В активном поиске

Судовая роль рейдера “Рыба моей мечты”

Судовая роль рейдера “Рыба моей мечты”

(по состоянию на Первый месяц зимы Второго года от Возвращения Героев)

Владелец корабля: Павел Георгиевич, так же известный как Следопыт. Унтер-офицер Запустынных рейнджеров (в неоплачиваемом отпуске). И.о. старшего матроса в команде.

Форма получения собственности: как доля в призовых, поощрение.

Капитан корабля: Талик. Человек, Свободный Ленлорд, особый посланник гильдии Изыскателей ордена Истребителей скверны (город-полис Ордэр).

Мастер-плотник: Клин, сатир, осужденный пленник (казнь на время заменена служением), находится в медикаментозном сне, так как опасен. Взят под ответственность Талика.

Первый помощник: Шона Широхэби, ламия, жена капитана.

Второй помощник: Сольпуга, рулевой, осужденный пленник (казнь на время заменена служением). Взят под ответственность Талика.

Корабельный врач: Леголас Данте, демон.

Личный слуга: Полли, человек. Взята под ответственность Данте. Готовка, стирка, приборка на корабле.

Корабельный маг: Сеня, человек. Правом Капитана введен в брак с Хризантемой, корабельным магом, второго дня первого месяца зимы первого года.

Корабельный кот: сфинкс Мудрослав.

Боцман: Лана Безродная, дорогумо (женщина-паук), жена капитана

Матрос: Звездочка, минотавр, жена капитана

Матрос: Танцующая-с-листьями, так же известная как Уля, оборотень, жена капитана

Матрос: Южногорная Шелковица, дриада, жена капитана

и.о. марсового матроса (визуальная разведка): Кирби, гарпия, жена капитана

Старший матрос: Уяна Дипперстоун, гном из рода Дипперстоун, что в Анфиладах Гномов, вольный найм.

Старший матрос: Хризантема, так же известная как Лоля, демон, мастер-гербарист, профессор-ботаник из Академии Электры, вольный найм. Правом Капитана введена в брак с Сеней, корабельным магом второго дня первого месяца зимы первого года.

Старший матрос: Фран, демон, найм по контракту с гильдией Изыскателей.

Матрос: Коруд, человек, найм по контракту с гильдией Изыскателей.

Матрос: Лунорожденный Жан Шум Дубрав, светлый эльф, найм по контракту с гильдией Изыскателей.

Матрос: Трава, человек, корабельный травник, найм по контракту с гильдией Изыскателей.

Матрос: Сопрано, фея, корабельный алхимик, найм по контракту с гильдией Изыскателей.

Итого:

Команда: 18 разумных

Пассажиры: 3 разумных

Пролог

Хо, кирин, инженер-проектировщик, политик, ВРИО министра Промышленности Высокогорной Хималии, одинокий кореец в другом мире. Уник: “техномагия”.

— Сунан!

— Хо...

— Я…

— Тшш. Тебе звонят, возьми телефонную трубку. Мы ведь никуда не спешим.

— Подожди, у меня на телефоне другая мелодия. Какие еще колокола?

“Проклятье! Убью курьера! Проломлю башку нахрен!!! Какой сон оборвал! Мы ведь почти…”

Только тут до Хо дошло, что он не дома, а в своей квартире в столице Хималии, а истошный перезвон колоколов, поддерживаемый механическим воем систем громкого оповещения…

— Боевая тревога! Нападение!!!

И.о. министра Промышленности вскочил с кровати и немедленно сделал самое глупое, что мог: ринулся к окну и прилип к стеклу. Вид с его этажа открывался прекрасный, о да, и в целом он увидел, что хотел. Правда, сначала не поверил глазам: все-таки для землянина, пусть и насмортевшегося на чудеса магии, густо опускающиеся на город в горах сотни белых и светло-серых пегасов со всадниками — полная фантасмагория. Избавится от ступора помог один из нападавших, волей судьбы оказавшийся у самой стены элитной правительственной высотки и увидевший в окне человека. И немедленно кинувшего в него дротик. Стекло выдержало удар наконечником, а вот нервы кирина — нет: он с воплем отшатнулся назад. Не упал только потому, что ворвавшиеся наконец телохранители подхватили подопечного и сразу же затащили в секретный ход.

Это они вовремя. Улустанская разведка в общем-то все верно смогла узнать о численности охранников столицы, и подгадать, чтобы атака прошла в утренних сумерках. Численности крылатого десанта должно было с гарантией хватить. Если б защитники были вооружены луками и мечами. Но небольшая армия горцев и представители Контор уже давно перешли на автоматические оружие.

А после визита ученых из Академии Электры к обычным башенным пушкам добавили зенитные, а пулеметчикам переделали станки так, чтобы можно было молотить вверх. Как только хималийцы сообразили, откуда грозит опасность — стракатто очередей и грохот зениток заглушили сирены и колокола. Случайно залетавшие в окна пули и осколки стекла высоток уже не держали. Хорошо, что безопасники оперативно утащили жильцов через тайные ходы под землю и почти никто не пострадал. Кроме пегасов и их седаков.

* * *

— …А вот и наш министр Промышленности, — хмуро поприветствовал Хо король. Собравшиеся в бункере первые люди Высокогорной Хималии все пребывали не в лучшем расположении духа. — Если вы еще не в курсе, нас сегодня конкретно так попробовали на зуб. Пегасиры должны были парализовать армейское командование и правительство, а вторая группа на специально выведенных, прости Небо, горных баранах пошли на штурм Северных ворот. Основные силы наступали по перевалу следом. Мы, конечно, перемололи из гаубиц тысяч двадцать этих фанатиков в ущелье, но есть мнение, что на убой послали один бесполезный мусор — кроме элитных частей пегасной и бараньей спецгрупп. Вопрос: чем мы можем ответить? Хочу, чтоб их гребанные палаточные города запылали!

Что ж. Пришла пора политику Хо доставать из рукава заготовленный как раз на такой случай козырь.

— Есть, мой король, — четко наклонил голову кирин, в прошлом не просто стример, но и заядлый геймер. Кругозор в играх порой помогал генерировать неожиданные идеи. — Прикажите принести из закрытой части технической библиотеки комплект чертежей и материалов под шифром “Кирофф”!

Сепеш, вампир, профессор академии Электры в нескольких дисциплинах; маг высшей категории в нескольких специализациях (архимаг); завкафедры Ботаники академии Электры.

— Ты запросил личную встречу, старый друг, — улыбнулся ректор. — Получается, нашел-таки концы истории с киллерами и проклятым порошком?

— С порошком пока не все ясно. Общеходовое название — “Семена скверны”, но все три исследованных мною алхимика и сами почти ничего не знали про это соединение. Тут надо продолжать копать. А вот про убийц я действительно узнал. Личный проект Сатрапа сатиров.

— Этим-то баранам от нас чего надо? — устало потер лоб глава одного из самых могущественных учебных и научных заведений Ойкумены.

— А мы, видите ли, слишком хорошо научились защищать посевы и житницы деревень и ферм окрест, — меланхолично объяснил маг, профессор и прочая-прочая. — И наши злаки составляют ощутимую конкуренцию их зерну.

— И все?! — у ректора заметно дернулась щека. — Только ради создания дефицита и спекулятивных цен?! Потому что обычную цену мы им перебить ну никак не сможем: север и запад сожрут столько, сколько им доставить — и добавки попросят.

И здесь есть простое объяснение: Сатрап решил схватить за бороды кочевников-загорцев. Потихоньку начал завышать целы и снижать объемы трансфера через тоннель под Хималией. Причем делая вид, что он ну вообще не причем. Это все горцы и гномы.

— Оплеуху нам отвесили знатную, — со вздохом признал глава академии. — Нужно обязательно провести, хм, воспитательную работу. И одной демонстративной помощи Хималии тут мало.

— Есть некоторые идеи, — задумчиво ответил Сепеш. — Сведу в единый проект и предоставлю в ближайшее время.

* * *

Закладывающий уши грохот близкого взрыва и подземный толчок, больно отдавшийся в ступнях, заставили Сепеша распластаться по земле, вжаться, рефлекторно укрывшись магическим силовым полем. Примерно две секунды архимаг выжидал, но града обломков и огненной волны не дождался. После чего вскочил и свечой ушел в небо, одновременно шаря глазами по окрестностям. Нашел, к сожалению, без труда. Трудно не заметить стометровую воронку соответствующей глубины, из которой как раз начинал подниматься столб густого черного дыма.

