В плену у сказки. Книга 2

Пролог

Первая книга: https://author.today/work/115172

Пролог

Кикимора Мария и ведьма Баба Яга дружили уже много веков. Даже не лет. Хотя их отношения сложно было уложить в одно такое простое и всем понятное слово — "дружба". Они скорее походили на сестёр, навечно связанных кровными узами, но таких разных, что уживаться этим двоим было нелегко, а порой и практически невозможно. Однако и расстаться они уже никак не могли.

Вот только сёстрами они не были. Но так привыкли друг к другу, что, пожалуй, эта привычка держала их рядом даже сильнее чем порой кровное родство, которое при желании всегда можно забыть, оставив в прошлом.

Познакомились эти двое в детстве. Ведь именно тогда зарождается особая, самая искренняя дружба, которая может быть.

Маленькая Ёжка, тогда совсем ещё не Баба, а просто девчонка, по нашим меркам лет двенадцати, жила у суровой бабки Ядвиги, очень старой и мудрой ведьмы, которая забрала к себе девочку, как только ей исполнилось три года.

Будущая Баба Яга сначала плакала и отказывалась впитывать в себя уникальные знания, каждый вечер она устраивала воспитательнице истерики и требовала вернуть её домой. Однако старуха Ядвига была глуха к слезам ребёнка, терпеливо объясняя девочке, что такова её судьба.

Малышка же слушать про своё предназначение не желала, она хотела к папе и маме, несколько раз она сбегала, терялась в лесу. Тогда Ядвига выжидала несколько часов, чтобы Ёжка успела посильнее испугаться и проголодаться, а потом уже отправлялась на поиски непослушной воспитанницы.

И вот однажды Ёжка ушла со двора в лес. Юная ведьмочка собирала травы, коренья, грибы и не заметила, как зашла в чащобу Мрачного леса, потеряв дорогу.

Потемнело стремительно и резко.

В этих местах она бывала нечасто. Девочка брела по шуршащей траве, пугаясь каждого звука. На спине её висела котомка с собранными дарами леса.

Внезапно ведьмочка вышла к заросшему старому пруду. У самого берега на деревянных мостках располагался небольшой глиняный домик, крышу которого щедро укрывали охапки камыша.

Ёжка подошла к самому домишке. Здесь неприятно пахло сыростью, громко квакали лягушки. Девочка протянула руку и потрогала влажные стены, поросшие мхом. Где-то совсем рядом громко ухнула сова, и юная ведьмочка испуганно вздрогнула.

В тусклом свете луны она рассмотрела, что глиняные стены покрыты не простым растением, а редким видом серебристого мха. Пройти мимо такого везения Ёжка не могла, поэтому достала серебряную лопатку и осторожно соскребла в кулёк несколько бледно-зелёных комочков растения.

Ведьма обошла дом и вышла к деревянным мосткам над прудом. Там, у самой воды, сгорбилась небольшая фигурка, освещённая зеленоватым фосфорным свечением. Ёжка осторожно ступила на деревянный настил и сделала нерешительный шаг. Доски истерично взвизгнули пронзительным скрипом.

— Кто здесь? — раздался девчачий голос с явным вызовом и даже угрозой.

Ёжка сначала резко остановилась, но быстро поняла, что перед ней всего лишь девчонка, примерно её возраста. Тогда ведьмочка снова двинулась в сторону незнакомки.

— Й-йа, — Ёжка постаралась заявить о себе громко и уверенно, однако голос всё же предательски дрогнул.

Раздались шлепки под мостками: лягушки испуганно попрыгали в воду, переквакивая друг друга.

Юная ведьма заметила, что рядом с фигуркой стоит большой гриб. Именно от него исходило мягкое фосфоресцирующее свечение, в котором девчонка казалась зловеще зеленоватой.

Незнакомка вскочила, уперев руки в бока. Светящийся гриб начал вытягивать ножку и вырос. Теперь самое сильное свечение было на уровне лиц девочек.

— Кто, "я"? — переспросила она громче.

— Ёжка я, — уже смелее и громче ответила ведьмочка. — А ты кто?

— А я Машка, — ответила окутанная зеленоватым свечением девочка.

Она окинула оценивающим взглядом незваную гостью, насколько позволял зеленоватый тусклый свет. Перед ней стояла довольно-таки низенькая девчушка со светлыми всклокоченными волосами. Пушистая чёлка лезла ей в глаза, из-за чего Ёжка часто моргала и поправляла волосы грязными пальцами.

Ведьма же рассматривала Машку, высокую худощавую девчонку. Тёмные волосы незнакомки были собраны в высокий объёмный хвост. На первый взгляд, её крупный длинный нос казался инородным на её тоненьком личике. Но стоило присмотреться, и становилось ясно, что это именно тот нос, который и должен быть на этом лице. Даже было какое-то очарование в этом странном соседстве.

При таком освещении было непонятно, какого цвета глаза у девчонок. Однако Ёжка интуитивно ощущала, что взгляд Маши колюч и недоброжелателен. Хотя будущая подруга и не скрывала своего враждебного настроя.

— Что ты делаешь на нашем пруду? — девчонка подозрительно сощурила глаза.

— А где написано, что пруд ваш? — Ёжку стало раздражать, что незнакомка так вызывающе себя ведет.

— Да все знают, что здесь Пруды кикимор, — хмыкнула нахалка, презрительно посмотрев на незваную гостью.

Про Пруды кикимор Ёжка, конечно же, знала. Но не догадывалась, что так далеко забрела.

— Я иду на черничную поляну, — постаралась невнятно выпалить Ёжка. Ей не очень хотелось сообщать Машке о своей оплошности. — А сюда случайно свернула.

— Кто ж чернику собирает ночью? — хихикнула маленькая кикимора.

— Так не все же ходят туда за ягодами. Есть растения, которые нужно собирать именно в сумерках, а то и после полуночи, — гордо ответила Ёжка, наконец-то срезав колючее замечание.

На миг ей показалось, что кикимора глянула на неё с интересом. Но, возможно, лишь показалось.

Со стороны воды раздался плеск, и Маша резко обернулась на звук.

— Ну вот! — с досадой буркнула девочка.

Оказалось, что кикимора не просто так сидела на деревянном настиле. Рядом с ней лежало бамбуковое удилище, а в воде весело подпрыгивал пузатый поплавок.

Машка резко вытащила удочку, однако крючок уже был пуст.

— Это всё твоя болтовня, — резко повернулась кикиморка к Ёжке, пронзив её укоризненным взглядом.

Ведьмочка равнодушно дёрнула плечами. Теперь она понимала, где находится, и найти дорогу домой труда не составит.

— Ну, ладно. Не буду больше мешать.

Следующая встреча Ёжки и кикиморки Машки состоялась через несколько месяцев, осенью.

На этот раз они пересеклись не случайно — ведьмочка сама пришла к Прудам кикимор. Ровесников поблизости не наблюдалось, а колючая девчонка хоть и раздражала, но зато не читала постоянных нотаций.

Ёжка гуляла по лесу, изнывая от скуки. Она приготовила за день три зелья, которые только сегодня изучила. Бабка Ядвига осталась довольна, хоть и скрывала это за сварливым ворчанием. Но ведьмочка уже привыкла к тому, что за успехи её никто не похвалит. В лучшем случае не огреют деревянной клюкой по спине да не оттаскают за ухо. А это уже хорошо.

Погода была ещё теплой. Однако от мокрой травы ноги моментально промокали, и становилось зябко. Под сапогами местами чавкала грязевая жижа, порой приходилось перескакивать через лужи. Хотя юная ведьма особо не тревожилась по этому поводу и шлёпала, не глядя под ноги, радостно загребая воду сапогами, скользя и в последний момент спасаясь от падения.

Осенний лес богат красками и по-своему прекрасен! Зелёная листва граничила с пламенно-рыжей и ярко-красной. Над деревьями повисла свинцово-лиловая туча, местами она казалась насыщенно-фиолетовой, а где-то почти чёрной. От пасмурной погоды и накрапывающего дождика все краски казались ярче и сочнее.

Ёжка шла неторопливо, под ногами шелестела яркая листва, похрустывала сухая трава. Девочка зорко всматривалась в лесное покрывало. Время от времени она легонько вскидывала руку и шевелила пальцами, творя волшебство, а листочки и травинки, негромко шурша, разлетались в стороны. Тогда ведьмочка наклонялась, чтобы выкрутить очередных красавцев в ярких шляпах. За её спиной висела котомка, туда и отправлялась очередная добыча изящным броском.

Ноги сами вывели Ёжку к Прудам кикимор. Она спряталась за березой и осторожно выглянула из-за белой коры, чтобы разведать обстановку. Вокруг было спокойно, лишь обычные шорохи леса и шум дождя нарушали тишину.

На прудах всё так же стояли глиняные домики, из труб на крышах валил лёгкий дымок, вкусно пахло едой.

В животе у девочки заурчало: она ничего не ела с самого утра, а время подбиралось к вечеру. Бабка отправила её за грибами и наказала найти медовый чертополох для рецепта на завтра. В отличие от обычного, цветки у него не фиолетовые, а жёлтые, полупрозрачные, словно крылышки стрекозы. Вот только найти его очень сложно, практически невозможно.

Ёжка бродила по Мрачному лесу, тщетно надеясь найти медовый чертополох. Если утром его ещё вполне можно было отыскать, то вечером шансов не было совсем. Бабка Ядвига прекрасно это знала и понимала, что ученица скорее всего не вернётся домой до утра, пока не выполнит задание.

Ёжка сквозь заросли пробралась к знакомому домику с редким мхом. Девочка прижалась к огромному дубу и прислушалась.

Через несколько минут дверь дома, будто бы по заказу, резко отворилась, стукнувшись о стену. На пороге появилась Машка с большой, слегка дымящейся кастрюлей в руках. Она прошла по деревянному настилу к воде и вылила содержимое посуды в пруд.

Кикиморка развернулась и направилась к дому, осторожно неся горячую кастрюлю. Неожиданно из леса выскочила Ёжка, появившись прямо перед Машей.

— Ой! Тьфу ты, напугала, — кикимора резко остановилась и уронила посудину. Резко запахло горелым.

При вечернем солнечном свете оказалось, что кожа Маши действительно имеет лёгкий зеленоватый оттенок.

— Засоряешь пруд? — поинтересовалась Ёжка, подняв кастрюлю.

— Рыбок кормлю, — сердито посмотрела на неё кикимора и резко забрала посудину. — Тебе чего?

—Да гуляла, вот решила заглянуть.

— Ну, заглянула. И что?

— Научи меня ловить рыбу, — вдруг выпалила Ёжка.

— А ты не умеешь что ль? — недоверчиво спросила кикимора.

— Нет. Но мне часто нужны рыбные ингредиенты для практики. Чешуя, глаза, мозги, кости...

— Фу! Для практики в чём? — поморщилась Маша.

— В магии, — улыбнулась ведьмочка.

— Ты умеешь колдовать? — заинтересованно посмотрела кикимора на собеседницу.

— Немного умею. Я пока учусь.

— Подожди здесь, я сейчас, — быстро проговорила Маша и нырнула в дом.

Через несколько минут кикимора выскочила из-за двери. Кастрюли в её руках уже не было, но зато появились две бамбуковые удочки и жестяное ведро.

— Пойдём, — девочка с зеленоватой кожей решительным шагом направилась к воде по деревянным мосткам.

Ведьмочка улыбнулась, сняла со спины котомку с грибами и поставила у глиняного домика, а потом быстрыми шагами последовала за Машкой.

Доски скрипели и покачивались, словно не принимали и хотели сбросить чужачку, но Ёжку такие мелочи не пугали.

Когда девочки подошли к воде, кикиморка протянула спутнице одну из удочек.

— Смотри, сначала нужно размотать леску, — она стала показывать, как подготовить снасти к рыбалке.

Ёжка взяла удочку и повторила манипуляции девочки с зеленоватой кожей.

— Затем нужна наживка, — кикимора покопалась в кармане кофточки и достала небольшую стеклянную баночку с землёй. Открыв её, она извлекла дождевого червя и протянула Ёжке.

— Его нужно насадить на крючок.

— У меня есть такие сушёные, — оживилась ведьма. — Дома, — быстро добавила она, заметив удивлённый взгляд Маши.

— Сушёные не подойдут, — категорично махнула рукой кикимора.

Она повозилась в земле внутри банки и выудила ещё одного червяка. Насадив его на крючок, девочка подвигала поплавок и добавила:

— Так можно отрегулировать глубину. Здесь мелко, поэтому сделай примерно так.

Маша выставила глубину примерно на метр. Ёжка повторила манипуляции за кикиморой — поплавок скрипнул, передвигаясь по леске, а потом закачался, повиснув в воздухе.

Ведьмочка посмотрела на рыбачку, ожидая дальнейших инструкций.

— Теперь нужно забросить удочку.

Заметив, как Ёжка уже начала замахиваться, чтобы запульнуть удилище в пруд, кикимора быстро добавила:

— Но не всю. Смотри.

Поплавок булькнул, немного покачался и застыл. Круги быстро прошли по воде, растаяв. Маша положила бамбуковое удилище на деревянный настил, и Ёжка повторила всё за кикиморкой.

— Теперь нужно ждать, — Машка уселась на деревянный настил, который тут же немного скрипнул, дёрнувшись.

Ведьмочка присела рядом, замотав ногами. Она почти не смотрела на поплавок, изучая растительность пруда.

Прошло несколько минут.

— Скучно, — зевнула Ёжка.

— Так мы только начали. Вот пойдёт клёв ­­— тогда будет интересно.

— Конечно, ты уже накормила рыбу своим горелым месивом, вот и не интересны им черви.

— Наоборот, я приманила её, — уверенно ответила Маша.

И действительно, поплавок кикиморы начал весело подпрыгивать, пуская круги по водной глади. Девочка взялась за удилище и напряглась, словно готовилась к прыжку.

Машка подобрала нужный момент, и, когда поплавок хорошенько нырнул, дёрнула удочку. Над водой показался серебристый карасик. Кикимора положила его на ладонь и гордо продемонстрировала ученице.

— Ну, вот.

Ёжка посмотрела на свой поплавок, но тот даже не шелохнулся.

Прошло полчаса, кикимора наловила целое ведро рыбы, а вот ведьме всё никак не везло. Она несколько раз меняла червей, пробовала разную глубину, вставала на место Маши. Но ничего не помогало. Не сработал даже закон "новичкам везёт".

Ведьмочку это стало порядком раздражать. Наконец она вскочила и тяжёлыми шагами направилась к домику.

— Уже уходишь? — спокойно, не оборачиваясь, пробормотала Маша, не отрывая внимательного взгляда от поплавка.

Ёжка ничего не ответила. Она подошла к своей котомке с дарами леса, немного там покопалась, отломила кусочек волнушки. Затем растёрла гриб у себя на ладони в противную кашицу, вернулась к кикиморе и бросила в воду комочек пахучего месива, что-то прошептав под нос.

— Эй, ты чего? — Машка сердито посмотрела на Ёжку: она решила, что странная девчонка отравила рыбу из мести.

— А чего только у тебя клюёт? И я хочу! — упрямо заявила ведьмочка.

Ёжка нахмурилась и сосредоточено уставилась на поплавок. Но снова тишина. А вот Маша вытащила огромного карасика. Очередного.

Юная ведьма сердито топнула ногой — дерево на мостках затрещало, и ступня девочки застряла, немного провалившись.

— Ой! — Ёжка старалась не разреветься, хотя кожу жгло болью. Страшно было посмотреть вниз: вдруг с ногой произошло что-то совсем ужасное?

Но ещё страшнее, если Машка посчитает Ёжку трусихой и не станет с ней дружить.

— Эко тебя угораздило, — цокнула языком кикиморка, рассматривая застрявшую ногу маленькой ведьмы.

— Может быть, поможешь?! — сердито крикнула Ёжка, чувствуя, что на глаза всё-таки наворачиваются слёзы.

— А ты сама не справишься? С помощью волшебства? — Маша попыталась вытащить ногу девочки их тисков, однако ничего не получалось: дерево впивалось в кожу Ёжки, оставляя на ней новые раны. — Если ты взмахнёшь рукой и что-то прошепчешь, то...

— Я этого ещё не проходила, — беспомощно всхлипнула ведьма.

— Только не хнычь, здесь и так сыро, — улыбнулась кикимора. — Я сейчас.

Она быстро побежала в свой глиняный домик, раскачивая мостки, и также стремительно вернулась. Глаза девочки радостно сияли.

— Вот, — она продемонстрировала Ёжке небольшую, тонкую пилу. — Сейчас я тебя мигом выручу!

Машка принялась пилить доску с края деревянного настила, постепенно подбираясь к ноге ведьмы. Ёжка на всякий случай крепко зажмурилась.

— Только ты осторожно, хорошо? — тихо пролепетала она.

Кикиморка не ответила, продолжая пилить дерево. То ли не услышала просьбу, то ли не была уверена в том, что сможет её исполнить.

Однако через несколько минут Машке всё-таки удалось спасти юную Бабу Ягу. Она схватила спасённую за пятку и внимательно осмотрела раны.

— Кажется, я вижу кость, — деловито проговорила она.

— Что?! — воскликнула ведьмочка, чувствуя, что сейчас упадёт в обморок.

— А, нет... показалось. Ёжка — костяная ножка, — хихикнула кикимора.

— А у тебя кожа зелёная, как у лягушки, — сердито пробормотала девочка, сразу забыв о жгучей боли в ноге.

Со временем девочки стали встречаться почти каждый день. Обычно они гуляли по лесу, пока Ёжка собирала что-то для практики. Рыбачить колдунья теперь категорически отказывалась. Не сказать, чтобы они были близкими подругами, но в Мрачном лесу детей было катастрофически мало, а поэтому выбирать особо не приходилось.

Ёжке теперь не было так одиноко жить у бабки Ядвиги. Как только заканчивались уроки, она хватала котомку и улепётывала в лес, вроде как травы и коренья собирать, а сама бежала к Прудам кикимор, к девочке с бледно-зелёной кожей.

Прошли годы, десятилетия, возможно даже века, кто знает? Ведь в мире сказок время идёт совсем иначе, не так, как мы привыкли.

Глава 1. И что теперь?

Петя проснулся резко, словно кто-то ударил его по щеке. Некоторое время он просто щурился от солнца, глядя на потолок. Он вспомнил подслушанный ночью разговор, однако несколько минут думал, что это ему просто приснилось. Но вдруг дошло — не приснилось!

Баюн и Яга обманули его и совсем не собираются отправлять пленника домой. Наоборот, ведьма хочет сделать мальчика своим учеником.

Петя соскочил с кровати и выглянул в окошко. Никого. Подкрался к двери и вслушался в звуки. Тишина. Нужно бежать! Он оглянулся, прикидывая, что взял с собой в путь.

Дверь скрипнула, и в комнату, медленно потягиваясь и зевая, зашёл Баюн. Петька резко сел на кровать и замер.

— Чего это ты тут скачешь? Вроде отдыхать собирался. Мур-р-р.

— Рюкзак разбираю, — быстро сориентировался мальчик.

— Ясненько, — пробормотал кот. Он запрыгнул на кровать и вытянулся рядом с Петькой, жмурясь от яркого солнечного луча. — Какие планы на сегодня?

— Не знаю пока. Только глаза ж открыл, — раздражённо буркнул мальчик.

— Там тебе Яга книги отобрала. Можно что-то поискать про посох. Мур-р-р.

Петька посмотрел в наглые зелёные глаза. И вот так просто кот продолжает врать ему? После всего, через что они прошли вместе!

— У меня каникулы. Не буду я ничего читать.

Мальчик встал с кровати, взял в руки посох и принялся внимательно его рассматривать. Наконец он смог заметить небольшое углубление, в котором явно раньше что-то было. Петька пристально посмотрел на кота и спросил в лоб, наблюдая за реакцией пушистика.

— Смотри, кажется, здесь чего-то не хватает. Может, он сломан?

Баюн дёрнул хвостом, зевнул и принялся умываться.

— Да вряд ли, — равнодушно ответил кот.

