В плену магии: Формула ненависти

Глава 1

— Амелия! — грозно провозгласил статный мужской голос, эхом отозвавшийся в полупустом зале.

Девушка вздрогнула. Так бывало всегда, когда отец вызывал её на аудиенцию. В помещении горели лишь свечи, свободно парящие вдоль стен и создававшие, как назло, угрожающую обстановку. Из высоких узких окон из тёмного мозаичного стекла практически не поступал дневной свет, что ещё сильнее давило на психику. Стены из серого камня с выпуклыми буграми словно враждебно смотрели на неё, готовые в любой момент вырваться наружу и пронзить присутствующих. Девушка искренне не понимала, почему магический зал должен быть настолько неприятно тяжёлым и мрачным.

«Ну что я сделала не так на этот раз?» — с досадой подумала юная волшебница, стараясь абстрагироваться от гнетущего пространства. Она опустила взгляд, не смея смотреть родителю в глаза.

Амелия всем телом чувствовала направленное на неё внимание тех, кто был ближе всего к главе. Вот заместитель Главы магической фракции, Николай — мужчина сорока лет с короткой чёрной острой бородой. Его взгляд всегда был настолько пронизывающим, что от него у чародейки каждый раз пробегали противные мурашки. Он уставился на неё своими белёсыми глазами, и девушку снова невольно передёрнуло. Рядом стоял и её кузен, который претендовал на место преемника в обход неё — законной дочери!

Девушка краем глаза посмотрела на братца. «Ну конечно, — хмыкнула она про себя, — как всегда, стоит с самодовольной улыбкой. Вот же гад...» — злилась она, с силой сжав пальцы в кулак. Ногти больно вонзились в ладонь, немного отрезвляя ум.

— Амелия! — снова повторил отец. На этот раз так громко, что в ушах зазвенело.

Девушка внутренне сжалась ещё сильнее, крепко стиснув зубы от досады и злобы на собственную беспомощность.

— Виктор доложил, что ты занимаешься самоуправством за спинами Магистрава, — продолжил Глава. — Организовала закрытый клуб для полупустых, чтобы втайне обучать их магии! — от последних слов его голос завибрировал в воздухе, выражая явное недовольство деяниями дочери.

«Вот же мерзавец!» — с яростью подумала Амелия. Она догадывалась, что за ней следят, поэтому наложила скрывающие чары. Но кто же мог подумать, что они окажутся такими слабыми?

— Отец! — почти выкрикнула девушка, резко подняв голову и решительно посмотрев на мужчину.

— Волшебница Амелия, вы находитесь на заседании Совета и обращаетесь непосредственно к Высшему чину Магистрава. Прошу вас, соблюдайте субординацию, — ядовито, но абсолютно спокойно осадил её Николай.

От его вкрадчивого тембра у Амелии вскипела кровь, а зубы сжались до скрежета. «Чёртова монархия!» — взвыла она про себя, упрямо не отводя взгляда от родителя.

— Ваше Превосходительство, — послушно, но с едва заметной иронией продолжила девушка.

В этот миг она чувствовала себя вовсе не взрослой выпускницей Магического института, которая закончила факультет с отличием и подавала большие надежды, а провинившейся школьницей. От этого буря гнева бушевала в её жилах ещё сильнее. Магия внутри Амелии металась, готовая испепелить здесь всё вокруг. С трудом сдержавшись, девушка глубже вонзила ногти в ладони, почти пронзая тонкую кожу. Она сделала глубокий вдох и заговорила спокойнее:

— Я не скрывала того, что открыла клуб для чародеев. Ведь полупустые — коренные жители нашей фракции Стерело́у. У них тоже есть потоки, способные пропускать энергию и творить волшебство. Им просто нужно помочь!

— Помочь? — Главный председатель вздёрнул вверх широкую чёрную бровь, отчего на его лбу прорезалась волна морщин. — Для этого существует институт, Амелия. Ты дочь Главы фракции Стерело́у, а не подпольный учитель! — прорычал отец, сверля её карими глазами, в которых легко читалось суровое осуждение.

— Оте… Ваше Превосходительство, не все жители Стерелоу могут позволить себе обучение! — пылко начала Амелия, сделав шаг вперёд.

— Довольно, — пресёк её слова голос отца.

Глава поднялся с обитого насыщенным синим бархатом кресла, установленного в самом конце зала. По его правую руку стоял заместитель, хитро улыбаясь. Чародей строго посмотрел на дочь:

— Амелия, ты всего лишь выпускница Магического института. У тебя нет права учить, давать советы или рекомендации местным магам. У нас существуют законы. И раз у кого-то нет возможностей учиться, по закону они имеют возможность пройти обучение за счет средств Стерелоу, и в дальнейшем работать на благо Магистрава. Ты прекрасно должна понимать, что любой из магов, кто бы он ни был, обязан защищать наши границы от Пустых — алхимиков! Стоит им прознать про нашу слабость, и они перешагнут разлом с оружием в руках! Мы не для того разделили мир магической границей после Столетней войны, чтобы ты устраивала здесь разлад!

Отец завершил диалог непреклонным, ледяным тоном:

— И прошу: больше не занимайся тем, что тебе не подобает. Иначе я не посмотрю на то, что ты моя дочь, и расценю твои действия как государственную измену. Сейчас я выношу тебе выговор и накладываю недельный запрет на выход из дома. На этом все!

Мужчина направился прямиком к ней. Его тяжёлая синяя мантия взметнулась вверх и медленно опустилась на тёмный паркет, с тихим шорохом волочась позади при каждом шаге. Остановившись возле дочери, он склонился к самому её уху.

