В нужное время в нужном месте

I

Пять лет назад.

Девочка сильнее вжалась в стену и крепче обхватила разбитые до крови коленки. Холодная, шершавая стена неприятно царапала открытые участки кожи. От долгого сидения ноги затекли и казались чужими, всё тело словно пронзали миллионы острых иголочек. Длинные тёмные волосы спутались, чёлка лезла в глаза, губы обветрились, а руки были исцарапаны и покраснели от холода.

«Не смотри, не отвечай, — как мантру повторяла про себя, — не смотри, не отвечай, не смотри. Тогда возможно он уйдет».

Мужчина переступая с ноги на ногу присел на корточки и указательным пальцем в перчатке поднял подбородок девчонки.

Его уставший и недовольный вид кричал громче каких либо слов. Вероятно ему бы сейчас с большей радостью хотелось оказаться где-то в другом месте, а не в вонючей, сырой темной подворотне.

- Как тебя зовут, — от его хрипловато - скрипучего голоса у девочки зашевелились волосы на руках.

Они встретились взглядами. Девочка замерла, глядя на него.

Небольшие глаза с золотыми радужками, бордовые коротко подстриженные волосы и медицинская маска на лице.

«Зачем ему имя, они никогда не спрашивают имя», — мелькают мысли в голове. Обращение по имена служит подтверждением важности собеседника, признания качеств, достоинств, возможностей. Человек обращающийся по имени притягивает и располагает к себе. Это вопрос статуса. Они никогда не обращаются к ней по имени. Она для них пустое место. Ничтожество. Ничто.

«Если я ударю его или толкну, то смогу убежать. Но он догонит меня в два шага, у меня совсем не осталось сил», — девчонка глубоко вздыхает.

В этом вдохе безусловное принятие и искреннее смирение.

- Ми...- голос предательски дрогнул, — Микаса.

- Микаса, — произнёс он вставая на ноги и поправляя свои брюки, — это ты сделала ? - подошел к лежащему возле стены трупу. Тщательно всмотрелся в лицо. Подсыхающая по краям лужица крови около головы покойника вселяла недоумение: сам ли человек расшибся или кто-то приложил к этому руку. Носком ботинка пнул мертвяка и корпусом развернулся в обратную сторону.

Девочка не поднимая головы изучала свои руки. Запекшаяся кровь вперемешку с грязью под сломанными ногтями. Сбитые выступающие костяшки. Безобразные длинные белые шрамы на ладонях.

- Нет, — еле слышно прошептала, — он ударился об стену.

Незнакомец качнулся на пятках и посмотрел на Микасу с явным раздражением. - не обманывай меня, — его голос прозвучал слегка обиженно, — как ты сделала это?

- Это, — всхлип, — не я. Это она, — прикрывая лицо ладонями произнесла Микаса. И едва слышный второй всхлип вырвался из груди.

- Из тебя и слова не вытащишь, — произнес он со скрежетом зубов.

- Тень, — скрипучим голосом произнесла девочка. Жгучие слезы лились у нее из глаз, она с трудом сдерживала подступавшие к горлу и готовые вырваться рыдания.

- Поднимись, Микаса.

Четыре года назад.

Громкий топот ног, заглушал крики позади девушки и эхом отбивался от каменных стен. Перед глазами проносились какие-то геометрические узоры, желтые и оранжевые точки, мелькающие тени – всё прыгало. Содрогалось. Выброшенный в кровь адреналин начинал распадаться и на смену решительности и упорству приходит усталость, дрожь и ощущение ломоты. Страх, отчаяние и боль вырываются у Микасы из груди, и она кричит не своим голосом: - Отвалите!

С минуту стоит тишина, потом слышится отчаянная ругань. «Далеко», — радостная мысль всплывает в голове. Не веря своему счастью, она нервно смеется сквозь слёзы, которые продолжают литься из глаз. Но, увы, победная эйфория длиться недолго. В центре просторного коридора маячит фиолетовое пятно продолговатой формы, по мере стремительного приближения всё больше приобретая человеческое очертание. Не успев затормозить Микаса на полном ходу врезается головой в живот. Какая-то сила крепко хватает её за плечи.

- Чисаки-кун, — взывает от отчаяния крепче прижимаясь щекой к талии, — пожалуйста, я не хочу делать укол. Мне больно, мне больно, мне правда очень больно. Ощущения ужасные! Будто раскаленный свинец кипит под кожей.

- Милая, — между ласковым прозвищем и ледяным взглядом ощущался резкий контраст, — мы это не обсуждаем. Благодаря этому ты становишься сильнее.

- Ты говорил, что я и так сильная, — с трудом сдерживая слёзы обиды произнесла Микаса, — что я самая сильная девочка из всех.

Его пальцы сильнее сжимают плечи ребенка, глаза - широки раскрыты. В глазах нескрываемое раздражение и недовольство, — так и есть, но ты ведь хочешь стать еще сильнее?

За спиной слышатся торопливые шаги и бессвязные обрывки фраз. Девочка медленно поворачивает голову. Мимик тяжело дышит, хватая ртом воздух, глаза вытаращены, взгляд устремлён в пустоту. Лицо Хроностазиса кажется бледнее чем обычно, вся его стройная фигура полна задумчивости и унылого покоя. Ленивый и нервный Рикия стал еще нервнее, беспечней и ленивей.

Микаса делает мелкий шажочек в сторону Хроностазиса и протягивает к нему поднятую вверх ладонь, почему-то сейчас мысль о том, что бы остаться с ним и получить очередную дозу сыворотки не кажется столько пугающей. Сейчас доктор со своей размеренностью, неторопливостью и задумчивостью является тем самым островком безопасности.

- Я задал вопрос,- рявкнул голос сверху, встряхивая девочку за плечи, — ты ведь хочешь быть самой сильной? Жалкие и беспомощные люди меня расстраивают. А ты ведь знаешь, что бывает когда я расстраиваюсь? - два безжизненных пустых глаза уставились в немом вопросе.

На её лице выступает холодный пот, по телу бегут мурашки, воздух застрявший в горле никак не хочет выталкиваться наружу.

Лишь слабый кивок свидетельствует о том, что девочка остается в сознании и здравом уме. Хрупкое тело насильно разворачивают и толкают в сторону Хроностазиса. Она с огромным усилием переставляя ватные ноги, делает несколько шагов вперёд и вялыми руками цепляется за белый медицинский халат.

Три года назад

- Слушай, Курано, вот эта сыворотка, это ведь какая-то наркота? - спросила девушка присаживаясь на краешек кушетки и решительно закатывая рукава рубашки, обнажив худые тонкие предплечья, костлявые руки, обтянутые прозрачной кожей через которую зелеными полосками проступают вены, — откуда она у тебя вообще? Где ты её взял?

Узкая спина Курано сгорбилась над рабочим столом. Там находилось всё необходимое для инъекций: две коробочки с ампулами, большой набор шприцов с тонкой иглой, спиртовые салфетки, лейкопластырь и стерильные медицинские перчатки.

- Я, — Хроностатиз наполнил шприц какой-то жидкостью и выпустил воздух, нажав на поршень чуть прыснув лекарством в воздух, — это я создал эту сыворотку. Это заняло больше времени чем я планировал, но да, это моя разработка.

Размахивая ногами, время от времени задевая Хроностасиза Микаса задумалась, но вскоре с искренним детским восторгом воскликнула, — ты такой умный. Мужчина промолчал, но довольно хмыкнул. Мимик, тихо сидевший до этого в своём углу, язвительно усмехнулся по-прежнему не отрывая глаз от телефона. - нет, это просто ты блестяще тупая.

- Курано, - Микаса тяжело вздохнула и закатила глаза, — передай карлику, что после укола я вырву ему глаза.

Курано неодобрительно покачал головой, — не лезь к ней, Мимик, а ты называй меня Хроностатиз.

Девочка метнула злобный взгляд в сторону Мимика, провела рукой по шее и одними губами прошептала, — убью. Тот презрительно пожал одним плечом, усмехнулся криво и язвительно, но промолчал. Резиновый жгут стал крепче закручиваться на тонкой ручке

- Ладно-ладно, — согласилась без возражений, — тебе надо улучшить сыворотку, что бы не было так больно.

Мужчина выпрямился с задумчивым видом протянул руку, что бы почесать щёку, но вовремя остановился.

- Я работаю над этим, я...- пронзительный истощённый детский крик не дал договорить фразу.

Микаса босиком соскочила на пол, плечи заметно напряглись, глаза - округлились, сердце норовило выпрыгнуть из груди, — что это было?

- О чём ты, милая? – рассеянно отозвался доктор, тряхнул головой, как будто отгоняя мрачные мысли.

- Плач, я про плач, Курано, детский плач. Я четко слышала, — Микаса медленно сделала шаг в сторону двери. Зловещие дрожащие тени заплясали на каменных стенах, постоянно меняя свои размеры и очертания. Девочка озадаченно уставилась на собеседника. Затем перевёла взгляд в ту сторону, куда-то и дело поглядывал доктор, — Мимик?

Он сидел прямо и, казалось, спокойно, но черты мрачного лица ещё больше заострились.

- Я не представляю, о чём ты говоришь.

- Нет! - прорычала неосознанно проводя по волосам. С руки безжизненно свисает голубой жгут, — только не говорите, что вы этого не слышали, серьезно? Микаса неподвижно застыла на месте оглядывая помещение.

- Милая, сядь на место, не хочу, что бы доза зря пропала, — терпеливым голосом произнес Курано. - Мимик проверь коридор, что бы Микаса удостоверилась, что никого кроме нас тут нет.

Мимик нарочито медленно поднимается со своего места пряча телефон в задний карман брюк. Осторожно открывая дверь высовывает голову наружу. Микаса выглядывает из плеча мужчины окидывая взглядом коридор.

