Увеселительная История III: Забвение
Пролог
Рассветало. На руины разрушенного поселения навеивал морской бриз. Заброшенные серые панельные домики возвышались на берегу водной глади. Полностью опустошённый посёлок-призрак застыл в тишине. Лишь подувающий с моря ветерок создавал отдалённый гул внутри пустых и тёмных многоэтажек. Останки цивилизации, разбросанные повсюду в виде всяческого хлама, покоились на месте. Вокруг не было ни одной живой души, только тихие волны с каждым с каждым новым приливом устремлялись в опустошённые дворы меж разваленных кирпичных домиков. Все дорожки и тротуары заросли странными водорослями, всех их замело мокрым песком.
Всё это походило на такую разруху, что, казалось, вот-вот рухнет. Но вместо этого здания лишь понемногу осыпались, всё так же продолжая стоять безжизненными изваяниями. Издалека было видно, как все эти домики подкосились и подбоченились друг к другу, так и застыв в одном положении. Тихий и заброшенный посёлок периодически обдувался ветром с моря и попадал под морские ливни. Так и сейчас над ним неслись и нависали низкие, по-осеннему клочковатые и полные влаги облака. Море начало штормить, а где-то вдалеке прогремел раскат грома.
На одной из разрушенных пятиэтажек стояла высокая человеческая фигура, устремившая свой взор к горизонту, где морю не было видно ни конца, ни края. Стоящий на крыше силуэт был одет в длинные белые одеяния, которые так же, как и короткие седые волосы развивались на ветру. Несмотря на седину, лицо у этого человека было как у молодого юноши, с приятными чертами и преспокойным выражением. Лишь слабая улыбка застыла на его лике, не передавая больше никаких эмоций. Его бездонные чёрные глаза смиренно наблюдали за уже начинающей волноваться водной гладью. Он внимательно рассматривал тёмную пучину моря, словно пытаясь что-то там обнаружить. Увы, безуспешно.
Овеянный холодными порывами ветра, этот мужчины скрестил руки за спиной и продолжал стоять на самом карнизе крыши здания, возвышаясь над бушующим простором. Несмотря на начинающийся шторм, его величавая беспечность создавала чувство умиротворения и покоя. Продолжая лениво водить глазами по морю, взгляд мужчины вдруг остановился, словно она увидел то, что так долго и усердно выискивал. Медленно на его лице расползлась широкая и довольная улыбка. Теперь Судьба наблюдала с ещё большим интересом.
Глава 1: Начало Конца
Алина проснулась от звона будильника, и, отключив его, ещё какое-то время сидела на кровати в прострации. С кухни до неё донеслась так ею желанная реплика «Чай уже на столе» и лениво потянувшись, девушка всё же нашла в себе силы встать. На кухне её действительно ждала кружка горячего чая, приготовленного специально для неё. Алина села на маленький диванчик и принялась тихонько дуть на чай, сгоняя с него небольшой пар. Однако, лицо девушки было подавленным.
«Школа…» - пронеслось вдруг у неё в голове, от чего делалось так тоскливо т неприятно. Тоска была обусловлена из-за быстро минувшего лета, и теперь юную особу ждала школьная пора, которая, судя по всему, никогда не закончится… Алина, достаточно подув на чай, сделала сразу большой глоток и исказилась в лице от удивления.
- Сахар… - скрипучим голосом произнесла девушка, и уставилась на свою младшую сестру Ветвь, быстро доевшую свой завтрак, и хихикнув, сбежавшую в комнату. – В стране дефицит, а она пол кило насыпала.
Смирившись с утраченным чаем, Алина приняла факт того, что это сентябрьское утро безнадёжно испорчено, как в целом был испорчен весь предшествующий отдых летом, ведь девушка за все три месяца каникул так никуда и не съездила, проведя их дома достаточно скудно, всего один раз выбравшись на одну полноценную прогулку в лес. Тут-то она и вспомнила, как ей сегодня ночью снилось море. Вспоминая странноватый сон, у Алины на лице повисла мина пессимизма: «Ну вот, теперь собственный мозг издевается надо мной. И почему мир так жесток?» С этим затаившимся в душе недовольством продолжилось утро девушки.
Посмотрев на часы, Алина увидела, что уже слегка задерживается. «С кем не бывает, эти двое поймут меня» - подумала девушка, соизволив встать с диванчика и начав собираться. Только войдя в кабину лифта и глянув в разбитое зеркало, неумело склеенное чёрной изолентой, Алина заприметила помятое и не выспавшееся лицо.
- О! Да это же моё. – Проворчала себе под нос девушка, с мыслью о том, что этот понедельник не сулит ничего хорошего, а начало учебного года – так точно.
Одна из проблем уже ждала её на первом этаже в подъезде. Выйдя из лифта, Алина увидела стоявшего к ней спиной Кирилла, с кем-то усердно спорившего:
- Да ни черта я не понимаю, что ты там лопочешь! Выражайся понятнее, пора бы уже научиться… О, доброе утро, Алин. – Поприветствовал Кирилл подошедшую Алину, в то время как из-за его спины выглянула ещё одна, точно такая же голова и радостно воскликнула:
- おはよう！(Доброе утро!)
- Ага… - промычала Алина, уныло глядя на двух одинаковых близнецов Кириллов.
Одного из них она знала ещё с 10-го класса, другой же попал к ним в 11 класс только год назад – так называемый Кирилл-0, с придурковатой японской внешностью. Алина уже успела привыкнуть к этим двоим и воспринимала их как кровных братьев, хотя сам Кирилл не признавал их родственную связь, заверяя, что у него никогда не было никаких братьев, а этот японец вообще хрен пойми кто, появившийся из ниоткуда и поселившийся у него. Но всё же одно не давало покоя Алине – с появлением в её жизни Кирилл-0, его брат Кирилл словно переменился, его характер стал гораздо более угрюмым и апатичным, в то время, как Кирилл-0 сочетал в себе всё то, что тот утратил. Такая перемена в Кирилле походила на то, словно его личность разделили, а часть поместили в новоиспечённого брата близнеца, который, в свою очередь, был чересчур наивным и заносчивым. Но никто из этих двоих не был для неё человеком, которого она знала раньше. Это наложило свой отпечаток на её ранимую душу.
- Какой Охаё?! – рявкнул Кирилл, при этом ударив Кирилл-0 не пойми, откуда взявшимся русско-японским словарём.
- 手を離さないでください！ これは非倫理的です！(Не распускай руки! Это неэтично!)
- Неэтично, это заставлять меня учить твой грёбанный японский с нуля! А ты и пару фраз запомнить не можешь, дырявая башка! – недовольно проворчал Кирилл и направился на улицу.
- 私は何か間違ったことをしましたか？ (Я что-то сделал не так?) – спросил, недоумевая Кирилл-0, обращаясь к Алине, но та лишь уныло выдохнула и поплелась вслед за Кириллом.
«Неужели мне опять придётся их терпеть? – задумалась девушка, пока шла вместе с Кириллами. – Это же получается в два раза больше проблем…» И ведь действительно, если раньше прогулки Кирилла и Алины до и после школы можно было представить, как нечто романтичное и у девушки уже начинала зарождаться «девичья и греховная любовь», то после той злополучной аварии всё изменилось. Видимо Кирилла просто переехало пополам, и теперь дорога по пути в школу вместе с ними походила больше на пытку, которую хотелось поскорее закончить. Эти двое не затыкались ни на минуту, что в целом не было свойственно Кириллу. Однако когда они вместе их мысли так и проецируются вслух друг на друга, из-за чего между ними постоянно возникают недопонимания и выяснения отношений. Так и сейчас, двое Кириллов спорили о каких-то пустяках, хоть в этом и не было смысла:
- Ты хоть понимаешь, что ты не можешь просто брать и навязываться к каждой проходящей мимо тебя женщине? Что ты о себе возомнил?!
- 私は自分自身を助けることができない、私はここで女性の美しさに抵抗することはできません。.. (Я ничего не могу с собой поделать, я не могу устоять перед красотой здешних женщин...) - мечтательно пролепетал в ответ Кирилл-0.
- Перед той старушкой на переходе ты тоже не устоял, грёбанный извращенец!? – кричал на всю улицу Кирилл, закипая от возмущения.
- 彼女は私の助けが必要だった！そして、誰も精神的な美しさを排除しません。.. (Она нуждалась в моей помощи! И никто не исключает духовную красоту...) – с умным видом ответил Кирилл-0, обратив взор вдаль.
- Пф… Показушник… Это сути дела не меняет. Ты как ловелас своими узкими глазёнками пытаешься заигрывать с каждой встречной, причём подходя и нашёптывая им что-то на ухо на своём забугорском. Ты думаешь, тебя здесь хоть кто-то кроме меня понимает?
-私は彼らが私に与えた挨拶を返し、私の感謝をささやく。(Я отвечаю тем же приветствием, которое они мне дарят, и шепчу свою благодарность.) – насупился Кирилл-0 и вскинул свой указательный палец прямо к носу, покрасневшего от негодования Кирилла.
- Бабник… - буркнул тот, - только и делаешь, что позоришь моё имя… и лицо тоже… - после этого он замолк, нахмурившись и засунув руки в карманы, а Кирилл-0 завидя это, лучезарно улыбнулся и звонко воскликнул:
- Ha-ha… Baka! – и после этого они вновь начали спорить, а Алина лишь отстранённо наблюдала за этим сзади до самой школы.
Но и в школе покоя не наступало, что весьма странно: с самого начала учебного года в ней было не многолюдно. В фойе первого этажа, где обычно не протолкнуться, почти никого не было, коридоры пустовали, а из кабинетов доносились слабые и немногочисленные голоса. Именно это и напрягало Алину, ведь такое затишье с утра пораньше не предвещало ничего хорошего.
Поначалу учебный день не отличался ничем особенным: уроки проходили своим чередом, на перемене все в классе заваривали себе чай. И вот, на одном из таких чаепитий между занятиями, Алина сидела за партой вместе с Витей, Ильёй и неподражаемой Софией, и не особо вслушиваясь в их разговор, невзначай проронила вопрос, который всё это время был у неё в голове и всё больше беспокоил:
- А куда делась Юлия Валерьевна? Её просто сегодня в школе вообще не видно… - и невозмутимо добавила, - с последнего урока можно уйти...?
Илья тут же встрепенулся и заинтересованно посмотрел на неё:
- А ты разве не знаешь? – спросил он девушку.
- Не знаю что? – непонимающе взглянула на него Алина.
- Юлия Валерьевна уволилась, в беседу же писали. После того как мы всем классом не сдали ЕГЭ, она окончательно отчаялась и потеряла всякую веру в нас, и самое главное, в себя как преподавателя. Поэтому то мы здесь сейчас и сидим – нас же всех на второй год оставили…. Нет, мне вот интересно, руководство школы действительно думает, что это нам поможет? Мы ведь здесь так на веки можем остаться.
- Да не парьтесь вы! – перебила Илью Соня. – Подумаешь, на второй год оставили, с кем не бывает. Не велика же потеря! Годом больше, годом меньше – не понимаю, чего вы так переживаете? Мы же ничего не теряем, так ведь?
- Ну да, ну да, сказала Соня, которая ещё один год пролежит дома с книжкой в руках… - ответил Илья, попивая чай.
- Не правда! Вообще-то теперь я буду стараться как не в себя, вот увидите! – скорчив ехидную физиономию, Соня случайно облилась чаем, но сделав вид, что так и было задумано, тупо уставилась в одну точку.
- Сколько не старайся – всё напрасно… - пробормотал рядом сидящий Витя, - все наши попытки четны, остаётся только принять это и жить себе тихонько, никого не трогая. Надежды всё равно уже нет, и не будет, чего лишнего шуму наводить. Жизнь сложная штука… да… пусть течёт своим чередом, а мы потерпим…. Кстати, никто не надумал купить у меня книжку?
Соня озадаченно уставилась на него и спросила:
- И когда ты только стал таким старым? Это всё из-за того что ты физику завалил?
- Время никого не щадит… - устало выдохнул Витя, и медленно хлебнув чаю, продолжил – Кстати, кто-нибудь играл в Dark Souls?
- Тьфу ты! – разочарованно воскликнула Соня. – Ну, я играла, что с того-то?
Виктор вдруг изменился в лице, и довольно посмеиваясь, пододвинулся к Соне. Та испуганно отшатнулась, и ошарашенно взглянув сначала на него, а затем на Алину с Ильёй, озадаченно спросила:
- Я что-то сделала не так? Что ему нужно?
Илья безразлично глядел на дно своей кружки, а Алина так же равнодушно лишь пожала плечами в ответ. Витя же, скрючившись над Соней и сверля её взглядом, скрипучим голосом прошептал ей на ухо:
- Кажется я знаю чем мы с тобой будем заниматься этот год…
- Пожалуйста, не надо. – Жалобно сказала Соня. – Мне ещё детей рожать, коров доить, жить жизнь, в конце концов! У меня нет денег на твои игрушки!
- Надо же, у меня тоже их нет! – коварно пролепетал Виктор, пододвигаясь к девушке всё ближе. – Как многое нас объединяет! Нам с тобой очень многое предстоит обсудить!
- Дед, прими таблетки и иди спать… - промямлила Соня, но Виктор её уже не слушал, так как уже начал свою «гик-речь» – об играх и аниме. Отстранённо наблюдая за этим действом, Алина задумалась о своём. Из размышлений её выдернула упавшая на её плечо рука Ильи:
- О чём задумалась? – спросил он осторожно.
- Да так, знаешь, ни о чём хорошем, если честно. Все эти разговоры только лишь вселяют тревогу. – Ответила девушка, осторожно сняв руку Ильи с плеча.
- Не тревожься так, - начал, было, Илья, - ведь если так посудить, не всё прям уж плохо. Ещё целый год можно провести здесь, всем вместе… Главное, теперь мы снова рядом… и…
- И Юлию Валерьевну жалко. – Словно не слыша слова парня, продолжала о своём Алина. – Интересно, кто же теперь её для нас заменит?
- Не знаю как на счёт этого, но для тебя, я могу заменить кого угодно! Ха-ха-ха… - нелепо отшутился Илья и радушно засмеялся, в то время, как Алина сосредаточенно глядела в стену, прищурившись и попивая чай.
«Столько всего навалилось… - думала она про себя. – Наверное, первые дни всегда так тяжко… Скорее бы домой поспать, а не вот это вот всё. Столько суеты приходиться терпеть, и этот ещё почему-то смеётся…. кажется, я прослушала, о чём он говорил… неловко-то, как… нельзя подавать виду… Может просто посмеяться в ответ? Не пойдёт, вдруг он отпустил какую-то очередную глупую шуточку.… Проигнорировать? Да я, по-моему, и так уже.… И чего он вообще привязался? Блин, ещё уставился на меня, как на добычу какую-то… Ничего не поделать - остаётся встать и убежать. Интересно, трюк Кирилла с ядерным поносом сработает?»
Но не успела Алина опомниться, как прозвенел звонок, и в класс вошла крупная женщина, с тяжёлой и деловой походкой, зорким и хищным взглядом, и словно нарочно натянутой улыбкой. Эта особа в школе среди учителей имела особый статус руководителя и отличалась своим исключительным и скверным нравом. Именно она заправляла всеми событиями, что происходят в школе и одновременно была виновницей всех внутренних проблем. Одним лишь видом она внушала страх и трепет среди учеников, а её фамилия гремела громом средь ясного неба – Рыжкова.
Встав у доски, она одарила всем своим высокомерным взглядом, одному лишь Вите удалось его избежать: буркнув себе под нос «Уважаемая…», он спрятался под парту. На Алину и остальных Рыжкова оказывала не самое приятное впечатление. Так и сейчас, девушка всё больше разочаровывалась в этом несчастном дне.
- Ну здравствуйте, «двенадцатиклассники». – С суровой издёвкой поздоровалась Рыжкова. – Как вы все прекрасно знаете, ваша дорогая классная руководительница больше не в силах вас воспитывать. Поэтому, посовещавшись с остальными учителями, должность руководителя вашего класса я беру на себя, и, соответственно, ваше воспитание тоже.
Соня тоже начала медленно спускаться под парту к Вите, шепча при этом:
- Я передумала, уберите меня отсюда…
После речи Рыжковой на задней парте послышались смешки. Никита вместе с хихикающим Сашей прогоготал:
- А интегралы считать по матеше тоже вы нас будете учить?
Так же сидящий неподалёку Глеб, и с чувством размахивая руками, продолжил:
- Максимум чему нас научат, так это считать дни до нашей кончины! Ура ха-ха-ха! – посмеялся парень над собственной шуткой, но затем, ощутив на себе пристальный взгляд Рыжковой и сконфузившись, сел обратно на место.
- Пошутили? – злобно спросила та. – Молодцы.… Ну, ничего, я ещё сделаю из вас примерных учеников, так что можете не расслабляться – так просто теперь вы от меня не отвяжетесь. И так как я теперь ваша классная руководительница, у меня есть для вас новость. Теперь у вас будет тот, на кого можно равняться – ведь у вас пополнение.
Кирилл тоже залез под парту к Вите и Соне, судорожно повторяя себе под нос:
- Только не ещё один…
- Теперь вместе с вами будет учиться человек признанный, известный, авторитетный, тот, кто творил эту эпоху и который сам стал эпохой, человек которого я очень уважаю и люблю. Встречайте – Пётр!
Вдруг дверь в класс распахнулась, и в кабинет влились не весть, откуда взявшиеся лучи света. Из коридора словно запели ангелы, сопровождая мирно шагавшего юношу высокого роста, одетого в белый смокинг и с развивающимися седыми волосами, хотя по его приятному молодому лицу, парню можно было дать максимум 18 лет. Колонии строгого режима. Лёгкой походкой он проходил через ряды парт, постукивая каблуками белоснежных туфель, а в ответ этому все девушки в классе ликовали, запевая: «Ты был прекрасен, как Иисус…». Парни же лишь оставались в недоумении.
Пётр мило всем улыбался и кланялся в знак благодарности. Глядя на это недоразумение, Илья недовольно цыкнул и отстранился, в то время как сидящий впереди всех Лёша во весь голос верещал:
- Ты что, как этот, «дед инсайд» что ли?!
-あなたは日本の文化を理解していますか、アレクセイさん？(Ты разбираешься в японской культуре, Алексей-сан?) – поинтересовался Кирилл-0.
- Да я живу этим, япошка! Понимаешь?! Ценнее для меня только разве что поступление в МВД… Господи, пожалуйста, если ты меня слышишь, дай мне последний шанс! Ну, пожалуйста! Вот ты, как там тебя, Вася, Коля, Петя – прошу, хоть ты меня благослови! – орал как не в себя Лёша, скрестив пальцы и опершись лбом в стол.
Пётр же, в свою очередь, обращаясь ко всему классу, радушно начал:
- Приветствую всех вас, дорогие друзья и спасибо вам за такой тёплый приём! Век не забуду! А что касается тебя, Лёша – твои мольбы обязательно будут услышаны, как и мольбы всех здесь присутствующих! – сказал по-хитрому Пётр и многообещающе взглянул на Алину, подмигнув ей и одарив сияющей улыбкой, от чего той стало не по себе.
«Что же за день сегодня такой?» - пронеслось у девушки в голове.
- День сегодня действительно не простой, – плавно произнёс Пётр и продолжил, - думаю, ребята и так за сегодня утомились, я им представился, а значит, нас больше ничего не держит, и вы нас отпустите с последнего урока. Не так ли, Татьяна Владимировна? – улыбаясь всем лицом, обратился светлоликий юноша к Рыжковой.
Та хотела было что-то возразить, но после того как бездонно-тёмные и фактически мёртвые глаза Петра взглянули на неё, женщина передумала что либо делать. Став ещё гораздо суровее и страшнее, Рыжкова томным и тихим голосом прошипела:
- Идите ребята, завтра с вами увидимся…
Пётр лишь щурясь глазами, улыбнулся ей в ответ:
- Никто и не сомневается.
- А тебя попрошу остаться. - Тихо прорычала руководительница.
Дальнейший диалог Алина не услышала, так как поспешила скорее домой вместе с остальными. В целом, её обнадёжило хотя бы то, что все эти глупости ненадолго для неё прекратятся.
Когда девушка уже попрощалась с некоторыми одноклассниками у ворот, Илья подошёл к ней и хотел что-то сказать, но Алина сразу же отвлеклась на сцену, что происходила у неё за спиной: Кирилл-0 валялся на земле в грязной осенней листве, зачем-то собирая её к себе в сменку, в то время как Кирилл пинал его ногами, громко ругаясь:
- Вставай, придурок! Это не лепестки сакуры и из них не приготовить эти твои «саки»!
Соня же стояла рядом, смеясь, нал подобным зрелищем. Алина молча поспешила взять обоих за шкирку, словно непослушных дворняжек, и повела их за собой в сторону дома. Оба Кирилла волоклись за ней, чуть ли не по асфальту.
-これが本当の美徳です！この美しい女の子はまた、桜が大好きです。そして、彼女はまた、私たちが家に帰るのを助けます。私は恋をしていると思います。.. ありがとう、アリナ！(Это и есть настоящая добродетель! Эта прекрасная девушка тоже любит цветущую сакуру. И она также помогает нам вернуться домой. Мне кажется, я влюблён... Спасибо, Алина-чан!) – после этих слов Кирилл-0 стал повсюду раскидывать свои грязные и пожелтевшие листья из сменки. Некоторые из них падали как на Кириллов, так и на Алину. Девушка с очень напряжённым терпением извлекала листья из волос, и казалось вот-вот вспылит. Благо, у неё всегда есть неподражаемая и чуткая подруга, которая шла вместе с ней со школы и всегда готова поддержать:
- Видала, какого хмыря к нам в класс занесло! – спросила Соня у раздражённой подруги.
- М-да уж… Видимо сама Рыжкова каждый год к нам в класс набирает этих фриков. – Устало выдохнула Алина.
- Зато только фрики к тебе и тянуться! Может это судьба…? – задумалась подруга, но вдруг столкнулась с максимально осуждающим взглядом Алины. После того, как Соне пришлось извиниться и повторить несколько раз «Я грешен, я грешен…», до конца дороги они молчали и слушали ворчание Кирилла и японские выкрики позади.
Но даже по приходу домой Алина не могла найти для себя покоя: ей не дали сделать это родители, затеявшие генеральную уборку средь бела дня и перевернувшие весь дом вверх дном, а так же досаждающая сестра, ворчавшая из-за этого. Может это у них семейное?
Однако, ближе к вечеру, когда суета улеглась, Алина решила выйти на балкон своего этажа, надев при этом наушники, и уже под знакомые мелодии принялась наблюдать за медленно уходящим закатом. Девушка вытянула руки вперёд наружу, ловя ими воздух, и уныло вздохнула. Лёгкое дуновение ветерка расправило её волосы, а последние догорающие солнечные лучи отразились блеском в линзах очков. Не успела Алина опомниться, как почувствовала, что на её ладони опустилась нечто лёгкое и почти невесомое, но при этом довольно тёплое. Девушка раскрыла глаза и увидела в своих руках чёрный и догоревший бутон розы, рассыпающийся в пепел. Алина высунула голову и посмотрела наверх, но на балконах выше никого не заметила. Затем вновь взглянула на бутон, аккуратно сжав его в ладонях. Пепел, рассеявшись в них, посыпался сквозь пальцы и начал расстилаться по ветру.
Глава 2: Глушь
Машина, направляющаяся в самую чащу леса, подрагивала из-за каждой кочки на дороге. Уставшая от долгого пути Алина, опершись на руку, разглядывала однотипные стволы сосен, мелькающих в окне. Её сестра Ветвь, сидящая рядом, что-то с увлечением рассказывала ей и родителям, но до Алины её слова слабо доносились, из-за плотно прилегающих к ушам наушников. Машина резко остановилась, бурные обсуждения в машине стихли, и даже музыка в наушниках Алины прервалась. Семья подъехала к старому, ветхому, двухэтажному домику, стоявшему в самой глуши леса вдали от цивилизации. Теперь Алине стало очевидно, почему дорога была такой тяжёлой. Выйдя из машины, девушка начала разгружать её вместе со всеми, занося все вещи сразу в дом. Во время этой выгрузки девушка успела мельком осмотреть дом изнутри. Ничем особенным он не отличался, внутреннее убранство было вполне стандартным и обеспечивало лишь всем самым необходимым. Походив по комнатам после выгрузки вещей, Алина некоторое время пыталась найти хоть какие-либо диковинки, которые могли привлечь её интерес. Но почему-то девушке казалось, что она определённо видела всё это раньше, поэтому её внимание на них не задерживалось.