Ну, раз всё-таки кот продолжает его обманывать, тогда ничего не остаётся, как доверять только себе. Петька решительно закинул рюкзак за спину.

— Пойду погуляю. И к Марии загляну.

— Не нагулялся? — хмыкнул кот.

Мальчик не ответил, молча хлопнув дверью.

— А завтрак? — Баюн соскочил с кровати и с громким топотом понёсся за другом.

Петька, не глядя, прошествовал мимо стола, на котором стояли блюда, судя по аромату, наполненные свежими пирожками. На лавке высились кипы книг, которые приготовила для него ведьма. Но мальчик проигнорировал все кулинарные старания Яги и вышел из избушки.

Ярко светило солнце, громко жужжал рядом шмель. Петька уверенно направился в лес в сторону Прудов кикимор. Баюн поморщился и посеменил за ним.

— Ты же вроде устал? — сердито поинтересовался у кота мальчик, когда они минут пять топали по едва заметной тропинке.

— Устал, — кивнул Баюн. — Но прогуляться всё равно нужно. Полезно.

— Баюн, — Петька выразительно посмотрел на кота. — Мы с тобой и так столько времени были неразлучны. Не хочу тебя обидеть, но мне хотелось бы побыть одному.

Кот обиженно моргнул.

— А мне ты ещё больше надоел! — фыркнул он и, развернувшись, был таков.

Выждав немного времени, мальчик повернул и направился в сторону от Прудов кикимор. Пожалуй, общаться с Марией сейчас тоже совсем не хотелось.

Через полчаса Петька вышел на небольшую поляну. Здесь лежало толстое сухое дерево, а вокруг было немереное количество земляники. Мальчик подкрепился ароматными, кисло-сладкими ягодами и улёгся на стволе дерева, удобно устроившись. Ему нужно было подумать. Сейчас, когда эмоции немного утихли, Петька понял, что бежать от Яги и Баюна рано. Нужно подготовиться. Да и пусть расслабятся, перестанут за ним постоянно следить. И тогда, когда они потеряют бдительность, он и сбежит. А вот с книгами зря он так. Нужно всё-таки почитать, что там. Вдруг что-то может быть полезным? Найти бы информацию про недостающий кусок посоха!

И тут, с мыслями о книгах, Петьку осенило воспоминание — он же совсем забыл о своей находке в библиотеке Снежной Королевы. Мальчик вскочил и начал копаться в своём рюкзаке. Наконец он нащупал маленькую книжку и вытянул на свет.

Петька хмыкнул. Надо обязательно показать Баюну сувенир из три первого царства. Он открыл книгу и начал читать.

Маркиз де Карабас "Коты Учёные. Разновидности, польза и вред".

В настоящее время Учёных котов осталось не так много. А вот в стародавние времена в каждом царстве было по целому учёному кошатнику. Мудрые звери кучковались, открывали библиотеки и университеты. И была от них польза великая, но до поры-до времени...

В данном труде мы рассмотрим традиционное деление Учёных котов на виды. Если Вы желаете ознакомиться с различными классификациями данного зверя более подробно, то предлагаем обратиться к труду Маркиза де Карабаса "Коты Учёные. Подробный разбор".

Кот Учёный-мурлыка.

Наиболее распространённый вид мудрых котиков. Ранее жили в огромных количествах в каждом царстве, в основном в деревнях и небольших сёлах. Практически в каждом дворе был свой Учёный мурлыка. Со временем они обленились, утратили мудрость, накопленную множеством поколений, и предпочли жизнь обычных кошек научным изысканиям.

Однако некоторые исследователи придерживаются мнения, что на самом деле, в силу своей мудрости, Учёные мурлыки просто стали скрывать свои истинные способности, чтобы их не беспокоили по пустякам.

Кот Учёный-сладкоголосый.

Второй вид по распространению в давние времена. Представители этого семейства пушистых учёных славились своими голосами. Сказки они практически не рассказывали, в отличие от своих сородичей, а вот песни очень любили. В настоящее время известны десять учёных певцов. Сначала они жили разрозненно по всем царствам, но затем объединились в группу и начали гастролировать.

Кот Учёный-зануда, потенциально опасен

Несмотря на свою немногочисленность (их осталось всего три), эти товарищи мало привлекают к себе окружающих. Если Вам когда-нибудь понадобиться помощь Учёного кота, постарайтесь не нарваться на его занудную разновидность

Может выдавать себя за Кота-Учёного-Мудреца-Всезнающего, совсем таковым не являясь. Как их различить? Очень просто. Задайте какой-нибудь простой вопрос. Если в ответ Вы получите длинную, пространную и непонятную лекцию, значит это точно Учёный-зануда. Бегите, пока он не заговорил Вас до истощения!

Кот Учёный-Мудрец-Всезнающий

Уникальный зверь, в природе остался только один. Некоторые учёные пытаются вывести новых особей, но получаются Учёные-зануды.

Этот кот обладает не только высоким интеллектом, но и способностью заглянуть в будущее, насквозь видит любого. Однако мудростью делиться неохотно, нужно заслужить его расположение.

Место обитания неизвестно.

В книге было всего несколько иллюстраций с необычными котикам, остальное место занимали истории людей, которые с ними встречались. Одного царевича Учёный-зануда так заговорил, что бедному пришлось потом месяц в санатории лечиться и отъедаться.

Петька закрыл справочник. А если посоветоваться с этим очень мудрым котиком? Как бы его только найти? В этом возможно поможет Ванюшка, раз уж знаком с ним.

Ну вот. Уже не всё так плохо: есть с чего начать, не нужно просто бежать от ведьмы и кота, куда глаза глядят.

Настроение у мальчика улучшилось, и он отправился к кикиморе. Петька решил попробовать поговорить с Марией о посохе, так как она вполне могла рассказать ему правду, проигнорировав желания Яги.

Кикимора сидела на мостках с удочкой. Она раскачивала ногам над водой, вглядываясь в неподвижный поплавок.

― Здравствуйте, ― тихо, чтобы не спугнуть рыбу, проговорил мальчик.

― И тебе не хворать, ― едва заметно кивнула старушка с бледно-зелёной кожей.

― Можно я с вами?

― Запасная удочка там, ― Мария слегка дёрнула плечом.

Петька взялся за длинное удилище и принялся разматывать леску.

― Ты сегодня без кота, ― не спросила, а констатировала факт кикимора.

― Мы решили сделать небольшой перерыв в общении, ― улыбнулся мальчик.

― И как ты столько времени терпел этого нахала? ― усмехнулась рыбачка и резким движением достала серебристого карася из воды.

― Сам в шоке, ― засмеялся Петька, снял добычу старушки с крючка и бросил в ведро.

Некоторое время они молча рыбачили. Когда ведро уже наполнилось на половину, мальчик заговорил о главном:

― Скажите, а как я смогу что-то сделать, если посох не заработает?

— Я не сильна в артефактах, — пожала плечами кикимора. — Если Яга что-то узнает, а она наверняка узнает, то подскажет.

— Да уж, конечно, — еле слышно усмехнулся мальчик.

— Знаешь, — Мария сделала паузу, раздумывая, продолжать ли. — Я слышала совсем недавно, что вроде есть одна очень древняя книга, в которой скрыты недоступные уже много веков знания. Возможно в ней есть что-то, что поможет тебе вернуться домой.

— А посох? Он уже не поможет?

— Ты же сам говоришь, что он не работает.

— А достать эту книгу, конечно же, очень тяжело? Нужно забраться непонятно куда, и, если я останусь жив, то попаду в зубы страшного чудища…

— Откуда ты знаешь? — удивлённо посмотрела на него кикимора.

Петька вздохнул.

— Ну, у вас же всё здесь работает именно так?

— Не всегда, — рассеянно буркнула Мария. Она пристально следила за дрогнувшим поплавком.

— Так что же за место? И что за чудище?

— В пещере на границе три первого и три шестого, — кикимора резко дёрнула удилище, но рыбина сорвалась над водой.

Мария нахмурилась, снова закинула удочку и сердито уставилась на теперь неподвижный поплавок.

Петька помолчал, выжидая, пока собеседница успокоится.

— Это же далеко! — с досадой проговорил мальчик.

— Неблизко, — кивнула кикимора. — Ты пришёл рыбалить или лясы точить?

Петька перевёл взгляд на свой поплавок, но его уже не было.

— Блин! — он дёрнул удилище и вытащил небольшого карасика.

Бросив рыбку в ведро, Петька скатал комочек ароматной наживки из теста, насадил на крючок и опять закинул удочку.

— А что за чудище охраняет книгу?

— Понятия не имею. Слухи разные ходят. Но явно свирепое и прожорливое.

— Ещё бы, — хмыкнул мальчик.

Петька пристально следил за поплавком, обдумывая то, что сказала кикимора. И что теперь? Снова отправляться в путь? А стоит ли эта книга того? Может быть, в ней и нет ничего полезного. С другой стороны, под видом путешествия легче будет сбежать от Яги. А потом? А потом он всё-таки сходит за этой книгой, если не найдёт чего-то ещё. К Ванюшке можно зайти посоветоваться.

— Что ж, тогда нужно отправляться в путь, — мальчик провёл рукой по торчащим в разные стороны тёмным волосам.

— Так сразу? — кикимора отвлеклась от поплавка и удивлённо уставилась на мальчика. — Ты не хочешь сначала попробовать разобраться с посохом?

— А чего время терять? Я его с собой возьму. Может, в пути что и получится.

Мальчик с кикиморой отправились на ужин к Яге. Часть улова занесли в домик Марии, а часть забрали к ведьме.

Баюн дремал на пороге избушки, уши его слегка подрагивали. Почуяв приближение рыбаков, он приоткрыл глаза, потянулся всем телом и зевнул.

— Да вы прям к самому ужину. Мур-р-р.

— Мы не с пустыми руками, — Петька приподнял ведро, до половины наполненное рыбой.

Усы кота зашевелились, он облизнулся.

— А вот это уже дело.

Яга накрыла стол, но увидев добычу мальчика и кикиморы, достала большой противень для печки.

— Сейчас быстренько и рыбки свеженькой напечём, — радостно проскрипела ведьма.

— А чего печь-то? Только свежатинку переводить. Мур-р, — проворчал кот.

Старушка проигнорировала реплику Баюна. Засучив рукава, она принялась быстро разделывать рыбу, промывать её в медном тазу и бросать на противень.

Петька уже привычно заваривал чай, Мария задумчиво жевала булочку с маком, кот вылавливал и уплетал рыбу из ведра. В избушке Бабы Яги, на первый взгляд, было тепло и уютно. А на второй, ощущалось некое напряжение.

— Петечка, что-то ты после возвращения совсем не в настроении. Что так? — поинтересовалась Яга, вытирая руки большим полотенцем. На ткани замелькали тщательно вышитые персонажи из сказки про репку.

— Да по Ваське своей скучает. Мур-р-р, — хмыкнул кот и снова запустил лапку в ведро. Не нащупав там очередной добычи, он встал на задние лапы и заглянул в жестяную ёмкость. Однако и тогда рыбы не обнаружилось. Баюн разочарованно сощурился и принялся умываться.

— Да при чём тут вообще Василиса? Вы же говорили, что сходи ты, Петенька, за Волшебным посохом да сразу домой попадёшь. Я сходил. А вы что? Теперь опять всё непонятно. И неизвестно, когда я домой вернусь и вернусь ли!

— Я сразу тебе говорила, что всё не так просто, мальчик мой, — укоризненно проскрипела Яга.

— Я рассказала Пете про древнюю книгу, — Машка откусила полпирожка и отхлебнула немного чая.

— Какую книгу? — ведьма с удивлением посмотрела на подругу.

Мальчик внимательно смотрел на сказочных дам и пытался понять, спектакль ли это или же и правда кикимора чем-то нарушила планы Яги, не посоветовавшись с ведьмой.

— Которая хранится где-то в пещере на границе три шестого и три первого.

Хозяйка избушки нахмурилась.

— Я хочу отправиться за ней, — Петька решительно тряхнул головой.

— Зачем, солнышко моё? — Яга перевела взгляд на мальчика, глаза её сразу поменяли выражение с раздражённого на дружелюбное. — Ни к чему это. У меня здесь целая библиотека, что-нибудь да отыщем. Просто стараться надо. А тебе бы всё гонять где-то целыми днями. В знаниях — истинная сила, милый мой.

Она теперь уже с укором взглянула на Петьку, недовольно поджав губы, отчего клыки её стали казаться ещё длиннее.

— Вы же не раз уже читали свои книги. А значит, если бы там что-то полезное было, то сказали бы. Так ведь? Не стали бы скрывать?

— Конечно, — улыбнулась ведьма, щедро набрасывая деревянной ложкой сметану на карасей.

— Тогда чего время тратить зря?

Яга недоумённо посмотрела сначала на мальчика, потом на кикимору.

— А нельзя было сразу за этой вашей книгой зайти, чтобы не шастать туда-сюда? — возмутился Баюн, когда озадаченный взгляд старушки переместился на него.

— Я только на днях про неё услыхала. Птичка одна на хвосте принесла, — пожала плечами кикимора и встала из-за стола, чтобы налить ещё чая.

— Так рассказала бы сначала мне. Чего мальчонку-то зря всполошила? — сердито буркнула Яга.

— Нашла кого слушать, — усмехнулся Баюн. — Птичек. Их нужно поймать и сожрать! А не слушать. Мур-р-р.

Мария пропустила реплики ведьмы и кота мимо ушей. Она сделала несколько глотков горячего чая, неторопливо дуя на обжигающий напиток, а потом невозмутимо посмотрела на мальчика.

— Так что? Когда в путь?

— Завтра, — уверенно проговорил Петька, переведя взгляд на Ягу. Он старался казаться совершенно непоколебимым, чтобы у ведьмы даже малюсенькой мысли не возникло, что она может его остановить.

— Как завтра? — всплеснула руками старушка.

Мальчику даже показалось, что её клыки стали длиннее, чем обычно. Однако растерянность ведьмы длилось недолго.

— Так! — голос её вдруг утратил привычную скрипучесть и зазвучал раскатисто, даже как-то зловеще. — Ни к чему тебе это. Ни к чему! У тебя и здесь дел хватает. Посмотрел наш мир, набрался уму-разуму, да и будя.

— Мне. Нужно. Домой, — медленно, чётко и уверенно проговорил Петя, глядя прямо в темнеющие глаза ведьмы. Нос её заострился, и, казалось, стал длиннее обычного.

Яга молча, не мигая, смотрела на мальчика несколько минут. Она что-то обдумывала. Петька старался делать вид, что абсолютно спокоен: и совсем не бегут по коже мурашки, не потеют ладони, не начинает его бить мелкой дрожью.

— Да ладно тебе, старая! — засмеялась вдруг кикимора. — Чего ты так напряглась-то? Эдак и ураган налетит на ночь глядя.

Яга бросила колючий взгляд на подругу, а потом опять посмотрела на мальчика. Глаза её посветлели, клыки и нос вернулись к обычному размеру.

— Иди. Но учти, что это пустая трата времени. Разумней остаться здесь и учиться. Когда ты обретёшь достаточно знаний, тогда и сможешь вернуться домой...

— Зачем мне в обычном мире ваши знания? — пожал Петька плечами.

— Они тебе помогут домой вернуться, бестолковый. Мур-р-р.

— Ну, да, уже очень помогли, — хмыкнул мальчик и начал быстро размешивать чай, хотя ни сахара, ни мёда туда не добавлял.

— Да ладно вам спорить, — широко улыбнулась кикимора. — Ну, сходит мальчонка за книгой. Может, найдёт там что нужное. Да и тебе ж, всё польза, — Машка посмотрела на ведьму. — Когда ты ещё такой редкий и интересный экземпляр добудешь в свою библиотеку?

Яга покачала головой. Её планы на Петьку явно не совпадали с новым путешествием.

Баюн горестно вздохнул.

— Я так понимаю, мне тоже собираться? Покой мне только сниться. Мур-р-р.

Глава 2. Снова в путь

Петька проснулся совсем рано — ещё не рассвело. Ему не терпелось покинуть избушку и вечно врущую Бабу Ягу. Он накинул рюкзак на плечо и осторожно вышел из комнаты, прислушиваясь. Может быть, удастся ускользнуть незамеченным? Да и кота-предателя брать с собой совсем не хотелось.

Мальчик взял бесполезный посох, стоящий у печки, схватил кулёк с едой, который заботливо приготовила ведьма, и на носочках двинулся к двери. Но, конечно же, уйти вот так ему никто не позволил.

— Ты бы поел на дорожку, — скрипнуло откуда-то.

Петька вздрогнул и обернулся. В углу, прислонившись к печке, на крошечной табуретке сидела Яга. Она брала картошку из ящика, быстро, неровно её обкрамсывала и бросала в ведро с водой, стоящее у её ног.

— Рано ещё, — мальчик широко зевнул. — Не проснулся я. Потом перекушу.

В этот раз старушка не была так доброжелательна при прощании. Она продолжала с угрюмым видом чистить овощи, не глядя на мальчика.

— Дело твоё, — ведьма бросила очередную картофелину в ведро. Клубень жалобно булькнул, отскочил от собратьев, бахнулся на пол и покатился к двери.

Петька вздохнул, нагнулся, поднял беглеца и отправил обратно в ведро. Для этого пришлось подойти к Яге. На какой-то миг мальчику показалось, что ведьма сейчас схватит его и точно никуда не отпустит.

— Мяв! — чёрная тень выскочила непонятно откуда и боднула мальчика в ногу.

— Ты чего? — Петька отскочил и уставился на кота.

Зелёные глаза сверкнули в предрассветных сумерках.

— Куда это ты без меня намылился? Мур-р-р.

— Так ты же не хотел идти. Устал.

— Устал не то слово! Но тебя же одного как отпустить? Ты и до три шестого-то не дойдёшь — пропадёшь.

— Да уж как-нибудь справлюсь, — буркнул Петька.

С одной стороны, Баюн и правда может помочь в пути. С другой, от кота всё равно придётся как-то избавляться. Ну, не в смысле расправы, конечно... Мальчик усмехнулся. Пушистик явно пытался его прикончить не раз за первое их путешествие. Но всё-таки без Баюна Петька бы точно пропал, сгинул бы уже давно.

— Вот, возьми с собой, — Яга вытерла руки о передник и извлекла из кармана пузатую стеклянную бутылку.

— Что это? — мальчик с подозрением уставился на сосуд из тёмно-синего стекла.

— Твоё обещание Премудрому пескарю, — вздохнула ведьма. — Забыл уже?

— О! — Петька радостно схватил бутылочку. — Спасибо! Спасибо большое!

Его угрюмость и колючесть сразу улетучились. Ну, хоть обещание, данное огромной рыбине, он сможет исполнить.

Петька засунул склянку в рюкзак и выжидающе посмотрел на кота.

— Ну, пошли?

— Раз уж я иду с тобой, возьми-ка ещё еды.

— Да зачем? Доберёмся до Купищево, там найдём, что поесть.

— Пф-ф-ф! Запасов много не бывает. Кто знает, что может случиться в пути. Да чего ты всё время споришь? Бери говорю! Мур-р-р.

Мальчик махнул рукой и завернул в бумагу с собой два больших пирога, засунув их под мышку.

— Доволен? Пошли.

Петька громко протопал к порогу и исчез за дверью. Затем вернулся, приоткрыл её и сконфуженно пробормотал:

— Мы ушли.

Баюн скользнул за ним на улицу, подёргивая хвостом.

— Скатертью дорожка, — негромко пробормотала им вслед Яга и, бросив недочищенную картофелину в ведро с водой, взялась за следующую.

Тёмная муть разошлась по чистой воде и застыла. Бульк! И следующая картофелина всполошила её, растрепав по всей ёмкости. Старушка с досадой пнула ведро костяной ногой, то жалобно дёрнулось и плескануло воду на деревянный пол.

— Ну, Машка, ну, удружила, — сердито буркнула ведьма.

Кикимор Ванюшка повернулся на жёсткой лежанке и проснулся от её скрипа. За окошком голосили лягушки, а откуда-то издалека ветер приносил заунывный вой волков. Приближалось утро. Ванюшка зевнул, потёр глаза. Ещё подремать или хватит?

