступавшим из реки камням, то вот Шарлотте не повезло, и пару раз она всё-таки соскользнула прямо в воду, вымочив и хвост, и задние ноги. Но оруженосец метнулся по берегу туда и сюда, отыскал хвороста, и споро развёл небольшой костерок, возле которого княжна высохла — заодно и обед приготовили.

- Ну и громадина-а-а! - сказал жеребчик чуть позже, поглядывая на гору Филли и одновременно помогая Шарлотте снова облачиться в доспехи, которые ей пришлось снять на время сушки. - И замок тоже неплохой! Сразу видно, делали с любовью!

Башня, вздымающаяся позади высоких стен, действительно выглядела великолепным строением, являя собой всё мастерство древних зодчих. Но он сильно уступал по красоте современным дворцам, массивность стен которых была принесена в жертву красоте и изяществу постройки.

- Допустим, видели мы с тобой замки и получше, - Шарлотта надвинула на голову шлем. - Надеюсь только, что там не прячется огнедышащий змей, который сторожит нашего прекрасного принца!

- Я больше волнуюсь, как бы сам принц не оказался змеем, - негромко засмеялся Блинчик. - А то вдруг его потому и посадили в башню, что он всех принцесс своим видом распугивал?

Кобылка тоже слегка улыбнулась.

- Скоро мы это выясним. За мной, сэр Блинчик, мы почти у цели!

- После вас, будущее Ваше Величество! Или уже Высочество? В любом случае… Эй, подожди меня!

Они всего за полчаса хорошего галопа добрались до горы Филли, и остановились в недоумении. Вблизи замок производил гнетущее впечатление: да, он был построен на славу, но столь давно, что камень посерел и покрылся уродливыми пятнами плесени, а кое-где сквозь щели проросла трава и даже торчали небольшие деревца. По-видимому, замок этот когда-то принадлежал пони, но они покинули королевство, перебравшись в более безопасные места: оно и понятно, мало кому понравится соседство с гарпиями! Единственное, что не пострадало от времени — огромные ворота, через которые без труда протиснулся бы средних размеров дракон.

- Вот это ворота! - восхитился Блинчик. - Жаль, я таран дома забыл!

- Да, боюсь, их так просто не взять, - Шарлотта подошла поближе и постучала копытом по воротам. Те были высотой с хорошую башню, а полосы металла обхватывали крепчайшее дерево, делая вход в замок ещё более неприступным. Кажется, и таран здесь не очень бы помог, разве что какой-нибудь супер-тяжеленный, притащенный с далёкого юга силачами-минотаврами.

- А что, если нам попробовать позвать хозяев? - предложил Блинчик, и, не дожидаясь ответа Шарлотты, крикнул во всю мочь: - Эге-ге-гей! Понибудь дома?!

- Не кричи, Блинчик, - поморщилась Шарлотта. - Принц здесь один, никто нам дверей не откроет. Такие ворота отпирали с десяток пони, двигая рычаги и вращая шестерни. У отца в Благой Долине когда-то стояла подобная система, но он убрал её, чтобы не мучить подданных.

- А что, разве у принца здесь нет слуг? - смутился пони.

- Возможно, что и были дома, но не здесь. Погляди сам! Какой запущенный замок! Ни следов подвоза припасов на дороге не видно, ни каких-либо приготовлений к встрече спасителей… Нет, мне думается, он тут один-одинёшенек. Припасы у него есть, сиди и жди, когда леди придут и вытащат…

Голос пони креп с каждым сказанным словом. Блинчик понял, что сейчас что-то произойдёт, и не ошибся, потому что княжна едва ли огнём не плюнула, когда выкрикнула последнюю фразу:

- Но я уже пришла! - и стены замка содрогнулись, только ворота всё равно устояли.

Тогда разозлившаяся княжна опустила закреплённое на богу копьё, захлопнула забрало шлема и отошла назад, беря разбег. Блинчик, поняв её задумку, отошёл в сторону.

- Я не думаю, что это сработает! - предупредил он. - И запасного копья у нас нет!

Шарлотта ничего не ответила, только фыркнула громко.

- За королём! - воскликнула она и рванулась вперёд, со всей силы земной пони направив копьё в щель между створками.

Удар был столь хорош, что Шарлотта повисла в полуметре от земли, поджав все четыре ноги. Копьё вошло в щель, расщепило дерево и на длину пегасочьего крыла вошло в ворота. Только толку от этого всё равно не было, потому что когда Шарлотта достала копьё и Блинчик приник к дыре, он не увидел просвета. Мордашка кобылицы омрачилась, она села на задние ноги и задумалась — вот уж нашлось препятствие, где не ждали! И как же им теперь попасть вовнутрь?

- Хороши воротца! Принцу нечего опасаться вторжения разбойников, если он там и вправду один… За такими воротами в одиночку можно целую армию сдерживать! - заметил оруженосец.

- У тебя есть верёвка? - спросила Шарлотта. - Если бы закинуть её на арку ворот…

- Лучше уж на стену — там и места пониже есть, и цепляться легче, - оживился Блинчик. -- Давай я пробегусь, попробую найти место, чтобы нам вскарабкаться наверх?

- Э-э-эй, там, внизу! Вы ведь меня спасать пришли? - раздался вдруг чей-то почти весёлый голос.

Повернувшись на его звук, пони увидели красавца-жеребца в королевском нагруднике и с перевязью, к которой была прикреплена острая шпага. Он взобрался на стену и теперь скинул оттуда что-то длинное и белоснежное, протянувшееся практически до земли.

- Простите, что так долго! - жеребец встал на задние ноги. - Я услышал ваши крики, но пока оделся, пока смог связать простыни… О, где же мои манеры? Позвольте представиться, леди, меня зовут Лилиан Сворд!

- Прошу прощения, но позвольте, мы отложим знакомство до того времени, когда я поднимусь на стену! - крикнула в ответ Шарлотта. - А эти простыни нас выдержат?

- Не знаю, я постарался их хорошо связать… - проговорил Лилиан себе под нос. Затем он откашлялся и произнёс громче. - Ворота вам точно не сломать! Там магический запор, его опускали десять отцовских гвардейцев-единорогов! Это последнее препятствие на пути в замок!

Он закашлялся — отвык Лилиан говорить громко. В свою очередь Блинчик уже подскочил к простыням и дёрнул их, проверяя на прочность.

- Связано недурно, Ваше Высочество! - обратился он к принцу. - Пусть это и против правил, но вы позволите, если простой пони поднимется к вам раньше благородной особы?

- Влезайте, мой юный друг! - Лилиан Сворд отошёл подальше от края стены. - Я буду рад встретиться с таким храбрецом!

- Вот видишь, я уже храбрец, - подмигнул Блинчик своей госпоже. - Только это… Тебе помочь тебе с доспехом? С ними уж точно не стоит подниматься на стену!

- Только зря надевала, - улыбнулась Шарлотта. - Пока ты будешь карабкаться, я как раз успею латы снять.

- А я не только поднимусь, но и спущу сверху верёвку, чтобы ты смогла обмотаться ею, будет страховка… - Блинчик посмотрел на стену, скинул сумку и вытащил из неё верёвку, быстро нацепив её на себя в подобии сбруи. - Готовьтесь, Ваше Высочество, я поднимаюсь!

Задачку на себя Блинчик взвалил непростую — цепляясь копытокинезом, упираясь задними ногами в стенку, иногда пуская в ход зубы, он стал карабкаться по простыне. Лилиан растерял королевское достоинство, он принялся беспокойно вышагивать по стене, бросая нервный взгляд на грубые узлы, которые навязал, когда опутывал простынёй каменный зубец стены. Связывать бельё было куда легче, чем привязать его к стене, и Лилиан очень боялся, что сейчас славный спаситель упадёт вниз… Но нет! Вот копыта Блинчика показались над стеной, и принц схватился за них, помогая жеребчику взобраться на стену.

- Ну, как успехи? - к этому времени Шарлотта избавилась от большей части своих лат, которые в нынешнем походе она скидывала чаще, чем они защищали её от ударов.

- Я на самом верху! - крикнул оруженосец. - И принц со мной! Значит, я теперь могу выйти за него замуж?

- Только через мой труп, сэр Блинчик! - рассмеялась Шарлотта. У принца от столь открытой беседы госпожи и слуги даже челюсть раскрылась — в замке его отца о таком и речи быть нем могло!

- Тогда поднимайтесь, княжна! - Блинчик сбросил моток вниз, а сам широко расставил все четыре ноги, ожидая Шарлотту. - Вот верёвка!

Глава одиннадцатая. Встреча

Только сейчас, стоя на вершине крепостной стены, Шарлотта Эверхуф наконец-то ощутила, что долгое путешествие подошло к концу…

Прямо перед ней, буквально на расстоянии вытянутого копыта, стоял красавец-жеребец, к которому она упрямо шагала через леса, болота и реки. Его чистая и ухоженная белоснежно-белая шерсть, золотистая грива, немного отросшая, но всё же убранная в причёску, производила на княжну хорошее впечатление, однако ещё больше её обрадовало крепкое телосложение земного пони. Конечно, это был не здоровяк-фермер, способный вспахать целое поле и даже не взмылиться, но и не слабосильный аристократ, на которого только дунь — и он тут же свалится. Похоже, долгое прозябание в замке не помешало принцу следить за собой, работая не только над внешней красотой, но и над силой своих мышц!

В свою очередь принц Лилиан с первого взгляда понял, что княжна — неугомонная искательница приключений, которая ещё в жеребячестве часто влипала в неприятности, выводила из себя всех нянек и воспитателей несносным характером, совсем не подходящим для дочери князя, а урокам этикета предпочитала физические упражнения. При этом, несмотря на долгий и трудный путь, Шарлотта выглядела весьма опрятно и… Очень привлекательно. Нет, любви между земными пони ещё не вспыхнуло, но Шарлотта ему понравилась.