- Никого кто мог бы издавать хоть какие-то крики, — раздраженно произнёс отталкивая девушку.

Микаса медленно шлепает босыми ногами к своему месту, — я слышала. Такой пронзительный крик, что аж кровь в жилах стынет. Похлеще твоей наркоты.

- Единственный детский крик, который мы слышим на протяжении последних двух лет принадлежит тебе, — недовольно бормочет под нос Мимик. Лицо снова освещает экран телефона.

Какое-то время Курано задумчиво смотрит на тонкое предплечье, густо покрытое крохотными следами от прежних уколов. Аккуратно вводит иглу под кожу, надавливая на маленький поршень и с долгим удовлетворенным вздохом наблюдает как красная жидкость исчезает из шприца.

- Курано, тебе точно надо еще поработать над этим, — задумчиво произносит Микаса подбородком кивая на шприц.

Два года назад

- Соберись, Микаса, - кричит Раппа, голос звучит глухо. - ты витаешь в облаках.

- Ты, — задыхаясь от боли произносит она, — душишь меня.

- Верно, что бы ты перестала летать в облаках, — мужчина откидывает хрупкое тело девушки. Микаса ударяется об стену и летит на пол. Перекатившись на спину и вставая на коленки затягивается затяжным кашлем, закрывая рот рукавом и так давясь горлом, как будто её рвало. Лицо у нее было серо-зеленое, не отличишь от трупа. Она беспомощно махнула в сторону Раппы ладонью, но кашель мешал ей заговорить. Микаса вдруг засвистела, да так громко, что этот свист можно было услышать на громадном расстоянии. Тень девушки заметно увеличилась в размерах и в ту же секунду устремилась в сторону противника. В следующее мгновение острая боль пронзила всю её плоть от пяток до макушки, тело забилось в страшных конвульсиях, дыхание перехватило, кулаки невольно сжались, черты лица напряглись, взгляд, направленный в одну точку, застыл. Показалось, что прошла целая вечность до того как она в последний раз содрогнулась и лишившись чувств, рухнула на пол.

- Мимик! - зарычал Раппа не торопясь направляясь в сторону Микасы, - я всё контролировал. Это было обязательно?

- Откуда мне знать, — желчно произнёс мужчина, — сказано бить током каждый раз как будет использовать тень. Использовала? - произнёс он, на самом деле обращаясь к самому себе, — использовала. Шеф же для нее старается.

Третий присутствующий мужчина опустился на колени и проверил пульс у девушки. - Раппа, отнеси её в комнату.

***

Микаса вскочила в холодном поту, проснувшись от собственного крика. Голова кружилась, в ушах стоял гул. Девушка плохо помнила, кто отвёл её назад и уложил в постель. Раппа сидел на небольшом круглом табурете привалившись спиной к стене. Широкие плечи поникли, а голова с копной волнистых каштановых волос была опущена. «Он слишком большой для этого места, — немного поразмыслила девушка».

- Раппа, - прохрипела она.

- Малышка, — мужчина резко подскочил сокращая расстояние между ними, — как ты? Мне от этого не по себе, это было слишком. - Его довольно растерянный вид напоминал шкодливого ребенка. Он неловко переминался с ноги на ногу упорно игнорируя взгляд Микасы и будто бы пытался выдавить что-то большее чем это.

Девушка слегка прикоснулась робкими, вздрагивающими пальцами к его руке. Видя, что никакого сопротивления не исходит она покрепче сжала широкую крепкую ладонь.

- Это не...- она снова замолчала и громко кашлянула, прочистив горло, — в этом нет твоей вины.

Кендо нервно отдёрнул руку указывая за спину, — я тебе поесть принес, — не дожидаясь ответа Раппа одной рукой схватил поднос со стола и опустил перед Микасой. В нос ударил восхитительный аромат кофе и свежей выпечки.

- Он остыл, я могу, — и не договорил, умолк, указывая на дверь.

Микаса взяла чашку и сделала большой глоток кофе, чтобы немного оттянуть время и подумать. Мысли хаотично блуждали в голове не желая собираться во что-то более менее связное.

- Не нужно было использовать тень. Чисаки хочет, что бы я умела позаботиться о себе даже без помощи моей причуды. Это важно, например на случай, — девушка поставила чашку на деревянный поднос с ножками и провела рукой по волосам, — не знаю, на случай драки в полной темноте? Или когда мои тени недостаточно длинные. Я правда не знаю, но, наверное это важно. Правило есть правило. В любом случае это злобный карлик виноват. - Микаса улыбнулась откусывая небольшой кусок круассана.

- Я просто, — начал Кендо, затем снова замолчал, сглотнул и продолжил, кивая, словно объясняя происходящее не только Микасе, но и себе, — не знаю, я не привык к этому. Будто это не моё, — продолжил он, отворачиваясь и покраснев немного, — вернее как раз напротив это моё. Но драться с детьми не так уж и весело. Мне кажется, что, таким как ты здесь не место.

Микаса удивленно подняла бровь, — таким как я?

Раппа разглаживал несуществующую складку на своих брюках, — детям, я имею в виду это. Сколько тебе? Двенадцать тринадцать?

Разве ты не должна учиться в школе и...- он замолчал поднимая глаза к потолку, будто вспоминая что еще происходит в жизни у подростков, — есть мороженное? Или чем еще занимаются в этом возрасте...

- Раппа, я понимаю, что тебя сюда силой затащили, но я тут по собственной инициативе, — голос Микасы звучал холоднее чем обычно, — Чисаки забрал меня с улицы. Дал мне дом. У него есть мечта, пусть странная, но есть. Здесь моё место.

Раппа уверенно встал, в несколько шагов пересёк комнату и остановился перед выходом.

- Между заботой и контролем есть разница. Скажи ему, что хочешь уйти и он оторвет тебе ноги, затем соберет обратно.

Я просто хочу, что бы ты знала, что ты ему ничего не должна. Никому из нас. Тебе нужно воплощать собственные мечты, — медленно произнес он и вышел наружу.

- Какие? - спросила девушка у тишины.

Год назад

- Вы просто никогда не угадаете, что я видела когда, была на рынке, — затараторила девушка вскидывая руки вверх, — это было...

- Ну хотя бы дай такую возможность, — произносит Сорамицу, заглядывая в первый пакет. Рикия быстрым шагом оказывается возле девушки и ловким движением из-под самого носа Сорамицу выхватывает пакет с продуктами. Держа пакет он поднимает правую руку над головой, то же самое повторяет со второй сумкой лениво произнося, — не сегодня, челюсти!

Микаса звонко захохотала, вскидывая голову, длинные темные волосы падали ей на румяные щёки, откидывая их за уши она еще раз посмотрела на Рикию напоминающего пятиконечную звезду и недовольно прыгающего рядом Сорамицу.

- Я всё-таки попробую угадать. Ты застала грязевого злодея, — Раппа неторопливо зашел на кухню, остановился напротив Микасы и поднял указательный палец вверх, — захват заложника, обезумевшего школьника - к указательному пальцу добавились еще два, — а на закуску получила Детройтский или может быть Техасский удар.

- Нет, нет, там точно был Миссурийский удар, — Тенген устало потёр пальцем правую бровь.

- Сказать, что я расстроена, значит, ничего не сказать! - худенькие плечи поникли, исчезла непринуждённая лёгкость.

- Крутят по всем каналам с надписью прямой эфир, — Тенген махнул за спину указывая на выход.

Микаса подошла к Рикии и вытащила из, висящего на уровне глаз, пакета несколько упаковок чая и багет. Передала продукты в руки Раппы, а тот в свою очередь отдал стоящему рядом с навесным шкафом Тенгену. Они медленно повторяли это действие пока первый пакет полностью не оказался пуст. Провизия медленно переходила от одного человека к другому, а самое главное не попадала в рот Сорамицу.

- Зачем он это сделал? - спустя минуту разрезая глубокую тишину и выходя из размеренного транса спросила Микаса. Она даже не заметила в какой именно момент Сорамицу понял, что ничего не получит в качестве перекуса и ретировался из кухни.

- Сделал что? - непонимающе глядя по сторонам спросил Рикия.

- Спас его, — как само собой разумеющее произнесла Микаса, три пары глаз не понимающе уставились на нее, — я имею в виду, тот обезумевший школьник. Зачем он побежал спасать мальчишку?

Тенген круто развернулась спиной и громко захлопнул шкаф, — наверное тот парень его друг и он хотел помочь ему.

Раппа громко цокнул языком и покачал головой, — наверное тот парень его противник и он сам хотел убить его.

Рикия и Микаса недоуменно переглянулись искренне не понимая как эти двое могли быть напарниками.

- Просто его ноги двигались отдельно от тела, вот и всё, — отчеканил Рикия скрестив на груди руки и показывая таким образом, что разговор окончен.

Месяц назад.

После громкого стука деревянная дверь распахнулась, и в комнату ввалилась запыханная Микаса. В кабинете стоял посредине большой письменный стол, заваленный бумагами. Напротив два деревянных кресла с вельветовой зеленой оббивкой стояли на паркетном полу. Чуть поодаль от них – диванчик, прикрытый дорогим покрывалом. Перед столом кожаный стул с высокой спинкой. В углу комнаты помещался шкаф с книгами.

Во главе стола сидел хозяин кабинета собственной персоной и глядел на Микасу тяжёлым взглядом. Лицо у него было озабоченное, темные брови нахмурены, красные, воспаленные глаза, с ненавистью устремленными на девушку, тонкие сжатые губы придавали его лицу выражение недовольства и брезгливости.

