В гостях у Лешего

Пролог

Пролог

Деревянный пол едва слышно поскрипывал от мягкой поступи босых девичьих ног. Лунный свет широкой полосой лился из огромных незашторенных окон. Катарина нервно поглядывала назад, боясь быть обнаруженной в чужом доме. Да что там — в чужой спальне!

Она едва ли могла объяснить себе, что здесь делает и что ищет, но просто не могла уснуть не узнав, есть ли женщина у Лешего. Малейшая деталь, забытая соперницей какая-нибудь вещица и Катарина поймёт, ввела ли её эта крашеная рыжая стерва в заблуждение. Пусть девушка с неким трудом говорила по-русски, но понимала всё отлично. И намёки тоже.

Обстановка в спальне была аскетичной, что не мог скрыть даже вечерний сумрак: шкаф, широкая кровать с тумбочкой и комод. Пробежав по застеленной без единой складочки кровати глазами Катарина открыла верхний ящик тумбочки. Ничего интересного: пара журналов про авто, наручные часы и — о нет! — открытая пачка с квадратными блестящими пакетиками. Несмотря на свою невинность Катарина прекрасно знала их назначение и мысленно обругала свою предполагаемую соперницу. Конечно она не думала, что такой мужчина как Леший обходился всё это время без женского внимания, но надеялась что борьба за его сердце не будет такой сложной. Мало ей Светланы, так ещё и Виктория смешала все карты...

Почему как только ей повстречался мужчина мечты, так сразу куча баб вокруг нарисовалась? Ну нет, просто так сдаваться она не собиралась, хотя холодность и грубость Лешего не придавала ей ни малейшей уверенности в успехе задуманного.

Тяжело вздохнув, Катарина закрыла ящик тумбочки. Пропало желание совать свой нос куда не следует и рыскать дальше по чужим вещам. Как там в России говорят: «Меньше знаешь, крепче спишь»? В яблочко! Если ещё полчаса назад она не знала как уснуть от неопределённости, то теперь ей грозила бессонница от найденных улик сексуальной жизни Лешего.

Вернувшись к открытой двери девушка услышала тяжёлую мужскую поступь и вторящий им цокот жёстких коготков. Тьфу ты, только этого ей не хватало! Панический взгляд заметался по тёмным углам и остановился на оконном проёме. Почему бы нет?! Первый этаж всё-таки... Уж лучше это, чем быть обнаруженной со своим любопытством!

Защёлка на окне порадовала бесшумным открытием и Катарина, радостно улыбаясь, легла на подоконник, в попытке рассмотреть нет ли чего опасного под окном. Всё чисто, отлично!

Только хотела выпрямиться, чтобы завершить свой побег, как почувствовала горячие руки на свой пятой точке, обтянутой тонкой джинсой.

— Вот ты и попалась, трусишка! — проговорил сзади густой бархатный голос, хозяин которого беззастенчиво навалился на неё сверху, ещё больше распластывая женское тело по подоконнику.

— П-почему трусишка? — осмелилась спросить девушка, с трудом вспоминая в этот момент русский язык. И даже присущее ей красноречие куда-то пропало...

— Потому что вся дрожишь... Ка-а-атёнок...

Приглушённый хрипотцой голос прошёлся новой волной мурашек по всему женскому телу. Вот как объяснить этому жёсткому, но такому желанному мужчине, что её дрожь не имела ни малейшего отношения к страху?..

Глава 1. О пользе подслушивания

— Так больше продолжаться не может... Катарина опять учудила на вечере у ... Ты видела этого ...?

Не то чтобы Катарина Хофманн любила подслушивать, но пройти мимо обсуждения своей персоны просто не могла. Раньше, кстати, эта привычка находиться в нужном месте и в нужное время её всегда выручала. На этот раз она всего лишь проходила мимо отцовского кабинета — честно-честно! — когда услышала за приоткрытой дверью своё имя.

— Я уже договорился с ... Венчание Катарины и Филиппа произойдет ... числа.

Нет, так не пойдет, ничего не слышно! Подойдя ближе и прислонив ухо к дверному проёму она услышала, как отец вещает матери о договорном браке между ней и Филиппом Драгштейном, этим тощим противным слизняком. Фууу! Катарину передёрнуло, стоило вспомнить этого пижона, богатого на деньги и титулы, но обделённого умом, сообразительностью и юмором. Да и внешность была далека от идеала, который девушка иногда представляла в своей голове и который иногда посещал её во сне.

М-да, неприятно! Тем более что виновницу обсуждения не пригласили и даже не поставили в известность о наиважнейшим решении! Конечно, отец скорее всего считал, что дочери вообще не было в доме, так как она здесь практически не жила. В свои двадцать три у неё имелась своя уютная, хоть и небольшая, квартирка, а в родительском особняке за ней сохранялась её детская комната, которой она изредка пользовалась, когда оставалась ночевать здесь.Ну что за навязчивая идея выдать своих дочерей за богатых и властных? И ладно бы денег в семье было мало или проблемы с семейным бизнесом. Так нет же! После развода старшей дочери и неприятностей с бароном Вальдштейном, её бывшем мужем, Джонас Хоффман смог удержать свой бизнес на плаву благодаря своему влиянию и смекалке. Казалось бы, живи и радуйся, вот только, похоже её отцу хотелось снова вмешаться в личную жизнь на этот раз младшей дочери.

Катарина вздохнула. Ну кто мог знать, что на последнем совместном званом вечере хороший друг, которого она пригласила сопровождать её, отщебучит такое?... Честно говоря, девушка уже привыкла к эксцентричности своего друга-художника, но он превзошёл самого себя: пара лишних бокалов виски и весь скопившийся в творческом уме дух справедливости и борьбы с аристократическими пережитками вылился одой со сцены прямо на сильных мира сего.

Какие это были рифмы!

Это было зрелищно!

Это было незабываемо!

Катарина сей выпад оценила и даже хотела посмеяться, глядя на вытянувшиеся лица собравшихся богатеев и аристократов, если бы не поймала разгневанный взгляд отца, обещавший ей казнь египетскую, за то что она притащила сюда этого... творца... Девушка уже было решила, что гнев миновал. Но вот, спустя две недели после того случая, расплата настала.

Задумавшись Катарина не рассчитала силы и навалилась на дверь, которая распахнулась и несостоявшаяся шпионка оказалась на виду у своих родителей. Джонас Хоффман стоял у камина, заложив руки за спину. Алисия Хоффман сидела на диване и попивала чай из позолоченного сервиза.

— Что ты здесь делаешь, Катарина? — сказал раздражённо отец вместо приветствия, обернувшись на шум.

— И тебе здравствуй, папа. Мама.

Катарине ничего не оставалось как принять независимый вид и с чувством оскорблённого достоинства произнести:

— Я всё слышала и я не согласна!

Герр Хофманн смотрел на свою младшую дочь и с огорчением сожалел (в который раз!), что судьба не послала ему хотя бы одного сына. Как было бы проще! Нет, он любил своих дочерей, по-своему... Но, после того, как его всегда послушная и примерная девочка Амелия променяла выгодный брак на жизнь в чужой стране с безродным архитектором, он уже не знал, чего ожидать от взбалмошной и своевольной Катарины. Вот, пожалуйста — она не согласна!

Да, он был консерватором и не скрывал этого, иногда сожалея, что не родился хотя бы на столетие пораньше, когда женщины знали своё место и не стремились променять семейные ценности и обязанности на феминистические выпадки. Сейчас же он был вынужден уговаривать свою дочь прислушаться к нему, ведь она была так молода и не понимала обязанностей, которые накладывало их положение в обществе.

— Катарина, ты знаешь, что я не молодею, — начал мужчина свою речь, — как ни прискорбно это говорить, но мне не кому передать свои дела! Всю жизнь я строил семейную империю, налаживал связи, и что в итоге? Амелия уехала в другую страну, разведясь с бароном Вальдштейном, которого я прочил в свои приемники...

— Но я то тут причём? — возмутилась Катарина.

— А ты мало того, что не захотела идти по моим стопам и изучать основы бизнеса, так ещё и связалась с возмутительной компанией, позоришь нашу семью. Неужели ты думаешь, что я приму такого зятя?!

— Ты о Лукасе говоришь? — облегчённо выдохнула Катарина. Если дело в художнике, то сейчас она развенчает отцовские опасения и всё станет на свои места. — Да мы с ним даже не встречаемся, он просто мой хороший знакомый... Ещё раз прошу прощения за его выходку, больше такого не случится!

— Ты не понимаешь, Катарина. Дело не только в этом молодом человеке, — начала свои увещевания Алисия, глядя на дочь с материнским снисхождением. — Тебе уже двадцать три, мы с отцом и так дали тебе возможность жить как хочешь, не давили на тебя, ожидая, что ты сама придёшь к нужным выводам. Но, к сожалению, мы ошиблись. Эта свобода лишь отдалила тебя от нас. Пора одуматься, хватит мотаться по всему миру. Ты любишь историю, археологию, но что это даёт? Это не приносит ни денег, ни уверенности в завтрашнем дне.

— Вот только не надо снова корить меня за выбранную профессию. Это наука, знание, соприкосновение с тысячелетними традициями и реликвиями! Она приносит мне настоящее удовольствие и делает меня счастливой! Разве этого мало?..

В который раз ей приходилось оправдываться за выбранную специальность. Хорошо хоть учиться осталось недолго, скоро она защитит учёную степень и перестанет быть зависимой от родителей.

— А нельзя ли соприкасаться с наукой будучи замужем за основательным и влиятельным мужем? — вкрадчиво добавил отец. Он был отменным переговорщиком, иначе бы не добился таких высот. — К тому же, как выяснилось, молодого человека у тебя нет... Так почему бы не породниться с Драгштейнами? Филипп без ума от тебя! Это ли не удача? Подумай только, мы можем составить выгодный нам контракт, заранее обговорив часть с твоей свободой и работой. Поверь мне, меньше всего мы с твоей матерью хотим наступить на те же грабли, что и с Амелией...

— Что-то не похоже... — пробормотала Катарина, закатывая глаза.

— К тому же, — добавила Алисия, пересев поближе к дочери и взяв её за руку, — ты слишком избирательна и потому вряд ли сможешь найти супруга сама, доверься нам. Подумай, что будет с нашей семьёй без наследников?

— А как же дети Амелии?

— Она живёт в другой стране и свой выбор уже сделала, — жёстко парировал мужчина.

Это была его головная боль и он до сих пор переживал предательство старшей дочери, с трудом принимая её новую семью. Отец давил на жалость, но не на ту напал. Катарина — это не Амелия. Да и двадцать первый век на дворе давал силы на борьбу с консервативными замашками родителей. Встряхнув белокурой гривой девушка встала с кресла и посмотрев на отца твёрдо сказала:

— Нет, вы совершаете ещё одну ошибку и даже не видите этого.

Повернулась в сторону двери и услышала в спину:

— Тогда с сегодняшнего дня ты лишаешься нашего обеспечения, полностью! И на наследство можешь не рассчитывать!

Катерина повернулась к родителям, отказываясь верить в только что услышанное:

— Прошлый век какой-то... Серьёзно? Вы не можете меня шантажировать деньгами, это немыслимо...

— Попробуй — и убедишься в этом сама, — припечатал сердито Джонас Хоффман.

Нет, конечно Катарина не была меркантильной, но как и любые девушки её возраста и круга любила красивую жизнь: брендовую одежду, свой люксовый автомобиль, салоны красоты. К тому же она много средств вкладывала в исторические исследования, участвовала в спонсировании некоторых экспедиций и просто не могла подвести стольких людей.

Да, Катарина теперь понимала Амелию — за всё в этой жизни нужно платить. Чувствуя, как захлопывается дверь на свободу девушка попросила:

— У меня есть условие.

— Какое? — довольно потирая руки спросил глава семьи.

— Свадьба состоится не раньше, чем я закончу учёбу.

— Отлично! Только помни, Катарина, что я присматриваю за тобой, — сказал мужчина и, поймав возмущённый взгляд дочери, добавил, — это чтобы ты не наделала глупостей. Для твоего же блага!...

***

Да как они смеют?!

Катарина сердито мерила шагами гостиную в своей небольшой квартирке: десять шагов из одного угла в другой. И обратно. Это действие думать не помогало, но успокаивало. Это факт! Также не подлежало сомнению и то, что замуж по родительской указке она не выйдет. Никогда! И если отец думает, что сможет заставить её выйти замуж насильно, то он сильно ошибается. Он просто не знает своей младшей дочери. Впрочем и в старшей он тоже ошибся...

Катарина улыбнулась, вспомнив сестру. А ведь в своё время она думала, что Амелия так и не решится поменять свою судьбу. А оно вон как хорошо получилось! Когда они были с Амелией подростками, то их без конца изводили нравоучениями как себя вести, взращивали их чувство долга. Теперь, по каким-то признакам решив, что Катарина влюбилась в неподходящего человека тут же нашли идеальный, по их мнению, вариант.