Поднявшись вместе с Ветвью на второй этаж, девушки начали осматривать свои комнаты. Когда Алина зашла в одну из них, за её дверью она обнаружила уже давно знакомую комнату из прошлого дома, в которой она и прожила всю жизнь. Это, однако, её нисколько не удивляло, ведь подойдя к окну, она увидела нечто большее - непроглядную чащу леса, окружившую дом со всех сторон. В тот момент, в голове у девушки возникло странное желание - направится прямиком туда, словно здесь, в доме, её больше ничего не держит. Это чувство затихло в её душе, направляя и ведая Алину, подталкивая её к действиям.
Она неспешно спустилась к родителям на первый этаж и сообщила им о том, что выйдет прогуляться неподалёку. Те, в свою очередь в один момент перестали распаковывать вещи и холодно уставились на неё. Повисла тишина и спустя несколько мгновений отец сухо произнёс:
- Не заходи слишком далеко.
Затем мать так же холодно повторила:
- Только не заходи очень далеко.
А после, со второго этажа донёсся звонкий голос Ветви:
- Главное чересчур далеко не заходи!
Алина скептически посмотрела на них и молча вышла на улицу. С опаской глядя на лес, к которому никак нельзя было подступиться, девушка осторожно направилась в его сторону. Она чувствовала прохладу, пронизывающую всё тело и словно исходящую из самой чащи. Алина двинула прямиком туда, укутавшись в свою кофту и уже по привычке воткнув в уши пару наушников. Но музыку включить не удалось, так как в этой глуши не ловил ни интернет, ни мобильная связь. Вздохнув и сняв наушники, Алина стала пробираться между сосен, шурша листвой под ногами. Оглядываясь, вокруг девушка видела лишь высокие и тёмные стволы деревьев, а под ногами - нескончаемый покров опавших листьев и веток. Перешагивая через них, она невольно поднимала голову вверх, где наблюдала серо-пасмурное небо, прячущиеся за кронами деревьев. Поправив очки, Алина продолжала шагать вперёд, бездумно, бесцельно, ведомая одним лишь желанием увидеть что-то новое в этой однотипной картине длинных сосен. Чем дальше девушка заходила, тем сильнее становилось это желание, и её шаг невольно ускорялся. Она шла не оглядываясь, пробираясь через груды листьев, но в один момент они перестали шуршать под её ногами. В смятении Алина оглянулась, но не заприметила ничего нового. Однако что-то точно изменилось - повисла кромешная тишина.
Досюда не доносилось ни одного дуновения ветра, сосны перестали качаться и стояли длинными столбами, листва под ногами словно окаменела. Весь лес, словно замер и не издавал ни звука. Алина озадаченно остановилась, проверяя слух. Ей показалось, словно уши заложило, но хлопнув несколько раз в ладоши, к своему удивлению, она ничего не услышала. Преследовавший её холод тоже словно отступил, оставляя девушку в недоумении. Полностью потерянная, она начала озираться по сторонам, в поисках пути назад, откуда сюда пришла. Растерянность девушки медленно начала превращаться в панику, и она почувствовала, как бешено, начало биться её сердце, однако - не слышала. Алина начала громко окрикивать своих родных и звать на помощь, но её возгласы не доносились даже до неё самой. Она начала неразборчиво метаться по сторонам, четно пытаясь найти хоть какую-то дорогу. Но всеобъемлющая тишина, нависшая над ней, не давала собраться с мыслями.
Теряя счёт времени в кромешной глуши, девушка безвыходно застряла на месте, и, отчаявшись, пала на землю. Все её попытки выбраться были жалки и напрасны. Отрезанная от мира, Алина окончательно опустила руки, застыв в одном положении, она бездвижно сидела так какое-то время, пока до неё не донёсся шёпот. Он словно доносился со всех сторон, и исходил, как показалось девушке, из сосен, окруживших её. Услышав его, Алина встала и попыталась разобрать услышанное, но шёпот был крайне неразборчив. Она поняла только лишь одно - он зовёт её.
Девушка начала следовать за ним сквозь сумерки, слыша его всё ближе и громче. Деревья словно начали расступаться перед ней, а листва под ногами начала менять свой цвет, выделяясь красным оттенком. Ступая за этим таинственным зовом, Алина начала примечать вместе с ним и сторонние шумы. До неё доносились чьи-то тихие разговоры, скрипы половиц, стук каблуков, шелест страниц, тиканье часов и прочие звуки, так сильно напоминавшее ей нечто знакомое. Чем дальше Алина продвигалась, тем отчётливее становились шумы. Кучи красных лепестков под ногами образовали целую аллею, ведущую в эту какофонию звуков.
Внезапно за деревьями показался фасад старого, словно заброшенного здания, кирпичная кладка которого уже потрескалась, а окна были выбиты. Это строение среди глуши леса издавало всё больше звуков, и теперь Алина поняла, что все эти шёпоты, разговоры и звуки были присущи именно школе. Девушка ступила на аллею из лепестков роз, ведущую к входу в здание, и направилась к нему, вслушиваясь в удивительные звуки. Приближаясь ближе, она начинала слышать всё больше, от чего на душе становилось легче и спокойнее. Подойдя к двери, девушка вдруг различила шёпот за нею:
- Не заходи слишком далеко.
Подождав, Алина улыбнулась и вошла внутрь.
Глава 3: Школьный Переполох
Вышедшего из подъезда Илью сразу же обдало утренней прохладой. На улице благоухала, осеняя атмосфера, из-за чего юноша приостановился и глубоко вдохнул. Приятные лучи рассвета отражались в окнах старых панельных домов, и, не удержавшись, Илья сделал несколько фотографий этого зрелища на телефон. Но медлить было некогда, поэтому он поторопился на встречу к другу, который уже ожидал в назначенном месте. Встретившись вместе с Витей, Илья вместе с ним быстро зашагали по направлению к школе, беседуя между собой. Проходя по старенькому мостику над речкой, спокойно несущей по своему течению всяческий мусор и хлам, выкинутый в неё, Илья заприметил небольшую группу уток, как раз плавающих под мостом. Среди них юноша увидел одну особенную, отличающуюся от всех остальных белую утку. Продолжая разговор, он обратился к Вите:
- Вот видишь того «гадкого утёнка»? – указал Илья на утку белого цвета.
- Кто нагадил? – озадаченно спросил Виктор.
- Да вон, утку белую видишь?
- Ну, вижу.
- Никого не напоминает? Видишь, как она выделяется на фоне остальных? Вот точно так же он мне не даёт покоя, глаза только мозолит…
- Кто, утёнок? – всё так же непонимающе спрашивал Витя.
- Да какой утёнок? Новенький наш – Пётр, или как его там…
- А-а-а, Пётр… - протянул Виктор. – А что с ним не так? Вроде с виду нормальный парень, доброжелательный.
- Так-то да... Но не нравится он мне, подозрительный он какой-то, нечистый…
- Помой. – Невинно ответил Витя.
- Да у тебя всё просто. Я уверен, что-то с ним не так…
Виктор сделал ехидное лицо и хитро посмотрел на Илью:
- А ведь Пётр вчера Алине глазки строил... Ревнуешь что ли?
- Замолчи и не слова больше! – с толикой обиды пробормотал Илья, на что Витя лишь довольно похихикал.
На мосту стояла старушка, скармливающая уткам буханку хлеба. Проходя мимо, Илья покопался в рюкзаке в поисках чего-нибудь съестного, но обнаружил лишь пустую бутылку от «липтона». Затем без задней мысли машинально быстро вынул её и выкинул через плечо в реку. Но мгновение спустя послышались протяжные и скрипучие кряхтения старухи, Илья и Витя остолбенев на месте и не оборачиваясь, переглянулись друг с другом с широко раскрытыми глазами, после чего Илья тихо буркнул:
- Бежим.
После этого они рванули с места под недовольные ворчания старушки, скоропостижно удаляясь от неё, и по пути захлёбываясь собственным смехом.
Так они и добрались до школы, но внутри здания их ждал настоящий сюр-приз: повсюду царила чистота и порядок, все полы были вымыты до блеска, окна протёрты, а стены с потолками зашпаклёваны в местах бывших трещин и перекрашены в белый цвет. Однако уборщиц нигде не было видно, а на встречу к парням учтиво здороваясь и кланяясь каждому встречному, с метлой наперевес шёл Пётр, при этом радушно улыбаясь:
- Приветствую вас, дорогие друзья! – радостно поздоровался он. – Добро пожаловать в преображённый храм знаний, в котором каждый будет чувствовать себя лучше всех! Я решил провести здесь капитальную уборку, что бы мои любимые одноклассники чувствовали себя как можно комфортнее!
Изумлённый преображением вокруг, Виктор ликовал и зааплодировал:
- Хорошо, отлично, просто замечательно! Прямо таки глаз радуется от такого зрелища! Правда, часов настенных маловато…
Пётр с широкой ухмылкой на лице наклонился и шепнул на ухо Вите:
- В каждый мужской уборной висит фотокарточка аниме-девочки… в полный рост…!
Виктор довольно закивал, полностью удовлетворённый, а Илья лишь насторожился ещё больше.
- Слушай, - навязчиво начал Виктор, - а если бы у тебя была консоль, ты бы её так же тщательно чистил?
Пётр мягко улыбнулся, и, задрав нос, ответил:
- Я свою консоль чищу 24 раза в сутки!
Витя развернулся к Илье и, указывая на Петра, пролепетал:
- Сомнений быть не может! Я тебя уверяю это крутой мужик!
Илья смирил обоих недоверчивым взглядом, а Пётр, торопливо произнёс:
- Ну, пойду я! Нужно ещё успеть в столовой помочь, покушать вам приготовить! Увидимся!- попрощался он и вальяжно зашагал в сторону столовой.
- И с какого перепугу он так? - вполголоса сказал Вите Илья. – Откуда такая инициативность?
Довольный Виктор зашагал по пустой лестничной площадке и на распев ответил:
- А на таких людях и держится всё наше общество. Остаётся лишь отдать дань уважения и возрадоваться тому, что это всё не наши заботы!
Но Илье было не до радости, и он внимательно наблюдал за поведением Петра на протяжении всего дня. Тот был вежлив и учтив со всеми, как с учителями, так и с учениками, его манеры были наилучшими, а успеваемость среди своего класса взлетела до непостижимых высот. Казалось, словно учителя намеренно завышали ему оценки, а тот, в свою очередь, умудрялся найти общий язык с каждым, полностью завоёвывая их доверие. Пётр не обошёл стороной и одноклассников, почти вся женская часть, которых лелеяла его за неотразимый вид и изящество, а мужская часть относилась к нему с уважением и только лишь одобряла его трудоспособность. Всего за один день Пётр расположил к себе подавляющее большинство, и видимо, не собирался останавливаться на достигнутом.
«Да кем он себя возомнил? – раздражался в мыслях Илья. – Как у него так легко удаётся быть везде и всегда в центре внимания? Словно перетягивает его исключительно на себя... И почему одним всё, а другим ничего…?»
Но размышления парня прервал Кирилл, сидящий рядом и попивающий чай вместе с Витей и Соней.
- Опять у нас матан пропадёт… - устало выдохнул он. – И где только эту Рыжкову носит? Целый день нигде не видать.
- Да у нас пол школы так-то нигде не видать, - ответил Илья, - всё как сквозь землю провалились…
Глеб, проходящий мимо и услышав слова Ильи, захихикал и с выражением добавил:
- Может, мы тут одни остались учиться, а все остальные давно уже закончили школу!
Никита, сидящий неподалёку, с иронией ответил:
- Ну да, или ЧВК Вагнер уже штурм нашей школы начали и наверняка среди нас уже есть парочка из спецотряда, не так ли? - захохотал и уставился он на двух сестёр – Лизу и Диану, над которыми часто подшучивал.
Виктор же, уныло дохлёбывая чай, добавил:
- А может, нас просто, в конце концов, запрут в подвал, спасая от неминуемого будущего и давая возможность на приобретение настоящего... А мы посидим... Подождём…
На мгновенье повисла тишина, которую сразу же прервала Соня:
- Анекдот! Находит еврей кошелёк с деньгами – а там не хватает!
Тишина продолжилась. Затем Витя одобряюще закивал и похлопал её по плечу:
- За это мы тебя и любим, за это мы тебя и уважаем. Спасибо, конечно, что выручаешь в трудную минуту, но я и сам бы справился…
- Что? Нет! Это не так работает! – возразила Соня. – Ты-то тут при чём? Я шутку просто вспомнила. Не понимаете вы настоящего юмора! Лучше, вот, послушайте, какую прекрасную оркестровую композицию я сейчас слушаю, хоть обыдлитесь может…
Соня выдернула наушники из телефона и положила его на стол, включив мелодию и раскинувшись на стуле. Из телефона заиграла малоизвестная классическая композиция, Витя, Илья и Кирилл принялись слушать её, допивая свой чай. Но не прошло и минуты, как Виктор громко хлопнул по столу обеими руками и радостно затрепетал:
- Да это же прямо как в Dark Souls! Не думал, что тебя настолько впечатляют мои рассказы о нём! Признаюсь Соня, я польщён! Не ожидал от тебя, что ты настолько тонко чувствуешь!
Соня скептически и с опаской посмотрела на него, ответив:
- По-моему ты слишком впечатлительно к этому относишься. С чего ты вообще взял что…
- А всё потому, - перебил её Витя, - что наши вкусы не так уж и различаются! А это значит у нас гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд! Похоже, твои упрёки – лишь признание того, что ты такая же, как и я! Мы предназначены друг для друга… - Витя склонился над самым ухом Сони и ехидно прошептал, - это предначертано судьбой…
Девушка вытаращилась на него широко раскрытыми глазами, и тот час оттолкнула, испугано завопив:
- Стой, стой, стой! Я ещё не сумасшедшая старуха, ясно тебе! За кого ты вообще меня держишь?! Что это вообще за махинации такие? Мне страшно, я ничего не понимаю! Иди в жопу! Я ведь просто играю в игры и слушаю музыку, живу себе спокойной жизнью, никого не трогаю... Чего ты хочешь от меня!?
Витя медленно встал со своего места и тихо зашёл за спину покрасневшей и сжавшейся от напряжения Сони. Лукаво улыбаясь, парень поднёс свои руки над её плечами, и снова склонившись к ней, тихо и хитро спросил:
- Ответь лишь на один вопрос – ты смотрела Врата Штейна...?
Соня замерла, боясь пошевелиться, стиснув зубы, и быстро закрыла рот руками. После этого Виктор вплотную прижался своим лицом к её лицу, безумно сверля её взглядом и прерывая тишину, прошептал ей на ухо:
- El psy congroo... - и после этих слов, крепко поймал Соню за плечи, от чего та даже подпрыгнула на стуле и завопила на весь класс:
- Отвали от меня, педофил-извращенец!!!
- Тяжело... – выдохнул Виктор и рухнул на своё место. – Ну, ничего, со временем всё приходит, надо подождать. Лучше зацени-ка вот эту композицию из третьего Dark Souls, и ты прозреешь, я тебя уверяю...
Витя достал уже свой телефон и принялся что-то объяснять Соне, которая в конец впала в отчаяние. Тем временем Илья услышал разговор Кирилла с Кирилл-0, сидевших рядом и не обращавших внимания на Витю с Соней.
- あなたと私には競争相手がいるようです。(Похоже, у нас с тобой появился конкурент.) – говорил Кирилл-0, указывая на кого-то впереди.
- У кого «у нас» то? И с чего ты вообще взял, что у тебя должна быть с кем-то романтическая линия? Если ты не перестанешь, я тебе этим чайником... – замахнулся уже пустым чайником ворчащий Кирилл на двойника.
«О чём это они?» - подумал Илья, и, посмотрев в сторону, куда показывали эти двое – обомлел. На его глазах Пётр подсел к смиренно сидящей Алине и принялся ласково объяснить ей что-то, указывая в её тетрадь. Девушка с лицом полным безразличия лишь молча слушала его. Однако Петру это никак не мешало шутить и смеяться с ней, словно он не видел этой стены равнодушия между ними. Недовольного Илью начинало всё больше раздражать это зрелище.
«Он так пытается невинно навязаться?» - задался вопросом юноша, но тут случилось непоправимое... Пётр, активно жестикулируя и что-то разъясняя Алине, обратил её внимание к записям в тетради, а сам легонько опустил свою руку на её плечо, при этом пододвинувшись поближе. Илье показалось, словно Пётр ехидно посмотрел в его сторону и тут его терпению пришёл конец. Парень встал с места и спешно зашагал в их сторону, и приблизившись вплотную, хотел было вмешаться, но, к несчастью, а может и к счастью – прозвенел звонок. Виктор встал с места и громко провозгласил:
- Господа и дамы, пойдёмте оттрапезничаем.
Момент был упущен и Илья побрёл вслед за остальными в столовую. Вместе с Витей, Кириллом, Алиной и Соней он уселся за один стол, но внезапно к ним подошёл и сам Пётр.
- Какая жалость, - наигранно начал он, - сегодня Лёша весь день отсутствует, запропастился куда-то... Вы не будете против, если подсяду к вам вместо него?
- Конечно, - радушно ответил Виктор, - присаживайся!
- Благодарю, - учтиво произнёс Пётр, - всем приятного аппетита!
Остальные ответили тем же и принялись хлебать ещё не остывший борщ. Один Илья лишь смотрел в тарелку и уныло ковырял в ней ложкой. В голове у него пронеслись слова Петра: «Нужно ещё успеть в столовой помочь, покушать вам приготовить». После этой мысли Илья с отвращением глянул на борщ, и ему на мгновение показалось, словно в тарелке лежит сплошная кровавая жижа.
«Неужели это он приготовил?» - подумал про себя парень.
- Отличная сегодня похлёбка! – заверил Виктор, доев свою порцию.
- Кстати да, очень неплохой борщ. – Подтвердила Соня.
Кирилл-0, сидевший на полу под столом, словно домашняя собака, выглянул из-под него и вполголоса удивился:
- 変なラーメンだな。.. (Какой странный рамен...)
- Да нет для тебя места! – рявкнул на него Кирилл, из-за чего Кирилл-0 даже приуныл, свернувшись клубочком. Завидев это, Алина сжалилась над парнем и тихо протянула тому свой кусочек хлеба. Кирилл-0 сразу же засиял от радости и принялся уминать угощение.
- А ты чего не кушаешь, Илюша? – мягко спросил Пётр, коварно глядя на парня.
- Да что-то аппетита совсем нету... – уклончиво ответил тот.
- А ты попробуй, тебе наверняка понравится! – продолжал в том же духе Пётр.
- Спасибо уж, но пожалуй воздержусь. – хмуро ответил Илья.
- Чего же ты противишься, разве не видишь – мы все ждём тебя, что бы чокнуться компотом, ну же! – не унимался Пётр.
- В самом деле, - вставила Соня, - уже второй день от здешней еды отказываешься. Люди же старались над этим гастрономическим разнообразием.
- Алина, жди остальных. – Рявкнул Витя тянущейся к компоту Алине.
- Я не собираюсь это есть. – Раздражённо ответил Илья. – Ты меня не заставишь.
- А ты в этом уверен? – с заигрывающей издёвкой спросил Пётр.
- Да. – Сурово ответил тот. – А ещё я уверен, что ты всем нам крысиный яд туда подмешал или ещё чего похуже. Думал, удастся ввести остальных в заблуждение? Да вы хоть оглянитесь вокруг, - указал Илья на полностью пустую столовую, - у нас почти вся школа пропала, и я догадываюсь по чьей вине! Даже не пытайся утаить то, что ты замешан в этом.
Петр, расплывающийся в надменной улыбке, лишь тихо посмеялся, и, взглянув своими тёмными, как бездна глазами, ответил:
- Не спеши делать выводы, пока сам в них не уверен, мой дорогой друг. Понятия не имею, о каком замешательстве ты говоришь. Однако тот, кто ищет, тот всегда найдёт! А раз ты такое говоришь, значит, истина обязательно настигнет тебя, дитя моё...
- Айй... Ладно, давайте чокнемся уже! – нетерпеливо воскликнул Виктор.
И все кроме Ильи, выпив компот и встав из-за стола, направились к умывальникам. Тот, в свою очередь, до конца дня оставался в смятении, и даже после школы по пути домой Илья никак не мог избавиться от навязчивых мыслей и каши в голове. К тому же, идущий с ним Виктор, всё болтал о своём, никак не давая покоя. После того, как Илья распрощался с ним у его дома, парень уже было хотел спокойно разобраться со своими мыслями. Но чем ближе он подходил к своему дому, тем влажнее становился воздух вокруг. Повсюду начала появляться сырость, словно после дождя, а на улицу вокруг медленно начал опускаться густой туман.
Однако Илья не особо замечал всё это - вспоминая сегодняшний день, он думал обо всех тех странностях, что происходили с классом, а в особенности с Алиной. Её образ не выходил у него из головы, и чем больше он о ней думал, тем больше ревность гложила его душу. Последние слова Петра проносились обрывками в сознании парня, что начинало злить его всё больше. Поглощённый своими мыслями, Илья устало переходил туманную дорогу, но вдруг откуда-то со стороны послышался оглушительный рёв автомобильного двигателя. Илья резко повернулся и увидел сквозь туман пару приближающихся и мчащихся прямо на него ослепительных огня, отчего-то напомнившие ему два пламени свечи. Илья остолбенел, словно что-то резко вспомнив, а машина со скрипом затормозила прямо перед его носом. В эту же секунду прогремел раскат грома, оглушив собою всё пространство, и под первые капли дождя и крики водителя, Илья направился дальше.
Глава 4: Радио
Прозвеневшая трель будильника на телефоне предзнаменовала начало очередного рутинного дня. Выключив надоедливый звонок, Илья, как ни в чём не бывало, принялся выполнять все свои привычные утренние дела, однако стоило ему только войти в сеть, как парня настигло нечто доселе невиданное. Подключения к интернету попросту не было, и сколько бы Илья не рылся в настройках своего телефона - ничего не работало. Так как в этот день у парня был выходной, он хотел было позвать прогуляться Алину, ведь в последнее время у него толком не удавалось провести с ней время. Но на его звонки никто не отвечал. Илья озадачился происходящим, ведь как ему показалось, что-то в происходящем было не свойственно. Парень оглядел собственную квартиру и только сейчас понял, что никого из родственников нет рядом. Он подошёл к окну и взглянул на улицу, но и там было удивительно пустынно и мрачно. Ни одной живой души. У Ильи вовсе не возникало чувство, словно время остановилось, однако где-то в глубине души начала пробуждаться тревога. Ходя из комнаты в комнату, парень четно пытался установить связь хоть с кем-нибудь. Но ему всё больше начинало казаться, словно его отрезали от внешнего мира. Вдруг, в голову пришла идея. Сидеть на месте уже не представлялось возможным, и юноша быстро начал куда-то собираться. Глянув ещё раз на пустынную улицу, Илья покопался в столешнице на кухне и достал большой кухонный нож. Поводив пальцем по лезвию, парень о чём-то крепко задумался, покачал головой и положил его на место. После этого он принялся копошиться в старом шкафу в своей комнате. Найдя искомую небольшую коробку и открыв её, Илья извлёк старый, потрёпанный револьвер, давно найденный им в гараже у деда. Спрятав его за пазуху, парень поспешно вышел из дома на улицу.
Перемещаясь быстрыми шагами по своему району, Илья постоянно оглядывался и рассматривал местность, при этом, не узнавая её. Всё вокруг казалось безжизненным, чуждым и отталкивающим. Парень, ускоряя шаг, покинул это место, и когда был готов узреть уже привычную обстановку оживлённого посёлка, вместо этого столкнулся лишь с абсолютно пустыми улицами и переходами. Идя прямо по проезжей части, Илья не видел ни одной машины на горизонте, а вокруг не раздавалось ни одного человеческого возгласа. Один лишь ветер завывал на больших и пустых пространствах стоянок и площадей. Юноше казалось, словно вся жизнь в одно мгновение покинула это место, оставив после себя лишь своё искусственное подобие в виде мерцающих вокруг витрин магазинов и пищащих светофоров. Парню становилось не по себе от всего этого зрелища, и он решил свернуть через парк, пытаясь успокоить свои навязчивые мысли.
Бредя по пустынным аллеям парка, до слуха Ильи доносился лишь шелест листьев под ногами. Глядя в небо, парень отчаянно пытался вслушаться в тишину парка, но ничего из этого не выходило. Затем, он вновь огляделся вокруг себя и заметил лишь фигуру человека в шляпе, сидящего на самой дальней от него скамейке. Заприметив это для себя, Илья немного перевёл дух и спокойно выдохнул, поняв, что всё-таки он здесь не один. Откинув все лишние мысли, парень заспешил к выходу из парка и начал подходить к дому Алины, куда изначально направлялся.
