Утерянный свиток. За гранью реальности. или Тайна одной шкатулки. Начало. Том 1.

Глава 1

В вечернем небе ярко-алой полосой пламени догорал закат. Небо было ослепительно-синим, а солнце ушло уже далеко на закат и, кажется, засыпало. Мир становился тихим и уютным. Небо у горизонта темнело – там, наверно, собиралась тяжелая туча. В воздухе пахло дымом и весной. Мне захотелось побыть одному, и я решил пойти домой. Пары в МГУ давно закончились. Я брел по улицам один и думал. Думать не хотелось совсем. Я просто шел. Отдельно следует рассказать о доме. Он достался мне от моего прадеда, известного ученого, в последнее время на старости лет внезапно увлекшийся изучением паранормального и также считающийся без вести пропавшим более 27 лет назад. Этот дом и сейчас хранит немало секретов. Помимо прочего, он был не только известным физиком, но и весьма талантливым изобретателем, подарившим этому миру немало невероятных изобретений. Это был небольшой особняк, расположенный за чертой города. Окна его выходили на лес – вокруг было много полян и холмов, в тени которых можно было спокойно посидеть, подставив лицо прохладному ветру, и даже почитать в тишине. В этом доме у меня были спальня, кабинет и еще один кабинет для занятий, к которому вел длинный темный коридор. Там, в стенах этой части дома, я и собирался провести последние полчаса. Тут было тихо, и я, подойдя к кабинету, зашел в него. Включив свет, я зажег лампу и стал готовиться к предстоящей сдаче диссертации по квантовой физике. Тема была довольно сложной и я искал необходимую мне информацию везде, где только мог. В том числе и в библиотеке моего прадеда. Но пока безрезультатно. Внезапно моё внимание привлекла одна книга. Она была похожа на сотни других книг, находящихся в библиотеке и, в то же время, чем-то неуловимо отличалась от них. Присмотревшись, я понял в чём заключались эти отличия. По корешку книги шла красивая вязь непонятных символов на неизвестном языке, а сама книга стояла на полке под наклоном под определенным углом. Я решил поправить книгу. Немного повернул её и задвинул на полку. Раздался какой-то странный скрежет и часть стены вместе со шкафом отъехала в сторону, открывая проход в какое-то помещение неизвестного назначения. Больше я ничего не смог рассмотреть, так как в комнате было темно. Я подошел поближе и в комнате тут же загорелся свет, словно приглашая меня войти. Не раздумывая, я вошел в комнату. Возможно, это было одно из тех секретных помещений в особняке, о которых рассказывал мне отец. По преданию, они тоже были построены моим талантливым родственником и заботливо скрыты им от посторонних глаз. Здесь на стенах висели картины неизвестных мне художников, а в центре помещения стоял огромный стол, на котором стояла очень странного вида шкатулка. Взяв её в руки, я сразу понял, что это, не смотря на странные, не поддающиеся никакой логике, закорючки, покрывавшие её грани причудливой вязью незнакомых мне символов. Она действительно была сделана из неизвестного материала. Саша попробовал открыть шкатулку. Однако, ничего не получалось. Крышка была установлена таким образом, что можно было просунуть в нее только пальцы. Сколько ее ни ощупывай – крышка оставалась плоской. Под ней можно было разглядеть другую, чуть больше и поуже. Она была укреплена четырьмя резными полосами из цельного куска дерева. На ее блестящей поверхности не было никаких символов, и расстояние между ними было миллиметров десять-пятнадцать. Видимо, на эти полоски потом надели крышку. К крышке крепилась какая-то деталь, напоминающая тонкий металлический стержень. Можно было предположить, что это устройство-ключ или, может быть, портативный компьютер. Что же это за сооружение? Ясно было одно: оно не из того мира, из которого люди пришли сюда, а пришло сюда с другой планеты. В разных углах камеры стояло по три похожих предмета – и все они излучали какое-то излучение. И повсюду была символика – как если бы под каждым из этих предметов кто-то положил свое символическое изображение. Очевидно, перед тем, как эти предметы появились, они имели при себе надписи на неизвестном языке, но прочесть их было невозможно. Видимо, перед тем, как принести эти предметы на Землю, кто-то должен был стереть эти надписи. А когда это сделали, то символы уже стерлись. Потому что вся эта символика в какой-то мере была метафорой, знаками, а ни один язык не способен передать смысл символов так, как они их представляют. А может быть, надписи стерли не перед тем, как принесли предметы сюда, а раньше – когда эти предметы уже были здесь? Может быть, за долгие годы хозяева потеряли интерес к этому вопросу? А может быть, символы стерли сами хозяева, чтобы позабавить гостей из космоса? Или это не хозяева стерли надписи? А, например, люди из космоса? Или вообще это космическая энергия? В общем, ответа не было. А почему? Потому что когда кто-то делает надпись на неизвестном языке, это еще не означает, что под буквами скрывается истина. Иногда надпись по своей природе не является истиной. Она просто может быть. Эта же надпись была очень маленькой. Но она была написана незнакомыми символами. И она была в то же самое время совершенно правильной. Что в ней содержалось? Вряд ли это был язык создателей камней, потому что каждый язык состоит из единиц, из их слов. Он состоит из чего-то другого, из символов. Нет, это было нечто совершенно иное. И это было настолько же совершенно, как не может быть написанного иероглифа в виде буквы Y. Но значение этого иероглифа на каменной поверхности понять было невозможно. Надпись содержала очень простой ключ – вопрос о смысле и пустоте. Что-то похожее я уже где-то слышал. Но где? Мой источник – не источник. Мне кажется, это стихотворение. Или короткая песня, которую я как-то услышал. Помню, что ее пел друг. Значит, стихотворение. Но что это за стихотворение? Может быть, это была песня про чей-то гороскоп. Про звездное небо? Нет, похоже на песенку про попугая. Или песенку про поэта? Не очень понятно. Может быть, про звезды? Это где-то в космосе, точно. Небо. А почему там не может быть неба? Но какое это небо? Насколько я знаю, в космосе ничего нет. Там одна пустота. Да нет, там должна быть надпись о звездном небе. Звездное небо. Мне это стихотворение нравится. Какое оно? В нем были элементы Востока. Во всех его слогах была какая-то стихия. И оно содержало очень простой ключ. Слова располагались в правильном порядке. Как люди в очереди, когда просят что-то у проходящего мимо по коридору. Чего они хотят? Ничего особенного. А кто просит? Никто. А про что? Про вопросы. А в чем их смысл? В простом вопросе. Все время. И это значит, что речь идет не об одном вопросе, а о двух. О вопросе, требующем разрешения, и о самом разрешении, которое тоже является вопросом. Вопрос и ответ. Почему я сам не понял? Я только понял, что им нужен какой-то вопрос, поэтому я и хочу узнать, что это такое. А что им нужно? Ответ. И как это следует понимать? Им нужен ответ. Но этого я не знаю. Вопрос и ответ не имеют разных значений. Они просто разные. И если мы их правильно поймем, они взаимно исчезнут. А если мы их неправильно поймем? Тогда ничего не изменится. Вопрос и ответ будут одинаковыми, но чем меньше я об этом думаю, тем менее мне понятен ответ. А где кончается вопрос и начинается ответ? В этом и дело. Вопрос – это страх. Ответ – это сила. Вопрос – это энергия. Ответ – это порядок. Ответ – это сила. Поэтому пусть все останется как есть. А я пока буду думать». Никто из нас не был готов к этому, но не было никакой надежды на лучшее.