- Что же, принц, позвольте мне познакомиться с вами по-настоящему, - прервала затянувшееся молчание Шарлотта. Следуя правилам этикета, она согнула левую переднюю ногу, вытянув правую, и склонила голову перед принцем. - Меня зовут Шарлотта Эверхуф, я княжна Благой Долины. А этой мой оруженосец, Блинчик.

Юный земнопони мгновенно скопировал позу госпожи, даже не позволив себе извечных шуток. В ответ на их поклон принц чуть склонил голову, вымученно пытаясь придумать, как ему ответить. Вообще-то он многократно репетировал речь, которую собирался произнести перед своей спасительницей, но сейчас все заготовленные слова как будто вымело из его головы! И неудивительно, во-первых, он ждал совсем другую пони, а во-вторых, репетировать перед зеркалом в замке и говорить с живой кобылицей — это совершенно разные вещи!

- Я… Вы, ты… - жеребец с силой зажмурился, едва удерживаясь от того, чтобы не ударить самого себя копытом. Ну же, соберись!

Он вобрал в грудь побольше воздуха, собрался с силами, и…

- Приветствую, Шарлотта, я принц Лилиан Сворд, и я очень рад, что ты меня спасла… То есть, что меня спасла ты! В общем, я рад быть спасённым тобою!

«О, что же я говорю! И как говорю!» - почти с ужасом подумал принц. Он с тревогой ждал ответа Шарлотты, а та смотрела на него со светлой улыбкой.

- Я не удивлена, что у меня нашлись конкуренты, - сказала Шарлотта. - Вы очень красивы, принц Лилиан.

- Вы тоже, Шарлотта… - Лилиан сам удивился своей храбрости. - Если позволите, можем ли мы перейти на «ты»? В конце концов, вы меня спасли!

- Пока ещё рано говорить о спасении, - заметила кобылица. - Но извольте, принц. Готов ли ты покинуть этот замок?

Лилиан открыл было рот для ответа, но тут же задумался. Готов ли он выйти за пределы замка? Принц прекрасно видел вокруг огромный простор, и сейчас, когда первое возбуждение от встречи со спасительницей прошло, испытывал даже лёгкое головокружение. Нет, он решительно не был готов выйти из замка…

- Может быть, мы останемся здесь ещё на одну ночь? - предложил принц. - Я провёл здесь так много времени, что мне тяжело будет пуститься в путь вот так сразу.

- Разумеется, - кивнула Шарлотта. - Мы и сами будем рады наконец-то отдохнуть.

- Только уж на одну ночь, Ваше Величество, не больше! - вставил Блинчик. - А то явится ещё одна спасительница, а моя княжна оставила копьё за воротами! Кстати, не могли бы вы показать запорный механизм? Может быть, мы сможем их открыть!

Княжна бросила на оруженосца строгий взгляд, но сам Лилиан расплылся в улыбке. Этот юный земнопони ему понравился не меньше, чем его госпожа, а главное, он хорошо показывал, какой была Шарлотта на самом деле. Есть же такая поговорка — какой хозяин, такой лакей! Если перефразировать это выражение, то получалось, что и Шарлотта обладал неугомонным характером, силой и смелостью, которые были присущи её оруженосцу, а значит, принцу не грозит участь заржаветь на троне возле такой принцессы!

- Идите за мной, - позвал он, заодно обрадовавшись возможности спуститься на землю и не видеть окружающий простор. - А после мы с вами пообедаем!

Увы, как и предполагала Шарлотта, открыть ворота было невозможно: их отпирало специальное заклятие, а магия земных пони здесь оказалась бессильна. Зато на кухне Блинчик отыскал всё что нужно, для приготовления сытного обеда, и вскоре принц Лилиан и Шарлотта сидели за столом, заставленным горячими блюдами: как оказалось, печь в замке всё же была, только её скрывали мешки и плетёные корзинки. Кроме румяных блинов и пышных оладий, Блинчик приготовил овсяной каши, а на десерт разыскал упаковку карамелек и затвердевшее печенье, которое вполне можно было размочить в ароматном чае собственного изобретения. Для этого чая Блинчик вытащил запасы из своей сумки и смешал с найденными в дальнем углу кухни сушёными листиками чайных роз и полевых ромашек.

Конечно же, по итогам готовки Блинчик сел за один стол с Шарлоттой и принцем — ни ей, ни ему даже в голову не пришло отослать оруженосца, подчиняясь каким-то там правилам и предрассудкам. Более того, вся троица нарушила ещё несколько правил хорошего тона, болтая за едой, смеясь за столом и стуча по нему копытами! А как иначе можно было рассказать о том, как лихо Блинчик обманул гидру, или как Шарлотта раскидывала разбойников? Омрачила беседу только история с гарпиями, но загрустившая мордашка Шарлотты только чаще заставила биться сердце Лилиана, когда он понял, каким опасностям подвергалась его спасительница! Разбойники, монстры, чудовища — а ещё огромные расстояния, бурные реки, холодные сквозняки!

- Вы очень храбры, - сказал принц, разрезая последний блин и передавая вилкой половинку Шарлотте. - Ваше приключение похоже на древнюю сказку, но ведь это самая настоящая правда!

Улыбавшаяся княжна разрезала свою часть надвое и перенесла половину Блинчику. Видя это, принц, смутившись, сделал то же самое, так что юному жеребчику досталась целая половинка блина!

- Спасибо! - засиял он и умял обе четвертинки быстрее, чем принц и княжна успели рассмеяться.

- Да, сэр Блинчик, вы тоже можете обращаться ко мне на «ты», - объявил Лилиан. - Твои подвиги дают тебе такое право!

- О, Ваше Величество, вы очень добры! - искренне воскликнул оруженосец, и даже копыта к потолку поднял. - Ура!

- Да, ты точно это заслужил, - сказала Шарлотта, вставая из-за стола. - А теперь я бы хотела осмотреть этот замок, если принц, конечно, согласится, провести для меня экскурсию. Блинчик, после того, как уберёшь со стола, разыщи какую-нибудь лестницу, либо верёвки покрепче — нам нужно забрать мои доспехи и копьё, не годится, чтобы такие вещи валялись без присмотра.

- Конечно, Шарлотта! - в один голос воскликнули жеребцы, и переглянулись в изумлении.

- Прекрасно! - рассмеялась княжна. - Можете приступать, друзья!

Смущённый принц подошёл поближе к Шарлотте, и они вместе вышли в коридор. Подумав о том, с чего же ему лучше начать экскурсию, принц Лилиан повёл Шарлотту в фехтовальный зал, где с гордостью продемонстрировал изрубленные соломенные манекены. Как он и надеялся, так и произошло — Шарлотта с явным интересом разглядывала манекены, а меч принца и вовсе привёл её в восторг.

- Замечательное оружие! - она взяла меч магией копытокинеза и с гудением разрезала им воздух. - Теперь я вижу, каким образом ты поддерживал себя в форме!

- Если хочешь, мы могли бы пофехтовать немного, - предложил Лилиан.

Кобылка покачала головой и передала оружие принцу.

- Копьё против меча? Нет уж, лучше я полюбуюсь на то, как ты фехтуешь.

Лилиан горделиво выпятил грудку и перешёл к делу: поставив один из соломенных тюков вертикально, он отошёл в дальнюю часть зала, перехватил оружие в зубы и перешёл в атаку. Шарлотта со знанием дела смотрела, как пони наносил удар за ударом, вонзал меч в солому сверху и снизу, а под конец размахнулся до хруста в шее и перерубил тюк сбоку напополам.

- Восхитительно! - Шарлотта забила в копытца, а принц, потирая шею, довольно улыбнулся и аккуратно приставил меч к стене. - Я удивлена, что ты ещё не получил кьютимарки, с такими-то успехами!

- Похоже, фехтование всё же моё хобби, а не жизненное предназначение, - чуть стыдливо улыбнулся жеребец.

- Значит, ты совершенно свободен в поисках своего предназначения, - утешила его Шарлотта. - Может быть, на обратном пути оно и раскроется! Правда, мы пойдём более безопасной дорогой, теперь нет нужды спешить, опережая соперников!

Принц кивнул, однако на душе у Лилиана было неспокойно. Сможет ли он завтра сделать шаг из замка? Он очень надеялся, что общение с Шарлоттой острее подчеркнёт мрачность этих стен, и желание уйти отсюда перевесит страх перед открытым пространством, но не был до конца уверен в этом…

Глава двенадцатая. Внезапная трудность

Нет ничего удивительного в том, что Лилиан и Шарлотта не переставали нарушать этикет: мало того, что принц и княжна собрались лечь в одной комнате, так они ещё и пригласили к себе Блинчика, решив перед сном сыграть на троих в эквестрийские шахматы, благо несколько комплектов нашлись в кладовке. Кому пришла гениальная мысль оставить их для принца-одиночки — тайна, покрытая мраком.

Правила таких шахмат были схожи с обычными, но пешки и фигуры могли двигаться в любом направлении, за исключением диагонали — она по-прежнему служила только для слонов и ферзей — а сама игра велась сразу на нескольких досках. В данном случае две доски служили «землёй», ещё одна — небесами, туда могли взмывать кони-пегасы, магией подниматься слоны-единороги и взлетать ферзи-аликорны. Грузные ладьи-земнопони странствовали только по «земле», зато обладали правом «брать» пешки и не останавливаться, что заставляло учитывать их наличие при каждом ходе, а король мог на три хода дать любой близко стоящей пешке «крылья», чтобы она также поднялась на «небесную» доску.