— Дорогая Амелия, — тихо произнёс он, и тон его стал намного мягче. — Прошу, не бери на себя больше, чем способна унести. Или… — голос мужчины упал до едва различимого шепота, — я буду вынужден поставить во главе Виктора.

Он тяжело выдохнул и пошёл к выходу. За ним, шелестя мантией, поспешил заместитель. Виктор постоял ещё немного, а затем довольно и громко хмыкнул — этот звук издевательским эхом отразился от каменных стен. Напоследок одарив кузину торжествующим взглядом, он тяжёлыми шагами покинул помещение.

Как только двери затворились, Амелия осталась в полном одиночестве. Она буквально кипела. Удерживать клокочущую внутри силу стоило невыносимых трудов. Из её рук сияющей голубой струей начала просачиваться чистая энергия. Она обволакивала девушку светящейся спиралью, отчаянно стремясь вырваться наружу.

Амелия разжала кулаки и посмотрела на свои ладони, испачканные кровью — так сильно она сжимала пальцы. Грустно улыбнувшись, волшебница наблюдала, как лазурные потоки бережно окутали кожу, мгновенно затянув ранки и стерев багровые следы. Магия исцеления всегда давалась ей особенно легко. Впрочем, боевые заклинания и чары созидания она тоже освоила в институте без труда.

Вот только в учебном заведении не учили главному — как прочищать внутренние протоки, если они засорились и не дают энергии выйти. Студентов натаскивали лишь на формулы и заклятья, а получится у тебя или нет — становилось личной проблемой каждого. По окончании факультета начиналось самое жестокое: распределение. Тех, кого преподаватели считали перспективными, отправляли на узкие элитные специальности в Стерелоу. Перед ними открывались все двери. Тех же, кто не сумел справиться с собственными забитыми каналами, распределяли в подчинение чиновникам Магистрава. Обычные слуги, люди на побегушках, обречённые на бесправный труд.

Амелия снова сжала ладони в кулаки.

«Чёрта с два Виктор станет главой! К чёрту Магистрав! К чёрту их несправедливость!» — мысленно выругалась она.

Голубые нити, обнимавшие её тело, яростно заискрились под влиянием вспыхнувших эмоций и, напоследок ярко полыхнув в полумраке зала, окончательно погасли.

Резко развернувшись на каблуках так, что подол бирюзового платья веером взметнулся вверх, волшебница решительно зашагала к выходу. Стоило ей яростно махнуть рукой, как широкие металлические двери со скрежетом распахнулись, послушные её воле. Амелия стремительно покинула зал, не собираясь больше оставаться там ни секунды.

***

— Амелия, деточка, что ты задумала? — с тревогой в голосе спросила женщина средних лет.

Нинель была пышного телосложения, а её высокую, аккуратно уложенную причёску сейчас изрядно подпортили выбившиеся чёрные с сединой пряди — экономка то и дело бегала вслед за девушкой. А волшебница буквально металась по комнате от одного шкафа к другому. Она наводила жуткий беспорядок: доставала фолианты, сбрасывала их на пол, оставляла открытыми на столе и совершенно не заботилась о том, чтобы возвращать их на полки.

— Нинель, прошу, перестань мельтешить, ты меня только отвлекаешь! — проворчала Амелия.

С помощью магии она в очередной раз взмыла к самой верхней полке массивного книжного шкафа. Достав оттуда тяжёлый том в плотном золотом переплёте, девушка сосредоточенно принялась изучать написанное. Голубое свечение левитации, обволакивавшее её фигуру, нежно переливалось в ярких лучах солнца, пробивавшихся сквозь окно.

— Юная госпожа! — с нажимом сказала экономка, уперев руки в бока и строго посмотрев на девушку.

Амелия нехотя оторвалась от пожелтевших страниц и перевела взгляд вниз, на женщину.

— Нинель, ты зовёшь меня так, только когда сердишься. Но ты напрасно тратишь свои нервы, беспокоиться совершенно не о чем, — спокойно объяснила Амелия. — Я просто ищу книги мамы, вот и всё.

Она искренне надеялась, что этих слов окажется достаточно, чтобы успокоить верную служанку.

— У госпожи Элиноры были мемуары по древним заклятиям и артефактам, которые она так бережно хранила… — задумчиво пробормотала Нинель. Она чуть расслабилась и опустила руки, но тут же, словно вспомнив о чём-то жизненно важном, всплеснула ладонями и испуганно прикрыла рот, громко ахнув: — Нет! Юная госпожа, ваш отец назначил вам арест! Вы не имеете права покидать дом!

Женщина перешла на панический заговорщический шёпот. Она принялась испуганно причитать, попутно оглядываясь по сторонам, словно боялась, что их могут не только подслушать, но и увидеть сквозь каменные стены.

Девушка плавно опустилась на пол. Её длинные волнистые светлые волосы с серебристо-дымчатым переливом нежно легли на плечи и раскинулись мягкими волнами по спине. Амелия прищулила свои огромные карие глаза, ее длинные черные ресницы практически совсем прикрыли ее зрачки, она приложила указательный палец к губам сердито сморщив маленький носик.

— Тише, Нинель, — упрекнула она экономку, мгновенно бросив взгляд на дверь.

Там, в коридоре, по приказу отца уже выстроилась стража. Эти боровы охраняли единственный выход, следя, чтобы девушка не вздумала ослушаться приказа и покинуть комнату. В последнее время они вообще таскались за ней повсюду, карауля даже у дверей уборной, и от одного этого воспоминания Амелия передергнула плечами.

В два шага сократив расстояние между ними, Амелия прервала экономку, которая уже собиралась выдать очередную тираду о том, что пора бы взяться за ум и стать благоразумнее. Девушка молитвенно сложила ладони и уставилась на неё полными слёз карими глазами.