Позвонив в домофон, Илья опять слышал долгие гудки. Не получив ответа, парень спонтанно решил дёрнуть за ручку двери подъезда и, к его удивлению, он отварилась. Он прошёл в глухой подъезд, вызвал лифт и тот тихо приехал. Зайдя в кабину, Илья увидел пустую стенку, где раньше висело зеркало. Молча ожидая, он вглядывался в неё, вновь окунувшись в пучину настороженных мыслей. Поднявшись на 12 этаж, Илья прошёл по длинному и тихому коридору к квартире Алины и снова позвонил ей, уже в дверной звонок. В ответ раздалась лишь тишина. Затем, парень заметил небольшую дверную щель, и осторожно приоткрыл входную дверь. В квартире Алины было достаточно темно и тихо, никаких признаков жизни. Но Илья всё же решился войти. Побродив по пустым комнатам, парень никого не встретил, в комнате подруги так же не было ничего особенного. Однако юношу преследовало неприятное чувство дискомфорта. Пустая и полностью тихая чужая квартира создавала напряжённую атмосферу, особенно когда он сам проник в неё без спроса. Создавалось ощущение, словно в любой момент кто-то может нагрянуть. Илье захотелось тотчас сбежать, но парень сразу вспомнил, зачем он здесь. Снова набрав номер Алины, юноша внезапно совсем рядом услышал вибрации, доносящиеся со стороны рабочего стола Алины. Как оказалось, на нём лежал её телефон, рядом же с ним небольшая разбитая рамка с фотографией внутри. Подойдя к ней и взяв в руки, Илья обомлел на месте. В рамке с чёрной лентой внизу была тёмно-белая фотография Алины, стоящей в лифте. Парень аккуратно вытащил фото из рамки, вышел на балкон 12 этажа и долго смотрел на находку.
Пытаясь навести в мыслях порядок и понять, что к чему, Илья устало выдохнул и осмотрел улицу. Тоже пустая. Ни одного лишнего движения. Но всматриваясь на пустые закоулки, его взгляд остановился. Посреди одной из детских площадок стояла высокая фигура, в ней парень признал того незнакомца из парка. Тот так же был одет в бежевое длинное пальто и со старой, потёртой шляпой на голове. Фигура этого человека стояла неподвижно. Юноша был в замешательстве, ведь чем больше смотрел на незнакомца, тем сильнее ощущал на себе его пристальное внимание. Не в силах сдерживаться, Илья сунул фото Алины в карман и побежал к лифту. Спустившись, выйдя из дома и оглянувшись по сторонам, он уже никого не мог заметить. Обойдя детскую площадку, где незадолго до этого видел незнакомца, Илья, помедлив, направился в другое место.
По дороге парень поглядывал то на фото одноклассницы, то по сторонам, никак не успокаиваясь. Внутреннюю тревогу подпитывали безлюдные и пустые улицы, словно умершие на глазах. Слева вдруг послышался громкий прерывистый гудок грузовика, вернувший Илью из прострации в реальность. Обнаружив себя на пешеходном переходе, парень торопливо начал переходить дорогу перед пропускающим его грузовиком. Слыша лишь грозный гул двигателя, и морщась от ослепительного света фар, юноша украдкой попытался заглянуть через тонированные стёкла в салон автомобиля. Но за ними ничего не было различимо, и, ускорив шаг, Илья направился дальше, подходя к зданию школы. Оно отрешённо смотрело на него своими тёмными и пустыми окнами.
Подойдя к входу, он снова дёрнул за дверную ручку, и та послушно поддалась. Проникнув в школу, Илья принялся ходить по её пустым коридорам в поисках хотя бы одной живой души. Но всё вокруг лишь давило на него своей пустотой, представляя собою идеально чистые и безупречные помещения. По всей школе только и раздавалось звонкое эхо от шагов парня. Но проходя по первому этажу, он заприметил нечто странное. Где-то вдалеке послушался приглушённый шум. Илья на слух двинулся в его сторону и по итогу оказался у кабинета секретарши. Прямо за дверью раздавалось глухое, непрерывное шипение. Только оно выбивалось из царящей во всём здании тишины. Парень аккуратно постучался, но никакого эффекта это не произвело, шум продолжался. Тогда Илья медленно приоткрыл скрипучую дверь и с опаской заглянул внутрь. Через небольшую щель он увидел пустой кабинет секретарши. Войдя и осмотревшись, юноша никого не увидел, только звук нескончаемого шипения продолжал наполнять всю комнату. Недоумевая, парень внимательно прислушался и суетливо принялся искать источник надоедливого звука, походившего на шипение старого радиоприёмника, возникающее при выборе нужной волны. Но ничего похожего на подобный граммофон или радио Илья не мог найти. Шипение становилось всё сильнее и начинало действовать ему на нервы. Переворачивая в кабинете всё вверх дном, парень четно пытался выцепить взглядом искомый им источник звука, но вдруг Илья остановился, глядя в окно. Прямо за стеклом стояла высокая, тёмная, мужская фигура, одетая в старое, длинное пальто, покрывающее собою почти всё тело. Помимо этого, на голове была большая, потёртая шляпа, закрывающая собою половину лица. Оставшаяся же половина расплывалась в широкой, несвойственной человеку улыбке, деформирующей лицо и покрывая собою всё ниже шляпы. Кожа на его лице была мертвецки жёлтая, а оголённые зубы почти все прогнили, но длинными рядами формировали нездоровый, безумный оскал. Это нечто стояло неподвижно, и всё это время смотрело сквозь шляпу прямо на парня. Остолбенев от ужаса, Илья начал понимать, что шипение всё это время доносилось не в кабинете, а за окном. Простояв в оцепенении несколько мгновений и смотря на незнакомца, стоящего в нескольких метрах от него, парень сорвался с места и выбежал прочь из кабинета к выходу из школы.
Илья побежал без оглядки как можно дальше от этого здания, видя перед собой лишь пустые улицы микрорайона, да застывшее небо над головой. Даже перебегая через мост и глядя с него вниз на реку, парень не видел ни одной утки, столько часто здесь плавающих. Выбиваясь из сил, Илья добежал до своего района, но пытаясь отдышаться, он начал слышать приближающееся шипение. Придя в самый настоящий ужас, Илья вновь из последних сил устремился к ближайшему зданию, где жил один его хороший друг – Виктор. Ворвавшись в открытый подъезд, Илья впопыхах начал взбираться по лестнице на нужный этаж и барабанить со всех сил в дверь квартиры, где жил Виктор. По всему подъезду дома начало раздаваться эхом шипение. На его фоне, прямо за дверью послышалось: «Входите. Дверь открыта». Парень тот час проник внутрь, громко хлопнув за собой дверью и заперев её на все возможные замки. В тёмной квартире Виктора не было слышно ничего кроме настенных часов, развешанных повсюду. Илья в спешке начал обходить все комнаты, но, к своему удивлению, обнаружил, что Виктора нигде нет. Войдя в тёмную кухню, парень увидел лишь табурет в центре комнаты. Задумавшись и пытаясь унять внутреннюю панику, Илья сел на него и достал фото Алины. Глядя на него, он прислушивался к звукам за дверью в подъезде. Ему показалось, словно шум, наконец, утих, и парень нервно выдохнул. Но воздух замер в его лёгких. В тёмном коридоре молча стоял незнакомец в шляпе, широко разинув свою нечеловеческую пасть в дьявольской улыбке. Увидев это нечто через дверной проём, Илья рухнул с табурета на пол и хотел завопить от ужаса, но не смог, словно лишился собственного голоса. В этот момент из пасти незнакомца начали доноситься обрывки фраз, прерываемые шипением:
- …Сегодня около трех часов дня в районе торгового центра прогремели выстрелы. По словам очевидцев их, было не менее шести. Есть пострадавшие... Участились нападения на сельчан... В парковой зоне найдено два трупа, следствие выясняет причины кончины молодых людей… Возникновение серийного убийцы унесло за собой жизни нескольких десятков людей… Настоятельно не рекомендуется выходить на улицы посёлка после семи вечера без значимой причины…Резня на ночных улицах посёлка – об этом будет наш первый материал…
Тяжело дыша, Илья приподнялся на колени и внимая эти короткие сообщения из каких-то репортажей, с всё большим подозрением и ужасом смотрел на незнакомца в тёмном коридоре. Тот, продолжая передавать через шипения, словно по радио аудиосообщения, начал медленно шагать в сторону Ильи. Парень прижался к батарее у стены и застыл в ужасе, не в силах что-либо сделать и воскликнуть. Он вдруг почувствовал, как ему в поясницу упёрлось что-то твёрдое, и вспомнил про взятый с собой старый револьвер. Он быстро вытащил его из-за пазухи и направил на улыбающееся нечто. Оно, в свою очередь, изменило свои шипения, и не шевеля своей открытой пастью, продолжила вышагивать в его сторону, заговорив его собственным голосом, то и дело повторяющиеся в громком шипении:
- …Такие явления не редкость, особенно для нашего криминального посёлка… Я частенько слежу за всем происходящим… Разной степени серьёзности… преступления… Он не отличался особым правопорядком… Дела обстояли гораздо хуже… хуже… Бесчинство, человеческие муки и страдания… страх и ужас, рыскавшие повсюду… Коренные сельчане… Эгоистами... Слишком многое... Платились жизнями… Страх был у них в крови… в крови... Уже сроднились… Трусы кичатся лишь о себе… Пренебрегая остальными… В одно мгновение отнимут… отнимут… отнимут… Только насущное и… материальное… Коренных соседушек… Надменных трусишках…
Сознание Ильи остро пронзали все эти слова и казались до боли знакомы, но он не мог поверить в то, что это говорит он сам, ведь сам нечего подобного не помнил. Незнакомец продолжал приближаться, а Илья, силясь нажать на спусковой крючок, слышал лишь щелчки пустого барабана револьвера. Каждый шаг незнакомца сопровождался этим звонким щелчком, пока Илье приходилось внимать собственные слова, еле различимые среди помех:
- …Ты исчерпал себя и больше не нужен… не нужен… Уговор есть уговор… Мне стоило рассказать об этом раньше… Это было неизбежно… Все мы играем свои роли… Посчитал нужным прекратить… Это для твоего же блага… Ты уже сыграл свою роль в этой никудышной пьесе…
Илья пытался не вслушиваться в собственные слова, что травили его сознание, но ничего не выходило. Казалось, они звучали уже в его голове. Вот уже третий, четвёртый, пятый шаг и незнакомец возвышался над парнем практически вплотную. Илья дрожащей рукой в очередной раз нажал на курок и вскинул дуло револьвера вверх, к лицу «говорящего», склонившегося прямо над Ильёй и его шипящим голосом уверенно произнося:
- …Я, к слову, готов пойти на многое ради своих принципов и идеалов… Стремление к ним я ставлю выше всего остального…Меня не страшат последствия… Только достигнув желаемого, я могу чувствовать себя спокойнее… Я ни за что не уступлю перед кем бы то ни было, кто встанет на моём пути… Важен только результат, не столь значимо какой ценой можно его достичь…
После этих слов последовало пронзительное шипение, и Илья не в силах больше это выносить нажал на спусковой курок. На всю квартиру прогремел оглушительный выстрел... Потрёпанная фотография Алины медленно опустилась в лужу крови.
Глава 5: Навстречу Судьбе
«Сколько мыслей в моей голове... и не каждой дано быть услышанной, далеко не каждой находится время. Одна за другой лишь пережёвывается, выплёвывается и забывается. Куда выплёвывается? Непосредственно себе в душу. Но ведь так не хочется... не хочется обременять себя лишними мыслями, накручивать себя, рефлексировать. Такой сумбур и беспорядок в голове... Хотя, с другой стороны – нет там никакого хаоса, тишь да гладь. Да вот не тут-то было. Слишком много лишнего там, что уже улеглось, вжилось, свыклось. Поэтому и не настораживает. Свыкаясь с одним укладом жизни, приходится адаптироваться уже к новым условиям. Период не должен быть долгим. Человек ко всему привыкает. Я не первый, он не последний. А ведь все эти заботы, нынешние размышления и переживания, так ничтожны по сравнению с чем-то большим и существенным. Такая собственная неопределённость – очередной признак несовершенства, всего лишь пробел. Как-никак, всё лишь сводится к тому, что всё исходит из самого человека: и проблемы, и пути к их решению. Нужно начинать с себя, если пытаешься что-то исправить или изменить – а не искать выхода и помощь у других. Нужно начинать с себя...»
Гелиевая ручка Кирилла остановилась, и он настороженно взглянул на разлитую по бумаге кашу из головы. Затем он скомкал исписанный листок и засунул в карман пиджака, с насмешкой буркнув себе под нос:
- Ага, поверил, ну и бредятина.
После этого, оторвавшись от своего занятия, парень начал оглядывать не особо многолюдный класс вокруг себя. В этот день народу было ещё меньше чем в предыдущий. Поэтому Кирилл нигде не мог приметить ни Никиту с Сашей, ни Глеба с другими ребятами. Однако шум с последней парты, где по обычаю на переменах распивают чай – никуда не делся. Кирилл обернулся туда и увидел, как Соня и Витя по-прежнему о чём-то громко перекрикиваются между собой, а Илья с Алиной молча наблюдают за этим. Прислушавшись, Кирилл начал разбирать недовольные выклики Сони:
- Да не буду я это пробовать! Чего пристал-то опять?
- Потому что таких яичных рулетов ты ещё точно не пробовала! – восторгался в ответ Витя.
- Да чего я там не пробовала, - воротила носом девушка, - наверняка туда жареных гвоздей накидал, и посмеяться надо мной хочешь!
- Не попробуешь – не узнаешь! – настырно продолжал Виктор, вертя тарелкой с яичным рулетом перед лицом Сони.
Наблюдая за этим зрелищем, Кирилл чувствовал, как его не покидает странное ощущение, словно что-то было не так. Он ещё раз окинул взором класс и убедился, что не хватает Кирилл-0. Сразу же после этого он увидел стоящего рядом с окном Петра, который опирался на подлокотник и с кем-то разговаривал. Встав с места и подойдя ближе, Кирилл увидел рядом с ним и Кирилл-0. Пётр с коварной улыбкой и хитро прищуренными глазами нагнулся, и начал что-то шептать тому на ухо. Заподозрив неладное, Кирилл начал приближаться к ним двоим. По мере того, как Пётр нашёптывал чуть слышным голосом, лицо Кирилл-0 изумлялось в приятном удивлении. Весь словно засияв, он довольно закивал Петру и устремился в центр класса. Не успел Кирилл подойти к нему и с опаской взглянул сначала на Кирилл-0, затем на лукаво улыбающегося Петра, который продолжал стоять у окна, словно предвкушая нечто увеселительное.
«Что они, чёрт возьми, задумали?» - вспылил про себя Кирилл, замерев, как вкопанный.
Кирилл-0, встав перед всем классом, громко прокашлялся, привлекая внимание и громогласно заявил:
-ああいや！ 私は核下痢を持っていると思います！(О нет! Кажется, у меня ядерный понос!)
После этих слов в голове у Кирилла начался сущий кошмар, а внутри, словно что-то оборвалось. Класс на мгновение замер в тишине, но затем сзади опять продолжились восторженные кряхтения Вити:
- Тогда мы вместе встанем на этот кулинарный путь!
- Не-е-е-т!!! – завопила в ответ Соня, и под её визг Кирилл-0 сорвался с места и бегом побежал к выходу из класса. Не успел Кирилл опомниться, как тот уже выбежал прочь.
Сотни мыслей в голове в тот час слились в одну тревожную: «Это никогда хорошо не заканчивается...» И уже ни на кого больше не обращая внимания, парень выбежал из класса вслед за Кирилл-0. Распахнув дверь, он увидел бегущего по пустому школьному коридору двойника, вытянувшего руки назад словно птица. Он скоропостижно удалялся, поэтому Кирилл тоже сорвался с места. Пробегая по пустым лестничным пролётам к выходу из школы, их не остановил отсутствующий охранник, и оба Кирилла скоро выбежали на улицу. Однако Кирилл-0 не собирался сбавлять темп и побежал ещё быстрее. Уже выдыхающийся Кирилл начал кричать ему в вдогонку:
- Да стой ты! Куда ты вообще собрался?!
Кирилл-0 вдруг приостановился, и, обернувшись в лучах солнца, ласково пролепетал:
- 運命に向かって。.. (Навстречу судьбе...) – затем он развернулся и как прежде побежал в своей придурковатой позе.
- Чего?! – кричал ему вдогонку обескураженный от происходящего Кирилл. – Чего ты там прошептал-то? Не слышно же ничего!
Не успев отдышаться, Кирилл вновь рванул за своим двойником, пытаясь догнать его по всему району и попутно покрывая пятиэтажным матом. Но к своему удивлению догнать себя Кириллу никак не удавалось, и когда он пробегал по мосту возле своего дома, выносливость парня уже иссякала окончательно. Между тем Кирилл-0 продолжал неуловимо рассекать улицы посёлка, не останавливаясь ни на секунду.
«Проклятый паршивец, вырезал мне лёгкие, пока я спал... Своих что ли мало?» - Выдыхаясь, думал про себя Кирилл.
Уже подбегая к дому, парень увидел, как Кирилл-0 забежал в подъезд, ведущий к лифтам, и, решив пойти на опережение, забежал в подъезд, ведущий на лестницу. И снова 9 этажей...
«Разве это не должен делать кто-то другой?» - жалобно взмолился Кирилл, окончательно выдохнувшись. С трудом пробираясь по лестничным пролётам, парень таки достиг нужного этажа, но было уже поздно. Проходя по подъезду мимо лифтов в сторону квартиры, Кирилл краем глаза увидел захлопывающуюся кабину одного из них. В ней он увидел Кирилл-0, неуклюже прижимавшего к себе велосипед и пытавшегося уместиться вместе с ним в кабине маленького лифта. Перекинувшись взглядом, двойник, нелепо улыбнувшись, стал долбить по кнопке первого этажа, пока Кирилл сверлил его взглядом:
- Идиот... – только успело вырваться из уст Кирилла, когда кабина захлопнулась, и послышался громкий грохот рухнувшего велосипеда и разбитого зеркала. – Заноза в заднице! Как же с ним тяжело...
Кирилл тоже начал долбить по кнопке вызова лифта, пытаясь хоть как-то остановить Кирилл-0. Но лифт не приезжал. Тяжко выдохнув, Кирилл снова побежал по лестнице, перепрыгивая несколько ступенек за раз. Выбравшись на улицу, взбешённый парень увидел удаляющуюся фигуру Кирилл-0 на велосипеде, разъезжающего по трассе. Разинув рот от изумления, дыхание Кирилла на мгновение сперло, и он не был в силах даже воскликнуть что либо. Парень лишь понёсся за двойником сломя голову, ничего не видя перед собой. Благо Кирилл-0 теперь особо не торопился – он спокойно крутил педали и с полным умиротворением на душе оглядывал удаляющиеся от него улочки с падающими с деревьев листьями и освещённые ярким тёплым солнцем. Разъезжая прямо по проезжей части, он не обращал внимания на гудки встречных ему автомобилей, аккуратно маневрируя между ними и лучезарно улыбаясь – ведь мир тоже ему улыбался!
- Слезай с велосипеда, шиз! – раздался совсем рядом знакомый голос. – Я тебя собственноручно в лепёшку превращу, не обязательно в очередной раз попадать под колёса!
Словно не обращая на эти слова внимания, Кирилл-0 радостно начал напевать себе под нос:
- サイクリングのためのどのような素晴らしい一日！(Какой чудесный день для велопрогулки!)
Впереди послышался громкий и протяжный гудок грузовика, после которого Кирилл-0 в последний момент успел завернуть в сторону. Громко рассмеявшись быстро проносящейся мимо фуре, парень закрутил педали ещё быстрее, продолжая рассекать по проезжей части. Кирилл следовал за ним, запыхаясь и обливаясь потом под школьной формой, под лучами медленно уходящего к закату солнца. Как бы не выбивался из последних сил, он никак не мог догнать и настигнуть Кирилл-0 на велосипеде, поэтому оставалось только поспевать за ним и надеяться на лучшее.
Такими темпами они скоро начали приближаться к окраине посёлка, где под очередным мостиком расстилалась речка. По мосту проходило двое парней, примерно одинакового возраста, друг с другом о чём-то посмеиваясь. Один был чуть ниже ростом, другой в очках и хвостиком из волос. Как оказалось, эти двое юношей что-то бурно обсуждавшие между собой являлись давними друзья Кирилла – Артёмом и Егором, с которыми он учился до перехода в нынешний класс. Завидев проезжающего на всех порах мимо нихКирилл-0, Егор радостно воскликнул:
- Здорова, Кирилл! Как жизнь...? – но не успел он договорить, как обоих друзей растолкал и пробежал мимо ещё один Кирилл, выглядящий почти точно так же. Двое парней застыли в недоумении, но затем побежали вслед за ним.
Кирилл-0 завернул с моста на небольшую тропинку, ведущую к реке. Вслед за ним со всех ног бежали остальные. По сторонам начали виднеться небольшие застройки под дачи, а впереди у реки - красивая беседка с качелями. Однако Кирилл-0 ехал вовсе не туда. Забежав за эту беседку, Кирилл, Артём и Егор лицезрели небольшой деревянный причал, омывающийся рекой. Кирилл-0 вдруг резко повернул в его сторону и со всего разгону заехал на него. Сердце Кирилла сжалось, и в сознании больным стуком сразу же всплыла картина последующих событий. Пока его друзья заворожённые странным зрелищем продолжали стоять на месте, Кирилл в три больших прыжка из последних сил достиг причала, но велосипед уже взмыл в воздух, и вместе с довольным Кирилл-0, радостно кричащем что-то на японском – рухнул в водную гладь. Огромный столб воды обрызгал обескураженное лицо подбежавшего Кирилла, наблюдающего за медленно уходящим на дно силуэтом Кирилл-0. Только пузыри продолжали с громким плеском всплывать на поверхность воды. Подбежавший Артём с Егором молча посмотрели на это зрелище. Не понимая, что происходит, Артем, сняв очки, замялся и обратился к Кириллу:
- Нам, конечно, очень жаль... Но что это вообще было?
Кирилл обессиленно рухнул на колени и голосом полным отчаяния и разочарования произнёс:
- Мой велосипед...
После этого вся водяная гладь реки вдруг покрылась бордовым цветом. С громким треском, река стремительно начала покрывать трещинами. Словно разбитое зеркало. Кирилл опустил взгляд и посмотрел на него.
Глава 6: Прорубь
Тяжесть в ногах. С трудом передвигая ими, Кирилл брёл по заснеженной равнине. Ноги словно увязали под толстым слоем снега, в нём же они всё больше коченели и отказывались передвигаться быстрее. Но помимо этой тяжести, парня насквозь пробирал холод. Полностью, с головы до ног окутанный сильным морозом, Кирилл пробирался сквозь снежную пургу. Она царила абсолютно везде, а потому была непроглядна и густа. Куда не посмотри – повсюду серая пелена. Овеянный ею, юноша чувствовал, как его всего пробирало до дрожи, и казалось, холод проникал до самой подкорки мозга, словно притупляя сознание и никак не давая мыслить. С каждым новым шагом, всё тело увязало в этом беспросветном морозе, полностью промёрзшие ноги тяжким грузом тянули всё ниже в серую стужу. Впереди была только метель, застилающая собою всё вплоть до горизонта. Монотонно передвигая ногами через сугробы, Кирилл дрожа и трясясь, выдыхал чуть заметные клубы пара.
Продолжая бесконечно следовать за ними, он наверняка бы сошёл с ума, если бы он не распахнул слипшиеся и обветренные морозом глаза. Впереди, в серой пурге, он увидел еле различимые человеческие силуэты. Их было много, и они стояли порознь друг от друга, словно соблюдая дистанцию. Однако Кирилл заметил и несколько небольших групп из силуэтов. К одной из таких он как раз шёл навстречу. Словно найдя в себе дополнительные силы, он зашагал через пургу ещё быстрее, чем прежде. Парень не помнил, сколько он подобным образом пробродил, в надежде отыскать что-либо. И вот, когда, наконец, ему подвернулась удача, у него словно открылось второе дыхание, и, оставляя за собой большие клубы пара, он начал перебирать обледеневшими конечностями как можно скорее.
Приближаясь к небольшой группе силуэтов, для Кирилла стала различима их внешность. Мужчина высокого роста, с густой бородой и шапке-ушанке, кутался в шинели, и сидя на корточках, что-то мастерил. Рядом с ним так же стояла женщина, ниже его ростом. Плотно обмотавшая голову платком, она прятала что-то под пальто. Подойдя ещё ближе Кирилл разглядел, что женщина прижимала к себе маленького ребёнка, так же укутанного в толстую меховую одежду. Ребёнок жалобно хныкал на руках у женщины, а та, утирая ему лицо перчаткой, пыталась его убаюкать. Кирилл подошёл к мужчине и увидел, что тот склонился над большой прорубью, похожей на бездонную яму. В руках он держал приспособления, похожие на удочки, как раз заканчивая налаживать одно из них. Подойдя к нему вплотную, Кирилл хотел было что-то сказать, но его обмёрзшая челюсть не поддавалась, а обледеневшие губы отказывались шевелиться. Тогда юноша хотел дотронуться до спины мужчины, но тот, словно почуяв стороннее присутствие, встал на ноги и сам обернулся к Кириллу.