Кресло занимал Хроностатиз вальяжно развалившись и скрестив ноги. Лицо его было бледным и уставшим, голова запрокинута, невеселые серые глаза прикрыты ресницами, торчащие острые скулы, рот большой, верхняя губа тонкая, нижняя плотнее.

- Пошла вон! - истошно заорал Восстановитель. Сделав несколько шагов в перед, девушка останавливается, передёргивает плечами, словно озябла, оглядывается в поисках помощи. Курано недовольно морщит лоб.

- Выйди, постучи и дождись моего ответа, — как ни в чем не бывало ровным голосом проговорил шеф и склонился над бумагами.

Микаса проворно развернулась на пятках и бросился наутёк. Проделав весь перечень задач она снова оказалась в кабинете.

- Я слушаю тебя, — не отрываясь от бумаг произнёс начальник.

- Эти придурки убили Щита! - воскликнула Микаса не испытывая ни страха, ни трепета, — а ты хочешь с ними сотрудничать?

- Милая, мы тоже убили их товарища, а второго лишили руки, — Чисаки постучал по своему левому плечу.

- Это что какой-то тупой конкурс? - закричала она совсем так, как еще недавно кричал сам Восстановитель. Острая, длинная тень девушки на мгновение вырывается вперед, но не успев дойти даже до кресла Курано возвращается назад и принимает привычное очертание, — Щит мёртв. Эти козлы с претенциозным названием убили его. А теперь ты говоришь, что мы будем работать вместе с психопаткой и шизофреником?

Чисаки откинулся на спинку кресла, не спеша, медленно собрал все бумаги в небольшую стопку и постучал ею по столу.

- Милая, ты прекрасно выглядишь сегодня, — услужливо ответил окинув Микасу быстрым оценивающим взглядом.

Девушка удивленно глянула на себя сверху вниз. Черные Мартинсы потрескались от старости, черные карго с серебрённой цепью заправлены в ботинки, гольф цвета хаки с высоким воротником. Вещи были теме же, что и утром, и вчера, позавчера и на прошлой неделе. Неизменная классика. Метаморфозы происходили только с гольфом. Понедельник - черный, вторник - темно-серый, среда - светло-серый, четверг - бежевый, пятница - хаки, суббота - бордовый, воскресенье - белый.

Микаса вопросительно приподняла бровь. «Надо чаще носить хаки», — мысленно съязвила девушка.

Восстановитель встал, обогнул стол, остановившись напротив он положил свои руки в белых перчатках на хрупкие плечи девушки.

- Милая, не забивай голову глупостями и ненужной информацией. Ты слишком красива для этого. Я обо всём позабочусь.

II

- Это не учебная тревога, срочно! Подъем, — послышался нарастающий гул, свист и грохот. По коридору раздались торопливые шаги.

Руки покрываются мурашками, когда девушка отбрасывает одеяло и начинает лихорадочно натягивать штаны. Микаса соскакивает с кровати и судорожно хватает остальную одежду. Она кое-как, поспешая, натягивает, первую попавшуюся, водолазку, не попадая в рукава, когда раздается уже не легкий удар в дверь, а громкий стук, и вместе с тем слышаться повелительный голос Рикии, — Микаса, бегом! - стук непрерывный, с терпеливым упорством. Микаса скачет на одной ноге хватаясь рукой за ручку двери.

- Что происходит? - воскликнула пораженная девушка оглядывая высокого мускулистого мужчину. На нем чёрная майка с джинсами цвета хаки, широкий белый пояс и коричневые кроссовки, а также маска чумного доктора, характерная для всех членов Восьмерки. Нетипичное волнение сжимало грудь Микасы, сердце заколотилось сильнее, горло пересохло, дышать стало труднее.

Рикия протягивает маленький потертый чемоданчик, — у нас сегодня гости. Надо оказать им подобающий прием.

- Это...- запнулась, глотнула воздух и выжидательно, в страхе, замолчала. И среди тысячи размышлений, всплыла невольно подслушанная фраза Хроностатиза: «Он заставляет надевать маски, потому что он доверяет этим людям грязную работёнку и не желает дышать с ними одним воздухом. С одной стороны, маска - признак доверия, с другой - признак того, что ты являешься лишь пушечным мясом».

Микаса испуганно отогнала эти мысли, крепко сжимая алюминиевую ручку чемодана. Медленными осторожными движениями она вытащила клювастую венецианскую маску. Она не сводила глаз с белого длинного клюва, щедро украшенного золотыми узорами.

- Теперь ты один из членов команды Восьми Неудержимых, — с непонятным выражением гордости произнес мужчина.

- Но я не хочу, — хрипло прошептала Микаса. Собственный голос звучал незнакомо, подавленно.

- Не бойся, я позабочусь о том, чтобы до вас добралось как можно меньше. А теперь надень её, — широкой рукой он махнул на маску, затем на своё лицо, — и направляйся в северное крыло.

Рикия стал быстро отходить, отступая задом, и, достигнув первого поворота, почти бегом бросился прочь, вдоль каменных стен подземелья.

Девушке хотелось крикнуть ему вслед, что она вовсе не боится полиции или героев, но не было ни времени, ни слов, чтобы передать сложный психологический спектр эмоций. Микасой овладела болезненно мучительная тревога, перерождавшаяся даже в панический страх. Её охватило чувство растерянности и казалось, что сейчас она терпит полное поражение в борьбе с хаосом, бардаком. Страх неопределенного будущего, сожаления об утраченном прошедшем.

- Береги себя! - крикнула девушка поднимая защитную маску.

Такое напряжение вызвало спазм желудка, наверное её вытошнило бы, будь бы в желудке хоть крошка. Но полицейские, организовавшие захват ранним утром, учтиво позаботились об этом. Большим пальцем Микаса покрутила кольцо на правой руке – нервная привычка. Это прикосновение к холодному металлу немного успокаивало, обеспечивало защитное заземление. Золотое кольцо покрытое родием подарок Раппы.

Он уверял, что украшение досталось ему самым честным способом. Она без угрызений совести приняла сувенир. Раппа никогда не врал.

Микаса сладко потянулась, неприятно хрустнула шеей в обе стороны и со всех ног помчалась по коридору, мелькая серой подошвой ботинок.

Каменные стены коридора сомкнулись вокруг, по стенам горели потрескивающие факелы и гулял сквозняк. Обычные светильники здесь почему-то отсутствовали, что на протяжении пяти долгих лет не давало покоя здешним завсегдатаем. Девушка сделала резкий поворот налево через несколько секунд завернула за угол пробегая мимо открытой двери комнаты Сецуно.

Маска очень сильно давила, особенно в области носа и губ, капельки пота выступили над губой, растрёпанные волосы лезли в лицо, воздух не поступал в лёгкие, уши заложило, а сердце вырывалось из груди. В голове крутилась лишь одна мысль: «ненавижу бег».

И тут ощутимо тряхнуло. Коридор начал сотрясаться, пол заходил ходуном, как при землетрясении, потолок, из которого посыпалась штукатурка, угрожающе закачался, пламя на стенах заметно уменьшилось, но вскоре восстановилось обратно, стены коридора пошли трещинами, сменялись и крутились как вихрь. Все неожиданно резко перекрутилось. Длинные, бесконечные, крытые коридоры, тянулись по всем направлениям и образовывали совершенный новый, незнакомый лабиринт.

От резкой перемены у девушки подогнулись коленки. На ватных ногах она медленно отступила к стене. Крепче прижимаясь спиной к холодному камню она медленно сползла вниз и зябко передёрнула плечами.

- Чертов, Мимик! - возмущенно завопила Микаса. Она согнула ноги и было хотела опустить голову на колени, но уперлась в ноги длинным клювом, — черт, — со злостью швырнула маску на пол.

Вдалеке послышались душераздирающие крики боли и ярости, посыпались грубые насмешки, крепкие слова, ругательства, сопровождаемые истерическим хохотом. Отдельные восклицания слились в общий пронзительный гвалт, в котором ничего нельзя было разобрать. Собственное незнание еще больше взвинчивало нервы.

- Мимик! - разразилась отчаянным криком заглушая весь остальной шум, — где Чисаки?

Время тянулось неимоверно медленно. Она согнула ноги, опустила голову на колени, зажмурилась и зажала руками уши. Она ничего не хотела видеть. И тем более слышать.

- Он уходит вместе с Хроно и Шином, — голос из ниоткуда раздался так неожиданно, что Микаса аж подскочила на месте и перепугано выругалась.

«Он меня не оставит, — задумчиво закусила губу, — он меня обязательно найдет. Нашел в первый раз, найдет и во второй. Он нас не бросит, не кинет, он вернется за нами».

Микаса встала на ноги напряженно вглядываясь в безвестную, изменчивую даль.

А затем раздался оглушительный треск. Пол содрогнулся болезненно и неровно, камни под ногами зашуршали, стены задрожали похрустывая от оглушительного гула. Треск невероятной силы повторился. Нет, не треск, удар. Стена, напротив девушки, пошла трещиной, несколько щепок отлетело от неё, тонкие линии расползлись во все стороны, словно от удара молнии. Не выдержав стена рухнула, обнажив брешь, через которую уже с легкостью можно было проникнуть внутрь. Микаса вскрикнула, в ужасе отскочив в сторону закрывая голову руками.

Плотная пелена серой пыли, поднявшаяся к потолку, ещё не успела осесть, когда в отверстии появились две пары глаз, глядящие на нее из темноты.

Первым появился высокий худощавый мужчина лет сорока, одетый, несмотря на удушающую жару, в строгий светло-серый костюм классического покроя. Его усталое, волевое лицо казалось угловатым из-за резко очерченной линии скул и массивного подбородка. Волосы были темно-зелёноватого цвета, за исключением нескольких светлых прядей, расположенных на его челке, а также светлые брови.