Сегодня девушка согласилась с решением отца только для того, чтобы выиграть немного времени. Зря Алисия Хоффман думала, что ничему дочь не научила. Несмотря на то, что Катарина всегда была честна и прямолинейна, но схитрить и повернуть ситуацию в нужную сторону, не идя на прямой конфликт, — это у неё явно было от матери. Осталось только придумать, что делать дальше. Плохо то, что сейчас обеспечивать себя Катарина пока не могла, часть денег была вложена в очередную африканскую экспедицию, куда поехать она не смогла из-за простуды.

Найти работу не вариант, так как всё время занимало написание научной работы и ещё предстояло найти место практики. Банальностей она не любила ни в каком проявлении, а поэтому до сих пор не выбрала ни один вариант из университетского списка, так что её научный руководитель лишь тяжело вздыхал. Но не торопил, так как такую уникальную ученицу он давно не видывал. Нет-нет, Катарина не завышала самооценку, просто искренне любила то, чем занималась и словно губка впитывала все знания, напрочь ломая стереотип глупой красивой блондинки. Её внешность часто ставила в тупик научные умы при первом знакомстве, но потом всё вставало на свои места. Правда была у неё ещё на первом курсе мысль перекраситься в другой цвет, но потом девушка решила, что если природа решила наградить её белокурой шевелюрой, за которую многие женщины ей завидовали, то пусть так и будет!

Кстати, благодаря своей кукольной внешности и высокому росту она иногда подрабатывала моделью на дизайнерских показах известных модных домов. Но о фото карьере речь конечно же не шла, в первую очередь из-за отцовского положения в кругах высшего света. Но девушка и сама туда не очень стремилась, сосредоточившись на науке.

Время стремительно утекало, а Катарина не могла найти выхода из создавшегося положения. Открытый конфликт с отцом ничего не даст, лишь ограничит её в средствах. Ей срочно требовалось уехать из страны, но нужен был веский предлог, чтобы отец ничего не заподозрил. На глаза попалась фоторамка, где она обнимала свою беременную сестру. Точно! Если кто может ей помочь, так это Амелия.

Приплясывая Катарина набрала заветный номер:

— Привет, Ами!

— Привет, Кати! Я так соскучилась! — ответила сестра, заглушая звуки улицы на заднем плане.

— Вы гуляете?

— Да, вышли на набережную с Егором и Максом. Тебя, кстати, очень плохо слышно, здесь детвора шумит. У тебя что-то срочное?

— Срочнее некуда... Я замуж выхожу!

— Что-ооо?

Катарина засмеялась, услышав шокированный возглас сестры.

— Ага, представляешь, отец договорился о моём замужестве у меня за спиной.

— И ты согласилась? Это совсем на тебя не похоже!

— Вот никогда в тебе не сомневалась — знаешь меня лучше всех! ПОКА согласилась, но мне нужно на время уехать из Австрии. Желательно в какую-нибудь экспедицию, чтобы не бросать свою научную работу и не вызывать подозрения у папеньки. А там что-нибудь придумаю!

— Я даже не знаю, — задумалась Амелия, — может у Егора спросить? У него так много здесь знакомых.

— Отличная идея! — обрадовалась Катарина. — Вся надежда только на тебя, сестричка!

Глава 2. Красивый вид человека не портит

Катарина ловко припарковалась на стоянке университетского городка. Её люксовый спортивный автомобиль заметно отличался от представительных собратьев немецкого автопрома. Что поделать - девушка любила стильные, яркие и качественные вещи, будь то обувь, одежда или машина.

Ловко выбравшись из недр своей красавицы девушка подхватила сумочку и направилась ко входу в административное здание. С улыбкой заметила, как несколько мужчин посмотрели вслед. Что же, она привыкла к мужскому вниманию и женской зависти, знала что выглядит на все двести процентов. Был за ней такой грешок - она знала себе цену! Но при этом была лишена высокомерия и заносчивости, за что окружающие ещё больше ей восхищались.

Катарина была любимицей судьбы и всегда это чувствовала: удачей, внешностью, благосостоянием, умом. Единственное, чего до сих пор у неё не было для полного и безоговорочного счастья и чего она страстно желала всей душой - это большой, всеобъемлющей и страстной любви!

Эта девушка была душой любой компании и любила пофлиртовать с мужским полом, чувствовать себя особенной и ловить восхищённые взгляды. При этом её романтическая душа ждала того единственного, ради которого сердце учащенно забьётся и зажжётся пламень страсти. Именно поэтому в свои годы она была девственна если не по мыслям, то по физическим показателям точно. И со вздохом лёгкого сожаления отпускала очередного поклонника в свободное плавание понимая, что это опять не то...

За своими мыслями Катарина не заметила как поднялась на нужный этаж и вошла на родную кафедру археологии и палеографии*.

- Добрый день, герр Шмидт! - широко улыбнулась девушка седовласому мужчине в очках, который сидел за огромным столом, заваленным бумагами и папками. Несмотря на почтенный возраст своего руководителя Катарина легко находила с ним общий язык и безгранично уважала его за знания, которыми он щедро с ней делился.

- Ааа, фройлен Хоффман пожаловала, - в ответ он тоже улыбнулся и указал на стоящий рядом стул, - присаживайтесь, дорогая. Наслышан о вашем необычном назначении...

Что же, Катарина и не думала скрывать своей находки, тем более что ей требовалось подписать разрешение на кафедре.

- Я так и знала, что вам понравится моя идея. Я уже придумала как вписать этот материал в свой проект...

И на добрых пол часа жизнь вне стен этого кабинета исчезла для двух умов, увлечённых наукой. Катарина была безгранично счастлива, что догадалась попросить помощи у своей сестры и даже не ожидала, что ей представится такая возможность!

И всё благодаря Егору, который смог организовать для неё такое путешествие, используя свои связи.Подумать только - этнографическая экспедиция в Россию, где в дебрях таёжных лесов нашли заброшенную древнюю деревню и первобытные пещеры с наскальными рисунками.

Такая удача для неё, молодого специалиста!

Даже предстоящие трудности её не пугали. Что там непроходимый лес, когда глаза горят от восторга?! Что там трудности перевода, когда сердце заходится от возможности прикоснуться к неизведанному?! К тому же не зря Катарина стала изучать русский, после того как сестра иммигрировала в эту загадочную страну. Хотя бы и для того, чтобы без проблем общаться со своей новой роднёй.

Языки всегда давались увлечённой девушке легко, в отличие от той же Амелии, а потому она могла довольно сносно изъясняться по-русски, хоть и с заметным акцентом, а понимала язык ещё лучше.В общем всё складывалось наилучшим образом и Катарина до сих пор не могла поверить в такую удачу. Даже Джонас Хоффман, видя энтузиазм своей дочери и довольный её покладистостью, выделил ей на сие мероприятие спонсорскую поддержку.

Катарина выпорхнула довольная из стен университета с заветным направлением в руках. Осталось дело за малым: собрать вещи и отправиться навстречу приключениям. Вот только как всегда назрел вопрос: что надеть? Сев за руль Катарина тяжело вздохнула. Как и у любой девушки гардероб её был обширен, но при этом ничего не подходило для подобной поездки. Что вообще носят в лесу?

- Глория? Привет, - позвонила Катарина своей подруге, - выручай, мне нужна компания для похода в магазин.

- Что за повод? - оживилась подруга.

- Я собралась лететь в Россию и как ты понимаешь нужно немного прибарахлиться, мой гардероб не подходит...

- Да ладно, кто бы говорил! Твои шкафы еле закрываются!

- И тем не менее... Поездка специфическая... Шоппинг наше всё! Ты со мной?

- Ещё бы! Жажду услышать подробности...

Договорившись с подругой о встрече довольная Катарина направила автомобиль в любимый торговый пассаж.

***

- Фуух, - с облегчением выдохнула Катарина, присаживаясь за столик ресторана и ставя многочисленные пакеты на сиденье диванчика, - как же это утомительно!

- Ага, тебе следовало заказать грузовик, - засмеялась Глория. - Зато ты теперь не сможешь сказать, что тебе нечего надеть. Но всё-таки как я тебе завидую! Такая поездка, блин! А для меня там местечка не найдётся?

- Ты же в Африку собралась?

- Да, но я там уже сколько раз была. А Россия... Россия это что-то неизведанное, загадочное...

Катарина усмехнулась, листая меню:

- Ага, ещё скажи что ты веришь в то, что по улицам медведи ходят! Нормальная цивилизованная страна, хотя я дальше столицы и не была. Говорят ещё Санкт-Петербург очень красив, Амелия обещала со мной туда съездить когда Макс подрастёт...

Рассказывая о жизни сестры Катарина даже не сразу заметила, как замолчала и напряглась Глория, смотря ей за спину.

- Что?! - воскликнула девушка и обернулась. - О нееет! Как он меня нашёл?..

Размашистым шагом к ней приближался её недавний кошмар в лице Филиппа Драгенштайна. Дорогущий костюм от Brioni несколько скрадывал его худобу, но блестящие от воска прилизанные волосы и липкий масляный взгляд не давали девушке ни малейшего шанса почувствовать к нему хоть что-то, кроме отвращения.

"И вот с ЭТИМ отец хочет меня свести..." - передёрнуло Катарину в который раз.

- О, Катарина, дорогая! Я так рад тебя видеть! - расплылся в улыбке кавалер и не дожидаясь приглашения уселся на соседней стул распространяя вокруг себя приторный аромат туалетной воды.

- А вот я тебя - не очень, - ответила девушка, не желая любезничать с этим типом.

- Ну-ну, очень скоро ты целиком и полностью будешь моей и оценишь по достоинству мои достоинства, - поиграл бровями мужчина, довольный своим каламбуром. - Сладкая моя...

- Не для тебя, дурака, красна ягодка росла, - закатила глаза Катарина.

- О, может я вам мешаю? - неловко вмешалась в их перепалку Глория.

- Нет!

- Да!

Сказали одновременно и уставились друг на друга.

- Нам пора, - вскочила Катарина не желая продолжать эту встречу. А так хорошо день начинался!

"Теперь ещё и голодной из-за этого дурака ходи..." - подумала она, с тоской глядя на спешащего к ним официанта. - Пойдём, Глория, нам ещё многое необходимо сделать...

- Я слышал, что ты уезжаешь, - схватил за руку Катарину несостоявшийся ухажёр. Приблизился и выдохнул в удивлённое лицо:

- Я буду тебя ждать! Никуда ты от меня не денешься, сладкая...

- Это мы ещё посмотрим! - ответила Катарина вырывая руку. Подхватила пакеты и расстроенная вышла из ресторана.

- Погоди, не так быстро! - догнала её подруга. - Слушай, а может действительно родители правы? Вполне неплохой вариант, богатый, тебя любит. Вон как добивается твоего внимания... Да и внешне ничего...

Поймав возмущённый взгляд Катарины, девушка осеклась.

- У тебя случайно нет температуры?! Да, Глория, ты права: женщины любят настойчивых мужчин, но терпеть не могут назойливых. Заметь, грань тонкая, а результат противоположный. Давай, я тебя подвезу и поеду домой собирать чемоданы...

Всю дорогу девушка молчала, обдумывая слова Глории. В чём-то, конечно, подруга права: видимых причин отказываться от этого брака у Катарины не было. Со всех сторон он был выгодным, да только куда деть свою неприязнь? Хотя бы немного симпатии не помешало бы. Не исключено, что она была предвзята и Филипп просто не отвечал её вкусам. Та же Глория находила его симпатичным...

По прошествии нескольких недель после неприятного разговора с родителями Катарина понимала, что рано или поздно ей придётся попрощаться со своей свободой. Не может же она всю жизнь ждать своего принца? Может быть ей так и не придётся познать истинную страстную любовь, о которой пишут в книгах. И что тогда?!

Да и что там скрывать - гормоны в её крови бушевали не на шутку и не один раз она сетовала на свою принципиальность. Ладно, время подумать ещё есть и возможно ей действительно придётся смириться с выбором семьи.

На следующий день, сидя в кресле самолёта, летящего в Россию, Катарина чувствовала, как расслабляются плечи после пережитого напряжения. Наконец-то свобода! Свобода и путешествие! Лёгкостью и предвкушением наполнялись мысли, а сердце неровно постукивало, отсчитывая время, приближающее её к конечной цели. Которая скорее была началом в нечто необычное и увлекательное.

Если бы ещё эту заманчивую картину не портили воспоминания о Филиппе, было бы просто великолепно, но...

"Оставь мои мысли хотя бы на предстоящую поездку..." - обратилась мысленно девушка к своему ненавистному жениху. - "Я приеду и решу, что с тобой делать."

Впервые Катарина настолько остро чувствовала, что именно эта поездка расставит всё по своим местам, поделит её жизнь на до и после...

*Палеограф - специалист по древним рукописям и письменам.

Глава 3. Старшая сестра плохого не посоветует

— Добро пожаловать в Россию! — улыбнулся мужчина на паспортном контроле, отдавая документ потрясающе красивой и ухоженной австрийке. Не по инструкции, но не ответить на игривый взгляд и широкую улыбку он просто был не в силах. Проводив взглядом белокурую гриву волос, округлые ягодицы и длинные ноги в облегающих джинсах мужчина, тяжело вздохнув, вернулся к своей монотонной работе.