Мужчина оглядел парня суровым взглядом сквозь густые брови и затем смиренно уставился Кириллу прямо в глаза. Парень молча смотрел на него в ответ, не в силах больше пошевелиться, и, не зная чего ожидать. Они стояли так какое-то время, слыша вокруг вой холодного ветра, а совсем рядом – тихий плачь ребёнка у женщины на руках. Эти недолгие мгновения тянулись для Кирилла целую вечность, ему становилось неловко, словно он вторгся в чужой дом. Но чем больше он смотрел в глаза мужчине, тем больше различал в этом взгляде не только суровость, но и боль, тоску, сострадание. От этого становилось ещё больше не по себе. Кириллу уже хотелось просто сбежать от этой семьи и оставить её в покое, который оно разрушил своим визитом. Но тело больше не слушалось парня и словно примёрзло к месту, на котором стояло. Постояв так какое-то время, мужчина протянул Кириллу одну из диковинных удочек, что держал в руках. На деле это приспособление представляло собой небольшую деревянную палку, с тонкой нитью на конце. На этой нити был подвешен простенький крючок, а вместо своеобразного поплавка – маленький колокольчик. Звякнув им, мужчина всунул удочку прямо в руки парню, затем медленно протянул руку в сторону проруби под ногами и указал уже на другую прорубь, совсем неподалёку. Кирилл смутно представлял, что этим хочет донести до него мужчина. Но возразить или что-либо ответить он не мог, поэтому взяв удочку в руки, он снова побрёл в сторону указанной ему проруби. Звеня колокольчиком в обледеневших руках, Кирилл снова обернулся в сторону незнакомцев и застал, как мужчина садиться над своей прорубью и закидывает в неё удочку, пока его жена с ребёнком на руках, смиренно наблюдает за этим.
Доковыляв до нужной проруби сквозь неугомонную метель, Кирилл рухнул на колени и заглянул прямо в неё. В отражении воды нельзя было ничего разглядеть, оно походило на чёрное пятно посреди белого снега, не имеющее ни формы, ни размера, ни тем более глубины. Несмотря на бушующую вьюгу, вода в проруби была непоколебима, и казалась глубокой бездной. Дрожащими руками, Кирилл размотал удочку, то и дело случайно задевая миниатюрный колокольчик. Покончив с этим, парень по примеру незнакомца закинул свою удочку в прорубь. К удивлению юноши, на поверхности воды остался мотылять лишь колокольчик. Кирилл как заворожённый уставился на него, пытаясь понять, что он пытается поймать. Но колокольчик не давал ответа, продолжая спокойно болтаться на поверхности гущи проруби. Метель вдруг овеяла Кирилла сильным порывом холодного ветра, отчего тот даже встрепенулся. Но ему уже не было так холодно, как прежде, теперь он просто сидел и ожидал, когда зазвенит его колокольчик.
Такое бессмысленное занятие предавало Кириллу осмысленности собственных действий, ведь теперь он наконец-то не просто идёт в неизвестность, а имеет какую-никакую цель, какой-никакой стимул не замерзать окончательно. В тот момент только ветер гулял у него в голове, холодный ветер. Освободившись от груза в ногах, юноше стало так же спокойно, как и колокольчику в проруби. Кирилл ничего не ждал от него, ни на что не наделся, парень лишь покорно следил за его бездействием и бездействовал сам. Сжав холодную древесину в руках покрепче, Кирилл уже не обращал внимания на порывы ветра, на таких же сидящих около проруби людей неподалёку. На таких же, как он сам. Лишь краем глаза он видел смутный силуэт мужчины, точно так же сидящего возле проруби, точно так же ждущего. Вой вьюги и шум пурги становились всё мягче и менее заметными, словно медленно угасая. Всё вокруг густело серыми красками.
Кирилл, замерев в одном положении, продолжал следить за колокольчиком. Тёмная вода, вокруг него, уводила мысли парня куда-то далеко за собой, уступая место холоду. Сознание сузилось до этого колокольчика на столько, что отказывалось воспринимать что-либо ещё. Уставшие глаза замерли на месте, обмёрзнув и зафиксировав взгляд на проруби. Конечности полностью окаменели, а удочка уже успела примёрзнуть к обездвиженным рукам. Единственное что продолжал чувствовать тогда Кирилл – это своё тихое дыхание, теперь уже ничем непрерываемое. Так юноша сидел, теряя счёт времени, не чувствуя себя больше не живым, не мёртвым до той поры, пока не услышал где-то совсем рядом со стороны звон колокольчика. Не в силах пошевелиться, Кирилл попытался разглядеть источник звука боковым зрением, но из-за сильного снегопада ничего не было видно. Колокольчик парня, в свою очередь, продолжал непоколебимо плавать на поверхности проруби. Убедившись, что он может издать звук, у парня в голове, словно что-то зажглось. Он широко разинул свои глаза и принялся усердно ждать. Долгое время он кормил себя эти ожиданием, не обращая внимания никакого внимания на перемещающиеся рядом с ним силуэты, на другие звоны колокольчиков издали. Теперь он ждал только одного.
Но тут в очередной раз, совсем рядом, послышался тот же звон, который он услышал в прошлый раз. Кирилл вновь покосился в сторону, откуда донёсся звук и услышал душераздирающий плач ребёнка. Он был громче любых других звонов колокольчиков и поэтому раздавался по всей округе. Но вместе с тем ветер усиливался, по-прежнему не давая Кириллу ничего разглядеть. Этот плач ветром занёс в душу Кирилла тень тревоги и сомнения. Но вместе с тем, у парня появилось самое настоящее желание достичь того, чего хотел. Больше он не мог отказаться от всего, что имел, и его тело смиренно продолжало сидеть на месте. Кирилл впивался в колокольчик взглядом, продолжая слышать совсем рядом детский плачь. В этот момент парню начало казаться, словно прорубь смотрит на него тем суровым взглядом, как тот мужчина тогда. И этот момент точно так же тянулся бесконечно, всё больше нагоняя тревоги. Но со временем плач угасал за шумом метели и становился всё тише. Однако, Кирилл продолжал его слышать до последнего, пока в очередной раз, со стороны откуда раздавался плач, не прозвенел звонок.
После этого Кирилл больше ничего не слышал, кроме завывания ветра. Парень судорожно выдохнул, и, почувствовав покой, закрыл глаза. Холодный ветер снова загулял у него в голове, но ненадолго. Совсем рядом, прямо под ним, послышался звон колокольчика. Открыв глаза, Кирилл увидел, как из его проруби вытянулся высокий силуэт бородатого незнакомца, который дал ему удочку. В его руке было два колокольчика, звон которых оглушил примёрзшего к месту Кирилла. Он хотел было вдохнуть холодный воздух, но мужчина крепко сжал голо парня свободной рукой, медленно опускаясь всё ниже в прорубь. Вслед за мужчиной, обездвиженный и задыхающийся юноша с широко раскрытыми глазами скрылся в тёмной пучине.
Глава 7: Доброе Утро!
Ранее утро наполняло воздух свежестью, а первые мягкие лучи рассвета уже начинали выбираться из-за горизонта. Несмотря на это, осеннее утро отдавало прохладой, поэтому наши герои, укутавшись в одежду потеплее, спешно пробирались по заросшим тропинкам, ведущим к водоёму. Виктор шёл впереди, ведя за собой ещё четверых сонных и прозябающих от холода товарищей. Одетый в свой привычный для рыбалки камуфляжный костюм и держа в руках удочку и небольшой саквояж с различными снастями, он спешно перебирал ногами, при этом не забывая, по дедовски ворча, периодически подгонять идущих сзади. Спускаясь вниз по заваленной опавшей листвой тропинке, Виктор высматривал места у воды, которые уже сплошь и рядом были усеяны другими рыбаками. Кривя на своём лице гримасу недовольства, он продолжал всё больше ворчать себе под нос что-то неразборчивое. Идущая за ним Соня, не в силах больше терпеть, воскликнула:
- Да чего ты там бубнишь себе под нос?! И куда мы так торопимся?!
Не сбавляя темпа и не оборачиваясь, Витя ответил полушёпотом:
- Видишь ли, пока мы так долго собирались, на наши потенциальные места набежала целая орава мужиков, и если мы не поторопимся – придётся рыбачить в канаве.
- Да кому кроме нас вообще нужно вставать в такую рань... – Соня уныло вздохнула и продолжила, - я вот вообще даже не ложилась, а потому и пришла вовремя, в отличие от некоторых!
На этот выпад, обращённый Кириллу, идущему сзади всех, парень ответил лишь:
- У меня были причины... Я делал бутерброды... Чай... Спал...
- Вот именно! – недовольно огрызнулась Соня. – Сон вообще для слабаков!
- Говори за себя. – Шепнула ей невзначай Алина.
- Да вы ничего не понимаете...! – начала было громогласно Соня, но не успела продолжить, так как Витя остановился и зашипел на неё.
- Т-щ-щ-щ! Тебя за километр слышно!
Соня непонимающе взглянула на него и нахмурилась:
- А вот эту загробную музыку из твоего кармана как будто вообще не слышно?
- Это – оркестровая композиция из третьего Dark Souls, поры бы уже запомнить, - возомнил Витя, - она необходима, что бы сплотить нас к единой цели и вселить ужас в души местных рыбаков, дабы схлестнуться в кровопролитной бойне за место под солнцем... ну или у болота...
- Это так не работает! – продолжила вопить неугомонная Соня, но её перебил подошедший к Вите Илья.
- Ты мне лучше скажи, с чего ты решил, что именно сейчас мы что-то поймаем на этих болотах? Не поздновато ли?
- Никогда не поздно, друг мой! – воодушевлённо ответил Виктор, - тем более на это меня надоумил Петя...
- Петя?! – недовольно откликнулась Соня.
- Петя?! – так же раздражённо повторила Алина.
- Да, Петя. Он мне тут на ушко нашептал, что на этих болотах можно поймать здоровенного сома, размером с меня!
Все четверо сделали каменное лицо и смирили Витю недоумённым взглядом. Качая головой, Соня ответила:
- И ты ему, конечно же, поверил... Кто-нибудь, кроме Вити, этому фрику вообще доверяет?
Но в ответ Соня только сейчас заметила лишь опустошённые взгляды Алины, Ильи и Кирилла, не выражающие никаких эмоций. Обратив внимание на такую странную реакцию при упоминании Петра, Соня настороженно уставилась на ребят, в то время пока Витя начал распинаться:
- Да нормальный он парень, чего ты бузишь так? Тем более, если его слова правда, то мы действительно можем рассчитывать на грандиозный улов. Я поймаю его, чего бы мне это не стоило... – после этих слов Витя встал в причудливую позу и крепко сжал в кулак свою удочку. – Чёрт! Похоже, наше место хотят занять! В пусть, дамы и господа! - воскликнув это, Виктор сорвался с места и побежал вперёд, громыхая саквояжем в руках. Остальные, растерявшись, поспешили за ним.
Добравшись до места, юные рыбаки начали располагаться и раскладывать вещи. Витя четно пытался сохранять тишину, но из-за его шумной компании ему это слабо удавалось, поэтому ему приходилось на себе сердитые взгляды рыбаков на другом берегу. После приготовлений, Витя, Кирилл и Алина начали снаряжать свои удочки. Пока те насаживали червей и примеряли глубину, Соня, незаметно от всех отвернувшись и достав из кармана пачку сигарет, попыталась закурить одну. Но за долю секунды за её спиной буквально материализовался Виктор:
- Кухня в другой стороне. – Недовольно и сухо буркнул парень.
- Какая кухня...? – развернулась к нему Соня с сигаретой во рту и тот час получила лёгкий удар по голове, из-за чего сигарета сразу выпала.
- Никакого курения на рыбалке! Ты только порочишь эту священную церемонию! Где твои манеры... и удочка?!
Соня указала пальцем на запутанное в леске недоразумение, раскинутое на траве. Витя взглянул на Соню суровым взглядом сквозь отблеск в очках, на что та ответила:
- Да чего ты от меня хочешь? Что бы я тебе сейчас же сома поймала?
- Да. – Утвердительно ответил Витя.
- А почему ты Илью тогда не заставляешь? – насупилась Соня.
- У него удочки нет, и он составляет нам приятную компанию. А ещё у него есть бутерброды.
- Вот как? – съязвила Соня. – А у меня тоже бутерброды есть, или, хочешь сказать, ты не будешь их есть, потому что я твой рулет не попробовала?
- Да. – Спокойно ответил Витя, после чего Алина обратилась к Соне.
- Перестань уже капризничать, сядь и размотай свою удочку.
- Ну м-а-а-а-м! – завопила Соня, после чего все всё-таки смогли усесться и начать рыбачить. Кутаясь поглубже в тёплую одежду от осенней утренней прохлады и попивая чай с бутербродами, все пятеро зачарованно наблюдали как в отражении воды, в которой медленно качались поплавки, начал отражаться рассвет. Витя настороженно сконцентрировался на своём поплавке, терпеливо ожидая сома, пока остальные болтали о чём-то не столь существенном. Вдруг, Кирилл обратился ко всем:
- Знаете, мне вот эта сцена напомнила кое-что. Мне недавно приснился очень странный сон, ума не приложу, когда именно это со мной произошло, как будто вот-вот, на днях. В этом сне происходило нечто похожее, я даже записал это на бумаге. С вашего позволения... – Кирилл начал копаться в рюкзаке и вытащил оттуда небольшую серую записную книжку. Алина и Илья заинтересованно посмотрели на него. Кирилл начал листать страницы в поисках нужной, но тут Соня резко вскочила и начала громогласно:
- Кстати, совсем из головы вылетело, я же хотела вам мой фанфик показать!
- И про кого же он на этот раз? – усталым голосом спросил Илья.
- Про наших с вами братьев-геев: Кирилла и Кирилл-0!
Кирилл позади Сони мигом захлопнул книжку и напряжённо уставился на девушку, в то время как Алина поперхнулась чаем и хриплым голосом спросила:
- С чего бы вдруг? И что ты сделала со мной?
- Ну, понимаешь... – замялась Соня, - мне че то так скучно стало, и я решила попробовать себя в чём-то новом. Поэтому я не хотела, что бы тебя тоже сбила машина и решила начать всё с чистого листа... Кстати, а где этот японец-то? – обратилась девушка к Кириллу.
Тот нервно начал убирать записную книжку в рюкзак, и пододвигаясь поближе к удочке, дрожащим голосом ответил:
- Да он вторые сутки из туалета не вылезает...
Вдруг, до сей поры спокойно выжидающий Витя вскочил с места и воскликнул:
- Клюёт! – после этих слов все как заворожённые начали наблюдать за ним. Виктор начал умело подсекать, но не давало никакого толку, так как к удивлению парня удочка отказывалась поддаваться.
«Щука?» - подумал про себя Витя, и, закрутив катушку до предела, парень начал тянуть всю удочку на себя. Леска со скрипом натянулась до предела, и тогда Виктор восторженно воскликнул:
- Сом!
Широко раздвинув ноги и крепко упёршись ими в землю, Витя усердно начал тянуть удочку на себя. Тем временем вода начал бурлить сильнее, а поплавок скрывать всё глубже.
«Чёрт! – начали проноситься мысли в голове у юноши. – Я так просто не дамся! Думаешь, я тебя не переиграю? Что я тебя не уничтожу? Я тебя уничтожу. Видимо попался действительно увесистый... Что бы уничтожить его мне потребуется рассчитать нужную силу, которую следует приложить к удочке. Для этого она должна быть как минимум сопоставима с силой, приложенной на конец лески – то есть сомом. Из второго закона Ньютона она будет равняться произведению массы на ускорение свободного падения. Отсюда следует, что мне нужно найти её массу из формулы силы натяжения лески. Для этого мне потребуется примерно прикинуть коэффициент трения лески и угол её наклона относительно поверхности воды. Если условно взять его за 45 градусов, а коэффициент будет единичкой, так, что бы красиво смотрелось, то тогда получится...
Виктор резко подпрыгнул и в воздухе развернулся на 180 градусов, сметя все рыболовные стулья стоящие рядом. Затем он снова широко раздвинул ноги, поднял руки высоко вверх, с крепко сжатой в них удочкой. Стоя спиной к воде, он со всей силы махнул удочкой вперёд, натянув леску за своей спиной до ещё большего предела. Он наклонял удочку всё ниже, словно пытался что-то её разрубить.
«Мне нежно увеличить площадь опоры и свою устойчивость, что бы сила давления на удочку стала максимальной. В такой позиции моя победа уже предопределена!»
Его товара щи, затаив дыхание, молча наблюдали за всем этим: Соня размахивала руками с лицом «сумасшедший дед помоги», Кирилл с ужасом наблюдал за этой картиной, словно вспомнив нечто очень неприятное, Алина беспечно допивала свой чай, а Илья снимал всё происходящее на телефон. Но вдруг послышался пронзительный треск, и, замерев, Витя начал замечать, как с его катушки начала стремительно разматываться леска.
- Кажется, я допустил небольшую погрешность... – пробормотал он себе под нос, - какая оказия...
Но мгновение спустя Витя вцепился в убегающую от него леску, и, отбросив сломанную удочку в сторону, принялся наматывать леску на свою руку от кисти до локтя.
«Я одолел Гвина, Намандру, душу Пепла... И тебя тоже одолею, во что бы то ни стало!» - продолжал неугомонно восторгаться про себя Витя, в то время как леска тянула его за собой и впивалась в кожу обхватившей её руки. Затем, парень повернулся к ней лицом с огнём в глазах и ухмылкой на лице, и резко начал падать вниз спиной, потянув при этом леску за собой. Она начала приближаться к берегу и из воды показалось нечто огромное и бесформенное. На поверхности воды появилось нечто белое, а затем, потянув за леску ещё сильнее и окончательно упав на землю, Виктор увидел выныривающего из-под воды Кирилл-0 в белой рубашке. Тот, зацепившись губой за крючок, начал громко взвывать и пытаться отцепить его. Весь промокший и с головы до ног увешанный водорослями и тиной, Кирилл-0 вышел из воды. Освободившись от крючка, он радостно обратился к своим спасителям:
- Оhayou! (Доброе утро!)
Спустя несколько секунд молчания послышался яростный крик:
- Где мой велосипед, «охаё» блять?! – после этих слов разъярённый Кирилл начал громко отчитывать Кирилл-0, при этом колотя его по мокрой голове. Тяжело вздохнув, Витя устало поднял стул и принялся разматывать леску с руки, с горечью приняв тот факт, что сома он упустил, и теперь все остальные рыбаки вокруг вынуждены выслушивать эти крики. Покончив с леской, парень лишь спокойно налил себе чаю из термоса, закинул ногу на ногу, скрестил руки на груди и принялся наблюдать за тем, как Кирилл бьёт по голове Кирилл-0, пробуждая в себе до боли знакомые воспоминания.
Глава 8: Безумие
Словно в тумане, перебегая в неположенном месте дорогу с сигналящими машинами, двое парней забрели в старую часть посёлка, где жил один из них. Это был никто иной - как Виктор. Он держался поодаль от преследуемого им юноши, коим являлся его одноклассник - Кирилл. Дождь в то же время всё усиливался, да так, что в нём всё сложнее становилось ориентироваться. Ливень придавал этому району ещё более удручающий и гнетущий вид. По-хорошему, им не следовало расхаживать по улице в столь ненастное время, но Виктор продолжал преследование несмотря ни на что. По его наблюдениям, с Кириллом творилось что-то неладное, тот словно терял контроль над собственными действиями. Поэтому Виктор не мог бросить товарища на растерзание судьбе и не упускал его из виду. Следуя за шатающимся из стороны в сторону юношей, с трудом передвигающим ногами, они вместе с ним добрались до случайного кирпичного здания. Виктор спрятался за машиной неподалёку и принялся наблюдать за Кириллом, пытавшимся отдышаться и перевести дух под козырьком одного из подъездов. Сидя в своём укрытии под проливным дождём, Виктор задумался о правильности своих поступков и решил прекратить слежку, чтобы помочь однокласснику прийти в себя. Заигрывать с чужой судьбой дальше - больше времени не было. Однако размышления парня прервали странные силуэты, мелькающие среди ливня.
Оглянувшись по сторонам, Виктор с потрясением для себя заметил множество человеческих фигур, одетых в серые балахоны и остроконечные колпаки, покрывающие собою все их лица. Эта толпа сплошь и рядом заполняла собой пространство мрачного и дождливого района, окружая юношей. Люди в мантиях остановились на приличном расстоянии от Виктора и Кирилла, так, что очертания их смутных силуэтов были смутно различимы за проливным дождём. Вглядываясь в эти серые силуэты, Виктор четно пытался разглядеть, кто все эти люди. Но, к своему удивлению, он увидел то, чего точно не ожидал от них. Окружившие его культисты поочерёдно из-за спины начали доставать различные музыкальные инструменты. После этого, со всех сторон одновременно громко взорвалась оркестровая мелодия, из-за чего переполошённый Виктор выскочил из-за машины, панически озираясь по сторонам. Эта мелодия была ему знакома не понаслышке, и он прекрасно понимал, что она за собой таит. Он слышал эту триумфальную композицию множество раз, она уже давно гуляет по закоулкам его подсознания.
Из-за угла пятиэтажки послышался громогласный рёв, из-за которого трепещущий от ужаса Кирилл содрогнулся и замер на месте. Оркестр начал усиливать свой темп, звуча при этом всё более торжественно и будто встречая кого-то. Под завесой ливня показался огромный силуэт трёхглавого хищника, приближающегося к Кириллу. Тот, в свою очередь сорвался с места, с трудом перебирая трясущимися ногами. Прямо над парнем возникла величественная фигура свирепого трёхглавого зверя, напоминающего псину с чертами цербера и адской гончей, вселяющего животный страх. Одно из лик животного перекорёжило в неестественной улыбке, второе – обезображено яростным оскалом, третье же лико псины было искаженно гримасой уже человеческого безумия, одновременно сочетая в себе и ликование первого и гнев второго. Все эти три собачьи морды нависли над Кириллом, щёлкая своими пастями и грозно рыча, от чего тот, судорожно схватившись за сердце, рухнул на мокрый асфальт прямо лицом в лужу, из последних сил пытаясь отползти подальше. Одна из голов начала истошно смеяться над ним громогласным человеческим смехом и за тем, под мотивы звучащего на весь район оркестра, псина угрожающе взвыла всеми тремя головами, сотрясая под собою землю.
Наблюдая за этим зрелищем, Виктор испытывал такой же дикий ужас, как и его товарищ. Однако вместе с этим он приходил в неописуемый восторг, адреналин вскипал в крови и всё сознание трепетало. Поддавшись этим чувствам, парень бросился к небольшому кусту неподалёку и вынул из ветвей репейников давно запримеченную старую арматуру. Она была достаточно увесистой, и взмахнув ею словно орудием, Виктор уверенно зашагал в сторону чудовища, протирая очки от набежавших на них капель дождя.
Некоторые из стоявших вокруг культистов начали синхронно запевать мотивы на латыни, образуя между собой хор. Крепко сжимая арматуру в руках, Виктор с затаённым в душе ужасом и трепетом приближался всё ближе. Псина злобно рявкнула, заметив идущего к ней юношу, а затем резко прыгнула в его сторону, перелетев через раскинувшегося на асфальте Кирилла. Виктор от неожиданности отпрянул назад, но устоял на ногах, в то время как псина приблизилась к нему вплотную, вытянув свою безумную голову прямо перед лицом парня и сверля его свирепым взглядом. Тот, недолго думая, замахнулся арматурой и со всей силы ударил ею по собачей морде. Та яростна взвыла в ответ, и поднявшись на задние лапы, передними псина вцепилась прямо в плечи Виктора, повалив его на асфальт. Через пару мгновений, широко распахнутая собачья пасть оказалась прямо над лицом юноши, но он резко всунул арматуру между зубастых челюстей, не давая им сомкнуться. Крепко сжимая собственные зубы, парень ловким движением вскинул обе ноги вверх, ударив ими по нижней челюсти псины, от чего та ослабила хватку. Освободившись от оцепенения, Виктор сделал кувырок прямо под тушей нависшего над ним зверя и нанёс удар арматурой по задней лапе чудовища. Тело псины на мгновение вздрогнуло, но затем изогнулось, и со всего маху одной лапой снесло с ног парня, отчего тот полетел в мусорный контейнер, стоящий неподалёку. С грохотом врезавшись в него и рухнув на мокрый асфальт, юноша сразу же оперся на крепко сжатую в руке арматуру и привстал на колени, откашливаясь и переводя сбитое дыхание. Сквозь треснутые очки он видел, как на него уже мчится громко хохочущая голова псины под раздающиеся фанфары со сторон. На лице парня непроизвольно возникла улыбка, и стиснув зубы, он вскочил на ноги.
