Обложка книги Ужасный век. Том I12+
Роман

Ужасный век. Том I

0.00 оценок 0 отзывов12+

Двадцать лет назад завершилась великая война, но её эхо не смолкло. Победившее королевство истощено 40-летней бойней и живёт памятью о славном прошлом. Послевоенному поколению нелегко под флагами отцов-героев.

Сейчас было хорошо — именно в том, о чём Ирма простодушно молилась перед рассветом.

О книге

Двадцать лет назад завершилась великая война, но её эхо не смолкло. Победившее королевство истощено 40-летней бойней и живёт памятью о славном прошлом. Послевоенному поколению нелегко под флагами отцов-героев. Проигравшие извлекли уроки из поражения: их государство стремительно модернизируется, в обществе зреет реваншизм. А кое-кто из ветеранов воюет за деньги далеко от дома... Мир вошёл в эпоху перемен. Феодализм и рыцарство ещё сильны, но отживают своё: наступают новые веяния в политике, экономике, обществе и войне. Старые счёты не сведены — и новые конфликты неизбежны. Между тем этот мир — в руках не только людей. Высшие силы, о которых единицы имеют правильное представление, также действуют. И их отношения тоже непросты. Ужасный век продолжается. Примечания автора: Перед вами — первый том трилогии. Нет, "опухания томов" тут не будет: цикл достаточно детально спланирован, а его автор слишком исстрадался в своё время, ожидая новых книг сами-знаете-каких писателей. Местный мир примерно соответствует началу XVI века. Автор — историк со специализацией на этой эпохе, не чуждый реконструкции и фехтования, так что стоит ожидать известного уровня реализма. Однако не забывайте: это всё-таки фэнтези, а не исторический роман. В "Ужасном веке" нет фантастических рас и сказочных тварей, а магии очень мало. Напомнит произведения Джорджа Мартина, Джо Аберкромби или Веры Камши, например. Автор обложки — Emily Artist, карты — Пётр Кузнеченко. Иллюстраторы — Александр Мокин (светлая память) и Владимир Григорьев.

Читать фрагмент

Читать ещё

Пролог. Дни прошлогоГорри осторожно, стараясь не потревожить рану, присел у костра. Боль в последние дни ослабла, но воина это совсем не радовало. Рана очень дурная. Облегчение — просто признак приближения смерти.На сегодня сил идти уже не было: ни у Горри, ни у Навчин. Девушка пыталась скрывать усталость, однако Горри прекрасно видел, насколько ей тяжело.Костёр едва горел и почти не мог согреть. Повсюду, куда ни глянь — только тундра. До сокрытого холодной дымкой горизонта, и глазу зацепиться вообще не за что. Пожухлая от холода трава, мох на камнях да редкие карликовые деревца-кустики. Костёр сложить почти не из чего, а ведь было холодно.Но недостаточно холодно.Смерть от мороза — лёгкая. Люди просто засыпают и больше не просыпаются. Но сейчас мороза, способного убить быстро, не было. Только мерзкий холодок, высасывающий последние силы — однако неспособный отправить милосердие.— Болит?…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.