Тик-тик-тик-тик! Привычный звук "ходиков" стал раздражать, отдаваясь в голове неприятным стуком. Настенные часы подарил кикимору на новоселье Михаил Потапыч. Медведь сам их смастерил за несколько дней. Как ни странно, но с виду неуклюжий и неловкий мишка с огромными лапищами порой творил чудеса, собирая крошечные механизмы.

Ванюшка понял, что валяться дальше бесполезно, ещё раз зевнул и медленно сел на лежанке. Что ж, дела зовут. Сегодня кикимору предстояло встретиться с коллегой из три седьмого царства, чтобы обменяться мальками. Но сначала нужно позавтракать и проверить, всё ли в порядке в купели.

Дверь избушки отворилась, Ванюшка потянулся и, почёсывая подбородок, осмотрелся. Три восьмое царство ещё досматривало предрассветные сны, лягушки замолкли, всматриваясь в наступающее утро. Что на сегодня задумал хозяйственный кикимор?

Неторопливо позавтракав, Ванюшка попивал чай, встречая первые солнечные лучи.

Через несколько часов кикимор, проинспектировав купель, сунул в воду глиняный кувшин, приговаривая:

— Малышня, айда сюда. В новый дом отправитесь.

Горстка мальков послушно нырнула во временное убежище, а Ванюшка смочил кусок марли водой и накрыл кувшин.

— Я быстро. До границы с три седьмым и обратно. Глазом моргнуть не успеете, как я уж и ворочусь, — обратился он к обитателям купели. — Ведите себя хорошо, чужих не привечайте, своих в обиду не давайте.

Кикимор уже сделал несколько шагов от купели, но тут услышал знакомый голос:

— Ванюшка! Привет!

Сначала подскочив от неожиданности, кикимор что-то раздражённо пробурчал, но, быстро вспомнив, чей это голос, радостно повернулся к гостю.

— Петя? И тебе не хворать. А я-то уж думал, что ты дома давно и не свидимся боле.

— Да у вас здесь всё так сложно, — мрачно вздохнул мальчик.

— Не у нас, а жизнь такая. Мур-р-р, — Баюн выскочил из-за лежаков и принялся умываться.

—Так что же ты, стало быть, у нас остаёшься?

— Пока получается, что так, — Петька присел на ближайший лежак и вытянул гудящие от долгой ходьбы ноги. — Но надеюсь, что ненадолго.

— А как же посох? — Ванюшка посмотрел на длинную палку в руках мальчика. — Он не помог?

— А непонятно, как им пользоваться. Мур-р-р, — встрял Баюн.

— Ну, да, — буркнул Петька, мельком взглянув на пустующее углубление в посохе.

Он перевёл взгляд на кота. Как бы куда-то спровадить шпиона Бабы Яги и поговорить с кикимором наедине?

— Баюнчик, а ты не хочешь сходить в лес поохотиться?

— А ничего, что мы только из леса? Мне, может, сон дневной полагается. Ты знаешь, сколько коты должны спать, чтобы быть здоровыми и счастливыми? Фр-р-р.

Ванюшка быстро взглянул на Петьку, а потом повернулся к коту.

— Чего ж ты будешь натощак бока-то отлёживать? Оголодал поди, пока по лесу-то хаживал, лапки стаптывал? Там у Людмилы нашей вчера три пирога больших осталось. С картошкой, мясом да осётром. Вот думала сегодня Михаилу Потапычу отнести. Коли успеешь, то твои будут. Но можешь и поспать сначала, отдохнуть. Однако тогда не серчай на девоньку...

— Пойду, пожалуй, и правда схожу к Людмиле этой, — Баюн облизнулся и отправился к избушкам деревни Купищево.

— Ну, так что? — Ванюшка, уперев руки в бока, внимательно посмотрел на мальчика. — Что ты хотел поведать без этого бесстыдного кота?

Петька принялся ковырять ногтём пустующую ямку в деревянном артефакте.

— Я посоветоваться хотел. Понимаете, — мальчик перешёл на шёпот, растерянно взлохматил вьющиеся тёмные волосы. — Они обманули меня, представляете? Посох этот бесполезен!

— Как это бесполезен? — непонимающе уставился кикимор на гостя сказки.

— А так! Тут не хватает какой-то частицы. И без неё он работать не будет. А они...

— Ну-ка дай-ка...

Ванюшка внимательно осмотрел посох, задумчиво сдвинув брови.

— Да. И правда.

— И что же теперь делать? Где искать эту частицу? Может, поговорить с Котом учёным?

— Можно и поговорить, отчего же нет? Только вот поможет ли? А вы сейчас-то куда идёте?

— В горы на границе три первого и три шестого.

— Зачем? — кикимор удивлённо вскинул брови.

— Там в одной из пещер хранится какая-то древняя книга. Кикимора Мария, подруга Яги, говорит, что в ней может быть какая-то информация, которая поможет мне вернуться домой.

— Гоняют тебя, гоняют, а чего гоняют? — вздохнул кикимор.

— Думаете, бесполезно туда идти?

— Ну, почему же бесполезно? Никогда не знаешь, где и что найдёшь, а что потеряешь. Так что сходи, но будь осторожен. Места-то там не самые безопасные.

— И чудище ещё охраняет книгу, — кивнул мальчик.

— Тем более. Держи здесь всегда ухо востро.

— Да я уже понял. Кажется, не собирается Яга меня домой отпускать. Я случайно подслушал их разговор. Она хочет, чтобы я стал её учеником, представляете?

— Знамо дело, хочет. А ты не знал что ли?

Петька с недоумением посмотрел на кикимора.

— Вы знали?

— Так все знают, — Ванюшка потуже затянул пояс на висящей на нём широкой рубахе. — Яга давно уж мечтает о преемнике или преемнице. Только ученики от неё вечно сбегают. Вот в прошлом году-то Егорка был. Тоже ко мне приходил. Деловой мальчонка. Убёг он от неё.

— Домой?

— Вот этого я тебе точно не скажу, но навряд ли. Сам знаешь, не так-то это просто.

— Ладно. А где мне искать Кота этого учёного?

— Лучше бы тебе сходить к Коту в три пятое. Но это не ближний свет. В три шестом тоже есть Кот учёный, но он нудный. Зато по пути.

— Значит, нужно в три пятое. А к нудному точно не пойду.

— И то верно. Он и сгубить может.

Кикимор печально вздохнул, приподнял марлю и заглянул в глиняный кувшин, который сжимал в руках.

— Оставил бы ты три пятое на крайний случай. Не стоит соваться туда без серьёзных причин.

— Куда соваться? — поинтересовался неизвестно откуда взявшийся кот.

— Ой! — Петька вздрогнул от неожиданности.

Баюн запрыгнул на лежак и принялся умываться. Вид у него был сытый и довольный.

— В три пятое, — быстро добавил мальчик, пока кот не начал расспрашивать кикимора. — К Учёному коту.

Баюн икнул и несколько раз быстро моргнул.

— А что ты там забыл?

— Хотел поговорить с ним о посохе.

— Пф-ф-ф! — видно было, что кот хотел что-то ещё сказать, но передумал и, лишь с презрением глянув на мальчика и кикимора, снова занялся гигиеническими процедурами.

— Мог бы и нам что-то на обед принести, нет? — перевёл тему Петька.

Баюн тяжело плюхнулся на лежак, растянулся во весь рост и дёрнул хвостом.

— А нечего было нести. Самому мало. Мур-р-р.

— Да ничего, — улыбнулся Ванюшка. — Сейчас я вас накормлю. Только не серчайте, засиживаться мне с вами некогда. У меня важное дело.

Кикимор заботливо погладил глиняный кувшин и поставил его в тень. Баюн заинтересовано покосился на сосуд и понюхал воздух.

— Рыбка?

— Даже не думай! А то ишь, проглот какой! Это мои малютки, малёчки из купели.

— А чего ж ты их так заботливо в кувшин запихнул? Варить собрался? — ухмыльнулся кот.

— Я их в три седьмое понесу водяному одному. А он мне своих отдаст.

— Зачем это? Мур-р-р.

— Для водоёма полезно, — Ванюшка схватил кувшин и переставил подальше от Баюна.

Кот демонстративно повернулся спиной к сосуду с мальками, а кикимор два раза хлопнул в ладоши, и на одном из лежаков появились: горячий самовар с пузатым заварником, две чашки, широкое блюдце и огромный пирог с капустой и грибами, украшенный витиеватыми узорами в виде пшеничных колосков.

После обеда все собрались идти к границе с три седьмым царством.

— Ванюшка, если хочешь, я могу отдать мальков твоему другу водяному. А ты не оставишь своё хозяйство без присмотра, — предложил Петька, поправляя потяжелевший рюкзак (кикимор заставил его завернуть с собой остатки пирога).

— Вот ещё! — хмыкнул кот. — С кикимором два часа лясы точим, ещё и с водяным встречаться?

— А тебя никто и не заставляет. Можешь к Яге вернуться.

— Фр-р-р!

— А ты понесёшь аккуратно?

— Аккуратно. Обещаю.

— Ну, тогда ладно, — кикимор бережно протянул кувшин мальчику.

— А потом придётся мальков новых назад тащить. Мур-р-р. Так и будем туда-сюда ходить?

— Ой, я что-то об этом и не подумал.

— Ну, ещё бы. Руки-ноги отрастил, а ум короток остался, — ухмыльнулся Баюн.

— Пойдём, стало быть, все вместе, — улыбнулся кикимор. — Я тебя с Антошкой познакомлю. Вот такой малый!

Ванюшка поднял вверх большой палец.

Путники успешно миновали границу и вышли к большому дубу на залитой солнцем поляне.

— Ну, и где твой водянистый друг? — проворчал Баюн.

Кикимор посмотрел на солнце.

— Скоро будет.

И действительно. Как только он проговорил эти слова, совсем рядом раздался треск веток и на полянку выскочил высокий долговязый старичок в широкой соломенной шляпе.

— Ванюшка! Сколько зим? Сколько вёсен!

Дедулька схватил маленького кикимора в охапку и покружил. Сам он был порядком выше Петьки.

— Эй! Малёчков-то моих покоцаешь! — вскричал перепуганный кикимор.

— Ой, извини, — водяной виновато улыбнулся и поставил друга на землю.

Ванюшка приоткрыл кувшин и заглянул внутрь.

— Вроде все целы, — облегчённо вздохнул он.

— Да что же им сделается? Малявочки наши живучие, так уж природой заведено. Только сильнее станут.

Кикимор поднял глаза от кувшина и повернулся к мальчику.

— Это Антоний. А это Петя и Баюн.

— Для друзей я Антошка, — водяной снял шляпу и поклонился, достав длинной седой бородой до земли.

Петька протянул руку водяному, тот в ответ её крепко пожал.

— Куда путь держите? — участливо посмотрен Антошка на путников.

— В горы. На границу три первого и три шестого, — ответил Петька.

— Ух, ты! А чего же вы там забыли? Места то нелюдимые, погибельные.

— Погибельные? — тихо повторил мальчик.

— Мур-р-р! А ты как думал, если там скалы и чудище? Дошло называется! — хмыкнул кот.

— Ладно уж. Если мы из три первого выбрались, то и с чудищем справимся, — неуверенно проговорил мальчик, почувствовав, как холодок пробежал по коже.

— Вы были в три первом? — водяной присел на пенёк, выставив острые бледные коленки. Сам он был укутан в какие-то тряпицы, сильно напоминающие мешковину и сети.

— Ну, да, — Петька уже и сам пожалел, что брякнул про три первое. Видимо, теперь придётся рассказать о своих приключениях.

— И как там? Холодно, да? — зелёные глаза водяного с любопытством уставились на мальчика. Кота он, казалось, полностью игнорировал.

— А как должно быть в царстве Снежной королевы? — ухмыльнулся Баюн.

— Очень холодно, — Петька поёжился. — Мы ходили туда за Шкатулкой сказок.

Мальчик кратко изложил историю посещения три первого царства, опустив некоторые детали.

— Ладно, поговорили и будет, — Ванюшка осторожно протянул кувшин другу. — В такую погоду купель и пруд лучше надолго не оставлять.

— И то правда, — согласно закивал Антошка.

Водяной забрал кувшин и поставил рядом с собой на пенёк, потом достал из-за пазухи бутылочку, висящую на толстом шнурке. В ней испуганно заметались потревоженные крошечные рыбки. Ванюшка осторожно взял бутылку и прижал к груди.

— Так зачем же вы туда путь держите?

— За книгой какой-то там, — небрежно махнул рукой Петька, стараясь говорить так, чтобы водяной не заинтересовался и не начал его снова расспрашивать.

— Ну, удачи вам. Не пропадите пропадом, — улыбнулся Антошка и, быстро попрощавшись, нырнул куда-то в кусты.

Ванюшка довольно рассматривал обитателей бутыли.

— Сегодня же дам каждому имя, — с нежностью проговорил он.

— Делать тебе нечего. Мур-р-р, — Баюн потянулся и зевнул. — Делов-то там на один зубок... Имена!

— Ладно. Пришло время прощаться, — кикимор проигнорировал кота и улыбнулся мальчику. — Ты, Петенька, береги себя, не лезь без надобности в беду, но и на выручку приходи любому, коли сможешь. А ежели сил не будет, то найди того, у кого они есть.

— Некогда нам няньками всем быть, — проворчал Баюн. — Самим бы кто помог. У тебя ковра-самолёта случаем не завалялось?

— Так откуда? — пожал плечами Ванюшка, пряча пузырёк с мальками под рубашку. — Это вам к Мстиславу надо, в три второе.

— Вот ещё! Крюк такой делать! Мур-р-р!

Петька и Ванюшка пожали друг другу руки и попрощались, кот слегка кивнул кикимору, и путники разошлись каждый в свою сторону.

Глава 3. На берегу Сказочной реки

Петька и Баюн брели по лесу три седьмого царства. Они направлялись к Сказочной реке, чтобы отдать обещанное зелье Премудрому пескарю.

— Дойдём до того места, где мы на этой рыбине в три первое переплыли, отдадим бутылку, а там уже и недалеко пещеры те. Они как раз в пограничье между три первым, три шестым и три седьмым, — пояснил Баюн.

— А что там? В этом три шестом? — Петька раздвинул ветки посохом и пролез сквозь колючие заросли. — Блин!

Одна из веток всё-таки зацепила руку и оставила длинные царапины. Баюн посмотрел на мальчика и нырнул в кусты. Что-то зашуршало, и вот уже кот выскочил из зарослей впереди мальчика.

— Умный в гору не пойдём, умный гору обойдёт, — ухмыльнулся кот, дёрнув хвостом.

— Молодец, Баюнчик. Мог бы и мне показать обходной путь.

— А ты бы там всё равно не прошёл. Большеват, ты, Петенька. Мур-р-р.

— Так что там с три шестым-то?

— Да что там с ним? Царство как царство. Раньше славилось богатством и мудрыми правителями.

— А сейчас?

— А сейчас там разруха вроде. Да и говорят, что проклято оно. Не суётся туда никто.

Петька резко остановился.

— Как проклято? А мы туда идём?

— Мы в само царство-то не пойдём. Я же говорю, что скалы находятся в пограничье. Они не принадлежат ни одному царству.

Путники вышли к Сказочной реке уже на закате. Петька сразу же привычно отправился собирать дрова и складывать костёр. Из три первого царства подул холодный ветер, и стало неуютно. По воде сначала пошла лёгкая рябь, а потом и вовсе почти штормовая волна начала накатываться.

Петька с неприязнью посмотрел на противоположный берег. Там у него тоже оставались долги: снеговик Василий и ледяные фигуры...Однако мальчик гнал эти мысли прочь, ведь он не мог ничем помочь.

Костёр совсем не хотел разгораться, стелился по земле, стараясь уйти от ветра, но потом всё же угасал.

— Забирай свои дрова. Нужно найти укрытие на ночь, — деловито проговорил Баюн и понюхал воздух.

— Давай отдадим зелье пескарю и уйдём отсюда, — предложил Петька, обхватив себя руками, чтобы согреться.

— В такую погоду он сюда не приплывёт. Мур-р-р. Он же премудрый, а не дурак.

— А как мы вообще его позовём?

— Так и позовём. Погода сменится и позовём.

Петька кивнул и собрал в охапку столько дров, сколько смог унести за раз.

— Веди, — вздохнул он.

Кот снова устремился в лес. Там они свернули с пути, ведущему к реке, и направились к небольшому холму, за которым был пологий обрыв. В него и начал спускать Баюн.

— Издеваешься, да? Мне туда с деревяшками спускаться?

— Брось, — невозмутимо ответил кот, даже не оборачиваясь. — Мне-то что? Я в тёпленькой шубке.

Петька не нашёлся, что ответить, и осторожно принялся спускаться за котом. Дрова он не бросил, помня о том, как совсем недавно замерзал в три первом царстве.

В овраге за холмом совсем не чувствовался отвратительный ветер из государства Снежной Королевы. Однако мальчику было здесь весьма неуютно. Он огляделся: почти все деревья были повалены и покрыты мхом и лишайниками. Лишь три высокие сосны устояли и одиноко тянулись в небо.

— Как-то здесь не очень, — поёжился Петька.

— Очень или не очень, а для ночёвки сойдёт. Мур-р-р.

Баюн принюхался, уши его зашевелились. Он резко подскочил, поскреб лапкой листву, раздвинул лесную подстилку и клацнул зубами. Но мышка, тоненько пискнув, успела удрать. В этот момент пушистый охотник стал похож на маленького обиженного котёнка.

Петька постарался себя успокоить: в конце концов у кота интуиция и знание здешних мест сильнее. Если Баюн, конечно, снова не пытается прикончить его, как в начале путешествия.

Мальчик потихоньку перенёс в овраг собранные дровишки, достал огниво и привычно запалил костёр. И очень вовремя: на лес медленно опускались сумерки. Несмотря на то, что путники спаслись от ледяного ветра, даже здесь, в укрытии, становилось прохладно.

Пространство быстро наполнялось ночными звуками, которые всегда казались страшнее, тревожнее, громче, чем при свете дня. Петьке ещё больше стало не по себе. Чтобы отогнать неприятные мысли, он заговорил с котом:

— Расскажи мне что-нибудь интересное.

Баюн, который устроился на поваленном дереве и сосредоточено точил когти, внимательно посмотрел на мальчика.

— Ты бы сначала добрый ужин предложил, а потом бы истории требовал. Мур-р-р.

Петька подбросил дров в костёр и принялся доставать свёртки с едой. Когда они почти съели пирог из три восьмого царства, мальчик придвинул коту последний кусок и выжидающе посмотрел на пушистого спутника.

Баюн быстро расправился с остатками ужина и, довольно жмурясь, поджал под себя лапки, устраиваясь поудобнее.

— Так что тебе рассказать? Мур-р-р.

— Не знаю... что-нибудь, — Петьке хотелось погрузиться в какую-то историю и ни о чём не думать. Дома он бы посмотрел хороший боевичок или поиграл в любимую стратегию, но здесь ничего привычного не было.

Баюн немного подумал и начал рассказ.

— В три втором царстве, в котором правит царь Мстислав водится диковинная птица...

— Почему в три втором? — Петька потёр замерзающие ладони друг о друга и дыхнул на них тёплым воздухом, пытаясь согреть.

— Ну... Вот там она поселилась. Так исторически сложилось. Откуда я знаю? — рассердился кот.

— Я не об этом. Почему ты вдруг решил рассказать о три втором?

— Сам не знаю. Так ты будешь слушать или давай спать?

— Буду. Слушать.

— Так вот. В три втором царстве живёт диковинная птица с золотыми перьями, похожими на языки пламени. Протянешь лапу — и сразу обожжёшься. Обитает она в саду Мстислава на деревьях с молодильными яблоками. Очень уж она их любит. Слёзы её могут исцелить любую хворь или рану. А пение растрогать самое чёрствое сердце.

