Утопия

Глава 1

В готической зале, утопающей в непроглядном мраке, ярко-желтым пламенем вспыхнул магический шар. К нему придвинулся мужской силуэт — тяжелая тень скрывала его черты, оставляя видимой лишь ехидную, торжествующую ухмылку.

— Эшли! — пророкотал он.

— Да, мой господин, — отозвалась девушка.

Она склонилась на одно колено за его спиной. Огненно-рыжие локоны рассыпались по плечам, а белоснежное платье ярким пятном разрезало темноту, подчеркивая каждый изгиб ее фигуры. Не поднимая густо подведенных глаз, она замерла в ожидании.

— Ступай на Землю! — последовал резкий приказ. — Приведи мне этих никчемных людишек.

— Слушаюсь, — едва слышно прошептала Эшли.

Мгновение — и она растворилась в воздухе, не оставив после себя даже шороха.

***

На Земле, в небольшом летнем кафе, четверо друзей делили добычу. На деревянном столе перед ними покоился артефакт из гробницы — странная карта из материала, который явно не знал земных станков.

— Находка века! — воскликнул черноволосый парень с вечным беспорядком на голове. Он поправил ремень катаны за спиной и довольно сощурил голубые глаза. — За неё отвалят столько, что мы до пенсии будем пить только коллекционное вино!

— Карта магическая, — отрезал его напарник в длинном плаще, сидевший напротив. Он невозмутимо поправил светлый хвост. — Она фонит древней силой. Если такая вещь попадет не в те руки — миру конец. Нам нужен проверенный покупатель, а не первый встречный мешок с деньгами.

— Опять твои магические бредни! — брюнет закатил глаза и уныло подпер щеку ладонью. — Обычный кусок пергамента, просто старый.

— Идиот, — холодно бросил блондин. — Я кожей чувствую энергию, которая от неё исходит.

— Это кто тут идиот?! — Брюнет мгновенно вскочил, нависая над столом.

Блондин лишь смерил его ледяным взглядом, даже не шелохнувшись.

— Я вот сижу и думаю, — начал он вкрадчиво, а затем медленно поднялся, сокращая дистанцию до минимума. — Куда бы тебе приложить кулак, чтобы ты наконец заткнулся?

— Ну давай, проверим, чьи яйца круче! — прорычал брюнет, хватаясь за рукоять меча.

Воздух за столом заискрил от напряжения, но его вмиг остудил яростный окрик:

— А ну сели! Оба!

Девушка в кимоно, чьи темные волосы были стянуты в тугой хвост, ударила кулаком по столу так, что чашки подпрыгнули.

— Прекратили свои петушиные бои, пока я вам обоим по тыкве не настучала! Мы здесь дело обсуждаем, а не в курятнике деремся!

Парни мгновенно притихли. Спорить с этой женщиной было себе дороже, поэтому они лишь продолжали обмениваться яростными взглядами, едва не прожигая друг в друге дыры.

Четвертая участница компании — хрупкая блондинка с внешностью подиумной модели — за всё это время не проронила ни слова. Облаченная в голубую школьную форму, она с абсолютно отрешенным видом потягивала клубничный коктейль через трубочку, пока брюнетка в кимоно распекала парней за вечные скандалы.

— У меня это уже в печенках сидит! — гремел голос каратистки. — Каждый раз одно и то же! Вы взрослые мужики или дети малые?

Она не заметила, как за соседним столиком рыжеволосая незнакомка едва слышно прошептала слова на забытом языке. Воздух вокруг четверых друзей пошел рябью, пространство исказилось, словно в комнате с кривыми зеркалами. Секунда — и там, где только что сидела шумная компания, остался лишь пустой стол и недопитый коктейль.

— Эй! Вот сволочи! — раздался возмущенный крик официанта, застывшего с подносом в руках. — Сбежали и не расплатились!

Миг — и мир вывернулся наизнанку. Летнее кафе с запахом кофе и клубники исчезло, уступив место мертвому городу-призраку.

Друзья замерли посреди улицы, не узнавая окружающее пространство.

— Где мы, черт возьми? — выдохнул Зак, хватаясь за рукоять катаны.

Вокруг царила пугающая, вакуумная тишина. Ни шороха ветра, ни стрекота насекомых. Тьма казалась осязаемой, а холод пробирал до костей, пробуждая в душе самые мрачные воспоминания.

Заброшенные дома скалились разбитыми окнами, а припаркованные вдоль обочин машины выглядели так, словно по ним прошелся великан.

— Здесь... слишком тихо, — прошептала блондинка в школьной форме. Она сделала шаг, но подошвы коснулись асфальта без единого звука. Это походило на затянувшийся кошмар, от которого невозможно очнуться. Колени девушки подогнулись от накатившего осознания: — Это место... оно будто в другом измерении.

— Морган! — Девушка-каратистка резко обернулась к блондину. — Ты у нас по магической части. Объясни, что произошло?

Морган прижал указательный палец к губам, прислушиваясь к невидимым потокам энергии.

— Нас переместили... направленная телепортация, — медленно произнес он. — Но пробить пространство на такое расстояние способен только маг высшего порядка. Таких во всем мире единицы.

— Сможешь вернуть нас обратно? — с надеждой спросил Зак.

— Попробую.

Морган закрыл глаза, входя в состояние транса. Его фигура окуталась мягким белым сиянием.

Друзья затаили дыхание, уже чувствуя вкус привычного земного воздуха, но в следующий миг свет болезненно мигнул и погас, оставив их в еще более густой темноте.

— Не выходит, — Морган бессильно опустил руки и тяжело вздохнул. — Моих сил недостаточно. Это место... оно не просто нас держит, оно высасывает энергию. Мы в ловушке.

— Это что же получается?! — взорвался Зак, всплеснув руками. — Мы застряли в этой дыре навсегда?! — Он тут же нашел повод уколоть напарника: — И это всё, на что способен наш «великий магистр»? Грош тебе цена в базарный день!

— Заткнись! — огрызнулся Морган, демонстративно отвернувшись и скрестив руки на груди. — Я хотя бы пытаюсь нас вытащить, пока ты просто сотрясаешь воздух.

— Это ты на что намекаешь, магическая морда? — Зак выпятил грудь, напоминая задиристого петуха перед боем.

Воздух снова заискрил от их взаимной неприязни, но ледяной голос каратистки мигом остудил пыл:

— Нашли время для грызни! Может, делом займемся? Например, поиском выхода, пока нас тут не сожрали?

Парни притихли, признавая её правоту.

— Действительно, — выдавил Морган, стараясь сохранять достоинство. — Сейчас не лучший момент для спо…

Его слова оборвал утробный, хриплый звук — нечто среднее между рыком зверя и тошнотворной отрыжкой огромного тролля. Звук эхом отразился от мертвых стен, заставляя кровь застыть в жилах.

— О боже… что это было?! — вскрикнула блондинка и, побелев как полотно, спряталась за широкую спину Зака.

— Выясним позже! Тикаем! — скомандовал Зак.

Схватив девушку за руку, он рванул к ближайшему зданию. Это был старый заброшенный универмаг, над входом в который красовалась выцветшая, начертанная чьей-то дрожащей рукой надпись: «Оставь надежду, всяк сюда входящий».

Остальные, не оборачиваясь, бросились следом в зияющую пустоту дверного проема.

До спасительных дверей магазина оставалось всего пять метров, когда путь им преградил исполинский силуэт. Оборотень — гора вздутых мышц и клочковатой шерсти — одним невероятным прыжком перемахнул улицу и приземлился прямо перед ними, выбив когтями крошку из асфальта.

— Что нам делать?! — Мари вцепилась в руку Зака, ее била дрожь. — Он слишком быстрый! Нам не уйти!

— Не бойся, — Зак на секунду обернулся к ней, и его лицо озарила спокойная, почти неуместная здесь улыбка. — Я тебя защищу.

На бледных щеках девушки выступил румянец, а хватка на его рукаве чуть ослабла. В следующее мгновение Зак резким движением выхватил катану — сталь хищно блеснула в полумраке.

— Мари, Бриджи, бегите! — скомандовал он, не оборачиваясь. — Мы с этим «недомагом» его отвлечем!

У Моргана на лбу отчетливо вздулась вена. Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы выдать колкую тираду, но Бриджи его опередила.

— Ну уж нет! — Каратистка уперла руки в бока, и её взгляд стал опаснее, чем клыки оборотня. — Чтобы я, чемпионка мира, позорно сверкала пятками? Не дождетесь!

— Я... я тоже не убегу! — голос Мари всё еще подрагивал, но в нем зазвенела сталь. — Пусть я не воин, но моя магия вам пригодится!

Ее ладони вспыхнули ослепительным лазурным пламенем. Воздух вокруг девушки завихрился, и через мгновение в её руках материализовался тяжелый деревянный посох, навершие которого пульсировало чистой энергией.

Страх в глазах Мари сменился ледяной решимостью: она была готова стоять до конца.

Парни переглянулись, коротко кивнули друг другу, отбрасывая прежние обиды, и вся четверка единым фронтом бросилась в бой.

К удивлению самих ребят, с монстром они расправились играючи.

Первым пошел Зак: коротким рывком он буквально стер себя из реальности, оставив на месте лишь свистящие кольца сжатого воздуха.

В следующее мгновение он возник перед оборотнем, и его катана прочертила на груди твари глубокую кровавую борозду от плеча до самого бедра.

Не дав врагу опомниться, в дело вступила Бриджи. Закрутившись в вихре, она нанесла сокрушительный удар ногой в челюсть, подбросив многокилограммовую тушу в воздух.

Пока монстр беспомощно болтался над землей, Морган вспыхнул багровой аурой.

Выбросив ладонь вперед, он выпустил ревущий огненный шар.

Снаряд прошил оборотня насквозь, оставив в его груди дымящуюся дыру, через которую была видна пустынная улица позади.

Едва тварь рухнула на асфальт, Мари сделала шаг вперед и нанесла финальный, пусть и не самый сильный удар посохом. Это стало последней каплей: тело оборотня зашипело и начало стремительно испаряться, превращаясь в густую лужу черной крови.

— Слаженно сработали! — воскликнул Зак.

Он эффектно крутанул катану по часовой стрелке и одним неуловимым движением вогнал её в ножны.

Его взгляд тут же переместился на Мари.

Девушка стояла, низко склонившись и тяжело хватая ртом воздух.

— Мари, ты как? Жива?

— В порядке... — выдохнула она, вытирая пот со лба. Выпрямившись, она добавила уже увереннее: — Просто навалилось всё сразу. Раньше мне никогда не приходилось... убивать.

— Всё бывает в первый раз, — Зак мягко улыбнулся и ободряюще подмигнул ей. — Для дебюта это было очень даже круто.

Мари смущенно отвела взгляд, чувствуя, как теплеет в груди, и быстро сменила тему:

— Ну что? Идем дальше?

Зак коротко кивнул, и команда двинулась вглубь призрачного магазина.

Внутри царил хаос: стеллажи были вывернуты, товары перемешаны с пылью, а у прилавка сиротливо валялась вскрытая касса. Рассыпанные купюры, которые когда-то имели ценность, теперь были лишь мусором под ногами.

Бриджи медленно обвела взглядом разруху и негромко спросила, скорее у пустоты, чем у друзей:

— Что это за проклятое место? И что за тварь на нас набросилась?

— Ты разве не видишь? Это магазин! — Зак не удержался и ехидно прыснул в кулак.

— Спасибо, Капитан Очевидность, — Бриджи смерила его тяжелым взглядом и уперла руки в бока.

— Очевидно — пожалуйста! — парировал мечник, продолжая беззаботно ухмыляться.

Каратистка едва подавила искушение проверить прочность его челюсти своим фирменным хуком. Но, понимая, в какой глубокой заднице они оказались, лишь процедила:

— Это не смешно, Зак. Ты прекрасно понял, о чем я.

— Это место похоже на легендарную планету под названием Утопия, — подал голос Морган.

Он сидел на пыльной табуретке, низко опустив голову. В его обычно уверенном тоне проскользнули нотки неподдельного страха.

— Что еще за Утопия? — Зак посерьезнел и выжидающе уставился на мага.

Морган заговорил, и каждое его слово ложилось тяжелым грузом на плечи слушателей:

— Мир, павший под натиском отродья адского владыки. Пришелец обратил людей в чудовищ, исказив саму суть жизни. Легенды гласят, что в этом проклятом измерении томится в заточении сам Темный Властелин, когда-то плененный великим Диргом.

В магазине повисла мертвая тишина. Даже Зак перестал улыбаться.

***

В той же мрачной зале на костяном троне восседал мужчина, чье лицо по-прежнему поглощала густая тень. В его руке покоился жуткий посох: навершие в виде серебристого черепа тускло поблескивало, а острое копье у основания впивалось в каменный пол.

— Эшли, — пророкотал он, лениво поглаживая череп когтистыми пальцами в черной коже. — Ты исполнила мой приказ?

— Да, мой господин... — девушка, как и прежде, склонилась, не смея поднять глаз.

Ничего не ответив, мужчина поднялся. Тяжелые шаги эхом отозвались под сводами, когда он подошел к окну.

Снаружи бушевала стихия. Внезапная вспышка молнии на мгновение разрезала мрак, и в этом призрачном свете человеческий облик дрогнул: на стену упала тень исполинского черного дьявола с могучими крыльями.

— Вскоре я вырвусь из этой клетки! — его голос перекрыл яростный раскат грома и завывание ветра. — Эти ничтожные людишки заплатят за всё. Их ждет такая долгая и мучительная кончина, что сам ад покажется им утраченным раем!

В его сознании уже вспыхивали картины грядущей расправы: искаженные ужасом лица, предсмертные крики, мольбы о пощаде. Дьявольский хохот, слившийся в унисон с грозовым разрядом, разнесся по зале, выражая безумный экстаз чудовища, заждавшегося своей жатвы.

Глава 2

Зак проснулся от грохота дождя.

Вспышка молнии на мгновение выхватила из темноты силуэты мебели.

За окном — глухая ночь, но сон ушел окончательно.

Стены давили, в горле пересохло. Он подошел к окну, надеясь глотнуть свежего воздуха, но замер. Там, за стеклом, в неверном свете грозы шаркали десятки мертвецов. Бывшие мирные горожане — теперь лишь бездумные слуги Темного властелина. Видимо, та же участь постигла и оборотня, с которым они сражались накануне.

Зак бросился к друзьям, спящим на полу.

— Вставайте! Живо! Нам нужно убираться!

— Что... что случилось? — пробормотал спросонья Морган.

— Мертвецы! Они уже здесь! — сорвался на крик Зак.

Сонливость у всех как рукой сняло. Друзья вскочили и бросились к черному выходу, но, едва распахнув дверь, отпрянули: снаружи стояла еще одна толпа. Гниющие тела хлынули внутрь.

— Они повсюду! — вскрикнула Мари, прячась за спину Зака.

Морган выступил вперед. Его окутала багровая обжигающая аура. С ладони сорвался огненный шар, разметав первую пятерку зомби в клочья.

— Так мы не прорвемся, — Зак мрачно покачал головой, глядя на прибывающую массу тел. — Их тысячи. Есть что-то помощнее?

— Я могу их заморозить, — выдохнул блондин, — но нужно время на заклинание. Тогда магия накроет всё здание.

— Действуй! Я их задержу!

Зак рванул катану из ножен. Сталь свистнула в воздухе, и в один миг головы ближайших мертвецов покатились по полу.

— Не забывай про нас с Мари! — возмущенно выкрикнула Бриджи, сокрушительным ударом в челюсть снося голову очередному мертвецу.

Девушка обладала не только техникой, но и пугающей, почти нечеловеческой силой. Для неё не составило бы труда пробить каменную стену, а при полной концентрации — обрушить небольшую скалу.

— Мощно! — крикнул Зак, на секунду показав большой палец, не прекращая вращать клинком.

За считаные мгновения они зачистили черный выход, но натиск не ослабевал: зомби лезли в окна и выламывали двери. Друзья едва успели выскочить наружу, с грохотом захлопнув за собой тяжелую железную дверь.

Мертвецы всей массой навалились на преграду. Металл жалобно застонал под их напором, решетка ходила ходуном, но в этот момент Морган закончил заклинание.

Вокруг мага вспыхнула ослепительно-белая, ледяная аура. Пока он читал формулу, его защищал автономный магический барьер, отсекающий любые атаки. Как только последнее слово сорвалось с губ, дверь мгновенно покрылась толстой коркой льда. Следом за ней в монолитную глыбу превратилась и вся тысячная толпа по ту сторону.

Друзья впервые видели силу Моргана, усиленную заклинанием. У всех разом вырвалось восхищенное: «Вау!»

После короткой паузы Бриджи серьезно спросила:

— И что теперь?

— Попробуем выжить в этом мире, — отрезал Зак. Он эффектно крутанул катану по часовой стрелке и одним резким движением вогнал её в ножны.

— Ребята, смотрите! — Мари окликнула друзей, указывая вдаль. — Там замок!

На горизонте высился мрачный силуэт с несколькими круглыми башнями. Территорию вокруг него опоясывал глубокий ров, а единственный путь внутрь лежал через массивные центральные ворота.

— Какой безвкусный вид, — фыркнула Бриджи, скрестив руки на груди. — Готова спорить, там всё кишит монстрами и зомби.

— А вдруг там безопасно? — с надеждой предположила Мари.

— Она права, — неохотно согласился Зак. — Не узнаем, пока не проверим. Идём туда, осмотримся.

Остальные согласно кивнули. И только Бриджи, недовольно ворча, поплелась следом — её явно не тянуло в это сомнительное место.

— Глупые людишки... Сами лезут в капкан! — прошипел таинственный незнакомец, скрытый густыми тенями. На его ладони пульсировал магический шар, в котором, как в зеркале, отражалась четверка друзей.

Вскоре компания достигла цели. Едва переступив порог, они замерли: изящество и величие античной архитектуры поражали. Исполинские колонны подпирали высокий купол, теряющийся в полумраке. У подножия каждой застыли иссиня-черные доспехи с гордо вскинутыми забралами. Потолок украшала пугающе детальная роспись со сценами адских мук, а на арках, ведущих вглубь коридоров, были вырезаны извивающиеся языки пламени.

— Что снаружи, что внутри — одна мрачность, — проворчала Бриджи. Гнилые половицы под её сапогами издавали протяжный, зловещий скрип.

— Настоящая готика, — Зак прищурился, осматривая зал. — Может, тут завалялось приличное оружие?

Не дожидаясь ответа, он, словно таран, двинулся вперед. Остальным ничего не оставалось, как последовать за ним вглубь безмолвного замка.

Друзья долго бродили по готическим залам, пока окончательно не запутались в бесконечных однообразных коридорах.

— Это какой-то лабиринт! — возмущался Зак, чеканя шаг. — Мне кажется, мы ходим кругами. Так мы ни черта не найдем!

Он резко замер и обернулся к остальным:

— Может, разделимся по двое? Так быстрее осмотрим всё здание.

— Ага, конечно, — подал голос Морган, скептически выгнув бровь. — Ты в детстве ужастики не смотрел? Как только герои разделяются, их тут же отлавливают поодиночке и убивают самым изощренным способом.

Не успел он закончить свою протестную речь, как почувствовал на руке мягкое, но уверенное прикосновение. Это была Бриджи.

— Отличная идея! — просияла она и по-хозяйски обхватила локоть Моргана.

Парень обреченно закатил глаза к расписному потолку, но спорить не стал — с Бриджи это было бесполезно. В итоге группа разделилась: Зак отправился изучать правое крыло вместе с Мари, а Морган и Бриджи свернули в темный боковой проход.

Зак уверенно вышагивал по готическим залам, ведя за собой Мари. Девушка, в отличие от него, вздрагивала от каждого шороха и дрожала, словно осиновый лист.

Почувствовав её страх, Зак обернулся.

— Не бойся, я тебя в обиду не дам, — пообещал он и, как обычно, обезоруживающе улыбнулся.

Мари густо покраснела и уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но Зак её перебил:

— О, гляди-ка. Эта дверь отличается от остальных.

Он указал на массивную створку, выкрашенную в глубокий зеленый цвет.

Друзья вошли внутрь и замерли: перед ними раскинулась пышная оранжерея. Казалось, замок внезапно отступил, уступив место влажным тропическим джунглям с экзотическими цветами. Неподалеку с тихим журчанием бежал зеркально чистый ручей.

— Боже, как красиво! — восхищенно выдохнула Мари.

— Ну да, симпатично, — безучастно бросил Зак. Он присел на корточки у воды, вглядываясь в дно.

Внезапно в отражении ручья мелькнуло движение — одно из растений за спиной Мари неестественно дернулось. Не раздумывая ни секунды, Зак рванулся к девушке и повалил её на землю, накрыв своим телом.

В тот же миг над их головами со свистом пролетели острые иглы. Снаряды вонзились в ближайшее дерево, и то на глазах почернело и сгнило.

Герои вскочили, готовые к бою. Перед ними, преграждая путь, стояло жуткое существо: человекоподобное растение с огромными алыми глазами. Вместо рук у него извивались стебли-клешни, а ноги с обратными суставами, как у кузнечика, подергивались, готовя монстра к молниеносному прыжку.

Зак рванул катану из ножен и бросился в атаку. Однако существо уклонялось от каждого выпада с пугающей легкостью.

Внезапно последовала контратака: стебель-клешня полоснул парня по ребрам. Все произошло настолько быстро, что Зак даже не успел заметить замаха.

Только когда он с переломанными костями рухнул на землю, до слуха донесся резкий хлопок, похожий на удар хлыста.

Движения монстра обогнали звук — как гром, который всегда запаздывает после вспышки молнии.

Зак потерял сознание от болевого шока.

Растение, даже не взглянув на него, перешагнуло через обмякшее тело и направилось к Мари.

Тварь остановилась в паре шагов от девушки и неожиданно заговорила скрипучим, но отчетливым человеческим голосом:

— Мушу — моё имя, я здесь за царя. А как величать тебя, роза моя?

Мари застыла в оцепенении, а через секунду пространство оранжереи пронзил её полный ужаса крик. На этот зов, выбивая дверь, ворвались Морган и Бриджи, которые как раз обыскивали соседний коридор.

Увидев друзей, Мари сдавленно всхлипнула и бросилась к ним, ища защиты за их спинами.

Морган не стал медлить. Его тело мгновенно окутала обжигающая багровая аура, и с ладони сорвался ревущий огненный шар.

Мушу, извернувшись всем своим гибким телом, легко уклонился от пламени.

В ответ его стебель дернулся, выпуская «встречный подарок» — ядовитую иглу, которая, словно каленая стрела, вонзилась магу прямо в шею.

Оранжерею огласил издевательский смех монстра, и прежде чем кто-то успел среагировать, Мушу растворился в густых зарослях.

Морган смертельно побледнел. Его ноги подкосились, и он начал заваливаться назад, теряя сознание.

Бриджи успела подхватить его в паре сантиметров от земли. Прижав парня к себе и глядя в его застывшее лицо, она в отчаянии взмолилась:

— Морган, нет! Пожалуйста, только не умирай!

Глава 3

Все было словно в тумане. Последнее, что помнил Зак — как резко потемнело в глазах, а следом пришла вспышка острой боли.

«Что случилось?» — прозвучал в голове собственный громкий шепот.

Насколько он помнил, его ранило то жуткое существо. Но как долго он пробыл без сознания? Ответа не было, однако Зак понимал: нужно как можно быстрее прийти в себя. В таком месте опасно долго залеживаться.

Вскоре тьма начала рассеиваться. Перед глазами заплясали белые блики, и сквозь тающий туман проступили очертания реального мира. Зак окончательно очнулся.

— Где я? — прошептал он, осматриваясь.

Он лежал в уютной спальне, больше похожей на королевские покои. Ничего подобного парень раньше не видел. Комната словно принадлежала принцессе: всё в нежных розовых тонах, огромное зеркало во весь рост и изящная мягкая мебель.

Медленно приподнявшись, Зак заметил, что рана, оставленная монстром, исчезла. Удар должен был переломать ему все кости, но, как ни странно, он не чувствовал даже малейшей боли. Взгляд его упал на соседнюю кровать: там лежал Морган, не подававший признаков жизни. Рядом с ним, низко склонив голову, сидела Мари.

«Слава богу, все целы», — была его первая мысль. Но тут он осознал, что одного члена команды не хватает.

— А Бриджи? Где она?

Вопреки его худшим опасениям, Бриджи — живая и невредимая — стояла у входа, скрестив руки на груди и прислонившись спиной к двери.

— Проснулся наконец, Зак, — подала она голос.

— Что произошло? И почему Морган лежит как мертвый? — спросил парень, пытаясь восстановить цепочку событий.

— Он жив, — тихо отозвалась Мари. — Но может умереть от яда.

— Ты не можешь вылечить его, как меня? — Зак с надеждой посмотрел на девушку. Он знал, что ее белая магия способна творить чудеса, и верил, что для Мари нет безнадежных ран.

— Нет! — Вердикт прозвучал пугающе. Мари виновато опустила голову и добавила дрожащим голосом: — Чтобы нейтрализовать этот яд, нужны особые травы. Без них я могу лишь ненадолго замедлить его действие.

Ответ девушки ошарашил Зака, но он быстро взял себя в руки. Решительно поднявшись с постели, парень заявил:

— Мы найдем эти травы!

— Да, мы сделаем всё, чтобы спасти его, — подтвердила Бриджи.

— Хорошо, — кивнула Мари. — Я напишу список того, что нужно принести. Кажется, я видела похожие растения в местной оранжерее.

Зак подошел к кровати друга и, склонившись к самому его уху, прошептал:

— Держись, старик. Ты столько раз выручал меня своей магией, клянусь — теперь мой черед отдавать долги.

Выпрямившись, он уверенно подмигнул Бриджи:

— Ну что, пошли?

— Идем, — коротко бросила она.

К этому времени Мари уже составила список. Напротив каждого названия она набросала детальный эскиз — девушка отлично рисовала, так что проблем с опознанием трав возникнуть не должно было. Все необходимое для письма она создала с помощью простейшего заклинания.

— Вот названия растений и нужные добавки, — произнесла она, протягивая листок парню.

— Я обязательно спасу Моргана! — пообещал Зак, бережно принимая рецепт.

— Будьте осторожны, прошу вас... — прошептала Мари, молитвенно сложив ладони у груди.

— Всё будет в порядке! — уверенно отозвался Зак, и они с Бриджи скрылись за дверью.

Оказавшись в коридоре, парень запер дверь на засов, чтобы оградить девушку от возможных чудовищ, и повернулся к спутнице:

— Давай покончим с этим быстро. Найдем травы и сразу назад.

— Согласна, — кивнула Бриджи.

По пути Бриджи и Зак наткнулись на нескольких зомби, с чавканьем пожирающих чью-то плоть. Парень и девушка замерли.

Оторвавшись от своей жуткой трапезы, мертвецы поднялись и, утробно урча, двинулись в их сторону.

Ребята уже приготовились к бою, когда внезапно одна из боковых дверей с грохотом сорвалась с петель. Из темноты комнаты вывалилось еще несколько мертвецов.

— Похоже, прибыло подкрепление! — саркастично бросил Зак.

Они мгновенно встали спина к спине, прикрывая друг другу тылы. Зак взял на себя тех, что вырвались из комнаты, а Бриджи сосредоточилась на тварях, прервавших обед.

За считанные секунды коридор наполнился звуками короткой схватки. Действуя слаженно и четко, напарники очистили путь от надоедливых зомби и, не теряя времени, двинулись дальше.

Спустя некоторое время они добрались до оранжереи.

— Бриджи, ты нашла что-нибудь? — спросил Зак, который сам пока бродил с пустыми руками.

— Вот, одно есть, — отозвалась она, аккуратно убирая растение в наплечную сумку. — Ищем дальше.

Когда последний цветок из списка был найден, Зак издал радостный клич:

— Ура! С травами закончили. Осталось раздобыть приправы с глюкозой.

— Глюкоза есть в сахаре, — задумчиво произнесла Бриджи и, подражая манере Моргана, с умным видом приложила палец к губам. — А сахар точно найдется на кухне.

— Легко сказать, — иронично усмехнулся парень. — Этот замок сам по себе наводит жуть, так по нему еще и мертвецы толпами бегают.

— Те зомби — слабаки. Главное, чтобы то зеленое чудище снова не вылезло. В прошлый раз оно нас знатно отделало!

— Это точно, — согласился Зак. — Он мне одним ударом едва все кости не пересчитал. Если бы не магия Мари, лежать бы мне сейчас в белых тапочках.

Стоило ему это произнести, как за его спиной нависла тяжелая тень, а над самым ухом раздался ледяной шепот:

— Я лишь слегка коснулся, признаю по чести, а в полную я силу не ударил и на трети!... — монстр оскалился в жуткой улыбке.

— Помяни черта! — выдохнул Зак. Он резко развернулся к врагу, и его лицо исказилось от ярости: — Ублюдок! Ты ответишь за то, что сделал с моим другом!

— Зак, стой! — вмешалась Бриджи, преградив ему путь. — Нам вдвоем с ним не сладить!

Улыбка Мушу стала еще шире.

— Твоя подруга дело говорит, послушай, не то из вас двоих я вытрясу все души! — ехидно посоветовал он, изогнув зеленую бровь.

— Заткнись! Это место станет твоей могилой! — в ярости выкрикнул парень. В этот миг неведомая сила наполнила его тело, даруя мощь для невозможного броска

Не прошло и мгновения, как катана пронзила тело противника под самую рукоять. Никто, включая самого Мушу, не успел даже осознать произошедшее: на долю секунды скорость Зака стала поистине сверхчеловеческой. Однако триумф длился недолго. Монстр лишь на мгновение замер от удивления, ведь подобная рана была для него не опаснее укуса комара. Напротив, боль, казалось, доставила ему извращенное удовольствие, а еще больше его раззадорил ошарашенный взгляд Зака, который тщетно пытался выдернуть свое оружие.

— Хи-хи, мне щекотно! — залился смехом Мушу.

Вволю наигравшись с «бедным пареньком», монстр собственноручно вытащил лезвие из своей груди. Глубокая рана затянулась прямо на глазах, не оставив даже шрама.

— Меня не зарезать, не сжечь, не проткнуть, любая из ран — лишь забавная муть! — самодовольно произнес он, упиваясь своей уникальностью и ничтожностью людей перед ним. — А теперь будь хорошим мальчиком и ответь: где карта? Если скажешь сейчас, мой хозяин дарует вам легкую смерть.

«Карта? Так вот что им нужно», — пронеслось в голове у Зака. Он невольно вспомнил слова Моргана в тот день, когда они нашли ту злосчастную реликвию.

«Странно. Я чувствую, что на карту наложена концепция», — сказал тогда Морган.

«Что еще за концепция?» — переспросил Зак. Друг не стал пускаться в долгие лекции, понимая, что Зак всё равно запутается в терминах, и ответил коротко:

«Если вкратце: видеть и осязать её может только тот, кто нашел её первым. Для остальных она невидима и неосязаема, пока владелец не даст официального позволения».

Вспомнив это, Зак сжал зубы и прокричал прямо в лицо монстру:

— Никогда!

— Видит бог, я хотел как лучше, — тяжко вздохнул Мушу и начал замах. — Твой путь завершен, раз ты выбрал сей случай, теперь лишь могила тебя и приучит!

Тяжелое лезвие безжалостно рассекло воздух и замерло в миллиметре от головы парня. А затем всё превратилось в одно нечеткое пятно.

Лицо монстра внезапно исказила гримаса нечеловеческого страдания. Оранжерею огласил дикий, непрекращающийся крик.