– Ты, – прокашлялся мужчина, поправляя сползшие очки, чтобы лучше видеть девушку, — ребенок!

Глаза девушки удивленно расшились, — «это ведь Сэр Ночноглаз, профессиональный герой, бывший напарник Всемогущего и самый умный человек в мире».

За спиной мужчины появился второй силуэт. Кудрявые пряди зеленых волос спадали на большое круглое лицо и блестели от влаги. Лицо парня нарумянено, сквозь румяна проступают веснушки. Вид неряшливый, но в то же время достаточно энергичный.

Микаса напряженно всмотрелась в лицо юного мальчишки, — «его лицо кажется знакомым».

- Я ненамного младше его, — девушка кивком указала на юношу, — с каких пор герои такого полёта как вы, сотрудничают с детьми?

Кажется, что слова девушки совсем не задели юного героя, — послушай я не хочу тебя обижать, но мы торопимся. Мне надо спасти одну добрую девочку. Поэтому лучше просто отойди.

- Не думаю, что у меня есть выбор, — Микаса лениво потянулась и фыркнула, — вот же запара.

Мальчик с зелеными волосами сгибает колени с совершенно ровной спиной, он слегка отталкивается пятками и поднимается на высокие полупальцы так, чтобы икры подтянулась наверх. Руки слегка согнуты в локтях, кисти рук сжаты в кулаки и прижаты спереди к поясу. Он бросается в сторону девушки замахиваясь правой ногой. Микаса мгновенно отступает назад. Удар проходит мимо.

«Это было близко», — проносится мысль.

Мальчик не терял времени зря, энергично использовав лучшие возможности для нанесения удара противнику.

Микаса опускает голову. Её ноги двигаются почти машинально, скованно, нехотя. Как будто для пробуждения её силы и скорости необходимо что-то большее чем просто победа. Мальчик же напротив двигается спокойно, уверенно. Ведомый какой-то невероятной мотивацией.

На полу с той же скоростью, что и бойцы, мелькают черные густые тени.

- Я вспомнила! - неожиданный удар в область печени чуть не отправляют Микасу в нокаут, благо, что девушка успевает блокировать силу удара локтем правой руки, — да какого черта! - Микаса свистит, засунув пальцы в рот. Собственная тень вдруг пошла мелкой рябью соединяясь с тенью зеленоголового парня. Девушка поднимает руку и тень послушно удлиняясь стремительно рвётся вперед в сторону Ночноглаза.

Мальчик замирает в той же неизменной позе.

- Я, — отрешённо глядя в одну точку, как человек, впавший в транс, — не могу пошевелиться.

- Да, — произносит Ночноглаз подтверждая слова напарника, его руки трясутся мелкой дрожью, — я тоже.

Микаса удовлетворенно усмехается и упирается зелеными глазами в пол выразительным жестом указывая вниз. Мужчины недоумением опускают взгляд, куда указывает палец девушки. «Нужно было сделать это как только они появились», — мелькнула запоздалая мысль.

- Дай угадаю, тело наливается свинцом, мышцы сковывает неподъёмная тяжесть, руки сводит от судорог, сердце так и норовит выпрыгнуть из груди. Это всё моя причуда. Я управляю собственной тенью. Я могу сдерживать ваши движения или заставить имитировать мои собственные.

Вам не стоит сопротивляться этому, так лишь больнее, — девушка закидывает руку за голову и поднимает глаза к потолку, — я ведь вспомнила откуда знаю тебя, это ты тот парень, что бросился спасать своего одноклассника от грязевого злодея, — голос её звучит задумчиво как будто размышляя вслух, — где-то больше года назад.

Парень опешил от резкой смены темы разговора, по крайней мере об этом свидетельствуют его округленные глаза и вопросительно приподнятые брови. Глаза девушки взволновано блестят, тонкие белые пальцы сплелись в замок, — зачем ты это сделал? Побежал спасать того парня, я была там в тот день, — она неловко пожимает плечами, — ты бы погиб если бы Всемогущий не появился.

- Вам злодеям этого никогда не понять, вы даже не можете сразиться как подобает, — юноша язвительно улыбается, опуская взгляд на тень, но следующую фразу произносит с гордостью, — так поступают только герои.

- Нам злодеям, — медленно по слогам, смакуя их, произносит Микаса. «Но я не сделала ничего плохого. Хотя ничего хорошего я тоже не делаю. Сейчас препятствую героям, сражаюсь с ними. Если я не с ними, то против них? Получается...получается я взаправду злодей», — девушка отгоняет рукой непрошенные мысли, — так это твоя мечта стать героем?

Мальчик переводит удивленный взгляд с девушки на Ночноглаза, мужчина в ответ лишь мрачно пожимает плечами. Микаса на секунду поднимает глаза к потолку и также со вздохом снова опускает задумчиво-усталый взор. Когда она снова открывает рот голос её звучит хрипло и серьёзно, — но как ты нашел её?

Казалось, мальчик крепко задумался. Микаса молчала, выжидающе переводя взгляд с юноши на Ночноглаза, который кстати не забросил попытки выбраться из-под контроля тени. Девушка ощущала сопротивления её контролю. Из-за этого приходилось концентрировать намного больше энергии. «Энергии хватит еще на пару минут».

- Благодаря одному человеку. Его поступки и решения вдохновили меня. Он сформировал большинство моих целей и убеждений. Он оказал неимоверное влияние на мою жизнь. Я хочу быть похожим на него. Хочу соответствовать ему, — в его глазах мелькает чувство полного бессилия и своей несостоятельности, — но это всё не важно. Сейчас я хочу лишь спасти Эри.

- Что за Эри?- резко спрашивает Микаса, с долей удивления и интереса в голосе.

Юноша растерянно смотрит на Сэра, как будто пытаясь в его лице найти подтверждение, что это всё на самом деле происходит с ними.

- Эри. Дочка Кая Чисаки.

Какое-то время Микаса молчит, уставившись на парня, а потом разражается хохотом. Смех льётся, как радостная, жизнеутверждающая музыка: безнадёжный кошмар разрешиться. Либо беспредельным счастьем. Либо ужасной трагедией. Но обязательно разрешиться.

- Это шутка какая-то? У него нет детей, — буквально задыхались от смеха произносит девушка, — он слишком брезглив для этого.

- Да какая разница? - низкий грубый голос Ночноглаза прерывает смех, — не важно кто она. Важно лишь, что она в беде. Кай Чисаки держит ребенка силой, использует её причуду для создания наркотиков. Вся эта операция ради её освобождения.

Потрясение оказалось настолько сильным, что дрогнул подбородок, грудь сдавило, защипало в носу, но слёзы не торопились появляться.

Микаса покосилась в сторону, отводя взгляд от худого лица мужчины с острыми скулами и мешками под глазами. Сочувствие в глазах молодого юноши почему-то вызвало неприятную жгучую боль в груди. Девушка открыла было рот, но сразу же с нескрываемым удивлением обнаружила, что голос отказался повиноваться. Микаса была не в состоянии выдавить из себя даже мышиного писка. И в какой-то момент девушка понимает, что уже давно не стоит, а медленно сползает по стене вниз.

- Нет, нет, — отрицательный кивок, — этого не может быть. Я бы знала...

«Я бы знала, ведь так? - сомнения зарождаются в девичьей голове, — он больной на всю голову психопат. Каждый раз я смотрела на этого ужасного человека и понимала, что придет день который закончиться тем, что-либо я убью его, либо он меня. Но...но он привел меня сюда. Он дал мне крышу над головой. Он заботился обо мне. Тренировал, — сознание возвращалось толчками, которые отдавались ноющей болью в затылке, — тренировал? Он бил тебя током, накачивал наркотой, разрезал на куски и забавляясь собирал обратно. Он вел себя как патологический садист, и не только с тобой. Как ты могла не заметить? Как ты могла не понять?».

Первый шок прошёл, но цепкий ужас не исчез, он не отпустил разум, а напротив, усилился. Тяжесть, лежавшая на ее груди, стала как будто подниматься кверху. Горячая волна гнева и злости толкнулась в виски. Злость на себя, на него, на якудзы, на весь мир.

Микаса закрыла глаза и запустил руки в волосы, пропуская свои длинные чёрные локоны сквозь пальцы, после этого правая рука еще медленнее поднялась кверху, легкий почти незаметный взмах и тень девушки снова обретает привычные, знакомые очертания.

- Идите! - заговорила отдаленно, почти шепотом.

Сначала герои впали в состояние крайней степени озадаченности, в недоумении уставились друг на друга. Затем одновременно опустили свой взор на девушку. Мальчишка сделал маленький неуверенный шаг, — ты в порядке?

- Конечно я в порядке, какого черта ты спрашиваешь, — взревела Микаса, зверски вращая налитыми кровью глазами, — какого черты ты всё еще тут? Спаси её.

Ошеломлённое недоумение в лице юноши сменилось какой-то твердой уверенностью, — я обещаю, — он круто развернулся на пятках и поспешил к концу коридора, Сэр двинулся следом, — кстати, меня зовут Мидория. Изуку Мидория, — крикнул парень через плечо.

- Микаса, просто Микаса, — звенящим голосом крикнула девушка.

Девушка долго смотрела вслед уходящим мужчинам, потом тихо, задумчиво пошла в противоположную сторону. С душевной болью, со злостью и с отвращением к себе.

«Меня обвели вокруг пальца, — произнесла девушка и провела ладонью по стене, — нет, я дала себя обвести вокруг пальца. Мне отчаянно хотелось поиграть в семью. Пять долгих лет я называла это место своим домом. После жизни на улице это место казалось моим вознаграждением и одновременно наказанием. Мне казалось, что я расплачиваюсь за свои грехи болью и криками. Мне казалось, что это плата за возможность жить тут. Я давно смирились с тем, что иного пути нет. Безвольно выполняя все приказы, только бы он был доволен и спокоен. Если мне нужно ради этого испытывать боль, то пусть будет так. Пусть лучше я. Но ребенок». Микаса тяжело вздохнула, вдруг ей показалось что на её плечи легла мертвая, чужая тяжесть, похожая на песчаную гору. И сама она почувствовала себя маленькой, слабой, с вялыми движениями, и неловкими, заплетающимися ногами. Последовавшая затем пауза взорвалась множеством гневных возгласов, негодующим шумом. Вслед за криками послышался шум, треск, как будто падение стульев, и вмиг в коридор, еще темный, неожиданно ворвалась целая толпа разъярённых полицейских. Сержант, оказавшийся рядом, старалась терпеливо и вежливо зачитывать права, а также с необычайной аккуратностью надевать на тонкие запястья наручники.

«Чертов, Чисаки. Это ты во всем виноват, а не я!»

III

- Вы держите её в темноте, но как она...- пробормотал Аизава и снова оглядел огромную стену полностью завешанную плазменными телевизорами. Каждый экран показывал заключенного в одиночной камере. Вся Восьмерка Неудержимых была тут.

Но лишь один транслировал картинку не в стандартных привычных цветах, а в черно-белом изображении. Девушка лежала поперек кровати, голова свисала вниз, волосы касались пола, по её расслабленному лицу можно было понять, что это её вовсе не тревожит. - Зачем?

Комиссар цокнул качая головой, подошел к табло с экранами, — мы не знаем как точно работает её причуда, поэтому полностью лишили её света. Сначала она просто сидела, но сейчас её зрение привыкло. Я знаю, что ты думаешь, но это не санаторий, а тюрьма. А они, — указывает рукой на стену, — заключенные.

Лицо Шота помрачнело. Противопоставить было нечего.

Айзава медленно побрел к выходу посильнее окутываясь в свою длинную ленту, — я поговорю, но только с девочкой. На всех не хватит времени. Включите свет.

- Попробуй, — комиссар тяжело вздыхает, — она утверждает что её имя Микаса. Ты хоть представляешь насколько это имя популярно в Японии? Мы прогнали по базе и...- фыркнул комиссар, — совпадений нет. Либо она ни разу к нам не попадала, либо это не её имя. Я склоняюсь ко второму.

Указательный палец правой руки невольно завис над кнопкой, контролирующей электронные двери в коридорах. Дверь с неприятным шумом, скорее писком, распахнулась. Раздался неловкий мужской кашель, и он вошел в дверь, одной рукой держа очки, другой прикрывая горло. Девушка продолжала смотреть на него снизу вверх.

- Улучшаешь кровеносную систему, — кивнул на пунцовое девичье лицо.

- Прости, — протянула девушка, приподнялась немного и, положила голову на согнутую руку, — я не ждала гостей.

Несколько минут мужчина не двигался с места, обводя тревожным взглядом площадь. Камера была маленькая, но по крайней мере, чистая, светлая и, наконец, в ней было все необходимое, начиная с кровати. Микаса тоже окинула помещение взглядом, но не тревожным, а скорее оценивающим.

- Думаешь как сбежать? - мужчина взял стул и поставил ровно напротив, — даже не пытайся.

Лицо девушки преобразилось. Ее брови приподнялись, глаза стали еще больше и засияли радостью.

- Мои тени не работают, — с легкостью парировала, — да и зачем мне это? Здесь тихо, тепло и кормят. Рай земной. Я просто впервые вижу это место при освещении. Стараюсь запомнить расположение предметов. Колонки, — подняла руку указывая на черные колонки висящие на стене, — иногда хрипят. Ужасно противный звук. Как после удара в ухо.

Мужчина задумчиво откинулся на спинку стула. Что-то в этом сравнении вызвало в нем необъяснимое, смутное чувство тревоги, — я скажу, что бы их отключали, но сейчас это необходимо, — девушка лишь махнула рукой - мол, пусть будет. - Как тебя зовут?

- Микаса! - глаза весело прищурились.

- Фамилия.

- Я не знаю, — на мгновение она стала серьёзна, а потом на лице воцарилась всё та же ленивая улыбка, — а тебя?

- Шота Айзава, но ты можешь называть меня Сотриголова, - как только минута душевной слабости прошла он сразу пожалел об этом. Она преступница, а им свойственно принимать вежливость за слабость. А еще она ребенок им свойственно привязываться. - Это твоё настоящее имя? - вопрос казался странным. Если она намеренно скрывает свое имя, то не раскроет его с такой легкостью

- Не знаю, - Микаса тяжело вздохнула, — но оно мне нравится.

Мужчина выглядел уставшим и изможденным. Опухшие красные глаза и затравленное выражение лица показательно свидетельствовали об этом. Спросонья было очень сложно подобрать слова и оценить ситуацию. Голова болела нестерпимо. Признаться его не особо привлекали допросы. Как, впрочем, и многое другое. Но был ли выбор? Если твоя причуда нейтрализует чужие, то ты частый гость в подобных местах.

- Может возраст?

- О... - Лицо девушки вытянулось, губы открылись буковкой «о». Айзава наклонился вперёд, так, что касался локтями своих коленей. В томительном ожидании время уподобилось тугой струне, которую, вытягивая испытывали на прочность, — я думаю... Нет, этого я тоже не знаю, — слегка откинулась и склонила набок голову, на её чуть приоткрытых губах играла улыбка.

- Хорошо, — проведя по подбородку усталым движением руки, — есть хоть что-то что ты можешь рассказать о себе?

Микаса медленно подняла глаза к потолку, пытаясь найти там ответы на свои вопросы. С силой потёрла лоб, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь, но в голове пусто.

- Мне тоже нравится черный цвет, — девушка кивнула в сторону мужчины, — кофе и выпечка. Но выпечкой не злоупотребляю. - В какой момент этот допрос перерос в перечень фактов? Тяжелый вздох вырывается из груди Айзавы.

- Хорошо, что насчет Якудзы?

Она вздрогнула, откинулась, замерла; потом резко вскочила на ноги. Цвет лица приобрел восковую прозрачность, злобный огонь засверкал в ее глазах, сжатые губы придавали её лицу выражение недовольства и даже гнева. Металлический стул упал со страшным грохотом.

- Я не знала, — дикий крик вырвался из груди, — я не знала про девочку. Я бы никогда... Я бы никогда не позволила другому ребенку страдать. Я правда не знала.

Айзава примирительно поднял ладони вверх.

- Успокойся Микаса, — голос ровный и механический, — я верю тебе. Но я хочу знать как ты туда попала и сколько пробыла.

Девушка с заметной тревогой всматривалась в лицо мужчины. Его губы были склонны к постоянному изгибу вниз, из-за чего казалось, что на его лице застыло хмурое выражение. Но ничего, что могло бы указывать на ложь. Микаса обессиленно повалилась на кровать, подбирая ноги под себя и спросила, усмехаясь, — Правда, что сэр видит будущее?

Шота сделал молчаливый кивок головою, в знак согласия.

- Я расскажу, всё что знаю, но... - На лице Микасы застыла улыбка, которой награждены все женщины, даже самые юные, - мне надо увидеть его. У меня к нему вопрос. - Айзава с неудовольствием отвернулся, поднял стул за одну ножку и медленно вернул на своё первоначальное место, возле стола.

- Это невозможно. Он сейчас не в состоянии принимать гостей.

Микаса на это чуть заметно усмехнулась, но круглые коричневые глаза смотрели внимательно и немного насторожено.

- Тогда вам стоит поторопиться, — заметила девушка.

Комиссар все шел следом за Сотриголовой, и по мере того, как тот приближался к выходу, Комиссар все больше и больше сокращал расстояние между ним и собой и вдруг неожиданно схватил его за руку и громко произнес: - скажи мне, — его грудь вздымалась от частого дыхания, — что мы не пойдем на это, - Шота опустил голову на грудь, засунул руки в карманы, согнувши спину, точно искал что-то на своей дороге.

- Тебе нужна информация или нет? - холодно ответил уставшим голосом.

Комиссар тяжело вздохнул и, помолчав несколько секунд, сказал, — опасно.

Длинная иссиня-черная чёлка падала на лоб, то и дело завешивая черные глаза, — ты внимательно наблюдал за нами?

Комиссар неодобрительно тряхнул головой. Потом недоуменно приподнял брови - мол конечно, это же моя работа.

- Я отвернулся от нее когда поднимал упавший стул. Всего лишь какая-то пара секунд. Её тень увеличилась, удлинилась и поползла вдоль стены. Я заметил это периферическим зрением. А затем...она просто уменьшилась до своей обычной формы. Как будто ничего и не было, обрати на это внимание когда будешь пересматривать запись. - Айзава как-то неопределённо пожал плечами. - Знаешь о чем это говорит?

- О том, что она, черт возьми, опасна, — диким стоном, ревом вырвался голос из груди полицейского.

- Весь наш разговор она пробовала использовать причуду. Каждый раз когда я моргал её силы к ней возвращались. Можно списать на то, что это слишком маленький промежуток времени для нападения. Но когда у нее появилась возможность атаковать меня со спины она ничего не предприняла.

Инспектор закинул руку за голову и стал смотреть на потемневшие балки потолка, — не нужно её боготворить. На выходе её бы ждало огромное количество охраны и полицейских.

- Мидория говорил, что она может обездвижить или заставить имитировать свои собственные движения как минимум двоих. Она могла взять меня в заложники.

- Я не понимаю ты восхищаешь или упрекаешь? - бросает в воздух язвительный комментарий инспектор. - Теперь я однозначно против.

