В моем доме монстры

К ПЕРВОМУ ЮБИЛЕЮ ОСНОВАНИЯ ПРОГРАММЫ ПО АДАПТАЦИИ МОНСТРОВ

Третья мировая война заставила весь мир расколоться на четыре грозные коалиции. Российская империя и Китай основали Троединый союз вместе с Монголией. Американский союз включил в себя США, Мексику и Латинскую Америку. Европейский союз объединил страны Европы, но в конфронтацию не вступал. И, наконец, Песчаный союз, состоящий из Саудовской Аравии, некоторых стран Африки и Средней Азии.

Война продолжалась пять лет, пока однажды мир не содрогнулся от невероятного открытия.

Правительства скрывали их существование, но после того, как Американский союз использовал их в стычке на границе с Германией, все человечество узнало правда, правду о существах, которые долгие тысячелетия считались выдумкой.

О монстрах.

Их боялись, опасались. В новом мире для них не осталось места, не было больше убежищ, где они скрывались от мира людей. Наступило темное время порабощения монстров, пока однажды Троединый союз не решил взять их под свою защиту. Три страны учредили программу по адаптации и включению нелюдей в человеческое общество. Несмотря на все сложности, на недовольство части граждан, на огромный приток монстров-беженцев из стран, в которых их истребляли или обращали в рабов, на сперва сырые законы и хлипкость введенных новых правил, программа заработала и год от года лишь усовершенствовалась и обросла крепкими структурами.

Троединый союз стал символом процветания и мира. И сейчас, спустя 5 лет, монстры успешно интегрировались в социум, было создано множество инициатив и программ, а также обновлено законодательство, и монстры, гонимые всем остальным миром, осели на широкой территории Российской империи, Китая и Монголии. Из самых разных регионов мира сюда стекались беженцы за лучшей жизнью, и наша страна охотно им помогала.

Уже никого не удивишь кентавром в супермаркете или ламией, гуляющей в парке. Монстры стали чем-то привычным. Обычным явлением. Люди охотно идут на контакт, а активисты продолжают спасать нелюдей по всей планете.

Что же будет дальше? Всеобщее равенство? Вероятно, да. Монстры стали неотъемлемой частью нашей жизнью и вряд ли это снова когда-нибудь изменится. К круглой дате приурочено празднество в центре Москвы, где вы сможете пообщаться с активистами, представителями кризисных центров, программ по адаптации и самими монстрами, уже получившие право на самостоятельную жизнь в нашей стране.

Виктория Рязанцева, журнал «Монстрозета»

Пролог

Саша очнулась оттого, что ей было нечем дышать. Спросонья она попробовала перевернуться, но поняла, что не может даже шевельнуть пальцами. В панике она распахнула глаза и прерывисто задышала, стараясь пропихнуть воздух в легкие, но это получалось с большим трудом. Она закашлялась, и то, что сжимала ее, начало двигаться, сдавливая еще сильнее. Саша поняла, что происходит, и сматерилась.

— При… янка! — выдавила из себя девушка и стала дергаться, стараясь высвободить хотя бы руку из змеиного капкана. — Ты меня… убьешь! Приянка!

Вместо ответа ламия зарылась носом ей в растрепанные длинные вишневые волосы, выдохнув в висок какое-то шипение.

— Приянка! Отпусти меня!

Та нехотя ослабила хватку, и Саша с кашлем села в кровати, отпихивая от себе оливкового цвета скрученный хвост, который в несколько колец держал девушку в смертельных объятиях. Ламия прошептала неразборчиво что-то, натянула на себя с головой еще теплое одеяло и полностью заползла под него, скрутившись в клубок и даже спрятав кончик хвостика.

Саша поднялась, убирая с лица потные пряди и взглянула в окно, за которым шел дождь. Похоже, сегодня для Приянки было слишком холодно, вот и приползла погреться, чуть не придушив девушку как ближайший источник тепла.

Змея тем временем выползла на свет, потянулась руками вверх и зевнула, растянув рот вместе с защечными складками так широко, как ни один бы обычный человек не смог сделать. Даже ее острые зубы, загнутые назад, стали видны. Приянка поморгала карими глазами с вертикальным зрачком и провела по лицу когтистой рукой. Больше всего зеленая, оливковая чешуя покрывала шею, руки и длинный хвост, который начинался чуть ниже пупка, крупной сухой чешуей, опускаясь вниз в мощную и стройную конечность. Ламия была полностью голая. Ее небольшая грудь едва прикрывалась тяжелыми черными волосами. Кожу покрывали мурашки, что явно указывало на то, что ламии нужно согреться, чтобы прийти в себя.

Саша встала с кровати, но не смогла сделать и шага. Приянка обняла ее сзади. Она уткнулась Саше между лопаток, видимо, решив напоследок еще погреться.

— Так, ну все, все, — проворчала Саша, подхватывая Приянку под руку. — Пойдем…

Тащить змею в ванную было тем еще испытанием с утра пораньше. На часах было начало десятого — нежиться в кровати с одеялом и дальше больше не получится и нужно делать важные дела, к сожалению Саши. Она горестно вздохнула и попыталась привести ламию в чувство. Та обхватила Сашу за плечи и повисла на ее спине, хвост тяжело волочился по полу, и девушка с трудом переставляла ноги перед собой, стараясь не споткнуться и не растянуться на ковре. Они прошли в ванную, где в огромную душевую кабину Приянка все же удосужилась заползти самостоятельно. Саша открыла кран с теплой водой и оставила ламию прогреваться в душе.

На улице и правда было прохладно, капал дождь, мерзко дул ветер. Саша сама вздрогнула, понимая состояние Приянки, и зашагала ко второму дому, одноэтажному, где находилась кухня и столовая. Еще на подходе Саша учуяла гарь и вбежала в дом, перепрыгивая ступеньки. Дым заволок всю кухню. На плите дымилась кастрюля. Саша накинула на нее полотенце и махом поставила в раковину, открыв кран. Все зашипело и задымил еще сильнее.

— Дже! — Саша начала кашлять и морщиться от запаха. — Ты с ума сошла?!

— Что? — прокричала та со столовой. — Что-то не так?

— Все не так! Ты чуть дом не спалила!

— Чего? Ой, я забыла про макароны!

— Джехегей!

— Ну прости, я только свет поставила хороший.

Саша потерла переносицу и прошла в столовую. На противоположной стене от длинного обеденного стола был натянут белый фон, выставлен яркий свет, и поставлен смартфон на штативе. Дже вертела телефоном, пытаясь, видимо выставить правильную картинку. Когда все было готово, она взмахнула черным длинным хвостом и помахала перед собой протезами, проверяя, чтобы все вместилось в кадр.

— Что сегодня?

— Новая линейка палеток от «Совинтон», — Дже закусила зубами контейнер и положила его на высокий стул перед собой и телефоном, помогая протезом.

— Помощь нужна?

Кентаврица махнула головой и ударила несколько раз копытом по полу, собираясь с мыслями. Она походила из одного угла комнаты в другой, бормотая себе под нос придуманные на ходу шуточки и поправляя ракурс камеры. Наконец она включила запись и радостно заговорила:

— Приветули, девчули, сегодня у нас разбор уже ставших любимыми палеток от «Совинтон». Вышла новая линейка, посвященная монстрам. У меня в руках палетка для кентавров. Что ж, звучит интригующе, давайте на нее глянем…

Саша поставила на плиту другую кастрюлю, залила водой и достала большую сковородку под восклицания Джехегей и звуки, издаваемые ее протезами. Кентаврица, помогая себе ртом, ловко управлялась с механическими руками так, будто это были ее настоящие конечности. Дже рассказывала, что потеряла руки при американской оккупации, но никогда не распространялась, как и почему, а Саша не спрашивала, чтобы не бередить старые раны.

Когда Дже закончила с косметикой, она стала снимать видео с танцами и разными движениями, чтобы максимально круто показать, как она накрасилась. Двигалась она на удивление грациозно для кентавра. Ее лошадиная часть, приземистая и выносливая, была покрыта белой густой шерстью с вкраплениями черных пятнышек. Крепкие ноги оканчивались изящными копытами, которыми Дже постоянно отбивала ритм, когда о чем-то увлеченно рассказывала или сосредотачивалась. Вот и сейчас, монтируя видео, она отбивала передней ногой песню, которая играла у нее на заднем плане во время съемок. Она откинула на спину длинные черные волосы, которые завесили ее плоское светлое лицо и закрывали узкие темные, как глубокие омуты, глаза.

Входная дверь открылась, впуская утренний прохладный ветерок.

— Слезь с меня! Накаталась уже! — проворчал недовольный голос Ибы.

— Жестокая ты-ы-ы… — Селена громко зевнула. — Я ведь даже не тяжелая.

— Мне все равно. Слезь!

— Мне ле-е-ень…

— Я тебя заверну в кокон!

— Ну ладно, подумаешь…

В столовую буквально ввалилась птицелюдка, потирая глаза согнутым серым крылом.

— Доброе утро, Селена, — поздоровалась Саша, принявшись разбивать яйца в миске.

Она молча кивнула и уселась на свой любимый высокий барный стул, по-птичьи сложив крылья.

Вслед за ней из коридора показалась арахна. Огромное черно-оранжевое паучье тело, бесшумно переставляя все восемь длинных черных ног, аккуратно пригнувшись, чтобы не задеть головой люстру, дошло до стола. Иба склонилась и уселась на пол, поставив локоть на стул и опустив подбородок на сжатую ладонь. Ее каштановые волосы до плеч, как обычно, были растрепаны в непонятной прическе. Она обвела всех всеми своими шестью янтарными глазами и зевнула в унисон с Селеной, растянув рот так, что вперед выдвинулись хелицеры.

— Что на завтрак? — спросила она, по привычке рассматривая свои длинные ногти.

— Омлет.

— Но… — хотела что-то сказать Селена, но Саша ее опередила, открыв холодильник и достав оттуда пакет с мюсли и молоко, и поставила на стол перед птицелюдкой.

— Наслаждайся.