Петя сам не заметил, как начал погружаться в дрёму, продолжая слушать рассказ кота. Перед его взором сам собой возник замок царя три второго царства, окружённый садом из молодильных яблонь. Он услышал нежный голос и повернулся к его источнику. На высокой яблоне гроздьями висели мелкие золотые яблоки вперемежку с россыпями серебристых цветов. Листва зашуршала. Сначала Петьке показалось, что дерево загорелось. Но вот он смог рассмотреть птицу размером не больше обычной деревенской курицы. Хотя, пожалуй, такое сравнение оскорбило бы эту огненную красавицу...

— Ты спишь что ли?! Я для кого тут распинаюсь, а? Фр-р-р-р!

Петька вздрогнул и проснулся.

— А? Нет, я слушал. Ты про жар-птицу рассказывал. А дальше что?

— Ничего. Я спать.

Баюн потоптался по стволу дерева, демонстративно отвернулся от мальчика и свернулся клубочком.

— Да ладно тебе. Я же слушал.

— Я сплю! Ты мне мешаешь.

Петька вздохнул, поправил длинной палкой дрова, "подкормил" костёр новой порцией и снова улёгся спать. Однако теперь сон не шёл. Ему всё время казалось, что кто-то бродит вокруг лагеря, похрустывая сухим хворостом, шурша травой и листвой. Мальчик себя успокаивал тем, что в случае реальной опасности кот бы точно всполошился. В конце концов это помогло, и Петька погрузился в крепкий сон.

Утром мальчик проснулся первым и... Ничего не понял. Всё, что их окружало вечером, исчезло, укутавшись в молочно-белую пелену. Петька вытянул вперёд руки, но и их не смог рассмотреть. Воздух, холодный, влажный, густой, неприятно оседал на одежде, коже, волосах. Казалось, что и дышать нормально нельзя. Вдох застревал где-то в носу, потом горле и, наконец, отдавался кашлем. В глазах защипало.

— Баюн! — позвал Петька, надеясь, что хоть кот понимает, что происходит.

— Аюшки? — бодро отозвался пушистик.

— Что происходит?

— Ты тумана что ль никогда не видел? Хех!

— Видел, конечно. Только... Апчхиииии! Этот какой-то странный.

— Ну, так ты и не в обычном мире. Сиди, где сидишь. Я на разведку.

Бац! Что-то рядом зашуршало, отдаляясь.

— Баюн? — растерянно позвал мальчик снова, однако кот не ответил.

Петька поджал под себя ноги и некоторое время всматривался в густой туман, но ему быстро стало не по себе. Тогда мальчик зажмурился и начал считать овец, представив, как те перескакивают через забор.

— Бе-е-е-е! — чётко услышал он, досчитав до ста трёх.

— Кажется, перестарался, — буркнул Петька и заменил овец на лошадей. Те и прыгали порезвей и вроде бы молчали. Но недолго.

— Бе-е-е-е! — опять настойчиво раздалось где-то совсем рядом.

Мальчик открыл глаза и попытался осмотреться. Однако туман по-прежнему был слишком густым, чтобы что-то заметить.

— Бе-е-е-е! — голос стал жалобным.

— Блин, — с досадой пробормотал Петька, но всё-таки поднялся и пошёл на голос, медленно, осторожно делая каждый шаг.

По традиции мальчик хорошенько стукнулся коленкой о ствол упавшей берёзы, преградивший ему путь.

— Блин! — теперь уже воскликнул Петька.

— Бе-е-е! — отозвалось уже с надеждой ему из тумана.

— Я очень надеюсь, что ты не жуткое чудище, которое приманит меня и сожрёт! — прокричал мальчик, продолжая осторожно продвигаться к источнику блеянья.

— Нет, с этим точно нужно что-то делать. Мур-р-р, — раздался знакомый голос из тумана.

— С чем? — Петька остановился, пытаясь рассмотреть кота сквозь белую пелену.

— Да вот даже не знаю. То ли надо тебя уже кому-то скормить, чтобы закрыть эту тему. То ли точно кому-то скормить, чтобы ты перестал лезть куда-то, когда сказали сидеть на месте.

— Апчхииии!

— Вот! Видишь? Правду говорю. Мур-р-р.

— Да просто там...

— Коза.

— Что коза?

— В тумане блеет. Возвращайся к лагерю. Переждём туман и вернёмся к реке.

— А коза? Она же на помощь зовёт.

— С чего ты взял? Уже козлиный язык успел изучить? По "бе-е-е-е" даже смог определить, что она тебя на помощь зовёт?

— Почувствовал.

— Ой, ну ты совсем неисправим! Туман рассеется и найдём твою козу.

— А если она ранена? Если в опасности? И если счёт уже на минуты?

— Ну, и иди в туман! Что стоишь? Как заблудишься, меня не зови. Будете на пару блеять в тумане, случайных путников пугать. Мур-р-р!

— Да ну тебя!

Петька всматривался в молочную пелену впереди себя. Кажется, или всё-таки белая дымка стала не такой густой?

— Эй! Ты где? — крикнул он в туман.

— Бе-е-е-е! — ответила ему коза, вроде бы и не так далеко.

Мальчик сделал ещё один шаг, выставив руки вперёд, потом ещё и ещё. Кот же не двинулся с места. Он спокойно наблюдал за Петькой, слегка подёргивая кончиком чёрного хвоста.

Потихоньку, постоянно перекликаясь с козой, мальчик дошёл до потеряшки.

— Белочка! — радостно воскликнул Петя, погладив старую знакомую по голове.

— У тебя уже и козы знакомые здесь есть? — хмыкнул кот из тумана.

— Так это Белочка, коза фермера. Ну, помнишь, который погодометр нам подарил за то, что ты у него всех крыс за ночь переловил.

— Помню-помню.

— Баюн, ты так быстро до нас добрался.

— Ну, так... Я отлично вижу в тумане.

— И ты молчал?

— Сейчас не молчу. Вот, например, коза твоя зацепилась верёвкой за сук дерева над оврагом. Спасать будешь или только погладишь? Верёвочка-то уж совсем натянулась. Хотя, с другой стороны... Ты когда-нибудь ел печёную на углях козлятинку?

— Бе-е-е! — испуганно проблеяла Белочка.

— Он шутит, — быстро проговорил Петька. Руки нащупали верёвку на шее козы, но узел сильно затянулся и совсем не поддавался. Мальчик торопливо полез в рюкзак за ножом.

— А можно было и просто вежливо попросить. Мур-р-р.

Кот подскочил и быстрым движением лапы аккуратно рассёк коготком верёвку, удерживающую козу в ловушке.

— Баюн, а что ж ты сразу так не сделал?

— И это вместо спасибо, да?

— Спасибо, Баюн, — вздохнул Петька.

— Пошли завтракать. Притомился я. Бегал к реке. Ветра пока нет. Мур-р-р.

— А там тоже туман?

— Немного совсем. Может уже и разошёлся, пока мы тут коз спасаем.

— Веди нас на берег. Там и позавтракаем.

Мальчику хотелось поскорее убраться из этого оврага, в котором он продолжал ощущать тревогу.

Баюн, недовольно ворча, вывел Петьку с козой из оврага. Чем выше они поднимались, тем менее густым становился туман, а у Сказочной реки и вовсе распогодилось. На ярко-голубом небе сияло солнышко, лёгкий тёплый ветерок трепал немного отросшие и теперь ещё более непослушные Петькины волосы.

Белочка совсем успокоилась и принялся щипать травку, подёргивая ушами, а Петька направился к реке, намереваясь поскорее выполнить своё обещание.

— Ты куда?

— Звать Премудрого пескаря.

— На пустой желудок? Мур-р-р.

— Сначала дело, — отмахнулся мальчик. — А потом позавтракаем спокойно.

Он зашёл по колено в воду и... А как звать-то? Так кричать или под водой?

— Баюн, а как Василиса позвала пескаря тогда?

— Да кто же её знает? Она же морская царевна всё-таки. У неё свои связи с подводным миром.

Петька посмотрел на спокойно текущую реку, по глади которой скакали солнечные блики. Что же делать? Надо было как-то договориться с пескарём. Но мальчик был уверен, что к этому времени уже давно будет дома, всё решится само собой, без его участия.

Петя огляделся вокруг в поисках подсказки, но Сказочный мир жил своей обычной жизнью, не торопясь помогать мальчику из другого мира выполнить своё обещание.

— Что завис? Пошли завтракать. Мур-р-р. Я на голодный желудок плохо соображаю. Придумаем что-нибудь.

После завтрака Петька отправился купаться, Белочка продолжала поглощать прибрежную траву, а Баюн устроился на солнышке, лениво жмурясь.

— Я думаю, — сладко потянувшись пояснил кот.

Мальчик медленно зашёл в реку, всматриваясь в воду. Он, конечно, не ожидал, что вдруг перед ним возникнет сам Премудрый пескарь, но надеялся, что сможет отыскать какого-то речного жителя, с котором можно будет договориться, как это было в Бушующем море. Однако никто не появился.

Петька лениво наплавался и понуро вышел из воды. Он привык к тому, что в этом мире такие проблемы часто решаются сами собой. Раз! И внезапно повезло. Но видимо не в этот раз.

Мальчик уселся погреться под солнечными лучами рядом с котом.

— Ну что, мыслитель? Придумал что-нибудь? — Петька, прикрыв ладонью глаза от солнца, посмотрел на Баюна.

— Придумал, конечно. Плотный завтрак и отдых после него, знаешь ли, творят чудеса. Правда, не со всеми, — большие зелёные глаза злорадно блеснули.

— Да, я понял. Ты умнее меня. Так что делать-то?

Кот встал, потянулся, хорошенько размяв каждую лапку, выпустил и спрятал коготочки, дёрнул хвостом, а затем свернул его в спиральку.

— Рыбу ловить.

— Ты же только поел!

— Фр-р-р! — кот не удостоил его ответом и направился к реке.

Он уселся у самой кромки воды и внимательно всматривался в камушки. Петька махнул рукой и улёгся на траве, зажмурив глаза, чтобы защитить их от яркого солнца.

Кот напрягся, немного приподнялся, протянув правую лапу вперёд. Бросок! И в зубах у него уже трепыхалась большая рыбина. Баюн тряхнул головой и выбросил добычу на берег.

— Отпусти меня, пушистый монстр, я тебе ещё пригожусь, — взмолилась рыбина, широко открывая рот.

— Пригодишься, пригодишься, — буркнул кот и, размашисто подёргивая хвостом, вернулся к мальчику.

— Иди договаривайся. Не всё же мне самому делать.

И Баюн улёгся на прежнее место, подставив мордочку солнышку, довольно жмурясь. Петька посмотрел на кота, потом на рыбину.

— Она тоже говорит что ли?

— Конечно, говорит. Я же не простую рыбу выловил.

— Отпустите меня, пушистый монстр и мальчик. Я вам добрую службу сослужу. У меня детки мал мала меньше.

— Да ладно тебе. Какие детки? Можно подумать, вы, рыбы, с ними нянькаться будете. Икру метнула и была такова. Мур-р-р. А дальше кто выжил — тот и молодец.

— Я и не про своих деток. Нянькой работаю у водяного здешнего, Макара. Сами понимаете, не последняя здесь рыбёшка. Малышня вон на мелководье резвится. А вот если погубите меня, оставите детишек в опасности, то осерчает Его Величество...

Петька бережно поднял рыбину и понёс к воде.

— Отпустим, мы вас, конечно. А вы можете Премудрому пескарю передать, что мы его здесь ждём?

— А это ещё зачем? — всполошилась придворная нянька, резко дёрнувшись. — Погубить старика хотите?

— Нет-нет! — быстро проговорил Петька. — Я ему долг хочу вернуть. Обещал кое-что.

— Точно? — рыбина внимательно посмотрела в глаза мальчика, и Петька кивнул. — Ну, тогда ладно. Передам. Вижу, что у тебя доброе сердце.

Петька выпустил няньку в воду. Он старался разглядеть маленьких водяных, но так и не смог. Рыбина ударила хвостом по воде и была такова.

Теперь оставалось только ждать и надеяться на то, что нянька не обманула, и скоро Премудрый пескарь и правда приплывёт за зельем.

Глава 4. Задержка в три седьмом

— Я вот знаешь, что подумал, — широко зевнув, проговорил кот, когда солнце зависло высоко над рекой. — Надо было бросить пузырёк в воду ещё вчера. И не торчать тут столько времени.

— Вот ещё! Раз обещал, значит нужно отдать. А так неизвестно к кому зелье может попасть. Или тупо разобьётся-разольётся. Нет уж!

— Вечно ты хорошие идеи отметаешь! — Баюн дёрнул хвостом. — А сам ничего дельного предложить не можешь.

— Я слово своё держу, — нахмурился Петька.

— Держишь, говоришь? Ну, так пошли в три первое. Спасать оленёнка и другие статуи, а? — кот недобро сощурился. — Что? Нет? Не пойдём? Фр-р-р-р! А я так и знал.

Мальчик отвернулся от кота, а затем и вовсе встал и пошёл собирать хворост. Не потому, что его задели слова Баюна, а потому что если пескарь не появится до вечера, нужно подготовиться к ночёвке. Да и кот может наловить рыбы. Не придворной какой, а обычной. Тогда костёр точно пригодится.

Но и помощник Бабы Яги на самом деле был прав. Петька старался не думать про обещание, данное в замке Снежной Королевы. И тут мальчика осенило. Посох! Если он сможет его починить, найти недостающую деталь, то тогда обретёт силу, волшебство. Вот выход, который поможет не только домой вернуться, но и прийти на выручку тем, кому эта помощь нужна. А что он может сделать сейчас? Да ничего. Только себя загубит в этом три первом.

Успокоившись и набрав хвороста, Петька вернулся в лагерь. Теперь, когда совесть его притихла, приняв логический компромисс, он ощутил подъём настроения.

Кот снова сидел у кромки воды — видимо, проголодался и решил-таки порыбачить. Мальчик сложил хворост и отправился за новой порцией. От печёной рыбки он бы совсем сейчас не отказался. Пироги от Яги и Людмилы успели надоесть, хоть и были очень вкусными.

Баюн и правда наловил рыбы. В этот раз совершенно обычной. Путники пообедали, и кот улёгся спать, а Петька сел на берегу, погрузив ноги в прохладную воду.

Мальчик вспомнил, как совсем недавно он купался здесь с Василисой, ещё не зная, что она не простая девчонка, а дочка Морского царя. А кажется, что это было уже очень давно.

Внезапно вода напротив мальчика закипела, и из неё появилась огромная рыбная голова.

— Премудрый пескарь! — обрадовался Петька.

— Мне передали, что ты искал меня, мальчик, — прогудела рыбина.

— Да-да, — кивнул гость сказки. — Я принёс вам зелье, которое поможет плавать в морской воде.

— Неужели? Ты всё-таки сдержал своё обещание, — голова Премудрого пескаря на секунду погрузилась в воду и снова всплыла. Тёмно-зелёный хвост ударил по воде, взметнув брызги.

— Конечно, сдержал. Я сейчас.

Мальчик что было сил бросился к рюкзаку, достал пузатую бутылку и побежал к реке. От шороха и суеты в лагере проснулся Баюн. Он сонно посмотрел на мальчика, потом на берег и, заметив речное чудище, неторопливо посеменил к воде.

— Вот, — Петька протянул склянку пескарю.

Рыбина гулко захохотала, взбаламутив воду.

— И как я по-твоему его выпью? Проглочу бутылку целиком?

— Ой, и правда.

Мальчик открыл бутылку и зашёл в воду. Премудрый пескарь раззявил огромную пасть, и Петьку чуть не засосало в неё течением. Еле устояв на ногах, он быстро выплеснул зелье рыбине на язык, крепко ухватившись одной рукой за плавник.

Премудрый пескарь закрыл пасть и снова открыл, причмокнул. Петька вовремя успел убраться от речного чудища, чтобы его не затащило в беззубый рыбий рот.

— Вроде бы ничего не изменилось, — прогудел пескарь и строго посмотрел на мальчишку выпученными глазами. — А ты меня не обманул?

— Нет. Я, когда пил зелье для дыхания под водой, тоже ничего не почувствовал. Не парьтесь. Плывите в море и исполняйте свою мечту, — Петька улыбнулся.

— Ну, ладно, — рыбина нырнула, но через минуту большая голова чудища снова появилась над водой. — А тебя не нужно на тот берег переправить? Я могу, пока не уплыл.

— Нет, в этот раз мне туда не надо. Во всяком случае пока.

— А вот если допустим надо будет. То что посоветуете? Мур-р-р, — встрял в разговор Баюн. — Вас-то уже здесь не будет.

— Хм, — рыбина закатила глаза к небу и некоторое время молча пускала пузыри, широко открывая рот. — Постройте мост или лодку. Не всё же зверьё всякое эксплуатировать. А вылавливать и шантажировать — совсем не дело.

Премудрый пескарь строго посмотрел на мальчика, и Петька покраснел.

— Это не я. Это он.

— Жизнь, знаете ли, нынче тяжёлая. Выживаем, как можем. Мур-р-р.

Рыбина не ответила, нырнула в воду и была такова. Только метрах в ста ниже по течению ударил по воде большой хвост.

— Фр-р-р! Тоже мне! Надо было ему зелье подменить. Ишь какой! — недовольно проворчал кот.

— Да ладно тебе. Прав же он. Некрасиво ты с этой рыбой-нянькой.

— Ой, ли! А сам-то чего тогда ничего не сделал? А? — Баюн развернулся и, дёрнув хвостом, направился к своему нагретому местечку.

— И то правда, — вздохнул Петька.

Мальчик медленно побрёл к лагерю, чувствуя облегчение от того, что хоть одно обещание ему удалось выполнить.

— Ну, что? Теперь в пещеры?

— В пещеры, — кивнул Петя.

— Бе-е-е-е! — Белочка перестала щипать траву и подошла к Петьке. Она уткнулась лбом в его коленку и немного потёрлась о неё мягкой шёрсткой.

— Я и забыл про тебя, — улыбнулся мальчик и принялся чесать голову козе. — Сначала нужно зайти на ферму и вернуть Белочку домой.

— Это хорошо, — кивнул кот. — Может, нас наградят снова корзиной еды? Хотя коза наверняка стоит дороже. Мы же не только её приведём. Но и жизнь животинке спасли. Вернее я спас.

— Кто о чём, — усмехнулся Петька.

Путники собрались и покинули берег Сказочной реки. Теперь оставалось лишь вернуть Белочку домой. ["И никуда не вляпаться мальчишке. Мур-р-р" (примечание Баюна).]

— Пройдём через город или в обход? — хихикнул кот.

— Лучше в обход.

— А что так? Уже не хочешь на ярмарку поглазеть? Новое увидеть? Проникнуться атмосферой сказки? — с каждой новой фразой Баюн всё с большей издёвкой смотрел на спутника.

— Ваша сказка у меня уже вот где сидит, — Петька провел ребром ладони по шее.

— Хех! — кот нырнул под ноги мальчику, тот споткнулся и чуть не упал.

— Баюн! — укоризненно воскликнул мальчик.

— Аюшки? — нахал сверкнул зелёными глазами на спутника и тут же нырнул в кусты.

Фермер встретил гостей приветливо, а как только увидел свою потеряшку, так обрадовался, что потребовал от путников остаться у него хотя бы на один день.

— И отказа я не принимаю! — категорично заявил бородач, заметив, что Петька не решается согласиться. — Всё-таки вы мою Белочку домой вернули. Я уж думал, что она сгинула совсем. У нас много животинки пропадает в окрестностях, видать, лиходей какой-то промышляет.

— Так чего она шастает по царству? Мур-р-р. Запереть в сарае — и никуда ваша Белочка не денется.

— У меня все козочки и коровки спокойно на лугу пасутся, а эта, егоза, всё ей на месте не сидится! Запирал я, а она всё сбегает и сбегает. И ведь как-то через забор перебирается. Хватишься вечером — а Белочки уже и нет.

— Бе-е-е-е! — прокричала козочка и тут же куда-то ускакала.

— Вот что ты с ней делать будешь? — засмеялся мужчина. — Проходите в дом, я вас накормлю, напою и, если всё же останетесь, спать уложу.

— Я бы не отказался. Всё-таки перед важными делами и сил набраться бы не мешало. Не правда ли, Пётр?