В первой же игре Лилиан показал, на что способен. Его войско уверенно двинулось на Шарлотту, явно посчитав её самым опасным противником, что, в общем-то, так и было, поскольку Блинчик играл больше хитростью, чем расчётом. Стремительное наступление вражеских пешек княжна сдержала невысокой ценой, и Блинчик уже намеревался ударить во фланг поредевшей армии принца, когда вонзившийся в ряды его воинов вражеский ферзь сходу объявил «шах» королю, вынудив жеребца отступать. Ещё через два хода игра Блинчика была проиграна, и уцелевшая часть его шахмат переместилась к победителю, заняв те места, на которых ранее стояли его выбитые пешки и фигуры.

- Ах ты так?! - воскликнула Шарлотта.

Принц с улыбкой развёл копыта в стороны, показывая, что игра есть игра. Хотя Шарлотта не понесла существенных потерь, она всё же теперь обладала наименьшим количеством пешек и уступала Лилиану одним единорогом, что ставило её в опасное положение. К тому же, стратегия, которую она вела, разбивалась об восстановившуюся защиту Лилиана, ей срочно нужно был придумать, как одолеть принца!

- Ну что же, мой хитрый принц, готовься к жаркой схватке! - предупредила Шарлотта, немного потянув время для обдумывания следующего хода. - Это будет посложней фехтования!

- Я к вашим услугам, миледи! - бойко, но в то же время с почтением заявил Лилиан, приложив копыто к груди. - Но я боюсь, что у вас нет против меня ни единого шанса. Меня обучал лучший игрок в шахматы во всём королевстве!

- Твой отец? - предположил Блинчик.

Однако Лилиан ответил не сразу, да ещё и нахмурился.

- Нет. Моя кормилица, - со вздохом произнёс он. - Отцу некогда было заниматься со мной, мы и в простые игры не часто играли, а ведь шахматы требуют так много времени… Потому единственной моей противницей была Мэйд, но она стоила всех остальных.

- Боюсь спрашивать, но что случилось с твоей матушкой, Лилиан? - спросила Шарлотта.

- Умерла, - поджав губы, ответил принц. При этом он сдвинул одну из фигур. - Шах.

- Не согласна, - пони вышла из-под удара. - Сочувствую.

- Это случилось давно, - Лилиан ненадолго задумался перед следующим ходом. - Мэйд заменила мне мать, она научила меня очень многому, и не только тому, как играть в шахматы. Но и этому тоже, тебе мат, Шарлотта.

Кобылица посмотрела на доску и кивнула, признавая поражение.

- Чудесная игра! - воскликнул Блинчик. - Принц, вы нанесли нам первое поражение за всё время нашего приключения!

- К слову о нём, всё ли подготовлено для дороги? - спросила Шарлотта, расставляя фигуры по-новой. - Я хотела бы пуститься в путь как можно раньше, нам незачем дожидаться здесь конкурентов.

Блинчик выпятил грудку, показывая тем самым, что не стоит сомневаться в его предусмотрительности.

- Я собрал все необходимые вещи и припасы, - объявил он. - Можем идти хоть прямо сейчас, но я хотел бы разок поспать в настоящей постели!

На самом деле «настоящей постелью» был тюк сена, который жеребчик хорошенько застелил и превратил в удобное мягкое ложе, которому могла бы позавидовать сама Шарлотта, если бы принц не уступил ей свою кровать.

- Может быть, мы тогда выйдем ещё до рассвета? - неуверенно предложил Лилиан. Ему подумалось, что в рассветной темноте его страх безграничного простора проявит себя не так ярко, как при восходе солнца, а потом… А что будет потом, покажет время и взошедшее солнце, ну не брать же ему с собой стенки замка!

- Это отличная идея! - обрадовалась Шарлотта. - Как бы мне не было приятно гостить в этом загородном домике, но я хотела бы, чтобы ты провёл для меня экскурсию по своему королевству. Да и твоего отца нужно обрадовать твоим благополучным возвращением!

- А чтобы точно оно было благополучным, пойдём несколько миль на юг, а затем свернём на запад, - добавил Блинчик, начиная игру движением фигурки пегаса. - Только вот что, принц Лилиан, не хочешь ли ты подковаться? Дорога будет долгой, путь сложен, и подковы бы не помешали!

- Вряд ли в замке найдутся подковы… А ты что, и подковывать умеешь? - удивился принц.

- Ха! Я, может, на кузнеца не очень-то похожу, но подковать сумею! А как же иначе, это одно из основных умений оруженосца! А мы с госпожой странствовали по таким местам, где без подков и не пройти!

- После того, как принц снова нас разгромит, предлагаю всем пуститься в странствие по стране снов, - Шарлотта отразила ход Блинчика, намереваясь с ним на пару всё-таки разгромить Лилиана. - Завтра у нас будет тяжёлый день!

- Зато утро начнётся просто чудесно, - прошептал принц, с улыбкой взглянув на кобылицу.

* * *

Вопреки тому позитиву, что принц ощущал вечером, встав на рассвете, позёвывая и морщась, он не почувствовал никакого изменения по части своего главного страха. Посмотрев в окно, он не испытал особой дрожи, но как только в его голове появилась мысль, что сейчас ему предстоит покинуть стены замка, как копыта жеребца сами собой подкосились, он пошатнулся и привалился к стене, тяжело задышав.

- С тобой всё в порядке? - спросила Шарлотта, как раз проходившая рядом. Она уже облачилась в доспехи, повесив копьё на правый бок и уравновесив его седельной сумкой слева — Блинчик решил, что глупо запасам продовольствия пропадать в замке, а потому разыскал дополнительную сумку в кладовой и набил её всем самым вкусным и питательным, что ему удалось найти.

- Кажется, не очень, - смутился Лилиан. - Может быть, мы могли бы ещё на день остаться в замке? Думаю, кха-кха, мне просто нужно полежать в постели и немного выспаться…

Шарлотта внимательно посмотрела на принца и тот не выдержал, отвёл взгляд.

- Но ведь ты сам хотел уйти на рассвете, - сказала она медленно, словно желая, чтобы принц получше вник в её слова. - Блинчик уже варит для нас кофе, вещи собраны, и денёк обещает быть просто великолепным!

Лилиан откашлялся.

- Княжна… Шарлотта, я хочу тебе признаться… - он с трудом справлялся с волнением, которое буквально стальным обручем сжимало его горла, не позволяя выдавливать слова. - Я боюсь выйти за пределы замка. Ничего не могу с собой поделать, одна мысль о том, что я выйду туда, она просто невыносима! Я не знаю, почему, но меня пугает простор, понимаешь?

По мордашке Шарлотты он понял, что её очень удивило это признание, и прижал уши, стыдясь самого себя. Впрочем, кобылка тряхнула головой и постаралась подбодрить принца улыбкой.

- Так что же ты сразу не сказал? Мы обязательно придумаем, как нам решить эту проблему!

- По правде говоря, я могу предложить только завязать мне глаза… Я потому и хотел уходить в темноте, чтобы не видеть вот всего этого пространства, только теперь понимаю, что это мало поможет!

- Может, это и хорошая идея, только вот с завязанными глазами ты далеко не уйдёшь, - заметила земнопони. - Но… Хм, кажется, у меня есть одна мыслишка!

Оставив принца с надеждой в сердце дожидаться её возвращения, она разыскала Блинчика, уже готового отправляться в дорогу, и рассказала ему о возникшей проблеме. Жеребчик не ожидал таких трудностей, но Шарлотта предложила ему идею, и оруженосец с ней согласился.

- Вот только пойдёт ли на это принц? - спросил он.

- Так мы у него и спросим! - ответила Шарлотта.

Ещё через пятнадцать минут она прошла в покои Лилиана, который беспокойно шагал из угла в угол, продолжая укорять себя за слабость. Услышав цоканье кобылицы, он торопливо повернулся к ней, не в силах спросить, что она придумала.

- Это решение радикальное, но оно может сработать, - предупредила Шарлотта.

- Я готов ко всему, - заявил принц.

- Что же, я рада это слышать, потому что… Вот!

Она залезла копытом в седельную сумку и извлекла оттуда самодельные шоры.

- А может, и получится! - воскликнул ошарашенный принц.

Глава тринадцатая. Первый шаг

- Простите, принц, я совсем не умею шить! - Блинчик привстал на задние копыта, поправляя далеко не красивые, зато очень надёжные шоры, украшавшие теперь голову Лилиан Сворда. Кроме шор, на принце также была сложная ременная портупея, к которой он прикрепил свой меч, и королевский нагрудник, важнейшая часть облачения царственной особы. - Но ведь получилось не очень плохо, правда?

Действительно, если на конкурсе красивых нарядов шоры Блинчика уж точно не заняли бы призовых мест, то они прекрасно выполняли предназначенную им роль. Зрение пони давало им поистине огромный обзор, позволяя видеть многое впереди, позади себя, снизу и даже сверху, однако шоры Блинчика, будучи очень широкими и слегка согнутыми, оставляли для принца совсем немного зримого пространства. Признаться, Лилиан пока особой уверенности не чувствовал, скорее наоборот, но чтобы не расстраиваться юного жеребца, он ободряюще улыбнулся.

- Что ты, очень хорошая работа! - сказал земнопони. - Я практически ничего не вижу, только небольшой участок впереди!

- Вот как раз на него смотреть не нужно, - сказала Шарлотта, входя к жеребцам. - Потому я пойду впереди, потому старайся концентрировать взгляд либо на мне, либо на земле, на своих передних копыта. Исправлять твой страх пространства мы будем постепенно, в таком деле спешка не нужна!

- Если он вообще исправим… - едва слышно выговорил Лилиан, только Блинчик, стоящий поблизости от жеребца, всё прекрасно услышал.