— Нинеличка, прошу, не говори отцу о книгах. Молю тебя! Ты же знаешь, если он проведает, что они всё ещё хранятся… сама знаешь где, — ещё тише зашептала чародейка, подавшись вперёд и почти встав на цыпочки, чтобы дотянуться до уха женщины. — Я просто хочу кое-что прочесть. Всего одну главу.

— На границу ходить запрещено! Ты с ума сошла?! — тут же панически зашептала экономка. Казалось, у неё даже дыхание перехватило от такой безрассудности юной госпожи. — А вдруг ты встретишь алхимиков? Они же могут тебя… — женщина тут же осеклась, испугавшись собственных слов, и плотно сжала губы.

— Ну тише же! — снова шикнула на неё Амелия. — Я туда и обратно, ничего страшного не случится. К тому же я лучшая студентка Магического института, знаю все боевые заклинания. Что эти Варвары без магии могут мне сделать? Пф! — фыркнула она горделиво, прижав ладонь к груди. — Для меня это плевое дело.

Нинель смотрела на девушку долгим, тяжёлым взглядом — казалось, она была готова буквально просверлить её насквозь. Но Амелия упрямо вскинула подбородок.

— Ты же меня всё равно слушать не станешь, — недовольно сказала та, отвернувшись и упрямо скрестив руки на груди.

Нинель всем видом демонстрировала протест, но Амелия видела: экономка сдаётся под её натиском. В конце концов, юная госпожа была ей как родная. Нинель нянчила её с пелёнок, помогая старшей хозяйке, а когда Элиноры не стало, и вовсе полностью взяла на себя воспитание девочки.

Женщина грузно опустила руки, сдаваясь. Тяжело выдохнув, она устремила на девушку нежный взгляд. Её карие глаза блеснули в солнечных лучах, которые весело пробивались в комнату.

— Амелия, — тихо сказала Нинель, — прошу тебя, будь осторожна и возвращайся до заката. Дольше я просто не смогу тебя прикрывать.

Она настойчиво заглянула девушке в лицо, потом с чувством чмокнула чародейку в лоб и, зашуршав пышными юбками, поспешно вышла из комнаты.

— Что стоите как истуканы? Заняться больше нечем? Спит госпожа! Идите лучше обедайте! — раздался командирский тон экономки прямо за дверью.

Прошла едва ли минута, и Амелия услышала, как тяжёлая, неуверенная пара ног зашагала прочь от её покоев.

«Ну, Нинель, ну молодец! — мысленно похвалила женщину девушка, расплываясь в довольной улыбке. — Не зря я обучила её магии убеждения».

Быстро опомнившись, юная волшебница взяла себя в руки и приступила к сборам. Насколько она помнила, мамина хижина, где та когда-то любила проводить время в уединении, находилась у самой границы фракции. Отец строго-настрого запрещал даже приближаться к тем местам, но Амелия твёрдо решила: ей во что бы то ни стало нужно отыскать мамины фолианты. Ведь, по рассказам Элиноры, в этих мемуарах во всех подробностях описывалось, как именно работают внутренние фильтры магов и как вернуть им прежнюю чистоту.

Амелия вспомнила полные энтузиазма глаза ребят, которые ловили каждое её слово. Вспомнила, с каким старанием они применяли её наставления на практике, пытаясь приручить бегущую по протокам энергию. Волшебница считала в высшей степени несправедливым, что кто-то от природы лишён возможности использовать дары небес на полную мощь. Каждый достоин этого дара, нужно лишь научиться управлять им. В своё время мать Амелии успела объяснить ей, как правильно пропускать потоки сквозь себя, напоминая, что весь их мир до краёв полон магии.

— Так, пора выходить, — буркнула девушка себе под нос, мысленно заставляя себя вернуться в реальность.

Ей нужно как можно скорее добраться до места, отыскать книги и успеть назад, а время уже близилось к обеду.

Отыскав в столе карту Стерелоу, Амелия спрятала её во внутренний карман бирюзового платья. Она взмахнула запястьем, и тонкие голубые линии, соткавшиеся прямо из воздуха, мгновенно обволокли её фигуру, делая чародейку абсолютно невидимой. Перед тем как выскользнуть в коридор, она заботливо уложила подушки на постели и укрыла их одеялом, сымитировав спящего человека — точно так, как и наказывала Нинель.

«Мало ли кто решит заглянуть без стука», — подумалось ей, когда она бесшумно прикрыла за собой тяжёлую дверь.

Оказавшись в коридоре, волшебница с облегчением выдохнула: поблизости никого не оказалось. А главное — не было видно приставучих стражников, которые со вчерашнего дня, после того самого разговора с отцом, караулили её как коршуны. Амелии уже начало казаться, что это не домашний арест, а самая настоящая тюрьма.

Её отец, Радоми́р Ла́нской, Главный председатель фракции и Верховный маг, прежде не был таким. Девушка с грустью думала об этом, пока быстрым шагом пересекала светлую галерею, залитую лучами солнца из панорамных окон, выходивших в цветущий сад. При матери он оставался справедливым, любящим правителем. Но десять лет назад, когда Элиноры не стало, отца словно подменили: он превратился в подозрительного и чересчур контролирующего тирана. Повлияла ли на него гибель жены или что-то ещё, Амелия не знала и спрашивать не смела. Однако порядки и законы во фракции с тех пор стали в разы суровее.

Вдруг в тишине раздался громогласный чих.

Чародейка вздрогнула и замерла на месте. Сердце подпрыгнуло к самому горлу. Затаив дыхание, она испуганно огляделась. Неподалёку от неё, у одного из выступов стены, стоял Виктор. Он смачно вытер нос манжетом собственного рукава, отчего невидимая девушка скривилась.