— До завтра можно остаться, — нехотя кивнул мальчик, соглашаясь не из-за кота, а чтобы не расстраивать гостеприимного хозяина.

Бородач быстро поднялся по ярко-оранжевым деревянным ступенькам к развевающейся на ветру жёлтой шторке, висевшей в двёрном проёме.

— Давайте скорее. У нас как раз время обеда, — улыбнулся фермер. — У Маруси уже всё готово.

Петя последовал за мужчиной, а Баюн, обогнав его, взлетел по ступенькам высокими скачками и нырнул за занавеску, счастливо принюхиваясь к вкусным запахам.

Хозяин провёл путников по прохладному каменному полу на кухню. Там у печки порхала невысокая полная женщина, размахивая огромным половником.

— Маруся, у нас гости, — громко проговорил фермер. — Они нашу Белочку нашли.

Женщина повернулась к мальчику и широко улыбнулась, поблагодарив его. Кота, нырнувшего на кухню чуть ли не раньше мужчины, она не заметила.

— Это больше не я, а Баюн спас, — слегка покраснел Петька, улыбнувшись.

— Да, это я, — согласно кивнул кот и запрыгнул на невысокий деревянный стул, бросив взгляд на накрытый стол. — Скромничать не буду, так как всё это пустая трата времени, а мы очень устали и проголодались.

Баюн облизнулся, заметив на столе целое блюдо с печёным мясом, источающим тот самый приятный, манящий аромат.

— О, Баюнчик, — Маруся поправила белую косынку на голове и достала из шкафчика большую глиняную миску. — У меня есть для тебя кое-что особенное, раз уж ты снова наш герой.

Женщина открыла кастрюлю, стоящую на большом сундуке, окунула в неё половник и щедро наполнила миску густой ухой.

Кот довольно жмурился, ожидая угощения, и даже не вспоминал о том, что совершенно не собирался спасать бедную Белочку.

— А ты садись за стол, чего стоишь, — хозяйка посмотрела на Петьку, и тот торопливо выдвинул стул из-под стола и уселся на него.

— Меня Тихон зовут, — мужчина вытащил из печки большой чугунок и поставил его на деревянную подставку рядом с ухой. — В прошлый раз мы даже познакомиться не успели.

— А я Петя.

— Ты не из наших мест? — Маруся пододвинула табуретку к стулу кота и поставила на неё миску с ухой, а затем принялась наливать следующую порцию.

— Нет, я из обычного мира.

Женщина задумчиво кивнула и поставила миску с супом перед мальчиком.

— Они останутся у нас до утра, — сообщил Тихон, вылавливая деревянной ложкой небольшие горячие картофелины в мундире из чугунка и перекладывая их в небольшой металлический тазик.

— Могут оставаться столько, сколько нужно, — проговорила Маруся. — У нас места много. Да и от помощи не откажемся.

— Спасибо, но нам нужно спешить.

— Но до утра мы с удовольствием останемся. Мур-р-р.

— Я приготовлю вам с собой еды. Обязательно заберите, — жена фермера осмотрела мальчика. — Тебе, может, одежонка какая нужна? Я могу быстро шить и вязать.

— Нет, спасибо, — пробормотал Петька.

Эта женщина, окружившая его заботой, очень сильно напомнила мальчику о его маме. Он почувствовал, что в глазах защипало, а в груди стал разрастаться неприятный комок. Если бы он был сейчас один, то скорее всего не сдержал бы слёз. Однако реветь, как маленький, рядом с фермерами и тем более Баюном, Петя не собирался. Кот так потом совсем засмеёт.

— Знаешь, ты всегда можешь прийти к нам, — медленно проговорила Маруся.

— Я понял, спасибо. Возможно, мы ещё заглянем.

— Наверняка. Царств-то всего десять. Хотя нет, девять. К Амосу мы никогда не пойдём. А в три седьмое так мы постоянно возвращаемся. Ему здесь будто бы мёдом намазано. Мур-р-р.

— Я имела в виду, что ты можешь прийти к нам навсегда. У нас нет своих детей...

— У меня есть родители! — вспыхнул Петька. — И я вернусь к ним домой!

— Конечно-конечно, — виновато улыбнулась женщина. — Но если вдруг... не получится. Ты можешь... Нет, мы не заменим тебе родителей. Мы совсем не собираемся... Это невозможно...

— Марусь, он тебя понял, — вмешался Тихон. — Давайте уже обедать.

После еды Баюн ушёл осматривать ферму, чтобы проверить, не пришли ли какие грызуны и вредители, а Петька предложил помощь Тихону.

— Не откажусь, — улыбнулся бородач. — Нам здесь лишние руки никогда не помешают.

Мужчина привёл мальчика к большому сараю, в котором сильно пахло навозом и молоком. С непривычки Петька закашлялся, в глазах защипало. Он хотел зажать нос пальцами, но побоялся обидеть фермера, который, казалось, вовсе не замечал неприятной вони.

— Вот, возьми, — Тихон протянул помощнику такие же вилы, как и те, что уже зажал в правой руке. — Маруська-то хотела вас спать уже отправить, чтобы отдохнули с дороги. Однако лучший отдых — это смена деятельности.

— Согласен, — Петька схватился за гладкую деревянную ручку и, посмотрев на движения фермера, принялся вычищать загон коров.

— А я тебе ещё и заплачу за работу.

— Круто! — улыбнулся мальчик.

На самом деле в душе у него сейчас боролись два желания: поскорее разделаться с походом за книгой и отсрочить это опасное мероприятие. Петя боролся с искушением остаться на ферме подольше, чтобы какое-то время быть занятым и сделать паузу от приключений, однако он боялся, что тогда даст слабину и перестанет бороться, привыкнет к этому миру, адаптируется и останется навсегда.

— Ты не серчай на Марусю, — Тихон сделал паузу и встал, опираясь на вилы.

— За что? — Петька увлёкся своими мыслями и немного выпал из беседы.

— За её предложение. Она не хотела ничего дурного. Ты извини, что скажу прямо, как есть. Но в ваш мир ещё не смог вернуться ни один ребёнок.

— Откуда вы знаете? — раздражённо спросил Петя. — Может быть, кто-то нашёл способ, но об этом никто не знает, или просто не говорят.

— Всё возможно, — кивнул фермер. — Но если ты решишь остаться с нами, то мы рады будем.

— Я домой хочу.

— Однажды ты сможешь принять, что...

— Я найду способ, — упрямо проговорил Петька.

Бородач замолчал, не зная, что ещё сказать и как достучаться до этого мальчика, помочь ему смириться и начать новую жизнь. Он и его жена с радостью приняли бы его в свою семью, однако Пете этого было совсем не нужно.

Вечером уставший и грязный Петя намылся в бане, поужинал с фермерами и отправился спать на сеновал. Маруся пыталась уговорить его остаться в доме, но мальчик категорически отказался. Ему не хотелось дать себе повод расслабиться и привыкнуть к этому месту.

Баюн к ужину не явился, разбираясь с местными мышами и крысами. Петька надеялся, что утром кот тоже не придёт, и тогда можно будет с чистой совестью задержаться на ферме до его возвращения.

Однако Баюн появился под утро, сытый и довольный. Он принялся разгребать сено рядом с мальчиком, чтобы устроиться поудобней, и разбудил Петю.

— Ты чего? — сонно пробормотал мальчик, когда большой пушистый хвост ударил его по носу.

— Спать ложусь. После тяжких трудов, между прочим.

Кот с шорохом упал в сено, раскинув в стороны лапы и хвост.

— Объелся что ли? — Петька зевнул.

— Да я, знаешь, сколько крыс перебил?! — обиженно воскликнул Баюн. Кончик его хвоста возмущённо задрожал, будто погремушка у гремучей змеи. — Огромных! Как на дрожжах здесь растут.

— Ты же в прошлый раз всех переловил.

Мальчик перевернулся на другой бок, надеясь, что быстро сможет уснуть. Нужно встать рано, поэтому ему хотелось хорошенько выспаться.

— Так новые набежали. Тут им раздолье, а кота своего нет. Не порядок... Я кое-что слышал, краем уха.

— Что?

— Маруся эта... Оставить тебя здесь что ли вздумала? — кот говорил с возмущением и обидой.

— Вроде да.

— Но ты ведь не останешься?

— Подумаю, — соврал Петя, чтобы подразнить помощника ведьмы.

— Да ты что?!

Сено зашуршало, потрескивая, кот подскочил так резко, что немного провалился в стог и теперь раскидывал траву вокруг себя, отфыркиваясь. Мальчик поборол порыв помочь Баюну выбраться и закрыл глаза, не обращая внимания на барахтанье кота. А тот, выбравшись, продолжил возмущаться:

— Мы тебя не для того перенесли сюда, чтобы ты целыми днями навоз чистил! — Баюн принюхался к руке мальчика и чихнул. — Ну, и запашок от тебя!

— Я был в бане, — спокойно проговорил Петька, даже не открывая глаз.

— Да тебе теперь в речке отмокать неделю нужно, — кот брезгливо дёрнул лапой и перебрался на местечко подальше от мальчика.

Петя уже не слушал своего пушистого друга, крепко уснув. Баюн немного поворчал и тоже задремал, шумно причмокивая в тишине.

Утром Петя решил, что стоит задержаться на ферме, чтобы немного позлить кота, который три дня возмущался, следуя за мальчиком по пятам и убеждая в том, что нужно скорее отправляться в путь.

В конце концов, Баюн победил, потому что Петьке самому наскучило работать на ферме, да и пора бы уже покончить с походом в пещеру.

Глава 5. Немного... Хотя нет. Всё-таки много о три шестом царстве

Когда-то три шестое царство процветало и становилось богаче с каждым днём. И всё это благодаря царю Белояру. Молодой красавец получил трон в восемнадцать лет. С самого раннего детства мальчик проявлял незаурядные способности в экономике и математике. А учителя юного царевича хватались за голову, ведь им порой просто нечему было научить своего подопечного. Мальчик был слишком умён, много читал и схватывал информацию на лету.

Когда Белояру исполнилось шестнадцать лет, его отец неожиданно скончался от внезапной болезни. Царь Ивар старался править мудро, по справедливости, однако это было не самое удачное время для три шестого царства. Ивару не хватало твёрдости в принятии решений, деловой хватки.

Два года три шестое царство переживало смутное время, ведь кроме Белояра не было прямых наследников трона. Советники рьяно сражались за роль исполняющего обязанности царя, поэтому всячески оттягивали венчание на царство. За это время экономика государства пришла в упадок, народ всё своё время проводил в бунтах на главной площади, подначиваемый то одной стороной, то другой. Начался голод из-за постоянной засухи.

И вот, когда казалось, что три шестое царство на грани вымирания, Белояру исполнилось восемнадцать лет. А значит, по закону три шестого царства, он мог вступить в должность царя. Что юноша и сделал.

И тогда началось золотое время для три шестого царства: Белояр смог в короткое время восстановить экономику своей родины, народ восторженно слушал его, открыв рот.

Молодой царь давал дельные советы по ведению хозяйства крестьянам. Хотя, казалось бы, что может понимать царь в посадке пшена или кормлении коров? А он многое знал и щедро делился информацией с жителями своего государства.

И только одно не давало покоя народу да люду придворному: при царе должна быть царица. Ивар рано овдовел, и многим казалось, что будь царица жива, государь бы пристальней следил за своим здоровьем, не заболел бы и не умер таким молодым. Да и Белояру нужна была мать, не помешали бы братья или сёстры, а это запасные правители, которые могут пригодиться в случае чего. Однако Ивар отказался жениться снова и всё своё время посветил делам государственным, зачастую забывая и про единственного сына.

Царские советники из кожи вон лезли, каждый предлагая Белояру партию повыгодней. Но молодой царь не спешил связывать себя узами брака: жена бы отвлекала его внимание от дел государственной важности. А если ещё и дети появятся? Это сколько же времени тогда будет уходить на семью? Страшно представить!

Белояр не мог этого допустить. Его маниакальная помешанность на постоянном пополнении царской казны не оставляла возможности отвлекаться на что-либо другое.

Сердце царя с возрастом черствело, становясь всё менее эмоциональным.

Через несколько десятилетий процветающее царство, где народ жил пусть и не в роскоши, но в достатке, превратилось в нищее государство. Почему же так случилось? Да потому что казна ломилась от богатств, однако Белояр стал слишком скуп, чтобы тратить деньги на нужды народа.

Теперь всё копилось и складировалось в башнях да подвалах дворца, а что-то вкладывалась в проекты для последующего дохода. Но на жизнь обычного народа шли лишь крохи, которые удавалось буквально выцарапывать у царя.

В начале правления Белояра люди любили его, уважали и почитали. Однако со временем возненавидели.

Изменения в душе Белояра отразились и на его облике. В восемнадцать лет это был рослый, крепкий юноша с медными локонами до плеч. Яркие голубые глаза, нос с орлиным изгибом на круглом лице. Взгляд его был горящим, умным. Когда Белояр заговаривал, всё внимание было приковано к нему: речь молодого царя была увлекающей, завораживающей. Будто горный ручеёк журчал его голос, звеня, гипнотизируя слушателей.

В сорок лет Белояр уже выглядел совсем иначе: медные кудри стали абсолютно седыми, глаза тоже словно выцвели и из ярко-голубых сделались блёклыми, водянисто-серыми.

Фигура крепыша-царя сильно высохла, раньше времени превратив его в тощего старика. Черты вытянувшегося лица заострились, крючковатый нос теперь казался длиннее и тоньше.

Речь Белояра больше не звенела живым ручейком, а напоминала скорее звук треска старого дерева, раскачивающегося под порывами ветра: скрипящая, отрывистая.

И вот в три шестом царстве всё шло своим чередом год за годом. Народ роптал, а царь на это плевал. Белояру уже было неинтересно развивать государство — накопительство стало его единственной целью.

Спал царь всего два часа в сутки, остальное время он занимался указами для приумножения своих богатств, расчётами и пересчётами.

А ночью, когда все кроме охраны и дозорных засыпали, Белояр отправлялся в одну из башен казны или в подвал, где хранились сокровища, не боявшиеся влаги и прохлады. Царь брал с собой фонарь и несколько свечей к нему.

Так и проводил Белояр ночи напролёт со своими сокровищами. Ходили слухи, что всё это время царь пересчитывал богатства, проверяя, не пропало ли что. А уж горе было тем, кого заподозрит Белояр в краже! Казнь неминуемая грозила преступнику, покусившемуся на царскую казну.

Когда Белояру исполнилось сорок три года, он решил поднять налоги в очередной раз. Однако один из советников, хоть и боясь гнева царя, всё же не выдержал:

— Ваше высочество, наш народ еле сводит концы с концами. В царстве голод. Многие бегут к соседям.

Но Белояр сурово свёл седые брови.

— Молчи, советник! Я царь! И я знаю, что делаю.

Однако до правителя давно доходили слухи, что дела обстоят плохо за порогом дворца. Нет, Белояра совсем не беспокоила жизнь обычного люда. А вот то, что это влияло на прибыль государственный казны, его напрягало. Поэтому царь решил проехаться по три шестому, вдохновить как в былые времена крестьян да ремесленников.

Скрепя сердце покидал Белояр царскую казну, но он твёрдо убедил себя, что так будет лучше, оставил надёжную защиту.

И вот три повозки отправились в путь. В середине — царская, впереди и позади — охраны. Мало ли что, вдруг кто захочет сравнять счёты с жадным ненавистным царём.

Долго ли, коротко ли колесил Белояр по три шестому царству, но не удавалось ему задуманное: не желал слушать его народ и уж тем более вдохновляться. Везде встречали царя крики недовольных, претензии, бунт. Несколько раз потерявшие страх от отчаянья люди даже пытались закидать царя камнями, однако тут же были пойманы и отправлены в тюрьмы. Государь посчитал, что выгодней сделать их пожизненными рабами при дворце, чем просто казнить.

Когда разгневанный Белояр уже собирался заканчивать своё путешествие, правительственный караван прибыл в деревеньку Плуталово на окраине три шестого царства. Если в других местах царя встречали шумно, громко выражая своё недовольство, то здесь правителя встретила тишина. Никто даже не вышел навстречу Белояру. Только собаки лаяли из-за заборов по мере продвижения царского кортежа.

Повозки остановились на небольшой площадке у реки. Здесь царская охрана стала обустраивать лагерь: поставили палатки, наскоро сколачивали трибуны для выступления государя перед народом.

Белояр озабоченно бродил вдоль берега реки. Странная деревня, очень. Совсем не укладывалась в устоявшиеся рамки этой поездки. Где все люди? Где народ?

Внезапно, среди тишины, царь услышан звонкие женские голоса, сплетающиеся в песню. Белояр ускорил шаг, и вот он уже пробирается сквозь прибрежные кусты. Листва шуршала, выдавая присутствие правителя, но девушки, увлечённые пением, так и не заметили, что за ними кто-то следит.

На берегу реки, громко напевая, стирали три жительницы Плуталово. Одна, темноволосая, с длинной косой, бойко трепала длинную простыню в воде.

— Ох, ты реченька, река,

Путь твой дальний долог.

На крутые бережка,

Полетит мой голубь.

Весть несёт он для того,

Кто любим сердечку.

Слов, что ранят завитки,

В ленточке колечко.

"Ты прости меня, прости, —

Я в слезах писала, —

Что теперь не по пути,

Другого повстречала".

Ох, ты реченька, река,

Путь твой дальний долог.

И с крутого бережка,

Прилетит мой голубь.

Весть несёт он от того,

Кто любим сердечку.

"Не забуду о тебе,

Буду ждать я вечно".

Ох, ты реченька, река,

Путь твой дальний долог.

На крутые бережка,

Падал камнем голубь.

Не спасло письмо того,

Кто любим сердечку.

Чародей пирует злой,

На дне реки колечко.

Девушки отжали простыню и сложили в корзину. Белояр не спускал глаз с бойкой девушки, поющей звонким голоском. Он уже давно воспринимал людей, как нечто безликое, сливающееся в единую серую массу. Царь даже не утруждал себя запоминанием имён людей или их внешности. Это были просто единицы, шестерёнки, выполняющие свои функции или вредящие, в случае поломки.

Однако эта девушка каким-то образом выделилась из этого серого марева, обрела цвет. Так и смотрел Белояр из кустов на крестьянок, стирающих в прохладной, шумящей, звенящей реке. Фоном для него звучали их песни, он и не слышал их, лишь голос темноволосой незнакомки пульсировал в его висках.

Даже годы спустя, Белояр так и не смог себе объяснить, чем зацепила его эта девушка. Но именно в этот момент судьба три шестого царства решилась и пошла по иному пути, сойдя с привычной колеи.

Белояр вернулся в лагерь, и, пока советники и охрана гадали о том, обитаема ли эта деревня, царь молчаливо удалился в свою палатку.

Через несколько часов от деревни послышался шум, гул голосов, радостные крики и смех. Белояр вышел из палатки и увидел, как люди потоком прибывали в деревню. Никто из них не шёл с пустыми руками. Все что-то да несли. Одни косы, другие мешки, третьи сено... Даже дети тащили небольшие узелки, пучки сена или маленькие серпы. Рядом с людьми шли животные: коровы, овцы, козы.

Это была странная картина, учитывая, что во всём королевстве царили разруха и отчаянье. Люди отказывались работать на жадного царя-самодура, который всё равно отнимет всё до последней крохи. А здесь все были заняты своими делами, и никому не было дела до того, что государь приехал. Белояр даже засомневался, не перешел ли он незаметно для себя границу? Может быть, это жители три седьмого царства?

Люди разбрелись по своим дворам, не обратив никакого внимания на лагерь у реки. Деревня ожила: радостно лаяли собаки, слышались голоса, из труб повалил дым — затопили печи.

Белояр сурово сдвинул седые брови, сложил руки на груди и встал у трибуны. Низенький, круглый советник подбежал к тяжёлому колоколу и что есть мочи ударил по золотистой поверхности — раздался глубокий низкий гул.

На миг всё тревожно замерло — и вот уже жители Плуталово высыпали в испуге на улицы. Здесь привыкли, что звон колокола никогда не несет хороших новостей.