- Исправим, поверь мне! Знаете, у меня в детстве был знакомый, так он воды боялся, потому что плавать не умел, даже по мостику через речку переходил! Но стоило его отцу раз в воду кинуть — сразу плавать научился, ещё и меня обгонял, и плескался, и нырял!

- А почему «был»? - поинтересовался принц. - Поссорились?

Смотря на оруженосца, Шарлотта торопливо провела копытом по горлу, но было поздно:

- Так утонул год назад, - вздохнул Блинчик. - Слишком ему плавать понравилось, нырял-нырял, и не вынырнул однажды…. Э-э-э, но вот как раз поэтому мы и будем учить тебя постепенно! А то пространство понравится, побежишь галопом, и…

- Всё-всё, Блинчик, хватит, - остановила его княжна, видя, как меняется выражение мордашки принца. - Идём, Лилиан, самое время рассеять все твои сомнения!

Похоже, сомнения успели основательно укрепиться в душе принца, однако Лилиан заставил себя встряхнуться и зашагал следом за Шарлоттой, уверенно переставляя слегка подрагивающие копыта и гордо держа поднятую голову — в конце концов, он был королевских кровей, и даже перед собственным страхом должен выглядеть достойно! А Блинчик, прихватив с собой поклажу, замыкал шествие, держась за крупом жеребца таким образом, чтобы в случае чего остановить принца Лилиана, если тот вдруг решит вернуться в замок.

Но принц пока что держался молодцом. Лилиан понимал, что если он сейчас не выйдет из замка, то не покинет его стены никогда, во всяком случае, до тех пор, пока к воротам не пригонят крытую повозку, или же его самого не унесут силой, надев на голову мешок. В отличие от мешка шоры оставляли Лилиану кое-какой обзор, пусть и очень небольшой, и жеребец благодаря этому видел своё продвижение, а потому его уверенность крепла с каждым шагом. Вот они вышли из замка, вот уже его копыта стучат по камню крепостной стены, на которую он недавно взбегал, от радости позабыв о своём страхе, пытаясь помочь своим спасителям попасть в замок — правда, стена всё же была частью его тюрьмы, последним препятствием на пути свободы и пространства… Но ведь он поднимался на неё раньше, значит, и сейчас взойдёт! И дальше пройдёт!

- Ты молодец, Лили, - ласково и с добрым смешком заметила на ходу Шарлотта. - Первое дело сделано, теперь нам нужно преодолеть второе препятствие. Сначала я спущусь со стены, затем ты, потом Блинчик, ладно?

- Конечно! Веди меня, моя княжна!

Вместе с Шарлоттой поднявшись на стену, принц встал у искромсанного временем зубца и посмотрел назад, на вздымающуюся башню, на гору Филли, такую огромную, что закрывала собой всё небо… Надо же, а он и не замечал, насколько она огромная!

- Я буду страховать вас сверху, - Блинчик проскакал к спущенной вниз лестнице, встал на задние копыта и ухватился за неё, придерживая сверху. - Вещи спущу на верёвке, чтобы не мешали, а затем слезу сам, хорошо?

Кивнув оруженосцу, Шарлотта подошла к Лилиану, всё ещё рассматривающего гору, и приставила своё копыто к его боку. Принц обернулся к ней, постаравшись выдавить слабое подобие улыбки.

- Я готов, готов, - сказал он, стараясь убедить в этом и самого себя. - Удачи, Шарлотта.

- И тебе, - подмигнула ему веснушчатая кобылица. - Буду ждать тебя внизу!

Спуск по лестнице, конечно, был гораздо более лёгким, чем подъём по скрученным простыням, и Шарлотта без труда спустилась на землю. Надев на голову шлем и взяв копьё в копыто, специально для того, чтобы принять грозный и боевой вид, она позвала Лилиана — а тот рискнул взглянуть на неё с высоты стены и с радостью понял, что страх пространства всё же отличается от страха высоты.

- Только не головой вперёд, - предупредил Блинчик, увидев, что принц очень бодро положил копыта на верхнюю перекладину. - Спускайся задними ногами вниз, так тебе будет гораздо легче. Может, меч пока отдашь мне?

- Спасибо за совет, - сконфуженно произнёс Лилиан. - А меч я не отдам, мне с ним немного поспокойней.

Он быстро забрался на стену и перешёл на лестницу. Задняя правая нога Лилиана с большим трудом нащупывала точку опоры, передние копыта слегка подрагивали, прилагая чуть больше магии копытокинеза, чем требовалось, так что Лилиан не сразу смог начать спуск, несколько секунд он просто прижимался к лестнице, глубоко дыша и пытаясь заставить себя ослабить магию. Затем принц бросил взгляд на замок, но Блинчик то ли случайно, то ли специально преграждал ему вид на башню, так что Лилиану не удалось в последний раз посмотреть на место своего заточения. Пожалуй, это было и к лучшему — смирившись с неизбежным, земнопони всё-таки стал переставлять ноги, медленно, ступенька за ступенькой, спускаясь на землю.

Внизу Шарлотта с волнением наблюдала за спуском принца. Лестница слегка подрагивала, на ней любой неподготовленный пони чувствовал бы себя очень неуверенно, однако принц переставлял копыта и явно не собирался пасовать. Это обрадовало Шарлотту, и она продолжала стоять у подножья лестницы, держа уверенный вид, поскольку только собственным спокойствием могла помочь сейчас Лилиану. Судя по всему, помогала — принц лишь раз, уже на самой середине лестницы, посмотрел на княжну. Увидев, как та стоит, гордо выпятив грудку, крепко держа в чуть согнутом копыте копьё, жеребец почувствовал прилив уверенности, и вскоре уже стоял на твёрдой земле.

- YAAAAY! - крикнул сверху Блинчик. - Поздравляю! А теперь берите вещи, я иду к вам!

Шарлотта облегчённо выдохнула. Прикрепив копьё к доспехам, она прошла к стене, чтобы принять спускаемую Блинчиком поклажу, а по пути мягко хлопнула Лилиана своим хвостом по крупу, выражая тем самым своё одобрение. Принц и сам был очень горд собой, у него ведь получилось выйти за стену — и пусть это был лишь маленький шаг для победы над фобией, всё же этот шаг он уже сделал!

Пока Блинчик спускался, принц рискнул оглядеться по сторонам, стараясь не поднимать взгляда, чтобы не видеть простора. Сердце его забилось чуть быстрее, когда он понял, что зрение его больше не ограничивают стены, и потому принц поспешил опустить голову, чтобы вид близкой земли успокоил душу. Нет, всё же пока он сделал очень маленький шаг — страх пространства продолжал давить на жеребца, попробуй его преодолей!

По счастью, у Лилиана теперь были друзья, что могли помочь ему побороть страх.

- Пойдёмте, принц, - Блинчик, быстро спустившись на землю, подбежал к жеребцу и встал слева от него. - Сейчас мы поведём вас лугами и полями, в жизни такими красивыми, что с ними ни одна картина не сравнится, уж поверьте!

- Хорошо, Блинчик, - кивнул Лилиан, ощущая, как маленькая толика уверенности возвращается в его сердце. - Только не забудь, я разрешил обращаться ко мне на «ты».

- Я тоже немного переволновался, - виновато зажмурился Блинчик. - Не очень люблю высоту, особенно спускаться с высоты. Подниматься не так страшно!

Лилиан изумлённо посмотрел на оруженосца — не шутит ли он?

- Мы все чего-то боимся, - заметила Шарлотта. - Но при этом мы все умеем преодолевать свой страх. Идёмте!

И вправду, вместе принцу было шагать куда легче — оставляя замок позади, вскоре ступив с камня на мягкую землю, поросшую зелёной травой. К тому же, ветер приятно обдувал жеребца, вороша его шерсть и гриву, солнце светило очень ярко, словно радуясь его решительности, так что принц чувствовал себя необычайно хорошо. Разве что немного портила настрой мысль, что он не может оглядеться по сторонам, чтобы оценить всю красоту, посреди которой оказался, но Лилиан понимал, что сейчас для этого ещё не подошло время.

Отойдя немного от горы, они остановились на первый привал — поговорить об удачном спуске, перекусить и немного отдохнуть. Для этой цели Блинчик предложил край небольшого леска, скорее даже перелеска, зато ограждённого бурно разросшимися кустиками, которые зелёными стенками окружали место стоянки. Лилиан с радостью присел там, где три куста образовали закоулок, который и безо всяких шор ограничивал его зрение. Здесь, устроившись среди веток, Лилиан поднял было взгляд на небо, но оно было чистым, безоблачным, и от синей пустоты над головой принца проняла дрожь.

- Новое дело ни у кого не получается сразу, - улыбнулась Шарлотта, заметив, как резко он опустил голову, перенося взгляд на землю. - Лучше посмотри по сторонам.

Лилиан так и поступил. Кусты, конечно, не давали ему многое увидеть, но и того, что узрел принц, ему хватило. Он зажмурился, затем открыл глаза и выдохнул.

- Боюсь, я не скоро к этому привыкну, - признался он.

- Так мы и не торопимся, дорога дальняя! - заметил Блинчик, раскладывая костерок. - Кроме того, ещё не вечер! Может быть, в темноте будет гораздо легче?

Лилиан неуверенно взмахнул хвостом и поводил копытами по земле — он ничего не мог сказать по этому поводу, не убедившись на опыте. Потому весь путь до вечерних сумерек был для принца не очень интересен — ему приходилось в основном смотреть под копыта, и даже беседа с друзьями не могла особо повлиять на настрой принца.

Но лишь до вечера.