«Ну и мерзость», — пронеслась в её голове брезгливая мысль, лицезрев данное действие.

Кузен небрежно облокотился о стену, скрестив руки на груди. Явно кого-то ожидал. Но Амелии было совсем не до этого, да и не интересно…

— Виктор, — позвал кузена знакомый голос, заставив девушку внутренне подобраться.

«Чего?!» — пронеслась паническая мысль. Замерев как вкопанная, чародейка медленно обернулась, страшась того, что увидит. К её огромному сожалению, худшие предчувствия оправдались.

К Виктору подошёл высокий, широкоплечий мужчина в тяжёлом тёмном сюртуке. Беспорядочно лежавшие белые волосы и короткая щетина говорили о сильной усталости, но, несмотря на это, он выглядел статно — впрочем, как и всегда. Павел Николаевич Лимской! Брат её покойной матери Элиноры. Но откуда он здесь взялся? Когда? Как? Он ведь бесследно исчез много лет назад и с тех пор ни разу не появлялся во фракции. Амелия прищурилась, отчаянно надеясь, что это лишь плод её воображения. Не мог её родной дядя водиться с этим… ничтожеством.

— О, Павел! Рад видеть тебя, — поздоровался Виктор, оттолкнувшись от стены и протягивая руку. Тот коротко ответил на приветственное рукопожатие.

— Тише, Виктор. Тебе удалось достать то, что я просил? — совсем тихо спросил мужчина.

Его голос звучал так глухо, что девушке пришлось сильнее напрячь слух и податься вперёд. И тут подол её платья предательски зашуршал.

«Чёрт, чёрт, чёрт!» — мысленно засыпала она себя проклятиями, злясь на собственную неосторожность. Замерев на месте и отчаянно молясь, чтобы мужчины не услышали бешеный стук её сердца, Амелия затаила дыхание.

Павел резко обернулся. Его глаза, чёрные как сама ночь, опасно сузились, словно у готового к прыжку кота. Он внимательно осмотрел галерею и на секунду задержал пронизывающий взгляд именно там, где застыла невидимая племянница. А затем снова повернулся к собеседнику.

— Пошли, — коротко бросил он и уверенно зашагал прочь.

Виктор бросил растерянный взгляд в пустоту и, пожав плечами, поспешил следом за ним.

Амелия выдохнула, только когда их фигуры скрылись за углом, а шаги окончательно утихли в глубине коридора. Девушка ещё некоторое время стояла на месте с бешено клокочущим сердцем. Да, она плохо знала своего дядю и помнила его лишь по смутным детским отрывкам — тогда он казался ей невероятно заботливым и добрым. Ей никак не верилось, что он мог замышлять что-то недоброе, да ещё и в сговоре с Виктором.

Чародейка резко помотала головой.

«Нет никаких доказательств!» — мысленно убеждала она себя, отчаянно отгоняя мрачные подозрения. Что бы ни заставило дядю Павла вернуться и вести дела с её скользким кузеном, она подумает об этом позже. Сначала нужно добраться до заброшенной хижины, найти фолианты матери и узнать, как помочь своим ученикам.

Глава 2

Выйдя за пределы города, Амелия оказалась в чаще Стерлошоу. Вековые раскидистые деревья своими кронами превосходили самые высокие здания в Стерелоу. Их пышная листва словно куполом укрывала лес от знойного солнца, создавая внутри загадочную атмосферу. Тонкие солнечные лучи, проникавшие вглубь, весело мерцали при каждом шелесте. Заросли можжевельника, лиственниц и всевозможных съедобных ягод, чьи спелые плоды будто сами просились в руки, так и манили к себе.

Но чародейка, казалось, совершенно не замечала окружающей красоты. Она лишь уверенно и быстро ступала по тропинке, периодически сверяясь с картой в руке, чтобы убедиться, что не сбилась с пути. Через некоторое время дорогу ей преградили высокие кустарники с пышной лиловой листвой. Девушка рукой отодвинула ветви и проскользнула между ними.

И тут перед ней возникла та самая хижина. Амелия улыбнулась. Она почти не помнила этого места, ведь была совсем маленькой, когда бывала здесь, но сейчас, при взгляде на дом, внутри разлилось тепло. Тело машинально расслабилось. Даже в этом заброшенном уголке, где уже много лет никто не жил и не ухаживал за ним, она чувствовала уют и покой. Словно магия матери осталась в этих стенах и теперь обволакивала девушку своей любовью. Дом из коричневого кирпича был бережно окутан плющом, который оплетал даже оконные ставни. Вокруг все так же цвели дикие цветы, яблони и груши.

Амелия тронулась с места, слегка нахмурившись, будто вспомнила, что пришла сюда по очень важному делу, а не для того, чтобы предаваться детским воспоминаниям и тосковать по ушедшим временам. Она уверенно толкнула дверь. Та со скрипом отворилась, и затхлый, пыльный воздух тут же ударил в нос.

Волшебница прошла внутрь. Тусклый дневной свет едва пробивался сквозь запылённые окна, а поднявшаяся серая взвесь, словно серебряная пыльца, медленно кружила в воздухе. Широкий мягкий диван оливкового цвета расположился вдоль стены справа, по центру находился большой каменный камин, а рядом — деревянный стол, на котором до сих пор стояла ваза с давно увядшими цветами.

Амелия выпустила магическую энергию. Синие нити нежно обволокли стекло, и сухие бутоны вмиг налились соком, вновь становясь свежими и живыми. Улыбнувшись делу своих рук, девушка подошла к книжной полке, которая возвышалась у небольшого кресла возле окна, и принялась старательно искать то за чем пришла.

— Так, так, так… — буркнула она себе под нос, достав тяжёлый фолиант и быстро перелистывая пожелтевшие страницы.