Несколько людей из кортежа пробежали по улицам деревни, разнося новость: царь объявил сбор у реки.

Настороженно перешептываясь, жители деревни неторопливо потянулись к берегу.

Белояр ждал, всматриваясь с небольшого возвышения в толпу. Он искал темноволосую девушку с длинной косой. Несколько раз ему показалось, что мелькнул её ярко-синий сарафан, но образ тут же терялся.

Три советника исподтишка поглядывали на царя, по-своему расценив его ищущий взгляд: казалось, что вот-вот Белояра прорвёт и последуют жёсткие наказания. Но пока правитель молчал.

Народ собрался, и сотни глаз выжидающе уставились на царя.

— Гхм, — Белояр то ли хмыкнул, то ли проверил на месте ли его голос. Неуверенность была ему чужда, но в горле вдруг пересохло. Всё-таки странная эта деревня. — Изволю сообщить вам, народ мой, что ввиду последних событий в экономической обстановке, по причине надвигшегося на нас в прошлом году кризиса, всем нам стоит затянуть пояса и проявить терпение...

В толпе послышался недовольный ропот, охрана царя напряглась и принялась незаметными шажками продвигаться ближе к людям, чтобы в случае чего оттеснить бунтующих от Белояра.

— В связи с чем в этом году нам придётся поднять налоги на десять процентов, — продолжил царь. Правитель сделал паузу и окинул жителей Плуталово многозначительным взглядом.

Толпа тихо загудела, словно пчелиный рой, но никто не решался громко выказать недовольство. Люди посматривали на охрану у трибун, будто прикидывая что-то в уме, осторожно переговариваясь.

Вдруг с одной стороны появилось какое-то шевеление в толпе: мелькнул ярко-синий сарафан, и вперёд вышла высокая темноволосая девушка лет восемнадцати — двадцати. Она поправила длинную косу. На очень светлой коже лица выступил яркий румянец, карие глаза с вызовом смотрели на правителя.

— А из чего, царь-батюшка, платить нам в казну твою? В нашей деревне монетного звона отродясь слышно не было. У всех урожай да скотинка. С этого и отдаем семьдесят частей от ста в казну царскую. А ежели мы будем отдавать ещё десять частей, то чем же нам деток кормить, как запасы на зиму делать?

Толпа одобряюще загудела, но пока не особо громко: жители деревни выжидающе посматривали на царя.

— Варвара, дочка, не надо, — тихо прошептала пробравшаяся сквозь толпу женщина. Она схватила девушку за рукав белой рубашки и умоляюще смотрела то на неё, то на государя.

Охранники приготовились схватить дерзкую селянку. Но царь молчал.

Кортеж царя вернулся в замок в молчании. Белояр всю дорогу задумчиво смотрел в окно, словно принимая какое-то решение. Маленький круглый советник Борислав, ехавший с ним в карете, старался не смотреть на государя, дабы не вызвать его гнев ненароком. Таким своего правителя люди ещё не видели.

Через три дня Белояр вызвал к себе Борислава и потребовал привезти Варвару во дворец.

Советник взял несколько человек из придворной дружины и отправился в деревню Плуталово. В пути повозка подскакивала и пробуксовывала, увязая в грязи: недавно прошли сильные дожди, и дороги три шестого царства превратились в грязевое месиво.

— Смотрите-ка, решил он всё ж наказать девчонку, — хмыкнул Борислав. — И что, спрашивается, мы её сразу не забрали? Теперь вот ехать за ней сколько!

Дружинники усмехнулись. Конечно, Борислав ненавидел куда-то ездить: в пути его всегда порядком укачивало, а на такой дороге он совсем плошал, поэтому приходилось останавливаться чуть ли не каждые пять минут.

— Какая честь-то ей, — продолжал ворчать Борислав. — Всех сразу под белы рученьки да в темницу иль на работу чёрную. А этой отдельную повозку.

С тревогой встретили в Плуталово царский отряд. Борислав остался в повозке, он сидел, нахохлившись, недовольно посматривая на перешёптывающихся жителей деревни. Была бы его воля, он бы всех хорошенько пуганул: как-то неправильно встречали они придворных людей, не оказывали им соответствующие званию почести.

Дружинники вывели девушку из дома. На ней был тёмно-зеленый сарафан, и такая же лента вплетена в косу. За Варварой, рыдая, выбежала мать, девушка повернулась к ней и что-то быстро сказала. Заплаканная женщина прижалась к дверному косяку и, беззвучно шевеля губами, провожала взглядом дочь. В три шестом царстве это значило прощание навсегда.

Варвару привезли во дворец. Девушка приготовилась к тому, что её отправят в темницу, однако дружинники почему-то передали пленницу полной пожилой женщине с огромной связкой ключей.

— Меня зовут Людмила, — тихо проговорила старушка. — Я придворная ключница. Если тебе что-то понадобится, обращайся ко мне.

— Хорошо, — Варвара с удивлением посмотрела на Людмилу. Аккуратная старушка с добродушной улыбкой как-то не вписывалась в мрачноватую атмосферу дворца. Да и на сурового стражника совсем не тянула.

Ключница повела девушку по плохо освещённым коридорам на третий этаж. Вдоль каменной лестницы факелов не было, они висели только в нишах между пролетами, поэтому идти нужно было очень осторожно, старательно ощупывая ногой каждую ступеньку, прежде чем сделать шаг. Некоторые плиты лестницы были сильно побиты или даже раскрошены, словно на них постоянно роняли наковальни.

Ещё больше Варвара удивилась, что привела её Людмила не в темницу и даже не к работникам, выполняющим самую грязную и тяжёлую работу, как должно было быть, а во вполне обычную комнату. Уютом, конечно же, здесь и не пахло, но и не тюрьма всё-таки. Кровать, небольшой деревянный стол, стул, массивный шкаф. На столе стоял кувшин с водой и лежал кусок хлеба на скомканной бумаге. Людмила ушла, пожелав Варваре спокойной ночи.

— А всё пока не так уж и плохо, — вздохнула девушка и села на кровать.

Однако на сердце Варвары было тревожно от неизвестности. Почему Белояр не поступил с ней так же, как с остальными, посмевшими сказать ему слово супротив царской воли?

Глава 6. Жертвы ради любви

На следующее утро Людмила пришла за Варварой и повела её на встречу к Белояру.

При дневном свете дворец уже не выглядел таким мрачным: из множества окон пробивались солнечные лучи, в которых клубилась, поблёскивая, пыль. Потрескавшиеся каменные стены, местами покрытые мхом, казались спокойными и величественными. Хотя в целом создавалось впечатление, что место скорее заброшено, чем обитаемо.

Однако шум придворного люда и незначительные мелочи: запах кислых щей из кухни, стук топора о дерево со двора, лай собаки... — всё это наполняло запущенный дворец жизнью.

Людмила подвела Варвару к высокой двери и остановилась. Старушка деловито поправила пышную причёску, придирчиво осмотрела девушку, расправила у неё воротничок на блузке, пригладила, как ей показалось, складку на сарафане.

— Ну, с Богом, деточка, — Людмила глубоко вдохнула и, открыв тяжелую дверь, подтолкнула Варвару ко входу.

Девушка резко влетела в незнакомое помещение, а старушка резво закрыла за ней дверь.

Варвара в нерешительности замерла у порога. Перед ней был огромный зал с большим длинным столом. Когда-то здесь проходили щедрые пиры да балы богатые. Сейчас же просторное помещение было неприятно пустынным. Громоздкий стол укрывало когда-то яркое покрывало, расшитое золотом. Теперь ткань выцвела, местами истрепалась до дыр, а золотистый узор потускнел то ли от времени, то ли от пыли.

За столом в обшарпанном троне сидел лишь один человек — никто иной как его Величество царь Белояр. Худощавая фигура сгорблена, презрительный бесцветный взгляд направлен на манную кашу в большой миске.

Белояр поднял глаза и заметил вошедшую — фигура его сразу выпрямилась, черты лица слегка разгладились. Царь привстал и указал на место напротив него. Там уже стояла тарелка с кашей, а рядом — ложка и пустая чашка.

— Присаживайся, Варвара, — немного поскрипывая, проговорил царь.

Девушка вздрогнула от странного звучания такого привычного имени: в устах царя имя Варвара прозвучало как-то грубовато, каркающе, неприятно резанув слух.

Но всё же, под пристальным взглядом царя, то ли пленница, то ли гостья, нерешительно направилась к столу.

"Может быть, он хочет отравить меня манной кашей?", — неожиданно проскочила мысль в голове Варвары. Она села за стол, с подозрением окинула взглядом подзастывшее месиво в миске.

Белояр ковырнул кашу, помешал, придирчиво всматриваясь в консистенцию. Затем, сделав для себя выводы, вздохнул и отправил ложку каши в рот. В этот раз повар не будет наказан: каша в меру жидкая, в меру густая и без комков.

На столе стояло два самовара: один золотистый, хорошо начищенный, около царя, и один тусклый, словно только что вытащенный из кладовки, около Варвары.

Белояр налил себе чая, так же с подозрением некоторое время в него всматривался, затем отхлебнул. Заметив, что девушка гипнотизирует кашу взглядом, но ни к чему не прикасается, царь решил проявить гостеприимство:

— Ешь, она не отправлена, чай тоже хороший. У меня всю еду и напитки сначала проверяют на поварах.

Однако девушку почему-то не успокоила эта информация. Белояру даже показалось, будто ей стало ещё более неуютно, хотя Варвара всё же попробовала кашу и потянулась к самовару.

"Интересно, — подумала девушка, — а проверяют только царскую пищу или мою тоже?".

Завтрак прошёл преимущественно в тишине. Белояр ел медленно и вдумчиво, отхлёбывая чай, долго перекатывал горячий напиток во рту, словно дегустатор. Варвара чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому скорее делала вид, что ела. В основном она пила безвкусный, на её взгляд, напиток.

Наконец Белояр отодвинул пустую миску и чашку. Он пристально посмотрел на Варвару, от чего та, испугавшись, подавилась чаем и закашлялась.

Царь вскочил с трона, подошёл к большому окну, несколько раз прошёл вдоль него туда-сюда, остановился, беззвучно пошевелил губами, сделал ещё несколько шагов, поднял правую руку, что-то пересчитал на пальцах и повернулся к Варваре.

— Имею честь предложить тебе вступление в брак с... Моим Величеством, — выпалил царь и внимательно уставился на девушку.

Рука Варвары с чашкой замерла. Вот это поворот! Она смотрела на Белояра, стараясь собрать разбегающиеся в панике мысли в кучку. Пожалуй, так в три шестом царстве ещё точно никого не наказывали!

— М-м-м... — Варвара попыталась начать что-то говорить, в расчёте на то, что в процессе слова сами придут. Но нет, они убежали вдогонку за мыслями.

Белояр принял мычание девушки за согласие. Да и как тут можно отказаться в здравом уме?

— Но... я не могу, — наконец смогла выговорить Варвара.

Царь засомневался в здравии разума избранницы. Впрочем, может быть, она просто сошла с ума от счастья? Не каждый же день цари предлагают руку, сердце и полцарства в придачу? Хотя нет, полцарства Белояр вряд ли бы смог добровольно отдать.

— Отчего? — Белояр приподнял кустистую бровь.

— Я... — Варвара хотела что-то сказать, но вдруг осеклась.

Белояр вплотную подошёл к девушке, нагнувшись, пристально посмотрел в глаза.

— Да? — царь словно пытался вытянуть взглядом правду. На самом деле он уже порядком злился. Да как эта девчонка смеет? Варвара должна быть благодарна, что ещё жива, а она позволяет себе отказываться от брака с самим царём!

— Да ты себя в зеркале видел? — вдруг сердито выкрикнула Варвара. — Я молода и красива. А ты сухой страшный старикашка. Как я могу быть твоей женой?

Белояр позеленел, глаза его налились гневом. Царь резко разогнулся, толкнул стол, развернулся и вышел из зала. Он что-то крикнул кому-то в коридоре, но Варвара не расслышала слов.

Девушка осталась одна в огромном зале. У Белояра не хватило сил перевернуть огромный тяжёлый стол, но всё, что на нём стояло, разлетелось в беспорядке по скатерти.

В зал влетела бледная Людмила, нервно перебирающая в руках связку ключей. Старушка, стараясь не смотреть в лицо Варваре, схватила девушку за руку и потянула куда-то.

Ключница двигалась довольно быстро для своего возраста и комплекции. И Людмила, и Варвара молчали. Девушка заметила, что идут они совсем не тем путём, которым пришли в зал.

Сначала Людмила петляла какими-то мрачными, холодными коридорами. Они то спускались, то поднимались, а потом вышли к узкой винтовой лестнице, ведущей куда-то вверх. Старушка тяжко вздохнула, приподняла подол длинного платья и кряхтя начала карабкаться по крутой лестнице. Варвара покорно следовала за спутницей.

Ступеньки были достаточно высокими, сама лестница лихо извивалась в узком пространстве. Через каждые несколько метров тлели небольшие факелы, однако света от них было ничтожно мало. Привычная ключница, хоть и тяжело дыша, но всё-таки упорно ползла вверх, без каких-либо запинок, а вот Варвара постоянно спотыкалась. Несколько раз она падала, сильно расшибив коленки, однако продолжала следовать за Людмилой.

Но вот женщины вышли на тесную площадку, хорошо освещенную горящим факелом. Людмила начала перебирать связку в поисках нужного ключа, а Варвара уставилась на небольшую железную дверь с коваными узорами и широким засовом. По спине её побежали мурашки плохого предчувствия.

Старушка наконец нашла большой ключ и начала ковыряться в замке. По началу он не поддавался, и ключница проделала какие-то замысловатые движения руками, два раза сильно пнула дверь. Раздалось несколько щелчков, и душка замка раскрылась. Людмила напряглась, отодвинула тяжёлый засов, со скрипом отворила дверь.

— Заходи, — тихо бросила она, не глядя на девушку.

Варвара хотела что-то спросить, но ключница протолкнула девушку в открытую комнату. Дверь снова скрипнула, задвинулся тяжёлый засов, несколько раз щёлкнул замок.

Варвара оказалась в темноте. Лишь в одной из стен было крошечное окошко примерно с ладонь, оттуда и пробивался дневной свет. Осторожно ощупывая путь перед собой, теперь уже точно пленница, двинулась к свету.

Белояр пришёл в ярость и в гневе метался в своём рабочем кабинете. С одной стороны, его бесил сам факт того, что какая-то крестьянская девчонка отказалась от него, самого царя! Да ещё и оскорбить его посмела! С другой стороны, в его материалистическом разуме не могла уложиться мысль, что кто-то может отказаться от такой выгодной партии: брак с царём совершенно изменил бы жизнь этой нищенки.

— И в чём логика её поведения? Это же так глупо, — пытался проанализировать поведение Варвары Белояр.

Прошёл год. Варвара продолжала томиться в башне, а Белояр всё ещё гневался, срываясь на подданных.

Однажды Борислав, удачно увернувшись от летящей в него чернильницы, заметил:

— Ваше Величество, Вам нужно всего лишь найти способ помолодеть, вернуть свою былую красоту. И тогда девчонка перестанет артачиться.

— И как я это сделаю? — грозно поинтересовался царь.

— В три втором царстве есть сад. Там растут молодильные яблоки. Правда, Мстислав редко угощает кого-то ими и уж тем более ни за что не даст их Вам...Сами понимаете, после того случая, как Вы, достопочтенный...

— Да помню я! — неприятно лязгнул в крике голос Белояра.

— Однако у кого-нибудь из чародеев или знати должны быть плоды в запасах. Нужно только выяснить у кого.

— Вот и выясни, — кивнул Белояр, внимательно рассматривая своё отражение в зеркале.

Довольно быстро советники Белояра узнали, что по одному молодильному яблоку есть у нескольких человек. Одно — у Бабы Яги, но та его точно не отдаст, одно — у Серафима, правителя три третьего царства, и последнее у колдуна Амоса из три десятого.

На всякий случай Белояр решил начать с Яги. Вдруг получится договориться? Если всё же нет, тогда к Серафиму можно обратиться. А вот к колдуну отправляться совсем не хотелось: Белояр надеялся, что всё-таки сможет столковаться с Ягой или правителем три третьего царства. Не даром же он годами заключал такие договоры, которые другим царям только снились.

И вот собрал Белояр своих советников, определил, что с ним поедут Борислав да Звездозор, а остальные останутся следить за три шестым царством.

Снова отправился царский кортеж в путешествие, но в этот раз уже за пределы родного государства.

Когда путь Белояра пролегал уже через три девятое царство, случилась непредвиденная остановка. Кортеж неторопливо передвигался по лесной дороге, а Белояр что-то чиркал в свитке, прикидывая различные варианты по договорам. Губы его беззвучно шевелились, время от времени царь размахивал пером.

Вдруг послышалось пение, и повозки резко остановились. От неожиданного торможения царь "вернулся в реальность" и услышал монотонный, тягучий напев:

— Коль долог путь твой, не спеши,

К чему так сильно торопиться?

Остановись, передохни,

В дороге мало ль что случится.

Замедли путь и осмотрись,

Быть может здесь тебе остаться?

На мягку травку опустись

И сонной негой наслаждайся.

Расслабься, веки тяжкие сомкни.

Погаснут звуки, уходя в пучину.

О, путник, друг мой, не спеши,

Ты спишь уже наполовину.

Почти охвачен дрёмой ты,

И путь уже не важен вовсе.

Далёк от праздной суеты,

Дела все можно сделать после...

Пение околдовывало, завораживало: охрана, кучера, советники — все клевали носами. Да что уж там, сам царь тёр сонные глаза. Веки у всех тяжелели, наливаясь усталостью.

Со стороны лошадей послышался молодецкий храп, Борислав и Звездозор тоже задремали, обрушив головы к коленям, словно кланялись перед царём, заранее извиняясь.

Белояр зевнул и повернулся к окну. У повозки убаюкивающе шелестела листва, голова тяжелела, и царь, прикрыв веки, клюнул носом. Неудачно приложившись правительственным челом к окну, Белояр очнулся. Превозмогая сонливость, он поднял потяжелевшие руки к ушам, стараясь защитить их от звуков песни. Колыбельная всё ещё была слышна, но уже приглушённо. Белояр огляделся: нужно было срочно найти что-то, чем можно заткнуть уши, но ничего подходящего, как назло, не попадалось.

Белояр вспомнил, что в его кармане есть носовой платок. Царь одной рукой, как мог, стал пытаться нарыть спасительный кусочек ткани. При этом старался локтями прижимать уши, чтобы хоть как-то уменьшить влияние усыпляющей песни.

А невидимый певец всё надрывался и надрывался, расхваливая преимущества сна перед бодрствованием. И ведь так хотелось поверить, бросить всё и свернуться клубочком, уютно посапывая!

Белояр всё-таки смог извлечь из глубокого царского кармана шикарный, естественно, расшитый золотом, хотя и изрядно застиранный платок.

Но вот незадача: тряпочка одна, а уха два. Не отодвигая прижатых локтевых сгибов от ушей, Белояр стал пытаться разорвать ткань у себя над головой, однако ничего не получилось: слишком совестливо работали ткачи в три шестом царстве. А попробуй профилонить, если в наказание уютную пряльню сменишь на темницу или дворцовый туалет! Так что да, платочек так просто не поддавался. Мысленно пообещав себе казнить прялку, Белояр зажал ткань зубами и что есть сил принялся тянуть её сложенными ладонями.

А неизвестный певец словно издевался, продолжая усыплять царя:

Расслабься, опусти же руки,

Сомкни зерцала, милый друг.

Дай убаюкать тебя звукам,

А отдохнув, продолжишь путь.

Наконец платок поддался, раздался треск рваной ткани, и теперь Белояр радостно запихивал обрывки тряпочки в уши. Ну всё, теперь держись, певец колыбельных!

С размаху царь открыл дверцу своей повозки и выскочил на дорогу. Он кинулся бежать в начало каравана, но там никого не было. Тогда Белояр развернулся и бросился к замыкающей повозке. Однако и там тоже никого не оказалось. Царь озадаченно остановился, раздумывая, а затем принялся ходить по кругу.