Сумерки настигли их у края очередного леса, не так уж и далеко от Филли — гору ещё можно было видеть, поскольку шли пони медленно, давая принцу время привыкнуть к ритму похода. Да и куда им было спешить? Уже в темноте Блинчик подыскал место для ночлега, на поляне неподалёку от речки, и с котелком убежал к воде, оставив принца и княжну наедине.

Сняв латы, Шарлотта разложила костёр из хвороста, предусмотрительно набранного ещё до вечера, и уже готовилась разжечь пламя, когда принц, сидевший неподалёку, неожиданно вскинул голову. Луна уже появилась на небе, ярко зажигались звёзды, и мир погрузился в странное состояние, когда тьма освещается серебром ночных светил — в этом сумраке принц Лилиан сначала осторожно огляделся по сторонам, а затем приподнял копыто и прикоснулся к шорам.

- Подожди с костром, пожалуйста, - приглушённо попросил он, и Шарлотта замерла над костром с трутом в передних копытах. Неужели?

- Ты в этом уверен? - спросила она.

Лилиан глубоко вдохнул, зажмурился и стянул шоры с головы. Затем он посидел чуть-чуть с закрытыми глазами, пока не раздался постук копыт возвращающегося Блинчика, и буквально на щёлочку приоткрыл веки. Шарлотта даже встала на все четыре ноги, Блинчик так и замер с котелком в зубах — а принц открыл левый глаз, зажмурив правый, затем правый, зажмурив левый, а под конец и оба глаза.

- Вот это да… - восхищённо выговорил он.

- Кажется, да.

Сердце Лилиана изо всех сил колошматилось в груди — но не от страха, а от волнения, приятного волнения, что захватило принца. Жеребец встал и закрутил головой, его привыкшие к темноте глаза выхватывали силуэты деревьев, блеск реки, холмы и травяные стены — но страха не было, во всяком случае, того панического ужаса, что охватывал принца, когда он видел простор при свете дня. Изумлённый, Лилиан осторожно поднял взгляд на небо, которое было всё так же высоко, всё таким же безграничным, но теперь, со звёздами и луной, казалось куда ближе, чем раньше.

Что-то тёплое прижалось к его левому боку и Лилиан только через мгновение сообразил, что это Шарлотта подошла к нему, поддерживая друга во всех смыслах слова.

- Я всё ещё боюсь, - виновато произнёс тот. - Но, кажется, ночью шоры мне не нужны.

- В таком случае посмотрим, нужны ли они будут при рассвете, - негромко сказала Шарлотта. - А сейчас — поужинаем.

Бросив ещё один взгляд на небо, Лилиан согласно кивнул.

Глава четырнадцатая. Принцы нынче нарасхват

Если ночное небо поразило Лилиана до такой степени, что он ещё долго не мог заснуть, разглядывая сверкающие искры в поразительной дали у себя над головой, то рассвет словно бы пронзил каждую клеточку его души зарядом мощнейшей энергии! Тело жеребца, не привыкшее к ночёвкам на открытом воздухе, слегка побаливало после ночи, проведённой вне постели, на ум приходили неприятные мысли о том, как должна была повести сегодня его фобия — но все эти неприятности оказались вмиг позабыты, едва земнопони открыл глаза и увидел поднимавшееся над далёким лесом солнце!

Это было ни с чем не сравнимое зрелище.

Пылающий шар своими яркими лучами разукрасил небо, залил землю, засверкал в течении реки, и этот всесторонний блеск даже позволил Лилиану забыть про неприятности, да ещё и отвлечься от страха пространства, не избавившись от него полностью, но временно загнав подальше в душу. Слишком необыкновенный вид открылся для жеребца в это утро, и Лилиан старался вобрать его в себя, весь, без остатка, не было сейчас места для фобий!

- Утра доброго, мой милый принц! - певуче приветствовала его Шарлотта. - Как спалось?

- Не так плохо, как могло бы! - откровенно признался Лилиан.

Блинчик, бывший уже тут как тут, поставил перед ним котелок с горячей водой, чтобы принц мог умыться.

- Завтрак будет готов через десять минут! - добавил оруженосец. - И-и-и, как понимаю, шоры вам больше не нужны?

Лилиан сглотнул внезапно появившийся в горле ком. Побороть страх открытого пространства за одну ночь было невозможно, и сейчас к Лилиану возвращалось неприятное чувство волнения. Он торопливо опустил взгляд, увидев своё отражение в слегка парящей воде, и даже зажмурился от вида собственной взъерошенной мордашки. Пожалуй, ему надо было и вправду привести себя в порядок…

- Какие у нас планы на день? - спросил Лилиан, осторожно пробуя воду копытом, а затем подставляя сразу два, чтобы набрать и плеснуть себе на мордашку. Вода по ощущениям оказалась очень приятной, и принц с удовольствием принялся за умывание: он пофыркивал, отплёвывался, и, наконец, заметно посвежевший, вылил остаток котелка на кончик своего хвоста, избавившись от пылинок, к нему прилипших.

Тут и завтрак был готов — пополнив запасы продовольствия в замке, Блинчик постарался, чтобы хотя бы в первые дни пути принц не чувствовал каких-либо неудобств по части пищи, так что лепёшки, которые он приготовил с тёртым яблоком, понравились и княжне, и Лилиану. Тот за ночь успел проголодаться, и потому решил, что столь вкусных лепёшек в жизни не ел, даже несмотря на то, что они немножечко подгорели.

- Интересно было бы увидеть мордашки наших соперниц, когда они подойдут к замку и поймут, что никого за стенами не осталось! - сказал Блинчик. - Но кто успел, тот и съел!

- Тот и женился, - поправила кобылица. - Впрочем, об этом пока рано говорить…

Она посмотрела на Лилиана, который с некоторой опаской поглядывал по сторонам, стараясь привыкнуть к пространству. Пока его попытки заканчивались дрожью ушей и хвоста, и Лилиан со вздохом возвращался к завтраку, смотря в землю, чтобы успокоить колотящееся сердце. Только завтрак закончился очень быстро, и нужно было отправляться в путь, а потому Лилиан уже собрался было попросить снова шоры, но тут копыто Шарлотты мягко опустилось на его плечо.

- Я подумала о том, что нам стоит немного изменить наш путь, - мягко сказала она. - Тебе по лесу идти будет гораздо легче, чем по равнине, не так ли?

- Думаю, да! - оживился Лилиан. - Во всяком случае, вчера это помогало!

После такого предложения надевать шоры было уже как-то стыдно, и Лилиан решил всё-таки пойти без них. Тем более, что после крепкого сладкого чая, которым пони увенчали завтрак, к земнопони вновь вернулось хорошее настроение! Да, стены замка приносили ему покой, но как же они ему надоели!

Наверное, так себя чувствует только малая птица, защищённая вызолоченной клеткой от ястребов, но мучающаяся от своей несвободы. Только птица сквозь решётки видит мир вокруг себя, а Лилиан до недавнего времени лишь с помощью книг был способен отправляться в путешествия по лесам и лугам! Теперь же у него появилась возможность прогуляться по траве и под деревьями уже не в воображении, а взаправду!

После таких мыслей и шагать было приятней, и даль просторов меньше пугала жеребца. Правда, воспоминания о книгах внезапно заставили его задуматься об иных вещах, и он прибавил шагу, поравнявшись с княжной.

- А в этом лесу… Куда мы идём… Разбойников не водится? - спросил он, на всякий случай проверяя, легко ли достать до меча. - Я не боюсь, но мне удавалось фехтовать только с манекенами и с учителем…

Шарлотта смерила жеребца быстрым взглядом, после чего на губах у неё вспыхнула улыбка:

- Не волнуйся, Лилиан, со всей ответственностью говорю, что для боя ты годишься! - уверенно заявила она. - Знай, что разбойники по большей части — не профессионалы копытных схваток, они могут только пугать, да по-дилетантски заострёнными палками тыкать.

- И мы специально идём в обход опасных мест, - добавил Блинчик, решив, что в такой разговор можно вмешаться. - А если на нас всё же кто-то нападёт, то я вас обязательно защищу!

- Сэр Блинчик, за вашу доблесть по возвращению домой я обязана пожертвовать вам виноградник, - хихикнула Шарлотта.

- Если принц Лилиан тоже подарит мне виноградник, то у меня будет два виноградника! - воскликнул Блинчик довольно. - С одного буду виноград так продавать, а с другого — изюм делать!

* * *

Новый привал компания сделала ближе к полудню, и Лилиан (да и не только он) с удовольствием отметил, что ничуть не устал за этот относительно длинный поход, приноравливаясь к путешествию. За привалом он расспрашивал княжну о Благой Долине, и Шарлотта поведала ему о своём доме в таких красках, что воображение жеребца само по себе нарисовало утопающую в цветах долину между двух гор, окаймлённую бурной рекой, и заставленную аккуратными домиками, в которых жили мирные и дружелюбные пони. Конечно, Долина не была особо богатым княжеством, и жизнь в ней нельзя было назвать особенно лёгкой, но населявшие её пегасы, земнопони и единороги трудились весело, с песнями, собираясь со своей плодородной земли обильные урожаи, и никогда не жалуясь на работу.

- И тебе не жаль будет оставить это место? - спросил Лилиан.

- Ну, от королевства твоего отца до него совсем недалеко! - ответила Шарлотта, однако с лёгкой грустью в голосе. - Кроме того, я же буду тайно налаживать отношения со своей родиной! Протянем торговые связи, запустим экскурсионные туры!

- Обязательно! - воскликнул принц. - Хотя для начала я бы лучше сам съездил в экскурсию в Благую Долину!

- И судя по всему, тебя уже не испугает простор! - обрадовался Блинчик. - А у нас там есть на что посмотреть, уж поверь, особенно если забраться на мельницу моего папаньки…

- Ну-ну, до этого нам ещё далеко! - заметила княжна. - Я имею в виду, идти — и хорошо, если на пути не встретим неприятностей.