Это была не та книга. Достав следующую и пролистав её, чародейка с досадой захлопнула и этот том. От резкого движения в воздух поднялось плотное облако пыли. Стоило ей попасть в ноздри, как у Амелии тут же защекотало в носу, и девушка громко чихнула.

Вытерев выступившие слёзы, она замерла: её взгляд зацепился за серебряный переплёт, который тускло блеснул под удачно упавшим на него лучом света. Быстро достав его, она открыла книгу. На страницах размашистым почерком были выведены записи на совершенно непонятном языке, а рядом красовались наброски разнообразных минералов и чертежи.

— Ничего не понимаю… — расстроенно проронила девушка. Она бессильно опустила руки, и в этот момент из-под серебряной обложки на пол вывалился край какого-то листа.

Подняв бумагу, чародейка развернула листок и увидела рисунок, выполненный с заметным старанием. На нём был изображён красный гранёный камень в форме крупной капли.

— Аленссто́ун… — прошептала она, прочитав размашистую подпись внизу. — Камень неиссякаемой силы. Способен перерабатывать магию в чистейшую энергию, служит безупречным проводником и может вобрать в себя колоссальный её объём…

Девушка запнулась — на этом месте надпись обрывалась. Озадаченно перевернув лист, волшебница обнаружила на обратной стороне неровный, начерченный наспех курсивом план. Как поняла чародейка, это была карта, указывающая, где именно скрыт артефакт.

Она глубоко вздохнула и со свистом выдохнула, пытаясь унять дрожь в руках.

— Камень неиссякаемой силы, — повторила Амелия, и её глаза блеснули надеждой. — Это как раз то, что нужно! Спасибо, мама! — весело воскликнула она, выпрямляясь и крепко сжав находку в ладони.

«Возможно, он поможет моим ученикам в Стерелоу, — полная энтузиазма, размышляла чародейка. — Поможет тем, у кого забились протоки, прочистить их, высвободить засорившиеся каналы от застрявшей магии, а потом запустить весь процесс циркуляции по новой!»

Она просто обязана отыскать Аленсстоун, решительно заключила девушка и бережно спрятала заветный листок в глубокий карман бирюзового платья.

Покинув хижину, волшебница направилась вглубь леса. Она старательно пробиралась сквозь чащу, которая как на зло оказалась слишком дремучей и сплошь заросшей дикими зарослями. Устав отодвигать ветви, так и норовившие хлестнуть её по лицу листвой, Амелия вскинула запястье. Из её ладони вырвался поток магической энергии. Преобразившись в воздухе, магия синими сверкающими волокнами плавно расступилась, освобождая ей путь. Довольно улыбнувшись, чародейка свободной и уверенной походкой поспешила вперёд, ускорив шаг к своей цели.

На улице уже смеркалось, когда девушка оказалась ровно в той точке, где был отмечен конечный пункт. Её глаза упёрлись в огромную скалу, в которой едва угадывался узкий проход. Прямо по центру утёса, до самых небес, слабо мерцая и переливаясь неоновым фиолетовым цветом, словно гигантский мыльный пузырь, располагалась магия разлома. Та самая, что прочерчивала границу между магами и алхимиками.

Амелия чуть приоткрыла рот. Вид был поистине завораживающим и в то же время устрашающим. Она никогда своими глазами не видела границу территорий. По коже пробежала лёгкая дрожь, а в душе поселилось неприятное предчувствие. Но упрямо сжав листок в ладоне, волшебница устремилась прямо внутрь пещеры — в самое сердце границы между фракциями.

Уверенно протиснувшись в щель, которая являлась подобием входа или, возможно, просто трещиной в скале, Амелия прошла вглубь. В глаза ударила кромешная тьма. Девушка остановилась, стараясь привыкнуть во мгле, но безуспешно — совершенно ничего невозможно было разглядеть. Мысленно проговорив заклинание света, чародейка щелкнула пальцами, и этот звук эхом пронесся по пещере, вызывая мурашки по коже. Искры, возникшие от магии, тут же, словно звезды, осветили пространство вокруг неё.

Спрятав лист во внутренний карман платья, она уверенно двинулась вперед, пока не растерялась решимость. Яркие искры послушно последовали за хозяйкой, освещая путь. Амелия шла осторожно, глядя под ноги и постоянно осматривая практически каждую трещину в стене, но ничего подозрительного или пугающего не замечала. Сейчас её вела узкая тропинка. Каменные стены были влажными, по ним медленно стекала вода, принося с собой приятную свежесть.

Амелия потеряла счет времени, когда наконец дошла до конца коридора. Стены расступились, и девушка замерла в проеме, открывавшем вход в огромное, свободное пространство. Зал казался настолько колоссальным, что невозможно было разглядеть, где он заканчивается. Высоко над головой, с потолка, зловеще свисали острые каменные выступы. Каждые три метра ввысь возвышались массивные колонны — казалось, они стойко удерживали свод, не позволяя ему окончательно обрушиться. Слабое свечение просачивалось сквозь узкие щели, создавая мрачную атмосферу, а крупные капли, срываясь сверху, со звонким эхом падали в образовавшиеся на полу лужи.

Словно зачарованная, она прошла вглубь, осматриваясь по сторонам и держа руки у пояса. Амелия была готова в любой момент применить боевую магию и атаковать — всё-таки неизвестно, что могло поджидать её в этих глубинах. Но вокруг не было ничего, кроме голых стен.

«Возможно, артефакт спрятан где-то в другом месте», — с горечью подумала она, ведь на поиски здесь могли уйти дни, а то и недели.

«Точно! — тихо шепнула девушка, обрадовавшись внезапной мысли. — И как я раньше не додумалась?»