Селена покачала головой, следя за взбиванием яиц, но затем пожала плечами и приступила к своей трапезе. Почти все ее тело покрывали серые перья, если не считать черные и белые полосы на руках-крыльях. По росту она была совсем маленькой, а со стройной фигурой она и вовсе казалась ребенком, хотя Селене уже было больше двадцати. В программу птицелюдка попала как беженка, но со сложным характером — от нее отказалось четыре принимающей семьи из-за ее поведения, и только с пятой произошло чудо — из немногословной и асоциальной «птицы» она стала более спокойной и дружелюбной — оказалось, нужен был особый подход, который Саша разрабатывала полторы недели.

Наконец-то в столовую вползла Приянка. Она была одета в сари золотого и светло-зеленого цвета — даже после эмиграции в Россию она оставалась верна родным традициям. Приянка всем улыбнулась и заняло свое место за столом — по ее движениям и настроению было понятно, что прогрелась она в душе хорошо, больше никакой сонливости и заторможенности.

— Кто сколько яиц будет? — спросила Саши, поставив миску на стол.

Приянка показала три пальца, Иба сказала, что ей хватит и пять, Дже и Селена воздержались. Саша вбила в перемешанную массу еще несколько яиц, затем из холодильника достала пакет с салатами и бросила его раковину. На разогревшуюся сковородку она вылила яичную массу и уменьшила огонь, помыла овощи и позвала Дже помочь с салатами. Вдвоем они за пять минут справились со всеми овощами и фруктами и вынесли готовую еду на стол.

Иба включила телевизор. Промотав несколько первых каналов, она остановилась на каких-то новостях, с первых слов которые привлекли внимание всех в столовой.

«…о серийные убийства в Балашихе остаются нераскрытыми. Уже несколько раз за последние дни сотрудники полиции выезжали из-за звонков неизвестного, который утверждал, что знает, где совершенно очередное убийство. Жертвами становились исключительно монстры женского пола: на этот раз ими стали ламия, гарпия, кицунэ. Как следует из заключения судмедэкспертов, жертвы все были накачены одним и тем же наркотиком, а затем жестоко убиты. Подобные убийства также фиксировались в Нижнем Новгороде и Туле, что дает нам с полной уверенностью говорить о крайне опасном маньяке, объявившемся в нашей стране. Убийца монстров, как его окрестили журналисты, до сих пор не найден, но полиция делает все возможное, чтобы поймать это чудовище. Елена Спиридонова, Четвертый канал».

— Какой кошмар, — прошептала Дже.

— Да уж, — согласилась Иба, отправляя в рот кусок омлета. — А это вообще где?

— Это Московская область. Ой, — воскликнула Саша, взглянув на часы над телевизором, и подскочила со стула. — Мы опаздываем!

Монстры быстро доели завтрак и принялись одеваться. Иба натянула на себя черную водолазку и джинсовую юбку, разрезанную на три части, чтобы не стеснять движение ее передних лапок. Джехегей так и осталась в розовой майке и сиреневом кардигане, не став смывать свой яркий макияж. Селене пришлось помогать застегивать черный топ, поскольку своими крыльями она не дотягивалась до спины. Приянка осталась в своем сари и просто наблюдала за беготней остальных.

Когда все уже были собраны, Саша вызвала «такси для монстров», и к ним через пятнадцать минут приехал широкий автобус, способный вместить в себя даже кентавра. Саша прижала к валидатору специальную карточку, позволявшую ездить всем им бесплатно по программе адаптации, и уселась на место у окна. Такие автобусы обычно курсировали в каждом районе, но особенно их много было в Подмосковье, где крупным монстрам, для которых он и был предназначен, такой транспорт был просто необходим для перемещения по городу, ведь ни обычные машины, автобусы и метро для них, для их габаритов не предназначены.

— Ты могла и не ехать, — проворчала Иба, мотая головой, прячась от объектива телефона Дже, которая принялась выбирать идеальный кадр.

— Одной не хочу быть, а так хотя бы влог поснимаю, — кентаврица улыбнулась и продолжила размахивать протезами перед собой.

— Мы просто едем на учебу, какой влог?

— Ну так я уже все сдала, хочу посмотреть на вас, неудачницы. Улыбни-ись!

И Иба, все-таки попавшая в кадр, недовольно поморщилась и почти выбила из ее рук телефон.

— Эй, осторожно!

— Это что, трансляция?!

— Ну а че? Нельзя, что ли?

— А ну отдай!

— А-а! Саш, меня лишают заработка.

— Да успокойтесь, — лениво протянула Саша с прикрытыми глазами, уже привыкшая к их перепалкам. — Вы что как маленькие?

— Она первая!

— Дже! Реально. Прекрати снимать все подряд хотя бы вовремя дороги, осадила ее Саша.

Кентаврица топнула копытом и надулась, опустившись на специальное широкое кресло.

— Никакого с вами веселья, — проворчала Джехегей и принялась собирать черные волосы в хвост — как ей это удавалось так ловко, Саша так и не поняла.

— Приедем в центр — я разрешаю тебе подоставать Костю, — вздохнула она.

Спустя двадцать минут автобус подъехал к большому трехэтажному зданию — Центру по контролю и адаптации монстров, или коротко ЦКАМ. Дже шутила, что с заменой первой буквы на другую вся происходящая до сих пор неразбериха в организации мероприятий станет весьма ей понятной. Она, выбравшись, крикнула, что будет ждать снаружи, тут же врубила трансляцию и подскочила к большому кусту рододендрона, где, видимо, наконец нашла идеальный фон. Иба закатила все свои шесть янтарных глаз и направилась к дополнительному входу для крупных видов, который располагался сбоку от главного входа. Саша вышла последний, пропустив вперед ламию и птицелюдку, которые должны были посетить последние блоки занятия до сдачи основных тестов. Она проводила девочек на занятия по светлым коридорам центра, указала Ибе кабинет нужного психолога и уселась на стул, такой удобный и мягкий, что ее сморило. Очнулась она от легкого прикосновения к плечу.

— Эй, засоня, кофе будешь?

— Что? — Саша поморгала глазами и убрала с лица растрепавшиеся вишневые волосы.

— Ты, кажется, храпела, — с усмешкой проговорил Костя и уселся рядом, протянув девушке стакан с какой-то черной бурдой, отдаленно напоминавшей кофе.

— Какой ужас, — покачала головой Саша, все же приняв напиток.

— У меня к тебе дело, — в лоб сказал куратор межвидового обмена.

Это был долговязый высокий парень с россыпью веснушек на лице, голубыми глазами и волосами цвета пшеницы. Костя следил за всеми нуждами принимающих семей в районах, за которыми был закреплен, и подбирал новые дома для беженцев. Именно он в ответе за все, что происходит с монстрами в их новом доме, а также на нем все тонкости бюрократического аппарата и всех расходов госпрограммы.

Саша скривилась.

— Если посмеешь мне еще кого подселить…

— Нет-нет, что ты, — хохотнул Костя и осушил свой стаканчик с кофе. — У тебя и так поди дурдом. По законодательству можно максимум четырех в одну семью, но кто знает… может, кто и пропихнет поправку в правила. Что думаешь?

Саша фыркнула.

— Ты неисправим.

— За это ты меня и любишь

— Не льсти себе. У меня парень, забыл?

— Парень не стена, может подвинуться.

— Кость.

— Ладно-ладно, забыли.

— Так что за дело?

— А, точно, — парень почесал затылок. — Кароче, нам нужен респондент для сотрудничества с газетой «Монстрозета», встреча, интервью, все такое. Я подумал, ты и твой опыт, и твои совершенно обескураживающие ехидные колкости, которые ты отправляешь мне… Ну, был бы рад тебе устроить минуту славы.

— Минуту? Славы? Серьезно?

— А что? Все мечтают прославиться.

— Я слишком занята для такого, но спасибо за предложение, — пожала плечами Саша. — Мне нечего рассказать. Разве то, что меня по утрам душит змея, а кентавр сжигает одну кастрюлю за другой… у меня мало того, что люди захотят услышать.

— А откуда ты знаешь, может, как раз это и ожидают.

Костя посмотрел на Сашу укоризненным взглядом и вздохнул.

— Мое дело предложить, — он поднялся со стула. — Лады, я побежал, хорошего тебе вечера.

Саша кивнула ему на прощание и снова прислонилась головой к стене.

— Храплю, значит…

Через пару часов занятия наконец закончились. Саша вновь провела время в забытьи, отсыпаясь за утро, и пропустила момент, когда освободилась Иба и оказалась сидящей напротив и плетущей со скуки паутину. Приянка и Селена вернулись в весьма мрачном настроении: ни одна из них не смогла написать пробник, из-за чего им задали целую гору домашки. У Селены почти дымилась голова, Приянка была тише и молчаливее обычного, хотя куда уж тише и молчаливее. Одна лишь Джехегей радостно блистала успехами — записала несколько влогов, пару коротких видео и что-то там еще, Саша особо не вникала, но, по словам кентаврицы, она перевыполнила план, сидя под розовым рододендроном.

Дорога домой заняла куда больше времени, чем все рассчитывали, из-за пробки. Автобус плавно подъехал почти к самому участку.

Шедшая впереди Иба остановилась. Она замерла, не отрывая взгляда от калитки.

— В чем дело? — спросила Саша.

— Она открыта.

— Кто?

— Дверь.

Саша пригляделась. И правда, калитка был распахнута. Она тихо поскрипывала от ветра.

— Воры? — предположила Дже, вытягивая свою длинную шею из-за плеча арахны.

— Средь бела дня? — съязвила Иба.

— Но нас же не было дома! Проследили и выждали!

— Так, ладно, — Саша схватилась за переносицу. — Я пойду проверю, а вы ждите здесь.

— И отпустить тебя одну? — Иба скрестила на груди руки. — Так, всем ждать здесь, а я тоже проверю.

— Иба! — возмутилась Саша.

С одной стороны, прикрытие было нужно, но с другой… зашибет и не заметит с ее-то реакцией и силой, и тогда всем будет плохо, а не потенциальному вору, хотя наверняка и ему достанется — Иба в этом плане обходится без компромиссов.

— Что «Иба»? Я уже 23 года как Иба. И я тут, между прочем, одна могу не только за себя постоять, забыла? — и в ее руках тут же появился шарик, сплетенный из нитей паутины.

Она начала раскачивать его как йо-йо, а оно с угрожающим свистом рассекало воздух со свистом.