Катарина тем временем вовсю крутила головой по сторонам, пытаясь выхватить в толпе встречающих рыжеволосую шевелюру. Ага, вон и она, в сопровождении высокого брюнета, держащего на руках её сладкого мальчика. Такого же солнечного и яркого, как и его мама.

— Кати, дорогая! — кинулась к ней Амелия, как только сестра к ней приблизилась. — Как же я соскучилась!

— Привет, детка! — улыбнулся ей Егор, с трудом удерживая в руках вырывающегося сына, стремящегося оказаться в объятиях любимой тётушки.

— О, Макс, как ты вырос! — восхитились Катарина, с удовольствием обнимая рыжеволосого мальчика. Несмотря на то, что ему было чуть больше года, он её узнал и всем сердцем тянулся к девушке, которую часто видел по Скайпу.

— Пойдёмте, не будем создавать толпу, — сказал Егор, направляясь к транспортировочной ленте. — Катарина, где твои чемоданы?

Девушка оглядела проезжающие мимо сумки и довольно воскликнула, указывая на свой багаж:

— Вон та моя, та и вот эта!

Рассмеялась, смотря на шокированное лицо Егора.

— Ты точно к нам не переезжаешь? По моему, в нашем доме столько шкафов нет, чтобы все твои вещи вместить!

— Не преувеличивай, места хватит! — подмигнула сестре Амелия, следуя за мужем, увешанным чемоданами.

***

— Ну рассказывай! — заговорщицки сказала Амелия, когда они с сестрой остались одни. Позади остался вкусный ужин, обмен подарками и укладывание ребёнка спать, а теперь настало время для девичьих посиделок в гостевой комнате.

— Да что там рассказывать, — вздохнула Катарина, откидываясь на спинку кресла и поигрывая бокалом вина, — я тебе уже говорила, что отец решил вдруг породниться с Драгенштайнами. Хотя это для меня «вдруг», а они, оказывается, уже давно всё спланировали. Филипп уже несколько лет ко мне клинья подбивает.

— И что ты будешь делать дальше? — посочувствовала Амелия. — Ты же понимаешь, что экспедиция — не панацея и тебе всё равно придётся вернуться домой. Нет, конечно, если захочешь — оставайся в России, я буду только рада.

— Да в том то и дело, что не знаю как поступить. Нет, меня конечно напрягает шантаж отца: наследства он, видите ли, меня лишит! Куда ему столько денег, если не на семью свою тратить? Хотя ты знаешь, — решила поделиться Катарина самым сокровенным, — это всё не главное... Я тебе иногда завидую!

— Вот так поворот. Что ты имеешь в виду?

Как объяснить сестре, что сегодня она чуть не задохнулась от нахлынувшей зависти, такого мерзкого и впервые испытанного чувства? Когда она увидела дом, наполненный уютом и любовью... Нежные и страстные объятия влюблённой пары... Ласковые подтрунивания и лучащиеся глаза... Звонкий детский смех, наконец... Вот где создавалось счастье! И мерилом ему было не количество денег или положение в обществе, а любовь и взаимопонимание двух истинных половинок, нашедших друг друга... Как же здорово было наблюдать как её миниатюрная сестра была окружена вниманием и заботой этого высокого широкоплечего мужчины, который по сравнению с ней выглядел, да и был по факту, нерушимой защитной стеной...

— Я учила тебя быть смелой в своих желаниях, бороться за свою любовь! А сама... Мне просто не кого впустить в свою душу, никто так и не тронул моего сердца...

— Ты хочешь сказать, что до сих пор... Так и ждёшь своего принца?! И ни с кем... — ахнула Амелия.

— Ты тоже думаешь, что я ненормальная? — усмехнулась Катарина. — Вот и Глория также говорит. А я... Я не могу себя пересилить и позволить кому-то большее, подарить себя. Не хочу размениваться по мелочам, мне нужно всё и сразу! Это странно, да?

— Это твой выбор, сестрёнка, и я его уважаю. Но... Вот какова вероятность, что ты встретишь ЕГО до своего возвращения в Вену?

— Примерно пятьдесят на пятьдесят...

— Почему это?

— Ну или встречу, или не встречу!

Амелия улыбнулась и покачала головой:

— Ты так избирательна и если не полюбишь кого-нибудь? Что тогда?

— Буду синим чулком с научным званием и кучей кошек, — рассмеялась Катарина. — А если серьёзно, я уже подумываю над тем, чтобы согласиться с предложением отца, только на своих условиях. Да и любовников никто не отменял... Правда ведь? Да и разводы, в конце концов существуют... Мадонне вот уже 55, а её другу только 22. А Шер? Насколько там она старше своего любовника? Так что, вполне возможно, мой принц ещё не родился...

— Кати, ты неподражаема!

Амелия рассмеялась, обнимая сестру. Кто она такая, чтобы судить её, когда сама сбежала из первого брака? Но ей очень хотелось, чтобы и сестрёнка повстречала достойного мужчину как можно скорее. И не обжигалась как она, не страдала.

— Я думаю ты примешь правильное решение, — сказала Амелия, поднимаясь и направляясь в сторону двери, — более умного и целеустремлённо человека я, пожалуй, не знаю. Хотя временами тебе это мешает, иногда просто нужно меньше думать...Спокойной ночи!

Но уже приоткрыв дверь, она лукаво улыбнулась и сказала, повернувшись к сестре:

— Хотя нет, спокойной ночи я желать не буду... Ты знаешь, в России есть одна традиция. Когда девушке предстоит ночевать на новой кровати она должна сказать перед сном: «Ложусь на новом месте, приснись жених невесте». Советую! А вдруг...

И рассмеялась, глядя на удивлённое лицо сестры.

— Так что, неспокойной тебе ночи, родная, — подмигнула Амелия и вышла за дверь.

А Катарина, задумчиво допивая остатки вина, мечтала, что и у неё когда-нибудь будет подобный дом и обожаемая семья. Хорошо бы иметь любимого мужа, а если не судьба? Может не зря ей так везёт по жизни, компенсация судьбы за отсутствие любви, не иначе...

И ладно бы это было только в книжках и сказках, но она видела своими глазами, что бывают настоящие крышесносные чувства. Да хотя бы и на примере Амелии и Егора.

О, да! Она хотела бы потерять от любви не только свою белокурую голову, но и надоевшую уже девственность. Ну вот правда, её принципиальность в этом вопросе и самой уже надоела! Так хотелось, наконец, забыться в любовном экстазе, ощутить власть упругого сильного мужского тела, подчиниться зову природы...

Эх!... Забралась под одеяло, выключила прикроватный светильник и прошептала в ночи, обращаясь к бесконечной вселенной:

— А вдруг... Ложусь на новом месте, приснись жених невесте...

***

Рассвет пробивался сквозь не до конца зашторенные окна тонкими лучиками, золотя стройное девичье тело, лежащее на широкой кровати. Сквозь дымку ускользающего сна Катарина чувствовала, как сползает вдоль тела лёгкая шёлковая простыня, холодя кожу и открывая постепенно изящный изгиб спины и округлость упругих ягодиц.

— М-м-м... — промычала сладостно красотка, чувствуя спиной жар любимого сильного тела. Крепкие, но нежные пальцы уже кружили в сосредоточии её женственности, тонко наигрывая возбуждающую мелодию. Громкий стон вырвался из охрипшего горла, когда мужчина умело задел особенно чувствительную точку.

— Ты готова...

Подчиняясь сильным уверенным движениям и утопая в лавине чувственного экстаза девушка почувствовала горячие губы, поднимающиеся цепочкой лёгких поцелуев от поясницы и выше вдоль спины. Чтобы застыть в миллиметре от аккуратного ушка хриплым рычанием:

— Пр-р-росыпайся, Ка-а-атёнок!...

Катарина вздрогнула, открыв глаза, и осоловевшим взглядом обвела окружающее пространство. Сглотнула образовавшийся ком пересохшим горлом и застонала, откидываясь на спину и закрывая рукой глаза в надежде вернуться в оковы сладострастного сна.

О, как это было жарко!

Девушка до сих пор подрагивала от испытанных во сне ощущений, а измятая постель свидетельствовала насколько активно она провела эту ночь. Волна испытанного наслаждения неохотно стихала, замедляя бешено колотящееся сердце.

Никогда ещё она не испытывала таких ошеломляющих ощущений во сне, отдающих сладким спазмом внизу живота и промокшими насквозь трусиками, подтверждая, что испытанное удовольствие произошло и в реальности тоже.

Но даже не это было главное...

Она узнала ЕГО, не разглядев в сонной дымке подробно лица да и всего тела тоже... Ведь уже не раз видела подобные эротические сны. Помнила только чёрную прядь волос, сильные большие плечи и бархатный низкий голос. Она узнала свои ощущения от его присутствия, чувства, которые к нему испытывала. Такой загадочный, сексуальный и бесконечно любимый мужчина!..

— Где же ты, мой принц?! — спросила в тишину, звенящую вокруг, и смахнула скатившуюся из глаз слезу. Неужели этот мужчина лишь плод её воображения? Настолько великолепный, что вряд ли в реальной жизни ей повстречается подобный аналог. Она любила его давно и даже самой себе было нелегко признаться, что столь сильные чувства к воображаемому любовнику, приходящему во сне, не совсем здоровы.

— Всё-таки ты и есть мой жених, — усмехнулась грустно Катарина, вспоминая вечерние напутствия сестры, — вот только что мне с этим знанием делать? Ты вообще существуешь в реальной жизни? Ведь из-за тебя я не могу ни с кем сблизиться и позволить себя любить...

Осеклась, понимая что разговаривает сама с собой и тишина вокруг вряд ли ответит ей на многочисленные вопросы. Поднялась с постели и отдёрнула шторы, убеждаясь, что давно рассвело. Ласковое солнце уже с утра разогревало воздух и дарило по летнему жаркую погоду. Хватит рефлексировать! Впереди предстояло сделать вагон и маленькую тележку дел, связанных с путешествием. Осознание этого радостной волной прокатилось от кончиков пальцев до макушки и, весело напевая и пританцовывая, девушка направилась совершить утренние омовения и стряхнуть остатки такого яркого незабываемого сна.

Приведя себя в порядок и надев лёгкое платье от известного бренда (других в её гардеробе просто не водилось) Катарина спустилась по лестнице вниз. В столовой уже было шумно от звонкого смеха Макса, который со своего детского стульчика ловко метал кашу с помощью ложки, применяя её словно катапульту. Егор пытался отобрать грозное оружие под хихиканье своей жены, но Макс упрямо не сдавался.

Широко улыбаясь от увиденной картины Катарина вошла в комнату и поприветствовала собравшуюся компанию:

— Доброе утро!

И в следующее мгновение получила смачный шлепок в области груди в виде сгустка липкой сладкой каши. Воцарившееся на мгновение молчание прервал заливистый детский смех и вторящий ему троекратный взрослый хохот.

— И-и-извини! — еле проговорила сквозь смех Амелия, подойдя к сестре и собирая кашу салфеткой. Егор, воспользовавшись ситуацией, отобрал ложку у зазевавшегося сына. Впрочем тот уже наигрался и с вниманием следил за последствиями своих шалостей.

Катарина тоже не могла сдержать смеха, раз за разом представляя эту бомбёжку со стороны.

— Пожалуй, мне ещё раз нужно в душ. Да и платье сменить лишним не будет...

— Пойдём я тебе помогу, — схватила её под руку Амелия и, обернувшись к мужу, добавила, — постарайся всё таки накормить этого шалуна. Мы скоро вернёмся.

Оставшись наедине Амелия не смогла сдержать своего любопытства и спросила, хитро прищурившись:

— Ну как, правду говорят?

— Ты о чём? Полезна ли каша на завтрак? — пошутила Катарина, снимая новое платье и со вздохом оглядывая причиненный ущерб. — Пожалуй, ему поможет только химчистка...

— Не притворяйся дурочкой, — насупилась Амелия, — дай сюда. Его просто нужно замыть, а потом застирать с мылом. Вот так...

— Оооо! А ты стала такой хозяйственной, — протянула удивлённо Катарина. И её реакция была вполне понятна для особы, которая всю свою жизнь прожила в окружении прислуги и ни умела ни готовить, ни стирать, ни убирать. — Егор не может позволить нанять домработницу?

— Почему же, — возмутилась Амелия, встряхивая платье и вешая его сушиться, — у нас работает Надежда Николаевна. Но я же не могу вызывать её по малейшему поводу, когда и сама могу справиться. Мне доставляет удовольствие заботится о родных и близких людях.

— И что, даже готовить научилась?

Катарина удивлённо обернулась к сестре, держа в руках новое, не менее изысканное платье. Для неё готовка была чем-то космическим, несмотря на то, что покушать она любила и была заядлым гурманом.

— Да, иногда готовлю под настроение, — вздохнула Амелия, — правда мои блюда оставляют желать лучшего и Егор их ест только из любви ко мне, настаивая, чтобы я занималась этим пореже и больше уделяла времени ему и нашему сыну.

— Понятно... Ты очень изменилась, стала такая домашняя. Я всегда знала, что ты создана для семьи. Помоги, — повернулась Катарина спиной к сестре, — застегни молнию.