Она быстро достала из кармана карту и перевернула листок, на обратной стороне которого был нарисован тот самый Аленсстоун. Выпустив потоки энергии, волшебница мысленно направила их на бумагу. Голубые нити змейками закружились по листу, изучая содержимое — они словно принюхивались и оценивали рисунок. Спустя пару минут исследования магия ярко вспыхнула и устремилась к противоположной стене — туда, где царил абсолютный мрак и куда не проникали даже крошечные лучи из щелей.

Чародейка рванула вслед за светящимися линиями, отчаянно надеясь, что поисковые чары сработают и приведут её к цели.

Добравшись до места, она не увидела ничего, кроме высокого каменного пьедестала, доходившего ей до пояса. На нём было… пусто. Однако голубые змейки настойчиво кружились над каменной поверхностью, не желая уходить. Амелия нахмурилась и постучала указательным пальцем по щеке, напряженно размышляя: почему магия привела её именно сюда? Где сам камень? Здесь замешана магия скрытия?

Она не успела разгадать эту загадку — в глубине зала послышались посторонние шаги. Девушка внутренне сжалась и приказала магии исчезнуть. Пригнувшись, она спряталась за пьедестал с дико клокочущим сердцем.

«Кого сюда притащило? — лихорадочно размышляла она. — Монстра? Мага? Или…»

Из тени появилась высокая, широкоплечая фигура. Это был мужчина с густыми черными волосами и бородой, которая настолько разрослась, что за ней невозможно было разглядеть лицо. На незнакомце были обтягивающие кожаные штаны, а на поясе висели разнообразные склянки со светящейся жидкостью и цепь, слабо позвякивавшая при каждом шаге. Поверх белой рубашки фигуру плотно облегал кожаный жилет, также увешанный алхимическими сосудами.

Амелия нахмурилась еще сильнее. Внутри неё страх перемешался с острым чувством отвращения.

«Пустой!» — тут же поняла она.

Только эти варвары-алхимики могли выглядеть столь зловеще, нелепо и устрашающе. Магам с детства рассказывали истории о том, как во время Столетней войны алхимики пытались истребить чародеев и подчинить их себе. Сами они колдовать не умели, а потому хотели заставить магов использовать силу ради своих нужд. Старшие строго велели всегда быть с ними настороже: в склянках алхимиков содержались ядовитые вещества, способные уничтожить колдуна или непоправимо повредить его внутренние потоки энергии, навсегда лишив возможности творить заклинания.

Да, Амелия изучала боевую магию в теории. Вот только как применить её на практике?

Девушка, словно кошка, вытянула шею, осторожно выглядывая из-за каменного постамента. Она отчаянно пыталась разглядеть, что он собирается делать. Тоже пришел за камнем?

«Чёрта с два я ему его отдам!» — злобно подумала чародейка, неотрывно следя за каждым движением врага.

Тот достал из кармана штанов лист бумаги. Алхимик изучал его довольно долго, периодически оглядываясь по сторонам и проверяя, нет ли кого рядом. Словно убедившись в безопасности, он убрал лист на место, сорвал с пояса одну из склянок и, сильно замахнувшись, швырнул её прямо в сторону укрытия Амелии.

Чародейка в ужасе округлила глаза: ярко светящийся желтый сосуд летел точно в неё! Не выдержав эмоционального накала, она с визгом выскочила из засады, до смерти боясь того, что эта жидкость может сделать с ней и её силой. Как только Амелия покинула убежище, стекло с грохотом разбилось о камень. Жидкость растеклась, и с ядовитым шипением вверх поднялся клуб густого желтого дыма.

— Ты кто такая? — тут же раздался громогласный, глубокий голос, заставивший Амелию съёжиться.

Волшебница резко обернулась и встретилась с холодным синим взглядом мужчины. «И как я могла так глупо выдать себя?» — обреченно подумала Амелия, закусив губу.

Алхимик тем временем принял боевую стойку, держа руку наготове, чтобы в любой момент сорвать с пояса очередную склянку. От этого зрелища Амелия неосознанно сделала шаг назад. Но тут же разозлившись на себя и собственный страх, она гордо вскинула подбородок и смело посмотрела на врага.

— Амелия Ланская. Магическая фракция Стерелоу, понятно тебе, варвар? — выплюнула она, дерзко сверкнув карими глазами. — Не рекомендую тебе связываться со мной, если хочешь жить! — выкрикнула она, но на последнем слове голос предательски дрогнул, эхом отозвавшись от каменных стен.

Мужчина уставился на девушку недоуменным взглядом, а затем громко расхохотался.

— Можно было сразу догадаться по твоим одеяниям, кто ты, — сухо бросил он, отсмеявшись. — Очередная избалованная магичка. Пришла сюда зачем? За блестящими камушками? — ядовито и с явным безразличием спросил он.

— Камушками?! — переспросила она.

Внутри волшебницы мгновенно разлился обжигающий гнев.

— Да как ты смеешь, неотёсанный варвар, так со мной разговаривать?! — вспыхнула Амелия.

С яростным желанием проучить наглеца она резко вскинула запястье. Потоки насыщенной синей магии устремились прямо на алхимика. «Посмотрим, как ты сейчас заговоришь! Заклинание сбивания с ног и оцепенение!»

Однако мужчина быстрым, ловким движением сорвал с пояса один из флаконов. Послышался глухой хлопок, и серебряный песок, столкнувшись с магией, ярко заискрился. Чары чародейки тут же развеялись в воздухе.

— Глупая магичка, ты своими детскими проклятиями меня не ранишь. Лучше ступай домой, — сказал мужчина, и его голос внезапно стал пугающе серьёзным.