“Второй раз за полгода,” — отстраненно подумал профессор, срываясь к месту происшествия. — “И по последствиям куда хуже. А я ведь настаивал вынести испытательную часть лаборатории в пустыню. Не послушали. Теперь отмываться от репутационных потерь годами придется… Если не десятилетиями.”

На месте архимаг убедился, что спасать некого и нечего. Создавалось полное впечатление, что алхим-магическая реакция напрочь аннигилировала центральный объем обособленной лаборатории, ну или там пережгла в ионизированный газ. Обломков и осколков почти не было, а те, что остались — сплавились до полной неузнаваемости. Сепеш не стал дожидаться окончания торопливого обследования воронки и территории вокруг, а двинулся назад, в приемную к ректору. Так и так тот будет созывать Совет, состоящий из ядра профессуры, фактических владельцев Академии Электры.

— …Все строения и подземные объемы полностью уничтожены, включая заглубленый стабилизированный склад-фонд, специально выстроенный для самовоспроизводящегося манофага, просторечное название “Семена скверны”.

Сепеш не сдержался и демонстративно приложил руку ко лбу. А ведь он предупреждал. Даже настаивал на организации раздельного хранения с выносом и фонда, и лабораторий в пустыню. Редкий случай, когда к нему не прислушались коллеги.

— Профессор Фулкрум, ваши комментарии? — после долгой паузы, уронил ректор. До этого он долго массировал переносицу.

— Полагаю, несанкционированный эксперимент одного из старших лаборантов — спокойно отозвался завкафедры химерологии. Большинство из состава “ядра” Академии официально занимали вовсе не те должности, где лежал, скажем так, максимум их исследовательского интереса. — Даже рискну предположить, какой, если угодно.

— Ну и какой? — без обиняков спросил его сосед слева.

— Проверка гипотезы переполнения, — все тем же ровным тоном поведал зоолог, специализирующийся на теории магии. — Бесконечное увеличение собственной массы манофага только лишь за счет поглощения энергии противоречит фундаментальным принципам алхимии. Следовательно, при получении определенного объема маны, вещество должно изменить свои свойства, перестать поглощать энергию и стабилизироваться. Высказано было даже предположение, что стаб-форма может быть подвергнута обратному процессу: разрушение с высвобождением энергии. К сожалению, эксперименты с небольшими массами “Семян скверны” и объемами маны какого-то однозначного результата не дали…

— И потому какой-то твой амбициозный умник самостоятельно проложил под землей манолинию от одного из академических Источников прямиком в изолированный объем лаборатории, — закончил за коллегу Сепеш, для которого все окончательно встало на свои места. — И у него даже по-своему получилось: чтобы лаборатория и вся земля вокруг нее просто “исчезли”, совокупных запасов маны в накопителях объекта и в резервах сотрудников и близко не хватило бы! В следующий раз все же прислушайтесь ко мне в вопросах безопасности, коллеги.

— Будет довольно неудобно работать, но… признаю вашу правоту, коллега, — Фулкрум даже встал и обозначил поклон, чтобы показать, насколько серьезно он принял слова другого архимага. — В ближайшие дни соберу группу для выбора места в пустыни…

— Нет.

Все взгляды разумных за круглым столом как по команде скрестились на ректоре.

— Я сказал “нет”, — тихо повторил тот. — И не потому что у нас недостаточно материально-магических ресурсов, и даже не потому, что безрассудство отдельных личностей привело к утрате образцов манофага. Мы опять лишились людей.

— Старший лаборант погиб только один… — начал было химеролог и осекся, увидев выражение лица начальства.

— Может быть, коллеги, вы уже забыли принципы, которые мы обговаривали при создании нашей Академии? — еще тише переспросил ректор, теперь уже обращаясь ко всем. — И конкретно тот принцип, что позволил стать нашему заведению едва ли не выше всех остальных учебных и научных центров ойкумены? Может, мне его напомнить?

— Сила не в магии, сила в разумных, — сказал Сепеш. Он вдруг понял, что слышал нечто похожее от… от Талика, да. — Иными словами, “кадры решают всё”.

— В инцидентах с нападениями убийц мы потеряли шестьдесят четыре разумных, — медленно проговорил ректор. — В основном, ученых и лаборантов, далеких от битв. Причем двадцать восемь из них погибли настолько ужасающей смертью от “Семян скверны”, что около двух сотен душ младшего и среднего педагогического состава, а также научных работников под разными предлогами покинули Академию в первый и последующие дни. Вернулось на настоящий момент не более пятидесяти. И тут это взрыв. Понимаете, что вы наделали, Фулкрум.

До зоолога, судя по бледности, разлившейся по лицу, начало доходить.

— Короче так, — вздохнув, уже нормальным голосом проговорил ректор. — Как хотите, но возмещайте потери. Двести тридцать, нет, пусть будет — двести пятьдесят разумных на ставших сейчас вакантными местах. Набирайте больше студентов, увеличивайте с ними число часов обучения, снижайте проходной бал, давайте дотации в рамках бюджета кафедр, повышайте зарплаты, сманивайте на работу из других мест. Все, что угодно. Сделаете — вот тогда хоть всю пустыню перекопайте под эксперименты, но не раньше.

— Это гарантированное отставание в перспективной теме нового способа хранения магической энергии, — задумчиво выразил общее мнение сосед химеролога.

— Мы можем опередить всех, но это будет последнее, что изобрела Академия перед своим развалом, — максимально просто донес до всех свою мысль ректор. — Поставим, так сказать, эффектную точку в своей истории. Нас даже может быть будут помнить потомки, а парочка историков свои монографии накарябает на тему “Рассвет и угасание центра научной мысли в Электре.” Этого хотите? Что, нет? Вот так сюрприз. Тогда делайте, что вам говорят, и никаких больше взрывов и массовых смертей! Понятно?!

Глава 1 без правок

Темой подъема кораблей придется заняться обстоятельно. Собственно, я бы и с “Рыбой моей мечты” не стал бы пороть горячку, но оставить рейдер у более не защищенного от волн пирса было все равно что собственноручно утопить, перед этим взорвав. Нет уж. Еще послужит нам корабль. Благо, с выращиванием стапеля для постановки на сухой киль на месте одного из сожженных складов уложились до следующего циклона.

Теперь дело было за Сеней. Для контроля процесса маг затребовал себе временную вышку, которую на скорую руку сбили из досок чуть в стороне от места проведения трансфера. Конструкция получилась шаткой — расплата за скорость возведения — потому я загнал наверх еще и Кирби. На случай, если все начнет падать — чтобы она подхватила нашего волшебника и мягко приземлила. Сам же остался наблюдать с набережной.

Вот попаданец сжимает зубами мундштук короткой трубки-носогрейки, пряча табачную чашу в ладони, затягивается… И небрежным движением свободной руки заставляет воды гавани вспучится огромным горбом, бережно удерживающим на себе наш корабль. Еще движение десницы мага — и вода накатывает на берег, плавно-плавно неся “Рыбу”. Кусочек моря затапливает рощу с причудливо и симметрично изогнутыми стволами — и и также осторожно возвращается в родную стихию, оставляя между деревьями идеально севший по месту рейдер. Великолепно сработано.

— Приступайте к демонтажу такелажа, — махнул я Фран. — И привязывайте все покрепче, чтобы очередная буря ничего не смыла с палубы.

— Не беспокойтесь, милорд губернатор, — помахала мне в ответ она и обратилась к своим. — Все слышали? Быстрее сделаем — быстрее отдыхать пойдем!

Из действительно своих при моей протеже в данный момент находились только Коруд и Жан Шум Дубрав, остальная команда состояла из местных. Доверять которым после силового захвата власти можно было довольно условно. Даже несмотря на то, что всем вновь вступившим в её серьезно расширившийся отряд мастер ловушек раздала аванс золотом и обещан трансфер на материк по окончанию сезона дождей. Ходить по уцелевшим улочкам и дорогам Щедрой Чаши членам экипажа “Рыбы” еще долго придется попеременно оглядываясь, не расставаясь с оружием, в броне и ни в коем случае не поодиночке.

Я вовремя обернулся, чтобы заметить, как Арсений вновь “затягивается”... и спокойно перескакивает ограждение площадки в десяти метрах над землей. И по-позерски приземляется, картинно раскинув руки и затормозив у самой земли. Разумеется, Кирби тоже по лестнице спускаться не пожелала — но у неё-то крылья от рождения и рефлексы натренированные!

— Транжира, — негромко укорил я мага, когда мы все трое неторопливо пошли вверх по главной дороге, соединяющий уровни островного городка.

— И ты мне пеняешь после того, как мы определили запасы ебонитовой смолы под добычу в восемь заглушенных источников? —подвигал местом, где у людей должна расти бровь попаданец. — Ну ты и…

Он запнулся, но потом подобрал-таки слово:

— Скупердяй!

— Ой вэй! Между прочим, таки понял, с кем ты меня хотел сравнить, — я насмешливо подмигнул собеседнику. — Только во Всеобщем языке Нового мира его нет. И в племенных диалектах тоже. А думать русскими словами мы еще в первый месяц после сам знаешь чего перестали.

— Ри… ру… риусскими… Тьфу, Талик, что б тебя! — обиделся и расстроился Арсений. — Почему выговорить-то не могу? Раньше само собой получалось!

— Тренироваться надо было, а то так и родной язык забыть с концами можно, — где-то мне доводилось читать, что без практики и в чужой языковой среде родную речь можно лет за двадцать утратить полностью. Правда, выучить заново в таком случае можно очень легко. — Ладно, не парься. У тебя другие сильные стороны. Взял ведь и придумал всего за пару недель, как высвобождать ману из ебонита безопасно и порционно!

Трубки-носогрейки мы теперь таскали всем экипажем “Рыбы” вместе с мешочком “курительных” шариков. Нет, не из прессованного табака, как можно подумать. Круглые капсулы содержали щепоть смолы и алхимические добавки, запускающие и стабилизирующие реакцию высвобождения маны. Мощность еще на корабле удалось подобрать так, чтобы охватив пальцами чашу и приблизив табачную камеру к лицу, разумный мог впитать почти всю энергию, наполняя свой резерв, а потери “в воздух” получились бы минимальные.

— Капитан сказал “надо”, экипаж ответил “есть”, — криво улыбнулся Сеня. — Хватит издеваться, а? Сам же знаешь, что мне целая куча народа помогала: и Сопрано с Травой, и Шелковица твоя, и Хриза…

После того, как я закрепил брак мага и гербаристки, попаданец даже за глаза перестал звать Хризантему “Лолей”, хех.

— Позерством хватит заниматься, прыгая с вышек и прочим образом привлекая к себе ненужное внимание, — серьезным тоном ответил я ему. Просто так читать мораль Ареснию было абсолютно бесполезно — он просто отмахнулся бы. Требовалось сначала надавить на эмоции. — Незачем давать местным раньше времени повод для размышлений, что же такое курит команда губернатора, отчего у них резерв всегда полон.

— Ладно, ладно, — еще сильнее скривился маг.

— Вот и договорились, — кивнул я, закрепляя сделанное обещание. И немного подсластил пилюлю: — Кстати, ты меня на интересную мысль навел. Давай раз в неделю вечером на часок-два все нашим инопланетным коллективом собираться и стараться говорить исключительно на великом и могучем?

М-да, доля руководителя во всей красе. Или ты придумываешь досуг свои подчиненным, или они сделают это сами. Второе тебе не понравится!

Разговор утих сам собой, мы продолжали подниматься по центральной улице городка. До начала очередной непогоды оставалось еще прилично времени, торопиться не требовалось: Щедрую Чашу удалось полностью привести к покорности за один день. Что, в общем-то и не удивительно: бандитскую портовую фракцию мы зачистили до последнего разумного сходу, а тех, кто окопался в среднем городе — основательно проредили. В итоге, считая некоторых упертых плантаторов, оставшихся без работников, на остров осталось в живых менее пятидесяти местных. И все они очень хотели перестать выживать и начать опять жить. Что, собственно, я им и предложил сделать под своей рукой.

Остров, повторюсь, покинули все, кто хотел. После рукотворной катастрофы верхушку “уснувшего” вулкана то и дело потряхивало, рушились края кальдеры, спуская в море драгоценную пресную воду. И, как будто того мало, то там, то тут находили себе выход вулканические газы, неся смрад и пепел. Полное впечатление, что еще немного — и Чаша провалится прямиком в ад!

Надо было быть чокнутым или совсем не заботится о своей жизни, чтобы отказаться от эвакуации. Правда, некоторых просто не взяли — совсем уж нищих, отбывающих наказание и прочий маргинальный элемент, сбившийся потом в портовую банду. И вот, когда последний борт убрался из бухты, стараясь увернуться от первого циклона зимнего сезона, Чашу стало “отпускать”. Почти прекратилась тряска, уровень воды в кальдере застабилизировался. Вулканические дымы все еще поднимались вверх — но только в двух-трех местах, и весьма лениво.

Вытянули оставшиеся свой счастливый билет против всех прогнозов и ожиданий… и не смогли разыграть, передравшись между собой. Как ни странно, не хватило им всего лишь лидера, твердо глядящего в будущее и имеющего план. То есть меня с моей командой, получается. Короля играет свита, а матросы и офицеры “Рыбы” точно знали, зачем они тут и что будут делать в ближайшие несколько месяцев. Я же мог заглянуть в будущее острова значительно дальше!

Форпост, накопивший восемь башен, не побоюсь этого слова, “топлива будущего”, заброшен в ближайшие годы точно не будет. Особенно если удасться ввести Источники в строй. А если в перспективе получится наладить синтез “ебонита” прямо тут — Чаша станет настоящим морским перекрестком, на зависть себе благополучной-прошлой. Место для ремонта и докования, полигон для проверки и внедрения новых маг-технологий. Отличный эксклав для запертой в своих горных долинах Высокогорной Хималии!

— Ты так и не сказал, как мы будем исследовать “Край земли”, — не удивительно, что моего друга-попаданца одолевали те же мысли, что и меня. — Вот добудем запас топлива, я сделаю фракцию смолы, которую можно подавать в растворе на горелку… Дальше что? Нет, понятно, что летательный аппарат. Но гидросамолет мы не потянем, а дирижабль — слишком медленно и его ветром сносить будет, хоть какие пропеллеры прикрути.

— Ты прав, аэродинамику и сопромат летающего корабля нам будет проблемно рассчитать. Во всяком случае, не обращаясь к инженерам Хо. Да и тем полгода потребуется на натурных моделях чего-то добится. Потому все будем дела по заветам Энцо Феррари: аэродинамику придумали те, кто не умеет строить моторы!

На лице Сени удивление вдруг сменил нешуточный такой испуг.

— Ты вертолет собрался делать, что ли?! — с сильной опаской глядя на меня, спросил маг.

— Я еще не настолько рехнулся, чтобы собственноручно строить себе летающий гроб, требующий особых навыков от пилота, — для иллюстрации я постучал костяшкой пальца себе по виску. — Конечно нет. Соберем что-то вроде гибрида экраноплана и судна на воздушной подушке — для этого точные формулы не нужны. Аэродинамика — я заранее к этому готов — будет ни к чёрту. Но мощность и количество двигателей нам это все компенсируют. И придадут скорость километров сто пятьдесят в час.Сутки с чем-то по прямой — и мы уже там. Будем прямо отсюда делать рейды на “Край земли”, там барражировать над пустыней, ища следы — и назад.

— Годный план, — подумав, одобрил маг. — Только один момент: двигатели мы где возьмем в нужном количестве?

— Не поверишь, — хмыкнул я. — Их прямо здесь, на Чаше, для нас достаточно. На полном серьезе прямо в землю закопанных.

Глава 2 без правок

— Завал разобрали, временные крепи утвердили, — отчиталась Уяна, как только я закончил обнимать Лану, успешно взявшую на себя роль поварихи. Проходческая бригада я в полном составе обнаружилась в импровизированной общественной столовой на первом этаже губернаторского поместья. Хм, то есть моего, получается? Ладно, пофиг. — Доступ к центральному городскому узлу управления водооттока восстановлен.

— Бывшему узлу, — вставила Марго, которая вообще-то непонятно что тут забыла. — Вода ушла метров на десять вниз и вряд ли когда-нибудь поднимется.

— Я так понимаю, приемная для населения с утра стоит пустая? — уточнил у бывшей любовницы я. Или не бывшей?

— Приемная для остатков населения, ты хотел сказать? — фыркнула абордажный мастер. — Поверь, кэп, все и так знают, где именно когда меня искать. Нас слишком мало, все всё друг про друга знают. Особенно после того, как ты вчера открыл этот, как его… “пункт централизованного питания” И все ломятся сюда пожрать, хех! Но на всякий случай я еще и записку к двери приколола.

— То есть ты киркой помахать и камни потаскать пришла от скуки на бумажной работе, — заключил я.

— Эй-эй, что значит “от скуки”?! — женщина подбоченилась. — Это вторая ставка! Двойной паёк, и денежка лишней не будет. Не волнуйся, свои обязанности как твоя помощница я выполняю от этого ничуть не хуже.

Я открыл рот… и закрыл. Момент про двойные ставки на вчерашнем всеобщем собрании я не проговорил. Как и еще множество моментов: моей задачей было в целом объяснить, что ждет местных под моим руководством, воодушевить и мотивировать помогать. Двойная ставка? Хрен с ней, лишь бы работа делалась.

— Талик, твоя тарелка, — привлекла мое внимание дорогумо. Я, вообще-то, не за едой пришел… а, ладно. Пахнет вкусно… а на вкус вообще божественно!!!

— Нравится? Можешь не отвечать, все по лицу вижу, — довольно фыркнула будущая мать.

— Бесподобно! — все же вслух сказал я.

— Местные продукты и рыба с креветками, — гордо раскрыла секрет жена. — Ну и кухня побольше платяного шкафа, подвешенного на канате и беспрерывно раскачивающегося.

Теперь понятно, почему островитяне в полном составе пруться на вершину кальдеры пожрать! Их-то мало-мальски приличные повара сбежали на материк. А самим готовить вкусно и разнообразно не так-то просто, особенно если сидишь фактически в осаде. Но, конечно, горячие обеды — не главное. За сотрудничество я пообещал раздать местным брошенные элитные дома. С восстановлением разрушенного при землетрясениях и укреплением постройки для подготовки к возможным новым. Плюс ремонт и восстановление садов. Плюс еще всякие плюшки — на обещания я не скупился. Лишь бы делом занялись, а не какой хренью вроде мести за случайно прибитых при моем вступлении в должность приятелей.

Для получения всех этих благ всего лишь надо было или пойти в наемники под крыло к Фран, либо приступить к работам по индивидуальному губернаторскому найму. Отдельно договорился с владельцами плантаций на поставки выращиваемого в обмен на работы по обслуживанию террас и садов. Поверили мне примерно наполовину, но согласились сотрудничать и с середины прошлого дня ни одного инцидента вроде не было. Фух, вкусный суп. Вторую порцию, что ли, попросить?

* * *

Узел управления раздачей воды недаром находился прямо под губернаторской “Скромной обителью” — или как там он свою виллу обозвал? Управляя раздачей благословенной влаги, без которой в тропическом климате большую часть года не прожить, Гидеон держал в кулаке непобиваемый козырь. Если у плантаторов по большей части были свои стоки, то горожане полностью зависели от работы этого места. Именно поэтому на таком стратегическом объекте, как узел управления, высший чиновник не сэкономил: укрепил рукотворную пещеру с многократным запасом. Даже землетрясение не взяло. Увы, упавший уровень воды обесценил все когда-то сделанные вложения сил и средств.

— Так, что тут у нас? — документация, разумеется, при поспешном бегстве островной администрации куда-то по большей части затерялась. Видели бы вы, в каком состоянии мы нашли архив… — Ага, мне нужны вот эти хреновины. Уяна, проследи, чтобы сняли аккуратно.

Пещера представляла из себя довольно длинный зал в форме параллепипеда, напоминающий генераторный зал плотины, только без генераторов. Высоту потолков строители подобрали так, чтобы в полностью поднятые водяные заслонки ни во что не упирались. Водотоки, которые заслонки перекрывали, без всяких выдумок выдолбили в виде желобов в полу и сверху перекрыли деревянными настилами. Глубоких таких желобов — метра три в поперечнике. Размеры заслонок закономерно получились соответствующие — с гаражные ворота. За их подъем отвечали закупленные в Хималии техномагические приводы, питаемые маной от Источника виллы. Вот они-то и были мне нужны.

— Энерговоды тоже демонтируйте. С ними можно не миндальничать — все равно только в переплавку, — поморщившись, махнул рукой я. Серебряные полосы шириной в ладонь и толщиной где-то в палец подводили ману к приводам, поднимая и опуская заслонки. Скорее всего подачей энергии управлял Эталон джиннов — когда извлечем весь ебонит из здешней башни, узнаем точно. — А это что за ящики?

С трудом втроем с гномой и Марго удалось сдвинуть одну из каменных крышек. А там…

— Аккумулятор на случай сбоя питания! — восхитилась степени дублирования основных систем Дипперстоун. — Какая… гномья предусмотрительность!

— Это не предусмотрительность, это самостоятельно формируемые бюджет и большое желание его освоить, — хмыкнула абордажница. — Я знала, что к рукам Гидеона прилипало существенное количество денег, но никогда не думала, что такое огромное. Надо будет все-таки поискать потайную сокровищницу. Не верю, что при бегстве все нычки были вскрыты!

— Обязательно поищем, — пообещал я. — А пока пластинами максимально аккуратно, они нам в ближайшее время нам будут важнее и золота, и камешков.

Это удачно я зашел. Перенастроить приводы, сделать систему подачи и сжигания ебонита, вырезать и склеить из дерева пропеллеры — и силовая часть эрзац-экраноплана будет готова. Выглядеть все это будет, выражаясь языком одного моего шапочного знакомого на Земле, как “лютых колхоз”. Но ведь главное же — работать будет, я уже проверял на том самолете, что меня из Электры почти до дому довез. Собственно, раз так — к работам над корпусом полу-воздушного судна можно приступать уже сейчас. Этим и займусь.

* * *

— Вы уверены, что он не подох? Пахнет как несвежий покойник, — поделилась своими наблюдениями Звездочка.

— Тем не менее, он жив, и антидот уже подействовал, — на “распаковку” нашего консервированного нейротоксинами и обернутого в паутину пленника я логично позвал Данте. — Как видите, если пациент хочет жить, медицина бессильна.

Тем временем с Клином и правда начали происходить заметные изменения. Кожа под коркой грязи порозовела, едва заметное редкое дыхание вышло на нормальную частоту. Вот и веки дрогнули. И правда — поразительная живучесть!

— Кстати, я тут хотел у тебя спросить, да все как-то не получалось, — немного громче, чем нужно, спросил я нашего демона-доктора. — Магия ведь не умеет решать проблему иммунного отторжения при приживлении чужих частей тела? Ну там ноги вместо утраченной или руки?

— Я бы не назвал практикуемый химерологами способ “решением”, — правильно меня поняв и тоже повысив голос, ответил Дан. — Слышал, что в химерах ихор вместо крови? Вот этой алхимической гадостью и глушат иммунную систему. Самостоятельность и автономность подобного организма прикинь сам.

Что-то мне подсказывает, что не все так просто, и решение все же есть. Взять хотя бы бионический экзоскелет Сепеша… Хотя я так не понял, являются ли творчески переработанные части медопчел частью организма древнего вампира или нет. Но сейчас не важно. Главное — то, что услышал наш заключенный.

— То есть как постоянное решение для калеки, утратившего, скажем, обе ноги — годятся только техно-магические протезы, — протянул я. — А знаешь, ведь с учетом открытия Арсения, их реально можно сделать. Возможно, даже сам смогу.

— Даже не знаю, что должен совершить этот убийца и насильник, чтобы мы ради него напряглись, — легонько пнул каменный стол, на котором лежал приходил в себя безногий сатир. Место для “воскрешения” пленника из подобия анабиоза мы подобрали самое подходящее: бывшую мясницкую.

— Доказать свою полезность, всего лишь, — пожал я плечами. — Вон как Сольпуга: ни разу не предал, в сложных ситуациях помогал — и до сих пор может стоять у своего драгоценного штурвала. А что до преступлений… доказать полезность и заслужить прощение — очень разные вещи… Эй ты, козёл, харе притворятся! Звездочка, ну-ка промой-ка нашего мастера по дереву.

Минотавра послушно подняла и мощной струей опустошила над Клином столитровую бочку, полную воды. Упражнение, которое не каждый земной штангист осилит — но моя жена справилась, лишь немного напряглась.