Белояр ничего не слышал, поэтому не заметил, как пение резко прекратилось на полуслове, перейдя в хрип, бульканье, а затем смех. Царская охрана и советники тут же проснулись.

Маленький круглый Борислав выкатился из повозки и замер. Он уже в ужасе представил себе, как будет объяснять другим советникам, что случилось с царём. Ведь Белояр бегал по кругу, спотыкаясь о полы тяжёлого гобеленового кафтана, глаза его безумно блестели, седые волосы всклокочено торчали в разные стороны, а из ушей, весело поблёскивая золотой вышивкой, торчали обрывки носового платка.

— Караул! — на всякий случай закричал Борислав. Хотя, конечно, непонятно почему именно "караул": вроде не грабят, не пожар и не война. Но явно что-то не то происходит.

На крик напарника по советам из повозки выскочил сонный Звездозор. Увидев ту же картину, он замер, но по ошибке угодил на траекторию движения правителя. Белояр, врезавшись в советника, затормозил, сфокусировал взгляд на преграде, затем осмотрелся. Восемь пар удивлённых глаз уставились на царя. И девятая с презрением и весельем. Хотя, стоп, девятая?

На крыше первой в кортеже повозки сидел огромный чёрный кот, а его наглые зелёные глаза с издевкой смотрели на царя.

Белояр почувствовал себя оскорблённым — отчего-то захотелось всех казнить, особенно чёрного кота.

— Куда путь держим, господа? — хвост кота задрожал, словно посмеиваясь.

— Тебе-то что? — Белояр был в шоке. Какой-то кот смеет обращаться к нему напрямую, да ещё с явным пренебрежением к царской особе!

— Да так, может, дорогу подскажу, а может даже пропущу.

— К Бабе Яге мы, — подал голос Борислав.

Белояр на него шикнул было, но советник быстро зашептал:

— Это же кот Баюн. Он усыпляет путников, а потом сжирает их.

— Устаревшая информация, — муркнул кот и принялся неторопливо облизывать левую переднюю лапку. — Я уже давно не ем путников. Веков пять как. Мур-р-р.

— А чего ж ты тогда колыбельные посреди дороги распеваешь? — попытался погрозить пальцем Борислав, но вовремя убрал руку за спину, заметив, что пушистый бандит внимательно следит за его движениями. Не нравился ему этот кот, ох, как не нравился.

— Привычка, — Баюн провёл лапкой по усам. — Да и разбойничаю понемножку. Признаю, не без этого. Но жизнь сейчас, знаете ли, такая. А раз уж вы к Бабе Яге, то так уж и быть. Проезжайте.

И, прежде чем кто-то успел что-то сказать, кот взмыл в прыжке и исчез.

— Всегда не любил три девятое царство, — поёжился Борислав. — Рассадник нечисти.

Белояр промолчал, но был абсолютно солидарен с советником. Он в своем царстве такого беспорядка бы не допустил. А вот Евлампий, правитель три девятого, похоже абсолютно безответственный тип.

Глава 7. В поисках молодильного яблока

Баба Яга в довольно приятном расположении духа чистила большой чёрный котёл во дворе, когда внезапно она почувствовала едва уловимые изменения в воздухе. Это значило, что скоро нужно ждать гостей. Ведьма бросила тряпки-щётки в котёл, оттащила его за избушку, прикрыла веточками, затем рванула в дом, помыла руки, быстро, как смогла, пригладила волосы, расправила одежду и села у окошка, подперев щёку рукой.

Вскоре на полянку выехали три повозки. Первая и последняя так себе, а вот средняя явно богатая, украшенная резными деревянными узорами, а местами и золотишком. "Как есть приманка для разбойников", — хмыкнула про себя Яга и пошла на порог встречать гостей.

Из средней кареты гордо, неторопливо вылез высокий худой старик в длинном гобеленовом кафтане. Короткие седые волосы были всклокочены, блёклые серые глаза пристально смотрели на Ягу.

Вслед за стариком из повозки вылез круглый низкий мужичок, а с другой стороны уже спешил высокий темноволосый мужчина с длинными завитыми усами. Оба встали по бокам от старика, а вперёд выскочили шесть человек охраны с копьями, почему-то готовые защищать богача от стоящей перед ним старушки.

— Хотелось бы сказать "добро пожаловать", но к чему оружие, милые? — Яга со смехом махнула рукой, и копья в руках охранников исчезли.

— Моё Величество изволит искать встречи с некоей Бабой Ягой, — снова включил официоз Белояр.

Ведьма хмыкнула:

— Ну, изволь. Она самая пред тобой.

— Правитель три шестого царства, государь Белояр приветствует тебя и просит аудиенции наедине.

— Когда взрослый человек говорит о себе в третьем лице ­— это тревожный звоночек, — с насмешкой подняла указательный палец Яга и слегка погрозила им вроде бы и не Белояру. — Что ж, уважаемый, извольте проследовать в мою скромную обитель.

Старушка исчезла за дверью, а Белояр вскарабкался по лестнице в избушку и скрылся следом за хозяйкой.

Через минуту Яга снова появилась в дверном проёме:

— С грядками поаккуратней, не затопчите, — строго наказала она пришельцам.

Белояр зашёл в избушку и скептически осмотрелся.

— Да уж, тут царю и присесть негде, — поморщился незваный гость.

— Извиняйте, Ваше Величество, но тронов не держим, — хохотнула Яга. — Не ждали мы государственного визита, да ещё и из черти-на-куличного царства. Что же принесло вас в нашу скромную обитель, не достойную царского визита?

Яга подчёркнуто перешла на "вы", но говорила таким тоном, что уж лучше бы "тыкала". Белояра это порядком бесило, однако приходилось сдерживаться: во-первых, он не на своей территории, распоряжается здесь Евлампий, а во-вторых, что гораздо важнее, ему нужно, чтобы Яга была в хорошем расположении духа. Ведь тогда больше шансов, что ведьма отдаст ему молодильное яблоко. Поэтому царь подошёл к тяжёлой деревянной лавке, брезгливо провёл по сидению ладонью и аккуратно сел на краешек.

— Ну так, зачем же пожаловали, Ваше Величество? — опять поинтересовалась хозяйка.

Белояр решил начать издалека:

— Я много слышал о три девятом царстве. Здесь много чудес, интересные личности обитают. А у нас тишь да благодать. Захотелось чудо узреть, вот и решил попутешествовать. Только что с котом говорящим познакомились, Баюном звать. Преинтереснейший товарищ. Обычно кошки только мяукают да крыс ловят.

— А у нас вот и на дорогах разбойничают, — вздохнула Яга. — Уж сколько я прошу его бросать это дело. А он говорит, что скучно. Да и какой-никакой прокорм всё-таки. На днях вот у старика какого-то рыбку утащил да и съел. Красивая рыбка была, чешуйка к чешуйке, золотом горят. Ох, и сокрушался старик, всё криком кричал, что у него ещё два желания оставалось. А Баюн, знай себе, сидит, ухмыляется, мол, рыбка и не больно вкусна оказалась, костлявая да с тинистым привкусом.

— Говорят, что есть в три втором царстве чудесный сад. Очень уж хочу его увидеть. Вот и поеду теперь к Мстиславу. Может быть, повезёт и увижу яблоню с молодильными волшебными плодами. А у вас в царстве есть что-нибудь похожее? А то я вроде бы все достопримечательности посмотрел, надо видимо ехать дальше.

Яга внимательно посмотрела на Белояра.

— Чудес-то у нас достаточно, смотреть — не пересмотреть. А вот яблочки Мстислав вряд ли покажет. Да и сад свой бережёт как зеницу ока. Туда и пчёлка без его разрешения не залетит. Так что ехать в три второе — затея пустая.

— Ох, жаль, жаль. Я бы многое отдал за молодильное яблочко.

— Например? — хитро посмотрела Яга на гостя.

— Золото. И немало, — Белояр заметил, что ведьма совсем не заинтересовалась предложением и начал перебирать варианты: рубины, алмазы, изумруды, сапфиры... — но было очевидно, что всё это нисколько не волновало Ягу. Она даже как-то с жалостью посмотрела на царя.

— И это всё, что у тебя есть?

— У меня есть башня, полностью заполненная картинами великих художников, шедеврами искусных ремесленников...

— Значит нет у тебя чего-то равноценного? Тогда к Мстиславу можешь и не ехать. К чему такой дальний путь, если тебе и предложить ему нечего?

— Слышал я, что у тебя есть молодильное яблоко...

— А зачем мне твой хлам? Разве что дырку на стене картиной прикрыть? Да я и шишкой заткну аль жёлудем. А молодильное яблочко — это долгие годы юности и красоты. Так что и смысла в торге нет.

Яга явно потеряла интерес к собеседнику.

— А что ты хочешь? — Белояр вскочил, глаза его безумно горели, ведьме даже как-то неуютно стало.

— То, что мне нужно, у тебя нет. Во всяком случае, пока. А если появится, я сама тебя найду. Но скорее всего молодость тебе уже будет не нужна.

Ведьма немного подумала, разглядывая гостя, и снова заговорила:

— Ты сам сгубил молодость и красоту свою. Я ж тебя за старца приняла сначала... А ведь годков-то тебе совсем немного, — Яга покачала головой. — Сердце твоё чёрствое молодость из тебя и выжгло. Надолго ли поможет яблочко?

Раздосадованный Белояр выскочил из избушки. Какая несговорчивая ведьма! И всё-то ей не подходит. А сокровища, которые ценны для всего мира, для неё всего лишь хлам. Ну и пусть. Царю с царём всегда проще договориться. Серафиму наверняка придётся по душе что-то из закромов Белояра. Вот глупая старуха!

Кортеж царя снова отправился в путь. Только в этот раз и охрана, и советники, и даже сам царь ехали с заткнутыми мхом ушами. На случай, если на их пути снова встретится меркантильный чёрный кот.

Процессия пересекла реку Сказочную по старому мосту, попав в три четвёртое царство, проследовала по берегу в три третье.

Здесь кортеж из три шестого встретили хлебосольно — местный царь приказал затопить баню и подготовить гостевые покои. За несколько дней Белояр прислал пространное письмо, где обещал Серафиму выгодную сделку.

Итак, Белояр попарился в баньке, отдохнул с дороги да явился на вечерний пир в честь своего прибытия.

В небольшом зале было человек двадцать народу: местная знать, а так же царь Серафим с царицей Гориславой. В центре помещения находился длинный стол, на котором возвышались кувшины с напитками, вокруг них стояли чашки и тарелки. Тут же были расставлены блюда с крошечными закусками.

Любой гость на пиру мог взять чистую тарелку и чашку, налить себе нужный напиток и положить кушаний по вкусу.

"Да уж, бедненько у них тут. Наверняка с Серафимом будет проще договориться", — решил Белояр.

Царь с царицей подошли поприветствовать дорогого гостя.

— Как вам наш пир? Это новомодное веяние, фуршет называется, — гордо поведал Серафим. — Очень экономно получается.

— Да? Стоит тоже попробовать, — закивал Белояр.

— Как у вас дела в три шестом? — обворожительно улыбнулась царица Горислава.

— Да как... Живём потихоньку. Жениться вот хочу.

— Ах, это так прекрасно, — захлопала в ладоши Горислава. — Свадьба делает женщину прекрасней, а мужчине дарит вдохновение.

Белояр посмотрел на царицу, как на умалишенную, однако вслух ничего говорить не стал. Как может брак подарить ему вдохновение? Горислава упорхнула общаться с гостями, а царь три шестого перешёл к делу:

— Слышал я, что у вас в три третьем царстве много чего интересного.

— А как же! — закивал Серафим. — Вот только гости из других царств к нам почему-то нечасто заезжают. Разве что проездом.

Белояр отхлебнул немного напитка ярко-лилового цвета и скривился — кислятина какая-то.

— О, сок сливовидного розоцвета из три второго царства. Неплохой выбор, только вкус — вырви глаз. Но полезен как! Исцеляет от простуд, мозолей на ногах и, говорят, продляет молодость...

— Молодость? Как интересно. А нет ли у вас чего-то более действенного в этом направлении? Хочу перед свадьбой невесте подарок сделать, вернуть себе былую красоту и свежесть.

Серафим задумался.

— Это вам к Мстиславу надо. У него и яблоки молодильные есть. Не то, что сливовидный розоцвет.

Белояр покачал головой.

— К сожалению, много лет назад мы с царём Мстиславом... Недопонимание у нас небольшое произошло. Поэтому никак не могу к нему обратиться. Однако я слышал, что есть и у вас молодильное яблочко?

— Увы, ничем не могу помочь, — Серафим пожал плечами и отхлебнул из стакана ярко-зелёного шипящего напитка. — Есть, скрывать не буду. Однако и самому нужно. Сами понимаете.

И вот снова двинулся кортеж Белояра, теперь уже из три третьего царства. Крыши повозок были завалены мешками с плодами кислющего сливовидного розоцвета — на безрыбье, как говорится, и рак рыба.

Белояр загрустил. Случилось то, чего он сильно опасался: придётся ехать в три десятое царство к колдуну Амосу. Много ходило про него слухов нехороших, что темна душа правителя загадочного царства, и нельзя с ним связываться ни в коем случае.

И Белояр даже думал развернуть свой караван и отправиться домой, однако вспомнил о Варваре, томящейся уже год в башне. Твёрдо повелел царь направить свой кортеж в три десятое царство, и будь что будет!

Путь этот не близок: решено было отправиться через три четвертое царство, а там уже переправиться через Сказочную реку, чтобы не заезжать в три девятое. Незачем лишний раз искушать судьбу и нарываться на неприятности.

На границе три четвертого и три десятого путников встретил глухой высокий забор с острыми копьями по верху.Иибо из три десятого можно было ждать только неприятностей. А кому они нужны?

Повозки двинулись вдоль забора в поисках хоть какой-то лазейки. Желательно, чтобы в неё мог пройти транспорт, ведь негоже царю ножками нежными каменистые тропинки топтать.

И вот появились ворота, с запором и большим замком, всё как полагается. А ключ-то где брать?

Вылез Белояр из повозки да крикнул советникам:

— Кто ключ мне достанет от ворот, тот награду получит.

Звездозор и Борислав нехотя выползли из удобной кареты — им уже порядком надоело это путешествие. А Борислав каждую ночь, ложась спать, ругал себя за идею с молодильными яблоками. И кто ж его за язык тянул?

Советники молча смотрели на царя.

— Ну так что?

— Ладно, — без энтузиазма пробубнили Звездозор с Бориславом и, не сговариваясь, двинулись в разные стороны. Звездозор пошёл от забора, вглубь леса, а Борислав дальше по дороге, вдоль преграды. Во всём есть свои плюсы: они наконец-то могли размять затёкшие руки и ноги.

Высокий усач пробирался по узкой тропинке, отодвигая колючие ветки. Его родители мечтали, чтобы их единственный сын стал звездочётом, однако ещё мальчишкой он сбежал из дома в Школу советов и премудростей имени Ивана-дурака.

Закончив учёбу с сизым дипломом, Звездозор встал перед выбором. Ему не хватало совсем немного до алой корочки, и тогда перед парнем были бы открыты все двери, можно было бы отправиться в любое царство, ведь правители разбирали таких выпускников как горячие пирожки. Нужно было всего лишь пройти пятый курс обучения заново.

Или же придётся отправиться с сизым дипломом по распределению туда, куда пошлёт управление школы. А, как правило, так к хорошему правителю не попадешь. Хорошо, если просто к обычному чудаку, но можно и нарваться на кого-то типа вроде Белояра. Жалко стало Звездозору ещё год сидеть за партой, когда все его одноклассники уже по царям советы раздавать разъедутся. Вот и рискнул парень, пошёл на распределение школой.

И вот брёл теперь Звездозор по лесу, брезгливо отодвигая грязные ветки. Никому не нужны его мудрости и великие знания.

— Лучше бы я стал звездочётом. Сидел бы сейчас в тёплой уютной обсерватории, пил горячий чай и наблюдал за звёздами...

Советник царя вышел на небольшую полянку, в центре которой стоял крошечный деревянный сарайчик. Звездозор сначала обрадовался — туалет бы сейчас совсем не помешал. Но тут мужчина заметил косо висящую над дверью медную табличку: "Пограничник".

Звездозор подошёл к сарайчику и несколько раз постучал в дверь:

— Эй! Есть кто?

Послышался грохот, дверь не сразу, но отворилась. На пороге стоял парнишка лет пятнадцати, светловолосый, в очках с толстыми стёклами. В чёрной, не по размеру огромной футболке и загадочного, скорее всего серого цвета штанах, висящих на худенькой фигурке мешком.

— Что надо? — мальчишка зевнул и выжидающе посмотрел на незваного гостя.

— Нам в три десятое пройти бы, — Звездозор скептически рассматривал мальчика: как-то несерьёзно для охраны границы с три десятым царством.

— А смысл? — парень с безразличием посмотрел на царского советника.

Звездозор, мягко говоря, растерялся.

— Э-э-э... Царь Белояр изволит встретиться с Амосом.

— Ну и дурак, — равнодушно проговорил пограничник.

Советник потерял дар речи. Несколько секунд он молча открывал рот и снова закрывал, а потом всё-таки выпалил:

— Он царь!

— Одно другому не мешает.

Мальчишка неторопливо развернулся и стал что-то искать в комнате, а Звездозор заглянул из-за его плеча в сарайчик. Из мебели там была только кровать, а вместо стола использовался подоконник. Пограничник старательно пытался нащупать что-то в наволочке и, наконец, достал из неё небольшой золотистый ключик.

— Вот. Как откроете, оставьте ключ в дупле дуба, третьего справа от ворот. Я вечером запру схожу.

— Но это же три десятое царство! Разве не нужно границу с ним хорошенько охранять? Может быть, сразу запрёшь?

— Ой, да ну. Оттуда никто сюда не пойдёт. Что им нужно в три четвертом? А вот у нас бывает что да, кто-нибудь да попрётся. Но в ближайшее время вряд ли. Вы уже норму на пять лет вперёд выполните.

Пограничник снова зевнул и, не прощаясь, закрыл дверь перед Звездозором.

Советник развернулся и двинулся в обратный путь, крепко сжимая в кулаке золотой ключик.

Борислав виновато щурился, выслушивая лекцию от Белояра, когда Звездозор победоносно вскинул руку.

— Ключ.

— Вот и хорошо, — государь удовлетворённо кивнул и протянул руку за ключом. — Значит по приезду казнить советников не будем.

— А как же награда? — робко поинтересовался высокий усач.

— Это и есть награда, — сухо ответил царь и вставил ключ в замок.

Тяжёлые ворота отворились. Вопреки ожиданиям царя и придворных, не подул холодный ветер, не послышались подозрительные шорохи, не загорелся вдалеке зловещий взгляд красных глаз.

За забором оказался абсолютно обычный лес, точно такой же, как и в три четвертом царстве.

Звездозор убрал ключ в дупло дуба, как и просил пограничник, и кортеж двинулся дальше, прикрыв за собой тяжелые врата.

Все молчали. Путь по три десятому царству был скучен: повозки ехали уже два часа, однако абсолютно ничего не происходило.

Белояр чиркал что-то в длинном пергаменте, советники спали. Но вдруг повозки остановились, царь толкнул Борислава и тихо проговорил:

— Сходи узнай, что там.

Звездозор на всякий случай притворился всё еще спящим, а коротышка, грустно вздохнув, вылез из кареты.

— Впереди замок, — передал он слова одного из охранников царю.

— А остановились почему?

Борислав пожал плечами.

Белояр сам вылез из кареты, чтобы осмотреться. Впереди, за лесом, на пригорке виднелись высокие башни дворца. Не сказать, чтобы картина была совсем уж мрачной, однако и наведываться с визитом туда не очень-то хотелось.

Начал накрапывать лёгкий дождь, медленно превращая дорогу в грязевое месиво. Хотя, казалось бы, при такой атмосфере должна пойти как минимум гроза. Но нет, лёгкая изморось, небольшие тучки, слегка прикрывающие закат.

Повозки двинулись к замку.

— Может быть, стоило предупредить о визите заранее? — нерешительно предположил Звездозор.