Бриджи стояла прямо за его спиной, сжимая в руках пустую стеклянную емкость. Еще секунду назад в ней плескалась прозрачная жидкость, и теперь сомнений в её природе не осталось.

Под действием едкой кислоты тело Мушу начало плавиться буквально на глазах. Он извивался и выл до тех пор, пока не превратился в бесформенную зеленую жижу, в которую со звоном упала катана.

Когда всё закончилось, Зак уставился на девушку округлившимися глазами.

— Ты... ты носишь такое в своей дамской сумочке?

Хотя сумочкой этот тяжелый походный мешок назвать язык не поворачивался.

— Ну да! — смутилась она. — Хотела её для машины использовать, а тут вон какая фигня вышла... Хорошо, что приберегла.

Сказав это, она мило улыбнулась.

— Жуть какая! — прокомментировал Зак и поспешил сменить тему. — Ладно, давай искать приправы.

Он брезгливо поднял с пола катану, измазанную в тошнотворной зеленой жиже.

— Фу, какая гадость! — парень скорчился от отвращения и принялся вытирать клинок об оранжерейные листья.

— Но как мы отыщем глюкозу в этом огромном замке? — спросила девушка.

— Воспользуюсь поисковой магией. Пусть я не такой мастер, как Морган, но простейшее заклинание мне по силам! — без лишней скромности заявил Зак.

Он быстро начертал кончиком катаны магический символ на полу.

— Думаешь, магия для поиска людей здесь поможет? — усомнилась Бриджи.

— А почему нет? Главное — четко представлять цель. А уж как выглядит сахар, я знаю, — с улыбкой ответил он и уселся в центр круга.

Девушка лишь рассмеялась и, присев на ближайший камень, закинула ногу на ногу.

— Интересно поглядеть, что из этого выйдет. Только не удивляйся, если магический откат превратит твою прическу в обгоревший одуванчик!

К удивлению Бриджи, всё прошло гладко. Тело парня окутало мягкое голубоватое сияние, разлившееся по всей оранжерее. Вспышка — и юноша отчетливо увидел путь к заветному ингредиенту.

Закончив ритуал, Зак саркастично прищурился:

— Прости, ты что-то сказала? Я так старался запомнить дорогу, что совершенно тебя не слушал.

— Не может быть... — заикнулась девушка. — Неужели сработало?!

Её шок был понятен: обычно даже простейшие чары давались Заку с трудом. Сама Бриджи полагалась только на грубую физическую силу, поэтому успех напарника вызвал у неё легкий укол зависти.

— Конечно сработало, это же я! — Зак уверенно поднялся на ноги. — Ну что, идем?

Девушка молча кивнула, всё еще переваривая увиденное.

Ребята двинулись дальше по узкому, бесконечно долгому и темному коридору. Зак освещал путь фонариком, а другой рукой крепко сжимал запястье Бриджи, чтобы та не потерялась в этой густой мгле.

Откуда-то доносился непрекращающийся рык, становясь отчетливее с каждым шагом. В одном из пролетов за массивной металлической решеткой они заметили гигантский, едва различимый трехметровый силуэт. Существо стояло неподвижно и наблюдало за героями огромными светящимися изумрудными глазами. Оно не нападало, но от одного этого взгляда ребятам стало не по себе.

Свернув за угол, они наткнулись на источник рычания: десяток зомби, чьи ноги намертво запутались в густой липкой паутине. Почуяв живую плоть, мертвецы начали неистово тянуть руки, пытаясь ухватить добычу.

Чтобы добраться до следующей двери, героям нужно было проскочить сквозь эту толпу, не угодив в расставленные на полу путы.

Бриджи, подобно кошке, миновала препятствие серией изящных акробатических прыжков. Оказавшись на другой стороне, она махнула напарнику:

— Давай, Зак! Это проще, чем кажется.

Задержав дыхание, парень двинулся следом. Он выписывал зигзаги между тянущимися когтями и перепрыгивал через островки паутины. Цель была уже близко, когда один из мертвецов каким-то чудом вырвался из западни и бросился на Зака с тыла.

— Зак, берегись! — вскрикнула Бриджи.

Парень среагировал мгновенно. Крутанувшись на триста шестьдесят градусов с обнаженной катаной, он превратился в стальной вихрь. Одним росчерком лезвия Зак снес головы всем зомби в радиусе удара. Обезглавленные тела рухнули на пол, и, коротким жестом вернув меч в ножны, парень невозмутимо шагнул к выходу.

— Фух... — Бриджи с облегчением прижала руку к сердцу. — Ну и напугал ты меня!

— Я не собираюсь умирать здесь! — твердо произнес Зак. — Я спасу Моргана, и мы все вместе вернемся домой!

— Мы спасем, — поправила его Бриджи.

Они толкнули тяжелую дверь и вошли в помещение огромной кухни. Парень принялся судорожно осматривать буфеты и шкафы в поисках заветного сахара, но полки были пугающе пусты.

— Странно... Зачем такая огромная кухня, если здесь совсем нет еды?

Внезапный звон разбитой посуды заставил его резко обернуться. На массивном разделочном столе сидел паук размером с таксу, но вместо головы насекомого на героев смотрело лицо смеющегося младенца.

Зак инстинктивно выхватил катану, готовый разрубить тварь пополам, но рука дрогнула. Невинный детский облик и доносящийся от монстра беззаботный смех сбили его с толку. Разум кричал, что это опасное чудовище, но сердце не позволяло нанести удар ребенку.

В следующую секунду «младенец» оскалился, издав звук, напоминающий визг стоматологической бормашины. Это был сигнал к атаке. К счастью, Бриджи среагировала мгновенно: кухонный нож, пущенный ее рукой, с глухим стуком вонзился монстру точно в лоб.

Паук рухнул замертво, но Зак так и замер в ступоре. Только звонкая пощечина девушки заставила его прийти в себя.

— Зак, соберись! Сейчас не время!

— Прости... Я... я просто не смог, — выдавил он сквозь подступившие слезы и виновато опустил голову.

— Ничего, Зак, всё хорошо, — Бриджи обняла его, а затем, привстав на носочки, тихо шепнула на ухо: — Я нашла сахар. Теперь мы точно спасем Моргана.

Эта новость окончательно вернула Заку самообладание. Взгляд его снова стал твердым.

— Тогда вперед. Спасем его!

Бриджи лишь молча кивнула в ответ.

Проходя мимо знакомой металлической решетки, ребята заметили, что таинственный силуэт с изумрудными глазами исчез. Тьма за прутьями теперь была пуста.

Не придав этому значения в спешке, они проскочили мимо и скрылись в глубине коридоров.

Вернувшись к Мари, Зак и Бриджи передали ей добытые травы и сахар. Девушка тут же принялась за дело: смешав ингредиенты, она приготовила густое зелье и осторожно напоила им Моргана.

Снадобье подействовало почти мгновенно. Смертельная бледность отступила, и к лицу больного начал возвращаться здоровый румянец.

Морган зашевелился и медленно открыл серо-голубые глаза. Мир вокруг еще плыл, но он уже мог различить взволнованные лица друзей, склонившихся над ним.

— Ребята... — едва слышно прошептал он, слабая улыбка тронула его губы.

Не дав другу окончательно прийти в себя, Зак с радостным воплем бросился ему на шею. Сжав Моргана в крепких объятиях, он закричал:

— Живой! Нас же чуть кондратий не хватил! Не смей больше так пугать друзей, слышишь? Больше никогда так не делай!

***

В оранжерее зеленая жижа начала пульсировать. Из вязкой субстанции медленно проступали очертания Мушу, а воздух наполнил его ехидный шепот:

— Кислота для меня — пустяки и вода! Вам меня не убить ни за что, никогда!

Едва восстановив форму, монстр мощным рывком взмыл вверх. Одним прыжком он преодолел стометровую высоту и вылетел в потолочное окно. Оказавшись на крыше, Мушу совершил еще один невероятный бросок, запрыгнув на самый шпиль округлой башни.

Он бесшумно скользнул внутрь через слуховое окно и затворил за собой раму. В ту же секунду за его спиной зазвучала мелодия — пугающая и в то же время завораживающе прекрасная. Она исходила от того самого силуэта с изумрудными глазами.

— А, это ты, Элемент... — Мушу обернулся, и на его лице снова заиграла ехидная ухмылка.

Глава 4

Мушу повернул голову: под аккомпанемент мелодии, в которой ужас сплетался с красотой, к нему плыл призрачный силуэт. Существо мало походило на смертного — трехметровый исполин в жреческой рясе, с кожей белее савана и губами цвета трупного яда. Его изумрудные очи горели во тьме, а длинные седые волосы струились по плечам, точно зимний туман. Казалось, для полноты образа Жнеца ему не хватало лишь косы.

— Достигла ль цель твоя заветного пергамента? — вопросил Элемент, и голос его проскрежетал, подобно ржавым доспехам на поле брани.

Мушу осклабился и пропел в ответ:

— Мой друг, не стоит торопить финал, я карту у людей пока еще не взял. Забрать её — секундное мгновенье, но я хочу продлить их муки и мученья! Пусть поиграют в прятки напоследок, я приготовлю им «сюрприз» из клеток...

Элемент прервал его, воздев бледную длань:

— Не искушай терпение владыки! Его гнев — как пламя, пожирающее сухой хворост. Ужель изгладился из памяти твоей финал несчастного Вурдалака?

В ушах Мушу вновь зазвучал тот нечеловеческий вопль, эхо которого преследовало его в кошмарах. Он вспомнил, как господин, не дрогнув ни единым мускулом, медленно сдирал кожу с живого демона лишь за то, что тот познал горечь поражения. Тогда они с Элементом стояли безмолвными изваяниями, парализованные первобытным ужасом, осознав, что их собственная жестокость — лишь тень истинного зла.

На мгновение Мушу оцепенел, но маска бахвальства быстро вернулась на его лицо:

— Вурдалак был слаб и глуп, и теперь он — просто труп. Но меня с ним не ровняй. Страх за сердце не кусай! Я сильнее и хитрей. Я — кошмар для всех людей!

— Гордыня — скользкий путь к обрыву, — холодно бросил Элемент.

Подобно бесплотному духу, он заскользил прочь, унося с собой затихающие звуки зловещей музыки.

***

Бриджи и Зак во всех красках расписали свои злоключения, остановившись на моменте нападения говорящего сорняка.

— Эта колючка ляпнула, что её хозяин ищет нашу карту, — подытожил Зак. Он сидел на табурете, по-хозяйски расставив ноги и всем видом показывая, что готов к новым подвигам.

— Неужели легенды не врут? — Морган, сидевший на краю кровати, казался громом пораженным. После долгой паузы он едва слышно прошептал: — Атомос...

— Ты что, знаком с этим типом? — Зак, обладавший слухом охотника, мгновенно уцепился за незнакомое имя.

Морган вздрогнул.

— Помните мой рассказ об Утопии? Так вот, — он обвел друзей тяжелым взглядом, — того, кто стер её уничтожил, звали Атомос.

Мари побледнела. В её глазах застыл подлинный ужас, будто это имя пробудило в ней древний кошмар.

— Это же... это чудовище! Самый жестокий палач в мире!

Она не ошибалась в его кровожадности — судьба Вурдалака была тому лучшим доказательством. Вот только Мари считала его человеком, а истина была куда страшнее.

— Плевать! Пойдем и надерем ему зад, как тому кусту! — Зак вскочил, победно вскинув палец вверх.

Комната отозвалась синхронным хлопком ладоней о лбы. Пока Зак, не теряя запала, начал вслух прикидывать, с какой стороны лучше бить «главного босса», Морган вернул его с небес на землю:

— Остынь. Мы едва не скормили свои кости его слуге. Представь, на что способен тот, перед кем даже великий Дирг оказался бессилен.

— Если он столь могуч, — Зак скептически прищурился, — к чему этот цирк с подчиненными? Может, книжные легенды просто раздули его силу, как из мухи в слона?

— Сомневаюсь, — отрезал Морган, смерив друга холодным, как лед, взглядом. — Истинный лев не охотится на мышей сам, пока у него есть гончие.

Пока они спорили, Мари подошла к огромному зеркалу во всю стену. Она хотела поправить волосы, но застыла в немом шоке. Отражение Мари исчезло. Сквозь туманную гладь стекла на неё смотрел мертвец — бледный, застывший, с горящими изумрудным пламенем глазами.

Девушка вскрикнула и отпрянула, упав на пол. В ту же секунду из зеркала, словно из воды, высунулась когтистая лапа. Острые когти впились в лодыжку Мари, волоча её в холодную пустоту зазеркалья. Комнату наполнил её отчаянный зов о помощи.

Зак среагировал мгновенно. С боевым кличем он выхватил катану и обрушил её на бледную конечность. Звон разбитого металла больно ударил по ушам.

— Моя реликвия! — взвыл Зак, глядя на обломки верного клинка в своих руках. Катана, способная разрубать камни, разлетелась, будто была сделана из дешевого стекла. — Да из чего же вы сделаны, твари?!

Морган и Бриджи вцепились в руки Мари, пытаясь перетянуть её у монстра, когда из зеркальной рамы вальяжно шагнул Мушу. Он окинул сцену скучающим взглядом и небрежно бросил:

— Мой хладный друг, ну что за нрав? Ты в обращении с дамой в корне не прав! Тащить за ноги — это моветон, пусть вопль её звучит как похоронный звон. Но ты — не варвар, ты почти мудрец, не делай из знакомства наш финал и их конец. Отставь когти, уйми свой пыл и страх, представь, что мы — лишь гости в этих стенах и мирах...

Элемент в ответ лишь медленно повернул свою трехметровую фигуру, и в его изумрудных глазах сверкнула искра холодного презрения.

Элемент медленно разжал когти, высвобождая ногу Мари, и величественно вышагнул из зеркальной рамы. Его фигура заполнила комнату, отбрасывая длинную, изломанную тень.

Мари, не помня себя от страха, метнулась к Заку, вцепившись в его свитер.

— Как?! — голос Зака сорвался на фальцет, а палец, указывающий на Мушу, мелко дрожал. — Мы же... мы же тебя в салат порубили!

Мушу расплылся в улыбке, демонстрируя все тридцать два ослепительно белых зуба:

— Мой милый друг, я повторюсь опять: меня не так-то просто растоптать! Регенерация — мой дар и мой венец, любой ране в миг приходит конец. И Элемент, мой мрачный побратим, в бессмертии своем непобедим! Мы вечны, как луна и звездный свет, для нас преград и смерти просто нет!

— Бессмертны?.. — эхом отозвалась Мари, сильнее вжимаясь в спину Зака.

Зак, сохраняя на лице маску предельной серьезности, поманил Моргана и Бриджи пальцем. Когда друзья склонились к нему, ожидая гениальной стратегии, он произнес зловещим шепотом:

— У меня есть план. Внимайте! — а затем, набрав в легкие побольше воздуха, гаркнул на всё здание: — БЕЖИИИИИИИМ!!!

В следующую секунду комната опустела. Герои испарились со скоростью звука, оставив после себя лишь четыре пыльных силуэта, медленно оседающих на паркет.

Мушу застыл с поднятым пальцем, несколько раз растерянно хлопнул глазами, а затем печально почесал затылок стеблем:

— Куда уходит честь? Где доблесть былых дней? Мир катится во тьму, и люди всё чудней! Я ждал дуэли, звона стали, криков боли... А получил лишь пыль и бегство в чистом поле!

Он обернулся, чтобы разделить свое негодование с напарником, но обнаружил, что Элемент, не проронив ни слова, уже исчез — вероятно, отправился в погоню в своей призрачной манере.

— Вот блин! — исчерпывающе подытожил Мушу, хлопая себя стеблем по лбу. Оказалось, что последние мудрые мысли он изрекал пустому зеркалу.

Герои неслись по лабиринту коридоров, задыхаясь от бешеного темпа. Следом, точно тень хищной птицы, зигзагами летел Элемент. Он не бежал — он скользил сквозь пространство, игнорируя законы физики.

— Вам не уйти от хладного объятья! Отдайте карту, смертные отродья! — гремел его голос, отражаясь от стен.

«Он еще и летать умеет?! — Зак едва не споткнулся от шока. — Да кто он такой? Призрак-переросток?!»

Элемент начал проходить сквозь стены, срезая углы и сокращая дистанцию. Его когтистые пальцы были уже в метре от спины Моргана, когда Мари вскинула посох:

— Белая магия! Магическое ускорение!

Воздух вокруг ребят взорвался искрами. Скорость подскочила так, что мебель в коридорах закружило вихрем, а ковры задрались дыбом.

— Красава, Мари! — Зак выдал свою фирменную улыбку, и девушка, несмотря на смертельную гонку, мгновенно залилась румянцем.

Казалось, спасение близко, но за следующим поворотом их ждал сюрприз. Посреди коридора, на шезлонге под ярким пляжным зонтом, развалился Мушу. В одной лапе-стебле он держал бокал с коктейлем, лениво потягивая напиток через трубочку. Откуда в проклятом замке взялся пляжный инвентарь — оставалось загадкой мироздания.

— Вот дерьмо! — Зак затормозил так резко, что подошвы задымились. Он хотел развернуться, но путь назад уже перекрыл выплывший из стены Элемент.

Мушу вальяжно поправил внезапно появившиеся на нем солнечные очки и пропел:

— Я ждал вас долго, чуть не постарел, пока ваш бег по коридорам лицезрел! Вы словно улитки, ползущие в пыли, а я уже успел допить коктейль, поди!

— Телепортация? — Морган тяжело дышал, глядя на это абсурдное зрелище.

— О нет, мой друг, всё проще и честней, — Мушу ухмыльнулся, сверкнув очками. — Послушай речь мою и стань чуть-чуть умней: мы — демоны, чей корень — в бездне тьмы, для нас законы мира — просто сны! Могу я тело растянуть, как нить, и скорость молнии в движеньях воплотить. Я — идеальный воин, мастер драк, и женских душ признанный фанат и маг!

В финале своей тирады Мушу картинно подмигнул Мари, отчего та невольно спряталась за плечо Моргана.

— М-да… даже монстру виднее, кто тут истинная роза, а кто — шипы! — шепнул Зак на ухо Бриджи, покосившись на покрасневшую Мари.

— Заткнись, идиот! — взвизгнула Бриджи и с такой силой приложила кулак к затылку парня, что тот едва не впахал носом в пол.

— Ой-ой, больно же! Я просто разряжал обстановку! — заскулил Зак, потирая шишку и пуская скупую слезу.

Мушу, наблюдая за этой семейной сценой, едва сдерживал смех, прикрывая рот стеблем. Элемент же застыл каменным изваянием, взирая на героев как на умалишенных, чьи жизни не стоят и ломаного гроша.

— Дилемма черная встает передо мной: убить их всех или забрать с собой? — пробормотал Мушу, потирая подбородок. — Хотя прелестную Мари я бы оставил для десерта...

— Довольно паяцничать, — прервал его Элемент, и голос его лязгнул, как засов гробницы. — Свершим в сей миг кровавый наш обряд. Пора пресечь их жизни без лишних слов.

— Ладно, ладно, — Мушу вскочил с лежака с грацией профессионального танцора и плотоядно облизнулся. — Только Мари не тронь! Она — мой приз, мой нежный идеал, ради неё я б горы пощипал!

Окруженные демонами, ребята встали спина к спине.

— Придется драться, — в унисон выдохнули они, готовясь к безнадежному бою.

В тот же миг коридор утонул в ослепительно-желтом сиянии. Вспышка была столь яростной и жаркой, будто само солнце решило спуститься в подземелье. Свет обжигал сетчатку, заставляя демонов и людей инстинктивно закрыть глаза руками. Воздух задрожал от неведомой мощи, превращая пространство в океан чистого золота.

— Ослеп я! Тьма пожрала взор! — взвыл Мушу, прижимая стебли к пылающим глазам. — Проклятый свет, позор мне и раздор!

Сияние опало так же быстро, как и возникло, оставив после себя лишь зыбкое марево. Из тающего золота соткался высокий силуэт, возникший прямо за спиной ошеломленного Мушу.

— Обернись… — прошелестел голос, холодный и чистый, как горный ручей.

Едва демон успел повернуть голову, как сокрушительная волна чистого света впечаталась ему в грудь. Мушу отлетел, точно тряпичная кукла, протаранил Элемента и затих грудой изломанных побегов — этот раунд для него закончился, не успев начаться.

Когда пыль улеглась, герои увидели незнакомца. Он был пугающе красив: черты лица, достойные резца античного мастера, глаза — бездонные озера лазури, и иссиня-черные волосы, стянутые в строгий хвост. Облегающий кожаный костюм подчеркивал атлетическую фигуру, а кожа всё еще источала мягкое, едва уловимое свечение.

Элемент, чей пафос мгновенно испарился, застыл, узнавая нежданного гостя.

— Неужто это он?.. Свет, что сжигает тьму до основания... — в голосе демона впервые прорезался подлинный страх. Не желая испытывать судьбу, он подхватил бесчувственную тушку напарника и растворился в тенях, бросив напоследок полный ненависти взгляд.

— Ого! — Зак восторженно присвистнул, глядя на пустой коридор. — Он их просто взглядом испепелил! — А затем, не удержавшись, пихнул Моргана в бок: — Слышь, а этот парень в разы круче тебя будет! Учись, пока он добрый.

Но Морган даже не взглянул на друга. Его глаза были прикованы к статной фигуре в черном. Голос его дрогнул, в нем смешались почтение и надежда:

— Учитель… это правда вы?

Глава 5

— Что? — на секунду опешил Зак, после чего тыкнул пальцем в парня. — Этот юнец с синими волосами — твой учитель?

— Юнец? — вопросительно изогнул бровь тот. — К вашему сведению, мне уже тридцать пять, — невозмутимо ответил он.

— Да ладно, — еще раз удивился Зак, а потом подумал:

«А на вид и не скажешь».

Реакцию Зака можно было понять. Этот парень, который пока еще не представился, выглядел гораздо моложе своих лет. По крайней мере, на вид он должен был быть ненамного старше ребят, поэтому брюнет слегка шокировался, когда Морган обратился к нему как к учителю. Он даже немного позавидовал, осознав, какое он на самом деле ничтожество в сравнении с ним. Бывают же на свете люди, что в столь юном возрасте так преуспели в плане силы! Но когда Зак узнал, сколько Савену в действительности, — немного смирился. Хотя бы не так коробит уступать старшему товарищу, ведь еще есть шанс его превзойти.

— Учитель, почему вы здесь? — тем временем спросил Морган.

— Я здесь, чтобы спасти кое-кого, — коротко ответил он, не вдаваясь в подробности.

— Кто-нибудь объясните, что, черт возьми, здесь происходит? — влез в разговор Зак, который явно чувствовал себя лишним. — И кто этот парень?

— Да, конечно, я забыл представиться. Мое имя Савен, — вежливо произнес он и слегка преклонил голову.

— Не может быть! — засияла Мари, словно полярная звезда.

— Что? — буркнул Зак и, как всегда в своем репертуаре, отрезал: — Опять какая-то знаменитая личность, о которой я не слышал?

— Ну ты, Зак, даешь, — посмотрела Мари на него как на отставшего от жизни. — Он один из «Архангелов света» — сильнейших учеников Дирга, которые девятнадцать лет назад сражались против зла. Сейчас «Архангелы света» в нашем мире считаются почетными магами. А Савен — это тот, кто основал школу магии под названием «Архангел».

— Понятно! — ответил Зак, сделав вид, что всё уяснил.

— Учитель, вы знаете, кто эти два монстра, что преследуют нас?

— Мушу и Элемент — верные слуги Атомоса. Демоны из самой преисподней. Когда-то давно они служили еще его отцу — повелителю ада Люциферу. Не знаю как, но Атомос одержал победу над ним, а после завербовал этих двоих. Неизвестно, сколько им лет на самом деле, но говорят, что Мушу более ста, а Элементу — более тысячи.

— Что?! — хором вскрикнули герои.

— А как нам их победить? — последовал вполне логичный вопрос от Бриджи.

— Вам — никак, — вмиг обломал Савен их надежды, добавив: — Вы для них просто дети.

В его словах не было ни капли лжи. Он без труда мог определить уровень мага, взглянув на него лишь раз, а между бессмертным дуэтом и ребятами зияла колоссальная разница в силе.

— Что?! — Зак напыжился. — Ах ты!..

Слова Савена и его невозмутимый тон взбесили Зака. Он уже намеревался проучить наглеца, доказав, что не такой уж он и слабак, но Морган вовремя его остановил, велев немедленно взять себя в руки.

— Простите, если мои слова вас задели. У меня не было умысла обидеть вас, я сказал чистую правду. Если пойдете драться неподготовленными — умрете. Но я могу вам помочь.

— Учитель, вы пойдете с нами? — на секунду обрадовался Морган, но Савен вновь оказался мастером обламывать надежды.

— Извини, Морган, не могу, — последовал краткий ответ. — У меня здесь важные дела. Вам ведь нужно домой?

Он оглядел присутствующих и, пассами в воздухе, явил из ниоткуда чистый лист и карандаш.

— Чтобы попасть туда, — начал он что-то быстро чертить, — нужно взобраться на самый верх башни. В тронном зале есть тайный ход за книжными полками. Оттуда спуститесь вниз и увидите начертанный на полу телепорт в виде пентаграммы. Встав на нее, вы сможете переместиться домой.

Когда он закончил, то развернул листок к ребятам. Четверка разинула рты. Это был шедевр: карта была нарисована невероятно точно, будто художник знал замок как свои пять пальцев.

— А почему Атомос не может воспользоваться телепортом? — спросила Мари, принимая карту.

— Мощное запечатывающее заклинание Дирга не позволяет Атомосу телепортироваться за пределы замка. Эти чары не только удерживают его здесь, но и многократно ограничивают его мощь. При этом его сила по-прежнему превосходит возможности высших магов. Даже я не уверен, смогу ли справиться с ним, — в конце речи Савен виновато склонил голову.

— Как же так? — Морган с грустью посмотрел на учителя.

— Единственный способ снять проклятие Дирга — найти Кристалл Апокалипсиса. Это древний артефакт, созданный из душ ангелов и демонов, погибших миллиарды лет назад, когда Вселенная еще пребывала в состоянии сингулярности. Чтобы найти кристалл, Атомосу нужна карта. Если ему удастся разрушить печать, мир вернется к своему истоку, а затем будет пересоздан по его подобию — по образу нынешней Утопии.

— Это же ужасно! — пискнула Мари.

«Неужели Атомос настолько силен?» — подумал Морган, смахнув холодный пот со лба.

«Мы не должны позволить ему заполучить карту», — решительно пронеслось в голове у Бриджи, хотя сама она вовсе не жаждала встречи с этим монстром.

И лишь один Зак никак не отреагировал на пафосную речь Савена, потому что нифига не понял из его объяснений. Единственное, что он уяснил — врагу нужна какая-то карта.

— Так вот зачем ему карта! — с умным видом подытожил Зак. Пока его не попросили уточнить детали, парень поспешил сменить тему: — Ладно, идем к телепорту!

Он первым направился к выходу, остальные последовали за ним.

— Постойте, — спокойно окликнул их Савен. Когда герои замерли, он продолжил так же невозмутимо: — Перед тем как идти к телепорту, загляните в покои Атомоса. Там вы найдете меч, который вам пригодится.

— А что, на двери будет табличка «Комната Атомоса»? Как мы, черт возьми, найдем её среди двух сотен дверей?! — возмутился Зак.

— Судя по моим исследованиям, в замке ровно тысяча комнат и столько же тайных ходов, — серьезно поправил его Савен.

— Ну, обнадежил! — Зак закатил глаза к потолку.

— Да заткнись ты! Дай ему договорить! — прикрикнула Бриджи и снова отвесила Заку подзатыльник.

— Спасибо, Бриджи, за поддержку, — поблагодарил девушку Савен, после чего мягко заметил: — Но всё же негуманно бить товарища по голове.

Бриджи покраснела, словно провинившаяся школьница, и лишь смущенно улыбалась, потирая затылок.

«Тоже мне, Мать Тереза нашлась. Негуманно, ха!» — проворчал про себя Зак.

— Ту комнату нельзя спутать с другими: она оформлена в подчеркнуто готическом стиле, — продолжил Савен. — Но прежде чем вы отправитесь в путь, нам нужно провести тренировку.

Он решительно обвел ребят взглядом.

— Что?! Да на это совсем нет времени! — возмутился Зак.

— Ты что, дурак? — буркнул на него Морган. — Нам ни за что не победить Мушу и Элемента с нашими нынешними силами!

На этот раз Зак промолчал: даже ему это было ясно как день.

— Для начала я должен понять, на что вы способны, — Савен принялся изучать ребят. — Начнем слева направо. Морган, — он кивнул ученику, — о тебе я всё знаю.

— Значит, я первая, — замялась Мари, заливаясь краской. — Ну... я умею исцелять людей. И на этом всё.

— А как насчет рукопашного боя?

— Нет! — она отвела взгляд, покраснев еще гуще.

— Ладно. Следующий.

— А вот я была лучшим бойцом в секции карате! — гордо заявила Бриджи, уперев руки в боки. — Также я отлично обращаюсь с любым холодным оружием. Но главная моя гордость — суперсила!

— А я владею мечом, — влез Зак, прежде чем Савен успел перевести на него взгляд. — Что касается магии, я пока на уровне новичка, так что в бою полагаюсь на клинок.

— В целом, всё ясно, — иронично вздохнул Савен, но затем его взгляд наполнился решимостью. — Я помогу вам развить ваши навыки и открою те способности, о которых вы даже не подозревали.

***

В огромном зале размером с футбольный стадион Савен наблюдал за тренировками героев, предварительно раздав каждому задания для развития скрытых способностей.

Первым делом он подошел к Мари. Девушка стояла возле стола, на котором лежало тело поверженного зомби, и практиковала на нем исцеляющую магию. Ее ладони светились нежно-голубым; там, где этот свет касался кожи монстра, раны мгновенно и бесследно затягивались.

— Твоя белая магия выше всяких похвал, — заметил Савен. — Она станет ключом в битве против Мушу и его ядов. Но помни: если ты промедлишь хоть секунду, вывести токсины будет в разы сложнее.

Мари на мгновение задумалась, вспомнив, как отчаянно пыталась спасти отравленного Моргана, а затем уверенно произнесла:

— Я сделаю всё, чтобы то, что случилось с Морганом, больше не повторилось!

— Хороший настрой, — похвалил Савен. — Однако настоящий белый маг должен не только лечить товарищей, но и уметь постоять за себя. Я здесь, чтобы научить тебя этому. А теперь — ударь меня!

Девушка на секунду опешила, а когда пришла в себя, робко призналась:

— Но я не могу... Я никогда в жизни не дралась!

— Давай, бей! — потребовал Савен, повысив тон.

Мари сделала глубокий вдох, сжала пальцы в кулак и замахнулась, целясь парню прямо в нос. Савен ленивым движением перехватил ее руку, обхватив крошечный кулачок своей ладонью. Всё произошло настолько быстро, что девушка даже не успела моргнуть — она просто не заметила, в какой момент он поднял руку для блока.

— Пока я не вернусь, тренируй защитные стойки и блоки, — распорядился учитель и направился к Моргану.

Морган увлеченно практиковался, меняя форму своего пламени: от крошечного огненного шара, умещающегося в ладони, до целого роя бабочек, вылетающих прямо из него. Со стороны это походило на безобидное баловство, которое вряд ли могло повысить уровень мага. Но это было лишь на первый взгляд.

— Хм... очень хорошо, Морган, — одобрительно улыбнулся Савен.