Немедля ни секунды, Виктор запрыгнул на мусорный контейнер и в тот момент, когда чудовище приблизилось достаточно близко, парень бросился прямо на голову улыбающейся псины, и обхватив её шею арматурой, принялся душить. Зверь начал скакать из стороны в сторону и с силой трясти своими рычащими головами, пытаясь избавиться от назойливого парня, который мертвой хваткой вцепился в шею. Проливной дождь поливал обоих, и под громкие звуки тромбонов хохочущая голова испустила протяжный и тяжкий хрип, а Виктор, повиснув на ней, начал медленно соскальзывать вниз. В это же время вторая разъярённая голова разинула свою огромную пасть прямо рядом с парнем, и не успел тот опомниться, как в боку почувствовалась невероятно острая боль, от впивающихся в рёбра челюстей. Виктор поперхнулся собственной кровью и под звуки проливного дождя и голосящих культистов, сам взвыл от боли. Стиснув окровавленные зубы и отбросив все мысли о боли и страхе, Виктор вонзил арматуру в глаз разъярённой головы, пронзив её насквозь. Кусок стали разорвал изнутри второй глаз псины, застряв у неё в черепе. Свежая и горячая кровь брызнула на юношу, согревая от холодного дождя. Обессиленный парень тотчас обмяк и упал на сырую землю.
Пытаясь сфокусировать зрение, Виктор понял, что где-то обронил свои очки, но и без них он мог различить смутный образ обезумевшего животного лика. Оно склонялось к нему всё ближе, в то время как остальные две головы обвисли словно нити. Не в силах встать, парень наблюдал над собой это окровавленное чудовище всё чётче, но больше оно не пробуждало в нём страха. Слыша торжествующие звуки горнов и скрипок, и поливаемый холодным дождём, который успел порядком остудить пыл, Виктор лишь улыбался в ответ безумному взгляду цербера. Тот, увидев это, истошно взревел и затем разинул пасть над ликом юноши. Но парень без задних мыслей схватился руками за обе челюсти, уже даже не чувствуя вонзающиеся в его кисти острия зубов. Истекая теперь и собственной кровью, несмотря на кровоточащие раны, Виктор из последних сил продолжал удерживать натиск зверя, заливаясь безумным смехом во весь голос и словно стараясь перекричать им громогласный рёв животного. Усиливающиеся звуки контрабасов и нагнетающая барабанная дробь нарастали к кульминации, и чудом живой Виктор с широко раскрытыми глазами и безумной ухмылкой принялся вставать на ноги, с трудом поднимая тушу над собой и надавливая на неё не только телом, но и своим обезумевшим смехом. Из раскрытой пасти зверя тоже начал доноситься ненормальный человеческий смех, и после этого всё тело псины начало пробивать дерганые конвульсии.
Какофония звуков начала перемешиваться в непрестанном шуме ливня и медленно начала достигать сознания Кирилла, лежащего лицом вниз на дороге. Оторвав голову от асфальта и подняв свой взгляд в сторону доносящегося шума, парень не мог поверить своим глазам: под проливным ливнем, в окружении оркестра культистов в серых балахонах, огромное пятиметровое трёхглавое чудовище в образе псины, словно порождение ада безумно смеялось вместе с его товарищем, крепко сжатым в его лапах. Две головы зверя, в одной из которых торчала арматура, с застывшими на них гримасами ликования и ярости свисали над Виктором, который смотрел прямо на обезображенную безумием морду псины. Без устали смеясь, он обтекал перемешанной своей и зверя кровью. Кирилл медленно подполз поближе и увидел образовавшуюся от этого огромную тёмно-бордовую лужу, в которой отражалась вся увиденная им картина. Лицо псины приближалось всё ближе к сковному в крепкой хватке лохматых лап юноше. Хор культистов в одно мгновение прервался, а Виктор прекратил громогласно смеяться, и широко улыбаясь, обернулся к Кириллу. Тот в ответ поднял свой взгляд на него, и теперь слышал лишь шум дождя, прерывающийся тихим хохотом чудовища.
- Добро пожаловать в преисподнюю! - из последних сил торжественно пролепетал в затишье Виктор, обращаясь не столько к уцелевшему товарищу, а сколько к самой судьбе.
Глава 9: Генеральная Уборка
Пасмурное небо затягивало собою всё пространство на небосводе. Серые облака стремительно перемещались вместе с холодным и завывающим ветром, сдирающим последние не опавшие с деревьев листья.
«Давненько такой погодки не было...» - задумалась про себя Соня, в гордом одиночестве мирно идущая по старому мостику и докуривая сигарету. Только сейчас она обратила внимание на то, что уже дошла до переправы через мирно постилающуюся под ней реку. Всю дорогу до школы она копалась в своих мыслях, даже не заметив, как быстро прошла небольшую деревушку с частными домами. Обычно по пути в школу она пристально наблюдала за их жильцами, нередко примечая для себя всяческие интересности их быта. Но сейчас голова девушки была забита совсем другим. Остановившись ненадолго, Соня опёрлась на поржавевший парапет моста, и, затянувшись сигаретой, уставилась в тёмную пучину реки, ловя взглядом своё слабое и далёкое отражение.
«Сколько же навалилось всего за последние дни... – опять задумалась девушка. - Учебный год начался вообще через жопу, какие уж тут страдания! Понять бы для начала, что за хрень вокруг происходит: то сначала люди пропадают, то потом объявляются всякие фрики. Одного на днях вообще из реки выловили. Эх... школьная жизнь... Но это ещё ничего! Меня больше всего беспокоит, чего ко мне этот шизофреник всё лезет?! Влюбился что ли?! А если даже и так, то я чета ума не приложу – он влюбился в меня или в свои игры и аниме, о которых без умолку треплется? И чего мне с ним делать? Как же с тобой тяжело... Он конечно славный парень, но не о такой романтике я мечтала! Вся эта любовная идиллия не должна меня касаться, моя сакральная ягодка не для этого цвела. Я как сторонний наблюдатель лишь созерцаю Санта-Барбару, и при надобности вношу коррективы, вот и всё!»
«Ох, вы так благородны, София... Только и делаете, что заботитесь об окружающих!»
«Да ладно вам, что же вы, не стоит...»
«Ох, не стесняйтесь, люди должны знать своих героев!»
«А это вы совершенно верно совершенно верно подметили, София!»
«Ну как иначе, моя дорогая София! Мы же с вами всегда правы, не так ли?»
«Точно сказано, моя любезная София! Хвалите меня, любите меня... Кхм... так о чём это я... Ах да, точно! И что он во мне нашёл? Я что, похожа на такую же сумасшедшую, разговаривающую сама с собой? Да нет! Вот и я думаю, что мы с ним не пара. А что бы ни разбивать его пожилое сердце, я подыщу ему достойную кандидатуру. Конечно, со мной она не сравниться, вряд ли кто-то дотягивает до такого уровня. Кто же у нас есть на примете... – Соня нахмурилась и стряхнула пепел с сигареты. – Ах да... у нас же пол пропало нахер... Ну, ладно. Белобрысый с Алиной воду мутит, но это видимо безнадёжный случай... Кирилл теперь с Кирилл-0 по канону в моём фанфике, так что тоже отпадает... Остаётся только Илья в «товарищ-зоне»! А что, по моему он с Витей очень даже подходят друг другу! Решено! Сейчас приду и официально заявлю о передаче своего места Илье. Я и про это фанфик напишу, чего мне стоит? И проблема решится, и довольными все останутся! Наверное... Фух, как камень с души прям!»
Соня уныло выдохнула табачный пар и затушила сигарету а парапет.
«Эх, было бы всё так легко в жизни, как в фанфиках. Написал себе счастливую судьбу и живёшь себе припеваючи... Неужели так сложно, что ли, блин. Была бы у меня такая возможность, я бы и себе, и другим всё устроила. Да вот только такого не бывает. Оказаться бы сейчас в фанфике, да забыться... забыться...»
Соня отпустила окурок, тот полетел вниз и растворился в гуще течения реки. Воткнув в уши, свисающие с воротника проводные наушники, девушка включила на телефоне «Окурки – Радиопомехи», и напевая себе под нос, поплелась в сторону школы. По пути, к своему удивлению, она видела лишь пустые обезлюженные улицы, даже по дороге не проехало ни одной машины. Однако, чем ближе Соня подходила к школе, тем больше непонятное ей чувство нарастало внутри. Возле школы не было ни души.
«Что? Опять опоздала?! Да нет вроде, по времени поспеваю... Может мы сегодня не учимся, а я просто не в курсе? Ну, спасибо вам, друзья, предупредили! На вас всегда можно положиться...» - но тут поток мыслей девушки прервался.
Зайдя за калитку, девушка увидела, как по всей длиной центральной аллее растянулся красный потёк. Странная жидкость вытекала из входа в здание и огромным следом расстилалась бордовой полосой по асфальту.
«Это такая ковровая дорожка...? – обомлела девушка. – Нет... Вовсе нет... Неужели это... Да не-е-е-т... А может всё-таки... Да ну не-е-е... Будь я героиней какого-нибудь фильма ужасов или низкопробного романа, мне не следовало бы туда идти, но если я ещё хоть раз прогуляю или опоздаю, то меня точно из школы выпрут, и одна дорога мне – на трассу. Вот тогда и начнётся настоящий фильм ужасов...»
Недолго думая, Соня уже вышагивала по кровавой луже, быстро перебирая ногами и стараясь не запачкаться. Перебравшись через лужу крови, Соня уже начала жалеть о том, что никогда не носит сменку, ведь её кроссовки насквозь промокли этой кровавой субстанцией. Обречённо выдохнув, девушка поспешила вовнутрь здания и отворила скрипучую дверь. К своему ещё большему удивлению, Соня столкнулась с мёртвой тишиной. Пройдя по фойе первого этажа, девушка никого так и не встретила. Кровавых потёков больше нигде не наблюдалось. Внимательно осматриваясь по сторонам, вокруг Соня видела лишь идеальные прибранные школьные коридоры, с блестяще вымытыми полами и сверкающими от чистоты окнами. В последнее время в школе сохранялась такая подозрительная чистота и порядок. Но это меньше всего сейчас волновало Соню:
«Неужели всё-таки опаздываю? Урок уже идёт?»
Девушка быстро зашагала по лестнице и до неё эхом доносились только собственные шаги. Прерывисто дыша, Соня доковыляла до третьего этажа и уже медленнее зашагала к нужному кабинету. Только сейчас она обратила внимание, как каждый её тяжёлый шаг сопровождался характерным хлюпаньем. Быстро обернувшись, Соня увидела за собой собственные кровавые следы от ботинок, выглядящие неуместно на идеально чистом паркете. Оглянувшись по сторонам, девушка в замешательстве устремилась прочь и широкими шагами дошла до кабинета.
Войдя в него, Соня столкнулась с очень странной картиной: в тускло освещённом классе на первой парте спиной к ней сидели только две девушки. Соня сразу же узнала в них двух своих одноклассниц: одну, что пониже – Диану, и другую, что повыше – Лизу. Они приходились друг другу сёстрами. Соня мало была знакома с ними, да и сами сёстры учились в её классе только последние три года. Обычно молчаливые, но дружелюбные, они всегда держались вместе, что бы ни происходило. Отдалённые от коллектива и за что часто терпели насмешки от одноклассников, Лиза и Диана не отходили друг от друга ни на шаг. Соне и самой порой приходилось замечать, как сёстры тихо переговариваются поодаль от остальных. Было видно, что они неразлучны и крепко держась друг за друга, Диана и Лиза помогали друг другу в учёбе и справлялись различными трудностями вместе. Они были очень сильно связаны друг с другом. Поэтому Соня ни капли не удивилась, обнаружив их вместе в пустом кабинете. Но что-то в них сразу показалось девушке неестественным: мало того, что они не обратили на её появления никакого внимания, но и обе сестры сидели прямо, замерев в одном положении и уставившись в одну точку перед собой.
Поздоровавшись с ними, Соня не получила никакой ответной реакции. Лиза и Диана продолжали тихо сидеть, даже не пошевелившись. Посмотрев на их затылки ещё несколько секунд, Соня медленно села за последнюю парту на их ряду и задумалась:
«Опять меня все игнорируют... Почему во всём мире я нужна только одному сумасшедшему деду? И, кстати говоря, где он и остальные? Ушли куда-то? Почему меня тогда не взяли?»
Сидя за пустой партой, Соня вслушалась в тишину. Привычного жужжания ламп не было, ведь свет был выключен, а пространство кабинета освещалось тусклым светом из-за закрытых жалюзи. Всё в кабинете было тоже в каком-то неестественном порядке, каждая вещь на своём месте и как остальные помещения в школе – всё идеально прибрано. Только тихое тиканье часов нарушало, казалось бы, такую же идеальную тишину. Примечая всё больше напрягающих деталей, Соне начинало казаться, словно во всей школе больше никого нет, кроме неё самой и двух впереди сидящих одноклассниц:
«Конечно, последнее много кто пропадал без вести, - подумала про себя Соня, - но я же не в каком-нибудь дешёвом фильме ужасов, верно? Это не повод наводить панику, наверняка это просто вернувшаяся Рыжкова запрягла всех какой-нибудь работой, а то, что я опоздала мне только на руку - не придётся батрачить лишний раз! Тем более я не одна такая, раз Лиза с Дианой тоже здесь. Поэтому можно расслабиться и скоротать время до конца учебного дня...»
Утешив себя, Соня закинула ноги на соседний стул, и, покопавшись в сумке, вытащила одну из книг Мураками, которую сейчас читала. Устроившись поудобнее и громко зевнув, девушка открыла книгу на заложенной странице, и уже было принялась за чтение, как в мыслях снова промелькнули её слова:
«Ни одна».
Эффект присутствия с каждым тиканьем секундной стрелки стал напрягать всё больше. Осторожно выглянув из-за книги, Соня вновь увидела одноклассниц на своём месте всё в том же положении. Девушка начала пристально сверлить взглядом то затылки одноклассниц, то настенные часы. Время шло, но ничего не изменилось. В голову начинали приходить всё более тревожные мысли:
«Мне сровно нужно проверить их лица... Вдруг, пока я смотрю в книгу, они смотрят на меня? Если так, я хочу знать хотя бы с какими лицами! – после этого, начав хрустеть пальцами, девушка попыталась успокоить себя. – Успокойся, Соня. Никакой паранойи. Ты же не шизофреник?»
«Да, я не шизофреник»
«Ну вот и всё! С Лизой и Дианой тоже наверняка всё в порядке, нужды проверять их лица нет. Напоминаю, я же не в фильме ужасов, меня не проведёшь! Да-да, знаю я вас! Меня так просто не проведёшь!»
Но на деле же Соня просто не могла признать, что ей страшно приблизиться ближе и она продолжала не отрывать глаз от Лизы и Дианы.
«Нужно просто переждать и остальные обязательно вернуться. Не могли же меня просто взять и бросить!»
И после этого девушка долго пыталась отвлечься чтением, однако вчитаться по нормальному никак не получалось и Соня то и дело косилась из под книги. За часом шёл другой, но никто не приходил. Время тянулось целую вечность, а секундная стрелка как будто всё больше замедляла свой ход. Изнемогая от напряжения и сидя как на иголках, Соня захлопнула книжку и вскочила с места.
- Пу-пу-пу-пу-пу, заварю-ка кофейку... – громко воскликнула она.
После этого, с опаской обернувшись спиной к одноклассницам, девушка начала копошиться в тумбочке в поисках чайника. Она заприметила небольшой старенький заварной чайничек, и, достав его, открыла крышку.
«Надо же, полный, - подумала Соня, - интересно, сколько ему недель? Небось, опять Витя свою настойку делал... Хотя выбор невелик, ничего не поделать...»
Достав из той же тумбочки чашку с блюдцем, Соня налила в неё содержимое чайника. На цвет это была ярко красная субстанция. Девушка подняла чашку ближе к носу и принюхалась:
«По запаху – натуральная кровь. Интересно, что этот шиз туда подмешал?»
Соня поднесла чашку к губам и сделала первый глоток. Но затем девушка остановилась и почувствовала подступающий порыв рвоты. По всему кабинету раздался звонкий грохот разбивающейся посуды, и, зажав рот обеими руками, Соня выбежала из кабинета. Пробегая по пустому коридору в сторону уборной, она уже не видела оставленных её кровавых следов, и, спустившись вниз по тихой лестнице, Соня направилась к женскому туалету на втором этаже. Ворвавшись в одну из кабинок, девушка склонилась над старым унитазом и начала громко прокашливаться. В глазах мутило, а к горлу припирал ощутимый ком, сквозь который Соня хрипло выдавила:
- Чёртов Витя...
Вдруг послышалось, как совсем рядом дверь в туалет открылась. Медленный стук каблуков приближался к кабинке Сони, сопровождаясь металлическим скрежетом о кафель на полу.
- Выходи, где ты спряталась? – послышался ласковый и очень знакомый голос. Ошарашенная Соня села на унитаз и задержала дыхание. Под дверцей кабинки показались женские туфли, а после металлического лязга возле них – появилось лезвие топора. Выпучив глаза, Соня не успела опомниться, как этот топор со всей силы вломился в хлипкую дверцу кабинки, расковыривая её в щепки.
«А это точно не фильм ужасов?!» - в ужасе подумала Соня, поджав под себя ноги и вцепившись в унитаз.
В дверном разломе показалось обезображенное от безумия лицо Дианы, которая всё так же ласково прошептала:
- А вот и Джонни!
Громко заорав, Соня обеими ногами пнула дверцу и снесла с ног Диану. Выбежав со всех ног из туалета, до смерти напуганная Соня понеслась к выходу из школы, но в тёмном фойе первого этажа проход ей перегородил высокий силуэт Лизы. Не медля ни секунды, Соня развернулась и побежала прочь, в сторону большого спортивного зала. Выбившись из сил, она вбежала в пустынный зал, в котором громко окликалось эхом её прерывистое дыхание. Обессиленная и перепуганная девушка упала по центру футбольного поля, пытаясь отдышаться. Но позади снова послышался стук каблуков, и на этот раз издалека к ней приближалась высокая фигура Лизы.
Соня с ужасом взглянула на неё и увидела, как в руке девушки блестит длинное лезвие, напоминающее японскую катану. Соня четно пыталась отползти назад, но Лиза подходила всё ближе. В её суровом взгляде так же читалось безумие. Нервно задыхаясь, Соня увидела взмах лезвия и из последних сил бросилась в ноги Лизе, свалив её на пол. С грохотом упав, обе девушки начали рвать друг другу волосы, а пока Соня находилась на Лизе, она пыталась скрутить её и дотянуться до упавшей катаны. Подцепив её кончиками пальцев, Соня с размаху ударила рукоятью Лизу прямо в висок, из-за чего та ослабла. Но затем девушка почувствовала, как сзади кто-то приближается. Не успев обернуться, на её голову налез мешок и туго сжал горло, перекрыв доступ к кислороду. Соня попыталась противиться, но уже ничего не слышала и не видела. Только темнота.
***
Очнулась девушка от головной боли и стуков в висках, всё ещё с мешком на голове. Соня сидела привязанная к стулу, и по-прежнему ничего не слышала. Однако всем телом она чувствовала, как промёрзла от кожи до костей, девушку то и дело бросало в дрожь. Соня явно находилась в каком-то сыром помещении. Девушка попыталась освободиться, но руки и ноги были туго перевязаны верёвкой. Тогда девушка попыталась скинуть с головы мешок и начала махать головой из стороны в сторону. Неожиданно кто-то с силой сорвал мешок, и сквозь взъерошенные пряди волос Соня увидела ослепительный свет свечи. Ещё раз тряхнув головой и поправив волосы, девушка увидела вокруг себя тёмное помещение, отдалённо напоминающее подвал. Рядом с ней стояло несколько старинных и высоких канделябров с зажжёнными красными свечами, а перед ней стояла Лиза, держа в руках подсвечник и катану. Из-за спины Сони вышла Диана, кинув стянутый мешок в темноту и так же держа в руках подсвечник и топор. На их лицах уже не было безумия, виднелось лишь кромешное безразличие и несколько ссадин, полученных от самой Сони. Та, в свою очередь силилась что-то сказать им, но не могла из-за плотно прилепленного на рот армированного скотча. От Сони доносились лишь громкие мычания, и она начала озираться вокруг: не освещённое свечами пространство попросту растворялось во тьме. Спереди из этой самой темноты послышались медленные шаги, и Соня начала различать высокую фигуру, смотрящую прямо ей в душу.
- Проснулись - улыбнулись! – раздался заигрывающий и ласковый мужской голос. Он сразу же показался Соне до боли знакомым, ведь перед ней возник никто иной как – Пётр. Всё так же одетый в белый смокинг, он никак не изменился, и, заложив руки за спину, радушно заулыбался Соне. Та в свою очередь сердито глядела на него.
- Здравствуй, дорогуша, давно не виделись! Рад видеть тебя в добром здравии! А я как раз закончил наводить порядочек в нашей любимой школе, так сказать, выносить весь лишний мусор, что бы можно было спокойно начать всё с чистого листа. Надеюсь, тебе понравилось! Твои одноклассницы, кстати, очень меня выручили, крайне признателен. Прошу простить, если их методы ведения дел доставили тебе неприятности, ума не приложу и откуда в них столько жестокости... Но это уже неважно, главное результат на лицо, ведь теперь все обрели покой, и наконец, настала твоя очередь! – Пётр радостно всплеснул руками, но в ответ Соня громко замычала, яростно дёргаясь на стуле.
Пётр недоумённо похлопал глазами, затем с серьёзным видом кивнул Лизе, и та медленно подошла к Соне. Девушка испуганно зажмурилась и сжалась, но неожиданно с её рта сорвали скотч.
- Горите в аду, твари, какого хера!? – воскликнула от боли Соня.
- Ну же, не стоит так горячиться... – начал было успокаивать её Пётр.
- Так это твоих рук дело? Что ты сделал с моими друзьями?! Отвечай! – хриплым голосом продолжала кричать на весь подвал девушка.
- Если ты продолжишь так кричать, то эти хилые стены не выдержат. Мы, между прочим, в подвале нашей школы, которая как раз и обвалиться на нас, так что на пол тона тише, пожалуйста. А подвал-то этот я тоже я в порядок приводил, причём довольно долго, с ним больше всего проблем было, но зато теперь он послужит на славу...
- Трупы складывать?! Отвечай! – продолжала неугомонно Соня.
- Отнюдь, я ничего плохого никому не делал, - наигранно насупился Пётр, - напротив, я даровал всем вечное счастье, которое каждый заслужил по-своему! Разве не понятно, что с самого начала я никому не желал зла, ведь я не кто иной, как посланник свыше, призванный помочь людям ради их же блага. Именно поэтому я здесь, что бы помочь грешным душам обрести тот покой, который они по-настоящему заслуживают. Ваши жизни – всего лишь череда случайных обстоятельств, с которыми вы не в силах совладать. Все ваши жизненные уклады подчиняются лишь одному, единственно верному – судьбе. И пока люди продолжают противиться её, силясь и пытаясь установить свой жизненный порядок, они никогда не обретут истинного покоя, предназначенного им изначально, с самого рождения. Именно поэтому я отважился помочь всем и каждому, кто приоткрыл дверцы в свою душу и впустил в неё Морфея. Я даровал каждому вечный сон, который приоткроет чертоги разума и поможет каждому человеку обрести себя и свой внутренний покой. Это не просто забвение, вовсе нет. Это самый настоящий выход из суровой реальности, переполненной хитросплетениями чужих судеб, что тянут лишь на дно, не давая человеческому потенциалу раскрыться в полной мере. Единственно верный путь познания собственной души – это путь единоличный. Вы рождаетесь одни и умираете тоже одни. Поэтому не столько важно, что может случиться с человеком на этом пути, главное изначально найти себя. Только обретя покой внутри, можно найти его снаружи. Поэтому путь для всех един и не стоит даже пытаться изменить заранее верный уклад. Нужно принять себя и свою судьбу как оно есть, и только тогда прибудет вечный покой. Такова трактовка судьбы. – Пётр улыбнулся и ласково посмотрел на Соню. Та, в свою очередь ошарашенно таращилась на него, так же нервно улыбаясь.
- Да ты ёбнутый! – лишь нервно посмеиваясь, ответила Соня.
- Вовсе нет! – ловко парировал Пётр.
- Значит, ты никого не убивал, а отправил в так называемое «забвение»... М-м... Звучит скучно, что-то херовый из тебя антагонист, не находишь? – недовольно выдохнула Соня.