— Убедила, ладно, — не стала спорить Саша, понадеявшись, что все обойдется, — только будем осторожными. Вдруг это мы сами с беготней забыли закрыть.

Саша осторожно приоткрыла калитку. Та жалобно скрипнула. Дорожка из каменных плит тянулась между двумя раскидистыми яблонями, которые здесь посадил еще дедушка Саши. Они росли по обеим сторонам дорожки, склонялись над ней, образуя лиственный купол, и еще несколько метров тянулись до плиточного перекрестка. Однако сейчас его не было видно. Его загораживало нечто огромное, висящее среди листьев и медленно покачивающееся на веревке. Чем ближе Саша подходила, тем отчетливее видела переливы тонких нитей, их блеск в косых солнечных лучах, пробирающихся через плотную крону. Саша замедлила шаг. То, что она наконец увидела, было явно не рук человека. Этот «кокон», опутанный толстым слоем самой настоящей паутины, повернулся и его перевернутый силуэт был явно мужским.

— Иба-а-а… — протянула Саша и развернулась к арахне. — Одна из твоих ловушек сработала?!

Паучиха отвела взгляд и дуто буркнула «да».

— Мы же это обсуждали! — простонала девушка. — Ну сколько можно?! У нас будут неприятности!

— Я поймала нарушителя вообще-то! — воскликнула Иба. — Мы можем его спокойно в полицию сдать!

— Да дело не в этом! — Саша схватилась за голову. — Если кто-то пострадает еще раз по твоей вине, тебя ведь точно депортируют! А это, — Саша махнула рукой, — вполне сойдет как акт!

— Я подстраховалась, не переживай, — паучиха скрестила руки на груди. — Не задохнется, не упадет, все идеально выверенно.

— Ой да твои бы способности, да в нужное русло…

— Да что не так? Полицию вон вызывай!

— Ага, чтоб тебя точно повязали.

— Эм, — вмешалась вдруг Дже, — оно шевелится.

Тело и правда зашевелилось, оно закачалось и послышались приглушенный громкий голос

— О, мой парализующий яд перестал действовать, — как-то отстранённо заметила арахна и начала разглядывать свои длинные острые ногти.

— Иба! Ну епт…

— Он что-то хочет сказать. Давайте спросим! — Дже едва ли не прыгала от предвкушения как маленький жеребенок.

Саша вздохнула и принялась на ощупь искать лицо несчастного. Когда явно нащупала нос и рот, она осторожно начала сдирать липкие нити. Последние несколько слоев отошли очень легко, и, как только Саша сорвала последнее, она ахнула от неожиданности.

— Миша!

Ее парень забарахтался в воздухе, щурясь от света.

— Саша? Саша! Что за хрень?!

— Но как же… — девушка начала отдирать остальные слови кокона, чтобы освободить его голову, — ты ведь должен был вернуться только через неделю!

— Про сюрпризы слыша?!.. — он осекся. — Походу слышала. Саша, — куда напряженнее заговорил Миша, разглядывая собравшихся вокруг монстров, — что происходит?

— Я не знала, как написать об этом, я…

— Ты что, приняла участие в адаптации?

— Ну…

— А меня спросить не надо было?

— Миш, давай мы тебя освободим и спокойно поговорим, хорошо? Иба!

Паучиха что-то процедила сквозь зубы, зашевелив хелицерами, схватила откуда-то из воздуха нить и потянула за нее, яблони зашевелились, и кокон свалился на землю с болезненным стоном.

Иба цокнула на серьезный взгляд Саши, которая принялась освобождать парня из паутинного плена, и отошла подальше, скрестив руки на груди.

Миша отряхнул одежду, которая была усеяна липкими паутинками, отчего одежда парня искрилась, как будто его окунули в чан с блестками, и перевел взгляд на девушку.

— Ну… деньги были нужны, сам знаешь, — принялась оправдываться Саша, потупив взгляд. — Я хотела тебе написать, но я знаю, как ты бы отреагировал, вот и откладывала разговор. Все никак не знала, как тебе рассказать.

Миша зализал мокрые длинные каштановые волосы назад.

— Вот теперь ты знаешь. И что ты будешь делать?

— Может, чаю?

— Издеваешься? — Миша осмотрелся, наткнувшись взглядом на всех монстров. — Их еще и четверо… Ты ведь знала, как я к этому всему отношусь! И все равно это сделала. Скажи, ты так решила оригинально со мной порвать?!

— Нет! — воскликнула Саша и схватила парня за руку. — Нет, конечно, просто все так завертелось, и я…

Миша вырвал руку. Он осмотрел цепким взглядом каждую девушку-монстра, которые наблюдали за ссорой в сторонке, и провел ладонью по лицу.

— Чай, говоришь? Ну давай.

— Миша…

— Нет, не примазывайся, мне нужно подумать.

Он зашагал в сторону кухни. Саша вздрогнула и засеменила следом. Она поставила чай, вытащила запас печенья и быстро накрыла на стол. Миша недоверчиво разглядывал девушек, а те не менее недоверчиво пялились в ответ на него.

— Это Иба, — стала пытаться знакомить Саша, — она появилась первой, там такая история, я тебе попозже расскажу. Это Приянка, вторая, она не говорит, но слышит хорошо. Селена и Дже, они попали к нам для переаттестации.

— Чего?

— Потом расскажу…

Миша отпил чай с малиной и спрятал лицо в ладони.

— Скажи, как тебя во все это занесло?

— Ну… — и Саша начала с самого начала.

ПОДКАСТ-ИНТЕРВЬЮ «МОНСТРОЛОГИЯ». ВЫПУСК 5: ЛАМИИ.

— Приветствую всех, кто пришел сегодня к нам на живой подкаст! — девушка в зеленом платье и длинными распущенными изумрудными волосами помахала руками в сторону зала, где на раскладных стульях в четыре ряда расположились гости, а затем она приблизилась к микрофону и зашептала: — И наших дорогих зрителей и слушателей тоже! Выпуск обязательно выйдет в цифре. Меня зовут Ульяна, — представилась наконец она.

— А я Рина, — подала голос сидящая напротив через круглый стол еще одна девушка в джинсах и майке. — Всем привет, — дружелюбно помахала она гостям.

Ее встретили аплодисментами.

— Рина, — Ульяна закинула одну ногу на другую и наклонилась к напарнице по микрофону, как только рукоплескания стихли. — Ты готова к пятому выпуску нашего монструозного подкаста?

— Еще спрашиваешь! А вы готовы?

Из зала прокричали ободряющие слова, послышались смешки, а кто-то даже пронзительно просвистел.

— Сегодня у нас не только сухие факты! — начала Ульяна, схватив со стола планшетку с бумагами, скрепленными прищепкой. — 5 — это знаковое число, поэтому мы приготовили для всех особый сюрприз. Мы знаем, что нас слушают не только люди, но и монстры! Ну-ка, поднимите руки! Что я вижу, неужели с нами гарпия?

Птицелюдка, сидящая на последнем ряду, неловко улыбнулась и закрылась крыльями.

— О, как здорово, — обрадовалась Рина. — А что за сюрприз?

— На то он и сюрприз, — Ульяна хихикнула, прикрыв рот планшеткой. — Узнаете после вступления.

— А что у нас сегодня за тема?

— Ты готова? Барабанная дробь… — Ульяна изобразила пальцами движения палочек и всплеснула руками. — Ламии!

Рина аж подпрыгнула на месте.

— Как же я ждала более узкую тему для разговора! — обрадовалась она. — Насколько я знаю, это же одни из первых монстров, каких наша страна взяла под защиту, я права?

— В точку! В Российской Империи ламий обнаружено достаточно много, они живут в основном в горах Урала, Кавказа — в общем там, где сухо, есть вода, еда и скальные пещеры для жизни. Для нас с тобой такие условия были бы вряд ли благоприятными, но для девушек-змей это идеально.

— Ну да, на пещеру я вряд ли бы променяла свою квартиру в центре Питера, — пошутила Рина.

— Ха! Причем змеиные девы бывают двух видов — так уж сложилось в ходе эволюции. Есть горные ламии, настоящая родина которых — греческие острова, откуда они перебрались на европейские предгорья. А есть индийские наги, обитающие в джунглях Индостана. Они различаются меж собой окрасом, характерными чертами лиц и силой ядов.

Рина нахмурилась.

— Погоди-ка, то есть ламии ядовитые?

— Да, как у обычных ядовитых змей у них есть специальные железы во рту, и хватит одной капли их яда, чтобы убить человека. Они грозные охотницы, не стоит их злить, я вас предупредила. Кстати, мужчин у ламий нет, всегда рождаются только девочки. Это одна из самых примечательных особенностей этого вида среди монстров. Подобное встречается еще и у арахнидов и инсектоидов. А теперь немного цифр, — Ульяна прокашлялась и заглянула в планшетку, откинув верхний лист. — Ламии — довольно крупные монстры. Их мощные хвосты могут достигать пяти-семи метров в длину, а вытягиваться человеческой частью тела вверх — до двух метров. Самая крупная чешуя — на животе — до 15 сантиметром в диаметре. Еще ламии прекрасно плавают и прыгают, сжимаясь как пружина. Несмотря на человеческую половину, они хладнокровные и им требуются ежедневные солнечные ванны или тепловой нагрев, иначе они рискуют впасть в оцепенение.

— Ну ты даешь, — покачала головой Рина, — это ж где ты столько всего узнала?

— Сейчас и увидишь, — Ульяна оторвалась от бумаг и, улыбаясь, взглянула в зал. — Дамы, господа и монстры, я приглашаю в нашу маленькую студию Фидию, ламию с Урала.

Раздалось мягкое шуршание, и на свет софитов, из-за кулис, выползла дева-змея. Она смущенно растянула уголки рта в приятной улыбке и кивнула гостям. По залу прокатилась волна аплодисментов. Фидия приблизилась к ведущим, ее черный хвост растянулся на половину студии, она аккуратно села в кресло и подобрала ближе к себе свою длинную конечность. У ламии были короткие каштановые волосы, бледная кожа ярко контрастировала с желтыми с вертикальным зрачком глазами, а еще ее когтистые руки, которые она сложила перед собой, были тоже, как и хвост, покрыты мелкой черной чешуей, начинаясь в кончиках пальцев и заканчиваясь на локтях.