Я стал думать дальше. И все больше запутывался. «Так можно свести себя с ума», – сказал кто-то. Потом добавил: «Но все равно, все останется как есть». И в самом деле, где оно, это «как есть»? Во мне самом? В окружающем мире? Или в чем-то, как он есть, – во мне? Или вообще нигде? Кроме этого вопроса, ничего больше не существовало, или, точнее, все это существовало, только не замечалось. А вообще где я нахожусь? Я как бы висел в пустоте, где не было ни верха, ни низа, ни того, что есть, ни того, что будет. Кажется, я даже перестал дышать, чтобы это не стало слишком заметным. Но пустота не была, как это часто случается, абсолютной и абсолютной, она каким-то образом существовала в том виде, в каком я ее ощущал, но вот где она была на самом деле, а где не была, я не мог сказать точно. Что-то там определенно было. Что-то, что пребывало в постоянном колебании и движении, создавало этот мир, а в то же время оставалось вне всего. Это неуловимое было как бы не то самым важным, что я знал раньше, не то тем, что я мог узнать сейчас, не то тем , что я мог когда-нибудь узнать вообще. А может быть, оно было и тем и другим одновременно? <<Да, ты правильно мыслишь. Хочешь выбраться отсюда? >> - обратился вдруг ко мне невидимый собеседник. Я ничего не успел ответить. Пространство передо мной озарила яркая вспышка света, а когда свечение немного приглушилось, я приоткрыл глаза и не смог сдержать возгласа от изумления. На камнях, то тут, то там стали высвечиваться те самые символы, они перемещались с камня на камень, менялись местами, образовывая уже полностью отчетливые надписи, которые затем сложились в текст на неизвестном языке. Всё произошло за считанные мгновения. <<Не смотри, не пытайся понять и прочесть то, что здесь написано, иначе никогда не попадёшь домой. Тебе не положено это знать. А сейчас снова закрой глаза. >> - обратился ко мне всё тот же таинственный голос. И я почему-то послушно закрыл глаза. Пространство снова озарилось вспышкой. <<Вот и всё, прощай - произнес Хранитель, а это, безусловно был он. Я только сейчас узнал его по чуть хрипловатому голосу. Да и кто ещё может так ловко управлять пространственно-временным континуумом как не он? Я слышал о нём однажды в одном из своих снов от странного человека в сером одеянии с капюшоном. Вот только я по сей день так и не был уверен, что это был просто сон, настолько он был реалистичным. - Если захочешь вернуться, надень это. А если захочешь кого-то провести сюда вместе с собой, то просто возьми его за руку и вы окажетесь здесь. Надеюсь, мы ещё встретимся вновь, юноша.>>- С этими словами в моей руке оказалась какая-то лёгкая металлическая вещица, которую я даже не успел как следует рассмотреть, и тут же исчезла.