- Снова повторять очередной геноцид как-то уже не комильфо... – задумался Пётр.
- Снова? – ошарашенно уставилась на него Соня.
- Это же не преступление, если тебе было весело! – звонко рассмеялся Пётр.
Соня так же начал нервно смеяться, ещё громче. Их смех начал переходить на дикий хохот, но Пётр резко замолчал, сурово взглянув на продолжавшую нервно посмеиваться Соню. Та, заметив это, тоже стихла.
- Позволь кое-что объяснить тебе на наглядном примере, - снова начал ласково Пётр, - две сестры, стоящие перед тобой, являются невероятно близкими друг другу людьми. Но эта их главная и общая проблема, которую они не смогут решить. Они попросту зависят друг от друга, от чего по-отдельности ничего существенного собою не представляют. С ходом жизни они начнут понимать это, однако их переплетённые судьбы уже не смогут существовать по отдельности, как снежный ком, накапливая при этом множество проблем. Но рано или поздно им придётся расстаться, и это оставит неизгладимый и болезненный след на их дальнейшей судьбе, что повлечёт за собой отнюдь не покой, а лишь разочарование.
Вдруг Лиза обнажила свою катану, и в одно мгновение, подойдя за спину к сестре, пронзила ею туловище Дианы насквозь. Та, дрогнув, выронила из руки топор, а свечи в её подсвечники мгновенно потухли. Ослабленное тело упало на сырой пол, истекая кровью. Лиза всё так же безразлично смотрела на окровавленное лезвие клинка, поблёскивающие в пламени свечей.
- Этого можно было избежать, - продолжил спокойно Пётр, - если бы они полностью доверились судьбе и попытались принять себя такими, какие они есть. Но каждая из них хотела большего, хотела измениться. Им не нужно было забвение, что бы понять себя и свой уклад. Но вместе они так и не обрели покой, хотя четно пытались. А значит с самого начала были обречены...
После его слов, Лиза замахнулась и вонзила катану себе в живот. Начиная захлёбваться в собственной крови, она обессиленно упала рядом с сестрой.
- Сама себя... захуярила... – со слезами на глазах прошептала Соня.
- Я не думаю, что ты хочешь закончить так же, поэтому предлагаю тебе выбор, который предложил каждому. Воспротивиться судьбе и столкнуться с жестокой и непосильной реальностью или же довериться единому укладу, который приведёт тебя к вечному покою? Решать тебе. От себя могу помочь только лишь этим.
Пётр достал из-за пазухи книгу и протянул её Соне, та прочла на обложке название - «Трактат Боли».
- Что это? – тихо спросила она.
- Помнишь, сегодня с утра ты рассуждала о том, как легко бы жилось, если бы можно было написать себе счастливую судьбу?
- Откуда ты...
- У тебя появилась счастливая возможность! – перебил девушку Пётр. – Ведь всё исключительно в твоих руках. – Делая акцент на каждом слове, миловидный парень с седыми волосами, лучезарно улыбаясь, протянул Соне Трактат.
Девушка почувствовала, как сзади кто-то развязал ей руки, и она машинально подхватила книгу.
- Тем более, все уже готовы, что бы забыться вместе с тобой. – Пролепетал Пётр и начал отдаляться в темноту.
На его место со всех сторон начали собираться фигуры одноклассников Сони, словно марионетки, привязанные к потолку. Девушка обернулась и за спинкой стула увидела Алину, Илью, Кирилла, Витю и остальных, с тёмными впадинами вместо глаз и подвешенных на нитях в неестественных позах. Толпа начал окружать Соню, и та в ужасе ещё раз взглянула на раскинутых по полу мёртвых сестёр.
- Но на кого мне рассчитывать? – сухо спросила себя Соня, и, открыв Трактат Боли на первой странице, принялась читать.
Глава 10: Театр Абсурда
- Сегодня будет ужасно дождливый день. - Просипел парень себе под нос.
- Впрочем, как и всегда. – Уныло вздохнула миниатюрная девушка, идущая рядом. Молодая особа никогда не отличалась длинным ростом. И высоким тоже. Однако её это не особо волновало, ведь в случае чего, идущий рядом с ней одноклассник Кирилл послужит отличным громоотводом.
- Я тут подумываю в бассейн записаться… - как бы невзначай проронил парень. Девушка презрительно на него посмотрела и перебила:
- Во-первых, мне всё равно. Во-вторых, какой ещё бассейн в нашем селе?!
- П-посёлке городского типа… - промямлил Кирилл.
- Не важно. – Отмахнулась девушка. – И что ты на этот раз удумал?
Парень, опустив голову и неуверенно начал:
- Да я тут своим здоровьем решил заняться... Закаляться начать хотел, вот – каждый день в речке нашей купаться, пока холодно не станет. А зима наступит, так на прорубь перейду! У нас как раз озеро за домом есть. Поэтому не думаю, что смогу с тобой теперь ходить после школы... Хотя если ты хочешь присоединиться...
- Как неожиданно! – резко и беззаботно вскрикнула Алина. – Ведь я уже неделю как закаляюсь на нашей речке!
- Правда, что ли?! – с надеждой удивился парень.
- Конечно. КОНЕЧНО НЕТ! Ну и кто тебя на это надоумил? – поинтересовалась девушка.
- Витя… - пожал плечами Кирилл.
- Вы и впрямь все с ума посходили… - у юной особы вдруг стиснулись зубы.
В школе её окружали точно такие же сумасшедшие одноклассники, одни страннее других, из-за чего девушка на фоне их казалась чрезмерно обыкновенной и нейтральной. Она всегда была одинаковой и среди своих друзей не выделялась странными замашками. Ни то что бы ей не хотелось меняться, но поддерживать сумасбродство окружающих она не горела желанием, поэтому порою казалась белой вороной – единственной нормальной во взбалмошном обществе. Из-за этого над ней постоянно смеялись, особенно её ужасающе талантливая одноклассница София, которая не раз и не два шутила дурацкие прибаутки о «любви» в жизни Алины. Какая любовь, тут ненависть…
- Смотрю, наши голубки опять что-то не поделили! – воскликнула, откуда не возьмись взявшаяся Соня.
- Вспомни солнце, вот и лучик… - пробубнила себе под нос Алина.
- Я тут совершенно случайно подслушала ваш разговор и у меня есть отличное решение твоей проблемки! – подмигнула Кириллу неотразимая и смекалистая Соня.
- Проблемки? – недоумевая, уставился на неё парень.
- Я тут недавно фитнес тренером устроилась и по доброте душевной готова провести вам пару занятий! Я думаю, это пойдёт на пользу вашему здоровью и не только… - после этих слов, симпатяга начала судорожно подмигивать обоим.
- Фитнес? – всё так же озадаченно спросил Кирилл. – Ты, наверное, не так меня поняла, я о своём психологическом здоровье беспокоюсь. Что бы его укрепить, я уже начал заниматься йогой, медитацией, вот закалку хотел попробовать...
- Так я ещё семейным психологом подрабатываю! – перебила его неподражаемая Соня.
Нахмурив свои брови, Алина обратилась к подруге:
- Опять ты хочешь затянуть меня в свою клоунаду?
- Я тут им халявный абонемент в спортивный зал хочу предложить, а они ещё бузят… - обиженно отвернулась Соня.
- Тогда мы в деле. – Охотно согласилась Алина.
В душе девушка ликовала из-за подвернувшейся ей халявы, однако в сердце затаилась тень сомнения…
***
На следующий день, Соня, ликующая от назревающей шиперской авантюры, встретилась с Алиной у её дома. Блондинка стояла у подъезда, то и дело поглядывая на часы.
- Кого ждём-с? – заискивающе спросила проницательная и будто всезнающая Соня.
- А кого ты вчера приглашала в спортзал? – ответила Алина с миной пессимизма на лице.
- Ой, да ладно тебе, могла бы хоть подыграть. Вас кстати подвезти?
Алина равнодушно и молча смотрела на неё. Непревзойдённая Соня, застыв в одном положении и недожавшись ответа, продолжила:
- Я тут водителем автобуса подрабатываю и могу довезти нашу парочку до...
- Почему-то я ни капли не удивлена… - вздохнула Алина. – Твой спортзал находится через пару домов отсюда.
- Да что ж ты всю романтику портишь!? – развела руками бесподобная в своей красоте Соня.
- Какую ещё романтику...? – возмутилась блондинка, но резко замолчала из-за руки, которая держалась у неё на плече, и, не оборачиваясь, промямлила, – У всех парней такой фетиш что ли?
- Я комара убил. – Ответил знакомый голос.
***
Бордовые и жёлто-зелёные листья неуклонно, вместе с дождём прилипали к стеклу пустого автобуса. Ему стоило только тронуться с места, как взрослый мужчина восточной национальности, выплюнув сигарету, побежал за ним, размахивая руками и крича что-то невнятное в окно сидящей за рулём очаровательной Соне. Судя по всему, это и был настоящий водитель автобуса. Смотря в окно на удаляющегося из виду мужчину, школьница-блондинка сняла очки, протёрла глаза и с досадой подумала: «Ну, вот опять…» Однако осознавала ли она тогда масштабы трагедии? Ох! Дорогой читатель, веришь мне, или нет, но прикидываясь иллюзорными надеждами, Алина тешилась мыслями о том, что они не угнали автобус, а просто так совпало. Невинная девчонка! Сидящий рядом и глазеющий по сторонам Кирилл вдруг возомнил:
- Чёрт! Похоже, она сама не знает куда едет. Спортзал же в другой стороне…
Алина ошарашенно уставилась на него:
- Тебя сейчас серьёзно только этот спортзал беспокоит? А в остальном всё в порядке?
- Думаешь, она всё-таки соврала про свои подработки? – склонившись над ухом девушки, полушёпотом спросил парень.
- ДА ОНА АВТОБУС УГНАЛА! – возмущённо воскликнула блондинка.
В ответ на это с водительского места донеслось лишь:
- Не угнала, а одолжила на время!
После этого Кирилл начал рассуждать вслух:
- По-хорошему, нам нужно её остановить, но соучастниками преступления становится тоже не вариант. Выход один.
Схватив девушку за руку и нажав на кнопку аварийного выхода, Кирилл с Алиной на ходу выпрыгнули из автобуса. Оказавшись на улице, блондинка почувствовала, как на смену задаткам гнева начали проявляться ещё большие задатки гнева.
- Ты придурок. – Вырвалось не случайно у девушки из уст.
- Вот придурок! – согласился парень. – На улице же, дождь! Как кстати мы оказались у ресторана!
- О чём ты только думал, я тебя спрашиваю?! – входя в ресторан, кричала Алина.
- О том, как сбежать из угнанного автобуса.
- Нас всё равно найдут и арестуют! – присаживаясь за столик, продолжала блондинка.
- По сути, мы потерпевшие. Можно притвориться похищенными жертвами.
- Я окажусь за решёткой и всё по вашей вине!
- Нас не за что арестовывать. И в смысле «по вашей»...?
- Я чувствую дыхание смерти за спиной…
- Единственный кому смерть дышит в спину – это я. – опустошённым голосом закончил спор Кирилл, в то время как к ним подошла официантка.
- Что будете заказывать? – спросил знакомый и ласковый женский голосок. – Могу предложить пасту болоньезе на двоих!
Оба подняли взгляд и увидели перед собой восхитительную Софию в милой форме официантки. Кирилл, взглянув на меню, любезно ответил:
- Извините, боюсь нам это не по карману… Можно воды?
- Где автобус? – строго спросила Алина, исподлобья глядя на непоседу.
- Вернула! – довольно ухмыльнувшись, задрала нос симпатяга.
- М-м, как же. Вот в это мне уж точно не верится.
- Ты заказывать что-нибудь будешь уже? – не слушая Алину, торопливо спросила вежливая Соня.
- Ты хоть осознаёшь абсурдность своих действий? А я в очередной раз становлюсь их свидетельницей! Мало того что автобус угнала, так ещё и нас зачем-то втянула. Чего ты вообще добиваешься?
- Хе-хе, похоже, она пока ничего не понимает… - хитро заулыбалась коварная Соня и ткнула Кирилла локтем в бок. Тот, отвлёкся от разглядывания салфетки и с каменным лицом сказал:
- Если честно, я вообще мало что понимаю.
После этого бедная и несчастная Соня с тяжёлым вздохом отодвинула третий стул, села за стол к Алине и Кириллу, закурила сигарету и сиплым голосом произнесла:
- You wouldn’t get it…
Все трое молча просидели так ещё какое-то время, слушая тихо играющую в ресторане спокойную музыку, то и дело переглядываясь. Тишину прервал Кирилл:
- Так… Воды-то, можно…?
Но не успел он получить ответа, как дверь ресторана с грохотом открылась, и на входе показался Илья. Запыхавшись, он подбежал к столику, за которым сидели все трое, и, пытаясь отдышаться, выпалил:
- Так вот вы где... А я вас везде ищу…
Докуривая сигарету, обаятельная Соня спросила:
- Что-то случилось?
Илья с ужасом взглянул на неё и дрожащим голосом ответил:
- Беда… Витю… убили…
Вдруг спокойная музыка в ресторане затихла и все трое ошарашенно посмотрели на парня. Окурок упал на белоснежную скатерть, и из прекрасных уст Сони вылетело лишь короткое:
- Что.
- Позже всё объясню. – Ответил торопливо Илья. – Скорее садитесь ко мне в машину.
Спустя некоторое время все четверо уже ехали на старой «девятке» по улочкам посёлка, слыша за окном лишь шум проливного дождя. Илья и Кирилл расположились на передних сидениях, девушки же ютились на задних. Внимательно следя за дорогой, Илья сосредоточенно начал:
- Я знаю об этом не так много, как хотелось бы, поэтому расскажу, что известно лично мне… - выдержав паузу, он продолжил. – Его нашли мёртвым родители в собственной квартире, я примчал туда, как только смог и застал эту ужасную картину своими глазами. Посреди маленькой и тёмной кухоньки, на небольшой табуретке сидело и покоилось его бездыханное тело, со скрещенными на груди руками и закинутой ногой на ногу... У него была перерезана глотка... Огромный разрез через всю шею склонил его голову вниз... Всё было перепачкано кровью... Но самое страшное в этой картине было тогда, когда я наклонился, что бы увидеть его лицо... Оно было перекошено безумной улыбкой, а глаза широко распахнуты... И оно застыло в таком положении... Понятия не имею, сколько он пробыл в таком состоянии, родителей весь день не было дома. Но когда приехала следственная группа, постановили, что это был не какой-то суицид, а намеренное убийство. Все улики указывали именно на это. Да и я его знаю, он бы не стал... В общем, кто-то безжалостно расправился с нашим другом, и этот кто-то всё ещё на свободе. Сейчас активно ведётся следствие, и, судя по тому, что в нашем районе это не первое такое покушение, вполне возможно, что где-то совсем рядом с нами рыщет маньяк. Мне, как свидетелю, было велено не распространяться по этому поводу, ведь все эти убийства сейчас тщательно скрывают, и, судя по всему, случай с Витей не станет исключением. Но я посчитал нужным как можно скорее рассказать вам об этом. Во многом – что бы предостеречь, ведь как оказалось, в данный момент в нашем посёлке нигде не безопасно. Сейчас как никогда нужно быть бдительным и осторожным, как-никак мы имеем дело чуть ли не с серийным убийцей…
- Какой ужас! – раздосадовано воскликнула Соня. – Почему мой ром-ком опять превращается в триллер!?
- Жаль, конечно, этого добряка… - затем вздохнула Алина. – Такого амбициозного персонажа слили…
Только Кирилл, судорожно вцепившись в кресло, дрожащим голосом произнёс:
- Откуда у тебя машина? И почему именно «девятка»?!
- Да я же недавно права получил, вот я у деда машину и... Кхм... Одолжил на время.
- Моя школа! – довольно кивнула Соня.
- Погодите, - опешил Илья. – Вам что вообще наплевать на то, что я вам рассказал?!
- Конечно нет, - заверила серьёзная и собранная Соня. – Это так просто оставлять никак нельзя! Хм-м… Серийный убийца говоришь… - девушка ненадолго задумалась.
Её очень завлекает тема убийц и маньяков, поэтому она часто читала различные статьи и смотрела видеоролики про популярных и малоизвестных преступников. Девушку интересовали их убеждения и мотивация для убийств. Любознательная Соня всегда стремилась понять личностную психологию каждого, ведь она в корне отличалась от психологии обычных людей. Именно поэтому, в криминальных делах серийных убийц девушка находила особый шарм.
- Как романтично~ - расплывшись в довольной ухмылке, прошептала обворожительная Соня. – Решено! Вот и пробил мой час, придётся переквалифицироваться из любовного Купидона в скрупулёзного детектива и разобраться во всё этом...
Все остальные в машине с надеждой уставились на неё. Гордо подняв нос, девушка уверенно продолжила:
- Я думаю, что убийца это не кто иной, как… Кирилл!
После этого все за исключением непоседы разочарованно выдохнули. Устало покачав головой, Илья ответил:
- Соня! Мы не в мафию играем. К чему эти безосновательные обвинения?
- Ну, во-первых! - начал возмущаться недопонятый гений. - Ему вообще, как будто насрать на всё. Во-вторых, он сам говорил, что у него там какие-то беды с башкой!
- Не совсем так... - тихо ответил Кирилл. - Просто последнее время я крайне паршиво себя чувствую, голова уже который день раскалывается, уже и не вспомню, сколько я выпил «пенталгина»... В висках всё чаще и сильнее слышны удары, вот-вот мозги напрочь вышибут... Так ещё и всё тело ломит, постоянно мутит... Это ещё ладно, приболел, может... Но вот за что я больше всего переживаю, так это за своим психическое здоровье. Меня не покидает чувство, словно в моей голове поселился кто-то ещё, кто-то чужой...
- Вот, как раз он ночью просыпается и всех убивает. Проще пареной репы, я вас уверяю! - твёрдо заключила решительная Соня.
- Вовсе нет! - взволнованно осёкся Кирилл. - Мне наоборот кажется, что этот некто внутри меня словно отсчитывает часы до моего конца...
- Хе-хе, КОНЦА! - усмехнулась остроумная Соня, машинально достав и начав закуривать сигарету.
- Господи, ты невыносима! - не выдержала Алина. - Илья, останови, пожалуйста, машину, дальше мы сами осторожно дойдём.
Машина остановилась недалеко от дома Алины, и девушка с Кириллом вышли наружу.
- Я что-то не то сказала? - недоумевая, спросила у Ильи Соня с сигаретой во рту.
- Курить - на улицу. - Сурово ответил тот.
- Ой, да ну вас! - проворчала девушка и вышла вслед за остальными. - Никому не понять моего гения...
***
На следующий день, не смотря на небезопасную обстановку, нашим героям всё-таки пришлось пойти в школу. Но амбициозная Соня решила не терять времени зря и внимательно следила за поведением подозреваемого. И что бы выявить его на чистую воду, она решила пойти на крайние меры. Сидя на уроке математики с двумя учебниками алгебры, девушка притаилась в ожидании.
- Юлия Валерьевна. - Обратилась её одноклассница-блондинка к классному руководителю. - Я сегодня учебник, похоже, забыла...
- Можешь сесть с Кириллом, но только в первый и последний раз... - хитро сверкнув глазами, лукаво перебила учительница.
- Ну, раз так... - обречённо ответила Алина, вставая со своего места, как тут, по своему обыкновению вскочил Кирилл с криком:
- У меня ядерный понос! – после этих слов он выбежал из кабинета. Обескураженная Алина лишь молча посмотрела ему в след.
- Попался, головорез! - хихикнула про себя Соня, всё больше убеждаясь в своих суждениях.
***
В поту и смятении Кирилл вбежал в квартиру. Только закрыв за собой дверь на ключ, парень дал перевести себе дух, но тут же упал от скрючивающей его боли. Сердце бешено билось и отдавало в висках, всё тело ломило, а в глазах плыло.
«Что это на меня нашло?» - в страхе подумал юноша, ползком добираясь до туалета.
И вправду что это? Простая необдуманная шизофрения или нечто более преступное и доселе неведомое? Юным читателям это покажется забавным и нереалистичным, поведавшим же свет людям - жизненным и болезненным. Диарея...
С облегчением выйдя из туалета, Кирилл мигом осознал, что все проблемы как рукой сняло. Как оказалось, они заключались не в психическом здоровье, а что ни на есть в физическом.
- Черт! - не выдержав, парень сказал это вслух. - А я вчера им такой чуши наговорил... Надо будет им всё объяснить... И перед Алиной извиниться за сегодняшнее. Они же сейчас со школы пойдут, может, ещё успею встретить! - с этими словами Кирилл выбежал из квартиры.
***
Зайдя после школы домой, безупречная Соня решила наведаться к Алине и рассказать ей обо всём. Позвонив в звонок, девушке открыла младшая сестра блондинки, которая поспешила позвать её.
- Принесла нечистая... - пробубнила Алина при встрече.
Сногсшибательная Соня за чашкой кофе поведала ей о своих догадках:
- Видела, как он сегодня со школы сбежал? Наверняка им овладела сущность маньяка и пошла убивать! Эх... Повезло тебе, подруга, ведь ты в перспективе можешь начать встречаться с серийным убийцей! Какая романтика, я тебе даже немного завидую...
- Так, чего ты всем этим добиваешься? - хладнокровно спросила Алина.
- Ты ещё не поняла? С Кириллом тебя свезти, а тут ещё так удачно всё подвернулось. Всё для твоего же блага, во имя прекрасного чувства! Запретная любовь - глупая и греховная...
Нахмурившись, Алина намеривалась что-то ответить, однако раздался дверной звонок. Блондинка открыла дверь и на пороге возникла высокая фигура – это был снова Илья. Словно полностью опустошённый на вид, он лишь сухо произнёс:
- Кирилла сбила машина... И всё... дальше туман...
- Машина? Туман? - обескураженно уставилась на парня Алина.
- Ой-ой...! - воскликнула Соня, сидящая за столом. - У нас проблемы... Кажется, я напоролась на ложный след, но не растерялась! Теперь-то я точно знаю, кто настоящий убийца - Илья.
- Это всё ещё не игра в «Мафию»! - огрызнулась на неё Алина.
- Ну, он же всегда единственный свидетель! Да и других персонажей у нас больше не осталось...
Илья лишь смирил Соню тяжёлым взглядом и разочарованно покачал головой, после чего ушёл, громко захлопнув за собой дверь. Алина продолжала стоять у входной двери, и видимо ожидала, когда Соня последует примеру Ильи. Сконфуженная недотёпа, неуверенно продолжила:
- Ну не вышло с одним, получится с другим... Верно...?
- Выйди. - Сказала тихо блондинка.
***
На следующий день наступил выходной, и вечером Соня решила проведать подругу. В очередной раз, позвонив в дверной замок, за дверью до девушки донеслось:
- Не открою, идите в жопу.
После ещё нескольких настойчивых звонков, послышался тот же недовольный голос:
- Я буду пытать вас долго и мучительно, пока ваши кости не превратятся в прах.
- Впустишь? - спросила длинноволосая симпатяга с короткими волосами, когда дверь, наконец, открылась. Но затем она услышала одно короткое оповещение из кармана подруги. - И почему твой телефон разрывается от сообщений?!
- Я собираюсь встретиться и обговорить всё с Ильёй, уже собиралась уходить. - Холодно ответила Алина.
- БЕЗ МЕНЯ?! - возмутилась Соня, но в душе ликовала, ведь именно этого и добивалась. - Кхм... Понятненько... Видимо зря я к тебе шла, ножки ломала... Ладно, я вижу, тут лишняя, пойду-ка домой одна одинёшенька...
Распрощавшись, коварная Соня спряталась в кустах у дома Алины и принялась караулить. Сначала к подъезду подошёл Илья с небольшой розочкой в руках, затем спустилась Алина. Парень, лучезарно улыбаясь, поздоровался с девушкой, и преподнеся ей цветок, сказал:
- Пойдём, у меня есть новость.
Соня же скрытно последовала за ними, продолжая ввести слежку. Наблюдаемая ею парочка быстро перемещалась по улочкам, из-за чего Соня не слышала, о чём те разговаривали, и едва поспевала за ними, чтобы не потерять из виду. Как оказалось, Илья с Алиной направлялись в сторону школы.
«Странно, и что им там понадобилось вечером в выходной...?» - задумалась про себя Соня, и, прячась за машиной, увидела, как Илья отворил вечно открытую школьную калитку и направился вместе с Алиной к чёрному входу в здание.
Соня осмотрелась, но никого на территории школы больше не увидела, только лёгкие лучи заката отражались в окнах тихого здания. Повозившись у заднего входа, Илья отворил его и пропустил Алину вперёд. После оглянулся по сторонам и сам скрылся за дверью. Соня, прятавшаяся за углом, ринулась к ней. У девушки возникло плохое предчувствие.