— Здравствуй, Фидия, мы безумно рады, что вы согласились прийти.

— Мне тоше очень приятно, — прошелестела ламия и широко улыбнулась, отчего стали видны ее загнутые клыки, а на щеках проявились складки, благодаря которым ламии могут заглатывать крупную добычу.

— Вы у нас, Фидия, попали в программу по адаптации монстров еще в самом начале. Вы успешно ее закончили, сдали всевозможные тесты на обучающих курсах и получили удостоверение, которое позволило вам покинуть вашу принимающую семью и ходить и делать что угодно, став полноценным членом нашего общества. Вы упомянули, что нашли работу. Кем работаете? — Ульяна поставила руку локтем на стол и положила на нее подбородок.

Фидия украдкой посмотрела на Рина, немного сконфуженная, что столько личной информации только что было вывалено в прямой эфир.

— Я прекрасно определяю запахи, тонко их чувствую, — на мгновение она высунула длинный раздвоенный язык и «понюхала» воздух. — Меня еше в центре приметили и пригласили на сташировку в парфюмерную мастерскую. В мои обязанности входит контроль производства, проверка качества продукции, а такшэ придумывать новые ароматы. Последнее мне нравится больше всего, — Фидия снова улыбнулась. — В обшэм, работа интересная. И на шизнь хватает.

Рина подалась вперед.

— Какого это, жить без принимающей семьи? Полностью самостоятельно в нашем обществе?

— Если честно, сначала было тяшело, но я быстро освоилась. Конечно, косых взглядов хватает, но я смотрю на это с позитивом.

— Прекрасная позиция, — Ульяна развернулась к гостям. — Я подготовила еще один сюрприз.

— Да ладно… — протянула Рина. — Ты нас сегодня балуешь.

— Да-а! Всем понравится! — ведущая наклонилась и вытащила из-под стола картонную коробку. — Я попросила нескольких вип-гостей на входе перед самим подкастом написать по необычному вопросу для звезды этого выпуска и сложить в эту коробочку, — Ульяна встряхнула коробку в руках, и там что-то зашуршало. — Правила такие: вы, Фидия, суете руку внутрь и вытаскиваете три вопроса, зачитываете их вслух и отвечаете.

— О, чудесно, — Фидия склонила голову набок, в ее глазах зажглись огоньки азарта.

Ульяна протянула ей коробочку. Ламия открыла ее и перемешав листочками, вытянула один.

— «Какой уход нушен вашей чешуе в городской среде?» — прочитала она. — Ого, действительно, интересно, все хотят знать?

Из зала полетели короткие и утвердительные выкрики слова «да».

— Что ш, в городе и правда не так, как на моей родине, — она пожала плечами. — Здесь очень сухо и, чтобы не было проблем с чешуей, а особенно с линькой, мне нушны увлашняющие крема.

— Сколько же их тебе нужно… — пробормотала Рина, окинув взглядом ее длинный хвост.

— Не так много, как мошет показаться. Регулярная горячая ванна прекрасно со всем справляется, — ламия развернула вторую бумажку. — «Правда, что вы едите мышей?» Да, конечно, это мое любимое блюдо! — она рассмеялась. — Когда я шила в предгорьях Уральского хребта я часто ловила полевок в густых травянистых зарослях. Шалко, что в городе их мошно достать только в специализированных ресторанах, и ехать до них далеко и неудобно — шиву я за городом, в поселке для монстров, и на работу приходится добираться на специализированном транспорте. К счастью, он делает много остановок там, где есть магазины или разные центры для монстров, а вот обычные продуктовые находятся рядом с поселком, это удобно.

Ульяна кивнула и взглянула в сценарий подкаста.

— Та-ак, давайте последний вопрос.

Ламия пошурудила когтистой рукой и достала мятую бумажку с самого дна.

— «Видите ли вы в темноте?» Да, — Фидия кивнула и положила бумажку на стол. — Но не совсем так, как вы себе представляете. Это слошно объяснить. Я бы сравнила это с тем с инфракрасной камерой. Я вишу тепло от шивого существа. И чую его. Из этого и складывается мое «ночное зрение».

— Это должно помогать на ночной охоте? — поинтересовалась Рина.

— О да, особенно на крупных шивотных. Кабанов там или косуль. Это был основной наш рацион. Сейчас ше мало кто охотится. Все необходимое есть в магазинах, — ламия пожала плечами и улыбнулась. — Государственная программа по адаптации монстров делает все, что нушно, чтобы нам шилось хорошо, и я безумно благодарна за эту возможность.

— Спасибо огромное, что пришли на наш подкаст, Фидия, и с нами побеседовали. Мы узнали столько нового, благодаря вас, — Рина захлопала в ладоши, это подхватил зал, и под аплодисменты ламия заняла свободное место в первом ряду с краю.

— Что ж, — Ульяна постучала планшеткой по столу, — а теперь как обычно обсудим новости мира монстров. Что у нас на есть?

— Есть пара интересных новостей, — подхватила Рина и коротко рассмеялась. — Недавно проведенный опрос показал, что доля терпимости к монстрам выросла, теперь агрессию по отношению к монстрам испытывают лишь 47 процентов респондентов из общего числа опрошенных, а число принимающих семей выросла на 28 процентов с начала лета, что показывает, насколько люди стали лояльнее к нашим новоиспеченным гражданам.

— Какая хорошая статистика, не правда ли? — Ульяна посмотрела в зал и склонилась к микрофону. — У меня есть прекрасное событие. В океанариуме «Море» недавно начала работать русалка. Ее зовут Емельяна, и это первая русалка, что сдала все нужные тесты и документы и получила право на самостоятельную жизнь в нашей стране. Она нашла работу, наиболее подходящую для своего вида. Первое представление, проведенное Емельяной, было выступление с двумя самками дельфинов Галатеей и Ирмой. На глазах у зрителей они выскакивали из воды, прыгали через обручи и выполняли трюки с мячами. У Емельяны есть и сольная программа — танцы под водой с акулами и другими рыбами в огромных морских аквариумах. Эти первые шоу вызвали такой восторг и ажиотаж у гостей, что билеты на шоу скупили на месяцы вперед, представляете?

— Эх, — вздохнула Рина, — теперь тоже хочу туда!

— Кстати, спонсором нашей открытой записи является как раз «Море», которые предоставили скидки на билеты как на постоянную экспозицию, так и на шоу с дельфинами. По промокоду «русалка» вы получаете 10-процентную скидку на все категории билетов.

— Это что, такая ненавязчивая реклама? — Рина хмыкнула.

— Она самая, — подтвердила ее коллега и развернулась к зрителям. — Вот мы и дошли к финалу. Хотим поблагодарить всех, кто пришел сегодня к нам на открытую запись, кто поддержал наш пятый выпуск подкаста «Монстрология». С вами была Ульяна.

— И Рина. Мы не прощаемся, ждем вас в следующем выпуске. Пока-пока!

Глава 1. Иба. 1

Полиция приехала на удивление быстро. Территория была оцеплена сразу же, как только из машин вышли сотрудники правопорядка. Сашу, дрожащую с ног до головы, хотели отвести снова к машине скорой помощи, но она отказалась отходить от арахны, и ей просто дали серебристое спасательное одеяло. Спустя пару минут Саша согрелась, а вместе с тем успокоилась. Не до конца, но по крайней мере руки дрожать перестали. Она посмотрела на сидящую рядом паучиху, которая уставилась всеми своими шестью глазами в землю, и, поколебавшись, погладила ее по одной из гладких длинных конечностей.

— Все будет хорошо, — попыталась ее подбодрить Саша, но та молчала, даже не обратила на нее внимание.

Арахна все же пошевелила «ногой», вынуждая девушку отдернуть руку, нахмурилась, повернула голову в сторону заброшенного дома, откуда выводили сопротивляющихся, замотанных в паутину мужчин, и щелкнула хелицерами, отчего Саша от неожиданности дернулась — уж очень напоминал звук пистолетный выстрел, который не так давно раздавался в заброшенном доме.

— Меня депортируют, — глухо произнесла паучиха.

— Но ты же не сделала ничего плохого. Наоборот, ты меня спасла.

— Нет, — помотала головой паучиха, — сделала. Не с тобой. С другими. Потому и пряталась.

Она подтянула к себе передние ноги и прислонилась лбом к «коленям», прикрыв янтарные глаза. Ее русые волосы завесили лицо, отчего можно было спутать ее с человеком. Если не обращать внимания на все остальное тело.

Арахнида, как самый крупный известный наземный монстр, поражала своими размерами. Ростом она превышала два метра, а ее паучиная часть, блестящее черное брюшко с красными пятнами, напоминающие окрас каракурта, и длинными изящными конечностями, могла вызвать отвращение у тех, кто не переносит восьминогих представителей живой природы. По этой причине арахн было сложно увидеть в городе — уж очень они специфичны на фоне остальных монстров, особенно для программы по адаптации, которая вовсю занималась распределением более безобидных монстров таких как гарпий, русалок, саламандр, циклопов и т. д. И Саша до этой внезапной встречи никогда их не видела вживую, потому испугалась даже сильнее своих похитителей.

Подул ветер. Саша вздрогнула и завернулась в одеяло сильнее.

— Мы что-нибудь придумаем, — заверила она

Арахна только пробубнила что-то в «колени».

Саша вздохнула и запрокинула голову, которая запульсировала болью от стресса и похмелья. Небо уже начало прорезаться первыми лучами солнца, прогоняя на редкость дерьмовую ночь. Все началось с увольнения. Попала под сокращение. Сокращение в лице сынка босса, которому она дала от ворот поворот. В баре она надралась, а прямо на выходе ее подхватили за руки и затолкали в машину. Сопротивляться из-за выпитого получалось плохо, и в какой-то момент девушка просто отключилась. А очнулась уже здесь, в заброшенном полуразвалившемся доме на окраине леса, привязанная к стулу.