Этими словами Шарлотта вернула жеребцов к действительности, тем более, что лес, в который они вошли, становился всё гуще, деревья образовали сплошные стены, отлично ограничивая видимость, но создавая при этом не очень приятное ощущение. Лилиан невольно подумал о разбойниках, Блинчик вспомнил о встречи с гарпиями, и потому троица разом подобралась, готовая отразить нападение любого врага.

Впрочем, это не помешало Шарлотте продолжить рассказ о Благой Долине, теперь описывая местные аккуратные замки — по сути, просто каменные дома, в которых жили высокородные пони — и кристальной чистоты озёра, и густые леса, населённые забавными существами. Под такой рассказ проходящая через лес широкая тропа сама бежала под копыта, с каждым часом приближая друзей к триумфальному возвращению.

Внезапно Блинчик остановился и навострил ушки, беспокойно оглядываясь назад.

- Мне кажется или я и вправду слышу стук копыт? - спросил он.

Шарлотта и Лилиан переглянулись, однако вскоре и они уловили звук, исходивший от куда-то спешащих пони.

- Странно, - произнесла Шарлотта. Для торговцев — необычная спешка, а простым пони тут делать нечего. Давайте сойдём с дороги и укроемся в вон тех зарослях?

- Мне кажется, это здравая идея, - поддержал её Лилиан. - Ведь ничто не помешает нам выйти навстречу этим пони, если они и вправду окажутся торговцами…

- Вы идите, а я быстренько пробегусь, замету наши следы, - хмыкнул Блинчик.

- Не с твоим коротким хвостом следы заметать, - покачала головой княжна. - Прячься с принцем, я всё сделаю сама. И у нас нет времени на споры, давайте!

Она и вправду быстро, но в то же время осторожно, без лишнего шума, поскакала назад. По счастью, от неведомых пока преследователей пони отделял поворот лесной тропинки, и Шарлотта как раз от него и начала заметать следы, хотя её хвостик был ненамного длиннее, чем у Блинчика.

Но с работой кобылица справилась быстро, даже успела вернуться на то же место, где остановился оруженосец, и, хотя тот сам скрыл следы копыт, свои и Лилиана, без труда нашла притаившихся друзей, поскольку знала, где их искать. Вместе с жеребцами укрывшись в густом кустарнике, княжна стала ждать незваных попутчиков.

Те вскоре показались во всей красе. Преследователями оказались две крепкие кобылицы-земнопони и одна единорожка, причём вся троица оказалась облачена в великолепные доспехи цвета яичного желтка. Оглядываясь по сторонам, они скакали по дороге, явно не обращая внимания на следы, поскольку знали, что через лес можно пройти только по этой тропе.

- Ну и когда мы их догоним? - явно продолжая разговор, недовольно спросила единорожка. - У меня уже копыта болят!

- Не могли они далеко уйти. Леди прямо сказала, что принц — тот ещё рохля, - фыркнула одна из земнопони (Лилиан от этих слов обиженно зафыркал). - Догоним вот-вот!

- Ух, надеюсь, они отдадут жениха хозяйки без боя! - добавила другая. - Не хочется мне больше драться, хватило уже схватки с той неприятной гидрой. Хорошо ещё, что убежать успели!

- Главное в драке — круто выглядеть! Вот увидишь, княжна сама убежит, когда я зажгу свой рог пламенным заклинанием!

Троица проскакала мимо друзей.

- Кажется, мы вовремя покинули замок, - глубокомысленно изрёк Блинчик. - Конкуренты!

- Идти по дороге нельзя, - хмыкнула Шарлотта. - Сейчас они поймут, что мы не впереди, а позади, и отправятся на наши поиски. Не знаю, как насчёт драки, но я вовсе не хочу проливать кровь пони, достаточно крови гарпий.

- В таком случае, нам надо идти через лес? - спросил Лилиан.

- Ничего другого не остаётся, - Шарлотта кивнула оруженосцу, и тот споро вытащил из своей седельной сумки карту. - По счастью, в королевство твоего отца ведёт не один путь. Крюк получится совсем небольшой!

Глава пятнадцатая. Музыка - это магия!

Давно пересохшая речка, некогда текущая через лес, служила прекрасным ориентиром для Шарлотты. Идя по левому бережку, кобылица уверенно выбирала проход в кустиках, стараясь оберегать шёрстку своих спутников, не защищённую такими доспехами, как у неё. Но зато у Лилиана совершенно пропал страх пространства, и он держался позади Шарлотты, уверенно повторяя каждый её шаг. Блинчик шёл позади всех, иногда оглядываясь назад и прислушиваясь, проверяя, нет ли за ними погони.

По счастью, их преследователи пока не догадывались, что беглецы ушли в лес. А вскоре пони вышли на давно заросший тракт, бежать по которому всё равно было легче, чем продираться через кусты, и вся троица бодро припустила по нему, выцокивая копытами бодрую дробь. Скакали они до тех пор, пока не подустали, и после этого выбрали местечко для привала у дикорастущих яблонь, плодами которых торговцы прошлых времён некогда перебивали голод во время своих странствий.

- Кажется, мы наших «друзей» оставили с носом, - радостно заметила Шарлотта, обращаясь к Лилиану, пока неутомимый Блинчик носился рядом, собирая хворост для костра. - Жаль только, что они нас задержат! Прости, я не ожидала таких неприятностей…

- Ты шутишь? - неожиданно воскликнул принц. - За что тебе извиняться? Это самое интересное приключение за всю мою жизнь! Я как будто в одной из своих книг очутился — храбрые герои, опасные дороги, преследователи-соперники! Это же здорово!

Он с улыбкой посмотрел на кобылку, которая в ответ звонко рассмеялась.

- Знаешь, для меня это тоже первое такое приключение!

Вскоре Блинчик состряпал лёгкий обед, во время которого пони принялись рассказывать друг другу о любимых книгах. Шарлотта вспомнила, как в жеребячестве прочитала историю о крестьянской дочери, которая однажды так хотела попасть на бал, что продала свой прекрасный голос злой ведьме в обмен на платье и хрустальные накопытники, и как потом принц искал её при помощи одного из этих накопытников, что она потеряла, убегая из его дворца. Кончалась история эпичной схваткой с ведьмой, которая при помощи голоса кобылки заманила принца в ловушку, но в результате потеряла голову, а крестьянка вышла замуж за принца.

Лилиан, немного смутившись, поделился тем, что и по сей день перечитывает в общем-то жеребячью серию романов, повествующую о учениках школы Радужных драконов — шесть неугомонных драконят постоянно попадали в переделки, которые заканчивались разгадкой древних тайн, освобождением зачарованных героев прошлого или победами над Властелином Туч, который мечтал отнять у драконов радужный окрас чешуи, но из-за драконят постоянно терпел фиаско. Тут Блинчик заметил, что в этих историях нет ничего детского — во времена правления Грогара было нечто похожее, только с пони!

- А ты какую книжку больше всего любишь? - спросила у него Шарлотта. - Я знаю, ты просиживал ночи напролёт у нас в книгохранилище над большим таким фолиантом!

Блинчик зажмурился со смущённой улыбкой.

- «Повествование о Рыцарях Треугольного Стола, их славных деяниях, многочисленных победах и малочисленных поражениях», - объявил он наконец. Шарлотта и Лилиан с удивлением переглянулись — этот пуд сведений о древней Эквестрии был написан так скучно, что ни Шарлотта, ни сам принц, у которого имелся собственный экземпляр (с личной росписью Короля Бартхуфа!) никогда не могли прочесть больше трёх страниц подряд. Зато наряду со скучными сведениями законов там встречались и описания турниров, и рассказы про одеяние рыцарей, кое-что про их оружие, в общем, множество полезных мелочей, которые нужно было искать так же тщательно, как золотоискатели ищут сверкающие камушки, когда промывают песок. Но Блинчик, похоже, осилил всю книгу!

- Вот это да! Твой оруженосец — самый удивительный пони, которого я только знаю!

Блинчик снова смутился, и даже через шерсть стало видно, как он покраснел.

* * *

Тем временем леди л’Икёр поняла, что её обманули, надули и обставили. Запыхавшиеся пони вернулись и сообщили, что на дороге не видели и следа копыт беглецов, а в лесу искать их теперь было поздно… Тогда леди решила, что преследовать пони смысла нет, и потому повела свой отряд на запад, решив, что засада будет куда эффективней погони…

А троица пони и не подозревала о планах л’Икёр, да, по правде говоря, и уже позабыла о ней: Блинчик, успокоившись насчёт погони, теперь скакал впереди отряда, пытаясь отыскать на обочине дороги реликвии прошедших времён, а Шарлотта и Лилиан шли рядышком, всё ещё обсуждая книги, и представляя, как вскоре объединят свои библиотеки — ох, вот тогда они начинаются всласть! За этими разговорами пони даже не заметили, как к ночным сумеркам вышли на окраину болота гидры.

- Предлагаю остановиться на привал, - объявил Блинчик, рассказав княжне и принцу о том, где они очутились. - А то я где-то слышал, что гидры по ночам охотятся.

- Да, а мы обещали ей, что ни один пони больше на болота не зайдёт, - кивнула Шарлотта. - Утром возьмём южнее и попробуем перейти через лес, чтобы не тревожить гидру. А пока поужинаем и отдохнём!

Ночь наступала медленно, так что путешественники успели и место выбрать, и костёр развести. Пока готовился супчик, Блинчик раздраконил свою сумку, выложив почти весь груз на землю, чтобы перебрать его для последнего участка пути, и Шарлотта сделала то же самое.