— Всё как вы меня учили! — отозвался ученик.

— Ха-ха, обычные фокусы. Какой от них толк в бою? — усмехнулся Зак.

— Ты так думаешь? — Савен хитро прищурился и покосился на Моргана. — Покажи ему.

— Да, учитель!

Морган вскинул руку в сторону стены и выпустил рой прекрасных огненных бабочек. Эти хрупкие на вид создания, коснувшись бетона, мгновенно прожгли в нем аккуратные отверстия, через которые стала видна соседняя комната.

— Очуметь! — Зак едва не уронил челюсть от изумления.

— У тебя, Зак, тоже есть талант к магии огня, — невозмутимо заметил Савен.

Для Зака это не было новостью, но его поразило другое.

— А как вы узнали? — поинтересовался он, озадаченно почесывая затылок.

— Стихию часто можно определить по характеру человека.

— Ха, значит, я горячий парень! — Зак по-хозяйски пригладил торчащие во все стороны волосы, явно любуясь собой.

— Кхм... — Савен кашлянул, привлекая внимание загордившегося юноши.

— Ой, простите, — Зак растянул рот в улыбке до ушей. — Что-то я увлекся. Я весь во внимании!

— Так вот, — продолжил Савен. — Морган, я хочу, чтобы ты научил Зака основам. Покажи ему базовые техники контроля пламени.

Морган готов был сразу согласиться, ведь его просил сам Савен, на которого он во всем хотел походить. Но недовольный вскрик Зака слегка охладил его пыл.

— Почему я должен тренироваться с ним?! — Зак скривился и ткнул пальцем Моргану прямо в нос. Тот едва сдержал желание этот палец откусить, но из уважения к учителю промолчал.

— Невозможно обучить всех за один день в одиночку, поэтому мне нужна помощь, — спокойно пояснил Савен.

— Раз вы просите, я согласен, — нехотя буркнул Морган.

— Ха, да ты Бога должен благодарить за такого ученика! — Зак по-свойски обхватил Моргана за шею и поволок к тренировочной площадке.

Савен подошел к Бриджи. Девушка оттачивала навыки рукопашного боя, используя в качестве груши огромную подушку, из которой после каждого удара летел гусиный пух.

— Неплохо, — одобрительно кивнул Савен. — Давай так: я буду выпускать в тебя световые сферы, а ты попробуй от них увернуться.

— Хорошо, — кивнула девушка, отпрыгнула назад и приняла боевую стойку.

Савен швырнул в неё один магический шар, следом — второй. Бриджи ловко уклонилась, но никак не ожидала, что снаряды вернутся по дуге и ударят ей прямо в спину.

Девушка рухнула на пол. Подняться получилось не сразу: Савен бил далеко не в полную силу, но боль всё равно была ощутимой.

— Никогда не позволяй вражеской магии зайти с тыла, — наставлял он, не прекращая атаку. Это заставило Бриджи мгновенно вскочить на ноги. — Магия ваших противников работает по принципу бумеранга. Она может ударить снизу, сверху или сзади.

Савен продолжал методично атаковать, а Бриджи пропускала удар за ударом. Стоило ей увернуться, как атака, словно живая, настигала её с самой неожиданной стороны.

— Нельзя отвлекаться, даже если кажется, что враг промахнулся!

***

Прошел день изнурительных тренировок. Героям предстояло последнее испытание — сразиться с самим Савеном.

Зак первым ринулся в атаку. Оставив на месте рывка кольца сжатого воздуха, он, словно телепортировавшись, возник перед Савеном и нанес резкий удар мечом. Учитель мгновенно перехватил инициативу и парой плавных движений повалил противника на лопатки.

Морган воспользовался моментом и атаковал Савена огненным шаром, но пламя врезалось в невидимый барьер и с удвоенной силой полетело обратно.

Морган едва успел отскочить в сторону.

Бриджи тем временем взмыла высоко над головой Савена и, занеся ногу, попыталась обрушить на него удар пяткой сверху вниз. Одной такой атаки хватило бы, чтобы вызвать небольшое землетрясение. Но Савен просто перехватил её ногу и швырнул девушку, как тряпичную куклу, в сторону Зака, который как раз пытался подняться.

«Перехватил мою атаку?» — Бриджи поднялась, пребывая в шоке. По всем законам физики провернуть такое было невозможно, учитывая её нечеловеческую силу.

«Силен, гад!» — проворчал про себя Зак. Он встал на ноги и так стиснул челюсти, что зубы заскрипели.

«Меньшего я от учителя и не ждал», — пронеслось в мыслях у Моргана.

Бой продолжался в том же духе. Троица была полностью вымотана и едва держалась на ногах, но им так и не удалось нанести Савену ни одного удара.

Неожиданно тела героев озарил светло-синий блеск: усталость мгновенно испарилась, а их сила и скорость возросли в несколько раз.

— Хорошая стратегия, Мари! — похвалил девушку Савен, не переставая отбиваться от атак троицы, чьи характеристики после её заклинания взлетели до предела.

Зак атаковал с тыла в стиле тхэквондо, но Савен, не дав ему завершить прием, вновь привычным плавным движением повалил парня на лопатки.

Бриджи тут же провела подсечку.

Савен подпрыгнул, исполнив «вертушку» в воздухе.

Девушка смягчила удар, вовремя выставив блок, и они перешли к жесткому ближнему бою.

Поскольку суперсила и скорость Бриджи многократно увеличились, Савену стало сложнее блокировать удары, и он начал медленно отступать.

В конце концов учитель сменил тактику, перейдя на неизвестный Бриджи стиль, при котором контакт с её кулаками сводился к минимуму, а каждая атака технично нейтрализовалась.

Подловив момент, Морган попытался заморозить Савена, но тот исчез из виду и в ту же секунду возник за спиной ученика, поразив его в плечо разрядом молнии с кончиков пальцев.

Мари мгновенно, не теряя ни мгновения, исцелила рану на расстоянии.

Савен с гордостью взглянул на целительницу.

Бриджи решила, что он отвлекся, и сочла это идеальным моментом для решающего выпада. С видом полной самоуверенности она нанесла удар ногой в пах. Однако её ждал «облом»: Савен вовремя зажал её голень своими ногами и резко крутанулся. Девушка перевернулась в воздухе и больно ударилась об пол.

Несмотря на падение, с её лица не сходила торжествующая улыбка. С мыслью «попался!» она покосилась в сторону Зака и Моргана, будто точно знала, что сейчас произойдет нечто важное.

— Давайте! — крикнула Бриджи.

Лежа на полу, она нанесла противнику хлесткий удар, резко распрямив ногу. Как только Савен блокировал атаку, девушка рывком потянула его на себя, а затем полоснула второй ногой, извернувшись так, чтобы зажать ногу учителя в «замок».

Савен мог бы легко выкрутиться, но…

По сигналу Бриджи Зак и Морган объединили силы. Они выпустили совместный огненный шар невероятных размеров — на его фоне оба мага казались крошечными насекомыми.

В последний момент Бриджи откатилась в сторону. Савен принял удар на себя, успев вскинуть невидимый магический барьер, который отразил бушующее пламя обратно в атакующих. Зак с Морганом, обливаясь потом, едва успели развеять собственное заклинание.

— Твою ж мать! — аж ругнулся Зак. — Почти же достали!

— Молодцы, — неожиданно для всех Савен улыбнулся и убрал барьер. — Прекрасная командная работа. Вы прошли испытание.

— Но мы ведь даже не пробили вашу защиту… — упавшим голосом отозвался Морган.

— Зато вы научились действовать как единое целое. Теперь вы сможете постоять за себя. И всё же мой совет прежний: не вступайте в открытый бой с Элементом или Мушу. Ваша главная цель — вернуться домой. А теперь идите.

Он махнул рукой, подавая знак уходить.

— По возможности я присоединюсь к вам позже, — напоследок обнадежил их Савен и исчез прежде, чем Морган успел вымолвить хоть слово.

Глава 6

Крики, донесшиеся из соседней комнаты, оборвали мысли Зака. Он резко свернул с пути, инстинктивно сжимая кулаки.

В центре комнаты девушка отчаянно пыталась отбиться от зомби. Ее движения были неуклюжими, паническими — она явно была на грани. Зак не раздумывал ни секунды.

Рывок. Парень сорвался с места, сокращая дистанцию в несколько широких шагов.

Оказавшись вплотную к твари, он мощно оттолкнулся от пола.

Взлет, группировка, стремительное сальто в воздухе — и в высшей точке траектории его нога хлестко выпрямилась.

Сокрушительный удар сверху вниз пришелся точно в цель.

Шея монстра хрустнула, голова отлетела в сторону и покатилась по полу, замирая у ног юноши.

Обезглавленное тело мешком рухнуло на землю.

— Спасибо... спасибо вам большое! — выдохнула незнакомка.

Она поправила глубокий капюшон, который почти полностью скрывал ее лицо.

— Я думала, это конец. Он чуть не съел меня!

— Пустяки, — бросил Зак, пытаясь сквозь полумрак разглядеть ту, кого спас.

Когда она подняла голову, парень замер, пораженный. Из-под тени капюшона на него смотрело бледное, невероятно миловидное личико. Безупречный контур губ, тронутых красной помадой, аккуратный носик и огромные, сияющие глаза — эта картина мгновенно вытеснила из его головы ужас недавней схватки.

«Какая красивая...» — пронеслось в мыслях. Кажется, в этот момент, среди запаха тлена и смерти, он влюбился окончательно и бесповоротно.

Через секунду подоспели остальные.

Едва взглянув на спасенную, Морган замер как вкопанный. Его взгляд остекленел, а на лице появилось выражение блаженного восторга.

Оба парня теперь пялились на незнакомку, словно завороженные, напрочь забыв о существовании Бриджи и Мари.

«Что-то здесь не так, — подумала Бриджи, переводя взгляд с одного друга на другого. — Ладно Зак, он тот еще бабник, но чтобы Морган так поплыл?»

— Меня зовут Эшли, — пропела девушка в капюшоне. Голос ее звучал мягко, почти гипнотически.

Мари и Бриджи сухо представились в ответ.

Мари не сводила глаз с парней: их пустые, кукольные взгляды внушали тревогу. Они выглядели не просто влюбленными, а ведомыми.

«Будто под гипнозом», — мелькнуло в голове у Мари.

Чтобы отбросить сомнения, она решила проверить ребят на наличие чужеродного вмешательства.

Спрятав ладонь за спину, Мари коротким пассом пальцев сплела диагностирующее заклинание.

На долю секунды вокруг голов парней вспыхнула алая аура — тревожный знак, видимый только ей одной.

Кровь застыла в жилах Мари. Красный цвет означал лишь одно: активное ментальное воздействие.

«Не может быть! — ужаснулась она про себя. — Это не случайная симпатия. Эта девица их подчинила».

«А ты сообразительная...» — голос Эшли ворвался в сознание Мари, словно каленая сталь, пронзающая череп.

Мари похолодела.

«Она... читает мои мысли?»

Их взгляды встретились. В ту же секунду по телу Мари ударил ледяной пот, а голову пронзила такая вспышка боли, будто мозг решили выжечь изнутри.

Сознание поплыло, мир перед глазами подернулся багровой дымкой.

«Голова... раскалывается...» — это была последняя четкая мысль.

Девушка вскрикнула, хватаясь за виски, и начала оседать на пол.

В последний момент Бриджи успела подхватить подругу, не дав ей рухнуть.

— Мари! Что с тобой?! — вскрикнула Бриджи, видя, как та бледнеет.

С измученных губ Мари сорвалось лишь одно едва слышное слово:

— Враг...

Бриджи не требовалось объяснений. Она мгновенно оценила ситуацию и вскинула руки в боевую стойку, закрывая собой подругу.

— Зак! Морган! Она — враг! В атаку! — скомандовала она, надеясь привести парней в чувство.

Эшли лишь звонко рассмеялась. В этом смехе не было ничего человеческого.

— Зря надрываешься, дорогуша. Они тебя не слышат. Теперь их разум — моя игровая площадка!

Ее губы растянулись в хищном оскале, в глазах вспыхнула жажда крови. Одним плавным движением она скинула капюшон, и на плечи волной упали огненно-рыжие волосы.

— Зак, — она бросила властный взгляд на брюнета, затем перевела его на блондина. — Морган. Убейте её!

Парни двинулись на Бриджи. Их походка была странной, дерганой, словно невидимый кукловод неумело натягивал нити, заставляя их переставлять ноги.

— Зак! Морган! Боритесь с ней! Это не вы! — отчаянно кричала Бриджи, пятясь назад и прижимая к себе обмякшую Мари. Она до последнего надеялась, что голос друга окажется сильнее чужой воли.

Но надежда рухнула в мгновение ока.

Зак, не проронив ни звука, сорвался в скоростной рывок.

Смазанная тень — и он уже вплотную.

Прежде чем Бриджи успела хотя бы вскинуть руки для защиты, тяжелый кулак Зака с глухим звуком врезался ей в солнечное сплетение.

Воздух с хрипом вырвался из легких девушки.

Удар отбросил её назад; она сильно приложилась затылком о стену, и мир перед глазами на миг померк.

Морган не дал ей и секунды, чтобы прийти в себя.

Вскинув руку, он выпустил волну арктического холода. Лед мгновенно сковал конечности Бриджи, пригвождая её к стене прозрачным, мертвенно-холодным панцирем. Она оказалась в ловушке, беспомощная и задыхающаяся.

— Аха-ха-ха-ха! — Эшли звонко, по-детски расхохоталась, прикрыв рот ладошкой. — Какое трогательное зрелище!

Она неспешно подошла к застывшему Моргану и лениво коснулась его виска тонкими пальцами.

Прикрыв глаза, ведьма погрузилась в его сознание, бесцеремонно перерывая воспоминания, как старые бумаги.

Спустя мгновение она увидела то, что искала: передачу карты из рук в руки.

— Так Савен тоже здесь? — Эшли резко открыла глаза, в которых промелькнуло искреннее удивление, смешанное с азартом. — Не может быть! Какая удачная встреча...

На мгновение маска коварной соблазнительницы сползла с лица Эшли. В её глазах блеснули настоящие, живые слезы. Имя Савена подействовало на неё как удар — казалось, за ним стояли годы разлуки, боли и чего-то очень личного.

Но слабость длилась лишь секунду. Встряхнув рыжими волосами, Эшли мгновенно взяла себя в руки. Холодный расчет вытеснил эмоции.

Она перевела взгляд на Мари, которая едва начала приходить в сознание, и обрушила на неё ментальное послание, от которого зазвенело в ушах:

«Твои друзья теперь у меня. Если хочешь увидеть их живыми — забери карту у Савена. У тебя три дня. Встретимся здесь же. Опоздаешь хоть на минуту — и я лично оборву их нити жизни!»

Воздух в комнате дрогнул, пошел рябью, и в следующее мгновение Эшли исчезла, увлекая за собой безвольных Зака и Моргана.

Помещение погрузилось в зловещую тишину.

Мари, пошатываясь и преодолевая тошноту, с трудом поднялась на ноги. Первым делом она бросилась к Бриджи, которая всё еще оставалась прикованной к стене ледяным панцирем.

Мари опустилась перед подругой и вытянула дрожащие руки. Ладони вспыхнули мягким лазурным светом, от которого по комнате потекло спасительное тепло.

Лед начал поддаваться: он трескался, истекал водой и таял.

Наконец Бриджи тяжело осела на пол, судорожно вдыхая воздух.

— Где... где они? — прохрипела Бриджи, растирая затекшие плечи. Память возвращалась вспышками. — Они напали на меня... я помню только их пустые глаза...

— Эшли похитила их, — Мари не выдержала, и слезы градом покатились по её щекам. — Она оставила мне послание... Она хочет карту.

Бриджи, несмотря на собственную слабость и холод, придвинулась к подруге и крепко обняла её за плечи, пытаясь унять дрожь.

— Не плачь, слышишь? Мы их вытащим. Чего бы нам это ни стоило. Сейчас главное — найти Савена и во всем разобраться. У нас есть план, и мы не позволим этой ведьме победить.

***

Тишина улиц Утопии будоражит кровь. В этом мертвом покое, кажется, застыло само время — сюда не долетает ни единого звука из внешнего мира. Лишь одинокий черный замок возвышается над городом, пронзая небо острыми шпилями на фоне слепящей полной луны.

Холодный лунный свет заливает крышу замка. Он серебрит черепицу и отражается в глазах Савена — глубоких, ярко-голубых, словно штормовое море.

Парень сидит на самом краю, подтянув одно колено к груди. В его руках — старая карта, края которой подрагивают от едва уловимого ночного бриза.

Савен сосредоточен. Он медленно ведет пальцем по линиям маршрутов, не подозревая, что прямо сейчас его имя сорвалось с губ той, кого он не надеялся увидеть снова. Он еще не знает о предательстве Эшли, о пленении Зака и Моргана, и о том, что через три дня его жизнь превратится в гонку со смертью.

Взгляд его голубых глаз на мгновение отрывается от пергамента и устремляется вдаль, туда, где горизонт сливается с ночной тьмой. Савен чувствует странное беспокойство — словно сама тишина Утопии шепчет ему о приближающейся буре.

Глава 7

Утро началось с резкого звонка будильника. Савен нехотя поднялся, лениво окинул взглядом комнату, где вещи были живописно разбросаны в полном беспорядке.

Наскоро одевшись и едва успев зашнуровать ботинки, он выскочил за дверь, стараясь не опоздать.

Путь лежал через старый мост. Там, у самой кромки зеркального озера, он заметил знакомый силуэт. Эшли стояла в длинном белоснежном платье, которое казалось почти прозрачным в утреннем свете. Ветер играл с её рыжими волосами, а она неподвижно смотрела вдаль.

В этом безмолвии, на фоне просыпающейся природы, она казалась Савену сказочной принцессой, сошедшей со страниц старой легенды.

— Эшли! — окликнул он её.

Она вздрогнула и медленно обернулась. На её губах тут же заиграла привычная улыбка, но Савен видел: это лишь маска. В глубине её красных глаз затаилась такая беспросветная печаль, что у него сжалось сердце. Его невозможно было обмануть фальшивой радостью.

Парень в несколько прыжков преодолел расстояние между ними и крепко прижал девушку к себе. На его фоне она казалась совсем крошечной, почти невесомой — слабой и беззащитной лилией, которую хотелось укрыть от всех штормов мира.

В его объятиях она всегда находила тот покой и защиту, которых ей так не хватало.

— Почему ты такая грустная? — нежно шепнул он ей на ухо, вдыхая аромат её волос.

— Я просто… я снова думала о родителях, — едва слышно прошептала она, и голос её дрогнул.

Тонкая струйка слез скатилась по бледной щеке. Каждое воспоминание о семье отзывалось в её сердце невыносимой, режущей болью.

Эшли судорожно вцепилась в его одежду, словно боялась, что он исчезнет, как призрачный утренний туман.

— Савен, пожалуйста… умоляю, никогда не бросай меня!

Парень лишь мягко улыбнулся — той самой уверенной улыбкой, которая всегда была её единственным спасением.

— Обещаю, Эшли. Я никогда тебя не оставлю, что бы ни случилось.

Он бережно, кончиками пальцев, осушил её слезы.

Эшли всхлипнула в последний раз и, наконец, искренне улыбнулась в ответ.

Она закинула голову, замирая и вглядываясь в его глаза — бездонные, голубые, как штормовое море, в котором ей так хотелось утонуть. В этом взгляде читалось немое ожидание и бесконечная преданность.

Савен медленно наклонился. Их губы встретились в нежном, осторожном поцелуе, полном безмолвных клятв.

Эшли порывисто обхватила его шею обеими руками, отвечая на поцелуй со всей страстью и отчаянием человека, нашедшего свой единственный причал.

***

Савен стоял в абсолютной, удушающей пустоте. Он кричал, звал на помощь, но тьма поглощала звуки — он не слышал даже собственного голоса.

Вдруг из вязкого мрака начали проступать силуэты. Сначала едва различимые тени, затем — отчетливые фигуры людей. За их спинами из тумана поднялись руины города, когда-то величественного, а теперь превращенного в пепелище.

Толпа медленно сжимала кольцо вокруг парня. Сотни глаз смотрели на него с немым укором и тихой яростью.

Вперед вышла женщина. Её белоснежное платье казалось саваном, а короткие, как свежевыпавший снег, волосы разметались по плечам. По её лицу текли слезы, но голос звучал как смертный приговор:

— Ты не смог... Ты не спас нас!

В реальности Савен метался по постели в своей комнате.

Сквозь тяжелое забытье он всхлипывал, без конца шепча слова извинений.

Во сне он снова стал тем маленьким мальчиком, который видел конец своего мира.

Он вспомнил ослепительную вспышку.

Незнакомец, чье лицо было скрыто густой непроницаемой тенью, одной-единственной атакой стер город с лица земли.

Сомнений не было: это была родина Савена.

Тот человек знал его. Он оставил ребенка среди руин и трупов не из милости, а из извращенной жестокости.

Его прощальные слова до сих пор эхом отдавались в голове Савена:

«Я оставляю тебе жизнь лишь для того, чтобы ты страдал. Ты будешь смотреть, как я убиваю каждого, кто станет тебе дорог. Твоя жизнь — это череда потерь, которые я тебе подарю».

Савен резко сел на кровати, жадно хватая ртом воздух. Сердце бешено колотилось, футболка пропиталась холодным потом.

***

Утро выдалось необычайно тихим. Савен снова встретил Эшли у того же зеркального озера. На этот раз от её недавней грусти не осталось и следа — она буквально светилась изнутри.

— Савен, привет! — звонко окликнула она его, весело размахивая рукой.

Парень улыбнулся в ответ, чувствуя, как тепло разливается в груди.

Он подошел вплотную, намереваясь коснуться её губ поцелуем, но Эшли игриво приложила указательный палец к его рту. В её глазах плясали загадочные искорки.

— Тсс... У меня есть для тебя сюрприз. Идем со мной, я должна тебе кое-что показать! — прошептала она с таинственным акцентом.

Заинтригованный, Савен молча последовал за ней.

Они направились к старому каменному мосту, но чем ближе они подходили, тем сильнее внутри парня росла тревога.

Воздух будто загустел, став наэлектризованным.

Прямо перед входом на мост Савен резко остановился, преграждая девушке путь рукой.

— В чем дело, Савен? — спросила она, удивленно вскинув брови.

— За нами следят, — выдохнул он, прикрыв глаза и концентрируясь. — Я чувствую присутствие... не меньше десяти магов. И от них веет неприкрытой жаждой крови. Эшли, ты ведь тоже это ощущаешь?

Девушка мгновенно побледнела. Её напускное веселье смыло волной страха.

— Да... я чувствую их, — едва слышно проговорила она.

Оба они обладали редким даром — способностью считывать чужие ауры и предчувствовать угрозу задолго до её появления.

Но враг был уже слишком близко.

— Эшли, берегись! — внезапно взревел Савен.

Не дожидаясь ответа, он набросился на неё, сбивая с ног и накрывая своим телом.

В ту же секунду мир раскололся от оглушительного грохота.

Дьявольский механизм сработал: мощный взрыв в щепки разнес мост, по которому они должны были идти. Если бы не шестое чувство Савена, от них не осталось бы даже пепла.

— Эшли, ты цела? — выдохнул Савен, всё еще закрывая её собой. Пыль от взрыва моста оседала на их одежду, а в ушах стоял звон.

— Да, — коротко бросила она. Голос её звучал странно — в нем не было ни капли страха, только ледяное спокойствие.

В ту же секунду из прибрежных зарослей, словно тени, выметнулись маги. Одетые в глухие костюмы ниндзя, они мгновенно взяли пару в кольцо, перекрывая все пути к отступлению.

— Кто вы такие? Что вам нужно? — выкрикнул Савен, вскакивая на ноги.

Он протянул руку Эшли, чтобы помочь ей подняться, но девушка проигнорировала его жест. Она встала сама, отряхнула белоснежное платье и, к ужасу Савена, уверенно зашагала прямо к вооруженным магам.

— Эшли, стой! Назад, это опасно! — Савен дернулся было за ней, но замер, пораженный увиденным.

Один из магов-ниндзя издевательски расхохотался:

— Парень, ты серьезно? До сих пор такой наивный? Ты так ничего и не понял!

— О чем вы... — слова застряли в горле Савена, когда Эшли небрежным жестом вытащила из-за пояса тяжелый кожаный кошель и бросила его предводителю наемников.

Глухой звон золота прозвучал для Савена громче, чем взрыв моста.

— Отличная работа, — холодно похвалила магов Эшли. В её взгляде, направленном на Савена, больше не было ни любви, ни грусти — только расчет.

— Я не понимаю... Эшли, объясни! Что это значит?! — Савен сделал шаг к ней, его голос дрожал от смеси боли и ярости.

Но маги не дали ему договорить. По сигналу предводителя они синхронно вскинули руки, и в Савена полетел град огненных шаров.

Громовой взрыв сотряс землю, подняв плотное облако гари и пыли.

Нападавшие тут же применили магию воздуха, развеивая завесу, чтобы насладиться зрелищем... но на выжженной земле было пусто.

— Куда он делся?! — взревел один из ниндзя, озираясь по сторонам.

— Ищешь меня? — ледяной шепот раздался прямо за его спиной.

Маг резко обернулся, но было поздно.

Савен двигался с запредельной скоростью. Его пальцы, словно стальные иглы, с невероятной точностью ударили по особым точкам на теле противника.

Серия молниеносных касаний — и маг, не успев даже вскрикнуть, рухнул мешком. Его мышцы парализовало, а магические каналы оказались заблокированы.

Эшли не стала дожидаться исхода схватки.

Словно дикая птица, почуявшая свободу, она сорвалась с места и взмыла в небо, стремительно удаляясь к горизонту.

Белоснежное платье, еще недавно казавшееся Савену символом чистоты, теперь резало глаза своей холодностью.

— Стой! Эшли, вернись! — закричал Савен.

Он рванулся было вслед, но оставшиеся девять магов преградили ему путь, слаженно атакуя со всех сторон.

Савен действовал на инстинктах: серия молниеносных выпадов, точные удары по энергетическим узлам — и наемники посыпались на землю один за другим, парализованные и беспомощные.

Не теряя ни секунды, парень оттолкнулся от земли и бросился в погоню.

Погоня была безумной. Эшли неслась сквозь облака со скоростью, во много раз превышающей свист ветра, но Савен, подстегиваемый болью предательства, не отставал ни на фут.

Заметив «хвост», девушка обернулась. В её глазах не было жалости — только решимость завершить начатое.

Она начала быстро шептать слова древнего заклятия.

Небо над ними в мгновение ока налилось свинцовой тяжестью и почернело.

С утробным ревом из грозовых туч вырвался исполинский смерч.

Воронка, соединившая небеса с землей, закрутилась в неистовом танце, затягивая в себя всё живое.

Савена подхватило мощным потоком воздуха.

Словно пушинку в гигантском пылесосе, его швыряло из стороны в сторону, унося прочь от цели.

Находясь в самом эпицентре бушующей стихии, парень сконцентрировался, и в момент, когда давление стало невыносимым, вспыхнул и исчез, успев телепортироваться в безопасное место.

Эшли, тяжело дыша, пролетела над краем бездонного обрыва у самого моря.

Оглянувшись на бушующий позади хаос, она горько усмехнулась.

— Похоже, я наконец-то от него оторвалась, — промолвила она, исчезая в соленых брызгах прибоя.

Эшли медленно опустилась на каменистую почву и подошла к самому краю обрыва.

Внизу бушевало почерневшее море; исполинские волны с утробным ревом разбивались о скалы, обдавая берег солеными брызгами.

Из водяной пыли и мрака, словно призрак, соткался Савен. Его одежда была изорвана ветром, волосы всклокочены после смерча, но взгляд оставался твердым.

— Ты сумел телепортироваться в таких условиях? — Эшли обернулась, и в её голосе прозвучало искреннее восхищение. — Твоя сила всегда меня поражала, Савен.

— Зачем? — коротко бросил он, игнорируя похвалу. — Зачем ты пыталась меня убить?

— Я не собиралась тебя убивать, глупый, — она печально улыбнулась. — Мой приказ был ясен: доставить тебя моему господину живым.

При слове «господин» на её бледных щеках выступил лихорадочный, болезненный румянец.

Савен похолодел. Перед глазами мгновенно всплыл тот самый силуэт из кошмара — мужчина, скрытый тенью среди руин его родного города.

— Господину?.. — севшим голосом переспросил парень.

— Да, Савен. Ты всё правильно понял, — Эшли легко считала его мысли, даже не скрывая этого. — Я служу Атомосу.

Мир вокруг Савена начал рушиться. Он опустил голову, пряча глаза, а по телу пробежала дрожь.

Он из последних сил сдерживал подступившие слезы, которые душили его изнутри.

— Значит, всё это время... это был обман? Ты никогда меня не любила? — пробормотал он так тихо, что его слова едва не заглушил шум прибоя.

— Это неправда! — вскрикнула Эшли, и в её голосе на миг прорезалось прежнее отчаяние. — Я любила тебя! Клянусь!

Сердце Савена на мгновение пропустило удар. Слабый лучик надежды коснулся его души, заставляя поднять взгляд... но этот луч тут же захлебнулся во тьме её следующих слов.

— Но я полюбила другого, — отрезала она, и её лицо преобразилось, наполнившись фанатичным блеском. Она обняла себя за плечи, словно уже чувствовала на них тяжесть королевской мантии. — Я сделаю всё, что он прикажет. И когда-нибудь я стану его королевой в нашем царстве вечной тьмы!

Слова Эшли ударили сильнее, чем магия ниндзя. Савен замер, не в силах вздохнуть, его лицо исказилось от невыносимой боли.

— Я не верю! Это ложь! — прохрипел он, и слезы, которые он так долго сдерживал, хлынули по щекам. — Он что-то сделал с тобой! Затуманил твой разум, подчинил своей воле! — Савен рванулся вперед и мертвой хваткой вцепился в её тонкое запястье, словно пытаясь удержать ускользающую реальность.

Эшли холодно посмотрела на его дрожащие руки и резким, властным движением вырвалась из хватки.

— Прости, Савен, но мой разум чист как никогда. Это мой выбор.

Она сделала шаг назад, к самому краю обрыва, где ветер бешено трепал её рыжие волосы.

— Я не хочу убивать тебя, — её голос вдруг стал тихим и отстраненным. — Но если мы встретимся снова... у меня не будет выбора. Не ищи меня. Забудь, что я когда-то дышала с тобой одним воздухом. Забудь, что я существовала. Прощай.

Вспышка — и Эшли растворилась в соленом тумане, оставив после себя лишь пустоту.

— Не-е-ет! — Савен рухнул на колени, и этот крик, полный первобытной боли, перекрыл шум шторма. — Эшли, за что?! Атомос! Слышишь?! Ты победил! Я сдаюсь! Ты вырвал у меня сердце! Ты победил!

Он кричал, пока голос не сорвался на хрип.

Когда слезы высохли, а внутри осталась лишь выжженная пустыня, Савен поднялся.

Его движения были механическими, лишенными жизни.

Он подошел к самому краю, туда, где скалы отвесно уходили в ревущую пучину.

Один шаг — и гравитация приняла его в свои объятия.

Вода встретила его как враг.

Тысячи ледяных кинжалов разом вонзились в тело, вышибая остатки воздуха из легких.

Огромные волны подхватили его, швыряя на острые камни и утягивая на самое дно.

Савен не сопротивлялся.

Погружаясь в безмолвную, холодную тьму, он видел перед глазами лишь обрывки их счастливых дней — тени улыбок и призраки обещаний, которые теперь тянули его ко дну надежнее любого камня.