— Так что там с твоими снами, а? — лукаво вернулась к первоначальной теме Амелия.

Катарина прикрыла глаза, заставляя себя собраться и солгать своей сестре. Не стоит её беспокоить своими пристрастиями. Хорошо, что она стояла спиной и сумела взять эмоции под контроль.

— Представляешь, так ничего и не приснилось. Спала, как убитая...

Амелия огорчённо вздохнула:

— Ну вот, а я верила! Очень жаль, ведь мне так и не довелось испытать на себе эту примету.

— Что, Егор совсем тебе не снится?

— Почему же, снится, — сказала Амелия, отводя в сторону глаза и подозрительно краснея, — вот только эти сны не зависят от наличия новой кровати.

Сёстры посмотрели друг на друга и прыснули со смеха, обнимая друг друга.

— Ами, я так счастлива быть снова рядом с тобой.

— А я! Как я по тебе скучала!

Прервав объятия и направляясь к двери Амелия продолжила:

— Пойдём, надеюсь маленький снайпер накормлен и мы сможем спокойно позавтракать. Какие у тебя планы на сегодняшний день?

— Насколько я помню Егор должен отвезти меня в институт, где я познакомлюсь с группой, с которой предстоит отправится в экспедицию.

— Неужели ты не боишься? — удивилась Амелия. — Тебе придётся жить в непростых условиях...

— Ты что! Это такие впечатления, такие знания! Уж поверь мне, это гораздо легче, чем научиться, к примеру, готовить.

— Кати, с твоей логикой можно отправляться прямо в бой...

— Почему?!

— Да она просто убивает! Боюсь, что готовить тебе там тоже придётся и мне уже заранее жаль этих несчастных людей...

Амелия улыбнулась, глядя на насупившуюся младшую сестру, которую совсем не привлекала подобная перспектива, и не смогла удержаться от подколки:

— Уже передумала?

— Не дождёшься!

— Тогда, пожалуй, тебе стоит внести в список необходимых вещей таблетки, помогающие при пищевых отравлениях...

Глава 4. Ну очень приятное знакомство!

— Ты готова, детка? — улыбнулся Егор, заводя свой большой и вместительный джип. Раньше, насколько Катарина помнила, он предпочитал менее внушительные и более представительные автомобили. Как же сильно отличалась их жизнь в России от той, которая была в Австрии! Вот что свобода и любовь делает с людьми!

— Всегда готова, так кажется у вас говорят? — ответила девушка, переходя на русский.

— Отлично, — искренне похвалил её Егор, — ты делаешь огромные успехи в отличие от Амелии. Я думаю, с общением в группе проблем быть не должно.

— Эй, ты помнишь, чтобы у меня с кем-нибудь были трудности общения?

— Ну да, ну да, ты же спец по запудриванию и размягчению мужских мозгов!...

— Трогай уже, шутник! — рассмеялась Катарина с удовольствием разглядывая окружающую природу, так как дом молодой семьи находился за городом в окружении лесополосы и неширокой, но быстрой речушки. Нет, девушка и раньше видела великолепные и незабываемые места, намного красивее, ведь много путешествовала по всему миру и побывала во многих странах. Но здесь было так по-домашнему и так живописно!

— Ты молодец, очень красивый дом построил для моей сестры. Она по-настоящему счастлива — это видно невооружённым глазом.

— Правда? — довольно улыбнулся Егор, но в следующий же момент его лицо приняло задумчивое выражение. — Честно говоря, иногда мне кажется — она немного жалеет, что пришлось переехать в Россию. У неё нет подруг, русский поддаётся ей с трудом и она скучает, сидя дома...

— Я думаю, что это просто тоска по родине. Поверь мне — она ни о чём не жалеет! Но и ты должен чем-нибудь занять её, чтобы дурные мысли не посещали её голову и она не зачахла от твоей заботы и внимания.

— И чем, например? Наш сад можно выставлять для примера в журнал ландшафтного дизайна — так она его облагородила. Не захотела брать няньку для Макса и проводит с ним всё своё время... Мне иногда кажется, что ей недостаёт светской жизни...

— И зря ты так думаешь, это мне недостаёт весёлых вечеринок, — рассмеялась Катарина, — а Амелия слеплена из другого теста. О, у меня идея! Ты же работаешь над интереснейшими проектами, привлекли её к этому. Ты помнишь, как она занималась реставрацией в поместье? Пусть это будут просто советы, но тебе не помешает стороннее мнение, а она почувствует себя нужной...

— Женская психология? Я наоборот оберегаю её от лишней нагрузки и нервотрёпки. Сама знаешь как бывает с этими проектами и заказчиками.

— Ну и зря! Ей это понравится, послушай умную девушку с высоким IQ.

— Что ж, хорошая идея, спасибо!

Егор весело глянул на свою свояченицу — хороша! За несколько лет из немного угловатой куклы Барби превратилась в роскошную женщину, с округлыми формами в нужных местах и плавными изысканными движениями. Она определённо знала себе цену и стоила каждого произнесённого комплимента. Он до сих пор был безгранично благодарен ей за помощь в воссоединении с Амелией и был рад помочь хоть в чём-то, например, договорившись о её участии в предстоящей экспедиции.

Это было совсем не просто, учитывая, что никто не знал чего стоит эта девушка и какую пользу может принести. Ведь в подобных мероприятиях случайных людей не было и все проходили тщательный отбор. Ему повезло встретить институтского товарища, который искал замену попавшему в аварию учёному, по счастливой случайности с таким же исследовательским направлением, которым занималась Катарина.

Дело осталось только за ней — показать свой молодой цепкий ум и приобретённые знания этим учёным. Но в том, что она справится и сможет их удивить — он даже не сомневался. Ведь руководитель поездки уже одобрил кандидатуру Катарины, изучив некоторые её работы и научные исследования.

— Приехали, — остановился на парковке Егор. — К сожалению не могу с тобой пойти — срочное совещание на работе. Если что — звони или вызови такси, адрес теперь знаешь.

— Не беспокойся, не пропаду, — улыбнулась Катарина, выходя из машины и беря папку с необходимыми документами. Осталось только официальное оформление и знакомство с группой.

Было бы ложью сказать, что она не боялась. Несмотря на показную храбрость сердце её непонятным образом сжималось в тревоге. Много раз ей приходилось доказывать свою состоятельность как учёного, учитывая особенности её яркой внешности.

Она лишь надеялась что среди мужчин не будет закоренелых шовинистов, а с женщинами она как-нибудь найдёт точки соприкосновения. Посмотрела на наручные часики известной швейцарской марки — вовремя. Не хотелось бы опоздать в первый день знакомства.

Глубоко вздохнув она открыла дверь в нужный кабинет и добродушно поздоровалась по-русски:

— Добрый день!

И застыла, с трудом удерживая себя от истерического смешка. Это что, шутка такая? Обернувшись к двери на неё широко открытыми глазами смотрели моложавый Эйнштейн, подкачавшийся Джонни Депп и похудевший Робби Уильямс. Конечно, при более пристальном взгляде Катарина поняла, что сходство с этими персонажами было не таким явным. Но всё же... Первое впечатление эти мужчины на неё явно произвели: группа учёных выглядела очень колоритно.

Похоже, что и девушка не оставила их равнодушными: вон как расплылся в улыбке Джонни и расправил плечи Робби. И только Альберт, прищурившись, решил поинтересоваться:

— Здравствуйте, вы заблудились?

Катарина нервно улыбнулась: это будет весело! И направилась вперёд, протягивая ладонь для рукопожатия:

— Меня зовут Катарина Хоффманн, я палеограф и член вашей группы. Приятно познакомиться!

— Неожиданно... — пробормотал задумчиво Эйнштейн, отвечая на приветствие.

Остолбеневшие мужчины вышли из ступора и, перебивая друг друга, принялись знакомится со своей коллегой.

— Этнолог, Антон Дубровин! — представился Робби, галантно поцеловав руку девушке. — Неожиданно, что с нами поедет такая очаровательная девушка!

— Ну ооочень приятно с вами познакомиться... Я — Иван Панкратов, фотограф и журналист, — улыбнулся Джонни, — с удовольствием проведу для вас фотосессию на лоне природы...

— Так, молодёжь, — цыкнул на них Эйнштейн, приглаживая посеребрённые волосы и лукаво прищурившись, — не забывайте, что нам предстоит выполнить важные исследования и крутить шуры-муры нам совершенно будет некогда. Надеюсь, вам тоже это понятно, Катарина... м-м-м...

— Просто Катарина. И у меня в мыслях не было этих... Что такое «шуры-муры»?...

— Любовь, милая Катарина, любовь... — улыбнулся мужчина. — Я рад, что мы друг друга поняли. А меня зовут Семён Евгеньевич Давыдов. Археолог. И добро пожаловать в наш небольшой, но сплочённый коллектив. Я наслышан о ваших исследованиях и рад, что наши ряды пополнились не только такой очаровательной барышней, но и молодым перспективным учёным. Очень интересно будет понаблюдать за работой специалиста из другой страны.

— А женщин в вашем коллективе нет? — удивилась Катарина, в то же время испытывая облегчение от того, что её заслуги не подвергли сомнению из-за внешности.

— Руководитель нашей экспедиции встретит нас на месте и с ним, предположительно, будет его дочь, Светлана. Так что у вас будет возможность завести подругу. А пока давайте ваш паспорт, оформим вас как положено и заполним страховые документы.

Пол часа спустя Катарина в смятении изучала список необходимых вещей, которые необходимо было с собой взять.

— Вас что-то смущает? — спросил Семён Евгеньевич, заметив напряжение девушки.

— Да, я не думала, что в лесу нужны все эти вещи. Боюсь, что с собой я привезла нечто иное, — хохотнула Катарина, вспомнив свои чемоданы, полные, как оказалось, не совсем той одежды. — Резиновые сапоги, дождевик, палатка, хлопчатобумажная роба ....

— Вы никогда не были в лесу? — удивился Робби-Антон, в глазах которого промелькнуло снисхождение. Вот только этого ей не хватало!

— Последние мои экспедиции были в Африку, а лес, в котором я была, видимо сильно отличается от вашего.

В голову сразу пришли воспоминания ухоженных лесов Тироля, куда они часто с друзьями ходили на пикник. Здесь же явно имелось ввиду нечто другое... Не хотелось ей оправдываться, но и показаться несведущей тоже. Поэтому добавила, складывая список и убирая его в сумочку:

— Ничего страшного, Егор мне поможет укомплектоваться как надо.

— Мы в этом даже не сомневаемся, — улыбнулся ей ободряюще Иван. — На мою помощь ты так же можешь рассчитывать.

— Ну что, расходимся? У нас есть неделя для подготовки.

— Тебя подвезти?

— Буду очень признательна, — кокетливо ответила Катарина симпатичному фотографу. — Только я остановилась у сестры, за городом.

— Нет проблем!

Попрощавшись со всеми молодые люди направились к парковке. Уже давно Катарина не чувствовала с малознакомыми людьми такой лёгкости и непринуждённости в общении. Определённо с Иваном будет весело и они станут хорошими друзьями — в людях девушка разбиралась хорошо.

Уже вечером, сидя в тишине своей комнаты, она в который раз перебирала события прошедшего дня. И разбирала по полочкам свои мысли, которых скопилось немало. Одна назойливая идея не давала ей покоя и возможности быстро погрузиться в сон. Такая простая и одновременно такая трудновыполнимая!

Катарина не могла отделаться от мысли, что если ей придётся пойти на поводу у родителей, то ни за что на свете не хотела бы, чтобы первым её мужчиной стал Филипп. Это стало бы самой большой ошибкой в её жизни. Непростительной! А значит, нужно решиться и найти себе подходящего любовника раньше.

Катарина дико не любила истории про девиц, которые ради потери девственности ложились под первого встречного. И никогда не думала, что окажется среди их числа. А вот поди ж ты, вполне серьёзно рассматривает этот вариант. И даже подобрала кандидатуру, готовую осчастливить своим вниманием.

Иван-Джонни. Вполне себе симпатичен и харизматичен, да и по возрасту был ближе всех. И она явно ему понравилась — уж это было видно невооружённым глазом!

Что же, у неё будет время присмотреться к нему во время поездки и, вполне возможно, она раскупорит свою невинность и позволит себе немного пошалить...

Глава 5. Заботы Лешего

— Леший, приём!

— Леший на связи... Что там у вас?

Остановился, прислушиваясь к шипящему от радио помех голосу.

— Сектор семь прочесали — никого. Остались следы костра и кости. В какую сторону ушли — не понятно, следы на этот раз замели. Мы не успели...

— Твою мать! — выругался мужчина сквозь зубы, потрясая ружьём и шагая через бурелом. — Возвращайтесь на базу, скоро стемнеет. До связи.

Раздвигая широкими плечами разлапистые сосновые ветки Леший вывалился на лесную дорогу и направился к своему вездеходу. Сведённые вместе чёрные брови и поджатые губы олицетворяли просто убийственное выражение лица. Он бы и убил кого-нибудь, если бы только добрался до них. Но как назло эта шайка злостных браконьеров в который раз ускользала от правосудия.