Айзава задумчиво уставился в пол, руки в карманах, пятки бьются друг о друга, — я думаю ей и вправду хочется встретиться с Сэром. Если после этого она попытается сбежать, то я её остановлю.

Комиссар тяжело вздохнул, — ты минуту назад сказал, что она могла взять тебя в заложники, — мужчина резко развернулся на пятках и махнул рукой, — на тебе Ночноглаз, а я решу вопрос безопасности.

- Тебе необходимо надеть это, — Айзава протянул руку раскрывая ладонь на которой покоилась аккуратно сложенная маска для сна, — это обязательное требование и наручники, — Микасе показалось, что лицо мужчины помрачнело.

- Да, не проблема, — девушка выхватила предмет и весело помахала перед своим лицом, — на самом деле это разумно. Я чувствую свою тень всегда, но не смогу знать точное расположение ваших. Без знания хотя бы примерного времени суток я не смогу рассчитать расположение теней. Но если человек стоит достаточно близко, то его тень тоже где-то рядом. Я просто могу увеличить её размер не в длину, а в ширину. Поэтому я бы в любом случае не подходила слишком близко, — как на духу выдала Микаса и натянула маску.

Охрана озадаченно переглянулась. Айзава неодобрительно покачал головой когда на тонких запястьях девушки защелкнулись наручники. Микаса сделала крошечный шаг вперед, затем еще один. Она ступала медленно, словно только училась ходить. Шота коснулся локтя девушки от чего та невольно вздрогнула, но поспешно улыбнулась.

- Я забыла узнать в прошлый раз насчет девочки, как она? - какая-то глухая грусть послышалась в голосе.

- Она, - мужчина задумался, — «Я не должен выдавать ей информацию об Эри, всё-таки она какое-то время была членом Якузды, но...она отпустила Мидорию и Сэра как только узнала о девочке. Она не лгала когда, утверждала, что ничего не знала об ребенке. Я уверен в этом. Но некоторые члены банды успели сбежать, они могут попытаться освободить её или выйти на контакт, они могут попытаться выудить информацию...».

- Ей, — девушка пнула мужчину в бок вырывая из собственных дум, — ты что уснул? Просто скажи в порядке ли она? Этого достаточно, — как будто прочитав мысли заверила Микаса.

- Она в порядке. Ей оказывают необходимую помощь, — произнес он вглядываясь в юное лицо. Микасу, кажется, удовлетворил такой ответ.

Лицо её абсолютно разгладилось, брови опустились, обветренные губы растянулись в улыбке, - я рада, — шепотом произнесла она. «Ты тоже будешь в порядке»., — пронеслась мысль у Айзавы Шоты.

- Ты можешь, — мужчина указал рукой на маску, затем недовольно вздохнул осознавая, что девушка ничего не видит. - Ты можешь снять её.

Микаса быстро покончила с черной маской для сна. Слишком яркий свет сразу ударил в глаза, навернулись слезы. Понадобилось несколько минут, чтобы проморгаться и понять где они вообще находятся. Длинный белый коридор с противно яркими лампами, казалось, раскинулся на пару километров или вовсе не имел конца. На стенах висят красочные постеры сообщающие об важности прививок и сохранении стволовых клеток.

- М, этот запах, — Микаса оглянулась, возле растения в большом горше стояли два офицера, — отчаяния и боли.

- Ты сама настояла, — безразлично отозвался Сотриголова. Девочка положила руку на ручку двери и повернула её. Дверь в палату открылась тихо, без намёка на скрип. Покои оказались весьма просторными, светлыми, окно палаты выходило на ярко освещённый проспект. На койке лежал больной, укрытый до пояса несколькими одеялами. Из его живота торчали самых разных цветов и размеров трубки. Рядом с его кроватью работал аппарат искусственной вентиляции лёгких, кардиомонитор и еще невообразимое количество каких-то других аппаратов. Писк, скрежет, треск всех этих медицинских приспособлений сливался в одну сплошную какофонию. Девушка чувствует как противно запотевают ладони, пересыхает горло, охватывает ступор.

- Микаса, — голос сэра звучит тихо, надтреснуто, — мне говорили что ты зайдешь. Я рад, - девушка в два шага оказалась возле кушетки. Голова бессильно и низко опущена, глаза смотрят в пол. - Мне жаль, что это, — девушка поднимает скованные руки, запястья ноют, — что это случилось с вами.

Мужчина некоторое время смотрит на наручники, затем не отворачивая головы произносит, — Айзава, зачем это?

- Так было нужно, — натянуто улыбнулась. Боль в запястьях и вправду больше не тревожила девушку, — я не против.

- Ты хочешь поговорить...- он осёкся на полуслове и зашёлся кашлем, сотрясавшим его измождённое тело. Микаса покосилась на стоящего возле двери Айзаву. Но мужчина задумчиво рассматривал потолок стараясь не пересекаться с кем либо взглядом.

- Ты хочешь узнать своё будущее?

Её плечи поникли, а голова с копной густых черных волос была опущена, щёки пылали от жгучего стыда, сердце отчаянно колотилось.

- Я просто, — еле слышно, одними лишь губами прошептала девушка, — нет, я не хочу знать будущее. Просто я хотела узнать есть ли оно вообще? Найду я своё место и мечту или так и останусь...- девушка прикусила язык, чтобы не застонать от разочарования, — в любом случае сейчас не время. Вы главное выздоравливайте, еще успеется.

Микаса резко развернулась на пятках и двинулась в сторону двери.

- Боюсь сейчас самое подходящее время, Микаса, — послышался голос.

Мышцы спины напряглись так, что захрустели позвонки. Секунд пять была тишина. Потом собеседник тяжело вздохнул и проговорил, — смотря в твои глаза я вижу благородную героиню и счастливую женщину.

В мгновение ока Микаса снова оказывается возле кушетки. На коже выступила испарина, грудь вздымалась часто, и хриплое дыхание смешалось со стоном - но как?

Ночноглаз с задумчивым выражением уставился в окно, — у тебя просто не будет выбора. Этого тебе достаточно?, - лишь лёгким кивком выразила свою благодарность.

- Тогда, пожалуйста, оставь нас на минутку, — лицо исказила гримаса боли.

Микаса медленно прошла в сторону двери, прикоснулась к холодной стали ручки, — мне правда очень жаль, — произнесла она поспешно выходя из палаты. Странное чувство радости смешанное с опустошённостью поселилось в груди девушки.

Айзава подошел ближе к кушетке как только дверь за Микасой заперлась.

- Выглядишь паршиво, — мрачно констатировал он.

- Чувствую себя так же, если честно, — раздражённо процедил Сэр почувствовав, как в горле вновь пересохло – раздался сухой кашель. Айзава молча взял стакан с водой со стола и передал больному. Зажав в ослабевших руках стакан Ночноглаз сделал несколько жадных глотков и опять откинулся на подушки.

- Это правда? - нехотя спросил Айзава возвращая воду на былое место. Не хотелось обманывать ребенка, но взрослые всегда обманывают детей, дети – взрослых. Ложь во благо – самый простой и действенный способ тогда, когда другие методы не помогают достичь нужной цели.

- Разве это имеет значение? Ты уже всё решил, — мужчина медленно провел рукою по лбу, точно у него болела голова, и задумался, — вижу по глазам.

- И всё-таки, — заговорил он с бесконечным терпением в голосе, хотелось хотя бы себе не врать.

- В ней на самом деле огромный потенциал и большое сердце, но это не означает, что в нем нет тьмы. В её голове всё перепуталось. Безразличные герои. Сострадающие злодеи. Она просто хочет найти свой дом и себя. Если всё произойдет так как должно, то она на самом деле станет выдающимся героем и обретет настоящую семью. Это то, что я вижу, но теперь я не даю никаких гарантий, — голова внезапно запрокинулась, а глаза бессмысленно уставились в потолок, — передай директору мои слова. Так он быстрее согласится, - Айзава смог только молча кивнуть, ноги понесли его к дверям.

- Айзава, позаботься о них, раз я не могу. Ладно? - послышался уставший голос.

- Я зайду к тебе позже, сейчас отдыхай, — произнес мужчина и выскочил из палаты.

Дверь с шумом открылась. Шота Айзава стоял посередине коридора, спрятав руки в карманы. Очки, обычно скрывающие глаза, висели на шее.

Мужчина медленным, ленивым шагом прошел внутрь. Микаса слегка выпрямившись, сложила на коленях руки.

- Давно тебя не было, — не поднимая головы, требовательно произнесла. После сразу поморщилась, в её голосе с легкостью можно было обнаружить укор, отчаяние и тревогу. Но мужчина этого не заметил или учтиво сделал вид.

- Разве? - произнес он как обычно поставив стул напротив девушки, — чуть больше недели прошло.

Девочка неопределённо дёрнула плечами. - Да, пожалуй. Время здесь ощущается иначе. После этих слов наступила тишина осмысления.

Она с любопытством разглядывала мужчину. С последней их встречи казалось ничего не изменилось, всё та же чуть коренастая мужская фигура и насупленное лицо со сверкающими черными глазами. Но что-то не давало покоя. Микаса подняла руку и тонким пальцем указала в сторону Айзавы, — ты больше их не носишь, - мужчина несколько раз удивлённо моргнул и осмотрелся.

- Очки, — уточнила девушка, — и твои глаза больше не светятся.

Сконфуженно запустив руку в волосы, мужчина улыбнулся, слегка приподнимая уголки рта.

- Ты внимательная, как и всегда. В них больше нет нужны, — коснулся рукой очков, — нам нужно поговорить, - голос звучал мягко и кротко. Внезапно, без видимой причины, Микаса ощутила острое чувство тревоги.