- Ой, а это что такое? - заинтересовался Лилиан, когда княжна достала из сумки странный деревянный цилиндр с металлической пробкой сверху.

- А, это… - Шарлотта покрутила штуку на копыте. - Музыкальный инструмент, «казу» называется. Наверное, случайно захватила, когда свои вещи собирала.

- Музыкальный? - принц наклонил голову, удивлённо разглядывая казу. - Никогда не видел, чтобы пони на нём играли.

- Вообще-то он был изобретён южными поселенцами, говорят, они нечто похожее видели у бизонов, только размером побольше. Возьми, попробуй! Вот здесь прижимаешь копытом, и…

- Знаешь, у меня нет таланта к музыке, - извиняющимся тоном сказал принц. - И вообще у меня очень плохо с талантами. Я так надеялся на фехтование…

- Знаю-знаю, - кивнула Шарлотта. - Но быть пустобоким не так уж и плохо, по крайней мере, ты можешь перепробовать ещё уйму занятий! Вот это, например!

Лилиан ещё сомневался.

- Да ладно, попробуй, - настаивала кобылка. - Ты же всё равно ничего не теряешь.

- Ну, ты права, - нехотя проговорил принц, берясь за казу. - Так как ею пользоваться?..

Блинчик как раз склонился над супом и думал о том, не нужно ли прибавить чуточку соли, когда принц решил попробовать. От первого резкого звука удивлённый жеребчик аж подпрыгнул и торопливо обернулся назад, но тут принц приноровился, прижимая копытом чувствительную мембрану, он привстал, слегка откинул голову, и с неожиданной лёгкостью начал наигрывать мотив, бывший гимном королевства его отца, только звучал он бодрее и веселее.

И княжна и оруженосец даже дышать боялись, чтобы не нарушить порыв Лилиана — но всё равно Блинчик не смог сдержать писк удивления, когда на крупе Лилиана внезапно полыхнула искра и сверкающая казу возникла на боку жеребца.

- Ура-а-а! - воскликнул Лилиан, совсем не по-королевски, зато очень радостно подпрыгнув на задних копытцах! - Шарлотта, посмотри!

- Я слышала, что музыка чем-то схожа с волшебством, но рада убедиться в этом на твоём примере, - заулыбалась та. - Поздравляю!

И, не сдержавшись, кинулась обниматься с Лилианом.

Глава шестнадцатая. И снова слово короля

Болото кончалось. Вытекающая из него прядь почти чистой воды глубоко врезалась в лес и ещё преграждала путь трём путешественникам, но здесь уже нечего было опасаться встречи с гидрой, а потому сначала Блинчик, а затем и княжна с принцем решили перебрались на другой берег вброд. Не замочив даже шёрстки на животах, пони благополучно пересекли спокойную воду.

- А вон и дорога видна! - возвестил оруженосец, пройдя немного вперёд и отряхиваясь. - Значит, мы почти пришли!

- Может быть, посетим этих ваших… Ипподромцев? - предложил Лилиан, обращаясь к княжне. - Мне было бы интересно с ними познакомиться.

- Я и сама была бы рада, но мы ещё успеем установить с ними дипломатические отношения, - улыбнулась кобылица. - А пока нам лучше как можно быстрее предстать перед твоим отцом и получить от него благословение на брак. Не забывай, у меня есть конкурентка!

- О, действительно! Тогда не будем задерживаться!

Они преодолели ещё одно препятствие, уже в виде травяного моря, и вышли на дорогу. Шарлотта при этом невольно передвинула прицепленное к боку копьё, а Блинчик насторожил ушки: пони не забыли встречи с бандитами, произошедшей как раз в этих местах, а кто мог поручиться, что негодяи усвоили урок?

- Грядут неприятности? - поинтересовался принц, единственный, кто совершенно не волновался. Шарлотта сначала внимательно прислушалась, и только потом повернула к нему голову и покачала головой.

- Нет, кажется, всё в порядке. Мы хорошо проучили тех негодяев, что прятались в этом лесу!

- Но всё равно старайтесь держаться по центру дороги, - добавил Блинчик. - Мало ли, кто тут ещё по кустам прячется!

Кто именно прячется в лесу — пони узнали довольно скоро. Не успели они добраться до того места, где и разыгралось знаменательное сражение, как путь им преградили пятеро пони. Судя по их доспехам, все они были из свиты леди л’Икёр, да и она сама появилась перед путешественниками в сопровождении ещё одной кобылки, вооружённой длинным мечом и одетой не в доспехи, а в дорогое платье. По-видимому, это была личная охранница высокородной пони.

- Ах, вы заставили меня столько прождать в этом ужасном месте! - возвестила леди вместо приветствия, встав за хвостами своих воинов. - Но теперь эта комедия подошла к концу. Принц, вы отныне мой!

Леди была кобылицей Белой Масти, высокой, длинноногой, с чудесной длинной чёрной гривой. Одета она была в лавандовое платье, украшенное сияющими блёстками, в ушах у неё покачивались серёжки с крупными синими драгоценными камнями, на шее сверкал многогранный кристальный кулон, а на ногах у неё были высокие серебряные накопытники. Голову л’Икёр прикрыла длиннополой шляпой с пышным разноцветным пером.

- С какой это стати? - возмутилась Шарлотта. - Я его спасла!

- И за это моя сердечная благодарность, княгиня Благой Долины, - леди сделала знак копытом, и шестёрка её слуг встала в шеренгу. Две единорожки, четверо земных пони, все они были вооружены раздвижными копьями, за исключением одной кобылицы. - Но так будет лучше для всех.

- Эй, она права! - Лилиан встал бок о бок с Шарлоттой. - По условиям та кобылица, что освободит меня от заточения, и становится моей женой!

- Да, но воля вашего отца в том, чтобы этой кобылицей оказалась я, а не какая-то… - л’Икёр не договорила, но взгляд, которым она смерила княжну, был красноречивей слов. - В ином случае вам не дождаться от него ни благословения, ни королевства.

Шарлотта нахмурилась: слишком уверенно говорила л’Икёр, не похоже было на то, что она врёт.

- Какой тогда смысл был посылать меня, если вы всё решили заранее?!

- Кто-то ведь должен был проложить мне дорогу, - л’Икёр зевнула, прикрыв рот копытцем.- Ну всё, хватит пустых разговоров. Если вы согласны, я сейчас же прикажу оформить расписку на пятьсот битсов — думаю, это достаточное предание за принца?

- Дёшево же ты меня ценишь! - с горечью заметил Лилиан.

- О, я не хотела вас обидеть, - совершенно бесчувственно объявила белая кобылица. - Просто этой деревенщине и ста битсов было бы слишком много…

Копьё Шарлотты клацнуло, оказавшись на её согнутом пястном захвате, и это движение заставило воинов леди тоже приготовить копья, а она сама отошла на пару шагов назад. Блинчик в свою очередь извлёк из мешка котелок и перехватил его за ручку в зубы, намереваясь зашвырнуть в голову ближайшего из стражей.

- Неужели вы собираетесь пролить кровь? - спросил тот слуга л’Икёр, что был одет в ткань, а не в броню.

- О, мне не впервой, - заметила Шарлотта. - Я была вынуждена убить гарпию на своём пути, и моё копьё снова жаждет крови.

- Вы в меньшинстве! К чему усложнять?

- Да, к чему усложнять! - усмехнулся Блинчик. - Вы пропустите нас или пеняйте на себя!

Сказал он эту фразу очень нечётко, но смысл его слов всё равно был понятен всем.

- Стойте!

Принц Лилиан сделал шаг вперёд и сердце Шарлотты болезненно сжалось. Ей подумалось, что Лилиан сделает всё, чтобы защитить её, и вот сейчас он примет предложение этой напыщенной пони! Как бы то ни было, одна княжна и один оруженосец против шести пони — силы неравные, тем более, что это были не глупые бандиты, а стражи, умеющие воткнуть копьё хотя бы в соломенное чучело! А может, и не только в чучело… И вот Лилиан, зная это, поворачивается к л’Икёр и говорит, что согласен пойти с ней!

Свист разрубаемого острым лезвием воздуха перерубил фантазию Шарлотты. Перехватив меч на копыто, Лилиан Сворд повернулся боком к шестёрке пони, смотря поверх их голов на кобылу Белой Масти.

- Любой, кто посмеет подойти к Шарлотте Эверхув, будет иметь дело со мной.

- Принц, вы не можете участвовать в этом деле! - воскликнула леди. - Во-первых, это нарушение всех дуэльных кодексов! Во-вторых, это равносильно объявлению войну между царством вашего отца и моим…

- У нас одна страна — Эквестрия, - меч описал в воздухе сверкающую дугу. - А про дуэльные кодексы я знаю побольше вас, леди!

Шарлотта от изумления даже позабыла, как дышать. Блинчик, замерший возле неё, тоже был немало удивлён — он никак не ожидал от Лилиана подобной твёрдости! И куда подевался обитатель замка на окраине мира, вместо него стоял могучий жеребец, с огнём в глазах взирающий на своих врагов!

- Я вызываю на бой всех вас — всех по одному! - продолжал тем временем жеребец. - Дерёмся до первой крови, и коль я смогу одолеть каждого, то вы пропустите нас к моему отцу!

- Принц, мы не имеем права драться с вами, - возразила кобылица с мечом.

- Это мне решать, - Лилиан поудобнее подхватил оружие копытокинезом. - А раз вы находитесь во владениях моего отца, то должны слушаться приказов его сына. Начинай.

- Лили… - тихо произнесла Шарлотта. - Может… Не нужно? Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня!

Кобылица не добавила, что опасалась за исход поединка: всё-таки принц ещё не сражался с реальными противниками! Но Лилиан и так был взволнован, сказать ему об этом — значит, сразу настроить на поражение.