Ей угрожали всем, чем только могли, из-за крупного долга, который взял у местных криминальных структур ее отец, вышедший недавно из тюрьмы и куда-то после этого пропавший. Вот только ни Саша, указанная в документах ближайшим контактным лицом, ни больная мать, с которой, Саша надеялась, все было хорошо, не могли выплатить долг за человека, которого уже и отцом назвать было нельзя, да они и сами были по уши в кредитах. Постоянные звонки с незнакомых номеров Саша игнорировала. Вот и доигнорировалась. Слежку за собой она не заметила, а когда ее подкараулили коллекторы, было поздно. Похитители сначала расстроились, что выбить деньги не получится, и решили убрать ненужного должника и свидетеля. И у них бы это получилось, если бы не арахна, скрывающаяся от людей в этом же доме. Мужчины открыли огонь, но были обездвижены. Паутина связала их быстро, но недостаточно. Саша покосилась на левую руку паучихи, перевязанную бинтом, — там ее задела пуля.

— Александра Нитыч? — спросили вдруг рядом, и Саша вздрогнула.

Перед ней из ниоткуда взялся парень. На вид лет двадцати пять, ее ровесник. Рыжеволосый и веснушчатый, он стоял в расслабленной позе, поглядывая в свой смартфон. Он даже не смотрел на нее и широко зевал, словно не на месте преступления находился, а на увеселительной прогулке. Точно не полицейский, так как был в гражданском.

Саша встала на ноги.

— Кто вы?

— Ах, да, представлюсь, — все также что-то ища в телефоне, произнес он. — Константин Омаров, куратор межвидового обмена. Меня прислали разобраться в сложившейся ситуации и принять меры.

— Какие меры? — спросила Саша.

— Депортация.

Арахна вскинула голову и поморгала глазками.

— Но я… — начала она, и ее голос сорвался на хрип. — Это все была случайность. Я не хотела. Прошу. Не отправляйте меня назад!

— Должен вас огорчить, — безразлично продолжил Константин, — за нарушения правил программы по адаптации монстров вы отправляетесь на вынужденную высылку из страны. Мне жаль.

Плечи паучихи задрожали.

— С какой стати? — вклинилась между ними Саша. — Неужели нет никакого другого выхода? Это же…

— Сожалею, но, повторюсь, за нарушения правил предусмотрены ответные меры и…

— К черту меры! — воскликнула Саша. — Она меня спасла! Это же должно перевесить все!

Константин наконец оторвался от телефона, взглянул на девушку и замер. Он стоял и просто смотрел. Даже не моргал какое-то время. Куратор выглядел донельзя растерянным и от кажущейся незаинтересованности не осталось и следа. Он открыл рот, чтобы начать говорить, но закрыл его, посмотрел на арахну, затем — на преступников за ее спиной, которых уже сажали в полицейские машины, и вновь вернул глаза на Сашу. Его телефон оказался в кармане, а сам он, проведя рукой по курчавым волосам, подошел ближе к девушке, чему-то ухмыляясь.

— К сожалению, — вздохнул он, — арахна не прижилась у трех принимающих семей, причинила физический вред людям из последней, сбежала и несколько месяцев скрывалась от правительства. Все это не лучший список свершений в ее деле. Кто ее возьмет под опеку с таким прошлым? Ник…

— Я! — прежде чем понять, что обирается сказать, воскликнула Саша и куда тише повторила. — Я возьму.

Арахна поднялась с земли и в полном недоумении вперилась взглядом в девушку, не веря тому, что только что услышала.

— Зачем вам это, Саша? — Константин склонил голову на бок.

— Если бы не она, — принялась рассказывать девушка, не обращая внимания на появившиеся фамильярные нотки в его голосе, — я бы с вами тут не разговаривала. Я все уже рассказала вон тем ребятам в форме, что случилось. Можете у них все узнать и убедиться, что она, — показала на ошеломленную паучиху, — рискуя жизнью меня спасла. И если за это предусмотрено наказание, то как мы можем говорить о справедливости закона?

Куратор хмыкнул и поднял на девушку голубые глаза, в которых вместо скуки теперь плескалась заинтересованность, если не азарт. Он потер подбородок, наблюдая за парой полицейских, которые обходили территорию и, растягивая слова, начал:

— Саша, а вы уверены? Тут нужен ряд условий, куча справок и еще посещений специалистов…

— Уверена. Сделаю все, что требуется.

Константин широко улыбнулся.

— Что ж, такое в моей практике впервые, — он коротко хохотнул и перешел совсем на неформальный тон общения. — А ты полны сюрпризов, Саша. Знаете, а ведь сделать кое-что можно… Если мы кое-что отправим в управление… и слегка приукрасим события… м-м-м… Я думаю, мы сможем найти лазейку в системе… Думаю, помочь смогу. У меня как раз один должник есть. Вот только не пожалеешь? Тут нужен ряд условий.

— Это каких?

— Подходящая жилплощадь. Особенно для такого монстра.

— У меня участок в Подмосковье. Там два дома, больших и просторных.

— Вы не должны находиться на полной занятости, — Константин загнул второй палец. — Только частичная или временная.

— Меня вчера уволили.

— И… — он посмотрел на Сашу, странно сощурившись, что не могло нести ничего хорошего, — мне может понадобиться твоя помощь.

— Моя?

— Да, не сейчас, в будущем. Небольшое одолжение. Очень меня выручите. Могу на тебя рассчитывать?

— Что бы это ни было, я постараюсь помочь, чем смогу.

— Ладненько, — парень всплеснул руками. — Я замну инцидент, но, — он обратился теперь уже к арахне, которая напряженно наблюдала за всем, что говорил и делал Константин, — это последнее предупреждение, вечно прикрывать я вас не могу, так что постарайтесь ни во что не влезать больше.

Паучиха закивала.

— Ну что ж, желаю удачи. Все нужные документы я вам пришлю, не сбрасывайте звонки, вам будут много звонить, чтобы уточнить разные моменты, возможно, придет проверка… В общем, следующие пару дней придется потерпеть всю эту волокиту. Удачи! И это, — парень достал телефон, — мне нужен твой номер для личной связи.

Саша продиктовала его, и куратор, открыв рот, чтобы что-то еще сказать, мотнул головой и ушел к остальным представителям департамента, оставив Сашу с подвешенным в воздухе вопросом. Недосказанность и только что свершившееся «чудо» наполнили тело тревожным чувством. Саша растерянно следила за Костей, все прокручивая в голове их слишком быстрый разговор и не менее быстро отыскавшееся решение ситуации и так задумалась над последствиями и обещанием помочь с чем бы то ни было, что к реальности ее смогла вернуть лишь паучиха.

— Зачем тебе это?

Арахна провела рукой по смуглому лицу, коснулась горбатого носа и зарылась в русые волосы по плечи. Казалось, она сейчас расплачется, однако в ее янтарных глазах не было и намека на слезы, а сама она теперь, после ухода куратора, неожиданно стала куда более уязвимой. Словно с ее плеч свалился камень, и она почувствовала себя наконец в безопасности.

— Что зачем? А, ну ты ведь меня спасла, должна же я тебя была как-то отблагодарить.

— Тем, что решила поселить меня у себя? Ты очень странная.

— Странная? — не поняла Саша.

— Я же страшилище, разве нет? — паучиха клацнула хелицерами и прежде, чем Саша начала возражать, продолжила: — Люди ненавидят таких, как я. Я слишком не похожа, слишком отличаюсь. Все мои приемные семьи меня боялись. Не доверяли. Пытались избавиться. И тут вдруг ты.

— Что «я»?

— Вступилась за меня.

— Ну, — протянула Саша, не найдя, что ответить.

Она и правда была страшилищем, чего скрывать. Огромное тело, еще и паучиное, вызывало неприятный холодок, множество глаз, казалось, смотрели прямо в душу, отсутствие бровей лишь усиливало это ощущение. Изо рта и щек торчали клыкообразные выросты, хелицеры, которые отталкивали при первом взгляде на паучиху, а от когтистых рук хотелось держаться подальше — именно это и пронеслось в голове Саши, когда она только увидела Ибу, но затем… Затем это «страшилище» ее спасло. Арахна обезвредила похитителей. Она замотала их в кокон, в котором они дождались приезда полиции, и освободила Сашу, ожидая от нее криков ужаса, но получившая сотрясение мозга девушка потеряла сознание, очнувшись уже в машине скорой помощи. Отмахиваясь от врачей, Саша пошла искать арахну и нашла ее у самой кромки леса. Там они и дождались Константина.

Саша откинула вишневые волосы на спину и подошла к притихшей арахне.

— Как тебя зовут? Я Саша, но ты уже знаешь.

— Иба.

— Приятно познакомиться, Иба.

Саша протянула руку. Паучиха опасливо взялась за ее ладонь. Она взглянула в глаза девушки, затем — снова на их сплетенные руки. Она немного растянула губы, и хелицеры приподнялись так, что слабая улыбка стала напоминать оскал. Это было до того странно, что Саша, не без труда скрыв замешательство и испуг, не сразу нашла в себе силы оторвать взгляд от этого зрелища и смело пожала руки.

— Что ж, — девушка мягко улыбнулась в ответ, — пошли домой, Иба.

2

Чтобы заполнить все нужные документы и встать на учет, понадобилась неделя. Подать заявления, пройти проверку, сходить зачем-то к психиатру, прослушать краткий курс для принимающей семьи — все это так растянулось, что, казалось, бумагам не будет конца. Последнюю кипы документов Саше вообще доставил курьер прямо на дом. Она забрала конверт из рук парня, и погрузилась в изучение. Чего там только не было — переводы, справки, разрешения, договора и даже брошюра. Саша расправила ярко-синюю бумажку.

«Программе по адаптации монстров исполнилось уже пять лет! За это время сотни монстров нашли свои принимающие семьи, освоились и стали полноценными гражданами нашей замечательной страны. Хотите принять участие в нашей программе и дать шанс монстру на лучшую жизнь? Позвоните по номеру телефону…»

Саша прочитала лесенкой раздел «Плюсы и минусы» и остановилась на последнем, под названием «Основные правила».

«- Монстры селятся в приемные семьи для ускорения адаптации в человеческом обществе. Участники программы не знают, какой монстр будет с ними проживать, — это решает особая комиссия исходя из условий проживания самой принимающей семьи.

— Монстры обязаны носить при себе специальное удостоверение, подтверждающее его личность.