- Мы и говорим, — махнула рукой куда-то в сторону, больше указывая на пространство между ними.

Шота медленно кивнул. - Микаса, – начал он, силясь подобрать слова, — ты являешься несовершеннолетний, ты не препятствовала операции захвата и до этого не была замечена в нарушениях. Держать тебя тут противозаконно, нет обвинения. Если бы у тебя был адвокат, то ты бы покинула это место на следующий день после рейда. Власти не знают, что с тобой делать.

- Нет, — резко перебивает Микаса вскакивая на ноги, — они меня отпускают? Но куда мне идти? Мне что и вправду нужно кого-то убить что бы я могла остаться тут, а не на улице? Это так несправедливо, - торопливо заходила по комнате, с беспокойством поглаживая шею. Айзава с глупым видом закрыл рот и бегло осмотрелся вокруг.

Девичья тень, как и его собственная, дрогнула и на миг подёрнулась рябью, словно изображение в телевизоре. Тени на столе дрожали, сползали, словно стекая со стола сливаясь в одну. Девушка подняла руку и махнула в сторону, тени дрогнули, отползая, возвращаясь к своим обычным размерам и местам.

Микаса неловко провела руками по волосам и опустилась на диван спрятав лицо в ладонях.

- Тебе нужно пойти в школу, — покачиваясь на стуле произнес он.

И вдруг, в ответ, раздался издевательский, протяжный женский хохот.

- Ну нет, — разогнувшись и всё ещё хихикая произнесла, — я даже читаю с трудом. Думаешь меня возьмут в первый класс?

- Я смогу помочь тебе со школьной программой, — он смущённо прочистил горло, — я поговорил с директором школы в которой работаю. Рассказал ситуацию. Он готов тебя принять. Ты будешь под моим присмотром в моем классе. Выбор за тобой. Если ты хочешь перемену в будущем - стань этой переменой в настоящем.

- Ты учитель? - высокий девичий голос звучал взволнованно и удивлённо одновременно, - это чертовски странно.

- Да, я учитель в Академии UA, — невольно улыбнулся мужчина.

- Да ты должно быть шутишь? - ошарашенно проговорил Микаса хлопая глазами и ничего не понимая.

IV

- Теперь это будет твоей комнатой, — Айзава обвёл рукой комнату, — я позаботился о необходимой мебели, но это лишь на первое время. Потом ты сможешь поменять все под себя. Как посчитаешь нужным.

Девушка интересом окидывает взглядом пространство. Они стояли в просторной комнате, светлой, уютной, в которой находилось всё, что может понадобиться девушке. Пол комнаты устилал пушистый светлый ковёр, а большое окно со шторами, прекрасного бежевого цвета, выходит на город. Широкий письменный стол располагался в таком месте, где солнечный свет в любое время дня удобно падал на его рабочую поверхность не слепя глаза. С левой стороны от окна разместился узкий шкаф с застеклёнными дверцами. Напротив аккуратно застеленная узкая кровать.

- Поменять всё под себя? - задумчиво спросила Микаса.

- Да, — Шота вздохнул, пряча руки в карманы черных брюк, — комната должна рассказывать что-то об её обитателе. Любимый цвет, хобби, увлечения, воспоминания. Ты говорила, что твой любимый цвет черный. Можно покрасить одну стену, будет немного мрачновато, но не мрачнее чем комната Токоямы, — уголки губ поползи вверх. Микаса озадаченно подняла бровь. «Хочу увидеть его комнату, кто бы это не был», — просто подумай над этим.

Девушка молча кивнула, но про себя решила оставить всё как есть.

- Сколько себя помню я была бродяжкой, жила на улице с другими, взрослыми, беспризорниками. Так у них появлялась возможность попрошайничать деньги у прохожих, написав на картонке, что средства в первую очередь нужны для пропитания ребенка. Этот психологический фактор позволял надавить на жалость и собрать больше денег, вдобавок получая сочувственные и одобрительные взгляды. Я клянчила, выпрашивала, иногда брала то, что мне не принадлежало. Я шаталась из города в город, перебегала из одного района в другой в поисках места которое смогу назвать домом. Всем было плевать на меня. Затем Чисаки нашел меня. Пять лет я надеялась и ждала момента когда смогу назвать это место своим домом, но этого так и не произошло, — девушка отодвинула штору и беглым взглядом окинула улицу, — думаешь тут моё место?

Айзава подошел к окну с противоположной стороны полностью скопировав движения Микасы. Отодвигая штору глянул на небо, затем пожал плечами, — я не знаю. Но чтобы найти своё место, нужно продолжать искать, верно?

- Где все? - она неожиданно перевела разговор на другую тему. Не сговариваясь, собеседники отодвинулись от окна.

- Я хотел провести экскурсию пока их нет. Заинтересованные девочки не дали бы и шагу ступить, — Шота взглянул на часы, — ты пропустила первый урок, но на второй мы точно должны попасть. Второй урок со мной, — они сдержанно улыбнулись и кивнули друг другу. Шота быстрым уверенным шагом направился в сторону двери.

- Кстати, — под черной рубашкой заметно напряглись мышцы спины, — при обыске полиция не обнаружила твоих документов. Поэтому я решил, что нужно сделать новые. Я подам все нужные заявления, если ты не против, — мужчина обернулся и с интересом посмотрел на Микасу.

Девушка лишь махнула рукой, мол валяй.

- Ты можешь поменять имя и выбрать фамилию, раз есть такая возможность. Также нужно подумать над датой твоего рождения. Может у тебя есть какие-то мысли на этот счет?

- Я не знаю своего имени, — устало потёрла переносицу, — как-то раз я попрошайничала рядом с небольшим кафетерием. В этом кафе я увидела молодую женщину, которая кормила маленького ребенка с ложечки. Ребенок наотрез отказывался есть, а женщина умоляющим голосом произносила: Микаса, Микаса, прошу, Микаса не вредничай. Вот как-то в память врезалось. Это имя мне нравится, пусть будет.

- Микаса хорошее имя. - подтвердил Шота.

- На счет фамилии... Мне плевать. Придумай сам. Что-то короткое и распространённое. Айзава на мгновение задумался, на его лице продолжала играть улыбка, - Миура, может быть?

- Микаса Миура? - воскликнула она и покрутилась на кресле, — корабль и бухта. А ты уже думал об этом. Забавно. Пусть будет Миура, правда не имеет значения. Когда у тебя день рождения? - продолжая крутиться спросила девушка. Айзава прикоснулся спиной к двери, — восьмого ноября.

- Ноябрь. Не люблю осень, — она недовольно сморщила нос, — холодно. Пусть будет восьмого, не знаю, августа.

- Что ж, Микаса Миура рожденная восьмого августа, я сказал что ты студент по обмену. Мне не хотелось, чтобы ребята хоть как-то связывали тебя с Каем Чисаки и Восьмёркой Неудержимых...

Девушка резко остановилась и резко воскликнула, — какой обмен? Я - японка, — указательным пальцем махнула возле своего лица. Сначала его лицо удивлённо вытянулось, потом он устало закатил глаза, — ну видимо больше нет, — Шота изо всех сил попытался не улыбнуться, но вышло плохо, — ты слишком далеко забегаешь, твои родители могли иммигрировать, а сейчас ты пожелала вернуться. Не переживай на этот счет. Правду знаю только я, директор, мои коллеги и Мидория, — загибая пальцы перечислил Айзава.

- Мидория? - воскликнула Микаса вскочив на ноги, — тот самый Мидория? Растрепанные зеленые волосы, россыпь веснушек на лице и добрая улыбка?

- Да, — лениво протянул мужчина, — тебе нужно фотороботы составлять.

- Мы в одном классе? Ты не говорил, — принялась громко хлопать в ладоши, — это хорошо, мне показалось он ничего.

Айзава с довольной улыбкой стал кивать головой, делая вид, что любуется текстилем напольного ковра, — он хороший парень. Я подумал, что тебе будет легче адаптироваться если ты будешь кого-то знать.

У Микасы порозовели уши, и, наклонив голову, она долго, неподвижно смотрела в пол, себе под ноги, — слушай, а ты реально много думал об этом.

От мысли, что Шота Айзава позаботился о стольких вещах по организму разлилось приятное тепло.

В следующее мгновение Шота застыл от неловкости, попытался прочистить горло, но издал звук похожий скорее на скрежет железа, — д-да, он ничего, но постарайся сконцентрироваться на учебе.

- Ты хочешь сказать никаких мальчиков? — не стала настаивать на своем, — я поняла и я не подведу. Не переживай.

Микаса быстро вдохнула и выдохнула, сердце перестало колотиться как сумасшедшее, но вот ладони вспотели.

С трудом подавив разочарование и игнорируя нарастающую тревогу, девушка сделала шаг вперед. Ноги не слушались, однако Микаса должна была пересилить себя. «Это всего лишь школа», — мысленно успокаивала себя. Десять удивленных пар глаз впились в нее со всех сторон. Некоторое время тишину в кабинете нарушало только тиканье настенных часов.

- Микаса! - Изуку в одну секунду оказался возле девушки. Её плечи мелко подрагивали, сердце отчаянно колотилось, а слова застряли где-то в горле, — это Микаса, студентка про которую говорил Сенсей. Я так рада снова видеть тебя, — он крепко обнял девушку за плечи, и она не только не отстранилась, но и, кажется, прижалась к нему плотнее.

За спиной Изуку кто-то показательно покашлял. Мидория медленно отстранился вглядываясь в карие глаза девушки, слегка кивнул и повернулся к одноклассникам, — надо всех тебе представить. По порядку, Староста - Тенья Иида, Очако Урарака, — миниатюрная девушка растерянно хлопала глазами, — Коджи Кода, Мезо Шоджи и Рикидо Сато, — единственные кто остался смирно сидеть на своих местах с момента появления девушки в кабинете. - Момо Яойорозу и Тору Хагакуре, — Мидория махнул рукой на висящие в воздухе вещи. Микаса нервно сглотнула и, старалась не останавливать свой взгляд на ком-то до неприличного долго. - Ханта Серо и Юга Аояма.