«Что он задумал?» - начала было паниковать про себя Соня, но всё ещё старалась сохранять самообладание.
Со скрипом приоткрыв старую дверцу, девушка услышала доносящиеся эхом шаги из коридора, и, войдя внутрь тёмного помещения, она тихо последовала за ними. Теперь Соня точно была уверена, что в школе никого не было, даже на посте охранника. Только мёртвая тишина. Даже Алина и Илья больше не переговаривались, а быстро шли где-то впереди. Затем, повернули за угол в помещение под лестницей. Послышался ещё один скрипучий звук двери и то, как она захлопнулась. Завернув за ними, Соня увидела лишь одну дверь - в подвал. Девушка остановилась в нерешительности.
«Нет, он точно что-то задумал. Что-то нехорошее. Неужели Илья и впрямь...» - Соня нервно сглотнула. Похоже, она и сама себе не могла поверить до конца. - Что-то это уже совсем не смешно становится...»
Девушка замерла у двери как вкопанная, не в силах пошевелиться. Больше нельзя медлить и скрываться, нужно что-то предпринять. Где-то со стороны послышались тихие шаги из коридора, словно кто-то пытался подкрасться, но пол предательски скрипел. Обратив на это внимание, Соня встала в ещё больший ступор:
«Тут всё-таки кто-то есть? - судорожно подумала она, - Охранник? А если нет? Если кто-то пострашнее, похуже?»
Страх начинал одолевать всё больше, подталкивая открыть дверь. Девушка резко схватилась за ручку и дёрнула. Она уже ожидала увидеть что угодно. Но только не беспросветную тьму. Собравшись с духом, Соня уверенным шагом зашагала в неё, куда-то вниз по лестнице. Спускаясь всё ниже, она перестала что-либо различать в темноте, и достав телефон, включила фонарик. Его мутного света едва хватало только что бы увидеть старые, обшарпанные, кирпичные стены, с сырой плесенью на них. Пройдя вперёд, девушка услышала сзади громкий хлопок закрывающиеся двери. Соня инстинктивно рванула на самотёк, вглубь темноты, пытаясь отыскать Илью с Алиной. Запнувшись обо что-то крупное, девушка упала на холодный, бетонный пол, и, пытаясь отдышаться, посветила назад. С облегчением Соня ничего там не увидела, но привстав на колени, заметила нечто странное у своих ног. Она с ужасом обнаружила, что это чьё-то тело.
Машинально отдёрнув его рукой, девушка развидела в нём Илью. Его бездыханное тело раскинулось на полу и истекало кровью. У него было перерезано горло, так же как он сам недавно в подробностях описывал, говоря про Витю. Из приоткрытого рта всё ещё сочилось много крови, а также торчал небольшой бутон розочки, подаренной Алине. Соня отпрянула от него и хотела закричать, но начала задыхаться при виде мёртвого друга. Совсем рядом начали приближаться чьи-то шаги, из-за чего дрожащие руки Сони выронили телефон.
- Алина...? - прошептала она дрожащим голосом, и не думая больше не о чём, бросилась в темноту.
Быстрые шаги разносились эхом по всему подвалу. Пытаясь оторваться от преследователя, Соня вслепую, опираясь лишь о стены и панически задыхаясь, бегала в тёмном пространстве, пока звонкие шаги подбирались всё ближе. Однако за очередным поворотом показался яркий свет. Обессиленная девушка пригляделась и увидела посреди грязного и сырого подвала высокие канделябры с горящими красными свечами, выстроенные в два ряда. Кинувшись к свету, Соня увидела ещё кого-то, лежащего на полу. Рядом были разбросаны порванные верёвки и старый деревянный стул. Силуэт на полу был одет в тёмную школьную форму, а в свете свечей ярко выделялись светлые кроссовки все перепачканные в кровавый цвет.
Чем ближе девушка приближалась к покоящемуся на полу телу, тем больше оно становилось ей знакомым. Подойдя вплотную, Соня обессилено рухнула на колени, прислушиваясь к шагам позади, стряхнула с лица трупа длинные, тёмные волосы и увидела - себя. С простреленной головой, словно от пулевого ранения и засохшей на лице кровью, её мёртвая копия лежала на мокром полу, сжимая в руках старую, серую книгу. Не переставая приходить в ещё больший ужас, Соня не могла поверить собственным глазам. Дрожащими руками она выдернула книгу из рук мёртвой себя, и хотела было открыть её, но сзади послышался громкий грохот, шуршание шагов и чей-то короткий вскрик. Напряжённая до предела Соня начал различать во всепоглощающей тьме два приближающихся силуэта, которые мгновение спустя упали в свет свечей, и от увиденного девушка впала в окончательное потрясение. На её глазах, Кирилл с пробитой головой и окровавленным лицом схватил сзади растормошённую Алину, крепко заломив и громко пыхтя, душил её словно из последних сил.
- Попалась... - тяжело дыша, захрипел он.
- Да что за чертовщина здесь происходит?! - закричала испуганная до смерти Соня. - Что ты с ней делаешь?! Отпусти!
Кирилл ошарашенно уставился на неё:
- Слава богу, ты ещё жива! Я-то уж подумал, что твоя подружка и тебя успела зарезать...
- Подружка? Алина?! - не переставая продолжала кричать Соня. Алина же хрипела что-то нечленораздельное.
- Ну а кто ж ещё... - сиплым голосом ответил парень, еле стоя на ногах. - Сбила меня на машине и не извинилась даже... Я-то и пальцем пошевелить не мог, ни слова сказать... А она вышла, посмотрела и даже носом не повела... А я ведь бежал извиняться перед ней, объясниться хотел...
- Так ты выжил?! - не веря в услышанное, вопила Соня.
- Сотрясением отделался... Контузило меня знатно конечно... Пока лежал, Илью видел - он вызвал скорую и убежал куда-то... А теперь никуда не убежит... - захрипел Кирилл, ещё крепче вцепившись в Алину.
Та, извиваясь, попыталась освободиться, с трудом выдавив:
- По... мо... ги...
Соня сидела в кромешном ступоре, не зная, что делать и кому верить. Убедительные слова Кирилла с трудом доходили до неё, а отчаянные мольбы Алины остро впивались в голову. Девушка опустила тревожный взгляд на книгу, что сжимала в руках, и, увидев название «Трактат Боли», начала пролистывать её. С трудом концентрируясь, она пробежала глазами по страницам, и увидела события, которые происходили с ней в эту самую минуту. Выбирающиеся из захвата Алина начала давать весомый отпор ослабевшему Кириллу.
- Хорош книжки читать, нашла время! - зашипел парень на Соню, тяжело дыша и сверля её тяжёлым, окровавленным взглядом. - Скорее помоги мне её скрутить, кажется, я всё-таки не только сотрясением отделался...
Соня с опаской взглянула на парня.
- Ты что, всё ещё мне не веришь? - взревел тот. - ОНА ВСЕХ ПРИКОНЧИЛА, СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ! Вот кто оказывается здесь главный сумасшедший...
Соня презрительно уставилась на Кирилла:
- А кто говорил, что у него проблемы с психикой...? Кто утверждал, что у него кто-то поселился в голове...? Кто был одержим...? - монотонно спрашивала Соня, не сводя взгляда с парня.
Тот судорожно сглотнул и забегал глазами:
- Э-это может показаться глупым... И мне следовало сказать об этом раньше... - затараторил парень. - Но я не успел и п-поэтому не смог разъяснить... У меня просто была... Диарея...
Соня сурово продолжала сверлить парня взглядом:
- Ты действительно хочешь, что бы я поверила в эту чушь?! - не сдержавшись, закричала она.
- С-согласен, звучит неправдоподобно... - сокрушился Кирилл. - НО ВЕДЬ ЭТО НЕ Я!
- Мне очень жаль... - сдержанно и тихо произнесла Соня, протянув руку к собственному трупу.
Кирилл только сейчас обратив на него внимание, застыл в изумлении:
- Что это...? - выдохнул он.
Соня поднесла руку к лицу трупа и засунула палец в окровавленную от ранения щель. По засохшей крови, просочилась свежая. Измазав ею пальцы, Соня открыла пустую страницу Трактата. Прикусив губу, она принялась что-то записывать дрожащими пальцами, то и дело тяжело дыша.
- Что ты делаешь...? - ошарашенно и тихо спросил Кирилл, всё крепче сдавливая шею Алины. - Помоги мне... Мы же все...
Но парень вдруг ослабил свою хватку и в его голове послышался стук. Второй. Третий. Один за другим они начали колотить в его голове всё громче. Кирилл схватился за окровавленную голову и истошно заорал. Безумный крик боли раздался по всему подвалу, а стуки в голове один за другим начали перерастать в звон разбитых зеркал. Заплывшее кровью лицо перекосилось от боли. В один миг Кирилл затих, а из его рта побежали тонкие струйки крови. Тело юноши с грохотом упало лицом напротив мёртвому телу Сони. Алина же выдернула из его спины окровавленный нож и встала в полный рост, на половину скрывшись во тьме.
- Спасибо, Сонечка. - Прокашлявшись, тихо прошептала она.
Соня ошарашенно уставилась на тёмный образ подруги и её окровавленная рука мгновенно замерла.
- Спасибо за доверие. - Продолжила хладнокровно Алина. - Как жаль, что у меня его совсем не осталось... Особенно к вам.
Стоящие рядом красные свечи, медленно, одна за другой, начали тухнуть, окуная её образ во тьму. Девушка медленно зашагала в сторону ошарашенной Сони.
- Какое может быть доверие, когда изо дня в день я вынуждена терпеть ваше сумасшествие и постоянно попадать из-за него в неприятности? На что мне вообще можно рассчитывать в таком случае? Верно, только на себя. Такое нестабильное и взбалмошное окружение друзей только лишь тянет на дно, не давая возможности как-либо развиваться и менять мир к лучшему. А ведь я хочу изменений, но приходится стагнировать и постоянно попадать в одни и те же проблемы, так ещё и по чужой воле. И на это я не могу никак повлиять, ведь общество вокруг никак не изменить. Приходится самой постоянно искать себя в этом дурдоме. Но ведь его влияние неоспоримо, и одно дело - когда тебе просто мешают жить в удовольствие, другое - когда за тебя решают, как жить. Да, Сонечка, именно когда вмешиваются в твою личную жизнь, начинаются самые большие неприятности. Можно сколько угодно мириться с окружением, до тех пор, пока окружение не лезет в твои дела. Запретная любовь? Для твоего же блага? Вот уж спасибо, без тебя не справилась бы. Я долго пыталась принять всё это, но иногда лучше просто закрыть гештальт. Я не хочу больше влияния со стороны, я просто хочу жить спокойной жизнью, рассчитывая только на себя. Так мне будет лучше, так будет легче. Мне, правда, не хотелось бы так поступать, но вы меня вынуждаете. Я просто хочу разорвать узы зависимости. Раз и навсегда.
Алина начала приближаться всё ближе, из-за чего осталась гореть лишь пара свечей. Стиснув зубы, Соня с ужасом смотрела в эту темноту, чувствуя на себе пристальный взгляд. Начиная понимать, что времени становится всё меньше, девушка вновь окунула пальцы в собственную кровь и судорожно начала записывать что-то в Трактат.
- Но это вовсе не значит, что я вас не ценю... - более мягко и ласково продолжила Алина. - Мне действительно ценен тот опыт, что вы подарили мне и я, правда, люблю вас. Но нужно двигаться дальше. И это я могу сделать, только благодаря вам.
Две последние свечи потухли, оставляя Соню в кромешной темноте. Пока она вслепую продолжала дописывать записи в Трактате, за её спиной Алина полушёпотом продолжила:
- Знаешь, ко мне недавно во сне словно пришло озарение. Молодо выглядящий седовласый мужчина рассказал мне всё это и я, к счастью для себя, наконец, поняла, что всё так и есть, что это чистая правда. Но ещё я задала ему один вопрос: «В чём же истина?», он только усмехнулся и ответил...
В холодном поту, нервно дрожа от страха, Соня почти довела пальцы до конца страницы, но замерла, услышав, как всё в мгновение ока затихло и погрузилось в тишину. Девушка чётко ощущала за спиной её присутствие. Сжавшись всем телом и зажмурив глаза, Соня медленно повела пальцами дальше. Достигнув конца, она услышала ласковый шёпот у правого уха:
- ...в любви.
Пляжный Эпизод
Завывание прохладного ветерка и тихий шум приливающих волн то и дело прерывалось далёкими криками чаек. Приоткрыв глаза, Соня лицезрела над собой слепяще солнце на ясном небосводе. Послышался ещё более громкий крик чайки, и повернув голову на бок, девушка увидела надоедливую птицу прямо перед своим лицом. Вскрикнув от неожиданности, Соня спугнула чайку, от чего та улетела. Придя в чувство, девушка приподнялась и прикрыла глаза от палящего солнца. Перед ней расстилалась сказочная картина: огромное лазурное море, уходящее за горизонт, игралось с отражающимисяяркими лучиками солнца. На небе не было ни облачка, из-за чего казалось, что море попросту сливалось с ним на линии горизонта. Осмотревшись вокруг, Соня увидела чистый песчаный берег, песок которого уже успел знатно согреться. Пляж удивительным образом, так же как и море с обеих своих сторон уходил за горизонт, от чего берег казался бесконечным. Позади себя девушка увидела растущие заросли, отдалённо напоминающие джунгли. На пляже явно было что-то ещё, но Соня не успела внимательнее оглядеть округу, ведь в глаза её бросился силуэт, лежащий у неё за спиной. Девушка сразу узнал в нём Алину. Та, похоже, тоже начала приходить в себя. Но не успела она этого сделать, как Соня накинулась на неё и сцепила в крепких объятиях:
- Алиночка! Родненькая! – начала навзрыд девушка. – Прости меня, прости! Я больше не буду сводить тебя с серийными убийцами, честно-честно! Только не убивай! Молю, пощади!
- О чём ты вообще? – непонимающе уставилась на неё Алина, поправляя очки и щурясь от слепящего солнца. – И где мы вообще?
- Не имею ни малейшего понятия... – пробубнила Соня в плечо подруги. – А ты разве ничего не помнишь?
Алина задумалась и легонько попыталась выбраться из объятий, чего у неё сделать не получилось.
- Честно, какая-то каша в голове... Смутно помню, как поехали с семьёй за город, я там по лесу прогуливалась, там же внезапно наткнулась на нашу школу... Хотя, может это вовсе не школа была... Может это сон был...
- Точно-точно, - торопливо перебила её Соня, - всего лишь сон.
Рядом послышались знакомые голоса, девушки обернулись и увидели идущих к ним на встречу Витю и Илью. Они что-то оживлённо обсуждали, но завидя обнимающихся Соню и Алину, радостно ринулись к ним. Оба парня, как и девушки, были одеты в школьную форму. Подбежав ближе, Илья воскликнул:
- Ну наконец-то вы проснулись, а то мы вас будить не хотели...
Парень запнулся на полуслове, оказавшись вместе с Витей в Сониных объятиях, из-за чего все трое рухнули на песок:
- Хвала небесам, вы живы! – радостно воскликнула Соня.
- А какими нам ещё быть? – напрягся Илья.
- Не был бы в этом так уверен, - привстав с песка, задумчиво произнёс Витя, - ведь вполне возможно, мы оказались в некоем подобии загробного мира. И у меня есть основания так утверждать! – встав на ноги, воскликнул он более оживлённо.
- И какие же? – присев на песок, поинтересовалась Алина.
- Пока вы были без сознания, - оживлённо начал Витя, - мы с Ильёй внимательно изучили местность, и вот к каким выводом пришли касаемо времени и пространства: перво-наперво, солнце по небу медленно, но всё-таки ползёт, а значит, время тут действует по привычным для нас законам. Но вот с пространством здесь совершенно всё иначе. Если зайти в те заросли и идти чётко по прямой никуда не заворачивая, то по итогу можно выйти к тому же месту, откуда и зашёл. То есть, как парадоксально это не звучало, но за этими джунглями находится этот же пляж. С ним, кстати, примерно аналогичная ситуация: если продолжительное время идти вдоль берега, то по итогу вернёшься к месту, откуда начинал. Мы с Ильёй провели многочисленные опыты и убедились в цикличности здешнего пространства. Отсюда попросту нет выхода, уверен, этот океан такой же бесконечный...
- К нашему удивлению, - подхватил Илья, - пляж оказался не диким и вполне обустроенным. Тут есть и шезлонги, и тенёк под зонтами, сетка для волейбола натянута, даже свой летний бар есть!
Соня и Алина удивлённо слушали их, а Витя склонился над ними, и хитро улыбнувшись, прошептал:
- Никогда не догадаетесь, кто наш бармен... - парень указал на барную стойку неподалёку.
Приглядевшись, девушки увидели, что за ней стоит не кто иной, как Кирилл, в белой рубашке, тёмной жилетке и миниатюрной бабочкой на шее. Натирая тряпочкой стакан, он легонько помахал им рукой. Остальные ребята, так же приветливо помахали ему. Соня вскочила на ноги и радостно заявила:
- Никакой это не загробный мир, друзи мои, а самый настоящий рай!
Алина так же с энтузиазмом поднялась с песка:
- Выходит, он в нашем полном распоряжении?
- Видимо да! – подтвердили парни.
- Значит, надо брать от жизни по максимуму, - продолжила Соня, - достаточно глупых вопросов, ведь время... – все хором воскликнули, - для пляжного эпизода!
КУПАНИЕ!
- Что? – лишь коротко спросил Витя, прежде чем оказаться на руках у своих друзей. – Господа, дамы, вы навреное забыли, но я не умею плавать...
- В этом вся и суть! – хитро посмеиваясь, ответила Соня.
- Это настоящее безумие... – смирился Витя, перестав вырываться и оказавшись в паре метров от воды. Илья, Алина и Соня начали на весу раскачивать Виктора, намериваясь кинуть его в воду.
- И раз! – командовала Соня.
- Я не хочу умирать молодым... – смиренно лепетал парень.
- Молодым? – усмехнулась Алина.
- И два! – продолжала громогласно Соня, вцепившись в ноги Вити.
- Прости, так надо! – виновато прошептал Илья.
- И три! – в последний раз крикнула Соня, после чего Витя взмыл в воздух, но через мгновение упал на песчаное дно лицом, не погрузившись в воду и наполовину.
Соня недовольно помахала головой:
- Нет, так не пойдёт... Илья, помоги мне!
И вот уже на пару с Ильёй, девушка силой затаскивала Витю в воду, прямо в одежде. Тот всё-таки начал усердно сопротивляться, при этом ворча как старый дед:
- Отстань! Я вам так просто не дамся! Нашли над кем потешаться, я прошёл все Dark Souls и даже Elden Ring! Мне уже ничего не страшно! МУХАХАХА!
После этих слов Соня окатила парня водой с головы до ног, оставляя его в кромешном недоумении.
- По-моему меня кибербулят... – просипел мокрый Витя. – Это слишком жестоко для пляжного эпизода...
- Поверь мне, это ещё цветочки... – протянула проплывающая на небольшом надувном матрассе Алина, с интересом наблюдающая за всем этим зрелищем.
Яркое солнце уже успело нагреть воду, из-за чего так не казалось такой уж холодной. Вдруг Илья крепко схватил Витю со спины, не давая ему выбраться из захвата.
- Илюш, ты чего делаешь? – нервно посмеиваясь, запаниковал Витя.
- Я слишком долго пытался научить тебя плавать, - сурово начал тот, - но все мои попытки были безуспешны. Поэтому ты не оставил мне выбора. Сейчас или никогда. Welcome to the club buddy! Не успел Витя среагировать, как тут же был кинут через прогиб. Вместе с Ильёй она начал плескаться в кристально чистой воде, то и дело, захлёбываясь и истошно выкрикивая:
- Ты же меня утопишь!
Соня лишь смотрела на них с довольным шиперским хлебалом:
- Я так рада, что вы всё-таки нашли друг друга, мечтательно произнесла она, - и даже фанфик писать не пришлось...
Оба парня мгновенно замерли и осуждающе уставились на девушку.
- Я же уже говорил: никакого гейства, тольок крепкая мужская дружба! – воскликнул приближающийся Витя, очки к переносице.
- Мы вызываем вас на волейбольный поединок, - хрустя костяшками пальцев, прохрипел Илья, - посмотрим, кто тут самый мужественный...
Соня лишь похлопала глазами:
- Разве это не очеви...
ВОЛЕЙБОЛ!
Через пару минут все четверо стояли у натянутой сетки. Соня и Алина были по одну сторону, а Витя с Ильёй по другую. Солнце припекало всё больше, потому парни оголили свои торсы и как качки начали демонстративно разминаться.
- И перед чем они так готовятся? – скрестив руки, с лицом лица задалась вопросом Алина.
- Какой разврат, ей Богу! – возмущенно подхватила подругу Соня.
По ту сторону сетки донёсся восхищённый голос Вити:
- Мы пренебрегаем сопротивлением воздуха и даём полную свободу нашим телам. Это обязательно приведёт нас к победе! Хвала физике!
- Да-а-а... – неуверенно поддержал его Илья.
- Тогда... – затаил дыхание Виктор. – Начнём!
- Что? Уже? – запаниковали девушки, но Виктор с силой оттолкнулся от горячего песка босыми ногами, взмыл в воздух прямо рядом с сеткой и словно артиллерийский снаряд запустил мяч на территорию противника. Гол!
- Э-э, так не честно! – продолжала возмущаться Соня, и, взяв в руки мяч, более уверенно добавила. – Учитесь!
Девушка неопределённо ударила по мячу, тот вяло отскочил от сетки и врезался ей обратно в лицо. Таймаут!
Но разыгравшийся спортивный азарт не давал парням возможности отступить. Один за другим, они продолжали скакать по песку своими массивными телами и сотрясать пляж сильными ударами мячом, от которых девушки только и успевали что уворачиваться. Очередной гол начал сопровождаться аплодисментами Виктора:
- 10/0, абсолютная победа! Отличная работа, Илья! Физика и мускулы наше всё!
Оба парня, начали причудливо позировать, соединив свои указательные пальцы вместе.
- И чего они этим добились? – всё с таким же лицом лица задалась вопросом Алина.
- Не знаю, - пожала плечами Соня, - видимо думают, что опровергли свою гомосексуальность, но мы то, всё равно всё знаем хе-хе... эхх... – Соня вздохнула и после небольшой паузы продолжила, - пойду выпью, тебе взять что-нибудь?
- Нет, спасибо. – Отмахнулась Алина.
- Тогда, скоро буду. – Предупредила Соня и направилась к барной стойке.
***
Рядом с небольшим летним кафе под навесом стояло несколько столиков, а за барной стойкой продолжал крутиться Кирилл.
- Налей чего покрепче, Дэким. – обратилась Соня к нему, присаживаясь за стойку и отстранённо глядя в сторону.
Прекратив вытирать стакан, Кирилл громко поставил его, и повернувшись к ней, сдержанно ответил:
- Могу предложить только крепкий чай.
Соня лишь равнодушно вздохнула и достала из пачки сигарету, рассматривая пустые барные полки.
- Паршивый из тебя бармен, если честно... – закуривая сигарету, протянула девушка.
- Я в бармены не нанимался. - Сухо ответил юноша. – Я, в принципе, здесь не по своей воле застрял.
Выдыхая клубы дыма, и продолжая отстранённо рассматривать океан, Соня попыталась сыграть удивление:
- Сама ума не приложу, что происходит...
- Можешь не притворяться. – Хриплым голосом перебил её Кирилл. – Это же твоих рук дело, не так ли? Трактат – он же сейчас у тебя?
Замерев с сигаретой во рту на несколько секунд, Соня глубоко затянулась и косо посмотрела на Кирилла. Девушка опешила от увиденного: на фоне делового костюма бармена, ярко контрастировали многочисленные лёгкие и глубокие шрамы на лице и руках. Большинство из них походили на язвы и ранения от огнестрельного оружия. Самый большой шрам виднелся сквозь растрёпанные волосы прямо по среди лба. Соня, наконец, пересеклась с тяжёлым взглядом Кирилла, и почувствовав нарастающее напряжение, спросила:
- Но... Откуда ты знаешь про Трактат?
- А как ты думаешь, откуда у меня эти шрамы? – всё так же хладнокровно продолжал юноша. – Может быть, появились из-за одной книжонки и её «паршивого» писателя?
Теперь Соня смотрела на него уже с не наигранным удивлением:
- Погоди, так ты... всё помнишь?
- О-о, поверь мне, я помню слишком много и, пожалуй, не забуду никогда. – Кирилл сжал изуродованное шрамами запястье. – Этот кошмар... Ты серьёзно думала, что он пройдёт бесследно, стоит только его переписать, и заодно стерев всем память, в том числе и себе? Но вижу, она к тебе уже успела вернуться.