Он уверенно сделал два широких шага вперёд и остановился напротив девушки на расстоянии вытянутой руки. В его глазах легко читалась брезгливость.

— Пока сама ещё жива! — отчеканил он таким тоном, что у Амелии в горле мгновенно встал труднопроглатываемый ком.

— Да ты… варвар! — начала она, задыхаясь от гнева и от того, что он вообще ни во что её не ставит, словно она мелкая букашка.

Но алхимик её уже не слушал. Боковым зрением он заметил, как на пьедестале что-то ало блеснуло. Амелия проследила за его взглядом и тоже увидела его — Аленсстоун!

«Почему он появился именно сейчас?!» — страдальчески простонала она про себя.

Артефакт парил в воздухе над постаментом, его гранёные края поблескивали при каждом ленивом развороте. Камень пульсировал, словно живой организм, и будто манил к себе.

Волшебница воспользовалась секундным замешательством врага и бросилась вперёд, желая перехватить драгоценность первой. Но стоило её тонким пальцам почти коснуться камня, как запястье крепко обвила цепь. Она больно впилась в кожу и, резко дёрнув руку Амелии, откинула девушку в сторону. Чародейка с кряхтением шлёпнулась на пол, больно ударившись копчиком.

Прямо на её глазах этот огромный мужчина буквально в один шаг оказался у цели и уже тянул свою лапищу к артефакту. Рыкнув от ярости, Амелия выпустила магию. Голубая светящаяся лента змейкой обхватила ногу алхимика и резко потянула на себя. Мужчина грузно рухнул на одно колено, так и не дотянувшись до камня.

— Ну, как тебе?! — довольно выплюнула чародейка. Она тут же вскочила на ноги и снова побежала к светящемуся артефакту.

Но не успела она добраться до желаемого, как снова послышался звук бьющегося стекла. Амелию мгновенно окутал удушливый белый дым. Глаза сильно заслезились, а горло сковало чем-то едким, отчего волшебница зашлась в жутком кашле. Не желая сдаваться, девушка вновь выпустила снопы магии.

«Замри!» — мысленно приказала она чарам, направленным на врага.

Пытаясь наощупь выбраться из дымовой завесы, Амелия наткнулась на что-то твердое и высокое. «Пьедестал?» — промелькнула в голове радостная мысль.

— Эй, смотри, куда прешь, магичка! — проворчал алхимик.

Оказалось, именно об него споткнулась девушка. Потеряв равновесие, она с размаху рухнула прямо в лужу, и брызги полетели во все стороны, разгоняя белый пар. Лихорадочно протерев глаза, чародейка яростно обернулась. Мужчина всё ещё стоял на одном колене, не в силах пошевелиться: её голубые поисковые нити плотно обволокли его тело, сдерживая заклятием оцепенения. Но даже так в его глазах читалась явная издевка, отчего девушка зло заскрипела зубами.

Амелия неловко поднялась и, чтобы удержать равновесие, оперлась ладонью о стену. Вдруг её рука провалилась куда-то вглубь, из-за чего она едва не упала вновь.

— Ты что натворила, глупая девчонка?! — прикрикнул алхимик, с подозрением оглядываясь по сторонам.

В этот же миг раздался опасный треск. Острые каменные выступы на потолке зловеще закачались, и на головы присутствующих посыпалась мелкая крошка.

Алхимик резко повернул голову. На ремешке его жилета висел очередной флакон; дотянувшись до него, мужчина ухватился за пробку зубами и сильно дёрнул. Послышался приглушённый хлопок. Едва уловимая серая завеса мгновенно обволокла его фигуру, и голубые нити Амелии тут же развеялись. Одним мощным рывком он поднялся на ноги и рванулся к пьедесталу, хватаясь за камень.

— Эй! — взвизгнула чародейка.

От её крика камни сверху посыпались ещё сильнее. Однако секундное замешательство алхимика позволило Амелии выиграть мгновение: она мёртвой хваткой вцепилась в артефакт прямо напротив его пальцев. Девушка сжимала гладкие грани с такой силой, что костяшки её пальцев побелели.

— А ну отдай, варвар! Немедленно! — с остервенением зашипела она.

— Сама отпусти, глупая девчонка! — ядовито отрезал алхимик, с силой потянув камень на себя. Но, несмотря на всю его мощь, Амелии чудом удавалось удерживать артефакт.

Волшебница крепко сжала челюсти. Этот бородач держал камень мёртвой хваткой, и Амелия прекрасно понимала, что физическое преимущество на его стороне. Но она не могла отступить. Не сейчас! Аленсстоун был необходим ей, чтобы помочь своим тайным ученикам, она не имела права бросить их на произвол судьбы. А этот неотёсанный варвар наверняка просто расплавит или уничтожит драгоценный артефакт. Девушка была уверена, что он даже понятия не имеет, что это такое и как им пользоваться. «Скорее всего, просто продаст!» — мелькнула злобная мысль, от которой её коготки ещё яростнее впились в минерал. Чародейка снова выпустила магию, но синие потоки энергии никак не могли подобраться к алхимику, словно сталкиваясь с невидимой стеной.

— Что, не колдуется? — хохотнул он, наблюдая за тем, как голубые нити беспомощно вьются вокруг его рук. — Если хочешь жить, отпусти камень, — угрожающе проскрипел мужчина.

— Ни за что! — выкрикнула Амелия.

В этот момент прямо рядом с ними с оглушительным грохотом рухнул первый огромный, острый валун. Испуганно пискнув, девушка инстинктивно отпрянула в сторону, оказавшись буквально в сантиметре от врага.

— Спасать тебя я не собираюсь! — бросил алхимик и снова рванул Аленсстоун на себя.

Но Амелия, до крови прикусив губу, упёрто держалась за артефакт так, словно от этого зависела её жизнь. В тот момент, когда казалось, что ещё мгновение — и пальцы соскользнут, оставив её ни с чем, артефакт ярко сверкнул. Ослепив незадачливых похитителей, Аленсстоун тут же растворился в воздухе, бросив их с пустыми руками.

— Ты что натворила?! — прорычал алхимик. В его синих глазах опасно блеснуло бешенство, а голос дрожал от ярости.

— Ничего! — тут же огрызнулась она, растерянно глядя на свои пустые пальцы.

Потолок стал осыпаться ещё сильнее. От падающих валунов вокруг поднималась плотная пыльная завеса.

— Чёрт! — в сердцах выругался мужчина.

Он резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу, не желая оставаться в рушащейся ловушке. Но не успел он пройти и пяти метров, как его сковала невидимая сила, словно обхватила чья-то незримая петля. Опустив голову, алхимик увидел, что его стянула алая искрящаяся нить словно живая артерия и поволокла… обратно!

Оказавшись лицом к лицу с чародейкой, которая сначала тупо смотрела на свои ладони, а затем перевела взгляд на него, алхимик буквально кипел от злости. Он периодически отмахивался от летящих сверху осколков, едва сдерживая себя.

— Ты что творишь?! — мужчина угрожающе навис над ней.

Но вместо того чтобы испугаться, Амелия разозлилась ещё сильнее.

— Да как ты смеешь меня обвинять, неотёсанный ты варвар?! — парировала она так экспрессивно, что случайно брызнула слюной прямо в лицо мужчине.

Тот мгновенно отступил на шаг и брезгливо вытер щёку рукавом рубашки.

Между ними в эту секунду рухнул огромный валун, подняв вверх тучи пыли и грязи. Амелия вовремя вскинула ладони над головой и наколдовала магический щит, от которого рикошетом отскакивали осколки. Победно улыбнувшись, она посмотрела на мужчину, который вручную ловко уворачивался от камнепада.

— Желаю медленной смерти! — хмыкнула она и уверенно пошла к выходу, удерживая защитное заклинание и обходя булыжники, что валялись под ногами.

Девушка уже почти добралась до прохода, как вдруг алая нить, словно лассо, намертво сковала её за пояс и принудительно потянула обратно к врагу. Амелия со всего маху больно ударилась спиной о его широкую грудь. Растерянно повернув голову и встретившись с его свирепым взглядом, она тут же отскочила, словно обожглась о языки пламени.

— Медленной смерти, говоришь? — хмыкнул он, всё ещё уворачиваясь от летящих сверху обломков.

Девушка зло зыркнула на него и рефлекторно снова соткала энергию щита. Она лихорадочно соображала, как выбраться из пещеры, которая буквально желала похоронить их заживо. О том, что это за таинственная нить и почему её упрямо притягивает к врагу, она подумает позже.

Заметив в стене явственный просвет, Амелия уже кинулась в ту сторону, как вдруг жёсткая ладонь мёртвой хваткой вцепилась в её запястье и резко дёрнула на себя. В ту же секунду прямо перед ней с оглушительным грохотом рухнул очередной острый валун размером с человеческий рост, едва не раздавив хрупкую волшебницу.

— Ты слепая?! — рявкнул алхимик, нависнув над девушкой, которая от сильного рывка повалилась на землю.

Он без церемоний перехватил её под локоть и одним движением рванул вверх, заставляя подняться.

— Не трогай меня, варвар! — зашипела чародейка, по-кошачьи оскалившись.

— Ты правда глупая или просто хочешь здесь помереть? — ледяным тоном процедил мужчина.

Он пронзил её настолько тяжёлым взглядом, что Амелия мгновенно прикусила язык. В глубине души она понимала: он прав. Ей нужно немедленно успокоиться, взять себя в руки и как можно скорее выбраться из этого проклятого места.

— И что ты предлагаешь? — подавив гордость, но всё так же вздёрнув подбородок, спросила она.

Амелия отступила на шаг и снова воздвигла магический щит. Теперь сияющий купол накрывал не только её голову, но и алхимика, рикошетом отбивая падающие камни.

— Для начала нам нужно вместе идти в одну сторону, чтобы спастись. Неведомая магия тянет нас друг к другу: если снова попытаешься удрать — вернёшься на место. И не жди, что в этот раз я спасу твою пустую голову, — отчеканил он, сверля её синими глазами.

Его густые чёрные брови грозно сомкнулись на переносице. Амелии стало жутко от одного его вида, но в душе по-прежнему бушевала неприязнь. «Да кто ещё из нас пустой?» — так и хотелось выкрикнуть ей в ответ, но она своевременно смолчала, лишь крепко поджав губы. Сейчас главное — выбраться.

В этот момент на магический щит с такой мощью обрушился огромный обломок, что у волшебницы подкосились колени. Она совсем не ожидала, что удерживать купол окажется настолько тяжело. А ведь это нейтральная территория — Амелия понятия не имела, сколько здесь разлито свободной магии. Если её запасы в этом зале ограничены, то очень скоро она просто не сможет удерживать защиту.

Паника холодной волной накрыла её с головой. Заметив это, мужчина молча схватил девушку под локоть и потащил за собой.

— Молчи и иди следом, — холодно приказал он, отпуская её руку.

Словно хищник, алхимик пригнулся и уклоняясь побрёл быстрой рысью в противоположную сторону. Именно оттуда он и пришёл, догадалась Амелия. Но куда ведёт эта дорога? Мысль мелькнула и тут же пропала: очередной глухой удар по защитному куполу заставил её ускорить шаг. Без разницы куда, решила она, мысленно молясь лишь о том, чтобы поскорее выбраться на свободу.