— Монстры не могут выходит из дома без сопровождающего.

— Монстры обязаны проходить особую программу для интеграции в общество. После окончания обучения и нахождения работы монстры получают право на самостоятельное передвижение, возможность устройства на работу и ряд других привилегий.

— За нарушение правил программы, монстр подвергается депортации. К нарушениям относятся: причинение вреда человеку, игнорирование правил программы и пренебрежение законами нашей страны».

Ясно, все это постоянно крутили по телику, так что основное Саша знала. В конверте оставался еще один документ, в котором, к ее удивлению, говорилось, что принимающим семьям доступна компенсация и месячные выплаты по расходам и содержанию подопечных. Это полностью оплачивается государством в первый год участия в программе, пока монстр не адаптируется и не найдет постоянную работу. Что ж, насчет денег теперь беспокоится больше не нужно, вздохнула Саша, пособие довольно высокое. К тому же… Она задумалась, хватит ли это на закрытие долгов по кредитам, и решила отложить этот вопрос на потом.

Позавчера они с Ибой ездили в Центр по контролю и адаптации монстров и в который раз заполняли документы. Мало того, вместе с ними выехала строительная комиссия, которая обошла участок и все два загородных дома, что-то там отмечая в бумагах на планшетках. Как объяснил Костя, то была программа по переоборудованию домов у приемных семей и направили ее к Саше, чтобы оценить, достаточно ли условий есть для такого специфического вида как арахна. Все осмотрев, они предложили услуги по расширению лестницы и дверных проходов, чтобы Иба спокойно могла развернуться. Получив необходимые подписи, бригада начала работы, которые они закончили лишь сегодня утром. От шума у Саши разболелась голова и на время финальных проверочных работ съездила в магазин закупиться едой на неделю. Когда она приехала, все уже было сделано и ребята уехали.

Для Ибы оборудовали отдельную комнату на втором этаже, но арахна сослалась на слишком яркий свет и закрылась на чердаке. С тех пор там так и сидела.

Константин пару раз приходил с персональными проверками и приносил еще какие-то бумаги на заполнение. От такого количества документов все плыло перед глазами, и Саша была в не себя от радости, когда со всем этим наконец было покончено. Хотя, может, и не совсем…

Последние дни Саша была так занята, что все бытовые вопросы она решала на автомате и никак не могла нормально поговорить с Ибой, а та начала себя странно вести — подолгу не выходила из своей комнаты, спускалась на первый этаж только ради завтрака и ужина и избегала разговоров. Даже когда Саша предлагала прогулку, Иба отнекивалась и уходила обратно на чердак. Что с ней творилась, Саша никак не могла понять. Казалось, после всего пережитого, наоборот, их отношения должны были улучшиться, но на деле все стало еще сложнее.

Саша не знала, с чего начать разговор, а Иба, похоже, по натуре неразговорчивая, вот и получилось то, что получилось.

На пятый день затворничества паучихи Саша не выдержала и, не найдя информации в Интернете про депрессию и стресс среди арахн, направилась прямиком к ней. Для приличия постучалась. Несколько раз. Но никто не ответил. Прождав еще пару минут, Саша надавила на ручку. Дверь со скрипом отворилась.

— Иба, я вхожу? — громко спросила Саша в пустоту.

На чердаке никого не было. Полутьма из-за завешенного окна и висящие всюду нити паутины нагоняли жути, а немногочисленная мебель зачем-то была сдвинута в правую половину чердака.

Саша повертела головой, но признаков присутствия Ибы не обнаружила. Она нахмурилась. Иба предупредила не заходить в ее комнату без разрешения, и все же Саша решилась. Она сделала шаг и споткнулась об порог — неудивительно в такой-то темноте. Саша полетела на пол, но успела выставить ногу вперед, ее занесло в сторону, и девушка зацепилась за тонкую паутинку, закрепленную на паркете. Правая нога тут же взмыла к потолку. Саша, не удержав равновесия, упала, больно стукнувшись головой об пол, и повисла верх тормашками, рвано раскачиваясь из стороны в сторону.

Когда перед глазами перестали мельтешить звезды, Саша потянулась рукой убрать лезшие в лицо волосы, но не смогла пошевелиться. И стало трудно дышать. Паника стремительно закралась в душу. Саша попыталась высунуть хотя бы одну руку из прочного кокона, в котором оказалась, и выпутаться, но ничего не вышло — от любого движения ее тело все сильнее стягивала тончайшая паутина.

Саша сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Как назло, ни одной хорошей идеи, как выбраться из этого положения, не приходило на ум. Оставалось надеяться, что хозяйка комнаты, где бы она ни была, скоро вернется.

Внезапно со стороны окна послышался скрежет и легкое постукивание. Плотная занавеска отдернулась, и в глаза ударила ослепительная полоска света. Когда зрение вернулось в норму, Саша не сдержала радостный возглас:

— Иба! Это ты! Помоги!

Но помогать она не спешила. Иба скрестила на груди черные руки и склонила голову на бок.

— О личном пространстве слышала что-нибудь? — спросила она.

— Прости, я думала…

Иба подошла ближе. Она задумчиво осмотрела висящую вниз головой Сашу, у которой в ушах уже начала шуметь кровь, и хмыкнула.

— Давно хотела ее испытать, — протянула арахна.

— Кого? — не поняла Саша.

— Ловушку.

Иба подняла когтистую руку вверх, что-то взяла пальцами, а затем резко дернула на себя, и Саша рухнула на пол. Кокон из паутины, до этого момента плотно стягивавший тело, просто развалился на нити, и она наконец свободно вдохнула. Несколько секунд прошли в попытках прийти в себя, а когда дышать стало легче и перестала кружиться голова от прилившей к ней крови, Саша поднялась на ноги.

— Где ты была? — отряхиваясь, спросила она.

— На крыше.

— И что ты там делала?

— Наблюдала.

Арахна довольно проворно для своих размеров забралась в гамак, сплетенный из паутины и протянутый от окна и до прилегающей к нему стены. Иба положила руки за голову, устраиваясь, дернула одной из восьми ее ног, и гамак начал покачиваться из стороны в сторону. Разговор был окончен. По крайней мере так решила паучиха.

— Чего ты хочешь? — вздохнула она, не дождавшись ухода Саши.

Такая отстраненность вводила в ступор. Отчего Иба стала такой безразличной? Ведь совсем недавно, когда она спасла Сашу, между ними сложились если не дружеские, то приятельские отношения. Так почему сейчас арахна всеми силами это рушит? Понаставила стены и закрылась от всего вокруг. Здесь, конечно, крылось что-то еще, чего Саша не знала, но даже так отступать от своего плана она не хотела.

— Я тут подумала, — начала Саша, — может, прогуляемся?

— Зачем? — равнодушно спросила Иба, но гамак прекратил раскачиваться.

— Ты тут сидишь уже неделю. Надо куда-то выбраться.

Иба повернулась набок и сверкнула шестью прищуренными янтарными глазами в полутьме.

— К тому же тебе нужна нормальная одежда.

— У меня нормальная одежда.

— Это не так, — возразила Саша. — Людей встречают по обложке. Монстров — тоже. Первое впечатление должно быть хорошим, а для этого нужен соответствующий вид. Собирайся. Поедем в торговый центр.

И чтобы не услышать ее очередное «нет», Саша бегом спустилась по широкой лестнице, оставив свое решение висеть в воздухе перед озадаченной Ибой.

Сердце радостно застучало в груди, когда вслед за ней, через пару минут вышла арахна. Она недовольно глядела на Сашу, но все же позволила себя увести на шоппинг. Иба явно не любила скопление ни людей, ни монстров, так что-то, что она согласилась посетить место, в котором есть и то, и другое, было маленькой победой. К тому же их прогулка — хорошая возможность узнать друг друга получше, раскрыться и найти новые грани зарождавшейся дружбы. Так, впрочем, считала Саша. Ибе, казалось, это было вообще неинтересно.

На улице было на удивление холодно. Если вчера было в районе двадцати градусов тепла и солнце вовсю грело землю, то сегодня поднялся прохладный ветер. Осталось четыре дня до конца лета, но насладиться последними теплыми деньками было явно не дано, что немного расстраивало. Саша облачилась в малиновый плащ и дала Ибе накинуть сверху потрепанной рубашки бордовое пальто, в котором паучиха смотрелась до жути нелепо. Она хотела отказаться, ссылаясь на то, что арахниды устойчивы к низким температурам, но все же подчинилась и со вздохом надела пальто.

Торговый центр «Восток» находился совсем рядом от дачного участка — можно было дойти пешком. Всю дорогу Саша болтала о разных пустяках, пытаясь вовлечь в обсуждение Ибу, но та упорно молчала и провожала взглядом прохожих, которые все как один оборачивались им вслед. Саша заметила, как арахне становится некомфортно, и осторожно взяла ее за руку. Иба вздрогнула, но вырывать ладонь не стала и, кажется, немного расслабилась.

Вскоре показалось большое здание синего цвета. «Восток» отличался планировкой от других торговых центров в округе. Он был компактный, несмотря на обилие магазинов, а добраться до нужной точки можно было очень легко и просто. Но Саше он нравился не только поэтому — «Восток» стал третьим ТРЦ в Москве и Подмосковье, который был спроектирован не только для людей, но и для монстров и активно привлекал к сотрудничеству бренды, специализирующиеся на иных видах, что должно было понравиться ее неразговорчивой спутнице.

Людей вокруг становилось все больше, и Саша почувствовала, как толпа намеренно обтекает их с Ибой. Все привыкли к милым русалкам, лисичкам и кентаврам, которых в первую очередь упоминали во всех брошюрах и рекламных роликах программы по адаптации, а арахниды и подобные им монстры по-прежнему оставались за чертой принятия в человеческий социум без предрассудков и предвзятого отношения. Так что обилие встревоженных взглядов были вполне ожидаемы, и Саша забеспокоилась, сжав большую ладонь Ибы для поддержки.