Саша неожиданно вздрогнул и вдруг проснулся.

В комнате горела лампа, а откуда-то совсем рядом доносилось мерное постукивание. Саша посмотрел на часы. Пять минут двенадцатого. Он прислушался. Звук доносился из стоящей на столе шкатулки. Юноша внезапно ощутил, что сжимает в руке какой-то металлический предмет. Это был тонкий металлический стержень, выполненный из неизвестного сплава. Золотистый металл ярко сверкал под светом электрической лампы, а по бокам его шла уже знакомая Саше вязь непонятных символов. Каждый символ был выполнен из какого-то другого, уже зеленоватого металла, и вся вязь целиком была как бы вплавлена в стержень. На конце стержня были маленькие зарубки, сделанные, как определил Саша, очень острым инструментом, а, возможно, и лазером. Так, по крайней мере, ему показалось. Он поднёс стержень к глазам. На нём была какая-то надпись, но её можно было прочесть только с помощью лупы. Она состояла из множества маленьких символов и знаков, смысла которых Саша совершенно не понимал. Он полез в карман и вынул оттуда ещё две металлические детали. Одна из них напоминала браслет со странными креплениями по обоим краям, которые были видны лишь тогда, когда браслет был расстегнут. Другая же часть представляла собой небольшую металлическую пластину, загнутую особым образом в форме буквы U, по краям которой и внутри виднелись очень маленькие выступы. И по обоим деталям вилась уже знакомая Саше вязь символов на непонятном языке. На первый взгляд, они были похожи друг на друга, как капли воды. Но только на первый взгляд. Если приглядеться повнимательнее, то можно было увидеть среди них и другие, не встречающиеся больше нигде символы. Все три вязи словно должны были дополнять друг друга, составляя единое целое. Саша поднёс к ним лупу и некоторое время пристально вглядывался в каждую. Потом он положил их на место. Внезапно пришло осознание, что все три детали составляют вместе единое целое, как и надписи на них, соединяясь в одну деталь, которую нужно вставить в её центр. Саша решил посмотреть на них повнимательнее.