***

Савен открыл глаза, но мир всё еще казался подернутым серой дымкой. Он лежал в тесной, спартанской хижине: голые бревенчатые стены, грубо сколоченный стол и единственная кровать. Воздух был пропитан запахом сухих трав и жареной рыбы.

У небольшого камина, согнувшись, сидел старик. Он неторопливо переворачивал на углях ужин, и блики огня плясали на его морщинистом лице.

— Очнулся всё-таки? — пробормотал он, не оборачиваясь. Голос у него был скрипучий, как старое дерево. — Знаешь, парень, сейчас совсем не сезон для заплывов. Если бы я не вытащил тебя из тех скал — кормил бы ты сейчас крабов на дне.

Савен ничего не ответил. Он лишь отрешенно смотрел в потолок, чувствуя, как внутри него всё вымерзло. Боль от предательства Эшли была сильнее холода океана.

— Меня зовут Таруха, — представился старик, аккуратно снимая рыбу с огня. — А у тебя имя-то есть?

Савен снова промолчал. Его губы были плотно сжаты, а взгляд застыл, словно он всё еще видел перед собой уходящую в туман рыжеволосую девушку.

— Хм, не из разговорчивых, значит? — Таруха чуть усмехнулся в бороду, и в его глазах промелькнула искра понимания. — Знаешь, ты мне чертовски напоминаешь моего сына. Из того тоже слова лишнего не вытянешь, всё в себе держит.

Савен сидел неподвижно, уставившись в одну точку на стене. Казалось, он превратился в ледяную статую.

Старик вздохнул, понимая, что сейчас никакие слова не достигнут цели — парень был слишком глубоко в своей собственной бездне.

— Ладно, посиди, приди в себя, — мягко сказал Таруха. — Оставлю тебя одного. Еда на столе, захочешь — поешь.

Старик поднялся и тихо вышел, притворив за собой тяжелую дверь.

Савен остался наедине с треском углей в камине и гнетущей тишиной, которая теперь была его единственным спутником.

Спустя время Савен впервые за долгое время нашел в себе силы выйти наружу.

Солнце слепило глаза, а свежий озерный воздух кружил голову. Он нашел Таруху на берегу — старик неподвижно сидел с удочкой, глядя на поплавок.

— Спасибо вам... за всё. Если бы не вы, я бы не выкарабкался, — тихо, но твердо произнес парень, подходя ближе.

— Пожалуйста, сынок. Жизнь — штука хрупкая, её беречь надо, — отозвался старик, даже не обернувшись.

Савен неловко замялся, чувствуя себя лишним в этой идиллии.

— Ладно, не буду вам докучать. Пойду я...

— Куда ты в таком состоянии? — Таруха наконец повернул голову и хитро прищурился. — Ты меня ничуть не стесняешь. Вижу, человек ты правильный, хоть и побитый судьбой. Составь-ка мне компанию, порыбачь. Говорят, вода забирает лишние мысли.

Старик протянул ему вторую, видавшую виды удочку.

Савен замер на секунду, а затем на его лице впервые за долгое время промелькнула слабая, но искренняя улыбка.

Он молча принял снасть и присел рядом на поваленное бревно.

В этот миг Савен остро почувствовал сходство. Таруха своей неспешной мудростью и спокойной силой до боли напоминал ему Дирга — его первого учителя.

В голове всплыли наставления, которые он когда-то считал прописными истинами: «Твоя сила — в тех, кого ты защищаешь. Никогда не сдавайся, пока в сердце живет память о дорогих людях».

Сидя на берегу рядом со стариком, Савен понял: Атомос и Эшли забрали у него прошлое, но они не смогли забрать его суть. У него снова появилась цель. Не просто выжить, а стать тем, кто сможет защитить других от подобной боли.

Глава 8

Видение вспыхнуло перед глазами Савена яркой, болезненной вспышкой. Он не просто узнал о случившемся — он прочувствовал страх Бриджи, ледяное оцепенение Моргана и сокрушительный удар Зака. Дар прорицания, унаследованный от учителя Дирга, редко давал осечки, и сейчас он сработал как набат.

Парень резко захлопнул карту. В его взгляде, еще секунду назад полном грусти о прошлом, теперь застыла сталь. Он понял: три дня, которые Эшли дала Мари, — это не просто срок, это ловушка, в которую его заманивают через самых близких людей.

Савен не стал ждать, пока Бриджи и Мари доберутся до него. Каждая секунда промедления отдавала друзей во власть безумия Атомоса.

Он поднялся во весь рост на самом краю шпиля черного замка.

Ветер трепал его плащ, но тело Савена оставалось неподвижным.

Секундная концентрация — и пространство вокруг него подернулось маревом.

Без единого звука, без всплеска магической энергии, парень просто растворился в воздухе, оставив после себя лишь пустую крышу, залитую холодным лунным светом.

***

Мари и Бриджи метались по залам, охваченные паникой, когда пространство перед ними вдруг дрогнуло.

Савен соткался из чистого света, словно само небо услышало их безмолвный крик о помощи.

— Савен! — в один голос вскрикнули они, бросаясь к нему. — Савен, беда! Зак и Морган...

— Я знаю, — его голос звучал ровно, почти отрешенно. — Видение открыло мне всё.

Бриджи, всё еще ощущая холод льда на своей коже, лихорадочно спросила:

— И что нам делать? Она... она превратила наших друзей в монстров!

— Эти три дня мы не будем сидеть сложа руки, — Савен обвел их серьезным взглядом. В его памяти на миг всплыл тот исполинский смерч, разрывающий небеса. — Эшли — не просто сильный противник. Она смертоносна.

— Она сделала что-то с их разумом! — добавила Мари, вспоминая алые ауры над головами парней. — Они нас не слышали!

— Гипноз, — тяжело вздохнул Савен, и в этом вздохе проскользнула тень старой боли. — Она мастер телепатии. Её сила проникает в сознание глубже, чем клинок в плоть.

Мари внимательно посмотрела на него, почуяв неладное:

— Вы знакомы? Откуда ты столько знаешь о ней?

— Были когда-то... — Савен неохотно отвел глаза, обрывая расспросы. — Сейчас это неважно. Важно другое: за эти три дня я научу тебя, Мари, как противостоять её ментальным атакам.

— Меня? — Мари растерянно прижала руки к груди. — Но разве можно научиться защищать разум от такого могущества за три дня?

Савен едва заметно улыбнулся, и в его глазах блеснула уверенность его учителей — Дирга и Тарухи.

— Для белого мага нет ничего невозможного. Твой дар — это свет, а свет всегда находит щель в любой тьме. Мы превратим твой разум в неприступную крепость.

***

Савен отвел девушек в уединенный зал в глубине замка, где высокие своды отражали каждое слово, а лунный свет падал на каменный пол ровными полосами.

— Бриджи, ты прикрываешь нас снаружи. Никто не должен прервать процесс, — скомандовал он. — Мари, садись напротив.

Когда они остались вдвоем, Савен опустился на пол и жестом велел Мари сделать то же самое. Его взгляд, обычно мягкий, стал острым и холодным.

— Ментальный поединок — это не драка на мечах. Это битва воли, — тихо произнес он. — Сейчас я войду в твой разум. Я не буду жалеть тебя, потому что Эшли не будет. Твоя задача — не выгнать меня, а построить стену. Представь свой разум как чистую белую комнату и не дай мне коснуться стен.

Мари неуверенно кивнула, закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

В ту же секунду мир вокруг неё исчез. Она оказалась в бесконечном белом пространстве, но внезапно тишину разорвал знакомый голос Савена, который теперь звучал отовсюду:

— Ты слабая, Мари... Твои друзья страдают из-за твоей медлительности. Ты видишь их лица?

Перед глазами Мари вспыхнули образы: Зак, избивающий Бриджи, и Морган, замерзший в собственном льду. Картинки были настолько реальными, что она почувствовала физическую боль в груди.

— Нет! Это неправда! — вскрикнула она в пустоту.

— Это реальность, которую ты допустила! — голос Савена стал жестче, а пространство вокруг Мари начало сжиматься, стены окрашивались в кроваво-красный цвет. — Защищайся! Иначе я раздавлю твое сознание прямо сейчас!

Мари почувствовала, как её голову охватывает невидимый обруч, который сжимается всё сильнее. Ей захотелось закричать и сбежать, но она вспомнила слова Савена о «белом маге».

«Я — свет», — прошептала она про себя.

Она представила, как из её центра исходит ослепительная голубая волна. Она не боролась с образами, она просто заливала их сиянием, стирая пугающие картины. Красные стены начали бледнеть.

— Хорошо, — голос Савена в её голове стал чуть мягче, но давление не исчезло. — Первый барьер создан. Но теперь я попробую найти твой самый сокровенный страх. Держись, Мари!

В реальности Савен сидел неподвижно, его лоб прорезала глубокая складка концентрации. Он видел, как Мари дрожит, как на её висках выступает пот, но он не останавливался. Он знал: только пройдя через этот ад за три дня, она сможет выстоять против Эшли.

Давление внутри сознания Мари усилилось. Белое пространство, которое она с таким трудом удерживала, начало походить на разбивающееся зеркало.

— Слишком просто, Мари, — голос Савена теперь доносился не отовсюду, а шептал прямо ей в ухо, вызывая дрожь. — Свет — это лишь фасад. Что скрывается за ним? Твоё одиночество? Твой страх оказаться ненужной, когда всё закончится?

Пространство вокруг Мари внезапно изменилось. Она больше не была в «белой комнате». Она оказалась в темном, бесконечном лесу. Деревья были черными, их ветви тянулись к ней, как костлявые пальцы. Она была совсем одна.

— Смотри, Мари. Твои друзья уходят, — впереди, в тумане, она увидела силуэты Савена, Бриджи, Зака и Моргана. Они шли прочь, не оборачиваясь. — Ты им не нужна. Ты лишь обуза, которую они терпят из жалости.

— Это не так! — крикнула Мари, но её голос прозвучал слабо, как шелест листвы. — Мы — команда!

— Команда? — Савен материализовался прямо перед ней, но его лицо было искажено насмешкой. — Ты даже не можешь защитить себя. Как ты защитишь их от Эшли? Она раздавит тебя, как насекомое. Просто сдайся. Открой свой разум, и боль прекратится.

Мари почувствовала, как её «свет» тускнеет. Холод одиночества, который она всегда прятала глубоко внутри, начал затапливать её сознание. Ей захотелось свернуться клубком и просто плакать. Стены её ментальной крепости дали трещину.

В реальности Савен увидел, как Мари побледнела, а её дыхание стало прерывистым. Он понимал, что нащупал её самую уязвимую точку, но не отступал.

— Держись, Мари! — уже по-настоящему, через телепатическую связь, скомандовал он. — Не верь моим словам! Это иллюзия! Найди свой центр!

Мари зажмурилась в своем видении. «Он прав... это просто слова. Мои чувства к друзьям сильнее этих теней».

Она не стала пытаться разогнать лес. Вместо этого она представила, как из её сердца исходит золотистая нить, связывающая её с каждым из друзей. Она почувствовала тепло Бриджи, безрассудство Зака, спокойствие Моргана и решимость Савена. Эти нити сплелись в прочную сеть, которая вытеснила тьму.

Черный лес начал осыпаться пеплом. Мари открыла глаза внутри своего разума — она снова была в чистом, сияющем пространстве, и на этот раз стены были из алмазного льда, который невозможно пробить словами.

В зале замка Мари резко выдохнула и открыла глаза. Она была вся в поту, но её взгляд стал другим — более глубоким и твердым.

— Для первого раза... неплохо, — Савен вытер пот со своего лба. Он выглядел измотанным. — Ты научилась превращать свои привязанности в щит. Это именно то, чего Эшли не ожидает. У неё нет таких нитей, она одна в своей тьме.

— Я... я видела их, Савен. Нити. Это было так реально, — прошептала Мари, приходя в себя.

— Это и есть твоя истинная магия, — Савен поднялся на ноги. — Отдохни час. Затем мы перейдем к защите от боли. Эшли будет не просто шептать — она будет выжигать твой разум изнутри, как она сделала это сегодня в коридоре.

Савен подошел к Мари вплотную. Его аура изменилась — теперь от него исходил не мягкий свет, а обжигающий жар. Воздух в зале задрожал, как над раскаленным асфальтом.

— Первый этап был игрой воображения, — его голос стал сухим и резким. — Теперь всё по-настоящему. Эшли не будет шептать тебе гадости, она ударит в твой разум так, что тебе захочется вырвать собственные глаза, лишь бы это прекратилось. Ты должна научиться отделять сознание от физической боли.

Он протянул руку и коснулся лба Мари указательным пальцем.

— Смотри мне в глаза. Не закрывай их, что бы ни случилось. Начали!

Мари не успела даже выдохнуть. В ту же секунду её реальность взорвалась. Это не было видением или лесом — это была чистая, концентрированная агония. Ей показалось, что в её череп вбили раскаленный железный штырь и медленно проворачивают его.

— Кричи, если хочешь, — голос Савена теперь гремел прямо в её мозгу, вибрируя вместе с болью. — Но не дай боли разрушить твой щит! Если ты пропустишь этот удар, Эшли выжжет твою личность за секунду!

Мари вцепилась пальцами в свои колени так сильно, что костяшки побелели. Перед глазами всё поплыло, челюсть свело судорогой. Боль была такой реальной, что ей казалось, будто её кожа горит.

— Боль — это просто электрический сигнал! — продолжал давить Савен. — Ты белый маг! Найди внутри себя точку абсолютного покоя! Стань водой, через которую проходит ток, не причиняя ей вреда!

Мари чувствовала, как её сознание начинает рассыпаться. Ей хотелось упасть на пол и умолять его остановиться. Но в самый пик боли она вспомнила холодный взгляд Эшли и то, как та приказала друзьям убить Бриджи.

«Если я сдамся сейчас... они погибнут», — эта мысль стала её якорем.

Мари перестала сопротивляться боли. Вместо того чтобы строить стены, она начала поглощать её. Она представила, что её разум — это бездонный океан. Удар Савена был как раскаленный камень, брошенный в воду: он шипел, пузырился, но, погружаясь в глубину, неизбежно остывал.

Она глубоко вдохнула, глядя прямо в голубые глаза Савена. Её собственные глаза начали светиться мягким лазурным светом. Дрожь в руках утихла. Боль всё еще была там, но она больше не властвовала над ней. Она стала просто фоновым шумом.

Савен медленно убрал палец от её лба. Жар в комнате мгновенно исчез, сменившись прохладой замка.

— Ты сделала это, — Савен тяжело опустился на пятки, тяжело дыша. На его лице читалось искреннее уважение. — Ты приняла удар и не сломалась. Это высшая ступень ментальной защиты.

Мари обессиленно откинулась назад, тяжело хватая ртом воздух. Её лоб был мокрым от пота, но в душе царило странное, звенящее спокойствие.

— Я... я чувствовала, как она гаснет. Боль. Она просто утонула во мне, — прошептала она.

— Именно, — Савен кивнул. — Завтра мы закрепим этот навык. Эшли будет в ярости, когда поймет, что её главный козырь больше не действует на тебя.

Он посмотрел в окно на полную луну.

— Осталось два дня. Бриджи! — окликнул он девушку у двери. — Заходи. Пора обсудить план.

***

Спустя три дня Мари и Бриджи стояли в условленном месте, вглядываясь в пустоту. Эшли появилась внезапно — пространство перед ними просто подернулось рябью, и высокая рыжеволосая фигура соткалась из воздуха. Она не стала тратить время на приветствия и сразу властно протянула руку вперед.

— Отдайте карту! — её голос прозвучал как приказ, не терпящий возражений.

— Где Зак и Морган? — выкрикнула Бриджи, инстинктивно сжимая кулаки. — Ты не получишь карту, пока мы не увидим их живыми!

— Как пожелаете. Смотрите, — Эшли небрежно взмахнула ладонью.

Справа от неё возник полупрозрачный сферический барьер, внутри которого, словно в витрине, стояли Зак и Морган. Они выглядели отрешенными, их взгляды были направлены в никуда.

Мари прикрыла глаза и прошептала формулу очищения.

В ту же секунду всё вокруг озарилось резким голубоватым сиянием.

Иллюзия затрещала по швам: стены обычной комнаты начали осыпаться серой пылью, обнажая знакомые очертания оранжереи — места их давней битвы с Мушу.

Оказалось, Эшли заставила их ходить кругами на одном пятачке, а «пленники» внутри барьера растаяли вместе с поддельной реальностью.

— На этот раз твои фокусы не пройдут! — Мари хитро улыбнулась, чувствуя внутри ту самую «алмазную крепость», которую они строили с Савеном.

— О, как быстро ты растешь, — Эшли прищурилась, и в её глазах промелькнула искра опасного интереса. — Вижу, Савен не терял времени эти три дня. Кстати, где он сам? Почему прячется за вашими спинами? Хотя… не утруждайтесь, я сама вырву ответ из ваших мыслей.

Эшли замерла, её взгляд стал тяжелым и неподвижным. Она направила всю мощь своего ментального давления на Мари, готовясь взломать её разум, как хрупкую скорлупу.

Секунда, две… но лицо Эшли вдруг исказилось от недоумения. Она ударила снова, на этот раз грубее, пытаясь нащупать хотя бы одну лазейку, один страх или сомнение. Но наткнулась лишь на ослепительную, ледяную тишину.

— Что за… — прошипела она, отступая на полшага. — Почему я ничего не вижу?!

Впервые за всё время в голосе Эшли прозвучала нотка настоящего замешательства. Она не могла прочитать их мысли.

Эшли замерла, её тонкие брови поползли вверх. Она предприняла вторую попытку, более агрессивную — Мари почувствовала, как невидимый ментальный таран ударил в её «алмазный щит», но боль лишь скользнула по поверхности, не оставив даже царапины.

— Что?! — в голосе Эшли впервые прозвучала неприкрытая ярость. — Твой разум... он пуст! Я не вижу ничего, кроме этого ослепительного света!

— Савен научил меня не просто закрываться, — спокойно ответила Мари, и её ладони засияли тем самым лазурным светом, который она обрела во время тренировок. — Он научил меня превращать твою тьму в ничто.

Бриджи тем временем крепче сжала кулаки, её взгляд был прикован к тому месту, где только что растаяла иллюзия парней.

— Ты играешь с нами, Эшли! Где настоящие Зак и Морган? Хватит прятаться за фокусами!

Эшли холодно усмехнулась, отступая на шаг назад. Её рыжие волосы затрепетали, хотя в оранжерее не было ветра.

— Признаю, вы меня удивили. Белый маг, способный отразить мой взор... Это заслуга Савена. Он всегда умел находить свет там, где другие видели лишь пустоту. Но если я не могу прочитать ваши мысли, я просто вырву правду из ваших душ!

Она резко вскинула обе руки к стеклянному куполу оранжереи.

— Вы думали, что разрушили мою иллюзию? Нет, вы просто вошли в мой настоящий домен!

В ту же секунду растения в оранжерее начали стремительно чернеть и извиваться, превращаясь в шипастые плети. Воздух стал тяжелым и липким. Эшли явно переходила от хитрости к прямой магической атаке.

— Если Савен не пришел сам, — прошипела она, и её глаза налились багровым светом, — я заставлю его прибежать на ваши крики!

Её лицо исказилось от ярости, а взгляд стал тяжелым, как свинец.

Сосредоточившись, она коротким жестом вырвала из земли исполинское дерево — восьмидесятиметровый гигант с трехметровым стволом взмыл в воздух, словно сухая ветка.

С оглушительным свистом она запустила этот снаряд в девушек.

— Берегись! — вскрикнула Бриджи, в последний момент отталкивая Мари.

Дерево пронеслось в миллиметрах от них, с грохотом пробило стену оранжереи и скрылось в облаке пыли.

— А как вам такое?! — Эшли хищно усмехнулась.

Она широко развела руки, и её тело окутало ослепительное белое сияние.

Почва под ногами заходила ходуном, трескаясь и вздымаясь.

Вся земная порода вместе с оставшимися деревьями и экзотическими растениями начала медленно подниматься в воздух, подчиняясь её воле.

Тяжелая, удушающая аура Эшли буквально придавила девушек к земле — Бриджи и Мари упали на колени, парализованные этой чудовищной мощью.

Плавным движением руки Эшли обрушила весь этот смертоносный шквал камней и древесины на беззащитных подруг.

Смерть казалась неизбежной, но в последний миг всё замерло.

Снаряды остановились в волоске от лиц девушек, а затем, словно отраженные невидимым зеркалом, с удвоенной скоростью полетели обратно в Эшли.

Девушка едва успела уйти от собственного удара, крутанув техничное колесо в сторону.

— Не одна ты умеешь двигать предметы силой мысли, — раздался спокойный, до боли знакомый голос, эхом отразившийся от купола.

Эшли вскинула голову. На одном из высоких окон оранжереи, небрежно свесив ноги вниз, сидел Савен. Его фигура четко вырисовывалась на фоне неба, а взгляд был холодным и сосредоточенным.

— О, Савен! Давненько не виделись, — Эшли выпрямилась, поправляя рыжие волосы. В её голосе прозвучал вызов, смешанный с предвкушением. — Значит, карта всё-таки у тебя?

— Карта у меня, — подтвердил Савен. Он медленно, окутанный золотистым сиянием, опустился на землю и встал прямо напротив Эшли. Его голос был тверд, как сталь. — Верни Зака и Моргана, и я отдам её тебе.

Эшли горько усмехнулась, окинув его презрительным взглядом.

— Ты готов пожертвовать судьбой всего мира ради двух жизней? Неужели ты так мелок, Савен?

— Эти двое — мои друзья, — отрезал он. — Я не позволю им погибнуть. Но я также не позволю Атомосу превратить этот мир в пепелище.

— Ты всё тот же идеалист... Хочешь решить всё миром в мире, который прогнил до основания! — выкрикнула Эшли, и её голос сорвался на хрестоматийный гнев. — Люди жестоки, они не заслуживают дыхания! Вернись в реальность!

— Не тебе решать, кто достоин жизни, и уж точно не Атомосу. Он не бог, Эшли. Он лишь тень, питающаяся твоей болью.

Эшли сделала шаг вперед, её глаза лихорадочно блестели. Она протянула ему руку, и в этом жесте было странное сочетание мольбы и приказа.

— Ты ошибаешься. Он — новый бог. Он построит царство, где не будет боли. Присоединяйся к нам, Савен. Мы можем быть на одной стороне. Снова.

Савен посмотрел на её протянутую ладонь, но не шелохнулся.

— У меня есть встречное предложение: вернись ты. Вспомни ту девушку у озера. Я знаю, она всё еще там, глубоко внутри.

Эти слова подействовали как удар. Лицо Эшли исказилось, и по щекам внезапно потекли жгучие слезы.

— Ту девушку?! Ту наивную дуру, чью семью вырезали?! — закричала она, задыхаясь от ярости и горя. — Это ты называешь справедливостью?! Где был твой порядок, когда их убивали?! Справедливость?!

Савен не нашел слов. Он стоял молча, понимая, что против такой бездны боли логика бессильна.

Увидев его молчание, Эшли внезапно затихла. Её лицо мгновенно преобразилось: слезы высохли, а взгляд стал холодным и пустым, словно внутри неё только что окончательно перегорел последний предохранитель.

— Ладно... давай карту, — голос Эшли стал пугающе ровным. Она протянула тонкую ладонь, и в этом жесте больше не было ни мольбы, ни гнева. Только холодная решимость.

Савен тяжело вздохнул. Он понимал, что отдает врагу ключ к мирозданию, но жизнь друзей перевешивала всё.

— Вижу, тебя не переубедить. Хорошо. Где Зак и Морган? И на этот раз — без фокусов.

Эшли коротко кивнула и взмахнула рукой.

В центре оранжереи снова возник полупрозрачный сферический барьер. Внутри него, пошатываясь, стояли парни. Их лица были бледными, а глаза — подернуты мутной пеленой гипноза.

— Мари, проверь. Настоящие? — не сводя глаз с Эшли, спросил Савен.

Мари сосредоточилась. Её тело окутала мягкая светло-голубая аура, сканирующая пространство на наличие иллюзий. Спустя мгновение она уверенно кивнула:

— Да... Это их ауры. Они настоящие.

Савен медленно вытащил карту и, помедлив лишь секунду, бросил её Эшли. Девушка поймала свиток в воздухе. На её губах заиграла торжествующая, почти хищная улыбка — цель Атомоса была достигнута.

— Благодарю за содействие, Савен, — пропела она, отступая в тени оранжереи. — А теперь... закончите начатое. Зак, Морган — убейте их!

С этими словами Эшли бесследно растворилась в воздухе, оставив после себя лишь эхо своего смеха.

Сферический барьер лопнул с тихим звоном. Зак и Морган, словно послушные марионетки, вскинули головы. Их движения были дергаными, механическими, а в глазах не осталось ни капли узнавания — только ледяная воля их новой хозяйки.

Они синхронно двинулись в сторону Савена, Бриджи и Мари, сжимая кулаки.

Глава 9

Огненный шар, выпущенный Заком, пронесся по воздуху, оставляя за собой тепловой след.

Савен даже не вздрогнул — коротким, выверенным жестом он перехватил контроль над сгустком энергии.

Повинуясь его телекинезу, пламя сменило траекторию и с грохотом врезалось в стену, пробив в кладке зияющую дыру.

Морган тут же попытался сковать Савена, выстрелив волной арктического холода.

Воздух зазвенел от быстрорастущих кристаллов льда, но парень вспыхнул ослепительным желтым светом. Жар его ауры был настолько велик, что лед испарился, даже не коснувшись его одежды, превратившись в густое облако пара.

Парни, действуя как единый механизм, встали в ряд. Теперь это был непрерывный обстрел: каскад огненных снарядов летел один за другим.

Савен закружился в безумном танце уклонений, совершая акробатические прыжки и перекаты, пока вокруг него плавился камень.

Мари и Бриджи вжались в поваленный ствол гигантского дерева, ища хоть какое-то укрытие. Но для магического пламени древесина не была преградой — шары прошивали ствол насквозь, вырывая щепки в сантиметрах от лиц девушек.

Бриджи среагировала мгновенно: она повалила Мари на землю, накрыв её собой и зажмурившись в ожидании неминуемого удара.

Тишина. Жар опалил кожу, но взрыва не последовало.

Приоткрыв глаза, Бриджи увидела невероятную картину: десятки огненных сфер замерли в воздухе, дрожа от сдерживаемой мощи. В пятнадцати метрах от них стоял Савен. Его рука была напряжена, пальцы скрючены, словно он сжимал невидимую преграду.

— Мари, живо! Применяй заклинание! Снимай гипноз! — прокричал он, пот градом катился по его лицу. — Я вышвырну это пламя наружу!

Одним резким рывком он направил застывшие шары вверх, в разбитый купол потолка, где они безвредно сдетонировали в ночном небе.

— А ты, Бриджи, помоги мне! Нужно выиграть для неё время! — скомандовал Савен, готовясь к новому выпаду обезумевших друзей.

— Поняла! — отозвалась Бриджи, вскакивая на ноги. Её ладони окутал морозный иней — теперь она была готова сдерживать Зака и Моргана, чего бы ей это ни стоило.

Мари медленно поднялась на ноги. Вокруг неё начал закручиваться вихрь из мягкого лазурного света, который с каждой секундой становился всё ярче. Она полностью ушла в себя, шепча слова древнего очищения, пока мир вокруг неё рушился.

Бриджи тем временем действовала решительно. Напитав мышцы магической силой, она подхватила исполинский древесный ствол, словно легкую трость, и с яростным криком обрушила его на Зака и Моргана.

Парни в последний момент разошлись в стороны, и дерево с грохотом вмялось в каменный пол, выбив фонтан искр.

— Эй, вы! Сюда смотрите! — Бриджи не давала им опомниться. Она подхватывала обломки колонн и тяжелые вазоны, швыряя их один за другим с невероятной силой.

Зак и Морган, чьи движения всё еще напоминали дерганые жесты марионеток, послушно переключили внимание на неё.

Они следовали за ней по пятам, уклоняясь от летящих глыб и выстреливая в ответ огненными зарядами.

Бриджи ловко маневрировала между поваленными деревьями, используя их как временные щиты.

Савен выждал идеальный момент, когда парни оказались на одной линии. Его глаза вспыхнули золотом. Он резко вскинул обе руки, и воздух вокруг Зака и Моргана будто превратился в застывший бетон.

Телекинез Савена сковал их мгновенно.

Парни замерли в неестественных позах: Зак с занесенным кулаком, Морган — с начатым заклинанием льда на губах.

Савен перехватил контроль над каждым их мускулом, каждой связкой, не давая пошевелить даже пальцем.

— Мари, давай! Сейчас! — прохрипел Савен. Удерживать сопротивляющуюся магическую энергию двоих сильных бойцов стоило ему колоссальных усилий.

Ослепительная голубая вспышка затопила оранжерею.

Когда сияние угасло, Зак и Морган пошатнулись и синхронно выдохнули, словно из их легких выбили весь воздух.

Пелена гипноза спала с их глаз, оставив лишь пустоту и легкую дезориентацию.

Мари тяжело опустила руки, её собственная аура медленно затухала.

— Ох... Моя голова... — Зак прижал ладонь к виску, озираясь по сторонам. — Что случилось? Почему мы в этой разваленной оранжерее? Тут как будто стадо слонов пробежало.

— Странно! — Морган нахмурился, задумчиво приставив указательный палец к подбородку. — Последнее, что я помню — как та девушка в капюшоне что-то говорила нам... А потом провал.

Бриджи, тяжело дыша и отряхивая одежду от древесной щепы, подошла к ним вплотную.

— Вы серьезно ничего не помните? Совсем?

— А что? Что-то произошло важное? — Зак недоуменно переглянулся с Морганом.

Мари, видя их искреннее замешательство, не выдержала и коротко рассмеялась, хотя в её смехе слышалось облегчение.

— Да нет, сущие пустяки. Просто вы нас чуть не убили, а Савен, как обычно, вытащил всех с того света!

Только в этот момент девушки осознали, что в разрушенном зале стало подозрительно тихо.

Золотистое свечение, которое сопровождало каждое движение их лидера, исчезло.

— Кстати... а где Савен? — Мари завертела головой, ища глазами знакомый силуэт среди поваленных деревьев.

Бриджи печально опустила голову, глядя на разбитый купол, сквозь который лился холодный лунный свет.

— Исчез... — тихо промолвила она. — Опять.

— Ну, в этом весь он, — Зак попытался улыбнуться, хотя всё еще выглядел бледным. — Наш герой всегда уходит по-английски, не дожидаясь благодарностей и прощаний.

Они стояли посреди руин оранжереи — четверо друзей, снова вместе, но каждый из них чувствовал, что эта победа была лишь временной передышкой. Савен ушел один в ночь, неся на плечах груз тайн своего прошлого.

***

Логово Атомоса тонуло в густой, противоестественной тишине, которую нарушал лишь тихий шелест платья Эшли. Она приблизилась к массивному трону, на котором в непроницаемой тени восседал господин.

— Вот... ваша карта, — почти шепотом произнесла девушка, протягивая свиток. Ее голос дрожал от смеси благоговения и усталости.

Передав реликвию, Эшли покорно опустилась на корточки у подножия трона. Она затаила дыхание, ожидая хотя бы краткого слова похвалы, мимолетного жеста одобрения за то, что ей удалось перехитрить самого Савена.

— Идиотка! — рык мужчины разорвал тишину, как удар грома. — Это подделка!