Трудности начались с самого начала. Двери торгового центра оказались слишком низкими для Ибы и она, неловко пригибая голову и с трудом протискиваясь своей паучьей частью тела, вошла в холл. Многие посетители остановились и с нескрываемым интересом уставились на Ибу, а дети начали тыкать пальцами и дергать родителей за одежду. Охранники на входе тут же подошли и начали водить сканерами по телу Ибы, не понятно, что пытаясь у нее найти, рюкзак Саши тоже был изъят для сканирования. Их никак не хотели пропускать дальше холла, хотя на входе висела табличка о том, что «ТРЦ „Восток“ рад всем видам монстров». Наконец затянувшаяся проверка закончилась и им разрешили пройти.

Иба делала вид, что люди вокруг с их пристальными взглядами ее не волнуют, и бесцельно рассматривала нарядный центр, но Саша явно чувствовала, что паучиха ощущала себя не в своей тарелке и только и мечтала, как бы побыстрее отсюда убраться.

Когда они дошли до первого магазина, Иба почти полностью растеряла уверенность и за последние несколько минут не произнесла ни слова. Увидев вывеску «Афродита: другие виды», она взглянула на Сашу с недоумением, а та закивала и, взяв ее под руку, завела в магазин.

Их встретила весьма побледневшая женщина-консультант, которая дрогнувшим голосом предложила свою помощь и чуть ли не вздохнула с облегчением, когда Саша отказалась — того и гляди в обморок бы свалилась. Зачем тогда устроилась в магазин для монстров? Не каждый же день ей обслуживать птицелюдок и оборотниц.

Иба переводила взгляд с одного товара на другой и хлопала глазами. Она коснулась бюстгальтера с пушапом, и Саша мотнула головой на это.

— Тебе явно большеват. Надо поменьше.

— Ясно, — сухо ответила Иба. — Зачем мне это?

— Каждой девушки нужно хорошее белье, — Саша потрогала ткань на висящем на невысоком рейле белом комплекте. — Вот, например, — она сняла тремпель с бельем. — Спортивный, тянется и удобный. Я думаю, тебе пойдет.

Иба взяла с витрины какой-то тряпочный треугольник и нахмурилась.

— Дорого.

— Не волнуйся, — Саша всучила ей вешалку с бюстгальтером и трусами для монстров с нестандартной нижней частью тела. — Выбирай, что тебе нравится и примиряй.

Арахна сконфуженно посмотрела на комплект, приняла от Саши еще пару бюстгальтеров, кивнула и принялась расстегивать рубашку.

— Стой-стой! — Саша остановила ее, взяв за руку, — мерить надо в примерочных, вон в тех, — она показала на громадные кабинки слева от кассы.

Арахна закатила все свои шесть глаз, вздохнула, словно рамки приличия для нее не существовали, и направилась туда, куда указала ей Саша. Она зашла в кабинку, задернула штору, а Саша осталась рассматривать ассортимент, возможно, подбирая и себе что-нибудь. Она обошла магазин и вернулась к примерочным кабинкам.

— Иба, все хорошо? — осторожно спросила Саша.

— Нет, — глухо раздалось за шторой.

— Что не так?

— Нужна помощь?

— Да.

— Я зайду?

Ее молчание Саша расценила как разрешение и, приоткрыв штору, проскользнула внутрь.

Кабинка была нереально огромной — здесь свободно могли разместиться сразу две Ибы. Паучиха расположилась у широкого зеркала и с пыхтением пыталась застигнуть застежку бюстгальтера, которая была слишком маленькой и неудобной для ее когтистых рук.

— Я помогу, — Саша облокотилась о черное с красными пятнами паучье брюшко и дотянулась до спины, чтобы застегнуть, но поняла, что это и не надо.

— Это не твой размер, — поняла Саша. — Нужен меньше. У тебя какой?

Иба сняла лифчик и, повернувшись, начала рассматривать бирку.

— Третий.

— Попробуем тогда второй, — сказала Саша и отвела глаза, с невероятным интересом принявшись рассматривать потолок.

Найдя ту самую женщину-консультанта, она протянула ей бюстгальтер, попросив принести другой размер, а заодно дать спортивные модели, и простое однотонное белье. Женщина поджала тонкие губы и ушла в подсобку. Через несколько минут Саша расплатилась на кассе и с Ибой покинула магазин. Арахна немного расслабилась, рассматривая красивый розовый бумажный пакет с обновками, перестала обращать внимание на прохожих и дергать ногами так, будто шла по скользкому льду.

Бутик «Mon-mon» располагался прямо за поворотом. Это был огромный зал с широкими проходами между шкафами и рейлами, которые давали полную свободу крупным монстрам, и отделами для определенных видов с весьма широким ассортиментом одежды. Саша быстро нашла глазами табличку «Арахниды» и потащила туда замершую Ибу. К ним тут же подбежала приветливая девушка-консультант и начала рассказывать про линейку набедренных повязок для паучих, представляющие собой подобие юбки, разделенной для анатомического удобства на три части, чтобы то, что напоминало атрофированные человеческие ноги спереди у арахн, могло комфортно двигаться без риска задраться выше «колен». Пока она щебетала и срывала с рейлов футболки и топы, всучивая их Ибе для примерки, Саша огляделась и обнаружила, что она не одна здесь с подопечной. У кассы стоял мужчина и кицунэ с белоснежным пушистым хвостом, выглядывавшим из-под юбки, у выхода рассматривала кофты гарпия, а из примерочной выползла ламия. Саша повернулась к Ибе, чтобы об этом рассказать и порадоваться, но осеклась и просто смотрела, как Иба с энтузиазмом перебирала одежду, что давала ей консультантка. Во всех ее шести янтарных глазах горело любопытство, и Саша вздохнула с облегчением. Да, именно этого она и добивалась — наконец-то она увидела в Ибе что-то, кроме скуки и равнодушия. В итоге для арахны подобрали две красивые набедренной повязки, джинсовую и темно-красную (под цвет пятен на черном паучьем брюшке), пару футболок с топами и черный плащ.

Пока Саша стояла в очереди на оплату, Иба ждала у выхода, бесцельно рассматривая декор и светлую мебель. Она засмотрелась на кроп-топы для гарпий на манекенах и не заметила бегущую девушку с ворохом вещей в руках. Та не видела, куда неслась, и с размаху столкнулась с арахной. От удара девушку откинуло на рейл, который она снесла и растянулась на полу, погребенная одеждой. Иба тут же принялась собирать разбросанные вещи и только протянула ей ладонь, чтобы помочь встать, как девушка подняла глаза на Ибу и закричала, закрывшись руками.

— Не трогай! Не трогай меня!

Все посетители обернулись к разворачивающейся сцене. Иба заморгала и, растерявшись, попятилась, все еще держа в руках чужую одежду. Секунда, и она зашла за металлодетекторы.

Раздалась оглушительная сирена. Настолько сильная, что резанула по ушам. Иба выронила вещи и закрыла руками уши. Она мотала головой и продолжала отступать. Прежде чем Иба исчезла из поля зрения, Саша успела заметить неподдельный ужас в ее глазах.

Через секунду сирену отключили, и все погрузилось в тишину. Такую громкую, что призрак сирены до сих пор звенел в голове.

Саша сорвалась с места и выбежала из магазина. Она огляделась. Ибы нигде не было видно. Ну как можно было потерять из виду почти двухметрового монстра? Краем глаза Саша заметила стремительное движение и понеслась туда. Все посетители центра также смотрели в ту стороны, а значит, Иба убежала к главному выходу. Саша задыхалась от бега, но все равно неслась вперед, огибая скопления прохожих и протискиваясь сквозь толпу.

Она не понимала, что случилось. Все же было хорошо, так что произошло? Это точно не потому, что Иба испугала ту девушку и привлекла к себе все внимание. Сирена. Вот, в чем причина. Но почему? Что не так с сиреной? Да, орала она так, что отзывалась внутри тела, но арахне было не неприятно от этого звука. Это что-то другое. Она выглядела испуганной. Нет. Не так. Она была в настоящем ужасе.

Саша выскочила на улицу, но подопечной не нашла. Вокруг шли толпы людей, и нигде не было признаков паучихи. Куда она подевалась?

— Черт, — Саша оглядывалась по сторонам и была без понятия, где ее искать.

Она почти впала в отчаяние, когда к ней подошел пожилой таксист.

— Вы не огромного паука ищите? — в лоб спросил он.

— Как вы узнали?

Он посмотрел на пакеты из магазинов для монстров, про которые Саша напрочь забыла.

— Она убежала в парк, — он махнул рукой вправо, туда, где из-за поворота зеленели трава и деревья.

Искать долго не пришлось — остальные прохожие с радостью указали путь. В глубине парка, в кустах, Иба и нашлась. Она не шевелилась и стеклянными глазами смотрела куда-то в траву, все еще зажимая руками уши. Иба выглядела полностью опустошенной.

Саша поставила пакеты на траву и медленно приблизилась к арахне, перешагивая через заросли шиповника. Она протянула руку, чтобы дотронуться до плеча Ибы, как та резко дернулась, едва пальцы коснулись пальто. Арахна закрыла ладонями лицо и склонилась к земле. Саша села на колени перед ней. У паучихи задергались плечи.

— Иба, — прошептала Саша и легонько коснулась ее каштановых волос.

Арахна вздрогнула и вдруг захрипела.

— Иба! Иба, посмотри на меня. На меня, — Саша схватила ее за лицо и отодрала ладони, открывая заплаканное лицо. — Тише, сделай глубокий вдох и выдох. Давай. Вдох и выдох. Умница. Давай еще раз. Да, вот так…

Через пару минут дыхание Ибы выровнялось, сердце перестало бешено стучать за грудной клеткой и слезы исчезли. Она уткнулась головой в плечо Саши, которая продолжала гладить ее по голове, отчего арахна потихоньку приходила в себя.

— Что с тобой?

— Я… — она закашлялась.

— Не надо. Не говори, если не хочешь.

Паучиха кивнула и шмыгнула носом.

Они просидели так еще немного, вслушиваясь в шелест листьев, птичьи трели и отдаленные раскаты грома на сером, пасмурном небе, пока Саша не поднялась. Она отряхнулась и осторожно потянула арахну за руку. Та, заваливаясь, поднялась на все восемь ног.

— Пошли домой, а то сейчас дождь начнется, — и в подтверждение словам вдалеке раздались раскаты грома.

ПОДКАСТ-ИНТЕРВЬЮ «МОНСТРОЛОГИЯ». ВЫПУСК 1: ИНТЕГРАЦИЯ

— Что? Уже начинаем? Всем привет! — девушка с зелёными волосами помахала в зал рукой, чем вызвала шквал аплодисментов. — Меня зовут Ульяна! Приятно со всеми вами познакомиться! Добро пожаловать на наш первый подкаст «Монстрология», посвященный монстрам и всему, что с ними связано. Рядом со мной сидит…

— Рина, — подхватила девушка, сидящая напротив Ульяны за круглым столом. — Привет!

Они дождались, пока в зале стихнут хлопки и свист, и переглянулись.

— Признаюсь, — Ульяна зачесала длинные волосы назад, — я жуть как нервничаю. Первый выпуск в таком формате, когда есть не только моя оппонентка, но и вы, дорогие слушатели, спасибо, что пришли и поддержали нас. Все-таки формат живой записи для меня в новинку.

— А я уже такое вела в своем личном проекте «Ласточка», — улыбнулась Рина.

— Вот тебе повезло! А мне придется приспосабливаться. Кстати, слушайте и ее подкаст, там много всего интересного. Так ладно! Перейдем к тому, зачем мы все здесь, собственно, собрались. Барабанная дробь, — Ульяна отбарабанила пальцами по столу. — Монстры! Именно им и будет посвящен наш проект. Рина, что ты знаешь о монстрах?

— На самом деле немного, то, что и так знает каждый из нас, так что буду рада послушать, что же ты для нас приготовила.

— Что ж, — Ульяна достала планшетку и перевернула пару листов бумаги. — Начнем издалека.

— Я надеюсь, не с динозавров? — хихикнула Рина.

— Неа, всего-то с начала 2035 года, — она откашлялась. — Как вы все знаете, после окончания Третьей мировой войны, мы столкнулись с неизвестным, с тем, что спрятать от обывательских глаз не удалось. С монстрами. Мир перевернулся с ног на голову! Начался настоящий хаос, который сменился новыми реалиями. Каждая страна представила свой подход к нынешним условиям и, увы, не всегда гуманным. Так начались гонения, порабощения, геноцид. Однако наша страна, а точнее Союз трех стран, избрала иной путь, а именно — интеграция монстров в человеческое общество. Это вызвало широкий резонанс по всей Российской империи. Кто-то с энтузиазмом присоединился к созданной программе по адаптации, кто-то отнёсся с недоверием к это, а кто-то начал открыто выступать против проекта и монстров, в частности. Общество раскололось на фракции. Но, несмотря на это программа всё-таки заработала. И прошло вот уже пять лет, и она только набирает обороты. И-и-и, — протянула Ульяна, постучав планшетом по поверхности столика, — чтобы во всем разобраться, мы пригласили особого гостя. Встречайте. Дарья Черепанова, кураторка межвидового обмена.

Под аплодисменты к круглому стола вышла девушка в белой рубашке и синих брюках. Ее фиолетовые волосы лежали аккуратно лежали на плечах. Она обняла по очереди ведущих и уселась на стул лицом к залу.

— Итак, Дарья, нас интересует очень много всего, но мы выбрали самые интригующие вопросы.

— Готова ответить на них все, — хохотнула кураторка.

— Отлично, мне нравится ваш настрой. Сколько вы уже в программе?

— Три года.

— И за это время случалось что-нибудь интересное и волнующее?

— Я умоляю, у нас такое каждый божий день, — Дарья взмахнула руками. — А мне как раз и приходится с этим разбираться. Я же не просто сотрудница, я кураторка, на мне лежат все задачи и планы на распределение наших подопечных в подходящее им место, а затем корректировка условий и потребностей. Но я не жалуюсь. Работа очень хорошая.

— Кстати, — начала Рина. — Я слышала, семьи с монстром-подопечным стоят на особом счету у государства, много привилегий и денежных выплат. Это так?

— Да, — кивнула Дарья, — за то, что ты помогаешь монстру социализироваться, тебе полагаются бонусы. Однако все не так просто. Не каждый обладает нужными условиями для участия в программе. Принимающие семьи проходят строгий отбор, нужен целый ряд условий, поэтому не каждый сможет получить возможность стать покровителем для монстра. Причем, во избежание предвзятости к определенным видам монстров, заранее знать, кого к тебе подселит специальная служба, нельзя. То есть участие в программе предполагает слепое согласие.

— А почему так? Почему нельзя выбрать?

— Хороший вопрос, — Дарья закинула одну ногу на другую и наклонилась к Ульяне. — Все дело в том, что среди монстров есть как традиционно «милые» для среднестатистического человека представители, такие как кицунэ, русалки и далее, так и более специфические, например, арахниды и инсектоиды, а их, как показал опрос, хотят приютить куда меньший процент принимающих семей. Уж не знаю, в чем причина — отвращение или фобия, — но их избегают даже просто при встрече на улице. Сказываются предубеждения и страхи. Ну и количество монстров на очереди в свою семью слишком большое, чтобы выбирать подходящего монстра под запросы принимающей семьи. Монстров куда больше, чем подходящих «опекунов». Поэтому часть монстров, особенно семьи, живут в специальных центрах и их опекуном является само государство.

— Ого! — воскликнула Рина. — А вот про это я не знала. Как все, оказывается, продумано.

— За пять лет можно много всего предусмотреть.

— А депортация?

— Грустно, но иногда она необходима, — Дарья пожала плечами и отпила немного воды из прозрачного стакана. — Когда мы видим, что монстр не желает принимать наши законы и обычаи, приходится идти на крайние меры. Такое в последнее время бывает редко, но преценденты случались. Из последнего могу вспомнить, как один инсектоид отравила свою принимающую семью и долго скрывалась от полиции, пока его не нашли и не депортировали на родину.

— Какие монстры быстрее всех вливаются в наше общество?

— Хм, — Дарья задумалась, — прежде всего это те виды монстров, что своим строением сильнее походят на нас с вами. Это, например, кицунэ, циклопы и варги. Они похожи на людей, потому их потребности легко удовлетворить. Им подходит человеческий мир в той или иной степени. Что же касается кентавров, ламий, арахнидов и русалок… Тут уже приходится из кожи вон лезть, чтобы их устроить в правильные условия для полноценной жизни. Чаще всего они остаются в кризисных центрах, ведь не у каждого дома, к примеру, есть глубокий бассейн, который необходим русалкам. Или пространство для кентавров. Ну и так далее.

— А бывает, что принимающая семья не может найти подход или общий язык с подопечным? Что тогда делать?

— Мы просто подбираем кого-то более подходящего и меняем их. Вот и все.

— А какой монстр самый непопулярный среди опекунов?

— Дайте подумать… Это арахны. У многий людей арахнофобия, а увидеть огромного паука для них сродни концу свету, так что да, арахнам в этом плане не повезло. Слишком уж специфичны как монстр.

— Я слышала, — Ульяна посмотрела в зал, — что в Китае закон действует строже в плане романтических отношений между монстром и человеком. Они запрещены. Это карается депортацией. А что у нас?

— Ну, это спорная тема. Для любви нет преград, а закона, запрещающего романтические или же интимные действия между нами и ими, нет. Тут больше опасения насчет окружающих. Прошло ведь только пять лет, и люди не успели ко всему привыкнуть, потому до сих пор существуют объединения, даже партии, выступающие за чистоту крови и депортацию монстров восвояси.

— Это вы случайно не про партию Анжелики Эверстовой?

— Она самая, — кивнула Дарья. — Весьма радикально настроенная дама. К сожалению, не все позитивно относятся к включению монстров в наше общество, находятся и те, кто борется с так называемой угрозой человечеству. Я смотрю на это с тревогой. Все-таки нашлось много сторонников, и пока что процент принятия иных видов растет среди респондентов не так быстро, как хотелось бы. Это сложный процесс, и он требует времени и грамотной популяризации среди населения. Но я верю, что вскоре ситуация выровняется и процент принятия наконец поползет вверх.

— Мы обратили внимание на романтические отношения между видами, есть ли у таких пар шанс на счастливое будущее?

— Пока сложно сказать, — Дарья подперла рукой подбородок и задумчиво вздохнула. — Тут дело не только в общественном одобрении, но и в физиологии. Как вы знаете, разные монстры имеют свои особенности в этом плане. Например, ламии и кицунэ — виды, в которых есть только женщины. Кем бы ни был отец, ребенок всегда будет одного вида и пола с матерью. В остальных случаях появляются гибриды и, к сожалению, есть небольшая, но все же вероятность проблем со здоровьем у таких детей. Ну и социальные трудности. Хотя эта вероятность применима и к нашим, чисто человеческим детям. Тут уж как хотите, так и трактуйте.

— Нас еще интересует, как работают организации, помогающие монстрам добраться до нашей страны. Виды ведь разбросаны по всему миру. И ситуация в разных регионах в плане отношений к монстрам тоже разнится.

— Вопрос, конечно, сложный. Существуют государственные и волонтерские службы, которые всем этим и занимаются. У них есть связи и спонсорство, так что это сильно упрощает им задачу. Обычно они находят монстров или монстры их сами находят, и их распределяют по странам, учитывая происхождение той или иной организации и загруженность работающих там служб. У нас работа китайских, российских и монгольских посольств разнится из-за тех или иных законов. Там много бюрократических моментов, сама я в это не вникала, так что не смогу рассказать в подробностях, как именно происходит миграция монстров.

— Что ж, это было очень интересно, — произнесла Ульяна, улыбаясь. — Спасибо огромное, что нашли время, пришли сюда и рассказали просто потрясающую информацию.

— Мне самой это в радость, — Дарья рассмеялась. — Рада нести правду в массы.

— С нами была Дарья Черепанова! — Рина громко захлопала в ладоши, и зал это подхватил.

Кураторка поднялась на ноги и шутливо поклонилась. Когда овации стихли, она прошла на пустое место в первом ряду. Ульяна повернулась к слушателям на стуле и отложила планшетку в сторону.

— Что ж, на этом первый выпуск «Монстрологии» подошел к концу. Большая благодарность всем, кто пришел к нам на открытую запись и поддержал проект. С вами была Ульяна.

— И Рина. Не прощаемся и ждем вас в следующем выпуске. Пока-пока!