- Почему ты меня назвал самым последним? - Блондин недовольно цокнул языком и начал поправлять волосы.

- Мне очень, — высокий девичий голос звучал взволнованно и удивлённо одновременно, — приятно познакомиться с вами. Микаса, но вы уже это и так поняла, — слегка покосилась на Мидорию, — прошу не обижайтесь если я не сразу запомню ваши имена, — Микаса медленно прошла вдоль кабинета и присела на пустой стул, — у меня хорошая память на лица, а вот с именами проблема.

- Да, не переживай. Нас много. Мы всё понимаем, — высокая девушка облокотилась на парту, — откуда вы знаете друг друга?

При этих словах Микаса почувствовала, как ледяной холод пробежал по её жилам.

- Ох, — в глазах Изуку было какое-то испуганное, растерянное выражение, — на фестивале. Сенсей проводил экскурсию Микасе. Я гулял с Эри. Вот там и пересеклись.

- Да, точно, — знакомое имя девочки вывело из временного транса, — мне очень понравилось. Это было интересно, — Микаса медленно стянула лямку рюкзака с плеча и опустила ранец на стол. «Пять минут и уже врешь своим будущим товарищам, так держать».

- О, новенькая, — завизжала, только прибывшая девушка, а потом весело рассмеялась двигаясь в сторону Микасы. Протягивая ладонь для рукопожатия произнесла: Мина.

- Микаса, – по-доброму усмехнулась она и ответила на рукопожатие.

Новые одноклассники медленно разбрелись по своим местам готовясь к предстоящему уроку. Кабинет наполнился шумом и гамом, и нервозность Микасы понемногу улетучивалась.

- Спасибо, — прошептала тайком окидывая взглядом, сидящего сзади, Мидорию.

Большие зеленые глаза блестят от возбуждения, волосы на макушке торчат непослушными вихрами, густо усыпанное веснушками лицо довершают комический облик его обладателя. С прошлой их встречи ничего не изменилось, кроме того, что сейчас мальчик выглядел не таким уставшим, — я немного растерялась, не привыкла быть в центре внимания, — Микаса запустила руку в рюкзак извлекая оттуда черную ручку.

- Да, я тоже, — Изуку приветливо улыбнулся, — чуть не попались, но...

- Новенькая! - возле двери послышалось рычание такой силы, что леденело сердце. Микаса подскочила от неожиданности. Что-то в этом голосе заставило девушку насторожиться и встревожиться, — Это. Моё. Место, — зло процедил сквозь зубы незнакомец. Пепельно-блондинистые торчащие волосы и агрессивно сомкнутые челюсти, густые и грозно нахмуренные брови, тонкие линии точёного носа и высокие скулы.

«Недовольство в чистом виде», — только успела всплыть в голове мысль как небольшая фигура нависла над девушкой заслоняя потолок.

Было что-то отталкивающее в этой позе. В этом голосе. В этом виде. В том как он смотрел на нее сверху вниз. Тяжелой волной в груди Микасы нарастало раздражение. Оно повсюду вокруг, лёгкая дрожь ненависти исходила от девушки. Сделав над собой усилие, стала подниматься на ноги.

Щеки мгновенно вспыхнули от гнева, но незнакомец этого не заметил либо, проигнорировал. Вблизи горящие красным глаза парня сияли почти гипнотическим светом, настолько ярким, что невозможно было ни смотреть прямо на него, ни отвести взгляд. Несколько мгновений они простояли так друг против друга, лицом к лицу.

- Каччан, успокойся, — услышала мягкий, дружеский голос Мидории. Парень многозначительно указал глазами на пустое место в третьем ряду, — сейчас пересядет. Он повёл глазами за спину девушки, видимо ожидая поддержки и подтверждения его слов.

- Что ж... - девушка ухмыльнулась и покрутила ручку между пальцев, — извини, я правда не заметила имени или надписи "занято". Посмотрю еще раз, — нарочито медленно подняла рюкзак, внимательно вглядываясь в поверхность провела рукой по парте. - Странно. Ничего не вижу. О... - воскликнула девушка опускаясь на корточки и заглядывая под парту, — наверное тут, с другой стороны. Ах, и тут тоже нет.

- Может на спинке стула? - перекинула волосы через плечо, — пусто. Что за невезение? - Микаса покрутила автоматической ручкой перед лицом взбешенного парня, — здесь нет твоего имени и раз так...- девушка склонилась над столом. Густые черные волосы закрыли лицо образуя некое подобие стены. Своими хрупкими пальцами, чуть подрагивающими от напряжения, она фанатично вырисовывала буквы складывающиеся в собственное имя.

- Что ты делаешь, сумасшедшая! - его кипящий взгляд упёрся в единственную надпись на девственно чистой парте.

- Теперь это место всегда будет моим, — довольным тоном проговорил она тыча ручкой в грудь молодого человека.

У парня, казалось, скоро повалит пар из ушей – настолько сильно он вспылил. Его и без того красное лицо стало пунцовым от притока крови. Глаза налиты кровью, а под ними залегли глубокие тени. От вида взбешённого одноклассника сердце сжалось в дурном предчувствии, слишком уж жутко он выглядел. Изуку в пару прыжков оказался за спиной юноши, схватил за плечи. - Киришима, помоги! Каччан, мы вытрем, это можно...

- Сдохни! - бешено замахнулся для удара. С губ Микасы срывается нервный смех.

- Бакуго! - раздался звучный мужской голос с противоположного конца кабинета. Угрожающий кулак замер прямо в воздухе. Женский смех прервался также быстро, как он до этого и разразился. По кабинету прокатился вздох облегчения.

- Микаса, займи место в третьем ряду. - Хоть Айзава и выглядел расслабленно, чувствовалось, что он в сердитом состоянии.

- Хорошо, всё равно не люблю когда солнце в глаза светит, — на лице расплылась довольная улыбка. Девушка схватив рюкзак направилась к единственному пустому месту. Ближайшим соседом оказался парень с птичьей головой. «Миленько», — пролетела мысль, а вслух она лишь поздоровалась.

- И так - Шота привлек внимание аудитории, — Микаса это класс. Класс это Микаса Миура. Остальное обсудите позже. А сейчас открываем страницу 143.

«Первый урок, а я уже разозлила Айзаву... И всё из-за этого... - девушка злобным взглядом буравила затылок Бакуго, который в тот же час усердно оттирал буквы рукой, — это конечно было весело, но больше нельзя злить Айзаву, — Микаса с отстранённым видом черкала на листе, —

Мидория говорил про человека, который оказался невероятное влияние на его жизнь. Не знаю будет ли в моей жизни такой человек, но сейчас благодаря усилиям Айзавы моя жизнь круто меняется. Такой шанс выпадает не каждому беспризорнику».

Задумчиво посмотрев на рисунок, который девушка старательно выводила в тетради, хмыкнула. Тонкие линии рисунка поражали изяществом.

Даже не всматриваясь можно было сразу понять, что это некая зарисовка портрета. Девушка с сомнением посмотрела на лицо. В форме лица и волосах с лёгкостью можно было узнать Айзаву. Работа была далека от идеала и больше походила на карикатуру, но для человека, который делал это в первый раз вполне не дурно.

- Урок окончен, — послышался монотонный голос учителя, — Микаса задержись на минутку.

Девушка медленно собирала свои вещи, словно оттягивая момент приближающегося разговора, грустно провожала взглядом каждого выходящего. Как только дверь кабинета закрылась, шепотом произнесла: он был груб. Он просто бомба замедленного действия. Хотя вряд ли его можно назвать замедленным. Он просто взорвался, — она забавно взмахнула руками имитируя взрыв.

Айзава мрачно усмехнулся и покачал головой, — ты вырвала чеку, нет, — не дал вставить он, запричитал: - я слышал достаточно. Бакуго неплохой парень и верный товарищ, но к нему нужен особый подход. Он немного, — учитель на секунду задумался, по его внешнему виду можно было сделать вывод, что он, отчаянно пытается подобрать слова, — эксцентричный.

Её лицо с крупными чертами лица удивлённо вытянулось, большие круглые глаза несколько растерянно глянули на сенсея, — ко мне тоже нужен подход.

Эта фраза заставила Айзаву глубоко задуматься. Через минуту, а может и все две, он отрицательно покачал головой отгоняя непрошенные мысли.

- Из вас двоих именно тебя я прошу проявить терпение и благоразумие.

Наконец девушка поднялась на ноги, как-то неловко закинула рюкзак на плечи и шмыгнула носом.

- Вообще-то я хотел поговорить об других вещах. Думаю тебе стоит сходить в магазин после уроков. Спроси у девочек может они составят тебе компанию. Купи необходимую канцелярию и новый рюкзак. Этот, — мужчина указал пальцем в сторону предмета, — я взял в отделе забытых вещей.

Микаса повернула голову рассматривая фиолетово-оранжевый ранец. «Хвала небесам», — радостная мысль посетила девичью голову.

- И всё, что тебе захочется, вот... - он полез в карман, откуда извлёк скомканную бумажку. Сделав шаг назад Микаса озадаченно уставилась на протянутую купюру.

- Не переживай, я оформил тебе стипендию. Но так как ты несовершеннолетняя я указал свой банковский счет. Деньги не большие, так на мелкие расходы, но почему бы и нет, верно? - с зажатой в руке купюрой приветливо заулыбался.

- О, день сразу стал лучше.