Свернутый пергамент с силой ударил Эшли в лицо, оцарапав кожу, и откатился в сторону.

— Я глубоко в тебе разочарован!

Тень пришла в движение.

Атомос поднялся с трона, и в ту же секунду зал заполнила удушающая черная аура.

Это была концентрированная ненависть, физически ощутимая злость, от которой воздух стал горьким.

Эшли сковал первобытный, парализующий ужас. Ее тело забилось в мелкой дрожи; она не смела поднять глаз, не смела даже вздохнуть, чувствуя, как господин медленно приближается к ней.

— Пожалуйста... не убивайте! — взмолилась она, заходясь в рыданиях. — Я всё исправлю! Дайте мне второй шанс... прошу!

Каждый его шаг отдавался в ее сознании погребальным звоном.

Эшли зажмурилась, прощаясь с жизнью и надеясь лишь на то, что смерть будет быстрой.

Она чувствовала его присутствие совсем рядом — холодное и беспощадное.

Но внезапно тяжесть ауры исчезла. Давление спало так резко, что девушка едва не ткнулась лицом в пол.

— Хорошо, — раздался над ней спокойный, почти безразличный голос. — Я дам тебе второй шанс.

Оцепенение спало, мышцы снова повиновались ей, но сердце продолжало бешено колотиться о ребра.

Эшли попыталась сделать вдох, чтобы поблагодарить его, но Атомос не дал ей опомниться.

— Ты еще здесь?! — рявкнул он так, что стены вздрогнули. — Пошла прочь с глаз моих! И без настоящей карты не возвращайся!

Эшли вылетела из тронного зала, задыхаясь, словно из легких выкачали весь воздух.

Оказавшись на широком каменном балконе, она судорожно вцепилась в холодные перила.

Перед глазами всё еще плыли багровые пятна, а пальцы продолжали мелко дрожать, выбивая дробь по камню.

Она опустила голову, глядя в бездонную пропасть под замком, и горячие слезы унижения и ужаса капали вниз, растворяясь в темноте.

Никогда — ни в битвах, ни в моменты предательства — ей не было так страшно. Аура Атомоса выжгла в её душе клеймо покорности.

Тишину ночи разрезала тягучая, пугающая мелодия. Звуки за спиной Эшли сплетались в причудливый узор, пробирающий до костей. Это был Элемент.

— В благоволении великом пребывал Наш господин, чей трон во тьме сокрыт. Его гнев правый нас не покарал, хоть воздух ядом ярости прошит. Лишь тень улыбки скорбной на устах — и жизнь твоя продлилась на мгновенье. Счастливчик тот, кто выжил в тех дверях, приняв отсрочку, а не погребенье.

Мушу, сидевший на перилах, нервно дернул хвостом и ответил в своей манере, чеканя рифмы, полные ядовитого беспокойства:

— В добром, скажешь? Ну ты загнул! Я чуть со страху в узел не заснул! Его аура жала, как стая ос, я чуял кожей этот дикий мороз! Сидел в другом крыле, забившись в угол, И хвост мой дыбом встал — я был напуган! Представь, что сталось бы, будь он не в духе?

— От нее остались бы одни лишь кости, мухи! — Элемент посмотрел на вздрагивающие плечи девушки. — Помнишь Вурдалака? Господин не любит повторяться, но методы у него проверенные.

Эшли вздрогнула от этих слов, и её охватил новый приступ озноба. Она поняла: второго шанса действительно не будет. Либо она принесет Савена и карту, либо её крики станут новой «мелодией» для Элемента.

Слова Элемента стали последней каплей. Эшли, чья психика и так была на грани после встречи с Атомосом, не выдержала. Она закрыла лицо руками и зарыдала в голос — навзрыд, горько и беспомощно, как маленький ребенок, у которого в одночасье отобрали всё самое дорогое.

Мушу, несмотря на свою натуру, не выдержал этого зрелища. Он резко обернулся к Элементу, сверкнув глазами:

— Заткнись, мудрец! Ты палку перегнул! Ей несладко пришлось — ты б в штаны надул!

Он мягко, почти по-отечески, приобнял всклипывающую Эшли за плечи, стараясь увести её подальше от зловещей музыки.

— Пошли, дорогая, слезы утри, обиду и страх ты в себе не вари. Я чаем из трав тебя угощу, в порядок придешь — я тебя отпущу. Он нервы подлечит, вернет тебе сон, пойдем-ка отсюда, где скрипка и звон.

Эшли, шмыгая носом, послушно побрела за ним, опираясь на плечо Мушу.

Когда их шаги затихли в глубине коридора, на балконе воцарилась тишина, прерываемая лишь свистом ветра.

Лицо Элемента оставалось маской холодного безразличия, но в мыслях промелькнула ядовитая ирония:

«И сии мужи — соратники мои? Рыдающая дева и повеса, что чаем лечит раны и бои? О, жалкая и глупая завеса! Один — бабник лихой, другая — лишь плакса. С такой командой в бездну путь открыт. На нашем деле — жирная лишь клякса, и каждый в нем — позором знаменит!»

Он развернулся и ушёл, извлекая резкую, диссонирующую ноту, улетающую в ночное небо Утопии.

***

Эшли сидела за небольшим деревянным столом, обхватив пустую кружку тонкими пальцами. Размытые голубые тени темными полосами пересекали её щеки, смешиваясь со следами слез, но даже это скорбное «грим-маскарад» не могло скрыть её пугающей, болезненной красоты.

— Спасибо, Мушу... — тихо проговорила она, и в её голосе наконец-то перестала звучать дрожь. — Твой отвар действительно сотворил чудо.

Мушу, прислонившись к косяку, довольно сощурился:

— Рад стараться, крошка, я в травах мастак! Твой разум очистил этот целебный пустяк. Теперь ты спокойна, как гладь озерца, Хоть страх и оставил на коже рубца.

Эшли задумчиво посмотрела на дно кружки, теребя ручку.

— Мушу... А почему ты служишь Атомосу? Что держит тебя здесь, в этой тьме?

— О, это старая песня, долг чести и крови, — ответил он, внезапно посерьезнев. — Я служил еще его отцу. Тот тоже был крут и на расправу скор, но слуг не кромсал за малейший затор. Это семейное бремя, понимаешь? А ты? Всё еще ищешь мести за мать и отца?

Эшли густо покраснела, и её пальцы так сильно сжали фаянс, что послышался тонкий треск.

— Не только из-за этого... — прошептала она, опуская глаза. — Я люблю его!

У Мушу от такой новости едва челюсть не отпала. Он застыл, хлопая глазами, и лишь спустя долгую паузу, заикаясь от шока, выдавил:

— А я... т-т-теб-бе... с-с-соч-ч-чувствую-ю!!!

— Но он ведь пощадил меня! — наивно, почти с детской надеждой воскликнула Эшли, вскинув голову. — Ты же сам сказал — он не прощает провалов. Значит... значит, я ему небезразлична! Значит, в его сердце есть место для меня!

У Мушу нервно задергался левый глаз. Даже будучи монстром, повидавшим немало ужасов, он не мог постичь, как можно испытывать чувства к воплощению хаоса, которое только что едва не содрало с тебя кожу.

В паре метров от них, прижавшись спиной к холодной стене, стоял Савен. Его тело было скрыто плотной завесой невидимости, но сердце билось так громко, что ему казалось — его слышит весь замок.

Слова Эшли о любви к Атомосу обожгли его сильнее, чем адское пламя. Он пришел сюда, рискуя жизнью, чтобы, возможно, найти способ спасти её, оправдать её предательство... а услышал признание в верности своему палачу.

Савен закрыл глаза, чувствуя, как внутри него что-то окончательно превращается в пепел.

«Любишь его?» — безмолвный вопрос повис в воздухе. Он вспомнил их поцелуй у озера и понял: той Эшли больше нет. Есть только эта тень, влюбленная в своего мучителя

Глава 10

— Ну, блин! Савен что, не мог нарисовать этот план поподробнее? — Зак в сердцах тряхнул пергаментом, едва не порвав его. — Черт, да где эта чертова готическая комната? Мы уже десятый круг нарезаем мимо этих проклятых железяк!

Он в очередной раз сердито ткнул пальцем в сторону жутких черных доспехов, застывших в углу, словно безмолвные стражи.

— Ш-ш-ш! — Бриджи среагировала мгновенно. Она налетела на Зака, зажала ему рот ладонью и силой оттащила за ближайший выступ стены. — Хочешь, чтобы нас услышал весь замок?

Зак сердито выпутался, убрал её руку и, осторожно высунув нос за угол, замер. В паре метров от них стоял зомби. Тварь застыла в нелепой позе: Морган, не теряя ни секунды, превратил мертвеца в ледяную статую еще до того, как Зак успел осознать угрозу.

— Морган, ну ты даешь! — шепотом возмутился Зак, всплеснув руками. — Вечно ты лезешь со своей магией, даже подраться не даешь!

— Нельзя оставлять его так, — холодно отозвалась Бриджи.

Она подошла к замерзшему монстру и коротко, с оттяжкой, ударила его ногой в грудь. Раздался звонкий хруст, и зомби разлетелся на тысячи сверкающих осколков, словно разбитая витрина.

— Ничего себе... — Зак невольно разинул рот, глядя на ледяную крошку у своих ног.

Мари стояла чуть поодаль, прижимая руки к груди. Она смотрела на уверенные движения Бриджи, на молчаливую эффективность Моргана и даже на безрассудную отвагу Зака. Внутри неё снова шевельнулось ядовитое чувство неполноценности.

«Они все такие крутые... — тоскливо подумала она. — Один морозит взглядом, другая крушит камни, третий лезет в самое пекло. А я? По сравнению с ними я просто... обуза».

Она еще не понимала, что именно её свет — единственное, что не дало парням окончательно потерять себя в оранжерее.

Мари не успела додумать горькую мысль — её вырвал из оцепенения оклик Зака.

— Мари, не отставай! Живее, а то потеряешься в этих кишках замка!

— Да, иду! — робко отозвалась она, ускоряя шаг и стараясь не смотреть на пляшущие тени на стенах.

Они пробегали мимо очередного мрачного перекрестка, когда боковое зрение Мари уловило нечто иное. Это не был очередной бесконечный коридор. Она замерла как вкопанная.

— Эй... ребята! Сюда! — позвала она друзей.

Вся команда сгрудилась перед дверью, которая превосходила размерами всё, что они видели до этого. Тяжелое черное дерево было сплошь покрыто искусной и жуткой резьбой: демоны с оскаленными пастями пировали на костях грешников, а пламя ада, казалось, вот-вот обожжет смотрящего.

— М-да, видать, у дизайнера этого места было очень тяжелое детство, — Зак присвистнул, потирая плечи. — Глядя на это, даже у моих мурашек мурашки в панике разбегаются!

Он ухватился за массивное кольцо. Дверь поддалась с таким натужным, утробным скрипом, что звук больше напоминал рычание голодного зверя.

Герои невольно отпрянули, чувствуя, как по спинам пробежал ледяной холод.

— У меня аж зубы сводит от этого скрежета... — прошептала Мари, закрывая уши ладонями.

Но то, что открылось им внутри, заставило их забыть о скрипе. Комната была пропитана запахом старой крови и тлена. Повсюду, словно жуткие трофеи, высились пирамиды из человеческих черепов. На стенах висели хитроумные пыточные устройства, покрытые ржавчиной и бурыми пятнами, а с потолка на тонких нитях паутины спускались огромные полотна с изображением Люцифера. Взгляд падшего ангела на картинах был настолько живым, что казалось, он следит за каждым их шагом.

— Похоже, мы нашли «святая святых» Атомоса, — Морган медленно поднял руку, создавая ледяной клинок. — Или его обеденный зал.

Комната пыток словно дышала концентрированным безумием Атомоса. Каждый предмет здесь был пропитан предсмертными хрипами жертв.

— О боже... какой ужас! — голос Мари сорвался на всхлип. Она прижала ладони к лицу, пытаясь отгородиться от вида ритуальных ножей и картин, на которых человеческая плоть превращалась в кровавое месиво.

— Этот парень не просто больной, он законченный психопат! — выкрикнул Зак, брезгливо отпихивая ногой кандалы, валявшиеся на полу. — Смотрите на этот «инвентарь»... это же чистый ад!

Внезапно из-за массивной ширмы, расшитой сценами мучений, раздался пронзительный крик Мари.

Друзья бросились к ней и замерли, как вкопанные. На стене, растянутый на железных крюках, висел распятый труп. С бедолаги заживо содрали кожу, обнажив багровые мышцы и сухожилия — жуткое воплощение слов Элемента о судьбе Вурдалака.

— Он и правда псих... — выдохнул Зак, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

— А вот и он, — Морган, сохраняя ледяное спокойствие, указал на рукоять, торчащую прямо из грудной клетки мертвеца. — Тот самый клинок.

Серебристый двуручный меч, инкрустированный переливающимися камнями, был вогнан под самое ребро, словно последняя точка в чудовищной казни.

Зак, пересилив отвращение, ухватился за эфес и с силой потянул его на себя. Металл вышел с влажным всхлипом.

— Так вот ты какой... — пробормотал Зак, взвешивая в руке великолепное и одновременно зловещее оружие.

Но едва сталь покинула плоть, «экспонат» на стене пришел в движение.

Безглазый череп дернулся, и обрубок челюсти издал утробный хрип.

Распятый мертвец сорвался с крюков и, размахивая ножами, которые всё еще торчали из его запястий, кинулся на Зака.

— Назад! — рявкнул Морган.

Зак едва успел отпрянуть, когда мимо его горла свистнуло ржавое лезвие. В ту же секунду Морган вскинул руку, выпуская ослепительный огненный шар.

Снаряд с хрустом врезался в грудь монстра, выжигая в ней огромную сквозную дыру.

Обезглавленное пламенем тело мешком рухнуло на каменный пол, дернулось и окончательно затихло.

— Похоже, ты спек его потроха! — выдохнул Зак, осторожно пиная неподвижное тело носком сапога.

Но ликование было недолгим. Труп дернулся, испуская из пустой глазницы струю черного пара, и издал душераздирающее рычание, от которого задрожали пыточные инструменты на стенах.

Прямо на глазах у изумленных героев сквозная дыра в груди начала затягиваться, срастаясь мясом и жилами, пока кожа не стала идеально гладкой, не оставив и следа от огня Моргана.

— Назад! — скомандовал Морган, выставляя руку вперед.

Мертвец метнулся в атаку с невероятной скоростью.

Зак едва успел вскинуть новый серебристый меч, парируя удар ржавого ножа.

Раздался звон стали о сталь.

Пользуясь моментом, Морган выпустил волну арктического холода, мгновенно превращая Вурдалака в ледяную статую.

Бриджи, не теряя ни секунды, с разворота впечатала подошву в лед.

Раздался оглушительный треск, и монстр разлетелся на тысячи мелких осколков, усеяв пол прозрачной крошкой.

— Фух... Это было даже слишком легко! — Зак облегченно вытер пот со лба и опустил меч.

Но радость сменилась ужасом. Мельчайшие осколки льда на полу зашевелились, словно живые. Они начали стремительно сползаться в одну точку, срастаясь и принимая форму человеческого тела.

Через секунду перед ними снова стоял распятый мертвец, целый и невредимый.

— О, нет... Да ты издеваешься! — Зак потихоньку начал пятиться к выходу, крепче сжимая рукоять меча.

— Идеи есть? — голос Мари дрожал. — Он восстанавливается быстрее, чем мы его ломаем!

— Значит, будем ломать его снова и снова, пока не нащупаем слабое место! — прорычал Зак, перехватывая меч поудобнее. — В атаку!

Битва в пыточной превратилась в кровавый танец, где цена ошибки была слишком велика.

Зак и Вурдалак сошлись в клинче: звон серебристого меча о ржавые ножи эхом разлетался под сводами зала.

Зак двигался как истинный мастер, его выпады были молниеносны.

После серии виртуозных парирований он улучил момент и точным взмахом отсек мертвецу руку. Но монстр, лишенный боли, не замедлил темп.

В ту же секунду его нож вонзился Заку в плечо, распоров ткань и плоть.

Группируясь в воздухе, Вурдалак уклонился от лезвия, нацеленного в его череп, и массой своего гнилого тела повалил юношу на каменный пол.

Мари, не теряя концентрации, вскинула ладони. Лазурный свет окутал плечо Зака, мгновенно затягивая рану.

Морган в ту же секунду выпустил из кончиков пальцев ветвистую молнию. Разряд испепелил монстра, превратив его в обугленный остов.

Когда пепел снова начал обретать форму, Морган заметил важную деталь: тело Вурдалака восстановилось почти полностью, кроме руки, отрубленной магическим клинком.

— Зак! Этот меч — ключ! — выкрикнул он. — Раны от него не заживают. Бей только им!

Услышав это, Зак с новой силой бросился в атаку.

После нескольких обманных маневров он сократил дистанцию и в упор разрядил в монстра огненный шар.

Тело врага разорвало на куски, и пока ошметки плоти пытались сползтись воедино, герои нанесли решающий удар.

Морган мгновенно сковал шевелящуюся массу в глыбу сверхпрочного льда.

Зак занес двуручный меч и одним сокрушительным ударом разрубил ледяной монолит вместе с замороженным врагом пополам.

На этот раз магия меча сделала свое дело. Вместо регенерации останки мертвеца вспыхнули и испарились, оставив на полу лишь темную лужу крови.

— Вот это я понимаю — пушка! — радостно воскликнул Зак, с восторгом рассматривая сияющий клинок. — С такой игрушкой мы Атомоса на лоскуты порежем!

— Не знаю, — задумчиво протянул Морган, провожая взглядом искры, бегущие по лезвию клинка. — Но попробовать стоит. Если этот металл блокирует регенерацию слуг Атомоса, это наш единственный шанс пробить его защиту.

— Ладно, довольно кислых мин! — Зак поудобнее перехватил тяжелую рукоять и победно вскинул меч. — Идем дальше! Следующая остановка — самый верх башни!

Он сорвался с места, ведомый азартом и новой силой, исходящей от оружия. Его шаги гулко отдавались в пустых коридорах.

Остальные переглянулись.

Бриджи молча кивнула Мари, ободряюще коснувшись её плеча, и они двинулись следом.

Морган шел последним, не спуская глаз со спины Зака. Его не покидало странное предчувствие: меч, найденный в теле распятого узника, мог быть не просто подарком судьбы, а приманкой, ведущей их прямиком в логово врага.

Они начали подъем по винтовой лестнице, ступени которой уходили в непроглядную высь, к самому пику черного замка, где небо Утопии вечно разрывали безмолвные молнии.

— О боже… Да сколько еще этих дурацких ступенек? — прохрипел Зак. Он уже не шел, а переставлял ноги короткими рывками, опираясь на тяжелый серебристый меч, как на костыль. — У меня ноги сейчас отвалятся!

— Не ной! — отозвалась Бриджи, хотя её собственное лицо было пунцовым, а шаг — тяжелым, как у каменного голема. — Будь мужиком, Зак! Или ты хочешь, чтобы я тебя на закорках донесла?

До заветной площадки на самом верху оставалось всего несколько пролетов, когда воздух над их головами внезапно задрожал и наполнился едким запахом падали.

Из теней под сводами башни, хлопая кожистыми крыльями, вынырнули чудовища. Это были полуженщины-полуптицы с обвисшей серой кожей, обнаженными телами и жуткими лицами, на которых застыл оскал вечного голода. Вместо ступней у них были мощные лапы грифа с загнутыми, острыми как бритвы когтями.

— Это еще что за «ангелы» недоделанные? — Зак замер, задрав голову и инстинктивно вжимаясь в стену.

— Это гарпии, — ответил Морган, мгновенно принимая боевую стойку. Его голос звучал сухо и академично, несмотря на усталость. — Древние падальщики, подчиненные воле Атомоса.

— Да их же не существует! Сказки всё это! — Зак нервно усмехнулся, поудобнее перехватывая рукоять магического меча. — Хотя, в этом замке я уже ничему не удивляюсь. Ну что, куры общипанные, кто первый под нож?

Гарпии ответили на его вызов противным, ультразвуковым визгом, от которого заложило уши, и начали пикировать на узкую лестницу, готовясь вспороть героям животы своими когтями.

Глава 11

Бриджи рванулась в атаку. Она вложила всю массу в удар, но гарпия увернулась и, мазнув крылом, зашла со спины.

Острые, как бритвы, когти уже летели в затылок, но девушка в последнее мгновение развернулась. Короткий выпад, хруст челюсти — и тварь отлетела назад, пробив собой бетонную стену. Из облака пыли и крошева гарпия уже не поднялась.

— Вот это мощь! — выдохнул Зак, отбиваясь от наседающей стаи.

— На помощь! — отчаянный крик Мари заставил всех вздрогнуть.

Одна из тварей вцепилась в девушку и тащила её прочь.

Морган вскинул руки, посылая вслед похитительнице каскад огненных шаров. Гарпия искусно маневрировала: она нырнула под лестницу, уходя от снарядов, и скрылась из виду, унося добычу вглубь здания.

— Я за ней! — крикнул Зак и бросился в пролет.

Бриджи и Морган дернулись следом, но путь им преградила стена из хлопающих крыльев и оскаленных морд. Остальные чудовища перешли в наступление.

***

Гарпия метнулась за угол, в тупик, но реальность дрогнула: бетонная стена бесшумно отъехала в сторону. Тварь влетела в проход и оказалась в ином измерении. Здесь небо дышало фиолетовым светом двух гигантских лун, озаряющих безжизненные скалы мертвой планеты. На вершине ближайшего утеса чернело огромное гнездо. В нем копошились существа, лишь отдаленно напоминающие людей: голые, птицеподобные создания с вечно голодными клювами.

Мари кричала, извиваясь в когтях, но хватка матери-гарпии была железной. Тварь зависла над гнездом и разжала лапы, отправляя добычу на растерзание выводку. Но в ту же секунду из тени скал вырос Зак. В два взмаха он снес головы жадным птенцам и подхватил Мари на лету, словно принцессу.

Яростный вопль матери-гарпии сотряс воздух. Она с такой силой ударила когтями по камню, что скала под героями треснула и обвалилась, увлекая их в бездну.

Они пришли в себя в липкой, абсолютной темноте подземелья.

— Зак, ты здесь? — голос Мари дрожал, она слепо шарила руками по холодной стене.

Зак выхватил фонарь, но стоило лучу прорезать мрак, как на него из тени бросился зомби.

Труп повалил парня на пол, клацая гнилыми зубами у самого лица.

Зак не растерялся: упершись ногой в солнечное сплетение мертвеца, он мощным рывком перебросил его через себя. Не давая врагу подняться, он нанес сокрушительный удар с разворота — голова зомби с глухим стуком отлетела в сторону.

Парень рывком поднялся и нашел фонарем испуганную Мари. Он крепко сжал её ладонь.

— Где мы? — прошептала она.

Под её ногой что-то сухо хрустнуло. Луч фонаря скользнул вниз, выхватив из темноты бесконечный ковер из человеческих черепов.

Мари вскрикнула и прижалась к Заку, содрогаясь от рыданий. Он осторожно обнял её, гладя по волосам и пытаясь унять её дрожь, хотя сам понимал: они в самом сердце кошмара.

— Не бойся, я в обиду тебя не дам. Главное — держись за меня, — Зак сжал её ладонь крепче, увлекая за собой вглубь костяного лабиринта.

— Зак... скажи, я бесполезна? — Мари нахмурилась, глядя себе под ноги. Голос её дрожал от подступивших слёз.

— О чем ты? — парень обернулся, не скрывая удивления.

— Ну, вы все такие... невероятные. Бриджи — профессиональный боец, вы с Морганом — сильнейшие маги. А я? По сравнению с вами я просто обуза. Беспомощная девчонка, которую вечно надо спасать!

Зак резко остановился и развернул её к себе.

— Глупости не говори. Ты — сердце нашей команды. Твоя светлая магия вытаскивала нас с того света столько раз, что не сосчитать. Если бы не ты, Морган давно бы догорел, да и я тоже. Слышишь? Ты нам нужна.

Мари подняла на него глаза, и на губах её впервые за всё время промелькнула слабая улыбка.

— Спасибо, Зак.

В этот момент луч фонарика вздрогнул. Свет стал тусклым, мертвенно-желтым, а затем, после пары коротких вспышек, подземелье снова погрузилось в абсолютный мрак.

— Черт! Только не сейчас! — Зак яростно затряс фонарь, но тот окончательно сдох.

— И что теперь? — прошептала Мари в темноте.

— Кажется, у меня есть идея получше, — в голосе Зака послышалась уверенность.

Он отбросил бесполезный пластик в сторону. Парень сосредоточился, и через секунду по его левой кисти побежали рыжие искры. Вспышка — и рука до локтя объялась ярким, ровным пламенем. Огонь жадно облизывал пальцы, не причиняя боли, и залил пещеру теплым янтарным светом. Правой рукой Зак снова поймал ладонь Мари.

— Идем. Теперь нам никакой фонарь не нужен.

***

Наверху бой подошел к концу. Последняя гарпия рухнула к ногам героев.

— Готовы! — Бриджи победно вскинула кулак, тяжело дыша и попирая подошвой тушу поверженного чудовища. — Теперь живо искать Зака и Мари, пока их не сожрали!

— Попридержи коней, — Морган опустил руки, с которых еще осыпались искры магического пламени. — Я уверен, с ними всё в порядке. Нам нужно идти прямиком к тронному залу. Бьюсь об заклад, они уже пробираются туда.

— Ты серьезно? — Бриджи скептически прищурилась. — А если на нас выскочит то ядовитое Растение? Или, чего доброго, этот Небоскреб с вечно угрюмой миной? Это тебе не перья из гарпий щипать, там всё серьезно!

— Рано или поздно нам всё равно придется с ними схлестнуться, — отрезал Морган, и в его глазах блеснула сталь. — После изнурительных тренировок с Савеном мы стали в разы сильнее. В этот раз мы их разнесем, вот увидишь.

— Ну ладно, убедил, — нехотя буркнула Бриджи, поправляя экипировку. — Но если нас завалят обломками этого бетонного ворчуна — я тебя первым из-под них не вытащу!

Некоторое время спустя Бриджи и Морган добрались до исполинского тронного зала. Высокие окна пропускали лишь скудный, пепельный свет, который дробился о мраморный пол. Колонны уходили в такую высь, что потолок казался ночным небом. В самом центре, на возвышении, застыл трон, инкрустированный серебром в форме оскаленных черепов.

Обойдя трон справа, напарники замерли перед массивным книжным стеллажом.

— Вот она, та самая полка, о которой твердил Савен! — воскликнула Бриджи, но её радость быстро сменилась досадой. — Черт, здесь кодовый замок.

— Попробуй три шестерки, — бросил Морган, даже не задумываясь.

Девушка ввела цифры, и механизм сработал: скрытая дверь в стене с тихим щелчком приоткрылась.

— Как ты догадался? — Бриджи уставилась на него с недоумением.

— Ну, Атомос — сын владыки преисподней, а его число известно каждому. Глядя на этот интерьер, ответ напрашивался сам собой, — пожал плечами Морган.

«То есть я, получается, тупее дурака?» — подумала Бриджи, обиженно надув щеки.

— Ладно, заходим! — Морган уже сделал шаг к проему.

— Куда спешим? Оставьте бег... — голос раздался откуда-то сверху, вязкий и ледяной.

Они синхронно задрали головы. Мушу висел на потолке, вцепившись в лепнину когтями, словно гигантская летучая мышь. Заметив их взгляды, он разжал пальцы, в воздухе перевернулся и мягко приземлился на обе ноги, не издав ни звука.

— Путь в чертог закрыт для вас, пробил ваш последний час, — прошипел он, сверкнув алыми глазами. — Но скажите, где друзья? Прятать их от глаз нельзя. Где тот лохматый ваш дурак и красотка? Сделал шаг — и в её объятьях я!

— Это еще почему ты назвал Мари красоткой?! — вспыхнула Бриджи, сжав кулаки.

В мгновение ока Мушу преодолел расстояние между ними. Его скорость была за гранью человеческих чувств: Бриджи не успела даже моргнуть, как он оказался вплотную, нагло коснувшись её груди.

Девушка замерла, осознав произошедшее лишь тогда, когда услышал над ухом его ехидный голос.

— А ты тоже ничего, пацанка! — пропел он, расплываясь в оскале и беспардонно изучая её фигуру.

Вскрикнув от ярости, Бриджи вложила всю силу в удар, но кулак рассек лишь воздух.

Мушу, сделав три молниеносных кувырка назад, издевательски захохотал. В его восприятии девушка двигалась медленно, словно во сне.

— Мазнула мимо, егоза! Не поймать тебе меня! — дразнил он, пританцовывая.

— Я тебе покажу «мимо»! — взревела Бриджи, бросаясь в лобовую атаку и обрушивая на врага град ударов.

— Ты в гневе — просто загляденье! — продолжал он глумиться, легко ныряя под её руки. — Но вот в груди... есть упущенье! Маловата, не находишь?

Это стало последней каплей. Лицо Бриджи побагровело. Всплеск адреналина дал ей невероятное ускорение — на долю секунды она сравнялась в скорости с монстром. Сокрушительный апперкот пришелся точно в челюсть Мушу. Тварь пулей отлетела назад, впечатавшись в кладку стены. Не давая ему опомниться, Бриджи рванула следом и вторым ударом пробила стену насквозь, погребая противника под обломками бетона.

«Пожалуй, я постою в сторонке, — меланхолично подумал Морган, наблюдая за этим безумием. — А то и мне кости пересчитает».

Однако триумф был недолгим. Обломки стены разлетелись в стороны. Мушу выпрямился, и из его спины, словно живые змеи, выстрелили стебли.

Прежде чем Бриджи успела отскочить, её туго спеленала лиана. Девушка дернулась, напрягая мышцы, но прочные волокна лишь сильнее впились в кожу.

— Врасплох застала, признаю. Но в эти путы я тебя вкую! — прошипел Мушу, сплевывая кровь. — Моя лоза прочнее стали, такой силёнок не видали.

Мушу с победным видом направился к беспомощной Бриджи, предвкушая расправу. Но воздух за его спиной внезапно раскалился.

Огненный шар, гудя как реактивный снаряд, летел точно в затылок монстру. Тот, проявив чудеса реакции, лишь слегка качнул корпусом — пламя пролетело мимо, не причинив вреда, и врезалось в колонну.

Мушу плавно развернулся, встречая нового противника ледяным взглядом.

На пороге стоял Зак, чья рука всё еще дымилась от заклинания.

Из-за того, что концентрация монстра сбилась, магические лианы, сковывавшие Бриджи, мгновенно опали и рассыпались пеплом.

Девушка, не теряя ни секунды, рванулась к своим.

— Вовремя вы, ребята! Я уже думала, этот сорняк меня до смерти заболтает! — выпалила Бриджи, вставая плечом к плечу с Заком и Мари.

— Ну, разве мы могли пропустить такое веселье? — Зак хищно усмехнулся, разминая плечи. Он сделал шаг вперед, и в его глазах отразилось пламя: — Готовься, недоделанный кактус. Твой звездный час окончен, пришло время идти на перегной!

Глава 12

— Ха-ха! Ну и потеха! — Мушу так зашелся смехом, что его тело задрожало. — Неужели вы думали, что толпа что-то изменит? Хоть сотню в бой ведите — вам не исправить этим ровным счетом ничего! — пропел он с издевкой.

— Ах ты! — взревел Зак, вскидывая руки. Из его ладоней сорвался ревущий сгусток пламени.

Мушу даже не разомкнул век. С закрытыми глазами он качнулся в сторону, и снаряд со свистом пролетел мимо, лишь опалив воздух.

— Опять одно и то же? Скука и тоска. Ваша магия — лишь замок из песка. В арсенале вашем только грусть и тлен — неужели не предложите других мне перемен?

— Рано радуешься! — выкрикнул Зак и резко взмахнул рукой.

В то же мгновение огненная сфера начала стремительно раздуваться. Она росла, пока не заполнила добрую половину тронного зала, обращая пышное убранство в пепел и угли. Но когда дым рассеялся, оказалось, что Мушу уже стоит за спинами героев, лениво потягиваясь.

— Как медлительны вы, как скучны ваши жесты,вам в этом бою не найти себе места!

— Ребята, вместе! — скомандовал Зак.

Морган призвал рой ледяных игл. Тысячи крохотных сосулек заполнили пространство — малейшее касание должно было мгновенно обратить цель в статую. Увернуться от такого ливня казалось невозможным, но для Мушу законы физики словно не существовали. Он двигался так плавно и быстро, что казалось, будто он стоит на месте, а вокруг него лишь множатся призрачные отражения.

В этот момент Бриджи швырнула в него обломок рухнувшей стены.

Мушу, не прекращая танца среди ледяных игл, перехватил камень гибким стеблем и с силой запустил его обратно.

Девушка едва успела пригнуться, чувствуя, как над головой пронеслось тяжелое крошево.

Зак решился на последний козырь: он сотворил колоссальный шар чистого огня, сияющий как миниатюрная звезда. На этот раз Мушу даже не шелохнулся. Пылающее солнце прошло сквозь него, словно сквозь туман, не оставив на теле врага ни единого ожога.

— Я пропущу сквозь плоть и магию, и сталь, вас побеждать мне даже капельку не жаль. Смотрите, смертные, как тщетен ваш запал — никто из вас в меня ни разу не попал!

Он картинно замер, позволяя осколкам магического льда Моргана пролетать сквозь свою грудь.

— Я не ушел от выпада сознательно и смело, чтоб осознали вы: всё это — бесполезно. Сквозь чары и сквозь стены проходит моё тело. Ваш жалкий путь окончен, и ждет вас только бездна!

Как только град атак стих, стебли Мушу, подобно тугим резиновым жгутам, за доли секунды хлестнули по героям. Все повалились с ног, кроме Мари.

Злодей медленно, смакуя каждый шаг, направился к девушке.

— А ты, душа моя, не ведай больше страха, ты станешь королевой, взойдя на трон из праха!

— Никогда! — выдохнула Мари, вскидывая руку для последнего удара.

Взмах руки Мари — и пространство зала содрогнулось. Из ниоткуда возник яростный водяной смерч, который с ревом затянул в себя опешившего монстра.

Мушу, еще секунду назад считавший себя неуязвимым призраком, оказался в ловушке центробежной силы.

Зак и Морган среагировали мгновенно. Соединив свои ладони, они направили в крутящуюся массу объединенный поток магического пламени.

Прозрачная вода вскипела, превращаясь в громадный столб перегретого пара. Раздалось шипение, и тело Мушу начало плавиться, теряя четкие контуры.

Когда туман наконец рассеялся, на опаленный пол рухнул бесформенный комок — враг выглядел так, будто его с ног до головы облили едкой кислотой.

Он попытался приподняться, дрожа от боли, и прохрипел, глядя на героев:

— Откуда в вас сила, откуда прогресс?Я думал, что вы — лишь массовка и стресс…Как быстро сменился комедии тон, и близок, похоже, финала канон!

Зак не удостоил его ответом. Молча, с тяжелым лязгом он обнажил меч, намереваясь одним ударом закончить эту историю.

Клинок уже взлетел над головой, но Мушу, собрав последние крохи сил, совершил невероятный прыжок. Он буквально впечатался в потолок, разбивая витражное стекло вдребезги, и исчез в ночном небе.

— Вот черт! — выругался Зак, опуская меч. — Ускользнул-таки, скользкий тип.

Он обернулся к Мари и искренне улыбнулся:

— О, это было круто! Какой мощный водоворот, я и не подозревал, что ты на такое способна!

Мари вспыхнула. От счастья и неожиданного комплимента она лишь беззвучно открывала рот, не в силах вымолвить ни слова.

Бриджи и Морган тут же окружили её, наперебой выражая восторг.

— Ты просто молодец! — воскликнула Бриджи, хлопая подругу по плечу. — Когда ты успела овладеть такой техникой? Это же высший пилотаж!

— Это... это всё заслуга Савена, — смущенно пробормотала Мари, пряча взгляд. — Он разглядел во мне предрасположенность к стихии воды и помог раскрыть этот потенциал.

— Это просто замечательно! — подытожил Морган, довольно кивая. — Теперь в нашей команде на одного боевого мага больше. Так держать, Мари!

Девушка окончательно засмущалась. Ей никогда в жизни не доводилось слышать столько добрых слов в свой адрес. В груди разлилось такое тепло, что от избытка чувств на глаза сами собой навернулись слезы — на этот раз слезы чистой радости.

— Эй, Мари, ну ты чего?! — Бриджи порывисто обняла подругу, прижимая её к себе и пытаясь унять дрожь в её плечах.

— Просто… я так рада! — Мари мило улыбнулась сквозь пелену слез, спешно вытирая щеки рукавом. — Это от счастья, правда.

— Вот еще, плакать она вздумала! Радоваться надо! — воскликнул Зак, с громким щелчком убирая меч в ножны. — Ты этого напыщенного болвана отправила в такой нокдаун, что любо-дорого смотреть! Но всё-таки… — он нахмурился, глядя на разбитый витраж, — одного я не пойму. Куда делась его хваленая регенерация? В прошлый раз этот гад восстановился буквально из ничего за пару секунд!

Морган подошел к месту, где еще недавно дымились останки врага, и задумчиво коснулся носком сапога застывшей склизкой массы.

— Всё дело в физике, — пояснил он, поправляя плащ. — Резкий перепад температур. Ледяная вода Мари и наш с тобой огонь создали эффект термического шока. Его «резиновое» тело просто не выдержало внутреннего давления пара и начало разрушаться на клеточном уровне. Думаю, теперь мы его увидим очень не скоро.

«Мой панцирь лопнул, дух померк и сжался. Признаться честно — я не ожидал... Хоть в этот раз я с вами не сражался, но вкус победы вашей — лишь финал!» — эхо его призрачного голоса, казалось, еще дрожало под сводами зала, но сам Мушу был уже далеко.

— Поделом ему, — хмыкнула Бриджи. — Теперь нам нужно найти Савена и рассказать о нашем триумфе.

***

Мушу едва тащился, буквально разваливаясь на ходу. Каждый его шаг оставлял на полу липкий изумрудный след — непонятная субстанция вытекала из рваных ран и оторванных частей его некогда гибкого тела. Навстречу ему, чеканя шаг, шел Элемент. Его появление, как и всегда, сопровождалось леденящей душу мелодией.

— О, зрите: гордость в рубищах ползет! Я вещал тебе, безумец: не заносись в слепой отваге, ибо за краем дерзости — лишь бездна и позор, — без тени эмоций произнес Элемент, глядя сверху вниз на то, что осталось от Мушу. — Уж лучше б смерть прибрала дух твой в честном споре, чем здесь, пред ликом Гнева, догнивать в бесславном горе!

— Пожалуйста… — Мушу всхлипнул, из его глаз, полных ужаса, потекли мутные слезы. — Не говори ему… не говори, что я облажался! Я исправлюсь, я всё верну!

— Тщетны мольбы! Сорви с надежды траурный венец. Сквозь хладный блеск магической сферы Господин взирал, как рушится величие твое. Твой стыд запечатлен в вечности, и нет теней, способных скрыть твой крах!

За спиной Мушу пространство на миг подернулось рябью, воздух стал тяжелым и вязким. Из ниоткуда возник высокий силуэт, окутанный живой, пульсирующей тьмой.

Мушу медленно, преодолевая сопротивление собственного коченеющего тела, начал поворачивать голову. В это мгновение вся его жизнь пронеслась перед глазами короткими вспышками. Он сам не понимал, откуда в его изломанном теле нашлось столько смелости, чтобы просто взглянуть в лицо своему страху.

Встретившись взглядом с Господином, Мушу рухнул в ноги к тени, забыв о боли и гордости.

— П-п… пожалуйста… пощадите! — взмолился он, захлебываясь рыданиями.

— Ты недостоин пощады! — Господин брезгливо отпихнул его ногой, словно шелудивого пса. — Ты еще пожалеешь, что не сдох там, в тронном зале. Я сделаю так, что ты сам будешь молить о смерти! Проси пощады, ползай в пыли,твои амбиции в бездну ушли.За слабость твою, за позор и за страх — я сам превращу твое тело в прах! — пророкотал голос Господина, эхом отражаясь от стен.

В ту же секунду зал вспыхнул адским огнем. Черное пламя охватило Мушу, и его предсмертный крик, полный нечеловеческой муки, огласил пустоту логова.

Глава 13

Герои миновали потайную комнату и спустились по длинной лестнице, ведущей вглубь подземелья. Внизу их встретила массивная дверь.

— За ней наш дом! — едва не плача, прошептал Зак. Он медленно шагнул вперед, протягивая руку к створке.

Парень уже готов был толкнуть дверь, но прямо перед его лицом вспыхнуло яростное пламя.

Зак едва успел отпрянуть.

Жар был настолько невыносимым, что воздух мгновенно стал сухим и колючим; кожа покраснела, дышать стало нечем, а сознание начало мутиться. Но так же внезапно огонь погас, когда за спинами героев раздался рокочущий мужской голос:

— Далеко собрались?!

Компания обернулась. Перед ними стоял мужчина лет тридцати, облаченный во всё черное. Его темные волосы были взлохмачены, напоминая формой рога. Он был по-своему красив, но эта красота отталкивала: в угольно-черных глазах застыла такая концентрация злобы, что казалось, он способен испепелить одним взглядом. Мрачный образ дополнял кожаный плащ в пол и отделка одежды: на рукавах и поясе скалились серебряные черепа. В руках незнакомец сжимал длинный посох с навершием в виде такого же черепа.

— О боже, еще один чудак! — усмехнулся Зак, бесцеремонно оглядев мужчину.

В силу природной ограниченности и зашкаливающего самомнения, Зак не почувствовал угрозы. Напротив, вид незнакомца его позабавил. Больше всего парня смешила «смазливость» противника — в его понимании настоящий мужчина не мог так выглядеть. Тот факт, что сам Зак обладал похожей внешностью, его ничуть не смущал.

Атомос счел усмешку оскорблением.

Короткий яростный взгляд — и тело Зака вспыхнуло.

Мари среагировала мгновенно: призванная потоком вода сбила пламя, не дав парню превратиться в пепел. Этот огонь был слабее того, что преградил путь у двери, но всё же успел обуглить кожу почти до костей.

Зак рухнул на пол, захлебываясь в крике.

Девушка тут же опустилась рядом, прижала ладони к тлеющим ранам, и её руки засияли холодным светом исцеляющей магии.

— Знай своё место, жалкий паразит! — прогремел мужчина, сверху вниз глядя на корчащуюся жертву. — Я — Атомос, и я не потерплю насмешек!

Морган и Бриджи похолодели. Одно это имя заставило их застыть на месте.

— Что, страшно? — в голосе Атомоса послышались издевательские нотки, перешедшие в леденящий душу смех.

«Что со мной? — Морган чувствовал, как конечности наливаются свинцом. — Тело не слушается, колени предательски дрожат...»

— Это... иллюзия? — едва выдавила Бриджи, пытаясь справиться с оцепенением.

— Бери выше. Это манипуляция истинным страхом, — Атомос осклабился в садистской улыбке. — У каждой твари в этом мире есть свои демоны в шкафу. И сейчас я вытащу их наружу. Это моя любимая пытка. Итак, с кого начнем? Хм... Пожалуй, с дамы.

Его взор сфокусировался на Бриджи, проникая в самые темные уголки её души.

— О, я вижу его... Твой главный кошмар. Твою сестру убили и обесчестили прямо у тебя на глазах. Ты годами изнуряла себя тренировками, лишь бы никогда больше не почувствовать себя такой беспомощной.

Бриджи захлестнула волна прошлого, которое она годами пыталась похоронить.

Перед глазами, стирая реальность, возникла та самая комната. Она снова была маленькой, забившейся в тесный, пахнущий пылью шкаф. Сквозь щель в дверце она видела, как отморозок измывается над её сестрой; слышала приглушенные всхлипы и отчаянное, бесполезное сопротивление.

Взрослая Бриджи кричала, умоляя видение прекратиться, но Атомос лишь довольно рассмеялся.

— Обожаю вкус чужих страданий! — прошипел он и перевел взгляд на Моргана. — Теперь ты. У тебя нет таких кровавых тайн, верно? Счастливое детство, любящие родители, верные друзья... Казалось бы, почва под ногами крепка как скала. Но именно в этом и кроется твой ужас. Ты до дрожи боишься потерять всё это в одно мгновение.

Атомос зловеще улыбнулся, смакуя хрупкость чужого благополучия. В этот момент за его спиной бесшумно соткался второй Морган. Клон бросился в атаку, но темный маг, даже не оборачиваясь, небрежно повел рукой. Копия замерла в воздухе, словно время для неё остановилось. Единственное, что мог делать двойник — беспомощно моргать.

— Впечатляет, — констатировал Атомос. — Создать клона, находясь под гнетом моих чар... Неплохо. Но не надейся, что меня можно взять такой дешевкой.

Щелчок пальцев — и клон с глухим ударом впечатался в стену, растворившись в облачке белесого дыма.

— На чем я остановился? Ах да. Морган, ты умрешь последним. Сначала ты посмотришь, как я прикончу твоих друзей — одного за другим. Это будет тебе уроком за попытку сопротивления.

С садистской ухмылкой Атомос медленно направился к рыдающей Бриджи.

Внезапно, словно соткавшись из теней, появился Савен. Он мертвой хваткой вцепился в запястье Атомоса.

— О, Савен... Неужели пришел убить меня? — лениво осведомился темный маг, оборачиваясь к пришельцу.

Сердце Моргана пропустило удар. Увидев учителя, он на мгновение ощутил дикий восторг — спасение было так близко! Но этот лучик надежды погас так же быстро, как и вспыхнул.

— Нет, мой господин, — Савен медленно опустился на одно колено, склонив голову. — Я пришел не за вашей жизнью. Я принес карту.

Он покорно протянул свиток Атомосу.

— Учитель... Вы? Нет, я не верю! — закричал Морган. Голос сорвался на хрип, а перед глазами всё поплыло от подступивших слез. Мир, который он знал, рушился быстрее, чем развеянный клон.

— Глупый мальчишка, — Савен коротко рассмеялся, даже не глядя на ученика. — Неужели ты и впрямь поверил в мою доброту? Мне нужно было втереться к вам в доверие, чтобы заполучить карту. Ты был лишь удобным инструментом.

— А ты коварен, брат мой, — Атомос довольно усмехнулся, принимая подношение.

Глава 14

Когда из уст Атомоса вылетело слово «брат», мир Моргана треснул. Лица друзей застыли в немом шоке, но юный маг видел перед собой только одно: Савена.

«Создатель школы „Архангел“. Сильнейший светлый маг. Мой учитель... Брат дьявола?»

Реальность поплыла, звуки стали глухими, будто Морган оказался под толщей воды. Он не чувствовал своего тела, разум заполнил лишь один образ — добрый взгляд наставника, который теперь казался искусной маской. Из оцепенения его вырвал приказ Атомоса:

— А теперь, брат мой, убей этих никчемных людишек!

Морган закрыл глаза, готовясь к мгновенной вспышке боли. Погибнуть от рук того, на кого молился и за кем шел в огонь — горькая, нелепая ирония. Он лишь беззвучно просил небо, чтобы всё закончилось быстро.

— Убить их сейчас? — Савен вдруг оскалился, и в этой улыбке не осталось ничего человеческого. — Слишком милосердно, господин. Я хочу, чтобы они прочувствовали каждое мгновение своего конца. Я хочу слышать, как их преданность захлебывается в криках.

Маг медленно опустился на колено перед Атомосом, склонив голову.

— Позволь мне забрать их в пыточную. Я покажу тебе, чему научился, притворяясь их «святым» учителем.

— О-о, а ты опаснее, чем кажешься! Ты нравишься мне всё больше, — дьявольски хохотнул Атомос, по-хозяйски потрепав брата по волосам.

— Я живу лишь ради твоей гордости, брат, — Савен поднял взгляд, в котором не было ни капли жалости. Резкий взмах руки — и сознание Моргана провалилось в вязкую тьму.

***

— Я до сих пор не верю... — выдохнул Морган, сползая по ледяной стене. Голос в тишине темницы казался чужим.

— А мне он сразу не понравился! Слишком гладкий, слишком странный! — Зак вцепился в решетку так, будто хотел вырвать её из камня.

В углу Мари баюкала Бриджи. Та, кто всегда шла в бой первой и смеялась в лицо опасности, теперь сжалась в комок. Она не просто плакала — она дрожала всем телом, словно Атомос выжег в её душе что-то важное.

— Как она? — тихо спросил Зак, не оборачиваясь.

— Сломана, — шепнула Мари. — Я никогда не видела её такой... беззащитной.

Зак с рыком развернулся и ударил кулаком в стену. По камню поползла красная струйка, но он даже не поморщился. Его трясло от ярости: этот ублюдок залез Бриджи в самую душу, превратив их «железную» подругу в тень. В этот момент Зак готов был рвать Атомоса зубами.

***

Савен вышел на балкон. Эшли стояла у перил, всматриваясь в горизонт — точь-в-точь как в те времена, когда они еще были вместе.

Услышав шаги, она обернулась.

— Значит, ты теперь с Атомосом?

— Да, — коротко бросил Савен, сокращая дистанцию.

«Тут что-то не так», — кольнула её догадка. Эшли резко отвернулась, пряча набегающие слезы.

— Если ты что-то затеваешь против господина — я убью тебя лично.

— Глупая... — его шепот обжег ей ухо. — Я сделал это только ради тебя.

Когда она обернулась, чтобы ответить, Савена уже не было. Вместо него под звуки неизменной музыки на балкон вплыл Элемент.

— Се — новая замена Мушу, — изрек он, его голос плыл над балконом, подобно тусклому эху забытой мелодии. Его лицо хранило печать ледяного покоя, не тронутого ни скорбью, ни радостью.

— В каком смысле? — Эшли нахмурилась.

— Увы, прелестная, ужель до слуха твоего не долетели вести? — он издал вздох, сухой, как шелест палой листвы. — Мушу оступился. Он не сумел исполнить волю господина, и гнев того пал на него тяжким бременем. Вина искуплена мученьем, коему не позавидует и грешник в самом сердце преисподней!

Не дослушав, Эшли сорвалась с места. Мгновение — и магия перенесла её в покои Атомоса. Знакомым жестом она качнула раму портрета Люцифера. Стена бесшумно поползла в сторону, открывая проход в тайную комнату.

Внутренние покои больше походили на филиал преисподней. Каменные купели до краев наполняла бурлящая лава, от которой по стенам плясали багровые тени. В одном из таких бассейнов, лениво откинувшись на край, замер Атомос. Золотистое сияние магмы подчеркивало рельеф его мощных плеч и безупречный торс — он был воплощением той пугающей красоты, которая всегда лишала Эшли воли. В иные минуты она бы отдала всё, чтобы коснуться этой кожи, но сейчас в её сердце жил только страх.

С каждым шагом воздух становился всё тяжелее. По лицу Эшли градом катился пот, но жар лавы был ничем по сравнению с ледяным взглядом, которым наградил её господин. Она пришла просить за Мушу, но слова застревали в пересохшем горле. Она знала: одно неверное движение — и она отправится вслед за ним.

Атомос заговорил первым, и в его голосе слышался рокот просыпающегося вулкана:

— В чем дело? Ты ворвалась в мои покои без стука. Разве ты забыла, что бывает, когда я теряю терпение? Ты ведь не хочешь этого, верно?

— Простите! — Эшли низко склонила голову, надеясь, что он не заметит, как дрожат её колени.

— Ну-ну, не дрожи так, я ведь еще не разозлился, — его голос внезапно стал мягким, почти ласковым, что пугало еще сильнее.

— Я насчет Мушу… — начала Эшли. Она заготовила целую речь в его защиту, но Атомос оборвал её на полуслове.

— А, этот неудачник? Я отправил его вариться в котле, — он усмехнулся так небрежно, словно речь шла о мусоре под ногами. На его губах заиграла садистская улыбка. — А что, хочешь составить ему компанию?

Эшли застыла, не в силах вздохнуть от ужаса.

— Да расслабься! Я просто шучу, — Атомос прикрыл глаза, широко раскинув руки по краям купели и вновь отдаваясь жару источника.

Эшли судорожно выдохнула и предприняла последнюю попытку:

— Господин, я думаю, это слишком жестоко…

В ту же секунду Атомос открыл глаза. Взгляд его был полон ярости.

— Думать здесь буду я. Твоя задача — беспрекословно исполнять приказы. Иначе я действительно разозлюсь. Ты ведь не хочешь узнать, что будет потом?

Девушка замерла, не смея поднять глаз. Тишина в комнате стала невыносимой.

— Я не слышу! Ты хочешь, чтобы это произошло?! — рявкнул он, и от его голоса по лаве пошла рябь.

— Нет! — выдохнула Эшли, едва сдерживая слезы.

— Вот и славно, — он снова улыбнулся, как ни в чем не бывало. — А теперь исчезни с глаз моих.

Эшли послушно попятилась к выходу, чувствуя, как слабеют ноги. Но уже у самого порога голос Атомоса настиг её:

— Мушу останется в живых. Он силен, а мне понадобятся верные псы, когда я захвачу этот мир.

Эшли выскочила из комнаты, и только в коридоре позволила себе облегченно вздохнуть. Мушу будет жить. В мыслях она благодарила господина за эту крупицу милосердия, не замечая, как крепко он держит её на поводке собственного страха.

Глава 15

Зак замер у решетки, лихорадочно прикидывая шансы. Прутья казались обычными, и в его голове созрел простой план: один точный огненный шар вынесет это препятствие к чертям собачьим.

Отступив на шаг, он резко выкинул руку вперед, концентрируя ярость в ладони. Он уже представлял, как вспыхнет пламя, но в воздухе не проскочило даже жалкой искры.

— Черт! Почему магия не слушается?

— Потому что здесь антимагический барьер, — глухо отозвался Морган. Он так и сидел у стены, глядя в пустоту, словно уже смирился с тем, что их история закончится здесь.

— Ладно, тогда возьмем грубой силой. Бриджи, ты как? Сдюжишь? — Зак обернулся к подруге.

— Я в норме. Смогу, — ответила она, решительно поднимаясь на ноги. В ее глазах снова зажегся привычный боевой азарт.

Разбежавшись, Бриджи вложила весь свой вес и мощь в сокрушительный удар. Но стоило кулаку коснуться металла, как вспыхнула невидимая волна силы, буквально впечатав девушку в противоположную стену.

— Бесполезно. Физически её тоже не взять, — всё так же ровно прокомментировал Морган.

— Раньше сказать не мог?! — прошипела Бриджи, с трудом вставая и хватаясь за поясницу, точно дряхлая бабка, которую внезапно скрутил радикулит.

— Тихо! Слышали? — Мари резко вскинула руку, призывая к молчанию.

Все замерли. Из соседнего помещения донесся надрывный, полный боли крик, за которым последовал тяжелый скрежет металла. Кто-то отпирал дверь той самой комнаты, откуда доносились стоны.

— Смотрите, здесь щель! — прошептал Зак, припадая к стене, где в старой кладке виднелся зазор.

Прильнув к щели, Зак увидел страшную картину. Мушу висел на цепях, беспомощно дрыгая ногами над котлом с бурлящей лавой. Его плоть плавилась и стекала вниз, словно воск с дешевой свечи.

Атомос стоял рядом, не сводя глаз с мученика, и на его лице блуждала садистская ухмылка — он упивался каждым вскриком.

Насладившись зрелищем сполна, дьявол едва заметным кивком разомкнул стальные оковы.

Мушу камнем рухнул в вязкое варево, но не успел скрыться в нем с головой: Атомос молниеносно вцепился ему в "волосы" и рывком вытащил наружу.

Несчастный не мог даже пошевелиться. Он рухнул на камни бесформенной массой, в которой едва угадывались черты живого существа.

— Встань, никчемный сорняк! — прорычал Атомос.

Мушу, превозмогая адскую боль, подчинился. Он медленно поднялся на расплавленные, дрожащие ноги.

— На сей раз я дарую тебе жизнь, — процедил Атомос, глядя на него сверху вниз. — Но если ты подведешь меня снова, котел покажется тебе раем. А теперь — за мной!

Едва Мушу, пошатываясь, пересек порог пыточной, его чудовищные ожоги затянулись на глазах.

— Понятно... — прошептал Морган, отстраняясь от стены. — Стоит нам выбраться за пределы барьера, и магия вернется.

— Постой, — нахмурился Зак. — Но ведь Атомос только что использовал телекинез! На него барьер не действует?

— Это его тюрьма, Зак. Он — хозяин этих цепей, — угрюмо пояснил Морган. — Нам нужно убираться отсюда немедленно, пока он не решил устроить нам такую же «прогулку» к котлу.

***

Мушу брел по коридору, тщетно пытаясь вытравить из памяти фантомную боль от лавы. Но стоило ему свернуть за угол, как на него вихрем налетела Эшли, сбив с ног. Она вцепилась в него, задыхаясь от слез и повторяя, как заведенная:

— Живой... Ты жив! Я так боялась, что он тебя убьет!

— Поверь, я тоже не в восторге от перспективы стать кучкой пепла, — прохрипел Мушу, пытаясь отстраниться. — Эшли, полегче! Кожа до сих пор горит, будто я всё еще в том чертовом котле.

Мушу поморщился и выдавил кривую усмешку:

— Поверь, и я в восторге диком, что не подох с предсмертным криком! — прохрипел он. — Но Эшли, ты меня не души — огонь еще в моей душе. Слезай скорей, не мучай тело, оно в котле изрядно подгорело!

— Ой, прости! — спохватилась она, поспешно выпуская его из объятий.

Мушу с трудом поднялся, отряхивая себя и морщась от каждого движения.

— Кстати... у нас пополнение, — Эшли понизила голос. — Савен теперь с нами. Он перешел на сторону Атомоса.

— Савен? Быть не может. Он бы никогда... — Мушу осекся, не веря своим ушам. — Да он же мирный, как котенок! — Мушу расхохотался, и в этом смехе слышался хруст углей. — Пацифист до самых пяток, в его душе полно заплаток. Чтоб он пришел под это знамя? Скорей в аду замерзнет пламя!

— Он просто понял, что бороться с господином — чистое самоубийство, — перебила его Эшли, стараясь звучать убедительно. — Он выбрал единственный верный путь. Я тоже когда-то была такой, — Эшли резко опустила голову, и её голос дрогнул. — Но это не помешало мне прикончить убийцу моих родителей.

На мгновение тень старой боли исказила её лицо, но она тут же тряхнула головой, натягивая привычную фальшивую улыбку, чтобы скрыть правду от друга.

***

Пока герои лихорадочно шептались, снаружи снова лязгнуло железо. На этот раз тяжелая дверь их камеры со стоном отворилась. На пороге возник безмолвный силуэт в черной рясе. Глубокий капюшон полностью скрывал лицо, превращая незнакомца в вестника смерти.

«Ну всё, отбегались», — уныло подумал Зак, невольно отступая вглубь тени.

Фигура молча приблизилась к решетке. Раздался щелчок замка, и прутья, которые Бриджи тщетно пыталась выбить, разошлись в стороны.

— Ох… спасибо, добрый человек! Но позвольте узнать, кто наш спаситель? — осторожно спросил Зак.

Незнакомец откинул капюшон. Перед ними стоял Савен. Шок на лицах ребят был такой силы, что в камере на мгновение повисла абсолютная тишина.

— Я ничего не понимаю… Ты же только что нас предал? — Морган первым обрел дар речи, окинув учителя подозрительным взглядом.

— Это был лишь блеф, — негромко ответил маг.

— Блеф! Ну конечно! — Зак тут же сменил испуг на хитрую ухмылку, выпятив грудь. — Видишь, Морган? А я что говорил! Савен — наш человек, я в нем ни на секунду не сомневался!

— Ты такого не говорил! — Морган возмущенно скрестил руки на груди. — Ты первый кричал, что он чудовище!

— Простите меня, — Савен виновато опустил глаза. — Мне пришлось войти в роль, иначе Атомос никогда бы не…

Договорить он не успел. Бриджи молча подошла вплотную и с размаху зарядила магу кулаком по макушке. У Савена перед глазами заплясали искры, а челюсти остальных ребят дружно отвислы до пола.

— В следующий раз так сильно в образ не входи, — процедила Бриджи, разминая кисть. — Мы уже мысленно тебя похоронили и прокляли до седьмого колена.

— Простите… я действительно виноват, — пробормотал Савен, потирая шишку и едва сдерживая стон боли.

Савен уверенно вел отряд по путанным коридорам подземелья. У самого выхода в жилую часть замка он резко замер и обернулся к ребятам.

— Дальше вы сами, — прошептал он, вглядываясь в тени. — Нам нужно расстаться.

— Что, опять?! — Зак едва не взвыл от возмущения. — Ты издеваешься? Только вытащил — и снова в кусты?

— Я должен играть свою роль до конца, Зак. Атомос не прощает дезертирства, — Савен сохранял ледяное спокойствие. — Встретимся у главного телепорта. И чуть не забыл... Кажется, это принадлежит тебе.

С этими словами маг извлек из-под полы рясы серебристый меч. Камни в эфесе хищно блеснули в тусклом свете факелов. Тот самый клинок, который они с таким трудом отбили у Вурдалака.

— О-о-о, мой красавец! — Зак с благоговением принял оружие, чувствуя привычную тяжесть в руке. — Ну, теперь попляшут! Спасибо, Савен!

Маг лишь едва заметно кивнул и, не проронив ни слова, растворился в воздухе, словно его и не было.

Глава 16

— Ну что еще за напасть?! — взревел Зак, занося свой новый серебристый меч. Он попытался обернуться, но ледяная пелена по полу неслась быстрее гончей, в считанные секунды догоняя их сапоги.

— Не стой! Бежим, пока в сосульки не превратились! — Морган железной хваткой вцепился в плечо друга, буквально толкая его вперед.

Они рванули к массивной двери в конце коридора. Морган уже протянул руку к кольцу, но прямо перед его пальцами дерево с хрустом подернулось инеем и застыло монолитной глыбой.

— Ой, холодно! — выкрикнул он, отдергивая руку в последний миг, когда мороз едва не вцепился в его плоть.

В дальнем конце коридора из морозного марева соткался Элемент. Он издавал звуки, от которых кровь стыла в жилах сильнее, чем от магии. Он двигался медленно, уверенно, и каждый его шаг выдыхал в воздух густой пар. «Ледяной демон с холодным сердцем» — это прозвище подходило ему идеально. Савен был прав: магия льда — прямое отражение его пустой, выжженной холодом души.

— Это плохо... — прошептал Зак, столкнувшись взглядом с безжизненными глазами демона. Его начало трясти, и он невольно обнял себя руками, пытаясь сохранить остатки тепла. — Здесь чертовски холодно...

— А ну, отойдите! — рявкнула Бриджи, оттесняя парней плечом.

Она размахнулась и с сокрушительной силой впечатала подошву в обледеневшую дверь. Раздался звон разбитого хрусталя: дерево и лед разлетелись в пыль, открывая проход.

Друзья бросились внутрь, но Морган на секунду задержался. Он обернулся к приближающемуся Элементу и вскинул ладонь.

Яростный огненный шар врезался в потолок прямо перед демоном. Каменные своды не выдержали жара и рухнули, завалив коридор тоннами бетонных обломков. Путь был отрезан.

Но торжество было недолгим. Элемент даже не замедлил шаг. Словно бесплотный призрак, он прошел сквозь груду камней, даже не задев их. Его ледяной силуэт просто просочился сквозь завал, и пугающая музыка зазвучала снова, еще ближе, еще громче.

— Что теперь делать?! Он же просто проходит сквозь стены! — Зак на бегу оглянулся, видя, как изморозь лижет подошвы его сапог.

— Сюда, в вентиляцию! — Морган указал на узкий зев шахты в стене. — Быстрее!

Герои, обдирая локти, втиснулись в длинный и тесный металлический короб. Скрежет их тел о железо эхом разносился по башне.

— Хорошая мысль, Морган! — тяжело дыша, бросил Зак. — С его-то ростом в три метра он там застрянет, как пробка в бутылке!

Но Элемент не подчинялся законам логики.

Подойдя к решетке, ледяной демон начал стремительно сжиматься. Его кости хрустели, а призрачная плоть уплотнялась, пока он не принял размеры обычного человека.

С леденящим душу спокойствием он скользнул в шахту вслед за ними.

Бриджи, Морган и Зак уже вывалились с другой стороны, но Мари замыкала цепочку.

Холодные пальцы Элемента уже коснулись её лодыжки, когда Зак, мертвой хваткой вцепившись в одежду девушки, буквально выдернул её наружу.

В отчаянии Мари обернулась. Она вскинула руки, призывая всю свою магическую мощь:

— Смойся в бездну!

Огромная волна цунами с ревом вырвалась из её ладоней, заполняя проход. Но Элемент лишь коснулся воды.

Мгновение — и ревущий поток превратился в монолитный лед.

Одним мощным ударом кулака демон раскрошил затор и, увеличиваясь в размерах, шагнул в зал.

— Здесь... вам... не скрыться... — проскрежетал он голосом сломанного автомата, вновь возвышаясь над ними на три метра.

Друзья затравленно огляделись. Они оказались в огромной пустой зале с высокими сводами. Ни окон, ни вторых дверей — только тот проход, который теперь перекрывала ледяная громада преследователя.

— Приплыли, — Зак медленно вытащил серебристый двуручный меч, и лезвие клинка тревожно загудело в такт его пульсу. — Выбора нет. Придется драться здесь и сейчас!

«Этот парень на голову выше Мушу», — мрачно констатировал Морган, чувствуя, как магия противника начинает сдавливать пространство.

Внезапно воздух в зале задрожал, наполнившись невыносимым, ультразвуковым гулом. В ту же секунду из ушей героев потекла тонкая струйка крови. Мир перед глазами поплыл, очертания стен раздвоились, а чувство равновесия исчезло, словно земля ушла из-под ног. Друзья рухнули на колени, отчаянно зажимая окровавленные уши ладонями.

— Ну, как вам мой аудиокинез? — Элемент произнес это без единой эмоции, стоя в центре нарастающих вибраций. — Не постигаю, как Мушу мог проиграть таким никчемным слабакам?

Мари, превозмогая тошноту и звон в черепе, лихорадочно зашептала слова очищающего гимна. Лазурная вспышка прорезала зал, и в тот же миг звуковой молот рассыпался. Кровь перестала течь, сознание прояснилось, и герои, пошатываясь, вновь встали в боевую готовность.

— Как ты это сделала, дева? — в голосе Элемента впервые прозвучала тень искреннего удивления. Он замер на секунду, прервав свою призрачную походку.

— Высококвалифицированный белый маг способен возвести барьер против любой ментальной или звуковой атаки, — твердо ответила Мари, и её глаза светились уверенностью, обретенной в тренировках с Савеном. — Твой звук больше не властен над нами!

— Браво! Неплохо! — он медленно зааплодировал, и этот звук был суше треска льда. — Но разве мудрый зодчий, строя храм, лишь от ветров беречь его стремится? Глуп тот моряк, кто, видя штиль на глади, забыл про бездну, что под килем спит. Твой оберег — лишь плащ от летней бури, но я — зима, чей саван бесконечен!

На его бледном лице проступила зловещая, хищная ухмылка — вторая эмоция за всё время, предвещающая нечто куда более страшное, чем просто лед или шум.

— Я — тысяча обличий и стихий! Взгляните ж, как рассыплется ваш мир, когда из тени явится не звук, а хладный ужас, скрытый под ребро! Мой первый акт — лишь прелюдия к стону, второй — сорвет с вас кожу и корону!

Элемент медленно опустил руку, и ледяные копья с грохотом разбились о сияющий купол Моргана, рассыпавшись колючей пылью.

Воздух в зале стал настолько холодным, что каждое дыхание героев вырывалось густым белым паром.

— Зря строишь стены из прозрачной веры! — провозгласил Элемент, и его голос зазвучал под сводами, как погребальный колокол. — Лед крепче слез, и хлад сильнее жизни! Твой водоворот, о дева, лишь застывший миг в моей зиме!

Мари стиснула зубы, её ладони дрожали от напряжения, когда вызванный ею поток превратился в мертвый ледяной изваяние под единственным взглядом демона. Удар кулака Элемента расколол глыбу, и осколки, острые как бритвы, со звоном разлетелись по залу.

— А огонь сильнее льда! — яростно выкрикнул Зак.

Он вложил всю свою злость в огненный шар, который с ревом пронесся через зал и взорвался прямо на груди Элемента. Но когда пламя рассеялось, герои замерли в ужасе. Элемент стоял неподвижно, его кожа отливала странным, иссиня-черным блеском, на котором не осталось даже опалины.

— Глупец! — Элемент сделал шаг вперед, и пол под его ногами жалобно треснул. — Ты мнишь, что искра твоего костра способна растопить веков окова? Моя плоть — хладный сплав теней и звездной стали, что в горне Атомоса была закалена! Огонь — лишь тень, пред истинным морозом он меркнет, как свеча перед луной!

Он снова воздел руки, и на этот раз не только потолок, но и сами стены начали извергать ледяные шипы, сужая пространство вокруг отряда.

— Второй акт близится к развязке, друзья! — его ухмылка стала почти плотоядной. — Кто первым из вас станет статуей в моей галерее вечного сна?

— Зак, меч! — крикнул Морган, пятясь к центру защитного круга. — Обычная магия его не берет, только клинок Вурдалака может рассечь эту «звездную сталь»!

— Прикрой меня, я пошел! — выдохнул Зак, сжимая рукоять серебристого клинка.

Он рванулся вперед, описывая мечом сверкающие дуги. Сталь рассекала морозный воздух, но Элемент стоял неподвижно, лишь едва заметными движениями корпуса уходя от каждого выпада. Он казался танцором, знающим партию партнера наперед.

«Что за черт? — взбесился Зак, вкладывая в удары всю свою скорость. — Он даже с места не сдвинулся! Словно видит мои движения до того, как я их совершу!»

Элемент поймал его взгляд, и на его бледном лице застыло ледяное превосходство:

— О, смертный червь! Ты мнишь, что сталь твоя пробьет доспех, чья суть — сама прохлада? Твой каждый взмах я зрю в зеркальный хлад, где время спит, не зная преград ада.

— Так и есть, — добавил он уже своим безжизненным голосом. — Я заранее знаю, как ты ударишь и откуда. Это малая плата за то, что я — медлительнейший из демонов тьмы. Мой взор пронзает ткань твоих намерений.

Зак на мгновение замер от удивления, и этой секунды Элементу хватило.

Тяжелый кулак демона, покрытый иссиня-черной коркой, врезался парню в грудь.

Зак отлетел назад, с грохотом впечатавшись в стену. Камень за его спиной пошел глубокими трещинами.

Мари вскинула руки, призывая исцеляющий свет, но Элемент не дал ей завершить обряд.

— Замолкни, муза! Твой напев прерву

Снежным комом, что несет лишь мглу! — провозгласил он, выбрасывая ладонь вперед.

Огромный снежный валун, скованный из вечного льда, с гулом обрушился на девушку. Мари не успела даже вскрикнуть — прямой удар отбросил её в сторону, и она неподвижно замерла на полу, потеряв сознание.

— Мари! Нет! — яростный крик Бриджи разорвал тишину зала. — Ах ты, ублюдок ледяной!

Она сорвалась с места, забыв о защите и осторожности. Её кулаки, налитые сокрушительной мощью, были готовы размозжить «звездную сталь» демона в пыль.

Элемент возвышался над героями, воплощая саму мощь вечной мерзлоты. Он держал сопротивляющуюся Бриджи одной рукой высоко над головой, словно тряпичную куклу; её попытки вырваться были тщетны против его «звездной стали».

Морган, видя бедственное положение подруги, схватил валявшуюся на полу тяжелую балку и с криком обрушил её на спину демона. Но палка разлетелась в щепки, не оставив на Элементе даже царапины.

Демон медленно обернулся, схватил Моргана за шиворот и поднял его на один уровень с Бриджи, сжимая обоих в стальных тисках.

Зак, выждав момент, бросился в атаку с тыла. Он занес серебристый меч, вкладывая в удар всю свою ярость, но Элемент даже не обернулся.

— Твой пыл угаснет в ледяной пустыне! — прогремел его голос.

В долю секунды между Заком и демоном из самого пола выросла исполинская ледяная стена.

Меч Вурдалака на полном скаку вонзился в прозрачную толщу и мгновенно примерз.

Зак тянул рукоять на себя, упираясь ногами в скользкий пол, но магический хлад сковал клинок намертво.

Пока парень отчаянно пытался вызволить оружие, Элемент холодно усмехнулся.

— Летите ж к другу, горе-храбрецы, пусть хлад сомкнет над вами все концы!

Одним мощным движением он швырнул Моргана и Бриджи прямо в Зака.

Тела друзей протаранили ледяную стену, превращая её в град осколков, и сбили парня с ног.

Втроем они кубарем отлетели в дальний угол зала, тяжело рухнув на обледенелый камень.

Элемент медленно направился к ним, и каждый его шаг отдавался гулким эхом. Он смотрел на стонущих героев сверху вниз, как на раздавленных насекомых.

— Сдавайтесь! — потребовал он, и в его глазах застыло ледяное равнодушие. — Смиренно ждите участи своей. Быть может, сам владыка Атомос, узрев ваш страх, подарит вам быструю смерть, не став тянуть агонию на годы.

Глава 17

Герои, пошатываясь и опираясь друг на друга, поднялись с ледяного пола. Мари, пришедшая в себя, прижала ладонь к пульсирующему виску, но её взгляд горел такой же решимостью, как и у остальных.

— Мы никогда не сдадимся! — выкрикнули они в унисон, и их голоса эхом раскатились по пустому залу. — Уж лучше пасть в бою, чем принять позорную смерть от твоих рук!

Элемент картинно закатил глаза, и в этом жесте проскользнуло нечто человеческое — бесконечная усталость векового существа от чужой отваги.

— О, речи гордых! Звуки пустых надежд! — провозгласил он, и иней на его плечах заискрился. — Слова текут, как вешняя вода, но смысл в борьбе, коль рок ваш предрешен? Вы — лишь песчинки в вихре ледяном, что мнят себя скалою нерушимой!

— Не узнаем, пока не попробуем! — прорычал Зак. — Поодиночке мы — мишени, но вместе мы — сила, которую тебе не заморозить!

Он сорвался с места, и друзья бросились следом, образуя единый живой таран.

Элемент лишь лениво повел кистью, и пол под их ногами мгновенно превратился в идеальное зеркало льда.

Зак поскользнулся, теряя опору, но Морган и Мари, подхватив его под руки, не дали ему упасть.

Сплоченным рывком они придали ему ускорение, выталкивая вперед, а Бриджи, вложив всю свою суперсилу в мощный толчок, запустила парня в полет, словно живой снаряд.

Зак несся по воздуху, выставив вперед серебристый клинок. Но Элемент, чей взор по-прежнему читал будущее, лишь слегка довернул корпус.

Парень пролетел в миллиметрах от его груди, едва не впечатавшись в дальнюю стену.

Резко оттолкнувшись от камня, он снова кинулся в атаку.

С другой стороны на демона уже летела Бриджи, занося кулак для сокрушительного удара.

Окруженный с двух сторон, Элемент даже не шевельнул ногой. Он лишь едва уловимо повел руками, сплетая потоки воздуха и льда.

Инерция героев обернулась против них: Зак и Бриджи, ведомые чужой волей, столкнулись в воздухе.

Меч Зака свистнул в опасной близости от горла девушки.

Бриджи в последний миг извернулась, уходя от прямого удара, но лезвие всё же задело её плечо, оставив тонкий алый порез.

— Ваш пыл — ваш враг, в пылу борьбы слепой. Вы бьете тех, кто дорог вам душой! — насмешливо бросил Элемент.

Ситуация в зале накалилась до предела. Мари выбросила вперед ладони, выпуская водяную струю такой плотности, что она могла бы рассечь стальной сейф, а Морган одновременно обрушил на демона яростный столб пламени.

Зак и Бриджи в последний миг кувырком ушли из зоны поражения.

Казалось, Элемент зажат в тиски стихий, но он лишь повел бровью — и ревущий огонь вместе с режущей водой застыли, превратившись в нелепые ледяные изваяния.

— Огонь... замерз?! — Зак вытаращил глаза, не веря, что законы физики могут так нагло нарушаться.

Элемент лениво отряхнул иней с рукава и посмотрел на них с бесконечной скукой:

— И это всё, на что способен ваш союз? — пророкотал он басом. — Моё терпенье тает, как снежинка на ладони. Быть может, время жатву совершить и души ваши в хлад отправить вечный?

— Мечтай больше! — огрызнулся Зак и снова бросился в лобовую атаку, пока Бриджи заходила с фланга, готовя серию сокрушительных ударов.

Элемент играючи, словно танцуя, уклонился от каждого выпада и короткими, точными ударами снова отправил друзей в нокаут.

Мари мгновенно окутала их лазурным светом исцеления, возвращая в строй, но Морган выставил руку, останавливая друзей от очередного безрассудного броска.

— Стой! Так мы его только рассмешим, — тяжело дыша, произнес маг. — Наши атаки для него — как щекотка. Нужно нечто большее. Удар, который сотрет его в пыль за один раз.

— И что ты предлагаешь? — Зак сжал рукоять серебристого меча. — Единственное, что его берет — этот клинок Вурдалака. Но в этого гада не попасть, он видит наши движения раньше нас самих!

— Есть один способ, — Морган обвел друзей серьезным взглядом. — Мы должны объединить все наши силы в одну общую энергетическую атаку. Но для этого нужна не просто магия, а колоссальная Вера.

— Вера? — Мари неуверенно переглянулась с Бриджи.

— Именно. Чем чище и сильнее будет наша вера в общую победу, тем сокрушительнее станет удар.

Зак, заметив сомнение на лице Мари, широко улыбнулся и подмигнул ей, несмотря на разбитую губу:

— Ну, это же проще простого! Главное — верить, что эта штука разнесет его в клочья, и всё будет чики-пуки!

Мари, заразившись его уверенностью, вытерла пот со лба и решительно кивнула:

— Да! Я готова!

Элемент, наблюдая за их совещанием, лишь презрительно фыркнул:

— Вы строите мосты из детских грез над пропастью, где властвует мороз!

Зал содрогнулся от гула первобытной энергии. Четверо друзей стояли плечом к плечу, и их ауры слились в единый ослепительный поток.

— Тогда вперед! — выкрикнула Бриджи, вкладывая в общую мощь всю свою несокрушимую волю.

Объединенный луч веры и магии ударил точно в грудь Элемента. Тот выставил руку, пытаясь сдержать натиск, и на мгновение в зале воцарилось жуткое равновесие. Однако мощь атаки была такова, что его «непробиваемая» броня из звездной стали пошла трещинами и разлетелась осколками. Раны обнажились, но магическая регенерация тут же затянула их ледяной коркой.

— Ваш свет — лишь искра в вечной мерзлоте! — высокопарно провозгласил Элемент, хотя его голос впервые дрогнул. — Пусть плоть моя страдает в тесноте, но дух мой хладен, а кулак силен! Вы вместе — прах, что бурей унесен!

— Не может быть... — прошептал Зак, видя, как демон восстанавливается прямо на глазах.

— Еще нет! Пробуем снова! — скомандовал Морган.

Элемент не собирался ждать.

— Довольно слов! Мой лук натянут туго. Стрела зимы — прощание для друга!

Он вскинул руку, выпуская ледяную стрелу, способную пробить скалу, но Морган выставил зеркальный щит, приняв удар на себя.

В ту же секунду Зак, Мари и Бриджи снова сомкнули руки.

Новая волна энергии, еще более плотная и яростная, захлестнула демона. Его тело начало распадаться на атомы, превращаясь в сизую пыль, но скорость восстановления была чудовищной — клетки срастались быстрее, чем свет успевал их уничтожать.

— Не сдавайтесь! — проорал Морган, присоединяясь к общему потоку. — Смотрите! Его регенерация захлебывается! Она не успевает за нашим уроном! Нам нужно только продержаться!

С добавлением силы Моргана атака превратилась в ревущий шторм. Элемент чувствовал, как само его естество растворяется в этом неистовом сиянии.

«Проклятье... — промелькнуло в его затухающем разуме. — Моё тело расщепляют на атомном уровне. Регенерация бессильна, эта энергия пожирает мою суть!»

Из последних сил он попытался поднять руку, которая уже осыпалась пеплом, чтобы нанести последний, самоубийственный удар ледяной стрелой. Но едва магия зародилась в его пальцах, золотистое сияние ребят обратило её в ничто, даже не заметив сопротивления.

— Это наша общая сила! — торжествующе выкрикнул Морган, видя, как фигура ледяного демона становится всё более прозрачной и призрачной.

Ослепительная вспышка заполнила зал, и когда свет погас, на истерзанном полу неподвижно лежал Элемент. От его былого величия не осталось и следа: доспех из «звездной стали» превратился в ржавые лохмотья, а кожа была иссечена глубокими ранами. Он был жив, но его дыхание вырывалось из груди с присвистом и хрипом.

— Не может быть... — прошелестел он, с трудом приподнимая голову. — Вы... сокрушили хлад... Повержен я... и в бездну путь открыт...

— Я же говорил: вместе мы — сила, которую тебе не заморозить! — Зак опустил серебристый меч, тяжело дыша и глядя на поверженного врага без прежней злобы.

Элемент закрыл глаза, и на его лице отразилось странное смирение.

— Коль сцена пуста и доигран акт... убейте ж меня! Прервите сей стон!

— Мы не убийцы, — твердо ответила Мари, делая шаг вперед.

— Да, верно, — поддержал её Зак. — Хоть ты и заслуживаешь смерти за всё, что натворил, но мы не боги, чтобы распоряжаться чужими жизнями. Живи с тем, что осталось.

Элемент горько усмехнулся, закашлявшись:

— О, милость глупцов! Коль жизнь мне оставите... я буду тенью следовать за вами... пока лед не сомкнется вновь!

— Не скоро ты оправишься, — перебил его Морган, подходя ближе и изучая ауру демона. — Будь ты обычным человеком, от тебя бы и пылинки не осталось. Но в твоем случае совместная атака выжгла саму суть твоего дара. Ты навсегда утратил способность к регенерации и магии. Ты теперь — лишь тень самого себя.

Элемент замер, осознавая масштаб своей потери. Его «бессмертие» и «стихии» исчезли навсегда. Помолчав, он вдруг заговорил иначе — без пафоса, тихо и искренне:

— Атомос послал Мушу в ваш мир... Ему нужен кристалл. Если он заполучит его, то вырвется из этой темницы и сотрет ваш мир в порошок. Торопитесь... может, еще успеете. Считайте это моей наградой за вашу победу.

С этими словами последний отблеск ледяного света в его глазах погас, и Элемент потерял сознание, окончательно превратившись в израненного человека.

Глава 18

Финальный рубеж был совсем близко. Свет телепорта манил обещанием дома, но между героями и спасением выросла фигура, само присутствие которой заставляло реальность трещать по швам.

Атомос стоял неподвижно, сжимая в ладони кроваво-красный кристалл. Грани камня пульсировали в такт его черному сердцу, отбрасывая на стены зловещие алые блики.

Услышав шаги, он медленно обернулся. Его глаза, казавшиеся провалами в бездну, вспыхнули ледяным торжеством.

— Вы опоздали, — голос Атомоса звучал как рокот обвала в глубокой шахте. — Кристалл мой. Скоро этот склеп падет, и я ступлю в ваш мир богом. Но прежде... я украшу этот зал вашими телами. Ха-ха-ха!

— Мечтай больше, урод! Мы тебе не позволим! — Зак рванулся вперед, вскидывая серебристый меч, который задрожал от близости столь чистого зла.

— Раз ты так спешишь к праотцам... начну с тебя, — спокойно произнес Атомос и небрежно указал на парня пальцем.

В ту же секунду из самих теней на полу вырвалась черная дымка. Она соткалась вокруг Зака непроницаемым коконом, лишая его опоры и возможности взмахнуть клинком.

— Тьма?.. — ахнула Мари, чувствуя, как её собственный свет меркнет перед этой первобытной мощью.

— Именно. Тьма — венец черного искусства. И сейчас вы познаете её истинный вкус, — Атомос слегка сжал кулак.

Черные жгуты, подобные призрачным змеям, впились в запястья и лодыжки Зака. Тьма натянулась, как стальные тросы, и начала медленно, с садистской неспешностью, разводить конечности парня в стороны. Это была магическая казнь — четвертование живой тенью. Кости Зака хрустнули, и зал огласил его душераздирающий крик, полный невыносимой агонии.

— О, этот звук... — Атомос прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. — Нет ничего слаще, чем медленное, размеренное угасание жизни.

Атомос упивался криками Зака, словно изысканным вином. Для него страдания смертных были лишь забавой, а медленное четвертование — актом высокого искусства.

— Отпусти его! — взревела Бриджи. Она рванулась вперед, вкладывая всю свою ярость в этот бросок, но Атомос даже не повернул головы.

Ленивым взмахом руки он выпустил струю черного дыма. Тьма, словно живой капкан, захлестнула Бриджи на лету.

Девушка забилась в невидимых путах, но чем отчаяннее она сопротивлялась, тем глубже теневые когти впивались в её мышцы, заставляя кричать от невыносимой боли.

— Ну? Кто следующий на эшафот? — Атомос одарил их ледяной усмешкой и перевел хищный взор на Моргана. — Может, ты, верный пес Савена? Покажи, чему тебя учил мой брат.

«Обычная магия его не берет, — лихорадочно соображал Морган, видя, как друзья корчатся в тени. — Нужно объединить силы, как с Элементом, но сначала...»

— Мари! Сними с них эту дрянь! — скомандовал он.

Мари вскинула руки, призывая самый чистый, самый яркий свет, на который была способна.

Зал озарился мощным синеватым сиянием. Энергия очищения хлынула на дымку, окутавшую Бриджи и Зака, пытаясь растворить её... но Тьма лишь лениво колыхнулась, поглощая свет, как губка.

— Бесполезно, — Атомос оскалился, обнажая зубы в волчьей улыбке. — Тьма — это колыбель хаоса и бездонная пустота. Вы не можете развеять то, чего нет. Лишь я, её хозяин, волен даровать свободу!

Он резко сжал кулаки и тут же разжал их.

Черная дымка мгновенно втянулась обратно в его ладони, и Зак с Бриджи рухнули на пол, тяжело хватая ртом воздух.

— Но... почему? Зачем ты нас отпустил? — прохрипел Зак, с трудом поднимаясь на подкашивающихся ногах.

— Потому что убивать неподвижное мясо — скучно, — Атомос расправил плечи, и его черная мантия затрепетала, хотя ветра в зале не было. — Я хочу поиграть с вами, прежде чем ваши сердца перестанут биться. Дайте мне зрелище, достойное бога!

Атомос даже не вздрогнул. Когда объединенный поток веры и магии, уничтоживший Элемента, устремился к нему, пространство перед владыкой тьмы просто лопнуло. Возникла зияющая черная дыра — абсолютное ничто, которое с глухим рокотом поглотило всю энергию героев, не оставив в воздухе ни единой искры.

— Концептуальный урон? Атомное расщепление? Обнуление магических цепей? — Атомос перечислил свойства их атаки с издевательской скукой. — Слабовато. Энергией нужно не бросаться, ею нужно дышать!

Он сделал легкий пасс рукой, и та самая сила, которую они в него выпустили, вернулась к ним, но уже искаженная, пропитанная первородным хаосом.

Ударная волна разметала друзей по залу. Они остались живы, но каждый почувствовал ужасающую пустоту внутри: их магические резервы были выжжены дотла, сведены к абсолютному нулю.

— Ха-ха-ха! И это всё? — Атомос злорадно окинул взглядом лежащих без сил ребят. Его черные глаза светились торжеством. — Как жаль, я только вошел во вкус, а вы уже исчерпали свой лимит.

Среди общего стона раздался скрежет металла о камень. Зак, опираясь на серебристый меч, медленно, по миллиметру, поднимался на ноги. Его лицо было залито кровью, но взгляд оставался дерзким.

— О? Ты всё еще можешь стоять? — в голосе Атомоса прозвучало искреннее удивление. — И на что ты надеешься, жалкий человечишка? У тебя не осталось ни капли магии. Твой внутренний источник пуст. Что ты будешь делать теперь?

— Магия? — Зак сплюнул кровь на холодный пол и перехватил рукоять меча поудобнее. — Я всю свою жизнь обходился без этих ваших светящихся штучек. И сейчас обойдусь! Моя сила не в мане, а в этой стали и в том, что я не умею сдаваться!

— Самоуверенный червь... — Атомос опустил руки и встал в ленивую, но опасную стойку, маня Зака пальцем. — Ну что же, иди сюда. Покажи мне свою «человеческую силу», прежде чем я превращу твои кости в пыль!

Атомос двигался с грацией хищника, для которого время — лишь послушная глина.

Зак не успел даже моргнуть, когда его кисть разжалась, а горло сдавили стальные пальцы.

Владыка тьмы поднял парня над собой, словно невесомый трофей, и принялся с холодным любопытством рассматривать серебристую сталь в другой руке.

— О, я узнаю этот клинок, — в голосе Атомоса прозвучало извращенное благородство. — Меч, способный оборвать вечность. Именно им я когда-то заживо содрал кожу с Вурдалака, а после запечатал его стонущую душу в эту сталь, чтобы он вечно охранял своё мучение. Ха-ха-ха!

— Да иди ты... к черту! — прохрипел Зак, отчаянно извиваясь и пытаясь разжать смертельную хватку на своей шее.

— Глупец, я и есть черт! — Атомос осклабился, и его пальцы сомкнулись на кадыке парня еще крепче.

Воздух перестал поступать в легкие Зака, перед глазами поплыли кровавые пятна. Мир сузился до торжествующего лица монстра перед ним.

— Ну что, герой? — прошептал Атомос. — Может, просто сломать тебе шею и закончить этот фарс?

Глухой стук камня о черную мантию прервал его триумф.

Мари, лишенная магии, дрожащими руками бросила в него первый попавшийся обломок стены.

Атомос даже не обернулся. Одним ленивым росчерком отобранного меча он рассек камень надвое прямо в воздухе.

В следующее мгновение он разжал руку, швыряя Зака на пол, и смазанной тенью оказался прямо перед девушкой.

Тяжелый удар наотмашь сбросил Мари на камни. Она прижала ладонь к вспыхнувшей щеке, глядя на него глазами, полными ужаса и непонимания.

— Знай своё место, женщина! — взревел Атомос, и в его голосе больше не было игры.

Он резко опустил меч. Холодная сталь с мерзким звуком пронзила плоть Мари.

Девушка вскрикнула, её тело выгнулось дугой и обмякло. Густая, темная кровь начала быстро заливать пол, растекаясь в жуткую лужу у ног застывшего тирана.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — этот крик, казалось, разорвал саму суть Зака.

Забыв о боли в сломанных ребрах и нехватке кислорода, он бросился к ней, спотыкаясь и захлебываясь слезами.

Весь мир перестал существовать — осталась только эта кровавая лужа и затухающий взгляд той, что верила в них до самого конца.

Зал заполнила удушающая тишина, нарушаемая лишь прерывистыми всхлипами Бриджи и безумным, торжествующим смехом тирана.

— Не может быть… — Морган оцепенел, глядя на растекающееся по камням багровое пятно. Его аналитический ум, всегда находивший выход, сейчас отказывался принимать реальность.

— Как же так? Мари… — Бриджи закрыла лицо руками, её плечи сотрясались от рыданий. Сильнейшая из них сейчас была слабее ребенка.

Атомос с мерзким металлическим звоном стряхнул кровь с лезвия серебристого меча.

— Ха-ха-ха! Нет вашей подруги! Одной искрой меньше в этом никчемном мире!

Зак прижал обмякшее тело девушки к себе. Его руки дрожали, окрашиваясь в красный.

— Держись, Мари, слышишь? Всё будет хорошо… Мы выберемся… — шептал он, захлебываясь ложью, которую сам не мог вынести. Он чувствовал, как жизнь уходит из неё, как тепло сменяется могильным холодом прямо у него в ладонях.

Мари, собрав последние крохи сил, медленно подняла руку. Её пальцы коснулись щеки Зака, оставляя на ней влажный алый след. Она смотрела на него с такой бесконечной нежностью, будто не она сейчас умирала от его же меча.

— Зак… пожалуйста… — её голос был тише шелеста листвы. — Обещай мне… что бы ни случилось… ты вернешься домой. Ты, Бриджи, Морган… Все вы. Пообещай мне.

— Я… я обещаю! Клянусь тебе, Мари! — закричал он, прижимаясь лбом к её лбу.

Девушка слабо улыбнулась. В этот миг она казалась самой счастливой на свете, исполнив свой последний долг защитницы. Её рука бессильно соскользнула вниз, оставив кровавый отпечаток ладони на лице парня.

Глаза Мари остекленели, запечатлев эту улыбку навечно.

Зак замер. А потом из его груди вырвался страшный, нечеловеческий вопль.

— ЗА ЧТО?! — взмолился он, обращаясь к пустому небу башни. — Она была лучшей из нас! Она никому не желала зла! Почему она, а не я?! Почему Мари?!

— О, как трогательно! — Атомос картинно приложил руку к груди, издевательски склонив голову. — Будь у меня сердце, я бы, верно, расплакался. Но увы — я вижу лишь мусор, который пора вымести!

Глава 19

Ярость Зака перешла границы человеческих возможностей. Бережно опустив тело Мари на холодные камни, он поднялся, и воздух вокруг него закипел.

— Ты... сукин сын! — прорычал он, и этот голос уже не принадлежал человеку. — Ты за это ответишь!

В мгновение ока тело Зака окутала плотная, иссиня-черная аура. Она была настолько тяжелой и яростной, что Морган и Бриджи, находившиеся в нескольких метрах, оказались буквально пригвождены к полу. Это не была магия света или стихий — это была первобытная тьма, рожденная из абсолютного горя и жажды мести.

«Невероятно... — Морган пытался хотя бы вздохнуть, но легкие сковал паралич. — Какая мощь! От него веет такой ненавистью... Неужели это наш Зак?»

Волосы Моргана неистово трепал ветер, рожденный этой аурой.

Глаза Зака вспыхнули кроваво-красным светом. Не издав больше ни звука, он исчез и в ту же секунду возник прямо перед лицом Атомоса.

Его кулаки превратились в смазанные тени, нанося удары со скоростью, близкой к пределу мироздания.

— Я размажу тебя по стенке! — кричал Зак, и каждый его выпад порождал сейсмическую волну.

Стены башни начали трескаться и осыпаться, огромные куски кладки вырывало с корнем.

Моргана и Бриджи мощным потоком воздуха отбросило на сотни метров, вглубь разрушающегося зала.

Атомос, до этого момента лишь насмехавшийся, принял бой. В какой-то миг он сумел поймать оба кулака Зака, мертвой хваткой вцепившись в его кисти. Он сжал их с такой чудовищной силой, что кости парня жалобно хрустнули.

Зак замер, его движение было полностью заблокировано.

— Злость прибавляет сил, червь, — спокойно проговорил Атомос, глядя прямо в пылающие глаза парня. — Но моя злость древнее и сильнее твоей!

Владыка тьмы начал медленно, с садистским наслаждением выворачивать руки Зака.

Парень закричал от невыносимой боли, пытаясь вырваться, но его вспышка силы угасала так же быстро, как и появилась.

Темная аура вокруг него развеялась, глаза снова стали небесно-голубыми, наполненными слезами и бессилием.

Зак рухнул на колени прямо перед тираном. Его энергия была полностью выпита, тело обмякло, словно из него вынули хребет.

Ситуация в полуразрушенном зале достигла критической точки. Атомос, казалось, лишь разминался, играя с жизнями героев, как с марионетками.

— Морган, сделай же что-нибудь! — в отчаянии выкрикнула Бриджи, наконец сбросив оцепенение, сковавшее её мышцы.

— Не могу... Моя магия выпита досуха! — Морган стоял неподвижно, закрыв глаза. — Мне нужно время... открыть второй источник!

Бриджи не стала ждать. Она рванулась вперед, чтобы вырвать Зака из рук тирана, но Атомос среагировал мгновенно. Он швырнул обмякшее тело парня прямо в неё.

Удар был такой силы, что оба героя пробили собой каменную кладку и исчезли в облаке пыли.

— Пфф... — Атомос разочарованно вздохнул, глядя на груду обломков. — Мне становится скучно. Пожалуй, пора поставить точку в этой пьесе.

Он воздел руку, и над его ладонью начала пульсировать гигантская сфера из концентрированной тьмы.

Воздух вокруг завыл, затягиваемый в этот сгусток чистого разрушения. Но в этот самый миг Морган распахнул глаза.

— Источник открыт! — проревел он, и волна чистой магической энергии захлестнула зал.

Сила Моргана хлынула к друзьям, мгновенно восполняя их резервы.

Бриджи, ощутив прилив мощи, на запредельной скорости вытолкнула Зака из-под удара и сама ушла в перекат.

Темная сфера Атомоса прошила воздух там, где они только что лежали, и с грохотом испарила часть стены.

Морган, не теряя ни секунды, обрушил на врага шквал огня. Но Атомос лишь выставил ладонь, впитывая пламя, как губка.

— Это ты потерял? — с издевкой спросил он и вернул атаку обратно, утроив её ярость.

Морган едва успел воздвигнуть щит, но магическое пламя смяло его защиту, отбрасывая мага назад.

В это время Зак, скрытно зайдя с тыла, атаковал своим огнем, надеясь застать врага врасплох. Однако Атомос даже не обернулся. Его невидимый барьер-отражатель просто развернул пламя обратно в лицо Заку.

Парень едва успел отпрянуть, чувствуя, как жар опалил его брови.

— Посмотрим, как вы от этого увернетесь! — прорычал Атомос.

Он резко вскинул обе руки, и в ту же секунду яростное пламя заполнило весь зал, превращая его в раскаленную печь.

Бриджи, Морган и Зак инстинктивно сбились в кучу, крепко обняв друг друга и зажмурившись. Они уже чувствовали кожей смертоносный жар и мысленно прощались с жизнью... но боль не приходила.

Открыв глаза, герои увидели невероятное: бушующий огонь обтекал их, словно невидимый кокон, оставляя небольшое пространство абсолютно нетронутым. Прямо перед ними, вытянув руки вперед, стоял Савен. Его фигура была напряжена, а телекинетический щит дрожал под напором стихии.

— Савен?! Как ты тут оказался? — в шоке выкрикнул Зак.

Атомос сжал кулак, и пламя мгновенно исчезло, оставив после себя лишь тлеющие угли и дымящийся камень. Помещение было выжжено дочерна, и лишь площадка с телепортом осталась целой.

— Почему ты спас их? — меланхолично спросил Атомос, глядя на Савена из-под тяжелых век.

— Потому что они мои друзья. И я больше не позволю тебе причинить им вред! — твердо ответил Савен, не опуская рук.

— Вот как? — голос Атомоса стал тихим и зловещим. Лицо его внезапно исказилось от ярости. — Тогда сдохни вместе с ними!!!

Он выбросил ладонь вперед, и из неё ударил концентрированный луч первородной Тьмы.

Савен мгновенно воздвиг один защитный барьер за другим, но черная энергия прошивала их, как бумагу.

В последний миг, когда луч уже готов был испепелить ребят, Савен успел телепортироваться вместе с ними к самому порталу.

— Слушайте меня, — быстро шепнул он друзьям, едва они перевели дух. — Я его отвлеку. Это ваш единственный шанс. Бегите к порталу! Живо!

Напряжение в зале достигло предела: древняя вражда двух братьев наконец вырвалась наружу, превращая финал в личную драму.

— Мы тебя не оставим! — отчаянно выкрикнул Зак, сжимая рукоять меча.

— Это не ваша битва, а моя! — Савен даже не обернулся, его взгляд был прикован к Атомосу.

— Нет, это и наша битва тоже! Он убил Мари! — Морган стоял рядом, его магия искрила на кончиках пальцев.

— Вам он не под силу! — Савен перешел на крик. — Единственное, что вы можете — это вернуться домой. Я уничтожу портал за вами, и он навеки останется заперт здесь. Бегите!

Герои, подавленные его решимостью, рванулись к мерцающему мареву портала. Но Атомос лишь холодно усмехнулся.

— Нет, не выйдет!

Он вскинул руку, и портал мгновенно окутала непроницаемая черная дымка. Ребята замерли в шаге от спасения.

— Если эта тьма заденет вас — вы будете стерты из бытия, — предупредил Атомос. — Единственный выход — победить меня. Если я паду, тьма исчезнет.

Он повернулся к Савену, и его лицо исказилось от застарелой ненависти:

— Савен! Ты идиот и умрешь как идиот вместе со своими дружками! Я предлагал тебе трон, предлагал править миром рука об руку, как братья! А ты плюнул мне в лицо ради этих никчемных букашек!

С этим криком Атомос сорвался с места, превращаясь в поток чистой ярости.

— Я сам разберусь! — бросил Савен друзьям. — Как только тьма с портала спадет — прыгайте не оборачиваясь!

Братья схлестнулись в центре зала. Это был бой титанов: телекинетические удары Савена сталкивались с концептуальной тьмой Атомоса, порождая волны, от которых рушились последние своды башни.

Глава 20

Битва братьев перешла в фазу, где законы логики и пространства бессильны.

Савен вложил всю свою волю в мириады световых игл, сорвавшихся с его пальцев, но Атомос ответил зеркально — потоком абсолютной тьмы.

Свет и Тень столкнулись в центре зала, и на мгновение повисло шаткое равновесие. Но Тьма Атомоса не просто отражала — она пожирала. Магия Савена бесследно растворялась в черных лучах, которые, набрав мощь, устремились к заклинателю.

Савен мерцал в воздухе, оставляя за собой десятки оптических фантомов, но лучи тьмы, словно гончие, чуяли его истинную ауру и меняли направление со сверхъестественной скоростью.

Поняв, что бесконечно убегать невозможно, Савен решился на отчаянный гамбит. Он телепортировался вплотную к брату, подставляя себя под удар в надежде, что Атомос не успеет отозвать собственную атаку.

Лучи были в миллиметре от его груди, когда Савен совершил обратный скачок. Но Атомос даже не дрогнул. Его магия обладала собственным хищным разумом: черные копья изящно обогнули хозяина и, мгновенно окружив Савена, отрезали все пути к отступлению.

Прежде чем парень успел вновь сконцентрировать энергию, лучи прошли сквозь него. Они казались нематериальными, как дым, но боль была подлинной — тысячи невидимых клинков разом провернулись в его теле.

Савен рухнул на колени, и багровые пятна быстро расплылись по его одежде.

— Ты всё еще надеешься на хитрость, младший брат? — голос Атомоса прозвучал над ним как приговор. — Моя Тьма знает твой почерк. Она — часть меня, как и ты когда-то был.

Савен тяжело дышал, прижимая ладонь к плечу. Свет исцеления едва успел коснуться рваной раны, как Атомос сделал резкий выпад.

— Твой свет — лишь отсрочка, брат! — прорычал он, и его голос отозвался дрожью в стенах башни. — Ты латаешь плоть, но дух твой источен! Змея из адского пламени не знает пощады, она чует твой страх сквозь любой барьер!

Огненный монстр, пробив щит, с утробным шипением развернулся для нового броска.

Савен пошатнулся; магия исцеления требовала концентрации, которой у него почти не осталось. Боль от ожога пульсировала, лишая четкости движений.

— Гляди же, как гаснет твоя надежда! — Атомос вскинул вторую руку, и из теней у его ног вырвались черные цепи, вонзившиеся в пол вокруг Савена, ограничивая его пространство для телепортации. — Ты мнил, что сможешь вечно убегать? В моем театре теней тупик — единственный финал!

Зак, видя, как Савен слабеет, крепче сжал рукоять серебристого меча.

— Морган, Бриджи, он его добьет! — крикнул он, делая шаг вперед, несмотря на смертоносную дымку у портала. — Савен на пределе!

Атомос лишь мельком взглянул на ребят, и его ухмылка стала еще шире.

— Не смейте прерывать сей скорбный танец! — бросил он им. — Сначала падет ваш пастырь, а следом — вы, безмолвные свидетели конца!

Змея взвилась над Савеном, её пасть, источающая жидкое пламя, раскрылась на всю ширину зала.

Савен поднял глаза, и в них, вопреки боли, вспыхнуло странное, холодное спокойствие.

— Ты всегда... недооценивал мою выносливость, брат, — прошептал он, готовя нечто, чего Атомос явно не ждал.

Атомос с животной жестокостью впечатал кулак в солнечное сплетение брата.

Савен рухнул, хватая ртом воздух и содрогаясь от спазмов.

Владыка тьмы рывком вздернул его за шиворот, и его свободная рука вспыхнула яростным рыжим пламенем.

— Ха-ха-ха! Я выжгу к чертовой матери твое лицо! — взревел он, и в его глазах отразился демонический азарт. — Смотри же в пламя, что пожрет твой взор, и стань клеймом позора братьев вор!

Раскаленная ладонь была уже в дюйме от глаз Савена, когда воздух в зале разорвал свист рассекаемой стали.

Зак, ведомый обещанием Мари и неведомой силой, рванулся вперед. Его движения обрели сверхъестественную текучесть и скорость.

Одним молниеносным броском он выхватил серебристый меч прямо из ножен Атомоса и, не давая тирану опомниться, вогнал клинок в его горящую руку.

Сталь Вурдалака, игнорируя магические барьеры и «звездную плоть», с чавкающим звуком прошла насквозь, намертво пригвоздив конечность бога тьмы к каменной стене.

— А-а-а-аргх! — нечеловеческий вопль Атомоса сотряс башню. Его магия пошатнулась, пламя на руке сменилось дымом, а тьма, сковывавшая портал, начала стремительно таять.

Зак, не теряя ни секунды, подхватил ослабевшего Савена и рванул к друзьям. Пока они бежали, лазурный свет исцеления вновь окутал наставника, стирая следы ударов и ожогов.

— Ах ты сволочь! — Атомос бился у стены, вырывая клинок из собственной плоти. Его лицо, искаженное мукой, превратилось в маску чистой ненависти. — Я доберусь до тебя, червь! Ты будешь гореть в самом глубоком кругу ада! Слышишь, гадина?!

— Портал чист! — выкрикнул Морган, указывая на мерцающий проход, с которого спала черная дымка. — Живее!

— А теперь бегите! — крикнул Савен, подталкивая друзей к сияющему кругу.

— А как же ты? — вскрикнула Бриджи, оглядываясь на наставника.

— Я сразу за вами! — ответил он. В его руке внезапно блеснул тот самый кроваво-красный кристалл ромбовидной формы.

Атомос, застывший в нескольких метрах, округлил глаза от ярости и непонимания.

— Что?! Кристалл?! Но когда?!

Савен горько усмехнулся, хотя кровь всё еще текла по его подбородку.

— Когда ты ударил меня в солнечное сплетение... Пока я притворялся, что корчусь от боли, зажимая живот, я применил пространственно-временную магию. Ты был так увлечен моим избиением, что не заметил, как я вытянул его из твоего кармана.

С этими словами Савен сжал кулак. Послышался сухой треск, и кристалл, в который он вложил всю свою разрушительную энергию, рассыпался в пыль.

Последняя надежда Атомоса на побег из Утопии исчезла навсегда.

— Будь ты проклят, брат! — взревел Атомос.

В мгновение ока он оказался над поверженным Савеном.

Выхватив из своей раненой руки серебристый меч, он с диким криком обрушил его вниз, пронзая плечо брата насквозь и намертво пригвождая его к каменному полу.

— НЕ-Е-Е-ЕТ! — закричали Зак, Бриджи и Морган, порываясь сойти с пентаграммы портала назад, в этот ад.

— Бегите! — едва слышно прошептал Савен, захлебываясь в собственной крови, но удерживая телепатический контроль над порталом.

В ту же секунду Атомос выпустил столб яростного огня, чтобы испепелить беглецов, но было поздно. Пространство дрогнуло, и герои исчезли в ослепительной вспышке.

Мир перевернулся. Вместо запаха гари и холода камней в нос ударил аромат кофе и жареного мяса.

Ребята рухнули на мягкие стулья в том самом ресторане, где сидели всего несколько часов назад.

Вокруг по-прежнему играла тихая музыка, официанты разносили заказы, а за соседним столиком кто-то весело смеялся. Но на одежде Зака алела кровь Мари, Бриджи била крупная дрожь, а Морган смотрел в пустоту, понимая, что они вернулись… но вернулись не все.

***

Савен лежал в густой, дымящейся луже собственной крови, но на его губах, искусанных до мяса, играла торжествующая усмешка. Каждый вдох отдавался хрипом и кровавым кашлем.

— Теперь... — он захлебнулся, сплевывая багровую сгусток, — ты заперт здесь... навсегда, брат. Кристалл уничтожен. Твой путь... закрыт.

Ярость Атомоса перешла в стадию ледяного безумия. Он с рывком вырвал серебристый меч из плеча Савена.

Парень взвыл, выгибаясь дугой; из разорванной артерии ударил фонтан крови, мгновенно заливая иссеченные камни пола.

— Думаешь, ты победил?! — Атомос прижал острие клинка к лицу Савена, прямо под веко. — Хрен я тут останусь! Я найду другой путь, выверну этот мир наизнанку, но вырвусь!

Он наклонился ниже, и его черные глаза заполнили весь обзор Савена.

— Когда я захвачу их мир, твои друзья сдохнут первыми. Медленно. Мучительно. На твоих глазах... Ах да, ты же этого не увидишь, братец!

Одним резким, коротким движением Атомос полоснул мечом по лицу Савена. Сталь прошла глубоко, рассекая бровь и щеку. Савен закричал, инстинктивно закрывая лицо ладонями, но кровь уже хлестала сквозь пальцы, превращая его лицо в сплошное кровавое месиво.

Но тирану этого было мало. Сжигаемый бешенством из-за потерянного кристалла, он начал остервенело избивать брата ногами.

Тяжелые удары обрушивались на ребра, в живот, по голове. Савен пытался закрыться, свернуться в клубок, но ослепший от собственной крови, он лишь беспомощно содрогался под градом ударов.

— Остановись! — пронзительный, дрожащий от ужаса голос Эшли разрезал пространство зала.

Она стояла в дверях, бледная как смерть, прижимая руки к груди.

Увиденное — истерзанный Савен и безумный Атомос — парализовало её сильнее, чем любая магия.

Глава 21

Атомос медленно обернулся к девушке. Его лицо, обычно холодное и величественное, сейчас было обезображено гримасой первобытной ярости, а на щеке запеклась капля крови брата.

— В чем дело? — прорычал он, и этот звук заставил камни башни вибрировать.

Эшли застыла, не в силах поднять глаз. Весь её боевой задор и магическая мощь испарились перед лицом этого безумия.

Она смотрела только на Савена — на это окровавленное месиво, в которое превратился человек, когда-то обещавший её защищать.

Савен, превозмогая жгучую боль в рассеченном глазу, сквозь пелену крови пытался сфокусировать на ней свой единственный уцелевший зрачок. В его взгляде не было мольбы — только бесконечная, тихая скорбь.

— Ну! Так в чем дело?! — взревел Атомос, делая шаг к ней. Меч в его руке зловеще лязгнул о пряжку плаща.

Эшли вздрогнула, словно от удара хлыстом. Её голос сорвался на высокий, дрожащий шепот, но она заставила себя заговорить, глядя в пол, как нашкодивший ребенок перед разгневанным родителем:

— Я... я думаю, не стоит его убивать, господин. Прошу, выслушайте! Только он знает, как вытащить вас отсюда теперь, когда кристалл уничтожен. Он — основатель школы «Архангел»! Там скрыты древние архивы, секреты перемещения между мирами, о которых не знает никто другой!

Она судорожно сглотнула, чувствуя на себе тяжелый, испепеляющий взгляд Атомоса.

— Если он умрет сейчас, тайна его школы уйдет вместе с ним. Мы... мы можем использовать его. Заставить открыть двери, которые заперты для всех остальных.

Атомос замер, переведя взгляд с дрожащей Эшли на едва дышащего брата. Меч в его руке медленно опустился. Идея о том, что Савен может стать ключом к «Архангелу» — цитадели света, которую Атомос всегда мечтал осквернить, — на мгновение усмирила его жажду крови.

— «Архангел»... — протянул он, и в его голосе снова зазвучали меланхоличные нотки. — Действительно. Столько лет я пытался взломать их печати снаружи, забыв, что ключ всегда был у меня под рукой... в виде твоего жалкого сердца, брат.

Он пнул Савена в бок, заставляя того скорчиться от новой вспышки боли.

— Живи пока, мученик. Эшли, присмотри за ним. И если он испустит дух раньше, чем мы доберемся до его школы — ты займешь его место на стене в комнате пыток.

Атомос медленно провел острием меча по каменному полу, высекая сноп искр. В его глазах вспыхнул холодный, исследовательский интерес садиста.

— А ты, братец не спеши благодарить небеса: смерть была бы милостью в сравнении с тем, что я уготовил тебе в чертогах боли!

Савен сплюнул кровь, перемешанную с крошевом собственных зубов. Его единственный уцелевший глаз горел лихорадочным, предсмертным упрямством.

— Да хоть... по кускам меня режь... — прохрипел он, превозмогая тошноту. — Отрежь мне руки и ноги — я не открою тебе врата «Архангела». Ты никогда не коснешься святыни своими грязными лапами!

Ухмылка Атомоса стала шире, обнажая зубы.

— Вот как мы заговорили? Проверим же крепость твоего обета на деле!

Движение было настолько быстрым, что воздух свистнул. Одним коротким, выверенным взмахом серебристого меча Атомос отсек брату руку по самый локоть.

Чудовищный, нечеловеческий крик разорвал тишину башни, вылетая в разбитые окна и разносясь эхом над мертвыми улицами Утопии.

Кровь ударила фонтаном, мгновенно пропитав и без того багровую одежду Савена.

Эшли вскрикнула и в ужасе закрыла лицо ладонями, не в силах выносить зрелище этого мясницкого безумия.

— Ну? В чем дело, братец? — Атомос издевательски склонил голову набок, наблюдая, как Савен бьется в судорогах, заходясь в немом крике. — Куда делась твоя спесь? Молчишь? Или мне стоит облегчить твою ношу, отрубив еще и ногу, чтобы ты больше не помышлял о побеге?

Он снова занес клинок, и капли свежей крови сорвались с лезвия, рисуя на полу дорожку из алых точек.

Черная аура Атомоса сгустилась, превращаясь в вязкий кисель, в котором задыхались и Эшли, и раненый Савен.

Лезвие серебристого меча медленно опустилось к бедру пленника.

Кончик клинка с противным звуком распорол ткань и вошел в плоть — пока лишь на дюйм, пробуждая новую волну обжигающей боли.

Савен вскрикнул, его тело выгнулось дугой, а зубы вонзились в губу до хруста. Он зажмурился, ожидая, что сейчас сталь отсечет и ногу, превращая его в обрубок.

«Я выдержу... это просто сигналы в мозгу... это всего лишь боль...» — как заклинание, пульсировало в его угасающем сознании.

Эшли дернулась, её пальцы впились в собственные плечи. Крик едва не сорвался с её губ — «Нет, не надо!», но она вовремя зажала рот ладонью, встретившись с бездонным, антрацитовым взглядом господина.

— Впрочем... я сегодня на редкость милосерден, — внезапно произнес Атомос, и в его голосе проскользнула пугающая веселость. — Ограничимся одной рукой. Для начала этого довольно.

Он убрал окровавленный меч от ноги брата. Тяжелая черная пелена мгновенно рассеялась, и воздух в зале снова стал пригоден для дыхания.

Савен обмяк, его голова бессильно свесилась на грудь, а из обрубка руки продолжала толчками выходить жизнь.

— Эшли, тащи его в пыточную, — бросил Атомос, вытирая клинок шелковым платком. — Запри в кандалы. Завтра я продолжу нашу «игру».

— Да... слушаюсь, — едва слышно ответила девушка.

Она подбежала к Савену, стараясь не смотреть на лужу крови.

Подхватив его под уцелевшее плечо, она прислонила его к себе.

Парень был пугающе легким и горячим от лихорадки.

Шатаясь под его весом, Эшли повела его к выходу, чувствуя, как её платье пропитывается его липкой, теплой кровью.

Они шли по бесконечным, пропахшим сыростью коридорам. Тишину нарушал лишь шаркающий звук шагов и тяжелое, свистящее дыхание Савена. Кровь из его обрубка руки успела немного подсохнуть, оставив темный след на платье Эшли.

Когда они поравнялись с холодными решетками тюремных доков, Савен, превозмогая вспышки боли, нарушил молчание:

— Почему ты меня спасла? — его голос был слабым, но в нем слышалось искреннее недоумение. — Ты ведь рисковала головой перед ним.

Эшли сильнее сжала его плечо, стараясь не смотреть в его искалеченное лицо.

— Я... я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! — вырвалось у неё, а затем она почти сорвалась на мольбу: — Савен, прошу тебя! Просто расскажи Атомосу всё, что он хочет! Открой ему тайны «Архангела»!

— Чтобы он превратил живой мир в такую же пустыню, как эта? — Савен остановился, тяжело опираясь на стену. — Пусть я сгнию в этих подвалах, пусть он режет меня по кускам, но я не дам ему убить невинных. Неужели ты действительно этого хочешь? Что с тобой стало, Эшли? Раньше ты была другой...

— Да! — резко выкрикнула она, и эхо её голоса заметалось между сводами. — Я была другой, пока какая-то сволочь не вырезала моих родителей! Мир жесток, Савен, и я приняла его правила!

— Я понимаю твою боль, — Савен прикрыл уцелевший глаз, и по его щеке, смешиваясь с грязью и кровью, скатилась одинокая слеза. — Но на Земле миллиарды людей. Там дети, такие же, какой была ты. Неужели их жизни для тебя — ничто? Неужели ты позволишь им сгореть в пламени Атомоса?

— Хватит! — сорвалась на крик Эшли, встряхнув его. — Хватит этих проповедей! Я служу господину, и жизни этих насекомых для меня не значат ровным счетом ничего!

Савен замолчал. Он медленно открыл глаз и посмотрел на неё с такой бесконечной тоской, что Эшли на миг показалось, будто её сердце пронзили льдом.

— Мне жаль тебя, — едва слышно прошептал он. — Ты потеряла себя еще до того, как встретила его.

— А не нужно меня жалеть! — отрезала она, резко остановившись у тяжелой кованой двери пыточной. — Слышишь? Не смей меня жалеть!

Она рванула на себя рычаг, и дверь со стоном отворилась, обнажая мрак комнаты, где Савену предстояло провести свою последнюю ночь перед «игрой» Атомоса.

Эшли опустила взгляд на пол, и её сердце пропустило удар: за ними тянулся непрерывный, зловещий алый след, отмечая каждый шаг от тронного зала до этого мрачного коридора. Она поняла, что Савен не дотянет до завтра — он просто истечет кровью у неё на руках.

— Стой... — выдохнула она, внезапно теряя всю свою напускную жесткость.

Эшли почти силой усадила его на жесткую скамью в глубине пыточной. Холод камня мгновенно пропитал его одежду. Савен бессильно откинул голову назад, его лицо было мертвенно-бледным.

Эшли дрожащими руками осторожно приподняла обрубок его руки, стараясь не причинить новой боли.

— У тебя кровь не останавливается... — прошептала она, и в её голосе прорезался страх. — Я вылечу тебя. Слышишь? Я не дам тебе просто так уйти!

Она приложила ладони к разорванной плоти. Из её пальцев заструился мягкий голубоватый свет — тот самый свет исцеления, который они так часто видели у Мари. На мгновение в темном коридоре стало почти уютно от этого сияния, напоминающего о прежних временах.

— К сожалению... — Эшли закусила губу, чувствуя, как магия наталкивается на невидимую преграду. — Я не смогу вернуть тебе руку. Этот проклятый меч... он блокирует регенерацию на корню. Сталь Вурдалака не прощает ошибок. Но я хотя бы закрою рану. Ты не умрешь от потери крови сегодня. Только не так.

Она сосредоточилась, вливая свою энергию в рваные края раны. Постепенно жуткая пульсация сосудов утихла, края обрубка начали затягиваться тонкой, воспаленной кожей. Савен судорожно вздохнул, чувствуя, как обжигающая агония сменяется тупой, ноющей болью.

Наконец, свечение погасло. Эшли обессиленно опустила руки, глядя на результат своего труда. Кровь больше не лилась фонтаном, оставляя лишь темные подсохшие разводы на коже Савена.

— Вот и всё... — она отвела взгляд, пряча в нем странную смесь облегчения и вины. — Ты будешь жить. До завтрашнего утра.

Девушка резко отступила. Она видела его осунувшееся лицо и багровую маску вместо глаза. Внутри неё всё кричало от боли, но она не могла позволить себе слабость здесь, в логове Атомоса. Эшли рванулась к выходу, каблуки гулко застучали по плитам, словно она убегала от собственного отражения.

У самого дверного проема она замерла. Тяжелая кованая дверь заскрипела, готовая отсечь свет коридора от мрака камеры. Эшли не оборачивалась — она знала, что если увидит его взгляд еще раз, то просто расплачется прямо на глазах у заключенного.

— Савен... — её голос надломился, превратившись в едва различимый шепот. — Умоляю... скажи ему всё, что он спросит. Не заставляй его делать это снова.

Савен медленно отвернулся к стене, глядя в непроглядную тьму угла. Его голос, сухой и безжизненный, прозвучал как приговор им обоим:

— Я уже сказал, Эшли. Я не куплю свою жизнь ценой миллионов других. Я не подставлю под удар невинных, чтобы спасти себя.

Он замолчал, и тишина в камере стала осязаемой.

— Иди, — добавил он тише. — Тебе нельзя здесь задерживаться. Господин ждет отчета.

Эшли судорожно вздохнула, закрыла лицо ладонью и выскочила вон. Гяжелый засов с лязгом встал на место, запирая Савена один на один с его болью и призраками прошлого.

***

— В школе магии, где я учился у Савена, есть скрытый портал, — негромко произнес Морган, подавшись вперед. — Древняя реликвия. Она способна пробить брешь в пространстве и забросить нас в любую точку Утопии.

— И какой в этом смысл? — Зак продолжал безучастно помешивать остывший чай. Ложка мерно звенела о фарфор. — Вдруг Савена больше нет? Мы просто прыгнем в пасть к монстру и сдохнем там же, где Мари.

— Зак, что ты такое несешь?! — Морган резко перехватил его руку. — Савен отдал всё, чтобы мы сделали этот прыжок! Теперь наш черед вытаскивать его. И я... я чувствую, что его сердце еще бьется. Он жив, Зак!

— Я просто не хочу, чтобы вы повторили её судьбу! — выкрикнул Зак. При упоминании имени погибшей девушки его голос сорвался, он судорожно сглотнул, загоняя слезы поглубже.

Бриджи медленно поднялась, нависая над ним. Её взгляд, обычно теплый, теперь был жестким, как гранит.

— Зак, я знаю, что тебе страшно. Нам всем страшно. Но ты действительно готов простить Атомосу её смерть? Ты готов жить с мыслью, что тварь, пронзившая Мари твоим же мечом, будет дышать, праздновать победу и мучить Савена?

— А как мы его убьем?! — Зак в отчаянии уронил голову на руки, спрятав лицо. — Он играл с нами, как с котятами! У него магия, у него теперь наш единственный меч, убивающий бессмертных... Мы для него просто пыль под сапогами! У нас нет ни единого шанса!

— У каждого есть уязвимое место, Зак. Даже у бога, — Бриджи положила свою тяжелую ладонь ему на плечо, и в этом жесте было столько уверенности, что парень невольно вздрогнул. — Нужно испробовать всё. Если останется хотя бы один шанс из миллиона — мы обязаны им воспользоваться. Ради неё. И ради него.

Несмотря на траур и тяжесть на сердце, старая привычка Зака ворчать и спорить с Морганом на мгновение вернула их в реальность. Это было знакомое, почти уютное трение, которое помогало не сойти с ума от горя.

— Мы тут спорим больше, чем делаем. Хватит слов! — Морган решительно отодвинул стул и поднялся во весь рост. В его глазах зажегся холодный огонь мага, готового к бою. — Кто со мной?

Бриджи не колебалась ни секунды. Она вышла из-за стола, чеканя шаг.

— Я, — коротко бросила она, вставая плечом к плечу с Морганом.

Оба замерли, уставившись на Зака. Тот сидел неподвижно, глядя в пустую чашку, словно пытаясь найти там ответы.

Секунды тянулись мучительно долго.

Наконец, он тяжело вздохнул, сжал кулаки и медленно поднялся.

— Ну хорошо... Идем, — Зак нехотя подошел к остальным, стараясь придать голосу привычную уверенность. — Всё равно вы без меня там пропадете. Опять придется прикрывать ваши магические спины.

Морган едва заметно усмехнулся, вскинув бровь:

— Ты хотел сказать: «Я без вас не справлюсь»?

— Нет, я всё правильно сказал! — возмущенно вскинулся Зак, и на его щеках даже проступил слабый румянец. — Кто из нас тут мечом махал, пока вы пассами воздух грели?

— Ну хватит! — Бриджи прикрикнула на них, мгновенно пресекая перепалку. — Нашли время мериться силой. Савен там один против монстра, а вы ведете себя как дети! На выход. Живо.

Парни осеклись и покорно двинулись за ней.

Официант на выходе испуганно отступил, провожая взглядом окровавленную троицу, которая вышла в холодные сумерки города.