Уже три недели, грёбаные двадцать дней они не могли их поймать, следуя за ними практически по пятам. До сезона охоты оставалось больше месяца. Несмотря на это отлов редких животных и чуть подросшего молодняка начинал принимать большие масштабы. А начальство как будто не воспринимало всё всерьёз и помогать не спешило. Меж тем людей катастрофически не хватало и силами егерей* они уже не справлялись. Шутка ли, прочесать такую большую зону труднопроходимых заповедных лесов!

Всё бы ничего, но на прошлой неделе на браконьеров наткнулся Смирнов, попав в вырытую ими яму. Хорошо, что у лесничего при себе был радио маяк и место в зоне спутниковой связи, иначе... Отлов животных это, конечно, преступление, но когда речь идёт о человеке... Здесь вступают в права совсем другие законы!

Прошедшему несколько боевых точек и военную спецподготовку Лешему и то не просто было выслеживать их, что говорить о менее подготовленных лесничих! Их задачей было наблюдение, но никак не выслеживание или задержание. Вот только сердцем эти люди настолько прикипели к своему лесу и его обитателям, что не могли стоять в стороне и шли на большой риск.

Было очевидно, что кто-то сверху прикрывал эту охоту, не находя нужным послать инспекторов на поиски нарушителей, а это выводило из себя Лешего ещё больше. От таких вот мразей, которым закон не писан и каким был его собственный отец, он и сбежал в это захолустье. И на тебе, тут творился такой же произвол. Не зря его Ломоносов рекомендовал на это место, знал что такой человек будет привержен своему делу до конца.

Леший въехал в небольшую деревеньку, стоящую на окраине своего участка заповедной зоны и остановился у дома старосты. Петрович тут же вышел на крыльцо, услышав звук мотора.

— Ну чего там?

— Ничего хорошего. Опять не успели. — Сплюнул на землю, доставая нечто из багажника. — Вот, полюбуйся.

И кинул к ногам старосты капкан. Тот от удара раскрылся, лязгнув своими острыми зубьями.

— Явно не на медведя охотятся, — прищурился Петрович.

— Водят нас за нос. Нам бы только местоположение их определить и зафиксировать на память, чтобы было, чем прижать. Ломоносов обещал прислать спец группу в обход Тулина, если добудем более весомые улики.

Грозный взгляд Лешего не предвещал последнему ничего хорошего. Губернатор уже давно сидел у него в печёнках.

— Только бы добраться до него! Натравить на него прессу что ли, чтоб отвертеться не мог.

— А что, хорошая идея, — одобрил Петрович, почесывая бороду, — послезавтра к нам как раз археологи с журналистами пожалуют. Вот и привлекли их.

— Твою мать, ещё и эти! — горестно покачал головой егерь. — Я совсем про них забыл. Вот совершенно сейчас не время ими заниматься.

— А когда ещё? Эта экспедиция давно уже согласована из самой столицы. В сезон охоты им тем более здесь делать нечего, не до них будет. За месяц может и управятся...

Петрович присел на ступеньку и задымил папиросой, приглашая Лешего присоединиться. Нет, тот не курил, но с удовольствием растянулся на нагретом за день дереве. Летняя жара сменялась вечерней прохладой и свежий ветерок шелестел в листьях деревьев. Тихо, хорошо... Если бы ещё не браконьеры с археологами... Как же без них было спокойно! Попытался представить, каким образом можно воспользоваться помощью приезжающих людей и отрицательно покачал головой.

— Нет, привлекать кого-то из них слишком опасно. Не дай Бог, что случится — виноваты мы же будем. Это лес и опасностей здесь для неподготовленных людей не меньше, чем от браконьеров. Какой там сектор у карстовых пещер?

— Третий, аккурат твой.

— Привалило же счастье! День туда от Избы добираться по болоту. Надеюсь, там крепкие мужики, а не городские пижоны. Хотя... Если это учёные ботаники... Глаз да глаз за ними нужен.

Вздохнул, поглаживая отросшую бороду. Здесь, вдали от цивилизации не было смысла в каждодневном бритье и мужчина даже сроднился с растительностью на лице, несмотря на то что она придавала ему ещё большей угрюмости.

— Где поселим их? — спросил Леший прикидывая, насколько далеко гости будут жить от его избы, чтобы не нарушать его уединение. Чем дальше — тем лучше!

— Да в доме Семёныча, я думаю. Он уже с ними договорился, руководителем у них будет. Не зря же он тут избу купил, как только пещеры эти нашёл.

Историк Томский Леонид Семёнович был заядлым охотником и каждый сезон приезжал сюда. Пока однажды не наткнулся на заброшенную древнюю деревню и, недалеко от неё, пещеры, стены которых украшали десятки наскальных рисунков.

Если бы не трудная проходимость этих мест, он бы уже давно организовал исследовательскую миссию. Но здесь нужны были специалисты более высокого уровня и поэтому пришлось свою находку согласовывать со столичными институтами в поисках подходящих специалистов.

Всё это он рассказал Петровичу с надеждой на его помощь проводника. С тех пор и согласовывалась эта экспедиция. Староста до сих пор так и не смог понять из-за чего столько шума: ну развалины, ну пещеры. Что в них особенного?

Он жил в этой деревне всю свою жизнь, ещё когда она была раза в три больше, чем сейчас. Большинство жителей, как теперь принято, уехали в город на заработки. Молодёжь жить под сенью леса также не хотела. Хотя его дочь удивила, вернувшись домой после учёбы. Он был бы счастлив, останься она тут. Вышла бы за егеря, нарожали бы внучат...

Сквозь сигаретный дым Петрович внимательно оглядел молодого мужчину. Рослый, косая сажень в плечах — настоящий русский богатырь. Несмотря на свою молодость имел правильные представления о справедливости и честности, был образован и начитан. Жители в округе и приезжие его уважали и немного побаивались.

Не зря Лешим прозвали... Мрачный, жёсткий, но беззаветно любящий природу и её обитателей человек. Несмотря на это странно, что такой молодой человек решил посвятить себя лесничеству и обосноваться в их малолюдных краях. За угрюмым выражением лица скрывалась бездна непростого прошлого, закалившего его. Настоящий мужик, хозяйственный! О да, Петрович был бы счастлив обзавестись таким зятем, чтобы дочка жила с ним как за каменной стеной.

— Варвара с Викой там ужин приготовили, зайдёшь?

Желудок Лешего протяжно завыл от упоминания о еде и отозвался болезненным спазмом. Шутка ли — с утра ничего не ел! Но воспоминания о дочери Петровича поставили крест на мечте о вкусном и сытном ужине.

— Нет, пожалуй в другой раз. Я вчера щи сварил. Ну, до завтра.

Леший подал руку своему старшему товарищу на прощание и сел за руль вездехода, чтобы отогнать его поближе к дому.

— Лёша, здравствуй!

Рыжеволосая статная девушка выглянула из дверей и радостно улыбнулась ему.

— Привет, — бросил мрачно мужчина. «Не успел»- вздохнул он, глядя на то, как легко Виктория сбегает по ступенькам, чтобы через пару секунд оказаться с ним рядом.

— Мама такой вкусный ужин приготовила, пойдём, — кокетливо захлопала глазами девушка.

В последнее время её назойливость начинала его серьёзно утомлять. Как он не любил таких жеманных недалёких девиц! И чем только думал, когда оприходовал через неделю после её приезда?! Чем угодно, только не головой... Не иначе долгое воздержание сказалось, мужик он всё таки, а тут обнажённое тело в кровати. Само просится в руки...

Вот только сбросив напряжение Леший сразу понял, что это было большой ошибкой и настырность этой девицы, которая с маниакальным упорством стремилась занять не только его постель, но и личное пространство, выводила его из себя. Да и не в его она вкусе оказалась: тощая, под мальчика подстриженная. Тьфу...

Если бы не уважение к Петровичу, который даже не подозревал о развратных поползновениях своей дочери, он бы давно заставил Викторию уехать из деревни.

— И правда, Леший, не ломайся, — вставил свои пять копеек Петрович, — сегодня из города Бурый приехал, разносолов привёз. А у меня как раз самогоночка подошла...

Понимая, что видимых причин отказываться от приглашения не было, он, скрепя сердце, согласился. Напиться что ли, снимая напряжение и усталость? Леший непременно так и сделал, если бы был уверен, что не проснётся после этого в одной постели с Викторией, которая уже хитро на него поглядывала. Вот не зря он не любил этих баб! Вспоминая предательство в прошлом, после которого он решил уехать подальше от цивилизации, он не сомневался, что навсегда останется холостяком.

Редкие поездки в город для снятия напряжения вполне подходили для этих целей и привязываться к какой-нибудь юбке он не имел никакого желания. «А потому, — подумал Леший поднимаясь по ступенькам и смотря на мелькающий перед носом тощий женский зад, — пара стопочек — и отбой. Прости Виктория, но ты сегодня в пролёте.»

____________________________

* Егерь — это сотрудник охотничьего хозяйства, который отвечает за охрану животных, создание для них условий и организацию охоты на вверенном ему участке.

Глава 6. Первые трудности

— Ты точно уверена, что это пригодится? — скептически сказала Амелия, указывая на белоснежное кружево изысканного нижнего белья, выглядывающего из битком набитой дорожной сумки. — Егор сказал, что там будет много комаров и других неприятных насекомых. А через эти дырочки они с удовольствием попьют твою кровушку.

— Я не собираюсь разгуливать там голой! К тому же я купила репелленты, — парировала Катарина, пытаясь запихнуть в сумку хотя бы одно платье. — Но чувствовать себя красивой женщиной хочу даже в той защитной робе, которую мы с Егором купили.

Амелия улыбнулась и кивнула на зеркало:

— Только слепой не увидит в тебе прелестной женщины. И без всей этой внешней мишуры. Сама же говорила, что Иван названивает тебе каждый день. Он тебе хотя бы нравится?

— Боюсь, что он также как все повёлся, как ты говоришь, на внешнюю мишуру. Мы слишком мало знакомы, чтобы ожидать сильных чувств и душевных признаний. Но с ним весело и интересно, а это то, что мне сейчас нужно — дружеская поддержка. А может и не только дружеская...

— Только не говори, что ты решила с ним переспать назло Филиппу.

— И не скажу, раз не хочешь! По крайней мере пока всё идёт к этому и со временем у нас может что-то сложиться. Ну вот, получилось, — добавила довольно девушка, с трудом застёгивая молнию на сумке. — Как жаль, что у них ограничения по весу багажа! Даже доплату не принимают!

— Кроме твоих шмоток вам ещё много вещей понадобится, оборудование, инструменты. Безопасность полётов превыше всего, а твой гардероб просто не даст самолёту взлететь, — пошутила Амелия, — успокойся, тебе там не пригодятся все те модные вещички, которые ты накупила в Вене.

— Заметь, они не только модные, но и практичные, — парировала Катарина, указывая на одежду, которая не поместилась в сумку, — джинсы, рубашки, кроссовки...

— Ага, белоснежные и трендовые вещи для лазания по болотам и пещерам... К тому же ты и так взяла джинсы и несколько рубашек, а эти — лишние. Зачем так много?

— Ничего не лишние, — ответила Катарина, закатив глаза, — а запасные. Ты думаешь в деревне будет стиральная машина?!

Амелия подошла и обняла свою сестрёнку, которая была выше её на целую голову и с тоской смотрела на свой гардероб. Иногда она поражала её своей наивностью, как-то соседствующей с острым умом и смекалкой. Всё таки человек, выросший в роскоши, совершенно по-другому смотрит на многие вещи — уж это Амелия поняла, пожив несколько лет другой жизнью...

— Ты слишком расточительна. Я понимаю, что тебе их не жалко и ты накупишь себе ещё... Но пожалей тогда мужчин, которым помимо воли придётся отвлекаться на твой внешний вид, — рассмеялась Амелия.

— И то правда, — ответила с улыбкой Катарина, поглядывая на часы, — сейчас уже Иван приедет за мной. Пора ехать в аэропорт.

Вылет задержали на добрых три часа из-за непогоды и сильного ветра, обрушившегося на регион, куда они должны были отправиться. Но скучать не приходилось, так как было много тем для обсуждения предстоящей работы. Пассажиры этого рейса не могли не обращать внимания на увлечённую дискуссией группу мужчин, разбавленную яркой и весёлой блондинкой.

Иван смотрел на идеальное улыбчивое лицо и не мог поверить в свою удачу, что повстречал такую великолепную девушку. Глаз не оторвать! Очередная волна вожделения пронеслась по его телу и сосредоточилась в паху, сметая остатки разума и заставляя незаметно сменить позу. Когда он соглашался на эту работу, то и представить себе не мог, что она принесёт такое неожиданное знакомство.

Поймав лукавый взгляд в свою сторону мужчина удовлетворённо вздохнул: он ей понравился! Не то чтобы он не был обласкан женским вниманием, но такого трофея у него ещё не было: красивая, умная, богатая в конце концов, что для него было тоже немаловажно... И, вполне возможно, что ради такого лакомого кусочка стоит пересмотреть свои холостяцкие взгляды и остепениться. О да, своего он не упустит! Даже несмотря на то, что женатый Антон тоже как-то пристально на девушку поглядывал. Надо с ним поговорить и на корню пресечь любые поползновения в сторону Катарины.

Прав был Давыдов, когда предостерегал их насчёт любовных отношений, ох прав! Но просто невозможно было оторваться от такой необыкновенной девушки...

— Объявляется посадка на рейс... следующий...

— Наконец-то, — вздохнула Катарина, потянувшись за своими вещами.

— Позволь мне, — подскочил Иван, подхватывая её сумку в довесок к своим двум с фотографическим оборудованием.

Семён Евгеньевич лишь устало выдохнул, понимая, что любовных заморочек им не избежать. Катарина казалась вполне ответственной девушкой, но когда женская симпатия встречается с мужской настойчивостью... Придётся ему усилить свой контроль: главное, чтобы эти отношения не помешали работе, а остальное... Усмехнулся, вспоминая свои любовные увлечения и первые экспедиции.

— Где мои семнадцать лет*... — чуть слышно запел мужчина, направляясь по коридору за флиртующей парой.

***

Небольшой провинциальный город встретил их пасмурной погодой и мелким дождём. Из аэропорта они выехали на представительном минивэне и Катарина даже немного расслабилась: всё было лучше, чем она представляла. Конечно, погода не радовала, но в скором времени обещали солнечные деньки и возвращение летней жары.

— А сейчас мы куда? — спросила Катарина у Семёна Евгеньевича.

— Томский забронировал для нас гостиницу. Вполне приличную, надо сказать. Вечером мы с ним встретимся и дальше будем действовать под его руководством. Он здесь всё знает. Город небольшой по сравнению со столицей, но гостеприимный. Мне доводилось бывать здесь на конференции — научная база представлена отлично.

— Замечательно, — улыбнулась Катарина, предвкушая отдых в номере и ванную, полную ароматной и горячей воды. Надо признать, что было не по летнему прохладно и она немного озябла, кутаясь в тонкий палантин.

Однако, оказавшись в гостиничном номере, предоставленном ей в единичное владение (тогда как мужчины остановились в одном), её энтузиазм несколько поутих. Ну что сказать — это был не люкс! И даже что-то отдалённо на него непохожее. Несмотря на то, что Джонас Хоффман принял участие в спонсировании этой экспедиции, деньги были направлены явно не на улучшение бытовых условий её членов. По крайней мере, таких скудно обставленных номеров со старой мебелью увидеть в России она не ожидала.

— Плохо ты знаешь эту страну, — вздохнула Катарина, присаживаясь на кровать. Вслед за этим раздался противный скрип пружин и, покачнувшись ещё раз, девушка смогла услышать по истине омерзительную мелодию... Если это приличная гостиница, то какая же тогда неприличная?

«Пойти попросить другой номер?» — подумала она, с тоской оглядываясь вокруг. Они здесь ненадолго, но всё же... Обои в цветочек, старый телевизор... Как же не хотелось предстать перед своими коллегами заносчивой себялюбивой неженкой. А ведь им ещё и не в таких условиях предстоит жить...

— Привыкай, Кати, ты же сама этого хотела, — уговаривая себя девушка прошла в ванную комнату. Вода горячая есть, полотенце какое-никакое тоже — уже хорошо. Осталось привести себя в порядок и переодеться к ужину, который должен состояться в ресторане напротив.

Через два часа раздался стук в дверь и Катарина, проведя блеском по губам, пошла открывать дверь. Увидев ошарашенные лица мужчин она довольна улыбнулась: вот чтобы Амелия ни говорила, а ловить восхищённые взгляды мужчин, представ перед ними во всей своей женской привлекательности — дорогого стоит. Пусть потом она будет ходить в удобных штанах, робе и рубашках, но они запомнят её такой — блистательной в простом, но изысканном коктейльном платье с первоклассным макияжем на лице.

Глаза Ивана взволнованно и хищно заблестели, когда он поймал её взгляд. «Рыбка на крючке», — подумала Катарина, с улыбкой принимая комплименты. В ней не было смущения — к этому она привыкла. И не было жеманности — для этого она была слишком уверенной в себе и самодостаточной. Беря под локоть Ивана, который он поспешил ей подставить, они отправились на запланированную встречу.

— Томский Леонид Семёнович, очень приятно, — подал ей руку для приветствия представительный добродушный мужчина. Небольшой животик придавал ему солидности, так же как и седина, посеребрившая виски. — А это моя дочь Светлана, тоже историк. Поддержит женский коллектив в нашей группе.

Катарина с удовольствием познакомилась с весьма симпатичной девушкой. Брюнетка, немного ниже её и полнее. Но ямочки на округлых щеках придавали ей необыкновенную привлекательность.

— Я надеюсь, мы подружимся, — искренне сказала Катарина, присаживаясь рядом.

— Ой, у вас такой красивый акцент и имя, — улыбнулась в ответ Светлана.

— Давай на ты, — предложила Катарина перейти на более неформальное общение — как никак девушка была явно старше её.

В то время как мужчины заказали ужин, девушки нашли массу общих тем для разговора, ведь обе горели желанием соприкоснуться с древними находками.

— Мы поедем в заповедник послезавтра, — оповестил группу Леонид Семёнович. — День на сборы и отправляемся в путь.

— И далеко туда ехать? — полюбопытствовал Антон, налегая на мясо. Катарина впервые пробовала шашлык, но было приготовлено довольно неплохо и она тоже с аппетитом поглощала свою порцию. Да и вообще девушке понравилась русская кухня: вкусно и сытно, так, как она любила.

— Ехать часа четыре, два из которых по просёлочной дороге. Конечно, после прошедшего урагана она будет разбита и можно ожидать неприятностей в виде поваленных деревьев и размытых дождём ям. Но не беспокойтесь, машины мы взяли мощные и надёжные.

— А проводники будут? — спросил Семён Евгеньевич.

— Конечно, без них к пещерам не пробраться, надо хорошо знать те места. Я договорился с егерем, он нас проведёт.

— Он надёжный и самый лучший проводник! Хорошо ориентируется в лесу... — подтвердила с придыханием Светлана, немного покраснев.

«Так-так-так, — подумала Катарина, — кажется этот человек ей очень нравится. Отлично, тогда не будет заглядываться на Ивана...» Она с некоторым облегчением выдохнула: не хотелось бы бороться с этой милой девушкой за внимание сидящего напротив симпатичного и харизматичного мужчины, ведь она искренне надеялась с ней подружиться.

Остаток вечера прошёл отлично и после нескольких бокалов вина Катарина забыла о неудобной гостиничной кровати и других предстоящих трудностях. Мир вокруг играл яркими красками, компания была душевной, а внимание Ивана всё более пристальным и настойчивым.

— Я провожу Катарину, — поставил в известность он мужчин, как только они свернули на свой этаж.

— Только не долго, — немного пьяно усмехнулся Семён Евгеньевич, грозя пальцем, — мы сегодня итак отлично повеселились, а завтра рано вставать.

Катарина покраснела, когда осознала, на что намекнул мужчина.

— Ты же понимаешь, что сегодня я тебя в номер не приглашу, — озвучила свои опасения девушка, подойдя к двери. — Мы слишком мало знакомы...

— Но я ведь могу украсть у тебя поцелуй, чтобы поближе познакомиться? — произнёс Иван, нетерпеливо обнимая её за плечи и разворачивая к себе. — Ты такая невероятная и сексуальная...

На своих каблуках Катарина была одного роста с мужчиной, а потому смотрела ему прямо в глаза и видела полыхающий огонь мужского желания. Этой ночью был самый подходящий момент осуществить задуманные «шалости», но решиться на это она так и не могла. Даже несмотря на лёгкое головокружение от принятого алкоголя.

А вот проверить свой физический отклик на этого мужчину — вполне. Поэтому мягко качнулась вперёд, обвивая руками мужскую шею и позволяя себя поцеловать...

______________________________

* «Где мои семнадцать лет? На Большом каретном.» — песня из репертуара В. Высоцкого

Глава 7. Вот это поворот!

В дороге экспедиционная группа находились несколько часов. После того, как они свернули на просёлочную дорогу скорость передвижения заметно снизилась. Последний час они ехали по дороге, окружённой дремучим лесом, каждую минуту норовя увязнуть в грязи. Тёмные тучи нависали над кронами деревьев, создавая мрачную атмосферу. Брызги грязи залепляли лобовое стекло, мешая хорошей видимости. Также как и мелко моросящий дождик. Вот и верь после этого синоптикам, обещавшим улучшение погодных условий.

Группа выехала едва рассвело и поэтому не было слышно привычных разговоров и шуток — все дремали. Кроме, конечно же, водителя, крепко сжимающего руль и периодически ругающегося себе под нос. А также Катарины. Она бы тоже с удовольствием поспала, если бы не разбитая дорога и мысли, кружащиеся в голове и не дающие покоя.

«Что со мной не так?» — думала девушка, подпрыгивая на очередной кочке и с тоской наблюдая за проносящимися за окном деревьями. Позавчера вечером симпатичный, харизматичный мужчина похожий на Джонни её страстно поцеловал, а что чувствовала она в этот потрясающий момент? НИЧЕГО! И это было самое страшное... Хуже равнодушия, пожалуй, ничего и нет.

В пору задуматься над тем, чтобы обратиться ко врачу. Кто там в этом разбирается: сексолог, а может психотерапевт? Двадцать три... Ей УЖЕ двадцать три... Пожалуй, нужно серьёзно задуматься над своим сексуальным здоровьем. Права была Глория: зря она с этим тянула, ой зря... Теперь чувствовала себя настоящей ледышкой: холодной и бесчувственной.

С утра с трудом могла смотреть в глаза Ивану, который не мог не почувствовать её отстранённость. Ни за что ни про что обидела хорошего человека. Вполне возможно он решил, что у неё было плохое настроение, потому что настойчиво продолжал держаться рядом и ухаживать за ней. Приходилось всячески избегать встречи с этим мужчиной, что для прямолинейной и честной девушки было очень сложно. Жаль будет потерять такого друга, если у них ничего не сложится.

Хорошо, что место Ивану досталось во второй машине и Катарине не пришлось ловить его внимательные и преданные взгляды. Определённо ей нужно сделать выбор: либо поставить точку в этих толком не начавшихся отношениях, либо пересилить, наконец, себя и позволить этому мужчине разбудить в себе огонь. Вдруг ему это удастся? Вдруг не всё ещё потеряно? И даже думать не хотелось, что с ней будет, если она так и останется бесчувственной болванкой.

Если раньше она думала, что дело в неподходящих мужчинах, то теперь, когда ей попался экземпляр, вызывающий душевную симпатию, винить в физической холодности стоило только себя. Если бы только не эти горячие сны с незнакомцем она давно забила бы тревогу. А может быть тот поцелуй с Иваном и отсутствие её реакции на него — это знак, что следует сосредоточиться на работе? А не заводить «шуры-муры», как советовал один умный человек...

Резко вильнувшая и затем остановившаяся машина заставила Катарину по инерции наклониться вбок, врезаться лбом в оконное стекло и, благодаря ремню безопасности, прижаться обратно к спинке сиденья. Девушка зашипела от боли, потирая ушибленное место. Только шишки на лбу ей не хватало!

— Что случилось? — прерывая матерный поток водителя поинтересовался проснувшийся Леонид Семёнович, сидящий на пассажирском сидении впереди. Рядом кряхтела разбуженная Светлана, которая, судя по выражению лица, прикусила себе язык.

Впереди стоящая машина не позволяла рассмотреть хоть что-нибудь, кроме выходящих из неё мужчин.

— Оставайтесь здесь, — обратился к девушкам водитель, открывая на улицу дверь, — сейчас мы всё узнаем. Может зверь какой на дороге...

— Да не очень-то и хотелось выходить, — пробурчала Света, отстёгивая ремень и выглядывая в окно, — только посмотри, какая грязища.

Да, мрачность окружающей местности немного удручала. В нескольких метрах от дороги возвышался лес, уходя высоко вверх. В такую погоду казалось, что верхушки сосен пронзают насквозь небо с низко висящими тучами. То ли дело, если бы светило солнце!

Вернулся Леонид Семёнович и сказал, заглядывая в машину:

— Как мы и опасались — дерево упало на дорогу за поворотом. Дальше не проехать. До деревни ещё минут сорок езды, сейчас по спутниковой связи попробуем вызвать кого-нибудь на помощь.

Подошедший через пять минут водитель отрапортовал:

— Связались. Егерь с необходимыми инструментами выехал навстречу. Придётся немного подождать.

Катарина увидела как встрепенулась при упоминании мужчины Светлана и усмехнулась: вот где чувства не дремлют. Даже стало немного завидно наблюдать этот трепет и волнение перед встречей. Никогда раньше не могла заподозрить в себе таких мелочных чувств, тем более, что эта девушка ей очень нравилась. Вот казалось бы, Катарина имела всё, о чём эти люди могли только мечтать: внешность, богатство, ум. Но и она нашла мотив для зависти — чужие чувства.

— Предлагаю немного перекусить, — предложил Леонид Семёнович, поглядывая на вторую машину, где они везли съестные припасы.

— Я только за, — потирая руки улыбнулась Светлана, — Катарина, ты с нами?

Девушка увидела впереди Ивана, дымящего сигаретой и поглядывающего на их машину, и покачала головой:

— Нет, я не голодна. Вы идите, а я посплю. От тряски я даже не подремала...

И она совсем не лукавила, так как две ночи в гостинице девушка провела практически без сна под аккомпанемент скрипящей от каждого движения кровати.

— Ну, как хочешь, — ответила Светлана, выходя на улицу, — я возьму тебе пирожок. Поешь, когда проснёшься.

Вот правду говорят, что друзьями остаются те, кого с годами не сожрала зависть. От такой дружеской заботы у Катарины потеплело на сердце и она, растянувшись на освободившемся сидении и отбросив все мысли, погрузилась в крепкий здоровый сон.

***

Леший цепко всматривался в показавшиеся за поворотом машины и людей, копошащиеся рядом с огромным поваленным деревом.

— Вот это да, — присвистнул сидящий за рулём УАЗика Бурый, которого егерь прихватил с собой из деревни для оказания помощи приезжим. Лишняя пара крепких рук однозначно не помешает.

— А дорогу то как развезло, — мрачно покачал головой Леший, понимая, что поход придётся перенести на несколько дней. Последствия урагана вносили свои коррективы в их работу. Одно радовало, что и браконьеры притихли вслед за зверьём, затаились где-то в лесах.

Интересно, что за люди собрались в этой учёной компании? Выходя из машины с облегчением увидел вполне крепких надёжных мужчин. Не ботаники и не пижоны, как он опасался.

— Алексей Кайсаров, — представился мужчинам, пожимая руки. — Добро пожаловать в заповедник...

И осёкся, увидев спешащую к нему Светлану. Значит, дочка Томского тоже решила прогуляться по лесу. А он так надеялся на мужскую компанию. Вот с чего он решил, что будет легко?

— Здравствуйте, Алексей, — улыбнулась смущённо девушка, показывая ямочки на щеках и стреляя в него глазками. Симпатичная, гораздо больше в его вкусе, чем Виктория. И характер получше. Вот только любовные отношения сейчас ему точно ни к чему, хотя он и раньше замечал симпатию Светланы к своей персоне.

Только проблем с бабами ему сейчас не хватало! И чего им от него надо? Всё глазки строят. Сам он знает, что не красавец и характер не сахар. Отрывисто кивнул ей головой в знак приветствия и переключился на поваленное дерево:

— Ну что тут у вас?

Зажужжали бензопилы и за несколько часов дорога была полностью расчищена.

— Часто у вас такое бывает? — спросил Иван, стряхивая пот со лба. Хилым его не назовёшь, но и к такому физическому труду он был не привыкший. Не то что этот огромный, словно медведь, егерь. Даже не запыхался, хотя работал больше других. «И где только такие рождаются?» — подумал с завистью Иван.

— Нет, ураганы нечасто бывают. Бурелома, конечно, много теперь будет, но ничего, справимся. Команда у вас крепкая, правда женщина одна есть, будет тормозить...

— Две женщины, — поправил его подошедший Семён Евгеньевич.

Леший, убиравший в УАЗик инструмент, чуть не выронил его. Вот кто такое под руку говорит?

— А вторая где?

— В машине спит, устала.

«Если от поездки в машине утомилась, то что с ней в лесу будет?» — подумал Леший, закрывая заднюю дверь.

— Что за краля такая? — поинтересовался он у Ивана.

— Очень хорошая девушка, между прочим отличный учёный. Иностранка. Зря вы так о ней...

— Ну может и зря, — с сомнением покачал головой егерь.

Понятно, учёный синий чулок. Почему-то так и представил её скромную в толстых очках и пучком на голове. В длинной юбке и блузке с рюшами под горло. Усмехнулся своей фантазии и спросил:

— Твоя что ли?

Иван смущённо ковырнул носком комок грязи, поднял голову и уверенно сказал:

— Ещё нет, но будет!

Леший кивнул головой в сторону машины, где спала девушка:

— Лишь бы сил хватило на дорогу. А то вон как заснула, даже бензопилы её не разбудили.

И отошёл, не желая выслушивать оды этой «прекрасной» даме. Вон как Иван напрягся, защитничек. Окинул его изучающим взглядом: холёный, смазливый, уверенный в себе — бабам такие нравятся.

«Не бойся, не позарюсь я на твою серую мышь», — подумал Леший, садясь за руль УАЗика. — «Мне бы этих двух кому-нибудь пристроить...»

Выглянул из окна и обратился к стоящим у машины мужикам:

— Вы езжайте, дальше дорога свободна. А мы с Бурым сгоняем к базе Смирнова, раз рядом оказались. Завтра вернёмся. Леонид Семёнович, Петрович подготовил ваш дом к приезду, встретит вас.

— Спасибо, Леший, за помощь. Езжайте с Богом, а мы уж дальше сами, — пожал протянутую руку Томский. — Давайте, по машинам!

— Ну что, и мы поехали? — спросил Бурый, занимая пассажирское сидение.

— Ага, сейчас только машины пропустим, чтобы развернуться, — сказал егерь, заводя мотор. Непонятное волнующее чувство заставило его оглянуться вслед уезжающим машинам и увидеть, как в заднем окне мелькнула светловолосая женская голова.

«Так ты оказывается не серая мышь, а белая...» — усмехнулся Леший, выводя машину на дорогу и стараясь не думать, почему мысли об этой неизвестной девушке так его тревожат.

Глава 8. Деревенский колорит

Катарину разбудил звук заведённого двигателя. И холод, ворвавшийся из открытой двери, который девушка почувствовала несмотря на тёплый кашемировый свитер. Открыв сонные глаза она увидела как Светлана с трудом забралась на высокую подножку и плюхнулась рядом на сиденье.

— Долго я спала? — прохрипела со сна Катарина, потягиваясь и разминая затёкшую шею.

— Пару часов, всё веселье пропустила, — пошутила Светлана, отдавая ей обещанный пирожок, — на, подкрепись. С капустой.

— Спасибо. Так дерево уже убрали?

— Да, сейчас поедем, — добавил водитель, трогаясь с места.

Почувствовав затылком тяжёлый пристальный взгляд девушка оглянулась и увидела стоящую на обочине незнакомую машину. Тут же ощутила, как пробежали мурашки по телу и тревожно сжалось сердце.

— А это что за машина?

— УАЗик? Это Леший приехал.

— Леший? — удивилась Катарина, ненароком вспоминая некоторые русские сказки. Не сказать, что она хорошо знала местный фольклор, но про кикимору и другую лесную нечисть слышала, когда Егор на ночь читал сказки Максу.

— Это егерь, который будет нашим проводником. Ну помнишь, мы о нём рассказывали?

— Помню... Его так и зовут — Леший? — удивилась Катарина.

— Да нет, — рассмеялся Леонид Семёнович, услышав девичий разговор, — позывной у него такой. Хотя уже давно это прозвище к нему приклеилось. Все местные его так и называют.

— И он не обижается?

— Нет, конечно, дело-то привычное в этих местах. Тем более это прозвище ему подходит — он знает всё о заповеднике и его обитателях, да и имя сыграло свою роль...

— На самом деле его Лёшей зовут. Алексей Кайсаров, — мягко добавила Светлана.

Катарина пристально посмотрела на свою новую подругу и решилась задать личный вопрос:

— Кажется он тебе нравится? Как мужчина?

Легонько покраснев Светлана бросила взгляд на отца, увлечённого беседой с водителем и тихо сказала:

— Это так заметно?

Дождавшись ответного кивка девушка продолжила:

— Да, он мне очень нравится. Не скажу, что сильно влюблена, но... Он так отличается от остальных мужчин! Сильный, смелый, надёжный... Угрюмый немного и душа у него не на распашку. Только мы виделись с ним всего несколько раз. Отец сюда чаще один приезжает или с друзьями в сезон охоты.

— А как... м-м-м... Алекс к тебе относится? — также перешла на шёпот Катарина, довольная такой доверительной девичьей беседой. Назвать незнакомого мужчину Лешим у неё язык не повернулся. Алекс — другое дело, привычное для её речи имя.

Света грустно посмотрела на свою новую подругу: поймёт ли её? Катарина такая красивая, что сложно представить у неё какие-либо проблемы с противоположным полом.

— Алексей меня практически не замечает. Он вообще сторонится женщин...

— Так он ... как это по-русски... гомосексуалист?

— Что ты! — шикнула в ответ Светлана.

Глядя на её расширившиеся от возмущения глаза Катрина невольно захихикала:

— А что, у нас много таких мужчин. Даже среди аристократии. Никто своей ориентации не скрывает.

— Не знаю, как у вас там... В вашей продвинутой Европе... А у нас про такое лучше вслух не говорить. Для наших мужчин это непростительное оскорбление, запомни! А когда ты увидишь Алексея, то не усомнишься в его мужественности ни на секунду. Просто он женат был когда-то, видимо брак не удался...

Катарина приобняла возмущённую девушку и улыбнулась:

— Прости, не хотела обидеть твоего героя. Надеюсь, что он обратит на тебя внимание, ведь ты такая добрая и хорошая.

— Спасибо, я тоже на это надеюсь! Тем более мы несколько недель проведём вместе. У тебя отношения с Иваном, я вижу, как он на тебя смотрит. У меня — Алексей. Классно да?

— Ага, только о работе не нужно забывать. Нас за это Семён Евгеньевич не похвалит...

Прерывая приватный разговор машина выехала из леса и высоко подпрыгнула на очередной кочке. Катарина почувствовала тошноту и пожалела, что съела в дороге пирожок. Девушка прикрыла глаза и задержала дыхание, пытаясь удержать еду внутри себя.

— Мы подъезжаем, — оповестил водитель, выруливая на мостик, проходящий через мелкую речушку.

Вдоль неё пролегала улица с аккуратными деревянными домиками. Десятка два, не больше. За полем виднелся высокий тёмный лес.

Сильная тряска прекратилась и Катарина смогла облегчённо выдохнуть: позора удалось избежать. Открыла глаза и удивлённо завертела головой по сторонам.

— Ты только посмотри, какая красота! — восхитилась Катарина, увидев резные ставни и отвесы крыш.Тёмные брёвна придавали домам основательности и указывали на их почтенный возраст. Некоторые были явно заброшенными с заросшими палисадниками и покосившимися стенами.

Немногочисленные местные жители высыпали на улицу, наблюдая за движением незнакомых автомобилей, а домашние птицы, вольготно разгуливающие по дороге, бросились в рассыпную кудахча и крякая.

В конце этой небольшой улицы путешественники, наконец, остановились и заглушили ревущие моторы. Выходя из машины Катарина почувствовала, как растворяется усталость от поездки и вновь в ней просыпается азарт исследования чего-то нового и необычного. По крайней мере для неё, ведь другие члены группы выглядели менее воодушевлённо, привыкшие к русскому деревенскому быту.

На высокое крыльцо близлежащего дома, окружённого невысоким деревянным заборчиком, вышел пожилой мужчина и приветственно поднял руку:

— Здравствуйте, здравствуйте! Заждались мы вас: обед стынет, банька скоро будет натоплена.

— И тебе здорово, Петрович! — расплылся в улыбке Леонид Семёнович, пожимая руку приятелю. Знакомься с нашей группой: Семён Евгеньевич Давыдов, Иван Панкратов...

Со всеми мужчина здоровался, добродушно кивая. Отличная команда! Единственной персоной, выбивающейся из общей группы была высокая, невероятно красивая девушка. Петрович аж прицокнул и приосанился, увидев её. За всю свою долгую жизнь он не встречал таких женщин. И дело было даже не в одежде, которая была эксклюзивной и дорогой — это даже деревенский мужик понял. А в манере держать себя, элегантности, ухоженности...

— А это что за принцесса? — с присущей ему деревенской прямолинейностью поинтересовался Петрович, прищурив один глаз и пристально разглядывая девушку. Хороша!

— Катарина Хоффман, — протянула ему изящную руку девушка, улыбаясь на его обращение. Так её ещё никто не называл. Надо же придумал — принцесса! Что же не королева?!

— Катюша значит... И что же ты делаешь в этой учёной братии? Али на экскурсию приехала?

— Почему же на экскурсию... Я — археолог-палеограф...

— Ты погляди-ка какие нынче учёные пошли! — покачал головой Петрович, восхищённо гладя на девушку. А Катарина даже не знала: обижаться ей на такое непосредственное общение или радоваться искренности этого человека.

— У вас интересный акцент, вы иностранка? — полюбопытствовала рыжеволосая девушка, подошедшая к ней вслед за Петровичем.

— Я австрийка.

— Как интересно! Вы неплохо говорите по-русски.

— Не так хорошо, как хотелось бы. Понимаю речь лучше, чем говорю. А как ваше имя?

— Меня зовут Виктория. Петрович мой отец. Не обращайте внимания, он со всеми такой прямой...

— Очень приятно, а это Светлана.