— Кхе! Тьфу! Стойте! Брл… Тьфу! Чуть не убили, хех… Вижу, вы по мне соскучились, хе-хе-хе. И даже прекрасную даму привели, м-м-м. Ну-ка иди ко мне, лапушка…

Полумертвый, с едва слушающимися после долгой неподвижности мышцами — сатир не преминул продемонстрировать, что одна из систем его организма в полном порядке. Половая. Правда, зря он рассчитывал подобным зрелищем смутить хоть кого-нибудь из нас.

— Ты мне давича рассказывал про алхимическую кастрацию, — “напомнил” я Данте. — Ну ту, которая несколько уколов — и все.

— Сейчас покажу, как работает, — кивнул добрый доктор и достал архаичный стеклянный шприц с мутным содержимым.

— Что? Нет! Нет-нет-нет!!! Не подходи ко мне-е-е-э-э!!! А-а-а-а!!! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ!!!

— Всякий раз, как мне покажется, что ты позабыл о приличиях и здравом смысле или возомнил о себе невесть что — буду лично колоть еще дозу, — спокойно пообещал я. — Одна в тебе уже есть, примерно на четвертой всё в последний раз упадет и не поднимется никогда. Только дай мне повод, рука не дрогнет…

— Что вам от меня надо? — хриплым голосом перебил безногий. — Говорите уж.

— Ну вот, сразу бы так, — недобро ухмыльнулся я. Спектакль оставил след в сердце благодарного зрителя, не зря старались. — Построй нам летучий корабль. Вот по этим наброскам — чертежа, уж прости, нет.

— Ну вы и чокнутые, — впервые с некоторым даже уважением посмотрел на меня мастер-по-дереву и весело ухмыльнулся в ответ. — Я в деле!

Глава 3

— Ловко ты с этим Клином, — Данте вышел вместе со мной из переквалифицированной в камеру комнаты губернаторского поместья. — Напомни, кем ты работал до попадания?

— Ничего выдающегося, если ты на это намекаешь, — хмыкнул я. — Протирал штаны в офисе. В большие начальники выбиться не успел, супер-успешных инвестиций не сделал. Упахивался частенько к концу недели так, что на выходные, кроме как потупить в игру, расплывшись в удобном кресле, ничего и не хотелось…

— Аналогично, коллега, — демон-хирург даже остановился, чтобы церемонно пожать мне руку. — Особенно после ночных смен, ух-х… Голова и сейчас начинает болеть, как вспомню!

— А что касается нашего маленького представления для престарелого сатира, — продолжил отвечать на незаданный вопрос я. — То тут не надо быть гением, чтобы понимать, что он хочет и чего боится. И попросил тебя поддержать тему с протезами только потому, что прямому обещанию пират просто не поверил бы. А так мы вроде ему ничего напрямую и не обещали… Элементарная психологическая уловка, как видишь.

— Вижу, но сам бы так не смог, — признался доктор. — Я, пока мы болтались в море на борту “Рыбы”, и особенно пока шли вдоль берега Края света — смотрел как ты уверенно командуешь. А ведь это плавание для тебя было таким же первым, как и для нас. В смысле, хочу сказать… как бы сформулировать?

— В ветеринарке, прежде, чем я оттуда от большого ума свалил, — я поморщился, вспоминая давешнюю жизненную ошибку. — Нас и на операции на животных водили, и мы сами резали препараты на зоологии. Рискну ли я сейчас взять в руки скальпель для самого простого вмешательства? Нет. Зато восхищаюсь, как легко и просто ты берёшь в свои руки ответственность за чужие жизни и добиваешься невероятных результатов! Понимаешь?

Дан задумался. Потом, кивком попрощавшись, молча ушёл. Дошло.

…А в губернаторском кабинете меня уже ждала Марго.

— Я там влезла в водосборник, который в сторону озера в кальдеру открывается, вместе с вашей гномкой, — без вступления начала меня грузить абордажница. — Уровень озера сейчас на добрых два метра ниже, а оно сейчас максимально наполнено дождями. Получается, водопровод больше работать не будет от слова “никогда” — и это большая проблема. Это сейчас любое корыто или бочку выставь — и к вечеру уже до краёв. Как только непогода пройдёт — воду в домах брать будет неоткуда. Пока никто не чешется — но как только распогодится… Я просто хотела убедиться, что вы в курсе, господин губернатор.

Последние слова прозвучали с легкой издёвкой.

— Спасибо за активную гражданскую позицию, Марго, — стараясь придать голосу побольше признательности, ответил ей я. — Честно говоря, хотел завтра именно тебя поставить на заготовку бамбуковых стволов для временных акведуков и доставку их в город. Тем более в кабинете тебе сидеть, как выяснилось, не обязательно… Но раз уж ты первая подняла вопрос — выбирай, на кого из своих свалить.

— Вот спасибо-то! — женщина показушно всплеснула руками… и тут же назвала имя. Так и знал, что не захочет добровольно взять на себя ответственность за такое неблагодарное дело. Влёт поняла, что если вода не пойдёт вовремя, я свалю вину именно на того, кто желобами и трубами занимается.

— Ещё что-нибудь хочешь обсудить? Нет? Ну и ладно.

Только когда моя экс-любовница ушла, я позволил себе расслабиться и выдохнуть. Как я про снабжение города водой не подумал?! И ведь из моих не подсказал никто. Едва не вляпался в это гуано обеими ногами: хорош губернатор! Так. Надо как-то по-быстрому разобраться с этим геморроем. Даже не знаю, с какой стороны подступиться… Точно, Кирби! Пусть картографирует мне верхушку горы с местами, откуда падают новые водопады. Надеюсь, циклон ещё не очень разошёлся…

* * *

— …Талик, погоди, — едва я успел отправить Кирби в полёт под начавший накрапывать дождь, меня остановила Звёздочка. — Ты не сказал, кого поставить ухаживать за Клином.

— Ухаживать? — мне показалось, что я ослышался. — Пусть сам за собой ухаживает.

— Без ног многое он просто не может сделать, — пожала плечами минотавра. — Опять же, он успел у меня затребовать бумаги, чернил, перьев, образцы дерева и его плотницкий инструмент. И пожрать. Что ему можно давать, а что нет?

“Без меня, что ли, такой простейший вопрос решить не можете?!” — первым моим побуждением было огрызнуться вслух. Но “они” в лице конкретных разумных действительно не могли. Просто потому что у меня нет начальника собственной безопасности, а при нём — главы службы исполнения наказаний. Причем у Гидеона, зуб даю, это всё было. Твою мать, во что ж я ввязался с этим губернаторством?

— Помнится, Полли у нас толком не получила наказание за свои художества? — решил я. — Пусть носит заключенному еду и обстирывает. Если у сатира что-то в мозгах переклинит и он попробует взять заложника — не жалко будет.

— Скорее, он её трахнуть попытается, — прямолинейно рубанула что думает моя жена.

— Не думаю, — я покрутил головой. — Этот урод ценит свои яйца превыше всего, и знает, что один проступок — и рука у меня не дрогнет. Вот сбежать, прикрываясь заложником — другое дело, есть шанс уйти от расплаты, может рискнуть.

— То есть инструмент по дереву Клину не давать, — сделала свой вывод из моих слов Звёздочка.

— Наоборот, — я попытался объяснить свою позицию. — Что он без ног может сделать с лезвием от рубанка или стамеской? Разве что метнуть…

Так, а вот эта перспектива мне что-то не нравится. Понятно, что после удачного броска калека жить будет плохо и недолго. Но это плохое утешение для поймавшего напильник глазницей!

— …Так что, пожалуй, надо будет инструмент за рукояти цепями к чему-то тяжёлому приделать. Спасибо за идею! Сделаешь, радость моя?

— Конечно, — ласково улыбнулась мне. — Займусь.

Фу-ух. С этим разобрались. А то уже начинает казаться, что меня мелкими, но важными решениями сейчас с головой засыпет…

— Мня-у нужен запас капсул для трубки! Почему у всех есть, а у меня-у нет?!

Да чтоб тебя.

— Мудрослав, — я остановился перед котом, пробравшимся в мой кабинет. Подумал — и сел на пол, поджав ноги, чтобы наши головы оказались на одном уровне. — Мы тебе не выделили запас переработанного ебонита только потому, что ты не сможешь им полноценно воспользоваться. Всё равно кого-то придётся просить помочь — у тебя ведь лапки. А если просить — то и трубку тебе заправит помощник из своих запасов.

— Пхфв! — самое близкое описание к выданному мне набору звуков и мимики было бы “возмущённо подавился”. — Ты правда не понимаешь, что ли? “Даст из своих запасов” и “моё” — это же совсем разные вещи!

А я думал, что прямо сегодня начну модификацией приводов в двигатели заниматься… Наивный.

— Мой пушистый друг, помнишь ли ты, что в последний раз случилось с твоим “моё”, которым ты не мог толком воспользоваться? — вкрадчиво спросил сфинкса я.

— Это было печальное стечение обстоятельств, которые больше не повторятся, — быстро проговорил кот, стегнув самого себя по боку хвостом. — И вообще, хватит уводить разговор!

— Тогда прямо скажи, зачем тебе нужен неподконтрольный учёту запас маны, — глядя глаза в глаза надавил я.

Хвост у собеседника ещё сильнее задёргался.

— Наверное потому, что у меня вообще нет ничего своего? Ну, если мою корзину с матрасом и ошейник не считать. Я за любым вопросом обращаюсь или к тебе, или к твоим супругам, Талик. Это… унизительно! Вот. Понимаю, что сам виноват в своих бедах. И что согласился на твои условия добровольно — слишком уж альтернативы не радужными были. Заслужил, должен терпеть. Но хоть чуточку свободы мне дай!

Та-ак.

— Мудрослав, — я склонил голову к левому плечу и стал смотреть в глаза коту. Пока он не стал отводить взгляд — только тогда заговорил. — Ты меня за идиота держишь, и всех остальных в моей семье заодно?

— Эм-мя? — вот теперь пришедший поныть сфинкс реально напрягся.

— Ты думаешь, я вашей кошачьей физиологии не знаю? — я немного, сколько получилось не вставая, надвинулся на него. — Все эти почесухи, которые ты вытребовал и каждый день получаешь — ничто иное, как обновление запаховых меток собственности. Только не смей мне врать, что это всё инстинкты и ты знать не знаешь, как они работают!

— Ну… технически… ты как бы прав… — заюлил четвероногий собеседник.

— Прав-прав, — перебил его я. — Моя семья и я сам — твои. Ты так решил, а мы — согласились. Собственности у него нет… Всё, чем владеет моя семья — в том числе и твоё совместное владение. Мало, а?

Сфинкс, который до этого сидел по-кошачьи, на задних лапах — так и плюхнулся на задницу.

— И кто я в твоей, в смысле, в нашей семье? — немного подумав, спросил он меня. — Вот ты муж своих жён, жёны — твои супруги. Дети, когда родятся, тоже понятно. А я?

— А ты — кот нашей семьи, — я демонстративно постучал костяшками пальцев по собственному лбу. И хмыкнул, кое-что вспомнив. — Между прочим, там, где я родился и вырос, некоторые на полном серьёзе признают котов за главных в своих семьях. А уж про то, что у человека кот частенько появляется гораздо раньше мужа или жены, участвует в одобрении жениха или невесты — и говорить не стоит. Например, если девушка ставит ультиматум: “или я, или кот” — мужчина обычно выбирает кота.

Что-то меня совсем понесло. С другой стороны — и не соврал ведь.

— Если я — часть семьи, то почему только изредка на вопросы отвечаю, и ни в чём не участвую, как будто чужой? — меж тем переварил-таки моё словоизлияние Мудрослав.

— Мне казалось, что тебе больше нравится валяться в корзине и спать целыми днями, — искренне признался я. — Буду признателен, если ты решишь мне помогать в делах. Или возьмёшь на себя часть.

Договорить мне не дала открывшаяся дверь.

— Зарисовки вершины Чаши по кругу, — насквозь промокшая Кирби вручила мне стопку привычно фотографически-точных эскизов. Вот бумага была сухая, уберегла.

— Я же тебе сказал заканчивать сразу, как только по-серьёзному ливанёт! — гарпия чуть ёжилась, и я прекрасно понимал, насколько она замёрзла. Вот дурочка! — Так, бумаги на стол и пошли в баню! Не хватало только, чтобы тебя простуда свалила!

…В кабинет я вернулся спустя три часа. Рабочий день уже закончился, но столь героически добытый материал надо было хотя бы просмотреть. Как оказалось, Мудрослав сделал это за меня, аккуратно разворошив стопку и распределив зарисовки по столу. И лапки не помешали. Первое, что он мне сказал, когда увидел, стало:

— Ты в курсе, что у временных желобов из бамбука не хватит пропускной способности и для личных нужд владельцев домов, и для полива?

Да твою ж ма-ать.

Глава 4 без правок

Я приклеил последний лист бумаги на стену, воткнул в него булавку. Отошел, на пару шагов, охватывая стену целиком, демонстративно отряхивая руки.

— Что скажете, судари и сударыни?

— Пойду повешусь, что ли, — с ядовитым сарказмом ответила Марго. — Я и понятия не имела, что на мне так много висит!

— Вот теперь мы как раз можем снять с тебя и перераспределить некоторые задачи, — Шона, по новой привычке поглаживала свой выпуклый животик. Она оглядела получившийся… гм, информационный объект и благосклонно вынесла свой вердикт. — Отличная идея, дорогой! Теперь все куда понятнее и проще стало.

Бывшее хранилище музея губернаторской славы, разграбленное, разумеется, до последней нитки, стало вместилищем выполненной из бумаги и веревочек частично трехмерной схемы. Выглядела попытка создать базу данных на аналоговых носителях на зависть самым крутым реквизиторам Голивуда. Я назвал это “Система управления проектом “Остров”

— Понятнее? Серьезно? — Уля подняла одну бровь. — Паутина какая-то.

— Все, что сделано похожим на паутину, по умолчанию лучше и понятнее! — авторитетно отбила наезд Лана. Она свой живот не поглаживала, но привыкла складывать на нем руки.

— Я вообще не понимаю, зачем вам эти примитивные ухищрения, — тряхнул ухом Мудрослав, собрав на себе взгляды всей семьи и приглашенных на презентацию Марго. — Неужели так сложно просто запомнить и не маяться дурью?

— Я передумала, пусть лучше будет паутина, чем мозги в трубочку скручивать! — Танцующая-с-листьями возвела очи горе и картинно надула губки.

Звёздочка все это время молчала, вглядываясь в записи и соединяющие их нити, иногда беззвучно проговаривая написанное.

— Может, тогда пусть Мудрик место губернатора займет? — наконец высказалась минотавра. — Ну, раз уж он действительно все это в голове удержать может. А Талик моторами займется, к которым уже вторые сутки никак приступить не может.

Неожиданное предложение. И… рациональное.

— Нет!!! — видимо, мое выражение лица поменялось на задумчивое, что и вызвало бурную реакцию. Причем выкрикнули одновременно Уля, Лана… и сам сфинкс!

— Не смей меня так называть, ты, рогатая! — добавил встопорщивший шерсть на загривке кот.

— Можем сократить до “Рик”, — мгновенно “подсказала” вервольф.

— Не. Надо. Меня. Сокращать, — с заметным усилием пригладил свой мех Мудрослав. — Заранее спасибо за понимание.

Уля в ответ фыркнула, правда, масло в огонь подливать больше не стала.

— Все всё сказали, что хотели? — на всякий случай переспросил я. — Теперь давайте вместе попытаемся сократить круг первостепенных задач до принципиально выполнимого. Начнем с вопроса обеспечения жильем после сезона дождей…

* * *

Не знаю, как там Мудрослав хотел все запомнить. Лично у меня работы над списком самых важных для жизни на Чаше задач заняли целые сутки. И еще половину дня пришлось убить на обсуждения их решений. Голова моя, по ощущениям, сейчас напоминала этакое ведро. Залитое информацией до краев и еще чуть-чуть поверх. Словно к экзамену готовился в последнюю ночь перед сдачей и умудрился повторить каждый билет. К слову сказать, сфинкс увязался за мной, когда мы, наконец, закончили.

— Полезная штука эта твоя комната с бумажками веревочками, — признался кот после пары минут молчания. — Помогает разложить все по полочкам. Знал бы я о таком способе раньше…

Тут мой собеседник запнулся и не стал продолжать. Но я понял, о чем он.

— Я не думаю, что ты плохо справлялся с объединением племен, — мягко проговорил я ему. — Из своего опыта скажу, что именно у хороших управленцев отбирают результаты их работы. Тебя ограбили и унизили не потому, что был плох, а потому за твоей спиной не оказалось верных разумных. Семьи. Единомышленников. Понимаешь? Именно поэтому я бы поддержал предложение Звездочки, если бы ты сам не высказался против.

— Что?! — сфинкс аж затормозил всеми четырьмя лапами об пол.

— Как думаешь, у кого больше шансов успешно укрепиться на острове и ничего не запороть: у авантюриста, много лет бегавшего с мечом, совершая всяческие “геройства”, или у существа, три сотни лет занимающегося решением проблем на землях десятка не самых мирных племен? Только по-честному.

Вслух владелец роскошных кисточек на ушах ничего не ответил, но все и так было написано на его усатой морде.

— Я тебя понимаю. Взять реванш после такого обидного провала, доказать самому себе: могу! — за собеседника медленно проговорил я, отслеживая реакцию. — Вновь увидеть восторженные взгляды множества глаз…

У кота на последних моих словах предательски дрогнули лапы. Ага, так вот чего он по-настоящему хочет!

— …Люди собираются в семью в том числе и потому, что некоторых целей можно достичь только вместе. А еще множество других, попроще — в составе семьи получится добиться гораздо быстрее! Видишь, мне пришлось все бросить и попереться на юг искать пропавшую пассию друга. Где бы я был сейчас, если бы мои жены мне не помогли, не разделили тяготы путешествия? Поддерживая друг друга, действуя заодно — смотри как далеко мы зашли! И для этого, конечно, приходилось жертвовать некоторым своими желаниями и удобствами, отказываться от чего-то… Так что если ты действительно хочешь стать губернатором…

— Ты вот так запросто отдашь мне полноту власти над Чашей? Которую сам захватил и объявил своей? — Мудрослав сел и сощурился, глядя на меня. По его усам так и читалось “вопрос с подвохом!”

М-да.

— Ты сейчас сделал ошибку, когда описывал ситуацию, — чуть выпустил улыбку на губы я. — Совершенно незначительную для постороннего разумного, но огромную для семьянина.

В эту игру можно играть вдвоем! Мы еще некоторое время переглядывались, пока до сфинкса не начало доходить, что я серьезно его спросил. А ответ он-то и не знает. Но не стал тянуть, дожидаясь “потери лица” соратника.

— Я захватил остров не для себя. Для нас. Это наша Чаша, твоя, моя, моих супруг и еще не родившихся детей. Так что абсолютно все равно, кто станет губером, лишь бы он был свой.

Так, стоп. Что-то в этой фразе не то…

— Вернее, все равно с точки зрения владения островом, — поправился я. — А вот для эффективности управления на стуле самого большого начальника все-так желательно утвердить задницу действительно хорошего руководителя. Я ответил на твой вопрос?

— Я понял, что ты хотел до меня донести, — теперь сфинкс выглядел предельно серьезно. — Знаешь, наверное, даже хорошо, что я все равно не могу согласится на твое предложение. Огромный соблазн сразу занять место правителя, которым я себя мечтал увидеть над окрестными племенами скверных в том лесу… Но раз я даже там умудрился напортачить — со всем своим опытом! — лучше останусь твоим советником. В конце концов, чтобы руко-водить нужны руки — а у меня, как видишь, лапки.

— Очень смешно, — я не удержался и фыркнул.

— На самом деле просто не хочу остаться без головы, которую мне обязательно оторвет за попытку посягнуть на статус её мужчины беременный оборотень.

— Так, стоп, — я вытянул перед собой руку с раскрытой ладонью. — Что-о?!

* * *

В качестве еды “на перекусить” в моем кабинете валялось с десяток коксовых орехов — специфика местности. Один я аккуратно рассек артефактным клинком и половинку с молоком подвинул сфинксу. Сам взял вторую и принялся доставать мякоть ложкой, не чувствуя вкуса.

— Мы ведь не просто так зовемся монстро-разумными, — Мудрослав умудрялся лакать и говорить одновременно, и не спрашивайте меня, как. — Часть нас — от дикого зверя… гм, или еще от чего, вплоть до дерева. По большей части она подчиняется разуму, слушает его. Но в некоторых ситуация повышает голос, и этого никак не побороть. Или когда разум молчит.

Кот сделал паузу многозначительно облизать усы.

— Вот, например, тело твоей жены-ламии предпочло принять твое семя, посчитав это действие более безопасным повторению вашей, эгхм, оргии. А вот инстинкты дорогумо сработали в тот момент, когда она убедилась, что ты её действительно любишь и полностью доверилась.

— Теперь понятно, — сдержано кивнул я. Наконец-то сфинкс сделал что-то из того, ради чего я его вытащил из лесу. Объяснил хоть немного про деторождение у разных рас разумных.

— С оборотнями все проще и сложнее одновременно, — продолжил мой советник. — У этих существ очень силен территориальный инстинкт. И не просто так: мясо критически важно, чтобы раненый перевертыш быстро вернулся в норму. И стократ важно, когда речь идет о потомстве — ведь мать надолго потеряет возможность покидать логово без детей. А с детьми — как добычу ловить? Только на отца и надежда — то есть нужна большая подконтрольная территория, способная прокормить приросшую семью. Своя территория, которую ни с кем не придется делить. А если все же придется — земли должно быть кратно больше.

— Ох ты ж ма-ать… — я приложил руку ко лбу. — Я ведь вслух заявил права на Край света. То-то Уля ко мне так часто тогда… Ё ж маё!

— И остров тоже объявил, — пушистую заразу явно веселила ситуация, но сфинкс, надо отдать ему должное, старался этого не показывать. — И тут вдруг кто-то предлагает понизить статус отца её будущих детей. Слышал, как она орала “нет!”?

— По-моему, Уля вполне держала себя в руках, — припомнил я.

— Сейчас — да, — кивнул Мудрослав. — А вот когда животик округлится и гормоны в голову ударят… Кстати, не думай, что тебя нечто подобное, только у каждой на свой лад, прямо сейчас с ламией и дорогумо не ждет.

А вот теперь точно “твою мать”.

— Не мог раньше сказать? — только и спросил я, поднеся ладони к лицу.

— …Хотел понемногу информацию выдавать… или не выдавать, если что-то не так пойдет, — помолчав, все-таки признался кот. — Но ты доходчиво объяснил мне, что такое семья. Спасибо. И спасибо, что приняли меня.

Мы помолчали. Советник допил свое молоко, я не заметил, как доел половинку кокоса — так погрузился в свои мысли.

— Кстати, раз уж разговор зашел, — отвлек меня от напряженного шевеления извилинами Мудрослав. — Если в честь принятия в семью ты с каждой женой символически скрепил брак браслетом, то приняв меня — не должен ли надеть и сам ошейник? Что? Я просто предположил. Аналогия. Талик, ты помнишь, что я все еще твой советник и средоточие мудрости? И зачем снимаешь с ноги сапог?!

Глава 5

Что только не сделаешь, чтобы в семье царили мир и благополучие. Вроде и занят без свободной минуты, и сроки поджимают, и за что хвататься — не знаешь. Но стоит понять, что семейной жизни грозят проблемы — как сразу и время находится, и воля на все плюнуть и заняться самым важным. Надо только не забывать, что подвиг вроде постройки первого в мире самолёта с нуля за сутки — не так уж часто требуется. А вот решить вроде как мелкие проблемы, создающие каждая свое небольшое неудобство — регулярно. Хотя бы потому, что мелочь для тебя для кого другого серьезно ухудшает качество жизни и расшатывает нервы. Эх, все-таки Мудрослав действительно мудр, надо признать. Знал бы я это простое правило раньше…

— И вот как я умудрился сразу не понять, что у “Скромного приюта” независимый водопровод? — уже в который раз ругнул я себя, основательно заколебавшись складывать из пластинок магических накопителей батарею в форме пустотелой пирамиды без одной стенки. С одной стороны, вроде детское занятие, этакий конструктор. С другой — вот тряхнет Чашу, и криво сложенная фигура мало того, что рассыплется, так еще и ценнейший ресурс частично уйдет в осколки! И ведь не склеить толком — иначе потом еще больше задолбаешься разбирать эту временную конструкцию.

— Ты бы мог спихнуть запуск насоса на Сеню, — заметила Уяна, занося еще партию пластин. Сразу много по узким сервисным лестницам в скале было не поднять. — Губернатор, как-никак.

— Нет уж, пусть с жидким топливом возится, не отвлекаясь, — покачал головой я. — И вообще, знаешь поговорку? “Хочешь сделать сразу хорошо? Делай сам!”

В конце концов у меня получилось собрать примерно то, что я задумывал. В одной половине комнаты с бассейном-резервуаром, выдолбленном в камне, на энерговоде получился хороший такой накопитель, а с другой стороны — на данный момент обезманенный техно-магический механизм. Забив свою трубку-носогрейку шариком “курительной” смеси, я сунул руку внутрь пирамиды из плоских кристаллов: для этого и был оставлен проем. Активация!

Заряд послушно вспыхнул, разгоняя тугую волну маны — и почти всю энергию “поймали” пластины, только малая часть досталась мне. Сработало! Теперь вытащить палку из поплавкового выключателя — механизм один в один как в земном унитазе, только перекрывает не воду, а разрывает энерголинию. О, сразу загудел!

— Нужно еще раз проверить подводящие трубы, — логично рассудила Дипперстоун, когда мы не дождались ни капли и через пять минут, и через десять.

— Боюсь, дело не в этом, — я скривился, с трудом вспоминая школьную физику. Что-то там такое… А! — Насосы поверхностного типа не могут поднять воду выше высоты водяного столба. Десять с чем-то метров по вертикали — и трындец. Проклятье! Да что я тебе-то рассказываю: гномы наверняка лучше всех про проблемы откачки воды в курсе…

— И что будешь делать? — с любопытством поинтересовалась представительница низкорослого народа.

— Что-что… каскад. Придется как-то вмастрячивать промежуточный насос, который еще надо сделать из привода. И аккумулятор разделить на два, — я с ненавистью посмотрел на только-только законченную и заряженную пирамиду. — С работами по камню рассчитываю на тебя.

Уяна подошла и молча похлопала меня по плечу.

Прорвемся.

Конечно, прорвемся.

* * *

— Любимый, это просто великолепно! — Шона растянулась во всю свою длину и млела. — Я правда сколько угодно могу тут плескаться?

— Правда, правда, — улыбнулся я, украдкой разглядывая свои руки. Въевшуюся каменную пыль и смазку для механики мне до конца оттереть так и не удалось.

“Ванная комната” прошлого владельца “Скромного приюта” включала в себя бассейн с теплой водой этак пятнадцать на пятнадцать. Со стороны кратера и внутреннего озера супер-ванна выходила прямо на террасу, позволяя любоваться красотами природы. Да, котельную мне тоже пришлось перезапускать после восстановления подачи воды. Благо тепловая установка работала все-таки на дровах, а не как у меня в замке от Источника. Хоть где-то приятно обойти губера-мажора. Хоть и глупо меряться.

— Тогда еще немного полежу-у… А потом сразу работать! У-а-ак…

То, что ламии живут на каменистых островах посреди болот — я по лору игры помнил. А вот то, что у них там и собственные горячие источники есть природные на манер японских — то ли не знал,то ли позабыл. Беременные змейки в последнюю треть срока стараются из теплой воды не вылезать. Особенности анатомии помноженные на природную любовь поплавать. Вовремя мне Мудрослав подсказал, что делать. И два убитых дня на восстановление водоподачи не жалко. А теперь надо проверит дорогумо.

— Лана, солнышко, ты как тут устроилась? — паучихе, согласно наставлениям сфинкса, для психологического кондиционирования, требовалась темная комната без окон. И с высоким потолком.

— Вот, думаю, как протягивать опорные канаты, — голос сверху, из темноты, заставил меня задрать голову. — Тут ничего так. Дом… напоминает.

— Сложные чувства, да? — глаза привыкли к темноте и я разглядел, как устроилась супруга. С комфортом: наполовину на стене, наполовину цепляясь за потолок и вниз головой. И никаких проблем с приливом крови.

— Хотела бы я забыть Пещеры как плохой сон, — она кивнула. — Но маленькой здесь и правда будет хорошо.

— Тем более, это наше личное подземелье, — напомнил я. — Темноэльфийским порядкам сюда ходу нет и не будет никогда.

— Ну не знаю, — хмыкнул супруга, и я даже не сразу понял, что она все-таки шутит. — В последние дни я примерно тем же занимаюсь, чем в гильдейской таверне после того, как меня все-таки допустили до плиты.

— Мудрослав составил график дежурств поваров — не удержался от смешка я. — Лично, сама понимаешь, контролирует качество блюд.

Решение заставить всех жителей острова, кроме плантаторов, временно переехать в губернаторскую виллу, где мне удалось починить водоподачу и работало все остальное, уже десять раз себя оправдало. Учитывая размеры “Скромного приюта” — все разместились с комфортом, и пропала необходимость налаживать водоподачу в авральном порядке. Опять же, и с вопросами питания сразу легче стало, и с многим другим.

— Кстати, что там за история с нашим котиком, — уже другим, веселым и любопытным голосом спросила меня Безродная. — Говорят, ты его в сапогах на задних лапах сегодня целый день заставил ходить?!

Во слухи-то расходятся.

— Ничего не заставил, он сам предложил. Все согласно культурно-историческим традициям моей Родины!

* * *

Неожиданно пришлось постараться, чтобы отыскать Шелковицу. Её видели там, тут она работала с садовыми деревьями губернаторского сада, успела смотаться на посадку строевой древесины по запросу Клина и вернуться. Наконец розыски привели меня назад на верхний этаж виллы, только в противоположной стороне от присвоенных мною ВИП-помещений губернатора. Именно тут можно было выбраться на кромку кальдеры, одну из самых высоких точек Чаши.

Ветер тут дул такой, что приходилось постоянно держаться за страховочный леер, вбитый в тело вулканической скалы еще предыдущими хозяевами. Очередная буря выдыхалась, потому смывающие все и вся, отчаянно хлещущие потоки дождя сменились смачными мокрыми пощечинами, то и дело отвешиваемыми рискнувшему выбраться сюда самим Небом. Бодрящая прогулка — вместо десяти чашек кофе разом, ну, вы поняли.

Но Шел, кажется, искренне наслаждалась непогодой. Её зеленые волосы трепало флагом, но саму айруни ветру и дождю с места сдвинуть было не по силам. Словно она приросла прямо к камню. Она то и дело бросала взгляд то на воды озера внизу, то на море.

— Любуешься видами? — я подумал и все-таки решил побеспокоить жену. — Пейзаж и правда потрясающий.

— С тех пор, как нашла это место, меня сюда временами тянет, — пришлось повернуться против ветра и прижаться друг к другу, чтобы нормально слышать ответы. — Сама не очень понимаю, почему…

— Мудрослав ничего не смог сказать про дриад, — чуть подумав, не стал юлить. — Ни как лучше устроить место для последних месяцев беременности, ни про сами роды. Ясно уже, что места лучше резиденции губернатора нам окрест не найти. Если что-то нужно или даже просто хочется — сейчас самое время этим озаботится!

— Если б я еще сама знала, — мило поморщившись, чуть прикусила губу айруни. — Раньше мне казалось, что соседки по южногорному саду передали мне все нужные знания. Так и было до того, как мы вместе создали новую жизнь и я ушла в трансформацию. Теперь для меня самой больше вопросов, чем ответов! Пожалуй, кровати под крышей предпочту небо и землю — но и только. Одно чувствую точно: мана будет совсем не лишней. Но благодаря тебе у меня есть это.

Шел показала мне трубку-носогрейку.

— Получается, мы — готовы, — ух, прямо гора с плеч!

— Готовы, — эхом отозвалась дриада, прижимаясь ко мне.

Даже не знаю, сколько мы так вместе еще простояли. Одно из тех самых воспоминаний, что остается с человеком до самого смертного одра…

* * *

…Со следующего дня погода постепенно начала исправляться. Окончание зимы приближалось, что означало, что кто-то обязательно сунется проверить, что же происходит на острове. Увидев в подзорную трубу не руины верхушки стратовулкана, а почти не разрушенную Чашу, любой пират обязательно возжелает заглянуть в гости. И ладно только это: слухи тут же перепрыгнут через Южный океан и достигнут Ойкумены. Без гавани и работающих Источников стратегическое значение Чаши довольно сомнительное — потому даже боги не знают, что взбредет в головы чиновникам Электры и функционерам Синдиката Светлых земель. Техномагические пушечные батареи тут мне бы совсем не помешали. Хотя бы одна, для начала.

А мне ведь еще надо успевать экраноплан строить. Сунан сама себя не спасет. И еще б весточку о себе кинуть Истребителям и в замок. Как там Вазира-то без нас? Хотя, может, даже и хорошо: наконец-то никто не мешает книжки читать и самообразовываться…