— Или просить разрешения? — вторил ему Борислав. — Возможно, сюда нельзя так просто приезжать.

Белояр задумался.

— У нас нет времени на то, чтобы раскланиваться. Будем договариваться по ходу.

Как только первая повозка в кортеже приблизилась к воротам крепости, они тихонько отворились. Гости въехали на территорию замка правителя три десятого царства, напряжённо всматриваясь в очертания дворца.

Кареты остановились у высокой лестницы, ведущей к парадному входу. Белояр посмотрел на советников, и они вышли первыми из повозки. За ними, убедившись, что подданные живы-здоровы, последовал сам царь.

Дверь тоже сама открылась, впуская уставших путников. Впереди и позади царя шли охранники, по бокам советники. Мало ли, всё-таки дворец чёрного колдуна.

Их встретил пустой зал, освещённый висящими на стенах свечами. И никого.

— Есть... кто? — спросил Борислав и сам испугался своего голоса, слишком громко прозвучавшего в зловещей тишине.

Словно из ниоткуда перед ними появился полупрозрачный мужчина в восточных шароварах.

— Ферапонт приветствует вас! Что-то подсказать? — вежливо поинтересовался незнакомец. В этот момент Белояру показалось, что полупрозрачный немного приподнялся над полом.

— Царь три шестого царства Белояр просит аудиенции у великого Амоса, — торжественно произнес Борислав.

— А ему назначено? — сощурил тёмные миндалевидные глаза мужчина.

— Нет... Но мы... — Борислав запнулся.

— Как и все, — вздохнул прислужник колдуна. — Хоть бы кто заранее предупредил. Все являются неожиданно, даже не думая, что у Амоса дела или его может не быть во дворце.

— Так его нет сейчас? — как-то даже радостно спросил Звездозор.

— Отчего же? Очень даже есть. Но спит. Ближе к ночи как раз проснётся. Может, погуляете пару часов? А к завтраку милости прошу.

Борислав сначала хотел возмутиться, что негоже царю ждать на улице, под дождём, можно было бы и предоставить высокопоставленному гостю комнату, чтобы отдохнул с дороги. Но, на всякий случай, передумал: в конце концов, что, ему больше всех нужно?

Советник посмотрел на царя, заметив, что Белояр тоже в сомнениях: потребовать почтения к своей персоне или всё же не гневать колдуна?

— Что ж, — государь три шестого определился. — Мы как раз хотели отдохнуть после долгой дороги. А в наших каретах уютно, сухо и тепло.

Ферапонт ничего не ответил, так же тихо испарившись, как и появился.

Глава 8. Расплата

К ночи, как и договаривались, Белояр со свитой вернулся в замок Амоса. Ферапонт отправил спутников Высочества восвояси, а правителю три шестого предложил проследовать за ним.

— Знаете ли, Амос на кого попало время не тратит, — строго посмотрел полупрозрачный мужчина на хотевшего возразить Борислава.

Царю не хотелось отпускать своих слуг: ведь, в случае чего, с ними спастись у него больше шансов. Однако выбора у высокопоставленного гостя не было.

Правитель три шестого последовал за Ферапонтом в небольшой зал. Белояр ожидал увидеть мрачную роскошь и зловещего тёмного мага, но всё оказалось очень даже прозаично.

За небольшим каменным столом сидел бледный молодой мужчина. Чёрные волосы, тёмные глаза, в которых практически не видно зрачков. Вся его фигура была словно вытянута, руки и пальцы тоже казались тонкими и растянутыми в длину.

Хозяин замка улыбнулся тонкими бескровными губами, обнажив мелкие белые зубы.

— Милостиво прошу разделить со мной завтрак, уважаемый, — он великодушным жестом указал то ли на стол, то ли на каменное кресло напротив себя.

— Но сейчас почти ночь, — негромко заметил Белояр, усаживаясь в холодное неуютное кресло.

— Ой, поверьте, это совершенно неважно, — отмахнулся Амос, подкладывая себе на тарелку плохо прожаренное, источающее красноватый сок мясо.

Белояр с аппетитом посмотрел на тарелки с едой, аккуратно расставленные на столе. О, как же ему хотелось поесть нормальной, горячей, вкусной еды, а не грызть дорожные сухие пайки в виде орехов, сухофруктов, вяленых мяса и рыбы.

Царь принялся быстро накладывать себе на тарелку различные кушанья. Большая часть из них сразу отправлялась в рот, минуя посредников в виде посуды. Однако правитель три шестого резко остановился, когда заметил пристальный взгляд Амоса на себе. Белояр, кажется, первый раз в жизни смутился.

— Зачем же вы пожаловали в наши столь отдалённые края? — поинтересовался колдун, отхлебывая чай.

— Я слышал, что у вас может быть молодильное яблоко, — Белояр понял, что с Амосом нужно говорить сразу прямо, не играя в дипломатические игры.

— Может быть? Вполне возможно. А зачем оно вам? — колдун отломил кусочек пирожного и бросил в рот, обнажив острые зубы.

— Чтобы вернуть себе молодость.

Амос хмыкнул.

— Это понятно. А зачем вам именно молодость? Не хочу хвастаться, но я довольно могущественный колдун. Я могу исполнить многие желания. Власть, бездонные прорвы богатства...

Белояр подался вперёд.

­— ... вечная жизнь, безграничное поклонение подданных? Можно исполнить почти любое заветное желание. Есть совсем немногое, что нельзя получить с помощью волшебства.

Царь задумался. А что самое выгодное? Власть у него и так есть. При желании можно и другие царства обанкротить и присоединить к три шестому. Богатство? Вопрос времени. На всё нужно много времени. Вечная жизнь решает проблему нехватки этого важного ресурса. И за вечность можно добиться всего, чего пожелаешь. Кроме неувядающей юности.

Многие ровесники Белояра выглядели очень даже молодо, но царю три шестого, по его мнению, не повезло в этом: так рано он стал выглядеть как старик. Белояра не особо заботил момент внешности, в юности он воспринимал красоту как должное. Когда же заметил, как изменился, почувствовал лишь лёгкую досаду, так как это может отразиться на позитивном исходе некоторых сделок.

Однако, встретив Варвару, Белояр вдруг остро почувствовал, что хочет вернуть былую молодость и красоту. А что здесь может помочь? Разве что волшебство.

Так всё же? Молодость или бессмертие? Выгодней всего вечность. И тогда определённо будет время, чтобы найти возможность снова обрести юность и красоту.

Амос выжидающе молчал, попивая чай и отщипывая крошечные кусочки бисквита.

— Но всему своя цена. Кому как не вам это понимать, правда? — колдун внимательно посмотрел на царя.

— Сколько? — вскинулся Белояр.

— Что "сколько"? — переспросил Амос. — А-а-а! Нет-нет, волшебство так не работает. Нельзя купить чудо за материальные богатства. За чудо можно заплатить только чудом. Цена должна быть равноценной.

— А что может быть равноценным вечной жизни? — царь был в замешательстве.

— Для каждого своя цена. Вот что дорого вам так же, как и жизнь?

— Не знаю, — Белояр растерянно завертел вилку в руке. — Разве что... Варвара?

— Любовь? — колдун расхохотался. — О нет, не обманывайте ни себя, ни уж тем более меня, что значительно сложнее. Любить вы не умеете. Подумайте ещё.

Вилка в руках у царя крутилась всё быстрее, но ответ так и не приходил.

— Что поглощает ваши мысли в любое время для и ночи? Ради чего не жаль никакого свободного времени? Из-за чего вы можете забыть о болезни и пище? — пытался подсказать колдун, хитро улыбаясь.

— Но у меня нет каких-то увлечений, — с недоумением посмотрел царь на собеседника. — Хотя... Хотя я люблю собирать что-то ценное, заключать выгодные контракты. Да, я в этом хорош...

— Ну вот! — Амос поставил чашку на стол.

— Что?

— Теперь мы знаем какова цена. Вечная жизнь, но в нищете. Беспросветной, без всякой надежды. Талант приумножать богатство покинет вас навсегда, — колдун снова улыбнулся.

Белояр задумался. Жизнь в вечной нищете? Ерунда какая-то.

— Но я же царь!

— И что с того? — улыбка Амоса стала ещё шире.

В голове Белояра не укладывалось, что он может лишиться привычных богатства и роскоши, пусть и хорошо спрятанных в закромах замка. Но уже то, что они есть, делало царя счастливым. Даже Варвара в какой-то степени была его сокровищем, скрытым в одной из башен.

С другой стороны, к чему переживать? При наличии вечности любую проблему можно решить, ведь на поиск решения будет предостаточно времени. Впереди будет бесконечность. Так можно будет и молодость обрести и вернуть богатство. Почему бы и нет?

— Я согласен, — Белояр решительно кивнул.

— Вот и замечательно.

— Нужно подписать договор?

— О, нет, совсем нет. К чему нам эти формальности? Да и бумага так быстро истлеет.

— А как же тогда? — Белояр привык, что все сделки всегда должны подкрепляться письменным контрактом.

— Поверьте мне, нашей устной договорённости вполне достаточно. Как только вы вернётесь в своё царство, наше соглашение вступит в силу. И оно будет гораздо сильнее, чем то, что на каких-то бумажках. Однако обмануть его, увы, никак не получится.

Кортеж Белояра вернулся в три шестое царство — путешествие закончилось. Царь так и не обрёл молодость, но возможно получил что-то большее, на что совсем не рассчитывал.

Однако пока он не чувствовал в себе каких-либо изменений, да и в государстве всё оставалось по-прежнему: царя со свитой встретили те же подданные, тот же замок, те же проблемы и заботы. И главное, всё так же были забиты подвалы и башни разными богатствами.

Но очень скоро ситуация изменилась: в три шестое царство пришла эпидемия, и людей начала косить страшная болезнь. Все, кто был поражён этой хворью, бесследно исчезали. Те, кто не пострадал в первые недели, стал бежать в соседние царства. Однако там люди не спешили принимать гостей, и, боясь распространения заразы, спешно закрывали границы. Как ни странно, все, кто оказался за рубежом три шестого, словно по волшебству были защищены от страшной болезни.

А вот три шестое царство отныне стало мёртвым, границы с ним так и остались закрытыми. Ходили слухи, что в путешествии Белояр по глупости поехал к Амосу, чем-то рассердил колдуна, и тот проклял царя и всё три шестое царство.

Однако эпидемия не коснулась Белояра — ведь у него была своя ноша, своё проклятье. Он получил то самое бессмертие, о котором договорился с Амосом, но вместе с ним лишился того, что было самым дорогим — богатства. Все люди в три шестом царстве исчезли, замок и окрестности стремительно превращались в развалины, а богатства в подвалах и башнях гнили или становились черепками.

Белояр впал в отчаянье. Царь-то думал, что всё будет происходить постепенно, что он сможет как-то приостановить процесс. А всё изменилось резко, и даже поговорить не с кем, посоветоваться. Он бы даже рад был сейчас этим глупцам, Бориславу и Звездозору.

Неделю после начала изменений Белояр мыкался по дворцу. То он впадал в безумие и бегал по двору в поисках чего-то, то долго сидел безвылазно, забившись в одну комнату. Время от времени царь проклятого государства слабел до такой степени, что ему тяжело становилось двигаться. Тогда он вспоминал о пище и брёл в сторону кухни, где в кладовке ещё были различные остатки съестного.

Царь бродил по ним с потерянным видом, сначала подъедая всё, что было на виду, затем открывая всевозможные ящички, шкафчики, шаря невидящим взглядом по полочкам. Он набирал пригоршню сухой гречки и долго ее пережёвывал, повреждая дёсна, или набредал на бочку с соленьями, рассовывал огурцы по карманам и несколько дней пессимистично хрустел, не утруждая себя походами в сторону кухни.

Однако, когда прошла неделя такого существования, пелена тяжёлого осознания спала, и Белояр отправился в дворцовую библиотеку. Ведь нужно было что-то делать! Да, впереди вечность, но кому хочется провести её в одиночестве, в полуразрушенном замке? Еда когда-нибудь кончится. А главное, сокровища! Необходимо их вернуть.

И вот воспалённый мозг Белояра направил все свои силы на поиск решения в книгах. И, как говорится, кто ищет, тот всегда найдёт. А царь не торопился, он терпеливо выписывал все варианты, которые хоть как-то могли помочь снять проклятие цены за бессмертие, однако долгое время ничего дельного не попадалось.

Белояр вспомнил о Варваре, томящейся в заточении без еды и воды. Он хотел было отправить к ней кого-то из слуг, но вспомнил, что во дворце никого нет. Когда же царь сам пришёл в башню, то пленницы в темнице не обнаружил, да и башня оказалась похожа на изъеденный мышами сыр. Из такой сбежать любой сможет, что возможно и успела сделать девушка. Не знал ещё государь о страшной эпидемии, поразившей жителей три шестого царства.

Спустя год в одном из подвалов среди черепков и истлевших картин Белояр нашёл огромную, чудом уцелевшую книгу. В ней-то он и отыскал информацию о дивном артефакте, кольце с чудесным, полным загадок камнем-алатырем, таящим в себе силы и возможности, о которых никто до конца толком и не знает. Однако доподлинно известно, что это украшение определённо может снять абсолютно любое проклятие, в том числе и цену за исполнение желания.

Белояр трясущимися руками быстро перелистывал страницы толстенной книги, но больше информации про кольцо не было. Ни одного упоминания. Где же его искать? Алатырь может быть, где угодно.

Царь отправился скитаться по остаткам три шестого царства, искал повсюду различные книги, свитки, мелкие записочки... Он читал всё, что попадалось на глаза, даже нелестные в свой адрес надписи на развороченных временем заборах.

Три шестое царство превратилось в руины всего лишь за год: все каменные строения каким-то образом задело проклятием, и теперь от них оставались только одиночные булыжники, а то и вовсе ничто. Лишь дворец ещё кое-как держался, местами испещрённый небольшими дырами.

Однажды Белояр забрался в деревню на окраине три шестого царства, там на пригорке стоял чистенький деревянный терем, только он был похож на обитаемое жилище.

Обрадовался царь: неужели он наконец нашёл подданного, который не сбежал из его государства? Кинулся Белояр к двери, постучал в неё кулаком, и, не дожидаясь ответа, рванул на себя.

Окинул он взглядом пространство, а вроде и нет никого, двинулся царь по терему да покрикивает:

— Есть кто? Хозяева!

Зашёл в дальнюю комнату, а там что-то как зашипит. Громко-громко! Белояр и испугаться не успел, как под ноги ему бросился зверь какой-то пушистый, сбил государя и с шипением побежал прочь.

Царь потёр ушибленную спину, поднялся с пола и пошёл к двери. Что за животина? Он толком и рассмотреть не успел нападавшего: что-то серое, пушистое, около метра ростом. Собака? Не шипели они отродясь.

Вышел царь на крыльцо, осмотрелся, но зверя не видно. Тогда вернулся он в дом, чтобы порыться в кладовых, отыскать что-нибудь из еды.

В одном из чуланов нашёл Белояр запасы овощей, наелся моркови и капусты до отвала. Насытившись, государь направился в спальню, открыл шкаф и покидал всё постельное бельё, что там было, на высокую, жёсткую кровать, а потом и сам сверху завалился.

Через час Белояра разбудило чьё-то неразборчивое бормотание. Государь на всякий случай прикинулся мёртвым, но тут же в него прилетела калоша, попав прямо в нос. Не столько больно, сколько обидно, тем более царю.

Мужчина, похожий на старика, вскочил и увидел у шкафа странное существо: лохматый зверь с длинной серой, на кончиках красноватой шерстью. Огромные глаза горели недобрым, красноватым огоньком. Нос, похожий на большую картошку, принюхивался к незнакомому запаху.

— Ты кто такой? — воскликнул Белояр.

Зверь замахал короткими лапками и возмущённо прокричал:

— Убифайся! Убифайся!

— Царю угрожаешь? — государь забыл про страх и соскочил с кровати на пол.

— Убифайся отсссссюта! — существо что-то пожевало, а потом снова зашипело.

— А-а-а, убираться, не убиваться, — протянул Белояр, немного успокоившись. — Казнить бы тебя, да палач исчез.

— Цафь? — зверь как будто бы что-то понял, перестал махать лапками и теперь просто смотрел на незваного гостя, что-то медленно пережёвывая.

— Да неужто прозрел? Царь я, царь.

Белояр ожидал, что существо как минимум поклонится, извинится, накроет праздничный стол, но низенькое, не больше метра, чудище даже и не думало проявить хоть какое-то почтение. Впрочем, какой спрос с говорящей собаки?

— Эта фсё ис-са типя! — монстрик перестал жевать и кинулся на гостя, пытаясь укусить его за ногу.

— Ай! Ты что творишь? Так и заразу какую подцепить недолго, уж больно пасть зубастая да грязная!

— Пваквятый дуфалей! Фто ты натфафил?

— Не ори с набитым ртом, я не понимаю, — Белояр заскочил на высокую кровать, а зверь схватился за покрывало и принялся тянуть вниз.

— Ты долфен фсё ифафить! Долфен!

Монстр не смог стащить государя с постели и устало уселся на пол, чтобы отдышаться.

— Царь никому ничего не должен, — возразил Белояр, хотя и не понял, что имело в виду лохматое существо. — Что ты там всё время жуёшь?

Вместо ответа пушистый монстр вскочил и сорвался с места. Когда он уже покидал комнату, Белояр успел заметить, что краснота с шерсти стала уходить, перетекая в фиолетовый цвет.

Государь немного посидел на постели, выжидая, а потом слез, нерешительно подошёл к дверному проёму и осторожно выглянул. Убедившись, что лохматый монстр исчез, Белояр направился к кладовке, чтобы захватить с собой овощей и покинуть терем "шипелки".

Однако, как только мужчина схватился за дверную ручку, чулан открылся сам, и из него выскочил зверь, удерживая в короткой лапке свёрнутый кусочек бересты. Отпрянув, царь успел заметить в кладовке лестницу, ведущую на чердак, которой раньше не было.

— Фот, — существо протянуло ему свиток. — Ты долфен фсё ифафить!

Белояр брезгливо взял бересту из лапки, развернул и быстро пробежался взглядом по первым строчкам.

— Камень-алатырь! — воскликнул царь, уселся на большой кованый сундук и принялся изучать свиток, внимательно вникая в каждое слово, перечитывая каждое предложение по несколько раз.

Чтобы достать чудесное кольцо, нужно отправиться в горы за три шестым царством. Там, в одной из пещер, хранится желанный артефакт. Вот только охраняет его, как и полагается, могучее чудище. Да что ж всё так сложно? Пытаешься устранить одно препятствие, и сразу на его место выползает ещё пять! А ведь теперь у царя нет войска, советников, слуг... Кого можно отправить на бой с монстром?

— Нет, не царское это дело, — пробормотал Белояр, продолжая мысленный диалог с самим собой.

— Ты долфен! — зверь, который всё это время стоял рядом, продолжая что-то жевать, недобро посмотреть на государя. Шерсть его, которая уже успела стать равномерно серой, опять на кончиках начала краснеть.

— Кому? — усмехнулся Белояр и хрипло засмеялся.

— Фсем. Ити са мной, — лохматое существо направилось в кладовку и быстро, крепко цепляясь лапками за перекладины, забралось на чердак.

Царь помедлил, намереваясь уйти, но, решившись, двинулся следом. Надоело ему слоняться по пустому государству, так может хотя бы выслушать этого монстра?

На чердаке терема оказалось три шкафа, битком заполненных книгами. На полу тоже были раскиданы книги, и приходилось идти прямо по ним, временами поскальзываясь и спотыкаясь.

Зверь вдруг принюхался, остановился, разрыл лапками залежи книг и извлёк из них огромный камень. Царь отшатнулся в поисках укрытия, уверенный, что булыжник сейчас полетит в него. Однако загадочное существо открыто зубастую пасть и, засунув камень туда, снова принялось медленно жевать. Краснота на его шерсти стала тускнеть, приобретая фиолетовый цвет.

— Да кто ты такой?! — воскликнул Белояр. Он никогда не слышал о том, чтобы в его царстве обитали такие звери.