- Не волнуйся, я позабочусь о своей шкурке, - ответил принц, делая шаг по направлению к стражам леди. Как раз вовремя, потому что та кивнула в ответ на вопрошающий взгляд своего мечника, и тот тоже вышел из ряда воинов, тогда как те отошли, освобождая сражающимся место.

- Заранее приношу вам свои извинения, принц, - сказала пони. - Но вы сами этого пожелали.

Она перехватила свой меч в зубы. Рукоятка оружия засветилась, поскольку сработало специальное заклинание, сглаживающее эффект от ударов, оберегая челюсти владельца оружия, а через мгновение кобылица устремилась на Лилиана, намереваясь кольнуть его в бок.

Принц спокойно ожидал приближения врага. Затем он резко сделал шаг в сторону, опираясь на три копыта, приподняв ногу с мечом, слегка согнул её, наклонился, и вдруг его лезвие опустилось на меч кобылицы. Соскользнув с него и мелькнув у неё прямо перед глазами, меч ушёл резко вниз, на прощание оцарапав её левое плечо, так что когда пони пробежала мимо Лилиана, их дуэль уже была завершена.

- Вот это да… - выдохнула одна из единорожек.

Лилиан медленно развернулся к противнице, которая ошарашенно прикладывала копыто к неглубокой царапине, с изумлением рассматривая пятнышки крови. Она никак не ожидала такой прыти от принца, а её воины были поражены тем, с какой лёгкостью принц добился победы.

- Надеюсь, я не доставил вам сильной боли, - Лилиан склонил голову, а очнувшаяся кобылица в ответ сняла шляпу.

- Нет… Не волнуйтесь, принц, всё в порядке.

Лилиан взглянул на остальных пони. Те замерли, не решаясь сменить своего командира, так что жеребец даже крикнул рассерженно:

- Ну, кто из вас будет следующим?

- Да, что вы стоите! - закричала белая кобылица. - Вперёд! Копья у вас длиннее, вы обязательно его зацепите! Вперёд!

Но никто не двинулся с места. Дело было даже не в страхе перед искусством Лилиана, первая схватка могла быть им выиграна лишь благодаря удаче, но что-то иное мешало пони вступить в бой.

- Постойте, принц, - кобылица прошла мимо Лилиана. - Отряд! Левое копыто вперёд!

Пятёрка последовала приказу — каждый поднял левую переднюю ногу, вытянув её вперёд, а стражница перехватила свой меч и направилась к воинам.

- Что ты задумала?! - воскликнула л’Икёр.

- По условиям дуэли мы дерёмся до первой крови, - ответила пони. - Прольётся кровь — значит, принц победил.

И она двинула меч таким образом, что лезвие едва-едва царапнуло по ноге каждого воина чуть повыше копыта. Все они стояли недвижимо, никто не подумал убрать копыто. Крови пролилось всего по нескольку капель, но условие было выполнено, и пони в шляпе повернулась к жеребцу.

- Вы победили, Лилиан. Можете идти дальше.

- Как вы смеете?! - крикнула л’Икёр. - Вы служите мне!

- Естественно. Мы просто все проиграли схватку. Не смогли!

Судя по быстрым улыбкам, промелькнувшим на мордашках пони, все воины были вполне согласны со своим командиром. Тогда леди издала гневный вопль и ринулась вперёд, сходу вырвав у одной из единорожек копьё и весьма умело взяв его на согнутую ногу, выставив остриё вперёд.

- Я сама буду с тобой драться, принц!

Лилиан смутился — одно дело сражаться с воинами, и совсем другое драться с такой пони! Но Шарлотта, заметив его колебание, вышла вперёд.

- Поскольку принц вызывал на дуэль воинов, твоё вмешательство может восприниматься как препятствие дуэли, - объявила кобылица. - А потому, согласно принятым правилам, я тоже вступаю в схватку и вызываю тебя!

Леди л’Икёр взглянула на стражницу, но та отошла назад, показывая, что признаёт правоту слов Шарлотты. Тогда белая кобылица гневно топнула ногой.

- Я буду драться с тобой! Так даже лучше! Защищайся!

В древние времена пони были куда более боевитыми — то приходилось набеги соседей отражать, то древесные волки и прочие монстры нападали. Потому даже леди л’Икёр знала, с какой стороны надо держать копьё, и на Шарлотту устремилась уверенно. По счастью, пони не обладала таким опытом, что имела княжна, и Шарлотта, перевернув копьё вперёд древком, достойно встретила противницу.

Первый удар был ею успешно отражён, затем она развернулась, не дала пони завершить толчок копья, оттолкнув его в сторону, а своим копьём подцепила переднюю ногу пони и подсекла её, уронив кобылицу в дорожную пыль. Пони фыркнула, попробовав встать, но Шарлотта отбросила копьё в сторону.

- Мне ваша кровь не нужна, - сказала она. - Мы выиграли честно, и закончим на этом.

- Пока закончим, - зарычала пони. - Но когда король выбросит тебя вон, мы поговорим уже на уровне наших королевств!

* * *

Возвращение в королевство прошло без пышных торжеств — многие пони не сразу узнавали Лилиана, идущего своими копытами, а не сидящего в закрытой карете. Только стражи уже у самого дворца организовали две шеренги, между которых троица пони прошла к королю. Блинчика, правда, пытались оставить дожидаться в коридоре, однако защита Лилиана и Шарлотты позволила и оруженосцу войти в тронный зал.

- Нет, нет, нет! - король Тенебрий даже копытом по подлокотнику забил, увидев входящих пони. - Неужели вы не встретили леди л’Икёр на пути?

- Встретили, твоими стараниями, отец! - воскликнул Лилиан. - Разве это честно? Она не совершила и десятой доли того, что сделала Шарлотта на пути ко мне!

- Но у леди гораздо более обширные владения, намного больше, чем у Благой Долины! - воскликнул король. - Сын мой, она куда больше подходит на роль твоей жены!

И он презрительным взглядом смерил Шарлотту, которая только шлем сняла, а так осталась и в боевых доспехах, и при копье.

- А я не хочу, чтобы кто-то отыгрывал роль, - заявил принц. - Шарлотта меня спасла — она и будет моей особенной пони. И точка.

Тенебрий фыркнул.

- Я не дам разрешения на этот брак.

- Я начал подозревать об этом после разговора с леди, - хмыкнул Лилиан и сделал знак Блинчику. Тот залез в свою сумку и вытащил оттуда листок пергамента.

Встав на задние ноги и развернув его, Лилиан прочёл зычным голосом знакомый текст:

- Храбрые девицы Восточного Междугорья и гостьи оного! Сим указом король Тенебрий Второй Ещё-Более-Великий объявляет, что выдаст сына своего, Лилиана, за благородную деву, способную отыскать этого наследника и вызволить его из плена живым и здравым. В приданое сыну полагается полная мера положенных благ и всенародный почёт новой царственной паре.

Сделав паузу, он взглянул на отца суровым взглядом, и дочитал, громко и с чувством:

- Слово короля твёрже сухаря! И подумай, что о нас скажут наши союзники и наши враги, когда узнают, что Его Величество Тенебрий не верен своему слову!

Тенебрий откинулся на спинку трона и недовольно подвигал губами, но ещё долго не мог ответить. Наконец, он кивнул, медленно и с видимой неохотой.

- Я подослал к вам леди л’Икёр в качестве последнего испытания. Поздравляю, вы его прошли. Подойдите ко мне, дети мои, и получите моё благословение!

- Ну вот и отлично! - воскликнул Блинчик. - Значит, теперь-то можно писать приглашения к свадьбе? Я знаю одного замечательного мельника, который поставит на вашу королевскую кухню самую высококачественную муку в Эквестрии!

Не обращая более ни на что внимания, принц Лилиан повернулся к Шарлотте — она посмотрела в его глаза, а затем жеребец и кобылица подошли к трону короля, склонив перед ним головы. А услышав заветные слова, прижались мордочками друг к другу и поцеловались под радостный топот копыт стражи и Блинчика. Долгое путешествие подошло к своему концу, но теперь впереди у этих пони лежала дорога, по которой им предстояло идти вместе!

* * *

- Эх, ну почему каждая хорошая история обязательно должна закончиться свадьбой! - фиолетовая пегасочка подтянула одеяло до самой шеи. - А что было дальше? Принц Лилиан стал жить в Благой Долине или же сменил Тенебрия? А он дальше увлекался фехтованием? А на казу продолжил играть или забыл об этом за ворохом королевских дел?

Её отец, синий пегас, поправил галстук-бабочку и наклонился к дочери, поцеловав её под чёлкой.

- А об этом я могу только кое-какие слухи пересказать, - ответил он. - Например, потомки Лилиана Сворда до сих пор исправно служат в рядах королевской стражи, а в Эквестрии у них есть свои собственные небольшие владения — конечно, формально подчинённые власти принцесс. А отец Блинчика так разбогател на поставках муки в королевство, что в конце концов снарядил три корабля и отправил их в Зебранику, откуда привёз кофейные зёрна и первым ознакомил жителей Эквестрии с этим напитком.

- А, значит, он твой благодетель! - засмеялась пегаска. - Пап, ну ты ведь это только что сам придумал? Правда ведь?

- Конечно, Тау! - усмехнулся жеребец, встав с кровати и крылом поставив книжку на положенное ей место в шкафу. - Правда, не всё… А только насчёт кофе! Ну всё, спокойной ночи, дочка.

Юная пегаска кивнула и закрыла глаза. Но перед тем, как совсем заснуть, она подумала о том, что неплохо бы упросить отца купить и ей казу — вдруг у неё тоже получится на ней играть?