Последняя радостно всплеснула руками и звонко воскликнула:

— Да мы с Викой уже виделись несколько лет назад. Ой, девочки, как здорово, что в нашем женском полку прибыло!

Все лишь рассмеялись непосредственности этой хорошенькой девушки.

— Ну что, проходите, проходите милые дамы, — засуетился Петрович, — там вас Варвара уже ждёт. А мы пока с мужиками вещи перенесём в вашу избу. Пообедаете у нас и будете осваиваться на новом месте...

***

— Что это?! — нервно хохотнула Катарина, чувствуя, как задёргался у неё глаз.

Сегодняшний день не переставал её удивлять. Чего только стоил обед, приготовленный в настоящей русской печи, которую девушка увидела впервые в жизни. Еда в деревне сильно отличалась от той, которую они ели в городском ресторане. И определённо в лучшую сторону. Наваристые щи, душистая картошка с мясом, нежнейшие пироги... Она не переставала хвалить хозяйку, добродушную Варвару, которая сильно смущалась от обилия комплиментов своей стряпне. Это же надо так вкусно готовить! Мишленовские повара и рядом не стояли! Что уж говорить о самой Катарине, кулинарный максимум которой состоял в том, чтобы подогреть готовое блюдо в микроволновке. А здесь даже такого прибора не имелось.

Единственное, чем она могла всех удивить — это приготовление вкусного кофе, но здесь все пили душистый травяной чай. Понимая, что хозяйственными талантами этих людей ей не удивить, девушка активно участвовала в разговоре и расспрашивала о деревенских буднях. После обеда женщины стали собирать пустую посуду со стола и, когда её ненавязчиво попросили не беспокоиться, Катарина с облегчением выдохнула. Потому что подозревала, что и посудомоечной машины в этом доме не было...

Изба, в которой им предстояло жить в ближайшее время, была старой, но добротной и крепкой. На первом этаже находились хозяйственные помещения с садово-огородным инвентарём, техникой и огромным дровником, протянувшимся вдоль всей наружной стены. На втором этаже располагались жилые помещения: огромная комната с печью, полатями*, кухней и обеденным столом. Дальше по коридору находились две большие спальни.

Естественно их сразу разделили на мужскую и женскую и Катарина, сославшись на небольшую усталость, отправилась с глаз долой от внимания настойчивого мужчины. Иван всё время старался быть рядом с ней, ухаживал и Катарине ничего не оставалось делать, как с улыбкой ему отвечать. Она постаралась убрать своё смущение и наладить с этим мужчиной дружеское общение, несмотря на то, что он явно надеялся на большее. Но на откровенный разговор с ним Катарина была ещё не готова.

В общем-то всё было хорошо до этого самого момента, когда она очутилась в крохотном помещении на первом этаже в сопровождении Светланы и с ужасом смотрела на низкий деревянный постамент с дыркой посередине.

— Это туалет, ты же просила, — смутилась Света, не понимая реакции Катарины. Естественно, что в этой далёкой от города деревне не было центральных коммуникаций, но туалет был тёплым и даже не на улице!

— Просто я впервые вижу ЭТО, — указала Катарина на дырку, морщась от небольшого неприятного запаха.

— Я понимаю, что для тебя это непривычно, но скоро нам вообще придётся под кустиками в лесу ходить, — усмехнулась Светлана.

— Да вот к кустикам я больше привыкла, — ответила Катарина, вспоминая африканские экспедиции. — Ванной комнаты и душа, я так понимаю, тоже нет?

— Точно — принцесса! — по-доброму рассмеялась Света. — Для помывки у нас баня есть, вечером сходим. Я тебя так попарю, что долго ещё будешь в своей Австрии вспоминать это путешествие.

— Я в этом даже не сомневаюсь... Хм-м... А ночью как сюда спускаться? Лестница крутая и темно...

— Так я ведро наверху для нас приготовлю, — утешила её Света. — Ну, делай свои дела, я снаружи подожду.

— Успокоила, — пробурчала Катарина, прикидывая, как забраться на этот постамент, — хотела изучить Россию изнутри, да Кати? Хотела прочувствовать настоящий деревенский колорит? Вот — получи и распишись! Главное — не промазать и попасть в отверстие...

_________________________

* Лежанка, устроенная между стеной избы и русской печью; деревянные настилы, сооружаемые под потолком. На полатях можно спать, так как печь долго сохраняет тепло.

Глава 9. Долгожданная встреча

Тишина.

Непривычная для городского жителя, но такая осязаемая. Лишь иногда прерываемая доносящимися с улицы пением птиц и кукареканьем голосистого петуха.

Катарина проснулась в чудесном настроении. Мягкая перина поддерживала спину, а воздушное одеяло обволакивало тело. Девушка с удовольствием сладко потянулась. Так хорошо она давно не высыпалась! Вопреки вчерашним приключениям ей приснился хороший и светлый сон. О чём он был она вспомнить не могла, но ощущение счастья до сих пор окутывало каждую клеточку её тела, наполняя невероятной энергией. Всё же что-то есть в этих русских суевериях, по крайней мере в тех, что связаны с новым местом для ночёвки...

Катарина встала и сразу подошла к небольшому окну, напротив которого находилась её кровать. Отдёрнула кружевные занавески, придающие комнате уют, и выглянула в окошко. Утро выдалось погожим и ясным. Солнце только встало и золотило своим сиянием высокое голубое небо.

«Надо же, как рано я проснулась,» — подумала девушка, оглядываясь на соседнюю кровать, в которой сладко сопела Светлана. Разбудить соседку не хотелось, но Катарина ощущала невероятную бодрость и лежать в кровати больше не хотела. Это вообще было не про неё — тратить время на отлёживание боков, когда вокруг было столько всего интересного.

Поэтому она по возможности тихо заправила постель и надела свой любимый голубой спортивный костюм. Вышла из комнаты, едва не споткнувшись о ведро, стоящее рядом с дверью. Поморщилась. Хорошо, что она спала крепко и ей не пришлось воспользоваться этим предметом для облегчения своих нужд.

Судя по тишине мужчины тоже спали. Заглянула на кухню — никого. Спустилась по лестнице — никого.

Вчера Катарину с непривычки раньше всех сморило после банных процедур и вот результат — проснулась ни свет ни заря. Права была Светлана: такую парилку австрийка запомнит надолго. Нет, она и раньше посещала сауну, но так не парилась никогда: с дубовыми вениками, скрабом из сахарного мёда, от которого кожа стала нежнее шёлка, и душистым мятным чаем.

Вспомнила, что Егор любил говорить: «Кто рано встаёт, тому Бог подаёт». Может и ей сегодня какое-нибудь чудо перепадёт. А сейчас есть время заняться своим здоровьем, скинуть калории от сытной деревенской еды и заодно осмотреться. Катарина повязала на голову модную бандану так, чтобы волосы не мешали, надела любимые кроссы и припустила неспешным бегом по дорожке.

Вчера она не успела разглядеть деревню как следует, но сегодня у неё была возможность восполнить это упущение. Деревня и правда оказалась небольшой. С одной стороны центральной (и, похоже, единственной) улицы был склон к узкой, но стремительной речке. С другой — стояли в рядок избы. Между ними были довольно большие промежутки, засаженные плодовыми деревьями и кустами. Кое-где виднелись клумбы с пышными цветами, что сразу указывало на присутствие в этом доме заботливой женской руки.

Удивляло то, что заборов как таковых не было, лишь невысокие ограждения, призванные скорее всего ограничить в передвижениях домашнюю живность или просто для красоты — Катарина затруднялась ответить на этот вопрос. По пути ей попалось несколько колодцев, с которыми Катарина, жительница города, никогда прежде не сталкивалась.

Девушка довольно быстро добежала до конца деревни — дальше лежало бескрайнее изумрудное картофельное поле, с двух сторон ограниченное лесом.

Повернула назад, ловя по пути внимательные взгляды таких же ранних пташек. Немногочисленные деревенские жители уже начали свой трудовой день. Рыбак с удочкой наперевес и широкой щербатой улыбкой поздоровался с очаровательной незнакомкой, провожая её восхищённым взглядом. Дородная женщина с полными вёдрами воды на коромысле также качнула головой в приветствии.

Катарине было одновременно непривычно и так приятно, что незнакомые люди с ней здоровались. «Вот это культура общения!» — восхитилась девушка, даже не предполагая, что для небольшой деревни, где все по сути жили одной большой семьёй, это было в порядке вещей.

Пробежав мимо дома Петровича и избы, где они остановились, Катарина устремилась дальше по наезженной дороге. Как такового асфальта не было, поэтому кое-где попадались грязевые участки, которые девушка старательно оббегала. Поднявшись на небольшой холм, которым заканчивалась эта часть деревни, Катарина восторженно ахнула, оглянувшись назад:

— Какая красота!

Деревня раскинулась перед ней во всей красе. Утреннее солнце позолотило верхушки деревьев и речку, заставляя капли воды переливаться миллионами крошечных бриллиантов. С того места, где она стояла, можно было рассмотреть и единственную улицу, и мост, и лесную стену, начинающуюся с другой стороны реки, откуда они приехали... Отсюда было видно, что с трёх сторон деревня окружена лесом.

Катарина раскинула руки и глубоко вдохнула, наслаждаясь кристально чистым воздухом, практически звенящим в утренней рассветной дымке. Посмотрела дальше за холм, где в низине у излучины реки стоял уединённый дом. Было видно, что построен он не так давно, как другие избы. Катарина, ведомая любопытством, решила посмотреть на него поближе.

Пожалуй, это был лучший дом в деревне. Не очень большой, но двухэтажный и добротный. Он стоял недалеко от пологого обрыва, сразу за ним начинался лес. Сам дом представлял собой массивное бревенчатое сооружение, окружённое рослыми деревьями. Катарину восхитили искусно вырезанные ставни на окнах и перила небольшой террасы.

Утреннюю тишину нарушили звуки незнакомых ритмичных ударов. Катарина решила, что раз жители деревни такие добродушные, то ничего страшного, если она познакомится с хозяевами этого чудесного дома.

Завернув за угол Катарина резко остановилась, не веря своим глазам. Прямо перед ней посреди огромного двора рубил дрова Мужчина. Вот так, с большой буквы! Причём большой во всех отношениях... Широкая загорелая спина блестела от капелек пота, а работающие в слаженном темпе мышцы волнами расходились в стороны и возвращались обратно. Очевидно, что довольно прохладным утром ему было очень жарко, так что от тела расходились волны тепла и от обнажённой кожи, Катарина могла поклясться в этом, поднимался пар.

Военного образца штаны висели на бёдрах свободно, при каждом движении натягивая ткань и демонстрируя накаченную упругую задницу.

«Ой, — подумала Катарина, прикрывая неприлично распахнутый рот, — кажется слюна потекла.» Вот зря сегодня ничего с утра не поела. Это ведь от этого, правда?! А не от созерцания практически обнажённого мускулистого тела.

Вдруг, откуда ни возьмись, с громким лаем выскочил огромный зверь и сбил Катарину с ног. От неожиданности девушка оцепенела и, лёжа на земле, смотрела на огромную медведе подобную голову и умные собачьи глаза. Сердце нервными толчками билось не то от страха, не то от восхищения, так как пёс не проявлял признаков агрессии.

Поскуливая он принялся её обнюхивать.

— Фу, Тай, ко мне! — прикрикнул низкий мужской голос и Катарина почувствовала как пёс, лизнув ей руку напоследок, нехотя посеменил к своему огромному хозяину. Поднявшись, девушка спешно отряхнула свой запачканный костюм и посмотрела на мужчину, который тоже исподлобья её разглядывал. Хмуро сведённые густые брови не обещали тёплого приёма незнакомке.

Катарина не знала, что владело ей в тот момент, но почему-то она не могла оторвать взгляд от этого не сказать что красивого, но мужественного лица, от чёрных волос, от жёстко поджатых губ... Нервно поправила выпавшую прядку растрёпанных волос, в неосознанном желании казаться привлекательной. Вот почему, когда больше всего в мире хочется быть красавицей, выглядишь как полное чучело?!

Мужчина смотрел на неё также не отрываясь и тоже молчал. Катарина понимала, что выглядит глупо, ведь сама пришла к нему в гости, но не могла оторвать взгляд от загорелого лица и огромной фигуры. Она и сама была далеко не маленькой со своими ста семьюдесятью пятью сантиметрами, но этот гигант возвышался над ней больше чем на голову. В девичьей душе шевелилось что-то похожее на нежность. Расцветало пышным цветом восхищение. Она и сама не могла толком разобраться, что это было, но поймала себя на мысли, что встретила родного, долгожданного человека.

Неожиданно, с новым ударом сердца, пришло узнавание — это ОН. Реальный, долгожданный...

— И долго будешь пялиться? Зачем сюда пришла? — грубо усмехнулся мужчина, поглаживая за ухом своего пса и задумчиво оглядывая девушку.

Ещё никогда Катарина не сомневалась в своей привлекательности так, как в этот судьбоносный момент. Грубая речь вернула девушку с небес на землю, заставив судорожно выдохнуть. М-да, на принца, каким она его представляла, этот здоровяк не был похож даже отдалённо.