Юноша склонился над напряжённой Соней и более тихо продолжил:
- Да я на своей шкуре испытал тысячи, если не десятки тысяч смертей. Пережил и почувствовал на себе каждую. И прекрасно помню все до единой, каждым миллиметром своего тела, всеми фибрами души. И теперь ты спрашиваешь, помню ли я это? А помнишь ли ты, что натворила? К чему привели твои безрассудные действия? Сколько судеб извратила своими руками?
Соня молча отвела взгляд, и перед глазами девушки вдруг всплыл образ тёмной комнаты и стоящей перед ней темноволосой девушки. Опустив взгляд на стойку, и увидев изуродованные руки Кирилла, образ в голове сменился на ту же самую девушку с посидевшими волосами, вбивающую в запястья Сони деревянные кресты. Её вдруг бросила в жар, словно её вновь обливал воск от свечей, а тяжёлые плечи опустились, словно под весом натянутых нитей. Девушка невольно начала тереть и хрустеть своими пальцами.
- Тот геноцид... – продолжил сурово Кирилл. – Попросту расколол моё сознание вдребезги, а затем собрал обратно, в одну кучу – кучу дерьма, что сейчас засела в моей голове.
- Прекрати обвинять меня. – Спокойно и методично ответила Соня. - Ты не знаешь, через что мне пришлось пройти, и с чем мне пришлось столкнуться. У меня не было выбора, не тебе меня судить. Мне, правда, очень жаль, что тебе пришлось пережить всё это вместе со мной. Но и я была в том аду, мне тоже было нелегко. И я уже тысячу, если не десятки тысяч раз пожалела о том, что ввязалась во всё это. Я не справилась с этой ответственностью, ты прав. Но именно поэтому я умыла руки и отказалась от Трактата, всего этого никто не должен вспомнить, не ты, не я. Однако, как и тогда, это не полностью моя вина – так распорядилась Судьба, мы все оказались в её заложниках...
- Значит, по-твоему, ты твоя писанина весомой роли не сыграли, так?
- Опять ты душить начинаешь... – огрызнулась Соня, громко хрустнув пальцем. – Да, под её влиянием я совершила немало ошибок, но каждый раз, если всё выходило из-под контроля – именно я спасала всех вас из этого пиздеца. Каждый раз пыталась спасти каждого и переписать историю с чистого листа, как и в этот раз.
- Не переписала, а продолжила. – Холодно ответил Кирилл. – Продолжила этот пиздец в менее грубой форме, ведь, так или иначе, Трактат Боли всё ещё у тебя. – Юноша горько усмехнулся. - Хах, какое, однако, говорящее название. И когда он снова попал в твои руки, ты от него уже не откажешься, не так ли? И как тебе, нравится?
- Пойми ты уже, наконец, - подняв взгляд и посмотрев Кириллу в глаза, уверенно начала Соня, - я просто хочу помочь вам, что мы все жили спокойной и счастливой жизнью, вот и всё...
- Спасибо уж, напомогала ты на сотню лет вперёд. – Раздражённо рявкнул Кирилл.
- А чего ты от меня ещё хочешь? Извинений? – девушка снова затянулась сигаретой и закашлялась от табачного дыма.
- Даже если так, они не были бы лишними. – Съязвил юноша.
- Ты сам знаешь, какие планы у Судьбы были на тебя. И, к твоему сведению, я до последнего не могла смириться с твоей смертью, потому всегда переписывала всё сначала. Тогда где теперь твои благодарности?
На застывшем лице Кирилла вдруг оживлённо вздёрнулась бровь, и он взыскивающим взглядом посмотрел на Соню.
- Удивлён? Как я уже сказала, не смотря на влияние Судьбы, я пыталась спасти всех вас. Но почему-то именно твою смерть невозможно было переписать по нормальному. Именно из-за неё ты слетел с катушек и испортил всё настолько, насколько вообще можно. И, конечно же, после всего этого, ты себя виноватым вообще не считаешь. Думаешь, если обрёл контроль над собой и вспомнил всё – то знаешь как лучше? А кто тогда в ответе за твои собственные действия? По-твоему поддаваться безумному гневу и душить человека при встрече – это нормально?
Кирилл молча опустил взгляд и посмотрел на свои изувеченные ладони. Крепко сжав их и оперившись на барную стойку, он медленно выдохнул и более спокойным голосом ответил:
- Но ведь, сколько не убегай от судьбы, проблемы остаются те же, они никуда не пропадают, не забываются. Неужели ты считаешь, что все эти забвения и есть выход для нас? Да я уж лучше продолжал бы бесконечно заливаться кровью, нежели сталкиваться с той самой кучей дерьма в проклятой проруби сознания!
- Конечно нет! – отчаянно воскликнула Соня. – Я не хочу, что бы больше проливалась чья-то кровь, или что бы все забылись в собственном сознании. Поэтому я и вытянула всех вас из забвения, сюда, подальше от всего этого...
- Но ведь мы снова оказались взаперти, не находишь? – невозмутимо продолжил Кирилл. – Пускай и не в своём сознании, но это всё точно такое же забвение. И тебя действительно всё устраивает? Это, по-твоему, тот покой и та свобода, что ты хотела для всех нас? Думаешь, этого можно по-настоящему добиться, просто спрятавшись от Судьбы здесь? В её же клетке?
- Меня всё устраивает. – Уверенно ответила Соня, посмотрев Кириллу прямо в глаза. – Клетка, как по мне – это и есть та суровая и неконтролируемая жизнь, за которую ты так борешься, со всеми её проблемами и недостатками. А я больше не хочу никому причинять боль... и тебе тоже... хочу уберечь вас, и, надеюсь, мне больше никогда не придётся открыть страницы этой злосчастной книги.
- А, поэтому нужно приковывать меня к этой грёбанной барной стойке? – Кирилл демонстративно тугоперевязанную тонкими нитями ногу. – Я и шагу ступить отсюда не могу. Ты серьёзно думаешь, что это «оберегает» меня?
- Это для твоего же блага. – Равнодушно отмахнулась Соня. – Мне хватило увидеть, на что способен ты и тебе подобные. Признай, своим существованием ты несёшь опасность, не только Судьбе, но и нам. Поэтому я и предприняла такие меры. Послушав тебя сейчас, я убедилась, что это правильное решение. По крайней мере, теперь никто из нас не будет ничего менять и «извращать».
- Да за кого ты меня держишь? – мрачно прошептал юноша.
- Ни за кого. Я уже поняла, что теперь с тобой всё в порядке. Может сейчас тебя действительно незачем бояться и возможно даже можно доверять. Но я просто хочу, что бы ты продолжал оставаться таким всегда. Кто знает, что может произойти в будущем? Теперь даже я об этом не задумываюсь. И советую тебе сделать тоже самое. Со временем ты обязательно всё поймёшь. Кстати, помнишь, как мы тогда пожали друг другу руки? Надеюсь, наше перемирие всё ещё в силе и мы решили все вопросы и недопонимания, и ты не станешь творить всякие глупости и портить веселье остальным. Только попробуй. Сам прекрасно знаешь, что может произойти.
Соня посмотрела на Кирилла в последний раз, затушила сигарету о барную стойку и спешно удалилась, оставляя парня наедине с затухшим окурком.
КУЛИНАРНЫЙ ПОЕДИНОК!
Солнце клонилось к закату, а небо розовело с каждой минутой. Океан немного успокоился и стал более тихим и ровным. К вечеру все успели достаточно сильно проголодаться, и поэтому, взяв продукты и прочий сервиз из бара, Витя, Илья, Алина и Соня расположились на двух столиках напротив друг друга, решив устроить кулинарный поединок. Команды остались те же, что и в волейболе, что неудивительно. Как только время засекли и подали команду марш, все начали спешное приготовление блюд. Главная цель: сделать быстро и вкусно! Первым готовку завершила команда Вити и Ильи, причём чересчур быстро, потому что ещё час пришлось ждать команду Алины и Сони. Но вот закончили и девушки, пришло время показа и дегустации блюд!
- Итак, дамы, - начал воодушевлённо Витя, - узрите наше с Ильёй творение, удостоенное всяческих похвал. Рецепт этого блюда передавался в моей семье из поколения в поколение, его приготовление – это особая процессия, которая требует недюжинной сноровки и умения. Только вложив максимум сил и души, можно получить удовольствие от вкуса столь изысканного блюда...
- Ты откроешь эту крышку когда-нибудь? – скептически спросила Алина.
Не медля больше ни секунды, Витя поднял крышку.
- Серьёзно? – открыла рот Соня. – Опять яичный рулет? Да сколько можно?!
- Ну, сказала же, вкусно и быстро... – замялся парень.
- Эх... – вздохнула Соня. – Учись, салага!
Открыв крышку своего блюда, из-под неё показался маринованный краб в фаршировке, приправленный различными специями и соусами.
- Соси! – довольно воскликнула Соня.
Витя лишь упёр руки в боки:
- Так не честно. Ты правила выдумала.
После недолгих выяснений отношений все сели и отужинали. Илья принёс с барной стойки четыре чашки чая, каждая была подписана поимённо.
- Кирилл приготовил для нас чай, держите. – Сказал Илья, расставляя чашки.
- М-м, - промычала Соня, - в моём чае окурок, какая прелесть...
Допив свой чай, Алина увидела под ней салфетку с какой-то надписью. Прочитав её, после ужина девушка направилась к барной стойке.
***
Мягкие лучи заката освещали пляж, погружая его в свои жёлтые и розовые тона. Сидя за стойкой, Алина смиренно наблюдала за догорающим небосводом.
- Так зачем ты позвал меня сюда?
Стоя за барной стойкой, Кирилл облокотился на неё и вдумчиво произнёс:
- Мне нужно с тобой кое о чём поговорить. Подумать только, сколько времени прошло с того момента, как мы с тобой нормально разговаривали, по своей воле...
- Когда ты выбежал из класса с криками про ядерный понос? – продолжая смотреть на закат, отозвалась Алина.
- Быть может гораздо раньше, но что было, то было. – Отрезал Кирилл. – Куда важнее, что будет со всеми нами дальше.
Алина обернулась к нему:
- Может, для начала всё-таки расскажешь, что с тобой произошло, что у тебя на лице?
- Сейчас это всё не так важно, да и тебя это никак не касается. – Спокойно ответил юноша. – Тебя что, больше ничего не волнует?
Девушка задумалась:
- Раньше, наверное, волновало, но теперь, на удивление, когда я здесь, вместе с вами, мне стало гораздо спокойнее.
- И как тебе здесь? – тихо поинтересовался Кирилл.
- Знаешь, очень мило, давно себя такой счастливой не чувствовала! – улыбнулась Алина и взглянула на океан. – Вот бы остаться здесь и...
- И забыться? – перебил её Кирилл. – Неужели тебя тоже устраивает такая жизнь? Застрять до конца своих дней на необитаемом пляже, раз и навсегда отказавшись от своей прежней жизни? Ведь здесь вообще нет жизни...
- Ну и какой она была, эта «прежняя жизнь»? – отчуждённо спросила Алина. – Лишь череда случайностей, не более. Сколько я не пыталась сделать и сколькому научиться – постоянно находились проблемы, рушащие и без того ненадёжную судьбу.
- Но эта судьба напрямую зависит от тебя, - тихо продолжил Кирилл, - и только ты вольна делать с ней, что захочешь. В твоих руках её надёжность, собственный жизненный ориентир. Неужели и в правду этот вычурный фатализм засел у вас в головах?
- На самом деле, - неуверенно начала Алина, - с недавнего времени я всерьёз начала полагать, что слишком многое в моей жизни зависит от других людей. Вся моя судьба словно оказалась хитро сплетена с чужими жизнями. Я перестала чувствовать ту лёгкость и свободу жизни, когда ты действительно хозяин своего штурвала. Чем дольше плывёшь по течению, тем больше волн сбивают тебя с пути. Ты теряешься в это море, теряешь свой ориентир и начинаешь сомневаться – а он ли это вообще? Вся эта зависимость от окружающих начала давить на меня, и я словно замкнулась, потерялась в себе. Силясь в очередной раз найти выход, я начала понимать, насколько далеко может зайти эта зависимость, и к каким последствиям привести. Я попросту потеряла контроль над своим штурвалом, потеряла себя. Но потом я оказалась здесь, и поняла, что я не одна такая, что можно держаться за штурвал вместе с другими, что есть те, на кого можно положиться, с кем можно связать судьбу. С кем можно найти выход, когда заблудилась...
- Я рад, что ты смогла принять других, - прервал её Кирилл, - но не кажется ли тебе, что ты теряешь свой личный ориентир? Конечно, легче плыть с другими, но подумай о себе. Для каждого свой путь, и твоя судьба в твоих же руках. Не пора ли принять и взросление?
- Я понимаю, но... – Алина запнулась, и повисла тишина.
Через несколько секунд, собравшись с мыслями, девушка прервала её:
- Я потеряла всякую волю к этому...
- Поэтому легче сдаться и бездумно околачиваться здесь, да?
Алина бросила на Кирилла усталый взгляд и поставила кружку с допитым чаем на стойку, собираясь уходить. Но юноша продолжил:
- Я хочу помочь. Помочь вернуть всё на круги своя. Где каждый волен сам решать, как поступиться со своей жизнью.
- Что ты опять от меня хочешь? – отрешённо спросила Алина.
- Просто сделай одно одолжение – укради Трактат Боли у Сони и отдай его мне.
Алина озадаченно посмотрела на Кирилла:
- Трактат... Боли?
- Да, - спокойно ответил он, - просто серая книга, которую она наверняка носит с собой.
- Украсть книжку у Сони... но зачем? Что это за книга?
- Сложно объяснить, - отвёл взгляд Кирилл, - но это действительно поможет выбраться всем нам из этой бездны.
- Но если я не хочу? – возомнила Алина.
- Мы оба прекрасно понимаем, что это не может продолжаться вечно. Тем более остальные не готовы принять изменения и предпринять хоть какие-то действия. Я могу рассчитывать только на тебя.
Алина пристально уставилась на парня:
- Ты уже не тот человек, которого я знала. - Хладнокровно начала девушка. - На самом деле, Соня предупреждала меня, что ты заперт здесь у барной стоки по её воле. Сказала, что бы я тебе не доверяла и держалась подальше. Откуда мне знать, что ты не преследуешь своих корыстных целей?
Кирилл не нашёл что ответить и лишь посмотрел на Алину уставшим взглядом. Рядом послышались приближающиеся крики ребят, зовущие девушку.
- Просто подумай ещё раз о том, что я тебе сказал. Мы все потерялись. - Успел выговорить юноша. Алина обернулась к нему, застыв на несколько мгновений, и молча ушла к остальным
ВЕЧЕРНИЙ КОСТЁР!
Солнце скрылось за горизонтом и на пляж опустились тёмные сумерки. Воздух заметно похолодел, и было принято решение развести костёр. Рядом с ним Витя на пару с Ильёй соорудили подобие палаток. Все вчетвером расположились вокруг костра и начали жарить маршмеллоу, рассказывая всяческие страшилки и посматривая на звёздное небо над головой. Сидевший близко к костру Витя сделал зловещую гримасу и продолжил рассказывать загадочным голосом своим байки:
- А мне вот недавно приснилось, что однажды утром я проснулся и словно осознал всю суть бытия. Моё мировоззрение полностью перевернулось, и я преисполнился такой лёгкостью, что, казалось, витаю в небесах! С них ко мне, кстати, спустился таинственный чудотворец, указавший единственно верный путь. Я с почестью принял его благодать, ведь именно он и приоткрыл мне завесу тайны мироздания! Поклявшись ему в верности, я возглавил его последователей, наше тайное общество росло, образовавшись в подобие секты. Наше влияние на человеческие судьбы становились всё больше, а элементом поклонения был избран вовсе не тот чудотворец, а молодая девушка, честно уже и не вспомню её имени. Но это и не важно, главное, что она смогла сплотить всех нас единой целью и в прямом смысле связать наши души. Эта связь стала настолько тесной, что по итогу вылилась в кровопролитную бойню, в которой выживал сильнейший. Ведь нашей общей целью стал единый уклад – сделай больно другим, пока не сделали тебе! Ну а я что, парень не промах, взял пулемёт, да начал распространять свой праведный гнев направо и налево без разбору. Я тогда отвоевал место под солнцем и практически почувствовал близость чуда... Зато весело было!
Напряжённая Соня, пока слушала всё это, то и дело суетливо бегала глазами, и по итогу, нервно посмеиваясь, заключила:
- Хе-хе, да-а, Витенька, какая у тебя богатая на образы фантазия! Ну, хватит тут твоей чернухи, пожалуй, давайте я вам лучше анекдот расскажу! - все внимательно уставились на Соню.
«Два писателя сидят, неспешно выпивают. Вдруг, один говорит:
- Представляешь, мне сегодня приснилось, что я умер.
- Ох, прекрати.
- Серьёзно, приснилось. Сон же дело такое, его бояться не надо. И вот я умер и подхожу к воротам Рая. А меня привратник не пускает. Говорит, что писателям в Рай нельзя, они при жизни создавали свои миры, брали на себя роль творца. А это грех.
- Ну, логика в этом есть.
- Я тоже так подумал. Поэтому не стал спорить и пошёл вдоль забора. И вдруг вижу, там, за райской оградой, кого бы ты думал?
- Кого?
- Тебя! Я возвращаюсь к привратнику и говорю, мол, как же так? Он писатель и я писатель. Но ему в Рай, получается можно, а мне нельзя. Где справедливость? И знаешь, что мне сказал апостол?
- Что?
- Перестаньте, говорит. Ну какой он нахуй писатель.»
Соня начала гаситься от смеха и замерла в ожидании ответной реакции. Но все продолжали молча смотреть на неё под тихие звуки ночных сверчков и треск костра. Соня уныло выдохнула, съела с палки поджаренный маршмеллоу и, пережевав, сказала:
- Эх, ну вы как всегда... Знаете, а я ведь раньше думала, что моя жизнь это тоже своеобразная комедия, а оказалось – самая настоящая трагедия... – после недолгой паузы, девушка продолжила. – Мне нужно вам кое-что рассказать. Как вы понимаете, все вы здесь не просто так. На самом деле, мы здесь оказались по своей воле. Я сама придумала это место и сама втянула вас сюда без вашего согласия, но лишь с одной целью – что бы трагедия длиною в жизнь наконец-то закончилась. Я очень долго и усердно пыталась всё изменить, но все мои попытки были четны. Каждый исход никогда не был счастливым, а их было далеко не один и не два. Мои труды были напрасны, и всё это попросту безнадёжно, ведь невозможно знать всё наверняка и прописать наперёд. Ничего тут не попишешь... Да и написала я, наверное, даже слишком много, доставив, в том числе и всем вам очень много боли, хоть вы этого и не помните. Хотя судя по словам Вити, которые отчасти являются правдой, вы вполне можете вспомнить всё, как и я. Но даже если это не так - это не умоляет моей вины перед вами, за что я, разумеется, раскаиваюсь. Однако не это главная проблема. У Судьбы на нас совершенно другие планы. Окончательно я убедилась во всём лишь в своём забвении. Ха... кто бы мог подумать, но наш новенький – Пётр, уже успел въесться к каждому из нас в голову и предусмотрительно запер нас в своём собственном подсознании. Последнее, что вы все помните до того, как попали сюда, это и есть ваше собственное забвение, созданное лишь с одной целью – сломить вас. Блуждая по закоулкам своего сознания всё больше и дольше, можно увидеть его самые тёмные уголки. И только от самого человека зависит, будет ли он вечно бегать по этим углам или же примет их, очистит своё сознание. Но это принятие по замыслу Судьбы - первый шаг к беспамятству. В таком случае вам только и останется принять единый уклад судьбы и безвольно следовать ему. Полностью положиться на неё. Поэтому у меня не было другого выбора, кроме как забыться вместе с вами в этом мирке. Почему вместе? Всё-таки за последнее время вы стали мне очень близки и судьбы наши чересчур тесно переплелись, да так, что я не представляю, как бы я забылась в одиночестве. Я считаю, что для вас это тоже счастливый конец, ведь оказаться здесь, это всяко лучше, чем погрязнуть в тёмных чертогах своего сознания. Я благодарна вам за то, что разделяете это бремя со мной. Поэтому постараюсь сделать для вас всё, что в моих силах...
Соня остановилась на полуслове и потянулась рукой за спину. Но тут же девушка изменилась в лице и начала лихорадочно ощупывать своё тело, что-то выискивая глазами.
- Что-то случилось? – встревожился Илья.
- Какой он нахуй писатель... – протараторила себе под нос девушка и сорвалась с места, побежав в сторону барной стойки.
***
Весь пляж уже успел погрузить в дремучую темноту и летний бар так же утопал в потёмках. На небе начинали скапливаться тучи, а с океана подул холодный ветер. Забежав за барную стойку, Соня никого не обнаружила, заприметив лишь перемотанный клубок разорванных нитей на полу. Судорожно водя глазами по округе, её взгляд остановился на тёмном силуэте в воде. Всмотревшись повнимательнее, Соня развидела Кирилла, стоявшего по колено в приливающей всё с большей силой воде. Силуэт медленно удалялся, всё больше погружаясь в воду. Вдруг, где-то далеко за тёмным горизонтом раздался раскат грома. Девушка выдохнула спёртый в лёгких воздух:
- Не поздновато ли для купаний?! – крикнула Соня, на что стоящий спиной Кирилл развернулся. В руках у него был Трактат Боли.
Соня тут же выпучила глаза и побежала в его сторону. На небосводе сверкнула молния и юноша, взявшись обеими руками за книгу, высоко поднял его к небу.
- Не подходи. – Коротко выкрикнул он, стоя в воде уже по пояс. Дующий с океана ветер поднимал волны всё выше, из-за чего Кирилл уже весь вымок до нитки. Со всех сил отталкиваясь ногами от песка, Соня громогласно кричала:
- А ты остановись! И верни Трактат!
Но юноша видимо не слушал и со спокойным видом продолжал пятиться назад. Волны омывали с ног до головы, однако книга ещё не успела намокнуть. Добежав до воды, Соня обессиленно упала в неё на колени и взревела:
- Да что ты творишь-то?! Ведь только всё начало получаться... Куда ты вообще собрался?! Только не говори что ты...
До этого молча смотря на неё издали, Кирилл вдруг отвёл взгляд и задумался:
- Как он там говорил... – прошептал юноша, - навстречу судьбе...?
- Да нихуя не слышно, что ты там шепчешь! – кричала сквозь шум волн Соня, от досады уже заливаясь слезами.
Илья, Витя и Алина подбежали к ней сзади и так же посмотрели вслед удаляющемуся Кириллу. Он уже почти растворился в бушующей воде, из которой на поверхности оставались лишь поднятые руки, крепко сжимающие книгу.
- И всё-таки, он это сделал... – ухмыльнулся Илья. – Но все мы знаем, что это рано или поздно должно было произойти. Как там было... «он тоже сыграл свою роль в этой никудышной пьесе».
- Это должно было закончиться. – Вдумчиво произнёс Витя. – Рано или поздно. Видимо «наши с ним судьбы больше никогда не переплетутся».
- Так вы оба догадывались? – удручённо просипела Соня в слезах. – Погодите, так значит это вы...
Алина вдруг присела рядом и мягко обняла её:
- Помнишь, что я тогда сказала? – прошептала девушка Соне, и та подняла свои заплаканные глаза. – Истина в любви. В любви к настоящей жизни во всех её проявлениях, какой бы она не была. Мы все нуждаемся в ней...
Соня взглянула в океан разбитым взглядом. На его поверхности в воде растворилась серая обложка Трактата Боли.
Эпилог
Развиднелось. Стоящий на самом краю карниза крыши одной из разрушенных пятиэтажек, мужчина в белых длинных одеяниях и развивающимися волосами смотрел за бушующим морем. Вдали послышался раскат грома, затем по всему небосводу сверкнула яркая молния, озарив светом, стоящие на берегу руины. Сначала послышались тихие стуки капель о карниз, затем начался сильный ливень. Свежий и непроглядный дождь ещё больше взволновал море, от чего то начало покрывать пеленой и расшибаться волнами о кирпичные стены на берегу. Вытянув руку вперёд, мужчина улыбнулся всем своим молодым лицом, наблюдая, как по ней стекают самые обычные, прозрачные, дождевые капли. Не меняясь в лице, он перевёл взгляд на белую пучину моря, за которой наблюдал со столь большим интересом. Из неё показалось чёрное пятно, постепенно преобразовавшееся в человеческий силуэт, выходящий из воды и движущийся в сторону берега. Из-за бушующих волн и непроглядного ливня, нельзя было толком ничего развидеть, но мужчина слишком долго ожидал, что бы ни понять.
- Сегодня будет ужасно дождливый день... – ухмыльнулась Судьба и сделала шаг вперёд.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге